Валери Боумен

Милая обманщица

Valerie Bowman

THE ACCIDENTAL COUNTESS

Печатается с разрешения издательства St. Martin’s Press, LLC и литературного агентства Nova Littera SIA.

Серия «Шарм» основана в 1994 году

© Valerie Bowman, 2014

© Перевод. Е. А. Ильина, 2014

© Издание на русском языке Publishers, 2016

* * *

Глава 1

Лондон,

начало октября 1815 года

– Как можно отправиться на званый обед за город к человеку, которого не существует? – Кассандра Монро поставила чашку с чаем на столик и ошеломленно уставилась на кузину Пенелопу, которая, по ее мнению, окончательно лишилась рассудка.

Лучшая подруга Кассандры Люси Хант, недавно ставшая женой герцога Кларингтона, тоже с нетерпением ждала ответа Пенелопы. Вся эта история казалась совершенно бессмысленной. Кассандра и Люси, приехавшие к Пенелопе по ее же просьбе, вот уже битый час не могли добиться от нее вразумительных объяснений относительно ее неуловимой подруги Пэйшенс.

Касс потерла пальцами виски. Головная боль, начавшаяся несколько минут назад, постепенно переходила в сводящую с ума мигрень.

– Да. Расскажи-ка нам, кто такая эта самая Пэйшенс, – подхватила Люси.

Пенелопа положила в рот еще один кусочек пирога, неторопливо вытерла пальцы салфеткой и округлила глаза.

– Именно это я и пытаюсь вам объяснить. – Голос Пенелопы звучал мягко и успокаивающе, словно она разговаривала с парочкой умалишенных. – Пэйшенс не существует.

Люси постучала пальцем по щеке.

– Да, мне показалось, что именно так ты и сказала, дорогая. Именно поэтому мы и считаем твою затею совершенно бессмысленной.

Кивнув, Касс выжидательно посмотрела на кузину. Слава богу, что здесь Люси. Пен зачастую сбивала ее с толку, а сегодня Кассандре и вовсе начало казаться, будто это она, а не ее кузина, лишилась рассудка. Люси же с ее склонностью к прямоте непременно докопается до сути дела.

Пен пожала плечами и подтянула лиф своего красновато-коричневого платья.

– Я придумала Пэйшенс в качестве оправдания.

Касс склонила голову на бок и осторожно посмотрела на кузину.

– Но на прошлой неделе ты сказала мне, будто ходила с Пэйшенс за покупками на Бонд-стрит.

– Именно! – воскликнула Пенелопа.

– Что ты хочешь этим сказать, дорогая? – Сдвинув брови, Люси бросила на Кассандру взгляд, свидетельствующий о том, что теперь она наконец поняла, что имела в виду ее лучшая подруга, утверждая, будто Пен немного не в себе.

Пенелопа поднялась со своего места и подошла к большому эркерному окну, выходящему на улицу.

– Все довольно просто. – Она провела пальцем по стеклу. – Я придумала Пэйшенс Банбери, чтобы не делать того, что мне не хочется.

Касс прищурилась.

– Не делать того, что не хочется?.. То есть ты не хотела идти со мной в театр?

– Совершенно верно.

– Ты придумала Пэйшенс и сказала, что уже договорилась о встрече с ней? – продолжала выспрашивать Кассандра.

– Именно так, – кивнула Пенелопа, и ее круглое лицо озарилось улыбкой. – Если быть точной, я придумала Пэйшенс не для того, чтобы отказаться от визита в театр. Моя новая подруга появилась еще прошлым летом, и я вспомнила о ней, когда ты предложила сходить на представление. Именно за это я так и люблю Пэйшенс. Она – идеальное оправдание для всего!

Касс нахмурилась. Мигрень усиливалась с каждой минутой.

– Но почему ты решила рассказать об этом именно сейчас?

– Потому что мне нужна ваша помощь, – просто ответила Пенелопа.

Касс склонила голову.

– Помощь касается Пэйшенс?

– Нет. Вернее, да. В какой-то степени.

– Боюсь, я не совсем понимаю тебя, дорогая, – заметила Люси.

Касс закусила губу, чтобы сдержать улыбку. Теперь, когда Люси считала себя старой замужней женщиной, она всех называла «дорогая», и Касс эта привычка казалась довольно очаровательной.

Пен отвернулась от окна и топнула ногой.

– Я попросила вас приехать сегодня, так как нуждаюсь в вашей помощи. Мне нужно помочь с капитаном Свифтом, который прибудет сюда в самое ближайшее время.

Касс судорожно втянула носом воздух. Капитан Свифт? Джулиан? Прибудет с минуты на минуту? Она пригладила волосы, села чуть прямее и потянула перчатки за кончики пальцев.

Несколько лет назад капитан Свифт и Пенелопа едва не объявили о помолвке. Он был самым замечательным и красивым джентльменом на свете, только вот Пенелопа совсем не желала его видеть. В сражении под Ватерлоо Джулиан получил серьезное ранение и последние три с половиной месяца поправлял здоровье. Он едва не умер, и Кассандра не переставала молиться за него и посылать ему письма, в то время как Пенелопа не позаботилась ни о том, ни о другом. Касс знала, что Джулиан должен вернуться с континента, но не ожидала, что это произойдет так скоро. Она судорожно сглотнула.

Не глядя на подругу, Люси пожала ее руку.

– Вряд ли она хотела сказать, что капитан Свифт приедет прямо сейчас, дорогая, – прошептала она, и Касс немного расслабилась.

Люси знала, как Джулиан Свифт был дорог Кассандре. Однако это вовсе не означало, что Касс собиралась отбить суженого у собственной кузины. Это было бы отвратительно. Она хотела просто увидеть капитана Свифта. Один раз. Чтобы убедиться, что он действительно жив и выздоравливает. А потом… она его отпустит. Пожелает им с Пенелопой счастья и постарается никогда больше о нем не думать. По крайней мере, так, как Кассандра думала о нем сейчас. Возможно, она уйдет в монастырь. С губ Кассандры сорвался вздох.

Взглянув на Люси, Пенелопа покачала головой.

– Нет, ты ошибаешься. Именно это я и хотела сказать. Я действительно ожидаю капитана Свифта с минуты на минуту.

Касс схватилась за горло.

– Не могу дышать.

Люси еле заметно повернулась и погладила подругу по коленке.

– Все будет хорошо, дорогая. – Она указала пальцем на Пен. – Постой… Ты пригласила нас к себе, чтобы рассказать о своей несуществующей подруге, зная о визите капитана Свифта?

Пен кивнула, и густые каштановые локоны, вздрогнув, коснулись ее круглых щек.

Касс все еще пыталась восстановить дыхание. Джулиан приезжает? Его ждут с минуты на минуту? Она никак не могла переварить полученную информацию. Кассандра так долго ждала этого момента, представляла его, мечтала о нем. Но теперь, когда он наконец настал, ее охватила паника. Будь Кассандра одной из слабых духом светских дам, она непременно лишилась бы чувств. Но, к счастью, ей это было несвойственно.

Кассандра опустила глаза и посмотрела на свой наряд. Ну почему сегодня она надела это неприметное светло-голубое платье? Еще утром оно выглядело весьма симпатичным, а теперь казалось невероятно скучным. Рука Кассандры взметнулась вверх. Ну зачем она позволила служанке собрать волосы в простой пучок на затылке? Нельзя встречать Джулиана в таком неприглядном виде. О, как же это неправильно!

– Сделай глубокий вдох, дорогая, – прошептала ей на ухо Люси.

Касс последовала совету подруги, и у нее закружилась голова. А ведь так недалеко и до обморока, верно? Или нет? О, господи. Наверное, она все-таки такая же слабая, как и остальные девушки ее круга. Хотя при определенных обстоятельствах кто угодно может лишиться чувств, не так ли? В голове у Кассандры гудело. Ладони и подмышки вспотели. Чудесно! Она впервые за семь лет встретится с Джулианом, благоухая как живущая на ферме коза. Кассандра принюхалась.

– Не правда ли, дорогая? – спросила Люси, поворачиваясь к подруге.

Касс замерла.

– П-прошу прощения? – Она не слышала ни слова из того, о чем говорили Пенелопа и Люси.

– Я только что сказала твоей кузине, что она должна подробно объяснить нам все происходящее.

Пен подбоченилась.

– Именно это я и пытаюсь сделать.

– Так продолжай, дорогая, и попытайся на этот раз выражаться яснее, – произнесла Люси.

Пен набрала в грудь воздуха.

– Капитан Свифт появится здесь в любой момент, поэтому я хочу, чтобы ты, Касс, встретила его и рассказала ему о Пэйшенс.

Кассандра недоуменно посмотрела на кузину. Вот теперь она была уверена, что истерики не миновать. Почему Пенелопа несет какую-то чушь о несуществующей женщине, в то время как Джулиан вот-вот войдет в эту самую комнату?

– Что я должна рассказать о Пэйшенс?! – Касс едва не сорвалась на крик, но тут же прикрыла рот ладонью, ошеломленная собственной грубостью.

Люси и Пенелопа вскинули брови.

Кассандра глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и покачала головой.

– Я хотела сказать, какое отношение имеет Пэйшенс к Джули… э… капитану Свифту?

– Меня тоже интересует этот вопрос, – кивнула Люси, стараясь сгладить неловкость.

Пен одарила собеседниц таким взглядом, словно считала их умалишенными.

– Я сообщила капитану Свифту о том, что уезжаю на пару недель за город навестить свою подругу Пэйшенс и принять участие в вечеринке, которую она устраивает.

– Ты уезжаешь из города? Накануне приезда капитана Свифта? – голос Касс прозвучал непривычно тонко и пискляво.

Пен глубоко вздохнула и, сложив руки на груди, принялась расхаживать перед окном взад и вперед.

– Нет, на самом деле я никуда не уезжаю. Вернее, я уехала бы позже, но капитан Свифт решил навестить меня раньше, чем я предполагала. Его письмо доставили с утренней почтой, а он сам прибудет в следующем почтовом экипаже. Очевидно, на предыдущем не было свободного места, поэтому он и отправил письмо.

Люси округлила глаза.

– Пен, дорогая, я до сих пор не понимаю, о чем ты говоришь.

Касс сцепила пальцы.

– Да, Пен, что ты имеешь в виду?

Пенелопа отошла от окна, плюхнулась в кресло и шумно выдохнула.

– Я говорю о предлоге – благовидном предлоге – который позволил бы мне избежать встречи с капитаном Свифтом, когда тот приедет.

– Ты считаешь вечеринку в загородном доме весомым предлогом? – Люси одарила Пен взглядом, красноречиво свидетельствующим о том, что если кто-то из них троих и сошел с ума, то это отнюдь не Кассандра и не она.

Однако Пен лишь отмахнулась.

– Я сообщила ему, что уже приняла приглашение, так как моя дорогая Пэйшенс очень нуждается в поддержке. Ее только что бросил мистер Альбус Альбатросс, и она устраивает бал, чтобы окончательно не впасть в уныние.

– Что? Кто такой мистер Альбус Альбатросс? – Касс вновь потерла виски. Происходящее в гостиной Пенелопы лишь усилило боль.

Люси откашлялась.

– Полагаю, мистера Альбуса Альбатросса не существует, дорогая, поскольку и сама Пэйшенс – вымышленный персонаж.

Пальцы Касс сжались в кулаки. Она никогда не испытывала злости. Никогда. Иногда расстраивалась или даже досадовала на что-то. Но чтобы злиться? Нет. Благопристойным юным леди не подобает испытывать злость, а Касс была сама благопристойность. Но теперь, когда она смотрела на Пен, продолжающую нести полную бессмыслицу, в ее душе постепенно закипал горячий ослепляющий гнев. Пен играла с Джулианом, совершенно не заслуживающим подобного обращения.

– Клянусь, Пен, если ты сию же минуту не объяснишь, в чем дело, я уйду отсюда и никогда больше не стану с тобой разговаривать! – Кассандра указала кивком на дверь.

Люси и Пенелопа удивленно переглянулись.

– Господи, Касс, до сего момента я ни разу не слышала, чтобы ты повысила голос, – заметила Люси.

Кассандра дрожала всем телом, а ее пальцы были по-прежнему сжаты в кулаки. Она гневно посмотрела на кузину.

– Я до сих пор не пойму, к чему все это. Почему ты не хочешь видеть мужчину, за которого собираешься выйти замуж?

Пен хватило сознательности слегка опустить голову.

– Просто… Я не могу. Было так тяжело, когда я думала, что он умирает, а теперь… О, я не знаю. Мне нужно время, чтобы все обдумать.

– Что именно? – не унималась Кассандра, скрестив руки на груди и не отрывая от кузины неодобрительного взгляда.

– Ты знаешь. Он захочет назначить дату и начать подготовку к свадьбе. А я… Я просто не готова.

Касс поджала губы. О, да. А с какой стати ей быть готовой? Ведь для этого у нее было каких-то семь лет. Весь этот фарс был вполне в духе Пен. Она всегда просила кузину о странных одолжениях, и сегодняшняя более чем нелепая просьба вовсе не должна была удивить Касс. Касс же, будучи благопристойной молодой леди, преданной кузиной и подругой, всегда соглашалась со всем, что бы ни предложила Пенелопа. Но сегодня она ни за что не даст своего согласия. Только не в случае с Джулианом. Она не может этого сделать. И не станет.

Люси беспокойно заерзала на диване и сделала глоток чая.

– То есть ты хочешь сказать, что, желая избежать встречи со своим суженым, который только что вернулся с войны и которого ты не видела много лет, ты придумала себе подругу, на чьей вечеринке собираешься пробыть до тех пор, пока не сочтешь, что пришло время вернуться в Лондон и принять решение?

Пен улыбнулась и радостно закивала.

– Именно.

– А что думает обо всем этом твоя мать? – поинтересовалась Люси.

– О, она ничего не знает. Я спрятала письма капитана Свифта. К тому же их с отцом нет сегодня дома. – Пенелопа повернулась к кузине. – Вот почему мне необходимо было увидеться с тобой, Касс. Джулиан тебя знает. Ты ему нравишься. Ведь ты писала ему все эти годы, не так ли? Вы же друзья, верно?

Касс кивнула. Она не решалась посмотреть Пенелопе в глаза. «Да, мы друзья. Но я хочу гораздо больше». О, она самая ужасная кузина на земле! Пенелопа непременно выгнала бы ее из дома, если бы узнала, как сильно Кассандра желает ее будущего мужа. И уж точно не стала бы просить об этом поистине неслыханном одолжении.

Люси отставила чашку и вытерла губы салфеткой.

– Еще один вопрос.

Пен нетерпеливо закивала.

– Я тебя слушаю.

– Ты совсем лишилась рассудка? – невозмутимо спросила Люси. – Или лишь отчасти, дорогая?

Касс пришлось поспешно отвернуться, чтобы Пенелопа не увидела ее улыбки.

Пен ошеломленно захлопала глазами.

– Не понимаю, о чем ты.

Она поднялась с кресла, взяла чашку с чаем и вновь направилась к окну.

– Мне лишь нужно…

Чашка выскользнула из рук Пенелопы, с глухим стуком ударилась об пол, и ее содержимое вылилось на дорогой абиссинский ковер.

– О, господи! Он здесь! – воскликнула Пен.

Снедающий душу Кассандры гнев тотчас же сменился холодным липким страхом. Она прижала ладонь к животу.

– Кажется, меня сейчас стошнит.

Люси сжала руку подруги и громко обратилась к Пенелопе:

– Кто именно?

Пенелопа в панике развернулась.

– Капитан Свифт! Он здесь! – Подбежав к двери, она оглянулась. – Касс, Касс, пожалуйста, – взмолилась Пенелопа. – Ты должна сделать это для меня. Ты должна сказать капитану Свифту, что я уехала за город навестить свою подругу Пэйшенс. Ты должна.

Зубы Касс принялись отбивать дробь, и она замотала головой. Она не может этого сделать. Не может и все.

– Но я не видела его семь лет, Пен. Я была совсем ребенком, когда мы виделись последний раз. И кроме того…

– Пожалуйста! – взвизгнула Пен. – Я должна идти. Поднимусь на второй этаж по черной лестнице, и он меня не увидит. Касс, пожалуйста, сделай это для меня. Пожалуйста! – С этими словами Пенелопа выскользнула из гостиной.

Касс ошеломленно смотрела на пустую чашку на ковре, вновь и вновь прокручивая в голове последние события. В камине треснуло полено, и гостиную заполнил запах горелой древесины.

– Этого не может быть. Просто не может, – пробормотала Кассандра.

Люси глубоко вздохнула и провела руками по ногам, поправляя подол платья.

– Похоже, это все-таки случилось, – успела произнести она, прежде чем дверь гостиной отворилась и на пороге появился дворецкий Пенелопы.

– Капитан Джулиан Свифт, – сообщил он.

– Просите, – величаво произнесла Люси, словно это она была хозяйкой дома, а потом поспешно повернулась к подруге и схватила ее за плечи. – Касс, посмотри на меня.

Кассандра подняла голову. Мигрень сменилась каким-то странным головокружением, и Касс схватилась за гладкий атласный рукав платья Люси.

– Ты выглядишь так, словно перепугана до смерти. – Люси сжала плечи подруги и ободряюще ее встряхнула.

– Я действительно перепугана до смерти. О, Люси. Что мне сказать? Что сделать? – Кассандра беспомощно заглянула подруге в глаза. Ведь Люси всегда так благоразумна и рациональна. Она наверняка знает, что делать. Не так ли?

Люси кивнула, в ее глазах вспыхнула решимость.

– Не волнуйся, Касс. Я все улажу. Позволь говорить мне. У меня появилась идея.

Глава 2

Касс слышала, что люди могут внезапно лишиться способности дышать. И она видела раз или два, как с кем-то это случилось в переполненном душном зале. Однажды леди Сара Маркем лишилась чувств прямо посреди танцевального зала на балу у Торнтонов. Тогда лакеи отнесли бедняжку в одну из комнат, а ее мать сообщила, что приведет дочь в чувство при помощи нюхательной соли и какого-то снадобья, которое всегда носила с собой в сумочке. Однако Касс никак не ожидала, что подобная драма приключится с ней самой. Хотя все когда-то случается впервые. Перед ее глазами заплясали черные точки, а стены гостиной стали падать на нее с угрожающей быстротой. На мгновенье ей показалось, что она слышит аромат апельсинов. В ушах зашумело так, что ей пришлось схватиться за подлокотник дивана.

Люси сказала: «Позволь говорить мне». Ну конечно же Касс позволит ей это. Ибо в умении говорить Люси не было равных. Сегодня же Касс была как никогда благодарна подруге за ее великодушие. Ведь сама она не смогла бы издать ни звука, даже если бы ее начали жечь каленым железом.

Да, говорить станет Люси. Так и должно быть. Вообще-то прошлым летом на балу Касс, Люси и их подруга Джейн договорились использовать сильные стороны друг друга, чтобы добиться от жизни желаемого. Для начала Люси помогла Кассандре избавиться от нежеланного ухажера – герцога Кларингтона, со временем поняв, что он идеально подходит ей самой.

Затем они дали обещание своей ученой подруге Джейн убедить ее родителей оставить навязчивые попытки выдать дочь замуж. Джейн хотела лишь, чтобы ее оставили в покое и дали возможность заниматься наукой и писать, вместо того чтобы посещать все эти ужасные балы и званые обеды.

Теперь настала очередь Джейн помочь подруге, но вместо нее в гостиной Пенелопы оказалась обладающая невероятным красноречием Люси, за что Кассандра была несказанно благодарна судьбе.

Дворецкому потребуется всего несколько минут, чтобы проводить посетителя в гостиную. Кассандра сложила руки на коленях, судорожно сглотнула и расправила плечи. Теперь оставалось лишь сосредоточиться на том, чтобы не свалиться с дивана, лишившись чувств.

– Ты выглядишь совершенно бесподобно, дорогая, – с ободряющей улыбкой произнесла Люси. – Капитан Свифт наверняка будет сражен твоей красотой.

– Я не шутила, когда сказала, что меня стошнит, – ответила Кассандра.

– Не стоит этого делать, милая, – поспешила сказать Люси.

Кассандра поймала ртом воздух и кивнула в тот самый момент, когда дверь гостиной снова распахнулась и на пороге возник капитан Джулиан Свифт.

Из горла Кассандры вырвался какой-то странный тихий звук. Что это было? Вздох? Стон? Наверное, и то, и другое одновременно. Она повернула голову и посмотрела на гостя ставшими круглыми, точно блюдца, глазами.

Джулиан здесь. Не мечта, не воспоминание, а живой мужчина из плоти и крови. Он показался Кассандре еще более красивым и сногсшибательным, чем прежде. Когда они виделись в последний раз, ей как раз исполнилось шестнадцать, а Джулиану – двадцать три. Она была совсем ребенком и взрослела не слишком быстро. Касс ненавидела свои светлые волосы, непослушно торчавшие в разные стороны, непримечательные голубые глаза и веснушки на носу. К тому же в те времена она отличалась крайней худобой и старательно прятала от посторонних глаз костлявые коленки. Касс надеялась когда-нибудь превратиться в прекрасного лебедя, как предрекали ей друзья. Но сейчас, глядя на Джулиана, она помнила себя всего лишь нескладным гадким утенком. Впрочем, друзья зачастую бывают необъективны, одаривая друг друга комплиментами.

Касс смотрела на Джулиана, окончательно лишившись дара речи. Ее взгляд коснулся мысков его сапог и поднялся вверх. На нем была военная униформа. О, как ладно она на нем сидела! Темно-красный китель с эполетами, темно-серые бриджи, начищенные до блеска сапоги… Высокий и широкоплечий блондин, он обладал самыми восхитительными серыми глазами на свете.

Заметив сидящих на диване женщин, Свифт расплылся в улыбке. Касс снова вздохнула. Годы тяжелой службы на благо короны никак не сказались на его зубах. Они оставались такими же безупречно ровными и белоснежными. Джулиан выглядел гораздо старше, чем прежде, в уголках его глаз появились морщинки, которых там раньше не было, но, несмотря на это, он оставался самым красивым мужчиной на свете. Даже красивее, чем в ярких и реалистичных снах Кассандры.

И вот теперь он стоял прямо перед ней.

На его лице застыло удивленное и немного озадаченное выражение. Он не отрывал глаз от Касс, даже не взглянув в сторону Люси. Та переводила взгляд с подруги на капитана Свифта, и Касс с трудом заставила себя переключить внимание на подругу. Глаза Люси горели тем особенным блеском, который появлялся в них всякий раз, когда ей в голову приходила какая-нибудь невероятная идея. Однако Касс было некогда раздумывать над этим. Она поднялась со своего места, чтобы поприветствовать Джулиана. Узнал ли он ее? Выражение его лица свидетельствовало о том, что узнал. Или же все-таки?..

– Джу… Джулиан, – прошептала Кассандра.

Сомкнувшиеся на ее руке пальцы Люси заставили Касс замолчать. Ах, да, Люси просила предоставить ей возможность вести разговор.

Люси встала с дивана и присела в изящном реверансе.

– Капитан Свифт.

– Миледи? – ответил Джулиан тоном, свидетельствующим о том, что он понятия не имеет, кто перед ним стоит.

– Я – леди Уортинг, – представилась Люси.

Касс еле слышно охнула. Почему Люси назвалась вымышленным именем?

– Леди Уортинг, – повторил Джулиан, склоняясь над ее рукой. – Очень приятно познакомиться.

Еле дыша, Касс ждала, когда представят ее. Джулиан должен знать, кто она такая. Кассандра не осмеливалась поднять на него глаза. Что, если в его взгляде промелькнет разочарование? Она этого не вынесет.

– А это… – Люси намеренно сделала паузу, указывая рукой на Касс.

Кассандра вновь затаила дыхание.

Ей казалось, что пауза тянется невероятно долго, хотя на самом деле прошло всего несколько секунд. Касс взглянула на Джулиана. Ее имя вот-вот сорвется с его губ. Что делать? Присесть в реверансе? Как она должна вести себя в сложившейся ситуации? Перед ней стоял мужчина, которому она писала почти каждый день на протяжении последних семи лет. Она знала о нем гораздо больше, чем Пен. Она думала о нем, мечтала о нем, плакала ночи напролет, когда узнала, что он может умереть. И вот он здесь. И снова смотрит на нее. Только повзрослевшую.

Сдвинув брови, Джулиан смотрел на нее так, словно увидел привидение.

– Пенелопа? – спросил он со смесью благоговения и неверия.

Рот Касс открылся помимо ее воли. Джулиан не узнал ее. Пен, очевидно, он тоже не помнил. Когда они виделись в последний раз, Пенелопе только исполнилось восемнадцать лет. Впрочем, она мало изменилась. Разве что немного увеличилась в объемах.

– Нет, – выдохнула Касс, покачав головой.

Люси развернулась на каблуках и бросила на подругу уничтожающий взгляд.

– Позволь мне, – процедила она сквозь зубы тоном, приказывающим Кассандре замолчать.

О господи, Люси явно что-то замыслила, и, как всегда, ее план окажется ужасно запутанным и трудным для понимания.

Лучезарно улыбнувшись, Люси повернулась к Джулиану.

– О боже, вы ошиблись, но мы здесь по той же причине, что и вы. Повидать Пенелопу.

Касс молча стояла рядом с подругой, хотя ее сознание бунтовало. Что Люси делает? Почему она ее не представила? Ситуация становилась все более неловкой.

– Прошу вас, присаживайтесь, капитан Свифт. – Люси указала на кресло, в котором несколько минут назад сидела Пенелопа.

Джулиан с неохотой сел, не сводя взгляда с Касс и раздумывая о том, кто же она такая.

– Не хотите ли чаю, капитан? – поинтересовалась Люси самым беззаботным тоном, на какой только была способна. При этом она выглядела так, словно вовсе не сидела в чужой гостиной рядом с леди, которую даже не удосужилась представить. Касс готова была взорваться от смущения, а Люси продолжала играть роль радушной хозяйки, не переставая лучезарно улыбаться.

– Нет, благодарю вас. Я не пью чай, – ответил Джулиан.

Касс посмотрела на свои руки и потянула перчатки за кончики пальцев. О господи, сейчас Джулиан увидит валяющуюся на ковре чашку и заинтересуется тем, почему она там оказалась. А потом сложит части этой нелепой головоломки воедино.

Вновь сдвинув брови, Джулиан посмотрел на Люси.

– Мисс Монро… Пенелопа… здесь?

Люси вздохнула.

– Боюсь, ее здесь нет, капитан. Хотя мы с подругой тоже ее разыскиваем. Похоже, мы неудачно выбрали время для визита.

Касс не отрывала глаз от собственных рук. С подругой? Что Люси собирается делать?

– Не понимаю, – произнес Джулиан. – Дворецкий сказал…

Люси подалась вперед и понизила голос.

– Пусть это останется между нами, капитан Свифт, но в последнее время дворецкий семейства Монро немного не в себе. – Люси покачала головой, как если бы сообщила очень плохую новость.

– А, теперь я понимаю. – Джулиан кивнул.

Касс закусила губу. Что Люси вытворяет? И как долго ей придется молчать?

– Сегодня утром я послал Пенелопе письмо, в котором сообщал, что приеду после обеда. Наверное, она его не получила, – произнес Джулиан, на лице которого отразилось разочарование.

Касс сгорала от желания пожать ему руку, провести пальцами по сильному подбородку, сказать что-нибудь, например, назвать собственное имя. Но больше всего ей хотелось просто любоваться любимым лицом теперь, когда Джулиан вернулся домой живым и невредимым.

Люси налила себе еще немного чаю.

– Похоже, мы перепутали дни, и мисс Монро уже уехала, – пояснила Люси.

Касс в очередной раз вздохнула. Очевидно, Люси вознамерилась следовать сумасшедшему плану Пен. Да, да, она собиралась сделать именно это – сообщить Джулиану, что Пен уехала на вечеринку к своей несуществующей подруге. Хотя это просто нелепо.

– Уже уехала? – Брови Джулиана вновь сошлись на переносице.

– Да, и вот что удивительно: она едет как раз туда, куда направлялись и мы. – Люси отхлебнула чаю.

– И куда же именно? – спросил Джулиан.

– В гости к мисс Банбери, конечно, – ответила Люси.

– В гости к мисс Банбери? – переспросил Джулиан.

– Да. Пэйшенс Банбери – одна из ближайших подруг Пенелопы. Разве она не рассказывала вам о ней в своих письмах?

– Я… – Джулиан откашлялся и неловко заерзал в кресле. – Мисс Монро редко пишет.

Люси удивленно вскинула брови.

– Редко пишет? О, тогда я, должно быть, ошиблась относительно вашего статуса, капитан. У меня сложилось впечатление, что вы с Пенелопой помолвлены. – Люси развернулась так, чтобы ее видела только Касс, и подмигнула.

Касс хотелось наступить подруге на ногу, но сейчас она могла только кивать и улыбаться. Она чувствовала себя не вправе разговаривать, поскольку ее до сих пор не представили. Но, судя по всему, именно этого Люси и добивалась.

Джулиан отвел взгляд и потянул за ворот кителя.

– Да. Мы собирались обручиться… со временем. Но я хотел сказать, что Пенелопа действительно упоминала мисс Банбери в своем последнем письме.

Люси сделала еще глоток.

– А, значит, вы все о ней знаете. – Люси испустила полный драматизма вздох. – В любом случае, Пенелопа уехала из дома преждевременно. Она пропустила встречу не только с нами, но и со своим суженым, вернувшимся с войны. Какая жалость!

– Вы сказали, что тоже направляетесь к мисс Банбери, – произнес Джулиан. – Стало быть, вы знаете, где состоится эта вечеринка?

– О, да. Конечно же нам это известно, – невозмутимо ответила Люси.

– Могу ли я побеспокоить вас просьбой о том, чтобы вы указали мне адрес? Мне необходимо как можно скорее поговорить с Пенелопой.

Губы Люси улыбались, в то время как взгляд оставался совершенно серьезным.

– Не терпится увидеть свою будущую невесту, капитан Свифт?

Джулиан вновь потянул за воротник.

– Что-то вроде того.

Касс пришлось отвести взгляд. Как же это мучительно! Она не могла больше слушать. Интересно, какой адрес назовет ему Люси? Господи, как все это нелепо. Нужно сказать правду прямо сейчас, пока их не поймали на лжи.

– Я счастлива сообщить вам адрес, капитан Свифт. – Люси поставила чашку на стол и сложила руки на коленях. – И даже больше.

– Больше? – Джулиан заинтересованно склонил голову набок.

Касс бросило в жар, а потом обдало холодом. Внезапно все встало на свои места – хитрое выражение глаз Люси, нежелание представить подругу, задаваемые ею вопросы.

– Да. – Люси развернулась к Кассандре и взмахнула руками, словно та только что вошла в гостиную. – Потому что это – мисс Пэйшенс Банбери, и она будет счастлива пригласить вас к себе на вечеринку.

Глава 3

Как только за Джулианом Свифтом закрылась дверь, Касс заставила себя сосчитать до пятидесяти. Она убедилась, что он отошел от дома на почтительное расстояние, и только затем подскочила и набросилась на подругу.

– Люси, как ты могла? Как ты могла!

Однако Люси спокойно сидела на диване и как ни в чем не бывало поправляла выбившиеся из прически темные локоны.

– Касс, если ты сядешь и здраво поразмыслишь обо всем, ты поймешь…

Кассандра, прижав ладони к горящим щекам, принялась расхаживать перед камином.

– Здраво? Здраво! Мне кажется, здравомыслие покинуло эту комнату час назад, когда Пен принялась разглагольствовать о женщине, которой не существует!

Однако в ответ на это Люси лишь вскинула бровь.

– Сядь, Касс. И позволь мне все объяснить.

Но Кассандра не могла спокойно сидеть на месте. Она могла лишь нервно ходить по ковру и тянуть перчатки за кончики пальцев. Как, скажите на милость, теперь выпутываться из сложившейся ситуации? Джулиан не сообщил, куда направляется, но можно предположить, что он поедет в Мейфэр к своему старшему брату графу Свифтону и наверняка останется там, пока не подыщет собственное жилье. Или же…

– Люси, а ты не подумала о том, что в этот самый момент Джулиан направляется к своему ближайшему другу – твоему мужу?

Люси вздернула подбородок.

– Конечно же я об этом подумала.

– И тем не менее ты не остановилась?

Люси кивнула.

– Именно поэтому я не назвала своего настоящего имени. Я подумала и об этом, и еще кое о чем. И если ты сядешь и успокоишься, я расскажу тебе, каким образом сработает мой план.

Касс всплеснула руками.

– Он не может сработать и не сработает.

Люси подошла к камину и, схватив подругу за руку, потащила ее к дивану.

– Сядь!

Касс подчинилась, а потом обхватила голову руками.

– Хорошо, я тебя слушаю. Изложи мне свой сумасшедший прожект.

– Во-первых, позволь мне не согласиться с тем, что ты назвала мой превосходный во всех отношениях план сумасшедшим прожектом… – Касс подняла голову и открыла рот, чтобы возразить, но Люси подняла вверх указательный палец. – Позволь мне закончить. – Кассандра закрыла рот. – И во-вторых, – продолжала Люси, – он отлично сработает.

– Ты только что пригласила Джулиана на вечеринку в несуществующий дом к несуществующей женщине, – заметила Касс.

– Теперь она не такая уж несуществующая. – Люси указала на подругу. – Ты – Пэйшенс.

Из горла Касс вырвался сдавленный звук.

– Это такое сумасшествие, что я просто не знаю, как реагировать.

Люси вновь взяла чашку с чаем.

– Неужели ты не понимаешь, Касс? Тебе представился отличный шанс. Ты семь лет ждала, чтобы увидеть Джулиана снова. Ты написала ему письмо, в котором рассказала о своей любви, в конце концов.

– И которое так и не отправила, – вставила Касс.

– Это не имеет отношения к делу. Лучше скажи, ты его любишь или нет?

Касс глубоко вздохнула. Она действительно написала Джулиану письмо, когда узнала, что он может умереть от полученных ран. В этом ее убедила Люси. Только вот у Касс не хватило смелости отправить письмо, и теперь она была ужасно этому рада. Но почему Джулиан ее не узнал? Неужели она так сильно изменилась за семь лет? Если бы он ее узнал, она не оказалась бы в такой более чем неловкой ситуации.

Касс ничего не ответила Люси. Да это было и не нужно. Люси и без того знала, как сильно ее подруга любит Джулиана. Для нее это не было тайной. Касс любила его с тех самых пор, когда была еще совсем ребенком.

– Пенелопа, экипаж лорда Джулиана уже на подъездной аллее. Ты наверняка захочешь его встретить, – раздался голос матери Пенелопы.

Дело происходило в доме родителей Кассандры на ее шестнадцатый день рождения. Тетя и кузина приехали на торжество. Джулиан Свифт, суженый Пенелопы, вскоре должен был отправиться на континент. Он решил заехать к Монро, чтобы попрощаться с Пенелопой.

Желудок Касс судорожно сжался. Джулиан? Джулиан Свифт? Здесь? На ее день рождения? Мечты внезапно стали явью. Касс и помыслить не могла о том, чтобы пригласить его. И уж конечно не представляла, что он примет приглашение. Но, очевидно, Джулиан не мог больше откладывать отъезд и хотел попрощаться со своей суженой перед тем, как уехать бог знает на сколько. Возможно, даже навсегда. Но Касс не желала об этом думать. Только не сегодня.

Она поспешила к висящему на стене зеркалу, чтобы посмотреть на собственное отражение. Глаза казались ей чересчур большими на маленьком бледном лице. Тонкие волосы неопределенного цвета отказывались ложиться красивыми волнами. Губы были слишком пухлыми, а вот нос – наоборот, слишком маленьким. Да и несносные веснушки не прибавляли красоты. Она просто пугало. Шестнадцатилетнее пугало. Возможно, когда-нибудь Кассандра и превратится в красавицу. Но только не сегодня. Сегодня она слишком тощая, слишком костлявая… А еще Касс ужасно нервничала. Единственным светлым пятном во всей этой малопривлекательной картине оказалось платье нежно-голубого оттенка льда. Оно придало глазам Касс выразительности, а коже – цвета. Мама заказала это платье специально для празднования дня рождения, и Касс выглядела в нем чудесно. Насколько чудесно может выглядеть пугало.

– Я должна поговорить с ним, мама? – раздался в ответ раздраженный голос Пенелопы.

Касс развернулась и посмотрела на кузину. Да, она могла лишь смотреть и ошеломленно моргать.

– Ты не хочешь видеть лейтенанта Свифта? – У Кассандры не укладывалось в голове, как кузина могла не хотеть видеть собственного суженого?

– Он даже еще не лейтенант, – огрызнулась Пен. – А второй лейтенант. Только что получил офицерский чин.

Касс не понимала, какое это имеет значение.

– Но ведь он… ведь он… твой жених. – Не говоря уже о том, что он красивый, добрый, сильный, честный и совершенно чудесный. Всякий раз, оказываясь в его обществе, Касс чувствовала себя очарованной. Пенелопа просто счастливица.

– Вовсе нет, – возразила Пен, подходя к зеркалу, от которого только что отошла Касс. – Он пока не мой жених. Еще ничего не решено.

Мать Пен подбоченилась.

– Даже если бы он был простым солдатом. Мне все равно. Однажды он станет твоим мужем, а сегодня он проделал долгий путь, чтобы попрощаться с тобой перед отъездом. Ты окажешь любезность, если поговоришь с ним.

Пен округлила глаза и заправила за ухо прядь густых каштановых волос.

– Ну, раз ты настаиваешь, мама.

– Конечно же я настаиваю. А теперь я пойду и поздороваюсь с ним. А вы спуститесь в розовую гостиную через десять минут, мисс.

Мать Пен вышла из комнаты, одарив дочь суровым взглядом.

– Как бы мне хотелось, чтобы она не настаивала так на моем браке с Джулианом, – произнесла Пенелопа после того, как за ее матерью закрылась дверь. – Насколько я знаю, он уезжает на целых пять лет. Пять лет! Можешь себе представить?

Касс покачала головой. Отчасти потому, что действительно не верила, что Джулиан может уехать на столь долгий срок. А еще при мысли об этом на ее глаза навернулись слезы, и теперь она отчаянно боролась с ними.

– Нет, – пробормотала она. – Не могу.

– К тому же он может вообще не вернуться, – добавила Пенелопа.

Касс сумела лишь кивнуть, ибо слова кузины ранили ее в самое сердце.

– Я могу больше никогда его не увидеть, – продолжала Пен.

Касс молча подошла к зеркалу и взяла кузину за руку.

– Поэтому ты не хочешь говорить с ним, Пен? Ты боишься стать ему ближе. И если он вдруг у-умрет… – Касс закрыла глаза. Это невероятно. Невообразимо.

– Не поэтому, – возразила Пен, вырывая руку. – Мне просто непереносима мысль о том, что я повзрослею и стану старой уродиной в ожидании мужчины, который может вообще не вернуться. Это просто нечестно, тебе так не кажется?

Пен наверняка не подозревала о том, насколько жестоко прозвучали ее слова. И скорее всего, не хотела сказать ничего дурного.

– Мне жаль, Пен, – просто сказала Касс. – Должно быть, тебе очень тяжело.

– Ты даже не представляешь, насколько, – ответила Пен. – И мне тоже очень жаль. Очень жаль, что мать с отцом выбрали мне в женихи второго сына. Знаю, я не звезда сезона, но они все равно могли бы подыскать кого-нибудь другого. Они так желают нашего союза, потому что хотят приблизиться к весьма титулованной семье Джулиана.

Касс не могла не согласиться с кузиной. Свифты действительно были известной семьей. Но как могла Пен не желать Джулиана себе в мужья? Высокого, красивого, доброго Джулиана? Ведь сама Касс была влюблена в него с того самого момента, как впервые увидела.

– Что ты намерена делать, Пен? – Касс пригладила подол платья.

– А что я могу сделать? – вздохнув, произнесла Пенелопа. – Мне нужно поговорить с ним. Попрощаться. – Но тут в глазах Пен вспыхнул огонь. – Окажи мне услугу, Касс. Войди через пять минут в гостиную. Спаси меня.

Касс ошеломленно заморгала.

– Спасти тебя?

– Да. Спустись в розовую гостиную и прерви наш разговор. Скажи, что праздник начинается или что-то в этом роде. Все, что угодно. Я не вынесу мучительной беседы с лейтенантом Свифтом, которая к тому же продлится неизвестно сколько.

Касс покачала головой. Она просто не могла себе представить, чтобы кто-то захотел добровольно отказаться от наслаждения в последний раз пообщаться с Джулианом.

– О, нет, я не могу…

– Конечно же можешь. Сделай это, пожалуйста. Ради меня, а? – Пен сжала плечо Касс, а потом выпорхнула из комнаты со словами: – Спасибо, Касс, ты такая милая.

Дрожа всем телом, Касс медленно развернулась и еще раз посмотрела на собственное отражение в зеркале. Она побледнела еще больше, если такое вообще было возможно, и стала белой, точно привидение. Казалось, еще мгновение, и она станет совсем прозрачной. Прозрачной с веснушками на носу. Чудесное сочетание. Касс вздохнула. Ну и что теперь делать? Пен ждала, что она ворвется в гостиную и прервет ее беседу с будущим мужем. Касс принялась расхаживать перед зеркалом, обдумывая происходящее. Во всем этом был лишь один положительный момент.

Если Касс выполнит просьбу Пенелопы, ей удастся побыть немного наедине с Джулианом. Возможно.

Что ж, она сделает, как просила Пен. В конце концов, сегодня ее день рождения, не так ли? Что может быть лучше нескольких минут рядом с любимым мужчиной? О таком подарке она даже не смела и мечтать.

Касс выждала показавшиеся нескончаемыми пять минут и осторожно спустилась на первый этаж. Дверь розовой гостиной была закрыта. Касс закусила губу. Ей ужасно не хотелось мешать. Но потом она вспомнила, что именно это ее и попросили сделать. Еще раз взглянув на свое нарядное платье, она ощутила некоторую уверенность. Касс расправила плечи и постучала.

– Войдите! – с готовностью откликнулась Пенелопа.

Касс толкнула дверь и неуверенно вошла. Пен сидела на диване, стоящем в центре гостиной. Джулиан же стоял напротив нее, опершись о край камина и сложив руки за спиной. В ладно скроенной военной форме он выглядел восхитительно, но Касс на глаза навернулись слезы. Такой красивый и благородный… Он – офицер армии его величества и уже через несколько дней окажется в самом пекле.

– Да, Касс? Что такое? С тобой все в порядке? – Пен поднялась с дивана, и у Касс сложилось впечатление, что она давно убежала бы прочь, если б не была вынуждена дождаться ответа кузины. Пенелопа смотрела на Касс, и в ее карих глазах плескалась надежда.

– Добрый день, леди Кассандра, – с поклоном произнес Джулиан.

Постаравшись не покраснеть, Касс присела в реверансе.

– Лейтенант Свифт. Рада видеть вас снова.

– Что такое, Касс? – в голосе Пен послышалось раздражение.

– Я… э… Мама хотела видеть тебя, Пен, – пробормотала Касс. Эти слова прозвучали неубедительно, поскольку все ее мысли были заняты Джулианом. Она даже не потрудилась задуматься над тем, что именно скажет, чтобы вызвать Пен из гостиной.

Но Пенелопе хватило и этого.

– О, боже. Я должна немедленно пойти к ней. Берегите себя, лейтенант Свифт. Безопасного вам путешествия.

Джулиан протянул руку.

– Пенелопа, подождите…

Но та уже выбежала из гостиной, и Касс осталась наедине с упавшим духом лейтенантом Свифтом. Она была немного смущена поведением кузины.

– Мне… мне жаль, – произнесла Касс, не зная, как еще утешить молодого человека.

А тот разочарованно смотрел на пустое место, где только что стояла Пенелопа.

– Я хотел попросить Пенелопу писать мне.

Касс прижала руку к животу в попытке унять нервную дрожь.

– Боюсь, Пенелопа не очень любит писать. Она почти не отвечает на мои письма из деревни.

– Мне тоже показалось, что она не слишком жаждет… И все же мне было бы приятно время от времени получать письма.

– Я буду вам писать. – Эти слова сорвались с губ Касс, прежде чем она успела их обдумать. Она даже чуть не зажала рот рукой, ошеломленная собственной дерзостью.

Джулиан посмотрел на нее, и в его серых глазах промелькнула надежда.

– В самом деле?

Касс запрокинула голову, чтобы увидеть его лицо. Он был таким высоким. Высоким и…

– Я обожаю писать.

– Правда?

– Да. Я смогу рассказывать вам о Пенелопе и держать вас в курсе, – предложила Касс.

Джулиан улыбнулся, обнажив ослепительно белые зубы, отчего по телу Кассандры пробежала сладкая дрожь.

– Я был бы очень рад, леди Кассандра.

Зардевшись, Касс отвела взгляд. Не было ли с ее стороны ужасной дерзостью предложить писать письма суженому кузины? Не разозлится ли мать? Не расстроится ли Пенелопа? А как отреагирует тетя? Касс хотелось устыдиться собственного порыва, но она, глупо улыбаясь, испытывала лишь всепоглощающее ощущение счастья. И удовлетворения. Теперь связь с Джулианом не прервется. Да, они всего лишь будут обмениваться ничего не стоящими крупицами информации. Но это все же лучше, чем ничего. Лучше ожидания хоть каких-то новостей о нем от собственной кузины. Да. Лучше и быть не может.

– Спасибо, – произнес наконец Джулиан, и Касс осмелилась поднять на него глаза.

– Не стоит благодарности, лейтенант Свифт, – ответила Касс, ковыряя мыском туфельки толстый ворс ковра.

Джулиан провел рукой по волосам и направился к двери.

– Полагаю, вы хотите вернуться к гостям.

– Сегодня мой день рождения. – Касс посмотрела на дверь. Она колебалась. Ибо не могла просто взять и признаться ему в том, что с радостью провела бы целый день, любуясь только им. Это было бы ужасно непристойно. Не так ли? Касс едва не рассмеялась в голос.

– С днем рождения, леди Кассандра, – произнес Джулиан. – Должен признаться, что у меня нет для вас подарка. Поэтому примите мои извинения.

Касс улыбнулась.

– Не стоит извиняться, лейтенант.

Касс сделала шаг к двери. Если только… Ее остановил голос. Громкий и отчетливый. Голос беса, который до сего момента ни разу не заявил о своем существовании. Но теперь он явился во всей красе, примостившись на плече и нашептывая на ухо непристойности. Еще никогда в жизни Касс не была столь смелой. Она даже не задумывалась о подобном. Но бес упорно тыкал в нее своими маленькими острыми вилами, и Касс повернулась к Джулиану Свифту.

– Если только… – тихо произнесла она слова, которые только что прошептал ей на ухо бес.

Джулиан удивленно вскинул брови.

– Если только?

– Кое-что вы мне все-таки можете подарить.

Джулиан нахмурился.

– В самом деле?

Касс чувствовала себя так, словно вдруг покинула собственное тело и парила под потолком, взирая с высоты на смелую веснушчатую девчонку шестнадцати лет, которая решительно подошла к лейтенанту Свифту, посмотрела в его невероятно красивое лицо и произнесла:

– Вы можете подарить мне первый поцелуй.

Наверняка ее слова повергли лейтенанта Свифта в шок. Только он не показал своих чувств. Вместо этого он испустил вздох.

– Вас никогда не целовали прежде?

Касс покачала головой.

– Нет.

– Верно. Вы еще не в том возрасте.

Касс быстро закрыла глаза, приподняла подбородок и подставила для поцелуя губы.

Касс показалось, будто ее коснулось перышко. Только ощутила она это прикосновение не на губах. Пальцы Джулиана легонько прошлись по ее щеке. Он стоял так близко, что Касс явственно ощущала запах шерстяной униформы, смешанный с терпким запахом мыла и одеколона. Этот аромат она будет помнить и лелеять на протяжении многих лет. Кассандра так и стояла, закрыв глаза и выпятив губы в ожидании поцелуя. Но вместо этого Джулиан мягкими пальцами коснулся ее щеки и убрал за ухо шелковистую белокурую прядь. Касс открыла глаза и ошеломленно заморгала. Она не поняла: он что – не собирался ее целовать?

– С днем рождения, леди Кассандра. – Лейтенант Свифт чуть подался вперед, и Касс ощутила легкое, точно теплый вздох, прикосновение его губ к своему лбу. О, она больше не станет умываться, чтобы сохранить нетронутым это ощущение!

– Буду с нетерпением ждать ваших писем, – тихо произнес Джулиан. С этими словами он развернулся и вышел из гостиной. Только стук его каблуков по мраморному полу эхом отозвался в душе Кассандры.

Касс надолго сохранила воспоминания об этом моменте. Поначалу отказ Джулиана поцеловать ее отзывался в душе болью. Но потом она поняла, что он просто не мог поступить иначе. С его стороны было бы крайне непристойно и неблагородно целовать кузину своей будущей супруги, даже если это было ее желанием на день рождения. Честно говоря, даже легкого поцелуя в лоб хватило, чтобы Касс продержалась эти нескончаемые семь лет.

Воспоминания прервал голос Люси:

– Мы же так часто говорили о том, как решительно ты настроена дождаться капитана Свифта с войны и попытать с ним счастья. Неужели ты не понимаешь, что я предоставляю тебе такой шанс?

Касс откинулась на спинку дивана и застонала.

– Да, я хотела этого, но не питала никаких надежд. Джулиан и Пен были предназначены друг для друга с самого детства. Их родители давно договорились об этом союзе. И все ждали лишь возвращения Джулиана, чтобы объявить о помолвке официально. Поэтому у меня нет ни единого шанса.

– Конечно, нет, если так думать, – ничуть не утратив решимости, продолжала Люси. – Кроме того, мы всегда знали, что Пен даже не влюблена в Джулиана. Она сбежала от него. Что красноречивее слов говорит о ее отношении к жениху.

– Это неважно. Просто с моей стороны неправильно… – Касс потерла рукой висок. Головная боль вернулась и обрушилась на нее с удвоенной силой.

– Что? Любить его? Но ты не можешь бороться со своими чувствами, дорогая. – Люси улыбнулась и потрепала Касс по руке.

Касс же опустила плечи и вздохнула:

– О, Люси, ты же знаешь, что я никогда не смогу причинить боль Пен или Джулиану. Я должна пойти к нему. Должна рассказать правду, пока все не зашло слишком далеко. Я…

Люси со стуком поставила чашку на стол, посмотрела на подругу и подбоченилась.

– Никто никому не причинит боли. Ведь это всего лишь шутка. Мы устроим вечеринку в загородном поместье моих родителей. Они уехали в Шотландию на всю осень. Слуги меня обожают и подыграют нам, когда я все им объясню.

Касс покачала головой, прижав пальцы к вискам.

– Нет. Это сумасшествие. Просто сумасшествие.

– Почему? Что может пойти не так? – Люси невинно захлопала ресницами.

Рот Касс открылся помимо ее воли.

– Что может?.. Тот факт, что ты задаешь мне подобный вопрос, сам по себе свидетельствует о твоем сумасшествии. А как насчет твоего мужа?

Улыбка Люси стала еще шире.

– Дерек вскоре уезжает на континент. Его не будет по меньшей мере две недели. Так что все складывается как нельзя кстати. Он никогда ничего не узнает.

– Прекрасно. А как быть с моими родителями? – продолжала допытываться Касс.

– Мы скажем твоим родителям, что ты на вечеринке у мисс Банбери. Под моим присмотром, конечно.

Касс крепче ухватилась за подлокотник. У Люси всегда на все находился ответ. Но хуже всего было то, что Касс начала обдумывать ее слова. Люси сказала, что это всего лишь шутка. Сказала, что никто не пострадает. Но возможно ли это?

Все выглядело так, словно бес вернулся. Вновь уселся на плечо и нашептывал: «Сделай это, Касс. Скажи «да!» А ангел, примостившийся на другом плече, повторял: «Не могу поверить, что вы принимаете в расчет подобную возможность, мисс».

Касс закрыла лицо руками. Господи, ну почему ей вдруг стало так трудно найти причину для отказа?

– Мои родители все еще не простили тебя, Люси, – попыталась слабо запротестовать Касс.

Люси же только пожала плечами.

– Ну и пусть. Зато они очень ценят мой титул и то обстоятельство, что я могу представить тебя достойным джентльменам.

И на это у Люси нашелся ответ. Родители Касс все еще были ужасно расстроены тем обстоятельством, что она упустила из рук герцога. Однако тот факт, что молодой герцогиней оказалась ближайшая подруга дочери, немного их успокаивал. Они надеялись, что благодаря этой дружбе Касс рано или поздно найдет себе достойного супруга. И все же Касс не хотела позволить подруге сбить себя с толку.

– Хорошо. Но ведь ты только что сказала Джулиану, что Пенелопа тоже будет в гостях. Как быть с этим? Неужели ты думаешь, что Пенелопа приедет на вечеринку, зная, что там присутствует Джулиан, и станет подыгрывать устроенному тобой фарсу? Ведь она приложила все усилия к тому, чтобы избежать встречи с ним.

– Конечно же я не жду, что Пенелопа приедет. – Люси округлила глаза. – Это же все испортит.

Касс всплеснула руками.

– Тогда зачем ты сказала Джулиану, что она там будет?

Люси посмотрела на подругу так, словно та вдруг лишилась разума.

– Чтобы он приехал.

Касс покачала головой.

– Но это же бессмысленно.

– Наоборот. Мы скажем ему, что Пен задержалась в пути или вынуждена была вернуться, потому что забыла что-то. А потом я что-нибудь придумаю.

– И это твой план? Ты шутишь?

– Да, это мой план. И я не шучу. Послушай, Касс, ты ведешь себя так, будто не помнишь, что мы и раньше делали нечто подобное.

Касс застонала. О, она слишком хорошо помнила!

– Если ты говоришь о своей затее с живой изгородью прошлым летом, то позволь тебе напомнить, что она провалилась.

Конечно же Люси говорила именно об этом. Вернувшись с войны прошлым летом, герцог Кларингтон весьма заинтересовался Кассандрой. Обеспокоенная его настойчивыми ухаживаниями, Касс попросила помощи у своей отчаянной подруги Люси. Закончилось все тем, что та спряталась за живой изгородью в саду и подсказывала Кассандре, что отвечать, дабы охладить пыл герцога. В следующий раз Люси спряталась на балконе и выдала себя за Касс. За этим последовала череда не поддающихся описанию скандальных проделок, вследствие которых выяснилось, что Люси с герцогом превосходная пара.

Однако Люси не смутилась и на этот раз.

– Да, но в конце концов все получилось. Важен ведь результат. Так что будь смелее!

Это была излюбленная фраза Люси. Она всегда действовала смело, мало задумываясь о последствиях своих авантюрных затей. И, честно говоря, следуя этому девизу, подруги зачастую попадали в различные передряги. Касс вздохнула. Да, излишняя смелость Люси нередко заканчивалась неприятностями. Хотя Касс не могла отрицать, что предыдущая проделка привела к тому, что ее подруга безумно влюбилась в герцога и теперь пребывала в статусе его счастливой супруги.

Касс подбоченилась.

– Скажи честно, Люси, чего именно ты ожидаешь от своего безумного плана? На что надеешься после того, как все раскроется?

Люси расплылась в улыбке.

– Господи, Касс, твои вопросы по меньшей мере нелепы. Конечно же я жду, что Джулиан в тебя влюбится.

Касс закрыла глаза и ущипнула себя за переносицу.

– Но даже если твой план сработает, влюбится он не в меня, а в Пэйшенс.

Люси кивнула.

– Да, в Пэйшенс, от которой он уже без ума.

Касс посмотрела на подругу так, словно та окончательно сошла с ума.

– О чем ты говоришь? Мы видели друг друга всего несколько минут.

Люси скрестила руки на груди и забарабанила пальцами по локтям.

– Ты не поняла одну очень важную вещь, подружка. Я видела, как капитан Свифт посмотрел на тебя, когда вошел в гостиную, и какое разочарование отразилось на его лице, когда он узнал, что ты не Пенелопа. Именно тогда я и приняла решение. Но сначала мне было нужно убедиться, что он тебя не узнал. Говорю тебе, Касс, он уже почти влюбился.

Касс закусила губу и принялась изучать узор на ковре.

– Было бы чудесно вновь увидеть его, потанцевать с ним. Хотя бы день или два.

Улыбка Люси стала еще шире.

– Ну, наконец-то.

– Но что если?..

– О, Касс. Да не волнуйся ты так. Что за привычка?

Касс сморщила нос.

– Зато ты, мне кажется, чересчур невозмутима.

– Глупости. Нам вполне хватит твоего беспокойства. Мы устроим эту вечеринку, и ты сыграешь роль Пэйшенс. В конце концов, все получится. Вот увидишь. Будь смелее!

С губ Касс в очередной раз сорвался стон.

Глава 4

Спустя пятнадцать минут Джулиан переступил порог дома Дерека Ханта. Он вновь и вновь прокручивал в памяти встречу с двумя леди в доме родителей Пенелопы. Леди Уортинг? Он никогда не встречал ее прежде, но она показалась ему довольно славной. Симпатичная, жизнерадостная и обладающая самыми удивительными на свете глазами, один из которых был голубым, а второй – зеленым. Но вот другая леди, мисс Банбери… При виде ее Джулиана словно поразило молнией. У него перехватило дыхание, и он поймал себя на том, что не в силах вымолвить ни слова. Ее волосы цвета меда, ясные голубые глаза, высокие скулы и длинные пушистые ресницы мгновенно околдовали его. Джулиан оказался просто не готов к подобной реакции, ибо еще никогда в своей жизни не испытывал ничего подобного. А может быть, сказалось длительное отсутствие женского общества.

В это мгновение он решил, что видит перед собой Пенелопу.

Глупец! Конечно же она оказалась другой женщиной. Джулиан запомнил Пенелопу крепкой невысокой девушкой с карими глазами, темными волосами и слегка вздернутым носом. Нет, очаровательная блондинка оказалась вовсе не его невестой. Джулиан и сам не понимал, отчего вдруг назвал ее Пенелопой. Что им руководило? Возможно, отчаянная надежда.

Но что еще хуже, уже в следующее мгновение его сердце едва не выскочило из груди при мысли о том, что перед ним стоит… Кассандра.

Мысли Джулиана прервал дворецкий Ханта, распахнувший перед ним дверь в кабинет друга.

Дерек Хант сидел за огромным столом красного дерева. При виде Джулиана он выпустил из рук перо, порывисто поднялся со своего места и направился к нему.

Дворецкий с поклоном удалился, а Хант громко похлопал друга по плечу.

– Свифт, не могу описать, как я рад видеть тебя в полном здравии на английской земле.

Джулиан обнял друга.

– Спасибо тебе.

– А, ерунда. – Хант указал Джулиану на просторное кожаное кресло напротив стола, нервно провел рукой по волосам и немного помрачнел. – У меня и в мыслях не было оставлять тебя после боя.

– Ты должен был выполнить свою работу, – возразил Джулиан. – На твоем месте я поступил бы так же. – И он не кривил душой.

Хант спас ему жизнь. После боя Дерек отчаянно разыскивал друга, а когда обнаружил лежащим на земле, соскочил с коня и зажал собственным носовым платком рану от пули, разорвавшей грудь Джулиана. И прежде чем последовать приказу и вернуться в Англию для отчета в Военном министерстве, Хант проследил, чтобы Джулиана перевезли в передвижной госпиталь на окраине Ватерлоо.

Джулиан вздохнул. Тяжело вспоминать об этом даже сейчас. Он был уверен, что умрет в тот же день. Они оба были в этом уверены. Только вот Хант не знал, что Джулиан хотел умереть. Перед расставанием Свифт заставил Ханта пообещать ему кое-что. Джулиан взял с друга слово, что по возвращении в Англию тот женится на его доброй подруге Кассандре Монро.

– Ты приехал сегодня? – спросил Хант, подходя к шкафу с напитками.

– Да. После обеда.

– И направился сразу сюда? – поинтересовался Хант, наливая в стаканы бренди.

– Нет, – ответил Джулиан. – Сначала я заехал к Монро.

Хант, сдвинув брови, посмотрел на друга.

– К Кассандре?

– Нет. – Джулиан покачал головой. – К Пенелопе.

Хант пересек комнату и протянул Джулиану стакан.

– А… К женщине, на которой собираешься жениться?

– Не совсем так. Не сейчас. И, надеюсь, никогда.

Хант вернулся на свое место за столом и вопросительно посмотрел на друга.

– Никогда? Что ты хочешь этим сказать?

Джулиан сделал большой глоток.

– Я скажу тебе кое-что, Хант. – Он замолчал и улыбнулся. – Прошу прощения, ваша светлость.

Однако Хант лишь отмахнулся.

– Не стоит. Ты ведь мне как брат.

Джулиан кивнул.

– Так вот я скажу тебе кое-что. Когда думаешь, будто умираешь, перед глазами проходит вся жизнь. Восстанавливаясь после ранения, я много думал о своем будущем и я принял несколько важных решений.

Хант вскинул бровь.

– Понимаю. И в твоем будущем нет места Пенелопе Монро?

– Нет. Я должен как можно скорее поговорить с ней и сказать ей об этом. Но сегодня ее не оказалось дома.

Хант сделал глоток.

– Я тоже должен сказать тебе кое-что, Свифт.

– Что ты женился не на Кассандре?

Хант кивнул.

– Откуда ты знаешь?

Джулиан вновь улыбнулся.

– Во-первых, Кассандра сама написала мне об этом, а во-вторых, я вижу на твоем пальце кольцо.

Хант рассмеялся.

– Поверь мне, я очень старался завоевать сердце Кассандры. Но я ее совершенно не интересовал. Мне показалось… – Хант немного помедлил, а потом тряхнул головой. – Мне показалось, что она любит другого.

У Джулиана перехватило дыхание. Он прищурился и внимательно посмотрел на друга.

– Кассандра влюблена в другого мужчину? Она никогда не упоминала об этом в своих письмах.

Хант закашлялся и отвел взгляд.

– Как бы то ни было… она весьма решительно дала мне это понять.

– А со временем Кассандра, Джейн Лаундз да и все остальные поняли, что ты идеально подходишь их подруге Люси.

– Да. Теперь она Люси Хант. Моя жена и герцогиня.

Джулиан поднял стакан.

– Поздравляю, мой друг, счастья тебе и твоей супруге.

– Я бы вас познакомил, но Люси уехала навестить друзей.

– Что ж, в другой раз. Буду ждать с нетерпением.

Хант глубоко вздохнул.

– И тебе совсем не хочется меня поколотить?

– Нет, – улыбнулся Джулиан. – Я попросил тебя жениться на Кассандре, потому что думал, будто умираю. Но теперь все изменилось.

Джулиан отвернулся и посмотрел в окно на проезжающий по пыльной улице экипаж. Все изменилось.

Хант откашлялся.

– И это заставило тебя принять решение относительно Пенелопы?

Джулиан тряхнул головой.

– Совершенно верно.

– Понимаю. Ты еще не навещал Кассандру? – поинтересовался Хант.

– Нет. Но именно это я и собираюсь сделать в ближайшее время. Собственно, для визита к тебе была еще одна причина.

Хант кивнул.

– А именно?

– О Дональде больше никаких известий? – спросил Джулиан.

Хант потер рукой шею.

– Дьявол. Мы старались оградить тебя от этого.

– Знаю. Когда твой брат приехал навестить меня в госпитале, он почти не говорил об этом. Мне удалось вытянуть из него лишь жалкие крупицы информации.

– Мы с Колином боялись тебя волновать. Хотели, чтобы ты спокойно выздоравливал.

– Я понимаю, – ответил Джулиан. – Но теперь мне нужно знать. Есть какие-то новости?

– К сожалению, нет. Судя по отчетам военного министерства, Дональд и Рейф все еще числятся пропавшими во Франции. Я скоро уезжаю в Бристоль и надеюсь узнать что-нибудь новое. Веллингтон наконец дал свое согласие. Мы с Колином возвращаемся на континент, чтобы возобновить поиски.

Джулиан покачал головой.

– Я приложил все силы к тому, чтобы уговорить Веллингтона позволить мне остаться на континенте.

– Ты едва не умер, Свифт. И заслужил отдых.

Стиснув зубы, Джулиан вновь посмотрел в окно.

– Я отдыхал на протяжении нескольких месяцев.

– Лучше уж так, чем лежать в шести футах под землей.

Джулиан посмотрел другу в глаза.

– Он мой брат, Хант.

– Знаю, – ответил Дерек.

Его собственный младший брат Адам был на континенте вместе с Дональдом и их другом Рафферти Кавендишем. Только они не принимали участия в боях. Их деятельность была гораздо опаснее. Они занимались шпионажем. Почему спокойный и уверенный в себе Дональд согласился стать шпионом? У Джулиана не было ответа на этот вопрос, впрочем, как и на многие другие.

Второй брат Ханта Колин уже совершил одну поездку на континент. Ему удалось найти Адама и привезти его домой, в Англию. Однако местонахождение Рафферти и Дональда до сих пор оставалось неизвестным.

Очевидно, Веллингтон позволил наконец Дереку и Колину предпринять еще одну попытку разыскать пропавших.

– Я поеду с тобой, – сказал Джулиан. – Как только Веллингтон одобрит мое прошение.

Хант невесело улыбнулся.

– Ничего не получится. Ты только вернулся. Так что останься здесь. Развлекись немного. А я буду писать тебе, чтобы держать в курсе событий. Обещаю.

– Спасибо, – тихо ответил Джулиан. – Я по-прежнему хочу знать, почему мой брат вызвался стать шпионом. Почему согласился рисковать жизнью?

– Тебя интересует, почему это произошло тогда, когда ваш отец умер, а Дональд унаследовал титул, но не успел обзавестись наследниками?

– Да, именно так, когда он унаследовал титул, но не обзавелся наследниками. К тому же никто не ожидал, что я вернусь живым. Кроме Дональда есть только мы с Дафной. И я, хоть убей, не понимаю, почему он так рискует.

– Я тоже. Но зато я знаю, что он вызвался добровольно.

Джулиан вскинул голову и посмотрел на друга.

– Добровольно? Но почему?

– Военное министерство подыскивало такого человека, как он. Члена парламента и палаты лордов. Им был нужен человек, на которого не падут подозрения, который будет выглядеть простым путешественником.

– Но у Дональда совсем иное предназначение. И мы оба знаем это.

– С ним был Рейф. – Хант откашлялся. – И он до сих пор с ним. Рейф – лучший. И если существует шанс на спасение, Рейф непременно им воспольуется. Поверь мне, Свифт.

Джулиан встал и подошел к окну, сунув руки в карманы.

– Черт возьми, Хант. Во Франции должен был остаться я, а вовсе не Дональд. И ты искал бы теперь не Дональда, а мою могилу.

Голос Ханта зазвучал резко.

– О чем, черт возьми, ты говоришь?

Джулиан покачал головой.

– Не важно. Я уже попросил Веллингтона пересмотреть мое прошение…

– Я не могу позволить тебе поехать с нами, – заговорил Дерек тоном генерала, которого Джулиан знал на поле боя. – И тебе это известно. Ты должен остаться здесь.

Джулиан стиснул зубы.

– Да, пока. Но если ты ничего не найдешь…

– Поговорим об этом, когда придет время.

Джулиан с неохотой кивнул. Он намеревался изменить ситуацию. Получить новый приказ. И проигнорировать прежний, если придется. Дональд, его брат, мальчик, который был воспитан стать графом, не мог сгинуть во Франции. Не мог и все. Их отец перевернулся бы в гробу.

Джулиану лишь оставалось молить всевышнего о том, чтобы Дерек и Колин отыскали пропавших. Если кто-то и мог это сделать, то только братья Хант. А уже если ему, Джулиану, суждено остаться в Англии, он прежде всего уладит свои дела с Пенелопой Монро.

– Ты остановишься в доме Дональда? – спросил Хант. – Если нет, я буду рад принять тебя у себя.

– Вообще-то я уезжаю. В Суррей.

– В Суррей? А что там?

– Когда я приехал сегодня повидать Пенелопу, мне сказали, будто она направляется в загородный дом своей подруги.

Хант вскинул бровь.

– Странно. Она уехала из города, зная, что ты вот-вот приедешь?

– Очевидно, она уехала до того, как пришло мое письмо.

– Вот не повезло.

Джулиан улыбнулся.

– Да уж. Но я поеду за ней. Мы не можем объявить о помолвке. И она должна услышать это лично от меня. Так будет правильно. Чем быстрее я поговорю с ней, тем лучше. И уж если мне не суждено отправиться вместе с тобой на поиски Дональда, я хотя бы поступлю справедливо по отношению к мисс Монро.

Хант кивнул.

– Желаю тебе удачи, Свифт. Как долго ты будешь отсутствовать?

– Празднество продлится неделю, и я уже получил приглашение. А как долго я там пробуду, не знаю. – Хотя Джулиан был бы вовсе не против задержаться в обществе Пэйшенс Банбери.

– Что собираешься делать потом?

Джулиан посмотрел на друга.

– Поеду во Францию, чтобы помочь вам с Колином в поисках.

Хант прищурился.

– Меня не будет пару недель. Я очень надеюсь, что отыщу твоего брата, Свифт, и что все решится до того, как ты вернешься из Суррея. Увидимся в Лондоне через две недели. Так или иначе, я что-нибудь разузнаю.

Джулиан вернулся в кресло и допил остатки бренди. Они оба знали, что Ханту, возможно, придется искать не самих Дональда и Рейфа, а их тела. Но Джулиан не мог сейчас об этом думать. Он встал и пожал другу руку.

– Удачи и безопасного путешествия.

Хант проводил его до двери.

– С нетерпением жду момента, когда смогу представить тебя Люси. Она настоящая возмутительница спокойствия, но у нее очень доброе сердце.

Джулиан вскинул бровь.

– Возмутительница спокойствия?

– И настоящая красавица, – со смехом добавил Хант. – Я просто обязан рассказать тебе о ее проделках, к которым она прибегала, чтобы оградить Кассандру от моих ухаживаний.

Джулиан рассмеялся в ответ.

– Ты меня заинтриговал, и теперь я буду с нетерпением ждать встречи с ее светлостью.

Глава 5

Бес, сидящий на плече Касс, выиграл. Вот так просто. Этот надоедливый маленький негодяй навещал Кассандру время от времени после их первой встречи на ее шестнадцатилетие. Касс прекрасно помнила, как настойчив он был в тот день. Его совет донельзя удивил ее, однако оказался бесполезным. Но в случае с фиктивной вечеринкой в загородном доме Касс прислушалась к своему ужасному маленькому другу. Он так соблазнительно нашептывал о том, что не будет ничего дурного, если она немного развлечется в обществе Джулиана. А дальше будь что будет. О, Касс сомневалась. Очень сомневалась, беспокоилась и даже испытывала страх. Однако ей удалось отбросить сомнения и сделать вид, будто ничего ужасного не происходит.

Люси сказала, что они будут просто притворяться. Это всего лишь шутка. Представление. А ведь они так любили представления. Слуги тоже будут исполнять отведенные им роли. Люси заверила их, что устраивает некое подобие маскарада. Только без масок и костюмов. Она умела быть убедительной.

– Разве ты не говорила мне, что хочешь измениться, стать другой? Перестать подчиняться воле родителей? – подначивала подругу Люси. – Тебе представился такой шанс. Будь смелее! Совершай поступки, о которых раньше даже не помышляла. И ты удивишься сама себе, уверяю.

Удивиться самой себе? Звучит здорово. Все детство и юность Кассандра провела, в точности следуя общепринятым правилам поведения. Она рисовала, пела, играла на пианино. Приседала в реверансах, танцевала и говорила именно то, чего от нее ждут. Она общалась с правильными людьми и была чрезвычайно скромна. Во всем слушалась родителей и с пониманием и теплотой относилась к старшему брату. Справлялась о здоровье слуг, интересовалась делами друзей… Но что, если теперь настал ее час? Что, если ей представилась наконец возможность немного похулиганить, нарушить правило или два, вместо того чтобы лишь мечтать об этом?

– В течение всей следующей недели ты – Пэйшенс Банбери, – провозгласила Люси. Эти слова подруги были сродни позволению идти вперед и нарушать правила. Она больше не скромница Кассандра Монро, а Пэйшенс Банбери, которая уже приняла решение… быть грешницей.

Поэтому Касс написала письмо Пен, в котором сообщила, что поступила именно так, как ее и просили. То есть сказала капитану Свифту, что его невеста направляется на бал к Пэйшенс Банбери. Касс опустила ту часть, которая касалась смелого плана Люси и ее собственного в нем участия. Вместо этого она написала Пен, что они с Люси ненадолго уезжают за город. Касс была уверена, что в процессе написания этого исполненного неправды письма ее непременно поразит молния. Слишком ужасна была ложь, которую она состряпала сначала для Джулиана, а затем для Пенелопы. Но противному маленькому бесу на ее плече было все равно.

– Пен начала это, – заметила Люси, пожав плечами.

Однако от этих слов Касс почувствовала себя еще более виноватой. Ведь оправдания ее поступкам не было. Или все же было? О, этот противный бес снова явился по ее душу!

Касс провела пальцем по стеклу сверкающего экипажа ее светлости, который ехал за город. Они с Люси покачивались на мягких подушках, и Касс с трудом удерживалась от того, чтобы не начать грызть ногти, – мысль о том, что она с каждой милей приближается к тому, чтобы окунуться в топкое болото лжи, не давала покоя.

Величественное поместье отца Люси графа Оулдриджа располагалось в тихой сельской местности. Когда вдалеке наконец показались очертания главного дома, на Касс снизошло умиротворение. Можно было сказать, что она выросла здесь. Ведь поместье ее родителей находилось всего в трех милях отсюда. Она выпрямила спину и судорожно сглотнула.

– Люси, а что, если мои родители узнают о вечеринке и решат навестить твоих?

Люси рассмеялась.

– Касс, ты забываешь о том, что в последнее время наши семьи не слишком-то дружны. Так что время выбрано идеально. И разве ты не послала письмо своей матери?

– Послала. Я сообщила ей, что останусь с тобой в городе еще на неделю.

– Тогда все в порядке.

Касс закусила губу.

– Если только мои родители будут оставаться все это время в поместье.

– Проблем не возникнет, – с улыбкой произнесла Люси и натянула перчатки, когда экипаж остановился возле дома.

Касс вздохнула. Конечно, Люси не сомневалась, что все будет в порядке. Касс же никак не могла отделаться от страха. Ей казалось, что приедет мать, расскажет все Джулиану и потребует возвращения дочери домой. Мать никогда не воспринимала всерьез увлечение Касс Джулианом. И дело было не только в его грядущей помолвке с Пен.

– Он всего лишь второй сын, Кассандра. Он вполне хорош для Пенелопы, но мы растили тебя не для того, чтобы ты вышла замуж за второго сына.

И это все объясняло. Родители всеми силами старались подыскать для дочери жениха с титулом. И чем громче титул, тем лучше. После того как Касс отвергла герцога, они не отреклись от нее лишь потому, что в глубине души мать питала надежду выдать дочь замуж за человека с многовековым титулом, в отличие от Кларингтона, получившего свой сравнительно недавно. Для нее Касс была дорогим товаром на великосветском рынке невест.

Когда экипаж Люси остановился перед входом в дом, дворецкий и экономка с поклоном поприветствовали гостей.

– Ни о чем не беспокойтесь, ваша светлость, – произнесла экономка, провожая дам в холл. – Мы со слугами с ног сбились, готовясь к приему, и устроили все наилучшим образом.

– Благодарю вас, миссис Прис, – ответила Люси, передавая дворецкому накидку и шляпу. – Но помните: вы не должны обращаться ко мне «ваша светлость» во время бала. А это – мисс Банбери. – Люси указала на Касс.

– Конечно, конечно. – Экономка тихо засмеялась, а в глазах дворецкого вспыхнули озорные искорки.

Дом пах именно так, как в детстве. Касс помнила эту смесь ароматов лимонного воска и средства для чистки серебра. Суета слуг и улыбки на лицах присутствующих придали Касс уверенности. Вскоре она поняла, что слугам совершенно не составляет труда называть свою госпожу и ее гостью вымышленными именами. И они уже начали это делать. Все это было довольно нелепо, но Касс приходилось улыбаться, глядя на то, с каким желанием слуги подыгрывают своей хозяйке. Судя по всему, они действительно были ей очень преданы.

– Благодарю вас, Меримэн, – ответила Люси, когда дворецкий остановился, чтобы получить одобрение относительно сервировки стола.

– Всегда рад служить вам, леди Уортинг, – с поклоном ответствовал тот.

– Предоставлю тебе заправлять всем этим безумием, Люси, – со смехом произнесла Касс.

– Они считают, что это всего лишь розыгрыш, дорогая. И ничто не сможет омрачить нам веселье. Для этого просто нет причин.

– Я вижу. – Касс прижала руку к животу. Возможно, все действительно закончится благополучно. Возможно.

– Слуги проделали огромную работу. И нам остается лишь наблюдать за последними штрихами. Идем. – Люси развернулась, шурша солнечно-желтыми юбками, и взяла Кассандру за руку.

Остаток дня Касс провела, следуя за подругой по огромным, похожим на пещеры залам, в которых велись последние приготовления к торжеству.

– Я написала капитану Свифту, что торжества начнутся лишь в субботу, – произнесла Люси, когда они с Касс вошли в одну из гостиных.

– А что ты написала ему о Пен? – поинтересовалась Касс.

– Что Пенелопа перепутала даты. Поэтому и выехала из Лондона слишком рано. Таким образом мы выиграем несколько дней до приезда Джулиана, – улыбнулась Люси.

– Да, но тогда нам придется объяснять ему, почему Пенелопы до сих пор нет, хотя она отправилась в путь гораздо раньше его, – возразила Касс.

– Предоставь это мне, – уверенно взмахнув рукой, ответила Люси.

– У тебя ведь нет волшебной палочки, верно? – спросила Касс, озираясь по сторонам, как если бы действительно надеялась увидеть этот атрибут волшебников.

Люси округлила глаза.

– Я весьма красноречива и остра на язык, а это гораздо полезнее. Ведь волшебную палочку могут украсть, дорогая.

Касс покачала головой, но потом, не удержавшись, рассмеялась над шуткой подруги. Что ж, если уж ей придется притворяться, то лучше делать это на высшем уровне. Сколько раз она мечтала о том, чтобы стать такой же смелой и уверенной, как Люси, хотя бы на день. Впрочем, от волшебной палочки она тоже не отказалась бы.

И вот теперь ей выпал такой шанс. Единственный в жизни. Она будет смелой. Будет уверенной в себе. Ведь она – Пэйшенс Банбери! Касс решительно кивнула и повернулась к подруге.

Люси раскинула руки, словно пыталась объять все пространство комнаты.

– Вот здесь мы будем играть в карты после ужина, – произнесла она и хлопнула в ладоши. – И конечно же при любой возможности я буду сажать тебя рядом с капитаном Свифтом.

– Похоже, ты все продумала.

– Ну, конечно, – кивнула Люси.

Касс подошла к стене с портретами и провела пальцем по одному из них.

– Джейн приедет?

– Обязательно. Сказала, что именно такого события и ждала. Она никогда не встречала капитана Свифта, что для нас весьма немаловажно.

– Когда ты успела все устроить? – спросила Касс, качая головой.

Люси широко улыбнулась.

– Начала писать письма две ночи назад. Сразу после того, как мы поговорили с капитаном Свифтом.

– Кого еще ты пригласила? Гаррета? – спросила Касс, имея в виду их близкого друга – кузена Люси Гаррета Апплтона.

Гаррет жил поблизости. И все трое выросли вместе, катаясь верхом и играя друг у друга в поместьях.

Родной брат Люси умер от лихорадки в раннем детстве. Поэтому Гаррет – единственный племянник графа Оулдриджа – должен был унаследовать графский титул. Вообще-то Касс подозревала, что теперь, когда она вновь осталась без ухажера, ее родители обратили свой взор в сторону Апплтона. Конечно же Касс воспринимала Гаррета всего лишь как доброго друга, но поскольку поместья их родителей граничили друг с другом, отец Касс уже несколько раз упоминал о том, как было бы чудесно объединить деньги и капиталы двух семейств.

Люси повернулась к подруге и поджала губы.

– Нет, не совсем так.

– Не совсем так? Что ты имеешь в виду?

– С Гарретом все… немного сложно.

Касс с подозрением прищурилась.

– Почему?

Люси всплеснула руками.

– Ты же знаешь Гаррета. Всегда старается поступать правильно, говорить только правду и так далее, и тому подобное. Я сказала, что мне немного нездоровится. – Люси понизила голос, дабы ее не услышала миссис Прис. – Он подумал, будто я беременна, и не стал расспрашивать. Ну и прекрасно! Сомневаюсь, что он приедет меня повидать.

Рот Касс открылся помимо ее воли.

– Люси! Ты же не позволила ему подумать такое?

– Именно так я и поступила. – Люси подмигнула подруге. – А что? Лучшего оправдания не придумаешь.

– Нет, ты просто неисправима.

– Ты так говоришь, будто я этого не знаю. – Люси похлопала глазами и повернулась к экономке. – Встретимся с вами в кладовой через десять минут, миссис Прис.

Кивнув, экономка вышла из гостиной, а Касс плюхнулась на диван. Взяв подушку, она крепко прижала ее к себе.

– Кто еще приедет на твою вечеринку?

Люси постучала пальцем по щеке.

– Я пригласила лорда Беркли.

– Лорда Беркли?

– Именно.

Лорд Беркли был ближайшим другом Гаррета. Они дружили еще со школы. Виконт жил на севере и редко появлялся в городе. Прошлым летом подруги встретили его в Бате, где он безуспешно пытался ухаживать за Люси. Очевидно, Люси сохранила с ним теплые отношения.

– Как тебе удалось его уговорить? – спросила Касс.

– Просто я сказала ему, что он мне должен после того, как пытался бесстыдно писать мне письма.

Касс вновь открыла рот от изумления и ужаса.

– Но ты же не сказала ему этого, Люси!

– Сказала и весьма недвусмысленно. Он со мной согласился и тотчас же принял приглашение. И что еще более примечательно: он тоже никогда не встречался с капитаном Свифтом.

Касс прижала подушку к подбородку.

– Твои поступки давно уже меня не удивляют, но этот удивил.

Люси подошла к столу и начала рассматривать лежащие в вазе яблоки. Внезапно она обернулась и воскликнула:

– О, Пэйшенс!

Касс не двинулась с места. Не мигая, она смотрела на потрескивающие в камине поленья.

– Пэйшенс! – позвала Люси чуть громче и топнула ногой в атласной туфельке.

На этот раз Касс подняла голову.

– Да?

Люси подбоченилась.

– Это была репетиция. Ты должна привыкнуть откликаться на это имя.

– О, Люси? Что я собираюсь сделать? Я не могу разговаривать с Джулианом так, как если бы не была с ним знакома. Что, если я проговорюсь или скажу нечто такое, о чем знает только Кассандра? – в отчаянии произнесла Касс, выпуская из рук подушку.

Люси перевернула одно из яблок и посмотрела на него так, как если бы его положение в вазе было чрезвычайно важно.

– Хм… Думаю, тебе стоит просто молчать, если почувствуешь соблазн.

– А что, если лорд Беркли или Джейн по ошибке назовут меня Кассандрой?

– Сделаешь вид, будто ты их не услышала, а потом бросишь многозначительный взгляд.

– А что, если приедет Гаррет, Оуэн или мои родители? – не унималась Касс.

– Гаррет не приедет. Да и с какой стати твоему брату здесь появляться? Он редко покидает Лондон.

– А что если… что если… – Касс огляделась, как если бы пыталась найти причину для беспокойства.

– Что, если голова упадет с твоих плеч? – подсказала Люси. – Это ты пытаешься сказать? Клянусь, Касс, тебе не о чем беспокоиться. Я уверена, что все сложится удачно. Последуй моему совету.

– Но я ничего не могу с собой поделать, Люси. О какой удаче речь? Я вообще не понимаю, как мы будем потом выпутываться. – Касс уткнулась лбом в подушку.

Люси опустилась на диван, крепко обняла подругу за плечи и прижала к себе.

– Мы же просто хотим дать Джулиану возможность получше тебя узнать, Касс. Видеть тебя, говорить с тобой, побыть с тобой наедине. После этого он наверняка не захочет жениться на Пенелопе.

– Но ведь они помолвлены.

– Пока нет. Официально не помолвлены. И я намерена сделать так, чтобы эта помолвка не состоялась. Кроме того, ты забываешь, что капитан Свифт не слишком-то интересует Пенелопу.

Касс потерла рукой лоб. Ну почему все сказанное Люси выглядит логично и приобретает смысл, прогоняя прочь тревоги?

– Да, но…

– Нет. Перестань. Начни мыслить положительно. Только так все сработает. Ты должна пообещать мне, что перестанешь волноваться.

Касс со стоном сжала подушку.

– Но все это так… так… неопределенно.

Люси вновь обняла подругу и заговорщически улыбнулась.

– Но ведь понятие «романтика» тоже весьма неопределенно, дорогая. Не забывай об этом.

Глава 6

Джулиан искренне наслаждался обществом сестры и матери. Женщины были вне себя от счастья, когда он впервые после долгого отсутствия переступил порог дома. Графиня, едва сдерживая слезы, обняла сына, а Дафна хлопала в ладоши и едва не визжала от радости.

Как здорово видеть их снова. Его сестра, которую Джулиан помнил совсем ребенком, превратилась в настоящую красавицу. Она никогда не сидела на месте, делая несколько дел одновременно. У матери появилось несколько новых морщин, но ее серые глаза по-прежнему оставались смеющимися и исполненными любви.

Они обсудили все, что можно, начиная с событий на войне и заканчивая скандалами лондонского сезона. Только вот ни Дафна, ни мать не могли объяснить, что же все-таки заставило Дональда отправиться на континент.

– Он сказал, что поедет в Италию, – поведала графиня. – Не понимаю, почему он решил сделать это в разгар войны. Но ты же знаешь Дональда. Он всегда такой скрытный. Не хочет нас волновать. Но я все равно ужасно беспокоюсь, потому что он уехал несколько месяцев назад и еще не написал ни одного письма.

– Я уверена, что скоро мы получим какие-нибудь известия, – поспешила успокоить мать Дафна. – Кроме того, с ним поехал капитан Кавендиш. Он убережет Дональда от беды.

– Да, ты права, дорогая. Капитан Кавендиш – преданный друг нашей семьи на протяжении многих лет. А еще он настоящий солдат.

Дафна кивнула, хотя брошенный ею на брата взгляд говорил о том, что она знает гораздо больше. Ведь известно же ей, что вместе с Дональдом поехал Рейф. Джулиан еле заметно кивнул сестре, решив расспросить ее позже, пусть мать продолжает думать, будто ее старший сын просто решил отдохнуть за границей.

Немного помолчав, Джулиан сообщил матери и сестре, что собирается уехать за город на вечеринку, которую устраивает подруга Пенелопы Пэйшенс Банбери.

– Пэйшенс Банбери? – Никогда не слышала о ней, – удивилась Дафна.

Она сидела за столом и писала письмо, в то время как ее мать и брат стояли рядом и смотрели.

– Я тоже не слышала этого имени, – добавила мать Джулиана.

Дафна запрокинула голову и хитро посмотрела на брата.

– И мне ужасно любопытно.

Джулиан опустился в кресло.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Просто мне показалось странным, что мисс Монро уехала за город в гости к женщине, имени которой мы никогда не слышали, – пожала плечами Дафна, вновь переключая внимание на письмо.

– Может, ты просто никогда ее не встречала, – предположил Джулиан.

– Ну конечно же я никогда ее не встречала, глупый, – ответила Дафна, покачав головой. – Просто я думала, что знаю абсолютно всех. И вот выясняется, что она мне незнакома.

– Все когда-то бывает в первый раз, дорогая, – произнесла графиня. – Я уверена, что мисс Банбери чудесная молодая женщина, коль мисс Монро выбрала ее себе в подруги.

Дафна бросила на стол перо и развернулась в кресле так, чтобы видеть брата. В ее глазах плясали озорные искорки.

– Да, кстати, раз уж речь зашла о чудесных молодых леди, расскажи, ты уже виделся с Кассандрой Монро?

Джулиан откашлялся.

– Нет… еще не виделся. Вчера я заехал к ее родителям, однако выяснилось, что вся семья переехала в загородное поместье. – Сначала Джулиан испытал огромное разочарование. Однако когда он узнал адрес леди Уортинг, стало понятно, что ее поместье располагается рядом с поместьем родителей Кассандры. Лучше и не придумаешь. Джулиан решил, что сначала он отыщет Пенелопу и скажет ей все, что собирался, а потом отправится повидать Касс.

– Жаль, – удрученно произнесла Дафна. – Скажи, она все еще тебе пишет?

– Да. И довольно часто, почти каждый день, – ответил Джулиан, внезапно почувствовав ком в горле. Что он мог сказать о Кассандре? Она была его лучшим другом. Писала ему на протяжении многих лет. Первое письмо пришло вскоре после того, как он покинул Англию. Джулиан думал, что это будет всего лишь дружеская переписка. Но все оказалось гораздо серьезнее. Касс, сама того не зная, спасла ему жизнь.

– Почти каждый день? – Мать Джулиана вскинула брови. – Должна сказать, даже мы с Дафной писали реже. Пенелопа пишет тебе так же часто?

Джулиан покачал головой.

– Нет. – Далеко не так же. Он откинулся на кресле и сложил пальцы «домиком» перед грудью. Пенелопа. На протяжении многих лет он размышлял о том, чтобы отказаться от этой помолвки. Пенелопе было всего восемнадцать лет, когда он уехал на войну. Они решили дождаться его возвращения – если, конечно, он вообще вернулся бы, – чтобы объявить о ней официально. Было несправедливо заставлять Пенелопу ждать все эти годы, особенно если учесть, что Джулиан не собирался возвращаться домой. Он совершенно не питал иллюзий относительно любви Пенелопы или ее желания выйти за него замуж. За семь лет она написала ему всего лишь несколько коротеньких писем, полных ничего не стоящей болтовни. В них не было ничего серьезного. Ничего настоящего. В отличие от писем, которые писала Кассандра. Ее послания шли от сердца и были пропитаны искренностью. Они говорили о ее уме и чувстве юмора. Касс заставляла его улыбаться и смеяться в голос. А еще она как никто другой заставляла Джулиана верить в то, что в мире помимо матери и сестры существует еще один человек, которому небезразлична его судьба. Господь свидетель, его отца это никогда не интересовало. Ведь Джулиан был всего лишь бесполезным вторым сыном. Граф повторял это с завидным постоянством. Он купил Джулиану офицерский чин и вручил его со словами, которые тот не забудет никогда.

Джулиан постучал в дверь кабинета отца.

– Можно войти?

Отец недовольно кивнул.

Джулиан вошел и в ожидании остановился перед массивным деревянным столом. Сложив руки за спиной, он смотрел в окно. Новая униформа царапала кожу, и Джулиан время от времени потирал шею.

– Джулиан. – Низкий голос отца звучал, как всегда, холодно. – Или теперь мне стоит называть тебя лейтенантом Свифтом?

– Благодарю вас за чин, милорд. Вы будете мною гордиться.

– Ты скоро уезжаешь?

– Да. Я уже попрощался с матушкой, Дональдом и Дафной, а через несколько минут отправляюсь в Суррей, чтобы попрощаться с мисс Монро.

Граф фыркнул.

– Тебе лучше попрощаться с нею навсегда. Не стоит заставлять ее дожидаться твоего возвращения.

Джулиан еле заметно сдвинул брови.

– Милорд?

– Ибо ты не вернешься.

Стиснув зубы, Джулиан продолжал смотреть в окно.

– Вы совсем в меня не верите, отец?

– Напротив. Мои слова как раз и являются свидетельством веры в тебя. Ты сказал, что я смогу тобою гордиться.

– Отец?

Граф с силой ударил кулаком по столу, отчего чернильница вздрогнула и закачалась.

– Черт возьми, Джулиан. Мне нужно сказать это по слогам? Ты должен погибнуть в бою. Героически, конечно. И чем больше геройства, тем лучше. Именно поэтому я купил тебе офицерский чин. И теперь ожидаю, что ты заставишь гордиться не только меня, но и свою страну.

Грудь Джулиана сковало ледяным холодом. Однако он постарался ничем не выдать своих чувств. Лишь хриплый вздох вырвался из его горла.

– Сэр.

Он поклонился отцу, развернулся на каблуках и вышел из кабинета.

Тогда он видел отца последний раз.

По пути в Суррей Джулиан вновь и вновь прокручивал в голове эти слова. Попрощается ли он с мисс Монро навсегда, предоставив ей свободу, или попросит ее писать? Он понимал, что должен сделать. Понимал, что поможет ему завоевать наконец любовь и одобрение отца. И он выполнит свой долг. Но прежде чем он умрет, пройдут недели или даже месяцы, и на протяжении этого времени ему хотелось жить хоть каким-то ожиданием. Поэтому когда Касс предложила писать, в груди Джулиана вспыхнул слабый проблеск надежды, затеплился крошечный уголек счастья.

Вернувшись из Суррея, Джулиан уехал на континент, обуреваемый двоякими чувствами. А через месяц пришло сообщение о смерти его отца.

Дни переросли в недели, недели – в месяцы, месяцы – в годы. А письма Касс приходили с завидной регулярностью – успокаивающие, поднимающие настроение, дружеские и смешные. Мама с Дафной конечно же тоже писали, но не слишком часто. Их письма были призваны приободрить сына и брата. Как отличались от них послания Касс! Они были наполнены смыслом и искренностью. Только эти письма и напоминали Джулиану о том, что он все еще жив. Поэтому он так и не смог написать ей – этой девочке, которая удерживала его от падения в бездонную пропасть, – что не собирается возвращаться домой. Джулиан не мог так с ней поступить и не хотел верить в подобный исход. Письма Касс были настоящими, и, читая их, он позволял себе делать вид, будто все хорошо.

Джулиан обвел взглядом кабинет брата. Свифт был дома менее двух недель, но уже отвечал на корреспонденцию и вел дела вместо Дональда. Слуги шли к нему со своими проблемами, да и мать не противилась тому, что младший сын все взял в свои руки. Дафна тоже радовалась подобному повороту событий. Очевидно, потому, что Джулиан был с ней менее строг, нежели их старший брат.

Дональд.

Джулиан тяжело вздохнул. Они не были близки. Будучи старше на несколько лет, Дональд воспитывался как наследник титула. Все свободное от школы время он проводил с отцом. И Джулиана переполняла зависть. Как же ему хотелось удостоиться внимания и одобрения отца хотя бы на день, на час, на минуту! Мать занималась Дафной, поэтому Джулиан был совсем один. Одинокий и никому не нужный запасной наследник. Отец слишком ясно дал это понять.

Джулиан покачал головой. Теперь все это не имело никакого значения. Он поступил так, как ему велели: отправился на войну. И долгие дни и ночи с нетерпением ждал писем Кассандры. В то время как другие солдаты с разочарованием узнавали, что для них ничего нет, Джулиан всегда мог рассчитывать на Касс. И она ни разу его не подвела.

– Я слышала, будто родители леди Кассандры ужасно расстроены тем, что она отвергла ухаживания герцога Кларингтона, – произнесла Дафна со своего места за письменным столом.

– Да, но всем уже давно стало понятно, что леди Люси подходит ему гораздо больше, – подала голос графиня. – Хотя я прекрасно их понимаю.

Джулиан рассмеялся.

– Дерек сам мне сказал, что всеми силами пытался завоевать расположение леди Кассандры.

– Верно, – кинула Дафна. – Хотя, думаю, у него не было ни малейшего шанса завладеть ее сердцем.

Джулиан сдвинул брови. Что его сестре известно об этом?

– Почему ты так говоришь?

Дафна улыбнулась кончиками губ.

– Леди Кассандру интересует только один джентльмен, который… э… совершенно недоступен.

Джулиан подался вперед и уперся локтями в колени. Ну вот, опять. Как и говорил Дерек, Кассандра влюблена в какого-то мужчину. Вот почему она отказала Ханту. Но кто этот загадочный мужчина? И когда это произошло? В своих письмах Кассандра не упоминала никаких имен. Так кто же это, если не Дерек и не Гаррет… Апплтон. Апплтон? Может, это он? И почему при мысли о Касс с другим мужчиной вдруг так защемило в груди? Это же просто бессмысленно.

Джулиан покачал головой. Не важно. Кем бы ни оказался этот джентльмен, ему лучше обращаться с Касс по-доброму. Кассандра любящая и добрая. Она заслуживает счастья. Джулиан желал своей близкой подруге только добра. Она значила для него очень много. Так много, что, когда он решил, будто умирает, первая его мысль была не о себе и даже не о Пенелопе. Нет. Он подумал о Кассандре. Хант находился рядом с ним с каменным лицом и всеми силами старался не показать, как опасается за жизнь друга. Дерек прижимал носовой платок к ране на груди Джулиана, изо всех сил стараясь остановить кровь, и тогда Джулиан понял, что друг исполнит любую его просьбу. Его предсмертную волю. Хант уже пообещал лично рассказать матери и сестре Джулиана о том, как сильно он их любил. А еще тогда, на пропитанном кровью поле боя, Джулиан взял с Ханта слово, что по возвращении в Лондон тот женится на Кассандре. Из ее писем Джулиан знал, что она все еще не замужем. Ей нужен был сильный, добрый и преданный мужчина, который позаботился бы о ней и защитил от невзгод. Хант был отличным кандидатом. Во всяком случае, Джулиану так казалось.

– Кто бы он ни был, он счастливый человек, – произнес Джулиан, рассеянно проводя рукой по волосам.

– Но ты ее даже не видел, – выдохнула Дафна.

Прищурившись, Джулиан посмотрел на сестру.

– О чем это ты?

– Да так, ни о чем, – поспешно ответила Дафна, вновь переключая внимание на письмо.

Джулиан откинулся на спинку кресла. Это не важно. Он желал Кассандре счастья. Его же собственные мысли были далеки от женитьбы. Он собирался положить конец своей так называемой помолвке и отправиться на поиски брата. Злой рок вмешался в их жизнь и перевернул все с ног на голову. Дональд подвергался риску на континенте, в то время как он сам находился в безопасности в Лондоне. Эту ошибку необходимо исправить.

Джулиан посмотрел на мать и сестру. Он еще не сообщил им о своем намерении порвать с Пенелопой. Лучше сначала сделать это, а уж потом объясниться. Джулиан знал, как должен поступить. Долгие недели восстановления научили его кое-чему. Он не мог жить во лжи. А брак с Пенелопой оказался бы именно такой ложью. Чувство долга не давало ему осознать это раньше, но в конце концов Джулиан понял, что обязан остановиться, пока не поздно. Он даже не знал Пенелопу. И уж конечно не любил ее. Он даже не вспомнил о ней, когда кровь вытекала из его раны, впитываясь в чужую землю. Нет. Он думал о Кассандре. О Касс, которую помнил совсем ребенком. Она попросила его о поцелуе на свой шестнадцатый день рождения. Джулиан улыбнулся при воспоминании об этом. Костлявая малышка со временем обещала превратиться в настоящую красавицу. Возможно, не такую сногсшибательную, как, скажем, Пэйшенс Банбери, но все же весьма привлекательную молодую леди. Интересно, какой она стала? Возможно, по приезде в Суррей он напишет Оуэну, старшему брату Кассандры. Было бы чудесно снова увидеть брата и сестру Монро.

Но прежде всего нужно разыскать Пен и рассказать ей о своих намерениях. Затем он поедет к Кассандре и… Что? Встретится с ней? Поблагодарит ее? Скажет, что она изменила его жизнь? В мыслях эти слова казались ужасно нелепыми, и оставалось лишь догадываться, как они прозвучат в реальности.

Выполнив эти два дела, Свифт вернется на континент и поможет Ханту в поисках Дональда и Рейфа.

Однако перво-наперво он отправится завтра за город на вечеринку. Ему очень повезло встретить леди Уортинг и мисс Банбери. Если бы Джулиан не столкнулся с ними в доме Монро три дня назад, то не знал бы, куда направилась Пенелопа, и не получил бы приглашения. Да, ему действительно повезло.

– С нетерпением буду ждать рассказов о вечеринке, – со вздохом произнесла Дафна. – Я почти жалею, что меня не пригласили. Хотя я ненавижу подобные мероприятия.

– Почему ты так говоришь? – спросила графиня, беря из рук дворецкого чашку с чаем.

Дафна сморщила нос.

– Ах, этот деревенский воздух и скука. Я предпочитаю город. Ведь здесь столько возможностей.

– И неприятностей? – подсказал Джулиан.

– Не знаю, о чем ты, – ответила Дафна, невинно захлопав ресницами.

Однако графиня с пониманием посмотрела на сына. Она не раз писала ему о склонности дочери к разного рода авантюрам. Графиня поставила чашку на столик и поднялась со своего места.

– Желаю вам обоим спокойной ночи. Я ужасно устала. – Отсутствие Дональда сказалось на графине не лучшим образом. Она повернулась к Джулиану. – Увидимся утром, дорогой, перед твоим отъездом.

Проводив мать до дверей, Джулиан опустился в кресло.

– Не переживай, дорогая сестренка. Я расскажу тебе о вечеринке, когда вернусь.

– Спасибо. А еще ты должен рассказать мне о мисс Банбери. Умираю от желания познакомиться с нею.

Джулиан вытянул ноги и, откинув голову на спинку кресла, рассеянно смотрел на украшенный фресками потолок. Мисс Банбери. Если честно, ему и самому не терпелось вновь ее увидеть. Ведь несмотря на все старания, он не мог выбросить из головы образ своей новой знакомой. Она была восхитительна. Да, слишком долго он был лишен женского общества. Впрочем, после возвращения в Англию он видел множество женщин, однако ни одна из них не произвела на него такого впечатления, как мисс Банбери. Джулиан постоянно вспоминал ее белоснежную улыбку и то, как она слегка закусывала пухлую нижнюю губу, когда о чем-то думала.

– Как она выглядит? – прервала размышления Джулиана Дафна. – Возможно, я все же встречала ее в обществе, просто не знала имени.

Джулиан вздохнул и, не отрывая взгляда от потолка, произнес:

– Она привлекательная блондинка.

– Привлекательная или красивая? – уточнила Дафна, в голосе которой послышались веселые нотки.

Божественная.

– Весьма привлекательная.

– А ее подруга? Как бишь ее зовут… Леди Уортинг?

– У нее темные волосы и очень необычные глаза. – Джулиан поднялся с кресла. – Пожалуй, я тоже пойду к себе. Мне нужно написать несколько писем. Спокойной ночи, Дафна.

– Что же в них такого необычного? – спросила Дафна у направляющегося к двери Джулиана.

– Что ты имеешь в виду? – Джулиан непонимающе сдвинул брови.

– Я говорю о глазах леди Уортинг.

– А… Один зеленый, а другой – голубой. – Джулиан взялся за ручку двери.

– В самом деле? – Вопрос Дафны прозвучал столь резко, что он развернулся.

– Да. А что? – Джулиан прищурился и с подозрением посмотрел на сестру.

Дафна поджала губы.

– Ты говоришь, вечеринка состоится в Суррее?

– Да.

– Хм. Возможно, я все же знаю эту самую леди Уортинг.

Глава 7

Касс надела платье цвета лаванды, которое ей сшили на двадцать третий день рождения, попросила служанку уложить волосы на затылке в витиеватый узел и немного пощипала щеки, чтобы придать им румянца. Тогда, в доме Пенелопы, она оказалась совсем не готова к встрече с Джулианом, но сегодня постаралась выглядеть наилучшим образом. Кассандра решила больше не думать о безумности затеи Люси, коль скоро принимает в ней участие. Сейчас значение имело лишь то, что в течение нескольких дней она будет рядом с Джулианом – танцевать с ним, смеяться и разговаривать, забыв ненадолго о том, что он предназначен другой женщине.

Кассандра непременно расскажет ему правду, как только представится такая возможность. Только вот не узнает ли ее Джулиан прежде, чем это произойдет? Что, если ее выдаст голос или манера разговаривать? Что, если он узнает в новой знакомой подругу, с которой состоял в переписке на протяжении многих лет? Он наверняка догадается. Может ли быть иначе? Но когда Касс одолевали сомнения, она смотрела на излучающую уверенность Люси. Эта уверенность окутывала Кассандру подобно плащу, который она так отчаянно хотела бы купить или позаимствовать.

Она сошла с ума, раз согласилась изображать Пэйшенс, и ничего хорошего из этого не выйдет. Люси надеялась, что Джулиан влюбится в Касс и отвергнет Пенелопу. Но Касс уже наперед знала, что подобного никогда не случится. Не может случиться. Джулиан, исполненный благородства мужчина, которого она узнала и полюбила, никогда не бросит свою суженую ради другой женщины. Он никогда не поступит столь бессердечно и подло. А еще в отдаленном будущем Касс ждал день разоблачения и расплаты, и мысль об этом омрачала ее счастье. Рано или поздно Джулиан узнает, кто она на самом деле, – ведь невозможно скрывать свое настоящее имя вечно. И тогда он возненавидит ее за ложь. Вообще-то Касс не имела привычки лгать. Господи, в пятнадцатилетнем возрасте она прошла пешком пять миль до дома викария, когда обнаружила у себя дома собаку с его шляпой в зубах. Кассандра вполне могла бы скрыть улики и сделать вид, будто ничего не знает о шляпе. Но нет, она испортила пару любимых туфель на проселочной дороге, чтобы представить взору викария и его супруги изрядно попорченный зубами пса головной убор. Касс рассыпалась в извинениях и предложила заплатить за новую шляпу, но викарий милостиво отказался от ее предложения. Однако впредь он никогда больше не оставлял дверь дома распахнутой, чтобы Дейзи не смогла пробраться внутрь, хотя наверняка пыталась это сделать.

Нет. Касс никогда не была лгуньей. Но поверит ли в это Джулиан, когда правда наконец выплывет наружу? Впрочем, несколько раз Касс все же пришлось прибегнуть ко лжи, но лишь потому, что того настоятельно требовали обстоятельства. Например, прошлым летом она сказала Люси, будто у нее сильно болит голова. На самом же деле она прекрасно себя чувствовала, а солгала лишь для того, чтобы Люси и герцог могли провести друг с другом чуть больше времени. Ведь всем давно было понятно, что эти двое предназначены друг для друга, хотя они сами упорно не желали этого признавать. Если бы Касс не прибегла к обману, Люси наверняка до сих пор прозябала бы на ярмарке невест. Разве это не была ложь во благо?

Касс вздохнула. Дело было не только во лжи. Она не сомневалась, что Джулиан непременно захочет повидаться со своей близкой подругой Кассандрой. Нет, вопреки заверениям Люси, их затея добром не кончится. Касс была в этом уверена. Но свою роль все же решила сыграть. Впрочем, у нее попросту не было выбора, ведь она уже ступила на скользкий путь… при огромном содействии ее светлости Люси Хант.

Люси остановилась у комнаты Кассандры и заглянула внутрь.

– Дворецкий сказал, что экипаж капитана Свифта уже на подъездной аллее.

Касс похолодела, прижала руку к животу и глубоко вдохнула.

– Он здесь?

Люси кивнула, и ее темные локоны заплясали по щекам.

– Да. Пойдешь поприветствовать его?

Касс с трудом поднялась со стула и направилась к двери.

– Выглядишь ты восхитительно, дорогая, – всплеснула руками Люси. Она взяла Касс за руку и не выпускала ее, пока они спускались по лестнице и пересекали мраморный холл.

Касс старалась дышать спокойно и размеренно. Джулиан здесь. Джулиан. Но она не сможет разговаривать с ним так, как разговаривала бы Касс. Не сможет упоминать в разговоре то, что ей о нем известно. Не сможет сказать, что помнит, какие силы он прикладывал к тому, чтобы заслужить уважение своих подчиненных. Не сможет сказать, что знает, как он чуть не умер от жажды в Испании. Не сможет сказать, что понимает, почему он так ненавидит замкнутые пространства после того, как изо дня в день ночевал в крошечной палатке. Касс не сможет сказать ему всего того, что хотела сказать. Придется делать вид, будто ей ничего неизвестно. Но сможет ли она? Люси предупредила, чтобы Касс как можно меньше разговаривала с Джулианом о прошлом. Но разве ей удастся вести себя так, будто она совсем другой человек?

Может статься, Джулиан уже ищет ее. Что, если он заезжал с визитом к ее родителям и узнал, что Кассандры нет дома? О, сплетенная Люси паутина была уж слишком запутанной, чтобы из нее выбраться! Однако, когда экипаж Джулиана остановился перед ступенями крыльца, Касс собралась с силами и улыбнулась.

Что ж, хорошо. Хватит волноваться. Это удел Кассандры Монро. А Пэйшенс Банбери совсем не такая.

Один из лакеев поспешно отворил дверцу экипажа и опустил подножку. И вот появился Джулиан… вернее белокурый Адонис, каким Касс его помнила. На этот раз вместо военной формы на нем была простая белая сорочка, галстук, изумрудного цвета жилет, темно-серые бриджи, высокие сапоги с отворотами и шляпа. Он выглядел как типичный представитель высшего света на увеселительном мероприятии, а не как раненый армейский капитан. Касс судорожно сглотнула. Это не важно. Ибо Джулиан был прекрасен в любом обличье.

Увидев встречающих его леди, капитан Свифт лучезарно улыбнулся. Сердце Касс на мгновенье замерло в груди. Она вспомнила – когда Джулиан так улыбался, от его глаз разбегались морщинки. Как если бы он пытался скрыть часть себя от постороннего взгляда. Джулиан двинулся к дому, и Касс шумно выдохнула. Глядя на него, никак нельзя было сказать, что Джулиан совсем недавно пережил тяжелое ранение. Касс заметила это еще в доме у Пенелопы и теперь лишний раз убедилась в этом. Как часто она молилась о его выздоровлении, сколько раз, лежа в постели, лихорадочно бормотала молитвы до тех пор, пока ее веки не смыкались. Ей снились жуткие кошмары, в которых Джулиан истекал кровью, пронзенный вражеским штыком. Касс зачастую просыпалась в поту, тяжело дыша, а иногда даже в слезах. После этого она начинала молиться с новой силой.

Джулиан получил пулевое ранение в грудь. Пуля едва не задела сердце и прошла навылет. По крайней мере, так сказали доктора. Ему несказанно повезло, что он выжил и сейчас стоял перед ней такой красивый и улыбающийся. У Касс пересохло во рту.

«Ты – Пэйшенс, ты – Пэйшенс, ты – Пэйшенс», – звучал в ее голове настойчивый голос. О господи. Она не продержится и пяти минут, не говоря уже о неделе. Касс подобрала подол платья и хотела убежать, но Люси взяла ее за руку и ободряюще пожала. Она так хорошо знала свою подругу. Касс разжала пальцы и словно приросла к месту.

– Добрый день, капитан Свифт. – Люси присела в реверансе, потом, подобрав юбки, подошла к нему и протянула руку.

– Леди Уортинг, спасибо за милостивое приглашение, – ответил Джулиан, склоняясь.

– Вы помните мисс Банбери? – спросила Люси, взмахом руки приглашая Касс подойти.

Касс подскочила. Она была так увлечена созерцанием Джулиана, что почти не слышала слов Люси. Дрожа всем телом, она приблизилась к подруге и присела в реверансе.

– Конечно. Мисс Банбери. – Джулиан склонился над ее рукой. Тепло его сильных пальцев, просачивающееся сквозь перчатки, лишило Касс способности дышать.

– Кап… капитан Свифт, – с трудом вымолвила она.

Люси указала на дверь.

– Прошу вас, проходите, капитан Свифт. Лакей отнесет вещи в вашу комнату. Полагаю, вы хотите немного отдохнуть перед сегодняшним балом.

– Сегодня вечером будет бал? – спросил Джулиан, следуя за леди, заложив руки за спину.

– Сегодня вечером будет бал? – эхом отозвалась Касс, чувствуя, как ее сковывает страх.

Однако Люси и глазом не моргнула, продолжая лучиться улыбкой.

– Ну, я не назвала бы это балом. Скорее небольшой танцевальный вечер. Ужасно люблю танцевать. А вы, капитан Свифт?

Лакеи уже выгружали вещи Джулиана из экипажа.

Джулиан откашлялся.

– Боюсь, в последнее время мне нечасто выпадала такая возможность, миледи.

На лице Люси отразилась печаль.

– О, да, конечно. Но я надеюсь, вы прекрасно проведете время, когда соберутся все гости.

– Кстати, леди Уортинг… Раз уж об этом зашла речь, полагаю, Пенелопа тоже приехала. Мне очень нужно с ней поговорить.

Глаза Люси невинно округлились. Такое выражение на ее лице появлялось всякий раз, когда ей в голову приходила какая-нибудь шальная идея. Касс прекрасно это знала.

– О нет, капитан Свифт. Ее нет.

Лоб Джулиана прорезали глубокие складки.

– Нет? Но, кажется, вы сказали, что она собиралась приехать.

Люси взмахнула затянутой в перчатку рукой.

– Ну да. Я написала ей, что мы перепутали даты, и вечеринка начнется не ранее, чем через три дня. Полагаю, она вернулась в Лондон. Я подумала, что, возможно, вы что-то слышали о ней и расскажете нам, когда же ее ждать.

Касс поморщилась. К счастью, Джулиан шел следом и не видел ее лица. Иначе их обман наверняка раскрылся бы, Касс в этом не сомневалась. Заявить, будто бы она ждала известий о Пен от самого Джулиана, было вполне в духе Люси. Касс знала, что она далеко не новичок в таком занятии, как плетение интриг.

Касс нерешительно обернулась, постаравшись придать своему лицу бесстрастное выражение.

Джулиан покачал головой.

– Вернулась в Лондон? Вы хотите сказать, что мисс Монро до сих пор в городе?

Люси вздохнула.

– Боюсь, что так, капитан Свифт. Но вы должны остаться с нами и дождаться ее. Она прибудет со дня на день.

Люси взяла Джулиана под руку, и они вместе направились в дом. Касс последовала за ними.

– Мы здорово повеселимся, пока будем ее ждать.

От Касс не ускользнуло отразившееся на лице Джулиана разочарование, и ее сердце упало. Очевидно, он очень хотел увидеть Пенелопу.

Однако Джулиан быстро пришел в себя и улыбнулся хозяйке дома.

– Да, конечно. И это навело меня на мысль, леди Уортинг. Здесь поблизости живут мои друзья, и я был бы вам очень благодарен, если бы вы позволили мне пригласить их с визитом. Их дом находится всего в нескольких милях от вашего.

Касс судорожно сглотнула, а Люси потянула за ворот платья.

– Ваши друзья, говорите? И к-кто же они, капитан Свифт?

Джулиан широко улыбнулся в ответ.

– Лорд Оуэн и леди Кассандра Монро.

Глава 8

– О, Дженни, ты приехала! Как чудесно! – Люси едва не пустилась в пляс, когда в спальню Касс быстрым шагом вошла Джейн Лаундз. Касс подняла голову от кровати, на которой были разложены наряды. Они с Люси пытались решить, какое платье ей надеть на танцевальный вечер. А перед этим шумно ссорились из-за того, что Люси посчитала замечательным предложение Джулиана пригласить в гости Оуэна и Кассандру Монро.

– Мне пришлось так сказать, – оправдывалась Люси. – Что бы он подумал, если бы я сделала вид, будто не знаю его друзей? Или по какой-то причине отказалась их пригласить?

– Ты должна была что-нибудь придумать, Люси. А теперь он пригласит Оуэна, и нам конец, – заметила Касс.

– Одно дело – получить приглашение и совсем другое – приехать, – возразила Люси. – Твой брат наверняка в Лондоне, а ты по понятным причинам не сможешь приехать. Напиши Джулиану письмо и сообщи ему об этом. Письмо легко будет объяснить.

Последнее предложение Люси дало Касс какую-то надежду, но в целом затея ей по-прежнему не нравилась.

Приезд Джейн немного отвлек Касс от постоянно фонтанирующей идеями Люси.

– Я приехала помочь, – объявила Джейн. – И понаблюдать за происходящим, конечно.

Касс бросилась к подруге и порывисто ее обняла. Джейн обладала темно-каштановыми волосами и умными лучистыми карими глазами. Как и всегда, она была одета в платье излюбленного синего цвета и постоянно поправляла на носу очки в тонкой серебряной оправе.

– Спасибо, что приехала, – сердечно поблагодарила подругу Касс. – Уверена, твоя помощь мне непременно понадобится.

– Ты шутишь? Я не пропустила бы такое веселье в обмен на все званые обеды на свете. – Как всегда, Джейн сжимала в руке книгу. На другой висела забытая хозяйкой сумочка. Не теряя времени даром, Джейн плюхнулась в кресло возле окна и воззрилась на выбирающих наряды подруг.

Люси достала из шкафа бледно-розовое платье.

– Это?

– Слишком скромное, – покачала головой Касс.

Отложив ненадолго книгу, Джейн стянула перчатки и сунула их в сумочку.

– Чего вы ждете? Посвятите-ка меня в детали, ибо ваше письмо совершенно лишено подробностей.

Люси вновь нырнула в шкаф и на этот раз выудила оттуда платье зеленовато-голубого цвета.

– Может, это?

Касс сморщила нос.

– Слишком яркое.

– Перестаньте меня игнорировать и посвятите в детали, – потребовала Джейн.

Касс села на краешек кровати, а Люси принялась рассказывать подруге о Пенелопе и Пэйшенс Банбери.

По мере того как Джейн слушала, ее карие глаза становились все больше и больше.

– Минуту. – Она вновь поправила очки. – Правильно ли я вас поняла? Вы хотите сказать, что устроили все это представление для того, чтобы Джулиан влюбился в Касс?

Люси кивнула.

– Только он не знает, что она – Касс?

– Верно, – снова кивнула Люси. – Но мы с легкостью исправим эту оплошность позже.

Джейн ошеломленно заморгала.

– И почему ты считаешь, что твоя затея увенчается успехом?

– Детали, Джейн. Детали. О них мы позаботимся, когда придет время.

Джейн перевела недоуменный взгляд на Касс.

– И ты одобрила? Извини, но мне трудно в это поверить.

Касс спрятала лицо в ладонях, поняв, что становится пунцовой.

– Знаю, знаю. Просто не понимаю, что на меня нашло. Я лишь хотела провести какое-то время с Джулианом. – Она вздохнула.

– О, Касс, я не могу тебя осуждать. Но разве тебе не кажется, что все это закончится очень плохо? – спросила Джейн.

Люси защелкала языком.

– Ты бы видела, как смотрел на нее Джулиан, когда они встретились в доме Пенелопы.

– Мужчина только что вернулся с войны. Он наверняка смотрел бы точно так же на любой объект в юбке. Я не хотела тебя обидеть, Касс, – произнесла Джейн.

– Я не обиделась. – Касс встала с кровати, подошла к шкафу и уже через секунду рылась в нем в надежде отыскать что-нибудь сногсшибательное.

– О нет. Все было совсем не так. На меня он даже не взглянул, – продолжала стоять на своем Люси. – Он был просто сражен наповал нашей Касс. Хотя я всегда знала, что так будет.

Джейн вновь вскинула темную бровь.

– Тогда почему ты просто не представила ее как Касс?

– Момент был неподходящий. Он очень хотел поговорить с Пенелопой и собирался последовать за ней за город. Но ему необходимо провести наедине с Касс какое-то время. И мы должны предоставить им такую возможность.

Джейн поднялась со своего места, подошла к Кассандре и взяла ее за руку.

– Ты знаешь, ради тебя я готова на что угодно, и этот случай не исключение. Я подыграю вам и сделаю все, от меня зависящее, чтобы помочь. Я лишь надеюсь, что ваша затея никому не причинит боли.

Касс улыбнулась подруге, хотя глаза обожгли непрошенные слезы.

– Спасибо, Джейн. Я уже смирилась с тем, что Джулиан женится на Пен. Просто мне хотелось побыть с ним рядом еще немного.

Джейн потрепала подругу по руке и сочувственно улыбнулась.

– Не переживай, моя дорогая, если ты хочешь провести несколько дней с Джулианом, они у тебя будут.

Касс невесело улыбнулась в ответ.

– Спасибо тебе, Дженни.

– Джейн, а что ты сказала матери о своем отъезде? – спросила Люси, оттеснив Касс в сторону и достав из шкафа бледно-желтое платье.

Касс сморщила нос и отрицательно покачала головой.

Джейн рассмеялась.

– Мои родители ужасно счастливы, что я в данный момент нахожусь в доме герцогини Кларингтон, где, возможно, познакомлюсь с каким-нибудь подходящим джентльменом. Мама послала со мной одну из служанок, но официально моя компаньонка ты, Люси. А ты, Касс, подала мне отличную идею с этой мисс Банбери. Несуществующая компаньонка. Просто прекрасно. Воспользуюсь этой идеей, как только вернусь домой. Только вот нужно придумать, почему моя мать до сих пор не встречалась с мисс Банбери.

Касс и Люси дружно улыбнулись. Их подруга была самым настоящим «синим чулком» и единственной дочерью гениального отца, который так щедро жертвовал казне деньги, что его даже посвятили в рыцари. Мать Дженни желала, чтобы дочь больше походила на нее, нежели на наделенного недюжинным умом отца, и просто из кожи вон лезла, чтобы выдать ее замуж. Только вот Дженни совершенно не разделяла мнения матери. Поэтому та наверняка чуть с ума не сошла от радости, когда ее дочь заявила, что желает отправиться на светскую вечеринку.

Джейн вернулась в кресло и пригладила руками подол платья.

– Кстати, какую роль вы отвели Апплтону?

Касс и Люси смущенно переглянулись.

– Вообще-то Гаррета мы не приглашали, – призналась Люси.

– Почему? Он обожает подобные проделки.

Люси достала из шкафа платье цвета спелого персика и представила его на суд Кассандры.

– Он слишком хороший. И захочет рассказать Джулиану правду.

Джейн рассмеялась.

– Апплтон? – Она округлила глаза. – Что ты хочешь этим сказать? Он же самый настоящий распутник, игрок и уж точно не относится к разряду святош. Кстати, мне кажется, чтобы стать распутником и игроком, нужно солгать не раз и не два.

– Хм. В твоих словах есть разумное зерно, – протянула Люси.

– Нет! – Касс судорожно сглотнула. – Не говори Гаррету. Кроме того, стоит ли напоминать, что правду хочу рассказать я.

– О нет, не хочешь, – возразила Люси. – Если бы мы сразу сказали Джулиану правду, он наверняка потребовал бы, чтобы Пенелопа спустилась в гостиную. И теперь эти двое уже планировали бы свадьбу. Он поприветствовал бы тебя, жалея, что не может жениться на тебе, и поступил бы так, как и подобает благородному человеку – объявил о помолвке с твоей кузиной.

– И как это может изменить вечеринка? – скептически поинтересовалась Джейн.

– Она предоставит возможность все изменить, – ответила Люси. – Двум людям требуется время, чтобы узнать друг друга. Ведь, перекинувшись парой слов в доме Пен, Касс и Джулиан пошли бы дальше каждый своей дорогой и не увиделись до свадьбы. Свадьбы, которая не должна состояться.

– Но я знаю Джулиана. И не верю, что какая-то вечеринка все изменит, – возразила Касс. – И это платье мне не нравится.

Люси бросила персиковое платье.

– Конечно, ты знаешь его, дорогая, но Джулиан не знает, что ты – Касс. И не стоит так из-за этого волноваться. Предоставь это мне.

Еще одна скандально известная любимая фраза Люси. Касс бросила взгляд на Джейн и покачала головой.

– Я уверена, что все, как обычно, чрезвычайно запутается, прежде чем станет простым и понятным, – пожала плечами Джейн, поднесла к глазам книгу и принялась читать.

Касс вздохнула.

– Подожди, Люси тебе еще не рассказала о том, что Джулиан собирается пригласить Оуэна.

Джейн с шумом захлопнула книгу.

– Оуэна?

– Да. Люси сказала, что это прекрасная идея, – добавила Касс.

Джейн выронила книгу, и та со стуком упала на ковер.

– Я не верю!

– Объясню все позже, – отмахнувшись, произнесла Люси. – Не волнуйся, Касс. Проведя рядом с тобой немного времени, Джулиан усомнится в необходимости своей помолвки с Пен. Кроме того, наш план послужит еще и тому, что они не смогут пока объявить о ней официально.

Касс достала из шкафа серебристое платье.

– Вот!

– О, оно идеально! – согласилась Люси.

– Да, надень его, – кивнула Джейн, потянувшись за книгой.

Касс удрученно вздохнула и посмотрела в окно – осень раскрасила яркими красками все вокруг. Лес предстал одетым в алые, золотистые и оранжевые наряды. Листья уже начали опадать с деревьев, превращая землю в красочный ковер. Касс снова вздохнула. Как бы ей хотелось оказаться там и перенести всю эту красоту на холст, вместо того чтобы принимать участие в устроенной Люси чудовищной афере. Она покачала головой.

– Тетя с дядей непременно отрекутся от меня, если узнают об этом. Я уж не говорю о том, что сделают со мной родители. Они наверняка отправят меня в монастырь.

– Тебе ужасно повезет, если будет так, – фыркнула Джейн. – Но не переживай. В монастырь они тебя не сошлют. Ты гораздо ценнее как товар на ярмарке невест. К тому же ты не католичка. – Джейн рассмеялась.

Люси подхватила ее смех.

Касс прижала серебристое платье к груди, нимало не заботясь о том, что наверняка сомнет его. Джейн говорила правду. Родители действительно ценили Касс как предмет купли-продажи. Она всегда знала это, но слова Дженни, сказанные вслух, делали этот факт реальным и неоспоримым. Родители ни за что не отправят ее в монастырь. Ведь это сродни тому, чтобы отдать бесценное произведение ювелирного искусства на благотворительные цели. Касс глубоко вздохнула.

– И все же, если мои родители дознаются…

Люси отобрала у подруги платье и вызвала служанку, чтобы та его отутюжила.

– О, Касс, сколько раз повторять, чтобы ты не волновалась? Как они узнают?

Глава 9

Касс стояла в зале в ожидании начала танцев.

Люси каким-то образом уговорила приехать на бал соседей. Никто из них не знал капитана Свифта, и все с готовностью называли ее леди Уортинг. Для Джулиана Люси состряпала нелепую историю о том, что ее супруг лорд Уортинг уехал в Бат навестить мучающуюся подагрой матушку, и именно поэтому его нет на балу. Позже, оставшись наедине с подругой, Касс указала ей на то, что обычно от подагры страдают джентльмены, но отнюдь не леди. На что Люси ответила:

– О, я всегда хотела, чтобы мою мать сразила подагра, и теперь, видит бог, это случилось.

Словом, Касс, несмотря на все ее тревоги, пришлось признать, что вечер проходил замечательно. Джулиан смеялся, беседовал с остальными гостями и, судя по всему, прекрасно проводил время. Касс старалась не смотреть в его сторону слишком часто. Как же он был красив! Как же невыносимо красив! Годы, проведенные на войне, ничуть не испортили его облик.

Но дело было не только во внешности. Касс знала Джулиана. Знала его тайны, знала, что у него на сердце. В одном из своих писем Джулиан рассказал ей, как сидел во рву подле молодого человека по имени Роберт Ковингтон и писал его матери о том, что ее сын умирает.

В своих письмах Джулиан рассказывал Кассандре, как он голодает, умирает от жажды и голода и как ему трудно видеть страдания других солдат. А когда кто-то из них оставался на поле боя, казалось, будто от его сердца оторвали кусочек. С каждым новым письмом Касс видела, как Джулиан мужает и становится сильнее, как молодой человек, бравирующий своей гордостью за родину, превращается в закаленного ветерана, повидавшего слишком много ужасов на войне. И несмотря на то, что Джулиан старался не посвящать Касс во все леденящие душу детали, она знала, что они преследуют его каждую ночь. И будут преследовать вечно.

Но Касс не могла поговорить с ним, не могла дать понять Джулиану, что все знает. Ведь она сейчас не Кассандра Монро – его лучшая подруга. Она – Пэйшенс Банбери, совершенно незнакомый ему человек. Касс вновь посмотрела на Джулиана и узнала отстраненное выражение глаз. В мыслях он был далеко от этого зала. Скорее всего, вновь представлял себя на поле боя. Часть Джулиана навсегда останется там. И Касс его понимала.

Мимо проплыла Джейн с тарелкой печенья в руках. И как она умудрялась оставаться стройной, поглощая такое количество сладостей? Касс оставалось лишь догадываться. Джейн остановилась прямо перед ней, возвратив ее к реальности.

– На протяжении многих лет я умирала от желания хотя бы одним глазком посмотреть на этого мужчину. Так где же он?

Касс не стала спрашивать, кого имеет в виду ее подруга, она и так это знала. Касс, Люси и Джейн дружили на протяжении последних четырех лет, и Джейн конечно же постоянно слышала о любви Касс к Джулиану.

Касс сцепила руки в замок и посмотрела на кончики пальцев.

– Он… он вон там. – Она указала подбородком в сторону Джулиана. – Но постарайся не смотреть на него слишком пристально.

Джейн не шелохнулась и лишь откусила печенье.

– Почему? Он смотрит на тебя?

– Да. Нет. Я не знаю. – А потом: – Не смотри!

Джейн искоса взглянула на Джулиана, прежде чем вновь сосредоточить внимание на подруге и… печенье.

– Это был слишком незаметный взгляд, – со смехом произнесла Касс. – Тебе следовало бы стать шпионом в военном министерстве.

– Я могла бы быть не только шпионом. Только женщинам подобное непозволительно. – Джейн вздохнула и отправила в рот еще одно печенье. – Так что? Я не ошиблась, предположив, что капитан Свифт – это тот высокий красивый блондин, что стоит возле дверей?

Касс печально кивнула.

– О боже. Теперь я понимаю, почему ты так им околдована.

Глаза Касс округлились помимо ее воли.

– Ну и ну, Дженни. Кажется, ты всегда говорила, что вокруг много мужчин, и мне не стоит так сходить с ума по кому-то одному.

Джейн пожала плечами.

– Верно. И тем не менее даже я не могу не признать, что капитан Свифт – мужчина выдающейся красоты. Ты обязательно представишь меня ему. А пока он должен пригласить тебя на танец.

Касс рассмеялась.

– Мне тоже так кажется.

Дженни кивнула в сторону Джулиана.

– Так пойди и сделай так, чтобы он обратил на тебя внимание.

Касс тотчас же посерьезнела.

– Нет. Я не могу.

– Хорошо. Тогда представь меня ему, и я все сделаю.

– О нет, я…

– Почему? Выбора у нас нет. И вообще, должна сказать, без Апплтона тут ужасно скучно.

Джейн и Гаррет вступали в словесные баталии всякий раз, когда оказывались в обществе друг друга. Повелось это с тех самых пор, как они встретились на премьере пьесы «Много шума из ничего» четыре года назад. Люси пригласила подругу в театр. Ее кузен тоже поехал. Джейн и Гаррет никогда не сходились во мнениях, хотя Люси всегда подозревала, что их показная неприязнь друг к другу не совсем искренна. Такое же мнение сложилось и у Касс. Ей показалось ужасно милым то обстоятельство, что Джейн так явно скучает по словесным перепалкам с Апплтоном.

Кассандра ужасно жалела, что Люси не посвятила Гаррета в свой план. Все выглядело бы более… спокойным и благоразумным, если бы Апплтон был рядом и время от времени остужал пыл своей неуемной кузины. Его отсутствие заставляло Касс нервничать все сильнее.

«Будь смелее!» – всплыли в памяти Касс слова подруги.

Она перевела взгляд на Джулиана, стоявшего у дверей. Судя по всему, ему нравилось наблюдать за танцующими парами. Думал ли он о Пен? Касс не могла не задаться этим вопросом. Размышлял ли он о том, где теперь находится его будущая жена? Надеялся ли на то, что она еще успеет с ним потанцевать? Конечно же Касс знала, что Пен не приедет, и мучилась чувством вины. Она закусила губу.

«Будь смелее». Эти слова были подобны яркой вспышке молнии на ночном небе. Кроме того, сегодня вечером она была не Кассандрой Монро, а Пэйшенс Банбери.

– Хорошо, Джейн. Идем.

С этими словами Касс подхватила подол своего серебристого бального платья и решительно направилась к Джулиану, увлекая за собой Джейн вместе с печеньем.

Расстояние до Джулиана казалось бесконечным. Кто-то из гостей поприветствовал Касс, назвав ее «мисс Банбери», и озорно подмигнул. Она слабо улыбнулась в ответ и кивнула.

Касс распрямила плечи. Чужое имя было призвано укрепить ее решимость и придать смелости. Она – Пэйшенс. Пэйшенс Банбери, дерзкий завсегдатай великосветских приемов, бесстыдно ищущая возможности потанцевать с красивыми джентльменами. Вернее, с одним-единственным красивым джентльменом.

Они с Джейн пересекли зал и теперь стояли всего в нескольких шагах от Джулиана. Касс откашлялась, нервно потянула за перчатку и только потом напомнила себе, что Пэйшенс Банбери никогда так не делает. Поэтому она разжала пальцы и медленно опустила руки.

– Капитан Свифт.

Джулиан резко развернулся на каблуках, и у Касс перехватило дыхание.

Заигравшая на губах улыбка осветила его лицо.

– Мисс Банбери, – произнес он и двинулся навстречу, сокращая оставшееся между ними расстояние.

Джулиан склонился над рукой Касс, едва коснувшись ее ладони кончиками пальцев. По спине Кассандры пробежала сладкая дрожь.

Смелее. Смелее. Смелее.

– Позвольте представить вам мою подругу…

– Мисс Уолстонкрафт, – перебила подругу Джейн и выступила вперед, по-прежнему сжимая в руке тарелку с печеньем.

Касс с трудом сдержала улыбку. Она и Люси уже спорили с Джейн относительно ее желания назваться чужим именем.

– Для всех будет лучше, если чужими именами назовемся только мы с Касс, – убеждала подругу Люси. – Чем меньше сложностей, тем лучше.

– Мне нет никакого дела до того, для кого это будет лучше. Да и когда тебя останавливали сложности? – возразила Джейн. – Я тоже хочу другое имя. Не понимаю, почему вы придумали себе новые личности, а меня заставляете оставаться все той же скучной особой, какая я и есть.

– Ты не скучная, Джейн, – произнесла Касс, похлопав подругу по плечу.

– Очень мило с твоей стороны сказать такое, Касс, только дело в том, что впервые за несколько месяцев мне выпала возможность по-настоящему развлечься. А вы собираетесь лишить меня и этого.

Судя по всему, Джейн решительно не собиралась оставаться в стороне.

– Мисс Уолстонкрафт? – Джулиан отвесил поклон. – А вы, случайно, не родственница…

– Известной писательницы? Да. Она моя тетя.

Касс ткнула подругу локтем в бок, и та недовольно фыркнула.

– Позвольте представить вам капитана Свифта… мисс Уолстонкрафт, – произнесла Касс.

– Приятно познакомиться, капитан, – ответила Джейн.

– Я тоже очень рад знакомству.

Джейн еле слышно пробормотала что-то вроде «бог мой, да он действительно красавец», а потом кивнула в сторону Касс.

– Мисс Банбери только что говорила мне, как отчаянно она любит танцевать. А я поведала ей о том, как отчаянно люблю печенье. И поскольку моя тарелка опустела, я собираюсь найти полную. Приятного вам вечера, капитан.

С этими словами Джейн поспешила прочь, и Касс неожиданно осталась наедине с Джулианом. Она вновь потянула было за перчатку, но усилием воли заставила себя остановиться.

– Вы любите танцевать, капитан Свифт? – О, теперь он наверняка сочтет мисс Банбери самой прямолинейной и дерзкой женщиной в Англии. Касс выступала под чужой личиной, и в этом состояло ее преимущество. Ведь леди Кассандра Монро ни за что не стала бы спрашивать джентльмена о том, любит ли он танцевать, но Пэйшенс Банбери это не составило труда. Под маской другого человека Касс чувствовала себя свободной и очень смелой. Это ощущение настолько пришлось ей по душе, что она вполне могла бы к нему привыкнуть.

В ответ на эту дерзость Джулиан лишь еле заметно вскинул красивую бровь.

– Люблю. Вернее, любил раньше. Не припомню, когда танцевал в последний раз, и, если честно, не слишком в этом силен.

– Я слышала, герцогиня Ричмонд давала бал накануне битвы при Ватерлоо, – произнесла Касс. – Вы там были?

Джулиан посмотрел на свои до блеска начищенные сапоги.

– Нет.

– Почему? – В отличие от Пэйшенс Банбери, Касс знала, почему Джулиана не было на том балу. Она сглотнула образовавшийся в горле ком.

Джулиан же выпрямился и откашлялся.

– Накануне сражения я был не в том настроении, чтобы танцевать.

– А что же вы делали? – Вот этого Касс действительно не знала. Но едва только вопрос слетел с ее губ, она пожалела о том, что его задала. С ее стороны было грубо касаться таких личных тем. Очевидно, Пэйшенс Банбери была не только дерзкой, но и прямолинейной.

Сунув руки в карманы, Джулиан посмотрел на танцующих так, словно перед ним раскинулось поле боя, а его взгляд выражал отрешенность, как если бы он вспоминал тот далекий день.

– Я писал письмо… другу.

Касс едва не вскрикнула. «Успокойся. Дыши ровно. Пэйшенс Банбери не из тех, кто падает в обморок и испуганно вскрикивает посреди зала».

И все же Касс не смогла удержаться. Она должна была спросить.

– Очень близкому другу?

– Да, – тихо ответил Джулиан, в глазах которого вспыхнул теплый свет. – Очень близкому.

– Пенелопе? – спросила Касс не по своей воле. Маленький злой бес, сидящий на плече, вынудил ее это сделать.

– Нет. – Джулиан покачал головой. – Кстати… Вы не знаете, не приехала ли Пенелопа?

Касс едва не ущипнула себя за то, что напомнила Джулиану о его невесте, разрушив тем самым момент близости. Или ей только показалось, что они стали ближе? А может, все дело в бурной фантазии Пэйшенс? О, все так запуталось!

Касс откашлялась и покачала головой.

– Насколько я поняла, Пенелопа собиралась заехать по пути к каким-то своим знакомым.

Ну вот. Ее первая самостоятельная ложь. Ведь раньше она лгала по наущению Люси. Касс была готова ей подыгрывать, но теперь увязла во всей этой истории настолько глубоко, что отважилась солгать Джулиану в лицо. И ненавидела себя за это. Касс представила, как рассказывает Джулиану правду, как срывает с себя маску и признается ему в том, что помнит письмо, написанное им той ночью. Оно хранилось в коробке из-под туфель, спрятанной в платяном шкафу, вместе с остальными, разложенными по датам и обильно политыми слезами. Касс не сдерживала слез, думая о том, что битва при Ватерлоо может стоить Джулиану жизни. Но она не могла рассказать ему этого. Не могла произнести ни слова. Потому что уже увязла во лжи.

– Я очень надеюсь, что Пенелопа скоро приедет. Мне необходимо с ней поговорить, – добавил Джулиан.

Касс закусила губу и сосредоточила взгляд на темном пятнышке на паркете. Конечно же Джулиан хотел поговорить со своей будущей женой и обсудить с ней приготовления к свадьбе. При мысли об этом сердце Касс сжалось от боли.

– Я уверена, Пенелопе тоже не терпится увидеться с вами, капитан Свифт. – Еще одна ложь, горечью отозвавшаяся в душе Касс. Пен вовсе не хотела встречаться с Джулианом. Более того – она от него сбежала. Пен не только не собиралась замуж за капитана Свифта, она даже не желала его видеть. Ей не хватало смелости с ним поговорить.

– Поскольку мисс Монро здесь нет, не окажете ли вы мне честь потанцевать со мной, мисс Банбери? Обещаю приложить все усилия к тому, чтобы не отдавить вам ноги.

Касс посмотрела на Джулиана и растаяла. Он пригласил ее на танец. Ведь именно для этого она сюда приехала. Но теперь, получив приглашение, Касс медлила с ответом. Почему? Боялась, что Джулиан заглянет ей в глаза и узнает ее? Или страшилась сказать нечто такое, что ее выдаст? А может, потому, что никогда не танцевала с Джулианом прежде и хотела, чтобы он знал, кого именно пригласил.

– С удовольствием, – услышала Касс собственный голос.

Джулиан взял ее за руку и вывел в центр зала как раз в тот момент, когда музыканты заиграли вальс. Слава богу. Чудесный танец.

Джулиан не лгал. Он оказался не лучшим из танцоров. Касс не ожидала, что он будет двигаться так же грациозно и легко, как великосветские денди, но на деле все оказалось гораздо… хуже. Но Джулиан был хорош во многом другом, и за это Касс была готова простить его неуклюжесть в вальсе. К тому же он целых семь лет провел на войне, и у него не было времени попрактиковаться в танцах. Касс старалась подстроиться под шаги Джулиана, глядя ему в глаза и представляя, что он знает, кто она такая, и что они помолвлены. Касс понимала, что это всего лишь мечты. Ее сердце подвергалось настоящей пытке, но она не могла думать иначе, даже если бы захотела.

– Вы прекрасно танцуете, мисс Банбери, – произнес Джулиан.

Вот оно – напоминание о том, что он не знает, кто она такая.

– Благодарю. А вы… э…

– Нет? – Джулиан улыбнулся.

– Ну что вы. Я бы никогда…

– Не волнуйтесь. Никто еще не удостаивал меня звания непревзойденного танцора. Ну, или хотя бы опытного. Сестра научила меня вальсу пару дней назад – на случай, если мне понадобятся такого рода умения. – Джулиан широко улыбнулся. – И я очень горжусь тем, что не отдавил вам ноги.

– Для меня честь танцевать с вами, капитан. – Касс сосредоточилась на том, чтобы запомнить ощущение тугих мышц под своими пальцами и шорох шерстяной ткани под перчатками.

– К сожалению, в армии не было возможности попрактиковаться в танцах. Наверное, мне все же стоило посетить бал герцогини Ричмонд.

Касс прикрыла глаза, с наслаждением вдыхая аромат одеколона Джулиана. До самой смерти она не забудет этот запах свежести, ведь он навсегда запечатлелся в ее памяти семь лет назад, когда Джулиан был близок к тому, чтобы…

– Что вы сказали? – Господи, она совершенно утратила ощущение реальности и только теперь осознала, что Джулиан задал ей какой-то вопрос.

– Я спросил, как давно вы знакомы с леди Уортинг.

– Ах, Люси. Я знаю ее…

Джулиан сдвинул брови.

– Ее зовут Люси?

– Да, а что?

– Просто… – Джулиан покачал головой. – Не обращайте внимания. Извините, я вас перебил. Так что вы говорили?

– Мы знакомы с самого детства. – Касс охватила тревога. Она не могла признаться, что они с Люси жили по соседству, ведь Джулиан, возможно, мог начать расспрашивать ее о родителях и о том, где они живут. Необходимо сменить тему. И немедленно.

– Как дела у Дафны? – поспешно спросила Касс.

– У моей сестры? Откуда вы ее знаете?

– О… я… Люси упоминала ее имя. Она ваша младшая сестра, верно? – Касс едва не застонала. Господи, какая же она глупая. Сменить одну неудобную тему на другую. Да, она действительно не умела лгать. Подобные сложности ей попросту не по плечу. Черт. Черт. Черт.

– Да. Сейчас Дафна в Лондоне с моей матерью.

– Она слишком юна для выходов в свет? – Касс пришлось притвориться, будто ей неизвестен возраст Дафны, дабы ложь выглядела более убедительно. А ведь она присутствовала на дебютном балу Дафны. Тогда они стащили немного шампанского, а потом, глупо хихикая, прятались за большой пальмой в кадке от отвратительно грубого и дурно пахнущего лорда Монтероя, вознамерившегося пригласить их обеих на танец.

– Вовсе нет. Ее дебют состоялся в прошлом сезоне, – возразил Джулиан.

– У нее уже есть жених? – продолжала задавать вопросы Касс, снова сделав вид, будто ей неизвестно, насколько безразлично Дафна относится к завидным лондонским женихам.

– Пока нет, – ответил Джулиан.

– Беспокоиться не о чем. Еще есть время. Я, например, выхожу в свет уже пять сезонов. – Касс поморщилась. Если бы они сейчас не танцевали, она непременно бы зажала рот рукой. Ведь это Кассандра Монро выходила в свет пять сезонов подряд. Хотя Пэйшенс Банбери, очевидно, тоже.

Музыка внезапно закончилась, и Касс судорожно вздохнула. Нужно перестать говорить о знакомых им обоим людях, возрасте и сезонах. Нужно повернуть беседу так, чтобы Джулиан говорил о себе. Так будет гораздо безопаснее. Она зашла уже так далеко и осмелела настолько, что была готова спросить Джулиана еще кое о чем. Кассандра давно хотела задать ему этот вопрос, но не решалась, хотя и не могла объяснить почему. Странно, но маска Пэйшенс Банбери наконец позволила ей это сделать.

– Могу я спросить вас кое о чем, капитан Свифт? – произнесла Касс, мысленно порадовавшись тому, что ее голос не сорвался.

Джулиан слегка наклонил голову и заинтересованно посмотрел на свою собеседницу.

– Конечно, мисс Банбери.

Собравшись с силами, Касс заглянула ему в глаза.

– Что было на войне хуже всего?

Джулиан прищурился и сжал губы, однако его ответ не заставил себя ждать.

– Осознание того, насколько несправедлива жизнь. – Он не задумался ни на секунду. Ответ слетел с его языка быстро и легко, как если бы он произносил эти слова каждый день. И, возможно, так оно и было.

Касс лишь кивнула в ответ. Жизнь действительно несправедлива. С этим она не могла не согласиться.

Глава 10

Джулиан вошел в отведенную ему гостевую комнату, развязал галстук, расстегнул несколько верхних пуговиц и потер шею. Наконец он мог свободно дышать. На протяжении последних семи лет Джулиан привык носить униформу. Вернувшись же в Англию и оказавшись в светском обществе, он был вынужден позаимствовать несколько костюмов брата, а с ними – и похожих на удавки галстуков. Как долго ему придется к ним привыкать?

Перед тем как подняться к себе, он взял с подноса у пробегавшего мимо лакея бокал бренди. По этому напитку Свифт скучал больше всего. Да, бренди производили во Франции, но Джулиан никогда не пил его, находясь там.

Он сделал глоток. Его мысли вернулись к только что закончившемуся вечеру. Мисс Банбери. Пэйшенс. Джулиан никак не мог выбросить из головы ее образ. Она казалась настоящим божеством. Мечтой любого мужчины. Однако ее спокойствие и уравновешенность удивили Джулиана. Большинство знакомых ему леди болтало без умолку, рассуждая о побрякушках, званых ужинах и балах. Например, его сестра обожала балы и никогда не сидела на месте. Очевидно, Пенелопа была такой же. Ведь ее усидчивости не хватало даже на то, чтобы написать коротенькое письмо, не говоря уже о длинных и содержательных. Если честно, Джулиан знал только одну такую же спокойную и задумчивую девушку, как мисс Банбери. Ею была… Кассандра.

Мисс Банбери спросила, что было хуже всего на войне. По дороге домой и в самом Лондоне Джулиану задавали этот вопрос бесчисленное количество раз. Но он всегда отвечал на него в своей спокойной и бесстрастной манере:

– Я просто рад, что вернулся домой.

Никто не смог бы понять, в каком аду он побывал. Да никто и не хотел этого понимать. Всем были нужны лишь общие слова, чтобы потом похвастаться знакомством с вернувшимся с войны ветераном. Однако никто не испытывал желания узнать о запахе свежей теплой крови, грязи, криках умирающих и страхе, который, казалось, навечно пропитал душу и неизвестно, где начинался и заканчивался. Никто не хотел об этом слышать. Поэтому Джулиан давал тот ответ, которого от него все ждали. Спокойное уверение в том, что жизнь после войны существует. Что выжить можно. Вот кем он был для своих соотечественников – выжившим, и Джулиан играл отведенную ему роль.

Однако когда этот же вопрос задала ему Пэйшенс Банбери, глядя на него своими светящимися изнутри голубыми глазами, Джулиан совершенно неожиданно для себя сказал правду. Хуже всего на войне было осознание того, насколько несправедлива жизнь. Разве справедливо, что Дэвид Ковингтон умер? Что тело этого молодого человека покоилось теперь в чужой земле, в то время как мать не переставала оплакивать его? Дэвид был ее единственным сыном. И смерть не должна была прийти за ним. Справедливо ли, что люди умирали от болезней, инфекций и жажды? Лишались рассудка от одуряющей жары? Справедливо ли, что Джулиану приходилось писать письма их матерям или женам, в которых он старался опустить жуткие подробности последних минут жизни их любимых? Нет. Все это было жутко несправедливо. И никогда справедливо не будет. И более всего Джулиана возмущало то обстоятельство, что он, бесполезный второй сын, был все еще жив, в то время как его брат подвергался опасности.

К вящей досаде их покойного отца.

Джулиан вновь подумал о Дональде и Рейфе. Их след терялся во Франции, где они наверняка попали в плен и, скорее всего, погибли. За долгие годы войны сердце Джулиана очерствело. Слишком уж часто ему приходилось получать известия о смерти. Там, на переднем крае, они никого не удивляли. Но подобного не могло и не должно было случиться с его благородным и сильным старшим братом. Дональд должен жить, чтобы оправдать ожидания отца, сделать счастливой мать и с честью нести титул графа Свифтона. Ведь именно для этого он появился на свет.

А Рейф? Молодой, безрассудный, склонный к авантюрам, постоянно попадающий в разные неприятности, он сбежал на войну, едва ему представилась такая возможность. Рейф был солдатом, но его поразительная способность проникать в различные места совершенно незамеченным привела на стезю шпионажа. Он был настолько хорош в своем деле, что Джулиан даже представить не мог, чтобы его поймали. Разве только при попытке спасти Дональда. Эта мысль мучила Джулиана и разрывала ему душу. Он сделал еще один глоток бренди и теперь смотрел на потрескивающий в камине огонь.

Да, жизнь несправедлива. И судьба иногда совершает ошибки.

Глава 11

– А, лорд Беркли! Я так рада, что вы приехали! – воскликнула Люси, приглашая виконта в дом на следующее утро.

Стоявшая рядом Касс просияла.

– Я тоже рада видеть вас, милорд.

– Спасибо за приглашение, леди Уортинг. – Лорд Беркли озорно подмигнул дамам и отвесил поклон. – Так приятно снова встретиться с вами, мисс Банбери.

Касс с улыбкой присела в реверансе. Ей всегда нравился этот человек. Высокий белокурый красавец, лорд Беркли очень напоминал Джулиана. Неудивительно, что она чувствовала себя в его компании легко и непринужденно. Да, они действительно были похожи с Джулианом. Различие состояло лишь в цвете глаз. Джулиан обладал серыми, в то время как лорд Беркли – небесно-голубыми.

Для визита виконт выбрал темные бриджи, жилет цвета сапфира, белоснежную сорочку, тщательно накрахмаленный галстук и черные сапоги с отворотами. Щеголеватый, как и всегда, он пребывал в отличном расположении духа.

А еще лорд Беркли вдруг перестал заикаться. Очевидно, потому, что больше не предпринимал попыток ухаживать за Люси. Прошлым летом в Бате у них чуть не случился роман, который был заведомо обречен на провал. Но, судя по всему, Люси и виконт остались друзьями, и теперь лорд Беркли был явно не прочь повеселиться. Неужели он согласился участвовать в этом безумии?

– Благодарю за ваше милостивое приглашение. Я целую неделю с нетерпением ждал этого визита, – обратился лорд Беркли к хозяйке дома.

– Теперь, когда вы называете меня леди Уортинг, а Касс – мисс Банбери, позвольте сообщить, что мисс Джейн Лаундз тоже здесь и решила взять себе имя мисс Уолстонкрафт, – произнесла Люси.

Виконт вскинул бровь.

– Уолстонкрафт?

– Да. Она племянница писательницы. Как бы.

Касс ткнула Люси локтем в бок, бросила взгляд на лорда Беркли и залилась румянцем.

– А что такого? – невинно захлопала глазами Люси. – Разве милорд не просил Дерека писать мне письма, делая вид, будто это он сам? Если уж кому и участвовать в нашей милой затее, то только лорду Беркли.

Действительно, лорд Беркли так устал заикаться в присутствии Люси, что попросил Дерека писать ей письма от его имени. Герцог был выбран не случайно, ибо Люси однажды упомянула в разговоре, какое удовольствие ей доставляют словесные перепалки с Дереком. Хант согласился. Но вскоре вдруг совершенно некстати заметил, что пишет письма женщине, в которую влюблен сам, и переписка прекратилась.

Люси одарила лорда Беркли улыбкой.

– Сожалею, что гостей не так много, как хотелось бы. Иначе мы смогли бы представить вас подходящим молодым леди. – Люси повернулась к Касс. – Кристиан очень заинтересован в том, чтобы подыскать себе подходящую супругу, дабы остепениться и обзавестись неприличным количеством наследников. Он сам сказал мне об этом.

– Люси! – Касс прижала ладони к пылающим щекам. Люси не только назвала лорда Беркли по имени, но и упомянула его будущих детей. – Мне кажется, ты самая неблагопристойная герцогиня из всех, кого я встречала.

– И мне это очень нравится, – с улыбкой ответила Люси.

– Я в самом деле так сказал, – с поклоном перебил подругу лорд Беркли. – Но чтобы сменить тему разговора и избавить бедную леди Кассандру от еще большего смущения, позвольте заметить, что я с нетерпением жду встречи с капитаном Свифтом и ужасно хочу получить удовольствие от вечеринки.

– Прекрасно! – Люси захлопала в ладоши. – Не стоит беспокоиться о том, что здесь нет Гаррета. И, взяв лорда Беркли под руку, повела его к парадной лестнице.

– Пока, – решительно кивнув, вдруг произнес лорд Беркли.

Касс вскинула голову.

– Прошу прощения?

– Его пока здесь нет, – повторил лорд Беркли.

Все еще улыбаясь, Люси покачала головой.

– О нет. Он не приедет. Я думала, вы знаете.

Беркли пожал плечами.

– Странно, но сегодня утром он сказал мне совсем другое.

Касс сдавленно охнула и сжала горло рукой.

Люси же остановилась как вкопанная. Она отпустила руку Беркли и заглянула ему в глаза.

– Сегодня утром? Вы разговаривали с Гарретом сегодня утром?

Беркли поправил галстук.

– Да, и он сказал, что планирует приехать, как только сможет. Судя по всему, его задерживают какие-то дела.

Лицо Люси покрылось красными пятнами.

– Вы навещали Гаррета сегодня утром?

– Да. Мне было по пути. Я решил заглянуть и справиться, не хочет ли он составить мне компанию.

Касс с трудом удержалась от желания осесть на пол. Ну, и где же эта волшебная палочка? Ведь она так нужна. Конечно же Беркли заехал навестить Гаррета. Он ведь и предположить не мог, что собственная кузина не послала тому приглашение. О, это очень плохо. Очень.

Люси быстро пришла в себя.

– О, как чудесно. Будет просто замечательно, если он приедет. Я не видела Гаррета уже несколько недель.

Беркли одобрительно улыбнулся.

Люси вновь взяла виконта под руку, и они неторопливо двинулись дальше. Касс последовала за ними, в отчаянии теребя перчатки за кончики пальцев и прокручивая в голове сценарии развития событий, один из которых был ужаснее другого. Как бы поступила Пэйшенс Банбери?

Люси остановилась у подножия лестницы, где один из лакеев терпеливо дожидался ее приказаний, и посмотрела на лорда Беркли.

– Генри проводит вас в ваши апартаменты и поможет вам устроиться.

– Благодарю вас, ваша светлость… э… миледи, – поклонился лорд Беркли.

Однако, не сделав и пары шагов, он обернулся.

– Да, чуть не забыл. У Апплтона я видел кое-кого, знакомого вам обеим.

Касс все еще отчаянно пыталась найти способ отделаться от Гаррета, поэтому не обратила внимания на слова виконта.

– Кое-кого? – эхом отозвалась Люси.

– Да. Он приехал к Апплтону как раз в тот момент, когда я собирался уходить.

Касс вскинула голову и посмотрела на Беркли.

– К-кто? – запинаясь, пробормотала Люси, глаза которой стали огромными, как у совы.

У Касс же едва не закружилась голова.

Лорд Беркли улыбнулся.

– Да не кто иной, как ваш собственный брат, леди Кассандра. Лорд Оуэн Монро.

Глава 12

– Как бы поступила Пэйшенс Банбери? – бормотала себе под нос Кассандра, расхаживая взад и вперед перед окнами голубой гостиной. Как случилось, что их невинная затея всего за несколько часов разрослась до размеров катастрофы? И как она поверила, что эта вечеринка останется в тайне от тех, кого они не пригласили? Прежняя Касс непременно заломила бы руки и засыпала Люси вопросами о том, как теперь быть. Но новая Касс – вернее, Пэйшенс – вознамерилась найти выход из создавшейся ситуации.

– Ты о чем? – спросила Люси, которая, как обычно, делала несколько дел одновременно. В данный момент она изучала меню и складывала отрезы ткани, из которых собиралась поручить служанкам сшить новые скатерти.

Касс повернулась к подруге с широко раскрытыми от удивления глазами.

– Как быть с Гарретом и Оуэном?

– С Гарретом проблем не будет. – Люси вновь сосредоточилась на меню. – Маринованная свекла? Мне совсем не нравится. А тебе, Джейн?

Джейн, сидевшая на диване в центре гостиной, поправила на носу очки и оторвала взгляд от книги.

– Тоже. – Ее передернуло.

– Очевидно, мама ее обожает. И почему я не удивлена? – Люси округлила глаза и вычеркнула маринованную свеклу из списка.

– Да забудьте вы о свекле! – Касс всплеснула руками. – Я должна подумать. Проблемы с Гарретом непременно возникнут. По словам лорда Беркли, Гаррету известно, что мы здесь. Он не глуп и наверняка догадается, что мы что-то замыслили. Особенно после того, как лорд Беркли упомянул о фальшивых именах. Невозможно, чтобы Гаррет остался в стороне.

– Боюсь, она права, Люси, – кивнула Джейн. – Не сомневаюсь, что Апплтон явится сюда с минуты на минуту.

Люси взмахнула пером, как если бы хотела перечеркнуть тему разговора.

– Гаррет меня совершенно не волнует. Просто придумаем что-нибудь, чтобы заставить его молчать.

– Что-нибудь? И что именно? А как быть с Оуэном? – Касс в отчаянии потянула перчатки за кончики пальцев.

– Перестань, Касс. Иначе ты испортишь эту восхитительную телячью кожу. А что касается Оуэна… У него нет причин сюда приезжать. К тому же лорд Беркли абсолютно уверен, что не говорил ему о вечеринке. – Люси посмотрела на Джейн. – А что ты скажешь насчет груш?

– Маринованных? – Джейн сморщила нос.

– Нет. Обыкновенных, – ответила Люси.

Джейн пожала плечами.

– Если они не в маринаде, я не имею ничего против.

Касс остановилась и потерла переносицу, с трудом сдерживая желание придушить обеих подруг.

– Все не так просто. Думаю, нам нужно разыскать Гаррета, все ему рассказать и попросить у него помощи.

На этот раз Джейн не стала отрываться от книги.

– Желаю успеха, – фыркнула она.

Люси постучала кончиком пера по щеке.

– Вообще-то слова Касс не лишены смысла. У нас возникнут проблемы, если Гаррет приедет без предупреждения и начнет задавать вопросы.

В комнате повисла тишина, и Джейн была вынуждена оторваться от книги. Подруги выжидательно смотрели на нее.

– Почему вы так на меня смотрите?

– Это должна сделать ты, Дженни, – начала Касс.

Джейн с шумом захлопнула книгу и бросила ее на диван.

– Ты, должно быть, шутишь.

– Вовсе нет. Это должна сделать ты. – Касс принялась расхаживать перед камином.

– Почему я? – последовал вопрос.

– Потому что Люси не может оставить гостей. Да Гаррет и не станет ее слушать.

– О, спасибо, Касс, – откликнулась Люси.

– Ты знаешь, что это правда, – произнесла Кассандра.

Глаза Джейн расширились от удивления.

– Так ты думаешь, что он послушает меня?

Касс порывисто подошла к дивану и опустилась на ковер перед подругой.

– Неужели ты не понимаешь? Джейн, ты лучше кого бы то ни было сможешь его убедить. Ведь у тебя так ловко получается отстаивать собственное мнение. Ты умна, рассудительна и…

Джейн с улыбкой потрепала Касс по щеке.

– Только не думай, будто я не знаю, что ты пытаешься меня умаслить.

– Так и есть, – призналась Касс. – Но я действительно так думаю.

Джейн взяла Касс за руку и усадила рядом с собой.

– Я действительно понятия не имею, что сказать Апплтону, дабы убедить его участвовать в вашей авантюре. И не понимаю, почему для этой миссии ты выбрала именно меня.

– Но ты должна хотя бы попробовать. Неужели ты не сделаешь это ради меня? – спросила Касс, невинно захлопав ресницами.

– Между прочим, твоя очередь помогать, – добавила Люси, забыв про меню. – Помнится, в последний раз, когда пришел твой черед выручать, ехать в Бат к Дереку пришлось мне. Хотя сообщить ему о болезни Касс должна была ты.

– Да. Но посмотри, чем все закончилось, – возразила Джейн. – Вы поженились.

– Не смеши меня, – отмахнулась Люси. – Вам с Гарретом свадьба не грозит.

Джейн коротко кивнула.

– Именно поэтому мне не стоит к нему ехать. Спасибо, что подтвердила это.

– Дженни, не слушай ее. Если хочешь, можешь выйти за Гаррета, – со смехом произнесла Касс.

Джейн всплеснула руками.

– Я совершенно не собираюсь замуж за Апплтона. Ради всего святого, я даже…

Касс примирительно выставила руки вперед.

– Это всего лишь шутка, Джейн. Пожалуйста. Пожалуйста, попытайся. Я попрошу, чтобы для тебя запрягли экипаж Люси. Поезжай и выясни, что у Апплтона на уме. Постарайся узнать, действительно ли он собирается приехать. И попроси, чтобы он убедил Оуэна остаться дома. Пожалуйста.

Джейн шумно вздохнула.

– Если я поеду, то признаюсь во всем и попрошу его хранить молчание. Не умею ходить вокруг да около.

Люси вновь погрузилась в изучение меню, а Касс улыбнулась и потрепала подругу по руке.

– Звучит здорово. Подойдут любые методы убеждения.

Глава 13

Касс поплотнее закуталась в шаль и толкнула высокие стеклянные двери, ведущие на террасу. Ей было просто необходимо сбежать на некоторое время от собравшихся в доме гостей. Стоял чудесный осенний вечер. Воздух наполнился прохладой, а на черном бархате неба подобно россыпи бриллиантов мерцали звезды. Ветер доносил аромат опавших листьев.

Касс оглянулась на залитые светом окна дома. Все это было так нереально, как если бы она вдруг попала в какую-то пьесу. Все называли ее мисс Банбери, и она почти верила, что это и есть ее настоящее имя. Но при каждом его упоминании Касс думала лишь о том, какая же она лгунья.

Касс спустилась по каменным ступеням в сад. В траве мерцали расставленные вдоль дорожек свечи. Она нашла свою любимую каменную скамью и опустилась на нее. Откинулась на спинку, сделала глубокий вдох, еще один… Помимо запаха опавшей листвы, в воздухе витал еще аромат тлеющих поленьев. Легкий ветерок трепал кудряшки на висках Касс.

Она зажмурилась и представила… Как все будет через две недели? Наверняка к тому времени весь этот фарс закончится. Станет ли Джулиан ненавидеть ее за ложь? Поженятся ли Джулиан и Пен? Касс покачала головой и сделала еще один глубокий вдох.

– Надеюсь, я вам не помешал, – раздался в прохладной тишине низкий голос.

Застигнутая врасплох, Касс тотчас же открыла глаза, хотя уже знала, кто это. Она узнала бы этот голос из тысячи. Джулиан стоял всего в десяти шагах от нее и тушил мыском сапога окурок.

– О, нет, Джу… капитан Свифт. Вовсе не помешали.

Джулиан подошел ближе. В тусклых отсветах свечей его скулы казались выше, а серые глаза поблескивали сталью.

– Можно? – Он указал на скамью.

Касс сглотнула.

– Конечно.

Джулиан опустился на скамью рядом с ней, упершись ладонями в холодную каменную поверхность. Его излучающее тепло тело находилось так близко, что по спине Касс пробежала дрожь. Она вновь ощутила этот аромат. Такой чистый, сильный… принадлежащий Джулиану.

– Наслаждаетесь чудесной погодой? – спросил Джулиан, возвращая Касс к реальности.

И слава богу. Ведь он наверняка удивился бы, если б мисс Пэйшенс Банбери начала вдруг обнюхивать его сюртук. Хотя она вовсе не собиралась этого делать.

Касс расправила плечи и плотнее закуталась в шаль.

– Да. В доме так жарко. Кроме того, я очень люблю бывать на свежем воздухе.

– Я тоже, – ответил Джулиан. – Особенно за городом. Я много лет ждал возможности посмотреть вот так на ночное небо где-нибудь в английской глубинке.

Касс кивнула. «Я знаю». Джулиан упоминал об этом в своих письмах. «Мое самое заветное желание – оказаться в английской деревушке, посмотреть на звезды, вдохнуть свежего воздуха и не думать больше о смерти, войне и разрушениях», – написал он ей пару лет назад.

– Должно быть, на войне было ужасно, – робко произнесла Касс. Конечно же там было ужасно. Она знала это. Но не Пэйшенс. Или эта воображаемая особа догадалась? Господи. Да она просто дурочка.

Джулиан убрал ладони со скамьи, положил их на колени и устремил взгляд на утопающую в темноте живую изгородь.

– Мне повезло.

Касс судорожно сглотнула. Ее сердце до сих пор сжималось от боли при мысли о том, что Джулиан мог не вернуться.

– Потому что вы выжили? – голос Кассандры прозвучал очень тихо.

– Да. Потому что я вернулся. – Джулиан на мгновение замолчал, закрыл глаза и втянул носом ночной воздух. – Хотя и не собирался.

Касс недоуменно вскинула брови.

– Что вы хотите этим сказать? – «Не собирался? Он никогда не упоминал об этом в своих письмах».

Джулиан открыл глаза и покачал головой. А потом улыбнулся. Только вот взгляд его серых глаз оставался серьезным. Точно так же он улыбался на балах и званых ужинах, когда ему задавали слишком много вопросов. Касс ужасно не нравилось, что точно так же сейчас он улыбался ей.

– Это слишком мрачная тема для такой чудесной ночи, – произнес Джулиан.

– Тогда расскажите мне что-нибудь о себе, – попросила Касс, ведь мисс Банбери познакомилась с Джулианом лишь недавно. И все же собственный вопрос немало ее удивил. Чего еще она не знала о своем задушевном друге?

Джулиан улыбнулся.

– Я отвратительно играю в карты, и вы только что стали свидетельницей того, что в танцах я тоже не силен. А еще я совершенно не испытываю энтузиазма, когда речь заходит об охоте.

Касс ошеломленно заморгала.

– Я не знала, что вы плохо играете в карты.

Джулиан нахмурился.

– Я хотела сказать… э… меня это удивило. Мне подумалось, что, возможно, вы играли в карты в передышках между боями. Со своими сослуживцами.

– Офицеры играли, и довольно часто. Это правда. Но не могу сказать, что я часто выигрывал. Мне просто повезло, что мы никогда не играли на что-то действительно ценное.

Касс закрыла глаза. Очевидно, она еще многого не знала о Джулиане. В письмах он упоминал об игре в карты с другими офицерами, и Касс неизменно представляла его победителем. Хотя теперь она припоминала, что Джулиан никогда не рассказывал ей о выигрышах. Касс осторожно посмотрела на Свифта. На протяжении многих лет она любила этого мужчину, и вот теперь он сидел рядом с ней – живой, настоящий, из плоти и крови.

– Скажите мне кое-что, мисс Банбери.

Ну вот – снова напоминание о том, какая она лгунья. Касс еще плотнее закуталась в шаль.

– Вы любезно ответили на мои вопросы, капитан Свифт, и теперь я буду счастлива ответить на ваши.

– Как вы себя чувствуете? – голос Джулиана звучал мягко и заботливо. Именно таким Касс и представляла его, когда читала письма.

Она непонимающе заморгала.

– Как я себя… что? – «Что он имел в виду?»

– В своем последнем письме Пенелопа сообщила, что вас бросил жених.

Касс едва не закашлялась.

– Я… э…

Ну, конечно. Теперь Касс вспомнила, как Пенелопа рассказывала о том, что ее подругу Пэйшенс бросил жених. Как его, бишь, звали? Мистер Альбатросс? Вот почему несчастной Пэйшенс так требовалось присутствие подруги.

– Надеюсь, я не слишком смутил вас своим вопросом. – Свифт ободряюще улыбнулся. Да, в этом был весь Джулиан. Только он мог интересоваться состоянием совершенно незнакомого человека. И именно за это Касс так любила Джулиана. За его доброе сердце.

– Нет. Я… э… со мной все в порядке. Ну, или, по крайней мере, будет. – «Как только я перестану лгать». – Альбус… вернее мистер Альбатросс… Мы совершенно не подходили друг другу. Так что все к лучшему.

– Рад слышать.

– А как вы? – спросила Касс, которой очень хотелось поскорее сменить тему разговора.

– Я? – В голосе Джулиана послышалось удивление.

– Да. Мне действительно хочется это знать. Ведь годы, проведенные на войне, наверняка не прошли даром.

Джулиан шумно выдохнул и провел пальцами по волосам.

– Там мое место… было. А теперь я просто не знаю, где оно.

Касс нахмурилась.

– Что вы хотите сказать?

С губ Джулиана сорвался невеселый смех.

– Я недавно узнал, что мой брат… пропал во Франции.

Касс прижала руку к сердцу.

– Ваш брат? Ваш брат пропал?

– Да. Мой брат – граф Свифтон. Он… отправился во Францию по делам и не вернулся.

– Я не знала, что ваш брат туда поехал.

Джулиан сдвинул брови.

– Вы не знали, что у меня есть брат. Так что не могли знать, что он уехал во Францию.

Касс отвела взгляд.

– О, я… э… Конечно. – Она откашлялась. – Просто вы сказали, что он уехал по делам. Вот я и предположила… По заданию короля?

– Он… да. По парламентским делам.

– И пропал? Это может быть опасно? – Касс с силой сжала пальцы.

– Да.

– Мне жаль, – прошептала она.

– Спасибо, – произнес Джулиан и устремил взгляд на утопающие во тьме кусты. – Просто все это…

– Все это… – подсказала Касс. – Прошу вас. Вы можете мне сказать.

Джулиан со стоном уронил голову на грудь.

– Знаю, это эгоистично, но я не перестаю думать о том… если он не вернется… я не смогу… – Он покачал головой. – Впрочем, неважно. Простите мое мрачное настроение. Оно совершенно неуместно в столь прекрасный вечер.

Касс судорожно вздохнула в надежде, что Джулиан не заметил поблескивающих на ее ресницах слез. Пэйшенс Банбери понятия не имела, что он скажет дальше. Зато это знала Касс и теперь с трудом удерживалась от желания протянуть руку, погладить Джулиана по волосам, утешить и хоть как-то унять его боль. Но она не могла и поэтому крепко сцепила лежащие на коленях руки.

– Я надеюсь, что ваш брат вернется невредимым, капитан, – только и смогла произнести Касс.

Джулиан немного помолчал, а потом посмотрел на усыпанное мерцающими звездами небо.

– Можно задать вам еще один вопрос, мисс Банбери?

– Конечно.

– Чего вы хотите от жизни?

Касс покачала головой.

Вопрос Джулиана застал ее врасплох – отчасти потому, что оказался слишком неожиданным. К тому же она не предполагала, что Джулиан может задать его совершенно незнакомому человеку. И это заставило Кассандру нервничать. Она не могла рисковать, озвучив собственное мнение. Она должна была ответить, как Пэйшенс Банбери. Как женщина, которой не существовало в природе. То есть как можно более расплывчато.

– Наверное, того же, чего желают все молодые леди.

– Например? – не удовлетворился ответом Джулиан. – Простите мое нетерпение, мисс Банбери, но я вдруг понял, что, вернувшись с войны, постоянно ищу ответа на этот вопрос у себя и у окружающих. Как полагаете, мисс Банбери, сколько людей действительно знает, чего они хотят от жизни?

Касс глубоко вздохнула. Так вот чем заняты его мысли – желанием понять, чего он хочет от жизни? Горло Касс болезненно сжалось, а на глаза навернулись слезы. Какую глубокую незаживающую рану нанесла война ее Джулиану! Хотя нет. Он не был ее Джулианом. Он принадлежал Пен.

– Не знаю, – пробормотала Касс, ибо только так могла ответить Пэйшенс Банбери.

– Так чего же вы хотите, мисс Банбери? Вы знаете?

Касс посмотрела на темную листву. «Тебя!» – кричало ее сердце.

А что бы ответила Пэйшенс Банбери?

– Брака, детей… любви.

Джулиан резко вскинул голову и посмотрел на свою собеседницу.

– Любви?

Касс уставилась на свои затянутые в перчатки пальцы. Она не смела взглянуть Джулиану в глаза. Ведь он наверняка увидит в них правду, ибо они уже давно были родственными душами и, делясь в письмах сокровенными мыслями и тайнами, знали друг о друге так много.

– Да. – Голос Касс сорвался. – А… чего хотите вы, капитан Свифт?

Джулиан посмотрел на свои руки, а потом перевел взгляд на посыпанную гравием дорожку.

– Я хочу…

Сердце Касс замерло.

– Обещаю, что все, сказанное вами, останется тайной, – выдохнула Касс, подавшись вперед. Она и так уже хранила множество секретов Джулиана и не выдала бы их даже под страхом смерти.

Джулиан судорожно вздохнул.

– У меня было много времени, чтобы поразмыслить о жизни и о том, что действительно важно. Поэтому я решил, что если выживу, если вернусь…

Касс едва не упала со скамьи.

– То?

– Я хочу организовать фонд для солдат, ветеранов и их семей.

Касс склонила голову набок, обдумывая услышанное. Джулиан никогда не рассказывал ей об этом в своих письмах.

– Фонд?

– Да. В первую очередь для тех, кто из-за ранения утратил способность зарабатывать на жизнь. Жизни этих людей и без того поломала война. И они не заслуживают того, чтобы вернуться домой к холодному очагу.

Касс легонько коснулась руки Джулиана.

– Я думаю, это чудесно.

Джулиан наклонил голову, но руку не убрал.

– Пусть я не обладаю титулом, но зато у меня есть друзья и связи. Поэтому я сделаю все, от меня зависящее, чтобы помочь тем, кто в этом нуждается.

– Я тоже помогу вам. – Эти слова сорвались с языка Касс, прежде чем она успела их обдумать. – Чем смогу, конечно.

– Спасибо вам, мисс Банбери. – Джулиан немного помолчал, прежде чем продолжить: – Есть еще кое-что, хотя мне ужасно не хотелось бы обременять вас своими проблемами.

Вот теперь Касс заглянула ему в глаза. Не могла этого не сделать.

– Что же?

– Обещаете сохранить мое признание в тайне?

– Да. – Касс сглотнула.

Джулиан с минуту пристально смотрел на нее, и сердце Касс сжалось от страха, ибо она была уверена, что он ее узнает.

– Странно, но я чувствую, что готов рассказать вам все, что угодно. Хотя и не могу объяснить своих чувств, – признался Джулиан. – В мире существует только один человек, по отношению к которому я чувствую то же самое.

Слова Джулиана отозвались болью в сердце Касс.

– Пен… Пенелопа?

– Нет. Моя подруга Кассандра Монро.

Душу Касс наполнило счастье, смешанное с угрызениями совести. Впрочем, совсем скоро чувство вины овладело ею полностью, и от ощущения счастья почти ничего не осталось.

Улыбнувшись, Касс отвела глаза. Джулиан не узнал ее и ни о чем не догадался. Ох уж это чувство вины!

– Даю слово, капитан Свифт. Я никому не раскрою вашего секрета.

Джулиан пнул гравий мыском сапога.

– Я собираюсь сказать Пенелопе, что не могу стать ее мужем.

Глава 14

Касс расхаживала перед окном собственной спальни. Казалось, в последнее время это стало ее привычным времяпрепровождением. Признание Джулиана пробудило в ее душе бурю эмоций. Он собирался порвать с Пен? Но как такое возможно? Как? Еще вчера Касс была уверена, что свадьба Пенелопы и Джулиана – лишь дело времени, а сегодня все кардинально изменилось. Но ведь настолько просто не может быть, верно? И пусть Джулиан действительно вознамерился порвать с Пенелопой, но что он сделает потом? У Касс не хватило смелости спросить. Даже под маской Пэйшенс Банбери. Джулиан казался таким задумчивым, таким тихим и взволнованным, что она просто пообещала хранить его тайну и лишь кивнула, услышав его признание.

Единственный вопрос, который она хотела задать, растаял у нее на языке: «Это из-за вашей подруги Кассандры? Она стала причиной разрыва вашей помолвки?»

Но Касс не смогла произнести его вслух. Ведь Джулиан наверняка удивился бы такой заинтересованности.

Не так все должно было сложиться. Это ответ на ее мольбы или начало худшего из кошмаров? Пен брошена? Ужасно. Это известие станет шоком для ее родителей. А как отреагирует сама кузина? Ее сердце не будет разбито – это Касс знала точно. И все же Пен наверняка не понравится оказаться брошенной мужчиной, которого она семь лет ждала с войны. Кроме того, подобное поведение совершенно не в духе Джулиана. Ведь он серьезный, верный и до безобразия надежный. Он бы никогда не причинил боли ближнему и уж конечно не отступился бы от своего слова. Что-то случилось с ним за последние несколько месяцев. Он изменился. Касс чувствовала это по тону его писем. Но она и представить себе не могла, что все обернется подобным образом.

Сделав признание, Джулиан поспешно извинился и вернулся в дом. Возможно, он счел, что сказал Пэйшенс Банбери слишком много. И почему сообщил такое едва знакомой женщине, а не Касс? Ведь в своих письмах он даже не намекнул ни о чем подобном.

А новость о Дональде? Немыслимо, невероятно. Дональд во Франции? Зачем графу туда отправляться? Джулиан сказал, что по парламентским делам. Но какой в этом смысл? Сердце Касс сжалось от боли при воспоминании о выражении лица Джулиана, когда тот произнес: «Если он не вернется… я не смогу…» Она точно знала, что Джулиан имел в виду, хотя он никогда не писал ей об этом. Джулиан считал себя нежеланным сыном и полагал, что недостоин носить титул графа. Касс знала, что он чувствует, ибо в своей семье играла похожую роль. Старший брат Оуэн – наследник, а она – всего лишь никчемная женщина, предназначение которой состояло в том, чтобы подыскать себе подходящего мужа и обеспечить родство с еще одним титулованным семейством. Кассандре хотелось протянуть руку, погладить Джулиана по волосам, утешить его и убедить в том, что как бы там ни было, он сможет стать гордостью семьи. Но Пэйшенс Банбери не могла знать о его самых сокровенных страхах. Зато это знала Кассандра Монро. Касс поспешно подошла к письменному столу, взяла перо и бумагу. Она напишет Джулиану письмо. Сейчас же.

Джулиан мысленно сосчитал до тридцати. Именно столько раз он отжался от пола. Физические упражнения всегда помогали очищать разум от ненужных мыслей. Джулиан взял за правило отжиматься всякий раз перед боем и теперь, вернувшись в Англию, не изменил привычке. Только теперь он выполнял эти упражнения, глядя на декорированные дорогими тканями стены и лежа на мягких коврах вместо холодной, покрытой жидкой грязью земли. Но Джулиану было все равно, где отжиматься, лишь бы это помогло прочистить сознание.

Почему он раскрыл Пэйшенс Банбери свою тайну? Ведь он был с ней почти не знаком. Однако что-то в этой девушке заставляло его чувствовать себя спокойно и умиротворенно. Как если бы он наконец оказался дома. Эта мысль казалась Джулиану нелепой, но он ничего не мог с собой поделать. В спокойствии и непритязательности мисс Банбери было нечто такое, что затмевало ее несомненную красоту. Джулиан чувствовал, что может рассказать ей что угодно. Совсем как… Кассандре.

Сорок. Джулиан продолжал считать. Дыхание вырывалось из его груди все прерывистее, а мышцы рук горели от напряжения. Обычно он с благодарностью принимал боль, и сегодняшняя ночь не стала исключением. Ему потребовалось несколько недель, чтобы вернуть рукам силу и вновь обрести способность отжиматься. Джулиан заскрежетал зубами. Теперь ему оставалось лишь надеяться, что Пэйшенс сдержит слово и не расскажет о его намерениях Пенелопе. Ведь Пен – ее подруга, и Пэйшенс наверняка захочется ей все рассказать. Но она дала слово, и что-то заставляло Джулиана верить, что она его не нарушит. Впрочем, это не имело никакого значения. Ведь он сам расскажет все Пенелопе, едва та переступит порог этого дома или как только ему представится возможность с ней увидеться.

Джулиана тревожило еще кое-что. Слишком уж неподходящий момент он выбрал, чтобы рассказывать о своих намерениях мисс Банбери. Ведь Пэйшенс саму недавно бросил жених, и его признание могло вновь пробудить в ее душе боль воспоминаний. Правда, Пэйшенс сказала, что она в порядке, но Джулиан знал: чтобы залечить такую рану, требуется время. А о ранах ему было известно все. Раз Пенелопа написала ему о несостоявшейся помолвке мисс Банбери, значит, на самом деле все было довольно серьезно. Да, не стоило ему обсуждать свои намерения с Пэйшенс Банбери. И на то были и другие причины.

Пятьдесят. Джулиан застонал и в изнеможении упал на пол. Перевернулся на спину и потер лицо. Что он за человек? Когда-то Свифт был готов скорее расстаться с жизнью, нежели совершить неблагородный поступок. А теперь намеревался бросить собственную невесту.

Жизнь – вот что его изменило. Лежа на пропитанной кровью земле Ватерлоо, он узнал цену жизни и никогда ее не забудет.

Раздался стук в дверь, и Джулиан на мгновение замер. Потом поднялся с пола, подошел к двери и распахнул ее.

На пороге стоял лакей, держащий в руке серебряный поднос с двумя письмами.

– Прошу прощения, что побеспокоил вас, капитан, но эти письма пришли сегодня вечером.

Джулиан поблагодарил слугу, опустив ему в ладонь монету, и тот откланялся. Узнав на одном из писем размашистый почерк Дерека, Джулиан поспешно сломал печать и затаил дыхание.

«Свифт, мы с Колином благополучно прибыли во Францию, и я могу сообщить тебе хорошие новости. Мы вышли на людей, которые знают, где французы удерживают пленных англичан. Утром уезжаем на поиски. Не волнуйся. Мы будем осторожны. Напишу, как только узнаю что-то еще. Хант».

Джулиан медленно выдохнул. Вполне в духе Ханта подписывать письма собственным именем, а не титулом. Сколько еще пройдет времени, прежде чем его друг свыкнется с мыслью, что он теперь герцог? Джулиан улыбнулся. Он и сам воспринимал Дерека как Ханта. А как скоро он сам начнет воспринимать друга как герцога Кларингтона?

Свифт еще раз пробежал по строчкам – лучшего он и не мог ожидать. Хант ни за что не выпустит ниточку, оказавшуюся у него в руках. Но черт возьми! Джулиан не должен находиться здесь, в сельской глубинке, наслаждаясь приятным обществом, в то время как Дональд и Рейф терпят неизвестно какие лишения во Франции. Если они все еще живы, их наверняка подвергают мучениям.

Джулиан смял письмо и бросил его в камин. На войне такого рода корреспонденция уничтожается немедленно.

Но постойте! Сейчас он не на войне.

И все же для него война не закончится до тех пор, пока Дональд и Рейф в опасности. Нужно как можно скорее положить конец этой нелепости, именуемой помолвкой, и отправиться во Францию на помощь друзьям. Промедление подобно смерти. Поэтому Джулиану необходимо немедленно встретиться с Пенелопой Монро.

Он переключил внимание на второе письмо, о котором едва не забыл, погруженный в размышления. Взглянув на подпись, он с шумом втянул носом воздух. Письмо было от Кассандры.

Глава 15

На следующее утро Джейн уже поджидала Гаррета Апплтона в зеленой гостиной. Его дом не поражал воображение так, как поместье Оулдриджа, наследником которого являлся Гаррет, и все же он был довольно большим и удобным и располагался всего в нескольких милях от Оулдридж-холла. Джейн оставила служанку и кучера на улице, ибо собиралась побеседовать с Апплтоном без лишних свидетелей.

Джейн огляделась. Апплтон еще не пришел. Он заставлял ее ждать. Сомнений в этом не оставалось. И как ее угораздило попасть в расставленные Люси сети? Джейн покачала головой. Люси умела убеждать. Едва только у нее возникала какая-нибудь идея, она тотчас же начинала претворять ее в жизнь, а подруги, сами того не замечая, становились частью тщательно спланированного действа. И это поражало.

Но на этот раз Джейн беспокоилась по-настоящему. Она боялась, что задуманная Люси авантюра не пройдет для Касс бесследно, оставив на ее сердце шрамы. Слишком уж был вероятен неблагоприятный исход этой затеи, и Джейн сомневалась, что Люси приняла это во внимание.

А пока она могла лишь внести свою посильную лепту. Именно потому и оказалась сейчас в доме Апплтона. Ей предстояло убедить Гаррета, что в сложившейся ситуации у него только два пути: либо остаться в стороне, либо подыграть. И Джейн намеревалась добиться своего, чего бы ей это ни стоило.

Она подошла к стене и сдвинула очки на кончик носа, чтобы получше рассмотреть один из висевших на ней портретов. Хм. Апплтон. В возрасте примерно двадцати лет. Красивый парень, не могла не признать Джейн, хотя всегда доводил ее до сумасшествия. Джейн отвернулась. Менее всего ей хотелось сейчас думать о внешности Апплтона.

Она уселась на стоящий в центре гостиной диван, достала из сумочки книгу и приготовилась читать. Апплтон наверняка отпустил бы какую-нибудь остроту, обнаружив, что заставляет ее нервничать в ожидании. Но если у нее с собой была книга – а Джейн всегда носила в сумочке какую-нибудь книгу, – ей было все равно, кого и где ждать.

А ждать пришлось недолго. Не прошло и пяти минут, как в гостиную неторопливо вошел Апплтон. Сунув руки в карманы, он беспечно насвистывал какую-то мелодию, словно ничто его не волновало на всем белом свете. Плохо. Он мог бы быть очаровательным джентльменом, если бы не был настолько… Апплтоном.

Джейн подняла голову и захлопнула книгу. На лице Апплтона застыла его фирменная небрежная улыбка.

– А, мисс Лаундз. Чему обязан удовольствием видеть вас?

Джейн устремила на хозяина дома многострадальный взгляд.

– Удовольствием? В самом деле?

Апплтон пожал плечами.

– А вы предпочли бы услышать из моих уст какую-нибудь грубость?

Джейн осторожно посмотрела на Апплтона. При виде его ей всегда хотелось заскрежетать зубами. Он был слишком самоуверен и неизменно подтрунивал над ее образом жизни и любовью к чтению. Но и Джейн не оставалась в долгу, высмеивая сомнительные успехи Апплтона за карточным столом и его пристрастие к крепким спиртным напиткам и женскому обществу. Однако глядя на него сейчас, даже она не могла не признать, что портрет не лгал. Апплтон был весьма красив – высокий, широкоплечий, с кудрями оттенка красного дерева и глазами цвета ореховой скорлупы, которые становились темно-зелеными, когда что-то привлекало его внимание. Да, Апплтон был настоящим красавцем, и это еще больше затрудняло общение с ним. Тьфу ты! Второй раз за сегодняшний день Джейн задумалась о внешности Апплтона. Она недовольно покачала головой.

– Я предпочитаю вашу честность, – возразила Джейн.

Апплтон одарил ее ответным, преисполненным страданий взглядом, который безусловно довел до совершенства за годы общения с Джейн.

– Давайте перейдем к делу, мисс Лаундз. Не возражаете?

Джейн вздернула подбородок.

– Абсолютно не возражаю.

– Прекрасно. Сэкономлю вам немного времени.

– Прошу вас, Апплтон, у меня сегодня очень насыщенный день.

Гаррет ухмыльнулся.

– Доводите джентльменов до безумия своими колкостями или просто читаете, поправ все правила приличий?

– И то, и другое. У меня весь день расписан по минутам. Конечно же откуда вам знать, какое наслаждение доставляет чтение книг, ведь за всю свою жизнь вы не прочли ни одной. Но уверяю вас, это не менее увлекательно, чем карты, пьянство и волочение за дамами с дурной репутацией.

Апплтон насмешливо отвесил поклон.

– Браво! Отличное начало. А ведь еще даже не полдень. Искренне сочувствую джентльменам, которые окажутся сегодня у вас на пути. Кстати, откуда вы так хорошо осведомлены о картах, пьянстве и волочении за дамами с дурной репутацией?

Джейн улыбнулась еще шире.

– Я читаю. Много.

Они с минуту гневно сверлили друг друга взглядами, и наконец Апплтон выпалил:

– Моя дорогая мисс Лаундз, полагаю, вы явились сюда потому, что мне стало известно о весьма подозрительном мероприятии, которое устраивает в Оулдридж-холле моя кузина Люси и наша дорогая подруга Кассандра. Причем обе назвались чужими именами.

Джейн открыла рот, чтобы дать Апплтону отпор, но тот жестом приказал ей замолчать.

– Позвольте мне закончить. Более того – вы втянули в свою скандальную авантюру моего друга лорда Беркли.

Джейн вновь хотела возразить, однако Гаррет погрозил ей пальцем.

– Я не закончил. И наконец, я считаю вашу затею крайне неблагоразумной. Хотите знать почему?

Ответный взгляд Джейн едва не испепелил Апплтона. Она сложила руки на груди и принялась постукивать туфелькой по ковру.

– О, прошу вас, не томите. Я просто сгораю от любопытства. – Зевнув, Джейн изобразила на лице скуку.

Однако Апплтон и бровью не повел.

– Во-первых, вы не пригласили меня, а это значит, вы не хотели, чтобы мне стало известно о вашей затее. И это, в свою очередь, означает лишь одно: вы совершаете нечто предосудительное, в чем я наверняка не пожелаю участвовать.

Апплтон замолчал, чтобы проследить за реакцией Джейн, но та лишь пожала плечами. Скорее ад покроется льдом, чем она даст Апплтону понять, что он оказался прав. Относительно всего.

– Во-вторых, – продолжал между тем Гаррет, – Люси и Кассандра назвались вымышленными именами. Я, конечно, восхищаюсь живым воображением Люси и ее способностью устраивать головокружительные розыгрыши, но мне остается только догадываться, чего ради она решила скрываться под личиной другого человека.

На этот раз Джейн лишь округлила глаза.

– И в-третьих, Люси весьма прозрачно намекнула мне, что она, возможно, беременна. Люси никогда ни на что не намекает. И если уж она это сделала, значит, в ее словах нет ни капли правды. А раз так, я должен себя спросить: почему она хочет, чтобы я ей поверил?

Джейн сжала губы и заморгала. Она слышала, как люди, играющие в покер, стараются сохранять непроницаемое выражение лица, чтобы противник не догадался о том, какие карты у них на руках. Она старалась следовать их примеру, время от времени играя в вист с престарелыми матронами. Только вот никогда не испытывала уверенности в том, что у нее это получается. Но сейчас Джейн очень надеялась, что ей удалось ничем не выдать своих мыслей.

– И последнее, – продолжал Апплтон, – вы приехали ко мне. А поскольку всем известно, что вы скорее согласитесь оказаться в бочке с кипящим маслом, нежели в моем обществе, я осмелился предположить, что вас подослала Люси. Вам выпала миссия заручиться моей поддержкой или же убедить меня держаться в стороне в случае отказа. – Апплтон лучезарно улыбнулся. – Я прав?

Стащив с рук перчатки, Джейн принялась рассматривать собственные ногти.

– О, вы закончили? А то я давно утратила интерес к вашей тираде. – Она натянуто улыбнулась.

– Закончил. А теперь ответьте на мой вопрос.

Черт возьми! Апплтон слишком умен. Он точно знал, для чего она сюда явилась. Гаррет и Люси дружили с самого детства, поэтому его уже давно не удивляли ее выходки. Черт бы побрал Люси за то, что послала Джейн к кузену с заведомо обреченной на провал миссией.

Джейн глубоко вздохнула и расправила плечи.

– Люси действительно устраивает в Оулдридж-холле вечеринку, на которую пригласила Беркли.

Апплтон обошел вокруг Джейн и теперь стоял так близко, что мисс Лаундз ощутила аромат его одеколона, который оказался весьма… приятным.

– Я вот только никак не могу понять, для чего вы все это затеяли? – произнес Апплтон. – С какой стати Касс называться именем Пэйшенс Банбери, а Люси – леди Уортинг?

Развернувшись, Джейн посмотрела Апплтону в глаза.

– В одном вы ошиблись, Апплтон. Я тоже назвалась вымышленным именем. Мисс Уолстонкрафт. – Джейн попыталась не обращать внимания на исполненный сарказма взгляд хозяина дома. – А что касается наших мотивов… Мы сделали это просто ради забавы. Вам ведь известно о забавах все, не так ли, Апплтон? Вам ведь весело, когда вы напиваетесь до беспамятства?

Апплтон высокомерно вскинул бровь.

– Пожалуй, пропущу ваши слова мимо ушей.

– Отчего же?

– Не имеет значения. Я намерен выяснить, что вы задумали, когда приеду сегодня в Суррей.

Джейн потребовалось немало усилий, чтобы сохранить бесстрастное выражение лица.

– Прошу прощения!

– Я сказал, что намерен приехать и взглянуть на все собственными глазами.

– Вас не приглашали. – Хм. Не слишком умный ответ. Но эти слова первыми пришли Джейн на ум.

Апплтон вновь одарил ее полным страдания взглядом.

– В самом деле?

– Да.

– Не стоит, однако, забывать о том, что рано или поздно я стану полноправным хозяином Оулдридж-холла. Так что, думаю, слуги не осмелятся захлопнуть дверь перед моим носом.

– Вы не можете приехать. – Господи, ее голос сорвался на фальцет. Как некстати.

Апплтон склонился над диваном. Теперь он оказался так близко, что Джейн ощущала на своей шее его теплое дыхание. Отчего – о господи, – ее кожа вдруг покрылась мурашками.

– Назовите хоть одну причину, – выдохнул Апплтон.

Джейн попыталась найти ответ. И правда – почему он не мог приехать в гости к собственной кузине, в дом, который однажды унаследует? Джейн решила, что пора сменить тактику. Она поднялась с дивана и отошла к окну, не в силах больше находиться рядом с Апплтоном. Нужно было взять себя в руки. Удостоверившись, что теперь их разделяет приличное расстояние, Джейн развернулась и прищурила глаза.

– А почему вы хотите приехать?

Выпрямившись, Апплтон вновь принялся мерить шагами гостиную.

– Считаю своим долгом выяснить, что именно вы задумали, и положить этому конец, пока не поздно.

Пока не поздно. Джейн глубоко вздохнула. О, как все скверно складывается. И поделать ничего нельзя.

– Прекрасно. Как заставить вас остаться в городе, Апплтон? Назовите цену.

Глава 16

На следующее утро, прихватив с собой мольберт и палитру, Касс направилась в оранжерею. Она не бралась за кисть целую вечность, хотя рисование всегда успокаивало и помогало расслабиться. Кроме того, это единственное, что она делала ради удовольствия, а не только чтобы соблюсти правила приличий. Касс обожала смотреть на предметы, изучать их форму, а потом передавать на полотне с помощью кисти. За мольбертом она забывала обо всех проблемах и горестях. Именно это ей сейчас и было нужно: забыть все, что она услышала прошлой ночью от Джулиана. И в особенности его признание в том, что он собирается порвать с Пен.

Джейн оглядела открывающуюся ей чудесную картину. Больше всего на свете она любила рисовать цветы. Цветы и птиц. Правда, птицы обладали весьма раздражающей привычкой улетать в самый неподходящий момент, а попугай леди Хоппингтон и вовсе наговорил кучу непристойностей, причем половину на французском языке.

Сегодня Касс выбрала орхидею, нежный аромат которой наполнял влажный воздух оранжереи. Касс устроилась на небольшой чугунной скамье в нескольких шагах от цветка и как раз начала делать наброски изящных пурпурных лепестков, когда ее нашел Джулиан.

– Вот вы где, мисс Банбери.

От неожиданности Касс едва не выронила кисть. Она подхватила ее и положила на столик, который услужливо принесли для нее лакеи. Кассандра поспешно провела рукой по волосам, надеясь, что не оставила на них пятен краски. Как же, забудешь тут о проблемах!

– Доброе… доброе утро, капитан Свифт.

Джулиан поклонился.

– Надеюсь, я не испугал вас снова. Кажется, у меня это вошло в досадную привычку.

– О, нет, вовсе не испугали, – улыбнулась в ответ Касс.

– Можно? – Джулиан указал рукой на рисунок.

У Касс перехватило дыхание. Он хочет посмотреть? Застигнутая врасплох, она едва сумела кивнуть.

Джулиан зашел сзади, уперся руками в кованую спинку скамьи, и Касс всем телом ощутила исходящее от него тепло. Ее ноздри дразнил знакомый аромат – смесь мыла и одеколона, – от которого все чувства обострились до предела. Джулиан склонил голову набок и внимательно посмотрел на рисунок.

– Превосходно.

По телу Касс прокатилась теплая волна гордости.

– Благодарю вас, – пробормотала она.

– Цвет просто идеален. Вы сами смешивали краски? – В голосе капитана слышалась неподдельная заинтересованность.

– Да. Я очень это люблю.

– Моя сестра тоже рисует. Хотя, мне кажется, не так хорошо, как вы.

Касс принялась отирать с пальцев краску.

– Дафна?

– Да. Вы когда-нибудь с ней встречались?

Касс не сводила взгляда с собственных рук. С ее стороны было бы глупо отрицать знакомство с сестрой Джулиана. Но Пэйшенс Банбери действительно ее не знала.

– Не припомню ничего подобного, капитан.

Лгунья, лгунья, лгунья.

Джулиан тихо засмеялся в ответ.

– Если бы вы хоть раз повстречались с Дафной, уверен, вы бы этого не забыли, мисс Банбери. Я очень ее люблю, несмотря на то, что моя сестра немного… как бы это сказать… необычна.

Джулиан был прав. Именно из-за неординарности его сестры Касс всегда получала истинное удовольствие от общения с нею. Никто не мог заранее предположить, что услышит от Дафны. В этом отношении она была так же непредсказуема, как и Люси.

Касс не знала, что сказать, потому что лгать больше не хотела.

– Уверена, ваша сестра славная и способная девушка, капитан.

Джулиан вновь взглянул на рисунок и указал на него пальцем.

– Вы рисуете почти так же хорошо, как моя подруга, – произнес он. – Очень похоже на ее работы.

Касс мысленно выругалась. Ну какая же она идиотка! Зачем позволила Джулиану взглянуть на рисунок? Ведь в письмах она посылала Джулиану свои акварели. Ей хотелось хоть как-то порадовать его, поднять ему настроение. А рисунки легко помещались в конверт. Конечно же он знал ее руку. Касс посмотрела на Джулиана, и ее горло перехватило от страха. Догадался ли он? Это всего лишь орхидея, но узнать технику не так сложно.

– Кто она? – затаив дыхание, спросила Касс.

Он наверняка уже получил и прочитал ее письмо. Только вот вряд ли расскажет о нем Пэйшенс Банбери. Нет, конечно, не расскажет.

Джулиан еще некоторое время смотрел на рисунок, а потом тряхнул головой.

– Не важно. Вообще-то я пришел просить вас о помощи.

Касс коснулась рукой груди.

– Меня?

Джулиан кивнул.

– Но чем я могу вам помочь, капитан Свифт? Даже представить не могу. – Касс отвела взгляд. «Может быть, тем, что начну говорить правду?»

Джулиан выпрямился, обошел скамью и встал перед мисс Монро.

– Мне необходимо как можно скорее разыскать Пенелопу.

– Знаю. – Касс не могла поднять на него глаз.

– Я надеялся, что вы напишете ей и осведомитесь о том, когда она собирается приехать.

Рот Касс открылся помимо ее воли.

– О, я не могу. Я… даже не знаю, с чего начать. Да и как доставить ей письмо? Она ведь путешествует.

– Да, мне это известно. Но, возможно, вы знаете, где ее искать. Вы упомянули, что она заехала навестить каких-то друзей. Каких именно?

Касс промокнула лоб платком. И почему это в оранжерее вдруг стало так жарко? Да еще в голове запульсировала невыносимая боль.

– Не знаю наверняка. Я…

– Прошу вас. Неужели вы не поможете, мисс Банбери? Мне необходимо как можно скорее с ней поговорить. Я и так потерял слишком много времени.

Касс хотелось умереть. Джулиан молил ее о помощи. Но она не только не могла ему помочь, она бы предала его, позволив поверить в обратное. Но и ответить ему отказом она тоже не могла. Касс откашлялась.

– Я подумаю, что можно для вас сделать, капитан Свифт.

Джулиан улыбнулся.

– Спасибо.

С этими словами он вышел из оранжереи, а Касс принялась собирать кисти и краски. Джулиан хочет, чтобы она помогла ему как можно скорее отыскать Пенелопу! Нужно найти Люси. Пришло время положить конец этому фарсу.

Глава 17

Пятью минутами позже Касс нашла Люси в голубой гостиной. Они с Джейн сидели на диване. На коленях мисс Лаундз лежала неизменная книга, а Люси пила чай и просматривала какие-то бумаги.

Едва только Касс вошла в комнату, Люси оторвалась от своего занятия.

– А, Касс, вот и ты. Присядь. Возможно, тебе будет интересно послушать, что рассказывает Джейн.

Касс опустилась на диван рядом с подругами.

– Я тоже должна кое-что вам рассказать, – произнесла Касс.

– Сначала Джейн, – возразила Люси. – Это касается Гаррета.

Гаррета? Неужели он собирается приехать? В таком случае ее проблема может немного подождать.

– Повтори все, что только что рассказала мне, – обратилась Люси к Джейн.

Джейн глубоко вздохнула и расправила плечи.

– Сюда едет Апплтон.

Касс ошеломленно заморгала.

– В самом деле?

Люси и Джейн кивнули.

Из горла Касс вырвался странный звук, похожий на сдавленные рыдания.

– Но, Джейн, мы же послали тебя, чтобы ты его отговорила. Что случилось?

Джейн вздохнула.

– Все оказалось не так просто, знаешь ли. Апплтон ужасно упрям. Он настоял на своем визите. Но есть и хорошие новости. Он согласился нам подыграть.

Касс с облегчением откинулась на спинку дивана.

– Как тебе удалось его уговорить?

Джейн вздернула подбородок.

– Я предпочитаю об этом умолчать.

Люси и Касс с любопытством посмотрели на подругу.

Джейн сняла очки и принялась протирать линзы краешком подола.

– Ну, я просто сказала ему, что Касс теперь зовут Пэйшенс Банбери, Люси – леди Уортинг, а меня – мисс Уолстонкрафт. И он согласился.

– Так просто? – скептически посмотрела на подругу Люси.

Джейн пожала плечами.

– Ну, может, небольшой шантаж и имел место… Кстати, Люси, он ни на мгновение не поверил, что ты беременна.

Люси поморщилась и громко фыркнула.

Касс же откинула голову на спинку дивана и потерла пальцами виски. Мигрень вернулась, словно пронзая голову ножом для колки льда.

– Но почему он решил приехать?

Джейн пожала плечами.

– Очевидно, хочет лично убедиться, что мы не совершаем тут ничего скандального или противозаконного.

Люси округлила глаза.

– Но подобное предположение просто нелепо.

– В самом деле? – Джейн многозначительно посмотрела на подругу.

Люси снова фыркнула. А Касс глубоко вздохнула. Ей хотелось рассказать подругам о том, что Джулиан собирается порвать с Пен, но она не могла этого сделать. Ведь она дала Джулиану обещание молчать. Кассандра и так слишком много лгала в последнее время и не хотела опускаться еще ниже. Она сдержит данное Джулиану слово.

– Но теперь присутствие Гаррета уже не имеет никакого значения, ибо я пришла сюда, чтобы просить прекратить устроенный нами фарс.

Люси ошеломленно заморгала.

– Именно сейчас?

– Что случилось? – осведомилась Джейн.

Касс набрала в грудь воздуха.

– Джулиан попросил меня сегодня написать письмо Пенелопе с просьбой поскорее приехать сюда.

Глаза Люси и Джейн стали круглыми, точно блюдца.

– Что? – переспросила Джейн.

– Но ты же не можешь этого сделать! – воскликнула Люси, окончательно забыв про бумаги.

– Конечно, не могу, – согласилась Касс. – Но он попросил. Ему необходимо с ней поговорить… немедленно.

– Почему? – Люси захлопала ресницами.

– Я не могу этого сказать. – Касс зажмурилась. Она не хотела больше лгать, ведь ложь расползалась вокруг точно заразная болезнь. Единожды солгавшему человеку приходилось и дальше говорить неправду, чтобы скрыть первоначальную ложь. Нет, она не станет этого делать. Люси и Джейн просто придется принять тот факт, что она что-то от них скрывает.

– Не можешь или не хочешь? – спросила Джейн, надевая очки.

– Не могу, – решительно кивнула Касс. – И не хочу. Джулиан попросил меня сохранить его тайну.

– Но тебе он рассказал? – Глаза Люси стали круглыми, точно у совы.

– Да, – ответила Касс.

– О, это же прекрасно. – Люси захлопала в ладоши. – Он доверился тебе. Я знала, что мой план сработает.

Касс вновь потерла пальцами виски.

– Тебе известно, что ты сумасшедшая? Не понимаю, что такого замечательного ты усмотрела в моих словах.

– Об этом знает только Люси Хант, – с понимающей улыбкой заметила Джейн.

– Нет, нет, – возразила Люси. – Неужели вы не понимаете? Если Джулиан поведал свою тайну Касс… вернее, Пэйшенс, значит, он ей доверяет. Они становятся ближе. Именно этого мы и хотели добиться.

С губ Касс сорвался протяжный стон.

– О, Люси. Ну и что я ему теперь скажу? Я не могу написать Пен и не могу признаться ему в этом. Нашему фарсу пора положить конец.

Джейн взяла в руки книгу.

– А что ты ему сказала, когда он попросил тебя об этом?

Касс закусила губу.

– Ничего конкретного. Заметила лишь, что Пен путешествует и что доставить ей письмо будет весьма затруднительно.

Люси тем временем погрузилась в раздумья. Об этом свидетельствовал ее постукивающий по щеке указательный палец.

– Хорошо. Просто прекрасно. Пока скажи ему, что пытаешься определить местонахождение Пен. А я тем временем что-нибудь придумаю.

– Ты слышала, что я сказала? – повысила голос Касс. – Мы должны рассказать Джулиану правду. Немедленно.

– Мы не можем этого сделать. Только не сейчас. Не сейчас, когда мы добились такого успеха.

– Успеха? – Касс посмотрела на подругу так, словно та окончательно лишилась рассудка. – О чем ты говоришь?

– Ты же сказала, что Джулиан доверился тебе… вернее, Пэйшенс? – напомнила Джейн.

– Ты действительно считаешь, что нам стоит продолжать это безумие, Дженни?

Джейн сморщила нос, и очки задрожали на самом его кончике.

– Должна сказать, что вначале идея Люси мне совсем не понравилась, но теперь я считаю, что мы можем поинтриговать еще некоторое время.

Касс шумно выдохнула.

– Вы обе сошли с ума. Да к тому же и Гаррет приезжает.

– Кстати, – подала голос Джейн, – Апплтон так же попытался выведать, где находится Кларингтон, пока его жена устраивает очередную каверзу.

Люси недовольно фыркнула.

– Как будто я обязана обо всем докладывать мужу.

– Я сказала, что Кларингтон уехал на континент, – произнесла Джейн. – Поэтому Апплтон считает, что здесь необходимо присутствие мужчины.

– Это просто нелепо, – Люси, скрестив руки на груди, скорчила недовольную мину.

– Твоя правда, – поддакнула Джейн.

Касс вздохнула.

– Прошу вас, скажите, что он не упоминал имени Оуэна.

– Ни единым словом, – успокоила подругу Джейн.

– И слава богу, – вторила ей Люси.

– Кстати… разве Апплтон незнаком с капитаном Свифтом? – поинтересовалась Джейн.

– Знаком, – кивнула Люси. – Они служили вместе несколько лет назад.

– Гаррет отказался называться вымышленным именем, – сообщила Джейн.

– А ты сказала ему, что капитан здесь? – спросила Люси.

Джейн покачала головой.

– Нет. Об этом я умолчала. Ибо знала, что он начнет задавать вопросы, на которые я не смогу дать ответа.

– Наверное, это к лучшему, – протянула Люси.

Касс крепче сжала пальцами виски. Ее подруги сошли с ума, и она ничего не могла с этим поделать. Возможно, Кассандра и сама лишилась рассудка, раз послушалась их, вместо того чтобы поступить, как подсказывало сердце.

– И что мы будем делать, когда Апплтон приедет и начнет задавать эти самые вопросы? – спросила она.

Люси неопределенно взмахнула рукой.

– Тебе просто придется все ему объяснить.

Касс едва не подскочила от неожиданности и ошеломленно заморгала.

– Мне?

– Да, тебе, – решительно кивнула Люси.

– Но почему? – спросила Касс.

Люси округлила глаза.

– Он нам подыграет, если его попросишь ты.

Касс просто не верила своим ушам.

– Что? Почему ты так говоришь?

Люси вымученно вздохнула.

– Мне казалось, это очевидно. Неужели ты действительно не понимаешь, в чем дело?

– Что она должна понимать? – с подозрением прищурилась Джейн.

– Да то, что Гаррет уже целую вечность безумно в нее влюблен.

Глава 18

Да… Из этой трясины безумия, оказалось, не так-то просто выбраться. Гаррет приехал после обеда. Гости играли в карты в золотой гостиной, когда лакей сообщил о его приезде. Извинившись, Люси поспешно вышла за дверь, чтобы поговорить с кузеном. Когда Гаррет появился в гостиной, на его лице играла широкая улыбка, а в глазах плясали озорные искорки. К великому облегчению Касс.

Гаррет идеально исполнял отведенную ему роль. Он сердечно поприветствовал всех присутствующих, похлопал лорда Беркли по спине и с нескрываемым удовольствием произнес вымышленное имя своей кузины. Касс смотрела на Апплтона настороженно, мысленно молясь о том, чтобы он не передумал.

Подойдя к столу, за которым она сидела вместе с Джейн, он почтительно поднес к губам ее руку.

– Мисс Банбери, рад вас видеть.

– Мистер Апплтон.

– Мисс Уолстонкрафт, – кивнул он Джейн. – Вы выглядите сегодня как настоящий ученый.

Джейн прищурилась, но ответила лишь прохладным:

– Мистер Апплтон.

Касс перевела взгляд на подругу. Та всегда отвечала на остроты Апплтона и уж точно никогда не удостаивала его звания «мистер». Обычно она называла его просто по фамилии.

Кивнув обеим леди, Гаррет двинулся дальше, в то время как Касс продолжала настороженно следить за ним. Апплтон пожал руку Джулиану.

– Рад видеть вас снова, капитан.

Поднявшись со своего места, Джулиан похлопал Гаррета по спине.

– Я тоже рад, что вернулся домой, Апплтон.

Обойдя гостиную, Гаррет занял место за столом. На этот раз Касс не сводила с него взгляда по совершенно иной причине. Ей хотелось обнаружить хоть какое-то свидетельство его влюбленности. Должно быть, Люси действительно сошла с ума. Ибо на протяжении всей своей жизни Гаррет выказывал по отношению к Касс лишь чувство братской привязанности. Кроме того, у нее никогда не возникало ощущения, что он испытывает к ней нечто более глубокое. Однако Люси говорила весьма горячо. А уж если ей что-то взбредало в голову, переубедить ее не представлялось возможным.

Джейн тогда поспешно покинула гостиную, не пожелав высказать свое мнение относительно смехотворного предположения подруги. А Люси продолжала убеждать Касс в своей правоте и заверила ее, что, как только она поговорит с Гарретом, беспокоиться будет не о чем. Ведь он сделает ради Касс все, что угодно.

Только вот легче от этих заверений не стало. Касс вовсе не собиралась использовать Гаррета в своих корыстных целях. Нет. Гаррет – ее друг, и она расскажет ему правду. Пришло время быть честной. Да и момент подходящий.

Извинившись, Касс вышла из-за карточного стола и удалилась в библиотеку. Там она уселась за стол, взяла в руки перо и лист бумаги и быстро написала записку Гаррету. После чего попросила одного из лакеев как можно скорее доставить ее адресату.

Гаррет появился спустя несколько минут. Он вошел в библиотеку как всегда красивый и улыбающийся. Апплтон всегда нравился Касс. Как и его кузина, он обожал хорошую шутку, был весел, дружелюбен и предан близким ему людям. Он был прекрасным человеком, только вот не из тех, в кого Касс могла бы без памяти влюбиться. Ей оставалось лишь надеяться, что Люси ошиблась и Гаррет не питает к ней никаких нежных чувств. Ибо Кассандре совсем не хотелось обидеть доброго друга отказом.

Апплтон поклонился.

– Мисс Банбери, – произнес он с озорной улыбкой.

Касс улыбнулась в ответ.

– Прошу тебя, присядь, – указала она на кресло напротив.

Гаррет подчинился.

– Как тетя Мэри? – поинтересовалась Касс.

Вообще-то мать Гаррета являлась тетей Люси, но, проведя однажды целое лето в ее поместье в Бате, Касс стала называть ее так же, как и подруга.

– Занята и активна, как всегда, – ответил Гаррет.

– Рада это слышать. Передавай ей мои самые лучшие пожелания. – Касс замолчала и крепче сжала подлокотники кресла из розового дерева. – Спасибо, что приехал, Гаррет. И за… ну, ты знаешь.

Гаррет улыбнулся.

– Конечно же я приехал. И, должен признаться, очень надеюсь, ты объяснишь мне, почему решила назваться другим именем. Осмелюсь предположить, что это имеет какое-то отношение к появлению здесь капитана Свифта. Я прав?

Касс закусила губу и отвела глаза.

– Да. Ты не ошибся.

– А не он ли тот мужчина, в которого ты была влюблена на протяжении многих лет?

Произнося эти слова, Гаррет, казалось, совершенно не испытывал ревности. А это означало, что Люси ошиблась. Кроме того, Гаррет знал, что Касс влюбилась в Джулиана, едва только впервые увидела его.

– Да. Это он, – кивнула Кассандра.

Гаррет прищурился.

– Тогда сделай одолжение, объясни ради бога, почему ты хочешь, чтобы он знал тебя как Пэйшенс Банбери? И, прости меня за этот вопрос, но разве вы не встречались раньше?

Касс потянула перчатки за кончики пальцев. Если так будет продолжаться и дальше, ей придется купить новую пару, ибо эта скоро окажется безвозвратно испорчена.

– История с новым именем слишком длинная. К тому же выяснилось, что он меня не помнит. Вернее, не меня, а то, как я выгляжу. Ведь прошло столько лет.

Улыбка Гаррета стала еще шире.

– Это понятно. А вот что касается длинной истории… Не удивлюсь, если все это – дело рук Люси.

– Да, идея принадлежала ей.

Гаррет вытянул ноги и вздохнул.

– И тебе, наверное, опять стало интересно, откуда я это знаю?

– Вот почему я позвала тебя сюда, Гаррет. Ты можешь подыграть нам, не требуя при этом объяснений? По крайней мере, еще некоторое время. – Касс немного помолчала. – Ради меня. – Собственные слова заставили ее поморщиться.

– Я уже пообещал мисс Лаундз, что сделаю это. Разве она не сообщила тебе об этом?

– Сообщила. Но теперь, когда ты приехал, я просто захотела убедиться.

Гаррет кивнул.

– Не волнуйся. Я не нарушу слова. Я, правда, не совсем понимаю, что вы задумали, но все же хочу предостеречь тебя, Кассандра. Будь осторожна. Люси способна завлечь лучших из нас в свои сети и заставить делать то, чего нам и в голову бы не пришло. Господь свидетель, она проделывала такое и раньше.

– Боюсь, на этот раз я увязла слишком глубоко, – произнесла Кассандра, продолжая тянуть перчатки за кончики пальцев.

– Ты чувствуешь себя виноватой, не так ли? – голос Гаррета зазвучал мягче.

Касс уронила руки на колени.

– Именно так. Я чувствую себя просто ужасно. – Касс разговаривала с Гарретом так, словно он был священником, а она – исповедующейся грешницей. И теперь, признавшись в том, насколько тяжело ей давалась ложь, она испытала некоторое облегчение.

Гаррет похлопал ее по спине. Как сделал бы брат.

– Ну, ну, – попытался успокоить он подругу. – Люси довольно трудно отказать.

– И что мне теперь делать? – Касс покачала головой. – Не знаю, почему я вообще на это согласилась. Люси представила меня Джулиану как Пэйшенс, я ее не поправила и… О, он непременно возненавидит меня, когда узнает правду.

– А ты не думала о том, чтобы ему признаться? Просто подойти и все рассказать? – осведомился Гаррет.

Касс неистово закивала.

– Только об этом я и думаю. О, Гаррет, если бы ты только знал, каково это – испытывать чувство вины.

Гаррет молчал так долго, что Касс подняла голову и взглянула на него. Он сидел очень прямо и смотрел на огонь.

– Я знаю, – просто ответил он. – О чувстве вины я знаю все. Ибо испытывал его. Дважды.

– Дважды, – эхом отозвалась Касс.

– Первый раз, когда мне было одиннадцать лет и дядя посмотрел на меня с ненавистью.

Касс охнула.

– Потому что умер Ральф?

Гаррет кивнул.

Речь шла о старшем брате Люси. Он умер, когда ему было девять лет, а Люси – семь. Дети заболели, но выздоровела одна Люси. Отец Гаррета оказался следующим в очереди на наследство и титул. А это означало, что его единственный сын, Гаррет, рано или поздно получит все, что предназначалось его покойному кузену. Люси часто рассказывала о том, как сильно разозлило это обстоятельство ее отца.

– Мне жаль, Гаррет. Даже представить не могу, насколько это было ужасно, – тихо произнесла Касс.

Апплтон покачал головой.

– Второй раз чувство вины овладело мною на поле боя в Испании. И это было гораздо хуже.

Касс судорожно втянула носом воздух. Однажды Люси намекнула, что на войне с Гарретом случилось нечто ужасное, из-за чего он возвратился домой и уже больше не помышлял о сражениях. Он был ранен. Во всяком случае, именно этим все объясняли его возвращение. На войне он встретил Дерека Ханта и Джулиана. Однако подробностей Касс не знала, а спросить не решалась. И вот теперь она смотрела на друга, пытаясь набраться смелости и задать мучившие ее вопросы. И все же не могла этого сделать, а просто ждала, затаив дыхание. Стать бы сейчас Пэйшенс Банбери… Вот она наверняка не стала бы церемониться.

Гаррет посмотрел на Касс, и серьезное и даже мрачное выражение его лица тотчас же сменилось неотразимой улыбкой.

– Да, Кассандра. Мне очень хорошо знакомо чувство вины, поэтому я дам тебе совет.

Касс подалась вперед так, что теперь сидела на самом краешке кресла.

– Я тебя слушаю.

– Если есть хоть малейшая возможность отделаться от этого чувства, воспользуйся ею немедленно. – Он заглянул Касс в лицо, и его глаза цвета ореховой скорлупы приобрели оттенок мха. – Иначе оно тебя уничтожит.

Касс едва не свалилась с кресла. Еще никогда в жизни она не видела счастливого, обожающего шутки Гаррета в таком состоянии. И что-то подсказывало ей, что сейчас он не шутит.

– Считаешь, мне стоит сказать Джулиану правду?

– При первой же возможности, – выдохнул Гаррет.

Касс кивнула.

– Знаю. Ты прав. Я хочу это сделать. Но…

Гаррет прищурился.

– Но не сделаешь, верно?

Касс закусила губу и отвернулась.

– Ты не знаешь, как сильно я этого хочу. – Она не могла смотреть на друга. Не будь Касс такой трусихой, она непременно спросила бы его о том, что случилось в Испании. Не будь она такой трусихой, она поинтересовалась бы, действительно ли он испытывает к ней нечто большее, чем братскую привязанность. Не будь она такой трусихой, она рассказала бы Джулиану правду. Да и вообще – будь у нее хоть немного больше смелости, она не позволила бы себе оказаться в такой ужасной и нелепой ситуации.

– Спасибо, Гаррет, – только и сумела произнести Касс. – Твое мнение очень ценно для меня.

Гаррет кивнул. Касс же прерывисто вздохнула и попыталась вернуть беседу в прежнее беззаботное русло.

– Скажи, что пообещала Джейн в обмен на твое согласие? Мы с Люси просто сгораем от любопытства.

Лицо Гаррета осветила широкая улыбка.

– Она пообещала держать рот на замке и не сводить меня с ума своими колкостями все то время, что я буду находиться в доме Люси. Ради такого я согласился бы на что угодно. Вообще-то я не был уверен, что поеду, но не смог удержаться от соблазна досадить твоей подруге.

Глава 19

Джулиан стоял в коридоре возле библиотеки, прижавшись спиной к прохладной мраморной стене, и раздумывал над тем, где ему найти мисс Банбери. Он уже безуспешно сходил на террасу и в оранжерею. Внезапно дверь библиотеки распахнулась, и в коридоре появился Апплтон.

Джулиан с подозрением посмотрел на приятеля. Он еще расспросит его об отношениях с Кассандрой. Почему-то мысль об этом пробуждала в его душе ревность. Странно, но следующая мысль тоже заставила Свифта ревновать. Неужели мисс Банбери в библиотеке? Неужели она оставалась с Апплтоном наедине?

Джулиан вошел в библиотеку. Там царила тишина. Единственная свеча мерцала на столе в углу. Джулиан прищурился, привыкая к темноте.

– Мисс Банбери? – нерешительно произнес он.

– Да, – послышался тихий голос.

Она здесь. Она разговаривала с Апплтоном.

– Судя по всему, нас влечет в одни и те же места. Надеюсь, вы не думаете, будто я вас преследую. Хотя, должен признаться, сегодня я искал встречи с вами. – Джулиан улыбнулся.

Теперь он ее увидел. Пэйшенс сидела на диване и улыбалась в ответ.

– Я вам верю, капитан Свифт.

– Не возражаете, если я к вам присоединюсь? – спросил Джулиан.

– Прошу вас. – Касс указала на свободное место рядом.

Джулиан подошел к дивану и опустился на него.

– Это мистера Апплтона я видел выходящим отсюда несколько минут назад?

В воздухе повис немой вопрос: «Что вы двое тут делали?»

– Да, мы разговаривали. – Джулиану показалось, что мисс Банбери поморщилась. – Надеюсь, вы не считаете, что с моей стороны было слишком смело оставаться с мужчиной наедине, – пробормотала она. – Ведь мы сейчас делаем то же самое, не так ли?

Джулиан стиснул зубы. А ведь она права. Кто он такой, чтобы судить ее поступки или ставить под сомнение ее намерения? Ведь он только что практически навязал мисс Банбери свое общество. Но почему в его душе вдруг проснулась такая ревность?

– Вы с ним знакомы? Вернее, встречались с ним раньше?

Господи, что заставило его задавать подобные вопросы? Неужели она снова поморщилась?

Кассандра покачала головой.

– Нет. Мистер Апплтон просто зашел сюда, чтобы взять какую-нибудь книгу. Полагаю, он ушел, потому что не хотел мне мешать. – Пэйшенс отвела глаза.

– Надеюсь, я вам не помешал, – произнес Джулиан.

– Вовсе нет, – ответила мисс Монро. – Я просто хотела немного побыть в одиночестве. Ибо не очень люблю большие компании.

– Как и я.

– Знаю.

Джулиан прищурился.

– Что вы сказали?

Касс откашлялась.

– Сказала?

– Я хочу извиниться перед вами, мисс Банбери, – продолжал Джулиан.

Касс подняла глаза.

– За что?

– За то, что докучал вам вчера своими признаниями. С моей стороны это было довольно неуместно. Прошу прощения.

– Капитан Свифт, я не написала Пенелопе. Я… – Касс закусила губу.

Он кивнул головой.

– Понимаю. Мне не стоило просить вас об этом. Ибо это стало еще одной попыткой переложить на ваши плечи свои проблемы. Прошу – примите мои искренние извинения.

Касс улыбнулась.

– Не нужно извиняться, капитан. Надеюсь, вы верите, что у меня не было намерения делиться с кем-либо… тем, что вы рассказали мне о Пенелопе… и вашем брате.

– Спасибо, вам, мисс Банбери. Вы так любезны. Особенно учитывая то обстоятельство, что вам, наверное, было очень трудно услышать от меня о разрыве с Пенелопой после того, как вас бросил жених. А что касается моего брата… – Джулиан вспомнил письмо Касс, которое она прислала ему вчера вечером. Очевидно, она по какой-то причине вернулась в Лондон. Кассандра писала, что очень ждет встречи с ним, что слышала об исчезновении Дональда. Джулиан не знал, откуда ей стало известно об этом.

«Я знаю, вы беспокоитесь, Джулиан, – писала Кассандра, – знаю, как вы любите своего брата и скучаете по нему, и надеюсь, что он вернется в Англию целым и невредимым. Но я так же знаю, что вы считаете, будто не сможете занять его место, если случится беда. Поэтому я хочу, чтобы вы знали: вы сможете. И сделаете это. Я верю в вас».

Как и всегда, Кассандра приняла близко к сердцу его страхи и попыталась вселить в него уверенность. Он услышал от нее то, что хотел услышать, и именно тогда, когда более всего в этом нуждался. Такие необходимые ему слова исходили от Касс, по которой он очень скучал. От Касс, с которой он так и не встретился после своего возвращения. Она стала для него не просто другом. Она…

Была влюблена в другого мужчину. Вероятно, в Апплтона. Именно поэтому он так рассердился сегодня на своего приятеля.

– Не нужно ничего объяснять, капитан Свифт, – вернула Джулиана к реальности мисс Монро. – Можно у вас кое-что спросить? Кое-что… очень личное?

Джулиан склонил голову набок и улыбнулся.

– Думаю, это будет честно.

Кассандра вздохнула.

– Почему вы решили, что не хотите помолвки? Что послужило причиной?

Вопрос удивил Джулиана. Он с минуту молчал, прежде чем ответить.

– Надеюсь, после моих слов вы не станете считать меня отъявленным негодяем, мисс Банбери, но правда состоит в том, что все мои мысли заняты совершенно другой леди.

У Касс перехватило дыхание. Другой леди? Не ослышалась ли она? Джулиан влюблен в другую леди? Не в Пен. Возможно ли подобное? Ведь ею должна быть… она. Касс! В своих письмах Джулиан никогда не упоминал имени этой таинственной леди. Касс постаралась ничем не выдать своего смятения.

– Я вовсе не считаю вас негодяем, капитан Свифт. – Касс казалось, что корсет раздавит ее легкие. Ее бросало то в жар, то в холод. Голова кружилась. – Более того, я все понимаю. Ведь родители уже несколько лет заставляют меня выйти замуж за джентльмена, который совершенно меня не интересует.

– Так вы меня понимаете? – переспросил Джулиан.

– Лучше, чем вы можете себе представить, – прошептала Касс.

– Прошу вас, не поймите меня превратно. Но я не испытываю к мисс Монро ничего, кроме уважения. Просто… Мы не слишком хорошо знаем друг друга. Да что там… Совсем друг друга не знаем. К тому же есть девушка… которую я узнал слишком хорошо. Посредством ее писем.

Касс закрыла глаза, отчаянно борясь с навернувшимися слезами. Речь шла о ней. О ней. И теперь она должна рассказать Джулиану правду и уповать на то, чтобы он ее не возненавидел. Она назовет свое настоящее имя, упадет на колени и станет молить его о прощении. Но сначала Кассандра должна убедиться.

– А эта девушка знает, что… небезразлична вам?

Джулиан вымученно улыбнулся.

– Честно говоря, нет. Я ничего ей не говорил. Ведь сначала мне необходимо порвать с Пенелопой.

Касс кивнула. Это так на него похоже. Поступать правильно и благородно.

Джулиан подался вперед и уперся локтями в колени.

– Только теперь я не уверен, что расскажу ей о своих чувствах.

Касс сдвинула брови. Не уверен? Но почему?

– Вы боитесь, что леди не ответит вам взаимностью?

Джулиан уронил голову на ладони и взъерошил свои блестящие волосы.

– Да.

Касс перестала дышать.

– Да? – переспросила она.

– Я хотел навестить ее в Лондоне, но узнал…

Сердце Касс едва не выпрыгнуло из груди. Как же это больно!

– Что вы узнали? – еле слышно отозвалась она.

Джулиан покачал головой.

– Похоже, она влюблена в другого.

Глава 20

Касс судорожно сглотнула. Потом еще раз. Слезы обжигали ей глаза. Она не могла дышать.

Речь не о ней.

Джулиан говорит не о ней. Она не виделась с ним в Лондоне и уж точно не была влюблена в другого мужчину. Джулиан не мог подумать такого о ней. Она никогда не упоминала о своих чувствах в письмах. К тому же ее родителей не было в Лондоне. Да они и не сказали бы ему подобной ерунды. Нет. Нет. Джулиан говорил о ком-то другом. О совершенно незнакомой ей женщине. Которой тоже писал, в которую был влюблен и о которой не упоминал в своих письмах, в то время, как она, Касс, оставалась для него всего лишь другом. К горлу Касс подступила тошнота. Ей необходимо уйти отсюда как можно быстрее.

– Мне… мне ужасно жаль, – пробормотала она, закусив губу, чтобы не расплакаться.

– Все в порядке. Не стоило надеяться, что она будет ждать меня все эти годы.

– Нет. Я не… – голос Касс сорвался. Ей было все равно, что ее сочтут невежливой. Она должна была исчезнуть из библиотеки, прежде чем разрыдается, обнимет Джулиана за ноги, признается в том, кто она на самом деле, и начнет умолять о любви. Это будет ужасно. Нет. Лучше уж уйти, сохранив хоть какое-то достоинство. Возможно, когда-нибудь она сможет встретиться с Джулианом снова. Возможно, ей достанет сил вновь взглянуть на него. Но сейчас, когда ее сердце разрывается на части, она должна уйти. Ей просто необходимо сделать это.

– Очень жаль, капитан Свифт, но, боюсь, я не… способна… – С этими словами Касс вскочила с дивана и бросилась прочь.

Она слышала, как Джулиан окликнул ее, интересуясь, не нужна ли ей помощь. Но она не ответила. Слезы струились по ее щекам, и Касс не могла допустить, чтобы Джулиан их увидел. Лучше уж пусть думает, что она сошла с ума или заболела.

Касс миновала коридор и взбежала вверх по лестнице. Несколько слуг недоуменно смотрели ей вслед. Пусть думают, что хотят. Ей нет до этого никакого дела. Оказавшись в собственной спальне, Касс упала на кровать, уткнулась лицом в подушку и наконец разразилась рыданиями, сотрясающими все тело.

Касс плакала целых десять минут. Обняв подушку, она ревела, точно ребенок, чей рождественский чулок оказался пустым. Потом села на кровати, утерла лицо носовым платком и уставилась в стену. Только теперь Кассандра поняла, что устала от слез. Она плакала каждый раз, когда думала о том, что Джулиан умирает. Плакала, когда считала, что он возвращается, чтобы жениться на Пен. А когда думала, что он потерян для нее навсегда, плакала еще горше. Но теперь, глядя на неясные узоры на обоях, она поняла, что с нее хватит. Ведь Пэйшенс Банбери вряд ли стала бы лить слезы.

Касс позвонила в колокольчик, и спустя пару минут в комнате появилась служанка.

– Мария, прошу вас, ступайте к герцогине и мисс Лаундз и передайте им, что я хочу видеть их как можно скорее.

– Да, миледи, – откликнулась служанка и поспешила выполнять поручение.

Да, Касс покончила со слезами. Вместо этого она начнет действовать в духе Пэйшенс Банбери. У нее созрел план.

Спустя пятнадцать минут в спальню Касс вошли запыхавшиеся Люси и Джейн.

– Что случилось, дорогая? – поинтересовалась Люси, подбегая к кровати и откидывая с лица Касс выбившиеся из прически локоны.

– Джулиан, – произнесла Касс, утирая остатки слез.

– О нет, что случилось?! – воскликнула Люси.

Джейн же с сочувствием посмотрела на подругу.

– Расскажи нам, Касс.

Кассандра расправила плечи.

– Сегодня Джулиан признался мне, что питает чувства к какой-то женщине. И это не Пенелопа.

Джейн озадаченно сдвинула брови.

– Не Пенелопа?

– Нет. – Голос Касс звучал спокойно.

– А кто? – спросила не менее озадаченная Люси.

– Не знаю. Да это и не важно, – ответила Касс. – Я только знаю, что это не я. И не моя кузина.

– Не понимаю, дорогая, – вымолвила Люси. – Речь о Пэйшенс?

– Нет.

– А о ком тогда? – спросила Джейн, всплеснув руками.

– Не знаю, – повторила Касс. – Но кем бы она ни была, эта женщина не отвечает ему взаимностью. Так сказал Джулиан.

– Он так сказал? – переспросила Люси.

– Да, – кивнула Касс. – Сначала я расплакалась. А теперь злюсь.

Джейн недоуменно вскинула брови.

– Злишься?

– Да, злюсь. И так сильно, что готова к действиям.

Люси внимательно посмотрела на подругу своими удивительными разноцветными глазами.

– Что ты хочешь этим сказать?

Касс заскрежетала зубами.

– Я хочу сказать, что у меня созрел план.

– План? – эхом отозвалась Джейн.

– Да, – решительно тряхнула головой Касс. – Считая, что вклиниваюсь между Джулианом и Пенелопой, я мучилась чувством вины. И это было ужасно. Да, Пенелопа никогда не испытывала к Джулиану нежных чувств, но все же она моя кузина, и их свадьба была неизбежна.

– Да, дорогая, и… – начала было Люси.

– Но теперь я не испытываю вины, – продолжала Касс. – Вернее, я по-прежнему чувствую себя виноватой от того, что не сказала Джулиану правды, но зато теперь я понимаю, что причина их разрыва с Пенелопой, возможно, не во мне. Судя по всему, Пенелопа его не интересует. И это чувство взаимно.

– Что еще он тебе сказал? – нетерпеливо спросила Джейн.

Касс глубоко вздохнула. Нет, она не расскажет подругам о намерении Джулиана порвать со своей невестой. Достаточно будет лишь поведать им о том, что он влюблен в другую женщину. В женщину, которую Касс хотелось задушить собственными руками.

– Это не важно. Если Пенелопа не отвечает Джулиану взаимностью, да и та другая женщина влюблена в кого-то другого, то почему бы не попытаться обратить его внимание на меня?

– Ты сейчас говоришь о Пэйшенс или о Касс? – поинтересовалась Люси.

– Об обеих! – с широкой улыбкой ответила Касс.

– Слишком сложно. – Вздохнув, Люси принялась постукивать пальцем по щеке.

– Вовсе нет, благодаря тебе. – Джейн ткнула подругу локтем, и Люси бросила на нее притворно-сердитый взгляд.

Касс глубоко вздохнула.

– Если бы Джулиан и Пен любили друг друга, я бы никогда не смогла быть с ним. Но сейчас никто не стоит на моем пути. И я без зазрения совести начну бороться за Джулиана с этой незнакомой мне леди.

Люси сжала руку подруги.

– И каков твой план, Касс?

Кассандра выпрямилась.

– Я буду смелой. Ведь этому ты меня учила. Верно, Люси?

Люси и Джейн обменялись полными беспокойства взглядами.

– Что именно ты намерена сделать? – спросила Джейн.

Лицо Касс осветила широкая улыбка.

– Я собираюсь выяснить, насколько глубока привязанность Джулиана к Леди Х. А потом соблазню его.

Глава 21

На следующий вечер Касс спустилась к ужину в платье цвета лаванды. Всю вторую половину дня она провела в компании служанки, пытаясь сделать вырез платья глубже, а рукава – короче. В результате ложбинка меж ее пышных грудей предстала взглядам окружающих во всей своей красе. Когда Касс появилась в столовой, Гаррет ошеломленно вскинул брови. Однако ее взгляд был устремлен лишь на Джулиана.

При виде мисс Монро серые глаза капитана заметно округлились и он заерзал на своем стуле, как если бы вдруг почувствовал себя крайне неуютно. Прекрасно! Касс мысленно возликовала. Очевидно, Джулиан по достоинству оценил увиденное. А ведь именно этого она и добивалась. Однако долго размышлять над этим Касс не пришлось, ибо к ней поспешно подошла Люси.

– Могу я поговорить с тобой с глазу на глаз в коридоре?

У Касс не было времени возразить, потому что подруга буквально силой потащила ее за собой под удивленные взгляды присутствующих.

Оказавшись в прохладном коридоре, Люси оглядела Касс с ног до головы.

– Что на тебе надето?

Касс пожала плечами.

– Платье.

– Не пожимай плечами, иначе твоя грудь вывалится наружу. – Люси указала на декольте.

Касс ошеломленно охнула.

– Не могу поверить, что ты сказала это вслух.

Люси вскинула брови.

– А я не могу поверить, что ты надела нечто подобное. Ты – совсем не та Касс, которую я знаю.

– Верно, – ответила Кассандра шепотом, чтобы ее не услышали пробегавшие мимо слуги. – Я же говорила, что намерена соблазнить Джулиана.

Люси покачала головой.

– Как бы там ни было, но несколько минут назад капитан Свифт интересовался, уверена ли я, что Пенелопа приедет сюда. В противном случае он намерен отправиться на ее поиски в Лондон.

– И что ты ему ответила?

– Я ответила, что она наверняка уже в пути. Только вот с каждым днем его все труднее удержать.

Касс рассмеялась.

– О, теперь беспокоишься ты. Неужели? А разве не ты убеждала меня в том, что беспокоиться не о чем?

Люси прищурилась.

– А ты спокойна?

Касс вновь пожала плечами.

– Теперь да. Ты посадила меня рядом с Джулианом, как я просила?

Люси кивнула.

– Прекрасно. А теперь идем за стол.

– Обойдя Люси, Касс двинулась к двери. Однако подруга ее остановила, схватив за плечо.

– Кто ты?

Лицо Касс осветила широкая улыбка.

– Ты не узнаешь меня, Люси? Ведь ты же сама меня создала. Я – Пэйшенс Банбери.

Как только Кассандра переступила порог столовой, все взгляды вновь устремились на нее. Однако она решительно двинулась к столу и заняла свободное место рядом с Джулианом.

– Капитан Свифт, – кивнула ему Касс.

– Добрый вечер, мисс Банбери.

Он стоял, пока она усаживалась, а потом помог подвинуть стул. Прекрасно. Теперь он разглядит ее грудь еще лучше. На лице Джулиана вновь возникло выражение крайнего смущения.

Пока слуги разносили угощения, Касс непринужденно болтала о погоде, вкусной еде и вчерашней игре в карты. Время от времени взгляд Джулиана падал на ее грудь, и по спине Касс пробегала дрожь возбуждения. Еще ни разу в жизни она не пользовалась своими женскими чарами столь дерзко, но сегодня была несказанно довольна тем, что обладает столь мощным секретным оружием. Все шло так, как и было задумано.

Когда слуги забрали тарелки после последней перемены блюд, Касс незамедлительно приступила к следующей части своего плана.

– Я надеялась, что вы не станете удаляться в другую комнату с остальными джентльменами и прогуляетесь со мной по парку, пока не стало слишком холодно. – С ее стороны это было действительно смелое заявление. Но чем больше Касс практиковалась, тем легче ей давалась эта самая смелость.

– Как пожелаете, мисс Банбери, – просто ответил Джулиан.

Он подал Касс руку и помог ей накинуть шаль. После этого они покинули гостиную, миновали коридор и через высокие стеклянные двери библиотеки вышли на террасу.

В молчании спустились по каменным ступеням, и только когда оказались в саду, Джулиан заговорил:

– Должен сказать, я немного удивился, когда вы попросили меня сопроводить вас на прогулку.

Касс опустила голову.

– Вы ведь сами сказали, что любите бывать на воздухе.

– Так и есть. Очень люблю. Но памятуя о том, как мы расстались вчера вечером… – Джулиан откашлялся.

– Прошу прощения за свое поведение, – произнесла Касс. – Боюсь, я почувствовала себя нехорошо.

На лице Свифта отразилось беспокойство.

– Рад слышать, что не мое общество заставило вас спасаться бегством. Надеюсь, сегодня вы чувствуете себя лучше.

– О, я действительно чувствую себя гораздо лучше, капитан.

Они прошли в глубь сада и вскоре оказались у той же самой скамьи, на которой сидели пару дней назад. Касс отпустила руку Джулиана, опустилась на скамью и указала на место возле себя. Если Джулиан сядет, он окажется как раз там, где и нужно. Касс откинулась назад и уперлась руками в скамью. Ее грудь приподнялась. Прекрасно. Шаль соскользнула с плеч, обнажая декольте. Еще лучше.

К сожалению, Джулиан остался стоять. Он откашлялся и устремил взгляд вдаль.

– Вам не холодно?

– Нет. Вовсе нет. – На самом деле Касс немного замерзла. Особенно теперь, лишившись шали. Но она вовсе не собиралась признаваться в этом Джулиану. Хотя он и сам мог бы догадаться по ее вырисовывающимся под тканью платья тугим соскам.

– Вы… вы чудесно выглядите сегодня. – Джулиан потянул за узел галстука.

Господи. Неужели она заставила капитана Свифта покраснеть? Хотя в тусклых бликах свечей ничего нельзя было сказать наверняка.

Мисс Монро приняла верное решение. Кем бы ни была эта незнакомая женщина, Касс не отдаст Джулиана без боя. Без решительного боя, главным оружием в котором было декольте. Довольно глубокое декольте.

– Не хотите присесть, капитан Свифт? Будет гораздо теплее, если мы… будем ближе друг к другу.

Господи, какая дерзость! Но сколько еще таких дерзких слов она произнесет до конца сегодняшнего вечера?

Джулиан сел. Он держался напряженно и не смотрел на Касс.

– Я надеюсь, Пенелопа приедет завтра, – неуверенно произнес он.

– Давайте не будем говорить о Пенелопе. – Касс прижалась грудью к руке Джулиана, наклонила голову, и ее губы оказались всего в нескольких дюймах от его губ. Джулиан медленно повернулся, и Касс заглянула ему в глаза. Он должен был понять, что она хочет его поцеловать. Не так ли?

Касс обвила руками шею Джулиана, приподнялась и… Закрыв глаза, запрокинула голову и вздохнула.

Однако Джулиан убрал ее руки и отстранился.

– Мисс Банбери?

Касс открыла глаза и ошеломленно заморгала. Совсем как в день своего шестнадцатилетия. Ей хотелось расплакаться, но она крепилась. Больше никаких слез. Поэтому она поджала губы и постаралась как ни в чем не бывало посмотреть на Джулиана.

– Да.

– Я… Вы даже не представляете, как сильно мне хочется вас поцеловать.

– Тогда почему вы этого не сделаете? – Ох уж эта Пэйшенс Банбери. Настоящая распутница.

Джулиан поднялся со скамьи, подошел к живой изгороди и провел рукой по волосам.

– Потому что Пенелопа Монро все еще считается моей невестой.

Глава 22

Почему, ну почему капитан Свифт так благороден? Этот вопрос занимал мысли Касс, когда на следующее утро она вошла в столовую с выражением недовольства на лице.

– Дорогая, ты должна на это взглянуть, – произнесла Люси, едва завидев подругу. В руках она держала письмо, а ее ясные разноцветные глаза бегали по строчкам.

Джейн тоже спустилась к завтраку. Она ела кекс. А вот Апплтона не было видно. Касс медленно подошла к Люси.

– Где Гаррет? – спросила она.

– Они с Беркли поднялись с первыми лучами солнца и отправились на прогулку. Я очень рада, иначе мне пришлось бы объяснять ему это. – Люси помахала письмом.

– Что это? – без особого энтузиазма поинтересовалась Касс, ведь все ее мысли были заняты Джулианом и собственным фиаско на поприще соблазнения. Он сказал, что все еще связан обязательствами с Пенелопой, но Касс казалось, что его отказ поцеловать ее как-то связан с таинственной возлюбленной. В любом случае Кассандра его не заинтересовала.

Джейн вытерла рот салфеткой.

– Ты чего такая мрачная? – поинтересовалась она.

Касс вздохнула.

– Вчера в саду все пошло совсем не так, как я запланировала.

Люси испустила вздох облегчения.

– Рада это слышать. Когда я увидела, как ты с ним уходишь, да еще в таком платье, я уж испугалась, что ты хочешь его соблазнить. И, честно говоря, немного волновалась за капитана.

Касс подперла рукой голову.

– Я его не соблазняла. Просто предоставила ему возможность соблазнить меня.

Джейн безуспешно попыталась скрыть улыбку.

– И он отказался? – Она потянулась к стоящей на середине стола корзинке и выудила оттуда еще один кекс.

– Я сделала все, что могла. Правда, – произнесла Касс. – Но он напомнил мне, что помолвлен с Пен. Во всяком случае, так все считают.

– Негодяй. Как он посмел? – Джейн улыбнулась.

– Он даже не любит ее. А она не любит его. Так почему они продолжают этот фарс, именуемый помолвкой? – Касс вздохнула.

– Раз уж зашел такой разговор, ты должна взглянуть на это, – Люси вновь помахала письмом.

Касс равнодушно взяла из рук подруги листок бумаги и принялась читать. Письмо оказалось от… Пен. Касс едва не подскочила на стуле.

– О нет! – охнула она, и ее рука, словно вдруг отяжелев, со стуком упала на стол.

– Вот-вот. – Люси скрестила руки на груди.

Джейн подалась вперед.

– Что там?

Касс пробежала глазами по строчкам, и ее сердце едва не выпрыгнуло из груди. Она принялась читать вслух.

– «Дорогие мои, я считаю, что все мои попытки скрыться от капитана Свифта попросту смехотворны. Мне нужно встретиться с ним и решить вопрос раз и навсегда. Я нанесла визит его матери и Дафне, которые сообщили мне о том, что капитан Свифт уехал погостить за город. Представьте мое удивление, когда я узнала, что он отправился прямиком в загородное поместье Люси!»

На этом месте подруги обменялись обеспокоенными взглядами.

– Продолжай, – пробормотала Люси.

– Да, да, продолжай, – поддакнула Джейн.

– «Я считаю, что обстоятельства сложились самым благоприятным образом, дорогие мои. У меня есть несколько важных сообщений для вас. Расскажу, когда приеду. Ждите меня в среду в полдень. Не могу дождаться встречи».

Касс судорожно сглотнула. В среду? В полдень? Но ведь уже среда.

– Как думаете, что такое важное она хочет нам сообщить? – обратилась к подругам Джейн.

– Да какая разница! – едва не закричала Касс. – Вы понимаете, что все это значит?

– Это значит, что в этот самый момент Пенелопа как раз направляется сюда, – произнесла Люси, постукивая пальцем по щеке.

Швырнув письмо на стол, Касс устремила взгляд в потолок.

– Ну, и что будем делать?

– Капитан Свифт хотел ее видеть? Что ж, эта проблема решена, – заметила Джейн, откусывая кекс.

– Но зато у нас появилась другая, более серьезная проблема, – простонала Касс. – Что нам делать?

– Ничего, – откликнулась Джейн. – Либо ты позволяешь капитану Свифту действовать по его собственному усмотрению, либо пытаешься как-то помешать Пен приехать. Третьего не дано.

Люси щелкнула пальцами.

– Нет, подождите!

Касс с надеждой посмотрела на подругу.

– Что?

Глаза Люси предательски заблестели. Она что-то замыслила.

– А ведь это может сыграть нам на руку.

– Каким образом? – Джейн отправила в рот еще один кусок кекса.

– Ты собираешься съесть их все? – поинтересовалась Люси.

– Возможно, – не осталась в долгу Джейн.

– Прекратите обсуждать кексы! – повысила голос Касс, едва не взорвавшись от беспокойства. – Что ты хотела сказать, Люси?

– Да, расскажи нам, как собираешься все уладить, – кивнула Джейн и захлопала ресницами.

Люси забарабанила пальцами по столу.

– Джулиану и Пенелопе необходимо встретиться, чтобы разорвать существующее между ними соглашение, так?

– Да, – прищурившись, кивнула Касс.

– И если она приедет сюда, они встретятся, верно? – продолжала Люси.

– А ты не забыла о том, что Касс теперь вовсе не Касс, да и ты называешь себя леди Уортинг? Как ты объяснишь это Пенелопе? – поинтересовалась Джейн.

– Нам не придется этого делать, – ответила Люси.

– Что ты хочешь этим сказать? – вскинула брови Касс.

Люси пожала плечами.

– Мы просто спрячемся.

– Спрячемся? – Касс потерла глаза.

– Спрячемся? – Джейн едва не подавилась кексом. – Вот теперь ты действительно сошла с ума.

Касс потрясла головой.

– Что значит – спрячемся?

– Когда приедет Пен, мы устроим ей встречу с Джулианом, и они решат свою проблему. Когда же Пен отправится на наши поиски, мы попытаемся сделать так, чтобы Касс встретилась с ней наедине. Только я сомневаюсь, что она захочет задержаться в доме, где присутствует ее бывший жених, а вы?

– Почему бы тебе просто не сообщить Пен, что Касс назвалась вымышленным именем? – с подозрением прищурившись, спросила Джейн.

– Вряд ли ей понравится, что мы использовали имя ее таинственной подруги, – ответила Люси.

– Люси права, – согласилась Касс. – Кроме того, она просила меня сообщить капитану Свифту о том, что она уехала к Пэйшенс, а не прикидываться ею.

– Я рада, что ты со мной согласна, Касс, потому что…

– Подожди-ка. Я всего лишь сказала, что ты права. Но на остальное своего согласия не давала. – Касс покачала головой. – Прятаться от Пен смешно и нелепо.

Люси сморщила нос.

– Почему? Мне эта идея нравится.

– Не верю, что я это сейчас скажу, но я согласна с Люси, – произнесла Джейн.

Касс закусила губу и перевела взгляд на подругу.

– В самом деле, Дженни?

– Да. Похоже, капитан Свифт никогда не интересовал Пенелопу. И я не удивлюсь, что, порвав с ним, она испытает облегчение. А если ты встретишься с ней наедине, не придется объяснять, зачем ты назвалась Пэйшенс Банбери.

Касс затаила дыхание. Решение казалось таким простым.

– Что ж, попробовать стоит. Но если Пен будет расстроенной после разговора с Джулианом, мы не станем следовать этому плану. Я не хочу причинить своей кузине боль.

Люси согласилась.

Касс повернулась к Джейн.

– Встретишь ее у дверей?

Мисс Лаундз кивнула.

– Конечно. И прослежу за тем, чтобы она немедленно встретилась с капитаном Свифтом.

– Прекрасно! – провозгласила Люси.

Касс же лишь сглотнула.

Все это выглядело действительно замечательно, только прежняя не слишком смелая Касс продолжала волноваться. О, что будет, если все пойдет совсем не так?

Глава 23

После завтрака Джулиан направился в оранжерею. Он собирался отыскать хозяйку дома и сообщить ей о своем отъезде. Ведь лишь одному богу известно, сколько еще придется ждать Пенелопу. К тому же Джулиан не мог больше оставаться в доме, где чуть было не совершил ошибку в отношении Пэйшенс. Эта женщина великолепна, ее фигура – совершенство, а внешность просто божественна. А уж как она выглядела в своем сногсшибательном платье с глубоким декольте… Джулиан вздрогнул. Когда мисс Банбери попросила сопроводить ее в парк, что-то ему подсказало, что не следует этого делать. Не стоит оставаться с этой женщиной наедине. За то короткое время, что они были знакомы, Джулиан уже понял, что его нестерпимо к ней тянет. Более того – он ее хотел. И хотел очень сильно. Но ведь только негодяй осмелится поцеловать женщину в то время, как помолвлен с другой. Нет, он не станет делать ничего подобного… до тех пор, пока не порвет с Пенелопой. Только этого не случится, если она не приедет. Поэтому капитан Свифт решил вернуться в Лондон. Уж там-то Пен рано или поздно объявится. Джулиан не собирался преследовать ее по всей округе. Нет, зря он сюда приехал.

Свифт миновал ряды темно-зеленых пальм и ярких цветов в центре оранжереи. Один из лакеев сообщил ему, что совсем недавно леди Уортинг направилась именно сюда. Вскоре до слуха Джулиана донесся заливистый смех. Он обогнул раскидистое персиковое дерево и вышел на небольшую площадку. Там на чугунной скамье вновь расположилась со своими красками Пэйшенс. Только на этот раз она рисовала мисс Уолстонкрафт и Апплтона. К счастью, леди Уортинг была с ними.

– Непременно изобрази ее книгу, – обратился к Пэйшенс Апплтон.

– Я бы хотела положить ее… – начала мисс Уолстонкрафт, но Апплтон зацокал языком.

– Так, так, – произнес он. – Вы забываете о нашем соглашении.

Мисс Уолстонкрафт хищно прищурила глаза, однако замолчала.

Леди Уортинг рассмеялась.

– Нет, это в высшей степени восхитительно.

– Что вы читаете на этот раз, Джейн? – поинтересовался Апплтон. – И как вы можете терпеть книги, которые неизменно заканчиваются счастливо?

– У хороших книг счастливый конец, у плохих – несчастливый. В этом состоит смысл художественных произведений, Апплтон, – возразила мисс Уолстонкрафт.

– Мистер Апплтон, – с улыбкой поправил ее Гаррет.

Джулиан внимательно посмотрел на присутствующих. Судя по всему, эти четверо были близкими друзьями. Мисс Уолстонкрафт открыла рот, чтобы дать достойный ответ, но в этот момент, не желая подслушивать, Джулиан вышел из-за дерева и откашлялся.

Все четверо разом посмотрели на него. Пэйшенс же быстро отвела взгляд, сосредоточив внимание на рисунке.

– А, капитан Свифт. Рады вас видеть. У меня для вас прекрасная новость! – воскликнула леди Уортинг, жестом приглашая Джулиана подойти ближе.

– И какая же?

– Ваша невеста приезжает сегодня в полдень. Утром я получила от нее письмо, – ответила хозяйка дома.

Джулиан прикрыл глаза, ощутив небывалое облегчение. Леди Уортинг оказалась права. Лучше новости и не придумаешь.

– Рад это слышать, – ответил он и посмотрел на Пэйшенс.

Ее голубые глаза подернулись поволокой, однако она все еще не смела взглянуть на него. Проклятье. Он надеялся, что они не станут чувствовать себя неловко в присутствии друг друга, но это случилось. Да и могло ли быть иначе? Прошлой ночью мисс Банбери пыталась поцеловать его, а он ей отказал. Господи, ну как же чудесно она выглядит сегодня в очаровательном желтом платье, расшитом крошечными цветами. Словно нежный бутон, среди множества других, окружавших ее в оранжерее.

– Можно взглянуть? – спросил Джулиан, указывая на рисунок.

Пэйшенс кивнула.

Апплтон поспешно поднялся со своего места, пробормотав, что ему необходимо проверить подкову у своего коня. У леди Уортинг и мисс Уолстонкрафт тоже нашлись дела, и спустя несколько минут Джулиан обнаружил, что остался с Пэйшенс наедине. Интересно, почему все остальные так дружно исчезли? Неужели мисс Банбери рассказала им о том, что произошло прошлой ночью? Вряд ли. Во всяком случае, Джулиан на это надеялся.

Он набрал в грудь воздуха и, обойдя Пэйшенс, встал у нее за спиной, как сделал это несколько дней назад. Она почти закончила портрет. Милое лицо мисс Уолстонкрафт Пэйшенс оттенила голубым цветом, не забыв нарисовать книгу и очки. А еще ей удалось точно передать выражение своей подруги – умное и немного озорное. Апплтон был изображен сидящим. Он выглядел точно живой, вплоть до непослушного локона на виске, которого Джулиан не замечал прежде.

– Поразительно, – еле слышно произнес он.

– Спасибо.

– Похоже, вы очень дружны со всеми. Даже с Апплтоном.

Кассандра немного помедлила с ответом.

– Я… я очень близка с Люси и Джейн.

Джулиан кивнул.

– А я очень близок с Дереком Хантом, герцогом Кларингтоном. Вы его знаете?

Касс на мгновение закрыла глаза.

– Кто не слышал о знаменитом герцоге Решительном? – пробормотала она в ответ.

Джулиан рассмеялся.

– Да, он такой. Но сейчас уехал на континент. Отправился на поиски моего брата и нашего друга капитана Кавендиша. – И почему он ей все это рассказывает? Мисс Банбери наверняка нет до этого никакого дела, но Джулиан был готов говорить о чем угодно, лишь бы не чувствовать неловкости из-за того, что произошло вчера. – А вот остальные мои друзья… боюсь, все они погибли на войне.

Кассандра подняла глаза и посмотрела на него так, словно хотела что-то сказать, но вместо этого поджала губы и принялась убирать кисти и краски.

– Надеюсь, герцог отыщет вашего брата. Вы близки с ним? – спросила она. – Я имею в виду вашего брата.

– Не так, как мне хотелось бы, – просто ответил Джулиан. И он не лгал.

– Мне… мне очень жаль это слышать, – промолвила мисс Монро.

– Мне тоже жаль. Как только поговорю с Пенелопой, тотчас же отправлюсь на поиски Дональда и Рейфа.

По лицу Кассандры разлилась мертвенная бледность, и она прижала руку к горлу.

– Вы собираетесь вернуться на континент?

– Да.

– Но… ведь вы едва не погибли. Вы не можете вновь подвергнуть себя опасности. – Она протянула руку и схватила Джулиана за рукав. Ее пальцы заметно дрожали.

Джулиан накрыл ее руку своей.

– У вас такие холодные пальцы.

– Знаю, – выдохнула Касс, продолжая смотреть Джулиану в глаза.

Свифт сжал ее руку, желая согреть своим теплом, и внимательно посмотрел на мисс Монро. Ее реакция на его слова была такой искренней и глубокой. Если бы он не знал, как все обстоит на самом деле, он бы подумал, что в ее глазах блестят слезы. Судя по всему, она натура весьма чувствительная и добрая. Возможно ли, чтобы за какие-то несколько дней она воспылала к нему нежными чувствами?

– Я не могу позволить, чтобы мой брат и друг сгинули навечно. Я не поехал с Хантом лишь потому, что мне этого попросту не позволили бы. К тому же мне необходимо было поговорить с Пенелопой. Но все же я отправлюсь на поиски брата, как только обстоятельства позволят мне сделать это.

Мисс Монро отвела взгляд.

– Стало быть, вы уедете сразу после разговора с Пенелопой?

– Да.

Она вновь заглянула Джулиану в глаза. Ее нижняя губа дрожала.

– Желаю вам успеха, капитан Свифт. Пенелопа скоро будет здесь.

Глава 24

Последующие два часа Касс, Джейн и Люси провели в гостиной на втором этаже в ожидании Пенелопы. Касс, превратившаяся в комок нервов, не отрывала взгляда от подъездной аллеи. Она до сих пор не могла понять, сработает ли план Люси, или они напрасно все это затеяли. Впрочем, полученное от Джейн одобрение придавало ей некоторой уверенности. И все же она беспокоилась.

Но еще больше ее беспокоил отъезд Джулиана во Францию. Сердце Касс разрывалось от боли. Лишь недавно он вырвался из цепких лап смерти. И все для того, чтобы оказаться в них снова? Ночной кошмар возвратился. Касс знала, что Джулиан слишком благороден и предан близким ему людям, чтобы остаться в стороне от их поисков, и все же каждый раз при мысли о возвращении любимого на континент она чувствовала себя так, словно ей на грудь уселся кто-то большой и тяжелый. Война, может, и закончилась, но Франция по-прежнему оставалась небезопасной для англичан страной. Касс читала в газетах о том, что повсюду еще бродят шпионы и шайки повстанцев. А после подписания договора жить в Париже стало просто опасно. Что там делал Дональд? Он ведь граф. И у него не было никаких дел во Франции. Если только…

– Она здесь! – воскликнула Люси, возвращая Касс к реальности.

Кассандра выглянула в окно. Люси не ошиблась: по подъездной аллее катил экипаж Пенелопы.

– Пора, – произнесла Люси, взглянув на Джейн.

Кивнув в ответ, мисс Лаундз направилась к двери.

– Я все сделаю, – произнесла она.

Касс же заломила руки.

– О, Люси, а что если…

– Нет, нет, ничего не желаю слышать, – поспешно оборвала подругу Люси. – Куда подевалась уверенная в себе молодая леди, вознамерившаяся соблазнить капитана Свифта? Я хочу, чтобы она вернулась.

– Но что, если…

Люси одарила подругу суровым взглядом, и та прикусила язык.

Ожидание было подобно смерти, и Касс вернулась к старым привычкам. Она расхаживала перед окном, в отчаянии дергая перчатки за кончики пальцев. Люси, старательно делающая вид, будто ситуация ее совершенно не беспокоит, как ни в чем не бывало уселась на диван и принялась изучать бумаги, предоставленные садовником. Ей предстояло решить, какие именно цветы посадить в саду по весне.

Прошло больше получаса, прежде чем вернулась Джейн, сопровождаемая Пенелопой. Касс посмотрела на кузину. Та совершенно не выглядела расстроенной. И не плакала. Более того – она улыбалась.

У Джейн же, наоборот, был такой вид, словно она только что повстречалась с весьма отвратительным призраком. Ее лицо покрывала мертвенная бледность.

– Касс! – Пенелопа бросилась к кузине и заключила ее в объятия.

– П-пен, рада тебя видеть, – запинаясь, произнесла Касс и с подозрением посмотрела на Джейн. Та покачала головой и уставилась в пол.

Поприветствовав Люси с неменьшим жаром, Пенелопа плюхнулась на диван. Остальные леди выжидательно смотрели на нее.

– Г-где ты была так долго? – вымолвила наконец Касс.

– Кажется, с момента моего приезда прошел уже час, правда, Джейн? – спросила Пенелопа.

– Да, примерно так, – ответила Джейн, нервно протирая очки.

Пен огляделась.

– Не прикажешь ли принести чаю, Люси? Я просто умираю от жажды.

Сбитой с толку Люси оставалось лишь кивнуть и позвонить в колокольчик.

– И что ты делала все это время? – спросила Касс. Она не могла больше ждать и поэтому не стала соблюдать приличий.

– Как – что? Джейн отвела меня в одну из комнат, где я поговорила с капитаном Свифтом.

Джейн потянула за ворот платья.

– Да, так и было.

– Я подумала, будет правильно прежде всего повидаться с ним, ты не согласна, Касс? – произнесла Пенелопа.

– О да. Да, конечно. – Касс в ужасе смотрела на кузину в ожидании продолжения. – И… и как все… прошло?

– Именно это я и собиралась вам сообщить. Не так ли, Джейн?

Джейн кивнула.

Люси и Касс обеспокоенно переглянулись.

– Что случилось? – не выдержала Люси, но в этот самый момент в гостиную вошел дворецкий.

Пока он расставлял чашки и разливал чай, прошло несколько мучительных минут. Наконец дворецкий ушел, и Люси в нетерпении обратилась к Пенелопе:

– Так что ты говорила, Пен?

– Ах да. Мне в голову пришла исключительно мудрая идея.

Лицо Джейн оставалось бледным. Она даже отказалась от предложенного ей чая.

– И что это за идея? – спросила Касс, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. Оставалось лишь надеяться, что ей это удалось. На самом же деле она едва сдерживалась, чтобы не впасть в истерику. Глоток чая помог. Но ненадолго.

Пен бросила в чашку три куска сахара и принялась энергично его размешивать.

– Я сказала капитану Свифту, что меня зовут Пэйшенс Банбери.

Касс потребовалось больше пяти минут, чтобы унять кашель, и теперь она была уверена, что ее истерзанные легкие уже никогда не станут прежними.

– Ты в порядке, Касс? – заботливо поинтересовалась Пен, подбегая к кузине.

– О, я… да, да. Все в порядке, – с трудом вымолвила Касс. – Ты сказала капитану, что ты Пэйшенс Банбери?

Пен кивнула со счастливой улыбкой на лице.

– Именно так я и поступила.

– Но разве не предполагалось, что ты отправишься к ней в гости? – продолжала допытываться Касс. Как все ужасно запуталось!

Пен помахала рукой в воздухе.

– Все так, но это не имеет никакого значения.

– А он… – Касс вновь откашлялась. – А он не спросил тебя, где сейчас Пенелопа Монро?

Пен отрицательно покачала головой.

Касс перевела взгляд на Джейн, и та кивнула.

– Действительно. Не спросил.

– Я же говорила, что идея просто отличная, – продолжала Пен. – Какая я умная!

Люси прижала пальцы к вискам.

– Скажи мне, Пенелопа, почему ты считаешь свою идею представиться капитану Свифту Пэйшенс Банбери такой уж отличной?

Пен, довольная, улыбнулась в ответ.

– Ну, конечно же идея отличная. Разве вы не видите? Мне сразу стало понятно, что он меня не узнал. Да это и неудивительно – все-таки семь лет прошло. Вот я и решила представиться Пэйшенс Банбери, чтобы у нас появилась возможность узнать друг друга получше. Честно говоря, до встречи с Джулианом я намеревалась порвать с ним. Об этом я хотела сообщить вам по приезде. Но мне вдруг стало его жаль. Я хочу сказать, он не любит удить рыбу или охотиться, как мой отец. Он слишком умный и скучный…

Джейн прикрыла рот рукой и закатила глаза к потолку.

Пен же продолжала вещать:

– Должна признаться, Джулиан показался мне необыкновенно красивым. К тому же ему чудом удалось избежать смерти. Мне было бы ужасно неприятно бросить его, не дав ни малейшего шанса. Вот я и решила прикинуться пока Пэйшенс. Это даст мне возможность пообщаться с ним, задать кое-какие вопросы. Иначе мы чувствовали бы себя скованно из-за связывающих нас обязательств.

Касс и Люси переглянулись, а потом посмотрели на Джейн.

– Как отреагировал капитан Свифт, когда Пен представилась ему мисс Банбери?

Джейн вновь потянула за ворот платья.

– Он… э… сказал, что хочет как можно скорее побеседовать с леди Уортинг.

Пенелопа сделала большой глоток чаю и удивленно посмотрела на подруг.

– Кто такая леди Уортинг?

Глава 25

– Я должна пойти с тобой, Люси. – Касс нервно расхаживала перед окном в спальне Люси.

Подруги с трудом дождались момента, когда смогут наконец отослать Пен в ее комнату. Объяснив, что леди Уортинг всего лишь одна из гостий, они поспешно удалились в спальню Люси, чтобы разработать план дальнейших действий.

– Не уверена, что это удачная идея, Касс, – предупредила подругу Джейн.

– Джулиан разозлился? – спросила Касс, закусив губу.

– Разозлился? Нет. Просто очень… поразился.

– Неудивительно, – протянула Люси, постукивая пальцем по щеке.

– Нет, Люси. Перестань, – произнесла Касс.

– Перестать – что?

– Придумывать очередной гениальный план. Пришло время рассказать правду. Я пойду к Джулиану вместе с тобой и буду с ним честной. Уже пора.

Люси покачала головой.

– Но если ты скажешь ему правду, он узнает, что ты – Касс.

Касс прижала палец к виску.

– Да, знаю. Но в этом и суть.

– А собираешься ли ты ему сказать, что Пенелопа действительно Пенелопа? – поинтересовалась Люси.

Касс решительно расправила плечи.

– Я намерена рассказать ему все. Он это заслужил. К тому же все зашло слишком далеко.

В конце концов Люси неохотно согласилась. Скорее всего потому, что просто не могла придумать ничего стоящего, чтобы выпутаться из создавшейся ситуации. А может из-за того, что Джейн поддержала Касс в ее стремлении рассказать правду. Возможно, на решение Люси повлияли оба этих обстоятельства. Но как бы то ни было, она вздохнула и произнесла:

– Хорошо. Давайте покончим с этим.

Спустившись в голубую гостиную, подруги отправили Джейн на поиски Джулиана с известием о том, что леди Уортинг ждет его для разговора.

Дожидаясь ее возвращения, Касс и Люси смотрели в окно.

– А что если мы… – попыталась предложить Люси.

– Нет. – Касс решительно тряхнула головой.

– Но я могла бы… – предприняла еще одну попытку Люси.

– Ни за что, – ответила Касс.

Люси хотела было продолжить уговоры, но в этот самый момент дверь гостиной распахнулась и на пороге возник Джулиан. Касс судорожно перевела дыхание.

Поднявшись со своего места, Люси неуверенно улыбнулась.

– Капитан Свифт.

– Я хочу знать только одно, – произнес Джулиан, одарив женщин взглядом, в котором читались подозрительность, смешанная с замешательством. Сердце Касс упало. Ну вот. Всего через несколько мгновений Джулиан ее возненавидит.

Люси судорожно сглотнула.

– Да, капитан Свифт?

Джулиан скрестил руки на груди и принялся притоптывать по ковру. Наконец он обратился к Кассандре:

– Почему Пенелопа Монро решила назваться вашим именем?

Касс необходимо было присесть. Даже в самых изощренных своих фантазиях она не могла предположить, что беседа повернется подобным образом. Дрожащей рукой она нащупала подлокотник кресла позади себя и упала в него, шумно выдохнув.

Люси пришла в себя быстрее.

– Что вы хотите этим сказать, капитан Свифт?

Джулиан вскинул брови.

– Я хочу сказать, что не более часа назад встретился с Пенелопой в этой самой комнате, где она представилась мне Пэйшенс Банбери.

Люси, в голове которой зароились самые разнообразные идеи, ошеломленно заморгала и схватилась за горло.

– В самом деле?

– Да, – в раздражении бросил Джулиан.

Люси откашлялась и слегка наклонила голову.

– А вы поинтересовались, зачем она это сделала?

Джулиан перестал топать.

– Нет. Честно говоря, я был настолько ошеломлен, что сделал вид, будто не знаю, кто она такая. Но почему Пен так сказала?

Голос Люси зазвучал вдруг непривычно пискляво и тонко.

– Не могу сказать наверняка, капитан Свифт. А вы уверены, что вышеозначенная леди – действительно Пенелопа?

– Я совершенно уверен, что она не Пэйшенс, ибо с мисс Банбери я уже знаком. – Он указал на Касс. – А еще она выглядела именно такой, какой моя память запечатлела Пенелопу Монро. Конечно, теперь она старше, но в остальном совершенно не изменилась.

Касс с трудом удержалась, чтобы не кивнуть. Пен действительно не изменилась. А вот она сама вдруг совершенно лишилась дара речи и лишь слушала, как Люси поспешно отвечает на вопросы Джулиана и задает свои. И как такое случилось? Просто безумие какое-то.

Люси распрямила плечи и вздернула подбородок.

– Я еще не видела мисс Монро, капитан Свифт. – Касс поморщилась, услышав новую ложь. – Но уверяю вас, немедленно отправлюсь на ее поиски и докопаюсь до сути.

С этими словами Люси подхватила юбки и поспешила к двери, ибо просто не смогла еще придумать какое-нибудь похожее на правду объяснение.

– Мисс Банбери, не будете ли вы так любезны развлечь капитана Свифта в мое отсутствие? – произнесла она.

Касс хотела было возразить, но, увидев выражение лица Джулиана, замолчала. Он выглядел так… словно хотел, чтобы она осталась.

– Конечно, – пролепетала Кассандра.

Люси выпорхнула из гостиной. Спустя несколько минут Касс взяла себя в руки. Пришло время рассказать правду. Наконец. Она не могла позволить, чтобы этот фарс продлился еще хоть мгновение. Джулиан, конечно, возненавидит ее, но другого выхода просто не было. Особенно после появления Пен.

– Капитан Свифт, я…

– Я рад, что леди Уортинг оставила нас наедине, – произнес Джулиан, пересекая комнату и опускаясь в кресло напротив…

Касс заморгала.

– В самом деле?

– Да. – Он улыбнулся. – Я не знаю, чего добивается Пенелопа, но ее ложь лишь укрепила меня в решении порвать с нею всяческие отношения. Она совсем не та девушка, которую я знал много лет назад.

У Касс перехватило дыхание, и она отвернулась.

– Наверное, у нее есть разумное объяснение.

– Да как можно объяснить желание выдать себя за другую женщину? Это бессмысленно. И нелепо.

Ну вот. То немногое, что осталось от ее смелости, казалось, покинуло Касс в этот момент навсегда. Она не могла открыться Джулиану. Только не сейчас. Какая же она трусиха!

– У вас… – ее голос задрожал. – У вас так и не получилось с ней объясниться?

С губ Джулиана сорвался презрительный смех.

– Каким образом, если она представилась другим человеком? – Он прищурился и посмотрел на Касс. – Вы ведь не думаете, что она догадалась о моих намерениях? Что солгала, чтобы не дать мне возможности высказаться?

Касс обдало жаром, а потом бросило в холод. «О господи, он пытается спросить, сохранила ли я его тайну».

– От меня она ничего не узнала, капитан. – Касс опустила голову. Ну, хоть одно правдивое заявление в череде лживых.

Джулиан поднялся с кресла и принялся расхаживать по ковру.

– Нет, нет. Конечно, нет. Но даже если она что-то заподозрила, нелепо прикидываться другим человеком, чтобы избежать дурных новостей.

В ответ Касс смогла лишь кивнуть. Возникший в горле ком, состоящий из вины и сожалений, душил ее так, что она не могла вымолвить ни слова.

– Как только Пенелопа вернется, я уличу ее. Она захватила меня врасплох, поэтому я не нашелся, что сказать. Кроме того, я подумал, что, может быть, леди Уортинг знает, зачем Пенелопа так поступила.

Касс снова кивнула.

– Так, наверное, будет лучше.

– Я скажу ей, что помолвки не будет. А потом…

Касс подняла глаза.

– Что потом? – Она судорожно сглотнула. – Уедете во Францию?

– Да… Но сначала я намерен найти вас, мисс Банбери, и зацеловать до бесчувствия.

Глава 26

Люси приступила к осуществлению нового плана немедленно. Как, впрочем, и всегда. Джулиана попросили остаться в голубой гостиной. Пен проинформировали о том, что жених ее узнал и снова намеревается с ней поговорить. Она немного расстроилась, услышав подобное, но все же согласилась на беседу и направилась в голубую гостиную, сопровождаемая одной из служанок.

Как только Пен скрылась из виду, Люси позвала подруг.

– Что ты задумала? – с подозрением спросила Касс.

– Нам нужно немедленно оказаться в золотой гостиной, что находится по соседству с голубой. Если мы прижмемся ухом к стене, то наверняка сможем услышать весь разговор.

– О, Люси. Это же просто ужасно. Мы не можем так поступить, – сдвинув брови, запротестовала Касс.

– А что такого? – Люси пожала плечами. – Я тоже не люблю подслушивать, но сейчас вынуждена сделать это. Нам необходимо знать, о чем они говорят, чтобы не запутаться. Кроме того, ты сама сказала, что еще не назвала Джулиану своего настоящего имени. Если ты так беспокоишься о том, что здесь происходит, то почему не открылась ему, когда я оставила вас наедине?

– Потому что я отвратительна, – простонала Касс. – Так же отвратительно и подслушивание.

– Я не могу не согласиться с тобой в том, что касается последнего утверждения, – произнесла Джейн. – Но Люси снова права. Нам необходимо знать, возникнет ли в разговоре имя Пэйшенс и упомянет ли капитан Свифт о том, что уже с ней познакомился.

– Как это гадко! – воскликнула Касс. – Мы отправимся прямиком в ад за все, что сотворили за эту неделю.

На этот раз плечами пожала Джейн.

– Мне уже давно уготовано это теплое местечко. Так что увидимся. Будем пить бренди, сквернословить и замечательно проводить время.

Люси рассмеялась, а Касс покачала головой.

Однако пять минут спустя она уже стояла у стены золотой гостиной, покрытой узорчатыми обоями, и прижимала к ней ухо вместе со своими подругами.

До их слуха донесся голос Джулиана.

– Пенелопа?

– Капитан Свифт.

– Я не знаю, зачем вы назвались Пэйшенс Банбери, да это и не имеет большого значения. Ведь я приехал сюда, чтобы найти вас и сообщить о том, что мы не сможем пожениться.

Касс затаила дыхание. Что ответит на это Пен?

– Вы хотите сказать, что помолвки не будет? – Голос Пен звучал на удивление спокойно.

– Да. Мне очень жаль. – Голос Джулиана зазвучал чуть мягче. – Но это в самом деле так.

За стеной послышался тихий смех.

– О, капитан Свифт. Как забавно. Ведь дело в том, что я приехала сюда сказать вам то же самое.

Глаза подруг округлились, и они ошеломленно переглянулись. Касс зажала рукой рот и прижала ухо к стене еще крепче.

– В самом деле? – послышался голос Джулиана.

Пен вздохнула.

– Да.

– Почему? – спросил Джулиан.

– Признаюсь, я пряталась от вас, – ответила Пен. – А потом решила, что дальше так продолжаться не может. Что пришла пора поговорить начистоту.

Голос Джулиана зазвучал приглушеннее. Очевидно, он отошел в другой конец комнаты.

– Поэтому вас не оказалось в Лондоне, когда я приехал?

– Вообще-то я была дома. Только пряталась, – призналась Пен.

На этот раз рассмеялись оба.

– Значит ли это, что вы на меня не злитесь и не станете просить своего отца вызвать меня на дуэль? – Судя по всему, Джулиан улыбался, произнося эти слова.

Пен снова вздохнула.

– Думаю, мои родители будут не слишком довольны таким поворотом событий, но уверена, я смогу уговорить отца сохранить вам жизнь. Вы уцелели на войне, капитан Свифт. Думаю, одной пули в грудь вам достаточно. Вы со мной согласны? – В голосе Пен тоже слышались веселые нотки.

– Конечно же я собирался поговорить с вашими родителями и все им объяснить, – произнес Джулиан. – Но мне показалось, будет правильно, если я сначала поговорю с вами.

– Очень умно и похвально с вашей стороны, капитан, – ответила Пен.

– Значит ли это, что мы останемся друзьями? – спросил Джулиан.

– Мне кажется, мы ими были всегда, – заверила бывшего жениха Пен.

Люси, Джейн и Касс одновременно испустили вздох облегчения. Касс оперлась рукой о стену. Она чувствовала себя так, словно в следующее мгновение растает и превратится в безвольное желе. Как? Каким образом все сложилось столь удачно? Нет, это настоящее чудо.

– Они уходят, – сообщила подругам Люси, ухо которой оставалось прижатым к стене.

– Да, я слышу, как открывается дверь, – кивнула Джейн.

Касс отскочила от стены.

– Я должна идти. Как выглядит моя прическа? – Она попыталась пригладить локоны.

– Что? Почему? – Люси посмотрела на подругу.

– Да. О чем ты говоришь? – спросила Джейн.

Однако Касс уже спешила к двери.

– Теперь, когда я знаю, что Пен не расстроилась, мне нужно идти. Джулиан сказал, что будет меня искать… вернее, Пэйшенс, и… – Внезапно Касс охватила робость. Она остановилась и закусила губу.

– И? – подсказала Люси, в глазах которой вспыхнуло любопытство.

Лицо Касс осветила широкая улыбка.

– И зацелует до бесчувствия.

Подбежав к подруге, Люси подтолкнула ее к двери.

– Так иди же к нему скорей, ради всего святого!

Глава 27

Выйдя из голубой гостиной, Джулиан столкнулся с… Оуэном Монро, своим старинным другом и братом Кассандры.

– Монро! – Он похлопал будущего графа по спине. – Рад видеть тебя, старина.

Они оба учились в Итоне и знали друг друга целую вечность.

Монро смотрел на капитана так, словно вдруг увидел призрака. Но Джулиан уже привык к подобным взглядам, сопровождавшим его повсюду с тех самых пор, как он вернулся с войны.

– Свифт? Господи, это ты!

– Что ты здесь делаешь? – спросил Джулиан. – Я послал записку твоим родителям, но, не получив ответа, предположил, что ты в Лондоне.

– Был. Но уже два дня как вернулся. Я ищу хозяйку дома, но она, похоже, занята, – пояснил Оуэн.

Друзья свернули за угол.

– Да. Но я уверен, что леди Уортинг где-то здесь. А пока давай-ка выпьем по стаканчику.

С этими словами Джулиан направился к кабинету, где, как он знал, хранилось спиртное.

Монро озадаченно сдвинул брови.

– Леди Уортинг?

Джулиан распахнул дверь, пропуская друга вперед.

– Да, леди Уор…

В это самое мгновение к ним подскочил находившийся в кабинете Апплтон. Он выглядел так, словно только что подавился бренди. Еще ни разу в жизни Джулиан не видел, чтобы Гаррет двигался с такой скоростью. Даже на поле боя.

– Монро, какого черта ты здесь делаешь? – спросил Апплтон.

Сидевший на диване лорд Беркли даже не оторвал взгляда от книги, которую держал в руках.

Монро прищурился.

– Родители послали меня узнать, что здесь происходит.

– Происходит? – фыркнул Джулиан. – Ты говоришь так, будто наша вечеринка – нечто предосудительное, Монро.

– Ну, я… – начал было Оуэн, но не успел сказать ни слова, ибо Апплтон с силой похлопал его по плечу.

– А я уж думал, что ты не бываешь больше за городом, Монро. Разве ты не предпочитаешь город сельской глубинке?

– Мать попросила меня нанести визит. Она беспокоится за Касс.

Джулиан судорожно втянул носом воздух.

– Касс здесь? В деревне?

– Это я и надеялся выяснить, – ответил Монро. – Я как раз разыскивал Лю…

– Монро, Монро, у нас еще будет время поговорить об этом. А пока присядь. Выпей. Мы ведь в гостях, не так ли?

Оуэн с подозрением посмотрел на друга, но все же опустился на диван рядом с Беркли и теперь ждал, когда Апплтон нальет ему бренди. Взяв из рук друга стакан, он сделал большой глоток. Второй стакан Апплтон передал Джулиану.

Спиртное пришлось как раз кстати после встречи с предполагаемой невестой, которая почему-то решила солгать, назвавшись чужим именем. Ну что может быть нелепее? Слава богу, что он не успел связать себя узами брака с такой глупой и легкомысленной женщиной. И все же, несмотря на все свои странности, Пенелопа повела себя довольно спокойно и разумно во время их последней беседы. Джулиан не мог понять собственного беспокойства. Ведь Пенелопа никогда не питала к нему нежных чувств. За последние семь лет она почти ему не писала и вряд ли вспоминала о нем на досуге. Джулиан был несказанно удивлен попытками Пенелопы спрятаться. Но теперь, когда стало ясно, что она совершенно не горела желанием выйти за него замуж, Джулиан был готов рассмеяться над нелепой ситуацией. Словом, ему крупно повезло, что их отношения с Пенелопой завершились по обоюдному согласию. Видит бог, после своего чудесного исцеления Свифт заслужил немного везения.

Он свободен. Наконец-то. И теперь может поступать так, как ему заблагорассудится. Так что в данный момент Джулиану ужасно хотелось выпить по стаканчику бренди в компании Монро и Апплтона, а потом отправиться на поиски мисс Банбери и завершить то, что они начали на скамье в саду. Очаровательная, сводящая с ума Пэйшенс Банбери, кажется, питала к нему неподдельный интерес. И не важно, что сюда приехал Монро, который мог подсказать ему местонахождение Кассандры. Нет, Джулиан больше не хотел расспрашивать о ней. Ведь она влюблена в другого мужчину. Он покроет поцелуями Пэйшенс Банбери, а потом отправится во Францию на поиски брата.

Джулиан поднял свой стакан.

– За старых друзей! – провозгласил он.

Монро, Апплтон и Беркли одновременно подняли свои стаканы.

– За старых друзей! – эхом откликнулись они.

Джулиан сделал большой глоток, а потом поудобнее устроился в кожаном кресле и посмотрел на Монро.

– А теперь расскажи мне, как поживает твоя сестра. – Проклятье. Он еще не успел принять решение относительно своих отношений с Пэйшенс Банбери, а его мысли вновь занимала Кассандра. Ну что ж, он задаст ее брату вопрос или два. И, возможно, даже выяснит, в кого она влюблена. Если, конечно, Оуэну это известно.

– Не знаю, – ответил Монро, делая глоток. – Мать написала мне с просьбой приехать и выяснить это.

Джулиан сдвинул брови.

– Кажется, ты сказал, что ее нет в вашем загородном поместье.

– Так и есть. Вот почему я здесь. – Монро повернулся к Апплтону. – Ты ее не видел?

На лице Апплтона возникло такое выражение, словно он съел что-то ужасно неудобоваримое.

– Я? Нет. Вернее, я хочу сказать, что видел ее раньше, но…

Почему Апплтон так нервничает? Неужели потому, что тоже влюблен в Касс? Джулиан едва сдерживался, чтобы не задать этот вопрос им обоим. Может, Апплтон и Кассандра помолвлены? Хант не утверждал ничего подобного, но тогда где она? Что делает? Вот теперь Джулиан не на шутку забеспокоился. А что, если Касс пропала? Судя по всему, ни ее брат, ни Апплтон не знают, где она.

– Твоей сестры здесь нет, – произнес Джулиан. – Это я знаю наверняка.

Оуэн перевел взгляд на Апплтона.

– Нет? Но мать сказала, что она с Люси, и я…

– Ты же знаешь Люси и Кассандру. Рано или поздно объявятся, – отмахнулся Апплтон. – За воссоединение!

Мужчины вновь подняли стаканы.

– Люси? – переспросил Джулиан. – Вы говорите о Люси Хант? Супруге Ханта?

– Да, – кивнул Монро. – Их с Касс водой не разольешь. К величайшей досаде моих родителей.

Джулиан вскинул брови.

– В самом деле?

Заметно побледнев, Апплтон порывисто поднялся со своего места.

– Монро, старина, могу я поговорить с тобой наедине?

Оуэн пожал плечами.

– Почему нет?

Джулиан откинулся на спинку кресла. Ему нет никакого дела до того, почему эти двое хотят поговорить с глазу на глаз. Он останется в кабинете и развлечется беседой с Беркли. Виконт показался ему славным парнем. Джулиан сделал еще глоток. Где же Кассандра?

– Старый долг не дает мне покоя, – шепотом сообщил Апплтон Свифту.

– Надеюсь, мы отыщем Касс до утра, – произнес Монро, когда друзья направились к двери. – К тому времени наши родители уже будут здесь, и мне совсем не хочется объяснять им, почему ее здесь не оказалось.

На этот раз на лице Апплтона появилось такое выражение, словно его только что ударило молнией.

Глава 28

По пути из кабинета Гаррет сгреб со стола, стоящего возле двери, колоду карт, пропустил Монро вперед и вышел следом. Слава богу, Оуэн согласился поговорить с ним. На какое-то леденящее душу мгновение ему показалось, что тот спросит о предмете разговора. Это было бы ужасно. А когда Оуэн упомянул родителей, Гаррет застонал. Вот почему он никогда не соглашался участвовать в авантюрах Люси.

Но лучше решать проблемы по мере их поступления.

Об Оуэне Монро Гаррет знал три вещи. Тот любил крепкие напитки, красивых женщин и карты. Причем играл он на все. Да, Монро можно было назвать настоящим распутником, хотя чопорная мисс Лаундз почему-то упорно награждала этим эпитетом его, Гаррета Апплтона. В следующий раз он непременно укажет ей на это. Если уж мисс Лаундз хотелось увидеть настоящего распутника в деле, пусть обратит свое внимание на Оуэна Монро. Он хороший человек, но слишком уж лелеет собственные пороки.

Впрочем, в одном мисс Лаундз была права. Гаррет тоже время от времени с удовольствием садился за карточный стол. И хотя он был не таким заядлым игроком, как Монро, удача улыбалась ему гораздо чаще. Монро играл ради удовольствия, в то время как Гаррету обязательно была нужна победа. И сегодня ему придется сделать очень высокую ставку.

– Идем туда. – Гаррет указал на дверь одной из гостиных дальше по коридору, которая, к счастью, оказалась пуста.

Монро вопросительно посмотрел на друга, но все же безропотно последовал за ним. Когда они оказались в комнате, Гаррет бросил на стол колоду карт.

– Это зачем? – спросил Монро, недоуменно вскинув бровь.

– Объясню чуть позже, – ответил Гаррет. – А пока я хочу сказать тебе кое-что. И мой рассказ тебе не понравится. Только обещай, что не покинешь этой комнаты до тех пор, пока не выслушаешь меня.

Монро прищурился.

– Мне уже это не нравится, Апплтон. Совсем не нравится.

– И я тебя не осуждаю за это. Так обещаешь меня выслушать?

– Что ж, хорошо. Я тебя выслушаю. А уж дальнейшее будет зависеть от того, что именно я услышу.

– Честно. – Гаррет указал на кресло. – Не хочешь присесть?

– Лучше постою.

– Как скажешь. – С этими словами Гаррет принялся расхаживать перед дверью гостиной, заложив руки за спину и отчаянно подыскивая слова, чтобы объяснить другу происходящее. Если бы Монро знал его кузину чуть лучше, Гаррету достаточно было бы произнести одно-единственное слово: Люси. Но Монро был с ней поверхностно знаком, и в этом-то и состояла проблема. Так что разговор будет долгим.

Гаррет решил не ходить вокруг да около и сразу заявил:

– Кассандра здесь.

Глаза Монро округлились, и он вопросительно посмотрел на друга.

– Что? Где?

– Она находилась здесь все это время. Но…

– Тогда почему Свифт сказал, что ее здесь нет? – Монро с подозрением посмотрел на Гаррета.

– Потому что эта, с позволения сказать, вечеринка не совсем обычная. Просто Свифт кое-чего не знает.

– При всем моем уважении, Апплтон, что за чушь ты несешь?

Гаррет тяжело вздохнул и провел рукой по волосам. Да, это будет непросто. Ой как непросто. Целых десять минут он объяснял то, что, как ему казалось, Монро должен знать. Вполне понятно, что тот забросал его вопросами, на которые Гаррет терпеливо ответил.

Когда оба наконец замолчали, Оуэн выглядел как оглушенный взрывом солдат, а Гаррет чувствовал себя выжатым, точно лимон. Да… Если Люси хотела, она могла сплести довольно запутанную паутину.

– У меня остался только один вопрос, – произнес Оуэн, глядя на Гаррета так, словно тот вконец лишился рассудка.

– Я тебя слушаю.

– Что, скажи на милость, заставляет тебя думать, будто я приму участие в этой безумной и нелепой затее?

Гаррет тяжело вздохнул. Он знал игроков. Они никогда не откажутся от пари.

Он указал на рассыпавшиеся по столу карты.

– Сыграем партию в пикет. Если победу одержу я, ты нам подыграешь. Если же удача окажется на твоей стороне, ты этого делать не станешь.

Монро посмотрел сначала на друга, потом перевел взгляд на колоду. Подбоченившись, он испустил вздох.

– Ты хотя бы понимаешь, насколько это все нелепо? Ведь речь идет о моей сестре.

Гаррет кивнул.

– Тут я с тобой спорить не стану. Нелепо – очень подходящее слово.

Монро вновь посмотрел на карты, и на его лице отразилась ожесточенная внутренняя борьба.

– Черт возьми, Апплтон. По рукам.

Глава 29

Убежав из золотой гостиной, Касс так и не смогла разыскать Джулиана. Поэтому отправилась повидать Пен. Кузина и ее служанка поспешно паковали вещи.

– Должна признаться, что более непродолжительного путешествия за город я еще не предпринимала, – со смехом произнесла Пенелопа.

– Ты уезжаешь? – ошеломленно спросила Касс.

Пен отмахнулась в ответ.

– Кучер сказал, что если тронемся в путь в ближайшие полчаса, то прибудем домой засветло, да еще успеем к ужину.

– Как прошла встреча с капитаном Свифтом? – осторожно поинтересовалась Касс. Господи, как же она ненавидела себя за необходимость делать вид, будто ей ничего неизвестно.

– Все оказалось гораздо проще, чем я ожидала, – ответила Пен. – Мы прекрасно поладили и расстались добрыми друзьями.

Касс закусила губу и отвела глаза.

– И с тобой… все в порядке?

Лицо Пен осветила широкая беззаботная улыбка.

– Я не просто в порядке. Я ужасно рада, что все так закончилось.

– Тебе не обязательно уезжать, – произнесла Касс.

– Знаю. Но я хочу уехать.

– Потому что нужна Пэйшенс Банбери? – с кошачьей грацией в комнату вплыла Люси.

Пен развернулась.

– Что-то вроде того. О, ваша светлость, вы же не сочтете за вопиющую грубость мой поспешный отъезд. Просто… Я уже давно не чувствовала себя такой свободной, и теперь мне не терпится вернуться в Лондон.

– Ты расскажешь родителям о том, что помолвки не будет? – спросила Касс и почувствовала, что в горле словно ком застрял.

– Да, – ответила Пен. – Капитан Свифт нанесет им визит, но я хочу поскорее рассказать всем, что наконец-то свободна от каких бы то ни было обязательств.

Касс заставила себя улыбнуться. Ей никогда не удавалось понять кузину, но Пен с Джулианом действительно не подходили друг другу. Она всегда это знала.

– Полагаю, твоя беседа с капитаном Свифтом закончилась обоюдным согласием сторон?

Пен кивнула.

– Да. Только вот странно, что он отправился на мои поиски сюда. Должно быть, ранение не лучшим образом сказалось на его способности размышлять здраво. Впрочем, это не имеет никакого значения. Я возвращаюсь в Лондон. Там наверняка найдется способный заинтересовать меня джентльмен.

Люси рассмеялась.

– В таком случае поторопись и удачи тебе.

– Ты в самом деле в порядке? – снова спросила Касс. Она целый день нервно кусала нижнюю губу, и та начала слегка кровоточить.

– Со мной все в порядке, – заверила ее кузина. – Честно говоря, я испытала огромное облегчение.

– Как думаешь, что скажут на это твои родители? – Зубы Касс вновь вонзились в многострадальную нижнюю губу.

– Да ведь ничего ужасного не случилось. Официальной помолвки так и не было. Так что никто никого не обидел.

– Но ведь всем вокруг известно, что вы с Джу… капитаном Свифтом должны были пожениться после его возвращения с войны, – напомнила Касс.

Пенелопа пожала плечами.

– Я просто скажу, что передумала. Сердце ужасно непостоянно. Тебе ведь это известно, дорогая?

Касс судорожно сглотнула. Нет, она этого не знала. Ибо ее сердце отличалось завидным постоянством.

В конце концов Пен и сопровождающая ее служанка уселись в экипаж и отбыли прочь, проведя в загородном поместье Люси всего несколько часов. Касс с подругами долго смотрели вслед экипажу.

– Все сложилось самым наилучшим образом, – произнесла Люси. – Иного и пожелать нельзя.

– На протяжении многих лет я была уверена, что Пен выйдет замуж за Джулиана, и вот теперь все закончилось. – Касс покачала головой. – Просто не могу поверить.

– А ты поверь. Потому что теперь тебе придется рассказать капитану Свифту, что здесь произошло. Ты же не можешь оставаться Пэйшенс Банбери вечно, – произнесла Люси.

– Верно. Не могу, – согласилась Касс. Но еще на одну ночь она могла ею остаться, и именно это намеревалась сделать. Завтра утром Кассандра расскажет Джулиану правду, какими бы ни были последствия этой откровенности, но сегодня… Сегодня ей хотелось его поцеловать.

Ужин обернулся настоящей пыткой. От Джулиана Касс отделяло целых три человека, поэтому она не только не могла с ним поговорить, но и почти его не видела. Люси сказала, что так будет лучше.

– Пока ты не готова рассказать ему правду, чем меньше вы будете общаться, тем лучше.

Касс согласилась с подругой, но от этого трехчасовой ужин не стал менее мучительным. К тому же она оказалась как раз напротив брата и вынуждена была весь вечер терпеть его гневный взгляд. Ее большой, сильный, красивый, белокурый брат выглядел так, словно едва сдерживался, чтобы не наброситься на нее с кулаками. Несколькими часами раньше Гаррет прислал им с Люси записку, в которой сообщалось о приезде Оуэна. Гаррету удалось поговорить с ним наедине и рассказать о том, что происходит. Оуэн согласился подыграть с огромной неохотой, да и то лишь потому, что попросту проиграл Гаррету в карты.

И вот теперь Касс всем своим существом чувствовала осуждение брата. К счастью, он допивал уже третий бокал вина. Хитрая Люси без устали подливала ему спиртного, предварительно усадив за стол с красивыми женщинами, коими являлись она сама и Джейн, перед чарами которых Оуэн просто не смог бы устоять.

После окончания ужина, в ожидании, пока мужчины выпьют по стаканчику портвейна и выкурят по сигаре в кабинете, время потянулось еще более мучительно. И вот наконец – наконец! – джентльмены присоединились к дамам. Касс не стала колебаться. Направляясь к двери, она шепнула Джулиану:

– Буду ждать вас в библиотеке.

Однако на пороге ее остановил Гаррет.

– Мне нужно кое-что тебе сказать. Возьми Люси и приходите в…

– Извини. Мне сейчас не до разговоров.

Глаза Гаррета округлились от удивления.

– Но это очень важно, Касс.

– Встречусь с тобой утром. – Выскользнув из-под руки Гаррета, Касс поспешила в сторону библиотеки.

Толкнув дверь, она обнаружила внутри… Джейн. Очевидно, ее подруга незаметно ускользнула сюда, чтобы почитать в тишине.

– О, Дженни, тебе придется немедленно отсюда уйти, – произнесла Касс. – Сюда с минуты на минуту придет Джулиан.

– Что? – Джейн оторвала взгляд от книги. – Я пришла сюда первой. Прячусь от Апплтона. Чем меньше я его вижу, тем лучше. Мне нельзя быть с ним грубой, а это равносильно смерти.

Касс рассмеялась.

– Как бы то ни было, я выбрала библиотеку местом свидания. А ты должна уйти. Пожалуйста. Ради меня.

Джейн закатила глаза, но, тем не менее, быстро собрала свои вещи и с улыбкой направилась к двери.

– Будешь мне должна.

– Хорошо, хорошо. Уходи поскорее. Но не слишком быстро. Я видела в коридоре Гаррета.

– Будь осторожна, Касс. – В устах Джейн предостережение прозвучало как-то зловеще.

Сглотнув, Касс развернулась. Она пощипала себя за щеки, чтобы придать им румянца, тщательно расправила складки на подоле и поднесла руки к волосам. О, где же зеркало? Ведь оно сейчас просто необходимо.

Удивительно, но она больше не испытывала чувства вины. Мысль о том, что разрыв Пен и Джулиана принес обоим лишь облегчение, заставляла Касс чувствовать себя восхитительно свободной. О лучшем повороте событий она не могла и мечтать. Если бы Джулиан не питал нежных чувств к другой леди, ситуация была бы просто идеальной. Ведь Касс больше не чувствовала себя разрушительницей помолвки собственной кузины и могла теперь делать все, что ей вздумается. Особенно легко и свободно она ощущала себя сегодня, ибо все еще носила маску Пэйшенс Банбери. Два раза она просила Джулиана поцеловать ее. И в обоих случаях он отказался сделать это. Сегодня причины для отказа не будет, и Касс обретет свой первый поцелуй. Для признаний, покаяния и обвинений будет утро. А пока… Пока только удовольствие.

Джулиан выждал примерно двадцать минут, прежде чем выскользнул из гостиной и направился в библиотеку. Он отворил дверь и едва не пал, сраженный красотой мисс Банбери. Джулиан почувствовал себя так, словно его грудь вновь пронзила пуля. Ведь Пэйшенс была так прекрасна и соблазнительна.

– Капитан Свифт, – произнесла она, поворачиваясь к нему с пылающими румянцем щеками.

– Мисс Банбери. – Джулиан почтительно склонил голову.

– Не хотите ли… не хотите ли присесть? – Касс жестом указала на кожаный диван.

Джулиан опустился рядом с ней.

– Ужин был… довольно интересным, – начал он.

Касс убрала за ухо белокурую прядь. Скорее заманчивым. Весьма.

– Что вы имеете в виду? – спросила она.

– Уж не хотите ли вы сказать, что не заметили, как прожигал вас взглядом Оуэн Монро?

Кассандра округлила глаза.

– Что? Оуэн? Вернее, его светлость?

– Да. Он не мог оторвать от вас глаз. Должен признаться, я уже начал подумывать о том, чтобы вызвать его на дуэль.

– О, нет, нет. Вы неверно поняли. Он…

Джулиан придвинулся ближе.

– Я знаю, что именно видел. И, должен сказать, увиденное пробудило во мне ужасную ревность.

Губы Касс изогнулись в еле заметной улыбке.

– В самом деле?

– Да. И знаете, что еще?

– Что же?

– Я снова говорил с Пенелопой. Мы разорвали наше соглашение. Очевидно, она уехала, не дождавшись ужина.

– Она… расстроилась?

– Вы ее не видели?

– Нет, – пробормотала Кассандра, не поднимая глаз.

– После того как разъяснилась эта путаница с вымышленным именем, она ни капли не расстроилась и сказала, что вовсе не собиралась доводить дело до помолвки. – Джулиан рассмеялся.

Кассандра снова улыбнулась.

– Я удивлена.

Сегодня она казалась такой робкой и немногословной. Почему она не смотрит на него?

Джулиан придвинулся еще ближе. Теперь их соприкасающиеся тела разделял лишь тонкий слой ткани.

– Мисс Банбери?

– Д… да?

– Меня больше ничто не связывает с мисс Монро.

– В самом деле?

– В самом деле.

– Она… как-то объяснила, почему представилась… мной? – на последнем слове голос Касс сорвался.

– Объяснила, но это не имеет никакого значения. Очевидно, Пенелопа понятия не имела, что я с вами уже познакомился. Только вот почему она решила, что мы незнакомы, после того как прожили под одной крышей почти целую неделю… Должен признаться, мне в какое-то мгновение показалось, будто она немного не в себе.

Прикрыв глаза, Кассандра кивнула.

– А теперь мне ужасно хочется вас поцеловать, – произнес Джулиан.

Касс еле слышно охнула.

– Меня?

– Пэйшенс, – выдохнул Джулиан. Он любовался ее красивым лицом и действительно хотел поцеловать. В конце концов, Кассандры здесь нет. К тому же она влюблена в другого человека. А вот Пэйшенс сидела рядом с ним. Чудесная Пэйшенс, которая его хотела. Джулиан видел это по тому, как она на него смотрела, как прикасалась к нему, как запрокинула голову в ожидании поцелуя.

Джулиан наклонился и накрыл губы Касс своими. Вкус их оказался настолько чудесен и сладок, что он тихо охнул от неожиданности. Реальность оказалась гораздо прекраснее фантазий.

Джулиан притянул Кассандру к себе, и она прижалась к его груди. Язык Свифта скользнул в жаркие глубины ее рта, отчего кровь быстрее заструилась по жилам, а плоть сделалась болезненно тугой и чувствительной.

Касс ответила на призыв охотно и страстно. Она тихонько постанывала и крепче прижималась к Джулиану.

Его поцелуй становился все более глубоким, горячим и требовательным. Он никак не мог им насытиться и не желал остановиться. Пэйшенс казалась ему божеством.

Только вот она не была… Кассандрой.

Реальность ворвалась в сознание Джулиана с оглушительной силой. Он прервал поцелуй и, тяжело дыша, прижался лбом ко лбу Пэйшенс. Нет. Нет. Нужно перестать думать о Касс. Сейчас не время. К тому же она любит другого.

Джулиан стиснул зубы. Что, черт возьми, с ним происходит? Как он может думать о Касс в такой момент? Он притянул Пэйшенс к себе и возобновил поцелуй. Будет ли Касс пахнуть точно так же? Будет ли такой же неотразимой красавицей, перед которой невозможно устоять?

Джулиан вновь отстранился, взяв Пэйшенс за плечи. Черт возьми, он не мог перестать думать о Касс. Джулиан тряхнул головой, словно это помогло бы избавиться от преследующего его образа Кассандры.

А она смотрела на него своими большими голубыми глазами, которые так напоминали ему глаза Касс. Джулиан вновь тряхнул головой. Он окончательно сошел с ума, раз желает Касс столь сильно, что даже видит ее черты в совершенно другой женщине. Это было не просто неправильно. Это было ужасно нечестно по отношению к Пэйшенс.

Кассандра хлопала ресницами, совершенно сбитая с толку.

Проклятье. Это его вина. Джулиан ненавидел себя за то, что собирался сказать.

– Мне жаль, мисс Банбери… Пэйшенс, я думал, что смогу, но не смог.

Глаза Касс наполнились слезами.

– Я понимаю, капитан, – пробормотала она.

Джулиан чувствовал себя последним негодяем. И был таковым. Разве благородный мужчина станет целовать такую милую девушку, как Пэйшенс Банбери, чтобы потом внезапно оттолкнуть от себя? Она не заслуживала подобного обращения. Ведь прошлым летом она уже пережила нечто подобное. А теперь вынуждена терпеть грубости Джулиана. Он не станет ее осуждать, если она возненавидит его до конца своих дней.

– Господи, Пэйшенс… мисс Банбери. Я – настоящий негодяй. Но поверьте, я совершенно не хотел вас обмануть или обидеть. У вас есть брат? Отец? Я уверен, один из них захочет вызвать меня на дуэль.

В тишине библиотеки голос Касс прозвучал еле слышно:

– Прошу вас, капитан Свифт, не нужно больше извинений. Вам не за что передо мной извиняться. Прошу вас, просто уходите.

Джулиан посмотрел на Пэйшенс и провел пальцем по ее щеке, утирая слезы.

– Будь я проклят. Вы самая красивая женщина из тех, что я когда-либо видел.

Он не лгал, но это не имело никакого значения.

Поднявшись с дивана, Джулиан направился к двери, но потом обернулся.

– Мне жаль.

Глава 30

Следующим утром Касс наряжалась дольше, чем обычно, и отсылала назад все платья, что приносила служанка. Впрочем, дело было вовсе не в платьях. Подошло бы любое. Просто Касс не хотела встречаться с Джулианом. Ведь с каждым мгновением приближался момент разоблачения. Момент, которого она ужасно боялась.

И все же тянуть до бесконечности она не могла. Пришла пора взглянуть правде в глаза и смириться с последствиями. Касс знала это. С ложью покончено.

Но сначала нужно разыскать Гаррета. Вчера он хотел что-то сказать, а она поступила ужасно грубо, оборвав его на полуслове. Если бы Касс только знала, что случится, она не стала бы так торопиться.

Она пыталась разыскать Гаррета после своего неудачного рандеву в библиотеке, но не нашла ни его, ни Люси. Вместо того чтобы продолжить поиски, Кассандра направилась к себе в спальню, размышляя о собственной испорченности и о том, что, узнав правду, Джулиан наверняка возненавидит ее. Наконец Касс забылась тревожным сном, наполненным видениями о том, как Джулиан проклинает ее за ложь и женится на другой женщине. Худший из ночных кошмаров вот-вот должен стать явью, а она никак не сможет этого предотвратить. Остается лишь оттягивать неизбежное.

Касс встала перед зеркалом и посмотрела на свое бледное лицо. Прошлой ночью Джулиан сказал, что она самая красивая из всех женщин. Разве не об этом она так долго мечтала? Только вот он сказал об этом не ей. Нет, самой красивой на свете для него была Пэйшенс Банбери. Женщина, которой не существует. Касс с отвращением смотрела на собственное отражение в зеркале. И как за такой простой милой внешностью может скрываться столько отвратительной лжи? Касс принялась ожесточенно тереть щеки, словно хотела избавиться от маски и явить миру свое настоящее уродливое лицо, которое она заслуживала после всего, что натворила. Джулиан повел себя честно и благородно. Он остановился первым, а вовсе не она. О да, она – маленькая отвратительная распутница – готова была целоваться с ним всю ночь.

Прошлой ночью Касс расплакалась в присутствии Джулиана. Ужасно некрасивое зрелище. Только вот он неверно истолковал причину этих слез. Он наверняка подумал, что Пэйшенс в него влюбилась. А Касс плакала от того, что Джулиан любил другую женщину – не ее и не Пэйшенс, – которой хотелось выцарапать глаза и из-за которой он прервал поцелуй.

Все. Хватит трусить. Сегодня она расскажет правду. Но сначала отыщет Гаррета и узнает, что такого важного он хотел ей сообщить. А потом отправится к Джулиану. Пришло время быть честной. И не важно, что за этим последует, потому что она больше не намерена лгать.

Служанка вернулась с еще одним платьем. На этот раз белым.

– Может быть, это, мисс?

Белое – символ чистоты, света и невинности. Не ей, грешнице, надевать сегодня такое. Но если Касс хотела победить беса, которому так нравилось время от времени появляться у нее на плече, нужно использовать любое оружие.

– Да, это подойдет, Мария. Простите, что доставила вам сегодня столько хлопот.

Мисс Монро вновь взглянула на свое отражение в зеркале. Кто она такая? Касс? Пэйшенс? Пришло время узнать правду.

Касс уже собиралась спуститься на первый этаж, когда ее внимание привлек какой-то галдеж в холле.

Она поспешила вниз, но, разглядев лица собравшихся, остановилась и схватилась рукой за перила. Там, в холле, вместе с Люси, Гарретом, Джейн и слугами стояли ее родители. Оуэна не было видно. Джулиана, к счастью, тоже. Только вот… Касс подалась вперед и прищурилась.

Пенелопа.

Сердце Касс едва не выпрыгнуло из груди. Господи, ей грозит опасность. Опасность, опасность, опасность. Казалось, каждый нерв ее тела вдруг поспешил напомнить о своем существовании, натянувшись, точно струна, и заставляя Касс развернуться и убежать. Но вместо этого она словно приросла к ступеням, вцепившись в перила дрожащей рукой.

– Я хочу немедленно видеть свою дочь, – властно произнесла ее мать леди Морланд.

– Да, где Кассандра? Сейчас же приведите ее сюда, – потребовал отец.

Люси нервно озиралась по сторонам.

– Если вы соизволите пройти в одну из гостиных, я буду счастлива привести Касс и обсудить с вами сложившуюся ситуацию, как и подобает цивилизованным людям…

– Кассандра? Кассандра здесь?

Касс прикрыла глаза и сглотнула. Она не видела человека, произнесшего эти слова, но узнала его голос.

Это был Джулиан. Очевидно, его тоже привлек шум в холле.

– Кто вы такой? – спросила мать Кассандры.

– Разве вы не помните, тетушка? Это же капитан Свифт, – подсказала Пенелопа.

Глаза леди Морланд округлились.

– Капитан Свифт?

– Капитан Свифт? – эхом отозвался ее супруг.

– К вашим услугам, – с поклоном ответил Джулиан. – Мы довольно долго не виделись, поэтому неудивительно, что вы меня не узнали, лорд Морланд, леди Морланд.

Мать Касс оглядела Джулиана с головы до ног, а потом вновь повернулась к Люси.

– Я хочу видеть Касс. Немедленно, – непреклонно произнесла она.

Джейн и Гаррет пытались помочь Люси сопроводить вновь прибывших в гостиную, но, к сожалению, их попытки так же не увенчались успехом.

– Говорю вам, леди Морланд, я буду счастлива привести вам Касс, как только вы…

Мать Касс хищно прищурилась и ткнула в Люси пальцем.

– Мне нет никакого дела до того, что вы теперь герцогиня, ваша светлость, – насмешливо протянула она. – Я не позволю вам совратить мою дочь и сбить ее с истинного пути. Все это время я считала, что вы поехали в гости. И если бы у экипажа моей племянницы не сломалось колесо, я так и не узнала бы, что вы находитесь здесь, всего в нескольких милях от нашего дома.

Джулиан резко развернулся и посмотрел на Люси.

– Ваша светлость?

Джейн и Гаррет застонали.

Пенелопа же выглядела совсем как в детстве, когда пыталась решить особенно сложное математическое уравнение и испытывала при этом приступ паники и тошноты.

Родители Касс смотрели на Джулиана так, словно он вдруг лишился рассудка.

– Вы хотите сказать, что не узнаете хозяйку дома герцогиню Кларингтон? Хотя, должна сказать, благодаря ей этот титул заметно обесценился, – произнесла леди Морланд.

Поморщившись, Люси отвернулась, как от удара.

Ну вот и все. Касс решительно двинулась вниз по лестнице. Она слишком долго вела себя как трусиха, но теперь не позволит своим родителям обращаться с Люси столь неуважительно.

– Мама!

Взгляды всех присутствующих устремились на Касс.

– Мама? – эхом отозвался Джулиан, переводя взгляд с Касс на леди Морланд.

Оказавшись в центре внимания, Касс подбоченилась и гневно посмотрела на мать.

– Я не позволю вам обращаться с моей подругой столь неподобающим образом в ее собственном доме.

– Все в порядке, Касс… – начала было Люси, протягивая к подруге руку.

Однако Касс лишь отмахнулась.

– Нет, не в порядке. У них было достаточно времени привыкнуть к тому, что женой Дерека стала ты, а не я. Поэтому пришло время обращаться с тобой соответственно твоему титулу.

Касс знала, что с каждым словом раскрывает перед Джулианом свое истинное лицо. Она словно срывала с раны повязку, зная, что все тайное рано или поздно станет явным.

Кассандра была не в силах посмотреть в лицо Джулиану, но чувствовала на себе его взгляд и понимала, что сейчас он сложит все части головоломки в единое целое.

– Ты требуешь, чтобы я относилась к этой маленькой нахалке с уважением? – спросила леди Морланд тоном, свидетельствующим о том, как сильно ошеломила ее дерзость дочери.

– Да. Если бы герцог был здесь, он вышвырнул бы вас из дома за подобное обращение с его женой.

– Кассандра права. У меня уже чешутся руки сделать то же самое, – добавил Гаррет.

Леди Морланд открыла рот, чтобы заговорить снова, но была остановлена Джулианом. Он повернулся к Люси.

– Подождите. Должен ли я из всего услышанного сделать вывод, что вы на самом деле Люси Хант, герцогиня Кларингтон? Супруга Дерека?

Джейн и Гаррет поморщились.

На этот раз молчание прервала Пенелопа:

– Ну конечно же она герцогиня Кларингтон, капитан Свифт. А кто же еще? Вы целую неделю жили в ее доме.

Джулиан, прищурившись, взглянул на Люси, на лице которой застыло покаянное выражение.

– Я думал, ее зовут леди Уортинг, – пояснил Джулиан окружающим, не сводя, однако, взгляда с Люси.

– Я… э… придумала это имя, – произнесла Люси, закусив губу.

О, это не сулило ничего хорошего. Ибо Люси никогда не кусала губы.

Джулиан быстро повернулся и посмотрел на Касс.

– А вы? Вы ведь не Пэйшенс Банбери, верно?

Пенелопа вновь встрепенулась:

– Да что такое вы говорите? Это же моя кузина Касс. Она писала вам на протяжении нескольких лет. Неужели вы ее не помните?

Слезы обожгли глаза Касс, но она сумела их сдержать. У нее не было права плакать. У нее не было прав ни на что, кроме как стоять здесь и ждать, пока Джулиан осознает происходящее. И возненавидит ее.

Капитан Свифт внимательно оглядел Кассандру. На какое-то мгновение их взгляды встретились, и Касс прочла в его глазах боль, шок и… гнев.

– Кассандра? – судорожно выдохнул Джулиан. – Вы – Кассандра?

– Постойте-ка… она представилась вам как Пэйшенс? – вновь встряла в разговор Пенелопа.

– Да, – не отрывая взгляда от Касс, ответил Джулиан.

Это короткое слово эхом отразилось от мраморных колонн и ударило Касс по лицу.

– Кто такая, скажите на милость, эта Пэйшенс Банбери? – удивилась мать Кассандры.

Пенелопа подбоченилась.

– Она моя близкая подруга, которой не существует в природе.

В холле разразилась какофония голосов. Все заговорили разом. Одни выкрикивали вопросы, а другие пытались объясниться. Напряжение достигло небывалого предела, в то время как Касс и Джулиан молча смотрели друг на друга. Грудь Касс сдавило болью. Она не могла дышать и отчаянно боролась с застилавшими глаза слезами. Джулиан же смотрел на нее с выражением, которое можно было описать как… отвращение.

И Касс не могла осуждать его за это.

Глава 31

Двумя часами позже Джулиан стоял на террасе. Сунув руки в карманы и опершись спиной о мраморную колонну, он смотрел вдаль.

Свифт не увидел, а скорее, почувствовал, как к нему подошла Касс. Она двигалась медленно, тихо, но решительно.

Наконец он повернулся к ней. Касс была так ошеломляюще красива, что сердце капитана сжималось от боли. Кассандра. Женщина, о которой он так много думал и мечтал. Она и неземная красавица Пэйшенс Банбери – один и тот же человек? В последние два часа он думал только об этом, но все равно не верил в реальность происходящего.

Джулиан прищурился. Какой же он глупец! Как не понял? Как не догадался? Ведь мнимая Пэйшенс обладала льняными волосами Касс и такими же пронзительно-синими глазами, напоминающими прячущиеся во ржи васильки. У Пэйшенс была ее улыбка с еле заметными ямочками на щеках. Ну как он этого не заметил? Да, Кассандра мало чем напоминала шестнадцатилетнюю девчушку, которую помнил Джулиан, и все же этой грациозной ослепительной красавицей была она. Все это время Кассандра находилась рядом и все это время она ему лгала. Желудок Джулиана болезненно сжался.

Касс остановилась в нескольких шагах от него.

– Знаю, что никакие объяснения не оправдают того, что я сделала, – начала она. – Но я хотела посмотреть… вам в глаза и сказать… – Касс опустила голову, – что мне жаль.

Джулиан, прищурившись, посмотрел на нее, а потом вновь устремил взгляд на расстилавшийся перед ним сад.

Касс боролась со слезами. Джулиан это понял по тому, как быстро она моргала и слишком часто сглатывала. Он не хотел волноваться из-за этого. И не будет, если не станет смотреть на Кассандру.

– У меня только один вопрос.

– Да, – пробормотала она.

– Почему? – процедил Джулиан сквозь стиснутые зубы.

Касс протянула к нему руку, но поняв, что он не позволит к себе прикоснуться, быстро отдернула. Обхватив себя за плечи, Кассандра тихо заговорила:

– О, Джулиан! Я могу попытаться все объяснить. Но это просто не поддается объяснению. Если я начну вам рассказывать, почему так поступила, все будет выглядеть так, будто я обвиняю Пен, которая этого вовсе не заслуживает.

Джулиан сжал губы. Касс даже не собиралась оказать любезность и объяснить свою ложь.

– Я не понимаю, почему вы назвались мне чужим именем.

Кассандра посмотрела на небо, отчаянно заморгала, и по ее щекам покатились слезы. Очевидно, она проиграла битву с ними.

– Мне жаль, Джулиан. Мне ужасно жаль. Просто я хотела провести с вами немного времени.

– И не смогли сделать это в качестве Кассандры? – скептически спросил Джулиан.

Касс снова сглотнула.

– Нет, – прошептала она.

Джулиан провел пальцами по волосам.

– А как быть с письмами? С нашей дружбой? Неужели она для вас совсем ничего не значит, коль вы решились мне солгать?

Касс отерла слезы тыльной стороной ладони.

– Я не могу ничего объяснить. Словно это была не я… Джулиан, я готова на все, чтобы повернуть время вспять и сделать так, чтобы…

Однако Джулиан не дал ей договорить.

– Не надо.

– Вы не узнали меня, когда мы встретились в доме Пен.

Джулиан закрыл глаза.

– Значит, это я во всем виноват.

– Нет, нет. Что вы. – Теперь слезы уже безудержно струились по ее щекам.

Джулиан вынул из кармана платок и подал его Касс. Поблагодарив, Кассандра чуть заметно улыбнулась и шмыгнула носом.

– Как всегда джентльмен, – пробормотала она. – Благородный и безукоризненный.

– Только не прошлой ночью. Когда поцеловал вас… или Пэйшенс… или кто вы там на самом деле. Но я не дал вам договорить.

Касс глубоко вздохнула.

– Я просто не могла поверить, что вы меня не узнали, а потом Люси представила меня как Пэйшенс… О, вы не знаете Люси! Она… Господи, какая же я дура! Мне очень жаль. Я не хотела причинить вам боль.

– Вы позволили мне поцеловать вас. И это совершенно…

– Неправильно?

Джулиан застонал и вновь провел рукой по волосам.

– Да, помимо всего прочего.

– Джулиан, я знаю, что это прозвучит нелепо и неправдоподобно, но я действительно не хотела причинить вам боль. И не ожидала, что все зайдет так далеко. Много раз я хотела открыться вам… Все, что я писала вам в письмах, правда. В них я. Ваш друг Кассандра. Неужели вы меня не помните? – Она схватила руку Джулиана и прижала ее к своему сердцу.

Джулиан закрыл глаза. Его пальцы были холодны, а грудь Кассандры источала тепло. По руке Свифта пробежали мурашки, но он постарался не обращать на это внимания.

– Я знаю Кассандру по ее письмам. – Он выдернул руку из пальцев Касс. – А вы – не Кассандра. Я не знаю, кто вы такая.

С этими словами Джулиан развернулся на каблуках и пошагал прочь.

Глава 32

– Поешь чего-нибудь. – Джейн погладила Касс по спине и указала на супницу на серебряном подносе, которую в спальню Касс принесла служанка.

– Я не голодна, – произнесла Касс.

Тихая и смиренная, она лежала в постели одетая в белую льняную сорочку и стоически смотрела в потолок. Подобное поведение подруги пугало Джейн гораздо больше, нежели безудержные рыдания.

– Ты лежишь так уже несколько дней, – с беспокойством в голосе заметила мисс Лаундз. – Тебе необходимо что-нибудь съесть.

Касс прижала к глазам платок. Да, она действительно пребывала в таком состоянии в течение ужасно долгих четырех дней.

Поговорив с Джулианом на террасе, Касс вернулась в свою комнату, попросила Марию как можно скорее упаковать вещи и переехала в дом родителей, прихватив с собой Джейн и даже не попрощавшись с Люси.

Люси. Сердце Касс наполнялось гневом, а пальцы сжимались в кулаки всякий раз, когда она думала о подруге. Кассандра не могла даже слышать имени герцогини. По словам Джейн, Люси писала письма каждый день, в надежде, что Касс позволит ей приехать, но та решительно говорила «нет». А еще она отказывалась объяснить что-либо собственной матери.

После того как Пенелопа уехала из Оулдридж-холла, у ее экипажа лопнула ось. По несчастью, это произошло неподалеку от дома родителей Касс. Так случилось, что все усилия подруг перечеркнула какая-то дурацкая ось.

После перебранки в холле Гаррет поспешно уехал к себе домой. Джулиан отбыл в Лондон, и Оуэн с радостью последовал за ним, довольный, что ему не придется больше покрывать проказы сестры. Он забрал с собой Пенелопу. Та была только рада исчезнуть с глаз дяди и тети. Славный лорд Беркли положил руку на плечо Касс и сказал, как сильно он огорчен подобным поворотом событий. Затея Люси ужасно ему понравилась, и он заверил Касс, что почтет за честь принять участие в еще одном таком приключении.

Черт бы побрал эту проклятую ось! Касс никак не могла перестать думать о ней. Хотя какая теперь разница? К тому же вины Пен тут не было. Но если бы не лопнула ось, если бы Пен не рассказала родителям Касс, что их дочь находится в поместье по соседству, если бы эти трое не приехали в дом Люси на следующее утро… У них все могло бы получиться. Правда, Касс все равно пришлось бы объясняться с Джулианом, но во всяком случае, он узнал бы все от нее лично и понял, что она лгала ему ненамеренно. Что она вовсе не такая ужасная личность, коей он теперь ее считает. Господи, да кого она обманывает? Она действительно ужасна. Даже омерзительна. Так что злиться нужно только на себя.

И Люси.

Люси она никогда не простит.

– Расскажи еще раз, что сказал Джулиан перед отъездом, – дрожащим голосом попросила Касс подругу.

Джейн глубоко вздохнула.

– Он сообщил Апплтону, что намерен вернуться в Лондон и надеется получить разрешение властей на выезд на континент.

– Он собирается во Францию, – тихо произнесла Касс.

– Апплтон не знает, куда именно он собирается, но это как-то связано с Дереком.

– Так и есть. Джулиан рассказал мне. Вернее, Пэйшенс. Его брат и капитан Кавендиш пропали во Франции. И Дерек уже отправился на их поиски.

– Надеюсь, все они будут соблюдать осторожность, – произнесла Джейн.

– Что еще сказал Гаррет? – спросила Касс.

Джейн поморщилась.

– Он сказал, что пытался предупредить тебя о приезде родителей, но ты не стала слушать. Это правда?

Касс кивнула. Проклятые слезы вновь навернулись на глаза, но Касс решительно тряхнула головой. Она не станет больше плакать. Ибо все сотворила собственными руками.

– Он сказал что-нибудь еще?

– Да. А именно: «Станьте прежней, мисс Лаундз, ибо я просто не представляю, как находиться в вашем обществе без всех этих ваших колкостей и острот. Мне стало ужасно скучно. И тревожно».

На губах Касс заиграла улыбка.

– Ага! Вот ты и улыбнулась! – воскликнула Джейн. – Жаль, ты не видела выражения лица капитана Свифта, когда я призналась ему, что я не только не мисс Уолстонкрафт, но и не имею к этой семье никакого отношения. – Джейн вздохнула.

Касс же потрепала подругу по руке.

– Ты настоящий друг, Джейн. Мне повезло, что у меня есть ты.

– А между тем еще один наш добрый друг с нетерпением дожидается ответа на свое письмо. Она очень хочет с тобой поговорить.

Касс упрямо поджала губы.

– Нет. Я не хочу видеть Люси. Она виновата в том, что случилось. Если бы мы просто сказали правду и не препятствовали встрече Пен и Джулиана в тот самый первый день, они просто разорвали бы помолвку и Джулиан не питал бы ко мне ненависти.

– Я знаю, как тебе трудно, – произнесла Джейн. – Но Люси действительно думала, что помогает. У нее очень доброе сердце, и ты знаешь это.

Касс упрямо вздернула подбородок.

– Я не могу ее видеть.

– Хорошо, хорошо. Я так ей и скажу.

Касс шмыгнула носом.

– Спасибо, Дженни.

– Не знаю, но мне кажется, она ужасно переживает, – ответила Джейн.

Касс со стоном перекатилась на бок и обняла подушку.

– О, Дженни, я не знаю, что мне теперь делать.

Джейн погладила подругу по волосам.

– Начни с того, что расскажи мне, куда ты хочешь поехать. Мы могли бы отправиться в Брайтон или Бат. Устроим себе каникулы.

Касс тяжело вздохнула.

– Я хочу вернуться в Лондон.

Глава 33

Джулиан закончил писать письмо Веллингтону, сложил его и запечатал. После этого отодвинул письмо в сторону и откинулся на спинку кресла. Он вновь остановился в доме Дональда, хотя вовсе не имел на это права. Свифт оглядел кабинет брата. Чистый, функциональный, с разбросанными по столу мелочами. Как раз в духе Дональда.

Дональд был идеальным старшим сыном. Единственным сыном, которого хотел отец. И вот теперь он пропал.

Джулиан поднялся со своего места, подошел к шкафу и налил себе бренди. Осушив стакан одним глотком, он наполнил его снова. По телу разлилось тепло. Вот только никакое количество спиртного не могло заглушить звучащих в его ушах предсмертных криков солдат на поле боя.

Джулиан вновь опустился в кресло. Немного бренди пролилось ему на руку, и он выругался.

Вернувшись в Лондон, Джулиан первым делом нанес визит к родителям Пенелопы и сообщил им, что не может жениться на их дочери. Мистер Монро отреагировал на известие на удивление спокойно. Очевидно, Пенелопа уже успела все объяснить. Ее родители не хотели, чтобы их дочь или Джулиан оказались несчастливы в браке. Поэтому пожелали капитану удачи, сказали, что рады видеть Джулиана живым и невредимым, расспросили о здоровье его матери и сестры… Словом, встреча прошла в довольно теплой и дружеской атмосфере.

Изначально Джулиан планировал так же посетить Кассандру. Но теперь все изменилось. После того, что она сделала, он не мог даже думать о ней. Так что единственной его целью оставались поиски Дональда и Рейфа.

Джулиан схватил со стола распечатанное письмо, которое получил сегодня от Дерека, и вот уже в десятый раз пробежал глазами по строчкам. В нем говорилось, что братья Хант напали на след пропавших, но им нужно еще два дня, чтобы добраться до места, где в последний раз видели Дональда и Рейфа. Если, конечно, именно они были теми двумя англичанами, о которых говорили свидетели. Сведения были расплывчатыми и неточными, но, как известно, надежда умирает последней.

Джулиан сделал глоток. Если Дональд и Рейф там, Дерек их отыщет. Лучше его этого никто не сделает, даже он сам, как бы ни неприятно было в этом признаваться. Свифт написал письмо Веллингтону с просьбой позволить ему присоединиться к поискам не потому, что не доверял Дереку. Просто он не мог бездействовать в Лондоне, в то время как его брат пропал, а друг подвергал себя опасности. Правда состояла в том, что Джулиан намеревался отправиться во Францию независимо от решения Веллингтона. Конечно, было бы предпочтительнее получить официальное разрешение, и тем не менее он двинется в путь, как только получит ответ. Если, конечно, к тому времени не вернется с новостями Дерек.

Впрочем, для скорого отъезда во Францию была еще одна причина. Самому себе Джулиан мог признаться в том, что просто не хочет оставаться в Лондоне, где слишком велик соблазн повидать Касс. Так что чем дальше от нее он окажется, тем будет лучше для них обоих.

В последнюю их встречу она была полна раскаяния. Когда Касс начала извиняться перед ним, он испытал невероятный соблазн спросить у нее, в кого она влюблена. Но все ее извинения не имели никакого смысла. И Джулиан желал уехать еще и потому, что просто не мог смотреть на Касс, на ее неземную красоту, зная, что никогда не сможет ею обладать.

Почему Кассандра позволила себя поцеловать? Неужели она настолько порочна, чтобы считать все это веселой игрой? «Я – ваш друг Кассандра», – сказала она. Друг… Лгунья! А Касс, которую он знал, лгуньей не была.

И все же на какое-то мгновение, на одно ужасное и прекрасное мгновение, стоя там, в холле, и слушая гомонящих людей, он обрадовался тому, что женщина, которую он желал столь немилосердно в последние несколько дней, и девушка, о которой грезил на протяжении многих лет, один и тот же человек. И тем не менее сердце Джулиана разрывало мучительное осознание того, что Касс никогда не будет принадлежать ему. Может, Пэйшенс и хотела его. Но по словам Ханта, Касс была влюблена в какого-то другого мужчину. И даже если это было не так, суть дела не менялась. Касс оставалась для него лгуньей, актрисой, женщиной, которой нельзя доверять.

Проклятье! Кто же все-таки завладел ее сердцем? Джулиану не стоило думать об этом, но он думал. Свифт сделал еще один глоток. Видит бог, он разорвет мерзавца на куски, как только узнает его имя. Впрочем, нет. Он этого не сделает. Хотя желание велико. Очень велико. Неужели это Апплтон? Апплтон ведь им подыгрывал. Наверняка они смеялись за его спиной. Все они – Апплтон, и Джейн Лаундз, и Люси. Даже Оуэн не счел нужным сообщить Джулиану о том, что его сестра разгуливает по дому, прикрываясь чужим именем. Черт возьми, да что такое случилось со всеми этими людьми?!

Джулиан залпом осушил стакан и направился к шкафу, чтобы наполнить его снова.

Когда несколькими часами позже герцогиня Кларингтон вбежала в кабинет Дональда, Джулиан уже не понимал, какой сейчас день и который час. Спиртное сделало свое черное дело.

– Спасибо, что согласились принять меня, капитан Свифт, – произнесла герцогиня.

Джулиан отвесил поклон и едва не грохнулся на ковер.

– Весьма польщен, ваша светлость. Не каждый день оказываешься в обществе настоящей герцогини.

Люси Хант еле заметно улыбнулась, и в ее разноцветных глазах вспыхнул огонь.

– Могу я предложить вам выпить, ваша светлость? – продолжал Джулиан, витиеватым взмахом руки указывая на шкаф.

– Нет, благодарю вас, капитан.

– А я вот себе налью, – произнес Джулиан. Проклятье. Неужели он только что икнул? Ужасно. – Скажите же, чему обязан удовольствием видеть вас?

Язык Джулиана заплетался, но гостья наверняка его поняла. Спотыкаясь, он направился к шкафу и вылил в стакан остатки бренди. Черт. Как быстро опустела бутылка. Джулиан перевернул ее, потряс, а потом подкинул вверх. Попытка поймать бутылку не увенчалась успехом – та со стуком упала на ковер и закатилась под шкаф. Пнув ее ногой, Джулиан направился к дивану, на котором устроилась герцогиня.

– Я пришла извиниться, – тихо произнесла она. – И отдать вам это. – Люси достала из сумочки письмо.

– За что извиниться? – Джулиан попытался сконцентрировать взгляд на герцогине. В глазах двоилось. – Это я должен перед вами извиниться. Я, видите ли, немного не в форме.

На губах ее светлости заиграла улыбка.

– Не беспокойтесь, капитан. Я прекрасно вас понимаю. Нужно было известить вас о своем визите заранее, но я не была уверена, что вы меня примите, если я попрошу у вас аудиенции. Я приехала извиниться перед вами за то, что мы устроили в Суррее.

– Я ни за что не прогнал бы жену своего лучшего друга.

– Значит, я зря волновалась. – Герцогиня посмотрела на письмо, которое держала в руке. – Я хочу сказать вам еще кое-что.

Джулиан поджал губы.

– Если это касается Касс, то я ничего не хочу слышать.

Герцогиня подалась вперед и быстро заговорила:

– Вы должны меня выслушать. Это была полностью моя затея. Хотя Касс убеждена, что вы мне не поверите, и все же это правда. Клянусь.

Джулиан поднял вверх указательный палец, который заметно подрагивал.

– При всем моем уважении, – произнес он, растягивая слова и глотая буквы, – даже если это и была полностью ваша идея, не вы мой друг, а та персона, которую я знал и с которой обменивался письмами на протяжении многих лет. Ваша ложь не идет ни в какое сравнение с ложью Кассандры.

– Я прекрасно вас понимаю, капитан, – ответила герцогиня, – и надеюсь, что вы все-таки мне поверите. Я известна своими авантюрами, и уверена, что мой супруг подтвердит вам это, но как бы то ни было, я все же надеюсь, что вы пересмотрите свое отношение к Касс и…

– И – что? – Джулиан сделал глоток и едва не подавился.

– Прочитаете это, – закончила герцогиня, протягивая Джулиану письмо.

Свифт вырвал письмо из ее руки.

– Что это?

– Его написала Касс.

Джулиан бросил письмо на диван, и оно провалилось в щель между подушками.

– Ха. Я уже разговаривал с ней. И больше не хочу слышать никаких извинений и объяснений.

– Нет. Это совсем другое, капитан. Касс написала это письмо несколько месяцев назад, когда думала, что вы умираете.

Джулиан закрыл один глаз, и две герцогини слились в одну.

– И она попросила вас доставить мне его сейчас?

– Нет. Как раз наоборот. Она голову мне оторвет, если узнает, что я отдала его вам.

– Но если она вас ни о чем не просила, откуда вы взяли это письмо?

Герцогиня судорожно вздохнула.

– Она привезла его с собой в Суррей. Касс всегда возит с собой все ваши письма. Это лежало в коробке с остальными. Я пробралась в ее спальню. Знаю, что не должна была этого делать, но я действительно считаю… Прочитайте письмо, капитан. Прошу вас.

Джулиан прищурился.

– Если вы считаете, что Кассандре не понравится ваш визит ко мне, то почему все же сделали это?

– Потому что считаю, что он способен все изменить. Потому что это очень важно. И… – она вздохнула. – И поскольку Касс уже имеет на меня зуб, я не слишком рисковала. – Герцогиня грустно улыбнулась, однако взгляд ее оставался серьезным.

Она поднялась с дивана и расправила юбки.

– Я оставляю вас, капитан. Надеюсь, вы прочитаете письмо.

Джулиан тоже поднялся и теперь сквозь пелену тумана наблюдал за удаляющейся герцогиней.

– Прочитайте письмо, – пробормотал он. – Нет уж. Больше никаких извинений.

С этими словами Свифт без памяти рухнул на диван.

Глава 34

Проснувшись на следующее утро, Джулиан обнаружил себя лежащим в постели, в голове черти играли на барабанах. Он осторожно сел и потянулся за колокольчиком.

Дворецкий прибыл спустя пару минут.

– Умоляю, Пенгри, принесите что-нибудь от головной боли, – простонал Джулиан.

– Сию минуту, милорд, – ответил дворецкий и вышел из спальни.

Джулиан сжал пальцами виски. Господи, ну зачем он выпил так много? В последний раз он так напивался, будучи зеленым юнцом. Плохо. Плохо. Очень плохо.

Внезапно в его сознании шевельнулись обрывки воспоминаний. Прошлый вечер. Кабинет. Бренди. Герцогиня. Господи, темноволосая красавица-жена Дерека приезжала к нему с визитом, но будь он проклят, если помнит хоть слово из разговора с нею. А ведь для этого визита наверняка была какая-то веская причина. Джулиан с трудом припомнил, как пытался разглядеть ее лицо сквозь пелену алкогольного тумана. Проклятье. От попыток что-либо вспомнить адские барабаны в голове начали стучать еще громче. Наверняка герцогиня приехала с очередной порцией объяснений. Или пыталась сказать ему, что Кассандра ни в чем не виновата. Все вздор. Он… Джулиан застонал. Не стоило так энергично трясти головой.

О том, что происходило вчера вечером, он помнил совсем немного. Потому все мысли были снова о Касс и ее склонности ко лжи. Ну разве не превосходно она сыграла отведенную ей роль? Даже сделала вид, будто не знает, что у него есть брат и сестра. И расспрашивала, насколько они близки. К горлу Джулиана подступила тошнота. Черт возьми, Касс прекрасно знала, что они с Дональдом никогда не были добрыми друзьями.

Спустя несколько минут в комнате появился Пенгри со снадобьем, которое придумал несколько лет назад друг Джулиана Девон Морган, маркиз Колтон. Эта отвратительная зеленая настойка поистине творила чудеса. Дональд тоже принимал ее время от времени, так что дворецкий наверняка знал рецепт. Джулиан взял с серебряного подноса стакан, посмотрел на мерзкую субстанцию в нем, а потом залпом выпил. И принялся судорожно ловить ртом воздух, чтобы не закашляться.

– Пенгри? – наконец вымолвил он.

Дворецкий развернулся.

– Да, милорд.

– Герцогиня Кларингтон приезжала сюда вчера вечером, не так ли?

– Да, милорд. Она пробыла у вас в кабинете почти четверть часа. А когда уезжала, попросила меня зайти к вам.

Джулиан потер виски.

– И что вы увидели, когда зашли?

Пенгри откашлялся.

– Вы… э… заснули на диване, милорд.

– Заснул?

– Если можно так сказать, милорд.

Джулиан мысленно перефразировал сказанное.

– Она что-то вам сказала? Что-то оставила?

– Нет, милорд. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно.

Джулиан покачал головой, и из его горла вновь вырвался стон. На этот раз зеленая жидкость действовала медленнее, чем обычно. И все же Джулиана не оставляло ощущение, будто он забыл что-то важное. То, что, возможно, сказала ему герцогиня.

– Хорошо, Пенгри. Благодарю вас.

Не произнеся больше ни слова, дворецкий удалился.

Глава 35

– Прошу тебя, Джулиан, возьми меня с собой в театр. Меня уже целую вечность никто не сопровождал. – Дафна могла быть очень убедительной, когда хотела, и к сожалению, Джулиан никогда не находил в себе сил отказать младшей сестре.

Он посмотрел на Дафну. В свои девятнадцать лет она выглядела вполне взрослой. К тому же ее дебют в обществе уже состоялся. Перемены в сестре поразили Джулиана. Хотя и не так сильно, как перемены в Кассандре Монро, но… Нет. Не стоит думать об этом снова.

– Рада слышать, что Монро не рассердились на тебя за разрыв отношений с Пенелопой, – произнесла мать Джулиана, сидя у окна в кресле из розового дерева.

Джулиан тихо засмеялся.

– Судя по всему, Пенелопе тоже не терпелось от меня отделаться.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – с улыбкой произнесла Дафна. – А теперь что касается театра…

После недолгих уговоров Джулиан в конце концов согласился. Дафна казалась какой-то подавленной и не такой жизнерадостной, как всегда. Она переживала из-за Дональда и Рейфа, поэтому Джулиану хотелось хоть как-то ее отвлечь.

– Хорошо. Я возьму тебя с собой.

Дафна рассмеялась и захлопала в ладоши.

Только спустя несколько часов, когда они уже направлялись в ложу Дональда в театре, Джулиан понял, какую фатальную ошибку совершил, согласившись сопровождать сестру.

Как он мог забыть, что Кассандра обожала театр? Ведь сколько раз она писала ему о том, как посетила с друзьями то или иное представление. Джулиану не стоило удивляться, когда он увидел ее в ложе напротив вместе с матерью и… не кем иным, как Гарретом Апплтоном.

Гаррет Апплтон.

Ревность обожгла грудь Джулиана. Гаррет. Так вот, значит, кто этот таинственный возлюбленный Касс. Теперь все встало на свои места. Джулиан и раньше испытывал некоторые подозрения на этот счет. Но теперь, когда он увидел их вместе, сомнений больше не осталось. Апплтон был приглашен в Суррей и наверняка вдоволь повеселился над ним, когда его кузина с подругами разыгрывали свой фарс. Ну конечно же это Апплтон. Ведь он был единственным мужчиной, кроме отца и брата, о котором Касс упоминала в своих письмах. Апплтон всегда был рядом. Касс даже останавливалась в его доме в Бате прошлым летом. Еще одно воспоминание всплыло вдруг в памяти Джулиана. Апплтон оставался с Касс наедине в библиотеке. А когда Джулиан спросил ее об этом, она уклончиво ответила, что Апплтону просто захотелось почитать перед сном. Она даже сделала вид, будто не была знакома с ним прежде.

Да, это Апплтон. Теперь Джулиан не сомневался. Кроме того, Апплтон рано или поздно унаследует титул графа. Ведь именно такого мужа всегда желала для дочери леди Морланд. С титулом. Которого не было у него, Джулиана.

Джулиан посмотрел на Кассандру. Но едва только их взгляды встретились, она опустила глаза, зажала рот носовым платком и поспешно покинула ложу. Мать Кассандры, казалось, не заметила этого, а вот Апплтон поднялся со своего места и посмотрел ей вслед. После этого он перевел взгляд на Джулиана, но тот лишь усмехнулся. Апплтону крупно повезло, что он находится в другом конце зала, иначе Джулиан попросту разбил бы ему лицо.

– Я скоро вернусь, – обратился Джулиан к сестре и вышел из ложи, словно ноги несли его помимо воли.

Он быстро миновал коридор и вышел в фойе. Касс стояла там. Ее плечи заметно дрожали, а на глазах блестели слезы. На мгновение Джулиан почувствовал себя так, словно получил удар в солнечное сплетение. Неужели это он заставил ее плакать? Но потом воспоминания нахлынули на него подобно мощной волне. Какое ему дело до ее слез? Он не мог ей доверять. Ведь она лгала ему, и довольно продолжительное время. А правду сказала лишь под давлением обстоятельств. Даже сейчас Касс, скорее всего, разыгрывает очередную роль. Ведь она превосходная актриса. Догадалась ли она, что он отправится за ней? Ему следовало немедленно вернуться в свою ложу к сестре, забыв о Касс. Другого она не заслуживала.

Однако потом Джулиан вспомнил, как испугалась Касс, узнав об исчезновении Дональда. Тогда она не играла. Ее беспокойство было искренним.

– Кассандра. – Имя девушки сорвалось с губ помимо его воли. Проклятье.

Касс развернулась, и ее глаза расширились от удивления.

– Джулиан? Ч-что вы здесь делаете?

Джулиан прищурился.

– Могу поклясться, вы меня видели.

Касс медленно кивнула.

– Видела. Но что вы делаете здесь? – Она обвела рукой фойе.

Она неумело пыталась спросить его, почему он последовал за ней.

– Почему вы плачете? – сам того не желая, спросил Джулиан.

Кассандра отвернулась.

– Я не плачу.

– В самом деле?

– Прошу вас, Джулиан.

Свифт стремительно подошел к ней, схватил за руку и потащил за собой, пока они не оказались в укромном уголке, где им никто не мог помешать. Джулиан развернул Касс лицом к себе.

– Знаю. У меня нет права плакать из-за этого, – произнесла она. По ее носу скатилась слеза, и Касс поспешно прижала к глазам платок.

– Тогда почему вы плачете? – строго спросил Джулиан.

– Не могу ничего с собой поделать.

– Черт возьми, Кассандра. Ведь это вы…

На мгновение в ее глазах вспыхнул огонь, которого Джулиан не видел прежде.

– Знаю. Знаю. Это я ввела вас в заблуждение. Это я лгала. Я знаю, что наделала, Джулиан. И не могу никого винить, кроме себя. Но я не лгала, когда сказала, что мне ужасно жаль и я все отдала бы за то, чтобы повернуть время вспять.

Джулиан хотел было сказать: «Вы любите другого мужчину», но, к счастью, вовремя остановился. Больше всего ему сейчас хотелось ударить кулаком по стене. Касс плакала из-за того, что потеряла его дружбу. Хотя на самом деле они оба потеряли гораздо больше.

– Вы приехали сюда вместе с Апплтоном? – спросил Джулиан.

Касс вновь кивнула.

Джулиан сжал пальцы в кулак.

– Вы собираетесь за него замуж?

Касс отвела глаза, и по ее щекам вновь заструились слезы.

– Так хочет моя мать.

– А вы? Вы хотите этого? – Джулиан провел рукой по волосам.

– Кассандра!

Касс и Джулиан обернулись и увидели Апплтона. Он стоял в нескольких шагах от них, подбоченившись и гневно взирая на происходящее, как и подобает ревнивому жениху.

– С тобой все в порядке?

Касс кивнула.

– Не стоит следить за ней, Апплтон. С Кассандрой все хорошо, – процедил сквозь зубы Джулиан, едва сдерживая желание ударить Апплтона по лицу.

– А мне так не кажется, – ответил Апплтон, с подозрением поглядывая на Касс. – Я тебе нужен, Кассандра?

Джулиан угрожающе шагнул в его сторону. Пусть только скажет еще хоть слово. Свифт разозлился достаточно, чтобы выбить из него дух. Однако Кассандра поспешно встала между ними, заслонив собой Апплтона и тем самым спасая его.

– Со мной все в порядке, Гаррет. Правда. Просто дай мне пару минут.

Гаррет. Она уже называет его по имени. Писала ли она ему письма, когда он воевал в Испании? И был ли в Лондоне мужчина, которому она не писала?

– Хорошо. Я тебя подожду, – произнес Апплтон, направляясь к двери в их ложу.

Джулиан разжал кулаки.

Касс повернулась к нему, утирая слезы обеими руками.

– Простите ли вы меня когда-нибудь, Джулиан? – спросила она тоном, от которого у Джулиана задрожали колени.

«Полюбите ли вы меня когда-нибудь, Кассандра?»

Он отвернулся и посмотрел на утопающий в темноте коридор.

– Думаю, что не смогу.

Глава 36

Черт бы побрал Дафну и ее проклятую любовь вращаться в проклятом обществе и быть в центре событий. Сегодня центром событий был бал у маркиза Хиллборо. Добрая половина жителей Лондона переместилась на зиму за город, но ради этого проклятого бала все были готовы вернуться.

– Там будут все, Джулиан, – уговаривала брата Дафна, и поскольку ответа от Веллингтона все еще не было, он согласился сопроводить сестру на бал.

Единственной хорошей новостью было скорое возвращение Дерека. Джулиан давно не получал от друга писем, но тому отводилось на поиски всего две недели. Этот срок стремительно истекал, и Джулиан был как на иголках в ожидании известий. Если поиски не увенчаются успехом, возможно, Веллингтон позволит им с Дереком вернуться во Францию. Во всяком случае, Джулиан очень на это надеялся.

– Чего ты такой ворчливый? – спросила Дафна, захлопав своими длинными темными ресницами.

В бледно-зеленом платье с собранными на затылке белокурыми волосами сестра выглядела очаровательно. В ее серых, точно таких же, как у брата, глазах застыло любопытство. Дафна слыла весьма незаурядной личностью и всегда была необузданной, за неимением более подходящего эпитета. О, она умела вести себя как благопристойная дочь графа, прекрасно изучив правила приличий. Но при этом весьма смело эти самые правила и нарушала.

Однажды она сбежала из дома, и нашли ее лишь две недели спустя в доках, переодевшейся в мужскую одежду. Дональду так и не удалось выяснить, зачем она это сделала, хотя он сумел уберечь семью от скандала. И вот теперь их мать была ужасно рада, что домой вернулся хотя бы один из ее сыновей, чтобы присматривать за своей ужасно непослушной и своенравной сестрой. Иначе, по убеждению графини, Дафна непременно сбежала бы из дома через окно в одну из ночей.

Теперь, когда они остались наедине, у Джулиана появилась возможность спросить у сестры, что именно она знает о поездке Дональда во Францию.

– Да, будет тебе, братец. Я хоть и женщина, но отнюдь не глупа.

Джулиан улыбнулся. Его сестра оказалась более смышленой, нежели он мог предположить.

– Когда Дональд сообщил, что собирается поехать на континент вместе с капитаном Кавендишем, у меня сложилось впечатление, что он что-то задумал.

– С Рейфом?

– Да. Ведь Рейф несколько лет работал на военное министерство.

– Откуда ты?..

– Что я сказала тебе о женской глупости?

Джулиан отметил про себя, что сестру не стоит недооценивать. Рейф Кавендиш гордился своей скрытностью, и если Дафна догадалась о его замыслах, то это свидетельствовало о ее чрезвычайной проницательности.

Дафна сложила руки на груди.

– Из меня могла бы получиться отменная шпионка. Не хуже Дональда. И даже лучше.

– Если ты хоть на мгновение подумала о том, что я тебе позволю…

Дафна протестующе замахала рукой.

– Знаю, знаю. Я леди и к тому же юная. Как можно заниматься таким опасным делом, как работа на военное министерство? – Дафна округлила глаза.

Джулиан прищурился. Уж больно она умна.

– Но беспокоиться не о чем, – продолжала меж тем Дафна. – Тайна Дональда, как и капитана Кавендиша, умрет вместе со мной. Мама считает, что они уехали на континент по каким-то безобидным парламентским делам. И я хочу, чтобы она продолжала в это верить. До тех пор, пока мы не получим каких-либо известий.

Брат и сестра переглянулись. Они оба понимали, насколько все серьезно и какими неутешительными могут оказаться известия. И все же, несмотря на все свои недостатки, хранить тайны Дафна умела. А еще она знала, как получить желаемое. Весьма ценные качества. Джулиан частенько задумывался о том, кому из мужчин окажется под силу обуздать его горячую младшую сестру и сделать из нее примерную жену и мать. Этому несчастному остается лишь пожелать удачи.

– А теперь перестань ворчать и получай наслаждение от предстоящего бала, – добавила Дафна.

– Я и не ворчу, – возразил Джулиан.

– Нет, ворчишь, – не согласилась Дафна, вздернув свой маленький, похожий на пуговку нос. – Ты ворчишь с тех самых пор, как вернулся с континента.

– Думаю, это вполне естественно для человека, чудом избежавшего смерти.

Дафна выпятила губы.

– Нет, нет. Ты меня не одурачишь. Твое настроение никоим образом не связано с тем, что случилось на континенте.

Джулиан попытался изобразить на лице выражение скуки.

– Да? И с чем же оно, по-твоему, связано?

– С тем, что ты порвал отношения с Пенелопой Монро, – заявила Дафна. – Хотя, честно говоря, тебя трудно за это осуждать. Она всегда была со мной мила, только вот я никак не могла… – Она прищурилась, как бы подыскивая нужное слово. – Я никак не могла представить вас двоих вместе. Ваш союз казался мне каким-то неправильным. Понимаешь?

– Не понимаю.

– Все ты понимаешь. Просто опять ворчишь.

– Уверяю тебя, мое настроение никак не связано с Пенелопой и нашим разрывом.

– Честно говоря, я этому очень рада. Кстати, мама была вынуждена отдать мне целых пять фунтов. – Дафна залилась своим звонким искристым смехом, заставляющим мужчин оборачиваться ей вслед.

– Не надо так смеяться. Мне и без того придется весь вечер отгонять от тебя назойливых джентльменов.

– О, прошу тебя. – Дафна вновь округлила глаза.

Джулиан натянул перчатки.

– Уверен, что пожалею о своем вопросе, но все же скажи, что заставило маму отдать тебе пять фунтов?

– То, что я выиграла пари, глупый.

Джулиан вскинул бровь.

– Пари?

– Да. Я поспорила с мамой, сказав ей, что, вернувшись домой, ты немедленно разорвешь отношения с Пенелопой. А она утверждала, что ваша свадьба состоится весной.

Бровь Джулиана взметнулась еще выше.

– Мама была настолько во мне уверена?

– Ну не то чтобы она желала видеть Пенелопу своей невесткой… Думаю, даже наоборот. Хотя мама ничего подобного мне не говорила. Просто она не сомневалась, что ты сдержишь данное Пенелопе слово.

– Понятно. А ты, стало быть, в это не верила?

Дафна покачала головой, тряхнув туго завитыми белокурыми локонами.

– Совершенно не верила.

– Интересно, почему?

– Потому что я видела, как подрастает ее кузина Кассандра, мой дорогой братец. – Дафна хитро улыбнулась. – Ты ведь уже ее видел, не так ли?

– Да. Видел, – проворчал в ответ Джулиан.

– Наверное, в Суррее?

Джулиан вскинул голову.

– Откуда ты…

– В разговоре ты упомянул цвет глаз леди Уортинг, и я сразу поняла, что речь идет о герцогине Кларингтон. А это, в свою очередь, заставило меня предположить, что под маской мисс Банбери скрывается, скорее всего, наша дорогая Кассандра. Я права?

Джулиан стиснул зубы.

– Судя по всему, они намеренно устроили эту вечеринку, чтобы посмеяться надо мной.

– Я знала это! Как же я упрашивала Пенелопу взять меня с собой, когда она заехала к нам по пути в Суррей.

– Ты знала об этой безумной затее и не посчитала ее нелепой?

– О, конечно же, она нелепа. Но чтобы в полной мере понять ее, нужно знать герцогиню Кларингтон. Она немного… непредсказуема.

– И ты не сочла нужным сообщить Пенелопе о том, что устроили ее кузина и подруга?

Дафна уперлась руками в бока.

– Чтобы испортить веселье? Даже и не подумала.

– Значит, ты тоже сумасшедшая, – покачав головой, подвел итог Джулиан.

– Стало быть, я догадалась правильно. Ты видел леди Кассандру.

– Да.

– Поэтому мне не надо теперь объяснять, почему я поспорила с мамой. – Дафна обворожительно улыбнулась. – Остается только сердечно поблагодарить леди Кассандру за пять фунтов.

Джулиан покачал головой. Да, Дафна была уже не той милой девочкой, задававшей множество вопросов. Она превратилась в прозорливую молодую женщину, которая была гораздо умнее, чем могло показаться на первый взгляд. К счастью, экипаж вскоре остановился перед домом Хиллборо, избавив Джулиана от дальнейших вопросов не в меру разговорчивой сестры.

Джулиан вышел из экипажа первым и обернулся, чтобы помочь Дафне. Едва только ее обутые в изящные туфельки ноги коснулись земли, брат и сестра устремились к дому и тут же столкнулись… с леди Морланд, Гарретом Апплтоном и Кассандрой.

Джулиан заскрежетал зубами. Он поспешно отвел взгляд, но все равно успел разглядеть Касс. Сегодня она выглядела, точно сошедшая с небес богиня в платье цвета фиалки с мерцающими вокруг шеи бриллиантами.

– Вечер обещает быть интересным, – протянула Дафна, и ее шаловливое лицо озарила широкая улыбка. – Весьма и весьма интересным.

Глава 37

Кивком поприветствовав Дафну Свифт, Касс отвернулась. К счастью, рядом был Гаррет, который тут же подхватил ее под локоть. Мать продолжала беззаботно болтать, не замечая ничего вокруг, поэтому Касс оставалось лишь стоять в очереди направляющихся в дом гостей почти бок о бок с Джулианом. Она кожей ощущала устремленный на нее взгляд капитана Свифта. Или ей просто хотелось, чтобы так было? Возможно, он вообще не смотрел в ее сторону. Но она не могла не обращать на него внимания. Касс прикрыла глаза. Она вновь ощутила терпкий аромат его одеколона, дразнящий все органы чувств.

К счастью, очередь продвигалась довольно быстро. Только вот на беду Касс Дафна Свифт не пожелала хранить молчание.

– Как чудесно видеть вас снова, леди Кассандра, – произнесла она.

Эти слова вынудили Касс обернуться. Все присутствующие неловко обменялись приветствиями. Мать Кассандры держалась, как обычно, холодно и неприветливо.

– Я тоже очень рада, – вымолвила Касс, кивая Дафне. – Есть ли какие-нибудь новости о вашем брате и капитане Кавендише?

На красивом лице Дафны отразилась боль.

– Нет. Боюсь, никаких. Правда, Джулиан?

Лицо Джулиана напоминало вытесанную из камня маску.

– Никаких. Пока.

– Надеюсь, вы скоро о них услышите. И вести будут добрыми, – добавила Касс.

– Да уж, – только и сумела произнести леди Морланд.

Гаррет и Джулиан обменялись горящими гневом взглядами.

– Благодарю вас, леди Морланд, леди Кассандра, – ответила Дафна.

Джулиан хранил ледяное молчание.

– Мы с братом только что говорили о вас, – добавила вдруг Дафна, глядя на Кассандру.

От этих слов лицо леди Морланд сморщилось так, словно ей в нос ударил отвратительный запах. В глазах Джулиана вспыхнул огонь, хотя в остальном выражение его лица ничуть не изменилось. Касс оставалось лишь догадываться, как сильно ему хочется наступить сестре на ногу.

– Да? – только и смогла вымолвить она.

– Именно. Я как раз говорила брату о том, в какую красавицу вы успели превратиться за время его отсутствия.

Джулиан на мгновение прикрыл глаза, и если б Касс не наблюдала за ним, она наверняка ничего бы не заметила.

– Так и есть, верно? – подхватил Гаррет, натянуто улыбнувшись.

– О, да. Я как раз хотела сказать, просто удивительно, что она еще ни с кем не помолвлена, – добавила Дафна. – Не правда ли, удивительно, Джулиан?

– Правда, – процедил Джулиан, на щеке которого нервно задергался мускул.

Нет, Касс не позволит ему увидеть, какую боль причиняли ей его слова.

– Ну, не так уж это удивительно, – пробормотала она.

– Вообще-то мы со дня на день ожидаем объявления о помолвке, – с ехидной улыбкой произнесла леди Морланд, а потом посмотрела на Гаррета, как кошка на миску со сметаной. Касс почувствовала себя столь неловко, что ей хотелось закричать.

Но на ее счастье очередь продвинулась, и они с Гарретом и матерью вошли в танцевальный зал.

Они обошли зал, приветствуя знакомых, после чего Гаррет пригласил Касс на танец, оставив леди Морланд с подругами.

Танцуя, Касс чувствовала себя так, словно ее внутренности вот-вот взорвутся. На бал должна была приехать Джейн. И Люси тоже. Касс все еще не простила подругу, но Джейн при каждом удобном случае пыталась устроить их встречу. А что еще могло заставить ученую подругу появиться на балу?

Касс старалась не смотреть на Джулиана, но все равно смотрела и ничего не могла с собой поделать. Каждый раз, когда она слышала его низкий смех, Касс поворачивала голову и находила Свифта в толпе – высокого, красивого, широкоплечего, неотразимого, с блестящими белокурыми волосами, в щеголеватом темном костюме. Касс испытывала настоящую муку при мысли о том, что Джулиан, вернувшийся с войны живым и невредимым, порвавший всяческие отношения с Пен, все равно оставался для нее совершенно недосягаемым. И кто эта женщина, к которой он безответно питает столь сильные чувства? Не передумала ли она? Дала ли Джулиану еще один шанс? Объявят ли они вскоре о своей помолвке? И сможет ли Касс выдержать это?

Но хуже всего было то, что Касс потеряла Джулиана-друга. И больше не будет никаких задушевных писем и бесед. Они вообще не будут больше общаться. И это причиняло боль. Судя по всему, Пенелопа ее уже простила. Она никогда не злилась слишком долго. Когда Касс объяснила ей, каким образом превратилась в мисс Банбери, Пенелопа рассмеялась и сказала что-то вроде: «О боже, жаль, я не видела всего этого!» А потом как ни в чем не бывало продолжила рассказ о мистере Седжвике, к которому, по ее словам, питала сильные чувства все лето и осень. Тогда Касс, впервые услышав об этом господине, подумала, что, возможно, Пен выдумала его так же, как и свою добрую подругу Пэйшенс Банбери.

Леди Морланд ужасно на нее разозлилась и почти перестала с ней разговаривать, однако немного смягчилась, когда Касс стала проводить больше времени с Гарретом. Она с удовольствием сопровождала их повсюду, играя роль дуэньи, и все же при любой возможности напоминала дочери о том, что та не вернет ее расположение до тех пор, пока не получит предложение от Гаррета.

Слава богу, что у Касс был Гаррет. Неизменно милый, он являлся по первому ее зову, сопровождал на мероприятия и служил надежной опорой во всем. Касс не раз сожалела о том, что не может полюбить его всем сердцем. А еще она ощущала острое чувство вины из-за того, что беззастенчиво пользуется его добротой. Но что, если он действительно питает к ней нежные чувства? Ведь Люси была убеждена в этом. Во всяком случае, Апплтон прекрасно знал о ее безответной любви. Каждый раз при виде Джулиана Касс превращалась в безвольную массу, и Гаррет неизменно оказывался рядом, чтобы привести ее в чувство. О, славный, милый Гаррет! Однажды он наверняка осчастливит какую-нибудь девушку, став ей прекрасным мужем. А еще, в отличие от Джулиана, он был превосходным танцором.

– Спасибо, – произнесла Касс, когда Гаррет закружил ее по залу.

– Спасибо? За что? – спросил Гаррет, сдвинув брови.

– За то, что ты оказываешься рядом всякий раз, когда я в тебе нуждаюсь, – с улыбкой ответила Касс.

– Ну а для чего еще нужны друзья? – широко улыбнулся в ответ Апплтон.

– Гаррет, я… – Касс закусила губу. Она чувствовала себя ужасно неловко. – Мама ждет, что ты сделаешь мне предложение, и я хочу сказать…

Апплтон покачал головой.

– Не надо. Я понимаю.

– Что понимаешь?

– Ты сейчас во мне нуждаешься, и я тебя не оставлю. Более того – я считаю своим долгом помочь расхлебать ту кашу, которую заварила моя кузина.

При упоминании о Люси Касс внутренне сжалась.

– Но только не пойми меня превратно, – продолжал Гаррет. – Я, как и твоя мать, ожидаю вскорости объявления о помолвке.

Касс заглянула Гаррету в глаза.

– Но я…

– О твоей помолвке со Свифтом, – с хитрой улыбкой закончил Гаррет.

От этих слов Касс почувствовала себя так, словно из ее легких вдруг откачали весь воздух.

– О моей помолвке с… О, боюсь, это невозможно.

– Я знаю, у Люси сложилось впечатление, будто я в тебя влюблен. Ужасно не хочется тебя обижать, но, боюсь, она ошибается. Хотя она никогда не признается в том, что способна ошибаться. Однако это совершенно не умаляет твоих достоинств. Ты очень красивая и замечательная девушка, – подмигнул Гаррет подруге.

Не удержавшись, Касс рассмеялась.

– Надеюсь, ты не сочтешь за дерзость, если я скажу, что испытала облегчение?

– Признавшись в своих чувствах, я поступил не менее дерзко. А что касается твоей помолвки со Свифтом… Знаешь, она не так уж невозможна, – произнес Гаррет. – Как бы невероятно это ни звучало.

Касс улыбнулась.

– О, Гаррет. Тогда в библиотеке мне стоило послушать твоего совета и сказать Джулиану правду.

– Все мы совершаем ошибки, Кассандра. Только кому-то из нас приходится платить за них дороже, чем остальным.

Танец закончился одновременно с этим загадочным заявлением Гаррета. Касс жалела, что не может обнять своего друга прямо здесь и сейчас. Слишком много глаз было на них устремлено. К тому же Гаррет сопровождал ее для того, чтобы помочь. Он вовсе не собирался делать ей предложение, и это вселяло в Касс спокойствие и уверенность. Теперь она больше не волновалась из-за того, что может ранить его чувства. Но вот если она разочарует мать…

– Знаешь, не стоит нам проводить вместе так много времени, – произнес Гаррет, уводя Кассандру с танцевальной площадки. – Не будем внушать твоей матери ложные надежды.

– По рукам, – с улыбкой ответила Касс.

– Я принесу тебе лимонада, а ты сделаешь вид, будто наслаждаешься вечером, – вновь подмигнул Гаррет.

С этими словами он отправился на поиски прохладительных напитков, а Касс огляделась по сторонам. После танцев в зале стало довольно душно, поэтому она достала из сумочки веер и принялась обмахиваться. Внезапно ее внимание привлекла Дафна Свифт. Та, настороженно оглядевшись, поспешно направилась к одной из дверей, ведущих в коридор. Куда она собралась? Что-то заставило Касс последовать за юной леди.

Она прошла следом за Дафной по коридору, свернула в еще один длинный коридор и наконец оказалась возле одной из гостиных, что располагалась в передней части дома. Касс видела, как Дафна проскользнула внутрь и тихо прикрыла за собой дверь. Касс в нерешительности остановилась. Возможно, Дафну привели сюда какие-то личные дела, которые Касс совершенно не касались. Может, у Дафны здесь свидание с джентльменом. Или?..

Касс поспешно подошла к двери, осторожно ее приоткрыла и… едва удержалась от желания протереть глаза. Если она не ошибалась, сестра Джулиана намеревалась… вылезти из окна. Дафна открыла одну створку, пододвинула к окну стул, чтобы взобраться на подоконник, и, подобрав подол платья, подняла ногу.

– Дафна Свифт! – Касс распахнула дверь и вошла в гостиную.

Дафна замерла, а потом осторожно спрыгнула на пол и развернулась.

– Леди Кассандра, мне показалось, что я слышала ваш голос. – Судя по всему, Дафну нисколько не смутило то обстоятельство, что ее застали на месте преступления.

– Что вы делаете? – Касс вовсе не хотела, чтобы ее вопрос прозвучал строго или властно, но вид хрупкой девушки, пытающейся вылезти в окно, ошеломил ее до глубины души.

– Прошу вас, не выдавайте меня, леди Кассандра. Я просто пыталась сбежать.

Касс не смогла сдержать улыбки.

– Это я уже поняла. А почему вы пытались сбежать?

– Это довольно долгая история, и мне совсем не хочется докучать вам ее пересказом. Достаточно сказать, что у меня есть веская причина.

Касс покачала головой.

– Почему вы просто не вышли через дверь?

– Дворецкий приветствует гостей. А мне не хотелось, чтобы меня видели.

Касс посмотрела на сестру Джулиана. Ей не хотелось показаться излишне любопытной, но она так же не хотела, чтобы Дафна рисковала собственной репутацией. А это непременно случилось бы, если бы кто-то из гостей застал ее покидающей дом через окно.

– Вам нужно вернуться назад. Думаю, ваш брат уже разыскивает вас. Я видела, как он озирался по сторонам, когда выходил из танцевального зала.

Губы Дафны изогнулись в еле заметной улыбке.

– Спасибо за информацию, леди Кассандра, но если уж быть откровенными до конца, то гораздо вероятнее, что мой брат разыскивает вас.

Касс охнула, а потом поспешно закрыла рот.

– О, не стоит так удивляться, – продолжала Дафна, озорно улыбаясь. – Вы знаете, что это правда.

Касс силилась собраться с мыслями.

– Я… я думаю, что вам лучше вернуться в зал, пока ваш…

– Брат не пришел сюда, – раздался низкий мужской голос. – Совершенно с вами согласен.

Обе леди резко развернулись. Облокотившись о дверной косяк, на пороге стоял Джулиан. Он был так красив, что Касс захотелось упасть перед ним на колени. Его зачесанные набок волосы поблескивали в неясном свете, а глаза горели гневом.

Дафна откашлялась.

– Думаю, вы оба совершенно правы. Вернусь-ка я в танцевальный зал. Тем более я обещала танец лорду Картрайту.

Дафна испарилась в мгновение ока, оставив Касс нервно сглатывать и ошеломленно смотреть на Джулиана.

Наконец она судорожно вздохнула и попыталась пройти мимо него.

– Мне лучше вернуться.

Однако Джулиан остановил ее, схватив за руку.

– Подождите.

Касс закрыла глаза и отвернулась.

– Зачем?

– Не… не знаю.

Касс заморгала глазами, чтобы унять слезы и облизала пересохшие губы.

– Я не знала, что вы будете сегодня на балу. Я не преследовала вас.

– Знаю. Нет нужды меня избегать.

– Я вынуждена, – прошептала Касс.

– Почему?

«Чтобы не сойти с ума».

– Потому что я… чувствую себя виноватой.

Голос Джулиана звучал сухо:

– Вы уже извинились.

– Но вы не приняли моих извинений.

– Я не то чтобы не принял их, Кэсси. Просто я…

Касс вновь отчаянно заморгала. Кэсси… так он обращался к ней в своих письмах. Кроме Джулиана никто не называл ее этим именем.

– Не надо, – прошептала Касс. Она хотела попросить, чтобы Джулиан не называл ее так, а он убрал руку, неверно истолковав слова.

– Простите, – произнес Свифт.

Повернувшись к нему лицом, Касс крепко обняла себя за плечи.

– Джулиан, я…

– Что?

– Не знаю. Я просто не знаю, что еще вам сказать. Знаю лишь то, что мне очень больно. Я чувствую себя так, словно навсегда потеряла лучшего друга.

– Лучшего друга? Так вот кто я для вас?

– Я так думала. – Касс заглянула Джулиану в глаза.

– Вам лучше вернуться. – На подбородке Джулиана дернулся мускул. – Апплтон наверняка уже вас ищет.

Касс вновь попыталась пройти мимо. Ей необходимо было немедленно исчезнуть отсюда.

На этот раз Джулиан схватил ее за плечо и развернул лицом к себе. Кассандра испуганно охнула.

– Черт возьми, Кэсси! Я не могу забыть о тебе. – С этими словами Джулиан заключил Кассандру в объятья и накрыл ее губы своими.

Запрокинув голову, Касс обвила шею Джулиана руками. Да. Да. Да.

Он пинком закрыл дверь.

Его язык решительно ворвался в рот Касс и вступил в сладкую схватку с ее собственным. Из горла Кассандры вырвался стон, и Джулиан прижал ее к стене, не прерывая требовательного и страстного поцелуя.

Касс лишилась способности думать и дышать, забыв обо всем на свете. Она знала лишь то, что Джулиан целует ее. И это не сон, не чья-то дурацкая шутка, не игра ее воображения. Все это происходит наяву. Мужчина из плоти и крови, высокий, страстный, сгорающий от желания мужчина прижимал ее к стене и целовал так, словно вовсе не собирался останавливаться.

Джулиан обхватил ладонями лицо Касс и терзал ее рот, предъявляя на нее свои права.

– Почему ты целуешь меня? – прошептала она.

– Не знаю, – прорычал Джулиан, прежде чем вновь накрыть ее губы неистовым поцелуем.

Он с легкостью подхватил Касс на руки, отнес на диван и накрыл своим крепким, источающим жар телом. Скинув туфельки, Касс обхватила его талию ногами, поспешно отодвигая в сторону юбки.

Джулиан прижался к самому средоточию ее страсти. Снова. Снова. И снова. Касс тихонько захныкала. А бедра Джулиана продолжали ритмично двигаться, и это сводило Касс с ума. Теперь их разделяла лишь ткань его бриджей. Рубашка уже давно задралась вверх, и Касс что есть силы прижалась к любимому.

Она так мало знала об отношениях между мужчиной и женщиной. Никогда ни с кем не целовалась, не говоря уже о том, чтобы проделывать нечто подобное. И все же она мечтала об этом. Лежа в постели, она мечтала о прижимающемся к ней Джулиане, о его теплых губах, его двигающихся в нежном ритме бедрах. Да. Она действительно мечтала об этом. Но ни одно из ее мечтаний не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило наяву. Касс и помыслить не могла, каково это – ощущать под своими пальцами теплую кожу Джулиана, играть с кончиком его языка и чувствовать прикосновения бедер, заставляющие выкрикивать его имя.

В любую минуту сюда мог войти кто-то из гостей. Могла вернуться Дафна, или кто-то из слуг решил бы заглянуть. Касс жутко рисковала и все же думала об этом. Она была готова целовать Джулиана целую вечность, позволять ему дотрагиваться до себя до конца жизни и даже дольше. Значение имели лишь руки Джулиана, касающиеся ее обнаженной плоти, его стоны и поцелуи. Касс ощущала, как пульсирует под тканью бриджей его тугая плоть, и она хотела большего. Гораздо большего.

Тяжело дыша, Джулиан прервал поцелуй. Он уткнулся лбом в лоб Касс, и та едва сдержалась, чтобы не закричать. Руки мужчины все еще сжимали ее бедра, сводя с ума. Касс закрыла глаза.

Джулиан покрыл поцелуями ее щеку, висок, ухо.

– Черт возьми, Кэсси. Я знал, что ты хорошенькая, но я и представить себе не мог, что ты превратишься в такую красавицу.

Не сдержавшись, Касс улыбнулась.

– Ты считаешь меня хорошенькой?

– Ты настолько потрясающая, что у меня просто захватывает дух. – Джулиан вновь накрыл ее губы своими.

Касс прижалась к нему еще крепче, а ее рука словно по собственной воле скользнула вниз, чтобы коснуться тугой плоти под бриджами.

Джулиан застонал, прижимаясь к руке Касс. Она погладила его, и Джулиан застонал снова.

Он покрыл поцелуями ее шею, и Касс запрокинула голову и закрыла глаза. Больше ничто не имело значения, кроме прикосновений горячих мужских губ к ее обнаженной коже. Касс хотелось чувствовать его, прикасаться к нему, попробовать его на вкус. Рука Джулиана скользнула меж ее ног, и с губ Касс сорвался стон.

– Джулиан.

Однако Свифт накрыл ее губы своими, заставляя замолчать. Он целовал ее снова и снова – долго, неумолимо и страстно. А потом его палец скользнул в горячие влажные глубины ее лона, и Касс лишилась способности дышать.

Горячий палец Джулиана двигался внутри нее, и Касс еще крепче обняла любимого за шею.

– О, Джулиан, – выдохнула она.

А сладкая пытка продолжалась, заставляя Касс испытывать мириады совершенно новых и неизведанных эмоций.

– Я не могу…

– Да, – прошептал Джулиан в ответ. – Можешь. Просто позволь мне дотронуться до тебя, Кэсси. Ведь я так давно об этом мечтал.

Касс не позволила своему сознанию сосредоточиться на важности этих слов. Она превратилась в безвольную и невероятно чувствительную массу, покачивающуюся на волнах эмоций и испытывающую непереносимое вожделение. Джулиан убрал палец, и Касс протестующе вскрикнула.

– Шшш, – прошептал он. И уже в следующий момент подушечка его большого пальца нашла самое чувствительное место на теле Касс. От нежных прикосновений ее голова запрокинулась и принялась раскачиваться из стороны в сторону.

– Джулиан.

Напряжение в лоне нарастало. Ничего подобного Касс еще не доводилось испытывать. Губы Джулиана продолжали терзать ее губы, а его палец – описывать чувственные круги вокруг средоточия ее страсти. Касс стиснула зубы. Ее лоб прорезали складки. Она с силой потянула Джулиана за шею и неистово впилась в его губы.

– Джулиан! – выкрикнула она, когда по ее телу начала разливаться восхитительно сладкая волна наслаждения.

Касс медленно возвращалась к реальности, продираясь сквозь пелену чувственного тумана. Еле слышно выругавшись, Джулиан резко отстранился, и Касс сразу же лишилась тепла его тела. Джулиан сел на диван, в то время как она силилась расправить сбившиеся в кучу юбки.

Наконец Касс тоже села и коснулась кончиками пальцев припухших губ. Потом дотронулась до прически. Ее волосы пребывали в совершеннейшем беспорядке, как и мысли. Если бы Джулиан пожелал, она отдалась бы ему прямо здесь, посреди гостиной. Касс не испытывала никаких сомнений на этот счет. И она была немного разочарована, что Джулиан не…

– Уходи. Сейчас же, – процедил он сквозь стиснутые зубы.

Касс потянулась к нему, сгорая от желания провести рукой по его спутанным волосам.

– Джулиан, я…

Однако Свифт перехватил ее руку.

– Уходи. Не представляю, о чем я только думал.

Касс судорожно вздохнула, поднялась с дивана и пригладила юбки дрожащими руками.

– Уходи! – в последний раз потребовал Джулиан.

Касс развернулась и выбежала из комнаты.

Глава 38

Проклятье. Апплтон тоже здесь. Джулиан прошел в главное помещение клуба «Брукс», стараясь не обращать внимания на будущего графа. Апплтон был членом клуба. Как он мог забыть?

Клуб оставался таким же, каким помнил его Джулиан. Душным. Утопающим в сигаретном дыму. Полным раскормленных джентльменов с кучей денег, обладающих слишком большим количеством свободного времени, чтобы разглагольствовать о вещах, в которых они совершенно не разбирались. Например, о войне.

С того самого момента, как Джулиан переступил порог клуба час назад, он только и делал, что отвечал на вопросы любопытных, желающих знать о его жизни на войне. При упоминании о ранах в глазах его собеседников вспыхивал хищный огонь. Более всего их интересовало, каково это – находиться на грани жизни и смерти. Он бы рассказал им… Да только вот ему больше не хотелось обсуждать это. Никогда.

Джулиан занял место за карточным столом вместе с несколькими джентльменами. Апплтон не заставил себя ждать. Войдя в зал, он прямиком направился к Джулиану и встал у него за спиной.

– Что вам нужно, Апплтон? – процедил Джулиан сквозь зубы и прищурился.

Апплтон опустился на стул рядом с ним и неспешно закурил сигару.

– Я думал, вы меня не заметили, Свифт. Хотя я пытался заговорить с вами.

– Прошу прощения, но сейчас я не в том настроении, чтобы вести беседы, – Джулиан натянуто улыбнулся.

Апплтон вскинул бровь.

– Стало быть, вы меня все же заметили.

– У вас какое-то дело ко мне? – Джулиан потянул за манжеты.

Сегодня ему меньше всего хотелось тратить время на пустые разговоры с Апплтоном. После того, что случилось вчера на балу, Джулиан пребывал в самом дурном расположении духа. Именно так сказала Дафна. По пути домой она заявила, что еще ни разу в жизни он не был столь неприветливым. И Джулиан был готов с ней согласиться.

Проклятье. Он не должен был касаться Кассандры даже пальцем. Не говоря уже о всех десяти. Он всего лишь собирался сказать, что им нет нужды избегать друг друга, а вместо этого повел себя, как настоящее животное. Прикосновения к Касс были своего рода изощренной пыткой, о коей французы даже помыслить не могли. Джулиану потребовались недюжинные усилия, чтобы не сорвать с себя бриджи и не взять Касс прямо там, на диване, в разгар бала. О чем он только думал?

Ответ очевиден. Он вообще не думал. Когда Касс протянула к нему руку, а он повысил на нее голос, в ее глазах читалась такая боль. Как же он ненавидел себя за это! Но, по крайней мере, Джулиан поступил правильно, отпустив Кассандру. Она считала его совершенством. А ему было ох как далеко до идеала. Свифт поцеловал Кэсси, а потом сильно ее обидел. Одно это свидетельствовало о том, насколько он на самом деле испорчен. Джулиан совершил ошибку и теперь будет вынужден с этим жить. Поэтому сейчас ему совершенно не хотелось выслушивать обвинения Апплтона. Джулиану хватало своих собственных.

Апплтон выпустил изо рта струйку дыма.

– Перейду прямо к сути.

– Сделайте одолжение.

– Не причиняйте ей боли, Свифт.

Джулиан заскрежетал зубами. Ему хотелось ударить Апплтона. Что будет, если он удовлетворит это желание? Его наверняка вышвырнут из клуба. Не слишком большая потеря. Только вот Джулиану не хотелось бы, чтобы об этом узнал Веллингтон. Поэтому он глубоко вздохнул, чтобы взять себя в руки.

– Не причинять ей боли? Забавно это слышать. Особенно из ваших уст.

Апплтон внимательно посмотрел на Джулиана.

– Вы не знаете, какой обладаете над ней властью.

«А она не знает, какой властью обладает надо мной».

Джулиан понизил голос, чтобы его не услышали остальные присутствующие:

– Мне стоило догадаться о том, что между вами что-то происходит, еще в тот вечер, когда я увидел вас выходящим из библиотеки. – Он чуть не занялся с Кэсси любовью на диване в чужом доме, зная, что она помолвлена с Апплтоном.

Апплтон прищурился.

– На что это вы намекаете?

– А теперь вы еще повсюду ее сопровождаете. Полагаю, скоро все мы услышим о помолвке.

Апплтон откинулся на спинку стула и выпустил изо рта еще одну струйку дыма.

– Если б я не знал, как все обстоит на самом деле, Свифт, я бы подумал, что в вас говорит ревность.

Джулиан хлопнул ладонью по столу.

– Не стоило утруждаться и приходить сюда, чтобы предостеречь меня, Апплтон. Я не намерен с ней больше встречаться. Никогда.

Глава 39

Письмо пришло ровно в десять часов утра. Дворецкий принес его прямо в столовую, где Касс безуспешно пыталась изобразить хризантему в вазе, которая, скорее, напоминала размытое желтое пятно, а не чудесный осенний цветок. Поэтому Касс несказанно обрадовалась возможности переключить внимание на что-то другое. Рисование так и не помогло ей забыть о происшествии с Джулианом, которое она вновь и вновь прокручивала в памяти в мельчайших подробностях. Касс взяла письмо с серебряного подноса и некоторое время смотрела на него, прежде чем сломать печать. Она сразу же узнала красивый витиеватый почерк Дафны Свифт.

«Леди Кассандра, я считаю своим долгом объяснить вам свое странное поведение. Прошу вас, встретьтесь со мной в парке в пять часов на тропинке возле розовых кустов. Мне очень нужно с вами поговорить. Дафна Свифт».

Касс сдвинула брови, а потом перечитала письмо еще два раза. Почему Дафна хотела с ней встретиться? Касс показалась довольно странной попытка молодой девушки выскользнуть из дома через окно, но она и представить не могла, чтобы у Дафны была на то какая-то веская причина. Может, она попала в беду? В любом случае Касс не могла оставить без внимания такое письмо. Ей всегда нравилась Дафна. Они были подругами. Поэтому Касс решила непременно поехать на встречу.

Ровно в пять часов Касс в амазонке цвета сливочного масла въехала в парк верхом, взяв в сопровождающие только грума. Она решила не брать с собой мать или одну из служанок на случай, если Дафна захочет оставить эту встречу в тайне. На самом деле леди Морланд была уверена, что ее дочь отправилась спать.

В условленном месте возле розовых кустов Касс натянула поводья. Они с Дафной уже катались верхом по этой тропинке и не раз отмечали красоту окаймлявших ее роз. В этом месте тропинка сворачивала в сторону и вела к небольшому озеру. Здесь было очень красиво. Пестрые листья опадали с деревьев и мягко шуршали под копытами. От прошедшего недавно дождя земля стала мягче и пахла прелой листвой и грядущими заморозками.

Касс не пришлось долго ждать. Прошло всего несколько минут, и вдали раздался топот копыт.

Когда же на тропинке показался всадник, Касс судорожно втянула носом воздух. Это была не Дафна. Нет. На коне восседал Джулиан. Желудок Касс сжался, потом совершил головокружительный кульбит и вернулся на место, вызвав приступ дурноты. Касс прижала руку к животу. Она, не переставая, думала об их с Джулианом… э… поцелуе. Воспоминания терзали ее весь день, так что она совершенно лишилась способности думать о чем-то еще. Но что Джулиан делает здесь? Он же ясно дал понять, что не желает больше иметь с нею ничего общего.

Заметив Касс, Джулиан натянул поводья. На нем были штаны из оленьей кожи, высокие сапоги, темно-синий жилет, серый редингот, белоснежная сорочка и черная шляпа. Касс покраснела. Воспоминания о прикосновениях его губ и рук заставили ее на мгновение прикрыть глаза.

С минуту они молча смотрели друг на друга.

– Где Дафна? – спросил Джулиан, подозрительно прищурившись и оглядываясь по сторонам.

– Хороший вопрос, – ответила Касс, вцепившись в поводья так, словно они были ее единственным спасением. – Ты тоже должен с ней встретиться?

Джулиан наклонил голову вниз, словно пытался разглядеть сестру на тропинке.

– Около четверти часа назад она прислала мне записку, в которой настоятельно просила приехать в парк. Немедленно.

Касс закрыла глаза. Дафна, маленькая безобидная сестра ее любимого, обвела Кассандру вокруг пальца.

– Мне она прислала утром письмо, в котором назначала встречу в парке в пять часов.

Джулиан посмотрел на Кассандру, и его лицо превратилось в камень.

– Вы это вместе придумали, да?

Рот Касс открылся помимо ее воли.

– Ты серьезно? Ты действительно полагаешь, что я решила обманом выманить тебя…

Немного смягчившись, Джулиан выставил вперед руку.

– Я ошибся. Очевидно, моя сестра сочла свою шутку совершенно безобидной. Прошу ее простить. – С этими словами Джулиан развернул коня, намереваясь уехать.

– Подожди! – Это слово сорвалось с губ Касс, прежде чем она успела обдумать свои дальнейшие действия. Кассандра мысленно выругалась. Ну зачем она это сказала? И чего ждала от Джулиана? Что еще они могли сказать друг другу после того, что случилось прошлой ночью?

Джулиан остановился и посмотрел на нее.

– Да?

– Я… – голос Касс дрожал, и она проклинала себя за слабость. – Не хочешь… прогуляться?

На лице Джулиана отразилось замешательство. Он снова прищурился.

– С тобой?

– Да. – Касс опустила глаза и посмотрела на свои затянутые в перчатки руки, сжимающие поводья. Черт возьми, теперь Джулиан наверняка подумает, что она специально все подстроила. Дафна провела их обоих, но теперь, когда он был здесь… Касс не хотела его отпускать.

Джулиан подъехал чуть ближе и склонил голову набок.

– Куда?

Касс улыбнулась.

Спустя мгновение они уже ехали по уединенной тропинке вдоль розовых кустов. Грум остался дожидаться их возвращения.

– Мать отречется от меня, если узнает, что я уехала без грума, – тихо произнесла Касс.

– Не говоря уже о том, что уехала ты со мной. – Джулиан ехал чуть впереди, а Касс следовала за ним. – Ей это совсем не понравится.

– Да, но лишь потому, что у тебя… – Касс осеклась и посмотрела на собственные руки.

– Что? – оглянулся через плечо Джулиан.

– Ничего. – Касс покачала головой.

Джулиан отвернулся, но до слуха Касс все равно донесся его голос:

– Ты хотела сказать, что у меня нет титула, верно?

Касс потянула перчатки за кончики пальцев и заерзала в седле.

– Мать всегда настаивала на том, что я должна выйти замуж за мужчину с титулом.

Голос Джулиана звучал спокойно и размеренно:

– За такого, как Дерек?

– Да. Она была вне себя, когда я ему отказала.

– Или за такого, как Апплтон?

Касс кивнула, хотя Джулиан и не видел этого.

Он остановился и подождал, пока Касс поравняется с ним.

– Тебе много раз делали предложение, Кэсси. Я знаю это из твоих писем. Почему же ты отказала всем этим мужчинам?

Кэсси. Он снова назвал ее этим особым именем. Сердце Касс сдавило болью.

– Я ответила отказом, потому что не любила ни одного из них.

Брови Джулиана взметнулись вверх.

– Что такое? – спросила Касс. – Тебя это удивило?

– Вообще-то, да.

– Разве я не говорила тебе этого прежде? – спросила Касс, сосредоточившись на том, чтобы объехать поваленное дерево.

– Не такими словами. – Джулиан дернул за поводья, и его конь перепрыгнул через дерево.

– А почему, ты думаешь, я отказала всем претендентам на мою руку?

Джулиан еле заметно улыбнулся.

– Я предположил, что ни один из них не был для тебя достаточно хорош.

Касс рассмеялась.

– Даже Дерек? Герцог?

– И ты даже не испытывала соблазна? – тихо засмеявшись, спросил Джулиан.

Касс посерьезнела.

– Если бы ты видел их с Люси вместе, ты бы сразу понял, что эти двое созданы друг для друга. Мы с Джейн знали это с самого начала.

Джулиан кивнул.

– Не сомневаюсь. Как поживает ее светлость?

Касс вздернула подбородок.

– Не знаю. Я не разговариваю с Люси.

Джулиан вновь вскинул брови.

– Ты не разговариваешь со своей ближайшей подругой?

Касс отвела глаза.

– Она… она дала мне плохой совет.

– Именно Люси сказала, что тебя зовут Пэйшенс, – многозначительно произнес Джулиан.

– Да.

– Но ты легко могла это исправить.

– Знаю.

– И все же винишь ее?

Они подъехали к озеру. Джулиан остановился, спешился и привязал своего коня к дереву. После этого он подошел к Касс и, взяв ее за талию, помог спуститься на землю. От этого прикосновения кожу Кассандры закололо словно мириадами иголок.

Но едва только ноги Касс коснулись усыпанной листьями земли, Джулиан тотчас же убрал руки. Касс отвернулась и откашлялась, и они медленно направились к кромке воды.

Касс тряхнула головой. О чем они говорили до того, как Джулиан к ней прикоснулся? Ах, да. О Люси.

– Нужно знать Люси. Она уже не в первый раз втягивает меня в неприятности. «Будь смелее!» – всегда повторяет она. Ну и куда завела меня эта смелость?

Губы Джулиана изогнулись в улыбке.

– На прогулку с бесполезным вторым сыном.

Касс остановилась и заглянула Джулиану в глаза.

– Джулиан, прошу, не говори мне, что действительно веришь в собственную бесполезность.

Джулиан наклонился, поднял с земли камешек и бросил его в воду.

– Но я действительно в это верю.

Горло Касс сдавило болью, и она сжала его рукой.

– Ты никогда не рассказывал мне об этом.

Джулиан поднял еще один камень, не сводя глаз с воды.

– Полагаю, о таких вещах не пишут в письмах. Даже друзьям.

– О каких?

Джулиан устремил взгляд на горизонт.

– Однажды, когда мне было четырнадцать лет, отец сказал, что я бесполезен.

Касс судорожно втянула носом воздух.

– Нет, этого не может быть!

– Впрочем, это не важно.

Касс коснулась руки Джулиана, но он не посмотрел на нее.

– Важно. Очень. Для меня, – произнесла она. – Прошу тебя, скажи, что он не говорил этого.

Джулиан подкинул камень в руке.

– Он употребил именно это слово. Бесполезный. К тому времени, как мне исполнилось четырнадцать лет, Дональд был совсем большим. Смерть от какой-нибудь детской болезни ему уже не грозила. Так что в один прекрасный день титул достался бы ему. Поэтому я был больше не нужен.

Касс прижала руку к отчаянно колотящемуся сердцу.

– Что за монстр мог сказать такое ребенку?

Джулиан посмотрел на нее.

– А что за монстр сказал девочке, что она нужна лишь для того, чтобы добыть для семьи титул?

– Мама сказала мне такое однажды, – пробормотала Касс. – Да, она сказала следующее: «Не имеет значения, какие чувства испытывает к тебе мужчина, важно лишь то, женится он на тебе или нет». И тогда я вознамерилась стать идеальной женой, чтобы завоевать расположение и любовь родителей. – Касс вздохнула. – Но родители меня не любят. Я для них всего лишь козырная карта.

Голос Джулиана звучал мягко:

– Знаю. Ты рассказывала мне об этом в одном из своих писем. Мне очень жаль, Кэсси.

– Рассказывала? – Касс принялась всматриваться в землю в поисках камня, отчаянно силясь найти способ перевести разговор на другую тему.

– Да.

– Забавно. Я помню наизусть все, что ты писал мне, – тихо произнесла она. – Но совершенно не помню, что я писала тебе.

Джулиан резко вкинул голову, и его лицо приобрело какое-то странное выражение.

– Ты помнишь наизусть мои письма?

Вспыхнув до корней волос, Касс присела на корточки в поисках камня и даже раздвинула листья руками.

– Я знаю, что у тебя на подбородке есть шрам, потому что твоя первая лошадь сбросила тебя на землю, когда тебе было шесть лет.

Джулиан потер подбородок.

– Было больно. Я поцарапался о валун.

Касс подняла с земли камень и осторожно двинулась к воде.

– Я знаю, что однажды в Итоне тебя побили мальчишки, потому что ты единственный защитил нового ученика, который только приехал и всего боялся.

Джулиан вопросительно посмотрел на Касс.

– В письме не говорилось о том, что это был я.

Касс улыбнулась.

– А это было и не нужно. Я поняла все без слов. Ведь тем защитником был ты, верно?

Джулиан заложил руки за спину, посмотрел на мыски своих сапог и кивнул.

– А еще я знаю, что однажды ты отдал Дафне все свои карманные деньги, потому что она хотела купить щенка, с которым дурно обращались хозяева.

Джулиан улыбнулся.

– Дафна умеет быть убедительной.

– Ты очень хороший брат, – произнесла Касс. Она бросила камень, но он не стал подпрыгивать на воде, а тут же ушел на дно.

– Оуэн не стал бы делать подобного для тебя? – спросил Джулиан.

– О, Оуэн всегда был добр ко мне, но его больше интересовали охота, верховая езда и прочие мальчишеские забавы. Так что ему зачастую не было никакого дела до младшей сестры. К тому же, когда у нас гостила Люси, она постоянно пыталась вовлечь его в свои игры, а он упирался.

– Стало быть, она играла с тобой?

– Боюсь, иного выбора у нее попросту не было. – Касс бросила еще один камень, но снова безуспешно.

Джулиан подошел к ней и передал камень, сохранивший тепло его рук.

– Позволь я покажу тебе, – произнес он, разворачивая Касс к себе спиной.

Касс закрыла глаза. Как же приятно находиться в его объятиях, окутанной теплом его тела и исходящим от него ароматом. Джулиан взял ее маленькую холодную руку в свою большую.

– Вот как это нужно делать. Сначала выберем правильный камень. Видишь, какой он плоский?

Касс посмотрела на камень в руке. Он действительно был плоским и гладким.

– Бросать его нужно довольно сильно, под небольшим углом к поверхности воды. – Джулиан показал, как нужно взмахнуть рукой.

Касс попробовала. Камень подпрыгнул один, два, три раза, а потом исчез под водой.

– Я сделала это! – Касс развернулась к Джулиану с широкой улыбкой на лице, а потом резко отстранилась, осознав, как близко друг к другу они стоят. Касс быстро попятилась назад, стараясь оказаться как можно дальше.

Джулиан покачал головой и принялся рассматривать землю в поисках подходящих камней.

– Знаешь, я тоже помню твои письма, – тихо произнес он. – Посмотрим, смогу ли я освежить твои воспоминания.

Вспыхнув, Касс опустила глаза и принялась ковырять мыском туфельки песок.

Джулиан сложил руки за спиной.

– Я знаю, что ты взяла за правило дружить с теми, кого никто не хочет брать в друзья. А еще ты очень близка с Люси и Джейн.

– Я люблю их, – призналась Касс. – Даже Люси, когда не испытываю желания ее убить.

Джулиан кивнул.

– Еще я знаю, что ты исключительно хорошо шьешь, поешь, играешь на фортепьяно и рисуешь. Особенно рисуешь.

– Я не слишком этим горжусь, потому что на всех этих занятиях настаивала мать. – Касс улыбнулась. – Исключение составляет разве что рисование.

– У тебя к этому действительно талант.

Касс отвела глаза.

– Спасибо.

– Я до сих пор храню все твои рисунки и повсюду вожу их с собой.

Касс посмотрела на Джулиана.

– Ты хранишь их? Все эти годы?

– Да. Я не смог сохранить все письма, но бережно храню рисунки. Я пересматривал их, когда воздух был спертым от запаха крови, а небо – серым от дыма.

Глаза Касс обожгли слезы, и она отвернулась к озеру, чтобы Джулиан ничего не заметил.

– Я знаю, что ты любишь своих родителей, несмотря на их дурное обращение, – произнес он.

Касс обхватила себя за плечи.

– Я так написала?

– Не совсем. Но я понял без слов.

Касс улыбнулась тому обстоятельству, что Джулиан повторил ее собственную фразу. Она устремила невидящий взгляд на безмятежное озеро.

– Я всегда хотела, чтобы родители меня любили. А они, казалось, любили только Оуэна. За то, что он мальчик и наследник.

– Мне известно это не понаслышке.

Касс обернулась и взяла Джулиана за руку.

– Джулиан… Я действительно верю в то, что написала в своем письме. Если Дональд не вернется… – Она сглотнула. – Ты сможешь. Сможешь стать графом. Ты достаточно сильный и добрый для этого.

Джулиан стиснул зубы.

– Как Апплтон?

Его слова ранили Касс в самое сердце. Она отвернулась, отчаянно борясь со слезами.

– Нужно возвращаться.

Джулиан лишь кивнул в ответ. Они медленно подошли к лошадям, и Джулиан помог Касс взобраться в седло. Встав ногой на поваленное дерево, он легко оседлал собственного коня.

Прежде чем тронуться с места, Касс посмотрела на Джулиана.

– Джулиан, ты когда-нибудь сможешь вновь стать моим другом?

Свифт потер подбородок и посмотрел на безмятежную гладь озера.

– Нет, Кэсси. Не этого я хочу.

Глава 40

Касс не могла сосредоточиться, хотя должна была написать письмо своей престарелой тетушке Мередит. Вместо этого она смотрела в угол комнаты невидящим взглядом, позабыв про перо, что держала в руке. Ей так много нужно было обдумать. Прогулка с Джулианом ничего не прояснила. Лишь еще больше сбила ее с толку. Чего она хотела? Что ей было нужно на самом деле? Касс не хотела выходить замуж за Гаррета или какого-то другого мужчину, которого совершенно не любила. Она хотела Джулиана. Только его одного. И так будет всегда. Только вот он никогда не будет принадлежать ей. Вчера она почти набралась храбрости спросить, в кого он влюблен, но не смогла.

Касс знала, Джулиан все еще злится на нее. Но имело ли это какое-то значение? Позапрошлой ночью он целовал Касс, потому что испытывал к ней влечение и ничего не мог с собой поделать. Только вот он по-прежнему ненавидел ее за ложь, не чувствовал, что может ей доверять. На этот счет Касс не питала никаких надежд. Джулиан не мог ее простить, и она должна была принять это. Пора расстаться с давней мечтой, которая с каждым днем становилась все более далекой и несбыточной. Да, Пенелопа не вышла замуж за Джулиана, но и Кассандре это не грозит. Просто Касс слишком долго цеплялась за надежду.

Касс тряхнула головой, прогоняя воспоминания, и попыталась сосредоточиться на письме. Несмотря на все, что произошло между нею и Джулианом, у них нет совместного будущего. Во всяком случае, в качестве мужа и жены. Она была ребенком, когда мечтала об этом. А теперь она взрослая женщина, и детские мечты лучше оставить в прошлом.

Она должна сама отвечать за собственную жизнь и самостоятельно принимать решения. А для этого необходимо избавиться от материнской опеки. Ведь пока мать контролирует ее жизнь, Касс придется обращать свое внимание на всякого, кто обладает хоть каким-нибудь титулом. Этого она вынести не могла. Не могла всю оставшуюся жизнь порхать с одного светского мероприятия на другое в поисках жениха. Она никогда не выйдет замуж. Теперь Касс знала это наверняка.

Она откинулась на спинку кресла и провела рукой по волосам. Чего она хочет? Покоя. Тишина и покой – вот что ей нужно. Внезапно у нее зародилась смутная идея.

Касс выпрямилась. Она ведь не сможет сделать этого, верно? О, пару раз она грозилась совершить нечто подобное. Но ведь это было не всерьез. А теперь?

Касс постучала пальцем по столешнице. Молодые леди постоянно поступают подобным образом. И никто их не осуждает.

Касс щелкнула пальцами. Да. Она сможет! И сделает. И тогда матери не удастся больше контролировать ее жизнь. Но сначала нужно заручиться помощью друзей. Касс окунула перо в чернильницу.

Необходимо написать два письма. Немедленно.

Глава 41

Дафна Свифт и Джейн Лаундз приехали к Касс почти одновременно. Обе получили письма от подруги и немедленно поспешили в дом Монро. Касс уже приготовила чай. К счастью, ее мать уехала играть в карты с подругами, так что девушки были совсем одни.

В очаровательном розовом платье, с подобранными наверх волосами, так что на висках покачивалось лишь несколько локонов, Дафна выглядела настоящей красавицей. На Джейн было привычное синее платье, а под мышкой неизменная книга. На лице Дафны застыло виноватое выражение, и Касс оставалось лишь восхищаться ее смелостью, когда Дафна решительно взглянула ей в глаза.

– Вы на меня злитесь? – спросила Дафна. – За то, что я завлекла вас в парк на встречу с Джулианом?

– Нет, – ответила Касс. – Не сержусь. Но зачем вы сделали это, Дафна?

Та пожала плечами.

– Я подумала, что если вы проведете немного времени наедине, вам удастся разобраться в своих чувствах друг к другу. Именно так говорилось в письме ее светлости.

Касс вскинула голову.

– В письме ее светлости?

Дафна кивнула, и белокурые локоны задрожали.

– Да. Герцогиня Кларингтон написала мне несколько дней назад с просьбой как можно чаще устраивать ваши с Джулианом встречи, пока вы в Лондоне.

– Люси вам написала? – Касс повернулась к Джейн. – Ты знала об этом?

Джейн замотала головой столь энергично, что очки едва не свалились с ее носа. Однако она успела их поймать и водрузить на место.

– Понятия не имела.

– Ее светлость просила держать свою просьбу в секрете, – добавила Дафна. – Особенно от вас… – она кивнула на Касс, – и Джулиана.

– Ну, конечно. – Касс тяжело вздохнула. – И почему меня совсем не удивляет то обстоятельство, что Люси продолжает вмешиваться в мои дела даже после того, как я перестала с ней разговаривать? – Она разлила по чашкам чай.

– В этом вся наша Люси, – заметила Джейн, беря из рук Касс чашку.

Дафна вздохнула.

– Но ее задумка не сработала, верно?

Касс покачала головой.

– Боюсь, что нет. Вообще-то ваш брат довольно ясно дал понять, что не хочет быть даже моим другом.

Дафна переменилась в лице.

– Он так сказал?

Касс кивнула.

– Ничего не понимаю. – Дафна подула на чай. – Почему он так себя ведет?

Касс вздернула подбородок и подвинула к себе чашку с чаем.

– Это неважно. Он не может меня простить, и я его прекрасно понимаю. Я поступила ужасно глупо, сделав то, что сделала.

Джейн сделала глоток.

– Не стоит так себя корить, Касс.

Кассандра слабо улыбнулась в ответ.

– В последние дни я совершенно не понимаю Джулиана, – произнесла Дафна. – Как он может так с вами обращаться?

– Я совершила то, что очень трудно простить, – ответила Касс. – Так что не осуждайте его.

– Буду осуждать, – возразила Дафна. – Он так строг к окружающим. Время от времени мы все совершаем поступки, которых не должны совершать. Я, например, обманом выманила вас в парк. Вы ведь не ненавидите меня за это?

Касс улыбнулась.

– Ну, конечно, нет. Тем более что своим поступком вы оказали мне услугу. Именно поэтому я вас и пригласила.

Джейн наклонила голову и обеспокоенно посмотрела на подругу поверх очков.

– Услугу? Поэтому ты пригласила и меня?

Касс покачала головой.

– Нет. Ты ничего не должна мне, Джейн. Я просто хотела попросить тебя о помощи.

– Я, например, сделаю, что смогу, – произнесла Дафна. – Но если речь пойдет о Джулиане, думаю, вам стоит…

– Нет. – Касс расправила плечи. – Дело не в вашем брате. Речь пойдет обо мне и о том, что я собираюсь сделать. Отныне я должна сама контролировать собственную жизнь. И я приняла решение.

Лоб Джейн прорезали глубокие складки.

– Ты сегодня какая-то другая, Касс.

Касс пригладила рукава платья.

– Ты хочешь сказать, что я больше не нервничаю?

Джейн потрепала подругу по руке.

– С тобой все в порядке?

Касс глубоко вздохнула.

– Лучше и быть не может. Просто я наконец решила, что не хочу больше ни минуты жить по указке своей матери. Она не остановится до тех пор, пока я не выйду замуж за мужчину, которого совершенно не люблю. Я знаю это наверняка и не желаю жить по ее правилам.

– Не понимаю. Что вы намерены сделать, леди Кассандра? – спросила Дафна, сдвинув брови.

Касс посмотрела на сестру Джулиана.

– Для начала зовите меня просто Касс.

– Хорошо, Касс, – с улыбкой ответила Дафна.

Касс кивнула.

– Дафна, я надеюсь, вы не воспримите мои слова превратно, ибо мне вы показались девушкой, которая знает, как совершать то, чего совершать не должно.

Дафна залилась румянцем, а потом рассмеялась.

– О, я понимаю, Касс. Впрочем, вы совершенно правы, так что почту ваши слова за комплимент.

Касс улыбнулась в ответ.

– Я просила вас приехать, потому что мне нужен человек, обладающий вашими навыками и решимостью. Мне необходима ваша помощь.

В глазах Дафны вспыхнул огонь, и она подалась вперед.

– Я слушаю.

– А вот мне все это не нравится, – покачала головой Джейн.

– Будь смелее, – произнесла Касс, вспомнив девиз Люси. – Я долго думала над этими словами. Я совершила несколько ошибок, позволяя всем вокруг указывать мне, что делать. Отцу, матери, Оуэну и даже Люси. Очень легко обвинить их всех и сделать вид, будто я не имею никакого отношения к тому, что произошло. – Касс вздернула подбородок. – Но это не так. Теперь я сама буду отвечать за свои поступки, сама буду принимать решения и жить по собственным правилам. Будучи Пэйшенс Банбери, я кое-чему научилась. И главное тому, что мне не обязательно быть идеальной представительницей высшего света. Мир не прекратит своего существования, если я нарушу правила.

Дафна взмахнула рукой.

– О, дорогая, я могла бы сказать вам то же самое.

Касс положила руки на стол перед собой и сцепила пальцы.

– Теперь все будет по-другому. Больше никакого существования по чужой указке. Я твердо намерена прожить остаток жизни в тишине и покое. Я отправлюсь туда, где общество с его дурацкими титулами не имеет никакого значения, где родители не смогут обменять меня на титул, словно я не человек, а драгоценный камень, за который можно выручить большую сумму денег.

Глаза Джейн округлились.

– Касс, я еще ни разу не слышала, чтобы ты разговаривала подобным образом.

Касс кивнула.

– Знаю. Давно пора, верно?

– Верно, – решительно кивнула Джейн, делая глоток.

– Расскажите же нам, – перебила Дафна, нетерпеливо подавшись вперед. – Что вы намерены делать?

Касс перевела взгляд с одной леди на другую.

– Я намерена сбежать и попросить убежища в монастыре. А вы мне поможете.

Глава 42

Джулиан бросил перчатки и шляпу на столик возле двери. Прогулка с Кассандрой в парке ужасно его расстроила, но он не мог перестать думать о Касс. Какое будущее для них уготовано? И как ему вернуть их дружбу? Джулиан мог простить Касс ее ложь, но это не меняло того обстоятельства, что она влюблена в Апплтона и всерьез намерена выйти за него замуж. И Апплтон, этот глупец, еще предупреждал, чтобы он не причинял Кассандре боль? Да он просто ненормальный.

Но как могла Касс столь страстно отвечать на его поцелуи, собираясь при этом замуж за другого мужчину? Джулиан искал ответа и не находил. Неужели она снова притворялась? Но если так, то как он мог так обмануться в отношении девушки, с которой состоял в переписке на протяжении многих лет? Девушки, которую, казалось, знал, как самого себя? Касс спросила, останется ли он ее другом. И Джулиан дал правдивый ответ. Он не хотел быть другом. Он желал гораздо большего. Свифт желал стать мужем Кассандры. Но он ответил на ее вопрос отказом, тем самым окончательно закрывая для себя лазейку, которая у него все еще оставалась. Его толкнул на это гнев. Какой же он глупец!

Ничего не изменилось, включая то обстоятельство, что от Дерека так и не было вестей. А это означало, что рано или поздно Джулиан отправится на континент на поиски своего брата и Рейфа, даже если это будет стоить ему жизни. При таком повороте событий он наконец исполнит последнюю волю отца.

Джулиан направился в кабинет.

– Вам пришло несколько писем, милорд, – произнес дворецкий, спеша за ним.

Джулиан остановился.

– Писем?

Пенгри подал хозяину два конверта с разными печатями и откашлялся:

– Первое – от герцога Кларингтона, а второе…

Письмо от Ханта?

– Вы свободны, Пенгри.

Джулиан толкнул дверь кабинета и на ходу сломал печать. Говорилось ли в этом письме о судьбе Дональда и Рейфа? Джулиан, затаив дыхание, пробежал глазами по строчкам.

«Свифт, буду в Лондоне в четверг вечером и сразу же отправлюсь в дом Дональда. Хант».

Рука Джулиана, в которой он сжимал письмо, безвольно опустилась. Он смотрел ничего не видящим взглядом на стену, обитую панелями красного дерева и почти не замечал треска поленьев в камине и тихих звуков фортепьяно, доносящихся с первого этажа, где музицировала Дафна.

Проклятье. Если Дерек ничего не сообщил в письме, значит, он либо ничего не узнал, либо новости слишком плохие, чтобы доверять их бумаге. Если Дональд и Рейф мертвы, Хант захочет сообщить ему об этом лично. Джулиан знал это. Его сердце пронзила острая боль, и Джулиан закрыл глаза. Сегодня только среда. Так что придется ждать еще целый день.

Бросив оба письма на стол, Свифт потер руками лицо и наконец позволил себе подумать о самом худшем. Мама и Дафна ничего не говорили, но Джулиан знал, что они тоже думают об этом, стараясь подготовиться к дурным вестям.

Если Дональд мертв, он станет графом. Джулиан сжал пальцы в кулак и с силой ударил им по книжной полке. Крепкое дерево даже не дрогнуло, зато книги заплясали, едва не попадав на пол. Костяшки пальцев болели. Джулиан посмотрел на них и увидел капающую на ковер кровь.

А, провались все пропадом! Не так все должно было сложиться. Не для этого он появился на свет. Он никогда не желал титула и не был для него предназначен. Отец предельно ясно выразился относительно отведенной сыну роли, и однажды Джулиан уже подвел его. А теперь… Если Дональд не вернется…

Джулиан стиснул зубы. Слава богу, отец не дожил до этого дня. Старик перевернулся бы в гробу, узнав, что его любимый первый сын умер вместо того, чтобы с достоинством нести титул графа Свифта.

Джулиан посмотрел на письмо Ханта. Жизнь ужасно несправедлива – всплыли в памяти его собственные слова. Именно это он узнал на войне. И именно это он сказал Касс там, в Суррее. Как все несправедливо. И то, что он связал Пен обязательствами на долгие годы. И то, что завел дружбу с женщиной, зная, что никогда больше не вернется. Несправедливо даже то, что он все еще жив. И все же он должен поблагодарить за это Кассандру.

Джулиан огляделся. Еще никогда он не чувствовал присутствия отца так остро, как сегодня в кабинете. В кабинете графа Свифта. В кабинете отца и Дональда. Это место не для него.

Господи, он не мог стоять здесь и раздумывать о том, что Дональд больше не вернется домой. Ему было просто необходимо как-то отвлечься от беспокойства за брата и мучительных воспоминаний о Кассандре Монро.

Джулиан направился к двери. Возможно, он вернется в клуб или отправится побоксировать. Или же… Внезапно его взгляд упал на второе письмо. Оно так и лежало на столе, наполовину скрытое посланием от Ханта. Джулиан медленно подошел к столу и взял письмо в руки, чтобы разглядеть печать. Оно было адресовано ему… Кассандрой Монро. Джулиан узнал бы ее почерк из тысячи. Свифт сломал печать, поднес письмо к глазам и озадаченно прищурился. Письмо было датировано июлем прошлого года. Но как, ради всего святого…

Джулиан позвонил в колокольчик, и спустя пару минут в кабинете возник дворецкий.

– Пенгри?

– Да, милорд.

– Это письмо, что вы мне передали… – Джулиан помахал перед носом дворецкого посланием Кассандры.

– Да, милорд.

– Когда оно пришло?

– Вчера служанка нашла его между подушками дивана в этом самом кабинете, милорд. – Пенгри указал на диван. – Очевидно, оно провалилось между ними.

Джулиан потер лоб.

– Спасибо, Пенгри.

– Всегда пожалуйста, милорд.

Дворецкий удалился, а Джулиан вновь воззрился на конверт. Как письмо Кассандры, написанное прошлым летом, попало между подушками дивана в кабинете его брата в Лондоне? Странно и непонятно.

Если только…

Внезапно в сознании Джулиана всплыли смутные воспоминания о визите герцогини Кларингтон. Она дала ему это письмо и что-то сказала. Только вот что? Что?

Джулиан прижал пальцы к виску, словно это помогло бы ему освежить память.

Господи, он вспомнил. Люси выразила надежду, что это письмо все изменит. Только вот что именно?

Джулиан взглянул на исписанный лист бумаги. Ему показалось или строчки действительно расплылись от… слез? Джулиан начал читать.

«Мой дорогой Джулиан, мне только что сообщили о том, что вы умираете. Я с величайшим трудом заставила себя написать это слово, ибо оно ужасно. Отвратительно. И разрывает мне сердце. Да, оно действительно разрывает мне сердце, потому что вы – мой самый близкий друг и мой будущий кузен. Однако мое сердце плачет от боли еще по одной причине, о которой вы, скорее всего, не догадываетесь. Я не была уверена, что напишу это письмо, но Люси убедила меня в том, что это необходимо. Поэтому с тяжелым, но исполненным любви сердцем я взяла в руки перо, чтобы сказать вам кое-что, Джулиан. А именно то, что я давно и отчаянно люблю вас. Но не дружеской любовью, а так, как женщина любит мужчину. Я любила вас с тех пор, как была ребенком. Но я никогда не говорила вам об этом, так как знала, что вы предназначены Пенелопе. Моя кузина очень дорога мне, и я не предприняла бы ничего, что причинило бы боль ей или вам. И все же я не могу отпустить, вас, моего самого дорогого человека, в мир иной, не рассказав о том, как безумно, страстно и отчаянно я вас люблю. Я отвергала все предложения руки потому, что считала себя не вправе связывать жизнь с другим мужчиной, в то время как мое сердце всегда принадлежало и будет принадлежать только вам одному. Мне остается лишь надеяться, что вы успеете прочитать это письмо, прежде чем ваши веки сомкнутся навсегда, любовь моя. И что после прочтения его вы узнаете, как сильно и искренне вы были любимы. Я продолжу писать вам каждый день до конца своей жизни, мой дорогой Джулиан, независимо от того, прочитаете вы мои письма в этой или следующей жизни.

Навсегда ваша, любящая вас Кэсси».

Джулиан перечитал письмо еще два раза, чтобы удостовериться, что в нем говорится именно то, что говорится. Кэсси? Любит его? С самого детства? Но как такое возможно? Как он не понял? И что, черт возьми, имел в виду Хант, когда говорил, что она влюблена в другого мужчину?

Все еще сжимая письмо в руке, Джулиан подошел к дивану и упал на него.

Минуточку.

Внезапно все встало на свои места. Озарение поразило его с силой выпущенной из мушкета пули. Джулиан вспомнил тон Ханта и то, как он покашливал и отводил взгляд. Речь шла о нем, Джулиане. Если Люси все знала и уговорила Кэсси написать письмо, то она наверняка поделилась сведениями со своим мужем. Хант не назвал имени, полагая, что таким образом сохранит тайну Касс.

Черт возьми. Это он!

Господи, ну как он не догадался раньше? Джулиан всю жизнь желал стереть себя с лица земли. Он вырос с мыслью о том, что является нежеланным и никчемным вторым сыном. Он был не нужен даже женщине, с которой должна была состояться его помолвка. Джулиан отправился на войну с единственным желанием умереть и тем не менее все еще жил.

Но теперь благодаря этому письму он все понял. Кэсси была единственной постоянной величиной, единственной правдой в его жизни. Она любила его. Всегда. Ну как он не догадался об этом из ее писем? Почему понадобилось именно это признание, чтобы он внезапно все понял? Да, Касс лгала ему, но он мог простить ей этот грех. Ложь была ничто по сравнению с ее огромной и чистой любовью.

«Ты сможешь, – говорила Кэсси. – Сможешь стать графом. Ты достаточно сильный и добрый». И вот теперь Джулиан поверил в это. С любовью Кэсси он сможет посмотреть в лицо чему угодно. Даже самым сильным страхам. Она любила его. Хотела его. Она заставила его почувствовать себя так, словно он единственный мужчина на земле. И Джулиан обожал ее за это.

Он поднялся с дивана, сунул письмо в нагрудный карман и позвонил в колокольчик. Дворецкий явился незамедлительно.

– Пенгри, немедленно приготовьте мне экипаж.

Дворецкий кивнул.

– Сию минуту, милорд. Куда вы поедете?

Джулиан посмотрел на слугу.

– К леди Кассандре Монро.

На пороге возникла Дафна. Она скрестила руки на груди и многозначительно посмотрела на брата.

– Ты опоздал.

Глава 43

Джулиан замер.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Возможно, она уже уехала, – ответила Дафна.

Джулиан ошеломленно посмотрел на сестру.

– Кэсси нет в городе?

Дафна покачала головой.

– Она собиралась сегодня уехать.

Джулиан стиснул зубы, обуреваемый гневом и страхом.

– Куда?

Дафна прошла в кабинет.

– Лучше тебе закрыть дверь.

Пенгри поспешил удалиться. Джулиан захлопнул за ним дверь и повернулся к сестре.

– Откуда ты знаешь, что Кассандра уезжает?

Дафна опустилась на диван и внимательно посмотрела на брата. Ее руки так и остались сложенными на груди.

– Я это знаю потому, что помогала ей спланировать побег.

– Побег?

Джулиан быстро подошел к сестре.

– О чем, черт возьми, ты говоришь? Если это очередная шутка, наподобие той, что ты проделала в парке, клянусь, я…

Дафна округлила глаза.

– Если это очередная шутка, наподобие той, что я проделала в парке, ты окажешься в компании леди Кассандры Монро. И если я правильно поняла, именно этого ты сейчас хочешь.

Спорить Джулиан не собирался.

– Не играй со мной, Дафна, – прищурившись, предостерег он сестру. – Что происходит?

Дафна всплеснула руками.

– Касс мне написала. Она просила приехать и помочь. Джейн Лаундз тоже была там. Знаешь, Джейн очень умна, и ей в голову приходят довольно блестящие идеи. А вот из Касс вряд ли получилась бы шпионка. Она слишком нервная.

Джулиан с трудом поборол желание заскрежетать зубами.

– Господи, чушь какая. Что ты пытаешься сказать, Дафна? Где Кэсси? Почему она должна стать шпионкой?

Дафна рассмеялась.

– Не должна, глупый. Просто я хотела таким образом сказать, что она совершенно не создана для лжи.

Джулиан фыркнул.

– Ты не видела ее в роли Пэйшенс Банбери.

– Уверена, ей далось это очень непросто, – слабо улыбнувшись, произнесла Дафна.

– Где она? – простонал Джулиан.

Дафне хватило ума изобразить на лице раскаяние.

– Я не могу тебе сказать, так как поклялась сохранить ее тайну.

Теперь Джулиану захотелось поколотить сестру.

– Прекрасно. Если ты поклялась хранить тайну, зачем пришла ко мне и рассказываешь о том, что Касс нет дома?

– Ее может не быть дома. Все зависит от того, уехала она или нет. А сказала я тебе это потому, что не хочу, чтобы ты терял время даром.

– И?..

– Ничего. Просто я у Касс в долгу.

– Не стану спрашивать, что это значит.

– Думаю, так будет лучше, – ответила Дафна.

Джулиан навис над сестрой. Он просто был обязан выудить из нее какую-нибудь информацию. Хоть что-то, что помогло бы ему разыскать Кэсси.

– Ты сказала, что помогала ей планировать побег. Значит, она хотела сбежать?

– В некотором роде. Да.

Джулиан провел рукой по волосам.

– У меня нет времени. Скажи, где она.

Дафна настороженно посмотрела на брата.

– Зачем тебе это? Я слышала, что в последнюю встречу с Касс ты здорово на нее рассердился. Она сказала, что ты отказался продолжать дружбу с ней. Что изменилось теперь?

Еле слышно выругавшись, Джулиан вытащил из кармана письмо Касс и помахал им в воздухе.

– Ну, раз уже тебе так интересно, изменилось все. Несколько месяцев назад Касс написала письмо, в котором призналась мне в любви.

Глаза Дафны округлились помимо ее воли.

– Господи, – выдохнула она. – Я всегда подозревала, что… И все равно это так неожиданно.

Джулиан потряс письмом.

– Теперь ты скажешь мне, где она?

Дафна поднялась с дивана, вновь скрестила руки на груди и принялась расхаживать по кабинету, погруженная в раздумья.

– Хм. Я всегда хотела видеть вас двоих вместе, но я обещала Касс хранить тайну.

– Черт возьми, Дафна. Я должен ее видеть. Должен с ней поговорить. Немедленно.

Дафна быстро развернулась и посмотрела на брата.

– Если я расскажу тебе, ты должен будешь выполнить два условия.

Джулиан шумно выдохнул:

– Говори.

– Прежде всего ты должен пообещать, что больше не обидишь Касс. Ибо я не скажу тебе, где она, если ты снова попытаешься ее расстроить. На долю Касс и так выпало достаточно.

– Я не стану обижать ее. Обещаю, – процедил Джулиан. – Второе условие?

– Ты сделаешь мне одолжение.

Джулиан ошеломленно заморгал.

– Какое одолжение?

– Хм. Это самое сложное. Я еще не знаю, что мне понадобится. Поэтому я хочу, чтобы ты был мне должен. Чтобы однажды, когда я захочу сделать то, чего делать не должна, ты был на моей стороне и не задавал вопросов. Согласен?

– Ни за что. Придумай что-нибудь другое.

Дафна изящно вздернула подбородок.

– Нет. Мне нужно именно это. Таковы мои условия. И я не стану торговаться.

Джулиан зарычал.

– Знаешь, Дафна, иногда мне ужасно хочется тебя придушить.

Сестра пожала плечами.

– Если ты меня задушишь, я не смогу сказать тебе, где Касс. И уж точно не скажу этого, если ты не примешь мои условия.

Джулиан гневно посмотрел на сестру. Одно было очевидно: его сестра знала, как нужно вести переговоры. Жаль, ее не было во Франции, когда подписывали соглашение.

– Господи, помоги, – пробормотал Джулиан, мысленно отпуская проклятия.

– Я могу расценивать это как согласие? – Дафна невинно захлопала ресницами.

– Да, – процедил сквозь зубы Джулиан и добавил: – И почему мне кажется, что однажды я очень сильно об этом пожалею?

Глава 44

Джулиан постучал в дверь дома семьи Монро, и деревянная панель задрожала так, словно вот-вот развалится. Когда на пороге появился дворецкий, Джулиан стремительно прошел мимо него, не говоря ни слова. В голове вертелись слова Дафны о том, что Касс намерена удалиться в монастырь, располагавшийся на севере, почти у самой границы с Шотландией. Если она уже уехала, ему придется немедленно отправляться в погоню. И все же оставалась надежда, что он еще успеет ее перехватить. Джулиан очень на это рассчитывал.

– Я должен немедленно поговорить с леди Кассандрой, – произнес Джулиан. – Она здесь?

– Могу я забрать ваш плащ, милорд? – вежливо осведомился дворецкий.

– Нет, не можете. Я подожду здесь.

Недоуменно вскинув бровь, дворецкий поспешил на поиски своей хозяйки. Джулиан же принялся в беспокойстве мерить шагами холл. Успел ли он? Дома ли Касс? Если она собиралась сбежать, то вряд ли сообщила об этом дворецкому.

Родителям Кэсси все это не понравится. Только вот Джулиану не было до этого никакого дела. Спустя несколько минут в холле появилась леди Морланд с выражением крайнего неодобрения на лице.

– Капитан Свифт, Шекспир сообщил мне, что вы приехали с визитом к Кассандре.

Глаза Джулиана метали молнии.

– Именно так.

– Боюсь, это невозможно, – произнесла леди Морланд, натянуто улыбнувшись.

– Кассандры нет дома? – спросил Джулиан с пылающим от гнева лицом, его руки сжались в кулаки. Если это действительно так, он немедленно отправится в монастырь.

– Я этого не говорила. Просто вы не можете с ней увидеться, – пояснила леди Морланд.

Джулиан прищурился.

– Почему?

Леди Морланд вздернула нос и одарила Джулиана полным высокомерия взглядом, который свидетельствовал – она очень недовольна, что гость не убежал, поджав хвост.

– Приезжайте в другой раз.

Хозяйка дома двинулась к нему с намерением выпроводить его вон.

Однако Джулиан не двинулся с места.

– Я не уйду до тех пор, пока не поговорю с Кассандрой. Если, конечно, она здесь.

Леди Морланд вскинула седую бровь и процедила сквозь зубы:

– Капитан Свифт, не вынуждайте меня звать сюда моего супруга.

Джулиан лишь рассмеялся в ответ. Шестидесятилетний лорд Морланд был весьма тучным и тяжелым на подъем мужчиной. Даже несмотря на свои раны, Джулиан был уверен, что сможет с ним справиться, если его и дальше будут удерживать от встречи с Касс.

– Я не вынуждаю вас делать что-либо, миледи. Просто констатирую факт. – Он натянуто улыбнулся. – Я не уйду отсюда до тех пор, пока не увижу Кассандру или не получу подтверждения того, что ее здесь нет.

Выражение притворной любезности тотчас же исчезло с лица леди Морланд. Она резко развернулась к дворецкому.

– Шекспир, немедленно позовите лорда Морланда и приведите двух лакеев.

Джулиан глубоко вздохнул. Вот, значит, она как. Ну ладно. Чего хочет, то и получит. Только вот ни шестидесятилетний лорд, ни парочка лакеев не удержат его от желания увидеть любимую женщину.

Глаза Джулиана метали молнии.

– Можете даже позвать полицейских с Боу-стрит, миледи, потому что я не уйду.

Дворецкий удалился в глубь дома, а леди Морланд хищно прищурилась.

– Поверить не могу, что вы ведете себя столь бессовестным образом, капитан Свифт, хотя, наверное, мне не стоит удивляться.

Уперев руки в бока, Джулиан посмотрел на хозяйку дома.

– И что это должно означать?

Леди Морланд скрестила руки на груди и одарила Свифта полным высокомерия взглядом.

– Вы всегда были не того качества, что ваш брат.

Даже если бы она его ударила, Джулиан не почувствовал бы такой боли. И что-то ему подсказывало, что леди Морланд прекрасно это понимала. Но хватит жить в тени брата.

Он гневно посмотрел на хозяйку дома. Нет, он не позволит ей сбить себя с толку.

– А в вас никогда не было и малой толики той доброты и милосердия, которыми наделена ваша дочь, миледи. Я часто задавался вопросом: как вам удалось произвести на свет столь уникальное существо?

Леди Морланд ошеломленно охнула.

– Как вы смеете!

В этот момент в сопровождении лакеев и дворецкого в холл вбежал лорд Морланд. Он тяжело дышал и отдувался.

– Что все это значит? – грозно спросил он.

Джулиан вышел вперед.

– Я приехал просить руки вашей дочери, милорд.

Лорд и леди Морланд побледнели так, что казалось, будто их сию минуту хватит удар.

– Что? Что? Что? – Лорд Морланд вцепился в лацканы сюртука, а его похожее на желе лицо начало багроветь.

– Вы сошли с ума, – выпалила леди Морланд.

Джулиан улыбнулся.

– Это значит «нет»?

Леди Морланд повернулась к мужу, однако ее слова были адресованы Джулиану:

– Сэр, если вы отказываетесь уйти добровольно, мы будем вынуждены выдворить вас силой.

Джулиан почтительно склонил голову.

– Хотелось бы на это посмотреть.

Челюсти лорда Морланда задрожали, и он решительно двинулся в сторону Джулиана. Лакеи последовали за ним. Но едва только они дотронулись до него, Джулиан приступил к действиям. Первый лакей, получив мощный удар в челюсть, отлетел в дальний угол холла и ничком рухнул на ковер. Остановить второго оказалось сложнее. Он словно медведь обхватил Джулиана за талию. Однако Свифт приподнял его и перекинул через себя – физические упражнения принесли свои плоды. Джулиан развернулся, готовясь к очередному нападению, но здоровяк так и остался лежать на полу, со стоном схватившись за голову.

Настала очередь лорда Морланда, хотя тот уже потерял всякий интерес к решению вопроса силовыми методами. Джулиан быстро зашел лорду за спину, вывернул ему руку и наклонил его вперед.

– Это неслыханно! – взвизгнула леди Морланд. – Шекспир, сделайте же что-нибудь!

Дворецкий отвел взгляд и выпятил губы. Он явно не желал вступать в схватку с человеком на две головы выше. Особенно после того, как тот показал, на что способен. Молодец, Шекспир. Просто молодец.

– Хотите позову леди Кассандру? – предложил дворецкий.

– Нет, не хочу, – возразила леди Морланд, топнув ногой с такой силой, что на голове задрожали седые букли.

Джулиан услышал то, что хотел. Кассандра здесь.

– Кэсси! – позвал он своим зычным голосом капитана армии его величества. – Кэсси!

– Прекратите немедленно! – попыталась перекричать его леди Морланд. – Я попрошу бросить вас в Тауэр за подобную дерзость.

– Мне все равно, – ответил Джулиан и позвал снова: – Кэсси!

– Отпустите меня! – потребовал лорд Морланд.

В это мгновение на лестнице возникла Кассандра. В белом платье с высокой талией, украшенном крошечными розами, она казалась настоящим ангелом. Касс окинула взглядом холл и схватилась за щеки.

– Джулиан? – спросила она.

– Отпустите меня немедленно! – вновь потребовал лорд Морланд.

– С удовольствием, – ответил Джулиан, отталкивая от себя пожилого лорда.

Он быстро взбежал по лестнице, перескакивая через две ступеньки, в то время как Касс, подхватив юбки, ринулась ему навстречу. На середине лестницы они встретились. Джулиан подхватил любимую на руки и закружил.

– Почему, Джулиан? Почему ты здесь?

Капитан осторожно поставил Кассандру на ступеньку, а потом опустился перед ней на одно колено.

– Выходи за меня замуж, Кэсси.

На ее глазах заблестели слезы.

– Замуж?

– Да. Я прочитал твое письмо. То, которое ты написала, когда думала, что я умираю. То, которое так и не отправила.

Касс покачала головой.

– Как ты…

– Его принесла мне Люси.

– Люси?

– Да. Она решила, что это письмо может все изменить. И оно изменило. Будь моей женой, Кэсси. Я люблю тебя. Просто до сегодняшнего дня я не знал, что ты тоже меня любишь.

Касс заглянула любимому в глаза, и по ее щекам заструились слезы.

– Что ты хочешь сказать?

– Когда я только приехал в Лондон, Хант сказал мне, что ты влюблена в какого-то мужчину. Теперь я знаю, что он говорил обо мне, но тогда я этого не понял.

Касс отерла слезы.

– Конечно же это был ты, Джулиан. Всегда только ты.

– И только ты, Кэсси. – Джулиан поднялся с колен, обхватил лицо Касс и крепко ее поцеловал.

Взирающие на них родители Кассандры ошеломленно охнули.

Касс обвила руками шею любимого.

– Я всегда любила тебя, Джулиан.

– Держите его! – взвизгнула леди Морланд, пальцы которой сжались в кулаки. Она гневно взирала на раненых лакеев и собственного супруга, очевидно, ожидая, что они бросятся вверх по лестнице и положат конец разворачивающемуся у них на глазах действу. Однако никто из мужчин не испытывал желания снова лезть в драку. А Шекспир и вовсе рассматривал собственные ногти, делая вид, что происходящее совершенно его не касается.

– Нет, вы ни за что не женитесь на Кассандре! Даже и речи быть не может! – выкрикнула леди Морланд, снова топнув ногой.

– Очень даже может, – совершенно спокойно ответил Джулиан. – Попробуйте мне помешать.

– Неужели вы ждете, что мы дадим свое согласие? – подал голос лорд Морланд. Он стоял рядом с супругой и потирал руку.

Джулиан улыбнулся, не сводя взгляда с Кассандры.

– Уверен, дадите, ибо я собираюсь надлежащим образом скомпрометировать вашу дочь. – С этими словами Джулиан, подхватив Касс на руки, спустился вниз и миновал холл, пройдя мимо открывших рот хозяев дома.

– Вы всё слышали? – поинтересовался он у выпучившего глаза дворецкого.

Тот поспешно кивнул.

– Да, милорд.

– Хорошо. Тогда ступайте и расскажите об этом своим друзьям.

Джулиан немного наклонился, чтобы Касс распахнула перед ним дверь, а потом спустился по ступеням крыльца и направился прямиком к экипажу.

– Кассандра, вернись сию же минуту! – крикнула вслед леди Морланд.

– Нет, – ответила Касс с широкой улыбкой на лице.

– Я… я… немедленно напишу своему стряпчему, – крикнул лорд Морланд, обвислые щеки которого мелко дрожали от гнева.

– Прекрасно. Не забудьте упомянуть о том, что ваша дочь скомпрометирована, – ответил Джулиан, продолжая с любовью смотреть на Касс.

Как только дверца экипажа захлопнулась, Касс выглянула в окно и рассмеялась.

– О боже. Ты видел выражение их лиц? Это бесценно. – Она всплеснула руками. – Как бы мне хотелось запечатлеть это мгновение. Возможно, позже я перенесу его на холст.

– Они переживут. – Джулиан заключил Касс в объятия и накрыл ее губы страстным поцелуем. Спустя несколько минут, когда они снова обрели способность говорить, Джулиан произнес: – Я слышал, ты собиралась посвятить остаток жизни служению церкви.

Касс закусила губу и кивнула.

– Тебе сказала Дафна?

– Угу. – Джулиан вновь ее поцеловал. – Она. Я заставил ее. Хотя, думаю, она меня просто пожалела.

– Я не хотела жить без тебя, – произнесла Касс, прижимаясь лбом ко лбу Джулиана.

– Слава богу, я нашел тебя вовремя. Одно дело – твои родители. Но воевать с целой армией решительно настроенных монахинь мне бы совсем не хотелось. Но ты не думай, я все равно одержал бы победу.

Касс вновь рассмеялась.

– О, я в этом не сомневаюсь.

Джулиан прижался носом ко лбу Касс.

– А ведь ты мне так и не ответила.

Касс покачала головой.

– Не ответила?

– Ты выйдешь за меня замуж? – прошептал Джулиан.

Касс обвила его шею руками и крепко прижала к себе.

– Да. Да. Да! Конечно, я выйду за тебя замуж, Джулиан.

– Хорошо. Потому что я не шутил, когда обещал тебя скомпрометировать. Так что прямо сейчас я везу тебя к себе домой, в свою постель.

Касс вновь поцеловала любимого, тая от счастья в его объятиях.

– Тогда едем быстрее.

Глава 45

Спустя десять минут экипаж остановился перед домом Дональда. Джулиан спрыгнул на землю и помог Касс выйти из кареты. Рука об руку они вошли в холл, и только тут Касс в нерешительности остановилась.

– А как же твоя мама и Дафна? Я умру, если они…

– Не волнуйся. Несколько часов назад они уехали за город навестить мою тетку и немного отвлечься от мыслей о Дональде. Их не будет несколько дней.

Касс испустила вздох облегчения и кивнула.

– Хотя Пенгри – совсем другое дело, – произнес Джулиан. – Он вполне может рассказать о твоем визите остальным слугам, и вот тогда ты точно будешь скомпрометирована. Честно говоря, именно на это я и рассчитываю.

– Нет! – Касс снова остановилась и ударила Джулиана по руке.

Свифт со смехом заключил ее в объятия.

– Я шучу.

– Думаешь, родители приедут за мной? – спросила Касс, утыкаясь носом в грудь Джулиана. – Отец может вызвать тебя на дуэль.

– Не приедут, если у них есть голова на плечах. Если они достаточно умны, то немедленно начнут готовиться к свадьбе.

Касс передернулась.

– Не могу забыть выражение лица матери. Она так разозлилась. Никогда меня не простит. – Касс немного помолчала. – Хотя знаешь… Мне все равно. Правда. Впервые в жизни я делаю то, что хочется мне, а не исполняю желание матери. Я наконец чувствую себя… свободной. – Касс вырвалась из объятий Джулиана и принялась кружиться по холлу.

– Мне известно это ощущение, – произнес Свифт. – Уж поверь.

Джулиан огляделся по сторонам. Перед отъездом он отпустил Пенгри, так что дворецкого не было видно. Служанки и лакеи тоже разошлись по своим делам. Прекрасно.

– Идем со мной, – позвал он Касс, направляясь к лестнице.

Кассандра озорно улыбнулась в ответ. Вместе они быстро поднялись по лестнице и оказались перед дверью одной из спален.

– В этой комнате живу я, – пояснил Джулиан.

Кивнув, Касс судорожно сглотнула. Теперь, когда ее мечта должна была осуществиться, в ее душе поселились сомнения. Нет, она не сомневалась относительно своего желания. Только вот Касс считала себя недостаточно опытной. Что, если Джулиану не понравится?

Джулиан распахнул дверь. Просторная комната была декорирована в темно-синих и золотых тонах. В самом центре стояла огромная кровать. Недалеко от нее располагался камин со стоящими перед ним двумя кожаными креслами и небольшим столиком. Стены украшали картины, а на каминной полке виднелись простые, но довольно элегантные подсвечники.

– Работа Дафны и мамы, – пояснил Джулиан.

– У них превосходный вкус. – Касс коснулась рукой серебряного подсвечника, лежащей на столе книги и статуэтки, изображающей всадника на коне.

– Извини, но мне совершено не хочется обсуждать убранство спальни. – Джулиан подошел к Касс и, заключив ее в объятия, крепко поцеловал.

Касс задрожала. Джулиан заглянул ей в глаза.

– Все в порядке?

– Думаю, да. Будет. Просто я… О, Джулиан… Я боюсь.

Джулиан крепко прижал Касс к себе.

– Не бойся, Кэсси. Если захочешь остановиться, просто скажи. Обещаю, что мы не станем торопиться.

Джулиан задернул шторы, спальня погрузилась в полумрак. После этого он направился к кровати, увлекая Кассандру за собой.

Джулиан задернул шторы и зажег свечи на каминной полке, спальня погрузилась в полумрак. После этого он направился к кровати, увлекая Кассандру за собой.

Она скинула туфельки, а он стянул сапоги.

– Я первый, – произнес Джулиан, чувственно улыбаясь, прежде чем начал развязывать галстук.

– Нет. Позволь мне. – Касс удивилась собственным словам. Ну и ну! Когда только она этому научилась?

Джулиан присел на кровать, а Кассандра встала перед ним на колени, и губы Джулиана вновь изогнулись в чувственной улыбке. Ее пальцы коснулись белой ткани, обнимающей шею мужчины, медленно потянули за узел и ослабили его. Развязав галстук, Касс отбросила его в сторону.

После этого она помогла Джулиану освободиться от сюртука цвета вина и расстегнула серебряные пуговицы его жилета. За жилетом последовала рубашка. При виде обнаженной груди Джулиана у Касс перехватило дыхание. Под шелковистой бронзовой кожей перекатывались тугие мускулы. Джулиан писал ей, что, восстанавливаясь после ранения, много времени проводил на солнце, но Касс не ожидала, что он настолько хорошо сложен. Она жадно окинула взглядом его широкие плечи и четко очерченные «кубики» на животе. Тонкая полоска волос прикрывала пупок и, спускаясь вниз, терялась под тканью бридж. В горле у Касс пересохло.

А потом она увидела шрам. Темную отметину как раз над сердцем. Касс провела по ней кончиками пальцев, и ее глаза наполнились слезами.

– Тебе больно, Джулиан?

– Нет, – выдохнул он. – Твои прикосновения завораживают меня, Кэсси. Пожалуйста, не плачь.

Пальцы Касс прошлись по животу Джулиана, и тот судорожно втянул носом воздух. Он не лгал. Ее прикосновения действительно производили на него неизгладимый эффект. Касс и не представляла, что может обладать над кем-то такой властью. Слезы моментально высохли.

– Ложись, – приказала она Джулиану, упиваясь новым ощущением.

Он повиновался и лег на кровати, положив под голову подушку.

Касс провела кончиком пальца по его напряженной плоти под тканью бридж, и Джулиан застонал.

– Касс, я…

– Шшш… – покачала головой Касс. Она так долго мечтала об этом моменте и хотела в полной мере им насладиться.

Она вновь провела пальцами по плоти Джулиана, а потом начала медленно расстегивать пуговицы на бриджах.

С губ Джулиана вновь сорвался стон.

Когда пуговицы были расстегнуты, Касс помогла любимому стянуть бриджи, и теперь он лежал перед ней совершенно обнаженный. По телу девушки прокатилась теплая волна. Ничего подобного она не ожидала. Джулиан был восхитителен. Другое слово просто не приходило на ум. Высокий, мускулистый и… о… наделенный довольно внушительным мужским достоинством.

– Я не хочу, чтобы ты пугалась. Поэтому решил, что сначала ты должна на меня посмотреть, – прошептал Джулиан, садясь на кровати и притягивая Касс к себе, чтобы поцеловать. – Но если ты не позволишь мне сейчас тебя раздеть, я, наверное, умру.

В ответ на это Касс встала с кровати и смогла лишь кивнуть. Но Джулиану хватило и этого. Он осторожно расстегнул пуговицы на платье, оно сползло с ее плеч и упало к ногам. Теперь Касс стояла перед ним лишь в тонкой сорочке, корсете и чулках. Царившая в комнате прохлада заставила Касс задрожать, но Джулиан тотчас же вскочил и заключил любимую в объятья, согревая своим теплом. Его тоже била дрожь, но Кассандра догадалась, что холод здесь ни при чем.

Джулиан снял с ног дрожащей всем телом Касс чулки и отбросил их в сторону. Потом развернул ее спиной к себе и принялся расшнуровывать ленты корсета. Касс показалось, что прошел целый час, прежде чем она освободилась от ненавистного предмета одежды. За корсетом последовала сорочка, и вот уже Касс стояла перед Джулианом совершенно нагая. Не сводя взгляда с наблюдающего за ней Джулиана, она вытащила из волос шпильки, положила их на прикроватный столик и тряхнула головой. Густые белокурые локоны рассыпались по ее спине и плечам.

Джулиан судорожно втянул носом воздух. Еще никогда он не видел столь совершенного женского тела. Касс была изящной, но не слишком худой, с полной красивой грудью, плоским животом и округлыми бедрами, плавно переходящими в стройные ноги. Она выглядела как настоящая богиня, о которой так долго мечтал Джулиан. Только Касс была гораздо лучше взлелеянного им образа. Ведь перед ним стояла настоящая живая женщина, дотрагивающаяся до него и жаждущая его прикосновений. Джулиан пообещал себе не торопиться, не пугать Касс, сделать так, чтобы ей было хорошо.

Джулиан подхватил любимую на руки, уложил ее на постель, а потом лег на нее, уперевшись локтями в подушки, чтобы не придавить ее и не напугать своим слишком явным возбуждением. Он накрыл губы Касс в жадном поцелуе. Обвив его шею руками, Кассандра ответила на поцелуй с такой страстью и желанием, что Джулиан ощутил себя настоящим победителем. Он чмокнул ее в нос.

– Я люблю тебя.

Покрыл поцелуями веки.

– Я тебя люблю.

Щеки, подбородок и уши Касс тоже не остались без внимания.

– Люблю тебя. Люблю. Люблю.

Касс зарылась пальцами в волосы любимого.

– Я тоже люблю тебя, Джулиан, – едва слышно прошептала она.

Губы Джулиана коснулись ее подбородка, скользнули по шее вниз и нашли сосок. Язык Свифта принялся ласкать тугую бусину, и Касс, выгнувшись, застонала.

– Тише, дорогая, – прошептал Джулиан. – Ты божественна. Ты – само совершенство, Кэсси. Я всегда знал, что все будет именно так.

– Джулиан, прошу тебя, – шепотом взмолилась Касс.

– Подожди, дорогая. Я хочу, чтобы это было незабываемо.

Кончиками пальцев Джулиан сжал сосок Касс, в то время как другой подвергся сладкой пытке языком. А потом груди Касс поменялись местами, и теперь язык Джулиана мучительно нежно и медленно ласкал другой темный ореол.

Голова Касс раскачивалась из стороны в сторону, ее глаза были плотно закрыты, а зубы стиснуты. Она мечтала об этом моменте. Так долго мечтала! И вот теперь все ее мечты сбывались. А губы Джулиана продолжали тем временем прокладывать чувственный путь вниз по животу Касс, прикусывая кожу и покрывая ее легкими, точно касание перышка, поцелуями. Загрубевшие подушечки пальцев руки прошлись по талии Касс, в то время как другая скользнула меж ее бедер. Джулиан погладил Касс в том самом месте, где сосредоточился весь влажный огонь ее желания.

– Шшш, – выдохнул Джулиан, и его дыхание обожгло кожу Касс, а сильные руки обхватили ее ягодицы.

Когда же губы Джулиана оказались там, внизу, Касс разом лишилась способности дышать. Джулиан целовал и ласкал ее лоно, предъявляя на него свои права. Касс тихонько захныкала, вцепившись в волосы Джулиана. Она и представить себе не могла ничего подобного и все же не хотела, чтобы это закончилось.

Язык Джулиана принялся описывать чувственные горячие круги вокруг средоточия страсти Касс, и восхитительное ощущение едва не лишило ее рассудка. Дыхание тяжело и прерывисто вырывалось из ее груди. Джулиан провел пальцем по внутренней поверхности бедра Кассандры и погрузился в горячие влажные глубины. Касс закричала и посмотрела сквозь пелену горячечного тумана на любимого.

– Джулиан, – прошептала она.

Ответом послужила довольная улыбка. А потом Джулиан вновь принялся ласкать Касс. И уже скоро ей начало казаться, что она просто взорвется от переполнявшего ее желания освобождения. Джулиан в последний раз коснулся языком чувственного бугорка и легонько шлепнул по нему. На этот раз Касс со стоном выкрикнула имя любимого и содрогнулась всем телом.

Тяжело дыша, Джулиан приподнялся и заключил Касс в объятия. Она испытала чувство освобождения, и это было важно, ведь уже совсем скоро он причинит ей боль. Джулиан некоторое время просто прижимал к себе любимую, упиваясь ее вкусом, оставшимся на его губах и руках.

– Касс, ты знаешь?..

Она уткнулась в его плечо.

– Да. Люси рассказала мне кое-что.

Джулиан улыбнулся.

– Что ж, хорошо. Постараюсь не причинить тебе…

Касс посмотрела на любимого.

– Не волнуйся, Джулиан. Я хочу, чтобы ты сделал меня своей во всех смыслах.

С этими словами Касс обняла Джулиана за шею и крепко его поцеловала. Все тело Свифта ныло от желания, но нужно действовать неторопливо.

– Я люблю тебя, Кэсси, – прошептал он, поудобнее устраиваясь меж ее бедер.

– Я так долго мечтала об этом, – пробормотала Касс в ответ.

Когда Джулиан всего на несколько дюймов подался вперед, на его лбу выступил пот. Касс была такой тугой. Такой тугой, влажной и горячей. О, господи… Джулиан стиснул зубы. Промедление было подобно смерти.

Застонав, Касс обхватила ладонями его лицо.

– Ты такой красивый. Такой красивый, благородный и…

– Господи, Кэсси, не надо, – простонал Джулиан сквозь стиснутые зубы.

– Я хочу тебя, – прошептала Кассандра. – Так сильно хочу, что просто не могу сдержаться. Я…

Касс охнула. Джулиан вошел в нее до самого основания, но отразившаяся на лице Кассандры боль заставила его остановиться и поцеловать ее щеки, лоб и виски.

– Прости, – пробормотал он.

– Не останавливайся. Со мной все в порядке, – прошептала в ответ Касс. Гримаса боли на ее лице сменилась улыбкой. – Я так долго этого хотела.

Джулиан закрыл глаза. Упершись руками в подушку, он отстранился, а потом снова подался вперед. С каждым движением он ощущал себя все более живым. С каждым покачиванием бедер его сердце наполняла все более сильная любовь. С каждым ударом сердца Касс он убеждался, что поступает правильно. Эта женщина – его судьба, его прошлое и будущее. Ради этого он жил. Чтобы вернуться домой и быть любимым ею. Просто до сего момента он не знал об этом.

Джулиан открыл глаза и уткнулся лбом в лоб Касс, не прекращая размеренных движений. Он хотел потянуть время, хотел позволить Касс вновь испытать удовольствие. Но не смог. Ни с чем не сравнимое ощущение шелковистого лона Касс, туго обхватывающего его плоть, вызывало в Джулиане желание рассыпаться на мириады осколков.

– Джулиан, я люблю тебя! – выкрикнула Касс, прежде чем растущее в его теле напряжение нашло выход, заставив Джулиана обессиленно придавить ее к матрасу.

Покрыв волосы Касс поцелуями, он крепко прижал ее к себе.

Спустя несколько мгновений Джулиан перекатился на бок, увлекая Касс за собой.

– Я больше никогда тебя не отпущу.

Касс поудобнее устроилась возле любимого и поцеловала его в плечо.

– Я тоже никогда больше тебя не отпущу. Но что заставило тебя передумать?

– Я ответил на этот вопрос в доме твоих родителей. Я думал, что ты любишь другого мужчину. Так сказал мне Хант.

– Но ты тоже сказал мне… когда я притворялась Пэйшенс… ты тоже сказал мне, что влюблен в другую женщину.

Джулиан наклонил голову и поцеловал Касс в кончик носа.

– Да. В тебя.

Касс приподнялась на локте.

– Ты хочешь сказать, что любил меня? Кассандру?

Кивнув, Джулиан поцеловал ее в плечо.

– Да. Я всегда любил тебя, Кэсси. Всегда. Мне кажется, я знал это уже тогда, на твоем шестнадцатом дне рождения. Но после всех твоих писем я убедился в своих чувствах.

Касс легла на бок и обняла Джулиана за шею.

– Я просто разрывалась. Была уверена, что мне никогда не стать твоей. Ведь это было бы предательством по отношению к тебе и к Пен. К двум людям, которых я любила.

– Представляю, как трудно тебе было. Поэтому ты так и не отправила то письмо?

Касс глубоко вздохнула.

– Да. Я чувствовала, что поступлю несправедливо по отношению к тебе и к Пен. Но только до тех пор, пока ты не приехал в Лондон. Тогда я узнала, что Пенелопа не хочет тебя видеть. Но я все равно не знала, что чувствуешь ты. Ведь в письмах мы никогда не говорили о Пен.

Джулиан кивнул.

– Я бы этого не вынес. Кроме того, нам и так было о чем поговорить, верно? Я вернулся домой с намерением сообщить Пенелопе, что мы не можем пожениться. Но для этого была еще одна причина…

Тон, каким Джулиан произнес эти слова, напугал Касс.

– Что это за причина, Джулиан?

Джулиан взял ее руки в свои и заглянул Кассандре в глаза.

– Правда в том, что я собирался вновь начать работать на военное министерство. Хотел отправиться на континент, чтобы найти Рейфа и Дональда, даже если бы мне пришлось остаться там навсегда.

– Не понимаю. Ты хотел сбежать?

– Не сбежать, Кэсси. Умереть.

Касс испуганно охнула.

– Умереть?

– Да. Я чувствовал себя виноватым из-за того, что выжил. Ведь я должен был погибнуть в бою. И это действительно чуть не случилось.

– О, Джулиан. Нет.

Джулиан кивнул.

– Да. Вообще-то это было последнее желание моего отца.

Касс покачала головой.

– О чем ты?

– Семь лет назад он сказал, что я должен погибнуть в бою. Отец ждал этого от меня.

– Господи, какой ужас. Он не должен был так говорить.

Джулиан посмотрел на любимую.

– Он думал, что я никогда ему не понадоблюсь.

Слезы заструились по щекам Касс.

– Я так счастлива, что ты выжил, Джулиан. Так счастлива. Я молилась за тебя каждый день.

Джулиан крепко прижал ее к себе.

– Знаю, Кэсси. Знаю. Неужели ты не понимаешь? Ты спасла меня. Твоя любовь. Твои письма. Я сейчас здесь благодаря тебе.

– Я не могу представить жизни без тебя. – Касс крепче сжала плечи Джулиана. – О, Джулиан. Я даже боюсь представить, что бы случилось, если б Люси не принесла тебе мое письмо.

– Честно говоря, я едва его не потерял.

– То есть как?

Джулиан нежно погладил плечо Касс.

– Некоторое время оно лежало на диване, спрятанное под подушками. Я… э… был не в себе.

Касс непонимающе посмотрела на Джулиана.

– Не в себе?

– Пьян.

Касс рассмеялась.

– Ты? Правда?

– Да. А чего ты ожидала? Я ведь думал, что ты собираешься замуж за Апплтона.

Глаза Касс округлились от удивления.

– Я никогда не собиралась замуж за Апплтона. Я не люблю его, а он не любит меня, чтобы там ни думала Люси. Он сам мне сказал.

– В самом деле?

– Господи, далеко не все мужчины считают меня неотразимой.

– Апплтону повезло. Мне бы ужасно не хотелось его бить.

Касс покачала головой.

– Стало быть, ему ничто не угрожает. К тому же Дафна сказала тебе, что я собираюсь уйти в монастырь.

Джулиан приподнялся на локте и посмотрел на Касс.

– Ничего более нелепого в жизни своей не слышал.

Касс пожала плечами.

– Я просто хотела, чтобы мать поняла: меня нельзя продать, как какую-то вещь. Хотела лишить ее власти надо мной. Хотела самостоятельно управлять собственной жизнью.

Джулиан поцеловал любимую.

– У твоей матери больше не будет возможности указывать тебе, что делать.

Касс закрыла глаза и вздохнула.

– Слава богу.

– А что касается Дафны, то я, кажется, заключил с ней сделку. Она согласилась рассказать о твоих планах в обмен на мое согласие принять ее сторону, когда ей это понадобится.

Касс вскинула брови.

– Ты уверен, что это разумно, Джулиан? С Дафной никогда не знаешь, что она вытворит в следующий момент.

Смех Джулиана эхом отразился от стен.

– Думаешь, мне это неизвестно? А на твой вопрос отвечу: нет, это в высшей степени неразумно. Мое согласие говорит лишь о том, как отчаянно я хотел тебя разыскать. – Джулиан перекатился на спину, увлекая Касс за собой, и накрыл ее губы своими.

Однако через несколько минут Касс отстранилась и посмотрела на любимого.

– Джулиан, могу я спросить тебя кое о чем?

– О чем угодно, любовь моя. – Джулиан притянул Касс к себе и зарылся лицом в ее волосы.

– Ты сказал, что Дональд уехал на континент… по делам. Значит ли это… – Касс отвела глаза, – значит ли это, что он…

– Боюсь, Дональд занимался чем-то очень и очень опасным. Завтра возвращается Хант. Вот тогда, боюсь, мы и узнаем все подробности.

– Ты думаешь, что Дональд и капитан Кавендиш?.. – Касс сглотнула. – Ты думаешь, что они могут быть… мертвы?

– Я очень этого боюсь. И даже перестал надеяться, что увижу брата живым. Только теперь я понимаю, что с твоей любовью смогу стать графом, если мне придется принять титул. Я смогу все, что угодно, если ты будешь рядом.

Глава 46

На следующее утро на пороге дома Дональда ни свет ни заря появился Оуэн Монро. Джулиан этому совсем не удивился. Накануне Свифту удалось незаметно вернуть Касс в дом родителей, но он знал, что расплата не заставит себя ждать. Оставалось только надеяться, что вся эта история не закончится дуэлью, потому что Джулиану ужасно не хотелось убивать брата Касс.

Скорее всего, Оуэн, леди и лорд Морланд решили поступить разумно. Скандал им был не нужен. Ведь если слуги начнут болтать, придется согласиться на брак дочери. Так что в их интересах было как можно скорее объявить о помолвке и начать планировать свадьбу.

– К вам мистер Оуэн Монро, милорд, – высокомерно объявил Пенгри с порога столовой.

Однако Джулиан даже не оторвал взгляда от газеты.

– Он вооружен, Пенгри?

– Милорд? – в голосе дворецкого послышалось удивление.

– Вы видели у него в руках пистолет? Или что-то большое в кармане плаща?

– Милорд, я…

Джулиан улыбнулся.

– Забудьте, Пенгри. Просите его.

Джулиан сложил газету как раз вовремя, чтобы успеть разглядеть озадаченное выражение на лице дворецкого.

Пенгри вернулся минуту спустя.

– Мистер Оуэн Монро, – объявил он.

Оуэн быстрым шагом вошел в столовую. Джулиан оглядел его с головы до ног. Никаких признаков того, что он вооружен. Что ж, начало неплохое. Хм… Но Монро – мужчина довольно внушительных размеров. Джулиан даже забыл, какой он высокий и мощный. К счастью, Джулиан прекрасно владел пистолетом, но не хотелось бы, чтобы Монро вызвал его на дуэль. Тогда брату Касс точно костей не собрать. Может, Джулиану удастся уговорить Оуэна посоревноваться в отжиманиях от пола?

– Не хочешь яиц с гренками, Монро? – с дьявольской улыбкой на лице предложил Джулиан. Он бросил газету на стол перед собой.

– Нет, благодарю, – вполне миролюбиво ответил Оуэн.

– Присядешь или бросишься на меня с кулаками прямо сейчас?

Монро схватил стоящий рядом стул, сел на него задом наперед, словно в седло, и положил руки на спинку.

– То, что я пришел сказать, очень просто.

– Я слушаю. – Джулиан поставил локти на стол и положил подбородок на руки.

Монро посмотрел ему в глаза.

– Ты женишься на моей сестре, или я тебя убью.

Не удержавшись, Джулиан рассмеялся.

– И это все?

– Это так смешно? – в голосе Монро послышались угрожающие нотки.

– Нет. Вовсе нет. Просто я как раз и собирался сделать это. Я намерен жениться на ней как можно скорее. Потому что мы любим друг друга.

– Хорошо. Рад это слышать. Тебе наверняка известно, что наши родители против этого брака, но я их уговорил. И, мне кажется, они сумели разглядеть в этом браке выгоду.

– Я не нравлюсь твоим родителям, потому что являюсь лишь вторым сыном. Но мне плевать на их мнение.

– Мне тоже. Я разговаривал с Касс, прежде чем приехать сюда. Она сказала, что любит тебя. И мне этого вполне достаточно. Мы с тобой всегда были друзьями. Я до сих пор не могу понять, что именно произошло в Суррее, но подозреваю, что все это – дело рук Люси Апплтон… вернее, Хант. Мне пришлось принять участие в ее нелепой затее лишь потому, что я проиграл Апплтону в карты.

Джулиан рассмеялся снова.

– Ты проиграл в карты? Только поэтому?

– К сожалению, – кивнул Монро.

– Она снискала себе славу возмутительницы спокойствия, эта герцогиня, верно? – спросил Джулиан.

– Ты не знаешь и половины того, что она собой представляет. Жаль, ты не видел ее в детстве. Настоящая девчонка-сорванец. Но Касс всегда питала к ней привязанность, а друзья Касс…

– Я понял. – Джулиан отер салфеткой рот. – Знаешь, Касс рассказала, что вы с ней были не слишком близки. Так почему ты сейчас пришел ко мне защищать ее честь?

– Может, в детстве мы и не были слишком близки, я ведь на восемь лет старше, но она моя сестра и я люблю ее. Я убью любого, кто причинит ей боль.

Джулиан понимающе кивнул.

– То же самое я чувствую по отношению к своей сестре.

– Стало быть, по рукам. Вы с Касс сыграете свадьбу, мои родители хоть и с неохотой, но одобрят этот союз, и мы станем одной большой счастливой семьей.

– Одной большой счастливой семьей? Ну, не знаю, Монро. – Джулиан широко улыбнулся.

Оуэн улыбнулся в ответ.

– Передай-ка мне яйца, будущий зять.

Глава 47

Вечером того же дня в дом Дональда приехал Дерек. Его сопровождал брат Колин.

Джулиан увидел их в окно, и его желудок болезненно сжался. Наверное, ему стоило настоять, чтобы мать и Дафна остались в городе. Они тоже должны были это услышать. И все же Джулиан был отчасти рад, что услышит дурные новости первым. Матери и сестре он сообщит их позже.

Когда в кабинет вошел Пенгри, чтобы сообщить о визите братьев Хант, Джулиан набрал полную грудь воздуха.

Дерек и Колин вошли в кабинет пару минут спустя. Оба невесело пожали Джулиану руку.

Колин опустился на диван, а Дерек остался стоять. Джулиан отошел к окну, и герцог принялся расхаживать перед камином, заложив руки за спину.

– Как ты, наверное, уже догадался, Свифт, у нас есть новости.

Колин не сводил взгляда с ковра.

Джулиан приготовился слушать, положив руку на спинку кресла.

– Мы нашли их, – выдохнул Дерек.

Сердце Джулиана упало. Хант не произнес слово, которое он надеялся услышать. Он не произнес слово «живыми».

– Рейфа били и пытали. Мы отвезли его к доктору в Брайтоне. Он выкарабкается, но пока плох. – Хант осторожно посмотрел на друга. – Очень плох.

Джулиан кивнул.

– Я понял. А Дональд?

Дерек покачал головой.

– Рейф рассказал нам, что Дональд выдал себя случайно. Именно поэтому их схватили. Кавендиш сделал все, чтобы спасти его. – Хант остановился, а потом подошел к другу и сжал его плечо. – Он умер, Джулиан.

Джулиан опустил голову. Он уже давно чувствовал это сердцем, и все же произнесенное вслух слово упало на него тяжелым камнем. Умер.

Джулиан взглянул на Дерека.

– Ты уверен?

Дерек кивнул.

– Да. Мы привезли его тело. Чтобы мать, Дафна и ты попрощались с ним. – Он убрал руку с плеча Джулиана.

– Спасибо тебе, Хант, – произнес Джулиан. – Мама будет очень тебе благодарна. Как и я.

Хант еле заметно склонил голову.

– Это меньшее, что я мог сделать.

Колин стиснул зубы.

– Мне чертовски жаль, Свифт.

– Мне тоже, – произнес Дерек. Он сунул руку в нагрудный карман и достал оттуда конверт. – Это для тебя. От Дональда. Он оставил это письмо одному из клерков в военном министерстве на случай… своей смерти.

Джулиан смотрел на письмо невидящими глазами, а потом медленно взял его из рук Дерека и отошел к окну. Глядя на улицу, он сломал печать и начал читать.

«Джулиан, если ты читаешь это письмо, значит, я мертв, а ты жив и, без сомнения, задаешься множеством вопросов. Военное министерство искало добровольца. Оно попросило парламент подыскать кого-нибудь, кто согласился бы поехать во Францию. Хочу, чтобы ты знал: я колебался. В конце концов я граф без наследников, единственный брат которого ушел на войну. Но я чувствовал, братишка, что все будет хорошо. Знал, что ты выживешь. Не спрашивай меня, откуда. Просто знал и все. Ты всегда преодолевал трудности, и я не сомневался, что преодолеешь и эту.

Ты должен знать кое-что. Это очень важно для меня, поэтому я и решил написать письмо. Я всегда восхищался тобой, Джулиан. Я знаю, ты смотрел на меня и хотел быть таким, как я. Но правда состоит в том, что это я всегда хотел быть похожим на тебя. Ты ушел на войну, сражался, едва не погиб. Ты проявил невероятную отвагу и силу духа. У меня этих качеств никогда не было. Думаю, отец всегда это знал. Не слишком опасно неделю за неделей заседать в палате лордов. Ну, разве что в августе, когда вонь с Темзы становится непереносимой. Так что, когда понадобился доброволец, я колебался, но в конце концов понял, что просто обязан им стать. Я – сын своего отца, но и твой брат тоже. Надеюсь, корона гордится мной, но что еще более важно – мною гордишься ты, Джулиан. Я мог потратить целую жизнь на то, чтобы стать достойным обладателем титула, только гордиться тут нечем. Обстоятельства рождения не выбирают, а вот быть ли ему смелым и отважным, человек решает сам. Титулу повезло, что носить его будет такой сильный человек, как ты. И я очень этому рад. Сожалею я лишь о том, что не смогу больше пожать руку мужчине, коим ты стал.

Передай маме и Дафне, что я очень их люблю. А тебе я советую жениться на леди Кассандре Монро и как можно скорее позаботиться вместе с нею о наследниках.

Всегда твой, Дональд».

Джулиан глубоко вздохнул. Брат им восхищался? Он этого не знал. Черт возьми, если бы Дональд был сейчас здесь, он сам бы сказал ему об этом. Джулиан повернулся к друзьям, отчаянно борясь с обжигающими глаза слезами.

– Ты понимаешь, что это значит? – тихо спросил Дерек.

Джулиан еще раз глубоко вдохнул.

– Теперь я граф Свифтон.

Глава 48

Месяц спустя

Касс, Джулиан, Люси, Дерек, Джейн и Гаррет сидели в голубой гостиной особняка графа Свифтона. Теперь он принадлежал Джулиану. Он все еще ждал, пока его титул будет официально подтвержден в парламенте, но уже исполнял обязанности графа. Все это было волнующе и вместе с тем горько.

Похороны Дональда проходили на государственном уровне. Большинство представителей высшего света даже вернулось в Лондон из своих загородных домов. На похоронах присутствовал Веллингтон и сам принц-регент.

Дафна и ее мать были вне себя от горя, но в конце концов немного успокоились от сознания того, что капитан Кавендиш все же остался жив. Молодой человек пребывал в страшной депрессии из-за того, что не сумел спасти Дональда. Касс старалась сделать все от себя зависящее, чтобы хоть как-то успокоить членов семьи Свифт, но в конце концов поняла, что ничем не в силах помочь. Им было необходимо время, чтобы оплакать свою потерю.

Сидевшие на диване женщины молчали. Гаррет и Джулиан настороженно переглядывались, расхаживая по ковру, подобно запертым в клетках тиграм.

– Ради всего святого. Вам двоим не кажется, что пора уже помириться? – спросила Кассандра.

– А-а, наш обет молчания все еще в силе, Апплтон? О господи, я бы дорого отдала за то, чтобы вы снова начали со мной разговаривать, – заметила Джейн.

Бросив на мисс Лаундз испепеляющий взгляд, Гаррет развернулся к Джулиану.

– Спасибо, что приехали на похороны, – мрачно поблагодарил Апплтона Джулиан.

– Мне безумно жаль Дональда, Свифт. Он был хорошим человеком, – ответил Апплтон.

Джулиан кивнул, и друзья, обнявшись, похлопали друг друга по спине.

Касс вздохнула.

– О, слава богу. Все наладилось.

– Наладится. Но лишь только после того, как Апплтон поддержит в парламенте мой новый законопроект. Дерек уже согласился. Это будет мой первый серьезный шаг в роли графа.

– Уже составляете законопроект? – переспросил Гаррет.

– Да. В поддержку получивших увечья ветеранов. Полагаю, вы не будете против.

Гаррет кивнул, и его голос зазвучал серьезно.

– Только скажите, что вам нужно, и я все сделаю.

– Прекрасно, – подала голос Кассандра. – Спасибо, Гаррет.

Джулиан что-то проворчал, всем своим видом показывая, что ему нет никакого дела до того, что его невеста называет другого мужчину по имени.

Неловкий момент сгладил Дерек. Он подошел к Люси, заключил жену в объятия и посмотрел на Джулиана.

– Мне стоило понять, что нужно как можно скорее вернуться в Лондон, когда ты написал о леди Уортинг и ее подруге Пэйшенс. Едва ты упомянул, что леди Уортинг весьма привлекательна, весела и обладает удивительными глазами разного цвета, я понял, что моя жена снова что-то задумала. Совпадений быть не могло. Их просто не бывает, если в деле замешана Люси.

Выпятив губы, Люси с совершенно невинным видом захлопала ресницами.

– По крайней мере, он назвал меня привлекательной. Не знаю, как бы вы стали общаться, если б он сказал, что я уродлива.

Все присутствующие дружно рассмеялись.

– Я сказал матери, что ее желание исполнится, – обратился Джулиан к Касс, поднимая ее с дивана и прижимая к себе.

– И что же это за желание? – с улыбкой поинтересовалась Касс.

– Устроить мою свадьбу весной, – с улыбкой ответил Джулиан.

– И никаких скромных обедов в присутствии небольшого количества близких друзей. Мероприятие будет грандиозным.

– Мы можем подождать, – ответила Касс.

– Нет, не можем, – возразил Джулиан. – Мы поженимся, как только закончится шестимесячный период траура. Жизнь слишком дорога и быстротечна. Этот урок я хорошо усвоил.

– Я выйду за тебя замуж, когда только пожелаешь, – со смехом ответила Касс.

– Должен сказать, мне будет очень трудно сдерживать себя в твоем присутствии, – прошептал Джулиан на ухо любимой.

Прильнув к нему, Касс прошептала в ответ:

– Мне остается лишь надеяться, что маленький граф появится не раньше, чем через девять месяцев после свадьбы.

Джулиан широко улыбнулся.

– Как твоя мама? – спросила Касс.

Графиня удалилась в свою спальню. Ее примеру последовала и Дафна.

– Как и ожидалось, – ответил Джулиан. – Но подготовка к свадьбе сделает ее немного счастливее. Как и Дафну.

– Бедняжка Дафна была безутешна, – произнесла Касс.

– Она любила Дональда. И настояла на том, чтобы ей позволили повидать Рейфа. Ему уже лучше, но пройдет еще много времени, прежде чем он окончательно поправится.

– Мне не терпится увидеть его, – сказала Касс.

Подошедшая к влюбленным Люси обняла подругу.

– Я рада, что ты простила меня, дорогая.

– А разве у меня был выбор? – со смехом произнесла Касс, обнимая подругу в ответ. – К тому же ты искупила свою вину.

– Да. Отдав Джулиану письмо.

– Какое письмо? – подала голос Джейн со своего места.

– Письмо, которое я написала, думая, что Джулиан умирает, – ответила Касс. – В котором я признавалась ему в любви.

– Это я заставила Касс его написать, – пояснила Люси. – И ужасно горжусь собой.

– Вы и должны гордиться, – добавил Джулиан. – Я безмерно вам благодарен. Потому что это действительно все изменило.

– А я просто радуюсь, что у тебя все получилось с капитаном Свифтом… вернее, с лордом Свифтоном, – обратилась к Кассандре Джейн.

– Ты плачешь, Джейн? – спросила Касс.

– Нет. – Джейн закрыла книгой лицо.

– Твои глаза как-то подозрительно блестят.

– Замолчи! – отрезала Джейн.

Люси улыбнулась и переключила свое внимание на Касс.

– Я не хотела причинить тебе боль.

Касс кивнула.

– Знаю. А мне не стоило обвинять во всем тебя. Потому что в случившемся есть и моя доля вины.

– Нет. Во всем виновата только я, – заупрямилась Люси. – Ведь это мне пришел в голову этот нелепый план.

– Который в некотором роде сработал, – заметила Джейн.

– Сработал. Но не сразу, – возразила Касс.

– Да. Не сразу, – согласилась Джейн. – Но так можно сказать обо всех планах Люси.

– О, Касс! Я обещаю, обещаю, обещаю никогда больше не втягивать тебя ни во что подобное! – воскликнула Люси.

– А мне ты можешь пообещать то же самое? – с надеждой поинтересовалась Джейн, убирая книгу от лица.

– Не может быть и речи, – ответила Люси. – Кто знает, что я могу придумать, если мне вдруг придет в голову устроить твою судьбу, Дженни?

Джейн округлила глаза.

– Только пусть этот будет не слишком нелепо.

– Все сделаю надлежащим образом, – был ответ.

Дерек положил руку на плечо жены.

– Надеюсь, с твоими проделками покончено, Люси. Думаю, больше никто из нас просто не выдержит.

Люси исподтишка улыбнулась Джейн.

– Ну, конечно. Только вот устроим судьбу Дженни, а потом…

Гаррет едва не подавился бренди.

– Мисс Лаундз выходит замуж?

Джейн округлила глаза.

– Ну, конечно, нет, глупый. Люси обещала помочь мне остановить попытки матери выдать меня замуж.

Гаррет вздохнул.

– Полагаю, я должен испытывать благодарность от того, что вы наделили меня всего лишь эпитетом «глупый». Приятно видеть, что вы снова стали язвительной особой, мисс Лаундз. – Гаррет натянуто улыбнулся.

Вздернув подбородок, Джейн так же натянуто улыбнулась в ответ.

– Рада, что доставила вам удовольствие, Апплтон.

Люси всплеснула руками.

– Теперь, когда траурная церемония позади, мы должны помочь Касс подготовиться к свадьбе. А потом возьмемся за Джейн.

– А для этого потребуется какой-то план? – поинтересовался Дерек.

– Необязательно, – невинно захлопала ресницами Люси.

Дерек еле слышно застонал.

– Только вот не вмешивайте в это меня, – произнес Гаррет. – В последний раз Оуэн чуть меня не поколотил.

– Ничего не могу гарантировать, – рассмеялась Люси. – Чтобы осуществить некоторые планы, необходима помощь друзей. И у них это неплохо получается.

– Вовсе нет, если все заканчивается скандалом, – возразил Гаррет.

– Неправда, – не согласилась Люси, вздернув нос. – Чем скандальнее, тем лучше. Вот почему необходимо время от времени вести себя скандально.

– Прекрасно. Я бы согласилась принять монашеский сан, но не думаю, что сестры одобрят литературу, которую я читаю. Но ведь Библия так скучна. – Джейн покачала головой и передернула плечами.

Все дружно рассмеялись, а потом Джейн спросила:

– А ты слышала что-нибудь о Пенелопе, Касс?

– Я слышала лишь то, что она сбежала в Гретна-Грин с мистером Седжвиком.

– Кто такой мистер Седжвик? – спросила Люси.

– Понятия не имею, – ответила Касс. – Полагаю, мы познакомимся с ним, когда они вернутся.

– Ее родители вне себя? – поинтересовалась Люси.

– Именно. – Касс облокотилась о Джулиана и глубоко вздохнула: – Наверное, мы должны быть благодарны моим родителям за то, что они наконец смирились с нашим браком, дорогой.

– У них не было выбора, – ответил Джулиан.

– Вы шутите? Они смирились, потому что вы теперь граф, Джулиан, – выпалила Джейн, прежде чем прикрыть рот рукой. Она смущенно откашлялась. – Простите мне мою дерзость.

– Но ведь так и есть, – усмехнулся Джулиан.

– Ужасно неприятно, – сказала Касс, – что они получили свое в результате такого печального события. – Она покачала головой.

Люси постучала пальцем по щеке.

– Неважно, дорогая. Скоро ты станешь графиней. Случайно или нет.

Джулиан притянул Касс к себе и накрыл ее губы своими.

– А мне это нравится. Очень. Ты моя единственная любовь. Моя графиня поневоле.

Content

Валери Боумен
Милая обманщица

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48