ЛВП

Unknown

Перевод подготовлен для частного просмотра. Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Уважайте чужой труд!

«На пути к справедливости»

Риви Джекс

Серия «Джастис» #2

Оригинальное название — «Finding Justice» by Rivi Jacks

Переводчик — Александра Журавлева

Редактор — Алина Подчасова

Оформление — Наталия Павлова, Александра Журавлева

Обложка — Аделина Красавина

Перевод выполнен для: https://vk.com/beautiful_translation

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и происшествия либо являются продуктом фантазии автора, либо используются случайно, и любое сходство районов, мероприятий, деловых учреждений, или реальных людей—живых или мертвых, совершенно случайно.

Аннотация:

Их прекрасная история любви подошла к концу, когда Лиам Джастис узнал, что Кэйтлин Шоу следила за ним, работая под прикрытием для журнала.

Он вычеркнул ее из своей жизни, оставил в прошлом...

По крайней мере, он так думал.

Кэйт была опустошена, зная, что она потеряла любовь всей своей жизни.

Поэтому, когда обстоятельства сводят их снова вместе, они оба получают второй шанс. Однако вскоре они понимают, что не так просто вернуть однажды потерянное доверие...

.

Содержание

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 1

Три недели спустя.

Стук не прекращается.

Я поворачиваюсь, потянув подушку на голову. Кто бы это ни был, ему лучше уйти и оставить меня в покое.

Это не Пол или Джули — у них есть ключ, и у них есть привычка приходить, когда вздумается. Я не жалуюсь. Я не уверена, что пережила бы последние несколько недель без них.

Это был сущий ад. Дни, проведенные в душевных муках из-за потери Лиама, а затем еще и грипп, и у меня уже просто нет сил снова бежать в ванную и выворачивать желудок. Когда мне все-таки удается заснуть, мне снится Лиам, и я просыпаюсь в слезах.

Но тот, кто стучит в мою дверь, настроен решительно. Я надеваю халат, заправляю выбившиеся из косы пряди волос. Проходя мимо зеркала в прихожей, я бросаю взгляд на свое отражение.

Выглянув в глазок, я начинаю стонать и прижимаюсь лбом к двери. Я открываю дверь, держась за нее, потому что никак не могу взять себя в руки.

Валери поднимает брови, а затем заходит в мою квартиру.

— Ты дерьмово выглядишь, Кэйтлин.

Я закрываю дверь и осторожно двигаюсь в направлении кухни. Резкие движения даются мне нелегко и сразу же отдаются в голову.

— Хочешь что-нибудь выпить? — Бормочу я.

— Пол сказал мне, что он и его жена приносят тебе еду каждый вечер. Ты похудела.

Трудно есть, когда чувствуешь, как умираешь внутри. Но я не говорю ей этого.

Я беру бутылку имбирного эля из холодильника и стакан.

— Хочешь выпить?— Спрашиваю снова.

— Нет, спасибо.

Я делаю глоток содовой, а она пристально смотрит на меня.

— Кэйтлин, я думаю, тебе нужно обратиться к врачу.

Я ставлю свой стакан на столешницу.

— Уже обратилась. У меня грипп. — Мои ноги начинают дрожать. — Если ты не возражаешь, мне нужно присесть. — Я направляюсь обратно в гостиную.

Когда я сворачиваюсь калачиком на диване, Валери подходит к моему развлекательному центру, где у меня стоят фотографии моих родителей. Я укутываюсь в плед. Надеюсь, что она скажет причину своего прихода до того, как я грохнусь в обморок.

— Кэйтлин, я перейду сразу к делу. — Она ставит на место фотографию моих родителей, а затем поворачивается. — Я хочу, чтобы ты вернулась в журнал.

— Ты предлагаешь мне работу?

Она криво улыбается мне. — Твою старую работу.

Я села. — Я ... Я не уверена, что останусь в Чикаго. Я хочу уехать домой на некоторое время.

Она стоит, ничего не говоря, и я чувствую, что она наблюдает за мной. Я накрываюсь пледом, избегая ее взгляда.

— Это все из-за мужчины, — мягко говорит она.

Я смотрю на ее лицо, на котором читается удивление, а это не те эмоции, которые можно увидеть на лице Валери Шарп.

— Ты влюблена в него, — она заявляет прямо.

Эти слова отдаются невыносимой острой болью в сердце.

Я медленно сажусь и спускаю ноги с дивана. Я не говорю с ней о Лиаме. Я даже стараюсь не думать о нем. Я не могу. Не должна, если хочу сохранить трезвость мысли.

— Мне нужно снова лечь, Валери. — Голова начинает снова кружиться, и накатывает новый приступ тошноты.

— Возможно, тебе снова необходимо обратиться к врачу.

— Мне ... лучше, на самом деле. Спасибо, Валери. — Я медленно направляюсь к двери. — Я ценю твое предложение, но я действительно думаю поехать домой.

Хотя я даже не думала об этом. Я просто придумала отмазку. Но теперь, я понимаю, что должна. Я не могу остаться, ведь я могу случайно встретиться с Лиамом где-нибудь.

Я обняла себя за талию, пытаясь защититься от сильного желания увидеть его.

Хотя бы раз.

Валери меня удивляет, когда протягивает руку и кладет ее мне на щеку. Это такой материнский жест, от которого на мои глаза наворачиваются слезы.

— Подумай над моим предложении о работе, Кэйтлин. Ты ничего не исправишь, если будешь просто сидеть и вздыхать. Поговори с ним.

Мои глаза расширяются. Головокружение усиливается, я качаю головой. — Он меня ненавидит. Он думает, что я ужасный человек, который лгал и спал с ним, чтобы получить информацию. Он думает, что я та, кто пытался проникнуть в хранилище «Джастис Хаус». — Я вытираю на слезы. — Он думает, что я предала его, — шепчу я.

— Тогда важно, чтобы он узнал, что ты этого не делала, — говорит она.

Я резко выдыхаю. — У меня никогда не будет возможности поговорить с ним еще раз.

После того, как Валери уходит, я ползу обратно в постель, натягиваю одеяло до подбородка. Я лежу тихо, а потом начинаю рыдать.

Думаю, что отрешенность поможет мне в сложившейся ситуации, но это не так. Уткнувшись лицом в подушку, даю волю слезам. Я так боюсь даже начать, зная, что не смогу остановиться. Если ничего другого мне не остается, может быть, если я дам волю эмоциям, это снимет напряжение, и я смогу поспать.

Я заставляю себя встать из постели пару часов спустя, чтобы принять душ, а затем пойти на кухню. Я обещала Джули съесть хотя бы часть супа, который она принесла вчера, но только одна мысль о еде заставляет мой желудок нервно сжиматься. Я наливаю себе еще один стакан имбирного эля и пью его, пока сижу за барной стойкой.

Вся моя истерика была зря. Я не уснула, и теперь моя голова тяжелая, а глаза опухли.

Я вскакиваю от громкого стука в дверь. Смотрю в глазок и испытываю шок, видя Холли. Я делаю шаг назад.

Она снова стучит.

Я приглаживаю мои распущенные волосы и поправляю одежду, делаю глубокий вдох и открываю дверь.

— Здравствуй.

— О, Кэйт! — В ее голосе звучат забота и сострадание.

Я сглатываю. — Входи.

— Я беспокоюсь о тебе, — говорит она, когда мы сидим в кухне.

— Спасибо. Я ... в порядке. — Я едва выговариваю слова. Я хочу спросить ее о Лиаме.

— Я не собираюсь лгать тебе, Кэйт, ты ужасно выглядишь.

Я убираю прядь волос назад. — Хочешь что-нибудь выпить? — Я делаю шаг к холодильнику. — Я собираюсь выпить имбирного эля, будешь?

Поднимаю бокал.

— Да, спасибо, — отвечает она на мой молчаливый вопрос.

Я сижу, сложа руки, а Холли потягивает напиток. — Кэйт, я очень беспокоюсь о тебе. Ты была у врача?

— Да, после... — Я закрываю глаза, вспоминая тот день. — У меня грипп, — говорю я слабо.

Она фыркает. — Это не похоже на грипп. Ты выглядишь так, будто очень много потеряла в весе. У тебя темные круги под глазами и, честно говоря, цвет лица настораживает.

Я кусаю губы от внезапного желания разреветься. Я чувствую себя настолько уставшей, что просто хочу залезть под одеяло с головой.

— Я не могу спать, — шепчу прерывисто. — Еда не усваивается. Я несчастна, потому что постоянно перебираю в голове варианты того, что должна была сделать. — Я делаю глубокий вдох. — Я не хочу думать о Лиаме, но каждая мысль приводит к нему, — хрипло говорю я. — Я скучаю по нему очень сильно, Холли.

Она протягивает руку, чтобы сжать мою.

— Я клянусь, что никогда не предавала его или любого из вас.

— Я знаю, милая. Я никогда не думала, что это ты.

— Спасибо. — От ее слов я чувствую облегчение, на сердце становится легче. Я волновалась, что Холли подумала, что я использовала нашу дружбу, чтобы добраться до Лиама.

— Когда ты впервые созналась, что работала в журнале «Вопрос», я расстроилась, потому что знала, как Лиам отнесется к этому. Ты должна знать, что Брюс тоже никогда не думал, что ты могла предать нас. Мы воссоздали всю хронологию событий. — Она усмехается. — Райан давал нам советы, как все сделать, прежде чем мы... — Она колебалась.

Я знаю, что она собиралась сказать, прежде чем мы передали все Лиаму.

— Кэйт, — она берет мою руку обеими руками. — Ему просто нужно время. — Она хмурится. — Твоя рука холодная, как лед.

— Ладно, иди, одевайся. — Она встает. — Я отвезу тебя к врачу. — Холли вытаскивает телефон из сумочки.

— Холли, это просто грипп, и я измотана. Это пройдет.

Она прикладывает телефон к уху.

— Ну, мы попросим выписать тебе что-нибудь от бессонницы. Теперь иди. — Здравствуйте, доктора Лайл, пожалуйста, Холли Филлипс звонит. — Она поднимает брови и показывает мне, чтобы я собиралась.

Я даже не обратила внимания на то, какое платье вытащила из шкафа и надела.

По дороге я узнала, что доктор Мишель Лайл является другом Холли. Я слушаю, как она рассказывает мне о ней, как о хорошем враче, но, честно говоря, все, что я хочу сделать, это лечь.

— Кэйт, может быть, я не должна рассказывать тебе это, но для Лиама ваш разрыв тоже не прошел бесследно. — Я смотрю на нее, мое сердце разрывается на части даже при мысли о том, что Лиаму больно. — Он сейчас как ворчливый, старый медведь с занозой в лапе. — Она хмурится, и я догадываюсь, что она думает о чем-то, что ей не нравится. Я не хочу знать, о чем именно.

Мы не стоим в очереди, а сразу заходим в кабинет врача.

Доктор Лайл оказалась привлекательной, приятной женщиной, примерно на десять лет старше Холли. Она очень уверенная, сидит и разговаривает со мной, как будто у нее есть в запасе все время мира.

Когда она спрашивает меня о том, что еще происходит в моей жизни, кроме гриппа, Холли сообщает ей, что я бросила свою работу и бойфренда одновременно. Когда я смотрю на Холли, она подмигивает.

— Если бы я могла спать, то смогла бы пережить это, — шепчу я.

— Ну, давайте проведем несколько тестов, которые мне необходимы, чтобы понять, что с вами, — говорит она, улыбаясь.

Я понимаю, что это ускоренные анализы, и пока мы сидим в кабинете у врача, они уже будут готовы. Это, наверное, самая быстрая лаборатория, о которой я когда-либо слышала.

— Ты в порядке? — Холли спрашивает, пока мы сидим и ждем нашего врача.

— Да.

Доктор Лайл входит, глядя на результаты. Она смотрит и улыбается, прежде чем сесть за свой стол.

— Вы сказали, что посещали врача две недели назад, правильно?

— Да, почти три. — Мой внутренний голос что-то подсказывает мне. — Это был не мой доктор, он был на выходном.

— Я отправила ваши анализы в лабораторию повторно, чтобы быть уверенной.

Краем глаза вижу, что Холли ерзает в своем кресле.

— Кэйт, вы беременны.

Холли выдыхает и медленно поворачивается ко мне, широко раскрыв глаза и рот.

Я набираюсь сил, чтобы сделать вдох. Я качаю головой.

— Нет.

— Вот почему я хочу дождаться результатов повторных анализов, чтобы быть уверенной в вашей беременности. — Доктор Лайл мягко улыбается мне. — Исходя из того, что вы сказали мне, то срок около девяти недель, но я выпишу направление на ультразвук для уточнения.

Я снова трясу головой. — Нет, — я шепчу. — О, Боже. — У меня как раз был цикл, когда я обращалась к врачу. — Холли выглядит очень потрясенной.

— Так может произойти, Кэйт, — врач уверяет меня. — Это не такая уж редкость.

— Я не могу быть беременной, мы использовали ... — Я закрываю глаза, меня снова начинает подташнивать.

— Но? — Мягко спрашивает меня доктор.

— Я начала предохраняться; это были таблетки, но ... — Я кусаю губы.

— У вас был незащищенный секс, когда вы только начали принимать таблетки. — Она заканчивает предложение за меня.

— Да, — я дышу. — Это был только один раз.

— Этого вполне достаточно, — говорит она.

— Что теперь? — Спрашивает Холли.

Я не слышу, что говорит доктор. Меня одолевает паника от новости, что я беременна.

От Лиама.

И он меня ненавидит. Я вцепляюсь в ручки кресла, когда в глазах начинает темнеть.

— Кэйт, я хотела бы положить вас в больницу на несколько дней для обследования.

— Что? — Я слегка качаю головой.

— Зачем? — Спрашивает Холли, глядя на меня.

— Утренняя тошнота считается нормальной частью здоровой беременности. Но нормой не является постоянная рвота и чрезмерная потеря веса. Неспособность удерживать жидкость в организме приводит к риску обезвоживания.

— У Кэйт обезвоживание?

— Небольшое. На данный момент меня больше волнует ее электролитный дисбаланс, который, если его не контролировать, может привести к серьезному обезвоживанию.

— Это опасно?

— С Кэйт все будет хорошо, Холли. Мы прокапаем ей лекарство, чтобы остановить рвоту и начнем давать витамины и пищевые добавки.

В комнате стало тихо, и я вижу, что врач и Холли смотрят на меня.

— Кэйт, я знаю, что это нелегко осознать, — доктор Лайл любезно улыбается, — но я не хочу, чтобы вы волновались. С вами и вашим ребенком все будет хорошо. — Она смотрит в документы. — Я вызову медсестру, чтобы приготовила для вас палату.

— Нет. — Я качаю головой. — Никакой больницы.

Доктор Лайл очень удивлена.

— Кэйт, — говорит Холли. — Мишель считает, что тебе необходимо лечь в больницу на несколько дней.

— Я не останусь в больнице, — говорю я твердо.

— Кэйт…

— Холли. — Доктор Лайл поднимает руку и немного покачивает головой, прежде чем посмотреть на меня.

— Я не лягу ни в какую больницу. Вы сказали, что я лишь слегка обезвожена, и я могу принимать лекарства, не находясь в больнице. Я буду делать все, что вы говорите. — Шепчу я, — Но, пожалуйста, только не больница.

Я не могу отвести глаз под ее проницательным взглядом.

Через некоторое время она тянется, открывает ящик и достает блокнот.

— Я дам вам рецепт на лекарства, которые должны помочь с тошнотой, и я хочу, чтобы вы соблюдали легкую диету. Я также собираюсь назначить вам витамины и добавки. — Она смотрит на меня. — Вы должны получить эти лекарства внизу в нашей аптеке, прежде чем уйти, и начать принимать их немедленно. — Выражение ее лица становится твердым. — Я хочу, чтобы вы приходили сюда каждый день в течение следующих трех дней. Если не будет улучшений ... Я уложу вас в больницу, — говорит она, ее тон непреклонен.

Она замечает, как напрягается мое тело. — Достаточно только двух-трех дней, Кэйт, чтобы облегчить ваше состояние.

— Я буду делать все, что вы сказали. Спасибо.

— И я буду помогать ей, — добавляет Холли.

Я закрываю дверь автомобиля Холли и облокачиваюсь на спинку сиденья. Она делает то же самое, никто из нас не говорит ни слова.

Этого не может быть. Я кладу свою руку на живот. Я никогда даже не думала о детях.

— Что мне делать? Мне двадцать четыре года, и у меня нет работы. Я собиралась вернуться домой, но теперь ...

Холли поворачивается, чтобы посмотреть на меня. — Ты не можешь уехать, Кэйт. Ты должна сказать Лиаму, он не захочет, чтобы ты уезжала.

Я смотрю на нее не в состоянии скрыть шок.

— Кэйт, ты должна сказать ему!

Я качаю головой, чувствуя легкое головокружение от движения.

— Я не могу, — я глубоко дышу. Мысль о том, как он отреагирует, ужасает меня. Я слишком уязвима и не смогу выдержать его гнев.

Он меня ненавидит.

Я вдруг представляю, что он может заставить меня избавиться от ребенка. Моя рука инстинктивно ложится на живот в защитном жесте.

— Кэйт, он имеет право знать и ... Я знаю, что Лиам... он все сделает правильно.

Мои глаза широко раскрываются. — Я не хочу, чтобы он все сделал правильно!

— Он никогда не отвернется от своего ребенка. Он поможет тебе.

Я опускаю голову вниз, закрывая лицо руками.

— Почему это случилось?

— Может быть ... потому что ты и Лиам предназначены друг для друга.

Мой смех звучит истерично. Я ложу голову на спинку сиденья.

— Ему больно, Кэйт. И ... он, после того, как умерла его мать, решил, что не позволит ничему и никому снова причинить ему боль.

Я смотрю на нее.

— Он будет так зол на меня за то, что я говорю тебе все это, но ... — Она кивает, как будто уверяя себя в том, что все делает правильно. — Ты единственная женщина, которую он впустил в свою жизнь. У него никогда не было постоянной девушки. О, у него было много женщин, и большинство из них хотели остаться с ним, но ... он не хотел. Перед тем как его мама ... умерла, он чувствовал, что она нуждалась в нем, и я знаю, что он чувствовал, что должен был проводить больше времени с ней. — Холли останавливается. — Его отец ... — Она качает головой.

О, Лиам.

— Когда он потерял свою маму, мы думали, что потеряли и его. Его мама была таким хорошим человеком, и они были так близки. Она не носилась с ним ... они были просто близки, и он обожал ее.

Я вытираю слезу со щеки.

— Я знаю, Кэйт, что он никогда не оставит своего ребенка. — Она протягивает руку и кладет на мою, которая по-прежнему лежит на моем животе. — Он будет хотеть этого ребенка, и если ты подождешь еще хоть один день, прежде чем сказать ему о ребенке ... — Она сжимает мою руку. — Ты должна сказать ему. Сегодня.

Я закрываю глаза и прислоняю голову к спинке сиденья.

Она заводит машину и выезжает со стоянки, я знаю, что мы едем в «Джастис Хаус». Я должна сказать ему, я это знаю. Мне, вероятно, понадобится помощь, чтобы пройти через это. Эмоциональная поддержка. Я не буду брать у него деньги. Я сама справлюсь.

Волна отчаяния омывает меня. Я не уверена, что это сработает. Я понятия не имею, как долго я смогу работать до того, как ребенок родится, и как долго не смогу вернуться к работе.

Мое дыхание перехватывает. У меня будет ребенок.

Я прижимаю руку к своему животу, внезапно осознавая, что мне придется принять помощь Лиама, чтобы обеспечить своего ребенка. По крайней мере, по началу. Я не могу вернуться домой к родителям, ведь они не могут позволить себе содержать меня и ребенка. Я не буду оказывать на них давление. Я даже не знаю, как они будут сводить концы с концами, как только я не смогу отправлять им деньги. Они никогда не позволяют отправлять им много, и это никогда не было бременем для меня, хотя я делаю это каждый месяц, но что будет дальше? Я должна буду сказать им о ребенке в ближайшее время.

Я начинаю паниковать. Стоп, мне нужно успокоиться, так как это не очень хорошо для ребенка, и от этого меня тошнит.

Когда Холли замедляет машину перед воротами в «Джастис Хаус», я, честное слово, чувствую трепетание в моем животе.

Холли смотрит на меня, когда я вздыхаю.

— Все будет в порядке, Кэйт. Что? Что случилось?

— Думаю, что я просто почувствовала ребенка, — шепчу в ответ.

Ее глаза расширяются. — В самом деле?

Я киваю. — Да.

Это должно быть хорошим знаком.

Холли стучит в дверь кабинета Лиама. Когда я слышу, как он кричит в ответ, я паникую и делаю шаг назад, но Холли хватает меня за руку.

— Все будет хорошо, — успокаивает она.

Когда мы заходим в кабинет, я чувствую легкое головокружение.

Он за столом и смотрит на Холли, — Холли, если ты здесь для...

Когда он понимает, что я стою прямо позади нее, он быстро оглядывается, а затем резко встает.

— Ты спятила? — Он смотрит на Холли.

— Лиам, просто выслушай.

— Нет! Убери ее на хрен отсюда! — Его голос отдается эхом по комнате.

— Я пойду, — мягко говорю я.

Холли быстро встает у меня на пути. — Нет, ты не пойдешь! Стой, где стоишь.

— Холли, помоги мне... — Лиам шипит сквозь зубы.

Я наслаждаюсь им. Он в ярости, но никогда еще не выглядел более красивым. Его глаза столь же яркие, как я их помню. Его волосы, как всегда, в сексуальном беспорядке, и темная прядь на его лице только дополняет отличный внешний вид. Он действительно выглядит усталым, хотя, темные круги под глазами, кажется, только усиливают синий цвет его глаз.

Хотя я не могу оторвать глаз от него, он не смотрит на меня. С таким же успехом я могла быть невидимкой. Я удовлетворена тем, что мое присутствие действительно расстроило его, но я не уверена, что это хорошо.

— Лиам, Кэйт есть, что сказать тебе...

— Меня не колышет! Ты понимаешь меня, Холли? Теперь уведи ее к черту отсюда.

Это намного больнее, чем я могла себе представить. Он так много значит для меня. Я прикусываю губу, чтобы не разрыдаться.

— Просто выслушай ее Лиам, это важно. — Все его тело говорит о том, что он в гневе. — Пожалуйста, Лиам, дай ей две минуты. Для меня. Пожалуйста.

Лиам закрывает глаза, и на долю секунды мне кажется, что я вижу боль на его лице, а потом он отворачивается, и я понимаю, что мне, наверное, показалось.

— Две минуты, время пошло, — рычит он.

Холли поворачивается, берет меня за руку и сжимает ее, а затем направляется к двери.

Нет! Мне нужно, чтобы она осталась. Я смотрю, как она выходит, закрыв за собой дверь.

— Осталось девяносто секунд.

Я смотрю на него, и он, наконец, смотрит на меня, но это так, как будто он смотрит сквозь меня. Его взгляд прожигает меня до костей.

Жужжание в ушах, что я испытала в кабинете врача, вернулось. Я вдруг почувствовала легкое головокружение, у меня возникают проблемы с дыханием.

О, пожалуйста, не дай мне свалиться в обморок.

— Кэйтлин!

Я вскакиваю от его жесткого, сердитого тона. По крайней мере, он теперь сосредоточен на мне. Я понимаю, что это может быть последний раз, когда я буду так близко к нему, и я стараюсь запомнить каждую деталь дорогого лица и его запах.

Он слегка хмурится. — У тебя тридцать секунд.

Я не могу произнести эти слова, я парализована от страха и чувства потери.

— Ты выглядишь немного уставшей, дорогая. В чем дело, чувство вины гложет?

Я качаю головой, чувствуя тошноту. Стараюсь выровнять дыхание.

— Нет, — шепчу я, мои глаза встречаются с его. — Я беременна, — мягко говорю я.

Я вижу шок в его глазах, а затем он берет себя в руки. Выражение его лица становится бесстрастным, в то время как он сверлит меня взглядом, затем он наклоняет голову.

— С чем тебя и поздравляю, дорогуша.

Глава 2

Я резко вдыхаю и практически перестаю дышать.

Хорошо. Пусть будет так. Он отказывается от нас. Я сама справлюсь.

Голова начинает кружиться, я знаю, что нужно идти, но стою, как вкопанная, пока мне не становится лучше.

Я бросаю еще один взгляд на его красивое лицо. Боже, я люблю этого человека с самого первого взгляда. И я не уверена, что ранит меня больше: что я никогда не увижу его снова или тот факт, что он никогда не увидит своего ребенка.

Я киваю ему. — Спасибо.

На ватных ногах иду к двери, открываю ее, чтобы не унизить себя еще больше.

Останови меня.

Останови меня.

Останови меня, пожалуйста.

Закрыв дверь, внезапно чувствую, будто я нахожусь в конце длинного туннеля.

До свидания, Лиам.

А потом наступает темнота.

Ммм. Он так хорошо пахнет. Я слегка уткнулась в подушку.

Лиам.

Я слышу гул голосов, но не могу открыть глаза. Я пытаюсь заглушить свою боль в темноте и невероятном аромате Лиама.

— Почему она не пришла в себя?

Лиам.

— Она измотана. От доктора Лайл и миссис Филлипс я узнал, что она не может нормально спать.

Я чувствую его.

Лиам.

Тишина.

Я пытаюсь еще больше уткнуться в подушку и почувствовать запах Лиама. Я медленно открываю глаза, дезориентированная тем, что нахожусь в его спальне. Почему я здесь? В комнате темно, но кто-то оставил свет в ванной включенным, а дверь — слегка приоткрытой, поэтому света достаточно, чтобы увидеть его. Он спит в кресле, стоящем достаточно близко к кровати, чтобы положить на нее свои длинные ноги. Его лицо находится в тени, но я могу разглядеть глубокую складку между бровями, и я хочу разгладить ее.

Острая необходимость отлучиться в туалет предопределяет любую другую мысль, и я шевелю рукой, чтобы убрать одеяло, но рука отказывается подчиняться. Присмотревшись, вижу, что к моей руке присоединена капельница. Надеюсь, что с колесиками. Мне нужно срочно пописать.

Моя свободная рука движется к животу. Я знаю, что с моим ребенком все в порядке. Я не знаю, как объяснить это, но теперь, когда знаю, что беременна, я чувствую ее присутствие. Или его.

— Лиам. — В моем горле пересохло, я произношу его имя практически шепотом, но он меня слышит и открывает глаза, даже в полумраке видна их синева.

Складка углубляется между его бровями, когда он ставит ноги на пол и садится в кресле.

— Что случилось?

— Ты упала в обморок.

— Мне нужно в туалет.

Он неуверенно встает.

— Пожалуйста, — Я не справлюсь сама, если он не поможет мне.

Он наклоняется ко мне. — Мы должны быть осторожными, — говорит он хрипло.

Я помещаю руку с капельницей на его плечо и обнимаю его за шею другой рукой. Он поднимает меня на руки.

Его близкое присутствие станет моей погибелью. Уткнувшись лицом ему в грудь, делаю глубокий вдох. Когда он не двигается, я смотрю вверх. У него закрыты глаза, будто ему больно. Я произношу его имя так тихо, что не уверена, слышит ли он меня, но его глаза открываются, и он смотрит вниз, наши взгляды встречаются.

Снова возникает трепет внизу живота, и я хочу сказать ему, но не решаюсь, не зная его реакции.

Он продолжает двигаться, поддерживая меня одной рукой, и тянет за капельницу второй. Опускает меня на пол в ярко освещенной ванной комнате. Я задыхаюсь, когда вижу свое отражение в зеркале над раковиной.

Кто-то заплел мои длинные волосы, но не туго, прическа превратилась в неряшливый беспорядок. Я поднимаю руку, чтобы заправить выбившиеся пряди за уши. У меня до сих пор темные круги под глазами, мои веки выглядят фиолетовыми, а цвет лица болезненно-желтый. Ни один из этих цветов не сочетается с моими темно-карими глазами, я выгляжу как в фильме ужасов. И только сейчас замечаю: на мне одна из белых футболок Лиама. Она мне велика, и я вдруг чувствую себя сироткой Энни (прим. перев.: «Сиротка Энни» — мультфильм студии «Мульттелефильм» по мотивам стихотворения Джеймса Виткомба Рейли. Нянька Энни, присматривая за малышами, рассказывает им на ночь страшные сказки про гоблинов, которые утаскивают непослушных проказничающих детей)

Стараясь пересилить накатывающиеся слезы, я отвожу взгляд.

— Ты в порядке? — Говорит он немного отрывисто.

Я не чувствую себя хорошо. Я смахиваю слезу.

— Ты дальше сама справишься? — Его голос звучит нетерпеливо.

— Да. — Шмыгаю я носом.

Он походит ко мне, поднимает мой подбородок и пристально смотрит мне в глаза. — Я буду снаружи, — говорит он мягко, прежде чем выйти, закрыв за собой дверь.

После того, как я справляюсь со своими делами, то остаюсь сидеть на крышке и даю волю слезам.

— Я жалкая, — говорю я себе, перетаскивая капельницу к раковине и даже не зная, почему плачу. Помыв руки, брызгаю водой на лицо. Когда поднимаю глаза, доставая полотенце, я вижу отражение Лиама в зеркале.

— Готова?

— Да, но я могу ходить.

— Я так не думаю. — Он берет меня вместе с капельницей. Несет в комнату и опускает на свою кровать, затем набирает номер телефона.

— Мисс Шоу готова к тарелке супа. Спасибо. — Он отключает телефон.

— Ты бы мог дать мне воды, пожалуйста, — я шепчу.

Он идет в ванную комнату и возвращается со стаканом воды, затем помогает мне сесть, чтобы я смогла его выпить. Моя рука дрожит от его близости, пока я держу стакан, и он протягивает руку, чтобы поддержать его. Когда я допиваю воду, раздается стук в дверь.

Лиам шагает к двери и впускает в комнату небольшую седовласую женщину с подносом в руках. Она ставит поднос на прикроватный столик.

— Как мы себя чувствуем, дорогая? — Она ждет моего ответа, подкладывая мне подушки за спину.

— Хорошо, — мягко говорю я и смотрю в сторону Лиама, но он стоит на балконе, глядя в темноту.

Она кладет мне на колени полотенце. — Тебя покормить? — Спрашивает женщина, потянувшись к чашке на подносе.

— Нет, я ... могу сама, спасибо.

— Лиам, вам нужно приобрести столик на колесиках, как в больнице, — говорит она, протягивая мне миску.

Лиам поворачивается.

— Все прекрасно... на самом деле, — заверяю ее.

Суп очень вкусный. Курица с лапшой, и я уверена, что это домашняя пища. Я осознаю, что Лиам и женщина смотрят, как я ем, но мне все равно. Я съедаю все до последней капли, удивляясь, что ко мне вернулся аппетит. Я такая голодная, что думаю, смогла бы съесть еще одну чашку, но мои глаза уже начинают закрываться. Лиам тянется к миске, забирая ее из моих вялых пальцев. Я смутно слышу его разговор с этой женщиной.

Когда я снова открываю глаза, в комнате уже светло. Не знаю, утро сейчас или вечер.

Пожилой человек сидит в одном из кресел, положив ногу на ногу. Он что-то пишет.

Я смотрю на дверь и задаюсь вопросом, где Лиам.

— Ах ... вы уже проснулись. — Он любезно улыбается и откладывает бумаги в сторону, вставая. — Я доктор Хайнс. — Он берет меня за руку, лежащую на животе. Капельницы больше нет.

— Я убрал капельницу пару часов назад. До тех пор, пока вы не будете нормально питаться и не начнете нормально усваивать пищу, придется потерпеть. Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, — шепчу я, и он отпускает мою руку, чтобы налить стакан воды из графина, стоящего на ночном столике. На этот раз моя рука не трясется, когда я держу стакан.

— Утром, когда проснулись и вставали с постели, вас не тошнило?

— Нет.

— А сейчас?

— Нет.

— Хорошо, — говорит он, улыбаясь.

Он ждет, пока я допью воду, а затем ставит стакан обратно на стол, прежде чем снова сесть, взять ручку и опять начать что-то писать.

— Вы можете вставать с постели, когда почувствуете себя лучше, но я хочу, чтобы вы как можно больше лежали следующие несколько недель, пока не восстановите силы. Я выпишу антигистаминный препарат, который поможет справиться с тошнотой и бессонницей. Следуйте инструкциям, которые вам дала доктор Лайл, пейте витамины, много отдыхайте, и тогда приступы утренней тошноты и рвоты пройдут. — Он снова улыбается мне.

— Спасибо.

— Всегда, пожалуйста, юная леди.

Я все еще немного смущена. — Почему я здесь, а не в больнице?

Мне кажется, что он пытается сдержать улыбку. — Мистер Джастис не хочет даже слышать об этом. А так как Энни бывшая медсестра, мы подумали, что вам будет лучше в привычной обстановке.

Энни? Кто такая Энни, и почему Лиам настаивает на моем пребывании здесь? Я закрываю глаза, все так запутано. Я хотела бы, чтобы кто-то объяснил мне, почему я здесь.

Где Лиам? Я хочу узнать, который час, но часы, всегда стоящие на ночном столике, отсутствует.

— Сколько сейчас времени?

Врач закрывает ручку, прежде чем посмотреть на меня. — Сейчас пять тридцать.

— Вечера? — Спрашиваю с удивлением.

Он смеется. — Да. Вы проспали двенадцать часов с момента последнего пробуждения.

Неудивительно, что я чувствую себя так хорошо. В последние три недели мне практически не удавалось поспать

— Какой день недели?

— Четверг.

— Что? — Я тихо ахнула. Был вторник, вторая половина дня, когда я пришла сюда, чтобы сказать Лиаму о ребенке. Я проспала почти сорок восемь часов подряд, за исключением короткого пробуждения этим утром.

Врач встает. — Ну, мисс Шоу, я ухожу. Вернусь завтра, чтобы осмотреть вас.

— Спасибо, доктор Хайнс.

Он улыбается, берет свою сумку и уходит, в дверях сталкиваясь с женщиной, которая приносила для меня суп, заходящей в комнату с подносом.

— Как насчет миски томатного супа?

Я сажусь повыше, облокачиваясь на спинку кровати.

— Звучит вкусно.

Она ставит поднос на постель, размещая его на моих коленях. Помимо супа на нем еще маленькие крекеры в форме рыбок, стакан молока, а также небольшая миска пудинга.

— Сейчас съешь столько, сколько сможешь, дорогая.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Хочешь принять душ после того, как поешь?

— Да, пожалуйста, — говорю я прямо перед тем, как отправить ложку очень вкусного супа в рот. Опять же, я уверена, что суп домашнего приготовления.

— Вы домработница Лиама?

— Да. Разве Лиам не сказал? — Она качает головой. — Ах, он такой, — она так говорит о Лиаме, что невольно заставляет меня улыбнуться. Я не смеялась с того самого дня, как покинула «Джастис Хаус».

— Меня зовут Энни, и я буду жить здесь в течение следующих нескольких недель, чтобы помогать тебе.

Я с трудом проглатываю молоко, которое только что отпила. Что?

— Давай, я приготовлю тебе вещи после душа.

У меня нет здесь никаких вещей, но мне кажется, что она говорит о полотенцах и о еще одной из футболок Лиама, так что я больше, чем удивлена, когда она возвращается из гардеробной Лиама с одним из моих платьев и халатом.

Мои брови поднимаются, я уже хочу задать вопрос, когда она останавливается на полпути в ванную, уловив мое недоумение.

— Я думаю, что госпожа Холли съездила в твою квартиру и упаковала некоторую твою одежду, дорогая.

— О, — тихо говорю. Теперь я действительно в шоке.

Я доедаю все, что было на подносе, и Энни убирает его в сторону, затем стоит рядом со мной, когда я встаю с кровати. Я чувствую слабость, но уже не так все печально. Энни идет вместе со мной в ванную. Когда она убеждается, что я могу оставаться в вертикальном положении самостоятельно, она уверяет меня, что будет прямо за дверью, если мне что-нибудь понадобится, и выходит из ванной.

Как же хорошо. Я стою под душем, позволяя ему успокоить боль в мышцах. Когда я выхожу, то нахожу свою косметичку, лежащую на полочке. Слава богу, Холли упаковала мою зубную щетку. Заплетаю влажные волосы в свободную косу и надеваю халат. Я чувствую себя виноватой, что так долго была в душе, зная, что у Энни, вероятно, есть дела поважнее, чем сидеть и ждать меня.

Выйдя из ванной, я останавливаюсь, увидев Лиама. Он стоит в дверях, поворачивается, его глаза скользят по мне, и мое тело реагирует на этот взгляд. Почему он всегда так чертовски хорошо выглядит? И это не только про лицо, а о нем в целом. Легкая грация, с которой он движется, его медленная, сексуальная походка, которая заставляет падать трусики женщин к его ногам, его смех, его улыбка, а эти глаза ... ох, эти глаза.

Я смущаюсь, так как не завязала халат, и моя сорочка хорошо видна. Я быстро проскальзываю мимо, и когда снова смотрю него, то замечаю, что он все еще наблюдает за мной.

— Как ты себя чувствуешь?

— Очень хорошо, спасибо. — Мой голос дрожит.

— Садись, Кэйтлин, нам нужно поговорить. — Он указывает жестом на одно из кресел.

Теплый ветерок манит меня выйти наружу на свежий воздух.

— Можем ли мы посидеть на балконе или, возможно, на крыше? — Мне нравится там, и я знаю, что Лиам использует то место для отдыха. Высота оказывает успокаивающее действие.

— Нет, и здесь неплохо. — Он отступает назад, а я тяжело вздыхаю, проходя мимо него. Я скучала по его аромату. Воздух кажется очень напряженным между нами, и я кусаю губы, видя его взгляд.

Я сижу в одном из кресел рядом с небольшим столиком, наслаждаясь мягким бризом, который несет сладкий запах цветов. Лиам не присоединяется ко мне, и я, оглядываясь назад, вижу его со стаканом воды, которую он ставит на стол, пододвигая ко мне. Затем прислоняется к перилам балкона, вытягивая ноги.

— Спасибо, — бормочу я, чувствуя, что мое тело обмякло просто от одного взгляда на него.

— Я должен тебе сказать кое-что, Кэйтлин.

Я слегка хмурюсь от его тона. — Хорошо.

— Во-первых, ты переезжаешь сюда.

Что? О чем он говорит?

— Лиам...

— Я был бы тебе очень признателен, если бы ты выслушала меня до конца, пожалуйста. — Он поднимает бровь.

Я села, сложа руки. От одного его тона мне становится не по себе.

— Ты должна следовать предписанию врача, чтобы тебе стало лучше в течение следующих нескольких недель, и я хочу лично убедиться, что ты заботишься о себе. И что ты не окажешься в таком состоянии еще раз.

Мой рот открывается. Из его уст звучит так, будто я не знаю, как позаботиться о себе.

— Не смотри на меня так. Тебе, очевидно, нужен кто-то, кто будет заботиться о тебе и ребенке.

Ой!

— У тебя больше нет работы, а твоих сбережений надолго не хватит с такими счетами от врачей, не говоря уже о больничных счетах после рождения ребенка.

Я чуть не подавилась. Моих сбережений не хватит! — Ты просматривал мой банковский счет? — Как, черт возьми, он мог сделать это?

— Достаточно сказать, что я знаю, что ты долго не протянешь на свои деньги.

Я смотрю на него с недоверием. — Я могу найти работу, Лиам.

— И снова заболеть?

— Это всего лишь утренняя тошнота. — Я чувствую растущее напряжение и делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. Он поднимает вопросы, на которые у меня нет ответов.

— Это моя обязанность заботиться о тебе, пока ты носишь моего ребенка. — В его голосе отчетливо слышен гнев, что я слышала раньше. — Кэйтлин, ты останешься здесь.

Я отворачиваюсь  больше не в состоянии смотреть в его глаза. Я не хочу быть обязанной ему. Я не хочу быть здесь, потому что он считает это своим долгом.

Ты надеялась, Кэйт, что прощена? Я здесь по одной-единственной причине. Но независимо от того, что он чувствует ко мне, или что я думаю о сложившейся ситуации, я буду нуждаться в его помощи.

— Доктор Хайнс сказал, что мне станет лучше в течение нескольких недель. К тому времени уже будет практически второй триместр беременности, и доктор Лайл сказала, что утреннее недомогание обычно стихает к этому времени. — Я делаю глубокий вдох и смотрю на него. — Я согласна остаться до этого момента, но потом я вернусь обратно к себе. — Мой голос замолкает, когда глаза Лиама пристально вглядываются в меня. Он изучает меня минуту, затем скрещивает ноги. Мои глаза прикованы к выпуклости на его джинсах. Он всегда возбужден? Когда я поднимаю на него глаза, он ухмыляется. Я начинаю краснеть.

Он отталкивается от перил. — Не вижу смысла больше обсуждать этот вопрос. — Он возвращается в спальню.

Я раздражена. Высокомерная задница! Он не может...

Я сижу ошеломленная в течение нескольких минут, размышляя, что делать, а потом следую за ним. Он выходит из комнаты, и я останавливаюсь, дойдя до гостиной. Не найдя его, я шагаю на кухню, где нахожу Энни, которая что-то помешивает в миске.

— Тебе что-нибудь нужно, дорогая?

— Нет, спасибо, я ищу Лиама.

— Я думаю, что он пошел к себе в кабинет.

— Спасибо.

— Тебе накрывать обед в столовой с господином Лиамом или же в твоей комнате?

Я колеблюсь. — Я не знаю. — Я начинаю чувствовать, что мне нужно прилечь.

— Я уточню перед тем, как подавать обед.

— Спасибо, Энни. — Я иду в другой конец квартиры. Кабинет Лиама находится рядом с медиакомнатой, если я правильно помню.

Я тихонько стучу в закрытую дверь, ругая себя за то, что нервничаю, и за то, что мне необходимо прилечь. Но я знаю, что не могу позволить ему стращать меня и заставлять делать то, что он захочет. Мне нужно установить некоторые основные правила.

— Входи, Кэйтлин, — говорит он, приоткрывая дверь.

Он знал, что я иду за ним. Он играл со мной.

Я делаю шаг и осматриваюсь. Я уже была здесь, когда осматривала квартиру несколько недель назад. Я хотела придти сюда, чтобы все рассмотреть, но я уважала его личное пространство.

Это прекрасная комната с книжными полками, стоящими вдоль стен. Мои пальцы начинают чесаться от желания посмотреть каждую из них. Большой, кожаный диван стоит перед камином, и я могу представить себе холодные зимние дни, когда я сижу, свернувшись на этом диване с книгой в руках.

Однако в глаза также сразу бросается большой стол, где стоит компьютер. Похоже, что Лиам работает, так как на столе лежат документы.

Лиам закрывает за мной дверь. — Что я могу сделать для тебя, Кэйтлин?

Я смотрю на него, а затем шагаю, чтобы осмотреть ряд книг.

— Ты можешь начать называть меня Кэйт. — От моего внимания не ускользает и тот факт, что он ни разу не назвал меня «дорогая», за исключением того, когда саркастически поздравил меня с беременностью. Я снова смотрю на него.

Его брови взмыли вверх. — Это то, что ты хочешь обсудить со мной?

Я ненавижу его холодный, безразличный тон.

Я иду к следующему разделу книг и вижу интригующее название. Я тянусь на цыпочки, хватаясь за книги. Лайам вдруг оказывается позади меня, достает с полки книгу и протягивает ее мне. Его запах и близость вызывают всевозможные реакции в моем теле. Мышцы живота сжимаются, соски напрягаются, и начинает ныть между ног.

О, Боже!

Мое дыхание учащается, и я чувствую, что тонкие волоски на моей шее и руках встали дыбом. Закрыв глаза, глубоко вдыхаю, желая успокоить внезапно активированное либидо.

Я открываю книгу, создавая видимость интереса, хотя единственное, что интересует меня в этот момент, это то, как Лиам заключает меня в свои объятия. Закрыв книгу через пару минут, перехожу к следующему разделу, подальше от Лиама. Это чуть-чуть помогает.

— Зачем — мой голос звучит приглушенно — тебе офис здесь, когда у тебя есть офис внизу?

— Офис на первом этаже для бизнеса «Джастис Хаус», а этот — для моего личного бизнеса.

— Ох. — Я смотрю на него и вижу, как он хмурится. — Это красивый кабинет. Ты должен...

— Что ты хочешь, Кэйтлин? — Его голос звучит резко и нетерпеливо.

Я с трепетом поворачиваюсь к нему лицом. Зачем он должен быть настолько пугающим?

Я нервно глотаю. — Думаю, что нам нужно дополнительно обсудить ... мое пребывание здесь.

— Нечего обсуждать, — огрызается он.

— Лиам, мы должны прийти к взаимопониманию. — Когда он ничего не отвечает, во мне просыпается надежда, что он, возможно, рассмотрит то, что я скажу. — Я согласна с тобой, что буду нуждаться в помощи, но нет никакой причины оставаться рядом с тобой после моего выздоровления. — Если бы я была искренней с ним с первого раза, я бы, возможно, уже жила с ним здесь.

Выражение его лица бесстрастно, он продолжает наблюдать за мной в тишине.

— После того, как ребенок родится, мне нужно будет искать квартиру, так что, я думаю, что будет лучше всего для всех заинтересованных сторон, если мы оставим наши жилищные условия, как они есть.

Мне становится не по себе в его присутствии, и желание лечь усиливается.

— А как ты планируешь жить самостоятельно в финансовом плане? — Его голос звучит достаточно убедительно.

Я глубоко дышу. Теперь я понимаю, что у меня нет выбора.

— Ну, я думаю, что могла бы вернуться домой к моим родителям, — я вижу, как его лицо темнеет от злости, — только пока ребенок не родится. — С каждым сказанным словом я все больше понимаю, что мой голос звучит неубедительно.

— Исключено. Ты не заберешь у меня моего ребенка. — Лиам просто в бешенстве.

Я делаю шаг назад, чтобы не попасть ему под горячую руку. — Я бы никогда...

Он надвигается на меня и тянет в свои объятия. Я кричу от внезапности его действий, но его рука гладит мой живот.

— Это мой ребенок. Мой. — Утвердительно заявляет он. — С моей стороны не было никаких сомнений и колебаний, когда я впервые узнал что, ты беременна. — Его глаза пылают ярко-синим. Я дрожу в его руках, но не знаю почему, может, от того, что боюсь, а может, от возбуждения.

— Я буду полноценным отцом для этого ребенка, и ни ты, ни кто-либо другой не сможет забрать его у меня. Ты понимаешь?

Я знаю, что лучше не говорить ему, что ребенок может быть и «она».

— Я бы никогда не забрала у тебя ребенка, — шепчу я, глядя вниз, где моя рука лежит на его груди, на сердце, его медальон прижимается к моей ладони.

Лиам вдруг поднимает меня на руки. Я держусь за его плечи, когда он выходит из комнаты и несет меня обратно в спальню. Войдя, кладет на кровать. Не говоря ни слова и не смотря на меня, он поворачивается и выходит из комнаты.

Я просыпаюсь ночью и стараюсь удержать сон, который ускользает от меня. На тумбочке нет графина с водой, поэтому я решаюсь пройти на кухню.

В квартире темно и тихо. Войдя на кухню, решаю, что должна что-нибудь съесть. Я нахожу в холодильнике тарелку со свежими фруктами, сыром и холодной курицей. Я сижу на кухне и ем, все еще обдумывая сцену в кабинете.

Лиам сказал, что никогда не сомневался и верил, что ребенок его, когда узнал, что я беременна. Он мог обмануть меня. Я признаю, что его реакция, вероятно, была обусловлена шоком от услышанного, что он станет отцом. Он четко уверен, что хочет участвовать в жизни своего ребенка. И я очень рада, что мой ребенок будет знать его или ее отца, но Лиам должен понять, что не может контролировать мою жизнь в течение следующих семи месяцев.

По пути в спальню мне становится интересно, где он спит, но я не собираюсь открывать двери, ища его.

Я засыпаю мгновенно, как только моя голова ложится на подушку.

Глава 3

Я проснулась от яркого, утреннего, солнечного света и перевернулась на бок, чтобы посмотреть на время, обрадовавшись, что кто-то додумался вернуть часы обратно на тумбочку. Увидев который час, я понимаю, что Лиам сейчас на утреннем заседании, а я проспала еще двенадцать часов после последнего пробуждения.

Вот черт.

Я тянусь за второй подушкой, но вчера Энни поменяла постельное белье, так что я больше не чувствую пьянящий запах Лиама.

Мне не хочется вставать с постели. Теперь, когда я снова чувствую себя человеком, я понимаю, что мне нечем заняться, некуда пойти. Это не очень хорошее чувство, и что еще хуже, я знаю, что больше никогда не буду присутствовать внизу. Я не могу представить, чтобы Миранда промолчала о причине моего увольнения.

Я поворачиваюсь на спину. Если я теперь живу здесь, что я буду делать? Просто сидеть весь день? О чем думает Лиам? Знаю: он боится, что я запрещу ему встречаться с ребенком. Но он не знает меня достаточно хорошо, я никогда так не поступлю ни с ним, ни с ребенком. Уверена, что Лиам будет замечательным отцом, он всегда будет рядом со своим сыном или дочерью. Но в качестве кого он представляет меня рядом с собой? Очевидно, что он все еще сердится на меня, до сих пор верит, что я его предала. То, как он посмотрел на меня прошлой ночью в кабинете, просто разбило мне сердце. Как он справится с моим присутствием в его жизни в течение следующих семи месяцев? А что будет после рождения ребенка?

Я сажусь на край кровати, потягиваясь. Как я смогу жить здесь бок о бок с Лиамом, жаждать его прикосновений и любить его? Это не изменилось.

Звонок мобильного отвлекает меня от тревожных мыслей. Увидев имя вызывающего абонента, принимаю звонок.

— Джули, мне так жаль, что я не звонила.

Она смеется, прерывая мои извинения. — Все нормально, Кэйт. Лиам держал нас в курсе.

Что? Что он делал?

— Он звонил нам последние два дня. Как ты чувствуешь себя сегодня?

— Я чувствую себя намного лучше. Только что проснулась и хочу есть!

Джулия снова смеется. Я все еще пытаюсь переварить тот факт, что Лиам звонил им.

— Лиам сказал, что ты остаешься с ним. — Я слышу невысказанный вопрос в ее голосе.

— Мне должно стать лучше в течение нескольких недель. Ты сможешь приехать? Мы можем перекусить здесь. — Мне нужно увидеть ее, поговорить с ней.

— Конечно, но у меня с собой еда только на одного.

— Отлично. Я что-нибудь придумаю.

— Тогда увидимся.

— Подожди! — Я не имею ни малейшего понятия, как пройти в квартиру Лиама, минуя его офис. — Позвони мне по пути сюда.

— Нет проблем. Пока.

Я осматриваю спальню. Должен же быть еще один вход в квартиру помимо пожарного выхода!

Я могу спокойно принять душ, а затем поискать Лиама.

Кто-то развесил мою одежду в гардеробе. Скорее всего, это сделала Энни, но не думаю, что без согласования с Лиамом.

И почему я в его спальне? У него есть другие спальни, почему бы не поселить меня в одной из них?

Я беру все необходимое и направляюсь в душ.

Оставив влажные волосы распущенными, чтобы они подсохли, я заканчиваю одеваться. Джинсы болтаются на мне. Я похудела. Очень сильно. И это просто замечательно, что у меня снова появился аппетит, и что еда теперь усваивается.

Интересно, моя потеря аппетита и бессонница в течение последних трех недель были непосредственно связаны с разрывом с Лиамом? А что произойдет, когда он попросит меня снова уйти? При этой мысли моя рука непроизвольно двигается в сторону живота.

В дверь ванной стучат.

— Да?

— Мисс Шоу, господин Лиам хотел бы видеть вас в своем кабинете.

Я слегка приоткрываю дверь: — Я приду, как только оденусь. Если вам несложно, передайте ему, пожалуйста.

— Конечно, дорогая.

— И Энни, пожалуйста, называйте меня Кэйт.

Она улыбается и кивает в знак согласия, я закрываю за ней дверь.

Натягиваю свою бледно-розовую, обтягивающую футболку и поглаживаю живот. Интересно, как скоро уже будет заметно? Мне нужно поискать в Google ответ на этот и другие вопросы. Вероятно, следует также посмотреть, что нужно ребенку.

Мои волосы почти высохли, и я собираю их в пучок.

Надеюсь, что Лиам не задержит меня надолго, я очень голодна. Я стала есть вдвое больше, чем нужно. Бреду босиком по коридору к нему в кабинет.

Когда подхожу ближе, то слышу голоса, доносящиеся из комнаты. Лиам не один. Я тихонько стучу в приоткрытую дверь.

— Входи, Кэйтлин.

Дверь распахнулась, и я с удивлением вижу Райана.

— Райан! Здравствуй.

— Кэйт, как ты себя чувствуешь?

— Очень хорошо, спасибо.  — Мой пульс учащается. Я чувствую пронзительный взгляд Лиама.

— Холли сообщила мне, мои поздравления. — Улыбается он.

— Спасибо, — бормочу я, глядя в сторону Лиама.

Вот черт.

Он одет в брюки и белую рубашку, рукава которой закатаны, выставляя на всеобщее обозрение сильные предплечья. Его галстук ослаблен на шее, он стоит небрежно, пытаясь выглядеть расслабленным, но я чувствую его напряжение.

— Кэйтлин, проходи и присаживайся, пожалуйста.

Почему я чувствую себя так некомфортно? Почему Райан здесь?

Когда подхожу к столу, Лиам жестом указывает на стул. Райан садится рядом со мной, а Лиам  — за свой стол.

Что происходит? Долго ждать не приходится.

— Кэйтлин, я принял решение. — Он смотрит на меня, но по выражению его лица ничего не понятно. Я смотрю в его глаза, надеясь увидеть в них хоть что-то.

— Я долго думал и пришел к выводу, что лучшее, что мы можем сделать для нашего ребенка — пожениться.

Мои глаза расширяются, рот открывается. — Ты ... шутишь. — Я искренне считаю, что он шутит.

Лиам откидывается на спинку стула и пристально смотрит на меня. Опершись на подлокотник кресла, он гладит нижнюю губу своим длинным пальцем.

Кожу на затылке начинает покалывать. Он не шутит.

— Ты серьезно,  — констатирую я. Лиам наклоняет голову в сторону. Я смотрю на Райана, но он избегает зрительного контакта.

— Лиам, — мой голос звучит отчаянно, — мы не должны вступать в брак только ради того, чтобы растить ребенка вместе. Это безумная идея. — Я качаю головой. — Я не выйду за тебя.

Он встает. Его глаза похожи на голубые осколки льда, пока он движется вокруг стола. Наклонившись, он сжимает мою руку, притягивая меня к своим ногам.

— Райан, пожалуйста, дай нам минутку.

Я смотрю на Райана, который пытается побороть улыбку. Я не понимаю, что он находит таким забавным. Может быть, тот факт, что Лиам сошел с ума.

Лиам практически тащит меня из комнаты, и как только мы выходим в коридор, он прижимает меня к стене, ставя одну руку над головой.

Он прилагает немало усилий, чтобы не прижать мое тело к себе. Его аромат ошеломляет меня, опьяняет мои чувства, делает меня беспомощной. Тепло его тела и электрический заряд, появляющийся каждый раз, когда мы близки, напоминает мне, что он один-единственный, кто знает, как вернуть мое тело к жизни.

Мое дыхание учащается, когда он смотрит мне в глаза.

— Пожалуйста, Лиам, — я тихо умоляю его, в то время как воздух пульсирует между нами.

— Пожалуйста что? — Шепчет он.

Я отвожу свой взгляд от медальона на его груди, качаю головой.

— Кэйтлин, — начинает он тихо, — ты выйдешь за меня замуж.

Мой взгляд возвращается к нему. — Почему? — Спрашиваю я, заранее зная ответ.

Он удивлен, его брови приподнимаются. — Почему? — Повторяет он. — Потому что я так сказал.

Я забываю, как дышать, от его высокомерия или, может быть, от разочарования, точно не уверена. Стараюсь отойти от него, но он сразу же притягивает меня обратно, на этот раз прижимая к себе.

Я задыхаюсь в его объятьях, а он приближает свое лицо к моему.

— Ты спрашиваешь почему, дорогая? — Он задает вопрос сквозь стиснутые зубы. — Потому что я чувствую необходимость обеспечить свое присутствие в жизни моего ребенка. Потому что я не верю, что ты не сбежишь. И есть еще ряд причин! Особенно если учесть тот факт, что мне придется жениться на ком-то, кому я даже не могу доверять!

Я смотрю на него широко раскрытыми глазами, пытаясь не заплакать.

— Кэйт! — Он закрывает глаза. — Мне очень жаль, я не это имел в виду. — Он поднимает руку к моему лицу, а затем делает шаг назад, проводя пальцами по волосам.

Я чувствую внезапное желание утешить его, что раздражает меня. Его слова больно ранили меня, но я знаю, что ему тоже больно. Я делаю глубокий вдох. Он считает, что я предала его, и он боится. Боится, что может потерять ребенка, которого уже отчаянно любит.

Он снова делает шаг ко мне, его голос мягкий и убедительный: — Кэйтлин, это лучше всего подходит для нашего ребенка — брак по расчету. Это дает ему шанс расти с двумя родителями. Невинный ребенок заслуживает того, чтобы иметь стабильность и безопасность.

— Родители-одиночки тоже дают это своим детям, — парирую я.

— Не вариант, в данном случае, — огрызается он.

Я стараюсь избегать его пристального взгляда, рука бессознательно движется к животу. Я хочу самого лучшего для моего ребенка, но, если я сделаю это, как я смогу защитить мое сердце? Я собираюсь с мыслями и делаю глубокий вдох. Как я могу выйти замуж за Лиама? Я люблю его, но он меня не любит. Нужен ли ребенку такой брак, где один из родителей не доверяет другому? Разве это способствует счастливой атмосфере в семье? Как все это может казаться хорошей семейной жизнью для ребенка?

— Мы не должны вступать в брак, чтобы сделать все возможное для нашего ребенка. — Я кладу свою руку на его грудь, когда вижу, что Лиам заметно напряжен. — Я останусь здесь так долго, как ты захочешь.

Он делает шаг назад, моя рука опускается.

— Не убедительно. — Его глаза внимательно рассматривают меня, и я начинаю нервничать.

— Ты не оставляешь мне выбора, Кэйтлин.

— Что? Что ты имеешь в виду? — Нервничаю, не зная, что он собирается сказать.

— Райан уже подготовил документы, а я их подписал. Это обращение в суд для полной опеки над моим ребенком.

Я качаю головой, не в силах говорить.

Он смотрит на меня сверху вниз, он непреклонен.

Я чувствую страх, подобного которому никогда не испытывала. А потом  — гнев. — Ты  — безжалостный ублюдок! — Мои руки сжимаются в кулаки.

Лиам ухмыляется. — Да. Когда это необходимо.

Мое дыхание учащается, но уже не от его близости. Я в бешенстве. Я хочу плюнуть ему в лицо.

— Что ты предпочитаешь, Кэйтлин?

Я смотрю на него, наши глаза встречаются в молчаливой схватке. Страх возвращается с новой силой, когда понимаю, что с его связями, его деньгами и отсутствием таковых у меня, он сможет отсудить у меня ребенка.

Он наклоняет голову в слегка насмешливой манере и шагает по направлению к двери кабинета.

— Да, — прошипела я. Я настолько зла, что могу не справиться с эмоциями.

Он оглядывается назад и поднимает бровь. Моей первой задачей в качестве его жены будет сбрить эту бровь, пока он спит.

— Ты уверена? Я бы не хотел заставлять тебя делать то, что ты не хочешь, дорогая.

— Ты, подонок...

Он сразу же подходит ко мне, прижимает меня спиной к стене, грубо удерживая мои руки над головой одной рукой, а другой сжимает мой подбородок. Его рот накрывает мой в карающем поцелуе, его язык заставляет мои губы раскрыться, затем проникает внутрь и терзает мой с яростной решимостью.

Внутри меня просыпается желание, я сгораю от нетерпения. Мое тело стремится стать ближе к нему. Он рычит, что еще больше подстрекает желание.

Когда он поднимает голову, мы оба тяжело дышим. Я поднимаю глаза, ожидая увидеть ухмылку или удовлетворение, но вместо этого вижу его растерянный взгляд и брови, приподнятые в недоумении. Он рывком отпускает мой подбородок.

— Отпусти меня, — требую я.

Он держит меня еще мгновение, затем отпускает и делает шаг назад.

Мы входим в кабинет, Райан разговаривает по телефону. — Встретимся внизу на обеде через час, малышка.

Мои ноги трясутся, когда я сажусь, Лиам шагает за свой стол. Разговор Райана напоминает мне о Джули, и я закрываю глаза. Я не хочу разговаривать с ним, я просто хочу уйти из этой комнаты, что-нибудь съесть и прилечь, чтобы смириться с новыми обстоятельствами.

— Могу ли я позвонить?

Он наблюдает за мной, хмурясь. — Это не может пождать?

— Нет.

Райан вручает мне телефон, и когда я смотрю на него, он улыбается.

— Спасибо, Райан.

Джули отвечает после второго гудка, увидев незнакомый номер, в ее голосе слышится любопытство.

— Я извиняюсь, но мне нужно отменить наш обед ... Нет, я в порядке. — Я смотрю на Лиама, который слушает мой разговор. — Позвоню тебе позже, хорошо? — Она сообщает, что их с Полом не будет дома до позднего вечера. И предлагает позавтракать с ними на следующий день

— Конечно, — говорю ей, сознавая, что Лиам смотрит на меня исподлобья.

Отдаю телефон Райану. — Спасибо.

— Если мы все выяснили, Кэйтлин, то мне нужно вниз.

Я сижу, сложив руки на коленях, не говоря ни слова.

Он протягивает мне стопку документов через стол. — Ты должна прочитать и подписать брачный договор.

Я просматриваю бумаги, пока он звонит кому-то. Сначала договор о неразглашении, а теперь брачный контракт.

— Энни, могли бы вы зайти ко мне в кабинет на минутку? И принести мисс Шоу стакан воды, пожалуйста?

— Где ручка? — Спрашиваю я.

— Тебе необходимо дождаться Энни. Она понадобится для того, чтобы засвидетельствовать твою подпись. Это даст тебе время прочитать брачный контракт, Кэйтлин. — Голос Лиама звучит несколько снисходительно.

Я смотрю на контракт, но не читаю. Мне от него ничего не надо. За исключением своего ребенка.

Стук в дверь, Райан поднимается, чтобы открыть и пропустить Энни. Она принесла мне не только стакан ледяной воды, но еще и булочку. Я улыбаюсь ей с благодарностью, когда она протягивает их мне.

— Спасибо. — Я быстро съедаю кусочек, вытирая пальцы о салфетку, которую она мне протянула.

Райан, сидя в своем кресле, объясняет Энни, что она является свидетелем моей подписи на документе.

— Могу ли я подписать прямо сейчас? — Ловлю хмурый взгляд Лиама на себе.

Он наклоняется вперед. — Разве ты не завтракала?

— Нет, у меня не было возможности, — говорю насмешливым, сладким голосом.

Его глаза сужаются.

— Вот, Кэйт, — Райан протягивает мне ручку. — Давайте покончим с этим, — говорит он Лиаму.

Я быстро подписываю.

— Кэйт, тебе необходимо прочитать брачный контракт. Я могу объяснить любой из юридических терминов, которые тебе не понятны, — предлагает Райан.

Я смотрю вверх и ловлю взгляд Лиама, который уставился на Райана.

— Все хорошо. — Я подписываю и передаю ручку обратно Райану, отодвигаю документы так, чтобы они проскользили по столу прямо к Лиаму. Он отвечает на это, как всегда, поднятием брови.

— Я могу идти?

— Кэйт, — я смотрю на Райана, — давай пройдемся по основным моментам...

Я прерываю его. — Все в порядке, Райан. — Я разворачиваюсь и смотрю на Лиама. — Мне ничего не нужно. Я уйду отсюда с рюкзаком и моим ребенком. — Я не дожидаюсь ответа Лиама, а просто быстро разворачиваюсь и ухожу.

Просыпаюсь вечером. После того, как вернулась из кабинета, я съела легкий обед, приготовленный Энни. Но сейчас я снова проголодалась.

— Ты хочешь, чтобы я стала толстой? — говорю, глядя вниз и поглаживая плоский живот.

— Кэйтлин, — Лиам входит в комнату, — доктор Хайнс будет здесь с минуты на минуту.

Я опускаю взгляд, смущаясь от того, что он наверняка слышал меня. Стараюсь не смотреть на него, пока встаю и сажусь на край кровати. Пытаюсь выровнять дыхание. Он смотрит на меня своими невероятными глазами. Его белая рубашка расстегнута так, чтобы дать мне представление о его загорелой груди и подтянутом прессе, я делаю глубокий вдох и смотрю вниз на свои босые ноги. Независимо от того насколько я зла на него, я знаю, что никогда не смогу устоять перед его сексуальным магнетизмом.

— Ты меня слышала?

Я оглядываюсь, чтобы встретиться с ним взглядом. Пренебрежительно смотрю на него, пока поднимаюсь и направляюсь в сторону ванной. Я успеваю сделать максимум два шага, когда он хватает меня за руку, останавливает и подходит ближе.

— Я задал тебе вопрос, Кэйтлин. — В его голосе звучат опасные нотки, но я не поднимаю взгляд. Я совершенно потрясена реакцией своего тела на его прикосновения.

Желание разносится с кровью по моим венам, концентрируясь внизу живота. Это так несправедливо, что он так влияет на меня. Даже если я не вызываю таких же чувств в нем, он не может не чувствовать, как я реагирую на него.

— Ответь мне. — Его тон смягчается.

— Я слышала тебя.

Мы стоим так пару секунд, а затем он ослабляет хватку. Я сразу отхожу от него, и он не останавливает меня на этот раз. Захожу в ванную и запираю за собой дверь.

Упираюсь руками в туалетный столик и смотрю в зеркало. Я принимаю решение, что не буду больше переживать, нервничать или постоянно сердиться во время беременности. Я не хочу испытывать больше такие чувства. Если то, что я чувствую, оказывает непосредственное влияние на моего ребенка, то мое эмоциональное благополучие очень важно.

Так или иначе, нам с Лиамом придется справиться с этим. Он мне не доверяет? Что ж, я тоже потеряла доверие к нему, когда он пригрозил отнять моего ребенка. Если я должна переступить через это, то он, безусловно, тоже должен попробовать.

Я тянусь за расческой, провожу ей по волосам. Мне нужно позвонить родителям, пусть они знают, что я выхожу замуж. Не знаю, как они отреагируют на эту новость, ведь я ни разу даже не упомянула Лиама в разговорах с мамой, так что они будут задавать много вопросов. Я могу справиться с этим, заставить их понять, но сказать им, что они скоро станут бабушкой и дедушкой  — это совсем другая история.

Раздался очень легкий стук в дверь.

— Кэйтлин, открой дверь.

Я заканчиваю собирать волосы и только потом открываю дверь. Лиам стоит прямо перед дверью так близко, что я не могу пройти.

— Пропусти меня. — Он не отходит в сторону.

— Какого черта ты заперла дверь? — Я смотрю в его горящие глаза.

— Я сделала это неосознанно, это привычка. — И это правда.

— Больше не запирайся от меня, — говорит он, по-прежнему сердясь.

— У меня есть право на личное пространство, Лиам.

Я думаю, что он должен ответить, но он поворачивается и идет к выходу. — Доктор Хайнс здесь, я приглашу его.

К моему неудовольствию, Лиам остается в спальне, в то время как доктор Хайнс измеряет мое кровяное давление и слушает мое сердце и легкие. Тогда понимаю, что не должна раздражаться. У меня нет на это причин. Лиам сказал, что собирается участвовать в жизни своего ребенка. Нам с малышом очень повезло, на самом деле. Меня раздражает только его своеволие.

В перерывах между манипуляциями врача, я изредка поглядываю на Лиама. Он снова обут, его рубашка застегнута и закрывает от взгляда его сексуальный торс, он более красив, чем любой человек имеет право быть. Он прислонился к изголовью кровати, а его длинные ноги вытянуты.

Сегодня пятница, уже вечер, и я точно знаю, что он в ближайшее время уйдет заниматься делами. Обычно он проводит ночь пятницы, ходя туда обратно между вторым этажом и ночным клубом. Иногда он спускается в подвал или подземелье, как все называют его. Мысль о том, что он уйдет, заставляет меня чувствовать себя одинокой, но я подавляю это чувство.

Как раз в этот момент Лиам смотрит на меня. Его голубые глаза встречаются с моими, и я вижу в них тепло, вне всяких сомнений.

Я снова обращаю свое внимание на врача, так как он начинает словесную часть осмотра. Лиам слушает внимательно, когда врач уточняет по поводу тошноты и головокружения.

— И вы говорите, что ваш аппетит вернулся? — Спрашивает доктор, пока заполняет документы.

Я тихонько хихикаю, а моя рука тянется к животу. — О, да.

Врач смотрит и улыбается, а я смотрю на Лиама, который тоже улыбается уголками рта. Его взгляд вновь встречается с моим, и я быстро отвожу его.

— Ну, мисс Шоу, мы с вами снова увидимся через пару дней, только, может быть... — он поворачивается, чтобы посмотреть на Лиама, — ... вы позволите мне послать моего помощника?

Лиам кивает в знак согласия.

Я хмурюсь, задаваясь вопросом, что это было.

— Очень хорошо. — Доктор немного раздражен. — Больше отдыхайте и пейте много жидкости, — говорит он, вставая. — Не забудьте позвонить в офис доктора Лайла и назначить с ней встречу.

— Не забуду, — мягко говорю я. — Спасибо, доктор Хайнс.

— Я провожу вас, Грег. У меня есть несколько вещей, которые я должен обсудить с вами.

Что?

Если они собираются обсуждать меня, то у меня есть право услышать то, о чем они будут говорить. Я присаживаюсь на секунду, а после того, как они уходят, спешу по коридору к лифту. Лиам и доктор Хайнс уже вышли из квартиры, я хочу проследовать за ними, но мысль о том, что я могу встретить там кого-то, останавливает меня. Так что я остаюсь на чудесной лестничной площадке апартаментов и жду.

Лифт практически сразу поднимается обратно. Я прислоняюсь к стене прямо напротив двери. Это та же стена, к которой Лиам прижимал меня несколько недель назад. Закрываю глаза, заставляя эротические воспоминания о той ночи исчезнуть. Когда я открываю их, Лиам уже стоит в открытых дверях лифта, наблюдая за мной. Дыхание перехватывает, мышцы живота сжимаются.

Прекрати, Кэйт!

Я снова закрываю глаза, молясь о том, чтобы моя потребность в этом человеке испарилась. Мне нужно помнить, что он пригрозил отнять моего ребенка.

Даже с закрытыми глазами, я чувствую его присутствие. Когда мы находимся рядом друг с другом, волосы на моих руках встают дыбом. Мои соски напрягаются, и я чувствую тупую боль прямо между ног.

Ой!

Я кусаю губы, когда чувствую, что Лиам рядом. Слышу, как он глубоко вдыхает, и я, наконец-то, могу насладиться его восхитительным ароматом. Чувствую, как он делает шаг назад, и открываю глаза, он до сих пор смотрит на меня, его брови нахмурены.

— Лиам… — выдыхаю его имя.

— Обед будет готов в ближайшее время.

Что?

Я хочу сказать ему, что меня ужин заботит меньше всего, но он поворачивается и уходит.

Я следую за ним медленно, пытаясь встряхнуться. Это не помогает. Я хочу его. Я отчаянно хочу его. Ничего не изменилось для меня. Даже после угроз отобрать ребенка, мне все равно необходимо быть рядом с ним. Как я собираюсь выжить, живя с ним в одном доме? Будучи замужем за ним?

Я натыкаюсь на него, как только захожу в спальню. Лиам выходит из ванной с голым торсом, на нем только джинсы. Он самый сексуальный человек в мире. Мой взгляд скользит вниз по его телу и останавливается на босых ногах, я с жадностью смотрю на него, пока он открывает дверь на балкон, надевает черную рубашку, оставляя ее расстегнутой.

О, черт.

— Я подумал, что мы могли бы поужинать на балконе, но, похоже, погода портится.  — Он поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

Я понимаю, что, наверное, мое выражение лица немного туповато, у меня просто текут слюнки при виде его, поэтому я сразу отворачиваюсь от него.

— Сегодня пятница, разве тебе не нужно быть внизу? — Спрашиваю я с придыханием.

Я слышу его шаги, а затем чувствую тепло его тела на моей спине. Закрываю глаза.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо! Я не собираюсь наклоняться к нему.

— Я подумал, что мы должны провести вечер вместе, так как завтра день нашей свадьбы.

Я поворачиваюсь к нему лицом. — Что? — Я качаю головой. — О чем ты говоришь?

Он все еще стоит рядом. Слишком близко. Его глаза потемнели и стали темно синими.

— Мы полетим в Лансинг (прим. перев. — столица штата Мичиган) утром, где мы и поженимся.  — Он внимательно наблюдает за мной, как будто ожидая, что я решу сбежать.

Я осматриваю комнату, ища спасения.

— Мы не можем пожениться завтра, это ... это суббота. И у нас нет свидетельства о браке, и... — Я начинаю паниковать, догадываясь, что он наверняка уже обо всем позаботился, и все, что от нас требуется — это просто расписаться.

— Ну, дорогая, я слетал в Мичиган вчера и позаботился обо всем. — Он идет к кровати и поднимает трубку.

Мне плохо. Замуж. Завтра!

— Лиам…

Он поднимает палец. — Энни, доставка уже прибыла? — Он смотрит на меня. — Да, но мы будем ужинать в столовой. — Он отворачивается, снова смотря в окно. — Да, действительно, звучит отлично. Спасибо. — Он вешает трубку и поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Лиам ... Я ... у меня были планы на завтрак завтра. Я не могу.

— Я уже поговорил с Полом и Джули, они собираются с нами. — Он скрещивает руки на груди.

— Что? — Я буквально падаю на ближайший стул.

— Я поговорил с ними, и они согласились присоединиться к нам на церемонию. — Его глаза перемещаются на меня. — Мы заберем их по пути в аэропорт.

— Мне нечего одеть. — Мне смешно от того, как это звучит. Я хватаюсь за соломинку.

Лиам ухмыляется. — Я взял на себя смелость купить тебе платье.

Я смотрю на него, а затем пытаюсь подавить панику. — Ты все продумал, не так ли?

Он поднимает бровь. — Ну вот, мне очень жаль, что мысль о свадьбе со мной огорчает тебя, дорогая, — говорит он сухо.

Я кусаю губы, качаю головой и смотрю на руки, сплетая пальцы. — Я... — поднимаю на него взгляд, — напугана, — признаюсь я, мой голос звучит неровно.

Он хмурится, а затем садится передо мной, беря мои руки в свои.

Я шмыгаю носом.

— Не плачь, — мягко приказывает он.

Я издаю сдавленный смешок. Смотрю на наши сплетенные руки. Его большие пальцы скользят взад и вперед по костяшкам, в то время как он смотрит на меня, а я делаю все возможное, чтобы контролировать свои эмоции.

— Я раскрою тебе один маленький секрет, — говорит он, медленно растягивая слова. — Я тоже боюсь. — Я смотрю с удивлением. Он улыбается и наклоняется немного ближе. — Я никогда раньше не женился.

Я улыбаюсь немного ему в ответ, смотря вниз, чтобы избежать его пронзительного взгляда.

— Это страшно для нас обоих, сладкая. Это все очень неожиданно, но мы все делаем правильно.

Мы? Он все еще сердится на меня. Что будет через двадцать лет, когда наш ребенок вырастет, и мы будем сами по себе? Но если мы поженимся, кто скажет, что мы будем делать на протяжении всех этих лет? Нет никакой гарантии, что мы будем счастливы. Я хмурюсь. Это одна из самых трудных вещей, которые мне когда-либо приходилось делать.

— Кэйтлин, — он немного трясет мои руки, — можешь кое-что сделать для меня?

Я ищу его красивые глаза. Я все сделаю для него. — Да.

Он смотрит вниз на наши руки, а затем поднимает взгляд.

— Поверь мне, дорогая. — У меня перехватывает дыхание. — Поверь мне, я буду заботиться о тебе и нашем ребенке. Доверь мне ваше будущее.

Он настолько серьезен, так искренен, что я почти не могу бороться с необходимостью броситься к нему в объятия.

— Скажи «да», Кэйтлин, — мягко призывает Лиам.

Я знаю, что он всегда будет защищать и обеспечивать своего ребенка и меня. Мне никогда не придется беспокоиться о чем-либо.

За исключением того, что он разбивает мое сердце.

Я закрываю глаза и вдыхаю его уникальный аромат, мой рот приоткрывается, когда его палец скользит вниз по моей щеке. Я кусаю нижнюю губу, и его палец мягко освобождает ее. Он проводит пальцем по моим губам, это так эротично, что во мне мгновенно вспыхивает желание.

— Скажи, что ты выйдешь за меня, — его дыхание возле моих губ. Я киваю. — Скажи это, дорогая.

— Да, я выйду за тебя, — шепчу я.

Он хватает волосы у меня на затылке, удерживая голову на месте, пока его язык заменяет его палец, облизывая мою нижнюю губу. Я тоже начинаю ее облизывать. Когда он сосет мою губу, во мне вспыхивает желание. Мои руки хватают его рубашку, пытаясь притянуть его поближе. Но он не двигается с места, тогда я стараюсь сама подвинуться вперед, но его хватка на моих волосах держит меня на месте. Я открываю глаза. В его глазах я вижу удовлетворение. Он наклоняется, захватывая мой рот в глубоком поцелуе, его язык еще больше разжигает желание. Мои руки двигаются к его обнаженной груди, слегка царапая кожу ногтями, и он тихо рычит.

Оторвавшись от меня, он усмехается, мое сердце бешено бьется.

— Нам лучше всего остановиться прямо сейчас, или мы не дойдем до еды, что я заказал, — говорит он и наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб.

Я моргаю. Он просто вынудил меня сказать ему «да». Меня не заботит еда, и я не хочу, чтобы мы останавливались, мы всегда можем разогреть еду. Но я ничего не говорю. Я до сих пор не уверена в том, что происходит между нами.

Решаю, что если он просит меня доверять ему, то я имею право сделать то же самое. — Лиам, так как мы говорим о доверии ... — начинаю нерешительно.

Он откидывается на спинку стула и закрывает глаза. — Давай не будем, Кэйтлин.

— Я думаю, что мы должны поговорить о том, что случилось.

— Нет, мы не будем. — Он сбрасывает мои руки и встает. — Тебе лучше переодеться для ужина. Я хочу, чтобы ты надела красное шелковое платье, в котором ты была, когда я впервые увидел тебя с друзьями.

Я хмурюсь. Холли привезла это платье сюда?

Лиам неправильно понимает мое замешательство. — В ту ночь, когда я предположил, что Пол и Джули твои любовники.

— Я знаю, о каком платье ты говоришь! — Меня раздражает его решимость не слушать меня. Он считает меня виновной во всем с того самого дня, когда узнал, что я работала в журнале и устроилась на работу в «Джастис Хаус», чтобы следить за ним. Его нежелание выслушать мою версию истории, бесит.

— Ты когда-то сказал, что иногда все не так, как кажется. — Когда он хмурится, я продолжаю. — Знаешь, в тот день, когда я вошла и увидела тебя, державшимся за задницу Миранды.

И важно совсем не то что я говорю, а снисходительная манера, в которой я это говорю. Его глаза сверкают гневом, а затем он наклоняется ближе к моему лицу.

— Я верю, дорогая, что нужно идти на ужин прежде, чем ты разозлишь меня. — Его глаза впиваются в мои, он выпрямляется и делает шаг назад.

Я счастлива избежать его внезапного гнева. Направляясь к шкафу, оглядываюсь и вижу, что он пристально смотрит на меня. Я смущаюсь от того, что его обольстительные глаза встречаются с моими и удерживают меня в плену.

Он, наконец-то, прерывает наш взгляд и выходит из комнаты.

Глава 4

День моей свадьбы похож на сон. Все, как в тумане. Все, как в сказке.

С самого утра все заняты делами. Все, кроме меня. Лиам не дает мне ничего делать, говоря, когда я жалуюсь, что мне нужно беречь силы и позволить ему самому обо всем позаботиться.

Энни приготовила вкусный завтрак, но я еще не проголодалась после ужина с Лиамом. Он пригласил известного шеф-повара, чтобы тот приготовил свое фирменное блюдо специально для нас. Это была самая вкусная еда, которую я когда-либо пробовала.

Мы ужинали в гостиной на маленьком столике перед открытыми стеклянными дверьми. Стол был сервирован фарфором и хрусталем. Это было мило: обедать в свете свечей и наблюдать за молнией на темном небе. Атмосфера приближающегося ливня только усугубила мои и без того обостренные чувства из-за близости Лиама. Мне не помогло и то, что он задумчиво смотрел на меня весь вечер. Больше ничего не было сказано в дополнение к нашему разговору перед ужином, но между нами все еще была некоторая напряженность.

Сейчас я сижу и уплетаю свой завтрак, в то время как квартира превратилась в улей. Даже Энни, получив поручение, быстро исчезает. Майк заходит вместе с другим охранником, чтобы помочь спустить пару чемоданов и сумок к ожидающей машине. Он ничего не говорит, просто кивает мне головой в знак приветствия.

Мы направляемся в аэропорт, останавливаясь лишь за тем, чтобы забрать Пола и Джули.

В аэропорту Чикаго Майк ведет нас прямо на взлетную полосу, чтобы мы могли сесть в Лир Джет. Наш полет не занимает много времени. Мы летим всего лишь до Лансинга, штат Мичиган. Белый лимузин уже ждет нас на взлетной полосе.

Когда я залажу в лимузин и сажусь напротив Пола и Джули, Пол наклоняется вперед.

— Ты в порядке? — По нему заметно, что он чем-то обеспокоен.

Я улыбаюсь. — Да. — Но это звучит неубедительно, даже для меня. Джули сжимает мою руку, а Лиам садится рядом со мной.

Мы едем молча. Хочу спросить, куда мы направляемся, но я слишком нервничаю. Когда мы приезжаем в пункт назначения, я просто потрясена. Идя по тротуару, смотрю на Лиама, который тоже наблюдает за мной. Его рот медленно расплывается в улыбке.

Церковь очень красивая, в романском стиле, возле входа в которую я с удивлением вижу ожидающих нас Холли и Райана.

— Они прилетели вместе со мной вчера, когда я подал заявление на свидетельство о браке, и остались, чтобы уладить кое-какие детали, — говорит Лиам.

На этом сюрпризы не заканчиваются. Холли ведет Джули и меня в раздевалку при часовне, чтобы я могла переодеться. Когда Холли расстегивает чехол и вытаскивает платье, которое купил Лиам, я чуть не падаю в обморок.

Платье восхитительное. У Лиама отличный вкус. Белые кружева на мерцающем шелке, с глубоким вырезом, который заканчивается ниже ложбинки между грудей. Спинка и рукава также из кружева с замысловатым узором, юбка в пол красиво драпирована. Это сексуально, очень женственно и со вкусом. Мне нравится. Будто сшито специально для меня.

Джули в восторге от платья и очень осторожно снимает его с вешалки. — Я знаю этого дизайнера, — говорит она с поднятой бровью.

— Тише, — просит Холли.

— Это от Холли и меня. — Джули протягивает мне плоскую белую коробочку с большим серебряным луком Амура. В ней белье из тончайшего шелка. Тонкое, почти незаметное, красивого оттенка голубого льда.

— Тебе, правда, будут необходимы только трусики и подвязка с твоим платьем, но мы хотели, чтобы у тебя был полный комплект, — произносит Холли.

— Что-то синее, — мягко говорю я. — Это так красиво. Спасибо, вам обеим. — На глаза наворачиваются слезы.

— И... — Джули протягивает еще одну шкатулку, — ...что-то чужое.

Я беру маленькую шкатулку, открываю и с удивлением вижу ожерелье. — Ожерелье твоей бабушки…

Она улыбается прежде, чем взять алмазную подвеску на нежной цепочке. — Как ты знаешь, она надевала ее в день свадьбы, а потом моя мама, затем я и вот теперь твоя очередь.

— Джули… — Я не могу подобрать слова. Я знаю, что это ожерелье значит для нее, и то, что она позволила мне надеть его, вызывает слезы.

— Хватит. Никаких слез в день свадьбы, — мягко наставляет Холли.

Я смеюсь и шмыгаю носом, когда Джули обнимает меня.

Они помогают мне с макияжем и прической, крутя меня словно я — безмозглая кукла. Хотя в данной ситуации это достаточно точное сравнение. Все, что происходит сейчас, просто нереально.

Два момента, которые я запомню на всю жизнь: когда мы входим в часовню, я иду по проходу к тому месту, где стоит Лиам, он поворачивается ко мне, и у меня перехватывает дыхание.

На нем темно-синий костюм, подчеркивающий цвет его глаз, превращая их в темно-синие. Он высокий, широкоплечий и сильный.

Мое тело покалывает от осознания того, что в его взгляде я вижу нежность и ласку.

Мне кажется, что я пробежала кросс, пока дошла до него. Он берет меня за руку и тянет ближе к себе, чтобы легонько поцеловать мои губы. Я чувствую его запах, его вкус, и я чувствую, что наши тела связаны практически ощутимым потоком энергии.

Когда он отрывает свои губы от моих, его глаза отражают тоже, что чувствую я.

— Ты это чувствуешь? — Шепчет он в страхе.

Затаив дыхание, я отвечаю: — Да, — наши глаза встречаются.

Он протягивает руку, чтобы погладить мое лицо, хмурится, как будто его озадачило то, что происходит между нами.

— Ты самая красивая, неповторимая женщина, которой я когда-либо имел счастье смотреть в глаза, дорогая.

Я чувствую, что мои щеки начали краснеть.

— Такая красивая, сладкая, — шепчет он, когда его рот расплывается в медленной улыбке, а его пальцы скользят по моей скуле.

Священник откашливается с невысказанным вопросом, готовы ли мы начать. Я слышу, как кто-то, я думаю, что Райан, тихо смеется.

Уверена, что повторяю обеты правильно, потому что ни священник, ни Лиам не исправляют меня. Когда Лиам берет мою левую руку и надевает на безымянный палец кольцо с кучей бриллиантов, все, что я могу сделать, это просто смотреть на их ослепительный блеск. Для меня становится неожиданностью, когда Лиам протягивает мне золотое кольцо, и я надеваю обручальное кольцо ему на палец.

Я смутно слышу: — Вы можете поцеловать невесту, — прежде чем Лиам тянет меня в свои объятия, притягивая к своему лицу. Я закрываю глаза и теряюсь в ощущениях его теплого дыхания возле моих губ, когда он тихо шепчет: — Моя…— Мои глаза распахиваются и встречаются с его темными соблазнительно синими, прежде чем его губы завладевают моими.

Сильные руки крепко держат меня во время всего страстного поцелуя, который оставляет меня в оцепенении, когда Лиам прерывает поцелуй и отпускает.

Мои ноги трясутся, когда Джули, а затем и Холли обнимают меня. После я попадаю в медвежьи объятия Пола.

— Будь счастлива, — шепчет он мне на ухо, и когда отпускает меня, я ловлю взгляд Лиама.

— Поздравляю, миссис Джастис. — Райан быстро целует меня в щеку.

Я моргаю и смотрю на него, как будто у него две головы. Он громко смеется. Я до сих пор в шоке при мысли о том, что я замужем.

— Пойдем. — В голосе Лиама звучит недовольство, он тянет меня за руку. Я иду за ним, задаваясь вопросом, куда мы пойдем.

Прощаясь, мы вспоминаем об оставленных в раздевалке вещах. Забрав вещи, мы с Лиамом садимся в лимузин. В этот момент я понимаю, что остальные продолжают стоять на обочине. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть в заднее стекло.

— Пол и Джули полетят в Чикаго с Холли и Райаном, — мягко говорит Лиам с сиденья напротив меня.

Я оборачиваюсь и вижу, что он наблюдает за мной с непроницаемым выражением лица. У нас не было времени, чтобы переодеться, и он все еще в темно-синем костюме. Его белая рубашка оттеняет темные волосы, брови и ресницы. Он просто великолепен.

Я расстраиваюсь от его взгляда и смотрю вниз, разглаживая юбку платья у себя на коленях.

— Спасибо за прекрасное платье.

Через минуту он говорит: — Да не за что. Я не был уверен, что ты оценишь мой выбор свадебного платья.

Мои глаза встречаются с его. — Я бы никогда не критиковала это прекрасное платье, Лиам. — Мои пальцы разглаживают платье. — Я не думаю, что смогла бы выбрать такое. — Я нервно смеюсь. — Это больше, чем большинство невест ожидают в день свадьбы.

Брови Лиама поднимаются в изумлении, а я смотрю на мое новое кольцо.

Когда он больше ничего не говорит, я поворачиваюсь. Его голова покоится на спинке сиденья, он смотрит на меня. Мое тело живет своей собственной жизнью. Мои соски напрягаются, и я знаю, что он замечает это. Я сжимаю ноги как можно крепче, глубоко вдыхаю, пытаясь расслабиться. Потребность в его теле не уменьшилась из-за отсутствия близости. Во всяком случае, мое желание не уменьшилось.

Я жажду его прикосновений, его сексуального контроля, когда он так искусно владеет моим телом. Я не знаю, что это: плотская потребность в нем или отсутствие секса пару недель. Или, может быть, это просто побочный эффект беременности. Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть в окно. Уверена, что у него был секс после нашего расставания. Ерзаю в кресле, пытаясь контролировать вспышку ревности.

Лиам спокоен, без сомнения, он обдумывает, что собирается делать с женой. Вероятно, проклиная ту ночь, когда он позволил своей похоти взять верх над здравым смыслом и не использовал презерватив. Опять же, может быть, он просто зол из-за того, что должен был жениться на женщине, которая носит его ребенка, потому что чувствует потребность укрепить свое место в жизни ребенка. Он так и сказал мне в тот день, когда вытащил меня из своего кабинета в коридор, чтобы угрозами добиться своего.

Что теперь? Он везет меня обратно в Чикаго, а я не имею ни малейшего понятия о том ... да ни о чем. Я начиню прикусывать нижнюю губу от беспокойства. Это не помогает, Лиам продолжает смотреть на меня. Через несколько минут я, наконец, достигаю точки кипения.

— Что? — Свирепо обращаюсь к нему.

Одна темная бровь высокомерно поднимается.

— Что? Ты смотришь на меня, и я знаю, что ты хочешь что-то сказать. Так просто возьми и скажи!

Он поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза.

Мне дискомфортно, я чувствую неловкость.

— Ты знаешь, я рад, что ты чувствуешь себя лучше. И часть меня любит такое твое нахальное поведение. — Его голос звучит очень соблазнительно, и это заставляет мышцы живота рефлекторно сжиматься. Я нервно поднимаю руку, чтобы убрать прядь волос за ухо. Его глаза следуют за моими движениями, его взгляд как чувственное прикосновение, и когда он скользит вниз от шеи к моей груди, погружаясь в вырез платья, я почти издаю стон. Мои соски болезненно твердеют, грудь поднимается, мое возбуждение становится очевидным.

Я кусаю губы.

— На самом деле, дорогая, — его голос звучит скрипуче, — Я этим наслаждаюсь. Мне это даже нравится. — Он ухмыляется и садится вальяжно, руки свисают между его раздвинутыми ногами.

— Но чувствую, что должен предупредить тебя, сладкая, тебе лучше следить, как далеко может зайти твоя храбрость. — Выражение его лица становится каменным, у меня во рту пересыхает. — И тот факт, что ты беременна, не изменит того, что я могу перекинуть тебя через колено, — угрожает он, затем откидывает руки вдоль спинки сиденья и кладет ногу на ногу.

— Хммм. — Из глубины его груди исходит очень сексуальный звук. Мой рот приоткрывается, и я начинаю медленно моргать. — Мне доставляет удовольствие мысль о тебе с уже достаточно большим животом, в котором мой ребенок, лежащей на моих коленях, а я шлепаю твою сладкую попку... — Его глаза обольстительно сужаются, и он чуть-чуть наклоняет свою голову.

Мышцы глубоко внутри болезненно сжимаются.

Ох!

Я кусаю губы, закрыв глаза.

Лиам вдруг хватает меня и тащит через сиденье к себе на колени. Я вскрикиваю, и он прикладывает палец к моим губам.

— Тише.

Он хватает меня за запястья, заводя их мне за спину и удерживая одной рукой. Моя грудь напрягается, когда он проводит одним из своих длинных пальцев, двигаясь медленно вниз по всей длине моего горла, по шее, по направлению к моей груди. Я начинаю стонать, снова закрывая глаза.

— Я знаю, что тебе нужно, дорогая: хороший, жесткий секс. — Его голос хриплый, и когда я открываю глаза, то вижу, что он не так уж спокоен, как кажется. Сидя у него на коленях, я чувствую его эрекцию. Я знаю, что он играет со мной, но его слова вызывают во мне желание, которое потрясает меня до глубины души. Мысленно пытаюсь успокоиться, так как не могу позволить ему доводить меня до такого состояния.

Я смотрю в окно и понимаю, что лимузин остановился рядом с самолетом. Свободной рукой провожу по его лицу.

— Не говори мне таких вещей. — Я освобождаю другую руку и соскальзываю с его колен, чтобы вернуться на противоположную сторону лимузина. Когда водитель открывает дверь, я оглядываюсь и говорю: — Сегодня день моей свадьбы.

Пока мы летим в самолете, Лиам снова смотрит на меня с выражением лица, которое я никак не могу понять. Мое лицо начинает краснеть, когда я вспоминаю, что он говорил о том, что мне нужно. Я хотела бы спросить его, предлагает ли он свои услуги, но моя внезапная вспышка мужества закончилась сразу же после того, как я вышла из лимузина, а Лиам властно схватил меня за руку, направляя вверх по трапу.

Я осматриваю салон, но мое внимание вновь возвращается к Лиаму, когда он снимает пиджак. Мой живот сводит, и это не имеет никакого отношения к турбулентности. Почему мужчина, одетый в костюм, выглядит так сексуально? Можно подумать, что должно быть как раз наоборот, когда слишком много одежды. Но я знаю, что многие мои подруги реагировали на это также. Это равносильно мужской реакции на женщину в белье. Так. Чертовски. Сексуально.

Подойдя ближе и возвышаясь надо мной, Лиам начинает закатывать рукава. Я чувствую, как дрожь пробегает по моему позвоночнику. Он сказал, что отшлепает меня. Он это сделает?

— Ты голодна?

Я обращаю внимание на стюардессу, которая подходит к нам с подносом, и киваю, признаваясь, — Да, я проголодалась. Я вижу тень улыбки на его губах.

Стюардесса ставит поднос с сияющей улыбкой. Она поворачивается и смотрит на Лиама и, если это вообще возможно, улыбается еще шире.

— Что вам принести из напитков, мистер Джастис? — Спрашивает она низким и хриплым голосом.

Она шутит? Мы сидим в свадебных нарядах, а она строит глазки моему мужу. — Что бы ты хотела, дорогая?

— Яблочный сок.

— Моя жена будет яблочный сок, а мне принесите фужер белого вина, пожалуйста. — От тона, каким он произнес слова «моя жена», улыбка стюардессы немного спадает.

Не думаю, что стейк по вкусу окажется лучше, чем бутерброд, который я только что съела. Я бледнею от смущения, когда вижу, что Лиам наблюдает за мной.

Он вытирает руки о салфетку и протягивает тарелку, предлагая мне оставшуюся половину своего бутерброда.

Глядя вниз, я шепчу: — Нет, спасибо.

Он ставит свою тарелку мне на поднос. — Не смущайся, Кэйтлин. Как говорится, ты питаешься за двоих. — Когда я оглядываюсь, он подмигивает мне. — Мы нормально поедим, когда приземлимся.

Я делаю паузу, добираясь до стакана сока. Смотрю в окно.

— Мы не собираемся обратно в Чикаго?

Лиам поднимает свой фужер, и я наблюдаю, как он делает глоток вина. Мои глаза скользят вниз по его горлу, наблюдая за игрой мышц на шее, пока он глотает.

Этот человек хоть что-нибудь делает не сексуально?

Я поднимаю глаза и вижу задумчивый взгляд Лиама. Он отставляет фужер в сторону.

— Мы летим в Сент-Луис.

— Что? — Я задыхаюсь.

— Мы собираемся посетить твоих родителей. Я считаю, что самое время им встретиться со мной лично, не так ли?

— Что? — Повторяю я. Мы собираемся к моим родителям? — Лиам, я ... Я не говорила ни слова моей матери о тебе... — Его глаза зловеще сужаются. — Мне нужно поговорить с ней сначала. Они очень удивятся тому, что я замужем, и что я ничего не сказала им. Они, конечно, захотят встретиться с тобой, но...

Дерьмо!

Встаю с кресла и начинаю ходить из стороны в сторону по проходу. Поймав его взгляд, отчетливо вижу гнев в его глазах. Я хмурюсь, когда вспоминаю, что он сказал.

— Ты имеешь в виду, что самое время им встретиться с тобой лично? — Я пытаюсь понять его слова.

Он откидывается на спинку кресла, все еще злобно глядя на меня. Высокомерно… Мужественно…

— Ты звонил им, — говорю с уверенностью, садясь в кресло и откинувшись на спинку. Я качаю головой, смирившись с тем, что мои родители в курсе ситуации. — Что ты рассказал им? — В моем голосе ясно слышна тревога.

— Ну, ты, кажется, немного расстроена перспективой знакомства с родителями, дорогая. — В его голосе чувствуется гнев и что-то еще.

— Нет. — Я качаю головой и опускаю глаза. — Это ... не так. — Я тереблю кольцо на безымянном пальце, не замечая этого.

— Почему ты ничего не рассказала им обо мне?

Я вздыхаю. — Я редко разговаривала с мамой в течение последних трех недель. Мои родители знают, что я была больна. А теперь я собираюсь приехать к ним и познакомить их с человеком, о котором они никогда ничего не слышали. Человеком, который теперь является их зятем.

Лиам поднимает свой бокал, его обручальное кольцо на пальце блестит и бьется о фужер, когда он ставит его на место.

Стюардесса подходит к нам со свежими напитками. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть в окно. Так странно привести Лиама домой, чтобы познакомить с родителями. Не то, чтобы они не приняли его, они обязательно примут его по той простой причине, что я выбрала его. И я не сомневаюсь, что Лиам очарует их. Я просто не хочу, чтобы это расстроило их. Мой папа с легкостью сможет увидеть любой подвох.

— Миссис Джастис?

— Кэйтлин.

Я поворачиваюсь и вижу, что они оба смотрят на меня. Я чувствую, что мое лицо покрывается румянцем, когда понимаю, что стюардесса только что назвала меня моим новым именем, и я не возразила.

— Вы хотите что-нибудь еще? — Спрашивает она вежливо, ее профессионализм снова на высоте.

— Нет, спасибо.

Она убирает наши тарелки и оставляет нас. Лиам потягивает свой напиток, смотря на меня задумчиво.

— Кэйтлин, я взял на себя смелость позвонить твоим родителям и обрисовать им ситуацию в общих чертах.

Мои глаза расширяются. — Ты что? — Моя рука движется к моему горлу.

— Я сказал им, что... — Он делает акцент на слово «что», — что мы встречались недолго, потом расстались. Когда ты вернулась в мою жизнь, я воспользовался предоставленным мне вторым шансом и сделал предложение, и ты согласилась выйти за меня замуж.

Я смотрю на него в замешательстве, не зная, что сказать.

— Я просил твоей руки у твоего отца.

Я в шоке от полученной информации.

— Ты, кажется, удивлена, дорогая. — В его голосе слышна насмешка.

Я не знаю, что сказать, как ответить. — Ты рассказал им о... — смотрю на него.

— О ребенке? — Его брови поднимаются, и он опять ухмыляется. — Нет, дорогая, я думал, что мы сообщим им эту радостную новость вместе. — Сказал он с сарказмом.

Я моргаю и смотрю вниз на свои пальцы, которые двигаются по мягкому кружеву платья. Как мы собираемся сделать это? Я не уверена в том, что мы осознаем, что делаем. Вне зависимости от того, что сказал Лиам о нашем браке — факт, что он до сих пор продолжает сердиться на меня. Он закончил наши отношения, и если бы не было ребенка, я не сидела бы здесь сейчас и не была бы его женой.

Можем ли мы, на самом деле, сделать жизнь нашего ребенка счастливой? А что будет с нами? Как мы будем жить вместе? Мои сомнения снова вернулись. Что произойдет, если через несколько лет Лиам решит, что он не может больше так жить? Я не знаю, как смогу снова пережить его потерю.

— Я ... Я не стыжусь тебя, если это то, о чем ты подумал. Это просто... — Стараюсь не смотреть на него, не желая, чтобы он видел мою неуверенность. — Я запуталась, Лиам. — Делаю глубокий вдох. — Мои родители, особенно отец, заметят напряжение между нами. И когда они узнают о ребенке... — Кусаю губы. — Я не хочу разочаровывать их, — шепчу я.

— Кэйт, — Лиам говорит тихо, наклонившись вперед. — Черт! — Он резко встает, беря меня на руки, и снова садится, усаживая меня на колени.

Я обнимаю его за плечи, уткнувшись лицом в его шею, и вдыхаю его удивительный запах. Это успокаивает меня, я расслабляюсь в его объятьях.

— Мы справимся с этим, малышка, — бормочет он возле моего уха. Я киваю, мое лицо все еще прижато к его шее.

Если бы я могла навсегда остаться так... в его руках ...

— Кэйтлин.

Я слышу его голос, но не хочу шевелиться. Мне слишком хорошо. Его рука гладит мою спину, только тогда я начинаю двигаться.

— Просыпайся, дорогая. Мы скоро приземляемся.

Потягиваюсь. При этом он усмехается очень соблазнительно. Прижимаюсь к нему еще сильнее. Он такой теплый. Издаю короткий стон, а потом поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. Его глаза темно-синего цвета выглядят соблазнительно и чувственно, и я не вижу в них больше насмешек. То, что я вижу в его глазах, может быть охарактеризовано только как сильное желание. Мое тело реагирует мгновенно.

Мою постоянную неудовлетворенность, кажется, все труднее контролировать, она распространяется по всему телу.

Его рот расплывается в злой улыбке. — Ты хочешь, чтобы мы занялись сексом, дорогая?

Я краснею от его слов, желание отдается в низ живота и отзывается интенсивной болью между ног.

— Ответь мне, — требует он, а его голос взывает к моему либидо.

— Да, — выдыхаю я, видя, как его глаза темнеют.

На его губах появляется усмешка, когда стюардесса идет к нам по проходу.

— Мне очень жаль, но мы идем на посадку, тебе необходимо пристегнуть ремни безопасности.

Лиам встает, и я хватаюсь за его плечи, так как он будто собирается бросить меня на свое место. Он тихо смеется и нежно шлепает меня между ног.

Ублюдок!

Наклонившись ко мне, он убирает мои руки прочь.

— Не бойся, сладкая. Я не буду нежен с тобой в постели. — Его лицо на одном уровне с моим, он смотрит мне в глаза, его взгляд пылает огнем.

Мое дыхание перехватывает от его соблазнительного обещания, а затем он наклоняется и целует меня жестко и быстро.

Лиам предлагает переодеться в ванной комнате самолета, и я прошу его помочь мне с платьем. Его дыхание жаром опаляет мою голую спину, пальцы ловко справляются с корсетом. Когда он проводит пальцем по моей спине, я не могу остановить дрожь.

— Все готово. — Его голос звучит хрипло.

— Спасибо, — шепчу в ответ. Когда оборачиваюсь, он уже выходит, закрывая за собой дверь.

Арендованный автомобиль уже ждет нас, когда мы приземляемся. Кажется, Лиам тщательно продумал все детали нашей поездки.

Когда мы садимся в машину, я спрашиваю: — Как долго мы пробудем здесь?

Он смотрит на меня, прежде чем посмотреть в телефон. — До завтра.

Как я и думала, Лиам просто очаровывает моих родителей, которые искренне рады за меня. Я вижу это на их лицах и слышу в их голосах. Я ловлю их взгляд и могу прочитать всю гамму эмоций. Они были очень обеспокоены.

Мой отец не в состоянии сходить в ресторан, и, как оказалось, Лиам заранее заказал обед с доставкой в местном ресторане. Доставлено все необходимое, чтобы накрыть шикарный стол. Лиам даже помогает моей маме с инвалидным креслом отца, поэтому папа может сидеть с нами за одним столом.

Мы восхитительно проводим время вместе, замолкая только, чтобы поесть, и в то время как мы наслаждаемся нашим кофе после ужина, мой папа и Лиам обсуждают нынешний сезон в бейсболе. Я смотрю на отца, когда он высказывает свое отношение к игре.

Когда я смотрю на маму, она улыбается, качая головой, а затем наклоняется ближе. — Я хочу показать тебе мою новую работу, Кэйти.

— Хорошо. — Я смотрю на Лиама, когда мы встаем, он также быстро поднимается, улыбаясь мне.

Мама катит инвалидную коляску отца, сжимая его плечо. — Мы сейчас вернемся. Я хочу показать Кэйти одеяло, которое сейчас шью. — Папа гладит ее руку.

Лиам наклоняется: — Кэйти? — Шепчет он, а затем усмехается, когда я слегка толкаю его в бок.

В дверях я оглядываюсь и встречаю взгляд Лиама, а затем быстро следую за мамой.

Вот же черт. Как я буду жить с этим человеком, и стараться не запрыгнуть на него?

Мамина швейная машинка всегда стояла в их с папой спальне. Так она могла проводить больше времени с папой и заниматься одновременно шитьем. Она шила большую часть моей одежды в детстве, и она действительно была очень хорошей. У меня всегда был новый наряд для любого случая.

Она с гордостью раскладывает лоскуты ткани, складывая их вместе по кусочкам на стол, который стоит рядом с ее швейной машинкой.

— Мне нравятся эти цвета, мама, — говорю я, зная, что, хотя она и счастлива показать мне свое незаконченное одеяло, но это не та причина, по которой мы здесь.

— Я делаю его для тебя, дорогая.

Я поднимаю свой взгляд на маму и говорю: — Будет очень красиво. Ты знаешь, что мне нравится.

— Если бы я знала, я бы сделала рисунок обручальных колец.

— Мама, мне так жаль, что я не говорила вам о Лиаме. Все произошло так быстро, и...

— Кэйти, я привела тебя сюда не для того, чтобы отругать. — Я не могу не улыбнуться. Не могу вспомнить, чтобы она когда-либо ругала меня. — Ты же знаешь, что я вышла замуж за твоего отца после третьего свидания.

— Да. Любовь с первого взгляда.

Она поворачивается ко мне. — Также было и с вами?

Ее вопрос застал меня немного врасплох. — Да, — мягко говорю в ответ. — С того момента, как я увидела его, он перевернул мой мир с ног на голову.

Она улыбается и кладет руку на мое лицо. — Хорошо. Твой отец и я доверяем твоему выбору. Ты знаешь, мы только хотим, чтобы ты была счастлива.

— Я знаю, мама.

— Он чертовски привлекателен. Я могу понять, почему он запал тебе в душу.

— Мама! — Я смеюсь.

— Давай вернемся, — говорит она, идя к двери. — Твой отец замечательно провел время. Твой муж — чудо, — признается она через плечо.

— Да, это точно, — задумчиво соглашаюсь я.

Когда я, ужасно нервничая, рассказываю родителям о ребенке, мама плачет от радости. Я сама почти начинаю плакать, когда вижу, что папа тоже прослезился.

После ужина мы уходим обратно в комнату моих родителей, в то время как сотрудники ресторана все убирают. Я могу сказать, что моему отцу пора отправляться в постель. Лиам также это замечает и предлагает отправиться в отель.

Моя мама хочет, чтобы мы провели ночь с ними, и часть меня тоже этого желает, ведь я так давно здесь не была. Но в моей старой комнате наверху маленькая кровать, поэтому мы отказываемся. Мысль о том, как мы лежим в этой маленькой кровати вместе с Лиамом, заставляет мой пульс ускориться. Когда мама начинает протестовать, папа берет ее за руку, и она соглашается. Лиам обещает ей, что мы приедем сразу же после завтрака и проведем весь день с ними, это успокаивает маму, и она отпускает нас на ночь.

Я задремала в машине по дороге в отель, положив голову на плечо Лиама. Это был долгий день, и все, чего я хочу — это душ и постель.

Номер просторный и красиво оформлен, но это все, что я успеваю рассмотреть, так как прямиком направляюсь в спальню. Достаю ночную сорочку, которую кто-то заботливо упаковал для меня. Лиам? Очевидно, что она новая, я начинаю рассматривать ее: мягкая и практически прозрачная, с глубоким декольте. Начинаю краснеть при мысли о Лиаме, который увидит меня в ней. Я направляюсь в ванную, когда он входит.

— Сначала ты хочешь принять душ? — Спрашиваю я.

Его глаза скользят по моему телу, которое сразу же напрягается.

— Нет, идешь ты, а я присоединюсь к тебе. — Он быстро вытаскивает телефон из кармана, а я открываю рот от неожиданности. Он хочет принять душ со мной? Я сжимаю зубы от внезапного желания и быстро убегаю в ванную.

Раздеваюсь, не чувствуя больше усталости. Мои волосы по-прежнему уложены в свадебную прическу, и я выдергиваю шпильки, проводя пальцами по длинным локонам, прежде чем захожу в душ и наслаждаюсь водой. Мне тревожно от ожидания Лиама. Мы никогда не принимали душ вместе. Когда я ночевала у него, перед тем, как мы расстались, он всегда уходил по утрам к тому времени, как я просыпалась.

Я представляю, как его руки двигаются по моему телу, касаясь меня там, где я больше всего в этом нуждаюсь. Наклоняю голову назад, подставляя ее под струи воды, брызги попадают на спину и плечи. Я поворачиваюсь и вздыхаю, когда капли попадают на мои чувствительные соски, а я представляю себе зубы Лиама, кусающие их.

Мне становится стыдно от посетивших меня эротических фантазий, когда дверь душа, наконец, открывается. Лиам заходит в ванную полностью раздетым, за исключением кулона. Внезапно у меня в горле пересохло. Никогда бы не подумала, что могу забыть, как он великолепен без одежды, но ясно одно: у меня плохая память.

Его член длинный и толстый, уже эрегирован.

Черт.

Я просто глазею на него, не в силах отвести взгляд, мои глаза не могут оторваться от его тазовых мышц в сексуальной V.

Черт.

Он тянется к шампуню, его медальон очень близко к моему лицу. Это первый раз, когда я вижу, что на нем есть гравировка. Когда я беру его в руки, Лиам хватает меня за запястье. Смотрю на него, и его глаза впиваются в меня. Он качает головой.

Почему?

— Повернись.

Когда я не прилагаю никаких усилий, чтобы развернуться, он твердо повторяет: — Я сказал, развернись.

Я быстро разворачиваюсь и слышу, как открывается флакон, а затем его руки запутываются в моих волосах, втирая шампунь кончиками пальцев. Мне это доставляет огромное удовольствие.

— Шаг назад.

Мягко дергая меня за волосы, он тянет мою голову назад, чтобы смыть пену. Теперь очередь геля для тела.

— Я хочу, чтобы ты сложила руки за спину и держала их там, — говорит он возле моего уха, и я начинаю дрожать, делая все, как он сказал.

— Очень хорошо, дорогая.

Я чувствую, как в моем животе зарождается желание, и кусаю губы в попытке его контролировать.

Когда его мыльные руки обнимают меня за шею, делаю шаг назад, прикасаюсь к его груди и почти схожу с ума, когда чувствую его впечатляющую эрекцию возле моих сложенных рук и нижней части спины. Я закрываю глаза в чистом блаженстве, когда его руки скользят вниз по моему горлу, плечам. Он намыливает руки и скользит по моей груди вверх-вниз.

Выгибаю спину, уверенно толкая мою грудь прямо в его руки. Я люблю, когда он касается меня так: сильно и требовательно. Он сжимает и массирует мою нежную грудь, я чувствую, как соски набухают в его руках. Издаю стон от стыда, вызванного столь сильным желанием к этому человеку.

Он доводит меня до безумия, когда держит каждую грудь в своих руках, а большими, сильными пальцами теребит мои соски. Я тихонько издаю стон, когда он зажимает мои соски плотно между пальцами, и прислоняюсь к нему спиной, на этот раз чуть ли не крича.

— Ты восхитительна, дорогая, — бормочет он возле моего уха.

Его мыльные руки очень нежно двигаются по моему животу, растирая мыло.

Я кусаю губы, пока его пальцы продолжают свой путь вниз, намыливая между моих ног. Одна его рука движется к моей попке, растирая мыло снова и снова между моими ягодицами. Я тихонько начинаю стонать и извиваться от предвкушения.

— Стой смирно, — приказывает он.

Не думаю, что смогу.

Он перемещается на мои бедра, продолжая свою сладкую пытку. Обхватив меня крепко между ног, его пальцы начинают двигаться во мне.

— Лиам ... — мое тело начинает дрожать.

— Повернись, — говорит он хрипло.

Когда я поворачиваюсь к нему лицом, положив руки на грудь, он использует руку на моей попке, чтобы придвинуться ко мне так, чтобы я ощущала его эрекцию прямо на уроне живота. Я медленно поднимаю глаза на его губы. Его глаза сверкают из-под полузакрытых век. Он так чертовски сексуален, а мне разрешено на него только смотреть.

Он сразу же опускает меня, протягивая мне гель для душа и делая шаг назад.

— А сейчас ты можешь намылить мне спинку, дорогая.

Что? Мне нужно... Я закрываю глаза, зная, что не будет никакой пользы от нытья. Он четко говорит что, когда и где. Отлично. Я делаю глубокий вдох и беру у него бутылочку, чувствуя, как дрожат мои внутренности.

Я растираю мыло по его плечам трясущимися руками, спускаюсь вниз по его спине.

Черт. Его тело удивительное. Такое мускулистое и сильное. Мои руки двигаются вниз к его накаченной заднице, и я кусаю губы, желание накрывает меня с удвоенной силой, когда я прислоняюсь головой к его спине.

— Ты не мочалка, — бормочет он, когда тянется к шампуню.

Я вздыхаю и опускаюсь на колени, тщательно мыля его бедра, и к тому времени, как поднимаюсь выше, мои зубы постоянно прикусывают нижнюю губу.

Лиам поворачивается лицом ко мне, и мои глаза медленно двигаются вверх по его телу. Я бессознательно лижу нижнюю губу. Когда же я хочу прикоснуться к нему, он хватает меня за руки и поднимает на ноги.

Его челюсть напряжена, зубы стиснуты. Лиам быстро тянет меня под воду, и я прижимаюсь лбом к его груди, надеясь, что вода, которая льется на нас, смоет бушующее желание. Он протягивает руку, берет полотенце и оборачивает вокруг меня.

— Лиам, — шепчу я.

— Ты уже чистая. — Он открывает дверь душа и нежно меня выталкивает. — Иди в кровать.

Что?

— Но...

Он тянется за полотенцем и начинает вытираться. — Я сказал: иди ложись спать. — По его взгляду понятно, что лучше не возражать.

Быстро вытираюсь и надеваю ночную рубашку. Она практически прозрачная, и мои соски выглядят довольно вызывающе. Сушу волосы, наблюдая краем глаза, как Лиам выходит из душа. Полотенце обернуто вокруг бедер, его эрекция выпирает, теша меня надеждами. Зная, как долго он твердый, я пытаюсь спешить.

Настроение у него испортилось, и я спешу закончить с моими ритуалами перед сном, чтобы сбежать из ванной и не смотреть на него.

Я ложусь в постель, он заходит в спальню через несколько минут. Лиам натянул боксеры, которые подчеркивают размер его эрекции. Желание накатывает на меня с новой силой.

Я слежу за ним, когда он выходит из комнаты.

Что он делает?

Когда он входит обратно, у него в руках стакан воды. Я смотрю, как он подходит к кровати, все еще в полной боевой готовности. У этого человека вечный стояк?

— Тебе нравится то, что ты видишь, дорогая? — Спрашивает он, когда ставит стакан на тумбочку.

Я ловлю его дерзкую усмешку и вздергиваю подбородок. — Да, — говорю смело, а мое лицо покрывается румянцем.

Его глаза мгновенно расширяются.

— Иди сюда.

Пару секунд я не решаюсь, а затем скольжу по кровати и встаю перед ним. От его взгляда чувствую, как мои соски болезненно напрягаются. Внезапное пульсирование в моем клиторе заставляет меня ерзать. Он протягивает руку и касается кончика моего соска. Это похоже на разряд электрического тока через мою грудь к месту прямо у меня между ног.

Я задыхаюсь и поднимаю руку к груди. Лиам шипит сквозь зубы, а затем поднимает меня на руки, его рот находит мой и целует меня почти насильно. Я издаю стон ему в рот, желание в моем теле растет. Он держит мои руки, и я не могу прикоснуться к нему, как хотелось бы. Двигаю свободной рукой по его груди, скользя к его плечу. Его кожа горячая, а мышцы напрягаются в ответ на мои прикосновения.

Я таю в его объятиях. Мои ноги подкашиваются, когда его язык исследует мой рот. Я издаю огорченный звук, когда он убирает губы от моих, и чуть ли не кричу, когда он больно сжимает мои руки и трясет меня.

— Что ты, черт возьми, со мной делаешь? — Спрашивает он сердито.

Я делаю с ним? Что он делает со мной?

Я качаю головой и снова вскрикиваю от неожиданности, когда он берет меня на руки, делает два шага, ставит меня рядом с кроватью и прежде, чем я понимаю его намерение, сжимает переднюю часть моей сорочки, разрывает шелковый материал прямо посередине, и она просто падает бесформенной кучей на пол у моих ног.

Я задыхаюсь, удивленная и невероятно возбужденная, стоящая голой перед ним.

Вот черт!

Я очень волнуюсь. Он чертовски горяч!

Смотрю, как его глаза пылают огнем, его челюсти крепко сжаты, но закрыв глаза, он жестко приказывает: — Иди спать.

— Что?

Он поворачивается и уходит.

— Лиам!

Дверь с громким стуком закрывается.

Сказать, что я ошеломлена — это почти ничего не сказать. Я в ступоре.

Он меня не хочет.

Ползу к центру кровати, натягиваю на себя простынь, лежу, глядя в потолок, и решаю, что быть отвергнутой в первую брачную ночь — это самая унизительная вещь, которую я когда-либо испытывала. Если он хочет брака только на бумаге, то почему он вместе со мной пошел в душ? Почему целует и говорит о сексе?

Я переворачиваюсь на мою сторону кровати. Без сомнения, он зол. Зол, потому что я беременна. Зол, что женился на мне. Он все еще уверен, что я его обманула. Список можно продолжать бесконечно.

Обнимаю колени, сложив руки на животе, съеживаюсь под простыней. Холодный воздух из кондиционера не имеет ничего общего с холодом, который я испытываю сейчас.

Стараюсь успокоиться, решив не позволять ему полностью разбить мое сердце.

Глава 5

Я поворачиваюсь и прижимаю простынь и одеяло к груди. Лиам, должно быть, ночью укрыл меня. Мысль о том, что он наблюдал за мной спящей...

Дверь открывается, и он входит в комнату. Я начинаю краснеть, думая о том, что необходимо избегать его превосходства любыми способами.

— Хорошо, что ты не спишь. Нам нужно принять душ, завтрак принесут в ближайшее время.

Он уже побывал в спортзале. Серая футболка без рукавов мокрая от пота, волосы влажные. Вау. Я смотрю на будильник. Не думаю, что мое тело было бы готово к физическим нагрузкам рано утром.

Он приподнимает нижнюю часть майки, обнажая аппетитный торс, и вытирает лицо.

Черт! Мои мышцы живота напрягаются, а глубоко внутри зарождается желание. Я не могу поверить, что так реагирую на него после того, как он обошелся со мной прошлой ночью. Перевожу взгляд в сторону, решив игнорировать свои желания.

— Пойдем, Кэйтлин.

Он серьезно?

— Я подожду, пока ты выйдешь, — мой голос звучит не убедительно.

— Нет, мы идем в душ вместе. Пошли.

Отрицательно качаю головой. — Я не буду принимать с тобой душ, — шепчу я, вспоминая его отказ ночью.

Он тянется к одеялу, я пытаюсь натянуть его на себя, уворачиваясь от него на кровати.

Его брови высокомерно поднимаются, он стоит и смотрит на меня.

— Нет ни единого сантиметра твоего тела, который бы я не видел, так что не переживай по этому поводу. — Он машет в сторону ванной. — Пойдем.

Этот человек сошел с ума, если думает, что я собираюсь допустить повторение прошлой ночи.

— Я не буду принимать с тобой душ, — твердо говорю я, отвернувшись от него. Когда он ничего не отвечает, я украдкой смотрю на него из-под ресниц.

Он заходит в ванную комнату и уже у двери пристально смотрит на меня. — Чем дольше ты будешь пререкаться, тем меньше времени ты проведешь со своими родителями.

Просто прекрасно. Я лучше вообще не пойду в душ.

Мы завтракаем за столом в главной комнате люкса. Лиам сидит перед большим окном, из которого открывается потрясающий вид на город. На мне один из пушистых, белых халатов, предоставляемых отелем, мокрые волосы завернуты в полотенце. Лиам одет в джинсы и белую льняную рубашку, рукава, как обычно, подвернуты. До встречи с Лиамом я даже представить не могла, насколько могут быть сексуальными мужские руки. И не важно, насколько сильно я зла на него, его привлекательность действует на меня магически.

— Мы проведем день вместе с твоими родителями и поздно вечером улетим обратно домой. — Он пододвигает стакан сока ближе ко мне.

— Хорошо, — бормочу я с полным ртом мюсли. Слегка хмурюсь. Дом... Я хочу спросить его, что это значит.

— Что случилось? — Спрашивает он, наливая чашку кофе.

Я качаю головой и продолжаю кушать.

— Посмотри на меня, Кэйтлин, — твердо говорит он.

Глотаю и медленно поднимаю на него взгляд.

— Ты себя хорошо чувствуешь?

— Да. — Вновь смотрю в свою тарелку, перемешивая содержимое.

Когда он ничего не говорит, украдкой смотрю на него и ловлю его бесстрастный взгляд. Я начинаю ерзать на месте от этого проницательного взгляда.

— Кэйтлин, если у тебя есть вопросы или сомнения, как протекает беременность, скажи мне. Я не хочу, чтобы ты игнорировала какие-либо проблемы, думая, что это пройдет.

Я резко вдыхаю. — Я не настолько глупа, Лиам.

— Я не хочу, чтобы что-то угрожало твоему здоровью или здоровью ребенка.

Мои глаза широко раскрываются. Я не знаю почему, но его слова удивляют меня. Он уже ясно дал понять, что считает, будто я не знаю, как заботиться о себе во время беременности. Оставив ложку, переключаю все свое внимание на него. Я также хорошо осведомлена о том, что единственный, кого он хочет — это ребенок.

Он ставит свою чашку на стол. — Я все сделаю для этого, Кэйтлин.

Отвернувшись от него, смотрю на вид за окном. Слышу его тяжелый вздох, а затем раздается телефонный звонок.

— Джастис.

Я кладу салфетку на стол.

— Что?!

Поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, и вижу, как он проводит рукой по волосам.

О, нет.

— Когда? — Он смотрит на меня. — Что за черт!

Застыв словно каменная, я сижу в кресле.

— Мой компьютер? — Его глаза темнеют, когда он смотрит на меня. — Мы навестим родителей Кэйтлин, а затем вернемся.

Он заканчивает разговор, его глаза все еще направлены на меня.

Меня охватывает беспокойство.

— Что происходит? — Спрашиваю его.

Очень аккуратно и точно он кладет телефон на стол, а затем снова смотрит на меня.

— Это ты расскажи мне.

Я хмурюсь. — Я не понимаю. Что случилось?

Он изучает меня, прежде чем, наконец, произносит: — Кто-то вломился в мой офис прошлой ночью.

— Что? Зачем?

Он сверлит меня оценивающим взглядом.

Я снова хмурюсь. — Ты же не хранишь дела членов клуба в своем офисе, не так ли?

Почему они взламывают только одну комнату за раз? Если им необходима информация о конкретном члене, почему бы просто снова не взломать офис Лары? Если они, конечно, не знают, что то, что им нужно, находиться не в делах клиентов. Тогда какой тип информации содержится на его компьютере?

— Лиам, прежде чем я ... меня уволили, мне пришло в голову, что тот, кто ворвался в офис Лары, не работал в одиночку, у него был кто-то, кто помог внутри здания. Я уверена, что ты с Майком пришли к такому же выводу.

Он молчит.

Почему он не говорит ни слова, просто смотрит на меня, как будто пытается прочитать мои мысли?

Ой!

Мои глаза расширились, мое дыхание участилось. — Ты думаешь, что это я организовала? — Качаю головой. — Лиам, я была с тобой. Я не имею ничего общего с этим и первый взломом.

Он отворачивается.

— Ты не веришь мне. — После моих слов он вновь поворачивается ко мне.

— Я не знаю, во что верить, Кэйтлин. — Бросает салфетку на стол. — Все, что я знаю, это то, что ты солгала мне уже однажды.

— Я не врала тебе!

Он вдруг нависает надо мной, и все, что я могу сделать, это еще сильнее вжаться в кресло.

— Ты. Лгала. Мне. — Он гневно смотрит на меня, положив одну руку на стол, а другую — на подлокотник моего кресла, практически прижимая меня к себе.

Я свирепо повторяю: — Я не врала тебе.

Он выпрямляется в полный рост. — Называй это, как хочешь, но ты не была честна со мной, — говорит он жестко. Через некоторое время хватает телефон со стола и, выходя из комнаты, говорит твердым голосом: — Одевайся!

— Мы сейчас говорим о честности? — Тихо спрашиваю, но он слышит меня и останавливается, чтобы оглянуться. Делаю глубокий вдох и пытаюсь остановиться, но его постоянное недоверие подтолкнуло меня к этому: — Ты был честен со мной вчера и прошлой ночью?

Он сужает глаза. — О чем ты говоришь?

— Ты вчера дал обещание, поклялся любить и почитать. — Я медленно встаю, не отрывая от него взгляд, — Это то, что ты сделал прошлой ночью?

Мы стоим и смотрим друг на друга, пока я не отвожу взгляд и прохожу мимо него в спальню.

За все время, проведенное в пути к дому моих родителей, мы сидим в напряженном молчании. Но нужно отдать должное Лиаму, он ведет себя совершенно непринужденно с ними и тактично объясняет, что нам необходимо вернуться домой. Это я выгляжу озадаченной, что беспокоит мою мать. Пока Лиам обсуждает наш полет домой с моим папой, мама отводит меня в сторону.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке, Кэйти? — Ее проницательный взгляд останавливается на моем лице.

— Я просто устала, мама. Последние два дня были такими насыщенными. Я буду в порядке, как только мы ... вернемся домой. — То, что я говорю, немного успокаивает ее, потому что она заметно расслабляется.

Мы обещаем навестить их еще раз в ближайшее время и собираемся уезжать.

— Пока, папа. Я люблю тебя.

Мой папа старается обнять меня, но его руки почти не двигаются. — Я тоже люблю тебя, детка. Позвоните нам завтра и дайте знать, как обстоят дела, — говорит он.

— До свидания, мама. — Я должна взять себя в руки и не расплакаться на глазах у матери.

Когда отпускаю ее, она кладет руку на мою щеку. — Позаботься о себе, и я возьму с твоего мужа, — она бросает взгляд на Лиама, — обещание, что он привезет тебя снова в ближайшее время. Мы пойдем по магазинам за вещами для ребенка.

На мои глаза наворачиваются слезы, когда лимузин отъезжает, чтобы отвезти нас в аэропорт. Я чувствую тяжелый взгляд Лиама на протяжении всего пути.

Когда мы возвращаемся в «Джастис Хаус», вздыхаю с облегчением. Я рада, что вокруг никого нет, так как воскресенье — единственный день, когда клуб закрыт. Я нервничаю из-за возможной встречи с любым из посетителей или сотрудников, которых знаю. Рано или поздно мне все равно придется столкнуться с ними, но я пока не готова к этому.

Несколько автомобилей припаркованы на стоянке, и я смотрю на них с тревогой. Мне кажется, что один из них принадлежит Брюсу.

К нам выходит охранник, чтобы помочь выгрузить наши чемоданы. Он и Лиам спокойно разговаривают в течение нескольких минут. Мы используем лифт в нише главного коридора. Я никогда не пользовалась им раньше, и немного удивлена, когда двери лифта открываются прямо перед входом в квартиру. Здесь открывается отличный вид. В первый день, когда я пришла на собеседование, то смотрела на витражный потолок двумя этажами выше. Перила огибают открытую площадку, и я могу смотреть вниз на лестницу или же на изысканный, разноцветный потолок.

— О, Лиам, здесь так красиво!

Он подходит ко мне и кладет руку на спину чуть ниже талии. С самого утра мы едва обменялись парой фраз. Даже во время нашего полета сидели молча. Я пыталась поспать, однако это оказалось невозможным под пристальным взглядом Лиама.

— Именно по этой причине я и купил это место.

Я улыбаюсь. Вздыхаю с облегчением, потому что в его тоне больше нет раздражения.

— Прошу прощения, что не показал его тебе раньше. — Лиам стоит в нескольких шагах от двери, расположенной рядом с лифтом, открывает ее и показывает лестницу. — Пожарный выход.

Я киваю. Хорошо, буду знать.

Он подходит к двери, прикладывает, как мне кажется, ту же самую карту, что использует для лифта. Мы оказываемся в длинном коридоре около его кабинета.

Перед тем как я решаю войти, Лиам хватает меня на руки, и я охаю от удивления. Он смеется и смотрит на меня.

— Добро пожаловать домой, миссис Джастис.

Мое дыхание перехватывает, когда я смотрю в его глаза. — Спасибо.

Он быстро переносит меня через порог и несет дальше по коридору. Удивляюсь, когда слышу голоса в гостиной. Я уже и забыла об остальных обитателях. Немного побаиваюсь, но Лиам поддерживает меня. Брюс выходит в коридор с широкой улыбкой.

— Вот они где, — говорит он и направляется к нам. Лиам, наконец, ставит меня на ноги.

— Рад видеть, что у тебя хватило мозгов, чтобы перенести свою жену через порог нового дома, — шутит Брюс и пожимает руку Лиама.

— Я, оказывается, знаю, как делать некоторые вещи правильно, — Лиам смотрит на меня и подмигивает.

Брюс потирает руки. — Теперь я, наконец, могу поприветствовать невесту?

Лиам хватает его за руку, но Брюс уже идет ко мне, и прежде, чем я понимаю его намерения, обнимает меня. Он стискивает меня в своих объятиях, в это время Холли зовет Лиама. Брюс хочет подарить мне больше, чем дружеский поцелуй. Когда его губы замирают в паре сантиметров от моих, он шепчет: — Давай так немного постоим. — Я в замешательстве, но тут он отходит от меня. Хватаю его за руку, от неожиданности я потеряла равновесие.

— Какого хрена! — шипит Лиам, подлетая ко мне.

Брюс громко смеется.

Лиам оглядывает меня с ног до головы и притягивает к себе. — Ты в порядке?

— Да.

Лиам хмурится, смотря на Брюса. — Засранец!

Я почти рассмеялась, но сдержала себя. Они похожи на пару мальчишек-подростков.

— Кэйт!— Холли вдруг появляется рядом со мной, обнимая. — Мы здесь, чтобы поприветствовать вас. — Она смеется, когда Райан приближается к ней сзади.

— Привет, Райан.

— Кэйт. — Он улыбается и кладет руки на плечи Холли. — Малышка, давай вернемся в комнату, чтобы они могли, наконец, пройти и сесть.

— Майк здесь? — Спрашивает Лиам, когда мы все направляемся в гостиную.

— Он уже идет, — говорит Брюс, протягивая тому пиво.

Лиам садится на одном конце дивана и хлопает по подушке рядом с ним. Я с благодарностью усаживаюсь рядом, чувствуя усталость.

— Брюс, так как ты сегодня бармен, не мог бы ты принести стакан сока для Кэйт?

— Нет проблем.

Я поднимаюсь. — Я и сама могу.

— Оставайся на месте, — говорит Лиам, и я сажусь обратно, сложа руки.

— Тебе понравилась ваша поездка к родителям, Кэйт? — Спрашивает Холли.

— Я была очень рада увидеть их.

— Ты хорошо себя вел, Лиам? — Холли задает вопрос Лиаму, улыбаясь.

— Ты же меня знаешь, Холли. — Лиам смеется и подмигивает ей.

О, боже.

— Держи, Кэйт.

Я отвожу взгляд от Лиама и смотрю на стакан сока, который Брюс мне протягивает.

— Спасибо, Брюс.

Брюс усаживается рядом со мной, посмеиваясь над Лиамом. Я смотрю на Лиама, а он качает головой.

— Твои друзья, Пол и Джули — отличная пара, Кэйт, — говорит Холли. — Нам было так весело с ними.

— Они отличные люди. — Я смотрю на Лиама. А он смотрит на меня.

Он наклоняется ко мне. — Пей сок.

— Как ты себя чувствуешь, Кэйт? — Интересуется Брюс.

Я делаю глоток и облизываю губы. — Очень хорошо, спасибо.

Он усмехается. — Я полагаю, что еще слишком рано чувствовать, как ребенок толкается?

— Но только не для нашего маленького Джастиса, — усмехается Холли.

— Действительно? — Брюс явно удивлен.

— Когда это случилось? — Спрашивает Лиам, хмурясь. В его голосе звучит раздражение.

— Всего пару раз, — оправдываюсь я.

— Ты чувствовала, как ребенок пинается? — Задает очередной вопрос Брюс.

— Нет. — Смотрю на него. — Всего лишь слабые толчки.

— Майк пришел, — говорит Холли.

Брюс встает и направляется к нему для приветствия.

— Когда? — Снова спрашивает Лиам.

Я хмурюсь. Почему он так завелся?

— В день, когда пришла сюда, чтобы рассказать тебе о ребенке, — шепчу я. — Когда мы въезжали в ворота.

— А во второй раз? — Он наклоняется ближе, положив руку вдоль спинки дивана позади меня, окутывая своим пьянящим ароматом. Он пристально смотрит на меня, и есть что-то настолько интимное в этом моменте, что я забываю о других людях в комнате.

— В мое первое утро здесь, когда ты взял меня на руки и понес в ванную.

Я вижу, как сияют его глаза. Его рука останавливается рядом с моим ухом, он ласкает мочку, а мой взгляд направлен на его губы.

— Перестань смотреть на меня так, — рычит он.

Мои глаза опять устремлены на него.

Вот блин! Он так чертовски хорошо умеет сбивать с толку.

— Эй, Майк, — Холли приветствует его.

Глаза Лиама опускаются к моему рту, а затем он смотрит на Майка. — Ты принес все, что я просил?

Майк кивает.

Лиам тянет его за руку. — Холли, ты составь компанию Кэйт, пожалуйста, пока мы поговорим?

Ее глаза быстро находят мои. — Конечно.

Лиам наклоняется и сжимает мой подбородок, наклоняя мое лицо к нему. — Мы обсудим то, что ты скрываешь вещи, касающиеся нашего ребенка позже. — Его голос тих, так что другие вряд ли слышат его, и, вероятно, это выглядит, как интимный момент между нами. Прежде, чем у меня появляется шанс ответить, он пересекает комнату, чтобы поговорить с Майком. Но я не могу расслышать, о чем они говорят.

— Кэйт?

Я перевожу взгляд с них на Холли.

— Ты голодна?

Я ухмыляюсь. — Что ты задумала?

Холли предлагает спуститься на кухню ресторана, где шарит в большой холодильной камере. Через несколько минут мы наслаждаемся холодной жареной уткой, толстыми ломтиками вкусного российского сыра, название которого заставляет меня хихикать, когда Холли пытается его произнести, и клубникой.

— Клубника в шоколаде? — Спрашиваю я, сидя на высоких табуретах, которые Холли притащила.

Она застывает с ложкой на полпути ко рту. — Ты никогда не пробовала клубнику в шоколаде?

Я аж застонала от изумительного вкуса.

— На какой планете ты жила?

— Очевидно, на неправильной, — говорю я. Облизываю губы и тянусь еще за одной. — Это ведь не навредит мне, не так ли? — Не должно. Это моя новая любимая еда.

— О, нет. — Она усмехается. — В ней нет калорий. — Я смотрю на нее, а затем мы обе падаем со смеху. Усмехнувшись, она встает, исчезает в холодильнике и вскоре возвращается с графином яблочного сока, потянув пару стаканов с полки.

— Ты отлично ориентируешься на этой кухни.

Она улыбается, протягивая мне один из стаканов. — Я часто здесь успокаиваюсь. — Она поднимает свой бокал, и я делаю то же самое. — За вас с Лиамом и вашего маленького Джастиса.

Я чокаюсь с ней.

— Ты в порядке?

— Да. — Киваю в ответ.

Она смотрит, как я откусываю кусочек сыра. — Так каким был медовый месяц, кроме того, что он был коротким?

Я вспоминаю последние двадцать четыре часа. — Ну, учитывая тот факт, что я не существовала для Лиама еще неделю назад, и что он считает меня большой лгуньей, которая, возможно, в сговоре с целью уничтожить его, то, думаю, что все прошло довольно хорошо. — Я киваю головой, соглашаясь с моей собственной оценкой ситуации.

Холли громко смеется. — За Лиама. — Поднимает свой стакан, и мы обе потягиваем сок.

— Ты не причастна к взломам, — она отставляет стакан в сторону. — Он знает это, но ... он просто расстроен.

Я не уверена в этом, еще этим утром он запросто приписал мне взлом его кабинета. — Холли, должен быть кто-то внутри здания, — мягко говорю я.

— Да, они знают. Сначала они думали, что это был кто-то, кто работает в одиночку, отключая сигнализацию. Но после того как они встретились с компанией—провайдером, Майк убедился, что этот кто-то является либо членом, либо сотрудником клуба.

Или я. Уверена, что Майк не исключает эту возможность.

— Первый взлом произошел в воскресенье вечером, когда клуб был закрыт, поэтому должен был быть кто-то, кто знает систему безопасности и как отключить ее. Нарушитель прошлой ночью... — она пожимает плечами, — здесь было всего несколько человек, а Майк включил сигнализацию. Он и я были последними, кто около трех часов ночи вышли отсюда, ворота были заперты за нами охранником. — Я хмурюсь, а она добавляет: — Охранник работает на Лиама и Майка в течение многих лет.

Может быть, работа репортером последние пару лет так повлияла на меня, но я отчаянно хочу расследовать это, даже втянуть Пола. Но знаю, что не могу, потому что до сих пор под подозрением. Тот факт, что я была с Лиамом, должен доказать ему, что я не причастна к этому.

Холли наклоняется ближе. — Самой странной вещью является...

— Холли, — прерываю ее, — я думаю, что будет лучше, если ты мне больше ничего не расскажешь.

Ее брови удивленно приподнимаются. — Кэйт, — она качает головой, и я знаю, что она собирается сказать.

— Пожалуйста, я думаю, что это к лучшему ... чем меньше я знаю.

Она сочувственно улыбается. — Хорошо. Сменим тему.

— Спасибо.

— Я хочу, чтобы все мы поужинали вместе и потанцевали. — Вечеринка, когда Лиам разрешит тебе. Мы можем пригласить твоих друзей Пола и Джули. Мне они очень понравились, и Райану тоже.

Я улыбаюсь, не отвечая. Понятия не имею, как к этому отнесется Лиам. У нас никогда не было свиданий. Мы зачали ребенка, но никогда даже на свидании не были. Должно быть, я устала, потому что слезы наворачиваются на глаза.

— Мы девушками должны пообедать. Тебе нужно лучше познакомиться с Эмили. Она замечательная. — Холли задумалась на мгновение. — На самом деле вы очень похожи.

Внезапно я чувствую покалывание на затылке. Поворачиваюсь на стуле, зная, что Лиам стоит сзади.

Он стоит в дверном проеме между кухней и столовой.

Как долго он там?

Яркие глаза пронзительно смотрят на меня, в результате чего мое дыхание замирает. Мурашки на моем затылке превращаются в полномасштабную дрожь.

Вот черт.

В считанные секунды во мне просыпается желание.

Его глаза по-прежнему смотрят на меня, когда он отталкивается от двери и направляется ко мне.

Я не могу оторвать глаз от него, я в плену его сексуальности.

— Холли, — мягко говорит он.

Она поворачивается, удивляясь видеть его здесь.

Как, черт возьми, она могла не почувствовать электрический заряд в воздухе? Лампочки, должно быть, начали моргать от энергии между нами.

Я глубоко вдыхаю, когда смотрю на него. Моя рука быстро движется к моему животу, я чувствую легкий толчок.

Глаза Лиама опускаются на мою руку, а затем снова возвращаются к глазам. Я вижу, как его зрачки расширяются.

— Райан хочет, чтобы ты поднялась к нему, Холли, — произносит он твердо.

Она переводит взгляд с него на меня.

— Конечно, — соглашается она. Я смотрю на нее, и она подмигивает мне, когда встает. Мой взгляд возвращается обратно к Лиаму, когда кухонная дверь закрывается за Холли.

Лиам, не колеблясь, притягивает меня к себе, страстно целует. Его язык уже глубоко у меня во рту, сплетаясь с моим языком.

Мои руки живут своей жизнью и зарываются в его волосы. Хотя я прижимаю его крепко к себе, мне этого мало. Я глажу его по щетине. Он стонет мне в рот, еще больше разжигая мое либидо.

Хватаю его за воротник рубашки, когда он начинает сосать и кусать мои губы.

Собрав мои волосы, он накручивает их себе на руку. Когда он прерывает поцелуй, я тихонько хныкаю, пытаясь вновь ощутить его губы, но он уворачивается и прижимается ко мне своей эрекцией. Лиам тянет меня за волосы, моя голова откидывается назад, делая мою шею доступной для его поцелуев. Чем он тут же и пользуется.

— Лиам, — прошу я чуть ли не шепотом. — Пожалуйста. — Мое раздражение от прошлой ночи забывается из-за острой необходимости погасить тупую пульсацию между ног.

— Нет, — бормочет он мне в шею. — Я не собираюсь заниматься с тобой сексом прямо здесь.

Я всхлипываю. Если он прекратит издеваться, то мы могли бы подняться наверх и ...

Он наклоняет мою голову назад еще дальше, гладя свободной рукой мой живот. — Он шевелится? — Спрашивает он у меня возле уха. Его слова звучат эротично, или, может быть, это просто тембр его голоса.

Я начинаю стонать, мои руки обхватывают его бедра.

—Хм? — Его язык движется по моему уху.

— А ... чуть-чуть! — Я задыхаюсь.

Он кусает мочку, а затем делает шаг назад, отпуская мои волосы, и берет меня за руку.

— Пошли.

— Куда мы идем? — Спрашиваю я, когда он тянет меня за собой.

— Вверх по лестнице.

Я вздыхаю. Не хочу возвращаться наверх ко всем остальным.

Мы входим в лифт в его кабинете, и еще до того, как двери закрываются полностью, он поворачивает меня лицом к стене, а затем притягивает к себе. Одной рукой Лиам обнимает меня за шею, другой — запутывается в моих волосах. Мне нравится ощущать его руки.

Его рот находит мое ухо, и он зажимает мочку между зубами, нежно кусая. Его рука скользит по моей спине, и я чувствую, как расстегивается молния на платье.

Я тянусь к нему, сжимая его член сквозь джинсы. Ох! Он мне нужен.

Он стягивает мое платье, и я дрожу, когда холодный воздух из открытых дверей лифта пробегает по всему телу.

— Руки к стене, — рычит он. Он до сих пор держит меня за волосы, удерживая на месте. Его свободная рука движется вниз, лаская мою грудь через кружево белья, скользит по моему животу, берет за бедро.

— Мне нравится, — бормочет он возле моего уха, когда его пальцы скользят под кружево моих стринг, проводят между ягодицами, резко надавливают, заставляя меня сделать шаг назад. Что позволяет ему более легко скользить рукой между ног. Он тянет мою голову назад, его рот скользит по моему плечу.

Все мое тело дрожит от ощущения его горячего рта на моем голом плече. Я не могу поверить, насколько сильно он нужен мне. Часть меня знает, что всегда будет нужен.

Я вскрикиваю, когда он кусает чувствительное место между шеей и плечом. Он двигает пальцами во мне более жестко, пока его язык путешествует по шее.

— Черт! Мне нравится твой вкус.

Он отпускает меня и кладет мои руки на стену. Его дыхание учащается, но он себя полностью контролирует, а я прислоняюсь лбом к стене лифта, пытаясь выровнять дыхание.

Через несколько секунд он разворачивает меня. Хватает мой подбородок, наклоняется ко мне, смотрит прямо в глаза. Он слегка хмурится.

Неопределенность пугает меня. — Что? — шепчу я.

Он смотрит на мои губы, а затем убирает руки и делает шаг назад.

— Ты выглядишь усталой, тебе нужно прилечь и отдохнуть.

— Что? Нет, не нужно.

Он поворачивается и выходит из лифта, пока я стараюсь натянуть платье обратно.

— Можешь не одеваться, здесь нет никого, кроме нас, — говорит он.

Я стискиваю зубы. Когда-нибудь раздену его полностью, а сама останусь в одежде, и тогда мы посмотрим, как ему это понравится. Тихонько вздыхаю. Кого я обманываю? Я следую за ним по коридору.

Он останавливается у двери спальни, поворачивается и смотрит на меня взглядом, ясно говорящим: «давай—снимай—трусики» или же «я—доставлю—тебе—массу—удовольствия».

Я спотыкаюсь, и он протягивает руку, чтобы поддержать меня.

— Давай, дорогая.

О, ради Бога!

— Я не хочу спать! — пытаюсь возразить я.

Он тихо фыркает. Я знаю, что сейчас похожа на маленького ребенка. Но он еще не знает, что я почти готова топать ногами и, возможно, бить себя в грудь от отчаяния. Он сводит меня с ума, так поступая со мной. Мне в голову закрадывается тревожная мысль: а что если он не хочет меня? Я слышала рассказы о мужчинах, которые не находят беременных женщин привлекательными.

Он смотрит на меня. — Ты собираешься сделать, как я прошу? — произносит он с подозрением.

Мои глаза сужаются. Я рада, что он находит это забавным. — Может быть.

Без предупреждения, он берет меня на руки и крепко целует.

Поколебавшись доли секунды, застигнутая врасплох, я прижимаюсь к нему, стараясь освободить свои руки, но он крепко обнимает меня.

Лиам поднимает голову, в его глазах отражается желание. Когда я смотрю на него, он слегка ухмыляется. — Осторожно, сладкая, — предупреждающе говорит он. — Я должен сообщить тебе, что накажу тебя за плохое поведение, и уже есть за что.

Я кусаю губы. — Твое наказание связано каким-либо образом с сексуальной активностью?

Я вижу что-то в его глазах. — Я определенно могу доставить немного удовольствия, которое приходит через боль.

Охренеть!

Это он дразнится?

— За что ты меня хочешь наказать? — Почти шепчу я.

Он наклоняет голову, его глаза слегка сужаются, и я вдруг жалею, что спросила.

— Ну, дорогая, я считаю, нам нужно обсудить проблему утаивания некоторых вещей от меня. — Он поднимает бровь. — Еще раз.

Он имеет в виду, что я не сказала ему о том, что ребенок шевелился. — Лиам, я... — опускаю взгляд, а затем снова встречаюсь с его непостижимым выражением. — Я не пыталась скрыть это от тебя. Это все ново для меня тоже, и на первых порах я даже не была уверена, что ты хочешь это слышать.

Настроение определенно изменилось. Он опускает руки и отходит от меня.

— Мне нужно немного поработать, а тебе необходимо сделать то, что доктор прописал, и отдыхать. — Он говорит это достаточно жестко. — Я разбужу тебя через пару часов, и мы пойдем обедать.

Глава 6

Через пару часов мы едем в ресторан. И я просто умираю от голода, причем больше от сексуального. Что со мной не так? Чувствую себя озабоченным подростком. Это, должно быть, побочный эффект беременности. Конечно, после того, как я встретила Лиама, я всегда вела себя, как озабоченная. Он выглядит совершенно расслабленным, насвистывая знакомую мелодию, пока мы едем. Почему ему так нравится доводить меня до такого состояния? Может быть, если бы он не был так чертовски сексуален ... но сейчас все в нем раздражает меня. Начиная от аромата его лосьона, заканчивая сексуальной энергией, которая пульсирует между нами.

— Тебе прям так необходимо свистеть?

Он смотрит на меня, его брови поднимаются, и это так сексуально. Смеется и слегка щекочет меня, а я стискиваю зубы.

— Ты бы предпочла радио? — Спрашивает он, а я смотрю в боковое окно.

— Я бы предпочла оргазм, — бормочу я.

— Что случилось, дорогая?

— Я бы предпочла тишину, пожалуйста.

Его смешок полон самодовольства.

Он перестраивается в другой ряд и подъезжает к бордюру. Он не сказал, куда мы едем, но это не имеет значения, я очень голодная. Лиам выходит из машины, обходит автомобиль и открывает мою дверь. Он одет в красивый серый костюм, который сидит на нем идеально. Просто глядя на него, я уже сгораю от желания. Он протягивает руку, и я осторожно беру ее.

Когда мои ноги оказываются на тротуаре, он тянет меня в свои объятия и горячо целует. Я едва стою на ногах, когда он отпускает меня.

— Готова?

Я немного усмехаюсь. — Более чем.

Он не обращает внимания на мой сексуальный подтекст, берет за руку, и мы, обойдя автомобиль, переходим улицу.

— Ты хочешь секса в одном из туалетов?

Я смотрю на него и вижу его ухмылку, от чего заливаюсь смехом. — Нет!

— Ну, тогда, дорогая, я думаю, ты должна подождать, пока мы не вернемся домой.

Сердце начинает биться чаще. — Может, мы просто закажем фаст-фуд?

Он смеется. — О, нет, моя нетерпеливая малышка. Это один из моих любимых ресторанов, и мы будем наслаждаться хорошей едой.

Я наигранно вздыхаю и закатываю глаза. Спотыкаюсь, и Лиам снова притягивает меня к себе, его рука ложится на мою талию.

Черт!

Я хочу сбежать, но его рука на моей талии означает, что он этого не допустит. Когда Валери придумывала мне легенду, мое последнее место работы было именно здесь — «Кэрридж Хаус».

Когда мы подходим к двери, смотрю на невозмутимое лицо Лиама, когда мы входим, нервно сглатываю.

— Добрый вечер, мистер Джастис, — метрдотель встречает нас. — Ваш столик готов, следуйте за мной, пожалуйста.

Он ведет нас к изолированной нише. В ресторане полно посетителей, но здесь тихо и спокойно.

Мой пульс зашкаливает, когда мы садимся. Не могу заставить себя смотреть по сторонам, но и на Лиама смотреть не хочу. Жду, когда он встанет и начнет тыкать в меня пальцем, рассказывая всем клиентам, какая я ужасная лгунья.

— Ты прекрасно выглядишь, дорогая.

Я в шоке. Он смотрит на меня оценивающе. На мне шелковое платье без бретелек персикового цвета и мягкая, кружевная шаль, накинутая на плечи, более темного оттенка персика с серебристо-серой вышивкой. Мы не обговаривали заранее, в какой цветовой гамме будет наша одежда, но Лиам одет в прекрасный серый костюм.

— Спасибо, — тихо отвечаю на комплимент. Я не могу просто игнорировать последствия нашего пребывания здесь. Чувствую необходимость объясниться или принести извинения.

— Лиам…

— Не сейчас, — говорит он, видя, как пожилой мужчина приближается к нашему столу.

— Мистер Джастис, Эндрю сказал, что вы зашли к нам на ужин.

— Добрый вечер, Виктор. — Мужчина учтиво кланяется мне. — Виктор, это моя жена, Кэйтлин Джастис. Кэйтлин, Виктор работает здесь сомелье (прим. перев. сомелье — работник ресторана, ответственный за приобретение, хранение вин и представление их клиенту).

Надо отдать должное: Виктор быстро оправляется от удивления. — Очень приятно встретиться с вами, миссис Джастис.

— Спасибо, взаимно. — Я нервничаю. Хочу сползти под стол. Что Лиам думает обо мне? Интересно, как долго он знает.

— У Вас есть конкретные пожелания в вине на этот вечер, мистер Джастис или, может, мне предложить что-то после того, как Вы определитесь с заказом?

— На этот раз без вина, Виктор. Просто ужин. — Лиам смотрит на меня, пока говорит.

Виктор наклоняет голову. — Хорошо, сэр.

После того, как Виктор покидает нас, Лиам продолжает изучать меню, что еще больше меня нервирует.

— Что ты будешь, Кэйтлин? — Я поднимаю меню. Мне кажется, что у меня пропал аппетит. Когда я не отвечаю, Лиам спрашивает: — Мне самому тебе заказать что-нибудь?

— Да, пожалуйста.

После того, как официант принимает наш заказ, я хватаю стакан с водой.

— Тебе заказать что-нибудь из напитков?

— Бокал вина.

Его брови поднимаются. — Я так не думаю, и тебе лучше не попадаться мне с алкоголем.

Мои глаза расширяются от удивления. — Лиам, я шучу. Мне нельзя пить, я беременна.

Даже получив свой коктейль, Лиам продолжает следить за мной взглядом.

На его лице непроницаемая маска.

Я смотрю в сторону, поправляя накидку, натягиваю ее на шею, стараясь прикрыть след от его укуса.

— Тебе холодно?

Смотрю ему в глаза. — Нет. Лиам ... почему ты привел меня сюда? — тихо спрашиваю его.

Он явно удивлен моим вопросом. — Ну, — начинает он медленно, — Я полагаю, что привел тебя сюда, чтобы вкусно поесть, дорогая.

Официант ставит еду на стол и спокойно покидает нас.

— Кэйтлин, я привел тебя сюда не для того, чтобы заставить тебя чувствовать себя не в своей тарелке. — Он берет вилку и нож, принимаясь за бифштекс.

Следуя его примеру, я также беру приборы. Если он и привел меня сюда не для того, чтобы заставить почувствовать неловкость, то он с треском провалился. Я хотела бы поговорить с ним о том, что произошло, но он не хочет слышать мою версию этой истории. Я виновна, по его мнению, и он мне не однократно дал это понять. Даже наш приход сюда говорит об этом. Тем не менее, хочу, чтобы он понял, что я пыталась рассказать ему о моей работе в журнале. Более того, я отчаянно нуждаюсь в том, чтобы он поверил мне.

Он вздыхает. — Ты должна поесть.

— Да.

— Кэйт ...

Кладу нож и вилку на тарелку, а руки — на колени. — Мне очень жаль, Лиам. Я действительно не хотела ничего от тебя утаивать. Я...

— Хватит! — Говорит он жестко, откидываясь на спинку стула и запуская пальцы в волосы. — Кэйт, я привел тебя сюда, чтобы прояснить все между нами.

Я хмурюсь. — Что?

— Я знаю, что ты не работала здесь. Знаю это еще с момента твоего собеседования.

Мой рот открывается. — Тогда ... почему ты нанял меня?

— Я не нанимал. Это сделала Холли.

Я отвожу взгляд. — Ты знал, что я лгу.

— Я не хотел, чтобы этот факт помешал тебе. Решил, что ты нуждалась в работе. — Он снова берет нож и вилку и отрезает кусок стейка. — И еще я безумно хотел заняться с тобой сексом, я сразу положил на тебя глаз.

Пытаюсь сдержать смешок. Даже при условии того, что я — врунья, и он знал это с самого начала. Я не имею ни малейшего представления, как реагировать на его слова.

— Посмотри на меня, Кэйтлин.

Я встречаю его взгляд.

— Давай оставим это ... в прошлом.

— Мне нужно, чтобы ты поверил мне, что я не имела...

— Я верю.

Я хмурюсь. С каких пор?

— У меня было время, чтобы переосмыслить ситуацию. Думаю, в твоих действиях прослеживались угрызения совести.

— Я не пыталась обмануть тебя, клянусь.

— Сейчас меня больше волнует тот факт, что ты еще не до конца осознала, что я планирую участвовать во всех аспектах жизни нашего ребенка. Это также включает в себя твою беременность.

Мы опять вернулись к этому? — В то время ... я просто была не в состоянии рассказать тебе о первых толчках.

Он смотрит на меня достаточно долго, мне становится некомфортно.

— Хорошо. Я понимаю.

Что? Теперь я изучаю его. — Ты имеешь в виду... что веришь мне и забываешь все, что случилось? — Мое сердце бьется быстрее. Если бы он только смог сделать это и начать...

— Да, именно это я и имею в виду. Позволь мне кое-что прояснить. — Он смотрит прямо на меня. — Никогда не обманывай меня и не скрывай то, что я должен знать. Мы все выяснили? — Я слегка дрожу от его тона.

— Да, — говорю я.

Вот же черт, он может быть пугающим.

Делаю глубокий вдох. — Я не рассказала тебе о работе в журнале, потому что чувствовала, что должна сказать сначала Валери о своем уходе, и уже потом поговорить с тобой.

Официант появляется в дверях нашей ниши. Лиам качает головой и официант уходит.

Он снова устремляет свой взор на меня. — Я ценю твою преданность предыдущему работодателю, но теперь ты должна быть предана только мне.

Я ужасно хочу оказаться в его руках. — Да.

Его глаза смягчаются. — Хорошо. А теперь принимайся за стейк, дорогая.

Мы выходим из ресторана после ужина. Чувствую, как бремя наших невысказанных слов, нависшее надо мной, как черное облако, наконец, отступило. Чувствую облегчение, рассказав ему все, что было нужно. Впервые я искренне считаю, что мы не сделали ошибку, поженившись, что у нас есть шанс на счастливое будущее.

Я не могу удержаться и прикасаюсь к Лиаму на протяжении всего пути к нашему припаркованному автомобилю. Тяну его к себе, становлюсь на цыпочки и целую с нарастающей страстью.

— Эй, дорогая. — Он откидывает голову назад, а мои губы целуют его шею.

— Пожалуйста, Лиам ... ты мне нужен, — признаю я. Дикая страсть, как и вначале вечера, вновь накрывает меня.

Он обнимает меня за талию и приподнимает, его рот накрывает мой. Я зарываюсь в его волосы, потягивая за них. Лиам продолжает прижимать меня к себе, страстно целует, свободной рукой движется по моей груди, сжимая сосок.

Желание нахлынуло с удвоенной силой, мое тело дрожит, но он прерывает поцелуй и ставит меня на ноги.

— В данный момент я больше всего хочу наклонить тебя на капот этого автомобиля и взять, но я не сделаю этого на улице. — Открывает для меня дверь автомобиля, а мое тело напрягается от его слов. Мы смотрим друг на друга. — Сладкая, нам нужно как можно быстрее добраться до дома.

— Где ты отымеешь меня на капоте?

Он фыркает и шепчет мне в ухо. — Я думаю, что будет лучше на кровати, дорогая.

Кусаю губы, а он наклоняется, чтобы пристегнуть меня ремнем безопасности. Закончив, он поворачивается ко мне, дарит быстрый поцелуй и закрывает дверь.

Наша одежда летит по сторонам, когда мы выходим из лифта в квартиру. В связи с тем, что я не успеваю за ним, он перекидывает меня через плечо.

— Лиам! — Я задыхаюсь от смеха, пока вишу вниз головой.

— С тобой все хорошо? Тебя не тошнит, живот не давит? — Спрашивает он с беспокойством в голосе.

Я стараюсь немного пошевелиться, но все, кажется, хорошо. — Нет, все нормально. — Снова смеюсь.

— Хорошо. — Он довольно сильно шлепает меня по попке. Действительно сильно. Когда я заверещала, он снова шлепает меня. — Тихо!

— Почему? Энни здесь нет. — Я задыхаюсь от волнения.

— Ну, сладкая, это отлично, так как я собираюсь заставить тебя выкрикивать мое имя.

Я застонала от нахлынувшего возбуждения.

Когда он кладет меня на кровать, я, тяжело дыша, наблюдаю за ним. Его волосы взъерошены моими руками, а его голая грудь и пресс так и просят меня прикоснуться к ним языком. Но прежде, чем я могу пошевелиться, он прижимает меня к кровати своим телом. Перенеся вес на руки, берет мою голову в ладони.

Его глаза горят желанием, когда он смотрит на меня, но он почему-то хмурится.

— Что случилось? — Спрашиваю я.

Его глаза снова встречаются с моими, большими пальцами поглаживает мое лицо. — Нам нужно поговорить о прошлой ночи, дорогая.

Ой. — Хорошо, — мягко говорю я.

— Я не хотел тебя обидеть, Кэйт. — Он заправляет мою выбившуюся прядь волос за ухо.

— Ты меня наказывал, — шепчу в ответ.  Он закрывает глаза, глубоко вдыхая. — Зачем?

— Мне жаль, детка.

Он наклоняется ко мне и целует в лоб. Я закрываю глаза, глубоко дышу, вдыхая его запах. Мое дыхание перехватывает, когда он внезапно целует сначала одно веко, а потом другое. Затем целует кончик моего носа.

— Лиам, — произношу я как раз перед тем, как он нежно целует меня.

Начинаю стонать, обнимаю его за шею, а затем он перекатывается на спину так, что я оказываюсь на нем сверху. Запускает свои руки в мои волосы, и они волной падают на него.

Его поцелуй становится все более настойчивым, и когда он снова перекатывается, мне нравится ощущать вес его тела. Его поцелуй сочетает в себе грубость и нежность, он играет со мной языком. Когда его рука накрывает мою грудь, пощипывая и сжимая сосок, я выгибаю спину, хватаясь за его плечи. Обхватив его ногами, еще сильнее притягиваю к себе.

Он, наконец, прерывает наш поцелуй и смотрит мне в глаза. Я глубоко дышу, но он едва дает мне время, чтобы отдышаться, когда его губы скользят вниз по моей шее к груди, целуя и посасывая открытые участки тела. Я слегка выгибаю спину, мои руки двигаются вверх к его волосам. Когда он кусает мой сосок через кружево лифчика, из моего горла вырывается низкий стон. Его умелые руки двигаются по мне, усиливая жар между ног.

— Лиам! — О, он нужен мне внутри меня.

Он поднимает голову, и я стараюсь притянуть его обратно для поцелуя, но он сопротивляется.

— Посмотри на меня, — требует он. Нежно улыбается. — Прости за прошлую ночь, дорогая. Это было неправильно, так относиться к тебе в нашу первую брачную ночь, — извиняется он уверенным тоном, страстно поедая меня глазами. — Я, кажется, теряю рассудок, когда нахожусь рядом с тобой, — слегка хмурится, — но это не оправдание. Я вчера давал тебе обещания, важные обеты. Я знал, что ты была уязвимой, и я воспользовался этим... — Он снова закрывает глаза, нахмурившись, между его бровями образовывается складка.

Кончиками пальцев стараюсь разгладить эту складку, и он открывает глаза.

— Ты прощен, — шепчу я.

— Нет. — Он ухмыляется. — Я планирую сделать это по-другому, дорогая, — шепчет чувственным тоном, заставляя прижаться к нему.

— И как ты собираешься это сделать? — Спрашиваю я, дразня.

— Ну, — его рука скользит вниз по моей спине и умело расстегивает мой бюстгальтер. — Я планирую сделать то, что должен был сделать вчера вечером. — В его глазах блестит огонек, пока он смотрит на меня.

Я вздыхаю, мои соски напрягаются от прохладного воздуха.

— О, да, ты же не думаешь, что сможешь отделаться от меня так легко? — Мой голос звучит с придыханием.

Он усмехается, и мое сердце замирает.

— Конечно. — Он кивает головой, а затем снова становится серьезным, большой палец поглаживает мою щеку, а глаза разглядывают меня.

— Мои бабушка и дедушка очень любили друг друга, — наконец, говорит он. — Они были женаты шестьдесят два года, и у моей бабушки была вышивка, которая висела над их кроватью. Она висит там до сих пор. — Он внимательно смотрит мне в глаза. — Только когда ты появилась в моей жизни, я в полной мере оценил написанные на ней слова.

Я не могу оторвать глаз от него. — Что на ней написано?

Он тянется ко мне, чтобы убрать волосы со лба.

— «Я поклоняюсь тебе всем своим телом». — Его голос низкий и хриплый, а на глаза наворачиваются слезы, пока он продолжает смотреть на меня.

— Лиам… — я заикаюсь от волнения.

Он наклоняется и целует меня, а я обнимаю его за широкие плечи, прижимая к себе.

Когда он прекращает поцелуй, издаю звук протеста, но его губы уже движутся вниз по моему телу, покусывая. Когда доходит до моей груди, он играет с сосками, пока я не начинаю стонать и извиваться под ним. Мои пальцы запутываются в его волосах, притягивая ближе. Желание становится неистовым.

— Аааа! Пожалуйста, Лиам.

Его рот продолжает опускаться вниз по моему телу к плоскому животу, он кружит языком вокруг пупка. Мои стоны и вздохи раздаются по всей комнате, а его рот движется еще ниже.

Он смотрит на меня, пока стягивает мои трусики вниз по ногам, нежно целуя мои бедра. Затем поднимает ноги вверх, сгибает в коленях, раздвигая в сторону, чтобы раскрыть меня полностью. Поцелуй, который он оставляет между бедер заставляет меня изнывать от удовольствия, и он скользит своими пальцами вдоль моих уже влажных складочек. Погружает в меня один палец, а ртом прижимается к моему клитору, нежно посасывая пульсирующий бугорок. Звук, похожий на рычание и стон одновременно, слетает с моих губ, зажимаю простынь в кулак, когда он начинает сосать сильнее, полностью вбирая чувствительный комочек нервов в рот. Закусываю губу в попытке заглушить свои крики.

Он снова поднимает голову, и мое тяжелое дыхание отдается эхом по комнате, когда я пытаюсь перевести дух. Он внимательно наблюдает за мной, затем вставляет в меня второй палец и начинает сгибать их внутри, надавливая на определенную точку, я чувствую приближение оргазма.

— Лиам, — произношу его имя, а голова падает на подушку.

Когда он вновь опускает голову между моими бедрами и поглаживает языком между моими складками, облизывая меня, я громко кончаю в неослабевающем оргазме.

Он обнимает меня, пока мое тело отходит от только что испытанного удовольствия.

— Ты так чертовски красива, дорогая, — проводит рукой вдоль моего позвоночника, успокаивая меня.

В следующее мгновение он перекатывает меня на спину и целует мучительно долго, пока его руки скользят по мне, поглаживая мою чувствительную плоть, снова возбуждая меня.

— Я хочу заняться с тобой сексом, Кэйтлин. Жестко, — бормочет он возле моих губ. Я тихонько всхлипываю, тоже желая этого. — Но не сейчас. — Он снова завладевает моим ртом.

Что? Я прерываю наш поцелуй. — Лиам, ты мне нужен, — говорю я.

— Я знаю, дорогая.

Снова целует меня и потирается членом о мой вход. Издаю стон, когда он медленно проникает в меня, запрокидываю голову назад, выкрикивая его имя.

Мне безумно приятно ощущать его внутри. Я раздвигаю ноги шире, позволяя ему проникнуть еще глубже, а он входит в меня мучительно медленно.

— Черт, так хорошо, — он задыхается. — Так чертовски туго, — целует мои губы, его рука опускается к клитору.

— Лиам! — Я упираюсь ногами в матрас, приподнимая таз. — Пожалуйста. Мне нужно больше. — Когда мои руки хватаются за его плечи, он быстро хватает мои запястья, поднимая руки над головой.

— Посмотри на меня, — приказывает он, его голос звучит сдержанно. Я смотрю ему в глаза. — Я знаю, что тебе нужно больше, — берет оба запястья в одну руку, а свободной рукой поглаживает мою нижнюю губу. — Я хочу дать тебе больше, дорогая, — мягко говорит он.

Вздыхаю, и он, воспользовавшись моментом, проталкивает свой большой палец мне рот. И я посасываю его с жадностью.

Он стонет, а затем выходит из меня почти до конца, замерев на самом выходе, а затем снова начинает сладостную пытку, медленно входя в меня дюйм за дюймом. Я хныкаю, а он повторяет все снова и снова.

Он продолжает смотреть на меня, его мышцы на руках и плечах напрягаются. А я теряюсь в ощущениях от его постоянных, глубоких толчков.

Он неторопливо имеет меня, а я нахожусь в сладком забытье. Когда думаю, что больше не могу сдерживаться, его толчки внезапно становятся глубже, сильнее, а затем его темп ускоряется. Запрокидываю голову назад, и мои глаза закрываются от ощущения приближающегося оргазма. Понимаю, что Лиам будет грубым, очень грубым. И тогда он входит с такой силой, что просто впечатывает меня в матрас. Мы чуть ли не кричим от нахлынувшего одновременно удовольствия.

Я придвигаюсь ближе к Лиаму. Он лежит на спине, а моя нога скользит вверх - вниз по нему, пока не замечаю его медальон, который лежит на его груди так близко к моему лицу, что я могу увидеть гравировку. Поднимаю голову, чтобы получше разглядеть надпись: «Запомни, моя любовь всегда с тобой».

— Из-за тебя я опаздываю, — говорит Лиам достаточно грубо.

Я хочу извиниться.

Он садится на край кровати, а я укутываюсь в простыню. Он смотрит на меня.

— С тобой все в порядке? — Я утвердительно киваю. — Я люблю словесные ответы, дорогая, — мягко говорит он.

— Да.

Он хмурится и скользит пальцем вниз по моему лицу к губам. — Я хотел бы остаться, но сегодня понедельник...

— Я знаю. — Я хочу, чтобы он остался. После того, что было прошлой ночью, я не готова отпустить его, и я хочу узнать, кто подарил ему кулон, и что он значит для него.

Он никогда не снимает его.

— Спи дальше. Еще рано, а мы поздно заснули. — Он ухмыляется.

Я слежу за ним, а желание уже зарождается внизу живота. Его мышцы на спине напрягаются, когда он идет к шкафу. Я кусаю губы, вспоминая то удовольствие, которое он дарил мне на протяжении всей ночи.

Я снова ложусь, и, должно быть, засыпаю, потому что следующее, что помню, это то, что Лиам целует меня. Он улыбается, когда я открываю глаза. Мои руки притягивают его за шею. Мммм ... он так хорошо пахнет, только что из душа.

— Мне нужно идти. Я опаздываю на утреннее заседание. — Он еще раз целует меня, а потом встает. — У меня встреча в обед, и я, вероятно, не вернусь до вечера. Если я тебе понадоблюсь, ты можешь позвонить мне на сотовый.

— Хорошо. Удачного дня, — посылаю ему воздушный поцелуй.

Он улыбается мне так, что сердце уходит в пятки, а затем уходит.

Поворачиваюсь и обнимаю подушку, вдыхая его восхитительный запах. Я улыбаюсь, когда вспоминаю его рассказ о своих бабушке и дедушке.

Я поклоняюсь тебе всем своим телом.

Только когда ты появилась в моей жизни, я в полной мере оценил, что это значит.

Я широко улыбаюсь, когда поднимаюсь с кровати.

Следующие несколько дней были такими же. Мы с Лиамом занимались любовью всю ночь, а затем рано утром он уходил. Он был занят в течение всего дня, и я не видела его до ужина. Я удивлена, но безумно рада тому, что он проводит все вечера дома, потому что, когда я работала в ресторане, казалось, что он занят клубом двадцать четыре часа в сутки.

Я не имею ни малейшего понятия, чем Лиам занимается в течение дня. Не работая, ощущаю себя бездельницей и слоняюсь без цели по дому. Я чувствую себя в квартире, как в ловушке, так как до сих пор не хочу встречаться с моими бывшими коллегами.

В среду у Лиама встреча. Я ничего не знаю об этом, пока он не будит меня утром, чтобы попрощаться.

— Ммм, ты так вкусно пахнешь, детка, — говорит он, зарываясь лицом в мою шею, глубоко вдыхая аромат.

Я, в свою очередь, вдыхаю его сексуальный запах, а затем поднимаю руки за голову, потягиваясь. Выгибаю спину, надеясь заманить его обратно в постель. Это сработало прошлым утром.

Я чувствую его улыбку на моей шее. — Не сейчас, дорогая, — встает с кровати.

Открываю глаза и резко вздыхаю. Лиам в костюме выглядит прекрасно. Когда он больше ничего не говорит, идя по комнате, чтобы сложить все в карманы, спрашиваю: — Ты так оделся для работы?

Он подходит к кровати и наклоняется, чтобы поцеловать меня. — Нет, у меня назначена встреча. — Затем направляется к двери. — Если тебе что-нибудь понадобится, попроси Брюса или Майка. — Он смотрит на меня. — Я вернусь только вечером, — и закрывает за собой дверь, прежде чем я успеваю что-то ответить.

По какой-то причине я ощущаю беспокойство, поэтому безумно радуюсь, когда Холли заходит ко мне прежде, чем уйти домой. Я отказываюсь от ее приглашения пообедать завтра в ресторане. Знаю, что я трусиха, но слишком много произошло за относительно короткий промежуток времени, и я просто не хочу отвечать на вопросы, прекрасно понимая, что это все обусловлено ощущением незащищенности в ситуации, в которой я нахожусь. Я ценю то, что Холли не задает мне лишних вопросов.

Энни накрывает мне ужин в столовой, но я забираю свою тарелку и присоединяюсь к ней на кухне. Все, что она знает, это что Лиам сказал ей, что не вернется к ужину. Интересно, что он скажет на то, если я уйду, не ответив на его вопросы. Кусаю губы, когда дрожь пробегает по моей спине от осознания того, что он сделает.

Пытаюсь посмотреть телевизор, но мои мысли возвращаются к Лиаму. Я чувствую себя отлично после нашего разговора в ресторане и после секса в последние пару ночей. Но теперь все, о чем я могу думать это проклятая гравировка на его медальоне. Я должна спросить Холли, знает ли она, кто подарил ему его. Или, может быть, я должна вести себя как взрослый человек и спросить Лиама об этом? Ответит ли он мне? Помню, когда в первую брачную ночь я протянула руку к его кулону, он остановил меня. Вот почему я считаю, что это подарок его бывшей. Он до сих пор с ней встречается? Он с ней сегодня ужинает?

Бух! Бросаю подушку, лежащую рядом на диване в другой конец комнаты.

Я не сделаю этого.

Выключаю телевизор и направляюсь в спальню, принимаю душ и заползаю в постель.

Просыпаюсь, когда Лиам ложится рядом со мной, притягивает меня ближе, зарываясь лицом в мои волосы.

— Ты так чертовски хорошо пахнешь. — Его руки двигаются по моему телу, вызывая мгновенную ответную реакцию. Он переворачивает меня на спину и целует, а его рука скользит вниз по моему животу.

— Раздвинь свои ножки для меня, сладкая, — требует он, заканчивая поцелуй, и тянет за низ моей короткой сорочки, все больше обнажая меня.

Я вся дрожу от его слов, его голоса.

Рукой движется к моему лобку, его пальцы слегка щекочут меня, возбуждая в то же самое время. Когда я начинаю тянуться к нему, он заводит мои запястья за голову. Своей ногой придерживает мои, удерживая меня на месте.

Я начинаю стонать, будучи полностью в его власти. Я хмурюсь от мысли, что он никогда не бывает милым.

Его пальцы скользят между моими складками. — Ты такая сладкая, дорогая. — Он наклоняется и кусает один из моих сосков через сорочку.

— Ааах ... — выкрикиваю я.

Когда он вводит два пальца в меня, я схожу с ума от удовольствия, моя спина слегка выгибается.

Он жестко входит в меня пальцами туда и обратно, замедляясь только для того, чтобы изменить угол проникновения.

— Ох! — Резко выгибаю спину.

Черт! Я скоро кончу.

Ощущения накрывают меня, и я не в силах остановить это безумие. Моя голова мечется на подушке, мое тело напрягается, и мои внутренности начинают дрожать.

Он вытаскивает свои пальцы из меня, устраивается между моих ног, приподнимает меня и резко входит. Я вскрикиваю от неожиданности. Еще два глубоких толчка и я снова рассыпаюсь на миллион осколков. Он входит в меня еще раз и выкрикивает мое имя, кончая.

О, мой Бог, это было быстро!

Когда он падает на меня, я тяжело дышу, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. Лиам тоже тяжело дышит, но становится на локти и берет мое лицо обеими руками. Целуя, перекатывается на свою сторону, притягивая меня ближе.

— Весь день я только и мог думать о тебе, ждущей моего возвращения и безумного секса. — Он дышит мне в шею.

Я дрожу, когда его дыхание обжигает мою кожу. Я в состоянии отреагировать только легким вздохом перед тем, как уснуть.

Лиам будит меня следующим утром, прежде чем уйти на утреннюю тренировку и собрание с работниками. Я переворачиваюсь на другой бок и снова засыпаю, пока будильник не будит меня через два часа.

Взволнованно поднимаюсь с кровати и иду в ванную комнату. Сегодня утром у меня запись на прием к доктору Лайл. Я чувствую себя намного лучше, чем в прошлый раз, когда была у нее, но у меня к ней есть несколько вопросов.

Решаю воспользоваться лифтом, который позволит мне оказаться возле черного входа в особняк. Надеюсь, что не столкнусь с кем-либо из персонала. Если же это случится, то мне придется с этим справиться. Я не могу прятаться вечно, и к тому же, если я буду безвылазно сидеть в квартире, то просто напросто сойду с ума.

Выхожу из лифта и иду вниз по коридору, почти дохожу до двери, когда слышу, как Лиам зовет меня

Он одет в слаксы и белую рубашку навыпуск. Его куртка висит на плече, он поправляет свой галстук и воротник. Когда он успел переодеться?

— Почему ты не ждешь меня наверху?

Я качаю головой, пока он идет ко мне. Его взгляд просто прожигает меня насквозь. Глубоко вдыхаю, когда ловлю его пристальный взгляд. Он надевает куртку, а затем запускает свои пальцы в уже и без того растрепанные волосы.

До чего же он сексуален.

— Ты ... пойдешь со мной? — По моему голосу становится понятно, что я удивлена.

— Я так думаю, дорогая, — говорит он протяжно.

Когда мы выходим, я вздыхаю с облегчением, что мы ни с кем не столкнулись. Это так глупо. Обычно я не избегаю сложных ситуаций, а беру быка за рога и стараюсь противостоять любому. Я смотрю в сторону ворот. Мое такси еще не приехало, хотя я знаю, что вызвала его достаточно рано, и оно уже должно быть здесь.

Подхожу к стоянке, а Лиам продолжает идти в сторону гаража. Всего через пару шагов он останавливается и смотрит на меня.

— Ты отменил мое такси.

— Тебе не нужно такси.

— Я не знала, что ты поедешь со мной.

Он изучает меня мгновение. — Ну, дорогая, теперь знаешь, — мягко говорит он.

Я стискиваю зубы.

— Пойдем, Кэйтлин. — Он протягивает мне руку, чтобы завести меня в гараж.

Когда мы заходим вовнутрь, я смотрю на него. — Было бы неплохо, если бы ты дал мне знать, что собираешься пойти со мной к врачу. — Он останавливается рядом с Range Rover и смотрит на меня с непроницаемым выражением лица.

Делаю глубокий вдох. — Мне не нравится, как ты все решаешь за меня...

Лиам шагает прямо ко мне, и мне стоит огромных усилий не сделать шаг назад. Вместо этого я медленно поднимаю взгляд на него, встречая его насмешливый.

Он развлекается?

— Скажи мне, дорогая, ты зла, потому что я отменил такси? — В его глазах читается смешок, но голос звучит жестко.

— Я не злюсь, я просто думаю, что ты мог бы сказать мне, что собираешься пойти со мной к моему врачу. — Когда он ничего не отвечает, я отворачиваюсь.

Он протягивает руку, притягивая меня к себе за шею.

— Посмотри на меня, Кэйтлин.

Устремляю свой взгляд на него, а он поглаживает мой подбородок своим большим пальцем. Это возбуждает. Как самое простое прикосновение может так влиять на меня?

— В будущем я буду более учтивым и постараюсь извещать тебя о моих планах. Но не обольщайся, дорогая, я планирую участвовать во всех аспектах твоей жизни.

Что? Я хмурюсь. Что он имеет в виду?

Лиам открывает дверь машины, все еще не отрывая от меня своего взгляда. Я сажусь в машину, и он закрывает дверь, когда я пристегиваюсь. Я думаю над тем, что он сказал: он планирует принять участие во всех аспектах моей жизни, но я уверена, что это означает, что он планирует контролировать мою жизнь.

Я не позволю этому случиться.

Смотрю на него. — Где проходила твоя встреча вчера?

Он пристально смотрит на меня пару минут, а затем возвращает внимание на дорогу.

— Ты был загородом? Я не могла связаться с тобой?

Он снова смотрит на меня. — Почему ты думаешь, что не могла связаться со мной?

— Ты сказал, что если мне что-нибудь понадобится, я должна позвонить Майку или Брюсу.

Он перестраивается в другой ряд, прежде чем снова смотрит на меня. — И они бы знали, как ты могла бы связаться со мной.

Я хмурюсь, а это, кажется, веселит его.

— Откуда такой внезапный интерес к моим встречам, Кэйт?

Пожимаю безразлично плечами. — Просто хочу участвовать во всех аспектах твоей жизни.

Он громко смеется, берет мою руку и нежно целует ее. — Я запомню, дорогая.

Я удивлена, что Лиам подготовил список вопросов к доктору Лайл. У него нет написанного текста, но очевидно, что он тщательно продумал, что хочет знать. Доктор Лайл спокойно отвечает на все вопросы, как будто она привыкла иметь дело с гиперответственными отцами. Но надо учесть, что он угадывает все мои опасения, даже о которых я не подумала. Он также просит представить информацию о предродовых курсах.

Единственное, о чем он не спрашивает, и я тоже молчу, так это о моем повышенном сексуальном аппетите.

Глава 7

Сегодня пятница, и мы собираемся поужинать с Холли и Райаном.

Не зная, сколько времени еще смогу носить короткую и обтягивающую одежду, решаю надеть одно из моих любимых платьев: черное, без бретелек, облегающее фигуру, трикотажное с широкой юбкой выше колен, но с достаточной длиной, чтобы выглядеть прилично. Туфли на высоком каблуке делают мои ноги более длинными, и хотя я не загорала уже долгое время, на ногах все еще сохранился легкий загар. Я заметила, что похудела, и я знаю, что это из-за Лиама и нашего безудержного секса. Доктор Лайл сказала, что беременность будет незаметна еще долгое время. Она объяснила, что это вполне нормально для первой беременности у худенькой девушки.

Завив волосы и оставив их распущенными, так как Лиам попросил меня об этом, наношу блеск для губ, и в это время он заходит в спальню. Наши глаза встречаются в зеркале, его взгляд двигается вниз по моему телу, его брови поднимаются. Я разворачиваюсь к нему.

Его глаза сужаются. — Ты не наденешь это платье, когда пойдешь куда-то без меня.

Я улыбаюсь и снова поворачиваюсь к зеркалу. Он реагирует именно так, как я и хотела. — Ну, я не уверена, что смогу носить его уже в ближайшее время с тобой или без тебя.

Он качает головой, а его сексуальные губы проговаривают слово «нет».

Я улыбаюсь застенчиво. — Так тебе нравится?

Его глаза темнеют. — Подойди сюда, пожалуйста.

— О, нет! Когда ты так смотришь на меня, моя одежда имеет тенденцию рваться. — Я тихо смеюсь.

— Я сказал: иди сюда.

От его выражения и тона голоса у меня во рту наступает засуха. Я медленно подхожу к нему. Он протягивает руку и притягивает меня к себе.

Ой!

Его рука движется к моему затылку, он наклоняется, чтобы пососать мою нижнюю губу.

Мои глаза закрываются, и я тихо постанываю от мысли о том, что он может смазать мой макияж или же испортить локоны своими пальцами. Мои руки скользят по его груди вниз к животу, я сильнее прижимаюсь к нему. Лиам углубляет поцелуй, и когда поднимает голову, разрывая его, я не могу прийти в себя.

— Кэйтлин…

Медленно открываю глаза и встречаюсь взглядом с его синими глазами.

— Если ты не хочешь оказаться в постели, тебе нужно убрать свою руку, дорогая.

Я хмурюсь, а затем отдергиваю руку от его промежности, где наглаживала его эрекцию через джинсы. Он смеется, а я краснею.

Его телефон звонит, и он усмехается себе под нос: — Спасены звонком.

Дрожащей рукой повторно наношу блеск для губ, пока он отвечает на телефонный звонок.

— Да.

Смотрю на него в зеркало. Мы решили пойти на ужин спонтанно, поэтому он одет в джинсы, низко сидящие на бедрах, и черную рубашку навыпуск с засученными до локтей рукавами. Опять же, не договариваясь, мы умудрились одеться в одной цветовой гамме, дополняя друг друга. Я вижу его в черном лишь второй раз, но выглядит он невероятно сексуально.

— Это не составит труда, — говорит он в трубку и смотрит на меня. — Я уверен, — убирает свой телефон в карман. — Готова?

— Ага.

Нервничаю потому, что Лиаму нужно взять что-то из своего кабинета на первом этаже, а я все еще боюсь столкнуться с бывшими коллегами. Я предпочла бы снова воспользоваться лифтом возле черного входа, чем тащиться через весь особняк. Я рада, что в зале тихо. Что странно, ведь сейчас вечер пятницы.

— Что там сегодня происходит?

— То есть? — Спрашивает он, просматривая сообщения в телефоне.

— Тихо как-то.

Он обращает свой взор на меня, изучает пару секунд, а затем улыбается. Я спотыкаюсь о ковер. Лиам протягивает руку, притягивая меня ближе.

— Ты не должна носить такие высокие каблуки, — говорит он, хмурясь.

— Это не обувь, это твоя улыбка.

Озадаченное выражение на лице сменяется хмурым. — Ты не хочешь, чтобы я улыбался?

— Я люблю твою улыбку ... но только не тогда, когда пытаюсь идти или что-то делаю.

Он ухмыляется. — Ну, ты пытаешься сказать мне что, то, что ты ходишь в «трахни—меня—туфлях», это моя вина?

— У меня нет с этим проблем!

— Я помню, как ты падала с лестницы в подсобке. — Он смотрит на меня. — Помнишь этот инцидент, дорогая? Насколько я помню, это был первый раз, когда мой язык был у тебя в горле, а мои пальцы глубоко в тебе.

— Я помню! — Вытаскиваю руку из его.

Ой! Он просто пытается смутить меня, и это работает, так как я чувствую, что мое лицо покрывается румянцем.

Он тихо смеется, довольный собой и... Черт, хочу, чтобы он не действовал на меня так возбуждающе!

Я смотрю в сторону, поднимая надменно подбородок. — Это не относится к моей способности ходить! Тогда ты меня напугал и ...

Лиам сжимает мою руку и тянет меня из коридора. Следующее, что я чувствую, это то, что моя спина прижата к стене, а Лиам целует меня и задирает мое платье. Его пальцы скользят под мои трусики, и он засовывает в меня два пальца. Я начинаю стонать и крепче цепляюсь в его плечи.

Вот черт!

Очень хочу его. Желание накрывает меня с головой.

Лиам прерывает поцелуй и облизывает пальцы, которые только что были во мне.

— Так чертовски туго.

— Лиам! — Я выкрикиваю его имя, когда его пальцы вновь начинают сладкую пытку, а он наблюдает за мной.

— Посмотри на меня, сладкая.

Поднимаю взгляд вверх, и его свободная рука тут же обвивает мое горло. Он делает шаг назад, еще сильнее вжимая меня в стену, продолжая трахать своими пальцами.

— Ты так чертовски красива. — В его глазах горит огонь желания. — И ты принадлежишь мне. — Он засовывает свои пальцы глубже, и я резко вздыхаю, руки хватаются за его руку на моей шее. Все мышцы стягивает от предчувствия надвигающегося оргазма.

Но тут он останавливается, вытаскивая из меня свои пальцы.

— Нет! — Качаю головой настолько, насколько позволяет его рука на моей шее. — Пожалуйста, Лиам, — умоляю я.

Он облизывает свои пальцы, а я закрываю глаза. Склонившись ко мне, он сосет мою нижнюю губу.

Мне он нужен.

— Пожалуйста, не оставляй меня в таком состоянии, — прошу я, пока смотрю на него.

— Мне нравится твое такое состояние, сладкая. И тебе тоже.

Его рука скользит вниз по моей груди, чтобы ущипнуть за сосок, который заметно торчит. Мое платье из легкого трикотажа не может скрыть этого.

— Мне не нравится это. — Я дуюсь, безумно нуждаясь в освобождении сексуальной энергии. Как он может думать, что мне это нравится?

Он тихо посмеивается. — Ну, сейчас, я считаю, что выбор за мной, солнышко. Сожалею.

Лиам отходит в сторону, чтобы открыть дверь. И только сейчас я осознаю, что мы в подсобке. Прохожу мимо него и расплываюсь в самодовольной ухмылке, радуясь, что в отличие от прошлого раза, мои трусики до сих пор на мне.

Когда Лиам выезжает из гаража и останавливается возле ворот, я с подозрением смотрю на него, но он выключает двигатель.

— Мы подождем Холли и Райана. Холли необходимо что-то забрать из кабинета.

Он открывает дверь и выходит. — Пошли.

Я оглядываюсь вокруг. Здесь отсутствуют всякие признаки жизни, ни одной машины... — Я просто буду ждать здесь.

Смотрю, как он закрывает свою дверь, обходит машину и открывает мою.

— Я так не думаю. Пойдем. — Он держит меня за руку.

Черт возьми.

— Я буду просто ждать здесь, нет ....

Он крепко сжимает мою руку, отстегивает ремень безопасности и тянет меня из машины.

— Пожалуйста, Лиам. — я немного паникую. — Позволь мне дождаться тебя здесь.

Но он все равно ведет меня к клубу, его рука обнимает меня за талию, охранник широко открывает дверь, удивляя меня своим приветствием.

— Добрый вечер, мистер и миссис Джастис.

— Добрый вечер, Мэтт, — отвечает на приветствие Лиам, а я немного шатаюсь.

Вот черт, что происходит? Это мне не нравится. Теперь я уверена, что Лиам и Холли подставили меня.

Лиам наклоняется и говорит мне прямо в ухо: — Может, ты уже сдвинешься с места, дорогая, прежде чем я переброшу тебя через плечо и отнесу?

Я смотрю на него и понимаю, что он говорит совершенно серьезно. Прикусываю губы, когда мы открываем внутреннюю дверь в ночной клуб.

Зачем он это делает?

Когда мы заходим вовнутрь, то слышим голоса. Я пячусь назад, но Лиам держит меня за талию.

— Кэйт! — Зовет меня Холли.

Холли и Тэнси направляются к нам. Следующие несколько минут люди приветствуют нас, пока Лиам ведет меня через танцпол к столику. Очевидно, что это наша свадебная вечеринка, организованная Холли и Тэнси. Здесь присутствуют люди, с которыми я работала в «Джастис Хаус», а также некоторые клиенты. Даже Пол и Джули здесь.

Я поражена: теплые приветствия, пожелания всего самого наилучшего. Лиам удерживает меня рядом с собой за талию, пока мы медленно идем дальше.

Тэнси идет рядом со мной, поясняя, что Холли и Лиам решили закрыть клуб для вечеринки, когда поняли, как много людей хотели бы нас поздравить.

Я смотрю на Лиама. Так он знал об этом заранее! Он смотрит на меня с ухмылкой.

Мы останавливаемся, когда Лиам встречает пару, которую я не узнаю, но их представляют мне как Чарльза и Делайн Нил, постоянных членов клуба, которые живут во Франции. Они среднего возраста, оба очень утонченные. Определенно, я бы не могла даже подумать, что они являются членами секс-клуба.

Они оба поздравляют нас, говоря немного с акцентом.

— Я буду за столиком, Кэйт, — шепчет Тэнси. — Увидимся позже.

— Хорошо,— наблюдаю, как она уходит, а затем переключаю свое внимание на чету Нил.

— У меня были дела в Нью-Йорке. Там я услышал, что ты недавно женился. — Он улыбается мне. — Делайн и я хотели встретиться с женщиной, которой, наконец-то, удалось покорить сердце Лиама Джастиса.

Смущаюсь от того, какие выводы о причинах нашего с Лиамом брака он сделал.

— Мы уже давно смирились с тем, что Лиам никогда не остепенится, — говорит Делайн Нил.

Я смотрю на Лиама, а он наблюдает за мной, удивляюсь нежному блеску в его глазах. Он отводит взгляд, только когда Чарльз Нил говорит ему что-то по-французски.

Я чувствую, что тело Лиама слегка напрягается.

— Боюсь, что так, Чарльз, — говорит он, понижая голос. Я обращаю внимание, как челюсти Лиама сжимаются.

Француз смеется, а затем пожимает руку Лиама и похлопывает его по плечу, продолжая смеяться. То, что он говорит дальше по-французски, забавляет и его самого и его жену, но я могу точно сказать, что это раздражает Лиама.

— Мы собираемся присесть, можете присоединиться к нам, — говорит Лиам. Но я замечаю, что его приглашение обусловлено лишь вежливостью.

— Нет, нет. Мы хотим поздороваться с некоторыми друзьями, прежде чем уйдем.

— Вы не останетесь? — Спрашивает Лиам.

— Нет, нам действительно необходимо вернуться домой. Мы прилетим в следующем месяце. Я буду держать тебя в курсе о...— Чарльз Нил замолкает, смотрит на меня, а затем пожимает плечами. — Что ж...

— Хорошо. — Лиам берет меня за руку. — Счастливого пути.

Еще до того, как чета Нил смогла ответить, Лиам уводит меня прочь.

— Что это все значит? — Интересуюсь я, затаив дыхание и стараясь успеть за ним.

Он хмурится. Смотрит на меня. — Тебе не о чем беспокоиться, дорогуша. — Его тон не располагает к дальнейшим расспросам.

Пытаюсь приподнять бровь, как он это все время делает. — Ага, хорошо.

Он снова хмурится.

Мы подходим к большому столу рядом с танцполом, Лиам замедляет шаг и тянет меня к себе.

— Привет! Мы ждали вас. — Брюс усмехается, обнимая нас по очереди, и смеется, когда Лиам обзывает его «засранцем».

Я приятно удивлена увидеть Эмили, она тоже встает и обнимает меня. Она, на самом деле, довольно милая.

— Мы так долго ждали, чтобы сделать заказ. — Брюс снова усмехается. Я могу сказать, что он в плохом настроении.

— Ага, я вижу. — Лиам смеется, когда Брюс поднимает стакан пива. Вокруг стола стоят пустые бутылки.

— Ты хоть себе это представляешь, Кэйт? — Спрашивает Брюс в то время, как Лиам вытаскивает стул для меня.

— Нет, не имею ни малейшего представления. — Говорю ему, садясь напротив него и Эмили.

Он ухмыляется, а затем опускает голову, чтобы сказать что-то Эмили.

Лиам пододвигает свой стул прямо ко мне, кладет руку на спину и притягивает ближе, подмигивая.

Ой! Вроде безобидная вещь — подмигивание, а мои соски тут же реагируют. Его пальцы слегка скользят по моему плечу, и я извиваюсь в кресле.

Официантка подходит, чтобы принять наш заказ, и пока Лиам разговаривает с ней, Пол и Джули присоединяются к нам.

— Как долго вы были в курсе? — Спрашиваю я, когда Джули садится рядом со мной.

— Пару дней. — Она мило улыбается в ответ.

Я смотрю на Пола, а он дотягивается ко мне через плечо Джули и слегка щипает за руку.

Я вспоминаю про свои манеры и спрашиваю Эмили, познакомилась ли она с Полом и Джули.

— Да, как только они приехали.

— Есть еще шведский стол. Хочешь, я тебе что-нибудь принесу? — Предлагает Лиам.

— Я не беспомо... — Он поднимает высокомерно свою бровь. — Да, пожалуйста. — Лиам встает.

— Куда собрался Лиам? — Спрашивает Брюс.

— К шведскому столу. — Я вижу, как Брюс хмурится, когда смотрит в сторону уходящего Лиама.

Официантка приносит наши напитки, но Лиам возвращается чуть-чуть попозже. Поэтому у меня есть время, чтобы посмотреть на Эмили и Брюса. Он очень внимателен к ней и не может держать свои руки подальше от нее. Она смотрит на него с обожанием. Интересно, я также выгляжу, когда смотрю на Лиама? Думаю, что, да, так как все, казалось, понимали, что я была влюблена в него еще до того, как я сама себе призналась в этом.

— Дальняя дорога? — Интересуется Брюс у подошедшего к столику Лиама.

Я смотрю, как Лиам смотрит на Брюса, а затем говорит: — Достаточно длинная. — Он переводит взгляд на меня и ставит полную тарелку на стол передо мной.

Я смотрю на еду, а затем на него. — Я не съем все это!

— Ну, я все-таки надеюсь на это. — Он садится. — Расслабься. Я помогу. Ты уверена, что не хочешь сок? — Уточняет Лиам, когда я беру воду с лаймом. Его теплое дыхание ласкает мое ухо. Музыка звучит негромко, поэтому я даже через стол в состоянии услышать фразу.

— Я бы заказал тебе Ширли Тэмпл (прим. перев. — коктейль со всемирной известностью, один из четырех безалкогольных напитков, признанных Международной ассоциацией барменов, состав примерно такой — гренадин, имбирный эль, долька лимона, коктейльная вишня, лёд), — говорит он и тут же подмигивает мне. — Я думаю, что вы двое должны потанцевать. Это ваш свадебный прием.

— Давайте все потанцуем, — предлагает Холли, Райан присоединяется к ней. — Давайте, пойдем разомнемся!

Рука Лиама все еще лежит на спинке моего стула, а его пальцы двигаются по мочке моего уха.

— Ты хочешь потанцевать, Кэйтлин?

Я кусаю губы от низкого тембра его голоса.

Он тянется к моей руке и подносит ее к губам. О, его рот зажигает во мне пламя. Наши глаза встречаются, и я теряюсь в их невероятно синих глубинах, но не могу понять эмоции, которые вижу в его глазах.

— Дорогая, я говорил тебе уже не смотреть на меня так прилюдно, — бормочет он, вставая и притягивая меня к себе. — Мы должны поработать над твоим самоконтролем.

Я вздыхаю. Если бы другой человек сказал мне что-то вроде этого, я бы, вероятно, ушла от него. Почему, когда Лиам разговаривает со мной таким образом, я просто начинаю сходить с ума от желания? Я в недоумении от таких игр в соблазнение. Ему это отлично удается, тогда как я не в состоянии противостоять ему.

Я вдруг понимаю, что все уже вышли из-за стола. Я также замечаю, что мы привлекли к себе внимание окружающих, они одаривают нас понимающими улыбками. Удивляюсь, когда замечаю Тони, кузена Леона, который наблюдает за нами с угрюмым выражением лица. Он отворачивается, когда я приветливо улыбаюсь ему.

Лиам ведет меня к танцполу, не выпуская из своих объятий — одна рука на моей спине, а другая — держит за руку. Я чувствую тепло его кожи под своей рукой на его плече. Его восхитительный аромат окутывает меня, и я стараюсь не смотреть на него, зная, что он увидит желание в моих глазах.

Он кружит меня на танцполе в такт музыке, которая только усиливает мое желание.

— Расслабься, Кэйтлин.

Мои глаза встречаются с его. — Прекрати делать со мной то, что ты сделал в подсобке и оставил меня в таком состоянии, и я, может быть, смогу расслабиться! — Отвечаю я.

Лиам начинает заливаться смехом. Он отпускает мою руку, притягивая мою голову. Другой же рукой сильнее прижимает меня к себе. Его эрекция упирается в мой живот, и я начинаю чуть ли не в голос стонать от чувств, которые вызывает во мне этот мужчина.

Он наклоняется к моему уху. — Я помню, когда мы в последний раз танцевали. Могу также вспомнить, как прекрасно эти пышные губки чувствовались вокруг моего члена, когда ты сосала, сладкая.

Я резко вздыхаю.

— Наша брачная ночь, — добавляет он, поднимая голову. От его самодовольного взгляда я забываю, как дышать.

Я раздражена, понимая, что он делает это нарочно. Точно также, когда он подводит меня к грани оргазма, а затем не дает кончить.

— Ладно, дружище. Время поделиться своей красавицей-женой, — произносит оказавшийся рядом с нами Брюс и тянет меня из объятий Лиама к себе еще до того, как тот успевает отреагировать.

Я быстро оглядываюсь назад, Лиам стоит и наблюдает за нами с прищуренными глазами.

Вздыхаю с некоторым облегчением, Лиам действительно свел меня с ума. И побыть подальше от него мне не помешает.

Брюс смеется. Я могу только предположить, что это потому, что он чувствует, что переиграл Лиама на этот раз.

— Вы неисправимы, — говорю ему.

— Что? — Спрашивает он невинно. — Лиам просто должен признать тот факт, что он должен делиться своей женой. — Когда Брюс пытается притянуть меня к себе ближе, я наступаю ему на ногу. — Черт, Кэйт!

— Что? — Удивленно расширяю глаза.

— Может быть, я и уступлю Лиаму.

— Я рада видеть здесь Эмили, — говорю я, меняя тему. Брюс только улыбается.

Я танцую в течение следующего часа то с одним партнером, то с другим. Я бы не возражала, если бы Лиам пришел за мной, но ко мне подходит Пол.

— Развлекаешься?

— Да, все просто замечательно, спасибо Холли и Тэнси.

— Таким образом, все не так уж и плохо, судя по реакции общественности. — Он ухмыляется.

— Да, Пол. Ты был прав. — Говорю я дразнящим тоном, когда убираю перо с его плеча.

— Как и всегда, — отвечает он.

Приятно удивляюсь, когда Марк Томас врезается в Пола. Я не видела его с той ссоры здесь, в ночном клубе. И я рада видеть его снова после того, как Лиам приостановил его членство. Мы пытаемся поговорить, но музыка достаточно громкая, поэтому почти невозможно услышать друг друга. К нам подходит Райан, когда мы танцуем ближе к нашему столику, а я смотрю на Лиама. Раньше он наблюдал за мной, но теперь его нет на месте. Я ищу его глазами, танцуя с Райаном. Мы останавливаемся на краю танцпола рядом с Холли и Джули, которые ожидают нас.

— Давайте пойдем в дамскую комнату, где мы сможем поговорить, — кричит Холли.

Я поворачиваюсь к Райану и надеюсь, что он меня слышит, когда прошу его передать Лиаму, где нахожусь.

Как только дверь закрывается позади нас, мы вздыхаем с облегчением.

— Прекрасная свадебная вечеринка! — Заявляет Джули.

— Да, — соглашаюсь я. — Спасибо, Холли.

— Тебе весело? — Спрашивает она.

— Я отлично провожу время, — заверяю ее я.

— Я так рада. Боялась, что ты разозлишься.

— Нет! Я просто ... не была уверена в том, как меня здесь воспримут в новом статусе.

Холли хмурится. — Почему ты беспокоилась по этому поводу?

Джули встречается со мной взглядом и поднимает брови. Я уже разговаривала с ней об этом. Подхожу к раковине, чтобы вымыть руки и намочить бумажное полотенце и, пожимая плечами, отвечаю ей:

— Я предполагала, что все они знают, почему я ушла...

Холли прекращает расчесывать свои волосы. — О, дорогая, я должна была догадаться об этом. Думаю, что ты все-таки должна была со мной пообедать.

— Прости.

Она поворачивается ко мне лицом. — Лиам запретил любому из нас распространяться о том, что произошло. Конечно, никто из нас итак ничего и не сказал бы. — Она снова начинает расчесывать волосы. — И Лиам поговорил с Мирандой.

Что за..?

Дверь открывается, и Эмили присоединяется к нам.

— Я искала вас, — говорит она.

— Мы пытались тебя найти. Где ты была? — Спрашивает Холли.

Щеки Эмили становятся ярко-розового цвета. — Брюс показывал мне кое-что в своем кабинете.

Холли фыркает, а Джули и я смеемся.

— Мне нравится, как их «показ чего-либо» всегда приводит к сексу, — усмехается Джули.

Щеки Эмили становятся пунцовыми, и она смеется.

— Я только что рассказывала Кэйт о том, как Лиам угрожал Миранде после ухода Кэйт, — говорит Холли. Эмили смотрит на нас с пониманием.

Мои глаза расширяются. — Что?

— Я присутствовала при этом радостном событии, — говорит Холли с ликованием. — Он сказал ей, что уволит ее без рекомендаций, если то, что произошло, станет достоянием общественности, поэтому ей лучше помолиться, чтобы не пошли сплетни по этому поводу.

— Он так сказал?

— Да, сказал. Ты бы видела ее лицо!

— Брюс сказал, что Лиам отдельно отметил, что это небольшой город, и он не хотел бы, чтобы эта история стала причиной трудностей для тебя.

Трудности для меня? Мне явно нужно больше общаться с этими девочками, так как от них я могу почерпнуть более подробную информацию о жизни Лиама без меня.

Как будто читая мои мысли, Холли предлагает: — Давайте завтра поужинаем девочками.

— Это звучит неплохо, — соглашается с энтузиазмом Джули. — Я могу в любое время после полудня.

— Я с удовольствием, — добавляю я.

— На меня тоже рассчитывайте, — говорит Эмили.

— Хорошо. Я наберу всем утром и сообщу о месте встречи.

— Нам лучше вернуться, Пол, наверное, уже ищет меня, и с него запросто станется зайти сюда. — Джули смотрит на меня, и мы обе хихикаем.

Выходя из дамской комнаты, я убираю перо из волос Джулии и, смеясь, спрашиваю ее: — Где вы с Полом были?

Она оборачивается и вопросительно смотрит на меня, а я показываю ей перо. Ее глаза расширяются, а затем она вырывает перо из моих рук.

Я снова смеюсь.

— Тссс, — шипит она. А потом усмехается и подмигивает мне.

Когда мы подходим к столу, замечаю, что Лиама до сих пор нет.

— Вы присаживайтесь, я пойду, найду Лиама, — говорю я, когда музыка прекращается.

Я направляюсь к бару. Меня останавливают некоторые бывшие коллеги и пара членов клуба. Стараюсь отвечать на их расспросы как можно короче. Когда, наконец, добираюсь до бара, интересуюсь у бармена, видел ли он Лиама. Он указывает на дальний конец бара. Я смотрю, но не вижу его. Ищу его глазами и вижу нишу в дальнем углу клуба, которую я никогда раньше не замечала, и сразу направляюсь туда. Подойдя ближе, понимаю, что ранее здесь находился шведский стол, сейчас же стоят пустые столы. Я останавливаюсь, когда вижу Лиама и Миранду.

— Ты рассказал ей? — Слышу я вопрос Миранды.

— Извини, что?

Лиам стоит ко мне спиной, но, без всяких сомнений, он в гневе. Я знаю, что должна подойти ближе или уйти, но следующие слова Миранды заставляют меня застыть на месте.

— Ты рассказал ей о Мэл?

Голос Лиама звучит бесстрастно, когда он отвечает: — Ну, это не твое дело.

Я задерживаю дыхание, чтобы не попасться.

— Миранда, — Лиам продолжает говорить спокойным тоном. — Я устал от того, что ты постоянно суешь свой нос, куда тебя не просят.

— Лиам…

— Хватит! — Рычит он. Я почти съеживаюсь от гнева в его голосе. — Теперь позволь мне прояснить все для тебя. Я тебя еще не уволил только потому, что ты хороший работник. Но ты ошибаешься, если думаешь, что незаменима. — Лицо Миранды бледнеет. — Ты меня поняла?

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, не заботясь о том, что она ответит. Но потом останавливаюсь в нерешительности, понимая, что Миранда видела меня. Лиам поставил ее на место, может быть, мне лучше остаться, чтобы дать ей понять, что я никуда не уйду?

Поворачиваюсь и упираюсь в Лиама Джастиса.

— Куда-то собралась? — спрашивает он.

Я смотрю в его сверкающие глаза.

— Нет, — тихо отвечаю я, надеясь, что он не сердится на меня.

— Хорошо. Пойдем. — Он сжимает мою руку, а я оглядываюсь назад и встречаюсь взглядом с Мирандой.

Пока мы идем к столику, нас поздравляют члены клуба, которые еще не сделали этого. Лиам очень вежлив, но я чувствую напряжение в его теле.

Как Мэлани связана с тем, о чем говорили Лиам с Мирандой? Я знаю, что она была администратором до меня и ушла, никого не предупредив. Перед тем как я ушла из «Джастис Хаус», Миранда намекнула мне о Мэлани, ничего определенного, просто, что мне нужно спросить Лиама, почему Мэлани ушла так внезапно. И кроме всего этого, когда Лиам уходил к шведскому столу, он направился в противоположном направлении, так как я теперь знаю, где был расположен шведский стол. Хочу спросить его обо всем этом, но понимаю, что еще не время.

Подойдя к столику, Лиам произносит: — Кэйт устала, мы пойдем.

Я в шоке от его слов.

— О, но ночь только началась!

— Кэйт устала, Холли, — твердо говорит Лиам.

Я обнимаю Джули, Холли и Эмили и быстро прощаюсь с Брюсом и Райаном. Пол встает и обнимает меня прямо на глазах у Лиама.

— Заходи как-нибудь, пообедаем.

Я смотрю на Лиама и, получив его одобрение, соглашаюсь: — Хорошо, Пол.

Музыка замолкает, и голос Брюса сообщает всему клубу, что молодожены покидают вечеринку. На этот раз он не комментирует этот факт.

Лиам прощается со всеми, и мы идем в особняк.

Когда люди начинают хлопать, то застает меня врасплох. Покрываюсь румянцем от смущения и теснее прижимаюсь к Лиаму.

— Что с машиной? — Спрашиваю я, когда дверь клуба закрывается позади нас.

— Майк загнал ее обратно в гараж.

Он сжимает мою руку и уверенно ведет меня по темной столовой. Когда мы доходим до лифта в коридоре, двери открываются сразу же, когда Лиам подносит свою карту. Когда двери закрываются, я поднимаю на него взгляд.

— Ты злишься на меня?

Он смотрит на меня. — А должен?

— Нет, — твердо говорю я, в этот момент двери открываются.

Он преграждает мне путь рукой. — Ты хочешь вернуться на вечеринку и потанцевать еще немного, дорогая? Там еще осталась пара человек, с которыми ты не танцевала.

Что?

— Нет, — отвечаю я немного раздраженно. — Я хочу побыть с тобой наедине. — Может быть, я должна спросить его, почему его не было рядом, чтобы потанцевать со мной. Но уверена, что это было бы неразумно сейчас.

Он быстро подходит ко мне, притягивая ближе, руками беря меня за плечи, чтобы поднять на цыпочки. Целует меня, и я чувствую привкус бурбона. Лиам прижимает меня к стенке лифта, заводит мои руки за спину, удерживая запястья одной рукой, свободной рукой притягивает меня вплотную к себе за шею.

Ой! Он всегда может заставить меня хотеть его за считанные секунды, и именно это я всегда любила в нем.

Он углубляет поцелуй. Мои соски прижимаются к его груди. Он рычит, а потом отпускает мою шею, хватает лиф моего платья и дергает его вниз, обнажая грудь.

Я ахнула, бессознательно выгибая спину и толкая грудь вперед. Он наклоняется, чтобы начать посасывать мои уже затвердевшие соски горячим ртом.

Я практически кричу, отклоняю голову назад, пока Лиам сосет и кусает сначала один сосок, а затем другой, что отдается электрическим разрядом в мой клитор. Когда он заканчивает, я вся дрожу. Он стягивает мое платье вниз по бедрам, и присаживается на корточки. На мне остались только туфли и трусики.

Он отпускает мои руки. — Я хочу, чтобы ты уперлась руками в стену, дорогая. — Когда я ничего не отвечаю, он вопросительно смотрит на меня.

— Хорошо, милый.

Его рот расплывается в улыбке, он делает шаг назад, и я чувствую, как он разглядывает меня.

— Ты очень красивая, дорогая. — Он протягивает руку и щипает меня за чувствительный сосок. Кусаю нижнюю губу, а он тянется рукой к моему клитору. Закрываю глаза, откидываю голову, а Лиам уже целует меня в шею, скользит языком по подбородку, одновременно снимая мои трусики.

Поцелуями спускается ниже, и когда снова щипает меня за сосок, я не могу сдержать стон, а он потирает пальцем мой пульсирующий клитор. Я уже ничего не замечаю вокруг, кроме его прикосновений и опьяняющего аромата. Его рука скользит между моих ног.

Он прекращает поцелуй, и я открываю глаза. Лиам опускается на одно колено, мое дыхание перехватывает. Он медленно стягивает мои трусики вниз, а затем проводит рукой по моим ногам от бедер до щиколоток.

— Раздвинь свои ножки, сладкая. — От его голоса я теряю рассудок.

Мое сердце готово выпрыгнуть из груди, когда он прижимает свой нос к моему лобку, и я неосознанно напрягаю мышцы. Сжимаю руки, отчаянно пытаясь запустить пальцы в его волосы.

— Черт, ты отлично пахнешь, — рычит он, хватает одну ногу и поднимает ее себе на плечо.

Я ахаю и почти разжимаю руки, чтобы успокоить себя.

— Расслабься, я не дам тебе упасть, детка.

Он поглаживает внутреннюю часть бедра моей поднятой ноги и наклоняется, чтобы отчаянно скользить по моему клитору. Мне кажется, что с ума сойду от почти невыносимых болезненных ощущений. Я даже не замечаю, как зарываюсь пальцами в его волосах, и чувствую сумасшедшее удовольствие, мои ноги начинают дрожать, я теряю контроль. Он резко отпускает меня, убирая мою ногу с плеча, и быстро встает.

Я дрожу, пока он поворачивает меня лицом к стене. — Руки на стену.

О, Боже! Я едва могу стоять.

Он скользит пальцем по моей спине. — Так красиво, милая, — бормочет он. Его рука скользит по моей талии, он прижимает меня сильнее к стене. — И ты принадлежишь мне, — рычит он.

— Да! — Выдыхаю я.

Свободной рукой он собирает мои волосы, а затем наматывает их на руку, тянет мою голову назад и спрашивает: — Скажи мне, Кэйтлин, ты наслаждалась танцами со всеми этими людьми? — Его голос звучит совсем близко возле моего уха.

Я не знаю, что ответить. — Нет. Я предпочла бы танцевать с тобой, — затаив дыхание ожидаю того, что он скажет.

А потом он спрашивает: — А теперь, дорогая?

Разворачивает меня, сжимает мою талию и поднимает взгляд, в его глазах я вижу блеск. Ложу ноги ему на талию, а он прижимает меня к стене, пока одной рукой скользит между моих бедер. Другой рукой он стягивает с себя джинсы, освобождая свой готовый член, затем приподнимает меня, прикасаясь головкой к моему входу.

— Пожалуйста, Лиам! — Прошу я, впиваясь пальцами в его плечи. Он нужен мне внутри. Прямо сейчас.

Он входит в меня медленно, но не полностью, и это сводит меня с ума.

— Как ты думаешь, другой человек сможет заставить тебя так чувствовать себя? — Спрашивает он хрипло.

Мои глаза расширяются от удивления. Как он может думать, что я могу желать кого-либо еще? Пытаюсь посмотреть ему в глаза. Конечно, он не серьезно! Смотрю на его красивый рот, страстно желая его поцелуя. — Никогда, Лиам. — Своей рукой провожу по его лицу. — Я люблю тебя, — наклоняюсь, чтобы поцеловать его, а он полностью входит в меня.

Глава 8

Следующим утром в квартире никого нет, и я иду в кабинет Лиама. Он на утренней тренировке, и я не увижу его, пока не вернусь со встречи с девушками.

Энни уехала на выходные, слава богу. Кусаю губы, вспомнив наше небольшое свиданье в лифте.

Когда вхожу в кабинет, чувствую себя так, будто зашла в запретное место. Я забыла спросить его, будет ли он возражать, если я воспользуюсь его компьютером. Я могла бы использовать телефон, но предпочитаю пользоваться компьютером, когда ищу места для будущих покупок. Мне, безусловно, нужен мой ноутбук, оставшийся в моей квартире. Я хмурюсь. Мне нужно съездить в квартиру и упаковать вещи. Надеюсь, у Лиама найдется для них место.

Сижу в кресле за столом, двигая мышь, чтобы разбудить процессор. Я решила выйти пораньше и купить кое-что для ребенка, но сначала хочу проверить и посмотреть, идут ли в каком-нибудь из ближайших магазинов распродажи. У меня осталось не так много денег, поэтому мне нужно делать покупки предусмотрительно.

Мой поиск незаметно приводит меня к детской мебели, и я настолько увлечена своими размышлениями о том, чтобы сделать из одной из гостевых спален детскую, что не слышу, как открывается дверь.

— Что ты здесь делаешь, Кэйтлин?

Я вскакиваю и быстро закрываю веб-страницу, понимая, что Лиам и Майк заходят в комнату.

— Я задал тебе вопрос. — Его брови приподнимаются в вопросительном жесте, а глаза сужаются. — Почему ты здесь?

— Я ... мне нужно было посмотреть кое-что в интернете, а у меня нет компьютера.

Смотрю на Майка и практически вижу, как работает его мозг. Уверена, что он не думает про меня ничего хорошего.

Иду через комнату к выходу и останавливаюсь перед Лиамом.

— Я не сделала ничего плохого.

Он наклоняет голову в сторону. — Я этого и не говорил, дорогая, — мягко произносит он, смотря на меня, а затем кивает в сторону Майка, который тут же направляется к его столу.

Лиам пользуется моментом и подходит ближе. Я встречаюсь с ним взглядом.

— Что ты делала в моем компьютере, Кэйт?

— Я уже сказала тебе, я .... — Мои глаза сужаются. — Ты думаешь, что я просматривала твою личную информацию, не так ли? — Стараюсь сдержать боль в голосе.

Он продолжает пристально смотреть на меня, и это первый раз за все время нашего знакомства, когда он, кажется растерянным. Он смотрит в сторону Майка, который проверяет его компьютер, чтобы узнать, что за государственные тайны я украла. Оглядываясь назад на меня, Лиам пытается провести пальцами по моим волосам.

Я качаю медленно головой в недоумении. Громко выдыхая, разворачиваюсь на каблуках и направляюсь к двери.

— Эй. — Он хватает меня за руку, заставляя остановиться. — Я не обвиняю тебя ни в чем, Кэйтлин.

Я намеренно смотрю на Майка, а затем снова в глаза Лиама.

— Я не лазила по твоему компьютеру. Я только использовала его для поиска в интернете. — Делаю глубокий вдох. Мне просто необходимо выйти из этой комнаты. Я раздавлена от того, что Лиам подозревает меня, а Майк является свидетелем этого. Убираю его руку и спешу удалиться.

К счастью, я готова уйти, все, что мне нужно, это захватить сумочку и телефон. Я не хочу использовать дальний лифт, так как он расположен близко к кабинету Лиама, в котором он и Майк продолжают искать, в чем меня обвинить, но я также не могу использовать и тот, который ведет в его офис на первом этаже. Не хочу даже думать о том, в чем еще меня обвинят, если поймают там.  Быстро шагаю по коридору в состоянии повышенной готовности, двигаясь как можно тише, и вздыхаю с облегчением, подходя к дверям лифта.

Я уже заказала такси, поэтому мне просто нужно подождать несколько минут, прежде чем оно приедет. Я жду с нетерпением, зная, что Лиам скоро будет здесь, как только Майк выяснит, что я делала. Если Лиам догонит меня прямо сейчас, то не знаю, что ему сказать. Я так зла на него. Когда уже отъезжаю в такси от ворот клуба, Лиам начинает мне названивать. Ставлю телефон на беззвучный. Я определенно не хочу разговаривать с ним сейчас. Мне нужно подумать о том, что произошло, и как он мог не поверить мне. Он сказал, что не обвиняет меня ни в чем, но он попросил Майка проверить, что я делала на его компьютере.

Складываю руки на животе. — Твой отец может быть таким... — и не успеваю закончить фразу, так как мой телефон снова звонит. Я опять не отвечаю.

У меня в запасе несколько часов до встречи с Джули и другими девчонками, но я уже не в настроении совершать покупки, так что прошу таксиста высадить меня возле книжного магазина, рядом с которым есть маленькое кафе.

Хватаю пару журналов и заказываю травяной чай с одним из своих любимых пирожных. В книжном магазине тихо, и не трудно найти столик возле окна. Листаю один из журналов, но буквы расплываются перед глазами.

Лиам до сих пор верит, что я могла его предать. Вот так просто.

Знаю, что он сказал, что не верит, что я намеренно пыталась обмануть его, и он сказал мне, что нам нужно забыть о прошлом. Очевидно, что это не то, что он имел в виду. Отец моего ребенка думает обо мне плохо. Как мы можем жить с этим?

Мой телефон вибрирует, на этот раз это звонит Джули.

— Привет.

— Эй, кукла. Ты в порядке? Твой муж позвонил мне, разыскивая тебя.

Я вздыхаю. Конечно, он позвонил ей. — В порядке. Просто решила пройтись по магазинам перед нашей встречей.

— Хорошо, — говорит она с нотками сомнения в голосе. — Хочешь, я составлю тебе компанию?

— Спасибо, но я знаю, что у тебя много работы над новым проектом.

— Да, но я хотела попросить Пола составить тебе компанию.

Мы обе смеемся. Пол предпочел бы удавиться, чем ходить по магазинам.

— Э—э ... спасибо, но нет. Я в порядке, Джули, на самом деле. Увидимся в обед.

— Хорошо. Скоро увидимся.

Я пью вторую чашку чая, когда мой телефон снова вибрирует. Знаю, что должна поговорить с ним, но он очень обидел меня, усомнившись во мне. Вздыхаю и начинаю плакать. Чертовы гормоны.

Посмотрев на время, решаю уже идти в ресторан. Когда выхожу из книжного магазина, у меня странное ощущение, что за мной наблюдают. Я смотрю по сторонам, но не замечаю никого, кто бы смотрел на меня. Просто мое воображение.

Холли выбрала очаровательный ресторан. Множество окон с обилием зелени. Несмотря на бурное начало утра, я в хорошем настроении, как и все остальные.

— Хорошо, — говорит Холли, как только официант принимает наш заказ. — Что у тебя случилось с Лиамом?

Делаю глоток ледяного травяного чая. — Он тебе звонил?

— Да, звонил. У нас с Райаном был обычный субботний утренний марафон, а бессовестный осел не переставал названивать!

Эмили начинает смеяться.

— Марафон? — Я задыхаюсь, стараясь не смеяться. — Прости.

Она подмигивает мне. — Это не твоя вина.

— Он также звонил и Джули, — говорю я.

— На самом деле, я не разговаривала с ним. Пол ответил на звонок.

О нет! — Пол не разозлился? Надеюсь, Лиам не был груб с ним.

— Неа. Ему показалось забавным, что Лиам пытался найти тебя. — Джули ухмыльнулась.

Официант принес наш заказ, и она ждала его ухода, прежде чем сказать: — Да, он был очень настойчив. Настаивал, чтобы я сказала ему, где мы обедаем.

— Действительно? — Я смотрю вокруг.

— Не волнуйся, он не объявится. Я пригрозила ему.

Я смеюсь, но до сих пор думаю, что он может показаться здесь.

— Что он сделал на этот раз? — Спрашивает Холли.

Заканчиваю жевать кусок цыпленка, прежде чем ответить. — Он сделал необоснованный и не очень лестный вывод обо мне.

Они все трое смотрят на меня, ожидая продолжение рассказа.

— Я хотела купить что-нибудь из детской одежды. Мой ноутбук до сих пор в моей квартире, поэтому решила воспользоваться его компьютером в кабинете. Я хотела спросить его, но просто забыла. Лиам и Майк зашли в этот момент. И... — Я делаю глоток ледяного чая. — Он подумал, что я шпионю за ним.

— Что? — Удивляется Холли. — Я надеюсь, что ты сказала ему, куда пойти!

— Еще нет.

— В настоящий момент, уверена, что он чувствует свою вину. Ведь Майкл просмотрел, что ты делала, — говорит Эмили.

Майкл?

— Да, это не занимает много времени. Все, что я просматривала, это сайты с детской мебелью.

— Э—э ... Кэйт. — Холли начинает фразу, но официант уточняет, нужно ли нам еще что-то, прерывая ее.

После того, как он уходит, я спрашиваю: — Что ты там говорила, Холли?

Она машет рукой, пережевывая салат.

— Ты уже думала над стилем детской комнаты? — Интересуется Эмили.

— Нет, еще не успела. Думаю, что нужно сделать ее в нейтральном стиле, подходящем как мальчику, так и девочке.

— Как скоро могут сказать пол ребенка? — Спрашивает Джули.

— Врач сказал, что около двадцати двух недель.

— Иногда уже в тринадцать недель, но более точно в двадцать две, — говорит Эмили.

— Ну, у меня есть еще немного времени. — Улыбаюсь ей в ответ. Возможно, мне показалось, но она вдруг погрустнела.

— А ты кого хочешь?

Должна ли я? — Я просто хочу, чтобы она была здоровой.

— Она? — С изумлением восклицает Холли.

Я тихо смеюсь, когда понимаю, что сказала. — Я думаю, что это девочка.

Холли смеется так громко, что некоторые посетители смотрят на нас. Лицо Эмили расплывается в широкой улыбке.

— Ой! Это было бы замечательно. Лиам с дочерью. — Холли продолжает смеяться, я тоже смеюсь при мысли о Лиаме с маленькой девочкой на руках.

У меня вдруг ком в горле встал при мысли о маленькой девочке с темными волосами и ярко-голубыми глазами. Большинство мужчин хотят сына, но маленькие девочки, как правило, всегда полностью забирают их сердца.

— О, мне очень жаль. — Холли пытается взять себя в руки.

— Ну, хорошо, хорошо.

Чей-то голос вдруг прерывает нас: — Вы дамы так смеетесь. Что за шутка?

Я смотрю на этого человека и начинаю задыхаться, когда вижу Майлза Ли, который стоит рядом со стулом Джули. Я не видела его с нашего ужасного свидания несколько месяцев назад, когда он выгнал меня из машины.

— Кэйт Шоу! Какой приятный сюрприз. — Он придвигается ближе, и я хочу убраться отсюда прочь.

— Извини, Майлз, — говорит Джули. — Но у нас девичник. Сожалею.

— И это Кэйт Джастис, — уточняет Холли, смотря на него испепеляющим взглядом.

— Я слышал об этом. — Он наклоняется ближе, а я пытаюсь отклониться от него в сторону. От этого человека у меня мурашки.

— Ты рассказала ему про нас? — Спрашивает Майлз, как он думает, завораживающим голосом.

Я поворачиваюсь к нему лицом. — О нас? К сожалению, Майлз, я, очевидно, вижу другие сны.

Джули фыркает, а Холли смеется.

— Это очень забавно, Кэйт. Если ты хочешь сохранить то, что было между нами, в тайне от мужа, я не против. — Он протягивает руку, чтобы провести пальцем по моей руке, а я бью его по ней.

Что за кошмар!

— Майлз, уходи, иначе я скажу официанту, что ты нас беспокоишь, — едко говорит Джули.

Холли же не сочла нужным предупреждать его и направилась к администратору.

Майлз отступает на пару шагов и, сдаваясь, поднимает руки. — Хорошо, дамы. Извините, но я не могу присоединиться к вам. Меня уже ждет молодая леди. — Он смотрит на посетителей. Я не смотрю на него, но это делает Джули.

— Приятно было встретиться, Кэйт. Нам нужно как-нибудь пообедать и наверстать упущенное. — Он протягивает руку, чтобы прикоснуться ко мне, но я отдергиваю свою руку. Он тихо смеется, а затем уходит.

— И кто это был? — Спрашивает Холли, наблюдая, как он уходит.

— Один козел, с которым я работаю, — отвечает ей Джули вместо меня. — Кэйт, ты в порядке?

— Этот парень — псих, — констатирую я, глядя на нее, и качаю головой. Перевожу взгляд на Холли и Эмили. — Пожалуйста, не думайте, что у меня что-то было с таким придурком, как он!

Через некоторое время наша маленькая компания расходится. Холли подбрасывает меня к заднему входу «Джастис Хаус».

Еще не слишком поздно, но я устала, и мне нужно прилечь. Когда подхожу к лифту, начинаю истерично смеяться, ведь меня нет карты для лифта или лестничной клетки.

Замираю на секунду, обдумывая сложившуюся ситуацию. У меня есть два варианта: я могу пойти в комнату охраны и попросить Майка отвезти меня на лифте, но тогда ему придется ехать со мной, чтобы запустить в квартиру, или же я могу пойти поискать Лиама в его кабинете.

Я вдруг чувствую себя уставшей и нерешительной. Если бы я была умнее, я бы, вероятно, сделала все возможное, чтобы убраться отсюда, и пойти в мою собственную квартиру.

Двери лифта открываются, и я вижу сердитое лицо Лиама, его глаза, как холодное стекло.

— Привет, — мягко говорю я.

Он ничего не говорит. Шагнув в сторону, жестом просит меня войти в лифт.

Застыв на месте на пару секунд, я все же становлюсь рядом с ним. Он касается цифровой клавиатуры, и двери закрываются. Его вкусный аромат витает в воздухе, и я закрываю глаза, чтобы глубоко вдохнуть. Мы оба молчим, пока поднимаемся. У меня нет сил, чтобы справиться со своим гневом, на который имею полное право. Когда двери открываются, выхожу и жду его, пока он открывает дверь в квартиру.

— Я хочу лечь.

Когда он не отвечает, поворачиваюсь и иду по коридору. Услышав, что он следует за мной, начинаю нервничать. Хорошо, он злится потому, что я не отвечала на его звонки. Но я не собираюсь извиняться за это. Я не сделала ничего плохого.

Он следует за мной в спальню. Вхожу в гардеробную, сбрасываю обувь и кладу сумочку, делаю глубокий вдох и выхожу обратно в спальню.

Лиам стоит на том же месте, где остановился, и я смело смотрю ему в глаза.

— Кто это был в ресторане? — Судя по его голосу, он злится.

Я хмурюсь, его вопрос застал меня врасплох. — Что?

Он делает шаг ко мне, его красивое лицо потемнело от гнева. — Что это был за мужик в ресторане, который положил свои руки на тебя, Кэйтлин?— Сейчас он уже не может контролировать свой гнев.

Вот черт!

— Он работает с Джули. — Подожди. Откуда он знает о Майлзе? Я знаю, что девчонки ничего ему не рассказывали. Мои глаза сужаются. — Ты следил за мной?

— Ответь на вопрос, Кэйтлин, — рычит он, подойдя ближе и возвышаясь надо мной как скала.

Я злюсь на него еще больше, так как он следил за мной. Отвечаю: — Его зовут Майлз Ли. Как я уже сказала, он работает с Джули. — Подхожу к кровати и отодвигаю одеяло в сторону. Лиам следует за мной. — У нас было свидание вслепую. Он вел себя, как придурок, и я никогда не виделась с ним больше.

— Он казался очень дружелюбным, дорогуша.

Я свирепо смотрю на него. — Я знаю, что ты не веришь мне, но сегодня был первый раз, когда я видела и разговаривала с ним после нашего неудачного свидания.

Лиам хмурится. — Почему ты думаешь, что я не верю тебе?

Тихонько фыркаю и скрещиваю руки на груди. Не буду плакать! Не буду! Чертовы гормоны.

— Кэйт, — он делает вдох и проводит пальцами по волосам. Когда он протягивает руку, чтобы взять мою, я сопротивляюсь.

Он улыбается, заправляя мои волосы за ухо. — Я должен извиниться за утреннее недоразумение, — бормочет он.

— Ты сказал, что веришь мне, — шепчу я. Он ничего не говорит, и я смотрю в пол, нервничая. — Я так верила, что с тех пор, как ты сказал мне, что веришь, что я никогда не хотела предать тебя, все изменится. Но сейчас, — поднимаю на него взгляд, — как мы собираемся жить вместе? — Он хмурится. — Через несколько месяцев у нас будет ребенок, чей отец думает, что его мать лживая и коварная. — Слезы жалят глаза. В довесок к этому всему я влюбляюсь все больше и больше, и это, как бомба замедленного действия.

— Эй, — он пальцем приподнимает мой подбородок, — я не думаю, что ты лживая или коварная. — Вздыхает и закрывает глаза, нахмурившись. — Кэйт, — пристально смотрит мне в глаза, — Не позволяй тому, что произошло сегодня утром, ставить под сомнение наш брак.

— Но как тогда, Лиам?

Его рука движется по моему лицу. — Мне сложно доверять кому-то, дорогая.

Теперь мы сдвинулись с мертвой точки. — Из-за того, что случилось с твоей матерью? — Я вижу, как его глаза темнеют, он закрывает их. — Не делай этого! Я знаю, что ты не хочешь говорить об этом, но...

— Нет, не хочу, — твердо говорит он.

Я не напоминаю ему о том, что он уже говорил со мной на эту тему в ночь перед тем, как узнал, что я работала на журнал. Тогда он, наконец, рассказал мне об убийстве своей матери и попросил переехать к нему.

Он глубоко вздыхает и смотрит на меня. Когда я смотрю вниз, протягивает руку, пальцами касаясь моего живота.

— Сегодня ребенок шевелился?

— Нет, — отвечаю я, слегка раздражаясь. — Это просто легкие точки, Лиам.

Доктор Лайл очень тактично объяснила, что это весьма маловероятно, что я почувствовала движение ребенка на таком раннем сроке. Но я знаю, что чувствовала, и у меня нет никаких сомнений, что это был ребенок.

— Я думаю, что тебе нужно вздремнуть, дорогая, — отвечает он в ответ на мой недовольный тон.

— А мне кажется, что ты должен довериться мне, если хочешь жить со мной, — парирую я.

Он изучает меня с непроницаемым выражением лица.

— Ну, дорогая, могу сказать то же самое про тебя, — говорит Лиам. Я хмурюсь. — Я считаю, что мы оба должны изменить свое отношение. — Я хмурюсь еще больше. — И отвечай на гребаный телефон, когда я звоню тебе, — рычит он.

— Я ... просто не хотела разговаривать с тобой, — мягко говорю я.

Немного помолчав, он произносит: — Я предполагал, что ты не хотела говорить со мной после того, что я заставил тебя почувствовать сегодня утром, — бормочет он, вдруг подходя ближе. Его рука двигается к моей шеи, он наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб.

— Тебе нужно отдохнуть. А мне нужно извиниться перед тобой за утро, так что у нас планы на этот вечер.

— Планы? — Хрипло переспрашиваю я. Его планы, как правило, ведут к ночи невероятного секса.

Он ухмыляется. — Не те виды планов, о которых ты подумала. Мне начинает казаться, что ты ненасытна, дорогая.

Чувствую, что краснею.

Лиам тихо смеется и проводит пальцем по моей щеке. — Очень красивая, сладкая. — В его глазах горит огонек. — Отдыхай, детка, набирайся сил перед сегодняшним вечером.

Его самодовольная улыбка превращается в смех, а я свирепо смотрю ему вслед, когда он выходит из комнаты.

— Пожалуйста, намекни мне, — шепчу я.

Я сижу на заднем сиденье внедорожника рядом с Лиамом. Майк куда-то везет нас. Не знаю почему, но чувствую себя некомфортно рядом с ним после того, что случилось сегодня утром в кабинете Лиама. Кроме того, я знаю, что я ему не нравлюсь. Я взволнована и раздражена. Лиам не дает мне ни единой подсказки о том, куда мы направляемся. Мы должны поужинать, так как он дал мне только слегка перекусить, когда я проснулась.

Он смотрит на меня и улыбается своей обезоруживающей улыбкой.

Мое дыхание перехватывает. Он одет в брюки и белую рубашку на выпуск с засученными рукавами. Глубина его глаз подчеркивается белизной рубашки, и я возбуждаюсь от простого взгляда на него. Как обычно, вдыхая его невероятный, сексуальный аромат, мое желание только растет. Я тяжело вздыхаю.

Он сказал мне надеть удобную одежду, поэтому я выбрала короткий сарафан в горошек с открытой спиной, а также набросила кардиган с коротким рукавом, так как его брови поднялись, когда он увидел, насколько мои ноги открыты в этом наряде. Не могу дождаться его реакции, когда сниму кардиган.

— Пожалуйста, — прошу я и не могу усидеть на месте.

Он смеется. С очередным поворотом начинаю подозревать, что мы направляемся к заливу.

— Мы поедем на лодке? — Спрашиваю я, почти подпрыгивая на месте в предвкушении.

— Ты так нетерпелива. — Он ухмыляется, проводя пальцем по мочке моего уха.

— Да, — быстро признаю я. — Но мне нравятся сюрпризы. Наверно, на твоей лодке. — Есть ли у него лодка? Он не исправил меня, значит...

— Нет. Это всего лишь небольшой сюрприз, дорогая. Потерпи.

Я озадачена, когда Майк поворачивает на улицу Рэндолф, ведущую к озеру. Остановившись у пристани, Майк открывает нам дверь, я смотрю на Лиама, но он уже вылез из машины и протягивает мне руку.

— Я напишу тебе, — говорит он Майку.

— Хорошо, — отвечает тот. — Приятно провести время.

Лиам ведет меня по пристани. Я вне себя от волнения, но обращаю внимание на все, что меня окружает, в том числе и на лодки. Сюда вложено немало денег. По мере приближения к концу причала, замечаю великолепную яхту.

Просто умираю от желания задать несколько вопросов, но так как Лиам несколько скрытен, то буду просто ждать.

Он останавливает меня, когда мы подходим к яхте.

— Готова, дорогая?

Я смотрю на него и улыбаюсь, а затем мой взгляд перемещается на яхту. Она просто красавица.

Человек в белой форме внезапно делает шаг вперед, чтобы поприветствовать нас. — Добрый вечер, мистер и миссис Джастис. Добро пожаловать на борт.

— Спасибо, Мэтью, — говорит Лиам, когда мы поднимаемся на палубу. — Кэйтлин, Мэтью — стюард на «Хартбит».

— Здравствуйте, приятно познакомиться с вами, Мэтью.

Поворачиваюсь, чтобы осмотреться, пока Лиам разговаривает со стюардом. Здесь два уровня палубы. Красиво накрытый и украшенный стол стоит возле левого борта лодки. На этом уровне открытая площадка с лестницей, которая ведет на второй уровень. Я могу только представить, как было бы круто сидеть здесь в жаркий летний день и наслаждаться озером. Может быть, даже порыбачить. Есть ли люди, которые ловят рыбу с яхты? Смотрю на Лиама. Интересно, а он рыбачит?

Раздвижные стеклянные двери, ведущие вглубь лодки, открываются, и появляется другой стюард, также одетый в белое, с подносом в руках. Он ставит поднос на подставке возле стола.

— Я покажу миссис Джастис каюту, пока мы готовимся к отплытию, Мэтью.

Стюард кивает головой, и Лиам берет меня за руку и ведет к темным, тонированным дверям. Каюта элегантно оформлена: паркет, покрытый в центре комнаты плюшевым пледом, удобные на вид кожаные диваны и кресла. Похоже на чью-то гостиную. И я бы поставила свою последнюю зарплату, что картины на стенах — не репродукции. Освещение придает комнате совершенный вид.

— Это твоя яхта? — Я смотрю на Лиама, а он наблюдает за мной.

— Нет, дорогая, она принадлежит моему другу.

— Другу, — мягко повторяю за ним.

Лиам высвобождает мой локоть. — Пойдем, я покажу тебе, где ванная комната.

Он ведет меня по коридору, и мы заходим в ванную, где все так же богато украшено, как и в каюте: все из полированного дерева и роскошного мрамора со сверкающими светильниками и зеркалами.

— Только недолго, дорогая.

Оставшись одна в ванной, я слышу, как Лиам разговаривает с кем-то, выхожу и иду обратно в сторону каюты.

— Кэйтлин. — Лиам вновь берет меня за руку. Стюард провожает нас на палубу под открытым небом.

— Что мы здесь делаем, Лиам? — Тихо спрашиваю я, пока мы направляемся к столу.

Он наклоняет голову ко мне. — Я верю, что мы будем сидеть и наслаждаться хорошей едой, совершая круиз вокруг города Чикаго, — улыбается, а я ухмыляюсь. Он вытаскивает стул для меня, и я сажусь. На столе все из керамики и хрусталя.

Лиам наклоняется. — Удивлена, дорогая?

Я смотрю на него. — Да! Лиам, это замечательный сюрприз. — Он поднимает мой подбородок одним пальцем и целует меня. — Спасибо, — шепчу я.

Он вновь улыбается своей сногсшибательной улыбкой, а потом садится в кресло рядом со мной.

В течение нескольких секунд яхта начинает медленно скользить по воде.

Гавань Дюсабль расположена в самом центре города Чикаго. Отсюда открывается прекрасный вид на город и озеро Мичиган, и я немного побаиваюсь, когда яхта проплывает мимо других лодок, яхт и парусников.

Когда я оглядываюсь на Лиама, то вижу, что он наблюдает за мной с загадочной улыбкой.

— Что?

Он слегка качает головой, продолжая смотреть на меня.

— Проголодалась, дорогая?

Дразня его, поднимаю бровь, как это обычно делает он. — Да! Я хотела есть, когда проснулась, но некий человек заставил меня пропустить ужин.

Его брови приподнимаются в притворном удивлении, затем он наклоняется ко мне. — Ну вот, дорогая, тогда ты готова как никогда к моему предложению. — Его голос такой соблазнительный в этом тонком намеке, и по моему лицу видно, что я всегда готова. Он тихо смеется.

Кусаю губы и закрываю глаза, когда его теплое дыхание обжигает мою шею. Я собрала свои длинные волосы в хвост, не думая о том, как Лиам может использовать это.

— Мне нравится. — Он гладит мою спину. — Может быть, мы перейдем к десерту, сладкая? — Мое тело тут же реагирует на его голос, дыхание учащается, а Лиам обращает свое внимание на Мэтью, который стоит на достаточном расстоянии от нас с подносом в руках.

Он быстро подходит к нам и наливает вино в фужер Лиама, я с удовольствием смотрю на салат из шпината, красного лука и бекона, а также обжаренные грибы с беконом под соусом.

Приступаю к салату сразу же, как Мэтью уходит. Он, безусловно, хорошо справляется со своими обязанностями. Мне очень интересно, у какого друга Лиам одолжил яхту.

— Ты часто одалживаешь яхту своего друга? — Спрашиваю я, делая глоток холодной воды. Он делает это, чтобы произвести впечатление на свиданиях? Я стараюсь улыбаться, когда опускаю свой стакан обратно на стол, снова принимаясь за салат. Мысль о том, что Лиам, на самом деле, не нуждается в дополнительных усилиях, чтобы произвести впечатление на женщину, приходит мне в голову. Надеюсь, он не ответит, так как я действительно не хочу рассуждать о возможности того, что он уже был с другими женщинами на борту... Как называется яхта?

— Как, ты говорил, называется яхта? — Пытаюсь сменить тему.

— «Хартбит».

— Как и ночной клуб, в который ты отвозил меня как-то на встречу с Полом. — Я замираю. О, нет! — Надеюсь, это не тот самый друг, — говорю я с явной тревогой в голосе.

Лиам опять приподнимает брови, и я вижу намек на улыбку в его глазах. — Да. Тот самый друг.

— Ох. — Единственным способом забыть то, как нас с Лиамом застукали в компрометирующей ситуации, был тот факт, что мне никогда не придется снова встретиться с этим другом Лиама.

Конечно, Лиам находит это забавным.

— Не волнуйся, дорогая, Джимбо нет в стране сейчас, так что ты можешь расслабиться.

Мэтью приносит еще блюда. И я стараюсь переключить свое внимание на вид за бортом. Это прекрасный вечер, я не хочу портить его.

На горячее нам подают филе говядины в винной глазури (Лиам дразнит меня, говоря, что мне нельзя это, так как я беременна) и куриную грудку, фаршированную моцареллой, базиликом и помидорами с соусом из белого вина. На гарнир — жареные овощи и картофель. Я объелась, когда мы закончили. Я не могла решить, какое блюдо мне понравилось больше, вот и металась от одного к другому.

Мэтью внимателен, но очень сдержан.

— Мэтью работает на твоего друга, или ты нанял его на вечер? — Интересуюсь я, когда кладу салфетку на стол.

— Он штатный сотрудник.

— Ух, ты. Образ жизни богатых.

Лиам кладет салфетку на стол и откидывается на спинку стула. — Джимбо часто использует яхту. Он, в основном, живет на ней в летнее время. — Он смотрит на Мэтью, который подошел к нам. — Я считаю, что это довольно практично, ты так не считаешь, Мэтью?

Мэтью усмехается. — Да сэр. Десерт и кофе подать в столовой или на верхней палубе?

— Думаю, на верхней палубе, спасибо, Мэтью.

— Спасибо, Мэтью, все было вкусно, — говорю я ему. Он улыбается, выражая свою признательность, и удаляется.

Лиам встает, помогая мне подняться.

— Лиам, я не думаю, что смогу съесть еще что-то, — шепчу я.

Он улыбается и берет меня под руку. — Я заказал что-то особенное для тебя.

Я смотрю на него. Он заказал нечто особенное для меня?

Вид с верхней палубы даже лучше, чем с нижней: сейчас сумерки, и вид просто изумительный. Здесь находится зона отдыха, играет музыка.

— Я могу понять твоего друга, почему он живет на этой яхте. Было бы чудесно, наслаждаться этим видом каждый вечер.

Лиам тянет меня в свои объятия и целует. — Потанцуй со мной, дорогая.

Когда я снимаю кардиган, Лиам быстро кладет его на спинку стула. Глаза перемещаются на меня.

— Хммм.

У меня учащается дыхание. Когда он медленно ходит вокруг меня, я нервно оглядываюсь.

— Что?

Он проводит пальцем по моей голой спине. — Мне нравится.

Неожиданно притягивает меня к себе и обнимает, потом берет мою руку, раскачивая. Я хихикаю, и он улыбается.

— Да. Это имеет определенные плюсы, — говорит он, прежде чем закружить меня, пока я не запыхалась и не начала смеяться. Лиам усмехается, замедляет наши шаги, пока мы не начинам двигаться в такт музыке. Танцы под звездами, его пальцы, медленно движущиеся вверх и вниз по моей спине…

— Ты красиво танцуешь, дорогая, — бормочет он возле моего уха.

— Я люблю танцевать. — Смотрю на него. — Ты не так уж и плох.

Я смеюсь с наслаждением. Обнимаю его руками за шею, как только он притягивает меня к себе.

— Мои родители любили танцевать.

Когда я смотрю с удивлением, вижу, как он хмурится. — Им нравилось?

Он медленно кивает. — Когда я был ребенком, они часто танцевали в гостиной после того, как я ложился спать, но я слышал музыку и прокрадывался вниз, чтобы посмотреть на них с лестницы. Моя мама сказала мне потом, что они всегда знали, что я был там. — Он улыбается.

— Они танцевали, только тогда, когда ты был ребенком?

Его глаза встречаются с моими. — До того, как мой папа начал пить.

Ой.

— Должно быть, это было трудно для тебя, — мягко говорю я.

Он ничего не говорит больше, и я решаю, что он не собирается отвечать. Но тут он вновь начинает говорить: — Это было тяжело для моей мамы.

Песня заканчивается, и он ведет меня к гостиной на корме яхты. Пока мы танцевали, кто-то, вероятно Мэтью, зажег свечи и поставил кофейный сервиз на длинный, низкий столик.

— Это травяной чай, дорогая. Я заметил, что ты не пьешь кофе.

Он заметил? — Спасибо, — я беру чашку в руки. На столе стоит накрытое блюдо и, когда Лиам снимает крышку, мой рот открывается от удивления и восторга. Клубника в шоколаде! Он берет одну и подносит к моим губам. Его глаза лукаво сияют.

— Открой рот, дорогая, — приказывает он.

Я краснею от намека, хватаюсь за его руку и откусываю. Постанывая от удовольствия, смотрю на него, его глаза горят синим пламенем, а рот медленно расплывается в улыбке.

Облизываю губы, и его взгляд опускается на мой рот. — А ты не хочешь?

Его взгляд все еще находится на моем рту, когда он отвечает: — Да. Думаю, я попробую, сладкая. — Он наклоняется ко мне и проводит языком по моей нижней губе прежде, чем начинает нежно посасывать и лизать ее, а я просто теряю дар речи. Подняв голову, он слегка ударяет по моей нижней губе. — Ты очень хороша на вкус, дорогая.

Я хочу еще и тянусь за клубникой. Да ... это удивительно. Встаю, чтобы сесть ему на колени, и когда он поднимает руки, качаю головой.

— Нет. Без рук.

Уголок его рта слегка приподнимается, его это явно забавляет, но он кладет руки на диван, наклоняя голову на спинку подушки, пристально наблюдает за мной с задумчивым выражением.

Смотря на него, подношу клубнику ко рту и тихонько постанываю, когда откусываю ягоду, закрываю глаза и наслаждаюсь вкусом.

— Хочешь еще попробовать? — Шепчу я, открывая глаза.

— Да, — говорит он хрипло, глаза его пылают.

Я наклоняюсь, стараясь прикасаться только к его губам, используя язык, чтобы подразнить их, страстно целую, вызывая низкий рык в его груди, Лиам хватает меня за талию и притягивает к себе.

Мои руки обнимают его за шею и прежде, чем я понимаю это, я уже лежу на спине рядом с Лиамом. Он страстно целует меня. Я задыхаюсь. Согнув одну мою ногу в колене, он скользит под мою юбку и между ног.

— Лиам, — простонала я, удерживая его за плечи, но моя голова окидывается назад, а рот раскрывается, когда он отодвигает мои трусики в сторону и вставляет в меня два пальца.

— Тссс ... Никто нас не побеспокоит, дорогая.

Он вытаскивает свои пальцы из меня, а затем толкает их обратно еще глубже, сгибая их в том месте, где мне это необходимо.

— Пожалуйста, — молю я, когда он усиливает толчки, покручивая пальцами. Мои ноги широко раздвинуты, и я приподнимаю бедра навстречу его пальцам.

Когда он останавливается, я тяжело дышу. Хочу его. В данный момент меня не беспокоит тот факт, что кто-то может нас увидеть. Вот, что он делает со мной.

Я даже не замечаю, когда он успел расстегнуть лиф платья и опустить верхнюю часть, обнажая грудь.

— Нет! — Задыхаюсь я, стараясь укрыться от прохладного ночного воздуха. Он быстро сжимает мои руки, подняв их над головой. Другой рукой сжимает мой подбородок.

— Прекрати. — Он смотрит на меня. — Если я хочу раздеть тебя, я это сделаю, твою мать. Не переживай, никто не увидит тебя.

Мое дыхание учащается, а соски напрягаются от одного его похотливого взгляда.

— Лиам, — произношу я, когда он опускает голову, посасывая мой чувствительный сосок. Я извиваюсь, когда он сосет и кусает сначала один, а потом другой. Мои руки сопротивляются его хватке, и когда он отпускает их, запускаю свои пальцы в его волосы.

— Посмотри на меня. — Я открываю глаза, встречаясь с ним взглядом. — Я хочу, чтобы ты кончила. — Я кусаю губы. — Я хочу, чтобы ты не издала и звука. Ты понимаешь меня?

Что? Я хмурюсь, а он поднимает бровь прежде, чем снова опускает голову и берет сосок в рот, иногда покусывая его. Я почти издаю небольшой всхлип. Он пристально смотрит на меня, пока продолжает сосать. Это отзывается прямо у меня между ног. Выгибаю спину, и он начинает двигать пальцами быстрее и жестче.

Я извиваюсь под ним, двигаясь всем телом навстречу его руке, тяну его за волосы и упираюсь в его плечи, но это не успокаивает бурю моих эмоций. Чувствую невероятное ощущение, от которого сжимаются пальцы на ногах, натягиваюсь, как струна, мои внутренние мышцы сжимают его пальцы, это приводит меня к умопомрачительному оргазму.

— Вот так, сладкая, трахни мои пальцы. — Я не могу контролировать свое тело, приподнимаю таз навстречу каждому его толчку.

Мое тело выгибается под ним, и я безумно кончаю, стараясь удержать свой крик восторга.

Я сижу на коленях Лиама, когда мы смотрим фейерверк с военно-морского пирса. Я люблю фейерверки, и я бывала на военно-морском пирсе до этого, наслаждаясь одним из самых лучших летних достопримечательностей Чикаго, но, увидеть его с озера — действительно завораживающее зрелище.

— Тебе нравится, дорогая?

Я перевожу взгляд на него, и он целует меня в макушку, когда его рука скользит по моему лицу. Его другая рука лежит на моем животе. Это вошло у него в привычку. — Удивительная ночь, Лиам. Спасибо.

Он наклоняется ближе. — Напомни мне кормить тебя клубникой в шоколаде почаще.

Я краснею, и он, кажется, чувствует это даже в темноте, потому что тихо смеется.

— Как ты? — Спрашивает он. Я знаю, что он имеет в виду.

— Хорошо.

Он смеется. — Просто хорошо?

Почему он любит меня смущать? — Это было удивительно.

— Аааа ... острые ощущения от вероятности быть застигнутыми. Да, это усиливает сексуальное удовлетворение.

Он делал это с другими женщинами.

Возможно, прямо здесь, на этой яхте. Это неприятная мысль.

Наш романтический вечер заканчивается, мы возвращаемся в гавань. Майк уже ждет нас, и когда мы забираемся в машину, я понимаю, что устала. Это была самая лучшая ночь, кладу голову на плечо Лиама. Он притягивает меня к себе так близко, насколько позволяют наши ремни безопасности.

Глава 9

Я вхожу в вестибюль журнала «Вопрос». У меня встреча с Полом, но я до сих пор витаю в облаках после прекрасных выходных с Лиамом. С легкой улыбкой на губах прохожу через вестибюль.

— Извините! Мисс Шоу!

Поворачиваюсь к администратору. — Да?

— Я должна сообщить о вашем приходе.

Я хмурюсь. В прошлый мой визит Пол говорил ей, что я могу беспрепятственно идти к нему кабинет. Но она новенькая и, возможно, забыла.

— Хорошо, — говорю я.

— К кому вы пришли?

Мои брови приподнимаются. Эту привычку я переняла у Лиама.

Она смотрит на меня с глупым выражением лица. Какого черта?

— Эй, Кэйт! — Один из курьеров кричит через вестибюль. Я поворачиваюсь и машу ему.

— Это тот, к кому Вы пришли? — Ухмыляется она.

Мой рот открывается, но я быстро закрываю его. Почему она так враждебно настроена? Она уже видела меня.

— Нет, я пришла к Полу.

Она улыбается так, как будто я только что сказала что-то весьма забавное. Она начинает меня раздражать. Я размышляю над тем, чтобы пройти в кабинет Пола, но она тогда вызовет охрану.

— Мисс, — я многозначительно смотрю на ее бейдж, — Роджерс, вы можете позвонить мистеру Симс, если хотите. Я уверена, что он не будет возражать, когда вы отвлечете его от дел. Тем более, в последний раз, когда я была здесь, он конкретно сказал вам, что в следующий раз вы можете просто пропустить меня к нему без предупреждения. Но мне не составит труда пождать здесь, пока вы мне сообщите, что он ждет меня. — Ничего себе. Я могу быть стервой? Как красиво сказано.

Она сужает глаза, вскидывает голову и поднимает трубку, надеюсь, что она, наконец, звонит Полу.

Неа. Не думаю, что я стерва.

Она кладет трубку на рычаг, чтобы забрать некоторые папки. Это шутка? Очень грубо. Она ко всем так относится?

Вздыхаю, разворачиваюсь и собираюсь уйти, но тут слышу: — О, миссис Джастис.

Направляюсь в кабинет Пола.

— Эй, Кэйт. — Он кладет папку в стол. — Ты как раз вовремя. Я уже проголодался.

Я смеюсь. Он всегда голоден.

— Боялась, что секретарша выбросит меня из здания. Что с ней?

Он хмурится, пока выходит из-за стола. — Она — заноза в заднице.

— Что ж, рада слышать, что она относится так не только ко мне.

— Готова? — Спрашивает Пол, но в этот момент раздается стук в дверь.

— Пол, — говорит Валери прежде, чем он успевает сказать хоть слово. Она роется в бумагах, которые держит в руках, а затем поднимает свой взгляд. — Кэйтлин!

— Привет, Валери. Рада видеть тебя.

Она жестом указывает в сторону кресла перед столом Пола. — Рада, что ты здесь. Я собиралась тебе звонить, нам нужно поговорить, присаживайся.

— Да? — Я смотрю на Пола и слышу его вздох, когда он присаживается на край стола, скрещивая руки на груди.

Валери тоже присаживается и смотрит на меня, ожидая ответа.

— Ну, мы как раз собирались на ланч…

— Садись. То, что я хочу сказать, не займет много времени.

Я снова смотрю на Пола, и он качает головой в недоумении.

— Кэйтлин, я хочу, чтобы ты вернулась на работу.

— Валери...

— Ты и Пол будете работать вместе, как и раньше, но ты можешь не выходить на задания. Будешь находиться в офисе, если хочешь, но я хочу, чтобы ты вернулась сюда.

Я совру, если скажу, что меня не заинтересовало ее предложение. Мне скучно сидеть в квартире целыми днями без дела. Магазины быстро надоедают, а все мои друзья работают.

— Я рассматриваю твое молчание в качестве положительного ответа.

— Нет. — Я вздыхаю. — Валери, я не уверена. Мне нужно время, чтобы подумать.

Она встает. — Хорошо, дай мне знать завтра.

— Валери, я ...

Она поворачивается к Полу. — Что ты узнал?

Пол ищет нужный листок бумаги. — Номер телефона — это все, что я смог найти. — Он вручает ей бумагу, вставая.

Валери смотрит на меня. — Ты бы нашла не только домашний адрес, но место работы и адреса друзей, и членов семьи. — Она открывает дверь и смотрит на меня через плечо, — ты мне нужна здесь, Кэйтлин.

Я смотрю на Пола, стараясь не засмеяться, когда он снова качает головой.

— Ты уверена, что хочешь вернуться на работу? Ты ведь знаешь Валери. Не позволяй ей заставлять тебя сделать то, в чем ты не уверена.

Я делаю глоток воды. — Честно? Я скучаю по работе, Пол. Мне скучно.

— С тебя недостаточно покупок для ребенка?

Я стараюсь заставить себя поесть. — На самом деле, нет. Уверена, что буду очень занята, после того, как родится ребенок, но сейчас ... Я действительно хочу этого. — Стараюсь все обдумать с тех пор, как мы вышли из кабинета Пола. Зарплата позволит мне отправлять деньги родителям и, возможно, немного отложить. Моя рука непроизвольно тянется к животу.

Пол смотрит на официанта. — Как ты думаешь, как Лиам отреагирует на это?

— Не уверена. Вероятно, это не очень хорошая идея, так как работа в журнале была причиной моего увольнения из «Джастис Хаус». Но я очень хочу работать.

Мы оплачиваем счет, и Пол садит меня в такси.

— Позвони и расскажи мне, что ты решила. Люблю узнавать все раньше Валери, — говорит он.

Я смеюсь. — Хорошо. Передавай Джули привет от меня. Мы должны встретиться все вместе в ближайшее время.

— Звучит отлично. Звони.

Я откидываюсь на спинку сиденья. Надеюсь, что Лиам нормально отреагирует. Он никогда не говорил, что против того, чтобы я работала. Но мы никогда и не обсуждали это.

Выхожу из такси около небольшого магазинчика, специализирующегося на детской мебели. Джули встретилась с его хозяином, когда он обращался к ней в компанию по поводу рекламы. Она упомянула, что ее подруга беременна, и он сказал, чтобы я пришла в магазин, и он сделает мне скидку.

Я осматриваю магазин. Знаю, что даже со скидкой, никогда не смогу позволить себе эту мебель, но мне сразу же понравилась половина ассортимента.

— Я просто хочу удостовериться, что вы не нуждаетесь в помощи. — Говорит консультант, приветливо мне улыбаясь. Мне нравится, что она позволяет мне осмотреться и не давит на меня. — Знаю, что вы просто присматриваетесь, но если у вас возникнут какие-либо вопросы, или вы захотите получить информацию о производителе, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться к нам.

— Спасибо, я так и сделаю.

Я возвращаюсь обратно в «Джастис Хаус» ближе к вечеру. Как правило, в особняке тихо в это время, потому как народ начинает прибывать незадолго до ужина. Знаю, что Лиам в своем кабинете, и я хочу поговорить с ним. Уверена на сто процентов, что о работе на Валери не может быть и речи, но я твердо решила вернуться к работе. И у меня есть тайная надежда на возвращение в «Джастис Хаус».

Я не видела Холли несколько дней и немного разочарована, увидев, что ее уже нет в кабинете. Поэтому тихонько стучу в дверь кабинета Лиама и вхожу, получив разрешение от него. Он сидит за компьютером, по всему столу разбросаны бумаги.

Улыбнувшись, он встает из-за стола и направляется ко мне. Не говоря ни слова, тянет меня в свои объятия, целуя.

Мммм ... он так хорошо пахнет, а на вкус еще лучше. Его язык поглаживает мой, и я таю от нахлынувших ощущений. Он тянется к моему уху и прикусывает его.

— Ты самое желанное развлечение, сладкая. — Его рука сжимает мою попку. — Если бы у меня не было на столе всех этих бумаг, я бы трахнул тебя прямо на нем.

Мое тело сразу отвечает на его слова. Он смеется и приподнимает мой подбородок.

— Приятно провела время с Полом? — Он и Пол, кажется, побороли взаимную неприязнь друг к другу, что доставляет мне удовольствие.

— Конечно, спасибо.

Лиам ведет меня через комнату к бару. — Хочешь сок? — Спрашивает он, открывая мини-холодильник.

— Воды, пожалуйста.

Он протягивает мне бутылку с водой, а затем вытаскивает упаковку сока и наполняет стакан. — Тебе дать стакан под воду?

— Нет, спасибо. — Я предпочитаю пить воду из стакана, но не хочу задерживаться, так как у него много дел. Вздохнув с облегчением, что могу отложить разговор о своем возвращении на работу, я понимаю, что струсила.

— Что с тобой, Кэйт? Ты нервничаешь, дорогая?

— Я не нервничаю.

Он фыркает и подходит ближе ко мне. — Сладкая, твое дыхание участилось, ты постоянно облизываешь свои губы и смотришь на лифт, как будто ищешь путь к отступлению. — Он протягивает руку и проводит ладонью по моему лицу, вниз к шее и ключице, мягко задевая соски.

Мое дыхание останавливается полностью.

— Выкладывай, Кэйт.

— Ничего ... это может подождать, пока ты не закончишь, — мягко говорю я.

— Я никогда не переделаю всю работу до конца. И когда я вернусь, ты уже будешь спать.

— Я могу подождать. — Лиам подходит еще ближе. Моя грудь прикасается к его, соски твердеют. Он делает это нарочно, зная, как я на него реагирую.

— Я так не думаю, — мягко произносит он, скользя пальцем по округлости моей груди под блузкой, запуская руки в лифчик. Кончиком пальца просто задевает кончик соска, и это движение отдается между ног. Я задыхаюсь, сжимая ноги вместе. Трахнет ли он меня на столе, если я попрошу?

— Я не хочу, чтобы ты ждала, тебе нужно отдохнуть. — Он вытаскивает палец из моей блузки и поднимает мой подбородок, даря мне быстрый, грубый поцелуй. — Я намереваюсь разбудить тебя, когда присоединюсь к тебе в постели, дорогая.

Прикусываю губы.

Он поворачивается и возвращается к своему столу. — Я собираюсь спросить тебя еще один, последний раз, Кэйтлин, о чем ты пришла поговорить со мной.

Вот черт! Этот человек не дает мне расслабиться. Соблазняет меня, и тут же запугивает.

Он присаживается на край стола, скрестив руки на груди, наблюдая за мной.

Черт. Теперь я нервничаю.

— Сегодня, когда я была в журнале, Валери предложила мне работу.

— Однозначно, нет.

Что?

— Ты можешь, по крайней мере, выслушать меня?

Его глаза сужаются, он слегка наклоняет голову, но ничего не говорит.

— Лиам, я действительно хочу вернуться к работе. Мне нужно что-то делать. Только пока ребенок не родится.

— Тебе есть чем заняться. Готовься к появлению ребенка. Я предлагаю тебе забыть о работе на женщину, которая хочет выставить мою личную жизнь на показ. — Он выпрямляется и двигается вокруг стола, чтобы сесть.

— Ну, я сожалею, что ты не понимаешь мою потребность в работе. — Я даже не пытаюсь объяснить, что не собираюсь возвращаться в журнал. — И ты больше не интересен Валери. — Делаю глубокий вдох, говоря себе успокоиться. — Если вернусь к работе, я не стану меньше готовиться к появлению ребенка. — Мне нужно работать, и я все еще чувствую необходимость подготовиться к возможности того, что мне, в конечном итоге, придется рассчитывать только на себя. — Я собираюсь вернуться к работе, и ты просто должен принять это как факт, Лиам. — Отворачиваюсь, решив найти Холли.

Он подлетает ко мне и прижимает к стене, заводя запястья над головой.

Я не могу контролировать свое дыхание. Его поведение изменилось так быстро, что страх и страсть перемешиваются в районе моего живота. Я не очень боюсь его, но явно нервничаю.

Он зарывается носом в мои волосы и глубоко вдыхает.

— Тебе лучше сделать так, как я сказал, дорогая, прежде чем ты попадешь в кучу неприятностей. — Он отпускает мои запястья и делает шаг назад.

Я пристально смотрю на него.

— Не советую игнорировать меня в этом вопросе, Кэйтлин.

Было бы неразумно игнорировать его в принципе. В этом я уверена.

— Лиам...

Раздается тихий стук в дверь, и, оглядываясь по пути к двери, вижу, что он все еще смотрит на меня.

— Входите, — говорит он жестко.

Я отхожу от двери, в которую уже входит Брюс.

— Лиам, ты должен подняться наверх. Привет, Кэйт.

— Привет, Брюс.

— Сейчас пойдем, — говорит Лиам, все еще прожигая меня взглядом. — Эта тема закрыта, Кэйтлин. Все ясно?

Наглый. — Абсолютно, — произношу я. Он достаточно скоро поймет, что эта тема не закрыта. Но я не буду ругаться с ним в присутствии Брюса.

Высокомерно подняв бровь, он направляется к двери, я следую позади него.

— Куда ты, по-твоему, идешь?

Врезаюсь в его спину, когда он резко останавливается, и делаю шаг назад, увидев, что он хмурится.

— Хочу найти Холли. — Я даже не пытаюсь скрыть досаду в голосе.

Он сужает глаза, и я поднимаю подбородок. Краем глаза ловлю удивленную ухмылку Брюса.

— Холли разговаривает с садовником, — говорит Брюс. Лиам переводит свой взгляд на него, и тот поднимает руки в жесте, который говорит, что он будет держаться в стороне, но продолжает усмехаться.

Лиам вновь идет по коридору, а Брюс быстро следует за ним, продолжая смотреть на меня с ухмылкой на лице. Я следую на безопасном расстоянии от них, но когда мы оказываемся рядом с лестницей на второй этаж, замедляю шаги. У меня странное чувство в области живота, когда понимаю, что Лиам собирается наверх. Я никогда не была там вечером, так что точно не знаю, что там происходит, но знаю, что сегодня одна из самых оживленных ночей. Уверена, что Миранда и несколько других девушек, которые выполняют такую же работу, что и Миранда, уже наверху. И, конечно же, там всегда присутствуют женщины — члены клуба. Только слепой не заметил бы взгляды и улыбки, обращенные Лиаму, когда мы ходим по особняку. И я даже не могу заставить себя думать, как там все относятся к нему.

Поддавался ли он когда-нибудь искушению? Эта мысль обескураживает, и я останавливаюсь. Я вдруг жалею, что не пошла в квартиру, как он предлагал.

Смотрю на него, и в этот момент Лиам оборачивается, встречая мой взгляд. Он хмурится, а я спешу к лифту.

Холли звонит чуть позже, пояснив, что Брюс сказал ей, что я искала ее. Мы болтаем о том, чем занимались на выходных, и я рассказываю ей о своем желании вернуться к работе. Она и без слов понимает, что Лиаму не понравилась эта идея, и поднимает тему о работе здесь, в особняке. Она также рассказывает мне, что наверху сегодня специальные гости, и там необычно людно для ночи понедельника, хотя я могла бы обойтись и без этой информации. Поужинав в компании Энни, иду спать.

Лиам возвращается поздно. Дверь в спальню открыта, и я слышу, как он разговаривает с Энни. Когда Лиам не заходит в спальню, понимаю, что он ужинает. Бросив журнал, который пыталась читать, направляюсь в сторону кухни.

На мне сорочка с длинным рукавом, доходящая до середины бедер, что достаточно откровенно, если Энни все еще не спит. Останавливаюсь в дверях и наслаждаюсь видом прекрасного человека, сидящего за столом.

Он вдруг смотрит на меня своими завораживающими глазами, и я сразу же попадаю под его чары, мое сердце готово выпрыгнуть из груди.

— Привет, — мягко говорю я.

Жестом он просит меня присоединиться к нему, вставая и направляясь к холодильнику.

Я захожу в кухню. Его, вероятно, окружали полуголые женщины весь вечер, а я вот в застегнутой сорочке.

— Я думал, что ты спишь. Энни сказала, что ты ушла в спальню сразу после ужина.

Сажусь на одно из высоких барных стульев, а Лиам возвращается с бутылкой вина. — Я читала.

Ой. Смотрю с тоской, когда он наливает бокал. Очень хочется вина.

Я ерзаю под его долгим взглядом.

— Ты выглядишь усталой. — Он садится. — Я сказал тебе, что не хочу этого. Ты должна смириться.

Тихонько вздыхаю. — Я не устала, Лиам. Я пролежала весь вечер.

— Правда, дорогая? — Его взгляд скользит по моему телу, и я сажусь немного прямее. — Ну вот, мне жаль, что меня не было здесь, чтобы присоединиться к тебе. — Его слова, произнесенные медленно и сексуальным голосом, заставляют все мышцы плотнее сжаться.

О, Боже!

Он делает глоток вина, а затем отставляет тарелку и подходит ко мне. Руки ложатся на мою талию, он поднимает меня с табурета и садит на край стола.

Я смеюсь, а потом мое дыхание перехватывает, когда он кладет руки на колени и раздвигает их в стороны, вставая между ними. Кусаю губы. Он тянет меня ближе к краю, чтобы мое тело было рядом с его. Я кладу свои руки ему на плечи, а он смотрит на меня и усмехается, поглаживая мои голые бедра и ноги.

Он так хорошо пахнет.

— Скажи мне, сладкая, ты голая под этой сорочкой? — Его руки двигаются под подол моей рубашки, останавливаясь, чтобы проверить, что я, на самом деле, голая под рубашкой.

— Да, — я шепчу.

— Хм ... — Он наклоняется, чтобы слегка поцеловать меня. Я вздыхаю, когда он движется к шее, и тихонько постанываю.

Он поднимает голову, расстегивать мою рубашку, его глаза горят желанием.

— Лиам, — я смотрю на закрытую дверь, которая ведет вниз по коридору к комнате Энни.

— Успокойся, дорогая, она не зайдет сюда.

Я не уверена в этом, но он обнажает одну мою грудь, а затем наклоняется, чтобы провести языком по соскам.

— Аххх, — Моя спина выгибается, предоставляя ему больший доступ, когда он стягивает мою рубашку с плеча. Я вскрикиваю, когда он прикусывает сосок.

Лиам поднимает голову, тянет меня еще ближе и берет за запястья, потянув их вниз к столешнице.

— Откинься назад, — говорит он грубо, а сам заканчивает расстегивать рубашку.

Охренеть! Мое дыхание учащается, а тело напрягается от желания и паники, что Энни может увидеть нас.

Моя рубашка падает на пол.

— Черт! — Рычит он. Мое тело напрягается, когда он смотрит на меня. — Ты так чертовски красива.

Ой! Прикусив нижнюю губу, пока я стараюсь контролировать растущую во мне страсть, борюсь со своим смущением, думая о том, как выгляжу. Мои руки у меня за спиной, ноги широко расставлены.

— Ложись, дорогая. — Он поднимает мои ноги, чтобы развести их еще шире.

— Лиам! Пожалуйста, не надо! — Я задыхаюсь, наклоняясь вперед, чтобы схватить его за руки. Я в ужасе от того, что он планирует сделать, ведь Энни может войти в любую секунду. Он снова сжимает мои запястья.

— Я сказал: «Откинься назад». — Его голос заставляет меня остановиться и посмотреть на него. Его глаза горят. Зачем он так поступает со мной?

— Вот черт! — Я сержусь, но опираюсь руками на стол. Все мое тело напрягается, зная, что он собирается делать.

— Поторопись!

Я лежу, все еще сердитая на него, но жду, затаив дыхание, когда он прикоснется ко мне. Чего он ждет?

— Поторопись. — Неожиданно для самой себя говорю я, присматриваясь к нему. Его брови поднимаются, а на лице отражается удивление.

Блядь.

Он ухмыляется, а затем неожиданно смеется в голос.

Когда он смеется, запрокинув голову, то он самый сексуальный мужчина на свете. Это вызывает во мне бурю эмоций.

— Что случилось? — Переспрашиваю я.

Он все еще смеется, когда берет меня за руку и притягивает к себе.

Он запутал меня окончательно. — Что такого смешного?

Лиам откидывается на спинку стула, чтобы посмотреть мне в лицо. Улыбка ему идет, и я просто смотрю на него.

— Ни одна женщина никогда не просила меня «поторопиться», дорогая.

Я тихонько вздыхаю. — Уверена на все сто, что не просили, — ворчу я, натягивая свою рубашку. Мне не нужно напоминать о других женщинах.

— Эй, — мягко говорит он.

Я не смотрю на него, пока застегиваю свою сорочку.

— Дорогая, — он приподнимает мой подбородок, в его голосе по-прежнему слышен смех, — Кэйт, посмотри на меня.

Немного успокоившись, смотрю ему в глаза, от желания не осталось и следа, его слова отрезвили меня.

Пальцем он проводит по моей нижней губе, глядя в глаза. — Кэйт, — он отворачивается в сторону на мгновение, как будто решает, что сказать, прежде чем снова посмотреть на меня. — Я серьезно отношусь к брачным клятвам, — говорит он медленно. — Я не заинтересован в ком-либо еще. Я не хочу кто-то еще. — Он наклоняется и нежно целует меня, придерживая за затылок. — Я хочу только тебя, дорогая.

Я перестаю дышать, от его слов меня бросает в дрожь.

Он жестко целует меня, руками углубляясь в мои волосы, придерживая. Притягиваю его ближе к себе за края рубашки. Когда он отрывается от моих губ, мы оба тяжело дышим. Он прислоняется головой к моему лбу.

— Я думаю, мы должны пойти в спальню, — говорит он хриплым голосом.

— Согласна, — шепчу в ответ.

Он поднимает меня за талию со стола, в результате чего я нахожусь очень близко к нему. Он специально опускает меня очень медленно, чтобы я почувствовала его эрекцию. Когда мои ноги касаются пола, он похотливо улыбается.

— У меня есть идея, дорогая. Ты иди, а я подойду чуть позже.

— Хорошо, — делаю пару шагов, когда чувствую, что он тянет за мою сорочку.

— Я возьму это. — Он подходит ближе, а затем поднимает низ моей рубашки вверх. — Руки вверх.

— Но... — нервно смотрю на дверь, ожидая, что Энни может войти в любой момент.

Я медленно поднимаю руки, и Лиам стягивает с меня рубашку через голову. Перекидывает сорочку через плечо. — Иди, — твердо и сурово говорит он.

Ой! Зачем мне вообще одеваться, когда он рядом?

Я раздраженно вздыхаю, поворачиваясь, а затем резко выдыхаю, когда он обнимает меня за талию, притягивая к себе. Другой рукой он скользит по моей шее.

— Дорогая, ты должна беспрекословно делать то, что я говорю тебе. Ты поняла?

— Да, — выдыхаю я.

— Иди, — рычит он, выпуская меня. Когда я отхожу, Лиам шлепает по моей голой заднице.

Вскакиваю, но продолжаю идти через кухню. В дверях оглядываюсь назад и вижу, что этот засранец ухмыляется! Я перекидываю волосы через плечо и выхожу.

Мне радостно от его слов, что он хочет только меня.

На половине пути я останавливаюсь. У него есть идея? Мое тело напрягается в ответ на эту мысль, и я усмехаюсь, идя дальше.

Я сижу со скрещенными ногами на кровати с простыней, обмотанной вокруг груди, когда Лиам заходит в спальню. Быстро взглянув на меня, он направляется к ванной с ведерком для льда.

Зачем ему оно? Притягиваю колени к груди, обхватив ноги руками. Я почти чувствую головокружение от волнения, интересно, что он задумал. У него всегда такие забавные идеи.

Когда он идет обратно в комнату, то не смотрит в мою сторону, а прямиком направляется в гардеробную. Его рубашка расстегнута, и я украдкой смотрю на его грудь и накаченный пресс.

Выходит он уже в трениках. Без рубашки, без обуви, просто треники, и я знаю, что под ними ничего нет, потому что его эрекция явно выпирает.

Вот черт! У меня просто нет слов. Лиам направляется ко мне. Его глаза потемнели от желания. Облизываю свои губы, задыхаясь в предвкушении. Когда он наклоняется ко мне, ставя руки в дюйме от моего лица, я откидываюсь на спинку кровати.

— Готова, дорогая?

Мои глаза расширяются. Готова к чему? — Да, — говорю я, кивая.

Он ухмыляется, от чего меня пробирает небольшая дрожь.

Схватив меня за плечи, он поднимает меня на колени. Простынь падает на матрас, когда он с жадностью целует меня. Я обнимаю его за талию, а он запускает руки в мои длинные волосы, наши языки танцуют танец влюбленных. Наклоняюсь вперед ближе к нему, проводя руками по его животу, мне нравится чувствовать его мышцы под моими пальцами. Его кожа настолько теплая, и он пахнет божественно. Я начинаю стонать. Отчаянно хочу его и, когда он прерывает поцелуй, тихонько хныкаю в знак протеста.

Лиам прикладывает палец к моим губам.

— Тсс. Ложись, дорогая. — Он наклоняется, чтобы открыть ящик тумбочки у кровати. Когда он встает, у него в руках мягкие веревки. Он держит их, и я чувствую нервное напряжение в районе живота.

— Я собираюсь привязать тебя к кровати, Кэйтлин. — Он уже связывал меня однажды, и это был приятный опыт, но ...

— Зачем? — Мой голос звучит неуверенно.

Он поднимает бровь. — Зачем? Затем, что я хочу трахать тебя до безумия, сладкая.

Нервно сглатываю. Не могу контролировать свое дыхание, пока лежу на кровати, сжимаю ноги вместе. Я так возбудилась, а он трогает меня так чувственно, затем привязывает сначала одно запястье, а затем другое к кровати. Когда заканчивает, он щипает мои соски.

— Аааа! — Кричу, извиваясь.

— Ты так чертовски сексуальна, — бормочет он, не спеша осматривая меня. Я кусаю губы, пытаясь контролировать мою реакцию на его близость.

— Хммм. — Он щурится.

О, нет. Что?

Улыбается нечестиво и снова движется к тумбочке, чтобы взять еще веревок. — Я думаю, что свяжу также и твои ноги, дорогая.

Вот черт! Я действительно хочу сказать ему, что не хочу этого, но знаю, что это будет бесполезно.

Он связывает меня, и теперь я лежу на кровати с широко расставленными ногами. Проверяю веревки. Он оставил небольшое расстояние, чтобы я могла немного согнуть ноги.

Он быстро оказывается на кровати между моих ног. Наклонившись, зарывается носом в завитки на стыке моих бедер, глубоко дыша. Ой! Мои мышцы болезненно сжимаются.

— Блядь! — Он смотрит на мое тело своими синими глазами. — Твое возбуждение пахнет, как сладкий парфюм, дорогая, — зажимает мои соски между зубов, и я постанываю, выгибая спину.

— Мне нравится то, как ты реагируешь на меня, сладкая, — его голос низкий и соблазнительный, — ты никогда не могла скрыть этого от меня. — Он проводит языком по моим складкам, затем его язык скользит по моему клитору.

Я вскрикиваю, когда он жестко всасывает мой клитор. Мои руки и ноги рывком натягивают веревки, голова мечется на подушке. Ой! Моя спина резко выгибается, когда он толкает два пальца глубоко в меня, я чувствую приближение оргазма глубоко внутри.

Он что-то бурчит, что резонирует сладкой болью в клиторе и по всему телу. Входя в меня пальцами сильно и быстро, он вдруг сгибает их, и от этого действия меня накрывает оргазм, во время которого я выкрикиваю его имя. Лиам продолжает движение ртом вверх по моему животу, покусывая и посасывая мою грудь.

Когда я успокаиваюсь, он встает с кровати, а затем достает повязку на глаза.

Я удивляюсь, почему он хочет завязать мне глаза, но по-прежнему, не могу вымолвить и слова.

Он смотрит мне в глаза, наклоняется ко мне и целует. — Ты невероятная, сладкая, — бормочет он, а затем завязывает мне глаза.

Я чувствую себя уязвимой. — Лиам!

— Тише, все в порядке, детка. — Его рука движется по моему животу. Я стараюсь не дрожать и глубоко дышать.

Кровать прогибается, когда Лиам встает, и я вслушиваюсь в его шаги по комнате.

Чувствую, как он снова садиться на кровать у меня между ног, его рука скользит ниже моего живота. Он что-то кладет под меня, и это явно не похоже на простыни. Я хмурюсь. Неужели это полотенце? Его рука массирует мой живот, а затем скользит вниз.

— Аааа! — Он проводит чем-то невероятно холодным от моего входа по моему клитору прямо до пупка. Очень холодная вещица, и я подозреваю, что это кубик льда, он снова подносит его к моему входу, резко вставив его, а затем быстро вытащив из меня. Понимаю, что это что-то огромное, чем бы это ни было. Подозреваю, что мне было бы больно, если бы эта штука не была влажной, что облегчает ее введение.

— Черт! — Он рычит и повторяет действие, на этот раз вставив предмет немного глубже, совершая толчки.

— Лиам! — Я всхлипываю, когда он ведет льдом дальше. Ощущения невероятные. Он не оставляет лед на одном месте более, чем на секунду или две. Моя спина выгибается, я извиваюсь настолько, насколько позволяют веревки. Когда его горячий язык проникает глубоко внутрь меня, начинаю стонать.

Черт!

Он трет кусочком льда над моим клитором, пока вылизывает меня. Я натягиваю веревки и, когда его горячий язык оказывается на моем холодном клиторе, мое тело выгибается, а из груди раздается низкий жалобный стон. Лиам вставляет толстый кусок льда глубоко в меня и также быстро вытаскивает его. Я чуть ли не кричу от нахлынувших на меня эмоций. Он повторяет это несколько раз, затем посасывает мой клитор, в то время как его горячие пальцы заменяют лед.

Мои вздохи отдаются эхом от стен комнаты.

— Я хочу, чтобы ты могла видеть себя, сладкая.

Тихонько хныкаю в ответ и поворачиваю голову в сторону. Он снимает повязку, и я быстро моргаю от вспышки яркого света, а Лиам усмехается. Я громко стону, когда он касается льдом моего соска.

Охренеть! Лед, который он использует, выглядит как замороженный пенис. Встречаю его удивленный взгляд, пока он продолжает двигать льдом вокруг соска до тех пор, пока тот не онемел. Когда лед сменяет его горячий рот, приподнимаюсь, насколько мне позволяют веревки.

— Мммм, — говорит он. Вибрация от его голоса заставляет меня стонать. Он поднимает голову, в его глазах виден блеск. — Мы не можем пренебрегать и другим. — Он быстро зажимает другой сосок.

— Аааа! — выгибаюсь я.

Он отстраняется от меня, тяжело дыша, и я чувствую, как он хватает меня за лодыжки, освобождая их. Затем снова раздвигает мои ноги таким образом, чтобы они были согнуты в коленях, широко раскрывая меня. Он снова использует лед, входит, а затем быстро выходит из меня, чередуя мелкие и глубокие толчки, снова и снова.

— Посмотри на меня, — приказывает он.

Я открываю глаза, чтобы видеть его, горящего от желания. Лиам наклоняется и целует меня. Затем языком движется вдоль подбородка.

— Ты моя. Ты полностью принадлежишь мне, — шепчет он мне в ухо, посылая мурашки по коже. Приподнимается, а затем входит в меня на всю длину, и это очень горячо.

Лиам шипит сквозь зубы. Я не могу выровнять дыхание, когда он приподнимает мои бедра, отрывая нижнюю часть тела от кровати. Он закидывает мои ноги себе на руки, сжимает мои бедра и совершает глубокие толчки.

Мне кажется, что я теряю сознание от оргазма, потому что, когда прихожу в себя, то вижу, что Лиам уже развязал меня. Он лежит голый в постели, держа меня в своих объятиях. Это так расслабляет. Другой рукой он скользит по моей груди, большим пальцем теребя сосок.

— Было ли это достаточно быстро для тебя, сладкая? — Шепчет мне в ухо.

Я тихонько фыркаю, а он смеется, смотрит на меня, а затем говорит: — Спи, детка.

Как ни странно, я чувствую себя отдохнувшей и вообще не хочу спать.

— Я люблю тебя, Лиам, — шепчу я, мой голос звучит немного хриплым и скрипучим. И это первый раз, когда мне немного больно, что он не отвечает мне.

Он тянется к моей руке и подносит ее к груди, помещая над сердцем. Я моргаю, затаив дыхание, лежу совершенно неподвижно, интересно, правильно ли я истолковала смысл этого действия. Когда он нависает надо мной, он все еще держит мою руку на сердце. Затем вновь подносит мою руку к своему рту, целуя каждый пальчик, прежде чем вновь положить мою руку на сердце, не разрывая со мной зрительного контакта.

Мое дыхание снова учащается, сердце бьется сильнее, когда он опускает голову и страстно целует меня.

Глава 10

Я напеваю, входя на кухню на следующее утро. Лиам уже ушел, он разбудил меня и сказал, что его не будет большую часть дня. Скорее всего, я не увижу его до ужина.

Когда вхожу в кухню, вижу, что Энни роется в холодильнике.

— Доброе утро, Энни, — приветствую я ее.

Она переводит взгляд с дверцы холодильника на меня. — Ой! Доброе утро, Кэйт. Я пишу список покупок, может, хочешь чего-нибудь особенного? — Она закрывает дверь и выжидающе смотрит на меня.

— Прямо сейчас не совсем удачное время для таких вопросов, я голодная.

Она смеется, откладывая список. — Что бы ты хотела сегодня на завтрак, дорогая?

— Я бы не отказалась от хлопьев. Просто с ума схожу от желания.

Пока я наслаждаюсь большой миской хлопьев с изюмом, Энни продолжает составлять список. Я сижу за столом и чувствую, как мое лицо покрывается румянцем при воспоминании о предыдущей ночи.

— Э-э ... Энни, надеюсь, что мы не побеспокоили вас прошлой ночью, — говорю осторожно.

Она выглядывает из кладовой и смеется. — Нет, не совсем, — широко улыбается, заметив мое красное лицо. — Были поглощены играми молодоженов?

Пытаюсь ответить, но у меня рот набит хлопьями.

Игры новобрачных? Я улыбаюсь. Думаю, что это именно то, чем мы и занимались. Надеюсь, что мы будем играть в такие игры еще долгие годы.

— Нет, я ничего не слышала, дорогая, и даже если бы и слышала, господин Лиам предупредил меня сразу после того, как ты сюда переехала, о том, чтобы я не выходила без особой необходимости из комнаты в ночное время.

Я чуть не уронила свою ложку и не подавилась кашей.

Он что?

Слава Богу, Энни возвращается в кладовую и не видит моего лица. Вот черт! Не могу поверить, что он сказал ей такое. Не могу поверить, что ему нравится, когда я такая нервная и напряженная, как прошлой ночью, беспокоясь о том, что Энни увидит меня голой на кухонном столе.

Поднимаю свою чашку, полощу ложку и миску, качая головой в неверии.

— Энни, у вас есть ключ к двери, ведущей на крышу? Я заметила, что она заперта.

— Нет. — Она закрывает дверь кладовой. — Ключ у мистера Лиама.

— Хорошо спасибо. Я буду на балконе, если что-то понадобится.

Надеваю одно из своих бикини и шляпу, выхожу на балкон, ложусь на один из шезлонгов, наслаждаясь теплом солнца. Я хотела бы пойти на крышу, мне нравится там, но здесь на балконе тоже хорошо. Здесь тихо, но шум снизу привлекает мое внимание, и я не могу не посмотреть. «Джастис Хаус» является оживленным местом.

Наношу солнцезащитный крем, откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза. Мне нужно позвонить Валери и дать ей знать, что не вернусь на работу в журнал. Я также должна сообщить Лиаму, что никогда и не собиралась вернуться в журнал. Уверена, что он заявит, что не хочет, чтобы я вообще работала, но он должен понять, что я все равно буду работать. Я чувствую потребность заработать денег, а также мне надо думать о родителях.

Я вся свечусь от радости, когда вспоминаю слова Лиама прошлой ночью о том, что он стремится к выполнению брачных обетов. Но также вспоминаю и ту ночь, которую мы провели на крыше, когда он попросил меня переехать к нему. Той ночью он сказал мне, что я проникла в его сердце. На следующий день он выкинул меня из своей жизни навсегда. И принял меня назад только из-за ребенка, знаю, что если бы не было ребенка, не было бы и нас.

Я сижу и пью ледяную воду, которую принесла с собой.

Но есть мы, независимо от обстоятельств, и я хочу угодить Лиаму, хочу быть хорошей женой и матерью, хочу, чтобы наш ребенок имел любящую семью, такую же, в которой я сама выросла. Я знаю, что не могу позволить Лиаму помыкать мной. Он итак часто этим злоупотребляет.

Звонок телефона становится желанным отвлечением от неприятных мыслей. Солнце настолько яркое, что я не могу прочитать имя вызывающего абонента на экране.

— Здравствуйте?

— Это ... Кэйт Джастис? — Раздается в трубке скрипучий мужской голос.

— Да.

Когда он ничего больше не говорит, я спрашиваю: — Могу вам помочь? — Хмурюсь, пытаясь вспомнить, чей это голос, так как сразу не узнала его.

— Надеюсь, что можете. Меня зовут Уолтер Джастис.

Вот это да! Я слишком потрясена, чтобы сказать еще хоть слово.

— Мой сын рассказал вам обо мне? — Ему явно интересно, упоминал ли его Лиам.

— Немного, — мягко говорю я.

Наступает момент тишины, а затем он откашливается. — Вот почему я звоню вам.

— Что ... Я имею в виду ... Почему вы звоните мне?

— Мне нужна ваша помощь.

Я тру лоб. — Не понимаю.

— Мне нужно поговорить с моим сыном. Я должен за многое извиниться. Хочу многое прояснить ему. — Он явно в отчаянии. — Знаю, что он не хочет видеть меня в своей жизни, и я понимаю его, но есть некоторые вещи, которые мне нужно сказать ему прежде, чем станет слишком поздно.

— Мистер Джастис...

— Пожалуйста! Никто, кроме вас, не поможет мне. — Его мольба заканчивается жалобной нотой.

Что-то в его голосе трогает мое сердце. Сердце, которое принадлежит Лиаму. Если бы я могла каким-то образом помочь Лиаму! Хоть он почти ничего не говорит о своем отце, но я знаю, что ему больно.

— Я не знаю, что могу сделать, — признаюсь я.

— Поговорите с ним, пожалуйста. Помогите ему понять, что нам нужно поговорить.

— Это ... не так просто, мистер Джастис. Лиам...

— Я знаю, но должен быть способ. Я должен объяснить ему. Пожалуйста.

Я закрываю глаза, не уверена, что должна это делать. — Дайте мне время все обдумать. Не уверена, что могу что-то сделать, но ... Я подумаю над этим.

— Спасибо. Я даже не могу выразить, что это значит для меня. — В его голосе звучит облегчение.

— Я не могу обещать вам ничего, — быстро добавляю я.

— Я ... Я понимаю. Я буду ... я позвоню ... через несколько дней.

Как мне поступить? — Хорошо, но как я уже сказала, я не могу обещать вам, что смогу сделать что-нибудь. Лиам ... — Я не хочу говорить ему, что Лиам не будет даже разговаривать о нем.

— Может быть, вы не должны ничего говорить о моем звонке, по крайней мере, пока мы не выясним его отношение. Пожалуйста, — умоляет он.

— Хо-ро-шо, — медленно говорю я.

Я слышу его дыхание. — Я позвоню. Спасибо!

Звонок обрывается, а я сижу, держа телефон в руках, пытаясь осознать то, что только что говорила с отцом Лиама. Я не слышала ничего хорошего об этом человеке, но, вроде как, только что согласилась помочь ему поговорить с сыном.

Я хотела бы сделать что-нибудь для Лиама. Готова даже столкнуться с его гневом, если это поможет ему совладать с прошлым. Но не представляю, как смогу завести разговор об Уолтере Джастисе. Он так зол на своего отца, ему так больно от того, что ему пришлось пережить в связи со смертью матери. Не уверена, что у меня получится, но хочу попробовать.

Накинув короткий халат поверх купальника, направляюсь на кухню и слышу стук в дверь, которая ведет к лифту в задней части особняка.

Там нет глазка, так что я не смогу увидеть, кто это. Оглядываюсь по сторонам, ища Энни, а затем смеюсь, понимая, что Майк кого-то впустил в лифт или, возможно, Холли или Брюс. Открыв дверь, я с удивлением вижу Эмили.

— Здравствуй. Надеюсь, не помешала.

— Нет, конечно, нет. Проходи, пожалуйста. — Я делаю шаг назад, потянув за собой дверь.

Она проходит в квартиру. Она такая красивая и ... Эмили просто чудо. У нее есть одна из тех черт характера, что заставляет тебя чувствовать, как будто вы хорошие друзья, даже если вы едва знакомы друг с другом.

— Майк завел меня в лифт.

— Хочешь что-нибудь выпить? — Спрашиваю я ее через плечо, шагая в сторону кухни. — Я сидела на балконе и шла за чаем, когда услышала, что ты стучишь. — Она следит за моими действиями на кухне.

— Я бы тоже не отказалась от чая.

Наливаю два стакана и предлагаю: — Хочешь посидеть на балконе? Там не так жарко и очень красиво.

Она смеется. — Да! Моим ногам явно не хватает загара, — поднимает подол очень короткого сарафана и демонстрирует стройные ноги. — Я надела это специально для Брюса, однако обнаружила, что он на встрече с Лиамом.

Я веду ее через квартиру.

— Мне нравится эта квартира, — говорит она по пути. — Здесь так красиво.

Я смотрю вокруг, когда мы проходим в гостиную. — Здесь все иначе, чем внизу. Более современно, но столь же элегантно.

— Я всегда думала также, — соглашается она, а я открываю двери на балкон.

Она смотрит на меня. — Я действительно надеюсь, что нет ничего страшного в том, что я пришла без предупреждения.

— Совершенно верно. Я очень рада, что ты пришла.

Она улыбается. — Я хотела увидеть тебя с тех пор, как мы обедали вместе. Я ... чувствую, что мне нужно объясниться.

Отпив немного чая, ставлю стакан на стол между нашими стульями.

— Объясниться? — Я несколько озадачена. Что же ей нужно объяснять?

— Да. Знаю, что ты должна была заметить, что я немного ... уныло говорю о вашем ребенке.

Ааа. Да, я заметила, просто не связала это с ребенком. Так, Эмили готова создать семью. Может быть, это те проблемы между Эмили и Брюсом, о которых говорила Холли? Придя в «Джастиса Хаус», я видела Брюса с огромным количеством женщин, и мне интересно, не в том ли проблема, что он не готов остепениться.

— Видишь ли ... У меня был выкидыш около четырех месяцев назад.

— О, Эмили! — Я наклоняюсь к ней. — Мне так жаль, я не знала.

— Я знаю, что ты не знала. Никто, кроме наших семей не знал, что я была беременна, и все они знают, как нам с Брюсом тяжело справиться с этим. — Она усмехается. — Они стараются не поднимать эту тему.

Я знаю, что Лиам, Холли и Майк являются частью этой семьи.

— Я смирилась с этим, но Брюсу очень тяжело. — Ее голос затихает, а взгляд снова становится грустным. — Он действительно хотел ребенка.

Это слишком грустно. Почему Лиам мне не рассказал?

— Мне так жаль. Мне некомфортно, что я постоянно рассказываю о ребенке.

— О, пожалуйста, не прекращай! Мне нравится слышать о вашем ребенке. И Брюс, и я рады за вас обоих. Мы не можем дождаться того момента, когда Лиам станет отцом. — Она усмехается. — Я ничего не сказала во время того обеда, но Брюс тоже надеется, что это девочка.

Я смеюсь.

— Я не была уверена, говорить тебе или нет, потому что думаю, что все беременные женщины беспокоятся о том, что что-то пойдет не так в начале беременности.

Я киваю, соглашаясь. Не могу вынести даже мысль о потере ребенка, я уже люблю ее очень сильно. Моя рука двигается в защитном жесте к животу. Лиам тоже будет опустошен.

Эмили гладит мою руку, что странно. Ведь это я должна утешать ее.

— Мне кажется, что Брюсу очень тяжело справиться с потерей. Ты знаешь, все эти мужские штучки. Мы, женщины можем выплакаться, а они... — Она колеблется и тянется к чаю. — Это застало нас врасплох, также как и вас с Лиамом. Мы были помолвлены в то время.

— Правда?

— Да. — Она смеется. — Полагаю, что мы были слишком беспечны. Мы оба были готовы создать семью. — Пауза. — Брюс хотел пожениться, как только мы узнали о беременности. Он хотел поторопиться, но я отказалась. — Она смотрит на свои руки, которые лежат на коленях. — Наша свадьба должна была быть через месяц, и у моей мамы случился бы сердечный приступ, если бы мы сделали это раньше.

— У вас были планы на большую свадьбу?

— О, да. Одна из тех свадеб, которые тщательно спланированы. — Она задумчиво улыбается. — Парадоксально, но если бы я сделала, как он хотел, мы бы уже были женаты.

Я беру ее за руку. Она улыбается, но в ее глазах явно читается боль.

— Брюс словно сошел с ума, — тихо продолжает она свой рассказ. — Он оставался со мной все время, пока я была в больнице, а затем вдруг сказал, что мы должны подождать со свадьбой.

Я вдруг обозлилась на Брюса.

— Я была так зла на него до тех пор, пока мои родители не забрали меня на Барбадос, и я не поняла, насколько Брюсу было больно.

Да, но, чтобы оттолкнуть ее...

— Думаю, что, когда он столкнулся с потерей, которая опустошила его, не смог справиться и закрылся. Я была для него напоминанием обо всем этом. — Она вздыхает. — Мужчины такие смешные.

Да. Я хмурюсь. Лиам также закрывается от меня.

— Большинство из них именно таким способом справляются с ситуацией. — Она широко улыбается и встает, резко меняя тему. — Нам нужно спуститься вниз, найти Холли и пообедать вместе.

— Звучит потрясающе. Я голодна.

Мы хорошо проводим время за обедом, и то количество людей, которое останавливается возле нашего столика, чтобы сказать «Привет», меня удивляет. Леон сидит с нами, он сказал мне, что был уже на грани того, чтобы подняться наверх и увидеть меня. Он заставляет нас смеяться над его забавными анекдотами. Его двоюродный брат Тони тоже работает, и я приветливо машу ему рукой, но он поворачивается спиной, делая вид, что занят.

Мне также удается встретиться с новым администратором.

Диана — красивая, статная блондинка. Она выглядит знакомой и сразу же меня раздражает, когда Холли знакомит нас. Она не слишком дружелюбна.

— Очень грубо, — говорит Эмили, когда мы выходим из столовой.

Холли выглядит удрученной. — Да, я знала, что это была ошибка, — она бормочет себе под нос.

Я потягиваю свой чай с закрытыми глазами и смакую прекрасный вкус. — Мммм.

— Нравится?

Открываю глаза, Лиам сидит напротив меня, его соблазнительные глаза внимательно изучают меня, палец покоится на нижней губе. Мы поужинали, и я наслаждаюсь чашкой чая, которую он заказал для меня, в то время как он пьет бурбон.

Подношу чашку к губам, вдыхая тонкий аромат. — Как ты сказал, называется этот чай? — Спрашиваю я, смотря на него через стол. Он продолжает поглаживать пальцем нижнюю губу.

— Даржилинг, — бормочет он.

За ужином я отчаянно пыталась не нервничать, а сейчас мы уже собираемся уходить, а я все еще не спросила его про отца. Я съеживаюсь под его пристальным взглядом. Сегодня в его взгляде есть нечто большее. То, как он продолжает поглаживать губы, настолько отвлекает… Мой взгляд еще раз устремляется к его рту.

— Очень хороший чай.

— Да. Я знаю, — мягко говорит он.

Отрываю свой взгляд от Лиама, хотя чувствую, что мое лицо залилось румянцем от намеков.

— Ты уверена, что не хотела бы десерт, дорогая?

— Уверена. — Смотрю, как он кивает, и официант делает шаг вперед, чтобы положить чек.

Хорошо. Пора.

— Лиам ... могу кое-что у тебя спросить?

Он сует пару купюр в качестве чаевых. — Что такое, дорогая?

— Когда ты в последний раз разговаривал с отцом? — Его рука застывает, когда он смотрит на меня.

— Извини?

Кусаю губы. Я знаю, что он меня услышал. — Мне просто интересно, как долго ты не разговаривал с отцом.

Он залпом допивает бурбон, затем ставит стакан, все еще не отводя от меня взгляда.

— Двенадцать лет.

Столько же прошло после смерти его матери. — И он никогда не пытался связаться с тобой? — Если Уолтер Джастис не пытался поговорить с сыном все эти годы, может быть, он не заслуживает этого и в настоящее время. Но я делаю это для Лиама, а не для Уолтера Джастиса.

Его глаза сужаются. — Ну, теперь, дорогая, я не могу так сказать.

Я хмурюсь. Так получается, что его отец пытался связаться с ним? — О… — провожу пальцем по краю чайной чашки. — Ты не хочешь поговорить с ним?

Глаза Лиама сужаются в раздражении. — Нет, Кэйтлин, не хочу. Я никогда не вступлю в контакт с Уолтером Джастисом.

Вот черт! Делаю глубокий вдох. Я знала, что это будет нелегко, но ... почему он не хочет говорить со мной о своем отце. Мы говорили несколько раз о моих отношениях с моими родителями.

— Он остался в городе?

Он явно начинает злиться. — Я не хочу говорить об этом.

Оставь его сейчас, Кэйт. Я прерываю зрительный контакт.

Когда он встает, вновь поднимаю на него свои глаза. Он делает шаг вокруг стола, наклоняется, положив одну руку на стол, а другую — на спинку моего стула. Мое сердце трепещет. Смотрю в его глаза, темные, как ночь, мое дыхание замирает. Я чувствую необходимость ущипнуть его, просто убедиться, что он настоящий. Или поцеловать его. Я смотрю на его прекрасные губы, кусая свои собственные.

Он забирает у меня чашку, ставит ее на стол и наклоняется ко мне.

— Я хочу уложить тебя на этот стол и действительно жестко оттрахать, — рычит он. — Но, исходя из поднятой темы, не уверен, что это будет совершено для удовольствия. — Я вдыхаю с трудом. — Готова, дорогая? — Киваю, неуверенная до конца, к чему это я готова. Готова к тому, что он уложит меня на стол и трахнет? Я сглатываю.

Он выпрямляется, возвышаясь надо мной, и не сводит с меня глаз, пока я сижу и смотрю на него снизу вверх. Когда он протягивает руку, вкладываю в нее свою, его большая ладонь охватывает мою. Он тянет меня нежно к себе.

Волосы поднимаются на затылке, пока он следит за мной, выходя из ресторана. Пройдя через стоянку и оказавшись рядом с нашим автомобилем, он обходит вокруг меня к пассажирской стороне и, прежде чем открыть дверь, прижимает к себе, его бедра удерживают меня на месте, руки запутываются в моих волосах. Он вынимает шпильки из моей прически, и мои волосы каскадом падают вниз. Лиам хватает меня за волосы и жадно целует. Мои руки блуждают у него под пиджаком, вытаскивают его рубашку из штанов, стремясь почувствовать горячую кожу. Его эрекция настойчиво упирается в мой мягкий живот.

Он прекращает наш поцелуй, и мое дыхание остается неровным. Я удовлетворена хотя бы тем, что Лиам дышит также.

— Пойдем, — рычит он, открывая мою дверь, и я счастлива присесть, так как ноги трясутся. Он наклоняется, чтобы пристегнуть ремень безопасности, затем поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. Я не вижу четко его выражение лица в тусклом освещении, но знаю, что он раздражен. Не говоря ни слова, он закрывает дверь, и я наблюдаю, как он идет к водительскому сиденью.

Когда мы подъезжаем к «Джастис Хаус», на стоянке уже стоят такси и лимузины.

— Необычно людно для вечера вторника, — говорю я, когда мы выходим из гаража. Он никак не комментирует мое замечание, и я вижу, что он наблюдает за входом в «Джастис Хаус». Очевидно, особенные гости, о которых говорила Холли, все еще здесь, и вечеринка именно в честь этого события.

— Ты должен работать сегодня вечером? — Спрашиваю я. Не хочу, чтобы его окружали все эти красавицы, когда он злится на меня.

Его взгляд перемещается на меня. — О, да, я планирую поработать сегодня вечером, дорогая. Я буду работать над тобой до тех пор, что ты не сможешь ходить.

Мое дыхание учащается, когда он обнимает меня за талию, придерживает дверь, пока я вхожу. Выражение его лица ничего не выражает, как будто он не знает, что вызывает у меня желание только одними словами.

Он прикладывает карточку, чтобы открыть двери лифта. У меня до сих пор нет карты доступа, но на данный момент меня это заботит меньше всего. Двери открываются, и Лиам, не дождавшись, пока они закроются, тут же притягивает меня к себе. Его рот находит мой для поцелуя. Его руки скользят по моему телу, одной рукой он тянет за верхнюю часть платья и стягивает с плеча, другой — задирает подол юбки. Его рука сжимает меня между ног, и я перестаю дышать.

Он прерывает поцелуй. — Твои трусики уже мокрые, дорогая. — Я чувствую, что покрываюсь румянцем от его слов. — Мммм, — говорит он.

Мои руки направляются к нему под рубашку.

— Лиам, — тихо произношу я.

Он прижимает меня к задней стенке, в итоге я плотно зажата между стеной и его телом. Его руки скользят в мои волосы, а он глубоко целует меня и резко отступает на пару шагов назад, я изо всех сил пытаюсь выровнять дыхание, прислоняясь к стене лифта.

— Сними свое платье.

Смущаюсь, глядя на открытые двери лифта, но тут Лиам сжимает мой подбородок, и я смотрю в его глаза.

— Если ты не хочешь, чтобы я разорвал его на твоем прекрасном теле, тебе лучше поторопится.

Вот черт!

Не буду даже говорить о том, насколько он меня возбуждает, когда вот так разговаривает со мной. Собираю волосы дрожащими руками и перекидываю их через плечо, поворачиваясь к нему спиной. Дрожь пробегает по моей спине, когда он расстегивает молнию, его пальцы скользят по моей коже.

— У тебя привычка раздевать меня в этом лифте.

Он стягивает платье с моих плеч, и оно падает на пол. Его горячие руки скользят по плечам к основанию шеи. Закрываю глаза, смакуя ощущение его рук.

— Я считаю, что у меня привычка раздевать тебя в любом месте, дорогая, — растягивает он. — Это один из моих главных приоритетов.

Он сжимает мои волосы, оставляя легкий поцелуй на плече.

Я начинаю стонать.

— Я хотел сорвать с тебя одежду с того момента, как увидел тебя, идущую ко мне по ресторану.

Его пальцы расстегивают лифчик и стягивают лямки с моих плеч. Рука крепко сжимает грудь, когда я прислоняюсь к его груди.

— Я хочу, чтобы ты медленно сняла свои трусики, — его голос глубок и эротичен, — до самого пола.

Я спешу сделать, как он сказал.

— Медленно, — рычит он.

Стягиваю их до лодыжек.

— Не двигайся, — проводит рукой по моей спине. Я тихонько постанываю, пока его рука движется между ног, а затем обратно вверх.

Он становится у меня за спиной, и я вдыхаю его невероятный аромат. Его рука обвивает мою талию, а вторая скользит по животу.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — шепчу я.

— Хорошо. Пойдем со мной, пожалуйста.

Понимает ли он, что я последую за ним в любое место?

Выхожу из лифта сразу за Лиамом после того, как он поднимает мое белье.

— Ты сказал Энни не выходить из своей комнаты в ночное время? — Спрашиваю я, пока он открывает дверь, пропуская меня вперед.

— Да, мадам.

Вздыхаю с притворной досадой. Лиам неожиданно останавливается, притягивая меня ближе. Его руки уже у меня между ног, и он прижимает ко мне свой возбужденный член. Я тихонько постанываю, держась за его плечи, когда он опускает голову, потираясь носом о мой.

— Ты хочешь наблюдателей, дорогая?

— Что? Нет! — Задыхаясь, отвечаю я.

Он отпускает меня и тянет за собой. Когда мы проходим по коридору, который ведет к спальням, мне становится интересно, где же он меня возьмет. Меня не волнует, предупреждена ли Энни, я до сих пор чувствую себя уязвимой без одежды, и у меня есть сомнения по поводу странного волнения в районе моего живота. Что он делает со мной?

Когда он тянет меня в столовую, я хмурюсь. Лиам поворачивается и смотрит на стол, а затем обратно на меня, сексуально приподняв бровь. Я тоже смотрю на стол, и мои глаза расширяются, когда я, наконец, догадываюсь.

— Ложись на стол, дорогая.

Мое дыхание замирает.

Он снимает пиджак, позволяя ему упасть на пол, а затем берет меня за плечи, толкая ближе к столу, нагибает нас обоих над столом, пока моя грудь и живот не лежат на холодной поверхности древесины, а он прижимается к моей спине.

— Я не мог оттрахать тебя в ресторане, но теперь трахну тебя здесь, дорогуша.

Облизываю губы, с трудом дыша, и слышу звук расстегиваемого ремня, а затем и ширинки на брюках.

Я молюсь про себя, чтобы Энни не зашла сюда.

Лиам стоит позади меня и собирает мои волосы, а другой рукой скользит вниз живота.

— Мне нравится твоя задница, когда она немного розовая, сладкая. Считаю, что мне нужно, выпороть тебя.

Я извиваюсь, а он почти болезненно тянет меня за волосы. Когда он сильнее прижимает меня к столу, у меня начинается паника. Он отшлепает меня?

— Стой спокойно, — требует он.

— Пожалуйста, не надо, Лиам, — прошу я.

— Расслабься. Не сегодня, сладкая. Сегодня я собираюсь жестко оттрахать тебя. Ты должна дать мне знать, если станет слишком жестко. Поняла?

Просто насколько жестко он собирается трахать меня?

На меня накатывает волна желания.

Когда он шлепает меня между ног, я вздрагиваю.

— Да! Да, я поняла!

Черт!

Его нога скользит между ног, раздвигая их. — Разведи свои ноги и положи руки над головой, держась за край стола.

Мое дыхание учащается, когда без всякого предупреждения он вставляет два пальца в меня.

— Блядь! — Он тянет за волосы, оттягивая мою голову назад. Мои руки сжаты в кулаки.

Не обращаю внимания на то, что его телефон звонит, задерживаю дыхание. Обычно он просто игнорирует его, так что я встревожена, когда он вытаскивает свои пальцы из меня, и через минуту отвечает.

— Лучше, чтобы это было что-то действительно срочное, — рычит он.

Когда он отпускает мои волосы и делает шаг назад, я медленно встаю.

— Черт, — шипит он сквозь стиснутые зубы, запуская руку в волосы.

Я тянусь вниз и поднимаю его пиджак, чтобы накинуть на себя. Когда смотрю вверх, Лиам вопросительно поднимает бровь.

— Нет, я спущусь и позабочусь об этом.

Он убирает свой телефон в карман, удерживая мой взгляд. — Я должен пойти вниз и разобраться. — Он идет через комнату. — Ты в порядке? — Лиам ищет мои глаза, чтобы увидеть в них ответ.

— Да.

Он глубоко вздыхает. — Я не должен надолго задержаться, но лучше не жди меня.

Что? Еще только десять часов.

Он обнимает меня, его рука скользит по моей спине, по моим волосам. Нежно целует меня, но этот поцелуй заканчивается слишком быстро.

— Мне этого будет не хватать, — говорит он, снимая пиджак с моих плеч. Я хватаюсь за пиджак, чтобы удержать его, но решаю оставить, так как, возможно, вокруг него будут другие голые женщины ...

Делаю шаг назад, и он смотрит на меня с легкой улыбкой на губах, я поворачиваюсь к нему спиной.

— Кэйт…

Я позволяю его пиджаку медленно скользить с моих плеч, слегка придерживаю его, и он останавливается в районе моих бедер. Держа пиджак одной рукой, второй перекидываю волосы через плечо так, чтобы у Лиама был лучший обзор. Я немного колеблюсь, зная, что провоцирую его, и оглядываюсь назад через плечо. Он больше не улыбается. Его глаза насыщенного синего цвета смотрят на меня с вожделением. Я медленно поворачиваюсь, позволяя пиджаку сползти ниже, поймав его в последнюю секунду. Поглядывая через плечо, медленно иду, преувеличено двигая бедрами. Стараюсь отогнать мысли о других женщинах, которые будут щеголять перед ним полуголые.

Глаза Лиама ярко горят, и когда я подхожу достаточно близко, он протягивает руку, чтобы взять свой пиджак и спокойно кладет его на спинку одного из стульев. Его спокойствие резко рушится, когда он тянет меня в свои объятия, запускает руку в мои волосы, оттягивая мою голову назад, и дарит мне почти дикий поцелуй.

Я специально довожу его, чтобы убедиться, что он будет думать обо мне все время, пока его не будет рядом. Провожу рукой по всей длине его члена через ткань брюк, при этом тяну его за рубашку, пока он целует меня. Мы оба тяжело дышим, когда он прерывает поцелуй, прижав лоб к моему.

— Я хочу, чтобы ты ждала меня в постели в таком же виде. Поняла?

— Да, — бормочу я, ошеломленная его поцелуем.

Он сжимает мои плечи и делает шаг назад, его челюсти сжимаются. — Черт возьми, Кэйтлин.

— Что? — Невинно спрашиваю я.

— Ты прекрасно знаешь, что. — Он качает головой. — Я должен идти. — Он берет свой пиджак. — Я вернусь, как только смогу.

— Я буду ждать. — Кокетливо улыбаюсь ему, а он сужает глаза.

— И тебе лучше дождаться.

Глава 11

Следующим утром просыпаюсь от того, что Лиам ходит по спальне. Потягиваюсь, морщась от небольшой боли между ног. Я улыбаюсь и зеваю, потягиваясь. У него вчера ушло не так уж много времени, чтобы разобраться с возникшей в клубе проблемой, а я, как хорошая, послушная жена, ждала его в постели. Голая.

Он выходит из гардеробной, завязывая галстук, и смотрит на меня. Уголки его чувственного рта приподнимаются в улыбке.

— Ты должна спать, дорогая.

Я снова улыбаюсь.

— Не хочу спать, хочу есть.

Он смеется, открывая ящик комода, и берет оттуда вещи.

— Утром у меня назначена деловая встреча, а тебе пора пройтись по магазинам, — бросив взгляд на часы, он смотрит на меня, — купить что-нибудь для ребенка и для себя. Мебель мы позже выберем вместе.

Подходит к кровати, наклоняется, рукой скользит мне под спину, чтобы приподнять для поцелуя. Я сразу же обнимаю его за шею, а моя рука зарывается в его волосы. Он страстно целует меня. Его рука накрывает мою грудь, а большой палец поглаживает мой сосок.

— Мммм, — стону я.

Он прерывает поцелуй, отпускает меня и встает, что вызывает мой бурный протест.

— Я должен идти, дорогая. Не могу опоздать.

Я надуваю губки. — Ты уверен, что я не смогу убедить тебя немного задержаться?

— Как прошлой ночью? И не думай, что я не знаю, чего ты добивалась своим представлением, — говорит Лиам, забирая пиджак.

— Ну, это же сработало, — улыбаюсь и кусаю губы.

Его глаза сужаются. — Шопинг. Я вполне серьезно. Не хочу, чтобы ты до последнего ждала, когда тебе понадобится новая одежда.

— Ты говоришь, что я поправлюсь? — Спрашиваю в притворном негодовании.

— Я надеюсь на это.

— Ага, конечно.

Он улыбается. — Хорошо, я ухожу. Хорошего дня.

Вытаскивает свой телефон из кармана, чтобы проверить звонки, а я выскальзываю из кровати и бегу через всю комнату к нему. Застав его врасплох, обнимаю и дарю моему мужу надлежащий прощальный поцелуй.

Я прекращаю поцелуй и делаю шаг назад. — Хорошего дня, дорогой.

Он улыбается, его большой палец скользит по нижней губе, затем он облизывает и прикусывает ее.

Вот черт. Теперь я действительно хочу его.

Он смеется, а затем уходит.

Выхожу из ванной комнатой после душа и слышу, что у меня звонит телефон. Это Лиам. Я ухмыляюсь. Он ушел всего тридцать минут назад.

— Ты что-то забыл?

Он усмехается. — Нет. Я решил позвонить и пригласить свою жену на обед, так как ты все равно собираешься за покупками. Освобожусь около часа. Не слишком поздно?

— Идеально. — Ухмыляюсь я.

Сказав мне, где встречаемся, он кладет трубку. Я не могу перестать ухмыляться.

Энни уехала в гости к сестре на несколько дней, так что я роюсь в холодильнике, не зная, чего хочу. Решаю съесть хлопья, когда мне звонит Холли.

— Какие планы на вечер?

— Что ты задумала?

— Мне необходимо куда-нибудь выбраться. Так что я подумала, что, может быть, ты, я, Эмили и Джули могли бы сходить в бар, потанцевать. К нам, возможно, и Тэнси присоединиться.

Я смеюсь. — Райан уезжает?

— Да, черт возьми! — Она смеется.

— Звучит весело. Я с вами.

— Хорошо, я перезвоню тебе. Его не будет до следующей недели.

— Жду с нетерпением.

— Что ты делаешь в обед?

— У меня встреча с Лиамом.

— Я думала, что он на деловой встрече.

— Я встречусь с ним после нее.

— Ну, хорошо провести время.

— Спасибо.

Я остаюсь в квартире практически до часа. Как только выхожу из такси возле ресторана, Лиам встает и направляется ко мне. Замечаю, что женщины обращают на него свое внимание.

— Тебя все устраивает? — Спрашивает он, отодвигая стул для меня, и я сажусь.

— Да, прекрасный день, чтобы выбраться куда-нибудь поесть.

Наш официант подходит к столику, чтобы принять заказ.

— Где твои пакеты? — Интересуется Лиам, когда официант уходит.

— Э-э ... Я только присмотрела пару вещей. — Брови Лиама приподнимаются. — Я вернусь и куплю то, что мне понравилось ... позже. Как прошла твоя встреча?

Немного задумавшись, он отвечает: — Удовлетворительно.

— У тебя так много деловых встреч?

— Слишком много, — говорит он, глядя, как официант подает наши напитки.

Я сижу, наслаждаясь теплым ветерком и зонтиком над головой.

— Помню первое утреннее собрание, на котором присутствовала в «Джастис Хаус». Ты также собирался на деловую встречу в тот день, и Барри спросил, касается ли это игрушек, — говорю я так, чтобы никто не смог услышать меня. Лиам улыбается. — Мне было интересно, почему ты собираешься на встречу по поводу игрушек. — Он уже громко смеется. — Я чуть не поперхнулась, когда поняла, о чем вы говорили.

Он откидывается на спинку стула, ухмыляясь.

Официант прерывает нас, чтобы поставить сэндвичи на стол, и мы едим в тишине.

— Знаешь, — его голос потрясает меня, и я поднимаю на него взгляд. — Тебе, в конце концов, придется купить вещи для беременных, Кэйт.

— Знаю, — мягко говорю я, вытирая пальцы салфеткой.

— Поверь мне, дорогая, если ты думаешь, что я не буду считать тебя привлекательной, когда твой живот вырастет, ты очень ошибаешься.

Он думает, что я беспокоюсь о том, что мое тело изменится? Борюсь с улыбкой. — Откуда ты знаешь?

Он молчит пару секунд, а затем улыбается. — Может быть, потому что фантазирую о том, как трахаю тебя, когда твой живот уже достаточно округлится.

Чувствую, как мое лицо покрывается румянцем, оглядываюсь вокруг, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает, так как столики стоят довольно близко друг к другу. Лиам хохочет.

Я качаю головой в полной растерянности.

— Сожалею, дорогая. Но это твоя ошибка. Ты должна была подумать о последствиях, прежде чем позволить себе оказаться в таком затруднительном положении.

Делаю глоток напитка, опускаю стакан и поднимаю бровь. Получается хорошо, так как я постоянно совершенствую свои навыки в копировании его любимого выражения.

— Ты серьезно считаешь, что я забеременела нарочно?

Он наклоняет голову, его рот растягивается в медленной, сексуальной улыбке. — Ну, дорогая, думаю, что мы оба помним, как это произошло.

Мой рот открывается, и он смеется.

Вздергиваю подбородок вверх. — Насколько я помню, это была полностью твоя вина, — мне становится жарко, мне нужен вентилятор, — полное отсутствие контроля с ТВОЕЙ стороны.

Он ворчит. — Насколько я помню, я объяснил, что меня застали врасплох. — Он пожимает плечами. — И я сделал все правильно.

Его слова являются вопиющим напоминанием о том, что наш брак является фиктивным.

У меня ком встает в горле.

— Кэйт, я не это имел в виду. — Он проводит рукой по волосам. — Я ...

Его признание прерывает звонок телефона. Он смотрит на экран.

— Блядь, — бормочет себе под нос. — Я должен ответить, — переводит взгляд на меня, прежде чем ответить на звонок.

Я знаю, что он не сказал, что имел в виду, но у меня странное чувство по поводу того, как он относится к нашему браку. Он правильно сделал, женившись на мне. Сколько раз он говорил это, когда пытался убедить меня в том, что наше бракосочетание — это правильная вещь?

Тон Лиама привлекает мое внимание к его разговору. — Я понимаю, что это, может быть, окончательное предложение, но вы должны понимать: я не собираюсь снижать цену. — Он делает паузу, смотря на меня.

Надеваю солнцезащитные очки и тянусь за сумочкой, что явно дает понять, что я собираюсь уйти.

— Эй! — Он протягивает руку, и я делаю шаг назад.

— Подождите минутку, Филипп.

— Спасибо за прекрасный обед. — Говорю я и разворачиваюсь.

— Кэйт, черт побери. Стой. — Он встает.

— Мне нужно идти ... а ты должен разобраться с делами. — Не дождавшись его ответа, поворачиваюсь и спешу к тротуару, и вижу, что такси, как назло, только отъехало. Быстро оглядываюсь назад и вижу, что Лиам пристально смотрит на меня, он зол.

— Пойдем со мной, — умоляет Джули.

— Джули, я не уверена...

— Пожааалуйста. Пол задержится на работе, а я должна там появиться из-за работы. Мы не задержимся, обещаю.

Я сомневаюсь. Один из ее клиентов устраивает вечеринку, чтобы отпраздновать подписание договора с ее компанией. Может, мне будет полезно развеяться и познакомиться с новыми людьми?

— Во что ты одета? — Спрашивает она.

— Неподходящий наряд для вечеринки.

— Это не формальная вечеринка. Платье?

— Ага, сарафан.

— Отлично! Я буду одета также, и мы можем дополнить твой наряд аксессуарами. Все будет отлично.

Я смеюсь. — Хорошо. Но, ты же знаешь, я не смогу остаться допоздна.

— Да! Спасибо!

Лиам не отвечает на мой звонок. Оставляю ему сообщение о том, что я с Джули.

«Хайт» один из лучших отелей Чикаго. Когда мы заходим в банкетный зал, где проходит вечеринка, я в полнейшем восторге. Я вижу несколько знакомых лиц, так как уже приходила на пару корпоративов вместе с Джули.

Меня бросает в дрожь от одной мысли, пришедшей мне только что в голову. — Джули, Майлз Ли тоже здесь? — Не могу поверить, что не подумала об этом раньше.

— Нет, слава Богу. Он в отпуске за границей.

Я заметно расслабляюсь.

Вокруг множество официантов, но Джули предлагает пойти в бар, так как мне нужно заказать что-нибудь выпить, а вокруг предлагается только шампанское.

С напитками в руках мы идем поприветствовать хозяина вечеринки.

— Ты могла бы также встретиться с господином Марлер, — говорит Джули.

Было бы неплохо. Несколько месяцев назад это имело бы значение, но так как я больше не работаю в журнале, связи, на самом деле, уже не так важны.

По мере приближения к углу комнаты, где стоит хозяин вечеринки, Джули говорит: — Давай сделаем это, а затем мы можем сходить в буфет и уйти.

Я смеюсь, но когда мы подходим ближе, улыбка стирается с моего лица.

О, нет! Этого не может быть.

Я смущаюсь, хочу развернуться и убежать, но уже слишком поздно. Я вижу высокого, стройного человека, который смотрит на нас, его взгляд автоматически опускается на Джули, но только на несколько секунд, затем он видит меня, и его губы расплываются в удивленной улыбке.

— Миссис Джастис. Как приятно видеть вас. Лиам ничего не говорил о том, что будет сегодня здесь.

Мое лицо становится красным. Я просто хочу провалиться сквозь землю и вижу, что Джули смотрит на меня с удивлением.

Он поднимает бровь, пока я стою, словно воды в рот набрав.

— Его ... здесь нет, — заикаюсь я.

— Да? — Он ухмыляется, а затем наклоняется немного ближе. — Я так понимаю, что он не знает, что вы здесь?

Вот черт.

— Ну, я очень рад, что вы пришли. Добро пожаловать, сожалею, что не имел возможности поздравить Вас. По двум поводам, как мне сказали.

Он знает о ребенке?

— Спасибо, — шепчу я. Мне нужно уйти. Это так неловко. Я надеялась, что никогда не встречу этого человека снова.

— Я надеюсь, вам понравился вечер на «Хартбит»?

— Очень. Спасибо.

Он снова улыбается, а затем поворачивается к Джули, которая спокойно стоит рядом со мной.

— Джули, приятно видеть вас снова.

— Благодарю вас, мистер Марлер.

— Надеюсь, что вы, дамы, меня извините, но один из моих гостей только что прибыл, и я должен лично поприветствовать его.

— Конечно, — Джули отвечает за нас обеих.

— Пожалуйста, наслаждайтесь. — Он слегка наклоняет голову, а затем уходит. Джули провожает его взглядом, а я просто стою неподвижно.

Она поворачивается ко мне и спрашивает: — Что это было?

В это же время я спрашиваю: — Почему ты мне не сказала?

Закрываю глаза и кладу руку на лоб.

— Он знает тебя?

— Джули! — Рычу я. — Почему ты не сказала мне, что мистер Марлер — владелец ночного клуба?

Она хмурится, качает головой в замешательстве, а затем ее глаза внезапно расширяются, рот приоткрывается. — Ночного клуба?

— Да!

— Он является тем самым парнем, который застукал вас с Лиамом голыми в своем кабинете? — Шепчет она, потрясенная своей догадкой.

— Тссс! — Заставляю ее замолчать, пока официант проходит мимо, и я ставлю свой стакан на его поднос. — Лиам не был голым.

Джули закрывает рот ладонью от удивления.

— Да, смешно, — говорю я. — Мне нужно убраться отсюда. — Я вдруг чувствую себя очень уставшей, и знаю, что Лиам будет в бешенстве, когда узнает, что я была здесь без него.

Выходя из лифта, хочу прямиком направиться в постель. Чувствую себя истощенной. Я должна была сразу пойти домой, а не останавливаться с Джули поесть.

— Где, черт возьми, ты была? — Спрашивает Лиам, выходя из гостиной. Он злится, руки лежат на бедрах.

Я останавливаюсь. — Разве ты не получил мое сообщение? Я позвонила и сказала тебе, что я с Джули.

— Ты ни слова не сказала о поездке на вечеринку.

Мои брови поднимаются от удивления.

— Ты же не думала, что я не узнаю, не так ли? — Иронизирует он.

— Что? Нет, я собиралась сказать тебе.

— Не играй со мной в эти проклятые игры, Кэйтлин. — Его глаза сверкают гневом. — Прошло уже несколько часов.

Не знаю, что ответить.

— Где твои пакеты? — Мое дыхание перехватывает. — Ты оставила меня в спешке, чтобы закончить покупки, так где твои сумки?

— Я ...

Черт.

Я забыла о пакетах, и я не планировала этого спора, так что мне приходится уйти в оборону. — Прекрати пытаться запугать меня.

У меня нет даже единого шанса пройти мимо него, он делает шаг вперед и нависает надо мной.

— Я еще не начинал запугивать тебя, дорогая. — Его голос хриплый и опасно тихий.

Что, черт возьми, здесь происходит. — Почему ты такой злой?

Его глаза сужаются. — Я чертовски зол, потому что ты снова солгала мне.

О, нет. Это нехорошо. — Лиам, я ...

— Что ты? — Огрызается он.

— Я не лгу тебе, и я устала от твоих постоянных обвинений во лжи. Я не собираюсь обсуждать этот вопрос с тобой, пока ты не успокоишься.

— Ты разозлила меня, дорогуша, но ты действительно не хотела этого. Доверься мне, расскажи все.

Уставившись на меня, он говорит: — Пойдем со мной. — И тут же поворачивается и направляется по коридору в сторону кабинета.

Я следую за ним. Он оставляет дверь открытой, и я останавливаюсь на пороге.

Он поворачивается и смотрит на меня. — Что ты делаешь? — Спрашивает он с хмурым выражением на лице.

— Решаю, слушать твои обвинения или нет.

Его глаза сужаются.

Мне, наверное, не стоит злить его еще больше. И почему он так зол? Я медленно вхожу в комнату.

Лиам идет к столу и открывает ящик, вытаскивает бумаги, и кладет их на стол.

— Подойди ближе, Кэйтлин. Я хочу, чтобы ты объяснила мне это.

Я хмурюсь и иду к столу. Беру документы, пробегаю глазами.

Охренеть!

— Как ты это сделал? — Шепчу я.

— Я задаю здесь вопросы, а не ты. Теперь ответь мне.

— Ты не имеешь права!

Он наклоняется через стол. — Я имею полное право, ведь ты моя жена.

— Я не копаюсь в твоих личных вещах! — Я зла и унижена, так как он получил доступ к информации о моем банковском счете. Как он мог это сделать? — Это тебя не касается, даже если я твоя жена. Я ничего не знаю о твоем бизнесе, о том, чем ты занимаешься, или куда ты уходишь.

Мы оба свирепо смотрим друг на друга.

— Это все, что ты хочешь сказать? — Спрашивает он жестко.

— Нет! У меня даже нет карточки для этого проклятого лифта!

Я явно застала его врасплох. Он пристально смотрит мне в глаза.

— Я твоя жена, только когда тебе это удобно. — Мой голос звучит немного спокойнее.

Он наклоняет голову в сторону. — Ты действительно так считаешь, Кэйтлин? — Он по-прежнему злится.

Мой гнев внезапно испаряется, и я чувствую усталость. Обнимаю себя в защитном жесте.

Через несколько минут Лиам возобновляет разговор, его голос несколько спокойнее, но я до сих пор слышу его гнев.

— Я хочу, чтобы ты объяснила, что ты сделала с деньгами на своем банковском счете. Там было чуть более шести тысяч долларов перед тем, как мы поженились, а теперь менее пятисот. — Он опирается на стол на расстоянии вытянутой руки от меня. — Я знаю, что ты ничего не покупала, так что ты сделала с деньгами, Кэйтлин?

Знаю, что мне просто нужно сказать ему, но … это мои заботы.

— Ты хочешь уйти от меня? — Я поднимаю на него взгляд, широко раскрыв глаза от удивления. — Потому что, если это твой план, я должен предупредить тебя, дорогуша, что не намерен отпускать тебя ни сейчас, ни когда-нибудь потом, — говорит он твердым голосом.

— Лиам, нет, я ... — он действительно так думает? Считает, что я планирую разлучить его с ребенком? Как он может так думать, он ведь знает, что я влюблена в него! Его слова эхом отдают в голове, ему очень сложно доверять.

Делаю глубокий вдох. — Я перевела деньги своим родителям, — мягко говорю я, смотря вниз. — Когда я работала, то посылала им немного денег каждый месяц. Они никогда не просили об этом, и это была не такая уж и большая сумма, но они нуждались в этих деньгах, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Я послала им все, что было на моем счете, потому что не знаю, когда смогу возобновить переводы. — Делаю еще один глубокий вдох. — Я хотела продолжать помогать им, поэтому и решила вернуться к работе.

Я не могу сказать ему, что также чувствую необходимость накопить немного денег на случай, если он решит оставить меня, но пока не могу вынести и мысли о том, что Лиам оставит меня.

Я смотрю на него. — Мне жаль, что я не говорила тебе об этом раньше, но это исключительно моя забота.

Я стою между его ног, и он берет меня за руки, притягивая ближе. Больше всего на свете хочу обнять его, но сопротивляюсь своему желанию. Я все еще зла из-за его вторжения в мою личную жизнь, но я слишком устала, чтобы спорить дальше. Не сейчас.

Когда он поднимает меня на руки, я упираюсь.

— Нет! Отпусти меня, Лиам.

Не говоря ни слова, он несет меня в спальню и, склонившись над кроватью, кладет на кровать. Тянется к покрывалу и укрывает меня.

— Спи, детка. — Он целует меня в лоб, прежде чем встает в полный рост.

— Не уходи, — я отчаянно пытаюсь удержать его рядом с собой.

Он наклоняется ко мне. — Тише, — убирает волосы с моего лба, — тебе нужно отдохнуть, а мне немного поработать.

Он смотрит на меня, но я не могу больше держать глаза открытыми. Слишком устала.

— Кэйт, когда ты закончишь с завтраком, можешь зайти в мой кабинет?

Я смотрю на Лиама, стоящего в дверях кухни. Он одет в старые джинсы и выцветшую, черную футболку, которая плотно прилегает к телу, подчеркивая его бицепсы и идеальную грудь. Кусаю губы, думая, насколько он сексуален.

Было уже поздно, когда он пришел прошлой ночью, но я проснулась, когда он обнял меня и поцеловал, не включая свет. Он знает, как контролировать мое тело, доводя меня до безумия, как будто он действительно его хозяин.

— Кэйт, ты меня слышишь? — Спрашивает он с самоуверенной улыбкой.

Высокомерный осел, вероятно, думает, что я думала о нем.

— Да, — отвечаю я.

Его улыбка расширяется, он поворачивается, направляясь обратно к себе в кабинет, насвистывая веселую песенку.

Качаю головой и загружаю посудомоечную машину.

Лиам оставил дверь в кабинет открытой, и когда я останавливаюсь в дверях, он отрывает взгляд от компьютера и смотрит на меня. — Заходи, дорогая.

Откинувшись на спинку кресла, наблюдает, как я захожу в комнату и сажусь на один из стульев, расположенных рядом с его столом. Он следит за мной. Я должна помнить, что до сих пор обижена на него.

— Что ты хочешь, Лиам? — Я горжусь тем, как уверенно звучит мой голос, не смотря на его близость.

Он усмехается. — Хочу, чтобы ты знала, я договорился, чтобы твои родители получали ежемесячные выплаты по инвалидности отца.

Мой рот открывается. — Что?

Он встает и обходит стол, опирается на него, вытягивая ноги передо мной.

— Кэйт, ты должна была обсудить эту проблему со мной. Я не позволю тебе беспокоиться о вещах, которые ты не можешь контролировать. Это не хорошо для тебя и, конечно же, не очень хорошо для нашего ребенка.

— Лиам, я не могу позволить тебе сделать это.

Его брови поднимаются. — И почему же, дорогая?

— Потому что мои родители — это моя ответственность. Я не могу просить тебя....

— Ты и не просила меня, в этом и проблема. — Он опять начинает злиться.

— Что касается расходов...

— Кэйт, поверье мне, я могу себе это позволить.

— Не в этом дело!

— А в чем, дорогая? — Теперь он определенно злится. — Они стали и моей семьей, когда мы поженились, а я забочусь о своей семье. Все уже сделано, и я не хочу больше ничего слышать по этому поводу, — он говорит твердо, и я могу сказать, что лучше оставить это. На данный момент.

— У меня для тебя кое-что есть. — Он берет желтый конверт со стола и протягивает его мне.

Я хмурюсь немного, когда беру его в руки. — Что это? — Он ничего не говорит, но продолжает наблюдать за мной. Заглядываю внутрь и вытаскиваю карточку доступа.

— Майк сказал предупредить тебя, чтобы ты не потеряла ее.

Тихонько фыркаю и достаю из конверта черную кредитную карту. Лиам все еще наблюдает за мной. Я с удивлением смотрю на карту и провожу пальцем по моему имени, выгравированному на пластике. Как он смог сделать карту так быстро? Наклоняю конверт, и оттуда выпадывает набор ключей. Я растерянно смотрю на Лиама.

— Ключи от Range Rover.

О, Боже!

— Лиам ... Зачем ты это делаешь? — Шепчу я.

Он подходит ко мне, и я резко выдыхаю, когда он вплотную притягивает меня к своему телу, его пальцы берут меня за подбородок, заставляя посмотреть на него.

— Ты моя жена, и носишь моего ребенка. Мне не нужна другая причина. — Он наклоняется, чтобы поцеловать меня. — Кажется, дорогая, я вечно буду извиняться перед тобой за тот или иной проступок.

— Лиам ...

— Я сожалею, Кэйт. — Он смотрит на меня. — Я прошу прощения за свое непростительное пренебрежение. Майк и я — единственные, кто имел доступ к квартире, даже у Холли или Брюса нет ключей. Я так привык к этому ... — Он хмурится. — Ты должна была раньше сказать мне.

Я не могу дышать, мои глаза двигаются по его лицу. Он злится на себя больше, чем я на него. Его щедрость по отношению к моим родителям ...

— Ты смотришь на меня так, дорогая, будто собираешься наброситься с кулаками.

Я смеюсь, а затем кусаю губы, смотрю на него из-под ресниц. — Почему я не получила ключи от Porsche?

Его брови удивленно приподнимаются. Потом он смеется. — Слишком много автомобилей для тебя, милая. — Я прикусываю нижнюю губу, проводя рукой по его мускулистой груди.

Вдруг звонит его сотовый, и он достает его из кармана, глядя на экран.

— Мне нужно спуститься в клуб на некоторое время.

— Хорошо, пока ты занимаешься делами, пойду поговорю с Холли. — Я уже отхожу, когда его рука скользит мне в шорты, сжимая меня сильнее. Я пищу, когда его пальцы впиваются в меня.

— У нас есть еще одна вещь, которую нам необходимо прояснить, дорогая.

Смотрю ему в глаза. Он такой переменчивый.

— Зачем ты пошла на вечеринку к Джимбо вчера?

Вот черт.

— Я не знала, что это его вечеринка, Лиам. Пол был занят, а Джули необходимо было присутствовать там по работе. Ей нужна была компания, и я пошла с ней.

— В следующий раз, когда ты не сообщишь мне, где ты находишься и что собираешься делать, ты будешь не в состоянии сидеть минимум в течение недели. Даю тебе слово, дорогая. И я думаю, что тебе лучше держаться подальше от вечеринок Джимбо. Они не в твоем стиле. — Он смотрит мне в глаза. — Теперь, если ты готова, мы пойдем вниз вместе.

Для начала я решила поискать Холли в ее кабинете. Подходя к двери, я врезаюсь в Майка.

— Привет, — мягко говорю я, готовая пройти дальше, но он меня удивляет, когда останавливается.

— Лиам передал тебе ключ доступа к лифту?

— Да. Я не потеряю его, — спешу добавить.

Мне кажется, или он действительно слегка улыбается, прежде чем сказать: — Хорошо. — Затем он уходит, а я долго смотрю ему в след.

Холли нет в своем кабинете, так что я иду в ресторан. Конечно, моно было бы написать ей смс, но я хочу увидеть Тэнси.

Здесь очень людно в обеденное время по субботам, как и всегда, Тэнси и новый администратор встречают гостей, и я не хочу им мешать. Решаю спросить Леона, видел ли он Холли.

— Мисс Кэйт, как я рад видеть тебя. Чем могу помочь?

— Привет, Леон, — оглядываю бар, где сидят несколько членов клуба с напитками в руках. — Я ищу Холли. У тебя есть идеи, где она может быть?

— Она была здесь и сказала, что пойдет в оранжерею.

— Хорошо, спасибо. — Снова оглядевшись, я спрашиваю: — Сегодня ночью ожидается ажиотаж?

— Вероятно, особенно если исходить из списка предварительной записи. Тебе принести что-нибудь из напитков? Сок или воду?

Поколебавшись немного, я отказываюсь. Направляясь к выходу, задаюсь вопросом, знает ли он о ребенке. Если он знает об этом, знают ли другие? Лиам не говорил ничего о том, знает ли персонал или члены клуба о предстоящем пополнении семейства Джастис.

Оранжерея находится в дальнем углу около гаража недалеко от того места, где когда-то стоял особняк. Лиам по предложению Холли построил оранжерею, когда купил особняк. И это было великолепной идеей, прямо как из викторианской эпохи. Жена садовника заботится о растениях и срезает свежие цветы, которые стоят по всему «Джастис Хаус», каждый день.

Не найдя Холли или жену садовника, поворачиваюсь, чтобы уйти, но вижу стоящую в дверях Миранду с ехидным блеском в глазах.

— Миранда.

— Миссис Джастис. — И из ее уст мое имя звучит как оскорбление.

Вздыхаю, стараясь не обращать внимания на ее грубое отношение. — Я ищу Холли.

— Ее здесь нет.

— Миранда, не знаю, почему мы не можем найти общий язык, — говорю я, хотя это является своеобразной ложью. Мы обе хотим Лиама.

— Как ты сделала это?

Мне нужно просто уйти, но любопытство берет верх. — Что сделала?

— Как тебе удалось женить на себе Лиама?

Серьезно? Когда я не отвечаю, она добавляет: — Я знаю, что ты обманула его однажды. И он покончил с тобой. Он сказал мне это, когда трахал меня после того, как ты ушла. — Она улыбается с плохо скрываемой злобой.

Чувствую, что будто тиски сжимаются вокруг моего сердца. Мне становится плохо при мысли о Лиаме, занимающемся сексом с Мирандой. Мой шок и последующая боль не ускользают от нее, и она самодовольно улыбается.

Мне нужно уйти отсюда. Когда я пытаюсь пройти мимо, она решает раздавить мое сердце еще сильнее.

— Знаешь, Кэйтлин, если бы я была на твоем месте, то не была бы такой самодовольной и такой уверенной в вашем браке. Думаю, ты должна спросить у Лиама, почему Мэлани ушла. Ходит много слухов об этом, потому что это огромный секрет, но я знаю, что причиной ее ухода стал Лиам, и есть еще кое-что, что тебе следовало бы знать. — Она пожимает плечами и перекидывает волосы через плечо.

Она одна из тех людей, которые так прекрасны, что ангелы должны были присутствовать при ее рождении, но ее душа — черная, как бездна, и я ее ненавижу.

Оттолкнув ее в сторону, спешу выйти на улицу, чтобы сделать глоток воздуха, отчаянно пытаясь стереть вонь ее духов из своей памяти. Когда дверь закрывается, слышу ее довольный смех.

Лиам спал с этой сукой. Часть меня знает, что она не лжет, а в другой еще сохраняется надежда, что это не так.

Направляюсь обратно в особняк. Захожу в лифт, не желая никого видеть. Мне нужно некоторое время побыть в одиночестве, прежде чем я увижу Лиама. Когда захожу в спальню, он, как назло, выходит из ванной и останавливается, чтобы проверить свой телефон.

Ой.

— Кэйт. — Его глаза бродят по мне, и я проклинаю свое предательское тело, которое реагирует мгновенно на человека, который завладел моим телом и сердцем с самого первого дня.

— Ты в порядке? — Спрашивает он.

— Нет, — мягко говорю я.

— Что случилось? — Он пристально наблюдает за мной.

О, я не должна задавать ему эти вопросы, по крайней мере, не обдумав то, что сказала Миранда.

— Почему Мэлани ушла?

Нет никаких внешних признаков того, что мой вопрос задел его. — Почему ты спрашиваешь меня о Мэл? — Он подходит к гардеробной.

Я делаю глубокий вдох и тихо спрашиваю: — У тебя был с ней роман?

Его рука тянется к чему-то внутри ящика, а голова медленно поворачивается так, чтобы он мог полностью разглядеть меня. Я ни с чем не перепутаю гнев, который вижу в его глазах. Он поворачивается обратно к гардеробу.

— Я собираюсь списать этот допрос на счет того, что ты, должно быть, устала.

— Я не устала, Лиам. Я просто спрашиваю об администраторе, которая работала здесь. Все намекают, что она ушла слишком внезапно.

— Так уж и все, дорогая? — Он поворачивается, приподнимая бровь.

— Она ушла, когда ты порвал с ней?

Он оборачивается. — Если она это и сделала, то это не твоя забота. Это было до тебя.

Я смотрю вниз. Он прав, это было до меня, но я до сих пор не понимаю, на какой такой большой секрет, касающийся Мэлани и Лиама, намекает Миранда.

Заправляю волосы за ухо. — Ты ... ты спал с Мирандой, когда ... я ушла?

— Что ты делаешь, черт возьми? — Он гневно смотрит на меня. Я буквально чувствую его гнев, но не собираюсь позволить ему запугать меня.

— Мне нужно знать. — Делаю глубокий вдох. — Ты спал с Мирандой после того, как она сделала все, что было в ее силах, чтобы разругать нас?

Он ничего не говорит и просто смотрит на меня, но у меня уже есть ответ. Миранда не врала. Он делает шаг ко мне, а я делаю шаг назад. Он останавливается, его глаза сужаются.

— Не знаю, что на тебя нашло, — говорит он со злобой, — но что бы у меня не произошло с Мирандой, это не имеет значения. Ты и я расстались на тот момент. Хватит!

Я смотрю на свои пальцы. Он высказал свою точку зрения, но мысль о том, что у него что-то было с этой сукой, очень ранит. И если он думает, что может запугивать меня, отказываясь отвечать, то глубоко ошибается! Это лишний раз доказывает, как мало он меня знает. Плюс ко всему, есть то, о чем я постоянно думаю. Я не спрашивала его, боясь ответа. Тихий голос в моей голове говорит мне, что я должна оставить это.

Прочищаю горло. — В тот день, когда я поднялась на второй этаж и отвлекла Миранду от того, что вы называете «сцена», ты сказал мне, что человек, который прервал сцену, должен быть наказан. — Я смотрю на него. — После того, как ты узнал правду, была ли Миранда наказана за обман?

Он ничего не говорит в течение нескольких секунд, но я уже знаю его ответ. Мое нутро напрягается.

— Да, — он, наконец, отвечает.

Я сжимаю руки в кулаки. — Кто наказал ее?

Вижу, как напрягаются мышцы его челюсти, и тоже стискиваю зубы, встретив его яростный взгляд, но моя решимость непоколебима.

— Я.

Тяжело вздыхаю и кусаю губы, моя рука опускается на живот, когда подкатывает тошнота.

— Кэйт, это было наказанием. Поверь мне, оно ей не понравилось.

Меня тошнит.

— Ты? — Шепчу, задерживая дыхание, а мое сердце пытается выпрыгнуть из грудной клетки.

У меня есть ответ, он отражается в его глазах.

Моя рука движется ко рту. Меня сейчас стошнит.

— Кэйт!

Я в спешке пробегаю мимо него в ванную, добравшись до унитаза как раз вовремя. Теплые, сильные руки тянут мои волосы назад, пока я избавляюсь от содержимого желудка.

Пытаюсь успокоиться. Лиам достает из ящика резинку для волос и собирает мои волосы в конский хвост. Затем мочит полотенце и протягивает его мне.

Я не могу остановить дрожь и стеснение в груди.

— Может, вызвать врача? — В его голосе слышна тревога.

— Нет. Это не из-за беременности. — Тянусь за полотенцем и протираю лицо. — Мне нужно лечь, — бормочу я, не в состоянии даже посмотреть на Лиама. Прохожу мимо него, и под его пристальным взглядом заползаю на кровать и ложусь на мою сторону, отвернувшись от него.

Я чувствую, что он наблюдает за мной, и хочу, чтобы он лег рядом, обнял меня и просто держал в своих объятиях.

Становится тихо, мне кажется, что он вышел из комнаты, так что я удивляюсь, когда кровать прогибается, и Лиам прижимается к моей спине, обнимая меня.

Слезы накатывают на меня.

Мы лежим вместе, он притягивает меня к себе, положив подбородок на мою макушку.

Я не уверена, что теперь будет, потому что я не смогу снова видеть Миранду. Мысль о Лиаме и ней... Она запустила свои когти в него, понимает он это или нет. Она разделяет часть его жизни, в которой мне не место. С самого начала наших отношений, все, что он делал и говорил, привело меня к этой мысли, и этого достаточно — для меня.

— Мне очень жаль, милая.

Его мягкие слова убивают меня. За что он извиняется?

— Кэйт, — он глубоко вздыхает. — Я годами ни с кем не объяснялся. Прошу прощения за мою вспыльчивость.

— У тебя есть чувства к ней?

— Черт, нет!

— Она влюблена в тебя.

Я чувствую, как его тело напрягается. — Кэйт, я женат на тебе. Для меня не имеет значения, если Миранда думает, что влюблена в меня.

Если она думает?

— Почему ты слушаешь ее?

— Потому что знаю, почему ты женился на мне. — Говорю я практически шепотом.

Он вдруг поворачивает меня на спину, наклоняется и хмуро смотрит на меня.

— Почему я женился на тебе? Ну, дорогуша, почему бы тебе не рассказать мне, по каким таким причинам ты думаешь, я женился на тебе? — Он зол и сверлит меня глазами.

Делаю глубокий вдох. Я должна ответить. — Ты женился на мне, потому что я беременна от тебя. Если бы не было ребенка... — закрываю глаза под натиском его пылающего взгляда, — то не было бы нас. — Перехожу на шепот. Я изначально знала причину нашего брака, но гораздо больнее произносить эти слова вслух.

После нескольких минут молчания, я открываю глаза. Он смотрит на меня с непостижимым выражением лица, затем протягивает руку, чтобы провести большим пальцем по моей нижней губе, и мои губы непроизвольно приоткрываются.

— Если ты думаешь, — его голос звучит низко и хрипло, — что я женился на тебе по любой причине, отличной от той, что я сам захотел этого, то ты глубоко ошибаешься. — Он смотрит мне в глаза, а затем встает с кровати и выходит из комнаты, даже не оглянувшись.

Просыпаюсь от аромата еды, и у меня тут же урчит в животе. Энни уехала на выходные, поэтому нам нужно было либо ехать в ресторан, либо готовить самим, и, слава богу, Лиам хороший повар.

Я вхожу на кухню, он поворачивается, накрывая на стол.

— Ужин готов, — говорит он, глядя на меня.

Я делаю шаг к холодильнику, чтобы налить стакан сока, глядя на бутылку вина. Не думаю, что когда-либо еще мне так хотелось выпить.

Когда я поворачиваюсь, Лиам наблюдает за мной.

— Мне нужно кое-что спросить.

Даже в нескольких метрах от него я могу видеть, как он напрягся.

— Хорошо.

— Каково твое участие в клубе?

Его брови поднимаются. — Я владею им.

— Я знаю, что ты владеешь «Джастис Хаус», но какова твоя роль в том, что происходит на втором этаже и в подземелье?

Он наклоняется к столу, прищурившись.

— Почему ты хочешь обсудить то, что происходит на втором этаже? Ты никогда не проявляла интерес к этому раньше.

Я скрещиваю руки на груди. — Ты ничего мне не рассказываешь о любом из твоих бизнесов, и меня радует, что я не принимаю участия в них. — Он вдруг хмурится. — Но думаю, что как твоя жена, я должна знать, какова твоя роль во всем этом. Ты... — делаю глубокий вдох, — сказал, что сам наказал Миранду.

— Кэйт…

— Что это значит, Лиам? — Я сверлю его взглядом.

— Итак, ты хочешь знать мое участие в жизни БДСМ—сообщества, дорогая? — Он поднимает бровь и медленно идет ко мне.

Я знаю, как он использует мою слабость перед ним, и стараюсь не реагировать на его попытки прекратить допрос. Догадываюсь, что он собирается сделать, как только достигнет меня, потому делаю шаг назад с каждым его шагом вперед. Он вдруг останавливается. На его губах мелькает ухмылка, он вытаскивает один из кухонных стульев и садится за стол.

— Садись, Кэйтлин.

Я делаю, как он говорит, но сажусь напротив него.

Он сужает глаза, оценивая мой настрой. Поднимаю свой подбородок, давая ему понять, что не отступлю. А потом он меня удивляет второй раз за день.

— Я владею этим клубом — вот моя роль в этом. Я увидел перспективу в прибыльном бизнесе, а остальное уже неважно.

Я хмурюсь. — Но ... значит, ты не ... — Черт! Мне неудобно задавать ему такие вопросы. Мне вообще не нравится эта тема. Наивно было полагать, что я смогу просто игнорировать эту сторону его бизнеса.

— Нет. Я никогда не придерживался такого образа жизни. Принимал ли я участие? Экспериментировал? Да. — Мои глаза расширились от его признания. — Но моя единственная задача — это владеть и управлять «Джастис Хаус».

Делаю глубокий вдох. — Но ты так ... Я имею в виду то, как ты ...

Его рот расплывается в улыбке. — Контроль? Доминирование?

Я смеюсь и опускаю взгляд, качая головой. — Да, можно сказать и так.

Он улыбается. Я смотрю на него, а потом трясу головой.

— Итак, что же случилось с Мирандой?

— Я не расскажу тебе о Миранде. Ты не поймешь.

— Почему ты не хочешь говорить о ней? Ты сказал, что у тебя нет чувств к ней.

Он хмурится. — Что? Я имел в виду ее наказание. Я не расскажу тебе об этом.

Ой.

— Почему?

— Черт, Кэйт! — Он проводит рукой по волосам. — Почему ты хочешь это знать? — Он смотрит на меня.

— Потому что тебе это понравилось, — мягко говорю я.

Он закрывает глаза, и я отвожу взгляд в сторону.

Он вдруг громко выдыхает, и наши взгляды встречаются.

— Кэйтлин ... Я не... — Он пристально смотрит мне в глаза, — занимался сексом с Мирандой. Ни разу после твоего появления в «Джастис Хаус» и даже после того, когда ты ушла.

— Что? — Шепчу я, пытаясь смотреть ему в глаза.

Он медленно качает головой.

— Она врет?

Лиам откидывается назад, опираясь на спинку стула и опустив голову. — Да. Она врет.

— Зачем ей...

Потому что она сука.

Она изо всех сил старалась поругать нас с самого начала. Но некоторое из сказанного ей, все же было правдой. Я делаю глубокий вдох. — Она сказала, что ты порвал со мной и ....

— Я не порвал с тобой! — Он поднимает голову и смотрит на меня. — Я хотел — мысль о твоем предательстве убивала меня.

Я качаю головой. Иногда мне кажется, что это всегда будет стоять между нами.

Он глубоко вздыхает. — Но я не мог. Не мог выкинуть тебя из головы. — Он проводит рукой по волосам, затем наклоняется вперед. — Ты была повсюду. Везде, здесь, в квартире. В каждой комнате, внизу, в моей постели.

Думаю, что перестала дышать после его откровения.

— Впервые я не хотел находиться в «Джастис Хаус». Старался проводить как можно больше времени за его пределами, насколько это было возможно. — Его голос замолкает, я вспоминаю, что Холли говорила мне о том, что ему тоже было тяжело.

— Я думал, что сойду с ума, — мягко говорит он и смотрит на меня. — Знаешь, почему я запер дверь на крышу? Я там все разгромил.

— Что?

— Я не горжусь этим.

— Лиам…— Мой голос дрожит от волнения. Никогда не предполагала, что в то время, когда я страдала, думая, что больше никогда его не увижу, он чувствовал то же самое.

Грустно. Все, через что мы прошли… А теперь приходится учиться доверять друг другу заново.

— Я только начал немного приходить в себя, когда ты пришла в мой офис в тот день.

Я помню боль от его слов. — Ты был так зол, — шепчу я.

Он тихо фыркает. — Я был готов надрать задницу Холли за это.

— Я боялась, что ты не позволишь мне рассказать тебе о ребенке, — мягко говорю я.

Он резко встает и обходит стол вокруг, чтобы посмотреть на меня. — Ты была очень напугана, и я играл на этом.

Я обнимаю себя, чувствуя себя не в своей тарелке от его слов.

Он потирает рукой рот, а затем наклоняется, чтобы поднять меня на руки. Он целует меня, пока мои руки двигаются по его груди, кончиками пальцев провожу по его медальону. Прервав поцелуй, он прижимает губы к моему лбу. — Я сожалею, что так отнесся к тебе в тот день. Как только ты вышла за дверь, я пошел за тобой.

Я откинулась на спинку кресла. — Правда?

Он кивает. — Я поймал тебя, когда ты упала в обморок. — Он проводит пальцами по моим волосам, перекидывая их через плечо. Его взгляд возвращается ко мне. — Я не позволял никому прикасаться к тебе, пока не приехал врач. Ты до смерти меня испугала, дорогая.

Мои руки обнимают его за шею, и он заключает меня в свои объятия. Я почти физически чувствую, как доверие растет между нами.

— Ты поверишь мне, если я скажу, что мне доставляло удовольствие наказывать Миранду за все, что она сделала с нами?

Я встречаюсь с ним взглядом, и в этот момент меня больше ничего не волнует. Я позволила Миранде стать причиной сомнений. В очередной раз. Я киваю головой.

— Я верю. Я верю тебе.

Он хмурится и приподнимает свои брови, его взгляд движется по моему лицу. Он заправляет мои волосы за ухо, а затем тянет меня ближе к себе. Перед тем, как наши губы встретились в поцелуе, он шепчет: — Спасибо.

Глава 12

На следующий день я ухожу из дома еще до полудня. Сегодня воскресенье, и мы с Джули собираемся в кино. Когда говорю Лиаму, что ухожу, он напоминает мне, что его не будет допоздна. Он с ребятами решил поучаствовать в автошоу.

Сажусь в такси и, прежде чем беру телефон, чтобы позвонить Холли, вижу ее входящий звонок.

— Эй, я как раз собиралась позвонить тебе. Не хочешь пойти в кино со мной и Джули?

— Кэйт, мне нужно поговорить с тобой.

— Хорошо. Что-то случилось?

— Можешь заехать ко мне? Райан только что ушел.

— Скоро буду.

Холли и Райан живут в красивой квартире в старом отреставрированном особняке с довольно длинной историей. В 60-70-х он являлся резиденцией печально известного плейбоя, который превратил величественный дом в сплошную площадку для вечеринок.

Холли открывает дверь, прежде чем я успеваю позвонить в звонок.

— Спасибо, что приехала сюда, я не хотела говорить с тобой об этом в «Джастис Хаус».

— Нет проблем.

Что, черт возьми, происходит?

— Проходи. Травяной чай? Горячий или холодный?

Мы сидим за столом на кухне.

— Холли, ты заставляешь меня волноваться, — говорю я, когда она протягивает мне стакан холодного чая. — Что случилось?

— Лиам уволил Миранду.

Мой рот открывается. — Он что?

— Вчера вечером. — Она опирается локтями на стол. — Я была в своем кабинете с одним из членов клуба, Лиам просто остановился в дверях и сказал: «Пойдем со мной». Он даже не заметил, что я была не одна. Мы остановились возле кабинета Лары, и я спросила его, что происходит. Он попросил меня позвонить Майку и попросить его прийти в кабинет Лары, а если Майк занят, прислать кого-нибудь из службы безопасности. Потом он попросил позвонить Брюсу. Я сказала ему, что он меня пугает. Ты должна была видеть его. Он был зол. — Она заправляет своенравные локоны за ухо. — Он лишь сказал, что хочет, чтобы я позвонила Миранде и заставила притащить ее свою задницу в кабинет Лары.

— Когда я колебалась, не зная, что, черт возьми, происходит, он закричал, чтобы я ей сейчас же позвонила!

Я начала ерзать в кресле. Когда это произошло? Должно быть, он спустился вниз, после того, как я заснула.

— Когда пришли Майк и Брюс, Лиам все равно не проронил ни слова. Он просто ходил по кабинету. Я сказала ему, что не знаю, что случилось с Мирандой, но ему нужно успокоить всех внизу, прежде чем разбираться с ней. Когда она пришла, он так смотрел на нее, и, Кэйт, клянусь, он выглядел так, словно хотел задушить ее. И думаю, что она знала, почему оказалась там. Она очень нервничала.

Это было и не удивительно. Она должна была догадаться, что я спрошу Лиама обо всем, что она рассказала мне.

— Но она была определенно в шоке, когда он сказал ей, что она уволена. Она начала плакать.

Я чувствую себя немного виноватой. Но не буду врать, я рада, что она ушла.

— Лиам сказал Ларе, чтобы она рассчитала Миранду. — Холли рассмеялась. — Несмотря на все это Лара была так же спокойна, как ты сейчас рада. Она спросила, будет ли выходное пособие. Лиам сказал ей, что два месяца. Потом Миранда начала плакать и виснуть на Лиаме.

Я села прямо. Она лапала Лиама?

— Когда он сказал про два месяца, эта сука перешла все границы. Она начала обвинять Лиама. Это, действительно, его очень разозлило. Он просто вышел из себя, а ты знаешь, какой он в таком состоянии.

О, да. Я-то знаю.

— Во всяком случае, Лиам попросил Майка сопроводить Миранду до выхода. Затем он посмотрел на Миранду и сказал ей, чтобы она не подходила к «Джастис Хаус», и для своего же блага держалась подальше и от других его предприятий.

Других предприятий?

— Все закончилось минут за пятнадцать. Майк увел Миранду, и Лиам ушел. — Она улыбнулась мне. — Полагаю, что он вернулся к тебе.

Миранда ушла.

Почему он не сказал мне?

— Я сожалею, надеюсь, что ты не расстроилась, — говорит Холли.

— Нет. Мне нужно было знать об этом, спасибо, — отвечаю я, пытаясь переварить то, что она мне только что сказала.

— Ну... — В ее голосе звучит опаска. — Не знаю, как тебе это сказать, Кэйт. — Я ловлю на себе ее озабоченный взгляд. — Когда вы с Лиамом расстались, Миранда висла на нем, и я подозреваю ...

Ой.

— Пожалуйста, не обижайся на меня. Было трудно рассказать тебе это...

— Холли. — Я тянусь к ее руке. — Тебе не нужно объяснять. Я понимаю, каких усилий тебе это стоило.

— Да! — В ее голосе слышится облегчение. — Это поедало меня изнутри, но я не могла тебе сказать, я знала, что это причинит тебе ненужную боль.

— Нет, все нормально. — Теперь я знаю, что Лиам не спал с Мирандой.

— Он был раздавлен, Кэйт. Он любит тебя так сильно.

Я кусаю губы.

— О, Кэйт! — Она смеется. — Он любит тебя также сильно, как и ты его.

Надеюсь, что это так.

— Нам лучше поторопиться, если мы собираемся забрать Джули и успеть в кино, — говорю я, поднимаясь.

Если кто-то спросит меня, о чем был фильм, то я отвечу, что не имею ни малейшего понятия. Я просто просидела весь фильм, слепо глядя на экран, смеясь, когда Холли и Джули смеялись. Мои мысли были о моем муже, о наших отношениях.

Собственнические чувства Лиама, его просьба переехать к нему, разговор о том, что я успела поселиться у него в сердце. Его гнев из-за моей работы в журнале и последующее решение вычеркнуть меня из своей жизни. Мое сердце разрывается от этих воспоминаний.

Наш брак был самым загадочным для меня. Его утверждение, что мы должны пожениться... Я злилась на него, так как он угрожал мне, чтобы добиться своего. И, тем не менее, он мог жениться на мне без всяких излишеств, но вместо этого он договорился о службе в красивой стариной церкви, делая день свадьбы особым, незабываемым днем.

Я помню тот волшебный вечер, который он организовал для меня, фейверк с военно-морского пирса на озере. Его невероятная щедрость по отношению к моим родителям. Забота о них, потому что он считает их своей семьей.

Я ухмыляюсь. Лиам хочет, чтобы этот брак сохранился надолго: он хочет меня.

Когда такси подъезжает к заднему входу, в «Джастис Хаус» достаточно тихо. Это выглядит почти устрашающе. Я вхожу в лифт, воспользовавшись своей новой картой, спасибо, что не должна обращаться в службу безопасности, чтобы меня пропустили в мой собственный дом. Я улыбаюсь от этой мысли. Мой дом. С Лиамом.

Двери открываются, и будто читая мои мысли, он стоит и ждет меня. Ни один из нас не говорит ни слова, пока мы идем навстречу друг к другу. Он прожигает меня взглядом. Наклоняясь ко мне, обхватывает мое лицо руками и крепко держит меня, когда его губы находят мои.

Поцелуй начинается медленно, Лиам прикусывает мою губу. Вскоре мне становится этого мало, и я прижимаюсь к нему. Мои руки судорожно теребят его рубашку с намерением прикоснуться к его голой коже.

Его поцелуй усиливается. Я провожу ногтями по его груди вниз до пуговицы на джинсах, он сжимает меня, притягивая ближе, вдавливая свою эрекцию в меня.

Когда он поднимает меня, я оборачиваю ноги вокруг его талии, в то время как его язык продолжает хозяйничать у меня во рту. Я начинаю стонать и следующее, что помню — я уже прижата к стене.

Пуговицы на его рубашке становятся препятствием к тому, что я хочу, и я тяну с силой, пока пуговицы не разлетаются по плиточному полу.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая? — Шепчет он мне в губы.

— Просто отлично. — Мой голос звучит хрипло, наклоняюсь, чтобы поцеловать его в ключицу.

— Ты чувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы я трахнул тебя?

Поднимаю голову, мои затуманенные глаза встречаются с его ярко синими. Догадываюсь, что он говорит о том, что произошло прошлой ночью. — Лиам, со мной все хорошо.

Я вижу, как огонек в его глазах усиливается.

— Это все, что мне нужно услышать, сладкая.

Мой живот сводит от желания, когда моя рука скользит между нами, выпуская его член из штанов. Он прижимает меня к стене своим телом, его руки срывают с меня стринги, отбрасывая их в сторону, Лиам смотрит на меня горящим взглядом.

Вот черт. Тяжело дышу, обнимаю его за плечи, ртом нахожу его шею. Я постанываю и облизываю ее, тяну за цепочку медальона зубами. Мои пальцы зарываются в его волосах, я отчаянно нуждаюсь в том, чтобы он был внутри меня.

Не заставив меня долго ждать, он резко входит. Я громко стону от нахлынувших ощущений растяжения от его члена, заполняющего меня до отказа. Непередаваемое чувство.

Он стягивает бретельку платья с моего плеча, тянет его вместе с бюстгальтером вниз, чтобы обнажить мою грудь. Лаская соски, он продолжает двигаться во мне.

Это самый быстрый и жесткий секс, который у нас когда-либо был. Он входит в меня в безжалостном темпе, и мое тело содрогается в нескончаемом оргазме, мои внутренние мышцы пульсируют вокруг его члена.

Из его груди вырывается низкое рычание, в это же время нарастает глубина и сила его толчков. Он сжимает мою попку, толкая меня сильнее в стену. С последним толчком он кончает, но продолжает держать меня возле стены, мы оба пытаемся восстановить дыхание.

— Черт, — стонет он, наклоняясь, чтобы укусить меня за плечо, я задыхаюсь, когда он проводит своим носом в сторону моей шеи, зажимая мочку уха между зубами.

— Ммм ... — Я наслаждаюсь тем, что мои руки двигаются по мышцам на его спине. Он снял свою рубашку, и его кожа блестит от пота.

Он поднимает голову.

— Привет, — мягко говорю я.

Один уголок его рта поднимается. — Привет, дорогая.

— Скучал по мне?

— Как ты меня раскусила? — Он позволяет мне скользить вниз по его телу, пока мои ноги не достигают пола.

Я убираю руки с его шеи, поправляю свое платье.

— Ты голодна? — Спрашивает он, делая шаг назад. Он не заморачивается с застегиванием джинс, и я не могу оторвать глаз от него, когда он поднимает свою рубашку и внимательно осматривает ее.

— Дорогая, это была моя любимая рубашка.

— Прости!

Он смотрит на меня с огоньком в глазах. — Мне, возможно, придется наказать тебя.

Мой желудок сжимается от его слов, и я закрываю глаза. Я действительно не в порядке, когда дело касается него. Открываю глаза и вижу, что Лиам держит мои порванные стринги перед моим лицом, пытаюсь забрать их у него. Когда снова тянусь к нему, он держит их на расстоянии вытянутой руки над головой. Я выдыхаю и скрещиваю руки.

Он подносит стринги к носу, глубоко вдыхая и улыбаясь мне.

—Сладкая, это самый сладкий аромат.

Мое лицо горит, я опять пытаюсь забрать у него свои трусики.

— Не думала, что у парней есть любимые шмотки. Разве это не девчачья фишка? — Спрашиваю я с раздражением.

— Девчачья? — Лиам улыбается. Он, конечно же, в хорошем настроении. — Ты сомневаешься в моей мужественности, дорогая?

Я тихонько вздыхаю и не могу сдержать хихиканье. — Я бы не рискнула.

Лиам смеется, тянет меня в свои объятия, целуя. Мое дыхание перехватывает от того, как сильно я люблю этого человека. Он отпускает меня на шаг назад и надевает рубашку.

— Я задал тебе вопрос, Кэйтлин.

Встречаюсь с ним взглядом и поднимаю бровь.

Вот черт. Какой был вопрос?

— Ты проголодалась?

Ой. — Нет. Я наелась попкорна.

— Хорошо. — Он изучает меня. Его глаза блестят. — Пойдем со мной.

— Как скажешь, — отвечаю я, у меня снова перехватывает дыхание от мысли о том, что означает этот блеск в его глазах.

Он протягивает мне руку, и это кажется таким символичным. Подаю ему руку в ответ. Он ведет меня обратно в лифт.

— Куда мы идем?

Его ответная улыбка заставляет меня немного нервничать, и я наблюдаю, как он нажимает цифру один на панели управления.

— Зачем мы спускаемся …?

Он сжимает мою руку и притягивает к себе. — У меня сюрприз.

Когда я натянуто улыбаюсь, он смеется, а двери лифта открываются.

За пределами лифта темно.

— Оставайся здесь.

— Хорошо. — У меня нет выбора. Однако, как только он исчезает в темноте, я жалею, что не пошла с ним.

Мне не нравится это.

— Лиам?

Мне определенно это не нравится.

Когда вижу свет где-то глубоко в недрах комнаты, я вздыхаю с облегчением. Бра прямо возле лифта загораются, имитируя реальное пламя. Теперь я вижу, что прямо напротив двери лифта находятся большой письменный стол и стул.

Лиам возвращается, протягивая руку. — Ты думала, что я оставил тебя?

Я нервно оглядываюсь вокруг. — Или кто-то утащил тебя...

Он громко смеется, прижимая меня к себе. Его кожа такая теплая. Здесь достаточно холодно.  — Не волнуйся, я не позволю ничему и никому утащить меня от тебя, дорогая.

Я смотрю на Лиама, а мое сердце чуть не выпрыгивает из груди.

— Пойдем. — Он хватает мою руку и останавливается, когда я не двигаюсь с места. Он медленно приподнимает брови в вопросительном жесте. — Какие-то проблемы, дорогая?

Почему мы здесь?

— Это зависит от ... — мой голос мягкий и с придыханием, — того, в чем заключается твой сюрприз.

Он просто смотрит на меня с нечитаемым выражением лица.

— Нет, — мягко отвечаю я на его вопрос.

Он ведет меня из лифта в коридор. Потолок, пол, стены — все из камня. Стараюсь не отставать от него, пока он ведет меня по короткому коридору, и когда мы доходим до конца, то упираемся в железные ворота около семи футов в высоту и достаточно широкие, чтобы надежно блокировать проход дальше. Сейчас они открыты, и Лиам проводит меня в большую пещеру размером с комнату.

— Стой здесь, — говорит он, отпуская мою руку. Я едва слышу его.

Я видела это место на одном из мониторов несколько недель назад, когда была в кабинете службы безопасности. В глаза сразу бросается большой крест, который является главным атрибутом в комнате. Очень хорошо помню молодую женщину, привязанную к этому кресту, когда мужчина использовал хлыст. Стараюсь прогнать жуткие воспоминания и разглядываю другие предметы интерьера.

Охренеть.

Возле каменных стен стоят столы с ремнями. Перед началом работы в «Джастис Хаус» я навела справки в интернете, поэтому немного в курсе их предназначения. Здесь есть еще один небольшой деревянный крест на противоположной стороне. Рядом с ним хитрое изобретение, напоминающее частокол (прим. перев. — забор из кольев).

Освещение обеспечивается тусклыми, мерцающими, настенными бра, размещенными вдоль стен. Совсем как в подземелье средневековья…

Лиам берет меня за руку и слегка встряхивает.

— Расслабься, Кэйтлин.

— Зачем мы здесь? — Я обнимаю себя руками.

Его это позабавило. — Ты не хочешь увидеть весь твой дом?

Что? Я ищу его глаза, чтобы убедиться в том, что он меня дразнит.

— Я говорил тебе, дорогая, у меня для тебя сюрприз. — Я отворачиваюсь. — Пойдем.

Пока он ведет меня дальше, замечаю, что на задней стене прикреплены флоггеры, хлысты, ремни и трости.

Ощущения, возникшие в моем животе, не имеют никакого отношения к ребенку, у меня возникает внезапное желание бежать.

Мы проходим через еще одни двери. Ничего не видно из-за жуткой темноты.

Он вдруг останавливает меня.

— Закрой глаза.

— Что? — Я осматриваюсь вокруг, а затем вижу, что Лиам смотрит на меня, и даже в тусклом освещении вижу блеск в его темных глазах.

— Может быть, ты предпочитаешь повязку, дорогая? — Его глаза сужаются в предупреждении.

— Нет! — Я сразу же закрываю глаза.

Здесь чертовски страшно!

Чувствую теплое дыхание Лиама возле моего уха, прежде чем слышу его тихо произнесенные слова. — Почему ты так нервничаешь?

Облизываю губы. — Здесь страшно.

Лиам, не отвечает слишком долго, как мне кажется.

— Открой глаза, Кэйт.

Я хмурюсь, но все-таки делаю, как он сказал. Он пристально смотрит на меня с задумчивым выражением лица.

— Я не пытаюсь напугать тебя, дорогая. Просто кое-что хочу показать тебе.

Он ведет меня к темному дверному проему в конце длинного прохода. Потянувшись, открывает панель, и появляется голубое свечение. В следующую секунду голубое свечение сменяется другим.

Лиам усмехается. — Я сделал это около пяти лет назад.

Что это, я понятия не имею, но больше не боюсь. Точно не знаю почему, может быть, это из-за уверенности, излучаемой им.

Он снова берет меня под руку. — Держись за перила.

Когда мы спустились, перед нами оказалась каменная стена, и мы можем пойти в любую сторону. Теплое и голубое свечение манит нас, Лиам поворачивает налево.

Дыхание перехватывает. Я вижу воду. Бассейн. Голубые огни освещают воду из глубины, и водяной пар над поверхностью создает мистическую атмосферу. Это круглая комната с каменными стенами и широким мостиком вокруг бассейна.

Потолок усыпан звездами! При тусклом освещении на темном, высоком потолке светодиодные лампы похожи на крошечные мерцающие звезды.

— О, Лиам, здесь так красиво, — шепчу я.

Он тянет меня ближе. — Я подумал, что ты могла бы искупаться, дорогая. — Я смотрю на него. — Давно хотел привести тебя сюда.

— Спасибо.

Он улыбается, когда тянется к подолу моего платья. — Руки вверх.

Когда я оглядываюсь по сторонам, стесняясь, Лиам смеется, этот звук раздается эхом от каменных стен.

— Здесь нет никого, кроме нас.

Я поднимаю руки и после того, как мое платье снято, он поворачивает меня и расстегивает лифчик.

— Я должен был собрать твои волосы, — бормочет он.

Пожимаю плечами, выскальзывая из сандалий. Поворачиваюсь и вижу, как он снимает джинсы, его медальон отражает искусственный свет, его член уже твердый.

Делаю глубокий вдох и вижу его понимающую ухмылку.

Лиам снова берет меня за руку, и мы делаем два шага вниз в мелкой части бассейна. Вода теплая, и я вздыхаю от блаженства. Лиам отпускает мою руку, и я плыву к противоположной стороне. Вода на моей коже ощущается словно шелк.

Поворачиваюсь и вижу, как Лиам скользит по поверхности воды. Когда он подплывает ко мне, то хватает меня за бедра. Я визжу, и мы оба уходим под воду.

Когда всплываю на поверхность, брызгаю в его усмехающееся лицо, потом пытаюсь отплыть от него, но у меня это плохо получается, так как он быстро догоняет меня и снова тянет под воду. Смеясь, плыву к мелкой части бассейна. Сильная, теплая рука хватает меня за лодыжку, потянув вниз. Позволяю ему притянуть меня ближе, прежде оттолкнуть.

Мы оба выныриваем на поверхность. Я смеюсь, снова брызгаю в него, прежде чем нырнуть под воду, подплываю к нему сзади, хватаю за плечи, и у меня есть время, чтобы обернуть ноги вокруг его талии, прежде чем он берет меня на руки. На этот раз он не позволяет мне отплыть от него.

Его смех раздается эхом, я тоже хихикаю. Он притягивает меня ближе, держа нас обоих на плаву. Это так приятно: кожа к коже, его эрекция прижимается к моему животу. Обнимаю его ногами за талию, а он хватается за мою попку.

Его улыбающиеся глаза встречаются с моими, он трется грудью о мои соски, заставляя их затвердеть еще больше, я кусаю губы.

— Я никогда раньше не плавала нагишом, — признаюсь я.

Уголок его рта приподнимается. — Почему это меня не удивляет?

— Что?

— Те вещи, которых ты никогда раньше не делала. Их так много.— Шепчет мне в ухо. — Я был прав несколько недель назад, — он прикусывает мою мочку.— Ты невинна. — Его теплое дыхание вызывает мурашки по коже.

— Я не невинна, — настаиваю я.

Он откидывается назад, глядя на меня. — Нет. Уже нет, — говорит Лиам, как всегда приподнимая брови, и злобно усмехается.

Он переносит меня на мелководье, где может стоять. Мои руки все еще обернуты вокруг его шеи, ноги вокруг его талии, вода нам по плечи. Его рука забирается мне в волосы.

— И есть еще много плохих вещей, с которыми я хочу тебя познакомить, моя милая.

Ой. Он целует меня, его поцелуй горяч, язык настойчив. Рука, поддерживающая мою попку, скользит между ног. Я вздрагиваю от удивления, стону ему в рот, а его пальцы гладят меня. Углубляя поцелуй, он прижимает ко мне свой твердый член, двигая меня вверх и вниз возле его жесткой эрекции. Издаю непонятные звуки, а затем и стон, когда мой клитор массируется самым интенсивным образом. Когда моя голова отклоняется назад в диком порыве, горячий рот Лиама спускается вниз по моему плечу.

— Лиам! — Кричу я, когда в моем клиторе зарождается оргазм. Он приподнимает мое тело для лучшей стимуляции, поскольку я продолжаю скользить вверх и вниз по его толстому, твердому члену. Хватаю его за плечи, мое тело начинает двигаться в одном темпе с ним, наслаждаясь каждым ощущением.

— Вот так, дорогая, почувствуй, какой я твердый. Ты именно так действуешь на меня. — Я снова стону, когда глубоко внутри меня начинает нарастать оргазм. — Представь, что мой член глубоко внутри тебя, сладкая, трахающий тебя, — его голос хриплый, — жестко, что заставляет тебя выкрикивать мое имя. — Его пальцы скользят у меня между ягодиц, его большой палец проникает глубоко в мой анальный проход.

Мои ноги застывают, спина выгибается, оргазм достигает своего пика, посылая меня через край в пропасть. Лиам наклоняется, чтобы зажать сосок между зубами, я хватаюсь за основание его пульсирующего члена, я просто схожу с ума от нахлынувшего удовольствия.

— Черт! — Лиам притягивает меня к груди, его большой палец сгибается внутри меня.

Я снова кричу, так как это его действие продлевает мой оргазм.

— Черт, Кэйт! Мне никогда не надоест смотреть, как ты кончаешь, — он вытаскивает большой палец из меня, его рука крепко держит меня за талию. Моя голова упирается ему в плечо, глаза закрыты. Я устала от купания в сочетании со сногсшибательным оргазмом.

— Я не могу даже пошевелиться, — бормочу я, прижимаясь к нему. Его эрекция по-прежнему упирается мне в бедро.

Лиам направляется к выходу из бассейна, и я дрожу, как осиновый лист. Он несет меня на руках, и вскоре мы оказывается на площадке вокруг бассейна, которая выглядит как скала. Лиам опускает меня на подушку. Мои ноги слегка трясутся, и он придерживает меня.

— Ты можешь чуть-чуть постоять, пока я найду полотенце?

— Да. — Я наблюдаю за игрой мышц на его спине, когда он уходит. У него великолепное тело. Улыбаюсь от осознания того факта, что он мой муж.

Он быстро возвращается в полотенце, обернутом вокруг его талии, с кипой полотенец и халатом в руках.

— Держи, дорогая. — Он заворачивает меня в большой халат, засучив рукава, и я льну к теплой махровой ткани. — Ты в порядке? — Его глаза блуждают по моему телу, а затем он использует полотенце, чтобы промокнуть воду из моих волос.

— В порядке. Мы же не должны уже уходить, не так ли?

Его рот расплывается в едва заметной улыбке. — Нет, если ты, конечно, хочешь остаться, малышка.

Лиам стеллит полотенца на полу, и я ложусь, используя несколько полотенец в качестве подушки. Смотрю вверх на мерцающие огни, пока Лиам стоит, глядя на меня сверху, затем ложится рядом со мной лицом ко мне.

— Здесь так красиво. — Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Спасибо, что привел меня сюда. Я весело провела время.

Он тянется к влажной пряди моих волос. — Почему ты думаешь, что веселье закончилось, дорогая? — Он накручивает мои волосы на палец.

— Я всегда весело провожу время с тобой, Лиам, — шепчу я.

Его глаза светятся теплым, синим пламенем. Его взгляд движется по моему лицу.

— Кэйт, — он тянется к моей руке и подносит ее ко рту, его губы скользят по костяшкам пальцев.

Я поворачиваюсь к нему и двигаю пальцами по его подбородку.

— Я должен сказать тебе кое-что, дорогая.

Слова звучат слишком серьезно. Я облизываю вдруг пересохшие губы. — Хорошо.

Он хмурится.

— Я должен рассказать тебе о Миранде.

Отрицательно качаю головой. — Лиам…

Он прикладывает палец к моим губам, — Пожалуйста, выслушай меня.

Не хочу слышать о Миранде. Я молилась, чтобы никогда не услышать еще раз это имя.

— Я уволил Миранду.

Я слегка киваю. — Знаю. Холли рассказала мне.

— Неужели? — Он заправляет прядь волос мне за ухо.

— Она сказала, что ты очень расстроен.

— Пришло ее время уйти. Она создала достаточно трудностей.

— Так что... — знаю, что должна сочувствовать ей из-за потери работы, но я просто чувствую огромное облегчение, что она ушла. — Нет больше Миранды. — Я не хотела, но улыбаюсь.

Лиам качает головой, криво улыбаясь, а затем наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб. — Давай вернемся наверх, ты начинаешь дрожать.

Мы встаем, и я хочу поднять полотенца.

— Оставь их.

— Мы еще вернемся?

— Совершенно верно. Я все еще хочу трахнуть тебя в этом бассейне, сладкая. — Он смотрит на меня и усмехается, когда я краснею.

Лиам скидывает полотенце, поднимая свои джинсы, я собираю свои вещи.

— Оставайся в халате, дорогая, так будет теплее.

Я глазею на него, пока он надевает штаны, не отрывая от меня взгляда. Когда он заканчивает, зовет меня. Через несколько шагов я уже стою перед ним. Мы просто стоим и смотрим друг на друга. Лиам протягивает руку, приобнимая меня за шею.

— Ты в порядке?

Я ухмыляюсь. — Да. Мне становится лучше от мысли, что я никогда больше не буду иметь дело с Мирандой.

Он целует меня. — Пошли.

Когда мы идем обратно к лифту, он снова удивляет меня. Этот день явно полон откровений.

— Есть еще кое-что, что я хотел бы обсудить с тобой.

Я смотрю на него с удивлением.

— Я думаю превратить «Джастис Хаус» в клуб здоровья.

— Что? — Я не просто удивлена, я в шоке.

— Секс-клуб — не место, чтобы растить детей, а у меня нет намерения покидать свой дом.

Дети?

Лиам готовит пасту, а я сижу на кухонном столе, куда он посадил меня, когда мы пришли, и наблюдаю, как он двигается по кухне, иногда отрываясь от дел, чтобы поцеловать меня или пощекотать. Мне нравятся поцелуи, но визжу от щекоток.

Едим мы молча, так как оба проголодались.

— Можно вопрос?

Он делает глоток вина, внимательно смотрит на меня, прежде чем ответить. — Да.

Его сотовый телефон звонит, он морщится, когда смотрит на экран, а затем качает головой в раздражении.

— Что? — Говорит он сухо.

Я улыбаюсь, беря еще кусочек пасты, уверена, что это Брюс.

— Не сегодня, Кэйт устала. Мы с ней были в подземелье. — Он смотрит на меня и подмигивает.

Эти двое определенно ведут себя, как маленькие мальчишки.

— Это не твое дело, засранец.

Встаю, чтобы налить себе еще сока и чувствую на себе взгляд Лиама. Мы очень быстро приняли душ, когда вернулись наверх, и я оделась в выцветшую пару очень коротких отрезных джинсовых шорт и без нижнего белья по настоянию мужа.

Я иду к холодильнику, для достижения максимального эффекта изгибаюсь, открывая его, все время чувствуя на себе взгляд Лиама.

— Сейчас самое подходящее время, чтобы принять такое решение, — говорит он раздраженно. Когда я сажусь, он поднимает бровь. — Я все подготовлю. — Он кладет телефон на стол.

— Что-то случилось?

— У меня появилось немного работы сегодня вечером. У нас с Брюсом завтра встреча, поэтому мне нужно кое-что подготовить.

Я беру салфетку и вытираю рот. — Эмили заходила ко мне в гости на прошлой неделе.

— Правда? — Говорит он, откусывая пасту.

Почему мне кажется, что он это уже знает?

— Она рассказала мне о ребенке, которого они с Брюсом потеряли. — Лиам поднимает на меня взгляд. — Я так переживаю за них.

— Это было трудно для них обоих. — Он тянется за бокалом вина. — Им по-прежнему трудно, — бормочет он.

— Я хотела бы, чтобы ты рассказал мне об этом.

Он пристально смотрит на меня, приподнимая брови. — Я не хотел, чтобы ты волновалась, дорогая.

— То же самое сказала Эмили, — мягко говорю я.

Он улыбается, прежде чем приняться за салат.

Я встаю, чтобы отнести тарелку к раковине.

— Это все, что ты съела? — Я смотрю назад и вижу, что Лиам нахмурился.

— Я наелась.

Споласкиваю свою тарелку и чувствую, что заднюю часть шеи покалывает, Лиам становится за мной. Когда я оборачиваюсь, он подходит ближе, и я наклоняю голову назад, глядя на Лиама Джастиса во всей красе.

Кусаю губы, когда он оглядывает меня с ног до головы. Его губы расплываются в медленной, чувственной улыбке, прежде чем он ставит руки на столешницу по обе стороны от меня. Мой пульс ускоряется.

— Я буду работать в течение нескольких часов в своем кабинете, дорогая, и когда я закончу, собираюсь прийти и обнаружить тебя... — Он наклоняется вниз, в результате чего его рот находится очень близко.

— Да? — Говорю я, затаив дыхание, его глаза заставляют меня забыть как дышать.

— И привяжу тебя к кровати, прежде чем трахнуть. — Я издаю небольшой подавленный звук непосредственно перед тем, как его рот завладевает моим. Когда я поднимаю руки вверх, чтобы обнять его за шею, он сжимает мои запястья и тянет их мне за спину, наклоняясь, чтобы придавить меня к столу, эффективно обездвиживая меня. Когда он поднимает голову, мои глаза медленно открываются, такое ощущение, что я нахожусь под кайфом. Я глубоко дышу, вдыхая его запах.

Он тихо смеется, убедившись, что я не пошевелюсь, прежде чем отпустить меня.

Лиам нанял компанию для дизайна детской комнаты, и пока он работает, я решаю посмотреть краски и образцы, которые нам дали. Мне нужно решить, какие цвета мы хотим. Я выкладываю образцы тканей и красок на кровати. Лиам сказал мне, чтобы я определилась с тремя цветами, и тогда уже мы вместе выберем один из них.

Примерно через час начинаю хотеть чего-нибудь сладкого и решаю спуститься вниз, проверить холодильник на кухне ресторана в надежде найти клубнику в шоколаде. Не хочу мешать Лиаму, так как меня не будет всего пару минут.

Я иду к лифту, который позволит мне оказаться в задней части особняка рядом с кухней. В главном зале в ночное время горит свет, но приглушенно, это хорошо, потому что эта часть всегда кажется жуткой, когда везде тихо, нет членов клуба и сотрудников. Включен один потолочный светильник на кухне, и я иду через комнату к кулеру, щелкая выключателем. Мысленно благодарю повара Джорджа, когда нахожу поднос с притягательной клубникой. Я хватаю блюдце и кладу на него немного клубники. А потом еще немного. На тот случай, если Лиам тоже захочет поживиться сладеньким. Я улыбаюсь, вспоминая, как он любит играть с клубникой. На мне.

Закрываю холодильник и иду обратно к лифту. Когда я добираюсь до главного коридора и поворачиваю за угол, вдруг слышу какой-то звук в противоположном направлении. Останавливаюсь, чтобы прислушаться, а так же понять, что это не плод моей больной фантазии. Звуки раздаются снова.

Я стою на месте, не зная, что делать. Может быть, кто-то оставил окно открытым? Я иду обратно вниз по коридору. Мне не страшно, сигнализация включена, Лиам недалеко, и охранник рядом.

Когда захожу в столовую, стою в дверях какое-то время, позволяя глазам привыкнуть к неяркому свету в комнате. Когда я уже почти готова направиться назад к лифту, опять слышу слабый, повторяющиеся глухой звук, будто что-то скатывается по лестнице.

Может быть, там действительно окно осталось открытым, и кот запрыгнул на него, или птица залетела вовнутрь? Или летучая мышь!

Черт.

Я иду к лестничной площадке, осторожно пересекая холл и не замечая ничего необычного. Смотрю вверх по лестнице и делаю четыре шага на второй этаж.

Волосы на затылке вдруг встают дыбом, напрягаю глаза, чтобы разглядеть что-то или кого-то там наверху в темноте. За мной наблюдают. Я чувствую это, и больше не считаю, что это животное.

Застываю на месте от нерешительности и страха. Я здесь одна. Лиам не имеет ни малейшего представления о том, что я вышла из квартиры. Никто не знает, что я здесь, кроме того человека, который, я чувствую, наблюдает за мной. А если он выйдет из тени? Мне действительно страшно, я не уверена, что смогу среагировать достаточно быстро, чтобы убежать к лифту.

Медленно делаю шаг назад. Мое сердце будто выпрыгнет прямо из моей груди. Еще один шаг, и я знаю, что вижу движение. Я уверена в этом.

— Кто там? — Мой голос звучит нерешительно. Это нехорошо.

Кто-то вдруг хватает меня за руку, и я кричу.

— Кэйт!

— Майк! — Моя свободная рука ложится на сердце, а другой рукой я все еще держу тарелку с клубникой, часть которой сейчас находиться на лестнице. — Там наверху кто-то есть!

Он начинает всматриваться в верхнюю часть затемненной лестницы, доставая свой телефон. — Перекрой выходы, — говорит он в трубку.

Не отрывая глаз от лестницы, он говорит: — Мы останемся здесь. Да. — От меня не ускользает тот факт, что он говорит, как Лиам.

Он прикладывает телефон обратно к уху, набирая номер, и я без слов знаю, что сейчас он звонит Лиаму. — Иди сюда. Я с Кэйт на главной лестнице. У нас нарушитель на втором этаже. — Он делает паузу. — Я тороплюсь.

Кладет свой телефон обратно в карман, его глаза все еще устремлены наверх.

— Что ты видела? — Тихо спрашивает он.

— Ничего особенного, на первый взгляд. Я просто знаю, что кто-то наблюдал за мной, а потом увидела движение в тени, я в этом абсолютно уверена.

Я слышу звуки, доносящиеся из задней части дома, но пока Лиам не зовет меня, Майк не начинает подниматься вверх по лестнице.

Я благодарна ему, что он остался со мной, но ненавижу себя за то, что из-за этого мы позволили кому-то уйти.

— Будь осторожен, — обращаюсь я к нему, когда Лиам и один из охранников забегают в коридор.

Лиам вышагивает взад и вперед от лестничной площадки к гостиной, пока разговаривает с охранной компанией по телефону. Знаю, что он зол. Майк и охранник, который пришел с Лиамом, провели обыск наверху, но никого не нашли, а также не обнаружили каких-либо признаков взлома.

Брюс и еще пара парней из службы безопасности все еще продолжают поиск.

— Майк звонил. Они с Брюсом поднимаются сюда, — говорит Лиам. Он стоит в дверях и пристально смотрит на меня, затем направляется к дивану, где я сижу. Наклонившись, он поднимает меня на ноги, обнимая и даря свое тепло.

— Ты в порядке?

Я улыбаюсь, прижимаясь к нему.

— Да.

Он откидывается назад, его глаза перемещаются по моему лицу. Его беспокойство меня радует. Когда он спустился туда, облегчение на его лице, когда он увидел меня, было очевидно.

—Я хотел бы знать, дорогуша, — он отпускает меня и спрашивает, — почему, нахрен, ты пошла туда, не сказав мне об этом? — Он протягивает мне стакан воды, его брови приподнимаются в ожидании ответа.

Я делаю глоток прохладной воды. Лиам явно в бешенстве.

— Я не хотела тебя беспокоить. Я всего лишь спустилась на кухню.

Его глаза сужаются. — Тогда почему ты была в той части дома?

Вот черт.

Я знаю, что влипла в серьезные неприятности.

Облизываю губы. — Я услышала шум, — мягко говорю я.

И, конечно, Лиам готов убить меня одним взглядом.

— Получается, — его голос звучит тихо и холодно, — вместо того, чтобы вернуться сюда, чтобы я мог разобраться с ситуацией, или просто пойти к службе безопасности, ты решила исследовать странный шум самостоятельно?

Я уже знаю, что это было глупо с моей стороны. Я поняла всю опасность сложившейся ситуации, когда стояла на лестнице, но это наш с ним чертов дом!

Глаза Лиама пылают синим.

— Что ты видела? — Он стискивает зубы.

Понимаю, что он злится только потому, что я подвергаю себя опасности, и потому, что чувствует себя неспособным контролировать происходящее в «Джастис Хаус».

— Ничего, кроме движения в темноте.

Он хмурится. — Ты на самом деле никого не видела? — Он внимательно смотрит на меня.

— Я слышала шум.

— Что же это был за шум? — Спрашивает он сухо.

Делаю глубокий вдох. — Я слышала, как что-то падало при каждом шаге.

Он молча смотрит на меня, и я начинаю нервничать.

— Таким образом, ты не видела ничего, кроме тени. Может быть, ты просто накрутила себя?

Тон его слов заставляет меня чувствовать себя дурочкой. И я начинаю злиться, чувствую, что мое лицо покрывается гневным румянцем.

— Не думаю, что это так, — говорит Майк из дверного проема, где также стоит и Брюс.

Как долго они стоят там? Мое лицо становится еще краснее, когда осознаю, что они стали свидетелями гнева Лиама и его саркастического отношения ко мне.

Я поднимаю подбородок, выказывая свое отношение к происходящему, Лиам хмурится и переключает внимание на Майка.

— Почему вы так думаете? — Спрашивает он.

— Потому что ... — Майк протягивает вперед закрытую ладонь, когда он открывает ее, на ней лежат два стеклянных шарика. — Я нашел их в фойе.

— Кто-то потерял эти шарики, — язвительно замечает Брюс.

Я тихонько вздыхаю.

Слушаю, как Майк и Брюс сообщают Лиаму о результатах своих поисков. Как человек может выйти из особняка незамеченным? Если бы не тот факт, что Майк нашел шарики, я подумала бы, что, как красноречиво выразился Лиам, накрутила себя. От мысли, что кто-то бросил шарики вниз по лестнице, чтобы заманить меня к главной лестнице, я вздрагиваю.

Оглядываясь на мужчин, вижу, что Лиам наблюдает за мной.

— Думаю, будет лучше, — говорит он, вставая и не отрывая от меня взгляд, — если мы продолжим этот разговор в моем кабинете. Уже поздно, а у нас еще есть что обсудить.

Я встаю и смотрю в сторону Майка и Брюса. — Доброй ночи.

— Спокойной ночи, Кэйт, — отвечает Брюс, Майк кивает в ответ.

В дверях я останавливаюсь и оборачиваюсь. — Майк, спасибо за то, что оказался там сегодня вечером. — Мне, действительно, становится страшно от того, что могло бы произойти, если бы он не пришел.

Опять же он слегка мне кивает. Я начинаю поворачиваться. — И спасибо, что не заставил меня чувствовать себя глупо, — бросаю быстрый взгляд на Лиама.

— Всегда, пожалуйста, Кэйт. — Мне кажется, что я вижу улыбку Майка, когда смотрю на него. Я поворачиваюсь и выхожу. Поворачивая за угол, слышу голос Брюса:

— О, мужик, я думаю, ты попал.

Быстро переодеваюсь и чищу зубы. Я устала после такого насыщенного, эмоционального дня, захожу в спальню и вижу, что Лиам сидит на краю кровати и ждет меня. Я уже не злюсь, я просто слишком устала, чтобы что-то сейчас обсуждать.

— Я устала, Лиам. Доброй ночи.

Прохожу мимо него и сажусь на кровать, а Лиам хватает меня за руку, притягивая к себе.

— Я вел себя, как осел.

— Да. — Я смотрю на него.

Он тянет меня ближе, окутывая пьянящим ароматом и теплом своего тела. — Блядь, мысль о том, что кто-то проник в наш дом, и меня не было рядом, угнетает меня.

Мои руки скользят по его спине.

— Я знаю, что именно поэтому ты разозлился и сказал то, что сказал.

— Да. — Он откидывается, сжимая руки, толкая меня на спину, глядя на меня сверху вниз. — Если ты когда-нибудь еще подвергнешь себя такой опасности, я отшлепаю твою задницу так, что ты будешь не в состоянии сидеть как минимум в течение недели. Я ясно выражаюсь?

Я смотрю в его свирепые, голубые глаза и судорожно глотаю.

— Ответь мне! — Огрызается он.

— Да.

Он притягивает меня ближе, одной рукой придерживая за голову, сдавливая меня так крепко, что я едва могу дышать. — Мысль о том, что с тобой что-то может случиться...

— Мне очень жаль, Лиам. Я тоже испугалась. Я понимаю, как глупо поступила.

Он откидывается назад, чтобы поцеловать меня в лоб, его рука скользит в мои волосы, пальцы двигаются по моей шее. Большим пальцем он приподнимает мой подбородком. На мгновение я вижу незнакомое выражение на его лице, но оно быстро меняется, когда он наклоняется, чтобы завладеть моим ртом.

Глава 13

Лиам не ложился спать после происшествия. Утром он поговорит с людьми из службы безопасности, которые еще раз все исследуют.

Я только что закончила сушить волосы после душа и стою в нижнем белье, когда Лиам вдруг появляется в дверях ванной. Его взгляд блуждает по мне, и я медленно поворачиваюсь, чтобы посмотреть на свое отражение в зеркале, моя рука движется к животу.

Наши глаза встречаются в зеркале, затем он прижимается к моей спине, его рука скользит вокруг моей талии. Он кладет свою руку на мой живот, смотря на меня в отражении загадочным взглядом. Его рот медленно расплывается в небольшой улыбке.

— Знаешь, дорогая, мне кажется, что твой животик немного округлился. — Тон его голоса придает его словам чувственности.

Я прислоняюсь к нему спиной. — Тебе нравятся круглые животики?

Его теплое дыхание щекочет мое ухо. — Мне нравится твой округлившийся животик. — Он проводит носом по моей шее и глубоко вдыхает. — Думаю, что это связано с тем, что мне приятно думать о том, что в твоем округлившемся животике мой ребенок.

Я извиваюсь, когда он кусает за то место, где плечо и шея встречаются. Моя голова прижимается к его груди, я закрываю глаза и глубоко дышу. Его теплые руки скользят в чашечки лифчика, зажимая мои и без того уже твердые соски.

Мои глаза снова встречаются с ним в зеркале. Я тихонько стону от движений его руки.

— Я, действительно, хочу трахнуть тебя прямо сейчас, — рычит он. — Но меня ждут внизу. — Он вытаскивает руку из лифчика и скользит ей вниз по животу с привычной легкостью прямо в мои трусики. Я подпрыгиваю от шока, когда его пальцы накрывают клитор. — Я пришел, чтобы сказать тебе, что вернусь домой поздно. — Он кусает меня за мочку уха, пока его нечестивые пальцы скользят между моими складками.

— Лиам! — Задыхаюсь я.

— Да? — Шепчет он, вводя два пальца в меня. Я бессознательно делаю шаг, чтобы немного раздвинуть ноги, позволяя ему глубже засунуть свои пальцы. Инстинктивно хватаюсь за край столешницы.

Его пальцы замирают. — Мне нужно идти, дорогуша.

Мои глаза широко открыты, и я вижу его улыбку, когда он вытаскивает свои пальцы из меня. Я хочу топнуть ногой. Он любит так поступать со мной.

— Тогда иди, — стараюсь, чтобы мой голос звучал нормально и не взволнованно.

Он усмехается и делает шаг назад, облизывая свои пальцы. Не думаю, что когда-нибудь привыкну к этим его действиям.

Он смеется и направляется к двери, где останавливается. — Мы пойдем за покупками ребенку и мамочке на следующей неделе.

Я смотрю на него, разинув рот. — Мамочке?

— Одежда для беременных, дорогая. — Он идет в спальню. — Мне нужно переодеться и идти вниз.

Лиам пойдет со мной по магазинам? Покупать одежду для беременных? Я улыбаюсь, глядя на свое отражение.

Пока чищу зубы, звонит мой телефон. — Ты не мог бы ответить? — Кричу я. — Это, вероятно, Джули. Я звонила ей перед душем и оставила сообщение с просьбой перезвонить. — Телефон продолжает звонить, и я спешу ополоснуть рот, когда Лиам появляется в дверях.

— Лиам, почему...

Я замираю, когда вижу его темное от гнева лицо. Он подходит ко мне с угрожающим видом.

— Что?

— Почему, блядь, Уолтер Джастис звонит тебе?!

О, нет!

Я смотрю на телефон, который он все еще держит, качая головой в недоумении. Уолтер сказал, что позвонит, но я не подумала, что он может позвонить так рано утром.

— Не притворяйся, будто ты не знала, — он бурлит от гнева.

— Я...

— Я не буду больше повторять, Кэйтлин!

— Дай мне возможность, и я расскажу тебе, — я хочу сказать ему, чтобы он прекратил попытки запугать меня.

Его глаза сужаются. — Одевайся. Сейчас же. — Он поворачивается и выходит из ванной.

Я следую за ним, но он уже вышел из комнаты. Быстро одеваюсь, натягивая джинсы, которые уже слишком плотно облегают талию, и футболку. Я нахожу его в гостиной.

— Он позвонил мне на следующий день, когда приходила Эмили.

Он хмурится. — Ты не должна была отвечать на телефонный звонок, — резко говорит он.

— Я ответила, не глядя, кто это.

— Откуда у него твой номер?

Я качаю головой. — Понятия не имею.

— Если он снова позвонит, не отвечай ему. Я не хочу, чтобы ты с ним разговаривала. Тебе все ясно? — Он снова смотрит на меня.

Я вздыхаю. — Конечно.

Он идет туда, где оставил свой пиджак.

— Разве ты не хочешь знать, зачем он звонил мне?

Его глаза снова уставились на меня. — Нет, не хочу. — Он надевает пиджак, не отводя от меня взгляда. — Не отвечай ему, Кэйт. Не разговаривай с ним, если он позвонит.

Какого черта?

Мои руки скрещены на груди. Здесь что-то не то.

Лиам подходит ближе, требуя моего согласия.

— Лиам, почему ты не хочешь поговорить со мной о своем отце? Должен быть способ наладить ваши отношения.

— Я ни с кем не говорю о моем отце, и я не хочу налаживать наши отношения. Оставь эту затею, — огрызается он и наклоняется, чтобы поцеловать меня. — Меня не будет до поздней ночи.— Останавливаясь в дверях и оглядываясь, добавляет: — Не забудь, что сегодня во второй половине дня придут декораторы детской комнаты.

Провожу остаток утра у Пола и Джули. Джули и я встретились позавтракать, затем я возвращаюсь обратно в «Джастис Хаус». Не могу перестать думать об испытываемом Лиамом по отношению к своему отцу гневе. Интересно, возможно ли будет их примирить когда-нибудь?

— Кэйт.

Майк останавливает меня, когда я вызываю лифт.

— Декоратор и ее помощник приехали раньше. Я провел их наверх, а Энни ответила на все вопросы.

— Они пришли раньше? — Меня немного раздражает тот факт, что я не встретилась с ними. Почему они даже не потрудились позвонить?

— Они уже ушли, — сообщил он мне.

— Хорошо. Благодарю.

Он кивает, а затем направляется обратно в кабинет охраны.

Так как теперь у меня освободилось время после обеда, я решила встретиться с Холли.

— Эй, Кэйт. Я думала, что у тебя назначена встреча с декоратором.

— Я тоже так думала. Он пришел, пока меня не было. У меня теперь вторая половина дня свободна, и я подумала, что могла бы посмотреть, как обстоят дела.

— Садись, — говорит она, а затем встает, чтобы закрыть дверь кабинета. — Что, черт возьми, происходит? — Спрашивает она, снова усаживаясь за стол.

— Я не знаю, но Лиам ужасно вспыльчив.

— Да, он сегодня все утро был у меня страшной занозой в заднице. Я очень испугалась за тебя, когда услышала, что случилось прошлой ночью.

— Я тоже, Холли. Возможно, ребята говорили тебе что-нибудь о том, как нарушитель проник в здание, или кто это может быть?

Она качает головой. — Они, как правило, малоразговорчивы в моем присутствии, но мне почему-то кажется, что они не имеют ни малейшего понятия об этом. Знаю только, что теперь охрана будет делать обход каждые пару часов по ночам.

— Брюс и Майк разговаривали с Лиамом вчера ночью после обыска, они думают, что кто-то взломал систему безопасности и камеры, независимо от того, что говорят в компании по охране.

Она снова встает. — Ну, я надеюсь, что они поймают его в ближайшее время, или Лиам сойдет с ума. Хочешь пойти со мной? Мне нужно поговорить с Леоном.

Столовая почти пуста, но в баре сидят несколько членов клуба и наслаждаются напитками. Леон встречает нас улыбкой, а затем они с Холли погружаются с головой в отчеты. Я сижу в конце бара, пью сок и замечаю кузена Леона — Тони.

— Тони, как ты? — Спрашиваю я, когда он подходит ко мне ближе. Взгляд, которым он смотрит на меня, не слишком дружелюбный, и он просто кивает головой.

Я хмурюсь, наблюдая, как он практически игнорирует меня, и пытаюсь вспомнить, что я сделала, что могло оскорбить его.

— Разве я обидела тебя?

Он смотрит на меня, отрываясь от чистых стаканов. — Меня удивляет, что ты хочешь поговорить со мной.

Я хмурюсь снова. — Почему?

Он поворачивается ко мне. — Ты слишком занята, играя в жену владельца, — говорит он с акцентом. — У тебя не остается времени на тех, кто был другом. — Он смотрит на меня невозмутимым взглядом.

Мой рот открывается, но прежде, чем я могу ответить на нелепый комментарий, он направляется в другую сторону бара, чтобы обслужить пару женщин. Он говорит что-то, от чего эти две молодые женщины смотрят в мою сторону, и обе смеются. Тони бросает взгляд на меня через плечо и ухмыляется, затем обращает свое внимание на женщин. Все трое громко смеются, и я не знаю, что они нашли во мне настолько забавным.

Я сразу же хочу противостоять Тони, но не могу сделать этого здесь. Не знаю, в чем его проблема, так как мы никогда не были близкими друзьями, я никогда не оскорбляла его, как он намекнул, потому что была слишком занята, будучи женой босса.

Холли вскоре присоединяется ко мне, мы вместе дожидаемся конца смены Тэнси и проводим остаток дня в кабинете Холли.

Вечер тоже насыщен, мы с Энни обсуждаем детали подготовки квартиры к появлению ребенка.

Я скучаю по Лиаму. Я так привыкла, что он со мной по вечерам. Я надеялась, что он позвонит или напишет мне, но ничего нет, он, должно быть, занят.

Я уже спала, когда он пришел. Наткнувшись на комод, он выругался.

— Ты в порядке? — Я смотрю на прикроватные часы. Три часа ночи!

— Спи, дорогая.

Я сажусь и обнимаю колени. — Ты только что вернулся? — Что-то здесь не так.

Он выключает свет в ванной, и когда подходит к кровати, я слышу шорох одежды, пока он раздевается. Когда заканчивает, он просто падает на кровать.

— Мне жаль, что я разбудил тебя, дорогая.

Я хмурюсь. — Все нормально.

Я снова ложусь. Он тянет меня ближе и прижимает к себе. Он так хорошо пахнет. Я поднимаю голову.

— Ты пил?

Он смеется. — Да. — Его рука снова прижимает мою голову к его груди. — Спи, Кэйт.

Да, конечно!

С кем он пил? Он был в бешенстве, когда уходил.

— Я знаю, о чем ты думаешь, дорогая. — Его голос звучит возле моего уха. И теперь я знаю, почему он звучит по-другому. — Я пил с Брюсом и Майком. Никаких женщин, — бормочет он.

— Хорошо, теперь я могу спать спокойно.

Он не отвечает, дышит медленно и глубоко, он уже спит. Я накрываю нас одеялом и прижимаюсь к нему, кладу голову ему на плечо. Мои пальцы находят его медальон, и я тереблю его.

Лиам все еще спал, когда я выскользнула из постели на следующее утро, направляясь в душ. Судя по всему, он пропустил утреннюю пробежку и утреннее заседание. Если Брюс и Майк находятся в таком же состоянии, кто проводит заседание? Может быть, они отменяют его, когда переберут накануне?

За все время, которое я знаю Лиама, я никогда не видела его сильно пьяным. Возможно, напоминание о его отце заставило его так напиться?

Я ополаскиваю волосы от кондиционера, когда дверь душа открывается, и заходит Лиам. Мои глаза скользят по его широкой груди, вниз по мускулистому торсу к его эрекции, которая привлекает мое внимание.

Кусаю губы, пока он становится под струи воды, откинув голову назад.

— Доброе утро, — говорю я жизнерадостно и, вероятно, немного громко для человека с похмелья. — Как ты себя чувствуешь? — Спрашиваю я столь же громко, проговаривая каждое слово.

Он поднимает голову от брызг воды. Один глаз открывается, чтобы посмотреть на меня.

Вот черт.

Может быть, я не должна была будить в нем зверя? Я ринулась к двери.

— Я закончила, — говорю нормальным тоном. — Ты просто...

Я вскрикиваю, когда его рука притягивает меня обратно к нему. Его эрекция упирается в мой живот, как будто там и должна быть.

Мои глаза широко распахиваются, пока я наблюдаю за ним. — Как ты себя чувствуешь? — Шепчу я, нервно облизывая губы.

Он наклоняет голову ближе. — Как будто я готов трахать тебя всю следующую неделю, сладкая, — рычит он.

Я немного всхлипываю, когда он снова ставит меня под струи воды.

— Возьмись за ручку, — приказывает он с рычанием. — Держись и не отпускай, Кэйтлин. — Как только я делаю это, он шлепает меня по ягодице.

Я вскакиваю и визжу в то же время. Одна рука бессознательно отпускает ручку, чтобы прикрыть попку.

— Я сказал — не отпускать. — Он берет мою руку и прижимает ее к ручке, мое тело уже дрожит от желания.

Он кладет руки на мои и прижимается еще ближе ко мне, потом скользит руками по моему животу, и в то же время ногой раздвигает мне ноги.

— Шире, — рычит он.

Он, конечно, ворчит, но мои мышцы живота болезненно сжимаются. Он прижимается своей эрекцией к моему входу. Я кусаю губы, тяжело дыша.

Когда его руки обхватывают мою грудь, пощипывая соски, я начинаю извиваться.

— Лиам, — стону я и двигаюсь таким образом, чтобы он оказался внутри меня как можно быстрее.

Одним мощным толчком он входит, поднимая меня на носочки. Я начинаю стонать в голос, мои мышцы сжимаются вокруг его члена, когда он входит в меня.

— Черт! — Он рычит.

— Аааа! — Вырывается из меня, когда он медленно выходит, а затем снова толкается вперед.

— Ты хочешь быть громкой, дорогуша? — Его голос звучит возле моего уха. — Позволь мне слышать твои крики.

Мне требуется минута, чтобы понять, о чем он говорит, а потом я качаю головой. Знаю, что Энни в квартире.

— Это была не просьба.

— Лиам...

Он снова выходит из меня, а затем резко входит. Я взвываю от интенсивности ощущений, когда его член давит на нужную точку глубоко внутри меня.

— Пожалуйста, — прошу я.

Он выходит и снова глубоко входит, я издаю приглушенный крик и прижимаюсь губами к руке. Он устанавливает темп, который заставляет меня стонать. Чувствую, как напрягается каждый мускул моего тела, сигнализируя о надвигающемся оргазме.

Когда его рука поглаживает мой копчик, мое тело содрогается и вибрирует, заставляя меня чуть ли не мяукать в ответ на невероятное удовольствие. А потом его палец толкается в мою попку, он засовывает его глубоко, пронзая меня своим пальцем и членом одновременно.

Я выкрикиваю его имя.

Несколько огорчаюсь, когда прихожу в себя.

Рука Лиама вокруг моей талии удерживает меня в вертикальном положении. Мы оба тяжело дышим.

— Ты так красиво кричишь, когда кончаешь, дорогая. — Он ворчит, когда я толкаю его.

— Ты...

Он тихо фыркает, отпускает меня и начинает мыться.

Я не говорю ни слова, пока открываю дверь душа и выхожу на дрожащих ногах. Я зла, зная, что Энни слышала мои крики. Но ему нравились мои стоны. Он использовал свои знания о моем теле и собственные пальцы, пока я не смогла прекратить кричать.

Оборачиваю полотенце вокруг головы и слышу, что вода перестает бежать. Беру свою одежду и выхожу из ванной как раз в то время, когда Лиам выходит из душа.

У меня есть планы, я хочу пообедать с Полом и решаю выйти немного раньше, чтобы зайти в детский магазин, который находится рядом с офисом журнала. Я ходила мимо тысячу раз и всегда замечала милые детские товары, которые находятся на витрине у окна.

Выбираю желтый сарафан и иду в спальню, Лиам выходит из ванной.

— Что ты делаешь, дорогуша? — Он встает впереди меня.

— Собираюсь высушить волосы.

— Пока нет. Я не закончил с тобой.

Он хватает меня на руки, направляясь к кровати.

— Лиам! — Я бью его грудь. — Я зла на тебя, отпусти меня!

Он кладет меня аккуратно на кровать. Полотенце слетает с головы, мои волосы рассыпаются по подушке, а Лиам прижимает меня к кровати одним быстрым движением, прижав руки над головой. Я изо всех сил пытаюсь вырваться, но малоэффективно, его ноги прижимаются к моим и раздвигают их.

Я пытаюсь освободить свои запястья и ноги. Стараюсь извиваться, но все это бесполезно. Он слишком тяжелый, спокойно улыбается и смотрит на мои безуспешные попытки.

Он убирает волосы с моего лица. — Почему ты изо всех сил сопротивляешься, сладкая? Ты же хочешь, чтобы я снова трахнул тебя.

— Не хочу. Отпусти меня!

Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, и я поворачиваю голову. Пальцы его свободной руки хватают меня за подбородок, поворачивая мое лицо к нему. Я смотрю в его глаза и еще больше сержусь, когда он смеется.

— Ты лучше веди себя хорошо, или я открою дверь в спальню, прежде чем заставлю тебя кричать, когда ты кончишь в этот раз.

— Блядь, я не буду!

Его глаза расширяются от удивления. — Думаю, я найду, чем заткнуть твой грязный ротик, сладкая.

Мои глаза сужаются, и я качаю головой. Черт. Я зла, а он пытается меня разозлить еще больше.

— Должен ли я связать тебя и трахать до потери сознания? Ты знаешь, я заставлю тебя кричать на весь дом в кратчайшие сроки.

Я пристально смотрю на него. Он усмехается и меняет положение, ложась рядом со мной, но продолжая удерживать мои запястья над головой, он снова прижимает меня своей мускулистой ногой, убирает волосы с моего лица.

— Ты так чертовски красива. — Мое дыхание перехватывает, когда он смотрит мне в глаза. — И ты принадлежишь мне. — Я сглатываю от плотской потребности, которую вижу в его голубых глазах.

Его рука движется вниз, чтобы распахнуть мой халат.

— Нет! — Я смотрю на дверь, а затем обратно. — Нет, пожалуйста! — Прошу я, зная, что это бесполезно. Он будет делать то, что хочет.

— Почему ты это делаешь? — Тихо спрашиваю.

Его брови поднимаются. — Ты начала это, дорогуша.

— Что? — Я хмурюсь.

— Ты думала, что это забавно смеяться надо мной, болеющим с похмелья.

— Нет, я этого не делала. Честно, Лиам, — кусаю губы, чтобы остановить наползающую улыбку.

Он качает головой и смотрит на меня сверху вниз. Рукой распахивает халат, обнажая грудь, а затем полностью расстегивает его. Его голова опускается, и мое дыхание перехватывает, когда его горячий рот накрывает сосок.

— Аааа! — Моя спина выгибается. Мои соски крайне чувствительны, когда он сосет их.

Он движется к другому соску, всасывая его. Стискиваю зубы, когда электрический ток проходит прямо к моему клитору. Я не могу остановить хриплый крик.

Он продолжает сосать, его пальцы щепают другой сосок.

— Пожалуйста, отпусти мои руки. — Он отпускает, и мои пальцы тут же скользят в его волосы.

Моя грудь набухает, я снова выгибаюсь навстречу его рту, жадно сосущему каждый сосок. Затем Лиам поцелуями спускается вниз по моему животу. Его язык лижет мой пупок, и я не могу перестать хихикать. Это странное место для щекотки.

Лиам смотрит на меня и улыбается, а затем целует мой живот. Когда он поднимает голову, в его глазах я вижу то, что он задумал, и у меня перехватывает дыхание. Его голова опускается, и он зарывается носом между бедер, глубоко вдыхая.

Я стону и снова выгибаю спину от наплыва ощущений, мои руки сжимают простыни подо мной.

— Вот, что, дорогуша, я хочу слышать тебя.

Моя голова движется взад и вперед на кровати. Зачем он это делает? Я не хочу, чтобы Энни услышала нас.

Лиам нависает надо мной, его руки упираются в кровать по обе стороны от моих плеч.

— Посмотри на меня, сладкая. — Мои глаза немедленно встречаются с его.

Он наклоняется вниз, целуя меня, пока его ноги раздвигают мои. Он входит в меня медленно, и я стону, когда его большой член заполняет и растягивает меня.

— Черт, так хорошо, — рычит он, напрягая бедра.

Я кричу. Он входит снова невероятно глубоко, медленно выходит, а затем снова входит мучительно медленно. Ногами обнимаю его бедра.

Он трахает меня медленными, глубокими толчками, и вскоре я умоляю о большем.

— Лиам... — Моя голова мечется на подушке. Не могу больше терпеть. Мои внутренности напрягаются, я чувствую приближение оргазма.

Он останавливается, оставаясь совершенно неподвижным, смотрит на меня несколько минут, его глаза вглядываются глубоко в мои. Интенсивность эмоций зашкаливает.

— Ты моя. Ты принадлежишь мне. Никогда не забывай это, дорогая. — Его голос звучит предупреждающе.

Я хмурюсь, а затем касаюсь пальцами его лица. — Зачем ты мне это говоришь, Лиам? — В его глазах пытаюсь найти причину его слов. Вот человек, который боится потерять то, что он любит. Он сохраняет свою любовь к людям, которые остаются в его жизни на протяжении многих лет. Те, с которыми он чувствует себя в безопасности.

Лиам снова толкается в меня, выражая так свои чувства ко мне.

— Я люблю тебя, Лиам, — поднимаю голову и притягиваю его к себе. Мой поцелуй нежен, язык скользит между его губами. Он вдруг стонет, возвращая поцелуй с той же нежностью, что и я.

Он снова начинает входить в меня по-прежнему мучительно медленно, попав в то место, которое вызывает самые приятные ощущения.

Я разрываю поцелуй. — Пожалуйста, Лиам! — Мне нужно больше. Мои руки и ноги обернуты вокруг него, я стараюсь притянуть его ближе, призывая двигаться быстрее. Сильнее. Глубже.

Он опирается на локти, его руки по обе стороны от моей головы, пристально смотрит мне в глаза.

О, пожалуйста! Запрокидываю голову назад, когда чувствую прилив энергии, которая проходит между нами, воспламеняя нашу страсть. Толчки Лиама становятся все быстрее и, когда он резко входит меня, я почти кричу от боли. Но он быстро переворачивает меня, приподнимая мои бедра, и, прежде чем у меня есть шанс хоть что-то сказать, вновь погружается в меня.

Я пытаюсь дышать.

— Так чертовски туго.

Его слова, его жесткие, глубокие толчки — все, что мне нужно, я кончаю с криком, когда оргазм охватывает мои внутренности и опустошает меня. Он продолжает до упора входить в меня, крепко сжимая мои бедра. Вскоре он выкрикивает мое имя и опустошает себя.

После нашего второго душа я спешу одеться. Мне хочется вздремнуть после наших напряженных утренних сексуальных утех, но я уже один раз отменяла ленч с Полом, который планировала. Лиам заходит в ванную комнату, когда я заканчиваю наносить макияж. Наши глаза встречаются в зеркале, и его рот расплывается в нечестивой, удовлетворенной улыбке.

— Я не была бы таким самодовольным на твоем месте.

Его брови приподнимаются в притворном удивлении.

Я тихонько вздыхаю. Этот человек не умеет смущаться. — Энни, вероятно, слышала и тебя тоже.

Он встает позади меня. — Разница в том, дорогая, что меня не волнует, если она слышала меня. — Он проводит пальцем по моей шее, наши глаза снова встречаются в зеркале, и он мне дерзко подмигивает. Посмеиваясь, уходит.

Я вхожу в кухню, где Лиам сидит на одном из табуретов, разговаривая по телефону. Чашка кофе стоит на столе перед ним; аромат заставляет меня смотреть с тоской на кружку.

О, как я скучаю по кофе. Я глажу живот и улыбаюсь. Ты уже вьешь веревки из мамы, малыш.

Оглядываюсь и вижу, что Лиам пристально наблюдает за мной.

Я смотрю вокруг, вдруг понимая, что Энни нет. Она, как правило, на кухне в это время, предлагая приготовить нам завтрак. Если подумать, то я не слышала, как она ходит по квартире, занимаясь своими делами. Я хмурюсь.

Где Энни? Вопросительно смотрю на Лиама.

— Прошу меня извинить, — говорит он, прежде чем убрать трубку подальше ото рта. — Она позвонила мне вчера вечером, прежде чем уйти. Ее сестра заболела.

Я киваю, а затем резко вдыхаю.

Он знал, что сегодня утром ее не будет, и она не услышит нас, но он заставил меня думать...

Я уставилась на него, но он уже вернулся к телефонному разговору, немного улыбаясь.

Поднимаю прихватку, лежащую на столе, и бросаю в него. Его рука взмывает вверх, и он ловит ее в воздухе, даже не глядя в мою сторону.

Я кидаю свои пакеты в Range Rover, а затем собираюсь пойти вниз по тротуару в кафе через дорогу от офиса журнала, где Пол и я собрались пообедать. Когда я уже тянусь к двери, я слышу, как кто-то произносит мое имя, и узнаю этот голос еще до того, как оборачиваюсь.

Я знаю, что ему около пятидесяти, но он выглядит гораздо старше. Он высокий, как и его сын, но очень худой. Волосы в основном седые, а цвет лица желтый. Он не выглядит хорошо.

— Мистер Джастис, мне очень жаль, но я не могу разговаривать с вами. — Я не хочу показаться грубой, но...

— Лиам узнал, что я звонил.

Смотрю в сторону и делаю глубокий вдох, оглядываясь назад. — Да.

— Пожалуйста, ты можешь уделить мне пару секунд? — Он жестом указывает на один из столиков уличного кафе.

— Лиам не хочет, чтобы я разговаривала с вами, — мягко говорю я, надеясь, что мои слова не причинят ему боль.

Его плечи заметно опускаются, он снова смотрит на меня.

— Я понимаю.

Черт возьми.

— Я пыталась поговорить с ним, — мой голос замолкает.

— Я знаю, что он никогда не сможет простить меня.

Не знаю, что сказать ему, чтобы утешить.

Он смотрит с потерянным выражением лица. — Я не простил себя тоже. Я ценил его мать и его самого.

Я снова оглядываюсь, люди проходят мимо по тротуару.

— Я хотела помочь вам помириться с Лиамом, я действительно хотела, но сейчас я не могу.

Он немного улыбается мне. — Я понимаю, но мне необходимо поговорить с ним. Нужно объяснить некоторые вещи и предупредить его.

— Предупредить его? — Я встревожена его словами. О чем он должен предупредить Лиама?

— Да, он должен знать, что случилось. Если бы ты смогла убедить его...

— Я не могу. Не сейчас. — Может быть, даже никогда. Трудно говорить об этом с Лиамом, когда он испытывает только негативные эмоции относительно своего отца. — Я прошу прощения, мистер Джастис, возможно позже...

— Нет! Будет слишком поздно к тому времени. Я должен рассказать ему сейчас.

Он начинает меня пугать, и я с облегчением вижу Пола, который переходит улицу.

— Мой друг здесь, и мне нужно идти. Простите.

Его разочарование почти физически ощутимо, я не могу помочь ему, но чувствую жалость. Может быть, после того, как ребенок родится, и Лиам испытает чувства отцовства, он сможет простить своего отца.

Он выглядит таким несчастным. — С вами все в порядке?

— Да, — говорит он рассеянно. — Спасибо.

Я смотрю, как он идет по тротуару, а Пол подходит ко мне.

— Кто это? — Спрашивает он, пока мы наблюдаем, как ссутулившийся человек удаляется от нас.

— Отец Лиама.

По дороге домой у меня звонит мобильный. Я улыбаюсь, видя, что это Лиам.

— Здравствуй.

— Где ты?

— Направляюсь домой и я до сих пор зла на тебя, — говорю я с улыбкой.

Он смеется. — Отлично.

— Ха! Для тебя.

— Тебе не понравилось, дорогая? — Низкий, сексуальный тембр его голоса вызывает дрожь по моей спине. Я кусаю губы и слышу, как он тихо смеется. — Я направляюсь в аэропорт.

— Все в порядке?

— Да, не беспокойся. Я буду дома завтра около полудня и расскажу тебе об этом потом.

Я хмурюсь. — Хорошо.

— Энни позвонила, она вернется сегодня вечером.

— Хорошо.

Я слышу, как он глубоко вздыхает. — Ты такая сговорчивая, дорогая. Если бы я был там, я бы посмотрел, на что еще смог бы уговорить тебя.

Я смеюсь, затаив дыхание. — Может быть.

— Так ты не сердишься на меня больше?

Я улыбаюсь. — Не испытывай судьбу.

Он смеется, и я знаю, что это будет долгая и одинокая ночь без него.

— Я, вероятно, не смогу уснуть без твоего храпа рядом со мной.

— Я не храплю! — Я отвечаю, дразня его. — Или храплю?

Он смеется, потом говорит: — Хорошо, я должен идти. Позаботься о себе и нашем сыне.

Сын?

— После твоего замечания о храпе, я хочу, чтобы это была девочка назло тебе.

Последовало молчание, и мои руки впились в руль. Ой. Он не хочет маленькую девочку?

— Дорогая, мне кажется, я был бы не против, — мягко говорит он.

Не знаю, почему, но мои глаза вдруг начинают слезиться.

— Я должен идти, детка.

— Хорошо. Я люблю тебя, Лиам.

— Теперь уже прощание получше, — говорит он, прежде чем заканчивает разговор.

Я была права. Мне не нравится, что Лиам уехал. Не могу спать без него, ворочаюсь большую часть ночи. Одной из причин является то, что я беспокоюсь о том, что не сказала ему, что видела его отца, разговаривала с ним.

Я просто не хотела расстраивать его прямо перед отъездом в командировку, которая, должно быть, была важна для него, раз он улетел так внезапно.

И, наконец, уставшая я засыпаю ненадолго. Мы с Холли хотим позавтракать вместе в ее кабинете, собираемся провести мозговой штурм, чтобы убедить Лиама позволить мне работать здесь в «Джастис Хаус», по крайней мере, неполный рабочий день.

Я не чувствую давления или беспокойства, которые испытывала до того, как Лиам организовал помощь моим родителям в финансовом отношении. И я чувствую себя лучше, зная, что у нас есть совместное будущее. Но мне нужно работать. Понимаю, как мне повезло, что я смогу проводить все свое время с нашим ребенком, но сейчас мне нужно чувствовать себя нужной, полезной.

Мы составляем список плюсов и минусов моей работы. Пока плюсы побеждают.

— Так вкусно, — говорю я, откусывая домашнюю запеканку Холли.

— Я знаю. Картофель, колбаса и сыр.

— Мы должны завтракать вместе хотя бы раз в неделю. Я принесу завтрак в следующий раз.

— Звучит, как план.

Спустя некоторое время чувствую, как мои нервные окончания напрягаются, и вижу, что Холли смотрит через мое плечо.

— Лиам! Что ты здесь делаешь? — Спрашивает она.

Я улыбаюсь и поворачиваюсь.

Он стоит в дверях, и я не думаю, что когда-либо видела такой ярко выраженный гнев на его лице. Его глаза горят, когда он смотрит на меня.

— Что случилось? — Шепчу я.

— Что случилось? — От его злого голоса становится страшно. — Я думаю, ты знаешь, что случилось.

Отрицательно качаю головой, когда он входит в комнату и направляется к моему стулу. До меня начинает доходить, что он знает о моем разговоре с его отцом.

— Вставай.

— Лиам…

— Держись на хрен подальше от этого, Холли!

Его гнев едва контролируется, я замираю в своем кресле.

— Я сказал — поднимайся.

Он зол так сильно, что, думаю, мне лучше остаться там, где я нахожусь.

Он по-прежнему сверлит меня взглядом, его глаза холодные, как два айсберга.

— Я говорил тебе, что ты не должна разговаривать с Уолтером Джастисом.

Я слышу возглас Холли, но Лиам смотрит на меня. Вижу, как Холли поднимается, чтобы закрыть дверь кабинета.

Сглатываю от чувства обреченности. — Я ... он подошел ко мне...

— Я сказал тебе не разговаривать с ним. — Его тихий гнев пугает меня.

— Я, в основном слушала, — шепчу я, осознавая, что не это должна была сказать, он делает шаг ближе, нависая надо мной.

— Лиам! — Резко говорит Холли. — Тебе нужно успокоиться.

— Я не понимаю, почему ты так зол на меня только за то, что я разговаривала с ним.

— Ну, позволь мне просветить тебя! — Его глаза горят синим огнем, который заставляет меня сжиматься в кресле.

— Лиам, пожалуйста, — умоляет Холли, но он игнорирует ее и наклоняется вниз, положив руки на обе ручки кресла.

— Уолтер Джастис убил мою мать.

— Что? — Я качаю головой в отрицании, вдруг почувствовав головокружение.

— Я потратил месяцы, пытаясь оставить этого ублюдка в тюрьме. Ни разу за двенадцать лет я не разговаривал с этим сукиным сыном. А теперь давай вернем эту гребаную гадюку обратно в мою жизнь!

— Я не знала, — шепчу я. — Ты должен был сказать мне.

Он встает и делает шаг назад.

— Лиам, ты не можешь винить Кэйт. У нее не было даже представления....

Он прожигает меня взглядом. — Если бы ты сделала, как я просил...

— Но ты не просил.

Его подбородок приподнимается, он стискивает зубы.

— Я только выслушала его, — тихо сказала я, глядя на свои руки.

— Я не хочу, чтобы он появлялся в моей жизни! — Рычит он.

— Лиам, он разговаривал с Кэйт, но это все. Она не хотела ничего плохого.

Лиам поворачивается, чтобы посмотреть на Холли. — Нет. Это еще не все, — он иронизирует, оглядываясь на меня. — Репортер «Трибуны» связался с Райаном пару часов назад, чтобы спросить, хотел бы я сделать заявление об отношениях моей жены с моим отцом.

Я резко вздыхаю.

Мои отношения с его отцом? Отцом, который убил его мать?

— Это заставляет меня задаться вопросом, о чем еще ты не говоришь мне.

Опять. Недоверие всегда будет преследовать нас.

— Как насчет того, что ты скрываешь от меня? — Я знаю, что не должна говорить об этом прямо сейчас, но мой рот не слушается меня. — Ты должен был сказать мне. Особенно после того, как узнал, что он связался со мной. — Я встаю. — Это предоставило тебе прекрасную возможность посвятить меня в то, что происходит в твоей жизни, Лиам. — Я не в силах сдержать боль в голосе.

Он проводит руками по волосам. Его гнев, кажется, достиг апогея, но он не смотрит на меня, поворачивается и направляется к двери.

Холли зовет его, но он, молча, закрывает за собой дверь. Ее беспокойный взгляд встречается с моим.

— Кэйт, если ты не возражаешь, позволь мне поговорить с ним.

Я просто смотрю на нее. Что тут сказать? После того, как она уходит, я сижу, сложа руки на колени.

Отец Лиама убил его мать. Мои глаза наполняются слезами. Ужас, что он пережил, потеряв свою любимую маму, причем от рук собственного отца… Это невообразимо.

Так много вещей теперь встали на свои места. Когда я впервые пришла в «Джастис Хаус», я знала, что что-то очень тревожило Лиама. Позже он сказал мне, что убийца его матери был условно-досрочно освобожден, и он делает все, что в его силах, чтобы оставить этого человека за решеткой.

Я глотаю слезы.

То, что Лиам ничего не рассказывал мне о своем отце, лучше всяких слов говорит об отношении Лиама ко мне.

Глава 14

Дверь в кабинет Холли открывается, и я разочарованно вижу, что входит Майк.

Он хмурится, увидев меня. — Что случилось?

Я немного удивлена, что он заговорил со мной. Он стал намного дружелюбнее с той ночи, когда произошел взлом. Вероятно, сейчас это закончится. Знаю, как долго он мне не доверял, полагая, что именно я как-то связана со взломами.

Качаю головой в ответ, боясь, что если попытаюсь заговорить, то разрыдаюсь.

Он садится на край стола Холли, скрестив руки на груди. Он молчит, и через несколько минут я поднимаю на него свой взгляд.

— Я не должна была разговаривать с Уолтером Джастисом, но он вчера объявился, пока я ждала Пола. — Я смотрю вниз, нахмурившись.

Его брови удивленно приподнимаются. — Ты разговаривала с Уолтером Джастисом?

— Да. Он звонил мне уже. Лиам узнал, и ... — отвожу взгляд в сторону, затем, собравшись с духом, смотрю на него. — Кто-то за мной следил, возможно, Уолтер.

— Почему ты так говоришь?

— Журналист связался с Райаном, чтобы получить комментарий от Лиама. — Майк поджимает губы в безмолвном свистке. — Я не знала, что отец Лиама убил его мать. Когда Уолтер хотел поговорить со мной, я понятия об этом не имела.

— О чем Уолтер хотел поговорить с тобой?

— Он хотел, чтобы я убедила Лиама поговорить с ним. Сказал, что ему нужно сообщить Лиаму правду. — Брови Майка снова приподнимаются. — Сказал, что ему нужно предупредить Лиама.

— Предупредить о чем?

— Не знаю. Он выглядел не очень хорошо, настаивал, что должен поговорить с Лиамом, прежде чем станет слишком поздно. Это уже второй раз, когда он настаивал на том, что это важно, и ему необходимо поговорить с Лиамом.

— Вот почему Лиам вернулся раньше?

— Да. — Я глубоко вдыхаю. — Он очень зол, — мягко говорю я.

Майк резко встает. — Лиам, как правило, довольно хорошо контролирует себя, кроме случаев, когда это касается его отца, и не без оснований. Дай ему время, и он поймет, что ты ничего не сделала намеренно. — Обходит вокруг стола Холли, открывает один из ящиков стола и достает конфету.

— Не говори Холли.

— Хорошо.

После его ухода убираю оставшийся завтрак и решаю подняться наверх. Я вызываю лифт. Лиам и Холли могут быть в его кабинете, и я не хочу прерывать их. Сейчас даже не полдень, но я уже хочу прилечь.

Когда захожу в спальню, вижу, что Лиам капается в дорожной сумке. Я останавливаюсь, мое сердце бешено стучит. Он смотрит на меня, а затем возвращается к своему занятию.

Он хочет уйти от меня?

Нет. Конечно, если бы это было так, он просто выгнал бы меня. Хотя, может быть, из-за ребенка он не сделал бы этого, а предпочел уйти сам.

— Что ты делаешь?

Он снова поднимает на меня взгляд. — Распаковываю вещи. — Я чувствую облегчение.

Он вынимает несколько вещей и проходит мимо меня к шкафу.

По крайней мере, он говорит со мной. Я жду, не зная, что сказать или сделать. Когда он выходит из туалета, делаю глубокий вдох и решаюсь.

— Лиам, знаю, что ты действительно сердишься на меня и я...

Он подходит прямо ко мне, и я забываю, что хотела сказать, когда смотрю в его сверкающие глаза. Они прожигают меня взглядом, и я вздрагиваю от гнева, который вижу в его глазах. Не говоря ни слова, он обходит меня и оставляет стоять посреди комнаты одну, а сам выходит.

Оставшуюся часть дня Лиам отсиживается в своем кабинете, когда он выходит оттуда, то практически ни с кем не разговаривает.

Энни продолжает смотреть на нас заинтересованным взглядом.

Я ложусь спать одна. Когда просыпаюсь на следующее утро, то только по следам на подушке могу понять, что Лиам ночевал в одной со мной постели.

Принимаю душ и завтракаю с Энни, которая сообщает, что Лиам уехал рано, не позавтракав. Я в недоумении, но хочу последовать совету Майка и дать Лиаму время, чтобы совладать со своим гневом. Знаю, хандрить в квартире не самый лучший вариант, как и хандрить в принципе.

Надеваю красивый белый сарафан и заплетаю косичку. Потом звоню Полу, чтобы сообщить, что направляюсь в журнал, чтобы встретиться с ним. Вызываю лифт, который ведет вниз в кабинет Лиама. Если он там, хочу, чтобы он знал, куда я иду.

Его там нет.

Когда выхожу, замечаю, что дверь в кабинет Холли закрыта, мне никто не отвечает, когда стучу. Я не разговаривала с ней после инцидента в ее кабинете вчера. Я думала позвонить ей прошлой ночью, но не хочу заставлять принимать ее чью-то сторону в нашей с Лиамом ссоре. Мы стали хорошими друзьями, но я знаю, что она лояльна к Лиаму, и я не сержусь на нее, что она не сказала мне о его отце. Лиам должен был сделать это сам.

Проходя мимо столовой, вижу, что там все спокойно, новый администратор разговаривает с одним из официантов. Я сосредоточена на своих мыслях, поэтому взвизгиваю от удивления, когда сильные руки хватают меня за руки.

— Кэйт.

— Брюс! Ты меня напугал.

Его глаза светятся. — Ты должна обращать внимание, куда идешь. — Он широко улыбается.

— Прости.

Он идет рядом со мной по коридору.

— Как Эмили?

— Я оставил ее истощенной, так что я бы сказал, что хорошо.

Я смеюсь, покачав головой. — Уверена, с тобой утомительно мириться.

— Эй!

Улыбаюсь ему, и он посмеивается.

— Лиам знает, куда ты собралась в таком виде?

Я хмурюсь. — Что не так с моим видом? — Останавливаюсь, оглядывая свое платье.

Он смеется и тянет меня за косу. — Над тобой так легко подшутить. Ты выглядишь прекрасно.

— Спасибо. Надеюсь.

Он тянет дверь, держа его открытой для меня. — Не забудь, что у нас вечеринка в «Джастис Хаус» завтра вечером.

Я и забыла. Хочет ли Лиам все еще пойти? Со мной?

— Я приду.

Вижу, что он слега нахмурится, и прежде, чем у него появляется шанс спросить, я выхожу.

— Увидимся позже, Брюс.

Когда вхожу в гараж, вижу, что место, где обычно стоит Porsche, пустое.

— Не против, если я поищу кое-какую информацию на твоем ноутбуке? — Спрашиваю я Пола, пока пролистываю последний выпуск журнала. Он как раз заканчивает телефонный разговор.

— Что случилось с твоим компьютером?

Откладываю журнал в сторону. — Не хочу, чтобы эта информация отображалась у меня в истории.

Он поднимает брови. — Порно?

— Нет!

Он усмехается. — Получается, что ты пришла сюда только, чтобы использовать мой компьютер.

Он вертится в своем кресле и поднимает компьютерную сумку на стол, вынимая ноутбук.

— Практически угадал. — Я беру ноутбук, когда он передает его через стол.

Мы оба тихо работаем. Пол на офисном компьютере пишет очередную статью, а я ищу какую-нибудь информацию про убийство матери Лиама.

Марен Джастис было всего тридцать шесть лет, когда она была задушена в маленьком городке в Джорджии. Ее сын пришел домой из школы и нашел ее мертвой. Описание и фотографии места преступления ужасны; мне тяжело видеть то, что Лиам видел, когда вошел в дом. Его мать упорно боролась за жизнь.

— Эй, что случилось? — Спрашивает Пол, вставая. Я глотаю слезы. Он подходит и становится позади меня, чтобы тоже прочитать статью.

— У тебя есть платок? Я оставила свой дома.

— Да, конечно. — Он выходит, но вскоре возвращается с коробкой бумажных платков, садится на корточки рядом со мной, чтобы закончить читать статью, в которой все расписано в деталях — последний день жизни Марен Джастис и последующий арест Уолтера Джастиса за жестокое убийство своей жены.

Он смотрит на меня, когда заканчивает чтение.

— Этого не было в информации Валери на «Джастис Хаус»?

— Нет.— И Пол, и Джули знают, что мама Лиама была убита, я сказала им, после того, как Лиам и я расстались. Они знали только то, что знала я. Информация Валери на Лиама не содержала ничего об убийстве. В то время не было никаких оснований для дальнейшего исследования. Или так я думала.

— Когда ты узнала это?

— Вчера.

— Черт, Кэйт. — Я киваю в знак согласия. — Ты никогда не спрашивала о ее убийстве?

— Нет. Думала выяснить детали, но часть меня не хотела этого знать, и я пыталась уважать его личную жизнь. Он никогда не хотел говорить о ней, а ты знаешь меня, я не смогла бы скрыть тот факт, что узнала.

— Так почему же Уолтер Джастис связался с тобой? — Пол стоит, опираясь на стол.

— Как я уже говорила, он хотел, чтобы я помогла ему воссоединиться со своим сыном.

— Вот же сукин сын! Когда ты не отказалась, он, должно быть, понял, что ты ничего не знаешь о всех обстоятельствах.

— Лиам узнал.

Пол хмурится. — Что Уолтер звонил тебе?

— Да. Он просил меня не разговаривать с его отцом. Но, как ты знаешь, я поговорила. — Закрываю ноутбук. — Лиам вернулся со встречи раньше и... — качаю головой. — Сумасшествие — не совсем то слово, которым можно описать его состояние.

— Ты не знала, что его отец убил его мать, Кэйт.

— Нет, но если бы сделала, как Лиам просил меня, и не имела ничего общего с Уолтером...

Брови Пола приподнимаются. — Что может быть плохого в том, что ты просто поговорила с человеком?

— Репортер связался с адвокатом Лиама, мужем Холли, желая получить комментарий от Лиама об отношениях его жены с его отцом.

— Черт.

— Да.

— Ты знаешь, кто этот репортер?

— Нет, Лиам не сказал. Но если бы мы могли выяснить, кто связался с этим журналистом… Пол, кто-то преследует либо Уолтера, либо меня.

Пол берет свой телефон, но тут дверь кабинета распахивается, и заходит Валери.

— Я не подслушивала нарочно. — Пол выгибает бровь. — Дверь была приоткрыта, Пол.

Я смотрю на Валери и Пола.

— Кэйтлин, нам нужно поговорить, или, если быть более точной, мне нужно поговорить с твоим мужем.

Смотрю на нее, разинув рот. Когда я не отвечаю, она продолжает:— Сегодня же.

Усмехаюсь. — Валери, ты последний человек, с которым мой муж будет разговаривать.

После его отца.

— Мне очень жаль, как это прозвучало, я не хочу показаться грубой.

Она отмахивается от моих извинений. — Ничего из этого не имеет значения, но мне жизненно важно поговорить с ним.

Я встаю. — Прости. Так как ты подслушала наш разговор, я уверена, что ты знаешь, что Лиам едва разговаривает со мной. — Чувствую, что мое лицо заливается краской.

— Валери, почему ты убрала информацию об убийстве Марен Джастис из файла на Лиама?

Она улыбается. — Потому что я знаю тебя, Кэйтлин, и твои эмоции все бы испортили.

Пол вешает трубку, и мы с Валери выжидательно смотрим на него.

— Репортер Натали Байерс. Она сказала, что получила анонимное письмо, отправленное из местной кофейни.

— Так она понятия не имеет, кто его отправил?

— Она сказала, что перезвонит мне. — Он смотрит на меня.

Знаю, что означает, что Натали знает больше, чем готова сказать на данный момент.

— И более того, ее редактор распорядился забыть об этой статье и не следить за ее судьбой.

— Что? — Я смотрю на Валери.

— Могу сказать, что он имеет очень влиятельных друзей наверху, — говорит она.

Вот черт.

— Может быть, если я позвоню редактору, мы сможем выяснить, знают ли они что-нибудь еще, — предлагает Валери.

— Давайте подождем и посмотрим, что скажет Натали, когда свяжется со мной, — говорит Пол. — Кэйт, она сказала, что к электронному письму прилагалась фотография. На ней были ты и Уолтер напротив кафе.

Я заезжаю в гараж «Джастис Хаус», но Porsche до сих пор нет. Интересно, что делал сегодня Лиам. Одиночество давит на меня, это глупо, потому что он не ушел, но я скучаю по нему. И более того, я до сих пор немного взвинчена по поводу смерти его матери. У меня стоит ком в горле от одной мысли о нем, подростке, который приходит домой и находит любимую маму задушенной.

Я должна поговорить с ним, должна заставить его понять, почему разговаривала с его отцом, ведь я невольно хотела наладить отношения между ними.

Глажу мой живот. — Что мы будем делать с твоим папочкой? — Тихо говорю я.

Я вхожу в «Джастис Хаус» и почти сталкиваюсь с Холли, выходящей из-за угла.

— Кэйт! Я искала тебя.

— Что случилось?

— Нам нужно поговорить.

— Хорошо. Хочешь подняться наверх? Там нам никто не помешает.

— Отлично.

В квартире тихо и, когда мы входим в кухню, я нахожу записку от Энни. От Лиама ничего.

— Вся квартира в нашем распоряжении, Энни ушла за покупками, а Лиам... Кто знает, где Лиам, — бормочу я.

— Мне очень жаль, Кэйт. Лиаму следовало рассказать тебе об Уолтере.

— Это могло бы помочь.

— Надеюсь, ты понимаешь, почему я не могла ничего рассказать. — Ее глаза умоляют меня о понимании.

— О, Холли, я знаю, — вручаю ей стакан холодного чая. — Пожалуйста, не думай, что я обижена на тебя. Уверена, что все это ставит тебя в неудобное положение.

— Я хочу, чтобы ты знала, что я просила Лиама рассказать тебе. Он просто не может вынести разговоров о своей маме или о том, что случилось. Но если бы я знала, что Уолтер связался с тобой, я бы сказала тебе все сама. Ты должна была знать.

— Я не говорила тебе, потому что, опять же, не хотела ставить тебя перед выбором между лояльностью к Лиаму и нашей дружбой.

— Вы с Лиамом поговорили об Уолтере?

Я вздыхаю. — Нет, он практически не разговаривает со мной.

Она делает глоток чая. — Ну, есть еще кое-что, о чем ты должна знать, — говорит она, ставя стакан. Ее тон вызывает тревогу.

— Что?

Она делает глубокий вдох. — Судебный процесс был кошмаром. Если бы не родители его мамы, не думаю, что он смог бы пройти через это.

— Он сказал мне, что они помогли ему купить «Джастис Хаус».

Она оглядывается вокруг. — Да, но это было позже, после... — Она смотрит на меня. — Адвокаты Уолтера использовали линию защиту, согласно которой Лиам сам убил свою мать.

Мне не хватает воздуха.

— Они сказали, что он убил свою мать из-за страховки.

— Нет! — Я качаю головой в неверии.

— Да. Это было ужасно.

Как мог отец сделать такое? Мне становится тошно при мысли о том, что через меня Уолтер Джастис пытался вернуться обратно в жизнь сына.

— Само собой разумеется, суд оказал пагубное воздействие на Лиама. Мы все беспокоились о нем. Он провел несколько лет с позором отца, а потом люди вдруг начали шептаться, когда он вышел в люди. Единственный хороший поступок, который Уолтер Джастис когда-либо сделал в своей несчастной жизни, это то, что он положил конец тому, что его адвокаты пытались сделать.

— Что ты имеешь в виду?

— Был очередной изнурительный день в суде, адвокаты допрашивали Лиама. Ты бы видела его. Он был настолько спокойным и настолько сильным, но когда они положили фотографии с места преступления, это чуть не сломало его. Уолтер встал и сказал своему адвокату, чтобы тот остановился. Он сказал, что его сын не имел никакого отношения к смерти матери. А потом начал извиняться перед Лиамом, настаивал, что никогда не хотел, чтобы они обвиняли Лиама. Все это время Лиам даже не смотрел на своего отца.

Я слышу, как двери лифта, идущего из офиса Лиама, открываются.

— Лиам вернулся.

Мы обе встаем.

— Мне нужно бежать. У нас с Райаном планы на ужин. — Она быстро обнимает меня, когда входит Лиам.

— Привет, — мягко говорю я.

— Эй, братишка. — Холли обнимает Лиама, а его глаза встречаются поверх ее плеча с моими.

— Не заставляй меня провожать тебя. — Он идет к холодильнику за пивом.

— Ха! Забавно, — говорит она, ставя стакан в раковину. — Спокойной ночи. Буду рада видеть вас обоих завтра.

— Я провожу тебя к лифту. — Смотрю на Лиама, а он наблюдает за мной.

— О! — Холли поворачивается в дверях. — Не забудьте, что мы все собираемся вместе завтра вечером.

—Лучше не рассчитывай на нас, Холли.

Он не хочет проводить время со мной. По какой-то причине меня это бесит больше, чем то, что он не разговаривает со мной.

— Я попрошу Брюса поговорить с ним, — говорит Холли, когда мы идем по направлению к лифту.

— Не думаю, что это поможет, Холли.

Она берет меня за руку и сжимает ее, когда мы достигаем двери. — Это сработает. — Она дарит мне ободряющую улыбку.

Я выхожу с ней в коридор. — Увидимся завтра. Удачи тебе и передавай привет Райану от меня.

— Передам. — Она машет мне рукой, когда двери лифта закрываются.

Бреду обратно в квартиру с вновь обретенной решимостью. Нахожу Лиама на кухне, он разговаривает с Энни.

— Вам нужна помощь с продуктами? — Спрашиваю я.

— О, нет, дорогая. Вы присаживайтесь и поговорите друг с другом. Я уже заканчиваю и ухожу.

У меня нет желания вести одностороннюю беседу с мужем, но у меня есть, что сказать ему. Жду, пока он не поднимает на меня взгляд.

— Я собираюсь завтра вечером встретиться со всеми, — поворачиваюсь на каблуках и направляюсь в спальню. Я улыбаюсь, шагая по коридору, зная, что он идет позади.

Когда он входит в спальню, я иду к шкафу, беру сменную одежду. Он стоит перед стеклянными дверьми.

Я оступаюсь. Он хорошо выглядит. До неприличия хорошо. Рукава белой рубашки закатаны до локтей, что в сочетании с жилетом, брюками, ослабленным галстуком и двумя расстегнутыми верхними пуговицами на рубашке делает его примером мужского совершенства. Я сглатываю и иду в ванную комнату.

Он не прикасался ко мне в течение двух дней, и мое тело всегда живет своей жизнью, когда на горизонте появляется Лиам Джастис. Я собираюсь «расшевелить его», как говорит Холли. Хочу положить конец этому разладу между нами и единственный способ, который я знаю, как сделать это — бросить ему вызов. Часть меня съеживается при мысли о его гневе, но другая часть испытывает чувство волнения.

Делаю шаг в спальню под предлогом того, что что-то забыла в шкафу. Когда я иду обратно, он поворачивается и смотрит на меня.

— Ты что-то хотел? — Поднимаю бровь.

Он наклоняет голову, и я кусаю губы, мое сердце бешено стучит. Тянусь и стягиваю резинку с волос, использую пальцы, чтобы расплести косичку, качаю головой, когда волосы рассыпаются по плечам.

Он смотрит на меня, и я сразу же понимаю, что не смогу превзойти его в искусстве обольщения. Я не подхожу ему, независимо от того, чему он научил меня, но пытаюсь держать дыхание под контролем, когда он наблюдает за мной с загадочным выражением лица.

— Ты не пойдешь никуда завтра вечером, — твердо произносит он, и по выражению его лица, я знаю, что он думает, что это окончательно.

Расплываюсь в медленной улыбке. Когда его глаза смотрят на мой рот, понимаю, что привлекла его внимание. Это почти пьянящее чувство. Облизываю губы, внимательно наблюдая за ним, и поднимаю руку к верхней пуговице на сарафане. Вторая и третья пуговицы расстегиваются так же легко, как и первая.

Я внешне остаюсь спокойной, когда снимаю бретельки платья. Сначала одно плечо, а затем другое, придерживаю лиф рукой, чтобы оно не упало на пол.

— Почему? — Произношу лишь одно слово, но достаточно громко. Слышит ли он, как мое сердце пытается совершить побег из груди?

Он вскидывает брови и поднимает глаза, чтобы посмотреть на меня. — Потому что пойдут разговоры, если ты придешь одна.

— Я думала, тебя не волнует мнение людей.

— Меня нет. Но тебя да.

— Я пойду завтра с тобой или без тебя. — Мое платье падает к моим ногам, и я остаюсь перед ним в одних трусиках.

Его глаза лениво разглядывают меня, мои мышцы живота плотно сжимаются.

Под его пронзительным взглядом я чувствую, как заливаюсь румянцем, и вдруг теряю свою уверенность. Тянусь вниз, хватаю платье и двигаюсь в сторону ванной.

В следующий момент я уже прижата к стене, мои запястья подняты высоко над головой одной его сильной рукой. Он стоит достаточно близко, чтобы материал его жилета терся об мои чувствительные соски. Тихонько издаю стон, чувствуя прилив желания. Мои глаза закрываются от вопиющей необходимости в нем. Его нога заставляет меня встать, шире раздвинув ноги. Когда он тянется рукой между ног, моя голова наклоняется назад, и я стону в ответ.

— Посмотри на меня, — приказывает он скрипучим голосом. Его глаза пылают, когда я встречаюсь с ним взглядом. — Тебе лучше сделать, как я говорю, дорогуша. У меня есть способы заставить тебя пожалеть о непослушании. — У меня пересыхает во рту от его угрозы. — И чтоб ты знала, — он делает еще один шаг, прижимая свое твердое тело к моему, — своими попытками соблазнить меня ты добьешься того, что я трахну тебя, дорогая, но ты все равно не пойдешь никуда завтра вечером.

Он отпускает мои руки и отходит назад.

Я растираю запястья под его проницательным взглядом, а затем он выходит из комнаты.

Ну, все прошло хорошо. Может быть, я должна была пресмыкаться у его ног, умоляя простить меня?

Я не сильна в соблазнении.

Выхожу из душа и накидываю на себя халат, собираю волосы полотенцем, и тут слышу телефонный звонок. После пяти гудков я решаю, что никто не собирается отвечать, и иду к тумбочке. Когда вижу номер звонящего, мое дыхание перехватывает в груди.

Мэлани Лэнгфорд.

Делаю все возможное, чтобы сделать глубокий вдох. — Алло.

— Могу ли я поговорить с Лиамом, пожалуйста? — Ее голос мягкий и молодой.

Почему она звонит Лиаму? Ехидные намеки Миранды и разговор между ней и Лиамом на вечеринке в честь нашей свадьбы приходят на ум. Горячая ревность сжимает мое сердце.

— Алло?

— Извините, — пытаюсь перевести дух, мои руки дрожат, — не уверена, что он дома. — Не знаю почему, но в этот момент я понимаю, что их с Лиамом связывает что-то серьезное. — Если вы подождете, я посмотрю, — не могу поверить, что мой голос звучит так спокойно, или что я предлагаю найти своего мужа, чтобы она могла поговорить с ним.

— Я звоню из Парижа, так что, если вам не трудно, просто передайте ему, чтобы он перезвонил мне.

Париж!

Ноги подкашиваются, я крепче сжимаю телефон.

— Алло? Вы еще здесь?

— Да, — шепчу я и падаю вниз на край кровати.

— Хорошо, спасибо. — Линия обрывается, когда она вешает трубку.

Нил живут в Париже. Я вспоминаю завуалированные комментарии Чарльза Нила на вечеринке и то, как Лиам был зол на этого человека.

Что связывает Мэлани и Лиама? Это она подарила ему кулон, пообещав, что ее любовь всегда будет с ним?

Я вскакиваю, снимая полотенце с головы, пальцами расчесываю влажные волосы и выбегаю из спальни, направляясь прямо в кабинет Лиама. Он разговаривает по мобильному, его брови удивленно выгибаются, когда я вхожу без стука.

Он говорит с ней?

— Бойд, мне нужно отойти, я перезвоню. — Он спокойно кладет телефон на стол.

Моя рука сжимается вокруг телефона, который я все еще держу, пытаясь контролировать желание бросить его в Лиама.

— Чем я могу помочь тебе, дорогая?

Стискиваю зубы от его насмешливого тона. — Думаю, что пришло время рассказать мне о Мэлани Лэнгфорд.

Он откидывается на спинку стула, не показывая ни каких эмоций, даже не моргая, пока смотрит на меня.

— Я хочу знать, что у вас с ней происходит. Кем она тебе приходится.

Его глаза становятся ледяными, а затем он вздыхает, проводя руками по волосам. — Я не буду говорить с тобой о Мэлани. Это не твое дело.

Мой рот открывается. — Я твоя жена.

Он наклоняется вперед с угрожающим взглядом. — Тогда веди себя, как моя жена. Доверяй мне, и когда я говорю тебе сделать что-то — делай это! — Он практически кричит.

Ой! Мой гнев нарастает еще больше. Он сильно ошибается, если думает, что я собираюсь позволить ему продолжать заставлять меня чувствовать себя ужасно в ситуации с его отцом, когда у него шашни с другой женщиной. Пересекаю комнату сердитыми шагами и кидаю телефон на стол перед ним.

— Ну, муж, тебе нужно перезвонить своей любовнице. В Париж. — Его глаза вспыхивают. — И ты можешь оправляться в ад! — Мой взгляд устремлен прямо на него.

Поворачиваюсь, но мне не удается сделать даже двух шагов, я слышу, что он встает. Моя первая мысль: бежать, но он подходит ко мне еще до того, как мне в голову приходит следующая. Он идет на меня, а я отхожу назад, пока не оказываюсь возле его стола. Когда пытаюсь оттолкнуть его, он сжимает мои запястья и тянет их за спину. Знаю, что на мне нет ничего, кроме тонкого халатика.

— Прекрати! — Я борюсь, пока без сил не откидываюсь на стол. Он пытается поцеловать меня, и я рывком отворачиваю голову в сторону. Сжимая запястья одной рукой, другой он хватает меня за подбородок, поворачивая лицо к своему, заставляя поцеловать его. Его язык пробивается между моими сомкнутыми губами, проникая внутрь.

Я продолжаю бороться, бороться с желанием моего тела подчиниться ему.

Когда он отпускает мои руки, сразу обвивает мою талию, прижимая к себе. Он отпускает мой подбородок, рука скользит к поясу моего халата, распахивая его и обнажая мое тело. Мои соски твердеют еще больше от холодного воздуха.

Нерешительно толкаю его в грудь, пытаясь выбраться из его объятий, когда чувствую, что мое тело поддалось. Он продолжает пожирать мой рот, его рука теребит мою грудь.

Я начинаю стонать от его беспощадного натиска, и обнимаю его за шею, мои руки запутываются в его волосах. Когда он прерывает поцелуй, я глотаю воздуха. Его руки обвиваются вокруг моей талии, и он поднимает меня, положив на стол. Сопротивление бесполезно — я хочу его.

Его лицо замирает в твердой решимости, он сверлит меня глазами, спуская штаны. Моя грудь вздымается с каждым вздохом, и все мое тело напрягается в ожидании.

Он сжимает мои ноги и тянет к краю стола, входя в меня одним жестким, глубоким толчком. Моя спина изгибается, стон звучит длинно и жалобно. Так хорошо.

— Блядь! Ты так хорошо ощущаешься, дорогуша, — рычит он. Вытягиваю ноги вверх, он набрасывает их на плечи, придерживая меня за попку. — Так чертовски туго.

Он безжалостно вбивается в меня, не сводя с меня взгляда. Все происходит очень быстро, я кончаю. Он продолжает толкаться в меня, трахая глубоко и жестко. Это сладкое ощущение на грани между болью и сладкой агонией.

Когда чувствую приближение следующего оргазма, я тихонько стону. Не уверена, что смогу пережить еще один. Мое тело выгибается от нахлынувшей волны интенсивных ощущений.

Лиам в то же время кончает, выкрикивая мое имя.

Он частично опирается торсом на меня. Его рука утопает в моих волосах, рот прижат к моей шее, дыхание горячее, и мы оба потные от быстрого и неистового секса. Его медальон вдавливается в место над моим сердцем, и я чувствую внезапную потребность расплакаться.

Он выходит из меня, заставляя извиваться под ним, натягивает штаны. Когда я не встречаюсь с ним взглядом, он вздыхает и тянет меня на руки.

— Ты в порядке? — Тихо спрашивает он.

Киваю, не доверяя своему голосу.

Он прижимает мое лицо к груди, его рука сжимает мою голову, когда он прижимается губами к моим волосам. — Пожалуйста, не плачь, дорогая.

Слезы заглушают мой голос. — Ты заставил меня доверять тебе.

Он замирает. — Ты можешь доверять мне, — его голос звучит возле моего уха.

Его руки опускаются, когда я встаю между ним и столом. Смотрю вниз, качая головой и натягивая халат. Может быть, потому что я так люблю его, я обманывала себя, полагая, что он хотел нашего брака, хотел, чтобы он стал реальностью. Слезы накатывают, мне нужно побыть одной.

— Кэйт…

Я качаю головой, мое лицо все еще отвергнуто от него. Направляюсь к двери на дрожащих ногах.

Когда его руки обнимают меня, я теряю контроль над собой.

— Нет, пожалуйста, дай мне уйти, — рыдаю я.

Его руки еще крепче обнимают меня. — Я никогда не отпущу тебя, дорогая, — говорит он глубоким и непреклонным голосом.

— Я не могу так, Лиам.

— Что? — Резко говорит он.

Смотрю на него. — Не могу жить с тобой, когда ты сердишься. Прости, что я разговаривала с Уолтером. Я только хотела помочь вам. Думала, что тебе станет легче, если вы с ним помиритесь. — Я заикаюсь. — Я не знала, ты должен был сказать мне.

— Тссс ... — Его рука скользит под мои волосы. — Я не могу видеть, как ты плачешь, дорогая.

Я вытираю нос рукавом халата.

— Я знаю, что ты не доверяешь мне.

— Что? — Он откидывается назад, чтобы посмотреть на меня.

— Ты не доверяешь мне настолько, что даже не поделиться одной из самых важных вещей в твоей жизни.

— Сожалею, — говорит он хрипло. — Я должен был рассказать тебе. Я просто ... — Когда он замолкает, я поднимаю на него взгляд и встречаюсь сего. — Черт, Кэйт! Я не люблю говорить о... мне даже не нравится думать обо всем этом дерьме.

Шмыгаю носом и вытираю его рукавом. Он подносит руку, чтобы провести большим пальцем по моей мокрой от слез губе.

— Я должен был сказать тебе, и я сожалею, что обрушил свой гнев на тебя.

Я снова шмыгаю носом. — Уверена, что ты хочешь, чтобы я была послушной, маленькой женой.

Он тихо фыркает, и его губы расплываются в небольшой улыбке, глаза искрятся юмором. — Я считаю, что это займет некоторое время, чтобы приручить тебя, дорогуша.

Сейчас моя очередь фыркать, и он смеется. Выражение его лица вдруг становится серьезным, его глаза смотрят глубоко в мои. Я думаю, что он хочет что-то сказать, когда он притягивает меня к себе.

— Ты был так зол на меня, — бормочу я.

Он смотрит на меня. — Да, я сошел с ума. Но не потому, из-за чего ты думаешь. — Его руки отпускают меня. — Садись, пожалуйста. — Он кивает в сторону стула, прежде чем идет к своему столу. Его лицо становится мрачным, и я сглатываю от внезапной нервозности.

Его взгляд, наконец, встречает мой.

— Я был безумен и обеспокоен. Одна из причин, почему я был так зол, что ты не сделала, как я просил...

Я усмехаюсь. — Это нельзя назвать просьбой. — Его брови приподнимаются в знак порицания, и я сжимаю губы вместе.

— Я не уверен, что этот ублюдок хочет, но он действует не один. — Мои глаза расширяются. — Кто-то сфотографировал вас двоих, когда он подошел к тебе.

— Знаю, — признаюсь я. Лиам хмурится. — Пол нашел название газеты и репортера, который связался с тобой. Она сказала ему, что кто-то прислал ей письмо с вложенным фото.

— Это меня беспокоит. Как, черт возьми, он нашел твой личный номер мобильного телефона?— Он поворачивается и шагает к окну. Через некоторое время вновь смотрит на меня, и, мое дыхание перехватывает от выражения его лица. Там множество эмоций: гнев, беспощадная решимость и сила, которая бурлит в нем.

— Я обеспокоен тем, что он был в состоянии так близко подойти к тебе.

Меня это тоже беспокоит. — До тех пор, пока я не разберусь с ним... — Лицо Лиама темнеет. — Пожалуйста. Не. Разговаривай. С. Ним!

Я поднимаю руки в знак согласия. — Я не буду, — говорю твердо.

Его глаза сужаются. — Я из кожи вон лез последние два дня, чтобы убедиться, что он не приблизится к тебе снова. — Он поворачивается и направляется к окну, положив руки на бедра.

Что он сделал? — Как ты в этом убедился? — Спрашиваю я осторожно.

Он смотрит через плечо. — Скажем так, я убедился в том, что если он окажется рядом с тобой, — он поворачивается ко мне, — он вернется в тюрьму.

Ой.

— И ты не будешь больше выходить без Майка или меня.

Что?

— Это не обсуждается, Кэйтлин, — говорит он.

Я встаю, двигаясь вокруг стола, кладу руку ему на плечо и чувствую, как его мышцы напрягаются.

— Я не спорю. Знаю, что ты просто заботишься о моей безопасности.

Он тянет меня в свои объятия. Я прячу лицо на его груди, глубоко вдыхая его запах.

Мы стоим так в течение нескольких минут. Я люблю этого человека больше, чем могу себе это представить. Он никогда не говорил мне этих слов в ответ, но он показывает мне их в отношении ко мне. Но это не то же самое.

— Лиам…

Он целует меня в макушку. — Да, дорогая.

Я делаю глубокий вдох. — Расскажи мне о Мэлани.

Тело Лиама напрягается, и я встречаюсь с ним взглядом.

— Черт, Кэйт! — Его руки опускаются, и он делает шаг назад, запуская руки в волосы.

Вытаскиваю его рабочее кресло, сажусь и смотрю на него выжидательно.

Я должна знать.

Он закрывает глаза и качает головой. — Мэл беременна.

Глава 15

Если бы я не сидела, то упала бы прямо на пол.

Когда он спал с ней?

Ощущение, будто земля ушла из-под ног. Все его командировки… не уезжал ли он, чтобы увидеть ее? И почему она не здесь? Почему она живет в Париже? Из-за меня?

В ярости я начинаю подниматься, а Лиам наклоняется, поставив руки на подлокотники кресла, преграждая мне дорогу.

— Дорогая, ребенок не мой. Я никогда не занимался сексом с Мэлани, — твердо говорит он.

Хмурюсь, пытаясь посмотреть ему в глаза. — Тогда почему...

— Я помог ей покинуть страну, чтобы избавить от ее агрессивного бойфренда. В последний раз он избил ее так, что она чуть не потеряла ребенка. Я должен был отправить ее туда, где он не смог бы найти ее.

— Париж, — мягко говорю я.

— Да.

Я снова хмурюсь, вспоминая некоторые вещи, которые говорил Чарльз Нил на нашей свадьбе. — К чему такая секретность с Нил, полагаю, что они знают?

— Она все еще работала здесь, когда позвонила мне из больницы. Она была в отчаянии и хотела уйти от бойфренда. Я увез ее из штата, но этот ублюдок разыскал ее. К счастью, один из соседей заметил, что парень ошивается вокруг ее квартиры, и вызвал полицию. Тогда я решил, что ей нужно покинуть страну. — Лиам закрывает глаза на короткое время. — Я сожалею, Чарльз вел себя, как придурок на вечеринке. — Он сжимает мой подбородок, наклоняя лицо. — Это должно остаться тайной в целях безопасности Мэл. Никто не знает. Нил помогли ей по моей просьбе. Они считают, что… — он щурится, — ... что она моя любовница.

— Ой.

Лиам отпускает мой подбородок и проводит ладонью по скуле. После тяжелого вздоха его глаза встречаются с моими. — Ты не уйдешь от меня. — Его голос наполнен эмоциями.

Даже чувствуя облегчение от того, что не он отец ребенка другой женщины, я все равно подавлена из-за Мэл. Она одна в чужой стране. Не могу даже представить, как бы я себя чувствовала, если бы была на ее месте.

— Скажи что-нибудь, — требует он.

— Ты должен помочь ей.

Он приподнимает бровь. — Я помогаю.

— Я имею в виду, что она одна в чужой стране, Лиам.

— С ней все в порядке. Она прекрасно обустроилась. Она даже хочет остаться там после того, как ребенок родится.

— Какой у нее срок?

— 7 месяцев.

Вау.

— Кэйт, ты не можешь ничего сказать Полу или Холли.

— Я не скажу, обещаю. — Он не сообщил никому, даже лучшим друзьям. Но он сказал мне. — Тебе, наверное, следует перезвонить ей.

— Перезвоню. Она бы сказала, если бы это было важно. Я позвоню ей позже.

Как часто они разговаривают? Мне стыдно признаться, но мое сердце сжимается от ревности. — Она знает, что ты женат?

— Конечно, знает. — Он смеется. — Не ревнуй, дорогая, у тебя нет никаких оснований. — Его глаза вдруг становятся серьезными. — Но ты должна знать, Кэйт, я буду продолжать помогать ей.

— Конечно! Ты должен. Я хочу этого, Лиам.

Он изучает мое лицо мгновение, а затем целует меня.

— Черт, дорогуша, ты сведешь меня в могилу.

— Что? — Я хмурюсь, не понимая, что он имеет в виду.

— Каждый раз, когда я думаю, что ты собираешься уйти от меня или презираешь меня, или навредишь себе....

Мои глаза расширяются.

Он качает головой и смеется. — Пойдем на кухню и посмотрим, что там у Энни с ужином. Я голоден.

На следующий день я в детской рассматриваю образцы обоев, когда Майк звонит и говорит, что ко мне пришли, и он сопроводит их. Любопытно, кто и зачем. Спешу вниз по коридору к ротонде.

Когда двери лифта открываются, две молодые женщины выходят из него, одна несет пакет с одеждой. Майк остается внутри, и я смотрю на него с любопытством, поймав его улыбку, поскольку двери закрываются.

Я смотрю на моих посетительниц.

— Миссис Джастис, — женщина, держащая одежду, делает шаг вперед, — меня зовут Кэнди Блэр, а это мой помощник Эмма. Мы здесь по просьбе вашего мужа. — Она протягивает сложенную записку.

Дорогая, встретимся ровно в шесть.

Миссис Блэр подготовила платье для тебя, и она поможет тебе собраться. Ровно в шесть, не опаздывай! P.S. Я наконец-то купил тебе белье.

Смеюсь над его припиской, пока складываю записку.

— Вы готовы начать? — Спрашивает миссис Блэр.

Я еще смотрю на себя в зеркало, любуясь. Кэнди и Эмма — просто волшебницы! Не знаю, как им удалось уложить мои волосы, но это является свидетельством их удивительного таланта. Затем они применили свое волшебство с талантом художника в макияже. Его больше, чем я обычно наношу, но выглядит хорошо. Особенно с моим платьем.

Мое платье потрясающее. Кэнди сказала, что Лиам пришел в бутик, где она работает, и выбрал платье сам. Красивое, роскошное платье из насыщенного красного бархата с небольшими рукавами, овальным декольте и драпированной юбкой чуть выше колен. А белье, которое он выбрал, заставляет меня краснеть перед Кэнди и Эммой. Оно едва заметное, но невероятно сексуальное.

Лиам также подобрал черные босоножки с ремешками и десятисантиметровыми каблуками, в которых мои ноги выглядят длинными и загорелыми.

Я кручусь перед зеркалом. Чувствую себя очень гламурно и улыбаюсь. Понятия не имею, что запланировал Лиам, но очень волнуюсь.

Без двух минут шесть выхожу на лестничную площадку и направляюсь к лифту, двери которого открываются.

Охренеть.

Лиам одет в смокинг, ни один человек не выглядит так невероятно красиво и сексуально. Ни один человек, которого я когда-либо видела.

Знаю, что пялюсь на него, как идиотка, но не могу оторвать глаз. Он выглядит даже выше, чем обычно. Волосы взъерошены, он явно предпочитает такой стиль, и это так чертовски манит меня. Он выглядит так, будто только что сошел со страниц GQ (прим. перев.: мужской журнал). Я просто хочу запрыгнуть на него.

Он оглядывает меня с ног до головы, а потом его горящий взгляд встречается с моим, и у меня от этого подкашиваются ноги. Кусаю губу.

Он улыбается своей сексуальной улыбкой, от чего я просто теряю рассудок, он делает шаг вперед, чтобы взять меня за руку, провожая в лифт. Его рука скользит вокруг моей талии, когда он нажимает на панель управления.

— Не смотри на меня так, дорогуша.

— Хорошо, — шепчу я.

Он смотрит вниз, а затем, его сексуальный рот изгибается в медленной улыбке. Опускает голову, в результате чего его губы накрывают мои в мягком поцелуе.

— Ты прекрасно выглядишь, сладкая.

— Спасибо, — мягко говорю я. — Спасибо за это прекрасное платье. Мне оно нравится, Лиам.

Он наклоняет голову, смотря на меня.

— Я увидел его и сразу понял, что нужно тебя, чтобы сделать его красивым.

Чувствую, что мои щеки наливаются румянцем от его комплимента. Он берет меня за руку, когда двери лифта раздвигаются, и ведет через кабинет.

— Ты голодна? — Спрашивает он.

— Я очень голодна. — Только вот хочу далеко не еду.

Он тихо смеется, открывая дверь своего кабинета. Когда мы выходим в зал, он притягивает меня ближе. — Могу поспорить, что ты проголодалась, сладкая.

Когда я смотрю на него, он похотливо улыбается, и я знаю, что мое лицо становится таким же красным, как и мое платье. Лиам громко смеется и ведет меня дальше по коридору, я вижу, как несколько членов клуба поворачиваются, чтобы посмотреть на нас, и улыбаются. Он ведет меня к главной лестничной площадке особняка.

— Куда мы идем?

Он косо смотрит на меня. — Я иду со своей женой на ужин.

Семь простых слов, но они вызывают немедленный отклик во мне. Я вдруг чувствую себя чрезвычайно счастливой и беззаботной.

Лиам встречает пару, спускающуюся по парадной лестнице. Они оба приветствуют нас, и я улыбаюсь, а Лиам берет мою руку в свою. Он быстро сжимает ее, а затем поднимает к губам, целуя пальцы.

Когда он открывает входную дверь «Джастис Хаус», я вижу черный лимузин, припаркованный у тротуара, который ждет нас.

— Лимузин?

Он улыбается.

Водитель открывает дверь, и мы отправляемся в путь.

Лиам открывает панель с ведерком льда и бутылкой.

— Сидр, дорогая?

Я ухмыляюсь, когда он смотрит на меня, подняв бокал, его глаза блестят.

— Да, пожалуйста. — Практически подпрыгиваю на сиденье. Это так забавно.

Музыка тихо играет в фоновом режиме, Лиам протягивает мне бокал. Я смотрю на него, делая глоток, он откидывается назад.

— Ты тоже пьешь сидр? — Усмехаюсь я.

Он поднимает бровь. — Ну вот, считаю, что ты слишком много говоришь о сидре. — Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, его язык слизывает остатки сидра с моих губ, затем его губы накрывают мои. Я сильнее прижимаюсь к нему, а его рука движется по спине к моей шее, вызывая мурашки. Губы скользят по моей челюсти, он слегка прикусывает кожу зубами, я тихонько начинаю стонать, выгибая шею.

— Нам лучше остановиться, или я испорчу твою прическу, дорогая, — бормочет он возле моего уха.

— Меня это не волнует, — шепчу я.

Чувствую его улыбку на моей шее. Он целует место за моим ухом и откидывается назад. — Я с нетерпением жду ночи, и когда буду трахать тебя, сладкая, хочу, чтобы твое пристальное внимание было на мне, а не на еде.

— Я всегда предпочту тебя, — тихонько говорю я, а мои щеки горят, хотя я пью холодный сидр. От его взгляда у меня пересыхает во рту, и я делаю еще один глоток.

Эти сексуальные брови опять движутся вверх. — Возможно, нам придется совершить еще одну поездку после того, как мы выйдем из клуба.

Я хмурюсь. — Зачем?

От его непристойной ухмылки мои мышцы живота скручиваются. Он наклоняется ближе. — У меня появилось внезапное желание увидеть тебя на коленях между моих ног, сладкая. — Мое дыхание становится чаще от его соблазнительного голоса. — Мои руки у тебя в волосах...

Когда до меня доходит смысл его слов, я задыхаюсь. — Ты очень плохой.

Он громко смеется. Его рука скользит по моему плечу, а пальцы ласкают ухо. — Да, — говорит он, его голос напоминает мягкий рык. — С тобой я могу думать только о всякого рода шалостях. — Его глаза завораживают.

Я желаю этого человека больше, чем моего следующего вдоха. Любовь, которую я чувствую к нему, является всепоглощающей страстью, и с того момента, когда впервые увидела его, я принадлежу ему.

Его палец поглаживает мое лицо. — Не смотри на меня так, дорогая.

Я смотрю в сторону и делаю глоток напитка. Лиам тянет мою руку к его выпуклой промежности. Я смотрю вверх, резко вдыхая.

— Теперь посмотри, что ты наделала, — говорит он, медленно растягивая слова. — А мы уже приехали.

Лиам выходит из лимузина первым и помогает мне выбраться из него. — И кто из нас плохой? — Он шепчет мне на ухо. Я хихикаю.

Мы приезжаем в закрытый клуб, куда допускаются только его члены, и я также знаю, что только богатые люди могут позволить себе это. Пока мы идем к нашему столику, не могу игнорировать пламенные взгляды женщин, обращенные на моего мужчину. Лиам выглядит как мечта в смокинге. Да хоть в чем, в принципе.

— Этим неудачникам нужно перестать смотреть на тебя, — рычит он, его рука властно скользит вокруг моей талии. Вижу его сжатую челюсть и не могу сдержать смеха.

Мы садимся за столик, и официант приветствует нас.

— Ты хочешь, чтобы я сделал заказ для тебя, дорогая?

Смотрю на официанта, он улыбается. — Пожалуйста.

— Бокал сидра? — Спрашивает Лиам, озорно сверкая глазами.

— Нет, спасибо. С меня было достаточно, а вечер только начался.

Лиам улыбается. — Девушка будет воду с лаймом, а мне виски Маккалан. А также стэйк из говядины на гриле для леди, салат и печеный сладкий картофель. Пожалуй, все, — говорит он официанту.

Я в восторге от ресторана с его сводчатым потолком, неоготическими витражами и винтажным очарованием. Очень богатый и красивый декор.

Лиам наблюдает за мной, и я нервно кусаю губы. — Здесь...— Я колеблюсь, когда наш официант подает напитки, — мило.

Лиам подносит свой бокал к губам, его глаза пристально смотрят на меня. — Да. — Вздрагиваю от его низкого, сексуального голоса. Его рука движется вдоль моей спины, а его пьянящий аромат заполняет мои чувства. Мой взгляд останавливается на его губах.

Он наклоняется ко мне. — Мы шокируем бедного официанта, если я попрошу отнести еду обратно, дорогуша. — Он улыбается мне.

— Зачем тебе делать это? — Тихо спрашиваю я, проводя пальцем по ободку стакана.

— Зачем? Так я смогу забрать тебя домой. Этот твой взгляд просто умоляет меня трахнуть тебя, сладкая. Я бы трахнул тебя прямо здесь, но не хочу, чтобы кто-то наслаждался тем, что является моим.

— Лиам! — Я быстро оглядываюсь, чтобы убедиться в том, что никто нас не слышит.

Он смеется, и это привлекает к нам внимание, в основном женщин, чьи взгляды задерживаются на нем.

Я не могу скрыть улыбку, которая расплывается на моих губах. Он неотразим, особенно когда дразнит меня вот так. Черт, он неотразим, даже когда просто дышит.

Я наклоняюсь к нему. — Это его слишком сильно шокирует? — Бормочу я ему на ухо.

Он усмехается, делая глоток виски. — Теперь, дорогая, ты пытаешься меня соблазнить? — Тихо спрашивает он, наклоняясь ближе. — У меня есть предположение, что я ошибочно думаю, что я главный в этих отношениях.

Он шутит? Улавливаю безошибочный блеск юмора в его глазах и толкаю его локтем.

— Рада, что тебе доставляет удовольствие дразнить меня, — говорю я игриво, поднимая подбородок в притворном неодобрении.

— Кто это дразнит, — бормочет он. — Вот наш ужин, дорогая.

Я объелась вкусной едой, но мое возбуждение не прошло. Я готова к вечеринке в «Джастис Хаус».

Когда мы присаживаемся на кожаное сиденье лимузина, Лиам придвигает меня ближе к себе, его рука движется в сторону моего лица, и он целует меня. Его пальцы скользят в вырез мое платья, лаская выпуклость груди, мои соски напрягаются.

Поворачиваюсь к нему, подняв руку, поглаживая его скулы. Я на грани того, чтобы отстегнуть ремень безопасности и залезть к нему на колени, но тут его сотовый звонит.

Он медленно отстраняется от меня. Я тихонько стону, и он быстро целует меня, вытаскивая телефон из кармана, хмурясь, когда смотрит на экран.

— Засранец, — бормочет он, и я понимаю, что это Брюс. — Для него же лучше, чтобы это было что-то важное, — рычит Лиам, отвечая на звонок.

Я откидываюсь назад и приглаживаю волосы, которые по-прежнему уложены, что лишний раз доказывает опыт Кэнди и Эммы.

— На самом деле, я не уверен, что мы приедем, приятель, — Лиам тянется к моей руке и прикладывает ее к выпуклости на штанах. — Придумай что-нибудь.

Я хихикаю и быстро прикрываю свой рот свободной рукой. Рот Лиама расплывается в улыбке.

— Извини, Брюс. Я думаю, что мы пропустим вечеринку. Моя жена очень требовательная маленькая штучка.

Я ухмыляюсь, когда он подмигивает мне, его улыбка заразительна. Он ворчит, когда я сжимаю его член через брюки.

Черт. Он чертовски твердый, и я чувствую, как он пульсирует под моими пальцами. Он широко расставляет ноги, и когда я смотрю на него, его глаза сужаются.

Я подозреваю, что мы не можем ждать, пока вернемся в «Джастис Хаус».

— Что? — Он рычит в телефонную трубку, а потом вздыхает, откидывая голову на спинку сиденья. — Хорошо. — Он смотрит на меня. — Да, мы уже приехали.

Я смотрю в окно и с удивлением вижу, что мы действительно вернулись домой.

— Мы все-таки пойдем туда? — Спрашиваю я с очевидным разочарованием в голосе. Я действительно очень ненасытна, когда дело касается Лиама. Все это от его чувственных прикосновений и пьянящих поцелуев. И это целиком его вина. И я молюсь, чтобы это никогда не изменилось.

— Да. Брюс говорит, что важно, чтобы мы присоединились к ним. — В голосе Лиама есть нотка скептицизма.

Мы встретили несколько членов клуба по пути в «Джастис Хаус». Я вижу, как у нескольких женщин отвисает челюсть от вида Лиама в смокинге.

Сейчас еще достаточно рано и не слишком людно. Лиам сжимает мою руку, пока мы поднимаемся по лестнице на отдельный балкон. Это хорошо, так как эти каблуки не предназначены для подъема по лестнице.

Лиам наклоняется ко мне. — Это последний раз, когда ты надела каблуки до тех пор, пока не появится ребенок.

Иногда его занудство немного раздражает.

— Но я планирую наслаждаться ими позже, когда они будут обернуты вокруг моей шеи. — Он улыбается, а я задыхаюсь.

Он любит смущать меня сексуальной беседой. Кусаю губы, скрывая улыбку, и хочу остаться с ним наедине. Может быть, я должна симулировать плохое самочувствие и уйти отсюда пораньше?

Некоторые из нашей большой семьи уже собрались вокруг одного из столов. Я сажусь рядом с Джули. Она встречает меня улыбкой, а потом смотрит на Лиама, открывая рот. Я глажу ее руку.

Все находятся в прекрасном расположении духа, когда мы приветствуем друг друга.

— Ты прекрасно выглядишь, Кэйт, — говорит Райан через стол. Холли смотрит на меня, кивая в знак согласия. — Что ты сделала с человеком, который выглядит как Лиам?

Все начинают смеяться, и я смотрю на мужа. Он ухмыляется, его рука обнимает меня за плечо, чтобы притянуть ближе. Наклонив голову, он шепчет мне на ухо.

— Давай, скажи ему, что это постель, дорогая. — Он смеется.

— Кэйт, ты прекрасно выглядишь, — говорит Джули, наклоняясь, чтобы обнять меня. — Мне нравится это платье.

— Спасибо. Ты тоже прекрасно выглядишь. — И это чистейшая правда. Джули — одна из самых красивых женщин, которых я знаю.

Пол откидывается назад и говорит: — Вы двое очень хорошо выглядите. По какому случаю?

Я смотрю на Лиама, но он разговаривает с официанткой, которая принесла нам напитки. Она выглядит ошеломленной, когда смотрит на него. Я оглядываюсь на Пола и пожимаю плечами.

— Им не нужно специального повода, Пол. Некоторые люди так одеваются, когда выходят куда-нибудь, — дразнит Джули.

— Где, черт возьми, Брюс и Эмили? — Лиам спрашивает Холли. Он протягивает мне стакан ледяной воды с ломтиками лайма. Я улыбаюсь. Мне нравится, что он знает, что я люблю.

— Они пошли найти Майка, — говорит она.

Лиам кладет руку на спинку моего стула, его пальцы поглаживают мой затылок. Я смотрю на него снизу вверх, вдыхая его эротический аромат. Он качает головой в раздражении и снова наклоняется.

— Мы дадим им еще пятнадцать минут. — Я улыбаюсь и киваю.

Наша официантка возвращается и ставит ведро шампанского на подставке рядом с нашим столом.

— Эй! — Кричит Брюс, когда они с Эмили появляются.

Еще один раунд приветствия.

— Привет, Кэйт. — Эмили наклоняется, чтобы обнять меня. — Мне нравится твое платье. И твоя прическа! Как ты это сделала? Это так мило. Ты должна показать мне.

Я смеюсь. — Не имею ни малейшего понятия. Это все Кэнди Блэр и ее помощник.

Брови Эмили поднимаются. — Вау. Я знаю Кэнди, она удивительная. Должно быть, у вас особенный повод. — Она смотрит на Лиама. — Ты тоже неплохо выглядишь, — говорит она, смеясь.

— Да. — Брюс хлопает его по спине. — Что за костюм?

Лиам допивает свой напиток и, прежде чем успевает поставить стакан на стол, новый появляется уже перед ним. — Где Майк? — Спрашивает он.

— Майкл скоро будет, — говорит Эмили.

Рука Брюса обнимает ее за талию, притягивая к себе. Он что-то шепчет ей на ухо, и она краснеет.

— Вот он, — Брюс смотрит в сторону лестницы.

Майк ведет себя вполне дружелюбно, когда видит меня. Рада, что мы поладили. Я смотрю, как он приветствует всех остальных. Он гораздо спокойнее, чем его друзья. Тихий и несколько загадочный. Когда я спрашивала Лиама о нем, все, что он сказал мне, что Майк очень скрытный. Эмили встает на цыпочки, чтобы обнять Майка. Она единственная, кто называет его Майкл. Если я хочу узнать больше о Майке, мне нужно спросить ее и Холли.

Обращаюсь к Джули. — Может, пообедаем с тобой и Полом на следующей неделе?

— Да. Я позвоню тебе.

— Пол сказал, что у тебя хороший заказ.

— О, да. Слава богу, мы заполучили его.

— Минуточку внимания, пожалуйста, — говорит Брюс.

— Я позвоню тебе в начале недели, — отвечаю ей, а затем обращаю свое внимание туда, где стоят Брюс и Эмили.

Эмили смотрит на Брюса с обожанием. Знаю, что смотрю на Лиама точно так же.

Брюс наклоняется и быстро целует Эмили.

— Ну, давайте уже, — дразнит Холли.

Брюс усмехается. — Мы женимся.

Никто ничего не говорит.

Я думала, что они уже были женаты, просто сделали перерыв в отношениях.

— В следующем месяце, — добавляет он.

— Что? — Визжит Холли, подпрыгивая, чтобы обнять Эмили.

Официантка появляется с подносом рифленых бокалов, пока другая открывает охлажденное шампанское. Вечеринка превращается в празднование.

Мне нравится вечер, но я более чем готова уйти, когда Лиам предлагает это пару часов спустя.

— У нас планы, — говорит он Брюсу.

— Да знаю я ваши планы, — усмехается тот, а затем подмигивает мне.

Я поворачиваюсь, чтобы он не смог увидеть мое покрасневшее лицо. — Я так рада за тебя, — говорю Эмили, обнимая ее.

— Давайте все пообедаем на этой неделе, чтобы я смогла просветить всех о наших планах, — предлагает она.

— Звучит заманчиво. — Я машу всем остальным, когда рука Лиама обвивает мою талию.

Вместо того, чтобы идти на первый этаж, Лиам ведет меня к маленькому бару в дальнем углу балкона. Там оказывается лифт, он берет меня на руки, целуя так крепко, что я ошеломлена. Когда двери открываются, он отпускает меня, пропуская в коридор.

— Я не знала, что есть еще один лифт, — говорю я, когда Лиам ведет меня к двери на кухню.

— Секретный проход. — Он усмехается.

На кухне еще несколько человек наводят уборку после напряженного вечера. Они улыбаются и приветствуют нас. Непосредственно перед тем, как мы выходим, одна из помощниц по кухне зовет Лиама.

— Подожди здесь, дорогая.

Вскоре он возвращается, держа в руках маленькую белую коробочку, на которую я смотрю с любопытством. Он снова берет меня под руку, ведя из кухни к задней части особняка. Полагаю, что мы направляемся к лифту, но когда он ведет меня мимо него, я смотрю на него вопросительно.

— Куда мы идем?

— У нас есть план, помнишь? — Говорит он. — На коленях у меня между ног, дорогуша.

Я хихикаю, когда он ехидно мне улыбается.

— Вот, возьми это, — протягивает мне коробку. По ощущениям она стояла в холодильнике. — Клубника в шоколаде, — говорит он с насмешкой.

Что? Мое сердце бешено стучит от любви к нему.

Он открывает дверь, и я вижу, что наш лимузин ждет нас.

Чувствую себя несколько неловко на следующий день от того, что Майк должен специально прийти в субботу, чтобы отвезти меня в детский магазин, где Лиам и я заказали кроватку для ребенка. У Лиама встреча с членом клуба из другого города, так что Майк вызвался добровольцем, когда из магазина позвонили и попросили, чтобы я приехала посмотреть кроватку, прежде чем они доставят ее. Я также хочу заказать комод, который мы с Лиамом смотрели.

По дороге в магазин я вспоминаю нашу ночь. Это самое замечательное время. Лиам сделал эту ночь совершенно особенной, в первую очередь, прекрасное платье, затем ужин, не говоря уже о поездке по городу после того, как мы покинули клуб. Мы вернулись в «Джастис Хаус» около двух часов ночи.

— Я подожду тебя здесь, — говорит Майк, подъезжая к бордюру.

— Хорошо. Я постараюсь быстро, — открываю дверь и ступаю на тротуар.

— Не торопись. Мне нужно сделать пару звонков. — Он уже вытащил телефон, когда я смотрю на него.

Консультант уже встречает меня.

— Добрый день, миссис Джастис.

— Привет, Джанет. Пожалуйста, зови меня Кэйт.

Она улыбается. — Пойдемте со мной. Должна сказать, что вы выбрали самую красивую кроватку, которую я когда-либо видела.

Я согласна, что она очень красивая.

После того, как делаю заказ на комод, я иду в магазин с детской одеждой по соседству. Я просто хочу быстро глянуть ассортимент, так как Майк ждет меня.

Пока смотрю на детские платьишки, я слышу свое имя. Узнаю голос, и прежде, чем оборачиваюсь, оглядываю магазин. Откуда он узнал, что я здесь?

Прежде чем он смог что-то сказать, я останавливаю его жестом. — Я не могу разговаривать с вами. Чтобы быть более точной, я не хочу разговаривать с вами. — Я снова оглядываюсь вокруг, в надежде привлечь внимание консультанта.

— Пожалуйста. Мне нужна всего лишь минутка.

— Нет. Мне очень жаль, но, мистер Джастис, вы не сможете сказать то, что я хотела бы услышать.

— Пожалуйста, мне нужно поговорить с моим сыном. — До сих пор мне немного жаль его. — Мне нужно предупредить...

— Твой сын?! Ты убил его мать! — Шиплю я.

— Все в порядке? — К нам подходит консультант с озадаченным выражением лица.

— Вы не могли бы позвать моего водителя, пожалуйста? Он снаружи в Range Rover, припаркованном у обочины.

Я поворачиваюсь к Уолтеру. — Вы должны уйти.

— Я, возможно, был не самым лучшим отцом и мужем, и признаю, что виновен во многих вещах, но я не убивал Марен. Она была моей женой, и я любил ее.

Когда я оглядываюсь, Уолтера уже нет.

— Кэйт! — Зовет меня Майк, спеша в мою сторону. — Что случилось?

— Уолтер Джастис был здесь, — шепчу я, сознавая тот факт, что большинство людей в магазине смотрят на нас.

Майк осматривается вокруг, беря меня за локоть. — Поехали.

По дороге домой он расспрашивает меня о подробностях разговора с Уолтером. Я знаю, что должна буду пересказать все это и Лиаму.

Когда Майк подъезжает к задней двери, чтобы выпустить меня, я смотрю на него. — Спасибо.

Он кивает, и я улыбаюсь ему, выходя из автомобиля.

Прямиком направляюсь в кабинет Лиама, но его там нет. Потому захожу к Холли, которая сообщает, что он уехал и просил позвонить ему, когда вернусь. Не хочу рассказывать ему об Уолтере по телефону, но знаю, что он поймет, что что-то не так, по моему голосу.

— Ты знаешь, куда ушел Лиам?

— Что-то с «Хартбит» вроде.

Уже не первый раз мне интересно участие Лиама в этом бизнесе. Понимаю, что не должна, но не могу побороть любопытство и спрашиваю Холли об этом.

— Джимбо — его партнер?

— Я думаю, что-то в этом роде. Лиам владеет несколькими предприятиями здесь, в Чикаго и в Лансинг.

Конечно же. Я не хочу думать о том, насколько он богат. От этого мне становится неудобно. Как женщина, которая вышла замуж за мешок с деньгами.

— Кэйт! — Смеется Холли. — Ты выглядишь так, будто только что услышала худшую новость в своей жизни.

Я натянуто улыбаюсь ей.

— Ты в порядке?

— Да. Мне просто нужно отдохнуть.

Вроде бы звучит убедительно.

— Я поговорю с тобой позже, Холли.

Иду обратно в кабинет Лиама. Я не шутила, когда сказала Холли, что мне нужно поспать. Лиам не давал мне уснуть половину ночи, а затем еще и встреча с Уолтером взяла свое. Улыбаюсь, вспоминая удовольствие от ночи, начиная с секса в лимузине.

В кабинете темно. Я была в этой комнате много раз, но когда свет был включен. Это первый раз, когда я чувствую себя неловко, как будто что-то таится в этой темноте.

Упрекаю себя за то, что это глупо. По-видимому, разыгравшееся воображение — это последствие беременности.

Мой телефон звонит, напугав меня, и я, не глядя, знаю, что это Лиам.

— Здравствуй.

— Ты должна была позвонить мне.

— Я уверена, что Майк сообщил, когда мы приехали домой. Думала, что мы поговорим здесь. — Я оглядываюсь назад в темноту, когда иду к лифту, мои глаза вглядываются в тень.

— Ты в порядке?

— Да, — прикладываю карту и шагаю внутрь лифта.

— Я буду через несколько минут.

— Все нормально. Я хочу прилечь.

— Устала, дорогая? — Слышу, как он хихикает. — Ответь мне, Кэйтлин.

Кусаю губы от реакции моего тела на тон его голоса.

— Да. Мой муж ненасытен.

— Ты уверена, что в порядке? — Его голос смягчился.

— Да, просто ребенок требует немного отдыха.

Я слышу, как женщина вдруг смеется на том конце провода.

Близко.

— Я не должен был так долго мучить тебя, дорогая. Мне нужно идти, приеду в ближайшее время. — Он кладет трубку.

Я нажимаю на панель управления, вглядываясь в темноту, когда двери лифта закрываются.

В доме звонит телефон, когда я вхожу в квартиру. Энни на выходных, поэтому я спешу на кухню.

— Миссис Джастис, это Аарон, у ворот Валери Шарп, она хочет увидеть вас.

Что?

— Скажите ей, что ... — Лиам придет в ярость, — Я сейчас подойду.

Какого черта она здесь делает?

Я ведь сказала ей, что Лиам не будет разговаривать с ней. Беру сумку и иду к лифту.

— Кэйтлин, мне крайне важно поговорить с твоим мужем.

— Валери, — я смотрю в сторону улицы, осознавая тот факт, что Лиам может приехать в любой момент, он увидит меня, стоящую у ворот и разговаривающую с Валери. — Он не будет говорить с тобой. На самом деле, я предупреждаю, он, вероятно, будет очень зол, увидев тебя здесь.

— Может быть, — говорит она, — я все-таки попробую.

— Ну, я не знаю. Я...

— Кэйтлин, я настаиваю на разговоре с твоим мужем. Он захочет услышать то, что я должна сказать.

Я сомневаюсь в этом.

Не могу себе представить, что Валери может сказать такого, что Лиам хотел бы услышать. Но я также знаю, что она не играет в игры.

— Если это о том, что произошло раньше, когда я пришла работать сюда ... мы отпустили прошлое.

— Нет.

Делаю глубокий вдох. Лиам, вероятно, перестанет говорить со мной или оставит без секса в течение месяца.

— Хорошо.

Когда Лиам заходит в кабинет, знаю, что последний человек в мире, которого он ожидает увидеть здесь это Валери Шарп, которая сидит в кожаном кресле, попивая бурбон.

Он резко останавливается, его взгляд пронзает меня. Я вижу гнев в его глазах, что не удивительно.

— Лиам…

Он поворачивается спиной, не дав ничего сказать. Не говоря ни слова, шагает к своему столу, поднимая трубку.

— Лиам подожди. — Я ставлю стакан воды. — Валери нужно поговорить с тобой.

Он смотрит через плечо и хмурится. Вздыхаю и вижу, что Валери уже встала.

— Мистер Джастис, у меня есть информация, которую вам будет интересно услышать.

— Я сомневаюсь. — Он поворачивается и взгляд, которым он одаривает Валери, пугает меня, но та кажется непроницаемой. — Как я уже сказал вашему адвокату, у вас нет ничего, чтобы меня заинтересовало.

Ее адвокат? Я смотрю на Валери с недоумением.

— Ради вашей безопасности предлагаю вам добровольно покинуть мой кабинет, прежде чем я забуду о манерах и вышвырну вас! — Его голос заканчивается практически криком.

— У меня есть информация о смерти вашей матери.

Я смотрю на Валери с удивлением, а затем на Лиама. Он зол, и я знаю, что он собирается и вправду вышвырнуть ее.

— Лиам, — резко говорю я. — Ты должен выслушать ее. — Его гневный взгляд обращается ко мне, но я иду через всю комнату к нему. — Я знаю ее, Лиам, и если она говорит, что располагает информацией о смерти твоей матери, то это так и есть.

— Нет ничего о моей матери, что я уже бы не знал, Кэйтлин. — Его гнев ощутим физически. — Она ищет сенсацию. И ты должна понимать это.

— Пожалуйста, выслушайте меня, мистер Джастис. Дайте мне пять минут.

Мои глаза встречаются с его горящим взглядом. — Пожалуйста. — Прошу я. Я хочу, чтобы он услышал, что Валери узнала о его матери.

— Моя сестра была убита двенадцать лет назад. За три месяца до вашей матери, — говорит Валери.

Я задыхаюсь и быстро смотрю на нее. Убита?!

Оглядываюсь на Лиама, который смотрит на нее с загадочным выражением лица.

— Обстоятельства смерти обеих жертв — вашей матери и моей сестры Элиз — были одинаковы. Их задушили. Элиз в штате Орегон, а затем вашу мать в Джорджии. — Валери делает паузу, она поднимает стакан, который поставила на маленький столик в конце дивана. — В момент смерти моей сестры ваш отец был в больнице с острым аппендицитом.

Дверь внезапно открывается, и Майк входит в комнату, он резко останавливается, его брови приподнимаются, когда он видит Валери.

— Увидите Мисс Шарп, пожалуйста. Убедитесь в том, что она никогда не появится на этой территории, даже если она с моей женой. — Он еще раз гневно смотрит на меня, прежде чем направиться к лифту.

— Было ли что-то из драгоценностей, которые постоянно носила ваша мать, но они пропали после ее убийства? Что-то, что полиция никогда не раскрывала общественности?

Я смотрю на Валери, а затем на Лиама, его рука застывает, так и не нажав кнопку вызова. Поворачиваюсь и вижу, что Майк хмурится, наблюдая за Валери.

— Моя сестра всегда носила браслет, который ей подарила наша мать. Она никогда не снимала его. — Валери делает шаг вперед. — Чего из ювелирных изделий не хватало у вашей матери?

Лиам медленно поворачивается. — Медальон Санкт Кристофа, — мягко говорит он.

Лиам вдруг шагает обратно к нам.

— Расскажите мне все, что вы знаете.

Глава 16

— Я была очень близка с Элиз, воспитывала ее после того, как наши родители погибли в авиакатастрофе. Я была счастлива, что она поступила в колледж, который сама выбрала, даже если это означало, что она переедет в Орегон, но она была готова к самостоятельной жизни. Я осталась в Калифорнии, мы часто приезжали друг к другу в гости и разговаривали каждый день по телефону. Элиз познакомилась с Винсентом Хейлом совершенно случайно, и с этого момента он начал преследовать ее. Я, конечно, волновалась, но Элиз была спокойна. Однажды вечером она пришла домой и обнаружила его в своей квартире. По моему совету она заявила об этом в полицию на следующий день, я планировала переехать в Орегон чуть позже. — Ее голос затихает. Она молчит с минуту, а затем залпом выпивает свой напиток.

Лиам смотрит на Майка, и тот приносит бутылку из бара, чтобы вновь наполнить бокал Валери.

— Они нашли ее тело на следующий день, брошенное в неприметном месте. Она была изнасилована и задушена.

— О, Валери! — Я кладу свои руки на ее. Она смотрит вниз, а затем на меня.

— Знаю, что ты часто задавалась вопросом, почему я наняла тебя, Кэйтлин. Как я уже говорила, ты напоминаешь мне Элиз. Я не могла помочь, но хотела присматривать за тобой. — Она одаривает меня своей достаточно редкой улыбкой.

— Пожалуйста, продолжайте, мисс Шарп, — говорит Лиам с кресла напротив дивана, где сидим мы с Валери.

— Винсент Хейл был главным подозреваемым в убийстве Элиз, полиция даже не рассматривала иные кандидатуры. Один из следователей признал, что они знали, что именно он убил Элиз, но не могли доказать это. Кажется, у него было железное алиби. И он очень хорошо замел все следы.

— Почему они были так уверены в его виновности? — Спрашивает Лиам, смотря на меня, а потом снова на Валери.

— Его уже достаточно долго подозревали в Айдахо по делам, связанным с изнасилованиями, но все было не доказано. — Она что-то достает из своей сумочки. — Единственная фотография Винсента Хейла, которая у меня есть. — Протягивает Лиаму небольшое фото. — Не очень хорошего качества, правда, и ей уже пятнадцать лет.

Лиам изучает фотографию, прежде чем передать ее Майку, который также рассматривает фото.

— Я охочусь за убийцей своей сестры уже двенадцать лет.

Я до сих пор смотрю на Майка. Узнает ли он человека на фотографии?

— Как я уже говорила, я жила в Калифорнии, но с того момента я следовала за Винсентом Хейлом по всей стране. Время от времени мне приходилось выезжать из страны.

— Вот, о ком ты говорила в тот день в журнале, когда вернулась из поездки. — Я ждала ответа. — Ты сказала, что пыталась кого-то найти, и след привел тебя в «Джастис Хаус» год назад! — Я быстро смотрю на Лиама.

— Да, один из моих частных детективов обнаружил связь между Уолтером Джастисом и Хейлом.

Пока Валери говорила, Лиам никак не проявлял эмоций, но теперь он подался вперед. — Какая связь?

— Мои детективы узнали, что мать Уолтера Джастиса, ваша бабушка по отцовской линии, повторно вышла замуж после смерти вашего деда. У этого мужчины был молодой сын приблизительно одного возраста с вашим отцом. Его звали Винсент Хейл.

Лиам хмурится, переваривая информацию, а затем бросает взгляд на Майка.

— Ваша бабушка и Деннис Хейл развелись восемь лет спустя. Хейл и его сын переехали вскоре после этого в Аризону. Детективы выяснили, что Винсент Хейл оказался в Джорджии двенадцать лет назад. Через три месяца после убийства Элиз.

Я смотрю на Лиама, на его лице мелькает целая буря эмоций.

— Не помню, чтобы кто-то приходил увидеться с Уолтером.

— Все, что я знаю, это то, что Хейл был в Джорджии. Но один из моих детективов разговаривал с Хедли Моррисом.

Лиам кивает головой. — Он был хорошим другом Уолтера.

— Ну, этот Хедли сказал, что ваши родители встречались с Хейлом в местном баре незадолго до смерти матери. Хейл увивался за вашей матерью, ей практически приходилось бороться с ним. Он был чрезвычайно настойчив, а твой отец был ... в нетрезвом состоянии. Наконец, к ним присоединился Моррис, и двое мужчин поссорились. Моррис сказал, что Хейл угрожал убить его.

Я смотрю на Лиама.

— Хейл исчез на следующий день после убийства вашей матери.

Чувствую, как у меня накатывают слезы от увиденной боли на лице Лиама.

Валери прокашливается. — После того, как я услышала о сходстве смертей вашей матери и Элизы, я была убеждена, что Хейл убил их обеих. Когда ваш отец был осужден и заключен в тюрьму, я решила, что нужно остаться рядом с вами. Вы переехали сюда в Чикаго, и я перебралась следом.

— Почему вы не связались со мной раньше? Мы могли бы работать вместе!

— Во-первых, у меня не было достаточно информации, чтобы убедить вас, что это Хейл убил вашу мать. После того, как собрала необходимую информацию, я попробовала. Но вы отклоняли любой контакт со мной.

Я быстро бросаю взгляд на Лиама, но выражение его лица непонятно.

— Мои частные детективы следили все это время за Хейлом, зная, что ему всегда удавалось ускользать от власти. И от меня. Каково же было мое удивление, когда после одиннадцати лет тишины, он показывается здесь, в Чикаго, прямо у вас перед носом.

Лиам хмурится. — Что вы имеете в виду?

— Он был здесь на паре мероприятий.

— Это невозможно, — говорит Лиам, глядя на Майка, который отрицательно качает головой.

— Я вас уверяю, он был здесь, в «Джастис Хаус».

Лиам встает и направляется к окну, засунув руки в карманы. Хочу пойти к нему, но боюсь его реакции, поэтому остаюсь на своем месте.

— Тогда я и приняла решение послать сюда одного из моих людей. — Ее взгляд останавливается на мне, а затем возвращается к Лиаму. — Хейл оставался здесь пару недель, а затем снова исчез. Мой детектив обнаружил, что Хейл навещал вашего отца в тюрьме. Я выяснила, что Хейл несколько раз посещал его в последние десять лет.

Лиам поворачивается. — За все время расследований вы не смогли найти ничего, чтобы доказать его вину? — В голосе Лиама слышен гнев.

Валери встает. — Мистер Джастис, пожалуйста, поверьте мне, когда я говорю, что у меня не было ни малейшего шанса поймать его, иначе Винсент Хейл был бы уже мертв. Я не буду звонить в полицию и ждать, пока Хейл сумеет снова ускользнуть, я убью его собственными руками.

Глаза Лиама немного сужаются, как будто оценивая ее слова. Наконец, он кивает. — Что нам следует сделать? — Лиам смотрит на Майка.

— Все должно быть тщательно спланировано. Хейл — скользкий тип. — Валери снова смотрит на меня, а затем переводит свой взгляд на Лиама. — Существует причина приезда Хейла в Чикаго, это совпадает с выходом вашего отца из тюрьмы.

От страха по моей спине пробежали мурашки, и я задрожала.

— Я считаю, что Хейл здесь из-за вас, мистер Джастис.

— Может быть, это только совпадение, — шепчу я, встречаясь взглядом с Лиамом.

— Когда Уолтер Джастис освободился из тюрьмы, он не вернулся домой; он приехал прямо сюда, в Чикаго, и сразу же встретился с Хейлом. Мы внимательно следим за ними обоими.

Вот же черт.

— Как Уолтер мог приехать сюда? Разве он не на подписке о невыезде или что-то вроде? — Спрашиваю я. И зачем ему связываться с Хейлом? Это не имеет смысла.

— Он получил по полной, — говорит Лиам. — Я сам лично проследил за этим. — Его глаза снова встречаются с моими, и я вижу там вину, прежде чем он быстро прячет ее.

О, нет. Я не могу себе представить, как он чувствует себя, выяснив, что есть вероятность, что его отец не убивал его мать. Лиам обрушил свой гнев на отца, а теперь есть вероятность того, что это было необоснованно. По крайней мере, за убийство его матери. Но какая связь между Уолтером и Хейлом?

Лиам сидит в своем офисном кресле и проводит пальцами по волосам, затем смотрит на Майка.

Я также смотрю на него, ожидая, что он скажет, так как он был рядом с Лиамом все это время. Но Майк ничего не говорит, а только качает головой в своей типичной манере.

Валери снова поднимается, а следом и Лиам. — Мистер Джастис, у меня назначена встреча на утро понедельника. Я встречаюсь с частными детективами и адвокатом. Вы и мистер Боуэн, — она смотрит на Майка, — можете присоединиться к нам. Полагаю, вам не терпится ознакомиться с информацией, собранной на протяжении многих лет.

— Да, мы определенно хотели бы присутствовать на этой встречи, — Лиам смотрит на Майка. — Спасибо, мне очень интересно посмотреть, что у вас есть на Винсента Хейла. — Он пожимает ей руку.

— Очень хорошо. — Она поворачивается ко мне. — Кэйтлин, я поговорю с тобой позже.

Я встаю и обнимаю ее. — Спасибо, Валери. И спасибо за то, что была так настойчива.

Она обнимает меня, а затем наклоняется, чтобы забрать свою сумку. — Я отчаянно хочу поймать этого монстра, и сделаю все, что в моих силах, чтобы достичь этой цели.

Направляясь к двери, Лиам берет меня под руку. — Я собираюсь проводить мисс Шарп, а ты должна пойти наверх и прилечь, а лучше вздремнуть.

Что? Я не смогу сейчас уснуть, слишком много всего происходит в моей голове.

Он должен был увидеть сомнение в моем взгляде. — Сейчас же, Кэйтлин, — говорит он, и я понимаю, что с ним лучше не спорить.

— Хорошо! — Я хватаю его за рубашку. — Но ты расскажешь мне, о чем вы говорили.

Он улыбается уголками рта, затем наклоняется, чтобы поцеловать меня.

После всего того, что узнала сегодня, я, конечно же, не смогла уснуть. Я почти хочу увидеть Уолтера Джастиса снова, хочу разорвать его на части. Как родитель мог так поступить со своим ребенком? Как Уолтер мог связаться с Винсентом Хейлом? Или они планируют вымогать деньги у Лиама? Я беспокоюсь от незнания, что эти двое могли спланировать. Я в ужасе от мысли, что кто-то может навредить Лиаму.

По крайней мере, теперь мы знаем, что что-то назревает. Прокручиваю в голове разговоры с Уолтером снова и снова. Он казался таким искренним, желая поговорить со своим сыном.

Я поворачиваюсь и бью кулаком подушку, сердясь на Лиама за то, что теперь он должен бороться с вероятностью того, что сделал ошибку, засадив отца за преступление, которого тот не совершал. Но сейчас я чувствую, что Уолтер Джастис заслуживает именно то, что он получил, особенно если он в сговоре с Винсентом Хейлом. И если это так, то уверена, что они хотят причинить боль Лиаму.

Я ворочаюсь около часа, прежде чем слышу, как Лиам входит в квартиру. Спрыгиваю с кровати и бегу по коридору, чтобы встретиться с ним, практически запрыгивая на него, он обнимает меня в ответ. Хватаюсь руками за его плечи, прячу лицо у него на груди, вдыхая его пряный мужской аромат.

Он крепко держит меня, одна рука вокруг моей талии, а другая гладит волосы на затылке. Когда поднимаю ноги, чтобы обернуть их вокруг его талии, он перемещает руку мне на ягодицы, поддерживая.

— Ты не должна бегать, дорогая, ты можешь упасть. — Я прижимаюсь ближе к нему. — Ты спала?

— Нет, — отвечаю я, уткнувшись ему в шею. — Просто лежала все это время.

— Хорошо.

Его рука скользит обратно к моей талии, он держит меня крепко, и мы стоим так, ощущая спокойствие рядом друг с другом. Когда он начинает двигаться, я смотрю в лицо человека, который так много значит для меня, что я едва могу дышать от натиска эмоций.

— Злишься на меня? — Шепчу я.

Его красивые глаза встречаются с моими. — Нет, милая, я не сержусь на тебя.

Наклоняюсь и целую его в шею, он крепче обнимает меня в ответ.

— Куда мы идем?

— На кухню.

— Зачем?

— Я собираюсь изнасиловать тебя на кухонном столе.

Я хихикаю.

Он садит меня на стол, его теплая рука гладит мою ногу от бедра вниз к икре, вызывая мурашки. Моя рука движется вверх к его волосам.

— Ты в порядке? — Тихо спрашиваю я.

Он опускает лицо вниз, но я успеваю заметить его нахмуренный лоб. Он кивает и смотрит мне в глаза. — Я в порядке, дорогая. Не беспокойся обо всем этом.

— Единственное, о чем я беспокоюсь — это ты.

Он ухмыляется и заправляет прядь волос мне за ухо.

— Мне так жаль, — шепчу я.

— Мне тоже, — мягко говорит он и прислоняется лбом к моему.

— Чем я могу помочь?

Он поднимает голову, чтобы поцеловать меня в лоб, а затем делает шаг назад. — Честно говоря, я просто хочу потеряться в тебе. Забудь об этом на ночь.

— Мы можем сделать это, — задыхаясь, говорю я. Мысль о том, что он нуждается во мне, согревает мне сердце. — Я люблю тебя, Лиам.

Он сжимает мой подбородок и поднимает мое лицо, ища глаза, а затем опускает голову, целуя меня. Он на вкус, как бурбон. Пьянящее сочетание. Хватаю его за рубашку, притягивая ближе.

Отпустив мой подбородок, его руки перемещаются к моим бедрам, затем между ними, чтобы раздвинуть их, забираясь под мою юбку. Его рот скользит по подбородку к моему уху, зажимая мочку между зубами. Я хныкаю, когда он прикусывает ее.

— Нам нужно сначала поесть, а потом я хочу тебя на десерт, дорогуша. — Его дыхание обжигает.

— Мммм, — он покусывает мою шею, его руки продолжают скользить вверх по ногам к стыку моих бедер, мои пальцы двигаются под его рубашку, слегка впиваясь в спину.

Он поднимает голову. — Твои трусики так и манят меня, сладкая, — откидывается на спинку стула и усмехается. — Нам, наверно, придется приступить сразу к десерту. — Я кусаю губу, чтобы удержаться от мольбы сделать именно это.

Когда его пальцы скользят в мои трусики, прижимаясь к моему клитору, я бесконтрольно выгибаю спину.

— Лиам, — стону я, закрывая глаза и наслаждаясь ощущениями, но когда он убирает руку и делает шаг назад, мои глаза распахиваются. — Что...

— Сначала еда, дорогуша, — усмехается он.

Я издаю недовольный звук и дуюсь. Он подходит обратно ко мне, рука ложится мне на спину, прижимая к его груди.

— О… — Выдыхаю я.

— Это будет стоить твоего ожидания, дорогая.

Он умеет заинтриговать.

Свирепо смотрю на него и почти смеюсь, когда он задиристо усмехается, отходя от меня.

— Так что ты там говоришь? — Поднимаю подбородок и смотрю на ногти, будто мне очень скучно. Он останавливается на полпути к кладовке и поворачивается, чтобы посмотреть на меня. Я приподнимаю бровь.

— Ты сомневаешься, что я могу удовлетворить тебя, дорогуша? — Ухмыляется он.

Он такой чертовски нахальный! Мне это, определенно, нравится.

Беспечно поднимаю плечо. — Я не удовлетворена.

Он ничего не говорит, и я украдкой бросаю на него взгляд из-под ресниц. Он стоит, засунув руки в передние карманы джинсов, его манящие глаза лукаво светятся.

Не говоря ни слова, шагает к шкафам и начинает открывать ящики. Все вокруг гремит, пока он капается там.

Что он делает?

Когда он, наконец, поворачивается, то держит руку за спиной, скрывая, что в ней, и подходит ко мне.

— Что ты делаешь? — Я вдруг беспокоюсь о том, что он не показывает мне, и нервно сглатываю, встретив его удивленный взгляд.

— Ну, теперь, дорогуша, держись.

— Нет, — качаю головой. — Нет, я не то имела в виду, — лепечу я.

Когда он достает длинную пару кухонных щипцов и угрожающе щелкает ими, я визжу и забираюсь с ногами на столешницу.

— Лиам! — Снова визжу, когда он указывает щипцами на меня и щелкает ими еще раз, подходя ближе.

Он кладет щипцы на стол, тянется к лодыжке и притягивает меня к себе. Я закидываю ноги на его талию, а мои руки ложатся ему на плечи, скидываю щипцы на пол в зону недосягаемости.

Его рот страстно завладевает моим. Хватаю его за рубашку и отвечаю на поцелуй с усердием.

Он поднимает голову, прижимая лоб к моему.

Я вздыхаю. — Можем ли мы позже пойти поесть и лечь спать?

Он смеется, поднимая меня на руки. — Да, но сначала десерт, детка.

Улыбаюсь и визжу, цепляясь за его плечи, когда он вдруг наклоняется за щипцами.

— Нет! — Смеюсь я, брыкаясь.

— Что случилось? Дорогая, они нужны мне для того, что я задумал.

Я смеюсь, сжимая его шею. Когда мы входим в комнату с секс-качелями, смотрю вверх, встречая его темный взгляд.

— Готова попробовать что-нибудь новенькое?

— Да, — отвечаю без колебаний, волнение сразу же распространяется по всему телу.

Звон сотового телефона отвлекает его от того, что он собирался сказать. Он все еще держит меня на руках, пока ищет телефон, и издает недовольный звук, когда видит, кто звонит.

— Мне нужно ответить, дорогая, — говорит он, ставя меня на пол. — Подержи это. — Он протягивает мне щипцы, а его глаза блестят от веселья.

— Что случилось? — Спрашивает он и хмурится, услышав ответ. — Ты звонил Брюсу?

Осматриваю комнату. Здесь все еще все накрыто. Однажды я уже заходила сюда, когда Лиама и Энни не было дома, заглядывала под покрывало, радуясь, что не увидела ничего слишком страшного.

Там, где раньше висели секс-качели, сейчас свисают две цепи с браслетами на конце каждой. Мышцы живота стягиваются в узел.

— Хорошо, сейчас спущусь.

Я смотрю на него.

— Мне жаль, дорогая, я нужен внизу.

— Понимаю. Сегодня субботний вечер...

Лиам уже направился к двери, но останавливается, оглядываясь, протягивает руку. — Пойдем со мной, на кухне найдем что-нибудь поесть.

— Могу я сначала переодеться?

— Если поторопишься. Мне нужно забрать документы из кабинета.

Выбираю короткое красное платье с карманами и позволяю шелковистому материалу скользить по телу.

Спуститься с Лиамом будет лучше, чем оставаться здесь одной. Иногда, когда он нужен внизу, я жду его возвращения здесь. Но после того, что случилось сегодня, чувствую потребность остаться рядом с ним.

— Куда ты положила щипцы? — Спрашивает он, когда мы заходим в лифт. Я тихонько вздыхаю. — Тебе не удастся их спрятать от меня, — усмехается он.

Люблю его игривое настроение. — Я вернула их на кухню, где им самое место.

— Ну, то, что я приготовил для тебя, невозможно сделать на кухне, сладкая. — От его голоса у меня в животе оживают бабочки.

Делаю глубокий вдох. — Можно вопрос?

— О том, что произошло сегодня?

— Да.

Он смотрит на меня. — Ты можешь спрашивать что угодно, Кэйт.

— Что еще сказала Валери, когда ты провожал ее?

Он колеблется, прежде чем ответить. — Мы говорили о встрече, которая запланирована на понедельник, и я сказал ей, что с этого момента у нее есть партнер в поиске Винсента Хейла.

— Правда?

— Да.

— Я не имела ни малейшего представления об этой тайне Валери. Она никогда не говорила ни слова о том, что случилось с ее сестрой. — Он держит дверь в ротонде открытой, пропуская меня. — Лиам, я проанализировала мои разговоры с Уолтером. Он сказал мне, что ему нужно поговорить с нами, чтобы расставить все по своим местам.

— Он играл на твоих эмоциях, надеясь, что ты убедишь меня увидеться с ним.

— Дело в том, — смотрю на него, — я считаю, что он был искренен.

Лиам немного морщится, нажимая на кнопку, двери лифта раздвигаются.

— Уолтер сказал, что ему нужно предупредить тебя.

— Кэйтлин, — он качает головой, а затем пропускает меня в лифт, — я не хочу, чтобы ты разговаривала с Уолтером. Не хочу, чтобы он приближался к тебе. Я серьезно. Мы не имеем ни малейшего представления о том, что происходит, и если он позвонит тебе, не отвечай на телефонный звонок. — Он строго смотрит на меня.

Обалдеть. Никогда не встречала человека, у которого настроение с игривого меняется на серьезное в считанные секунды.

— Я не хочу разговаривать с ним.

Он глубоко вздыхает. — Вполне возможно, что они оба причастны к смерти моей матери.

Поднимаю на него обеспокоенный взгляд. — Пожалуйста, будь осторожен, Лиам, — шепчу я.

Он смотрит на меня и, должно быть, видит страх в моих глазах, потому что притягивает к себе, целуя в макушку. — Не волнуйся, дорогая, я не позволю ничему разлучить меня с тобой и нашим ребенком.

Я прижимаюсь лицом к его груди.

— Просто помни, что ты не должна покидать «Джастис Хаус» без Майка или меня. Поняла?

— Хорошо. Обещаю. — Я с ним согласна, у нас нет ни малейшего представления о том, что происходит, и я не имею ни малейшего желания встретиться с этим Винсентом Хейлом.

— Как ты думаешь, нам следует обратиться в полицию?

Он встречает мой взгляд с ухмылкой на красивом лице. — Уже позаботились об этом, дорогая.

Двери раздвигаются, и мы выходим на втором этаже.

— Иди в бар. Я постараюсь поторопиться, и мы поедим, как только я закончу. Попроси Леона заказать тебе что-нибудь, — говорит он, наклоняясь к моему уху. — Я покажу тебе, что могу сделать с кухонными щипцами позднее, сладкая.

— Так говорят все мужчины.

Его бровь поднимается в своей дерзкой манере. — Лучше не позволяй никому приближаться к тебе с щипцами.

Хихикаю. Он дразнит меня, но в его голосе также слышна нотка предупреждения.

— Я встречу тебя внизу, — говорит он, целуя меня так, что пальцы на ногах сжимаются.

— Миссис Джастис, как вы сегодня? — Леон смотрит через мое плечо, осматривая комнату. Я знаю, что он ищет Лиама.

— Я в порядке Леон. Я здесь подожду своего мужа. Леон, пожалуйста, называй меня Кэйт. — Киваю головой и улыбаюсь ему. — Я по-прежнему Кэйт.

Он улыбается, снимая пару стаканов и ставя их на верхнюю панель.

— А как у тебя дела? — Спрашиваю я, оглядывая бар. Все столы заняты, и несколько членов клуба сидят возле барной стойки. Знаю, что большинство из них, вероятно, ждет в столовой. — Сегодня многолюдно.

— Суббота, вечер. И я у меня все хорошо, спасибо. Что-нибудь будете, миссис Кэйт?

Ухмыляюсь. — Вода с лаймом.

Смотрю в сторону столовой, куда отправился Леон. Тэнси сегодня работает, но я не вижу ее. Только новенькую Диану, кажется. Когда в «Джастис Хаус» многолюдно, как правило, работают оба администратора.

— Ты видел Тэнси? — Интересуюсь я, когда Леон приносит мне воду.

— Она в ночном клубе. Мистер Брюс оставил свой телефон здесь в баре, и она пошла отнести его.

— Он с Эмили?

— Да. Рад видеть этих двоих вместе.

Один из членов клуба зовет Леона с другого конца бара, и он снова оставляет меня. Я достаю свой телефон из кармана платья и пишу Лиаму:

*Я собираюсь найти Брюса и Эмили в клубе.*

— Добрый вечер, миссис Джастис. — Меня встречает в дверях парень из службы безопасности. — Хотите, чтобы кто-нибудь сопровождал вас? Сегодня, действительно, многолюдно.

— В этом нет необходимости.

Он, кажется, собирался поспорить, но открыл дверь, когда я взялась за ручку.

Клуб забит полностью, и, как обычно, музыка играет настолько громко, что разговаривать здесь невозможно. Но большинство людей приходит сюда, чтобы потанцевать, а не поговорить. Я иду через толпу людей, понимая, что сопровождающий был хорошей идеей. Осматриваю танцпол, надеясь увидеть Брюса и Эмили, также смотрю на балконы.

Несколько человек приветствуют меня, когда мы врезаемся друг в друга. Когда кто-то сжимает мое плечо, я оборачиваюсь и вижу Брюса. Его взгляд немедленно перемещается за меня в поисках Лиама.

— Что ты здесь делаешь?

Я скорее читаю это по его губам и встаю на цыпочки, а он наклоняется, чтобы услышать друг друга.

— Жду Лиама.

Он озорно усмехается и кивает. Держа за локоть, он ведет меня к столу, где Эмили разговаривает с пожилым человеком. Когда она видит нас, сразу подпрыгивает, чтобы обнять меня.

Она жестами обращается к пожилому мужчине, и он стремительно встает со стула. Наклонившись ко мне, она говорит: — Это мой отец, Роберт Бронсон. — Она наклоняется теперь уже к отцу, что-то говорит ему, и он протягивает мне руку.

Он очень красивый мужчина около пятидесяти. Очень приятно выглядит. Из того, что Холли рассказывала мне, я знаю, что Эмили является единственным ребенком в семье, и ее родители не могут нарадоваться на нее. Он также является членом «Джастис Хаус».

Мы все садимся, и официантка сразу же наклоняется ко мне, я заказываю грейпфрутовый сок.

— Где Лиам? — Спрашивает Брюс, наклоняясь ближе, и смотрит на часы. — Он знает, что ты здесь?

— Я послала ему сообщение.

Брюс запрокидывает голову и смеется. Я смотрю на Эмили, и она улыбается мне, прежде чем снова повернуться к своему отцу.

— Тэнси нашла тебя? — Интересуюсь я, он утвердительно кивает.

Официантка возвращается с моим соком, и Эмили наклоняется ко мне.

— Извини. Мой папа только что вернулся из поездки, и я не видела его в течение двух недель.

Улыбаюсь и жестом показываю, чтобы она возвращалась к нему.

Другая пара присоединяется к нам — оба члены клуба, мужчина смотрит на меня, а женщина придвигает стул ближе к отцу Эмили. Я смотрю на Эмили, она хмурится.

Партнер женщины встает, обходит вокруг стола и просит меня потанцевать. Я даже не успеваю отрицательно покачать головой, а Брюс уже встает и говорит что-то парню, который открывает рот и извиняется передо мной, а затем возвращается к своей стороне стола.

Что? Я вижу, как Брюс ухмыляется.

Эмили наклоняется. — Дамская комната?

Когда Брюс поднимается, она усаживает его обратно.

— Думаю, мы можем спокойно сделать это сами, — говорит она громко, пока мы уходим. Прежде чем дойти до туалета, какой-то знакомый Эмили останавливает нас. Жестом показываю ей, что я пошла.

Когда за мной закрывается дверь, музыка стихает, и это долгожданное облегчение. Слава Богу, здесь нет очереди. Выхожу из кабинки, подхожу к раковине и впадаю в ступор, увидев Миранду.

Что она здесь делает?

— Я думала, что тебе запрещено появляться в «Джастис Хаус». — Прохожу мимо нее к салфеткам.

— Значит, тебе удалось залететь.

Оглядываюсь вокруг, слава богу, комната пуста, за исключением Миранды и меня здесь больше никого нет.

— Уходи, Миранда.

— Не знаю, почему не подумала об этом, когда пыталась понять, почему он женился на тебе. Ты быстро догадалась, что ребенок будет значить для Лиама.

Достаю полотенце и поворачиваюсь лицом к ней. Знаю, что было бы лучше просто проигнорировать ее.

— Да, Лиам и я ждем нашего первого ребенка.

Я всегда думала, что Миранда красивая, но в этот момент ее лицо показывает истинное уродство ее души.

— Ты просто сука, которая жаждет денег!

Бросаю полотенце в мусорное ведро и пытаюсь пройти мимо нее.

— Слава богу, Лиам предусмотрительно составил брачный контракт. — Она злорадствует, когда замечает мою нерешительность.

— Ты ничего не знаешь обо мне и Лиаме.

— Я знаю, что он знает о твоей истинной природе. Он знал, что ты забеременела нарочно.

— Ты выглядишь жалко, — бормочу я, проходя мимо нее.

— Я? Но именно ты продала своего ребенка!

Я оборачиваюсь и злобно смотрю на нее. — Что, черт возьми, ты несешь?

— О, пожалуйста, не строй из себя невинность. — Она подходит к зеркалу. — Скажи честно, ведь это твоя идея поставить условие в договор что, если ты уходишь, то отказываешься от всех прав на вашего ребенка и получаешь пять миллионов долларов, чтобы просто уйти.

Мне кажется, что сердце перестает биться. Я просто выхожу, держась за стенку. С трудом осознаю, что Миранда проходит мимо меня.

Я вспоминаю тот день в кабинете Лиама. Настойчивость Райана, чтобы я прочитала брачный контракт.

Слышу, как открывается дверь туалета, а затем Эмили говорит: — Что ты здесь делаешь, Миранда?

Райан хотел, чтобы я прочитала брачный контракт. Он предложил мне пройтись по всем пунктам.

— Кэйт! — Эмили кладет руку мне на плечо. — Ты в порядке? Что Миранда сказала тебе?

Качаю головой. — Ничего. Мне надо идти.

Я должна прочитать этот документ.

— Кэйт, подожди! Что случилось?

Я слышу беспокойство в ее голосе.

— Все в порядке. Здесь просто так шумно, и я устала. Собираюсь пойти наверх.

— Давай я отпишусь Брюсу, и мы прогуляемся.

— Нет, все нормально. — Я направляюсь к двери. Мне пора идти. — Возвращайся к Брюсу и своему папе. Поговорим позже.

Иду к бару в задней части ночного клуба, огибая стол так, чтобы Брюс не увидел меня, и выхожу, используя заднюю дверь, которую Лиам показал мне накануне вечером.

Обнаруживаю, что Лиам не прячет документы в своем рабочем кабинете. Я начинаю искать, надеясь, что он, по крайней мере, хранит копию брачного договора, и я найду его, прежде чем он найдет меня. У меня нет сомнений, что Брюс позвонил Лиаму сразу после того, как я ушла. Хотела бы я придумать другой повод, почему ушла из клуба, чтобы у меня было немного больше времени.

Здесь три высоких дубовых шкафа, и чтобы посмотреть в верхнем ящике каждого из них, мне необходим табурет. Мои пальцы скользят по папкам, и я надеюсь, что ничего не пропустила в спешке.

Нашла. Вытаскиваю его из папки и перелистываю страницы, пока не нахожу то, что нужно. Прочитав документ, иду к столу Лиама, медленно облокачиваясь на спинку стула. Он сформулирован таким образом, что я могла бы понять это по-другому, если бы не была в курсе того, что он сделал. Я просто сижу в оцепенении.

Я беру большую часть вины на себя. Я должна была прочитать его, обратить внимание на намек Райана, что мне нужно ознакомиться с брачным контрактом. Но как Лиам мог поступить так со мной? Он неоднократно говорил мне, что может быть безжалостным, если это будет необходимо.

Но не было никакой необходимости.

Оставляю брачный контракт на столе и спешу в спальню, чтобы взять сумочку. Я должна уйти, прежде чем он найдет меня. Не хочу видеть его, пока не осмыслю все это. Вызываю такси и бегу к лифту, который спускается в офис Лиама. Я надеюсь, что моя догадка о том, что он воспользуется другим лифтом, верна.

Выхожу из его кабинета, выглядываю из-за угла, а затем спешу к главной лестничной площадке.

Моя первая мысль, когда я сажусь в такси, это вернуться домой к моим родителям, но я знаю, что мое неожиданное появление только расстроит их. Плюс ко всему, я пока держу свои эмоции и слезы под контролем, но не знаю, как долго это будет продолжаться.

Достаю свой телефон и вижу сообщение от Лиама.

*Нет! Оставайся в баре.*

Хмурюсь, а потом понимаю, что это был ответ на мое сообщение, которое я посылала ему.

Как он мог так безжалостно обмануть меня и лишить меня моего ребенка?

Из-за денег?

Более того, это моя вина, что не прочитала брачный контракт, но все равно мне больно.

Мой телефон звонит, и я, не глядя, отключаю его.

Есть только одно место, куда я могу пойти, пока не решу, что делать. Знаю, что Пол и Джули будут первыми, у кого Лиам будет искать меня, но я также знаю, что это будет бесполезно. Я буду в безопасности у них.

Когда Пол открывает дверь, из моих глаз тут же начинают бежать слезы.

— Отдыхай. Пол и я будем рядом, — говорит Джули, включая прикроватную лампу.

— Сожалею, что приехала сюда без предупреждения. Мне просто нужно время, чтобы подумать о том, что делать дальше.

— Кэйт, мы семья. Конечно, ты должна быть здесь с нами.

Натягиваю простынь до подбородка.

— Постарайся поспать, мы поговорим завтра и обсудим твои дальнейшие действия.

Закрываю глаза. Я измождена. Когда слышу, что дверь в спальню закрывается, кладу руку на живот.

— Твой папа иногда такой осел, — шепчу я.

Догадываюсь, почему он это сделал. Но это был такой черствый способ защиты от угрозы потери своего ребенка. Часть боли от его предательства, это моя собственная вина. Я позволила себе поверить, что нужна ему.

Когда открываю глаза, первое, что я вижу, это Лиам. Он сидит в кресле рядом с кроватью, наблюдая за мной. Ни один из нас ничего говорит, его темно-синие глаза пристально смотрят на меня. Мы, молча, смотрим друг на друга.

Я собираюсь надрать задницу Полу, потому что знаю, что единственная возможность, почему Лиам оказался в этой квартире, это то, что Пол позволил ему сделать это.

Он выглядит усталым. Смятая одежда, взъерошенные волосы и сексуальный загривок, ничего не может испортить внешний вид Лиама Джастиса. Просто глядя на него, слезы наворачиваются на глаза. Он видит их, потому что наклоняется вперед, положив локти на колени, сцепив руки.

— Пожалуйста, не плачь.

Ничего не говорю. Буду плакать, если хочу. Я люблю его так сильно, и какое-то время думала, что этого будет достаточно. Но тогда, я также полагала, что он хотел меня, хотел нас.

Лиам закрывает глаза и глубоко вдыхает, прежде чем снова смотрит на меня.

— Как я уже говорил тебе, когда ты впервые покинула «Джастис Хаус», я не был уверен, что справлюсь с этим. — Его голос звучит низко и хрипловато. — Я жил в страхе встретить тебя где-нибудь. Увидеть тебя с кем-то еще. А потом появилась ты. — Его глаза по-прежнему пристально смотрят на меня. — В то первое утро, когда ты проснулась и нуждалась в моей помощи, чтобы добраться до ванной комнаты, когда я взял тебя на руки, я почувствовал, будто очнулся. Никогда не думал, что снова буду держать тебя на руках. Когда я понял, что держу не только тебя, но и нашего ребенка в первый раз, осознал, что никогда не позволю тебе снова уйти. Я провел большую часть того дня, пытаясь выяснить, как сделать это. Моим первым решением был твой переезд ко мне. Но когда ты сказала, что думаешь о возвращении домой к своим родителям, понял, что не могу позволить этому случиться. Я не мог вынести мысли о том, что тебя нет рядом. Поэтому решил перейти ко второму решению — попросить тебя выйти за меня замуж.

— Ты никогда не спрашивал моего согласия, — шепчу я. Его брови поднимаются. — Ты сказал мне, что женишься на мне. — Гнев в моем голосе нарастает от того, как я вспоминаю, что он, не колеблясь, угрожал мне подать на единоличное право опеки, если я не соглашусь.

Он откидывается на спинку стула. — Потому, что знал, что если бы я спросил, ты бы сказала «нет». — Его глаза встречаются с моими. — И я не мог допустить этого, дорогая.

У меня встает ком в горле.

— И ты сказала «нет». — Его глаза вдруг вспыхивают. — Кэйт, я не буду извиняться за то, что заставил тебя выйти за меня замуж. Я всегда буду делать то, что должен, чтобы удержать тебя в своей жизни. И, я помню, что спрашивал тебя позже, и ты согласилась. — Он слегка улыбается. — Я просто не планировал, чтобы это будет так неожиданно. Хотел, чтобы это была сказочная свадьба.

Мое горло снова сдавливает от слез. Наша свадьба была красивой, романтичной, и Лиам сделал ее сказочной. Он сделал это для меня.

— Когда с браком все было улажено, я придумал брачный договор и попросил Райна добавить эту маленькую оговорку о том, что ты отказываешься от всех прав на нашего ребенка, если уходишь от меня. — Он наклоняется вперед и протягивает руку, чтобы взять мою. — Единственная причина, почему я добавил этот пункт, это то, что я был уверен, если ты будешь бояться потерять нашего ребенка, — он глубоко вдыхает, — ты никогда не оставишь меня. Кэйтлин, — Его интенсивно синие глаза ищут мои. — Ты моя всепоглощающая страсть. Я нуждаюсь в тебе, дорогая, ты нужна мне, как следующий вдох.

Я не могу дышать. Просто смотрю в его глаза, когда он повторяет мои слова, сказанные много недель назад в качестве признания в любви. Откидываю одеяло и ползу по кровати в его объятия, плотно прижимаясь к нему, прячу лицо в его шею, вдыхая любимый запах.

— Дорогая, я говорил тебе об этом раньше, ты должна верить мне, когда я говорю, что женился на тебе, не потому что ты беременна. Я женился на тебе, потому что Я.ХОЧУ. ТЕБЯ. — Его голос мягкий. — Когда ты ушла, это испугало меня. Впервые в моей жизни я не мог представить себе свое будущее. Без тебя мне ничего не нужно. — Его большой палец стирает слезу на моей щеке. — Ты моя жизнь, Кэйтлин.

— Лиам, — тихо произношу я, когда его руки запутываются в моих волосах, а его губы находят мои.

Глава 17

— Я бы хотела знать, как, черт возьми, Миранда проникла в клуб, — спрашивает Холли, ставя свой бокал.

Мы все вместе наслаждаемся едой, которую приготовила Энни: лазанья, салат и хрустящий хлеб, пьем вино и с удовольствием общаемся друг с другом. Лиам решил, что мы все должны собраться вместе за ужином и обсудить ситуацию с Уолтером. Он даже пригласил Пола и Джули, но они не смогли прийти.

Теперь мы перешли к вопросу о безопасности в «Джастис Хаус».

— Я расспросил своих людей и уверен, что никто не впустил ее сознательно, — говорит Майк. Он был молчалив на протяжении практически всего ужина.

— Ты думаешь, она переоделась? — Спрашиваю я.

Он смотрит через стол и улыбается. — Да. Именно так мы и предполагаем.

— Так как же нам держать ее подальше? — Уточняет Холли.

— Это не будет проблемой, — тихо говорит Лиам.

Лиам и Райан разговаривали с Мирандой после встречи с Валери. Я не хотела, чтобы они встречались. Не хочу, чтобы он находился рядом с этой стервой, но он сказал, что ему нужны ответы. Однако она не рассказала ему, как ей удалось увидеть брачный контракт.

— Райан предложил мне подать в суд на нее, — добавляет Лиам. — И мы дали ей понять, что если она причастна ко взломам или как-то связана с Уолтером, то отправится прямиком в тюрьму.

Райан улыбнулся. — Считаю, что Лиаму удалось донести до нее суть разговора.

Я смотрю на Лиама. Мы до сих пор не знаем, как ей удалось увидеть брачный контракт, и мне неприятно думать, что она была здесь, в квартире.

Лиам поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Не думай об этом, — говорит он, будто читая мои мысли, и поднимает мою руку, целуя суставы пальцев. Я слабо улыбаюсь в ответ. Он поворачивает мою руку, целует ладонь и смотрит мне в глаза. Его поцелуй на моей ладони отдается знакомыми искрами между нами. Я кусаю губы, мое дыхание замирает.

— Давайте поговорим о более радостных вещах, — предлагает Холли. — День рождения Кэйт!

Я мысленно простонала. Холли запланировала огромную вечеринку на предстоящий уикэнд. Ночной клуб будет закрыт, вход только для членов клуба. Мне это не нравится, не люблю быть в центре внимания.

— Может быть, мы должны все отменить? — Как только вижу шокированные лица Холли и Эмили, поспешно добавляю: — По крайней мере, отложить. Все, что происходит...

— Кэйт, это неубедительный предлог, чтобы отменить вечеринку, — дразнит Брюс.

— Почему вы не устраиваете предсвадебный праздник? — Спрашиваю его я, сладко улыбаясь.

— Мы уже делали его, когда готовились к свадьбе в первый раз. Думаем, что лучше подождать и устроить прием, когда мы уже поженимся, — говорит Эмили.

— Я сожалею. — Чувствую себя ужасно от того, что я забыла, что они уже откладывали свой брак.

— Все нормально, Кэйт, — заверяет она.

— Это было тогда, а теперь это теперь. Мы ни о чем не жалеем, потому что готовы двигаться дальше и стали сильнее от того, через что нам пришлось пройти. — Брюс притягивает к себе Эмили, она смотрит на него с обожанием, а он наклоняется и целует ее.

Удивительно, но Брюс может быть серьезным, когда хочет.

— Снимите номер! — Шутит Райан.

Мы все смеемся. Это любимое поведение Брюса.

Это был веселый вечер. Холли, Эмили и я договариваемся пообедать вместе. Я смотрю через комнату, мои глаза встречают яркий синий взгляд.

Охренеть.

У меня чуть не случается сердечный приступ. От выражения его глаз я теряю дар речи.

— Кэйт?

Оглянувшись, вижу, что Холли и Эмили смотрят на меня, ожидая ответа.

— Простите.

Холли усмехается. — Мы просто хотели уточнить, четверг подойдет?

— Четверг отлично подходит, — говорю я рассеянно, смотря на Лиама.

Я привожу гостиную в порядок, отношу бокалы на кухню, пока Лиам провожает всех вниз. Он сказал, что ему нужно поговорить с Леоном, и он вернется в ближайшее время. Поправляю подушки на диване, когда чувствую покалывание кожи на затылке, поворачиваюсь и вижу, что Лиам стоит в дверях, наблюдая за мной.

Его глаза светятся теплом, которое вызывает мгновенный отклик в моем теле.

— Думаю, что у нас есть незаконченное дело, дорогая.

— Правда? — Шепчу я.

Он кивает и медленно идет ко мне. Смотрю на его лицо, его глаза горят, в них явно читается голод. Что заставляет меня нервничать и возбуждаться одновременно. Подойдя ко мне, подхватывает меня на руки, и я хватаюсь за его плечи, немного вскрикивая от удивления.

— Нас прервали прошлой ночью, дорогая, но ничто не спасет тебя от меня сегодня.

Что?

— Что ты собираешься сделать со мной?

Его глаза встречаются с моими, пока он шагает по коридору. — Ну вот, дорогуша, я думал, тебе понятно, что я планирую сделать с тобой, — открывает дверь в комнату с секс-качелями, — собираюсь трахнуть тебя.

— Как? — Спрашиваю я, затаив дыхание и оглядывая комнату. Секс-качели по-прежнему отсутствует, но появилось много других предметов. Поворачиваю голову и встречаю его взгляд. Неопределенность угнетает меня.

Он ухмыляется. — Как? — Ставит меня на ноги перед собой. — Ну, как ты уже заметила, мне хватает навыков в этом деле, — посмеивается. — Я сделаю все на высшем уровне.

Я хихикаю от этого заявления, но быстро прихожу в себя, когда смотрю в его синие глаза. Тепло, которое они излучают, почти осязаемо.

— Хочу, чтобы ты пошла в ванную и сняла одежду.

Я не двигаюсь, и он хватает меня за шею, притягивая к его твердому телу. Рукой сжимает мои волосы, оттягивая голову назад.

— Должен предупредить тебя, дорогая, когда мы здесь, ты делаешь то, что я говорю тебе без колебаний. — Он тянет меня за волосы. — Ты поняла меня?

— Да, — стараюсь начать дышать.

Он отпускает меня и приказывает: — Иди.

Я волнуюсь, когда стягиваю с себя одежду.

— Кэйтлин, — он слегка стучит в дверь, — Собери волосы вверху.

Что? Почему он хочет, чтобы я собрала волосы? Открываю верхний ящик, нахожу резинку и собираю волосы в конский хвост.

Я напряжена. Незнание того, что меня ждет, возбуждает и устрашает одновременно. Часть меня привыкла к жизни с этим человеком. Я жажду его прикосновений и контроля. Но время от времени это немного подавляет, что сейчас и происходит. Делаю пару глубоких вдохов, пытаясь успокоить пульс. Знаю, что все, что он задумал, не причинит мне боли.

Когда делаю шаг в комнату, Лиам бегло оглядывает на меня, настраивая цепи, свисающие с потолка. Почти сразу же его взгляд возвращается обратно ко мне, и мое тело вспыхивает от возбуждения.

Идет ко мне, не отводя от меня взгляд. Желание зарождается глубоко во мне.

Когда он приближается, его глаза темнеют. Останавливаясь передо мной, он протягивает руку и кончиком пальца касается моего соска. Это движение отдается прямо в область моего клитора.

Я слегка раскачиваюсь, пока он скользит по моей спине, его руки сжимают мою грудь. Тихонько стону, прислонившись спиной к его груди, когда он зажимает и тянет мои соски.

— Ты очень красивая, дорогая.

— Спасибо, — задыхаюсь я, когда давление его пальцев увеличивается.

Он отпускает мои соски и скользит вниз к мягкой округлости живота. Кусаю губы, мое желание усиливается. — Особенно красиво то, что уже становится заметно, что ты носишь моего ребенка, — наклоняется и шепчет возле моего уха: — Ты нервничаешь?

— Да. — Мой голос хрипит, и я поворачиваю голову, прижимаясь лицом к его груди.

— У тебя нет поводов для беспокойства, дорогая. — Его рука ласкает мой живот, прежде чем перейти обратно к груди. Наклоняется, лицом прижимается к моим волосам, и я чувствую, как он глубоко вдыхает.

— Ты же знаешь, я никогда не сделаю больно тебе или нашему ребенку.

— Да, — мягко говорю я, едва способная вымолвить хоть слово. Низкий тембр его голоса звучит очень эротично. Он все еще полностью одет, но я чувствую тепло его тела. Его эрекция прижимается к моей нижней части спины.

— Для меня нет ничего в этом мире дороже, чем ты и наш ребенок.

Я тихонько постанываю, его слова посылают приятные ощущения прямо к моему сердцу. О, этот человек знает, как соблазнить.

Его руки скользят вверх по моей коже, моя грудь быстро вздымается и опускается.

— Ты принадлежишь мне. Ты моя.

— Да, — выдыхаю я.

— Ты моя, и я буду делать все, что мне нравится. — Его дыхание щекочет мое ухо, его низкий, страстный голос заставляет мою кожу покалывать.

Вот черт.

Он опускает руки на мои плечи, поднимает меня на руки, грубо целует.

Я знаю, что дам ему все, что он пожелает. Ему принадлежат мои сердце, тело и душа. Ногтями впиваюсь в кожу у него на плечах, пока его рот пожирает мой, наши языки исполняют эротический танец.

Он отходит назад и отпускает меня, я обнаруживаю, что стою под цепями, которые свисают с потолка в месте, где когда-то висели секс-качели.

Делает шаг назад. — Не двигайся.

Конвульсивно глотаю, пока он движется позади меня, мой живот стягивает, а дыхание учащается. Я почти смеюсь, мои нервы на пределе от неведения, что он запланировал для меня. Сначала он меня успокаивает, говоря, что не сделает больно, а затем утверждает, что будет делать с моим телом все, что ему угодно.

Я слышу, как он движется, прижимается к моей спине, жар от его голой груди опаляет меня, и я резко вдыхаю. Он хватает мое запястье, вставляет его в мягкий манжет, поднимает мою руку над головой, чтобы прикрепить манжет к одной из цепей. Чувствую себя немного тревожно, когда он повторяет это с другим запястьем.

Встает передо мной. — Ты выглядишь чертовски красиво, дорогая.

Тяну цепи, проверяя их прочность. Я действительно полностью в его власти. Чувствую ком в горле, когда мои глаза встречаются с его темными и светящимися.

Он подходит ближе, и я резко вздыхаю, когда мои чувствительные соски прикасаются к его груди. Лиам переплетает наши пальцы вместе. Я содрогаюсь.

— Так много всего, что я хочу сделать с тобой, сладкая, когда ты находишься под моим контролем, как сейчас. В моей власти. — Я дрожу от нетерпения в его голосе. — Но учитывая твое деликатное состояние, мы немного повременим.

Думаю, что он дразнит меня, так как уже привязывал меня к кровати несколько раз. Но надо признать, что сейчас все ощущается по-другому.

Он движется вокруг моей спины, прижимаясь ко мне. Одна его рука накрывает мою грудь, а другая — мой живот. Его губы спускаются на мое плечо, и он говорит своим низким и скрипучим голосом: — Мне нравится, как ты реагируешь на меня, дорогая. — Мурашки бегут по спине от его эротических слов.

Ой! Он нужен мне. — Ну, — мой голос хрипит, — тебе нужно сделать что-нибудь. Я умираю от нетерпения. Он обходит меня. Его брови сексуально приподнимаются, и я рада, что вижу, как его глаза мерцают от развлечения.

Его руки скользят к моим ребрам. Когда он вдруг начинает щекотать меня, дергаю цепи, пытаясь избежать его безжалостных пальцев.

— Лиам! — Кричу я, пытаясь уклониться от пыток. — Прекрати!

Его пальцы двигаются вниз, щекоча вдоль ребер.

— Нет! Пожалуйста! — Пищу, вставая на цыпочки.

Я задыхаюсь, а его тело сотрясается от смеха.

Ублюдок!

Ненавижу щекотки. — Я так рада, что тебе весело, — ворчу я.

Он откидывает голову назад и громко смеется, а я хмурюсь. Затем он хватает меня за волосы, притягивая мою голову ближе, и жадно целует меня.

Я стону, а его рука опускается на мою талию и движется между нами, стягивая его джинсы. Его возбужденный член упирается мне в живот. Не разрывая наш поцелуй, он хватает меня под бедра, поднимая.

— Держись за цепи, — рычит возле моих губ, сжимая бедра, и входит в меня.

Я начинаю стонать в голос.

— Так чертовски туго.

Дает мне минуту, чтобы привыкнуть к ощущению наполненности. — Не кончай, пока я не скажу, — рычит он.

В ответ лишь издаю протяжный стон.

Он входит достаточно сильно и глубоко, от этого я начинаю задыхаться. Он продолжает придерживаться своего беспощадного темпа. Его руки скользят вниз к моим бедрам, поворачивая мое тело так, что каждый толчок попадает в другое место.

Он держит меня крепко, так что нет никакого давления на мои руки, но они все же уже онемели от цепей. Это тактика поведения — держать все под контролем. Мои мышцы живота напрягаются, как и мое тело, мой оргазм уже близко. С каждым глубоким толчком мой контроль быстро улетучивается.

— Лиам! — я не знаю, как долго смогу продержаться, так как мне становится необходимо кончить. — Пожалуйста!

Он продолжает входить в меня толчок за толчком, пока я не могу больше держаться. Вскрикиваю, а мое тело взрывается вокруг него. Мои ноги лежат на его талии, я теряюсь в ощущениях, пока волна за волной удовольствия проходят через меня.

Постепенно прихожу в себя, он держит меня, пока мое тело содрогается от оргазма, гладит мою спину, лицо прижато к моей шее. Медленно он опускает мои ноги на пол.

— Ты кончила, — качает головой.

— Ты не оставил мне выбора, — задыхаюсь я.

Мои ноги все еще дрожат, а он скользит руками по моему телу, приближаясь к соскам. Его рука скользит по моему животу, двигаясь вниз к моим бедрам. Я тихонько стону, когда его пальцы раздвигают мои половые губы. Два пальца тонут глубоко внутри меня, пока его другая рука придерживает меня за попку.

Моя голова опускается, глаза закрываются, пока он шевелит пальцами, растягивая меня и касаясь чувствительных нервных окончаний. Не могу поверить, как быстро мое тело реагирует на него, чувствую, как мои внутренности сжимаются.

Его рука отпускает мою задницу, и в следующий момент он звучно шлепает меня по ней.

— Аааа!

Черт!

Удар заставляет меня податься вперед. Второй сильный удар не заставляет себя долго ждать. Я вскрикиваю. На этот раз с моих губ срывается его имя.

— Тссс. — Его рука растирает место удара, пока он шевелит пальцами во мне. Реакция моего организма на смесь боли и удовольствия поражает.

Он вытаскивает свои пальцы из меня, его руки скользят по моему телу, прижимая к себе.

— Не вздумай снова кончить, пока я не скажу, — предупреждает он, приподнимая меня за попку.

О, Боже!

Он зажимает и тянет соски, откидываю голову назад, а он продолжает сладкую пытку до тех пор, пока мои соски не начинают болеть.

Я стону и открываю глаза, он смотрит на меня обжигающим взглядом, изучая каждую реакцию на моем лице. Его рот накрывает чувствительный сосок. Тихонько хныкаю и извиваюсь.

— Спокойно, дорогуша. Тебе не понравится, если я твои ноги тоже закую в цепи.

Качаю головой при мысли о том, что он полностью привяжет меня. Мне обычно нравятся его игры, но я нервничаю от того, что он еще приготовил для меня.

Он движется к другому соску, всасывая его. Это его действие отдается прямо к клитору. Я прикусываю нижнюю губу, пока он сосет сосок, а его рука движется между моих ног. От ощущения его жестких пальцев возле моего клитора все мое тело напрягается. Мышцы сжимаются глубоко в животе, он продолжает сосать мой сосок, в то время как его пальцы подводят меня к краю. Я натягиваю цепи, когда его пальцы массажируют мой комок нервов, сосредоточенный между ног.

— Пожалуйста, — прошу я, стиснув зубы, когда чувствую приближение оргазма.

Он выпускает мой сосок только для того, чтобы зажать его между зубами. Я вскрикиваю.

Вот черт!

— Мне нравится это, дорогуша.

У меня перехватывает дыхание. Легко ему говорить, его сосок не пульсирует, а задница не горит.

Когда он встает на колени передо мной, мое тело дрожит, зная, что он собирается делать.

— О, Боже…

Его руки скользят между моими ногами, и я еще шире раздвигаю их.

— Лиам, — умоляю я.

— Тише, Кэйтлин, — рычит он, пока его пальцы раздвигают мои складки.

Чувствую, как сжимаются мои внутренности, когда его безжалостный язык начинает поглаживать мой клитор. Он твердеет и набухает, Лиам продолжает лизать и сосать. Когда он впивается ртом в мой клитор, стискиваю зубы, мое тело резко выгибается, а цепи гремят. Он пальцами гладит мой набухший комок нервов.

— Черт, ты так хороша на вкус, сладкая. Тебе нравится это?

Тяжело дышу, интенсивность ощущений, которые я испытываю от его прикосновения, почти болезненна.

— Ответь мне, Кэйтлин, — резко говорит он.

— Да! — Задыхаюсь я, открываю глаза и вижу, как он стоит на коленях, а его пальцы проникают в меня, это очень эротично. Когда он наклоняется вперед, чтобы лизнуть мой клитор, я не могу контролировать дрожь в теле. Встаю на цыпочки, наклоняя свои бедра, когда его горячий язык касается меня.

— Стой смирно, — рычит он.

Ой!

Руки скользят по моей попке, приподнимая меня выше, его язык двигается вокруг моего клитора, затем он снова начинает лизать, входя в меня пальцами, и я снова хныкаю.

— Я сказал тихо, — смотрит с предупреждением.

Невозможно оставаться спокойной, пока он безжалостно мучает меня своим языком. Я очень чувствительна к грубой текстуре этого языка. Это почти невыносимые ощущения. Сногсшибательные. Я натягиваю ограничители, пытаясь сосредоточиться и не кончить. Когда его пальцы входят глубоко в меня, моя голова откидывается назад, и из горла вырывается стон. Он сосет мой клитор, и это уже чересчур для меня, он слишком опытен в этом. Он мучает меня своими пальцами. И языком. О, боже, его язык ...

От нахлынувшего удовольствия мое тело напрягается ... он останавливается.

Мои стоны раздаются эхом, он вдруг встает, притягивая меня в свои объятия.

— Тише, дорогая, — успокаивает он, смахивая слезы, я даже не знала, что плачу.

Он держит меня, освобождая руки. Издаю стон, когда он медленно опускает руки, растирая запястья и плечи. Я измотана, поэтому склоняюсь к нему. Он поднимает меня на руки, и я кладу голову ему на плечо, мои глаза закрываются.

— Не засыпай, Кэйтлин. Мы еще не закончили.

Что?

Даже будучи такой уставшей, мое тело реагирует на его слова. Он несет меня через комнату туда, где что-то накрыто покрывалом. Лиам ставит меня на ноги, убедившись, что я стою, он снимает покрывало, открывая большое зеркало у стола.

Наши глаза встречаются в зеркале.

— Обопрись на стол, дорогая.

Когда я остаюсь на месте, поднимает бровь. — Сейчас же, Кэйтлин, — твердо говорит он.

Он настолько горяч. Его джинсы все еще низко на бедрах, и его эрекция выделяется через них. Твою же мать.

Облокачиваюсь на стол, снова встречая его взгляд. Я смущаюсь, и он становится позади меня, прижимаясь к моей спине.

— Наклонись вперед на локти. Я хочу видеть твою грудь, пока трахаю тебя.

Напрягаюсь от его слов, но также чувствую нетерпение. Мои глаза широко раскрыты, и я вижу, что отчаянно нуждаюсь в расческе. Невероятно красивый человек стоит позади меня, его эрекция прижимается к моей заднице.

Лиам давит на мою спину. — Ниже, дорогая.

Я кладу локти на стол, пока он пристально смотрит на меня. Его рука пробегает по моей попке, и я слегка смещаюсь. Мне больно там, где он ударил меня.

— Расставь ноги, — приказывает он тихо, опустив глаза, наблюдая за мной. Я кусаю губы, также наблюдая за ним.

Он тянет меня за ягодицы, и я нервно смещаюсь, сдвигая ноги вместе. Он бросает на меня гневный взгляд, хватает за волосы, притягивая мою голову назад.

— Мне нужно напомнить, что ты делаешь то, что я скажу?

У меня пересыхает во рту от его тонкой угрозы. — Нет, — шепчу я.

Продолжаю смотреть на него, и его брови приподнимаются. Я наклоняюсь над столом.

Он скользит рукой вниз по ноге и обратно вверх к моей заднице, быстро воспламеняя меня. Когда его пальцы двигаются между моих ягодиц, я прикусываю нижнюю губу и закрываю глаза, мне трудно устоять на месте.

— Открой глаза, дорогая.

Встречаю его взгляд в зеркале. Он улыбается, а затем входит в меня двумя пальцами, пока его большой палец скользит по анусу.

Я закрываю глаза, постанывая.

— Открой.

Он продолжает двигать своими пальцами, я сжимаю руки в кулаки и тяжело дышу, пока он смотрит прямо на меня, пальцем дотрагивается до точки G глубоко внутри, от чего мое тело дрожит в ответ.

— Так туго, — его голос хриплый, — не могу дождаться момента, когда окажусь внутри тебя.

Я тихонько хныкаю, когда он вытаскивает пальцы, и вскрикиваю, когда глубоко входит в меня.

— Блядь! Так хорошо, — рычит он. — Мне нравится, как мой член скользит в тебе.

Я чувствую, как тепло расплывается по всему телу от его слов, и я стону от удовольствия. Так хорошо. Все мое тело дрожит от ощущения движений его толстого, жесткого члена, который потирает чувствительные стенки влагалища.

Он сильно сжимает мои бедра, когда входит в меня, наблюдая, как моя грудь раскачивается и подпрыгивает с каждым толчком. Я наблюдаю за тем, как напрягается каждый мускул его тела. Наблюдать, как он трахает меня, является одной из самых сексуальных вещей, которые я когда-либо видела, и именно это так быстро толкает меня к краю. Стараюсь не кончать, но я также знаю, что он беспощаден в своей решимости заставить меня потерпеть неудачу. Его пальцы кружат вокруг моего клитора.

Оргазм накрывает меня с удвоенной силой. Мои руки тянутся вперед, пока пальцы впиваются в кожу, выкрикиваю имя Лиама.

Он по-прежнему совершает точки, от которых я встаю на цыпочки. Наконец, он выкрикивает мое имя, что свидетельствует о его оргазме.

Просыпаюсь, лежа на груди Лиама, он обнимает меня, а его пальцы гладят меня по волосам. Наши ноги переплетены. Я целую его в грудь.

— Проснулась, дорогая?

— М-да.

— Хочешь еще один раунд?

— М-да.

Он посмеивается возле моего уха.

— Голодная?

— Нет.

— Не заставляй нашего ребенка голодать, — мягко упрекает он.

— Мне нравится, что ты думаешь о ней, как о нашем ребенке, — бормочу я.

Чувствую, что он смещается и поднимает голову, смотрю вверх, встречая самую великолепную пару синих глаз, которую когда-либо видела. Глаза, которые удерживают меня в своей власти с того момента, когда наши взгляды встретились в столовой «Джастис Хаус».

— Ну, вообще-то, мой сын — наш сын, дорогуша, — дразнит он, прикасаясь к кончику моего носа пальцем.

Я улыбаюсь и кладу голову обратно, прижимаясь к нему.

— Ты в порядке?

Поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. — Да. А почему не должна?

— Это было не слишком грубо? — Его палец поглаживает мою щеку.

— Нет. Все было прекрасно, — мягко говорю я. Почему я до сих пор чувствую неловкость после того, что мы делаем, спустя столько времени вместе? Когда он ничего не отвечает, я приподнимаюсь. Его рот расплывается в дерзкой улыбке. — Ты собираешься снова отшлепать меня?

Он наклоняется ближе ко мне. — Позволь мне рассказать тебе тайну, сладкая, — шепчет он. Его голос обладает контролем над моим телом. — Только мысль о том, чтобы выпороть тебя, заводит меня. — Я ошеломлена.

Он тихо смеется, снова обнимая меня. — Все в тебе заводит меня. — Он снова поднимает голову, оглядывая меня. Когда шевелит бровями, я не могу удержаться от смеха.

Я ближе прижимаюсь к нему, удовольствие от его слов заставляет меня чувствовать себя великолепно. — Меня тоже в тебе все заводит, — шепчу я.

Он перекатывает меня на спину. — Я знаю, дорогая. — Его губы накрывают мои в мягком, нежном поцелуе.

Это очень насыщенная неделя, рабочие приходят каждый день, превращая одну из спален в детскую для нашего ребенка.

Я слежу за работой, а Лиам встречается с Валери и ее детективами.

Он рассказывает мне о своей матери. Знаю, что он надеется на то, что его отец не убивал его маму, хоть и не говорит мне об этом. Он до сих пор не разговаривает об Уолтере. Все эти годы обид не отпускают его.

Я снова поражаюсь, когда он рассказывает про свое детство. Ему удалось стать успешным человеком, что свидетельствует о силе его характера. Я так горжусь им.

Суббота наступает слишком быстро. Я была бы рада отпраздновать свой день рождения только с нашими близкими друзьями, но эти самые друзья запланировали вечеринку в клубе «Джастис Хаус».

Я сижу в ванной и наношу макияж. Я надела платье, которое Лиам выбрал и купил для меня. Это одно из самых красивых платьев, которые я когда-либо носила: держится на груди, золотого цвета с серебряной отделкой и широким кружевом. Оно заставляет меня чувствовать себя великолепно, и я до сих пор не могу понять способность Лиама точно выбирать мне то, что я бы сама выбрала.

Я накрутила волосы и оставила их распущенными, подкрашиваю губы помадой, и тут входит Лиам. Наши глаза встречаются в зеркале, когда он встает у меня за спиной.

Он одет в джинсы, которые обтягивают его задницу и бедра, белую льняную рубашку с двумя первыми расстегнутыми пуговицами. Рукава завернуты, обнажая сильные предплечья, его темные волосы взъерошены. Он выглядит опасно. Сексуально опасно.

Я застенчиво улыбаюсь, заметив в его глазах отблеск чего-то, что не могу расшифровать. Он наклоняется и целует меня в голое плечо, закрываю глаза на короткое время, вдыхая его аромат. Жаль, что мы не можем отменить вечеринку и просто провести вечер вдвоем.

— Ты прекрасно выглядишь, дорогая.

— Спасибо. Ты тоже. — Он тихо фыркает. — Мне нравится платье, спасибо.

Он протягивает руку, чтобы обнять меня за шею. — Ты сможешь поблагодарить меня позже, сладкая. — Его глубокий голос звучит низко и соблазнительно.

Мои щеки краснеют при мысли о том, как я хотела бы поблагодарить его.

— Мы могли бы остаться здесь, — шепчу я, пока он поглаживает мою шею. — Я могла бы продемонстрировать тебе белье, которое ты мне купил.

Его рот расплывается в улыбке, но он качает головой. — Нет, — произносит он. — Я хочу, чтобы все увидели, как ты выглядишь в этом платье. — Он продолжает смотреть на меня в зеркале. — У меня есть кое-что для тебя.

Я хмурюсь. — Что?

— Подарок на день рождения.

— Лиам, ты уже подарил мне это красивое платье, я...

— Кэйт. — Его рука скользит вниз по моей шее к плечу, его пальцы пробегают по мягкой округлости груди. Мой пульс мгновенно начинает зашкаливать, когда он протягивает коробочку с украшением.

Я поворачиваюсь, беру коробку, немного озадаченная выражением его лица. — Что это?

— Открой, дорогая.

Сделав это, тихо ахаю. На бархате лежит небольшой крест Святого Кристофера из белого золота. Он похож на тот, что носит Лиам, только меньше. Я осторожно поднимаю его из коробки. Он висит на тонкой цепочке, переворачиваю его и вижу гравировку:

Запомни, моя любовь всегда с тобой, навеки твой.

В конце слова твой вставлен алмаз. Он небольшой, потому что кулон маленький, но выглядит прекрасно.

Слезы накатывают на глаза. Лиам внимательно наблюдает за мной.

— Лиам, — произношу я сквозь слезы.

Его руки ложатся мне на плечи. — Не плачь, а то я подумаю, что тебе не нравится.

Я издаю сдавленный смешок и говорю. — Хорошо.

— Позволь мне помочь тебе надеть его. — Его пальцы ловко открывают застежку, и я собираю волосы на одно плечо. — Моя мать всегда носила такой же, — мягко говорит он. — Ее мать дала ей его. — Он надевает его мне на шею, кулон ложится мне на грудь. Лиам застегивает застежку.

— Моя мама дала мне мой кулон на шестнадцатый день рождения. На нем такая же гравировка, какая была и у нее.

Я стараюсь успокоиться, чтобы не испортить макияж.

— Я и на твой нанес гравировку.

— Мне нравится. — Мое сердце бьется в бешеном темпе.

— Не уверен, что он сочетается с твоим платьем, возможно, мне стоило купить бриллианты...

— Нет! — Мои пальцы накрывают кулон. — Лиам, это более ценно для меня, чем любой драгоценный камень, который ты мог подарить.

Он тянется к моей руке и поднимает меня на ноги. Его рука скользит под мои волосы, чтобы обнять меня за шею, наклоняется, его губы прижимаются к моему лбу. Я обнимаю его в ответ. Он приподнимает мой подбородок, его глаза встречаются с моими.

— Я люблю тебя, Кэйтлин Джастис.

Я не могу прийти в себя от радости, слезы накатывают, в то же время я улыбаюсь. — Я знаю, — шепчу я.

Его глаза искрятся от радости. — Знаешь?

— Да, — мягко говорю я. — Ты доказываешь это каждый день.

Улыбка медленно покидает его лицо, и я вижу, как его глаза темнеют. Он наклоняется ко мне, проводит языком по нижней губе и нежно посасывает ее.

Я стону, запутываюсь пальцами в его волосах, и он углубляет поцелуй, его рука опускается мне на попку, так он прижимает его эрекцию к моему животу.

Когда поднимает голову, у меня слегка закружится голова, и перехватывает дыхание.

— Нам лучше всего остановиться, или мы не попадем на твой день рождения, дорогая.

— Отличная идея, — шепчу я.

Он смеется. — Давай закончим на этом.

Я немного дуюсь, он сжимает мой подбородок, еще раз целуя меня.

— У меня есть кое-что еще для тебя, дорогая.

— Лиам, мне больше ничего не нужно.

Одна сторона его рта приподнимается в сексуальной улыбке. — Ну, это тебе, действительно, нужно. — Он протягивает большой конверт.

Нахмурившись, я беру его. Открыв, достаю юридический документ.

— Что это? — Спрашиваю я, глядя на него.

— Это копия документов о том, что Райан свел на нет наш брачный контракт.

Мое дыхание резко замирает. — Лиам, — смотрю на бумаги, — ты не должен был делать это, — мягко говорю я.

— Должен был. — Он берет меня за руку, притягивая ближе к себе, его рука обнимает меня за талию. — Цель того договора заключалась в том, чтобы привязать тебя ко мне. — Его свободная рука поднимает мой подбородок, и мой туманный взгляд встречает его ярко синий.

— Я люблю тебя, Кэйт, и все мое — твое.

— Мне не нужно ничего, — он останавливает меня поцелуем.

Цепляюсь за его плечи, поражаясь глубиной моей любви к этому человеку. Когда он заканчивает поцелуй, то прижимает свой лоб к моему.

— Просто знай, дорогая, ты никогда не оставишь меня.

Тихонько киваю, смеясь. — Я знаю.

Он проводит пальцем по моему лицу. — Пошли вниз.

Лиам следует за мной из лифта на первом этаже и, оглядываясь назад, я ловлю его нахмуренный взгляд.

— Что?

— Это платье очень короткое.

— Я знаю. Мне нравится. — Моя рука разглаживает материал. — Ты выбрал его, — напоминаю ему.

Его рука скользит вокруг моей талии. — Ну, ты будешь надевать его только со мной.

Я хихикаю.

— Я серьезно. — Он сжимает мою талию.

В клубе полно народу. Неудивительно, так как все в «Джастис Хаус» любят хорошую вечеринку.

Пока мы идем, меня поздравляют по случаю дня рождения. До сих пор чувствую себя благодарной членам клуба, бывшим коллегам и друзьям Лиама за то, что приняли меня.

Лиам обнимает меня за талию, пока мы направляемся к нише рядом с баром. Там установлен шведский стол с огромным многоуровневым тортом, а также, к моему величайшему ужасу, длинный стол с подарками.

Зачем они приносят мне подарки? Я смотрю на Лиама, сужая глаза.

Он улыбается. — Холли и я не пришли без подарков.

Лиам притягивает меня ближе, целуя в лоб.

— Просто прими это как факт, дорогая. Они не ожидают, что ты откроешь их сегодня вечером.

— Кэйт! — Я оборачиваюсь к Холли, и она наклоняется, чтобы обнять меня. Она даже выше, чем обычно на своих убийственных шпильках. — Вау. Вот это платье.

Я смотрю на нее. — Один из подарков моего красивого мужа, — улыбаюсь, глядя на Лиама. Он любит меня!

Я не могу отвести от него взгляд. Он надел темно-синий пиджак прямо перед выходом, и он усиливает синий цвет его глаз. Он выглядит идеально. И сексуально. Определенно сексуально.

Он наклоняется ко мне. — Перестань смотреть на меня так, дорогуша, — рычит он и смягчает слова улыбкой.

Холли смеется, а затем хватает меня с Лиамом за руки.

— Давайте начнем эту вечеринку!

Это замечательная вечеринка. Быть в центре внимания не так уж плохо, как я думала. Но после четырех часов танцев, разрезания торта и открытия подарков, я устала.

Я была рада, что почти все подарки являлись пожертвованиями от моего имени в различные благотворительные организации. Очень разумно.

Пол вручает меня Лиаму после того, как заканчивается наш танец, и я с благодарностью попадаю в руки своего мужа.

— Наслаждаешься, дорогая?

— Безумно, знаю, что еще рано, но как ты думаешь, кто-нибудь будет возражать, если я пойду наверх немного отдохнуть?

Он откидывается на спинку стула, хмурится, оглядывая меня снизу вверх. — Ты в порядке?

— Да, — провожу по его рубашке вниз до груди, — в порядке, не волнуйся. Мне просто нужен перерыв. Посижу в тишине около часа и вернусь.

— Я пойду с тобой.

— Нет, пожалуйста, останься.

— Дорогая, я не останусь, если...

Прикладываю пальцы к его губам. — Пожалуйста, Лиам ... останься. Я не хочу, чтобы веселье закончилось, и обещаю, что вернусь через час. Я хотела бы позвонить родителям, прежде чем будет слишком поздно.

Он улыбается, берет меня за руку, целует ладонь. — Я провожу тебя.

Я не уверена, как убедить его просто проводить меня до двери, которая ведет обратно в особняк, но я удивлена, когда он притягивает меня в свои объятия, страстно целуя на глазах у всех.

— Я присоединюсь к тебе в ближайшее время, — предупреждает он.

Теперь, когда я иду по темной столовой, я почти жалею, что не позволила ему проводить меня к лифту. Кухня уже закрыта, поэтому каждый может присоединиться к вечеринке. Отсутствие шума и людей, столь характерных для «Джастис Хаус», пугает меня.

У меня странное ощущение, что кто-то наблюдает за мной. То же самое чувство, которое я испытывала в ту ночь, когда спустилась в одиночку на кухню за клубникой, и тут оказался взломщик.

Я вздыхаю с облегчением, когда лифт опускается на этаже. Спеша попасть в лифт, нечаянно роняю ключ доступа, так что копаюсь возле двери, когда слышу шум, исходящий от лестницы. Кому понадобилось быть на лестничной клетке? Мое сердце падает в пятки, я провожу картой слишком быстро, и она плохо сканируется. Дверная ручка дребезжит, не открываясь. Я смотрю на дверь и почти кричу, когда дверь с лестничной клетки медленно открывается.

Глава 18

Я снова провожу картой, на этот раз она считывается, и я открываю дверь, не сводя глаз с лестничной клетки, Уолтер Джастис делает шаг вперед.

— Как вы...

Он быстро подбегает ко мне и направляется со мной в квартиру, захлопнув за собой дверь.

— Что вы здесь делаете? — Я отхожу от него, встревоженная его действиями и тем фактом, что у него рассечена бровь, с лица капает кровь.

— Не бойся! — Он поднимает руки.

Слишком поздно. Как, черт возьми, он попал на лестницу? Как он попал в особняк?

— Уолтер, это не лучший способ заставить Лиама поговорить с вами. Он будет очень разочарован...

— Нет! Я здесь, чтобы помочь тебе, ты в опасности!

Он проводит пальцами по волосам, смотрит в сторону двери, затем переводит взгляд на меня, и я не могу не заметить панику.

— Он все это спланировал. — Он подходит ближе, а я отхожу к стене. — Нет! Пожалуйста, не бойся. У меня есть план, как обмануть его.

Не знаю, обычная ли это манера поведения или безумство, но это пугает меня. Он тянется за спину, а затем достает пистолет.

Думаю, что упаду в обморок и от страха прижимаюсь к стене еще ближе.

— Нет! Я не собираюсь причинять тебе боль! Но мы должны спрятаться. — Он лихорадочно осматривается. — Мы должны уйти, прежде чем он доберется сюда. Он уже идет!

Он сжимает мою руку и тащит дальше по коридору.

— Вы должны остановиться, Уолтер, — стараюсь вытащить руку, но он только сильнее сжимает ее. — Если вы сейчас меня отпустите, я ... Я могу помочь вам уйти. Лиам никогда не узнает, что вы были здесь. — Мой голос звучит неровно.

Сильнее сжав мою руку, он тянет меня на кухню. Я так рада, что Энни нет.

— Мы поднимемся наверх. На крышу.

О, нет!

— Уолтер, остановитесь! — Я использую свободную руку, пытаясь освободиться из его захвата. Хотя из этого мало что получается. Он, может, и выглядит хрупким, но на удивление, сильный. Он тащит меня через подсобку к двери, которая ведет на крышу.

Откуда он знает о крыше и планировке квартиры?

Он вытирает кровь, которая все еще сочится из раны.

— У вас рана. Позвольте мне обработать ее. — Мне нужно сделать хоть что-то, чтобы отвлечь его.

— Нет, мы должны спешить, ты не понимаешь…

К моему величайшему ужасу, дверь, которая всегда заперта, сейчас, как назло, открыта. Я слышу щелчки переключателя, а затем зажигается свет, освещая лестницу. Опять же, мне интересно, откуда, черт возьми, он знает, где расположены выключатели?!

Он крепче сжимает мою руку, пока мы поднимаемся.

— Поторопись, мы должны спешить!

Мы поднимаемся на крышу, и Уолтер захлопывает дверь, поворачивается, осматривая крышу. Должно быть, он включил прожекторы, которые освещают эту часть крыши.

— Нам нужно заблокировать дверь, — говорит он с тревогой.

Я оглядываюсь вокруг. Все сломано и разбито. Мое сердце сжимается от этого, ведь здесь было так красиво и романтично. И именно я стала причиной того, что Лиам уничтожил все.

Лиам… Он придет за мной в ближайшее время. Я не уверена, почему у Уолтера пистолет, но одно я знаю наверняка: он бредит, и я не хочу, чтобы Лиам оказался рядом со своим отцом.

Уолтер дергает меня за руку, и мы проходим через крышу к передней части особняка. Я стараюсь идти так, будто у меня возникли проблемы с обувью. Не знаю, на что уже надеяться. Скорее всего, я надеюсь, что смогу придумать что-то такое, что заставит его прийти в себя.

— Уолтер, мне нужно... — прислоняюсь к дымоходу, возле которого мы остановились. — Пожалуйста, дайте мне передохнуть. — Я стараюсь снова освободить свою руку из его хватки.

— Нет времени. Не думаю, что он знает об этом месте. Я утаил эту информацию от него.

Я хмурюсь.

— Пошли!

— Не думаю, что мы сможем спрятаться здесь, Уолтер.

Мы не останавливаемся, пока не подходим близко к краю крыши, и Уолтер отпускает мою руку.

Всего три фута высоты, но этого вполне достаточно, чтобы переломать себе все кости. Мои ноги начинают бесконтрольно дрожать. Я пыталась оставаться хладнокровной, но теперь боюсь, эмоции бьют через край. Что мы здесь делаем?

— Пожалуйста, Уолтер, — мой голос еле слышно, — давайте вернемся обратно вниз. Лиам поможет вам.

Он быстро качает головой. — Нет! Ты не понимаешь, — шипит он. Его глаза кажутся чрезмерно яркими в лучах прожекторов.

Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить быстро бьющееся сердце. — Уолтер, скажите мне, что происходит, чтобы я могла понять, что мне нужно сделать, чтобы помочь вам.

Он хмурится. — Нам нужно найти место, чтобы спрятаться.

Внезапно пугающая мысль приходит мне в голову. До этого момента я полагала, что Уолтер просто напуган и растерян. Но что делать, если «он», на кого Уолтер ссылается, это Винсент Хейл? Я оглядываю крышу.

— Если он найдет тебя, — я перевожу взгляд на него, — он сделает тебе больно.

Резко вздыхаю. — Кто, Уолтер? Кто причинит мне боль?

— Я сказал ему, что не смогу сделать это. — Он потирает лоб рукой с пистолетом.

— Папа.

Уолтер и я сразу же поворачиваемся к Лиаму. Он стоит в нескольких метрах от нас, его руки подняты в вверх, взгляд сосредоточен на отце.

Мои глаза расширяются от тревоги. Нет!

— Лиам! — Его взгляд перемещается ко мне. Я качаю головой и быстро смотрю на Уолтера, а затем обратно, надеясь взглядом передать мужу тот факт, что Уолтер не в себе.

— Ты в порядке? — Тихо спрашивает Лиам.

— Да.

Он снова смотрит на своего отца. — Папа, — мягко говорит он, — пожалуйста, папа, не причиняй ей боль. Отпусти Кэйт. Она не имеет отношения к тому, что случилось между нами.

Уолтер поворачивается, чтобы посмотреть на меня, а Лиам перемещается ближе.

— Отдай мне пистолет, папа. — Лиам делает еще один шаг вперед, и Уолтер, поворачиваясь, направляет пистолет на своего сына.

Я вскрикиваю, Лиам смотрит на меня, качая головой.

— Папа, пожалуйста, позволь Кэйт уйти. Не причиняй ей вреда. — В голосе Лиама слышна мольба, от чего у меня на глаза накатывают слезы. — Пожалуйста, папа. — Лиам медленно движется к своему отцу.

Я смотрю на Уолтера, он, кажется, запутался, на лбу пролегли две глубокие складки, он качает головой.

— Я не собираюсь причинять ей боль, сынок. Она носит мою внучку. Я стараюсь защитить ее.

— Думаю, что он хочет защитить ее от меня.

Мы втроем оборачиваемся в сторону голоса. Худощавый, темноволосый человек выходит из тени. Он держит в руках пистолет, направленный на Лиама.

Я резко вздыхаю, узнавая в нем незнакомца, которого видела несколько месяцев назад. Это тот же человек, который был на втором этаже и последовал за мной, когда я поднималась в номер по просьбе Леона. Тот самый человек, который сумел проникнуть в «Джастис Хаус» незамеченным. Если бы не моя случайная встреча с ним, мы бы никогда не узнали, что он был в особняке.

— Да, вижу, ты вспомнила меня.

Я смотрю на Лиама, который внимательно изучает незнакомца. Знаю, что он тоже узнает его по видео службы безопасности. Уолтер стоит с опущенной головой.

— Что тебе нужно? — Спрашивает Лиам.

— Ну, мои планы несколько изменились. — Когда он усмехается, то напоминает мне змею. — Сначала я хотел убить тебя, а затем сполна насладиться прелестями твоей жены, — его черные глаза перемещаются на меня, и он жадно облизывается, — но для того, чтобы Уолтер унаследовать твое имущество, ей придется умереть первой. Но не переживай, ты сразу последуешь за ней.

Нет! Я качаю головой в неверии.

— Ты не причинишь им вред! — Уолтер делает шаг к этому человеку.

— Дурак! — Огрызается незнакомец. — Если бы ты сделал, как я тебе сказал, все уже было бы кончено.

— Что ты имеешь в виду? — Интересуется Лиам.

Человек смотрит на Лиама как на идиота. — Твой отец по плану должен был убить вас обоих, чтобы унаследовать твои деньги.

— Нет! Я не участвовал в этом! — Уолтер поворачивается к Лиаму. — Я позволил ему думать, что следую его плану, сын. Я пытался поговорить с тобой, чтобы рассказать...

— Заткнись ты, дурак! — Незнакомец направляет пистолет на Уолтера вместо Лиама. — Это уже не важно. Конец будет тем же самым.

— Пусть Кэйт уйдет, — говорит Лиам. — Я дам тебе все, что ты хочешь.

— Нет! Я не оставлю тебя!

Лиам не смотрит на меня, так как его взгляд устремлен на Хейла. — Заткнись, Кэйт, — выкрикивает он.

Мужчина смеется. — Ты дашь мне все, что хочу, пока она не позовет на помощь. Нет, я так не сделаю.

— Зачем ты влез в «Джастис Хаус», что ты искал? — Лиам явно тянет время.

Мужчина снова смеется. — Сначала я ничего не нашел, но во второй раз обнаружил копию твоего завещания. — Он смотрит на меня с виноватой улыбкой. — Женился и оставил все своей ненаглядной.

Я смотрю на Лиама. Он завещал все мне? Когда произошел второй взлом, мы были в Сент-Луисе вместе с моими родителями. Когда он изменил свое завещание?

— Поэтому ты хочешь убить нас, и мой отец унаследует все.

Мужчина улыбается, от его взгляда у меня бегут мурашки.

— А тебе какая выгода от этого?

— У нас с Уолтером есть планы, которыми я не стану делиться с тобой, так как вас уже не будет в живых.

— Кто помог тебе попасть в «Джастис Хаус»? — Задает очередной вопрос Лиам.

— У тебя есть очень недовольный работник. Кажется, твой бармен немного опечален твоим выбором жены.

Что? Качаю головой в неверии и снова смотрю на Лиама. Он продолжает смотреть на человека с пистолетом, который в очередной раз направлен на моего мужа.

— Леон не сделал бы этого, — твердо говорит Лиам.

— Зато его кузен сделал.

Мой рот открывается, и я вспоминаю отношение Тони ко мне. Я заметила это. Может быть, если бы я рассказала...

— Ты лжешь, — настаивает Лиам. — У Тони нет возможности попасть в особняк в нерабочее время.

— Оууу ... но попасть в особняк стало проще простого, как только бармен нашел тайный проход.

Я вижу, как Лиам хмурится.

— Есть тайные ходы, сын. Старые чертежи особняка подтверждают это.

Вот как они вошли в дом и остались незамеченными.

— Хватит болтать.

— Ты Винсент Хейл — человек, который убил мою мать?

— Что? — Уолтер поворачивается к человеку.

— Ты убил мою мать, а перед ней молодую девушку в штате Орегон.

Хейл улыбается совершенно пугающей улыбкой.

— Да, это было довольно приятно.

Я хочу закричать. В течение всей моей жизни я никогда не желала вреда другому, но в тот момент с удовольствием причинила бы этому монстру физические травмы.

— Ты сделал больно моей Марен? — Уолтер делает шаг к Хейлу, который снова направляет пистолет на него, пытаясь останавить Уолтера. Я смотрю на пистолет в руках Уолтера.

Винсет Хейл смеется. — Твоей Марен? Ты никогда не обращал на нее внимания. Ты посвящал все свое время бутылке. Она была красивой женщиной и наслаждалась моим вниманием. Она хотела меня.

— Ты прикасался к моей жене! — Лицо Уолтера перекашивается от гнева.

Выражение лица Хейла холодит мою кровь.

— Я все еще чувствую ее прекрасную шею в моих руках.

Я плачу, когда вижу лицо Лиама прямо перед тем, как он делает шаг к Хейлу.

Раздается выстрел.

А потом второй.

Глава 19

Похороны — самая тяжелая вещь, через которую мне когда-либо приходилось проходить.

Я переворачиваюсь на другую сторону. Мне необходимо вздремнуть, но сон никак не приходит. Кладу руку на живот, чтобы успокоить ребенка, который активно шевелится.

Последние несколько дней были тяжелыми. Слишком много боли и страданий. Винсент Хейл был ужасным человеком, и я не жалею, что пуля Майка ранила его, но, к сожалению, он успел забрать еще одну жизнь.

Дверь спальни открывается, и Джули тихо проскальзывает внутрь.

— Почему ты не спишь? — Спрашивает она, присаживаясь на край кровати.

— Я пыталась.

— Ты должна поспать, моя хорошая.

— Знаю, — шепчу я.

Она тянется к моей руке. — Детектив Джером здесь, чтобы поговорить с тобой. Я отвела его в кабинет.

Я хмурюсь. — Спасибо. — Он уже говорил со мной два раза, что еще ему нужно?

— И Валери звонила; она уже выехала.

Слегка улыбаюсь. Валери поддерживала меня все это время. Она, наконец, испытывает чувство умиротворения, впервые за последние годы. Она поделилась этим со мной в день похорон.

— Чем занимается моя мама?

— Разговаривает по телефону с твоим отцом.

Мои родители любят меня до безумия. Папа настоял, чтобы мама приехала сюда побыть со мной, а он остался там один. Я знаю, как трудно для них обоих находиться далеко друг от друга, но моя мама здесь, и у меня просто нет слов, как я ей благодарна за это.

— Я лучше пойду поговорю с детективом Джеромом.

Останавливаюсь возле двери кабинета. Так больно снова переживать ночь на крыше. Решаю сказать детективу, что намерена рассказать о той ужасной ночи в последний раз. У него уже есть мои показания. Этого достаточно. Делаю глубокий вдох и открываю дверь. Я даже не смотрю на детектива, который быстро встает. Мой взгляд прикован к обезоруживающим синим глазам. Муж протягивает мне руку, и я направляюсь в его объятия.

— Разве ты не отдыхаешь? — Лиам целует мой лоб, а его тихо произнесенные слова ласкают слух.

— Нет, — смотрю на него и провожу ладонью по щеке. — Я бы отдохнула лучше, если бы ты был со мной.

Он тихо фыркает, потом улыбается. — Мы оба знаем, что так было бы лучше, дорогая, — тихо шепчет он с нечестивым блеском в глазах.

О, так приятно видеть его улыбку. Смерть отца опустошила его.

После того, как он узнал все, что знала Валери о Винсенте Хейле, то почувствовал, что гнев, который он испытывал по отношению к своему отцу, начал смягчаться. Он признался, что ему хотелось повернуть время вспять и исправить отношения между отцом и сыном. Лиам успокоился, зная, что убийца его матери был, наконец, пойман, и справедливость восторжествовала. Жалко, что он потерял все шансы на примирение со своим отцом.

Мы узнали, что Винсент Хейл обладал сверхъестественной властью над Уолтером. Двое мужчин были связаны еще с подросткового возраста, и, казалось, Винсент всегда брал верх в отношениях.

Забытый детектив откашлялся, и мы с Лиамом оба посмотрели на него. Мой муж продолжал держать меня в своих объятьях и не спешил отпускать.

— Не могли бы вы уделить мне минутку, пожалуйста.

Я ловлю хмурый взгляд Лиама, когда он медленно отпускает меня.

— Детектив Джером, — начинает Лиам, пока мы оба усаживаемся на диване лицом к детективу. — Надеюсь, что это будет последний раз, когда вам что-то нужно от моей жены и меня? — Тон Лиама не оставляет желания спорить, и я улыбаюсь, наблюдая, как его брови приподнимаются.

Детектив кивает головой. — Да. Я ценю, что вы встречаетесь со мной. Еще раз мои соболезнования по поводу вашей потери.

Лиам кивает головой.

— Я говорил с начальником службы безопасности, мистером Боуэном, и теперь у нас есть все, что нужно, так что это наша последняя встреча.

Лиам начинает вставать.

— Но я здесь, чтобы вы знали, мы доказали причастность Винсента Хейла к восьми убийствам.

Я тихонько ахаю, и Лиам кладет руку мне на плечо.

— Восемь мы уже можем доказать, над остальными работаем. Когда мы обыскали номер в мотеле, где он и ваш отец остановились, то обнаружили информацию, которая привела нас к тайнику, расположенному за пределами Чикаго. Мы нашли два чемодана, в одном из них, — он откашливается, — вещи, которые принадлежали его жертвам.

— Ювелирные изделия, — говорит Лиам.

— Да. Но мы не нашли кулон, принадлежащий вашей матери.

— О, нет, — шепчу я.

Лиам берет меня за руку, подносит к губам, закрывает глаза и глубоко дышит.

— Но у нас есть новая информация, — продолжает детектив.

— Нет, — твердо говорит Лиам. — Я не хочу его обратно. Делайте то, что вам нужно, чтобы посадить его, но я не хочу кулон моей матери обратно.

— Почему? — Тихо спрашиваю я, вглядываясь в его лицо.

Он поворачивается, чтобы посмотреть на меня. — Потому что мне это не нужно. Но, что более важно, я не хочу этого. Не после того, как он держал его и торжествовал над ним, как будто это его трофей.

Мои глаза наполняются слезами.

— Не надо, дорогая, — мягко говорит он, его рука сжимает мое плечо, он притягивает меня ближе.

— Я понимаю, — говорит детектив. Я вижу проблеск каких-то эмоций в его глазах. Думаю, что это уважение к моему мужу.

— Ваш бывший сотрудник, Тони Каллис, дал показания. По-видимому, он видел несколько документов, которыми интересовался Винсент Хейл. Он признался, что поделился этой информацией с..., — детектив смотрит в свои записи, — Мирандой Дэвис.

Так вот откуда Миранда узнала о брачном договоре. Знала ли она о туннеле, который ведет в заднюю часть особняка? Я смотрю на Лиама и обращаю внимание, что его челюсти сжались.

— Мистер Каллис настаивает на том, что он ничего не знал о чертежах, на которых есть скрытые ходы. — Детектив читает свои заметки, прежде чем поднять на нас глаза. — Мы будем продолжать его допрос, также мы связались с мисс Дэвис. Она придет завтра в участок, чтобы ответить на наши вопросы. Но, похоже, что ни один из них не был вовлечен в дела Хейла. Мистер Каллис оставлял дверь для Хейла открытой, за что ему платили, но кроме...

— Но они знали о взломах. И разве это не преступление? Тони открывал дверь для Хейла. Он должен был знать, что это незаконное проникновение. — Я смотрю на Лиама, а затем обратно на детектива.

— Кэйт, Райан связался с правоохранительными органами и делает все, чтобы Тони понес наказание за свое участие во всем этом. Миранда знала о причастности Тони, и это также будет учитываться.

Я киваю. Хорошо.

— Я слышал, ваши люди из службы безопасности выснили, как Хейл ускользал от камер?

— Да, — говорит Лиам. — Хейл определенно знал, как взломать и управлять системой безопасности. Проводной и беспроводной. — Он смотрит на меня. Мы оба знаем, как Майк зол на Хейла.

— Я хотел бы, чтобы вы были в курсе, — продолжает детектив, — что мы нашли дневник вашего отца. Он записал свои беседы с Хейлом и, кажется, ваш отец говорил правду о попытке сорвать планы Хейла относительно вас двоих.

Поднимаю глаза на Лиама, и, хотя уверена, что детектив не может видеть боль на его лице, не упускаю это из вида.

— Согласно записям, Хейл принял меры, чтобы они смогли выехать из страны в Южную Америку после того, как ваш отец унаследовал бы ваше имущество. У него были планы по продаже активов и размещении денег на оффшорных счетах.

Брови Лиама приподнимаются. Подозреваю, что он думает о том же, что и я — как Винсент Хейл мог настолько контролировать его отца?

— Детектив Джером, спасибо, что зашли поделиться тем, что вы узнали, с нами, вы можете связаться с моим адвокатом, если у вас еще что-нибудь появится, — сообщает ему Лиам.

Детектив встает, и Лиам подает мне свою руку, помогая подняться.

— Я очень рад, что ни вы, ни миссис Джастис не пострадали. Это было очень предусмотрительно с вашей стороны установить тревожную кнопку.

Я хватаюсь за руку Лиама и наклоняюсь к нему. Когда он пошел за мной с вечеринки, он нашел дверь на крышу приоткрытой. Увидев, что его отец держит пистолет, тут же нажал кнопку на своем телефоне.

Детектив протягивает руку Лиаму. — Спасибо за уделенное время и ... наверное, не стоит говорить об этом, но я не жалею, что ваш сотрудник стрелял в Винсента Хейла.

Я смотрю на Лиама, но не вижу никакой реакции на слова детектива.

— Он никогда больше не навредит еще одной молодой девушке. Мне просто жаль, что он стрелял в моего отца.

Детектив опускает глаза. — Я знаю не так уж много, но ... ваш отец спас вам жизнь в ту ночь, встав перед вами, чтобы оградить от пули.

Лиам молчит, пока детектив снова откашливается.

— Спасибо, детектив Джером. Я провожу вас.

— Миссис Джастис. — Детектив кивает в мою сторону.

— До свидания и спасибо вам, — прощаюсь я.

Останавливаюсь в дверях кухни. Мама сидит на одной из кухонных табуреток, разговаривая с Валери, которая улыбается и кивает на то, что ей говорят.

Эмили и Джули смеются, Брюс наливает вино в бокалы. Все, что он говорит дальше, заставляет их обеих краснеть.

Лиам подходит ко мне сзади и кладет руку на мою грудь, притягивая к себе. Я прижимаюсь к его твердой груди.

— Ты в порядке?

Поворачиваюсь и обнимаю его за шею.

— Я? А ты в порядке? — Тихо спрашиваю у него.

— Сейчас да, дорогая. — Он улыбается, нежно целуя меня.

Внезапная мысль о том, насколько близка я была к тому, чтобы потерять его, пугает меня, и я сильнее обнимаю его. Он также крепче сжимает меня в своих объятиях и углубляет поцелуй, как будто подумал о том же.

— Эй, вы двое! Снимите номер! — Кричит Брюс.

Лиам усмехается.

Я поворачиваюсь к Брюсу, но он застенчиво смотрит в сторону моей мамы и Валери. — Прошу прощения, дамы.

Пытаюсь отойти от Лиама, но он тянет меня назад. — Райан уже здесь. Мне нужно поговорить с ним.

— Насчет чего?

— Моей идеи по реорганизации «Джастис Хаус».

— Ты уверен?

— Совершенно. — Он наклоняется ко мне так, чтобы моя мама и Валери не услышали. — Нам нужно превратить его в семейный дом, дорогая. Где можно воспитывать детей и вместе провести старость.

— Любое место, где будешь ты и наши дети, будет меня домом, Лиам.

Его рот медленно расплывается в улыбке, он наклоняется и дарит мне короткий, сладкий поцелуй.

— Брюс? — Брюс поворачивается и смотрит на него. — Готов?

— Да.

Лиам сжимает мой подбородок и еще раз целует.

— Дамы, пожалуйста, простите, у нас встреча. Рад видеть тебя, Валери.

Она улыбается в ответ.

Когда Лиам и Брюс идут вниз по коридору, Лиам оглядывается назад и ловит мой взгляд своими невероятными голубыми глазами. Я чувствую, что пол уходит из-под ног просто от того, что человек, которого я люблю, который является всем для меня, дарит мне одну из своих «снимай-трусики» улыбок.

Восемнадцать месяцев спустя.

Я сижу со скрещенными ногами на полу в гостиной, моя дочь сидит передо мной. Ее маленькая ручка тянется к кубикам, которые мы складываем.

— Какого цвета этот?

Ярко-голубые глаза, такие же, как и у ее отца, смотрят на меня.

— Говубой.

— Верно, голубой, — повторяю за ней.

В это время раздается звук открывающегося лифта.

— Ой! Кто здесь? — Спрашиваю я, преувеличивая удивление.

Красивый маленький рот дочурки образует идеальную «О», ее глазки расширяются от волнения.

Я держу свою руку на случай, если ей понадобится помощь, пока малышка поднимается на ножки, но она определенно независимая маленькая девочка.

Я хлопаю в ладоши. — Кто это?

— Паа—паа!

— Папа! — Повторяю я взволнованно.

Она бежит к двери, Лиам входит и поднимает ее на руки.

— Привет, принцесса.

Она обнимает его за шею, когда он прижимает ее к себе, уткнувшись носом в ее локоны. Его глаза сразу же ищут меня.

Он слегка улыбается. — Привет, красавица.

Я встаю, и Лиам притягивает меня в свои объятия. Мы стоим так в течение нескольких минут, я закрываю глаза и мысленно благодарю Бога за мужа и ребенка. Вижу тепло в глазах Лиама. Он наклоняется, чтобы уткнуться носом в мои волосы, а дочка уже ковыряется в кармане его рубашки.

Я встаю на цыпочки, и Лиам нежно целует меня.

— Как ты, дорогая? — Произносит он возле моих губ.

Никогда не устану слышать то, как он меня называет. Поднимаю руку, чтобы провести по его красивому лицу. Голубые глаза улыбаются мне.

— Теперь, когда ты дома, все просто отлично.

Плейлист

Dance Me to the End of Love — The Civil Wars

I Surrender (Piano Version) — Digital Daggers

Fallin —Alicia Keys

Say Something — A Great Big World

Slipping Away — Barcelona

I Won’t Give Up — Jason Mraz

All Good Things (Come to an End) — Nelly Furtado

Apologize — One Republic

Blue Blood — Laurel

Thinking Out Loud — Ed Sheeran

Content

ЛВП Unknown