Паула Роу

Обитель искушений

Paula Roe

BED OF LIES

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A. Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

© 2012 by Paula Roe

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

* * *

Глава 1

Началось.

Сердце Бет Джонс бешено колотилось. Она ухватилась за край раковины, выглядывая из окна на утопавший в зелени сад перед домом, и посмотрела прямо в лицо надвигающейся беды, безупречно одетой и гладко выбритой.

На ее подъездной дорожке припарковался спортивный автомобиль, из которого вышел высокий широкоплечий мужчина. Судя по мрачному выражению лица и по тому, с какой силой он захлопнул дверцу авто, ее незваный гость определенно нервничал.

Бет сглотнула и, убрав непослушную прядь волос, упавшую ей на глаза, продолжила наблюдать за незнакомцем.

Он остановился у почтового ящика, глянул на листочек, который держал в руках, и еще больше нахмурился. Небольшая заминка позволила Бет получше рассмотреть его идеальную стрижку, широкие плечи и длинные ноги. Челюсти мужчины были плотно сжаты.

Он выглядел просто шикарно и казался очень самоуверенным. Похоже, один из этих альфа-самцов, которые стоят миллиард долларов и машинально вызывают уважение окружающих.

Значит, он не репортер. Может, крутой бизнесмен? Юрист? Банкир?

Бет шумно вздохнула. Скорее всего, последний вариант.

Кажется, ее банк решил не ограничиваться телефонными звонками и переходит к прямым угрозам. А всему причиной – исчезнувшие с ее счета полмиллиона долларов.

Беда никогда не приходит одна. Сначала у нее спустило колесо этим утром, потом куда-то исчез один из ее сотрудников, а третья беда вот-вот постучит к ней в дверь.

Люка де Росси мучила головная боль, которая настигла его сразу же после визита в адвокатскую контору в Брисбене. Люк мчался на юг, по направлению к Золотому побережью, и кипел от ярости. Он представлял, какую шумиху поднимут газетчики и напишут, что Счастливчик Люк получил в наследство дом дядюшки-гангстера. Журналисты погубят его репутацию, воткнув ему в спину еще один нож, и он потеряет все, чего добивался на протяжении всей своей жизни.

Люк никогда не был близок со своим дядей Джино, но тот знал, как сильно дорожил своей карьерой его племянник. Так о чем он думал, черт подери, когда завещал Люку дом, который может подорвать его репутацию?

Наконец Люк подъехал к старинному двухэтажному особняку в колониальном стиле. На почтовом ящике виднелась цифра 13. Очень символично.

Люк посмотрел на дом, утопающий в буйной зелени. На какой-то миг ему показалось, что он сейчас увидит во дворе собаку и детишек, играющих на крылечке дома. Но там никого не было, и только на отполированных деревянных досках стояло кресло-качалка, приглашая Люка присесть и отдохнуть. Несмотря на то что дом находился в таком потрясающем месте, он не производил особого впечатления. Совсем не похоже на дядю. И почему из всей своей недвижимости Джино решил оставить Люку именно это поместье?

Люк выскочил из адвокатской конторы слишком рассерженным, чтобы выслушивать какие-либо объяснения. Он боялся, что может вспылить еще больше и сделать что-нибудь такое, о чем позже придется пожалеть. Люк пришел в негодование, стоило ему прочитать две первые строчки из завещания Джино.

«Люк, послушай меня. Тебе нужно помириться с семьей».

Совет директоров в частном порядке посоветовал Люку держаться подальше от всего, что связывало его с кошмарным Джино Корелли. Публично его временная отставка прозвучала как «временный отпуск по семейным обстоятельствам».

Но он последовал какому-то безумному порыву и все-таки приехал сюда.

«Тебе следует все исправить».

Люк шумно вдохнул. Джино умер из-за него. Какое-то время Люку удавалось избегать чувства вины, с головой уходя в работу, но не мог же он прятаться вечно.

«Все исправить». Люк тихо выругался. Ему хватит недели, чтобы уладить дела с домом и выставить его на продажу. Полученные деньги он передаст тете Розе, и его жизнь вернется в привычное русло, где вскоре его ждало повышение в должности.

Неделя. Может, дней десять, не больше. Потом свобода. Все просто.

Не обращая внимания на звонивший телефон, Люк сделал еще один шаг по направлению к дому и с удивлением заметил припаркованный у крыльца красный автомобиль.

За сам дом вряд ли можно было бы выручить много денег, но он находился в зоне самых фешенебельных австралийских курортов, и за него могли дать несколько миллионов. Люк быстро прикидывал все возможные варианты, когда ему в голову пришла неприятная мысль.

Любовное гнездышко.

Его рот наполнился горечью. Нет. Джино любил тетю Розу. Они счастливо прожили вместе больше пятидесяти лет. Не может быть, чтобы он…

Но почему в таком случае Джино не завещал этот дом своей жене? Почему выбрал Люка? Может, он хотел, чтобы тетя Роза оставалась в неведении?

Люк еще раз проверил записанный на листике бумаги адрес и подозрительно посмотрел по сторонам. Густой забор скрывал дом от посторонних глаз. У крылечка росло несколько лимонных деревьев. Лужайка прилично заросла, но цветочные клумбы были ухожены. Вокруг царила абсолютная тишина, которую нарушало только пение цикад.

Люк нервно сглотнул. Что ж, либо он прав насчет Джино, либо…

Либо его опередил кто-нибудь из газетчиков.

Люку всегда удавалось провести четкую границу между нежелательным вниманием к своей персоне и тем, что могло вызвать его одобрение.

Люк де Росси был самым молодым из членов совета директоров наиболее влиятельного в Квинсленде банка «Джексон и Блэр» и имел значительный вес в деловом мире. Но теперь в нем видели только племянника Джино Корелли, предполагаемого вора в законе.

Люди смотрели на него, словно он сам совершил какое-то преступление.

Люк посмотрел на ключ, лежащий на его ладони, и его захлестнула волна сожаления. Он никак не мог забыть обвинения, брошенного ему его двоюродным братом.

«Может быть, если бы ты предпринял что-нибудь, мой отец был бы до сих пор жив».

Если бы он только знал.

Люк с силой сжал кулак, и ключ впился в его кожу, но эта боль помогала отвлечься, пусть ненадолго, от мучительной раны в его сердце.

Он в отчаянии посмотрел на внушительную и повидавшую виды входную дверь доставшегося ему по наследству дома. Несмотря на то что она была заперта, он громко постучал. Когда он собрался постучать еще раз, дверь неожиданно отворилась, и Люк, пораженный, застыл на месте.

Перед ним стояла девушка, очень похожая на олененка Бэмби. С огромными глазами цвета зеленовато-коричневого мха и стройными ногами, которые, казалось, росли от ушей. Она была одета в выцветшую синюю майку и коротенькие шорты белого цвета. Люк провел взглядом по плавным линиям ее слегка загорелых ног с ямочками на коленях.

У него самого были очень длинные ноги, поэтому он ценил это качество в других. Лучио де Росси приподнял солнцезащитные очки и неспешно окинул взглядом фигуру незнакомки, пока не встретился взглядом с ее обладательницей. Лед, сверкавший в ее зеленых глазах, разогнал все непристойные мысли, которые начинали роиться в его голове.

Бет шагнула назад. Высокомерное выражение лица незнакомца не предвещало ничего хорошего, но его черные глаза с длинными, почти что женскими ресницами отвлекали Бет от этой мысли. Мужчина пристально, словно следователь на допросе, изучил ее и задумчиво потер подбородок.

– Вы пришли по поводу Бена Фостера? – холодно поинтересовалась Бет.

– Кого?

Он бросил взгляд поверх ее плеч, и Бет забеспокоилась. Лучше держать рот на замке, она и так слишком много сказала.

Незнакомец снова посмотрел на нее и нахмурился.

– Что вы делаете в этом доме? – с плохо скрываемой враждебностью спросил мужчина.

– Это вы что тут делаете?

Незнакомец мрачно посмотрел на Бет и проскользнул в прихожую.

Бет от неожиданности открыла рот и потрясенно посмотрела ему вслед. Ее охватила паника.

Когда она наконец пришла в себя, мужчина успел добраться до гостиной. Он раздвинул шторы и рассматривал задний двор.

– Что вы себе…

– Вы, ребята, никогда не сдаетесь, не так ли? – с вызовом бросил он. – Подумать только, устроили засаду в моем собственном доме. Сначала посмотрите на меня своими колдовскими зелеными глазами, выставив напоказ свои длинные ноги, а потом мило попросите об эксклюзивном интервью? – Незнакомец смотрел на нее так пристально, словно раздевал взглядом. – Кстати, прелестные шортики. Отвлекаете, привлекая, не так ли?

– Да как вы смеете…

– Уважаемая, у меня выдался ужасный денек, и я не хочу продолжения этого кошмара. Я и так послужил материалом для ваших новостей, но вам все мало, вам подавай сенсацию. Итак, предлагаю вам сделку: вы сейчас же уходите, и я не буду подавать на вас в суд за то, что вы вторглись в частные владения. – Бет потрясенно смотрела, как он снова выглянул в окно. – И где ваша съемочная команда? В кустах?

– Да кто вы такой и что вы о себе возомнили? – задыхаясь от ярости, спросила Бет.

Мужчина грациозно повернулся, одарив ее презрительным взглядом. Он стоял и молча смотрел на Бет, а она нервно прикидывала расстояние до кухни, где лежали острые ножи… телефон…

– Только не прикидывайтесь глупенькой, – процедил незнакомец.

Бет не успела ответить, как он полез в задний карман брюк, достал оттуда дорогой кожаный кошелек и сунул ей под нос свои водительские права.

– Люк де Росси, а вас, мисс, зовут?..

– Джонс. Бет Джонс.

В ее взгляде читалось беспокойство, но было заметно, что она не собирается сдаваться. Нет, она определенно не журналистка. И на самовольного поселенца тоже не похожа. Слишком хорошо устроилась.

Мисс Джонс пребывала в таком же замешательстве, как и Люк де Росси.

Значит, все-таки любовница.

Обычно Люку удавалось сохранять самообладание, но сейчас оно стремительно покинуло его через открытое окно гостиной.

– Послушайте, мисс Джонс. Может, мне лучше начать все сначала. Я…

– Я прекрасно знаю, кто вы такой.

Люк тяжело вздохнул и почувствовал новый приступ головной боли.

– Надеюсь, у вас есть какие-то доказательства, что этот дом принадлежит вам?

– Доказательства? Зачем?

– Уважаемая, мне бы очень хотелось, чтобы вы немного помогли мне в этом деле.

– Я живу здесь на протяжении последних трех лет и…

– Вы владеете этим домом или арендуете его?

– Что?

– Вы владелица или арендатор? – четко повторил Люк.

Бет едва сдерживалась, чтобы не нагрубить незнакомцу.

– Арендую, но…

– Мисс Джонс, мне нужна ваша помощь, – процедил мужчина. – Кто вам сдал в аренду этот дом?

– Агентство недвижимости.

– Какое?

– Я не понимаю…

– Пожалуйста, скажите название агентства.

Бет вся напряглась и молча сложила руки на груди.

Незнакомец нервно провел рукой по волосам, отчего показался каким-то… до странности беззащитным. Какой абсурд. Это он-то беззащитный? Разве можно назвать так пантеру, которая хладнокровно готовится броситься на свою добычу?

Бет смутно припоминала газетную статью о ведущих финансовых корпорациях Австралии. «Счастливчик Люк» де Росси был одним из талантливых дарований банка «Джексон и Блэр» с высоким коэффициентом интеллекта и прекрасным образованием, полученным в Гарварде. Он отличался идеальным послужным списком, идеальным отношением к клиентам и идеальной репутацией. Черт подери, Бет на самом деле восхищал его профессионализм и обязательность, хотя сама она не одобряла такой одержимости работой.

Мужчина некоторое время молча смотрел на нее, а потом его лицо вдруг исказила гримаса боли, и он с силой потер затылок. Бет машинально подумала о том, что у него слишком напряжены мышцы, возможно, болит спина и наверняка мучает головная боль.

Она смущенно заморгала. Ее незваный гость выглядел таким уставшим и измотанным, хотя пытался делать вид, что все в порядке.

Бет видела, какие муки он испытывал, но постаралась заглушить возникшее чувство жалости.

– Значит, вы арендуете это поместье, – продолжая массажировать шею, наконец сказал Люк.

– Да, – глядя ему в глаза, ответила Бет. Ее нисколько не пугал его циничный взгляд, разве только раздражал.

– И что это за агентство? У вас есть адрес? Номер телефона? – Люк снова вернулся к входной двери.

– Вы не скажете мне, что все это значит?

– Послушайте, я пытаюсь докопаться до сути дела, а вы не желаете помочь мне.

Похоже, мистер де Росси привык задавать вопросы и быть хозяином положения. Бет сухо рассмеялась, ей не раз приходилось иметь дело с подобными особами.

– Как насчет того, чтобы помочь мне и убраться из моего дома?

– Что?

– То, что слышали.

– Вашего дома? – процедил Люк. – Еще недавно он принадлежал моему дяде. – Его глаза метали молнии. – Вы состояли в связи с моим дядей?

Бет чуть не задохнулась от злости, а ее щеки заполыхали.

– Сначала вы врываетесь в мой дом, а потом обвиняете в том, что я спала с вашим дядей. Вы с ума сошли?

Люк заскрежетал зубами, его голова раскалывалась от боли.

Боже правый, эта женщина больше не была похожей на Бэмби, скорее на Годзиллу!

– Послушайте, мы не решим этот вопрос, если будем кричать друг на друга.

– Вы правы, – ответила Бет. – Мистер де Росси, я живу здесь. Если вы говорите правду, приходите с доказательствами.

Люк валился с ног от усталости и готов был пойти на преступление, чтобы принять душ и хорошенько выспаться.

Нужно поменять тактику, возможно, тогда ему удастся достучаться до мисс Джонс.

– Я уверен, мы можем договориться, – примирительно улыбнулся Люк, и девушка одарила его полным удивления взглядом. – Вы знаете, кто я такой и что я способен…

– Способны на что? – тихо спросила Бет Джонс, и Люк расплылся в улыбке, которая могла растопить любое сердце. – И о чем вы хотите договориться со мной?

Они стояли друг против друга, и Люк, опустив глаза, посмотрел на мягкие округлости ее груди. Проклятье. Он быстро перевел взгляд повыше, но его внимание отвлекли капельки пота, блестевшие на гладкой медовой коже девушки.

– Мисс Джонс, не морочьте мне голову, – устало сказал Люк и сосредоточил взгляд на дверном косяке позади ее левого уха. – Я еду из Брисбена, и, чтобы добраться сюда, мне пришлось увиливать от репортеров.

– Надеюсь, не на ворованной машине.

Люк резко повернулся, чтобы посмотреть на свой автомобиль, и Бет, положив руку ему на поясницу, со всей силы вытолкнула его за порог. Все внутри ее клокотало от злости.

Люк, спотыкаясь, вылетел за дверь. Когда он снова твердо встал на ноги, Бет успела опустить защитный экран.

– Владение имуществом почти равносильно праву на него. Доброй ночи! – крикнула Бет, глядя на потрясенного Люка, и с грохотом закрыла дверь у него перед носом.

Глава 2

Утро вторника утопало в щедрых лучах весеннего солнца.

Люк сидел в машине и смотрел оттуда через двор в окно кухни. Бет занималась своими делами, ее движения были выверенными, точными и решительными. При одной мысли о ссоре с ней его аварийная сигнализация включалась на полную громкость.

Большинство оказавшихся на его месте поняли бы намек и обратились за помощью в местную полицию.

Но Люк не был большинством.

Он позвонил адвокату Джино, и его попросили перезвонить через десять минут. Когда Люк позвонил в адвокатскую контору еще раз, секретарь извинилась и попросила еще немного подождать. Выругавшись, он положил трубку. Надо было сразу отказаться от этого наследства. Только…

Джино всегда знал, что делает, когда речь заходила о его интересах. Существовала какая-то причина, по которой Люк оказался наследником этого поместья, и он собирался выяснить ее. Даже если придется разбираться с возможной любовницей своего дяди.

Итак, у него два варианта на выбор: звонить в полицию или узнать правду самому.

Люк вздохнул. Все очень просто. В первом случае он окажется на виду, чего ему категорически не хотелось. А что касается второго варианта, тут, по крайней мере, он мог контролировать ситуацию. Необходимо только собрать как можно больше информации об этой Бет Джонс.

Не нужно было обладать дипломом по психологии, чтобы вычислить, что эта женщина не из тех, чье доверие можно заслужить с легкостью, особенно после его вчерашнего поведения. Люк нахмурился. Во время встречи с Бет Джонс он вышел из себя, чего с ним никогда раньше не случалось, но он постарается больше не терять самообладания.

Люк слегка улыбнулся. Черт подери, но она здорово его удивила. Бет оказалась сильнее, чем показалось с первого взгляда.

Он открыл дверцу, вышел из машины и вдохнул витавший в воздухе аромат лимонных деревьев. Люк подумал о том, что Бет пахла подобно лимонаду, который его тетя Роза делала жаркими воскресными вечерами… острый на поверхности, но такой сладкий, когда добираешься до сахара на дне стакана. Только сейчас не самое лучшее время думать о том, какой красивой была мисс Джонс и как от нее приятно пахло, нужно заняться делом. Люк помрачнел. Он мог поспорить на свое грядущее повышение, что за чрезмерной осмотрительностью и подозрительностью нынешней хозяйки дома, принадлежавшего его дядюшке, определенно что-то скрывалось.

– Спасибо, что позвонили в наше агентство недвижимости «Корона», – послышался тоненький голосок на другом конце провода. – Наши часы работы…

Бет вздохнула и положила трубку. Но тут телефон снова зазвонил.

– Да? – поспешно ответила Бет.

– Только не вешайте трубку. Это Люк де Росси.

– Откуда у вас мой номер телефона?

– Он указан в документах. Посмотрите в окно.

Бет выглянула в окно и увидела Люка.

– И сколько вы тут сидите?

– Пару часов. – Неужели он думал, что Бет собирается поджечь дом? Или сбежать? – Нам нужно поговорить.

Бет застыла. Ей совсем не хотелось говорить с ним. Проклятье, последние десять лет ей удавалось держать язык за зубами. Ее беззаботное существование строилось на лжи, и всяческие разговоры приведут к тому, что она снова окажется один на один со своим прошлым. Не говоря уже о возможном уголовном обвинении в краже личных данных.

По ее спине пробежал холодок. Внимание австралийских журналистов было приковано к ужасной трагедии, о которой говорила вся страна, особенно теперь, накануне ее десятилетней даты. Бет редко читала новости, но последние несколько месяцев она избегала всего – газет, телевидения, радио. Она научилась уклоняться от некоторых вопросов своих клиентов, но ей было не так-то просто отделаться от воспоминаний из прошлого.

Бет подошла к столу и налила себе чашечку кофе, пытаясь справиться с охватившей ее паникой. Никто из ее новой жизни не знал, кем она была и что сделала. Но появление Люка воскресило все ее старые страхи. Бет быстро захлопнула дверь в прошлое и сосредоточилась на настоящем.

Люк де Росси.

Ее сердце бешено заколотилось, словно заводился мотор старенького авто. В нормальной ситуации она сразу же бросилась бы на помощь этому человеку, который, казалось, был на грани нервного срыва… Но в сложившейся ситуации не было ничего нормального.

У привлекательных мужчин всегда что-то свое на уме. Как у того репортера, которому Бет доверилась, когда ей было восемнадцать. Как у тех богатых бизнесменов, женатого и холостяка, которые воспользовались ее услугами массажистки и попытались вывести на разговор.

Как у Бена, ее пропавшего бухгалтера.

После этих случаев она усвоила урок о доверии больше чем на отлично.

Бет быстро позвонила Лоре, своей помощнице, и попросила ее открыть салон, а потом пошла к входной двери с чашкой кофе в руках. Она сделала глубокий вдох и приказала себе успокоиться. В агентстве не ответили на интересующий ее вопрос, так, может быть, Люк де Росси прояснит ситуацию. Вместе с тем Бет понимала, что этот Мистер Богатство-и-Власть может сильно усложнить ей жизнь, если она начнет поднимать шумиху. С этой мыслью она открыла дверь и вышла на крыльцо.

Люк сидел на перилах. Несмотря на немного помятую рубашку и спутанные волосы, у Бет не возникало сомнений, что перед ней находится властный и уверенный в себе человек. Она посмотрела на его загорелую кожу и стальные бицепсы, выглядывавшие из-под закатанных рукавов рубашки. Его темные, как ночь, глаза неотрывно следили за каждым ее движением.

Бет подумала, что ему нужно избавиться от напряжения мышц шеи. Несколько сеансов массажа, и она смогла бы заставить эти мышцы расслабиться.

Представив, как ее руки касаются этого сгустка рвущейся наружу энергии, она вдруг внутренне затрепетала. Да что это с ней? Ведь через ее руки и раньше проходили сногсшибательные тела, и она умело разминала их, чтобы ослабить и убрать мышечную боль. Но, глядя на этого незнакомца, создавалось впечатление, что он мастерски умел контролировать эмоции. Может быть, даже слишком умело.

Бет удивилась, когда Люк протянул ей связку писем.

– Ваша почта. – Когда она забрала из его рук письма, он кивнул в сторону кресла-качалки. – А это для вас.

Бет удивленно посмотрела на букет ароматных ярко-желтых, белых и розовых гвоздик, а потом снова перевела взгляд на Люка. Он выглядел каким-то подавленным, и чувствовалось, что ему даже немного неловко.

– Вчера я вел себя непростительно грубо, – бесцеремонно заявил он. – Обычно я не делаю скоропалительных выводов, поэтому прошу прощения.

– Все в порядке. – Бет снова посмотрела на цветы.

– Я нарвал их в саду у дома в конце улицы, оставил записку и двадцать долларов. Надеюсь, их хозяин не рассердится.

Ее губы тронула едва заметная улыбка.

– Вы своровали цветы, которыми так дорожит Крейг-Брюзга?

– Ох, – смутился Люк. – С таким именем он точно будет возражать.

– Он даже может броситься на ваши поиски, – расплылась в улыбке Бет. – Кажется, Крейг – известный в нашей округе доктор.

– Тогда я скажу ему, что это был вопрос жизни и смерти, – тоже улыбнулся Люк.

Бет подумала, что он, когда не злится, на самом деле очень даже красивый. Люк обладал мускулистым телом, орлиным носом и магнетическим взглядом черных, как ночь, глаз.

Повисла неловкая пауза, пока Бет не вспомнила, что все еще держит в руках чашку с кофе.

– Прошу вас. – Она протянула ему кофе, но Люк нерешительно посмотрел на нее. – Кофе не отравлен, – сухо добавила она. – Там только молоко и нет сахара.

– Все, как я люблю, – с благодарностью взял чашку Люк. – С чего вдруг такая щедрость? Мне казалось, вы хотели, чтобы я ушел.

– Я думала, что этим утром вы заявитесь с полицией.

– Есть другие способы решать такие проблемы.

– Значит, у вас больше самообладания, чем показалось на первый взгляд.

– Сдается мне, его хватит на нас двоих.

Неужели он подтрунивает над ней? Сердце Бет учащенно забилось от его мягкого и чарующего голоса, что раздосадовало ее, но она сдержалась, чтобы не съязвить, и вкратце рассказала, что ей удалось разузнать этим утром.

Люк молча, безо всяких эмоций выслушал ее. Потом он взъерошил свои волосы и поднялся на ноги.

– Как называется агентство недвижимости? – Его взгляд был таким пронзительным, что Бет стало не по себе.

– «Корона». Я подписала договор аренды… Ну, это больше похоже на договор по сбережению имущества. Владельцы все время за границей, и я плачу минимальную аренду за то, чтобы присматривать за их домом.

– И вы живете здесь три года.

– Да.

– А до этого?

– Несколько дешевых съемных квартир. Ничего похожего на этот особняк.

Бет приложила столько усилий и потратила так много времени, чтобы сделать это место своим домом. Она привела в порядок сад. Покрасила стены. Поменяла плитку в ванной комнате. Повесила полки. И все своими собственными руками. Бет потратила на это дело несколько месяцев и приличную сумму денег, она даже хотела сделать дом своей собственностью. Он был ее убежищем от остального мира, и Бет не собиралась уступать его просто так.

– Кем вы работаете? – поинтересовался Люк.

– Массажисткой. У меня салон… – Она посмотрела на свои часы. – Который, кстати, открывается в десять.

Люк сделал глоток кофе. Выражение его лица оставалось непроницаемым.

– У вас есть адрес агентства?

– Да. А что вы собираетесь предпринять? – нахмурилась Бет.

– Кто такой Бен?

– Что? – Его вопрос застал ее врасплох.

– Ваш парень? Бывший муж?

– Нет!

– Вы подумали, что я вчера приезжал по поводу какого-то Бена.

Бет устала подозревать всех и вся, и ей вдруг захотелось довериться этому человеку.

– Бен здесь ни при чем.

– Откуда вы знаете? Он мог быть в сговоре с агентством, чтобы провернуть мошенническую сделку.

– Вы хоть понимаете, насколько нелепы ваши подозрения?

– А разве в нашей ситуации есть хоть что-нибудь нормальное? – Люк посмотрел на нее испытующим взглядом, словно пытался узнать, что она скрывает.

– Он был моим бухгалтером, – покраснев, натянуто ответила Бет. – Когда мой банк случайно перевел на мой счет чужие деньги, он взял их и сбежал.

– Сколько?

– Пятьсот тысяч долларов.

Люк изумленно присвистнул, а Бет покраснела еще больше. Она доверяла Бену, ей казалось, что она знает его достаточно хорошо, а он обманул ее.

– И вы написали заявление в полицию?

– Пока нет. Банк дает двадцать восемь дней на то, чтобы вернуть деньги. Сегодня второй день.

– Вы что, думаете, он вернет их обратно? – Бет промолчала. – Итак, у нас есть афера с недвижимостью и пропавший человек, – более мягко добавил Люк.

– У нас? Мои проблемы вас не касаются.

– И судя по всему, вы решаете их без особого труда, – насмешливо заметил он.

Бет с досадой признала его правоту. Но она не могла обратиться в полицию, потому что тогда возникнут нежелательные вопросы.

– У вас была связь с этим Фостером? – вдруг спросил Люк.

– Да что вы все время толкуете о сексе! – вспыхнула Бет. – Конечно нет! Бену всего девятнадцать лет. Он помешан на математике. Его мать была моей клиенткой, и он… Я… – Она начала запинаться под его пристальным взглядом. – Мы встречались два раза в неделю после работы, чтобы обсудить финансовые дела.

– По-вашему, его интересовал только бизнес?

– Конечно! – воскликнула Бет, но ее начали одолевать сомнения. – Конечно, – не так уверенно повторила она. – Я не понимаю, почему он обокрал меня. Почему взял то, что даже не принадлежит мне?

– Жадность – одна из основных составляющих человеческого существа. Речь идет не о том, в чем человек нуждается, а о том, чего ему хочется. Он выбирает жертву, строит с ней доверительные отношения, а потом…

– Неужели вы думаете, что я не знаю эту схему?

Люк посмотрел на превратившуюся в комок нервов Бет, и его охватила жалость.

– Может, присядете?

– Не хочу. – Она посмотрела на него с вызовом, словно он оскорбил ее.

Люк достал телефон и набрал номер.

– Дилан. Это Люк. Сделай одолжение. Мне нужна информация о Бене Фостере. Проживает по адресу… – Люк выразительно посмотрел на Бет, и та быстро назвала адрес Бена.

Она хотела вмешаться в разговор, но Люк предостерегающе поднял руку, призывая ее хранить спокойствие. Выражение ее лица стало возмущенным. Похоже, она не привыкла, чтобы ей закрывали рот. Люк завороженно смотрел, как она борется с охватившей ее злостью, которая молниями сверкала в ее глазах. На долю секунды ему показалось, что Бет вот-вот потеряет остатки самообладания.

– Понял, – ответил ему Дилан. – Когда ты хочешь получить эту информацию?

– Вчера, – пошутил Люк.

– Ладно, – рассмеялся Дилан. – Я сейчас уезжаю в Кэрнс для дачи показаний, а потом буду занят до пятницы. Могу передать это дело кому-нибудь из моих ребят…

– Нет. Я не хочу вовлекать посторонних.

– Ладно. Тогда тебе придется подождать до воскресенья.

«Целых четыре дня?» – нахмурился Люк.

– Договорились, – согласился он и повесил трубку.

– Я не просила вас о помощи! – набросилась на него Бет. – Или это в порядке вещей – вмешиваться в жизнь других людей?

– Дилан – частный детектив и может найти вашего беглеца быстрее, чем банк или полицейские, – процедил Люк. – Бет, меня не интересуют ваши секреты, – не моргнув глазом, соврал он.

– Надеюсь, так будет и впредь. – Она отвела взгляд. – Я хочу, чтобы моя личная жизнь осталась личной.

Люк сдержался, чтобы не задать очередной вопрос, потому что решил, что его собственное мнение о ее проблемах с доверием может пошатнуть их временное перемирие.

– Должностные преступления не такая уж редкость в наши дни.

– Мне от этого не легче.

Люк не стал обращать внимание на прозвучавший в ее словах сарказм и еще раз набрал адвоката своего дяди. Но удача была явно не на его стороне. После нескольких безуспешных попыток дозвониться Люк выругался и положил трубку.

– Покажите мне договор об аренде.

– Подождите здесь, – ответила Бет и направилась в дом.

– А можно еще кофе? – попросил Люк.

– Ладно, – после небольшой паузы сказала она. – Входите.

Бет остро ощущала присутствие Люка, когда собрала гвоздики и направилась с ними на кухню. Она достала из шкафчика пустую вазу, наполнила ее водой и поставила в нее цветы. Бет старалась не обращать внимания на переполнявшие ее эмоции, от которых становилось неловко.

– Можно мне взять гренку? – спросил Люк, дождавшись, когда она закончит с букетом.

Бет вздохнула. Чего еще ей ждать от сегодняшнего дня?

– Угощайтесь, – буркнула она и вышла из кухни.

Когда Бет вернулась, она замерла на пороге, глядя, как Люк стоял у стола и поедал гренку с пастой.

Похоже, он вообще не знал, что такое расслабиться. Но, несмотря на этот маленький недостаток, Люк де Росси казался ей просто идеальным. У него были невероятно широкие плечи, здоровый загар и ни одного грамма жира. Бет смотрела на его сильное тело, и ей хотелось прикоснуться к нему, ослабить напряжение нахмуренных бровей, провести ладонями по его красивым предплечьям, груди, почувствовать исходивший от нее жар, а может быть, даже…

Чувство досады вытеснило влечение к мистеру де Росси. После ошибок в прошлом Бет поклялась больше никого не подпускать к себе так близко.

А теперь Люк устроился у нее на кухне, словно у себя дома. Он даже умудрился справиться с ее темпераментным тостером и ловко поймать вылетевшую оттуда гренку. Лично Бет никогда не удавалось угадать траекторию полета этой ужасной штуковины.

– Здесь все. Можете посмотреть, – заявила она и положила на стол документы. – Должна заметить, мой договор по аренде жилья заключен на законных основаниях.

Но пока Люк сосредоточенно просматривал бумаги, от решительности Бет не осталось и следа. Три месяца. Не успеешь и глазом моргнуть. Если Люк говорил правду, неужели он на самом деле продаст ее дом, несмотря на все эти документы?

Это место значило для Бет слишком много, оно было ее настоящим домом, символом того, чего она смогла достигнуть и к чему так стремилась. И она ни за что не допустит, чтобы какой-то там богатенький банкир с улыбкой, не предвещающей ничего доброго, выставил ее на улицу.

Бет нуждалась в совете эксперта, но не могла себе позволить обратиться к нему за помощью.

Она не сводила глаз с Люка, пока тот продолжал изучать бумаги. Она смотрела на его рубашку, плотно облегавшую плечи, и удивлялась, как вещь таких необъятных размеров может выставлять так много напоказ.

С натянутыми, словно струны, нервами Бет потянулась к кофейнику и налила себе чашку кофе. Она слегка подула на кофе, чтобы остудить его, а когда подняла глаза, поймала пристальный взгляд Люка на своих губах.

Она сглотнула, опустила чашку и указала рукой на бумаги.

– Теперь вы убедились, что я не лгу?

– Кажется, все сделано на законных основаниях. У агентства есть право действовать от лица владельца.

– Все правильно.

– Значит, вы понятия не имеете, кто является настоящим владельцем этого дома?

– Нет. – По его взгляду Бет поняла, что Люка не устроил такой ответ. – И что мы будем делать дальше?

– Я собираюсь встретиться с адвокатами Джино.

– Вы хотели сказать «мы», – поставила чашку в раковину Бет. – Мистер де Росси, буду с вами откровенна. Меня не впечатляете ни вы, ни ваша власть, ни ваше богатство. Я знаю, что ожидать от подобных вам людей.

– Правда? – В голосе Люка прозвучала ирония.

– Да. Такие, как вы, думают только о своей работе и о своих потребностях. Вы думаете, что одной неотразимой улыбки хватит, чтобы заставить человека изменить свое решение. А все благодаря тому, что вы не выпускаете контроль над ситуацией все двадцать четыре часа в сутки.

– Эй, и вы пришли к такому заключению, просто посмотрев на меня?

– У меня большая практика. Поэтому предупреждаю: даже не пытайтесь очаровать меня. У меня иммунитет к подобным вещам.

Люк тупо смотрел на Бет, на ее с вызовом приподнятый подбородок и стиснутые губы. Классическая оборонительная тактика. И вдруг он улыбнулся:

– Значит, во всем остальном я вам нравлюсь?

Мягкий утренний ветерок воспользовался моментом, влетел в открытое окно и всколыхнул цветы на подоконнике и кудри Бет цвета пшеницы. Люк не мог теперь с точностью сказать, чей аромат окружил его – цветочный или ее собственный.

В любом случае она пахла чертовски соблазнительно.

Люк нахмурился. Ему следовало думать о том, как избавиться от собственности Джино, а не тонуть в глазах Бет Джонс. Она может только помешать. К тому же Люк не знал, какую роль она играла в этой сделке, поэтому ему следовало держать ее в поле зрения.

Он посмотрел на ее враждебное выражение лица и сложенные на груди руки.

– Но ведь должно быть во мне хоть что-то, что вызывает вашу симпатию? Иначе я бы здесь не стоял.

– Почему для вас так важно понравиться мне? – полюбопытствовала Бет.

– Потому что тогда вы начнете доверять мне.

– Я никому не доверяю, – отрезала она и, схватив со стола салфетку, вытерла стол.

Люку обычно без труда удавалось разгадать сущность другого человека, но Бет Джонс оставалась для него загадкой. Было заметно, что она настороже, а еще очень самоуверенна. Но в остальном он не мог понять ее и поэтому злился.

Несмотря на отчаянное желание избавиться от него и на неприятности, которые свалились ей на голову, Бет больше не упоминала полицию или адвокатов. Люк думал, что она будет плакать или придет в ярость, и никак не ожидал такого хладнокровного поведения. Она даже заупрямилась и осмелилась потребовать доказательств с его стороны, что говорило о том, что в своих документах она уверена.

Первоначальная догадка Люка была правильной: Бет что-то скрывала.

Он скрестил руки на груди и решил убедиться в своей правоте.

– Мы сделаем все по-моему, или нам придется вручить это дело нашим адвокатам. А мне почему-то кажется, что второй вариант вряд ли придется вам по душе.

Бет прищурилась и натянуто улыбнулась:

– Похоже, мы скоро узнаем, кто из нас заслуживает доверия, не так ли?

Глава 3

Забравшись в машину, Люк и Бет погрузились в молчание.

Бет старалась не думать о длинных пальцах своего попутчика, переключавших передачи, и пыталась сосредоточиться на вещах, которые ей не нравились. Во-первых, высокомерие и привычка командовать другими. Его всевидящий и всезнающий взгляд. Напряженность его плеч… таких сильных и таких огромных… Его соблазнительный рот…

Когда Люк переключился на третью передачу, Бет снова подпрыгнула, потому что его рука слегка задела ее ногу. Она украдкой посмотрела на него, но он не сводил глаз с дороги. Казалось, ему ничего не стоило держать свои гормоны под контролем.

– Итак, – наконец сказал Люк, рассеянно поправляя завернутый рукав рубашки и привлекая внимание Бет к своему загорелому предплечью. – Сначала мы заедем в агентство недвижимости, а потом отправимся в Брисбен.

– С чего вы взяли, что они станут что-нибудь рассказывать?

– Я могу быть очень убедительным.

Конечно, кто бы сомневался.

– А как вы нашли это агентство? – поинтересовался Люк.

– Они местные, некоторые из моих клиентов пользуются их услугами, и они предложили мне то, что я подыскивала. – Бет глянула на него, пытаясь понять, о чем он думает. – Послушайте, у них все в порядке с законом. Есть свой офис, секретарь и огромный список клиентов. Я бы не стала выбрасывать деньги на ветер.

– Я не сомневаюсь, что у них профессиональный подход к делу.

– Как вы видели, у меня все документы в порядке.

– А еще я видел, что ваш договор аренды истекает через три месяца.

Бет замолчала и отвернулась к окну. Ей недолго терпеть присутствие мистера де Росси. К концу дня ситуация наверняка прояснится. Через какое-то время она снова искоса посмотрела на Люка, погруженного в глубокие раздумья:

– Скажите, а почему вы сами занялись этим делом? Разве у вас нет целой армии юристов?

Люк хранил молчание, пока не припарковал машину у одного из торговых центров.

– Потому что этот дом мне достался от Джино Корелли. Так что…

– Постойте, что вы сказали? Джино Корелли? Он ваш дядя? – потрясенно выдохнула Бет. – Владелец казино «Афродита»? Тот, который находился под следствием комиссии по азартным играм?

– Ага. И что с того?

Бет откинулась на спинку сиденья и уставилась невидящим взглядом перед собой.

– Джино Корелли, – медленно повторила она. – Значит, вы… Он… Бог мой! Вы… Вы были в моем доме… пользовались моим тостером!

– Мне казалось, вы знаете, кто я такой! – Взгляд Люка был мрачнее грозовой тучи.

– Вы, да. Но я не знала, кто был вашим дядей… Я… – Слова застряли у нее в горле, когда она посмотрела на ледяное выражение его лица.

– Журналисты ошиблись. У комиссии было недостаточно улик, чтобы передать дело генеральному прокурору, – натянуто пояснил Люк.

Бет с трудом выбралась из машины. Ее подташнивало. Во что, черт побери, он втянул ее?

Люк обогнул капот машины и направился к ней.

– Не подходите ко мне! – крикнула Бет. Она вдруг вспомнила экстренные новости, которые смотрела по телевизору. – Корелли – криминальный авторитет, который занимался отмыванием денег, подкупом полиции и… – Она попыталась вспомнить дальнейшие детали, но напрасно. Там говорилось что-то насчет торговли внутренней информацией, а Люк работал в одном из самых влиятельных банков Австралии.

– Он предположительно подкупал полицейских и предположительно отмывал деньги, – с каменным лицом возразил Люк. – Дело в конце концов закрыли, и мое имя никогда не упоминалось в связи с ним. Хотя об этом журналисты предпочли промолчать, не так ли? – Он круто развернулся и направился на другую сторону улицы.

Слова Люка прозвучали словно пощечина. Бет стало стыдно за то, что она оскорбила его. Она никогда сознательно не причиняла боль другим людям, но тут не удержалась и начала выкрикивать эти обвинения, не подумав, что Люк не имеет никакого отношения к этому делу.

Бет пришла в смятение, когда вспомнила некоторые детали в прозвучавших новостях. Более того, она вспомнила, как ее охватила жалость по отношению к Люку де Росси однажды вечером, когда она, подавленная, выключила телевизор. С тех пор она избегала всяческих новостей и, честно говоря, в отсутствие слухов, сплетен и домыслов чувствовала себя просто замечательно.

Так почему же сейчас Бет с такой охотой готова признать его виновность?

Она поспешила за ним. Люк, нетерпеливо ожидая ее, стоял на другой стороне улицы. Его глаза были спрятаны за солнцезащитными очками.

– Послушайте, я прошу прощения, – тихо сказала она. – Я слишком погорячилась. Я… Сегодня не самый лучший день в моей жизни.

Он вздохнул, словно вдруг устал с ней спорить:

– Да уж. Про себя могу сказать то же самое. В таком случае давайте сосредоточимся на том, чтобы как можно скорее разобраться с этими неприятностями.

Он повернулся и пошел по улице. Бет молча последовала за ним. Решительное выражение лица Люка и его широкие плечи словно кричали прохожим «убирайтесь с дороги». Неудивительно, что толпа тут же расходилась и люди начинали перешептываться у них за спиной, бросая на них заинтересованные взгляды.

Подойдя к агентству недвижимости «Корона», они обнаружили, что стеклянные двери закрыты, о чем гласила вывеска с обратной стороны.

– Открывается в десять, – пробормотал Люк, но на всякий случай подергал ручку.

Вдруг дверь открылась, и они увидели какого-то мужчину в деловом костюме с галстуком набекрень.

– Прошу прощения, – с улыбкой сказал он. – Мы открываемся через полчаса.

– А Джей на месте? – спросила Бет.

– Она на встречах до двенадцати. Подождите. – Мужчина исчез и через минуту вернулся с визиткой в руках. – Позвоните ей на мобильный. – Он перевел взгляд на Люка и потрясенно округлил глаза. – Эй, я знаю вас. Вы…

– Обычный прохожий. Спасибо. – Люк развернулся и потянул Бет за собой.

Она высвободилась из его цепкой хватки и достала телефон. Набрав номер, указанный на визитке, Бет оставила сообщение и вопросительно посмотрела на Люка:

– Что будем делать дальше?

– Мы едем в Брисбен. – Люк сунул руки в карманы и направился к машине.

Два часа спустя после встречи с адвокатом Джино Бет с Люком молча спускались на лифте на подземную парковку.

– Ну, вот и все. Вы выиграли, – едва слышно сказала Бет.

– Дело не в этом, – ответил Люк, просматривая сообщения в своем мобильнике.

– А в чем же? – Она сложила руки на груди, избегая его взгляда.

– На подтверждение завещания уйдет несколько месяцев, потом нужно будет оформить право наследственности, а на это уйдут годы. Годы.

– А что с моим договором на аренду поместья?

– Он заканчивается через три месяца, – нахмурился Люк.

– Я тоже была на этой встрече, – буркнула Бет. – Все на законных…

Люк поднял руку вверх, призывая ее замолчать, и поднес телефон к уху:

– Это Люк де Росси.

Черт подери, его поведение начало выводить Бет из себя. Она с трудом дождалась, пока он убрал трубку.

– Я куплю у вас этот дом, – вдруг сказала она. – Назовите цену.

– Я не могу так сразу.

– Скажите хотя бы приблизительно.

Люк изучающе посмотрел на Бет:

– У вас нет таких денег.

– Откуда вы знаете? – удивилась она.

– Вы ведь в курсе, что цены на этом участке земли начинаются с миллиона долларов? Что вы можете использовать в качестве залога?

– Мой бизнес. И когда я разберусь с этой историей с банком…

– Что, если не разберетесь? – перебил ее Люк.

– Разберусь. В любом случае я останусь в доме до конца срока, указанного в договоре, так что у меня еще есть время.

– Нет.

– Вы собираетесь оставить дом себе? – удивилась Бет.

– Послушайте, ничего личного. – Она посмотрела на него с иронией, что только разозлило Люка. – Когда грянул кризис, финансовые вложения Джино крупно пострадали, казино терпело убытки, а расследование комиссии по азартным играм отпугнуло многих людей. Мне нужно продать дом как можно скорее и без лишнего шума вернуться к работе. Поэтому, если на вашем счете нет пары лишних миллионов, у вас нет никаких шансов получить это поместье.

Ее удивление сменилось гневом.

– Значит, вы заботитесь только о своей репутации?

– Бет, не смейте осуждать меня, – процедил Люк. – Кстати, мы до сих пор не выяснили, каким образом вы оказались впутаны в это дело.

– Ну, просто невероятное стечение обстоятельств.

– Я могу предложить приличную сумму за ваш договор.

Бет растерянно заморгала. Неужели он так сильно хотел избавиться от нее, что решил откупиться деньгами?

– Я не желаю уходить, и я хочу мой дом.

Дверь лифта открылась, и Люк вышел, не сказав ни слова в ответ.

Бет смотрела, как он уходит все дальше. Потом Люк остановился и повернулся к ней:

– Вы идете?

Его голос эхом разнесся по бетонной парковке.

Бет поспешила к нему.

Зазвонил ее телефон, но Люк вдруг схватил ее за руку.

Бет попыталась вырваться.

– Что вы себе…

– Тихо. Что-то не так.

– Но…

– Идем. Быстро. – Он кивнул по направлению к пожарной лестнице. Бет посмотрела в том направлении, и ее глаза расширились от изумления.

И тут началось светопреставление.

Глава 4

Словно олень, напуганный светом автомобильных фар, Бет застыла, не в силах сдвинуться с места. Слишком поздно.

Парковка осветилась вспышками фотокамер. Их окружили несколько репортеров, протянули к ним свои микрофоны и начали выкрикивать вопросы, тесня друг друга, чтобы занять более выгодную позицию.

– Люк, как вы переживаете временную отставку?

– Вы наняли адвокатов Джино для собственной защиты?

– Что вы можете сказать о слухах, по которым вы замешаны в сделках с использованием служебной информации?

Воздух искрился от напряжения. Люк начал пробиваться через море тел, одной рукой он прикрывал лицо, а другой тащил за собой Бет. Когда в его плечо врезалась камера, Люк повернулся и побежал. Бет набрала полные легкие воздуха и старалась не отставать. Ее туфли на плоской подошве шлепали по цементному полу парковки.

Люк оглянулся, прежде чем открыть дверцы машины.

– Садитесь! – крикнул он Бет.

Она упала на сиденье. Тут же взревел мотор, и они рванули с места.

Люк повернул руль до отказа, отчего громко завизжали шины, наполнив воздух запахом горелой резины.

– Не так быстро! – завопила Бет, упав ему на плечо. – Вы хотите нашей смерти?

– Я всего лишь пытаюсь уйти от погони и избежать наезда на пешеходов. – С этими словами он резко повернул и чуть не сбил юношу, который переходил дорогу в неположенном месте. Люк никак не отреагировал на отборную брань и неприличный жест парня, но немного сбавил скорость.

Бет посмотрела в зеркало заднего вида. Одна из машин, которая погналась за ними, застряла на красном свете светофора.

– Мы оторвались.

Люку с трудом удалось проскочить на желтый свет на следующих двух светофорах, прежде чем их преследователи потерялись в плотном потоке машин.

Он сбросил скорость согласно дорожному указателю, и Бет наконец разжала руку, которой крепко вцепилась в дверную ручку.

– Вы в порядке? – спросил Люк.

Ее сердце бешено колотилось в груди, но она кивнула в знак согласия.

– Откуда, черт подери, они узнали, где мы находимся?

– Кто-то заметил нас возле торгового центра. В таком деле достаточно одного звонка. – Люк посмотрел в зеркало заднего вида и перестроился в другой ряд.

– Прекрасно, – вздохнула Бет и заправила за ухо выбившуюся прядь волос. Понемногу она начала приходить в себя. – И что теперь?

– Мы едем в аэропорт.

– Куда?

– Подержите руль.

Бет схватила руль, пока Люк доставал свой телефон.

– Это Люк де Росси. Мне нужен самолет. Я приеду примерно через полчаса. Спасибо, – после паузы добавил он.

– Мы полетим? – вернула ему руль Бет.

– Ага.

У Бет вдруг пересохло в горле, она закрыла глаза, и ей показалось, что ее придавила бетонная плита чувства безысходности.

Прошло десять долгих лет, полных побед и успехов. Бет упорно работала и держала ситуацию под контролем. Ей удалось преодолеть множество препятствий, у кого-нибудь другого на ее месте давно опустились бы руки. Бет просто проживала свою жизнь.

Она понимала, что Люк прав, выбирая самый верный способ оторваться от погони.

Но самолет…

На долю секунды Бет стало очень страшно, но она быстро взяла себя в руки.

«Ты справишься. Должна справиться», – приказала она себе, тяжело вздохнув.

Одно дело убеждать себя, что все будет хорошо, когда ты едешь в машине. Но когда они подъехали к взлетной полосе и Бет увидела белоснежный самолет, ее сердце бешено заколотилось.

Бум. Бум. Бум. Ей вдруг захотелось бежать прочь от этого места.

«Лечение прошло успешно, и кошмары прекратились. Оно помогло справиться со страхом и с чувством вины, которые больше не управляют твоей жизнью», – повторяла, словно мантру, Бет.

Она с трудом подавила стон и почувствовала на себе пристальный взгляд Люка.

– Вы не любите летать?

Бет молча кивнула, не сводя глаз с самолета.

– Зна-а-чит… – сделал паузу Люк, – вы вообще никогда не летали?

– Один раз. Но полет оказался не самым удачным. – Очень мягко сказано. Бет медленно вдохнула, а потом выдохнула, как ее учили.

– Все путешествие, включая полет и техническую проверку, займет не более часа. Я летал так сотни раз.

«Мне хватило и одного раза», – поежившись, подумала Бет.

Когда Люк взял ее за руку, она чуть не подпрыгнула. Ее нервы звенели, словно натянутые струны, когда его пальцы переплелись с ее пальцами.

– Все в порядке?

– Нет.

– Вы справитесь.

Рука в руке они пошли по взлетной полосе, утопая в гулком шуме Брисбенского аэропорта.

– Мистер де Росси, – кивнул им пилот, стоявший у трапа самолета. – Мы получили разрешение на вылет, если вы готовы.

– Да, Джон, мы можем лететь. – Люк поднялся по трапу, не выпуская руки Бет.

Ее мертвая хватка наверняка причиняла ему неудобство, но он ничего не сказал. Тепло его руки и отстраненная манера держаться немного отвлекали Бет, несмотря на то что ее сердце замирало каждый раз, когда она ступала на металлическую ступеньку.

Но стоило им войти внутрь, как страх Бет мгновенно улетучился.

– Ух ты. – Бет с восхищением рассматривала шикарную обстановку залитого солнцем салона с его огромными кожаными креслами, панелями цвета красного дерева и безупречно чистым ковром и не заметила, как отпустила руку Люка.

– Круто, не правда ли? – спросил он, стоя у нее за спиной.

– Похоже на лимузин, – ответила Бет, медленно проведя рукой по кожаному изголовью одного из кресел.

Она вдыхала множество различных запахов: запах кожи, нового ковра, едва уловимый аромат сигарет. Так пахли деньги и власть.

Люк повернулся у нее за спиной, и Бет вдруг почувствовала соблазнительный аромат имбиря и пряностей, смешанный с чем-то всецело мужским. Ее сердце резко прибавило скорость, но Бет не могла сказать с уверенностью, что послужило тому причиной – страх перед полетом или близость Люка.

Он положил руку ей на талию, и Бет пришлось напрячь все силы, чтобы не выдать свое волнение.

– Садитесь и пристегните ремень. – Он подвел ее к креслу и сел рядом с ней. Кожаное кресло заскрипело в знак протеста.

Люк смотрел, как зажмурилась Бет, когда самолет покатился по взлетной полосе. Ее дыхание стало прерывистым, а на лбу выступили капельки пота. Она вцепилась в его руку мертвой хваткой, угрожая полностью перекрыть кровоток. Люк сдержался, чтобы не поморщиться от боли.

– Эй, посмотрите на меня.

Она неохотно открыла глаза:

– Зачем?

– Лучше, когда ваши глаза будут оставаться открытыми.

– Да что вы об этом знаете? – сердито посмотрела на него Бет.

– Моя тетя тоже не любит летать. Ее первый и последний полет случился сорок лет назад, когда они с Джино эмигрировали в Америку. Если она не может добраться куда-нибудь на машине или корабле, она никуда не едет.

– Ой, – подскочила Бет, когда самолет начал набирать высоту.

Люк нежно погладил ее по руке.

– Что вы делаете?

– Пытаюсь успокоить вас.

– Это не помогает.

– Нет? – Люк продолжал поглаживать ее руку, не сводя глаз с ее побледневшего лица.

– Когда вы катались на лимузине?

– Что? – в замешательстве выдохнула Бет.

– Вы сказали, что этот самолет похож на лимузин.

– Да.

Люк потянулся и включил кондиционер. Бет глубоко вздохнула, когда на них хлынул поток прохладного воздуха.

– Мы с друзьями арендовали лимузин, чтобы отметить окончание учебы. Это был первый и последний раз, когда я-а-а-а-а-а!..

Самолет слегка тряхнуло, и Бет сжала его руку еще крепче.

Люк поморщился, но ничего не сказал.

Бет сглотнула. Она знала, что причиняет ему боль, но ничего не могла с собой поделать. Люк тихо нашептывал ей какие-то глупости, чтобы помочь побороть панику. Бет хотела убрать свою руку, но желание преодолеть этот сковывающий страх оказалось сильнее. Бет не любила терять самообладание. При этом она не спускала глаз с Люка, слушая перечисление возможностей самолета и особенностей его шикарной обстановки. Ей показалось, что между ними что-то изменилось. Возможно, все благодаря теплому прикосновению его руки или чувственному тембру голоса. А может, все дело в его многообещающем взгляде.

Они сидели, наклонившись друг к другу, и Бет смотрела на соблазнительные губы Люка, находившиеся от нее на расстоянии дыхания. Но больше всего ее волновал аромат его тела.

От него пахло просто великолепно. Бет еще раз глубоко вздохнула, просто чтобы убедиться. Да. О да. Она закрыла глаза. Имбирь, перечная мята. Нотки бергамота. И…

– Бет, вы меня нюхаете?

Она открыла глаза и густо покраснела.

– Я… э…

– Между прочим, мы уже высоко над землей, – слегка улыбнулся Люк.

– Что? – Бет отвернулась и посмотрела в иллюминатор. Сердце от страха выпрыгивало из груди.

– Не нужно смотреть туда. – Люк взял ее за руки и заставил повернуться к себе. – Просто сосредоточьтесь на мне и дышите. Расскажите мне о своей работе.

– О работе?

– Как вы открыли свое дело? Вы учились в университете?

– Нет, – сглотнула Бет, подчиняясь его властному взгляду. – Я окончила курсы в одном из наших местных колледжей. Четыре года учебы, и у меня диплом по лечебному массажу. Я…

Самолет накренился вправо, и Бет еще сильнее сжала руку Люка.

– Продолжайте.

– Я окончила несколько бизнес-курсов, – едва слышно сказала она, – и успела много раз сменить место работы. И вот я здесь.

– Почему именно лечебный массаж?

– Потому что у меня здорово получается.

«А еще мне нравится, когда исчезает боль», – добавила про себя Бет.

– А ваша семья?

– У меня нет семьи, – ответила она, сдерживаясь, чтобы не поддаться знакомому чувству жалости к себе.

– Сожалею.

Бет пожала плечами:

– А как насчет вашей?

– Мои родители умерли, когда мне было пятнадцать. – Выражение его лица стало слегка напряженным. – Неудавшийся грабеж.

– Это… – Печально? Ужасно? Бет не знала, что и сказать.

Люк смилостивился над ней.

– Да. Джино и Роза взяли меня к себе, и я жил у них до восемнадцати лет.

Бет взволнованно посмотрела на проплывающие за окном облака и повернулась обратно к Люку:

– Вы были одаренным ребенком, вундеркиндом, не так ли? Я где-то читала, что вы окончили семилетний курс университета в девятнадцать лет.

– Да, – немного смущенно ответил он. – И с тех пор работаю в банке «Джексон и Блэр».

Несмотря на включенный кондиционер, Бет почувствовала, как по ее спине потекла тоненькая струйка пота. Она нервно заерзала. Ее громкое сердцебиение заглушало мягкий гул мотора самолета.

– Полет на самолете похож на американские горки.

– Почему?

– Все начинается очень стремительно, и ты летишь и поворачиваешь на большой скорости. А потом ты даже не успеваешь прийти в себя, как все заканчивается.

– Мне больше нравится сходство с «Тарантулом», – вдруг улыбнулась Бет.

– С чем?

– Это такой аттракцион, когда ты едешь вверх и вниз и при этом вращаешься в разные стороны.

– Должен признаться, никогда не катался на нем, – весело ответил Люк.

– Правда? Вы даже не знаете, чего лишаетесь.

– Тогда расскажите мне, – посерьезнел он.

– Моя мама часто брала меня на ежегодное шоу аттракционов в городе Батерст. Парень, который управлял «Тарантулом», всегда замедлял скорость на середине пути и кричал: «Вы хотите ехать быстрее?» И конечно же мы все вопили в ответ: «Да!» Он снова кричал: «Тогда поднимите ваши руки!» Тогда мы начинали, словно сумасшедшие, махать руками над головой, а он все прибавлял и прибавлял скорости. – Бет сделала паузу и тихо вздохнула. – Мы летели, и у нас захватывало дыхание, словно мы теряли контроль над собой, но только в хорошем смысле этого слова… – Бет снова улыбнулась. – Кажется, я немного путано объясняю. Прошу прощения.

– Похоже, вам было весело.

– Очень.

Они сидели какое-то время, просто улыбаясь друг другу, пока Бет не охватило странное чувство. Оно одновременно и пугало ее, и успокаивало.

Бет замерла, и ее пронзило острое желание, которое горячей волной разлилось по всему телу. Взгляд Люка медленно скользнул по ее припухшей нижней губе, и Бет не сдержалась и шумно вздохнула. Она вырвала свою руку из его руки и откинулась на спинку сиденья.

Самолет пошел на посадку.

– Мы почти прилетели, – заметил Люк, доставая из кармана пиджака свой телефон. – Вы держались молодцом.

– Спасибо.

В салоне воцарилась глубокая, почти что осязаемая тишина, и Бет не хотелось нарушать ее. Она бы не осмелилась озвучить то, что только что чуть не произошло между ними.

Потому что ни за что не собиралась поддаваться чарам Люка де Росси.

Глава 5

Посадка прошла без особых происшествий, хотя Бет чуть ли не в кровь искусала губы. У трапа их ждал серый лимузин, для здешних краев самый распространенный способ передвижения.

Бет умостилась в кожаном кресле, пристегнула ремень безопасности и взмолилась, чтобы их сорокаминутная поездка закончилась как можно быстрее.

– Не хотите выпить чего-нибудь? – спросил Люк. – Тут есть минеральная вода, сок, кока-кола…

– И текила?

– Конечно, – не моргнув глазом, ответил он.

– Я выбираю минеральную воду, – натянуто улыбнулась Бет.

Люк вручил ей стакан с водой, а себе налил виски и откинулся на спинку сиденья.

Бет демонстративно отвернулась к окну и, прижав холодный как лед стакан к своей щеке, тихо вздохнула.

Сначала эти фотокамеры и оголтелая толпа с ее вопросами. Потом ужасный, выворачивающий наизнанку полет.

Но Бет справилась.

С помощью Люка она сделала первый шаг в неизвестное и преодолела некоторые из своих страхов.

Но Бет недолго наслаждалась победой, потому что на нее тут же начали предъявлять права воспоминания из прошлого.

Месяцы после аварии были просто невыносимыми. Бет отчаянно желала уединения, но публика хотела знать мельчайшие подробности случившегося. В самую первую годовщину Бет дала интервью одному репортеру, наивно полагая, что он не будет указывать первоисточник. После того как ее откровения напечатали в газете, в прессе началась настоящая шумиха, и Бет пришлось исчезнуть со сцены. Прежде чем обрести себя заново, ей пришлось поменять десяток различных работ и пожить в нищете на задворках Сиднея. Но ее скитания того стоили. Она наконец окончила колледж и получила разрешение заниматься лечебным массажем.

Бет не пыталась подружиться со своими однокурсниками, чтобы избежать лишних вопросов и публичности. Очень долгое время авария занимала все ее мысли, не отпуская ни днем ни ночью, но Бет все же удалось оставить прошлое в покое и сосредоточиться на будущем. Пути назад не было. Только вперед.

Она посмотрела в окно на отражение Люка, но все его внимание было поглощено тающим льдом в стакане виски.

Этот человек привык иметь дело с миллионами, нет, с миллиардами и общался с людьми, которые зарабатывали космические суммы денег. Сама мысль, что она оказалась в его обществе, потрясала ее.

– Вы все еще думаете, что я секретная любовница вашего дяди? – тихо спросила Бет, по-прежнему глядя в окно.

– Нет, – после непродолжительной паузы ответил Люк.

– Прекрасно.

Они молча смотрели друг на друга, словно два противника, не желающих уступать.

– Я не шутил, когда предложил вам деньги за то, чтобы вы съехали, – вдруг сказал Люк. – Сумма будет достаточной для того, чтобы вы смогли начать дело на новом месте, где-нибудь поближе к…

– Послушайте, – перебила его Бет, – позвольте мне кое-что сказать вам. Просто представьте, что кто-то дает вам машину, она старая, повидавшая виды, с царапинами и вмятинами, и немного ржавая. Но вы все равно видите в ней потенциал, потому что раньше вам попадались одни ни к чему не пригодные развалюхи. Вы тратите несколько лет, чтобы привести эту машину в порядок, меняете шины, выравниваете мятые бока, красите ее. Эта машина становится частью вас. И потом, когда вы приводите ее в идеальное состояние и начинаете испытывать гордость за проделанный труд, появляется какой-то парень и требует, чтобы вы отдали ее ему. Да, я понимаю, что по закону я всего лишь арендую этот дом, – быстро добавила она, когда Люк открыл рот, чтобы что-то сказать. – Но, Люк, у меня тогда абсолютно ничего не было, и я вложила в это место всю свою душу. Вы можете меня понять?

В машине воцарилась тишина, которую прервал телефонный звонок. Люк молча достал свой телефон, а Бет отвернулась обратно к окну.

– Привет, Коннор, – поздоровался он.

– Сегодня в новостях показали твою стычку с журналистами.

Люк тихо выругался:

– Да, мы оторвались от них на пути в Брисбенский аэропорт.

– Кто это «мы»?

Люк посмотрел на Бет и быстро ввел своего лучшего друга и шефа в курс дела.

– Понятно, – коротко ответил Коннор, и Люк представил бесстрастное лицо своего друга.

Он стиснул зубы. Джино был его дядей. Все поступки этого человека отражались на Люке, что, в свою очередь, отражалось на банке «Джексон и Блэр». И, как результат, у таких добропорядочных граждан, как Коннор Блэр, оставался негативный осадок. Судебное дело может быть закрыто, но комиссия по ценным бумагам решительно настроилась провести в банке внутреннее расследование.

Неудивительно, почему так нервничал Коннор.

– А как связаны между собой Джино и эта женщина, Бет Джонс? – спросил Блэр.

– Понятия не имею. Я позвонил Дилану.

– Этому бывшему преступнику?

– Теперь он частный детектив. Парень в долгу передо мной.

– Мы ожидаем, что ты на какое-то время заляжешь на дно, Люк, и это не предложение, – сухо добавил Коннор.

Люк нервно взъерошил волосы.

– И я могу навсегда попрощаться с повышением, если не сумею восстановить свою репутацию.

– Сумеешь. Ты дал показания, и большинство членов совета директоров на твоей стороне. А я обрабатываю остальных. Теперь все зависит от решения комиссии, которое должны вынести в следующем месяце.

– Но…

– Люк, ты никогда не сомневался в себе. Что случилось? – Люк ничего не сказал в ответ. – Твой двоюродный брат все еще портит тебе жизнь?

– Ага.

– И еще эта Бет Джонс. Она хоть не преступница?

– Насколько я знаю, нет.

– Может, она убийца? Киллерша? Журналистка? – В его голосе прозвучало плохо скрываемое презрение.

– Что?..

– Люк, если я увижу твое имя в газетных заголовках, лучше пусть эти статьи будут о природной катастрофе, наводнении или о лесном пожаре, который вот-вот уничтожит твой дом.

– Дружище…

– Не хочу ничего слышать. Сегодняшние новости были последней каплей. В компании проводится внутреннее расследование, а моего будущего вице-президента обвиняют в отмывании денег только потому, что он связан кровными узами с Джино Корелли. Если только твоей жизни ничего не угрожает, ты просто обязан переждать эту шумиху.

– И сколько мне ждать?

– До конца месяца. Я позвоню, когда тебе нужно будет явиться на слушание дела.

– Ладно, – согласился Люк.

– Замечательно, я надеюсь, ты понял, что от тебя требуется, чтобы избежать ненужной головной боли, – сказал Коннор.

Люк положил трубку и откинулся на спинку сиденья.

Бет читала сообщения на своем телефоне.

– Я пропустила звонок из агентства, но мне прислали сообщение. Мы можем перезвонить туда через час. – Бет убрала телефон в карман. – Хотя сейчас в этом больше нет смысла. – Она вздохнула и сменила тему разговора. – Значит, вас ждет повышение.

– Ага.

– Что за должность?

– Вице-президент по международным инвестициям.

– Думаете, получите ее?

– В данный момент не могу ничего сказать.

– Ужасная ситуация, не правда ли? – после минутного молчания тихо спросила Бет.

Люк повернулся к своей спутнице и встретился с ней взглядом. И снова в ее глазах промелькнула эта не вяжущаяся с ней беззащитность, которая глубоко тронула его. Он смотрел в широко распахнутые зеленоватые глаза Бет и чувствовал настоятельную потребность защитить ее от всех неурядиц этого мира.

Но она не нуждалась в его заботе. Бет Джонс следовало выселить, чтобы продать дом и отдать деньги Розе. Тогда все встанет на свои места.

– Ну, – медленно начал Люк. – Не все так страшно.

– А что в вашем понимании значит «страшно»?

– Но ведь никто не пострадал, и мы получили некоторые ответы. – Люк устало потер шею. – Если оценивать ситуацию по десятибалльной шкале, я бы поставил приблизительно семерку.

– И это после засады, которую вам устроили журналисты?

– Теперь вы понимаете, почему мы летели частным самолетом? Репортеры сожрали бы вас заживо.

Бет сглотнула. Как мало он знал. И почему его взгляд так действовал на нее? Бет нужен был вчерашний Люк, высокомерный и всезнающий, чтобы у нее была веская причина невзлюбить его.

На какую-то долю секунды она вдруг представила, что будет, если обладатель этих длинных ресниц и черных, как ночь, глаз будет улыбаться только ей.

Ее взгляд скользнул ниже. Бет посмотрела на соблазнительный рот Люка и его губы, которые так и напрашивались на поцелуи. Любая женщина, у которой было хоть немного мозгов, мечтала бы прильнуть к ним.

Не стоит даже думать об этом. Люк определенно относился к тому типу мужчин, которых не прельщали серьезные отношения. Непредсказуемый, помешанный на работе и привлекающий внимание. Бет избегала подобных увлечений на протяжении нескольких лет и не собиралась заводить с ним роман, несмотря на то что он был весьма многообещающим. Она снова внутренне затрепетала и отвернулась к окну.

– Что будем делать дальше?

– Значит, вы все-таки намерены остаться?

– Договор еще в силе, если вы забыли. По закону…

Послушайте, – перебил ее Люк. – Если бы вы могли позвонить адвокату, вы бы давно это сделали. Я прав? Поэтому, если вы не собираетесь съезжать, я просто въеду и поселюсь с вами под одной крышей.

– Это не смешно, – потрясенно посмотрела на него Бет.

– А я и не шучу. Я не могу вернуться к себе, потому что там дежурят журналисты, и они могут выследить меня по дороге сюда. И… – Люк резко оборвал речь, но Бет прекрасно понимала, что он хотел сказать.

«Я по-прежнему не доверяю вам».

Что ж, она тоже не доверяла ему.

– Бет, либо принимайте мои условия, либо съезжайте. Заключаем сделку?

Повисла пауза. Люк старался не обращать внимания на огорченный и в то же время полный возмущения взгляд Бет. Старался, но где-то глубоко внутри слышал не дающий покоя голос совести.

– Почему вы так поступаете? – наконец спросила Бет. – Мы все выяснили, и дом будет вашим через три месяца.

– Потому что я оказался втянут в это дело.

– И вы не хотите, чтобы ваше имя попало в газеты.

– Да. А еще потому, что когда-то давно никто не помог ни мне, ни моей семье.

Бет смотрела на него с укором, но Люк опустил взгляд и скользнул глазами по ее губам. И тут же пожалел.

– Вам сказали, что владельцы за границей, не так ли? С чего бы им обманывать вас? К тому же это ваше дело с пропавшими деньгами.

Потрясение на лице Бет быстро сменилось негодованием. Ее щеки полыхали. Люку казалось, что он видел, как у нее из ушей валил пар.

– Бет, или соглашайтесь, или съезжайте. Я могу помочь вам решить проблему с банком…

Она достала телефон и начала набирать сообщение, что раздосадовало Люка.

– Значит, появилась какая-то женщина, назвалась другом владельцев дома и попросила, чтобы съемщиком была «предпочтительно женщина, незамужняя, некурящая, которая работает или владеет собственным бизнесом», – сказал он.

Бет кивнула, не сводя с него пристального взгляда.

– Что ж, самое время навестить мою тетю, – добавил Люк.

– Вы не хотите встречаться с ней, – протянула Бет.

– С чего вы взяли?

– По вашему выражению лица. Плюс адвокат недвусмысленно заявил, что вы просто-таки обязаны поехать к ней.

Люк какое-то время упрямо молчал.

– Я не видел ее с тех пор, как две недели назад прочитал завещание Джино, – наконец ответил он.

– Так почему…

– Все не так просто.

– Понятно.

– Сначала это расследование, потом сердечный приступ Джино, похороны. Ей пришлось многое пережить.

– Вам тоже. – Бет кивнула, и белокурый локон упал ей на щеку. – То, что вы злитесь, причиняет вам только вред. Вам нужно показаться кому-нибудь.

– Я не нуждаюсь в услугах психолога.

– Я имела в виду физиотерапевта или массажиста.

– Нет лучше лекарства, чем сон. – Люк вытянул ноги и пристально посмотрел на Бет: – Знаете, а ведь мы во многом похожи.

– Правда? – насмешливо переспросила она.

– Мы оба много работаем, подвергаемся многочисленным стрессам, а теперь оказались в ситуации, которая портит нам жизнь. Что опять приводит обратно к моей исходной задаче. Бет Джонс, что же нас с вами связывает?

– Я знаю не больше вашего, – отвернулась к окну Бет.

– Сомневаюсь.

– Значит, вы думаете, что я что-то скрываю.

– Могу поставить на это свои пятнадцать лет работы в «Джексон и Блэр».

– За эти пятнадцать лет вы тоже стали настоящим профессионалом в том, чтобы уходить от ответа.

– Какого именно?

– Релаксация. Вам нечего терять. Если только боль в шее не доставляет вам удовольствие.

Люк окинул ее пристальным взглядом:

– Похоже, вы хотите этого больше, чем я.

– Ладно, – выдохнула Бет. – Не обращайте внимания на мнение профессионала.

Люк увидел в ее глазах неподдельное участие, но она снова отвернулась к окну.

Он подумал о случившемся за сегодняшний день. Если получится укрыться где-нибудь на время этой шумихи, репортеры могут потерять интерес к нему. Может быть. Если удача будет на его стороне.

Но существовала одна огромная проблема. Белокурая, красивая и враждебная.

– Ладно. Я согласен на массаж, – вдруг сказал Люк и мило улыбнулся, когда Бет повернулась к нему. – В обмен на некоторую информацию.

– Но некоторые вещи носят личный характер, – растерянно ответила Бет.

– Мы столько времени проводим наедине, что скоро у нас не останется никаких тайн друг от друга.

Повисла пауза. Черт подери этого Люка де Росси, без устали разрушающего защитные стены, которые Бет возвела вокруг себя. Ей нужно было больше пространства, чем мог позволить шикарный салон лимузина. Она была бы не против оказаться сейчас на другом континенте.

– Послушайте, – наконец ответила она. – Я устала спорить с вами.

– Тогда не спорьте.

На долю секунды ей захотелось бросить все и уйти, но она тут же взяла себя в руки. Он готов воевать за этот дом. Бет тоже не собиралась сдаваться.

– Бет, клянусь, я докопаюсь до сути дела.

Она открыла рот, но не издала ни единого звука.

– И я могу честно выполнять свою долю работы по дому. Я могу прибраться и починить двери в кладовую. А еще я умею готовить лазанью.

Воображение Бет нарисовало Люка, который готовил еду на ее кухне. А потом он предстал перед ней обнаженным по пояс и дразнил ее своим «зовущим в постель» взглядом.

– Вы испытываете соблазн, – улыбнулся он, словно читая ее мысли. – Вы ведь не против лазаньи, приготовленной по-домашнему?

Воображаемая картинка рассеялась. Смущение и удовольствие вступили в бой, пока не выиграла досада.

– Не думайте, что я не понимаю, почему вы так обольстительно улыбаетесь и пытаетесь очаровать меня.

Улыбка тут же исчезла с его лица.

– Эй, я не пытался…

– Неужели вы и вправду думаете, что ваши чары подействуют на меня?

Вместо того чтобы обидеться, Люк улыбнулся еще шире:

– Знаете, что я думаю? Мне кажется, что вы просто пытаетесь найти во мне недостатки, которых на самом деле нет. И вы злитесь, потому что отчаянно пытаетесь невзлюбить меня. И все потому, – он поднял руку, призывая ее замолчать, когда она открыла рот, чтобы возразить ему, – что, несмотря на сложившуюся странную ситуацию, я вам нравлюсь, cara.

– Чушь! – покраснев, воскликнула Бет. Еще ее смутило, что он назвал ее «дорогая моя».

– Вы уверены? – промурлыкал Люк.

– Абсолютно.

Бет откинулась на спинку кожаного сиденья, пытаясь привести свои мысли в порядок. Но она приходила к одному и тому же заключению. Ей могли не нравиться методы Люка, а его присутствие заставляло ее сердце биться быстрее. Но Бет нуждалась в чуде, ей нужно было разыскать Бена и решить вопрос с банком. К тому же, если Люк останется с ней, ей выпадет чудесная возможность убедить его продать ей дом.

– Нам нужно установить несколько основных правил.

– Слушаю, – приподнял бровь Люк.

– Первое. Мы делимся любой информацией, которую находим. – Люк согласно кивнул. – Второе. Никаких физических контактов. Люк, я серьезно, – предупредила она, встретив насмешливый взгляд Люка. – Никаких прикосновений. Никаких улыбочек. Ничего.

– Значит, мне нельзя улыбаться вам сейчас?

– Вы знаете, о чем я говорю. Нет, мистер Очарование. Прекратите!

Люк, надо отдать ему должное, попытался сдержаться.

– Не могу обещать, cara. Но если вы так настаиваете, я буду держаться на расстоянии. Но, – добавил он, и его губы чуть дрогнули в улыбке, – если вы передумаете…

Ее сердце забилось еще сильнее.

– Я не буду просить.

– Правда?

– Вы ставите под сомнение мою силу воли? – возмутилась Бет.

– Нет, – широко улыбнулся Люк. – Просто хочу понять, почему я вас так нервирую.

Ох уж эта мужская гордыня! Они наконец подъехали к дому, и Бет поспешно выскочила из машины.

– Cara, можете не убегать, это вряд ли вам поможет, – последовал за ней Люк. – Вы говорите, что мне нужно расслабиться, а сами похожи на комок нервов.

Бет возмущенно развернулась к нему:

– А вам не приходило в голову, что я нервничаю из-за вас? – Она вставила ключ в замочную скважину и умудрилась сломать ноготь. Бет выругалась и гневно посмотрела на Люка: – Я провела здесь три лучших года из десяти, устраивая свою жизнь так, как мне нравилось, и вдруг все рушится. Черт побери, вы хоть представляете, насколько такие вещи выводят из равновесия? – Она сжала кулаки и стала подбоченившись, позабыв о ключах. – Мне не нравится просить о помощи, но да, я нуждаюсь в ней. Но заявляю вам прямо: если у вас какие-то планы на меня, можете сразу выбросить это дело из головы. – Бет остановилась, чтобы перевести дух.

– У вас все? – тихо спросил Люк.

– Да.

– Прекрасно. Могу сказать, что вы попали не на того парня. Меня нельзя назвать рыцарем в сияющих доспехах. Все, что мне нужно, – это восстановить свою репутацию и вернуться к работе. И мы оба хотим держаться как можно дальше от прессы.

Ключ вдруг выпал из замочной скважины, и они вдвоем наклонились за ним. Их руки соприкоснулись. А потом пересеклись их взгляды. Бет находилась так близко, что Люк мог чувствовать ее запах, аромат цитрусовых, и свежести, и дождя, и почти касался ее мягких кудрей, которые обрамляли нежные мочки ее ушей.

Эта женщина озадачивала его тем, что она как бы уступала ему и вместе с тем была невероятно решительной. Она желала держаться от него подальше, но вместе с тем не собиралась съезжать. Люк никогда еще не был так озадачен.

Бет поднялась первой. Ее движения были настолько плавными, а она сама такой невозмутимой, что Люк чуть не упустил тень сожаления, промелькнувшую в ее взгляде.

Бет наконец открыла дверь, и они вошли в дом.

«Прикосновения считаются одним из основных способов избавиться от стресса, – вспомнила Бет из курса лекций по массажу. – Они укрепляют иммунитет и ослабляют напряжение, высвобождают эндорфины, чтобы человек мог расслабиться».

Кто бы ни придумал этот метод, его явно не касались руки Люка де Росси.

Бет обернулась. Люк стоял в дверном проеме и казался просто громадным, очень мужественным и абсолютно владеющим ситуацией.

Она занервничала, увидев выражение его лица.

– Поверьте мне, Бет, я все равно докопаюсь до сути дела, – повторил он.

Да уж, именно этого она и боялась.

Глава 6

Поборов сильное желание собрать вещи и уехать, пока эта ужасная ситуация не останется в прошлом, Бет пошла на кухню.

Она выглянула в окно и увидела Люка, который неспешно расхаживал по газону и кому-то звонил. Как же ей хотелось перенести разбирательство в суд. Но такой поступок был бы чистейшей глупостью, не могла же она быть столь неосмотрительной. Кроме того, не стоило забывать, какое положение занимал этот мужчина и какой обладал властью.

Люк де Росси. В ее доме. В комнате рядом с ее спальней.

Бет сделала огромную ошибку, когда впустила его. Он оказался очень умным человеком и абсолютно несгибаемым. А ей было что терять. К тому же оставалось много вещей, которые желательно сохранить в тайне.

Бет с иронией подумала о том, что ее волнуют не только собственные секреты.

Она фыркнула и резко открыла шкафчик с посудой. Люк мог говорить что угодно, но он на самом деле был добрым рыцарем. В отличие от Бет он верил, что они смогут во всем разобраться, что плохие парни будут наказаны и правда восторжествует.

И все же ей лучше представлять Люка как эгоистичного и зацикленного на своей карьере перфекциониста. И закрыть глаза на правду, которая заключалась в том, что этот мужчина оказался проницательным и очень заботливым человеком. А еще он предложил приготовить для нее лазанью.

Бет достала чашку и с грохотом закрыла дверцы шкафчика. Когда в последний раз ее касался мужчина? Желал ее? А от Люка исходил такой приятный аромат, как от подарка, пожаловавшего прямо с небес. Воздержание заставило Бет забыть, что значит нуждаться в ком-то.

Она открыла холодильник и вытащила оттуда упаковку сока.

Почему сейчас, после стольких лет воздержания и упорного труда, ей приходится думать о близости с мужчиной? С таким, как этот Люк де Росси, одно присутствие которого может все испортить?

Все дело в том, что рядом с ней оказался привлекательный парень, а Бет давным-давно ни с кем не встречалась. Дрожащими руками она налила себе сок. Проклятье, ведь он даже не нравился ей.

Она посмотрела в окно и увидела, как наклонился Люк, чтобы забрать свою сумку, которую водитель достал из багажника. Его брюки натянулись, подчеркивая идеальную форму ягодиц. Бет застонала и отвернулась.

Ей следует подумать, как решить назревшие проблемы, и не отвлекаться на умеющего красиво говорить, темноглазого, божественно пахнущего обладателя мягких губ, который собирался поселиться в гостевой комнате так близко от ее спальни!

Когда Люк вошел в дом, Бет допила остатки сока и повернулась к нему.

– Я приготовлю вашу комнату. – С этими словами она вышла из кухни.

Бет быстро убрала в коробку лежавшие повсюду на подоконнике и книжных полках бутылочки с ароматическими маслами и пакетики с отдушкой и убрала их в шкаф. Сложила папки с бумагами, раздвинула шторы и забрала из комнаты свои кроссовки. Когда Бет разложила диван и застелила постель, ее снова начали раздирать противоречивые чувства. Она не могла выбросить из головы нежное прикосновение пальцев Люка, его мягкое дыхание и испепеляющую страсть в его взгляде. И его абсолютно мужской запах, такой жаркий и такой многообещающий. У Бет перехватило дыхание.

Тут, словно по команде, в дверях появился Люк.

– Помощь не нужна?

– Нет. – Бет взбила последнюю подушку и поправила простыню. Она подняла глаза и поймала его полный страсти взгляд.

Увидев, что она смотрит на него, Люк тут же взял себя в руки.

– Послушайте, – сказала Бет. – Знаю, я вела себя немного…

– Неприветливо? Непреклонно?

– Осторожно. Просто мне нравится быть независимой. А вы, – пожала плечами Бет, – судя по всему, из тех парней, которые любят брать на себя ответственность.

– Во многом, но не во всем, – с улыбкой ответил Люк.

Если он хотел смутить ее, то попал прямо в цель. Бет схватила чашку со стола и направилась к выходу. Люк горой нависал в дверном проеме, ужасная привычка, поэтому ей пришлось постараться, чтобы протиснуться мимо него с невозмутимым выражением лица.

– Я ухожу на пробежку, – буркнула она. – Располагайтесь и чувствуйте себя как дома.

Десять минут спустя Бет спустилась по лестнице в футболке и беговых шортах. Ее белокурые кудри спрятались под потертой голубой бейсболкой. Скрестив руки на груди, Люк смотрел, как она пронеслась в прихожую и выскочила на улицу, с шумом закрыв за собой входную дверь.

Люк стоял и думал, что за игру он ведет. Сначала он держал Бет за руку в самолете, затем флиртовал с ней. Теперь въехал в дом, который она снимает. Потом начнет целоваться с ней и… Он прекрасно понимал, к чему это может привести.

Но нет. Бет ясно дала понять, что он ей неинтересен. Вот только ему не хотелось верить, что страсть, которая промелькнула в ее огромных глазах, была всего лишь плодом его воображения.

Люк подумал о губах Бет, которые казались такими мягкими. А ее кожа на ощупь была такой гладкой и нежной, как у младенца. Глядя в зеленоватые глаза Бет, Люк переставал здраво мыслить, они тянули его на дно, словно пловца, который тонул в водной пучине.

Он прогнал эти мысли прочь и пошел к лестнице. Работа и карьера всегда были на первом месте в его жизни. До того, как на него свалились все эти неприятности. И раньше, чем он начал задумываться о том, что однажды может занять кресло вице-президента компании. И даже до встречи с Габриэллой?

Люк почувствовал легкий приступ боли. Да, даже до встречи с ней. Его короткий, обернувшийся катастрофой брак только доказал выведенную им теорию: нельзя посвятить себя карьере и сохранить отношения. Чем-то одним всегда приходится жертвовать.

Нет, Люку нравилась его жизнь, и, если ему хотелось близости с женщиной, он всегда мог встретиться с кем-нибудь из своих сотрудниц, которые, как и он, были целиком и полностью поглощены своей карьерой.

И никакой привязанности. И никаких обязательств.

Люк стоял в центре гостиной, разглядывая окружающую обстановку. Из кухни доносился легкий аромат кофе, смешанный с лимонным и цветочным запахами. Через огромное окно в комнату щедро лился солнечный свет, освещая оранжево-желтые стены, два дивана с огромным количеством подушек и кофейный столик посередине. Здесь также находился маленький телевизор, открытый камин, книжные полки до самого потолка и цветастые коврики на отполированном деревянном полу.

Это место не имело ничего общего с Джино, только с Бет, что еще больше заставляло его убеждаться в правильности своей теории насчет того, что мисс Джонс была любовницей его дяди.

Люк повернулся к стоявшим на книжной полке фотографиям, которые он заметил еще вчера. На одной из них Бет и какая-то женщина стояли перед входом в торговый центр и улыбались в объектив фотокамеры. Вторым был пляжный снимок. Последнее фото было черно-белым, на нем красовалась платиновая блондинка с зовущей улыбкой.

Люк задумчиво поднял какую-то свечу необычной формы и понюхал. Бет. Он тут же поставил свечу на место.

Он оставил свои просторные апартаменты в Брисбене, начиненные всякими технологическими новинками, и оказался здесь. Несмотря на стильный интерьер, огромный плазменный телевизор и современную кухню, в его жилище не хватало души. Ни тепла, ни купающегося в солнечных лучах сада, а теперь, благодаря журналистам, никакого личного пространства.

И во второй раз в жизни Люк оказался в доме, который предоставил ему дядя Джино.

Но ему больше не пятнадцать, и он не озлобившийся, мрачный подросток, которого доводила до отчаяния напрасная борьба его родителей за лучшую жизнь. Он ненавидел их за это и чувствовал себя виноватым.

Люк склонился и почитал названия книг на полке. «Справочник по ароматерапии», «Исцеление тела», «Руководство для владельцев малого бизнеса», «Полный исторический справочник об истории возникновения комиксов». И множество книг по научной фантастике с потертыми обложками и заломанными страницами.

Люк еще раз оглядел комнату, и его наполнило какое-то теплое чувство. В этом доме ощущалась настоящая домашняя атмосфера. Здесь жили. Тогда как его апартаменты представляли собой набор мебели. И если бы завтра все его вещи превратились в дым, их заменили бы в тот же день.

Люк постоял так некоторое время, озадаченный этим непонятным чувством, а потом отмахнулся от него. Нельзя сворачивать с намеченного пути. Этот дом – всего лишь место, где можно залечь на дно, пока его не вызовут на допрос в следующем месяце. Ситуация разрешится, и Люк сможет вернуться к работе. Все просто.

С этими мыслями он побрел в кухню. Люк никогда не позволял, чтобы эмоции влияли на его решения, но решился делить пространство с женщиной, которую переполняли эти самые чувства, принимая различные причудливые формы и меняя ее жизнь. Ярким примером послужил момент, когда она буквально выскочила из машины, чтобы поскорее избавиться от его общества.

Люк вышел на крыльцо и присел на кресло-качалку. Казалось, жизнь вокруг замерла: ни машин, ни шума большого города.

Покой. Тишина. Безмятежность.

Он глубоко вздохнул и закрыл глаза. Трава. Соленое море. Лимонное дерево в конце подъездной дорожки.

Бет.

Когда Люк очнулся и посмотрел на часы, оказалось, что он дремал целых полчаса. И за эти тридцать минут никаких сделок, переговоров с клиентами или тревоги по поводу того, что еще предпринял Джино, чтобы испортить ему жизнь.

Неужели Марко был прав, когда заявил, что Люка слишком заботит прошлое и то, чего нельзя изменить?

«Ты держишь обиду слишком долго, и, если ты не остановишься, ты потерпишь сокрушительное поражение», – сказал ему Марко на похоронах Джино.

Люк тяжело вздохнул, достал свой телефон, чтобы сделать первый из дюжины звонков.

Бет бегала не ради удовольствия, хотя иногда случалось и такое. Она занималась бегом, чтобы привести в порядок свои мысли. И сегодня Бет нуждалась в физической нагрузке, как никогда раньше.

Несмотря на то что вечерняя жара обволакивала ее, словно объятия буйного родственника, она не сбавляла скорость.

Спустя час, когда она наконец повернула обратно, все ее тело болело от напряжения. Но потраченные усилия стоили того. Она смогла избавиться от мыслей о Люке де Росси.

Бет глубоко вздохнула, нежась в безмятежности наступающего вечера. После густонаселенных безликих городов ее дом был настоящим раем на земле, и все благодаря тому, что Бет вела независимый и уединенный образ жизни.

Рядом тихо прошелестел ветерок, нежно касаясь ее влажной от пота кожи.

Бет любила это место. Если она уступит и уйдет, то потеряет какую-то очень важную часть себя и сотрет все приятные воспоминания, которые накопились за последние десять лет.

Нет, она будет бороться. Время не на ее стороне, но Люк, похоже, не из тех, кто любит ждать. После недели или двух ему надоест это ожидание, и он примет ее предложение. Они обговорят цену, подпишут необходимые бумаги, а потом Бет отработает эти деньги.

Что-что, а ждать она умела.

– Эй! – Бет подпрыгнула, когда из кухни неожиданно вышел Люк. – Вы не могли немного пошуметь вместо того, чтобы подкрадываться так тихо?

– Что? Впрочем, не важно. Нам нужно поговорить, возражений я не приму, – прислонившись к стене, заявил он, не сводя с нее пристального взгляда.

Бет густо покраснела.

– Сначала мне нужно принять душ. Я спущусь через пятнадцать минут.

– В противном случае я поднимусь за вами.

Бет повернулась и чуть не бегом бросилась наверх. Он ведь не посмеет вломиться к ней в ванную. Или осмелится?

Глава 7

Десять минут спустя Бет вошла в кухню в футболке и брюках защитного цвета. Ее влажные волосы были собраны в хвостик. Люк смотрел, как она налила себе воды, глянула на него и залпом осушила стакан.

Люк заметил, что Бет чувствует себя очень некомфортно под его пристальным взглядом.

– Вам понравилась комната? – наконец спросила она.

– Да, спасибо, – ответил Люк. – Чудесный дом. Тут много места.

Бет кивнула, слабо улыбнувшись.

– Поэтому я и выбрала его. Честно говоря, здесь я впервые почувствовала, что такое дом.

Люку стало немного не по себе. Не очень хороший знак, особенно после того, как он обыскал ее дом несколько минут назад.

Он просмотрел все ее папки, проверил ящики стола и заглянул за книжки в гостиной. Потом быстро осмотрел ее спальню. Люк уже готов был бросить эту затею, но тут нашел кое-что интересное в ее платяном шкафу.

Кто такая Тейлор Стентон и почему Бет хранит свое свидетельство о рождении в старой коробке из-под обуви?

Недолго думая, Люк позвонил своему частному детективу Дилану и рассказал о своей находке. Теперь, когда Бет вошла на кухню и села напротив него за столом, его начала мучить совесть.

Глупости какие. Его поступок ничего не значит, и в любом случае Бет никогда ничего не узнает.

У него снова заныла шея, боль острыми иглами впивалась в его мышцы. Сначала его отправили в вынужденный отпуск, потом устроили засаду у его дома. А теперь ему пришлось прибегнуть к шпионажу. Люка охватило беспокойство, но он быстро справился с ним, схватившись за чашку кофе, который он приготовил несколько минут назад. Обжигающий жар помог ему отвлечься.

– Бет, вам рано или поздно придется написать заявление в банк.

– Знаю, – нервно поправила волосы Бет.

Она желала, чтобы Люк исчез, а он, в свою очередь, решительно настроился докопаться до истины. Но, увидев побледневшее лицо девушки, Люк вдруг проникся к ней сочувствием.

– Я сделал несколько звонков и проконсультировался с юристами. А также попросил сделать копию завещания. Пока его подготовят, мне нужно встретиться с моей тетушкой.

– Вам не по душе вся эта ситуация, – едва слышно заметила она.

– Дело Джино может быть закрыто, но последствия никуда не денутся, – пояснил Люк. – Все сошли с ума: адвокаты, инвесторы, члены моей семьи. Мне сейчас вряд ли можно присвоить титул Человека года.

– Но вы невиновны.

– Значит, вы не верите, что я занимался отмыванием денег из казино своего дяди?

– Конечно нет, – фыркнула Бет.

– Почему?

– Я сужу по тому, что видела сегодня. Вы можете быть бесцеремонным и слишком самонадеянным, но, по иронии судьбы, вам играют на руку ваши моральные принципы. Вы бы ни за что не стали сознательно подрывать свой авторитет, – улыбнулась Бет.

– Понятно, – задумчиво ответил Люк.

Бет посмотрела ему в глаза и поняла, что только что на какую-то долю секунды увидела настоящего Люка де Росси, который страдал от того, что уязвили его гордость. До случившегося с его дядей репутация Люка была просто безупречной. Что неудивительно, ведь он был человеком увлеченным, а такие люди зачастую неимоверно требовательны к себе. Но когда у них не получается соответствовать невозможно высоким стандартам, они часто с грохотом падают с небес на землю.

Ее сердце сжалось.

– Я могу помочь вам избавиться от боли в шее.

– Правда? – почти не глядя на нее, переспросил Люк.

Бет понимала, что он чувствовал. Но прямо сейчас он не нуждался в сочувствии, ему нужно было снять стресс. Бет поднялась и решительно убрала его руку с затылка.

– Позвольте мне оказать вам помощь.

В его глазах полыхнул огонь и тут же погас, но этого было достаточно, чтобы по ее телу жаркой волной разлилась истома.

– Это моя работа, – пояснила она. – Вы переутомились, а я помогу вам расслабиться.

– Но вы не обязаны…

– Обязана. Люк, пожалуйста, разрешите мне помочь вам.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, а потом Люк отвел взгляд и пожал плечами.

– Ладно.

– Идите в гостиную, – сдавленно ответила Бет. Ее сердце учащенно забилось. – Я возьму все необходимое для массажа.

Бет поспешила наверх, стараясь не думать о том, почему предложила ему свою помощь. Захватив с собой масла, она вернулась обратно, задвинула шторы, вытащила из-под лестницы массажный стол и разложила его.

Люк молча наблюдал за ней.

– Похоже, вам никогда не делали лечебный массаж, – заметила она.

– Делали, но это было лет сто назад. Сейчас я слишком занят.

– Нужно найти время.

– До или после того, как я накормлю всех голодающих этого мира? – пошутил он.

– Снимайте рубашку и ложитесь на живот, – натянуто ответила Бет.

Он послушно лег на стол, опустив лицо в специально сделанную прорезь, и теперь все его тело было целиком и полностью во власти Бет. Она глубоко вдохнула.

Потом еще раз.

Бет налила себе на ладони немного масла, растерла его и приступила к делу.

Большими пальцами она мягко коснулась поясницы Люка, и он чуть не вскочил со стола.

– Какого черта?..

– Не двигайтесь, – остановила его Бет.

– Но это ужасно больно!

– Вы ведете себя как маленький ребенок, – подавила улыбку Бет и снова принялась за дело.

– Вы специально так делаете! – заворчал он.

– Я пытаюсь снять напряжение, поэтому вынуждена причинить вам немного неудобств.

Бет продолжила разогревать его мышцы.

– У вас бывают мигрени? – спросила она.

– Нет.

– Приступы паники?

– Вы считаете, я…

– Проблемы во время близости?

– Нет, – возмутился Люк, и Бет прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

– Вам повезло. Я перечислила симптомы стрессовой обстановки.

Люк подавил стон. Бет была хороша. По правде говоря, если бы за массаж давали Оскара, она одержала бы победу в два счета.

– Как же так получилось, – начала Бет, разминая мышцы его спины, – что никакой женщине не удалось заполучить вас в свои сети?

– Карьера и отношения плохо сочетаются друг с другом.

– Слишком громко сказано. Возможно, вы просто не встретили подходящего человека.

– Поверьте мне, я знаю, что говорю, – со стоном выдавил Люк. – Ведь мне по работе приходится встречаться со множеством женщин.

– Понятно.

Бет молча продолжила свою работу. Она стояла, склонившись над ним, и касалась его тела своими крепкими и умелыми руками. Через некоторое время сквозь боль Люк почувствовал, что его кровь вскипела от возбуждения.

– Вы очень напряжены здесь, – озабоченно заметила Бет, разминая его плечи.

Люк пробормотал что-то в ответ, стараясь не давать воображению рисовать обнаженную Бет, которая массажирует его всем своим телом. Она переместилась к изголовью стола, склонилась над его плечами и занялась его левой рукой. В поле его зрения попали ее ступни, и Люк начал рассматривать ее изящные пальчики, ногти на которых были покрыты лаком кораллового цвета. На одном из пальчиков красовалось серебряное колечко с каким-то зеленым камушком.

Он представил, как облизывает эти пальчики…

Люк зажмурился от боли, когда в течение следующих нескольких секунд Бет основательно проработала некоторые из его мышц. Ему казалось, что еще немного, и душа покинет его бренное тело, но Бет смилостивилась над ним и уменьшила давление. Люк облегченно вздохнул.

– Вам следует почаще делать массаж. Тогда не будет так больно. – Она мягко сжала его трапециевидную мышцу, и Люк резко вдохнул. – Теперь понимаете, о чем я?

Люк что-то неразборчиво пробормотал.

– Не пытайтесь разговаривать, – мягко похлопала его по плечу Бет. – Я знаю, чего вам стоит сдерживаться, чтобы не застонать.

– Я пытаюсь хранить молчание с достоинством.

– В этом нет никакой необходимости, – рассмеявшись, шепнула ему на ухо Бет. – Выплесните все эмоции наружу.

Ему стало жарко от ее дыхания. Теперь Люк представил их покрытые испариной, разгоряченные тела и Бет, стонущую под ним. И над ним. Он чувствовал прикосновение ее хлопковой рубашки к своим волосам. А ее руки разминали каждую частичку его тела. Люку до смерти хотелось протянуть руки и, схватив ее за округлые соблазнительные ягодицы, прижать к себе.

Бет обошла стол и снова вернулась к его пояснице. Она мягко прошлась по ней своими пальчиками, и Люк напрягся от разрывавшего его на части желания.

– Нет, нет. Не делайте этого, – поспешно сказала Бет.

– Вы о чем?

– Не нужно напрягать поясницу. – С этими словами она начала растирать мышцу, которая доставляла ему больше всего беспокойства.

Люк застонал. Только на этот раз от боли другого рода. Его набухшая плоть упиралась в ничем не покрытый стол, а его разум вышел из-под контроля. И Люк ничего не мог поделать с собой.

– Вы закончили? – не выдержал он.

– Потерпите, мне осталось…

– Спасибо. Я в порядке.

Люк поднялся, схватил свою рубашку и поспешно надел ее. Непослушными пальцами он застегивал пуговицы и старался глубоко дышать, чтобы усмирить свое тело. Он не стал заправлять рубашку в брюки, чтобы Бет ничего не заметила.

Когда Люк повернулся к ней, Бет выглядела изумленной и смущенной. Он сам испытывал неловкость.

Проклятие.

– Мне нужно принять душ, – сказал Люк, но не сдвинулся с места.

– Ладно. – Бет вытерла руки о полотенце, стараясь не выказывать разочарования. Люк снова испытывал напряжение, и все ее старания улетучились в открытое окно.

Она глянула на него и замерла, не в силах отвести взгляд от его покрытого испариной тела. Темные волосы курчавились на его груди и спускались ниже, прячась от дальнейших взоров за застегнутыми пуговицами рубашки.

У Бет пересохло в горле, и она шумно вздохнула.

Перед ней стоял огромный мускулистый мужчина в обтягивающих бедра брюках и слегка помятой рубашке, которые наверняка стоили больше половины ее месячного заработка.

Сейчас он пожирал глазами Бет, словно она была для него своего рода последней трапезой. Запах его пота смешался с ароматом геля после бритья и ароматическими маслами.

– Бет?

– Что? – хрипло спросила она.

– Если вы не остановите меня, я нарушу ваше правило номер два.

Бет сглотнула, когда Люк подошел к ней и медленно притянул к себе, давая возможность вырваться. Но она не сопротивлялась. Ей казалось, что Люк загипнотизировал ее, и она стояла, не в силах пошевелиться, пока он погружал свои пальцы в ее волосы. Не сводя с нее глаз, он начал поглаживать ее нижнюю губу.

Жар его тела передался Бет. Губы Люка были так близко, что она чувствовала его теплое дыхание. Она испытывала такое удовольствие, что еле сдерживалась, чтобы не застонать.

Бет показалось, что она тает, когда Люк высунул кончик языка и слегка коснулся ее приоткрытых губ. Все ее тело затрепетало от предвкушения. Она задыхалась, а ее мысли начали путаться, когда ее затопила волна наслаждения. Люк начал покрывать нежными поцелуями линию ее подбородка, опускаясь ниже, к чувствительной впадинке на ее шее.

О небеса.

Бет от удовольствия закрыла глаза.

– Неужели это так неприятно? – хрипло спросил Люк. Его горячее дыхание обжигало ее кожу.

– Нет. – Наоборот, она испытывала неимоверное наслаждение.

– Значит, ты не будешь возражать, если я сделаю так? – С этими словами Люк потерся губами о нежную кожу ее шеи. Бет тихо застонала. – Или так?

Его рука скользнула вверх по ее телу, и дыхание Бет стало сбивчивым, когда Люк коснулся ее набухшей груди.

Ей не хотелось сопротивляться. Возможно, потому, что она слишком долго оставалась одна, и ей не хватало физической стороны страсти. Может быть, Бет жаждала, чтобы ее касались после вечности, в которой была одна пустота. А может, она тайно мечтала о близости с Люком де Росси.

Или все дело в его горячем дыхании и прикосновении его бедер.

Бет обхватила его шею руками и притянула к себе. Ее так давно никто не целовал.

Не искал близости с ней.

Никто не касался ее вот так, что она перестала слышать голос разума. Люк нежно поглаживал Бет по спине, и ей хотелось ощущать его руки каждой клеточкой своего тела. Ее дыхание стало сбивчивым. Неужели она стонет, словно изголодавшаяся по любви девственница? Должно быть, так, потому что Люк нежно коснулся ее губ своими губами и спросил:

– Ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя?

– М-м-м.

Люк неторопливо прильнул к ее губам.

Определенно, этот мужчина знал толк в поцелуях.

Люк нежно провел ладонями по ее рукам, и Бет внутренне затрепетала.

– Ты хочешь, чтобы я остановился? – прошептал он, продолжая целовать ее пухлые губы. – Только скажи.

Ей так сильно хотелось уступить ему, что ее сердце сжималось от боли.

– Я…

Бет желала близости с ним. Впервые в жизни ей хотелось закрыть глаза на условности, не думать о последствиях и отдаться на милость пожиравшей ее страсти.

Но ей придется дать что-то взамен. То, что она охраняла на протяжении десяти лет.

Бет со стоном открыла глаза. Люк продолжал покрывать поцелуями ее шею, нежно покусывая ее мягкую кожу.

– Прекрати, – начала отчаянно вырываться Бет.

Люк пошатнулся и удивленно посмотрел на нее глазами, все еще полыхавшими от страсти.

– Бет…

– Нам не следовало… – Бет прокашлялась. – Это противоречит профессиональной этике. Кроме того, у меня замечательная жизнь. Я счастлива. И я не хочу… – Она шумно вздохнула. – Я не сторонница случайных половых связей.

– У нас не будет ничего случайного. – В его хриплом голосе послышалось обещание, и Бет снова затрепетала.

– Нет, – разозлившись на собственную слабость, возразила она. – Мы оказались в кошмарной ситуации, и я не хочу новых проблем.

– Ты именно так смотришь на то, что происходит между нами?

– Да, – не глядя на него, кивнула Бет. Она все еще ощущала жар его тела и его запах на своей одежде. И ей по-прежнему хотелось, чтобы он продолжал ее целовать.

Не услышав ответ Люка, Бет повернулась к нему. Он стоял, нахмурившись, и качал головой.

– Послушай. – Бет заправила за ухо выбившуюся прядь волос. – То, что между нами произошло, – это обычная физиологическая реакция на стрессовую ситуацию. – Она натянуто улыбнулась. – Когда человек чувствует опасность, его тело реагирует по-своему, желая заняться продолжением рода.

– Правда? – насмешливо спросил Люк.

– Эй, мы говорим о физиологии.

Люк пристально посмотрел на Бет. Она стояла с решительной улыбкой на губах, которые он страстно целовал всего минуту назад. Проклятие, его так сильно влекло к ней, словно его воздержание длилось не три месяца, а целых пять лет. Люк взволнованно провел рукой по волосам, жалея, что это не ее волосы.

– Значит, больше никаких поцелуев?

– Да.

– Ладно.

Люк смотрел, как Бет собрала масла и сложила массажный стол с такой тщательностью, словно делала операцию головного мозга. Она не стала отрицать возникшее между ними влечение, и этот факт должен был польстить Люку. Но он почему-то не испытывал особой радости.

Он мог одурачить себя мыслью, что для Бет в порядке вещей одаривать парней с ума сводящими поцелуями, от которых начинало бешено колотиться сердце и замолкал голос разума. Но потом Люк заметил промелькнувшую в ее взгляде досаду. Бет, безусловно, могла обосновать все, что угодно, но его не проведешь.

Люк хотел ее, и его чувства были взаимными.

Бет Джонс отличалась от всех, с кем он когда-либо встречался. Она не стала притворяться, что желает избавиться от него. Но в то же время ее тянуло к нему, и стоило им оказаться на расстоянии вытянутой руки, как между ними тут же вспыхивала страсть. Другая бы на ее месте откровенно признала, что между ними происходит, но Бет вместо этого прочитала ему лекцию по биологии. Ее откровенное запирательство интриговало Люка.

«Возьми себя в руки, – приказал себе Люк. – Самое главное для тебя – это карьера, и так было всегда. И тебя устраивает такое положение вещей. Признай, что ты настоящая катастрофа в том, что касается серьезных отношений».

К тому же Люку не хотелось ранить Бет.

– Я собираюсь принять душ, – наконец сказал он. Бет промолчала в ответ, и Люк вопросительно поднял бровь.

– Полотенца в шкафчике над раковиной.

Когда он вышел из комнаты, Бет в отчаянии рухнула на диван.

Она даже не думала, каким восхитительным на ощупь может быть его тело. Бет подумала о шраме на его пояснице. Она прикусила губу и сдерживалась из последних сил, чтобы не прильнуть к нему и не стереть все массажное масло своими нежными поцелуями.

Бет услышала, как включился кран в ванной. Ее воображение тут же нарисовало обнаженного Люка. Вода стекала по его груди, животу…

«Прекрати. Прекрати сейчас же».

Горестно вздохнув, Бет поднялась и на негнущихся ногах отправилась в кухню.

Поздно вечером, после того, как Бет поужинала в одиночестве сэндвичами с курицей, она набрала себе ванну и со стоном погрузилась в теплую пену.

Позади нее над головой на полочке мерцали ароматизированные свечи, отражаясь в огромном зеркале в позолоченной рамке и поблескивая на поверхности воды.

Ванная была самым любимым местом Бет. Здесь она привыкла расслабляться и размышлять.

Несмотря на то что дом погрузился в тишину, в воздухе витало напряжение. Все вокруг словно ожидало, какие перемены принесет с собой этот непрошеный гость, мистер де Росси. Люку следует дать понять, насколько он здесь лишний и как сильно пострадала от его вторжения ее упорядоченная жизнь. Она сразу сказала ему, чего хочет. А теперь ей приходится убеждать его. Бет продемонстрировала Люку, что она привязана к этому дому и что везде, на каждой чашке, подушке, книжке хранится ее отпечаток. Он вернется к своей работе и вскоре забудет очарование поместья своего дядюшки. Люк примет ее предложение, и к ней снова вернутся покой и душевное равновесие. Даже если ей придется работать сверхурочно следующие двадцать лет, чтобы расплатиться с ним.

Но откуда тогда это чувство неудовлетворенности? Бет пошевелилась, и ее грудь окатило прохладной водой. Она поежилась и быстро поднялась с твердым намерением сделать все для того, чтобы убедить Люка продать ей дом. Истерики и мечты о том, чтобы ситуация сложилась по-другому, ничего не изменят. На похоронах своей матери Бет торжественно поклялась, что никогда не позволит себе погрузиться в пучину депрессии и неуверенности в собственных силах. Она не хотела быть похожей на свою мать, которая терпела измены мужа, позволяла собой манипулировать.

Направляясь в свою спальню, Бет решила сражаться до победного конца. Ситуация обязательно изменится к лучшему, это всего лишь вопрос времени.

Она надела пижаму и легла, уставившись в потолок. Мысли роились у нее в голове, пока наконец усталость не взяла свое и Бет, закрыв глаза, крепко уснула.

Глава 8

– Привет, Бет. Ты не могла бы заехать за мной сегодня? – В трубке раздался взволнованный голос помощницы Бет, Лоры.

– Опять проблемы с машиной? – спросила Бет, намазывая на гренку арахисовое масло. – Ты позвонила в автосервис?

– Ага. Но они приедут не раньше десяти.

На кухню молча зашел Люк в джинсах и черной футболке. Бет тут же вспомнила вчерашний поцелуй и задрожала от охватившего ее желания.

– Никаких проблем, – ответила она Лоре. – До встречи. – Бет положила трубку и налила себе стакан сока. – Доброе утро.

– Привет, – поздоровался Люк и окинул ее пристальным взглядом. – Хорошо спалось?

– Ага, – соврала Бет. – А тебе?

– Спал как младенец. И у меня больше не болит шея.

– Я ведь говорила, что тебе нужна квалифицированная помощь. Еще несколько дней хорошего отдыха, и ты будешь как новенький.

Люк налил себе кофе и прислонился к кухонному столу.

– Собираешься на работу?

– Почему бы нет?

– По-твоему, это благоразумно?

«Благоразумней, чем сидеть взаперти с тобой и не иметь возможности где-нибудь укрыться», – подумала Бет.

– Мне платят за работу. И в любом случае в мое отсутствие ты сможешь лучше расслабиться.

Казалось, Люк не удовлетворился таким объяснением.

– В этом доме есть что-нибудь, к чему я мог бы приложить свою руку?

– Нет.

– А как насчет двери в кладовую?

– Я сама могу починить ее.

– Я тоже могу это сделать.

– Мне бы не хотелось, чтобы ты…

– Бет, не заставляй меня заявлять о своем преимуществе, – мягко, но в то же время решительно заявил Люк. – Я являюсь владельцем этого дома, или ты забыла?

– Отлично, – покраснела Бет и безразлично пожала плечами. – Делай что хочешь.

Бет не понравилось, что ее слова прозвучали несколько раздраженно. Но ее задевал тот факт, что Люк имел полное право покрасить весь дом в розовый горошек, если бы только захотел.

– Мне вчера позвонил Дилан, – сказал Люк. – Он получил доступ к записям звонков твоего беглеца, а сейчас занят изучением расписания полетов.

– Бен мог покинуть страну? – Ее сердце чуть не выскочило из груди.

– А что бы сделала ты, если бы украла полмиллиона долларов?

– Значит, эти деньги могут быть потеряны навсегда, – медленно выдохнула она.

– Необязательно. Посмотрим, чем все закончится.

Бет рассеянно кивнула. Снова придется ждать.

К концу забега она станет чемпионом по ожиданию.

– Сначала я починю дверь, а потом займусь дровами на заднем дворе. – Люк помассировал плечо. – Нужно чем-то себя занять.

– Не привык бездельничать?

– Ненавижу это дело, – признался он. Бет улыбнулась, и черты его лица немного смягчились. – Мне казалось, что нет ничего хуже, чем валяться на пляже с книжкой в руках. – Люк облокотился на стол. – Пока ты не сделала мне массаж.

Бет понимала, что ему хотелось сказать что-то насчет вчерашнего поцелуя, но он молчал и только многозначительно смотрел на нее.

– Мне нужно идти, – пробормотала Бет и поспешно вышла из кухни.

Люк смотрел, как она уходит, недоумевая не в первый раз со вчерашнего вечера, почему она все время раздражается.

Коннор сказал бы, что его одержимость приводить все в порядок натолкнулась на бетонную стену. А Марко насмешливо добавил бы, что некоторые вопросы нельзя решить с помощью одной лишь очаровательной улыбки.

Может быть.

Люку не хотелось думать о настоящей причине происходящего, но ответ был абсолютно эгоистичным.

Влечение.

Бет не принадлежала к тому типу женщин, которые нравились Люку. Она была слишком скрытной, слишком упрямой и прикладывала чересчур много усилий, чтобы взять ситуацию под свой контроль. Люку нравились открытые, прямолинейные женщины, которые не преподносили сюрпризов. Но что-то в Бет привлекало его и заставляло его сердце биться сильнее.

Люку не хватало присутствия женщины в его жизни. Он тосковал по мягкости и нежности ее тела, по тому, как она пахнет, смеется.

Ему было непривычно, что Бет отказывалась от его помощи, несмотря на то что оказалась по уши заваленной неприятностями. Но она ясно дала понять, что прекрасно справится сама и так будет и впредь, когда он исчезнет с ее горизонта.

Люк не мог понять, почему его так сильно задевало ее упрямство.

Бет отказывалась испортить свой день мыслями о сбежавшем бухгалтере. Вместо этого она сосредоточилась на вещах, которые могла взять под свой контроль, а именно влечение к Люку де Росси.

Бет заехала за Лорой, но всю дорогу до работы поддерживала беседу с ней односложными ответами, потому что ее мысли витали где-то далеко.

«Скажи честно, ведь ты же хочешь его. Что ты потеряешь, если один раз поддашься искушению? Если позволишь ему целовать и касаться тебя?»

Она потеряет контроль над ситуацией и окажется под угрозой разоблачения. Хватит одного ретивого журналиста, одной ошибки, и вся ее жизнь снова окажется выставленной на всеобщее обозрение.

Бет сосредоточилась на дороге, пытаясь убедить себя, что отнесется с безразличием к уходу Люка. Она будет только рада. Рада, и точка.

– Ты меня слышишь? – Лора помахала рукой у нее перед носом.

– Что? – растерялась Бет.

– Я спрашиваю, стоит ли нам увеличить заказ клюквенных масел на Рождество?

– Думаю, нет. Прости, я немного отвлеклась.

– Что-то связанное с этим крысенышем Беном?

– Угадала, – слабо улыбнулась Бет.

– Спасибо, что уточнила все насчет сегодняшнего расписания. Кстати, Джек Бенсон надеется, что ты чувствуешь себя лучше.

Старик Джек, один из ее клиентов.

– Разве я болею?

– Нет. Просто люди думают, что только болезнь может помешать тебе выйти на работу.

– Лора, ты считаешь меня трудоголиком? – спросила Бет.

– Ну-у… Да. Немного, – улыбнулась ее помощница.

– Понятно.

– Последний раз ты брала выходной… Вообще-то я не могу припомнить такого случая. Когда в последний раз ты лежала на пляже и просто бездельничала? Или ты начала с кем-то встречаться?

– Почему ты раньше ничего не говорила?

– Ты никогда не спрашивала, – пожала плечами Лора. – И тебе на самом деле нравится работать. Но я не могу понять, как ты можешь твердить всем о необходимости отдыха, а сама не следуешь этому принципу.

– И ты считаешь, что мне нужен мужчина.

– Нет. Тебе нужно развеяться, – улыбнулась ее помощница. – И немного секса не повредит.

Если бы неделю назад кто-нибудь сказал Бет, что она будет делить дом с Люком де Росси, убегать от репортеров и охотиться на своего бывшего сотрудника и пропавшие полмиллиона долларов, она сочла бы его безумцем.

Бет поежилась. Да, Люк решил помочь ей решить проблему с Беном. И ее тянуло к нему. Но ее влечение было скорее душевным, а не физическим. Бет не хотелось, чтобы Люк проник в ее жизнь и ее тайны. Каждый раз, стоило ей посмотреть на него, в голове включался сигнал тревоги.

Хотя тело кричало об обратном.

Ровно в половине десятого Бет и Лора шагали по торговому центру по направлению к своему салону.

– Какие ароматы. Ты только понюхай, – тихо сказала Лора, когда Бет открыла двери.

Бет сделала глубокий вдох.

– Красный жасмин. Лаванда. Лемонграсс.

– А я уловила аромат кофе, – пропела Лора, помахав пакетиком быстрорастворимого напитка.

– Ты завариваешь кофе, а я займусь нашей стойкой. – С этими словами Бет достала ключ, включила кассу и разложила на столе рекламные проспекты.

Она посмотрела вокруг и улыбнулась. Бет нравилось безумное сочетание запахов, царивших в их небольшом салоне. На стеклянных полочках стояли аккуратно расставленные лосьоны, кремы и пудры, а также пена и соль для ванн и гели для душа. Возле белоснежного умывальника стояла наполовину пустая бутылочка жидкого мыла.

Как всегда, все на своих местах.

Это была ее реальность. Еще один обычный день.

Во время обеденного перерыва Бет посидела в Интернете, занимаясь поисками интересующей ее информации о Люке де Росси и Джино Корелли, а потом позвонила в бесплатную юридическую консультацию. Получив новые сведения, Бет не могла дождаться конца рабочего дня. Она высадила Лору у ее дома и поехала к себе.

Ее ничуть не удивили сенсационные разоблачения журналистов. Но она ошиблась, ожидая, что Люк будет фигурировать в разделе сплетен и новостей из жизни светского общества.

Бет вздохнула, чувствуя, как возрастает ее симпатия по отношению к этому человеку. Пусть, несмотря на все свои достижения, Люк оставался одним из тех заносчивых и требовательных деловых людей, с которыми ей не раз приходилось сталкиваться, он приводил ее в замешательство своими поступками. Он мог поручить дело с наследством дяди своим высокооплачиваемым адвокатам. Мог бросить ее одну на растерзание журналистам, но вместо этого заслонил собой от них и даже предложил найти пропавшие с ее счета деньги. Его дела говорили громче, чем предполагаемые проступки, детали которых смаковали журналисты.

Бет чувствовала себя неблагодарной по отношению к нему.

Она с силой захлопнула дверцу машины и направилась к дому.

Стоило ей ступить на порог, как ее тут же окружили соблазнительные ароматы чеснока и лука.

Бет сглотнула и, войдя на кухню, заглянула в духовку. Лазанья.

Она широко улыбнулась, заметив отремонтированную дверь в кладовую, белоснежную раковину и сияющий чистотой кухонный стол…

В центре стола стоял цветочный горшок с герберами.

Люк определенно чувствовал себя здесь как дома.

– Люк? – Бет медленно направилась в гостиную, но его там не было. Ее охватила паника. Она хотела броситься наверх, но, выглянув в окно, выходящее на задний двор, заметила там сидящего на траве мужчину.

Бет направилась к нему. Люк, должно быть, почувствовал ее присутствие. Он повернулся и, очаровательно улыбнувшись, проворно вскочил на ноги.

– Привет.

– Привет, – смущенно ответила она. – Ты занимался готовкой.

– Ну, я ведь пообещал тебе лазанью.

Бет улыбнулась в ответ, стараясь не выказывать охватившее ее возбуждение.

– Как дела на работе?

– Все в порядке.

– Никаких звонков, никаких проблем?

– Банк просит вернуть деньги.

– Я могу уладить это дело, – нахмурился Люк.

– Мне приходилось решать и не такие вопросы, – пожала плечами Бет.

– Да, но они не имеют права преследовать тебя. Позволь мне вмешаться.

Бет вдруг расхотелось сопротивляться, и она согласно кивнула:

– Ладно.

Люк посмотрел на нее с удивлением:

– Почему ты относишься ко всем с недоверием, cara?

Послушай, – вздохнула Бет, – мой отец был настоящим обманщиком. Он бросил нас, когда мне было пять лет, и вернулся домой год спустя. Мама приняла его обратно, и некоторое время все было просто замечательно… А потом, когда мне исполнилось десять, он снова ушел. Маме все это надоело, и мы переехали в другой город.

Люка не удовлетворил ее ответ, он чувствовал, что за ее недоверием скрывается что-то большее.

– И вся эта ситуация – я, твой сбежавший сотрудник – не улучшила положение вещей, не так ли?

– Ты прав, – отвела взгляд Бет.

Люка вдруг одолело неразумное, абсурдное желание придушить кого-нибудь.

– Мои родители переехали в Австралию из Италии, когда мне было шесть лет, – сказал он. – Им приходилось несладко, и они тяжело трудились, чтобы заработать себе на хлеб. Мы жили в маленьком городке, пытаясь выжить, продавая фрукты и овощи с нашего огорода. Но смена погоды, засухи и дождь плюс открывшаяся сеть супермаркетов потеснили нас, так что мы часто оставались без электричества и воды. Такая жизнь доводила до отчаяния. – Люк нервно провел рукой по волосам. – И после того, как они умерли, я начал ненавидеть их за это.

– Почему?

– Потому что они никогда не рассказывали мне о брате моей матери, моем дяде Джино. Похоже, он предлагал им деньги, дом и работу, когда они только приехали сюда, но они отказались. Они были очень гордыми и глубоко религиозными и считали азартные игры большим грехом. Поэтому, когда они умерли и в моей жизни вдруг появились Джино и Роза, я стал обвинять и их тоже.

Бет прикусила губу, видя, что Люк испытывает явный дискомфорт. Ей хотелось подойти к нему, успокоить его, утешить. Но только она собралась сделать первый шаг, как Люк вдруг развернулся и пошел к дому. Бет замерла на месте.

– Пойду проверю, как там наш ужин, – натянуто улыбнулся он. – Ты идешь?

Бет, чувствуя себя полной идиоткой, поправила выбившуюся прядь волос и последовала за ним в дом.

Они ужинали в полной тишине. Бет показалось, что Люк пожалел о том, что поделился с ней историей своей жизни.

Все началось со вчерашнего поцелуя. С того момента их влечение остыло и превратилось в отчужденность, и Бет испытывала странное чувство разочарования.

Но она не осмеливалась поднять глаза и избегала его взгляда, внимательно изучая трещинки на столе из соснового дерева.

Покончив с ужином, Бет внутренне вздохнула от облегчения. Она поднялась, и Люк тоже встал из-за стола.

– Давай я помою посуду, – предложил он.

– В этом нет необходимости.

– Но я хочу помыть ее.

– Ладно, – уступила Бет. – Ты можешь загрузить посудомоечную машинку.

Они убрали со стола, но, когда Бет потянулась за последней тарелкой, их руки соприкоснулись. А потом пересеклись их взгляды. Бет не знала, куда прятать глаза. Если она отпрянет, Люк поймет, что она нервничает, но, если оставаться на месте, он подумает, что она не возражает против его прикосновений. Правда была в том, что она на самом деле возражала все меньше и меньше.

– Прости, – пробормотала она и отпустила тарелку.

Люк начал загружать машинку, а Бет налила себе кофе.

– Я созвонился с Розой, – сказал Люк. – Мы договорились встретиться в воскресенье вечером.

– Ты поедешь один?

Люк молча кивнул.

– О нет. Мы ведь договаривались все делать сообща.

– Бет…

– Нет, Люк.

– Это касается только меня, – рассердился Люк. – Понятно?

Отлично, он бросил ей в лицо ее же слова.

– А как же обещание делиться информацией? – Бет покраснела под его пристальным взглядом. – Послушай, мы вместе оказались впутаны в это дело. Разве не так?

– Я не хочу впутывать тебя в семейные разборки.

– Немного поздновато. К тому же как ты собираешься остановить меня?

Люк сверлил ее взглядом, но Бет не сдавалась. В его глазах промелькнули досада, гнев, раздражение и что-то еще. Вина.

– Я сильнее, – буркнул он.

– А я умею пинаться, – подбоченившись, отпарировала Бет.

– Ты не осмелишься, – нахмурился он.

– Еще как осмелюсь, – безжалостно улыбнулась она.

Какое-то время они стояли, молча разглядывая друг друга. И вдруг Люк громко захохотал. Угрюмость исчезла с его лица, и оно стало таким красивым, что сердце Бет готово было выпрыгнуть из груди.

Она тоже улыбнулась в ответ, но слишком поздно осознала близость Люка, его потемневший взгляд. Бет стояла и смотрела на его соблазнительные губы. Прошло всего несколько секунд, но они показались ей целой вечностью. Бет чувствовала, как в ее теле начинает разгораться пламя страсти, и ничего не могла поделать с собой.

Нежно, почти с удивлением, она коснулась дрожащей рукой его щеки, убеждаясь, что это не сон.

– Бет… – Ее имя слетело с его губ, как стон. Люк пожирал ее глазами. Бет стояла молча, не убирая руки.

Ей хотелось коснуться его, прильнуть к нему губами.

Она видела, как напрягся Люк, когда она прижалась к нему всем телом. Его дыхание вдруг стало сбивчивым.

– Что ты делаешь? – тихо спросил он.

– Собираюсь поцеловать тебя.

– Ты хоть понимаешь, что творишь?

– Нет, – прошептала Бет.

С тихим стоном Люк наклонился и прильнул к ее губам.

Бет открылась ему навстречу и, обхватив его шею руками, ответила на его поцелуй.

Люк ударился спиной о теплую дверцу гудящей посудомоечной машинки. Влажные руки Бет зарылись в его волосах, а ее грудь прижалась к его груди. Когда Люк раздвинул коленом ее ноги, он почувствовал, что находится на грани.

Бет вздрогнула, когда Люк провел рукой по ее талии и начал покрывать поцелуями ее лицо.

– Ты пахнешь, как тот крем для лица, что стоит в ванной, – глубоко вдыхая, пробормотал он. – Запах лимона. Вкусно.

Бет задрожала от удовольствия, когда Люк снова прильнул к ее губам, а потом медленно начал целовать ее шею. Она не заметила, когда он приподнял край ее юбки, потому что вдруг ощутила его руку на своем бедре. Он поднимался все выше и выше, пока не коснулся низа ее живота, поглаживая его через тонкую кружевную ткань нижнего белья.

Бет тяжело дышала. В объятиях Люка она чувствовала себя ужасно безрассудной, что так отличалось от ее благоразумной и идеально упорядоченной жизни.

Но ей хотелось большего.

С тихим стоном Бет раздвинула ноги и задвигала бедрами, настойчиво требуя продолжения. Люк не стал ждать повторного приглашения и скользнул под кружевную кромку, коснувшись разгоряченной сердцевины Бет.

Люк остановился и пристально посмотрел на Бет полыхающими от страсти глазами. Она могла слышать, как громко бьется его сердце.

– Ты хочешь, чтобы я продолжал? – Его жаркое дыхание обжигало.

– О да.

Люк с рычанием стянул с нее нижнее белье и, обхватив за ягодицы, усадил на столешницу. Бет почувствовала прикосновение теплой поверхности к своей чувствительной коже, а ее икры упирались в мягко вибрирующую посудомоечную машинку. Жар лавиной затопил ее тело, когда Люк раздвинул ее колени и скользнул пальцем к ее влажному бутону.

Такому тугому и такому жаркому. Люк тяжело дышал, его возбужденная плоть болезненно пульсировала, но он не обращал на нее внимания, наслаждаясь прикосновением к набухшей сердцевине Бет. Он погружался в нее, а потом опять отступал, снова и снова, а Бет, запрокинув голову, стонала от удовольствия.

Люк схватил ее за затылок и, притянув к себе, поцеловал. Его поцелуй был полон страсти и безрассудного желания. Язык Бет сталкивался с его языком, ее руки скользили по его шее. Ее мускусный запах, жаркая влажность, стоны наслаждения обволакивали Люка, проникая в его кожу, пока он не почувствовал, как нарастает напряжение. Но он не прекращал свои ласки, пока Бет не начала дрожать в его руках.

Люк провел губами по ее шее и стиснул зубы, стараясь не потерять остатки самообладания, когда почувствовал, что Бет уносится на вершину наслаждения.

Бет задыхалась от удовольствия. Никогда прежде она не ощущала такого острого наслаждения. Ее сердце пело от радости. Ей казалось, что она может обнять весь мир, пробежать марафон, часами кружить над землей.

Немного погодя тело Бет перестало содрогаться, дыхание замедлилось, и она снова оказалась в плену безрадостного чувства неопределенности.

Что она наделала?

– Бет. – От его дыхания всколыхнулись влажные прядки волос, упавшие на ее щеку, и Бет задрожала. Люк медленно убрал свою руку, и Бет огорченно застонала, когда в нее хлынул поток прохладного воздуха. Но когда Люк мягко сдвинул ее ноги, на нее со всей жестокостью обрушилась реальность. – Бет, – повторил Люк. – Посмотри на меня.

Она неохотно открыла глаза и встретила его бесстрастный взгляд.

– Я… – Бет остановилась. Черт побери, разве она могла взять себя в руки, когда он довел Бет до исступления на посудомоечной машинке и видел, как она разваливается на куски от его ласк? Густо покраснев, она спрыгнула на пол и подобрала свое нижнее белье. – Ладно, это была плохая идея. Мы оба испытываем стресс и…

Люк взял ее за плечи, обрывая на полуслове, но Бет избегала его взгляда, уставившись в пол.

Она тяжело вздохнула. Ужасная ошибка. Его предательски выпирающая из брюк плоть была слишком очевидной.

Люк мягко взял ее за подбородок и слегка приподнял, но, когда он нежно поцеловал ее в щеку, Бет отпрянула.

– Послушай, Люк, – начала она, пятясь назад. – То, что случилось между нами… Это было…

– Физиологической реакцией на стресс. Ничего больше.

– Вот именно, – растерянно уставилась на него Бет.

Правда, теперь он знал, что такое держать ее в своих объятиях.

А Бет по-прежнему хотела во что бы то ни стало заполучить этот дом.

– В таком случае нам лучше подумать над тем, что делать дальше, – добавил Люк. Он повернулся к столу и начал собирать салфетки. Бет смотрела на него со смесью неопределенности, облегчения и… разочарования?

– Согласна? – улыбнулся он.

– Согласна. – Ничего не изменилось. Он по-прежнему хотел продать ее дом. А она не могла допустить этого.

Но как уговаривать его после того, что только что произошло на кухне?

Глава 9

Отправляясь на работу, Бет приняла твердое решение избегать Люка всеми правдами и неправдами. Слишком много поставлено на карту, и, если что-то пойдет не так, ее жизнь превратится в кошмар.

Целый день она старалась не вспоминать, что произошло между ними вчера. Вернувшись домой, она обнаружила ужин в духовке. Люка поблизости не оказалось, и Бет поняла, что он пришел к такому же заключению.

Она не была разочарована. Нет. Но когда они увиделись позже вечером, она по-прежнему не осмеливалась посмотреть ему в глаза. Бет нескладно поблагодарила его за ужин, а Люк молча кивнул и, с улыбкой пройдя мимо нее, закрыл за собой двери своей комнаты. Его присутствие все еще приводило ее в замешательство, начиная с едва уловимого запаха его духов и заканчивая ужинами, которые он готовил.

Бет понимала, что с каждым днем напряжение будет только нарастать, пока она не потеряет самообладание.

Потом наступил вечер воскресенья, и они с Люком отправились на ее машине в гости к Розе Корелли.

– Звонил Дилан, – нарушил молчание Люк. – Похоже на то, что Фостер сбежал в Мельбурн.

– Он все еще там?

– Насколько мне известно.

У нее в душе затеплилась надежда, но Бет решила, что радоваться слишком рано. Она переключила передачу, нечаянно коснувшись бедра Люка. В ее маленькой машине было слишком мало места, чтобы находиться на расстоянии, которого она держалась последние несколько дней.

Когда они подъехали к дому Розы, Люк указал на припаркованный автомобиль одного из новостных телеканалов:

– Журналисты. На следующем перекрестке сверни налево.

Потом они миновали несколько двухэтажных особняков и доехали до следующего поворота.

– Остановимся здесь.

На улице не было ни души. Бет посмотрела на небо, покрытое темными тучами. Надвигался шторм.

– Нам придется лезть через забор. – Люк кивнул на огромное дерево. – Ты как?

Посмотрев на свои брюки и блестящую майку, Бет молча кивнула.

Они начали прокладывать свой путь к дереву, и Люк машинально взял ее за руку и сжал ее, когда Бет споткнулась. Он первым забрался на дерево.

– Ты уверен, что это безопасно? – засомневалась Бет.

– Кто, по-твоему, прибил деревянные ступеньки к стволу? Честно говоря, я удивлен, что Марко до сих пор не срубил это дерево.

Люк протянул Бет руку, и ей показалось абсолютно естественным довериться ему.

Они медленно начали взбираться на дерево, пока не добрались до ветки, которая перевешивалась через забор. Люк поставил одну ногу на кирпичную поверхность и повернулся к Бет:

– Давай перебирайся сюда.

Бет глубоко вздохнула. Ее сердце бешено колотилось, а ее тело покрылось испариной. Она сделала шаг и очутилась в крепких объятиях Люка.

– Ты в порядке?

Бет кивнула, прижимаясь к его теплой груди и вдыхая его запах. Она почувствовала себя защищенной, и вскоре от ее паники не осталось и следа.

– Сначала прыгну я, а потом ты, чтобы я мог тебя поймать.

Бет посмотрела вокруг, заметив огромное поместье на холме, по периметру которого размещалась охранная сигнализация. Потом она опустила взгляд и нервно рассмеялась.

– Хотела бы я посмотреть, как ты это сделаешь.

– Сердце мое, прыгать будем и я, и ты.

Вдруг из темноты вышел какой-то мужчина в компании двух охранников-верзил.

– Марко, будь другом, помоги нам спуститься, – невозмутимо попросил его Люк.

Мужчина издал резкий смешок и, вынув из пачки сигарету, закурил.

– Ну уж нет. Я хочу посмотреть, как ты сам справишься.

Люк тихо выругался и повернулся к Бет:

– Стой на месте. Я сейчас спущусь вниз. – Он присел на край кирпичной стены и нащупал под ногой небольшой выступ. Спустившись еще ниже, он рывком спрыгнул на землю.

Бет облегченно вздохнула, когда Люк твердо приземлился на обе ноги. Он широко улыбнулся ей и поднял вверх большие пальцы рук, показывая, что все в порядке.

– Прыгай, и я поймаю тебя.

– Нет. Ты не сможешь.

– Прыгай же, – нетерпеливо повторил он.

– Поторапливайтесь, – сказал Марко, затушив носком туфли недокуренную сигарету. – Мы не можем торчать здесь всю ночь.

– Я тебя предупреждала, – вздохнула Бет и прыгнула вниз.

Люк поймал ее и, потеряв равновесие, рухнул вместе с ней в густую траву.

Последовал взрыв смеха. Марко театрально зааплодировал им:

– Браво, Люк! Блестящий прием партнера!

Бет мертвой хваткой обвила руками его шею.

– Можешь открыть глаза, – прошептал Люк.

– Спасибо, – посмотрела на него Бет.

– Ты не смог справиться с входной дверью? – спросил Марко, пока Люк помогал Бет подняться с земли.

– Мне не хотелось связываться с журналистами. – С этими словами он направился к дому.

Марко отпустил охрану и последовал за ним.

– Значит, пресса все-таки добралась до тебя, – мрачно сказал он. – Теперь ты знаешь, каково это – оказаться под их прицелом.

Люк в ответ что-то буркнул. Марко повернулся и оценивающе посмотрел на Бет. Он был того же роста и телосложения, что и Люк, но на этом их сходство заканчивалось.

Бет глянула на льняной костюм Марко Корелли и его черные волосы, собранные в хвостик. Его лицо оказалось поразительно красивым, с очерченными скулами и чувственными губами. Бет растерянно заморгала.

– Мне кажется, я вас где-то видела… Мы нигде раньше не встречались?

– Почти уверен, что я бы запомнил нашу встречу, bella, – подмигнул ей Марко и рассмеялся, заметив гневный взгляд Люка. – Расслабься, дружище. Я всего лишь пошутил. – Он снова повернулся к Бет и широко улыбнулся. – Меня зовут Марко Корелли. А вы?..

– Бет. Бет Джонс.

– Марко играет в «Манчестер Юнайтед», – сказал Люк.

– Играл. Я завершил свою спортивную карьеру.

– Когда? – удивился Люк.

– Месяц назад. Слишком много травм, – пожал плечами Марко.

– Нет, я определенно встречала вас раньше, – нахмурилась Бет. – Может, по телевизору или?..

– Мужское белье, – подавил улыбку Люк.

– Прости, что ты сказал?

– Марко является лицом одной известной марки дорогого нижнего белья для мужчин.

Ну конечно! Бет еще раз посмотрела на Марко и вспомнила рекламные щиты, висевшие на автомагистрали вдоль Золотого побережья.

– И где вы познакомились? – сменил тему Марко.

– Не твое дело, – буркнул Люк, а Бет не успела и слова сказать.

– Понятно. Как всегда, скрытный, особенно в том, что касается женщин, – заметил его брат. – С тех самых пор, как Габриэлла…

– Замолчи. – В голосе Люка послышалась угроза. – Марко, не стоит об этом.

Они мрачно посмотрели друг на друга.

– Как себя чувствует Роза? – наконец спросил Люк.

– Лучше. Ты ведь не в курсе, потому что очень долго не отвечал на ее звонки.

Они вышли на открытую местность, и Бет не расслышала ответ Люка, который унесло морским бризом.

Она рассматривала трехэтажное здание с колоннами кремового цвета, окруженное пальмовыми деревьями. В центре подъездной дорожки, которая вела к огромным дверям из стекла и дуба, тихо журчал фонтан.

– Не я начал это дело, – услышала Бет голос Люка.

– Но ты можешь положить ему конец.

– Не могу. Ты забыл, что меня временно отстранили от должности?

– Когда я справлялся о тебе в последний раз, ты был хитом сезона в «Джексон и Блэр». А теперь ты ни на что не годен?

– Я не хочу ухудшить ситуацию.

– Черт побери, она и так хуже некуда, – буркнул Марко. – Люк, ради всего святого, Джино мертв! Он не может защитить себя, а ты, судя по всему, тоже не встанешь на его защиту.

– Меня отстранили от должности, – четко, слово за словом, повторил Люк.

– Что не помешало тебе заявиться к Джино в тот вечер, когда он умер, – фыркнул Марко. Он встретился взглядом с Люком. – Да, я в курсе того, что произошло.

– Что тебе известно? – после продолжительного молчания спросил Люк.

– Ходят слухи среди работников. Ты был там, когда приехала скорая помощь, поэтому бессмысленно отпираться.

– И?

– И я пришел к выводу…

– Марко…

– Мне интересно, почему из всех вечеров ты выбрал именно тот, не побоявшись за свою драгоценную репутацию.

– Я не знаю, о чем ты говоришь.

Разве? – подбоченился Марко. – В тот самый день в газетах появилась статья о Джино. Ты приехал, чтобы высказать ему все, что ты думаешь, не так ли? Я знаю, что ты был взбешен. Люк, у тебя всегда были проблемы с тем, чтобы скрыть свой гнев. Могу поклясться, что вы поругались. У Джино случился сердечный приступ, а Счастливчик Люк прячется за своей драгоценной репутацией.

– Марко! Лучио! Довольно! – Все трое повернулись, когда в дверях появилась маленькая округлая фигурка. Когда женщина шагнула за порог, у Бет перехватило дыхание.

– Бог мой… Конни?

– Бет?

– Вы знакомы? – нахмурился Люк.

– Да, – с подозрением ответила Бет. – Она одна из моих клиенток, и ее зовут Конни Лизон.

Глава 10

– Роза, это правда? – не мог поверить своим ушам Люк.

– Бет, что ты здесь делаешь? – в свою очередь пришла в замешательство Роза. – Что…

– Что здесь происходит? – воскликнул Марко.

– Я понятия не имею… Конни? Или правильно будет называть вас Розой? – натянуто спросила Бет.

– Давайте лучше пройдем в дом, – не могла прийти в себя Роза.

– Черт подери, кто-нибудь скажет мне, что здесь происходит? – заорал Марко.

Люк перевел взгляд с Розы на Бет, и его лицо стало мрачнее тучи.

– Пойдем в дом и там все узнаем.

Дрожащей рукой Роза открыла дверь:

– Прошу вас, входите.

Невероятно. Просто невероятно. Люк готов был взорваться от ярости.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – пригласила их хозяйка дома. – Лучио, хватит сверлить меня взглядом, присядь.

Он нехотя послушался ее.

Роза вздохнула и поправила прическу.

– Вы все знаете, какой нездоровый интерес вызывает имя Корелли. Поэтому на протяжении многих лет я пользовалась ненастоящим именем, когда назначала встречи, резервировала билеты или столики в ресторанах, и это давало мне немного свободы, на которую мне обычно не приходилось рассчитывать.

– И как ты связана с Бет? Помимо того, что являешься ее клиенткой?

Роза всплеснула руками и повернулась к Бет:

– Милая моя, ты помнишь то время, когда ты только начинала свое дело? Ты как-то сказала, что снимаешь ужасную квартиру.

Бет молча кивнула.

– Ты многое умолчала, но я могла видеть, как непросто приходится тебе в жизни. – Женщина мило улыбнулась. – Я видела это по твоим глазам, bella. Все твои чувства прячутся в этих зеленых глазах.

– И ты поселила ее в поместье Джино? – перебил ее Люк.

– Нет, – обиженно возразила Роза. – Я направила ее в агентство недвижимости «Корона». Это поместье пустовало многие годы и нуждалось в любви и заботе. Я замолвила словечко, и у Бет появился новый дом.

– Значит, история с владельцами, живущими за границей, была ложью?

– Небольшой, – пожала плечами Роза.

– Так это ты была тем самым «другом семьи», – натянуто сказал Люк.

– Да, – ответила она и снова повернулась к Бет: – Ты нуждалась в помощи, но была слишком гордой и решительной. Ты бы никогда не приняла милостыню. – Роза подняла руку, когда Бет открыла рот, чтобы что-то сказать. – Да, в твоем понимании мое предложение выглядело бы именно так. К тому же я понимала, что ты бы никогда не согласилась поселиться в этом доме, если бы знала мое настоящее имя. – Она снова мягко улыбнулась. – Ты так сильно напоминаешь мне мать Лучио, когда она очутилась в новом пугающем мире и отчаянно нуждалась в помощи. Разве я могла не помочь тебе?

– Откуда ты знаешь, в чем нуждалась моя мать? – угрюмо спросил Люк.

Роза бросила на него печальный взгляд, в котором сквозила нежность.

– Каждый месяц я проводила в дороге по два часа, чтобы встретиться с Мелиной и дать ей немного денег на оплату счетов. Твой отец ничего не знал.

Повисла тягостная пауза. Люк пытался переварить услышанное, но, сколько ни прокручивал в голове признание тети, приходил к одному и тому же заключению. Еще больше лжи. Еще больше тайн. Проклятие, неужели они никогда не закончатся?

– Значит, – слишком спокойно спросил он, – вместо того, чтобы позвонить тебе и узнать всю правду, мы с Бет гонялись по всему городу, думая, что оказались вовлечены в какой-то заговор?

– Люк, ты такой осел, – разозлился Марко. – Ты ведь сам не отвечал на наши звонки.

– Мальчики, прошу вас… – вмешалась Роза. – Никаких ссор.

Люк вскочил на ноги и начал нервно мерить шагами комнату.

Роза бросила беспомощный взгляд на Бет, а потом снова посмотрела на Люка:

– Лучио, я знаю, что ты сердишься на меня…

Сердился? Если бы так. Его мучила совесть. Марко оказался прав, потому что Люка ни на минуту не покидало чувство вины.

Когда он наконец посмотрел на свою тетушку, в ее взгляде читалась такая любовь и тревога, что Люку показалось, будто в него врезался потерявший управление поезд.

Роза старалась заменить ему мать, но он постоянно отталкивал ее. Да, иногда случалось, что он подпускал ее к себе и разрешал обнять на свой день рождения или поцеловать на Рождество. Она всегда выступала миротворцем их с Марко стычек и поощряла Люка заниматься учебой.

И Роза встала на его сторону, когда к ней нагрянули журналисты, требуя интервью.

Люк вдруг осознал всю бессодержательность своих обвинений. Он рухнул на диван и начал тереть виски.

– Роза, ты знаешь, сколько усилий я приложил, чтобы добиться желаемого, – подавленно сказал он, глядя на тетушку. – Как я сражался за каждое повышение по служебной лестнице и сделал все для того, чтобы моя репутация оставалась безупречной, потому что репутация Джино таковой не была. Так почему он втянул меня в это дело?

Лучио, он не хотел навредить тебе, – мягко заверила его Роза. – Вокруг творилось настоящее безумие, и я совершенно забыла о завещании мужа. Он всегда хотел подарить это поместье тебе. Это тот самый дом, который он предлагал твоим родителям, когда они переехали в Австралию. Но твой отец отверг наше предложение.

У Люка сжалось сердце, когда он увидел на ее лице едва скрываемую горечь. Эта женщина потеряла своего мужа, человека, которого она любила больше сорока лет, а он пришел в ее дом, чтобы выяснять отношения по поводу каких-то глупых недоразумений.

Смерть умеет расставить все по своим местам.

Роза с тревогой и участием смотрела на Люка. Его щеки горели. Он не мог винить ее за то, что оказался под следствием, или за то, что его начала преследовать пресса.

– Прости, что раньше не сказала тебе правду. – Роза повернулась к Бет и взяла ее за руки. – Бет, ты ведь знаешь, что я бы никогда не причинила тебе боли, – с жаром добавила она.

Бет посмотрела на искреннее выражение лица Розы и вспомнила их задушевные беседы, то, как они вместе смеялись, как ее знакомая давала ей жизненные советы и дарила маленькие подарочки на дни рождения. Бет нравилось ее общество, нравилась сама Роза.

– Бет, ты согрела сердце старой итальянки, – продолжила Роза. – Ты bella. Ты умная. У тебя большое сердце, и ты заслуживаешь, чтобы кто-то заботился о тебе.

Бет мягко отстранилась.

– Роза, но вы обманули меня.

– А чего ты ждала от меня, а? – удивленно спросила та. – Что я буду сидеть и смотреть, как ты сражаешься со своими проблемами один на один? Еще чего! Ты бы никогда не взяла у меня деньги, поэтому я сделала то единственное, что было в моих силах.

– Но прошло столько времени, а вы так ничего и не сказали?

– Я собиралась, – покачала головой Роза. – Но ты была так счастлива, что наконец нашла свое место, и я знала, как ты относишься к разного рода лжи. А вдруг ты решила бы вычеркнуть меня из своей жизни?

Бет хотелось возразить, что через три месяца истечет срок договора об аренде этого дома, и она все равно окажется на улице, но, видя мольбу в глазах тетушки Люка, она промолчала. Бет нужно было решать этот вопрос с Люком, а не с ней, и ей не хотелось, чтобы Роза чувствовала себя еще более виноватой.

Бет вздохнула и посмотрела на хранившего молчание Люка.

– Лучио, – обратилась к нему Роза, – я знаю, что у Джино были свои недостатки, и с ним непросто было ужиться. Но он так гордился тобой. И я горжусь. – На ее глазах заблестели слезы.

– Роза…

– Подожди. Твой дядя был гордым человеком, и эти ужасные обвинения просто подкосили его. Он так сильно любил тебя. – Роза схватила его за руку и крепко сжала. Горько улыбнувшись, она достала из кармана какой-то ключик. – Он оставил для тебя кое-что в ящике своего стола. Пожалуйста, я прошу тебя, пойди и посмотри, что там.

Люк закрыл за собой дверь кабинета Джино и огляделся по сторонам. Все по-прежнему находилось на своих местах, начиная с огромного антикварного стола и заканчивая рядами книг вдоль стен. В воздухе все еще витал аромат дорогого табака и бренди. Люк представил своего дядю, сидящего за столом и попыхивающего сигарой. Но на него смотрел пустой стул, который напоминал дыру в его собственном сердце.

Люк быстро склонился над столом и открыл ящик. Внутри лежал белый конверт с его именем, внутри которого находился какой-то диск.

С мрачным видом Люк достал диск и включил проигрыватель, стоявший на одной из книжных полок. Потом сел за стол и взял в руки пульт.

На столе рядом с пресс-папье лежала перьевая ручка. Люк взял ручку, и улыбка заиграла на его губах. Джино принадлежал к старой школе и предпочитал вести переписку пером и чернилами.

Люк положил ручку обратно и зажмурился. В казино «Афродита» у Джино имелся точно такой же стол, такие же пресс-папье и чернильная ручка. Тот же запах кожи, отполированная мебель и запах сигар.

Казалось, каждая мелочь напоминала Люку о том вечере, который он пытался вычеркнуть из своей памяти.

Чуть раньше в тот день совет директоров выразил ему свое неудовольствие, и Люк был вне себя от ярости. Несмотря на советы держаться от Джино как можно дальше, он ворвался в казино с намерением высказать все, что думает по поводу происходящего. Охрана благоразумно уступила ему дорогу, и доведенный до отчаяния Люк ворвался в кабинет дяди.

Люк глухо застонал. Резкие обвинения, которые он обрушил на голову Джино, сильно разозлили его, ведь его дядя был не из тех, кто не принимает бой.

– Проклятье, Джино! Ты что, используешь казино, чтобы отмывать деньги?

Джино покраснел до корней волос и вскочил с места.

– Нет! И тебе, как никому другому, следует знать об этом!

– Неужели? – прищурился Люк. – Я слышал, что в генеральную прокуратуру направили доказательства твоей вины. Если прокурор считает, что их достаточно для судебного разбирательства, значит, будет достаточно и для вынесения приговора.

– Лучио, я знаю законы.

– Сомневаюсь!

Джино гневно посмотрел на Люка:

– Я не допущу, чтобы ты обвинял меня в том, что я нарушил закон! Я не позволю!

– Мне плевать, если ты и вправду ведешь нечестную игру, но я не хочу, чтобы пострадала моя репутация. Я никому не позволю разрушить мою карьеру.

Всякий раз, заново переживая эти моменты, Люк вспоминал каждое острое слово, каждый отчаянный жест.

Джино начал спорить с ним, но вдруг покраснел, схватился за грудь и рухнул на пол.

Врачи сказали, что его нельзя было спасти, даже если бы сердечный приступ случился в отделении экстренной медицинской помощи. Люка пожирало чувство вины. Искусственное дыхание не принесло никаких результатов, и медикам пришлось оттаскивать Люка от Джино, когда он отказывался поверить, что его дядя уже десять минут как мертв.

До похорон дяди Люк избегал встречи с Розой. Потом он нарушил приказ совета директоров и посетил церемонию прощания с Джино, что было настоящей пыткой. Охранники вышвырнули двоих журналистов, Марко был вне себя от ярости, а Роза смотрела на Люка покрасневшими от слез глазами, и ее взгляд, казалось, проникал в самую его душу. Она приняла его сбивчивые выражения соболезнования, ни словом не упомянула о ссоре, которая случилась между Люком и ее мужем, и не упрекнула за долгое отсутствие, что только удвоило его чувство вины.

Марко не проронил ни слова, что было несвойственно ему, но каждый раз, когда его взгляд останавливался на Люке, его глаза начинали метать молнии. Когда прощальная церемония закончилась, Марко дал волю своим чувствам, но Люк не возражал, он заслуживал такого отношения. С этой ношей ему придется жить всю свою оставшуюся жизнь.

Люк посмотрел на черный экран телевизора и нажал кнопку на пульте.

– Вы с Люком – друзья? – спросила Роза после того, как отправила Марко за прохладительными напитками.

– Едва ли, – рассмеялась Бет. – Я предложила купить у него этот дом, но он отказался, а потом поселился в соседней комнате. – Она посмотрела на дверь, за которой исчез Люк. – Нет. Нас определенно нельзя назвать друзьями.

– Понятно. – Роза похлопала ее по колену. – Но он рассказал тебе о Мелине и Сальваторе? Это его родители, – уточнила она.

– Да.

Роза горестно покачала головой:

– Мой брат и его жена были очень гордыми, очень строгими и набожными людьми. Когда Люк узнал о нашем существовании, он обвинил Джино в том, что тот ничего не сделал, чтобы помочь им, когда они на протяжении всей своей жизни сражались с нищетой. Он такой же упрямец, как и Марко. – Роза улыбнулась, но улыбка тут же исчезла с ее лица. – Лучио прожил с нами около трех лет, ни на день не расставаясь со своей обидой. Он был таким обозленным и напуганным мальчиком и изо всех сил старался быть мужчиной. Мы пытались помочь ему, но наша помощь только отталкивала его. Люк оказался очень способным ребенком и полностью погрузился в свою учебу. Работа помогла ему твердо встать на ноги и почувствовать себя защищенным, в чем он так сильно нуждался. С тех пор я видела его всего пару раз. – Ее голос дрогнул, но усилием воли она взяла себя в руки. – А теперь он живет с тобой.

– Он не живет со мной. Люк занимает свободную комнату.

– Значит, он доверяет тебе. – Бет отрицательно покачала головой. – Не сомневайся, bella. В противном случае он выставил бы тебя из дома в первый же день.

– Роза, его держит там не доверие, а подозрение. Он считает, что я была любовницей Джино.

– Правда? – рассмеялась Роза.

– Да, – не сдержала улыбку Бет. – Мы согласились решить это дело, не привлекая полицию.

– Вот как, – задумчиво ответила Роза.

– Послушайте, здесь нет ничего…

Тут в комнату вошел Марко с бутылкой вина и бокалами. Бет взяла предложенный ей бокал, намеренно избегая пристального взгляда миссис Корелли.

– Значит, ты живешь с Люком? – спросил Марко, откидываясь на спинку дивана.

– Не в этом смысле, – подавила вздох Бет.

– Но вы живете в одном доме, – удивленно заметил он.

– В данный момент да.

– Ну, вот видишь, – удовлетворенно улыбнулся Марк и сделал глоток вина. – Я бы сказал, это важное событие.

– Вы вдвоем прекрасно смотритесь, – вмешалась Роза. – Мне кажется, что между вами что-то большее, чем дружба. Si?

– Нет! – испуганно возразила Бет. – Ничего подобного.

Роза недоверчиво фыркнула.

– Бет, тебе нужен сильный мужчина. Может, я и стара, но я знаю, что такое любовь. Она заставит тебя позабыть о проблемах, и ты снова научишься доверять. – Роза мягко сжала руки Бет. – Я знаю, как сильно ты оберегаешь свои тайны. У Лучио тоже имеется парочка своих собственных.

Бет растерянно посмотрела на Розу, а потом перевела взгляд на Марко, прячущего улыбку за бокалом вина.

Как получилось, что беседа вдруг приняла такой оборот, что «Бет нужен мужчина»?

Она вспомнила обрывки разговоров с Розой, когда та упоминала о своей семье. На массажном столе клиенты часто открываются и могут поведать о самых интимных подробностях своей жизни: о вражде между членами семьи, неприятностях на работе, отношениях с другими людьми. Любимой темой разговоров Розы была ее семья. Каждый раз она на все лады расхваливала достоинства своих родственников. Она восхищалась своим талантливым сыном и говорила, каким красивым был ее племянник, который нуждался в хорошей женщине, чтобы немного остановиться и начать ценить каждый миг прожитой жизни.

Вдруг в комнату вошел Люк, прерывая ответ Бет.

– Лучио, ты нашел то, о чем я тебе говорила? – повернувшись к нему, спросила Роза.

– Да, – бесстрастно ответил он. – Нам нужно идти.

– Вы не останетесь на ужин? – удивилась его тетушка.

– Прости. Бет?

Бет виновато посмотрела на Розу и поднялась с дивана.

– Может быть, в следующий раз?

– Si. – Роза расцеловала Бек в обе щеки, но ее взгляд говорил о том, что она получила ответ не на все вопросы. – Ciao, bella. Будь осторожной на дороге.

Глава 11

Возвращались обратно тем же путем.

Только на этот раз их сопровождал охранник, который тащил за собой лестницу. Люк предложил вести машину, и Бет согласилась, зная, что, если их заметят журналисты, он легко уйдет от погони.

– Прости, что впутал тебя в наши семейные разборки, – вдруг сказал Люк.

– Люк, Роза всего лишь хотела помочь мне, – вздохнула Бет. – Ты тут ни при чем.

– Все еще не могу поверить, что она сделала такой шаг, чтобы прийти тебе на выручку, – покачал головой Люк.

– А я могу, – улыбнулась Бет. – У твоей тетушки очень большое сердце.

Люк искоса посмотрел на нее, но промолчал. Неужели он ждал, что она скажет ему, что вся ситуация давно разрешилась, если бы он ответил на звонки Розы? Но Бет была не из тех, кто бьет лежачего. Люк прилагал все усилия, чтобы держаться молодцом, но она видела, как ему плохо.

– Я только надеюсь, что ее доброта не вылезет нам боком, – едва слышно буркнул Люк.

– Тогда нам придется быть еще более осторожными, – ответила Бет.

Они погрузились в молчание. Бет очень хотелось спросить, что Люк нашел в кабинете Джино, но, если бы он хотел поделиться с ней, он давно бы все рассказал. Вместо этого Бет задала вопрос, который не давал ей покоя последние два часа:

– Кто такая Габриэлла?

– Моя бывшая жена, – не отводя глаз от дороги, ответил Люк.

Ого. Бет не ожидала такого поворота событий.

– Как вы познакомились?

– Мы вместе учились в колледже.

– И вы были…

– Послушай, Бет, мне не хочется говорить на эту тему, ладно?

Она заметила, как напряглись его скулы.

– Ладно. Вдалеке послышались раскаты грома.

– Наверное, будет дождь, – заметила Бет, глядя в окно.

– Похоже на то, – согласно кивнул Люк.

Прекрасно, теперь она говорит какую-то чепуху о погоде. Бет закрыла рот и глубоко вдохнула напоенный влагой воздух.

Они подъехали к дому с первыми каплями дождя.

В холле Люк задержался у столика, чтобы собрать упавшую на пол почту, и Бет от неожиданности налетела на его широкую спину. Ей показалось, что она прикоснулась к открытому огню, и она тут же отпрянула.

– Прости.

– Как тебе удается сохранять спокойствие? – спросил Люк.

Бет смутили его нежный взгляд и участие. А может, она зарделась от того, как тонко Люк чувствовал все ее потаенные мысли и желания, которые она пыталась спрятать. Еще она заметила, что Люк может быть невероятно беззащитным за своей почти что непролазной стеной самоконтроля. Бет хотелось потянуться к нему и погладить по щеке.

– Я в порядке. Просто не очень устала.

– Не хочешь выпить чего-нибудь?

– Ладно. – Ее сердце учащенно забилось. – Я скоро вернусь. – Она пошла к лестнице, еще раз глянула на Люка и поднялась к себе в спальню.

Бет натянула широкие домашние штаны на завязках и синюю майку и вышла из комнаты. Наверху лестницы она остановилась. Внизу лежала темная пропасть, которую едва освещали свечи на кофейном столике. Их знакомый запах распространялся на весь первый этаж. Огоньки свечей плясали и дразнили, словно знали, что их предназначение – успокаивать и утешать, но специально делали все с точностью до наоборот.

Бет набрала полные легкие воздуха и спустилась вниз. Люк сидел на полу, вытянув ноги. В руках он рассеянно вертел наполовину пустой бокал вина.

Она подошла к окну и раздвинула шторы.

– Ты должен посмотреть на небо. Оно просто великолепно в такую ночь, как эта. Видишь?

На чернильном небе поблескивали звездочки, словно крошечные алмазы на бархатной подушечке цвета индиго, но вскоре их поглотили грозные штормовые тучи.

Люк налил себе еще немного вина и жестом пригласил Бет сесть рядом с ним. Бет опустилась на пол, взяла протянутый ей бокал и молча сделала небольшой глоток. И постепенно расслабляющее тепло алкоголя, шум дождя и мерцающие свечи начали менять ситуацию к лучшему.

Бет фыркнула и покачала головой.

– Что такое? – спросил Люк.

– Твоя тетушка. – Он вопросительно поднял бровь. – Она на самом деле любила своего мужа Джино, не так ли?

– Да.

Бет горько улыбнулась:

– Мои родители лишили себя многих вещей в этой жизни, – вздохнула она.

Люк смотрел, как Бет теребит ткань на своих штанах, как будто они предлагали ей ответ, который только она могла расшифровать.

– Расскажи мне, – мягко попросил он.

Она искоса посмотрела на него и, скрестив пальцы, сосредоточилась на своих руках.

– Нечего рассказывать, – пожала плечами Бет. – Пустяки.

– Нет, не пустяки.

По тому, как напряглась Бет и расправила плечи, Люк понял, что ее что-то беспокоит.

Она глубоко вздохнула и начала свой рассказ:

– Мне было семнадцать лет, и я только окончила школу. Моя мама работала на двух работах. Однажды она пришла домой и сказала, что зарезервировала для нас билеты в Перу за деньги, которых, как я знала, у нас не было.

Она резко оборвала речь, позволив тишине поглотить ее признание. Люк сидел молча, давая ей время по кусочкам открыть свое прошлое.

– У меня не было ни денег, ни нормальной жизни, и тут мне захотелось стать как другие, путешествовать, узнавать новые вещи. – В ее голосе послышалась плохо скрываемая тоска, когда она заговорила о давно забытых мечтах. – Мне следовало отказаться, но мама так загорелась этой поездкой. Никогда раньше она не была такой восторженной, особенно с тех пор, как нас бросил отец. Я не могла… испортить ей праздник, – сбивчиво добавила Бет.

Она напомнила себе, что была тогда наивной девочкой, ей так хотелось приключений, чтобы убежать от бесконечной скуки и серости жизни.

Бет поджала губы. Она начала испытывать доверие по отношению к Люку, но не могла до конца открыть все свои тайны. Люк участливо смотрел на нее, и Бет обхватила себя руками, чтобы избавиться от паники.

Бет чувствовала, что что-то изменилось.

– Я попала в аварию. Погибли люди. В их числе была и моя мама. А потом, год спустя я познакомилась с парнем. Он показался мне очень милым. Мне было восемнадцать лет, а в таком возрасте влюбляешься в каждого парня, с которым встречаешься, не так ли? Однажды ночью, после того, как мы… э-э-э… были в постели, – покраснела Бет, – он признался мне, что работает журналистом, что пытался выследить меня на протяжении нескольких недель, и попросил дать ему эксклюзивное интервью.

Бет глянула на Люка и увидела, как напряглись мышцы его лица, а его глаза полыхнули огнем.

Она не хотела возвращаться назад и заново переживать потерю матери и предательство Джека, после которого долго страдала от чувства незащищенности. Прошлое было мертво и давно забыто, но тем не менее оно обладало властью унижать. Бет вспомнила раздражение, которое было написано на лице Джека, когда он с грохотом закрыл за собой дверь, и болезненное прозрение, после которого на сердце осталась глубокая рана. Потом ей стало дурно, когда она поняла, что никогда не сможет забыть того, что случилось.

Ей пришлось выбираться оттуда, чтобы прошлое не разрушило ее окончательно.

Бет прислонилась к дивану и грустно улыбнулась:

– Вот и вся история. Теперь ты знаешь, почему я никому не доверяю.

Люк потянулся к ней, но она отпрянула:

– Не надо.

Он не стал обращать внимания на ее протест и обнял за плечи.

– Не надо что? – шепнул Люк. – Не надо касаться тебя или не надо переживать по поводу того, что тебе причинили боль?

Бет наклонилась и спрятала лицо у него на груди.

– И то и другое.

– Слишком поздно.

Они сидели на полу, прижавшись друг к другу, и Бет почувствовала, как ее понемногу отпускают цепкие щупальца прошлого.

– А тебе, судя по всему, нравятся прикосновения, не так ли? – пробормотала она, прижимаясь к его плечу.

– Ага. – Она закрыла глаза, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие, когда Люк провел пальцами по ее волосам. – Так что привыкай.

После того как ей пришлось на протяжении многих лет противостоять целому миру, Бет почти убедила себя в том, что Люку можно доверять. Он не спеша разрушал ее защитные стены и ставил под вопрос причины, по которым она обрекла себя на одинокое существование, и Бет понимала, что может не выдержать его длительную осаду.

– Почему ты винишь себя в смерти Джино? – немного подумав, спросила она.

Его глаза вдруг превратились в лед.

– Ты на самом деле хочешь узнать правду?

– Да, – мягко ответила Бет. – Я хочу помочь тебе.

– Меня отстранили от должности на неопределенный срок, и я примчался к Джино, чтобы высказать все, что думаю по этому поводу. Мы поругались, и у него случился сердечный приступ, – бесстрастно заявил Люк.

Он остановился, словно ожидал, что она вскочит и с криками выбежит из комнаты. Но Бет осталась сидеть рядышком с ним.

– Не смотри на меня так! – буркнул он.

– Как?

– Так, как ты смотришь прямо сейчас. Я не заслуживаю таких взглядов. И не нуждаюсь в них.

– Ты считаешь, что не заслуживаешь моего понимания и поддержки? – вздохнула Бет.

– Ты не слышала, что я сказал? Я убил своего дядю.

– Я слышала.

Ее спокойствие начинало раздражать его.

– Поэтому я не нуждаюсь…

– Люк, не указывай мне, что я должна чувствовать, – ткнула пальцем ему в грудь Бет. – Ты любил Джино. И тебе не хватает его. Ты хоть знаешь, что я готова была бы отдать, чтобы иметь такую семью, как у тебя?

– Они не святые, – нахмурился Люк.

– А кто святой? По крайней мере, они любят тебя.

– Ты не понимаешь, – грустно покачал головой он.

– Их позор, твой позор. Я права? – Судя по выражению его лица, Бет поняла, что задела его за живое. – Думаешь, что если задвинешь подальше свое неуместное чувство вины, то будет легче справиться с ним? Будь Джино живым, ты бы все равно оказался под следствием. И тебя все равно отстранили бы от дела. Ничего бы не изменилось. Неужели, по-твоему, Джино хотел бы, чтобы ты изводил себя самоосуждением? – продолжила Бет более мягко. – И не нужно брать на себя вину, которую приписывают самому Джино. Невозможно выполнять свою работу, если не уважаешь свои собственные решения. Поверь мне, я знаю, о чем говорю.

– Как у тебя получается? – подозрительно спросил Люк.

– Что именно?

– В точности знать то, что… – отвернулся он.

– Что ты думаешь? – улыбнулась Бет. – Могу заверить тебя, что по сравнению со мной, ты почти не знаешь, что такое чувство вины. Не казни себя. Поделись своими переживаниями с Розой.

– Чтобы она возненавидела меня? – фыркнул Люк.

– Такого никогда не случится, потому что она любит тебя.

Люк смотрел прямо перед собой, погрузившись в раздумья.

Бет залюбовалась его профилем, его полными губами и четко очерченным носом. Под напускным безразличием Люка скрывалась ранимость, которая взывала к сердцу Бет так громко, что ей хотелось обнять его и никогда не отпускать.

– Ты можешь доверять мне.

Люк молча допил остатки вина, позволив заявлению Бет тяжело повиснуть в воздухе.

– Все осталось в прошлом, – сказал он, но его глаза говорили другое.

Бет потянулась и мягко коснулась его руки.

Их взгляды встретились, и Бет увидела в его глазах столько боли, что у нее перехватило дыхание.

– Знаешь, иногда бывает, что все возвращается назад.

– Ты имеешь в виду Джино?

– Габриэллу, – глухо ответил Люк. – Есть ли что-то, что я мог бы сказать или сделать по-другому? Что могло бы остановить ее. Нам было по восемнадцать, когда она забеременела. Однажды я пришел домой и обнаружил их двоих… Ребенку тогда исполнилось шесть месяцев. Сначала она лишила жизни его, а потом покончила с собой. – Он опустил глаза в пол. Его губы дрожали.

Бет инстинктивно потянулась к нему и обняла, вдыхая запах его кожи, его тепло.

– Когда тебе удается прожить день, не думая о прошлом, ты приободряешься, – тихо сказала она, уткнувшись в его плечо. – Проходит неделя, потом месяц. И спустя год или два ты начинаешь забывать улыбку тех, кто ушел, их голос, выражение глаз в моменты счастья. И ты думаешь: может, забвение – это лучший способ сохранить память о них.

– Да, – тяжело вздохнул Люк и высвободился из ее объятий. Бет вдруг почувствовала себя ограбленной.

В комнате некоторое время царила звонкая тишина.

– Люк, тебе нравится то, чем ты занимаешься? – наконец спросила Бет.

Он задумчиво взъерошил свои волосы.

– Мои родители умерли почти что в нищете, без страховок и в долгах. Поэтому я решил быть умнее. Лучше. Тщательнее контролировать ситуацию, – вздохнул Люк.

Его признание что-то пробудило в ней. Бет внезапно зарделась, и ей стало очень жарко.

Люк в точности знал, когда все изменилось. Меланхолия рассеялась и сменилась всплеском страсти, которая горячей лавиной разлилась в его чреслах.

– Тебя не угнетает отсутствие близости? – вдруг хрипло спросил он.

– Ты о чем?

– О сексе.

– Честно говоря, нет. – Бет засмущалась и отвела взгляд. – В нем не было ничего хорошего.

– Может быть, ты все делала неправильно.

Комната погрузилась в тишину, вдруг ставшую более интимной, чем ласки.

Люк понимал, что Бет осторожничает из-за пережитых ужасов в прошлом. Он мог сказать о себе то же самое. Но на этот раз Люк чувствовал, что между ними возникло нечто большее, чем физическое влечение. Бет заинтриговала его. Она изо всех сил старалась держать себя в руках и оставаться невозмутимой, но стоило зацепить ее, как на поверхность тут же всплывали самые разнообразные эмоции. Больше всего на свете Люку хотелось сломать защитные стены, за которыми она пряталась.

Он взял Бет за руку, и их пальцы переплелись. Люк зачарованно смотрел, как она задрожала от его прикосновения. Он потянулся, забрал у нее бокал с вином и склонился над ее губами.

Ее густые длинные ресницы затрепетали, и Бет прикрыла глаза. Люк нежно коснулся ее щеки, а потом поцеловал уголки ее губ.

Бет прильнула к нему и тихо вздохнула. В объятиях Люка она чувствовала себя по-настоящему дома. Люк заставил позабыть о чувстве вины, которое так долго не покидало ее. Его губы ласкали Бет, дразнили, наслаждались ею.

Когда Люк оторвался от нее на секунду, Бет лишь крепче зажмурила глаза.

– Бет, ты нервничаешь? – Она храбро покачала головой и посмотрела на него. В его глазах светилась такая страсть, что у нее перехватило дыхание. Люк нежно погладил Бет по щеке, и ее сердце растаяло.

– Твоя жизнь не должна зависеть от поступков других людей, – прошептал он. – Иначе они одержат победу над тобой. Таким образом ты просто позволишь им управлять тобой.

Люк был прав. На все сто процентов. Но ей не понравилось, как он вынудил ее исследовать свою жизнь, саму себя. И ей не понравилось, что она там увидела.

– Я больше не знаю, что мне думать.

– Давай сегодня вечером забудем обо всем и не будем ни о чем думать.

Он с бесконечной нежностью коснулся губами ее лба, щек, а потом их губы слились в жарком поцелуе. Люк мягко опустил ее на ковер и прилег рядом.

– Я не уверена… – пробормотала Бет.

– Зато я уверен, – улыбнулся Люк. – Позволь мне доказать свою уверенность на деле.

Их губы снова встретились. Их языки нежно сплетались, сталкивались и дразнили друг друга. Люк провел рукой по ее бедру, поднимаясь выше к впадинке на ее талии. Бет была такой теплой и мягкой! Он мог целую вечность касаться ее горячей шелковистой кожи, этих длинных и стройных ног, нежного изгиба ее талии. Выразительные зеленые глаза Бет неотрывно следили за каждым его движением.

Люк стянул с себя рубашку и проделал то же самое с майкой Бет, желая почувствовать прикосновение ее кожи.

Бет приподнялась и нерешительно провела руками по его груди. Когда ее пальчики остановились на его животе, Люк шумно вдохнул.

Когда их взгляды встретились, от ее нерешительности не осталось и следа. Дыхание Люка стало сбивчивым, когда он увидел в ее глазах полыхавшее пламя страсти. Он прильнул к ее жарким губам, опускаясь ниже к ее шее. Бет изогнулась под ним, открываясь навстречу ему, и он ласкал ее кожу языком, зубами и горячим дыханием. Сердце Люка бешено колотилось, но он намеренно сдерживал себя, чтобы насладиться каждой секундой их близости. Ему хотелось навсегда запечатлеть в своей памяти выражение лица Бет и ее тихие стоны и вздохи. Люк желал найти все чувствительные места на теле Бет и целовать их до тех пор, пока она не начнет умолять его, чтобы он овладел ею.

Он отстранился, и ему стало очень тесно в брюках, когда Бет застонала в знак протеста. Но Люк поднялся и молча протянул ей руку.

– Пойдем, – улыбнулся он.

Бет вложила свою руку в его ладонь и последовала за ним наверх. Сначала они зашли в комнату Люка, и он, покопавшись в своем портфеле, достал оттуда несколько презервативов. Бет покраснела от его улыбки, но смущение тут же улетучилось, когда он снова взял ее за руку и повел в спальню. И она снова оказалась в его объятиях. Их губы встретились. А потом встретились их тела.

Люк умелыми пальцами развязал шнурок на ее штанах, а Бет прижималась к нему, вдыхая аромат его духов, смешанный с запахом пота.

Он хотел ее, просто сходил с ума от желания.

Люк прильнул к ее губам, их вздохи смешались, а потом сплелись их языки.

Ее кожа казалась расплавленной сталью, прячущейся под шелком, и имела привкус греха. Его руки заскользили по ее бедрам, и Бет громко стонала, теряя остатки самообладания.

Пот тоненькой струйкой побежал по ее спине. Она судорожно вдохнула, когда Люк начал ласкать ее живот.

Бет не хотелось привыкать к его поцелуям, к его ласкам, но она не могла собраться с мыслями, когда его горячие губы коснулись ее шеи, а его умелые руки начали стягивать с нее нижнее белье.

Когда ладонь Люка оказалась промеж ее ног, Бет дернулась и, схватив его за руку, остановила:

– Люк… Я…

– Что случилось, cara? – прошептал он, обдавая горячим дыханием ее шею.

– Я… – Она отстранилась, чтобы встретиться взглядом с его горевшими от страсти глазами, и вдруг засмущалась. – Я не очень опытна в подобных делах…

Нежная улыбка Люка развеяла все ее сомнения.

– Бет, ты прекрасна. Не нужно ничего прятать от меня.

Она перестала сдерживаться и, прильнув к его губам, страстно поцеловала. Возбужденная плоть Люка болезненно ныла, пока они с Бет продолжали ласкать друг друга губами, руками и своим горячим дыханием. Люк покрыл поцелуями ее шею, а потом коснулся ее набухшей груди. Его рука снова скользнула промеж ее ног, и Бет протяжно застонала.

Ее колени дрожали, когда она вцепилась в Люка, словно тонула, и он оставался ее единственной надеждой.

– Люк… Я…

– Пожалуйста, сердце мое, только не проси меня остановиться, – сбивчиво прошептал он.

Она открыла глаза, довольно вздохнула и улыбнулась.

– Я хочу всего тебя.

Сгорая от желания, Люк со стоном отстранился от нее и потянулся за презервативом, который оставил на тумбочке. Бет не отпускала его, она гладила его руки и терлась о его ноги своими ногами. Люк нетерпеливо разорвал блестящий пакетик. Когда он надевал презерватив, его руки дрожали. Он повернулся к Бет, и у него перехватило дыхание. Бет обнаженная лежала на кровати, ее восхитительная грудь манила его, а ее глаза поблескивали от возбуждения. Люк бросился к ней, как будто от этого зависела его жизнь, и начал ласкать ее от макушки до пальчиков на ногах.

Бет ахнула, когда он внезапно перевернул ее на живот и потом, к ее огромному удовольствию, начал покрывать поцелуями все ее тело. Она ощутила его теплые губы на плечах и шее. Его поцелуи становились жестче и глубже, когда он опускался ниже к ее пояснице. Затем Бет ощутила прикосновение его языка и зубов к своим округлым ягодицам.

Люк снова перевернул ее на спину, но на этот раз Бет была готова принять его. Она обвила ногами его талию и приподняла бедра.

– Я больше не могу, – взмолилась она. – Я хочу тебя.

– Приказ понял, мадам, – улыбнулся Люк.

Он схватил Бет за бедра, слегка приподнял ее тело и одним рывком вошел в нее.

Люк задрожал и стиснул зубы, когда ее влажные створки сомкнулись вокруг него. Мучительно медленно он перевел дыхание и начал двигаться. Поначалу его движения были осторожными, почти нерешительными. Он пытался определить скорость и глубину, пока Бет не начала извиваться под ним, задыхаясь от удовольствия.

– Тебе нравится? – прошептал он, приподнявшись, а потом снова погрузившись в ее жаркое лоно.

– О да.

– Ты хочешь, чтобы я двигался быстрее?

Люк чуть не потерял самообладание, когда заглянул в ее мерцающие зеленые глаза, взгляд которых, казалось, проникал в саму его душу. Бет подняла руки над головой, дрожащим голосом выдохнула «да» и закрыла глаза. Каждый ее вздох и тихий стон наслаждения были для него восхитительным откровением. Бет подсказывала Люку, как она хочет, чтобы он целовал и касался ее, и говорила ему, как хочет касаться его самого. Она задрожала, когда движения Люка чуть замедлились.

Ее покрытая испариной кожа блестела и манила его. Люк начал ласкать грудь Бет, потом склонился над ней и обхватил губами ее набухший сосок, покусывая ее чувствительную плоть. Бет приподняла бедра, и Люк проник в нее еще глубже.

– Люк… – выдохнула она. – Мне кажется… Я чувствую…

– Я знаю.

Люк сдерживался из последних сил, когда Бет начала сбивчиво дышать и постанывать. Ему хотелось, чтобы она первой получила удовольствие, и он желал увидеть на ее лице выражение чистого наслаждения. Люка вдруг пронзило острое чувство блаженства, такое сокрушительное и чистое, что его сердце болезненно сжалось.

Бет казалось, что она растворяется. Кровь пульсировала у нее в голове и внизу ее живота. Ей было так хорошо, что хотелось кричать.

Она слышала затрудненное дыхание Люка, чувствовала его жар на своем лице. Каждая ее эмоция отражалась в его глазах. С каждым толчком в ней все быстрее нарастало напряжение, от которого хотелось избавиться. Люк продолжал погружаться в нее все глубже, и Бет задыхалась под ним, ее ноги дрожали. Она жаждала его ласк, чтобы достичь вершины блаженства и забыться, но вместе с тем боялась, что ее влечение к нему перестанет быть просто физическим.

Люк, должно быть, почувствовал ее сомнения, потому что нежно взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза.

– Дорогая моя, не покидай меня, – жарко прошептал он.

И тогда Бет полностью потеряла контроль над собой. Она еще раз тяжело вздохнула и со стонами забилась в экстазе. Когда Люк почувствовал, как из нее изливается сладостная влага, он наконец перестал сдерживаться. Глубоко погруженный в ее лоно, Люк прижался своим покрытым испариной лбом к ее лбу и нежно поцеловал кончик ее носа. Когда Бет в ответ томно улыбнулась, закрыла свои глаза и провела руками по его вспотевшей спине, он понял, что случилось что-то невероятное.

Глава 12

Сквозь сон Бет услышала щебетание птиц за окном и поняла, что она в кровати не одна.

Она медленно поднялась, схватила халат и, выйдя на цыпочках за дверь, направилась в ванную.

Приняв горячий душ, который не принес ей никакого удовольствия, Бет завернулась в полотенце и провела рукой по запотевшему зеркалу.

Ей хотелось пожалеть о том, что случилось прошлой ночью, но она не могла. Она наслаждалась каждой секундой, каждым прикосновением и поцелуем так сильно, что ей отчаянно хотелось, чтобы это волшебство повторилось еще раз.

Но с наступлением утра все предстало в самом неприглядном свете.

Они с Люком кардинально отличались друг от друга, и у них были разные представления о счастье. Глубоко внутри Бет была сторонницей традиций. Несмотря на свое прошлое, она все еще верила, что брак является той самой вишенкой на торте «и-жили-они-долго-и-счастливо».

Бет растерянно смотрела на свое отражение в зеркале.

Она не сомневалась в том, что Люк способен разбить ей сердце. А еще Бет была уверена, что вряд ли переживет, если такое все же случится.

Она прекрасно знала, что больше всего Люк дорожил своей карьерой, и сомневалась, что он возьмет на себя какие-то обязательства или захочет скрыться от городской суеты и вести уединенный образ жизни.

Ей придется заново выстраивать вокруг себя стены, чтобы защититься от сердечной боли, а это означает, что ее ждет переезд и расставание с домом, который успел стать частью ее существа.

Черты ее лица исказились от внутренней боли. Неужели она была так глупа, что поверила, что сможет одержать победу над ним?

Люк еще некоторое время лежал в кровати с закрытыми глазами, пока в окна щедро не полился солнечный свет и не затопил каждый уголок комнаты.

Он машинально потянулся к затылку, но остановился на полдороге. Ноющая боль исчезла.

Люк сел на кровати, почесал голову и услышал, как в ванной включилась вода.

На него нахлынули горячие эротические воспоминания, а вместе с ними смущение и сожаление. Люк рывком поднялся с кровати и подошел к окну.

Он заморгал от яркого солнечного света и увидел на дереве три ярких разноцветных попугайчика. Люк отказывался думать о том, что происходило всего несколько часов назад. Какой знойной была их страсть, каким удовлетворенным было сейчас его тело.

Еще Люку не хотелось вспоминать о том, что во время последней близости он забыл надеть презерватив.

Проклятие. Подобного исхода следовало ожидать. А все этот дом со своими стенами, выкрашенными яркими красками, мебелью из соснового дерева и с любовью сотканными коврами. Дом, который был полон жизни.

Люк целую неделю не видел свою идеально обустроенную квартиру. Его туда и не тянуло. В том измерении его ждала одинокая жизнь, полная пятнадцатичасовых рабочих дней.

Глупости какие. Ведь Люк любил свою работу. Он обожал принимать вызовы, заключать сделки и зарабатывать деньги для своих клиентов, но почему-то сейчас совсем не скучал по образу жизни, который сопровождался ужинами по ночам, подъемом в три часа утра и постоянными головными болями… И извечной офисной болтовней о взаимоотношениях, ремонтах и семейном отдыхе.

Когда именно ему вдруг захотелось чего-то большего? Люк не мог с точностью ответить на этот вопрос, но он мечтал о возможности уединиться, спрятаться от городской суеты. И о ванне на львиных лапах.

Еще ему захотелось завести собаку. У него никогда не было собаки, его родители с трудом зарабатывали, чтобы прокормить себя и детей, и не могли позволить себе такую роскошь.

Люк забрался на подоконник, устремил взор в ярко-голубое небо и глубоко вдохнул напоенный грозовым дождем воздух.

Он думал о том, что случилось этой ночью.

Получается, он просто воспользовался ситуацией, в которой они оба оказались, и чувствами Бет. И удовлетворил свои нужды.

Ему стало дурно от этой мысли.

«Лучио, ты убегаешь от своих чувств, – сказал ему как-то Джино. – Я хочу помочь тебе быть кем-то, на кого ты захочешь равняться. Пожалуйста, Лучио, соглашайся. Эти психотерапевты – хорошие люди. Они помогут тебе».

Люк тогда в ответ излил на него всю свою юношескую злость и отчаяние.

«Ты не мой отец! Ты не сможешь быть им! Никто не сможет. И я не хочу, чтобы кто-то чужой указывал, что мне думать и чувствовать».

Вспоминая их ссору, Люк болезненно поморщился. Джино оказался прав, так же как был прав в том, о чем говорил в своей записи на диске, которую Люк прослушал прошлым вечером. Строгая десятиминутная речь так сильно отображала характер Джино, что Люк не смог сдержать улыбку. А потом на него снова нахлынуло чувство вины, к которому теперь добавилось сожаление о том, что произошло этой ночью в спальне Бет.

Люк в отчаянии закрыл глаза. Его окружали сплошные неприятности. У него хватало своих собственных проблем, а тут еще Бет со своими секретами, которые начинали выводить его из себя.

Он натянул брюки, подобрал остальную одежду и направился в свою комнату. Взяв с тумбочки телефон, он набрал номер Дилана.

– Привет, это Люк. Есть какие-нибудь новости для меня?

– Не так уж много. Но я обнаружил кое-что о-о-о-очень интересное.

Люк потер шею и зевнул.

– Ладно, выкладывай.

Бет молча одевалась, собираясь на работу. Ее пальцы предательски дрожали, когда она застегивала пуговицы на блузке. Но когда она в конце концов вышла из своей комнаты, то была еще более сильной и еще более одинокой, чем когда-либо.

Услышав голос Люка в соседней комнате, она застыла на месте. Несмотря на принятое ранее решение или вопреки ему, что-то оборвалось у нее внутри.

После длительной паузы, на протяжении которой по всему кварталу эхом разносилось громкое биение ее сердца, она услышала, как выругался Люк.

«Нет, я даже представить не мог. Нет, она никогда не упоминала об этом, просто сказала, что попала в аварию. Нет, не думаю, что это поможет. Пусть эта информация останется при тебе. Я сделаю то же самое. Договорились. Пока».

С этими словами он повесил трубку.

О нет. Нет-нет-нет-нет. Только не это.

Бет показалось, что она задыхается. Она так крепко ухватилась за перила, что ее пальцы побелели. Но она ничего не чувствовала, потому что боль в ее сердце была намного сильнее.

Бет держалась, чтобы не упасть, и чувствовала сильное побуждение сорваться с места и бежать куда глаза глядят. Лишь бы не находиться здесь. Она сделала один нерешительный шаг, но в последний момент остановилась.

Должно быть, она издала какой-то звук, потому что Люк круто развернулся, и их взгляды встретились. Бет не могла пошевелиться, не могла выдавить слова, она просто стояла и тупо смотрела на него. Она задвинула боль подальше и попыталась взять себя в руки. Ее лицо напряглось от усилий выглядеть бесстрастной и спокойной, но ее сердце предательски громко стучало, не давая ей ни одного шанса спрятать свои чувства.

Люк улыбнулся, и Бет снова растаяла.

– Привет, – кивнул он.

Она посмотрела на его расплывшиеся в улыбке губы, которыми он касался ее самых интимных мест. Проклятых мест, которые до сих пор болезненно ныли. Бет все еще ощущала его дыхание на своей груди. Каждый его шепот на своей коже. Его руки и пальцы… Боже праведный!

Скрытое желание затуманило ее разум, и Бет тряхнула головой, чтобы привести свои мысли в порядок.

– Доброе утро, – вежливо ответила она. Войдя в комнату, Бет подошла к столу и достала оттуда одну из папок. Глубоко вдохнув, чтобы набраться смелости, она повернулась и посмотрела на Люка. – Послушай. Насчет вчерашней ночи…

– Хм? – Взгляд его темных, как ночь, глаз скользнул по ее лицу и остановился на ложбинке у основания шеи. Бет сглотнула. Она очень надеялась, что он не заметит, как бешено бьется ее пульс.

– Да… – запнулась Бет. – Прошлая ночь была…

– Великолепной? Изнурительной? – Наконец он поднял глаза, и их взгляды встретились. – Потрясающей? – Последнее слово Люк произнес таким образом, словно касался языком самых потаенных мест ее тела.

– Ошибкой.

Бет не могла подумать, что тишина может быть такой звонкой.

– Ошибкой, – повторил вслед за ней Люк.

Бет кивнула. Не успела она и глазом моргнуть, как он подошел и встал прямо перед ней. Бет пятилась, пока не натолкнулась на стену. Он поднял руки, и на долю секунды ей показалось, что он собирается коснуться ее. Но вместо этого он прижал ладони к стене по обе стороны от ее головы.

– Значит, ты считаешь то, что произошло между нами, ошибкой? – буравил ее взглядом Люк.

– Если тебе так угодно.

– Если мне… – Он наклонился к ней, и она попала в ловушку его чарующих глаз. Вокруг них витал слабый аромат слитых воедино тел и сексуального жара. – Ты врешь.

– Нет.

– Так почему…

– Люк, ты знаешь ответ.

– Просвети меня.

Она пожала плечами, стараясь придать своему голосу беззаботности. Бет не могла допустить, чтобы Люк взял над ней верх.

– Мы чудесно провели время. Конец истории.

Что-то промелькнуло в его взгляде, но Бет не смогла разобрать, что это было.

– И это все? Ты считаешь нашу близость случайной связью?

– Это было приятно, не пойми меня неправильно, – нервно рассмеялась Бет. – Но я считаю, что нам нужно сосредоточиться на ситуации, в которой мы оказались. – Она почувствовала, как напряглось его тело. – Для меня совершенно очевидно, что я не смогу собрать нужную сумму на покупку этого дома, поэтому на этой неделе я займусь поисками нового жилья. Не вижу необходимости оставаться, если я могу позволить себе снять…

– Подожди. И это все?

– Почему ты злишься? – насупилась Бет. – Ты выиграл.

– Бет, мы с тобой ни в чем не соревновались!

– Нет, конечно нет. Но ты в любом случае получил приз.

Люк отстранился и нервно взъерошил волосы.

– И после всех разговоров о том, что «этот дом мой» и «я стала его частью», ты вот так просто возьмешь и уйдешь?

– Ты сам сказал, что я не могу позволить себе такую покупку, – с вызовом ответила Бет.

– Чушь. – Его лицо потемнело. – Дело не в этом. Почему ты не скажешь мне правду?

– Мне нечего добавить, – разозлилась Бет. – После вчерашней ночи ты знаешь обо мне все.

– Правда? В таком случае, может, ты скажешь мне, кто такая Тэйлор Стентон? – Судя по тому, как ахнула Бет и как округлились ее глаза, слова Люка стали для нее настоящим потрясением.

– Ты рылся в моих вещах.

– Кто она?

– Ты рылся в моих вещах! – Ее зеленые глаза метали молнии. – Чем еще ты занимался? Собирал информацию обо мне, чтобы оспорить мой договор на аренду этого дома? Собирался вызвать меня в суд, чтобы…

– Что за вздор ты несешь!

– Нет, не вздор! Ты никогда не доверял мне, не так ли?

– Ты тоже не доверяла мне, – возразил он. – Бет, просто скажи мне, кто эта женщина.

– Нет. Нет!

Люка охватило чувство безысходности, и он подскочил к Бет, нависнув над ней, как скала.

– Скажи мне правду, черт побери!

В ее глазах заблестели слезы.

– Это я, понятно тебе? – зло сказала Бет. – Это я!

Люк стоял с открытым ртом, потрясенный услышанным.

– Значит, ты была на борту самолета рейса номер 212?

– Да!

– На прошлой неделе была десятая годовщина. Выжившие в этой катастрофе подали в суд на авиакомпанию, которая занималась их перевозкой, и она прекратила свое существование…

– Я знаю.

Люк стоял, не зная, что сказать. Как можно утешить человека, пережившего такую трагедию?

С какими бы трудностями он ни сталкивался, они были ничто по сравнению с масштабами самой ужасной авиакатастрофы в истории Австралии. Теперь Люк понимал, почему Бет так яростно защищала свою личную жизнь. И почему никому не доверяла. Бог мой, ведь он практически силой затянул ее в свой самолет.

– Бет… Я даже представить не могу, что ты пережила…

– Не можешь, – сухо ответила она.

– Но я не могу понять…

– Почему я скрывала свое настоящее имя? Я сидела в самолете рядом с Бет Джонс. Ей исполнился двадцать один год, и она направлялась в Перу, чтобы приступить к новой работе. Она погибла в этой аварии, а я оказалась в машине скорой помощи с ее сумочкой в руках… Я… – Бет сделала паузу, чтобы сглотнуть и перевести дух. – Целую неделю я провела в коме, и врачи решили, что я – это она.

– Поэтому ты решила взять ее имя.

Бет отрицательно покачала головой:

– Даже не думала. Я несколько раз хотела выбросить ее сумочку, но каким-то странным образом это напоминание о катастрофе служило своего рода… утешением. Я была последней, кто видел Бет живой. Видишь ли, у нее никого не осталось, ни семьи, которая скучала бы по ней, ни… – Бет судорожно вздохнула и скрестила руки на груди. – Я пыталась вернуться к нормальной жизни, но все рухнуло, когда меня выследил тот журналист. И я поняла, что меня не оставят в покое, если я снова стану Тейлор Стентон. – Ее взгляд был как у загнанного зверька. – Ты знаешь, оказывается быть кем-то другим так просто. Счета за газ, свидетельство о рождении, водительские права и вуаля – ты становишься абсолютно новым человеком. Я была Бет Джонс на протяжении последних десяти лет. Десяти долгих, непростых лет. Но, черт побери, меня никто не доставал. Ее голос задрожал, но Бет снова взяла себя в руки. – Знаешь, все вокруг хотели, чтобы я была одной из тех выживших людей, которыми можно было гордиться. – Бет посмотрела на Люка, и он заметил слезы в ее глазах. – Кого можно ставить в пример человеческой выносливости. Они разглагольствовали, какое это чудесное свидетельство для поднятия духа австралийцев, как мне повезло и насколько хрупким является человек. А я в это время едва держалась, чтобы не сойти с ума и не развалиться на куски.

Люк не знал, что ответить и как ее утешить.

Бет вдруг вымученно улыбнулась:

– Забавно… но за все эти годы я так и не привыкла к новому дню рождения. Поэтому я никогда его не праздную.

Они какое-то время молчали. Люк ждал, что Бет скажет еще что-нибудь. Но она стояла, не поднимая глаз.

– И когда он? – тихо спросил Люк.

– Что?

– Когда твой день рождения? Настоящий.

– Пятнадцатого августа. И мне не тридцать лет, а двадцать восемь, – добавила она, словно эта информация могла быть очень важной для него. – А теперь, – еще раз судорожно вздохнула Бет, – мне пора на работу.

Люк потер свой щетинистый подбородок. Проклятие. Он еще не все сказал ей.

– Бет. Я…

– Нет, Люк. Ничего не изменилось, и нам следует подумать о том, как жить дальше.

Люк не собирался соглашаться с ней. Прошлой ночью она цеплялась за него, словно утопающий. Всего несколько минут назад поведала самую мрачную из тайн своей души. А теперь стала такой бесчувственной, как совесть закоренелого лжеца.

Люку хотелось сказать, что все изменилось после потрясающей близости с ней и после того, как он осознал, что образ его жизни оставляет желать лучшего. И такой расклад пугал его до смерти.

Все вдруг стало очень сложным и запутанным. Ему следовало рассказать Бет о том, что он узнал, сделать то, что она просила, и, развернувшись, спокойно уйти. Тогда она будет свободна найти себе кого-нибудь, кто позаботится о ней и возьмет на себя определенные обязательства.

Но что, если он сам не против серьезных отношений?

Люк разрывался, глядя, как Бет спускается по лестнице, унося с собой их пылкую страсть.

– Бет. Не уходи.

Она, не поворачиваясь, остановилась на последней ступеньке. Но потом, глубоко вздохнув, развернулась.

– Что нового ты можешь сказать мне? Для тебя нет ничего важнее твоей карьеры, а я только мешаю тебе. Не говоря уже о том, что мы каждый день рискуем, что нас застанут вместе. А я не собираюсь снова проходить через такие мучительные испытания. – Она мрачновато улыбнулась. – Ты, я, наши истории… Мы с тобой – мечта любого журналиста.

– Подожди.

Черт побери, а ведь она оказалась права. Бет вышла и высказала все то, что не давало ему покоя на протяжении целого утра. И Люк ненавидел себя за то, что оказался беспомощным перед лицом этой холодной логики.

Он смотрел на Бет и старался запечатлеть в памяти плавные черты ее лица и шелковистые белокурые локоны. Ее поцелуи и сладостный, манящий аромат ее кожи. А также то, как она держалась из последних сил, открывая страшную тайну своего прошлого.

Логика твердила Люку отпустить Бет, но он не хотел ничего слушать. Что-то глубоко внутри настоятельно требовало, чтобы он откровенно рассказал о своих чувствах. Проклятие. Ему так сильно хотелось заключить Бет в свои объятия, зацеловать ее до потери сознания и заставить поверить в то, что их близость и его влечение к ней были самыми что ни на есть настоящими.

Еще до того, как попытаться заставить Бет передумать, Люк понимал, что ему придется выложить ей всю правду. Конечно, он мог жить с тем, что рассказал ему Дилан, но какой ценой? Если бы Люк скрыл обнаруженные сведения от Бет, это вгрызалось бы в его совесть каждый день, пока его самоуважение не превратилось в пустой звук. Что еще хуже, такое отношение только подорвало бы доверие Бет.

Но как только открылась правда, пути назад больше не было.

Люк собрал свою волю в кулак и начал медленно спускаться по ступенькам вниз. Он заметил, как напряглась и вытянулась Бет, словно ждала этого последнего выстрела, хотя ее силы были на пределе.

Боже милостивый, Люк ненавидел то, как ему приходится поступать с ней.

– Дилан разузнал кое-что еще.

– Это касается Бена? – растерялась Бет.

– Нет… Послушай, нет смысла ходить вокруг да около. Я просто буду с тобой откровенным и скажу все как есть.

– Ладно. – Было заметно, что она в замешательстве.

Люк глубоко вдохнул и спрятал руки в задние карманы брюк.

– Когда твоей матери исполнилось пятнадцать лет, она родила ребенка, девочку, и отдала ее в приемную семью.

Глава 13

Воцарилась зловещая тишина. Бет побледнела и ухватилась за перила.

– Что? – задыхаясь, выдавила она.

– Когда девушке исполнилось восемнадцать лет, она поместила свое имя на нескольких интернет-сайтах для людей, которые хотят усыновить или удочерить ребенка, чтобы через социальные службы разыскать свою биологическую мать…

– Подожди! Остановись, хватит…

– Бет, выслушай меня до конца. – Она отрицательно качала головой, отказываясь верить услышанному, и Люку пришлось взять ее за руки, чтобы успокоить. – Ей сейчас тридцать восемь лет, и она живет в Перу. Вы с матерью летели, чтобы встретиться с ней.

– О нет.

– Это правда. – Несмотря на то что Люк держал Бет за руки, он чувствовал, как она закрывается и ускользает от него.

«Скажи ей хоть что-нибудь, не молчи». Но Люк был настолько напряжен, что не мог выдавить ни слова.

Так прошло несколько мучительных секунд, пока Бет не высвободила свои руки и отступила назад. Расстояние между ними увеличилось и превратилось в зияющую пропасть.

– Я… Мне нужно ехать на работу.

– Бет.

– Люк, – остановила его жестом руки Бет. – Я сейчас вообще не могу думать ни о чем, понимаешь? Мне нужно немного времени, чтобы переварить то, что ты сказал. Просто… – Она тяжело вздохнула и потерла виски. – Просто дай мне немного времени.

– Ладно. – Люк нервно взъерошил волосы. – Хорошо. Бери столько времени, сколько сочтешь нужным.

– А еще мне кажется, будет лучше, если я поживу где-нибудь в другом месте, – натянуто добавила Бет.

В сотый раз Люк пожалел, что не может вернуть назад прошедшие несколько дней. Хотя он знал, что все равно не стал бы ничего менять.

Особенно прошлую ночь.

Он подумал о событиях прошлой ночи, и его кровь тут же воспламенилась, но отстраненное выражение лица Бет снова остудило ее. Проклятие. Неужели она не понимает, что он скорее умрет, чем намеренно причинит ей боль?

– Я могу помочь тебе. Я попрошу кого-нибудь поискать…

– Не надо. – Она покачала головой и хрипло рассмеялась. – Ты и так достаточно сделал. А с этим вопросом я должна разобраться сама.

С этими словами Бет развернулась и вышла в прихожую. Она схватила со столика свою сумку и ключи от машины и с высоко поднятой головой направилась к входной двери.

Люк смотрел ей вслед, словно одним лишь усилием воли мог заставить ее передумать. Эта затея не принесла бы ничего хорошего. Бет отличалась завидным упрямством, была гордой и обидчивой и привыкла прятаться за защитными стенами. Люку захотелось забрать обратно все свои слова, когда он увидел испуг на ее лице и то, как она застыла, потрясенная новостью.

Люк так сильно стиснул зубы, что заболели челюсти, но он не сводил с нее глаз, пока она шла к выходу.

«Давай же, Бет. Просто повернись. Ты ведь можешь. Ну, повернись же», – мысленно упрашивал Люк.

Но чуда не случилось.

Должно быть, это было его сердце, которое она рывком распахнула, потянув за дверную ручку. Потом Бет закрыла за собой дверь и, не оглянувшись, вышла из дома. Постепенно звуки ее шагов затихли, и Люк остался один наедине с невысказанными признаниями.

Тихий щелчок двери показался ей настоящим взрывом. Если бы Люк сказал хоть что-нибудь и дал ей понять, что хочет, чтобы она осталась, она с радостью развернулась бы и бросилась в его объятия.

Но он промолчал.

Бет судорожно вздохнула и рванула ручку дверцы автомобиля. Все кончено. И виновата она сама.

Теперь ей придется жить с тем, что она выбрала, – отныне ее спутником станет одиночество.

Бет разозлилась, заметив, как дрожат ее руки. Она нервно поправила прическу, пытаясь справиться с очередным приступом паники. Но дрожь передалась всему ее телу. Бет резко вдохнула, потом еще раз, и ей показалось, что ее грудь стиснули железным обручем.

Потрясение было таким внезапным, что Бет громко застонала. В памяти всплыла картинка, от которой она никак не могла избавиться.

По ту сторону покрытого трещинами стекла шел холодный, промозглый дождь. В воздухе стоял тошнотворный запах пролившегося топлива, дыма и покореженного металла. Ее накрыли шерстяным одеялом, и Бет чихнула… а потом посыпались вопросы, все время одно и то же. Ее спрашивали, как она себя чувствует и что помнит из произошедшего. И так повторялось снова и снова. Бет закрыла уши руками и, рухнув на сиденье автомобиля, горько зарыдала.

Бет не стала сдерживаться и позволила слезам бежать по ее щекам. Она оплакивала потерянное детство, мать, которую любила, и долгие годы одиночества.

Выплакавшись, она вытерлась дрожащей рукой и достала носовой платок. В зеркале отражалось ее припухшее от слез лицо.

У нее есть сестра.

О боже. Кто знает, какие еще сюрпризы ждут ее? Кто еще может появиться на фамильном дереве Стентонов, которое она сознательно срубила десять лет назад?

После шокирующего признания Люка Бет разбирало скорее любопытство, а не страх. Ее жизнь могла кардинально измениться, только стоит ли рисковать? Этот вопрос не давал ей покоя, и Бет терпеливо искала на него ответ. Она включила зажигание и выехала со двора.

Люк еще долго смотрел на входную дверь. Прошло несколько мучительно долгих минут, и он понял, что ждать Бет не имеет смысла.

Он все испортил. Окончательно и бесповоротно.

Люк опустился на ступеньку и закрыл лицо руками. Он все еще чувствовал едва уловимый запах ее духов, горько-сладкое эхо, которое разрывало его на части. Великолепно, черт подери. Просто потрясающе.

Вдруг в дверь постучали. Он бросился вниз по коридору и поспешно открыл двери.

Его лицо помрачнело.

– Ждал кого-то? – улыбнулся Марко.

– Ага. – Люк выглянул за дверь, а потом быстро захлопнул ее. – За тобой не было слежки?

– Может, ты прекратишь беспокоиться по поводу этих проклятых журналистов? – поморщился Марко. – Это так похоже на тебя. Мне пришлось отстаивать свою репутацию на протяжении нескольких месяцев, а ты только и думаешь, что о своей работе.

Несмотря на тревожившие его мысли, Люк умудрился выдавить легкий смешок.

– Да ладно, приятель. Все забыли о тебе, и даже та девушка из вашей команды поддержки.

– Ты тоже так думаешь? – приподнял бровь Марко. – Но некоторые люди никак не могут остановиться и перестать ворошить прошлое и все удивляются, как я мог не заметить, что она обманывает меня. Все думают, что я идиот.

– И это все, что тебя беспокоит?

– А что делал бы ты на моем месте?

Люк запрокинул голову и громко захохотал, к большому огорчению своего двоюродного брата. Потом он сделал то, что удивило их обоих. Он схватил Марко и крепко обнял.

Тот потрясенно застыл, а потом тоже обнял Люка. Секунды через две он отстранился и нервно засмеялся.

– Похоже, твоя Бет здорово на тебя повлияла. Публичное проявление любви от Люка де Росси? Это что-то новенькое.

– Не начинай, братец, – улыбнулся Люк, но тут же посерьезнел. – Послушай, не хочу быть невежливым, но мне нужно идти. У меня куча дел.

– Я приехал именно поэтому. – Марко опустил глаза и почесал затылок. – То, что я наговорил тебе тогда… Ну, когда обвинял в том, что из-за тебя у отца случился сердечный приступ. Знаешь, это была просто болтовня. Я знаю, что он собирался показаться специалисту. Ему следовало сбавить обороты и бросить курить. Впрочем, как и всем нам. Я читал ему нотации каждый день, но он был до чертиков упрямым. Любая идея считалась плохой, если только она не принадлежала ему, не так ли? – Они молча кивнули, соглашаясь друг с другом. – Послушай, я не владел собой, и я знаю, что не вправе обвинять тебя.

Воцарилась звонкая тишина.

– Эй, ты мне веришь или нет? – нахмурился Марко.

– Марко, тебя не было там.

– Ну и что? Ты уже рассказал Розе?

Люк ничего не ответил.

– Люк, для вундеркинда ты иногда бываешь непроходимо глупым. Поговори с моей матерью и очисти свою совесть. Или тебе придется страдать от последствий.

– Каких еще последствий?

– Я отвешу тебе хорошего пинка, братец, – ухмыльнулся Марко. – Давай, быстро садись в машину и съезди поговори с ней.

Роза.

Его семья. В радости и горе.

Джино дал ему то, в чем он так отчаянно нуждался, и то, чего не могли обеспечить ему родители – деньги, великолепное образование и уважение.

Он рассказал правду Бет. Роза заслуживала того же самого.

И не важно, каких мучений эти признания стоили самому Люку.

Глава 14

Утро четверга Бет, как обычно, провела в своем кабинете. Она специально дала поручение Лоре, чтобы остаться одной и перечитать интересующую ее газетную статью, в которой говорилось, что Люк де Росси вернулся к своим обязанностям в банке «Джексон и Блэр», но его по-прежнему ждет судебное разбирательство.

Совет директоров компании наконец-то сделал заявление и открыто встал на защиту Люка. Их представитель, какой-то человек по имени Коннор Блэр, сказал, что они «постараются сделать все, чтобы оградить мистера де Росси от этих ужасных слухов, когда он будет давать показания в суде, который состоится через две недели».

Бет посмотрела на вторую чашку остывшего кофе, к которому так и не притронулась. Прошло всего три дня, но произошло столько событий. Ее сердце разбито. Она потеряла дом. Узнала тайну, которую ее мать скрывала на протяжении многих лет. И вроде как у нее появилась сестра.

Если, конечно, Бет наберется смелости и позвонит ей.

Она снова посмотрела на газетную статью. Люк вернулся к своему прежнему образу жизни и двигался дальше. Совет директоров компании наконец пришел в себя и встал на его защиту, чтобы восстановить репутацию своего сотрудника. А Бет, в свою очередь, второй день перечитывала эту новость. Ее сердце болезненно сжималось, когда она вспоминала о доме, который любила больше всего на свете, но ей не хотелось ехать туда и упаковывать свои вещи под пристальным взглядом Люка.

В дверь тихо постучали, и Бет увидела побледневшее лицо Лоры.

– Что случилось?

Когда Лора распахнула дверь шире, Бет потрясенно застыла.

Он стал стройнее, к тому же на нем отсутствовали очки, но в остальном перед ней стоял все тот же Бен Фостер в своих мешковатых штанах и поношенной футболке с названием одной из рок-групп. На его лице отражалась смесь стыда и искреннего раскаяния, что делало его похожим на пятнадцатилетнего подростка.

– Привет, Бет, – нерешительно пробормотал он.

– Привет. – Она поднялась с места и кивнула Лоре, чтобы та оставила их наедине. – Значит, ты вернулся.

– Ага.

Бет показалось, что на ее плечи лег непомерный груз.

– Ох, Бен. Ради всего святого, о чем ты только думал?

Он пожал плечами, не поднимая глаз:

– Это была уйма денег.

– Но они не твои.

– Я знаю.

Бет присела на край стола и скрестила руки на груди.

– Ты потратил их?

– Нет.

– Так ты собираешься вернуть их?

– Да. – Он засунул руки в карманы и наконец встретился с ней взглядом.

Потерянное выражение его лица и то, как он держался, словно ждал, что Бет набросится на него с криками, лишили ее всякого желания читать ему нотации. Ничего не осталось. Ни гнева, ни ярости, ничего.

День, когда случилась эта печальная история, остался в прошлом.

– Почему ты передумал? – наконец спросила Бет.

– Это все твой парень, – почесал голову Бен.

– Какой еще парень?

– В деловом костюме, который нашел меня в казино «Корона». Которого ты прислала.

– Но я никого никуда не посылала.

– Ну, мне показалось, что он работает на тебя.

– Как его звали? – растерялась Бет.

– Он не сказал. Высокий такой мужчина, с темными волосами. Похож на итальянца. В очень дорогой одежде.

Ее сердце учащенно забилось.

– И что он тебе сказал?

– Да так, – пожал плечами Бен. – Не имеет значения. Но он убедил меня поступить правильно и вернуться обратно. Час назад я перевел все деньги обратно на твой счет.

– А как насчет тех, что ты потратил?

– Бет, они все на месте. Все до единого доллара.

Как? Бет недоумевала, но не стала вдаваться в подробности.

– Ты ведь знаешь, что банк наверняка поставил в известность полицию. Рано или поздно дело передадут в суд.

– Я в курсе, – призналась она.

Полиция. Следствие. Бет судорожно вздохнула. И, как следствие, публичность? Но Люк все равно вмешался в ситуацию, несмотря на риск оказаться под прицелом фотокамер журналистов.

И все для того, чтобы помочь ей, хоть она и ушла, навсегда закрыв за собой двери. Почему он так поступил?

Бет вдруг почувствовала настоятельную потребность получить ответ на этот вопрос.

– Мне нужно идти.

– Хорошо, – смущенно кивнул Бен.

– Прости. – Она схватила со стола свою сумочку и с грохотом задвинула ящик стола. Потом она взяла Бена за руку и посмотрела ему в глаза: – Бен, спасибо, что ты вернулся. Я очень ценю то, что ты решил поступить правильно.

У нее не было времени думать о том, как он вдруг зарделся и опустил глаза, внимательно рассматривая носки своих ботинок.

Ее ждали более важные дела, если только она не опоздала.

Конечно, у Бет не было никаких шансов проскользнуть мимо охраны и подняться на этаж, где находились кабинеты служащих компании «Джексон и Блэр». Она три раза набирала номер Люка и ждала ответа в течение двадцати минут, но ей пришлось признать тот факт, что у него имелись дела поважнее, чем разговоры с ней.

Бет вернулась тем же путем, что и пришла, и ни один из репортеров, которых было полно рядом с входом в головной офис компании, не обратил на нее ни малейшего внимания.

Через полтора часа Бет подъехала к дому, хотя и не надеялась встретить там Люка. Она стояла на длинной подъездной дорожке и вдыхала аромат распустившихся в саду цветов. Бет заставила себя притвориться, что все хорошо и что этот дом по-прежнему принадлежит ей. Но конечно же все было далеко не так. И не важно, смирится она с таким положением сейчас или через три, точнее, почти через два месяца, когда истечет срок аренды, результат будет тем же самым.

Начать с того, что этот дом никогда по-настоящему не принадлежал ей.

Понуро опустив плечи, Бет подошла к крыльцу.

Когда она закрывала за собой входную дверь, зазвонил ее телефон.

– Бет. Это Люк. – Как будто она могла не узнать его голос. – Я у тебя в салоне. Где ты?

– В доме. Что ты там делаешь? – взволнованно спросила Бет.

– Оставайся на месте. Я еду к тебе.

Ей показалось, что прошла целая вечность, пока его серебристая машина въехала на подъездную дорожку. За это время Бет проиграла в своей голове множество возможных мучительных сценариев развития событий.

Люк вышел из машины, и Бет обо всем позабыла, глядя на этого высокого широкоплечего мужчину, одетого в дорогой костюм, точно как в тот день, когда она впервые увидела его.

Бет с трудом сглотнула, потому что от волнения у нее пересохло в горле. Она сдерживалась из последних сил, чтобы не заплакать. Бет напомнила себе, что не плакала ни на похоронах своей матери, ни после предательства Бена. Даже в самые тяжелые времена, с пятью долларами в кармане, почти на грани нищеты, она не позволяла себе расклеиться.

– Тебе не нужно было приезжать, чтобы увидеться со мной, – выдавила Бет.

– Мне не хотелось говорить по телефону.

– Ты летал в Мельбурн, чтобы найти Бена, – прямо заявила она.

– Да.

– Почему?

– Потому что я дал тебе слово.

Ее сердце болезненно сжалось.

– Бет, ты поэтому позвонила мне? – мягко спросил Люк.

– Я хотела извиниться, – призналась она.

– За что? – смутился Люк.

– Когда ты рассказал мне о моей матери, я… оттолкнула тебя. Прости.

– Тебе не за что извиняться, – возразил он. – Некоторые люди, переживая какое-то горе, отталкивают тех, кому они дороги.

– Ты хочешь сказать, я… дорога тебе? – едва слышно прошептала Бет.

– Да, и ты это знаешь.

Она опустила глаза и вдруг увидела ссадины на пальцах его правой руки.

– О боже! Надеюсь, ты ни с кем не подрался?

– Нет. Просто починил одну из ступенек крыльца.

– А я уж было подумала, что ты отправил в нокаут кого-то из журналистов.

– Я только мечтаю об этом. – Его губы дрогнули в едва заметной улыбке.

Он выглядел так потрясающе, что Бет захотелось прикоснуться к нему. Она машинально сделала шаг навстречу ему, но тут же остановилась.

– У меня состоялась длительная беседа с Розой, – сказал Люк. – Я последовал твоему совету и рассказал ей все как есть. Она не винит меня за то, что случилось с Джино.

– Конечно нет, – покачала головой Бет.

Люк молчал, ожидая, что она скажет дальше.

– Я прочитала в газетах, что весь совет директоров встал на твою защиту.

– Не верь всему, что пишут в газетах, – улыбнулся он.

– Но ведь это правда? – Люк молча кивнул в ответ. – Значит, все складывается как нельзя лучше. Теперь ты можешь двигаться дальше и оставить прошлое в прошлом.

Люк посмотрел на нее долгим, изучающим взглядом:

– А как у тебя дела?

– Я… в порядке.

– Просто в порядке?

Бет нерешительно смотрела на Люка, едва дыша от страха. А кто сказал, что будет легко? И если кто и должен сделать попытку примирения, так это она. Но Бет даже не предполагала, что этот шаг дастся ей с таким трудом.

– Я хотела поблагодарить тебя за все, что ты сделал. Я не всегда вела себя правильно, но мне просто…

– Всегда пожалуйста. – Его губы дрогнули в едва заметной улыбке.

– Я хочу сказать, что ты не должен был помогать мне, создавая себе лишние неудобства. Ты и так сделал больше чем достаточно и…

– Бет, ты в самом деле так ничего и не поняла? – Люк не сводил с нее пристального взгляда. – Я никогда не хотел выставлять тебя из твоего дома. Ты должна вернуться.

Но она не смогла бы жить в этом доме, не думая о Люке. И не смогла бы спокойно спать в своей кровати без того, чтобы не вспоминать прикосновения его сильных рук, то, как он ласкал ее и занимался с ней любовью.

Ее вдруг пронзило желание, такое острое, что все внутри болезненно заныло.

Кто-нибудь другой принял бы молчание Бет за отказ. Но не Люк.

– Ты все еще хочешь, чтобы я съехал, – нахмурился он.

– Нет, я…

– Послушай, – подбоченился Люк. – Я понимаю, что не могу обещать тебе того уединенного образа жизни, к которому ты привыкла. Я являюсь частью семейства Корелли, а они всегда привлекали внимание. Но я также знаю, что между нами происходит что-то необыкновенное, и я хотел бы продолжения этих отношений.

Бет не знала, что и сказать.

– Ты просишь, чтобы я въехала и жила с тобой под одной крышей? – наконец спросила она.

– Ну, – широко улыбнулся Люк, – с технической точки зрения, ты даже не съезжала.

Бет лишилась дара речи. Она стояла, словно пригвожденная к месту, и не находила слов.

– Бет, неужели тебе так трудно поверить в то, что ты мне небезразлична? – тихо спросил Люк. – И что мне хочется помогать тебе без всяких корыстных мотивов? Эй, – вдруг встревоженно сказал он. – Ты ведь не собираешься разреветься?

– Нет, – слабо улыбнулась Бет.

– Но у тебя слезы на глазах.

– Ну и что. Просто я потрясена. Я не знала, что предпринять в сложившейся ситуации, а ты взял и все решил, – всхлипнула она.

– Бет, дорогая моя. Не плачь.

– Нет, позволь мне договорить. Я сердилась, да и сейчас очень сержусь на тебя за то, что ты рылся в моих вещах…

– Я уже извинился за свой поступок, – натянуто ответил он.

– Я знаю. Возможно, я бы на твоем месте поступила точно так же. – Она глубоко вдохнула и выдавила улыбку. – Черт побери, так сложно говорить о таких вещах.

– Давай я помогу тебе. Бет, возвращайся.

Недобрые предчувствия начали одолевать Люка, когда проходили секунды, а Бет стояла на месте, уставившись в пол. Наконец она подняла голову и посмотрела на него. Ее взгляд молил о понимании.

– Люк, мне не нужен секс без обязательств.

– Мне тоже. – Он подошел к ней и взял ее за руки, и его сердце гулко забилось от близости ее тела. – Бет, я знаю, мое признание может показаться тебе странным. Но мне кажется, я люблю тебя.

– Кажется?

Он прокашлялся и начал заново:

– Я скучал по тебе. Я только и думал, что о тебе. Я хочу, чтобы ты присутствовала в моей постели и в моей жизни. Возвращайся, ладно?

– Люк… У нас ничего не получится. Мое прошлое, твоя карьера…

– Знаешь что? К черту все. – Его лицо вдруг очень посерьезнело. – Бет, ты сама прекрасно понимаешь, что это всего лишь отговорки. Если мы хотим, чтобы все у нас сложилось, так и будет. Я хочу тебя. Я хочу проводить ночи, любуясь звездным небом, заниматься с тобой любовью, когда на твоих губах все еще остается вкус вина. Хочу, чтобы твой бюстгальтер висел на шторке в ванной, а на раковине стояла целая батарея твоих кремов… Еще я хочу есть лазанью на твоем старом в трещинах кухонном столе. – Его голос слегка задрожал. – И если ты не видишь всего этого, значит, ты не та умная и бесстрашная женщина, за которую я тебя принял.

Люк замолчал, абсолютно обнажив свое сердце. Бет внимательно изучала его лицо, а ее огромные зеленые глаза, казалось, проникали в самые дальние закоулки его души.

– Я и подумать не могла, что ты мечтаешь о таких вещах, – взволнованно ответила она.

Он взял ее руку в свои, и в его груди затеплилась надежда. Люк никогда еще не волновался так сильно, желая услышать всего лишь один короткий ответ.

– Я люблю тебя, – сказал он.

Бет тихо рассмеялась и обвила его шею руками.

– Повтори еще раз.

– Бет, я люблю тебя, – мягко повторил Люк. – Если только ты не Тэйлор.

– Тэйлор Стентон осталась в прошлой жизни, – решительно заявила она.

Бет наслаждалась теплым дыханием Люка. Она потянулась к нему и тихо заворчала, когда он отстранился и увильнул от ее поцелуя.

– И? – многозначительно посмотрел на нее Люк.

– Что ты хочешь услышать?

– Ты прекрасно знаешь.

Бет залилась румянцем.

– Мне нужно было привыкнуть к этому. Люк, я тоже тебя люблю.

Он нежно заправил ей за ушко выбившуюся прядку волос.

– Я все думал и ждал с надеждой, когда же ты образумишься.

– И сколько ты готов был прождать?

– Завтрашний день был бы последним. Но тут появился Бен, – улыбнулся Люк. – Я собирался ворваться в твой салон и вызвать тебя на разговор. Бет, я люблю тебя. Даже когда ты раздражаешься на меня и споришь со мной, я все равно люблю тебя. И я хочу, чтобы ты повторила свои слова. – С этими словами он завладел ее губами и целовал до тех пор, пока у нее не закружилась голова.

После такого жаркого поцелуя Бет была согласна на что угодно.

– Я тоже тебя люблю. И прости…

– Ш-ш-ш. – Люк приставил палец к ее губам. – Ты уже извинилась.

Бет решительно убрала его руку.

– Я была не права, когда не доверяла тебе. Я позволила своему прошлому и другим людям влиять на мои суждения вместо того, чтобы думать самостоятельно.

– Бет, послушай. Я тоже ошибался. – Люк все еще не мог привыкнуть к признанию, которое прозвучало из его уст. Он целовал Бет и между поцелуями повторял свои слова снова и снова. – Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя.

Бет рассмеялась, и ее смех наполнил его сердце невообразимой радостью и счастьем.

– И я хотел бы находиться рядом с тобой, когда ты примешь решение встретиться со своей сестрой. Не вижу необходимости ехать туда в одиночку.

Бет заглянула в его глаза и увидела там две пылающие страстью бездны.

– Я больше не одна. И я буду счастлива, если ты поедешь со мной.

Люк провел рукой по ее щеке и тихо рассмеялся.

– Что тут смешного?

– На этот раз журналисты попали в точку, – улыбнулся он.

– Ты о чем? – Бет нежно поцеловала его в уголки губ.

– Сегодня мне повезло. Я действительно Счастливчик.

– А я, в свою очередь, – сказала Бет, соблазнительно улыбаясь, – сделаю все для того, чтобы ты был таким каждый день.

Эпилог

Пусть на маленькой свадьбе нет большого скопления народа, зато она очень трогательна и эмоциональна.

Гости Люка и Бет собрались на заднем дворе поместья Корелли под шатром, который защищал от любопытных глаз репортеров, дежуривших за воротами дома. Они любовались невестой, одетой в элегантное платье кремового цвета, и женихом в темно-сером костюме, синей шелковой рубашке. Этот наряд делал его неотразимым.

Друзья Бет смешались с семейством Корелли. Все болтали друг с другом, пили за здоровье молодых и выглядели как одна большая семья, собравшаяся вместе в это декабрьское утро. Когда счастливые молодожены произнесли клятвы верности, не было ни одного человека, в чьих глазах не блестели бы слезы. Священник объявил их мужем и женой, и они скрепили свой союз долгим и глубоким поцелуем. Роза светилась от счастья, Коннор и остальные друзья Люка весело смеялись и подбадривали их. Даже у Марко с губ не сходила улыбка.

Но самым счастливым в этот день был Люк. Несколькими днями раньше комиссия по азартным играм вынесла свой вердикт и признала Люка полностью невиновным. Совет директоров тут же назначил его на новую должность вице-президента компании. Но все же главной причиной его радости было не повышение в должности.

Люк не сводил восторженного взгляда со своей молодой жены.

Он светился от счастья, потому что через семь месяцев он станет свежеиспеченным отцом.

Наконец все в его жизни складывалось просто идеально.

Content

Паула Роу
Обитель искушений

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог