Грант Донна

Дикие мечты

Автор: Донна Грант

Название: Wild dream/Дикие мечты

Серия: Chiasson/Чиассон - 2

Переводчик: Валерия Плотникова

Сверщик-переводчик: Наталья Ульянова

Редактор: Александра Павлюк

Корректор: Юлия Бовакина

Русифицированная обложка: Любава Воронова

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

Любая публикация данного материала без ссылки на группу и

указания переводчика строго запрещена.

Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного

ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой

никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует

профессиональному росту читателей.

Лишенная семьи…

Аве Леде было тяжело простить своего отца, который бросил ее, ради охоты на сверхъестественных существ. Когда Ава возвращается на болота, чтобы навестить подругу и найти немного уединения, она сталкивается с призраками прошлого. К сожалению, не только тьма сгущается над ней. На девушку обратило свой взор зло, не похожее ни на что-либо виденное ею раньше, и Ава вынуждена доверить свою жизнь красавцу охотнику, если хочет прожить еще, хотя бы день…

Еще один проклятый…

Великолепный, благонадежный Линкольн Чиассон всегда поддерживал своих братьев, и когда их кузенам из Нового Орлеана понадобилась помощь, после того как их прокляла Жрица Вуду, он первым предлагает свою помощь. Пока не встречает Аву. И с этой минуты, защищать ее становиться для него важнее, чем что-либо. Или кто-либо. Но сможет ли он завоевать ее доверие — и ее любовь — при этом сохранив в безопасности от своей семьи?

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Региональный аэропорт Лафайета

Июль

Ава Леде сошла с частного самолета и улыбнулась, увидев Оливию Бро. Темные волосы Оливии были собраны в хвост, а в уголках черных глаз появились морщинки, когда девушка улыбнулась, и, оттолкнувшись от грузовика, к которому прислонилась, побежала к Аве.

— Не могу поверить, ты наконец-то здесь, — сказала Оливия, сжимая Аву в объятьях.

Ава была не из тех кто открыто проявляет свои эмоции, но Оливия никогда не оставляла ей выбора. За то короткое время, что она работала над ее делом, Ава почувствовала, что нашла первого настоящего друга.

Она была искренне рада ее видеть, обнимая в ответ.

— Прости, что так задержалась.

Оливия отступила назад и подняла бровь, взглянув на частный самолет.

— Летаем с размахом, не так ли?

— Самолет компании. Они позволяют нам пользоваться им время от времени.

— Твоя адвокатская фирма, похоже, действительно, зарабатывает большие деньги.

Ава не ответила на комментарий. Вместо этого, она повернулась ко второму пилоту, который держал ее чемодан.

— Спасибо, Джим.

Джим подмигнул ей и вернулся в самолет. Оливия поймала ее за руку, направляясь в сторону фургона, и наклонившись, прошептала:

— А он милашка.

— Возможно. — Она посмотрела через плечо и увидела высокую фигуру Джима, скрывающуюся в самолете. Его ореховые глаза на мгновение задержались на ней, прежде чем дверь закрылась.

— Возможно, — повторила Оливия с удивлением. — Ава, да он красавчик.

Ава усмехнулась и открыла дверь грузовика, чтобы положить свой чемодан.

— Ладно. Признаю. Я не слепая. Я оценила его милый зад. Но я не ищу парня. Я слишком занята работой, поэтому могу только мечтать о свиданиях, а не ходить на них.

Не говоря уже о ее прошлом, с которым ей придется столкнуться в Луизиане.

Когда Оливия не ответила, Ава подняла взгляд и увидела, как черные глаза задумчиво наблюдают за ней. Ава уже видела этот взгляд прежде, правда не у Оливии. Так же на нее смотрела ее мама.

Ава заняла пассажирское сиденье и пристегнулась. Вернуться в Луизиану оказалось труднее, чем она ожидала, но она сможет выдержать это. Она сделала себе имя в Далласе, как один из лучших адвокатов в городе. Если она могла управлять судебным заседанием, судом присяжных и судьями, то сможет справиться и с этой частью своей жизни, которая чуть было все не разрушила.

Оливия прочистила горло, когда забралась в фургон.

— Ехать недалеко, и я умираю с голоду, а мальчики только и ждут, чтобы набросится на еду.

Ава рассмеялась, радуясь, что Оливия говорила о чем-то столь обыденном. Она оглядела внутренний интерьер “шевроле”.

— В прошлый раз, когда я видела тебя, ты была за рулем легковой машины. Он твой?

— Ага. — Лицо Оливии помрачнело, когда она уезжала с аэродрома. — Я попала в небольшую аварию, и мне понадобился новый автомобиль. А здесь, лучше грузовика нет ничего.

Ава посмотрела на Оливию и увидела ауру счастья вокруг нее, которой раньше не было.

— Ты изменилась. Могу предположить, что причина этому твой мужчина.

Несмотря на то, что Ава выиграла дело Оливии месяц назад, они по-прежнему часто разговаривали. Вскоре Оливия проболталась о Винсенте, мужчине, который покорил ее, и Ава была рада за подругу. В ее мире, все, что она слышала, — это разводы. Было приятно видеть, что любовь действительно существует.

Хоть у кого-то.

— Да, — мечтательно сказала Оливия. — Вин он… ну, он потрясающий.

— У него должен быть хоть один недостаток.

Оливия лишь улыбнулась и стрельнула в нее взглядом.

Ава рассмеялась.

— Я, действительно, хочу с ним познакомиться.

— Как давно ты последний раз была в Луизиане? — спросила Оливия.

Улыбка сошла с лица Авы, и она поспешно взглянула в окно, чтобы Оливия не заметила.

— Такое ощущение, что целую жизнь назад. Мне было тринадцать, когда мы уехали. На следующий день после Рождества.

— Четырнадцать лет? Большой срок.

Ава смотрела в окно, но не рисовые поля видела она. А поток воспоминаний из счастливых времен — времен, до того как весь ее мир рухнул.

— Ты в порядке?

Ава грубо оттолкнуло ненавистные воспоминания, и улыбнулась Оливии.

— Конечно.

Оливия нахмурилась.

— Для адвоката, ты никудышная лгунья.

— Почему вечеринка будет проходить не у твоей бабушки? — спросила Ава, надеясь, что Оливия позволит ей сменить тему разговора. Единственная вещь, о которой Ава никогда не говорит — это ее прошлое.

Оливия замолчала, когда съехала с асфальтированной дороги.

— Маман любит готовить, а Вин убедил ее использовать их кухню. Она почти вдвое больше кухни Маман. И стоило ему обмолвиться об этом, как она тут же ухватилась за эту возможность.

Немного позже грузовик свернул на дорогу, окруженную огромными дубами, покрытыми плотными слоями мха. Сквозь деревья проглядывались кусты лагерстремии, пестрящие ярко-розовыми, белыми, красными и бледно-розовыми цветами.

— О, мой Бог. Это великолепно, — потрясенно произнесла Ава, наклоняясь вперед, чтобы лучше разглядеть деревья.

Оливия улыбнулась.

— Ты еще не видела дом.

Не успели слова слететь с губ Оливии, как Ава открыла рот, увидев белый плантаторский дом. Она почувствовала, будто попала в прошлое, а этот суетливый мир, который она знала, исчез — и никогда уже не вернется.

Оливия припарковала грузовик у дома и вышла. Ава закрыла рот и, открыв дверь, скользнула на землю. Она собиралась забрать чемодан, и не заметила, как большая рука обернулась вокруг ручки.

Пораженная она вздернула голову и обнаружила высокого мужчину с коротко стриженными темными волосами и в красной футболке, которая выгодно подчеркивала рельефную мускулатуру. Он ослепительно улыбнулся, но именно его ярко-голубые глаза приковали ее.

— Спасибо, Кристиан, — сказала Оливия. — Кристиан, это Ава Леде. Ава, это один из братьев Винсента, Кристиан.

Кристиан галантно пожал ее руку.

— Рад, наконец-то, познакомиться с вами, Ава. Оливия так много рассказывала о вас.

До этого момента Ава не осознавала, как она могла пропустить каджунский акцент. Она была вынуждена отвести взгляд от Кристиана, когда Оливия повернула ее, так что она могла рассмотреть задний двор. Болото было в двухстах футах от дома. Трава была сочно-зеленого цвета, а листья дубов и кипарисов темно-зеленого. Солнце висело в безоблачном небе, а вода в болоте казалась бездонной.

— Сделай глубокий вдох и приготовься, — прошептала Оливия.

Ава взглянула на нее не уверенная, что та имела в виду, пока не увидела мужчин на крытой веранде дома. Словно она попала на вечеринку самых горячих мужчин года. Каждый мужчина был в высшей степени великолепен.

Из нее выбило воздух, когда она увидела одного из мужчин, с пивом в руках, он небрежно прислонился к толстому столбу рядом с грилем. У него были темные волосы, спадающие на плечи. Верхняя часть была убрана от лица и связана на затылке кожаным ремешком.

Белая футболка с V-образным вырезом облегала его мускулистое тело и широкие плечи, а темные джинсы низко сидели на бедрах. Его лицо было столь же впечатляющим, как и тело, и Ава не могла отвести взгляд.

У него была квадратная челюсть и подбородок с темной щетиной. Она была слишком далеко, чтобы увидеть цвет его глаз, но подозревала, что они были ярко-голубыми. Его губы так и манили к поцелуям, а от его легкой улыбки, в уголках глаз собрались морщинки.

Одним словом, он был великолепен.

Прежде чем Ава смогла мысленно подчинить собственные ноги, она и Оливия достигли веранды. Вот тогда она заметила вентиляторы, свисавшие с потолка, которые создавали прохладу.

Мужчина у гриля закрыл крышку и обольстительно улыбнулся Оливии, прежде чем подойти к ней. Ава не могла не улыбнуться, наблюдая, как Винсент притянул Оливию в свои объятья и томно поцеловал.

Ава отвернулась и обнаружила взгляд ярко-голубых глаз, пристально смотрящего на нее мужчины, на которого она пускала слюнки несколько секунд назад. Они смотрели друг на друга в течение нескольких мгновений. Она тянулась к нему, словно невидимая нить соединила их и тащила ее к нему.

Он не оттолкнулся от столба и не подошел, чтобы поприветствовать ее, и Ава была, и рада и разочарована одновременно. Она хотела узнать его имя, хотела ближе рассмотреть его лицо. Затем она напомнила себе что приехала в Луизиану не для того чтобы найти парня. Она приехала сюда, потому что хотела увидеть Оливию, и потому что ей нужно было кое-что сделать.

Нет времени на флирт любого рода.

Это действительно очень плохо. Кем ни был этот мужчина, он сводил ее с ума.

Она покрылась потом, и это не имело ничего общего с жарой на улице. Ее губы пересохли, внизу живота сильно пульсировало. Если он мог сотворить с ней такое одним лишь взглядом, то, что он мог сделать с ней, когда поцелует? Или… даже большим? Часть Авы отчаянно хотела выяснить это.

— Винсент Чиассон, не позволяй мясу сгореть, — маленькая женщина с серебристыми волосами, убранными назад в пучок, показалась в дверях веранды. Она вытерла руки о передник и улыбнулась Оливии. — Шэ, ты вернулась. А ты должно быть Ава. Бог мой, да ты красотка.

— Маман, Винсент знает что делает, — сказала Оливия, в то время как Винсент поспешил к грилю.

В ушах зашумело, перед глазами проносились видения прошлого. Чиассон. Бабушка Оливии только сказала Чиассон. Этого не может быть.

— Ава? — сказала Оливия, прикасаясь к ее руке.

Она сглотнула и отошла в сторону. “Дыши. Просто открой свои легкие и дыши, черт тебя дери”.

— Я в порядке.

— Это все жара, — сказала Мария. — Отведи ее внутрь, там прохладней.

Вдруг в ее руках оказалась бутылка пива.

— От этого должно полегчать, — сказал Кристиан и усадил ее на стул под одним из вентиляторов.

Оливия пододвинула к ней еще один стул и пристально посмотрела на нее.

— Ты бледная как смерть.

Чувствовала она себя так же. Как она могла не знать, что фамилия Винсента была Чиассон? Это что ни разу не всплывало в разговорах с Оливией? Нет. Она бы запомнила, потому что это имя было выжжено, нет, навсегда высечено в ее памяти.

— Со мной все нормально, — Ава заставила эти слова слететь с ее губ и поднесла бутылку пива ко рту. Она ненавидела пиво, но прямо сейчас ей требовалось что-то покрепче. Ей нужна выпивка. Много выпивки. Даже целый магазин не способен помочь ей.

Оливия выдохнула.

— Ладно. Тогда позволь мне тебя всем представить. С Кристианом ты уже знакома. Здоровяк, который целовал меня, Винсент.

Ава взглянула в сторону гриля, и увидела, что Винсент улыбается ей. Она кивнула ему головой в знак приветствия.

— Далее, задумчивый красавец рядом с моим мужчиной — Линкольн.

Так, так, значит, этот жеребец... Линкольн. Его голубые глаза были точно такого же цвета как у Кристиана и Винсента. Ава еще раз оказалась в плену его взгляда. Линкольн отсалютовал бутылкой в знак приветствия и резко отвернулся, отвечая на телефонный звонок.

— Ленивый бездельник в гамаке — Бо. Обычно он на кухне. Он потрясающий повар, но Маман оперативно выдворила его с кухни сегодня утром, — сказала Оливия со смехом.

Бо поднял голову достаточно, чтобы Ава разглядела голубые глаза, как и у остальных членов клана Чиассон. Его волосы не были такими же длинными как у Винсента и Линкольна, но ему шла их средняя длина.

— Рад видеть тебя здесь, Ава.

Все происходящее было нереальным. Приехать в Луизиану было плохой идеей, да и к тому же она недалеко от мест, где выросла. Чтобы сделать ситуацию еще более странной, она находилась в доме семьи Чиассон. Как гость.

Не было никакого способа успешно завершить то, что она собиралась сделать. Это слишком. Всё вокруг нее было наполнено звуками болота, запахами природы во всей красе. Когда-то это была ее жизнь.

Каджунский акцент людей, звуки музыки Зайдеко[1], играющей на заднем дворе, запах специй, исходящий от еды. Все это принесло поток воспоминаний, которые угрожали утопить ее.

Каким-то образом она справилась со следующими тридцатью минутами, пока Винсент заканчивал готовить мясо. Ава наклеила улыбку на лицо, пока они все сидели за столом, заставленным яствами, что приготовила Мария. Она ела великолепную еду и смаковала каждый кусочек.

Потому что она знала — идеалистическая сцена будет разрушена.

——————-

[1] музыкальный стиль, зародившийся в начале XX века в юго-западных областях Луизианы среди креольского и каджунского населения. Характерные особенности — обильное синкопирование и быстрый темп.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Линкольн хотел забыть завораживающую красоту Авы Леде, с ее длинными, волнистыми каштановыми волосами и невообразимыми янтарными глазами. Она двигалась так, словно плыла по воздуху.

Она выглядела как городская девчонка, но было что-то в том, с какой тоской она смотрела на болото. Ее сливочного цвета кожа, только подчеркиваемая черной блузкой, под которой явно виднелись очертания упругой груди. И конечно ее белые обтягивающие штаны.

Линкольн наблюдал, как она помогает Оливии убирать со стола, и подавил стон, когда она наклонилась, и опустившийся воротничок открыл вид на ее грудь.

— Она очень красивая, — подойдя, произнес Бо, и сунул Линкольну пиво.

— Ага.

Красивая, это все равно, что назвать Гранд Каньон трещиной в земле. Ава была… захватывающей, завораживающей. Пленительной.

Она была спокойна и сдержана, но он мог держать пари, что характер у нее был сродни ее волосам. У нее было ангельское личико с высокими скулами и большими выразительными глазами, а ее чувственный рот и соблазнительные изгибы намекали на ту ее сексуальную часть, которую Линкольн жаждал вытащить наружу.

— Ты претендуешь на нее? Потому, что я определенно заинтересован, — сказал Бо.

Бутылка с пивом повисла в воздухе на полпути к его рту, когда Линкольн яростно зыркнул на младшего брата.

Бо усмехнулся и покачал головой.

— Я понял, Линк. Хватит так смотреть. Кстати, кто тебе звонил? Выглядишь расстроенным.

Черт. Как он мог забыть о звонке Соломона? Когда его взгляд снова скользнул по Аве, он понял, почему забыл.

— Все так плохо? — спросил Бо.

— Ничего хорошего. Я не могу сказать больше пока Ава здесь.

Бо потер подбородок.

— Кристиан отнес ее чемодан в дом. Она остается?

— Надеюсь, что нет. — По многим причинам. Главная из них в том, что Линкольн не уверен, что сможет держаться от нее подальше.

Бо толкнул его локтем.

— Ты должен рассказать об этом Вину.

Линкольн подождал, пока Оливия уведет Аву к воде, и после этого направился в дом. Когда он подошел, на крыльце сидела Мария.

— Еда была превосходна, Мария. Спасибо.

Она улыбнулась, смотря на него понимающими темными глазами.

— Не думай, что я не заметила, как ты смотришь на Аву, будто она была лучшим десертом, который могли подать лишь для тебя. Но она также смотрела и на тебя, юноша.

Линкольн даже не пытался лгать старой женщине. Возможно она еще не член семьи, но он знал Марию с рождения. После гибели их родителей, она присматривала за всеми пятью детьми Чиассон — настолько, насколько они могли позволить ей — несмотря на воспитание собственной внучки.

— Ава хороша, но она всего лишь гостья.

— Пока, — проницательно произнесла Мария. — Ты не знаешь, что готовит нам будущее, Линк. Помни это.

— Да, мэм. — Идя по дому, он ухмылялся, пока не достиг дверей кабинета. Ему не надо искать, он знал, что Вин находился там.

Линкольн вошел в кабинет и обнаружил Винсента, пишущего в семейной книге, которая хранила информацию о сверхъестественных существах, которые их семья уничтожала на протяжении многих лет и как их убить.

Винсент поднял голову и перестал писать.

— В чем дело?

— Звонили из Нового Орлеана.

Этого хватило, чтобы Вин отложил ручку.

— Зови остальных.

— Ава здесь.

Мускул дернулся на челюсти Винсента.

— Это плохо?

— Не думаю, что ты захочешь объяснять ей некоторые вещи.

— Нет, нет. Ты прав. Надо подождать пока Оливия, Мария и Ава не вернуться в дом Марии. — Винсент потер лицо. — Оливия не обрадуется, что мы держим ее в неведении.

Линкольн вышел и быстро нашел Бо и Кристиана на кухне. Втроем они вернулись в кабинет к Вину. Бо развалился на кушетке, а Кристина сел на краешек стула, уперев локти в колени.

Линкольн сел на край стола, чтобы он мог видеть всех.

— Звонили из Нового Орлеана. Возникла небольшая проблема, и они просят нас помочь им.

— Мы никогда не отворачиваемся от семьи, — произнес Винсент.

Кристиан сцепил пальцы.

— Они кузены. Это не обсуждается. Когда мы отправляемся?

— Не мы. — Линкольн опустил пиво. — Соломон сказал, что Кейн направляется сюда.

Бо резко сел.

— Вот-вот наступит полнолуние. Что, черт возьми, заставило Кейна отправиться сейчас?

— Похоже, наш кузен не знает, что лучше не злить жрицу Вуду.

Винсент издал протяжный выдох.

— Только не снова.

— Мы не можем взяться за это пока Ава здесь.

— Боитесь, что я узнаю все ваши секреты? — голос Авы раздался позади них.

Линкольн притих, ее голос прошел сквозь него словно лезвие. Он медленно выпрямился и отошел к стене, чтобы видеть дверной проем. И ее. Ава и Оливия стояли у входа, никто из них не догадался закрыть дверь в кабинет.

Было что-то странное в голосе Авы, намек на ярость.

— Я собиралась сказать тебе, что мы едем к Маман, — сказала Оливия Винсенту.

Вин встал и оперся руками о стол.

— Ава, извини нас. Есть некоторые семейные дела, которые мы бы не хотели разглашать.

— Имеешь в виду то, что ваша семья охотиться на сверхъестественных существ? — спросила она небрежно. — Я выросла здесь. Я знаю о семье Чиассон.

Было нечто большее в ее истории. Линкольн был уверен в этом. И он хотел узнать, что именно она скрывала.

— Оливия сказала ты уехала ребенком. Сомневаюсь, что ты многое знала.

Ее янтарный взгляд обернулся к нему. Ее улыбка была холодной и пропитана таким гневом, коим и горели глаза.

— Когда мне было двенадцать, мой отец потерял сводного брата в результате несчастного случая. По крайней мере, так писали в газетах. Папа подозревал иначе, так что он начал искать правду. Следующие шесть месяцев он исследовал паранормальные явления. В конечном счете, его поиски привели его к семье Чиассон.

— О, Боже, — прошептала Оливия, она уставилась на Аву широко открытыми глазами. — Вот почему тебе стало плохо, когда ты услышала их фамилию.

Линкольн судорожно начал вспоминать людей, которых приводили их родители, силясь определить отца Авы.

— Мой отец начал охотиться на этих созданий. Он стал одержим этим. Он бросил работу, спал весь день, но хуже было, когда он ушел. Бросив жену и дочь. Чтобы охотиться за сверхъестественными тварями.

— Джек, — произнес Линкольн, наконец, вспомнив. — Джек Леде был твоим отцом.

Линкольн вспомнил, как много Джек рассказывал о своей семье. Он был одержим уничтожением этих созданий — но только для того чтобы защитить жену и дочь. Оставить их было единственным способом, что они не доберутся до них. Линкольн был подростком, когда отец учил их распознавать хороших людей. Джек был хорошим человеком.

— Где он? — спросила Ава.

Линкольн нахмурился и взглянул на Вина. Тот пожал плечами.

— Мы не видели Джека много лет, — ответил Винсент. — Мы предполагали, что он вернулся домой и покончил с охотой.

— Предположили. — Ава посмотрела на него уничтожающим взглядом. — Разве ни одному из вас не приходило в голову, что одно из этих созданий могло добраться до него?

Линкольн покачал головой и сделал шаг вперед, отчего Ава перевела взгляд на него.

— В последний раз мы видели Джека много лет назад. Мы вернулись с охоты и вместе позавтракали, затем он начал сборы, чтобы вернуться домой. Мы все думали, что ему наконец-то надоела такая жизнь.

Он хотел помочь Аве найти Джека, но он ничего не мог сделать пока не пройдет полнолуние, и Кейн не выберется из своих неприятностей.

— Я немедленно забираю Аву и Маман, — произнесла Оливия.

Линкольн не хотел, чтобы Ава уходила, но взглянув на ее лицо, понял, что ей нужно быть подальше от семьи Чиассон. Винсент проводил Оливию, а Линкольн обнаружил себя стоящим в дверях и наблюдающим как они садятся в грузовик и уезжают.

Винсент вернулся в дом и закрыл дверь. Он медленно выдохнул, пока все четверо братьев стояли в фойе.

— Что ж, вот это был сюрприз.

— Мне жаль ее, — произнес Кристиан.

Бо покружил остатки пива в бутылке.

— Кажется, у нас нарисовались сразу две проблемы. Я хочу помочь Аве найти ее отца. Я был совсем маленьким, но я помню Джека.

Кристиан кивнул.

— Райли любила сидеть у него на коленях.

Линкольн скучал по сестре, но она была самой младшей в семье — и единственной девочкой — и заслуживала большего, чем семейное дело Чиассон, именно поэтому она училась в Остине в Техасском университете.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — заявил Винсент. — Во-первых, давайте сначала разберемся с Кейном. Что Соломон хочет, чтобы мы сделали?

— Как ты думаешь, что придет с полной луной? — раздраженно спросил Линкольн.

Кристиан пошел в сторону кухни.

— Если мы собираемся спорить, мне нужно подкрепиться шоколадным тортом Марии.

Бо бросился через столовую, чтобы обогнать Кристиана, а Винсент и Линкольн не спеша пошли на кухню. Когда они дошли, Бо и Кристиан уже держали в руках по куску торта.

Линкольн выдвинул стул, развернул его, чтобы оседлать и уселся, сложив руки на спинке.

— Жрица Вуду изменила проклятье Кейна. В волчьей форме он будет забывать, что на самом деле человек. Он будет убивать без разбора.

— Он действительно облажался в этот раз, — произнес Бо.

Винсент начал ходить по кухне.

— Может, построим клетку для него?

— Если он успеет во время, — ответил Линкольн. — Это еще одна из забот Соломона. Они пытались помешать Кейну, покинуть Новый Орлеан. Соломон, Майлз и Курт пытались остановить его, но они думают, что на этом все не прекратится. Люди знают, что он отправился к нам.

На лице Кристиана отразился испуг, когда он проглотил последний кусок торта.

— Почему они хотят удержать Кейна в Новом Орлеане?

— Чтобы наказать его, — сказал Винсент. Он остановился и тяжело вздохнул.

Линкольн кивнул.

— Вин прав. Он увидит, что наделал, когда наступит рассвет. Это может уничтожить его.

— Что такого сделал Кейн, чтобы наказывать его так сурово? — спросил Бо.

— Соломон не вдавался в подробности, а я не спрашивал. Полагаю, Кейн расскажет нам всю историю, когда доберется сюда.

— Если доберется, — поправил Винсент.

Линкольн взглянул на часы.

— Соломон звонил два часа назад. Путь из Нового Орлеана до нас занимает три часа на машине, но Кейн идет пешком. Он пойдет через болота и подальше от магистралей, так как его преследуют.

— Тогда мы должны приготовиться. Кейн может быть здесь в любую минуту, — сказал Кристиан.

Вин оперся руками о спинку стула.

— У меня плохое предчувствие, что он не появится здесь раньше завтрашнего вечера. К тому времени он уже изменится. Прежде, чем мы успеем запереть его в клетке.

— Что означает, что мы должны заступить в патруль сегодня же ночью, — сказал Бо. — Мы предупредим всех кого сможем. Кого не сможем, за теми будем приглядывать.

Винсент и Бо вышли из кухни. Линкольн встал, и задвинул стул под стол. Он повернулся и обнаружил Кристиана, преградившего ему путь.

— Нам нужна будет твоя помощь.

Линкольн нахмурился и скрестил руки на груди.

— Когда было такое, чтобы я отказывался помогать?

— Никогда. С другой стороны, до сегодняшнего дня Ава Леде не входила в твою жизнь. Другие, может и не заметили этого, но я увидел, Линк.

— Что конкретно ты увидел? — Он думал, что проделал адски сложную работу, скрывая свое желание.

Кристиан поднял темную бровь.

— Твое желание защитить ее. Это может привести и ее — и тебя — к гибели.

— Ничего подобного не случиться.

— Сосредоточься на ней, когда Кейн будет в клетке. А пока что, сделай нам одолжение — забудь о ней.

Если бы это было так просто.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Ава была настолько погружена в свои воспоминания о ночи, когда ее отец ушел и никогда не возвращался, что осознала, что они добрались до места назначения только, когда Мария похлопала ее по плечу.

— Выходи, шэ, — произнесла она и открыла заднюю пассажирскую дверь.

Ава вышла из грузовика и схватила свой чемодан. Она закрыла дверь и вздохнула, прежде чем повернуться к Оливии.

— Если бы я знала, что ты встречаешься с Чиассоном, я бы не приехала.

— Тогда хорошо, что этот факт всплыл только сегодня. — Оливия мягко улыбнулась. — Ты имеешь полное право на свой гнев, но я не верю, что ты злишься на Винсента или любого другого брата Чиассон.

— Я злюсь на то, что они сделали, что заманили моего отца. Я в бешенстве, что он связался с этой охотой, и мне жаль, что его сводный брат был убит чем-то настолько ужасным. Но ты права. Я очень разгневана на своего отца. Он бросил нас.

— Ты не знаешь этого наверняка, — заявила Оливия. — Ты слышала парней. Твой отец постоянно говорил о тебе и твоей маме. Он охотился, чтобы обезопасить вас. Такие мужчины как он не уходят из семьи.

— Тогда где его носит последние четырнадцать лет? — Ава так устала гадать об этом.

Оливия взяла чемодан Авы и обняла ее за плечи, ведя к дому.

— Надеюсь, мы скоро выясним это. Значит, ты за этим приехала сюда?

Ава кивнула и посмотрела на белый дом. Они завернули за угол, и она увидела длинный причал, который тянулся до самого болота. Как и большинство домов в этой местности, у него была большая веранда с видом на воду.

Они поднялись по ступенькам, прошли через веранду, и вошли внутрь. Мария использовала каждый сантиметр пространства, но дом имел оригинальный вид.

Ава мгновенно почувствовала себя как дома. Также помогла забота Оливии и Марии. Оливия оставила ее чемодан в задней комнате, а Мария жестом указала на одно из мягких кресел в гостиной.

Дом, построенный почти сто лет назад, имел большие просторные комнаты для оптимизации потока воздуха и сохранения прохлады. Не успела Ава сесть, Мария тут же сунула ей кружку.

— Кофе с молоком. От него Оливии всегда становилось лучше, — сказала она, подмигнув.

Ава улыбнулась и выпила кофе, в котором было слишком много молока, но это сделало то, чего добивалась Мария — заставило ее расслабиться.

Когда Оливия присоединилась к ним, Мария протянула и ей кофе. Некоторое время все трое мирно потягивали напиток, пока Оливия не опустила кружку.

— Ты сказала, что ты и твоя мама прожили здесь еще год, прежде чем уехать. Что случилось?

Ава вспомнила ту ночь, будто это было только вчера.

— Это произошло на следующий день после Рождества. Мама бралась за любую работу, которую только могла получить. Было время, она работала на трех работах, чтобы оплатить счета и прокормить нас. Каждое утро я просыпалась с мыслью, как же хочу увидеть папу. Я знала, на рождественской неделе что-то произойдет. Мама постоянно пересчитывала деньги, которые прятала в ящике.

— Она готовилась увезти тебя, — сказала Мария.

— Да. — Хотя тогда Ава этого не понимала. — Утром после Рождества я увидела на ее лице смирение, смешанное с решимостью. Она сказала мне собирать вещи. Мама не спала всю ночь, пакуя все, что только могла увезти. Через шесть часов все было собрано, и мы отправились в Техас. Я проплакала всю дорогу. Последний лучик надежды, что папа вернется, исчез где-то на магистрали I-10, когда мы ехали по Техасу.

— У твоей мамы были свои причины уехать. Думаю, ей нужен был новый старт, — сказала Мария.

Оливия повела плечом.

— Не знаю. Увезя дочь Джека подальше? Что если он вернулся в ту ночь и не имел понятия, где их искать?

— То же самое я говорила маме, — сказала Ава. — Она отвечала, что он больше года мог вернуться домой, но не сделал этого, значит, мы ему не нужны.

Мария покачала головой и встала на ноги.

— Это сложный вопрос. Я собираюсь проведать Грейс и оставлю вас одних. Не попадайте в неприятности, — сказала она, схватила сумку и вышла из дома.

Ава посмотрела на Оливию и разразилась смехом.

Оливия отставила кружку и потянулась за ноутбуком.

— Я тут подумала. Должны же быть хоть какие-то данные о твоем отце. В наши дни люди не могут чихнуть, не засветившись где-нибудь.

Ава сглотнула, ее переполнили эмоции.

— Я как-то пыталась отыскать его, но это было в Далласе. Я даже наняла частного детектива.

— Он нашел что-нибудь?

— Ничего. Вот почему я приехала. Я поняла, если есть шанс найти папу, то лучше начать с Луизианы.

— Значит, мы должны найти его, — сказала Оливия с ободряющей улыбкой.

~ ~ ~

Спустя два часа поисков в интернете и нескольких звонков Оливии, Ава не выдержала и вышла на улицу. И она точно знала, куда хочет пойти.

— Могу я одолжить ключи от твоего грузовика?

Оливия не колеблясь, бросила их ей.

— Конечно. Хочешь, чтобы я поехала с тобой?

— Ни в этот раз. Мне нужно побыть немного одной.

Оливия встала и прошла с Авой до двери.

— Я не хочу навязываться, но куда ты собралась? Я спрашиваю, потому что мой мужчина и его братья — охотники, а ночь вот-вот вступит в свои права.

— Я еду в дом, в котором выросла.

— В Лафайет?

— В предместье. Я ненадолго.

Оливия обняла ее.

— Держи телефон при себе. И позвони, как только соберешься назад.

— Обязательно, — пообещала Ава и вышла из дома.

Она глубоко вздохнула, когда села в грузовик. Увидеть дом ее детства было тем, что она должна была сделать — независимо насколько это больно.

~ ~ ~

Линкольн засел в роще кипарисов и осматривал просторы болота. Он был рад, что после восьми еще не темнело. Это давало ему больше времени отыскать Кейна при свете.

Все их друзья были уведомлены оставаться по домам этой ночью, а некоторые даже предложили помощь в поисках Кейна.

Прошло много лет с тех пор как он или его братья видели их кузенов из Нового Орлеана. Та ветвь семьи, в основном, всегда держалась отстраненно, он не винил их за это. Он бы сделал так же, если бы жрица Вуду прокляла всю их семью быть вервольфами.

Линкольн смотрел на заходящее солнце. У него было еще минут двадцать, прежде чем начнут сгущаться сумерки, и настанет жуткое время между днем и наступающей тьмой. Многие люди не понимали, что это самое опасное время для прогулок.

Он слегка оттолкнул рукой каймановую черепаху, чтобы она ползла в другую сторону. Угасающее солнце отражалось в глазах большого аллигатора, отдыхающего на берегу, его взгляд не отрывался от Линкольна.

— Даже не пытайся, — предупредил он аллигатора. — Я уже поел сегодня вечером, но если ты настаиваешь, могу взять тебя домой на обед.

Проблема заключалась в том, что ни один из Чиассонов не мог убить Кейна. Он семья, и обратился к ним за помощью. Это не вина Кейна, что за ним неотступно следит группа, которая хочет посмотреть, как он убивает ради забавы.

Линкольн был готов отследить тех идиотов, связать их, и позволить Кейну разобраться с ними. Они этого заслуживали, — по их вине он мог убить невинного человека.

Его мысли сразу же обратились к Аве. Он знал, что она в безопасности с Оливией. Также Винсент стоял в дозоре рядом с ее домом. Ава более чем защищена. Все же, Линкольн не мог успокоить щемящее чувство сомнения в своем животе. Он хотел увидеть ее собственными глазами, чтобы знать с непоколебимой уверенностью, что с ней все в порядке.

Но этого не случиться. Он доверял Оливии и Винсенту.

Линкольн затих, вода пошла рябью рядом с ним, когда он заметил какое-то движение недалеко от берега. Он медленно достал свои ножи и затаился.

У него было больше шансов встретить Кейна здесь на окраине Кроули, или группу, следующую за его кузеном. Технически полная луна наступит лишь завтра, но каждый, кто охотился на вервольфов, знает, что превращение наступает за день до и на следующий день после полнолуния.

Чем ниже садилось солнце, тем выше поднималась луна. Будет сложно заманить Кейна в клетку до наступления ночи. А Линкольн не мог рассчитывать на помощь своих братьев. Все были рассредоточены в широком диапазоне для максимально быстрого поиска Кейна.

Но это также делало их незащищенными. Что будет очень дерьмово, когда наступит ночь.

Кусты снова зашуршали. Линкольн сжал ручку ножа и стал ждать. Минуту спустя, неторопливо шедший енот остановился и встал на задние лапы, гневно что-то лопоча ему. Через секунду он убежал.

Линкольн выдохнул, и случайно глянув вниз, заметив, что вода вокруг его ног двигается. Обернувшись, он вовремя заметил, как аллигатор ушел под воду в пяти шагах от него.

— Охренеть, — пробурчал он.

Второй аллигатор скользнул в воду слева от него.

— Черт бы меня побрал, — зашипел он.

Не теряя времени, Линкольн вылез из болота. Как только он оказался на суше, оба аллигатора уплыли прочь. Черт возьми, он ненавидел полнолуние. Животные сходили с ума.

Он взглянул в небо и поморщился, когда увидел, что солнце почти село. Все отливало золотым светом, включая воду. Это было великолепное зрелище. Также это было предвестием наступления плохих событий.

Все на что Линкольн мог надеяться, так это то, что Кейн будет единственным, на кого они будут охотиться в это полнолуние. Если нет, то все усложнится.

На болоте было тихо, звук подпрыгивал над водой, что позволяло ему слышать крики волнения и страха. Линкольн убрал ножи в ножны, закрепленные на ногах, и побежал в сторону криков.

Линкольн наклонялся под ветками и углублялся в заводь. Он перепрыгнул заборы, преодолел частную собственность, и побежал самым кратчайшим путем, который знал. Когда он осилил последний деревянный забор, он увидел Кристиана, стоявшего рядом с Полом Будро, который лежал на земле, неподвижно.

— Рад, что ты здесь, — сказал ему Кристиан, его арбалет был заряжен, он не сводил взгляда с большой тени перед ним.

Линкольн медленно выпрямился и вытащил оружие.

— Это Кейн?

— Я не знаю. Я нашел Пола прямо тут, и заметил нечто большое. Трудно сказать точно в этом проклятом сумраке. — Кристиан вздохнул. — Думаю, это был Кейн.

— Будем надеяться, что это так. Я не хочу охотиться на что-то еще.

Линкольн быстро осмотрелся. Эта была дремучая часть с высокими соснами и гигантскими дубами. Идеальный район чтобы спрятаться. Он мог напасть на них сверху, или из многочисленных теней.

В общем, это была отстойная ночь.

Линкольн кивнул, чтобы привлечь внимание брата. Он указал Кристиану, чтобы тот оставался на месте, в то время как сам отправиться искать существо. Кристиан кивнул в знак понимания.

Осторожно и молча, Линкольн сделал шаг в сторону и медленно пошел вокруг большой тени. Оказавшись позади нее, он услышал безошибочный рык вервольфа, прежде чем он выпрыгнул из тени на него.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Ава понимала, что вновь увидеть свой дом будет, словно получить удар под дых, но предполагать и пережить — это две разные вещи. Она стояла на обочине дороги, и долго просто сидела в машине, смотря на дом. Когда она покидала этот дом, он был желтого цвета с белой отделкой. Теперь маленький дом был песочного цвета с темной отделкой. На окнах появились жалюзи.

Изменилось не только это. Вместо розария ее мамы, росли кусты лагерстремии и гемерокаллиса. Дорожка, вымощенная камушками, которую она помогала укладывать отцу от подъездной дороги, исчезла. Теперь дорога была заасфальтирована.

Больше не было слез плакать. Ава выплакала все много лет назад, но это не мешало грустить о прошлом. Ее родители были счастливы здесь.

Они все были счастливы здесь — до того как все рухнуло.

Если она хочет двигаться дальше и закрыть дверь в свое прошлое, она должна найти отца. Не важно, как много времени это займет, не важно, что ей придется сделать, она узнает, где он.

Ава съехала ниже на своем сиденье, когда открылась дверь дома и вышла молодая пара и направилась к своему внедорожнику. Ава подождала пока они уедут и только после этого подняла голову. Она собиралась завести грузовик, когда посмотрела на дом. Подождав пока фары внедорожника, исчезнут из виду, она вышла из машины и встала на улице.

Район сильно разросся за четырнадцать лет, но она приехала, ни ради этого. Ее ноги словно застревали в бетоне, пока она переходила дорогу и встала в ярде от двора, в котором играла в детстве.

Прошло несколько минут, прежде чем она набралась смелости ступить на траву. Стоять во дворе было более чем странно. Она помнила, что он был больше. Хотя когда ты ребенок, все кажется больше.

Она улыбнулась, вспомнив, как папа учил ее кататься на велосипеде по улице. Она вспомнила, как на Хэллоуин они ходили по соседям и спрашивали конфеты, и как праздновали Марди Гра[1].

Именно эти воспоминания она хотела удержать, а не ту ночь, когда ушел ее отец.

Когда она очнулась от путешествия по воспоминаниям, она удивилась, что стало уже темно. Оливия будет волноваться. Ава повернулась к фургону и вытащила телефон из заднего кармана.

Не успела она сделать три шага и позвонить Оливии, как кто-то напал на нее сзади. Телефон вылетел из рук и с глухим стуком упал на дорогу. Один мужчина держал ее за руки сзади, а другой подошел к ней спереди.

Ава подняла обе ноги и лягнула переднего нападающего. Как только ноги оказались на земле, она откинула голову, ударив человека сзади. Он отпустил ее с диким проклятьем. Ава повернулась и ударила его в челюсть, отчего он распластался на земле.

Она побежала к грузовику, когда еще двое мужчин бросились к ней. Как же ей пригодились все ее занятия тхэквондо, джиу-джитсу и карате.

Они пытались схватить ее, отчего их было легко блокировать и наносить быстрые удары ногами и руками. Затем они изменили тактику, нанося удары в ответ, отчего ей пришлось сменить стратегию.

Она сбила еще одного с ног, и осталось еще двое, когда что-то ударило ее сзади.

~ ~ ~

— Линк! Черт тебя дери. Очнись!

Линкольн поморщился и оттолкнул руку трясущую его.

— Проклятье, хватит.

— Тогда ты должен очнуться, — сказал Кристиан, но отпустил его.

Линкольн осторожно сел.

— Что во имя ада произошло?

— Кейн, вот что.

Линкольн нашел ножи и снова засунул их в ножны.

— Он не навредил мне.

Кристиан насмешливо фыркнул.

— Да неужели? Я бы сказал, вся боль досталась твоей заднице.

— Он не напал на нас, братишка. Он не разорвал Пола в клочья. Думаю, это хороший знак.

Не успели слова сорваться с его губ, чудовищный вой оборотня разрезал воздух.

Кристиан сжал губы.

— Если бы он был в своем уме, он бы подумал, прежде чем делать это.

— Он направился дальше. Мы должны следовать за ним, — сказал Линкольн, поднимаясь на ноги. — Берем, Пола и пошли.

Линкольн взвалил Пола на плечо, и двинулся за Кристианом с арбалетом.

— Дом Марии ближе всего, — сказал Кристиан.

Линкольн не стал спорить. Пол был тяжелым, а им еще надо поймать Кейна. При таких условиях, вопрос времени, когда Кейн убьет кого-нибудь.

К тому времени как они увидели огни дома Марии, пот заливал глаза Линкольна и катился по спине. Не было необходимости звонить Винсенту. Он скоро увидит их и придет в дом, чтобы узнать что случилось.

Кристиан просвистел как птичка, и через секунду на веранде показалась Оливия. Заметив их, она открыла дверь и жестом подозвала, прежде чем броситься к двери дома и распахнуть ее.

— Он ранен? — спросила она.

Кристиан покачал головой.

— Просто оглушен.

Оливия указала на диван и сказала Линкольну:

— Клади его сюда.

— Где Мария? Полу могут понадобиться ее травы, когда он очнется, — спросил Линкольн.

— Она у Грейс, — сказала Оливия. — Я позвонила ей после того, как Вин сказал мне, что происходит с Кейном, так что она решила остаться на ночь с Грейс.

Кристиан встал в дверном проеме.

— Возможно это к лучшему. Когда ты последний раз разговаривала с Вином?

— Несколько часов назад, он сказал, что будет патрулировать этот район.

Линкольн с благодарностью принял стакан воды, который Оливия протянула ему, озираясь вокруг ожидая увидеть Аву. Было не так уж много места, чтобы спрятаться.

— Ее здесь нет, — произнесла Оливия.

Линкольн резко дернул головой в ее сторону.

— Что?

Кристиан высказал вереницу проклятий и вышел на веранду.

Линкольн думал, что Ава в безопасности с Оливией. Она должна была быть здесь.

— Почему ты позволила ей уйти?

Ее черные глаза сузились на него.

— Я узнала о Кейне уже после того, как она ушла, и это случилось потому, что ни один из вас не удосужился сообщить мне об этом несколько часов назад.

Линкольн закрыл глаза и представил тысячи ужасных сценариев, которые могли случиться с Авой. Она могла знать о сверхъестественных существах, и ее семья могла охотиться на них, но она не должна была оказаться среди них. И он знал, она не сможет защитить себя.

— Я звонила ей, — сказала Оливия сдавленным голосом.

Линкольн поднял голову и впервые увидел ее такой изможденной. Он почувствовал себя глупцом, обвиняя ее.

— Куда она пошла?

— В дом, в котором выросла, рядом с Лафайет.

Она могла быть где угодно. Линкольн потер затылок. Беспокойство, что он чувствовал, увеличилось. Он знал, что что-то не так. Он не должен был игнорировать инстинкты.

— Линк? — произнес Винсент, стоя в дверях.

Линкольн прошел на кухню и включил воду. Он несколько раз ополоснул лицо, прежде чем выключить воду и выйти из дома.

— Линк! — позвал Винсент.

— Я должен найти ее. Кейн не навредил нам, но думаю сейчас, он способен на это. Он разорвет ее в клочья.

— Линкольн.

Он повернул лицо к старшему брату.

— Даже не пытайся остановить меня, Вин.

— Будь осторожен.

Линкольн опустил глаза, весь его гнев улетучился от беспокойства в голосе Вина.

— Постараюсь.

К ним подошел Кристиан.

— Отыщи Аву. Мы будем следить за Кейном.

Было лучше, когда они работали вместе, но Линкольн понимал, нужно как можно быстрее найти Кейна и им некогда его ждать.

— Как только привезу Аву назад к Оливии, я присоединюсь к вам.

— Разумный план, — сказал Винсент.

Кристиан ехидно ухмыльнулся.

— Только не позволяй снова надрать тебе задницу. Меня не будет рядом, чтобы привести тебя в чувства.

— Этого не случиться, так как мне не придется присматривать за тобой, — поддразнил он в ответ.

Улыбка сошла с его лица, потому что все знали, как быстро они могут лишиться жизни от этой работы.

— Возвращайся к нам, — приказал Винсент.

Те же слова мама говорила отцу, когда он уходил на охоту.

— Убедитесь, что Бо приготовит что-нибудь вкусненькое. Я уже голоден.

— Я могу пойти с тобой, — предложил Кристиан.

Линкольн покачал головой.

— Вы оба, ты и Бо нужны Вину чтобы схватить Кейна. Он быстр и угрожающе силен. Убедись, что он не укусит вас.

— И ты тоже, — сказал Винсент. — Одной семейки-оборотней достаточно в нашем роду.

Линкольн повернулся на каблуках и вышел во тьму. Жизнь Авы в опасности, и будь он проклят если не найдет ее.

~ ~ ~

Ава очнулась и тут же схватилась за голову. Такое чувство, будто миллионы маленьких людей внутри били в барабаны. Она застонала и села. Сквозь боль в голове она пыталась понять почему чувствует траву и листья под руками. Ее сердце забилось медленной, тошнотворной дробью, когда она оглянулась и обнаружила себя посреди поля, а машины Оливии нигде не было видно.

Она поднялась на ноги и почувствовала синяки от борьбы с мудаками, которые прыгнули на нее. Но зачем? Зачем они привезли ее сюда?

Она посмотрела налево и увидела открытое поле. Справа деревья. В свете почти полной луны она могла различить кипарисы, а это означало, что она находиться близко к воде.

Болото было за этими деревьями. Водяные щитомордники, аллигаторы, каймановые черепахи, и много других видов обитателей этой местности поджидали ее в ночи. Но деревья защищали ее немного больше, чем открытое поле.

Ава сделала шаг к деревьям, постоянно оглядываясь по сторонам. У нее не было оружия, и телефона, чтобы позвонить Оливии. Она была предоставлена самой себе, и была в ужасе.

У нее был топографический кретинизм. Не считая того что она не была здесь уже много лет, так что она не представляла в какую сторону идти, чтобы отыскать дорогу или даже дом. Она может ходить днями, если пойдет не в том направлении.

Ава выдохнула, когда добралась до деревьев. Она оперлась на одно из них и прижала голову к коре. Похоже, это будет самая долгая ночь в ее жизни.

Комары были неумолимы в своем желании выпить ее кровь. Каждый шорох листьев или всплеск воды заставлял подпрыгивать. Ава не имела ни малейшего представления как долго просидела у дерева, когда на болоте наступила мертвая тишина. Даже не было слышно жужжание комара.

И тут она поняла, что что-то охотиться за ней, следит за ней.

Опершись о дерево, Ава встала на ноги. Ее сердце заколотилось в груди, когда она услышала низкий, утробный рык, очень похожий на волчий.

Но в Луизиане не водятся волки. Значит…, это было нечто иное.

Если бы она не была так напугана, она бы сорвалась.

Она услышала, как слева треснула ветка. Повернув голову, она заметила, как что-то большое движется в тени.

Внезапно чья-то рука зажала ей рот.

— Не двигайся.

Ава чуть не упала в обморок, когда услышала голос Линкольна. Ее окатили волны облегчения от осознания, что она больше не одна. Затем до нее дошло, что происходит нечто сверхъестественное, и она запаниковала.

— Спокойно, — прошептал Линкольн возле ее уха. — Это мой кузен подкарауливает нас. Я не позволю ему навредить тебе, но и не могу убить его.

Ава повернула голову, чтобы посмотреть, не лишился ли он ума. На кону стояли их жизни.

— Мы попытаемся убежать от него, — сказал он когда его голубые глаза встретились с ее. — Сейчас!

————————

[1] Марди Гра («жирный вторник») чем-то напоминает русскую Масленицу. Эти народные гуляния проходят перед Пепельной средой, с которой начинается Великий пост у католиков.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Чистая удача, что Линкольн наткнулся на Аву. Он пересекал поле, когда случайно уловил движение краем глаза. Он шел, чтобы предупредить домовладельцев, когда заметил каштановые волосы в лунном свете. Ужас, паника, охватившая его, была необъяснима.

Он крепко держал ее за руку и тянул за собой, пока они неслись через болото.

Линкольн оглянулся и увидел, что огромный вервольф сокращает расстояние между ними. На открытой местности они были всего лишь приманкой, и только серебро способно остановить оборотня.

Но серебро убьет Кейна.

Есть лишь одно место, где они могут быть в безопасности. Если успеют вовремя.

— Быстрее! — закричал Линкольн, когда Ава споткнулась, но быстро восстановила равновесие.

Ее янтарные глаза были дикими от страха. От пота волосы липли к шее. Девушка крепче вцепилась в его руку. Она не кричала, не спрашивала, что гонится за ними. Она просто бежала.

Линкольн не повел их по воде, потому что это бы замедлило их и позволило Кейну нагнать их. Оставшись на суше, им пришлось преодолевать длинный круг, а это снижало их энергию.

Прошли годы, с тех пор как Линкольн был здесь, и он молился, силясь вспомнить, где это было. Пробегая мимо очередного дерева, он заметил белый крест, и это придало ему надежду.

— Еще немного, Ава, — побуждал он.

Они не замедлялись, зато Кейн увеличивал скорость, будто знал, что они собирались добраться до места, куда он не может ступить. Линкольн достал ножи и сильнее тянул Аву. До места оставалось чуть меньше ста метров, но с такой скоростью, с которой двигался Кейн, им никогда не достичь его. Добежав максимально близко Линкольн, толкнул Аву вперед.

— Оставайся возле дуба с крестом! — прокричал он.

Он повернулся, чтобы схватиться с Кейном, когда большая лапа врезалась в него.

~ ~ ~

Ава продолжала бежать, надеясь увидеть дуб с крестом. Она практически врезалась в него, когда споткнулась обо что-то и протянула руки, чтобы не упасть. Тогда она и увидела серебряный крест, свисающий с ветки раскидистого дерева.

Она повернулась, чтобы отыскать Линкольна и втянула воздух, увидев, то, что преследовало их. Это был черный волк на стероидах. Он был раза в три больше обычного волка.

Его желтые глаза, казалось, видели все, а размер его лапы поразителен, достаточно большой, чтобы одним ударом снести человеку голову. Но когда он зарычал и обнажил зубы — ее сердце пропустило удар.

Линкольн лежал на земле, а зверь кружил вокруг него. Она сосредоточилась на движущемся волке. Ава сделала полшага от дерева.

Это небольшое движение обратило внимание волка на нее. Он уставился на девушку, словно присматривался к следующему блюду. Она в жизни никогда не была в таком ужасе, но она должна дать Линкольну достаточно времени, чтобы он смог добраться до дерева.

Она сделала еще шаг, и могла бы поклясться, что волк улыбнулся в предвкушении. Ее храбрость стремительно убывала и она не была уверена, как долго сможет выдержать. Быстрый взгляд на Линкольна показал, что он наблюдает за ней в недоумении. Он моргнул и взглянул на волка, прежде чем перекатился в ее сторону два раза и вскочил на ноги.

В тот же момент волк сошел с ума, перебирая лапами землю и яростно щелкая пастью, его рычание было утробным и озлобленным.

Ава бросилась к Линкольну и обняла его. Только благодаря ему, она была жива. Зверь мог разорвать ее на куски.

— Теперь мы в безопасности, — прошептал Линкольн, но она заметила, что он сжимал ее также крепко, как и она его.

Он отстранился и обхватил ее лицо своими ладонями и повернул его в одну сторону затем в другую.

— Ты ранена? Кейн задел тебя?

— Нет, — прошептала она, ее грудь все еще вздымалась от безумного бега.

Руки Линкольна были нежными, а взгляд опустился к ее губам. Ава знала, что должна оттолкнуть его, но после того как она была на волосок от смерти ей требовалось почувствовать что-то. Именно поэтому она не отвернулась, когда его голова опустилась к ней. Губы Линкольна были мягкими и настойчивыми, когда он целовал ее. Его руки погрузились в ее волосы, крепче прижимая к себе.

Стон, вырвавшийся из его груди, заставил ее задрожать от нетерпения.

Желание обжигало ее, когда она прижалась к нему ближе. Поцелуй углубился и выходил из-под контроля. Ава была готова отдаться ему — пока волк не клацнул зубами, вырывая ее из пелены страсти.

Ава прервала поцелуй, отступая от Линкольна. Он медленно опустил руки, но не сводил с нее глаз. В то время как ее сердце выпрыгивало из груди, а тело требовало больше его поцелуев, он стоял спокойно и не двигался.

Лишь огонь, пылающий в его ярко голубых глазах, говорил ей, что он тоже борется с желанием внутри себя.

Ава сглотнула и отвернулась. Линкольн был горячее любого парня, с которым она когда-либо встречалась, и его поцелуи могли заставить ее тело плавиться,… но он был охотником. Она отказывается проходить через это снова.

— Скажи мне, как дерево с крестом поможет нам?

Он сделал к ней шаг и, взяв Аву за подбородок, приподнял ее лицо, чтобы она посмотрела ему в глаза.

— Слушай внимательно, Ава. Мы находимся на святой земле. Пока мы остаемся тут, ты не пострадаешь. Поняла?

Она кивнула.

— Большой волк.

— Оборотень, — поправил он. Линкольн опустил руки и тяжело вздохнул, посмотрев на создание. — И он также мой кузен.

Ава припомнила, что он говорил об этом прежде, чем они пустились в бегство, но она была слишком поглощена борьбой за выживание, чтобы думать об этом.

— Родственник?

— Новоорлеанская ветвь. Лару. Родоначальник клана Чиассон приехал в Луизиану не один. Он взял с собой брата. И сестру.

— Понятно.

— Его зовут Кейн, — сказал Линкольн и указал на черного вервольфа. — Пару сотен лет назад семья Лару вызвала на себя гнев жрицы Вуду. Она прокляла их семью быть оборотнями до скончания времен.

— Должно быть, они ее сильно разозлили.

— По правде сказать, я никогда не интересовался тем, что они сделали. Они не говорят об этом. Даже с семьей.

Ава посмотрела на Кейна, который ходил вдоль невидимого барьера, окружающего дуб.

— Почему Кейн пустился в путь, если знал, что превратиться?

— Когда вервольфы оборачиваются, они понимают, что происходит. Они помнят, кем являются. Когда обращаются Лару, они убивают только оленей или коров. Никогда людей.

Ава вздернула бровь.

— Хочешь напомнить ему об этом?

Линкольн подошел к дубу и соскользнул вниз по дереву, пока не уселся на землю.

— В том-то и дело. Кажется, кузен ничему не научился у своих родных. Кейн умудрился разозлить еще одну жрицу. Она изменила его проклятье, так что теперь, когда он меняется, то забывает, что на самом деле человек и убивает все что попадется ему на пути.

— Но он не убил тебя.

— Нет, — задумчиво сказал Линкольн. — Не убил.

Ава вздрогнула, несмотря на жаркую ночь, когда вспомнила, как волк казалось, сосредоточился на ней.

— Он убил бы меня.

— Как, черт возьми, ты вообще оказалась на том поле?

— На меня напали. Люди появились из ниоткуда, — сказала она, и обхватила себя руками.

— Ты не должна была уезжать одна.

Ава уставилась на него, и неважно, что его каджунский акцент заставлял ее кровь плавиться.

— Что б ты знал, их было пятеро. Я знаю, как постоять за себя. Я уложила нескольких, прежде чем им удалось скрутить меня.

Линкольн медленно улыбнулся, отчего в ее животе затрепетало… что это, волнение и радость? Боже, она надеялась, что нет. То, что ее безумно влекло к нему уже очень плохо. Последнее что ей требовалось так это искать его одобрения.

— Ты разглядела людей?

— Нет. — А ей следовало бы. — Они все были в черном и полны решимости схватить меня. Когда я очнулась, то оказалась посреди поля.

Линкольн убрал несколько выбившихся прядей волос.

— Это чистая удача, что я вообще тебя заметил.

Ава посмотрела на вервольфа — Кейна — и увидела, что тот не сводит с нее взгляд.

— Где твоя машина?

— Я шел пешком.

— Что? О чем ты только думал, идя пешком? Быстрее всего лучше передвигаться на машине.

— Возможно, — растянуто произнес он. — Но если бы я был на грузовике, то ехал бы по дороге в милях от тебя, и не увидел бы тебя.

— Оу. — Она посмотрела на огромные лапы оборотня.

— Кроме того, на ногах проще что-то отслеживать, чем на машине.

— Такое ощущение, что ты искал Кейна.

— Я выслеживал не его. Я шел за тобой.

Ава резко взглянула на него. Он искал ее. Она не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то думал о ней. Она была сама по себе так долго, что забыла, каково это когда кто-то беспокоиться о тебе.

Ей было не по себе от прямого взгляда Линкольна. Будто он знал, как она потрясена. Ава сглотнула и сказала:

— Я потеряла мобильник. Ты можешь позвонить Оливии или своим братьям, чтобы они забрали нас?

— Нет. Мы не берем на охоту телефоны. Из-за звука рингтона или даже вибрации мы можем погибнуть.

— Как же мы тогда уйдем отсюда? — Она не будет паниковать. Она не будет паниковать.

— Никак.

Она в панике.

Ава отвернулась, ее разум воспроизвел все, что с ней произошло. Она должна установить дистанцию между ней и Линкольном.

Вот она ходит, а в следующую секунду — наткнулась на черный мех и белые зубы. Не успев охнуть, она оказывается на спине, и над ней нависает Линкольн с убийственным выражением лица.

— Ты что чокнулась? Жить надоело? — заорал он.

Ава моргнула, не понимая, что вообще происходит. Затем ее мозг вообще перестал работать, когда она ощутила приятную тяжесть Линкольна. Прежде чем она смогла осознать, что ее тело мгновенно и предательски отреагировало, Линкольн вскочил на ноги и схватил палку.

Ава села и наблюдала, как он воткнул палку в землю и начал рисовать линию. Все это время волк рыл лапами землю и рычал.

Линкольн отшвырнул палку и схватил ее за руку. Подняв на ноги, он потащил ее к линии, которую начертил на земле.

— Не смей пересекать эту черту, если не хочешь стать обедом для Кейна. Как ты почти только что сделала.

Она проследила за линией и увидела, что она начерчена в двенадцати футах (ок. 3,6 м) вокруг дуба. Вервольф стоял по другую сторону линии.

Она повернулась и посмотрела на Линкольна.

— Спасибо, что спас мне жизнь. Снова.

Он повернулся к ней спиной и уставился на болото. Не то чтобы она упрекала его. Она чуть не убила себя. Не специально. Этого бы не произошло, если бы она знала, где заканчивается барьер. Если бы она не беспокоилась о том, что находиться с ним наедине — она бы не была такой тупицей.

Не-а. Вина полностью лежала на ее плечах.

Ава подошла к дубу и села на его корнях. Ночь превратилась в кошмар, и она просто хотела, чтобы это поскорее закончилось.

Проблема заключалась в том, что она боялась, что если она и Линкольн выживут, то не сможет устоять перед ним и его сексуальными, волнующими поцелуями.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Линкольн думал, что испытывал страх раньше, но это было до того как он увидел как Кейн ринулся к Аве. На долю секунды Линкольн испугался, что не успеет к ней вовремя. Он до сих пор не понимал, как добрался до нее раньше Кейна. Каким-то образом успел. Линкольн закрыл глаза и пытался успокоить бешено колотящееся сердце.

Если что-то случиться с Авой, это будет на его совести. Он должен оберегать ее. Первое что он должен был сделать обозначить границу, чтобы она знала, как далеко может отойти.

А что он сделал вместо этого? Поцеловал. И что это был за поцелуй! Он все еще помнил ее вкус, чувствовал жар ее тела.

Он хотел большего. Нуждался в большем.

Как и предупреждал Кристиан... Линкольн был вынужден сосредоточиться на спасении их жизней, а не на том, как сорвать с нее одежду и заняться с ней любовью.

Линкольн взглянул на Кейна и обнаружил, что желтые глаза кузена пристально смотрят на Аву. Если Кейн не помнил кто он, почему не поцарапал или не укусил его, когда была такая возможность? Почему Кейн просто сбил его с ног и направился к Аве?

Уже дважды этой ночью Кейн оставлял его в живых. Не то чтобы Линкольн жаловался, просто это не имело смысла. Кое-что в этой ситуации не сходилось, как бы он не старался взглянуть на нее.

Линкольн присел на пятки и начал рассматривать варианты. С одержимостью Кейна Авой и с его силой и скоростью, стоит им сделать шаг со святой земли, как он тут же нападет на них.

Даже болото не безопасно в полнолуние. Все животные — сверхъестественные и нет — находятся под воздействием полной луны. Единственный шанс выжить для них оставаться на святой земле до рассвета.

Линкольн посмотрел через плечо и увидел, что Ава уснула. Он бросился к ней, когда она начала заваливаться на бок и подхватил, прежде чем девушка упала. Он сел рядом с ней и обнял за плечи. Она вздохнула и прислонилась к нему, а Кейн сидел, не сводя с нее взгляда.

— Что же ты делаешь Кейн?

Вервольф мельком взглянул на него.

— Зачем тебе Ава? — прошептал он.

Линкольн взглянул на небо. До рассвета оставалось еще несколько часов.

~ ~ ~

Оливия расхаживала по комнате. Она снова набрала номер Авы, надеясь, что подруга ответит на этот раз. Вместо гудков, ее перенаправили прямо на голосовую почту.

Она остановилась и уставилась на телефон. Если она попадает сразу на автоответчик, значит, кто-то отключил сотовый Авы.

Оливия опустилась в кресло и закрыла глаза. Ава знала, чем занималась семья Чиассон. Она осознавала, что за существа бродят за окном, и не могла намерено подвергнуть себя опасности.

Но если кто и мог отыскать Аву, так это Линкольн. Оливия молилась, чтобы он успел до того, как случиться что-то плохое.

~ ~ ~

Линкольн распахнул глаза, когда услышал слабый свист. Братья нашли их. Линкольн облегченно вздохнул и посмотрел на Кейна. Кузен не двигался. Его уши шевелились, указывая, что он тоже слышал шум, но не отрывал взгляд от Авы.

— Будьте осторожны, — произнес Линкольн в ночь своим братьям. — Кейна, которого мы знаем, сейчас нет.

Кейн поднял морду и принюхался. Линкольн понял, он знает, что остальные здесь. Однако вместо того, чтобы пойти за ними, как и ожидал Линкольн, он остался на месте. Братья не могли издавать шума, что означало, говорить они не могли. Но к Линкольну это не относилось, так как он находился на святой земле.

— Кейн сосредоточен на Аве, но он знает, что вы там.

Линкольн улыбнулся, когда увидел каноэ, движущееся к нему по воде. Линкольн начал подниматься, когда Бо поднял руку. Линкольн нахмурился. Что задумали его братья?

Все еще находясь на глубине, Бо перестал грести. Кейн низко зарычал, но не пошел к нему.

— Нам снова звонил Соломон, — тихо произнес Бо, вода позволяла его голосу достичь Линкольна.

Беспокойство затопило Линкольна.

— Что он сказал?

Бо положил весло на колени.

— Им удалось схватить жрицу. С небольшим… толчком… от Соломона и его братьев, она выложила больше информации о том, что сделала с Кейном.

Линкольн посмотрел вниз на Аву. Ее глубокое, ровное дыхание указывало, что она все еще спала, и Линкольн был очень благодарен за это. Он снова повернулся к Бо и ждал, пока брат продолжит. Тот факт, что Бо замялся, подсказал Линкольну, что новости хуже, чем он предполагал.

— Кейн думает, что ушел из Нового Орлеана из-за угрозы убийства. Он не знает, что жрица послала его сюда.

— За нами? — спросил Линкольн. — Потому что у него была два шанса убить меня, но он не сделал этого.

— Нет. Ему дали определенную цель.

Сердце Линкольна перестало биться. Он точно знал, кто был целью — Ава. Но почему? Насколько он знал, Ава впервые вернулась в Луизиану с тех пор как была подростком. Почему жрица Вуду нацелилась на нее?

Ответ он найдет, когда наступит рассвет. Он поклялся, что будет тем, кто защитит Аву.

— Это не все, — сказал Бо.

— Что может быть хуже этого? — спросил Линкольн. — Кейн пришел за Авой. Мы знаем почему?

Бо покачал головой.

— Линк, если Кейн убьет человека, то навсегда останется вервольфом. Или пока его не убьют.

Чем дальше, тем хуже. Проклятье.

— Соломон убил жрицу? — сквозь зубы спросил Линкольн.

— Они держат ее в живых в надежде, что смогут… убедить ее снять проклятье.

Линкольн выдохнул.

— Мы поговорим с Кейном, как только рассветет, и выясним, почему его послали за Авой.

— Этого не произойдет.

Линкольн покачал головой.

— Не могу поверить, что эта сука сотворила что-то еще.

— Она сделала так, что Кейн останется оборотнем на весь лунный цикл в это полнолуние. Он не вернется обратно в человеческое обличье на рассвете, Линк.

— Тогда как, черт возьми, я должен доставить Аву домой?

— Никак. Кейн последует за ней в Ад, если придется. Вы должны оставаться на святой земле. — Бо бросил сумку на берег. — Немного еды. Один из нас будет рядом наблюдать за ситуацией. Мы вернемся и принесем больше запасов позже.

— Ава сказала, что на нее напало пятеро мужчин. Посмотри, что вы сможете узнать об этом. Мне нужны эти мудаки.

Улыбка Бо была полна озорства.

— Только если я не доберусь до них первым.

Линкольн кивнул брату и наблюдал, как Бо разворачивает каноэ и уплывает. Гнев закипал в Линкольне. Если Соломон и остальные не убьют жрицу, он поедет в Новый Орлеан и лично прикончит ее.

Он не хотел думать о том, как скажет Аве, что им придется провести еще две ночи — и день — здесь. Ава была городской девчонкой. Может она и могла постоять за себя, но он был уверен, что кемпинг это не ее.

Две ночи…

Наедине...

С Авой...

Как во имя ада он сможет держать руки подальше от нее? Особенно, когда она использует его в качестве подушки? Это будут самые долгие тридцать шесть часов в его жизни.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Ава проснулась с затекшей шеей. Она схватилась за нее и, открыв глаза, увидела болото. Дерьмо на тосте. Это не было сном. На нее действительно напали люди в черном, затем преследовал вервольф и… поцеловал Линкольн Чиассон.

В этот момент она поняла, что ее голова покоиться не на ком ином, как на Линкольне собственной персоной. В животе затрепетало от мысли, что она провела часы рядом с ним...

Рядом с этими твердыми мускулами...

С этой горячей кожей...

С этим сексуальным совершенством...

Ава медленно села, и увидела, что Линкольн смотрит на нее с мрачным выражением лица.

— Что? Я что храпела?

Одна сторона его губ поднялась в улыбке.

— Один раз. Ну, может два.

О боже. Он шутит? Ава искренне надеялась, что да. Она осторожно потянула шею и незаметно проверила рот, чтобы убедиться, что не пускала слюни во сне.

С каждой минутой небо светлело. Ава не могла дождаться, когда вернется к Оливии и примет горячий душ, поест, и выпьет три чайника кофе. Она посмотрела направо, где был волк. Когда она не увидела его, то посмотрела, налево ожидая, что вместо оборотня увидит человека.

Вместо этого, она наткнулась на черного вервольфа, все еще пялящегося на нее.

— Рассвет, — произнесла она, потрясенная до глубины души.

Подбородок Линкольна коснулся его груди, когда он подался вперед.

— Мои братья приходили прошлой ночью.

— И они не помогут нам? — Она быстро отодвинулась от Линкольна. — Что происходит Линкольн? Я должна знать.

— Я не разбудил тебя, потому что ты была истощена. — Подняв голову, он глубоко вздохнул и посмотрел на нее. — Мы не сможем уйти отсюда еще несколько дней.

— Несколько дней? — повторила она, удивляясь, как спокойно это прозвучало, когда ее сердце колотилось о ребра. Ава всматривалась в его лицо, надеясь, что это шутка, но одного взгляда на Кейна хватило, чтобы понять — Линкольн сказал правду. Она облизала губы.

— Что случилось?

— Соломон и его братья схватили жрицу в Новом Орлеане. Лару немного надавили на нее, и она рассказала больше о проклятье, наложенном на Кейна.

Она быстро догадалась, о чем речь.

— Вместо того чтобы вернуться в человеческий облик на рассвете, я полагаю, жрица сделала так, чтобы Кейн оставался оборотнем, пока не закончится лунный цикл.

— Это только часть. — Линкольн поднялся на ноги и пошел к краю болота, находясь в безопасной зоне. — Если Кейн убьет человека в форме вервольфа, то навсегда останется оборотнем.

— Это… несколько радикально. Эта женщина, должно быть, действительно та еще штучка.

— Многие не понимают, что баловаться Вуду не самая хорошая затея. Ярость жрицы еще хуже.

Ава провела пальцами по волосам, пытаясь пригладить пряди. Она смотрела на спину Линкольна, гадая, о чем он думает, и сильно желая увидеть его лицо.

— И почему мне кажется, что есть что-то еще?

— У тебя были дела с кем-нибудь из Нового Орлеана?

Она обдумывала его слова минуту.

— Есть одна адвокатская фирма, с которой мы сотрудничаем, но это вся моя связь с Новым Орлеаном.

— Что насчет твоей матери?

Ава хмыкнула.

— Мама даже не упоминает Луизиану, не то чтобы приближаться к ней. Поверь мне, у нее нет никаких дел в Новом Орлеане. А почему ты спрашиваешь?

Линкольн повернулся к ней. Выражение сожаления и разочарования на его лице заставили ее живот сжаться от страха.

— Жрица послала Кейна за тобой, — произнес Линкольн.

Ава покачала головой.

— Это должно быть какая-то ошибка.

— Нет. Я дважды столкнулся ночью с Кейном, и он ни разу не навредил мне. А он мог. Один из моих братьев и наш друг также столкнулись с Кейном, и оба выжили и особо не пострадали. Я был там, когда Кейн гнался за тобой прошлой ночью. Ему нужна ты.

— Нет.

— Вставай. Пройдись, — приказал Линкольн.

Потребовалась целая минута, чтобы ноги смогли ее удержать. Прошлой ночью она думала, что Кейн большой, но при свете дня он оказался еще огромнее. И страшнее.

Она смотрела на Кейна, и не было сомнений, что его глаза сузились, когда она встала. Он поднялся на лапы, солнечные лучи переливались на его шерсти цвета полуночи. Он ощетинился и показал клыки, которые были больше и острее, чем ей показалось в первый раз.

Ава подошла к Линкольну, и Кейн сделал шаг к ней. Когда она пошла вокруг, он последовал за ней.

Она была так взвинчена.

— Видишь, как он следит за тобой. Он не замечает ничего кроме тебя. А теперь скажи, что его послали не за тобой, — требовательно произнес Линкольн.

— Я не представляю, почему это произошло. — Ее начало трясти. Она так надеялась на рассвет, что с первыми лучами солнца это ужасная ночь останется позади, и она вернется к своей жизни.

Линкольн тут же оказался рядом с ней. Он обхватил ее руками и повернул к себе.

— Как насчет клиентов?

— Я не прокурор. Я помогаю таким людям, как Оливия.

— Может это кто-то кому ты перешла дорогу, помогая клиенту.

— Возможно. Надо взглянуть на дела, чтобы убедиться.

Линкольн развернулся и в расстройстве провел рукой по волосам. Только тогда Ава заметила, что его волосы распущены. Длинные, шоколадные пряди свободно обрамляют лицо и падают на плечи так и, маня притронуться к ним.

— Должна быть какая-то связь между тобой и жрицей. Она не могла просто взять твое имя из воздуха, — сказал Линкольн. — И она знала, что ты будешь здесь. Откуда?

Ава пожала плечами, когда он взглянул на нее.

— Я никому не говорила о своих планах. Даже своим коллегам. Все, что они знают, так это что я взяла отпуск и все.

— Оливия сказала, что ты прилетела частным рейсом. Разве ты не сообщила своей компании куда направляешься?

— Я сказала, что это будет короткий полет. Знали лишь пилоты, чтобы зарегистрировать план полета.

Линкольн сжал губы.

— Вот как жрица узнала. Она заставила их выдать информацию.

Ава была счастлива, что не попыталась заговорить со вторым пилотом.

— Это все еще не объясняет, почему ей нужна именно я.

— Скорее всего, мы и не узнаем, пока не встретимся с ней.

Ава подняла бровь.

— Ты хочешь поехать в Новый Орлеан?

— Разумеется! Однако мы сможем поехать лишь через несколько дней. А я хочу знать ответ сейчас. Убедить Соломона привезти жрицу сюда может оказаться сложнее, чем уйти от Кейна.

Это напомнило Аве, что они попали в затруднительное положение на ближайшие два дня.

— А что насчет еды?

Линкольн указала на сумку.

— Бо привез ее прошлой ночью. Они принесут еще еды.

Ава переминалась с ноги на ногу.

— А что насчет… других вещей?

Улыбка промелькнула на его лице, перед тем как он отвернулся.

— Я буду с другой стороны дуба. Это все пространство, которое я могу тебе дать.

Она подождала, пока он не скрылся за деревом, прежде чем подойти к воде. Она села на колени и умылась. Со второй попытки она смогла стянуть белую рубашку через голову, чтобы освежить тело.

Рубашка была испачкана, но ее это не заботило. Ее больше волновало ноющее тело. Она посмотрела на свои ноги и увидела порезы и синяки после пробежки через лес.

Затем Ава изогнулась, чтобы увидеть спину и правый бок. Она закусила губу, когда увидела край уже почерневшего синяка. Похоже, синяк покрывал большую часть ее правого бока.

— Какого черта?

Она посмотрела наверх и обнаружила, что Линкольн уставился на нее со смесью гнева и шока на лице. Ава пожала плечами.

— Я же говорила, что пыталась убежать от тех людей.

— Сколько раз они ударили тебя?

— Вполовину не так много сколько пытались.

Он подошел к ней и присел рядом.

— Выглядит плохо. Где еще болит?

— Голова сзади.

Она закрыла глаза, когда его руки мягко наклонили ее голову и убрали волосы. Его прикосновения были легкими и нежными. Они так расходились с ругательствами, которые он выдал секундой позже.

— Все настолько плохо, да? — сказала она, открыв глаза.

— У тебя довольно большая шишка. Видимо сюда они ударили тебя, чтобы вырубить.

— Это объясняет боль. — Она прижала рубашку к груди, чтобы прикрыть грудь. Нахождение так близко к Линкольну вызывало в ней томление, но прошло много времени тех пор, как мужчина видел ее обнаженной.

Его пальцы заманчиво прошлись вниз по ее спине, отчего на руках появились мурашки.

— Где еще? — прошептал он.

Ава повыше подняла рубашку и позволила ему увидеть ее левый бок. Ей не нужно было смотреть, чтобы убедиться, что там тоже большой синяк. Ей было тяжело дышать.

Пальцы Линкольна снова легко коснулись ее кожи. Глаза не отрывались от ее глаз. Он был так близко, что она могла видеть радужку его льдисто-голубых глаз.

— Почему ты не сказала мне прошлой ночью? — нежно спросил он.

— Меня преследовал вервольф.

Он обольстительно улыбнулся.

— Ты невероятная женщина, Ава Леде.

Такого рода комплимент, сделанный мужчиной вроде Линкольна, был самым лучшим. Настолько же насколько она хотела снова поцеловать его, она знала, что это будет большой ошибкой связываться с ним.

Он всегда будет ставить охоту выше всего остального. Это было в его крови, в самой его ДНК. Один раз ее уже бросили. Она не собирается переживать это снова.

И неважно насколько сильно жар охватывал ее тело в его присутствии.

Ава отвернулась, прежде чем успела сделать что-то глупое и поцеловать его. Она встала и повернулась к нему спиной, натягивая рубашку.

Она потянулась к сумке с едой, но Линкольн уже держал ее в руке и протягивал ей. Когда он успел встать и взять сумку? У него, что тоже есть сверхъестественные способности?

— Ешь, — сказал он ей. — Там достаточно и скоро будет еще.

Ава взяла сумку и вытащила яблоко и бутылку воды. Первым делом она выпила воду, а затем быстро съела яблоко. Пока она ела, она вспомнила, что не ела со вчерашнего обеда. Неудивительно, что она чувствовала, будто могла съесть все меню своего любимого итальянского ресторанчика. Дважды.

Пока она жевала крендельки и сырные палочки, Линкольн нашел пакетик с вяленым мясом. Она старалась не смотреть на него, но ничего не могла с собой поделать. Только безопасность святой земли позволила ее мыслям отойти от оборотня, преследующего ее. Но это дало ее разуму — и телу — сосредоточиться на ком-то другом. На Линкольне.

Сколько еще раз она найдет в себе силы оттолкнуть его?

Сколько еще раз она сможет это сделать?

На самом деле, ей этого не хотелось. Она хотела повалить его на землю и провести руками по твердым мускулам, почувствовать его силу, его мощь.

Если она не будет очень, очень осторожна, то угодит в ловушку под названием Линкольн Чиассон. Она станет как мама, ожидая каждый рассвет, в надежде, что папа вернется. Еще в детстве это было ужасно. Насколько хуже будет теперь, когда она взрослая?

В десять раз хуже? Пятьдесят? Сотни?

Ей вообще не следовало возвращаться в Луизиану. Если ее отец не хочет быть найден, значит, ей не следовало его искать. Что это ей дало? Теперь за ней гоняется вервольф и она на прицеле у жрицы Вуду, бог знает, по какой причине.

И привлекает именно того мужчину, которого никогда не хотела найти.

— Почему ты отстраняешься от меня?

Бутылка с водой замерла на полпути к ее рту, когда она посмотрела на Линкольна. Ей не нужно было спрашивать, о чем он, потому что она сейчас об этом думала. Он смотрел на болото, создавая ей впечатление, что ему не интересен ее ответ. Но ждал ответа.

Ава опустила бутылку.

— Потому что я отказываюсь жить, как жила моя мама.

Через один удар сердца Линкольн повернул голову.

— Ты о том, что случилось с тобой четырнадцать лет назад? После борьбы с пятью мужчинами и после того, как мы вместе бежали от преследующего нас Кейна, я не приписывал тебя к тем женщинам, которые чего-либо бояться.

Она боялась намного больше, чем он мог себе представить. Потому что она могла сделать все что угодно, лишь бы быть рядом с Линкольном.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Время тянулось медленно, каждая минута была словно вечность. Ава держала дистанцию между ней и Линкольном, предпочитая сидеть возле дуба. Не потому что беспокоилась, что он попытается поцеловать ее, а потому что она могла поцеловать его.

Она знала, когда он смотрит на нее. Ее тело плавилось, как будто предвидя его прикосновения. Словно с нетерпением ожидало его ласки.

И все это время там был Кейн.

Вервольф лишь однажды отвел от нее взгляд, чтобы сходить попить и, вернувшись снова сел наблюдать за ней. Из-за Линкольна и Кейна ее нервы были на пределе.

Часы молчания раздражали ее. Было уже за полдень, и она не могла больше молчать. Она села на пятки и взглянула на Линкольна, который расхаживал по периметру святой земли.

— Если Кейн останется здесь, то он не убьет человека. Значит, часть проклятья будет разрушена.

Линкольн посмотрел на нее продолжая ходить.

— Хорошая мысль, но проклятья жрицы Вуду так не работают. Если он продержится это полнолуние, то это будет продолжаться снова, и снова. Пока проклятье не сбудется, и он не убьет человека.

— Оу. — Как глупо с ее стороны думать, что есть светлое пятно в этом хреновом случае.

— Хотел бы я, чтобы ты была права. Мы все. Просто все намного сложнее.

— Моя наивность показательна.

Линкольн остановился и склонил голову, набок разглядывая ее.

— Не наивность. Твой оптимизм, твоя надежда. Мы… я забываю о них иногда. Это как глоток свежего воздуха.

— Может быть, но без тебя, я была бы мертва, а твой кузен был бы приговорен к ужасной участи.

Линкольн обратил взор своих голубых глаз на Кейна.

— Он бы долго не протянул. Или мы или его семья решили бы проблему.

Он уже говорил Аве нечто подобное, что это будет самый легкий способ. И все же в его глазах была печаль. Он был не в восторге от того, что ему придется сделать, но он будет вынужден пойти на это, чтобы защитить невинных людей.

— Мой папа был хорошим охотником? — спросила она.

Линкольн усмехнулся, когда сел на корточки и стал ломать палку.

— Не сначала, но он быстро учился. Он впитывал каждый кусочек знаний от моего отца. Я помню, как мы первый раз взяли с собой Джека на охоту. Он колебался лишь мгновение. После этого, он никогда не медлил. Его действия всегда были верны. Он был так хорош, что папа начал постоянно брать его с собой.

— Почему он ушел Линкольн? Почему бросил нас?

— Я не верю, что он так поступил. — Линкольн повернул голову к ней. — Каждую ночь, прежде чем мы уходили, пока моя мама целовала каждого из нас на прощание, он стоял в сторонке и смотрел на вашу фотографию. Я не помню, чтобы он хоть раз назвал твое имя. Он всегда называл тебя “сладкой горошинкой”.

Ава улыбнулась от воспоминаний.

— Он обожал так меня называть.

— Он не бросил тебя Ава. С ним что-то случилось.

Все эти годы ненависть к отцу застилала ей глаза. Вместо того чтобы ненавидеть она должна была искать его.

— Хотел бы я, чтобы мы знали, — сказал Линкольн. — Мы могли бы отыскать его.

— После всех этих лет мои шансы найти его ничтожно малы, не так ли?

— Да. Я бы хотел подсластить пилюлю, но не буду этого делать.

Ава посмотрела на свои стиснутые руки.

— Я ценю это.

— Я помогу в поисках, когда Кейн вернется в свой нормальный облик.

Она подняла глаза на Линкольна. Его голубые глаза были ясными и сосредоточены на ней.

— Ты сделаешь это для меня?

— Ради тебя я бы сделал все, что угодно.

Двойной смысл его слов не остался незамеченным. Ава плавилась от его жаркого взгляда. Ее тело — предатель — мгновенно отреагировало.

Однажды ей удалось уйти, но она не уверена, что будет в состоянии сделать это еще раз. Линкольн был словно магнит, притягивающий ее, молча призывая отдаться ему. Если бы он знал, как ненадежно она балансировала на краю он, скорее всего, надавил бы своим преимуществом. И часть ее желала, черт возьми, чтобы он так сделал.

Она боялась уступить влечению к нему.

Но еще больше она боялась сбежать.

Свист разрушил все очарование. Ава первая отвела взгляд. Она услышала, как Линкольн вздохнул, когда выпрямился и повернулся к воде.

Ава закрыла глаза и молча, отругала себя. Линкольн был силой, с которой нельзя не считаться, мужчиной, который потребует всю ее. Он поглотит ее тело, разум и душу. Он потребует ее любви и заявит на нее права.

Она вздрогнула от сильного желания.

Все мужчины, которых она знала, были метросексуалами. Никто из них не был воинственен или так уверен в себе как Линкольн. Он был из того типа мужчин который сделает все чтобы защитить свою семью.

Он был из того типа мужчин, который вознесет ее на небеса в постели.

Того типа мужчин, который подарит безоговорочную любовь.

Того типа мужчин, который бросит к ногам любимой женщины весь мир.

Она не думала, что такой мужчина мог существовать, если только в книгах и фильмах. И все же такой стоял прямо напротив нее.

Ава посмотрела на воду и увидела приближающиеся к ним каноэ. Она узнала Кристиана и, вскочив на ноги, встала рядом с Линкольном. Кристиан улыбнулся ей, когда подплыл ближе. Его взгляд метнулся влево, где краем глаза Ава увидела Кейна. Она заставила себя улыбнуться в ответ.

— Как ты? — спросил ее Кристиан.

Ава кивнула.

— Держусь.

— Она держится молодцом, — произнес Линкольн. — Что ты узнал о мужчинах?

Улыбка Кристиана расширилась.

— Я бы хотел сказать, что они дождутся твоего возвращения, но Бо и я не смогли отказать себе в удовольствии. Мы дали им шанс на хорошую драку, когда один из них что-то пробормотал и, все пятеро упали на землю. Замертво.

— Вот черт, — пробормотал Линкольн.

Ава переводила взгляд с Кристиана на Линкольна.

— Какие мужчины? Вы говорите о тех людях, что напали на меня?

— Да, — ответил Линкольн, не глядя на нее. — У жрицы был план на случай их поимки.

Кристиан хмуро кивнул.

— Им явно кто-то надрал задницы.

— Это была Ава, — сказал Линкольн

Ава смутилась от восхищенного взгляда Кристина.

— Я впечатлен, — произнес он.

— Это не прошло для нее безболезненно. Нам нужно что-то для ее синяков и порезов, и аспирин от ушиба головы и ребер.

Кристиан быстро кивнул.

— Я скоро принесу все это. Оливия упаковала еды на дюжину человек, — сказал он и бросил им сумку.

Линкольн поймал ее в воздухе и, поставив на землю, быстро открыл. Ава посмотрела на Кристиана.

— Ты случайно не упаковал туда кровать или телевизор?

— Ни в этот раз, — сказал Кристина подмигнув. — Я попытаюсь стянуть их в следующий раз.

Ава помахала, когда Кристиан разворачивал каноэ и уплывал. Как же она хотела быть в той лодке, но тогда она поставит так много людей в опасность, потому что Кейн не успокоиться пока не доберется до нее.

— Перестань думать о том, что Кейн доберется до тебя, — произнес Линкольн, врываясь в ее мысли.

Она оглянулась и увидела, что он снова стоит.

— Телепат, да?

— Неа. Просто по твоему лицу легко читать эмоции. Я вытащу тебя отсюда, Ава.

— В этот раз. А что насчет следующей полной луны? Или последующей? Мне что придется прожить остаток жизни, прячась на святой земле каждое полнолуние?

— Мы найдем способ покончить с этим.

— Часто жрицы Вуду снимают свои проклятья? — скептически спросила она. Но Ава и так знала ответ.

— Мы Чиассон и Лару можем быть очень убедительны.

— Речь не только о моей жизни. Все, кто попадутся Кейну на пути, умрут из-за меня. И давай не будем забывать о Кейне. Он не просил об этом проклятье, и я уверена он не хочет навсегда остаться вервольфом или чтобы его собственная семья охотилась на него.

— Мы разберемся с этим, — снова заверил Линкольн.

Она прикоснулась к его щеке, щетина покалывала ладонь.

— Такой убедительный.

— Как будто ты удивлена этим.

Если бы он только знал, с какими мужчинами ей приходиться работать. Они были хорошими юристами, но она сомневается, что один из них может сделать, то чем занимается Линкольн.

— Я верю, что ты сделаешь все возможное, чтобы спасти Кейна и меня, чего бы тебе это ни стоило.

— Я готов заплатить.

— Я не позволю тебе этого. Твоя семья нуждается в тебе.

Он накрыл ее руку своей.

— Не тебе принимать решение.

— Я могла бы уйти со святой земли и разом все закончить.

Линкольн нахмурил лоб.

— Ты сделаешь это ради себя или Кейна?

— Я сказала, что могла бы. А не что сделаю.

— Значит, ты готова расстаться со своей жизнью, но не поцеловать меня?

Увидеть боль в его глазах было уже слишком. Ава обняла его за шею и притянула к себе. Его губы двигались поверх ее с мастерством и страстью, отчего ее тело начало пылать.

Этот поцелуй был напряженней, кидая их в первобытную дикость. Он подтолкнул ее к дереву и всем телом прижался к ней. Она застонала от ощущения его возбуждения. Он намотал на кулак ее волосы и держал ее голову, пока разорял ее рот. Он лишил ее способности мыслить, лишил дыхания.

И она хотела большего.

— Скажи, что не хочешь этого, — сказал он, целуя ее шею. — Скажи, что не хочешь меня.

— Не могу. — Она прижалась к нему, ее тело горело в пламени, которое мог потушить только Линкольн. — И не буду.

Он обхватил ее лицо своими ладонями. Распахнув глаза, она увидела, что он пристально смотрит на нее.

— Попробуй отрицать это снова, и я буду целовать тебя до потери сознания.

— Обещаешь?

Желание вспыхнуло в его ярко голубых глазах.

— Черт, да.

— Заткнись и поцелуй меня, — потребовала Ава, откинув голову назад.

Не успели их губы встретиться, как Кейн начал рычать и клацать зубами. В объятьях Линкольна Ава напрочь забыла о Кейне и угрозе ее жизни.

Линкольн усмехнулся, когда отошел от нее.

— Похоже мой кузен не в восторге от того чем мы занимаемся.

Ава взглянула на себя и увидела пот и грязь. Она не могла позволить Линкольну заниматься с ней сексом, когда она так выглядела. Дело не только в грязи, она была уверена, что от нее исходит не самый лучший аромат.

— Что я только что пообещал тебе? — соблазнительно поинтересовался Линкольн.

Ава показала на себя руками.

— Посмотри на меня! Я отвратительна. Нам придется подождать.

— Подождать? — спросил Линкольн, вскинув бровь. — Из-за небольшой грязи?

— От меня пахнет.

Он запрокинул голову и рассмеялся.

— В случае если ты не заметила от меня тоже.

— Я не чувствую, и ты хорошо смотришься весь в поту. — Чертовски сексуально, вообще-то. Нужно запретить законом так шикарно выглядеть мужчине, в то время как себя она чувствовала отвратительно.

Вернулась его обольстительная ухмылка.

— Значит, я хорошо выгляжу?

— Ты сам знаешь об этом.

— Мы можем не дожить до утра. Ты действительно хочешь подождать? — спросил он, сокращая дистанцию между ними.

Ава откинула длинные волосы с его лица.

— Мы в безопасности пока находимся на святой земле, верно?

— Ты заплатишь за то, что напомнила мне об этом, — сказал он, покусывая ее за ухо.

— Обещаешь?

Он положил ее руку на свой твердый член.

— Черт, да.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Линкольн не мог перестать любоваться Авой. Она съела два сэндвича с мясом, три пакетика чипсов, и выпила бутылку воды и содовую, которую положила Оливия.

— Что? — спросила она и посмотрела на него так невинно, потянувшись за шоколадным печеньем. — Я люблю поесть.

— Я не жалуюсь.

— Хм, — сказала она, проглотив одно печенье. — Вы привыкли к женщинам, которые едят как птички. Я не отношусь к этой касте. Я люблю покушать. И много.

Линкольн не представлял, как сможет сдерживать себя в последующие две ночи. Она соблазняла и искушала. И казалось, что выброс адреналина в кровь просто рассеет его мысли и сведет на нет все самообладание, к которому Линкольн взывал изо всех сил. Она возбуждала. Ава, как та чародейка, — манила к себе, и всё, абсолютно всё внимание и чувства удерживала на себе, своем голосе, глазах, волосах, теле... Истинная сирена.

И он молился, чтобы она никогда не покидала его жизнь.

— Кристиан вернулся, — произнесла она.

Линкольн посмотрел через плечо и увидел Кристиана на каноэ, но с ним был кто-то еще. Линкольн подскочил на ноги, узнав Соломона.

— Кто это? — прошептала Ава и встала рядом с ним.

— Старший Лару, — Соломон.

Ава отряхнула руки.

— Ты вроде сказал, что будет трудно привести его сюда.

— Я так думал, потому что он тоже оборачивается в полнолуние.

Она прижалась к нему.

— Пожалуйста, скажи, что это стерва Вуду не прислала еще одного за мной.

Линкольн усмехнулся.

— Сомневаюсь. — Его ухмылка исчезла, когда он встретился взглядом с Соломоном. — Но, то, что он здесь — не очень хорошо.

Кейн до этого игнорировавший Бо и Кристиана, начал предупреждающе рычать, его мех встал дыбом, когда он уставился на Соломона.

— Он признал еще одного вервольфа, — пояснил Линкольн.

— Великолепно. Я так рада, — сказала она саркастически.

У Соломона были такие же голубые глаза, как у Линкольна и его братьев. Это было единственное сходство между семьями. Волосы Лару были различных оттенков блонда. У Соломона были русые волосы с каштановыми прядями.

— Он выглядит устрашающе, — произнесла Ава.

— Мы охотимся на болотах. Они охотятся в Новом Орлеане. У нас разные виды существ.

Линкольн кивнул Соломону в знак приветствия.

— Кейн не в восторге, что ты здесь.

— Я тоже не рад быть здесь, — категорично заявил Соломон. — Но я должен был прийти. Ради Кейна. И ради тебя.

Линкольн взглянул на Кристиана, — тот лишь пожал плечами в ответ. Значит, они принесли не очень хорошие новости. Линкольн кивнул головой в сторону Авы.

— Это Ава Леде, — та самая, которую пытается убить твой брат.

— Леде, — повторил Соломон.

Линкольн сделал шаг к воде. Ему не нравилось то, как Соломон смотрит на Аву, словно она была лакомым кусочком, который он хотел попробовать.

— Ты не родственница Джека Леде? — спросил Соломон.

Линкольн схватил Аву, когда та рванулась вперед. Она взглянула на него, но быстро ответила Соломону.

— Да. Ты знаешь его?

— Теперь все ясно, — сказал Соломон больше себе, чем остальным.

Линкольн глубоко вздохнул и взял себя в руки.

— Было бы полезным, если бы ты поделился этим с нами.

— Несколько лет назад племянница Дельфины стала вампиром и забрела в пэриш. Джек убил ее.

— Кто такая Дельфина? — спросила Ава.

Соломон снова взглянул на своего брата.

— Жрица Вуду. Она выяснила, что Джек убил ее племянницу, и послала своих людей за ним.

Линкольн обнял Аву, когда она чуть не упала.

— Дельфина хотела отомстить Джеку, не так ли?

— Да, — произнес Соломон.

Линкольн сильнее сжал Аву и спросил:

— Джек все еще жив?

Внезапно Соломон улыбнулся.

— Да. Он помогает нам.

— Значит, вот где он был? Скрывался от этой сумасшедшей, а потом с вами? — спросила Ава, ее голос разрывался от волнения.

Соломон взглянул на Аву, затем перевел взгляд на Линкольна.

— Дельфина хитрая сука. Должно быть, она узнала, что у Джека есть дочь. Вот зачем она использовала Кейна. Она не закончила свою месть.

— Ты проделал весь этот путь, чтобы сказать нам все это? — Линкольн не купился на это.

— Я пришел за Кейном. Единственный кто может противостоять ему — еще один вервольф. Я нужен тебе.

Линкольн знал, что это так. Теперь, когда они знали, почему Ава стала мишенью, они могли сосредоточиться на решении проблемы.

— Каков план?

Улыбка Соломона была холодной и расчетливой.

— Мы дождемся луны. Я… займу… Кейна. А твои братья доставят тебя и Аву домой.

— А разве Кейн не пойдет за мной? — спросила Ава.

Линкольн повернул Аву лицом к себе.

— Соломон позаботится об этом.

— Даже если Кейн будет преследовать тебя до дома, он не войдет туда, — сказал Кристиан. — Дом стоит на святой земле.

Ава мгновенно расслабилась.

— И как скоро мы приведем план в действие?

— Это не так просто как кажется, — предупредил ее Линкольн. — Будет довольно сложно отвлечь Кейна от тебя. Соломон рискует собственной жизнью. Может он и вервольф, но он все-таки может быть убит, так же, как и любое другое сверхъестественное создание.

— Я понимаю, — ответила Ава.

Линкольн взглянул на Кристиана и очень вовремя, потому что в его сторону уже летел рюкзак. Он хмыкнул, когда поймал сумку и посмотрел на Кристиана.

Брат только улыбнулся.

— Ава, Оливия упаковала смену одежды для тебя. Также она положила аспирин и еще что-то.

— Что она положила мне? — спросил Линкольн.

Улыбка Кристиана стала озорной.

— Тебя она не упомянула.

— Я ранен, — подразнил Линкольн, чтобы поднять Аве настроение. — Я думал, что буду ее самым любимым зятем.

Кристиан закатил глаза.

— Не тут-то было.

— Значит, Вин нашел ту, с кем он продолжит род Чиассон, — произнес Соломон, мгновенно разрушив веселье.

Линкольн отбросил рюкзак в сторону.

— А когда ты собираешься сделать это? — спросил Кристиан Соломона.

— Я еще не готов к этому. Надеюсь, мои братья сделают это за меня. Женщины это помеха.

Кристиан покачал головой и опустил весло в воду.

— Ждите нас, когда луна взойдет. Помни, Линк, ты не один здесь.

— Что он имел в виду? — спросила Ава, наблюдая, как они уплывают.

Линкольн огляделся, гадая, кто наблюдает за ними Винсент или Бо.

— Мои братья посменно присматривают за нами, но остаются достаточно далеко, чтобы не привлекать внимание Кейна.

— Проще говоря, за нами следят? — спросила она, ее глаза расширились от унижения.

— Мы всего лишь целовались. А ты выглядишь так, будто я занимался с тобой сексом, хоть я и очень хочу этого.

— Да? — дерзко спросила она.

Проклятье, Линкольн не мог дождаться, когда они останутся наедине, и он покажет, как она связала его в узел.

И что он предлагает сделать с этим.

~ ~ ~

Ава была рада, что Оливия положила в рюкзак чистую пару штанов. Это наряду с аспирином, бальзамом от синяков, и резинкой, которая, наконец-то, уберёт волосы с шеи, сильно подняло ей настроение.

Если утро шло медленно, то это было ничто по сравнению с тем, как полз оставшийся день. Она думала, что солнце никогда не сядет. Это было хуже того, когда она была маленькой девочкой и с волнением ожидала Рождественского утра, чтобы узнать, что же Санта принес ей в подарок.

— Каноэ подплывет к берегу? Или нам придется плыть до него? — спросила она.

Он пожал плечами, стоя со скрещенными руками и глядя на Кейна.

— Мы не узнаем, пока они не прибудут сюда и, мы не увидим реакцию Кейна на Соломона.

— Точно, точно. — Так она еще не нервничала. Это было хуже, чем когда они бежали от Кейна в первую ночь. — Что случиться, если Кейн не последует за Соломоном?

— Тогда мы не уйдем.

Ей было ненавистно, насколько Линкольн был спокоен. Она была заживо съедена комарами, а Кейн напугал ее на всю оставшуюся жизнь.

Ава пожалела, что съела тот пирог с инжиром. Ее нервы были так расшатаны, что желудок сворачивался в комок. Если она смогла драться с пятью мужчинами, то сможет и еду заставить остаться на месте.

— Боже, солнце, что совсем не собирается садиться? — в отчаянии воскликнула она.

— Посмотри на закат, Ава.

— Я смотрела.

— Нет. Действительно взгляни на него, — сказал Линкольн. Он оказался рядом с ней в одно мгновенье, поворачивая ее к заходящему солнцу. — Взгляни на цвета. Скажи ты, когда-нибудь видела нечто настолько прекрасное.

Она должна была признать, что цвета захватывали дух. От насыщенного красного в оранжевый и бледно-розовый, и все это с оттенками золотого. Она так беспокоилась о предстоящей ночи, что забыла о радостях жизни.

А Линкольн нет. Было ли это, потому что он несколько ночей не рисковал своей жизнью?

— Не могу вспомнить, когда в последний раз видела закат. Обычно я так занята на работе, что не обращаю внимания.

— Может, ты слишком много работаешь.

Она фыркнула.

— Это преуменьшение года.

— Ты любишь свою работу?

— Мне нравится помогать людям так, как Оливии. Деньги это лишь бонус.

— Ты всегда хотела жить в Далласе?

Ава знала, о чем он спрашивал. Она не могла дать ему ответ, которого он ждал, но не была уверена, что сможет вернуться в Даллас, будто ничего не произошло.

— Там моя жизнь.

— Конечно.

Они, молча, наблюдали, как солнце зашло за горизонт. Яркие цвета в небе превратились в серые и затем в черные.

Ава подскочила, когда Кейн начал выть. Полная луна лилась ярким светом по земле, и Кейн, отвечал на ее зов воем. В отдалении прозвучал еще один вой. Соломон. Ава не была уверена, что хочет находиться поблизости от двух вервольфов.

— Соломон будет знать, кто ты, — произнес Линкольн. — Он не нападет на тебя.

— Ты уверен в этом? — Ава не могла забыть, как он посмотрел на нее, когда узнал кто она. Ей было очень страшно. — Не получится так, что он пришел сюда для того, чтобы помочь Кейну убить меня и снять проклятье? Ты бы сделал то же самое для своих братьев.

Линкольн хотел было начать отрицать ее высказывание. Затем закрыл рот и глубоко выдохнул.

— Черт. Я не подумал об этом. Он семья.

— И это его брат, — сказала она и указала на Кейна. — На что ты готов ради своих братьев?

— Я сделаю для них все, что угодно.

— А Соломон? Ты подумал, что он испытывает такие же чувства?

Линкольн провел рукой по лицу и отвернулся, сделав несколько шагов, прежде чем вернуться к ней.

— С раннего детства нас учили, что семья это все. Мы охотимся, чтобы защитить людей в этом пэрише, но семья на первом месте. Соломона учили тому же.

Она действительно ненавидела быть правой.

— Мы не узнаем, помогает ли Соломон Кейну или нет, пока я не начну идти к каноэ.

— Значит, мы не пойдем. Останемся здесь.

Ава взяла его за руку.

— Ты доверяешь своим братьям, что они помогут нам добраться до дома?

— Я доверяю им свою жизнь.

— Тогда давай рискнем.

— Ава, — начал он.

Она приложила палец к его губам.

— Ты знаешь эти болота, Линкольн. Я доверяю тебе свою жизнь.

С противоположной стороны от Кейна послышалось низкое рычание. Ава наблюдала, как мех Кейна снова встал дыбом. Она во время повернулась, чтобы увидеть еще одного волка, шагнувшего из тени, на этот раз серебристого цвета.

Началось.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Линкольн хотел бы назвать все это абсурдом. Но он больше не был уверен в намерениях Соломона. Существовала вероятность, что Ава никогда не доберется до дома. К землям Чиассон предстоял долгий путь.

Соломон, в обличье вервольфа, ходил вокруг дуба вдоль барьера, его серебряный мех почти сиял в лунном свете. Чем ближе он подходил, тем громче становился рык Кейна. Соломон повернул свою большую голову к Линкольну. Чиассон встретился с желтыми глазами оборотня, прежде чем Соломон издал предупреждающий рык Кейну.

Что бы он сделал ради своих братьев? Все что угодно. И, черт возьми, Линкольн знал, что Соломон поступил бы также.

Линкольн взял Аву за руку. Напряжение между Соломоном и Кейном нарастало. Сражение начнется в любую минуту, и святая земля или нет, Линкольн хотел увести Аву отсюда.

В темноте над болотом вспыхнул яркий свет. Линкольн повернул голову и обнаружил скрывшегося за кипарисами, Кристиана в каноэ. Линкольн подтолкнул Аву к воде. Не успели они сделать и пары шагов, как Кейн набросился на Соломона. Звуки рева и борьбы разорвали ночь подобно взрыву.

— Идем, — призывал Линкольн Аву.

Ава вошла в воду, и Кристиан быстро поплыл к ним. Слева, из тени к ним кто-то подошел. Линкольн облегченно вздохнул, когда узнал Винсента. Брат встал рядом с Авой, и все трое двинулись в воду.

Как только Кристиан подплыл достаточно близко, Линкольн поднял Аву в каноэ и сел позади нее. Они оба схватились за весла, помогая Кристиану развернуть каноэ.

— Поторопитесь, — прошептал Вин и толкнул их.

Вода была как стекло, и они скользили по ней без особых усилий. Когда они обогнули кромку деревьев, Линкольн обернулся и увидел, что волки все еще дерутся.

— Бо ждет впереди, — прошептал Кристиан через плечо. — Вин пойдет окружным путем и даст знать, если Кейн пуститься в погоню.

— Или Соломон.

Молчание Кристиана дало понять Линкольну, что у них тоже были подобные мысли. Линкольн усерднее начал грести. Он опустил весло в воду, направляя их вокруг деревьев в мелководье, пока Кристиан и Ава гребли.

Весла едва издавали звук, разрезая воду. Никто из них не произнес ни звука. Вдруг волчий вой раздался в ночи.

Линкольн сжал челюсть. Если придется, он убьет и Кейна и Соломона. Он поклялся защищать Аву, и сдержит слово.

Второй вой, длиннее и глубже, прозвучал рядом с ними. Соломон и Кейн не долго боролись. Вопрос в том, кто приближался к ним?

— Быстрее, — прошептал Кристиан.

Пронзительный крик боли раздался от одного из волков. Линкольн не обратил особого внимания. Он смотрел вперед, высматривая изгиб в болоте, означающий начало земель Чиассон. До него было недалеко. Полмили или около того.

В этой части болота было глубже. Достаточно глубоко, чтобы вервольф не смог до них добраться, но было место, где это было возможно. Оно называлось Мост, хотя сделано было не руками человека. Вода создала его в болоте очень давно. Там был узкий участок воды между двумя выступами земли, где могло пройти только одно каноэ.

Если хоть один вервольф будет там, это станет гибелью для Авы. Это была смертельная ловушка. У Линкольна был и другой вариант, попытать удачу по земле. Но с той скоростью, с какой бегал волк, у них было больше шансов в воде.

Благодаря свету луны и отражению воды, Линкольн заметил впереди Мост. Послышался шум сквозь деревья, сигнализирующий, что кто-то гнался за ними. Когда они подплыли ближе к Мосту, Линкольн вынул весло из воды. Кристиан сделал также и поднял свой арбалет.

— Они ваша семья, — мягко сказала Ава Кристиану.

— И они пытаются убить тебя, — ответил он.

Линкольн разрывался, и это было ему ненавистно. Он не хотел убивать их, но и не допустит, чтобы они убили Аву.

Ава развернулась, чтобы посмотреть на него.

— Ты никогда не простишь себя, если убьешь члена семьи. Я посторонний человек, Линкольн. Никто. А они твоя семья.

Линкольн отвлекся, краем глаза заметив серебряный мех Соломона. Он сжал зубы, когда Соломон спокойно подошел к одной стороне Моста и посмотрел на другую.

— Сукин сын, — сердито пробормотал Кристиан.

Ава покачала головой.

— Нет.

Справа Линкольн увидел темную массу Кейна, движущегося сквозь деревья. Они окружили их. Кто из братьев Лару нападет первым? Линкольн мог только гадать об их замысле. Пока один нападет на них с Кристианом, и они будут отбиваться, другой атакует Аву?

Это было просто и безупречно, особенно с силой и размерами волков.

Была лишь маленькая проблемка — они забыли, с кем имеют дело.

Кристиан поймал его взгляд и едва заметно кивнул. Бо и Винсент были где-то поблизости, выжидая. Линкольн опустил весло в воду, направляя их в самое узкое место реки.

Ава схватила весло, ее взгляд сфокусировался на Соломоне. Страх сковал ее мышцы, не давая шевельнуться, чего и хотел Линкольн.

Расстояние до Моста все сокращалось и сокращалось. Большая голова Соломона повернулась в их сторону. Семья не отвернется от семьи. Если Соломон и Кейн хотят гоняться за кем-то, кого защищают Чиассоны, может случиться все, что угодно.

Линкольн и его братья может и не способны становиться вервольфами, но и у них есть свои навыки и сюрпризы. И Лару скоро узнают о парочке из них.

Они были в десяти футах от Моста, когда Кейн выпрыгнул из-за деревьев и остановился на выступе. Он лаял и рычал, его огромные когти перебирали землю.

Соломон сделал шаг ближе к краю, но остановился, прежде чем опустить лапу. Кристиан выругался, когда Соломон отошел назад. Линкольн догадался, что братья установили какую-то ловушку по обе стороны от Моста. И каким-то образом Соломон почувствовал ее.

Адреналин в крови Линкольна подскочил, мышцы напряглись, мысли сосредоточились. Он был охотником. Он спас множество людей от зла, наводнившего пэриш. Он не подведет Аву. Он опустил руку и схватился за один их своих ножей. Лезвие было серебряным, хотя и не из чистого серебра. Но этого будет достаточно, чтобы задержать оборотней, и дать Кристиану время увезти Аву на их земли.

Линкольн приготовился, когда они подплыли к Мосту. Соломон издал рев, прежде чем перепрыгнул через ловушку.

Ава закричала, но звук потонул в рычании Кейна. Линкольн накрыл Аву собой. В любой момент он почувствует клыки и когти. Вот только… ничего не произошло.

Он повернул голову и увидел, как Соломон перепрыгнул через них и набросился на Кейна. Линкольн сел на место и схватил весло, упавшее за борт.

— Пошевеливайтесь!

Кристиан не колебался. Он опустил арбалет на колени и яростно погреб мимо Моста. Линкольн положил руку на спину Авы. Девушку все еще трясло. Он не мог дождаться, когда сожмет ее в объятьях и ощутит вкус губ, но этого не случиться, пока они не достигнут земель Чиассон.

Спрятав нож, Линкольн начал грести. Он оглянулся на волков только один раз. Это был ужасный бой. Он увидел кровь на мехе Соломона. Чья она была, Линкольн не знал.

Через три сотни ярдов Кристиан выпрыгнул из каноэ и подтащил его на берег. Линкольн отбросил весло и вынес Аву на берег. Он поставил ее на ноги и повернул лицом к себе.

— Ты снова на святой земле, — сказал он ей.

Ее глаза были широко распахнуты, но она кивнула.

— Я думала, что умру там.

— Я говорил тебе, что не позволю этому случиться.

— Ава! — прокричала Оливия, выбегая из дома.

Линкольн выпустил Аву, когда Оливия сжала ее в объятьях и затем повела к дому. Он смотрел им вслед, все еще не веря, что все остались невредимы.

— Вы были на волосок от гибели, — произнес Вин, когда вместе с Бо подошел к нему.

Бо глянул на все еще сражающихся волков.

— Я хочу знать, откуда Соломон узнал, что мы поставили там ловушку.

— Сейчас это не имеет значения, — сказал Линкольн, и его накрыла усталость. — Он сдержал слово.

Кристиан кивнул.

— Согласен. Но это не конец. Соломон должен загнать Кейна в клетку.

— Я останусь, и буду приглядывать за ними, — сказал Бо.

Винсент положил руку на плечо Линкольна, когда они свернули в сторону каменного здания. Часть его была на сваях в болоте, это было единственным не освещенным местом на земле Чиассон, что позволяло им, при необходимости, держать там сверхъестественных созданий.

— Почти готово, брат.

Линкольн взглянул на дом. Он не мог позволить Кейну навредить кому-то, но еще сложнее было не последовать за Авой внутрь и, схватив, просто держать ее. Никогда за все годы, что он помогал своей семье и друзьям, ему не было так страшно. Он боялся, что не спасет Аву, боялся, что не успеет доставить ее в безопасное место, но больше всего боялся, что она умрет.

Дойдя до постройки, он вошел внутрь, прислонился к стене и наклонился, уперев руки в колени.

— Линк? — тревожно позвал Кристиан.

Линкольн зажмурился.

— Она чуть не погибла.

— Но все закончилось благополучно, — спокойно произнес Винсент.

Линкольн услышал скрежет цепи, и понял, что Винсент готовит клетку к приходу Кейна.

— Ты все сделал правильно, — сказал Кристиан.

Линкольн выпрямился и вытер пот с лица.

— Что-то могло пойти не так. Я… Боже, страх не ослабевает.

— И не ослабеет, — констатировал Винсент.

Линкольн встретился взглядом со старшим братом, и осознал правдивость его слов.

— Как ты справляешься с этим?

— С большим трудом.

— Ты когда-нибудь думал о том, чтобы отпустить Оливию?

— Много раз.

Кристиан нахмурился.

— О чем вы, два идиота, говорите?

— О любви, — ответил Винсент с улыбкой.

Кристиан попятился, небрежно взваливая свой арбалет на плечо.

— О, во имя ада, нет. Я в этом не участвую. Я думал, Вин свихнулся, но это понятно, он всегда был неравнодушен к Оливии. Но ты, Линк?

Линкольн вскинул руки в знак поражения, прежде чем позволить им безвольно упасть по бокам.

— Я не искал ее, младший братец. Она вошла в мою жизнь, и я должен принять ее. Не было никаких мыслей, просто… я испытываю непреодолимое желание держать ее в своих объятьях.

— Вы оба совершенно ненормальные, если позволяете женщинам войти в ваши жизни, несмотря на то, чем мы занимаемся, — сказал Кристиан, подойдя к открытой двери и выглядывая наружу.

Винсент распахнул дверь клетки.

— Имя Чиассон должно жить.

— Удачи в этом, — язвительно заметил Кристиан.

Линкольн переглянулся с Винсентом, прежде чем повернуться к Кристиану.

— Почему ты так противишься любви к женщине?

— Может я и не видел, как папа нашел маму, но я слышал его крик, полный отчаяния, слышал боль и агонию, когда он нашел ее мертвое тело. Я избавлю себя от этого, так что большое спасибо.

— Полагаешь, что не сможешь сберечь свою женщину?

Кристиан фыркнул.

— Думаю, из-за нашей охоты у нас у всех один конец.

Прежде чем Линкольн или Винсент успели ответить, снаружи раздался крик Бо. Кристиан нацелил арбалет на высокие стальные двери.

Линкольн и Винсент забрались наверх клетки. Первым в здание ворвался Соломон, Кейн следовал за ним по пятам.

Соломон повернулся и бросился на Кейна. Волки кружили, пока Кейн не оказался у входа в одну из клеток. Соломон атаковал снова, вынуждая Кейна отступать назад. Когда он полностью оказался внутри, Линкольн захлопнул дверь.

Смесь железа и серебра будут сдерживать Кейна, пока полная луна не закончит свой цикл.

Винсент улыбнулся Линкольну, защелкивая замок. Линкольн взглянул на Соломона и удивился, обнаружив старшего Лару рядом со второй клеткой.

— Ты не обязан, — произнес Линкольн.

Серебряный волк просто смотрел на него желтыми глазами. Линкольн спрыгнул на землю и подошел к Соломону. Вервольф был настолько огромен, что их глаза находились на одном уровне.

— Спасибо, — сказал Линкольн. — Я у тебя в долгу. Зови в любое время. Я буду там.

— Мы все будем, — сказал Винсент, встав рядом с Соломоном.

Соломон понимающе кивнул. Винсент открыл клетку. Соломон вошел в нее и лег.

— Мы вернемся на рассвете, — сказал Кристиан.

Винсент запер клетку и пошел за Кристианом. Линкольн задержался и повернулся к Кейну. Волк был в бешенстве пытаясь выбраться. Это было ужасное зрелище, и он не мог себе представить, что переживает Соломон, наблюдая за братом.

Линкольн взглянул на серебряного волка. Соломон, молча, наблюдал за Кейном, и, похоже, будет это всю ночь. Обязанности обеих семей держали их на расстоянии, но Линкольн понимал узы крови. Несмотря ни на что, Соломон сделает все ради Кейна, также как и Линкольн ради своих братьев и Райли.

И Авы.

Линкольн запер за собой дверь и направился к дому, где его ждала Ава.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Ава приняла душ и переоделась. После всего, что ей пришлось пережить, она должна была быть истощена, но не могла усидеть на месте. Она расхаживала по своей спальне, ожидая Линкольна. От каждого скрипа лестницы она устремлялась к двери, в надежде, что это он.

Ава нервничала больше чем когда проходила собеседование в свою адвокатскую фирму. Она заламывала руки, ее разум рисовал ей различные сцены, связанные с Линкольном. Она могла просто пойти к нему и сказать, что хочет его. Или могла ждать, пока он сам сделает первый шаг.

Или могла…

Ее сердце замерло, когда она узнала звук его шагов на лестнице. Линкольн шел в противоположную сторону от ее комнаты. От Оливии Ава знала, где находилась его спальня.

Звук, закрывающейся двери заставил ее подпрыгнуть. Большую часть своей жизни она провела похороненная за учебой и работой. Эта поездка в Луизиану, возвращение к корням, открыла ей глаза на многие вещи. Ава уже не та женщина, что сошла с того самолета. Она думала, чувствовала и действовала по-другому.

Линкольн заставил её встретиться лицом к лицу со своими чувствами. Он подтолкнул её к этому, дал прочувствовать и познать тот огонь, что возник между ними.

Ава отказывалась проснуться завтра утром с чувством сожаления. Она больше не будет отталкивать людей, и держать их на расстоянии. В этих болотах нашлось нечто ценное и редкое, и она не сможет — не станет — отпускать это.

Ава открыла дверь и вышла в коридор. На мгновение заколебалась, но, расправив плечи, шагнула вперед. Обычно, у нее был продуманный план, что будет делать и говорить, но с Линкольном связно думать не получалось.

Достигнув его комнаты, она услышала шум воды. Взявшись за ручку, Ава обнаружила, что дверь не заперта и вошла внутрь. Дверь в ванную была приоткрыта, из нее клубился пар. Ковер заглушал шаги на деревянном полу.

Сердце колотилось, но не от страха — от волнения.

От предвкушения.

От сильного желания.

Линкольн был в душе. Ава остановилась и улыбнулась, наблюдая, как струйки воды скатываются по твердым мускулам и смуглой коже. Внезапно его движения прекратились, и голова резко повернулась к ней. Улыбка Линкольна была дерзкой и манящей. Он открыл дверцу душевой и Ава, скинув одежду, поспешила к нему. Линкольн обнял ее и, развернув, прижал спиной к холодной плитке.

— Почему так долго? — спросил он.

Ава рассмеялась и обняла его за шею.

— Закрой дверь и поцелуй меня.

— Есть, мэм, — ответил Линкольн с соблазнительной улыбкой, и закрыл дверь. — Я думал, ты попросишь о большем.

— Ох, поверь мне, я хочу намного больше.

— Правда? — спросил он и потерся об нее своим твердым членом. — Насколько?

— Все, что ты сможешь предложить.

— И больше никакого бегства?

— Никакого бегства.

Разговор закончился, когда Линкольн поцеловал ее палящим, жгучим поцелуем. Ее пальцы запутались в его волосах, и он углубил поцелуй. Кожа Авы шипела от горячей воды и ощущения его твердого тела. Она застонала, когда он обхватил ее грудь, поглаживая большим пальцем затвердевший сосок.

Линкольн начал прокладывать дорожку поцелуев вниз по ее телу, постепенно опускаясь перед ней на колени. Ава встретилась с его ярко-голубыми, горящими от желания глазами. Она не могла поверить, что смогла найти такого, как Линкольн, или, что едва не оттолкнула его. Но больше подобной ошибки она не совершит.

Его руки нежно исследовали ее живот и бедра, опускаясь вниз по ногам. Линкольн наклонился и медленно, наслаждаясь каждым миллиметром ее тела, целовал внутреннюю часть бедра. Ава задыхалась, ее руки скользили по плитке в тщетной попытке за что-то удержаться, когда Линкольн поднял ее ногу себе на плечо и его язык коснулся лона.

— Линкольн, — прошептала она, теряясь в наслаждении, когда его язык нашел ее клитор и начал безжалостно дразнить.

Ее тело горело для него. Линкольн подвел ее так близко к оргазму, что, если бы не его руки, поддерживающие ее за бедра, Ава распласталась бы на полу.

Он облизывал и дразнил. Он возбуждал и возносил ее на вершины… Он будоражил и соблазнял.

Ава была близка к кульминации, когда Линкольн отстранился и стал прокладывать дорожку поцелуев вверх по ее телу. Застонав от разочарования, Ава открыла глаза и увидела, как он наблюдает за ней. Жажда, острое желание, — вот, что она прочла в глубинах его голубых глаз. Ее живот сжался от предвкушения чего-то прекрасного. Линкольн хотел заявить на нее права, и Ава мечтала об этом не меньше, — иметь его клеймо на себе. Чтобы каждый знал, что она принадлежит ему,… а он ей.

Линкольн подхватил ее под бедра, и, приподняв, широко развел их, его набухшая возбужденная головка коснулась ее лона. Ава обняла Линкольна за плечи, и попыталась обвить его бедра ногами. Он не позволил... и, держа ее на весу — медленно входил в нее все глубже, шепча ее имя.

Вне себя от сводящей с ума страсти, Ава вонзила ногти в его плечи.

Наконец, полностью погрузившись в нее, Линкольн обернул ее ноги вокруг своей талии, и начал двигаться.

Ава целовала его, гладила по спине, блуждала руками по его телу, везде, куда могла дотянуться. Ощущения его кожи под руками, в то время, когда он вонзался в нее все сильнее и сильнее, многократно усиливали ее чувства.

Линкольн хотел прижать Аву сильнее, быть еще ближе. Желание и голод по ней нарастали в нем, как и жажда заклеймить её так, чтобы Ава не смогла забыть, чтобы не подумала уйти от него.

Он еще глубже вошел в нее, тугие, влажные стенки ее влагалища толкали его все ближе и ближе к краю.

Ни одна женщина никогда прежде не доводила Линкольна до такого исступления, но от этого ему еще больше хотелось, чтобы Ава осталась рядом с ним. Она была умной и упрямой, красивой и сильной. Она была создана для него, и он готов на все, чтобы убедить ее в этом.

Линкольн повернул их так, что вода начала стекать по ее спине. Прервав поцелуй, девушка открыла глаза. Он мог утонуть в их янтарных глубинах.

Она откинулась назад, и качнула бедрами, принимая его ещё глубже, и застонала от удовольствия.

Выражение настоящего необузданного желания на ее лице толкнуло его к самой пропасти. Он держал себя под жестким контролем, чтобы продлить ей удовольствие, но она разрушила его, уничтожила одним лишь взглядом.

Он снова прижал ее к стене и его толчки стали еще неистовей. Ее мягкие стоны превратились в несдерживаемые крики удовольствия.

Ава чувствовала, как нарастало напряжение внизу живота, ощущала, как напрягается все ее тело, когда Линкольн все ускорялся и поднимал ее все выше и выше, она, казалось, — парила над облаками. Ава раскрылась, отдавая ему каждую частичку себя.

Мир взорвался яркими звездами, когда Ава достигла оргазма. Линкольн вознес ее на вершины, починил ее сломанный мир.

Образ чистейшего удовлетворения в его глазах, и его длинные темные волосы, растрепавшиеся вокруг головы, — эта картина навсегда останется в ее памяти.

Ава начала приходить в себя от наслаждения, когда Линкольн достиг своего освобождения и зарылся лицом в ее шею.

Еще долго они стояли, крепко сжимая друг друга в объятиях. Казалось, время остановилось. Вода стекала по их разгоряченным телам. Ава вдыхала его запах, аромат его мужского тела, который навсегда останется в ее памяти, в ней. Когда Линкольн поднял голову, Ава улыбнулась и удивилась, как же она жила без него все это время.

Он мягко и очень нежно поцеловал ее, и опустил на ноги. Не произнеся ни слова, мужчина взял мыло и начал мыть ее.

Когда он закончил, Ава вымыла его, уделив особое внимание его внушительному мужскому достоинству. Он закрыл глаза и блаженно улыбался, пока она намыливала его волосы, позволяя ее ногтям легонько царапать ему голову.

Ава не спешила возвращаться в реальный мир, потому что пока они были здесь, все страхи и ужасы их не касались, они были где-то далеко от них.

Смыв пену, Линкольн выключил воду, открыл дверь, схватил полотенце, и, стал сам вытирать ее.

На глаза Авы навернулись слезы. Линкольн заботился о ней, опекал ее, словно она была ему дороже всего на свете. Будто была для него очень важна... была особенной.

Ава нашла еще одно полотенце и когда девушка повернулась, Линкольн уже стоял рядом с ней, вытянув руки, ожидая ее, желая принять ее в свои объятия.

Они оба засмеялись. Ава никогда не знала, что вытирать кого-то может быть так весело. Он не дал ей закончить, вместо этого поднял ее на руки и отнес в постель.

Под одеялом они снова оказались в объятиях друг друга. В тишине она слышала голоса внизу, но не могла разобрать слов.

— Не волнуйся. Ты в безопасности, — произнес Линкольн.

— Благодаря тебе и твоей семье. Спасибо.

Он поцеловал ее в лоб и крепче обнял.

— Прости что думала, будто ты связан с исчезновением моего отца. Это было несправедливо.

— Мы были последними, кто видел его. Конечно же, твои обвинения были обоснованы.

Она облизала губы и прикрыла глаза, не в силах держать их открытыми.

— Думаешь, он все еще жив?

— Узнаем все, что сможем от Соломона. Если понадобиться, поедем в Новый Орлеан.

Это ее удивило.

— Ты оставишь свою семью?

— Ради тебя, да.

Ава заставила глаза открыться, чтобы посмотреть на него.

— Ты хороший человек, Линкольн.

— Только не говори никому, — сказал он, подмигнув.

~ ~ ~

Линкольн позволил Аве уснуть лишь после бесчисленных занятий любовью. Они провели в постели последние несколько часов, выбираясь лишь, чтобы набрать еды и вновь запереться в комнате. Он хотел остаться с ней, но наступал рассвет после полнолуния, и ему нужно было поговорить с Соломоном. Линкольн оделся и тихо покинул комнату.

Поспешив вниз, он прошел на кухню, где застал братьев, сидящих за столом.

— Ты как раз во время, — проворчал Кристиан.

Бо что-то невнятно пробубнил и в нетерпении поднялся на ноги.

Винсент одарил Линкольна понимающей улыбкой. Линкольн пытался сдержать ухмылку, но не смог, он дал пять Вину, когда проходил мимо.

— Готовы? — спросил Кристиан, когда вся четверка стояла на веранде с одеждой в руках. Утреннее солнце начинало разгонять ночные тени, а трава покрылась росой.

Линкольн первым дошел до двери. Он открыл ее и направился к каменной постройке, братья следовали за ним.

Внутри было тихо, и это насторожило Линкольна. Он отпер двери и открыл их, достаточно широко, чтобы пройти. Винсент включил свет. Кейн спал мертвым сном, Соломон сидел, упершись спиной в металлические прутья клетки и молча, смотрел на брата.

— Сработало, — произнес Соломон. — Я сомневался, но ты оказался прав, Вин.

Винсент отпер его клетку.

— Можешь отвезти его домой, Соломон. Полагаю, Линкольн и Ава захотят поехать с тобой.

Кристиан бросил Соломону одежду и проверил замок на клетке Кейна. Бо прислонился к стене и перочинным ножом пытался вынуть занозу из ладони.

Соломон быстро оделся и испытующе посмотрел на Линкольна.

— Везти Аву в Новый Орлеан не самая удачная идея, кузен.

— Из-за жрицы Дельфины? — спросил он.

— Именно. Посмотри, что она сотворила с моей семьей? Она хочет, чтобы Ава умерла, и она убедиться, что так и будет.

Линкольн сжал кулаки.

— Только через мой труп.

— Может дойти и до этого. — Соломон перевел взгляд на Кристиана, затем на Бо и наконец, на Винсента. — Вы именно этого хотите? Потерять своего брата из-за какой-то чокнутой стервы?

— Нет, — ответили они в унисон.

Соломон поморщился, натягивая рубашку.

— Я не хочу, чтобы ваша кровь была на моих руках. Особенно Авы. Я в долгу перед ее стариком. Благодаря ему, я понял некоторые вещи, прежде чем пришел сюда.

— Эээ, парни, — произнес Бо, когда он выпрямился и посмотрел на дверь здания.

— Как раз во время, — сказал Соломон с улыбкой.

Линкольн нахмурился, когда Соломон вышел из клетки и прошел мимо кузенов. Они быстро последовали за ним. Линкольн подтянулся, когда увидел черный грузовик “Додж”. Дверь открылась, и из него вылезли двое мужчин. У одного из них были такие же ярко-голубые глаза, как и у Соломона, что становилось понятно, — это их кузен, второй мужчина был старше, лицо в морщинах, а в каштановых волосах серебрилась седина.

— Будь я проклят, — произнес Бо с широкой улыбкой. — Джек Леде.

Соломон помахал двум мужчинам. Линкольн не мог отвести взгляд от Джека. Он шел, слегка прихрамывая, и с повязкой на левом глазу.

— Эта уродливая задница рядом с Джеком самый младший Лару, Курт, — сказал Соломон.

Курт бросился на Соломона, сбивая его с ног. Смеясь, братья начали подниматься на ноги.

Джек остановился напротив Линкольна.

— Я слышал ты спас мою Аву.

— Это наша общая заслуга, — ответил Линкольн.

Джек протянул руку, а когда Линкольн пожал ее, улыбнулся.

— Я помню тебя, Линк. Ты всегда сидел в сторонке и натачивал свои охотничьи ножи. Ава не могла оказаться в лучших руках, чем вы парни. Большое спасибо всем вам.

Линкольн хотел ответить, когда заметил блеск каштановых волос. Он посмотрел мимо плеча Джека и увидел Аву, идущую к нему в джинсовых шортах, серой футболке и с сияющей улыбкой.

— Она думает, что ты бросил ее, — поспешил сказать Линкольн Джеку. — Будь помягче с ней.

Джек обернулся, чтобы понять, о ком говорит Линкольн. Ава заметила Джека. Ее улыбка сошла с лица, и она остановилась.

— Хм, что ж..., — промямлил Кристиан и скрылся в лесу.

Джек провел рукой по лицу.

— Она выросла, и стала прекрасной женщиной.

— Папа? — спросила Ава.

Линкольн обошел Джека и встал рядом с ней.

— Соломон попросил своего брата привезти сюда Джека.

— Что я должна сказать? — прошептала она, глядя через его плечо на своего отца.

Линкольн заправил локон ей за ухо.

— Скажи ему, что у тебя на сердце.

Он начал отходить, но девушка схватила его за руку. Ее янтарные глаза умоляли его.

— Останься со мной.

Линкольн кивнул и подошел с ней к ее отцу. Спустя несколько неловких моментов, пока Джек пытался сморгнуть слезы, Ава обняла его. Слезы покатились по лицу Джека, когда он крепко обнимал дочь.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— Все получилось, — произнес Винсент, делая большой глоток пива.

Линкольн сидел рядом с ним на веранде и наблюдал, как Ава прогуливалась вместе с Джеком по берегу. Они говорили уже несколько часов.

— Да? Ава нашла отца. Ей больше нет необходимости оставаться здесь.

— Ты собирался отвезти ее в Новый Орлеан.

— Я надеялся, что немного больше времени со мной помогло бы ей понять… — Черт. Он даже не мог произнести это.

— Что? — не унимался Вин.

Линкольн пожал плечами и уперся ногой в столб.

— Что она неравнодушна ко мне.

— Потому, что ты любишь ее.

— Человек не может влюбиться за несколько дней, — насмешливо сказал Линкольн.

Вин со смехом посмотрел на него.

— И это говорит мужчина, который именно так и сделал, но я думаю, что ты влюбился в тот момент как увидел ее.

— Это невозможно.

— Да неужели?

Линкольн поставил пиво рядом со стулом.

— Жизнь Авы в Далласе. Она успешный адвокат. Что я могу предложить ей?

— Любовь.

— Жизнь полную страха и переживаний, Кристиан прав. Кто захочет проходить через подобное?

Винсент выпрямился и уперся локтями в колени.

— Она не говорила, что вернется в Техас.

— Но она и не сказала, что намерена остаться.

— Значит, дай ей шанс самой принять это решение. — Вин поднялся на ноги. — Кроме того, когда это ты сдавался, когда хотел что-то получить? Если она стоит того, борись за нее, Линк.

Стоит ли Ава того? Конечно же, стоит. Проблема в том, что Линкольн не был уверен, что достоин ее. За последнее время, жизнь её круто изменилась. Что это за жизнь?

Она привыкла к городу, комфорту и красивым вещам. Он мог защищать ее от вервольфов, но он не знал ничего о жизни в городе, не знал, как быть тем мужчиной, которого она хочет видеть рядом с собой.

Бороться за нее?

Он готов тысячи раз за нее умереть.

~ ~ ~

Ава обыскала весь дом в поисках Линкольна. Пока, наконец, Бо не сказал ей, что он с Кейном. Даже это не помешало ей пойти к нему.

Войдя внутрь, она обнаружила его сидящего на стуле рядом с клеткой Кейна, балансирующего на задних ножках.

— Я искала тебя, — сказала она и посмотрела на Кейна, который все еще спал, уже в человеческом обличие.

— Как прошел разговор с отцом? — спросил Линкольн.

— Поначалу трудно, но потом легче, — сказала она, засунув руки в карманы. — Он убил племянницу Дельфины во дворе нашего дома. Она пыталась залезть в мое окно. Папа пытался избавиться от тела, когда прихвостни Дельфины обнаружили его. Они увезли его в Новый Орлеан, где она держала его все эти годы.

Линкольн опустил стул на пол.

— Значит, так он потерял глаз?

— Да. Она хотела убить нас, но он ей ничего не рассказал, ни о маме, ни обо мне. Когда ее люди пришли за нами, мы уже покинули город.

— И все же она нашла тебя.

— Это моя вина. Я наняла частного детектива, чтобы он нашел моего отца. Судя по всему, он отправился в Новый Орлеан, и его вопросы привлекли внимание Дельфины.

Линкольн встал и подошел к ней.

— Как Джек смог освободиться из плена Дельфины?

— Твои кузены. Они вылечили его, и он решил остаться с ними, чтобы Дельфина не смогла добраться до нас.

— И что дальше?

Так вот почему он так странно ведет себя, он думает, что она уедет. Возможно, поначалу она так и хотела, пока не поняла, что не сможет оставить этого мужчину.

— Зависит от обстоятельств, — ответила она.

Он пнул ножку стула.

— От каких?

— Ты.

Он поднял на нее глаза.

— А что я?

— Если ты хочешь меня...

Не успела она договорить, как была прижата к его твердому телу, его лицо было в сантиметре от ее.

— Хочу тебя? Ты глупая женщина. Я уверен, что люблю тебя.

Она не могла ничего выговорить. Она лелеяла надежду, что он хочет, чтобы она осталась, но даже не думала, что он может полюбить ее.

— Скажи что-нибудь, — сказал он и слегка тряхнул ее.

Единственная мысль, которая пришла в ее голову, ответить ему, его же словами.

— Почему так долго?

Он улыбнулся, опустил голову и прежде, чем поцеловать, сказал:

— Останься Ава. Останься ради меня, ради нас. Я буду любить тебя отныне и вовеки веков.

Поцелуй был ошеломляющим, напоминающим, что это одна из многих причин, почему она не может покинуть его. Когда он прервал поцелуй, она судорожно вздохнула.

— Я останусь ради тебя, ради нас, потому что я тоже люблю тебя, Линкольн Чиассон.

ЭПИЛОГ

Месяц спустя…

Ава с одобрением оглядела новый офис. Она всегда хотела начать частную практику, и, решение остаться в Луизиане, дало ей такую возможность.

— Неплохая нора, — сказал Бо, когда он и Линкольн закончили вешать последнюю картину.

Ава заулыбалась.

— Не могу поверить, что завтра я официально открываюсь.

Кристиан установил шкаф для хранения документов в приемной.

— Разве так можно говорить, после того как ты приняла уже трех клиентов?

Она пожала плечами.

— Не могла же я выгнать их, пока официально не откроюсь.

— Умничка, — сказал Линкольн с гордостью в голосе.

Оливия вошла через переднюю дверь с коробкой документов из юридической фирмы.

— Это пришло из Техаса. Я займусь ими завтра.

— У тебя больше опыта, чем требуется моему помощнику, — сказала Ава.

Оливия с благодарностью вручила коробку Бо, который сидел на столе.

— Тебе нужна помощь, мне нужна работа. Кажется, идеальное решение.

Линкольн подошел к Аве и обнял за плечи.

— Вы двое итак проводите много времени вместе, планируя свадьбу.

Оливия гневно посмотрела на него.

— Мне нужна помощь, а так как вы все настаиваете, чтобы Райли оставалась в Техасе, я обратилась к Аве.

Ава подмигнула Оливии.

— Мы должны поехать в Остин в гости к Райли. Я бы хотела познакомиться с ней.

— Она полюбит тебя, — сказал Линкольн, хотя его лоб прорезала складочка. — Но если ты поедешь, она захочет вернуться с тобой.

— Здесь ее дом, — настаивала Ава. — Я пыталась держаться подальше, но в итоге вернулась. И Райли вернется.

— Черта с два. Если мне придется поехать в Остин и найти ей мужа, я так и сделаю, но она не вернется, — заявил Кристиан.

Ава и Оливия обменялись взглядами, решив, что не стоит мальчикам знать о вчерашнем звонке Райли. Каждый время от времени нуждается в сюрпризах.

Content

Грант Донна Дикие мечты