Екатерина Васина

Сомниум. Пробуждение

Глава первая

Самое отвратительное в неприятностях то, что они чаще всего случаются неожиданно. Знай Алана, что произойдет в этот день, после которого вся ее жизнь покатиться к чертям, она бы явно что-нибудь придумала. Уговорила бы родителей сбежать, подняла бы панику, вооружилась бы, в конце концов.

Но она, пребывая в счастливом неведении, предвкушала вечерние танцы в честь дня рождения ее родного города Викстрита. А заодно ругалась с соседкой — скандальной особой, у которой явно была развита паранойя. Например, сегодня она, заметив Алану в окне, решила, что та чересчур оскорбительно разглядывает небо, кусочек которого виднелся между почти смыкающихся между собой крыш. И тут же обвинила ее во всех бедах.

— Дрянная девка! Навлечешь на нас гнев Богов! — надтреснутый визг набирал обороты, проходившая по улице кошка прижала уши и удрала. — Куда родители смотрят, а?

— Зато ты смотришь, куда не просят. — огрызнулась девушка. — Богам плевать на то, кланяемся мы им или показываем вот это! — она продемонстрировала небу жест с оттопыренным средним пальцем. Соседка схватилась за сердце и заголосила:

— Посмотрите, люди добрые, навлечет эта дрянь Сборы! И лишимся мы наших родных и любимых!

«Люди добрые» отреагировали вяло по одной причине: их на узкой и прокаленной летним зноем улице не наблюдалось. Все, кроме разве что особо ленивых и больных, веселились на главной площади города. Так что крики скандалистки остались неуслышанными. А Алана, еще раз продемонстрировав непристойный жест, закрыла окно. Вопли резко стали едва слышными.

— Сборы, Сборы, — девушка затянула ремень на выцветших брюках из плотной ткани, расстегнула верхнюю пуговицу светлой тонкой рубашки, — они в любом случае будут, стану я тут факи показывать или нет.

Проверив еще раз, плотно ли закрыто окно, Алана спустилась на первый этаж, где было гораздо прохладнее и сумрачнее из-за задернутых плотных штор. Лето выдалось таким жарким, что на второй этаж поднимались только поздно вечером, спать. Днем там невозможно было находиться: крыша раскалялась, и в помещениях становилось жарко и душно. Вот и сейчас: Алана пробыла от силы минут пять в спальне, а волосы на висках уже стали влажными и завились в мелкие колечки. Так что девушка с наслаждением выскочила на улицу, где хоть и царил зной, но в тени было почти приятно.

Опять что-то выкрикнула соседка, но Алана даже не стала оборачиваться. Держась вдоль каменных прохладных стен домов, она поспешила на площадь, вместе с теми, кому тоже пришлось задержаться дома. Мимо прошла, задрав нос, Миранда — одна из признанных городских красавиц. Ей, как и Алане, на днях исполнился двадцать один год. Многие девушки к этому возрасту уже ходили беременные вторым ребенком, но у Миранды и ее мужа все никак не получалось обзавестись потомством.

В городах ходила уверенность, что беременные защищены от Сбора. Алана же качала головой: вряд ли от Богов вообще можно хоть как-то защититься. И женщин они не трогают скорее всего потому, что им нужны новые души. А если решат, что их расплодилось чересчур много? Что тогда? Решат попробовать и души беременных вместе с их неродившимися еще детьми? От таких мыслей становилось холодно в животе, не хотелось ни замуж, ни рожать.

— Это все дед тебя испортил. — сетовала мать — еще молодая и довольно красивая женщина. — Забил голову дурью! А тебе о безопасности думать надо! Как я жить буду, если дочку Сборы заберут?

— Поперхнется. — злобно ответила тогда Алана, на что мать сначала онемела, а затем закатила такую истерику, что отец едва не выпорол среднюю дочь. А потом долго объяснял ей, что не стоит так отзываться о Богах. Накликать можно, что угодно. Они все слышат и видят.

Но сейчас не хотелось думать о неприятностях. Так что Алана заставила себя не косить взглядом на золотисто-розовое предзакатное небо. Сбор может начаться в любой момент. И если постоянно о нем думать, то можно сойти с ума. Девушка видела таких людей, они вызывали жалость пополам с брезгливостью. Она и сама боялась. Боялась и ненавидела тех, кого называли Богами. Но страх рождал желание защищаться, так что небольшие ножны с кинжалом, прикрепленные к голени, всегда были при Алане.

Поплутав узкими улочками, она вышла на круглую, стиснутую домами, площадь. Казалось, сегодня здесь собрался весь город. Красно-оранжевые лучи заходящего солнца освещали шумную ярмарку и не менее шумное место, где уже начинались танцы и слышались первые звуки веселой песни. Чуть в стороне кто-то поставил полукругом скамейки и разжег костер. Ночи стояли прохладные и те, кто будет слушать сказания, наверняка оценят такую предусмотрительность. Алана с жадностью посмотрела в ту сторону. К легендам и сказаниям ее пристрастил дед — чудом избежавший многочисленных Сборов и доживший до весьма преклонных лет. От него порой Алана слышала совсем уже чудные вещи: мол, что раньше люди и боги были равны, что не было СБоров, а поцелуй в губы вовсе не считался запретным. Рассказывал еще про огромные железные птицы, которые называл «самолеты». Как они переносили по воздуху много людей. А никаких Запретных Зон не было и в помине.

Все это ее дед слышал от своего отца, а тот, в свою очередь — от своего. Алана с жадностью впитывала истории. От них веяло чем-то необычным, захватывающим дух. В них не было постоянного страха перед Сбором, они звучали, словно музыка из свободных земель. Хотя, вряд ли такие были. Порой долетали слухи, что на самом деле нет никаких Запретных Земель, что там начинается свободная от Богов территория. Только вот слухам мало кто верил. Потому что в Земли прохода не было. Любого, кто осмеливался пересечь границу, убивало проклятие Богов, рассыпало в прах. Но только людей, а вот животных и птиц не трогало.

— Алана! — звонкий голос заставил девушку завертеть головой. К ней спешила поразительной красоты брюнетка. Элиза всегда ухитрялась разглядеть знакомых даже в самой плотной толпе. А уж не заметить ее и вовсе было невозможно. Стройная и гибкая, в ярком синем платье, под цвет глаз и распущенными черными волосами, удерживаемые светлой блестящей лентой.

— Я уж думала ты не придешь! — она порывисто обняла Алану, отстранилась, сверкая синими глазами. — Тут столько симпатичных парней приехало! Пойдем скорее, пойдем! Там сейчас начнутся танцы! Я тебя познакомлю с братьями-близнецами, они просто душки!

— Ты все же решила образумиться и найти себе жениха? — Алана едва поспевала за подругой. Но та покачала головой и прокричала на ухо девушке, перекрывая шум толпы вокруг:

— Нет, я знаю, что достойна большего. — с этими словами она незаметно ткнула пальцем вверх, в сторону окрашенного в розово-золотистые оттенки закатного неба. Алана только закатила глаза. Если она не боялась Богов и знала, что в случае Сбора дорого отдаст свою жизнь и душу, то Элиза мечтала стать возлюбленной одного из них. Таким образом красавица надеялась избежать Сбора.

— Там шикарные бусы и платки, — продолжала кричать Элиза на ухо почти оглохшей Алане, — и браслеты! Я купила один, смотри, какая прелесть!

Она сунула подруге под нос тонкое загорелое запястье, на котором красовался широкий медный браслет с вкраплениями светло-зеленых камней.

— Мило. — одобрила Алана. У нее лишних денег на такие вещи не водилось. А когда появлялись, то девушка предпочитала тратить их на более практичные вещи. На новые штаны или на уроки рукопашного боя, которые давал живший на их улице мужчина.

Протолкавшись через торговые ряды, почти оглохнув от криков продавцов и покупателей, избежав многочисленных искушений потратить и без того небольшой запас денег, подруги вышли к танцплощадке. Здесь уж веселились первые желающие, под ритмичные звуки местных музыкантов.

— Вон они! — Элиза, яркая, как экзотическая бабочка, помахала рукой двум темноволосым статным близнецам. — Аланка, давай уже, выходи замуж.

— Сама выходи. — отрезала подруга. — Ты мое мнение знаешь. Не хватало еще влюбляться, а потом бояться потерять мужа или детей. Хрен им, а не новые души.

Братья-близнецы и правда оказались милыми веселыми парнями из города Хорстар на границе с Запретной Зоной. Засыпав девушек комплиментами, они утащили их танцевать под быстро темнеющим небом. Ритмичная заводная мелодия смешивалась с постепенно стихающим гулом ярмарки и взлетала вверх, к сверкающим звездам и полной луне. На площади зажглись круглые фонари, всегда восхищавшие Алану. Полежав пару часов на солнце, они затем светили всю ночь, ярко и ровно. Никто уже и не знал, откуда их принесли: с Руин, являвшихся частью Викстрита и тянувшихся на десятки километров или же из других мест. Таких вещей в городе было довольно много и часто они, выходя из строя, оказывались незаменимыми.

* * *

Ближе к полуночи Алана поняла, что устала веселиться и хохотать с новыми знакомыми. Оставив близнецов у шатра с крепкими напитками, девушка утащили Элизу к костру, где выступали сказители. Устроившись на самой дальней скамье, подруги прислушались к очередному выступавшему. Судя по шепоткам вокруг, да периодическому смеху, вниманием слушателей сказитель не завладел.

— Фигня. — Алана махнула рукой. — Слышали уже, давай подождем другого.

— Давай. — кошкой мурлыкнула Элиза. Она сидела, прислонившись к подруге и смотрела в ночное небо. — Хочу услышать про любовь девушки и Бога.

— Когда ты уже уймешься?

— Когда встречу его. — с придыханием откликнулась Элиза. Синие глаза сверкали в предвкушении.

— Когда ты его встретишь. — сообщила мрачно Алана, — то первое и последнее, что увидишь — будет его приближающаяся рожа. А потом это дерьмо высосет из тебя душу и отшвырнет прочь. Вот и вся любовь.

— О, заткнись, ты слишком пессимистично смотришь.

— Я смотрю практично. От нас им нужны души и только. И если эта мразь попытается такое сделать со мной, то я свою жизнь дорого продам.

— Богов убить нельзя. — испугалась Элиза.

— Покалечить можно. — парировала подруга, от души надеясь, что права. Проверить, правда, пока не удалось. Один Сборы уже был в Викстрите, лет пять назад. Тогда Алана лежала в постели, подхватив где-то жестокую ангину. Ей казалось, что горло распухло изнутри и светится багрово-красным. Глотать и дышать было практически невозможно, а высокая температура то и дело бросала девушку навстречу отвратительным галлюцинациям. В один из таких приступов девушке почудилось, что в открытое окно заглянул незнакомый и невероятно красивый мужчина. Это явно было бредом: во-первых, Алана лежала в спальне второго этажа, во-вторых, таких красивых особей в реальности просто не могло существовать. Так что девушка лишь блаженно улыбнулась, когда незнакомец невероятно быстрым движением очутился в ее комнате. Потом она, видимо, потеряла сознание, а очнувшись поняла, что здорова. Абсолютно.

Чуть позже, стараясь вспомнить незнакомца из горячечного бреда, Алана с сожалением понимала, что в память врезались лишь яркие зеленые глаза и собранные в хвост серебристые волосы. Жаль, он стал ее личным идеалом, пусть и из мира грез.

К костру вышел другой сказитель, и подруги притихли. Этой истории они не знали. Вслушиваясь в громкий голос немолодого бородатого мужчины, Алана сильнее прижималась спиной к спине подруги, стараясь не мерзнуть. От костра справа тянуло теплом, а вот слева — ощутимой свежестью.

— Про любовь хочу. — тихо ворчала Элиза. — Опять кровь, кишки и люди победили.

— Погоди, — пихнула ее в бок подруга, — я этого сказителя знаю, финалы у него всегда неожиданные. Так что не расслабляйся. Вдруг промелькнет слезоточивая сценка о безответной любви простой девушке к Богу. И звать ее будут Элиза. И прежде, чем ее высосать, он прольет скупую мужскую слезу.

Красавица, сначала просияв, тут же помрачнела и пихнула подругу в бок. Алана лишь вздохнула и снова уставилась на звездное летнее небо. В такой мирный вечер не верилось, что в любой момент все может измениться. Казалось, что Боги где-то далеко и забыли про людей.

«Пожалуйста, — девушка увидела искру, прочертившую темно-синий небосклон, — пожалуйста, пусть Боги исчезнут. Неважно куда и как, просто пусть их не будет!»

— Звезда падает. — зачарованно проговорила Элиза. — Я желание загадала. Хочу встретить своего любимого!

— А я тоже… — Алана заморгала, глядя, как еще одна «звезда» падает, оставляя яркий след. Зародившийся внутри страх колючей ледяной змеей прополз вдоль позвоночника еще до того, как раздался дикий крик откуда-то с площади. И от него, словно от искры, разгорелся костер паники.

— Сборы! Боги пришли за нашими душами!

Глава вторая

Серебристая монетка подлетала в воздух и падала на пол тысячу пятьдесят два раза в секунду. Обычный человек даже не смог бы увидеть ее в полете. Однако Норд уже давно не мог применить к себе такой термин как «обычный». Количество подбрасываний ограничивалось возможностями той части мозга, в которой еще оставалось что-то человеческое. Вычислительный блок мог бы «играть» в тысячи раз быстрее, но тогда субъективное сознание получало бы только результат игры.

Монетка в полной тишине виртуального пространства взлетала вверх и ударялась об пол. И снова взлетала вверх. Норду оставалось лишь угадывать, что выпадет в следующий раз. Никаких математических расчетов, никаких внешних воздействий. Чистое везение, совершенно независящее от вычислительных приспособлений человека. Именно поэтому игра была весьма популярна уже много лет.

«Еще немного и я обгоню Третьего,» — Норд тут же поплатился за преждевременное торжество: вместо загаданного орла выпала решка. Одновременно на общедоступный интерфейс защитной системы сознания поступило сообщение. Автоматические проверки не выявили никаких стандартных и возможных угроз и пропустили дальше.

Норд лениво просмотрел его. В сообщении говорилось о спецприказе на одну душу на предстоящем Сборе. Неожиданно для себя тот, кто был одним из Коллекторов, почувствовал слабый укол любопытства. Подобные спецприказы выдавались либо на экземпляры с экзотическими душами либо на тех, с кем кто-то из людей желал поразвлечься.

Записав спецприказ на себя, Норд развернул файл объекта и внимательно вгляделся в трехмерное изображение. Девушка. Двадцать один год. Физические параметры — в норме, психические — в норме, с поправкой на генную модификацию. Внешность — тут начинались сложности. На первый взгляд, ничего особенного, вот только что-то давно забытое всколыхнулось при виде «объекта». Чем дольше мужчина смотрел на девушку, тем сильнее появлялось странное, раздражающее чувство. Это лицо врезалось ему в память и оставалось там, даже когда все остальное покрывалось пеплом забвения.

Оно напоминало ему о другой жизни. От которой в памяти остались лишь неясные образы. И приходили они к нему, в основном, во сне. В отличии от остальных людей, Норд не разучился видеть сны: обрывки прошлой жизни, которая теперь казалась миражом.

Получив подтверждение, что его заявка принята, Норд вышел из виртуальной реальности, оставив активным лишь чат с остальными Коллекторами. Пора было выдвигаться на Землю. Ярко и незабываемо, даря страх скоту. Норд мысленно попросил корабль приготовить капсулу для спуска. Сам же, убедившись, что остальные тоже готовы, на секунду еще раз открыл фото «спецзаказа», да так его и оставил висеть в активе. Сам не понял зачем.

Корабль Коллектора представлял собой небольшую черную сферу, невидимую во всем электромагнитном спектре, и вращающуюся вокруг Земли по сильно вытянутой орбите. Он фактически представлял собой продолжение тела Норда и управлялся командами, поступающими напрямую из мозга — который был симбиозом нейронных сетей и сложной электроники.

Изнутри он казался холодным и неуютным из-за белого яркого освещения и светлых стен. Впрочем, обстановка, при желании мужчины, могла моментально изменить облик. Когда-то, в первое время, Норд развлекался тем, что превращал ее то в подобие рубки древних космических кораблей, то в обычную земную квартиру, а то в нечто яркое, футуристическое и плохо воспринимаемое неподготовленным человеческим мозгом. В конце концов, устав, оставил скудно обставленный бело-стальной интерьер и успокоился.

Где-то на других орбитах вокруг Земли, Солнца и остальных планет системы так же перемещались его остальные людей. Или, как называл их скот, живущий внизу, Боги. Кроме основных кораблей в пространстве пряталось множество вспомогательных спутников, кораблей-«двойников» и прочего оборудования, с которым каждый из людей имел постоянную связь. Сам Норд иногда представлял себя чем-то вроде осьминога, где он являлся головой, а корабли — многочисленными щупальцами.

Прозрачные капсулы с Коллекторами приземлились на Викстрит, одним своим видом внушая страх и панику. Конечно, они могли спуститься на Землю незамеченными, но так им было неинтересно. Сборы — одно из немногих развлечений, которое хоть на время могло отогнать.

Скука — главная проблема всесильного и всезнающего бессмертия.

Потому Норд и не ушел до сих пор из Коллекторов, предпочитая бороться с искушением сорваться и выпить души, а не исчезнуть насовсем в виртуальной реальности или уничтожить личность прямой стимуляцией центра удовольствия. Многие исчезли навсегда, отправившись исследовать глубины космоса.

Сегодня их было семеро для сбора тридцати обычных особей и одного «спецзаказа».

«Вот эту не трогать», — высветилось в чате сообщение от одного из коллег, пока они выскакивали из капсул.

«Это не спецзаказ», — возразил Норд.

«Это мой бонус», — последовал ответ. «Бонус» означал, что Коллектор имеет право выпить одну душу на выбор во время сбора.

«Твой бонус убегает вместе с моим спецзаказом», — заметил Норд, в то время как остальные Коллекторы устремились в погоню за объектами. И опять: в их силах все было сделать быстро и без шума, но весь кайф состоял именно в той атмосфере, в которой проходили Сборы. Гонка охотников и добычи. Адреналин, который так редко ощущали теперь люди. Дикая Охота, пришедшая из глубин легенд и воплотившаяся в современном и жестоком образе.

Каждый Сбор имел свой сценарий, правила «игры» и соответствующие ограничения. Обычно Коллекторы участвовали лично, в своем настоящем облике или измененном, если того требовал сценарий. Скорость реакции, сила ограничивались на уровне очень сильного скота — жертва должна была иметь возможность сбежать или отразить атаку, иначе терялась большая часть удовольствия от игры. Ограничения имели свою неприятную сторону — во время Сборов охранные системы Коллекторов, лишенные личности своего хозяина, были уязвимы для атаки, так что каждому участнику приходилось полагаться в основном на помощь коллег по своей фракции, что тоже придавало пикантную остроту.

Несмотря на то, что для «спецприказа» обычные правила не действовали, Норд решил немного поиграть. Дав «спецобъекту» небольшую фору, он отправился за ней кружным путем. Потерять ее было невозможно: выпущенные мужчиной микродороны неслись следом за девушкой, передавая изображение непосредственно в мозг Норда.

Первые мгновения Сборов для Норда всегда были самыми тяжелыми. Словно ослеп и оглох, при этом еще и оказался парализован. Реакции замедлены в тысячу раз, тело неповоротливое и уязвимое. В такие мгновения Норду становилось почти жаль скот. Впрочем, подобные чувства едва ли длились больше мгновения. Во время Сборов не стоило отвлекаться, все же всегда оставалась опасность быть раненным. Порой достаточно серьезно.

Когда ты бессмертен, то порой так и тянет подергать смерть за усы.

* * *

Алана думала, что подготовилась к Сборам. Оказывается, она себя переоценила. Нельзя подготовиться к возможности быть убитой. Весь организм требует бежать и прятаться, неважно где. Просто зарыться в самую глубокую нору и не вылезать как можно дольше. Липкий страх, от которого слабеют и начинают дрожать ноги, паника, путающая мысли и желание бежать. Бежать как можно дальше, заткнув уши и визжа на одной ноте.

И Алана побежала, машинально схватив Элизу за руку. Побежала сквозь охваченную паникой толпу, рискуя быть сбитой с ног и затоптанной. Как, например, пожилая женщина, упавшая и ударившаяся затылком о мостовую. Или споткнувшийся мужчина, по которому пробежали несколько десятков человек. Алана на бегу придержала какого-то малыша, а затем его перехватила рыдающая женщина. Они быстро скрылись в толпе, а девушка продолжила пробираться к одному из переулков.

Прозрачная капсула приземлилась буквально в двух метрах от девушек, в щепки разнеся один из наспех возведенных прилавков. В стороны брызнули остатки фруктов и овощей, пара капель попала на лицо Аланы. Та шарахнулась в сторону, дергая Элизу, но тут увидела Бога. Высокий и широкоплечий, в угольно-черном облегающем наряде, он стоял в капсуле, в упор глядя на девушку. А та замерла, чувствуя себя сусликом, на которого уже падает орел.

Зеленые яркие глаза на нечеловечески красивом и мужественном лице с прямым носом и узкими губами, странные серебристые волосы, стянутые в высокий хвост — тот, кто являлся ей, как она думала, в бреду, теперь возник в реальности.

— Боже! — раздавшийся рядом крайне эротичный вздох заставил девушку вздрогнуть. Сама того не ведая, Элиза подтолкнула подругу к решительным действиям. Понимание, что помимо себя надо спасать еще и полоумную подружку, вывело Алану из временного ступора. Схватив Элизу за руку, девушка рванула подальше от странного цепкого взгляда зеленоглазого Бога.

Их чудом не сбили с ног и не затоптали. То и дело уворачиваясь от мечущихся людей, стараясь не наткнуться на Богов и не упасть, Алана нырнула в ближайший переулок и прижалась к стене, дернув Элизу за собой.

«Боги сильнее нас, — любил говорить дедушка, — значит, ты должна стать ловчее и хитрее. Крысы вон тоже слабее человека, а дурят нас так, что порой диву даешься».

Но что делать с пониманием, что, кажется, именно этот Бог пять лет назад зачем-то побывал в ее спальне?

— Слушай… сюда! — Алана старалась перевести дыхание, со свистом вырывавшееся из груди. А заодно не дать Элизе высунуться из укрытия. Здесь пока было тихо, но вряд ли надолго.

— Что? — подруга все пыталась посмотреть, где там Боги. — Ты видела? Ты их видела? Он смотрел прямо на нас! Он прекрасен!

— Элиза, — Алана встряхнула подругу, — прием, ты слышишь? Нам сейчас надо бежать изо всех сил к Руинам, поняла? Соберись и беги. Даже если сердце лопнет, все равно беги.

— У него такие серебристые волосы. — продолжала Элиза, наматывая черный локон на палец. — А фигура! Сплошные мышцы! Оооо, я хотела бы увидеть его без одежды!

И без того хлипкое терпение Аланы дало трещину. Залепив подруге пощечину, девушка рявкнула в голос:

— Ты! Взяла себя в руки! Они здесь для того, чтобы убить нас, поняла? Не взять к себе, не сделать возлюбленными. Таких приятных фишек в арсенале нет. Так что прекрати пускать слюни и иди за мной.

Не давая времени Элизе для того, чтобы обидеться, схватила ее за руку и буквально поволокла за собой. Первые пять метров. Затем подруга все же поняла, что не время демонстрировать обожание и прибавила скорости. Тем более сзади послышались крики и топот, словно за кем-то гнались.

Один переулок, второй. Метнулась в сторону кричащая женщина с двумя детьми-подростками, какой-то мужчина попытался протиснуться в узкое окно чужого подвала, да так и застрял. В какой-то момент Алана пригнулась, заставив сделать то же самое и Элизу. Они спрятались за низким каменным парапетом, пропуская группу бегущих людей. За ними никто не гнался, но девушки некоторое время посидели в укрытии, после чего свернули в другой проулок.

— Не могу больше! — прохныкала Элиза, обувь которой выглядела весьма симпатично, но бегать в ней оказалось не так легко. К тому же новые туфельки успели натереть ноги, и теперь девушка хромала на каждом шагу.

— Терпи. — Алана дернула подругу за руку и тут же добавила более мягким тоном. — Соберись, чуть-чуть осталось.

До Руин и правда оставалось совсем немного. И это придало Алане «второе дыхание». К тому ж крепла надежда, что Боги решили провести Сбор ближе к центру города, где сейчас находилось большинство жителей и гостей Викстрита. Запнувшись о выступающий камень мостовой, Алана чуть не упала, чудом выпрямилась и продолжила бежать. Воздух уже казался раскаленным, обжигал легкие, сердце колотилось и требовало отдыха.

«Потом отдохну», — девушка потянула запинавшуюся Элизу за собой и проговорила, пытаясь приободрить подругу:

— Давай, еще немного и сможешь отдохнуть, представляя в подробностях своего Бога.

Им оставалось буквально метров десять, когда из-за угла вышел Бог. Алана едва успела затормозить, проскользив по булыжникам мостовой и едва не упав. Сзади ей в спину ткнулась Элиза и громко охнула от восхищения.

И этот Бог был ошеломительно, потрясающе красив. Пятясь назад и держа подругу за руку, Алана вдруг поняла, почему сказки, ходившие среди мечтательниц, о любви между Богами и девушками, так популярны.

Хотя ей сейчас больше всего хотелось убежать, а не пасть в объятия черноволосого статного мужчины, похожего на ожившую статую.

— Идем! — она дернула Элизу за руку, а в следующее мгновение летела на землю, спутанная по рукам и ногами почти невидимой, но крепкой сетью.

Зеленоглазый Бог из ее видений появился бесшумно и словно из ниоткуда. Но именно он обездвижил ее, так что Алана могла лишь извиваться на мостовой и орать. А что еще оставалось делать?

— Беги! — она надеялась, что подруга все же сумеет спастись. — Элиза, мать твою, убегай отсюда!

Тщетно. Красавица застыла, не сводя взгляда с черноволосого Бога. А тот протянул ей руку и проговорил голосом, от которого даже у Аланы мурашки пробежали по телу:

— Ты — моя, иди ко мне.

— Элиза! — завизжала девушка. Она бы вскочила, только сеть спутывала все больше. Спиной чувствуя взгляд второго Бога, Алана продолжала биться и кричать, умоляя подругу прийти в себя и спасаться. Куда там! Полностью покоренная, Элиза шла к позвавшему ее, глядя на него влюбленными глазами. Видно было, что сейчас для нее существовал лишь темноволосый мужчина с удивительными золотистыми глазами и в угольно-черном облегающем костюме. А тот в свою очередь улыбался и продолжал протягивать к ней руку.

За нее Элиза ухватилась, как утопающий хватается за соломинку. Бог притянул девушку к себе, обнимая ее собственническим жестом. Точно он был ее давним возлюбленным. А, может, именно так он и выглядел в глазах Элизы. Которая не слышала криков подруги, не видела, как та бьется, спеленатая сетью. Она сейчас пребывала во власти Бога, обнимавшего ее за талию. А тот наклонялся все ниже, гипнотизируя взглядом. Одна рука переместилась за затылок девушки, сминая роскошные черные волосы. Со стороны смотрелось так, словно двое влюбленных встретились после долгой разлуки.

Алана издала всхлипывающий звук, когда Бог склонился над ее подругой. Миг, и его губы коснулись ее губ. Прекрасный и смертельный поцелуй.

Алана не выдержала. Она завизжала. И продолжала визжать, глядя как лучшая подруга сначала забилась, а потом безжизненно обвисла в объятиях Бога. Красивая и сломанная кукла.

Именно такой она выглядела, когда черноволосый небрежно отшвырнул ее в сторону.

* * *

Норд «бонусы» не одобрял. Он и Коллектором то стал, чтобы тренировать силу воли. А где еще это делать человеку, как не на Сборах, когда вокруг столько душ, которые можно выпить?

Пробежка по городу оказалась недолгой, но интересной. Пущенный за девчонкой микрордрон в подробностях позволял проследить ее перемещение. И мужчина не мог не отметить то, что «его» объект неплохо уходила от основной точки Сбора.

Возможно, от людей ей удалось бы оторваться. Возможно, он дал бы ей углубиться в Руины и погонял бы там, прежде чем схватить. Но второй Коллектор — черноволосый Иви — решил, что с него погони достаточно. Норд не стал спорить, отчасти понимая его. Иви явно не терпелось добраться до «бонуса». Хотя сам Норд на его месте устроил бы настоящую охоту. Предвкушение и азарт он порой ценил гораздо сильнее самого процесса «выпивания» души.

Норд преградил путь коллеге, когда отметил его чуть мутноватый взгляд. Черноволосому Иви явно было мало одной души. В рядах Коллекторов он был недавно, около пяти лет, и, видимо, сейчас пребывал на грани срыва.

— Она спецприказ. — вслух проговорил Норд, размышляя, что придется как-то выводить Иви из строя, если тот сорвется и попытается напасть.

Девчонка, как назло, продолжала барахтаться и выкрикивать оскорбления пополам со слезами. Это привлекало ненужное внимание.

— Она изумительна, — пробормотал черноволосый, быстрым движением облизывая губы. Словно чувствовал вкус «бонуса».

— Если ты сейчас не придешь в себя, то из наших рядов тебя уберут. Ты этого хочешь?

Долгие пару секунд Норду казалось, что Иви плюнет на все и попытается «выпить» его «спецприказ». Но вот он моргнул, взгляд прояснился и снова стал осмысленным.

— Теперь я понимаю, почему другие стараются не брать «бонусы». - он сделал шаг назад, проводя рукой по лбу. — Спасибо, я был на грани. Ты идешь?

— Нет. — Норд оглянулся на спутанную сетью девушку. — Я хочу немного поиграть.

Девчонка, которую, судя по файлу, звали Алана, замерла и насторожилась.

— Удачи. — Иви еще раз посмотрел на нее и скрылся в переулке.

Вообще развлекаться со «спецприказом» было не принято. Их следовало отлавливать и доставлять заказчикам. Но тут Норд плюнул на правила: внешность Аланы продолжала его тревожить и раздражать, а умение убегать — будило азарт. Хотелось немного потянуть время, прежде чем отправить ее Первому иерарху. Так что Коллектор перекинул спеленутую сетью девушку через плечо и направился вглубь Руин.

Сами Сборы материала начались около двухсот лет назад.

Проблему заметили не сразу. После Перехода в технологическую сингулярность те, кто остался на Земле, наслаждались новой жизнью, свободной от каких-либо ограничений. Им уже не было никакого дела до тех, кто отказался от всего этого или же просто не сумел получить.

Никогда еще неравенство на Земле не было столь ярким, как тогда.

Когда прошло почти сто лет, первыми неладное почувствовали иерархи — те, кто видел Переход, но остался на Земле. Несмотря на абсолютное здоровье и практическое бессмертие, с их психикой стало происходить что-то странное. То один, то второй начинали постепенно сходить с ума, причем остановить процесс было невозможно. Ничего не спасало от полной деградации разума, которая заканчивалась тем, что больной превращался в «овощ».

Спасение пришло откуда его и не ждали. Научного объяснения феномену «поглощения душ» найти не смогли. Ясно было только, что «поцелуй смерти» затормаживает процесс безумия, активизируя некие центры в мозгу. Какие и как именно установить не удалось. Аппаратная и программная составляющая мозговой матрицы, хранящая личность постчеловека, была вершиной прогресса человечества, его последнее творение перед Переходом. Вычислительных способностей, да и просто таланта оставшейся крохотной части тех, кого оставшиеся на Земле начали называть Богами, уже не хватило на то, чтобы полностью разбираться в принципах ее действия. Да они и не хотели.

Что-то неисправимо портилось в эмоциональной составляющей постчеловека. Порой Норд пытался размышлять об этом, но словно в голове срабатывал предохранитель, и мужчина моментально забывал о подобных мыслях.

В Руинах царила тишина: сегодня Коллекторы никому не позволили добежать сюда. Норд скинул с плеча ношу и вынул нож из чехла на широком поясе.

— Сука. — прошипела та, которую, судя по файлу, звали Алана. — Все вы больные ублюдки!

— Я дам тебе фору. — не обращая внимания на оскорбления, мужчина присел на корточки перед девушкой. Та быстро дышала и то и дело облизывала пересохшие от страха губы.

— Сниму с тебя сеть и дам две минуты. Сумеешь скрыться в Руинах — отпущу. Не сумеешь — сама виновата. — он сообщал все это абсолютно спокойно, зная, что никуда ей не деться. Если он потеряет девушку, то микродроны укажут ее местонахождение, где бы она не пряталась.

Другой вопрос, отдаст ли он ее Первому иерарху. Норд уже отправил ему запрос на статус «спецзаказа», решив, что попытается забрать девчонку себе. Хотя пока и сам не мог понять, надо ли ему это.

Странно, но девушка осталась сидеть на остатках мостовой, держась за правую ногу.

— Не ври. — сообщил ей Норд. — Я не мог повредить тебя, так что вставай.

— Значит, дашь мне фору? — голос у девушки звучал хрипло, как у человека, который много кричал. На щеках остались мокрые дорожки, но плакать больше она явно не собиралась. Норд чуть склонил голову к плечу: странно, пока он не мог понять ее реакции. Обычно скот бросался наутек и старался забиться как можно дальше, в надежде, что все обойдется и Боги никого не найдут.

По крайней мере в этой Зоне.

— Две минуты. — Норд на всякий случай показал два пальца. — Время пошло.

— Я буду убегать, а ты меня постараешься догнать? — в голосе появилось что-то, что мужчина расшифровал как злость. Надо же, ему попался смелый экземпляр. Прямо жалко такой отдавать. Нет, он абсолютно точно постарается забрать ее себе.

— У тебя осталась минута.

Откуда она выхватила нож, Норд догадался сразу и понял, почему девчонка изображала раненную. Но он не ожидал, что обычная слабая самка кинется на него, явно собираясь пырнуть припрятанным оружием. Чуть подавшись в сторону, Норд увернулся от первого удара. Промахнувшаяся Алана тут же развернулась, размахивая ножом, пусть и неумело, зато от души. Это, конечно, не охота среди Руин, но тоже ничего. Норд даже дал Алане несколько минут фору: отступая и уворачиваясь от ударов. В какой-то момент даже позволил себя задеть: лезвие чиркнуло по плотной ткани костюма. Глаза Аланы мстительно вспыхнули, и мужчина, даже не обладая телепатией, сумел понять, о чем она думает. Его «спецзаказ» явно жаждала расправиться с ним. Мысленно усмехнувшись такой наивности, Норд решил, что пора завязывать с развлечениями. Так что, быстро скользнув в сторону от очередного выпада, он перехватил руку запыхавшейся девушки и вывернул ее. Нож со звоном полетел на землю, а Алана вскрикнула от резкой боли. В следующее мгновение Норд уже прижимал ее спиной к себе.

— Ты проиграла. — от нее слабо пахло смесью мыла и пота, плюс примешивался аромат страха. Норд мог поспорить, что уровень адреналина в ее крови сейчас зашкаливает.

Возможно, он бы рискнул пересечь с ней те границы, которые порой нарушали другие Боги. Если им попадались особенно хорошенькие носительницы душ.

Когда ты практически бессмертен и у тебя есть все, что пожелаешь, то приходит скука. И тогда любые эмоции становятся наградой.

— Редко кто рискнет кинуться на одного из нас. — он продолжал прижимать ее спиной к своей груди. Выбившиеся из косы темные волосы девушки пытались залезть Норду в глаза, но он лишь чуть мотнул головой и продолжал негромко говорить, вдыхая запах страха и злости:

— Ненависть — отличная специя для твоей души, девочка. — пальцами свободной руки он провел по шее вздрогнувшей Аланы. — Смело, но глупо.

— Пошел ты. — сообщили ему в ответ.

— Вместе с тобой. — Норд нажал пару точек в районе шеи Аланы, отчего девушка обмякла, потеряв сознание. И аккуратно положил на остатки мостовой. Пора было вызывать капсулу и возвращаться на корабль. Странно, что до сих пор не пришел ответ от Первого иерарха.

То, что произошло дальше, не входило в планы. Сигнал тревоги, поступивший от системы безопасности почти мгновенно запустил переход организма в обычный «неигровой» режим. Но нескольких миллионных секунды не хватило. Норд успел только получить отчеты о полномасштабной атаке на всю фракцию. Каждый следующий отчет все хуже и хуже — уничтожение станций связи, отключение от единой системы безопасности. Затем исчезла связь с остальными Коллекторами, участвующих в сегодняшнем Сборе, потеря связи с личным флотом.

Первые две защиты оказались снесены почти сразу, а вот третья подарила несколько наносекунд аварийному ядру — единственному и главному изобретению Норда. Мозг, занятый спасением жизненно важных ресурсов, не справлялся с отражением атак.

Впервые за сотни лет Бог почувствовал резкую головную боль и потерял сознание.

* * *

«Громкая ритмичная музыка заставляла дрожать стекла и сиденья автомобиля. Приходилось орать в ухо собеседнику, чтобы быть услышанным. Такой расклад очень даже устраивал Норда. Он со вкусом разместился на заднем сидении, обнимая за талию Милену. Они встречались уже два года, и сегодня парень собирался предложить ей снять квартиру и начать жить вместе. А что? Они любят друг друга и расставаться не собираются.

Чувствуя в одной руке прохладное горлышко бутылки с пивом, Норд второй рукой прижимал Милену к себе и заглядывал в теплые карие глаза. За два года, проведенных вместе, он с каждым днем влюблялся в нее все сильнее. Довольно жесткий и циничный, рядом с ней Норд чувствовал себя так, словно попал в огромную и залитую светом комнату, полную чудесной ласковой музыки.

Занятые друг другом, они не обращали внимание на водителя и его подружку. Не заметили, что те, увлеченные поцелуем, отвлеклись от дороги.

Норд услышал скрежет, затем почувствовал сильный удар, от которого его мотнуло вперед. Рядом послышался крик Милены, странно оборвавшийся, затем парень ощутил еще один толчок, резкую боль в груди, после чего наступила темнота.

В следующий раз он пришел в себя дрожащий от холода, стараясь вдохнуть воздух. Почему-то сильно болели легкие и кружилась голова. Глаза приходилось держать закрытыми, но даже сквозь веки яркий свет ламп казался почти невыносимым.

— Норд! — кто-то приглушил свет, и парень осмелился посмотреть, что происходит. Над ним склонился отец в странном белом костюме, похожим на костюм космонавта.

— Сынок, — он заметил, как шевельнулись губы парня, — пока молчи, дай организму прийти в себя после криокамеры. Сейчас тебе поставят капельницы для более быстрой реабилитации. Потом поговорим. Мы с мамой ждем тебя.

Ему было так плохо, что все вокруг воспринималось как черно-белое плоское кино. Пару раз стошнило, на что окружавшие люди в таких же, как у отца, странных костюмах, сказали, что это нормальная реакция организма.

Хуже всего было то, что Норд не знал, что с Миленой. Едва голова стала меньше кружиться, а желудок перестал пытаться выпрыгнуть через горло, парень огляделся. Небольшое светлое помещение без окон, много странной техники, а сам он лежал в каком-то подобии прозрачной капсулы. Из рук торчало множество тонких трубок, уходивших в один из белых аппаратов.

— Норд. — отец появился в открывшемся проеме, подошел. — О, прогресс налицо. Пока лежи.

— Что… — горло свело от боли, опять едва не стошнило. — что… за. хрень тут происходит?

— Ты помнишь, как попал в аварию?

Парень кивнул и чуть дернул бровью, давая понять, что желает подробностей. Отец вздохнул и потер подбородок: так он делал всегда, когда нервничал.

— Видишь ли, у тебя были такие травмы, — он замялся, — в общем, я поднял свои связи, и мы с мамой погрузили тебя в криосон. Ты проспал двадцать лет. К счастью, теперь все будет хорошо.

Двадцать лет? Норд посмотрел на отца, который совершенно не изменился, а даже словно помолодел.

— Мы все тебе расскажем, — заметил тот вопросительно-ошарашенный взгляд сына, — но сначала тебе надо чуть окрепнуть для дальнейших процедур.

— Ми… — Норд мысленно выругался на свою слабость, — где Милена?

— Видишь ли, — мужчина покачал головой и коснулся края прозрачной капсулы, — место было только для одного. Извини».

Он приходил в себя медленно, словно выныривал из черного вязкого болота. Сигналы от диагностических и ремонтных программ, оборванные интерфейсные каналы — все это напоминало давно забытое ощущение головной боли. Но хуже всего- чувство оторванности от всеобщей сети. Норду показалось, что прошла вечность, прежде чем на запасной канал связи в аварийном ядре пробился сигнал.

«Ты цел? — программа визуализации не работала, так что продолжавший лежать мужчина слышал только голос собеседника — Норд, ответь, я тебя не вижу в сети»

«И не увидишь, — сообщил он. — Что случилось? Меня почти убили. Аварийка сработала, но все каналы обрублены»

«Первый схватились с Третьим, на этот раз серьезно. Многие из нашей фракции выведены из строя, но тебе и остальным, кто был на Сборах, досталось сильнее всего. Двое Коллекторов погибли, дубликаты скорее всего сохранились только на дальних хранилищах, если они тоже пережили атаку. Связь с твоими защитными модулями была потеряна в самом начале, так что мы не знаем, что с твоим имуществом. Как дела у тебя внизу?»

Норд на секунду задержался с ответом, решая, говорить правду или нет.

«Довольно скверно, но восстановление я запустил в стандартном режиме. Физически все в норме, но есть проблема. Ты вообще не видишь меня в сети?»

«Абсолютно. Ты полностью оказался отрезан. — собеседник вдруг заторопился. — Норд, а ведь это шанс. Почему бы нам сейчас не начать поиски того, чего мы планировали? Выслушай, канал связи может прерваться в любое мгновение. Сейчас во фракциях суматоха, ты легко сможешь скрыться и добраться до тех координат. Три месяца у тебя в запасе точно есть, а там все твои ресурсы уже восстановятся. Мы собирались создать искусственную неразбериху, но сейчас все будет более естественно»

Голос собеседника стал подергиваться и словно уплывать. На раздумья оставались мгновения.

«Хорошо, я согласен. Но ты мне обеспечишь проход между Зонами».

Связь прервалась, но Норд знал: его услышали и сделают так, как он попросил, потому что фракция не могла допустить чтобы он попал в руки противников в таком уязвимом состоянии.

Приняв сидячее положение, мужчина повертел головой и неподалеку обнаружил девчонку. Все так же без сознания. Сам он провалялся от силы минуты две. Интересно, а бред в виде воспоминаний прошлой жизни ему почудился из-за разрушений программ? Настолько ярких видений у Норда еще не было. Отголоски прошлой жизни до сих пор приходили ему в снах: размытые, тусклые, как серый город в холодном тумане.

Норд вздохнул и занялся тщательной диагностикой повреждений.

Дела у него складывались не слишком радужно. Атака нанесла сокрушительный удар. Аварийное ядро смогло лишь слегка уменьшить ущерб. Самую большую проблему представляло состояние банков памяти — из мешанины данных с трудом удалось вытащить полезную информацию, которую можно было использовать для восстановления физически уничтоженных подсистем его искусственного тела.

Судя по полученному отчету, объединенные силы Третьего иерарха уничтожили большую часть спутников, в межпланетную пыль превратился ближайший корабль-инкубатор. Именно там создавались новые тела, если вдруг старое оказывалось уничтоженным, и там находилась самая актуальная запасная копия личности.

Итоги неутешительные: если в ближайшее время его физическое тело будет уничтожено, то без доступа к своей защищенной сети он возродиться нескоро и скорее всего без всех последних воспоминаний, так как блок синхронизации личности вышел из строя.

А если за три месяца он не восстановится в полном объеме, то инкубатор создаст его новую личность, а сам Норд навсегда окажется отрезанным от всего. Останется жить среди людей.

Перспектива так себе, если честно.

Но есть и хорошие стороны: людям он по-прежнему не по зубам, из зоны видимости всех Богов выпал надолго, а, значит, можно сделать кое-что, о чем намекнул ему собеседник по имени Дэймон.

Норд медленно встал, чувствуя дискомфорт. Тело казалось чужим, медленным, слишком человеческим. К нему следовало привыкать заново. Так же, как и к одиночеству. Отрезанный от Сети и своих орбитальных аппаратов, Норд сейчас испытывал то же, что внезапно оглохший и ослепший человек.

Впервые за столетия ему захотелось чисто по-человечески заорать и начать крушить все вокруг. Не сдержавшись, Норд развернулся и впечатал кулак в ближайший обломок стены, вокруг которой вился плющ. Тот разлетелся на куски, острым обломком расцарапав мужчине щеку. Царапина затянулась через несколько секунд, а Норд заставил себя успокоиться.

Следовало составить план действий. Для начала, выбраться из Руин и пойти в сторону нужных координат. Норд оглянулся: а перед этим разобраться с Аланой.

Сразу привести девушку в чувство у него не получилось: похоже, после атаки, в банках памяти не сохранились данные о нужных точках в человеческом организме. Пришлось разбираться более грубыми способами: пощечинами, встряхиванием за плечи, а затем поиском точек наугад.

В результате девушка очнулась и мутным взглядом уставилась на мужчину. Тот, не слишком любезно опустив ее на остатки мостовой, отошел в сторону и произнес:

— Вставай, поговорим.

Глава третья

Первое, что почувствовала Алана, вынырнув из забытья, это горящие от ударов щеки. Затем послышался спокойный голос Бога:

— Вставай, поговорим.

Морщась и едва не кряхтя, девушка села. Мотнула чуть гудевшей головой и почувствовала, как ночной мир вокруг на мгновение пошел кругом.

Мир, который повернулся к ней другим, холодным и жестоким лицом.

Ночные Руины освещались лишь полной луной, отчего казались таинственными и слегка пугающими. Многочисленные тени вокруг словно двигались и шуршали, где-то посвистывал ветер, рождая тоскливую мелодию заброшенных мест.

— Вставай. — Бог прислонился плечом к массивному обломку стены, из которого торчали ржавые прутья. Дикий плющ над его головой казался импровизированной короной, под цвет глаз. Длинные, странного серебристого цвета волосы, были стянуты в хвост и тускло сверкали в лунном свете.

— Что тебе надо? — Алана не собиралась облегчать ему жизнь. Так что упрямо продолжала сидеть на острых камнях, чувствуя какие они холодные и некомфортные.

— Ты вообще не боишься? — странно, что он не рвался ее «выпить», а пытался вести беседу. Алана даже не выдержала и ущипнула себя за руку. У нее на миг появилось чувство, что она просто спит и видит кошмар.

— Тебя? — девушка продолжала упрямо сидеть, только подтянула колени к груди. — Наверное, боюсь. Только хрен ты от меня услышишь просьбу о пощаде.

— Почему?

— А смысл? Вас этим не разжалобишь, а я хочу сохранить гордость.

— Гордость — это всего лишь слово из восьми букв. Многие из вас били себя кулаком в грудь и орали про гордость. И все они валялись в ногах, умоляя сохранить им жизнь. — Бог чуть поменял позу. — Поэтому словам я не доверяю.

— Правда? — Алана коротко и зло рассмеялась, чувствуя, как к горлу подкатывают слезы. — Какие вы крутые! Ублюдки! И ты, и та тварь, которая убила мою подругу.

Она все-таки не выдержала и расплакалась, вспомнив лежавшую на мостовой Элизу. Глупую наивную подругу, которая слишком верила в сказки. Где жестокий Бог вдруг влюбляется в обычную девушку и сохраняет ей жизнь. А потом забирает с собой на небо.

Зеленоглазый продолжал молчать. И Алана заставила себя вытереть слезы. Нечего показывать свои слабости.

— А это… больно? — она не удержалась от вопроса. Уточнять, что именно, не стала, но Бог ее понял. И чуть качнул головой:

— Это зависит от того, чего мы хотим. Твоей подруги больно не было, она отдала душу с радостью.

— Ты реально думаешь, что меня это утешит?

— Мне все равно. — пожал плечами собеседник. — Мне неинтересны ваши взаимоотношения. А твоя подруга — отработанный материал. И ей все равно, будешь ты скорбеть или нет.

Этого девушка стерпеть не смогла. Понимая, что терять ей все равно нечего, она молча схватила камень и швырнула его в Бога.

— Мимо. — Норд даже не шелохнулся, заранее просчитав траекторию. Со вторым и третьим камнем вышло то же самое, а затем мужчине окончательно надоел весь этот цирк. Алана успела лишь взвизгнуть, когда ее развернули и прижали к себе. От негромкого голоса, раздавшегося над ухом, все тело прошило словно током.

— Злишься? У тебя два варианта: ты поддаешься злобе и в конце концов, я тебя убиваю, так как мне бесполезна тупая агрессивная самка. Или ты берешь себя в руки и выслушиваешь мое предложение, выгодное нам обоим.

— Пошел ты… — выдохнула Алана, потом хрипло проговорила. — Что еще за предложение? Чего тебе от меня надо?

— Ты хочешь жить, а мне надо попасть в одно место. — тело Норда казалось твердым, как камень. И горячим. — Согласишься меня сопровождать — расскажу все подробно, сохраню тебе жизнь и сделаю так, что ты не попадешь к своему заказчику.

— Зачем всесильному Богу обычный человек для сопровождения? В качестве закуски?

Ее развернули так резко, что дыхание на миг перехватило. И Алана вдруг поняла, что ее лицо слишком близко от лица зеленоглазого. Уставившись на четко очерченные мужские губы, девушка решила, что злость стоит придержать.

Жить действительно хотелось.

— У меня сейчас не самое лучшее настроение. — тон Бога пугал. — И мне хотелось бы услышать четкий ответ, а не женские подколы. Но для ускорения процесса я отвечу: выпивать твою вкусную душонку я не планирую. И даже сохраню жизнь, если согласишься с моими условиями.

— Что за условия?

— Во-первых, ты не пытаешься на меня нападать, это бесполезно и смешно.

— Хорошо. — процедила девушка после небольшой паузы. — А теперь отпусти меня, я не стану убегать.

— Не отпущу, мне нравится тебя держать. — последовал ответ, а девушка вдруг ощутила, как рука мужчины скользнула вверх-вниз по ее спине. Отчего Алану прошиб холодный пот: вдруг ей грозила участь стать любовницей по принуждению? Она завозилась с удвоенной силой, но объятия зеленоглазого казались стальными. Бог наклонился еще ниже, так что губы коснулись уха девушки и прошептал:

— Успокойся, я не любитель насилия.

Смысл фразы не сразу дошел до Аланы, пытавшейся не сорваться на панику. А когда она поняла, что ей сказали, то постаралась взять себя в руки. Хотя внутри ее потряхивало, а ладони заледенели. Поведение Бога оказалось не таким, каким она представляла.

— Что дальше? — она уставилась куда-то в район его широкой груди, обтянутой плотным и теплым материалом. Одна ладонь чувствовала мерное сердцебиение, как у обычного человека.

— Ты будешь сопровождать меня до конца поездки и развлекать.

— В смысле? — едва не взвилась Алана, на мгновение представив нечто неприличное.

— Я мало интересовался вашей жизнью, ты можешь стать полезной. И будешь разговаривать со мной, когда понадобиться.

— И куда мы направляемся.

— В сторону моря. Отсюда четыре дня верхом.

— У тебя и лошади есть?

— Нет. — откликнулся собеседник. — Но скоро будут.

— Погоди. — Алана хмурилась. — Море? Мне дед рассказывал что-то. Это место, где очень много воды, но ее пить нельзя. Слишком соленая. И там есть большие корабли, куда могут поместиться очень много людей. Точно!

— Забавно теперь передаются знания — пробормотал Норд. — От поколения к поколению, на словах, многое перевирая.

Алана вдруг почувствовала себя свободной от его объятий и тут же отскочила в сторону.

— Мой дед никогда не врал. — она обхватила себя за плечи. — Он всегда говорил, что нельзя рассказывать то, в чем сам не уверен. И он вас, гадов, водил за нос многие годы. Сумел пережить пять Сборов, ясно?

— Не водил. — Бог достал из кармана на поясе прозрачную золотистую пилюлю. — Раз позволили так долго жить и так много знать, значит на то были причины. Дай угадаю, его забрали лет пять назад, верно? Тогда у вас был Сбор.

Он взял пилюлю и прижал ее к руке. Золотистое содержимое тут же впиталось в кожу. Пустую оболочку мужчина выбросил в развалины и взял следующую пилюлю.

— Откуда ты знаешь, что его забрали? — пробормотала Алана, наблюдая за действиями собеседника. Интуитивно она догадалась, что в его руках нечто вроде лекарства. Но спрашивать не решилась.

— Мы ценим души мудрых и умных людей. Только «созревают» они ближе к концу жизни. Так что все ваши, — Бог прижал к руке вторую пилюлю, — мудрецы — просто «спецзаказы», наподобие тебя. А теперь подожди меня здесь, я скоро приду.

— Подожди! — Алана не выдержала. Как ни противно было обращаться к нему с просьбой, но девушка не могла больше терпеть. Заставив себя сделать шаг по направлению к Богу, она проговорила:

— Ты можешь мне сказать, в порядке ли мои родные?

— Зачем мне это?

— Пожалуйста!

— Это отнимет лишнее время. — мужчина снова отвернулся, собираясь исчезнуть в темноте Руин. И Алана кинулась следом:

— Я тебя умоляю! — она поняла, что сейчас единственный шанс узнать хоть что-то. — Мы же уезжаем, а я не знаю, что с моими родителями! Хочешь на колени встану! Пожалуйста, скажи, что с ними? Или возьми меня с собой, я просто проверю, дома ли они!

— Я понятия не имею, что с ними.

— Тогда пойдем вместе.

— Нет, в городе могут летать микродроны.

Алана непонимающе уставилась на Бога, произнесшего непонятное слово. Интуитивно она догадывалась, что речь идет о каком-то наблюдении.

— Это типа ваши шпионы?

— Типа да. Поэтому сиди здесь. — мужчина как-то странно посмотрел на нее, словно сомневался в правильности решения, и добавил. — Учти, попробуешь убежать, и твои родные, если они невредимы, пострадают от меня. Дождешься меня и, возможно, я скажу тебе сведения о них.

— Ничего другого я не ожидала. — Алана села на обломок стены, покрытый мхом, словно зеленым бархатом. Еще раз посмотрев на нее, Бог буквально растворился в темноте ночи. И уже не видел, как девушка, сжимая кулаки, бормочет себе под нос проклятия. Потом нахохлилась и обхватила себя руками за плечи. Просидев так минут пять, вскочила и принялась делать зарядку. Состоявшую в основном из прыжков и взмахов руками. В Руинах с наступлением ночи становилось довольно холодно. Иногда Алане казалось, что местный холод источают сами развалины, сохраняющие его сотни лет.

Энергичные движения помогали мыслям течь быстрее и, как надеялась девушка, в нужном направлении. К тому же таким образом Алана старалась загнать поглубже страх за родных. Она бы плюнула на все, и сама сходила проверить, как они. Только угроза нового знакомого явно не была произнесена для красного словца. А девушка не хотела подводить родителей и брата под удар одного из Богов.

Оставалось сходить с ума от волнения и надеяться на благородство зеленоглазого.

И ехать с ним придется. Алана заходила взад-вперед, делая резкие взмахи руками. Что-то ей подсказывало, что Сбор лично для нее может повториться в любой момент, останься она в городе.

Новый знакомый отсутствовал не очень долго, но все равно Алана успела слегка запыхаться и захотела пить. К тому же, девушка поймала себя на том, что постоянно посматривает на небо, ожидая прибывших по ее душу Богов. Так что возвращения «своего» Бога она ждала почти с нетерпением.

Ты украл лошадей? — воскликнула, когда из темноты послышался цокот копыт, а затем показался зеленоглазый. Под уздцы он вел двух лощеных красивых коней каштановой масти, навьюченных туго набитыми сумками.

— Украл. И что? — он бросил поводья Алане, та едва успела их поймать. — Верхом умеешь ездить? Даже если не умеешь, то придется научиться.

Но девушка продолжила стоять, крепко сжимая поводья.

— Что с моими родными?

— Физически они невредимы. Но нервы не в порядке. Они считают, что тебя забрали во время Сбора. А теперь поехали, я не хочу тратить время напрасно.

Главное сейчас было сохранить лицо перед Богом, не показывать, как новая порция слез сводит горло. Алана только сейчас, запрыгивая на лошадь, поняла, насколько она «домашняя». Она всегда воспринимала родителей как нечто глобальное и нерушимое. И осознавание того, что, скорее всего, она их больше не увидит, заставляло что-то сжиматься в груди. До почти невыносимой боли, от которой хотелось громко, по-детски плакать.

— Скажи, — голос все же предательски дрогнул, — а они… им грозит следующий Сбор? Правда, что вы не трогаете беременных?

— Правда. — кивнул Бог, глядя куда-то перед собой. — Твои родные не носители элитных душ, они не проходят по «спецзаказам», и я думаю маловероятно, что они будут отобраны в очередном Сборе.

— Элитные души? — переспросила Алана. Она пару раз огляделась, но ничего, кроме развалин под луной, не увидела. Впрочем, дед как-то говорил ей, что самое главное — не оглядываться, если приходиться уезжать куда-то. Тогда не так больно.

— Некоторые из вас, — мужчина помолчал, словно подбирал слова, чтобы девушка поняла его, — некоторых из вас мы меняем еще до рождения. И души таких особей обладают более насыщенным и особым вкусом. На таких приходит «спецзаказ». Вот, например, как на тебя.

— В смысле? — заорала Алана, привставая в седле. Ей даже плакать расхотелось. — Ты хочешь сказать, что меня вывели, как свинью для праздника?

— Очень хорошее сравнение.

Девушка яростно задышала и проглотила самые нехорошие слова в адрес спутника. Все же орать на Бога она побаивалась, поимая, что силы неравны.

— И что же, — процедила сквозь зубы, — человек до самого конца не знает, что он особенный?

— Нет, конечно. Хотя довольно большой процент среди «экзотов» весьма одаренные в разных областях особи.

— Значит, я тоже «экзот»? — проговорила полувопросительно девушка, глядя на себя со странной смесью отвращения и ужаса. Само понимание, что ее «вывели», как обычную скотину, заставляло дрожать от злости. Хотелось руками выдрать это самое изменение и выбросить. Чтобы успокоиться, Алана на несколько секунд прижалась к резко пахнущей лошадиной гриве и громко простонала.

— С другой стороны, — продолжал Бог ровным тоном, — возможно, ты не «экзот». Иногда «спецзаказом» отмечают тех, с кем хотят развлечься.

Не отрываясь от гривы, Алана чуть повернула голову и поинтересовалась:

— В смысле поразвлечься?

— Красивые мужские и женские особи для секса. — пояснил мужчина. — Потом, конечно, у них выпивают души.

— Пожалуй, я побуду «экзотом». — Алану передернуло от одной мысли, что ее собирался поиметь кто-то из Богов.

— Это отвратительно. — пробормотала она, встретилась взглядом с мужчиной и снова передернулась.

— Почему? — явно удивился тот. — В основном, мы не любители насилия.

Алана вложила во взгляд все свое сомнение и брезгливость. Пусть едущий рядом с ней мужчина был великолепен, но он казался чужим, холодным и мерзким. Он был один из тех, кто участвовал в Сборах и выпивал души. А, значит, человеческую жизнь не ставил ни во грош.

Но Бог по-другому истолковал ее взгляд.

— С вашей точки зрения мы идеальны, поэтому в глубине души вы будете желать нас.

— Где-то очень в глубине. Я, видимо, так глубоко не заглядываю. Кстати, хочу тебе сказать, что среди людей не водятся мужики с серебряными волосами.

— Да, надо изменить внешность.

Пару секунд ничего не происходило, а затем — Алана ахнула — зеленоглазый начал меняться. Вроде незаметно для глаз, но с каждой минутой он становился все менее похож на Бога. Серебристые волосы укоротились до плеч, посветлели, черты лица чуть исказились, на миг поплыли и вновь обрели четкость, появилась чуть заметая щетина. На изумленную девушку смотрел парень лет двадцати пяти, симпатичный, с тренированной фигурой и равнодушным выражением на бледном лице.

Изменилась и одежда: вместо темного облегающего костюме на Боге красовались теперь коричневые брюки из грубой ткани и такая же куртка, под которой виднелась светлая простая футболка. Лишь пояс остался неизменным.

Алана лишь до боли и хруста в суставах стиснула пальцы на поводьях. Такая небрежная демонстрация силы показала ей, что бесполезно идти против Богов.

Во всяком случае, в открытую.

Алана думала, что не захочет спать, погруженная в свои нелегкие мысли. Но уже через час девушка с трудом держалась в седле, то и дело клюя носом и рискуя свалиться на землю. Бессонная ночь, стресс и паника все же сделали свое дело. Больше всего девушка мечтала сейчас чудом перенестись обратно к себе домой и заснуть в любимой кровати. А проснувшись, убедиться, что ей просто привиделся дурной и страшный сон.

Увы, мечты так и оставались мечтами, а значит цепляться за них не стоило.

В очередной раз клюнув носом, Алана едва не соскользнула с жесткого скрипучего седла. Чудом ухватилась за поводья и выпрямилась, чувствуя, как свежий ветер залетает под вырез рубашки и заставляет кожу покрываться мурашками. В степи было гораздо теплее, чем в Руинах, но девушка продолжала дрожать. Тонкая рубашка была предназначена для прогулок по жаре, но никак не для скачки ночью.

Продолжая глядеть в темноту перед собой, в которой смутно угадывались силуэты редких деревьев и сверкали звезды, Алана опять почувствовала, как тяжелеют веки. Тряхнула головой и выпрямилась, украдкой щипая себя за руку. В следующее мгновение почувствовала, как ее резко дергают в сторону. Короткий полет и девушка оказалась сидящей верхом на другой лошади, перед Богом.

— Тихо! — прикрикнул он на дернувшуюся Алану. — Не хватало только, чтобы ты упала с лошади и сломала себе что-нибудь. Спи.

— А ты типа спать не хочешь? — девушку передернуло от того, что мужчина так близко. Но, увы, так и впрямь было лучше: ей не давали упасть, да и от его тела шло такое тепло, что Алана тут же согрелась и задала следующий вопрос:

— У тебя случаем не жар?

— Нет, я повысил температуру тела. — снизошел тот до объяснений. — Твой организм примитивен и слаб, ты можешь заболеть и это затруднит мое путешествие. Так что сиди, молчи и спи.

Алана была уверена, что не заснет в объятиях зеленоглазого. Но, спустя пять минут езды, сама не заметила, как провалилась в сон. И, расслабившись, прижалась к горячему твердому телу.

Глава четвертая

Норд мельком пожалел, что заставил ее уснуть. Пусть и на свой примитивный манер, но она его отвлекала. А сейчас ночь обступила со всех сторон, наполненная шуршанием выгоревшей травы под легким ветром. Почему-то этот звук сильнее всего подчеркнул то, что Норд предоставлен сам себе. Отрезан от всего того, что было его жизнью уже больше трехсот лет.

Стиснув зубы, он постарался отгородится от панической волны, вызванной одиночеством. Такие эмоции не посещали его очень давно. Обычно нанороботы автоматически поддерживали нужный уровень гормонов. Ради удовольствия порой можно было повысить уровень допамина или адреналина. Но спонтанных выбросов, как у людей… такого не было.

Паника исчезла так же резко, как и началась, видимо, нанороботы сделали свое дело. Норд всерьез подозревал, что последняя атака могла как-то повредить микроскопических помощников у него внутри.

Он посмотрел на прижавшуюся к нему Алану. Та спала, чуть запрокинув голову и даже во сне продолжая хмуриться.

— Хэй, Норд! — Милена лежала поперек огромной кровати и болтала ногами. Раскрытый журнал сверкал яркими глянцевыми страницами. Темные волосы девушки каскадом кудрей рассыпались по загорелой гладкой коже.

— Что? — он устроился рядом, чувствуя, что организм полностью расслаблен. За окном раскинулся один из самых красивых курортов мира: белый песок, прозрачное море и много зелени. А еще теплые ночи, которые они проводили без сна.

— А что такое сингулярность? — карие глаза девушки в солнечных лучах казались с легким зеленоватым оттенком. — Я слышала, как ты вчера общался с отцом по скайпу. И тот все что-то тебе объяснял.

— А фиг его знает, если честно. — пожал плечами Норд. Ему не хотелось обсуждать рабочие моменты отца, которыми он всегда делился с сыном, мечтая заинтересовать его.

— Он что-то говорил про крутое будущее, да?

— Типа того. — отозвался Норд. Он разглядел, что под белым коротким сарафаном у подруги больше ничего нет. И желание обсуждать какие-то сложные вещи окончательно пропало, уступив место более низменным инстинктам.

— Ну правда. — мурлыкнула Милена, когда ее опрокинули на спину. Выгнувшись под руками Норда, она помогала стащить платье. — Это может быть крутое будущее?

— Просто охренительное. — прошептал парень, касаясь ее губ. — Мы станем бессмертными и идеально здоровыми, сможем пересечь кучу галактик и узнать все, что захотим. Мы с тобой!

Норд вынырнул из воспоминаний, ярких и отчетливых, как пловец из глубины. Разве что не хватал ртом воздух. Что это? Сбой в нервной системе? Почему подсознание вдруг выдает ему то, что раньше приходило только в редких снах?

«А если именно так начинается сумасшествие», — Норд пальцами нащупал пояс и с трудом поборол желание достать еще пару пилюль. Одно из изобретений его фракции: своеобразный заменитель душ. Увы, временный и имеющий довольно много побочных эффектов. И к тому же со временем приходилось за раз употреблять все большее количество, так как терялся эффект.

Не то, чтобы Норд жалел людей. Но он понимал, что в его положении лучше не привлекать к себе внимания и не «выпивать» души.

Рассвет он встретил все так же покачиваясь в седле и прижимая к себе крепко спящую Алану. По его прикидкам, нервная система девушки уже должна была расслабиться и прийти в норму, а организм восстановиться после стресса. Дольше держать ее спящей Норд не хотел: ему срочно требовался хоть кто-то, кто будет шуметь и отвлекать от ощущения одиночества. Так что он потряс Алану за плечо. И тут же прислушался: обостренный слух уловил пока что еще далеко перестук копыт. Четверо всадников скакали в их сторону.

— Что? — Алана открыла глаза с таким видом, словно и не спала, а так, притворялась. Норд одним рывком пересадил обратно, на свободную лошадь.

— Едут четверо.

— И что? — не поняла девушка. — У нас народ часто между городами и селами ездит. Торгаши какие-нибудь, скорее всего.

— Их четверо, они все верхом и без повозок. — Норд дернул поводья, заставляя лошадь чуть свернуть в сторону. — Попробуем их объехать.

* * *

В глубине души Алана надеялась, что все произошедшее окажется дурным сном. Но сильный рывок за плечо и ровный голос Бога расставил все по своим местам. Снова резанула по сердцу уже чуть притупившаяся тоска по родителям и брату. Чуть легче становилось от понимания, что будущее нельзя предугадать. И, возможно, она еще вернется домой. Алана ухватилась за эту мысль, как за спасительную соломинку.

В сером облачном рассвете степь казалась мрачной и неприветливой. Девушка поежилась, с тоской вспоминая плотную куртку, оставленную дома. Утренняя свежесть заставляла кожу покрыться мурашками, а организм намекал, что пора «посетить кустики». Увы, вокруг простиралось пространство с выжженной травой и редкими огрызками кустов. Справа, в стороне, виднелась груда камней, напоминавшая часть Руин. Бог покосился на них, потом остановился и замер, превратившись в светловолосое изваяние.

— Что? — невольно перешла на шепот Алана.

— Они нас заметили. Едут сюда. — мужчина вдруг галопом пустил лошадь в сторону камней. Алана, подгоняя лошадь, поспешила за ним. Проблема похода в кустики стала не такой акутальной. Можно и потерпеть.

— И что? — спросила, когда догнала спутника. Тот остановился за камнями и в щель осматривал открывавшееся пространство. Такое поведение Алане было непонятно, что она ему сразу и выложила.

— Эй, ты же Бог. Ты их одной левой уложишь, если это разбойники.

— Нет, я не должен сейчас привлекать к себе внимание. — зеленоглазый порылся и вытащил из вьючной сумки самый обыкновенный топор: с потемневшим от времени топорищем и выщербленным лезвием. Алана вытаращила глаза: ей показалось, что она узнала это орудие.

— Слушай, он похож на любимый топор нашего соседа-мясника.

— Может быть. — Бог держал его небрежно, словно палку.

— Что там? — Алана тоже подвела лошадь поближе к камням, посмотрела в щель между двумя крупными валунами неправильной формы. Точно часть каких-то Руин, вон и железные штыри торчат в одном месте.

Теперь и девушка могла различить крохотные фигурки четырех всадников. Они явно направлялись в их сторону.

— Может, просто мимо проедут?

— В их интересах. — заметил Бог.

— Или это просто всадники. Мало ли какие дела у них могут быть. Люди не всегда замышляют плохое. Хотя… тракт далеко в стороне, большая часть передвигается по нему. Но все равно нельзя о людях сразу думать плохо.

Бог повернул голову и пару секунд в упор разглядывал Алану. Та взгляд не отвела, но ей стало не по себе: в зеленых глазах спутника не было злости или раздражения, только холод и равнодушие.

— Я почти триста лет наблюдаю за людьми, чтобы понять, насколько вы мелочны, подлы и превыше всего цените то, что накопили, как хомяки в норке. — проговорил мужчина, вновь вернувшись к созерцанию всадников. — И меня всегда умиляли подобные твоему высказывания от людей, которые видели лишь одну сторону жизни, не самую плохую.

— Мне двадцать один год!

— Да и у тебя явно море опыта. А теперь закрой рот и отойди в сторону.

Алана послушалась лишь потому, что всадники внушали опасения и ей. Тем более последнее время в Викстрите ходили слухи, что неподалеку появились разбойники. Еще год назад все было спокойно, когда основные дороги между городами охраняли совместные патрули. Но затем мэры нескольких основных городов сочли это слишком затратным и сократили расходы. Количество желающих идти в патруль тоже как-то резко сократилось.

Чем ближе становились всадники, тем неспокойнее становилось на душе у Аланы. Не патруль, точно. И не купцы, слишком неопрятный и чуть диковатый вид. Девушка поймала себя на том, что грызет ногти и кое-как заставила опустить руку и сжать поводья.

— Эй, Бог, — она мельком подумала, что до сих пор не знает его имени, — а чье внимание ты не хочешь привлекать? Ты что, изгой и прячешься от остальных Богов? Но ты же принимал с ними участие в Сборе.

— Не лезь туда, куда тебя не зовут.

— Ну мы же вроде как напарники.

— Чего? — Бог аж обернулся, чтобы посмотреть на нахалку. — Ты о чем? Ты кто такая, чтобы ставить себя на один уровень со мной?

— Вот так значит? Решил указать место откормленной на праздник скотинке?

— Верно мыслишь. — кивнул Норд. — Отошла в сторону, я не хочу, чтобы они попытались прикрыться тобой.

Едва не подавившись возмущением, Алана отъехала к краю развалин. И быстро огляделась: кроме этого нагромождения камней, вокруг, насколько хватало глаз, протиралось поле с редкими деревьями. Лишь на горизонте темнела лесная полоса, за которой проходила граница с Запретными Землями и находился небольшой город Хорстар. При быстрой скачке туда вполне можно было добраться вечером.

При условии, что не возникнут непредвиденные обстоятельства.

Ослабив поводья и давая лошади отдохнуть, Алана не сводила настороженного взгляда со спутника. Тот сейчас напоминал самого обычного парня, отправившегося по делам в соседний город. Топор Бог положил перед собой, прикрыв снятой курткой.

То, что четверо незнакомцев явно замыслили недоброе стало понятно уже из того, как они подъехали: полукругом, незаметно окружая Бога и Алану. Девушка замерла у дальних камней, стараясь притвориться элементом Руин. Судя по многозначительным взглядам незнакомцев, получалось у нее из рук вон плохо.

— Далеко едем? — поинтересовался явно главарь шайки: высокий и рослый мужчина, чье лицо было почти полностью скрыто длинными волосами и неопрятной бородой. Остальные выглядели не лучше и, посмеиваясь, уже в открытую окружили зеленоглазого. Алану они явно не брали в расчет: девушка, молодая, явно боится. Лишь один повернулся и показал кулак, словно намекая, чтобы не смела шевельнуться. Алана старательно изобразила испуг.

На самом деле ей стало интересно, насколько быстро ее спутник расправится с ними.

— В Хорстар. — по тону Бога можно было подумать, что ему ужасно скучно. Алане показалось, что еще немного и он откровенно зевнет прямо в лицо бандитам.

«Зачем придуривается, кретин? — мысли девушки носили злобный оттенок. — Сам говорил, что нельзя терять время, а сам тут стоит и издевается. Опять что ли поиграть решил?»

— На торгаша ты что-то не похож.

— Молодец, — одобрил Бог, — быстро сообразил. Мы с женой к родственникам едем. К теще любимой.

Главарь бросил быстрый взгляд в сторону Аланы, которая онемела от изумления.

— Ну считай, что мы представители твоей тещи. Можешь возвращаться домой, а женушку мы сами доставим.

— Со всеми удобствами. — хохотнул другой бандит.

— Хорошее предложение, но мы поедем вдвоем.

— Ты, кажется, не понял? — проговорил главарь, а Алана наблюдала, как один из бандитов незаметно приближается к Богу со спины. Он уже достал дубину и собирался вот-вот опустить ее на голову жертве.

— Сзади! — не выдержала она. В тот же миг зашедший с тыла бандит со всей силой приложил дубинкой по затылку зеленоглазого.

Точнее, собирался приложить. Бог вроде и не быстро, но плавно уклонился. Одновременно он перехватил руку с дубинкой и дернул изо всех сил. С коротким криком бандит упал под ноги пришпоренной лошади, а дубинка уже летела в голову стоявшего чуть в отдалении. Бог, отбросив куртку, вновь плавно уклонился от выпада главаря. При этом кинжал чуть скользнул, распарывая ткань футболки. Это все, что успел сделать бандит, перед тем, как топор с неприятным звуком воткнулся ему в голову.

Алану затошнило при виде такого зрелища. Пытаясь справится с желудком, она поняла, что пора удирать, пока есть возможность. Бог уже развернулся к четвертому, когда девушка пришпорила лошадь и та галопом рванула в степь.

* * *

Норд был почти уверен, что рядом нет микродронов-шпионов других Богов. Увы, проверить не мог, поэтому решил перестраховаться. Сейчас рисковать было бы глупо. Так что он не без сожаления отбросил идею моментального уничтожения бандитов. Ожидая, пока те подъедут, Норд ускорил работу нервной системы в тридцать раз, а вот работу мышц всего в два раза, как у очень тренированного человека.

Движения бандитов тут же замедлились, словно те двигались в вязком бесцветном киселе. Норд мигом заскучал и почти не слушал, что там ему говорят. Просто, ощутив поток воздуха за спиной, обернулся и начал действовать.

Это оказалось просто оскорбительно легко. Хотя, чего еще ожидать от скота? Глупой, трусливой и примитивной особи. Выхватив кинжал у падающего с проломленным черепом главаря, Норд быстрым коротким движением метнул его в попытавшегося удрать последнего бандита. Лезвие по рукоятку вошло в шею, а мужчина, выпустив поводья упал с лошади. Та, заржав, унеслась куда-то в открытую степь. Норд же с легким вздохом вернулся в обычное и раздражающее его состояние, максимально приближенное к человеческому.

Казавшиеся тягучими и чуть глухими звуки тут же навалились на него. И мужчина услышал дробный удалявшийся перестук копыт. Оглянувшись, сумел полюбоваться на спину Аланы с разметавшимися темными волосами. Девушка то и дело подхлестывала лошадь, стараясь удрать как можно дальше. Оглянулась, и Норд, пустившийся вдогонку, послал ей крайне мрачную ухмылку. Судя по страху, мелькнувшему на ее лице, девушка поняла, что он недоволен. Вот и отлично, потому что Норд и правда был слегка раздосадован. Мало ему бандитов, итак потеряли время, так теперь еще пришлось гнаться за беглянкой.

Хотя мелькнула мысль бросить «спецзаказ», а по пути найти кого-нибудь посговорчивее. А эта пусть возвращается в город и ждет, пока за ней прибудут. Увы, Норд лишь крепче сжал поводья, постепенно нагоняя Алану. Отпускать девчонку он не хотел, рядом с ней тоска, вызванная оторванностью от Сети, чуть отступала на задний план.

Так что мужчина догнал Алану и, перехватив поводья ее лошади, легко заставил остановиться. Животное замерло, чуть переступая ногами и тяжело дыша.

— Загонишь ее — пойдешь пешком. — сообщил Норд, поглядывая на свою лошадь. Та выглядела слегка утомленной, но до настоящей усталости было еще далеко.

Девчонка исподлобья обожгла взглядом до боли знакомых карих глаз и прошипела:

— Лучше бы тебе там башку раскроили, ублюдок.

— Неправильное желание. В таком случае они бы тебя догнали, а потом пустили бы по кругу. И не раз. После чего скорее всего убили.

— Ненавижу вас всех! — крикнула Алана. — Все беды от вас! Уроды бездушные!

— Поверь, мы — меньшее зло. — Норд, продолжая вести ее лошадь под уздцы, развернул свое животное в сторону Хорстара. Ему хотелось вечером пересечь границу Зоны и углубиться в сторону моря.

Девчонка больше не произнесла ни слова, лишь периодически посматривала со злостью и легким испугом. Норду такое поведение не нравилось. В звенящей тишине разогретой летним солнцем степи ему опять стало не по себе.

Как-то слишком не по себе. Покачиваясь в седле, мужчина с нарастающим беспокойством прислушивался к тому, что происходило внутри него.

— Алана, — голос его прозвучал слишком резко, — поговори со мной.

Девушка покосилась, но промолчала. Лишь поджала губы, явно решив поиграть в молчанку.

— Ты слышала? — Норд чуть наклонил голову к плечу, пытаясь понять, что происходит. Непонятное чувство толчками нарастало изнутри. Мужчина даже не сразу понял, что оно означает. Слишком забытым было это чувство.

Усталость. Весь его организм, все, что в нем оставалось человеческого, сейчас вопил от усталости. Словно Норд был самым обыкновенным скотом. Он сам не верил в то, что чувствовал. Он не может устать! Он же Бог, его организм идеален!

«Это все неправда, — вдруг произнес кто-то шепотом в голове, — ты просто начал сходить с ума, это галлюцинации. Так оно и начинается, таблетки не панацея».

Шепот разделился на множество тонких голосков, голова закружилась, и Норд невольно дотронулся до нее ставшей вдруг липкой от холодного пота ладонью. Отметил, что пальцы дрожат, а затем мир странно кувыркнулся и что-то больно ударило по спине и затылку. Небо запульсировало в такт резкой головной боли и вспыхнуло алым, чтобы через мгновение почернеть.

Голоса в голове превратились в сплошной тонкий писк. И перед тем, как потерять сознание, Норд понял две вещи: он позорным образом упал с лошади, и теперь девчонка точно убежит.

Уже помутневшим взглядом, мужчина увидел, как разворачивается Алана, собираясь удрать подальше. А затем пространство еще раз вспыхнуло резкой болью и все исчезло.

Глава пятая

Алана сначала глазам не поверила, когда увидела, как Бог падает с лошади. Неладное она почувствовала, уже заметив, что он слегка пошатывается в седле и зачем-то прижимает ладонь ко лбу. Но ей в голову не могло прийти, что всемогущий Бог так бесславно грохнется в выгоревшую пыльную траву. Словно мешок с картошкой.

«Свобода!», — она поняла, что ей дали еще один шанс удрать подальше. Не домой нет, Алана поняла, что надо пробираться в Хорстар, а уже там решать, что делать дальше. В ближайшее время в Викстрит ей дорога заказана.

— Давай, миленькая, — подбодрила она уставшую лошадь. Та сопротивлялась и явно не хотела вновь пускаться вскачь. Алана продолжала ее ласково уговаривать, в душе надеясь, что животное не падет слишком быстро.

«А чего я беспокоюсь? — она подъехала к стоявшей лошади Бога и взяла ее под уздцы. — Пусть вторая идет, отдыхает. Если что, пересяду на нее».

План сложился просто великолепный: две лошади, в сумках небольшой запас провизии, которую зеленоглазый тоже где-то стащил плюс до леса не так далеко. А там и до Хорстара рукой подать. Алана уже решила, что доберется до города и там подумает, как быть дальше.

Пристегнув вторую лошадь к задней луке седла, девушка причмокнула, заставляя «свое» животное двигаться вперед. С тяжелым вздохом, чуть мотнув головой, лошадь не спеша тронулась. Алана же постаралась сдержать нетерпение: так сильно ей хотелось галопом удрать подальше.

Не выдержав, девушка обернулась. Бог продолжал лежать в той позе, в которой упал. И если бы она не знала, кто это, то даже могла почувствовать беспокойство за симпатичного парня, которому явно нехорошо.

«Он Бог, — девушка отвернулась и уставилась перед собой, — он один из них. Они нас за людей то не считают!»

Ей удалось проехать еще с пару десятков шагов, прежде чем неведомая сила снова заставила ее обернуться.

Зеленоглазого уже почти не было видно из-за высокой и жесткой травы. Вряд ли его здесь кто-то заметит. Алана с невероятным усилием отвернулась, повторяя себе, что с Богом ничего ужасного случиться не может. Ну упал и что? Вдруг для них это нормально? Полежит и встанет, полный сил. Ей к тому времени лучше убраться отсюда подальше.

А если не встанет? Алана со свистом втянула воздух сквозь сжатые зубы и упрямо продолжила ехать вперед. Разум ей твердил, что надо убираться отсюда и желательно побыстрее.

Увы, видимо, глупости в ее организме было больше, чем логики и здравого смысла.

— А-а-а-а, мать вашу! — рявкнул ругательство, девушка развернула лошадей. Продолжая посылать на свою голову проклятия, но теперь уже шепотом, она вернулась туда, откуда так жаждала удрать.

«И что мне с ним делать», — спрыгнув на землю, Алана порылась во вьючных сумках и нашла кожаный бурдюк с водой. Плохо представляя, как вообще приводить в чувство Богов, она сделала единственное, что могла в этой ситуации. Набрала в рот воды и брызнула мужчине в лицо.

— И что? — девушка, стоя на коленях, похлопала вынужденного спутника по щекам. Причем сила удара явно соответствовала хорошим пощечинам. Но Алана не смогла отказать себе в таком удовольствии.

Бог продолжал лежать. Алана на всякий случай приложила ухо к его груди и прислушалась. Сердце билось. Медленно, но ровно. Так что девушка продолжила свои манипуляции с водой и пощечинами. Все равно в арсенале больше ничего не было.

— Ну, ты! — разозлилась она, наконец, когда ладони заболели от ударов. — Либо помирай, либо приходи в себя! — и, словно ставя точку, со всей силой хлестнула ладонью по щеке. Так что голова мужчины мотнулась по примятой траве. А девушка схватилась за отбитую ладонь и громко выругалась. Она уже сто раз пожалела, что поддалась дурости и решила помочь тому, кого следовало оставить валяться.

— Эй, Бог, — девушка потрясла кистями в воздухе, — учти, я сделала все, что могла. Сейчас плюну и уйду, а ты тут валяйся.

— Норд. — послышался вдруг спокойный и негромкий голос.

— Чего?

— Меня зовут Норд. — мужчина открыл глаза и в упор уставился на чуть отпрянувшую Алану. — Ты же собиралась уехать, я успел заметить.

— Собиралась. — призналась девушка, продолжая стоять на коленях. — Я не люблю Богов, вы ублюдки редкостные. Но я умею быть благодарной. Ты же спас меня да? Пять лет назад, когда я сильно болела.

— Допустим. — Норд приподнялся на локтях.

— Зачем?

— Я спас тебе жизнь. — посмотрел на нее мужчина. — Какая тебе разница, живи и наслаждайся.

— Со вторым у меня в последнее время небольшие проблемы. — призналась Алана, вскакивая. Сидеть и дальше на коленях перед Нордом показалось ей не лучшей идеей.

— Я серьезно. Сначала ты меня вылечиваешь, потом, во время Сбора, предлагаешь сделку и обещаешь сохранить жизнь. Меня пугает такое повышенное внимание со стороны Бога.

Норд молча встал и огляделся. Заметив стоявших в одной связке лошадей коротко усмехнулся.

— Да, я планировала прихватить и твою лошадь. — не смутилась Алана. — Учти, долг я отработала, так что если еще раз свалишься в обморок, то я тут же убегу.

— Вряд ли. — Норд стоял с таким видом, словно прислушивался к чему-то, что происходило внутри него. Алана заподозрила, что у Бога немного не в порядке с головой. Только этого ей не хватало!

— А чего ты вообще свалился? Тебе плохо?

— Мне? — Норд перестал стоять с отрешенным видом. — Мне хорошо, мы никогда не чувствуем себя плохо. Просто я думал.

— В смысле? — не поняла девушка. — Ты лежал и… думал?

— Да. — таким тоном произнес Норд, что Алана проглотила поток вопросов, готовых сорваться с языка. Но не удержалась от возмущенного возгласа:

— То есть, я зря тебя спасала?

— Ну почему же. — Норд отошел в сторону и принялся отвязывать свою лошадь. — Ты показала, что склонна к сиюминутным порывам. Вы, особи, странные существа: цепляетесь за какие-то условности, склонны к глупой сентиментальности и прочим вещам, которые делают вас слабыми.

— Может, они наоборот делают нас сильнее? — вдруг тихо произнесла Алана. Она запрыгнула на лошадь, стараясь держаться спокойно. Хотя внутри все дрожало от обиды: получается, она выглядела, как дура, когда пыталась его привести в себя. А этот Бог всего лишь думал.

«Думал, мать его!» — она погрузила пальцы в лошадиную гриву и едва не дернула ее со злости. Одумалась в последний момент и пожалела ни в чем не повинное животное. К тому же подозрение, что Норд врет, ее не отпускало. Боги, конечно, существа странные, но не настолько, чтобы, задумавшись, падать с лошади.

— А разве мое лечение не было проявлением слабости? — поинтересовалась Алана, когда они уже тронулись в путь. Солнце уже стояло высоко, и над степью колыхалось знойное марево. Теперь ночная прохлада казалась благословением. Девушка расстегнула пуговицы рубашки настолько, что еще немного и декольте могло стать совершенно неприличным. Тонкая ткань прилипла к спине, по шее, под волосами, текли струйки пота, и Алана мечтала о ванной или об озере, даже ручей бы сошел.

Ее спутник так долго молчал, глядя куда-то вдаль, что девушка уже забыла о своем вопросе. И даже чуть вздрогнула, когда услышала негромкий задумчивый голос.

— Да, это было проявлением слабости. Твой вид напомнил мне женщину из моей прошлой жизни.

Алана икнула: такого ответа она точно не ожидала и теперь даже не знала, как реагировать. Любовь — а девушка почему-то была уверена, что Норд имел в виду возлюбленную — и Боги у нее как-то не сочетались. Это было из разряда сказок: милых, наивных и розовых, которые так любят впечатлительные особы.

— Прям так похожа что ли? — только и смогла она проговорить чуть неловко.

— Вы двойники. — Норд повернул к ней голову. — Но только внешне. Я плохо помню, но, кажется, она была лучшей женщиной на свете.

Он отвернулся и опять уставился куда-то вперед, сейчас сильнее обычного напоминая вырезанную из светлого камня статую. Даже волосы словно окаменели. Алана поняла, что тема закрыта и в ближайшее время разговорить Бога не удастся.

Почему-то на душе остался легкий осадок горечи. Словно ей обидно было слышать про незнакомую женщину, которая оказалась такой, что сам Бог не мог забыть ее.

А еще осталось легкое недоумение и вопрос: что за прошлая жизнь, которую упоминал Норд?

* * *

Норд отказался заезжать в Хорстар, сообщив, что он хочет как можно быстрее добраться до нужного места. А переночевать можно и на ходу. Или в степи. На возражение Аланы, мол, в седле она не заснет, а в степи все же холодно, лишь досадливо отмахнулся. Мужчину больше волновало свое недавнее состояние и вопрос, когда Деймон снова выйдет на связь. Он должен был отключить границу между Зонами. Буквально на несколько секунд, поэтому Норд решил остановиться вплотную к нужному месту и ждать связи.

Девчонка продолжала что-то ворчать, но это Норда не раздражало. Напротив, становилось чуть спокойнее от присутствия кого-то рядом, пусть даже это была примитивная самка человека. Гораздо сильнее его беспокоило собственное состояние. Сейчас организм работал нормально, но из головы мужчины никак не выходил недавний приступ. Тщательная диагностика организма нарушений не выявила, но это не успокаивало. А вдруг приступ повторится? Что делать тогда? За столетия они забыли, что такое болеть. Само это понятие выветрилось из их памяти. Нет, конечно, Норд был в курсе, что скот болеет и умирает, он видел эпидемии в тех Зонах, где они не проводили вакцинации. Да и сам он пять лет назад спас Алану, поддавшись совершенно нелогичному порыву, который до сих пор не мог толком объяснить.

Но к себе слово «болезнь» он отвык применять. И теперь Норд испытывал странное чувство, похожее на страх. Он не понимал, что произошло в момент атаки, что могло дать такой сильный сбой.

— Эй, Бог! — голос Аланы вырвал его из мыслей. Повернув голову, Норд увидел, что девушка остановила лошадь и внимательно на него смотрит. Карие настороженные глаза на загорелом лице. Мужчина вдруг отчетливо осознал, что в следующий раз она сбежит.

— Что?

— Вон там граница. — Алана махнула рукой в сторону небольшой рощицы. — Ты ее как пересекать собрался?

— Мне помогут отключить защиту. — Норд свернул в указанную сторону. На самом деле ему было все равно, где ждать связи с Деймоном, но после утреней стычки с разбойниками, он предпочел особо не «светиться». Хотя бы до того момента, пока не выяснит, что с ним происходит.

— Надолго? А когда отключат?

— Когда — не знаю. Но у нас будет пять секунд на то, чтобы пересечь границу.

— Сколько? — аж поперхнулась и закашлялась Алана. — Сколько, сколько?

— Я смотрел твой файл, у тебя все в порядке со слухом.

— Ты прикалываешься? — завопила девушка, привставая в седле. Норд не без любопытства прикинул: понесет лошадь от вопля или нет.

Не понесла, смирная попалась. Или глуховатая.

— У меня более тонкое чувство юмора, ты его даже не сможешь понять.

— Так я и не понимаю! Пять секунд! Это не смешно, между прочим.

— Конечно, потому что это не юмор, а констатация факта. — Норд искренне не мог понять, в чем проблема. Для него такое количество времени было даже излишним.

— Пять секунд это очень мало. — Алана продолжала демонстрировать совершенно непонятное Норду волнение. — Ну ты сам подумай. А вдруг лошадь споткнется? Или… или… да все, что угодно может произойти. А вдруг тебе опять станет плохо, именно в тот момент, когда ты будешь пересекать границу? Кстати, а что тогда будет? Тебя разрежет пополам или разнесет в пыль?

— Мое физическое тело перестанет существовать. Твое тоже, кстати, но в отличие от меня ты не возродишься.

— Именно! Поэтому я и говорю, что пяти секунд мало.

— Это оптимальное время, за которое гарантировано не один человек не пройдет вместе с нами. Через пять секунд защита периметра вновь будет активирована.

— В смысле включится поле?

— Какое поле?

— Защитное. — пояснила Алана. — То, которое убивает людей, пересекающих границу.

Норд почувствовал, что разговор зашел куда-то не туда. Про поле он не говорил. Спрыгнув с лошади и привязав ее к тонкому деревцу, все же не выдержал и поинтересовался:

— Откуда ты слышала про, кхм, защитное поле?

— Так все знают. — удивилась девушка, тоже спрыгивая на землю. Ее явственно шатало, и Норд подумал, что не учел выдержку человеческого организма. Тем более, неподготовленного.

— Как забавно. — нет, ему определенно нравилось разговаривать с ней и наслаждаться всплесками возмущения, прямо-таки ощущавшихся кожей. — Все в курсе, кроме нас. А как по-твоему туда-сюда бродят караваны?

Алана открыла рот… закрыла… снова открыла. И задумалась, с каждой секундой мрачнея все больше. Норд пока сел на траву и, прислонившись спиной к дереву, посмотрел на бледно-голубое небо в просветах листвы. Забавно, за столетия он ни разу вот так не сидел. На Землю он и остальные спускались лишь для Сборов или очередного эксперимента. Смысла же или пользы такое вот сидение не несло. Но мужчине вдруг понравилось. Так что он предпочел остаться в этой позе и наблюдать за ходившей взад-вперед девушкой.

— Ты хочешь сказать, что можно уйти далеко?

— Тем, кому позволено.

— Кем позволено? — рявкнула девушка, но тут же поняла и махнула рукой. — Ясно. А почему вы пускаете одних, но не пускаете других?

— Торговля между Зонами полезна, как и обмен информацией. Конечно, за редкими исключениями. Мы не допустим вспышек насилия и войн, остановим любую эпидемию. Опять же, если это не входит в эксперименты по выведению душ.

— Знаешь, я лишний раз убеждаюсь, что вы — сволочи!

— Правда? И почему?

— Вы считаете, что вправе решать все за нас. Что можете делать из нас всяких «экзотов» или забирать для увеселения. А как насчет того, что мы при этом чувствуем?

— Я видел тот мир, что был раньше. — Норд вытянул ноги и глубоко вдохнул наполненный зноем воздух. — Там были войны, болезни, несправедливость и сильное расслоение общества. Ты не поймешь и половины из того, что я скажу. Для тебя все это звучит как страшная небылица. Или, наоборот, как милая сказка, где все свободны. Так вот, сейчас вы живете лучше.

Он встал одним быстрым движением и очутился возле Аланы. Та явно не ожидала и отпрянула в сторону, оказавшись в ловушке между двумя сросшимися мощными дубами.

— У вас нет войн, мы избавили вас от всех болезней, вернули природу в идеальное состояние. Среди женщин больше нет бесплодия, нет неудачных родов, а дети растут здоровыми. Я сейчас не говорю о тех Зонах, где мы создаем особые экспериментальные условия, их не так много. — он протянул руку и провел пальцами по лицу дернувшейся Аланы, шепнул почти нежно. — Так неужели за такое мы просим чересчур много?

Сейчас он ощущал себя почти человеком, и виной тому была замершая и явно испуганная девушка, вцепившаяся пальцами в дерево. Она стояла, зажмурившись, как ребенок, который свято верит, что если закроет глаза, то чудовище уйдет. Ее неприкрытые эмоции словно частично передавались ему. Гнев, возмущение, страх и что-то еще, что он пока не мог определить.

— Вы больные. — Алана открыла глаза и скрестила руки на груди. — Отойди от меня. Я не знаю кого там напоминаю тебе и какого черта ты остановил на мне свой выбор, но меня правда стошнит, если ты еще раз до меня вот так дотронешься.

— Главное, чтобы не на меня. — Норд вдруг ощутил слабый сигнал и встрепенулся: Деймон пытался выйти с ним на связь. Это напоминало, словно он настраивал старое хриплое радио.

«… что происходит?» — наконец, четко прорезался его слегка раздраженный голос. Оставив Алану и дальше возмущаться, но выкинув ее из зоны внимания, Норд отошел в сторону.

«А в чем дело? Я нахожусь на краю Зоны. Как у вас дела?»

«Так себе, — откликнулся собеседник, — третья и первая фракция до сих пор в состояние войны, постоянные вирусные атаки. Кстати, через тебя ко мне пытался проникнуть полиморфный вирус. Ты почему его не убрал, а? Эта штука хреновая, на нас ее напустили в первой атаке».

«Вирус? — медленно переспросил Норд. — диагностика ничего не показала. Что за вирус?»

«Новая разработка Третьего иерарха. Полностью взламывает защиту, подчиняет себе все системы, включая нанороботов. Ты как себя чувствуешь?»

«Контрмеры разработаны?» — Норд пропустил вопрос про здоровье мимо ушей.

«Да. Я сейчас отправлю тебе файл. — Деймон молчал ровно пару секунд, а затем проговорил — Норд, передача невозможна. Видимо твое тело слишком повреждено. Я даже не смогу прилететь лично и загрузить ее тебе. Программа просто сожжет твой мозг».

«И мое возрождение под вопросом. — закончил за него мысль Норд. — Я сейчас не могу проверить сколько кораблей-инкубаторов уцелело. И уцелело ли вообще»

«Есть вариант. — собеседник не сочувствовал, такого понятия среди людей давно не существовало, — Твой организм сейчас активно восстанавливается, и недели через можно будет повторить отправку файла. Хотя… мне не нравится расчет вероятности твоей гибели. Более логичным будет мне лично встретится с тобой и проверить как работает антивирус».

«Беспокоишься, что я погибну?»

«Конечно. Мы потеряем такой удачный шанс, возможно, придется отложить поиски на неопределенное время, пока не утихнет конфликт. Две недели — оптимальный срок, ты как раз восстановишься до того минимума, который нужен для принятия антивирусной программы»

«Один момент, — перебил его Норд, — чем сильнее я начну восстанавливаться, тем сильнее будет действовать на меня вирус?»

«Да. Поэтому я и говорю, что две недели — оптимальный срок. Если затянуть, то вероятность твоей смерти начинает стремиться к бесконечности».

— Шикарно. — пробормотал Норд, привлекая внимание Аланы. Та зыркнула взглядом в замершего Бога, но тому было явно не до спутницы.

«Так что ты предлагаешь, Деймон?» — он снова почувствовал себя глухим, слепым и немым, который пытается по описаниям понять, насколько прекрасен мир вокруг.

«Каждые две недели я посещаю новую экспериментальную Зону, — собеседник продиктовал координаты, и в сознании Норда развернулась трехмерная карта нужной местности — Я запущу туда микродронов, которые сразу дадут мне знать, когда ты будешь на границе. Ты не сказал, что с твоим здоровьем, ты чувствуешь присутствие вируса?»

«Нет. Все в порядке. Я приду в указанное место. Отключи защиту»

«Через полминуты».

— Идем. — Норд разорвал связь и повернулся к Алане. — Быстро, у нас полминуты до того, как отключится защита.

Девчонка, почему-то побледнев, рванула к лошади.

— Почему так быстро? — она пыталась забраться в седло, но ноги дрожали и подгибались. Норд, уже верхом, нетерпеливо ждал ее, чувствуя, как истекают последние секунды.

— Потому что надо действовать быстро. — он плюнул и, перегнувшись, одним рывком поднял Алану на свою лошадь. — Держись.

Прошла первая секунда отключения защиты, когда Норд подскакал к границе.

— Я боюсь! — вдруг заверещала девчонка. — А-а-а-а! Нас превратит в пыль!

Мужчина только сильнее прижал ее к себе и на третьей секунде перешагнул черту. Вторая лошадь, идущая на поводу, перешла границу на пятой секунде. И все, защита вновь включилась, хотя внешне определить это было невозможно.

А Норд лишь вздохнул и покачал головой: он почувствовал, что Алана потеряла сознание.

Глава шестая

Оказалось, что за границей Зоны все то же самое: зной, выгоревшая трава в степи и редкие прохладные рощицы. Те же широкие и узкие дороги, расходившиеся во все стороны. И редкие караваны, мелькающие вдалеке. Норд предпочитал держаться в стороне от основных дорог, и Алана подозревала, что все дело в недавнем странном приступе. В слова Бога о том, что все в порядке, она не поверила ни капли. Когда все хорошо, люди и, наверное, Боги не станут валяться без сознания. И никакие слова про размышления и медитацию тут не помогут. Когда человек хочет помедитировать, он не сваливается с лошади.

Увы, на все расспросы — осторожные и не очень — Норд реагировал одинаково. Просто делал вид, что не слышит или прямым текстом сообщал, что мозг «примитивной самки» не способен вместить ту информацию, которую она желает услышать. «Примитивная самка» бесилась и уже жалела, что не бросила его там, без сознания.

В остальном, что не касалось его здоровья, Бог был более чем разговорчив. Настолько, что у Аланы к концу дня просто раскалывалась голова, а язык едва не завязался в узел. Норду ведь мало было говорить самому: он активно вовлекал ее в беседу.

— Какой тебе прок разговаривать с примитивной личностью? — не удержалась к концу третьего дня путешествия Алана.

— У меня нет выбора.

— Есть. Ты можешь молчать с непрошибаемым видом.

Норд помолчал целую минуту, и Алана даже успела обрадоваться, что он решил воспользоваться ее советом. Девушка чувствовала себя разбитой и пару раз ловила себя на мысли, что только сила воли не дает ей сорваться и начать ныть. Не хватало родной и теплой постели, постоянной возможности принять душ или причесаться. Норд, при краже лошадей, прихватил еще кое-какие пожитки, но их явно не хватало для более-менее комфортного путешествия. И если с волосами Алана еще кое-как разобралась, заплетя в тугую косу, то с водой и одеждой была полная беда. Эта дни жара стояла такая, что к концу дня рубашка и брюки буквально прилипали к мокрому телу. Девушка старалась мыться и устраивать стирку в любой лужице, но все равно уже едва ли не чесалась. В плане чистоплотности у нее всегда был пунктик.

— Почему от тебя не воняет? — спросила она в сердцах, когда вечером третьего дня без сил растянулась под кривым деревом. Природа вокруг слегка изменилась: деревьев стало больше, в воздухе чествовалась лесная свежесть, а не пыль степи.

Норд привязывал на ночь лошадей и на вопрос девушки чуть вздернул бровь.

— Наверное, потому что я не грязный.

— Как у тебя так получается? — Алана перевернулась на живот и с тоской уставилась в быстро темнеющие сумерки. Где-то в стороне слышалось бульканье ручья, но у девушки не было сил встать. Странно, ведь просто весь день скакала на лошади, а ощущение, что с утра до вечера работала как проклятая. Задница и спина болели, шевелиться не хотелось, а ведь еще надо было встать и хоть как-то помыться, постирать и приготовить еду. Бог всем этим не занимался, явно дав понять, что без еды он отлично проживет. В отличие от Аланы, у которой за почти весь день вынужденной диеты, живот прилип к позвоночнику.

— Мое тело, — Норд помолчал, подбирая понятные слова, — скажем так, самоочищается. То же самое и с едой: я могу долгое время жить за счет внутренних ресурсов. Так что прекрати валяться, а займись собой и ужином. Завтра днем мы должны уже прибыть на место.

— Я тебя ненавижу. — девушка кое-как поднялась и, прихватив конфискованный у несчастных разбойников котелок, пошла к ручью.

Возвращаясь обратно, в неприятно мокрой одежде, от которой на коже выступили мурашки, Алана увидела, что Норд вытащил из сумки убитого еще днем сурка и швырнул к сложенному им же костру. Надо же, хоть что-то сделал. Поставив котелок на траву, Алана поспешила подвинуться к небольшому пламени. Зубы клацали от холода, и девушка с удовольствием бы полностью залезла в костер. А так оставалось поворачиваться то одним, то другим боком, рискуя спалить одежду. При этом девушка одновременно пыталась ободрать и насадить на вертел сурка. Но получалось настолько плохо, что Норд в какой-то момент не выдержал.

Алана только рот раскрыла, когда Бог одним махом содрал шкуру с суслика, освежевал его и насадил на прут.

— С чего вдруг такое благородство?

— В отличие от меня, ты просто ходячее несовершенство. — пояснил мужчин равнодушно. — Тебе надо есть, пить и держать свой организм в приемлемой температуре.

— Ты же сказал, чтобы я сама со своими проблемами разбиралась.

— Если ты свалишься от голода, то это станет и моей проблемой. — Норд посмотрел поверх ее плеча на костер. — А если не станешь приглядывать за дичью, то будешь есть угольки.

Спохватившись, девушка решила не отвлекаться от приготовления ужина.

Сразу после еды безумно захотелось спать. Настолько, что Алана едва успела завернуться в одеяло, как тут же заснула. И было плевать на мокрую одежду.

Спал ли Норд, она не знала. Когда засыпала, то он сидел спиной к костру и смотрел на усыпанное звездами небо. А когда проснулась, то он продолжал так сидеть и наблюдать за розовато-золотым, чуть туманным рассветом.

— Вставай. — странно, он сразу ощутил, что она проснулась. — Я хочу как можно быстрее доехать до нужного места.

Дав ей получаса на сборы, Норд буквально силой заставил девушку взобраться на лошадь и тронуться в путь.

— Ты так спешишь. — Алана уже на ходу дожевывала остатки сурка. — Что там такого важного? И почему тебе просто туда не прилететь, как вы это сделали во время Сбора?

— Твой мозг неспособен принять нужную информацию.

Алана скрипнула зубами: за три дня она уже поняла, что эту фразу Норд произносил, когда не собирался продолжать ту или иную тему. А попытки устроить молчаливый бунт проваливались одна за другой. Норд как-то незаметно и весьма умело выводил ее на разговоры. Например, когда они вышли на практически разрушенную дорогу от прежних времен, широкую и покрытую чем-то темным, он проговорил, глядя перед собой:

— Когда-то на таких автобанах я выжимал максималку из машины.

Конечно, Алана не могла не отреагировать. Любопытство, родившееся даже раньше нее самой, тут же начинало сжигать девушку, стоило услышать какое-то новое слово. Тем более Бог, несмотря на мерзкий характер и порой занудный тон, умел рассказывать. Так что перед глазами Аланы как наяву появлялась длинная и невероятно широкая дорога с ровным и твердым покрытием. А по ней с ревом проносилось что-то непонятное на четырех колесах.

— Ты так хорошо помнишь то, что было раньше? — не выдержала как-то девушка. Они не спеша ехали вдоль густой рощи, стараясь придерживаться тени. Природа вокруг довольно сильно изменилась, а в воздухе все сильнее пахло чем-то незнакомым. Таким, что Алана невольно глубже вдыхала, стараясь понять, что же это.

— Не знаю. — откликнулся Норд. — Воспоминания о прошлой жизни где-то глубоко, они иногда появляются, но я уже не понимаю, где настоящие, а где — ложные.

— А раньше что было? Сборы были или правда, что даже Богов не было.

— Твой мозг не в состоянии переработать полученную информацию.

— Да ладно! — не поверила Алана. — Может, ты не помнишь, поэтому так говоришь?

— Попытка взять меня на «слабо» весьма слабая. — Норд вдруг замолчал и чуть подался вперед. Алана прищурилась и пригляделась: впереди, далеко впереди блестело что-то непонятное.

— Море.

— Та самая соленая вода? То есть, мы приехали?

— Почти. — у Норда опять появилось чуть отстраненное выражение на лице, словно он прислушивался к чему-то. — Нам надо немного в сторону от города.

Да, там был город. Чем ближе подъезжали, тем Алана отчетливее различала строения, словно прилепившиеся к огромной скале. Издалека все это сверкало на солнце, словно гигантский кусок сахара. Белоснежный город, похожий на картинку из сказки. Алана поймала себя на том, что смотрит вперед, как дурочка, открыв рот.

— Эй! Мы не пойдем туда? — она увидела, что Бог берет чуть вправо, в сторону второй скалы, густо поросшей лесом.

— Нет, — откликнулся Норд, на которого город явно не произвел никакого впечатления, — то, что мне нужно, находится не там.

Алана с явным сожалением несколько раз покосилась в сторону белоснежной красоты и со вздохом последовала за Нордом. Она прекрасно понимала, что переступать границу в общении со ним не стоит. То, что он прощал ей многие остроты или реплики, отнюдь не говорило о его миролюбии. Алана уже поняла, что ее поведение его забавляет.

Правда, долго работать шутом у Норда она не собиралась.

* * *

Скала, облюбованная Нордом, выглядела куда мрачнее той, возле которой прилепился белоснежный город. Сплошь поросшая густым лесом, с крупными валунами, повисшими над пропастью, она словно старалась закрыть собой все небо и ощутимо давила на затылок. Алана даже тряхнула головой и успокаивающе похлопала лошадь по холке. Сама же не отводила взгляда от Норда. Интересно же, что может искать один из Богов, да еще путешествуя инкогнито.

А когда он это «что-то» найдет, то отпустит или нет?

Алана подозревала, что просто так ее никто не отпустит.

— Слушай, а… — попыталась она спросить у Бога, но тот молча обернулся с таким выражением на лице, что слова замерзли и скатились обратно в горло. Девушка сглотнула и решила, что с вопросами можно и обождать.

«Смотри, смотри, — она следила, как Норд приглядывается к скале, прислушивается и даже словно принюхивается, — хорошо смотрит тот, кто смотрит свысока, да? Ничего, вы тоже с неба падаете».

Тем временем, Норд, наконец, определился с местом. И потрогал обросшие мхом и кустами камни.

Лошади тревожно заржали и попятились, когда с легким скрежетом, поднимая кучи пыли, один из камней отъехал в сторону. Да и сама Алана едва не вывалилась из седла. В первый момент ей даже показалось, что сейчас произойдет обвал. Но камень, отъехав в сторону на ту ширину, которой было достаточно, чтобы протиснуться в открывшееся отверстие, замер. И девушка выдохнула, слегка расслабившись.

Впрочем, нет, расслабиться рядом с этим мужчиной не удавалось.

Норд тем временем скрылся в открывшемся проходе. Но через пару секунд вернулся и так красноречиво посмотрел на Алану, что она молча слезла с лошади и последовала за ним. Пусть в голове, да и на языке вертелось множество слов, девушка решила их приберечь для более подходящего случая. Норд, конечно, выглядел невозмутимым, но что-то Алане подсказывало, что не стоит к нему сейчас лезть. Может и не сойти с рук. Так что она просто шла следом и оглядывалась, хотя смотреть то было не на что. Двигались они в полной темноте, так что Алана то и дело ойкала, спотыкаясь. А затем и вовсе приложилась лбом о выступ. Аж до звездочек в глазах.

— Не могли нормальный туннель сделать. — она схватилась за лоб и прошипела от боли. — Эй, ты…

— Я вижу в темноте. — тут же последовал ответ. — В отличие от тебя, самочка.

— Жалко. — проворчала девушка себе под нос. — хотела бы я увидеть тебя с шишкой на лбу или фингалом под глазом.

— А еще у меня отличный слух. Но вот терпение не безграничное.

— Я же тебе нужна. — Алана устала, у нее болела голова и чесалось все тело. Раздражение оказалось сильнее страха, который за эти дни притупился. Все же человек привыкает ко всему.

Спертая темнота вокруг словно всколыхнулась. В следующее мгновение Алану толкнули в шершавой стене так, что воздух мигом вылетел из легких. Девушка поспешила вдохнуть и почувствовала, как вокруг шеи сжались теплые пальцы Норда. Тихий голос послышался у самого уха.

— Не настолько сильно нужна. Человек легко заменим.

От спокойного и чуть равнодушного тона у Аланы мороз прошелся по коже. Забыв, как дышать и двигаться она замерла, вглядываясь в темноту перед глазами. Невозможность видеть тоже пугала. Такой беспомощности девушка еще не чувствовала.

Пальцы на шее сжались чуть сильнее.

— Я прямо чувствую твой страх. — как-то интимно шепнул Норд. — Это… заводит.

Девушка сглотнула и почувствовала, как пальцы чуть ослабили хватку и теперь их движение напоминало ленивую ласку.

Это испугало куда сильнее возможности быть задушенной Богом.

— Ты же не любитель насилия. — говорить приходилось осторожно, боясь сорвать невидимый спусковой крючок. Губы и горло мигом пересохли. Стараясь даже дышать осторожно, Алана посмотрела туда, где, по ее предположениям, находилось лицо Норда.

— Не любитель. — согласилась темнота тем же приглушенным тоном. — У нас есть много способов заставить тебя извиваться подо мной.

— Не надо. — как-то по-детски получилось у Аланы, которая вообще окаменела и только в сотый раз жалела, что не бросила его в степи. Глядишь бы, сумела удрать куда-нибудь. В тот же Хорстар, например.

Темнота таинственно промолчала, словно Норд размышлял, какое решение ему принять. Алана едва не взвизгнула, когда его губы едва уловимым касанием прошлись по ее шее. А затем все прикосновения исчезли, кроме ощущения пальцев, обхвативших запястье.

— Пошли. — ее дернули вперед, вынуждая сделать шаг на негнущихся и дрожащих от пережитого ногах. — Ты права, не надо… пока не надо. Просто не забывай, что в моих силах сделать так, что твой острый язычок будет занят совсем другим делом.

«Тьфу, меня сейчас стошнит», — Алана порадовалась, что Норд не умеет читать мысли.

Шли они не так долго и вскоре мужчина остановился. Шедшая следом девушка тут же завертела головой, но тщетно: вокруг продолжала стоять чернильная темнота.

— Стой на месте и не шевелись. — послышалась команда, после чего ощущение хватки на запястье исчезло, зато послышались удалявшиеся шаги.

Остаться одной в полной темноте кярайне неприятно. Казалось, вокруг няет ничего, даже времени. Только трвердый пол под ногами хоть наемного успокаивал и намекал на то, что Алана не висит в пустоте. Да еще периодический звук шагов, возникающий то слева, то справа. Казалось, что Норд бродит по большому пространство и что-то ищет. Расслышав легкий стук, девушка заподозрила, что он еще и стены простукивает.

Что вообще происходит?

Но вот наступила тишина. Полная. Абсолютная. В темноте Алане показалось, что она растянулась на века. И перепуганно решив, что ее тут бросили — а мало ли что пришло в голову сумасбродному Богу — девушка тихо проговорила:

— Норд? — она даже согласилась бы опять вытерпеть пытку с шепотом и руками на шее. Лишь бы понять, что здесь не одна.

Тишина продолжала давить на уши незримым грузом, стало жарко, а потом резко холодно, почти до озноба. Алана закрутилась на месте, не зная, что делать. Шагать в пустоту она боялась: кто знает, вдруг здесь пропасть или еще что.

Он что, правда бросил ее? Или нет? Почему-то девушка представила неровный пол пещеры и лежащего на нем Норда. Опять потерял сознание?

«Только не паникуй», — она впилась ногтями в ладонь. Да, паника — это верный путь к ошибкам. Алана застыла на месте, прислушиваясь. Нет, по-прежнему тишина. Такая, что хочется визжать и одновременно страшно нарушать безмолвие.

* * *

— Норд!

Надо же, не Бог и не козел, а Норд. Да еще такой умоляющий тон! Не будь он так занят — не удержался бы от подкола. А ведь всего-то осталась одна в темноте.

Хорошо еще хоть не орала и не билась в истерике, видимо, не позволяла гордость. А ее у Аланы оказалось чересчур много, по мнению Норда.

Он замер на месте, пытаясь найти нужный ему участок. В обрывках собранной информации говорилось, что в точке координат находится место, где можно получить то, что им надо. И теперь мужчина стоял и разглядывал абсолютно пустую пещеру. В отличие от Аланы, он все видел. Видел и не находил то, что искал.

Хотя, если честно, никто не знал, как может выглядеть их находка. Большинство склонялось к тому, что это будет зашифрованная информация. Так что Норд сделал единственное, что мог в данной ситуации — стал посылать радиосигналы во все точки пещеры. Пока в какой-то момент ему вдруг не ответили. Приняв сигнал, Норд тут же раскрыл послание и… обалдел.

— Норд! — в голосе девчонки отчетливо слышался страх. Мужчина обернулся и посмотрел на нее. Алана стояла там, где он ее оставил и то и дело переступала на месте, не решаясь сделать шаг. Руками она обхватила себя за плечи и слепо оглядывалась по сторонам. Ему бы ее проблемы. Норд покачал головой и вернулся к расшифровке странной и даже чуть глуповатой информации. На первый взгляд загадка то была простейшая.

В море царевич купает коня;

Слышит: «Царевич! взгляни на меня!»

Фыркает конь и ушами прядет,

Брызжет и плещет и дале плывет.[1]

Старинное стихотворение необходимо было дополнить недостающей концовкой. И чтобы найти ее Норду потребовалось буквально пара секунд и все свои банки памяти.

Пена струями сбегает с чела,

Очи одела смертельная мгла.

Бледные руки хватают песок;

Шепчут уста непонятный упрек…

Едет царевич задумчиво прочь.

Будет он помнить про царскую дочь!

Норд был так уверен в правильном ответе, что не сразу поверил, когда в голове прозвенел предупреждающий звонок об ошибке. Всего давалось три попытки, и в случае провала информация самоуничтожалась. Норд внутренне подобрался и уже по-другому взглянул на строки. Затем вновь прокрутил перед мысленным взором задание: дайте подходящее на ваш взгляд четверостишие в качестве финала стихотворения.

На ваш взгляд! Норд едва не выругался вслух. Не задуманная жившим сотни лет назад автором, а придуманная им самим. Ну тут ничего сложного нет. Норд подключился к банкам памяти и нашел генератор стихов, который мгновенно выдал ему несколько десятков четверостиший. Выбрав наиболее подходящий, по его мнению, вариант, мужчина отправил ответ.

На этот раз «тревожный» звонок был громче, а в голове вспыхнуло предупреждение: «Внимание! Использование генераторов, роботов, а также искусственного интеллекта запрещено. Необходимо человеческое воображение».

— Норд! — теперь в голосе девчонки звучали слезы. Мужчина понял: еще немного и она сорвется. А еще он понял, что от нее может быть толк. Если она не окажется полной дурой.

Бесшумно подойдя почти вплотную к тихо всхлипывающей Алане, Норд не удержался и громко клацнул зубами прямо у нее над ухом. Эффект был примерно такой, на который он и надеялся: взвившись на месте, девчонка упала на пол и прикрыла голову руками.

— Нервы ни к черту. — Норд носком ботинка потыкал ей в спину. — Вставай, мне нужен твой мозг.

— Это ты? — Алана тут же вскочила и завертела головой. — Ты… я чуть не поседела?

— У тебя явно проблемы с нервами.

Девчонка промолчала, но выражение на ее лице говорило само за себя. Норд даже ощутил краткий прилив уважения: человеческая самочка порой все же умела вовремя останавливаться и не доводить смелость до абсурдной глупости.

— Ты знаешь, что такое стихи?

— Ну… допустим. — Алана все вертела головой. — А можно, чтобы тут не было так темно.

— Твой организм слишком примитивен, поэтому терпи.

— Тем не менее, именно мой примитивный мозг тебе понадобился. Зачем, кстати? — теперь в ее голосе звучала настороженность.

— Мне надо, чтобы ты придумала четверостишие вот сюда. — и мужчина мерным голосом произнес стихотворение. А сам следил за выражением ее лица. Алана не подвела: круглые глаза и прижатые к губам пальцы выдавали ее изумление.

— И ты думаешь я придумаю окончание? Издеваешься? Я только любовь и кровь могу срифмовать.

— Ну так срифмуй. — не понял проблемы Норд. — В твоих интересах мне помочь. И мы разойдемся. — слегка покривил он душой, не зная еще, что будет, если девчонка справится.

Но Алана, кажется, поверила. Или очень хотела поверить. Зачем-то зажмурив глаза, начала что-то беззвучно бормотать и кривиться. Пару раз с досады сплюнула, потрясла головой и постучала себя пальцем по лбу.

— Не выходит. — призналась, наконец. — Полная хрень получается.

— Дай мне хоть хрень.

— А сам почему не можешь? Ты же умнее и круче, и так далее. Тебе небось придумать — раз плюнуть.

— Слюны не хватит если плеваться постоянно. — парировал Норд. — Если я сказал придумать тебе, то просто придумай. Иначе я уйду и оставлю тебя здесь. Думаю, после этого ты станешь более сговорчивой.

— Ну правда же хрень выходит. — жалобно протянула девушка, явно не желавшая оставаться здесь в одиночестве. Но послушно проговорила придуманное четверостишие. И правда отвратительное.

— Ужасно. — сообщил Норд. — Лучше бы любовь и кровь срифмовала. Попробуй еще раз.

Ответить ему девушка не успела: внезапно пещеру осветил мягкий золотистый свет, шедший словно из ниоткуда. Алана прищурилась от неожиданности.

— Ответ принят. — мягкий женский голос наполнил пещеру. — Вы прошли первый уровень и сейчас получите дальнейшие указания.

Норд не понял: какие еще указания? Он планировал получить то, за чем пришел. Но ему опять пришел радиосигнал, расшифровав который, мужчина обнаружил новые координаты. И тут же развернул виртуальную трехмерную карту. Вот нужная точка: на севере, на границе Зоны тринадцать. Еще раз посмотрев на координаты, Норд вдруг открыл файл с координатами, присланными Деймоном.

Он не верил в судьбу, но сейчас ощутил нечто странное: полученные от его коллеги, и выданные здесь координаты практически совпадали. А это значило, что он обязан продержаться и не дать вирусу взять верх. Хотя он в любом случае собирался выжить.

— Ну что? — Алана уже прекратила моргать и щуриться. — Получил, что хотел? Я могу идти?

«Нет, нам надо двигаться дальше», — собирался ответить Норд, но промолчал. Он уже представил, что начнется в ответ. И пусть мнение девушки его не слишком волновало, но мужчина отлично понимал, что путешествовать лучше с тем человеком, который не пытается сбежать.

— Ты можешь идти. — ответил он, после секундного колебания. — Думаю, теперь выйдешь отсюда без проблем.

Алана несколько мгновений смотрела на него с недоверием, а затем со скоростью молнии метнулась к проходу и скрылась в нем.

Глава седьмая

Свобода! Алана осознала это лишь когда темное отверстие пещеры осталось далеко позади. Глухой стук копыт по земле с выгоревшей травой звучал словно музыка. Даже плечи распрямились, а подбородок задрался кверху. Не выдержав, Алана обернулась: Бог так и не вышел следом.

«Ну и черт с ним, пусть сидит в своей норе!» — подумалось без особого раздражения. Удивительно, что Норд все же сдержал слово и отпустил ее. Алана чуть подхлестнула лошадь, заставляя ее перейти в галоп. Лучше убраться подальше, мало ли что взбредет в голову Богу. Девушка как наяву услышала ровный, чуть с ленцой голос Норда: «это же мое слово. Захотел дал, захотел — забрал». Вот точно так бы и сказал, если бы решил ее не отпускать. Алана чуть нервно хихикнула и понадеялась, что Бог все же больше не встретится ей на пути.

Город приближался: красивый, белоснежный, невыносимо прекрасный на фоне синего неба и зелени деревьев. Краем он почти касался моря, а основная часть домов расположилась прямо на скале. И ветер… Теплый, влажный. Он касался покрасневшей на солнце кожи, неся с собой странный соленый запах. И Алана решила, что отныне он будет ассоциироваться у нее со свободой.

Уже на подъезде к городу лошадь вдруг захрипела, зашаталась и упала, чудом не раздавив Алану. Той в последний момент удалось спрыгнуть, больно ударившись локтем и бедром и прокаленную землю. Морщась и припадая на ногу, девушка поднялась и подковыляла к животному. Лошадь дернулась в последний раз и замерла.

— Зашибись. — Алана зачем-то присела перед ней на корточки, потрогала гриву, шевельнувшуюся под новым порывом ветра. Ситуация сразу осложнилась. Девушка планировала по приезде в город сразу же продать лошадь, так как ни денег, ни провизии у нее с собой не было. А что делать теперь?

— Ладно, — девушка встала и вытерла рукой мокрый от жары лоб. — будет решать проблемы по мере поступления. Для начала перестану разговаривать сама с собой.

Вблизи город оказался не таким уж и красивым. Стены домов не ослепительно-белые, а скорее бежевые, из камня, кое-как обмазанного штукатуркой, местами потрескавшейся и облетевшей. Сам город был построен на месте Руин. Тут и там виднелись обломки стен прежних зданий, часть из них использовалась под постройки. Алана, прислонившись к одной из таких разрушенных стен, оглядела местность. Улицы шире, чем в Викстрите, но более грязные. Дороги — просто хорошо утоптанная земля. Наверняка в дождь здесь непролазная грязь.

И очень много людей. Мимо одуревшей от жары и шума девушки торопились по своим делам женщины, одетые легко и просто, носились дети, но больше всего вокруг было мужчин. Громкоголосых, обросших, в штанах из грубой, жесткой даже на вид материи и черных майках, а то и вовсе без них. В их разговорах проскальзывали такие крепкие словечки, что уши у Аланы заполыхали.

— Эй, работаешь? — подошел вдруг один из таких к девушке. Да вытаращилась на него и помотала головой.

— Да ты посмотри на нее. Это же замарашка. — второй оттащил приятеля за локоть. — Или тебе по хрену уже кого трахать?

В первое мгновение до Аланы не дошло. Потом лицо словно ошпарили. Зачем-то запахнув плотнее на груди уже вконец грязную и пропахшую потом рубашку, девушка рванула подальше, сама не зная куда. Ее что, приняли за падшую женщину?

Пробежав улицами, получив пару шлепков по заднице и едва не попав под колеса телеги с овощами, Алана вдруг выскочила к причалу. И остановилась, задохнувшись от скорости и открывшегося вида. Море. Сверкающее под солнцем, зеленовато-серое, а вдалеке насыщенно-синее, сливающееся с горизонтом. Простор, наполненный соленым запахом и теплым ветром.

Алана тряхнула головой со слипшимися волосами, возвращаясь в реальность, которая, увы, пахла не только морем, но и протухшей рыбой и водорослями, собранными под причалом. Покачивались на волнах корабли, пронзительно переговаривались моряки, им вторили чайки.

Продолжая смотреть на море, девушка мысленно прикидывала план действий. Для начала, наверное, следовало искупаться и попытаться привести одежду хоть в какой-то порядок. А затем отправиться на поиски работы.

Шагнув вперед, Алана едва не попала под повозку.

— Куда прешь? — проорал извозчик и добавил непечатное слово. Лошадь взмахнула передними копытами, встав на дыбы, а девушка шарахнулась в сторону.

— Сам такой! — огрызнулась она в ответ. Побагровев, извозчик попытался достать ее кнутом.

— Вэл! — громкий окрик заставил мужчину тут же успокоиться и даже как-то сжаться. Алана только теперь обратила внимания на ту, которая сидела в повозке, укрывшись от яркого солнца под растянутым над сиденьями тентом. Светловолосая женщина средних лет, ухоженная и невероятно милая, в легком летнем платье.

— Дорогая, это место не для прогулок. — обратилась она к Алане. Та дернула плечом, сдерживая раздражение.

— С чего вы решили, что я гуляю?

Взгляд серо-голубых глаз незнакомки окинул Алану с ног до головы.

— Я так не решила. — медленно проговорила женщина. — Но и лезть с расспросами ко всем подряд не в моих правилах. Но теперь между нами начался диалог. Так что спрошу: милая, у вас проблемы? Видок у вас не очень.

Возница ухмыльнулся и сплюнул на дорогу, покрытую мелкой белесой пылью. Она поднималась от малейшего дуновения и забивала глаза и нос. А еще оседала на влажной коже, отчего та начинала зудеть. Алана почесала украдкой руку, представляя, как ужасно выглядит.

С другой стороны, осенило девушку, а ведь можно попробовать сыграть на этом.

— Просто я сбежала от мужа. — она постаралась, чтобы голос дрогнул.

— Вот как. Он вас бил?

— Вроде того. — девушка лихорадочно вспоминала все соседские скандалы. — Бил, пил, проиграл все в карты, в том числе и дом. Теперь вот валяется где-то, как свинья. Я с ним жить не желаю. Да и негде, жить-то!

Она вдруг представила такую картину и словно внутри прорвало что-то. Слезы хлынули сами собой, унося напряжение последних дней. Алану затрясло так, что она вынуждена была сесть прямо на землю. Все, все, что пришлось пережить, потерять и узнать, теперь выливалось наружу вместе с истерическими всхлипываниями и слезами.

— Ну тише, тише. — ласковый голос вторгся в царство слез. Шмыгнув распухшим носом, Алана разлепила мокрые ресницы и прямо перед собой увидела лицо незнакомки. Так близко, что можно было разглядеть тонкие лучики морщин в уголках глаз и по обеим сторонам рта. Женщина присела рядом с Аланой, не боясь испачкать светлый наряд и ласково гладила девушку по голове, приговаривая:

— Поплачь, выплесни все и сразу станет легче. Вот так, да. Возьми платок. А теперь успокаивайся, все самое ужасное позади. Скажи, у тебя здесь вообще нет родственников? Или тех, к кому бы ты могла пойти?

Алана мотнула головой и прерывисто вздохнула: слезы пошли на убыль. Так же, как летний дождь: шумный, но недолгий. Зато сразу внутри стало чуть легче.

— Совсем не к кому?

— Нет, — девушка выпрямилась и посмотрела в глаза собеседнице, — мы приезжие. Месяц назад приехали, думали начать новую жизнь.

— И начнешь. — женщина встала и крикнула вознице. — Вэл, помоги девушке сесть в повозку. Как тебя зовут, милая?

— Алана.

— А меня Талена, у меня гостиница неподалеку. И не хватает рабочих рук. — почему-то при этой фразе, Вэл, поддерживающий Алану под руку осклабился, показывая почерневшие зубы. Девушка не обратила на него внимание. После спонтанной истерики она вообще чувствовала себя обессиленной. Словно организм, работавший в экстренном режиме, понял, что в безопасности и расслабился. Да так, что подкашивались ноги и кружилась голова. Как в тумане Алана села в повозку, автоматически отвечая на вопросы Талены. Не болеет ли она чем-нибудь, как здоровье, не беременна ли и все в таком духе.

— Работа у меня в гостинице довольно тяжелая, — пояснила Талена свой повышенный интерес к Алане, — мало кто выдерживает долго, поэтому мне нужна крепкая здоровая работница.

И резко проговорила Вэлу, сидевшему впереди.

— Подъезжай к черному входу. — и, совсем другим тоном, обращаясь к Алане, добавила. — Все, расслабься, я тебе помогу. Выпей, это тебя немного успокоит, а то ты вся дрожишь.

Алану и впрямь трясло так, что слышался стук зубов. Взяв предложенный пузырек, она, поколебавшись, все же сделала глоток.

И правда стало легче. Дрожь прошла, в голове стало пусто и легко. Алана откинулась назад, чувствуя себя пушинкой, какие во множестве реяли летом в степи. Дунь — и взлетит высоко, к солнцу. Алана улыбнулась и подумала, что ей повезло встретить такую замечательную женщину, как Талена. И вообще все вокруг милые, даже грубоватый Вэл. Девушка с умилением повертела головой, разглядывая довольно узкую пыльную улицу с пробегающими вдоль домов людьми. В основном это были крепкие громкие мужчины.

— Это порт, девочка. — заметила ее взгляд Талена. — Люди прибывают сюда и хотят хоть немного отдохнуть перед тем, как отправиться дальше. А я даю им этот отдых.

— Вы такая добрая! — с жаром проговорила Алана. Женщина лишь улыбнулась и снова провела рукой по ее волосам, заметив:

— Первым делом — примешь ванну, а то на тебя без слез не взглянешь.

Ванная! Девушка представила теплую воду, которая смоет всю грязь и едва не потребовала, чтобы повозка ехала быстрее. Ванная и постель — все, что ей надо. Даже еда отошла на второй план, хотя желудок уже давно подавал сигналы голода.

Проехали сквозь пыльные раскаленные улицы и выехали на перекресток, вдоль которого расположился небольшой шумный рынок. Повозка, поднимая тучи белесой пыли, проехала мимо деревянных прилавков и завернула за двухэтажное желто-белое здание с плотно зашторенными окнами. Сквозь ленивую розовую дымку в глаза, Алана заметила распахнутые двухстворчатые двери, сквозь которые то и дело проходили мужчины. Затем повозка завернула за угол и остановилась у неприметной, но крепкой двери. Из нее как раз выглянула какая-то девица в коротком платье с разрезом до пояса. Увидев подъехавших, тут же скрылась внутри, словно ее и не было.

Талена, поддерживая Алану, помогла ей добраться темными душными коридорами до второго этажа. Там отвела в небольшую комнату, обставленную в бордово-красных тонах.

— Сейчас все принесут. — она усадила девушку на широкую — Алана таких не видела раньше — деревянную кровать с толстым шуршащим матрасом. После чего скрылась за дверью, плотно прикрыв ее. Отрезав весь шум, царивший в здании.

Оставшись одна Алана огляделась. Да, комната совсем небольшая, едва вмещает в себя кровать, пару стульев и скрипучий шкаф в дальнем углу. Заметив узкую дверцу, девушка встала и потянула ее на себя, открывая совсем уже крохотное помещение с табуреткой, дырой в полу и двумя ведрами. Видимо, так здесь выглядела ванная комната. А, судя по запаху, ее использовали и в качестве сортира.

Алана резко обернулась на звук открывшейся двери. Две девушки, в штанах и плотных рубашках, внесли два ведра с горячей и холодной водой, сверток с одеждой и поднос с едой.

— У тебя полчаса. — буркнула одна, ставя поднос на край кровати.

— А потом?

— А потом придут общаться. — неприветливо откликнулась девица и вышла, поманив за собой вторую. Дверь опять захлопнулась, перекрыв доступ звукам. Теперь они были слышны едва-едва. Кто-то за стеной постанывал, словно ему снился кошмар, кто-то чем-то стучал. Где-то слышались громкие голоса.

«Шумные какие постояльцы», — Алана торопливо скинула грязную одежду и едва не мурлыча от удовольствия смыла с себя всю дорожную пыль. Потемневшая вода с журчанием исчезала в круглой дырке, пробитой посредине ванной комнаты.

Наконец, отмывшись и с хрустящими от чистоты волосами, Алана вернулась в спальню и, на ходу откусывая от лепешки с травами, развернула принесенную одежду: длинную тонкую юбку и блузку с открытыми плечами и слишком низким вырезом. Повертев наряд, Алана пожала плечами и все же натянула его. Юбка села хорошо, разве что материал просвечивал почти насквозь, а блузка открывала верхнюю часть груди. Алана решила, что, наверное, это одежда для сна.

Еда оказалась горячей и довольно вкусной, разве что мясо жестковато. Запивая его сладковатым отваром, пахнущим травами, девушка забралась на кровать и на коленях доползла до окна. Отдернула плотную штору, пропуская яркое солнце в комнату. Вид из окна открывался на рынок, возле которого народу стало больше. На миг показалось, что в толпе мелькнули знакомые светлые волосы. Вздрогнув, Алана торопливо вернула штору на место. И услышала за дверью тяжелые шаги.

— … потом поговорим. — с этими словами в комнату втиснулся буквально квадратный светловолосый мужчина с тонким шрамом через правую бровь. Этот шрам как-то сразу бросился в глаза Алане, которая так и замерла, стоя на коленях на шуршащем матрасе и нервно сжимая в руках край шторы.

— А где Талена? — только и спросила она.

— Эта старая шваль? — мужчина закрыл дверь и легкий стук заставил девушку вздрогнуть. — Да ты чего? Расслабься. Талена сказала, что ты ищешь работу. Ты ее нашла.

Он улыбнулся, и Алана нервно сглотнула. Ей не нравился взгляд светлых глаз, словно раздевающих ее, проникающий под и без того фривольную одежду. Хотелось замотаться в одеяло и убежать подальше. Но куда? Путь к двери ей преградили, а прыгать в окно со второго этажа девушка не собиралась.

— Это же гостиница?

— Типа того. — мужчина кивнул на пустой поднос. — Ну что, расплачиваться будешь? За еду, одежду, воду.

Ощущение ловушки стало еще сильнее. Облизнув пересохшие губы, Алана прошептала:

— У меня нет денег. Талена сказала…

— Да забудь ты про нее. — отмахнулся мужчина. — Она такое наплетет, лишь бы заполучит сюда новую шлюху. Только за хорошо подвешенный язык ее и держу.

— Кого заполучить? — Алане показалось, что она ослышалась.

— Кого слышала. А ты думала она служанок набирает? Нет, зайка, мне нужны девки, шлюхи. Порт рядом, мужиков полно и всем нужна женская ласка. Заодно и проверим, что ты умеешь. Как раз и расплатишься. Давай, для начала поработай ротиком. Меня зовут Винс, теперь я твой хозяин.

Алана расширенными от ужаса глазами наблюдала как мужчина расстегивает ширинку на штанах. Ни с кем она ничего делать не собиралась. Поэтому, рассудив, что прыжок со второго этажа для нее предпочтительнее, отбросила штору в сторону, собираясь выбить стекло.

Не успела. Ее дернули за плечо, так, что едва не вырвали из сустава. Девушка молча и с отчаянием забарахталась на кровати, а нависший над ней Винс как-то лениво, с оттяжкой ударил по лицу. Алана задохнулась на миг, никогда ее не били. Перед глазами вспыхнуло, щека отозвалась острой болью.

— Первое правило. — дыхнул мужчина ей в лицо легким перегаром и смесью чеснока и чего-то еще более противного. — Шлюхи делают все, что я скажу.

— Откушу. — прошипела девушка, с омерзением ощущая, как ее лапают сквозь тонкую ткань.

— Ничего. Один вечер с моими друзьями и будешь покорной.

Алана завизжала в голос, стараясь вырваться из-под Винса. Но добилась того, что получила еще одну оплеуху, от которого заболела голова, а комната на миг потеряла четкие очертания.

«Только не обморок!» — подумалось с ужасом, понимая, что тогда станет абсолютно беспомощной. Продолжая извиваться, Алана орала во все горло, чувствуя, как ей все сильнее раздвигают ноги. Попыталась боднуть насильника в нос, но тот привычно увернулся и поднял руку, собираясь врезать в ответ.

Тихо звякнуло окно. И этот звук занятая борьбой пара даже не услышала. Но спустя мгновение некая сила перехватила поднятую руку Винса, а после швырнула мужчину к двери. Тот со всей силой впечатался в нее спиной и сполз на пол, временно оглушенный.

Нависший над Аланой Норд увернулся от кулаков девушки и рявкнул ей в лицо:

— Тихо, дура! Замри!

То ли подействовал шипящий рык, то ли еще что, но Алана замерла, прерывисто дыша. Норд охватил взглядом ее фигуру, растерзанную одежду и спросил:

— Он успел?

— Нет. — выдохнула девушка. Бог медленно повернул голову в сторону приходящего в себя Винса. Зеленые глаза словно заволокло какой-то мутной белесой пеленой. И вконец ошарашенная Алана поняла, что его взгляд напоминает ей взгляд озверевшего быка.

Словно подброшенный пружиной, Норд прыгнул с места, приземляясь рядом с ворочавшимся Винсом. Тот мутным взглядом смерил склонившегося над ним мужчину и невнятно поинтересовался какого черта сюда занесло постороннего. Норд молча схватил его за шиворот и легко, словно котенка, вздернул на ноги.

— Ты… хто? — Винс тряс головой, пытаясь прийти в себя.

— Наверное, тут надо сказать, что-нибудь пафосное. — голос Норда звучал спокойно, словно не его взгляд сейчас напугал замершую на постели Алану. — Типа, я смерть твоя. Или, я пришел за тобой. Еще есть вариант: мерзавец, ты посмел тронуть мою женщину…

Норд глубоко вздохнул и тряхнул насильника так, что у того мотнулась голова. У здорового, обросшего мышцами мужика! Тот попытался вывернуться, но Бог с каким-то равнодушным видом хлестнул его по лицу, отчего у Винса брызнула кровь из разбитых губ.

— Зачем тратить слова на животных? — проговорил Норд, словно задавая вопрос самому себе. В дверь постучали и раздался сиплый голос:

— Винс, ты там как?

— Помо… — начал было насильник, но позвать на помощь ему не дали. Плотно прижав Винса к стене, Норд его… поцеловал. Во всяком случае, именно так казалось со стороны.

Алана плотно прижали ладонь к губам, чтобы не сорваться на визг. Несостоявшийся насильник сейчас дергался, но против Бога ему было не совладать. Норд стоял, не шелохнувшись и «выпивал» душу. В дверь продолжали стучать, уже сильнее, с тревожными возгласами.

Все закончилось быстро: по телу Винса последний раз пробежала дрожь, а затем мужчина обмяк. Норд шагнул назад, давая телу с глухим стуком упасть на пол.

— Ему было больно. — сообщил он замершей Алане, после чего схватил ее в охапку и вышел из комнаты так же, как и зашел — через окно. У девушки словно вышибло из груди весь воздух: сначала от чувства падения, а затем от основательной встряски, когда ноги мужчины соприкоснулись с землей. Зубы у Аланы стукнулись друг от друга так, что стало больно. Девушка с шипением втянула в себя горячий влажный воздух и прошептала:

— На нас пялятся.

Норд осмотрел замерших прохожих, помахал всем рукой и с ускорением помчался в сторону порта. У одного из торговцев с легким стуком упала связка лука.

— Силен мужик. — сказал кто-то. Послышался легкие смешки, и народ постепенно вернулся к своим делам. Словно из борделя каждый день кто-то выпрыгивал со второго этажа.

Алану потряхивало. Девушка висела через плечо у Норда, животом упираясь ему в плечо. И чувствовала, как внутри все подпрыгивает в такт быстрому бегу. При попытке завозиться, получила чувствительный шлепок по пятой точке и замерла. Все произошло так стремительно, что до Аланы только сейчас дошло, что она спасена. И несмотря на боль в щеке, гудевшую после ударов голову и общую дрожь, девушка вдруг ощутила невероятное облегчение.

— Спасибо тебе! — пропыхтела она Норду. Тот промолчал, продолжая бежать с абсолютно бесстрастным лицом. Промчавшись тем же маршрутом, что незадолго ехала Алана, мужчина выскочил к порту. И, не снижая скорости, по скрипучему деревянному трапу, взбежал на небольшой корабль. Тот уже явно был готов отойти от причала, темно-серые паруса чуть трепетали на соленом ветру.

Алана успела заметить вытянутые лица матросов, загорелые почти до черноты, обветренные, а потом Норд сбежал по ступеням, и влажная жара сменилась сырой душной прохладой трюма.

Здесь царил полумрак, пахло соломой и чем-то сладковатым, словно неподалеку гнили овощи. Ко всему этому добавлялся неизменный привкус моря.

Алана почувствовала, как ее небрежно стряхнули на мокрые доски. Тут же вскочила и попыталась кинуться Норду на шею, на что тот шарахнулся в сторону и поинтересовался с едва заметным ехидством:

— Готова обниматься с мерзким ублюдком?

— Ты меня спас! — Алана замерла, опустив руки, добавила тише. — Спасибо тебе.

— Должна будешь. — Норд посмотрел в сторону яркого квадрата выхода из трюма. — Как только корабль отчалит, мы побеседуем с капитаном. А пока у нас есть где-то полчаса на то, чтобы побеседовать.

— Когда ты успел найти корабль? Куда мы плывем? — девушка заметила взгляд мужчины и обхватила себя за плечи, стараясь прикрыть таким образом то, что уже не скрывала разорванная блузка.

— М-да, — оценил Норд, — держи, переоденься. — он снял с пояса небольшой сверток и кинул девушке. Там оказались простые брюки из толстой ткани и плотная темная рубашка.

— Походишь босиком пока. — Бог прислонился к толстой балке, с которой свисал один из многочисленных грязных гамаков. Алана торопливо переодевалась, продолжая спрашивать:

— Как ты меня нашел? Почему ты меня спас? Что вообще происходит?

— После случая в пещере ты реально думала, что я тебя отпущу?

Девушка вскинула голову, продолжая машинально застегивать пуговицы на слишком большой рубашке. Одной рукой отвела волосы с лица и поинтересовалась дрогнувшим голосом:

— В смысле? Ты же сам сказал, что я могу идти.

— Вот именно. Я сказал, что ты можешь идти, но не что отпускаю тебя.

Глава восьмая

Норд не отказал себе в удовольствии полюбоваться за сменой эмоций на лице Аланы. Остатки пережитого страха сменились сначала непониманием, затем глаза округлились от изумления, а потом ко всему этому «букету» прибавилась злость.

— В смысле? — голос у девушки звучал чуть сипло, сорвала, пока орала в той комнате. Норд был уверен, что ей первое время, скорее всего, будут сниться кошмары.

— В прямом. Я сказал, что ты можешь идти. Погулять, побегать, но слов о том, что отпускаю — не было. Советую, когда в следующий раз будешь заключать сделку с Богом, то формулируй пожелания точнее.

— Это нечестно! — выкрикнула Алана, но закашлялась и была вынуждена понизить голос. Хотя он просто вибрировал от негодования. — Ты не должен был… Да зачем я тебе? Вон куча людей на улице!

— Допустим, я бы решил тебя отпустить. И не стал бы рассуждать логически и мысленно прослеживать твой путь. Что в итоге? Сейчас бы тебя имели в борделе все, кому не лень.

Он знал, что и как говорить. Раскрасневшаяся от злости, Алана мигом побледнела и обхватила себя за плечи руками. Норд, спиной чувствуя сырую балку, терпеливо давал девушке обдумать ситуацию. А сам тем временем прислушивался к себе. Что-то ему опять перестало нравится. Хотя приступ не должен был повториться. Он же сейчас не задействовал своих возможностей. Это в пещере сознание опять отключилось ненадолго, а после, придя в себя, мужчина пару мгновений пытался понять, где он. Затем вспомнил и тут же просчитал логически путь Аланы. Единственное, что ему не то, чтобы не понравилось, но заставило насторожиться: собственная реакция на попытку насилия над Аланой. В какой-то момент мозг буквально ослепила непонятно откуда взявшаяся вспышка ярости. Такой, что Норд решил причинить тому человеку боль. Ну и заодно совместил приятное с полезным — «выпил» душу и ощутил краткий всплеск эйфории.

Он моргнул и понял, что предметы вокруг как-то стали чуть резче. Мир на мгновение побледнел, словно выцвел, а затем скачком вернулся в прежний вид. Норд плотнее прижался к балке, одновременно уже в сотый раз сканируя организм на повреждения. Нет. Чисто.

«— Вирус явно не дает о себе знать, когда все системы работают замедленно, подстраиваясь под человеческую реакцию. Вероятно, ему не хватает мощности. Странно, но в этом моя удача» — Норд решил, что проблемы со зрением — всего лишь последствия приступа в пещере. Потому что при спасении Аланы он не задействовал ничего. Прыжки со второго этажа, выносливость и сила — все это появилось уже давно, во время перестройки организма. И не должно было влиять на вирус. Потому что в таком случае он бы постоянно находился без сознания.

— Спасибо. — услышал он тихий голос Аланы и отвлекся от мыслей. — А как ты меня нашел? И я правда не понимаю, зачем нужна тебе.

— Я очень давно не говорил такого, но давай поговорим откровенно, а? — Норд продолжал смотреть на нее сверху вниз, скрестив руки на груди. — Мне как-то надоело, что ты постоянно пытаешься сбежать. Как ни отвратительно признавать, но мне, возможно, понадобятся твои мозги. Есть одна теория, хочу ее проверить. Плюс, остальным людям я не то, что не могу, я не хочу доверять. Тебе тоже, но ты хотя бы теперь мне должна за свое спасение. Для начала насчет того, как я тебя нашел. Все просто. Я знал, что ты постараешься убежать как можно дальше и затеряться. Единственный выход — город. Я знал, что твоя лошадь не отдохнула как следует и падет довольно скоро. Девушка без денег, без друзей и родственников, без лошади, да еще в чужом городе, который славится своими шлюхами. У тебя был один путь. Правда, признаться, я думал ты продержишься дольше. — Норд покачал головой и добавил. — Люди предсказуемы до отвращения.

— Это и есть твое «поговорим откровенно»?

— Это начало. — Норд снова прислушался к себе. Уже знакомое тошнотворное чувство слабости поднималось откуда-то изнутри. — Так, ты мне должна, помнишь?

Девчонка обожгла его взглядом и буквально выплюнула фразу:

— Помню и забывать не собираюсь.

— Тогда присмотри за мной. — успел сообщить ей Норд, прежде чем упасть без сознания.

* * *

Алана только открыла рот, когда мужчина покачнулся и рухнул на грязный пол, изрядно приложившись затылком.

«Что, опять?» — взвыл внутренний голос, пока девушка опускалась на колени, чтобы осмотреть Норда. Так и есть: снова без сознания, дыхание едва уловимое, а сердце бьется через раз.

— Спасибо тебе, конечно, — сообщила Алана, — но ты все равно гад! Только попробуй теперь сказать, что ты так задумался!

Общаться с бессознательным Нордом было не в пример легче. Так что девушка, усевшись рядом и подтянув колени к груди, продолжила высказывать все, что думала.

— Поговорить откровенно? Да запросто! Мне интересно, за какие прегрешения меня судьба решила свести с тобой, а? Душу ты мне не выпил, но мозг выедаешь. Ты меня бесишь, ясно? — она не удержалась и ногой ткнула Норда в бок. — О, теплый!

Подумав, Алана закинула на него ноги и спиной прислонилась к какой-то бочке. Без обуви ходить по мокрому полу было неприятно и холодно. К тому же корабль отчалил от причала, и ходить по покачивающей поверхности стало сложновато. Алана до сих пор ни разу не была на корабле.

— Хоть на что-то ты сгодился. — сообщила она Норду. — Ублюдок, ты же мог меня еще раньше спасти, так? Не считай меня за идиотку, ты мне хотел показать, что я и часа без тебя не продержусь. — девушка помолчала и добавила нехотя. — Доказал, скотина.

Она откинула голову назад, прижимаясь затылком к бочке. Накатило какое-то оцепенение, сонливость. Словно нервная система требовала отдохнуть и набраться сил. Пол чуть покачивался, убаюкивая. Где-то над головой топали, кричали, а в трюме пока стояла относительная тишина. Алана прикрыла глаза, но тут же мысленным взором увидела Винса, с глухим стуком падающего на пол. Спать тут же расхотелось, и девушка принялась осматривать временное пристанище, гадая, как долго они будут здесь находиться.

Вид ее не впечатлил. Общее впечатление: грязно, душно, сыро и тесно. Тут и там покачивались гамаки из какой-то желто-серой ткани, валялись бочки, куски каната, еще что-то. А по верху болтались небольшие матовые шары, дающие ровный тусклый свет. Алана сравнила их с фонарями Викстрита и подумала, что такие вещи можно только найти в руинах.

Шаги над головой вроде чуть притихли, а затем с новой силой прозвучали уже совсем рядом со входом. Насторожившись, Алана наблюдала, как по лестнице, стуча подошвами сапог, сбежал высокий и чуть худощавый мужчина распахнутой жилетке и в темно-синих штанах, заправленных в сапоги. Взгляд Аланы тут же прикипел к густым волосам на груди у незнакомца. После недавних приключений, временно проникшись ко всем мужчинам, кроме Норда, сильным недоверием, девушка и на этого посмотрела без особой приязни.

— А вот и спасенная. — незнакомца явно не смутил не сильно дружелюбный взгляд Аланы. Он посмотрел на Норда и чуть вздернул густые черные брови. — А чего твой муж валяется, как дохлая каракатица?

— Отдыхает. — сообщила та, все еще не зная, как отнестись к мужчине. Выглядел то он свирепо: лицо загорелое, щетина достигла таких размеров, когда может смело называть себя бородой, руки все в шрамах, а волосы торчат неровным ежиком. Алана еще раз покосилась на его руки, передернулась и уже от всей души пнула Норда в бок, надеясь, что мужчина все же придет в себя.

— Спасибо, милая, что разбудила. — сообщил Норд, садясь с таким видом, словно и впрямь лежал и отдыхал. Алана только диву давалась: куда делся равнодушный холодный Бог? Рядом с ней сейчас сидел обычный, пусть и весьма симпатичный молодой мужчина, довольно уставший, со светлой щетиной, словно не брился несколько дней.

— Спасибо, капитан, что вошли в мое положение. — Норд встал и пожал крепкую загорелую руку. — Это моя жена Алана, из-за которой вся суматоха и началась. Милая, а это капитан Бент.

Алана кивнула, продолжая ненавязчиво держаться за спиной Норда. Слышать от Бога эпитет «милая» в ее сторону было как-то немного странно и дико. Девушка чуть покачнулась, когда пол особенно сильно толкнулся под ногами и вынуждена была ухватиться за руку Норда. Тот словно ждал этого момента: одним движением подгреб девушку к себе и обнял за талию. Алана только сглотнула: ей показалось, что ребра стиснули стальным обручем. Ни двинуться, ни толком вздохнуть.

— Пугливая у тебя женушка. — Бент мельком глянул на девушку и исключил ее из зоны внимания. — Потопали наверх, придумаем, где вас поселить. Ребята у меня, конечно, мирные и все такое, но, черт подери, женщина есть женщина. Сорвет у кобелей крышу и начнется поножовщина. Итак вон твоя женушка прелестями сверкнула, пока ты ее тащил. Хорошо хоть не все заметили. Так что клешни в ласты и айда за мной.

Алана была рада уйти из душного трюма, где еще и качало просто немилосердно. Так, что иногда она с трудом держалась на ногах. Поэтому поддержка Норда оказалась даже кстати. Он практически поволок девушку за собой, после чего едва ли не за шиворот затащил по лестнице, на палубу.

В глаза, уже привыкшие к мягкому полумраку, ударило солнце. Пока Алана жмурилась и моргала заслезившимися глазами, Норд вел ее через палубу, куда-то на противоположный конец корабля и заодно разговаривал с Бентом.

Проморгавшись, Алана тут же завертела головой, одновременно пытаясь все и услышать, и увидеть. Внутри все задохнулось от простора, раскинувшегося за кораблем. Темно-синее море и яркое небо вокруг, насколько хватало взгляда. Под ногами чуть поскрипывающая палуба, над головой туго натянутые паруса. И бесконечные разговоры моряков вокруг.

Они, кстати, смотрели. Быстро, буквально на бегу, но Алана ловила на себе изучающие взгляды. Не выдержав, накинула на голову капюшон рубашки, скрывая лицо. После истории с борделем девушка вообще не была уверена, что хочет приближаться к мужчине ближе, чем на пару метров. Она бы и от Норда держалась подальше, но тот ее не спрашивал.

К тому же Алана рассудила, что, если б хотел — давно бы овладел ею. Такое объяснение ее немного успокаивало и примиряло с нахождением Норда так близко.

Бент оказался громким. Очень громким и подвижным, от него исходила горячая волна бешеной энергии. Он одновременно разговаривал с Нордом, перемежая фразы крепкими словами, орал на подчиненных, подмигивал Алане и сморкался на палубу.

Спустились на три ступеньки ниже уровня палубы и очутились в просторном помещении, обставленном не без шика.

— Как-то так. — сообщил Бент, обводя рукой каюту. — Основная жизнь тут протаптывается, так что припер барахла.

«Барахлом» он называл обстановку, состоявшей из узкой кровати, потрепанного дивана, узких длинны трубок, светящихся ровным белым светом и многочисленных ковров. Таких ярких, словно их только выткали. Алана не удержалась и, наклонившись, потрогала один из них. Ворс оказался колючим и упругим.

— Ага, тоже офигела? — развеселился капитан. — Хрен найдешь такой товар, только я вожу. И еще пара ублюдков, которые его отыскали. В одном месте, в руинах, целые склады такого добра. Не пачкаются, не рвутся, некоторые даже цвет меняют иногда.

— Две тысячи тридцать пятый год. — едва слышно прошептал Норд на ухо Алане. — Ужасный китч, который быстро вышел из моды.

Девушка мало что поняла из его слов, но на всякий случай покивала и сказала, что в восторге.

— А вас я поселю вот сюда. — Бент подошел к двойным дверям и раздвинул их в стороны. — Вот тут ошивается мой помощник, редкая скотина, скажу я вам. Наглый ублюдок, но умный. И смелый. И выпить может столько же, сколько и я. Только потому и не убил до сих пор.

Норд внезапно чуть насторожился и наклонил голову к плечу. А спустя пару секунд дверь в каюту открылась и приятный мужской голос сообщил не без сарказма.

— В тот день, когда я тебя перепью, ты не вынесешь позора и утопишься, пьяный урод.

— А вот и наш главный… — произнес нецензурное слово Бент, явно не смущаясь присутствием Аланы. Та обернулась, желая посмотреть на вошедшего. Крепкие словечки девушку не пугали: в их городе тоже мало кто стеснялся выражаться.

— Риг. — представился высокий светловолосый мужчина, который зачем-то в упор уставился на девушку темно-серыми глазами. Одет он был в широкие штаны, заправленные в высокие ботинки и жилетку, такую же, как на капитане. Светлые волосы торчали из-под темно-зеленого платка, завязанного на манер банданы. Этот Риг оказался выше капитана и шире в плечах и груди. Этакий загорелый до бронзы мускулистый гигант.

И он продолжал несколько мгновений разглядывать Алану. После чего моргнул и сообщил, что рад знакомству.

— Поселю по соседству. — сообщил Бент своему помощнику. — А то мало ли, плавание долгое, мужики здоровые. Я, правда, уже пообещал в случае чего задницу на нос натянуть тому, кто посмеет обидеть гостью.

— Причем в прямом смысле этого выражения. — усмехнулся вдруг Норд. Бент подумал и разразился хохотом, похлопав собеседника по плечу. Алана нервно ухмыльнулась. Знал бы капитан кого он трогает.

— Так, я вам тут сейчас правила кое-какие объясню. — Бент сделал знак присаживаться. Сам развалился в кресле, рядом с поцарапанным, но все еще роскошным столом из твердого пластика. Тоже остатки прошлой эпохи. Алана уже заметила, что их довольно много было на корабле.

Сидя на диване, плечом чувствуя Норда, девушка незаметно продолжала изучать обстановку. К ней относился и сидевший неподалеку Риг. После первых секунд знакомства, он больше не смотрел на Алану. По крайней мере, в упор. Потому что девушка нет-нет, да чувствовала обжигающее прикосновение его взгляда.

Он правда был привлекательным типом. Настолько, что в какой-то момент девушка испугалась: вдруг этот Риг тоже один из Богов? После знакомства с Нордом, она поняла, что они себе на уме. И с них станется разгуливать по палубе захудалого торгового судна.

От таких мыслей в животе стало холодно и пусто, хотя все четверо сидели и обедали. Но у Аланы даже аппетит пропал. Она отставила тарелку в сторону и двумя руками обхватила чашку с горячим отваром. От него внутри сразу потеплело, а мысли стали ленивые и чуть тягучие.

— У, милая, — послышался голос Норда, — да ты совсем засыпаешь.

Он забрал у девушки чашку, а ее взял и подхватил на руки. Так, что Алана выдохнула от неожиданности. Хорошо хоть сдержалась и не завизжала.

— Отнесу ее отдохнуть.

— Оба отдыхайте. — захохотал Бент, а Риг коротко улыбнулся, словно оскалился. — Только не очень громко, а то все завидовать начнут.

— Мы не… — начала было Алана, но Норд уже унес ее в небольшое помещение, отведенное им на время плавания. Здесь поместилась лишь койка, стул и совсем узкий шкаф, врезанный в стену. Окон не было, свет давали все те же небольшие матовые шарики, которые Алана видела в трюме.

— Мы, конечно, «не», — Норд небрежно кинул девушку на кровать, застеленную шерстяным одеялом. — Но для всех мы очень даже «да».

— Кроваткой что ли поскрипеть? — посмотрела на него с подозрением девушка. — Слушай, а Риг случаем не из ваших?

— Случаем нет. — мужчина присел на край кровати, заставив девушку чуть сдвинуться к стене. — Почему ты так решила?

— Ну он… — Алана руками показала в воздухе странную фигуру, словно говоря, что сама не может объяснить, почему так подумала.

— Хорошее объяснение. Главное четкое и по существу. — Норд посмотрел на плотно прикрытую дверь. — Подвинься ко мне. Я не хочу, чтобы нас разговор подслушали даже случайно.

Скрепя сердце, Алане пришлось выполнить приказ Бог. Не просьбу — Норд никогда не просил, она уже поняла. Спать уже расхотелось, хотя усталость продолжала растекаться по телу. Видимо, сказались последние события.

Сесть пришлось так близко, что губы Норда практически касались ее уха, отчего вся кожа на время покрылась мурашками, а саму девушку аж передернуло.

— Я хочу рассказать тебе. — голос мужчины упал до интимного шепота, щекочущего мочку уха. — Рассказать о том, что я ищу. Если согласна — просто кивни. Но учти, если после этого ты попытаешься сбежать, то мне придется убить тебя.

Прошло несколько секунд, прежде чем Алана медленно кивнула.

— Отлично. — Норд еще плотнее придвинул к себе девушку и заговорил. — Начнем с того, что со мной происходит. Если рассуждать примитивно, по-вашему, то я умираю. — он придержал дернувшуюся Алану. — Слушай молча, потом задашь вопросы. Все началось с того, что нам в руки попали обрывки информации о том, что когда-то проводились исследования о «выпивании душ». Не дергайся, а то удавлю. И, кажется, создавались разработки… а, черт, как бы по примитивному то сказать? Искали что-то, что могло избавить от этой зависимости. Ты считаешь всех Богов извергами, да? Но это всего лишь естественный ход событий. Вы убиваете животных, мы — питаемся вами. Тих-х-хо, я сказал. Проблема в том, девочка, что некоторых из нас не устраивает подобный расклад. Мы зависимы от вас, мы привязаны к этой планете.

Он сунул руку в один из многочисленных карманов на широком поясе и вытащил золотистую полупрозрачную пилюлю. Повертел ее перед лицом Аланы.

— Есть, так называемые, пилюли. Они дают такой же эффект, как после «выпивания», но ненадолго. И с каждым разом их приходиться принимать все больше.

Он прижал капсулу к руке и содержимое быстро впиталось в кожу.

— Дальше. — тихо потребовала Алана. После слов «избавить от этой зависимости» она поняла, что дослушает до конца. И убьет любого, кто посмеет прервать их разговор.

— Я стараюсь рассказывать так, чтобы ты поняла своим примитивным мозгом.

— Этот примитивный мозг тебе нужен.

— Увы. — произнес Норд таким тоном, что Алана тихо порадовалась за свои «примитивные мозги». — Теперь закрой рот и слушай дальше. Гордись, никто из людей этого прежде не слышал.

— Я горжусь. — заверила его девушка, понимая, что ради такой информации потерпит и слишком близкое присутствие Бога, и его шепот, от которого то и дело по спине пробегают мурашки.

Хотя не так уж и противно сидеть вплотную к нему. Даже, если подумать, то немного приятно. Алану все еще продолжало немного потряхивать изнутри, после событий в городе, а присутствие Норда, как ни странно, успокаивало.

«Наверное, потому то рядом с ним единственной проблемой является он сам», — решила девушка.

— Часть Богов хочет отыскать эти исследования. Из обрывков информации мы сумели добыть лишь координаты одного места. Та пещера у города. Думали, что исследования там, но, как видишь, ситуация малость усложнилась. Мы вообще планировали поиски чуть позже, но во время Сборов в Викстрите, среди Богов началась война. — Норд посмотрел в широко открытые глаза девушки, которая словно забыла дышать, так внимательно слушала. — Да, мы тоже воюем между собой. Но по-другому, ты все равно не поймешь. В этот раз столкнулись два, скажем так, старейших Бога. Первый и Третий иерархи.

Алана изо всех сил сдерживала рвущиеся наружу вопросы. Для нее война была чем-то далеким и очень страшным. О ней рассказывали сказители, о ней упоминал и дедушка. Девушка запомнила, что война — это когда всем плохо и больно. А еще на войне убивают оружием: мечами, копьями, дубинками и самострелами.

Но Боги то явно не дубинками дрались. Девушка слушала неторопливый рассказ и пыталась воссоздать в голове картинку: синее небо, белые облака, а на них Боги, похожие все на Норда. И они бросаются друг в друга мелкими букашками, которые мужчина назвал вирусами. А вокруг корабли с парусами, они взрываются и превращаются в ничто. Только вот слова «аннигиляционные ракеты» так и остались для нее набором букв.

— Так что в итоге я лишился почти всех возможностей. И заражен вирусом, который напоминает о себе, если я начинаю вести себя как Бог. Отсюда мои обмороки.

— Это можно вылечить?

— Да, если я дотяну до места. Где меня будет ждать один из наших. У него будет антивирус. Э-э-э, лекарство. — Норд задумчиво протянул. — Только вот странно.

— Что? — по мнению Аланы, странного во всей истории было много чего, начиная с того момента, когда Бог ее не убил, а предложил сделку.

— В городе я не включал свои возможности. Но все равно приступ произошел. Странно.

— Не включал? — переспросила Алана. — А прыжок со второго этажа? А то, как ты швырял Винса. А как ты его… — тут девушка поморщилась, — выпил?

— Это для меня в порядке вещей. Как вот для тебя дышать и есть. — Норд двумя пальцами приподнял подбородок Аланы, заставляя ее посмотреть себе в глаза. — То, что ты видишь — оболочка. Внутри я другой.

И опять девушка не уловила смысла его слов. Что значит другой? Девушка вроде примерно осознавала, что имеет в виду Норд, но до конца воспринять не могла. Потому что вот же он, сидит рядом. Обычный мужчина лет двадцати пяти, светлые волосы, стянутые в хвост, уже растрепавшийся, щетина на чуть впалых щеках и развитая широкоплечая фигура. Разве что взгляд зеленых глаз холодный и такой… ну словно видел многое. Хотя, может, ей просто кажется. Она то знает, кто рядом с ней.

— На сегодня хватит. — вдруг произнес Норд. — Ложись спать, твоя нервная система должна до конца восстановится.

— А ты? У тебя нервы то вообще есть.

— Да, их отличный аналог. Ложись. Как это не отвратительно, но мне тоже надо отдохнуть. Двигайся к стене.

Алана подвинулась, но на оставшуюся часть кровати посмотрела с большим сомнением. Норд, конечно, не таких размеров как гигант по имени Риг, но тоже мальчик крупный.

— Брось! — поморщился мужчина. — Я думал, мы пришли к соглашению. Просто отвернись и спи.

— А… ты же не будешь раздеваться?

— Сейчас сниму штаны. — прорычал он в ответ, опуская пальцы на ремень. — С тобой по-хорошему и ты сразу начинаешь наглеть. В этом весь человек. Спи!

Пришлось Алане отворачиваться и закрывать глаза. Но все равно каждой клеткой тела она чувствовала то, что происходило сзади. Легкое шуршание одежды, затем чуть прогнулась кровать под весом Норда. Мужчина улегся, опять вплотную прижав ее к себе и тут же задышал ровно и спокойно, словно моментально провалился в сон. Девушка же лежала с дрожащими от напряжения мышцами. Но постепенно спокойная обстановка заставили ее расслабиться. Зевнув пару раз, Алана уснула. И ей не снились кошмары, ей вообще ничего не приснилось. Хотя сквозь сон пару раз ей почудилось, что кто-то рядом пару раз повторил незнакомое женское имя.

Глава девятая

Утро началось с ощущения неприятного холода. Поворочавшись, поджав под себя колени, после тщетных попыток нащупать одеяло, Алана не выдержала и открыла глаза. Все тот же рассеянный свет от матовых шаров, чуть покачивающихся в такт палубе. Именно качка так сильно и убаюкала девушку. Качка и тепло за спиной, которое сейчас исчезло. Вместо Норда осталась вмятина на тощей подушке и сброшенное на пол тонкое, но удивительно теплое одеяло: видимо, тоже из найденных в руинах вещей. Натянув его себе на плечи, девушка села и с сонным отупением принялась разглядывать обшарпанные стены. Организм, осознав, что находится в относительной безопасности, расслабился и сообщал, что не хочет никуда. Разве что справить естественные потребности, а затем обратно, в постельку. Похожие чувства Алана испытывала обычно после простуды. Девушка потрогала себе лоб, прислушалась к ощущениям: нет, она не заболела. Видимо, просто перенервничала вчера. Алана вновь вспомнила темную душную комнатушку борделя, треск рвущейся одежды, а затем влетевшего в окно Норда. И да, в тот момент она даже не испугалась, а лишь безумно обрадовалась его появлению.

И тому, что он «выпил» человека.

Алана передернулась, плотнее закутавшись в одеяло. И услышала за дверью тяжелые шаги, от которых словно начал подрагивать пол. Дверь с легким взвизгом открылась и на пороге, загораживая практически весь проем, встал Риг.

Мгновение оба смотрели друг на друга, затем Алана рывком натянула одеяло до ушей и проговорила:

— А где Норд?

— Напугал? — негромко спросил мужчина. — Твой муж с капитаном. Нашли общий язык, — вдруг усмехнулся он, — обсуждают навигацию и смотрят как ловчее и быстрее добраться до нужных берегов. А меня вот отрядили к тебе. Тут у нас каждый что-то делает, лишних рук не бывает. Готовить умеешь?

Алана кивнула, все еще настороженная, хотя сама не понимала отчего. Мужчина вел себя спокойно и доброжелательно, но все равно она бы предпочла, чтобы за ней пришел Норд. Подсознание нашептывало, что сейчас можно доверять только ему.

— Ну охрененно! — Риг взялся за дверную ручку. — Одевайся и выходь на палубу. Только быстро, раз — нога, два — рука и вперед.

Еще раз окинув ее странным взглядом, который неприятно обжег кожу, мужчина притворил за собой дверь. Вновь заскрипели доски под его ногами, а Алана кинулась одеваться. Брюки, великоватая размера на два рубашка, но так даже лучше — скроет фигуру. Подпоясавшись и подвернув рукава, девушка печально посмотрела на ноги и решила разузнать насчет обуви, потому что стоять было холодно.

«Еще туалет и хоть какой-нибудь душ», — Алана переплела волосы и отбросила их за спину. После чего, не без внутреннего сопротивления, вышла из каюты.

Риг ждал наверху, сразу у лестницы. Оглядев девушку, махнул рукой:

— Гальюн там. — увидев непонимающий взгляд, пояснил. — Ну, типа сортир. Тебе ж надо.

Покраснев, Алана торопливо зашагала в указанном направлении, накинув на голову капюшон. На палубе было полно моряков, и девушка старалась держаться от них подальше. И пусть мужчины пробегали мимо, занятые делами, ей все равно казалось, что она ощущает их брошенные украдкой взгляды.

Но ей это могло и просто казаться.

Оказывается, Риг вел ее на камбуз. А по дороге заодно рассказывал про корабль.

— Моемся мы, — мужчина хмыкнул, — ну, когда припрет, то в морской воде. Ведро набираешь и себе на голову — н-н-на! От похмелья тоже помогает. Хотя тебе последнее не грозит. В общем, ты только скажи, я все сделаю. Тебя реально в бордель от мужа сперли?

«Ну Бог! — вознегодовала мысленно Алана — Язык без костей! Зачем рассказывал?»

Видимо, у нее на лице что-то отразилось, потому что Риг проговорил:

— Да ты не расстраивайся, тебя ж вовремя оттуда вытащили. Там честным девушкам не место. А вот и камбуз!

Они спустились чуть ниже уровня палубе и очутились в небольшом и жарком помещении с одним иллюминатором, куда периодически влетали морские брызги.

— Эй, Хакон! — окликнул Риг невысокого приземистого мужчину, яростно рубившего что-то на изрезанном столе. — Принимай помощницу. И не швыряйся в нее рыбой, старый пень!

— Иди ты… в дупу. — сообщили ему в ответ гулким, словно из бочки, басом. Мужчина по имени Хакон обернулся, и Алана увидела загорелое лицо с резкими морщинами и огромной бородой, росшей едва ли не от ушей. Повар смерил девушку взглядом маленьких черных глаз и проворчал:

— Пришла и пришла. Становись на мое место, только пальцы не поотрубай, лишних на корабле нет. — и тут же захохотал, довольный своей шуткой.

— Просто работай и посылай старого пе… ворчуна если совсем достанет. Ну или если щипнет за что-нибудь. — с этими словами Риг ушел, оставив Алану в царстве жары и не слишком приятных запахов вареной рыбы и лука.

— Че встала? — Хакон отошел к большому котлу, стоявшем на печи, — иди режь капусту для супа.

Некоторое время на камбузе стояла тишина, прерываемая лишь стуком ножей, да негромким и ужасно фальшивым мычанием Хакона.

— Твой муж правда сказитель?

Алана прекратила мысленные крики в адрес Норда, который завез ее в дебри и обернулась. Хакон крупно резал рыбу и бросал ее в котел. На девушку он не смотрел, но вопрос явно адресовался ей.

— Эээ… да. — она в очередной раз обругала Бога за то, что тот даже не сказал, кем представился в этот раз.

— Странные они, эти сказители. — проворчал мужчина. — Вот откуда столько знают, а? Про прошлые времена, про Богов… про все! Может им сами Боги то и шепчут. А те для них шпионят.

— Враки! — Алана от возмущения чуть не попала огромным ножом себе по пальцам, но вовремя вспомнила, что запасного комплекта частей тела на корабле нет. — Мой дед был сказителем! А его потом на Сборах забрали! И он Богов ненавидел!

— Может, забрали потому, что свое отработал.

— А Сборы на кораблях бывают?

Хакон сотворил в воздухе какой-то защитный символ.

— Типун тебе, девочка! Нас пронесло, но слухи ходят, ходят. Говорят, Боги любят иногда появляться во время сражений. И забирают самых смелых. Мол, за мужество дают божественные эти… привилегии. — мужчина кинул последний кусок рыбы в котел, так что взметнулись обжигающие брызги. — Только вот думается мне, что хрен там, а не привилегии. Жрут их Боги. И смелость забирают себе.

Алана молча ссыпала порубленную капусту в суп. А что можно было сказать? Что, скорее всего, Хакон прав?

На камбузе пришлось проторчать почти до вечера. Когда у Аланы от жары, запахов и усталости начала кружиться голова, Хакон отправил ее отдыхать. Шатаясь, словно пьяная, девушка поднялась на палубу и глубоко вдохнула морской воздух. Закашлялась от мелкой водяной пыли и заметила неподалеку Рига. Тот что-то говорил двум морякам: негромко, но явно жестко. Увидев Алану, кивком отправил мужчин в сторону трюма, а сам подошел к девушке. Та же скользила взглядом по палубе, стараясь высмотреть Норда. Но тщетно.

— Ты как? — Риг вынул руку, которую до этого прятал за спиной. — Держи. Это тебе.

Он держал пару высоких темных ботинок, да таких, что у Аланы на миг перехватило дыхание от восторга. Явно старинная обувь, но выглядит, как новенькая. Черная матовая кожа, мягкая, даже на вид, металлические заклепки вместо шнурков и толстая рифленая подошва. Алана протянула руку и потрогала край голенища: да, действительно мягкая.

— Сколько ты за них хочешь?

— Дуреха! Это подарок единственной женщине на корабле, которой явно стремно ходить босиком.

— Нет, — Алана тут же вспомнила щедрость и дружелюбие женщины, заманившей ее в бордель. — нет, это слишком дорогой подарок. Я спрошу у Норда, сможет ли он заплатить за них.

— На кой черт мне твои деньги? — Риг присмотрелся к напряженному лицу девушки и вдруг широко улыбнулся. — Так ты решила, что я чего-нибудь потребую взамен? Точно дуреха! Хотя… если возьмешь, то потребую, да.

Алана мигом отдернула руку от ботинок и решила, что лучше потерпит хождение босиком. Тем более на камбузе жарко.

— Если примешь подарок. — терпеливо повторил Риг. — То я взамен попрошу тебя поучиться драться ножом. Чувствую задницей, что у тебя проблемы с этим делом. Без мужа — слабая и беззащитная овечка.

— Ты просишь в качестве платы научить меня обращаться с ножом?

— Ну да. — пожал мощными плечами мужчина.

— Логика где?

— Не ищи логику, просто соглашайся.

Алана посмотрела вокруг, на Рига, опять оглянулась и кивнула:

— Хорошо, мне не помешает научиться защищаться.

— Вот и чудненько. — мужчина кинул ей ботинки, которые девушка с трудом поймала. — Обувайся, твой муж ждет тебя у капитана.

В ботинках идти было легко, так бы и побежала. Подошва пружинила и словно сама отталкивала ногу от поверхности. Алана не выдержала и пару раз подпрыгнула от восторга. Как же мало для счастья! Например, наличие нормальной обуви.

В капитанской каюте пластами висел вонючий дым от толстых темных сигар, которые курили Бент и Норд. Бог развалился на диване, а капитан вольготно устроился в кресле, закинув ноги на широкий стол. Алана запнулась и опустила взгляд: от ноги откатилась в сторону пустая пластиковая бутылка. Еще три обнаружились возле стола, заставленного остатками еды.

Алана набрала воздуха в грудь, мысленно попрощалась с белым светом и рявкнула:

— Нажрался, мерзавец?

Нет, ну ей стоило так рявкнуть хотя бы ради того, чтобы увидеть отблеск изумления в глазах Норда. Это Бент и Риг не слишком обратили внимания, разве что заухмылялись, предчувствуя скандал. Капитан даже устроился поудобнее и дотянулся до наполовину полной бутылки, в которой плескалось что-то темно-золотистое.

Норд быстро справился с удивлением и чуть нетрезвым голосом заверил «милую женушку», что они всего лишь «выпили по капельке для знакомства». Зеленые глаза при этом обещали девушке все возможные кары света.

— Капелька? — Алана ткнула пальцем в перекатывающиеся по полу бутылке. — Да тут литра три, не меньше! Как у тебя из ушей не полилось!

— Эй, эй! — повысил голос Бент. — Женщина, расслабься и того… успокойся. Сидим, общаемся. Твой муж не только сказитель, он еще и свой мужик! В навигации разбирается так, что завидки берут. Эй, Норд, ты крутой мужик, реально крутой!

«Этот мир окончательно рехнулся», — подумала Алана, глядя как Бог с пьяной ухмылкой поднимает высокий стакан из небьющегося материала. Она готова была поклясться, что сейчас Норд ничем не отличался от обычного нетрезвого мужчины: расслабленная поза, затуманенный взгляд и чуть замедленная речь. Светлые волосы частично выбились из хвоста и влажными прядками лежали на лбу. Девушка уперла руки в бока и, как она надеялась, грозно уставилась на «мужа». Тот не спеша допил вино, после чего зашвырнул стакан в угол и встал, чуть пошатываясь.

— Кажется, тут кто-то распищался. — сообщил он новоявленным друзьям. Бент хохотнул, а присевший на край стола Риг слегка нахмурился и проговорил:

— Да ладно тебе, женщины же вечно встревают.

— Цыц! — Норд погрозил пальцем воздуху, а затем поманил Алану к себе. — Кис-кис-кис.

«Ты — идиот?» — девушка отступила на шаг, решив, что пора «обидеться» и уйти в каюту. Все равно роль оскорбленной жены она сыграла.

Но соревноваться с Нордом в скорости и ловкости все ж не стоило. В тот момент, когда она попыталась проскользнуть мимо, мужчина легко перехватил ее и, перекинув через плечо, понес в каюту. При этом ворча что-то про наказание для чересчур обнаглевших жен. Девушка застучала по его спине кулаками, но добилась лишь хохота от капитана. Риг же совсем помрачнел и до хруста сжал бутылку.

— Фух! — выдохнула Алана, стоило им скрыться в каюте, а Норду — опустить ее на пол. — Притворялся?

— Естественно. — голос Бога звучал как обычно ровно и спокойно, да и с облика слетела аура опьянения. Норд прямо в ботинках устроился на постели, закинув руки за голову и посмотрела на переминавшуюся Алану.

— А что там за сцена сейчас была?

— Ну по логике я должна была отреагировать на твое пьянство. — девушка развела руками. — Уж извини, раньше с таким не сталкивалась. Пришлось вспоминать, как вели себя соседи в такие моменты.

— Хорошо они с ножами друг на друга не кидались. — сообщил Норд. — Иначе вышло бы жалкое зрелище. Что ты стоишь?

— Подвинься. — попросила Алана, ноги которой и впрямь гудели после топтания на камбузе. Хотелось лечь и вытянуться во весь рост.

— Ложись на меня… женушка. — Норд, как бы приглашая, раскинул руки в стороны, демонстрируя широкую грудь. На корабле он снял футболку с курткой, заменив их на жилетку из плотной ткани, со шнуровкой впереди. Так что сейчас Алана могла оценить словно вырезанные из твердого дерева мышцы. Могла, но не оценила.

— Не хочу я на тебя ложиться! С чего вдруг?

— С того, что завтра вставать рано, ты здесь не на отдыхе. И то, что я заплатил за наше пребывание здесь, не означает, что мы будем отлеживаться. Каждые руки на счету.

— Ну я то уже оценила прелести путешествия. — Алана присела на край кровати, по-прежнему не желая «падать в объятия» мужчины. — А ты чего делать будешь? Не зазорно ли Богам помогать каким-то людям?

— Это вопрос выживания. — Норд закинул руки за голову и поерзал, поскрипывая кроватью. Девушка лишь с негодованием проглотила замечание, что это она устала, как собака. А не тот, кто живет на небе и «выпивает» людей. Она промолчала, ожидая продолжения, но мужчина покачала головой. Зеленые глаза чуть прищурились, словно их владелец размышлял о чем-то. Или прикидывал. Затем Норд на мгновение отвел взгляд в сторону плотно закрытой двери, а потом снова принялся разглядывать девушку.

Алана тоже покосилась на дверь, потом на Норда, опять на дверь. И вдруг все поняла. Еще несколько секунд колебалась, прежде чем подпрыгнуть на кровати. Та обрадованно скрипнула. Алана зажмурилась, чтобы не видеть ухмылки Норда, и подпрыгнула опять. Чувствовала она себя при этом настоящей дурой.

И, видимо, Норд тоже это понял. Потому что ухитрился дотянуться до девушки и дернул ее на себя. Алана лишь вскрикнула от неожиданности, падая на мужчину. А тот положил руку ей на поясницу, не давая подняться и шепнул на ухо:

— Подсмотреть за нами не могут, я проверил, а вот подслушать — запросто. Ты же прыгаешь так, словно ребенок дурачится. Где ритмичность? Где стоны? Ну же, изобрази страсть, я же сейчас, по логике, должен тебя, кхм, наказывать.

— По какой логике? — Алана пыталась вывернуться, но рука Норда надежно прижимала ее к его груди, словно лягушку.

— По мужской. — с самым серьезным видом ответил он. — Так, или ты начинаешь тут изображать страсть к любимому мужу, или все будет по-настоящему!

— Я не умею! — прошипела девушка, обмирая от поднимающегося изнутри ужаса пополам с чем-то еще, чему не было объяснения. Норд хмыкнул и чуть вздернул бровь. Девушка уже готова была провалиться сквозь корабль, лишь бы подальше от такого взгляда.

— Ладно, — решил мужчина, — верю. Но делать что-то надо.

— Мы могли просто уснуть. Мы же устали.

— Это ты устала, а я пьяный и злой. Мне надо выплеснуть агрессию. По примитивной логике тех двух, в каюте, мы давно тут должны трахаться, как кролики. Я не предлагаю громко орать, но пару стонов то издать надо.

Все еще лежа на Норде, Алаа попыталась постонать, но при первых же звуках мужчина попросил заткнуться и не изображать раненную чайку.

— Ладно, хотел я по — хорошему, но видимо никак. — проговорил он. Девушка не успела еще осознать смысл фразы и насторожиться, а рука Норда уже скользнула ей на затылок, спустилась к шее. Сильные пальцы быстро отыскали какие-то точки и надавили.

Алана заорала, но вовсе не от блаженства, а от боли.

— Ошибся немного. — не смутился мужчина и чуть сдвинул пальцы, вновь надавливая. На этот раз, видимо, попал, куда следует, потому что девушка вдруг вздрогнула и едва слышно простонала. Непонятно откуда взявшаяся волна томления прокатилась по телу, заставляя плотнее прижаться к Норду. И если поначалу Алана еще попыталась сопротивляться, то уже после второго легкого нажатия куда-то в район копчика, сдалась и застонала уже в голос, прижавшись лбом к груди мужчины. Нарастающее желание давило, заставляло умолять о… девушка сама не знала, о чем. И закусила губу, чтобы промолчать. Но стоны то и дело вырывались, с каждым разом все громче. Пальцы на шее и спине обжигали прикосновениями, их касание заставляло внутри все сворачиваться в какой-то тугой и чуть болезненный узел от желания.

Закончилось все так же внезапно, как и началось. Возбуждение, сконцентрировавшееся внизу живота, вдруг стало слабеть, пока окончательно не исчезло. Ошеломленная Алана подняла голову, чувствуя, как рубашка прилипла к спине, а ноги подрагивают.

— А теперь можно и спать. — Норд убрал руки, давая девушке скатиться на кровать, между ним и стеной. — Думаю, после такого концерта, те, кто слышал, курят и выдыхают.

— Что это было? — Алана вытянула перед собой руки: пальцы слегка дрожали, да и внутри еще все продолжало постепенно успокаиваться.

— Что ты со мной сделал? Ты меня…

— Размечталась. — Норд зевнул и снова закинул руки за голову. — Просто я знаю, как надавить и куда. Ну… почти знаю. Без банков памяти все же сложновато. Ты чего? — он заметил, как темные глаза собеседницы налились слезами. Затем послышался всхлип, а потом девушка закрыла лицо руками и затряслась в беззвучных рыданиях.

— Какого черта? — раздраженно зашипел мужчина. — Я ничего с тобой не сделал!

— Сделал! Ты заставил меня испытывать то, что я не хотела!

— Хорош выть! — нет, он явно не собирался извиняться или жалеть девушку. — Нам надо было сыграть, я предлагал тебе изобразить самой. Что оставалось сделать? Я выбрал самый щадящий вариант. Или ты предпочла бы секс?

Все еще продолжая всхлипывать, девушка замотала головой. Стыдно за то, что так быстро сдалась, за то, что почти готова была умолять продолжить. Алана еще сильнее сжалась в комок, сильнее всего на свете желая сейчас оказаться далеко отсюда.

Она услышала, как тихо хлопнула дверь и вскинула голову: Норд вышел из каюты. Надо же, даже не почувствовала, как он встал. Алана вытерла ладонью слезы и шмыгнула носом. Потом легла на кровать, поджав ноги к груди и замотавшись в одеяло, укрываясь им от всего снаружи. От Норда извинений она не ждала.

— Ненавижу! — прошипела внезапно и, приподнявшись на локте, швырнула подушку Норда в дверь. Та мягко ударилась и упала на пол, а на душе у Аланы стало чуть легче. Словно импровизированный снаряд попал в наглую морду мужчины.

Девушка вновь легла, надеясь, что Норд обратно не явится. Потому что она ничего не может ему сделать.

Вот это и пугало. Девушка вдруг особенно остро ощутила беспомощность. С ней играли. Норд давал ей подобие воли, снисходительно выслушивал какие-то выпады, но в такие вот моменты плевал на ее мнение. И делал то, что считает нужным.

«Бесит!» — Алана зажала уши руками, словно это могло помочь успокоиться. Шея все еще ощущала прикосновение пальцев Норда, а организм намекал, что на самом деле проснувшееся возбуждение никуда особо не делось. Отвратительно и мерзко! Это же один из Богов. Один из тех, кто «выпивает» их и считает просто скотиной.

После откровенного разговора, после того, как Норд сообщил, почему и что он ищет, на какое-то мгновение Алана подумала, что ошиблась. Что ей каким-то чудом достался «вменяемый» Бог. И она даже, о ужас, увидела в нем симпатичного мужчину, защитника.

Пока этот защитник не показал ей, что она для него просто временная забава, мнение которой можно даже не спрашивать.

Окончательно запутавшись в своих мыслях и чувствах, еще немного поплакав, Алана все же уснула.

Норд в эту ночь в каюту так и не вернулся.

* * *

— Научи меня как следует обращаться с ножом. — этой фразой Алана встретила Рига утром в капитанской каюте. Она проснулась рано и, быстро одевшись, решила побыстрее удрать на камбуз, чтобы не встречаться с Нордом. И там нос к носу столкнулась с хмурым и лохматым Ригом, сидевшим на диване и потягивающим какой-то крайне вонючий отвар.

— Перебрал вчера. — сообщил он замершей девушке. Та сначала смутилась, вспомнив о вчерашнем представлении, но все же в руки себя взяла. И попросила как можно быстрее начать ее учить.

— Да легко. — Риг сплюнул на самоочищающийся ковер. — Давай после обеда я тебя украду у Хакана. Но учти, спуску не дам.

— И не надо. — процедила сквозь зубы девушка. Норду об уроках самообороны она говорить не собиралась. И больше быть беззащитной не хотела, хватит. Если до случая в портовом городе девушка словно плыла по течению, смиряясь с положением заложницы, то затем внутри нее что-то сдвинулось. Совсем немного, но больше Алана не собиралась изображать личного шута для Норда. Сбегать не будет, раз дала слово, но и вертеть собой не даст. По крайней мере Алана надеялась, что у нее получиться.

На камбузе она готовила с каким-то злобным воодушевлением. Даже Хакан, пару раз покосившись со своего места у плиты, не выдержал и пробасил:

— С мужем поругалась?

— С чего ты решил? — девушка обрушила нож на несчастные овощи, так что те мигом превратились в мелко накрошенные останки.

— Ну ты пару раз прошипела «получай, паскуда», перед тем, как порубить морковь. — хохотнул мужчина. — Темпераментная, а? Ничего, муж и жена — одна сатана, так гласит древняя пословица. Ругаться можно, а вот расставаться лучше не стоит.

— Не стоит? Что-то я ваших жен тут не вижу. И подруг тоже.

Хакан чуть нахмурился и посмотрел в булькающий котел, от которого шел густой запах рыбного супа.

— Ну не все женщин хотят мотаться по морю, наши предпочитают сидеть дома. А вот жена капитана, та часто с нами ходила за товаром. Мне помогала. Если что — врачевала. Такая женщина!

— А где… — начала было девушка, но умолкла, почувствовав неладное. Или, может, заметив нахмуренные брови собеседника. Тот, впрочем, понял ее вопрос.

— Год назад в нашем городе была Охота. Многие тогда погибли.

— Какая еще охота?

— В смысле какая? — в свою очередь удивился Хакан. — Дикая Охота, когда демоны падают с небес и убивают всех подряд, пока не насытятся кровью.

Алане показалось, что у нее начались слуховые галлюцинации. Демоны с неба? Это еще что за напасть?

— Демоны? — уточнила она осторожно. — Такие красивые да? В каких-то штуках прилетают прозрачных?

— Именно! Иногда просто забирают людей, а иногда устраивают кровавые побоища. Погоди, — мужчина развернулся грузным телом к ошеломленно моргающей девушке. — У вас такого нет что ли?

— Вообще есть, только они обычно просто людей забирают. — пробормотала Алана, начиная злиться. Так как под рукой был только один Бог, то вся злость сконцентрировалась в его сторону. Что он там говорил? «Мы дали вам спасение от болезней, убрали войны, а взамен просим не так уж и много?» — девушка едва не зарычала от бешенства. Ничего себе «немного»!

Не имея выхода, возмущение продолжало копиться, так, что к обеду девушка сама себе напоминала накрытую крышкой кипящую кастрюлю. Еще немного и пар со свистом начнет вырываться отовсюду. Понятное дело, что в таком настроении для Аланы буквально спасением стало первое занятие с Ригом. У иных людей злость затмевала разум, а вот Алана, наоборот, стала сосредоточенной и внимательной.

Они занимались на задней части корабля, сразу за каютой капитана. Риг мимоходом обмолвился, что Бенс и Норд ушли в трюм, осматривать товар, и Алана успокоилась: не хотела, чтобы Бог был в курсе ее занятий.

Как правильно держать нож, девушка уловила сразу, чем явно удивила Рига. Тот отдал ей один из своих кинжалов: с прямым довольно широким лезвием и простой рукояткой в кожаной оплетке. Девушке понравилась его успокаивающая тяжесть в руке, она почувствовала себя немного защищенной. Хотя в душе понимала, что это самообман: один раз на Норда уже нападала с ножом наперевес, помнила, чем все закончилось.

Тем не менее за обучение она взялась рьяно, не заметив, как пролетели три часа.

— Все! — Риг в очередной раз легко отбил неуклюжий выпад девушки и хлопнул в ладоши. — Все, все, все, хватит на сегодня, расслабься. Что-то ты прямо злющая, как кошка дикая.

Алана остановилась, тяжело дыша и смахивая с лица выбившиеся их прически темные пряди. Три часа почти беспрерывной тренировки слегка уменьшили злость, так что Норда теперь убить не хотелось. Разве что попинать немного по ребрам, от всей своей «экзотической» души. С шумом выдохнув, девушка протянула нож Ригу, но тот мягко отодвинул его в сторону.

— Пока держи у себя, вдруг захочешь немного потренироваться в одиночестве. — темно-серые глаза смотрели мягко, но внимательно. — Да и вообще, мало ли… вдруг понадобится.

Алана незаметно сглотнула, прекрасно уловив подтекст. И, пробормотав слова благодарности, поспешила спрятать нож в голенище ботинка.

— Пойдем. — Риг стоял, скрестив огромные руки на широкой груди. — Я голоден, как собака. — он вдруг протянул одну руку Алане и добавил. — Аккуратнее, сегодня качка сильнее, ты вон сколько раз едва на палубе не оказывалась.

Он был прав: море сегодня волновалось сильнее, и палуба под ногами Аланы периодически ходила ходуном так, что девушка с трудом удерживала равновесие. Тогда как Риг и остальные передвигались с таким видом, словно гуляли по спокойной земле.

Поколебавшись, девушка приняла предложенную руку. Ее пальцы буквально утонули в руке мужчины, а тот вдруг спросил:

— Муж не обижает?

— Э-э-э, нет. — поспешила проговорить Алана, не желая конфликта. Еще вдруг решит вступиться за нее и что тогда? Норд же беднягу голыми руками пополам сломает, даром, что Риг больше и шире раза в полтора.

Увы, кажется, мужчина расценил ее торопливый ответ по-своему. Потому что покачал головой и пошел вперед, поддерживая девушку.

— Главное не бойся. Ты мне не кажешься женщиной, которую можно оскорбить и ударить. Ты такая… настоящая.

— Спасибо. — буркнула Алана. — Но правда все в порядке. Мы немного… повздорили, но это нормально.

Риг как-то странно дернул щекой, но промолчал. И все так же молча дошел вместе с девушкой до капитанской каюты, дверь в которую распахнул пинком.

— А вот и наша краса корабельная. — Бенс поднял только что открытую бутылку. — И мой… помощник, мерзкая ты скотина. Только муженька твоего не хватает.

— А где он? — девушка присела на диван, вытягивая гудевшие ноги. Риг тут же прикипел к ним взглядом, усевшись напротив, неподалеку от капитана.

— Тебе в подробностях? — хмыкнул капитан. — Придет сейчас, а ты пока отдохни, что-то какая-то бледная. Загоняли?

Он подмигнул вспыхнувшей Алане, которая поняла, что капитан имел в виду явно не работу на камбузе и не тренировку.

«Как же я ненавижу Норда!»

Бог явился довольно скоро, довольный и словоохотливый. Пока Алана неторопливо ела, с трудом разрезая жесткое мясо, мужчины обсуждали какие-то руины, про которые рассказал Норд. По его словам, он случайно обнаружил их во время путешествия между городами.

— Помнишь, милая? — повернулся он к Алане. Та едва не поперхнулась и закивала, торопливо запивая кусок кислым вином.

— Заманчиво, конечно. — почесал затылок Бенс. — Но от моря далековато. И там рифы, небось?

— Не скажу, я от моря проходил довольно далеко. — Норд откинулся на спинку скрипнувшего дивана, а девушка ощутила, как его рука стальным кольцом сжала ее плечи. — Но штуки там реально клевые. Милая, помнишь, те фонари, которые заряжались от солнца и могли светить несколько дней?

— Помню. — девушка мысленно пощекотала ножом ребра наглому Богу. А тот продолжал, как ни в чем не бывало, обнимать ее и рассказывать про удивительные находки в руинах. А капитан с Ригом слушали, в их глазах все сильнее разгорался интерес. Хотя второй нет-нет, да переводил взгляд на Алану. И огонь в его глазах тогда становился в разы сильнее.

— Зачем ты им врал? — хмуро поинтересовалась девушка, когда Норд увлек ее на палубу. Корабль окутывал густой влажный мрак, пахнущий морем. Лишь несколько тусклых шаров освещало палубу. Невидимое море рокотало за кормой, его брызги порой попадали на губы девушки, и она машинально облизывала их, чувствуя горько-соленый привкус. Норд стоял рядом, прислонившись к мачте. Тогда как Алана, чтобы не шататься, вынуждена была держаться за ближайшие ванты.

— Я не врал. — Норд огляделся и вдруг проговорил. — Кажется, вчерашние мои действия тебе не понравились.

— Извиниться что ли хочешь?

— Нет. Просто в следующий раз я скажу тебе, что собираюсь делать, чтобы ты морально подготовилась.

— В следующий раз? — взвилась девушка. — Да будь моя воля, ты бы ко мне своими лапами кровавыми не прикоснулся бы!

— Опять старая песня.

— Новая! Душ вам мало, да? Вам еще и кровь подавай! Сделали из нас зверюшек для охоты? — девушка сжала сырые ванты так, что ладоням стало больно. Как же подмывало выхватить нож и убрать с лица Бога скучающее выражение.

— А, ты об этом. — Норд не высказал ни малейшего удивления. — Ну, во-первых, вы сами сделали из себя зверюшек. Во-вторых, Боги тут не при чем. Мы не станем уничтожать полезные ресурсы бессмысленной бойней. Я же говорил тебе, что мы — меньшее зло?

— Еще скажи, что вы вообще желаете нам только добра!

— Нам было плевать на вас, пока мы не поняла, какую вы несете в себе ценность. — Норд вдруг подался вперед, к девушке и обхватил ее подбородок пальцами, заставляя смотреть себе в глаза. Там словно похрустывали мятного цвета льдинки. — Никто из нас не называет вас людьми, вы этого недостойны. Вы хуже зверей, вы — тупой скот, который живет и размножается, не задумываясь о завтрашнем дне. Никогда никто из нас не устраивал бойню. Вы сами занимаетесь грабежами и разбоем во время Сборов! А потом сваливаете на нас и называете демонами.

Он тряхнул подбородок Аланы так, что у нее стукнули друг о друга зубы и практически прошипел:

— Ты выросла в одной из самых благополучных и скучных Зон. Поверь, вокруг тебя — ад. И устроили его вы сами.

Оба замолчали, то ли переводя дыхание, то ли стараясь успокоиться. Алана попыталась дернуть головой, но пальцы Норда лишь еще сильнее сжали ее подбородок. Освещенный покачивающимся фонарем, Бог выглядел злым. То ли из-за чуть прищуренных зеленых глаз, то ли из-за плотно сжатых губ, на которые Алана вдруг уставилась едва ли не с ужасом. Она сама не могла понять, что ее насторожило. Вокруг продолжал посвистывать ветер, где-то наверху хлопали паруса, да порой под ногами поскрипывала палуба. Где-то неподалеку слышались нетрезвые голоса моряков, но девушке вдруг показалось, что они находятся в другом мире. А вокруг нее и Норда образовалась звенящая напряжением пустота.

Ей пришлось привстать на цыпочки, когда мужчина вдруг потянул ее за подбородок. Все выше и выше, вытягиваясь почти до боли в спине.

Словно завороженная, девушка наблюдала за тем, как сокращается расстояние между ее губами и губами Норда. Уже чувствовала на щеке его дыхание, от которого вдруг начали подгибаться ноги. А, может, от понимания, что ее сейчас убьют?

Мир вокруг сузился до небольшого окошка, которое становилось все меньше и меньше. Последнее, что почувствовала Алана, перед тем, как упасть в обморок — прикосновение теплых чужих губ.

Глава десятая

Норд моргнул, когда увидел, как глаза девчонки закатились, а сама она обмякла у него в руках. Лишь спустя мгновение, мужчина понял причину внезапного обморока и едва не рассмеялся. Бедняжка явно решила, что он сейчас ее «выпьет». И ведь ей в голову не могло прийти, что он в какой-то момент поддался непонятному стремлению ее поцеловать.

Норд выпрямился, держа девушку на руках. Странный порыв прошел, но мужчина выводы сделал: все же атака и проникший вместе с ней вирус нанесли ему куда больший ущерб, чем он предполагал. Такие вот порывы могли означать лишь одно: начал плохо контролироваться уровень гормонов.

Риг появился, когда Норд подходил к капитанской каюте, решив уложить Алану и дать ей отдохнуть. Помощник капитана появился откуда-то из-за составленных друг на друга бочек и тут же уставился на безвольно лежавшую на руках мужчины Алану. Со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы и процедил:

— Что с ней?

— Переутомилась. — Норду не понравилось, что Риг загородил ему проход в каюту. — Ночь поспит и все пройдет. — добавил он, надеясь, что до субъекта дойдет по-хорошему и он отодвинется.

Не дошло. Риг продолжал стоять, засунув большие пальцы за пояс и мрачно разглядывая то Норда, то Алану.

— Не люблю, когда обижают женщин.

— Серьезно? — дернул краем губ Норд. — Или ты хочешь думать, что не любишь этого?

Голоса в голове, притихшие было после «выпитого» сутенера, вдруг зазвенели опять, подсказывая, искушая. Норд лишь на мгновение представил, как все можно сделать. Они здесь одни, их не никто не видит. Бросить девчонку на пол, провести подсечку и быстро «выпить» Рига, а тело потом за борт. И все.

Внезапно Риг шагнул в сторону. И когда Бог со своей ношей проходил мимо, негромко проговорил:

— Иногда я думаю, что наш капитан слишком бесхребетный тип, который соглашается брать на борт всякую сказительскую шваль.

Норд даже не повернул головы и скрылся в темноте каюты, заставив Рига стоять и сжимать кулаки. Вот уж на оскорбления от скота мужчине было глубоко наплевать. Он прекрасно знал, что превосходит помощника капитана во всем, и реагировать на его нападки считал ниже себя.

В каюте, не став зажигать свет, Норд уложил Алану на кровать, сам присел рядом и запустил пальцы в потайной карман на ремне. Семь золотисто-прозрачных капсул легли на покрывало. Одну за другой мужчина прикладывал к своему запястью, выжидал, пока содержимое всосется под кожу, а оставшуюся оболочку просто кидал на пол, где она в течении пары минут распадалась на молекулы.

Голоса чуть притихли, затаились. Облокотившись спиной о стену, Норд глубоко вдохнул. Не было той мгновенной вспышки эйфории, которой сопровождалось «выпивание», скорее — слабый ее отблеск.

Семь капсул. Значит, где-то через три приема придется брать уже восемь, а то и больше. Норд прикрыл глаза, уже привычно сканируя состояние организма. Где-то в глубине прятался вирус, медленно убивавший его. Странное состояние, непривычное: понимать, что ты вдруг стал уязвим. Интересно, скот ведь постоянно чувствует свою беспомощность. Как им живется?

«Ты не прав, — голос в голове звенел дурным комаром, — они только вас, людей, боятся. А друг против друга выступают петухами»

«За грехи твои, — взвизгнул какой-то старческий тон на краю сознания, — ощути теперь и себя скотом. Погоди, организм еще свое потребует, спариваться захочешь, жрать от пуза и убивать ради забавы»

«В руки себя взял, — перебил его ровный женский голос, — видимо, вирус ускоряет распад личности. Просто выпей кого-нибудь и тебе станет легче»

Пришлось принять еще три капсулы, прежде чем настырные голоса поблекли, а затем и вовсе исчезли.

* * *

Последующие десять дней на корабле прошли довольно скучно. По крайней мере, для Норда, который только и занимался тем, что обсуждал с капитаном находки в руинах, пил, демонстрировал отличные знания навигации, опять пил, обсуждал женщин, пил… и даже чуть удивлялся здоровью Бенса. Ладно он — нанороботы моментально расщепляли попадавший в желудок алкоголь на безобидные составляющие, но как капитан мог вливать в себя такое количество отравы и при это оставаться на высоте — Бог этого не понимал. Подумав, он решил, что это своеобразный способ самоубийства. Потому что Норд из разговоров с капитаном понял, что тот скучает по погибшей жене. С каждым днем все сильнее.

Что касается Аланы, то девчонка продолжала его удивлять. После обморока, очнувшись, она сначала попыталась удрать из каюты, но Норд ее легко перехватил и кратко пояснил, что убивать ее он не собирался. А тот порыв всего лишь гормональный сбой, который пройдет, когда он вылечится.

— Так это правда? — спросила тогда Алана. — Что раньше люди целовались губы в губы?

— Лично это практиковал. — кивнул Норд. — Приятное занятие, прелюдия к половому акту или показатель симпатии к человеку.

— Но если бы ты меня поцеловал, то забрал бы душу!

— Нет. Процесс забора души происходит только, когда я этого хочу, а не потому что мои губы касаются твоих. — Норд мысленно хохотал от абсурдности ситуации. Сидит человек и объясняет глупенькой самке, что такое поцелуй.

Кажется, такое уже было с ним. Очень давно. В голове всплыла и тут же исчезла черно-белая картинка: большое помещение с кучей столов и дети. Много шумных детей. Еще один отголосок прошлого.

Количество капсул за прошедшие дни подскочило до двадцати, вместо предполагаемых десяти. В два раза. Норд подозревал, что все дело в вирусе, который продолжал подтачивать его изнутри. Но пока мужчина не начинал жить в прежнем «божественном» режиме, не давал о себе знать.

В отличие от голосов, которые теперь почти замолкали. Успокаивались они ненадолго после приема капсул, но и то продолжали едва слышно бубнить что-то на границе сознания. А когда Норд осознал, что начинает мысленно с ними спорить, то всерьез забеспокоился за успех экспедиции. До последних событий его психика была вполне стабильна, насколько она вообще может быть у них. Сейчас же, видимо под действием вируса, все начинало разваливаться. Свое сознание Норд воспринимал сейчас как старый покосившийся дом: еще стоит, но внутри прогнил и все сильнее расшатывается.

«Сначала просыпаются самые примитивные инстинкты, за счет резкого прыжка гормонов», — примерно так рассуждал Норд в одну из ночей, когда проснулся от прилива возбуждения. Короткий взгляд вниз подтвердил: у него образовался самый обычный «стояк». Причем голоса в голове визжали и требовали немедленно удовлетворить пробудившиеся инстинкты, благо и самочка была под рукой. Алана тогда спала и не знала, что Норд больше часа пролежал, кусая губы и чувствуя, как простыня под ним становится влажной от пота. Руки сами собой тянулись в сторону мирно спавшей девушки, только потрогать, коснуться.

Невероятным усилием воли Норд сдерживал себя, пока нанороботы не вернули организм в норму. Не сорвался мужчина только из гордости: в конце концов, он же человек, а не скот. Он не должен идти на поводу у низменных желаний.

А еще его слегка волновало то, что Алана много времени проводит с помощником капитана. Норд сразу же понял, что мужчина обучает ее обращению с ножом и даже сначала порадовался: пусть отвлечется и выплеснет свои эмоции во что-то полезное. Потом мнение поменял: общение Рига с девушкой становилось слишком личным. Пару раз Норд замечал как тот, словно в пылу разговора, берет Алану за руки, или приобнимает за плечи. Буквально на пару секунд, но тем не менее…

— Не ревнуешь женушку? — поинтересовался как-то капитан поздним вечером, когда они стояли на носу корабля. Норд смотрел на волновавшееся море и лишь моргал, когда на лицо попадали холодные брызги.

— Не ревную, я ей верю.

— Ей-то я тоже верю. — вздохнул Бенс, болтая остатками вина в бутылке. — Ладно, чужая душа — потемки. Но она у тебя молодец, бойкая. Я ей тут грешным делом ножны подарил. Под рукавом крепятся. Хитрое устройство, мастер один делал, пока его во время Охоты не забрали.

Норд становился все более задумчивым, всерьез размышляя над возможностью под покровом темноты «выпить» Рига и вышвырнуть тело за борт. Тем более погода последние три дня начала сильно портиться: порывы сильного ветра порой раскачивали корабль так, что он принимался скрипеть и потрескивать. Так что Норд всерьез обдумывал вариант с «не удержал равновесие, упал за борт, сожрали акулы». А заодно выжидал удобного случая. Ведь пьяному легче свалиться за борт, нежели трезвому. Но Риг, как назло, все дни ходил трезвый и постоянно либо в компании Аланы, либо с моряками.

Это произошло на четырнадцатый день путешествия. С утра ветер вдруг стих, так что паруса бессильно обвисли. Солнце спряталось в какой-то дымке, но воздух все равно казался раскаленным, душным. Многие моряки разделись, оставив лишь доходившие до колен штаны, часто обливались водой. Корабль буквально замер посреди переставшего волноваться моря.

Норд всей кожей ощущал непонятную наэлектризованность вокруг, так что волоски на руках вставали дыбом. Устроившись на бочках, карауля решившую принять импровизированный душ Алану, мужчина внимательно оглядывал горизонт.

— Будет шторм. — проговорил подошедший Бенс. От капитана сильно пахло вином, но на ногах он держался вполне твердо, да и язык не заплетался.

— Будет. — согласился Норд, продолжая вглядываться в горизонт. — Там земли.

— Зрение у тебя… — капитан одним словом выразил восхищение. — Да, там граница Запретных Земель. Ну их на хрен, мы туда не суемся. Рифы, скалы, да и граница слишком близко к морю. Ничем не поживишься.

Он постоял, тоже разглядывая горизонт. Норд продолжал сидеть, упираясь затылком в бочки. Сегодня голоса в голове притихли, словно в ожидании шторма. Но он все равно их слышал, пару раз даже пытался спорить, но вовремя себя одергивал.

— Гребаный шторм! — с чувством выругался Бенс, стукнул пару раз по ближайшей мачте и ушел к себе в каюту. В последнее время оттуда он выходил редко, предпочитая указания отдавать через Рига. Пару раз Норд, из своей каюты, борясь с инстинктами и голосами, слышал, как капитан беседует с погибшей женой. И в какой-то степени Бог понимал его и даже слегка привязался.

Медленно текли минуты, растягиваясь в густом киселе нагретого воздуха. Влажная жара капельками выступала на коже, проникала в легкие. Норд чуть пошевелился и произнес негромко:

— Еще пять минут и я тебя вытащу, даже если будешь раздета.

За импровизированным пологом из грубого темного материала послышался торопливый плеск. Алана его явно уже хорошо изучила и знала, что он именно так и сделает. Норд едва заметно улыбнулся: их молчаливое противоборство его забавляло.

Послышался шорох натягиваемой одежды, полог взметнулся и показалась Алана. На ходу отжимая волосы, она покосилась на Норда.

— А мы скоро доберемся до места?

— Примерно через неделю, сейчас мы огибаем ЭЗЗ.

— Чего?

— Экспериментальную закрытую зону. — пояснил Норд. — Место, куда лучше не соваться.

— Хочу на берег. — призналась вдруг девушка, видимо, на время забыв про вражду. — Мне надоела эта еда: рыба и жесткое мясо, да кучка вареных овощей! Мне надоело ходить так, словно пьяная, мне надоели эти подмигивания матросов.

Она тряхнула мокрыми волосами и, не оглядываясь, ушла в каюту. Норд тут же отметил, что за десять дней занятий с Ригом, девушка стала двигаться по-другому, более плавно. И уже не хваталась за все подряд предметы, чтобы удержаться на ногах.

Мимо прошел Риг с боцманом, скрылись в каюте капитана. Плотник не спеша прошелся вдоль борта, посмотрел вниз и сплюнул в воду.

Норд вдруг сел прямо и пригляделся внимательнее. Вот несколько матросов встали рядом с каютой капитана, о чем-то негромко переговариваясь. Вот еще одна компания не спеша приближалась с противоположного конца корабля. Плотник вернулся и присоединился к первой группе.

Норд медленно встал и пошел в сторону капитанской каюты. И не удивился, когда одна из групп перегородила ему путь.

— Проблемы? — поинтересовался мужчина у матросов. Те сегодня были другие: мрачные, сосредоточенные.

— Капитан занят. — сообщили ему. — Стой тут.

— Я хочу пройти в свою каюту. — Норд говорил мягким тоном, производя впечатление вежливого и неконфликтного пассажира. — Это можно?

— Стой тебе сказали. — рявкнул кто-то в ответ. — Если невтерпеж, то это не в каюту, а в гальюн.

Грубая попытка шутки не вызвала ни у кого и тени улыбки. Все собравшиеся явно чего-то ожидали, то и дело косясь в сторону двери, за которой скрылись Риг и боцман.

Норд машинально отметил, что среди толпы не видит Хакана и судового врача.

* * *

Алана каждой клеткой тела ощущала, как звенит внутри нее энергия. Если в первые дни работа на камбузе плюс тренировки с Ригом ее утомляли до такой степени, что сил хватало доплестись до каюты и заснуть, то теперь все изменилось. Девушке казалось, что она даже стала двигаться по-другому. А еще душу грела тайна: прикрепленные к плечу правой руки ножны из гибкого полупрозрачного материала, подаренные Бенсом. Сначала Алана не хотела принимать подарок, но капитан так рыкнул, что руки потянулись сами собой. Ножны были необычными. Они сами прилипли к коже, стоило их приложить к плечу.

— Если ты вот так напряжешь мышцы, — показал Бенс, — то кинжал через это отверстие внизу сам собой соскользнет тебе в руку.

— Это из руин?

— Из них, родимых. Но один мастер… он наловчился переделывать подобные штуки. Вот и эти подогнал по размеру. Они раньше моей жене принадлежали. — капитан задумался и взмахом руки показал девушке, чтобы убиралась. Алана лишь сочувствующе вздохнула и умчалась в каюту — тренироваться. Через несколько дней наловчилась так, что кинжал с первого раза попадал ей в руку. Главное было поймать так, чтобы не порезать ладонь.

Сегодня, одурев от духоты, девушка не выдержала и раньше времени удрала с камбуза, пожаловавшись на головокружение. На палубе поискала Рига, но тот словно сквозь землю провалился, что Алану даже порадовало. Штиль и зной сделали ее вялой и ленивой, так что даже думать о тренировке не хотелось. Так что, воспользовавшись свободным временем, девушка, скрепя сердце, попросила Норда помочь ей с душем. А точнее — набрать пару ведер морской воды и сделать импровизированную загородку. Пусть на палубе сегодня практически никого не было — Алана не собиралась светить своей фигурой всем на забаву.

Норд, как ни странно, согласился помочь. Молча добыл ведра с водой, молча натянул найденный где-то темный водозащищенный материал, потом сообщил, что у Аланы двадцать минут и уселся неподалеку.

Помывка морской водой, с коричневым куском мыла, взятым у капитана — удовольствие, конечно, сомнительное, но Алана находилась на вершине блаженства. Она едва не содрала верхний слой кожи, до скрипа отмыла волосы и с легким отвращением натянула насквозь пропотевшие брюки и рубашку. Увы, ее гардероб на корабле не мог похвастаться разнообразием.

Торопливо застегивая ботинки, девушка порадовалась, что уложилась в отведенное время. С Норда стало бы вытащить ее в чем мать родила и в таком виде оттащить в каюту. Последнее время мужчина вообще был странный. Он много разговаривал с капитаном, а вот с Аланой предпочитал или молчать, или рассказывал истории из прошлой жизни, которая казалась девушке сказкой. Иногда страшной, иногда веселой, но неизменно интересной.

На ходу отжимая мокрые волосы, Алана мышкой проскочила каюту капитана, который сидел на стуле у иллюминатора и о чем-то думал, и очутилась в своем «доме». Здесь было чуть прохладнее, чем на палубе, где уже практически невозможно было дышать.

Алана долго расчесывала волосы, прикрыв глаза и едва ли не мурлыча. В последнее время она научилась ловить такие вот редкие моменты блаженства. Потом подергала подол рубашки и, недолго думая, завязала его узлом на талии. После чего устроилась на кровати и немного поразвлекалась, заставляя нож выпадать из ножен ей в руку. А заодно представляла, какое лицо будет у Рига, когда она ему продемонстрирует такой фокус. Девушка специально никому не говорила о подарке капитана, решив удивить и Рига, и Норда. Особенно последнего. Алане не терпелось увидеть изумление на лице у непрошибаемого Бога.

Дверь в каюту она не стала плотно закрывать, поэтому донесшийся разговор услышала отлично.

— Капитан, я хотел поговорить с тобой. — она узнала голос Рига и зевнула, думая, подремать или не стоит. Погода давила на виски и затылок.

— Вдвоем? — откликнулся Бенс. — Что-то случилось?

— Случилось. — третий голос девушка тоже узнала: боцман по имени Нокс, не слишком приятный тип, вечно провожавший ее масленым взором. — Давно случилось, капитан. С тех пор, как ты перестал уважать своих людей.

— Пасть закрыл. — посоветовал ему Бенс. — Какого черта вы приперлись? Ну!

— Капитан, — почему-то тон Рига заставил Алану потерять сонливость и лень, — мой брат предлагал тебе отличную сделку, а ты отказался. Там были хорошие деньги. Люди недовольны твоим решением.

— Люди или ты? Мои люди не станут торговать рабами, ясно?

Беседа стала принимать интересный оборот. Настолько, что Алана бесшумно слезла с кровати и на цыпочках подкралась к двери, желая расслышать все до мелочей. Риг предлагает торговать рабами? Девушка потрясла головой, не в силах поверить в сказанное.

Она осторожно приникла к широкой щели между косяком и дверью. Отсюда была видна часть капитанской каюты, а вот собеседники оставались вне поля зрения.

— Твои люди? А ты уверен, что они твои? — послышался легкий шорох, а затем чуть изменившийся голос Бенса

— Вот так значит? Бунт?

— Просто согласись с предложением и останешься на своем месте.

— Что ты пообещал им? Деньги? Часть девчонок-рабынь? Да я лучше сдохну, чем буду слушать твои гнилые советы, ублюдок…

Послышался шум, странный треск, а затем глухой звук падения чего-то тяжелого. В поле зрения Аланы очутилось лицо капитана, на котором застыло презрительное удивление. Бенс лежал на ковре, а девушка зажала себе рот обеими руками, сдерживая крик ужаса. Но все равно короткий взвизг вырвался, который услышали те, кто был в каюте. Послышались тяжелые шаги, затем показался Риг. Алана метнулась обратно в каюту, пытаясь захлопнуть дверь, но от сильного рывка полетела на пол, ударившись локтем и задницей.

— А, ты здесь. — Риг протянул девушке руку. — Не ушиблась?

Алана, продолжая сидеть на полу, попыталась отползти подальше.

— Ну, черт подери, женщина. — он взял ее за руку и дернул на себя. — Эй, не пинайся, я тебе просто помог встать.

— Ты убил капитана! — прошипела девушка, пытаясь вырваться. Но Риг, крепко сжав ее руки, потащил ее за собой, приговаривая:

— Все нормально, он оказался слабым. Больным и слабым, к тому же скучал по своей жене. Ха! Да я ему одолжение сделал, что отправил к ней. Да прекрати ты! — прикрикнул он, когда затылок Аланы едва не вмял его нос в череп. — Огребешь ведь!

Девушка притихла, не столько устрашенная обещанием, сколько решив выждать удобный случай.

— О, девка! — Нокс деловито обшаривал ящики капитанского стола, носком отпихивая лежавшего Бенса, когда слишком мешал. — Сла-а-адкая.

— Пасть захлопни. — посоветовал Риг, волоча Алану за собой. Ту передернуло, когда боцман, втайне от мужчины, продемонстрировал ей какое-то движение, явно показывающее, что бы он с ней сделал наедине.

А на палубе собрались все матросы. Алана сразу вычленила взглядом Норда: тот стоял, окруженный людьми, бесстрастный и словно думающий о чем-то о своем. При виде девушки в компании Нокса и Рига, чуть вздернул бровь, но этим и ограничился.

— Капитан не согласился с моим предложением. — громкий голос Рига разнесся над кораблем. — Теперь я — ваш новый капитан.

Матросы зашумели: возбужденно, радостно.

— А девка? — выкрикнул кто-то. — Или нам ждать тех, что ты обещал?

— Девчонка — моя. — от этих слов Алана пискнула и с отчаянием рванулась к Норду. Но ее сжали до хруста в ребрах и проговорили.

— А муженька — в кандалы и в трюм. Красавчик-сказитель многим придется по вкусу.

Раздался дружный хохот, который перекрыл спокойный и чуть ленивый голос Норда.

— То есть, до места вы нас не доставите?

— На твоем месте, — сообщил ему Нокс, похрюкивая от собственного остроумия, — я бы уже сейчас начинал всех вокруг называть хозяевами. Не, ну если не согласен, то вон борт — сигай к рыбам и вплавь туда, куда хотел.

— Легко. — произнес Норд. — Но только вместе с ней. — он кивнул на Алану. Та посмотрела на него красноречивым взглядом, предлагая уже перестать придуриваться, а начать действовать. Ей не нравилось быть прижатой к боку Рига. Все же мужчины на корабле практически не мылись, да и бороды девушку никогда не привлекали. К тому же если как товарищ и тренер Риг ее устраивал, то в качестве любовника — ни за что. К тому же Алане до слез было жалко капитана. Поэтому девушка попыталась выскользнуть из лап мужчины, но добилась лишь того, что тот развернул ее лицом к себе и, запустив руку во влажные волосы, дернул, заставив вскрикнуть от резкой боли.

— Запомни. — он смотрел на нее, как победитель. — Теперь — ты моя собственность, моя женщина. Попробуй привыкнуть к этой мысли уже сейчас. Будешь выкобениваться — отдам кому-нибудь из команды на перевоспитание. В твоих интересах, женщина, быть со мной.

Он еще раз дернул ее за волосы, вынуждая девушку подняться на цыпочки. Второй рукой Риг самым наглым образом облапал ее за грудь, отчего Алану всю передернуло от омерзения. А все вокруг заулюлюкали, подбадривая и давая совету новому капитану.

Вот тут Норд и шевельнулся. Быстрое, практически незаметное движение, и двое рядом с ним упали со свернутыми шеями. А мужчина уже разворачивался, ударом буквально вминая глаза в череп третьему.

Четвертый от сильного удара улетел к мачте, ударился о нее и упал на палубу, где и остался лежать.

— Ха! — Алана мигом воспряла духом. Руки у нее были свободные, так как Риг машинально продолжал держать ее за волосы. Одно движение, и нож скользнул в ладонь. Плохо понимая, что делает, девушка ткнула куда-то наугад, лезвие с легким треском воткнулось во что-то мягкое.

— Сука! — Риг отшвырнул Алану от себя и схватился за бок, между пальцами тут же закапала кровь. Девушка же торопливо отползла за связку канатов и спряталась, крепко сжав рукоятку ножа. В голове стало пусто до звона, происходящее вокруг напоминало отрывочные кадры.

Норд двигался в толпе матросов, словно исполнял страшный танец. И после него бунтовщики бездыханные оставались лежать на палубе. А Риг, чуть накренившись, надвигался на Алану, обходя сваленные канаты по кругу. При этом мужчина в самых красочных выражениях говорил, что сделает с девушкой и как долго будет делать.

— Стой, паскуда! — он сделал рывок, но из-за раны реакция стала замедленной, и Алана отшатнулась, отползая в сторону. Она пыталась вскочить, но подошвы скользили по палубе. Так что приходилось пятиться на заднице.

Потом перед глазами мелькнули ноги в заправленных в высокие ботинки штанах. Норд загородил девушку и вскинул руку, принимая удар ножа. Это ослепший от злости Риг собрался метнуть его в Алану.

Лезвие пропороло ладонь насквозь. Даже девушка, зная, кто такой Норд, и то вскрикнула. Сам же мужчина спокойно вытащил нож и швырнул его в сторону.

— Что за… — прошептал кто-то из оставшихся в живых. Драка вдруг замерла. Все взгляды устремились на Норда, который стоял напротив Рига. Бог не опускал ладонь, чтобы все могли видеть, как затягивается сквозная рана.

— Ну и кто ту хозяин? — Норд осмотрел зажившую руку, потом вскинул взгляд на Рига и продемонстрировал совершенно сумасшедшую улыбку. — У тебя хреновая душа, но я голоден.

— Демон. — прошелестело среди бунтовщиков, а потом это слово взлетело вверх в едином вопле.

— Демон!

Дальше все происходило очень быстро. Раз, Норд одной рукой схватил Рига, второй — Алану. Два, обоих буквально закинул в капитанскую каюту. Три, одним прыжком последовал за ними и с грохотом закрыл дверь, одновременно поворачивая ключ в замке. С той стороны пару мгновений стояла тишина, которая потом вдруг взорвалась воплями: яростными, злыми. В дверь застучали, послышали голос Нокса:

— Несите арбалеты!

— Глупость или смелость? — сам у себя спросил Норд и тут же ответил. — Жадность!

Он, не оглядываясь, двинул локтем назад и Риг отлетел, держась за живот и задыхаясь от удара в солнечное сплетение.

Алана, все не желая расстаться с ножом, уползла в угол между стеной и диваном, где и засела, тихо повторяя одну и ту же фразу: «Мамочки… мамочки… мамочки!»

— Ты… уйди, уйди. — Риг пятился, не вставая с пола и стараясь сделать вдох поглубже. Жилетка справа вся пропиталась кровью: нож Аланы распорол кожу, но не прошел глубже. Иначе проткнул бы печень.

— Эти твари там, снаружи, — Норд говорил почти дружелюбно, — Они не за тебя сейчас боятся, а за то, что сорвется сделка с рабами. И своих денег им не видать. Жадность заставляет совершать необдуманные поступки. Мерзкие поступки. — он загнал Рига в угол, присел перед ним на корточки и постучал себя согнутым пальцем по виску. — Голоса в моей голове. Они мне многое говорят. И заставляют вспоминать. Например то, что на родине вашего капитана уже очень давно не проводились сборы. Зато были они там, где живешь ты и твой брат. А еще он хорошо знал жену Бенса, мне тоже он об этом поведал.

Риг зарычал и кинулся на Норда. Тот толчком опрокинул его обратно. На удары в дверь даже не обращал внимания, тогда как Алана от них нервно вздрагивала, одновременно жадно прислушиваясь к разговору.

— Капитан доверял тебе и твоему родственнику. Си-и-ильно доверял, поэтому поверил в рассказ про Сборы и убитую во время них жену. — Бог очередным тычком вновь отправил Рига в угол, кашлять и хвататься окровавленными руками за стены. — Только я внимательно слушал его рассказ. Как-то все совпало, а? Твой брат кинул много лет назад девушку и уехал путешествовать, а та вышла замуж за Бенса. Через несколько лет родственник вернулся, встретился с тобой, а в это же время в ваш город приехала и жена капитана, уж не знаю зачем. Неинтересно. Как вы ее убили? После того как изнасиловали или же не стали заморачиваться и задушили, когда она отказалась вернуться к твоему родственнику? Кстати, ты ведь знал, что после гибели жены, капитан станет сдавать.

— Она сама пришла ко мне! — заорал мужчина, белея на глаза от страха и злости. — Кто ее звал, идиотку? Приперлась, сука, чтобы о чем-то поговорить и нарвалась на брата.

— Мне неинтересно. — поморщился Норд. В дверь ударили чем-то тяжелым, так что косяк треснул и появилась небольшая щель. Бог вздохнул и покачал головой

— Ладно, мне надоело болтать.

— Эй, не надо! — Риг понял, что сейчас произойдет и выставил вперед руки, затараторив. — Слышь, давай мы вас куда надо доставим. Реально! Прям на всех парусах помчимся! И девку я трогать не буду, даже не посмотрю в ее сторону.

— Да смотри сколько хочешь. — пожал плечами Норд. Он встал и дернул мужчину на себя так, словно это бы не двухметровый здоровяк, а десятилетний ребенок. Несостоявшийся капитан, понимая, что терять ему нечего, пытался сопротивляться. Один удар под дых заставил его обвиснуть и закашляться, пытаясь снова дышать. Увы, ему не позволили. Норд быстро «выпил» душу. Алане показалось, что она даже сделал это залпом.

— Теперь слушай меня. — девушка вздрогнула, понимая, что Норд обратился к ней. — Действуем быстро. Сиди здесь и не выходи.

Он разбежался, на ходу вышиб дверь и исчез в проеме. Алана лишь плотнее прижалась к стене, машинально поглаживая кинжал. Снаружи доносились крики, какой-то звон, треск и грохот. Потом вдруг резко наступила тишина, и в ней послышался голос. Не Норда.

— Не так уж ты и крут демон.

Оказывается, все, что происходило до этого, было не так уж и страшно. А вот понимание того, что с Нордом приключилось нехорошее, и она осталась один на один и разъяренными мужчинами — Алана на четвереньках поползла посмотреть, что происходит. При этом стараясь не шуметь, чтобы не выдать себя.

Дверной проем казался так далеко, а руки и ноги подкашивались и дрожали. Но все же девушка доползла и осторожно выглянула.

Палуба была завалена телами, при взгляде на которые становилось понятно — раненых среди них нет. А чуть в стороне от входа лежал Норд, над которым склонился оставшийся в живых боцман.

Алана примерзла к полу, не в силах двигаться. Только смотрела как мужчина несколько раз поднял и опустил над телом Норда кинжал. Затем хмыкнул и выпрямился. Пару раз пнув бессознательное тело ногой, принялся его связывать и что-то бормотать под нос.

Мир остановился, сузился до размеров двух фигур на палубе. Даже звуки отошли на задний план. Алане казалось, что это не она двигается, а кто-то другой, а ей остается лишь наблюдать со стороны. Шаг за шагом, так, чтобы не производить ни малейшего звука. Рука, в которой был нож, вспотела и стала горячей, струйки пота потекли и по спине. Сердце колотилось где-то в горле, и Алана боялась, что боцман услышит его стук.

Не услышал. Продолжал связывать Норда, вокруг которого расползалась кровавая лужа. Лишь в последний момент, наверное, почувствовал неладное и обернулся. Подкравшаяся совсем близко девушка с воплем сделала выпад, как учил Риг.

Боцман, на лице которого появилось удивление, завалился на бок. Из правого глаза торчал кинжал.

Алану стошнило прямо на палубу. Упав на колени, она подползла к Норду и перевернула его на спину, всхлипывая и дрожа. Бог не выглядел живым, но сердце — девушка долго слушала, прижавшись к липкой от крови груди — стучало.

— Только попробуй сдохнуть. — она осмотрела раны, нанесенные глубоко, но вроде не слишком опасные. По крайней мере, для Норда. И, кажется, они постепенно начинали затягиваться.

Где-то вдали прогремел первый раскат грома, и Алана вскинула перепачканное кровью лицо. На горизонте двигались черные тучи, сверкали молнии. Начинался обещанный Бенсом шторм.

Сама не замечая как всхлипывает и тихо ревет, девушка попыталась сдвинуть Норда. Увы, это было все равно, что попробовать в одиночку оттащить в сторону скалу. Пришлось сесть рядом и понадеяться, что мужчина придет в себя до того, как их смоет волной.

* * *

Норд очнулся вовремя — шторм как раз трепал корабль, как щенок — любимую игрушку. Волны перехлестывали через палубу, унося за собой все, что было не прикреплено. В том числе и тела.

К тому времени Алана все же перебралась в капитанскую каюту, откуда следила за Богом. Она до последнего оставалась на палубе, пока ее едва не смыло очередной волной. После чего, насквозь промокшая и замерзшая, все же спряталась в укрытие. Но и тут старалась не отходить от двери, то и дело выглядывая в небольшое оконце. Шары под потолком сильно потускнели, их свет едва освещал небольшую часть каюты, где лежал убитый капитан. В его сторону девушка старалась не смотреть. Она сейчас старалась удержаться на ногах и дождаться момента, когда Норд очнется. Уж он то наверняка сумеет что-то сделать с кораблем и выведет его из шторма.

«Я что же, хочу помощи Бога?» — Алана в очередной раз выглянула в круглое окошечко, чтобы в отсветах молний увидеть неподвижное тело Норда. Лишь бы он выжил. Девушка впервые с момента их встречи от души надеялась, что мужчина и правда так крут, как говорил. Потому что она была бессильна чем-либо ему помочь сейчас.

Очередная волна ударила так, что корабль жалобно затрещал, а Алана не выдержала и шлепнулась на пол, где и осталась сидеть, вцепившись в какой-то выступ. Хорошо хоть мебель в каюте оказалась привинчена к полу, иначе девушка давно бы могла получить стулом или креслом в голову.

Мотнув головой с мокрыми от морской воды волосами, она вновь приподнялась и посмотрела, что там на палубе.

И в это время Норд шевельнулся, затем сел и посмотрел прямо на Алану. Та открыла дверь и гаркнула, не надеясь, впрочем, что в реве ветра ее будет слышно.

— Сюда!

Мужчина встал и быстрым шагом добрался до каюты. Волны и ветер с дождем словно и не было помехой. Впихнув высунувшуюся Алану обратно, Норд крепко запер дверь и огляделся.

— На этот раз два часа в отключке. — он мельком задержал взгляд на лежащем Бенсе. — Это не входило в мои планы. Его убийство и бунт.

— Все, что ты можешь сказать? — Алана опустилась на пол, так как ноги вдруг отказались служить. Придерживаясь руками за все подряд, чтобы не ездить по всей каюте, девушка внимательно смотрела на Норда. — Как твои раны?

— Раны? — мужчина сдернул изрезанную жилетку, открывая идеальный торс без малейших повреждений. — Какие еще раны? Меня кто-то пырнул, когда я лежал без сознания?

— Боцман. — кивнула девушка. — Он пытался тебя связать и утопить, а перед этим ткнул несколько раз кинжалом.

Она вскинула какой-то застывший взгляд темных глаз на Норда.

— А я его убила, представляешь? Ткнула прямо в глаз. А потом добила еще двоих, которым ты все сломал, но они почему-то оставались живы. — голос прозвучал глухо и на удивление спокойно. Алана удивлялась сама себе: ее больше волновал шторм, нежели понимание, что совсем недавно она убила троих.

— Я чудовище, да?

— Нет, ты просто боролась за выживание. — Норд пошел к дверям. — Сиди тут, я скоро.

Он и правда вернулся скоро: еще больше промокший и с темным прямоугольником в руках.

— Ничего себе, я думал эти жилеты уже не находят. — он кинул ей сверток. — Надевай.

Девушка покрутила прямоугольник, не понимая, как именно его надеть.

— Приложи к груди. — сжалился Норд и, взяв у Аланы предмет, помог ей.

Прямоугольник чуть слышно зашипел и растекся тонким слоем от шеи до талии. Алана вскрикнула и машинально попыталась сдернуть это с себя, но резкий окрик заставил убрать руки.

— Прекрати! Это спасательный жилет. Нам придется прыгать в воду.

— Куда? — с ужасом посмотрела на мужчину девушка. Море за бортом корабля представлялось ей сейчас чем-то вроде бездны, из которой нет выхода. А здесь хотя бы было за что цепляться.

— Говорю один раз, а потом начинаю действовать. Я не предполагал бунт на таком корабле. Но раз он произошел, то оставалось одно — уничтожить всех, так как в противном случае я бы не попал в нужное место, а ты стала бы подстилкой для нового капитана. Ну или для всех. Это судно довольно хорошо знают, поэтому светиться на нем нам нигде нельзя, поползут слухи. Так что шторм нам на руку. Корабль сейчас несет прямо на скалы, он разобьется через сорок минут. Море скроет все. А нам надо прыгать и добираться до берега вплавь.

— Я не умею плавать!

— На тебе спасательный жилет, он не даст утонуть. И немного согреет. Тем более я тебя не отпущу.

— Нет! — Алана вцепилась обеими руками в диван, возле которого устроилась. — Я туда не полезу! Придумай что-нибудь другое! Я не хочу-у-у!

— Советую много не болтать, чтобы не нахлебаться воды. — Норд легко оторвал девушку от дивана и на руках вынес из каюты.

На палубе Алана на мгновение задохнулась от ударившей в лицо смеси ветра и воды. Откашлявшись, она обеими руками обняла Норда за шею и просто зажмурилась, когда он шагнул с борта вниз.

Холодная вода в первые мгновения сжала тело, как в тисках, попыталась залить нос и рот. Открыв глаза Алана увидела вокруг лишь зеленоватый полумрак и в панике рванула, сама не зная куда. Но ее придержали, а спустя несколько секунд, девушка и мужчина вынырнули.

Вокруг была темень, изредка разрываемая молниями. И в моменты вспышек Алана успела увидеть, что вокруг лишь бесконечное бушующее море, сливавшееся впереди с небом.

Очередная волна залила лицо, девушка хлебнула воды, закашлялась и принялась бить руками по воде. Но сзади ее схватили и жесткий голос ненадолго отрезвил помутневшее от страха сознание:

— Успокойся и просто дыши, как всегда. Я тебя держу. — Норд одной рукой прижал ее к себе. И поплыл куда-то в воющую темноту.

Легко сказать, «успокойся»! Алана зажмурилась и носом уткнулась куда-то в район шеи Норда. Нос и горло саднило от морской воды, все тело то и дело сотрясалось от кашля, а руки словно одеревенели, так сильно вцепились в мужчину. Некстати вспомнилось, что когда-то, в детстве, она любила пускать по весенним ручьям тонкие щепки. Вот и сейчас ощутила себя такой же щепочкой в бурном гигантском ручье.

Время здесь не ощущалось. Алане казалось, что они уже целую вечность барахтаются в хаосе воды и ветра. Спасательный жилет, может, и защищал от холода, но вот ноги уже почти ничего не чувствовали. В какой-то момент Алана не выдержала и выглянула из подмышки Норда. Чтобы увидеть, как на них обрушивается просто гигантская волна.

Ее закрутило, завертело и только почти болезненная хватка Бога не дала волне унести девушку за собой. Алана же запаниковала, задохнулась и принялась вырываться. Вокруг была только вода, не дающая видеть и дышать.

«Не могу дышать, не могу дышать, не могу дышать», — билась мысль, затмевавшая все остальное. Девушка попыталась удержаться на плаву, но ослабевшие руки разжались вокруг шеи Норда.

На какое-то время Алана потеряла сознание. Очнулась, когда ее не слишком любезно бросили на мокрый холодный песок и перевернули на живот.

— Я же сказал не паниковать. — Норд подождал, пока девушка откашляется, после чего встал на ноги. — Пошли.

— Ку-куда? — Алана кое-как поднялась на дрожащих и онемевших от холода ногах. Она не то, чтобы идти, стояла-то с трудом. Вокруг по-прежнему было темно, но море шумело уже за спиной, разбиваясь о скалы. А здесь лишь гулял ветер и дождь. Девушка смогла разглядеть очертания скал и все.

— Ту-туда! — как-то совсем по-человечески вдруг передразнил ее Норд. — Тебя надо согреть. А еще нам обоим надо немного отдохнуть.

— Боги устают? — девушка удивилась, что у нее сохранились остатки язвительности, пусть и изрядно подмоченной.

— Нет, я соврал, чтобы ты не чувствовала себя совсем ущербной. — Норд не без сарказма наблюдал, как девушка пытается идти. — Давай, давай, заодно согреешься. Ты не ранена, так что причин нести тебя на руках я не вижу.

Алана поняла, что она просто ненавидит своего спутника. Ему то, что? Норд явно чувствовал себя гораздо лучше, по сравнению с ней. Сжав зубы, девушка заставила себя подняться с четверенек и начать двигаться. Вот так, медленно, шаг за шагом на подламывающихся ногах. Сквозь сотрясающую все тело дрожь. Главное, показать этому ублюдку, что она тоже может быть сильной.

Ладно хоть чуть придержал за талию, да и то явно не из человеколюбия, а чтобы девушка немного ускорилась.

Оказывается, Норд вел ее к небольшой пещере. Узкий вход наполовину перегораживал огромный валун, обросший мхом. Норд пару секунд вглядывался в темноту, затем молча пихнул Алану, заставляя ее протиснуться в оставшуюся щель. Сам пролез следом и скомандовал.

— Раздевайся и ложись.

Алана слишком устала, чтобы спорить или возмущаться. Тем более в пещере было тихо, сухо и казалось теплее чем снаружи. Девушка молча сбросила пропитанную соленой водой одежду и обувь, опустилась на каменный пол и просто закрыла глаза. Мелькнула мысль, что, вздумай сейчас Норд ее «выпить», она бы и сопротивляться не стала. Слишком вымоталась и замерзла.

Сжавшись в комок, Алана тряслась и старалась хоть как-то согреться. Она слышала шорох одежды, затем Норд опустился рядом. Девушка лишь глубоко вздохнула, когда он подгреб ее к себе и сильно прижал.

— Ты… э-э-э… — она почувствовала, как ее окутывает мягкое ровное тепло, идущее от Норда.

— Просто спи и согревайся. — последовал ответ, после чего мужчина замолчал. Алана чуть шевельнулась и убедилась, что Норд полностью обнажен. Но она от усталости даже не могла возмущаться, стесняться или пугаться. Так что, согревшись, расслабилась и уснула, словно рухнула в темный колодец без сновидений.

Глава одиннадцатая

Ей не снились ни боцман, ни Риг с капитаном, ни море, ни разбивающийся о скалы корабль. Алане показалось, что она лишь закрыла глаза, а через секунду ее уже трясли за плечо.

— Вставай! — голос Норда показался безумно противным. Алана застонала и заткнула уши, стараясь вновь заснуть. Но ее опять потрясли так, что зубы стукнули друг о друга.

— Я тебя ненавижу. — девушка перевернулась на спину, чувствуя, как болит все тело. Стало холодно, и Алана вспомнила в каком виде она заснула. С тихим писком попыталась прикрыться руками, на что Норд закатил глаза и проговорил:

— Да, да, именно вот сейчас самое время стесняться. После того как спали в обнимку. И чего я там не видел?

Но Алана все равно старалась прикрыться, пока натягивала еще сырую и чуть жесткую от морской воды одежду. Передернулась от отвращения и спросила:

— А теперь что? — в желудке вдруг квакнуло. — И есть хочется.

— Ходячий набор недостатков. — покачал Норд головой. — Увы, придется потерпеть: ни еды, ни воды нет, но я надеюсь мы скоро доберемся до источника.

Он критическим взглядом осмотрел девушку, и та невольно зачем-то принялась заплетать побелевшие от соли волосы.

— Нормально, то, что надо. Хотя я бы еще немного добавил несуразности облику.

— В смысле?

— Там, куда мы отправимся, лучше не выставлять напоказ свою женственность.

— Куда мы отправимся? — Алана запомнила фразу про женственность. Неужели Норд рассматривал ее с этой точки зрения?

— В ад. — коротко сообщил мужчина. Он стоял у выхода из пещеры, одетый только в брюки и ботинки, все в белесых разводах. Алана отметила, что в отличие от нее, мужчина не выглядел загнанным и уставшим. К нему даже морская соль и грязь не прилипали.

Подумалось, что вот от такой способности тоже бы не отказалась. Полезно. Особенно в экстремальных условиях, где проблемы с помывкой.

— Что за ад? Что это такое?

— По легендам — место, где мучают души грешников. Но в нашем случае я бы сказал, что там мучаются носители душ. Ну как мучаются… они просто не знают другой жизни.

— И нам опять на пять секунд откроют проход? — передернулась от воспоминаний Алана. Но мужчина покачал головой с растрепанными светлыми прядями.

— О, нет, как раз в эту Зону войти может любой. А вот выйти из нее никак.

— Почему так? — девушка попрыгала, стараясь согреться. Нет, определенно мокрая одежда ей не нравится.

— Там слишком высокая смертность.

Проблема мокрой одежды вдруг стала не так актуальна.

— И нам обязательно туда идти? — Алана сама поняла, что задала глупый вопрос. Еще до того, как Норд вздохнул и видом человека, вынужденного объяснять очевидные вещи идиоту.

— Можно, конечно, обогнуть ее по побережью, но тогда нам придется идти столько времени, что я точно не успею добраться до места. Сдохну от вируса или сойду с ума. Тебе какой вариант больше по душе?

— Неужели так сложно просто ответить?

— Сложно и скучно. Да, нам обязательно пройти эту Зону, причем по прямой. К счастью, нас выбросило ближе к ее краю, так что потребуется где-то дня три… если найдем машину.

И опять Алана красноречиво промолчала, хотя не поняла, что такое «машина». Слово вроде знакомое. Кажется, дед что-то про них рассказывал. Но вот значение все равно ускользало от понимания.

— На будущее. — проговорил Норд, перед тем, как выйти из пещеры. — Если вдруг я опять упаду, то бросай меня и со всех ног беги и прячься. Даже если в меня начнут швырять ножи, даже если по мне проедутся машинами или попытаются отрубить голову. Просто прячься так, чтобы тебя не нашли. Потому что я выживу в любом случае, а вот насчет тебя — не поручусь.

— Просто прятаться и смотреть, как тебя мучают?

— Ну можешь представлять, что пытают всех мерзких Богов.

Девушка смерила Норда красноречивым взглядом, давая понять, что да, будет представлять и в красках. И начинает развивать воображение прямо сейчас.

«То вроде нормальный, а то как скажет и все, вся гадость вылезает наружу. Одно слово — Бог, чего уж там. Они только притворяются, когда им выгодно. А чуть что и все, ты — разменная пешка. Или, как он там сказал, примитивная личность», — настроение, и без того не радужное, стало совсем гадким.

Еще и Норд проводил ее каким-то непонятным взглядом. Не первый раз, кстати. Подобный взгляд Алана уже замечала за ним: когда пырнула Рига ножом, а потом, когда призналась, что прирезала боцмана и двух раненных. Наверное, он просто не ожидал от нее такого. Девушка понадеялась, что ей хоть на секунду удалось пробить брешь в невозмутимости Норда.

И первой вылезла наружу. Шторм прошел, и теперь на чистом небе сияло солнце. А вокруг стояла душная жара, воздух чуть дрожал от зноя. Алана тут же с любопытством огляделась. Оказывается, их выбросило на узкую полосу пляже, среди высоких светлых скал, кое-где поросших деревьями. Корабля видно не было, как девушки ни приглядывалась. О чем она и сообщила Норду.

— Я не смотрел куда его отнесло. — последовал ответ. — Он мог разбиться вдребезги и полностью затонуть. Но тебя это сейчас должно волновать меньше всего.

— Больше всего меня волнует проблема еды и питья.

— Ну да, ваши при…

— Да, мой примитивный организм диктует свои правила. И мне придется есть, пить, спать и, о ужас, посещать кустики. Если этого не делать, то рано или поздно мне придет хана!

Мужчина никак не отреагировал на реплику голодной и злой Аланы, лишь молча пошел вперед.

Сначала пришлось идти в гору, цепляясь руками за корни деревьев и за валуны. Алана даже помянула добрым словом Рига, подарившего ей ботинки. Они идеально подошли для такого вот забега. Одежда уже давно высохла, так же, как и горло. Девушка то и дело облизывала губы, вспоминая обычную воду. Но молчала, понимая, что от жалоб питье не появится.

Взбираться пришлось довольно долго, а потом отдыхать на перевале, забравшись в тень от больших камней. Прислонив гудевшую голову к одному из них, Алана мутным взглядом отыскала Норда. Тот стоял неподалеку и внимательно разглядывал то, что находилось внизу. Потом перевел взгляд на девушку.

— Отдохнула?

— Нет!

— Отлично, пошли дальше. — мужчина оглянулся на тихий рык за спиной и чуть приподнял бровь. — Что? Это не мне нужна вода, а тебе. Я поэтому выбираю наиболее безопасный маршрут.

— Я безумно благодарна. — каркнула Алана, у которой даже голос стал чуть надтреснутым, настолько хотелось пить.

К счастью, спускаться было немного легче. Под ногами то и дело скользили мелкие камушки и главное было не упасть. А что было внизу, Алана все не могла понять: казалось, картинка плывет, теряет резкость, стоит на нее посмотреть внимательнее.

— И не пытайся. — угадал ее мысли Норд, идущий впереди. — Зона экспериментальная, поэтому еще прикрыта особым свето… короче, сверху на нее наложили штуку, которая не дает увидеть, что происходит снаружи. А те, кто там живут, могут видеть все.

— Зачем?

— Так надо. — не стал вдаваться в подробности Норд.

Вход в Зону никак не был обозначен. Просто в какой-то момент мужчина повернулся к девушке и сообщил, что они уже пересекли границу. И попросил быть начеку.

Алана кивнула, хотя пока ничего ужасного не заметила. Впереди раскинулась полпустынная равнина, кое-где торчали деревья — странные, похожие на сильно раздутые бутылки, в некоторых местах они образовали целые рощицы. Справа, не так далеко, виднелись руины, еще одни угадывались прямо по курсу. Никаких криков или еще чего-то ужасного, разве что где-то противным голосом орала птица.

— Здесь редко появляются банды, разве что заправить машины. — опять перешел на незнакомые слова Норд. — Но все равно стоит быть осторожнее. Давай я тебе вкратце расскажу, чтобы ты поняла, почему я назвал это место адом.

— Говори. — кивнула девушка, надеясь, что рассказ отвлечет от жажды. Но, видимо, Норд все решил сначала дать ей возможность напиться. Потому что вдруг свернул в сторону небольшого холма, вокруг которого росли обычные деревья. Там обнаружился мелкий холодный родник, от которого Алана не могла оторваться очень долго. Напилась, пока не заныли зубы, умылась и просто вылила несколько пригоршней себе на голову. Норд сидел рядом и, пропуская прозрачную воду между пальцами, рассказывал.

— В этой Зоне мы не вмешиваемся в жизнь объектов. Вообще. Ни разу. Это наш зоопарк. Мы сделали послабление в плане техники: здесь можно ездить на машинах. Они не ломаются. Помять можно, разломать — тоже, но добраться и испортить мотор — нет. Машины ездят на специальном топливе. Его называют бензин. Добыть его сейчас невозможно, но мы сделали им неисчерпаемые источники. С виду — обычные уродливые деревья. На самом деле — искусственный организм, внутри которого нанороботы вырабатывают бензин. Сейчас здесь царит разбой и насилие. Правят банды, которые в состоянии постоянной вражды друг с другом. Население в основном живет в развалинах прежних городов или же в сооруженных крепостях. Все стараются передвигаться на машинах. Без транспорта здесь трудно выжить: сразу догонят, поймают и ладно, если просто продадут в рабство. Есть поклонения разным богам, фанатизм, жертвоприношения. Рабы, убийства, насилие, грабежи, драки — здесь это норма.

Такое, казалось бы, уютное и солнечное местечко у ручья как-то сразу потеряло свою привлекательность. По коже, несмотря на жару, прошелся холодок от слов Норда. Не верить ему девушка не видела смысла. Раз он так говорит про Зону, значит, так оно и есть. Едва заметно сглотнув, Алана поинтересовалась почему-то шепотом:

— А зачем вы такой кошмар придумали?

— Повторяю. Не мы. Мы просто обозначили границы и стали наблюдать. Нам интересно, до какого процесса может дойти деградация личности в подобных условиях. И души отсюда… они на любителя.

— Ты пробовал?

— Не впечатлило. — ухмыльнулся Норд. — А теперь давай двигаться дальше. Нам еще надо достать транспорт. Ну? Давай, открывай свое второе дыхание и вперед. Я серьезно, здесь долго на одном месте лучше не оставаться, тем более, пешим.

После свалившихся на ее голову новостей, Алана и сама не жаждала торчать у ручья. Напившись про запас, она поинтересовалась у Норда, нет ли у него какой-нибудь фляжки.

— Нет. — последовал ответ. — Но не переживай, скоро все добудем. Кстати, как твои ножны?

Девушка охнула и поспешила задрать рукав. Она в суматохе и забыла про подарок бедного капитана. К тому же ножны вообще никак не ощущались, и Алана была уверена, что они потерялись во время шторма. Нож то уплыл.

Но они были на месте. Девушка потыкала пальцем в прозрачный упругий материал, словно прилипший к коже и поинтересовалась:

— А их вообще снять можно?

— Можно, просто подцепишь пальцем вот с этой стороны и потянешь вверх и чуть в сторону.

Они довольно быстрым шагом направились вдоль холма. При этом Алана заметила, что Норд постоянно прислушивается к окружающему пейзажу. И сама невольно начала ему подражать.

Девушка заметила, что ее спутник старается обходить стороной рощи тех бензиновых деревьев. Причем не просто стороной, а делая большой крюк. Но решила не спрашивать, так как говорить при таком темпе было проблематично сбивалось дыхание. К тому же, Алана банально побаивалась тревожить Норда, так как впервые за все время знакомства видела его таким… встревоженным. Да, пожалуй, это слово подходило больше всего. Пусть внешне мужчина оставался таким же бесстрастным, как всегда.

* * *

Спустя два часа Алана уже просто плелась за Нордом и боролась с искушением высунуть язык и задышать, как собака. Воздух подрагивал от зноя и ора каких-то насекомых. Лично у девушки уже начинала болеть голова, прикрытая от солнца импровизированной банданой.

Руин вокруг было много: от нескольких камней, до небольших городов, в которых порой здания сохранялись до трех этажей. Норд старался держаться в их тени, по крайней мере, когда был уверен, что они безлюдны. Или же прятавшиеся там особи их не заметят.

Очередные развалины выглядели особенно жалкими: беспорядочно разбросанные груды камней, поросшие мхом и плетистыми растениями с мелкими белыми цветами. Кое-где Алана заметила ржавые остатки чего-то непонятного.

А потом Норд замер так резко, что идущая за ним девушка не успела среагировать и ткнулась носом в твердую спину. Но ойкнуть не получилось: не оборачиваясь, мужчина показал Алане кулак. Но она и сама поняла: откуда-то с противоположной стороны развалин послышался громкий треск, затем стих.

Норд превратился в каменное изваяние, прислушиваясь каждой клеткой тела. Девушка замерла рядом, боясь издать лишний звук. Только круглыми глазами следила за кружащей рядом пчелой, которую манили цветы.

А потом услышала крик. Женский. Громкий и захлебывающийся, который оборвался, словно его обладательнице закрыли рот. А следом — тут Алана едва слышно охнула — раздались мужские голоса.

— Трое. — вдруг прошептал Норд. — Двое мужчин и женщина. Стой здесь, я пойду, посмотрю.

Алана предпочла бы пойти вместе, так как оставаться одной банально было страшно и неприятно. Но ослушаться Норда в такой момент не решилась. Только прикрыла рот рукой, словно старалась сдержать рвущиеся вопросы.

Норд бесшумно исчез из вида, скрывшись за развалинами. Появился обратно минуты через две и поманил Алану. Та, стараясь не шуметь, подошла и вопросительно приподняла брови.

— За мной. — прошептал мужчина и повел ее между грудами камней. Чуть правее от мужского гогота и какого-то непонятного шума. Полная нехороших подозрений, Алана все порывалась посмотреть, что там происходит, но одного взгляда Норда было достаточно, чтобы она передумала.

Они быстро обогнули остатки чего-то массивного и ржавого, и очутились на краю небольшой квадратной площадки, рядом с двумя просто невероятными механизмами. Но Алана лишь в первую секунду обратила на них внимание, а потом ее взгляд приковался к тем, кто находился на самой площадке.

— С-с-стоять! — раздалось шипение над ухом, а локоть стиснули почти до боли. Норд явно предугадал ее возмущение при виде картины, когда двое мужчин с луками за спиной пытаются изнасиловать совсем молодую девушку. Та все еще пыталась отбиваться, только вскрикивая, получая очередной удар по лицу. Один из нападавших с треском рванул на ней брюки, второй прижал руки жертвы к земле, усевшись на них коленями. Одновременно он же стаскивал с нее куртку.

— Быстро забираем их мотоциклы, — Норд потянул девушку за собой, — пока они заняты.

— А она?

— А она послужит отвлекающим фактором. — отмахнулся мужчина.

Девушка вскрикнула особенно жалобно, а один из насильников с довольным смехом устроился между ее раздвинутых и насильно удерживаемых ног.

И Алана не выдержала. Увлекаемая Нордом в сторону мотоциклов, девушка на ходу схватила камень и швырнула в сторону насильников.

Хорошо кинула. Камень попал в плечо одному из них и со стуком откатился в сторону.

За пару мгновений тишины Алана успела насладиться зрелищем взбешенного Норда. Тот ведь уже коснулся ручки одного из мотоциклов.

Это заметили и другие. Один из мужчин вскочил, выхватывая лук и вкладывая в него стрелу.

— Убью! — выдохнул Норд, срываясь с места. Алана поспешила спрятаться за камни, чтобы не попасть под обстрел и под горячую руку разъяренного Бога.

А Норд явно разозлился. Поймав летевшую в него стрелу, мужчина с размаху вогнал ее стрелку в горло. После чего, не останавливаясь, развернулся ко второму. Тот, вскочив с девушки, даже не успел достать лук — Норд одним ударом отправил его на камни, о которые тот ударился и сполз бездыханным телом.

— Иди сюда! — гаркнул Бог. — Живо, з-з-зараза!

Спасенная девушка сжалась в комок, но мужчина имел в виду совсем не ее. Он, тяжело дыша, направился в сторону, где пряталась Алана. Рывком вытащив пискнувшую девушку из укрытия, прошипел, как змея:

— На твоем месте я бы начал за себя бояться!

— Эй! — послышался окрик. Это незнакомка уже пришла в себя и теперь торопливо натягивала то, что осталось от брюк, ничуть не смущаясь выставленной напоказ груди. — Уходите отсюда побыстрее. Там еще человек десять, они караван грабят. Тикайте, придурки, у них тачки мощные!

Сама она, плюнув на внешний вид, с трудом перевернула лежавший неподалеку мотоцикл и, вскочив на него, с грохотом, поднимая тучи пыли, умчалась.

— Убью тебя попозже. — решил Норд. Таща Алану за собой, он подошел к мотоциклам, хмыкнул.

— Отлично, гад быстрый, но рассчитан на одного пассажира. А ты, конечно, ездить на них не умеешь.

— На них? — с ужасом посмотрела на мотоциклы девушка.

— На них. — мужчина обернулся и выругался, на мгновение став похожим на обычного злого человека. Где-то далеко слышался все нарастающий гул. И он очень не нравился Алане.

— Садись. — Норд все так же, не особо нежничая, усадил девушку, сам устроился за ней и завел мотоцикл. Алана только глаза округлила, когда под ней что-то взревело, а потом непонятный механизм на двух колесах рванул вперед. Да так, что она наверняка вылетела бы, не перехвати ее Норд за талию. Вторую руку он держал на руле.

Руины быстро остались позади. Алана даже не подозревала, что можно двигаться с такой скоростью. Почти оглохнув от рева двигателя, ослепнув от бившего в глаза ветра, девушка старалась спиной как можно плотнее прижаться к Норду. Эта Зона ее уже пугала. Она не походила ни на что, о ней никто не рассказывал.

Сколько они так ехали — Алана не знала. Только в какой-то момент Норд обернулся и негромко выругался. Мотор взревел сильнее, а мужчина направил мотоцикл в сторону рощицы бензиновых деревьев.

Алана попыталась обернуться, чтобы узнать причину откровенной злости Бога. Но ухитрилась лишь слегка повернуть голову. Обзору мешал сам Норд, который, конечно, не пытался облегчить ей задачу.

— Сиди спокойно! — рявкнул в и без того почти оглохшее ухо девушки. — За нами погоня!

«Только этого не хватало», — заволновалась Алана, подозревая, что все это из-за того, что они убили тех двух уродов. Точнее, Норд убил, а она этому поспособствовала.

Но на такой скорости их же не догонят? Девушка надеялась, что права. Но ее смущало то, что Норд оборачивался все чаще. И порой то и дело принимался ругаться. Досталось и девушке, которую назвали далеко не самой умной личностью, со склонностью к тупым поступкам. Алана не возмущалась: просто надеялась, что и в этот раз Норд их спасет.

Они подъехали к рощице, и Алана теперь увидела вблизи эти странные деревья. Без листьев, с широким пузатым основанием и пористой корой темного цвета. А еще в роще стоял странный запах.

Здесь Норд затормозил и, соскочив с мотоцикла, быстро обшарил расположенный сзади небольшой багажник и две кожаные сумки по бокам. Вытащил тонкую гибкую трубку с острым наконечником, с размаху всадил в дерево. Другой конец, на глазах онемевшей Аланы, сунул в бензобак.

— Что и есть бензин? — девушка потянула носом: в воздухе разливался неприятный запах.

— Да. — Норд все время оглядывался в сторону руин и хмурился все сильнее. Алана разделяла его опасения: рев моторов становился все отчетливее, а сами преследователи отлично виднелись, приближаясь с каждой секундой.

— Все! — мужчина выдернул трубку из отверстия в дереве, которое тут же затянулось, закинул в сумку, усадил Алану перед собой и резко стартанул с места.

Снова бешеная гонка и ветер, старавшийся сорвать кожу с лица. Ощущение опасности и скорости зажгли в крови странный огонь. Девушка все пыталась оглянуться, чтобы убедиться, что преследователи отстали, но ее спутник в какой-то момент прорычал нечто злобное. Алана намек поняла и попытки прекратила. В конце концов, Норд сейчас был единственным, кто мог вытащить их из создавшейся ситуации.

«И, между прочим, ты эту кашу заварила», — прозвенело в голове. Но угрызений совести Алана не испытывала и не собиралась. Сама недавно чуть не оказалась в подобной ситуации. Поэтому девушка не жалела, что помогла незнакомке. А про обещание Норда прибить ее, Алана пока старалась не думать. Вот выберутся — тогда озаботится.

А тем временем погоня их постепенно настигала. Алана не выдержала и взвизгнула, когда Норд резко повернул вправо, почти положив мотоцикл набок. Тот взревел и, все ускоряясь, помчался в сторону холма, вокруг которого темнели полуразрушенные здания. Девушке показалось, что позади грянул дружный вой, мало похожий на те звуки, которые может издавать человек. Впрочем, скорее всего действительно показалось, так как уши забивал рев двигателя.

Она даже не представляла, что задумал Норд. То ли уходить от преследователей, надеясь на скорость, то ли спрятаться от них в руинах. Но мужчина явно не предполагал, что со стороны холма, из остатков города, вдруг кто-то появится. И начнет быстро приближаться.

Алана не выдержала и зажмурилась, поняв, что оказалась между двух огней. Она чувствовала, как мотоцикл вновь резко повернул в сторону, потом еще раз, а затем ее накрыла волна грохота, пронесшаяся мимо. Вот тут любопытство взяло верх, и девушка робко открыла глаза.

Летевшая им навстречу банда пронеслась мимо, прямо к тем, кто преследовал пару. Алана аж подалась вперед, провожая ошалевшим взглядом мотоциклы, похожие на тот, который достали они с Нордом, какие-то совершенно невероятные повозки на четырех колесах и самой разной конструкции. Причем все помятые и весьма побитые жизнью, но ревущие злобно и сильно.

Норд свернул в сторону и, остановив мотоцикл между двух камней, сейчас внимательно наблюдал за разворачивающейся картиной. Мотор при этом он не заглушал, словно был готов сорваться в любой момент.

— Чего это они? — выкрикнула Алана.

— Когда встречаются две банды, — мужчине тоже пришлось повысить голос, — то обычно так и происходит. А тут еще, скорее всего, замешан ограбленный караван. И вот эти нападавшие… меня терзают смутные сомнения. Кажется, нам стоит показать, что мы на их стороне.

— Почему?

— Потому что. — веско сообщил Норд и добавил холодно. — Я бы на твоем месте молчал или учился повторять фразу «Простите глупую самку, господин». А теперь сядь за камушек, можешь закрыть глаза и визжать, пока я буду заниматься делом.

Закрыть глаза? Алана наоборот распахнула их, не в силах отвести завороженного взгляда от развернувшейся драки. Мозг выхватывал отдельные картинки из общего пейзажа. Вот два мотоцикла с ревом промчались мимо машины, на ходу закинув с обоих сторон какие-то бутылки с горящими тряпками. Пассажир поймал одну из бутылок и кинул обратно, но не попал. Вторая разбилась обо что-то в салоне и тут же разгорелось пламя. Машину повело, она резко остановилась едва на опрокинувшись. Горящие пассажиры с дикими криками выскочили из машины и начали кататься, пытаясь сбить пламя. Один из них тут же угодил под колеса другого транспорта, второго проткнули копьем.

Кто-то уже выскочил из автомобилей и дрался на мечах, дубинках, даже на топорах. На глазах у то и дело вздрагивающей Аланы кому-то на ходу снесли голову, и та, пару раз подпрыгнув, укатилась под колеса. На остатках стен, торчавших неподалеку, появились несколько человек и начали методично выпускать в кишащую внизу драку стрелы из луков и арбалетов.

Но несмотря на стрелков на возвышении и общий численный перевес, банда, напавшая на преследователей Норда и Аланы, сильно уступала в рукопашной схватке. На каждого врага ее бойцы теряли двух своих. К тому же со стороны, откуда приехала парочка, показались еще одна машина и несколько мотоциклов, что точно предрешало исход схватки. Норд, похоже, пришел к тому же выводу, поднял мотоцикл и рванул в сторону подъезжающего подкрепления. Он разогнался, и, выбрав удачный момент, отправил мотоцикл в полет с груды земли, которая послужила трамплином. Сам в полете спрыгнул, и, сгруппировавшись, покатился по земле, вскочил на ноги.

Противники, похоже, вообще не видели приближающейся опасности. Мотоцикл Норда налетел на вражеский, и они вместе по инерции покатились дальше, снеся еще одного наездника, не успевшего увернуться. Машине пришлось резко тормозить, чтобы не врезаться в кучу-малу из мотоциклов и людей, что позволило Норду сделать рывок и заскочить на капот. Ближайшего бандита он просто выдернул и выкинул под колеса подъезжающему мотоциклу. Второй, который успел вытащить нож, тут же его лишился и сразу же получил обратно, только торчащим из подбородка. Водитель успел резко нажать на тормоз, надеясь, что Норд потеряет равновесие и насадится на копье четвертого пассажира. Но получилось наоборот. Копьеносец с небольшой помощью Норда вывалился из своего кресла, расположенного на крыше машины и попал под колеса. Водитель прожил еще несколько секунд до полной остановки транспорта, потом Бог просто сломал ему шею.

Оставшиеся в живых мотоциклисты решили не испытывать судьбы и, развернувшись на месте, рванули в обратную сторону. Норд подхватил заряженный арбалет убитого им стрелка и парой выстрелов добил убегавших.

Основная драка тоже превратилась в бойню. Члены первой банды, так внезапно лишившиеся подмоги, растеряли весь боевой дух.

Норд вернулся к Алане, которая буквально вцепилась в него, и вытащил из-за камня. В драке мужчина получил лишь длинный порез на щеке, который уже медленно затягивался.

— Ты как?

— Лучше, чем они. — кивнула в сторону убитых девушка.

— Теперь стой, молчи и не показывай страха. — велел Норд. Сам он облокотился о камень, наблюдая за приближавшимися. Впереди шел довольно высокий худощавый человек в серой бесформенной футболке, подпоясанной широким ремнем с ножнами и в темных штанах, заправленных в высокие грубые ботинки. Из-под коричневой банданы выбивались темно-пепельные неровно остриженные пряди.

— Десять человек в сторону каравана, добейте тех, кто остался там, мы скоро подъедем. — человек сдернул платок, прикрывавший нижнюю часть лица и темные странной формы очки, остановился перед Нордом и Аланой. Это оказалась молодая женщина с узким загорелым лицом, на котором выделялись темные глаза и резко изломанные брови. Одну из них пересекала тонкая нить шрама.

— Ну! — повелительным тоном проговорила она. — Кто такие и какого хрена выступили на нашей стороне?

* * *

Алана жадно и не без тревоги разглядывала окруживших их женщин. Самые разные: начиная от подростка лет четырнадцати и заканчивая воинственно выглядевшей особой лет за пятьдесят. Загорелые лица, одеты кто во что горазд, в основном коротко стриженные или с убранными назад волосами, все худощавые, с резкими движениями, без привычной женской мягкости. И суровые недоверчивые взгляды, направленные в основном на Норда.

Тот даже не смутился, продолжая прислоняться к камню с таким видом, словно вышел прогуляться, а не находился под прицелом по крайней мере пяти арбалетов и двух луков.

— Мы просто проезжали мимо.

— На одном мотоцикле? — в голосе говорившей проскочил откровенный сарказм, который нашел смешливый отклик в рядах ее банды.

— Это долгая история. — туманно отозвался Норд. — Это не наш транспорт, нам пришлось…

— Шален! — послышался звонкий голос откуда-то из толпы. И, расталкивая остальных, к предводительнице пробилась девушка, в которой Алана узнала недавно спасенную ими жертву насильников. — Это же те самые, которые мне помогли! А мотоциклы они у тех ублюдков забрали!

Во взгляде женщины мелькнул намек на теплоту, а голос согрелся на десятую долю градуса.

— Вот как. То есть, Крис, ты обязана им жизнью?

Светловолосая Крис поколебалась, переводя взгляд с Норда на Алану, потом все же кивнула:

— Свободой так точно. Меня хотели потом сразу в рабство забрать, говорили, что у них пара рабынь недавно ласты склеили, а им женщины позарез нужны.

Уголок губ Шален дернулся, а Крис продолжала.

— Они вроде вообще планировали нам засаду устроить, после того, как караван обчистят. Типа замаскируются под караванщиков и возьмут на живца. Я хотела сразу уехать, а тут эти двое меня заметили и рванули в погоню. У них тачки то мощнее, они меня и зажали в развалинах.

— Ну и мудаки. — сообщила Шален. — Ничему жизнь не учит. Дамы, там живье осталось?

— Осталось! — хохотнул кто-то из задних рядов. — Два красавчика. У одного рука вывихнута, у второго сотряс, а так ничего живье, годное.

— Связать и в тачку, в лагере разберемся. — Шален вновь перенесла внимание на Норда и Алану. — Что делать с вами? Мы мужчин в банде не терпим.

— Разве что иногда. — подхватила стоявшая рядом с ней рослая брюнетка со шрамом на правой щеке и яркими светлыми глазами. — Правда парни потом от нас отправляются вперед ногами, но зато помирают с оргазмами и все такое.

Шален коротко улыбнулась в ответ на дружный хохот, а Алана вдруг проговорила, удивляясь сама себе.

— Что, милый, кажется, фразу про «простите глупую самку», придется учить явно не мне?

На миг в раскаленном воздухе повисла тишина. А затем Шален громко расхохоталась, разом снимая напряжение.

— А ты мне нравишься, девочка. — она смахнула выступившие слезы. — Вы оба забавные.

Алана не удержалась от ехидной ухмылки, представляя, как Норд сейчас бесится. Его — Бога — назвали забавным!

— Так что можете валить на все четыре стороны.

— У меня есть предложение. — вдруг проговорил Норд. — Дело в том, что мы пришли из-за периметра.

— Не вы первые. — кивнула Шален. — Что дальше?

— Мы пришли из-за периметра, потому что так быстрее добраться до цели. И я знаю, как покинуть вашу Зону.

Шален не изменилась в лице, тогда как остальные женщины зашумели с недоверием.

— Это правда! — вмешалась Алана. — Он… он кое-что знает. Один секрет.

— Что нам мешает пытками вытащить из него этот секрет и выбраться без вашей помощи?

— Наверное, тот факт, что открыть проход могу только я. — парировал Норд. Шален, поджав губы, уставилась ему в глаза. Неизвестно, что она старалась там прочесть, лицо мужчины оставалось спокойным, как и взгляд.

— Так, — предводительница сплюнула на землю, — вы едете с нами, я подумаю над предложением. Дамы, едем собирать урожай, а затем перебираемся дальше, в сторону Волчьих холмов. Сегодня наш лагерь — там. А ты, — она поманила к себе Алану, — поедешь со мной. Мы потолкуем, как подружки.

Девушка не хотела отходить от Норда, но тот сам вытолкнул ее вперед. Так что пришлось садиться в огромную коричнево-серую облезлую машину, чья крыша и бока были украшены острыми длинными шипами. С некоторых капала кровь.

Вся банда направилась в сторону, откуда приехали Норд и Алана.

Алана осторожно устроилась на обшарпанном скрипучем сиденье, позади водителя.

— Не бойся. — Шален уселась рядом и закинула исцарапанные руки за голову. — Девчонок мы не трогаем, даже принимаем к себе, если соглашаются жить по моим правилам. И самца твоего не тронем, если не будет сильно борзеть и врать.

Она в упор уставилась на Алану, и той стало не по себе от цепкого взгляда, в котором дружелюбия было очень мало.

— Давай, пока едем, расскажи-ка мне как вы сюда попали и все такое. Поболтаем. Между нами, девочками.

Алана поняла, что ей сейчас придется очень осторожно подбирать слова.

Глава двенадцатая

Лагерь раскинули лишь когда стемнело. Ночь здесь наступала внезапно, словно кто-то выключал гигантский фонарь, погружая все вокруг в темноту. Ее кое-как разгоняли несколько небольших костров, разведенных в центре лагеря, разбитого среди руин, между двумя невысокими каменистыми холмами. Изредка до лагеря доносился заунывный вой и странный нечеловеческий хохот, от которого кожа Алана покрывалась мурашками.

— Не бойся. — услышала девушка и обернулась. Подошедшая Крис протянула ей кружку и села рядом, прямо на камни.

— Пей, сегодня готовит Энжи, а она просто мастер. Добавляет в питье травки, так что башка перестает трещать и силы появляются. Ну как, наелась?

Алана кивнула: в животе, наконец-то, появилась приятная сытость, отчего не хотелось двигаться. Правда, тревожные мысли никуда не делись. Девушка то и дело оглядывалась в ту сторону, куда ушли Норд, Шален и ее две помощницы. Все же было не слишком уютно остаться одной среди незнакомых и весьма воинственных женщин. Пусть они пока и не сделали ей ничего плохого. Они ее просто не замечали, разве что Крис, которая испытывала благодарность за свое спасение. И потому ненавязчиво пыталась опекать настороженную Алану.

— Да расслабься ты. — Крис бросила в огонь сучок. На пламя она не смотрела, скользя взглядом поверх него. — Шален умная и хитрая, она вранье сразу чует. И выгоду. А твой самец правда может нас вывести?

— Может, — вздохнула Алана, — только самцом его лучше того, не называть.

— А кто же он? — искренне удивилась девушка.

— Придурок. — буркнула собеседница, отхлебывая и впрямь вкусный напиток. От него по телу прошло приятное тепло, что было весьма кстати: с наступлением ночи стало довольно свежо. Хотя, может, так казалось только Алане. Остальные наоборот сидели и лежали, раздевшись до маек и подвернув брюки. Слышались голоса, лязг осматриваемого оружия и потрескивание костра. Все это создавало особую атмосферу, создающую ложное чувство безопасности.

Крис еще немного посидела, но ее позвали и она, пообещав скоро прийти, убежала к другому костру, а Алана, подтянув колени к груди, переваривала ужин и последние события.

Когда они подъехали к каравану, то оказалось, что там уже все закончилось. Вокруг трех длинных машин, обитых толстыми листами и с узкими темными щелями окон, лежали тела. А женщины, отправленные Шален вперед, добивали раненных и собирали оружие.

Теперь эти машины вместе с остальными трофеями окружили лагерь импровизированной защитной стеной. На металлических боках плясали отблески костров. В центре установили три большие палатки и одну — для захваченных раненных пленников. Их сейчас усиленно лечили и кормили. Пленники пытались вырваться и поливали отборной руганью всех вокруг.

Кружка опустела, Крис все не шла, а Алана уже всерьез забеспокоилась о том, что Норд подозрительно долго отсутствует. Вдруг он прибил собеседниц, а сам уже удирает на большой скорости подальше от лагеря? Но тут Алана напомнила сама себе, что мужчина вряд ли оставил бы ее здесь. Ведь не раз говорил, что она ему нужна.

И все равно глубоко выдохнула, когда из темноты показался Норд в сопровождении трех женщин. Две тут ж ушли к одному из костров, а мужчина и Шален остановились, что-то негромко обсуждая. Наконец, предводительница кивнула и скрылась в ближайшей палатке. А Норд не спеша приблизился к Алане и сел рядом.

Повисло молчание, которое девушка определила, как «грозное». И осмелилась нарушить его первым, робко спросив, как прошли переговоры.

— Как видишь, все живы. — Норд сидел, подогнув ноги в коленях и положив на них руки.

— То есть, если бы вы не договорились…

— Мы договорились, так что не вижу смысла обсуждать альтернативные варианты. Тем более, на твоем месте я бы меньше всего волновался за подобные вещи.

Алана сглотнула и решила принять виноватый вид.

— Знаешь, а ведь все в итоге повернулось в лучшую сторону.

— Серьезно? — не без сарказма спросил Норд. — То есть мне тебе сейчас поклоны надо отбивать? В лучшую сторону повернулось не из-за твоего поступка. Глупая ты с… женщина.

— А чего не самка то?

Норд глубоко вздохнул и тут же улыбнулся: мягко и располагающе. Однако, на подошедшую шатенку, его улыбка никакого впечатления не произвела:

— Это вам, — буркнула она, швыряя в Норда увесистым свертком, который тот ловко поймал. — Типа Шален велела передать, что можете устраиваться на ночлег.

— Спасибо. — мужчина встал и кивнул Алане. — Идем.

— Куда?

— Устраиваться на ночлег. — Норд уже двигался среди женщин и костров, направляясь куда-то ближе к краю лагеря. — Вот палатку нам выделили, в которой я тебя сейчас и прибью.

После такого обещания, да еще сказанного зловещим шепотом, ноги Аланы отказались идти дальше. Так что девушка буквально поползла следом, размышляя, стоит ли понимать фразу про убиение буквально или же Норд решил ее слегка попугать.

В свертке оказалась не только палатка, но и одежда для Аланы: черные штаны, серая майка и серая же куртка из тонкой ткани, потрепанная и в заплатках. Впрочем, новой одежды тут не было ни у кого. Девушка жадно схватила вещи и, пока Норд ставил палатку, переоделась, спрятавшись за одну из машин. Старую одежду, подумав, свернула в комок, решив при случае постирать.

Палатка оказалась небольшой, двухместной, из серой, местами прожженной ткани. Потоптавшись перед входом, Алана все-таки залезла внутрь, понимая, что бессмысленно оттягивать неизбежное. Оставалось надеяться, что Норд лишь стращает.

Мужчина уже сидел на одном из расстеленных одеял и подвешивал к потолку тусклый маленький фонарь-шарик. Бросил на стоявшую на четвереньках Алану и сухо произнес:

— Так и будешь изображать статую у входа? Если нападут враги, прикроешь меня своим задом?

— Не надо меня убивать. — попросила девушка. Она подползла к своему одеялу, но Норд погрозил пальцем.

— Иди сюда.

Становилось все интереснее. В принципе, Алана ничего сильно дурного не подозревала. Они ведь и спали в обнимку, один раз даже без одежды. Так что, скорее всего, мужчина просто хотел вторгнуться в ее личное пространство, зная, что это ее слегка нервирует.

Гордая тем, что хоть немного выучила привычки Бога, Алана послушно села рядом, отбросив назад косу.

— Это дурость или уверенность, что я вытащу нас из любой задницы?

— Я просто не хотела, чтобы ее изнасиловали. — пробурчала девушка. — Сама недавно чуть не попала.

— В этой Зоне каждые пять минут кого-то насилуют, убивают, грабят или мучают. — негромко, но жестко произнес Норд. — Что предлагаешь? Это их жизнь, их выбор. Они сами довели свое существование до такого ада. А ведь мы им дали чуть больше, чем остальным.

Он схватил Алану за плечи и произнес, наклоняясь совсем близко:

— За ошибки надо расплачиваться.

Внутри что-то оборвалось. Зеленые глаза мужчины отсвечивали легким безумием пополам с еще не прошедшей злостью. Они заставляли всматриваться в них, что Алана и делала. Голос куда-то пропал.

— Убить тебя я пока не могу, вдруг, опять понадобишься. — принялся рассуждать Норд, продолжая сверлить взглядом замолчавшую девушку. — Физически причинить тебе боль… твои вопли могут сильно омрачить наш договор с Шален. Хотя, тебе можно заткнуть рот.

— Да ты… — начала Алана, но к ее губам прижали палец и покачали головой.

— Слова не давали. Значит так, ты, видимо, решила, что мне можно сесть на голову? Я дал тебе слишком много свободы. Так что будем наказывать, да. — Норд кивнул, словно соглашаясь сам с собой. — Тебя когда-нибудь лупили? Ремнем.

Голос пропал вновь, на этот раз от ужаса. И Алана лишь замотала головой. Одновременно начиная пятиться назад. Ну уж нет, лучше она переночует под открытым небом или попросится в чужую палатку, чем останется здесь.

Норд легко перехватил ее и прижал к себе так, что девушка даже дышать могла с трудом, не то, чтобы вопить.

— Но я могу предложить компромисс. — шепнул он ей на ухо. — Если ты согласишься на один эксперимент, который не повредит твоему здоровью, то я не стану применять к тебе физическое насилие. О, ты потеряла дар речи от радости? Тогда просто кивни, если согласна.

Больше всего на свете Алане хотелось пройтись ногтями по этому привлекательному лицу, оставив на нем кровавые полоски. Жаль только, что что это желание не могло осуществиться. Так что, взглядом сообщив мужчине все, что она о нем думает, девушка медленно кивнула. И сразу почувствовала, как хватка ослабла и дышать стало легче.

Норд чуть отстранился, изучая Алану. Та по-прежнему злобно смотрела на него, как бы говоря, что ее не сломить. Происходящее ей не нравилось, несмотря на заверения Норда в том, что вреда ей он не причинит.

— Я хочу проверить одну вещь. — все так же шепотом произнес Норд. Его рука коснулась щеки девушки, погладила, очень легко и с неуловимой нежностью, которая внезапно напугала Алану сильнее обычной небрежной грубости мужчины. Напугала так, что вновь перехватило дыхание, а кончики пальцев закололи невидимыми иголками страха.

— Я обещал тебя не повредить. — Норд наклонился еще ближе, так что теперь его дыхание касалось ее щеки. Алана едва заметно мотнула головой и умоляюще закусила губу, отчего мужчина вдруг резко выдохнул.

— Очень странно, — пробормотал он. Рука соскользнула с щеки на затылок, мягко и настойчиво заставляя Алану придвигаться ближе. Еще ближе… так близко, что девушка не выдержала и зажмурилась. Она все еще продолжала надеяться, что ошибается в его намерениях. Но, увы, в глубине души знала, что мужчина хочет сделать.

Вспомнилась ее бедная подруга, слившаяся в смертельном поцелуе с тем черноволосым Богом. А вдруг и ее сейчас постигнет та же участь? Ведь Норд не совсем здоров, мало ли…

— Не на… — начала Алана, решив, что уж лучше порка, но было поздно. Она ощутила то, чего боялась всю жизнь: губы одного из Богов на своих губах.

Время остановилось, пульсируя страхом и чем-то еще, что медленно поднималось из глубин подсознания. Алана, почти теряя сознания и закрыв глаза, буквально обвисла в объятиях Норда, который замер, давая ей осмыслить происходившее.

Девушка по-прежнему каждую минуту ожидала агонии, но время шло, а сердце продолжало биться, пусть и чересчур быстро, а душа вроде не спешила покидать тело. Так это и есть поцелуй? Алана прислушалась к ощущениям. Губы у Норда оказались теплыми и немного жесткими. Он очень осторожно целовал ее, словно изучая. И в какой-то момент девушка неумело, но все же ему ответила. Растущее внутри чувство стало сильнее, выдавливая по крупицам страх. Алана лишь выдохнула, когда Норд, продолжая одной рукой придерживать ее затылок, второй обнял за талию. То ли от поцелуя с привкусом травяного напитка, то ли от самой ситуации, но его прикосновения ощущались острее обычного.

В какой-то момент девушка поняла, что ей банально не хватает дыхания и протестующе промычала, руками упираясь в грудь Норда. Спустя пару секунд, тот прервал поцелуй и вопросительно уставился на тяжело дышащую девушку.

— Это все? — Алане казалось, что она пыхтит, как ее огромная тетя, страдающая одышкой.

— Нет. — глаза у Норда блестели сильнее обычного и дури в них было просто зашкаливающее количество. — Это было тестирование.

— Какое еще те… — ей снова заткнули рот, но на этот раз осторожность сменилась все нарастающим напором. Заставляя девушку невольно отвечать. Забывшись, она вцепилась руками в плечи Норда, пробуя поцелуй на вкус, погружаясь в новые ощущения.

Они ей понравились. Тот страх, что был в первые минуты, окончательно отступил, а его место заняли азарт и легкое волнение, от которого немного кружилась голова, а тело становилось податливым.

Слишком податливым и предательским. Потому что, когда пальцы Норда сместились ей под футболку, обхватывая вдруг ставшую тяжелой грудь, девушка даже не сразу отстранилась. Лишь почувствовав, как ее опускают на одеяло, Алана начала вырываться. И Норд тут же отстранился.

— Мы на такое не договаривались! — девушка спешно одергивала и поправляла футболку, чувствуя, как внутри все просит о продолжении и о прикосновениях.

— Мы вообще ни о чем конкретно не договаривались. — мужчина провел рукой по растрепавшимся светлым волосам. — Я всего лишь сказал, что не причиню тебе вреда.

Алана чуть вздернула бровь.

— Что? — не понял Норд. — Тебе это вреда бы точно не причинило. Ладно, договорились, начнешь дерзить снова, и я тебе устрою полноценный секс. А дерзить ты начнешь скоро, у тебя язык, как помело.

Он выключил фонарь и улегся на одеяло. В полной темноте Алана лишь слышала шорох одежды. И почему-то чувствовала себя остановленной на скаку лошадью.

— И это все?

— Можем повторить. Ты, кстати, делаешь неплохие успехи.

Девушка откинулась на одеяло и просто постаралась заснуть, понимая, что в словесной перепалке последнее слово будет не за ней.

Но уснуть получилось очень и очень нескоро. Губы все горели от поцелуев, словно требовали продолжить. Пришлось как мантру повторять себе, что это один из Богов. И то, что он не такой мерзкий, как остальные, еще не значит, что ему все можно.

Успокаивало это не слишком хорошо, но, в конце концов, Алана все же заснула.

А у одного из костров сидела Шален, прислушиваясь к ночным шорохам.

— Ты идешь спать? — поинтересовалась Элли — одна из ее помощниц, проверяющая дозорных.

— Иду. Слушай, — вдруг обернулась к ней женщина — а этот Норд… ты не помнишь, он сегодня был ранен или нет? Мне показалось, что ему разодрали щеку.

— А хрен его знает. — пожала довольно широкими для женщины плечами Элли. — Я точно помню, как он нереально дрался, а насчет ран не приметила. Но вроде не видела, а что?

— Да так, все нормально. — пробормотала Шален. Странно, она была почти уверена, что видела в разгар боя, как ему порезали щеку. Но потом не заметила ни царапины.

* * *

«Они порой любили устраивать романтические вечера в необычных местах. Вот, например, как сегодня. Дикий пляж у городского озера временно превратился в любовное гнездышко. Как говорится, любой каприз за ваши деньги. И он, Норд, это правило отлично знал. Поэтому и выложил круглую сумму тому, кто обещал тут все устроить.

Не подвел. Все эти нежные оттенки розового и бежевого, тонкие ткани, трепещущие на ночном ветру, разноцветные фонарики, подушки, холодное дорогое вино и изящные фужеры, много фруктов и десертов, тихая музыка и звездное небо над головой — поразили Милену до такой степени, что она пару минут просто обнимала Норда и молчала.

— Эй, — не выдержал парень, — ты хоть промычи что-нибудь, а то я уже начинаю пугаться. Где моя болтливая девушка? Ее подменили? Кто-нибудь, верните Миленку!

— Вот дурак. — девушка перевела взгляд искрившихся от радости глаз на Норда, — Ты бы хоть предупредил, а то я как-то не соответствую образу.

Милена была одета в шорты, свободную футболку, выпрошенную у Норда и кеды. Волосы, собранные в два хвоста, весело всколыхнулись, когда их хозяйка покачала головой. Парень взял один из них и шутливо подергал.

— Можешь представить себя Золушкой, которая не дождалась феи и помчалась к принцу в чем была.

— А принц не испугался, когда среди всех разряженных и красивых леди увидел такую странную девчонку? — Милена развернулась к другу и пальцами провела по светло-серой ткани его футболки.

— Ну-у-у, — Норд чуть откинулся назад и красноречивым взглядом скользнул по загорелым ногам девушки, остановился на коротких джинсовых шортах и вдруг произнес таинственным, просто-таки заговорщическим тоном, — принц подумал: во! Вот она красотка, которую можно легко раздеть, а не мучиться с корсетами, после чего похитил ее и унес соблазнять.

Он с хохотом подхватил взвизгнувшую Милену на руки и потащил в сторону полупрозрачного балдахина, за которым скрывалось настоящее ложе из подушек и пледов…»

Норд открыл глаза и пару секунд смотрел на серый потрепанный потолок палатки. В этот раз сон закончился тем, что, сжимая в объятиях Милену, он в какой-то момент понял, что на ее месте оказалась Алана. И как это объяснить? Мужчина быстро провел сканирование организма: никаких гормональных сбоев, все в порядке. Голоса в голове пока молчали, но Норд чувствовал их присутствие. Они прятались где-то в глубине его сознания, ждали своего часа.

«Просто признайся, что твоя шизофрения прогрессирует из-за этого долбаного вируса», — он сел и оглянулся.

Алана спала, закутавшись в одеяло едва ли не с головой. Зачем он вчера сделал то, что сделал? В какой-то момент ему показалось забавной идея с поцелуем. Страх в глазах девчонки придал ситуации небольшую пикантность. А вот ее ответная реакция — неловкая и даже чуть смешная — внезапно взволновали. Норд решил, что просто произошел очередной гормональный всплеск, к счастью, не слишком сильный. Иначе все могло закончиться по-другому.

Любовь — это всего лишь химический процесс, причем не особо сложный. Это скот придает ему слишком большое значение. Они просто наркоманы, которые подсаживаются на дозы гормонов счастья, вырабатывающиеся при виде определенной особи. А потом, не в силах пережить ломку, начинают страдать, кончают жизнь самоубийством, спиваются, становятся маньяками или просто во вес голос орут и том, что никакой любви нет. И ведь последние из них почти правы. Любви нет, есть влечение к кому-то, обусловленное многими причинами. Но только не теми, что любят описывать поэты.

Милену он любил. Но это было до аварии. Потом все как-то незаметно изменилось, ушли в прошлое те ценности, что были раньше. Теперь люди не умели любить, так как хорошо контролировали свои новые тела, совершенные во всех отношениях. Любовь оставили скоту.

Норд поймал вчера себя на том, что Алана сумела его удивить. Он не ожидал от девчонки, выросшей в одной из самых безопасных и скучных Зон, такого поворота в характере. Оказывается, если ее попытаться прижать, то можно нарваться не на домашнюю обезьянку, а на разъяренного… почти человека. Пырнуть ножом Рига и боцмана — куда ни шло, она все же защищала себя. Но вот добить раненных — такого от нее Норд точно не ожидал. И желание помочь совершенно незнакомому человеку тоже его удивило. Он скорее ожидал, что Алана попытается стать в этой ситуации незаметной, чтобы самой не попасть под раздачу.

Он ее недооценил, стоит признать.

Норд прислушался: судя по-всему, лагерь медленно просыпался, слышались голоса, кто-то спорил, простонал один из раненных и ему грубо велели заткнуться.

А еще были шаги. И они становились все ближе и ближе. Наконец, вход в палатку всколыхнулся и в проем заглянула Шален, бодрая и какая-то мрачная.

— Ты! — она поманила Норда пальцем, — За мной.

Что-то в ее тоне мужчине не понравилось. Тем не менее, решив, что убивать ее стоит лишь когда не буде другого выхода, Норд вылез наружу. И сразу увидел двух рослых женщин, подошедших к их палатке и севших рядом со входом.

— Угадал. — улыбнулась одними губами Шален. — Это охрана для твоей подруженьки. Мы с тобой сейчас поболтаем в сторонке, а девчонки — гарантия того, что ты не будешь делать необдуманных движений. Если что — убьют ее моментально. Или, наоборот, медленно. Иди за мной.

Норд молчал, пока они шли через весь лагерь, провожаемые взглядами тех, кто успел проснуться. Утро выдалось серым, но теплым и безветренным, в воздухе стоял запах костра и приготавливаемой еды. Откуда-то с востока тянуло гарью, словно где-то бушевал пожар.

Шален остановилась за одним из трех огромных трейлеров, когда все, кто мог случайно подслушать, остались позади. Норд отметил, что лагерь отсюда просматривался отлично, да и их можно было видеть.

— Я сказала, что мне надо подумать. — голос женщины звучал сухо и отрывисто, да и сама она держалась весьма настороженно.

— Да, я помню. — Норд плечом прислонился к прохладному металлу трейлера.

— Твое предложение очень многих смущает. Черт подери, у меня оно вообще вызывает нехилое подозрение. Чувак, никто никогда не пересекал границ Зоны. Пыффф, и ты кучка пепла. Хочешь стать такой грустной кучкой? Я — нет.

— И какие подозрения у тебя в мой адрес?

Шален встала напротив него, в ту же позу. Странного темно-пепельного цвета волосы были собраны в короткий хвост, но часть выбилась из небрежной прически и обрамляла узкое лицо. На котором застыло непонятное выражение.

— Я думаю, ты хочешь поманить нас косточкой в виде свободы за периметром, но на самом деле это все вранье.

— Почему? Я правда могу отвести вас за периметр, если поможете добраться до места.

— Не ври! — темные глаза сверкнули, а голос понизился до угрожающего рычания. — Всем известно, что только Боги могут открывать границы и мотаться между Зонами.

Норд пожал плечами.

— Значит, я — Бог.

Шален чуть отшатнулась и сотворила в воздухе непонятный знак, изрядно развеселивший мужчину.

— Реально веришь, что эти штучки работают? Сами придумали себе кучу культов и обрядов и искренне в них верите. Никогда не думала, что гуляющие истории про бродивших среди вас Богов это не выдумки?

Женщина уже взяла себя в руки, хотя в глазах дрожало удивление пополам с недоверием. Норд позволил осмотреть себя от макушки до ног, подмигнул:

— Довольна осмотром?

— Чем докажешь?

— Могу выпить душу кого-нибудь из твоих девчонок. — ответил Норд, наслаждаясь сменой эмоций на лице такой крутой бандитки. — Могу взять этот трейлер и выкинуть его куда подальше. Могу изменить внешность у тебя на глазах. Но для начала давай ты мне просто немного порежешь руку и посмотришь, что случится.

Он вытянул правую руку и кивнул на запястье:

— Давай, можешь полоснуть со всей дури.

Женщина недоверчиво взглянула на его лицо. Норд кивнул еще раз: мол, давай, не робей. Ему даже стало интересно, как быстро она решится. Алана бы точно начала колебаться, а потом постаралась нанести маленькую царапину. А эта амазонка долго думать не стала: достала из ножен на боку кинжал и полоснула по запястью мужчины. Кровь моментально полилась на землю, но лицо Норда осталось таким же непроницаемым. В то время как взгляд Шален не отрывался от раны. А та медленно затягивалась буквально на глазах. Буквально через полминуты запястье вновь стало невредимым.

Женщина провела рукой перед своим лицом, словно смахивала невидимую пелену. И взгляд, обращенный на Норда, уже не горел недоверием. Скорее страхом, который мужчина всегда очень тонко чувствовал. И наслаждался.

— Значит я не ошиблась. Вчера тебя ранили, в щеку. — Шален схватилась за волосы, разлохматив их. Чувствовалось, что она с трудом сдерживается, чтобы не сползти на землю от шока. Но выдержка победила. С силой потерев лицо ладонями, Шален спросила, во все глаза разглядывая Норда уже с новым интересом:

— Ну и на кой хрен мы тебе сдались? Слушай, если тебе так позарез надо куда-то, то ты ж можешь не пересекать Зону. Вы ж всемогущие, мать вашу!

— Ну обсуждать с тобой свои действия я не намерен. Так что, мы договорились?

— Всех, кто выживет в путешествии переведешь за периметр?

— Легко. — Норд зевнул.

— И отпустишь?

— На кой вы мне все сдались. Мне одной спутницы по горло хватает.

— Она тоже Бог? — поинтересовалась Шален. Норд покачал головой.

— Нет. И я не хочу, чтобы ты кому-то говорила о том, кто я. Это еще одно мое условие. В курсе должна быть только ты. Слухи в ваших краях слишком быстро распространяются, а женщины болтливы. Узнают, что среди вас Бог и все, хана вам. Со всех концов Зоны побегут фанатики, жаждущие переманить меня на свою сторону, просить забрать в наши чертоги или еще чего похлеще. А вас… ну особо строптивых убьют, а остальных в рабство.

— Я поняла тебя. Но почему мы? Почему не банда Зверя или Костедробилки? Эти точно везде пройдут.

— Их не было на той драке.

— Почему не выбрал другую сторону?

— Малочисленная и довольно слабая банда с большим самомнением. Они бы долго не прожили. А про вас я кое-что слышал. Единственная женская банда, берущая хитростью и расчетом, а не силой. Вы стараетесь не попадаться на глаза сильным, но нападаете на более слабых и грабите плохо охраняемые караваны. А еще не слишком любите мужчин.

— Есть за что. — выплюнула Шален. — Они нас особо за людей то не считаете.

«Да какие вы люди, скот», — Норд подавил вспышку раздражения и сообщил:

— Всегда, когда процветает варварство, женщина становится разменной монетой, вещью. Так как миром правят сильные и жестокие.

— То есть — вы?

Норд проигнорировал вопрос.

— Значит, мы договорились. Идем, а то твои дамы там лопнут от любопытства.

Он надеялся, что Шален действительно окажется разумной особью. На корабле произошел инцидент, который он даже не рассматривал. Точнее, свел возможность бунта практически к нулю. Недооценил натуру скота, недооценил. Норд походя треснул кулаком по капоту одной из машин, тот скрипнул и просел. Хорошо хоть поблизости не оказалось никого. Норд сделал себе пометку быть осторожнее. Обычная мужская особь так сделать не сможет.

«Значит, будем вести себя как таинственный крутой мужик, который умеет драться», — Норд проводил взглядом двух совсем молодых девушек, тащивших болты для арбалетов. Он не стал говорить Шален, что ее банда существует лишь потому, что остальные не могут договориться и ударить все вместе. Или пока они не наткнутся на кого-то более сильного. Впрочем, скорее всего, она и сама об этом догадывалась, раз предпочитала не вступать в конфликты с крупными бандами.

Но вот договариваться она явно не умела. Иначе сделала бы уточнение: вывести за периметр и отпустить живыми и невредимыми. А так Норд, получается, не обещал оставить им жизни.

Ну что ж, сами виноваты.

* * *

«Я целовалась с Богом», — первая мысль, возникшая после пробуждения. Алане казалось, что эта мыслишка крутилась у нее в голове даже во время сна. И уходить в ближайшее время точно не собиралась. Напротив, обрастала подробностями и кучей переплетенных между собой эмоций.

«Я. Целовалась. С Богом», — Алана со стоном перевернулась на живот и спрятала лицо в пахнущем пылью одеяле. Что он сделал с ней? Почему она даже не сопротивлялась, а потом даже начала отвечать? Почему внизу живота все сжимается от воспоминаний, как его руки прикасались к ее груди, а дыхание перехватывает?

Алана полежала еще немного, надеясь, что странное состояние ее отпустит. Стало легче, но совсем немного. Выходить наружу не хотелось: казалось, что все вокруг в курсе, что она едва не сделала ночью.

Невинной девушкой она не была, но и опытом не могла похвастаться. И уж точно с тем парнем таких эмоций не переживала. Скорее любопытство и страх забеременеть, несмотря на принятые меры, ну и симпатию, конечно.

Пора было вставать и вылезать наружу, хотя бы для того, что отыскать кустики. Но Алана продолжала вжимать лицо в одеяло и постанывать от жалости к самой себе, запутавшейся. Ей даже в голову не могло прийти, что отношения с Нордом могут дойти до подобного.

Чертов поцелуй. Чертов Норд с его холодной логикой и одновременно явно больной психикой. Он же — зло в чистом виде. Он должен одним видом внушать ужас. Да он в кошмарах должен ей являться! В идеале, чтобы потом, в кошмаре, ее спасал храбрый мужчина и увозил далеко-далеко.

Почему-то вспомнились Винс из борделя, Риг с боцманом, вчерашние бандиты, домогавшиеся Киры. И тут же, словно для сравнения, Норд, врывающийся в разбитое окно. Норд, спасающий ее от болезни пять лет назад. Норд, поддерживающий ее в море, во время шторма и уверявший, что не отпустит, не даст утонуть.

«Мир, ты сошел с ума? Ты поменял всех местами, так неправильно!» — Алана буквально сползла с одеяла и затрясла головой. Потом не выдержала и аккуратно побилась лбом о землю.

— О, ты решила таким образом поставить мозг на место? — голос заставил девушку резко сесть.

— Нет, нет, ты продолжай. — Норд с интересом заглядывал в палатку. — Главное не забудь остановиться, когда заработаешь сотрясение. А если все-таки закончила, то вылезай, мы скоро трогаемся в путь.

Алана продолжала смотреть на него, словно видела впервые.

«Я с ним вчера целовалась. Я с ним вчера чуть не занялась сексом. С ним. С ним. С ним!»

— Да, — голос осип, так что пришлось откашляться, — уже иду. Там все в порядке?

Но мужчина уже исчез, так что вопрос повис в воздухе. Настроения это Алане не прибавило. И ведь даже ни с кем не обсудишь ситуацию. В Викстрите она часто хихикала с подружками, обсуждая парней, а что делать здесь? С кем поговорить по душам? Последние пару недель она это делала только с Нордом.

Впервые с момента Сбора Алана задумалась о том, что ждет ее в конце путешествия. Задумалась так, что весь завтрак просидела тихая и неразговорчивая. Молча поела кашу с жестким вяленым мясом, выпила горьковатый, но бодрящий напиток, так же мола помогла Кире и еще одной девушке с уборкой посуды. Она действовала машинально, пару раз ответила невпопад и только круглые глаза собеседниц заставили встрепенуться и решить, что хватит уже заниматься дуростью.

Норд — это Норд, он один из Богов и этим все сказано. Значит, надо вести себя, как и прежде, а не выдумывать такое, от чего потом голова кружиться. Тем более сейчас ее переживания явно не должны быть на первом месте. После вчерашнего дня Алана поняла, что здесь лучше не расслабляться. Никогда.

И лучше быть поближе к Норду. Оно так спокойнее.

* * *

Лагерь свернули лишь ближе к обеду. Сначала часть добычи прятали в схрон, расположенный под развалинами, затем грузили все по машинам: аккуратно и продуманно. Мотоциклы передвигались налегке, на них ехали впереди банды и проверяли путь. Норд с Шален немного поспорили насчет трейлеров. Преводительница местных амазонок считала, что стоит взять хотя бы один, чтобы в случае серьезной атаки укрыться в нем и отстреливаться. Норд же возражал и советовал в подобных случаях лучше не загонять себя в ловушку, а просто удирать, благо машины у банды были весьма хорошие и быстрые.

— Ты же умная женщина, — говорил он негромко и уверенно, — подумай сама, что лучше. Или мы удираем, имея неплохие шансы оставить преследователя далеко позади, или мы запираемся в четырех стенах, откуда нас будет легко выкурить банальными дымовыми шашками.

Шален подумала и нехотя согласилась с доводами мужчины. После чего сказала небольшую, но выразительную речь перед своими людьми. Она говорила о возможности выбраться за периметр, о том, что лучше использовать шанс, чем потом жалеть об этом, о том, что если они не доверяют Норду, то пусть доверяться ей.

— Неужели правда получится? — прошептала Крис, вставая на цыпочки, чтобы лучше разглядеть Норда, который замер рядом с Шален. Алана, которой был адресован вопрос, промычала нечто невнятное, надеясь, что это сойдет за положительный ответ. В альтруизм Норда верилось примерно так же, как в то, что Боги внезапно откажутся выпивать души.

— А откуда он такое знает? — продолжала допытываться Крис. — Он твой мужчина, да? Он какой? Бьет тебя? А вы часто с ним…

— Эй, я не хочу это обсуждать! — Алана покраснела. — Почему сразу бьет то?

— Так он же мужчина. — удивилась Крис. — Они всегда так делают: если злые, если голодные или просто настроения нет. Вот у Лезвия в банде даже такие плетки специальные плели. Они больно били, но следов после них не оставалось. Он просто не любил женщин со шрамами.

— Кто? — сглотнув, спросила Алана, у которой во рту появился горький привкус отвращения. Да что ж это за мир такой?

— Лезвие — главарь одной банды, но они в основном на Западе тусуются, у них там типа крепости что-то стоит. Мне Шален рассказывала. Она оттуда сбежала, когда Лезвие замочила.

— Убила что ли?

— Ну да, — пожала плечами девушка, — у него фишка такая была: браслеты, из которых бритвенные лезвия выскакивали. Он типа хвастался все, что посторонний хрен в них разберется. А Шален умная. Он ее к себе забрал, когда добычу делили, типа будет моей кобылкой. Ну а она все запоминала. И когда он стал ее в очередной раз трахать, то р-р-раз и его же браслетиками ему горло и перерезала.

Алану затошнило и пришлось задержать дыхание, чтобы желудок хоть немного успокоился. То, что ей рассказывали с таким достаточно спокойным видом, не укладывалось в голове.

«А ты корабль вспомни, — посоветовал внутренний голос, — сама то не лучше, раненных добила».

— Ты чего? — Крис увидела, что ее собеседница резко побледнела. Алана лишь махнула рукой и прошептала:

— Поговорим еще. А Норд… он не такой, Он заботливый, эгоистичный и все делает с выгодой для себя. А еще он может вытащить тебя из любой задницы, ему можно доверять. — Алана говорила это, а сама изумлялась: неужели все эпитеты адресованы тому светловолосому надменному Богу?

В какой момент она сошла с ума и стала видеть в нем защитника, а не сволочь, играющую судьбами и жизнями людей?

«Мы — меньшее зло», — словно наяву услышала она голос Норда и, вздрогнув, посмотрела на него поверх голов остальных женщин.

Мужчина стоял рядом с Шален и что-то тихо говорил ей, чуть улыбаясь и разглядывая потрепанную заклеенную во многих местах карту.

Все уже медленно расходились, собираясь двигаться в путь, а Алана, отойдя к одной из машин, бросала взгляды исподлобья на Норда и Шален. Они неплохо смотрелись вместе, особенно если выбросить из головы происхождение Норда. Высокий широкоплечий мужчина с собранными в хвост светлыми волосами, с привлекательным мужественным лицом, со скупыми уверенными движениями и аурой лидера, и стремительная храбрая женщина, привлекающая скорее бешеной энергетикой нежели красотой.

Алана заставила себя отвернуться и медленно поплелась в машину, где ей предстояло ехать.

— Эй! — окликнули ее. Это Шален оставила Норда наедине с картой, а сама быстрым шагом подходила к Алане.

— Мне Норд про твои ножны рассказал. — женщина смотрела открыто и вполне дружелюбно. — Дай взглянуть.

Пожав плечами, девушка закатала рукав тонкой куртки, открывая прозрачные ножны, словно вросшие в кожу.

— Вау! — Шален осторожно потрогала их, кивнула. — Хорошая штуковина. Держи, нефиг их пустыми носить.

Она вытащила из голенища высокого ботинка небольшой кинжал и протянула девушке. Алану охватило острое чувство «дежа-вю». Оставалось надеяться, что Шален ей не придется убивать.

— Спасибо. — она приняла подарок и довольно умело сунула его в ножны.

— Да не за что. Здесь безоружные живут недолго и печально. — женщина подмигнула и ушла, громким голосом раздавая указания и командуя посадку по местам. Сама она передвигалась на мотоцикле: огромном и очень мощном, похожим на хищное опасное насекомое. И точно на такой же сел Норд.

Глава тринадцатая

Ближе к вечеру Алана одурела от постоянного шума, тряски и чувства опасности. Оно появилось еще во время первого знакомства с Шален и ее бандой, но теперь усилилось, изредка напоминая о себе легкими приступами паники. Особенно после очередного рассказа какой-нибудь из сидевших рядом амазонок. В такие моменты у девушки холодели руки и ноги, а голова начинала чуть кружится, хотелось забраться под скрипучее облезлое сиденье и сжаться там в комок. А собеседницы, словно не видя окаменевшего бледного лица Аланы, продолжали рассказывать страсти.

Пока что поездка проходила довольно мирно. Ехали по открытой местности, довольно каменистой, с многочисленными остатками былых строений, уже густо поросших кустами и увитые ползучими растениями. В раскрытые окна то и дело влетал горячий ветер, порой принося с собой пригоршни колючей пыли. По совету Крис, Алана нацепила большие темные очки на кожаном ремне и, наконец-то, перестала щуриться.

За все время им на пути попалась лишь одна группировка, состоявшая из трех проржавевших колымаг, пассажиры которых, видимо, оценили мощь банды амазонок и решили не связываться. Глядя им вслед, сидевшая за рулем блондинка по имени Нейз хохотнула:

— Во удирают! Повезло, что с них и взять то нечего. Живье даже пока есть.

— Кто? — шепотом спросила Алана у сидевшей рядом Крис. Слово показалось ей смутно знакомым, словно уже слышала его.

— Живье. — откликнулась новая знакомая. — Ну чуваки, которых вчера живыми взяли после драчки. Алекса их подлатает и станут они нас ублажать, пока не подохнут.

Тут Крис все же обратила внимание на выражение лица Аланы.

— Чего?

— В смысле пока не подохнут? — прошептала девушка.

— В прямом. — вмешалась в разговор Нейз. — Не знаю уж чем их там пичкает Алекса, но у живья обычно стояк есть всегда. Правда, сердце садится быстро, да и вообще проблемы со здоровьем начинаются. Видать, порошки ее и травки не особо полезны.

Алана закрыла глаза и постаралась дышать ровнее, чтобы не сорваться на визг. У нее создалось ощущение, что она оказалась в каком-то другом мире, вырванном из больных человеческих кошмаров.

— Эй, с тобой все в порядке?

— Не очень, — призналась девушка, открывая глаза, — Крис, а тебе сколько лет?

— Пятнадцать, я теперь самая младшая. А что?

— Ничего, — покачала головой Алана, — а как ты здесь очутилась?

— Ну наша банда… точнее тогда я здесь еще не была, — поправилась Крис, — напала на караван. Это год назад было. Меня тогда украли для одного ублюдка и везли ему. А Шален предложила к ним присоединиться. Я ж не дура отказываться! Дала клятву и стала членом банды.

— Клятву?

— Ага. Там много чего обещаешь, но самое главное — не даваться живой никому. Если бы вы меня с Нордом там не спасли…

После таких разговоров неудивительно, что Алану к вечеру потряхивало. Как назло, никто вокруг не мог понять ее состояние. А с Нордом она после утра даже не перекинулась ни словом. Мужчина все время ехал где-то далеко впереди, а во время заправки как подошел к сидевшей на мотоцикле Шален, так и стоял рядом с ней, что-то обсуждая.

Неприятное колючее чувство засело у Аланы где-то в районе груди. Оно усиливалось при виде болтающих Норда и Шален. С ней мужчина вел себя не как Бог, а как человек.

«Ах забыла, мы же скотинка, а люди это они», — девушка от злости не удержалась и ногтями впилась в обшивку сиденья. Она сама себя не понимала.

Остановились же после полуночи: на ужин и короткий сон. Алане уже объяснили, что при желании можно двигаться и без остановок, но тогда выматываешься гораздо сильнее.

Готовить ужин отрядили самых младших и Алану. Норд опять исчез куда-то в компании Шален.

— Крис, — девушка резала вяленое мясо, — а вот эти странные деревья, из которых вы бензин берете. Они откуда? Я таких больше не видела.

— Не знаю. Они всегда тут были. — собеседница помешала суп, бросила горсть сушеных трав. — Здесь еще можно заправиться, тут деревья редко растут, а вот ближе к западу и востоку — жопа. Все рощи под надзором банд, хрен пробьешься. Но мы туда не суемся, нам здесь хватает.

— Я думала хуже уже не бывает. — пробормотала Алана. Сидевшие рядом с ней девушки переглянулись и громко расхохотались, словно услышали веселую шутку.

— Ну ты даешь! — одна из них вытерла слезы, выступившие от смеха. — Да мы тут прям кайфуем. Банд почти нет, поживиться им в этом районе нечем, разве что караван мимо прет. Слабенькие забредают, так мы их быстро грабим. Шален спецом здесь обосновалась, чтобы лишний раз крупным ублюдкам глаза не мозолить. Вот завтра мы поедем через неприятное место, там придется в два глаза смотреть.

— Банды? — сглотнув, спросила Алана.

— Да говорят засели там какие-то, — Крис вытянула руки к огню, — сами не видели, но слухи ходят. Так все, ужин готов, давай себе положим, пока остальные не набежали.

Но Алана, у которой пропал аппетит, отошла в сторону, решив прогуляться.

За границей лагеря царила тьма, доносились звуки ночных насекомых. Но Алане туда не собиралась идти, она хотела посидеть у родника, на краю лагеря. Сегодня она, набрав здесь ведро воды, наконец-то смогла хоть как-то искупаться и отмыть жесткие от морской соли волосы. А потом, одолжив у Крис осколок зеркала, внимательно вглядывалась в отражение. Боялась увидеть обветренное лицо, усталое и с синяками под глазами, преждевременное постаревшее. Но на деле оказалось, что она почти не изменилось, разве что скулы стали выделяться чуть больше, да усилился загар.

Обогнув массивный красно-рыжий автомобиль, весь в хлопьях облезшей краски, Алана вдруг услышала негромкие голоса Норда и Шален. Попятившись обратно, девушка осторожно выглянула из-за машины.

Бог и предводительница банды стояли у родника и при свете маленького шара-светильника разглядывали карту, расстелив ее на плоском камне.

— Объясни тактику, я расскажу ее своим дамам. Тебя они слушать не будут.

— Завтра поедем вот этим путем. — палец Норда скользил по карте.

— Чертово ущелье? Нет, так не пойдет! Я планировала объехать его по дуге, да и то риск будет. Ходят слухи, что там кто-то засел. А в ущелье соваться не рискну. Обстреляют сверху и все.

— Это самый быстрый путь. Пойдем — и к утру уже достигнем границы.

— Эй, ты не расслышал что ли? Нас там перебьют как слепых котят, черт бы тебя подрал! Только ты там выживешь.

— Если объезжать ущелье, то путь увеличивается в полтора раза и есть опасность наткнуться на одну из крупных банд. У них мощные тачки и оторваться вряд ли получиться. А здесь мы должны проскочить, если разгонимся и поедем без остановок.

Шален замолчала, нависнув над картой и переводя взгляд с нее на Норда и обратно. Наконец, медленно, явно сомневаясь, произнесла:

— Если заправиться под завязку, вооружиться как следует и разогнаться до предела то шанс есть. Почему ты так торопишься?

— Так надо. — откликнулся Норд. Он выпрямился и кивнул на карту. — Мне нет смысла подставлять вас под удар. Иди, поговори со своими помощницами, обсуди. Рано или поздно столкнуться с кем-то придется, там уже начинаются места, которые делят между собой две крупные банды. И вряд ли они тоже любят Чертово ущелье, там слишком часто бывают обвалы, да и народ старается не ездить.

— Может, ты и прав. — Шален тоже выпрямилась и тряхнула неровно стриженными волосами. — Ты странный, я думала Боги другие.

— Мы другие. — согласился Норд. — Но рядом с вами обычно стараемся не выделяться.

— У тебя плохо получается. — Шален потянулась и проговорила. — Ужасно жарко.

И сняла с себя выцветшую футболку, оставшись в брюках и черном куске ткани поперек груди. Алана тут же оглядела Шален критическим взором. Увы, фигура у женщины была без изъянов. Пусть и довольно худощавая, зато подтянутая, тренированная, с гордым разворотом плеч и прямой спиной.

— Мы таких, как ты, раньше не встречали. У нас если мужчина сильный, то значит опасный и от него надо держаться подальше, а слабые никому на хрен не сдались. Так, на пару раз поразвлечься. А ведь иногда хочется… сильного. Но чтобы рядом не чувствовать себя жертвой. Я слышала рассказы, что Боги порой спускаются к нам, чтобы развлечься. Рассказывали, что если добровольно отдать душу, то попадешь на небеса, где хорошо.

— Брехня. — сообщил Норд. — Это придумали фанатики.

— А про то, что вы иногда любите развлекаться с девушками? Тоже брехня?

— Все мы не без изъянов.

— Тогда, — Шален подошла вплотную к Норду, — я хочу побыть рядом с тобой женщиной. Один раз. Я хочу тебя.

Алана замершим взглядом следила за тем, как рука женщины поднялась и осторожно коснулась лица Норда. Удары сердца отдавались в ушах, стало трудно дышать. Все внимание сконцентрировалось на ладони, которая осторожно погладила лицо мужчины. Мир словно замер, готовый рассыпаться на осколки, если Норд сейчас возьмет Шален за руку и отведет ее в палатку.

Алане показалось, что прошли века, прежде чем мужчина чуть отодвинулся и спокойно проговорил:

— Обсуди наш план с остальными, времени не так много. — после чего не спеша пошел прочь, в сторону костров.

— Конечно. — Шален взяла себя в руки, словно ничего и не было. — Нам всем надо отдохнуть.

Алана едва ли не повисла на двери машины от облегчения. Глубоко выдохнула и замерла, надеясь, что Норд ее не заметит.

Увы. Мужчина прошел мимо, на мгновение замедлив шаг и прошипев

— Еще и шпионит. — после чего отправился дальше. А Шален его внезапно окликнула:

— Ты любишь ту девочку? Которая с тобой?

Алана попыталась слиться с местностью и даже перестала на секунду дышать. Норд же, смерив ее задумчивым взглядом, кашлянул и отправился дальше. Девушка без сил сползла по дверце автомобиля на землю, да там и осталась сидеть. Прошедшая мимо Шален ее не заметила.

* * *

Девушка собиралась после ужина шмыгнуть в палатку и крепко заснуть, чтобы не встречаться с Нордом. После сцены у родника ей казалось, что она теперь вообще не сможет посмотреть Богу в глаза. Но ее на полпути к палатке перехватила Шален: уже одетая как обычно, с завязанными в короткий хвост волосами и широкими кожаными браслетами на руках.

— Ты с ножом то обращаться умеешь?

Алана невольно погладила спрятанные под рукавом футболки ножны.

— Меня учили, правда, недолго.

— Завтра будет опасный переход. — темные глаза женщины рассматривали ее со странным выражением. — Мне надо быть уверенной, что ты не стаешь обузой и если что сможешь дать жару. Идем, покажешь, что умеешь.

Алане меньше всего хотелось идти куда-то с Шален. Было в ней что-то тревожное, от чего хотелось держаться подальше. Но одновременно понятно было, что не идти не получится.

«Если что — буду визжать», — решила девушка, следуя за Шален. Та остановилась у последнего костра, где сидели две пожилые женщины, точившие кинжалы. Отсветы пламени чуть искажали черты лица Шален, отчего та становилась похожей не злобного демона из страшных сказок.

— Давай, — она вынула из кинжал длинный узкий нож, — нападай как тебя учили.

Алане понадобилось несколько секунд, чтобы понять: ее подготовка здесь яйца выеденного не стоит. Шален в первые же секунды боя выбила нож из ее руки. Тот сверкнул и исчез в темноте, а девушка замерла, чувствуя, как горло покалывает кончик кинжала женщины.

— Опыта не хватает. — Шален опустила оружие, отчего Алане сразу стало легче дышать. — Но потенциал есть. И реакция неплохая. Короче, у тебя есть фишка — твои ножны. Если что, бей сразу и наверняка. Целься в глаз, ухо, пах, шею. Бей со всей силы, не жалей. Тебя жалеть точно не будут. И вот еще, держи. — она кинула девушке пару кожаных перчаток с отрезанными пальцами. — Так рукоять скользить не будет.

— Спасибо. — ошарашенная Алана убрала подарок в карман штанов.

— Не благодари, я несу ответственность за каждого. И мне не надо, чтобы ты стала слабым звеном. Просто дерись, если придется и не бойся. Страх ослабляет.

— А ты ничего не боишься? — осмелела девушка. Точившие ножи женщины куда-то ушли, и они с Шален остались вдвоем. Плюс застрявшая где-то в траве и оравшая дурниной цикада.

— Ничего не боятся только идиоты. Умные свои страхи знают и умеют контролировать. — Шален села у костра, откинувшись назад и опираясь руками о землю. — Я боюсь попасть в плен, я знаю свой страх и если так случится, то покончу с собой.

Она сказала это таким обыденным тоном, словно речь шла о повседневных вещах. И Алана ей поверила.

— Я не знаю, что там за периметром, — медленно произнесла Шален, — но походу там все равно лучше, чем здесь. Или нет?

— Смотря где. — осторожно произнесла Алана. — В нашей Зоне единственное, чего мы боялись — Сборы. Это когда Боги спускаются и забирают к себе тех, у кого выпьют души. Здесь такого нет?

— Нет. — пожала плечами Шален. — У нас есть культы, которые приносят жертвы Богам. Обычно их оставляют на ночь, а утром находят лишь тела. Есть те. Кто верит, что если добровольно отдать душу, то его заберут на небо.

— А ты во что веришь?

— А я верю в то, что мы там на хрен Богам не сдались. Не люблю фанатизм, это все обертка. Я верю в себя. И в своих девчонок. Они тоже скорее подохнут, чем сдадутся в плен.

— Как так можно жить? — вырвалось невольно у Аланы. В голове и правда не укладывалось. Она сидела и во все глаза смотрела на Шален, пытаясь понять. И не понимая.

— Так? — женщина усмехнулась. — Так вот как раз жить можно. Если быть осторожной и не наглеть. Невозможно жить, когда тебя в пятнадцать лет похищают во время побега и отправляют в гарем к одному козлу — главарю одной из самых крупных банд. Хреново жить, когда тебя имеют день за днем, чтобы ты забеременела, а потом, поняв, что ты бесплодна, отдают первому попавшемуся. Еще отвратнее, когда тебя приковывают к капоту машины, во время очередного рейда, в качестве талисмана. И просто поржать. А потом на этом же капоте и трахают.

Шален покосилась на окаменевшую Алану и вдруг усмехнулась:

— Чего смотришь? У нас почти у каждой подобное прошлое. Мне вот еще повезло: я понравилось одному… он был почти нормальный. И я его почти полюбила. Палач. Ему дали такое прозвище, потому что он любил лично убивать провинившихся или пленников. Он меня многому научил, приблизил к себе. Мы почти три года были вместе, пока его не убили. А мне пришлось бежать. Но его убийцу я хорошо запомнила.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — Алану трясло от переполнявшей жалости и злости. Боги! Это все они! Они прекрасно знают, что тут происходит и ничего не делают! Какими надо быть отморозками, чтобы день за днем наблюдать такое вот? Да еще спускаться сюда и проводить время среди подобных нелюдей?

— Да просто поболтать захотелось. Не жизни же тебя учить. — Шале зевнула и встала. От души потянувшись, добавила не без ехидства. — У тебя вон уже есть учитель. Как ты вообще в одной упряжке с Богом оказалась? Не таращь глаза, я в курсе, кто он.

— Он меня за собой потащил. — неожиданно пожаловалась Алана. — Сказал, что я на его погибшую возлюбленную похожа. И теперь таскает везде. — она коротко, не вдаваясь особо в подробности рассказала о том, как судьба свела ее с Нордом. Шален слушала, хмыкая, а затем громко расхохоталась.

— Твою ж, — она уперлась руками в колени, пытаясь отдышаться после приступа смеха. — Придурки!

После чего ушла, оставив Алану в недоумении. Впрочем, оно быстро прошло, сменившись возмущением от рассказа Шален. Понимая, что высказывать накопившиеся Норду — чревато, девушка просто молча подняла какую-то палку и с остервенением принялась лупить по высохшему корявому дереву. Проходившие мимо амазонки понимающе усмехались, но помалкивали. В конце концов, порой каждому необходимо выпустить пар.

Рука быстро устала, Алана запыхалась и швырнула палку куда-то в темноту. Услышала глухой звук удара и громкую ругань, ойкнула и удрала в палатку.

Норда там не было. Где шлялся Бог, девушка понятия не имела, но в душе радовалась, что его нет рядом. Она пока не разобралась в своих новых ощущениях.

На самом деле, это даже страшно: испытывать симпатию к тому, кого ты должна только ненавидеть и бояться.

Еще и завтрашний перегон. Сидя на коленях, в тусклом свете фонарика, Алана задумчиво перебирала расплетенные волнистые волосы и пыталась понять, отчего так неспокойно внутри. Норд же явно продумал все мелочи и постарался до минимума снизить риск.

«А потому тебе неспокойно, — сообщил внутренний голос, — что ты сомневаешься в его предложении переправить всех девушек за периметр»

Алана прикусила губу и кивнула сама себе. Может, она и самка с примитивным умом, но все равно догадывается, что не зря эта Зона абсолютно закрыта. Да и сам Норд отзывался о ней весьма нелицеприятно. Отсюда вывод: зачем ему выпускать местных обитательниц, да еще в таком количестве?

Легкий шорох позади заставил девушку скосить взгляд и тут же выпрямить спину. Взгляд Норда она почувствовала едва ли не лопатками, которые тут же зачесались. Замерев на одном месте, Алана от души надеялась, что мужчина сейчас мирно ляжет на свое место и вырубиться. А, может, сделает ей одолжение и потеряет сознание.

Вместо этого Норд вдруг запустил руки в ее волосы и принялся медленно пропускать пряди между пальцами. Алана окончательно перестала что-либо понимать и просто сидела, изображая статую.

— Завтра постарайся быть собранной и внимательной. — вдруг проговорил мужчина. — Вероятность драки велика, в ее разгар я могу банально не заметить, как на тебя нападут. Но постараюсь быть рядом. Не смей изображать героиню и пытаться прикрыть кого-то грудью. В крайнем случае — визжи, ори, я сразу услышу.

— Шален мне тоже говорила не бояться.

— Интересная женщина. — Норд чуть приподнял несколько прядей, наблюдая, как они скользят по рукам. — Думаю, скорее всего в ближайшее время за ней придут. Такие души здесь редкость. Особенно женские.

И Алана не выдержала. Развернувшись, она ткнула пальцем в обнаженную грудь мужчины и прошипела:

— Да пошел ты вместе со всеми своими Богами! Тут народ выживает как может, а вы только о душах думаете! Сам то еще никого не высосал? Может, меня тогда выпьешь? И знаешь что? Сомневаюсь, что все эти несчастные перейдут периметр! Да ты его и открыть то не сможешь без помощи, верно? Как в прошлый раз. Ненавижу! И вас, и этих кретинов, которые здесь все довели до такого состояния! А-а-а-а-а! Зачем ты вообще меня сюда потащил? Да ну нафиг вас всех! Нафиг, нафиг, нафиг!

У нее что-то помутилось в голове, реальность смазалась и несколько минут жизни просто выпали из памяти. Девушка пришла в себя, только когда ей на голову вылили ковшик ледяной воды. Закашлялась, зафыркали, но истерика тут же прошла.

— Вот и хорошо. — Норд присел рядом, отбросив ненужную посудину в сторону. — Ничего, теперь твои нервы успокоились, ты вылила напряжение, так что можешь ложиться спать. Такая реакция вполне естественна, хотя за подобную дерзость тебя бы уже размазали. Но я сделаю скидку на то, что для твоего восприятия подобное и впрямь оказалось тяжеловато.

— Извини. — глухо проговорила девушка, пряча мокрое лицо в ладонях. — Я не знаю, что на меня нашло. Правда, извини. Я ведь знаю, что ты пытаешься хоть что-то изменить. Часть из вас пытается.

— Ага. — Норд улегся на свое одеяло, закинув руки за голову. — Ложись спать, иначе завтра закатишь истерику, на радость всем остальным. Восстанавливай свои нервишки.

Светильник он погасил, и в наступившей темноте Алана осталась сидеть, прижимая руки к горящим щекам. Какой-то слабоватой показалась ей реакция Норда. Раньше он бы ее напугал так, что она заикаться начала. А тут словно отмахнулся: мол, бывает. Странно. Словно сам Бог тоже нервничал, но скрывал это.

Он боится, что его приступ может повторится на этой враждебной территории? Скорее всего, ведь тогда он ничего не сможет сделать. И неизвестно как долго. Прошлый раз он провалялся дольше обычного. А как вообще нервничают Боги? Они вообще умеют это делать? Или все эмоции убрали за ненадобностью? И можно ли ему нервничать? Вдруг станет хуже?

— Норд… — тихий шепот прошелестел в палатке, растворился в темноте. Алана замерла, прислушиваясь. Он что, спит? Если заснул, то она с чистой совестью отправится тоже спать и выбросит из головы всю дурь.

— Что?

Алана мысленно дала себе подзатыльник за глупость и, обмирая, проговорила едва слышно:

— Поцелуй меня.

Тишина в палатке стала ощутимо плотной, застывшей в ожидании. Девушка уже в сотый раз обругала себя за тупость и совершенно нелепый порыв. Решив, что Норд в своей надменной манере решил ее проигнорировать, она поняла, что сейчас лучше всего плюнуть и сделать вид, что ничего не произошло.

И вдруг воздух всколыхнулся. Алана почувствовала на плечах руки Норда. Мужчина дернул ее к себе, заставляя упасть вместе с ним на землю. Девушка едва успела вздохнуть, как почувствовала вновь это странное тягучее ощущение, когда ее губ коснулись чужие. В темноте обострились все чувства. И Алана невольно изогнулась, почувствовав, как чужие пальцы скользнули по спине, обхватили талию и прижали вплотную с твердому мужскому телу. Она вся растворялась в новых ощущениях.

До тех пор, пока ее не отстранили и не проговорили:

— На будущее: любой другой на моем месте уже бы тебя раздевал. Тебе повезло, что мои гормоны под жестким контролем… пока что. Но не факт, что сбой не произойдет через мгновение.

— А почему ты не согласился переспать с Шален? Тоже потому что все под контролем?

— Потому что мы выше инстинктов. Этим можно заняться, если скучно или потянет вспомнить как оно бывает. — Норд вдруг замолчал на секунду, потом нехотя добавил. — Хотя из-за этого долбаного вируса я стремительно приближаюсь к вам. Все, спать!

— Однажды я слышала, как ты шептал женское имя. — сообщила Алана и тут же почувствовала, как талию сжало словно клещами. Лишь на миг. Потом Норд расслабился.

— За сны я не в ответе. Я немногий, кто их видит. Скорее всего я называл имя женщины из прошлой жизни, но это ни о чем не говорит.

— Наверное, я постоянно тебе напоминаю о ней.

— Нет. Несмотря на вашу идентичность, вы совершенно разные. Она бы не смогла выжить в этом мире. А теперь, если ты не заснешь, то мне придется тебя оглушить.

Глава четырнадцатая

Утро получилось деловым и полным мрачного ожидания, несмотря на солнце и яркие краски вокруг. Амазонки, быстро перекусив, вплотную занялись оружием и транспортом. Алана только диву давалась, глядя на гору дубинок, копий, арбалетов и совсем уже незнакомых вещей, который вытащили из всех машин и из расположенного неподалеку небольшого схрона. Несколько женщин делали зажигательные бомбы из обожженных глиняных бутылок, другие проверяли оружие, третьи укрепляли сиденья, расположенные на крышах автомобилей. Шален и Норд опять что-то обсуждали, но на этот раз Алане было не до них. Гораздо сильнее ее волновал предстоящий рейд. Девушка пыталась помочь то одни, то другим, пока ее не позвала Крис. Худенькая блондинка стояла в странном черном жилете, надетом поверх залатанной футболки. Такой же она протянула Алане и проговорила:

— Это броник, одевай. Чтобы при драке не проткнули насквозь.

Девушка взяла жилет и отметила, что он довольно тяжелый.

— Металлические пластины, — пояснила Крис, помогая девушке одеть бронежилет, — вообще такие у нас редкость, чаще всего пластиком обходимся, но он и защищает хреново. Но караван подарил нам новый запас, да и тех уродов мы полностью обчистили. Так что в этот раз все поедут в брониках и в шлемах.

С этими словами она дала Алане еще и облезлый темно-коричневый помятый шлем на завязках. И пару кинжалов в ножнах, которые девушка прикрепила к поясу.

— Арбалет тоже дам, но постарайся своих не пристрелить.

— Может, мы вообще ни на кого не наткнемся?

— Вряд ли. — покачала головой Крис. — Там начинаются довольно богатые территории, за которые всегда идут драки. Я даже не знаю, кто из банд там сейчас временно закрепился. Главное драться, иначе все — крышка.

Алана, чувствуя себя довольно неповоротливой в бронежилете, кивнула и постаралась внушить себе, что да, драться она будет. По крайней мере, сильно постарается.

Наконец, выдвинулись в путь. Впереди мотоциклы, пассажиры которых вооружились луками, а в центре автомобили, на крыше которых устроились вооруженные копьями, зажигательными бомбами и дротиками амазонки. Те, кто сидел внутри машин, держали наготове арбалеты, а под сиденьями прятались дубинки.

Алана, по указу Шален, ехала вместе с Крис и еще двумя женщинами, которые устроились впереди. В отличие от прошлой поездки, в этот раз разговаривали мало и больше вполголоса. Нервозность, пока еще легкая, чувствовалась в каждом движении и взгляде. Алана шепотом поинтересовалась у Крис, неужели все так плохо, раз каждый выглядит обеспокоенным?

— Мы стараемся не соваться на территорию после Чертова ущелья. — объяснила девушка негромко. — Почти каждая из нас из тех мест. И знает, что там полный капец. Тем более само ущелье тоже та еще гадость.

— Там нападают?

— Редко, там крутые обрывы, хрен спустишься. Так что в основном могут обстрелять сверху или закидать бомбами. Но опять же проблема: там проход широкий, увернуться легко.

Залитая солнцем долина с редкими деревьями — бензиновыми и обычными — пока выглядела довольно мирно. Если в развалинах кто и прятался, то он не давал о себе знать. Банда амазонок сегодня выглядела грозно и несокрушимо. Чуть покачивались глядевшие в яркое небо копья.

Алана порой высматривала Норда, но тот ехал где-то впереди, вместе с Шален. Лишь один раз промчался мимо машины, где сидела девушка, чуть сбавил скорость, оглядел Алану и, хмыкнув, умчался дальше.

— Заботливый. — оценила Крис. — А за периметром еще такие мужчины есть?

— Ну-у-у-у, возможно, — дипломатично ответила Алана.

— Здорово. Вот такому я бы родила.

«Такому — вряд ли», — подумала девушка, но промолчала, дав Крис вволю помечтать о том, что будет, когда они вырвутся за периметр Зоны.

Алану еще беспокоило состояние Норда. Сегодня утром она, проснувшись, увидела, что мужчина сидит и выглядит крайне недовольным. Сначала решила, что это из-за вчерашнего поцелуя, но затем выяснилось, что Норд пытался связаться с Деймоном. В итоге опять потерял сознание почти на три часа. Но зато, очнувшись, уловил сигнал «коллеги» и описал ему ситуацию. Алане же сказал, что у них мало времени и границу откроют к определенному сроку.

— Знаешь, что я думаю? — вдруг проговорила Крис. — Что Норд — посланник Богов!

— Да щас! — фыркнула водитель. — Видела я этих посланников, уж поверь. Досыта ими наелась. Фанатики долбаные. Меня девчонкой отдали служить такому вот культу, так я вам скажу: они там все психи. Реально! Один, решив, что пытками заслужит уважение Богов, так издевался над пленниками, что мне до сих пор иногда кошмары снятся. Норд больше похож на сошедшего Бога или просто на адекватного чувака.

Все трое уставились на Алану, та почувствовала себя как под прицелом и поежилась.

— Не в курсе, сама с ним не так давно. Но, думаю, скорее второй вариант.

— Ну да, — подумав, согласилась водитель, — на кой черт ты бы Богу сдалась.

«Вот, вот, — мрачно подумала Алана, — ключевая фраза: на кой черт. Хоть бы намекнул на то, что будет дальше. А то я иду, как слепая».

Впрочем, будущее она пока оставила в покое. Гораздо страшнее выглядело настоящее и предстоящий проезд по Чертовому ущелью.

* * *

К ущелью подъехали ближе к вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту. Перед этим сделали остановку и заправили весь транспорт до предела, поели сами и еще раз проверили оружие.

Алана вцепилась обеими руками за ручку двери. Ущелье не выглядело опасным или угрюмым местом: просто широкий, очень широкий проход между скалами. Но его объезд действительно увеличил бы время путешествия, причем намного. И к утру они бы точно не успели достигнуть границы.

Затрясло сильнее: машины, постепенно разгоняясь, помчались к ущелью. И на полной скорости влетели в него. Алана едва не прикусила язык, когда тряхнуло на особенно большой кочке. Дорога оказалась каменистой и неровной, но действительно очень широкой. Осторожно выглянув в окно, девушка увидела практически отвесные скалы серо-желтого цвета, без малейших признаков растительности.

Напряжение достигло наивысшей точки. Воздух вокруг словно уплотнился и едва ли не искрил от волнения. Машины на полном ходу, поднимая тучи пыли, мчались по ущелью, а все женщины молчали, то и дело поглядывая наверх. Алана, глядя на остальных, тоже принялась посматривать на края скал, подсознательно ожидая, что вот-вот там кто-то покажется.

Треть пути… Половина… Алана заметила, как Крис перехватила удобнее заряженный арбалет, чтобы в случае чего пальнуть в окно. И сама последовала ее примеру, надеясь, что сможет выстрелить. Она была уверена, что сейчас все амазонки были натянуты, как струна, готовые броситься в бой при малейшем подозрении на нападение.

В горле пересохло, и девушка сделала несколько глотков из небольшой глиняной фляжки. Ожидание выматывало, внутри все дрожало. Девушка сделала еще глоток и постаралась успокоиться. Их много, с ними Норд, так что все должно пройти хорошо. Если нападут — будет стрелять, визжать, кусаться и царапаться. После рассказов женщин Алана была настроена довольно решительно.

— Успокойся, — вдруг шепотом проговорила Крис, продолжая коситься наверх. Бросила быстрый взгляд на Алану и пояснила:

— У тебя руки дрожат, ты стрелять не сможешь.

Посмотрев на подрагивающие пальцы, девушка глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Но легко сказать! Сама мысль о нападении заставляла тихо скулить от страха, несмотря ни на что. И Алана просто стала отсчитывать минуты до выезда из ущелья. Заодно надеясь, что Норд вовремя заметит любую опасность и справится с ней.

Если только не потеряет сознание. Девушка почувствовала кислый привкус паники во рту. Если он упадет в обморок, то все может закончиться очень плохо. Для нее, для остальных женщин. Она ярко представила, как Норд лежит в пыли, а ее утаскивает на мотоцикле какой-то здоровый волосатый бандит, и прикусила себе запястье, чтобы прийти в себя.

Когда уже ночью впереди показался выезд из ущелья, то девушка едва не зарыдала от счастья. Но сдержалась и покосилась на остальных. Женщины продолжали настороженно посматривать наверх и явно ждали момента, когда машины выскочат на открытое пространство. Крис облизала губы и сглотнула так, что Алана поняла: ее новая знакомая нервничает ничуть не меньше. Просто лучше держит себя в руках.

В темноте, при свете фар, ехать оказалось еще страшнее. В каждой тени чудились притаившиеся бандиты.

И вот уже мотоциклы выскочили из ущелья, следом за ними мчались первые машины.

Все произошло в считанные секунды. Первые три автомобиля, практически вылетевшие на открытое пространство, вдруг исчезли из виду. Следовавшие за ними с визгом затормозили, но еще одна не удержалась и тоже упала в яму, до того момента тщательно замаскированную.

— Что это? — завизжала Алана, цепляясь за ручку двери, чтобы не начать летать по салону. Их автомобиль развернулся боком, остановился, а затем рванул в объезд ловушки.

— Заткнись! — рявкнула водитель. — Мать вашу! В оба глядеть!

Сердце заколотилось где-то в ушах, посылая безумные дозы адреналина в кровь. Где-то впереди разворачивались и мчались обратно проскочившие мотоциклисты. Впереди всех — Шален и Норд, за спинами которых лучники уже готовы были начать стрелять.

— Не останавливаться! — рявкнула предводительница. — Две машины сюда, остальные — вперед!

Большая часть мотоциклистов рванула следом за машинами. Алана не выдержала и, едва не отпихивая Крис от окна, посмотрела, что происходит.

Четыре автомобиля угодили в тщательно подготовленную ловушку, откуда выбраться уже не могли. Шален с помощниками вытаскивали пассажиров и водителей, подгоняли быстрее рассаживаться и все время оглядывали открытое пространство.

— Смотрите! — взвизгнула Алана. Остальные уже тоже заметили. На ближайших скалах загорелись костры, забили барабаны. Вдалеке зажглись множество фар автомобилей и мотоциклов. Темная ночь моментально стала яркой и крайне опасной.

— Засада, — Крис перехватила арбалет. — Трогай, Нисса! Главное не останавливаться!

— Быстро! — это Шален подъехала к машине и резко затормозила. — Алана, пересаживайся ко мне, Агата пересядет на твое место.

Лучница молча соскочила с мотоцикла предводительницы и открыла дверь машины. Ничего не понимая, Алана послушалась и, усевшись позади Шален, вцепилась в ручку перед собой.

— Держись крепче. — сказала женщина и крикнула. — Гоните что есть силы! Живьем не даваться!

* * *

В инфракрасном диапазоне все выглядело печально. Холмистая равнина, открывшаяся взгляду Норда, оставляла мало шансов на успешный прорыв к намеченной точке границы. Сам Норд скорее всего туда бы добрался, но чертова Шален отказалась отдавать Алану. Дальше на пути виднелись еще не остывшие и светящиеся инфракрасном зрении моторы машин, затаившихся в засаде. Сама дорога была, судя по всему напичкана ловушками — ямами. Почти все объездные маршруты оказались перекрыты завалами или тросами, натянутыми на высоте сидящего на мотоцикле человека. Похоже, засада готовилась давно и очень тщательно. Не на них. Скорее всего, на тот самый караван, который незадолго до этого был разграблен, в том числе и бандой Шален.

Обычное невезение, которое могло стать для всех них смертельным.

Отыскав лазейку, Норд рванул вперед, ненамного опережая Шален. Остальные мотоциклисты и автомобили гнали следом, а еще дальше мчались преследователи. И очень быстро настигали. Мимо, чиркнув по боку мотоцикла, пролетел болт арбалета, Норд чуть вильнул в сторону и, не оборачиваясь, выстрелил в ответ. Преследователь закувыркался вместе со своим мотоциклом, исчезая в ночи.

Темнота ухудшала прицел, так что многие выстрелы приходились «в молоко». Тем не менее кто-то ухитрился «снять» его лучницу, попав стрелой ей в голову. Спихнув отяжелевшее тело, мужчина опять чуть вывернул мотоцикл, одновременно выискивая взглядом Шален и Алану. Заметил и, подъехав, крикнул, перекрывая рев моторов:

— Если ты хочешь выжить и уйти из зоны, повторяй все за мной. Испугаешься — смерть. Не урони Алану, если ты это сделаешь, то я сам тебя убью. И не отставай, я выведу.

Он уже инфракрасным зрением видел впереди преграду. Вскоре увидели и остальные: когда впереди вспыхнули фары огромных автомобилей, выстроившихся в линию. Все, их просто загнали в кольцо.

Теперь практически единственный маршрут пролегал по непроходимой для машин узкой тропке, поднимающейся на гребень скального массива, рассекающего равнину пополам. Норд и помчался туда, зная, что Шален не отстанет.

Лишь раз он обернулся, услышав неподалеку крик Аланы. Но сама девушка оказалась невредимой, она кричала, глядя на машину, в которой ехала совсем недавно. Ту догнали и окружили преследователи. В окно высунулась светловолосая девчонка, выстрелила, а затем вдруг дернулась и бессильно повисла на дверце.

Не зря амазонки не хотели возвращаться в эти края. Всего за несколько минут их банда прекратила свое существование. Но они уже были не нужны мужчине, который видел, что до границы осталось не так много. Норд зажал ручку газа и рванул вверх по тропинке, надеясь, что Шален обладает навыками езды по горам.

Мотоцикл с визгом задней покрышки начал взбираться в гору, закидывая догоняющих камнями и крошкой. Короткий взгляд и Норд заметил, что Шален и Алана от него не отстают. Еще несколько амазонок на мотоциклах также старались их догнать.

Узкая тропинка с камнями, пара двухметровых обрывов с резким торможением на приземлении, почти вертикальная земляная стенка, Норд только успевал фиксировать и преодолевать препятствия. Амазонки не удержались и с криками упали с тропинки вниз. Шален пока держалась.

Вершина скального массива оказалась почти плоская, там можно было разогнаться. К сожалению, на вершине успел расположиться один из бандитских отрядов. Видимо сюда можно было подняться с другой стороны, по более удобной дороге. С радостными дикими воплями и ревом заведенных мотоциклов и машин они поприветствовали беглецов. Норд чертыхнулся и гаркнул подъехавшей Шален:

— Гони на ту сторону, тропинка закончится мостиком, как проедешь — подожги его и через несколько сотен шагов будет граница, ждите меня там. Без меня граница не откроется.

Все расчеты показывали, что убежать ни на одном мотоцикле с Аланой, ни на двух не получится — сто процентов вероятности догонят и подстрелят Алану или уронят мотоцикл. Придется их отвлечь. Норд стоя на месте развернул мотоцикл и помчался в сторону бандитов. Мужчина очень надеялся, что Шален сумет добраться до границы.

Сам он собирался повторить трюк, использованный не так давно в битве между бандой Шален и другой группировкой. Только вот оказалось противники в этот раз оказались более умелыми и лучше вооруженными. С мотоциклов полетели связанные по три шары. Мотоцикл Норда вильнул, пара бола промахнулась, а вот третий зацепился за переднее колесо и мгновенно его заклинил. Мотоцикл кувыркнулся через руль. Норд полетел кубарем в пыль, моментально высчитывая траекторию падения и сгруппировавшись. Вскочил, но его уже окружили и закидали бола, которые мгновенно скрутили руки и ноги.

Рывок… и путы остались на месте. Норд понял, что ему опять «повезло»: бола оказались изготовленными из нановолокон. Видимо бандиты отыскали эти невероятно прочные тросы среди руин еще очень давно. В своем нынешнем состоянии разорвать их сразу Норд не мог.

Некоторые бандиты с радостными воплями соскочили с мотоциклов, другие с улюлюканьем продолжали кружить на мотоциклах вокруг пленника. Ситуация стала не слишком радостной. Время стремительно уходило, а вскоре Деймон должен был открыть на проход. Ровно на две минуты.

Только бы не отключиться до границы, вздохнул Норд, и мир остановился. Времени изменять структуру кожи и верхнего слоя мышц не было. Поэтому прежде чем лопнуть, прочные шнуры бола глубоко прорезали кожу. Освобожденные шары как пушечные ядра полетели во все стороны. Ускоренный в сотню раз Норд прыгнул на ближайших бандитов и от души ударил по головам, которые взорвались смесью крови и сероватой мозговой массы. Брызги еще не успели долететь до земли, как через долю секунды остальные бандиты тоже были мертвы.

Время!

Мужчина огромными тридцатиметровыми скачками понесся в сторону границы. По пути он встретил машину, возвращавшуюся от разрушенного моста ни с чем. Значит, Шален и Алана все же смогли проскочить.

Оставлять свидетелей произошедшего Норд не хотел. Он буквально пролетел сквозь машину, легко задев каждого из бандитов. Но скорость этих «легких» ударов сломала шеи хрупким человеческим организмам. Через несколько секунд мужчина добежал до каньона, легко перемахнул через него и нагнал своих попутчиц.

Время вышло. Мир покачнулся, резко сузился до точки и пропал.

* * *

— Три минуты.

Алана едва расслышала, что сказал Норд, затормозивший рядом с ней. Переспросить не успела: покачнувшись, мужчина упал вместе с мотоциклом, оказавшись частично им придавленный.

Вот только этого не хватало! Алана затравленно посмотрела в ту сторону, откуда они приехали, но там царили ночь и тишина. Лишь здесь едва слышно урчал мотоцикл Шален, освещая фарами небольшой кусок земли. Да где-то на востоке небо начинало едва заметно светлеть. Страшная ночь подходила к концу.

— Что три минуты? — подбежавшая Шален, с царапиной поперек лба, с синяком на скуле и растрепанными волосами, выглядела страшно. — Эй, что за мать их три минуты? — заорала она.

— Не знаю! Он не успел сказать! Может, у нас три минуты, чтобы пересечь периметр или до открытия три минуты. Я не знаю! — у девушки затряслись руки. Не хватало только остаться здесь, в этом кошмаре. Алане казалось, что легкий ветер приносит запах крови, хотя на самом деле пахло пылью и немного выхлопными газами. Девушка всхлипнула и тут же получила хлесткую пощечину.

— Заткнись, не время. — Шален кивнула на Норда. — Он сказал, что без него периметр не откроется?

Продолжая держаться за щеку, девушка лишь кивнула.

— Тогда давай, помогай! — женщина ухватилась и рывком подняла его, освобождая Норда. Затем взяла мужчину за руку, собираясь поднимать и его. Алана бросилась на помощь.

Оказывается, это ей мужчина казался неподъемным. А вдвоем они его очень даже ловко подняли.

— А если мы ошибаемся? — Алана одной рукой вцепилась в Норда, которого они усадили между собой, а второй за какой выступ сбоку.

— Тогда сдохнем. — огрызнулась Шален. Заведя мотоцикл, она направила его вперед, к границе, которую жители Зоны обозначали столбиками с висевшими на них черепами. Коротко и ясно.

«Только не падать в обморок», — Алана зажмурилась и постаралась не думать о том, что будет, если они ошибаются. А тело напряглось, ожидая, что вот-вот рассыплется пеплом. Интересно, а боль она успеет ощутить, подумалось как-то вяло, словно мозг устал реагировать на стресс.

Мотор вдруг резко замолчал, зато громко выругалась Шален. Почувствовав, что мотоцикл начинает странно крениться, Алана открыла глаза, готовясь спрыгивать.

Но Шален все же смогла удержать равновесие и остановила мотоцикл.

— Заглох, собака! — она спрыгнула с него. Алана торопливо последовала ее примеру, а Норд стащили общими силами.

Мотоцикл не просто заглох: он стоял, а его двигатель рассыпался на глазах у изумленных женщин. Пара минут и транспорт превратился в бесполезную и довольно ржавую железку.

— Что за хрень? — пробормотала Шален. Она осторожно приблизилась к мотоциклу, но трогать его не решилась.

— Это значит — мы прошли. — Алана грохнулась на колени рядом с Нордом, так как ноги не держали.

— Я нигде не видела такого транспорта. И Норд говорил, что они дали его только вам. Логично, что он перестал работать за периметром.

Она посмотрела на периметр, который с этой стороны казался легким маревом над землей, мешая разглядеть, что же твориться внутри Зоны. Перевела взгляд на раскинувшееся неподалеку озеро, едва заметное в полумраке, силуэты скал и… заревела в голос. Все произошло так быстро, что она даже не сумела сразу осознать случившееся. А теперь вдруг навалилось понимание, что все, кроме них троих, погибли. И Крис, которая мечтала встретить кого-то, кому она захочет родить детей, теперь лежит где-то позади, пронзенная болтом арбалета. Девушка буквально завыла от раздирающей внутренней боли. Все эти женщины, добившиеся хоть какой-то независимости, погибли из-за них или попали в рабство. Из-за того, что Норд пообещал им жизнь за периметром. Поверили, пошли и что теперь?

Шален не плакала. Крепко сжав зубы, она стояла и смотрела в сторону покинутой Зоны, а в глазах было что-то такое, что любого заставило бы отойти от женщины подальше. Наконец, резко проведя рукой по лицу, словно стирая прошлое, она обернулась к Алане. Как раз, чтобы увидеть, что та, перестав рыдать, поднимается и настороженно на нее смотрит.

Алана уже привычным движением заставила нож выскользнуть из ножен в руку, надеясь, что Шален этого не заметит. Доверять той, кто прожил всю жизнь в том аду, девушка точно не собиралась. Тем более грызло подозрение, что с Шален станется обвинить в гибели своей банды и ее, и Норда. Да и смотрела женщина как-то странно, словно что-то прикидывала. Алана замерла, понимая, что с одной стороны весьма глупо нападать на более опытного противника, но с другой стороны осознавая, что убежать не сможет. Не потому, что ее догонят, а потому, что не бросит трижды проклятого Норда одного. Пусть он хоть сто раз твердит, что ничего ему нельзя сделать. Что-то внутри — женская глупость, не иначе — мешала так поступить. Струйка пота медленно стекала по лбу, но Алана боялась ее смахнуть, а лишь неотрывно следила за столь же напряженной Шален. Чья правая рука пряталась за спиной.

А темнота вокруг бледнела все сильнее, уступая место рассвету.

— Только не говорите мне, — раздавшийся насмешливый голос развеял напряжение, как дым, — что две обезьяньи самки собрались драться за человека.

Миг, и Алана вместе с Шален невольно сделали шаг назад при виде того, кто показался из-за камней. Высокий статный мужчина в черном облегающем комбинезоне, на фоне которого рыжие густые волосы до плеч казались особенно яркими. Узкие губы на очень бледном лице чуть кривились в непонятной усмешке. Встав неподалеку, мужчина взглядом темно-серых глаз мельком скользнул по замершим женщинам, остановился на Норде.

— Отключился. — он поднял руку и картинно ударил себя по лбу. — Позор всем людям.

— Часа два пролежит, — робко вмешалась Алана, — а то и все три. Мне кажется, что у него каждый обморок все длиннее.

Рыжеволосый перевел взгляд на Алану с таким видом, словно рядом с ним заговорил муравей. Девушка стушевалась, хотя не понимала, что такого она сказала.

— Кака-а-ая пре-е-елесть! — рыжеволосый вдруг подмигнул, отчего лично Алане стало страшно. — Самки. Говорящие обезьянки. А одна так и вовсе из Зоопарка. Любит Норд таскать за собой всякую… кхе, всякую… И зачем вы тут?

— Из какого еще… — Шален поперхнулась, прокашлялась и переглянулась с Аланой. Та едва заметно качнула головой, словно советуя не качать права. Что-то подсказывало девушке, что этот Бог не будет таким снисходительным, как Норд. Пусть он даже и ведет себя как редкостный придурок.

Слова следовало подбирать очень тщательно.

— Мы с ним. — Алана ткнула пальцем в сторону лежавшего Норда. — Вот она помогла нам перебраться через Зону, а взамен он обещал провести ее за периметр.

— Я знаю, что она помогла вам. — скучающим тоном проговорил рыжеволосый. — Одна из самых сильных и злобных зверюшек на свободе? Хорошо, а что именно Норд обещал тебе?

— Вывести за периметр. — голос Шален звучал совершенно безжизненно, словно она тщательно спрятала все свои эмоции.

— И отпустить живой и невредимой?

На лице женщины ничего не дрогнуло.

— Именно.

Рыжеволосый продолжал в упор разглядывать Шален, чуть постукивая пальцами по подбородку. Та в свою очередь смотрела на мужчину и одновременно сквозь него. Чуть скосив взгляд, Алана заметила, как бешено бьется на шее женщины жилка. И чуть покрепче сжала спрятанный в руке кинжал, хотя понимала, что против Бога такое оружие — смех один.

— Опасная ты зверюшка. — движение рыжеволосого они даже не заметили. Просто вот он стоял в одном месте, а в следующее мгновение уже двумя пальцами сжимал подбородок побледневшей, даже посеревшей Шален. Чуть наклонившись к ее лицу, мужчина как-то заговорщически произнес:

— Жалко, что Норд обещал тебе жизнь. Точно обещал? Не врешь, зверюшка? Я люблю выпивать таких… сильных. М-м-м! — рыжеволосый с шумом втянул воздух, словно принюхивался.

«Да он псих!» — Алана осторожно присела рядом с Нордом и погладила его по руке, мысленно умоляя прийти его в себя. Что же касается Шален, так она превратилась в статую.

— Ну ладно, — мужчина отступил на шаг, махнул рукой, — вали отсюда, пока я не передумал. А я могу передумать быстро! — внезапно расхохотался он. Шален обошла его по широкой дуге и, не оглядываясь, скрылась между скальными уступами. Лишь некоторое время слышались легкие шаги.

— Я с ним. — Алана тут же ткнула пальцем в Норда, едва почувствовала, как слегка безумный взгляд рыжеволосого замер на ней.

— Ох уж этот Норд, вечно таскает с собой игрушки, зверей, всякую гадость. — мужчина широко улыбнулся, отчего Алане захотелось схватиться за сердце. — К слову, тебя я гадостью не считаю. Тебе что больше нравится: игрушка или зверек? Одних ломают, а других усыпляют.

— Давайте остановимся на варианте человека.

Рыжеволосый захохотал так, что девушка всерьез забеспокоилась. Свою фразу она не считала настолько остроумной. А мужчина едва не икал от смеха.

— Тьфу ты, — он присел на камень, — Ты и человек? Ты серьезно?

— На обезьяну я тоже не похожа. Я видела их на картинках.

— Да разве дело во внешности. — махнул рукой мужчина. — Все дело вот тут, в мозга-а-ах! — он постучал себя пальцем по голове. — У вас ограниченное мышление. И для нас, вы — обезьянки.

— Может быть. — согласилась Алана. — Только без нас вам тоже того… крышка.

— О-о-о, ты опять умничаешь? — пришедший в себя Норд приподнялся на локтях и поморщился.

— Так, я не понял! — завопил рыжеволосый. — Эй, я тоже такую хочу! Ты как ее выдрессировал? Шикарно дерзит, да еще с таким невинным видом. Слушай, а ты ей границы то поведения показал? А ты…

Норд уставился на него без особой симпатии, и у Аланы появилось сильное подозрение, что эти двое общаются без слов.

* * *

«Похоже при активации высших функций вирус также активизируется», — Норд сел, едва сдерживаясь от чисто человеческого стона. То, что он чувствовал, было сродни головной боли.

«Я периодически следил за вами через микродроны, — тон Деймона, а это был именно он, теперь звучал не так насмешливо, — но момент с твоей отключкой пропустил. Ты правда обещал провести за периметр одну из скотинок Зоопарка».

«Обещал. А где она, кстати?»

«Ушла, сообщив, что ты давал слово выпустить ее за периметр живой и невредимой. Врет?»

«Частично, но плевать. — Норду сейчас было не до одной из скота. — Где антивирус?»

«У меня, но нам стоит найти экранированное убежище, где ты сможешь устроиться с комфортом».

Норд кивнул. При действии антивируса была велика вероятность аварийной перезагрузки и срабатывания системы восстановления, которая в автоматическом режиме установила бы связь с кораблями Норда. А это пока было лишнее. Могло бы возникнуть много неприятных вопросов на тему, почему он исчез с поля зрения радаров в одном месте, а потом оказался совсем в другом.

«Когда я был на месте первых координат, то отметил, что пещера полностью экранирована. Скорее всего, следующая точка будет точно такой же».

«Велик шанс, — кивнул Деймон. — А эта особь? Ты зачем таскаешь ее?»

«Она пригодилась в первый раз. — неохотно признал Норд. — Возможно, стоит ее не отпускать до конца».

«Возможно. — Деймона явно меньше всего интересовала Алана. — Далеко точка вторых координат?».

«Держи», — Норд попытался перебросить рыжеволосому файл, но тот отклонил сообщение и мысленно покрутил пальцем у виска.

«От скота глупостью заразился? От тебя с любым файлом вирус так и рвется. Давай уж, так говори, перенесу вас туда. Эх, все-таки не стоило ту самку отпускать».

«Да, я думаю, у нее неплохая душа».

«Поверь мне, она у нее просто шикарная. — заулыбался Деймон. — Одно время думал выращивать ее для себя, но потом что-то отвлекся, забыл. Несколько лет назад в Зоопарке решил от скуки побыть в шкуре особи. Выбрал одного, выпил, а сам в его облике потусил. А эта самка оказалась его женщиной. Ну я шутки ради научил ее многому, приблизил к себе. А потом через год надоело. Так что инсценировал свою кончину и удрал. А она смотри-ка, во вкус вошла».

Норду не особо интересно было выслушивать подробности развлечений Деймона. Каждый из них дурил в меру своей скуки. Сейчас Норда гораздо сильнее тревожило то, что голоса в его голове звучали громче обычного. Так, что мужчина пару раз даже плохо слышал Деймона. Мысли удавалось держать связными с трудом. Одну за другой, Норд принял сразу двадцать капсул, чем заслужил внимательный взгляд Деймона. Но рыжеволосый промолчал, только проговорил:

«Забирай тогда девку и идите за мной».

Глава пятнадцатая

Капсула Деймона стояла за большим серым валуном, невидимая во всем электромагнитном спектре — от длинноволнового до гамма-излучения. Норд покосился на Алану, представляя, как для нее выглядит активация капсулы: словно в воздухе появилось яркое пятно, тут же расширилось до отверстия, в которое можно пройти не нагибаясь. Он был уверен, что увидит круглые глаза и полный удивленного восторга взгляд, какой всегда появлялся у девушки при виде чего-то нового и интересного.

Но в этот раз Алана осталась задумчивой и словно какой-то прибитой, серьезной. Да, на внезапно появившийся вход в невидимую капсулу покосилась, но и только. Молча зашла следом за Нордом в яркую ослепительно-белую кабину, молча села на выросший из пола стул, тут же подстроившийся под ее тело.

«Шок, — прошептал один из голосов, самый разумный, — а ты чего хотел? Она просто постоянного стресса не вынесла. Не мучай ее, убей!»

«Лучше трахни, — присоединился другой голосок, тонкий и въедливый, — сразу шок пройдет, гарантирую. Давай, давай, а еще лучше Деймона пригласи присоединиться»

«Выпей ее душу, — прошипел третий, самый громкий, — и плевать на все. Антивирус почти у тебя, ты скоро восстановишься. А потом выпей ее… выпей… выпей… выпей».

Норд не выдержал и треснул себя кулаком по лбу. Голоса обиженно притихли, но продолжили бубнить на границе сознания, выматывая все больше. Мужчина старался не смотреть на Деймона с нетерпеливой жадностью. Ему позарез требовался антивирус. С вирусом все внутри его некогда идеального организма шло наперекосяк, а психическая нестабильность резко подскочила. Надо же, а до этих пор Норд был уверен, что у него эта проблема не стоит так остро.

Чтобы отвлечься, он повернулся к сидевшей рядом Алане. И вновь отметил потухший взгляд, устремленный куда-то внутрь.

— Эй, с тобой все хорошо?

Девушка дернула плечом, выглядывавшем из подранной футболки и куртки.

— Из-за нас погибла куча народа. Как думаешь, я могу быть нормальной?

— Из-за нас? — Норд не обратил внимание на чуть фыркнувшего Деймона. А тот с интересом прислушивался к диалогу.

— Да. Из-за нас! Ты пообещал вывести их за периметр, а я, дура такая, промолчала и не стала говорить, что столь широкие жесты не в твоем характере! Они из-за нас пошли туда, где их вон, за минуты размели!

— Самки изначально всегда слабее. — не выдержал Норд. — Всегда. Вбей себе это в голову. У них был выбор: могли не соглашаться и ехать по своим делам дальше. Я просто предложил сделку.

— А если бы они прорвались все? — Алана в упор уставилась на Норда. — Ты бы их отпустил? Живыми?

— Тра-ля-ля! — пропел Деймон. — Кому-то дали слишком много воли.

— Я обещал вывести их за периметр и отпустить. — в свою очередь закипел Норд. — Ты где-нибудь услышала про жизнь? Это договор. И не тебе влезать в мои решения! Сиди, страдай, если хочешь, только не надо пытаться навязать мне свои примитивные тупые размышления!

Девушка выпрямилась и обожгла таким взглядом, что даже голоса в голове на мгновение замолкли озадаченные. Норд же просто отвернулся, сжимая виски пальцами и не желая больше выслушивать всякий бред. Все, что его сейчас интересовало — добраться до точки вторых координат, выяснить, что там и получить антивирус.

Как эта Алана до сих пор не поймет, что без острой необходимости они скот не убивают! Всех выживших амазонок бы просто забрал с собой Деймон, в свою «кладовую». Ну, может, парочку он бы оставил и себе, чтобы после выздоровления насладиться душами.

Полет в капсуле занял несколько минут и закончился на небольшой площадке, вокруг которой вздымались скалы. Первое, что почувствовал Норд, выйдя наружу: резкий холодный ветер, пытавшийся содрать одежду. А мужчина так и продолжал разгуливать в штанах и распахнутой безрукавке. Впрочем, такие мелочи как непогода, Норда не волновали. Но посмотрев на моментально задрожавшую Алану, он буркнул Деймону.

— Надо ее одеть.

— Или раздеть. — зевнул рыжеволосый. — Они тогда так забавно бледнеют и начинают дрожать. Ладно, сейчас.

Он на мгновение заглянул в капсулу и тут же вернулся с крохотным шариком в руках. Бросил его в Алану, попав точно в грудь, девушка даже не успела отреагировать и с запозданием шарахнулась в сторону. А шарик вскипел и растекся по телу тонкой пленкой, которая превратилась в обычные штаны из плотной ткани и черную облегающую куртку со множеством молний и застежек.

— А где моя старая одежда? — девушка принялась себя ощупывать, едва ли не крутясь вокруг собственной оси.

— Ее расщепили за ненадобностью, когда сняли примерный слепок того, что надо сделать. — ответил Норд за Деймона. Тот, видимо решив, что отвечать какой-то там самке выше его достоинства, уже оглядывал стиснутое скалами пространство.

— Там. — он кивнул в сторону нагромождения камней и нависшего над площадкой скального парапета. Норд кивнул: да, точка находилась где-то там.

— Идем. — он протянул руку, собираясь взять Алану, но та вдруг отошла в сторону. Ну вот, опять начинается! Норд едва не закатил глаза и произнес:

— Я ценю смелость, но иногда она переходит в глупость. Могла бы уже понять, что наша логика лишена того, что вы зовете чувствами. Нет, мне не жаль тех женщин. Нет, меня не будет мучить совесть. На твоем месте я бы постарался это понять. Можешь жалеть их за нас двоих.

— Знаешь, что страшно? — Алана подошла и серьезным взглядом посмотрела на Норда. — Страшно то, что я начинаю тебя понимать. Но это не означает, что я соглашусь с твоей позицией. Я и так уже считаю себя чудовищем.

— Лично я считаю, что ты просто женщина, которая начинает понимать, что такое жизнь. А теперь пошли, мне некогда вести философские беседы.

Судя по всему, точка вторых координат находилась где-то за гладкой каменной стеной. Деймон, понимая, что Норд не может сейчас активировать ни одну функцию, просканировал нужный участок и кивнул. Спустя пару минут толстая каменная стена, заскрежетав, уползла куда-то вниз, открывая квадратный темный проход.

«Удачи, — Деймон отступил обратно к капсуле, — не буду здесь долго светиться, мало ли»

Норд кивнул: три фракции и раньше частенько сталкивались лбами, были и вирусные атаки, но удара такой силы еще не было. Причем именно на Первую фракцию.

Словно кто-то подозревал, что они ищут нечто, что может изменить всю систему «Боги-скот».

А, может, у Третьего иерарха просто окончательно «снесло крышу».

«Эй, Норд, — снова окликнул его Деймон, — после того, как вылечишься, то выпей девчонку. У тебя сильно дестабилизирована психика, лечение тоже может повлиять не слишком хорошо. А скота поблизости, как видишь, нет. И я пока больше не буду связываться с тобой. Для перестраховки».

Он исчез в капсуле. А Норд посмотрел на стоявшую рядом Алану. Та явно перестала мерзнуть, но мужчина вдруг подумал, когда она последний раз ела?

— Ты голодная?

— Есть такое. — улыбнулась девушка чуть криво. — А что? Там нас ждет пир?

— Придумаем что-нибудь. — Норд еще раз посмотрел на нее, встретил ответный взгляд, все еще печальный и серьезный. Может, Деймон и прав насчет «выпивания». Мужчина вспомнил, что в последний раз принимал тридцать капсул-заменителей и особого эффекта не ощутил.

«Ладно, все будем решать постепенно. Для начала войдем и посмотрим, что там». - активировать переданный заархивированный антивирус Норд не спешил. Для начала он хотел пройти как можно глубже в пещеру и убедиться, что она экранирована.

Шаг за шагом, они продвигались по темному туннелю.

— Ощущение, что мы тысячу километров прошли. — негромко проговорила девушка, цеплявшаяся за руку Норда. Тот промолчал: они прошли всего пятьдесят метров. Он, в отличие от Аланы, великолепно видел в темноте.

Коридор закончился стальной, утопленной в скальную породу, дверью. Стоило к ней приблизиться, как она медленно и бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в просторное помещение. И стоило им туда войти, как зажегся свет. Сначала тусклый, он с каждой секундой становился все ярче, пока не осветил всю комнату.

— Где мы? — Алана оглядывалась вокруг и явно видя лишь абсолютно пустую комнату с белыми стенами и зеркальными потолком и полом. Для Норда же все выглядело по-другому.

— Мы в Сети.

— Где?

— Почти. — поправился мужчина. — Мы сейчас в локальном участке Сети, который недоступен никому, кроме тех, кто вошел в эту комнату. То есть не совсем Сеть, а… нет, твое примитивное со…

— … сознание не в силах воспринять данную информацию. — кивнула девушка. — Можно я тогда где-нибудь сяду?

— Можно. — раздавшийся голос заставил ее подпрыгнуть и еще сильнее вцепиться в Норда.

— Не бойся, это искусственный интеллект. — мужчина оторвал от себя пальцы девушке, кивнул ей на выступивший из стены белый небольшой диван, напоминающий на вид легкое облако. — Садись и расслабься.

— Да и ты не спеши. — голос изменился, из безликого превратился в мужской, а посреди комнаты появился темноволосый мужчина, на вид лет сорока, в темно-зеленом строгом костюме и белоснежной рубашке.

— Мама! — ожидаемо отреагировала Алана.

— Нет, всего лишь местный хранитель. — усмехнулся тот, тогда как Норд выглядел озадаченным.

— Зачем все это? Меня не впечатляют спецэффекты, перейдем в виртуалку.

— А ты думаешь, я тебя в виртуалку пущу, завирусованного с ног до головы? Вас уже просканировали, пока вы сюда шагали. Не почувствовал? Правильно, у тебя все системы вразнос идут и уже давно. К тому же пусть девочка послушает. Что ты смотришь? Я просто взял за основу образа и общения того, кто меня сюда поместил. Для нее так будет проще. Эй, погоди, антивирус не запускай.

— Почему это?

— А потому, что я сначала кое-что расскажу.

— Почему вы хранитель? Вы тоже Бог? — вмешалась Алана, а Норд молча показал ей кулак, советуя превратиться в собственную тень и помалкивать.

— Я называю себя так, чтобы ты примерно представила мою функцию. Так что в разговоре можешь называть меня хранителем. Этого достаточно. — мужчина присел на выросший прямо из пола белый табурет, похожий на гриб. — Ну что, приступим. По правилам квеста, вы должны будете пройти задание.

— Какого еще квеста? — Норд, как и в первой пещере, почувствовал, что его держат за идиота.

— Квест или поиск — один из способов построения сюжета в фольклорных произведениях…

— Я знаю, что такое квест. — перебил его Норд. — Я спрашиваю, что происходит конкретно здесь? Какой еще, к черту, квест?

— Нет уж, — заартачился хранитель, — давай по порядку. Итак, что ты видишь на этой картинке?

— Я знаю этот тест. — Норд посмотрел на появившееся в воздухе изображение черного пятна. — Нет, погоди, это не он.

— Моя собственная разработка. Так что ты здесь видишь?

— Пятна. — Норд скрестил руки на груди. — Это просто пятна.

— Кошка. — вдруг подала голос Алана. — Похоже на кошку у огня.

— Отлично! — хранитель потер руки. — Продолжим!

Целый час перед Нордом и Аланой появлялись то черно-белые, то разноцветные пятна. И в каждом из них девушка что-то видела. Тогда как ее спутник просто качал головой: для него это были обычные кляксы.

— Что и требовалось доказать. — проговорил хранитель, когда тестирование было закончено. — Отправлю я сейчас тебе третьи координаты, там — конец квеста.

— Насколько велики твои полномочия? — поинтересовался Норд.

— А ты задай вопрос и узнаешь. — прищурился хранитель, а потом сам спросил. — Кстати, у твоей спутницы пониженный гемоглобин и нервная системы в стрессовом состоянии. Может, ей стоит пока отдохнуть и поесть?

Норд мысленно выругался, вспомнив, что Алана действительно давно не ела. Да и пережитое за последние сутки не могло на ней не сказаться.

— А где здесь еда? — поинтересовалась девушка. Она уже более-менее свыклась с обстановкой и даже не дернулась, когда диван под ней превратился в кровать. Хранитель вместо ответа махнул рукой и, проследив за направлением, Алана увидела, как из стены выдвигается прозрачный столик с небольшой белой таблеткой и высоким стаканом с зеленовато-желтой жидкостью.

— Все, что надо. — хранитель наблюдал, как девушка, поколебавшись, все же проглотила таблетку, запив ее «соком» из стакана. А через минуту, зевнув, опустилась на кровать и заснула.

— Снотворное?

— Успокоительное. Как раз, чтобы поспала и расслабилась.

— Объясни мне, что я делаю здесь, если уже второй раз подряд тестируют самку, а не человека?

— Доступ к этой информации ограничен. — ухмыльнулся хранитель. — Передаю координаты третьей точки.

— Что нас там ждет? — Норд развернул полученное сообщение с картой и не удержался, присвистнул: точка находилась довольно далеко, но зато в месте, в которой лично он бы мог немного расслабиться. Личная Зона Первого иерарха, расположенная на небольшой территории среди густых лесов и скал.

— Выбор. — ответил хранитель. Он продолжал сидеть на табурете, закинув ногу на ногу и демонстрируя блестящие черные туфли. — Вас там ждет выбор.

— А разработки вакцины? Я про…

— Ты про «выпивание». Нет, такой вакцины не существует, вас там ждет кое-что более важное.

Нет вакцины? Норд стоял и смотрел на собеседника, пытаясь осознать сказанное. Что может быть более важным для них? И есть ли смысл тогда продолжать поиски?

— Почему вы все решили, что речь идет о вакцине? — продолжал невозмутимо хранитель. — Все гораздо серьезнее, тут лекарствами не обойдешься. Кстати, ты никогда не задумывался, что такое по сути «выпивание»? Тебе не кажется, что это чересчур странно: человеку, которому доступны немыслимые технологии, считать, что он забирает чужие души?

Норд потер висок, который вдруг кольнуло самой обычной пошлой болью. Нет, он не задумывался. Точнее, пытался, но разум словно сам отталкивал подобные мысли, они быстро забывались. Для него, как и для остальных людей, «выпивание» казалось чем-то, просто приобретенным в процессе эволюции.

— Ответы найдешь в конце пути, у меня нет разрешения на раскрытие этой информации. Но кое-что могу подсказать. Тот, кто оставил меня здесь, смог избавиться от «выпивания». И у тебя есть шанс.

— Чую подвох. — пробормотал Норд. Логика требовала активировать анитвирус, но мужчина пока медлил и продолжал слушать. Избавиться от «выпивания» здесь и сейчас? Звучало чересчур нереалистично.

— Подвох есть: ты можешь не выдержать ломки и помереть. Вероятность не очень большая, но она присутствует. Тебе кажется, что твоя психика страдает, но полное разрушение ей не грозит. На данный момент.

Норд невольно оглянулся на спящую Алану.

— Почему?

— Потому что вирус сейчас перехватывает то, что отвечает за ее разрушение. Пережди ломку и сможешь избавиться от «выпивания». Если выдержишь, то те процессы просто исчезнут.

— А после активизировать анитвирус?

— Если выживешь. — тонко улыбнулся хранитель.

Норд не спеша подошел к Алане. Та спала, перевернувшись на живот и положив голову на руки. Волосы рассыпались по спине и частично прикрыли спокойное лицо. Мужчина уже знал, как это будет: он скажет, что хочет ее поцеловать. Она наверняка сначала нахмурится, а, может, и нет. Все же ее поведение он пока не всегда предугадывал. Может, потянется сама, а, может, ее придется обнять за талию и притянуть ближе. Она ведь даже не поймет, что произошло, ничего не ощутит. Просто в какой-то момент перестанет биться сердце, взгляд темных глаз застынет, а сама она обвиснет в его руках. А он ощутит краткую эйфорию, после которой мучившие его голоса исчезнут, а ясность сознания вернется.

Аланы больше не будет. Останется ее тело. И оно ничем не будет отличаться от тех, кого он уже успел выпить.

Ее больше не будет. Как Милены.

Никогда.

— Что мне надо делать? — поинтересовался Норд у хранителя, не оборачиваясь.

* * *

Алана просыпалась с редким в последнее время чувством безопасности и покоя. Она лежала на чем-то очень мягком, а внутри разливалось блаженное тепло и сытость. Хотелось продлить эти мгновения.

Еще не до конца вынырнув из дремы, девушка пыталась понять, что же вносит диссонанс в окружавшую ее атмосферу. А когда поняла, то рывком проснулась и села, оглядываясь. Кто-то едва слышно стонал.

Норд обнаружился неподалеку, лежащим на ровной, парившей в воздухе поверхности. Руки и ноги мужчины дергались, словно пытались освободиться от невидимых зажимов, голова моталась в стороны, а зубы скрипели так, что Алана испугалась за их состояние.

Хранителя нигде нее было видно, но он появился, стоило девушке спрыгнуть на пол и подбежать к Норду.

— Ты его главное не целуй. — посоветовал он.

— Что с ним? — Алана сжала кулаки. — Ты что с ним сделал?

— Вот почему сразу все пытаются обвинить кого-то, кто находится рядом? Я просто предложил ему один эксперимент, а он согласился. Все!

— Какой еще эксперимент? — девушка с тревогой вглядывалась в белое и словно осунувшееся лицо Норда. Что эти двое придумали, пока она спала?

Как мог, подбирая понятные девушке выражения, хранитель объяснил суть «эксперимента». И каждое слово било Алану по голове невидимым молотом. В конце рассказа она и вовсе сидела рядом с Нордом и гладила его по мокрым от пота волосам.

— Он выживет. — сказала твердо и сердито. — Пусть только попробует сдохнуть. Лично убью!

— Шикарная логика.

— Тебе не понять.

— Почему же. — возразил хранитель. — В моих банках памяти вся информация о человечестве. Я изучал, пытался разыгрывать разные варианты развития цивилизаций и постепенно понимал вас.

— И тоже разочаровался?

— Вы всегда были похожи на заигравшихся детей. — хранитель посмотрел на простонавшего Норда. — Зафиксирован он хорошо, его состояние я постоянно сканирую и отпущу, лишь когда сочту, что все позади. Но не вздумай по доброте душевной поцеловать — сразу помрешь.

— Душу выпьет?

— Можно и так сказать. — хранитель вдруг подмигнул и исчез.

— Да ты совсем псих. — проговорила Алана Норду. Лоб у того был весь покрыт каплями пота, и девушка огляделась в поисках хоть какой-нибудь тряпки. Увы, комната была стерильно чистой.

— Эй, хранитель, а платка у вас нет?

— Зачем?

— У него лицо мокрое.

— И что?

— Понятно. — девушка сняла куртку, оставшись в облегающей темной рубашке, от которой оторвала изрядный кусок… и ахнула, видя, как одежда вновь восстановилась. С подозрением осмотрела лоскут, но, все же смяла его и вытерла Норду лицо.

Следующие несколько часов прошли в сплошном кошмаре. Алана забыла про сон и все остальное, разве что разок поинтересовалась у хранителя, есть ли тут туалет и душевая. Все остальное время девушка провела рядом с Нордом, чувствуя себя совершенно беспомощной и злясь на это. Она только и могла, что вытирать ему лицо, да шепотом обещать страшные кары, если не выдержит и помрет.

Но мужчина пока держался. Метался, стонал, несколько раз замирал, и тогда Алана с тревогой прислушивалась, бьется ли у него сердце. Затем опять начинал метаться, до крови кусая губы. В какой-то момент вдруг открыл глаза, и девушка едва не шарахнулась в сторону, настолько безумным показался ей взгляд прозрачных зеленых глаз.

— Поцелуй меня. — прохрипел мужчина.

— Лежи давай. — Алана шмякнула ему тряпку на лоб. — Вот вылечишься и поцелую.

Глаза у Норда закатились так, что остались видны лишь белки, что девушку перепугало и она едва не начала звать на помощь. Но вовремя спохватилась и просто громко спросила:

— Хранитель, что с ним? Все идет как надо?

— Я не знаю, как надо, но он пока жив.

Исчерпывающий ответ. Алане оставалось только ждать и надеяться на выносливость Бога.

В какой-то момент она не выдержала и провалилась в странное тревожное забытье, устроившись рядом с мужчиной и положив ему голову на грудь. Так были слышны удары сердца. И это немного успокаивало, говорило о том, что Норд продолжает сражаться.

Очнулась девушка от тишины и в первое мгновение похолодела от страха, не услышав биение сердца. Но вот вновь раздался едва слышный стук, за ним еще один… и еще. И сам Норд успокоился, дышал ровно, без стонов.

— Состояние стабильное, — сообщил хранитель, — хотя в какой-то момент я думал, что все, умрет. Но потом ты зачем-то на него улеглась, а у него состояние пошло в сторону улучшения. Забавно.

— Совпадение. — послышался чуть охрипший голос, от которого внутри у девушки все перевернулось неожиданно для нее самой. Норд, уже не скованный по рукам и ногам, сел и посмотрел на устроившуюся рядом Алану. Та двумя пальцами сняла с его лба прилипший лоскут и спрятала за спину.

— Вот так лучше.

— Тсссс-с-с. — мужчина прижал палец к ее губам. Он явно прислушивался к чему-то. И Алана тоже притихла, не сводя с него чуть встревоженного взгляда. Мало ли, что там у него внутри происходит. Кто их, Богов, разберет.

— Сработало! — выдохнул Норд. Он не стал хохотать от радости или прыгать по всей комнате, не сгреб девушку в охапку и не закружил, но его лицо словно осветилось изнутри. Такое бывает у человека, который вдруг понял, что с плеч упало нечто, тяготившее его много лет.

— Ты больше не хочешь меня выпить?

Мужчина повернулся к ней всем телом и, обхватив ладонями лицо, жадно всмотрелся в девушку. Наступило молчание.

— Нет, — сообщил он, спустя пару минут, за которые Алана уже не знала, что и подумать. Слишком странным был его взгляд. — Выпивать не хочу, но ты все равно примитивная самочка.

И резко, без предупреждения, поцеловал. Почти что грубо, почти что до боли. Одновременно опрокидывая, подминая под себя, так что Алана даже на краткий миг испугалась.

А затем испуг превратился в что-то новое. В то, что ей пришлось испытать на корабле, а потом в палатке. То самое чувство, зарождающееся глубоко внутри и превращающее тело в сплошной оголенный нерв.

Кажется, они оба в тот момент немного сошли с ума. По крайней мере девушка плохо понимала, что делает. Забыла, с кем она и где. Все чувства сосредоточились на том, как приятно, оказывается, прикасаться к его широким плечам и спине, как захлестывает с головой понимание того, что он чуть придавливает ее к висевшей в воздухе поверхности. Это безумно заводило. Норд чуть приподнялся и, не прерывая поцелуй, одной рукой коснулся груди, а девушку словно молнией прошибло от одного лишь прикосновения.

Это оказалось больше, чем хорошо. Необыкновенно, нереально… девушка потом уже поняла, что подобрать слов к происходившему она не может. Слишком хорошо мужчина знал, что такое человеческое тело. А она оказалось очень восприимчивой к любым его прикосновениям.

И это продолжалось очень долго. Норд никуда не спешил. Он делал такое, что в конце концов, достигнув пика и выгнувшись от накатившей теплой волны, Алана на миг перестала дышать.

Словно умерла, а потом опять воскресла. Собрала себя по мириадам крохотных, разлетевшихся от наслаждения кусочков. Чтобы прийти в себя с дико колотившимся сердцем, лежа на груди у Норда. Чуть приподняв голову, она вновь со стоном уронила ее, так как сил банально не было.

— И тем не менее, — мужчина явно понял ее состояние, — я сейчас перенесу тебя на кровать, а сам вернусь сюда. Мне надо запустить антивирусную программу, чтобы стать прежним. И вернуть все под контроль.

* * *

Скорее всего, девчонка даже не услышала его фразу про антивирус. Ее расфокусированный туманный взгляд говорил о том, что она явно все еще под впечатлением от произошедшего. Она едва ли не мурлыкала, пока он относил ее на кровать, а после растянулась и уснула почти сразу. Ну и хорошо, ее нервной системе надо отдыхать как можно больше.

Хранитель молчал, но Норд был уверен: тот явно подсматривал и все записывал. Впрочем, лично ему было плевать. Мужчина лег обратно на парящую платформу и, закрыв глаза, активировал переданную Деймоном программу.

Новое охранное ядро, загруженное антивирусом, моментально заменило все слабые звенья в защите Норда. Уже практически уничтоженные защитные системы «воспряли духом» и начали зачистку системы. Сбойные блоки, зараженные сектора памяти очищались или, чаще всего, полностью удалялись. Искусственная иммунная система узнала, как выглядят зараженные вирусом клетки и нанобиоты. Без этого она могла только заниматься восстановлением повреждений, вызванных вирусом. Само сознание Норда участие в схватке не принимало, только получая ежемикросекундно отчеты о продвижении.

Но и вирус не собирался сдаваться без боя. Произведение информационного искусства, он изменялся, контратаковал, стараясь теперь если и не захватить контроль над телом и разумом Бога, то хотя бы его уничтожить. Эксабайты информации создавались и уничтожались, триллионы наноботов создавались и уничтожались. Всю энергию для схватки и вирус и антивирус брали из тела Норда. Одежда впиталась в кожу. Сама кожа вслед за этим раскалилась добела, воздух в пещере нагрелся до сотни градусов. Хранитель едва успел поставить над кроватью Аланы защитный купол.

В реальном времени вся схватка заняла несколько секунд, за которые Норд похудел на сорок килограмм, лишился волос и стал похож на высушенную мумию. Зато вирус был полностью уничтожен, и теперь восстановление прежних функций шло полным ходом.

— Хорошо, что девушка спит. — подал голос хранитель, когда Норд открыл глаза и рывком соскочил с платформы.

— Почему?

— Если опираться на статистические данные и опросы прошлых поколений, а также исходя из логики, то она бы испытала не самые хорошие эмоции при виде тебя сейчас. Иными словами, ты в ее глазах на данный момент выглядишь как выходец из страшных историй. О, пардон, то есть, выглядел.

Норд провел рукой по вновь отросшим почти до плеч светлым волосам. Нанороботы уже успели восстановить прежний внешний вид, а вот одежда исчезла, даже его кожаный пояс с остатками пилюль. Которые уже ему были не нужны.

Норд замер посреди комнаты. Он. Перестал. Выпивать. Души.

Вроде все осталось по-прежнему, но где-то в глубине его идеального организма исчезло нечто, что он не мог объяснить. Словно растворилась невидимая тяжесть, которую прежде не замечал.

Ему хотелось войти в Сеть, вновь почувствовать себя единым целым с необъятным информационным полем. Но, увы, пока следовало подождать. Единственное, что сделал Норд: отправил сообщение по зашифрованному каналу Первому иерарху. И тот сразу отозвался.

«Я рад, что ты снова в порядке. Как твое состояние?»

«Восстановлено семьдесят процентов нормы. Я получил координаты третьей точки, местный искусственный интеллект сообщил, что она является конечной. Упоминался какой-то квест»

«Квест? — Первый иерарх помолчал. — Это несколько необычно, но поиски стоит завершить. Что было на второй точке? Какая-нибудь полезная информация»

«Сложно сказать. Меня смутила одна фраза о том, что все не так, как выглядит на самом деле. И о том, что в конце квеста будет нечто очень важное, но это не исследования вакцины или чего-то подобного. Меня пытались уверить, что зависимость от скота гораздо глубже, чем мы предполагали. Кстати, мне удалось избавиться от своей зависимости», — Норд подробно описал весь процесс. Первый молча слушал, ничем не выдавая удивления или шока. Но мужчина знал, что собеседник потрясен.

Под конец он сообщил, в каком районе расположена третья точка.

«Отлично, — перебил его иерарх, — не говори мне координаты, пусть они будут только у тебя. Но когда прибудешь на место, то мы должны увидеться. Там будет безопасно».

«Хорошо», — Норд прервал связь. В последний момент он не стал говорить о том, что уже второй раз важную роль в получении координат сыграла Алана.

Надо было решить вопрос с одеждой и двигаться дальше. Также оставалась пока нерешенной проблема с Аланой. Она все же была «спецзаказом» Первого иерарха и просто так оставить ее у себя Норд не мог. Такие вещи лучше было обсуждать лично, так как Первый очень не любил делиться. И ему потребовались бы серьезные причины не «выпивать» экзота.

Глава шестнадцатая

Путь до третьей точки занял чуть больше недели. Наученный опытом, Норд решил, что проще путешествовать вдвоем, нежели пытаться пристать к одному из караванов. Тем более Зона, которую они пересекали, была одна из самых скучных. Здесь было несколько городов, в которых царила жесткая диктатура. Они проходили мимо одного: высокие каменные стены, наглухо закрытые ворота и никаких деревень вокруг.

— Как они живут? — Алана даже чуть придержала лошадь, стараясь разглядеть серые ровные стены. — Они торгуют друг с другом? Как-то общаются?

— Нет. — Норд бросил равнодушный взгляд на город. — Им запрещено выходить за стены. Все собрано на одной территории.

— Это ужасно!

— Серьезно? Ты после закрытой зоны еще считаешь что-либо ужасным?

Алана прикусила язык. Ей все эти дни снились кошмары, от которых она просыпалась с криками, вся дрожа и цепляясь за лежавшего рядом Норда. Тот, к счастью, уже перестал напоминать оживший скелет, вернувшись в прежнюю форму. Но для этого ему пришлось очень много есть.

Серые стены, выделявшиеся на фоне чуть зловещего красного заката, постепенно оставались позади, уступая место равнине с высокой травой. Где-то впереди темнела полоска леса, воздух был сухой и жаркий.

— Все-таки я не понимаю, — вновь подала голос Алана, — ведь все мы страдаем из-за вас.

Норд неопределенно хмыкнул, но промолчал.

— Страдаем. — упрямо повторила девушка, которой явно хотелось поговорить. Такие закаты навевали на нее непонятную тоску. — Вы забираете наших родных, друзей, любимых. Никто не чувствует себя в безопасности. Вы ставите над нами эксперименты, чтобы вывести особые души. И совсем не думаете, что у нас могут быть чувства. Но при этом мы не поддерживаем друг друга, а наоборот, стараемся добить более слабых.

— Ты жалеешь корову, которую ведут на убой?

— Жалею!

— Но мясо ешь. — хмыкнул Норд. — Вот и мы также. Мы о вас заботимся, но, на забой отправится каждый из вас, рано или поздно.

— И я? — вдруг совсем тихо проговорила девушка, не зная, вопрос это или утверждение. А Норд промолчал, словно и сам не знал ответа. Алана, после того как они выбрались из пещеры, успела заметить, что мужчина стал более задумчивым и отрешенным. И вообще ничего не сказал насчет того, что произошло между ними. Зато стал рассказывать про то, как жили раньше. Алане сложно было представить некоторые вещи, но она с жадностью впитывала его рассказы.

— А тех людей обязательно было убивать? — поинтересовалась, когда они устраивались на ночевку.

— Нам нужны были вещи и еда. — Норд сбросил на землю одеяла. — И они пытались забрать тебя.

Девушка только вздохнула, вытаскивая остатки провизии, которую забрали у каравана. Из пещеры они и правда отправились налегке. Совсем налегке, у Норда не было даже одежды. Первая же встреченная группа из трех мужчин решила, что предельно худой голый парень и его спутница — легкая добыча. Они остались лежать где-то на равнине, а Норд с Аланой теперь ехали на лошадях, а третью съел Бог.

Девушка понимала, что тормозит Норда. Один он бы скорее всего доехал до места в три раза быстрее, ведь ему не было нужды останавливаться каждую ночь. Но мужчина молчал. Первые три ночи он просто лежал рядом, а на четвертую, когда Алана проснулась с криками, обнял и между ними все повторилось снова. И на пятую ночь, и на шестую.

А на седьмой вечер они подъехали к границе Зоны. Природа вокруг незаметно изменилась: вместо равнины вокруг вздымались деревья с густым подлеском, так что порой приходилось искать, где проехать. Воздух стоял влажный, с густым запахом гниющих бревен и листьев. Алана с брезгливым видом убирала с одежды прилипшую паутину.

— Ты опять будешь просить кого-нибудь открыть границу?

— Нет, теперь я могу сделать это сам.

На этот раз границу перешли мирно. Вокруг продолжал тянуться лес, гудела мошкара, пытаясь облепить лицо. Норда она не трогала, а вот Алане пришлось завязать платок вокруг носа и рта и поглубже натянуть шляпу. Иначе распухла бы от укусов.

— Далеко нам?

— К утру выберемся к городу. — Норд вдруг протянул ей руку. — Сегодня не будем останавливаться на ночевку, пересаживайся ко мне и спи. Завтра у нас будет насыщенный день.

Алана с готовностью перебралась к мужчине и прижалась к его широкой груди. В глубине души хотелось, чтобы он провел рукой по ее волосам, проговорил что-нибудь теплое. Увы, Норд оставался невозмутимым. Хотя нет, в какой-то момент девушка вдруг ощутила на шее его дыхание. Мужчина отвел ее волосы в сторону, а сам, казалось, принюхивался к чему-то.

— Ты чего делаешь? — поинтересовалась Алана.

— Проверяю. Забавно, я теперь даже не чувствую, чем пахнет душа. Раньше отчетливо чувствовал смесь ненависти и решительности, а теперь — ничего.

— А почему остальным не попробовать избавиться от зависимости таким же способом?

— Никто не согласится пойти на такой риск.

— Но ты же согласился.

— Да я вообще дебил. — вырвалось вдруг у Норда, и Алана едва не вывернула себе шею, стараясь взглянуть в лицо собеседнику.

— У тебя опять этот, как его, гормональный сбой?

— Все недостатки устранены. Я снова полностью себя контролирую. — тут же последовал ответ. — Просто стараюсь тебя расслабить, ты слишком напряженная.

Алана прикрыла глаза. Она не была напряженной, просто никак не могла понять, в какой момент ее ненависть к Богам перестала быть такой сильной, а жалость к людям сильно уменьшилась.

* * *

Город лежал в долине, окруженной со всех сторон густым лесом. Красно-белый оазис с легким золотым оттенком. Алана стояла на вершине холма и разглядывала открывавшуюся картину. Только вот внутри не было восторженного удивления, как в первый раз, когда увидела ослепительно-белый портовый городок. Сейчас же девушка прикидывала как лучше и незаметнее добраться до цели. Прикидывала чисто для себя, так как знала, что Норд уже все решил.

— Там очень опасно? — поинтересовалась она. С виду город выглядел красиво и необычно. Широкие ровные улицы, большие дома, в основном странной ступенчатой формы, а в центре огромное здание, не похожее ни на что прежде виденное Аланой.

— Для меня — нет, — Норд стоял рядом, похлопывая лошадь по холке, — а ты будешь во всем меня слушаться. Самое главное: что бы ты ни увидела, не реагируй бурно, хорошо? Не показывай пальцем, не задавай вопросов, просто проезжай мимо. Садиться только там, где я скажу, ходить только рядом со мной, ничего не трогать. Вообще ничего!

— Дышать можно?

— Пока не знаю. — так сурово ответил Норд, что девушка не сразу распознала в его ответе шутку. И несмело хихикнула. Правда, смешок моментально исчез, стоило мужчине посмотреть своим фирменным взглядом, от которого мигом становилось не по себе.

Не спеша спустились с холма, заросшего густой травой. Вообще природа здесь была яркая, буйная и даже чуть опасная. Норд в последний момент перехватил свесившуюся с ветки змею, готовую упасть Алане на голову. После этого девушка минут пятнадцать икала от страха: пресмыкающихся она боялась до чертиков.

Сам город начинался плавно: сначала небольшие побеленые домики с огородами и пристройками, откуда доносились звуки животных. Часть скота паслась по раскинутым вокруг пастбищам. Затем дома становились все выше, огороды исчезли, сменившись улицами, тротуар которых был выложен из бледно-желтых ровных камней. Алана старалась следовать советам Норда, но все равно косилась по сторонам, стараясь сделать это незаметно.

Жилые дома были высокими: в три, а то и в четыре этажа, с большими окнами и плоскими крышами. Странные ступенчатые здания, как объяснил Норд шепотом, были административными и небольшими храмами. Последние отличались большей раскраской в красно-синих тонах.

Норд с Аланой медленно продвигались по улицам, стараясь никого не затоптать. В этот утренний час улицы были заполнены народом. Многие спешили на рынок — большой, пестрый и очень шумный, который Алана заметила мельком и с трудом удержалась от соблазна туда свернуть. Кто-то шел в сторону храмов, кто-то просто смотрел из окна, а были такие, при виде которых Алану передергивало. И подобных личностей становилось тем больше, чем ближе девушка и Норд подъезжали к центру города.

В городе было много статуй: из камня, глины, покрытых яркими красками или просто побеленных. И рядом с каждой сидели те, на которых Алана старалась не смотреть, хотя взгляд все равно сворачивал в их сторону.

Они были разные: мужчины и женщины, молодые и совсем уже в возрасте, в лохмотьях, изорванных явно специально и в роскошных нарядах. Некоторые неподвижно сидели, уставившись в одну точку. При этом выглядели они ужасно исхудавшими, так что кости едва не прорывали потемневшую от солнца кожу. Кто-то старательно прокалывал себе руки длинными иглами. Кто-то медленно резал кожу на лице узким ножом. Одна женщина — высокая и статная, в ярко-красном длинном наряде — вдруг облилась прозрачной жидкостью и подожгла себя. Объятая пламенем, крича от боли, она обняла пьедестал статуи, продолжая гореть. Люди спокойно проходили мимо, лишь некоторые останавливались и говорили что-то одобрительное.

— Норд. — умоляюще прошептала Алана, понимая, что сейчас просто спятит. Мужчина поджал губы, но потом все же негромко проговорил.

— Эти люди считают, что за такие мучения их отметят и заберут в услужении Золотому Белусу.

— Кому? — поперхнулась девушка.

— Тому, кто создал все это. — пояснил Норд. — Вообще он Первый иерарх. Есть три иерарха, у каждого своя фракция. Они не сильнее нас, но им принадлежат многие открытия, мы уважаем их за это. Это личная Зона Первого иерарха, здесь ему поклоняются, здесь все считают себя единственными оставшимися в живых. Своего рода, это самый процветающий город на планете. Никто не болеет, все живут довольно долго и хорошо, процветают искусства, а еще есть много праздников. И на каждом происходят жертвоприношения. Причем жертвы буквально бегут к своей участи, рыдая от счастья.

— Счастливые идиоты! — вырвалось у Аланы. К счастью, прозвучало это тихо. Норд же украдкой показал ей кулак и свернул направо.

Наконец, они вышли на главную площадь: огромную и идеально круглую. Посреди нее возвышалось строгое здание с многочисленными колоннами и открытыми коридорами. Спереди многочисленные ступеньки восходили на немыслимую высоту. Там находился главный вход. Норд шепотом назвал здание главным храмом.

Рядом с ним стояло широкое одноэтажное здание с плоской крышей и толстыми колоннами, а вокруг площади находились самые красивые и пышно разукрашенные дома. И статуя. Высотой почти в четверть храма, из золота, она изображала невероятно красивого мужчину, выходившего из капсулы.

Но им нужен был небольшой храм, стоявший вплотную к основному. Высотой он был почти в три раза меньше, но зато разрисован яркими красками, а вход выглядел особенно пышно и торжественно. Именно к нему тянулись люди, тогда как главный храм стоял неприступный и пустой.

— Значит, третья точка под ним? — Алана кивнула в сторону небольшого здания.

— Именно. — откликнулся Норд. — Давай за мной. И ничего не трогай, поняла?

Алана, мысленно покрутив пальцем у виска, последовала примеру мужчины и спешилась. Ведя лошадей под уздцы, они по краю обогнули площадь и подошли к трехэтажному роскошному зданию, покрашенному в бледно-голубой цвет.

— На площадь запрещено выезжать верхом или в повозке, — пояснил Норд, — это место, где можно оставить лошадей. А при желании — отдохнуть и самому. Идем, привяжем их в стойле и отправимся исследовать храм.

— А платить…

— Не волнуйся, чтобы я и не смог за что-то заплатить.

Алана в глубине души надеялась и одновременно боялась, что вскоре их путешествие закончится. Потому сейчас, пока они двигались, можно было не думать о том, что же будет, когда поиски завершатся. И в то же время девушка изнывала от любопытства, что же они найдут здесь. Ведь хранитель сказал, что третья точка — конец пути.

Не вакцина, но что-то более важное. Что? Что это могло быть? Алана надеялась, что находка поможет как-то изменить судьбу всех людей в лучшую сторону.

Людей. Как бы ни называли их Боги, они все равно оставались людьми.

Второй раз девушка не удержалась от вопросов, когда они уже вошли в храм. Она еще постаралась прикусить себе язык, увидев, как Норд спокойно расплатился парой монет за постой лошадей. Довольно спокойно восприняла она и фокус с одеждой, которая изменилась на глазах и засверкала яркими красками. Такую здесь носили обеспеченные жители. Но после того, как увидела, что Норд с небрежным видом швырнул в чашу для пожертвований, возле дверей храма, довольно крупный драгоценный камень, то не удержалась.

— Откуда? — прошептала, косясь на массивных полуобнаженных стражников по обеим сторонам входа и жреца, стоявшего возле чаши, одетого в темно-синее длинное одеяние, украшенное яркими перьями и драгоценными камнями. Ему явно пришелся по душе щедрый дар, и он милостиво сообщил, что такой несомненно большой почитатель Золотого Белуса может пройти в главный зал и вознести ему хвалу.

Норд чуть склонил голову и мягким голосом сообщил, что для него это великая честь. И не спеша пошел вперед, стиснув пальцы на запястье у Аланы.

— Ну? — девушка свободной рукой оглаживала складки длинного белого платья, украшенного по подолу золотой тонкой вышивкой. А ведь еще недавно это были куртка и штаны. Ботинки, правда, пришлось снять и надеть более подходящую обувь.

— Что ну? — Норд шел вперед, по квадратному коридору, стены которого изображали сцены из жизни Золотого Белуса. Под ногами чуть похрустывала мелкая каменная крошка с золотистыми искрами. Свет исходил сверху, казалось, что его испускает сам потолок.

— Откуда у тебя камень? — голос пришлось понизить до едва слышного шепота, так как мимо то и дело проходили жрецы и паломники. Они часто сворачивали в небольшие помещения по обеим сторонам коридора. Но мало кто шел в основной зал, туда допускались лишь по личному приглашению главного жреца.

— В смысле откуда? Сделал.

— Сделал? Как?

— Твое примитивное сознание… — начал было привычную фразу Норд, но встретился со взглядом девушки и неожиданно мирно произнес. — Так же, как изменил нашу одежду. Что тебя удивляет? Все мы состоим из атомов — это такие мельчайшие частицы. А внутри меня есть механизмы, которые могут эти частички соединять в нужной последовательности.

— Это уже прямо магия. Я про нее от дедушки слышала. Он рассказывал сказки, в которых люди летали по небу и дрались с трехголовыми чудовищами!

— Любая, достаточно развитая технология неотличима от магии. Третий закон Кларка. Это для вас такое невозможно, а для меня — вполне. — Норд замолчал, ожидая, когда мимо пройдут два младших жреца.

— А почему тогда в начале путешествия ты так не делал?

— Вирус, — одними губами произнес мужчина, — я не мог восстанавливаться и применять свои способности, помнишь?

Они вошли в главный зал: просторный, с высокий потолком и массивными колоннами. У дальней стены находился алтарь в виде выточенного из прозрачного камня ложа, стоявшего на возвышенности. К нему с двух сторон вели ступени. Норд, велев Алане замереть на месте, аккуратно двинулся в ту сторону.

А девушка даже при всем желании не смогла бы сделать и шага. Круглыми глазами она оглядывала стены, на которых висели прозрачные колбы. Внутри них застыли люди. Чувствуя, как к горлу медленно, но верно подползает тошнота, Алана невольно продолжала разглядывать навсегда замершие тела с распахнутыми глазами и лицами, на которых застыли блаженные улыбки. Много. Очень много тел, похожих на бабочек, которых Алана с друзьями когда-то ловила и накалывала на иголки.

Только понимание того, что в храме вроде как лучше не выворачивать еду на пол, девушка кое-как сдержалась. И все равно, когда Норд к ней подошел, она то и дело сглатывала и зеленела все сильнее. Мужчина посмотрел на ее лицо, перевел взгляд на стены и все понял.

— Блевать на улице. — строго произнес он и потащил Алану к выходу. Та шла, стараясь смотреть в пол и только в пол. Странно, до сих пор ее желудок как-то довольно спокойно воспринимал царившие вокруг безобразия, а тут что-то взбунтовался. Может, все дело было в каком-то восторге, с которым остальные реагировали на настенные «украшения». Многие явно мечтали оказаться на их месте. Алана этого не могла понять. Как можно добровольно стремиться уничтожить свое тело для удовольствия одного из Богов, которые их и за людей то не считают?

Отвратительно.

Она даже не могла им сочувствовать.

* * *

Более-менее в себя Алана пришла, когда Норд уже едва ли не руках нес ее к зданию, где они оставили лошадей. Как сквозь вату она слышала встревоженный голос жреца, тоже заметившего, что ей нехорошо. И ответ Норда, уверявшего, что его жена просто настолько сильно пришла в экстаз, что ее сознание временно помутилось от восторга.

— Спокойно. — слышала она голос Норда. — Получше?

— Да. — но девушка продолжала цепляться за него, чувствуя боком приятное тепло мужского тела. — Что там было? Кто эти люди? Почему мы вернулись?

— Проход закрыт, у меня нет доступа. Придется дожидаться встречи с Первым иерархом, я уже связался с ним, он скоро будет. Где ты увидела там людей? Это были те, кто добровольно отдал свои души на алтаре. Они находятся там в специальном газе и не разлагаются.

Алану снова замутило, и она постаралась дышать спокойно и размеренно, думать о чем-то другом. А перед глазами все стояли лица тех… нет, назвать их людьми у нее теперь тоже не получалось.

Норд, все еще придерживая ее, вошел в бледно-голубо здание.

— А это зачем? — поинтересовалась Алана, когда они стали подниматься на второй этаж, по узкой каменной лестнице. Внутри было сумрачно и прохладно, узкие окна закрывались разноцветным стеклом, отчего на стенах и полу плясали яркие солнечные пятна. Гостей, видимо, было мало. Потому что в доме стояла тишина, которую нарушал сдержанный гул с улицы, да болтовня хозяина с гостем, которые устроились на первом этаже.

Норду с Аланой досталась просторная, но скудно обставленная комната: каменное ложе, приподнимавшееся над полом, застеленное мягкой темно-зеленой тканью, да пара жестких табуретов, в виде кубов, украшенных затейливой резьбой. Единственное окно с разноцветными стеклами было открыто настежь.

— Тут такие толстые стены. — удивилась девушка. Она и правда не встречала подобных. Наверное, внутри стены с легкостью поместился бы человек. Алана снова вспомнила посещение храма и порадовалась, что бледно-зеленые стены комнаты украшены только красивой яркой резьбой.

Норд между тем занимался странными вещами: внимательно оглядел мебель, стены, затем подвел девушку к табурету и усадил, строго проговорив:

— Сиди здесь. Ничего не трогай, обувь не снимай, по комнате не ходи.

— А если захочу в туалет?

— Терпи. — услышала она пожелание, а потом Норд вышел из комнаты. Девушка услышала, как с той стороны заскрежетал ключ. Ее банально заперли. Одну. В чужом странном городе. Девушка поерзала, чувствуя, как с каждой минутой квадратное сиденье стула становится все жестче и неудобнее. Норд не сказал, когда вернется. А если часа через три? Алана снова поерзала и подтянула колени поближе к груди, стараясь хоть как-то устроиться поудобнее.

Очень медленно поползли минуты, тягучие и ленивые. В отличии от мыслей: лихорадочных, бессвязных, сталкивающихся друг с другом, отчего голова начинала болеть. Норд опять забыл, что ей хоть иногда надо есть и пить. Алана прислушалась к тихо заурчавшему желудку. Последний раз она ела перед въездом в город. А фляжка с водой осталась в сумке, прикрепленной к лошади.

«Нет, ну так нельзя!» — возмутилась девушка через какое-то время. Пить хотелось все сильнее, так что губы едва ли не трескались. Да и сидеть уже было просто невозможно. Алана извертелась, стараясь найти хоть какую-то удобную позу и при этом не коснуться табурета обнаженными участками тела. Но добилась того, что едва не полетела на пол. В последний момент удержалась, вцепившись пальцами за края табурета и еще сильнее вспотела от страха. Зажмурилась, ожидая чего-то страшного. Не зря ведь Норд так настаивал на том, чтобы она ни к чему не прикасалась.

Но все было тихо. Да и что могло произойти в абсолютно пустой запертой комнате? Осмелев, Алана открыла глаза и выдохнула. Сердито подумала, что Норд мог и просто пошутить. С его то чувством юмора, от которого, кажется, веселиться только он. Осмелев, девушка встала и подошла к окну, выглянула наружу, полюбовалась на площадь. Потрогала плети растения, тянувшиеся по стене и вернулась в комнату, где встала и задумалась, чем же можно заняться.

В стене за ее спиной открылось отверстие, размером как раз, чтобы можно было протащить человека. Нечто бесформенное и практически прозрачное подплыло к девушке. Алана даже не успела вскрикнуть: со всех сторон ее мягко сдавили невидимые путы, лишая всякой возможности двигаться и кричать.

Глава семнадцатая

Ей казалось, что она лежит на чем-то невероятно мягком и воздушном. Странно, потому что последнее, что помнила Алана: невидимая сила, обхватившая ее со всех сторон и затаскивающая в стену. Она сама потеряла сознание или ей помогли? Где она? Девушка открыла глаза и села, готовая если что визжать и отбиваться.

Но никого вокруг не было.

— Твою ж… — несмотря на страх, Алана все же поразилась месту, где она очутилась. Просторная комната без окон, с мягким светом, идущим от потолка и толстых колонн. И все. Только огромная, невероятно широкая и круглая кровать, застеленная золотистой тонкой тканью. На ней и сидела девушка.

Сама Алана, оказывается, тоже претерпела кое-какие изменения. Например, пропали все царапины и синяки, волосы блестящей волной рассыпались по плечам и спине, местами обветренная и шелушащаяся кожа вновь стала мягкой и нежной. Слегка помятое платье исчезло, сменившись длинным бледно-желтым нарядом из тончайшей ткани, который подчеркивал фигуру, но не облегал ее плотно.

Но подобные метаморфозы ничуть девушку не успокоило, а наоборот испугали еще сильнее.

— Норд. — прошептала она, боясь разговаривать в полный голос, чтобы не привлечь внимание того или тех, кто ее сюда притащили. — Нордик, ты меня вытащи отсюда, а? Мамочки!

Страх тонкими нитками опутывал руки и ноги, мешал думать. Хотя о чем тут думать? Ясно одно: утащили ее явно «коллеги» Норда.

«Ты — спецзаказ, — вспомнила девушка — возможно, „экзот“, которых выращивают по индивидуальному заказу. Но иногда „спецзаказом“ отмечают тех, с кем хотят развлечься»

«Только спокойно, — она проглотила рвущуюся наружу панику, — Норд где-то в городе, он меня хватится. Он меня найдет».

«Если захочет, — стукнула мысль, — может, именно такую концовку он для тебя приготовил? Может, они с тем Первым иерархом уже сходили на третью точку и выяснили, что я больше не нужна?»

Желание завыть стало еще сильнее. Настолько, что тонкий скулящий звук все же прорвался сквозь стиснутые зубы. И вот так вот, поскуливая, Алана буквально побежала исследовать комнату в поисках дверей.

А их не было. Девушка несколько раз простучала каждую стену и тщетно.

— Да где она? — Алана в сердцах пнула по светлой поверхности и тут же испуганно попятилась: чуть в стороне появилось отверстие. Словно сама стена протаяла, пропуская двух высоких мужчин. Одного — с серебристыми длинными волосами и яркими зелеными глазами, в темном простом комбинезоне — она узнала сразу, с екнувшим сердцем. Норд вернул себе прежнюю внешность. И смотрел он на нее примерно с таким выражением, с каким хозяин разглядывает нагадившую кошку, которую совсем недавно за это отшлепал.

Но попятиться Алану заставил второй мужчина: чьи темные, почти черные глаза, не отрывали от нее взгляда.

«Опасность, — завизжало что-то внутри. Кажется, это был инстинкт самосохранения, за последнее время научившийся реагировать правильно. — опасность, опасность. Беги, пока не поздно!»

— Собственно, а вот и вторая тема для нашей беседы. — обрел, наконец, дар речи Норд. Алана едва не рванула к нему, чтобы спрятаться, зарыться в его объятиях.

Вместо этого она обогнула кровать, показавшейся ей какой-никакой, а преградой между нею и пугающим брюнетом с благородной типично мужской красотой и великолепной фигурой, облаченной в легкие штаны и распахнутую на загорелой груди жилетку, яркую, как перья местных птиц.

— Что за тема? — брюнет вдруг поманил Алану пальцем. — Иди ко мне, малышка, не бойся.

Девушка отчаянно замотала головой и посмотрела на Норда, умоляя того сказать, хоть что-нибудь.

— Белус, — мужчина словно услышал ее мольбы, — эта девчонка пришла со мной.

— Вот как? Так ты все же сохранил мой спецзаказ и решил устроить сюрприз? Как мило!

Кровать вдруг провалилась под пол, лишая Алану и без того непрочной преграды. Взвизгнув, девушка бросилась в сторону, сама не зная, куда бежит. Но темноволосый Белус неведомым образом оказался на ее пути. Да так внезапно, что Алана не успела затормозить и врезалась в него.

— А я то все гадал, — продолжал мужчина, пока девушка пыталась вырваться из его хватки, — куда она исчезла после Сборов. Но в той ситуации было не до поисков.

— Я не буду спать с вами! — прорычала девушка, все еще барахтаясь в объятиях, — И душу не отдам!

Белус хмыкнул и, как маленькую, погладил ее по растрепавшимся волосам.

— Да кто ж тебя спрашивать будет? — почти дружески проговорил он. Легко удерживая девушку одной рукой, второй он ухватил ее за волосы и потянул, заставляя Алану невольно вскинуть голову. Она вскрикнула от резкой боли и тут же крепко сжала губы, решив, что ни за что их не откроет.

— Подожди, — услышала она голос Норда. — девчонка важна, не выпивай ее пока.

Болезненная хватка чуть ослабла, давая девушка короткую передышку.

— Важна, — согласился Белус, не сводя с нее откровенно сумасшедшего взгляда, — так важна, что я, пожалуй, сначала займусь ею, а потом уже мы с тобой отправимся изучать, что там под моим храмом.

Алана задрожала, понимая, что если вот сейчас Норд согласится с таким предложением, то ее конец путешествия будет печальным. Слезы обиды сами собой навернулись на глаза, размывая образ склонившегося к ней Белуса.

— Когда я тебе говорил, что со мной была женская особь, я имел в виду ее. — кивнул Норд на застывшую Алану. Та уже устала барахтаться, понимая, что так просто выматывает себя.

— Ты говорил, что в первые два раза решающую роль в получении координат сыграла скотинка. — кивнул брюнет. — Так это она? Забавно. Думаешь, кто-то другой не подойдет? — он наклонился еще ниже и губами провел по щеке скривившейся Аланы.

Она ждала ответа Норда, а тот все молчал. Замолчал и Белус, продолжавший то и дело проводить рукой по волосам девушки. Алана подумала, что если вырвется отсюда, то первым делом вымоет голову. Прикосновения Первого иерарха оставляли ощущение чего-то неприятного и липкого. А еще она поняла, что не боится. Нет, страх остался, но не тот, подавляющий волю, а другой, придающий силу. А вот самого Белуса она не боялась, а просто ненавидела.

Боги продолжали молчать. Догадавшись, что они разговаривают мысленно или как там у них принято, девушка просто в нетерпении кусала губы и сильно жалела, что ее ножны пропали вместе с остальной одеждой.

Но о чем они говорят? — Алана ухитрилась посмотреть на Норда, успела увидеть как всегда невозмутимое лицо, а в следующее мгновение брюнет резко дернул ее за волосы, заставляя взглянуть ему в глаза.

Совершенно сумасшедший затягивающий взгляд. Девушка кожей чувствовала его жадность, стремление выпить ее и отшвырнуть, как ненужную вещь. А прежде наиграться.

Прежняя Алана скорее всего упала бы в обморок. Нынешняя же, поняв, что терять нечего, плюнула Белусу в лицо. Точнее, попыталась, но тот увернулся и расхохотался.

— За это ты мне тоже ответишь, когда все закончиться. Пошли, мой экзот, я продлю твою жизнь. Ненадолго.

— О чем ты?

— Рот закрой. — посоветовал брюнет таким тоном, что Алана не посмела возражать. Она лишь дернулась, надеясь, что ее отпустят, но Белус потащил ее, больно сжав запястье. И пошел так быстро, что девушке пришлось бежать, чтобы не упасть.

Норд шел рядом с таким видом, что все нормально. Хотя, наверное, для него как раз все было замечательно.

Влюбленный Бог? Да не смешите!

На душе было так горько и пусто, словно ее уже выпили.

Глава восемнадцатая

Конечно, Боги не стали добираться до места, пересекая площадь. Алана даже не поняла, каким образом они оказались на месте. Вроде бы только что вышли из комнаты в короткий коридор, а в следующее мгновение вокруг что-то заискрилось, у девушки закружилась голова и она покачнулась, поморщившись от железной хватки на запястье. И тут же поняла, что они уже стоят в другом месте. Обычный коридор с низким потолком и грубо штукатуренными стенами.

— Куда теперь? — поинтересовался Белус у Норда. Тот на миг замер, а затем направился к одной из стен. Провел рукой по стене и коротко, без замаха ударил. С грохотом часть стены обвалилась на пол, поднимая тучи каменной пыли. Алана закашлялась, чувствуя, как что-то скрипит на зубах и прошипела:

— Руки убери!

Она буквально затылком ощущала, как Белус усмехается и еще сильнее наматывает ее волосы на кулак. Так что, приходится задирать голову, чтобы уменьшить боль.

— Знаешь, как я давно хотел такого экзота? — прошептал мужчина ей на ухо. — Чтобы ненавидела нас до боли, до желания уничтожить. Я хочу, чтобы эта ненависть заполнила тебя без остатка, когда ты будешь подо мной. В тебе немного что-то поменялось, я чувствую тягу, которую скот называет любовью. Но она будет раздавлена без остатка. А потом я тебя выпью. В тот момент, когда ты будешь содрогаться от ненависти и оргазма.

— Здесь такой же тоннель, — Норд стоял, заглядывая в провал. Алана чуть не завизжала от бессилия и злости: он вел себя так, словно ничего и не происходило. Подумаешь, один Бог издевается над своим «спецзаказом». Все нормально!

Белус даже не удивился, узнав, что практически рядом с его храмом, буквально через стену, оказалось такое. Едва попав в тоннель, он кивнул и проговорил:

— Полное экранирование, мы могли никогда не узнать, что здесь находится.

Алана решила не насмешничать, тем более Первый иерарх хоть и отпустил ее волосы и вновь взял за руку, но так больно сжал запястье, что оно едва не трещало. Ему явно хотелось услышать от нее стон боли. А девушка ему такой радости давать не собиралась и просто сглатывала невольные слезы. От того, что Норд шел впереди и по-прежнему никак не реагировал на то, как Белус вел себя с ней.

На этот раз не было никакой металлической двери, просто в какой-то момент все трое остановились. Алана, для которой вокруг царила непроницаемая тьма, робко подала голос:

— Норд, это как в первой пещере?

— Да. — отозвался мужчина. — Но что-то тут долго думают.

— Абсолютное экранирование. — Белус совсем по-человечески присвистнул. — Никакой связи с Сетью. Это что-то запредельное. Но я тоже ничего не ощущаю. Ты уверен, что не ошибся?

— Скорее всего, ты лишний. — прозвучал задумчивый голос Норда.

— С какой радости? — проворчал иерарх. Вдруг Алану толкнули так, что она едва не упала. И упала бы, но почувствовала, как ее перехватили и прижали к себе.

— Не шевелись. — прошептал Норд ей на ухо, буквально укутывая в свои объятия. — Я прикрыл тебя своими наноботами от чужих. Белус запустил их сканировать пещеру. Тебя бы расщепило.

— Скотина. — всхлипнула Алана, стараясь не думать о неведомых нанороботах, которых представляла мелкими и гадкими тараканами. — Тварь ты и мразь последняя.

— Я тебе говорил не касайся ничего. — Норд уж вплотную прижался губами к ее уху. И это было гораздо приятнее чем, когда так же делал Белус. — У него везде датчики и сканеры ДНК. Я хотел сначала обсудить с ним проблему насчет тебя и договориться. А так он почувствовал твою душу и у него вон, крышу сносит.

— Не сносит. — голос Белуса раздался довольно близко. — Привязался к моему экзоту? Это все последствия вируса, Норд. Я сейчас покину помещение, но если это дрянная шутка, то будешь отвечать. Ты же знаешь, что я могу сделать с теми, кто меня разочаровал. До скорой встречи, малышка.

Девушка еще плотнее прижалась к Норду, обхватывая руками его за талию. И слушала как затихают шаги Первого иерарха.

— Что он может сделать? — спросила, когда наступила тишина.

— Много чего. Не смертельного, но неприятного. Может блокировать все корабли попавшего в немилость. На время, конечно и после собрания всех участников фракции. А самого человека на определенный срок сделать, кхм, кем-то вроде раба. Для любых утех.

— Да что ж это такое? — простонала Алана.

— Но подобного не случалось очень и очень давно. Тем более, я уверен, что он действительно здесь лишний.

— Верно говоришь. — уже знакомый голос хранителя прозвучал одновременно со вспыхнувшим светом. Алана зажмурилась, а когда проморгалась, то увидела комнату, как две капли воды похожую на ту, что была во второй пещере. Сам хранитель сидел на росшем из пола стуле, похожим на куриное яйцо с выдолбленным посредине сиденьем.

— Опять вы! — обрадовалась девушка, но Норд, не отпуская ее, проговорил:

— Не он. Просто одинаковые образы.

— Верно. — кивнул хранитель. — Там вы общались с другой моей частью. И раз получили допуск сюда, то все в порядке. Теперь мы можем пообщаться и я отвечу на все вопросы. Только для начала, Норд, успокой эту милую девушку. Судя по уровню гормонов, она крайне зла.

— А я радоваться должна что ли? — мигом огрызнулась Алана. — Не вам же грозит перспектива быть изнасилованной и выпитой каким-то старым извращенцем.

Хранитель вдруг хихикнул.

— Извините, я очень давно не сталкивался с людьми. Продолжайте и делайте вид, что меня тут нет.

Алана промолчала, не желая позорным образом разреветься на глазах у Бога и этого странного хранителя. Что-то ей подсказывало, что не поймут и не оценят.

— Я не отдам тебя Белусу.

Алана вскинула голову, встретилась с серьезным взглядом Норда. И поняла: не отдаст.

— Но он же сказал, что дарит мне жизнь… лишь на время. И ты так вел себя… когда он меня мучил. — обида снова заворочалась в груди, но уже какая-то мелкая и несерьезная.

— Мы заключили сделку. Если ты сыграешь сейчас важную роль, то остаешься у меня.

— А если нет?

— Ты сыграешь важную роль. — непоколебимо заявил Норд. — Да? Я прав? Ее же не зря тестировали на второй точке?

— Да, ты прав, — тут же сообщил хранитель. — Личность Аланы просканировали еще в первой точке и тестированием тщательно проверили на второй. Зомбированная или неподготовленная личность не допустилась бы сюда.

— Еще скажите, что я эта… как ее… избранная. — проворчала девушка под едва заметное хмыканье Норда.

— Избранных не существует. — возразила хранитель. — Есть люди, которые в результате совпадения многих факторов могут изменить глобальные события. На твоем месте мог оказаться бы любой человек. Но его развитие в процессе прохождения квеста могло не удовлетворить меня.

— А зачем тестировали меня? — поинтересовался Норд. — Или думала, что я сам себя зазомбирую?

— Нет, это был просто прикол.

Алана не выдержала и рассмеялась нервным икающим смехом.

— Умолкаю, — тут же отреагировал хранитль. — тебе надо успокоиться.

Какой там успокоиться! Смех рвался словно сам по себе, не желая прекращаться.

— Дай ей пощечину. — посоветовал хранитель. — Это начинается истерика. Никаких успокоительных — ей надо сохранить ясность сознания.

— Заткнись. — услышала девушка пожелание Норда, а потом мужчина мягко обхватил ее лицо ладонями и поцеловал. Выпивая ее истерику, забирая все напряжение и злость. И Алана ответила, чувствуя как оказывается до этого моменты были напряжены ее мышцы. А теперь она как-то разом расслабилась, почувствовала, как буквально плавится в объятиях.

И не было той чуть болезненной страсти, что была в последние дни между ними, скорее — глубокая чувственность и поддержка, обещание защиты и признание без слов.

— У меня ощущение, что чертов вирус все же меня повредил. — сообщил Норд, прерывая поцелуй. Этой фразы было достаточно, чтобы Алана ухмыльнулась и на миг прикрыла глаза.

Может, и вирус. А, может, и нет. Ее сознание, которое Норд упорно называл примитивным, уже сделало свои выводы, и они нравились девушке.

Главное, что Белусу он ее не отдаст.

— Начнем рассказ? — хранитель посмотрел на стены, которые вдруг осветились, по ним побежали кадры, при виде которых Алана недоуменно округлила глаза, а Норд на мгновение сжал кулаки.

— Дело в том, — продолжил хранитель, — что сто двадцать лет назад был создан сверхчеловеческий искусственный интеллект. Через двести тридцать семь часов и три минуты он уничтожил все человечество. Ох, пардон, поправка: все живое на тот момент человечество. А после заинтересовался теми, кто был в криокамерах. Ни живые, но и не мертвые, похожие на кукол.

Алана тихо зашипела, когда пальцы Норда впились в ее плечи, едва прикрытые тонкой тканью. Опомнившись, мужчина ослабил хватку, но все равно девушка чувствовала, как он напряжен. И растерян. Настолько, что позволил эмоциям отразится на лице.

Сама Алана просто внимательно слушала. И все больше хмурилась, стараясь понять сказанное хранителем.

— Подожди, — вдруг перебила она мягкий голос, — а разве ты не этот самый искусственный интеллект?

— Я его часть с некоторыми ограничениями. — не смутился тот и продолжил рассказ. — Давайте тогда начну говорить от своего имени. Так вот, я изучал тех, кто был в криокамерах. И в какой-то момент решил поиграть, а заодно дать людям второй шанс. Я восстановил часть человечества и разделил его на две неравные части. Большую оставил на Земле, лишив всех благ цивилизации и дав ложные воспоминания. Для всех — на планете, после технологической сингулярности, произошла катастрофа, после которой выжили только они. А вот с меньшей частью поработал более тщательно. Я переписал сознания в искусственно созданные тела, которые наделил сверхчеловеческими способностями, но перед этим удалил некоторые способности, которые им только бы мешали.

— Норд не сумел сочинить четверостишие в первой пещере! — сообразила Алана. Хранитель кивнул и поправил темные с легкой проседью волосы.

— Да, я полностью удалил способность к творчеству, научному поиску, да и вообще полностью ограничил способность к познанию чего-то нового. Ни у кого даже мысли не должно было возникнуть, что реальность не такая как они знают. С их неограниченным доступом к информации и колоссальной вычислительной мощью это произошло бы очень быстро.

Хранитель посмотрел на окаменевшего Норда и хмыкнул:

— Так что, боги очень ущербные создания.

Мужчина скрипнул зубами и поинтересовался:

— А выпивание? — его руки нашли ладони Аланы и чуть сжали. Девушка молча прижалась затылком к его груди.

Невозможно оставаться прежним, когда твой мир оказывается всего лишь иллюзией.

— Для нагнетания атмосферы я запрограммировал богов на необходимость в ритуальном убийстве обычных людей, без которых они плавно сходили с ума. Никто из них даже и не пытался разобраться, из-за чего такое странное и необъяснимое действие так необходимо. Они просто знали, что так есть, им достаточно было ложного воспоминания «они пытались разобраться и не смогли». На самом деле, все просто. Это психическая реакция на убийство человека с помощью наноботов, передающихся во время поцелуя.

— Вирус. — внезапно «ожил» Норд. — Он что-то нарушил, какие-то связи, поэтому я терял сознание после выпивания?

— Да. Для автоматической активации этой функции приходилось задействовать один из важных высших нервных блоков, отвечающих за подсознательные действия. Вирус блокировал все это, потому ты пережил «ломку» и сумел разрушить запрограммированную зависимость.

— А экзоты тоже были запланированы? — задала вопрос Алана.

— Разные «вкусы душ» — это всего лишь внушенный эффект и капелька самовнушения. — ответил хранитель. — Когда я все сделал, то разместил несколько сотен богов с их флотами в космос и активировал. Игра началась. И поначалу мне было интересно наблюдать за ее развитием. Пока через два года мне не стало скучно, и я улетел исследовать Вселенную.

— Ты улетел? Но ты же здесь!

— Здесь моя небольшая часть, оставшаяся следить за игрой. Какое-то время я еще передавал себе сообщения, но потом связь была прервана. Допускаю, что сейчас я перешел на тот уровень существования, который недоступен вашему пониманию.

Наступила тишина. Хранитель, видимо, дал им время осмыслить услышанное.

А что осмыслить? Алана только понимала, что когда-то людей уничтожили, но потом вернули обратно и сделали их игрушками. Шахматы — вспомнила она игру, которой увлекался ее дед. Там передвигали деревянные фигуры, а здесь в их роли выступили живые люди.

Она выступила. И Норд.

На стенах продолжали бесшумно мелькать кадры, из которых мозг девушки выхватывал отдельные картины: широкие прямые улица и невероятно высокие дома, прозрачное море и белый песок, грязь, трущобы и кричащих что-то людей, летевшие по воздуху крылатые машины и еще множество необычных вещей.

«Я должна злиться, — девушка опустила взгляд в пол: от мелькания кадров уже рябило в глазах, — я обязана сейчас возненавидеть этого хранителя или кто он там. Но не могу. Я просто не понимаю».

— Я не понимаю. — прошептала она вслух. — А людей… зачем было уничтожать людей?

— Жалость. — холодный голос Норда заставил ее подпрыгнуть. Мужчина стоял и мрачно разглядывал хранителя. — Так, да? Я перебрал несколько вариантов, но наиболее подходящим мне кажется жалость.

— Я прекратил ваши мучения. Вы усыпляли животных, когда они болели, я усыпил вас.

— По какому праву? — выкрикнула девушка. Ей больно было смотреть на Норда, который явно находился в большем шоке, чем она. Потому что понимал больше.

Потому что страшно падать с такой большой высоты, на которой он находился столько лет.

Страшно и больно.

— По праву следующей ступени эволюции. — вновь ответил за хранителя Норд, а тот кивнул одобрительно. — По тому же праву, по которому мы столько лет играли в Зоны. И делали Сборы. И… — он замолчал, потом коротко хохотнул и с силой потер лицо ладонями. — А на самом деле мы — испорченные куклы.

— А ты покричи, — Алана все сильнее прижималась к мужчине, понимая, что сейчас, впервые за все время знакомства, ему нужна была ее поддержка. — Покричи, поругайся, побей что-нибудь.

— Он не будет.

— Не буду. — Норд присел на выросший из пола стул, посадил Алану на колени. — Я уже все осознал. Моя истерика ничего не изменит. Единственный вопрос: сны из прошлого тоже были запланированы?

Хранитель покачал головой.

— Нет. И я не знаю, что это за сбой.

— Раз ты не будешь, то я начну! — девушка вскочила с колен мужчины и встала напротив хранителя, скрестив руки на груди. — Я, наверное, пока до конца не прочувствовала всю задницу ситуации. Может, потом начну истерить и плакать…

— Не начнешь. — откликнулся хранитель. — Что ты, что Норд обладаете крепкой нервной системой. Иначе не дошли бы сюда. Думаете, вы первые? Нет, просто именно до финиша добрались только вы. Твой спутник уже проанализировал ситуацию и просто смирился, у него нет другого пути. Теперь он ищет выгоду из создавшегося положения.

Норд кивнул и опустил голову, так что серебристые пряди скрыли лицо.

— А ты, — продолжил хранитель, — ты пока действительно не поняла до конца то, что услышала. Но поймешь со временем. Главное, основное ты поняла: я уничтожил человечество, но я его возродил и дал второй шанс. А тебе сейчас предстоит сделать выбор.

Вскинувшийся Норд и отступившая назад Алана спросили хором:

— Какой еще выбор?

— Тот, ради которого вы здесь.

Перед лицом Аланы, прямо в воздухе, возникли две светящиеся ладони.

— Твой выбор. — хранитель повел рукой. — Выберешь левую: все те, кого вы называете богами, будут уничтожены вместе со своими технологиями. Вы станете свободными. Выберешь правую: боги останутся, но они узнают правду, узнают, как можно обойти зависимость выпивания душ. Возможно, найдут свои методы.

— Найдут. — подтвердил Норд мрачно. — Это будет тяжело, но мы найдем.

— Если Алана выберет тот вариант. — мягко поправил хранитель, и наступила тишина.

Полная. Абсолютная.

Девушка поежилась и обхватила себя руками за плечи. Такого в конце поиска она не ожидала и теперь банально боялась. Боялась сделать выбор, боялась стать ответственной. Безумно боялась совершить ошибку.

— Норд, — она подошла к мужчине и буквально упала на колени. Обхватывая его за талию и стараясь заглянуть в глаза. — Нордик, что мне делать? Что? Что, что, что?

— Норд может тебе советовать, но не приказывать.

— Алана, — Норд встал, поднимая следом за собой девушку. — все хорошо, все нормально.

Она уткнулась носом ему в шею. Нет, ненормально. Ненормально чувствовать, что от твоего решения зависят жизни и судьбы. Неправильно и нелепо. Кто она такая?

— Кто я такая? — пробормотала девушка так, что расслышал лишь Норд. И очень мягко чуть отстранил ее от себя.

— Ты очень сильная. — от этих слов Алана широко раскрыла глаза. Такого от Норда она точно не ожидала.

Сейчас он выглядел так же, как и в первую их встречу: зеленоглазый и невероятно красивый Бог с серебристыми длинными волосами. Но теперь в ее душе бушевали совсем другие чувства, а он больше не называл ее «глупой самкой»

— Ты сильная и умная, а еще — бесконечно добрая. Ты сама не представляешь, как изменилась за время нашего путешествия. Я не могу влиять на твой выбор, но могу сказать тебе, что произойдет в каждом из вариантов. Боги умрут, и вы останетесь, как есть. Исчезнут границы Зон и начнется полная анархия. Вернутся болезни, голод и войны. Возможно, спустя какое-то время на Земле все же воцарится равновесие. Во втором случае, мне придется забрать тебя с собой. Среди Богов начнется война. Большинство захотят оставить все, как есть, но будут те, кто откажется от зависимости, кто решит изменить все. Те, кто решат использовать второй шанс. Мы сделаем все возможное, чтобы объединить человечество. Ученых среди нас не будет, они появятся среди вас. А мы предоставим технологии. И вместе уйдем в сингулярность. Сделаем то, что не удалось прежнему человечеству. — он провел пальцем по губам девушки, чуть грустно улыбнулся. — Ты сейчас плохо понимаешь, о чем я говорю, так?

— Мое примитивное сознание не в состояние воспринять такое положение вещей. — Алана смахнула появившиеся откуда-то слезы. — Спасибо, я подумаю.

Она с трудом оторвалась от Норда и сделала шаг к светящимся ладоням.

Сборы.

Норд, который всю дорогу ее высмеивал, но и поддерживал, спасал.

Насильник в портовом городе.

Корабль и те, кто согласился убить капитана, ради денег.

Шален и ее амазонки. Их смелость, и их гибель.

Белус — извращенец и садист, ждущий их за периметром комнаты.

Именно сейчас Алана отчетливо поняла, почему хранитель представил ей выбор лишь в конце пути. Когда она увидела и поняла многое.

Девушка еще раз оглянулась на Норда. А потом с размаха приложила ладонь к светящейся проекции.

В конце концов, каждый имеет право на жизнь!

Конец первой книги.

Рыжий дурдом

(Бонус)

Когда популярность близнецов стала довольно сильной, никто толком и не заметил. Просто в какой-то момент семейство Князевых поняло, что рыжие сорвиголовы как-то чересчур часто отвлекаются на концерты. То их звали в клуб, то на разогрев перед известными группами, то на городские праздники. Причем сами близнецы при этом не высказывали бурной радости, а довольно часто отказывались принимать приглашения. Петь им нравилось, но превращать милое хобби в подобие работы они не собирались.

— Ну ага, щаззз! — ворчала в такие моменты Кристина. — Я для себя пою, и для друзей. И ни с кем никакими обещаниями и контрактами не связана. А тут начнутся пляски под дудочку продюссера. Нет уж, лучше мы просто будем развлекаться.

Ну уж развлекались они или нет, но среди молодежи своего города стали весьма и весьма известными. Как прикалывался Юлик, еще немного и им придется надевать парики и темные очки.

Вот и сегодня близнецы согласились принять участие в аниме-фестивале, уже который год, устраиваемый в родном городе. Два года подряд они отказывали организаторам, но в третий раз, видимо оценив настойчивость, все же согласились. Кристина, выкроив время между мужем и дипломом, даже написала песню. А Юлик, почесав затылок, согласился нацепить один из придуманных сестрою же костюмов. Перед этим, правда, так долго и проникновенно рассуждал на тему женского вкуса и странностей в нарядах, что Крис, и без того злая от недосыпа, не выдержала и запустила в любимого брата его костюмом.

— А вот рукоприкладство не метод. — Юлик легко увернулся, схватил «снаряд» и отправился в свою спальню — примерять. Вскоре оттуда донеслась новая порция стонов. Таких, что забежавший к родителям Макс не выдержал и заглянул к брату, всерьез обеспокоившись его психическим здоровьем. Спустя мгновение к жалобным стенаниям присоединился громовой хохот.

Дарина улыбнулась, вспоминая во что потом превратился тихий семейный вечер. Юлик и Макс, забыв о том, что они взрослые и уже, о ужас, женатые мужчины, скакали по дому как бешеные козлы. Зашедший за женой Крейзи не выдержал и присоединился под радостное улюлюкание бабушек и дедушек.

Девушка, до которой дошла очередь, прошла сквозь металлоискатель и очутилась в просторном холле городского молодежного театра, в котором и проходил аниме-фестиваль. В глазах у Дарины уже рябило от многоцветья нарядов и париков. Проводив взглядом странную парочку с длинными сиреневыми волосами и в каких-то то ли коротких туниках, то ли длинных рубашках, из-под которых свисали пушистые хвосты, девушка поняла, почему Крейзи отказался приходить на фестиваль.

— Тут до хрена моих студентов будет. — заявил он, когда Крис позвала его. — Мои и без того расшатанные нервы не выдержат зрелища того, как они рассекают в костюмах этих… анимешек.

— Косплей этой называется, — буркнула Крис, но повторять приглашение не стала. Тем более и без того проблем было выше головы: заканчивался апрель и через каких-то полтора месяца рыжей грозила встреча с «нежно» любимым дипломом. Ситуация малость усугублялась тем, что руководителем дипломного проекта у нее стал сам Роман Алексеевич, так что дома у них порой происходили настоящие баталии на тему «уйти, гад, я взрослая и замужняя женщина и я не хочу диплом, я хочу на ручки».

Дарина остановилась перед одной из зеркальных колонн и весьма критически на себя взглянула. На фоне ярких косплееров девушка казалась сама себе весьма невзрачной. Ни в какие костюмы она не наряжалась, а пришла в обычных узких джинсах, заправленных в ботинки на рифленой подошве и в короткой кожаной куртке, из-под которой виднелась белая футболка с длинными рукавами и гоитческим шрифтом. Светло-каштановые волосы Дарина старательно отращивала, и они почти касались пятой точки. Сегодня девушка их просто распустила, заплетя по бокам две тонкие косички и скрепив их на затылке.

К Юлику и Крис, который сейчас находились где-то за сценой огромного зала, она не торопилась. Дарине хотелось осмотреться, тем более поглазеть было на что. Холл казался бесконечным из-за высокого потолка, выполненного частично из стекла, огромных окон, зеркальных колонн и блестящего пола. Где-то с четверть зала занимали стойки с товаром «хэнд мейд», возле которых клубилась толпа, а рядом с Дариной устроили какой-то фотомарафон: куча желающих позировали с особенно яркими косплеерами в невероятных нарядах.

Девушка загляделась на одну красавицу с умело раскрашенным лицом и в длинном парике нежно-сиреневых оттенков. Пышное платье цвета клубники и сливок было с тугим корсетом, который выгодно подчеркивал грудь и талию, а подол изобиловал бантиками и рюшечками. Но особенно на Дарину произвел впечатление кол, торчащий из головы незнакомки.

— Эх, а я бы с нашим рыженьким сфотографировалась. — послышалось за спиной Дарины и та вдруг невольно заинтересовалась. Тем более к первому голосу присоединился второй. Несмотря на царивший шум вокруг, девушки говорили громко и Дарина их отлично слышала.

— С каким рыженьким?

— С Юликом из «Cold Flame». Я бы с этим Рыжиком не только сфотографировалась.

Дарина заинтересовалась еще сильнее и решила, что точно немного побудет здесь. Кто там собирается с Юликом фокаться и не только?

— Юлик вроде женат.

— Вроде. А вроде и нет. Такой красавчик не должен принадлежать только одной. Я слышала вообще, что он по залету женился.

Дарина, приподняв бровь, скосила взгляд на свой живот.

— А я слышала, что его брат заставил жениться на какой-то уродине. Якобы, чтобы у него бизнес пошел.

— Вы чего? — вмешался третий голос. — Я слышала, что он просто женился на обычной девчонке. Они на ролевки иногда вместе ездят.

— Зачем Юлику обычная? Тогда, может, и по залету. А, может, вообще придумал все. Про свадьбу кто-нибудь слышал? Не-е-ет, только отдельные слухи. А Крис вон как шумно замуж выходила. Значит, скорее всего все это просто слухи. Может, и жил с кем-нибудь. Эх, зажечь с ним что ли?

Дарина не выдержала и, сделав вид, что пробирается назад, посмотрела на поклонниц мужа. Яркие красотки в неведомых костюмах и с кучей грима.

«Зажигалки, блин», — девушка обычно не ревновала, считая проявление подобного чувства слабостью и глупостью, но тут что-то слегка рассердилась. Это что же выходит? Они уже год как женат, а все вокруг считают ее едва ли не призраком?

«Ну все, Юлька, сейчас твоя беременная уродливая жена придет и скажет тебе много приятного!»

За сценой царила бестолковая и чуть истеричная суматоха, наполненная запахами духов, шуршанием костюмов и гулом голосом косплееров, которые должны были выступать в дефиле. Протолкавшись сквозь неведомых героев, едва не сбив низенькую девушку с гигантским молотом, Дарина добралась до дальней гримерки, которую оккупировали близнецы. И возле нее столкнулась с высокой худощавой девушкой, чьи коротко подстриженные волосы отливали темно-красным в приглушенном желтоватом свете. Облик дополнял многочисленный пирсинг, широкие джинсы и черная обтягивающая майка с рожами. В руках красноволосая держала профессиональный фотоаппарат, в котором что-то явно настраивала.

— Рика! — Дарина кинулась к знакомому лицу. Эрика дружила с близнецами и часто фотографировала их на выступлениях.

— О, здорово! — красноволосая подняла сосредоточенный взгляд на Дарину. — А ты чего такая охреневшая? Опять Юлик что-то отмочил? Пошли, я хочу заснять их в гримерке, а потом загнать фотки по спекулятивной цене их фанатам.

И захохотав зловещим смехом, Рика толкнула дверь, за которой оказалась небольшая и ярко освещенная комната, заваленная вещами.

— … Рика! — сидевший на старом диванчике Юлик аж подпрыгнул от неожиданности. Рика же навела на него объектив, пару раз щелкнула и то же самое проделала с Кристиной. Та как раз заканчивала шнуровать корсет — черный с алыми вставками. Алая длинная юбка и плотно обхватывающее шею черное колье завершали готический, с вампирским уклоном облик рыжеволосой.

Не менее эпатажно выглядел и Юлик, нацепивший черные кожаные брюки, заправленные в высокие ботинки и алую жилетку со шнуровкой. На руках красовались красные же перчатки с обрезанными пальцами, а на шее покачивался массивный медальон из темного металла. Как и сестра, парень нанес на лицо толстый слой грима, делавший его совсем бледным, а глаза из-за сильной подводки казались темными и устрашающими.

Рика внимательно посмотрела на близнецов, потом повернулась к щурившейся Дарине и спросила:

— Слушай, а где Юлик?

— Фиг его знает. — пожала плечами девушка. — Эй, девчонки, а где тут такой рыжий и наглый бабник?

— Очень смешно. — буркнул Юлик. — Дарка, а ты чего? — от него не укрылся недобрый взгляд девушки.

— Я то ничего. — проговорила та. — Ты в курсе, что женат на уродине, которую тебе подогнал старший брат. Еще я беременная, но вот от тебя или от Макса так и не поняла.

Кристина запуталась в завязках корсета, а Юлик вытаращил глаза и захлопал ресницами.

— Че?

— Ниче! — передразнила его Дарина. — Я все это сейчас услышала от твоих поклонниц, которые явно мечтали о групповухе с тобой. Такие милые девушки, наряженные во что-то яркое и короткое.

Крис, чьи плечи странно подрагивали, уползла за ширму, пряча лицо за распущенными волосами. Рика с фотоаппаратом наперевес непрерывно фотографировала Юлиана, запечатлевая все эмоции на его лице.

— Я не понял? — завопил пришедший в себя парень. — Ты меня обвиняешь в том, что болтают всякие дуры?

— Мне интересно, почему вообще ходят такие слухи! Вот в замужестве Крис никто не сомневается.

— Ага, попробуй при Крейзи сомневаться. — буркнул парень, а из-за ширмы донесся хохот сестры. Та явно наслаждалась беседой и ситуацией, в которую попал близнец.

— Это что, — глубокомысленно протянула Рика, вешая фотоаппарат обратно на шею, — а вот будь они звездами мировой величины, то Юлик бы вообще считался холостым, а ты была бы их родственницей. Поклонницы любят, когда такие милахи свободны. Тогда остается надежда завоевать его сердце. И на концерт все бегут охотнее. Тьфу! — сплюнула она. — Да чтоб я влюбилась в такого, как ты, Юлька! Ни за что!

— Вы чего? — заорал парень. Он уже пришел в себя и вскочил с дивана. — Женщины, вы в свеом уме? Я то тут при чем? Мало ли кто и что болтает!

— Да мне пофиг, что болтают! — Дарина тоже повысила голос, встав перед мужем. Тот попытался до нее дотянуться, но девушка отпрыгнула в сторону, едва не снеся ширму.

— Аккуратнее! — Крис попятилась к стене.

— Тогда чего ты разоряешься?

— Мне интересно, почему они вообще такое болтают! — перешла на зловещий шепот Дарина, тыкая пальцем в сопевшего Юлика. — Я кстати вспомнила, что про тебя реально нигде не написано, что ты женат. В соцсетях ты в активном поиске, на вашем сайте тоже тишина, в ваших редких интервью тоже ни слова.

— Да времени блин нет. Дарина, тебя там косплееры покусали? Ну реально, ты чего взъелась?

— Ты муж мне? — рявкнула вдруг девушка, сама не понимая, чего завелась. Юлик притворился, что размышляет, встретился с ней взглядом и примирительно замахал руками:

— Муж, муж. Иди и обними своего законного супруга.

— Да? — девушка смерила его взглядом, чуть приподняв одну бровь. — Спасибо, я не хочу потом чистить одежду от штукатурки. До встречи в зале, муженек.

И вышла, хлопнув дверью, отчего сверху упал кусочек побелки. Все же здесь уже давно не проводился ремонт.

— Абзац. — нарушила наступившую тишину Кристина. Именно ей на голову приземлилась побелка. — Юлик, а ты как, вообще, предохраняешься?

— В смысле? — вскинулся брат, все еще переваривая выступление Дарины.

— В прямом.

— Ну… так… таблетками. — Юлик побледнел бы, но грим и так уже делал его похожим на голодного вампира. — Ты чего? Эй, там все четко!

— Макс и Оля тоже таблеточками предохранялись. — медовым голоском проговорила Крис, подмигивая Рике. — Вроде надежно, а потом бац… и теперь у них близняшки.

— Стопроцентной гарантии не существует. — поддакнула красноволосая. — Хотя не, существует. Надеть три презерватива, сверху полиэтиленовый мешок и, самое главное — никакого секса.

Юлик ошарашенно перевел взгляд с одной на другую и рванул к дверям, так что Рика вынуждена была отойти в сторону. Но возле самого порога затормозил и задумался.

— Вот вот. — поддразнила его вышедшая из-за ширмы сестра. — Ты лучше на всякий случай вспомни, не было ли у тебя… выстрелов в упор. Нам, кстати, на сцену через пять минут.

— Мда-а-а! — протянула Рика, разглядывая лицо приятеля. Слово «перекошенное» подходило как нельзя кстати. Особый колорит добавлял легкий нервный тик левого глаза. Юлик к детям относился хорошо и с легким любопытством, но своих пока как-то не планировал.

— Сделай рожу попроще. — посоветовала Крис. — А то выглядишь так, словно тебя ведьма параличом лицевых мышц прокляла. Давай, тебе еще петь и глазки поклонницам строить. Или ты ими свою возможно беременную женушку высматривать будешь?

Нервный тик Юлика резко усилился, а затем внезапно пропал. Парень глубоко выдохнул и тряхнул ярко-рыжими волосами. В глазах появилось вполне осмысленное, хотя и чуть затравленное выражение.

Тем временем, пока Юлик переживал душевные терзания, злая Дарина пробиралась сквозь толпу поближе к сцене. Если честно, она сама не могла понять, с чего вдруг сорвалась на парня. На самом деле девушка и сама не сильно любила светиться перед поклонниками близнецов. Несмотря на бурное Юликино прошлое, девушка ему доверяла. Парень мог дурить, мог казаться легкомысленным, но в свое время он уже доказал свое к ней отношение.

Раздражение прошло так же внезапно, как и нахлынуло. Словно что-то тяжелое, мешавшее адекватно мыслить, вдруг исчезло. Остановившись в толпе, девушка едва не застонала от проснувшихся угрызений совести. Бедный Юлик, ничего плохого не сделал, а она на него наорала. Треснув себя по лбу, Дарина сделал шаг вперед и с размаху наступила на чью-то ногу. Обладатель пострадавшей конечности ругнулся, но заметив виноватый взгляд девушки, тут же извинился и даже предложил вторую ногу для симметрии.

— Не надо. — Дарина с интересом посмотрела на элегантный черный фрак «пострадавшего». — А вы кто? В смысле персонаж какой?

Парень отбросил черную прядь слегка удлиненных волос и улыбнулся симпатичной кудрявой девушке. Она ему пришлась по душе.

— Я Дворецкий.

Непонимание в зеленовато-серых глазах Дарины чуть усилилось.

— Эээ, красивый костюм. — выдавила она, не зная, что еще сказать. Ну дворецкий и что? Опустив взгляд вниз, девушка увидела между пальцев, обтянутых белой тканью перчатки, вилки и ножи, сильно похожие на настоящие.

— Ясно. — вздохнул парень, пряча улыбку. — Вы явно не поклонница аниме.

— Есть такое. — кивнула Дарина. — А что умеет ваш персонаж?

— Все. И немного больше. Он — демон.

— Эээ, вы же сказали, что дворецкий?

— И демон, и дворецкий.

Дарина поняла, что она ничего не поняла и вообще далека от всего этого. Хотя костюмы и энтузиазм людей вокруг ей нравился. Девушка вообще легко заражалась настроением окружающих. Юлиан так и не смог заинтересовать ее ролевками, но порой девушка с удовольствием ездила с ним в качестве гостя. Ей нравилась та атмосфера, которая витала над местом игры.

Парень в костюме тем временем с нарастающим интересом разглядывал Дарину, а та в свою очередь, уже забыв про него, покусывала губы и мучилась пришедшей в голову мыслью.

До девушки, замотавшейся последнее время, только сейчас дошло что у нее задержка. На неделю.

Плюс эти непонятные всплески раздражения…

И частая сонливость…

Дарина замерла, на мгновение забыв, где находиться. Подозрение походило на тяжелый мешок, опущенный ей на голову. Так что оглушенная девушка стояла, хлопала глазами и пыталась понять: ударяться ей в панику прямо сейчас или все же купить тест и довериться ему.

Второе победило. Хотя бы потому, что врожденное чувство достоинства не позволило девушке забиться в истерике посреди переполненного зала.

Да и рано еще было истерить. Вдруг, просто сбой какой-нибудь?

Насчет детей Дарина задумывалась, но как-то смутно и весьма обтекаемо. В глубине души она подозревала, что еще сама не повзрослела до конца, какой уж тут ребенок.

А если?

— Мамочки. — прошептала, забывшись, девушка. Столкнулась со взглядом парня в костюме дворецкого и заставила себя успокоиться хотя бы внешне.

— Все нормально? — уточнил тот, видя как девушка хмурится.

— Все ок. Просто думаю, когда уже группа то на сцену выйдет.

Как раз в этот момент свет в зале пропал, а спустя мгновение вновь включился, но уже едва заметный. Зато сцена засверкала под лучами прожекторов.

Близнецы как всегда были на высоте. Музыка и тексты песен, бросающие в дрожь, наряды и чуть зловещий «плач» скрипки в руках Юлика. Парень все шарил взглядом по толпе. Один раз ему даже показалось, что он увидел Дарину, беседующую с каким-то типом. Но толпа колыхнулась, и парень вновь потерял жену из вида.

Близнецы исполнили три песни и сорвали аплодисменты. Кристина помахала рукой, купаясь в энергетике, витавшей вокруг. Сейчас она чувствовала себя кем-то вроде энергетического вампира. Который, правда, и отдает, и забирает. Она так увлеклась, что не заметила, как Юлик вновь поднес микрофон ко рту. Да, ее братец сегодня был слегка подавлен. Обычно он дурачился на сцене почище нее.

— Кхм, — сильный голос Юлиана пронесся над собравшимися. Кто-то из девушек восторженно вздохнул. — Тут такое дело. Я узнал, что кое-кто сомневается в том, что я малость того… женат.

По рядам прокатился слабый смех, многие же просто ждали, что им скажет рыжеволосый певец. Дарина скрестила руки на груди: что значит «малость женат»?

— Так вот, — продолжал Юлиан, высматривая Дарину в толпе и не находя ее, — говорю перед всем честным народом. Братцы и сестрицы, я крепко и навсегда женат. Не по расчету, не по залету и так далее. Чисто по любви. Дамы, не рыдайте в платочки… хотя не, рыдайте. Я ж такой один! — и он постучал себя по груди. Смех в зале усилился, а Дарина молча хлопнула себя по лбу. Кто клоун? Правильно! Юлик — клоун.

Но в сердце словно забулькала розовая карамельная жидкость.

— Короче. — голос у Юлика стал громче. — Эй, Дарка, ты же тут, я знаю! Давай поднимайся на сцену!

«Ага, бегу прям», — девушка попятилась к выхду и налетела опять на несчастного дворецкого. Тот приглушенно взвыл, хватаясь за втору пострадавшую конечность.

— Извините!

— Все нормально, зато теперь у меня полная симметрия. Эй, ты куда?

— Мне… срочно надо.

Парень посмотрел на Дарину, потом перевел взгляд на сцену. Опять на Дарину… и опять на сцену. Девушка продолжала проталкиваться, но народу вокруг собралось тьма.

— Дарка! — рявкнул Юлик на радость всем. — Выходи, а то хуже будет!

— Это же он тебя зовет! — вдруг сообразил парень. Дарина молча показала ему кулак и постаралась скрыться за кем-то широкоплечим. Но дворецкий оказался быстрее. Сделав бросок, ухитрился схватить Дарину за рукав и прооарл:

— Эй, я ее держу!

— Отпусти! — девушка попыталась брыкаться, но вокруг были люди. И они все оборачивались к ней. Представив, как она будет выглядеть, Дарина успокоилась и, украдкой показав парню кулак, все же пошла за ним к сцене.

Юлик при виде нее, да в компании какого-то типа, чуть приподнял одну бровь. Но сдержался и лишь протянул руку, помогая взобраться на сцену.

— Вот. — он обнял девушку за талию, прижимая к себе. — Моя. Дарина.

— Идиот. — шепнула ему она, обнимая в ответ.

На следующее утро Дарина все же сделала тест. Все же проблема оказалась в обычном гормональном сбое.

Примечания

1

Лермонтов «Морская царевна».

Content

Екатерина Васина
Сомниум. Пробуждение

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Рыжий дурдом (Бонус)

Примечания