Зайцев Алескандр

Реверс Милосердия

Диск Миров.

Область трехграничья Порядка и Лимба.

«Глаз» большого потоковорота.

Сотворенный мир Леньйа.

АРХИПЕЛАГ НЕРЕАЛЬНОГО

/ПРОЛОГ/

Короткий сон прервался. Тело само тихо приняло сидящее положение, без участия еще не проснувшегося разума. А что ему просыпаться, когда опасности нет.

Ага, вот что меня разбудило. В метрах пятнадцати от входа в мою пещерку-лежбище, единственное, кстати, на этом острове место «тишины» на ближайшие тринадцать часов, сидел кролик. Упс… настоящий и судя по тому, что от него не было никакого магического или астрального фона, обычный кролик.

Сколько я не видел кроликов?! Лет триста наверно, со времени творения. Улыбка и мысленное ругательство в адрес Творца — экспериментатора, а что поделать — привычка. Ибо без улыбки это вспоминать нельзя, а без творцехульства тяжело пережить последствия.

Желудок сделал попытку, утробным рычанием напомнить, что последний раз он что-то переваривал дней пять назад. И не такое бывало, но подкрепится, будет совсем не лишним.

Кролик, съев пучок травы, около самой черты сферы стабильности, начал осматриваться, в поисках еще чего-либо съедобного.

«А! Восьмая нога семиступа!!!» — ближайший кустик пожухлой травки находился метрах в тридцати в глубь острова. То что кролик его скоро заметит у меня не вызывало сомнений.

Быстрый взгляд, на лежащую амуницию…. Неа, не успею её надеть, дичь будет уже в глубине острова, а что там с ней произойдет, до того момента как поймаю, не знаю даже я, о Творце не упоминаю тем более. Как это часто бывает, желание поесть с лёгкостью победило технику безопасности.

Бесшумно приближаясь на расстояние прыжка, отсканировал близлежащую местность на предмет неожиданностей. Ничего представляющего серьёзную опасность не было, несколько синих лишайников — слишком медлительны, чтобы представлять угрозу. И характерные звуки, напоминающие похрюкивание, вкупе с тяжелым топотом, говорили о наличие рядом семиступа. Увидеть или засечь как-то по другому, кроме как по слуху, я его не смог. Значит у него линька, тот момент когда его предыдущая шкура-броня уже мала, а новую он еще не нарастил. Вообще-то не понимаю, почему семиступы считают себя в этот момент уязвимыми, при весе около сорока тонн и почти абсолютному иммунитету к энергиям. Они вообще не имеют естественных врагов, но становятся маниакально трусливы находясь без шкуры. Причем их страх выражается в довольно необычной форме, помимо того, что шарахаются от всего так еще и становятся невидимками, сразу во всех планах, будь то физический, астральный или магический, даже их обычный приторно сладкий запах куда-то пропадает. А вот со звуками выходит какая-то неразбериха, слышно топтунов превосходно.

Получив в виде семиступа подтверждение собственной безопасности, я решил, что поймаю кролика и успею вернуться за амуницией, до того как произойдет что-то неприятное.

Хотя само слово «безопасность» для архипелага имеет несколько иную интерпретацию, чем привычная. Если тебя съели, но не полностью, и ты выжив, сумел добраться до зоны тишины, то пройденный путь можно считать безопасным. Жить в магическом «отстойнике» Мира, несомненно увлекательно, но чрезвычайно вредно для здоровья.

Кролик, повертев головой, заметил убогий кустик зелени… Ну что ж пора! До дичи оставалось метров восемь, как раз в пределах одного прыжка с места. Что я собственно и совершил. Тело распрямилось в полете к цели.

Уши жертвы, резко развернулись в мою сторону. И кролик пропал, а на его месте засияли врата перехода. Я даже выругаться не успел, как уже рассматривал острова, с высоты метров двухсот. Ага! Северо-восточная оконечность архипелага, а падаю я, вынырнув из портала так неудачно, прямо в бухту атолла. Ну что ж хоть в этом немного повезло, вода в бухте была спокойна, удивительно ни паровых гейзеров, ни ледника. Да что говорить морская поверхность даже не кипела, а находилась в обычном для воды состоянии. Удивительное везение. Но нельзя, выбираться на охоту, не полностью проснувшись, ведь кролики не бывают ростом с лошадь и не весят около трехсот килограмм. С этой мыслью я «солдатиком» вошёл в воду.

Выбрался на берег атолла, я вовремя, Не успели мои ноги коснуться суши, как тотчас пришлось прыгать вверх, причем довольно высоко. Потому как выходил я на песчаный берег, а вот приземлялся после прыжка, на метровой толщины слой льда. Который в долю секунды покрыл не только весь островок, но и бухту. Хорошо, что я почти полностью не восприимчив к перепадам температур, а то стоять бы мне ледяным памятником собственной глупости. Кожу неприятно щипало, ого… плюс тридцать по Кельвину. Опять кто-то во внешнем мире балуется, Великими заклинаниями. Потому как архипелаг, не только магический отстойник, но и что-то вроде хранилища энергий этого мира, и сейчас кто-то выудил отсюда не маленький их кусок.

Закрывшись от холода, астральной оболочкой, я уселся на лёд и стал думать. Благо после такого оттока сил, это место на ближайшие часа полтора, не представляет опасности. Концентрация энергий недостаточна, чтоб выкинуть какой либо магический фортель. Все имеющие телесную оболочку предпочтут тут не появляться, холодно очень, астральным сущностям тут пока тоже не уютно.

Моё последнее убежище, а вместе с ним и вся амуниция, за исключением одежды, находилось, на небольшом скальном островке в южной части островной гряды. Далеко, по прямой не менее двухсот миль. А прямых путей тут не бывает. В прочем тут вообще нет путей как таковых, одни направления.

Не то, чтоб я себя чувствовал совсем неуютно, без привычных вещей. Я легко бы прожил без всей амуниции, кроме одного предмета. Ндя, а вот оставленного «Мерцающего» мне будет не хватать.

«Мерцающий» — матовый клинок в два с половиной локтя, со странным всегда находящимся в движении узором, и еще на локоть рукоять, плавный изгиб лезвия, звездочки иногда мерцающие на голомени, полуторная заточка. Мой постоянный спутник, уже наверно частичка меня самого. Сколько времени я потратил надеясь уловить закономерность в узоре или понять, когда очередная звездочка начнет свой извилистый путь по клинку, напрасно. Тяжело любому разуму, найти закономерность в том, что так долго соседствовало с ПУСТОТОЙ. Именно так ПУСТОТОЙ где все буквы большие. По утверждению Творца, клинок «Мерцающего» сделан из не вполне обычного материала. Если можно назвать материалом частичку великого барьера, между большой Вселенной и Началом.

Помню, как мой путь один раз пересекся, с Падшим ангелом Лимба, как же он возмущался, увидев «Клинок границ» в руке оборванца, т. е. меня. Славно я тогда побегал. Сперва он по-причитал, что ему клинок такого уровня не положен по статусу, а тут не пойми кто спокойно его носит. В прочем я сам не пойму кто же я, так что тут он совсем не ошибся. А потом у меня попытались отобрать «Мерцающего». Дней семь наверно он за мной бегал по архипелагу, смешно вспомнить как он матерился именем Спасителя. Хотя, еще недельку и меня бы поймали, но помогли семиступы. Тяжело кого-то догонять, когда время от времени тебя втаптывает в землю, сорокотонная бронированная туша. Раза после двадцатого, отращивая заново сломанные крылья, Падший меня великодушно простил и ежесекундно оглядываясь, создал портал во внешние миры и убрался из нашего мира. Обиделся наверно.

Жизнь на архипелаге, далеко не проста, все время что-то или кто-то пытается оборвать нить твоего существования. Не то что бы я был желанной для всех добычей, но без «Мерцающего» даже мне становилось проблематично выжить. При определенном стечении обстоятельств конечно. А уж то, что жизнь усложниться и намного, то это минимум.

Ледяной покров подо мной начал подтаивать. Жаль, я думал отдохнуть немного подольше, но пора было двигаться. Не люблю я северо-восток архипелага, где доминирующие острова представляют собой атоллы различной величины. Слишком много кругом воды, и с атолла на атолл, нет других путей кроме водных. Толи дело центральная или южная часть, где острова иногда настолько теснятся, что иногда с одного на другой можно перепрыгнуть или перейти посуху во время отлива. Не то, что бы я не любил воду, просто море архипелага в несколько раз опаснее, чем суша, хотя и она больше напоминает полигон безумного мага.

Поднявшись, я сделал разминку и, убрав астральную оболочку, огляделся. До ближайшего атолла, в нужном мне направлении, километров восемь. Неутешительная картинка. Море было совсем не спокойно, где-то на трети пути, возникла «долина» гейзеров. Занимательное зрелище, с гладкой морской поверхности вдруг вырываются столбы кипящей воды и пара высотой до двухсот метров. Причем, вода рядом с таким водяным гейзером, вполне обычной температуры. Картина конечно завораживающая, но только не в то время когда нужно проплыть рядом. А чуть за «долиной» айсберг, вплыл в зону кипящей воды. Судя по всему, температура айсберга была намного ниже обычного, угу градусов так на двести восемьдесят. А вода кипела, где-то на столько же выше своей нормы, при этом не превращаясь в пар, а оставаясь водой. От ледяной горы периодически отлетали гигантские глыбы, и отправлялись в стремительный, но не долгий полет. Вот одна из «льдинок» совершив чудо, долетела до «долины» и вместо того чтоб мирно упасть в море, была подкинута столбом пара. Мои брови поползли наверх, между айсбергом и гейзерами мили две минимум. Все эти кульбиты, местной «погоды», должны были создать своеобразный климат в архипелаге, что-то вроде постоянного тумана, с непрекращающимися дождями. Но все было иначе, дожди и туман тут, вопреки законам метеорологии, редкое явление, что в прочем далеко не самая большая странность этих мест. Да и грохота, который должен стоять при таких катаклизмах, не было. Тишина нарушалась только журчанием ручейков, начавших свой бег при таяньи ледника под ногами.

Залезать в воду, а тем более, плыть в гейзеры, постоянно думая, что вот-вот на голову упадет очередная сосулька, очень не хотелось. Вариант переждать эту суматоху, тоже не подходил, во-первых, неизвестно, сколько она продлится, а во-вторых, далеко не факт, что на место гейзеров не придет катаклизм похуже.

Значит, буду каледовать. Не, то что бы я не любил это занятие, просто когда вокруг тебя постоянно носятся, переплетаются, разрываются и т. д. гигантские потоки сырых энергий, тяжело заклясть что-то путное.

С использованием магических сил, на архипелаге вообще проблемы. Магия Слова, — когда всё, что ты произносишь, может частично измениться, или быть поглощенной воздушной мембраной, да много что происходит со звуками на островах. Конечно, далеко не всегда такое может случится, но поверьте и одного раза, с изменением произнесенной формулы вам хватит, чтоб вспоминать всю жизнь. Если конечно будет кому, вспоминать. Магия жеста, — редко используется вне словесных заклятий и без них примитивна, хотя тут, на островах наверно самая применяемая, так использует энергию заклинателя, а не сторонних источников. Магия образов, — составить образ конечно ничего не мешает, но вот напитать его энергией, это возможно только в сферах «тишины», и то есть высокая вероятность, что ваши магические манипуляции, нарушат хлипкое равновесие места стабильности. Магия рун — если честно имею о ней только теоретическое представление, хотя так как она основана на заимствовании сил из определенных источников, а для каждой руны он свой, то можно предположить что ответа от «рунических» истоков придется ждать ой ак долго! Магия плетения — так как в её основе лежит, тончайшая работа с магическими силами, то тут это представляется просто невозможным. В общем, на архипелаге, магические искусства не сильно распространены, в виду почти полной невозможности применения таковых.

Физические энергии — те что зависят от непосредственной энергетики организма, ничто не мешает использовать. Но нюанс в том, что они хороши для воздействия на собственное тело, а вот как только дело доходит до их переброски во вне, то тут опять тупик. Так как тварная энергетика слишком груба и мгновенно разрушается под воздействием более тонких магических, коими пропитано все вокруг.

Остается астрал — субстанция почти не подверженная влиянию, местной магической природы. Только работа с ним помимо наличия соответствующих способностей и таланта, требует еще и большого везения. Слишком тонкая энергия, чтобы полагаться на точные расчеты или искусство. Хотя у меня есть несколько уже ставших привычных астральных форм-оболочек, создать которые, не требует почти никаких усилий, уже на уровне инстинктов или умений моего тела. Но тут это не годилось. Придется творить что-то новенькое.

Вот сейчас мне бы не помешала, часть потерянных вещей. Точнее одна из них, а именно мой лётный комплект. Созданный мной из кожи водного змея, пущенной на бандаж крепежной системы, и выпавших перьев обитателя Лимба, образующих сами крылья. Частички обитателя иных сфер, оказались достаточно мощным артефактом, позволяющим не только подниматься в воздух, но и летать с довольно приличной скоростью, невзирая на творящееся буйство магических стихий. Ну, а связующим звеном, служила астральная форма, объединяющая «крылья» и их носителя в одно целое. Хотя… горевать о потерянном, совсем не нужное занятие, пора придумать, что-то подходящее для создавшегося момента.

В голове родилась идея. Связывая струйки астральных потоков, в хитрое плетение, я не забывал постоянно наблюдать за происходящим вокруг. А то если сильно чем-то увлечься, легко можно лишится головы, а то и всего тела сразу. Только я стабилизировал плетение, как пришлось делать обратное сальто, уклоняясь от четырех фаерболов, возникнувших из ниоткуда и туда же пропавших, в метрах сорока от меня. Уйти от боевых спелов труда не составило, а вот приземлиться не поскользнувшись на тающем льду было сложнее. Стоило мне упасть или взмахнуть руками, как весь труд пошел насмарку, узор не выдержал бы подобного обращения и рассыпался. Пришло время уплотнить призрачную конструкцию и придать ей форму, только вот не задача, астральный образ без наложения на что-либо вещественное, просуществует не больше минуты, как бы я не старался. Атолл, на котором я так занимательно проводил время, представлял пустынный песчаник, покрытый метровым слоем тающего льда. Не из чего взять материал, который послужит материальным стабилизатором астральной проекции. Хорошо, что «живет» плетение намного дольше, чем уже созданная форма и было время подумать.

После недолгих размышлений, я пришел к выводу, что материала у меня достаточно, если не сказать больше. К моим услугам был целый остров, ведь его покрывал идеальный материал, которому можно было придать любой вид. Оставив в памяти слепок уже созданного узора, без сожаления дал ему распасться. Присев на корточки, я отрастил на руках бритвенной остроты когти и принялся вырезать изо льда, необходимую мне «скульптуру».

Работа шла быстро, так как когти, помимо хорошей заточки, были ещё и раскалены до вполне приличной температуры. Нехитрый трюк, по переливанию большого количества тварной энергии на маленькую площадь, моих мутировавших ногтей. Несколько секунд полюбовавшись тем, на что оказались способны мои несколько измененные руки, я убрал когти и, выудив из памяти слепок, сплёл астральный узор снова. Лёгкими, поглаживающими жестами, предал плетению, тонких эфемерных нитей, нужную форму. Резкими, но четко выверенными движениями, закрепил астрал на ледяную основу. Несколько связующих скоб и мой труд завершен. От души посмеявшись, тому что сотворил, я запрыгнул на получившуюся конструкцию.

Активировав только что созданный артефакт, пожелал себе удачи. В путь!

Я наверно представлял, сюрреалистическое зрелище, даже для этих избалованных чудесами мест. Скользящий, в метре над водной гладью со скоростью гоночного болида, на ледяном плавнике* с астральным приводом.

Профессионалы слалома, съели бы свои лыжи от зависти, если б увидели, что я вытворял уворачиваясь от, то тут, то там возникающих столбов кипящей воды. Вроде я даже, что то кричал, на время забыв о своих неприятностях и полностью отдавшись удовольствию игры со смертью. Когда мой импровизированный глайдер, вылетел из «долины» возникло желание, вернуться и повторить. Но я быстро себя утешил мыслью о находящемся впереди втором природном явлении, о котором мне так вовремя напомнила полутонная льдинка. Последствием падения в море которой, я стал обязан изрядной доле воды за шиворотом.

Чуть сбавив скорость, я сложил из пальцев знак Умд и, прикоснувшись рукой, к плавнику наложил на него охлаждающую ауру. Все же, несмотря на временную артефактность, лёд по прежнему оставался не более чем замороженной водой, а впереди была зона кипения.

Поднявшись на максимально, позволяемую высоту, я постарался как можно быстрее миновать, такую опасную, для моего творения область. Правда полутора метровая высота, была недостаточной, чтобы уберечь себя самого, от то и дело попадающих на кожу обжигающих капель. Вызываемые ими болевые ощущения, заметно снижали удовольствие от игры в пятнашки, с летающими отголосками сражения холода и жара. Пригнувшись, пропуская над собой очередную «сосульку», заметил пикирующего на меня «птеродонта». Кроме похожих форм, это создание больше ничем не напоминало свой динозаврий прообраз. За исключением интеллекта, тут наверно они похожи. Абсолютно тупая тварь, кидающаяся на все что подаёт признаки жизни. Попадая на архипелаг «птеродонты» обычно живут не более часа, даже если и умудряются кого-нибудь поймать, погибают очень быстро. А что поделать, если природа обделила бедняжек элементарной внимательностью и чувством самосохранения. Взамен дав феноменальную скорость, острые зубы и толстую шкуру, мягко говоря немного не то, что требуется для выживания в столь своеобразной среде. Торжествующий крик, вырвался из пасти летающего монстрика, охотник уверился, что добыча не уйдет. Тяжело быть не наблюдательным, в нашем мире, с некоторой долей иронии, подумалось мне. Проследив взглядом за падением в кипяток, припечатанного к глыбе льда «птерадонта», я выкинул его из головы и сосредоточился на управлении плавником. Так увлечься погоней, что не заметить летящую на тебя, несколькотонную частичку айсберга, эх… что-то природа не додумала, создавая этот вид чудовищ. Хотя природа тут может и не причем, а просто очередная шалость Творца.

Оставив позади, бушующую в сумасшедшем танце погоду, я перевел дыхание, одновременно подпитывая летающую доску астральными энергиями. Впереди раскинулось, спокойное море, мягко согревая, светило солнышко. На небе не единой тучки, островки-атоллы так и манят теплыми песчаными пляжами, под тенью пальм. Если не оглядываться, впору забыть в каком месте находишься, снять одежду и позагорать на сулящем необыкновенный отдых песочке. «Что-то в этой части архипелага, определенно есть привлекательное, когда стоит такая погода», — с этой мыслью, я пообещал себе не забыть суда вернуться…. когда-нибудь. Тем более, «серфинг» мне определенно понравился.

Продолжительность действия, моего средства перемещения, подходило к концу. Приняв решение, воспользоваться благоприятной погодной обстановкой, я максимально увеличил, приток астральных энергий и подняв скорость, поскользил напрямик к центру архипелага.

Ловя лицом, освежающие брызги я наслаждался ощущением скорости и столь не характерным для здешних мест сочетанием: тишины, тепла и ласкового солнца. Возникло желание, лечь на летящий плавник и позагорать, получив максимум удовольствия от происходящего. Но мой своеобразный глайдер, не вытерпел бы подобного обращения и наверняка перевернулся, или зарылся носом в воду. Да и стать жертвой, очередного катаклизма или одного из поражающих своей настойчивостью хищников, не хотелось.

Весело подмигнул многоглазу, я заложив вираж обдал его потоком воды. Обиженная помесь кальмара с кашалотом, от удивления таращилась на меня минуты три и села брюхом на мель. А ведь умное создание, если сравнивать с тем же птерадонтом. Я его наверно сильно озадачил, так как вечно голодное чудовище, даже не сделало попытки мной перекусить. Жаль не получилось понаблюдать, за титаническими усилиями многоглаза, выбраться с песка, прежде чем временно беззащитным монстром кто-нибудь не позавтракал. Плавник уносил меня дальше в глубь архипелага.

Спрыгнув, на каменистый берег одного из центральных островов, я с благодарностью посмотрел, на тающий плавник, который подарил не столько удовольствия. Да и, о ста пятидесяти километрах за сорок минут, не стоит забывать, впечатляющее достижение. Северо-западная, изобилующая атоллами и открытыми водными пространствами, часть архипелага осталась позади. Теперь мой путь лежал, по каменистым островам, центральной гряды.

Серединная часть архипелага — это нагромождение скальных, вулканических и просто каменистых островков и островов. Разделяющие их водные преграды, настолько малы, что больше напоминают протоки или ручейки. И чем ближе к центру, тем выше напряжение магических полей. Их колоссальная концентрация, иногда разрывала даже ткань реальности. Неприятнейший катаклизм, приносящий в наш мир совсем чужеродных созданий, впрочем этим его плохие качества не ограничивались.

Мои размышления, как и стремительный бег по пересеченной местности каменистой равнины, были прерваны. Во-первых, потому как я уже не бежал, а судорожно хватался за макушку ели, а во-вторых, мгновенно выросший на острове хвойный лес, был для меня полной неожиданностью. Дерево на котором я сидел, выросло за доли секунды, но вид имело многовекового гиганта.

Покачиваясь на верхушке, я с тоской смотрел вниз, впечатляет, саженей сто наверно. Отогнав от себя мысль о возможном падении, с такой высоты на камни, если лес также быстро пропадет как и появился, принялся быстро спускаться. Ощутив, твердую почву под ногами, я себя немного поругал за не внимательность, не заметить такой всплеск магических полей. Это могло закончиться плачевно, окажись на месте мирного леса, например озеро лавы. Но чего не случилось, того нет и я не стал сильно укорять себя. Вдохнув приятный аромат хвои и наступая на уже успевшие покрыть землю опавшие иголки, пошагал в нужном мне направлении. Все таки бегать сломя голову по архипелагу, не самое полезное занятие для здоровья. К тому же захотелось, насладится забытым шелестом леса, его запахами и бесконечно напоминающими, уже забытую прародину, видами. Хотя сами воспоминания «преджизни» уже давно потускнели.

НЕ может быть!!! Издав горловой вопль, в котором смешалось в равной степени, как удивление, так и радость, я метнулся к ближайшей кочке. Через минуту, я с упоением разглядывал зажатые в руке боровики. Грибы! ну все теперь меня от сюда не выгонит даже начавшийся армагедон. Неторопливо собирая хворост, я еле сдерживал желание съесть их сырыми. Не то чтобы мне для выживания вообще требовалась физическая пища, витающих кругом энергий вполне хватало моему организму. Но от гастрономических удовольствий я не собирался отказываться. В этом мире не так много приятного, чтобы лишать себя еще и еды, а тем более такого деликатеса, как жаренные белые. Сложенный знак Айя и собранный хворост, весело занялся огнем. Не торопясь, соорудил из веток кустарника импровизированные шампура и принялся готовить грибной шашлык. Вертя над углями ветки с порезанными боровиками, я даже замурчал какой-то мотивчик. Вот чего-чего, а подобного я от себя никак не ожидал, напевать, да бывает, но мурчать. Что-то не припоминаю за собой подобного, даже в первой жизни. Медленно пережевывая первый кусочек, приготовленного деликатеса, я аж застонал от удовольствия. Пробегающей рядом стае кабанов, просто повезло, у меня было слишком благодушное настроение, чтобы еще и охотится на них. В полной мере насладившись столь редким в здешних метах яством, я погасил костер. И сам себе удивился, зачем? Ведь далеко не факт что этот уютный лес проживёт хоть минуту, а то что завтра его тут уже не будет этот факт. Те не менее, похвалил себя за следование скаутским привычкам, и умиротворенный похвальбой самому себе и сытым желудком, продолжил путь.

Разбежавшись, я перепрыгнул через двухметровую водяную стену, которая в данный момент заменяла, обычную протоку меж островами. Стоя на следующем острове, я с тоской смотрел, как над подарившем столько приятных мгновений лесом, собирается магический шторм. Сказав спасибо, мимолетному чуду, я стелящимся шагом, направился к вершине холма. В надежде, с высоты заметить знакомые места и сориентировать свое местонахождение поточнее.

У подножья холма, из под валуна, ко мне метнулась белой стрелой змейка-альбинос. Очень хитроумное создание, несмотря на небольшие размеры, может прыгнуть метров на тридцать и укусить своими ядовитыми зубками. Вот и сейчас белоснежная бестия продемонстрировала, великолепный прыжок на дюжину саженей в мою сторону. В середине полёта, она видно сообразила, кто же является её целью и, в испуге попыталась изменить траекторию. Тщетно, хруст позвонков в сжатой ладони, оповестил окружающих, что лучше спрятаться пока на острове нахожусь я. Вовремя мне подвернулось это неразумное создание. Мои волосы уже образовали на голове вполне занимательную прическу, аля «я у мамы вместо швабры». Не сбавляя шага выпотрошил, незадачливого агрессора и из шкурки нарезал полоски. Переплетя их, получил очень неплохой ремешочек, которым и связал непослушные волосы в хвост.

С холма, отрывался неплохой обзор и увидев вдалеке, Зеркальные острова, я уже довольно точно мог представить, где нахожусь. Помимо того, что эти два острова были как две капли похожи друг на друга, так они были единственными на всем архипелаге, стабильными островами. На них тоже хватало чудес, но каждый из них обладал только определенным их набором и, магические бури обходили их стороной. Левз и Правз, кто из нас так перековеркал изначально данные им имена, Левое Зеркало и Правое Зеркало, я уже и не помню. Но эти сокращенные названия прижились и, уже лет двести их иначе никто не называл. Хотя конечно называли, Левз — ареной, а Правз — театром. Каждый из островов-близнецов представлял собой, торчащую из воды вершину горы. Поднимаясь на высоту трехсот метров, каждый оканчивался кратером, давно спящего вулкана. И вот то, что происходило в этих кратерах и послужило причиной их, несколько странных, вторых наименований.

Левз — в кратере, давно уснувшего вулкана, располагается арена, с небольшим амфитеатром. Зрительские места всегда пустые. Некому смотреть. В центре колизея, огромная, с футбольное поле, песчаная арена. Стоит спустится на, всегда сверкающий чистотой, песок поля, как… Мягкое сияние ограждающей сферы, закрывает тебя от внешнего мира, пол минуты ты один на площадке. Время одиночества проходит быстро, и вот ты уже не один. Ты видишь противника, случайно или злонамеренно выбранного ареной, в этом мы так и не разобрались.

Из колизея только два выхода, один ты проделываешь сам, а в другом случае, твое тело медленно растает, не оставив и следа, на чистом песке. Истает, что бы больше никогда не вернуться в мир.

Противник, которого тебе выбирает арена, не принадлежит миру живых. Это сообразный магический дубль — клон реального воина внешнего мира. После боя это магическое создание, оставляет на песке, что-то из своих вещей. Пожалуй это единственное, кроме скуки, что заставляет нас приходить на Левз. На архипелаге нет мастерских и магазинов, все наши вещи сделали мы сами, или добыли на арене, иногда за ненужную безделушку платя кровью. Хотя если учесть, мою патологическую лень, то не трудно догадаться, о происхождении большинства моих вещей.

Лет двести назад, мне потребовался любой, не магический, серебреный кулон. Я тогда заболел идеей, убраться с архипелага и посчитал, что смогу сотворить артефакт, который позволит создать портал за заградительную завесу. Попавший ко мне, манускрипт подробно описывал, возможность изготовления мощного артефакта для одностороннего перехода. Одним из требований был кулон из чистого серебра. Тогда Арена, была настроена по другому и дублировала любого у кого было в руках оружие, на момент начала поединка, во всем большом мире. Это сейчас колизей подыскивает адекватных соперников, способных оказать сопротивление и быть опасными. Месяц я провел на Арене, пытаясь вытрясти из дублей что-нибудь похожее на серебряный кулон. Сколько ненужного хлама, собранного с них, до сих пор валяется под сиденьями зрительских мест. Если бы, клоны не исчезали после своего поражения, то за тот месяц, гигантская чаша кратера, на треть была бы заполнена телами. Не нужно много умения, убивать тех, кто почти не знает с какой стороны браться за оружие. Достойные соперники в то время были ничтожно редки. Зато сейчас я несколько раз подумаю, прежде чем решиться на один единственный бой, Арена «поумнела». Я наверно так и продолжал бы, косить несчастных созданий сотнями, если б в один прекрасный день на Левз не забрел Джэд. Который узнав, что же я собственно делаю и изучив манускрипт, подробно описал мне, что под чистым серебром, автор подразумевал мифрил. А мифрильный амулет, таким способом можно «искать» до второго исхода. Странно, но я даже не разозлился, а пообещав найти автора-мудреца и, оторвать ему все что отрывается, улегся спать прямо на каменные сидения колизея. Джэд проговорив, что-то о том, что нельзя так себя перенапрягать, накрыл меня трофейным плащом и ушел.

Правз — такой же кратер, тот же амфитеатр, только на арене происходит совсем другое действие. И тут иногда бывают зрители, любопытно бывает заглянуть на Правз и, окунуться в большой мир. А именно его и показывает арена. На песке то и дело, сменяя друг друга, появляются различные места мира, Театр передает не только изображение, но и звук и иногда запахи. Именно из-за этой особенности остров и называют Театром. Жаль, что нельзя протянуть руку и коснуться того, что находится на «сцене», от зрителей происходящее отгорожено непроницаемым для физического и энергетического воздействия барьером. Иногда картинки сменяют друг друга в бешеном калейдоскопе, а бывает одно и тоже место не сменяется неделями.

Самое занимательное, находиться на Правзе одновременно с Лартом. Он еще в преджизни, был большой любитель, закинув ноги на диван проводить целые сутки за телеэкраном. Не знаю, сколько времени он потратил на изучение свойств Театра, но результат был впечатляющ. Ларт добился от Театра невозможного, а именно показывать то, что он хочет. Никому из нас это больше не удавалось, а на все просьбы объяснить как у него это получается, Ларт лишь показывал язык и объяснял, что мы просто не любим синематограф. Любили бы и, у нас все получалось. Не похожее на него поведение, так как он обычно болтлив. Что в прочем делает Ларта, почти идеальным рассказчиком и с его слов, мы многое знаем о мире за завесой.

В отличии от остальных, Ларт почти всегда находился на одном месте, будучи по своей природе домоседом, он просто «прописался» на Правзе. Постоянно наблюдая за внешним миром, и предпринимая пока безуспешные попытки не только смотреть, но и с помощью Театра воздействовать на него. Любопытно, иногда заглянуть на остров и попросить Ларта показать, что-нибудь интересное.

Живой город светлых эльфов, природная гармония, место тишины и уюта, Блистающие драгоценными камнями колонны, подземного Дворца Советов, республики дварфов. Тысячи разноцветных шатров, раскинувшихся в Великой степи, кочевой город степных орков, завтра кроме потоптанной травы, ничто не будет напоминать о нем, а сам город займет другое место. Завораживающие своим безумием танцы гоблинских шаманов. Поднимающиеся на высоту пятидесяти саженей, белоснежные бастионы Хиорта, столицы западной империи людей. Черные, с гротескной архитектурой, замки свободных графств. Вечная полутьма Холодного леса, кроны гигантских деревьев настолько плотно переплетаются, что даже в самый яркий день, лучи солнца не достигают земли, только мелькающие тени дроу иногда нарушают спокойствие этих мест. Интриги имперского двора, напоминающие своей продолжительностью мексиканские сериалы прародины. Или козни межклановой борьбы темных эльфов, как шпионские боевики. Ругань в верхней палате гномов. Разговоры эльфов, за внешним спокойствием которых порой скрываются шекспировские страсти. Разбойные нападения и войны, сменяются мирными пейзажами.

Творец создал удивительный и необычный мир. Жаль что моей расе в нем выделен, конечно самый загадочный и необычный ареал, но он полностью отгорожен от большого мира Завесой непроницаемости. И кроме как увидеть частичку Мира, через Театр, мы лишены его красот и разнообразия.

Получив возможность, прекрасно сориентироваться по Зеркальным островам, я составил примерный маршрут моего дальнейшего пути. Режущее слух жужжание, заставило меня прервать размышления и распластаться на земле. Стая дискоидов, живых дисков легированной стали полуметрового диаметра, особей в двести пролетала на бреющем полете над островом. Меня они старались облететь стороной, все же дискоиды обладают зачатками памяти. Но без «Мерцающего» я предпочел не рисковать, а наоборот как можно сильнее вжаться в твердую почву. Отряхиваясь от комков грязи, я со злостью прокричал, вслед удаляющейся стае, обещание отучить, их летать так низко.

«Верну себе «Мерцающего» и буду планомерно, переделывать их диски в летающие квадратики», — пообещал я себе. Если конечно не забуду, моя память очень странное «создание».

Удалившись от меня на полкилометра, стая вдруг остановилась на месте, а отдельные особи начали выписывать различные кульбиты и фигуры высшего пилотажа, то взлетая в небо, то пикируя почти к самой земле. Что-то заставило дискоидов очень сильно занервничать, но сколько я не вглядывался, не смог заметить причину их раздражения. Ближайший магический шторм был слишком далеко, чтобы вызвать беспокойство, опасных тварей тоже не наблюдалось. Суета стальных созданий все возрастала, уже не было ни одного диска спокойно висевшего в воздухе, все включились в какую-то странную хаотическую карусель.

Любопытство заставило меня остаться на месте, хотелось понять, что же заставляет так нервничать, создания из стали. Джэд, наш знаток по сплавам и металлам, как-то поймал дискоида и попытался выяснить их строение. Но по его словам, ничего кроме сплошного массива легированной стали, не нашел. Не доверять выводам, бывшего инженера металлурга было глупо. Правда, я потом сам выловил один диск, но даже препарировав его не смог заметить ничего, кроме металла. Дискоиды также не обладают ни какой магией, что делает их живыми и позволяет летать, оставалось непонятным. Еще одна загадка архипелага, которая до сих пор нами не разгадана, о чем мы в принципе и не жалеем, их тут слишком много.

Полеты дискоидов, стали менее суетливыми и хаотичными. Зато в их действиях начал сквозить явно агрессивный характер. Складывалось ощущение, что стая пытается отогнать от себя кого-то мне невидимого. Стальные летяги, в своем танце, начали опять движение в мою сторону, волнами накатываясь, на что-то очень маленькое, блестевшее золотым. Стая не нападала, а просто старалась, будто оттолкнуть от себя золотую звездочку. Вскоре дискам надоело, просто толкаться и они перешли к более активным действиям, явно начав охотится за блестяшкой. Они бешено вращались и пытались, попасть своими острыми кромками по досаждающему им созданию. Разворачивающееся зрелище было уже достаточно близко, чтобы я смог разглядеть, что же представляет собой «звездочка». Очень напоминающее сами дискоиды создание, только раз в пять поменьше и состоящее из другого металла, нежели сталь.

Блесточка сообразила, что пребывание рядом с недовольными дискоидами опасно и устремилось прочь. Но стая имела другое мнение, видно будучи сильно зла на раздражавшее её так долго существо. Началась погоня. Происходящее перестало быть просто непонятным, а становилось неприятным. Очень, так как малютка летела прямо на меня, увлекая за собой взбесившуюся стальную лавину. Падать на землю и постараться спрятаться от летунов, смысла не было, многие из них совершая очередной маневр, острыми кромками пропахивали землю. Убежать я не успевал, оставалось попытаться отбиться, в надежде, что большинство дискоидов будут меня облетать, а с зарвавшимися одиночками, справлюсь и без меча.

Расстояние между мной и стаей стремительно сокращалось. Закрыв себя астральной оболочкой, хоть и слабая но защита, я скрутил тело в знак Эрг. Выставив вперед ладони, сложил кисть левой в Айю, а правой в Тер. Тем самым образовав сложный, тройственный знак. Айя — воспламенение, Тер — разрушение, а Эрг обеспечивает усиление действия знаков и увеличивает продолжительность действия. В принципе, при активизации подобной системы, я надеялся, по меньшей мере на волну дезинтеграции. Конечно, на длительную моей энергетики не хватит, но на определенный успех можно было рассчитывать.

Совершив рывок, блесточка-раздражитель, резко увеличив дистанцию от преследователей, сделала горку и, облетев меня, скрылась за спиной. Оборачиваться и смотреть её дальнейший путь, значило потерять знаковую конструкцию, а делать это когда до стаи оставалось метров сто, не хотелось. Волна летящих дискоидов, была в двадцати метрах от меня, когда стая остановилась. Гудящая стена стали, все диски замерли на месте и лишь крутились вокруг своей оси, подрагивая и вибрируя. Минут пять я напряженно следил за этими странными существами, но те не делали никаких намеков, что будут продолжать сближение со мной.

Я расслабил тело. Удержание даже не активированных знаков, требует много усилий, а так как агрессии в мою сторону не было, это лишняя трата сил. На моей памяти дискоиды так себя не вели, что же заставило стаю остановиться и почти успокоится? Один из дисков отделился от остальных и, медленно полетел ко мне. Становилось все любопытнее, уж очень его действия напоминали предложение переговоров. Вот преодолев пол пути, дискоид остановился и, продолжил сближение только после моего приглашающего жеста. И замер в метре от меня.

Я заметил, то что раньше всегда обходило моё внимание. Стальное создание обладало слабовыраженным эмпатическим фоном. Хотя удивляться нечему, ведь я сам всегда называл дискоидов живыми. Окрас эмоционального фона «парламентера» был вопросительно-удивленный. Для пробы общения, я разозлился и направил агрессию на дискоида. В ответ:

— «удивление-непонимание-агрессия»

Но что им от меня нужно?:

— «извинение», — затем — «вопрошающее недовольство»

— «расслабление», — тут дискоид перестал вибрировать и просто спокойно завращался: — «утверждение-вопрос»

Что от меня хотят-то?:

— «вопрос-желание понять»

— «раздражение-недовольство», — причем это фон спроецирован на меня, как будто именно я являюсь причиной этих эмоций. Продолжение не направленное на меня: — «усталость-обида-горесть»

— «удивление-несправедливая обиженность», — а что я еще мог ответить, и сам попытался перехватить инициативу: — «участие-желание помочь».

— «вопрос-утверждение»

— «согласие», — не знаю, что он хочет, и что спрашивал, но вопрос явно относился к моему предложению помочь. А раз я предложил, то и счел нужным согласится.

— «радостное возбуждение», — дискоид даже прекратил вращаться, а лишь подрагивал мелкой дрожью. И следом его эмоции окрасились по другому: — «вопрос».

Последнее вопрошание явно подразумевало, ответ да или нет. Чем же я могу помочь стае?

— «Согласие»

— «облегчение-благодарность-спокойствие»

Парламентер изобразил что-то похожее на кивок-поклон и соединился с остальными сородичами. Стая выстроилась в несколько рядов и все дискоиды повторили жест первого.

Что же я им пообещал, раз удостоился такого парада…Стая совершив столь непривычное для неё действо, распалась и дискоиды с огромной скоростью помчались в сторону морской глади и островов-атоллов. Оставалось только гадать, о том, какое обещание дано мной стальному сообществу. А не выполнить его, значит получить очень крупные неприятности. И дело не в дискоидах, а в Архипелаге, на его пространствах данное слово нарушать не рекомендуется. Магическое хранилище мира имело свои принципы и жестоко карало тех, кто им не соответствовал. Да и обман был не в чести у меня самого и всей моей расы. Оставалось надеяться, что все образуется само, потому как вообще не понимал чем же я помогу стае.

«Помощь, аха.! Да что это со мной!?», — как-то непонятно мне было, с чего я стал вдруг таким добрым. После второй сотни прожитых лет, становишься законченным эгоистом. Может в Большом мире это и не так, но на Архипелаге это уж точно. Хотя может я зря так обобщаю и подобное, просто является закономерным именно для моей расы. Нужно будет провести побольше времени в Театре, сосредоточив внимание на поведении долгоживущих.

Тихое позвякивание, напоминающее перезвон китайских колокольчиков на ветру, красивый и умиротворяющий звук. Но только не на островах, особенно если раздаётся у тебя за спиной.

Качнуть тело в сторону, уходя с линии предполагаемой опасности. Плавным движением, перевести себя почти в горизонтальную плоскость, крутой разворот на сто восемьдесят градусов, сопровождаемый некоторым подобием подсечки «хвост дракона». Инстинкты необходимые для выживания, закрепляются очень быстро или не закрепляются никогда, что происходит во втором случае, я думаю понятно. В преджизни, никогда и не подозревал за собой таких способностей к обучению. Хотя Архипелаг является очень хорошим учителем, лучшим из всех, для тех кто сумел выжить, конечно.

Низкая боевая стойка, ладони обоих рук сложены в знаки разрушения, тело покрыто чешуйками хитиновой брони. Потом вся эта метаморфоза отзовётся приступом сильнейшей боли, но позже, сейчас боль отодвинута на задворки сознания, куда важнее определить опасность и отразить возможную агрессию.

Один раз мне довелось видеть что-то похожее со стороны. Тогда Джэда застал врасплох летящий на бреющем полёте птеродонт, бедную безмозглую тварь размазало по прибрежному песочку очень тонким слоем. Джэти в отличие от меня, предпочитал не разрушающие, а силовые знаки, то что в прошлой жизни он был ижинером-физиком давало о себе знать. Но та история была необычна другим, в последнюю секунду своей жизни птеродонт испугался. Я вообще считал это невозможным, но эмоцию крылана почувствовал чётко. Хотя тогда я находился немного в стороне, мне самому захотелось спрятаться, такая волна агрессии и мощи шла от атакованного эрма.

Реакция звёздочки дискоида, была соответствующей. Взвизгнул, рассекаемый диском, воздух. Нарушитель моего спокойствия, заложив обратную полубочку, уходя в сторону и спикировал за ближайший валун.

«Тоже мне спрятался!?», — подумалось мне. Что такое валун для знака Тер, дополнительный поражающий заряд шрампели, из каменной крошки и ничего более.

«А может я параноик?!», — подобная мысль далеко не в первый раз, посетила меня. Реакция на несуществующую угрозу, была инстинктивной, но тем не менее явно избыточной. Привычно отогнал назойливую мыслишку отговоркой: «Лучше быть параноиком, чем абсолютно психически здоровым трупом». И тут меня достал откат от изменения. Ощущение того что тебя закутали в колючую проволоку, снабжённую электромотрочиком, для постоянной вибрации. Пошатнувшись, я сел на корточки и занялся дыхательной гимнастикой, не забывая поглядывать за каменюкой, которую выбрал для убежища дискоид ренегат. Йога плюс приобретённые способности эрма, поистине лучшее обезболивающее. Боль толчками уходила из меня, впитываясь в землю. Разумеется ничего подобного реально не происходило, но для аутотренинга, подобное ощущение очень полезно.

Поднявшись на ноги я заглянул за валун. Маленький диск, весь дрожал, излучая фон ужаса, он даже приобрёл обычный для дискоида оттенок. Ужас, испуг были самыми острыми оттенками, но помимо них звёздочку терзало не только это. Общее ощущение одиночества и детской обиды, вперемешку с непониманием. Чем-то затравленный остальными дискойд напомнил мне щенка выброшенного на улицу. Ставшего изгоем, потому что он не такой как все.

«Щенок из легированной стали», — и тут я засмеялся. Безудержно, взахлёб, до перехваченного дыхания и отбитых коленок, по которым я колотил ладонями. Мне чуть-чуть не хватило, что бы кататься по земле от смеха. Сквозь струившиеся по щекам слёзы, я вспоминал героическую сагу написанную Гаррисоном, и не мог остановиться. Нет, это была не истерика, я давно заметил, что все чувства у меня обострены, если уж грустить то до воя, если смеяться то так как сейчас.

Жестом я поманил диск к себе. От простого движения руками, разумеется никакой реакции не произошло, но помимо жеста в это движение была вложена теплота и сочувствие. «Щенок» выплыл из укрытия и неуверенно приблизился.

— Ну! Лети сюда, непоседа. Ничего плохого я тебе не сделаю, — я медленно приближался к металлическому зверьку, успокаивая его разговором. — Малыша прогнали и обидели? И да ну их всех, ты лучше, чем они. Смотри, как переливаешься разными цветами, а они не умеют. Тебя прогнали из зависти.

То, что я говорил, было конечно чушью, как бы необычно и красиво не выглядел летун, его изгнали из стаи просто за то, что он другой. Смущало другое, судя по силе излучаемых эмоций и их характеру, диск обладал разумом, примитивным в чём-то, но интеллектом.

«Может, он не случайно напомнил мне щенка и его разумность, того же уровня?», — я уже приблизился на достаточное расстояние, чтобы коснутся диска, который сейчас переливался золотыми оттенками. Но не спешил, продолжая тихонько наговаривать:

— Я тебя не обижу, — мне стало уже понятно, что хотела от меня стая. Может не совсем точно, но общий смысл стал ясен. Хоть дискоиды и изгнали щенка, но он оставался подобным им. А я как раз вовремя подвернулся, взяв на себя обязательство. Скорее всего, заключавшееся в присмотре за малышом.

— Кис-кис-кис! — щенков так конечно не зовут. Но откуда ему это знать, да и не щенок он вовсе, а металлический диск, вообще непонятно как бывший живым. Хотя моё «кис-кис», объяснялось проще, я напрочь забыл, как подзывают собак.

— Не бойся, малыш, — я тихонько прикоснулся, к холодному металлу дискоида, легко проводя пальцами по поверхности, поглаживая. — Всё будет хорошо, никто тебя не обидит и не навредит.

Дискоид-малыш изменился и стал серебряным. Когда я прекратил поглаживания, он сам потёрся о ладонь. Сделано это было очень аккуратно, меня явно старались не задеть острой кромкой.

— Давай дружить! — произнеся это, я понял, насколько это по идиотски звучит. Даже не то, к кому я обращался, а сама фраза, в ней было что-то от детского сада. Но искренне ведь! Это меня удивило.

Хотя, какая разница, какими словами мы говорим, главное что в них вкладываем. А мне действительно хотелось пригреть непонятное создание. Плавно развернул руку, ладонью верх, малыш правильно понял намёк и улёгся на неё. Он действительно был необычным дискоидом.

Десять сантиметров в диаметре, совсем крошка. Никто никогда не видел детенышей дисков, все они были стандартного размера, раз в пять больше. Скорее всего, изгой попал в какой-то магический шторм и мутировал. Как странно он менял цвета, все его сородичи были одного, стального цвета. Тут мой подопечный опять изменился, с серебряного он стал серым с явным отблеском металла.

«Да ты не так прост, малыш!», — лежащий у меня на ладони диск, не только поменял окрас, но и изменился в весе: «Что же это получается, ты не меняешь цвет, а целиком перестраиваешь свою структуру!».

Накрыв второй ладонью это чудо природы, я поднёс его поближе к глазам. Диск, на ощупь, казавшийся слегка шероховатым, был идеально гладким. Металл тёк и струился, внутри возникали мини течения, волны и «водовороты», при этом сама поверхность оставалась ровной. Если закрыть глаза и положится только на осязательные ощущения, малыш представлялся просто куском металла, которому придана дисковая форма. Но стоило посмотреть повнимательнее, как сразу становилось понятно, что он живой.

— Что ж, ты всё еще боишься. — от «щенка» по прежнему веяло страхом и боязнью. — Перестань всё уже хорошо. Я рядом и не дам тебя в обиду.

— Вот так, — малыш стал платиновым и его отрицательные эмоции явно слабели.: — Пойдёшь со мной?

«Щенок» выразил своё согласие вполне не двусмысленно, просто скользнув мне за пазуху. Я аж оторопел от такой непосредственности. Устроив диск поудобнее и побезопаснее, его острые кромки меня немного пугали, я понял мне это понравилось. Несмотря, на то что рубашку придется зашивать.

Остров, на котором я находился, был лишён растительности, только валуны различных форм и размеров, вот и всё его разнообразие. Несмотря на это островок был красив, что-то в нём было от японского сада камней, какая-то гармония скрывалась за внешней простотой. Нужно запомнить его местоположение и наведаться сюда еще разик для медитации. Если этот остров конечно стабильный.

Стабильной мы называли ту местность, которая, пережив очередной магический трюк Архипелага, потом всё равно возвращалась к своему первоначальному облику. Подобными свойствами обладал каждый четвёртый остров. Двадцать пять процентов, вполне хороший шанс, для данных мест.

Протока до следующего острова, была довольно широкой. Тихая, спокойная вода, с мелкой рябью волн, удивительно чистая и прозрачная. Придётся плыть, прыгать на сорок метров я пока не научился, да что скрывать и на десять то врятли получится. Присев на берегу, окунул мизинец в воду, а вдруг это только с виду она такая безобидная, тем более я что-то не увидел нигде ни одной рыбки. Мизинец, выполнил свою роль дозиметра опасности, подтвердив полную безопасность протоки. Разумеется, тест заключался не в простом окунании пальца в жидкость, нужна была только форма для астральной оболочки, а когда проводишь тест на опасность нет ничего лучше собственного тела. Желательно так же использовать маленькую часть своего организма, ту которую не так жалко потерять, в случае если опасность реальна. Лучше мизинца, особенно учитывая мои способности к регенерации и метаморфингу, я ничего не придумал. Да и привычно мне было его отращивать заново, далеко не в первый раз я прибегал к подобным «замерам». И не все заканчивались так гладко…

Захотелось, разбежаться и нырнуть, глубина у берега позволяла, а одежду мочить все равно. Погладив диск, который по прежнему находился у меня под одеждой, я разбежался и прыгнул. Ласточкой, на долю секунды зависнув над водой, сгруппировался, и почти без брызг погрузился в водную гладь. И… начал тонуть! Всё верно, протока не представляла никакой опасности, реальность была комичнее. Разделяющий острова водный барьер, был наполнен дистиллированной водой, а как известно её плотность значительно отличается от солёной морской. Усилий моего тела не хватало, что бы вынырнуть на поверхность, я то рассчитывал на совсем другую выталкивающую силу. Из-за психологического самообмана, мне пришлось испытать несколько неприятных секунд паники. Теперь было понятно, почему в протоке не плавало никакой живности, кто ж по доброй воле полезет в чистую Н2О. Чуть увеличив усилия, я легко выплыл на поверхность и в несколько мощных гребков, достиг другого берега.

Мокрая одежда, брррр!!! Расстегнув куртку, я принялся её отжимать. Мой дискоид, аккуратно пролез, в им же самим сделанный надрез на рубашке и выбрался наружу. Отлетев от меня где-то на метр, он начал крутится и подрагивать, стряхивая с себя капельки. «Как щенок, точно! Те вроде тоже отряхивались после купания», — краем глаза, я наблюдал за ним, не забывая работать руками, отжать куртку из толстой кожи, занятие не из лёгких.

Стоило мне надеть куртку обратно, как диск, сверкнувший серебром, устроился на своё место у меня за пазухой. «Своё место! Ха! Как быстро я к нему привык» — подобная мысль была забавна. Просунув руку под рубашку, я погладил серебреное животное. Малыш излучал умиротворение и теплоту. «Будто дом нашёл» — я засмеялся, а ведь это похоже на правду.

На небе не было ни тучки, только далёкие перьевые облака, белоснежным узором дополняли прозрачную синеву неба. Я залюбовался отблесками солнечных лучей, на поверхности воды. Протоки между островами, из-за начавшегося прилива, напоминали горные речушки, с их кристально чистой водой уносимой бурным потоком.

Место «тишины», в котором осталась лежать моя амуниция, на сколько удалось мне вспомнить, было достаточно надёжным и просуществует еще около полусуток. Мне предстояло преодолеть сто километров за двенадцать часов. Ничего невыполнимого в этом не было, но стоило поспешить. Терять имущество, у меня не было никакого желания.

Помня о том, что сегодня уже совершил много глупостей, перед продолжением пути, окутал себя астральными оболочками. Подумал о возможной трансформации, что-бы облегчить и ускорить передвижение по такой пересечённой местности как архипелаг. Но измёненное тело может не так отреагировать на какую-нибудь неадекватную ситуацию, а это может иметь нехорошие последствия.

Лёгким бегом я направился по намеченому маршруту, быстро бегать себе дороже. На соседнем острове путь перегородила заросль синих лишайников. Неприятная растительность, питающаяся астральными энергиями, самая гадкая разновидность мха на островах. Красные лишайники питаются магическими составляющими, а их кругом ох как много, поэтому они не агресивны. Жёлтые предпочитают тварную энергетику, бедные почти вымерли от недостатка пищи, а те кто выжил находятся в постоянном коматозном состоянии, с голодухи не порезвишься. При моём приближении, мох затрепетал в предвушении пищи. Обычно, я просто обхожу стороной подобные заросли, уничтожать лишайник хлопотно, нужно выжеть его весь, иначе он очень быстро разрастётся заново. Но сейчас обегать, просто гиганскую плантацию, не хотелось. Не замедляя, равномерного бега, просто прожег себе тропинку. Оглянувшись, я понял, что опеределение «тропинка», не совсем подходит устроеному мной тотальному геноциду лишайника. Класическая магия, комбинация жеста и плетения. Благоприятный магический фон позволил сотворить заклинание «огненая дорожка». Только вот эффект от неё, как и понятно из названия, должен быть несколько другим, чем полностью выжженый остров, покрытый толстым слоем пепла. Еще одно подтверждение, что с класической магией, на островах, надо быть осторожнее.

По телу, холодной изморозью, пробежал сигнал тревоги от одной из астральных оболочек. Накинутая по верх всех остальных, она исполняла роль дозимерта энергитических полей. И сейчас её показания явно указывали, неприятности близко. Не прошло и минуты, как сигнализация рассыпалась, от перегрузки. Настраивая данную оболочку я не думал, что стану свидетелем двенадцатибального магического шторма.

Еще недавно чистое небо, стало затягиватся чёрными тучами. Не тёмно серыми, как в обычной природе, а именно чёрными, будто гуашью плеснули на небесный свод. Тучи быстро сближались друг с другом, выстраиваясь в странный небесный хоровод. Чёрные кляксы, спиралью крутились вокруг, ничем не примечательной, точки на небе. С каждой секундой их вращенее становилось всё быстрее и быстрее, пока не слилось в ирреальную небесную юлу.

«Определённо невезучий день», — ко всем сегодняшним неприятностям, вот вот должен был добавиться разрыв реальности. Оставалось только наблюдать, дойдёт разрыв до внешней вселенной или остановится где-то на уровне верхних сводов нашего мира.

Чёрная юла туч, на секунду остановила своё вращение и взорвалась. Точнее визуально она схлопнулась в одну точку, но это произошло так резко, что сложившееся от этого действия ощущение было как от взрыва. Какой-то миг и…

Рваными зубьями впиваясь в небо, рвались, окружающую нашу реальность, барьеры. Дыра прорыва расширялась, в своей глубине перелеваясь цветами, которых не увидишь в радуге. Резкая вспышка света, такой интенсивности, что будь я попрежнему человеком, видеть мне круги перед глазами, наверно месяц. Когда я проморгался и восстановил повреждение сетчатки, провал уже стабилизировался в размерах. Из прорыва шел мягкий, успокаивающий, тёплый свет.

«Аха! Значит барьеры выдержали и прорыва во вне не будет.» — Свет верхнего свода, перепутать с чем либо еще было невозможно. А именно его и излучал пробой.

Если бы прорывы просто ограничивались, красивыми, хоть и жуткими, визуальными эфектами. Но увы, с каждым пробоем в наш план реальности, приходит что-то или кто-то. Как обычно это то и приносит очень крупные неприятности обитателям архипелага. Свет прорыва стал меркнуть. Дыра в реальности затягивалась.

«Неужели, беда пройдёт стороной!?» — пробой почти захлопнулся, не принеся с собой никакой гадости.

Надежда погасла, так и не успев окрепнуть. За секунду до закрытия провала, в нём мелькнули силуэты. Максимально напрягая зрение, я пытался разглядеть, кто же навестил архипелаг. Двенадцать призрачных теней, сотканных из тоненьких ниточек астрала. Сердце ушло в пятки. Дюжина астральных гончих, ослепительно красивых в своей хищной стремительности. Созданные самим Творцом, только для одной цели, догнать и убить.

Запертые на внешнем своде, они не представляли опасности, но попадая в плоскость нашего мира, с целенаправленностью зацикленного робота, выполняли вложенную при их создании программу. Уничтожить разум!!! После сотворения мира, но до исхода, Творцу потребовались помошники, очистить новорождённый мир перед заселением, от нежелательных сущностей. Так и возникли гончие астрала. Легенда, место которой в клетке.

Гончие замерли, сканируя окружающее пространство.

— !#$&^$#!###!!!! — меня еще в детстве учили, что ругаться это не хорошо, но вот удержатся, я не смог. Повернув ко мне свои головы, гончие завыли и медленной рысью побежали. Побежали ко мне! Сердце сделало попытку спрятаться ещё дальше, но увы дальше пяток ему бежать было некуда.

Даже с «Мерцающим» и всей остальной амуницией, выиграть столкновение с дюжиной гончих, я бы не смог. Будь их пять или шесть шансы были, но сейчас мне светило только одно. Бежать и бежать быстро! Как только остановлюсь, моя астральная составляющая будет разорвана на куски и поглощена охотниками. Это смерть, может не мгновенная, а отсроченная на несколько минут, но от этого еще более мучительная.

Как не опасно передвигаться по архипелагу чересчур быстро, быть пойманным гончими намного хуже. У меня был только один шанс, и я не хотел его упускать. Как я бежал!!! Это была поэма бега. Заснять меня в те минуты на плёнку, в редакторе налепить на ноги кроссовки, и пустить как рекламный ролик. Фирма производитель кроссовок озолотилась бы.

Я хотел столкнуть одно порождение, безудержной фантазии Творца, с другим. Ноги несли меня к Зеркальным островам. Фрагменты забега, мелькают как в калейдоскопе. Каменистая почва сменяется, травой по пояс. Широкий пролив меж островами, времени плыть нет! Знак Умд, в который вложен мой страх, и я за считанные секунды пересекаю протоку, скользя по ледяной дорожке. В паре сантиметров мелькает огромная туша, впавшего в панику семиступа. Картинки всё мелькают, но я вижу только то место, куда ступит моя нога. Не дай Творец, споткнуться! Направление, на Левз, красной стрелкой указателя, светится перед глазами. Вот мои ноги бегут по ступеням вверх, краем сознания я вспоминаю, их ровно тысяча. Создатели скоростных лифтов прародины, удавились бы на галстуках от зависти и от уверенности в ущербности своих механизмов. Вершина, впереди площадка с амфитеатром, внизу преодолевшие уже половину подъёма гончие, вперёд! Обдирая, даже через плотную ткань, колени я падаю на крупный песок арены.

В глазах туман, сердце норовит выпрыгнуть из груди. С торжествующим воем гончие влетают на арену и налетают на стену непроницаемости. Улыбаюсь. У Левза свои правила, и одно из них гласит: у каждого свой противник. Точнее можно выйти на бой группой, но только если заранее послать импульс о том что схватка будет групповой, я разумеется это не сделал.

Я попросил у острова отсрочку в пять минут, мне нужно было восстановиться. Обычно такие просьбы удовлетворялись, что впрочем произошло и сейчас. Усевшись поудобнее я занялся дыхательными упражнениями, краем глаза наблюдая за астральными созданиями. Те перестали кидаться, на прозрачную, но при этом почти неразрушимую стену, и спокойно сидели. Ждали, буравя меня своими взглядами. Сейчас, Арена подбирает нам противников, а как я уже упоминал она поумнела за последнюю сотню лет. Именно надежда, что остров выставит против гончих адекватных им соперников, и привела меня на Левз.

За спинами гончих, открылись ворота. Я вгляделся, не веря своим глазам. Так и есть! Я готов был плясать от радости. Взвод Пресекающих, высшие эльфы, отряд охотников за демонами! Именно подобные этому отряды, остановили нашествие астральных гончих сто пятьдесят лет назад.

Один чрезмерно «умный» маг, создал портал, ведущий во внешний свод. Беда была в том, что его сумасшествие подкреплялось огромной силой и ему это удалось! Итог, десятки обезлюдевших деревень. На благо мира, гончих было немного и врата были созданы около эльфийской сельвы. Только что созданные отряды Пресекающих, нашли достойного экзаменатора. Гончие были уничтожены, почти все эльфийские спецназовцы тоже. Но свою задачу они выполнили, встав своей жизнью на пути неумолимых созданий. И вот сейчас на песке арены, начнётся вторая серия. Остров выставил гончим равного противника.

Я восстановил дыхание и успокоил, готовые забиться в судорогах мышцы. На моей половине арены, тоже распахнулись створки ворот. Противников двое, абсолютно чёрная одежда, ни грамма брони, стремительность и скорость, вот основные способности моих противников. Мягким селящимся шагом, ко мне неторопливо приближались вармы, охватывая меня с двух сторон. Сократив дистанцию вдвое, вампиры достали своё оружие. Кастеты-серпы, идеальное оружие ближнего боя. Плохо, то что арена выставила против меня вармов было уже не хорошо, но вот их оружие явно указывало, что передо мной не простые вампиры-боевики, а личные телохранители одного из повелителей. Плохо и ещё хуже. Металл кастетов совсем не блестел, а его матовая чернота, как будто впитывала в себя свет. Адамантит!

Постоянно воюя с дварфами, дроу терпели поражение за поражением. Мифрильное оружие подземных жителей намного превосходило, талантливо сделанные, но из обычной стали клинки тёмных эльфов. Сам мифрил, дроу недоступен, он их обжигает и причиняет боль. Но тёмные нашли выход. Они создали адамантит. В начале обычная сталь, но при определённых ритуалах закалённая в крови бессмертного — в крови дроу! Оружие из адамантита если и уступало, по прочности мифирилу, то не на много. Тем более, что удар такого клинка, разрушал не только тело, но и наносил раны его астральной и энергетической составляющим. У адамантита, был только один минус, из него можно было выковать только оружие, при ковке чего-либо другого металл терял свои свойства. Вампы, которым мифрил так же был недоступен, скупали оружие выкованное дроу за любые деньги. И сейчас клинки, из негуманного металла, находились в руках моих противников. Меня передёрнуло. Нет не от отвращения, оружие выкованное дроу всегда красиво! Красотой уничтожения, как красивы боевые истребители прародины. Озноб опасности пробежал по спине.

Вампиры! Я дал ненависти заструится по венам. Больно хорошо я помнил, как и из кого вышла эта раса.

Картинка: нас шестеро в ярости сжимающих оружие и девять ещё людей, но уже давно перешагнувших черту, черту между человеком и вампиром. И пять тел лежащих под моими ногами, они уже никогда не станут вампирами, они не станут никем, они мертвы. Только одна мысль в голове, уничтожить мразь, но нас уже разделяет созданная Творцом стена. И только в бессильной злобе скрежещут зубы. Обида, зачем ЭТИ в новом мире! Но у межреальности исхода свои правила. И нас, тоже еще пока людей, и будущих вампиров-повелителей ждёт своя жизнь, такова воля Творца. Это было почти три столетия назад, но моя ненависть не угасла. Я помнил.

Уверенные в собственной силе, чёрные силуэты медленно кружат вокруг меня, выбирая момент для атаки. Последним лучом над вершиной кратера мелькает закатное солнце, наступают сумерки. Я сижу, опустив голову вниз, наблюдая как улыбаются вармы, показывая свои клыки. Один из вампиров пересекает, нарисованную в моём воображении черту. Пора! Противник тоже начинает атаку. Из неудобного, сидячего положения, я посылаю своё тело вперёд. Доля секунды до столкновения, оружие варма хищно целится в меня. Я встречаюсь взглядом с вампиром. Есть! У вампов нет родовой памяти, но есть память расы. Мой противник на мгновение впадает в ступор от ужаса, а что поделать, то что произошло в межреальности, навсегда оставило отпечаток на вампирах-повелителях. А те в свою очередь передали свой ужас, через укус, всем остальным. Обычный вампир не осознает, что внутри него живёт животный ужас перед моей расой, тем неожиданнее производимый эффект. Левая рука хитрым, винтовым движением отводит клинки в стороны. Правая наносит удар, открытой ладонью в грудь. Жуткий хруст и тело противника, выгнутое под неестественным углом падает на песок. Минут через двадцать варм восстановится и срастит свой позвоночник, но бой закончится намного раньше и песок арены поглотит проигравших. Кувырок в сторону, жаль поднять кастеты я не успею, второй противник быстро отошёл от шока.

Клинки-кастеты разрубают воздух, в считанных миллиметрах от моего тела, я уклоняюсь. Варм быстр, очень быстр, почти так же как я. Но на его беду именно почти. Вот он допускает ошибку чуть-чуть сильнее вложившись в выпад, чем следовало. Шаг вперёд, одной рукой я блокирую кисть врага, второй бью по локтевому сгибу. Жуткая боль пронзает правое бедро. Незаблокированное оружие настигает меня, но я начиная атаку знал, что так и будет, выше бедра вамп поднять свой клинок не успевал. А больше он ничего и не сделает, зажатое в собственной руке, адамантитовое оружие пробило его горло. Тёмная кровь вампира брызнула мне в лицо. «Как противно!!!» — подумал я, судорожно вытираясь.

Я подобрал оружие и почти упал на песок. Боль в ноге становилась нестерпимой. Раны, нанесённые тёмным металлом, не бывают лёгкими. Пришло время взглянуть, что происходит на другой половине арены.

«Не повезло…» — сидя перед разделяющей стеной, меня ждали гончие. Хорошо хоть не дюжина, а всего три, Пресекающие хорошо постарались. Скоро стена пропадёт и они атакуют. Я не верил в собственную победу, но сдаваться не собирался. Разложил на песке, четыре адамантитовых клинка, так чтобы легко было дотянутся, и ждал.

Я первым уловил, что стены больше нет, и два кастета-серпа рассекли воздух. Гончая попыталась увернуться, но уйдя от одного напоролась на второй клинок. Прогнозируя такой исход я и метал два серпа сразу. Арена предоставила мне очень неплохой шанс, адамантит был самым лучшим оружием против созданий подобных гончим. Ведь он наносил урон и астральной составляющей. Вторая астральная охотница, резко прыгнула. Двадцать метров за один прыжок! Легко! Я только и успел, что схватить оружие и сделать встречный выпад, одновременно роняя тело на песок.

Да я нанёс удар, приземлившаяся сзади меня гончая уже была мертва, но при ударе мои руки по локоть провалились в астральное тело охотницы. Гончие лишь имеют форму напоминающую собакообразную, их оружие не клыки и когти, а всё тело. Мои руки уронили серпы, я их чувствовал только до локтя. Кисти и предплечья, с них начисто была содрана астральная составляющая.

С ногой пульсирующей болью и онемевшими руками, я лежал, наблюдая за неторопливым приближением последнего противника, того кто сейчас принесёт мне смерть. Нас разделяло пять шагов, гончая посмотрела мне в глаза. Её взгляд был равнодушный и безумно холодный, она лишь выполняла свою работу.

Моя грудь разорвалась!!! «Неужели вот так и происходит разрыв сердца» — мелькнула мысль. Но разорвалась не грудная клетка, а всего лишь рубашка и куртка. Дискойд-малыш черной молнией метнулся на встречу гончей. Его диск не блестел серебром или золотом, он вообще не блестел, его чёрная поверхность нельзя было спутать ни с чем. Мой «щенок» был адамантитовым. Безмерное удивление отразилось в умирающих глазах, насквозь пронзённой тёмным металлом, астральной гончей. Это было невероятно, но я выжил. Сохранил жизнь там, где шанс был один на миллион. Осталось не умереть от полученных ран, что было бы просто-напросто обидно в сложившейся ситуации.

Собрав оставшиеся силы, я попрыгал на одной ноге, спеша убраться с арены, с неё станется выслать мне ещё одного противника. Лишь добравшись до первого ряда сидений амфитеатра, я дал телу команду бороться и потерял сознание.

Иногда я приходил в себя и пытался, осознано зарастить рану и восстановить руки. Но сознания хватало не на долго и беспамятство услужливо принимало меня в свои объятья.

В очередной раз, открыв глаза, я прочувствовал себя здоровым и полным сил. Мысленно похвалив своё замечательно тело, за сохранённую жизнь поднялся на ноги. Всходило солнце, его первые лучики уже озаряли небо над кратером. Подняв парные клинки-серпы, так и оставшиеся там лежать, как приз победителю, я просунул руку под рубашку. Малыш был там, и я улыбнулся. Мне предстояло преодолеть пятьдесят миль за два часа, что бы сохранить своё имущество. Но разве это такая невыполнимая задача, по сравнению с тем, что я уже сделал. Достав «щенка» из-за пазухи я приложил его к своей щеке. Он излучал теплоту и радость. Я весело подмигнул начинающемуся утру.

ГЛАВА I

— И сколько можно повторять? — остриё, рапиры Ларта, упиралось мне в грудь. — Я же объяснял, что из этой полу позиции, уход со смещением, для контрудара, эффективен только против одиночного оружия.

Мой клинок виновато подрагивал, пойманный на отлёте, дагой напарника. Фехтование, конечно моё хобби, но:

— Лучше объясни, — отводя ладонью, неприятно холодящий грудь металл: — Почему ты вбил себе в голову, что мне интересна эта техника?

— Красиво и эстетично! — рапира и дага Ларта, рассекли воздух, оставляя за собой огненные росчерки.

— Эстетика в ущерб эффективности, — моё лицо приняло брезгливое выражение: — это не моё.

— Можно подумать, что у тебя очень много других дел!

Данное замечание, напоминало удар ниже пояса. По правде сказать, дело у меня было только одно. Если можно назвать делом, безуспешные попытки выбить с Арены дварфовский топор, в замен мной же сломанного, на тренировке лет эдак семьдесят назад.

Чтобы не болтать лишнего, я просто встал в позицию, дагой сделав недвусмысленно приглашающий жест. Оружие Ларта пришло в движение, красная сталь чертила вязь Высокого языка. Наши рапиры на секунду встретились, звон стали и оседающие на мрамор искры. Разрыв дистанции. «Неуч!» именно такое слово, начертанное столкнувшимся оружием, медленно таяло, на свежем утреннем ветерке. Ларт ехидно улыбался.

«И после этого они смеют, называть дроу извращенцами!» — эта моя мысль относилась к светлым эльфам, которые и придумали эту манеру поединка. А как высокопарно звучит: «Дуэльный кодекс Зелёного дома». Лет сто пятьдесят назад, эльфийская знать решила, что убивать друг друга на дуэлях, это через чур, и то верно при их то проблемах с демографией. Но бескровные выяснения отношений, были слишком пресны, а если прибавить к этому их тягу к искусству, то вообще бессмысленными. Пока один «эстет» фехтовальщик, не придумал, как совместить поединки с каллиграфией. «Морского ежа ему под одеяло!». Теперь просто проткнуть своего противника было недостаточно. Красная эльфийская сталь, как нельзя лучше сочеталась с огненным заклятием «воздушного следа», применение которого позволяло, оставлять за оружием тонкий огненный след, который держался в воздухе около десяти секунд. Впрочем, после повсеместного признания «дуэльного кодекса», разумеется в кругу эльфов, данное заклинание стало называться «огненный росчерк», хоть это и не важно, а остроухим было приятно. Искусство начертания в воздухе вязи Высокого языка, хорошо дополнило, опять таки с их точки зрения, обычный поединок. Кто видел эльфийский алфавит, тот поймёт, что и на бумаге то писать им далеко не просто, не говоря уже о замене каллиграфического пера на рапиру, а папируса на воздух. А если учесть, что ты не один стоишь и рисуешь в воздухе, а перед тобой есть противник, который хочет «написать» что-то своё, при этом усердно мешая тебе воплощать художественные изыски. Кошмар в общем, после которого сдача экзаменов по прикладной рунистике в Имперской магической школе, кажется игрой в песочнице пятилетих детишек. И не стоит забывать, что помимо плетения вязи, оппоненты так и норовят проткнуть, друг дружку своими клинками. По моему мнению, стремление эльфов к красоте, в данном случае, завело их в довольно странную сторону.

Хотя, надо отдать эльфам должное, Ларт был прав. Поединок, построенный по правилам «зеленого кодекса» был красив. Если смотреть со стороны и не знать эльфийского, изумительно красивое действо. Знание языка, несколько сбавляло эстетику, потому как надписи во время поединка были в основном оскорбительного содержания, дуэль как никак.

Через час, я многое о себе успел прочитать, каллиграфия лартовской рапиры была безупречна. Моя самая осмысленная «фраза», была близка по переводу к стандартному «сам дурак». Правда проткнуть напарника я умудрился раз двадцать, но по кодексу всё это шло не в зачёт, так как поражающий удар можно было наносить только в конце построенной фразы, как в письме ставят точку или восклицательный знак. Но я вошел во вкус, чем-то это было забавно. А по поводу своих проигрышей я не расстраивался. Врятли в нашем мире кто-то владел оружием лучше Ларта, даже когда дело касалось таких необычных техник.

Первую сотню лет на Архипелаге, этот бездельник играл с Театром, в эдакое большое кино. А потом резко заболел всем колюще-дробяще-режущим, подглядывая за мастерами фехтования, через купол Театра. За последующие четыре века, Ларт не только усвоил все техники, но и придумал парочку своих, чем не безосновательно гордился. А я иногда приходил к нему, перенимать опыт, все равно развлечений на островах, кроме выживания, не было.

Раздражение, вызванное боевым чистописанием, постепенно уступало место любопытству. Да и желание надрать уши «великому мастеру» всё возрастало. Я отсалютовал клинком, приглашая Ларта на еще один раунд.

Рапира и дага стремительно завращались в моих ладонях, превратившись в два огненных круга. Ларт занервничал, уж что что, а веерные защиты у эльфов были не в чести, да и как их можно применить в дуэли по кодексу, он пока не понял. Мои клинки резко, на завершающей стадии вращения выпрыгнули по замысловатым траекториям. Двойной росчерк. На возвратном движении рапира легко коснулась даги, завершая фигуру, и ушла в глубокий выпад. Знак Умд начертеный огненными клинками, замер в воздухе. Да знаю, что не по эльфийски, зато! Метнувшиеся на встречу моему выпаду клинки, разлетелись градом мелких ледяных осколков. Упс… как всегда бывает на архипелаге действие энергий немного вышло из под контроля. В мои планы входило только замедлить Латра. А не лишать его любимой игрушки.

— Батэлмэг хренов!!! — Ларт с сожалением рассматривал, оставшиеся в руках, эфесы. — Ты мне еще за тот топор должен!

— Ни кипятись! Зато я нашёл для этой дури боевое применение, — нужно было его чем-нибудь отвлечь. А то подрядит, помимо топора, искать еще и парное оружие эльфийской аристократии.

— Да эльфам параллельно, что ты там нашёл! Чтобы этот знак заработал нужно в него влить цистерну тварной энергии! — при этих словах я скромно потупился. — Откуда у эльфа такие способности в низшей энергетике?

— Я не для эльфов, а для себя нашёл.

— Искун, тоже мне! И не думай, что я забуду… Оружие за тобой. Приплюсуй их к тому топорику, изумительной дварфовской работы, из синей стали.

Семиступы ему в друзья…. Самому так лень на Арену ходить. Хотя он прав, сам сломал, сам и ищи. Ларт демонстративно отвернулся и принялся рыться в своём арсенале. Урок окончен, ну и ладно пройдусь до Арены, попробую «выудить» хоть что-нибудь, для успокоения совести.

Застегнув куртку, помахал на прощание рукой спине Ларта. Подхватил ножны с «Мерцающим» и по мраморным ступеням направился к выходу из кратера. С вершины Правза сегодня открывался великолепный вид. Это если смотреть на запад, на севере, юге и востоке, все было покрыто густым туманом. Западную часть неба закрывала энергетическая аномалия в духе северного сияния, в воздухе метались разноцветные шаровые молнии, при чем не одиночками, а крупными стаями, штук по пятьдесят. Красиво и безопасно, не то, что мерзкий туман в остальных частях архипелага.

Расхотелось куда-то идти, я сел на одну из верхних ступеней наружной лестницы. Суматошное мелькание радужных молний, на фоне сияния и безопасность отгороженного от буйства магических стихий Правза. Всё это расслабляло, хотелось просто сидеть и смотреть. Впрочем, мне ничего не мешало, а Арена могла подождать сколь угодно долго.

«Красота наверно один из видов гипноза» — об этом мне сигнализировали затёкшие мышцы и глаза наблюдающее закатное солнце. Встав со ступенек, я потянулся, пустил по телу волну тепла. Зажатые мышцы расслабились. Вовремя! Красным отблеском в лучах заката, с пронзительным жужжанием вылетев из-за валуна, в мой живот впечатался полукилограммовый кусок металла. «Спасибо Творцу, плашмя!».

— Молодец, всё-таки ты научился, выражать свою радость не так болезненно! — всё это я говорил, уже кружащемуся в радостном танце вокруг меня, дискоиду. Если бы не способности в регенерации, мой живот давно бы превратился в один сплошной шрам. В первое время малыш не разбирал, как ему в меня врезаться, чтобы показать как он рад встрече, а кромки у дискоидов очень острые.

Я редко расставался со щенком, даже как-то неуютно себя чувствовал, без его присутствия у себя за пазухой, даже специальный кармашек изнутри куртки приклеил. Но вот на тренировках, был не рад его присутствию. Этот шалопай постоянно вертелся рядом, иногда даже влезая под клинки, игрался в его понимании. Чем и доводил Ларта до бешенства. Приходилось отправлять мелкого полетать по архипелагу, до заката, который только что и наступил.

Малыш был странным созданием. По архипелагу он летал так, будто ему ничего не угрожало, для любого другого существа такая беспечность давно обернулась летальным исходом. А ему хоть бы что летает, резвится, играет в пятнашки с кракенами.

Распахнув чуть-чуть куртку, я позволил, «щенку» устроится за пазухой. Он чуть-чуть повозился, будто устраивался поудобнее, хотя ему разве не все равно, он же металлический. Но разница наверно была, так как перед тем как успокоится он каждый раз, устраивал возню в своём доме-кармане.

«Лучшей разминки, чем спуск в тысячу ступеней придумать сложно» — подбадривал я себя, борясь с навалившейся ленью. Спустившись примерно на половину, я решил продолжить движение на руках, даже не для разминки, а просто так. Встал на руки и при первом же «шаге», получил весомый удар по затылку, эфесом «Мерцающего». Перевязь с закреплёнными ножнами, была не защёлкнута на нижний замок. «Внимательнее нужно быть, внимааатеельнее…» — с этой мыслью я прокувыркался вниз, ступенек на шестьдесят, крутых ступенек… Остаток пути до подножья, я проделал вполне обычным способом, больше времени уделяя залечиванию ушибов и ссадин, чем наблюдением по сторонам. Хвала творцу, никто этим не воспользовался и не попытался откусить от меня кусочек. И вообще на удивление было пустынно, не наблюдалось не то что хищников, но и маг-аномалий. Хорошо!!!

Вспомнилась поговорка: «Если вам кажется, что всё идёт хорошо значит, вы чего-то не заметили!». Но, дойдя до водораздела между Центральными островами, ничего опасного и нехорошего не заметил. Наоборот, в середине протоки плескалась белобокая касатка, лучшее транспортное средство во всем Архипелаге. Если чуть по точнее, то только для меня, другую живность они к себе не подпускали, или наоборот с радостью закусывали, а от остальных эрмов шарахались. Но видно я чем-то нравился коренным жителям океана, они с удовольствием подставляли свои спины для моей перевозки. И я им иногда помогал, встревая в войну касаток против кракенов, разумеется на стороне белобоких.

Я засвистел, дублируя призывные похлопывания ладонью по воде. Пересекать в плавь полтора километра самому очень не хотелось. После очередного хлопка дельфин заметил зов и его рассекающий воду верхний плавник устремился в мою сторону. Нравится мне наблюдать за дельфинами, жаль что из всех их видов прижился в водах архипелага только один. Смотреть на их плавные и одновременно стремительные движения было приятно. Даже когда огромное черно-белое тело выпрыгивало из воды, не взирая на огромную массу, это выглядело эстетично. Куда там прославленным кошкам со своей грацией, хозяева морей гораздо гармоничнее.

Подплыв на расстояние полусотни метров к берегу, касатка остановилась. Заметив, что я перестал звать и просто любовался, её движениями. Дельфины хорошие эмпаты и прекрасно чувствуют, как к ним относятся. Вот и сейчас, правильно почувствовав моё восхищение, гигантский дельфин позволял собой любоваться, просто плавая вдоль берега. Закатное солнце бликами играло на его влажной коже. Что-то я сегодня на редкость хорошо поддаюсь гипнозу красоты. Стряхнув с себя оцепенение, я присел, и хлопнул открытой ладонью по воде. Касатка тут же ушла в глубину, что бы через минуту вынырнуть прямо у моей руки. Глубина протоки, даже у берега позволяла, произвести подобный трюк.

Проверив амуницию, я подтянул один из ремешков. Ничего не брякало и не грозило выпасть из многочисленных карманов. Всё личное имущество, каждый из эрмов, предпочитал носить на себе, архипелаг слишком непредсказуемое место, чтобы рассчитывать на сохранность чего-либо. Есть конечно исключение, в виде Центральных островов, там маг-катаклизмов не происходило. Но Театр оккупировал Ларт, со своим арсеналом, а кратер Арены, был завален таким количеством хлама, что найти там что-то своё, уже через день, было просто мало реально. И даже не потому что там была натуральная свалка, этот вопрос мы бы решили, складировав всё нужное в одну сторону, а остальное выкинув. Если бы не одна маленькая проблемка, амфитеатр Левза облюбовали для своей жизни гремлины. Мелкие, пакостные создания, для которых смыслом жизни, по моему мнению, было увеличение бардака во вселенной. Поймал бы, головы открутил, но выловить гремлина непростая затея, за что их Творец одарил способностью к мгновенной телепортации, я так и не понял. Но эти гадкие создания во всю пользовались своим даром, если считали что опасность рядом.

Расстегнув куртку, выпустил «щенка» на воздух. Он не любил большой воды, предпочитая воздушную стихию, пока я преодолевал водные преграды. Вода была тёплая, и немного подумав, решил не создавать защитную оболочку, высушиться потом было более экономично.

Прыгнув в воду, я немного отплыл от берега и погрузился на несколько метров в глубину. Белобокий нырнул еще ниже и на всплытии подобрал меня, через пару секунд мы уже вынырнули на поверхность. Верхом на касатке, обхватив двумя руками плавник, сильное ощущение!!! Помню свой шок, который испытал, первый раз прикоснувшись к дельфину. Тёплая, мягкая, удивительно приятная на ощупь кожа, не то что склизкая чешуя рыб или наждак акульей шкуры.

Эстетика эстетикой, но глубоко вбитые инстинкты заставили меня, покрепче ухватится за плавник и сжать бока могучего хищника ногами поплотнее. Рывок огромного тела вверх и вот касатка уже скользит по идеально ровной ледяной поверхности. Еще секунду назад чистая гладь протоки теперь была надвое разделена ледяной дорожкой. Хотя понятие дорожки для пятидесяти метровой ширины только что образованного катка, наверно некорректно. Отток магических энергий, приводящий к мгновенному оледенению какой либо территории архипелага явление в данной местности одно из самых распространенных. В любом случае это гораздо более безопасно чем энергетический прилив, приводящий в лучшем случае к закипанию воды. Разгонного импульса нашего тандема вполне хватило для преодоления неожиданного препятствия и через полсотни метров белобокий плавно погрузился в родную стихию. Остаток нашего заплыва до Левза прошел спокойно. Выбравшись на берег, я поблагодарил дельфина за оказанную услугу, и направился к вершине кратера Арены.

Еще одна тысяча ступеней, но теперь вверх. Посещая центральные острова, я иногда жалею, что не явлюсь фанатом такого вида спорта как бег по лестницам. Чтобы скрасить себе нудный подъем я иногда наклонялся, и подобрав какой либо камушек кидал его вслед заходящему солнцу. Малыш дискоид старался сбить пущенный моей рукой снаряд до его падения на землю, эдакий вариант игры кинь-принеси со щенками. В данном случае разумеется о принести не было речи, нечем моему «щенку» было приносить, зато с возможностями догнать ни одна собака и рядом не стояла с моим карманным «животным». Игра для дискоида была не такой простой, как может показаться, редкий камень в архипелаге просто пролетит по положенной ему физикой траектории. Энергетическое безумство этой части мира заставляло пущенные моей рукой снаряды совершать довольно сложные воздушные эволюции. Да и я сам не стремился сделать игру чересчур простой, для своего любимца, иногда меняя направление полета камня силовыми шлепками. Тоже игра, но уже для меня, подправлять траекторию полета классической магией слишком опасно и непредсказуемо, астралом неэффективно, все остальные виды высоких энергий слишком медлительны для подобного. Вот и оставалось использовать тварную энергетику, неплохая разминка, особенно если учесть что один такой силовой всплеск, по затратам энергии примерно равен пробежке на стометровке за десять секунд.

Я поднялся на последнюю ступень внешней лестницы одновременно с ускользанием последнего луча солнца за горизонт. Будь я поэтом, непременно повосторгался подобным символизмом, но увы мои способности на данной стезе дальше рифм ложка — крошка не заходили. Поэтому, просто отметив подобный факт, я спустился в амфитеатр Арены. Ночной бой имеет свои прелести, только вот никакого желания их испытывать на себе сейчас, у меня не было. Решив отложить до утра попытку восстановить арсенал Ларта, расчистил от хлама место, и просто без затей лёг спать.

О чем утром сразу же пожалел. Проснулся я плотно завернутым в свой же собственный плащ, с ботинками связанными меж собой шнурками и всей амуницией перепутанной так, что гордиев узел на этом фоне выглядел блекло. Через полтора часа я кое как освободил себя от плаща и смог перевязать шнурки не разорвав их, дальше дело по распутыванию встало намертво. Моя логика категорически пасовала перед шедеврами узловязания. За исключением мной развязанных плаща и ботинок, вся остальная амуниция была переплетена так, что развязывая один участок, я еще туже заплетал другой, если не образовывал еще худший, чем развязанный, узел. Малыш виновато терся о мои ботинки, даже принял красноватый медный оттенок, признак его глубочайшей вины, мол не уследил, ты прости меня а… Каждая моя неудачная попытка разгадать узлы сопровождалась глумливым подхихикиванием полутора десятков гремлинов. Уж кто тут и наслаждался происходящим, то это безусловно они. Обычно они держались от меня и малыша дискойда на почтительном удалении, но видно сегодня я слишком крепко уснул, понадеявшись на безопасность Арены и на то что малыш своим присутствием отпугнет глумливых созданий. Как оказалось зря, «щенок» не уследил, чем мерзопакостные обитатели амфитеатра Арены и воспользовались, соорудив из моих вещей огромную веревочно-узелковую головоломку. Разрывать, разрезать и как-то иначе портить вещи не хотелось, слишком много времени я потратил на подгонку под себя амуниции. Хоть гремлины и выглядели беспечно наслаждающимися результатами своей проказы, уворачивались от камней и прочих весомых предметов кидаемых мною, они достаточно легко. Постепенно жажда мести нерадивым созданиям, вытеснила у меня все остальные желания, я был в бешенстве.

Оставив попытки расплести амуницию, я выбрался из своих вещей пылая праведным гневом. Единственным что на мне осталось одетым, были ботинки и трусы. Эдакий мститель в исподнем, вся остальная одежда бесформенной грудой лежала на ступенях амфитеатра, освободить хоть что-то еще из клубка переплетений я больше не смог. Хихиканье гремлинов переросло в уханье и завывание, они колотили себя маленькими кулачками по спинам и заходились от смеха. Не взирая на туманившую разум ярость, я не бросился их ловить, за многолетнее знакомство с данными существами, увы давно понял всю бесполезность этой затеи. Оставалось одно, думать.

Распутать клубок, в который превратилось моё имущество я не мог, поймать гремлинов тоже, но оставлять все как есть, тоже очень не хотелось. Было два пути: лёгкий разрезать эти узлы и трудный, как-то заставить сделать это за меня самих виновников произошедшего. Первый путь привел бы к тому, что мне пришлось бы практически заново подгонять всё обмундирование. Плюс многие её составляющие, которыми пришлось пожертвовать, изготовлялись мной из достаточно редких компонентов, например перевязь ножен «Мерцающего» была из кожи морского змея. Терять, годами тщательно подбираемый, комплект из-за шалостей неугомонных созданий, мне очень не хотелось, тем более так решить возникшую проблему я мог в любой момент. С помощью дыхательной гимнастики успокоив клокотавшую злость, я задумался.

Что я знал о гремлинах… О этих маленьких не больше локтя ростом существ, с худосочным тельцем, тоненькими конечностями и непропорциональной головой, огромными глазами и большими лопухами ушей. И да чуть не забыл с пяток до макушки покрытых голубоватой шерсткой. Ни один гремлин не мог пройти мимо ничего хоть отдаленно упорядоченного, без попытки эту упорядоченность превратить в самый настоящий бедлам. Складывалось ощущение что разрушение, перепутывание, создание бардака, составляло основной смысл их жизни. Эдакие маленькие адепты хаоса, невесть зачем облюбовавшие себе для жизни данную территорию, никто и нигде кроме как в кратере Левза этих существ больше не встречал. Гремлины большие мастера пакостных шуток, любители действовать исподтишка, принцип незаметно напакости, смойся и наблюдай с безопасного отдаления за результатом «шутки». По правде сказать, жертвой специфического юмора данных созданий мне было в новинку, мой ручной дискойд до сегодняшнего дня надежно оберегал мои вещи от гремлинских проказ. Другие же эрмы довольно часто становились их жертвами. И то, что гремлины еще существовали в амфитеатре арены, после очень небезопасного глумления над моими сородичами, говорило о их феноменальных способностях. Если честно я не знаю ни одно существо на всём Архипелаге, которое могло безнаказанно перейти дорогу эрму, хммм ни одно кроме этих лопоухих глумливцев. А ведь гремлинов пытались не только успокоить и перевоспитать, но и просто уничтожить лишь бы избавится от их проказ, не получилось. Я в подобных «акциях возмездия» не участвовал, но помню Джарт рассказывал о своих попытках извести «нечисть». Один раз Джарту удалось собрать аж еще двух пострадавших от гремлинов эрмов и они в течении недели пытались уничтожить таких беспомощных и неказистых на вид созданий. Как я уже упоминал ничего у них не получилось. И дело тут не только в способности гремлинов к мгновенному перемещению в пространстве, но и в феноменальнейшем их чутье на ловушки, и вообще любую опасность. Подобный багаж знаний привел меня в удручающее настроение, всё сводилось к тому, что сколько я не думай, а придется пойти по первому пути.

Сдаваться на радость лопоухим глазастикам не хотелось. Так начну с мозговой штурм с того, что вспомню как Джарт и его команда пыталась справится с похожей проблемой. Они пытались физически поймать гремлинов, понадеявшись на свою скорость и реакцию. Реакция голубошерстых оказалась лучше. Пробовали они и с помощью магии, вплоть до мини армагедона устроенного эрмами в чаше амфитеатра, гремлины выжили. Наконец Джарт, непревзойденный мастер ловушек, буквально завалил территорию хитроумнейшими капканами, ни один гемлин в них не попался. В отличии от самого Джарта, пару раз угодившего в капкан собственного производства, заботливо перенесенный гремлинами в другое место. Получалось что прямые методы воздействия никакого успеха не приносят. Может возможно как-то приманить гремлинов, но для этого нужно знать, что им интересно, кроме шалостей и бардака, я увы не знал. Что то не давало мне бросить на вид бесполезную идею, о умиротворении сумасбродных малышей, какая то постоянно ускользающая мысль, заставляла думать снова и снова.

Попробуем подумать, с чем у меня ассоциируются гремлины. Итак: гремлины-пакость-глумление-бардак-энтропия-хаос-парядок. Стоп стоп, каким образом в мою аллегорическую цепочку затесался порядок. Порядок это сила антагонист хаоса, другая чаша многомерных весов. В моих мыслях уже мелькало, что гремлины адепты сил хаоса. И так зацепка или её подобие у меня появилась. Осталось найти этой мысли применение или хотя бы возможность, эту идею проверить. У любой силы во вселенной есть противоположность, противопоставление хаос-порядок один из примеров. Вполне возможно, что гремлины не просто так стремятся всё вокруг превратить в бардак, вероятно они просто не терпят рядом с собой ничего упорядоченного.

— Сторожи! — приказал я дискоиду, указав на груду сваленных и перепутанных своих вещей. Малыш с готовностью взмыл вверх, и приняв стальной оттенок, начал кружится над охраняемой территорией.

Я спустился по ступеням чуть поближе к песку арены, по пути подбирая остатки древкового оружия, копий, алебард, топоров. Расчистив от хлама одну из ступеней, наломал из древк равные черенки и сложил из четырех из них квадрат. Гремлины с любопытством следили за моими действиями, и как только я отошел метров на семь от своего геометрического шедевра, с визгом набросились на черенки, раскидав их по всему амфитеатру. Для чистоты эксперимента сложил еще один квадрат, треугольник, ромб, все мои фигуры постигла участь первой. Подобное поведение гремлинов давало мне шанс найти на них управу. Начертательная или геометрическая магия, довольно мощное орудие в умелых руках. Ведь даже четко начерченная простым мелом пентаграмма, способна удержать внутри себя слабенького демона, без привлечения каких либо посторонних сил. Да чтобы пленить демона посолиднее всякой мелочи, обычный мел не подходил, но сам факт власти геометрической фигуры над демоническими созданиями, хороший пример применения начертательной магии. Проблема в том, что гремлины врятли принадлежали к демонической породе и пентаграмма на них никакого действия не окажет. Что впрочем не повод опускать руки.

Приводя в порядок мысли. Гремлины не терпят проявления упорядоченности, всячески стремясь её разрушить. Им доставляет радость и удовольствие не только пакости, но и сама возможность создать вокруг себя беспорядок. Вполне возможно что мои догадки правильны и лопоухие глазастики являются порождением одной из первородных стихий, а именно хаоса. А бороться с проявлениями хаоса наиболее эффективно с помощью силы противоположенного вектора. Правда я не являлся адептом порядка и не мог использовать силы Великой Пирамиды, но тут мне на помощь могло прийти само знание, что Пирамида существует. Также как демона можно пленить пентаграммой, так и создание хаоса окажется лишенным сил, помести его во внутрь самой простенькой, но геометрически точной пирамиды.

Осталось дело за малым, создать пирамиду и заманить всех гремлинов внутрь. И если с первым пунктом сложностей возникнуть не должно, благо количество мусора в амфитеатре просто поражало воображение, то второй представлялся несбыточным. Ни один проказник и близко не подойдет к символу силы противоположности, ни говоря уже о том чтобы забраться во внутрь. Ладно, заставить стаю пакостников распутать свою амуницию не могу, но вот доставить им самим неудобство, было вполне в моих силах. Тут дело даже не в мести, а в том, чтобы в следующий раз они крепко задумались, доставлять мне неприятности или воздержаться. И я приступил к своей «акции возмездия».

Выбрав кучу мусора начал в ней копаться, выискивая те предметы которые помогут мне в строительстве и выкидывая то что не пригодится. Гремлины следя за моими действиями, каждый раз радостно повизгивали, когда очередная не нужная мне вещь откидывалась в сторону. Ха, не уж-то приняли меня за родственную им душу? Но вот необходимые мне предметы были собраны. Свалив более аморфный мусор в кучу, создал из него основание будущего архитектурного сооружения. Распрямлять найденные мной нагрудные пластины доспехов было сложнее, но стены пирамиды должны быть ровными, а более подходящего материала для них в амфитеатре найти невозможно. Короткие пилумы легионеров Хиорта послужили каркасом. Каких то сорок минут трудов и пирамида готова. Нелепое, но почти точно геометрически выверенное строение полутораметровой высоты. Шедевр моего зодчества даже на вид казался неустойчивым. Невзирая на все старания создать крепкую конструкцию, пирамида не выдержала бы и средней силы пинка. Что ж на центральных остовах магические энергии более спокойны, если сравнивать с остальным архипелагом, и ни чего не помешало укрепить созданное с помощью небольшой толики магии. Удовлетворившись полученным результатом, я спокойно вернулся к своим вещам, и принялся наблюдать, как будут развиваться события.

Утратив всякий интерес к моей персоне, вся стая гремлинов сгрудилась вокруг только что построенной пирамиды. Они шипели, яростно топали ногами, в общем всячески выражали своё неудовольствие новым атрибутом ландшафта. Только разрушить не пытались, а держались на некотором отдалении. Один из лопоухих, отличающийся более темным цветом шерстки, бочком бочком приблизился к пирамиде на расстояние шага и вытянув тоненькую ручку попытался дотронуться до неё. Но когда между маленькой ладошкой и одной из граней пирамиды оказалось сантиметров десять, он истошно заверещал и резко отпрыгнул назад.

— Ты смотри Малыш, им не нравится! — сказав это, я погладил ручного зверька.

Одна пирамида, которая явно не приводила лопоухих в восторг, конечно хорошо, но мало. С этой логичной мыслью, я принялся за возведение композиции «пирамид много не бывает». При всех моих способностях, данное предприятие, было не из легких. Если на первую конструкцию, я потратил чуть более получаса, то на следующую почти в два раза больше времени, хлама в амфитеатре было много, но вот подходящего хлама, увы. Стройматериал для каждой новой пирамиды, отыскать было всё сложнее и сложнее, да и гремлины мне мешали, старательно уничтожая подходящие для постройки предметы. В любое другое время, я бы вдоволь повеселился, наблюдая за потугами щуплых существ, как они вчетвером пытаются сломать древко дварфовской алебарды из мраморного вяза. Хотя почему в любое другое, стоит быть честным, я и так от души повеселился. Минут десять потратив на наблюдение, за столь комичной сценой, решил, что это копьё мне очень хорошо подойдет для строительства и без зазрения совести отобрал его у лопоухих. После завершения шестой постройки, захотелось передохнуть.

Шесть пирамид «величественно» возвышались над прочим мусором. Как ни как, а самая маленькая возносилась на полметра, над самой большой мусорной кучей! Качество моих трудовых подвигов, подтверждалось реакцией гремлинов. Которые старались держаться от построек на приличном расстоянии и всячески выражали свой протест, моим архитектурным гением. Их глумливое и обычно радостное настроение, куда-то подевалось, сменившись глубокой печалью и расстройством. Моя месть явно удалась, что ж будут впредь задумываться, кому можно пакостить, а кому нет.

Удовлетворив свои низменные потребности в мести, я вернулся к основное проблеме, распутыванию. Это как же должны быть устроены мозги, для создания таких переплетений? Мои явно не подходили, для решения данной задачи. Неприятно чувствовать себя глупее лопоухих, но придется смириться с данным фактом. Тяжело вздохнув, изменил один из ногтей на коготь-лезвие, иначе как резать узлы, выхода не виделось, согревало лишь ощущение о удавшейся мести.

Но исполнить своё решение не успел. На расстоянии двух метров от меня, с другой стороны от запутанной горы вещей, в напряженной позе застыл самый смелый темно шерстный гремлин. Заметив моё внимание, просительно засвистел. Как можно свистеть просительно? Не знаю, но у лопоухого получилось. Продолжая свой переливчатый свист, мохнатый указал ручонкой на ближайшую пирамиду, затем молниеносным движением наклонился и дернул за одну из веревок переплетенной амуниции. Часть моих вещей освободившись из плена узлов, упала на пол амфитеатра.

О как! Со мной пытаются договориться! Такого эффекта, своей мести не ожидал. Впрочем злопамятство никогда не входило в число моих «достоинств». Подобрав валявшийся поблизости шлем, снял магические скобы с указанной пирамиды, та немного просела, а пущенный в стремительный полет защитный головной убор сбил одну из стоек. Радостно завизжав, гремлины напали на потерявшую форму фигуру, в считанные секунды не оставив от неё и следа. Приободренный вожак ушанов вновь распутал часть вещей. В ответ еще одна пирамидка потеряла форму, а я поиграл в городки.

Всё же логика у гремлинов не в почете, впрочем как и математика. Когда последняя часть вещей была освобождена, целыми остались еще две пирамиды. Сообразив это намного быстрее ушанов, резко сгреб все вещи поближе к себе, одновременно знаком малого разрушения отогнав главаря подальше. Тёмный недоуменно взирал на меня с безопасного расстояния. В глазах явно плескалось непонимание, вроде так хорошо всё шло. В ответ я состроил издевательскую гримасу и указал на нетронутые фигуры. Гремлин быстро оценил ситуацию, испустил тяжелый свист-вздох и обхватив огромную голову тонкими ручонками, расстроено уселся на холодный камень. 2–1 в мою пользу.

Через десять минут я уже был одет, а все вещи заняли своё место. Гремлины не проявляли никакой активности, угрюмо и бесцельно бродя среди хлама. Лишь вождь всё так же сидел, «подвывая» своим унылым свистом. Но вот что-то мешало мне полностью насладиться своей победой. Это «что-то» было памятью о полной беспомощности перед узлами, нелегко осознавать свою ущербность по сравнению с серошерстыми.

Свистом привлек внимание вожака:

— Подойди ко мне. — подкрепив слова недвусмысленным жестом. — Не трону.

Гремлин прервал свои причитания и бочком-бочком начал подходить, впрочем его движения явно показывали, чуть что он мгновенно удерет. Порывшись в вещмешке, нашел полуметровый ремешок и бросил его подошедшему лопоухому.

— Свяжи, сделай узел, — попросил я. Пару секунд гремлин осматривал ремешок. Затем неуловимым движением переплел его, тут же бросив обратно.

— Ну ё моё, — не смог я скрыть разочарования. Помимо того, что рассмотреть, что же сделал гремлин, не получилось, так еще опять было не понятно как распутывать! Разрушив предпоследнюю пирамиду попросил, бросив головоломку обратно: — Развяжи, а потом свяжи медленно, что бы я видел все движения!

Приободрившись разрушенной фигурой гремлин начал медленно связывать узлы. Первые движения были понятны, но чем дальше тем всё труднее получалось уследить. Несколько раз пришлось просить начинать лопоухого заново, тот причитал, но продолжал показывать. Через пол часа я понял бесплодность своих попыток разобраться в гремлиновском искусстве, как игра в карты с опытным шулером, вроде и знаешь что мухлюет, но где и как, уследить не получается. Уничтожив последнюю пирамиду, что сопровождалось улюлюканьем и задорным свистом серошерстой стаи, пригорюнился. Не давала успокоиться мысль, о том, что научиться просто, только найти надо правильный подход.

Приплясывающий и вновь радостный вожак стаи был сильно удивлен, отскакивая от брошенной мной палки, привлечь внимание гремлина как то иначе не удалось:

— Темношерстый, подойди-ка снова! Не трону, разговор есть, — вожак недоуменно воззрился на меня, но всё же подошел, в своей обычной манере опасливого движения. — Будешь меня учить, узелки ваши связывать. — Я иногда бываю упертым, причем настолько, что легендарные ослы прародины обзавидовались. Не лучшая конечно черта характера, но на удивление единственная, которая могла побороть природную лень.

- * Ехидное посвистывание * — гремлина сопровождалось широким жестом, показывающим, что в амфитеатре больше нет пирамид, т. е. разговаривать ему со мной не о чем, а затем вожак повторил мою издевательскую гримасу.

— Кхе! — я усмехнулся, бедное наивное создание, видно мало времени ты проводил рядом с людьми, а тем более с эрмами: — Лопоухинький! Чудо ты хаотическое, поведай, что мешает мне сделать еще десяток малых пирамид?

— Пфффф, — гремлин подавился своим ехидным свистом, его вид стал настолько несчастным, что захотелось расплакаться.

— Так что садись на скамью рядышком, — похлопал по свободному от хлама месту около себя: — и не пытайся меня разжалобить своим видом. Вы первые эту бучу начали, значит завершать её мне. А будешь сильно возмущаться, расскажу о вашей реакции на пирамидки Джарту. Представляешь последствия? — посмотрев в огромные глаза лопоухого понял, представляет причем в красках и очень отчетливо.

Через два часа, я держался только на уязвленном самолюбии. У меня не получалось, не то что связать узелок по-гремлиновски, но и просто понять как они это делают. В начале все движения и сплетения понятны, а потом РАЗ! и без всякого перехода, абсолютно не понятны, только что вроде всё было логично, а оп! и как канал по ТВ переключили, весь узелок одним движением превращается в конструкцию для моего сознания неприемлемую. Магия какая-то, хотя точно могу сказать, что никакими силами мой невольный учитель не баловался. Очень захотелось, схватить гремлина, вскрыть тому черепушку и посмотреть как устроены его мозги, позволяющие создавать такие плетения.

Стоп, стоп, стоп! А зачем так грубо? Хватать, вскрывать.

— Такой метод обучения, как видишь ни к чему не приводит, а я упертый, хоть год так сидеть будем. Уловил? — вожак обреченно кивнул. — Есть предложение. Я создаю астральную проекцию и смотрю на мир твоими глазами, а ты продолжаешь плести узлы. — Гремлин зашипел, шерстка по всему телу вздыбилась. Стало понятно в свои мозги он никого не пустит и никакими пирамидами его не запугать, разве что Великой Пирамидой Порядка во плоти, но где ж я её возьму? Примирительно разведя руками, продолжил: — в голову тебе забираться никто не будет! Я просто буду смотреть твоими глазами, это не опасно, слово эрма.

Видимо вожак знал, чего стоит данное слово и дал мне разрешение на эксперимент. Правда сперва вытребовал моё согласие на то, что если не получится и в этот раз, я его отпущу и приставать больше не буду. Плетение астрала, позволяющее смотреть чужими глазами, было мне известно, его когда-то давно разработал Ларт, подсмотрев что-то в шаманских обрядах гоблинов. Помимо самого заклинания, требовалось еще и согласие второго участника, но оно уже было получено и трудностей не возникло. Приняв позу лотоса, прикрыл глаза и активировал астральное плетение.

Смотреть чужими глазами, даже если это представитель твоей расы непривычно. Немного отличается цветовосприятие, угол обзора и прочие мелочи, должен еще присутствовать небольшой психошок. Но тому кто привык к телевидению, это не страшно, мы привыкли мир воспринимать и через объектив телекамер.

Но вот смотреть на окружающее глазами гремлина, это иное. И дело оказалось не в цветовосприятии или расширенном по сравнению с человеком спектре. Мир стал другим, само ощущение окружающего изменилось. Правильная форма Арены и всего колизея, вызывала отторжение, не приятно было находится в этом месте, а вот разбросанный кругом мусор был КРАСИВ! Взгляд на него умиротворял и приносил покой на душу, хотелось петь и радоваться.

Мохнатые ручонки гремлина пришли в движение. Ремешок начал свое превращение. Я наблюдал затаив дыхание. Не видя моей реакции темношерстый раза три четыре, связывал и распускал узлы. Наконец выдохнув, разорвал соединяющую нас астральную нить. Всё гениальное просто, и я только что получил полное тому подтверждение. Бесполезно было мне пытаться понять гремлиновское искусство, смотря на мир так как привык, но стоило посмотреть на окружающее иначе и… Отобранный у лопоухого ремень, легко связался в необходимую конструкцию, полностью не логичную, но вполне действенную. Одно подергивающее движение, ничем не примечательной части узелка и… Казавшийся нераспутываемым узел распадается сам.

— Спасибо! — поднявшись я церемонно поклонился гремлину, как кланяется ученик учителю. Это была правда, темношерстный вожак научил меня большему нежели плетение узлов. Облегченно вздохнув лопоухий махнул лапкой и убежал в сторону своей стаи.

Еще некоторое время я тренировался, меняя восприятие мира с обычного, на взгляд хаоса, как для себя назвал подобное зрение на мир. Держать одновременно обычный взгляд и вновь приобретенное умение было тяжело, голова начинала болеть, а тело плохо слушаться команд. Что ж значит будем пользоваться умением гремлинов когда будет необходимо, а не повсеместно, только и всего.

Меня ждала Арена, как никак, а именно за этим я сюда и пришел. Надо было немного успокоить совесть, хоть попытавшись вернуть сломанное Ларту. Но попытка ступить на песок арены, оказалась неудачной. Что-то не пускало! Сколько веков сюда хожу, а такое первый раз! Сделав несколько попыток понял, арена не против пустить меня, она против чего-то иного. После не продолжительных экспериментов, я стоял на чистом песочке. Только для этого мне пришлось оставить на лавках, не только дискоида, но и «Мерцающего», а так же всё иное вооружение. Странно.

Открылись ворота, выпуская моего противника. Я чуть не подавился от такого зрелища. Тяжелый пехотинец Хиорта, закованная в броню консервная банка, с коротким мечом и строевым щитом. На песочке перед моими ногами появился гладий и такой же двереподобный щит. Тяжелая пехота не предназначена для боя один на один, их стихия плотный строй, как то Арена ошиблась, выставив мне настолько слабого соперника.

Проигнорировав предложенное оружие, я легкой трусцой побежал на встречу пехотинцу. Солдат видя мое приближение остановился, уперев щит в землю, целиком спрятавшись за ним, только верхушка шлема торчит и внимательные глаза. Обычная тактика, принять первый удар на щит и тут же ударить гладием в ответ. Только вот никто ему подобной возможности не предоставит. Резкий удар ногой в верхнюю часть щита, солдат не успевает правильно среагировать и бронированная кромка его похожей на сейфовую дверь защиты, вминает его переносицу внутрь черепа. Труп не успевает полностью осесть на песок, растворяясь в матовой дымке, оставив на арене только гладий. С раздражением выкидываю его в общую свалку амфитеатра, не понимаю что происходит.

Второй противник не развеивает моего недоумения. Пират Острова Свободы, легкая кожаная броня и тяжелая абордажная сабля. Пффф, настолько слабых оппонентов, Арена не выставляла мне уже без малого четыре века. Подобрав появившуюся саблю, без сантиментов метнул её в приближающегося охотника открытых морей. Судя по попытке заблокировать летящие оружие, пират был достаточно опытным, что бы отбить саблю пущенную рукой человека, но вот я то давно не человек. О чем и свидетельствовала тающая фигурка, судорожно сжимающая лезвие торчащее из живота.

Калейдоскопом сменяются: рейджер Рааста, страж Островов, спецназовец Северной империи, благородный идальго юга, рыцарь-барон. На каждого я трачу не более десяти секунд. Горка трофейного вооружения постепенно растет.

Следующий враг, вызывает у меня плотоядную усмешку. Дварф из клана Великих Пустошей, сжимающий в руках, предмет моих семидесятилетних поисков. Ослепительно великолепную в своем совершенстве, полуторную секиру из легендарной синей стали. Такую же Арена предлагает и мне, в этот раз отказываться не собираюсь.

Гном начинает боевой разбег, страшный прием, если ты весишь полтора центнера, закован в лучшие доспехи мира, а сам сильнее любого из людей. Не собираюсь в этот раз отсиживаться на месте и повторяю боевой разгон. Наши тела с грохотом врезаются друг в друга, быть бы мне калекой, так как сталкиваются не только секиры, но и наши тела. Закованные в доспех колени и локти дварфа наносят удар, но встречают не податливую плоть, а хитин брони измененного тела. Противник немного изумлен, но совсем чуть чуть, опытный боец не позволяющий чувствам управлять собой. Отпрыгиваю разрывая дистанцию, секира в моих руках превращается в гибрид гидравлического молота и отбойного молотка, удары следуют с силой первого и частотой второго. Гномам не в первой сталкиваться с противниками быстрее себя, вся их боевая техника, учитывает природную медлительность расы. Но вот сочетание того, что враг не только быстрее, но и сильнее, этого боевые искусства дварфов не рассматривали. Через полминуты секира пополняет коллекцию сегодняшних побед.

Всё интереснее и интереснее. Мягкой поступью, практически стелясь по земле в низкой стойке, ко мне приближается высокородный представитель дома Шарха. Дроу, в своей излюбленной броне хамелеоне, три косички заплетенные на челке, указывают на статус не наследного принца дома. И ставшие синонимом дроу парные мечи в руках. Увидите где-нибудь дроу с оружием отличным от пары одинаковых мечей, знайте это проходимец. В иных мирах может и иначе, а у нас — возникает ощущение, что в них генетически заложена тяга к подобному выбору вооружения.

Темные — великолепные бойцы: сила, скорость, отточенная техника и долгая жизнь, плюс окружение постоянных интриг. Один у них недостаток, эта приверженность парным мечам. Да до определенного уровня умения, это эффективно и кажется, что двурукий не победим. Но перешагнув очередную планку в искусстве фехтования, приходит понимание ущербности такого подбора оружия. Именно поэтому лучшая гвардия не у дроу, а у вампов.

Подняв два клинка, без сожаления обламываю один по середине, благо обычная сталь, а не адамантит. Самая простая и эффектная техника боя, против одинакового по длине оружия, техника магнита. Когда твои клинки намертво прилипают к клинкам противника, ни на долю секунды не прерывая касания. Ей тяжело научится, но бой этой школы напоминает медленный танец и очень красив, сопровождающейся несмолкаемой песней клинков. Со стороны кажется, что оружие это любовники слившиеся в экстазе страсти, не желающие выпускать друг друга из объятий. Дроу не пытается уже атаковать, у него одно желание, что бы его клинки перестали путаться и сталкиваться меж собой, но я их не отпускаю, продолжая танец. Тёмный отшатывается назад, отступая на пол шага, поймав момент когда мои мечи находятся снаружи, а его внутри боя. И разводит резко руки в стороны, что ж его желание избавится от прилипчивых лезвий противника понятно, да и нанести удар клинками я из этого положения не могу. Но, это бой, а не танцы, удар ногой в пах, и согнувшемуся от невыносимой боли высокородному, не суждено разогнутся живым.

Очередное открытие ворот. Такого противника я еще не встречал, хотя и прекрасно осведомлен о том, что подобные есть в мире. Оранжевая тога, подпоясанная черным шелковым ремнем. Абсолютно лысая голова, ловит солнечные блики, длинный двадцатичетрыхкулачный шест в руках. Монах Н`Шао. В начале их монастырь, назывался по иному, а именно Нью Шао Линь, но время неумолимо сократило столь длинное наименование. Их отбирают в раннем детстве, не старше трех лет из круглых сирот, а потом всю жизнь монахи проводят в совершенствовании своего тела и боевых умений. Лишь металлическое оружие им запрещено применять внутренними правилами. Но это не повод рассматривать монахов Н`Шао, как посредственных противников. Не будь монастырь ксенофобно людским, было бы страшно, а так слишком коротка жизнь человека. Что не мешает впрочем, монахам быть великолепнейшими воинам, стоящими на одной ступени с высокородными темными или же с боевыми клиньями светлых, а то и графской гвардии. Бой быстр и скоротечен, оставив без внимания, предложенный ареной шест, я шагаю на встречу дублю. Мгновенно на мою голову, пытается опустится шест из железного дерева, чуть откланяюсь, дерево бьет по ключице, уже закованной в броню изменения. Удар силен и разбивает защиту ломая ключицу, но это весь успех монаха. Я уже близко и без всяких приемов сдавливаю в медвежьем захвате тело врага. Слышится хруст сломанных костей. Можно было провести поединок более красиво и без малейших последствий для себя, но уже надоедает этот цирк. Тем более обнаруживаю, что покинуть арену не могу!

Следующим арена выставила варма, элитного варма, главу телохранителей Первого Графа, лучшего из лучших, если так можно сказать о вампире. Передергивает от отвращения, не собираюсь играть честно, моя ненависть к вампирам, слишком стара. Старше этого мира. Глаза застилает пелена ярости, когда пелена проходит, я вновь один на арене и лишь по ладоням окрашенным кровью, понимаю убивал голыми руками.

А вот теперь пора сказать «нет!», скуке и недооценке. Даже попросил у Арены пару минут на медитацию и разогрев мышц. Зеленокожий, щупленький на вид, с непропорционально длинными руками, сжимающий в худеньких ладошках древко короткого костяного копья, передо мной стоял гоблин из ветви воинов. Брррр! Меня передернуло, один раз уже доставался такой противник. Я тогда победил, но с арены уползал, получив в бою шесть колотых ран, из которых две были сквозными! Корявое на вид копьецо, было выточено из цельной кости морского чудища и заговорено шаманами, его удары оставляли след на адамантите. чем же гоблины так опасны? Во-первых они намного сильнее чем кажутся, во-вторых их руки огромной длинны дают большую фору, в-третьих и в главном, реакция и скорость у гоблинов выше чем даже у меня. Не забываем уникальную технику владения копьем, недоступную другим расам, по причине тех же рук. К тому же мне вновь предложили драться оружием идентичным, оружию противника. Хорошо, что не выкинул серпы варма, с копьем шансы на победу были бы ниже. После первой встречи с гоблином, я очень усердно изучал боевое искусство дварфов, умению драться против более скоростных противников. Мне сильно не понравилось быть дырявым.

В этот раз мне повезло. Какое оружие лучшее против копья? Любой клинок не длиннее локтя, желательно парный. А залог победы ближний бой. Что ж серпы подходят под это очень хорошо, а боевой гномий разбег обеспечит сокращение дистанции. Как только прошло две отведенных на отдых минуты, я резко стартовал в сторону клона. На ходу развивая максимальную скорость. Всё должно решится одним ударом. Или я превращусь в бабочку пришпиленную костяным копьем или… От встречного выпада, уклонится полностью невозможно, слишком высока скорость сближения и молниеносен удар гоблина. Правый серп, немного отклоняет острие, левый еще на пару сантиметров сдвигает фокус атаки. Глубокой бороздой оставляет костяной наконечник метку на моей груди, но только рану, страшную на вид, жутко кровоточащую, совсем не смертельную. А сближение продолжается, клинки серпов скользят по древку. У зеленого был шанс спастись, бросив своё оружие. Он не стал и его пальцы, до это сжимавшие копье, чисто срезанные адамантом упали на песок. Первый раз видел, когда Арена забрала не убитого дубля, после моего удара гоблин растаял.

— Тайм АУТ! — кричу я, шипя от боли в разорванной груди. Зачем кричу сам не знаю, достаточно мысленной просьбы. Чистый, мелкий песок боевой площадки приходит в движение:

— СКОЛЬКО? — складываются песчинки в слово. Ну семиступы мне в друзья! Оно разговаривает!

— Много! — в шоке продолжаю говорить в слух.

— Пятнадцать минут. — даёт мне песок в ответ.

Я удивлен, до сегодня считал Арену вполне понятной, а тут одни сюрпризы. Сперва странное не желание допускать со своим оружием, потом череда противников, без права выхода, а тут еще и это! Заращивая рану, размышлял о том, что Арена намного большее чем нам казалось. Четверть часа мелькает незаметно.

Мой противник великолепен! Алайота Сайрус Тэр! Во всей своей красе. Наследный принц Высоких эльфов. Лучший воин этого мира, по словам Ларта, а в этой оценке нашему лентяю можно доверять. Ровесник момента творения, зачатый в преджизни и родившийся тут. Взявший лучшее от людей и от зеленых эльфов. Бессмертное совершенство грации и пластики. А в руках, артефакт меч целой расы. Лезвие Леса — меч, целиком выросший из Тауэльгера и подаренный высоким эльфам. Интересно Арена вновь предложит аналог? А нет, всё оказалось проще, у моих ног материализовался «Мерцающий».

Ладони сжимают привычную рукоять, пустота клинка наполняется вспышками далеких звезд, ведущих хороводы по голомени. Я рад! Я Смеюсь!

Описывать наш бой не имеет смысла, не передать словами великолепие поединка двух мастеров. Сайрус и правда лучший в большом мире, там за непроницаемой завесой. Наслаждаюсь поединком, как бокалом лучшего на свете вина. А`Тэр, да я смеюсь! Потому что ты хуже, чуть чуть, но хуже и во всем. Ты лишь второй! Уже не раз могу нанести смертельный удар, но удерживаю лезвие. Наслаждаюсь. Хождением по грани, знаю, малейшая ошибка и мой труп упадет безвольной куклой на песок, от этого удовольствие во много раз выше. Но всему приходит конец. С сожалением ставлю точку, перерубая позвоночник, умри легко, подаривший мне такое счастье поединка.

Продолжая смеяться кричу:

— Надеюсь это всё?

— НЕТ. - чертит песок. А не растаявшая в руках, рукоять клинка, заставляет прервать мой смех.

Что ж и тебе здравствуй, старый знакомец из далекого прошлого. В ворота пригибая голову проходит, падший ангел Лимба. Его руки пламенеют заревом Адского Клинка, но и «Мерцающий» не покидает меня. Четыре сотни лет назад, ты гонял меня как мальчишку по островам ангел. Пришло время возвращать долги. Расправляя могучие крылья, падший взлетает над ареной и на секунду замерев в высшей точке, пикирует прямо на меня. Его меч оставляет пламенеющие следы, далеко позади. В этом бою удар будет один и кто его нанесет тот выиграет. Когда ангелу остается около восьми метров до земли, я прыгаю. Песок взрывается на том месте где стоял. То что наша встреча произошла в четырех метрах над песком, для обитателя Лимба, оказалось сюрпризом. Фатальным, он растаял еще до того как, мои ноги опустились на арену.

— Еще много?

— ПОСЛЕДНИЙ.

Хоть это радует. Но радость не долговечна. Неприятно признавать, но я испугался и страх чуть не захлестнул накатившей волной. На песке арены поигрывая шпагой, стоял Ларт. А`Тэр, я кричал, что ты второй: прости, ты третий, второй я. Я который сейчас умрет.

Как и в поединке с наследным принцем, все повторялось, только наоборот, я во всем уступал Ларту. Немного с точки зрения техники и безгранично много, что бы выжить. Арена создала точную копию, Ларт играл со мной. Насчитал уже четыре раза когда, меня можно было убить, но бой продолжался. В бессильном отчаянии я крошил эмаль зубов. Это как игра в шахматы с суперкомпьютером, твой любой ход приводит к проигрышу, не потому что ты плох, а потому что выиграть нельзя в принципе. Самый лучший ход лишь отсрочка неминуемого. Боевое мастерство Ларта, было пределом, мне недоступным. Все мои атаки неминуемо упирались в шпагу противника. Движения «лентяя» были скупы и точны, упорядочены и… СТОП! Упорядочены! Частью сознания хватаюсь за свой шанс, угол зрения меняется.

Я смотрю на Ларта глазами Хаоса. Он противен, слишком правилен и точен, неприятен. Нельзя так, мир скучен без сумбура и неопределенности. Это движение шпаги очень точное, бррр, помешать! Что для этого нужно, воткнуть свой меч в землю? Пожалуйста! Звон сошедшихся клинков и шпага атакует мою руку, там где она должна держать рукоять, Ха-ха-ха а её то там нет! Нижняя подсечка, да что ж ты прыгаешь? Не тебе она предназначалась дорогой мой друг. Ступня мощным ударом бьет по клинку, торчащего из земли «Мерцающего», отправляя того в хаотичный полет. Но Ларт мастер, с легкостью отбивает удар отбрасывая меч обратно ко мне. Я это не вижу, просто знаю, что так и есть, тяжело видеть стоя спиной к происходящему. Падая на спину, пропускаю летящую сталь над собой. Атака Ларта которой по плану суждено пробить мою грудь, застревает в открытой ладони. Шпага пробив ладонь на секунду замирает в своем движении. А «Мерцающий» футбольным ударом ногами через себя отправленный в обратный полет, чисто срезает голову дублю моего друга.

Падение на спину болезненно! Потому как падаю не на песок Арены, а на каменную скамью колизея. О как, пинком под зад меня выбросили, ничего себе! На теле не одной раны, только спина болит и правая бровь жжется подергиваясь в нервном тике. Но так не пойдет, выбрасывать с арены я себя не позволял. Но мои измышления и злость, были никому не интересны. На арену меня просто не пустило. Лишь на песке красовалась надпись:

«Для Вас Арена закрыта, спасибо за понимание.»

Тьфу! Три раза тьфу! Птерадонта тебе в собеседники.

Подлетевший дискоид радостно потерся о мою щеку. Оглядев трофеи сегодняшнего дня, увидел по мимо дварфовской секиры, еще и парные клинки красной стали. Странно, не помню, что бы сегодня был противник с таким оружием. Слишком много необычного, произошло за сегодня. Надо было посоветоваться с остальными и начать разумеется с Ларта, благо искать его не нужно.

Так и есть, прототип моего противника сидел на излюбленном месте в первых рядах театра и с увлечением наблюдал за разворачивающимся там действием.

— Ларт, есть разговор. — попытался прервать занятие эрма.

— Что прям так срочно? И десяти минут не подождет?

— Десять подождет, как и двадцать, но не больше.

— О как мы серьезны! — Ларт беззаботно рассмеялся, — но тут концовка сериала за которым наблюдаю уже пятый год! А повторов тут нема, так что подожди будь ласка.

— Рассказывай, что б и мне было интересно смотреть, — предложил я, заодно приведу мысли в порядок.

— Значит так, вот тот парень. — Рука показывает, на паренька лет двадцати пяти, всего взъерошенного и такое ощущение не спавшего несколько ночей. — Главное действующее лицо. Пять лет назад, его клан перебрался со своих гор в портовый город. И надо же такому случится, на следующий день, после их приезда на город нападают пираты Черного. — видя моё удивление, Ларт продолжает. — Ага представляешь этот бесхозный долгожитель, до сих пор иногда выбирается в море. — Черный, так называли уникального пирата Свободных Островов. Единственный в мире не подчиненный графам вампир. Во время Первых Войн, его хозяин погиб и участь Черного была предопределена, но тот на своё счастье находился с посольством графств на Отсровах. И Архимаг взял его под свою опеку, даровал жизнь в обмен на трехсотлетнюю службу. Триста лет прошло и Черный стал невозможным: вармом не подчиненным никому.

— Я думал его прибили давно, — не зачем мне скрывать свою нелюбовь к кровососам перед Лартом.

— Неа, плавает скотина, — рассказчик сплюнул: — Так вот, грабит Черный городок и увозит с собой сестренку нашего героя. А тот же горец! Ему мстить положено! И теперь самое интересное! Этот на вид обычный парнишка, уже на протяжении ПЯТИ! лет, мстит Черному. Изобретательно и изощренно, подставляя его то там то тут. Умный понимает, прямого столкновения ему не пережить. Но ты представь каково, сестра мертва давно, а он не унимается. И умудряется переинтриговать вампира разменявшего пятый век! В общем любопытный кадр этот горец, а из каких передряг организованных Черным он выбирался! Прямо Маклауд у него фамилия. За это время он умудрился стать врагом номер один в глазах грозы морей. И это один без поддержки кого либо.

— А сейчас значит финал истории?

— Точно. Я тут не много пропустил и не пойму. В общем парень готовит какой-то ритуал, причем с уверенностью могу сказать что ритуал он не переживет, я немного разбираюсь в начертательной магии. — Ларт кивнул на пол разукрашенный линиями связанных пентаграмм, в помещении за которым мы наблюдали.

— Да знаю, активация этой фигуры произойдет только со смертью заклинателя. — в магии я далеко не профан.

— Одновременно с этим, к зданию в котором проходит подготовка к ритуалу, сейчас двигается Черный с тремя телохранителями.

— Может быть надеется, убить вампира ритуалом?

— Хех, я уже подумал над этим, силенок магических у парня не хватит, совсем. Потому как приглядись к форме, в которую он расставляет свечи. — Присмотревшись и сопоставив с фигурами на полу, я присвистнул!

— Ну и это гений? Он что пытается пробить завесу внешнего свода? И выпустить гончих или что-то похожее? Тут и Архимаг силенки то надорвет!

— Вот и я в непонятках. Точно говорю парень почти гений, а творит не пойми что! — тем временем наблюдаемый персонаж завершил все приготовления, заняв место в центре рисунка. Поймав его взгляд я понял, взор идущего на смерть и знающего, мимо она не пройдет. На наших глазах готовился к смерти не гениальный паренек, а мужчина, четко сознающий чего он хочет и ту цену которую придется заплатить. Не вязался этот взгляд с безумным предположением о прорыве свода, хоть и остальное говорило об обратном.

— Жаль мужика, умрет просто так. — Не на секунду, я не верил в возможность прорыва, даже ценой жизни заклинателя. Распустив ремни, сложил свое оружие рядышком, так было удобнее.

— Жаль, вот смотри, — картинка перескакивает, Черный и его команда, уже вошли в здание. Хммм, а постройка то раритет, одна из немногочисленных церквей, давно заброшенная и на половину разрушенная.

Обзор сменился еще раз. Теперь мы видели, одновременно пиратов и мстителя. Их разделяла дверь. Резкий удар подкованного сталью сапога, сметает преграду с петель. Телохранители первыми врываются в помещение с пентаграммами, рассредотачиваясь вдоль стен. Не спеша в залу вошел Черный, но увидев рисунок, мгновенно прыгнул обратно в коридор. Лишь затем что бы через пару секунд появится вновь, в этот раз громко смеясь.

— Ха! Ну напугал старика! Давно так не пугался! Спасибо! Только вот я не уйду, так как очень хорошо знаю, что делает приготовленная тобой магия. Не зря столько служил Архимагу, — Черный расслаблено похохатывал.: — Силенки надорвешь мститель, а выйдет Пшик и ничего более. Уж поверь старику.

Готовый к смерти горец, не слушал, а что то шептал.

— Ты думаешь твоя смерть, послужит причиной, запуска заклинания? Мне лень тебя разубеждать наивный, просто умри! — Черный метнул нож.

Покачнувшись от удара впившегося в грудь клинка, заклинатель не схватился за него руками, а наоборот разведя руки в стороны, громко прошептал окончание заклятия:

— И придет в мир смерть всего твоего рода, кровосос.

И метнулись сполохом линии пентаграмм, а свечи стали метровыми факелами чистого пламени. Но не в сферы ушла энергия ритуала. Она ударила в Театр! С той стороны со стороны сцены. Не пробить Завесу Непроницаемости, ей слишком слаба, если бы не одно НО!

Это одно «но» Я и это уже много! Одновременно с осознанием последних слов мстителя, тело взлетает в прыжке. Весь резерв накопленных за века энергий, вгрызается в Сферу с моей стороны. И она не выдерживает, пропуская меня в Большой мир!

Детская загадка: «Как выглядит смерть вампира?»

И ответ на неё: «Как Эрм!»

Глава II

В глазах темнеет так, что на миг теряю сознание. Боли нет, но ощущение как будто распылили на атомы и собрали снова. Мышцы подрагивают в спазмах. Но времени на отдых и восстановление нет, как никак со мной в одном помещении находится пятисотлетний вамп с тремя телохранителями. На инстинктах группируюсь и падаю, на заваленный осколками и пылью битого камня пол, мягко. Что бы через секунду вскочить на ноги.

Я готов к отражению атак одновременно с вернувшимся зрением. Зря торопился, мог полежать на полу, отдохнуть и собраться с силами вполне спокойно. Молельный зал заброшенной церквушки выглядит как после попадания танкового снаряда. Ободранные до голого камня стены сочатся мелкими трещинами, пол усыпан осколками так, что не видно и намека на нарисованную пентаграмму. Откат разрыва Сферы ударил тут не слабо, как здание устояло не пойму, видно когда строили душу вкладывали.

Наклонившись над телом мстителя, закрываю ему веки. «Спи» спокойно, ты сделал то, что считал нужным, твоя сестра скоро будет отомщена. На счет всего вампирского рода, я бы может и рад, но не справлюсь, хотя обещаю стараться.

Последствия моего прорыва в большой мир, не прошли даром для преследователей. Трупы телохранителей изломанными куклами сползали со стен. Вампир, к моему сожалению, был жив и даже в сознании, только тело его не слушалось, а застыло в мышечной судороге.

— В некоторых селениях, далеко от цивилизации, сохранились старые легенды и предания. — Подойдя к временно беспомощному варму, заговорил заглядывая в глаза. — И есть совсем старая загадка, её загадывают детям, когда те испуганы ночными страшилками про вас. А звучит она так: «Как выглядит смерть вампира?».

— Эхррр, — сведенное спазмом горло, не дало Черному возможности проговорить. Но по мелькнувшему недоумению, стало понятно, не знает он ответа. Впрочем просвещать пирата в фольклор горских племен, в мои планы не входило.

Вампы живучие создания, кто-то даже верит в их бессмертие, но правда во всех мирах одна, убить легко кого угодно, с одной только поправкой — если знаешь как. По ничуть не удивительному совпадению, как убивать кровососов я знал превосходно.

— Так, и что я тут имею? — хмм, с привычкой разговаривать самому с собой пора завязывать. Тут не безлюдный Архипелаг, а вполне себе «цивилизованное» место. Могут неправильно понять.

Я сумел вырваться из места заточения моей расы. Факт с какой стороны не посмотри радующий. Как не велик Архипелаг, но чувство несвободы ни на секунду не покидало ни одного эрма. Радость радостью, но думать, что раз выбрался то всё и закончилось, это глупо. Теперь предстояло учиться жить в Большом Мире.

Еще раз осмотрел погром учиненный мстителем. Чисто физические разрушения, которых было не мало, затмевало собой буйство энергий всех видов. Разрыв малой защитной сферы, далеко не рядовое явление и без последствий для магических потоков не проходит. Еще раз оценив последствия рукотворного катаклизма, с очевидностью вынужден был признать, моих сил и знаний сделать так «как будто ничего не произошло» не хватит. Если провести аналогию, то так же трудно скрыть атомный взрыв на моей прародине.

Но выйти к людям и заявить: «Здравствуйте я эрм! Который вырвался из сферы заточения, созданной самим Творцом!», что то останавливало от подобного, может быть инстинкт самосохранения? В общем такая идея мне сильно не понравилась. Но то, что нельзя скрыть полностью, можно несколько изменить, так что бы выводы о произошедшем не соответствовали реальному положению дел.

Любой маг, даже закончивший имперскую Академию с отличием, скажет работать с магическими энергиями в таком нестабильном месте, в которое на некоторое время превратилась церквушка, невозможно и безмерно опасно. Со своей колокольни он безусловно прав, но для того кто провел столько времени на Архипелаге, происходящее было вполне в допустимых рамках.

Чуть чуть по иному напитать энергией разрушенную пентаграмму. Немного поправить следы магии смерти, сделать их более сфокусированными в одной точке. Придать мертвому телу заклинателя иную позу, сплести не успевшие окоченеть пальцы в знаки. Несколько по иному расположить труп Черного, трогать остальных пиратов смысла нет, и так лежат как нужно, еще пара мелких штрихов и мизансцена готова.

Что же увидят те, кто придут осматривать место прорыва? А то что придут, сомнений не вызвало, мимо ТАКИХ вещей не проходят, даже если дело происходит в безжизненной пустыне, не говоря уже о достаточно плотно заселенных островах Свободы, вотчины одного из Архимагов. А увидят они следующее:

В результате магического ритуала «мести на крови», заклинателю удалось сконцентрировать энергетику своей смерти, в феноменально узкий луч. Луч, должен был прорвать защиту Высших Сфер, но мститель переоценил свои силы и прорыва не получилось. Зато получился магический откат усиленный активными заклинаниями защиты самих Сфер. Что и привело к выбросу неконтролируемой энергии, которая привела к данным разрушениям и смерти, как заклинателя так и пришедших по его «душу» пиратов.

Мне повезло, уже уверившись в правильности подготовленной сцены, я заметил одну не стыковку. Астрал четко хранил отпечаток. Отпечаток того, что из так натурально «не произошедшего разрыва», кто то вышел! «От! Чтоб кракен мне брил подмышки!» Если заметят, что нечто покинуло Сферы, будет ай-ай-ай какой переполох, с подключением на поиски самого Архимага. В мои наспех рождающиеся планы, подобное не входило никаким образом.

Еще пять минут заняло, исправление и корректировка сделанного ранее. Если не знать, что произошло на самом деле, а я был уверен, что даже просто о наличии малой защитной сферы Архипелага, в Большом мире никто не знает, выглядело все правдоподобно:

Почти так же как в первом варианте. Только разрыв произошел, маленький такой, но был. Невозможно с точки зрения магии такое? Так мало ли из того, что кажется невозможным происходит во вселенной? Факты говорят сами за себя, прорыв Сфер был. Что вышло оттуда? Астральная гончая конечно! Уж чьи ауры и следы астрала, я могу точно воспроизвести даже в безмерно пьяном виде, так это их. Намертво в память врезались и закрепились, на фоне предсмертного ужаса. Появившись в Мире, гончая убила Черного, с этими следами пришлось повозится больше всего, но так как разрыв был мал и быстро схлопнулся, гончую затянуло обратно в Сферы.

Итак: ритуал активированный смертью заклинателя приводит к разрыву защиты Верхних Сфер. Откатом убивает телохранителей, тут ничего делать не пришлось, именно от этого они и погибли. На свободу вырывается Астральная гончая, убивает вампа, но тут портал разрыва затягивается и не успевшую отойти на достаточное расстояние «собачку» втягивает обратно в Сферы. Правдоподобно! ЧП конечно, но не такого ранга, что бы тревожить Самого Величайшего Архимага, а если кто и мог заметить неладное в оформленной мной картине, так это он.

Теперь следовало озаботится легализацией и планами дальнейших действий. В обычном средневековье возможно бы и прокатило: «я путник иду издалека, вот решил тут пожить у вас». Но не тут.

Первым делом изменил свои ауры, теперь они идентичны человеческим. Не замаскированы, а именно изменены, даже лучшие заклинатели астрала не разберутся. А в остальном я и так мало отличался от человека, кроме волос, с ними как всегда не получилось, так и остались пепельного цвета. Не такое уж криминальное отличие, оригиналов хватало везде и всегда. Ну красит волосы человек, ну в такой цвет и что тут такого страшного?

Производя все эти действия я одновременно, шарил по карманам и вещам мертвецов. Мародерство, но никакого почтения к трупам пиратов у меня не было. Около третьего трупа задержался подольше. Он был не пиратом, а свободным охотником! О чем недвусмысленно утверждала, тату на левом плече и жетон-идентификатор безвольно свисающий с мертвой шеи. Очень удачно, легализация обещала быть не такой и сложной. Все дело в структуре ордена охотников.

Первое: туда берут любого после совсем не сложных тестов, которые не пройдет разве, что умственно недоразвитый да еще и калека. Второе: после трех годовалой подготовки в закрытых лагерях, член ордена должен отработать за свое обучение, выполняя задания руководства. Далее: охотник становился абсолютно свободен, в выборе куда ему идти и что делать. Хочешь коров паси, хочешь в гильдию наемных убийц вступай. Получают жетон, татуировку и все пинок под зад, живи своим умом, даже взносов никаких нет. Прямо альтруистическая школа по подготовке к жизни. Если не знать одной мелочи. Инициатором создания Ордена Охотников, был хозяин Островов, и каждый охотник давал лишь одну клятву, верности Великому Архимагу, о которой ничего не помнил. Эдакая запасная армия, в несколько тысяч разумных, спрятанная «на черный день». К тому же, получив жетон, охотник приобретал и новое имя, любое на свой выбор, становясь человеком без прошлого. Никаких записей Орден не вел, даже старательно уничтожал любые документы не только прошлом своих членов, но и о настоящем, таково было пожелание самого основателя, что зная подоплеку, не выглядит удивительным.

Разумеется жетон, впрочем как и тату, имели защиту от копирования. Но любую поделку, массового характера, какой бы защитой она не обладала, подделать можно. Это не индивидуальные шедевры некоторых умельцев. Штамповка, да высококлассная, но не более того.

Хорошо меня подстегнула ошибка с первой мизансценой, иначе ни за что не заметил, пересыпая деньги из кошельков мертвецов в свой, одной монетки. Внешне ничем от других эта серебрянка не отличалась. Почти, лишь хранила четкий отпечаток ауры своего владельца, настолько четкий, что присмотревшись, даже не обученный маг, мог точно сказать кому она принадлежала. Случайно такого не происходит, таскай пират несколько лет с собой эту монету, эффект был бы иным. Перетряхнув все деньги заново, нашел еще две похожих, точнее с таким же необычным свойством.

По первоначальному плану, я хотел забрать все деньги шайки Черного, затем уничтожить кошельки. Ни у кого не вызвал бы подозрений факт того, что пираты пошли на «дело» оставив финансы, где-нибудь в безопасном месте. Но найденные монетки заставляли задуматься, для чего они так помечены. На ум пришла лишь одна идея. Данные монеты могли использоваться для поиска. Укради кто кошель или ограбь члена команды Черного, стоит такой монетки появится потом где-то, как пиратам не составит труда найти, того кто данную монету присвоил, а потом отомстить. Правильна моя догадка или нет, узнать возможности не было, но действовать лучше, исходя из таких предпосылок. С некоторым сожалением пересыпал половину монет включая меченые, обратно в кошели. Глупо туда было ложить только «метки». Ну да находят трупы, а денег у них всего по одной серебрянке, и то меченой, даже имбицил поймет «кто-то пошарил по кошелям». Что совсем не вязалось с тем, что «Ах! катастрофа, бабах! и все умерли». На всякий случай оставил не тронутым и все остальное, включая оружие.

Оставленная позади церквушка, надеюсь надежно хранила секрет моего появления. Трупы мстителя и пиратов никому ничего не расскажут. Именно пиратов, никакого свободного охотника, разумеется в молельном зале не было. Свободный охотник по имени Эх Даг Ор, заметая следы, уходил в сторону моря. Почему внося в жетон имя вспомнил о Толкиене, даже не знаю.

Аргот, центральный город второго по величине острова Свободы, сильно отличался от любых континентальных городов. В первую очередь он не имел стены, вообще никакой, что было нонсенсом на большой земле. Во вторых не было никакой стражи, даже на центральной дороге. Ладные каменные и кирпичные домики явно строились по единому архитектурному плану городка. Мирная пастораль: убаюкивающая и приятная. Только вот мало кто убаюкивался, острова Свободы пользовались определенной репутацией, очень зловещей. А все по одной причине, тут не было законов, почти полная анархия. СВОБОДА с большой буквы, твори что хочешь, никакие власти к тебе не будут иметь никаких претензий. Только соблюдай уложения СС — службы санации, под таким названием скрывается обычные уборщики, такой вот выверт лексикона. Да-да, единственное что следовало соблюдать на Островах это чистоту! За вылитые в неположенном месте помои, вполне могли отправить в рабство. Нее, у себя дома твори что хочешь, хоть купайся в нечистотах, но упаси тебя Творец «вынести сор из избы». Идешь по улице и не понравилось, что кто-то косо посмотрел, можешь спокойно убить! Только потом дождись чиновников СС и оплати уборку места, претензии к тебе будут иметь только знакомые и родственники убитого. Ведь у них такое же право убить тебя… А что до единого стиля и четких городских линий, все просто, дома можно строить, только там где покажут уборщики, и только столько этажей сколько осилит канализация и уборочные сооружения.

Там где нет писаных законов, разумеется появляются иные правила, негласные и зачастую гораздо более действенные чем изложенные на бумаге и закрепленные многочисленными печатями власть предержащих. И этих правил я не знал, неоткуда было, не интересовался раньше. Как бы не поплатится за это.

Обо всем этом я думал на второй день после моего появления в Большом мире, ступая на первые камни городской дороги. От памятной церкви меня отделяло семьдесят километров открытого моря. Благо погода стояла по летнему спокойная и мой заплыв между островами, не потребовал и толики магических сил. Проплыв вплавь такое расстояние и не оставив никакого магического следа, чувствовал себя вполне защищенным от какой либо погони. От погони да, от Большого мира защищенности нет, как новорожденный тут, не натворить бы что ненароком.

Неторопливо шагая по мостовой, осматривался. Как и думал, каждый домик в городе представлял из себя мини крепость, окутанную магическими покровами. Маги специалисты по защитам тут явно в цене. Еще бы столько работы! Но выдавать себя за практикующего мага опасно, это не орден, у магов учет строгий. И не важно, что на островах нет законов, сообщество магов самом способно позаботится о выполнении своих норм, в любой части «цивилизованного» мира.

Экспроприированная из кошельков пиратов сумма, не взирая на свою опловиненность в последний момент, была внушительна. Месяца на три ничего не делания хватит, не только в Арготе, а даже на имперских курортах. Черный был удачливым капитаном. Но вот какое-то чувство подсказывало, не стоит задерживаться на архипелаге Свободы, оказаться как можно дальше от точки перехода. Вполне возможно иррациональное чувство, но «береженого Создатель бережет», как говорят.

Деньги это хорошо, плохо то, что вляпался в историю я как всегда. Кроме одежды все осталось на Архипелаге. Да одёжка великолепна в своей функциональности, и постороннего не удивит, просто практичная обмундирование бывалого наемника. Эхх, наемника без оружия, великолепный «Мерцающий» остался на ступенях Театра, как впрочем и все остальное колюще-режущее. Наспех придуманная легенда о наемнике из Ордена охотников, могла рассыпаться. Ну какой воин без стали в ножнах?

Есть два варианта: убить/обокрасть кого-нибудь или купить что-нибудь. Дилемма, не то что бы я вот так просто готов убить любого, если у него есть что мне надо, нет. Просто количество проходящих мимо вооруженных головорезов, каждый из которых наверняка «наработал» на смертный приговор, в любом месте кроме островов, было велико. Избавить мир от любого из них, очень хорошее дело, следуя моей внутренней марали: «Убиваешь и грабишь? Не удивляйся если кто-то считает в праве убить или ограбить тебя самого».

К примеру шагающего мне на встречу пирата. Тот мне был знаком, месяц назад посещая Театр, стал свидетелем ночного налета корсаров на рыбацкую деревушку. Данный ублюдок, а иного слово подобрать тяжело, изнасиловал двенадцатилетнюю девчурку на глазах матери, а потом убил обоих. Узнать его было просто, мало кто бреет голову и имеет художественную татуировку изображащую скользящий по волнам тримаран, на своей груди. Романтик большого моря, оркам тебя на закуску.

Заметив внимание к своей персоне, пират с вызовом посмотрел на меня. Взгляд был явно оценивающий, видно ничего страшного для себя он не обнаружил и направился в мою сторону. Как же пират! хозяин морей, а тут кто-то явно не из братства флибустьеров, нагло так смотрит! Надо проучить, тем более праздно шатающихся по улицам пиратов, было много и на их поддержку он наверно мог рассчитывать. Узнать это не получилось, еще раз окинув меня взглядом, корсар резко крутанулся на месте и быстрым шагом свернул на соседнюю улицу. «От семиступ на барабане!» интуиция не подвела бывалого убийцу, я остался без оружия, а он с целой шкурой. Что может и к лучшему, благо вывеска оружейного магазина, оказалась совсем рядом, стоило выйти на первый перекресток.

Ого, неожиданность! Стоило мне постучать молоточком, по медной пластинке, как дверь в лавку сразу открылась, причем не внутрь или наружу, а целиком ушла в казалось монолитную стену. На этом удивительное не заканчивалось. Ступив в магазинчик, не увидел торговый зал, я стоял в коридоре, что бы пройти в зал, надо было сделать несколько шагов. Сделав первый сразу понял, к чему такие сложности. Быстро и почти беззвучно за спиной закрылась входная дверь, спереди лязгнув металлом опустилась кованная решетка.

Не хитрая ловушка, но от того не менее эффективная. Что-то подсказывало, если посетитель будет буйствовать, то минимум его ждет: пара арбалетных болтов в брюхо или еще что похлеще. Специфика работы в этом свободном городе. Вполне реально, все лавки и магазинчики, обладали чем то похожим, от желающих выдать себя за покупателей, разбойников. Догадка немедленно подтвердилась:

— Кого принесло в знаменитую на всех островах лавку Ордонта? — говоривший благоразумно не показывался, но голос мне понравился. Голос уверенного много повидавшего мужчины, с легким не поддающимся определению акцентом.

— А что у кого-то кроме покупателей, еще хватает наглости сюда заходить? — в моем ответе было поровну насмешки и уважения.

— Лет семь подобных наглецов не было! — рассмеялись за стенкой: — Оружие положи на пол и проходи.

— Всё что есть положил: — сказал я, даже для вида не наклонившись.

— Что совсем ничего с собой нет? — в голосе сквозило сомнение. И правда, мало кто в Арготе может позволить себе прогулку без оружия.

— Хозяин, не поверишь! Потерял! — почти правда. Забыл конечно, но это еще менее правдоподобно чем потерял. Задумавшись понял: будь я на месте хозяина лавки, не пустил такого клиента, убить не убил, но за дверь выставил.

— Что только по пьяни людишки не творят! — опыт лавочника был явно больше моего и возможность потери оружия, он не относил к фантастике.: — Кхе, я тебя просвечу безобидной штуковиной? Ничего опасного, просто определяет наличие кинжалов за пазухой.

— Свети: — Большой мир удивлял все больше, в первой попавшейся лавочке оказался металодетектор или его магический аналог. По аурам почти неуловимо прошелся луч сканирующего заклятия. Простенький но действенный способ! Маг конечно с легкостью обойдет подобный «обыск», но нарвись хозяин на мага, никакие решетки его не спасли. Думаю он это прекрасно осознавал. Но подход лавочника вызывал уважение, рисковать он не боялся, а судя по оброненной фразе о семи годах, бизнес вел давно.

— Проходи покупатель! — через пару секунд решетка, плавно и бесшумно спряталась в потолке. Хмм хитро, вниз с лязгом, обратно по четко смазанным направляющим. Для психологического эффекта наверно.

Одновременно с поднятой преградой, включился свет. Точнее «включился» не совсем правильное понятие, под потолком помещения висели стеклянные аквариумы, с морскими звездами Эйрола. Любопытные создания эти звезды, перемещенные из своей обычной среды в пресную воду, они начинали излучать свет, вполне сопоставимый, с невозможными здесь электрическими лампами. Недельку отлежаться в море им хватает на сутки работы, идеальное решение для портовых городов.

Мои представления о оружейной лавке, прилавок, мечи на стенах, а за стойкой лавочник, были развеяны. Оружие на стенах конечно было, но это все! В остальном торговый зал был пуст, не прилавка ни лавочника.

— Не в правилах моего заведения торговаться. По речи ты человек грамотный, читать умеешь, вот ценники и прочтешь! Выберешь чего, скажешь: — в ответ получилось лишь удивленно кивнуть. — Вот и хорошо!

То что за мной наблюдают, не стало большим сюрпризом. Исходя из всего что увидел, даже вполне логично. Пригляделся, и правда: под каждым вывешенным предметом, красовался ценник, без всяких бумажек и т. д. просто углем на белоснежной стене. Надо отдать должное, цифры нанесены были очень аккуратно, и не создавали ощущения заляпаности. Оригинально… или тут так принято, но данный вопрос не очень сильно меня занимал. Тревожить хозяина, дабы услышать на него ответ, не стал.

Выбор лавки был не велик, четыре десятка предметов. Мне думалось, что в портовом городе, одной из основным баз флибустьерского братства, оружия на продажу будет побольше. Начав присматриваться к развешанному ассортименту, зауважал хозяина лавки еще больше. Нет, тут не были предложены артефактные образцы, да и вычурных обильно посыпанных драгкамнями изделий не наблюдалось. НО! Каждый представленный на выбор покупателя: меч или топор с копьем, не опускались ниже определенной планки качества и данная планка была на очень хорошей высоте. Присмотревшись к стоимости предлагаемых вещей, недолго подумал о возвращении к первому пункту, а именно: прибить кого-нибудь и отобрать, что понравится. Сильно кусачими казались, каллиграфически выведенные на стене, суммы.

Топоры и секиры пропустил сразу. Очень нравится ими фехтовать, но в повседневном ношении, увольте. Слишком много неудобств доставляют, если у тебя нет коня или драккара. По этой же причине обошел стороной и другое древковое оружие. Свернутый в кольцо поясной ятаган, то же пропустил, хорошо оружие, но рассчитано на средней комплекции человека, мне такой поясок был маловат. Осталась на выбор: три абордажных сабли и две рапиры. Обычных мечей в ассортименте лавки не присутствовало, хотя это не удивительно, мечи не лучшее оружие на палубе, если есть выбор. Сабли вызывали сомнения тем, что с ними, как я заметил, по улицам города ходили только пираты, остальной люд предпочитал что-то иное. Как бы не нарваться на один из устных законов, вдруг тут абордажник является меткой профессии?

— Хозяин! Присмотрел я рапиры, но незадача. К ним бы что-нибудь в пару есть? — что поделать, рапирный бой у меня четко ассоциировался с наличием во второй руке, кинжала или даги.

— От чего не быть то! Есть.

С негромким скрипом приводного механизма, из ближайшей стены выдвинулся прилавок, заполненный различного рода кинжалоподобыми предметами. Пару к одной из рапир нашел сразу. Характерный рисунок ковки и ажурная резьба рукояти, не оставляли сомнений, данная дага изготавливалась под конкретной клинок, тот что висел на стене. Посчитав цену парного комплекта присвистнул. Денег не хватало. «Чтоб мне спать на лежке семиступа!». Надо было обирать подручных Черного полностью, а монеты-метки просто выкинуть! Придется умерить свои аппетиты. Но тут моё внимание привлекла пара клинков «хашти». Парное оружие, с лезвием односторонней заточки в три пальца шириной и всего в локоть длины, если считать с рукояткой. Плюс глухая гарда, позволяющая орудовать оружием как кастетами. Многие считают: чем длиннее оружие тем лучше и с презрением обходят подобное. Зря! В умелых руках, опаснее многих мечей будет.

— В этой лавке точно не торгуются? — в отличии от остального вооружения, выбранные мной клинки, покрывал тонкий слой пыли.: — Даже если меня ПОЧТИ заинтересовали «хашти»?

— Посмотри на металл! — В голосе лавочника, сквозь напускную торговую ярость, проступала какая-то обреченность: — А какая балансировка!

— Кхе…Хозяин, что-то мне подсказывает, залежалый товар эти клинки.

— Твоя правда. — Обреченно вздохнул оружейник: — два года лежат уже.

— Запылились. — неприменул уточнить я.

— Давай так, платишь по ценнику, а я тебе к ним, еще и набедренные ножны дам?

— Договорились: — наличие подобных ножн редкость! На заказ пришлось бы делать. И сколько бы это стоило не знаю. А так, цена клинков меня вполне устраивала.

— Деньги положи в ящичек, что из южной стенки торчит. — Монетки отправились в выдвинутый из стены ящик, без опасений. Надумай лавочник обмануть, то как говорится: «сам виноват».

Через пару минут, я стал обладателем парных «хашти», в купе с ножнами. Надев которые расхохотался во все горло. Пошивший их кожевник наверно смотрел много вестернов, рукоятки клинков были характерно отодвинуты от бедер. Похоже носили револьверы киношные герои дикого запада. Так смеясь и покинул лавку, увидеть хозяина которой не удалось. Тот даже не вышел поблагодарить за покупку. Может он просто параноик?

Согласно первичному плану предстояло решить вопрос о дальнейшей транспортировке себя любимого, подальше от островов Свободы. На всякий случай… Логическая цепочка, в результате которой, было принято решение, найти какого-нибудь капитана плывущего на материк, была проста и прямолинейна, как удар молота.

В бросаемых прохожими взглядах, читалось уважение. «Хашти» редкое оружие, а в царстве анархии мало кто позволял себе появляться на улице, с тем чем владеть не умел. Без приключений дойдя до набережной, стал свидетелем любопытного эпизода.

К ближнему пандусу причала, на перегонки спешило два судна. Остроносый двадцатичетерых весельный драккар, и катамаран под косыми парусами. В начале пользуясь более совершенным парусным вооружением, катамаран получил фору. Но когда с него уже собирались кидать концы на берег, дракар на полном ходу, подняв весла вклинился в щель. Между бортом катамарана и причалом. В наглую оттерев парусник, от его законного места. Я бы наверно смог понять, будь остальные причалы заняты, но свободных насчитывалось еще штуки четыре. Просто этот был поближе к портовому кабаку! Вот это нравы, при этом над обоими кораблями развевался не стареющий «Веселый роджер».

Экипаж катамарана, не стал терпеть подобную наглость. Звучно пропел боцманский рожок, и на борт драккара упали абордажные мостики. Громко матерясь волна катамарановцев, хлынула на борт наглеца. Но на драккаре видимо были готовы к подобному повороту. Две бешено орущих толпы, встретились на мостиках. Замелькало оружие… Первые тела попадали за борт. Но это ничуть не угомонило пыл сражающихся. Казалось на пиратов напало боевое безумие, уже летя в воду многие цеплялись в противников и утаскивали тех за собой. А за всем этим, что то пожевывая и вяло переговариваясь, на причале наблюдала группа в оранжевых спецовках, уборщики. Причем так смотрели, на разворачивающуюся перед ними драму, будто такое происходит каждый день, презрительно скучающе.

Постепенно, чаша весов склонилась в пользу драккаровцев. Они разогнали противников с абордажных мостиков. И не успокоились, пока не заставили прижатых к бортам собственного судна прыгнуть за борт. Тут я заметил, что оба капитана, не принимали участие в бойне, а наблюдали, стоя у штурвалов своих кораблей. Когда последний матрос катамарана оказался за бортом, шкипер победитель важно вышагивая, поднялся на на мостик катамарана. Проигравший главарь, молча подошел к борту, наклонился и стащил с себя портки, блеснув голым задом. Капитан драккара, под дружное улюлюканье своей команды, пинком по филейной части отправил своего коллегу за борт! Над пирсами дружно раскатился гогот сотен глоток, за происходящим наблюдали экипажи уже пришвартованных кораблей.

Оказалось все не так и страшно, бойня таковой не оказалась. Флибустьеры орудовали не заточенными частями клинков или вообще плашмя. Травм и порезов было много, но ни одна команда никого не потеряла безвозвратно. Выловленный из воды капитан, под смех и подначивания победителей, расплатился с СС-овцами и те принялись устранять последствия боя.

— Уважаемый. — Обратился я к не занятому делом представителю службы.

— Да? — он явно не высказал удивления, на такое обращение, наоборот воспринял как должное. Подобный ответ говорил о том, что уборщиков тут и правда уважают!

— Мне бы, заведение какое, поспокойнее этого: — показываю на трех этажную помесь кабака с борделем. В который ввалились шумную толпой, оба только что пришедших экипажа.

— Капитана найти хочешь? — тут на солнце блеснул медальон охотника.: — Или наняться желаешь?

— Второе! — И как мне такая простая мысль не пришла в голову! Конечно, нет ничего естественнее ищущего найма члена ордена.

— Дальше по набережной, потом повернешь на второй улице. Тебе нужен трактир «Ассоль». - я аж поперхнулся. — Мимо него не пройдешь, там у входа зверек любопытный, сразу заметишь! — уголки губ уборщика чуть дернулись.

— Спасибо уважаемый! — но службист уже отвернулся, внимательно смотря на пьяного корсара. Который, опустившись на четвереньки, вот вот готов был заблевать изумительно чистую мостовую. В позе уборщика читалось: не удержится обед внутри, быть беде.

Искомый трактир и правду найти оказалось не сложно. Это единственное здание на улице, не вплотную подступающее к тротуару, а имеющее, покрытую подстриженным газоном, площадку перед входом. Во вторых: на цепи, застегнутый на строгий ошейник бесновался упырь! О как! До дорожки, по которой мог зайти посетитель, чудовище конечно не доставало, но любопытных и просто случайных гостей отпугивало хорошо. Вот цепь рванулась не пуская монстра ко мне. Впрочем совсем не обязательно было так звенеть. Поймав мой взгляд, упырь тут же обмочился и по звериному скуля, забился в свою будку. Когда я заходил в трактир, стало понятно, несчастный монстр не уверенный в крепости своего домика, пытался закопаться в землю, прямо через древесный настил.

«Ассоль» в отличии от оружейной лавки, была именно тем что ожидалось увидеть. А именно хорошо обставленным, массивной мебелью, трактиром. С сопутствующими атрибутами в виде барной стойки и скучающего бармена. С маленькой поправкой: бармена орка, с характерной тату ордена на плече. В остальном зале было пусто.

— Хау! — поприветствовал орка, характерным взмахом руки.

— Хау. — лениво донеслось в ответ. — пожрать или комнату?

— В начале комнату.

— Серебрянка в день, устроит?

— Не скинешь из солидарности? — мелькнул я жетоном.

— Таких умников тут полсотни за неделю! Всем скидывать, без рубашки останусь. — эта фраза звучало странно, так как орк был по пояс гол.

— Пиво то хоть хорошее? — кидая монету на стойку. В ответ получил высокомерный взгляд. Уж в чем в чем, а в этом орки спецы! Так смотреть, будто все остальные полные ничтожества, они умеют! — Ну плесни кружечку, тогда.

— Четвертая комната на втором этаже, по лестнице и сразу на право.: — Одновременно с кружкой на стойке, как по волшебству материализовались ключи.

— Когда тут собираются? — акцентировал вопрос неопределенным жестом. Кто их знает каким сленговым вывертом, тут называют нанимателей? А ошибиться, очень не хотелось, мало что настораживает так, как подобная ошибка.

— Медузы то, часика через три, а селедка, вот вот начнет приплывать, — орк гоготнул. В принципе с этой частью местной фени стало понятно.

— Я спать, зарезервируй за мной угловой столик. — Еще одна монета упала на стойку. — Спущусь, что б за ним никто не сидел, и был готов ужин! Уг?

— Уг! — согласился бармен, серебрянка мелькнула в ладони.

Комната для постояльцев, выглядела по-спартански. Ничего лишнего: кровать, стол, пара вешалок, да у окна сиротливо прижавшись к стенке ютился плетеной ящик. Сняв с себя верхнюю одежду, улегся на жесткой кровати. Спать я не собирался. Мне нужно было время отрегулировать ауры. В спешке измененные, они вот вот грозились принять первоначальную структуру. За час управившись с непокорными тонкими энергиями, незаметно для себя погрузился в сон. Сколько же я не спал на обычной кровати!!! Пусть жесткой, зато кровати! притом еще и чистой, как все в этом городе. Было приятно как у Творца за пазухой. Ой, зря я его вспомнил то….

К указанному орком времени я не проспал. Спускаясь по лестнице, окинул взглядом, почти заполненный зал. Вдоль левой от барной стойки стены, размещались длинные столы. с лавками человек на десять. Остальное помещение занимали одно и двух местные столики.

Кивнув бармену, прошел к своему столику, на котором уже стояла глубокая тарелка, наполненная горячей наваристой ухой. Зажмурившись от предстоящего удовольствия, поудобнее устроился на деревянном табурете. Настоящая горячая еда, а не обычный перекус, чем под руку попадется, так привычный по жизни на Архипелаге. Рагу из ягненка, принесенное миловидной официанткой, заставило меня вообще выпасть из реальности на несколько минут, пока наслаждался едой. Заприметив на соседнем столе, хорошо прожаренный стейк, заправленный каким-то острым соусом, не выдержал и заказал себе такой же. Как это хорошо, когда еда не суровая необходимость выживания, а удовольствие! Глоток отличного свежего пива, погрузил меня в состоянии близкое к нирване. На какое-то время заставив меня забыть, зачем я тут нахожусь.

Показавшееся в начале, необычным расположение мебели, объяснялось очень просто. За массивными многоместными столами, сидели наниматели, остальной зал занимали претенденты, ищущие вакансий. В трактире постоянно шло движение, внешне беспорядочная циркуляция наемников, от одного стола к другому. Сопровождалось все это, негромким гулом, постоянных разговоров полушепотом, да позвякиванием ложек по тарелкам.

Основную массу наемников составляли люди, только пара дроу да одинокий орк, что-то шепчущий бармену. А вот в среде медуз, было редкостное разнообразие. Пара темных эльфов, один с благородной сединой, второй молодой с порывистыми движениями так присущими молодости. Оба носили герб одного из малых кланов Зимнего леса. С ними все было понятно. Темнолесье всегда было радо любому свободному мечу. Постоянные межклановые конфликты, перемалывали наемников в огромных количествах. Обычно эльфы платили хорошо и вовремя, только мало кто соблазнялся их золотом. Чаще всего в междоусобицах темные применяли не честные схватки, а кинжал в спину или отравленную стрелку из кустов. Многим ищущим найма, такое не положение дел не нравилось. По мимо этого, нанимаясь к одному из кланов, наемник автоматически становился врагом клана противника, а дроу народ мстительный и с хорошей памятью. Про себя решил, наймусь к ним, только если не найду ничего более приемлемого.

Седобородые, напоминающие выкорчеванные пни много вековых дубов, гномы, были редкостью на островах. И тройка подгорных жителей за средним столом, вызывала повышенный ажиотаж, со стороны кондотьеров. Причем после недолгих разговоров, некоторые отходили, в глубокой задумчивости, а кто-то довольно потирая руки спешил заказать выпивку. Обычно гномы пользовались услугами наемников, только для охраны своих торговых караванов. При этом предпочитая услуги проверенных команд или заключая многолетние контракты с одиночками. Что понадобилось дварфам так далеко от своих пещер, было загадкой. Которая решилась очень просто. Понятие шепот, было мало знакомо данным нанимателям, подслушать труда не составляло:

Есть одиночный остров скала, явно вулканического происхождения. Гномы уверены, что там находятся жилы какого-то нужного им минерала, редкого на континенте. Дварфы будут производить там выработку этого минерала, а наемники нужны, для защиты от пиратов. Причем насколько услышал, от одиночных кораблей, с крупными флибустьерскими объединениями гномы уже договорились, о ненападении. Найм «не бей лежачего», сиди на островке неси не хитрую караульную службу, три недели на страже, неделя отпуска. И ко всему этому трехлетний контракт на найм! Но мне надо было уплыть подальше, да и три года работы на подгорных, не радовали. Этот найм мне не подходил.

Последний столик для найма, занимала любопытная пара. Два человека, каждый из которых по одиночке то был странным гостем на пиратской вотчине, а вместе вообще смотрелись чужеродно. Примерно так же как красноармеец и солдат вермахта пьющие на брудершафт. Высокий голубоглазый блондин, в потертой форме спецназа Хиорта, перешептывался с сидящим рядом, темноволосым крепышом, перевертышем Рааста. Между двумя империями уже как десять лет царил мир. Странный мир, скорее холодная война. Пока дипломаты обоих сверхдержав уверяли друг друга, в мирных намерениях, их воинские подразделения постоянно сходились в мелких стычках. Впрочем, эти бои происходили. на ничейной территории Баронств, и официально стычек не было. Так помощь барону союзнику в конфликте местного значения. Политика…

Не Хиорт ни Рааст, пираты не любили. Именно имперские флоты гонялись за корсарами по всему океану. При встрече незамедлительно пуская корабли с «Веселым Роджером» под воду. Наличие в таверне живых имперцев удивляло. Хотя даже самый безбашеный пират, вряд ли захочет перейти дорогу любому из этой парочки. Спецназ Хиорта комплектовался исключительно, из боевых магов-стихийников, степенью не ниже бакалавра. А судя по затертым нашивкам формы, данный спец носил звание опциона. А это уже полновесный магистр, на такого и полной команды драккара может не хватить, случись бой.

Южная империя пошла иным путем формирования элитных войск, их костяк составляли многоформные оборотни, всеми называемые просто — перевертышами. В чистом поле, да в открытом бою, оборотень и минуты не выживет против бателмага, но в лесу или городских стенах, ситуация менялась. К тому же вытатуированные на щеке символы, ясно говорили, за столиком восседает целый капитан! Этого тоже тронь ненароком, любой охотник до приключений, и разглядывание собственных внутренностей на земле обеспечено. Серьезная парочка, судя по неуставным стрижкам и потрепанной форме — дезертиры. Что толкнуло офицеров из лучших военных частей покинуть престижную службу и объединится, в таком странном для любого военного месте? Да еще и в качестве нанимателей. Им явно нечего делать на островах, когда-нибудь горячие головы их прибьют невзирая на потери, слишком велика неприязнь местных. То есть они собирают команду, для действий на Большой Земле, причем явно не на территориях родных стран, что меня вполне устраивало. Надо присмотреться поближе.

Стейк оставалось ждать еще несколько минут, а пиво закончилось. Не утруждая официанток, поднялся и подойдя к стойке, положил на отполированную поверхность золотую монетку в четверть динара.

— Светлого кружечку! — брови бармена, скептически приподнялись. Пиво столько не стоит, разве что целый бочонок гномьего портера.: — и немного информации.

— Какой? — орк даже не прикоснулся к деньгам, осторожный.

— О вон той парочке медуз, — взглядом стрельнув в сторону бывших военных.

— А! — монета, исчезла в необъятных шароварах, и шёпотом продолжил.: — Шесть дней назад, сошли с «Огненного Феникса», — голос бармена, произнес название судна, с прямо таки фанатичным уважением. — Черный лично попросил местных их не трогать неделю. А к его словам привыкли тут прислушиваться. Но уже завтра вечером, я за их головы и ломаной медяхи не дам! — при этом орк презрительно сплюнул.: — Придирчивы без меры! За все время, что тут нанимают, собрали лишь восьмерых. Но платят знатно. Все ценники им вдвое считаю, даже не почешутся.

— На что собирают то?

— Не знаю, вроде поиск какой-то. А что искать и где, так тех кого наняли молчат. Одно знаю им еще мечей пять минимум надо.

— Но не на островах?

— А кто им тут житья то даст, на Большою землю собирают это точно!

— Арг! — поблагодарив, забрал пенную кружку.

— От роди меня мама эльфом! — бармена аж скривило.: — Опять!

Повернувшись на табурете, понял что так раскроило орка. Двое претендентов на работу, с грохотом отлетаемых стульев, обнажали оружие. Дело происходило как раз, у заинтересовавшего меня столика. Ближе ко мне поигрывая, тяжелой шпагой, стоял молодой парнишка, если смотреть по одежде и манерам, младший и безземельный баронет. С ним было понятно, надоела бедность в замке папочки, вот и отправился на заработки. Его противник, повидавший виды орденец, с парой глубоких шрамов на левой щеке. Нацеленная в грудь юноши, катана даже не подрагивала в опытных руках. Долгого боя не получилось, не взирая на то что противники стоили друг друга. У баронета видимо были хорошие учителя. Шпага как оружие имеет массу недостатков, трудно применима против доспехов, да и колющие раны, нанесенные ей, вряд ли остановят даже немощного волкалака. Но против бездоспешного человека, с ней по эффективности сравнится мало какое оружие. Что и показала стычка закончившаяся за три взмаха клинков. Заблокировав первые два удара катаны, юноша не скрестил оружие в третий раз. Сперва резко разорвал дистанцию, и когда меч охотника, не найдя сопротивления, чуть чуть занесло под своей тяжестью, в глубоком выпаде, пронзил шпагой сердце конкурента. Удалось разобрать по губам, сказанное перевертышем напарнику: «Подходит».

Не понятно откуда, сразу появились люди в оранжевом. Остановив порывающегося оплатить аристократа, с уборщиками рассчитался маг. Строго тут с грязью, даже если под мусором понимать трупы.

Реакция наблюдающих за боем посетителей, была однозначна. Разочарованный гул и крики, о том что все слишком быстро произошло и никто не успел сделать ставки на исход поединка. Судьба погибшего не волновала никого из присутствующих, подумаешь наемником меньше, не велика потеря.

Ловко закатав тело в парусину, СС-овцы, покинули трактир, за все время не проронив и слова. Суровые мужики, выполняющие привычное дело. Эти мысли мелькнули, когда я усаживался за свой столик. Всё та же официанточка, спешила меж столиков, держа на подносе, деревянную досочку с благоухающим специями мясом.

Наблюдая как снедь перекочевывает на мой стол, краем глаза смотрел за симпатичной девушкой. И тут меня прошибло ледяным потом. Тело аж затряслось мелким ознобом. Будь я помоложе, наверно так и остался бы сидеть застывшим в страхе изваянием! Только огромный опыт, помог справится с расшалившимися нервами. Это был не испуг за свою жизнь, это был ужас непонимания.

Больше пяти веков я не видел ни одной женщины вблизи, впрочем и любой эрм на Архипелаге. Часто мне снились сны, недвусмысленного содержания, расстаивая под утро как мимолетный туман, под морским бризом. Тема женщин среди нас была неким табу, но разговоры все равно случались. Ух как в красках представляли, что будет вырвись мы за Завесу! Джарт так поклялся, первый месяц вообще, не вылезать из лучших имперских борделей!

А тут! Да мне хотелось обнять девушку, прижать к себе, даже немного потискать за соблазнительные округлости. И это все! Дальше мои желания не заходили. Мысли о сексе, не находили никакого иного отзыва, кроме полного равнодушия. Не только физического, но и морального. Хорошо хватило ума, прикрыв глаза, протестировать организм, вдруг это побочный эффект измененных тонких полевых структур. Надежды не оправдались, тело было в полном порядке, управляя кровеносной системой легко получилось запустить половые функции. При необходимости я мог часами кувыркаться в постели с красотками, но желания не было… Оглядев зал, с вздохнул с облегчением, к мужикам меня то же не тянуло. Это радовало.

«Кракен мне в собутыльники»! Данную проблему можно решить и попозже. Манящий запах хорошо прожаренной вырезки, затуманивал голову. Кулинария это искусство, кто так не считает либо мучается муками совести от ожирения, либо всегда питался одним фастфудом! Повар «Ассоль» заслуживал звание мастера, отодвигал пустую тарелку я с огромным сожалением. Которое поспешил залить очередной кружечкой светлого лагера.

Пока я утолял свои гастрономические аппетиты, интересующая меня пара наняла еще троих в свою команду. Пришла пора заняться своим «трудоустройством». По походке можно многое сказать о человеке, многие занятия накладывают большой отпечаток на манеру двигаться. Особенно это заметно по мастерам боя, некоторые знатоки могут определить даже предпочитаемое оружие, по одной лишь походке. Оборотень явно относился именно к числу таких наблюдательных. Не сделал я еще и три шага, как поймал на себе заинтересованный взгляд экс капитана. Гляди-гляди, а увидишь только то что выгодно мне.

— Разрешите, я присяду? — моя вежливость несколько не вязалась, с тем что произнес это уже раскачиваясь на стуле, под неодобрительными взглядами имперцев. Одновременно щелчком пальцев пустил охотничий жетон, заблаговременно снятый с цепочки, катиться в руки бателмага.

— Конечно мы привыкли, наблюдать за строем вытянувшимся по стойке смирно! — Перевертыш театрально вздохнул: — но, вот тут другие порядки, — и наклонившись шёпотом заговорщика добавил.: — Тут даже в форму никто не одет! — чувство юмора у оборотня было явно армейское.

— Сочувствую. — Зевком, подтвердил «искренность» своих слов. Северянин в это время, чуть ли не на зуб пробовал мой жетон, вертя его в руках и рассматривая под разными углами.

— Первый раз вижу, специалиста по «хашти»! — неуклюжий комплимент южанина не обманул. Я специально не корректировал свою походку и та прямо кричала, о привычке носить полуторник в наспинных ножнах. Воспоминание о «Мерцающем» болезненно кольнуло, как я его мог оставить!

— Хорошее оружие: — я передернул плечами.: — Есть и лучше. Но и они неплохи.

— В умелых руках все хорошее, — на эту подначку не купился то же. Вытаскивать клинки и тут же что-то доказывать, удел неуверенной в себе молодежи.

— Уг! — Коротко согласился. В этот момент кто-то попытался просканировать ауры.: — А вот этого НЕ НАДО! — мои руки демонстративно опустились на рукояти. При этом с напускной злостью посмотрел, на якобы продолжающего осматривать жетон мага.

— Мангл? — тут же оставив в покое орденский «паспорт», оживился опцион.

— Куда мне! — удивился я, ведь кем кем, а не инициированным магом не был уж точно.: — Простой энергет.: — то есть тот, кто может управлять тварными энергиями своего тела. Те же йоги, вполне могут сойти за энергетов. А в мою «легенду» подобное умение вписывается неплохо.

— Насколько простой? — подобрался перевертыш.

— До возможностей оборотня не дотягиваю, — успокоил я южанина.: — Но то, что кто-то пытается копаться в моих мозгах понять могу!

— Понятно. — Хиортец, облегченно улыбнулся. Тот кто путает сканирование аур, с попыткой прочитать мысли, по определению не может сильно разбираться в тонких материях.: — Больше не повторится, так военная привычка. — В подтверждение сказанному, вернул жетон и развел руки в примирительном жесте.

— Какие наймы предпочитаешь? — мгновенно перевел разговор в другое русло оборотень.

— Моё хобби охота за древностями. — Бармен упоминал о каком-то поиске, вполне возможно что команду собирают как раз на что-то подобное.

— Кхе! — по лицу мага пробежала улыбка. Не ужели я угадал?: — сколько обычно просишь за сутки найма?

— А вот тут, предпочел бы сперва услышать ВАШЕ предложение.: — Э нет, я даже примерно не ориентируюсь в мутной воде расценок.

— Найм на два месяца, по динару в день. Каждый день выше срока полуторный тариф. В случае успеха похода, одна треть дохода делится между рядовыми членами отряда.

— Заманчиво: — явно не обычный найм, те же гномы предлагали по динару в неделю и наемники были очень довольны. — Только куда идти и за чем?

— Об этом только на корабле! — взгляд северянина стал колючим.: — За предварительное согласие, пять динаров прямо сейчас. Подробности похода, на третий день плавания. Если там решишь отказаться, задаток при тебе и на том же корабле вернешься обратно. Подробностей сейчас не будет!

— Значит если мне не понравится конечное предложение, я спокойно вернусь сюда с пятью полновесными динарами? — всем своим видом, постарался выразить недоверие к услышанному. Просто так деньги не дарят.

— Именно так: — оборотень не скрывая своего любопытства наблюдал, за войной меж алчностью и опасением, разыгравшуюся на моем лице.

— Корабль принадлежит вам?

— Нет, мы пойдем на «Сарагосе», это скоростной трим из эскадры Черного. Выход в море завтра после полудня.

— По рукам! — услышав, что судно принадлежит не нанимателям, а пиратам, облегченно вздохнул.: — Когда я получу задаток?

— Когда ступишь на палубу «Сарагосы», — хиортец устало улыбнулся. Давать деньги вот так в трактире, в его планы явно не входило. Делано расстроившись, я скрепил договоренность рукопожатиями с обоими нанимателями. Затем поймав, за локоток разносчицу, попросил добавочно принести за мой столик легкого салатика и еще пива.

«Мне только с семиступами договариваться»! Еле еле удалось, пройти в переговорах по грани: между олухом с завышенной самооценкой и профессионалом класса элит, который никогда не наймется непонятно к кому. Чуть не спугнул удачу, а все от недостатка практики общения. Хотя, ну с кем мне болтать на Архипелаге то было, не с кракенами же? Так что буду считать удавшийся найм, несомненным успехом! Можно было расслабится и получать удовольствие от местной кухни.

Дегустируя различные яства, не забывал поглядывать по сторонам и прислушиваться. Мои познания в местном сленге и манерах, пополнялись с потрясающей скоростью. Уже изрядно захмелевшие наемники, составляющие значительную часть посетителей трактира, не страдали излишне тихой речью. Только одно маленькое «но», мешало мне полностью обрести душевное равновесие. В противоположенном от меня углу, сидел с головы до ног закутанный в серый плащ посетитель. Не люблю я вот таких тихо сидящих и прячущих своё лицо, еще больше настораживало то, что его как будто никто не замечал. Только бармен, лично выходил из-за стойки и подливал ему пиво.

За соседним столиком, перепивший наемник, раскачиваясь на табурете потерял равновесие и опрокинув на себя недопитую кружку, грохнулся на пол. Проследив за бесплатным представлением и отсмеявшись, решил вернуться к прерванной еде.

Кровь рванулась по венам, время послушно замедлило свой бег. Краем глаза замечаю серый плащ незнакомца, который еще секунду назад сидел в другом конце зала. А теперь он стоит в полуметре от меня!!! «Хашти» бесполезны, слишком быстр незнакомец, даже не пытаюсь к ним тянутся. Отталкиваюсь ногами, заваливая тело со стулом на спину. Не успеваю. Фигура в плаще, уже за моей спиной и предотвращает падение.

Руки невозможной силы, опускаются мне на плечи.

Спадает капюшон, открывая длинные иссиня-черные волосы.

Серые, как оружейная сталь и чистые как ночное небо глаза с укоризненной усмешкой разглядывают меня.

— Совсем не ожидал тебя тут увидеть! — голос выдает неподдельную радость. И Творец ставит стул вместе со мной, обратно за столик.

Глава III

Не всегда, даже на одни и те же чувства, мы реагируем одинаково. В одном случае при страхе мы бежим, в ином замираем в параличе, а иногда страх превращается в агрессию. Если даже испуг так многовариантен, что ж говорить о более сложных проявлениях. Таких как удивление. Безмерное удивление, приправленное значительной долей первобытного ужаса.

Вот и сейчас, вместо положенных стандартных реакций, моё тело повело себя вопреки всем, вбитым в него за столетия рефлексам. А именно без участия разума, попыталось спрятаться под стол. Почему безучастия мозгов? Ответ прост: в тот момент их не было! Мой рассудок как выключили.

Разумеется этому виной было не что-то сделанное моим неожиданным собеседником. Просто увиденное, вогнало меня в шок.

— Ты раньше не пытался, бухаться перед мной на колени!? — спокойный, с изрядной долей ехидства голос, вернул мой разум обратно на законное место. Как раз в тот момент, когда подбородок поравнялся с краем столешницы, а все остальное тело уже спряталось, за массивным столом.

— Последний раз, когда я пачкал свои штаны в коричневый цвет, по воспоминаниям моей мамы, минули когда мне было два года. Я был на грани! Обновить сей жизненный опыт. — Заканчивал я это откровение уже уверено сидя на стуле.

— Я настолько страшен? — удивленный и слегка обиженный взгляд, дополнил глубину интонаций.

— Ну что Ты? Ты просто милый и совсем не страшный плюшевый мишка! — Мой взгляд и бившая тело дрожь, явственно говорили о обратном. Нет, я не пытался обмануть сидящего на против. Это с детства у меня, когда язык обгоняет мозги.

— Хммм, — проворчал, ослепительно белый игрушечный панда, с ценником на правой лапке. — Тебе и правда так удобнее? — и видя как я подавился пивом, Творец принял прежний облик. — Шутник ты.

— Это я не в себе немного, — зачем скрывать очевидное?

— Вижу: — если я не ошибся в интонациях, произнесено было с явным сочувствием.: — Ты конечно не поверишь, но увидеть тебя здесь, было для меня боооольшой неожиданностью.

— Поверю: — я не первый раз встречался с Ним, да и зачем Ему врать? Сказанное Творцом, сильно упокоило. Значит Он тут не по мою душу, из-за бегства с Архипелага.: — Смею надеется, наша встреча не означает, что мне дадут пару подзатыльников и за шкирку оттащат обратно за сферу?

— Ээээ, — полный недоумения взгляд, по анимешному огромных глаз.: — Я лишь создал Законы. И если ты сумел, прорваться сквозь барьер, то честь тебе и хвала. Наша встреча, в данном месте и правда для меня случайность. Хотя надо признать, такого способа прорвать барьер Непроницаемости, не ожидал!

— Случайность не более, — волна облегчения, теплом прокатилась по телу, снимая дрожь.: — А много способов выбраться с Архипелага, Ты закладывал при создании сферы? — Ну вот опять, язык впереди мозгов.

— Немного. Если быть точным ни одного!: — кружка недоуменно замерла на половине пути к моему рту..: — Я не зря назвал окружающий Архипелаг барьер «Сферой Непроницаемости».

— Но как???: — я и правда был удивлен.

— Мир меняется. Он не статичен и я этому безмерно рад. И если говорить честно, — тут голос упал до шепота, — когда Мир обрел плоть, он уже сильно отличался от задуманного. — Веселый смех, показал это нисколько не расстраивало Творца!: — Как говорят, ни один план не выдерживает встречи с реальностью. Или ты думал, я из садистского удовольствия, оставил возможности выпускать адских гончих или демонов? По задумке все было строже. Этот Мир живой: — и столько любви было в этих словах.

Я стал лучом утреннего солнца, озарившим распускающийся мне на встречу цветок. Я был теплым бризом, согревшим озябших под утро влюбленных. Первым ростком пробившимся весной. Я был всем. А скорее меня не было, растворив без остатка в любви и нежности.

— Извини. Я забылся и… просто прости…: — наверно можно было возгордиться. Сам Творец просит прощения, но мне было не до этого. Слезы застилали глаза, огромными каплями скатываясь по щекам, разбиваясь о дубовую столешницу.: — Ты позволишь?

— Да, — прошептал я или мне показалось, что прошептал. Но поняли меня правильно. И воспоминая поблекли, став далекими как забытая кинохроника.: — Спасибо. Иначе я не смог бы жить дальше.: — Это было правдой, такие чувства не предназначены для существ стоящих на моем уровне развития.

— Полегче?

— Намного! — в подтверждение сделал огромный глоток пива.

— Я отвык от прямого общения, — с видимым удовольствием Он отпил из своей кружки. Может быть у Него там налито, что то другое? Моё пиво было неплохим, но не более.

— Нам, что из разных бочонков наливают?: — ну вот кто тянет мой язык, бежать галопом?

— ОО!! Конечно!: — легкий взмах руки и моя кружка до краев наполнена янтарным элем Торгвильской пивоварни. Кто раз пробовал ЭТО, не забудет никогда! Настала моя очередь зажмуриться от удовольствия после первого же глотка.

— И часто Ты, вот так сидишь по кабакам?: — мне и правда было очень любопытно!

— Редко, надо признаться вообще первый раз. По Миру гуляю чаще конечно, но вот в таверны еще не забредал.: — И вот тут мне стало страшно. Не холодным ознобом испуга, а по настоящему, когда голова дает сигнал, а не хмм другая часть тела. Это что ж происходит, если рядом сидящий Творец, первый раз за всю историю Мира решил напиться в первом попавшемся кабаке?

— Всё так плохо?: — эль и душевный разговор, это хорошо. Но, я полюбил этот мир и чувствовал себя обязанным его создателю.

— Расслабься!: — мой собеседник искренне рассмеялся.: — Я не решил налакаться, до свинячьего визга. Апокалипсис не грядет, в этом можешь быть спокоен.

— Я рад!: — но вот какое то чувство не давало расслабиться.: — и что никаких проблем, просто так пьем эль?

— А вот этого я не говорил. Проблемы есть всегда. Уж больно хлопотно быть тем кто я есть.: — Вот этому поверилось сразу. Это только малограмотные обалдуи и дураки думают, что власть и мощь решение всех проблем. Неее конечно проблемы и неприятности этих не шибко умных людей, легко решаются имей они власть. Только им не невдомек, что на смену их мелким неприятностям, приходят совершенно иные ПРОБЛЕМЫ!

— Чем глубже в воду тем толще кракен, — не преминул прихвастнуть я, знанием местного сленга.

— Это точно, — тяжело вздохнув Творец, углубился в изучение содержимого кружки.

— Могу чем-нибудь помочь?: — кому-то покажется глупым подобный вопрос, заданный могучей сущности. Но чем выше забираешься, тем больше ограничений.

— Можешь. Я как раз думал как обойти одну проблему.

— Мы точно тут случайно встретились?: — Позволил усомниться я.

— Для меня да, случайно. А так кто знает? Разве что Изначально Первый.: — этот ответ был совсем не тем, что я ожидал услышать. Но в том что он правдив сомневаться не приходилось.: — Случайности и совпадения, настолько эфемерная материя, что я предпочитаю не углубляться в её познание. Одни считают, что все происходит по воле Его, другие что все в руках нас самих. Это вопрос веры, а не знания.: — Неожиданная для меня откровенность.

— Думал, что кому кому, а Творцу это известно!: — и это было правдой. В ответ услышал беззаботный смех!

— Творцом я был в момент Творения. А сейчас, я Сотворивший и Страж этого Мира, не более.

— Эээээ, а есть разница?

— Она огромна! В момент Творения ты почти всемогущ, а после… Просто могуч.: — И подмигнул, явно давая понять, что эта тема пока закрыта.

— В общем все сложно.: — В этот раз для разнообразия, язык не успел встрять в разговор раньше разума.: — Так что за неприятность случилась?

— Когда то очень давно. Задолго до того как я и помыслить мог, что стану тем кем являюсь.: — Многозначительное начало, было прервано глубоким глотком эля.: — Эта старая история не так страшна, — Творец, а называть его иначе у меня не получалось, улыбнулся, видя мою угрюмую сосредоточенность. Уж больно я привык к штампам. Таким как: «чем древнее история тем она страшнее».: — Я дал обещание о своей помощи, одному разумному. Слава Изначальному, одноразовое обещание. И вот мне об этом напомнили. В принципе, я давал простое обещание, не клятву. Но вот пробовать чем обернется не соблюдение своего слова, на моем нынешнем уровне Сил, как то не хочется.

— Да и просто не красиво, может получиться, — вставил я свое мнение.

— И это то же важно, я привык соблюдать договоренности, — кивнул мой собеседник. — Ситуация проста и не стоила бы и ломаной баронской полумарки. На Хальгвана идет охота, кто-то его преследует, по мирам.

— Хальгвана?

— Так зовут того, кому дано обещание. Слабый маг, по меркам внешних миров, только и умеющий продлевать свою жизнь, да ходить по звездной тропе.

— Какой тропе?: — судя по всему сегодня Творец разговорчив как никогда. И не выведать у него побольше информации было бы глупостью.

— Один из способов перемещения не более, это не важно сейчас.: — ну хоть что-то, как не хотелось мне более развернутого ответа.: — То что я знаю: преследователь одиночка и он не принадлежит Силам Источников. Из чего можно предположить, что это чуть более сильный маг чем сам Халь.

— Нужно уничтожить того кто охотится?

— Нет. Просто задержать на некоторое время. В течении шести часов будет достаточно. Старый полумаг хитер, по его плану он уйдет по пылевой тропе, начав путь в мире соседствующим с Потоковоротом. Дорога созданная из звездной пыли растает в таких условиях очень быстро и найти его след станет невозможно.: — Если бы я что то понимал из терминов, что такое звездная пыль из которой можно «строить» дороги? И что есть Потоковорот? Но судя по интонациям Сотворившего, подобным вопросам сейчас не время.

— Суть понятна. В чем сложность?: — это и правда удивляло, для сидевшего со мной за одним столом, проблема не стоила и выеденного яйца муравья.

— В том что я не могу покинуть Леньйю.: — не имей я такого самообладания, челюсть от удивления пробила бы столешницу.

— Ты пленник мира который сам и создал?: — может это имелось в виду под «Страж этого Мира»?

— Нет!:- как он умеет так беззаботно смеяться?: — Я волен в своих перемещениях. Но сейчас не могу.

— Почему?: — опять вырвалось прежде, чем успел прикусить язык.

— Что ты знаешь о Диске Миров?

— То что ты сам в предыдущих наших встречах рассказывал. Ну и пара своих наблюдений и выводов.: — Мне собираются ответить?

— Ну тогда общую картину представляешь. Остается немного дополнить. Каждый сотворенный мир представляет огромную ценность. Насколько большую? Скажу лишь одно, за всю историю Диска было сотворено меньше двадцати миров.

— Ого.: — удивлению не было предела! За миллиарды лет вселенная породила немногим больше десятка Творцов! Я посмотрел на Него с еще большим уважением.

— И еще, как думаешь сколько таких миров существует сейчас?

— Ээээ, вопрос подразумевает что их меньше, чем создавалось?

— Намного.: — в интонации промелькнули стальные нотки.:- Такой мир один.

— Наш????: — да наш, я его не создавал, но он то же уже мой и давно.

— Да наш мир единственный из сотворенных, что существуют сейчас во вселенной.

- ###!!!: — непроизвольно вырвалось из глубин памяти. (прим. автора: «я против мата в книгах, но реальная жизнь, даже исключительно вежливых людей заставляет матерится, подразумевается банальное «Бля»» не забыть удалить)

— Лаконично!: — и подмигнул.: — Миры подобные Леньйе уникальны, в этом их ценность и опасность, для Источников. Сейчас как назло обострился пограничный конфликт.

— Порядок и Лимб?: — насколько я знал, именно в нейтральной зоне, меж этих этих Сил мы и находились.

— Именно. И если на счет Ада можно не беспокоиться.: — Вот тут я наверно согласен, черпающие силы в Источнике Огня, редкостные раздолбаи. Занимающие по праву второе место, после хаоситов в этой категории.: — А вот по полевому уставу Пирамиды, в области обозначенной как пограничный конфликт, обязательно должна быть поисковая группа.

— Значит подобная группа где-то рядом.: — Это не было предположением. Это было фактом, сомневаться в котором не приходилось. Если прописано в регламенте Порядка, наличие такого отряда, то скорее вселенная схлопнется в сингулярность, чем будет нарушена инструкция.

— Хоть мы и находимся в труднодоступном для обнаружения месте. И нас надежно прикрывает Потоковорот, — ну вот опять этот термин.: — В Пирамиде, не исключают возможность нападения Лимба из зон штормовой нестабильности. В общем, мне приходится находиться здесь, отводя поисковые заклинания Порядка.

— Что будет если Мир обнаружат?

— Нас попытаются подмять под себя. Не факт, что откровенной войной, но свара будет не шуточная. Неведение Источников о нашем существовании, лучшая защита от подобного.

— Если Тебе не отлучиться, то что мешает послать слуг внешних сводов? Насколько я знаю, силушки у них с огромным избытком!:- воспоминания заставили поежиться.

— Они плоть этого мира, их сила растает вне его.

— Аватар?

— Не балуюсь подобными штучками, мне не по себе от такого.

— Архимаг? Или кто-то из Великих?

— У них свой путь. Да и магические энергии вселенной несколько отличаются от наших, потребуется много времени на адаптацию.

— Драконы?

— Эххх, — и просто махнул рукой.

— Насколько я понял, Твоя радость при виде меня. Была не только из-за того, что давно не виделись?: — позволил себе подковырку.

— Не только. Ты сильно огорчен?

— Неее, так самую чуточку: — сказать по правде совсем не огорчен. Столько любопытной информации!

— Поможешь мне?

— А Ты сомневаешься?

— Нет, что бы эрм отказался от такого, не представляю.: — Что ж ты знаешь о нас такого, что никак не можем понять мы сами. Но эта тема была давним табу, с момента нашей первой встречи.: — Но вдруг у тебя есть какие-то свои планы?

— Есть, но до завтра я свободен. Да и планы так себе, не обязательные. Могу отменить.

— Не надо. Если согласен, то завтра по утру будешь уже здесь.: — хммм, попросить что ли, оказаться не тут, а восточнее на несколько сотен миль, на материке? Но нет не стоит. Неприятности Творца это проблемы всего Мира, а мои лишь меня одного.

— Мои шансы справиться?

— Очень велики, ты почти не зависишь от использования внешних энергий.

— Там где я жил, этому быстро учишься.

— Ты зол на меня, за столетия проведенные за сферой?

— Уже нет, — и с удивлением понял, что это правда.

— Да и маги средней руки тебе не конкуренты.: — «О как!», мои брови чуть не заползли на лоб от удивления.:- А то что уже не в обиде, это правильно. Иначе было нельзя. Просто поверь, нельзя…: — принесенные две новые кружки пива, ненадолго прервали разговор.: — Но продолжим. Задача у тебя простая. Прибыть на место, а это я обеспечу. Дождаться ухода Хальгвана. Не дать преследователю уйти в тропу пока та не растает.

— На словах всегда всё просто. Есть несколько вопросов.: — и дождавшись кивка собеседника.:- Что надо знать о мире в который меня занесет?

— Он не содержит разумной жизни. Затерянная во вселенной никому не нужная планетка, на отшибе от всех путей. Пригодна для жизни, но не более. Пару раз становилось полем боя внешних сил. Каменистая полупустыня, почти везде.

— Как мы обойдем поисковые заклятия или меж мировой переход, не заметен для них?

— Обычный переход легко отследить. Но я многое почерпнул, на твоей прародине. Ты уйдешь по струне и так же вернешься обратно.: — теория суперструн в магическом исполнении? Оригинально!: — Так как подобные методы перехода не известны Источникам, отследить его не смогут. Одень вот, — через секунду я защелкнул массивный медный браслет на запястье. Ничего особенного, просто гладкая изогнутая пластина, без каких либо узоров или орнаментов.: — Это струнный маяк, позволит вытащить тебя обратно. Активируется простым трехкратным похлоповынием по браслету. Также это средство экстренной связи. Правда не надолго и связь односторонняя. Ты меня услышишь, я тебя нет. Но чем богаты тому и рады. Так же актирована функция возврата, через определенный промежуток времени.

— А по виду не скажешь, что настолько сложный артефакт.: — все мои потуги увидеть, хоть какой-то отголосок магических полей в браслете, были безрезультатны.

— Я очень надеялся на такой эффект.

— Остановить преследователя любым способом? Вплоть до физического устранения если понадобиться?

— А вот тут, решай сам.: — ой как этого не люблю.: — Я не знаю, что натворил Халь и за что его так упорно ищут. Вполне возможно, что и не стоит мешать его поимке.

— А как же нарушенное слово?

— Переживу. Гораздо хуже если моё слово используют как прикрытие, для какой либо гадости.

— Если Хальгван, не знает о Твоем нынешнем статусе. То как мне представиться ему?

— Скажешь что ты посланец Радужного, он поймет.: — «Радужный» от! семь семиступов! а так хотелось услышать ИМЯ.: — И не хитри, — с улыбкой мне погрозили пальчиком. Детская на вид угроза, но воспринял я её серьезно.

— Учту.

— Ты всегда умел вовремя остановиться, впрочем как и остальные, те кто стал эрмом.: — Но строгий взгляд, ясно давал понять: «ничего кроме намеков от меня не добьешься».

— Когда приступать?

— Ты не поверишь…: — Многозначительная пауза и на дубовую поверхность ложится, в потрепанных временем ножнах, мой вековой спутник.

— Я готов.: — ладонь привычно обхватывает рукоять «Мерцающего». Улыбаюсь.

Как то трудно поверить в подобные случайные встречи. С этой мыслью мироздание гаснет…

Что бы в то же мгновение вспыхнуть опять. И почему, моё появление в последнее время сопровождается катаклизмом местного значения? Сперва чуть не обрушил церквушку. Сейчас, вполне по канонам начальной физики, произвел большой БАДА-БУМ!!!! Моё тело мгновенно материализовалось в точке пространства, всё бы ничего, будь вокруг вакуум, а не атмосфера кислородной планеты. В пяти метрах вокруг меня, все валуны превратились в мелко раздробленное крошево. А взрывная волна отразившись от ближайшей скалы, чуть не сбила меня с ног, только и успел широко открыть рот, так бы оглох как сурок во время спячки. Эхо еще несколько минут гоняло меж валунов отголоски моего «незаметного» перемещения. Интересно, а таверна то цела? Я же оттуда исчез мгновенно, а вакуумный взрыв по разрушениям должен быть страшнее, чем произошедшее тут.

Окружающий пейзаж в точности совпадал, с тем что ожидалось. Каменистая полупустыня и редкие скалы покрытые низким засохшим кустарником. Местное солнце находилось в зените, нещадно опаляя местную убогую растительность. Сплюнув на ближайший, чудом уцелевший, валун, послушал шипение испаряющейся влаги. Жарко. Захотелось спрятаться в тенечек, а уже после подумать, как собственно искать убегающего. Сухой воздух непривычно обжигал нос, привыкший к влажности близкого моря. Не люблю пустыни, ничего страшного они мне не сделали, просто иррациональное неприятие.

Из-за высоко висящего светила, тени даже от самых крупных валунов, было не достаточно. Пришлось направиться в сторону массивной одиночной скалы, как раз той, что отразив ударную волну чуть не оглушила. Несмотря на своё негативное отношение к такой местности, в данной ситуации она была скорее плюсом, незаметно подкрасться тут проблематично. Тело то за камнями спрятать легко, а вот ауру местный кустарник не замаскирует, слишком мало в нем жизненных сил.

Что ж тут за камни то такие, буквально через двадцать шагов, прослужившие мне верой и правдой, без малого пятилетку, сапоги приобрели несколько рваных дыр, не предусмотренных сапожником. Так через шаг поминая Творца, в не лесных для него выражениях, я и шагал по поверхности незнакомой планеты. Первопроходец прямо, возникла мысль сложить памятный монумент или выцарапать на ближайшей каменюке, бессмертный шедевр «Здесь был…».

Стоп! Иду смотрю себе под ноги, думаю о чем то совсем не том, все внимание на том как не сделать новые дырки в подошвах. Чуть не пропустил. Внешне скала как скала, но приблизившись на десять метров к ней, ощутил какую то неправильность. Подобрав мелкий осколок, бросил в подозрительную часть склона. Камень, вместо того что бы отскочить, как и подобает всякому уважающему себя предмету при встрече с горной породой, беззвучно канул в утес. Опа… Магически наведенная иллюзия, голограмма проще говоря, закрывала значительный скальный участок. Так как это заклинание еще и блокировало энергетический фон, пришлось очень тихо и аккуратно подкрадываться. Подойдя вплотную, обнажил «Мерцающий» и последний метр преодолел в прыжке сквозь морок. В принципе, если за ним скрывается кто-то способный справиться с подготовленным к обороне эрмом, моя миссия бессмысленна.

Ну вот что я сегодня такой дурной? Как птерадонт! Целый день на какой то своей волне нахожусь, мало совпадающей с реальностью. Чуть подумать то стоит! прежде чем очертя голову куда-то кидаться. В общем, магия иллюзии была не односторонней и перекрывала доступ внешнего света. А оказаться в темной пещерке, после солнечного дня. И кого я такой умный тут хотел победить? За те пару секунд пока моргал, да отходил от шоковой боли в области колена, в темноте налетев на край чего-то массивного, из меня можно было сделать вермишель кучей способов.

Но Создатель видно благоволит ко мне. Вход в пещеру находился почти по прямой от места моего явления. Взрывная волна, прокатившись тут навела изрядный беспорядок, попутно лишив сознания временного хозяина данного помещения. Который бесчувственным валялся на камнях, с изрядной шишкой на лбу. Ничего впредь будет ему уроком, что кроме иллюзий надо защищаться чем-нибудь по существеннее.

Бессознательное тело стоило осмотреть повнимательнее, чем потирая ушиб и занялся. Высокий статный мужчина, человеческой расы. В возрасте далеко за…, благородная седина, правильные черты лица. Чем то неуловимо ассоциировался он с дворецким, что открывают двери в лучших аристократических домах. Одежда строгого покроя, не аристократический шик и не аляповатость которую торговцы почитают за признак достатка. Скорее костюм английского денди выбравшегося на сафари. Что изумительно дополнял массивный кожаный саквояж, монументально стоящий рядом, такое ощущение, что упасть от взрыва было выше его достоинства, так и стоял где поставили, наплевав на ударную волну. Разумеется в пещере когда то было освещение, о чем не двусмысленно намекали, огарки свечей раскиданные то тут то там.

Дальнейший осмотр пришлось прервать. Местный хозяин очнулся. Хитрый какой! Внешне, это было совсем не заметно: не дрогнул ни один мускул, не сбилось даже дыхание. Только лежащее тело окутал, не заметный простому взгляду, магический щит. Наиболее близко характеристики данного щита, походили на стандартную «Защиту Оффера» 3-го класса. Не густо: всего 4-й курс университета Рааста, и это для мага в таком возрасте! Не великий талант, притворялся бесчувственным передо мной. Ну что ж Хальгван найти тебя было проще, чем думалось. Хотя появись я из струны прямо в замкнутом пространстве пещеры, мой квест можно было бы считать завершенным, по причине отсутствия объекта охраны в мире живых. Неприятный мог состояться конфуз.

— Право, не стоит притворяться. Я не затем здесь, что бы причинять вам вред.: — сперва хотелось устроить маленький спектакль, разыгрывая неведение и присмотреться за поведением старого мага, но потом передумал.

— Это очень заметно: — голос аж сочился ядом, от вложенного в эту фраза сарказма.: — И ударили вы меня не со зла конечно, а так здороваетесь?:- тембр и манера речи, уверенного и знающего себе цену человека. И то хорошо, не люблю спасать слизняков.

— Я вас не бил, — на что Халь, с усмешкой потер огромную шишку на лбу.: — Это побочный эффект меж мирового перехода. Смею заверить, неожиданный.: — надо быть повежливее с ним, как ни как знакомец Самого!

— Не знаю, таких «побочных эффектов», а в данной области я знаток!: — уверил он меня, при этом выжидательно посмотрев. Хочет объяснений? А вторую шишку на лоб он не хочет? Пришлось посмотреть на него, как на полоумного. Я собой гордился, получилось великолепно, тема разговора мгновенно сменилась.: — Насколько я понимаю, вас прислали меня защитить?:- Вот вежливый какой. Но это не вызывало и толики раздражения, именно такую речь и ждешь от человека подобного типажа.

— Если вы назовете свое имя, я скажу та ли это.: — Охранять случайно встреченных людей в мои планы не входило. А вдруг я ошибся?

— Эрген фас ан Альварес Тьенри!

— Накладочка вышла, приношу извинения.: — И развернулся к выходу.

— Пославший тебя, знал меня под именем Хальгван.: — захотелось уронить этому вежливому снобу, что-нибудь тяжелое на ногу. Не со зла, а просто так.

— Пославший меня кто?: — а вдруг?

— Я его знал как…. Радужного.: — ааааа! хромой семиступ! в начале же хотел сказать иное имя. Это было понятно по короткой заминке. Не прокатило. Но настаивать не следует. Да что я мучаюсь, при следующей встрече прямо в лоб и спрошу, как Его имя, а то любопытство загрызет.

— Да я ваша охрана.

— Тогда будьте любезны покинуть пещеру. И не заходить в неё до окончания ритуала, — жестом остановив мой вопрос, продолжил: — когда он завершится вы поймете. И надеюсь больше вас никогда не увидеть молодой человек. Прощайте.

И с присущей ему вежливостью, аккуратно под локоток выставил меня на солнцепек. Замечательно! Великолепно! Впрочем, а что я хотел, скорее всего меня приняли за наемника. Из глубины, оставленной за спиной пещеры, донеслось бормотание: «а на что я рассчитывал, говоря что Источники не причем? Надо было сказать правду». По этой фразе стало понятно: Меня не оценили как достойную боевую единицу раз, и Халь предоставил не всю информацию Ему о преследователе два. Вряд ли соврал и тот принадлежит Силам, но судя по реакции, не намного уступает тем по возможностям. По крайней мере Хальгван считает именно так. Лёгкая замировая прогулка, судя по всему накрылась панцирем блестящей черепахи.

Местное светило чуть отклонилось и мне удалось найти спасительную тень. Подслушать еще что-то любопытное больше не получилось. Видно к обычной иллюзии добавилась и шумоизоляция. Магия вообще удобная «штука» если знать и уметь.

Жаль, что о «преследователе» я не знаю почти ничего. Кроме оговорки подопечного, о том что нахожусь с ним в разных «весовых» категориях. Но не все так страшно как может показаться на первый взгляд. К примеру падшие ангелы то же являются представителями Сил, причем не из последних в иерархии Ада. Да и оценить мой боевой потенциал, у Халя вряд ли получилось правильно.

Просто сидеть в тенечке и ждать, было конечно заманчиво. Но, крайне не дальновидно. Собрав волю в кулак, заставил себя выйти на солнцепек, надо было осмотреться повнимательнее.

После двух часового нарезания кругов по каменистой местности понял, что мог бы и никуда не ходить. Пейзаж не отличался разнообразием, камни большие, камни маленькие, камни огромные… Магические потоки очень слабые и управление ими оказалось выше моих способностей. Даже простейшую сигналку, не удалось сплести. Бедный и серый мирок, во всех отношениях. Впрочем, я же не собирался тут задерживаться дольше необходимого, так что горевать о местной убогости причин не было.

«Внимание! Потоковая нестабильность класса «Си», с магнитурой 7 баллов. Направление северо-северо-восток. 92 % вероятность императива «Гость», 8 % местная маг-аномалия.»

Минуту стою в немом изумлении, разглядывая браслет. Ничего себе «струнный маяк». Ладно он что-то обнаружил, но как это было «ОЗВУЧЕНО»! Какие формулировки!!! Не думаю, что кто-то без опыта преджизни понял бы хоть часть, кроме направления разумеется.

Надо признать, я сам ничего не заметил. Хоть и считал, что такое возмущение энергий как межмировой переход, отследить вполне способен. Впрочем, а так ли много мне известно в данной области? Крохи, так что особенно переживать не стоило.

Повезло. Куда то бежать не требовалось. Я находился как раз на линии, места предполагаемого перехода и убежища Хальгвана. Оставалось только подождать и судя по всему совсем не много.

Никаких спецэффектов перехода заметить не получилось. Еще секунду назад безжизненная пустыня и вот… По той же пустыне шагает, ловко перепрыгивая особенно острые камни, человек.

С полу километра, разглядеть подробности было невозможно. Но определенно, человекоподобный. Заметил он меня почти сразу, впрочем я и не делал каких либо попыток скрыть присутствие. На удивление, наличие на своем пути незнакомца, Гостя ничуть не смутило. Не изменилось ни направление движения, ни манера, даже скорость шага не замедлил. Лишь скользнувшие по моим астральным защитам, легкими перышками заклинания, выдали его заинтересованность. «Прощупать» меня пытались очень профессионально, думаю ни один классический маг, ничего бы не понял. Слишком легки и невесомы, были щупы поисковых заклятий незнакомца. Только астралу совсем все равно, перышко или кирпич, имеет значение только намерение и направление. Предпринимать ответные действия магического характера, я воздержался, продолжив визуальное наблюдение.

Чем ближе подходил незнакомец, тем больше у меня складывалось ощущение сюрреализма. Так НЕ БЫВАЕТ. Полностью данные чувства оформились, когда Гость подошел на расстояние пяти метров.

— Ты здесь, что бы остановить меня? — голос Гостя, выдавал повидавшего виды, опытного человека. Никакой угрозы, простой и будничный вопрос. Как на оживленной улице спросили «сколько времени?».

Он мне определенно нравился. Чуть выше среднего роста, худощавого, но не субтильного телосложения, с открытым лицом. И спокойным взглядом карих глаз. Уверенный в себе мужчина, которому не нужна внешняя бравада и ненужная агрессия. Опасный. Кивком головы, я подтвердил его догадку, но сказал совсем не то, что ожидалось:

— Да. Но я передумал: — одновременно уступаю ему дорогу.

Ни тени удивления на лице Гостя, будто так и должно быть. Неожиданное препятствие само устранилось. Затевать ненужную сору незнакомец явно не желал. Делает первый шаг и замирает. Как в замедленном повторе, его глаза превращается в два, заполненных безмерным удивлением, озера. Так и застывает, в полуоборота, только веки иногда хлопают. Я не садист и спокойно жду, пока он придет в себя.

— Повтори! — от былой невозмутимости Гостя не осталось и следа.

— Задерживать тебя специально, не собираюсь, — повторяю на чистом русском.

А как еще было обратится к человеку в форме. Да в видавшей виды, но до сих пор опрятной форме с характерным значком на рукаве: «Космические Войска, Космодром Плесецк».

— Земляк? — он еще не верит. В такое и мне тяжело поверить. Сколько до Земли? Боюсь в парсеках даже не измерить. И такая встреча, в захолустном мирке на задворках вселенной.

— Похоже, что так.

— Не верю! — в подтверждение трясет головой, прогоняя наваждение. Безрезультатно, я не желаю развеиваться от такого действия.

— Да мне и самому как то, не по себе. Высадку космических войск, родной планеты я тут никак не ожидал!

— Высадку!? — он грустно улыбается. — А ты шутник. Я давно один. Очень давно. И где та родная планета знаю только приблизительно.

— Жаль! — я искренен, посетить прародину было бы интересно. Хотя! Форма земляка мало отличается, от известной мне. Так некоторыми деталями. Но координальных различий нет. Значит Землю он покинул, не намного позже, того как меня забрал Творец. Мы не только земляки, но и почти ровесники. Через столько веков, плюс/минус пара десятилетий роли не играют. — Я тоже покинул Землю, очень давно. В начале 21го века.

— Ого! Мне «повезло» чуть позже. «Удачный» эксперимент по струнной теории в 2032-м.: — грусть в голосе Гостя, застарелая и скорее «по привычке», чем истинные чувства.

И тут нас прорвало. Воспоминания хлынули потоком. Перебивая друг друга, мы вспоминали! Улочки знакомых городов, поклевка леща, старые кино… Не когда не думал, что столько помню! Местное светило клонилось к закату, а мы все говорили.

— Эээ! Стоп! — нашел я в себе силы прерваться. — Ты тут за кем то шел, можешь и опоздать!

— Ха! Уже опоздал! Старик давно смазал лыжи:- как то Серж, а именно таково было имя Гостя, не выглядел расстроенным.

— Тебя это не заботит?

— Неа! Я как раз раздумывал, как бы сделать так, что бы он «сбежал» от меня не вызывая подозрений. Не обращай внимания, это многоходовая интрига. В мои планы как раз входит его побег: — земляк кровожадно усмехнулся. Наш разговор давно уже шел за импровизированным застольем. У Сергея оказалось что-то вроде скатерти самобранки, в детали вдаваться я не стал. Поднимая очередную стопку водки, он провозгласил: — За хороших людей, таких как ты!

— Неувязочка. Я давно не человек: — недоуменный взгляд и несколько сканирующих заклятий скользят по моей ауре. А Семиступ! Аура то у меня до сих пор изменена на людскую. Снимаю «камуфляж», энергопотоки принимают привычную форму.

— От ёёёё! — Серж инстинктивно отшатывается, проливая водку. Его энергетика подпрыгивает на порядки! Тут пришла моя очередь удивиться! Только что пере до мной сидел средней руки маг, как вдруг… Существо по своей мощи, если и стоящее ниже Творца, то не более чем на пару ступенек! Но земляк берет себя в руки и напряженность резко спадает. — Ты мог бы меня убить, на таком расстоянии я ничего сделать не успевал: — он усмехается, видно коря себя за разгильдяйство. Но стихийный поток воспоминаний сблизил нас. Рядом со мной сидел человек, которого будь у нас побольше времени на знакомство, с удовольствием назвал бы своим другом.

— Убить! Я не настолько буйный, — в подтверждение наливаю ему стопочку. Нет мы не пьяны, хоть пьем не первую бутыль, так легкая расслабленность, не более.

— А нельзя ли по подробнее, рассказать как ты «покинул» Землю и стал тем кем есть сейчас? — вот и начинается серьезный разговор.

— Как ты уже понял. На Земле я был вполне обычным человеком… — мой рассказ даже без подробностей, был долог. Незаметно мы перешли на пиво, оказавшееся как нельзя к стати. Серж повествование не прерывал, лишь из редко вскидывая в изумлении брови. Когда я замолчал, мой собутыльник заговорил:

— Вот это рассказ! Я то думал моя история необычна! А тут, просто… слов нет, изумлен! Но ты позволишь, я сейчас коротко перескажу, что понял из твоего монолога?

— Почему бы и нет? — возражений у меня не было.

— Итак. В начале 21го века. Некая сущность:- подробности о мире Сотворенном и о личности Творца, я благоразумно умолчал, — обладающая Силой, забирает с Земли несколько тысяч человек. Причем каждого в момент перед смертью, подменяя «похищенного», на куклу, что бы на Земле никто не заподозрил. Далее этих людей переносят в иной мир, где каждый из них, меняет свою сущность с человеческой на иную, соответствующую его внутреннему миру! Причем не внешняя мутация, а полная смена СУТИ!

— В первом приближении именно так, только большинство осталось людьми и количество возможных изменений было конечным.

— Обаааалдеееть!!! Тот кто такое сотворил ГЕНИЙ! — Серж был явно впечатлен. — Но продолжу. Так в новом мире появились гномы/дварфы: из людей которые расположены к механике, точным наукам и вообще любители поковыряться в железе и что-то смастерить. Светлые эльфы: из людей, которых на Земле называли «зелеными». Орки: из нацистов, шовинистов, религиозных фанатиков и людей подобной масти.

— Как знаю эту историю я, именно так и было.

— А вампиры из кого «получились»?

— Серж, вот ты мне скажи, неужто тебе никогда не попадался в жизни человек, вампирьи клыки у которого четко отражали бы его суть?

— Попадались! — аж скрежетнул зубами, видимо воспоминание было не из приятных. — А темные, гоблины, драконы и другие?

— Не скажу! Не со зла, но должна же оставаться тайна! — смеюсь.

— Согласен. А из кого произошли вы эрмы? В чем ваша суть?

— Не знаю. И это правда.

— Грустно, ты позволишь изучить твою ауру. Со стороны бывает виднее: — соглашаюсь, а вдруг! Но тщетно: — твоя энергетика очень не обычна. Никогда не встречал и близко подобного. Извини.

— Попытаться стоило. Но я настолько свыкся с этой тайной, что проживу с ней и дальше. Не расстраивайся. Теперь твоя очередь рассказывать!

— Был я из тех летчиков-космонавтов, кто в космос никогда не летал. Вечный «второй экипаж»…

История Сержа показалась еще удивительнее моей и рассказ длился не мало. В 32 году, проводился эксперимент по струнной теории. Что то пошло не так и присутствующего рядом Сергея затянуло в суперструну. Я ничего не понял из технических объяснений, по словам Сержа, данная струна была «полной» или иначе бесконечной и по идее не могла «развернуться» обратно. Но не все проходит так как мы считаем. Из струны его выкинуло, в ничем не примечательном мирке как будто сошедшим со страниц фэнтезийного романа. Маги, короли, эльфы… Там Серж стал наемником, попал на глаза магам и прошел местную магическую школу. В том мире ничего не знали о Большой вселенной. Затем его путь пересекся с межмировом путником, ищущим легендарный Пик Ветров. И ушел из того мира в месте с этим искателем, потихонечку постигая магию иных пространств. Не одно десятилетие мотался землянин по мирам, давно расставшись с попутчиком. Сергей все же нашел сказочный Пик. Где прошел инициацию и стал магом Потока, свободной Силой, кем и является по сей день.

— У меня несколько вопросов, позволишь? — моё любопытство клокотало.

— Любопытство не порок, — как он меня «раскусил». - отвечу на что смогу.

— Что такое Поток?

— Ох… Ничего себе вопросик! Что ты знаешь о Диске миров?

— Это наша вселенная. Одновременно бесконечная и конечная. С одной стороны она бесконечна, с другой можно оказаться на её краю и «постучать по стеночке». Одновременно бесконечна и имеет форму диска. Как так не понимаю, но думаю и не стоит этим занимать голову, — понимающая улыбка. — Сотворен наш Диск искусственно Создателем, в попытке уйти от Общих Законов Изначально Первого. — А вот тут я видимо, сказал что-то собеседнику неизвестное. Впрочем вспоминая свою реакцию на это откровение, то что Серж пришел в себя всего с двух пощечин, вызывало уважение.

— Продолжай и спасибо, за то что привел в чувство.

— Поддерживают Диск в «рабочем» состоянии Источники сил. Их шесть: Лимб, Порядок, Свет, Тьма, Рай и Хаос.

— А вот тут я тебя несколько поправлю, — прерывает меня собеседник. — Для сравнения возьмем средний магический мир. И обычные силы в нем: огонь, земля, воздух и вода. Какой силы не хватает, без чего не будет всех четырех и самого мира?

— Ээээ: — ничего себе вопрос. Разум? Нет эти силы без него легко существуют. Жизнь? То же производная от этого четырехугольника. Хаос, Порядок? Слишком просто. Перебрав еще несколько вариантов, понял что в тупике. — Не знаю!

— Ты точно землянин 21-го века? — в голосе Сержа сквозит сомнение.

— А это то с какого бока?

— Житель не техногенного мира не найдет ответ.

— Вот так задачка. — Получается мне, что бы разгадать загадку, надо обратится не к магическим знаниям, а к воспоминаниям преджизни. Как всегда после долгих раздумий стало понятно, что ответ на поверхности и буквально под носом. Ведь всего в паре шагов от меня, Сергей подкидывал на ладони камешек. — Ответ: гравитация.

— Вот вот, маги не используют её. Все заклинания левитации и полетов лишь обращение к силам воздуха и преодоление гравитации, а не взаимодействие с этой силой на прямую. Так вот то, что поддерживает нашу вселенную, так же как поддерживает обычные миры гравитация, называется Поток. Направленная СИЛА, не энергия, а сила изначальная в нашей Вселенной. Всё остальное производное от неё. — я сидел разинув рот от удивления. — Начинает свой путь Поток внизу Диска. Там струны сил прямы и четко направлены. Воздействовать на них нельзя, это как попытаться расшатать стальной стержень у зацементированного основания. На Дне диска невозможна никакая магия, слишком фундаментальны физические законы, именно в той области находится Земля. Чем дальше удаляется Поток от Дна, тем более «свободен» он становится, тот же прут в метре от фундамента уже можно пошатнуть… На этом промежутке Поток вибрирует и законы не так сильны, эта область считается Обитаемой и составляет три четверти Диска. Магия, Источники, Боги, все это находится в этой части Потока. Дальше вверх Поток становится разнузданной стихией, его нити уже не просто вибрируют, а бьются, разрываются, переплетаются. Жизнь и разум в нашем понимании на верху Диска невозможны. Еще выше Поток врезается в «потолок» и стекает по стенам Диска вниз, что бы с Дна устремится в новый «круговорот».

— Получается, кто может воздействовать на Поток является самым Могущественным существом во вселенной!

— Тот кто повиливает Потоком, без сомнения! Но может это только Создатель.

— А ты, маг Потока?

— Лишь взаимодействовать с ним, но никак не приказывать ему.

— А что же Источники? Что Они, если не поддерживающие вселенную силы?

— Они и поддерживают, только не как несущие конструкции, а как гироскопы, держат Диск в равновесии.

— Всё же получается, что Поток сила более всеобъемлющая и Нити сил его есть везде, даже в области наивысшей силы Источников?

— Нет, не так. Источники в областях близких к себе сами поддерживают Свод Диска. Источники отталкивают Нити Потока от себя, заставляя огибать области своего контроля. Разумеется, часть Нитей прорывается, но основной Поток «обтекает» источники стороной. Вот смотри: — расчистив площадку под ногами, начинает рисовать Серж. — Рядом с нами область границы Порядка и Лимба: — согласно киваю, глядя на рисунок двух полусфер граничащих друг с другом, это я знаю. — Силы источников сталкиваются меж собой создавая энергетические штормы. Но сила Источников проистекает из одной точки. Именно поэтому я нарисовал полусферы. Там же где области влияния смещаются ближе к центру Диска, волны сил Источников соприкасаются не только меж собой, но и взаимодействуют с Потоком. Получается гигантский энергошторм! Глобальный и безостановочный Потоковорот! Самое буйное с точки зрения энергии место во всей вселенной! Идеальный шторм. Сунуться внутрь этого торнадо никому не посоветую!

— Даже магу который на «ты» с Потоком? — так вот, что такое загадочный Потоковорот упомянутый Творцом.

— Это как капитану утлого суденышка, проплыть двенадцатибальный шторм. — Маг изначальной силы, искренен в своем смехе. — Я не самоубийца!

— А Пик Ветров, это Источник Потока? Так же как к примеру Огненная Купель Источник Лимба?

— Нет. У Потока нет Источника. Пик — странное место безусловно и загадочное, но точно по природе своей никак не средоточие сил.

«Обратный переход, через 5 минут. Следующее предупреждение за 1 минуту.»

Ох, как не вовремя, так еще о многом хочется расспросить путника звездных дорог. Но хорошее всегда заканчивается и расстраиваться право не стоит.

— Мне уже пора, — не скрываю горечи в голосе.

— Что так, торопишься?

— Иначе не получится. — В подтверждение своих слов указываю на браслет. Я сильно сомневался, в возможности «уговорить» каким-либо образом, артефакт Творца, отложить перенос «на попозже».

— О как! Ты не волен в своем перемещении меж мирами?

— Подобными знаниями и умениями пока обделен, — вселенная конечно велика и непознана, но меня ждет единственный в ней мир Сотворенный. Поэтому я не огорчен.

— Ага, значит этот предмет, есть артефакт переноса. Хммм, а двоих он способен забрать? Очень мне любопытно посмотреть, во что «вылился» эксперимент с изменением СУТИ.

— Не задавал такой вопрос его создателю, но попробовать ведь ничего не мешает? — Подмигиваю. Думаю Творцу будет интересно общение, с магом уровня Сергея.

— Тебя же наняли, для обеспечения побега моего бывшего мажордома?

— Правильнее будет сказать, не наняли, а попросили.

— Попросили?

— Тяжело отказать, подарившему вторую жизнь: — лицо Сержа резко белеет.

— Я передумал, с тобой путешествовать. — Да что ж такое, маг явно напуган!

— Ты, что так испугался то? — мне и правда не понятно.

— Понимаешь, — Сергей говорит медленно, кажется ему тяжело подобрать слова. — Как только я прошел инициацию и научился понимать Поток, то попробовал добраться да Земли. Потом еще несколько раз повторял попытки. Безуспешно. Так глубоко не способен опуститься ни один маг и даже Бог! Да, что Боги, Повелитель Источника не сможет! А изменить СУТЬ в нашей вселенной не способен никто, кроме… И с этим КРОМЕ, я встречаться не желаю!!! — Он прямо смотрит мне в глаза, ничуть не стесняясь своего страха.

— Ты сделал не правильные выводы. Я не знаком с Создателем. — Видимо Серж не знает о возможностях Творцов. Но рассказать не могу, боюсь за свой мир, лучшая защита для которого: неведение остальных о нем.

— Успокоил… Но все равно, встреча с сущностью подобной мощи, требует подготовки. Я пас, — расслабленная улыбка. Он молодец, быстро взял себя в руки.

«Внимание! Минутная готовность! Начать отсчет?»

«Нет. Предупредить за пять секунд возможно?»

«Команда принята к исполнению.»

— Тебе лучше отойти подальше и закрыться щитами, — вспоминаю о возможных последствиях моего исчезновения из этого мира.

— Энергетически нестабильный портал?

— Просто большой бумс вакуумного взрыва.

— Дополнительная защита от преследования?

— Не учтенные последствия струнного перехода, — тянет откровенно посмеяться, над очередным удивлением Сергея.

— Достаточно было сказать, что обратно ты «уйдешь» по струне. Что бы отбить любое моё желание с тобой путешествовать! Жаль, ты хороший собеседник. — Поджимаю протянутую руку. Как я отвык от этого простого жеста! — Не хочется говорить «Прощай».

— Так скажем друг другу «До свидания»! — с сожалением разрываю рукопожатие.

«Пяти секундная готовность!»

— Уходи, пора!

«4»

Сергей отступает на шаг, вскидывая ладони.

«3»

Его энергетика опять взлетает к небесам.

«2»

Магические потоки «ревут» от перенапряжения.

«1»

Прощальный взмах рукой. Серж не делает попыток убежать. Да и не зачем магу, закрытому щитами класса АА, куда-то прятаться.

«Переход!»

Полумрак «Ассоли» приятен и не режет глаз, после сумерек иного мира.

— Надо же и никаких разрушений?! — И правда, мои прыжки никак не повлияли на местный интерьер.

— А должны были быть? — вскинутые домиком брови.

— Мгновенная материализация объекта, в условиях отличных от вакуума, обычно приводит к некоторым последствиям.

— Приводит… Обычно, — Творец обводит взглядом зал таверны. — Но я тут отдыхал. — Как все просто, причем тут законы физики? Их с успехом подменяет простое желание отдыха, а Мир подстроится сам.

— Он еще нужен или можно снять? — протягиваю руку с браслетом.

— Можно, — с легким щелчком, артефакт возвращается к своему хозяину. — Ты зря время не терял!

— Какой многофункциональный маяк! — судя по реакции Творца, содержимое беседы с Сергеем ему уже известно.

— Согласен, хорошая «игрушка». Все слышит, все «пишет», — обижаться на такую улыбку невозможно. Да и какая разница? Скрывать встречу я не собирался. — У тебя наверно есть вопросы? — Мои глаза загорелись огнем наживы! Наживать не обязательно золото, меня всегда больше тянуло к знаниям.

— Что, вот так на них всех и получу ответ? — моё сомнение резонно.

— Конечно нет! — за что уважаю Его так за правдивость. — Но в некоторой мере, любопытство твоё удовлетворю. Ты мне не только помог, но и принес ОЧЕНЬ важные вести!

— Какие и чем важные? — все заготовленные вопросы ушли далеко на второй план.

— Пик Ветров, снова вознесся.

— И?

— На глобальную арену Большой игры, вернулся забытый игрок. Это в корне меняет соотношение сил, в ближайшем будущем.

— Маги Потока действительно ТАК сильны? — не то что бы не верилось Сергею, но его сравнение Потока с Источниками, я посчитал несколько преувеличенными.

— Если бы Маги Пика, составляли с Потоком такой же взаимовыгодный симбиоз, как Источники и их адепты, а не были бы простыми паразитами Изначальной силы… то у Диска Миров давно был бы один господин!

— Паразитами?

— Да, если называть все своими именами. Они ничего не дают Потоку, только берут, используя в меру своих возможностей отголоски его силы. Но и недооценивать их нельзя! Всего три тысячелетия назад, под властью магов Пика Ветров, была треть Диска. Условно конечно, если вспомнить, что Диск бесконечен.

— Была, а потом сплыла?

— Да, с помощью единственного в истории объединения Источников.

— Всех!? — что бы Рай и Ад объединились? или Свет и Тьма? Я был в шоке.

— Всех, всех… Ну кроме Хаоса, тому как всегда все было параллельно. В итоге Пик был вычеркнут из реальности, как считалось полностью.

— А он возродился, значит ошиблись?

— Безошибочных существ не бывает!

— А как же???

— Даже ОН. Иначе не появился бы Создатель. Всё, эту тему закроем!

— В принципе, я и такого количества ответов не ожидал! — И это правда. — А про наш Мир можно спросить?

— Можно, но совсем немного.

— Расскажи о трех других мифических расах!

— О каких трех?

— Драконы, гоблины, феи. — Гоблины не являются мифической расой в классическом понимании, но меня они очень интересовали.

— Феи? — ох какой ехидный у Него прищур, — об одной из этих рас расскажу. Выбирай сам, о ком хочешь услышать, — как то мне совсем не нравится такой объем ехидства в голосе.

— Выбирать тяжко! — любопытство билось в приступе жадности. Разумеется спросил бы о эрмах, но знал: ответа не будет. Выбрать, выбрать, выбрать… Гоблины отпали первыми. Раз я в большом мире, то сам до них доберусь, если желание не пропадет узнать их поближе. Феи или Драконы. Мучился долго. Но магия названия перевесила. — О Драконах!

— Эта история не интересна. Их разум не смог адаптироваться к полному метморфингу и постепенно они его утратили. Увы не возможность меняться, потеряли разум.

— Сошли с ума?

— Нет, именно утратили разум, а не способность мыслить.

— Ээээээ, разве это разные вещи?

— Безусловно.

— А можно увидеть хоть одного сейчас, ну там в тарелочке с голубой каемочкой, к примеру? — Намекая на народные сказки, подвигаю к центру стола тарелку из под супа.

— Хорошо. Эту блажь удовлетворить легко. — Будь я менее сдержан, засучил бы ногами в нетерпении. В тарелку кладется уже знакомый браслет. Сколько же у него возможностей, еще и ретранслятор! Приготовился смотреть кино. Но ничего не происходило.

— И где? — закономерно вырвалось у меня.

— Там где и просил. В тарелочке!

— Дракооннннн!!!!!???? — чуть не срываюсь на фальцет. После утвердительного кивка, возвращаю взгляд к артефакту. Который оказывается драконом. Сумасшедший мир!

— Твое любопытство удовлетворено?

— Более чем, — я считал себя существом сдержанным, но нервный тик, подергивающей правой брови, говорил о обратном.

— Тогда я тебя покину. Надо подумать… Много и долго. — рассеяно киваю.

Понимаю, что сижу один в обеденной зале. Трактир давно закрыт, на улице глубокая ночь. Но я еще долго покачивался на табурете, погруженный в раздумья, прежде чем отправиться в свою комнату.

ГЛАВА IV

Приближающиеся к моей комнате шаги, прервали замечательный сон. И ведь не помню ничего из того, что снилось, а все равно обидно.

— Открыто, — предвосхищаю стук.

— Эээ, — рыжая шевелюра посыльного еле пролезает в приоткрытую дверь. — Хозяин велел спросить, желает ли господин принять ванну?

— Еще как желает! — вот это сервис.

— Тогда через четверть часа, вас будут ждать.

— Стой! — ишь какой быстрый, уже сбегает. — Где ждать то?

— Уммм, — мальчишка покраснел так, что лицо слилось цветом с волосами. — Первый этаж, повернуть после лестницы налево, в конце коридора.

С чего он так быстро убежал? Отведенное до водных процедур время, провел с пользой. Почистив и подогнав под «хашти» обмундирование. В процессе возникла неприятная мысль. Надо было, что то делать с «Мерцающим». Обладание таким оружием несомненный плюс, но… Стоит мне его обнажить, могут возникнуть множество проблем. Знающий и разбирающийся в оружие разумный, сразу задастся вопросом. А так ли прост хозяин такого клинка? В ножнах меч, как меч, но звезды живущие своей жизнью на голомени, нда проблема откуда «не ждали».

Умывальную комнату нашел быстро, мальчонка ничего не напутал в описании. Впечатляет! Думал увижу деревянную бочку, но никак не мини бассейн два на два. Этот трактир мне нравился все больше. Развесив одежду на специальных перекладинах, погрузился в обжигающую воду. Так, ну а где у нас тут мыло и прочие принадлежности? Взгляд безуспешно рыскал в поисках. Легкие шаги босых ног, открытая боковая дверца впускает миловидное создание. Невесомый банный халатик, больше напоминает фривольное кимоно, почти не скрывающее впечатляющий бюст, а руки заняты парой ведерков. Ууух сколько тут щеточек, скребочков и прочих атрибутов! В горле мгновенно пересыхает, но не от возбуждения. Аааа что б мне играть в ладушки с осьминогом! Что со мной не так!?

— Не надо, — жестом останавливаю попытку девушки, сбросить с себя подобие одежды.

— Господин, желает мыться сам? — изумление с примесью обиды.

— Нет, «господин» желает просто мыться. — Расставляю сразу все точки над i.

— Ну так все равно, — банный халатик эротично соскальзывает на пол. — Не мочить же халат?

Вот где настоящее искусство! Тело и душа просто пели под умелыми ручками банщицы. Стало понятным такое количество различных щеточек. Каждая из них находила свое применение. Это было не просто мытье, а ритуал доведенный до совершенства. Творец, я тебя покусаю при следующей встрече! Лишить ТАКОГО на столько столетий! Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Отблагодарив девушку полновесным динаром, целую ручку, ввергая её в краску.

Легкий салат, заказанный в обеденной зале, был достойным завершением замечательного утра. До отбытия «Сарагосы» остается пару часов, за это время нужно решить, что делать с мечом. Оставить у себя или? У обоих вариантов есть как плюсы так и минусы. Два зверя столкнулись внутри меня. Запасливый хомяк и осторожный заяц. После равной и продолжительной внутренней войны, победу одержал ушастый. Теперь возник новый вопрос. Где оставить клинок? Немного пожалел, что не отдал его Сотворившему. Но что горевать о упущенных возможностях?

— Есть ли в городе место, где можно оставить вещь на хранение? — спрашиваю у уже знакомого бармена.

— Можно и у меня, если это не брильянт в сто карат, — ослепительная улыбка демонстрирует, идеально белые зубы.

— Брильянт то может бы и оставил, но вот оружие… — Всем своим видом выражаю сомнение. И правильно делаю, орки сильно падки на колюще-режущее, как вороны на блестящее.

— Наемник, оставляет оружие перед походом? — тьфу, семиступ, надо же было так проколоться.

— Это родовой клинок, не место ему в простом квесте. — Почти не вру.

— Тогда обратись к мастеру Ордонту, — взгляд орка теплеет, моё объяснение показалось ему логичным.

— К тому сумасшедшему, что не показывается на глаза покупателям, а смотрит на тех только через арбалетные бойницы?

— Ну так вы знакомы, тогда тем более. Очень надежный человек. — Надо же, слово «человек» бармен произносит без презрения. Необычный орк. Но я не любитель решать загадки, просто из-за их наличия. Необычный ну и пусть, Создатель с ним.

— Благодарю, — полудинар катится по стойке. — Я съезжаю. А так как через час мой трим уходит, то Уграр Охар! — вскидываю кулак в жесте прощания.

— Рахо! — зеркально повторяет, как я запоздало понимаю, управляющий «Ассоли».

На самом деле, оставить «Мерцающий» в чужих руках, не настолько безумная идея, как может показаться на первый взгляд. На островах Свободы, очень много значит репутация и данное слово. Потому что нарушение карается не бумажными законами, а конкретной секирбашка. Да и манера ведения дел Ордонта мне импонировала. Несколько параноидальная, но так даже лучше.

Как непривычно в большом мире. Дорога к оружейной лавке за день ничуть не изменилась. Придется устранять, въевшиеся в подкорку, стереотипы Архипелага. Фундаментальная неизменность окружающего радовала своей непривычностью. Ко многому придется привыкать, а то и учиться заново. Воодушевляющая перспектива: отучить себя дергаться по любому шороху.

— Так быстро вернулся! — этой фразой был встречен пройдя процедуры, аналогичные первому посещению лавки.

— С «хашти» все в порядке, — клиентов с претензиями не любят нигде. — Я по другому поводу.

— Радует, — заметно потеплевшим голосом произнес хозяин оружейки. — Чем могу помочь вновь?

— Я нанялся и сегодня отбываю. Но есть проблема, мне сказали вы можете её решить.

— Смотря что…. решить. Может и помогу.

— Родовой меч, не хотелось бы брать с собой. Говорят у вас можно оставить на хранение.

— Кто говорит?

— Хозяин «Ассоли».

— Эта белозубая скотина? — так уж и «скотина», что то я не заметил, для орка, очень даже вменяемый.

— Назвал вас «надежным человеком», — счел нужным конкретизировать.

— Честный орк, где не расскажу все не верят, — это уже напоминает старческие причитания. Но, бесшумно отъезжающая скрытая дверь, выпускает на вид пятидесятилетнего мужчину, которого в темном переулке немудрено перепутать с дварфом. — Показывай свою родовую гордость, — и тут сарказм.

— Кхмм, — а вот это в мои планы не входило. Завернув меч в парусину, думал так его и отдать на сохранение. Пару секунд размышляю, уйти или… Мозолистые руки Ордонта, внушают доверие. — Вот, — снимая ткань, протягиваю ножны с «Мерцающим».

— Скотина! Ей Ей скотина! — отрывая взгляд от текучей пустоты клинка, произносит оружейный мастер. Глаза смотрят обречено. — Родовой меч, — он чуть не плачет. — Коков же твой род, А??!! владелец РАСОВОГО артефакт-меча?!

— Кто ты? — вопросом на вопрос, иначе не получается. Я сам в шоке. Определить, что перед ним артефакт могут многие, но сформулировать и понять так! Три архимага, ВСЁ! Мои знания кричали, больше никто на это не способен! Ну и владыки эльфийские может быть. Заячья сущность во мне вопила «УБИТЬ! Сейчас же!».

— Пятнадцать лет назад, я был Занудой Ордом. — Вспоминаю. Бывший декан кафедры теоретической рунистики, Имперского Университета Хиорта. Ну как меня угораздило, попасть в лавку, чей хозяин потерявший силу маг теоретик. Автор десятков трактатов, о изначальных артефактах. Невезение…

— Нелепое совпадение, — мне согласно кивают. Понимает, что шанс такой встречи исчезающе мал.

— Позволишь, я немного подправлю завещание? — ни капли сомнений. Знает жить осталось не долго. Мужественный человек.

— С чего ты решил, что я тебя убью? — уговори меня в обратном! Бывший маг мне симпатичен, не хочется прерывать нить его судьбы.

— Я не наивный мальчишка. То что узнал Меч само по себе, достаточный повод. Но все это меркнет перед, — глубокий вздох. И вдруг перескакивает на другую тему. — Черный должен был вчера зайти за своим заказом. Так понимаю ждал я его зря. Не так ли эрм?

— Ты ЧЕРЕЗМЕРНО догадлив, — ой как не хочется, умнейший мужик всё же.

— От этого все мои беды.

— Но так же и надежный, — о сколько недоумения! А я вспомнил: — не ты ли более полувека был хранителем «Печати Крови»? — Одного из главных секретов имперской власти севера. Предмет позволяющий точно указать, является ли претендент на трон прямым потомком Императора. Краеугольный камень власти, сводящий «на нет» огромное количество внутренних интриг Хиорта. Надежно охраняемый символ, никто кроме Императора не знает, у кого этот артефакт на хранении. Пять десятилетий и несколько смен власти тащить такую ношу, удел единиц.

— Откуда????

— Этот вопрос лишний, — не рассказывать же о Театре. — Так что возьмешься сохранить?

— Да, — ни вздоха облегчения, кремень мужик просто. Не потеряй он силу, мне пришлось бы тяжко. — Но с условием.

— Ты быстро привык быть торговцем!

— Без подобных умений, грош цена мне как декану. Попробуй выбить дополнительный бюджет для кафедры! — как же быстро он пришел в себя.

— Условие, какое? — прерываю возможный поток воспоминаний.

— Я составляю магическую энциклопедию. Хотелось бы заручится твоей помощью, в раскрытии некоторых аспектов. — ого, такой суровый и настолько просящие глаза.

— Сейчас спешу, но возможно когда приду за мечом, то да.

— Договорились! — протянутая ладонь крепка и суха.

— Хорошо.

— Постой, — окрик останавливает у дверей. — Как Его зовут?

— «Мерцающий».

Закрылась дверь, оставив за спиной, увлеченного в попытке отследить путь, очередной бегущей по клинку звезды, нового хранителя меча. Пусть по развлекается, с непривычки на пару часов затянет точно. А у меня были более насущные дела.

«Сарагосу» найти труда не составило. Как никак единственный тримаран на городском рейде. Почему на прародине так незаслуженно обошли вниманием многокорпусные конструкции? Глядя на хищную красоту флагмана пиратского флота, это было категорические непонятно. Одна только неприятность, по какой то причине трим к пирсу был не пришвартован, с берегом его связывала только шлюпка, снующая с припасами, то к кораблю то к берегу.

С матросами на веслах, удалось быстро договориться, у них было специальное распоряжение, относительно доставки на борт наемников. Вблизи судно впечатляло еще больше. Красив, жаль что несет погибель почти всем, с кем его пути пересекутся на водных просторах. На палубе меня встречал наниматель.

— Рад, что не передумал, — экс-опцион поприветствовал только словесно, руки так и остались скрещенными за спиной. Судя по виду, так же он радовался, не подгоревшей яичнице на завтрак.

— Я на борту и не вижу…

— Что не видишь?

— Аванса! — смотрю как можно более нагло и требовательно.

— Резок ты чрезмерно! — в глазах читается «хам!», но в кошелек полез. Ничего мне с ним не детей нянчить, а в друзья набиваться в мои планы не входит. — Юнга покажет каюту.

Медленно пересчитываю деньги, одну монету демонстративно пробую на зуб. Не переиграть бы. Малолетний пират и правда проводил до каюты. Та оказалась одноместной! О как! Я то ожидал общую для всех наемников. Интересно это только мне такая честь или всех по одиночным расселили? Как оказалось в последствии — всех. Каютой это помещение можно было назвать с большой натяжкой. Сундук, гамак, да три квадратных метра пространства, шик… Выслушав, от юнги правила поведения на борту: одному не ходить, туалет на баке, распорядок дня и т. д., отпустил мальчонку. И что юность так падка на романтику?

Мои мечты, погулять по палубе, поглазеть на море, разбились о суровую реальность. Три дня пришлось сидеть практически взаперти, исключение прогулки до отхожего места. Даже еду приносил юнга. Надо сказать кормили отвратительно, как тут кока не вздернули на рее, не представляю, лучше бы приносили сырую рыбу, она вкуснее местной снеди. Или это такое отношение личное отношение к «гостям»?

Не не сказать, что я скучал. Наконец выдалось свободное время, когда никто не дергал и не нужно никуда бежать. Это время потратил с пользой, для себя любимого. Более качественно подстроил ауру, теперь даже арихимаг не заметит разницы. Обновил скрытые астральные щиты. Тут пришлось повозиться намного дольше. Настроенные на реальность Архипелага, они несли много ненужных и избыточных обычном мире функций. А для отражения разумной агрессии наоборот не предназначались. Эта работа оказалась трудной. Дело даже не в недостатке опыта, реальных боевых столкновений с разумным противником, тут слава Творцу навыки приобретенные на Арене можно было занести в актив. Сколько трудностью было, оперировать энергиями скрытно, очень уж много народу находилось рядом, отделенные только тонкой перегородкой каюты. То что в обычном режиме занимало минуты, приходилось растягивать на часы. На третий день мои занятия прервало появление юнги:

— Велено проводить. — Тьфу сколько высокомерия, по отношению к сухопутной крысе, то есть ко мне.

— Раз велено, то что стоишь? Пошли, — проверяю как выходят «хашти» из ножен. Пара сотен пиратов на борту, всякое может случиться.

— Оружие велено оставить. — Что ему так это слово то нравится? А вот ситуация, нда… Устроить скандал? С другой стороны мы гости на корабле. Теоретически на дружественном корабле. Да и не стоит верить россказням, о пиратах, якобы даже спящих в обнимку со своими тесаками.

— «Велено», — фыркаю, передразнивая юношу: — надо значит надо, — не показывая внутренних сомнений, отстегиваю ножны, аккуратно упаковывая их в сундук.

Не быть мне пиратом: узкие переходы, низкие потолки, что при моем росте вызывало дискомфорт. Толи дело имперские океанеры, там хоть на лошади можно по корабельным коридорам прогуливаться. На палубе выпрямится, то же не получилось, кругом снасти, реи. Парусное вооружение трима, явно сложнее любого однокорпусника. Только перед кают компанией было большое свободное пространство и небо можно свободно разглядеть, без постоянного мельтешения парусины. «Сарагоса» видимо меняла галс, кругом стояла суета, на крики боцмана команда живо реагировала, все время что-то подтягивая, перекидывая, перетаскивая. Остановившись, перед люком в кают компанию мой проводник, жестом пригласил войти. Хорошо хоть не сказал, что то вроде: «Велено зайти», я врятли удержался бы от подзатыльника. Сам юноша остался снаружи.

Помещение порадовало, не только своей чистотой, но и магической шумоизоляцией. Только оказавшись отрезанным от внешних звуков, понимаешь, насколько уже привык к постоянному фону, битком набитого народом корабля. А я судя по всему только меня и ждали. За длинным дубовым столом, уже расположилась разношерстая компания наемников. Как и положено негласным этикетом, наниматели сидели на офицерских местах. Хммм, а вот у них оружие никто не отобрал, не один я заметил это, за столом поднялся недовольный ропот. За исключением юного баронета, остальные были видавшими многое рубаками и подобное им понравится не могло. Но явно никто из экипажа нас не задевал, во время плавания и дальше легкого раздражения дело не пошло. Выставленный на столешницу бочонок рома, утихомирил атмосферу, как масло вылитое на волны успокаивает их ярость.

— Как и обещано, сейчас мы расскажем о цели вашего найма. — Начал северянин, видимо в сладкой парочке экс-офицеров, он за главного.

— После того как мы все объясним, — продолжил перевертыш. — Каждый из вас волен будет отказаться. Отказавшийся останется на борту «Сарагосы» и будет высажен в любом порту по пути следования.

— Что вот так просто? — общие сомнения озвучил коренастый крепыш, с великолепными усами.

— Да просто, но есть нюанс, — краем глаза замечаю, как реагируют наемники на эту оговорку. По разному: кто-то пропускает мимо ушей, а кто-то очень недоволен. Но оборотень быстро выправляет ситуацию: — Трим после нашей высадки, уйдет в рейд на месяц. Оставшимся придется оставаться на борту, все время плавания. Ради вас капитан не повернет корабль. — Опытных людей набрали, вместо вспышки агрессии по поводу возможного месячного заточения, объяснение наоборот вызвало положительную реакцию. Понимают, что не только из-за корабля и его планов эта оговорка, а и то, что через месяц уже будет не важно, что кто-то знает цели и задачи ушедшего отряда. Пообещай они высадить в ближайшем порту, это могло как раз насторожить, слишком не профессионально в лучшем случае, а в худшем высадка только на дно океана, с камешком на ногах.

— Я думаю это честно! — а это кто такой, взявший на себя смелость отвечать за всех? Демонстративно поворачиваюсь в сторону говорившего. Ничем не примечательный индивид, только резкие рубленые движения и явная уверенность в себе, выдают отставного военного. Скорее всего сержант, но так как без особого пиетета смотрит на форменную одежду сидящих во главе стола, то явно не имперских армий. Так как думаю так же как он, да и сам вырываться на лидирующие роли не планирую, то кивком головы подтверждаю, что согласен со сказанным.

— Замечательно, что это условие не вызывает непонимания. — Обведя взглядом остальных, продолжает южанин. И кивком передает слово своему напарнику:

— Непосредственно о цели, ради которой мы собрали отряд. Мы идем в южную сельву.

— Ууууу, — для разнообразия присоединяюсь к общему гулу разочарования. Я рассчитывал, на более цивилизованные места.

— Для охоты на ти-рэкса, нас маловато, — опять встревает уже знакомый усач. Хотя он прав, вместе с нанимателями нас всего пятнадцать. Легенды о мощи и неукротимости этих ящеров преувеличены не сильно.

— Я на такое не пойду!

— И я.

— Я то же не участвую! — разноголосый хор, четко отражал настроения за столом.

— Отставить! — окрик командным голосом, заставляет тишину повиснуть за столом. — Мы идем не за сабром! — о как! Сильна роль стереотипов, наемники недоуменно переглядываются: «а зачем еще лезть в дикие джунгли»?? Кроме как за клыками ти-рекса, которые в измельченном виде являются основным ингредиентом эликсира бессмертия. Да-да, абсолютно без кавычек, чистое бессмертие и идеальное здоровье, очень ценный приз для многих. Много раньше было желающих раздобыть для себя сабр или озолотится с его помощью. Только джунгли и ящеры, давно не оставили от них и воспоминаний. Слишком опасна эта затея, а учитывая то что светло-ушастые, категорически против подобных охот, делает эти походы почти гарантированным самоубийством.

— А что еще делать в этих джунглях?

— Более точно нашу задачу, можно охарактеризовать словом «поиск». Теперь о цели этого поиска. — Что ж не настолько редко собирают команды, что то найти. Мир породил множество занятных вещиц, за которые знающие люди готовы очень сносно платить. — Знает ли кто-нибудь из вас о таком артефакте как «Сиреневая Звезда»?

— Я слышал, немного: — не мудрено, что в компании бывалых людей найдется знаток, хотя бы приблизительно знающий, о чем речь. — Боевой артефакт, вроде достаточно сильный. — Какое милое приуменьшение, для магической бомбочки эквивалентной пяти килотонному заряду.

— Достаточно сильный, слабо сказано. Но нас это должно мало волновать. Главное на него есть покупатель. В случае успеха, каждый помимо ежедневной оплаты получит сверху по паре сотен динаров. — Для многих поход в сельву уже не казался настолько непривлекательным, с такой наградой то! — Восемь десятков лет назад, гвардейская рота собратьев моего напарника, — кивок на перевертыша. — По приказу канцелярии должна была добыть сабр. В нагрузку с ними шел маг с «Сиреневой Звездой», по моей мысли проучить светлых, вздумай те помешать. — Ничего себе проучить такими аргументами. Сильно наверно достали аристократию Рааста ушастые, обрезав поток сабра в Южную империю. — Но что то пошло не так, из похода никто не вернулся, «Звезда» осталась неактивированой. Эльфам она не досталась то же. Приблизительное местоположение артефакта мы знаем.

— Это как искать блудницу в мужском монастыре! Точно знаешь что где то она есть, но попробуй найди! — замечание баронета, вызвало хохот. Но смех смехом, а юнец прав. Искать безделушку в джунглях, затея малоперспективная.

— Это верно, если бы не одно «но», — в подтверждение своих слов имперец, достает небольшую коробочку. — У нас есть компас, настроенный на артефакт. С расстояния около пятидесяти километров, он засечет «Звезду». А так как предполагаемый маршрут роты мы знаем, задача уже не выглядит невыполнимой.

— Но они шли с восточных рубежей сельвы, мы же пойдем с западного побережья. — Логичное замечание озвучил прозванный мной сержантом.

— А никто легкой прогулки, не обещает. Или награда не соответствует?

Еще немного поговорили утрясая детали, но основным итогом встречи стало то, что никто от похода не отказался. Еще наконец-то получилось увидеть всех будущих спутников. Кроме неопытного баронета, у остальных явно это был не первый найм. Не стоит расслабляться, кажущейся простоте предстоящего. Южная сельва не место для загородных прогулок. Поставил бы весь свой аванс в обмен на медянку, на то что не все вернутся из этого квеста.

На выходе из кают компании нас встречали юнги, с приказом развести по каютам. Один из мальчишек, сильно дернул за рукав крепкого бородача наемника, явного выходца горских племен. Рубашка затрещала по шву.

— Смотри что творишь мелюзга! — слова подкреплялись увесистой оплеухой.

— Эй сухопутный, извинись перед мальцом! — вступился за юнгу, немолодой пират, одетый в одни шаровары.

— Много чести, — презрительно сплюнул на палубу горец.

— Что творишь! — плевок вывел морского разбойника из себя. — Ты бородатая вшивая портовая крыса! Не ты драишь палубу! А ну быстро рубашкой вытри!

— ЧТО!!!??? — взревел бородач. Увесистый кулак, отправил флибустьера в нокаут, горцы очень переживают когда дело касается их чести. Не в их правилах терпеть оскорбления.

Плохо дело. Выкрики и конфликт собрали вокруг нас уже толпу. Пирата заступника быстро привели в себя, кто то сбегал за его абордажной саблей. Дело пахнет не хорошо, кровью… Все клонилось к поединку.

— Чем это не закончится, остальные не вмешиваются! Понятно?! — бывший опцион категоричен. Тем паче горцу принесли из каюты его топор. Увесистую полуторную секиру.

Наемник и сам был не против предстоящего, кровожадно поглядывая на пирата. Быстро организовался круг из зрителей. Боцман во всю принимал ставки, команда «Сарагосы» уверенно ставила на своего. Через пару минут все было готово, короткий свисток боцманской дудки известил о начале боя.

Разумеется у привыкшего к палубе есть преимущество в подобном бою, да и сабля намного больше подходит для бездоспешного боя. Но не все так безрадостно для горца. Волнение на море почти не было, легкая зыбь, которая так неприятна на обычных морских судах, никак не отражалась на тримаране, устойчивость конструкции которого играла на секирщика. Будь ветер чуть сильнее, у бородача не было бы не единого шанса.

Рассчитывавшего на легкую победу пирата, ждало разочарование. Не так прост оказался его противник, горцы много веков конфликтуют с подгорными жителями и не мало заимствовали из их боевого искусства. Тяжелая секира на легкий клинок, извечная сага под заснеженными вершинами.

Несколько быстрых выпадов сабли не принесшие никакого эффекта, заставили корсара сменить тактику. Теперь тот пытался достать незащищенные кисти, держащие древко. Но широкое лезвие секиры надежно пресекало эти попытки. Замах абордажника, обманный уход с желанием срезать пальцы, натыкается на легкий поворот запястья и только звон стали разносится над морской гладью. Заметив неуверенность горца, тот никак не мог привыкнуть к палубе и старался как можно меньше работать ногами, пират перенес атаки в нижнюю плоскость. Это принесло начальный успех в виде широкой царапины на голени. Но к сожалению команды, бурно поддерживающей своего, рана не опасна. Не известно чем закончилась бы игра клинков если бы, подзуживаемый экипажем пират не стал торопиться. Как говорил Ларт: если ты куда-то торопишься, то просто беги, а в бою лучше не следует, покойникам спешить некуда. Очередная попытка достать колено бородача, прерывается не сталью, а деревом обуха. Приседая на колено горец перехватил тяжелый топор одной рукой, освободившаяся ладонь, бьет по плоской поверхности притормозившего сабельного клинка. Всего на десяток сантиметров отлетает в сторону оружие бандита, немного, но достаточно что бы не успеть защитить хозяина. Медленно оседает тело на деревянный настил, заливая все вокруг алыми потоками из рассеченной груди.

Слышно даже гарканье пролетающего над тримом альбатроса, настолько тихо стало на корабле. Ну что ж, бой закончен, конфликт исчерпан! Но кто-то думает иначе… Из толпы пиратов вылетает кинутый уверенной рукой, абордажный гарпун. Недоуменно взирает на вышедшее из груди зазубренное острие горец, имени которого я даже не узнал. А дальше начинается безумие. Как сошедшие с ума морские головорезы кидаются на умирающего, на свет появляются ножи и тесаки. Зачем это, тот и так мертв, но продолжает погружаться сталь в уже не дышащую грудь. Истошно свистит боцманская дудка, но это не оказывает никакого влияния на разбушевавшуюся толпу.

Отталкивая юнг, наш отряд отступает в безопасность кают компании. Надо отдать должное нанимателям, как единственные при оружии те остаются в дверном проеме. На лицах каждого из нас написано изумление вперемешку с пробуждающейся злобой. Не то что бы переживали из-за смерти горца, не настолько были близки. Ярость поднималась от нарушения кодекса поединка, убить победителя, да еще так! подло в спину! А потом порезать почти на лоскутки. Команда «Сарагосы» явно безумна.

— Не лезьте! — остужает особо буйные головы перевертыш. — Вы безоружны и на перебьют как сусликов, если высунемся!

— На борт к каким тварям вы нас затащили?!

— Заказчик обещал полную лояльность экипажа! — имперец сам изумлен, но не позволяет себе и тени сомнения в голосе. Опытный командир, подчиненные наверняка служили ему не за страх.

— Так просто в руки этим скотам я не дамся, — отламывая массивную ножку стола, озвучивает общее мнение барончик. Если выживет далеко пойдет, бойкий.

— Надо было взять юнг в заложники! — что ж дельный выкрик, но уже поздно.

А на палубе страсти накаляются. Все чаще пираты бросают на нас недобрые взгляды. Попытки боцмана утихомирить толпу уже давно прерваны, вон он лежит на канатной бухте оглушенный кем-то особо ретивым. Бунт на корабле? Как то я рассчитывал, добраться до материка без подобных «приключений». Но не настолько мы легкая дичь, хоть и два меча на более чем дюжину. Боевой маг и перевертыш, плюс остальные без сомнения внесут посильную лепту. Наемников конечно перебьют, слишком велик численный перевес, но останется ли трим на плаву? В этом я сильно сомневаюсь! В собственной безопасности я был уверен, спрыгнуть за борт успею всегда. Все шло к тому, что ненависть к имперцам перевесит страх. Ох и кровавая мясорубка ожидается.

Но все завершилось не так. Тихий, на грани слышимости свист, подкрепленный волной магии. Пираты безвольными куклами всем скопом валятся на палубу. Только мышечные спазмы указывают, они в сознании и никому сейчас не до бунта, некоторых тошнит от болевых судорог. Перешагивая через агонизирующие тела, к нам шагает изыскано одетый франт. Камзол из отличного сукна, белоснежные кружева и легкая парадная шпага, стоимостью не меньше полновесного таланта.

— Капитан, — шепчет опцион.

— Кондотьеры! — легким элегантным поклоном, приветствует нас главный на «Сарагосе». — Примите мои искренние извинения! Этот нарыв долго зрел и только моя вина. — Как трогательно он заламывает руки. — Что дал возможности бунта зайти так далеко. Я искренне сожалею, что один из вас пострадал. — Какая «милая» формулировка расчлененного тела. — Надеюсь, это немного компенсирует ваши неудобства, — увесистый кошель переходит в руки оборотня. — Разумеется это не все, клятвенно обещаю, зачинщики уже сегодня будут висеть на реях!

Ой не стоит обманываться вычурности манер капитана, перед нами стоял настоящий морской волк. По праву занимающий этот пост среди своих головорезов, самый жестокий, хитрый и беспринципный. Пойти против такого могли только полные безумцы, особенно когда власть шкипера подкреплена магическим ритуалом. Эффект которого наглядно демонстрировали скрюченные фигуры.

Для «сохранения лица» наш бэтлмаг немного по возмущался. Но обе стороны прекрасно понимали бесперспективность дальнейшего конфликта. Привели в сознание боцмана и тот развел нас по каютам. Я как и многие другие, по дороге не раз пнул тех кто был под ногами. Не люблю бесчестных скотов.

Оставшаяся неделя плавания прошла без эксцессов. Только я совсем ограничил себя с выходами за пределы каюты. Команда то вела себя смирно, только перед глазами у меня по прежнему всплывали их перекошенные ненавистью лица. Да и выбираться на палубу, разглядывать мерно раскаивающиеся разлагающиеся трупы, желания не было.

Высадка произошла в устье большого ручья, до гордого звания реки, этому безымянному водотоку было далеко. Расставание с «Сарагосой» не сопровождалось бурными слезами и прочими проявлениями теплых чувств. Скорее оказавшись на твердом берегу, наш отряд испытал изрядное облегчение. Находиться рядом с неадекватным экипажем трима, не доставляло никакого удовольствия.

Так как солнце клонилось к закату, решили разбить лагерь прямо на песчаном берегу. Узкая полоска, чистого от растительности побережья, приютила нас в первую мою ночь на материке. В сумерках, джунгли живой стеной выстроившиеся вдоль кромки океана, выглядели совершенно непроходимыми.

Отряд разбился на несколько групп: кто-то сидел у костра заводя знакомство, кто-то готовился к ночлегу, наниматели в стороне о чем-то беседовали. Я же просто наслаждался. Шумом накатывающихся волн, мерному мерцанию звезд, ночной прохладой тропиков. Как давно доводилось, вот так безмятежно полежать на песочке, и что-то подсказывает, еще не скоро получится вновь…

— Подъем! Встаем, встаем! Завтрак уже приготовлен! — бодрые крики оборотня, разносились над предрассветной стоянкой.

— Теперь все зависит только от нас. Насколько успешным выйдет это предприятие! — хорошо подвешен язык у бывшего опциона. — Путь через джунгли тяжел, но и награда не мала! Вы все профессионалы, надеюсь детских ошибок не будет и мы в этом же составе завершим поход. — Глубоко в него въелась привычка, подбадривать солдат перед делом. Бывалые наемники никак не реагировали на речь, больше внимания уделяя содержимому тарелок. Так кивнули, помахали ручкой: слышим, слышим.

— А теперь к делу. — Перевертыш дождался, пока все закончат трапезу и займутся сборами. — Идти через плотные заросли тропического леса, очень тяжело. Большинство пути придется прорубать, сквозь лианы и папоротник. Для этого каждому из вас выдали по мачете. Но подобный нелегкий подход, мы попытаемся применять как можно реже. Основной техникой преодоления густых лесных массивов, является следование воде. — А вот это уже любопытно. — Мы не случайно высадились у ручья. Он не глубок, всего по колено. При подгонке, снаряжение старайтесь укладывать так, что бы боящиеся воды вещи закрепить на уровне груди.

— Это что получается, мы по воде пошлепаем что ли?! — Высокий блондин, по щегольски облокотившийся на нагинату, носил имя Твент, если я правильно расслышал.

— Желающие могут попробовать пойти напрямик. — Несколько недальновидных нашлось. Остальные с любопытством посмотрели на их попытки. Стало понятно, идти сквозь сельву напролом, значит в лучшем случае ограничиться пятью километрами в день.

— Но ручей не течет прямо! И может завести в сторону.

— Поверьте моему опыту, даже петляющая вода, это быстрее. Если поток уйдет совсем в сторону, будем искать следующий, с нужным нам направлением. — Чувствовалось, он знает о чем говорит. — Пойдем колонной по одному. Я впереди, а замыкать отряд будет наш уважаемый, — с чего такие авансы, кем он тут уважаемый? — командир Сильвиус Прайн. — короткий кивок в сторону опциона. — Выступаем через десять минут!

В свете открывшихся перспектив быть сильно мокрым, перекинул ножны с бедер за спину. Запасы пищи то же перенес повыше. Центр тяжести значительно сместился, надо сделать, что-то вроде походного шеста, третья точка опоры не помешает. Бамбук в зоне видимости расти не желал, а остальные молодые деревья своими изгибами, давали фору траектории пьяного водителя. Так как время поджимало, пришлось не привередничать, вместо посоха получилась полутораметровая кривая палка. На первое время и это сгодится, потом заменю если встречу более подходящий материал. К означенному времени все были готовы.

— Таааак!!! Внимание! Все посмотрели на Дага, — от семиступ, судя по жесту это обо мне! — Вы что нигде кроме центральных трактов не ходили!? — возмущение командира не поддельно. — Как вам! ослоухим тунеядцам, — тьфу, армейские привычки опциона наверно долго будут давать о себе знать. — Пришло на ум, снять обувь! — только сейчас обращаю внимание и правда! Весь отряд кроме офицеров и меня, стоял босым. — Даг объясни почему остался обутым?

— Высушить ботинки можно на любом привале. А изрезанные о камни и коряги ноги, это больно, — как то по военному четким получился ответ. Неужели это заразно?

— Именно! У вас три минуты устранить… — видимо опять хотел ввернуть, что то уставное, но передумал: — обуться! И да! Вот это, — легкое похлопывание по коряге, заменяющей мне посох, — тоже хорошая идея. Исполнять! — вот так гаркнул, сила голоса не рядовая.

Пристыженные наемники кинулись выполнять приказ. Дисциплина это хорошо, я лучше буду исполнять четкие указания, чем быть во власти анархии. А с предводителем нам повезло, что же заставило явно не среднего офицера дезертировать? Сделал себе пометку, попробовать добыть ответ на эту загадку.

Нижняя кромка солнечного диска, только приподнялась над горизонтом, как моя нога погрузилась в прохладный ручей. Рассветает на этой широте быстро. Невзирая на то, что глубина ручья и правда не превышала пару десятков сантиметров, через час все были мокрые до макушек. Каждые сто метров кто-нибудь падал, подскользнувшись или зацепившись за что-нибудь на дне. Что бы не выделяться, пришлось «оступиться» пару раз и мне. Самое неприятное заключалось в том, что заросли вплотную подступали к ручью и пройти даже часть пути по берегу не представлялось возможным. К полудню добавилась жуткая жара, а нависающие кроны деревьев и высокая влажность, создавали эффект парилки.

— Привал! — Огромный ствол старого венге, более метра в диаметре, судя по всему упавший не так давно, расчистил достаточно места для стоянки. Поработав мачете, очистили площадку от мелкого кустарника и папоротников.

— Спаситель, как я устал, — пересохшими губами шепчет, самый молодой в отряде. Подносит флягу к губам, но оттуда не льется ни капли. Проклиная все на свете, баронет тянется наполнить флягу из ручья.

— Отставить! — окрик перевертыша, одергивает юношу. — Не пить сырую воду! Это относится ко всем! Сейчас разведем огонь и прокипятим, тогда наполните фляги. А пока всем сушиться. Так же соберите вот такой папоротник, — демонстрирует нам листья широколиственной породы, которая в избытке произрастает рядом. — Выжмите сок из него и натрите ноги, особенно ступни. Если этого не сделать, скоро кожа на ваших ногах начнет трескаться. Так же обработайте все участки тела, которые трутся о одежду. Это сильно облегчит дальнейший переход.

Часовой отдых, для усталых людей пролетает незаметно. Но никто не причитает, даже аристократ, что бы не выглядеть белой вороной, сцепив зубы идет наравне со всеми. Честолюбие и гордость великая сила. Мне тоже не легко дается дорога. Приходится рассчитывать только на силы организма, иначе любое применение сил засечет боевой маг. Хорошо в моей «легенде» обозначил себя как энергет, даже незначительное манипулирование тварными энергиями помогало.

Казалось до заката еще далеко, когда прозвучал приказ искать место для ночной стоянки. Настолько удобного места как дневной лагерь подыскать не получилось. Части отряда пришлось сооружать себе спальные места в ветвях деревьев. После обхода лагеря по периметру, подобрал себе вполне симпатичное дерево, не больше чем в паре метров над землей его ствол выпускал несколько массивных ветвей. Нарубив лиан и нарвав травы, соорудил себе отличный лежак. Внизу весело потрескивал одинокий костер. Но слишком велика была утомленность и после ужина все разбрелись спать. Охранение не требовалось, магические сигнальные пологи установленные командором, прикрывали надежнее стражи.

За первый день пути мы углубились в сельву, не больше чем на дюжину километров. Вторые сутки были еще хуже, ручей повернул почти в обратную сторону и пришлось прорубаться пару часов пока нашли подходящую водную тропу. Зато на третий день нам улыбнулась удача!

Потеряв и второй ручей, мы довольно быстро нашли полноценную реку! Течение конечно шло по направлению к океану, но было тихим и равномерным. А истекала она как раз с востока.

— Кто умеет строить плоты? — четверо умели. — Возьмите себе по напарнику, остальным разбить долговременный лагерь. На постройку качественных плотов, потребуется больше одного дня.

— К воде приближаться осторожно! — опцион и тут не изменяет себе. — Река достаточна полноводна, что бы в ней водилась всякая гадость.

Отсутствие плотницких топоров, значительно сказывалось на производительности нашего труда. Мачете хороший инструмент, но его предназначение рубить тонкие стволы и лианы, а никак не толстые бревна. Впрочем лиан запасать пришлось то же изрядно. Тратить драгоценные веревки на плоты оборотень запретил. Поход обещал быть долгим, так что его прижимистость легко объяснима. Недолгое совещание решает: плавсредств будет три.

Первый «блин», как всегда оказался неудачным. Для стяжки бревен использовали не тот сорт лиан. Вторая попытка была уже лучше, но грузоподъемность оставляла желать лучшего, пришлось добавлять пару бревен. В завершении второго дня стоянки, плоты были готовы и спущены на воду.

— Оставим их на ночь в реке. Заодно посмотрим по утру, надежны ли крепления. — Подтягивая лиану, распорядился Сильвиус.

— У меня вопрос, — и дождавшись согласного кивка командира, Твент продолжил: — Почему мы не высадились в устье этой реки? Ведь явно она впадает в океан! Какого демона, мы продирались через эти гребаные заросли? Если могли взять шлюпку с «Сарагосы» и в первый же день проплыть чуть ли не дальше того места где находимся сейчас? — Видимо подобное пришло на ум не одному ему. Многие поддержали блондина.

— Служили бы со мной, не держали бы меня за идиота! — Батэлмаг горестно вздыхает. — Устья крупных рек дикой сельвы патрулируются рейдерами эльфов. Тут кто-нибудь желает встречи с ними? — тишина. — Молчите. То то же! Но это не крупные отряды и я уверен не отходят они так глубоко в джунгли, ограничиваясь наблюдением за прибрежной полосой.

Два ноль в пользу командора, красиво он уел недовольных.

Это был первый вечер, когда у костра собрался народ. Присоединился и я. Выслушал пару военных баек, больше напоминающих наивные сказки. Постепенно, как это бывает в любой мужской компании, разговор свернул на одну из вечных тем. Между политикой и женщинами, наемники выбрали второй вариант. А меня эта тема, в последнее время откровенно раздражает. Сказавшись усталым, ушел спать.

Утро выдалось пасмурным. Всегда считал, что в тропиках или солнце или проливной дождь. А нет, обычная самая противная моросячка, была не чужда этим местам. Вода казалась кругом, но при этом постоянно хотелось пить. Поделили отряд по плотам, в двух по шесть человек и на замыкающем припасы с двумя наемниками. На последнем плоте, предстояла самая сложная работа, потянули жребий. Не повезло мне и перевертышу.

Плыть против течения, отталкиваясь шестами, оказалось намного труднее чем представлялось. До дневного привала, удалось преодолеть около четырех километров. Но потихоньку люди привыкли и получили необходимый опыт. За вторую половину дня прошли в два раза больше.

На этой ночной стоянке, я впервые почувствовал, что-то не так. Местность неуловима изменилась. Внешне те же растения, такие же птахи перелетают меж ветвей. Но где-то на грани восприятия, звенели колокольчики тревоги. Поделился своими ощущениями с оборотнем, совместное махание шестами несколько сблизило нас. Тот помня, что я энергет, отнесся к этим опасениям серьезно. Но сам ничего не заметил.

Очередное обсуждение преимуществ брюнеток над блондинками или наоборот, Создатель! Разве нет других тем? С удовольствием послушал лучше рассуждения о обострении между Севером и Югом. Плавно переключить разговор на интересующее не получилось, опять пришлось ложиться первым.

К рассвету тучи разошлись. Через два часа после восхода, задался вопросом, а так ли лучше безоблачная жара, чем постоянный дождь? Сравнивая свои ощущения со вчерашними однозначного ответа не находил. Одно понял для себя: категорически не люблю джунгли!

— Ты был прав вчера, — делая очередной толчок шестом, неожиданно заговорил южанин. — Я то же начинаю что-то чувствовать. Ничего определенного, но становится не по себе. На привале надо будет поговорить с Сильвиусом.

— Он сильный маг? — сам я опасался проводить сканирование.

— Чистый стихийник, — угу, значит по южной классификации не полноценный маг, а ведун. — Но свое дело знает крепко. — По лицу перевертыша, едва уловимо, скользнул отголосок давней боли.

— Вы были врагами?

— Сейчас мы братья по крови, прошлое забыто! — слишком резкий ответ. Ты хотел бы забыть, но пока не получается.

«Братья по крови» каково! Два офицера, далеко не миролюбиво относящихся к друг другу армий. Что же заставило вас НАСТОЛЬКО сойтись? Плюнуть на присяги, обойти магические клятвы, провести ритуал связавший вас теснее чем родных братьев.

Очередные два дня, не принесли никаких изменений. Пока за час до рассвета, меня не разбудил перевертыш прижимающий палец к губам. Жестами попросил следовать за собой. В лес мы углубились не далеко, не более чем на пол сотни шагов. Прислонившись к крупному стволу нас ждал командор.

— Ты же энергет, — утвердительно киваю. — Вот здесь, перед тем как уснуть, я установил предупреждающий сигнальный контур. Протяни руку, ты должен его почувствовать.

— Хорошо, — выполняю указание. Зная точное место магических сплетений, это должно быть легко. — Ничего не чувствую! — и это было правдой.

— Так же как и я, — оборотень согласно кивает.

— Именно, защитного полога нет!

— Его кто-то снял? — причем так, что установивший полог маг ничего не почувствовал? Это говорит о превосходстве как минимум в три раза!

— Нет, никто не ничего не снимал, защита истлела сама. Я уверен, — а это что за сказки?!

— Даг, ты ничего необычного в поведении остальных не заметил?

— Хмм, — честно пытаюсь вспомнить. — Не заметил.

— За последние сутки мы прошли в два раза больше, чем в любой день до этого.

— Мужики просто привыкли, орудовать шестами, да и течение совсем спокойное. — Не понимаю к чему они клонят?

— Не все так просто, мне кажется. Ладно пока рано о чем-то говорить, подождем до завтра.

Невзирая на ливень и то что река петляла, за день отряд углубился в сельву еще на два десятка километров. И это с учетом того, что два часа потратили на перетяжку одного из плотов. Целый день пытался выявить что то не обычное в отряде. ААА птеродонт! Человеческая аура плюс, замкнутые на себя основные энерготоки, сейчас по возможностям обнаружить магию, я и правда не отличался от обычного йога.

— Вставай, — повторение прошлой ночи! — Пошли.

— Полога как я понимаю нет? — высказываю догадку, ожидающему Сильвиусу, он кивает.

— Ты лучше скажи, ничего не заметил в своей энергетике? — странный вопрос.

— Ничего.

— Силь, я то же ничего не чувствую! — поддерживает меня оборотень

— Ты и Даг, умеете обращаться с тварной составляющей — к чему он клонит? — Ваши тела, без команды не станут хапать рассеянную в воздухе энергию. Попробуйте сейчас раскрыться и наполнить чакры.

— Ахренеть! — южанин, точно выразил и мою мысль. Тварной энергии кругом было огромное количество. Минимум в пять раз выше нормы! — Такое ощущение, что тут море грубых сил!

— Так я и думал. Сегодня внимательно смотрел за отрядом. Складывается впечатление, что все объелись бурны. — Наркотического вещества, аналога допинга. — День машут шестами, а потом полночи до ора спорят о бабах!

— Что в этом плохого? — для здоровья наемников все конечно не весело, но для цели отряда то?

— У этой медали есть обратная сторона. Джунгли «пьют» магию. Сегодня защита истаяла на час раньше. Чем дальше углубляемся в сельву, тем больше я слабею как маг. — На этой невеселой ноте, мы разошлись.

За следующим изгибом реки нас ждали пороги. Пришлось разбирать плоты и тащить на себе бревна целых две мили. Не успели их даже собрать заново, как наступила ночь. Трудный день.

— Да что ты мне все: «баба должна быть в теле»! — сорвался на крик плотного телосложения воин. — Это только для таких как ты задохликов! Что бы было за кого спрятаться!

— Я не задохлик! — взвился щуплый наемник. Очередные вечерние посиделки проходили бурно.

— Слабак и есть! — толчок открытой ладонью в грудь. Щуплый опрокидывается с пня. — Даже на жопе, ровно сидеть не умеешь! — общий гогот отряда. Переглядываюсь с Прайном.

Упавший приходит в ярость. Его рука тянется к засапожному ножу. Ох, не дело это! Перехватываю кисть, не давая показаться стали, второй рукой провожу удушающий захват. Одновременно, зачинщик скандала летит о земь, сбитый ловкой подсечкой перевертыша.

— Отставить! — батэлмаг дает волю гневу. — Полоумные скоты! Держите себя в руках! Я не потреплю драк в походе! — Тяжелым взглядом обводит притихших кондотьеров. — Следующий кто потянется за оружием, — медленно цедит командор, — рискует на всегда остаться тут. Сильно рискует, я гарантирую!

— Да все будет нормально, босс!

— Погорячились немного, бывает. — наперебой заверяют командира остальные.

Накачка неподготовленных людей грубой силой, часто приводит к нервным срывам. А ведь дальше будет хуже, уверенность в этом была полной.

Вчерашние трудности с порогами, показались не существенными, когда мы увидели водопад. Небольшой всего пять метров высотой, но перетаскивать через него плоты, этой мысли не возникло ни у кого. Обходной путь был тяжел, но дальше ждала награда, в виде достаточно пологого берега, не занятого растительностью. Идти стало заметно легче, река как по заказу, прямой стрелой истекала с востока.

Видимо энергия требовала выхода и наемники во всю горланили похабные песни, разгоняя с нашего пути не только травоядных, но и хищников. Опцион поступил мудро, лишив нас дневного отдыха и к ночи, все еле волочили ноги.

Под утро отряд не досчитался одного члена. Просто ушел в ночи по нужде и не вернулся. Разбившись на пары разошлись на поиски. Ничего, вообще! Следы обрывались под очередным папоротником, а дальше пусто. Как испарился. Ни Сильвиус, ни перевертыш, обернувшийся огромного размера собакой не нашли его. Моё острожное зондирование ниточками астрала, было так же безрезультатным.

— Не паниковать! — это он зря, я не заметил и намека на панику или страх. — Мы не знаем, что произошло. Но можем попытаться избежать повторения. Будем ходить минимум парами и стараться находиться на виду друг у друга.

— К тому же введем ночные посты, — подхватил оборотень мысль командора. — Перед каждой стоянкой, я буду перекидываться в ягуара и осматривать окрестности.

Опцион выглядел не лучшим образом. Тяжело привыкать к падению магических сил, когда привык на них полагаться.

Продвижение вглубь сельвы замедлилось, стоянки приходилось делать более продолжительными. Первичный подъем у людей, обернулся откатом «переедания», да и ночные стражи отнимали силы. Шла третья неделя похода, когда мы уперлись в очередной водопад. На этот раз внушительный. Многие тонны воды ежеминутно обрушивались с высоты пятидесяти метров. Обходных путей не нашлось, на несколько километров в любую сторону крутые обрывы.

— Кто умеет лазать по скалам? — кроме меня, вызвалось еще трое. — Хорошо. Барите веревки, будем делать подъемник.

Надо, значит надо. Обмотав канатную бухту вокруг груди начал восхождение. Наиболее подходящее место, для подъема, было около водопада, в остальных местах камень крошился, что было очень опасно.

Так мы потеряли Твента. Поднимаясь следом за мной, он не правильно выбрал уступ. Нога соскользнула с мокрого камня, как итог сломанный позвоночник и пробитый о камни череп. В тот день мы никуда не пошли, устроив погребальный костер.

Благодаря запасливости оборотня, веревок и канатов вполне хватило, на полноценный подъемник, позволивший переправить на вверх отряд в месте с припасами. Открывшийся вид заставил восторженно замереть. Огромная водная гладь предстала перед нами.

— Обходить озеро, это не менее трех недель. — Утверждение опциона было справедливым. — Нам опять придется делать плавстредства. До восточного берега миль двенадцать. Надо придумать из чего сделать весла.

Снова пришлось переквалифицироваться в плотостроители. На этот раз, решили ограничится двумя, связанными между собой канатами. Так как предстояло плыть по большой воде, то требования к прочности конструкции были значительно выше, чем то что мы делали ранее. Пришлось изрядно повозиться, прежде чем достигли приемлемого результата. Основная сложность возникла как раз с веслами. Не имея пил и топоров, это оказалось значительно труднее чем представлялось в начале. Но опыт и растущие из правильных мест руки, для такого конгломерата нет невозможных задач.

— Я всё же настаиваю, надо ставить парус! — весело потрескивающие в огне дрова, еле еле разгоняли темень тропической ночи. Шиваг, бывший степняк судя по манерам и речи, настаивал на своем. Он то что влез в ведущийся спор? Откуда у жителя степей знания о мореходстве. Но видно изрядно покидало его по жизни, приводимые доводы были логичны. — Плоты слишком тяжелы. Если только грести, нас ночь настигнет на воде!

— Из чего ты его сделаешь!? — возражал, поглаживая великолепные усы Агуст. Который запомнился мне еще по совещанию на «Сарагосе». — У нас нет не то что парусины, но да же приличного обреза ткани.

— А я поддержу Ши, — вступился бывалый воин, могучего сложения. Имя свое он не назвал, ограничившись кличкой Вепрь, что очень соответствовало внешности. После своего конфликта с Шивагом, несколько недель назад, он вел себя смирно, а тут даже высказался в его поддержку. Это радовало, микроклимат в отряде восстанавливался. — Тут достаточно пальм, с широкими листьями, можно их сплести меж собой.

— Да ну! Бред! — настаивал на своем усач. — Я ходил на судах, то что ты предлагаешь полное говно! Что бы такой парус, приносил какую то пользу, нужен сильный ветер, а ждать такого можно месяц!

— Командир, что скажешь? — обратился за поддержкой к командору Вепрь.

— Парус это хорошо, — Сильвиус был задумчив: — но и Агуст прав. Хороший ветер можно и не дождаться. Пойдем на веслах, успеем. Я помогу. — Стихийник даже ослабленный, может договориться с водой. До этого времени опцион не давал повода усомниться в себе.

Дальше разговор шел о незначительных деталях. Ставить ли навесы на плотах или нет и тому подобным вопросам. Разошлись далеко за полночь.

Не успели отойти от берега больше чем на полторы сотни метров, как поднявшийся на замыкающем плоте гвалт, заставил обернуться.

Покусай меня касатка! На место недавно покинутой стоянки вышло НЕЧТО! Огромный ящер, не меньше пяти метров высотой! Непропорционально развитая голова и могучие задние конечности, резко контрастировали с щуплыми верхними лапами. Раскидывая головешки костра, ти-рэкс взревел! С пальм посыпались плоды, от мощного акустического удара. Неужели есть сумасшедшие пытающиеся охотится на ТАКОЕ?! Кровавая бойня, предстала в моем воображении, задержись мы в лагере еще хотя бы на пол часа.

— А! Элберет Гилтониэль! Силиврен пенна мириэль. О менал аглар эленат! — воззвание к эльфийским святыням из уст баронета, любопытно! Но он не единственный кто молился, общее мнение высказал оборотень:

— Если он кинется за плотами, мы покойники…

Но сейчас видно не время было нам умирать. Побушевав на берегу, царь сельвы скрылся в чаще. А может просто не любит воду? В любом случае повезло.

Плоты шли бойко, маг не соврал, вода явно помогала веслам.

— Смотрите! — крик и рука указывающая в небо. Стая из четырех птеродактилей, медленно взмахивая крыльями, величественно «проплывала» над озерной гладью.

— Хорошо не птеродонты! — вырывается у меня. Те мимо такой лакомной добычи, как группа людей на плотах, не пролетели бы никогда. Ловлю удивленный взгляд перевертыша. Тот явно хочет о чем то спросить, но в последний момент передумывает и лишь согласно кивает.

Только не встретился бы нам какой ихтиозавр, пока плывем. В этом «Затерянном мире» такую возможность я не сбрасывал со счетов. До заката оставался почти час, как мы пристали к берегу. Сильвиус был вымотан, как загнанная скаковая лошадь. Этот берег сильно отличался, от западного. Джунгли были не настолько плотны, даже видимость сквозь заросли была приличной.

— Не высаживаемся с плотов! — Приказ Прайна категоричен. И обращаясь к оборотню: — разведай обстановку.

Пятнистой тенью, мелькнул перевертыш в форме ягурара, растворившись в сельве. От греха, отогнали плоты на полсотни метров в озеро, встречаться с ти-рэксом желающих не было. Поведение опциона радовало. Не обманул! Отряд и впрямь не собирался охотится на ящера и не шел за сабром. Командор был явно не в восторге от еще одной возможной встречи с этим гигантом.

— Ничего крупного и опасного не нашел, — отчитался по возвращению разведчик. — Но есть множество следов мелких хищников. Близлежащие места, явно территория охоты их стаи.

— Насколько не крупное это зверье? — Аргус нервничал.

— Кило на сорок не больше и да это ящеры. — После некоторого раздумья ответил перевертыш. Ага мелочь, как же!

— Отгоним огнем, да и в ночи они не опасны, — вынес вердикт Ши.

Не взирая на проведенную разведку, многие из отряда предпочли спать на принайтовленных к берегу плотах. Я же по своему обыкновению, устроился на дереве, для страховки привязав себя к стволу веревкой.

На побудку не поднялся с лежака, пожилой наемник, которого кроме как «Стариком» никто не называл. Распухшая шея и характерные следы змеиного укуса, причина смерти была явной. Надо более внимательно осматривать место для сна, особенно в незнакомой местности.

— Его укусил снус, — рассматривая тело, предположил Вепрь. — Ну или кто-то похожий. Только они вместе с ядом впрыскивают мощнейшее снотворное. От любого другого яда Старик забился в конвульсиях и мы бы успели его спасти. Смотрите внимательно под ноги! Тут похожих тварей должно быть много.

— Час от часу не легче… — вздохнул Аргус: — но Старик сам виноват, видно возраст давал о себе знать. Нельзя в походе быть таким беспечным. — С этим утверждением согласились все.

Очередной погребальный костер, еще пылал, когда мы снялись со стоянки. Были и радостные новости, резкий взмах открытой ладонью Прайна и колонна послушно останавливается:

— Указатель заработал, — разглядывая открытую коробочку «компаса», произнес он: — до цели нашего квеста, не больше двух-трех переходов! — в голосе явное облегчение, наверно боялся, что артефакт разрядится.

— Слава Творцу! — настроение у всех резко улучшилось.

На дневном привале даже не стали разводить огня. Отряд рвался вперед.

— Тревога! — шёпот перевертыша, был из тех, что не услышать невозможно. — Нас кто-то окружает!

— Расчехлить оружие! Построится в круг! — тихие отрывистые команды опциона, выполнялись мгновенно. — Каждый прикрывает левый бок рядом стоящего! — разумный приказ, щитов то у нас нет.

Сейчас уже каждый слышал шорохи в кустах и треск гнилых веток под чьими-то лапами. Первый хищник вскоре появляется из зарослей папоротника, выходя на поляну в центре которой, стоит ощетинившаяся сталью группа людей. Велоцираптор или кто то очень похожий. Непропорционально огромные лезвия среднего когтя, вроде как раз признак этой породы. Но память возможно и подводила меня.

— Командор, — окликаю я: — у них мощные задние ноги. Эти создания явно умеют высоко прыгать. А у нас нет ни щитов ни копий.

— Отряд! — уже в полный голос командует Сильвиус. — Рассредоточится по кругу! Вы слышали Дага, будьте готовы к прыжкам!

Постепенно стая полностью выходит из джунглей. Нас и правда окружили! А я считал ящеров примитивными! Как не обычно они нас разглядывают, по птичьи наклоняя массивные головы.

— Их не меньше чем пара дюжин! — осматривается Ши.

— Не смотрите на их рост! Они очень опасны! — выдающиеся познания у перевертыша. Хотя Рааст же имеет общую границу с восточной частью дикой сельвы, не стоило мне удивляться.

Далее поговорить нам не дали. С нескольких сторон одновременно прыгают ящеры. На меня не нацелен ни один. Но рядом стоящий Вепрь, не воспринял предостережение оборотня и прыжок застал его врасплох. Ударяю его под колено опорной ноги, блокирую левым клинком нацеленный в горло воина коготь. Продолжая круговое движение правый «хашти», рубящим ударом обезглавливает пролетающего рядом велоцираптора. Вепрь быстро перекатывается группируясь и закованным в сталь правым оплечьем выбивает зубы очередному зверю, одновременно погружая меч тому в брюхо.

Стая атаковала наскоками, промахнувшись ящеры отступали для нового разбега. После первой же атаки Аргус держался за располосованное левое запястье. Пока пять ноль, счет в нашу пользу. Помимо меня и Вепря, отличился баронет умудрившийся своей шпагой перебить артерию динозавру и уйти от ответной атаки. И две характерно поджаренные тушки — работа батэлмага.

— Перекидывайся! — кричит Ши оборотню.

— Нет форм против этих тварей! — умудряется ответить тот, отражая очередной наскок.

Меня атакуют двое. Сильными ударами вгоняю «хашти» рукоятками в землю, по самую гарду. Ящеры прыгают, бросаюсь на землю кувырком в сторону хищников. Длинные когти оставляют небольшие царапины на куртке. Резкий поворот, и хвосты наглых динозавриков оказываются в мох руках. Рывок! Мои расчеты верны, прерванный скачек приводит их тушки прямиком на торчащие из почвы лезвия. Минус два.

Довыпендривался… Мои «художества» заметил Аргус, произошедшее видимо было за гранью его понимания, ящеры не простили удивления. Отвлеченный, ненароком мной, боец пропустил удар легкого, но стремительного тела в спину. Сбитого с ног, стая добила быстро, не смогли помочь даже Ши с оборотнем кинувшиеся на помощь.

С рук командора срывается молния. Но уже мертвый зверь врезается всей массой в замершего в боевой фигуре мага, тот оступается, ненароком толкая рядом стоящего. Не запомнившийся мне ничем, кроме незамутненно-наивного взора голубых глаз, наемник не успевает вернуть топор в защитную позицию и падает орошая, утоптанную траву, кровью из рассеченного горла. Сопровождая удар ступней выплеском тварной энергии, встречаю наскок очередного раптора. Противно трещат полые кости. Пользуюсь несколько секундной передышкой, возвращая «хашти».

— Отходим! Группируясь около меня! — приказ Сильвиуса приходит во время. Оставшиеся в живых ящеры, уже больше заняты дележом добычи, не гнушаясь в том числе и трупами своих.

Отступление проходит организованно. Из оставшихся в живых кондотьеров, никто серьезно не ранен. Углубившись в чащу, получаем новый приказ «Бегом!». Это указание воспринято с неподдельным воодушевлением! Через час больше похожего на бег с препятствиями передвижения, останавливаемся.

— Оторвались! — тяжело дышащий перевертыш, все же нашел в себе силы для двойной смены формы, в крупную кошку и обратно.

— Пять минут восстановить дыхание и продолжим движение! — Прайн неумолим, но иного от него никто не ждет.

Стая нас не преследовала. Но отряд был не радостен. Аргус успел со многими подружиться и его потеря тяжким грузом легла на плечи. Ночной лагерь разбиваем около трех огромных лесных исполинов. Кроны этих могучих деревьев уносятся далеко в высь над остальной сельвой.

На этот раз желающих последовать моему примеру ночевки было много. Но подходящих для ночлега ветвей, только на троих. Кто-то предложил тянуть жребий. На земле спать никто не хотел.

— Мы сделаем иначе! — прерывает спор Ши. — У меня в родных краях, деревьев не много, а ночных хищников в достатке, — издалека начал он свое предложение. — Мы вобьем в стволы колышки выструганные из дерева, сделав из них, что то вроде лестницы. В случае тревоги, тогда мы все успеем быстро забраться на безопасную высоту.

Следуя совету степняка, делаем несколько кольев, вбивая их в деревья как ступени. Испытание такой необычной лестницы, превосходит все ожидания. Буквально за десяток секунд получается взобраться на толстые ветви нижнего яруса, в четырех метрах над землей.

Ночь выдалась не спокойной, у некоторых не получилось сомкнуть глаз. Им всюду мерещились шорохи и это опытным наемникам! Из-за не выспавшихся и соответственно не отдохнувших, отряд выступил в путь только ближе к полудню.

Опыт многочисленных походов, не дал людям расклеится. И уже вскоре, о недавней трагедии и нападении стаи, никто не вспоминал. Джунгли постепенно расступались, плавно переходя в буш. Идти стало легче и кондотьеры уже во всю травили друг другу похабные анекдоты и прочие истории.

— Смотрите, а это что за твари?!! — меж деревьев заметили каких то крупных животных.

— О! броненосцы переростки! — подойдя по ближе, с удивлением рассматриваем необычных зверей. И впрямь броненосцы, но весом больше пары тонн, с шипастой костяной булавой в завершении хвоста.

— Да это травоядные! — утверждает Жак. Это имя совершенно не подходит человеку, больше напоминающему выходца страны восходящего солнца прародины или восточных провинций Рааста в этом мире. — Они не опасны, можно пройти в паре метров от них!

— Ну раз не опасны, иди почеши им носик, — покалывает «знатока» Прайн.

— Ставлю десять динаров, что не почешет! — перевертыш показывает готовность заключить пари, доставая кошель.

— Конечно не почешет! — Вепрь в своем репертуаре, ему бы хоть кого-нить подначить. — Кто не согласен? Весь задаток, на то что сдрефит! — Какое то время все усердно торгуются, утрясая размеры ставок. Мнение Жака никого не интересует. — Ну?? — несколько пар глаз выжидательно смотрят на желтокожего. — Слабо? — ухмыляется могучий воин.

— Дебилы! Они и правда безопасны, смотрите листики жрут! — Жак тычет пальцем, в мерно пережевывающего очередную порцию травы четвероногого.

— Ну так погладь носик, — хохочет Ши хлопая себя по бокам.

— Тьфу! Сейчас покажу, дайте только на себя поставлю! — очередное перетряхивание кошелей. Азартный народ кондотьеры, впрочем поставил и я, не выбиваться же из коллектива. В том, что восточник не трус, за поход убедился.

Избавившись от всего брякающего и звенящего, плавным текучим шагом Жак выходит из-за деревьев. Когда броненосцы направляют на него взгляд, он замирает. А не был ли он раньше конокрадом, мелькает у меня мысль, уж больно схожие повадки. Медленно медленно он приближается, к закованным в костяную броню великанам. Целых четверть часа, уходит у смельчака, на преодоление всего ста метров, отделявших нас от ближайшего животного. И вот как то незаметно, Жак оказывается совсем рядом с бронированной тушей.

Броненосец удивленно поворачивает голову к восточнику, стоящему от него буквально в паре шагов. Изумленно фыркает и шумно втягивает ноздрями воздух. А затем происходит неожиданное, сам подходит и обнюхивает, замершего как изваяние наемника.

— Это не считается! — орет Вепрь. — Гладь носпытку! — его поддерживают все кто поставил против.

Жак не спорит, медленно подняв руку, поглаживает огромный, не защищенный плитами брони черный нос.

— Йееху! — а это уже те кто поставил «за».

Ему бы остановится на достигнутом! Показывая свою крутизну Жак, пытается забраться на спину гиганту. У него даже получается! Но как только бывший конокрад, а в этом у меня уже не было сомнений, оказывается на верху, броненосец неожиданно поджимает лапы и сворачивается в клубок. Слетевший с брони смельчак, не успевает отпрыгнуть, как оказывается раздавленный несколько тонной тушей накатившейся на него. Почувствовавшее запах крови, звериное стадо будто сходит с ума. А они быстро перебирают своими ножками!

— Бежим! — хоть кричит не командор, а Ши, ему подчиняются все. Быть затоптанным не лучшая перспектива.

На бегу Ши требует у Вепря выигрыш. Смерть Жака никого не взволновала. Его не любили.

— Я должен был его остановить, — на ночной стоянке, сокрушается опцион.

— Да и я хорош, — поддакивает ему оборотень.

— Да, что вы как монашки! — Вепрь не изменяет себе, — этому ускоглазому туда и дорога. Сволочью он был: — сплевывает в костер.

— Ты, что расист? — не страдающей излишней шириной глаз, возмущается Ши.

— Неее, просто он мразь. Вот тебя я уважаю! — подтверждающий хлопок по плечу. — Какой же я расист!? — а между Вепрем и Жаком с самого начала, как кошка пробежала, вспоминаю я.

— Скорее всего завтра к закату, мы будем на месте. — Радует всех северянин.

Сон не идет ко мне. Какая-то особо назойливая тень мысли, пытается сформулироваться в голове. Не ухватить, но она вызывает беспокойство. К тому же в середине ночи пошел проливной дождь. Настоящий тропический ливень и не до сна стало всем.

Утром промокший до нижнего белья отряд, выступил, как все надеялись, в последний переход к цели. Из-за буквально водопадом льющийся воды, было ничего не разглядеть даже в десятке метров. Шедший впереди перевертыш, указывал путь остальным.

— Стойте! Впереди овраг.

— Какой же это овраг, тут целый каньон! — ну это Ши передергивает, глубокая и отвесная, тянущаяся на несколько километров в разные стороны трещина, шириной не больше пяти метров. С дурно пахнущей застоявшейся водой в глубине.

— Метров пятнадцать до дна, — заглянув с края, выносит вердикт Вепрь.

— Срубим дерево и перекинем мостиком, ничего сложного. — Легионы Хиорта, славились своими инженерными решениями. Сказанному бывшим офицером, поверили все.

Только вот, подходящее дерево искали больше часа. Потом еще столько же волокли до трещины. Да и перекинуть ствол, так как нужно получилось не сразу, с первой попытки чуть не уронили в расщелину. Первым по импровизированному мосту, перешел оборотень, за ним Ши, я шел третьим. На скользком от влаги бревне, удержать равновесие было тяжело. Спокойно дошел до середины, как неожиданно, мучившая всю ночь тень, сформулировалась в четкую мысль. Поскальзываюсь и с диким криком лечу в пропасть. Краем уха, слышу изумленный возглас Вепря, но падение не долгое и мутная вода, все глушит.

Разумеется оступился я не случайно, да и падал предварительно тонким астральным щупом, убедившись в достаточной глубине затхлой воды. Всплывать не собираюсь, плотно зажав ноздри опускаюсь на каменистое дно. А холодно тут! На поверхности плюс тридцать, а вода в трещине самое большое тянет на пять градусов. То что никто за мной не будет спускаться по отвесным и гладким каменным отвесам, уверен. Закрываюсь от поисковых заклинаний мага, посылая ему обратный импульс «тут нет живых». А опцион настырен! Целых двадцать минут он пытается сканировать дно. Шиш тебе с маслом, а не меня, предатель!

Именно предатель! На пару со своим ручным оборотнем. Картинки калейдоскопом проносятся перед глазами:

Перевертыш выманивший на себя раптора, резко приседает, направляя легким толчком рептилию в спину Аргуса. Да потом он ринется его безуспешно спасать. Но это уже не важно.

Боевой маг не один год отдавший службе. Застывшим изваянием сохраняет фигуру молнии, зачем так долго!? В пылу боя это не заметно, но вспоминая понимаю, это не усталость и не ошибка, а точный расчет приведший к гибели голубоглазого.

«Иди почеши ему носик!» — и это боевой командир, который должен сохранять отряд, толкает подопечного на явное безумие. «Ставлю десять динаров, что не почешет!» — вторит ему второй офицер, распаляя остальных. А ведь в его задачи входит поправить старшего если тот ошибется. Не вяжется все это с показанным данной парой, великолепным профессионализмом.

Зачем все это? Пока не знаю, но выясню! Первой мыслью было тут же их обезоружить и пленить. Но уверен, каждый из них умертвит себя, не дав допросить. Да и поддержали бы меня остальные? Проще было инсценировать свою гибель и понаблюдать со стороны.

Два часа лежу в воде, лучше подстраховаться. Осторожно выглядываю. От ё! точно профи! Вся трещина на верху, прямо кишит сигнальными заклинаниями, даже на поверхность воды кинута заклинательная «сеть», но она вот вот истает сама. Жду этого пять минут. Уффф!! Какое это наслаждение вздохнуть полной грудью!

Приходится изрядно удалиться от места переправы, прежде чем делаю попытки восхождения по влажным камням обрыва. Тяжело, но справляюсь. Пора нагонять ушедший уже далеко отряд. Только делать это надо осторожно, не удивлюсь если оборотень следует последним, тщательно принюхиваясь. Я несколько раз незначительно «прокололся», показав навыки далекие от рядового бойца и они могут не до конца верить в мою гибель.

Через час нахожу след отряда. Двигаться приходится медленно, постоянно прощупывая астрал. Демон меня забери! Буквально наступаю на еще не успевший остыть труп. Мельк, так тебя звали, закрываю расширенные в предсмертном ужасе веки седобородого наемника. Как подставили тебя? Стравили с Ши, судя по всему. Нанести такую рану, кроме как его саблей, в отряде было нечем. Зачем вы убиваете? И стоило ради этого тащить людей так далеко? Но на маньяков «сладкая парочка» не похожа.

Тропа начинает спускаться. Все больше и больше окружающий ландшафт напоминает саванну. Дождь прекратился и видимость стала прекрасной. Забираюсь на вершину очередного холма, залегаю в высокой траве. И наблюдаю завершение похода. Я опоздал!

Широко раскинув руки стоит на расчищенной от травы площадке Сильвиус Прайн. Под ногами у него лучится огромной силой, отливающей красным, какой-то могучий артефакт. А к нему на со всех ног мчится быстроногая лань. Перевертыш, преследуемый детенышем ти-рекса. Совсем крошкой, метра полтора в холке. В ста метрах позади мерно ступает массивная взрослая самка. Та никуда не торопится, пусть дите играет. Когда кажется, что вот-вот лань столкнется с магом, происходит вспышка силы. Пространственные ВРАТА! раскрывают свой створ. Маг, за ним оборотень и не успевший затормозить маленький ящер, скрываются в портале. Бешено ревет мать-динозавриха, огромными прыжками несясь к вратам. Но не успевает, те захлопываются быстрее.

Что это демоны бери было!???????????????

Глава V

Густая трава саванны, доходящая на вершине холма до пояса, невеликая защита, когда рядом в бешенстве заходится гигантская самка, самого большого хищного ящера в мире, к тому же только что потерявшая свое чадо. Как не велико было желание, спуститься вниз и посмотреть поближе на место ритуала открывшего врата, своя жизнь была дороже. Успеется, с этой мыслью скатываюсь по склону обратно, откуда пришел.

От рева ти-рэкса, хотелось зажать уши и убежать куда подальше. Впрочем не плохая мысль, кто знает на что сподвигнет, утрата детеныша тираннозавру. Добежав до расщелины, перебрался на другой берег и скинул за собой бревно. Мало представляю себе возможности динозавров, в плане отслеживания цели, так что возможно перестарался. Каким бы заоблачным не было мое самомнение, прекрасно осознаю, без «Мерцающего» справится с царем сельвы, не реально. Да и с мечем, шансы тридцать на семьдесят, не в мою пользу.

Близились сумерки. Огромный, раскинувший многометровую тень кроны, баобаб, очень хорошее место для ночлега. А осмотр подождет и до утра. Торопиться куда бы то ни было уже поздно. Наниматели свое дело сделали, остальные мертвы, а я в «пролете». Устанавливаю свою сигнальную структуру, построенную по совершенно иному принципу, чем стандартные заклинания.

Компактная сеть магических датчиков, а не непрерывное плетение магов. Один недостаток у моего способа, долгая настройка, если исключить конечно пару десятков лет на разработку данной системы. Очень похоже на сеть видео наблюдения применявшуюся на моей прародине. Совершенно необязательно задеть сигнальную нить, что бы вызвать тревогу. Достаточно войти в зону «видимости» пассивных систем наблюдения. Удобно, скрытно, энергосберегающе, продать такую систему любому маг-синдикату, пару десятков лет можно не думать о заработках. Если бы не одно «НО», как это всегда бывает, основу этой сигнальной сети, составляет система распознавания, «построенная» на астральных энергиях. А в искусстве астрала, с эрмами в этом мире могут тягаться только феи, если я правильно понял оговорку Творца, в одной из давних бесед.

Спать каждую ночь совершенно не обязательно, я же не человек. Занять себя, не трудно. Измененная аура, сильно ограничивала меня в действиях и доступных энергиях. Что требовало немедленной доработки. Надо придать ей дополнительные «краски», например вплести цвета не инициированного мага. Маглов бродит по миру намного больше, чем принято считать. Не все хотят становится чародеями. Так как всегда и за все надо платить, а за право быть магом, платить много и увы не в золоте. Это размышление навело на мысль: а быть эрмом, какова цена этого? Не знаю. Но предоплата в виде сотен лет заточения в Архипелаге, навевала опасения.

Магловые «расцветки» новой ауры, обильно ретуширую правильной структурой обученного энергета. В моей «легенде» появится новая деталь. Что то вроде: в юности был выбор пройти школу мага или развивать способности в тварной энергетике и я выбрал второе. Не обычно, но не настолько редкое явление.

Точная подгонка и балансировка аур, закончилась одновременно с первыми лучами восходящего светила. Скрываться не от кого и спокойно перепрыгиваю через овраг, не замедляя движения. Впечатляющие следы огромных лап ти-рэкса, встречаются почти везде. Изрядно потопталась тут «мамочка», в своих поисках. Легкой трусцой всего за час добираюсь до места врат.

Первичный осмотр места «ухода» нанимателей оставил больше вопросов, чем дал ответов. По второму кругу, я был внимательнее.

Красные, отливающие кровью, остаточные следы активированного артефакта. Четыре тела, крестом расположенные в причудливой пентаграмме. Тут был использован «Красный шаг». Одноразовое магическое устройство, позволяющее создать прямой прокол пространства, в пределах нашего Мира. Разумеется не отовсюду и не куда угодно, но таких ограничений мало. Искусство создания переходов, врат и дальней телепортации, по праву занимает верхнюю строчку сложности в магической табели о рангах. Что уж говорить если императоры, довольствуются более приземленным видом передвижения, кареты, верхом или на своих двоих. Даже архимаги, редко позволяют себе роскошь мгновенного перемещения. Затратно, хлопотно и подготовка отнимает просто массу времени. Умеющий создавать переходы автоматически получает статус Великого мага. А таких личностей в мире немного.

Способных же создать «Красный шаг» вообще — всего семеро. Семеро Великих магов крови, они же Графы, они же высшие вампиры. Красный — цвет крови, обильно поливший заготовку будущих Врат. Одна тысяча сто одиннадцать жертв, вынуждены лечь на алтарь, что бы наполнить силой артефакт. Причем последние одиннадцать, должны это сделать не только добровольно, но и собственноручно вырезать себе сердце. И все это ради семи секунд, которые свяжут две точки мира в одну. Эти Врата имеют одно огромное преимущество, невзирая на всю мощь заточенной энергии, обнаружить их до применения почти невозможно, нужно точно знать, что искать. Я не знал и разумеется не искал. «Шаг» имеет только один существенный недостаток, кроме своей цены. На месте активации надо провести жертвенный ритуал, для которого необходимо четверо живых.

Сразу стал понятен найм и уход в джунгли целого отряда. Сильвиусу, надо было довести до нужного места, как минимум четверых, исключая себя и оборотня. Народу на островах Свободы они набрали, как оказалось, с избытком. Когда это стало понятно, начали устранять лишних, втихую. Откровенно убивать, пока наемников было еще много, побаивались.

Обхожу мертвые тела прощаясь. Ши: ты был крохобором и скупердяем, но жизнерадостным и верным. Молчун: я так и не понял немой ты или просто не любитель говорить, за весь поход, не услышал от тебя ни слова, но те кто доверял тебе свою спину, знали: достать их смогут только если ты мертв. Баронет: как человек без опыта может зайти туда, где на пути полегло много гораздо более опытных, ты смог, что бы своей гибелью помочь плану вампиров, плохая смерть только начатой жизни. Вепрь: опытный вояка, как ты позволил убить себя со спины, я же видел твои недоверчивые взгляды кидаемые на перевертыша. Забираю у мертвого аристократа фамильный медальон, у остальных нет ничего, говорящего о родных, а весть о твоей смерти, я попытаюсь донести до твоих родителей. Это самое малое, что могу сделать.

Подытожим. Графы, а может и кто-то один из них, вербует двух дезертиров. Дает им задание, доставить детеныша ти-рэкса. Обеспечивает целеуказанием и средством доставки. Сводит их с Черным, от которого требуется обеспечить, легитимность найма отряда на Островах и дорогу до сельвы. Почему такой крюк? Наемников можно найти и на большой земле, но могут пойти вопросы, в случае же набора в процветающей «стране анархии» никто не удосужится спросить: куда пропали люди? А главное не найти хвостов, о нанимателях. Пираты отчаянно блюдут неприкосновенность своих тайн. Излишняя предосторожность? Возможно, но вампиры известные перестраховщики. Сильвиус и его, так и оставшийся для меня безымянным, друг достойно выполняют поручение.

Осталось несколько вопросов. Как такую сложную и явно дорогостоящую операцию, поручили бывшим имперцам? Конечно причины были, но какие? Пока без ответа. И главное, ЗАЧЕМ Графам малыш ти-рэкса? Ведь свои необычные свойства, этот ящер теряет очень быстро находясь вдали от дикой сельвы, превращаясь в обычного тираннозавра. Важно ли самку или самца поймали? То же не знаю. Точка с которой я наблюдал за окончанием действа, слишком далеко, что бы заметить этот нюанс. Но это может быть и не важно, пока оставим в мыслях просто «детеныш».

Вот я на большой земле, о чем так долго мечтал и полностью свободен от любых обязательств, по причине отсутствия таковых. Делай, что хочешь иди куда вздумается. Ндааа…. Как все просто на Архипелаге, какие мысли о будущем? Дожить до завтра вот одна цель. Начинаю понимать, что та жизнь вовсе и не плоха…

Целых три часа, стаскиваю мертвых к ущелью. Скидываю вниз и погребаю под рукотворным завалом. Не хочу, что бы тела сожрали падальщики. Прощайте.

Как меня использовали! Выражаясь почти забытым языком «кинули»! И кто! Кровососущие выродки. Твари. Злость волнами бьется о хладные бастионы рассудка. Хочется отомстить, очень хочется. Да и мысль о том, что: то что на благо этим упырям, вряд ли на пользу остальному миру, не дает забыть происшедшее. Перебежать дорогу эрму?! Вы заплатите, за это. Счет который я предъявлю, к оплате обязателен!

А жить с целью, намного веселее! Осталось добраться до графских клыков, а для этого сперва надо выбраться из диких джунглей. Куда пойти? Юг отпал сразу, там за горными хребтами лишь пустыня, с дикими племенами бедуинов. На запад? А потом вплавь по океану вдоль берега? Бррр, нет! На восток, прямиком в Рааст? Пройдя двойные патрули сперва эльфов, а потом имперцев? Возможно, но много подводных камней. Если уж все равно попаду к эльфам, то легче сразу направится к ним, затем пересечь баронства и дварфовские территории и вот я уже, на границах вампирских владений. Решено, иду на север. Тем более до вотчины остроухих, не больше сотни километров, что намного ближе границ в других сторонах.

Не обремененный необходимостью подстраиваться под других, передвигаюсь значительно быстрее, чем в составе отряда. Бег прерывает сильная вонь, резко ударившая в ноздри. Запах разлагающегося тела, настолько силен, что чуть не выворачивает на изнанку. Снизив чувствительность рецепторов, нахожу гниющий труп. А точнее, огромную груду падали. Последствие охоты тираннозавра. Туша убитого им динозавра впечатляла, тонн на двенадцать потянет. Создатель, что ж так воняет? И почему меня сюда потянуло? Поисковые заклятия опутывают бывшего травоядного. Ага! Вот оно что! Пришлось забраться на гору смердящего мяса, что бы добраться до заинтересовавшего предмета. Обломок клыка ти-рэкса. Драгоценный сабр. Как говорил Ларт, запрятывая очередную безделушку в свои бездонные закрома: «в хозяйстве пригодится».

Встретившийся на пути ручей, избавил от приторного запаха. А нужда просушиться, заставила остановиться на час раньше намеченного. Красивые тут ночи. Идеально черное небо, пестрит мириадом звезд. Где-то там вдали, маленькой точкой светится Млечный путь. Если его свет достигает столь дальних пределов.

По утру белье уже высохло. Позавтракав найденными в ветвях деревьев яйцами, продолжил путешествие. Уже давно саванна сменилась бушем, а тот уступил место непроходимым джунглям. Следуя наставлениям перевертыша, нашел ручей и пошел по нему. Все потоки северной части дикой сельвы, вливаются в Новую Амазонку. Величайшую реку Леньйи. Естественную границу, за которой начинается эльфийский лес. Приходится резко сбавить темп, тут возможна встреча с рейджерами ушастых. Те нередко патрулируют южный берег, да отлавливают желающих поохотится на диковинки.

В просвете деревьев, мелькает отблеск большой воды, когда получаю сигнал тревоги от астральной оболочки. За мной наблюдают. А я то тешил себя надеждой, что сумею заметить эльфов раньше, чем они меня. Как оказалось, ничем не подкрепленное заблуждение. Не подаю виду, что понял о слежке. Только придал себе усталый и изможденный вид. Это было не трудно, всего то пару раз поскользнутся на камнях ручья и вот взгляду зеленых, предстает мокрый и отчаявшийся путник.

Новая Амазонка не зря носит имя величайшей реки. Другой берег еле просматривался у горизонта. Мутная вода величественно несла себя в океан, далеко на западе. Так! что было бы естественно, для человека, оказавшегося в моей ситуации? Сам бы я переплыл реку не утруждая разными изысками. Теперь этот план канул в лету.

Первое, я мокрый. Разведя костер развесил гардероб, над огнем. Так же кинул в костровище несколько крупных камней. Когда те нагрелись, приготовил яичницу из утренних запасов, оставшихся после рейда по гнездам. Второе, надо было начать делать плот. Зная отношение эльфов, к всему произрастающему из земли, давно «потерял» мачете. Плот придется собирать из упавших стволов и прочего валежника. Так сказать во избежание, стрелы в спину от радетелей охраны природы. Коряво должно получится, но плавать на нем предстоит едва ли, повяжут меня намного раньше. Скорее всего этой же ночью. Основательно подготовил лежанку, от имиджа бывалого наемника, отказываться глупо. Устроил даже импровизированную сигнализацию из лиан. Пусть повозятся, добираясь до моего мирно спящего тельца. Для правдоподобности, как только солнце покинуло небосвод, уснул.

Сквозь прикрытые веки ловлю первые лучи восхода. Если бы не мои способности, то подумал, что ошибся в расчетах. А нет, вот они рядышком, ждут когда проснусь. Полная звезда эльфийских рейджеров, проще говоря боевая пятерка. Вежливые, не тревожат сна. Проверить их терпение, «проспав» до полудня? Пожалуй не стоит, даже их терпению может придти конец.

— Доброе утро уважаемые, — не открывая глаз произношу я. — Было ошибкой сесть на этот камень, под ним сигнальная ловушка, — буду не бывалым, а очень крутым. Меня ограничивает только фантазия и чувство самосохранения.

— Ты нас ждал? — в любой опере мира, хозяин продал бы душу, что бы этот голос пел у него. Открываю глаза. Никогда не понимал, что такого в воспетой бардами красоте эльфов? Многие люди красивее. Но вот говоривший поднялся с камня на котором сидел. И все встало на свои места. Грация и пластика движений завораживали. Любым жестом можно было любоваться. Идеальная гармония. Стряхиваю с себя наваждение: «подумаешь гипноз движения», но сам себе не верю. Это не гипноз, просто они такие и никак иначе. Арена, на песке которой приходилось встречаться с эльфийскими копиями, этот аспект передать не сумела.

— Очень надеялся, эта река меня пугает, — рассказов о Новой Амазонке и правда ходит множество, один кошмарнее другого. Тут и гигантские змеи и все пожирающие пираньи и много другого, придуманного падкой на испуг людской фантазией.

— Ты один? — логичный вопрос, одиночки в дикой сельве долго не живут. И испытывающие смотрит своими огромными глазами. Много историй о том что эльфы чувствуют правду и обмануть их невозможно. Чушь! Да они более чувствительны к лжи, чем люди и всё. Другое дело Видящие Суть, за громким титулом которых скрывается способность отличать правду, но их очень мало и в рейд такие не ходят.

— Несколько дней один. — Нагло врать все же не стоит.

— Тебе придется идти с нами и рассказать свою историю старшему.

— У меня нет выбора, — улыбаюсь. — Но это не расстраивает. Всяко лучше, чем возвращаться в джунгли или плыть на утлом плоту, по ЭТОЙ реке.

— Одевайся! — не смотря на всю бархатность голоса, это был несомненный приказ.

— Разрешите представиться! Свободный наемник Эх Даг Ор, — полностью облачившись, сопровождаю слова легким поклоном.

— Первый луч звезды Ларгин Олвий Оль, — вежливость у эльфов в крови, представляться пленнику было совсем не обязательно. Оль это новый род, образован всего век назад. По меркам ушастых, он совсем юноша и командует такими же. Впрочем, где им набираться опыта как не на безопасном южном берегу? Где встречи подобные нашей, происходят реже чем кальмар потеет.

Двигаться за эльфами по зарослям тяжело. Они как бы обтекают препятствия или растения сами уступают дорогу. Хотя последнее преувеличение, просто хочется оправдать собственную неуклюжесть. Даже эрм не может двигаться так! Впрочем глупо расстраиваться, у нас совсем иной стиль, при необходимости я легко обгоню ушастых, это не будет конечно так красиво, но более эффективно.

Через полчаса изматывающего перехода по прибрежной полосе мы останавливаемся, у гигантского ствола венге. Легкое прикосновение Ларгина к дереву и то «раскрывается», выпуская на свободу шестиметровое каноэ, выращенное эльфами средство преодоления водных преград. Лодка внешне похожа, на полусвернутый огромный лист незнакомого растения. Впрочем она может им и является. С зеленых станется придумать что-то похожее, лишь бы не рубить деревья. Невесомая и очень хрупкая на вид конструкция. И если первое верно, то второе ошибочно и каноэ легко выдерживает шестерых пассажиров.

Одно плохо, не предусмотрено никаких сидений. И если привычные остроухие, устроились на вид быстро и удобно, мне пришлось изрядно повертеться, прежде чем нашел приемлемую позу. Хорошо грести не заставили, точно бы кувыркнулся в мутный поток. Скоро стало понятно, что старший над этой пятеркой, находится на северном берегу. Каноэ уверенно пересекало реку, не делая попыток свернуть в сторону. Показавшийся берег, сильно контрастировал с покинутым мной. Никаких чащ и буйных зарослей. Ощущение, что смотришь на загородный парк какого-то вельможи. Все аккуратно, нет деревья не растут рядами, но их стволы создают не симметричную гармонию. Трава всего по щиколотку, разные сорта и виды, создают нерукотворный лесной ковер с причудливым узором.

— Сходи на берег, чего ждешь?! — Ларгин недоуменно смотрит на меня. Лодка давно пристала к берегу, а я не тороплюсь её покинуть.

— Топтать такое чудо, ноги не идут, — почти правда, с удовольствием посидел часок другой, просто наслаждаясь.

— Тут все не такое хрупкое и чувствительное, как кажется, не волнуйся. — Мне кажется или в голосе промелькнула теплота?

Сами эльфы ступают мягко, трава легонько проминаясь сразу после их шага, опять тянется верх, как будто никто на ней только что не стоял. Так вот откуда россказни о невесомости остроухих! Ступаю на зеленый покров, хммм после меня остаются отчетливые следы. С горечью смотрю на Олвия, тот понимает правильно:

— По утренней росе, все вернется как было. — Спасибо успокоил. И вообще эта впечатлительность непонятно откуда взявшаяся у эрмов, меня когда-нибудь до добра не доведет. Странно, при этом полный иммунитет к женским прелестям. Тьфу! опять меня понесло в эту область. Встречу Творца обязательно выясню, а то до комплексов определенного вида совсем не далеко.

— Это ваше дело! — огрызаюсь, напустив на себя вид закаленного в боях рубаки, которому все равно на какие то там травки. Прокатило. Ларгин купился, снисходительно улыбнувшись, мол: «строй строй из себя крутого, я же видел твоё лицо пару минут назад». Младенец почти, что с такого взять, вот со старшим такой трюк явно не пройдет, расслабляться чревато.

Прогулка по эльфийскому лесу, напоминала старую детскую игрушку, когда в одним глазом смотришь в трубу, которая наполнена цветным стеклом, и каждый поворот составляет новый узор. Так и здесь, за каждым деревом рисунок менялся. Тут мирно сосуществовали березы, ивы и тропические пальмы, северная осока и южные папоротники, простенькие ромашки и благородные лотосы.

— Сколько труда, вложено вами в это? — теперь я по иному смотрю, на эльфов.

— Ты думаешь мы руками все сажали? Или растили лес магией? — представитель рода Оль, наклоняется погладить пробегающего рядом ёжика. — Тут не труд, в привычном понимании. Лес отражение наших душ, он это мы, а мы это он. — Эльфы конечно привязаны к природе, но не настолько. Интересно Ларгин специально вешает лапшу мне на уши или их самих так учат? Смотрю в незамутненно-искренние глаза остроухого, скорее второе.

— Красивая сказка, — всем видом показываю, своё отношение к сказанному.

— Можешь не верить, — фыркает как только что поглаженный ёжик Олвий. А оно мне надо переубеждать юного идеалиста? Воспитание молодежи дело самих эльфов, пусть уж лучше верят в это, чем в то, что природу нужно защищать мечем и стрелой во всем Мире, как это было в первое столетие.

— Рядом ваше поселение? — замечаю, что отряд юношей, поправляет экипировку и вообще ведут себя, как попугаи чистящие перышки.

— Поселение, слишком громко сказано. Походный лагерь скорее, — тебе предстоит еще многому в жизни учиться юный Оль, например держать язык за зубами. Знающему человеку такая оговорка скажет о многом. К примеру о том, что рядом тренировочная база рейджеров. Поселений, деревень, городов везде много, а места подготовки военных, принято хранить в секрете. Хотя чего опасаться, он на своей территории и уверен, что полностью контролирует ситуацию. Ему повезло, я не собираюсь разубеждать, а будь на моем месте кто-то иной?

Наблюдать, даже краем глаза, за эльфами любопытно. Ларт не сильно жаловал эту расу своим вниманием, называл их скучными. По первому впечатлению реального общения, он ошибался. Как странно они одеты. Основу составляет огромный плащ-хамелеон, почти полностью скрывающий тела. Но они не кутается в него специально, получается само собой, при каждом движении плащ пытается «потянуться» за хозяином. Художники привыкли изображать зеленых в эдаких трико, мне же скрытая накидкой амуниция больше напомнила, цельный обтягивающий комбез. Поверх которого одета очень знакомая по преджизни разгрузка, забитая разными фенечками. Все это дополнял широкий плетеный ремень. Стоп! Ничего себе! Это не ремень, шагающий слева нагнулся поправить что-то и я смог рассмотреть подробнее. Это свернутый вокруг пояса много дуговый короткий лук. Видел я поясные сабли, но поясной лук, оригинально. А я то был в недоумении, не заметив у рейджеров этого атрибута, как то цепко впитались стереотипы, если эльф, то обязательно с луком и никак иначе. Кстати вообще не вижу иного оружия. Неужели их отправляют на патрулирование, хоть и безопасных берегов, не дав даже меча? Мои «хашти» они даже не попытались отобрать, не могут безоружные быть настолько самоуверенны.

— А что вы будите делать, если я попытаюсь убежать? — мне правда интересно.

— Не убежишь, лес не пустит, — трава ноги оплетет или что то подобное, иного я не ожидал.

— А если откажусь идти и окажу сопротивление, — ненароком поглаживаю рукояти мечей. — расстреляете пленника из луков?

— Нам вполне хватит этого. — Плащ соскальзывает с правой руки. Запястье первого луча оплетает необычная лиана, боевой браслет, наверняка по самую завязку напичканный различной магией. Вот оно как, но может старшие эльфы и правы. Острая сталь имеет свою магию. Внушая владельцу ложное чувство силы и самоуверенности. Что может привести к нежелательным последствиям. Людям бы такую разумность, вздыхаю. Но этого объяснения мне мало:

— А если бы я оказался магом, — подмигиваю, отпуская «хашти» и всем видом показывая миролюбие.

— То мы бы вызвали подкрепление, определять кто маг мы умеем, — ему лет восемьдесят, а такой наивный! Хотя, наверно им и положено было вызывать группу захвата, после обнаружения чужака. Но, хочется же побыть героем, отличиться даже такой мелочью. На южном берегу Новой Амазонки, скучно и ничего не происходит, а тут хоть какое то приключение.

Всегда считал, что эльфийская сельва просто кишит различными животными. Но ничего крупного на глаза не попадалось, пара игольчатых да несколько зайцев. Наш путь перегородила живая изгородь высотой в полтора человеческих роста. Интересно, что это за кустарник, я с интересом разглядывал огромные колючки крючкообразной формы. Зацепишься за такую и тебе помогут только ножницы. Протягиваю руку, прочные ли?

— Не трогай, они ядовиты, — одергивают меня.

А что я ожидал. Это явно защитное сооружение, по своей эффективности значительно превосходящее частокол. Тот можно разбить тараном, а тут ветви просто пропустят удар в себя, запутав живых. Да и лестницу на такое не поставишь. Поджечь? что то мне подсказывало, не горит это растение, хоть нефтью облей. Ушастые умеют выращивать, то что им надо с заданными свойствами.

Вход в лагерь, не закрыт никакими воротами, впрочем тех нет вообще, наверно в случае опасности проход закрывается на каких то иных принципах. Стражи нет, на меня бросают любопытные взгляды, но никакого ажиотажа не наблюдается. О моем пленении тут уже как-то извещены.

А поселение не маленькое, не менее полуроты зеленых и это только те кого я вижу прямо сейчас. Эльфийские города выглядят величественно и по иному, тут же царила военная простота. Никаких домов и прочих строений, только пышнокроные деревья заменяют навесы, а мягкий мох под ними постель. Есть даже подобие плаца в центре. И тут они верны себе, топтать «драгоценную» флору не собирались, центральная площадка была цельной каменной плитой. Возможно и лагерь специально оборудовали здесь из-за этой вышедшей на поверхность скальной породы.

А вот и делегация встречающих. По характерным морщинкам вокруг глаз легко определить Старшего. Нет это не признак старости, это признак живого ума и умения улыбаться глазами. За его спиной в полу шаге замерли два адъютанта, представляющих разные поколения. Один явно ровесник Ларгина, светловолосый атлетично сложенный, с парными клинками красной стали. Внешность имеет не характерную, будь он человеком заслужил бы прозвище Иван-дурак, но вот жесткий взгляд намекает, первое впечатление не верно. Второй намного старше, наверняка именно он гоняет молодняк, а Старший ограничивается общим командованием.

— Эх Даг Ор, к вашим услугам Старший, — низко кланяюсь, по этикету эльфов, гость представляется первым.

— Мой помощник Оби Расмус Гор, — странный этикет, сперва представлять младших: — старшина Туронт Лио Фьёр: — короткий кивок, представленного боевого офицера. — И я старший по этому детскому саду, полковник Еарн Ист Уал.

— Безмерно польщен, — я не лукавлю.

Если об Оби я ничего не знал, то о полковнике и его старшине наслышан. Одну из боевых операций под руководством Еарна, до сих пор разбирают в учебных классах офицерской школы Рааста. Как наглядный пример: использования пересеченной местности и легкого вооружения, против тяжелой пехоты с массированной магической поддержкой.

— Я читал трактат контр-генерала Вильнуса, о бое при реке Мио, — показываю, что мои слова не пустой звук и я и правда наслышан о нем.

— Пустое, — взмах рукой отгоняющий несущественное, но глаза выдают Старшего, ему приятно. — Желаете отдохнуть с дороги, прежде чем мы продолжим беседу? — а куда ему торопиться?

— Был бы премного благодарен, а если еще и покормят! — мечтательно закатываю глаза. Да и на допрос не тороплюсь, надо скорректировать линию поведения, такого матерого зубра на мякине не проведешь.

— Оби устрой «гостя» и распорядись о обеде.

Кивком прощаюсь с Ларгином, и повинуясь жесту помощника направлюсь под раскидистую иву. Тяжелые ветви плакучего дерева, опускаются до самой земли, образуя природный шатер.

— Располагайтесь, еду вам принесут немного попозже. — С этими словами Расмус оставляет меня одного.

А тут удобно, мягкий и сухой мох был комфортнее многих постелей, а густая тень ивы навевала прохладу, пряча от палящего солнца. Расслабленность и отпустившее напряжение последних дней, сыграли со мной шутку, вместо проработки легенды, я задремал.

— Тук-тук. — Смешно, это был не стук по дереву, а словесное озвучивание. Одновременно, откидывая листву в мой «шатер» заходит Ист.

— О! Право не стоило себя так утруждать полковник! — в руках он несет, несколько крупных листьев заполненных всякой снедью. Прикинусь наивным, хотя прекрасно понимаю, за едой разговорить утомленного путника намного легче.

— Мы не потребляем мяса.

— Ничего ничего, — поднимаю, с разложенных на мхе импровизированных тарелок, горсть винограда. Какой забытый вкус! зажмуриваюсь от наслаждения. Незаметно для себя, буквально сметаю различные фрукты.

— У вас хороший аппетит, — ха! еще бы, если бы ты знал!

— Столько всего вкусного и в одном месте. Полковник, вы меня балуете. — Эльфы единственная раса мира предпочитающая общаться на своем языке. Переходя на всеобщий они говорят высокопарно, как на приеме у герцогини. Приходится соответствовать.

— Вы готовы поговорить?

— Промочить бы горло и к вашим услугам. — Демоны! он протягивает мне свою походную флягу. Попытка отослать его и подумать в одиночестве хоть пару минут, провалилась. Делаю несколько жадных глотков. — Спрашивайте Старший.

— Кто ты? — ой какой расплывчатый вопрос, не люблю такие. Очень много вариантов и по выбранному ответу, можно многое сказать о собеседнике.

— Это ответит лучше меня, — протягиваю жетон охотника. Мимолетный взгляд не обманывает, Еарн мгновенно считал всю информацию.

— Что ты делал в сельве, свободный охотник? — что что: шел шел и заблудился! Потопчись по тебе семиступы. Но надо держать себя в руках.

— Выполнял задание в составе отряда наемников.

— Вам не приятны мои вопросы? — огорченное лицо не обманет, когда глаза так смеются. Полковник явно забавлялся нашей беседой.

— Я не привык к допросам, — делаю лицо кирпичом, впрочем тут же поправляюсь, вздыхая. — Но понимаю это ваша обязанность.

— А если мне нравится допрашивать?

— Вы не человек, кто вас знает, — не поддаюсь на провокацию, откусывая сочную грушу. — А вас не раздражает, что я ем во время беседы?

— Кушайте, мне наоборот приятно смотреть, когда едят с таким неприкрытым удовольствием. — Кто его поймет, может и на самом деле так? — А вы очень образованы для свободного охотника.

— Вступая в ряды ордена, охотник прощается со своим прошлым. — Это то ты должен знать.

— Не желаете мне рассказать, кем вы были до?

— Не желаю, — если продолжит настаивать, придется быть грубым и показать как прыгает лягушка. Это когда ладонь бьет по бедру, сперва открытая, а следующим хлопком на бедре фига, и так несколько раз, пока собеседник не поймет.

— Ваше право, надеюсь это прошлое никак не связано с тем что вы оказались в дикой сельве. — На прямую не связано, но подробности я умолчу. — Ваш кодекс позволяет раскрыть, нанимателей и цель миссии?

— Кодекс запрещает, — решаю не скрывать от эльфа подробности. Зеленые не любят кровососов, может прольют свет на некоторые детали. — Но есть нюанс, — театральная пауза оправдывается себя, Еарн аж подобрался как хищный зверь готовящийся к прыжку. — Меня подставили и теперь, я свободен от подобного рода обязательств.

— Наниматели не выполнили условий договора?

— Хуже. Впрочем из меня плохой рассказчик, я лучше буду отвечать на ваши вопросы. — Пересказывая подробности можно пропустить какую либо деталь, что потом аукнется. Подбирать ответы на конкретные вопросы всегда легче. Полковник кивает:

— Личности нанимателей?

— Ни один из них не представился. — Я не лгу, сами они своих имен не называли, а Сильвиуса представил перевертыш. Оставим эту карту в рукаве.

— У вас есть какие либо свои наблюдения о них?

— Да, это безусловно бывшие военные имперских армий.

— Какой армии они бывшие и сколько их было?

— Двое, северянин и южанин, — понимаю твое удивление остроухий.

— Численность отряда?

— Пятнадцать человек, — делаю акцент на последнем слове, предупреждая следующий вопрос.

— Маловато для охоты на ти-рэкса, — шаблонное мышление, у вас уважаемый.

— Цель похода поиск артефакта.

— В сельве кануло огромное количество магических безделушек, — кивает в раздумьях Ист: — возможно ваш отряд первая ласточка. И за ним скоро потянутся другие, охочие до наград. Прибавится нам работенки. Имя или тип артефакта вам сказали?

— Мы шли за «Сиреневой Звездой».

— Altarielle! Скоро по джунглям придется ходить с миноискателем, не хотелось бы случайно наступить, на эту «игрушку». — Понимаю чувства полковника. — бомбу нашли?

— Не знаю.

— Это как? — он и правда удивлен.

— Я покинул отряд до завершения похода… — Кратко пересказываю историю перехода по джунглям. Опустив лишь, что произошел захват ящера. То что в лапах вампов якобы находится «Звезда», и так достаточно, что бы расшевелить зеленых и заставить задуматься.

— Вы уверены, что ушли именно «Красным Шагом»? — вот и прокол! Надо было придумать, что то вроде того, что я заметил за вратами, двор готического замка. Не хотел же сам пересказывать, кто меня за язык дернул.

— Не уверен, так как не маг, но о подобном ритуале слышал и виденное мной, очень похоже. — Поверит?

— Описания подобных ритуалов, непосвященным не предоставляют. — Сейчас меня примут за шпиона. Я веду себя как птеродонт! Надо выкручиваться:

— Вы умеете читать ауры? — Дожидаюсь утвердительного жеста, — посмотрите на мою внимательнее.

— Двуталант, выбравший на перепутье тварность. — Ой как не нравится мне этот любопытный взгляд. — Что побудило вас к такому необычному выбору?

— Это вопрос о глубоком прошлом, к нынешней ситуации отношения не имеет, позвольте умолчать.

— Без подробностей, мне просто интересно, — а вот это правда. Но я не придумал никакого объяснения, кроме «скелета» легенды. Демоны. И откровенно врать опасно, это не молокосос которому даже меч не доверяют.

— Мне тяжело об этом говорить, — прячу свои раздумья под маской нежелания, вспоминать прошлое. — Просто мне так было легче.

— Что ж так бывает, не буду настаивать, — уфф, главное не показать явного облегчения.

— Спасибо за деликатность.

— Представить бы вас нашей Видящей, но она сейчас вне лагеря, — и слава Творцу! Только этого мне не хватало. — А сейчас я вас покину, отдыхайте, поспите.

С этими словами Старший оставляет меня одного. Прокручиваю наш диалог с разных ракурсов, тут важен любой жест. Не все так ужасно, как показалось сперва. Да, мог бы построить беседу намного лучше, но явные провалы удалось удачно загладить. После еды, потянуло в дрему, не слишком ли я очеловечиваюсь? Хотя, разве это плохо? Может под этим чудным деревом приснится что-либо, люди не понимают какое это чудо видеть сны, я же давно лишен этого. Засыпаю.

— Первая звезда стреляет, вторая защищается! — Создатель, все армии вселенной одинаковы! Что ж так орать? Мне казалось вот вот, что-то приснится! Под командные окрики старшины, гоняющего молодняк, спать не представлялось возможным.

Откидываю плотный полог ветвей. Фьють! Да я проспал до самого утра. И без какой либо магии, воздействия не было я уверен. Спрашиваю, усердно отжимающего рекрута, где можно умыться. Разумеется никакого умывальника не было, его заменял родник. От ледяной воды заломило зубы. Но как же вкусно! Предложи мне сейчас кружечку Торгвильского, выбрал бы воду источника.

Закончив водные процедуры, замечаю ждущих неподалеку караульных.

— Вас ждет полковник:- а кто сомневался?

— Проводите? — усмехаюсь, а куда вы денетесь, у вас наверняка приказ доставить пленника под светлые очи.

— Как пожелаете. — Поняли, что над ними издеваются, но молодцы, не сорвались, а оставили последнее слово за собой.

К чему такой официоз? Полковник со своими адъютантами ждал меня в центре плаца. Я рассчитывал, на повторение вчерашней приватной беседы. Ничего хорошего мне это не сулит, печенкой чую.

— С солнечным утром вас, — приветствует меня Еарн. Ай ай, он не сказал «доброе». Видимо мои дела совсем плохи.

— У вас замечательный родник, господин полковник, — низко кланяюсь старшему, остальных приветствую легким кивком.

— Я рассмотрел ваше дело, — бюрократическое построение фразы, означало одно, сейчас мне озвучат приговор. Не стоит пугаться, никто меня не казнит. Эльфы ярые противники смертной казни, а вот «припахать» на общественные работы, на несколько лет, в их стиле. — Учитывая ваше полное содействие и откровенность в нашем разговоре. Плюс то, что вы доставили нам интересную информацию, с вас снимается обвинение в шпионаже и прочих военных преступлениях. — Это каких? Но скорее всего просто необходимое в этих условиях построение фразы. — По этим пунктам обвинения вы оправданы, — неужели отпустят так легко? — Попытка же вывести запрещенные к перевозке предметы, вынуждает меня выдвинуть обвинение в контрабанде. Поднимите руки пожалуйста.

— Какой контрабанде? — я и правда удивлен, но приказ исполняю. Ко мне подходит Туронт и ловким жестом, достает из-за моего пояса обломок клыка ти-рэкса. Кашалота мне в друзья, как же так, на такой мелочи! Удовлетворенно кивая, Еарн продолжает:

— По обвинению в контрабанде я признаю вас виновным. Дальнейшее рассмотрение вашего дела, переходит в гражданскую юрисдикцию и будет рассмотрено судом города Фейн, так как именно на его территории мы находимся. До города вас сопроводит конвой.

— Но я не охотился! А нашел обломок на месте охоты ти-рэкса!

— Все смягчающие обстоятельства рассмотрит городской суд. — Ой, как не хочется пару лет отбывать срок. Придется бежать, а это дополнительные осложнения. Бежать разумеется не сейчас, а после суда, вдруг оправдают? Хотя надежда на это слаба.

— Я настаиваю на Божественном суде. — Отсылка к обычаям баронств, где в практика судебных поединков обычное дело, слабый аргумент. Но, а вдруг!? Произнося это, я повышаю голос. И так действо на площади, привлекало внимание, сейчас же все прекратили занятия и ждали ответа Старшего.

— Мы не практикуем, подобные судебные изыски, — ожидавшие бесплатного развлечения рекруты расстроены. Но я сдаваться не собираюсь:

— Я настаиваю, на своей невиновности и готов отстаивать её в поединке по Кодексу Зеленого дома! — Когда тебя окружает большое количество народа, непривычно слышать шум родника в сотне метров. На плацу стоит такая тишина, что пролети рядом муха, все оглохнут от шума ей издаваемого.

Мне удалось удивить полковника, тот оглядывается будто ища поддержку. У кого её может найти тут Старший? Проследив взор Еарна, немного поворачиваю голову. Эльфийка, в свободных белоснежных одеяниях, смотрится на удивление гармонично, в толпе цвета хаки. Изысканный обруч, выточенный из цельного куска каменного дерева, венчает её. Видящая! Она замечает моё любопытство к своей персоне. Её взгляд тянется вечность, за которой следует благосклонный взмах изящной ладошки. Опережая полковника, вперед шагает Расмус Гор:

— Видящая, полковник! — первое обращение к эльфийке и это в военном гарнизоне. Впору задаться вопросом, а кто тут главный? Хотя, наверно нет четкой иерархии, а есть распределение полномочий. Тем временем Оби продолжает. — Разрешите мне быть обвиняющей стороной!

Все юноши одинаково рвутся в герои. Так же это понимает и Еарн, но не отказывает своему помощнику:

— Хорошо! Я передам свой дуэльный комплект обвиняемому, — и обращаясь непосредственно ко мне. — Я сниму с вас все обвинения, если вы выиграете поединок. Так же я понимаю, что шансов у вас нет. Зачем вы в это ввязались?

— Это шанс, а я спешу.

— Рвешься отомстить? — а и правда? Но нет не месть движет мной, давно остыл. А обещание «попробовать», данное над мертвым телом, одного молодого горца.

— Я дал обещание, — врать на глазах Видящей, ну уж нет. Но в сказанном, легко понять обещание себе: отомстить предателям. Именно так это и понимает полковник, просто пожимая плечами.

— Все занятия в лагере отменяются! Пол часа свободного времени! Затем общий сбор на плацу! — Использовать поединок как бесплатное шоу, для своих солдат, а Старший молодец. Повернул ситуацию себе на пользу. И опять лично мне: — советую провести время с пользой и размяться.

Следую мудрому совету, тем более приказ «разойтись» воспринят остроухими буквально. Ощущение, что лагерь вымер, все разбежались по своим делам. Интересно эльфы делают ставки? Но это вопрос гипотетический, пари со мной никто заключать не будет.

Ввязался я в авантюру. Ветвь Гор, это не молодая поросль вроде Оль. И её представителей обучают качественно. Реально полковник прав, шансов на чистую победу по кодексу у меня мало. Надежда только на излишнюю самоуверенность молодого эльфа. Практически на сто процентов уверен, тот будет чертить не простое «ВИНОВЕН!», а что то похлеще. Какие фразы, считаются высшим шиком, среди зеленых дуэлянтов? Надо вспомнить, тем паче Ларт мне целую лекцию прочел и наглядно эти фразы показывал. Учитывая, что поединок судебный, то скорее всего это будет: «Виновен, без права апелляции!». Именно этой фразой заканчиваются суды, когда обвиняемому выносится, полностью доказанный, обвинительный приговор. И это мой шанс. Точнее надежда на него.

Старшина принес парный комплект кодекса. Рапира и дага Старшего были великолепны. Не парадное оружие, а побывавшие во многих схватках клинки. Проверяю баланс, он ничем не отличается, от того к которому я привык, на занятиях с лентяем. Впрочем это дуэльная пара и должна быть создана, по определенным стандартам. Тем не менее любое оружие имеет некоторую индивидуальность, привыкнуть и распознать которую, очень желательно перед боем. Вот и близится к концу разминка. Эльфы потихонечку собираются, меня приглашают на площадь.

— Согласно Кодексу Зеленого дома. Объявляю о начале дуэли! Между вторым лучом созвездия Оби Расмусом Гор и свободным охотником Эх Даг Ором!

Мой противник верно оценил правильность хвата, моих клинков. И теперь вместо наглого нахрапа, двигается осторожно по кругу. Я не против поиграть в ходилки, заодно оценю настроение гарнизона. На первый взгляд, ко мне относятся положительно, так часто бывает, когда переживают за явного аутсайдера. Значит если выиграю, большого недовольства это не вызовет. Первый же выпад Оби и понимаю, Ларт может быть и справился, я нет. Не умею так! Открываться под возможные смертельные удары и наплевав на защиту сосредоточится на вязи. Всё моё существо и глубинные рефлексы, против. Подныривая под мою рапиру, дага эльфа чертит «В», еле успеваю отдернуть руку, чтобы остановить выпад, который проколол бы сердце офицера созвездия. Демон! Это не дуэль! Пока я занят, рапира вышивает «и». Кажется я угадал!

Проходит минута, и слово «Виновен» полыхает на утренней прохладе. Настала первая серьезная проверка. По правилам, каждый знак препинания надо не только «изобразить», но и обозначить нанесенной противнику раной. Если Расмус, начертит восклицательный знак или поставит точку, то не дам ему себя достать. Понадобится буду сутки гонять этого молодца, пока не упадет от усталости. Тогда я свободно допишу частицу «не» и проколю руку, ставя точку. Именно так выглядит мой запасной план. Но огненным росчерком занимает свое место запятая. Тут же подставляюсь под легкий укол в предплечье.

Для вида отчаянно сопротивляюсь, якобы не могу ничего поделать, перед превосходящим противником. Поединок растягивается уже на четверть часа, когда свое место занимает последнее «и». Рассекающий удар, ставит восклицательный знак, одновременно взрываюсь резким двойным выпадом. И когда на моей груди выступает кровь, двойной удар достигает цели, оставляя царапины на плечах Оби, а клинки оставляют за собой легкий росчерк, заключающий фразу эльфа в кавычки. Вроде не велика разница между:

Виновен, без права апелляции!

и:

«Виновен, без права апелляции!»

Но она есть и не такая эфемерная как может показаться. Да на общем, это звучит казенно, но на высоком языке, это очень лиричная фраза. Которой названа одна из первых эльфийских баллад. Рассказывающая о несправедливо осужденном принце ветви Тьер. Которого отправили в изгнание и тот обозлившись, объединил вокруг себя эльфоненавистников и пришел в Великий лес с мечом и огнем. Мстя за несправедливое унижение. Кровавая сага, основанная на реальных событиях. Всего кавычки и вот перед вами не судебный протокол, а название повести о невинно осужденном. Надеюсь тут найдутся любители поэзии.

— Поединок закончен! Победителем признаю, — от сиреневый топотун, полковник явно не знаток высокого слога. Он явно собирается признать выигравшим Оби! Но падает невесомый белоснежный платок из тончайшей нити шелкопряда между нами. Видящая! Как можно докинуть за пять метров, эту легковесную тряпочку? У неё получилось, Еарн послушно замирает.

— Не спешите мой полковник, — легко гладит прославленного ветерана по ладони, подошедшая эльфийка. Она не приказывает, просит. — Выиграл Эх Даг Ор! — белоснежный пальчик, опускается на губы готового взорваться в недоумении офицера. И обращаясь ко всем зрителям произносит. — Вспомните я пела вам о Мстителе Тьер. — Даже если это была давно, никто не забыл. Разве это возможно забыть!? песню пропетую таким голосом, в котором собрано все: от улыбки первой любви, до легкого перезвона росы в бутонах полевых цветов. — А вы не злитесь молодой Гор. Лучше поклонитесь великому мастеру, что вас обыграл, — это я то великий? Она Ларта не видела. И хоть это и не приказ, послушно сгибается спина Оби в почтительном поклоне безмерного уважения. — Не все то чем кажется, запомните этот урок! — очередное обращение к замершим в почтении эльфам. — А теперь оставьте нас. — И элегантным жестом, беря полковника под локоть: — что вы милый Еарн, к вам это не относится. Кстати вы что-то обещали этому «молодому человеку»? — Как-то не нравится, явно выделенное сомнение в моей человеческой природе.

— Эх Даг Ор, согласно моему обещанию, вы свободны и вольны идти куда хотите. Одна частная просьба, не покидайте лагерь до утра. Мне нужно составить некоторые документы и выписать вам подорожную.

— Быть гостем в Зеленом лесу, я с радостью! — и тут же поправляюсь: — только до утра…

— Мастер, — вот ведь, не дай творец это наименование ко мне прилипнет, обращается Видящая. — Вы позволите мы вас покинем. — И озорно подмигивая: — нам с полковником надо пошептаться.

А что мне оставалось, кроме как согласно кивнуть? Отношение эльфов гарнизона сильно изменилось. Если ранее были просто любопытные взгляды с ноткой осуждения, то теперь… После поединка и речи Видящей, встречающейся на пути зеленые, почтительно кланялись. В их взорах явственно мелькали оттенки опасения, изрядно приправленные уважением.

Еарн и из данной ситуации, извлек пользу. Не прошло и часа после дуэли, как рекруты были разбиты на пары, для занятий по кодексу. Полторы сотни пар чертили вязь высокого языка. А я то думал, что дуэльный регламент только для аристократии, оказывается каждый эльф имел свою пару красных клинков. Впрочем, они же бессмертные, глупо было подходить к ним с человеческими мерками.

Или с мерками эрмов? Вообще кем я себя считаю сам? Человеком прошедшим какую-то мутацию или мифическим эрмом, героем детских сказок? На Архипелаге мы «варились» в собственном соку. Не было других, которые показали нашу чуждость. Заглядываю глубоко в себя, вспоминая и других таких как я. А ведь в разговорах друг с другом мы, часто оговаривались «человечный», или говорили «он ленивый человек», а не «ленивый эрм». Только оказавшись в большом мире, ощущаю: я не человек. Вообще, надо хотя бы определится, кем себя считать…

— Мастер. — Сейчас кто-то получит изрядную трепку. Но оборачиваюсь и мой пыл уходит, связываться с старшиной, не собираюсь. Тем более, называя меня так, он явно смеется, а не серьезно относится к этому ярлыку, любезно повешенному на меня эльфой.

— Офицер? — если он хочет по фехтовать со мной, придется отказать. Еще раз выставлять себя клоуном, не уговорите!

— Как вы находите Ларгина? — ээээ, мне надо консультировать Туронта, о его же подчиненных? Но кажется, стоит ответить, не подойдет боевой офицер с таким вопросом к чужаку, просто так.

— Честный, хороший, располагает к себе, мне он понравился, — но не это хочет услышать Лио, вздыхаю. — Наивный и тянет на героизм. — Такие долго не живут на войне.

— Я знаю людей, вы значительно старше, чем хотите казаться. — Опаньки, пришла кракозябля откуда не ждали.

— Значительно, это вы с горяча, — больно расплывчато это слово.

— Мне все равно. Главное вы опытны и явно побывали во многих переделках, — тяжело дается этот разговор старшине, ох не легко ему было подойти! — Я прочел рапорты звезды Оль. Ваши вопросы, о возможном отказе подчинятся и ответы молодых рейджеров. Вот, что заставило меня обратится к вам с просьбой. Обучение и тренировки, важный момент в подготовке воинов. Но реальность часто дает иные уроки, зачастую последние. — Понимаю примерное направление мыслей офицера.

— Что вам нужно? — это не резкость. Я помогу, если в моих силах. — Ларгин ваш родственник?

— Нет, не родня. Ветвь Оль, единственный новый побег за последние полтора столетия. — А я считал, что это просто образование нового рода, но видимо все сложнее. — Нам важно, что бы ветвь окрепла. В мире снова не спокойно. Потеря звезды, может привести к увяданию ростка. Тем более, если гибель будет по героической глупости.

— Ваше предложение? — хочет, что бы я провел тренировочный бой и показал им недооценку пленника? Это обычный урок и не приведет к желаемому результату. Да тренировка со смыслом, но опять же не жестокость реального боя.

— Я скажу, что в свете более тщательного расследования, вас требуется сопроводить в Фейн. В конвой вам выделю звезду Оль.

— Мне надо от них сбежать? Это не реально, меня не пустит лес! — еще как реально, но уж этого никому знать совсем не обязательно.

— Не сбежать, вам надо их банально отлупить. Без тяжких последствий, но до кровавых соплей. — Жестоко? нет это чувство долга.

— Браслеты? — Уж не тест ли это, устроенный Видящей? Посмотреть как я справлюсь с магией.

— Возьмите, — эээ, взять вот эту обычную ромашку? — каждый лепесток, нейтрализует по заклятию. — У эльфов появилось супер оружие? Да за такой цветок! сколько там кстати лепестков? Стоп, тпруууу, куда то меня занесло, явно что не любого заклинания, а только тех кто встроены в браслеты. Банальная отключалка, защита от «дурака», а не сверх поглотитель. — Я видел как вы двигаетесь, проблем даже с опытной звездой у вас не должно быть, — и тут же поправляется, — в рукопашной схватке разумеется. — И совсем неожиданно: — пожалуйста.

— Один вопрос, ответите, попробую.

— Всё, что не военная тайна.

— Что такое ветвь?

— Я не знаю, как объяснить не эльфу, да и не рассказчик.

— Вы все же попробуйте. Это же не просто род, в понимании людей?

— Да ветвь намного больше, чем людской род. И не в количестве разумных, её составляющих, суть. Каждая ветвь способна стать деревом. — Это все? Всё объяснение? Видимо да. Тебе и правда далеко до сказителя старшина.

— Когда начнем представление? — мне понравился Ларгин, да и он первый живой эльф которого я встретил.

— Сейчас все думают, что я объясняю вам необходимость все же предстать перед судом. Мол, это пустая формальность и тому подобное, но бюрократические препоны заставляют полковника пойти на этот шаг.

— Вы знали, что я соглашусь?

— Ну сперва я спросил об этом у Видящей. Она сказала, что согласитесь.

— Вот так просто сказала?

— Она носящая обруч. Не спрашивайте у меня о Видящих, они тайна. — И сразу стало понятно, это не секрет оберегаемый эльфами от других, они просто ТАЙНА.

Прошедшие подробный инструктаж, уже знакомые рейджеры, заключают меня в центр своего построения. Выходим из лагеря, а собственно чего ждать то? Не обязательно куда-то долго идти, тем более все равно возвращаться за подорожной. Да и первую помощь молодым эльфам пусть оказывают свои, если что-то пойдет не так.

Как здесь, все же красиво. Но красота подождет. Зачем утруждать офицеров лагеря слежкой. Что те будут наблюдать за происходящим, сомнений не вызывало. Сто шагов от колючей ограды, вполне достаточно.

Один впереди, двое по бокам и пара сзади, держатся не более чем в сажени от меня. Стандартный ордер охранения. Резко притормаживаю, не ожидающие никакого подвоха идущие за спиной, не сумели сохранить дистанцию. Первая ошибка: два тела хрипя разбитыми кадыками падают на колени, уже не бойцы. Вторая ошибка: Ларгин идущий первым оборачивается, когда надо уходить перекатом вперед. Ты так хочешь посмотреть? Ну посмотри на мой кулак. Тяжелый удар прямо в лоб, сопровождаемый энерговыплеском, полчаса безмятежного разглядывания птичек или что там видят эльфы в отключке? ему обеспены. Третья ошибка: боковые успевают среагировать, на попытку побега. Две молнии срываются с браслетов, в момент моей атаки Олвия, но недостаточно быстро. Разряды проходят за спиной. В этом и беда четких, геометрически правильных построений. Именно такая мысль, сопровождает разглядывание мной тел, поразивших друг друга остроухих. Как то чрезмерно легко, чему их тут учат? Всяко не отражению эрм-атак, шепчет внутренний голос. К тому же не стоит забывать, это рейджеры, то есть не более чем легкая пехота.

— Я ваш должник. — Полковник совсем не огорчен, быстрой победой и полным фиаско своих подопечных. Наоборот он удовлетворен результатом.

— У вас не будет неприятностей, из-за того, что вы меня отпустили? — перевожу разговор в другое русло.

— Решения принятые совместно Старшим и Видящей, не подлежат обсуждению и пересмотру. Разве что Владыками, но какое им дело до мелкого инцидента, на южной границе? — лукавите Еарн, так уж и совместно было это решение? Мне показалось иное.

— Где можно пообедать? — вижу что офицеру, хочется самому осмотреть раненых, но вежливость не позволяет.

— Вас проводит Оби.

Второй луч созвездия, подчеркнуто вежлив со мной. Сегодня меня кормят, невероятно сочной дыней. Она венчает обеденный лист, оттеняя остальные фрукты и прочие травки. Старший назвал себя должником, пожалуй я знаю как ему этот долг вернуть. Наведаюсь как-нибудь, сюда опять и напрошусь в гости, на месяцок. Полуденною жару переждал в легкой дреме, под аккомпанемент сытого урчания желудка.

А стоит ли мне куда-то торопиться? Глоток родниковой воды, настроил на лирический лад. Какое мне дело до далеких вампиров с их планами? Но знаю, ти-рэкс утратит свои уникальные свойства не позже чем через пару месяцев. И если графы, что то задумали, то реализация этой задумки не за горами. Понимаю, что вообразил себя хоббитом, но перекладывать все на плечи эльфов, а что они могут? Выслать экспедиционный корпус, начать войну с Графствами? Из-за каких то предположений? Максимум пошлют разведчиков, посмотреть поближе. Но они и так это сделают, «Сиреневая Звезда» не шутка. Возможно гонец уже в пути к Владыкам.

— Я хочу прогуляться вне этих ужасных, колючих стен. — Из мягкого объятия, вырывать свою руку совсем не хочется. А я то думал, что рефлексы выработанные на Архипелаге, не позволят незаметно ко мне подкрасться со спины никому. Придется внести поправку, никому кроме Видящей. — Составите мне компанию?

— Как я могу отказать, воплощению очарования? — неуклюжий комплимент. Пугает то, что слова вырвались прежде, чем успел обдумать вариант отказа.

— Тут не далеко, есть очень приятное место, — видели как маленькие девочки подпрыгивают в нетерпении? Захотелось заплакать от умиления.

— Уверяю, не пожалеете, — верю искренне. Эээ, это как! Как так не заметно для меня, мы уже вышли за пределы лагеря? Сканирование защитных оболочек! Воздействия не обнаружено. Внешние щиты! Структура целостна. Окружающий ифообмен! Управляющие контуры не найдены. Приглядываюсь к ауре Видящей, даже не весомый астральный щуп, посылать опасно. Ничего не понимаю, как маг она слабее, любого среднего эльфа! Но спроси меня сейчас, что предпочесть бой с магом-магистром или с идущей рядом девой? Выберу первое.

— Я вас боюсь. — Тьфу! Опять раньше любой мысли. А ведь сейчас полностью сосредоточен. Прикусить язык для надежности?

— Ой, это пустое. Я не страшная, — легким бризом трогает губы улыбка. — Держите это вам! — какой милый полевой колокольчик. Сорванный этой рукой, он не завянет никогда. Подобный гербарий, был мной замечен только в петлице полковника. Остальные были обделены? Или это знак особого расположения?

— Мне нечего подарить вам, — и правда, единственное, что у меня есть «хашти», а зачем они Ей?

— Вы обижаете меня, — обижаю!? Это желание перегрызть глотку самому себе, оно откуда? — Эта прогулка лучшая награда.

— Это такая малость! — хотелось вот так шагать вечно.

— Малость? — легкая задумчивость, так Ей идет. — Развлеките тогда ответами.

— Опять допрос? — давлю в зародыше готовое сорваться восклицание: «С радостью!». Мимолетная хитринка трогает брови, достойные холста лучшего живописца. Прокололся! надо было плыть по течению.

— Что вы, просто я от природы любопытна, — то как Она поправляет волосы, это поэма. — Где вы научились кодексу? Разве жуткий вопрос?

— У эльфов не бывает ренегатов? — врать нельзя! Но можно поиграть в словесный пинг-понг.

— А в чьем исполнении, вы слышали балладу о Тьер? — как построен вопрос! Восхищен! Спроси Она, от кого слышал о песне, напустить туману было бы легко.

— Не знаю имени, — это правда. Отчаянно растягиваю слова, мне нужна хоть крупица времени. Как объяснить, о Театре? Желтый синебрюх! Какое «о Театре», я не собираюсь о нем рассказывать! — Видел магическое воспроизведение. — Маги Леньйи не собирались выбрасывать на свалку, достижения прошлой жизни. А происходящее на Правзе, подходило под это описание.

— Не знала, что когда-то была сделана такая запись, — пожимаю плечами. — Смотрите! — замираю. В обрамлении желтых лотосов, взрывается гейзер. На простой лесной полянке, столб воды не смотрится чужеродно. Хотя по законам природы, на этой местности его быть не должно. Красиво, но за Сферой, видел и не такое.

— Мило. — Коротко отвечаю я, тут же буквально напарываюсь на острый взгляд. Ёёёё, надо было восхищаться более активно, но уже поздно. Заданный вопрос закономерен:

— Вы человек? — «приплыли».

— С утра был им. — Облегченно улыбаюсь, надеюсь не попросит уточнить, когда было это утро!

— Странно, вы не врете, — врать Ей, разве это возможно? Тьфу, а чем я все это время занимаюсь, что за наваждение, без капли магии!

— А за кого вы меня приняли? — я то же любопытный.

— За дракона. — Святая простота! Я ДРАКОН? Ыыы? сперва наружу вырывается одинокий смешок. Но воображение услужливо «показывает» картинку: лежу я весь из себя такой металлический, в грязной суповой тарелке. С гооолууубоооойййй каееемоооочкооой…. Ааааааааааа!!! Смех, да какой это смех, это истерика! почти сваливает меня с ног.

— Ииииии, дракооооонннн, — прорывается сквозь мои всхлипы, что-то напоминающее речь. Но беру себя в руки: — Я добрая фея! — От чего бы мне ей не быть? Ровно такая же вероятность как и драконом.

— Вы очаровательны! — фантастическим фейерверком, озаряет все во круг Её смех.

— И как такому хрупкому созданию, не страшно одной в лесу, с целым драконом!

— Мы верим, драконы помощники Творца. — А так ли Она не права? Инструмент ведь то же помогает.

Еще долго бродили, по чудному лесу, просто болтая. Сказка встретилась с Тайной, нам было интересно друг с другом.

Глава VI

Давно «растаяла» в лунном свете прекрасная эльфа, а я все сидел окруженный лотосами. Наша совместная прогулка, закончилась на уже знакомой поляне. И не разбирал диалог на составляющие, не анализировал слова и жесты.

Я почти целый день провел рядом с той, ради ночи с которой больше половины мужчин мира, отдали бы всё. И не мимолетного желания не проскользнуло. Хотя меня явно пытались поймать на крючок вожделения. Грустно как то на душе. Самые смелые фантазии на Архипелаге, не заходили до такого «приза». И никакой реакции, гейзер так манит утопиться.

Это самокопание изрядно утомляло. Ощущать себя не полноценным, нет не физически, скорее морально, больно. Если по мысли Творца, каждый эрм должен найти одну единственную свою половинку в мире, то я его заложу Порядку. Придумаю способ, как это сделать, не получится Порядку, то Аду или иному Источнику. На меня накатывали волны ярости.

Переадресация чувств с жалости к себе на гнев, помогла. А что я собственно злюсь? Тем более придумываю изощренные планы мести. Ну даже если есть одна единственная во всем мире, то просто попрошу адресок. А вот если в этом Радужный мне откажет, то пусть потом винит себя сам.

Плавно мысли вернулись в спокойное русло. Пора трезво подумать: как Видящая обходила мои защиты? На всех трех уровнях энергий, воздействия не было. Или надо признать, что архимаги, мальчишки в коротких шортиках по сравнению с Ней, ведь даже их попытки подчинить, не замеченными бы не остались. Эта версия не выдерживает никакой критики, будь так вся Леньйа, давно напоминала этот лес. Она ведь не одна такая.

Гипноз? То же мимо, взять даже под частичный контроль таким образом, нельзя даже самого ленивого энергета. Психология, нейролингвисти?ческое программи?рование? Очень похоже, что основа умений Видящих растет из этого плода. Только это уже не тот примитив, что помню, а нечто переросшее в новое искусство. Прямо воздействующее на бессознательное. А может все проще и это врожденные способности? Мир Сотворенный многогранен.

Интересно, эльфийский лес имеет уши? А с другой стороны, какая разница, может я молюсь неведомому богу:

— Ларт, я знаю ты наблюдаешь за мной. Обрати свой взор на эльфов, ты зря обделял их вниманием.

То что завсегдай шоу Театра, последние дни не спит, не ест, а неотрывно следит за мной, сомневаться не приходилось. Не рассчитываю на обратную весточку, но институт Видящих меня изрядно напугал. Новая сила встает над миром. Не привычное чудо оружие даже самого массового поражения, а совсем другое. Нечто тонкое и изящное как смертоносная шпага, в руках виртуоза. Даже мне эрму, было не легко бороться. Да по большому счету, я проиграл эльфийке, поединок слов. А самое страшное, даже зная о её попытках контроля, не могу думать о Ней плохо.

А может и не один Ларт сидит сейчас на каменных ступенях, а все четыре эрма, которые остались за Сферой. Мы мечтали выйти за пределы Архипелага, пока получилось только у двоих. Правда Галлард, вообще покинул Леньйю, так что можно сказать, я единственный представитель расы в большом мире. Уверен Джэд, уже проанализировал рассказ, о моём прорыве барьеров. Кстати, а есть ли возможность повторить ритуал? И вывести соплеменников из заточения.

Что я запомнил и смогу ли воспроизвести фигуры начертанные горцем? Скорее всего да, это вполне знакомые линии прорыва верхнего свода, с небольшой геометрической аномалией. Расстановка светильников, призвана сфокусировать энергию жертвы, не дав ей рассеяться во вне. Безусловно присутствовали алхимические реагенты, но их запах настолько специфичен, что опознать труда не составляет, все эти травы можно собрать в этом лесу. Осталось найти добровольную жертву, себя на эту роль, рассматривать отказываюсь категорически.

Значит, первоначальный план, после эльфийского леса идти в баронства, обретал дополнительные плюсы. Кто может добровольно пожертвовать собой? Безусловно фанатики, но только ради своей идеи, а искать поклонников эрмов долго, хоть я и уверен, такие сумасшедшие в мире есть. Смертельно больные, за обещание помочь живым родственникам, но тот больной, что готов к такому исходу не обладает достаточным запасом сил, для успешной инициации разрыва. Погрязшие в долгах крестьяне, с радостью продадут нежеланного младенца, не задавая излишних вопросов, но этот путь вызывал отторжение. Остается еще один вариант, осужденные на казнь преступники. В империях судебные системы развиты и строго блюдутся, никто не отдаст даже смертника, в руки чужака. Своим магам порой не хватает пойманных злодеев для экспериментов.

А вот свободные баронства, совсем другой коленкор. Узкая, демилитаризованная полоска земли протянувшаяся на пятьсот километров, отделяла империи друг от друга. Когда это искусственное образование было создано, после второй человеческой войны, я считал, что оно не долговечно и через двадцать или тридцать лет, исчезнет с политической карты. Но нет, вот уже без малого две сотни лет прошло, а малые замки все так же стоят и правят своей землей. Даже во время третьей войны, армии просто прошли сквозь эту зону, ничего не разрушив.

Правят там, как ясно из названия, бароны. Их число не изменено и равно количеству замков, двадцать три. Династии не смещаемы и не заменяемы, гарантом этого служат грамоты архимагов. А не один, даже безумный император, не сойдет с ума на столько, что бы пойти против воли величайших. Эта незаменимость, сыграла веселую шутку, с правителями замков. Их власть на своей земле, была абсолютной. К каким коллизиям это порой приводило, рассказывает не один анекдот.

Кто же отважится жить под властью сумасбродов? Во-первых: любой ступивший на их землю, автоматически уходил от действия законов империй и других государств. Во-вторых: откровенно агрессивно-сумасшедших правителей, быстро меняли их более разумные отпрыски. Так что демографических проблем эта местность никогда не знала. А из-за специфики населяющего баронства контингента, темницы замков были забиты под завязку. Что как нельзя лучше, подходило для вызревающего у меня плана.

Незаметно подкрался рассвет. Только сейчас заметил, что все это время не выпускал подаренный цветок из рук, пристроил его во внутренний карман. Когда-то этот кармашек был домом для «щенка», сердце защемило тоской, как он там один? Бедняжка наверно носится по всему Архипелагу в моих поисках. А может и к лучшему, что он там остался, выжил ли он в новых для себя условиях не известно.

— Доброе утро мастер, — с легким полупоклоном, встречает меня у входа в поселение часовой.

— И вам доброе, — надо отсюда убираться. Чем меня так бесит это обращение не пойму, но выводит из себя жутко.

— Полковник сожалеет, что не сможет лично попрощаться с вами. Срочный рейд, — понимающе киваю. Десять из десяти ушел проверять мой рассказ и самолично удостоверится в его правдивости.

— Он, что-нибудь оставил для меня? — точно, пора делать ноги. Не только отсюда, а вообще с эльфийских земель. Ушастые великолепные следопыты и быстро сообразят, где их обманули. И какой приз достался ушедшим в портал.

— Да, подорожная для беспрепятственного перехода по Лесу, — пригодится, обматываю веточку омелы на предплечье. — Так же у меня приказ, снабдить вас в дорогу, всем необходимым. — Интересно, что в понятии эльфа «необходимое».

Как выяснилось ничего экстраординарного. Набор не портящихся фруктов и знаменитые лепешки, лембас. Хорошо, что к этому «богатству» прилагался заплечный мешок из хамелеоновой ткани. Будет куда собирать, нужные для ингредиентов травы, мой давно пришел в негодность, после боя с рапторами.

Пока исполнительный остроухий, собирал меня в дорогу, я постоянно косился по сторонам. В надежде узреть Видящую. Очень хотелось перекинуться с Ней парой фраз. Проверить свои ночные измышления. Но очаровательная эльфа, видимо отсутствовала в лагере. Жаль.

Никто не удосужился, меня проводить даже до выхода из станицы. Странное у них понятие о этикете. Лишь:

— Aa' menle nauva calen ar' ta hwesta e' ale'quenle[1], - из уст караульных.

Надо было попросить карту, в этом калейдоскопе растительности можно легко заплутать. У меня в запасе двое суток, дальше полковник наверняка пересмотрит свое желание меня отпустить. Хорошо, что в нашем Мире дальняя связь доступна единицам. Никаких тебе магических телефонов или раций в общем доступе.

Магические потоки изменчивы и создание информационной передачи не намного легче искусства прямых переходов. Именно по этой причине, Рааст ежегодно тратит огромные средства на поддержку сети зеркальных телеграфов. По сути дела построенных на принципах начальной физики, а не на магических энергиях. А менее солнечный Хиорт тратится, на невероятное количество специально обученных специалистов, единственным талантом которых является создание, некоего подобия «лазерного» луча. Азбука Морзе получила второе рождение, вдали от того места где закончил жизнь её изобретатель.

Шагать по зеленому ковру, приятно. Давно тяжелые ботинки заняли место в рюкзаке и босые ноги приятно холодила трава. Нужные мне растения собрал на удивление легко, буквально за первый час пути. Удивительно разнообразен Лес, сделал даже запас редких трав, пользующихся особой популярностью у знахарей и алхимиков. При случае за них можно выручить хорошие деньги.

Пару раз встречал идущих по своим делам эльфов. Странно, нигде не видел и подобие дорог, понятно самим остроухим они не нужны, но тяжелые грузы перевозить, по развитой инфраструктуре намного легче. Наверно всё же есть тракты, связывающие большие города, просто не повезло на них наткнуться. Или повезло, когда еще придется так прогуляться, без опаски наступить на корягу или острый камень?

То что я вышел на восточную границу эльфийских владений, дало понять только появление патруля. Для разнообразия, приближающихся зеленых получилось заметить раньше, чем им меня. Уклоняться от встречи резона не было.

— Vedui'[2] уважаемые, — показываю пустые ладони.

— Mae govannen[3] путник, — омела, не минула их взгляда. — Уже покидаете Лес?

— Как не велико моё сожаление, но путь ведет дальше. — Эта звезда, далеко не рекруты Оль. Ветераны, с которыми провернуть, что-то похожее на мой «побег» даже не стоит думать.

— Составите нам компанию, скоро закат. До ближайшей людской деревни вы точно не успеете. — Больше подобное предложение напоминало то, от которого невозможно отказаться. Но это был закат второго дня пути, крайний срок, который я себе отвел.

— Я хорошо вижу в темноте, не беспокойтесь.

— Вы так торопитесь? — в голосе первого луча, слышится подозрение. От демон! Прорываться с боем, а что мне сделали эти эльфы, которые лишь выполняют долг.

— Тороплюсь. — В моем голосе слышится металл. Ну что вам надо? У меня есть подорожная, что привязались!?

— Мы вынуждены, попросить вас задержаться, — оружие не обнажено. Но вот уже знаменитые эльфийские луки покинули пояса. Да они пока не натянуты, но не стоило этим обольщаться.

— У меня подорожная выданная полковником Еарном Ист Уал, — может это имя их остудит?

— Безмерно уважаем Старшего, но у нас приказ, задерживать тех кто спешит покинуть Лес, до выяснения. — Создатель! сам себе проблем нашел. Что стоило согласиться на ночлег? Теперь даже если соглашусь, подозрение это не уберет. И через пару дней в мои «честные» глаза, будет смотреть любопытный взор Еарна.

Смотря на костер, задался загадкой, где ушастые берут хворост? За все время путешествия по лесу, не увидел ни одной валяющейся сухой веточки. Вечерело, но никто из звезды не спешил никуда с донесением, видимо утром сдадут меня проверяющему посты. Точнее планируют это сделать. Постараюсь их не убивать.

— Уважаемый, — в глубоким поклоне сгибается первый луч, подходя ко мне. — Примите мои искренние извинения. Мой долг затуманил разум, я должен был понять сразу… Мы не смеем больше задерживать вас.

— Не корите себя, я вас не виню, — что за чушь, с чего такая перемена? Но подыгрываю. — Долг есть долг.

— Я могу чем-то загладить свою вину?

— Просто покажите в какую сторону ближайшее людское поселение.

— В дневном переходе на восток деревенька Большой Голыш, что при замке Аурнат, — ага, это барноства. — В двух переходах на северо-восток, пограничная застава Хиорта. Что бы попасть в Рааст, вам надо три дня двигаться на юго-восток, а затем пересечь Великую реку.

— Благодарю за помощь. Я не держу на вас зла. — Упускать такую возможность, не собираюсь.

— Vanya sulie![4]

— Namaarie![5]

И только пройдя добрых три сотни шагов замечаю, что в моей ладони зажат полевой колокольчик. Совсем не помню как его достал! Спасибо Видящая.

Приятная прогулка закончилась, как эта заноза умудрилась пробить задубевшую кожу моих пяток, не представляю, но у неё получилось! Пришлось обуваться. Не было четкой границы, по которой можно было заметить, где кончается Лес. Незаметно, чудный ковер перешел в обычную траву, а заставляющие замирать в восхищении композиции деревьев в ничем не примечательную чащу. Единственным четким сигналом, была рассыпавшаяся в прах омела-подорожная. С тревогой полез в рюкзак, уфф… собранный гербарий был на месте.

К деревне вышел как раз к рассвету. Разительный контраст, не только с эльфийским лагерем, но даже с пригородами Аргота. Перекошенные лачуги, такое ощущение их строили орки, которые как известно никогда не возводили долговременных построек. Поля заросшие бурьяном, хотя те что возделывались шелестели пшеничными всходами. Ощущение бедности было во всем. Люди вы начали с остроухими в одинаковых условиях и до чего докатились! Обошел Большие Голыши стороной, так же как и следующую деревню, а за ней еще пару таких же. Ночевал в лесу, не попадаясь крестьянам на глаза. Мелькнувший в стороне Аурнат, больше напоминал пострадавшего от тайфуна, чем жилой замок. Местный барон явно обленился, да и народу на его владениях было маловато, остальные сбежали к более успешным, не иначе.

Договариваться о покупке осужденного, с таким было чревато. Ничего на моем пути еще много замков, найдется подходящий «продавец». Хотя, достаю из поясного кошеля, медальон погибшего баронета, стоит выяснить чей герб на нем изображен и наведаться в гости.

Интересно, за мной послана погоня? Или Еарн решил замять этот эпизод? Если по следу кто-то пытается идти, то не завидую им. Недооценивать ушастых, я больше не собирался, обильно «минируя» свой след.

Но на сегодняшнюю ночь у меня были иные заботы. Четко сформулировав свои планы на ближайшее будущее, проговаривал их, повторяя раз за разом. Оставшиеся должны быть готовы, к прорыву. А повторение, залог быть услышанным, небольшая подстраховка. Загадочное место Театр, наблюдение через него не чувствовал никто. Даже ритуалы обмена сил между Ш`лоб и темными, вполне можно было понаблюдать. И ни маги дроу ни древнейший демон мира, ничего не замечали. Вообще то древнейшим был Ш`гор, но тот давно развоплощен и можно его не учитывать.

Очередное баронство так же оставляю без более подробного знакомства. Виселицы на каждом перекрестке, не вдохновляют меня. Тем паче на каждой, кто то висит, создавая знакомый тошнотворный аромат. А вот третье по счету мини государство, не выглядит отталкивающе. Простенькие, но ладные избушки, не каменные, но вполне ухоженные дороги. Почти всюду куда падал мой взгляд, кипела работа на полях. А перед самим замком, раскинулся маленький городок, на полторы тысячи душ. Да и сам детинец выглядел основательно, щерившись высокими бойницами.

Ближе к полудню, затесался в толпу крестьян и торговцев, направляющихся на рынок. Подслушанные разговоры, несли мало полезной информации. Обычное обсуждение будущего урожая и различные сплетни, не заходящие дальше соседней деревушки. Кто к кому посватался, кто от кого сбежал и тому подобное. Хорошо тут люди живут, раз в первую очередь им интересны такие мелочи. А не войны и голод.

— Эй чужак, — стража, грубость которой не со зла, а скорее по привычке. Останавливаюсь.

— Да?! — чем привлек к себе внимание, не понятно.

— У нас тут не принято расхаживать с оружием. — Пользуясь случаем разглядываю местных охранителей порядка. Совсем не похожи на деревенщин, скорее отставные солдаты. Да и экипировка подобрана грамотно. Никаких тяжелых кирас, только минимальная кожаная броня и легкий шлем, да не защитит от меча, но от воровского ножа или дубинки, самое то.

— Дак вроде в ножнах, я ж наемник, куды мне без мечей? — прикидываюсь недотепой.

— Есть чем привязать черен к ножнам?

— Откуда? — и впрямь не шнурки же развязывать.

— Гони два медяка, — на такой случай у меня есть особый кошель для мелочи, специально болтающийся на виду. Отсчитываю деньги. — Держи, — забираю протянутые, дешевые огрызки веревок.

— Вот так? — намертво принайтовываю «хашти».

— Ага, можешь идти куда шел, — и все!? Либерально тут.

Местный хозяин мне определенно начинал нравиться. Осталось поподробнее о нем узнать, а где это лучше всего сделать?

— Кружку эля и на закусь чего, подешевле. — Не за гастрономическими изысками, я заглянул в первый попавшийся на дороге кабак.

— Десять медянок, — что-то дешево. Но попробовав принесенный напиток, сразу понял почему. К закуске прикасаться побоялся.

Замок и прилегающие к нему владения принадлежали барону Густаву фон Бре, вот уже второй десяток лет, правящему мудрой рукой. Даже самый позорный пьянчуга, ни разу не отозвался о нем плохо. Внушает. Жаль, но мне он совершенно не подходил. У него не было даже темниц, он предпочитал «сплавлять» нарушителей своему западному соседу. Известному тут своими садистскими наклонностями. Виденные виселицы, эту черту подтверждали. С одной стороны, раз избавляется от преступников, то мог и мне продать подходящего. А с другой стороны, увы… помимо самой жертвы, надо еще место для ритуала. То, что мне разрешат провести тут обряд, это врятли. Тащить пленника с собой? Вариант, но не лучший, тем более жертва должна обладать зачатками магических способностей, а вдруг убежать попытается? Поймаю, но лишняя морока, да и в пути передумать может и отказаться от добровольного ухода.

Местное население выглядело вполне зажиточно. Стоило попробовать продать, собранное в эльфийском лесу. Половина кружки осталась недопита, на радость пьяницам, как я вышел из кабака. Пара вопросов и не вызывающая сомнения вывеска травяной лавки, находится быстро.

— Желаете прикупить отвар от ран? — седой стареющий травник, шаркающий тапочками на босу ногу, правильно оценил мою «профессию» наемника.

— Скорее прикупить денег, — такая формулировка продажи изрядно развеселила алхимика. А у кого еще могут быть так обожжены кислотой ладони.

— Думаете вам удастся меня чем то заинтересовать, кроме своего юмора? — скептически относится к предложению. — Моя лавка не испытывает недостатка в запасах.

— Что даже пара листочков вальориза, — невзрачный вид лопуха, встречающийся крайне редко на северных островах, но с легкостью найденный под пальмой. — Не интересны?

— Молодой человек, хватит меня смешить. И даже не пробуйте обдурить. Я знаю, как выглядит это растение. Попытайте счастья, надуть кого другого.

— По вашему, меня обманули глаза? — аккуратно раскладываю на прилавке листочки. Они не выглядят недавно собранными, обращать внимания на мелочи научили остроухие.

— Далеко вас заносило в странствиях. Прошу извинить меня, за недоверие. — Все это говорилось, не отрывая взгляда, от пожухлой травки. — Что заставляет вас продать это сокровище?

— Поиздержался несколько, — пожимаю плечами.

— Не стану скрывать, в Капуе вам дадут за них побольше. — Как то делать крюк и пересекать границу империи, не хотелось. — Но может вас устроит моя цена?

— А не за этим ли я сюда пришел?

— Простите, схожу за весами, — как то даже если по весу золота попытаются у меня купить, маловато будет. Но все оказалось сложнее, взвесив листки, хозяин долго высчитывал на примитивных счетах, прежде чем озвучить: — двадцать два динара и четыре серебрянки.

— Хммм, — я совсем «плавал» в ценах, но когда так усердно считают, торговаться стоит едва ли. Да и не станет обманывать, алхимик не из того сорта людей. — Согласен. Как вы относитесь к полному разорению?

— Ээээ, — сухощавая рука мгновенно метнулась к веревочке. Наверняка призыв стражи. — В каком смысле?

— Не в том, о котором вы подумали: — раскладываю собранные на продажу травы. — Интересует?

— Тихо! — молнией пронесся мимо меня, захлопнув дверь на засов. — Я возьму всё!

— Вы богатый человек.

— У меня нет столько денег, придется занять у барона. Но я честный кредитор, мне не откажут. — И кричит в подсобку: — Пабло! Живо сюда!

— Да дядя, — на зов прибегает несовершеннолетний подмастерье, весь измазанный в извести.

— Быстро переоденься, побежишь в замок.

— Но я не закончил раствор, он испортится!

— Не перечь! — подзатыльник подгоняет юношу. Сам же травник пишет записку. Опрятно переодетый помощник тут же отправляется в замок. — А мы с вами, попытаемся оценить, на сколько разорите. Хорошо? — утвердительно киваю. На вес тут покупать не будут.

Подсчеты затянулись далеко за полночь. Несколько раз алхимик ходил в подсобку, возвращаясь с толстыми фолиантами справочников. Вскоре прилавок больше напоминал книжный магазин, чем травяную лавку, столько на нем было разложено энциклопедий. Но все когда то заканчивается и в конце концов, мы пожали друг другу руки, заключив сделку.

— Уже ночь! Ох-хо-хо! Увлекся, могу я предложить вам ночлег? А то с такой суммой в темноте, оно опасно. Хоть у нас и мирное баронство.

— Не откажусь. — Зачем вызывать излишние подозрения?

— Когда я понял, что вы принесли, меня оторопь взяла, — перед сном мы угощались изумительным отваром чайных листьев. — Давно я не видел и десятой доли. С тех пор как меня изгнали из Капуи.

— По ложному обвинению? — не вязалась личность хозяина с преступностью.

— От чего же, все по делу. Дочка влюбилась в вельможу, я и приготовил любовный отвар. Сил не было смотреть как мучается родная кровинушка. — Горестно вздыхает, — она ничего не знала и её не осудили, а я сбежал сюда.

— Благими намерениями… — не стал продолжать фразу, но. Семиступ! Когда я научусь держать язык за зубами!

— Вы необычный, — ну вот! — Чудо из чудес начитанный наемник! Вы случаем не шпион, хотя, — расслаблено смеется, — имперские школы не выпускают таких как вы. — Отпивая глоток горячего напитка: — не воздержанных на язык!

— Это моя беда с детства, — честно признаюсь.

— Не развлечете старика, рассказом о том что видели в своих путешествиях? — и взмахом руки, останавливает готовое сорваться с моих уст возражение. — Меня не интересуют сражения и походы, расскажите о растениях. По собранному вами, мне понятно, вы не дилетант в травах. Может многие легенды и не легенды вовсе. Как например живые цветы.

— Живые цветы, — а не имеет ли ввиду травник, под этим неказистым названием, что то похожее на подаренный мне колокольчик? — Вы об этом? — не понимаю, мне скрываться надо от возможного преследования, а я… достаю на свет свечей подарок Видящей.

И понимаю, гори все огнем. Счастье в глазах старика стоит того. Тихо оставляю травника, на едине с тем, что он считает чудом. А может чудо и есть, просто я этого не понимаю?

Утром хозяин сам проводил до дверей, а возвращая цветок попрощался:

— Нежной травы под ногами друг эльфов. — прижимаю палец к губам.

— Не стоит это никому знать, — понимающий кивок.

«Друг эльфов» каково, вот удивился бы Еарн такой формулировке!

Категорически отказываюсь понимать логику ушастых. У них буквально под ногами растет чистое золото, торгуй вдоволь, спрос есть. Почему они игнорируют подобный вид пополнения бюджета? Мой личный к примеру основательно возрос на целый иридиевый талант, не считая золотой мелочишки.

В вечерней беседе ненароком выведал, кому принадлежит герб на медальоне. Семейству фон Курт, чей замок был на востоке. Мирная пастораль баронства настроила на оптимистический лад, зачем продираться сквозь буреломы, когда можно передвигаться намного быстрее по дорогам? Тем более не пешком, а лежа в телеге купеческого каравана, с главой которого получилось договориться о месте, всего за пол динара.

Впервые за все время, разговаривал с обычными людьми, у которых простые земные заботы. Непривычно. Вспомнив пару баек рассказанных Аргусом, пересказал караванщикам от своего лица, после настойчивых просьб, поведать о наемничьей жизни. Через два владения попрощался с купцами, те задерживались ожидая местную ярмарку, начало которой планировалось на следующей неделе.

Баронства встреченные на границах великого леса, были скорее исключением, чем правилом. Конечно не все были настолько процветающие как у фон Бре, но и до разрухи очень далеко. Одно всех объединяло, каждый барон имел какую-либо причуду, от садистских развлечений до мирной нумизматики. Складывалось ощущение, что без подобной «фишки» любой владетель чувствовал себя не полноценным. Основной забавой знати разумеется была охота, на великолепных лесных оленей. Почему почти обычного лося, называли оленем, не знаю, сложилось так наверно. Единственное отличие от земного прототипа, это животное было хамелеоном не оставляющим следов на земле. Выследить такого зверя большое искусство.

Моё не знание принятых норм поведения и забав аристократии и привело к инциденту. Углубившись всего на пару сотен метров в лес от дороги, поймал зайца. Через полчаса на опушке трещал костерок и вертелась на вертеле аппетитная тушка. Не знаю почему, но я падок до зайчатинки. Хотя, кролик он по нежнее будет.

Стук копыт услышал издали, но не придал никакого значения, до того момента как понял, что звук приближается. Сперва на мою полянку выскочила пара борзых. Жадностью никогда не отличался и подкормил собачек требухой. Разумеется они тренированы не есть с чужих рук, но что бы пес отказал эрму? это будет бешеная собачка. Поглаживая за ушами, разлегшихся у ног псов разомлел. Всегда считал, что сразу следом за псами должны идти загонщики, но первый выскочивший на поляну конник, сделал это через десять минут после появления борзых.

Когда появились остальные загонщики, во главе с бароном, явно настроенным недружелюбно, сообразил. Дело пахнет арестом. Ведь почти все вельможи запрещают охоту на своих территориях, оставляя это право за собой. Наверно я умнею или просто привыкаю к новой действительности. Поэтому ждать дальнейшего развития событий не стал. И так все понятно: гневная речь барона, моё оправдание, попытка ареста в итоге горка трупов, а я агрессивный идиот. Зачем?

Ладони, гладившие холки борзых, посылают сигнал «спать» и псы мирно укладываются на землю. Вскакиваю, пиная ногой костер, так что бы головешки летели в приближающиеся лошадиные морды. И быстро удаляюсь, то есть бегом. Ууууу, как взбесились охотнички, но выяснять отношения с ними не зачем. Да они на конях, а я бегом. Но кто в лучшем положении в лесной чаще, всадник или пеший, это большой вопрос. Ответ на который зависит от густоты зарослей и выносливости беглеца. Тут все было мне на руку и через треть часа преследователи безнадежно отстали.

Только подумал, что незачем больше бежать обдирая одежду о сучки, как наступая на очередную кочку, запускаю ловушку. Птеродонт! Кто в мире наделенном магией, ставит простые веревочные западни? К подобному я не готов! На падающее бревно тело реагирует само, знак Тер крошит древесину в щепы. Боковым перекатом ухожу от арбалетной стрелы из ближайшего куста, там никто не сидит, это двойной механизм капкана. И все эти действия только для того, что бы активировать очередную пакость. Падающая сеть сжигается, хорошо когда энергии подвластны, а не безумны как на Архипелаге. Да кому все это потребовалось!?

Стремительный прыжок кугуара, встречает Умд. Подобные кошки не водятся в этих лесах, да и не способны они изменять направление полета, уклоняясь от боевого залпа. Оборотень! В высоком прыжке пропускаю, под собой несущегося вепря, выпущенный тому вслед поток огня, бессильно стекает по шкуре, погашенный защитным амулетом. Отбить нападение кошки весом за восемь десятков килограмм, не такая простая задача, как может показаться. Воспользовавшись моим отвлечением на кабана, кугуар повторяет атаку.

Что ж в эти игры можно играть вместе. Бессильно скрежещут кошачьи когти по хитиновой броне. Мой локоть перерубает хребет, это не сложно когда из сгиба руки выступает костяное лезвие. Эрмам не дано оборотничество и полные метаморфозы. Но частичные подвластны, именно из этих частей давно разработал боевую форму. Не встретите вы таких зверей нигде, да и не дай Творец, что бы вам приснился эрм в боевой трансформе, уснуть без света смогут после такого не многие.

Прыжок рыси с ветвей быстр и вот два тела катятся рвя друг друга зубами. Мои клыки явно выигрывают, но удар со спины отнимает близкую победу. Секач успел оценить противника и напал в казавшуюся незащищенной часть тела, опрокидывая на спину. Не вставая со спины, ногами наношу сдвоенный выпад, крошатся крепчайшие кости перевертыша. В вое раскрывается кабанья пасть и мгновенно затыкает вопль знак Тер, разнося череп на кусочки.

Но это не всё! С беззвучным хлопком, падают внешние щиты, гася магический урон. Второй залп следует почти сразу и защита не выдерживает, гаснет. «Огненная плеть» должна пройти мимо, но пришедший в себя рысь, обернувшись человеком, ставит подножку. Больно! Сквозь мой оскал слышится шипение ярости.

Измененное тело хорошо, для неожиданных нападений или бое на пересеченной местности. Но для магического поединка, накладывает много ограничений. Падаю на оборотня, успевая прикрыться его телом от очередного заклинания, не весть откуда появившегося мага. Гуманности тут явно не место, перевертыша в прямом смысле выворачивает на изнанку. «Лунный свет» слишком мягкое название для подобного заклятья, доступного только магистрам искусства.

Стряхиваю трансформу вместе с кишками и кровавым месивом, облепившим меня с головы до ног. Так и есть, лучатся в прорывающемся сквозь плотные ветви солнечном свете, охранные бастионы заклинателя. Он совсем не похож, на привычные многим представления о магах. Не высокий, кряжистый, с множеством тонких косичек, но силен! «Удар грома» не рискую встречать в лоб, отскакиваю. Там где я стоял долю секунды назад, в труху превращается даже трава.

Пора и ответить. Плетение «Серебряной нити» стекает с пальцев. В нем не много силы, да и предназначено оно не для прямого поражения, его задача иная: погасить защиту противника. Отвлекаю мага ударами знаков. Увы это только начинающие могут делать, что то одно или защищаться или нападать. Мастера подобных недостатков лишены. Но и я уже пришел в себя и готов.

Обмен ударами не равноценен, все чаще приходится защищаться. В глазах мага искорки торжества. Он уже давно оценил мой потенциал и теперь просто додавливает. Желая побыстрее разобраться, заклинатель снимает энергию с внешнего щита, у него их еще два и беспокоится кажется не от чего. Но не учат в академиях астралу, «Нить» уже оплела второй барьер, превратив в хрупкую структуру.

Давно хотел опробовать тройной знак, а на островах было боязно. Замирает тело в знаке Эрг, сложенный левой рукой Тер, встречается с правой ладонью знака Айя. Ослепительный свет и крошится бесполезный второй барьер, а третий бастион защиты мага не способен остановить поток силы. Пффф, когда глаза обретают способность видеть вновь, наблюдаю приличную просеку шириной метров в пять и тянущуюся глубоко в лес. От боевого магистра нет и следа. Испарило! Джэд не шутил, когда говорил о дезинтеграции.

И чего я ждал? Надо было сразу попробовать. Умные мысли часто посещают нас когда уже поздно. Откат изменения форм обухом бьет по затылку. Ожог от «Плети» теперь кажется мелочью. А вкусный был кролик, жаль он покинул меня. Семиступ! Как же тошнит…

А это кто стонет? Усилием воли заставляю части своего тела существовать совместно, а не по отдельности. Всё же я не перевертыш и изменения даются тяжко. Разглядываю выжившего, темноволосый уроженец центральных областей южной империи, в камуфляже лесной расцветки. Из трех оборотней это скорее всего кугуар, у других шанса выжить не было. Живучий, срастить позвоночник не каждому дано. Закидываю живчика на спину, мало желания оставаться здесь. А узнать кто они любопытно.

Под вечер пленник приходит в себя.

— Ну и зачем нападать на мирного путника? — а вот пробовать связывающие веревки на крепость, бесполезно. Но пусть дойдет до этого сам.

— Как ты узнал о схроне? — каком еще схроне?

— Просто мимо шел, — чистая правда, точнее бежал.

— Я знаю, что уже не жилец, — с чего это? Вполне здоров на вид.

— Позвоночник зажил правильно, я проверил.

— Не издевайся, скажи кто предал. Что бы я знал, кого проклинать на том свете.

— Ты так рвешься умереть?

— Странный у вас Уничтожителей юмор, — за кого он меня принял? Если ничего не путаю, так называют не существующий отряд охотников на охотников, мифическая «группа Альфа» Хиорта.

— Уничтожителей нет, — мне Ларт говорил, так что в своих словах уверен.

— Мне без разницы как вас называют, — короткий смешок. Хорошее самообладание для говорящего о смерти. — О нашей операции знали всего четверо, а о точном месте схрона, всего двое!

— И?! — от меня то, что надо.

— Скажи Фернак или Наркис? И я спокойно умру.

— Мне ничего не говорят эти имена.

— Жаль, значит ты простой исполнитель. Как тебя отпустил Оверт?

— Это случаем не такой с косичками?

— Он.

— Его неожиданно испарило, — я и правда не ожидал такого эффекта.

— Ха-хаха, грозу второй армии, лучшего дуэлянта к северу-западу от столицы, «случайно испарило» — будь он не связан, наверно засучил ногами в приступе смеха. — Порадовал ты меня перед смертью, терпеть не мог этого ублюдка. Прощай. — И умер.

Будь не ладны эти энергеты, в любой момент простой мыслью могущие убить в себе жизнь. Хороший собеседник мог из него получиться, поверь он мне.

Во что я влип на этот раз? Тройка перевертышей подкреплённая явно не средней руки магом. Что они делали на территории баронств? То что явно не по грибы пришли, это понятно. Но боевая имперская группа в демилитаризованной зоне. Я Идиот!

С чего вообще взял, что раз в баронства нельзя вводить армии, империи будут бездействовать? Разумеется нет, наоборот эта область просто должна кишить шпионами и объектами влияния. Не наивные разумные управляют разведками. А я значит прервал какую-то особо секретную операцию юга. Ненароком, впрочем сами виноваты пропустили бы мимо, остались живы.

Как это осложняет мои планы! Нет, мести Рааста не боялся, группу просто спишут, проведя поверхностное расследование, так относились к нелегалам в мире преджизни, не думаю, что тут ход мыслей военных другой. Понимание того, что баронства под «колпаком» угрожало ритуалу прорыва. Точнее ставило крест, на планах этот прорыв скрыть.

В мире давно гуляет баллада о «великом маге», создавшем обряд открывающий верхний свод, путем добровольной жертвы себя. Разумеется в красках описывается, как свод впустил его, а Творец оживил заклинателя и принял в Небесном дворце, где тот живет и здравствует по сей день. Бред и чушь! Но наивные дураки мечтающие получить все и сразу, не переведутся никогда. И не проходит и пары лет, чтобы кто-то не попытался воплотить легенду. Самыми удачливыми из них, обедали астральные гончие. Разница между «Местью на крови» и «Вознесением» очень мала, всего пара лишних свечей. Замаскировать это отличие легко.

То есть сам ритуал, внимание конечно привлечет, но криминального в этом ничего нет. Хуже то, что в отличии от моего перехода на острова Свободы, в большой мир пройдет группа, а не одиночка. И как сей факт утаить, ума не приложу.

Разберем по полочкам. Есть два варианта.

Первый: ритуал не удался. Беру руки в ноги и деру, в направлении гномов. Конечно расследование покажет, что кто-то выкупил смертника и провел попытку, на чужом хребте въехать в счастливую жизнь. Мне это ничем не угрожает, поохают какая я сволочь, запишут приметы и положат дело в стол. Ведь основная угроза, не в самой попытке, а в том, что кто-то мог покинуть свод.

Второй: прорыв успешен. В мир проходят четыре эрма, появление которых надо для безопасности скрыть. Стоооп! Для чьей безопасности? Какое мне дело о других заботиться!? Это один я прячусь, а от пяти эрмов пусть прячутся другие… Тьфу! проблема не стоила выеденного яйца, а я то заметался.

Озвучиваю свои измышления, пусть сородичи подумают о дальнейших планах. Джэд вообще великий придумщик, может надумает и «бесшумный» вариант отхода, после обряда.

Вложив минимальную силу в знаки, расщепил мертвое тело пленника на элементарные частицы. И следов нет и тренировка. Мне понравилось.

Как то лесами двигаться резко расхотелось. Лучше пересечься с самым безумным бароном, чем напороться на еще одну похожую группу. Здоровее буду. Но опасения не оправдались. Дальнейший путь до владений фон Куртов прошел без приключений.

Тут везение закончилось. Барона не было в замке, отлучился не на долго, повоевать с кем-то. За три дня проведенных в местной корчме многое узнал. Нынешний правитель Воинственный Гурнар фон Курт, не зря носил такое прозвище. Постоянно воевал с соседями, не гнушаясь даже нападениями на имперские пограничные гарнизоны. Не наживы ради, а для развлечения. При этом ему повезло с женой, которая заправляла внутренними делами баронства. И судя по всему проявляла не дюжий талант, замок процветал, не взирая на казавшуюся не подъемной, для такой маленькой территории, армии.

Гурнар ревностно относился к своим военным забавам, людей на службу принимал лично, даже претендующих на звание рядового. Почему такого задиристого соседа, не приструнили сверхдержавы, загадка. Но в таких делах, всегда есть скрытый резон. А его щепетильность к новичкам, давала повод для знакомства. По его возвращению конечно. Бегать следом за отрядом барона, нет уж, лучше полежать в теплой кроватке и подождать. По словам корчмаря, дольше чем на неделю владетель не задерживался «на войне». Налетит на кого-нибудь, настучит по головам, разрушит мелочь какую и обратно. Умный, хобби конечно веселое, но повод для кровной мести не давал.

Очередное утро разбудило звуками труб. Фанфары дудели марш. Открыв ставни, наблюдал за торжественной церемонией, возвращения победоносного фон Курта. А байки о его армии скорее были преуменьшены. Двадцать пять рыцарей в полном облачении на жутких клыкастых жеребцах специальной породы и две роты тяжелой пехоты. Как он их кормить умудряется? Неужели набеги приносят столько прибыли? Лица барона разглядеть не получилось, створки забрала его шлема открывались в бок, а не на верх и загораживали обзор.

Сегодня аудиенции добиться не получится, наверняка будет пир. После которого наступит похмелье, даже вылеченное целителем, оно изрядно притормозит голову. Получается ждать еще три дня. За людьми живущими обычной жизнью так интересно наблюдать! Так, что потерплю. Но мои выводы не оправдались. Еще в первый день своего прибывания у замка Грациан, подал прошение слугам о просьбе встречи с бароном. И вот, не прошло и пары часов по возвращению с налета, как:

— Владетельный барон замка Грациан, Воинственный Гурнар фон Курт, готов вас принять у себя. — Ливрейный слуга, явно гордится таким хозяином.

— Когда?

— Сейчас, мне велено проводить. — Это «велено» слуги впитывают с молоком матери что ли?

Двор замка сильно отличался, от встреченных прежде по пути. Те были скорее внутренними дворами жилого дома, а этот… строевой плац. Детинец не зря огрызался высокими башнями и скорпионами на поворотных платформах. Всё замковое убранство было подчинено военной мысли.

Барон изволил кушать. Не успел я войти в обеденную залу, как был встречен голосом больше похожим на рык медведя:

— Не стой проходи!

— Разрешите представиться… — но видимо этикет был чужд вельможе.

— Сперва попробуй это замечательное вино, с винокурни фон Ваалсов, — видимо в этом заключался какой-то юмор. Люстры жалобно зазвенели под потолком, от громоподобного смеха. Барон впечатлял: если можно было бы скрестить гориллу с бегемотом, то результат этой авантюры, я теперь прекрасно представлял.

— Что умеешь, свободный охотник?

— Это не важно, — окорок небольшого порося, полностью поместился в раскрытой от удивления пасти. Ртом назвать это жерло вулкана не получалось, даже в мыслях. — Я не наниматься.

— Слушаю, — эээ, а куда подевался безумный варвар, поедающий младенцев на завтрак? Первое впечатление было именно таким. Сейчас же я сидел рядом со спокойным, уверенным в себе аристократом, брезгливо вытирающим руки чистой! салфеткой.

— Боюсь, я горький вестник, — медальон убитого баронета катится по столу не долго, прихлопнутый могучей рукой.

— Шарль всё же доигрался в благородство. Говорил этому юнцу, настоящие мужчины выбирают секиру, ну меч на худой конец, а не эти модные зубочистки! Кто?

— Он погиб в походе.

— Хоть тут ума хватило, молодец, что не в бесполезной дуэли, как я ожидал. — Странная реакция на потерю. — Рассказывай.

— Впервые я его встретил…. - разумеется хоть и история была основана на реальных событиях, я многое переиначил. В новой версии Шарль погиб от клыков велоцирапторов. А поход завершился успешно.

— Значит говоришь убил двоих ящериц, но не успел достать клинок из тела и его затоптали? — киваю. — Ну выскажу я своему братцу пару ласковых слов. Вбил в голову сына всякую дребедень, а я племянника любил. Мужчиной настоящим рос, секиру бы ему! А не эти игрушки, — мощный кулак опускается с такой силой, что столешница из железного дуба жалобно хрустит. — Зачем принес медальон?

— Обещал над телом.

— Уважаю… — гримаса напавшая на чело Гурнара, видимо означала задумчивость. — Наемники так просто, даже в кусты отлить не сходят. Что хочешь за весть?

— Безвозмездно ничего, но возможно пополню вашу казну, если договоримся.

— Торговаться я люблю, — а не скажешь по нему: — но это на долго. Приходи на вечерний пир, заодно устроим тризну по племяшу, после поговорим подробнее.

Покидал я трапезную с четкой мыслью: в людях ни демона не разбираюсь.

Кузница при замке, работала на полную катушку. Два кузнеца и пять подмастерьев, были по горло загружены работой, вернувшиеся из похода солдаты чинили обмундирование. Но за небольшое вознаграждение удалось пристроить «хашти», которым давно надо было подправить лезвия и отполировать. Оценив клинки, главный мастер пообещал заняться ими сам. Он оказался хорошим знатоком оружия и долго убеждал меня, что «бабочки», широколезвийные клинки аналогичной длинны, лучше «хашти». Поспорили немного, в конце придя к соглашению, что более узкие «хашти» для быстрых рук всё же предпочтительнее. Заодно послушав разговоры воинов понял шутку про вино. Оказывается совершенно случайно во время набега перехватили караван фон Ваалсов, с бочками лучшего в баронствах вина, предназначенных для продажи на рынках Хиорта. Как Гурнара терпят соседи? Но оценив с какой сноровкой солдаты управляются с починкой кирас, понял: вынуждены терпеть.

Помог немолодому пехотинцу, подержать кольчугу на весу, пока тот снимал поврежденные кольца. Ландскнехт оказался разговорчивым. Оказывается барон не только воинственный, но и хитрый. Он никогда не тревожил непосредственных соседей, лишь заключив с ними договора, о проходе своей армии по их территориям. И даже обязался им помогать, в случае нападения других. То есть вокруг Грациана, была буферная зона из земель лояльно настроенных владетелей. Он не только тактик, о чем говорят многочисленные победы, но и стратег, думающий о процветании. А получиться ли с таким договориться, может лучше поискать удачу в другом месте?

Моё представления о баронских пирах, было разрушено. Нет, внешне все соответствовало, обильный стол, море выпивки, рыцари все это поглощающие в безмерных количествах. Но никаких шутов, музыкантов, даже дам не было. И в зале было на удивление чисто, собаки не грызлись за объедки под креслами, а мирно и флегматично млели у камина. Слуги больше напоминали, вышколенных официантов дорого ресторана. А главное, никакой ругани и мата. Может просто не успели напиться?

Чужаком в трапезной был только я. Из-за чего был усажен на почетное место, от барона меня отделял только один рыцарь.

— Не говорите чепухи, — что бы слышать Гурнара, не обязательно сидеть рядом, думаю его голос различим далеко за пределами залы. — Эльфы никудышные воины! Тому кто вам это сказал, смело плюньте, прямо в его наглую морду! — Барон прервал спор молодых ратников, бахвалившихся своими подвигами и рассказами о том как они всех победят.

— Что может сделать их легкая пехота, против атаки тяжелой конницы? — решил отстоять свое мнение один из них.

— Молодежжж! — когда-нибудь, в очень скором времени стол придется менять, уж больно жалобно тот хрустит, под стукнувшей его ладонью. — Наивные! Когда-то, когда я был таким же молокососом, и только принял правление замком, — почему он не сделает себе кубки на заказ? Ведь стандартного ему хватает на один глоток, бедный слуга уже замучился подливать, стоит потеет. — На моем счету уже было много славных побед. — В это легко поверить, оценив габариты рассказчика. — И думал как вы. — Куриное крылышко, размолото мощными челюстями, вместе с костями. — Собрал я верных людей, с целью проверить байки о эльфах. До Великого Леса мы не дошли, встретили нас на границе Аурната. — Юность у него была видимо бурная. — И такую трепку нам задали, что многие рыцари бежали сверкая пятками, — вскинутая ладонь, прерывает начавшиеся крики, о том, что рыцари не трусят. — А я сам провел три месяца пленником. И надо отдать должное их командиру, он выставил ровно такое же количество воинов, что было в моем отряде. Так что оставьте байки менестрелям. А мы лучше… Эй, все наполните кубки! — приказ выполняется мгновенно, зал замолкает, ожидая тост. — За благородного Еарна Ист Уал! — с грохотом сталкиваются бокалы.

— Вы знакомы с знаменитым полковником? — я удивлен.

— Он меня разгромил, взял в плен. И стал моим наставником и другом! — ачуметь с чего такая доброта со стороны ушастого? — И если кто-то скажет дурное слово о этой белокурой бестии, то…! — Серебряный кубок, сминается в кулаке, наглядно.

— Он шатен, — автоматически поправляю. Интересно, меня когда-нибудь вылечат? От хронического дибилизма. Хотелось себя убедить, что никто не заметил поправки. Рыцари и правда пропустили мимо ушей, но хозяин застолья как-то слишком резко сменил тему разговора.

— Ты хотел, что-то предложить? — пир уже клонился к логическому завершению. Две трети витязей уже были уведены слугами. А оставшиеся, больше тратили сил, на поддержание равновесия, чем на вино. Выпивший же не больше всех барон, твердо стоял на ногах. Киваю, — тогда пойдем на балкон. Подышим вечерним воздухом.

Балконом это назвать можно было только сильно преуменьшив. Скорее обширная терраса, в греческом стиле.

— Сперва хочу кое-что сказать, — взгляд Гурнара трезв. — И тебе стоит отнестись к этому серьезно, — от подобного человека, ожидаешь угроз. Это же больше напоминало добрый совет, судя по тону. — Лучше со мной дружить, — трудно поспорить, желающих иметь такую личность во врагах, желающих найдется не много. — И я ненавижу врунов. Теперь говори.

— Вы сразу вешаете преступников или ваши темницы не пустуют?

— Вешать просто так жена не дает. Моя Розанна, — этот звероподобный способен на нежность? Произнося имя жены барон стал похож, на влюбленного юнца: — училась в юридической школе Капуи и суд вершит сама. Так, что клети заполнены.

— Она гуманистка?

— Она реалистка! — да он помимо всего прочего еще и гордится женой. — Очень жестокая реалистка, если вина доказана, то даже за самое малое воровство наказание каторга. Но чаще летят головы. Исправлять ублюдков, пусть этим занимаются изнеженные имперцы.

— Не знаю как сформулировать, — как то неожиданно плавно идет разговор. С чего Гурнар так меня привечает, чем понравился? — Мне хотелось бы выкупить осужденного на смерть, для своих целей.

— Не получится. Я против рабства. Да и отменять приговор жены, не в моих правилах. — Как обманчива бывает внешность. За этой скрывается, любящий и верный муж.

— Мне не нужен раб. Нужна жертва, так что приговор исполнится.

— Я могу поговорить с Розаной. Подойдет любой пленник? — что вот так просто?!

— Не любой, должны быть магические задатки. — высота террасы, метров шесть от земли, спрыгнуть можно. Настораживает меня барон. — Есть еще один важный нюанс, но о нем позже.

— Сидит у меня один занятный вор. Пытался украсть коллекцию камней. Наверно думал, что мы тут неотесанные деревенщины. Ему отрубят голову послезавтра.

— Во сколько оцените его?

— Точно жертва приведет к смерти?

— Ритуал это подразумевает.

— Тогда, если жена согласится, отдам его даром.

— Знаете о чем я думаю?

— Я не умею копаться в головах. Так о чем же?

— Спрыгнуть сейчас в низ и если получится бежать от вас подальше. — Чистейшая правда.

— Не стоит торопиться, — эта улыбка угроза или что-то иное? — Вы же знаете Еарна?

— Да, — моя оговорка на пиру, была замечена и отнекиваться, смысла не имело.

— Вас пугает, что я не торгуюсь, не пристаю с расспросами, ведь так? — не откажешь ему в проницательности.

— Я не верю в неожиданное содействие от мало знакомых. А в отсутствие любопытства у человека вашего склада, верю еще меньше.

— Да в его отсутствии меня обвинить трудно! — ему весело, а вот мне как то не до смеха. Не понимаю происходящее. — Я получил весточку от Иста. — Если они друзья, то это вполне возможно. Интересно стража где прячется, что-то я никого не замечаю, профи наверно. Со мной еще поговорят или сразу в темницу? Но: — он просил содействовать, странному путнику если тот пойдет по моим землям. — Я в шоке, — и даже попросил, этого путника найти самому и предложить ему помощь. — Полковник, же должен был понять, что я о многом умолчал. Зачем ему помогать, тому кто его обманул?

— Не сказал бы, что мы расстались с полковником друзьями. Скорее он должен иметь на меня зуб.

— Я не знаю резонов наставника. Да и не лезу я с вопросами к друзьям. — Новая головная боль, в чем выгода Еарна? — О твоем деле поговорим завтра, а сейчас расскажи, как поживает наш общий знакомый.

Гурнар был приятным собеседником. Умным, начитанным, думающим. Наши взгляды во многих вопросах совпадали. После моего рассказа, диалог плавно перешел на другие темы. Личностью барон был не ординарной. К примеру он только в прошлом году справил свое стопятидесятилетие! А выглядел максимум на сорок. Загадка решалась просто, Еарн периодически присылал барону конфискованный сабр. Думаю, с весточкой в замок был доставлен и найденный мной обломок клыка.

Спросил я и о байках гуляющих по двору, о том что его отряды нападают даже на имперские посты, за что был вознагражден прелюбопытнейшим рассказом.

Года три назад, к барону заявились неожиданные гости. А именно адъютанты командующих двух армий. Одновременно замок навестили как представители Хиорта, так и Рааста. Воинские подразделения на границах баронств не воевали очень давно и их маршалы скучали. Оказывается они вели переписку меж друг другом, отчаянно споря, чья армия сильнее. Но видимо их письменный диалог зашел в тупик, каждый считал своих солдат лучше.

Адъютанты изложили Гурнару, известному своим воинственным нравом, предложение. Каждый маршал выдвинет к границам баронства, по роте. Задача же фон Курта, напасть на эти отряды. Так же командующие поклялись, что инцидент в последствии будет замят и то, что выставят они обычные строевые подразделения, а не элитные части. Выиграет же спор тот, кому барон нанесет меньший урон.

Вознаграждение за эту авантюру было велико, да и проверить своих солдат в боях с равным противником, это все заинтересовало Гурнара и он согласился. Сперва напал на северян, а через полмесяца на южан.

Но явного победителя выявлено не было. Да хиортцев потрепал барон побольше, но принципиального различия не наблюдалось.

Видимо переписка опять уперлась в стену. И не прошло и трех месяцев, как Грациан посетили командующие лично. Разумеется инкогнито, поспрашивать самого барона, о том какая армия по его мнению сильнее. В ответ Гурнар предложил сделать проще. Он предоставляет свою территорию, пусть они пошлют на неё по отряду и устроят войнушку. Но это было прямым нарушением подписанных двухсторонних пактов. Замять такую историю не получилось бы при всем желании. Рисковать своими креслами маршалы не желали. Не один бочонок прекрасного вина показал дно, как удалось договориться.

Строевые части, вводить на земли барона нельзя. Но фронтовая разведка, работает во всю. Задачей фон Курта, было поджечь какую-нибудь деревеньку у себя на землях и якобы обратится за помощью к имперским военным. Защитить его земли от произвола обнаглевших шпионов северян, подразумевала версия для южан и наоборот. Маршалы же в ответ на эту мольбу, вышлют по группе спецназа, для наведения порядка. Командир каждой из этих групп, был уверен, что его миссия спасение мирных жителей от бесчинств другой стороны.

План утвердили, провокация была сделана качественно, соответствующие приказы отданы. Отряды успешно перебили друг друга, до последнего бойца. Раздосадованные маршалы, пожав друг другу руки и попричитав, что победитель не выявлен, разъехались.

Мне же кажется, что минимум пара бойцов в этой истории выжила и даже знаю кто именно.

Следующий рассвет встретил меня шагающим, в сопровождении слуги, по замковому двору. Госпожа Розана дала своё согласие и я направлялся посмотреть на неудачливого вора. Темница располагалась не в подвалах, как мне казалось логичным, а в цокольном этаже одной из башен. Видимо пытки были тут не в чести и криков осужденных не боялись. Доведя до кованной решетки, слуга попрощался.

— Я предупрежден о вашем визите, — тяжелый засов лязгнул. Тюремщик посторонился пропуская меня внутрь. — Пойдемте в допросную, я потом приведу туда интересующего вас человека.

Мои предположения оправдались, в комнате для допросов, не было инквизиторских приспособлений. Лишь удобное кресло и дубовая лавка намертво прикрученная к полу, да кольца для цепей в стене.

— Кто вы такой? Я вас не знаю! Зачем я здесь? — сколько вопросов, да так сразу. Не стал прерывать надзирателя, защелкнувшего цепи в замки, приковав тем самым вора к лавке.

Молча разглядываю, кого же барон посчитал подходящим. Совсем молодой еще, не старше двадцати трех. А завтра уже умрет. Нет, я не жалел его. Выбирая подобное призвание, надо быть готовым ко всему. К казни в том числе. Парень все сыпал, вопросами которые игнорировались.

Изучение аур и прощупывание астральными нитями, подтвердило. Передо мной не обученный маг, точнее самоучка, использующий врожденный талант как инструмент в своём воровском деле. Характерный акцент, выдавал в нем уроженца северной столицы, белокаменного Хиорта. А столичные воры, это отдельная каста.

— Что представителю гильдии воров потребовалось в этом захолустье? — вор уже отчаялся получить ответы и лишь размеренно покачивался на лавке.

— Зачем мне отвечать на вопросы, что это изменит? — ого, огрызается, а казался полностью подавленным.

— Может ничего и не изменится, а может… — выдерживаю паузу. Врать обещая жизнь не хочу. Но без лучика надежды, он может полностью уйти в себя. — Изменится многое.

— Меня исключили из гильдии.

— Что то, для зомби ты чрезмерно разговорчив. — Намекаю на то, что исключают из подобных организаций только одним способом.

— Я в бегах.

— Не долго же ты бегал.

— Вы поможете мне? — не держи его цепи, наверно упал бы на колени. Видимо он мне не подходит, такой добровольно, себя не убьет.

— Смотря в чем.

— Помогите умоляю! — слезы катятся по щекам, хорошо хоть не всхлипывает. — Мне надо жить! Не для себя! — а вот это любопытно:

— Рассказывай…

Мильк, а именно так звали молодого вора, был представителем целой династии. Его пра-прадед, даже одно время возглавлял гильдию Хиорта. Но он рано остался сиротой, с маленькой сестрой на руках. Иногда стража белого города, работает хорошо. Не желая, своей сестре пойти по семейным стопам, Мильк пристроил её в детский пансионат, дающий хорошее образование. Оплачивал же житье и обучение сестры он с денег вырученных воровством.

— Если я не оплачу взнос, Мирну исключат! И она окажется на улице! Где её сразу приберут к рукам дядюшки, — о каких «дядюшках» идет речь понять легко. В воровском сленге так называли авторитетов. — Она талантлива, видели бы вы её рисунки! Ей нельзя воровать, после пансионата, её ждет стипендия в школе искусств!

— Если так любишь сестру, зачем воровать, шел бы работать.

— Это очень дорогой пансионат! Да и не умею, я ничего больше… — Вечное оправдание, любителей жить за чужой счет и чужие деньги.

— Завтра тебя казнят, ты ничего не добился. Только дал сестре надежду. Она не выживет на улице или станет послушной марионеткой в чужих руках. — Я никогда не был добрым.

— Я знаююююю, — рыдания искренние, только к чему они относятся? Жалось к себе или и правда боязнь за сестру.

— Завтра ты умрешь, другого варианта нет, — лучше спросить прямо. — Но вот по Мирне, есть возможность.

— Какая, — по прежнему плачет. Бедняжка жутко боится.

— Мне нужна добровольная жертва для магического ритуала. Если ты согласишься, я возьму оплату пансионата на себя.

— У меня есть время подумать? — зачем ему это?

— Нет! — слишком он труслив, будет до конца тянуть и наедятся на чудо, даже когда голова покатится по плахе. Мне нужен прямой ответ, что бы не тратить время зря.

— Я согласен! — пффф, обязательно попрошу при встрече Видящую, дать несколько уроков: как разбираться в людях. — Когда? — сообразительный, понимает, что смелости надолго не хватит и боится передумать.

— Завтра.

— Хорошо, я буду готов. Но мне нужны гарантии!

— Слово Гурнара фон Курта, послужит достаточной гарантией?

— Да…

Выхожу из темницы с двойственным чувством. С одной стороны так любить сестру, с другой приносить беды другим, оправдывая себя благородным мотивом. Одну только умную вещь попытался Мильк сделать в своей жизни, это вывести сестру из воровского мира. И не попадись на его дороге я, даже этот поступок привел бы к еще большей трагедии в жизни девушки. Мысли прерывает посыльный, меня ждет на завтрак господин барон.

— Проходи, садись. — Гурнар изволит кушать, на уже знакомой террасе. — Вина, эля?

— Простой воды, если она у вас есть. — Посчитав это шуткой владетель хохочет, наливая мне в бокал из своего кувшина. Хмм, и правда вода.

— Я оказывается твой должник?

— С какого боку? — фаршированные печенью помидоры восхитительны.

— Да вот, у тебя отобрали, — какой знакомый обломок зуба ящера. — Я не ошибаюсь?

— Все верно, нашел в туше жертвы раптора.

— Ха! Я сам кучу раз видел застрявшие в костях животных обломки когтей и клыков хищников. Выходит не обязательно убивать ти-рэкса, что бы получить сабр. Элементарная же идея! Любой охотник знает о такой возможности! — Гурнар восхищен простотой мысли. — Надо попросить Еарна, что бы его рейнджеры, проверяли места охот ти-рэксов. Эльфам все равно, зверь не пострадал, а я… — мечтательно закатывает глаза. — Такой бизнес устрою! Только тссс! Пусть это будет тайной. — такому не то что палец, в рот класть опасно, а вообще за одним столом сидеть боязно. — Подошел тебе этот «умелец»?

— Да, только трус невероятный, может передумать.

— Я ему передумаю! Это ж минимум по такому обломку в месяц! — По моему владетель начал витать в облаках. — Закажу для рыцарей дварфовские латы… — ууу как далеко он улетел в мечтах.

— Мне нужно, ваше поручительство. — Это опускает его на землю. — Я взял на себя согласие оплатить обучение сестры Милька. В случае если со мной что-то случиться и я не смогу обещание исполнить, вам придется взять это на себя.

— Легко! Ты хоть знаешь сколько ЭТО стоит?! — не «золотой лихорадкой» случаем заболел барон?

— Думаю дорого.

— Очень! Но лучше тебе не знать, — прячет обломок в кошель, — а то еще попытаешься обокрасть, руби тебе потом голову! — только смеющиеся глаза выдают, что это шутка. За покерный стол я бы с ним не сел. Оберет до нитки. — А теперь к делу. Что за ритуал?

— А я то поверил, что вопросов не будет!

— Это не из-за любопытства. Я хоть и лишен магического дара, но знания имею. Мне необходимо знать последствия для моей земли. — Соврать? Нет, барон мне более чем нравился, подружится с ним, перспектива заманчивая.

— Неприятности возможны, но не в виде разрушений и прочих бедствий. А то, что место обряда придут изучать, наделенные определенными полномочиями люди. Это могу гарантировать.

— Да этих личностей, с полномочиями, метлой не вымести! Почти каждый второй доносит имперцам. Справлюсь не в первой. Название ритуала?

— «Вознесение», — от удивления барон заглотал не прожеванную кость и закашлялся:

— Это же сказка и верная смерть!

— Я попробую, тем более не себя же в жертву приносить буду.

— Хитер! Но зачем? Даже если баллада правдива, ты не похож на желающего прожить остаток жизни в Небесном дворце.

— Я и не собираюсь. Просто очень хочу задать вопрос его Хозяину. — Если можно назвать вопросом истошный крик: «Где самки эрмов садист!». Я действительно хочу услышать ответ, правда не в результате обряда, но об этом умолчу.

— Еарн писал, что ты ушлый тип, теперь это вижу сам.

Разговор плавно скатился на другие темы. Повар у Гурнара был мастером, покидал стол с изрядно набитым желудком.

Остаток дня провел в закупках, недостающего для обряда. Не так просто это оказалось, пришлось изрядно побегать, даже по призамковым деревням, покупая нужные ингредиенты. Остальная подготовка отняла всю ночь. Чертить точные и выверенные линии на неровном каменном полу заброшенного дома, выделенного Гурнаром для меня, было не легко. Периодически приходилось забираться на стул и с высоты осматривать рисунок. Хорошо «истинного» мела прикупил избытком, несколько раз пришлось начинать по новой.

За пол часа до полудня, барон лично привел вора. «Чтоб никто не знал», то же мне конспиратор, скорее им двигало простое любопытство. Когда солнце в зените это лучший момент в сутках, для разрыва сфер.

Объяснять Мильку долго не пришлось, его задача была проста и тривиальна. Управление потоков и регулирование энергий, а так же их подпитку, я брал на себя. Вор служил не более чем спусковым крючком.

Выпроводил Гурнара, с наставлением не приближаться ближе чем на сотню метров, во избежание. Да и нечего подсматривать! Легенду «Вознесения» знают многие, вот подробности самого ритуала, это доступно единицам. Иначе таких умников как я, развелось не пересчитать! В мои планы не входило увеличивать число самоубийств и поднимать на уши всех магов мира, распространив это знание.

Мерным огнем колыхаются свечи, искры сил медленно плывут по меловым линиям. Смотрю в глаза Милька, как же он боится! Не стоит мучить парня ожиданием.

— Пора!

Превозмогая страх, быстрым ударом, ритуального кинжала пробивает себе грудь. Не даю энергии смерти растечься без пользы. Я зеркало, собирающие силы в фокус.

Знакомо взметнулись огненными столбами свечи. Все готово и с последним вздохом Милька мощный молот бьет в далекую Сферу Непроницаемости. На долю секунды мелькают знакомые силуэты, а затем темнота накрывает меня и лишь перед глазами, проносится бегущая строка:

«Ты всё же попытался. Не стоило. Всему свое время. Заточение эрмов близко к окончанию. Не пытайтесь разрушить барьер, он усилен. Это запись и со мной бесполезно разговаривать».

И по новой:

«Ты всё же…».

Скотина какая а!

Глава VII

Усилием воли заставляю сознание вернуться, гася надпись. Шутник, семиступы ему в друзья! Не мог при встрече предупредить, что ли? Хотя кто знает Его резоны. Из оставленного сообщения удивляло слово «заточение», над этим стоило подумать, попозже…

Представшая перед открывшимися глазами картина не отвечала моим знаниям, о том как должно выглядеть помещение, после ритуала разрыва сфер. Без глобального разрушения и груд осколков со стен, все было чинно и чисто. Энергии которые должны были бушевать магическим штормом, спокойно текли как и до обряда. Впрочем просканировав окружение, не нашел никаких следов, что тут вообще происходило что-то магическое. Даже следов от пентаграммы и свечей не осталось. Хоть за это спасибо.

Оказывается в моей авантюре был и третий вариант, когда меня просто развернет «автоматика». Как я мог из своих расчетов упустить Творца? Но сделанного не воротишь, обидно только за зря уговорил на самоубийство юношу. Хоть тому и светило обезглавливание, но все равно чувствовал угрызения совести. Не успел я о нем вспомнить, как тело жертвы вскинулось дугой и зашлось в судороге. Через пару десятков секунд, Мильк уже мерно дышал, погруженный в глубокий сон, жертвенный нож валялся рядом, на нем не было и следа крови. Еще одна проблема на мою голову! Что мне с ним теперь делать?

Выглянув через ставни заметил мерно расхаживающего в стоне метров барона. Ждет наверно представления, невдомек ему, что все уже закончилось и фейерверка не будет. Пора ему об этом сказать. Еще раз досконально проверил помещение, на предмет остаточных следов сплетений, огрех не нашлось. Даже мой энергопотенциал не уменьшился, а ведь на запуск и течение обряда было потрачено почти две трети запасов. Сложив остатки ингредиентов в мешок, вышел из покинутого дома.

— Что-то не хватает для ритуала? — Гурнар аж приплясывал от нетерпения, земля мерно содрогалась в такт. Давно заметил, чем дольше живет разумный, если сохраняет при этом здоровье, тем любопытнее и более падок на все необычное он становится.

— Всё уже закончилось, — фон Курт недоуменно посмотрел на целую и невредимую постройку:

— Обряд не удался?

— С этим все в порядке, но в концовке, меня развернули и попросили больше так не делать. — Глаза барона медленно, как то нехотя вылезают из орбит:

— Что САМ развернул? — судя по голосу у него горло пересохло.

— Не удостоился личного присутствия, — раздраженно фыркаю.

Но барон выглядит как ушибленный кузнечным молотом, только мерно что-то шепчет. Видимо не на всеобщем, а на эльфийском, так как у меня не получилось разобрать по губам его внутренний монолог. Пришлось взять гиганта под ручку и повести как малое дите. На середине дороги к замку владетель вышел из ступора:

— Жертва была напрасной? — с чего это его волнует именно этот вопрос?

— Вор жив, — останавливаю порыв барона, развернутся в сторону заброшенного дома. — Он без сознания и в таком состоянии пробудет несколько часов.

— Значит у мальца не хватило духу и он в последний момент передумал?

— Хватило, он честно выполнил свою часть договора. Но умудрился остаться живым и невредимым.

— Это как?

— Сам не понимаю, — как Творец умудрился оживить уже покойника, я не знаю, но где предел Его силы представляю еще меньше. — Оказалось, что и такое возможно.

— Что думаешь делать с ним? — пока шли я как раз думал над этим вопросом:

— Это не моя проблема, он осужден вашим судом. Я его взял в аренду, с договоренностью о том, что смертельный приговор исполнится. Так как Мильк остался жив, то с чистой совестью возвращаю его вам обратно. Как поступать с ним дальше решать вам или вашей супруге.

— Вот так просто? А твое обещание помочь его сестре? — Демоны, ну что ему это так интересно?

— Вор полностью исполнил свою часть уговора, — скептически вздернутые брови. — То что он остался жив, не его вина. Так что мне придется выполнять свою часть договора.

— Молодец! — похлопывание по плечу ладонью Гурнара, больше напоминает «нежность» гидравлического пресса. — Я в тебе не ошибся! — От «счастье» то какое. — Что думаешь делать дальше? Если никаких планов нет, с радостью бы видел тебя в рядах своего войска.

— Спасибо за предложение господин барон, но планы есть и я вынужден отказаться.

По дороге Гурнар еще долго пытался меня убедить присоединиться к его армии, обещая золотые горы. Но видно было, делал это скорее по привычке, чем в надежде на успех. Первый попавшийся на нашем пути патруль, был отправлен за бессознательным вором, с приказом вернуть того в застенок. Перед воротами замка попрощались, барон взял с меня обещание, навестить его перед моим уходом.

Интересно, почему именно вопрос о пленнике, волновал фон Курта больше всего? Я готовился отвечать о причинах неудачи обряда, а не о ситуации с выжившим. Такой расклад мог быть только желай барон действительно меня нанять, но он не глуп и должен был понимать бесперспективность этого. К чему эти вопросы, больше направленные на понимание мой личности, чем на объяснение конкретной ситуации. Неужели так заинтересовал владетеля? А может он действует по чьей то указке? Вполне возможно, что комнаты для особо почетных гостей в замке не пустуют. Еарн или Видящая?

Насколько я знаю, Видящие не покидают пределов Великого леса, но Она приняла меня за дракона, а то что я человек может и не поверила. Способно ли любопытство заставить нарушить запрет? С полковником все логичнее. Я спрогнозировал поход разведгруппы эльфов, для разъяснения активности вампиров в зоне их влияния. Мог в качестве руководителя такого отряда выступить Ист? Более чем! Осталось понять чем вызвано любопытство эльфа к моей персоне. Скорее всего пытается выяснить, зачем я его обманул, умолчав о похищенном детеныше ящера. Каковы мои мотивы, не заслан ли я, с целью бросить ложный след? Но зачем тогда помогать через Гурнара? Слишком много вопросов, не один из которых прямо не влияет на мои дальнейшие планы. Не мешают, ну и Создатель с ними!

Собраться в дальнейший путь много времени не надо. Я мог уйти сразу, но барон просил зайти к нему, прежде чем покинуть его владения. Решил дать ему время подготовиться к разговору, так будет легче понять его мотивы и кто за ним стоит.

Не торопясь вкусно пообедал, набив желудок местными деликатесами, погулял по окрестностям. Попавшаяся на глаза вывеска сапожника, была как нельзя кстати. Моя обувь изрядно прохудилась. Хорошо у башмачника, были заготовки и заплатив золотой, к вечеру уже разнашивал новую обувку. По пути в замок забрал в кузне отполированные «хашти». Прервав, отчитывающего челядь ливрейного слугу, попросил того узнать, не примет ли меня владетель. Тот возжелал принять.

Раскачивающийся на кресле качалке и курящий кальян Гурнар, на ставшем уже привычном балконе, явно не вписывался в дизайн. Второй качалки не наблюдалось, пришлось с сожалением довольствоваться обычным креслом.

— Больше не погостишь? А то могу выделить комнату, у меня правое крыло пустует как раз. — А левое, которое как я уже выяснил, предназначалось для приема особых гостей занято? Ну-ну.

— Увы, но дорога не ждет, — пафосно конечно, но барон пропускает это мимо ушей.

— Мы с Розаной посовещались и решили отменить смертный приговор Милька. Ограничимся высылкой, в Хиорт, а там пусть сам вертится. — Какой реакции ты ждешь?

— Он там приговорен гильдией воров, если не знаете. — Почему вопросы на эту тему, а не о дальнейших планах, что было бы логично?

— Знаю, но один раз сбежал от них, может и во второй получится. — Колечки дыма, выпускаемые владетелем, говорили о немалом опыте курения. — Я посоветовал ему как можно быстрее оказаться на западных островах, — разумно. Но мне то зачем знать это.

— Проблемы вора меня не интересуют. Я зашел попрощаться и поблагодарить за оказанную помощь. — Жестко, но ведь и правда абсолютно фиолетовы неприятности Милька. Не навязывают ли мне его в попутчики, ну уж нет!

— Я не знаю, куда ты собираешься. — Какой вопросительный взгляд, стойко его игнорирую. Когда молчание становится неловким и барон понимает, что намек проигнорирован, продолжает: — Но ты мне понравился, — ждет, что я расцвету как сирень от радости? Можно попытаться, но будет совсем фальшиво смотреться. — Поэтому кое что подготовил. — Из под халата появляется пухлый конверт. — Тут подорожные в Хиорт и Рааст, за определенные заслуги я могу их выписывать, — подмигивает. — А так же несколько рекомендательных писем, не последним людям.

— Вы очень добры, — с чего только? Но не отказываться же от столь щедрого подарка. Орден охотников конечно имеет договоренности с империями о беспрепятственном нахождении своих членов на их территории, но для выписки необходимых документов пришлось бы обивать пороги таможни, а это потеря времени. А взглянуть на рекомендации, точнее кому они написаны будет любопытно.

— Пустое, — от очередной затяжки вино в кальяне чуть не устремляется вслед за воздухом, могучие легкие у владетеля. — За тебя просил мой друг и это меньшее, что я могу сделать.

— При встрече передавайте полковнику привет и мою благодарность. А так же, что я сожалею, он поймет о чем. — А действительно, почему я не сказал эльфу правды? Тогда ложь казалась оправданной, сейчас же глупой. Но все мы крепки задним умом. Сделанного не воротишь, можно только извиниться.

— Всенепременно! Не развлечешь перед расставанием партией в стратего? — Ему скучно или нужен тест на мои способности?

На удивление шахматы не прижились в этом мире. Только некоторые чудаки знали их правила. А вот ничем не примечательная в преджизни игра обрела популярность. По хлопку ладоней слуги вынесли стол для игры и фишки. Стратего — игра для двоих, проходящая на клетчатом поле с участием сорока закрытых фигур с каждой стороны. Игрокам известны только собственные фигуры; вид каждой вражеской фигуры выявляется во время её атаки. Цель заключается в обнаружении и захвате уникальной фигуры противника — флага. В отличии от тех ж шахмат игра требует большей внимательности и дает огромный простор в начальной расстановке фишек.

— В открытую или в темную? — Последний вариант сложнее, но требует наличие судьи, который будет сравнивать вступившие в соприкосновение юниты. Ведь соперники играют фигурами разного цвета. Статуэтки представляют собой вертикальные фишки одинаковой формы, с указанием вида на внутренней, обращённой к своему игроку, стороне. На внешней стороне изображена одинаковая «рубашка». Так что мой вопрос заставил задуматься Гурнара.

— В темную! — о как, быстрой партия не получится.

С этим не ошибся. Одна расстановка заняла более получаса. Мне выпало играть синими. Я изначально планировал проиграть, поддавшись гостеприимному хозяину. Но игра зацепила и незаметно желание поддаться улетучилось. На исход поединка это впрочем не повлияло никак. Не правильно оценив силу фигур барона на левом фланге, понес значительные потери, что немного компенсировалось снятием моим «диверсантом» статуэтки «маршала» красных с поля. Но темп моего наступления был безвозвратно потерян, что в итоге привело к прорыву фронта «синих» и захвату флага. Не сказал бы, что победа досталась барону легко, но то что он победил заслужено, сомнений не было.

— Требую реванша! — вот куда меня несет? Уже должен глотать дорожную пыль давно, а нет! Заклинило!

— Вина мне и пиво гостю! — рык фон Курта заставляет слуг забегать. Порывался услужить, даже судивший игру паж, но был остановлен жестом.

Вторая партия выдалась быстротечной. Пойдя ва-банк, я авантюрно расставил фигуры и это принесло положительный результат. Не ожидавший такой наглости Гурнар так и не смог оправиться от неожиданного удара на первых ходах, особенно его озадачило моё тактическое отступление на прежние позиции, по окончанию вылазки. После поражения, теперь уже барон не желал меня отпускать из за игрального стола. Утро встретили за восьмой партией. Кто знает, сколько еще можно было так просидеть, но госпожа Розана желала видеть мужа. Тепло попрощавшись, мы расстались. Общий счет бессонной ночи был шесть два, в пользу владетеля. Причем второе очко я заработал не победой, в двух партиях мы сошлись на ничьих и поделили очки, слишком закрыты были позиции обоих и никто не желал рисковать, это грозило многочасовыми маневрами.

Спать мне не надо, так что только заглянул в свою комнату забрать вещмешок. И тут меня ждал сюрприз. Горловина сумки была перевязана не тем узлом, что оставлял. Скрупулёзно проверил рюкзак, на предмет возможных ловушек, пусто. Потребовать хозяина корчмы и устроить скандал? В рюкзаке не было ничего ценного, так мелочевка и припасы в дорогу. Развязываю непривычный узел, еще не встречал таких, но после опыта гремлиновских сплетений, не найдется неподдающегося мне узла. Все вещи на месте, ничего не пропало. Только на дне нахожу подброшенный льняной кулечек, перевязанный зеленой осокой. Как только моя ладонь касается стебля, тот вянет трухой опадая на пол. Внутри мешочка ростки легендарного хмеля «темного короля»! Двенадцать штук. За каждый из которых, любой пивовар подгорья продаст душу или, что там вместо неё у гномов.

Видящая! Что за двойная игра со стороны эльфов? В замке наверняка Еарн, эльфе не надо было подстраивать игру, это инициатива полковника. Но почему вместе с конвертом не передать мне и это? Ответ прост: Гурнар, а следовательно и Ист, уверены я иду в одну из империй, это можно понять из выписанных подорожных. Подарок эльфийки говорит о её убежденности в ином пути. Каждый из них ведет свою игру и оба помогают мне, но с какими целями? Какие планы я помогаю осуществлять? И знает ли полковник о инициативе Видящей? Демоны! Не люблю подобные загадки.

Оставлял замок, двигаясь в сторону Капуи. Но сбросив слежку, ночью изменил направление. Следили за мной ушастые, так что пришлось изрядно постараться, стряхивая их со следа. До предгорий Древнего хребта дошел за несколько переходов, постоянно переходя границы баронств и Хиорта, то в одну то в другую сторону. Обходить редкие патрули северян было легко.

В свое время меня озадачило, название гномих гор. Ведь все горы мира имеют равные года. Спасибо Джэд просветил: оказывается этот горный массив выглядел как очень старые горы, от сюда и прилипло «Древний хребет».

Великие полости, связывают с поверхностью множество выходов, большинство из которых легко найти следуя торговым трактам. Но меня этот путь не устраивал, да и обычно оживленные караванами пути выглядели заброшено, будто по ним давно никто ничего не перевозил. Не следует думать, что остальные ворота в подземный мир были все тайными, отнюдь. Просто находились в неудобных для вьючных животных местах и служили для иных целей.

За два дня нашел четыре двери, но все они были намертво запечатаны и судя по всему заброшены. На третьи сутки поиска, удача улыбнулась. Удалось пристроится к военному отряду дварфов, возвращавшемуся с карательной миссии. Постоянные конфликты меж гномами и горцами были так же обычны как смена времен года. Разумеется на глаза воинов я не попадался, держась в отдалении, но их путь до больших, скрытых нависающим козырьком ворот проследил.

Радует, что это были охраняемые врата, а не намертво запираемые из глубины. С живой стражей всегда можно договориться. Сразу за ушедшим воинством не следовало соваться, это могло излишне насторожить охранников. Полюбовавшись пять часов горными пейзажами решил, что этого вполне достаточно.

Как говорят: один гном — кузня, два гнома — пьянка, три гнома- драка. Это конечно сильно утрировано, но в чем то правдиво. В этом я убедился сам. Трое стражников ругались на сильно повышенных тонах, не будь они на страже, давно в ход пошли пудовые кулаки, судя по накалу страстей. Хоть моё появление было замечено задолго до того как я вышел на дорогу к воротам, прервались дварфы только когда подошел на десять метров.

— Ты не горец! — седобородый старший караула, вскинул ладонь в приказе остановиться.

— Я просто путник, — горец из меня как из семиступа кашалот.

— Подгорное царство закрыто и не принимает гостей! Так что разворачивайся и топай отсюда. — Меня всегда забавляло, почему «царство» у них ведь парламентская республика. Топать обратно, плохой вариант. Граница с Графствами охраняется очень плотно на всем протяжении. А вот скрытые дороги подземелий тянутся даже в Хладный лес, не говоря о более ближних государствах.

— Когда это многомудрые дварфы препятствовали жаждущему посмотреть на знаменитые пивоварни? — Подобный вид туризма был достаточно распространен. Благо в любителях этого хмельного напитка отбоя не было. Торгвильская пивоварня даже разыгрывала лотереи, устраивая победителю тур, по подгорным владениям.

— Месяц назад издан указ, закрыть все врата на поверхность для чужих. — Ой! А это плохо. Не тем, что меня могут не пустить, а иным. Такого рода изоляционные приказы означают, что царство ожидает большую войну на поверхности. Вот уже три века дварфы не вмешиваются в дела поверхности военными методами, предпочитая запереться и переждать смутное время.

— Даже клиентов республиканского банка не пускаете? — Вот так лишить доступа к средствам своих вкладчиков, самый надежный банк мира, не мог. Это грозило потерей репутации и огромными издержками.

— Ты не больно похож на… — договорить самому молодому гному не дали, заткнув рот ударом обуха секиры по ноге. Быть не вежливыми с приносящими деньги, не принято даже у суровых бородачей.

— Для клиентов РБ, открыты терминалы у каждых трактовых врат. — А там легко проверят, что никакой снятой ячейки у меня нет и развернут. Хорошо если не пнут на прощание пинком под зад, занеся мою личность в черный список границы. Требовалось срочно, что-то придумать.

— Уважаемый сержант, можно с вами перекинуться парой фраз, наедине? — откажет, придется идти по горам.

— Можно, только смотри, если просто так по ушам «поездить», то меж ушей и получишь, — красноречивое проглаживание рукояти двуручного бердыша, намекало вполне ясно о последствиях.

То что гном вышел со мной за пределы видимости остальных стражников, не в коей мере не говорило о его разгильдяйстве или излишней самоуверенности. Судя по всему тут имеется огромное количество скрытных арбалетных бойниц, а охрана перед вратами не более чем дань традиции, основное же охранение прячется в толще скал.

— Сперва маленький вопрос, к роду какого тана вы относитесь господин сержант? — Не настолько наглый вопрос как может показаться, знак принадлежности клана был выгравирован на кирасе стражника. Просто я не знал, кому принадлежит герб в виде черного солнца.

— Тану Корину Черная Метла, — ничего не говорит это имя, но не важно.

— О! Это не его пивоварня варит самый лучший портер!? — Ничем не рискую. Если лучшим лагером всеми признавался Торгвильский, то за звание лучшего темного пива, грызлись все пивовары подгорья. А представить себе тана, не имевшего своего хоть маленького, но заводика по изготовлению пенистого напитка, решительно невозможно.

— А то! — Сержант довольно оглаживает усы. — Спроси любого, кто скажет иначе смело плюй тому в бороду!

— О вижу знатока напитка! — Скажи такое первому встречному гному, не промахнешься. — Тогда как считает многоуважаемый сержант, простите не знаю имени.

— Регвар Стальное Брюхо меня кличут, — на третьем месте после пива и драк, дварфы любят поболтать.

— Так вот, как считает многоуважаемый Регвар, заинтересует ли его тана, — снижаю голос до шепота:- несколько ростков «темного короля»?

— Это ж, он только в Торгвиле есть. Многие нанимали воров, украсть, даже мой тан не брезговал. Только их тела давно лежат на дне самого глубокого ущелья. Ты считаешь себя более удачливым? — к интеллектуальной и прочей собственности у гномов странное отношение. За косо брошенный на любимый топор взгляд могут и прибить, а вот попытку своровать чертежи нового арбалета могут спустить на тормозах. Хотя к секретам своего пива относятся ревностно, но вполне в обычаях украсть рецепт или ингредиент. Исполнителя конечно казнят если поймают, а вот имя заказчика даже выяснять не будут.

— Я не вор, — развязываю заплечный мешок, демонстрируя содержимое заветного кулечка.

— Это точно «король»? — согласно киваю. — Стой тут!

Резво дварфы бегают в восьмидесятикилограммовых доспехах. Ох не легко приходилось легионам триста лет назад. Когда всего три тысячи дварфов, подобной неожиданной прытью проломили строй фаланги. А затем разделившись на восемь малых клиньев в клочья разорвали остатки строя. Не помог даже удар бронированной тяжелой конницы, во фланг гномьего войска, её перемололи длинными алебардами даже не замедлив бега, вырезав почти весь цвет северного рыцарства под корень. От полного разгрома северян спасло только применение более мощного аналога «Сиреневой Звезды». Люди в бойне при Спарте потеряли тридцать пять тысяч человек, гномье войско полностью перестало существовать. Но последующие исследования показали, что не будь применено магическое оружие массового поражения, то потери дварфов едва ли превысили пять сотен, против двенадцати тысяч легионеров. С тех пор подгорное царство не ввязывается в войны на поверхности.

Ждать возвращения Регвара долго не пришлось. Показавшегося из-за скалы гнома, я сперва не узнал. Без доспехов и бердыша, он выглядел совсем иначе. Вязаный грубой шерстью, длинный по колено свитер, брюки мехом наружу и малая секира на поясе. Если бы не борода по пояс и характерное телосложение, легко можно было обмануться приняв дварфа за горца.

— Пошли, только тихо и быстро! — поравнявшись со мной Регвар, продолжил свое движение удаляясь от знакомых ворот.

— Куда? — пристукнуть в тихую меня конечно не собирались, но вход в другой стороне! За сохранность своей шкуры и правда не беспокоился. Желающего заключить сделку гномы не тронут никогда, мораль у них такая.

— Я взял отпуск на неделю. А капитан запретил проводить чужака, через охраняемый им проход. Не то что бы мы так пеклись об этом указе, но нарушать его прямо, за это можно усекновение бороды получить! — Не такая мала кара кстати для дварфа. — Пойдем через запорные врата.

— Какие? — слово «запор» вызывало у меня иные ассоциации.

— Это двери без охраны, скрытые и закрытые запорными заклинаниями. — Еле сдерживаюсь от гогота, представив себе «запорное заклинание». — Еще и выгода по времени получится, надо всего то вон ту вершину перейти.

Как оказалось «всего то» в понятии Регвара, это полный дневной переход, без остановок на еду и отдых. Остановились только когда солнце зашло.

— Переночуем в этой пещерке, — гном указывал скорее на небольшую выбоину в скале, накрытую козырьком гранитного навеса. — Двери ночью не открываются.

— Что-то холодно для ночевки, — мы находились на высоте примерно трех тысяч и ночь обещала быть не жаркой. А у меня нет теплой одежды. Не то что бы это волновало, спал и при минус ста на льду, но соответствовать образу надо.

— Градусов до пяти температура ночью опустится точно, — он что по бороде это определяет? С каким видом дварф её разглядывал перед озвучиванием вердикта, будто сводку метеоспутника изучал. — Ничего огонь нас согреет.

— Как то не могу найти дров. — Мой сарказм уместен. Деревьев в радиусе ближайших километров пяти не наблюдалось.

— Вы поднебники тупые! — в этом не было оскорбления или унижения. Я уже понял, что Стальное Брюхо не ругается, он так всегда разговаривает. — Это ж надо! Что бы подгорник вышел на склоны без запасов.

Из заплечного ранца гнома появляется массивный сверток. То, что я ожидал в нем увидеть дрова, это конечно моя ошибка. Откуда под землей леса? Дварф достал несколько черных брусков правильной формы, весом по килограмму каждый.

— Минеральный прессованный уголь, а не дрова. Греет лучше, горит дольше, место занимает мало, уяснил людь? — «людь»? Тьфу, это он меня так человеком назвал. Угораздило же наткнутся на простоватого гнома, говор Регвара и его манера общения уже притомили. Все время пути он болтал без умолку, причем всего о двух темах: о пиве и том как он ковал свой бердыш. Десять часов монолога без остановки и ни разу не повторившись. Ему бы чуть по образованней дабы речь подправить и готовый сказитель получится.

— Разжечь уголь растопка нужна, — блеснул эрудицией.

— Ну ты хоть и хороший в разговоре, — это он меня за то, что стойко его слушал не перебивая? — Но глупыыыййй! Я же сказал «минеральный», тута добавки специальные! — оправдывая эти слова, бруски занялись от первой искры. Да здесь не только добавки, на каждом угольном кирпиче был обозначен «знак огня». Рунная магия в действии.

— А что добавляете из минералов? — Ой! ничему меня жизнь не учит, пол ночи пришлось внимать речам, словоохотливого жителя подгорного царства. Тот видимо сел на «любимый конек», за несколько часов я узнал столько, что мог на эту тему прочесть лекцию даже Джэду.

Уголь и правда давал много тепла, только цвет огня был не привычный, более голубой чем от дерева. К тому же у Регвара оказалось с собой запасное одеяло из овечьей шерсти. Борода не обманула гнома и ближе к утру, температура упала совсем близко к нулю градусов. Мой внутренний термометр, в условиях разряженного воздуха гор, еще не адаптировался и выдавал большую погрешность.

Закутавшись в теплую шерсть, под мерное посапывание спящего дварфа, анализировал сложившуюся ситуацию. Больше всего меня волновал один вопрос. Зачем я так упорно иду на восток в Графства? Понятно, что назревает какая-то большая заваруха. Гномы вот закрылись, вампирам потребовался живой ти-рэкс. Наверно есть еще много мне неизвестно, что указывает на возможность большой войны. Кто может быть инициатором? Точно не ушастые, слишком удивлен был Еарн моим рассказом. Империи? Насколько знаю, предпосылок нет, генералы конечно скучают, но правители ведут четкую политику направленную на устранение внутренних проблем государств, а не на внешнюю агрессию.

Кто остается? Орки, вампы, дроу. Про первых сказать ничего не могу, просто не знаю. Но станут ли закрываться подгорные двери, орки угрожают только Раасту, Древний хребет от них далеко. А вот с темными другой разговор. Те всегда мечтали заполучить часть гномьего царства себе. Но опять же, скорее всего от конфликта с давним врагом подгорники не стали уклонятся, много крови меж ними и дроу. Наоборот рекой бы текли наемники по горным трактам. Клыкастые же наоборот, никогда не нападали на гномов, нечего им делить друг с другом.

Видимо что-то более глобальное намечается. И я склонен думать о возобновлении «Темного Альянса». А это означает, что Хиорту придется не сладко. А там под шумок могут и южане ударить, выгода будет перевешивать любые договора и пакты. От такого не зазорно спрятаться в самую глубокую нору. Угораздило же меня появится в большом мире, в преддверии четвертой мировой войны. И вполне возможно, что мои изыскания, нарушат какой либо план графов. Хотя может быть, все это плод моего больного воображения и все гораздо проще и добрее.

— Просыпайся лежебока, сейчас солнце выглянет! — Сколько бодрости и не скажешь, что до трех ночи языком молол.

— Сейчас! — ну вот, только удобно пристроился на камнях и уже подъем.

— Сходи за северный выступ, там в двадцати шагах за ним ручей, умойся.

Предложение было своевременным, овечья шерсть облепила все тело. Кристальная вода горного потока сводила зубы, но взбодрила, прогоняя сон. Раздевшись по пояс, приплясывая босыми ногами на холодной скале, с проклятиями срывающимися с губ, смывал с себя прилипчивые волоски. Демоны, что ж так холодно! Изменение аур видимо затронуло и возможности тела. Наша энергетика всё же на прямую связана с плотью. Может стоит повесить обычный морок на биополя, убрав измененную структуру? Но это чревато, внешняя иллюзия не так надежна.

Вернувшись на место стоянки, застал дварфа за уборкой. Понимаю погасить костер, может и стоило, но зачем мести скалу от углей метелкой, кстати где он её взял то? Это оказалось простой загадкой, закончив подметать, Рагвар сложил метлу, та оказалась с телескопической ручкой и в собранном виде легко поместилась в рюкзак. Так у него за плечами и походная кузня может быть, задумался.

— Посторонись, загораживаешь солнечный свет, — мне не трудно, только зачем, дварфы и в кромешной темноте способны видеть. Объяснение не заставило себя ждать. На месте костровища, утренние лучи обозначили правильной формы круг.

Через пару минут мы уже спускались, по уходящему отвесно вниз лазу. Скрытый проход, оказался не замаскированной в склоне дверью, а люком в полу пещеры. Находчивый народ, под ногами даже я не догадался искать вход под землю.

Тот, кто никогда не был в дварфовских туннелях, считает что в них царит тьма или вовсю пылают факелы. Таких людей непременно надо сводить сюда на экскурсию. Под покатыми, высокими сводами искусственно посажен люминесцирующий мох, это конечно не свет электрических ламп, но даже читать под этим освещением вполне реально. Пол тоннеля всегда наклонен немного влево, что бы сочащаяся по скалам вода, стекала в сточный желоб.

Те же, кто рассказывают о неземной красоте подгорных пещер и гномьих ходов, тоже лукавят. Встречаются, конечно, и такие — с великолепными барельефами, украшенные полудрагоценными камнями, но не везде, а только в жилых областях и на парадных трактах. Гномы народ практичный и в основе своей не утруждают себя лишним трудом, создавая ненужные изыски.

— Этот тоннель не часто используется и почти заброшен. Через несколько часов будет пещера, там остановимся и перекусим. Потом спустимся на три яруса вниз и заночуем. А уже завтра выйдем на большой тракт, и дело пойдет веселее.

Расчет подгорника оказался почти верен. Только спуститься на нужный ярус мы не успели. Приливные силы луны погасили мох, и пещеры погрузились во тьму. Был у этого растения такой недостаток — очень он чувствителен к лунному циклу. А с другой стороны — может, таким и создавался, чтобы в подгорном мире не царствовал вечный день.

За время пути направлял словоохотливого попутчика, на интересные мне темы. Политика, настроения гномов, какие кланы наиболее влиятельны. Но тот все равно скатывался на любимые темы. Его словесный трактат: «сто отличий янтарного гурского от жемчужного нарийского» я уже кажется выучил на зубок. Ладно простое перечисление, но он же подробно объяснял каждый пункт! Хотелось выть, но луна была за толщей скал и пришлось воздержаться.

Я конечно знал, что в подгорном царстве, самая развитая система транспортной сети во всем мире. Но Большой тракт даже меня удивил. Невероятно широкий, метров тридцать меж стен и высотой с четырехэтажный особняк. А ведь это рядовая магистраль, связывающая не самые крупные поселения.

Вся ширина подземной дороги была поделена на восемь полос, по четыре в каждую сторону. Сейчас тут было некоторое запустение.

— Этот путь ведет из Вальгарна в соляные выработки. Сейчас самые «жирные» пласты уже разработаны и по этому, движение здесь пришло в упадок. — Пояснил Регвар. — Вон знак остановки пассажирской дрезины, — палец бородача указывал на вывеску, изображающую стилизованную букву «Т».

Нет, по тракту не проходила железная дорога. Добыча металла тяжкий труд и тратить его результаты на рельсы, гномы не желали. Ограничившись колеёй выдолбленной в скальном полу и облицованной каким-то твердым камнем.

— Тут написано, — Регвар изучал, выцветшую наскальную надпись: — дрезина ходит каждые два часа. Подождем.

— Легко, — с удовольствием уселся на удобную скамейку. — А правду говорят, о подземных чудищах, обитающих в глубине самых дальних пещер? — Не то что бы мне было интересно, но слушать: как нужно готовить масло для закалки, что бы получить сиреневый оттенок лезвия, мочи больше не было.

— Врут! Поверхностные сказки! — уухх, аж борода дыбом встала, от возмущения. — Не чудища это вовсе, а духи недр..

Видимо расписание изрядно устарело. Транспорт не появился ни через два часа ни через три. Зато многое для себя узнал, о богатом мире скрытом от солнца глубоко под землей. О жестоких духах, карающих всякого кто потревожит их покой. О гигантских саламандрах, с легкостью прожигающих своим раскаленным телом ходы, в самой твердой породе. О вратах демонов, периодически выпускающих из нижнего слоя кровожадные сущности. О сказочных барлогах, опальных огненных стражей Небесного дворца, якобы прячущихся от гнева Творца в глубине. И еще об очень и очень многом.

— Ну наконец то! Надо будет сообщить в департамент транспорта, что бы привели в порядок расписание! — Я ничего пока не слышал, но вполне доверял Регвару. Дварфы не очень хорошо видят, зато превосходно чувствуют скальные вибрации.

И правда, не прошло и десяти минут, как показалась платформа на ручной тяге. Размерено налегая на рычаги помпы, её толкал вперед всего один подгорник.

— Ого! Давно я тут никого не подбирал, года два без малого! — «Машинист» очень обрадовался неожиданной встрече. — Из правого восемнадцатого тоннеля сектора Би-Ай сто двенадцать дробь двести двадцать два, вышли? — Не хочу тут остаться один, даже объяснения как куда пройти не пойму, с такой то терминологией!

— Из него. Регвар Стальное Брюхо, — мой попутчик пожимает протянутую ладонь, — и мой спутник Даг.

— Водитель этого древнего как горн Дьюрина драндулета, Хорт Сиплое Горло, — он не зря носил это имя. Складывалась иллюзия, что ему по горлу в детстве что-то переехало. — С тех пор, как выработки истощились, совсем скучно стало работать. Раз в неделю вожу смену ремонтников, туда обратно. Да раз в сутки обед от их жен. Техники разбирают там оборудование. Первый бур уже закончили, скоро повезут в другое место. — Все это рассказывалось уже в дороге. Регвар составил Хорту компанию на рычагах и дрезина весело бежала вперед. — Ух и зрелище будет! Обожаю смотреть, как департамент тяжелых перевозок работает! Красота!

— Что ж в этом красивого?

— Тебе выбравшему латный путь не понять! — Хорт отмахивается от возражения. — Это ж… Огромные катки, куча техников и инженеров, ширина транспортной платформы будет почти в половину тракта! — Ох ничего себе размеры и это один бур!?? — Это тебе не секирой махать, тут иной масштаб!

— Фе, рассказывай сказки, что интересного гонять взад вперед по одним и тем же тоннелям?

— Через два года на месте соленых полостей, курорт будут строить. Говорят воздух и вода целебные, суставы лечат. А у меня как раз закончится испытательный срок. Пойду гонять междугородние грузовозы! — Он явно гордился открывающимися перспективами, не обращая внимания на крутившего у виска Регвара.

Что меня в гномах удивляло, так это называть городом любое поселение. Хотя конечно это не основное, главное, что было не понятно. Это почему настолько драчливый народ, имея население близкое к миллиону, а в армию почти никто не идет и её численность даже в лучшие годы не достигала пяти тысяч, исключая конечно привратную стажу. Да и особым уважением солдаты не пользуются, судя по тому как машинист переругивался с моим проводником.

Вальгарн оказался небольшим шахтерским городком. Гигантская пещера, в которой он находился, удачно располагалась позволяя жителям обрабатывать семь различных шахт, не дальше дневного перехода от поселения.

Гномы не селятся, как многие думают, в выдолбленных в толще скалы домах. Огромные естественные полости позволяют им возводить вполне обычные, на взгляд любого поднебника, постройки. Перенеси городок подобный Вальгарну на поверхность и никто не заметит необычности, разве что обратит внимание на излишнюю фундаментальность строений.

— Хорн, ты сказал моему мужу, что я на него больше не обижаюсь. И он может спокойно возвращаться домой, а не прятаться в своей любимой соли, третью смену к ряду! — Никто не назовет гномесс стройными созданиями. Но и кряжистых мужчин своей расы они напоминают мало. Немного миниатюрные, спортивного телосложения, а бюст любой из них, заставляет женщин поверхности покрываться сыпью зависти. И никаких усов и бороды, как им приписывают!

— Конечно Аргель сказал. Только техники его пристроили подготовить бур к перевозке, так что раньше чем через три дня он не появится.

— Так я и поверила! Как у этого труса борода не отвалится! — от такой фурии я и сам сбежал.

— Женщина, бороду не тронь! — Ой зря Регвар влез.

Впрочем он и сам это понял очень быстро. После второй его фразы, не кажущаяся особо сильной гномеса, стащила бравого сержанта за бороду с платформы. И острыми каблучками потопталась по его бокам. Тот не сопротивлялся, стойко снося побои.

— Сам виноват, — выглянув из под закрывавших лицо ладоней произнес побитый, когда боевитая жена шахтера выместила свою злость и удалилась. — Отвык, два года то походы то дальняя стража.

— Ты аккуратнее, Широкой Ноге, она на днях усы сбрила! — просветил Хорт, глаза Регвара в ужасе закатились.

— А что вы им позволяете то такое? — это уже мое любопытство.

— Ты наших женщин не трогай! Как захотят, значит так и надо! — хором накинулись на меня оба дварфа.

— Вам оно видней, — примирительно вскидываю ладони, у Стального Брюха явно чешутся кулаки, требуя возместить урон самолюбию.

Кажется я начинаю подозревать от чего у гномов такой характер! Слава Создателю, Хорн вовремя перевел разговор, предложив выпить по кружечке «за знакомство». Регвар благодушно согласился нас угостить, в лучшей городской корчме.

Вальгарн был не богатым городком, даже в лучшей таверне, не позволили себе деревянную мебель, ограничившись искусно вырезанной каменной. Компанию страждущим промочить горло я не составил. Разговоры о пиве утомили так, будто несколько дней пил его не переставая. Договорился о комнате с хозяином и спокойно отправился спать в уютную постель.

На следующее утро хорошенько потрудился, будя похмельного Регвара, правый глаз которого наливался лиловым цветом, свежепосаженного фингала.

— Что так рано!? — гном категорически отказывался открывать глаза. — Наш дилижанс отбывает в пол одиннадцатого!

— А мы, что не пешком?

— Дал мне Дьюрин тупого сопровождать! — зарываясь под подушку. — Зачем сапоги изнашивать, пусть транспортники работают! И не трогай меня, сам встану, — ну его, пусть спит.

Спустившись в общий зал, попросил приготовить на завтрак что-нибудь легкое. Подметающая помещение юная гнома, во всю глазела на меня, как на диковинку. Наверно никогда еще не встречала людей. Интересно каково это: жить никогда не видя солнца? Не ходить по зеленой траве, растительность подземелий сплошь мох и вьюны. Наверно перед сном просит рассказать сказки о поверхности?

— Как тебя зовут дитя? — стараясь не испугать, подзываю девчушку к своему столу.

— Ниана, — какие синие у неё глаза. — А вы правда людь?

— Правда, только правильно говорить «человек», а не «людь».

— А когда много «человеки»? — сколько непосредственности!

— Нет, когда много люди.

— Странно как то, один гном, много гномы. А можно я тебя буду людью называть?

— Лучше не надо, называй по имени Дагом.

— А вы расскажите мне сказку о подлунных цветах?

— Ниана! Отстань от посетителя! — из приоткрытой двери кухни выглядывает гномеса в летах.

— Ничего, она мне не мешает, — вступаюсь за малютку.

— Расскажи о цветах, ну пожалуйста! Я конечно видела картинки, но они там скучные, хоть и красивые. Даааг ну расскажи! — если она так же продолжит дергать меня за рукав, то завтрак растянется. Поправляю куртку, рука неловко соскальзывает, от очередного рывка. Неспроста.

— Я тебе покажу, только тссс, пусть будет нашей тайной! — случайно ли моя ладонь нащупала во внутреннем кармане колокольчик? Не думаю. Достаю на свет «живой» цветок.

— Ой, — прижимая ладошки к губам замирает ребенок. — Какой он, какой он… — но не находит слов.

— Можешь потрогать, — великодушно разрешаю. Когда маленькая ручонка касается стебелька, синий бутон раскрывается и тихий звон разносится в недрах земли. Что это было? А моя рука сама тянется на встречу восхищенному дитю. — Он теперь твой. — Произносят губы без участия сознания. И это не магия Видящей, не манипулирование сознанием, что-то иное — гораздо больше движет мной сейчас. Даже Творцу не доступное. Еще чуть чуть и мне кажется, что пойму кто же я! И кто такие все мы — эрмы. Но миг уходит.

Зайди сейчас кто случайно в трапезную, сильно был бы удивлен. Плачущую счастливыми слезами девчушку подземного мира, стараясь не поранить, к груди прижимал сказочный эрм. Все маскировочные щиты и измененные ауры слетели, будто их и не было никогда. Но меня это абсолютно не волновало.

Но все когда то проходит и разум берет верх. Вновь оплетает астральная сеть и корежит энергетику изменение полей, пока еще рано быть собой. Вытираю салфеткой слезы Нианы. Мне надо побыть одному, оставляю недоеденный завтрак и поднимаюсь в комнату. Регвар еще не проснулся, хорошо.

Лежа в кровати, просто смотрю в потолок, позволяя мыслям течь куда вздумается. Будь я просто человеком, наверно сейчас бы тело колотила нервная дрожь. «Что случилось, почему, зачем, из-за чего» наслаиваясь проплывают образы, пусть…

— Эй, что разлёгся! Подъем! — это когда я успел уснуть? Бодрый голос гнома заставляет открыть глаза. — Мы почти опоздали!

— Не кричи, я уже одет и даже перекусил на дорожку. — Регвар выглядел значительно лучше, чем можно было предположить, только серебряный динар приложенный к глазу, выдавал его вчерашние приключения.

— А я уже не успею ничего съесть, — после ночных возлияний, его еще тянет набить живот? Железное у него здоровье! — Так вроде собрались. У нас десять минут добежать до станции и успеть купить билеты, — тьфу тут еще и билетная система?!

— А вчера по поводу билетов нельзя было озадачится? — а я то считал дварфов основательным народом.

— Нельзя! — бородач категоричен. — Пиво и хорошая драка всегда важнее! — кто бы сомневался в таком ответе.

Из таверны пришлось буквально выбегать, жаль, хотелось сказать что-то доброе Ниане на прощание. Транспортная, пассажирская дрезина состояла из двух платформ. На головной стояло несколько помп, на замыкающей располагались удобные скамьи со спинками. Глядя на количество желающих отправиться в путь, засомневался, а хватит ли нам мест?

— Два билета: один полный, один пассажирский: — Регвар протягивает деньги гному, в характерной жилетке дорожного департамента. Тот удивленно вскидывает на меня взгляд:

— Ааа, поднебник, хорошо, пассажирский так пассажирский, — не понимаю, в чем отличие. Забираем билеты.

— Пошли, тебе на заднюю, — хватая меня за локоть объясняет попутчик.

Основной контингент пассажиров, составляют дамы, заполнившие почти все скамьи. Интересно тут принято уступать место женщинам? и если да, то за что держаться стоя? Никаких перил не видно. А куда делся Регвар? Вот демон! все мужчины гномов, не только «дорожники», заняли места у рычагов движителей. А я начинал ловить на себе косые взгляды гномес, которые сменялись по мере понимания того, что я не дварф, с осуждающих на жалостливые.

— Эй, Регвар, — пробираюсь на головную платформу. — Делай что хочешь, но в том террариуме я не поеду! Можно встать за помпу?

— А потянешь людь? — за попутчика отвечает, главный машинист. — Мне же нагрузку надо на шестерни правильно распределить, ты больше проблем доставишь чем поможешь.

— Поставь его со мной в пару, — вступается Регвар: — если что я и за двоих смогу.

— Хорошо, — правильно оценив габариты сержанта, соглашается дорожник.

— Ты же говорил: «нечего ноги топтать, пусть транспортники работают», — шепчу на ухо.

— Так разве это работа, вот управлять всем этим то да! Это тебе не мелкую вагонетку Хорна водить, тута умение надобно! — военный с уважением оглядывается на водителя.

Все шестьдесят сидячих мест второго «вагона» были заняты, на рычагах же нас всего десять. Но если начать движение было трудно, то в дальнейшем состав катился уверенно и плавно, под размашистое качание помп. Этот трактовый туннель, был меньше по размерам чем уже мной виденный, но движение в нем интенсивнее на много. В основном нас обгоняли маленькие двух-четырех местные однопомповые дрезины. На встречу же медленно катились грузовые «поезда».

На второй час пути движение замедлилось.

— Туннель сужается тут всего до двух полос. Очень крепкая порода в этом месте. — Объясняет мне находящийся справа гном. А я с недоумением взираю, на не виданное мной в течении многих веков зрелище — транспортную пробку!

Если в нашем направлении просто стали ехать чуть медленнее, то на встречу тянулась на несколько сот метров череда ожидающих. Размахивая флюоресцентными флажками, движение регулировала гномеса в ярком комбинезоне, иногда покрикивающая на особо торопливых водителей. Но вот тракт расширился до четырехполосного и мы уверенно набрали ход. По моим прикидкам «дилижанс» мчался со скоростью тридцати километров в час.

— Сбавить ход! — кричит водитель, послушно замедляем ритм. — Внимание! Переключаюсь на торможение!

— Отпусти помпу и тяни вот за этот рычаг, — подсказывает Регвар. Послушно дергаю за торчащий из пола металлический прут. Ожидаемого мной скрипа тормозов нет, лишь что-то механически лязгает под днищем и состав послушно останавливается.

— Кому надо была станция пересадки на направление Дортанга?

— Нам! — Регвар дергает меня за рукав, — пошли.

Машем на прощание уходящему в даль «дилижансу».

— Так, эта дорога очень загружена и скорее всего пассажирского состава мы не «поймаем».

— И что мы теперь тут застряли? — я в общем то не против посидеть несколько часов, глядя на транспортную суету оживленного перекрестка.

— Зачем? Будем голосовать, авось кому по пути будет! — в подтверждение своих слов, Регвар вскидывает руку в до боли знакомом, но таком забытом жесте.

Почти сразу около нас останавливается грузовая платформа:

— Куда надо тангары? — но рассмотрев меня внимательнее, поправляется, — и их гостю.

— В Дортанг.

— Звиняйте не по пути! Вы пробуйте остановить платформы с продуктами, по этой дороге почти все они именно в озерный город и следуют! — Взмах руки и могучие руки «дальнобойщиков» наваливаются на рычаги.

Совет оказался дельным, не прошло и полу часа как мы сидели на ящиках с морковью и картошкой. За движители нас не пустили, экипаж многоплатформенного поезда был полностью скомплектован. Даже поговорить с согласившимися нас подвести не получалось, ящики жутко гремели и надо было кричать, что бы быть услышанным.

Дортанг оказался большим городом, центром этой части великих полостей. Кругом царила деловая суета.

— Я рос рядом, в фермерском поселке. А сюда меня возили каждый месяц на ярмарку. — Полной грудью вздыхая непривычны для этих пещер, слегка влажный воздух, произносит Регвар. — Люблю этот город!

— Почему его называют Озерным?

— О! Потому что он заложен на берегу, громадного подземного водоема.

Это было правдой, черная вода подземелий мелкой зыбью накатывалась на парапет набережной у которой мы остановились. Разглядеть до куда тянется водная гладь не получалось.

— Глубоко тут?

— Не знаю, не мерили, да и зачем это? — у дварфов странные отношения с водой. Люди бы давно все выяснили о озере на берегу которого живут, подгорникам же было абсолютно все равно.

— Ого, не знал, что гномы ловят рыбу! — увидеть сидящего с удочкой гнома и впрямь было откровением.

— Тут водится голубая прозрачка, вкуснейшая рыбка, а вяленая: — мечтательно теребит бороду, — да под пиво, мечта! — а ну раз закуска к пиву, то дварф будет её ловить хоть в жерле вулкана, это ж «святое».

То что врата подземного царства закрыты для чужаков, в Дортанге это было не заметно, каждый четвертый встреченный на пути не был гномом.

— Эх, надо было взять побольше отгулов! — сокрушается спутник: — я бы тебе столько всего показал! Но нам пора в поместье Коринов. Пешком топать долго, но в городе есть прокат машин.

Через пол часа мы стали временными обладателями двухместного средства передвижения, на колесах обтянутых каучуком.

— А что вы не используете педали? — задаю давно мучающий меня вопрос.

— Какой же дурак будет вертеть ногами, если можно работать руками? — в голосе Регвара непонимание. Вспоминаю, что у дварфов плечевой мышечный пояс развит гораздо сильнее, чем у людей.

Из сержанта плохой водитель, это становится понятно почти с разу, по тому как он неуверенно выруливал со стоянки. Думаю, что пешком было не намного медленнее, из-за его неуверенности мы двигались не сильно быстрее пешеходов. По дороге Регвар много нового узнал о своей личности, от обгоняющих нас, кому наша повозка мешала разогнаться, до привычных скоростей. Тот вяло огрызался, но понимал справедливость претензий. Когда подземный мох уже начал темнеть, впереди показалось поместье.

— Кого я вижу, Регвар! — встречает нас радостным криком, как лунь седой, привратник.

— Дядя Горган! — Ежели полезет и ко мне обниматься, срочно потребуется придумать вежливый отказ, если у них кости трещат от такого приветствия, то мне и подавно будет бо-бо.

— Ты наконец то взялся за ум и решил уволится из армии? — не разжимая объятий интересуется Горган.

— Нет дядя, вот сопровождаю людя, у него дело к нашему тану.

— Будем знакомы, — на всякий случай отступаю на пол шага. — Бывший управляющий поместья, а нынче обычный старик Горган Могучий Топор, — представляется привратник.

— Эх Даг Ор, людь, — если им так привычнее.

— Тан дома?

— Отбыл в столицу и будет не скоро, — Регвар огорчен ответом.

— А мастер Шарис? — я уже знаю, что так именуют местного главного пивовара.

— Вы с ним наверно разминулись по дороге, он за покупками уехал в город. Завтра обещался быть.

— Горган, я спешу и сразу по утру, мне надо уже уехать. Познакомишь Дага с мастером, хорошо?

— Что даже не погостишь?

— Дядя это армия, там не терпят самоволок.

— Понимаю, сам по юности дурил в погонах, — старик вздыхает, на миг погружаясь в воспоминания. — А так познакомлю конечно, не зря же такой путь человек проделал, — о наконец то правильно!

— Поверь Шарис не пожалеет, да и все мы, — Регвар заговорщицки подмигивает.

— Да что это я вас держу на пороге! — вспоминает о правилах гостеприимства Горган, — заходите в дом.

Как только зашли в просторную гостиную, так Регвара обступила толпа родни. Не желая мешать тому общаться, с давно не виденными родственниками, попросил проводить меня на кухню, а затем в отведенную для гостей спальню.

— Регвар не хотел вас будить, но на словах пожелал удачной сделки и доброго камня под ногами. — Немолодая гномеса, приготовившая мне завтрак, в одиночестве хлопочет на кухне. — Вы же ждете Шариса?

— Да, — еле выговариваю набитым ртом. Кто там говорит, что гномья кухня пресная и не вкусная, наверно этот слух пустили орки. Хочется облизать тарелку, но понимаю, в гостях надо соблюдать приличия.

— Он уже прибыл, занимается разгрузкой на заднем дворе.

— Регвар говорил, что вырос на ферме. У вас сельскохозяйственные угодья, а не шахты? — проявляю любопытство, борясь с желанием попросить добавки.

— Да наш род фермерский, выращиваем клубни, грибы, ночной хмель конечно, для пивоварни. — Если естественный растительный мир подземелий беден, то искусственно выращенных и измененных плодов и прочей флоры, в достатке. Надо только уметь за ними следить и вкладывать огромное количество труда. И богатые урожаи теплых недр не заставят себя ждать.

— Я слышал некоторые даже куриц разводят?

— Нет, птица у нас не приживается, а вот свинки иное дело этих разводим. Правда не много, а то жрут они в три горла, накладно выходит.

Под неторопливый разговор, решаюсь попросить добавки. Кухарка оказалась болтливой, с радостью рассказывая о не хитром местном быте. Исподволь, наводящими вопросами удалось узнать, что клан Регвара далеко не беден, говоря прямо очень богат и влиятелен. И не последним камнем в их успехе была пивоварня, варившая действительно изумительный портер, который я уже распробовал. Когда мой желудок, категорически отказался принимать в себя даже капельку добавки, попрощался с гостеприимной хозяюшкой и направился на поиски мастера.

Это оказалось не так и просто. Поместье с принадлежащими ему территориями было очень велико. Несколько раз даже заблудился, в переходах туннелей связывающих различные пещеры, но Шарис был не уловим. То он уйдет за пять минут до моего прихода, то мы разминемся буквально соседними коридорами. Такая безрезультатная беготня затянулась почти до обеда.

Одну из полостей пересекал подземный ручеек. Разувшись, опустил ноги в прохладную водицу, приятно охлаждая натруженные ступни. Как то меня совсем не впечатляет величие подземного царства. Да красиво, но чуждой красотой, мне больше по нраву не наскальные барельефы и переливающиеся в свете мха сталактиты, а зеленый ковер травы и шелест листьев над головой.

— Уж не наш ли гость, о котором гудит все поместье, моет ноги в питьевом ручье? — Тьфу, резко вскакиваю краснея.

— Они почти чистые! — когда в следующий раз буду о чем то оправдываться, надо будет придумать что-то менее глупое.

— Не переживайте, это вода для свиней, — суровый, насмешливый баритон резко контрастировал с внешностью шутника. Тот был очень молод, около тридцати, что по меркам гномов начало юности.

— Все равно, неудобно получилось, — торопливо обуваюсь.

— Горган сказал нам есть о чем поговорить?

— Наверное ошибся, — слишком он юн.

— Я Шарис, — главный пивовар клана? — Не обращайте внимание на возраст.

— Это не легко, — честно признаюсь: — я представлял вас совсем другим.

— О, это всех удивляет, — смех у него заразительный. — Но звание мастера ношу заслужено. Просто я гений! — от скромности это нагло подмигивающее лицо, морщинами не покроется точно.

— Попробовав ваш портер, соглашусь. — Ни грамма не кривлю душой. Но в каком же возрасте он стал мастером? Если два года не бывший дома, Регвар уже его так именовал.

— У меня мало времени, поэтому сразу к делу. Что вы хотите? — о как с места в карьер и с такой постановкой вопроса! Ну что ж ты сам нарвался:

— Треть доли в пивном деле клана. — Одно удовольствие смотреть как ехидство покидает лицо насмешника, сменяясь недоумением.

— Эээээ, боюсь не в моей компетенции принимать подобные решения. Да и сам тан врятли пойдет на такое, предложи ему хоть мифрильную жилу в обмен.

— Это ваше последнее слово? — мимика юноши неподражаема. Как он теребит зачатки бородки подражая взрослым.

— А что у вас и правда есть жила? — в голосе сквозит сомнение.

— А если, что то получше?

— Вы что клоун? Так мы не заказывали! А вас с радостью встретят в городе, там послезавтра открывается ярмарка! — а вот держать себя в руках, нужно учиться даже гению.

— Не грубите старшим молодой тангар, а то я могу передумать. — Хватит его мучить, добавляю нотки метала в голос.

— Извините, — а он не безнадежен.

— Начну с вопроса, вы не против?

— Слушаю, — мой тон подействовал правильно, осадив пивовара, теперь он готов внимательно слушать.

— Во сколько отличаются ваши объемы производства от Торгивльского завода?

— Раз в сто не меньше. — Он еще не понимает к чему я клоню.

— Ваша гениальность, позволит хотя бы приблизится к такому объему в будущем?

— Нет. Во-первых: там отличные мастера, во-вторых: у них есть то, что нет больше ни у кого в подгорном царстве. — Ранний успех не вскружил юноше голову, мыслит он в верном ключе.

— Вы догадываетесь, что я хочу предложить?

— Неужели? — Шарис замирает, глядя на развернутый сверток.

— Я не могу ждать, возвращения тана или весточки от него. Вы уверены, что сами не можете принять решение?

— Я не имею права заключать подобные сделки. Но всё же рискну. Я согласен!

— Не подтвержденная главой клана, будет ли она действительна?

— Слово мастера не изменено и клан будет вынужден его соблюдать. Потом меня может ждет изгнание за это, но, — а у него чистый взгляд. — Такой шанс это раз в жизни! Вы готовы прямо сейчас поехать в город и оформить сделку в местном отделении республиканского банка?

— Это лучший вариант, — мне это очень подходит.

— Только надо заглянуть в одно место, по пути, ненадолго. — Что-то тут явно не так просто. Уж не плюнет ли он на все устои, гении особенно молодые они мало соблюдают правила. Не зреет ли в его голове план грабежа?

— Хорошо, зайдем, — если попытаются причинить вред, то личное дело их родни, какие памятники ставить на могилки.

Заведя в небольшую рукотворную пещеру, Шарис оставил меня одного, у ничем не примечательного валуна из темного гранита. Сам же он поспешно убежал, по петляющим, низким коридорам. Настораживает, пробую как выходят «хашти» из ножен. Нападения я не боялся, больше напрягало, как найти потом отсюда выход, желательно в обход поместья.

Появившийся из тьмы неосвещенного туннеля Шарис, с немалого размера тесаком в руке, мило улыбался. За его спиной шли еще четверо, все уже далеко в летах. Молодость уговорила старость? Наверно правду говорят: «чем старше, тем ближе к детству». Убивать стариков, пожалуй не буду, устрою показательную трепку и всё, но больше всех достанется уже знакомому Горгану.

— Мы не можем передать такую долю завода, в чужие руки, — начал разговор незнакомый мне дварф, тяжело опирающийся на древний как он сам бердыш. — Но и выпустить из рук, то о чем нам рассказал молодой Шарис, мы не можем. Сама судьба дает нашему роду шанс стать великим. — Как обидно, для любого самого гнусного поступка, всегда найдется объяснение. А я то надеялся на легендарную честность подгорного народа.

— У нас только один выход. Вытяни ладони вперед, — предложение Горгана означает, отпустить рукояти мечей. В то время как Шарис стоит в характерной стойке секущего удара, отведя тесак немного за спину.

Чему их учила жизнь, если даже в таком возрасте они думают, что сталь решает все. Отпускаю «хашти» протягивая открытые ладони. Резкий взмах молодого дварфа, не заставляет отдернуть руки. Это не удар на поражение, а что то другое. Стремительным бликом проносится сталь едва касаясь кожи, оставляя за собой маленькую рану. Шипением пузырятся капельки крови, упавшие на ставшим багровым гранитный камень. С тяжелым звоном лопается клинок тесака, разламываясь на тонкие, не толще волоса, пласты кованой стали.

— Ох моя седая борода! — Хватается за волосы Горган. — Мы то всего навсего хотели, провести ритуал сделавший бы тебя из гостя со-кланом. Всего лишь окропить родовой камень твоей кровью и все. Просто традиция.

— А получили, — тяжело вздыхает заговоривший первым старейшина опускаясь на одно колено, его примеру следуют и остальные. — Не случалось еще такого в подгорном царстве. Клан Корина, именем пресветлого Дьюина, нарекает Эх Даг Ора наследником танского пояса! Поручителями сего выступают многомудрые старейшины рода: Фанфис Серебряный Пояс, Горган Могучий Топор, Нарталь Зыбкое Марево и я Дарин Пылающий Горн. При свидетельстве младшего мастера Шариса Золотой Бочонок. Да будет так и сами горы слышат нас. — Глухой подземный толчок, ударяет по ногам. Ничего себе подтверждение. Но мне это совсем не надо!

— А можно отказаться? — надеюсь это не смертельное оскорбление.

— Не знаю, был бы рад, будь такая возможность. Но горы сказали «Да». — Как же горы, знаю я одну личность с подходящим чувством юмора.

— В мои планы не входит ничего подобного!

— Клан не смеет задерживать, своего наследника. Вы вольны идти куда угодно, как только тан Корин прибудет к родовому камню, с него будет снят танский пояс. Если вас не будет на месте, то в ваше отсутствие родом будет управлять со-тан — управляющий назначенный вами.

— Думал слово «наследник», подразумевает нечто другое. Что когда-то в необозримом будущем, после смерти нынешнего тана, мне оденут пояс.

— Увы не так. Нас самих не радуют перемены. Но мудрый Дьюрин наказывает нас за излишнюю поспешность и жадность. — Ох, они еще и верующие или хотят ими казаться.

— Никогда еще подгорный клан не подчинялся человеку. Видно грядут перемены!

— Получается вы теперь мои подданные?

— Не только мы но и весь клан, — согласно кивает Дарин.

— Так значит никаких сделок не надо, ему и так пивоварня принадлежит?! — встрявший в разговор старших Шарис, тут же получает по загривку обухом.

— Не перебивай старших! Но мысль твоя верна, вся собственность рода теперь и твоя человек, — как не охотно он кланяется, через силу.

— Я не человек, — секреты рода для любого тангара священны, ничем не рискую.

— Не обманывай меня, — Дарин сокрушенно качает головой, — это плохо врать своим. А я рунный маг, — а то мне не заметно! — и прекрасно вижу тебя. — С их самомнением явно придется что-то делать, но потом как нибудь. Подождет. А вот то, что старейшины униженно себя чувствуют, это в моих силах исправить:

— Я не люблю повторять! И не когда не лгу своим! — Своды пещеры гулко вибрируют в такт словам. — Я не человек. — Второй раз подгорный мир видит меня без щитов.

— Кто ты, — пораженный рунный маг еще не встречал таких рисунков силы.

— Я неведомое, — лишний туман не повредит, — я есть ЭРМ!

Фи, нельзя так удивляться, даже не поклонились, застыв изваяниями в бликах багрового света.

Глава VIII

На следующий день, если говорить прямо, я сбежал из поместья. Теперь уже моего родового гнезда, как принято наименовать подобное у аристократов. Отдал только приличествующие распоряжения, да назначив со-таном юного Шариса. Если уж перемены, так пусть будут резкими. Удалялся так поспешно, что даже отказался от проводника, вытребовав самую подробную карту транспортных трактов.

Надо же так влипнуть! И ведь не в эльфийской рассаде «темного короля» дело. А в собственной глупости и желании получить приличную ренту. Хотя зачем она мне вообще не представляю, видимо какие то отголоски из еще той, давней жизни. И что мне теперь, с полученным делать?

Всё же стоит продолжать свой путь, а к этой проблеме вернуться уже позже. Когда получу ответ на вопрос: «зачем горы подтвердили». А пока клан сам справится. Одно хорошо, судя по рассказам о тане Корине, тому танство было в тягость, и он будет рад избавится от пояса, вернувшись в столь любимую им мастерскую. Так что врага я не нажил и то радость.

Всю ночь проговорив со старейшинами, сейчас сидел в задумчивости, на одном из крупнейших перекрестков подгорного царства. Старики много расспрашивали обо мне и хоть я отделывался общими фразами, все равно они не понимали, зачем так рвусь перегрызть горло графам. Не то что бы Дарин и компания были против, скорее наоборот. Просто они не понимали зачем переть как осел за морковкой, прямо к цели. Что я этим добьюсь? При трезвом размышлении — ничего! Сорвусь на ближайшем вампире, порубив того на части. И такой след за мной потянется, что все графства встанут на уши. Ну отправлю в мир иной сотни две кровососов, это я себе конечно льстил, но то что доберусь хоть до одного правителя, это едва ли. Потребуется, задавят массой, закидают телами, но не пропустят даже до замковых ворот.

Надо было искать обходной путь. Только где его найти? Я же ничего не знаю, все зацепки ведут во владения клыкастых. А так ли ничего мне не известно, а имя!? Сильвиус Прайн, боевой маг, экс опцион армии севера. Может эта ниточка приведет к началу обходной тропинки?

Разворачиваю карту, ближайший выход в северную империю находится всего в трех пересадках. Это если не заглядываться на достопримечательности, а ехать в обход крупных городов, на общественном транспорте. С попутками может быть еще быстрее.

Пришло время взглянуть по подробнее в конверт, оставленный мне фон Куртом. Откладываю в сторону «южные» бумаги. Кроме подорожной остается четыре письма, к каждому из которых приклеена записка, повествующая о том кому она адресована. Очень любезно, со стороны барона. Три рекомендации быстро отправляются обратно в карман, а вот четвертая! Как раз то что надо, она к зам начальнику фронтовой разведки млад-герцогу Эллийскому. Уж кто кто, а он по долгу службы просто обязан знать офицера ранга Прайна.

Желающие подвести поднебника нашлись быстро. Один в этом был недостаток, приходилось выслушивать перебранки и пространные монологи на ставшие уже привычными темы. Но одна история рассказанная таким же как и я пассажиром на одной из попутных дрезин, заставила слушать затаив дыхание.

Она была о фее Миракле. В мире вообще мало историй о этих загадочных созданиях. Происходило действие рассказа, еще в те давние времена, когда мир был юн и только отгремели третьи воины раздела. Расставившие расы и государства по тем местам, где они находятся и по сей день.

Последний подгорный царь, Торин сын первородного Варна, наконец то обрел счастье в виде наследника. И надо же такому случится, что почтила празднество в честь этого фея Миракла. Щедры были её дары младенцу. Обрадованный царь предложил ей гостить в подгорном царстве, сколько та пожелает. Согласилась добрая фея и многие года жила в подгорном мире, принося радость детишкам и счастье матерям и отцам. Но стоило не надолго фее покинуть царство как, с царевичем приключилась беда. Даже не беда вовсе, а так неприятность, но испугался Торин за сынишку. И так велик был его страх, что как только Миракла вернулась, приказал её заточить в самую дальнюю темницу, дабы никогда больше она не покидала подземелья. Умоляла Миракла её отпустить, клялась, что не в ней дело! Просила вернуть ей свободу, обещая не таить зла. Но неумолим был Торин. Тогда попросила она хотя бы приносить ей младенцев, обещая одаривать их. Но совсем повредился рассудком царь, уверовав, что чем больше благословений получат другие, тем слабее будут дары царевича. Еще сильнее он увеличил стражу и сковал мифрильную клетку для феи. Денно и нощно её стерегли лучше рунные мастера, а стража была столь велика, что превышала охрану трона. Взмолилась о пощаде фея, говорила, что так нельзя, что придет в подгорный мир иначе беда. Но самой страшной бедой считал Торин, это потерять сына, а он твердо был уверен, покинет фея пещеры и умрет наследник. Правильным оказалось пророчество Мираклы, многие бедствия обрушились на царство! Открывались нижние врата выпуская сномы чудищ. Будто сорвавшиеся с цепи саламандры, прожигали свои ходы прямо по городам тангаров. Землетрясения невиданной силы, сотрясали скалы. В одном из многочисленных боёв пал царь Торин убитый сильномогучим демоном. В ярости схватил топор отца уже способный его поднять царевич. Спустился он к сверкающей темнице. И обвинив Мираклу во всех бедах обрушил на неё лезвие. Не сопротивлялась фея, лишь слезы текли по её прекрасным щекам. Так приняла свою смерть благословившая многих. А молодой царевич был разорван восставшей толпой И закончилось правление царей в подгорном мире.

Такой интерпретации падения единовластия у дварфов, я еще не слышал. Конечно знал, что основными предпосылками было ужасающие состояние дел в царстве, в связи с прямо таки катастрофическими бедствиями, беспрестанно терзавшими страну. Но из-за чего эти бедствия постигли тангаров не задумывался, относя все на счет простого стечения обстоятельств. В то время Ларт еще не так виртуозно управлялся на «своем» острове и подробностей мы не знали. Возможно какая-то доля правды в этой сказке есть. Вспоминая более древнее чем мир высказывание: «дыма без огня не бывает».

Случайный попутчик оказался странствующим скальдом, знающим много сказаний. Но легенды самих гномов, мало интересны жителям поверхности из-за различий в менталитете. С трудом выслушав одну из них, больше напоминающую свободный пересказ истории о семье Стахановых, но в реалиях подгорного мира. У них вообще все такие сказки, о мифрильных жилах, о новых неизведанных тоннелях, скууучнооо. Хотя, надо признать, для воспитания молодежи, такие сказания намного лучше, жестоких легенд поверхности, в которых сплошь и рядом кровь, война, предательство. Если люди высшей ценностью пропагандировали любовь то тангары труд. Если люди воспевали личную доблесть, то подгорники долг.

Ехать нам со скальдом в месте предстояло долго, а феи меня всегда интересовали. Оказалось, что попутчик знает много легенд о этих волшебных созданиях. Но увы, все они оказались однотипны. В каждой из них, кто-то пленял фей, требовал от них что-то, завершались тоже одинаково, смертью всех участников. Никакой фантазии. Добрых сказок, где феи были бы главными героинями, а не второстепенными персонажами, сказитель не знал. Судя по количеству пересказанных легенд, каждую фею в этом мире повесили, расчленили, обезглавили раза по три каждую. Если вспомнить сколько их было всего в межреальности исхода.

А вот легенд о эрмах у тангаров не было. Только пересказ горских преданий и сказок, которые я и так знал отлично. Когда то Ларт даже их все записал в отдельную тетрадь. Вообще люди населяющие горы Древнего хребта, меня удивляли. Постоянно воюющие на два фронта, не для победы, а просто так без каких либо мотивов. Не понимаю смысла такого существования, когда до третьего десятка доживает один из двадцати мужчин. Им бы орками уродится, почему их предки остались людьми, не пойму.

Последний участок пути, проделал на рейсовом дилижансе, без угрызений совести заняв пассажирское место. Поднебников ехало к трактовым вратам много и я не чувствовал себя белой вороной. К тому же это был состав первого класса, часто возивший клиентов РБ, на нем в угоду жителям поверхности были установлены даже амортизаторы. И миловидная гномеса обслуживала пассажиров, выступая в роли проводницы. Попросив бумагу и карандаш, гномы вообще не признавали перья и чернила, написал несколько указаний клану, о которых забыл при спешном отъезде. Ничего существенного, так детали. К примеру: приказ отправить один бочонок из первого же урожая «темного короля» Гурнару фон Курту, с личной благодарностью от меня. Так же намекнул, что скоро барон будет баснословно богат и пожелает прикупить доспехи для своего отряда. Такая инсайдерская информация дорого стоит и позволит моим подопечным подготовится заранее.

Была у меня еще одна обязанность. Надо было решить, как называть клан и какой титульный знак у него теперь будет. По мне так дурная привычка, когда каждый новый тан все переименовывает, но если правитель меняется раз в сто лет, может и правильно. Существовал вариант, оставить все как есть, но как сказали старейшины, лучше было его не выбирать. Потому что власть перешла не от клановца клановцу, а пояс получил «посторонний» и к тому же не тангар!

Ааа, не люблю этого. Придумать историю, даже сказку легко, благо фантазия богатая. Но она же и буксует, стоить задуматься, когда надо что-то назвать. Наименование стабильных островов Архипелага, моего языка дело, до сих пор себя за это корю.

Не настолько это просто, в одном только поместье проживало больше трехсот тангаров. И это лишь треть клана. От меня зависело как будут они себя именовать и с каким символом себя отождествлять. Мысли роились под мерный перестук колес в колее. «Мерцающий» в этом качестве не подходил, не жалуют дварфы мечи, предпочитая надежный захват топора. Это навело на мысль. В том что Шарис не упустит возможность и «темный король» приживется, был уверен почти стопроцентно. Так же вспомнился бердыш Дарина, древний как сами горы. Совместив эти два элемента, получил очень симпатичный герб. Лоза вьющегося хмеля, оплетающая старую секиру. С названием труднее, в голову лезет сплошная банальщина.

Десятки вариантов летят на свалку. Но ничего лучше нынешнего названия клана: «Черное солнце» в голову не приходит! Надо было задаться этим вопросом раньше и попросить у попутчика скальда помощи. Многие называют кланы в честь своих танов. Но выбранный мной псевдоним мало годился для этого, а настоящие имя, за многие века, стало слишком чуждым миру. Может действительно в честь кого-то назвать танство? А почему бы и нет? Имя легко ложится на бумагу. Запечатываю конверт, адрес поместья помню хорошо. Проводница любезно предлагает воспользоваться услугой «дорожная почта» и опустить письмо в почтовый ящик прямо на борту платформы, удобно.

На конечной дилижанс останавливается прямо у таможенного терминала. Не зря заплатил столько денег за первый класс, пассажиров нашего вагона пропускают вне очереди. Желающих покинуть подгорное царство множество и иначе пришлось бы стоять пару часов в толпе. Таможенник любезно предлагает темную повязку на глаза и читает небольшую лекцию. Всё это я давно знаю и прошу его не беспокоится, да и не нужна мне эта повязка, хотя человеку конечно пригодится. Мимоходом интересуюсь о причинах такой очереди пред вратами. Оказывается все просто, никакого резкого исхода и бегства людей из царства нет. На поверхности сейчас ночь новолуния, а это лучшее время покинуть подгорный мир. И такие очереди в эту ночь обычны. А я то думал, что так долго длится подземный день, без воздействия приливных сил мох продолжал освещать пещеры и туннели даже после полуночи.

Свежий горный воздух приятно холодил кожу. Как же приятно дышать запахом трав и ветер такой свежий. Не получится из меня подземного жителя, Шарису придется довольствоваться моими очень редкими визитами и научиться управлять самому. Ничего, парень способный, справится.

Большинство выходящих из врат, тут же усаживались на траву склона, привыкая к поверхности. У меня же такой необходимости не было. Утром эта толпа двинется вниз и комнату в любой соседней таверне найти будет не просто. Лучше начать спуск с гор прямо сейчас, благо каменное покрытие дороги было великолепно.

Как любопытно получилось. Видящая считала, что я пойду к гномам, Еарн и барон, что в Хиорт или Рааст. В итоге все получаются правы. И кстати эльфа знала, что дварфы ввели режим «закрытых врат» и подложила мне прекрасное средство для преодоления этого препятствия. Рассчитывала ли она на тот эффект который в результате получился? Не думаю, не по её возможностям это или я давно превратился в пешку чужой игры. Так как марионеткой считать себя не приятно, второй вариант даже не рассматриваю.

Тракт по которому шагаю ведет к Спарте, четвертому по величине городу империи. Мне там совершенно нечего делать, но пока направление совпадает с нужным и сворачивать рано. Утро встречает меня в тени оливковых ветвей. Полотно дороги проходит между двух плантаций, где ровными рядами тянутся ухоженные деревья. Утоптанные тропинки тянутся к виднеющимся в дали аккуратным домикам. За исключением стражи у подножья гор, мне еще не встретилось ни одной живой души.

Как же замечательно вот так идти, ловя утренний ветерок. Закончились кажущиеся бесконечными линии олив, уступив место ослепительно желтым полям подсолнухов. Вот на встречу пробежала запряженная неказистой лошадкой повозка полная сена. Две пары любопытных детских глаз еще долго провожали, уходящего на север охотника. Чем выше поднималось солнце, тем больше оживал тракт. К полудню движение уже стало оживленным, ему конечно было далеко даже до самого заштатного подземного тракта, но то и дело приходилось кого-то обгонять или уступать дорогу повозкам.

Попадавшиеся на пути деревни и поселения, разительно отличались от встреченных в баронствах. Не столько своей ухоженностью, сколь явным планированием застройки. Чувствовалась рука централизованной власти. Народ в большинстве своем приветливо улыбался, не натянутыми улыбками торговцев, желающих понравится покупателю, а вполне искренне.

Слабый всплеск магических сил, предвещает поднятый за спиной крик и суету. Оборачиваюсь. Ну как так, элементарные правила безопасности надо же соблюдать! Молодой, совсем еще мальчишка лет тринадцати, в опрятных одеждах, верхом на невзрачной лошадке, решил побаловаться каким то заклинанием. Может лягушку хотел наколдовать под одежду, сопровождающих его, суровых даже издали, матрон или запустить радугу, на радость крестьянской детворе. Но, лошади как и любые другие животные очень чувствительны к магии. Если вы попытаетесь колдовать верхом даже на самом спокойном мерине, тот понесет. Что и случилось.

Эта нездоровая чувствительность не позволила коннице в этом мире стать основным родом войск. Если первые три века еще как то пытались обойти этот нюанс, то сейчас конники в армии это сплошь разведка. Исключая конечно верховых рыцарей. Но конями называть их клыкастых жеребцов некорректно. Искусственно выведенные создания генетически ближе к ящерам, хоть по силуэту и напоминают лошадей.

Люди шарахались в стороны, стараясь не попасть под копыта обезумевшего животного. Мальчонка же прижавшись к гриве, пытался изо всех сил удержаться верхом. Женщины истошно вопили.

Поравнявшись со мной, бешеная кобыла выделывает такой кульбит, что вместо попытки схватить её за уздечку, приходится уворачиваться от копыт. Единственное, что успеваю, подхватить сброшенное с крупа тело юноши у самой земли. О как бедного растрясло, даже сознание потерял. Лошадь же лишившись седока, пару раз взбрыкнула и успокоилась.

— Пропустите! Да пустите же! — Сквозь мгновенно образовавшуюся во круг меня толпу, расталкивая всех локтями, продираются две почтенного вида дамы.

— Он живой? — короткий кивок.

— Не ранен? — что то в этом тоне больше страха за себя, чем участия о мальчике.

— Успокойтесь почтенные доньи, — вроде так принято называть в империи приставленных к знатным особам дам. А то что юноша из аристократического рода, я уже успел заметить. — С мальчишкой будет все в порядке. Просто потерял сознание.

— Он не мальчишка! А виконтант Дакский! — таких не исправишь, подопечный в пыли лежит, а они вон как грудь, от гордости за себя, выпятили.

— Вы бы лучше воды, что ли принесли, — краем глаза замечаю флягу в седловом кармане на лошади.

— Не указывай, что нам делать смерд! — и это вместо спасибо? Уложив тело подростка на траву, поднимаюсь во весь рост.

— Так! — повышаю голос, — ты! — Указываю на худощавую даму, — флягу сюда! Ты, — это уже матроне пышных форм, — приведи лошадь!

— Да как вы смеете! — О, на «вы» это уже прогресс! Доньи оглядываются в попытке получить поддержку, но еще минуту назад плотная, толпа рассосалась. Никто не хотел быть свидетелем конфликта. Только уже пришедший в себя мальчишка, с любопытством наблюдал за происходящим из под прикрытых ресниц.

— Быстро! — приказываю не повышая тона, не видя ответной реакции, топаю ногой. Ой как побежали! Так то лучше, а то именно о таких поговорка о семи няньках.

— Вы меня спасли, — у парнишки явно ломается голос.

— Спас, это сильное преувеличение, вы же не девчонка милорд. Ну сломали бы пару костей, не страшно.

— Я не о лошади, — пренебрежительный взмах ладони. Интересно такому специально учат? Если я попробую повторить, то получится искусственно, а у него естественно выглядит этот жест.

— Тогда, вы сами все видели, да и спасение не на долго, — указываю на возвращающихся дам. Те побоялись подходить, к уже смирной лошадке виконтанта и ходили к своим животным.

— Их «забота», — как легко у него получилось, вставить в кавычки это слово, всего одной интонацией, — меня задушит! Помогите! — а где ты так просить научился юноша? Пес вымаливающий еще одну косточку со стола, такому взгляду позавидует!

— У меня свои дела, вечно находится рядом с вами не смогу, — отшучиваюсь, прямо отказать под таким взором не хватает силы воли.

— Их маменька приставила, стоит мне ступить на порог дедова дома, как тот прогонит их в зашей! — матроны были уже близко и он снизил голос до шёпота. — Тут не далеко, ну пожалуйста! Я же видел они вас испугались! Вы похожи на деда, а его они боятся до дрожи. Пожалуйста!

— Хорошо, — не могу устоять. С таким обаянием, он в будущем достигнет вершин при императорском дворе.

— Виконтант Дакский Авросий сын Лаерна, сердечно благодарит и приглашает своего спасителя в гости, — это уже громко, для ушей приближающихся женщин.

— Как же так, у нас нет запасной лошади! — пытаются найти обходной маневр доньи.

— Донна Вальсия, донна Ирисия, — юноша коротко кланяется обеим, — вы можете возвращаться к матушке. Я не нуждаюсь в вашем сопровождении! — о как малыш показывает зубки.

— Но так же нельзя! — те в ужасе, — вам обязательно нужны сопровождающие!

— Меня сопроводит господин, — кивает в мою сторону. А я прячу улыбку, давно так не развлекался. — Тут совсем близко.

— Мы не можем вас оставить! Ваша маменька нас в острог посадит! — За целостность своей шкуры они и правда будут стоять до конца, видимо ничего у Авросия не получится. Но тот не так прост:

— Иначе скажу деду, что вы не дождались Таркуса и отправились в дорогу без него!

Не знаю кто такой этот Таркус, но матроны бледнеют как зажатые меж двух капканов. Мечутся их испуганные взгляды, но страх перед старым виконтом пересиливает. Попытки изменить решение юноши, ни к чему не приводят, тот тверд как кремень. Через десять минут мы уже шагаем по тракту вдвоем. Лошадей оставили доньям.

— Кто такой Таркус? — я давно свыкся со своим любопытством и даже потакаю ему время от времени.

— Телохранитель, без него маман не могла отправить меня в дорогу. Но почтенные «надзирательницы», — о как он о своих сопровождающих. — Его терпеть не могут, вот и собрали меня к деду, пока тот был далеко.

— Ловко у тебя получилось от них избавится, — знаю что он благородный, но обращаться к юнцу на «Вы», да ну пустынной дороге, не в моих привычках.

— Это во мне кровь деда говорит! — гордо вскинутая голова. Нда, не очень счастлив он наверно, если сравнивает себя с дедом, а не отцом.

— Тебе в магический университет надо, — аура у Авросия просто лучится силой.

— Я уже записан на следующий год, а пока со мной занимается мамина магичка. — Судя по выражению лица, этот момент не радует юношу.

— Плохо занимается, тебя что не предупреждали? Нельзя колдовать на лошадях! Даже в карете лучше воздержаться!

— Но я видел, как гостивший у нас маг Задаф плел заклятия верхом на скакуне!

— Ээээ, — он что пытается сравнить себя с одним из Великих? — тебе пока рано о таком думать. Вот маг Задаф может превратить лошадь в крысу?

— Может!

— Вот когда и ты сможешь, тогда они и будут тебя слушаться, — такая примитивная логическая цепочка быстро находит отклик.

До загородной виллы деда Авросия, мы дошли уже ближе к глубокому вечеру. Виконт Фрагарт задерживался на охоте и нас встретили только слуги. По распоряжению Авросия мне выделили комнаты для благородных гостей. Перед сном удалось даже принять ванну. Правда, в отличии от «Ассоли», мыть себя пришлось самому.

Богато тут живут. Антикварная мебель, окна занавешены персайской тюлью, по десять динаров за метр. Огромная двуспальная кровать накрыта вязанным одеялом из шерсти морских коз, стены украшенные гобеленами работы не последнего мастера. Все это великолепнее венчает люстра на самосветных камнях. К такой роскоши я не привык даже в преджизни. Но как же тут мягко. С разбегу прыгаю в постель, давно мечтал о таком!

С первыми лучами проскользнувшими сквозь шторы, тянусь к бархатной веревочке колокольчика. Пришедшая на звон служанка, приносит кувшин для умывания и зубной порошок. Хорошо тут вышколены слуги, прекрасно знают, что может понадобиться по утру.

Неторопливо умываюсь, с наслаждением полаская рот, какие забытые ощущения. Не то что бы это было необходимо, у тех кому подвластны тварные энергии, кариеса быть не может, но приятно вспомнить.

— Вам подать завтрак в комнату или подождете пока спустится виконт и присоединитесь к нему? — спрашивает служанка.

— Пожалуй не настолько голоден и подожду.

— Есть какие-нибудь пожелания нашему повару? Что вы хотели бы кушать? — Ого! как то даже не готов к ответу.

— На его усмотрение, я не привередлив, — с легким поклоном горничная удаляется.

В ожидании завтрака любовался гобеленами, это были не отдельные картины, а целая ковровая эпопея, просвещенная битве при Тирансе. Один из самых звездных моментов в истории Хиорта. Во время первой войны империй войскам северян удалось захватить второй по величине город Рааста. Впрочем не надолго, через пару недель их оттуда вышибли. Но история на стенах повествовала о моменте, когда над одной из вратных башен Тиранса взвилось полотнище, боевого штандарта III-го легиона. Легкий стук прерывает мой осмотр.

— Войдите!

— Господин виконт, изволят спускаться к завтраку. — Если я правильно понимаю, такой хитрой фразой мне предлагают присоединиться?

— Хорошо, сейчас подойду. — Отстегиваю ножны, не прилично это, в гостях с оружием за стол садиться.

— Я подожду, мне велено проводить, — Создатель! за что ты меня так!?….

Немного проплутав по этажам и коридорам поймал за руку первую попавшуюся горничную и подробно расспросил, как всё же добраться до обеденного зала. Дом был велик.

— Прошу простить меня за задержку, немного заплутал в вашем поместье! — галантно кланяюсь входя в помещение. За небольшим столом восседает только старый виконт с внуком. К еде не притронулись, вежливые.

— Как!? Вас должен был проводить слуга! — Возмущение ви`Фрагарта не поддельное.

— Понимаете, — ну как объяснить свой поступок… — Он сейчас лежит с кляпом во рту, связанный под гостевой кроватью.

— Он вам нагрубил?

— Нет, это личное, — сейчас меня от сюда выставят в зашей, ну что мне стоит быть хоть немного сдержанней и не влипать, во все что попадается на пути?

— А ты был прав, — обращается виконт к внуку, — он и правда благородный. — Хмм, возразить? Ну какой я аристократ? Даже в преджизни им не был.

— Дед, а ты думал наш семейный талант пройдет мимо меня? — Авросий возмущенно скалится.

— У нас родовое умение, — пытается мне объяснить ви`Фрагарт. — Мы умеем видеть, что рядом с нами дворянин. — Не успеваю открыть рот для возражения, что в этот раз талант их обманул. — Я понимаю, что сейчас вы охотник, а в вашем ордене не принято, о себе рассказывать.

— Вы правы, не хотел бы комментировать этот нюанс. — Хотя, если взять за точку отсчета «международную хартию о дворянстве», то моё танство и учитывая размер клана, по классификации Хиорта я теперь полноправный владетельный барон.

— Попробуйте эти маринованные маслины, они великолепны! — В подтверждение слов, виконт изящно отправляет вилкой одну из них себе в рот.

— Непременно, — можно и попробовать, из вежливости, так то не люблю подобное.

— Виконтант мне рассказал подробности, о вашей встрече, — это поддержание светской беседы или? — Благородный поступок отправить Таркуса с доньми и самому проводить внука до усадьбы. — Айяяй, как не хорошо врать старшим, юноша. Надо преподать тебе урок:

— С вашим внуком не было телохранителя, — но реакция меня поражает.

— Деда я же говорил! — Авросий чуть не выпрыгивает из-за стола, хлопая в ладоши. — С тебя одно желание! — тупо хлопаю глазами.

— Мы с внуком поспорили, я был за то, что вы будите выгораживать его, он же уверял, что вы скажите правду. — проклятая маслина попала «не в то горло», кашляю. — Извините за этот спектакль, но мы никогда не врем друг другу.

— Дед меня учит быть честным! — Фрагарт молодец, внук явно этим гордится.

— Это похвально, — долго вытираюсь салфеткой, в попытке скрыть неловкость.

— Куда путь держите молодой человек? — как радует, что я так хорошо «сохранился».

— В столицу, — э, нет, простым ответом тут не отделаться. — Надо выполнить одно обещание и пообщаться с интересующими людьми.

— Эх молодость, молодость. Куда то идти, за чем то бежать. Напоминаете вы мне младгерцога Эллийского, — я постепенно учусь самообладанию, замечательное вино только немного пошло носом, а не оказалось целиком на скатерти. — То же вечно куда-то зачем-то, а результат… — махает рукой

— А можно поподробнее о младгерцоге? — салфетки величайшее изобретение человечества, ну может и преувеличение, но помогают здорово.

— Вы с ним знакомы?

— Пока нет, но именно визит к нему, одна из целей моего пути.

— Ну сейчас его аудиенцию будет получить легко, — с письмом барона в любом случае это была не большая трудность, но что он имеет ввиду? Горькая усмешка кривит губы виконт. — Я как раз, три дня как вернулся с заседания совета безопасности, мы отправили его в неограниченный отпуск, подлечить нервы.

— О, для моего визита, это совсем не важно, — даже легче будет расспрашивать. — Но вы так легко говорите, о том, что состоите в составе СБ, первому встречному? — и правда удивлен.

— Не смешите меня, те «кому надо» были бы осведомлены об этом, как я не скрывайся, — логичная предпосылка. — А я вообще против не нужных усложнений. Да и возраст знаете ли, устал от этих игр. — Это не возраст, это старость. Тем же темным подобное не надоедает никогда, живи они хоть пятый век.

— Я слышал тангары в вели режим закрытых врат. — Разумеется он знает об этом, но для светской беседы, чем не продолжение.

— Это как раз вина Диоса, — видимо виконт и правда представитель в высоких кругов, раз вот так запросто называет по имени младгерцога. — Поднял панику, даже посольство в подгорное царство отправил.

— А это разве не секретная информация? — о демоны, я что это вслух сказал? Видимо да.

— Считаете меня выжившим из ума стариком? — как то неловко получилось.

— Ну это вы зря, выглядите вы замечательно, — ничуть не кривлю душой, для своих шестидясятипяти он в отличной форме.

— Тем не менее, — сокрушенно качает головой. — Диос сам виноват. Вбил себе в голову: «темный альянс», «темный альянс». А когда его не стали слушать в руководстве, начал поднимать панику на улицах.

— Он так не прав? Гномы всё же отнеслись к этому серьезно.

— Да плевать сейчас хотела империя на эти альянсы. — Виконт начал горячится. — Хиорт сейчас на пике могущества! — патриотизм это конечно хорошо, но не передергивает ли он? — Пусть только дадут нам повод и мы решим темный вопрос раз и на всегда. Будь наш Император, не так зациклен на внутренних проблемах, — тяжело вздыхает. — Мы бы этих кровососов и дроу к ногтю давно прижали. — Ой ли, это с армией которая давно не воевала?

— Не сомневаюсь, — показывать излишнюю осведомленность не стоит.

Постепенно разговор сменил направленность, на менее провокационную. Поговорили о сплетнях, сошлись во мнении, что активно завоевывающий популярность культ Спасителя, не что иное как жвачка для народа и надо придавить разошедшихся монахов. Авросий активно включился в разговор о воспитании молодежи, после моего замечания, о разницах в сказаний тангаров и людей. Но двумя голосами против одного юного, мы согласились, что дварфы более дальновидны в этом вопросе. Обсудили и гобелен в гостевой, в этот раз виконтант выступил в союзе со мной, и мы одолели Фрагарта, единым фронтом высказавшись, что временный тактический успех никак не повлиял, на дальнейший успех войны. А уж захват Тиранса с последующим разграблением и резней, только еще больше настроил южан против Хиорта, дав толчок к партизанскому движению. Так же прошлись по системе образования, слишком уж расхваливал виконт новую императорскую реформу.

Отличия в подготовке и обучении магов, в двух империях были большими. Если в Хиорте это была прерогатива государства, организовавшего сеть университетов, в которых присутствовали даже стипендии особо одаренным. То Рааст, конечно имел аналог в виде академии волшебства при канцелярии, но в основном талантливые к магии обучались в частных школах, коих было в избытке. Тут обе стороны имели как плюсы так и минусы. К плюсам северян относилось, то что они давали начинающим огромную начальную базу знаний А основной бонус южан состоял в том, что обучение по индивидуальной системе мастер-ученик, дает более глубокое понимание искусства.

Ви`Фрагарт показал себя очень эрудированным, мыслящим человеком, только излишне категоричным и избыточно верующим в мощь своей страны. А вот Авросий с легкостью мог занять любую сторону в разговоре, из него вырастет отличный собеседник в будущем.

Но все когда либо заканчивается, даже интересные беседы. Виконт сослался на дела по поместью, а мне надо было продолжать дорогу. Воспользовавшись подходящим случаем, Авросий попросил доставить в столицу несколько писем, своим друзьям, с которыми давно не виделся. Под это дело он уговорил деда, выделить мне лошадь, с напоминанием оставить её потом в пригородном доме Фрагарта при столице.

Не сказал бы что сильно этому обрадовался, с конями у меня малый опыт общения, как то не было возможности практиковаться. Но отказать юноше, не мог, да и подозрительно бы это выглядело. Что бы не показаться полным профаном, повел выделенную мне лошадку под уздцы, мотивировав это тем, что сяду верхом по позже, когда получше с ней познакомлюсь. Конюх, на удивление, только благодарно кивнул.

Должен сказать, что касатки более разумные создания, по крайней мере договориться с ними намного легче, чем даже с самой распрекрасной кобылой! Пол дня потерял, отведя лошадку на лесную опушку и тренируясь. Но у меня замечательное тело, которое зачастую более умело чем разум и к вечеру я вполне уверено гарцевал, по обходному спартанскому тракту.

Надо отдать должное виконтанту, без его предложения, путь занявший две недели, пешком вылился бы в месячное путешествие. Это с учетом того, что я останавливался только на ночь, а когда лошадь уставала, спешивался и шагал рядом. Только на один день задержался в маленьком городке, почти пригороде белокаменной столицы. Посчитав, что пора менять имидж свободного охотника и переодеться.

Вот уже почти полвека в северной империи бытует мода на одежду строгого покроя, в пику южанам предпочитающим свободное белье. Магия нашла применение даже в портняжном деле, поэтому выложив не малые деньги, я довольно быстро стал обладателем очень приличного костюма. Хорошо, что мода на кружева и засуженные панталоны минула более двух веков назад, а то в подобное не смог бы себя заставить переодеться. Нынешняя же обновка, даже нравилась. Скорее мундир чем светский костюм, он выгодно подчеркивал мой рост, скрывая некоторую худобу. Даже «хашти» на таком не смотрелись чужеродно, а кожаная бахрома на рукавах, придавала неформальный вид. На бал конечно в таком не пойдешь, но на улицах даже старого города, самого фешенебельного района столицы, не вызову уничижительных взглядов. К тому же эта одежда прекрасно подходила для верховой езды.

Великий Хиорт, предстал перед глазами не сразу. Почти целый день двигался по широченному южному тракту, со всех сторон окруженному величественными загородными вилами и садами знати. Архитектура каждого здания сильно отличалась от рядом стоящих, каждый владелец, пытался самоутвердится. Только общая светло-бежевая гамма сближала их. Но вот очередного холма, открылся вид на самый большой город мира.

Грандиозные бастионы из белого кирпича, давлели над всем, бросая свою тень на новый город, раскинувшийся за пределами великих стен, которые ни разу не были никем осаждены. Столица была красива, уютные парки, широкие улицы, четкая планировка и надзор над постройками не прошли зря. Правда надо учесть, что приближался я с юга, с фасада так сказать. Северные столичные пригороды, были вотчиной менее обеспеченных жителей, что безусловно сказалось на тех городских районах.

В первую очередь нашел виллу ви`Фрагарта, оставив там кобылу и письма виконтанта, мы с ним заранее договорились, что лично разносить их конечно не буду. Новый город не был окружен стенами и понять, что я нахожусь уже в белокаменной столице можно было только по страже, проверяющей подорожные, на мостике через небольшой канал. С документами все было в порядке и через пол часа уже договаривался о съеме комнаты, на несколько дней в одной из гостиниц, с громким именем «Золотой грифон».

Предстояло решить, чем заняться в первую очередь. Младгерцог или Мирна? Да и вообще как в этом мегаполисе, насчитывающим около семисот тысяч жителей, найти что-то?

— Господину, нужен проводник? — ну какой город без мальчишек со сбитыми коленками.

— А тебя родители отпускают гулять далеко от дома? — я в сомнении, предлагающему услуге мальцу не больше одиннадцати лет.

— Я уже самостоятельный, — надулся то как!

— Сколько?

— Динар в час! — кажется я погорячился с костюмом, надо было заказать, что поскромнее.

— Проваливай, мелкий троглодит, — отвесить бы наглецу подзатыльник, но не педагогично это.

— А сколько господин готов заплатить? — приклеился как лист к бегемоту.

— Серебрянка в час, — и то много, но возможно придется мотаться по всему городу.

— По рукам! — и тут меня накололи, судя по реакции конопатого и красноволосого мальчонки.

Дворец Эллийских находился в старом городе, а пансионат «Белая поляна» в котором проживала сестра Милька, был на восточной окраине. Решено, сперва младгерцог. Ворота ведущие за бастионы, охранялись не в пример лучше, пришлось даже предъявить рекомендательное письмо, разумеется его не разворачивали, но придирчиво изучили баронскую печать. Мальчишка проводник, куда-то исчез перед самой стражей, а потом быстро меня нагнал, не успел я пройти и пары кварталов. На мой вопрос, как он умудрился обойти охрану, последовало напыщенное: «у всех свои секреты». Впрочем сомневаться в находчивости городских детишек не приходилось.

Дворец одного из самых влиятельных родов империи, был на удивление скромен. Отличаясь от стоящих рядом, напыщенных и пафостных строений. Дергаю аккуратную веревочку дверного колокольчика.

— Внимательно слушаю вас, — открывший двери, только ливреей напоминает привратника. Все остальное в нем выдавало хорошо тренированного бойца подразделения ОВЛ* при службе внутренней безопасности.

*ОВЛ — охрана влиятельных лиц

— Я хотел бы попросить аудиенции, у младгерцога Диоса Винсента де`Круи Эллийского, — тяжелый взгляд охранника, явно ждет продолжения. — У меня есть рекомендательные письма от барона фон Курта, — отдаю письмо в требовательно протянутую ладонь.

— Вы записаны на прием? — по мне так, обнюхивать бумагу и облизывать печать, это перебор. Но «привратник» проводит эти действия ничуть не смущаясь.

— Я только сегодня прибыл в столицу.

— Могу вас записать на следующую неделю, — листает какую-то тетрадь. — Четверг в два по полудню, устроит?

— Если времени по ближе к сегодняшней дате нет, то устроит, — а что мне оставалось сказать? Как то наивным теперь кажутся мысли, просто придти и поговорить с вельможей такого ранга.

В задумчивости направляюсь к выходу из старого города. Но вскоре меня дергает не весть откуда появившийся рыжий парнишка.

— Я тут узнал, младг, — как он глотает буквы, — давно не появляется дома.

— А где же он? — вот семиступ! Плохо если куда-то уехал.

— О! Он пьет уже вторую неделю к ряду, пая всех в городских кабаках, куда его заносит, — характерное щелканье пальцев по горлу. Город заставляет рано взрослеть. — Если господин купит мне леденец: «сладость ласточки», — ручонка тянется, в сторону вывески кондитерской. — То я могу попробовать узнать любимые заведения, того кто вас интересует.

— По рукам.

— Ждите меня тут! — только сандалии весело застучали по каменной мостовой.

Цены в этой части столицы, ввергали в шок, гораздо сильнее любых дворцов. Три динара!!! за леденец! Вот рыжий прохвост!

При кондитерской было открытое кафе, с выставленными на тротуаре столиками. Стоило мне присесть за один из них, как тут же «материализовался» официант, предложивший обширное меню сладостей. Тут был даже черный чай с бергамотом и так любимые когда-то эклеры. А не в деньгах счастье! Золотой из моего кармана, меняет хозяина, а я наслаждаюсь сливочным мороженным и горкой пироженных. Мой провожатый, бегал где-то почти два часа, мог бы отсутствовать еще столько же, не беда. Как ж тут вкусно! Каждый кусочек сладостей, буквально таял во рту, разливаясь неповторимой гаммой вкуса.

Официант делает попытку отогнать мальчишку в чистых, но ободранных шортах. Но я подзываю его к себе и того пропускают.

— Если не узнал, что существенное, то этот леденец, — моя ладонь, обхватывает его запястье. — Тебе придется видеть только во сне. — Сперва хотел сказать что по грубее, но потом подумал: «а зачем?».

— Все в норме господин! — взгляд, просто приклеен к конфете на палочке. — Обычно каждый вечер он проводит в заведении мадам Матильды.

— Кабак?

— Увеселительный дом, — бордель что ли, но переспрашивать столь юное создание не решаюсь.

Заведение и впрямь было фешенебельным трехэтажным борделем, располагающимся почти сразу за западной стеной. Расплатившись отпустил, счастливо грызущего сладость, мальчишку, с наставлением завтра по утру быть около «Золотого грифона», если желает еще подзаработать. До вечера оставалось совсем немного времени и дождаться Диоса решил внутри.

На первом этаже ничего не говорило о направленности и специфике работы увеселительного дома, просто обычный, не лишенный даже некоторого шарма ресторан. Услужливая служанка, очень аппетитных пропорций усадила меня за небольшой, никем не зарезервированный столик.

Не сказал бы, что посетители здесь, сильно отличались от завсегдатаев иных рестораций, вполне себе культурный народ. Даже не заметно преобладание мужчин, в зале.

— Что господин желает? — глубокий вырез платья официантки, намекал, о каких желаниях идет речь, но нисколечко меня не тронул.

— Легкий овощной салатик и лучший лагер, — надеюсь тут есть пиво? Я как раз «отошел» от монологов тангаров и былое пристрастие вернулось.

— У нас есть «Вехивский остров», — название такой марки слышал впервые, но попробую. Киваю. — Что-то еще?

— Пока нет, — пропускаю очередной намек мимо.

Овощи в салате, конечно не чета эльфийским, но местный соус был изумителен, тарелка опустела за минуту. Да и пиво оказалось недурственным. Заказал еще и мясной стейк.

Периодически посетители вставали из-за столиков, но шли не к выходу, а к лестнице на второй этаж. Иногда даже парами. Столица готова была удовлетворять любые капризы, за ваши деньги. За шторой промелькнул даже характерный силуэт темной эльфы. Представительницы расы дроу, вообще падки на секс и не очень привередливы в выборе партнеров. С точки зрения любого человека, они являлись самыми безумными нимфоманками.

Тихим колокольчиком шелестит сигнал тревоги, только что вошедшая, ничем не примечательная, парочка, явно сканирует посетителей. А через пять минут после них, твердым, чеканным шагом, вусмерть пьяного человека в зал входит очень колоритная персона. Изящный как лоза, но с плечами тяжелоатлета, с благородным лицом на которое спадают вьющиеся светлые волосы, судя по описанию Диос. На миг он поворачивается ко мне в профиль, так и есть, безобразный шрам от уха до носа, тянется через пол лица, характерная примета, которую вельможа по каким то личным мотивам не желал убрать. А вот и искомая личность с охраной.

Младгерцог с неприязнью косится на пришедшую до него пару и занимает зарезервированный столик в углу. Хорошо, пойди он сразу на верх, мне было бы тяжелее начать знакомство. Подойти сейчас или подождать? Но вижу как смотрят на приближающихся к столику Диоса служак ОВЛ и мысль о разговоре гаснет. Демоны, ну к чему такие сложности?!

Подзываю прислугу и прошу передать за интересующий меня столик записку «Мы можем поговорить? Привет вам от Гурнара», желательно скрытно. На что надеюсь не знаю, но вдруг? Чутье меня не подводит. Как бы ненароком, Диос прикуривает сигару от салфетки с запиской, и что-то шепчет официантке.

— Каталог девиц, как вы и просили, — моё возражение, прерывается еле заметным подмигиванием служанки.

— Спасибо.

Открываю качественно иллюстрированную брошюру, с изображениями местных «работниц». Ого, да тут на любой вкус и кошелек, интересно вон та — на седьмой странице и впрямь светлая эльфийка или магическая хирургия? Аннотация уверяет, что натуральная. Но вложенный листок, прерывает размышления: «Закажите Гильяну, поднимитесь к ней в комнату». Перехватываю, проходящую рядом обслугу:

— Я выбрал, — показываю картинку, на девятой странице каталога.

— О! Замечательный выбор! Она как раз свободна, — в этом уже не сомневаюсь.

Меня услужливо провожают, аж на третий этаж. Коридоры усланы замечательным персайским ковром, поглощающим любые шумы, а массивные комнатные двери, наглухо запечатаны антишумовыми сплетениями. Комната в которую меня проводили, больше напоминала номер высококлассной фаворитки, нежели обычной куртизанки. Шикарная обстановка, больше располагающая к светским беседам, нежели к тому, что подразумевает формат заведения. Разумеется никакой девушки тут не было и я целый час провел в одиночестве ожидания. Когда, терпение начало подходить к концу, одна из потайных дверей за гобеленом приоткрылась.

— Вы искали встречи со мной? — Диос, маг не из последних и с легкостью убрал все последствия опьянения. Чем сейчас был до крайности не доволен, если получилось правильно оценить его мимику.

— Очень точная формулировка, — не дожидаясь вопроса, протягиваю письмо барона.

— А, что б кистенем да по загривку! — рекомендация в раздражении бросается на пол. — Я думал какие-то важные вести, от фон Курта. — Умудряется взять себя в руки. — Но из уважения к боевому товарищу, я вас выслушаю. — Присаживаюсь следом за младгерцогом в удобное кресло.

— У меня всего один вопрос, — стараюсь не злить вельможу. — Меня интересует человек по имени Сильвиус Прайн.

— Можете им больше не интересоваться, он мертв. — Порывается подняться.

— А если я скажу, что жив?

— То я скажу, что вы ошиблись, — с уст готово было сорваться совсем иное слово, но сдерживается.

— Когда он погиб?

— Давно, я помню только, что сам подписывал посмертный наградной лист.

— Я его видел меньше месяца назад живым, — легкая заинтересованность, но не более, так я ничего не добьюсь. Вспоминаю, что Диос отстранен от должности из-за темных и своей настойчивости, придется идти ва-банк. — В то время он работал на графов.

— Что!!? — младгерцога аж подкидывает от возмущения.

— А в паре с ним был перевертыш, никак не ниже капитанского чина. — Контрольный выстрел достигает цели, Диос в изумлении падает в кресло.

— Оборотень на действительной службе?

— Нет, такой же дезертир.

— И оба работали на этих, — затрудняется подобрать слова, — ублюдочных, кровососущих гадов?

— Именно, я сам участвовал в их походе, не зная настоящей его цели.

— Подробнее! — Привычка повелевать, она видна.

На этот раз рассказываю все без утайки, кроме своих способностей конечно. Аристократ уже не сидит вольготно развалившись, на середине рассказа он уже меряет комнату шагами. А когда я пересказываю ему, историю барона про маршалов и свои догадки о выживших, так витиевато матерится, так что позавидуют портовые грузчики. По его словам он конечно подозревал, что в строевых частях бардак, но что бы такой и на самом верху власти! Это было выше его понимания.

— Беру назад, свои резкие слова в начале нашего знакомства, — он галантен. — Спасибо, что мне рассказали. Какие ваши дальнейшие планы?

— Никаких, — сокрушенно пожимаю плечами. — Была надежда, что вы расскажите, нечто существенное, и это даст мне зацепку. — Я и правда в тупике.

— Откровенность, за откровенность. Тем более это давно не тайна. Темные и графы, что-то затевают. Такого интенсивного обмена посольствами не было очень давно. А наши старые пердуны не верят! — хлопает себя ладонью по бедру. — «Наша армия непобедима!». Идиоты из ума выжившие! — теперь четко понимаю причину отставки. — Конечно мы выиграем, но такой кровью умоемся!

— А если еще южане накинутся, — подливаю масло в огонь.

— Не, их в расчет можно не брать, скоро они будут сильно заняты, на юго-востоке, — ага, орки активизировались значит. Давно они не тревожили Рааст, почти два поколения выросло, славная заваруха будет. — Помимо собственно политического и военного альянса, во все стороны от Хладного леса, разбрелись охотники за артефактами. Собирают все, что плохо прибито! Ясно, им не надо все это, а лишь отвлекающий маневр, в поисках чего-то действительно им нужного. Но определить, что именно невозможно. Твой рассказ это всего вторая реальная зацепка.

— Какова первая? — расскажет или нет? Чувствуется сомнение в его жестах.

— Две недели назад, несколько дроу и вармов, нагло прошли сквозь северные посты и скрылись в ледяных пустошах. — Любопытно, он почти уволен, а сведения получает. — Это явно не отвлекающий маневр, с ними был мастер следов и если бы не случайное присутствие магистра Фанга, с проверкой в той области, то мы ничего не узнали.

— Что может потребоваться темным на севере? — тем более малым отрядом.

— Если бы знал, просил выделить разведвзвод, для выяснения, но меня проигнорировали! — Он действительно любит свою империю, только не дают ему защищать её, как он считает нужным.

— Не могли бы вы дать намек, где начать поиски? — Это неплохая ниточка. — Я попробую проследить за темными.

Семиступ! Я не заметил никакого жеста! Опрокидываюсь навзничь, но падаю недостаточно быстро. Руками отталкиваюсь от подлокотников, ускоряясь. Барабанная дробь арбалетных болтов, из незамеченных потайных бойниц, бьет в покинутое кресло. Какого демона! Сюрикены брошенные умелой рукой Диоса, принимают на себя, оторванные от пояса ножны. «Хашти» у меня забрали при входе на второй этаж. Со мной так шутить не надо! Второй залп то же не успевает, иголками древк покрывая пушистый и мягкий когда-то ковер. Полыхают магические щиты младгерцога, в свете ламп. Готовлюсь выпрыгнуть в незрашеченное окно, принимать бой в таких условиях — больше чем глупость.

Но прерывают движение, вскинутые в миролюбивом жесте, ладони младгерцога Эллийского, замираю.

— Рекомендации Гурнара, не обманули! — он еще и веселится! — Вы отличный боец! — это, что была проверка?

— Не слишком вежливо, так поступать, — мой взгляд не двусмысленно косит, на утыканное болтами кресло.

— Поверьте, у меня замечательные лекари. Вас бы заштопали идеально, не сумей вы уклониться.

— Зачем вам это понадобилось, — тяжело погасить гнев.

— Очень тяжело найти людей, цели и возможности которых совпадают с моими, — это еще, что за фортель? — Я не собираюсь сидеть сложа руки и тупо ждать. Послезавтра из столицы уходит верный мне отряд, по направлению пустошей. Насколько я вас понял, вы с радостью присоединитесь. — Он еще и подмигивает!

— После того, что случилось, боюсь моя радость будет сомнительна. — Хоть предложение совпадает с тем, что мне надо, подобные проверки навевают на нехорошие мысли.

— Вы откажитесь?

— Не в коем разе! — я конечно дурак, не разбирающийся в людях, но не клинический идиот.

— Тогда, договорились! Где вы остановились?

— В «Золотом грифоне».

— Завтра, там вас будут ждать подробные инструкции. — И будто вспомнив, о чем то не особо важном. — Вам нужны деньги?

— Нет, но после «проверки», нужна компенсация! — «наглость второе счастье» бытовала когда то давно поговорка. Взгляд Диоса тяжелеет. Он явно что-то взвешивает в мыслях.

— Разумно. Я славно повеселился, наблюдая за вашими действиями. А за развлечения надо платить. — Отстегивает увесистый кошель от пояса. — Здесь полторы мины. — Я ждал несколько иной реакции, а не платы за шоу, мог бы и извиниться. Хорошо кошель не бросил, а положил на чайный столик. — Удачного вам пути. Надеюсь, принесете хорошие вести. Покинете бордель через пол часа, после моего ухода. Прощайте, — и уже у входа. — Приношу извинения, был не прав. — Ого! Не легко это ему далось, но видимо что то уловил в моем взгляде.

— Хорошей ночи, — но я уже разговариваю со стеной.

Отведенное время ожидания буквально пролетает, мысли лихорадочно скачут, в попытках анализа. Но получается какая-то манная каша, без комочков смысла.

Найти обратную дорогу, оказалось намного труднее, чем представлял. В итоге плюнул на попытки, забредя в очередной тупик и поймал рикшу — стул на колесиках, который толкает перед собой, на манер тачки, извозчик. Центральные улицы города хорошо освещались масляными лампами, разгоняющими тьму надвигающейся ночи.

Чуть не порезался о торчащее из пробитых ножен клинки, приказал «таксисту», завернуть в ближайшую кочевническую мастерскую. По моим наблюдениям в белокаменном Хиорте, ни одна лавка, не знала, что такое ограниченный рабочий день и все работали круглосуточно. Конкуренция двигатель торговли, это точно. Не учел только одного. Из-за специфического запаха, некоторые мануфактуры были вынесены далеко от центра. Извозчик на мне наверно заработал дневную норму, возя сперва на окраину, а потом обратно.

С подмастерьем кожевника удалось договориться довольно быстро. Тот обещал даже, по завершению прислать готовое изделие в гостиницу. И взял только предоплату, окончательный расчет, по получению. Не пришлось оставлять мечи, только попорченные ножны, этого было достаточно. Так и вошел в «Золотой грифон» с завернутыми в парусину «хашти» под мышкой. Оставил портье деньги, в случае если буду отсутствовать, когда придет гонец с обновкой. Да попросил, не прогонять рыжеволосого мальчишку, если такой будет ошиваться поблизости утром. Хотелось забыться сном.

Просыпался тяжело, вчерашняя беседа с Диосом и мысли о ней, долго не давали уснуть. А голове нужен был отдых, помогла только дыхательная гимнастика и регулировка внутренних энергий.

Сегодня у меня легкий день, всего то надо занести деньги в пансионат. Все остальное время можно потратить на прогулку по городу. Погода стояла солнечная и обещала такой остаться. На завтрак выбрал чашечку красного чая и несколько слоек сливочного теста, с добавлением сыра. Приятно вот так сидеть, за столиком и никуда не торопится, смотреть как народ на улице спешит по своим делам, проносятся кебы и юркие рикши лавируют в людском потоке.

— Там конопатый такой мальчишка, говорит вы его ждете? — швейцар лишь делает свою работу.

— Да, позовите его, — и уже громче, слуге: — вторую чашечку чая! И пару пончиков.

— Доброе утро! — бойко здоровается мой проводник по городским джунглям, но смотрит на приближающийся поднос, с горячей выпечкой. — Это мне?! — не веряще глядит, на поставленную перед ним, тарелку.

— Тебе, тебе. Кстати как тебя зовут то? — слойка приятно тает, запитая горячим напитком.

— Винсент, но все зовут меня Вин. — Как можно говорить, запихнув сразу два пончика в рот?

— Меня можешь называть Даг, — кто же пьет залпом почти кипяток?

— Ай, — обжегся бедняжка.

— Тебя, что мама не кормит завтраком?

— У меня нет мамы, — немного замыкается в себе но продолжает, — и папы. Я у тетушки живу. — Глаза бегают, а плечо подергивается, врет. Не в том, что родителей нет, а том что живет у родственников.

— Сегодня погуляем по столице и надо зайти в «Белую поляну», оплата та же, согласен?

— Конечно, а можно попробовать вашу слойку? — киваю.

— Может тебе яичницу заказать?

— Фи, — ну конечно, зачем есть что то иное кроме вкусностей?

— Когда доешь, сразу и пойдем, — подвигаю ему свою тарелку, я уже сыт.

Сытый мальчуган, попытался уговорить поймать кеб или нанять рикшу, но мне это было не интересно, хотелось пешей прогулки. Парки и зеленые насаждения, не интересовали, после эльфийского леса они были пресными. Маленькие улочки и переулки, то же много раз видел проезжая по другим городкам. А вот широкие проспекты, облицованные гранитом набережные многочисленных каналов, на это хотелось смотреть не отрываясь. Чем дольше мы гуляли, тем больше я влюблялся в этот величественный город, сумевший объединить в себе: очарование старой Праги и холодную красоту Петербурга. Около одного из домов, на берегу канала, восторженно замер. Колонны, поддерживающие балкон в форме корабля, были выполнены в виде морских змеев, необычно и очень гармонично.

— Этот дом, построен в 416 году, архитектором Ньменом фон Гард, для адмирала имперского флота ви`Тенакиса.

— Ты что подрабатываешь экскурсоводом? — как то не вязалась эта речь, с одиннадцатилетним мальчишкой.

— Ээээ, нет, — а что он так смущается? — Просто я тут вырос и многое знаю.

Наверно Вин, очень серьезно интересовался историей родного города, не раз он комментировал всё, что меня интересовало. Да он оказался просто ходячей энциклопедией!

— О, Даг смотри! Это ведущий актер, главного имперского театра, — ладошка указывает, на импозантного мужчину, греющемуся в лучах утреннего солнца, сидя на скамейке при набережной.

— Ты ходишь в театр? — я и правда удивлен.

— Нет конечно, — его голос полон возмущения. — Что я там забыл?

— А откуда ты его знаешь? — Винсент, спотыкается о поребрик, но потирая ушибленное в который раз колено, уверенно произносит:

— Видел где-то, у меня память хорошая.

Река отделяющая старые, центральные и южные районы от северных новых, была широка. Метров четыреста, у того места где мы остановились. Я насчитал десять мостов через водный поток, с того места где стоял.

— А сколько мостов в городе, через Аурими? — именно так, называлась эта река, текущая с болот на северо-востоке, до самого западного океана.

— Не знаю, никогда не считал. — Беспечно пожимает плечами Вин, усердно пытающийся попасть плевком прямо в селезня, плавающего под нами. Любопытно.

С этого момента приглядываюсь, к сопровождающему мальчишке повнимательнее. Замечаю как он грустнеет, стоит пройти мимо нас родителю с ребенком. Как старается держаться поближе ко мне, стоит появится рядом страже или наоборот уличным забиякам.

— У тебя же нет никакой тети? — вопрос заставляет его прервать свое увлекательное занятие.

— Есть! — но видя мой взгляд, поправляется: — нет, я сирота, — молодец, даже не пытается плакать.

— А живешь где?

— Нигде! — и замыкается в себе, всем видом показывая, что на такие вопросы больше отвечать не будет.

— Пойдем присядем, — показываю на пустующую не вдалеке скамейку. — У меня ноги устали, — разумеется это не так.

По пути покупаю ему сладкую вату у торговца с колес. Пусть немного расслабится.

— У тебя есть мечта? — это не простое любопытство.

— Ага, каждый день есть сладости! — увлеченно ловит ртом пенистую вкусность.

— И всё? А кем хочешь стать когда вырастешь?

— Вором! — ой, а вот это плохо. Не в выборе, а в возможных последствиях, если моя догадка верна.

— Я видел, ты увлеченно рассматривал проплывающие по реке яхты, может передумаешь на счет вора? И помечтаешь быть матросом?

— Неееее, — он возмущен, — это не интересно! Вот капитаном корабля! — мечтательно смотрит на белый парус, идущего против течения судна. — Я командовать люблю. — Не врет и не стесняется. Мало кто может вот так признаться, все предпочитают умалчивать это желание. Возможно эти мечты не так несбыточны, если я прав, не о капитане конечно, а о командовании.

— Хочешь получить вот этот динар? — достаю из кармана увесистую серебряную монету.

— Если за это нужно съесть, еще пару сладостей, то да! — он еще и шутник.

— Расскажи мне об этой монете, — протягиваю её мальчишке. — Не интересует, что на ней выгравировано. Просто, что ты можешь о ней сказать?

Внимательно смотрю, за ним. Вин хоть и делает вид, что пытается рассмотреть монету и даже пробует ту на зуб, но ощущение, что он больше к чему-то прислушивается. Поисковые щупы обследуют его ауры, пусто, обычный человек, без признаков магического таланта. Пока все верно. Переключаю зрение на астральную составляющую, демоны и тут ничего! Возможно я ошибся. Или надо более глубокое исследование, которое не желательно проводить в центре мегаполиса.

— Этот динар, изготовлен в… — мне не надо дальше слушать, уже ясно, он расскажет о монете больше, чем любой нумизмат, прерываю:

— У тебя есть друзья?

— А монета? — возмущен, он ведь старался!

— Она уже твоя. Так что на счет друзей?

— Есть конечно! — он говорит правду и врет одновременно.

— Они тебе рассказали, о монете? О том, что младгерцог в загуле, о зданиях города?

— Ты тут кого-то видишь? — пытается отшутится, не получится. Да и не денешься ты теперь от меня никуда.

— Как я их увижу? Их же кроме тебя никто не замечает! — мальчонка дергается, куда там, с моей рукой на загривке то.

— А откуда вы узнали? — после нескольких безуспешных попыток вырваться, он смиряется.

— Я кое-что знаю, о подобных тебе. — Так оно и есть.

— Вы расскажите?

— Возможно, но позже, а сейчас пойдем, нам надо в пансионат.

Город и его достопримечательности подождут, до другого раза. Гораздо более занимательно, кто рядом со мной шагает. Эх, закончилось твое детство городской беспризорник, прямо сегодня. Наслаждайся последними часами, привычной тебе жизни. Ты не обычен, ты уникум. Ты информ — разумный способный получить любую информацию, прямо из инфополя вселенной. Хорошо, что природа поставила барьер и эти потоки знаний не управляются разумом на прямую, но даже так. Вин, ты не представляешь свою ценность. Да не маг, не энергет и твоя особенность не поддается обнаружению и обучению, но то что император, с радостью поменяет пару легионов на одного подобного тебе, не сомневаюсь.

Что же с тобой делать? Присматривать за тобой долго, я не смогу. Устроить в детский дом или пансион? Нет, учителя скоро заметят странности в нем. А как потом распорядятся твоей судьбой? Опасно. Винсент это ходячая бомба, гораздо более страшная, чем «Сиреневая звезда». Да существует вероятность, что ты проживешь вполне обычную жизнь, считая себя просто немного сумасшедшим. Но желание стать вором? Э, нет! в руки «дядюшек», ты не попадешь точно. Обещаю. Я тебя просто убью, если пойму, что выберешь этот путь. И никаких угрызений совести не почувствую.

Я много раз видел, к чему приводит избыточное милосердие. Тебе не повезло Вин, встретить не фею на своем жизненном пути, а пересечься с эрмом.

Глава IX

— А ты никогда не мечтал, быть аристократом?

— Чтооооо, — в удивлении Вин, роняет, бережно облизываемую, сладкую палочку от «ваты».

— Понимаешь… — Надо подобрать верные слова. — Ты очень способный мальчишка.

— Правда? — обычно подобные люди явные социопаты, но эта горькая чаша минула, жизнерадостного беспризорника.

— Правда, я бы даже сказал талантливый.

— А как вы это определили? — он ко мне на «вы» или на «ты», но сейчас не стоит заострять на этом внимание.

— Умею, — я не зря тренировался перед зеркалом, хитрое подмигивание получается здорово. — Ну так, что, мечтал или нет?

— А кто не мечтает о таком? — хмм, даже дети смотрят на меня как на круглого болвана.

— Вернемся к этому вопросу чуть позже. Нам далеко идти?

— Нет, уже скоро.

«Скоро» — понятие, как оказалось, довольно расплывчатое. Пансионат располагался на самой границе с пригородами. Высокий кирпичный забор, отделяющий его территорию от оживленных улиц, оплетал красный плющ, чем разительно выделялся из общегородского тона. Большие, ажурного плетения, ворота способны без труда пропустить самую вычурную карету. Калитку для пеших гостей, охраняет, не к месту полосатая будка сторожа.

— Вы куда? Это частные владения, — перегораживает мне дорогу, крупного вида мужчина.

— Мне собственно, надо пройти в пансионат.

— Если вы навестить кого-то, то надо сперва записаться.

— Нет, я хотел бы видеть настоятельницу.

— По какому вопросу? — доходчиво звякаю кошельком, охранник сразу теплеет. — Пройдете по центральной аллее, затем у главного входа попросите и вас проводить дальше. Только мальчишке с вами нельзя, это дивичий пансион.

— Вин, подождешь? Думаю я быстро. — Показываю на скамейку, в сквере напротив.

— Без проблем! — взгляд его уже нацелился, на лавку продавца замороженных фруктов. Как бы он все заработанное не проел, за один присест. Из меня плохой врачеватель, а хлюпающего носом мальчугана, будет жалко.

Без малейшего лязга открывается, плетеная из метала, дверца. Тут хорошо следят за мелочами, делаю себе пометочку. Как никак, я взял на себя обязательства, по дальнейшей судьбе Мирны, пока та не станет совершеннолетней, по законам Хиорта это пятнадцать лет. И ловлю себя на том, что смотрю на «Белую поляну» оценивающе, стоит ли тут находится подопечной или найти место получше? На первый взгляд все очень прилично и опрятно. Дорожка, посыпанная мелкой гранитной крошкой, которую обступают молодые клены, по такой приятно идти. А осенью наверно очень красиво, когда на красноватую алею ложатся разноцветные листья. Главное здание окружено, подстриженными газонами, на которых вразнобой стоят беседки античного стиля. Из приоткрытых окон, льется веселый девичий смех. Одно не понятно, почему название такое «Белая поляна», нигде не видно белого цвета, кругом превалирует зеленое с красно-желтым. Даже стены пансиона, облицованы камнем с малахитовыми прожилками.

Прошу стража, мерно расхаживающего по широким ступеням близ входа, проводить к директору. Тот ничего не уточняет, да такому и не надо, в отличии от своего коллеги у калитки, этот чем то неуловимо напоминает привратника в доме герцогов эллийских. Изнутри дом производит такое же благоприятное впечатление, как и снаружи. Широкие коридоры, с развешенными на стенах картинами. В которых нет и намека на войну и кровавые легенды, все они изображают мирные пейзажи различных мест мира. От перекати поля скачущего по барханам великой пустыни, до шторма в северо-западной части океана, судя по айсбергам. Охранник оставляет меня перед массивной, едва приоткрытой дверью, с лаконичным номером «1». Шепотом осведомляюсь, как собственно зовут управляющую.

— Разрешите войти? — предваряю свои слова легким стуком.

— Конечно, заходите, — я представлял себе суровую даму лет за сорок, а тут почти воплощение Мерри Попинс сидит, с очаровательной улыбкой. — Я вас не знаю, хотите обсудить возможность, отправить к нам родственницу?

— Нет, — млею под её взглядом. — Я попечитель Мирны Вильхови.

— О! Наконец то вы решили нас навестить, а то все одни банковские переводы, даже сама Мирна ничего не знает, о том кто оплачивает её обучение. — Любопытно, брат скрывал от сестры свою помощь, наверно от того, что она могла догадаться откуда деньги. — А кем вы ей приходитесь? Она упоминала, что у неё только брат есть, но он явно моложе вас.

— Я не родственник, — ух каким колючим может стать взор, а всего то надо чуть опустить брови. — Просто многим обязан этой семье, — немного преувеличить, не помешает.

— Жаль, Мирна обрадовалась, узнав что она не одна с братом в семье, — а может и совсем уже одна, но уточнять не буду.

— Не будет ли наглостью с моей стороны, попросить взглянуть на неё?

— От чего же. Через пять минут, закончится урок и её класс пойдет на прогулку. У нас большая территория с собственным парком за зданием.

— Как вы считаете, она и правда талантливый художник?

— Это некоторое преувеличение, у неё совсем нет чувства цвета, — Как то не нравится, возникающее внутри странное чувство. А именно — желание позаботится о незнакомой девочке и после окончания обучения в пансионате.

— Но её рисунки… — и сам себя обрываю, мало ли, что могло показаться любящему брату.

— А вы об этом! Рисует она великолепно! Настоящий талант! — эээ, а о я чем тогда спрашивал? Извилина зашла за извилину и временно «подвис». — Ааа! Понимаю, вы совсем не разбираетесь в искусстве.

— Не разбираюсь, — немного люблю, но не эстет точно.

— Она замечательный графист.

— Простите, кто?

— Тот кто рисует черно-белые рисунки. Она как никто умеет, всего парой штрихов передать индивидуальность. Вы беспокоитесь за её будущее?

— Да, — надо быть честным, хотя бы перед собой.

— О! Это пустое, у нас уже два предложения для неё, правда не из столичных школ, но… вполне себя зарекомендовавших. Я смогла вас успокоить?

— Безусловно, просто камень сняли с моей души, — вот демоны, это опять правда.

— Вы же не просто так, нас навестили? — трудно не догадаться.

— Да, насколько знаю, предоплата заканчивается через два месяца.

— Ближе к трем, хотите опять заплатить вперед? — киваю. — На какой срок?

— До конца обучения, полностью. — Предпочитаю не быть никому должным.

— Надолго покидаете столицу? — но ловит мой тяжелый взгляд. — Хорошо, сейчас, просмотрю бухгалтерскую книгу. — Буквально через минуту, находит нужное, в кажущейся неразберихе бумажек. — Мы не планируем поднимать плату, в ближайшие два года. Так что все как обычно, двести пятьдесят динаров за семестр. — Скоооолькооооооо!!! Надо быть осмотрительнее, в будущих обязательствах. Если бы не вытребованная «компенсация» от младгерцога, то был бы разорен под чистую!

— Возможна оплата наличностью? — с сомнением, мысленно взвешивает мой поясной кошель. Даже это выражение лица, только красит управляющую.

— Если только не медью, — задорно смеется, заглаживая возникшую неловкую паузу. Перекатываю по ладони иридиевую монету.

— Думал она останется со мной подольше, но видимо у неё судьба, сменить руки на более очаровательные, — поддерживаю шутливый тон, делая неуклюжий комплимент. Талант исчезает с моей руки, движение мимолетно как у заправского шулера.

— О! Мы заболтались, пойдемте, девушки уже на прогулке.

Моё предположение, что мы пойдем на улицу, не оправдалось. Наоборот поднялись на второй этаж и вышли на прогулочную открытую колоннаду.

— Мы стараемся, ограничить общение девочек с мужчинами, — оправдывает свои действия она.

— Не могли бы вы подсказать? — Чувствую себя неловко, как я пойму кто из стайки весело прыгающих и бегающих девчонок Мирна?

— А ну конечно, вы же её давно не видели, — если под «давно» понимать «вообще никогда», то она права. — Вон та, с двумя косичками, что вертит обруч.

Красивая девчушка, года через два возможно и не понадобится, никакой школы искусств, а прямо с порога пансионата, да под венец. Но не она привлекает мой взгляд. Будто магнитом, тянет к неказистой и несколько не складной, слишком хрупкой для своего роста девушке, о чем то щебечущей с Мирной. Пеленой покрывается мой взор, только как в оптическом прицеле приближается её лицо.

— Вот кстати одна из её подруг, — моё помутнение прерывает, полный нежности голос настоятельницы. — Лия, то же кстати не бесталанна, но больше к музыке тянет. — Лия, смакую это имя, теряя себя. — А вот и недостающее звено, неразлучной троицы, — попросить помолчать может быть? — Майя, она занималась в параллельной группе.

— Лия, Майя, — появление третей подруги, добивает меня.

Майя совсем не похожа на своих подруг, миниатюрная, но уже почти сформировавшаяся юная женщина, с веселыми кудряшками, затянутыми двумя широченными бантами. «Мама» шепчу про себя забытое слово. Глаза разъезжаются, один следит за Лией второй за обнимающей её подругой. Они разные совсем, но!

— Что с вами!? — испуганный возглас, от демоны, девушки разошлись в стороны, но глаза то продолжали смотреть каждый по отдельности, вроде люди так не умеют? Пытаюсь вернуть зрачки на место, но от этого усилия, наверно слетает какой-то внутренний предохранитель. Тяжело опускаюсь на пол, едва удерживаясь на грани бессознательного.

— Вам плохо? — участие в голосе директора неподдельно.

— Воды, — шепчу пересохшим горлом.

Оставленный не надолго один, резко плету астральную ловушку. Семиступы, нее мало — стадо семиступов! Обрезаю пурпурные энерготоки аур, закручивая их в спирали. Прокачиваю тварную энергию, запирая неожиданно выплеснутый избыток в хранилища чакр. То, что только что произошло мне не нравится. Кого я обманываю!? Нравится, только чрезмерно, буквально пылаю изнутри. Что за слабость, при настолько подскочившей энергетике? Должно же быть наоборот. Так, что за произвол, со стороны тела! Почему я опять стою, пытаясь взглядом найти двух девушек? Изначально Первый! да что такое! Я же их боюсь до дрожи в непослушных коленях!

— Вы куда? — чуть не сбиваю поднимающуюся на встречу управляющую, с графином воды. Да, я бегу с балкона, имею право! Творца так не пугался!

— Простите, совсем забыл, мне нужно к лекарю, пропустил сеанс терапии. Извините за доставленное неудобство. — Беспардонно вру, ничуть не смущаясь. Единственное, что сейчас хочу, оказаться как можно дальше от пансионата. Или никогда из него не уходить? Ааааааааа, бежать!!!

Полностью взять себя в руки удается, только стрелой вылетев на оживленную улицу и быстрым шагом пройдя пару кварталов. Да и то помогает мне в этом Вин, бегущий рядом и дергающий за рукав.

— Даг! Даааг! Что случилось! Остановись! Ты про меня забыл! — в голосе парнишки, явная паника и только это, за шкирку вытаскивает меня из внутренних переживаний.

— Уже все нормально, — Винсент, ты конечно странный, но те кого я только что видел, они вообще не поддаются описанию. Почему, никто не заметил вопиющую «нетакость» двух девушек?! Это же «уму не растяжимо» как любил приговаривать Джэд.

— Если ты никуда не торопишься, то можно дойти до заведения Матильды, а потом вернуться в гостиницу, где накормлю тебя ужином.

— В «Золотом грифоне» сегодня на ужин форель, — мечтательно облизывается, — я согласен! — Хмм, что-то не видел вечернего меню. Но не верить информу, это лишнее.

Не до любования окрестностями и достопримечательностями, купил пару леденцов мальчишке, чтобы тот не докучал, своими расспросами и постоянными дерганиями. Даже двигался как на «автопилоте», занятый подстройкой энергетики, связывая обрывки потоков и сплетая системы подавления. Так как приходилось делать на ходу, да еще не заметно для проходящих, во множестве рядом, людей, задача требовавшая полного внимания.

Когда подошли к дверям борделя, я уже завершил перестройку, надеюсь новая структура будет способна гасить всплески, подобные недавно пережитому. Во внутрь зашел конечно один, оставив Винсента на улице. Единственное, что мне было тут нужно, это оставить сообщение младгерцогу Эллийскому.

Тот явно ведет какую-то свою игру. Несмотря на свое отстранение, не опускает руки, приводя в действие доступные ему возможности, дабы хоть как-то понять смысл «темного объединения». После нашей встречи с Диосом, я уже понял, что он фанатик долга. Для которого нет ничего более важного, чем империя. Все его походы по кабакам и загул, не боле чем пустить пыль в глаза охранки. Которая просто выполняет рутинную работу, но если на верх будет доложено о неположенной активности младгерцога, то ему грозят неприятные последствия.

Просто так, искать встречи с ним, это недальновидно. Надо передать сообщение, не только незаметно, но и мало понятно, в случае если то попадет в чужие руки. Присев за столик, попросил перо, бумагу и два конверта, для отвода глаз заказав пиво с сушеной плотвой. На первом конверте написал адресатом имя «Гильяна» именно в её комнате произошла встреча с Диосом, на втором конверте нарисовал стул пробитый стрелами, намек на то от кого это письмо. А вот как построить написание текста, что бы было понятно младгерцогу, что нужна немедленная встреча со мной с одной стороны и совсем не понятно другим? Вторая кружка показала дно, а лист оставался девственно чист. Мало я понимаю в конспирологии.

Но неожиданная догадка спасает положение. Насколько помню, среди темных эльфов, принята цветовая градация опасности. От красного — обозначающего безусловную опасность очень высокого уровня, до зеленого — все в норме, прогноз на будущее благоприятен. Вкладываю пустой лист в конверт со «стулом», а тот в свою очередь запечатываю, в конверт с именем. Небольшое воздействие на структуру волокон и бумага внутри меняет цвет, с изначально белого, на оранжевый. Означающий — тревога, готовность номер раз, возможен выход в «красную» зону. То, что офицер разведки, поймет сей не хитрый, безтекстовый ребус, очень надеюсь. А изображение, варварски утыканного болтами, стула, даст точный намек от кого послание. Передав в месте с оплатой письмо, благодарю и выхожу на улицу.

В этот раз, решаю не противится Вину, причитающему о том, что он голоден и ловлю открытый кеб. Вполуха слушаю рассказы мальчишки, о том чем тот занимался, пока я пил пиво. Надо взвесить все за и против, принятого мной решения. По всему выходит, что окончательный вывод можно сделать только поговорив с Эллийским.

Отправив Вина, занять столик в ресторанчике при гостинице, поменял свой номер на двухкомнатный, со смежными спальнями. Хорошо, с этим проблем не возникло и через четверть часа, перенеся свой не хитрый скарб из номера в номер, спустился по лестнице в трапезную. На ужин и правда была запеченная форель. Проглотив, почти за один присест полную, взрослую порцию мальчишка изрядно осоловел. Что было мне на руку, посылаю импульс-приказ сна, как бы ненароком прикасаясь к его ладошке. Со взрослыми это могло и не пройти, но изрядно вымотанный за день Вин, тут же засыпает, едва успеваю убрать пустую тарелку от падающего на стол лица.

— Не могли бы вы помочь, — подзываю официанта. — Племянника разморило и он уснул. Попросите горничную подготовить ему постель ко сну, в малой боковой комнате.

Сразу вот так уйти, это может быть подозрительным, чем больше народу я задействую, тем меньше привлеку ненужного внимания. А то примут еще за педофила, будет стража ночью ломится в комнату, этого мне не надо. Спокойно доев вкусно приготовленную рыбу, попросил служанку помочь и перенес Вина в номер. Предоставив раздевать и укладывать его горничной, за отдельные чаевые. Когда та ушла, плотно запер дверь в спальню мальчика, сам удобно устроившись в кресле, приготовился ждать.

Ожидание затянулось далеко за полночь. Тихонько приоткрылась входная дверь. Я её вроде запирал. Тихими тенями проникают в помещение двое, затянутых по макушку в светопоглощающую ткань. Их шаги не вызывают даже вибрации пола. Меня заметили сразу, но так как сидел положив ладони на подлокотники, не обратили внимания, больше их интересовал сам номер, а точнее места в которых может кто-то спрятаться. Вот один из теней тянется к ручке малой спальни. Но вошедший почти на половину в доски двери сюрикен, заставляет его отпрянуть. А я что? Я ничего! просто сижу тихонечко, покачивая пальцем «не надо». Наверно были инструкции на меня не давить и телохранители уходят.

— И так, что за цирк шапито, с обозначением тревоги? — Уверенным шагом младгерцог Эллийский, пересекает комнату и не спрашивая разрешения, усаживается в кресло напротив. — Надеюсь, что-то серьезное, — недовольство просто «брызжет» из него.

— И вам добрый вечер, — мой юмор не оценен, лишь еще больше раздражает Диоса. — Скажу сразу, повод нашей встречи не имеет ни малейшего значения для обсуждаемого вчера похода.

— Так! — Вставая с кресла, он нависает на до мной всем телом. — Неужели вы считаете, что один разговор дает вам право меня дергать по любому поводу?

— Вчерашняя беседа не важна. Моя записка была, к вам как к человеку, наделенному определенными характеристиками.

— Говорите четко, без загадок или я ухожу.

— Не желаете слушать, тогда приношу извинения за доставленное неудобство, не смею задерживать! — Не шучу ни на волосок. Что бы справится с информом, мало быть умным, талантливым, со стальным характером и прочими атрибутами успешного разведчика, надо обладать огромной интуицией. Если младгерцог сейчас уйдет, то не видать ему Винса. Мальчишку я уже передумал убивать, отправлю его по плану «Б» в подгорное царство, Шарис найдет с ним общий язык.

— Вечер перестает быть томным, — Диос резко меняет тон, опускаясь обратно в кресло. Всем видом показывая готовность слушать, что ж первую проверку прошел успешно.

— У вас есть дети? — все больше уважаю его, никакого удивления, нет злости на такой личный вопрос. Он принял решение и твердо следует ему.

— Нет, нету и не будет, — видя вопрос на моем лице. — Это проклятие останется со мной на вечно, как и этот шрам, — проводит пальцем, что совсем не обязательно, подобное трудно не заметить.

— Почему вы не обратитесь к лекарям? — если он принципиальный противник магического вмешательства в организм, а есть и такие «тронутые» в мире, то придется завершить диалог.

— В юности я был слишком идеалистичен, — что-то по тону не видно, что он об этом жалеет, — и случайно перешел дорогу Большому Т. — Ууууу, да вы господин младгерцог везунчик, вмешаться в дела архимага и остаться живым и со свободой воли. — К чему этот вопрос?

— Вы не думали о возможности усыновления?

— Пффф, — от такого вопроса, у Диоса просто выбивает весь воздух. — Мне и кучи племянников хватает!

— Понимаю, что мое предложение нелепо, но всё же, — театральная пауза, — ради него я и просил о встрече. Предлагаю вам, усыновить одиннадцатилетнего мальчишку беспризорника. — А что ходить во круг да около? Мне кажется, что сейчас услышу как крутятся мысли в голове собеседника. Как прокачиваются различные варианты и строятся логические цепочки. Ему ясно, что просто так с подобным предложением мог выступить только идиот, если нет никаких подводных камней. Вот их поиском и был занят сейчас младгерцог.

— Попробую предположить, он не ваш родственник, — не буду мешать, иногда и правда вслух думается лучше: — возможно в нем скрыт невероятный магический потенциал, но думаю вы познакомились здесь, в столице. Следовательно этот вариант отпадает, его давно бы приметили. По вам видно, что я не прогадаю, ответив утвердительно. Но совпадают ли ваши подобные выводы с реальностью, вот в чем вопрос? — ненадолго замолкает. — Вы правда выиграли партию в стратего у Гурнара? — неожиданно.

— Только одну и то на чистой авантюре.

— Играли в открытую?

— Нет, в темную.

— Тогда мне надо взглянуть на мальчика. — Это какая логика его к подобному привела?

— Он спит в соседней комнате, можем зайти, не разбудим, — пусть смотрит, увидит лишь обычного мальчугана.

Тихо заходим в комнату Винса. Диос присаживается на край кровати беря его за руку. О как, никакого тестирования не вижу, он просто держит мальчишку, гладя того по ладони. Так продолжается довольно долго. Оставляю их наедине, уже ясно никаких заклятий поиска не будет, младгерцог просто пытается привыкнуть к какой то мысли.

— У меня есть встречное предложение, — продолжает разговор Диос усаживаясь обратно. — Не спешите отказываться, — что ж послушаю. — Я не могу его усыновить, он рыжий!

— Это какие-то предрассудки?

— Нет, я толерантен, — хорошее качество, — у нас в роду просто таких нет, мальчишку будут вечно унижать. — А ведь это верно, мне этот нюанс не пришел в голову. — Я предлагаю, стать его опекуном, в последствии, в день совершеннолетия присвоить мальчику титул. Герцога конечно не обещаю, но на барона, моего влияния хватит. Так же обеспечу его землей, подарив одно из поместий на западе. — Что ж ты прошел все испытания и сорвал джекпот. — Договорились?

— По рукам, — никаких бумаг разумеется не будет, ни к чему это. — Мальчишку зовут Винсент, но предпочитает зваться Винсом, родителей и родственников нет. Его мечта командовать.

— А теперь моя очередь задать вопрос. — Жестом спрашивает разрешения закурить, я не против. — Кто же он? Если простой и обычный мальчуган, то буду рад видеть вас за карточным столом в своей команде.

— Он зрелый информ.

— Вы точно понимаете, смысл этого обозначения? — о его волнении, говорит только стряхиваемый прямо на брюки пепел.

— Более чем. Именно он привел меня к вам, он знает о городе больше чем любой экскурсовод, он способен прочесть историю предмета не трогая его ауру. И еще несколько подобных мелочей.

— Вы понимаете всю его ценность в подобном случае? — киваю. — Почему выбрали меня в качестве опекуна?

— На улице его оставлять нельзя, он собирался стать вором, — младгерцог мрачнеет. — Убивать не хотелось, — взгляд Диоса становится очень заинтересованным, этой оговоркой. — Вы же проявили недюжинную интуицию в нашем разговоре, показав, что способны с ним справиться.

— Более полутора веков не рождалось в империи информов! И тут такой подарок, да еще от случайного знакомого.

— Иногда происходят и более странные вещи.

— Трудно с этим поспорить. Но, вы же понимаете, что я теперь перед вами в неоплатном долгу? — этот момент сильно нервирует младгерцога.

— Вы можете этот долг легко погасить.

— Слушаю, — Диос явно приготовился услышать немыслимую цену.

— На восточной окраине есть пансионат «Белая поляна».

— А! как же, я прекрасно знаю баронессу Викторию фон Гордам, которой принадлежит этот бастион девичьей чести.

— Хотел бы вас попросить, об услуге. Этот пансион в течении двух лет должны охранять лучшие из доступных вам людей.

— Это все? — ему явно любопытна столь необычная просьба, но сдерживает себя. Это хорошо, потому что сам не знаю зачем это прошу. Да и не собирался ничего требовать у него вообще, начиная разговор.

— Всё. Ну иногда, возможно, право навещать Винсента, — нужно оставить лазейку, вдруг пригодится.

— Договорились.

Мы еще немного поговорили. Перед расставанием, Диос вручил конверт с инструкциями. Попрощавшись, я покинул гостиницу, оставив младгерцога дожидаться, пока проснется юное сокровище. Погуляю, посмотрю на ночной город, постою облокотившись на гранитный парапет набережной…

Подпрыгивая на неровностях загородной дороги, пытаюсь позавтракать хотдогом и поудобнее устроиться на неудобном сидении пригородного дилижанса. Это начальный пункт инструкции, прибыть в городок Парис, что к востоку от столицы. Затем, мне следует нанять кеб и добраться до трактира «Лопоухий козел». Но не заходить в него, а пешком направится напрямую через лес, в сторону севера. Там меня встретят. Наверно служба в разведке, накладывает неизгладимый отпечаток на людей. Иначе зачем городить такие сложности? Но раз хотят следования их предписаниям, то пусть, мне не сложно.

К вечеру я уже вхожу на опушку леса, оставив за холмом дорожную корчму с нелепым названием. Ну это совсем перебор! К ничем не примечательной березе привязана за узды лошадь, порывшись в седельных сумках, нахожу записку. «По тропе, дальше на север». Неужели это настолько вот важно, вся эта конспирация? Из принципа оставляю кобылу привязанной. Через некоторое время замечаю за собой слежку, но только смутно и краем глаза. Даже астральные щупы не помогают установить личность следящего. Но это лучше всего остального говорит о человеке идущем за мной. Так скрыться от эрма может только мастер следов. И скорее всего он не выслеживает меня, а наоборот ищет стороннее наблюдение. Надоело! Просто сажусь, на первый попавшийся пенек.

Через полчаса до следящего наконец доходит, что идти дальше не собираюсь. И он выходит из тени, призывно махая рукой. Это уже лучше, следую за едва различимым, в сумеречном лесу, проводником. Уже почти к самому закату выходим на поляну, на которой пылает костер и расставлены три палатки.

— Ди, тебя описал достаточно достоверно, — на встречу мне поднимается, средних лет мужчина, с уже тронутыми сединой висками. А он хорошо знает младгерцога, раз позволяет себе подобную фамильярность.

— Зато мне не удосужился даже намекнуть, с кем мне предстоит путь, — не считаю нужным скрывать свое раздражение, излишней игрой в «прятки».

— Это легко поправить, — начинает представлять сидящих у огня. — Лезвие, — поднимается худосочный, но жилистый парень. Заметишь такого на темной улице, захочется спрятаться, очень плавны и опасны его жесты. — Специалист по тихому устранению. Шелест, — как то не понятно, почему такое прозвище у почти двухметрового гиганта, скандинавского вида. — Защитник класса А, — о как, элитный телохранитель. — Дварин и Олаф, — явно братья, оба коренастые, привыкшие держать в руках любое оружие. — Штурмовики первого легиона. — Вау! Из легендарной группы защиты от иных! Именно их отряд первым, встречает прорывы демонов и созданий подобных гончим, проникнувшим в наш мир на территории Хиорта. — Ну, со Следом ты уже наверно знаком, — кивает на встреченного в лесу мастера. — И собственно я — Один, — и выдержав эффектную паузу, — уничтожитель. — Ну погоди Ларт, я тебе припомню.

— Даг — энергет, магл и мастер клинка, — в его же стиле, представляюсь остальным.

— Скажу сразу, у нас слаженная группа, — вот уж интересно и когда служившие в разных подразделениях это успели? — Но Ди, нам навязал твое присутствие, прямым приказом. Поэтому сиди тихо и не отбрасывай лишней тени.

Демонстративно отстегиваю ножны, те падают на лесную траву. Кто из них самый опасный? Очевидно не командир. Шелест определенно вызывает большие опасения. Но Один стоит прямо на пути, это усложняет. Мои действия, уничтожитель понимает как нужно, отступая на полшага и выкидывая засапожный нож. Хмм, я не собираюсь играть по правилам. Легко проскальзываю под рукой выставленной в защитном блоке, но в последний момент передумываю. Оно мне надо? самоутверждаться, как какому-то юнцу? Ограничиваюсь щелбаном, прямо по лбу заносчивого здоровяка. И уйдя от захвата, плавным движением ускользаю к костру, что бы выдернуть шампур, с коптящаяся колбаской и смачно ту надкусить. Немая сцена длится полминуты, затем лес сотрясает гогот. Не смеется только Один, потирая шишку, ничего ему полезно.

— Хорошо, буду сидеть тихо, как скажете, — когда народ успокаивается, начинаю откровенно глумиться.

— Ыыы, ком, а он тебя уел, без шансов! — хлопая меня по плечу, Шелест продолжает, — чур я в паре с новеньким, а то надоело вечно одному! — и уже лично мне, в этот момент упорно считавшему: почему шесть не делится на два. — След у нас пацифист. Чуть какая заваруха, сразу «испаряется» и ведь даже не найдешь. Представляешь какая скотина? — якобы шёпотом добавляет мне в ухо, чуть не глохну.

Мастер следов никак не реагирует на явную подколку, со стороны гиганта, привык уже наверно. Постепенно сидящие у костра возвращаются к прерванному, моим появлением, спору. Обсуждение преимуществ новой концепции вооруженных сил Рааста, в сравнении с легионной структурой севера, любопытно конечно послушать, но мало интересная для меня тема. Так как давно пришел к выводу, что южане поступают правильно, делая упор на мобильные подразделения в ущерб тяжелой пехоте. Которая эффективна в основном против тех же северных легионов, но большие войны редкость, а степь всегда под боком. И толку от фаланги, стоящей в поле, которое орки просто обойдут стороной, отправляясь грабить беззащитные поселения?

Уже глубокая ночь, но никто не разбредается по палаткам. Судя по откровенным зевкам, не от того что спать не хочется, чего-то ждут.

— Пора, — След явно на что-то реагирует, но вот на что?

— Собираемся! — командует Один, — Палатки оставляем тут, их потом заберут.

Когда все готовы, скорым маршем выдвигаемся на восток. Что бы всего через пару километров выйти на заброшенное поле, на котором приземлен огромный дирижабль. Ээээ, Джэд же утверждал, воздухоплавание невозможно в этом мире! В следствии каких то энергетических законов. Да и ни разу не видел пролетающие в небе воздушные суда.

— Это что? — замираю в восхищении.

— Первый раз видишь личную карету Большого Т? — ачумееть, но с чего такая честь. Неужели северный архимаг как то участвует во всем этом?

— И он в этом замешан? — не удерживаюсь от вопроса.

— Он сейчас на Гаване, — центральном острове Свободы, — гостит у собрата, так сказать, — посвящает меня Шелест.

— А ты откуда знаешь? — в какую странную компанию я попал?

— Ну так, он же зам начальника стражи восточной башни, — теперь понятно, почему телохранитель показался мне, намного опаснее уничтожителя. Еще бы, ведь даже не императора охраняет, а покой одного из величайших. — Вот и позаимствовал, «каретку». — Что все так порываются мне шептать на ухо? — Причем не в первый раз, — с потрохами, закладывает своего насмешника След.

— И что вот так просто? — как то не верится.

— А ты спроси когда: архимаг последний раз пользовался вот этим? — Очерчивает рукой, нависшую над полем громаду. — Ответ будет никогда. Сделал и забыл. — След во всю веселится, — Шелест, Большого Т. даже ни разу не видел. — А вот это как раз нисколько не удивляет.

Должен себе признаться, очень необычный отряд собрался. Погрузка в гондолу дирижабля, много времени не заняла. Внутри убранство больше напоминало пентхаус фешенебельной гостиницы, нежели обстановку летательного аппарата. Интересно, а кто будет этим всем управлять? Кто летчик? Но все мои недавние знакомые явно не порывались этим заниматься, да и никаких рычагов управления заметно не было.

— Итак, — Один подходит к огромной карте Хиорта, вывешенной на одной из стен. — Мы сейчас вот здесь. Башня, к которой «привязан» летун, вот тут, — отмечает место на юго-востоке. — Воздушный корабль, не может удалятся от места приписки, далее чем на семьсот пятьдесят миль. Тут же, — делает новую отметку, — предположительное место перехода темных через границу. Давайте думать куда летим.

— По мне все просто, — мастер следов изучает топографию. — Шли они в пустоши через нас, то есть направлялись на северо-запад. Но возвращаться тем же путем обратно не будут.

— Ну да это глупо, — Лезвие наливает себе, коньяка из настенного бара. — Всегда есть вероятность, что там где ты вошел, будут ждать, при выходе. Я бы вообще, обратно шел огибая Хиорт, что бы выйти в Хладный лес, с севера. — Его рука показывает большую дугу на карте.

— А зачем они вообще шли через границу империи? — Олаф непонимающе рассматривает географию. — Холодный лес же граничит с пустошами?

— А это как-раз ясно, — пора и мне подать голос: — тогда им пришлось, огибать Пик Мороза, а это может занять много времени.

— Но ведь идя обратно, они все равно будут огибать эту гору! — продолжает настаивать Олаф.

— Тьфу, братец не тупи, — Дварин, находит бокал и жестом намекает, поделиться с ним выпивкой. — Когда горы можно обойти, по теплой тропинке хоть один раз из двух, только дурак так не сделает.

— Да и время экономиться прилично, — соглашается Один.

— Я всё же продолжу, — вот когда, След налил себе бренди? — Идеально их перехватить над территорией дроу, устроив засаду на обратном пути..

— Увы, это, — топая ногой по полу гондолы, объясняет Один, — летает только над империей.

— А зачем нам высаживаться вообще? Полетаем, сверху на все поглядим? — дельное высказывание.

— Я и так рискую многим, выполняя просьбу своего сводного братца, — хммм, получается Шелест бастард Эллийских. — У нас максимум полтора дня.

— Тогда вот сюда, — палец Следа уверенно тыкает, в ничем не примечательную точку на карте.

— Не получится, далеко для леталки.

— Как можно ближе к этому месту, тогда, — настаивает мастер следов.

Недолго поспорили о деталях, но в итоге командир согласился со Следом, которого поддержали и остальные. Если мастер следов уверен, что надо именно туда, то просто так утверждать подобное, он не будет. Кто же управляет воздушной громадиной, узнать так и не получилось. Один отдал распоряжение в переговорную трубку и дирижабль начал подъем. К утру, все уже настолько налюбовались видом на Леньйю с высоты птичьего полета, что предпочти подналечь на спиртное. Попробовал и я, хоть и не любитель крепких напитков. В итоге к полудню, отряд забылся пьяным сном, расположившись на многочисленных диванчиках.

Я же предпочел глубокое кресло, закинув ноги на кофейный столик. Прикрыв глаза, притворился спящим. Без сомнения: собранные в отряде люди, были профессионалами высочайшего класса. Но их всего шестеро, а случись бой — пятеро, вспоминая пацифизм одного из них. И идут они, на перехват объединенной поисковой группы дроу и вармов, не слишком ли рискованно? Те тоже наверняка, не мальчики для битья и их минимум две дюжины. А вообще любопытно, как младгерцогу удалось собрать их вместе. Хотя, при некотором размышлении, ничего чрезмерно странного в этом не было. Шелест — сводный брат, След и Лезвие — вероятно работают на фронтовую разведку. А штурмовики, вполне возможно познакомились с Диосом, во время какой либо операции.

Развернув кресло боком, уселся перед иллюминатором. Вот почему, дирижабли были такой экзотикой в преджизни? Это же отличный отдых, с борта самолета не увидишь и десятой доли, того что видно мне, а вертолеты слишком шумны. Воздушное судно величественно бороздило небесный океан, на высоте пары километров. Не прибегая к активным заклинаниям, пытался понять, как же тут все работает. Но видимые, в пассивном режиме наблюдения, сплетения энергий были настолько сложны, что разобраться не получалось, даже уловить общий принцип не удалось. Я конечно велик и могуч, утешаю сам себя, но высокая магия, это уже наука и без соответствующего образования, на чистой мощи далеко не уедешь. Случайно же нахватанных из Театра знаний, не хватает, для понимания столь сложных структур. У нас была собственная уникальная магическая школа, в виде знаков. Но они были разработаны из-за необходимости выживания на Архипелаге, где важнее быстрота и мощь воздействия, нежели стабильность, энергосбережение и прочее. Одно можно было понять точно, даже не обученный маг воздуха, легко уничтожит дирижабль всего парой плетений, слишком тонок был баланс сил, приводящий летательный аппарат в движение. Может по этой причине Большой Т. и построил всего один экземпляр?

Сутки полета проходят незаметно. Братья вместе со Следом и Лезием, коротают время за игрой в покер, активно переругиваясь. Шелест с Одином, в который раз расставляют фишки на клетчатое поле стратего. Мне же интереснее смотреть вниз…

— Скоро посадка! — Будит всех командир. — Берите теплую одежду в сундуках на корме. Хорошо сейчас лето, меховые тулупы не понадобятся, но ночью в этих местах, температура может упасть ниже нуля. Олаф, Дварин, на вас палатки, возьмите две с утеплителем. Шелест, Даг, понесете запасы еды. След, ты пойдешь налегке. Лез, собери остальную мелочь, что может пригодится. — Команды точны и понятны.

— Ком, ты уверен, что надо это одевать? — Олаф с сомнением, рассматривает шерстяные свитера и куртки с теплой подкладкой. — Мы же почти все маги и легко закроемся от холода.

— Объясняю, для тех кто в пустошах не бывал. Краткий инструктаж. — привлекает общее внимание Один. — В этих местах очень мало обычной еды и большинство местных обитателей, приспособились жрать магию. Любые магические щиты, будут для них как красная тряпка для быка. Сбегутся нами пообедать со всей округи. А некоторые представители местной фауны, опасны даже для нас. По возможности будем избегать применение сил. По этой же причине, место посадки надо будет покинуть как можно быстрее.

— Добавлю, — встревает Шелест, не отрываясь от забивания своего ранца, всякой снедью. — Север в этих местах, граничит с нижними сферами. Соответственно, множество мелких демонов шляются повсюду. Берегите свой разум от вторжения. А с «наделенными телами», нам есть кому справиться.

— А то ж! — Дварин, согласно кивает.

Полностью собравшись и переодевшись, мы теперь напоминали не боевой отряд, а милых шерстяных медвежат. Особенно След, тот вообще походил на колобка, натянув на себя четыре свитера и причитая, что ненавидит холод. Я же ограничился, легкой вязаной жилеткой и то только потому, что понравился рисунок. Один недоуменно посмотрел, на отложенную мной куртку, но вспомнив, что новый член отряда энергет, лишь махнул рукой.

Инструктаж командира был точен, зверье тут и правда кушала магию, но только обычную составляющую, оставляя без внимания тварные энергии и астрал. Так, что мои действия не шли во вред остальным.

— Высадка! — кричит Один. — Быстрее! Быстрее! — приходится прыгать с высоты полутора метров. — След, направление! — мастер следов исполняет приказ, указывая четко на север. — Отряд, бегом!

Легкой трусцой мы бежим по пожухлой, едва зеленой травке. Бесшумно поднимается вверх громада покинутого дирижабля, разворачиваясь на обратный курс. Впереди раздается тихий голодный вой. На вершине холма, прямо на нашем пути, появляется стая северных шакалов. Облезлые, с комками свалявшейся шерсти, мелкие хищники. Но увидев нас в испуге разбегаются, поджав обрубки хвостов.

— Я думал это называется пустошами, потому что тут никто не живет, — недоуменно на бегу пыхтит Лез.

— Воздушник, жутко фонит магией, сейчас тут будет столпотворение! — отвечает ему Шелест.

Как же никто, звери ладно, но если наш прилет, заметил один из гоблинских шаманов? Ай ай, не хочу новых дырок в своей шкуре. В этот раз повезло, никто на нас не напал. Вскоре отряд перешел на шаг.

— Ком, ты тут не первый раз? — След, дожидается утвердительного кивка и продолжает. — Гоблины, это же не сказка?

— Не сказка, правда, лично я ни одного не видел. — Считай, что везучий. Люди им мало сделали хорошего и они платят той же монетой.

Северная, холодная пустыня, не блистала разнообразием. Редко встречающиеся на пути деревья, больше напоминали кустарники переростки и не достигали даже груди. Вот скорой осенью все изменится, однообразно желто-зеленая гамма сменится, богатыми красками спелых ягод, которых тут во множестве. А зимой все станет еще хуже, на восемь месяцев покрыв все окружающее белоснежным покрывалом. Но сейчас летняя оттепель поднимала густой туман, сокращая видимость до пары сотен шагов.

Идущий впереди След, резко останавливается:

— Впереди кто-то есть и достаточно большой. — Прикладывает ладонь к земле. — Копытный, весит около пары тонн, движется к нам.

— Скорее всего тунгур, помесь лося с медведем. У них сейчас гон, и он наверняка бешеный. — Один замедляет шаг. — Изменим направление и обойдем стороной. — Но из благой идеи ничего не получилось и через полчаса, мастер следов вновь останавливается:

— Он идет за нами, видимо учуял, — принюхивается, — ветер для нас не благоприятный. Ком, он опасен? Может просто убьем, чем нервничать и ждать нападения?

— Мы же не зеленые эльфы, — кивает Шелест, — давайте остановимся и я позабавлюсь.

Телохранитель не утруждает себя расчехлением меча, просто скидывая рюкзак и толстую куртку. Остальные тоже кладут ранцы на землю. Вышедший из тумана зверь, достоин кунсткамеры. Сильные, длинные ноги, широкие как тарелки копыта, с острым краем. Отдаленно напоминающая лосиную голова, обрамленная ветвистыми рогами, только вот клыки совсем не травоядные, торчат из пасти. Тело массивно и покрыто длинной шерстью как у яка.

Шелест, громко хрустя костяшками пальцев, движется ему на встречу. Я в сомнении, сказать ему или нет? Что зверь перед ним, уже не тунгур, а лишь оболочка для демона. По ауре это не видно, выдает его только астральный энергожгут тянущийся в нижний мир. Еще «молодой», раз до сих не разорвал пуповину связи и не слишком опасен. Но на пару неожиданных трюков способен, что пойдет только на пользу, заскучавшему телохранителю, уверенному, что находится на загородной прогулке. Приглядываюсь повнимательнее, бордовые оттенки энергетического троса, позволяют классифицировать демона как относящегося к классу «пожиратель душ». Что не более чем громкое название, пожрать душу не способен никто, этот просто питается смертью. Помолчу.

Высокий прыжок Шелеста, намеревающегося прикончить зверя одним мощным ударом, прерван на излете выплеском сил. Не закрытое щитами тело, скрюченной куклой катится по траве.

— Воплощенный! — хором орут штурмовики, срываясь с места. Характерный спектр, примененной силы им знаком.

Дюжина рунических клинков, отправляется в полет, брошенная сразу с четырех ладоней. Это заставляет демона, отвлечься от недобитого противника. Половина ножей падает, остановленная возникшим барьером, еще четыре сгорают, от двух «тунгур» отпрыгивает в сторону, вырывая огромные клоки почвы, своими копытами.

— Пожиратель! — Дварин, точно определил тип, по прошедшим защиту рунам.

В руках штурмовиков появляются артефактные хлысты, сорванные с поясов. Начинается забава: оплети ноги двухтонному монстру, уворачиваясь от клыков, рогов и острых копыт. Братья не повторяют ошибку Шелеста, блокируя всплески сил антизаклинаниями, другие опасности далеко, а демон вот он — рядом. Представление грозит затянутся, но видимо это не в планах Одина. «Молот грома», по пузо вбивает тело тунгура в промерзлую землю. Шутки закончились. «Диск света» на бреющем полете, демон способен только немного отклонить, сберегая голову, но лишаясь рогов. «Дуновение Асгарда», прозванное студентами как «поймай кирпич», крошит зубы, вбивая их глубоко, в разинутую истошным ревом пасть. Два рунных меча добивают агонизирующего представителя нижних сфер.

— Что это было! Вашу ж в тыковку! — приходит в себя Шелест, разминая грудную клетку.

— Ничего особенного, у тебя наверно аллергия на его шерсть, стоило приблизится, как сразу отключился. — След, в своем репертуаре.

— От аллергии кости не болят!

— Стоп! Хватит. Шел это был демон. Скажи спасибо братьям, они спасли твою самоуверенную шкуру.

— Семь три значит. — Телохранитель поднимается на ноги. — Вот когда сравняемся тогда и поблагодарю. — Дварин равнодушно пожимает плечами, показывая, что обойдется и без «спасибо».

— След, как обстановка?

— Ну мы тут изрядно «пошумели», но вроде тихо кругом, хотя лучше удалиться, — выполняем совет мастера.

Слава Создателю, до самой ночи нас больше никто не потревожил. Правда ночь, в этих северных широтах понятие очень относительное, особенно летом. Холодает. В ложбине, укрытой от ветра, между сопок, разбиваем лагерь. Вынуждены ночевать без костра, Лез не посчитал под «необходимым», взять топливо, с борта дирижабля. Много нового он о себе и своей родне узнал, пока занимались расстановкой палаток. Особенно заходился След, но его речь была мало внятной из-за постоянного стука зубов. По общему согласию, решили всей толпой забраться в одну палатку. Без огня и магии, так было намного теплее…

Прохладный ветер утреннего бриза, ласкает светлые волосы Лии. Ловлю порхающие, перед моим лицом, локоны губами. Мерно накатывают, мелкие речные волны на ступени набережной. «Я рада, что ты вернулся» — шепчут её губы, тут же закрытые поцелуем. Ощущение, что взлетаю над белокаменным городом. Кажется это длится вечно, но легкий удар сзади по печени, прерывает волшебство. Оборачиваюсь только для того, что бы кануть в сиреневых глазах Майи. «Мальчики и девочки, вот ваше мороженое. И вообще, у нас всего два дня, хватит маяться дурью» — нежная ладошка, обхватывает моё запястье: «Лия, сейчас же слезь парапета, а то простудишься» — всю жизнь готов слушать этот бойкий голосок. Подхваченные ураганом по имени Майя, мы уже шагаем по зеленому ковру эльфийского леса. «Ой какой цветочек» — прихлопывая в ладоши, убегает Лия к замеченному бутону розового лотоса. «Ну её!» — машет кудрявое чудо, сильные руки девушки обнимают меня за шею. Её поцелуй нежен как мёд и настойчив как рыцарская атака. Хлопковая тога, спадает с белоснежных плеч. «Все же ты невероятная скотина, исчезаешь не попрощавшись, потом неожиданно появляешься!» — её губы не на миг не останавливаются, покрывая лицо поцелуями. «Фи, как вы медлительны!» — острые коготки, разрезает мне куртку, вместе с остальным бельем. Лия бросает сорванный цветок под свои босые ножки. Мои неуклюжие попытки, придержать падающую одежду, прерываются звонкими колокольчиками смеха. Четыре женские руки, наоборот торопливо и настырно срывают, прикрывающие наготу, лоскуты…

Просыпаюсь в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем. Это просто сон? Сон! Мне не снятся сны! Или теперь снятся? Сердце не желает успокаиваться, в попытках покинуть грудную клетку.

— Ты чего? — недоуменно толкает в бок Олаф. — Не пугай так! Сперва показалось, в тебя демон вселился. Сидишь, молчишь, лицо все мокрое от пота. Глаза стеклянные.

— Приснилось просто.

— Это бывает, иногда такое пригрезится, потом неделю глаза не сомкнешь от страха. — Успокоенный штурмовик, поворачивается на бок и засыпает.

Кажется начинаю понимать, кем могут быть случайно встреченные в пансионате девушки. Но клянусь «Мерцающим», они выглядят как обычные люди, нет измененных аур, естественное поведение, никаких чуждых магических или астральных токов. И тем не менее, я четко ощущал, их будущую чуждость людям. Будущую? Да, именно так. Пока они просто девушки, но скоро, в моем сне им было лет восемнадцать, изменятся, став другими. Кем? Судя по приснившемуся, ответ однозначен. Закрываю глаза, в надежде увидеть продолжение сна.

— Подъем лежебоки, — на нас падает, мокрая от конденсата, ткань палатки. Один разбудил всех, выдернув колышки из земли.

— Что б тебе служить, под началом моего братца, — ругань Шелеста, заставляет захрюкать от смеха, простуженного Леза. Видимо и правда, достойное проклятье.

— Думай, что говоришь! Пробовал, мне хватило! — огрызается уничтожитель.

— А что же тогда не покинул группу? — подкалывает командира След.

— Это не служба, это частная лавочка, — оправдывается тот.

— Не заговаривай зубы, он тебе нравится, — отогревшийся за ночь мастер следов, активен по утру.

— Нет, просто тебя люблю, не могу бросить!

— Меня все любят, я красивый, — вопиющая ложь и ведь не краснеет.

— Хватит пререкаться, собрались и пошли! Кстати долго нам еще?

— Я тебе, что Творец что ли, это знать? — След встряхивает одеяло, в поисках потерявшейся перчатки.

— Не наобум же ты нас ведешь?

— Это чутье, не более.

— Знаем мы твоё чутьё! Даже где располагается догадываемся! — Дварин, тычет пальцем себе ниже спины. — Вот тут!

— Да пошли вы! — обрадованный, выпавшей на землю перчаткой, След отворачивается от всех.

— Хватит, Двар это уже перебор.

— Не, ну почему же… — неожиданно поддерживает Дварина Шелест.

Хоть они и скатывались иногда до мата и прямых оскорблений, было это все как-то не злобно, игрушечно. Невзирая, на кажущуюся неприязнь телохранителя к мастеру следов, уверен, тот будет защищать Следа до последнего, случись такая оказия. За следующие три дня пути, понял. Я никогда не стану своим в этом отряде, казалось они знали друг друга с пеленок. Не пятое колесо в телеге конечно, но все равно чужак.

— Уже близко! — на четвертые сутки, След нас радует. — Они тут проходили всего пять дней назад!

— Нагоняем! — Один потирает руки.

— Они много петляли, мы же идем прямо.

— И кажется пришли, — это уже моя реплика. Из плотного тумана нам на встречу движутся гоблины.

— А кто нас остановит? — Шелест с пренебрежением оглядывает, таких хрупких на вид местных обитателей. — Эти что-ли? — Именно они, боевая грань льда. Их всего восемь: шесть воинов и два шамана.

— Неуклюжие какие-то, — Один расчехляет меч.

— Все стоп! Мы не справимся! — шесть пар недоуменных глаз, оборачиваются на мои слова.

— Ты в своем уме? — Шелест, стучит кулаком себя по лбу. — Сравни нас и их! У этих с бубнами, — кивает на шаманов, — щиты первоклашек из сельской школы! — Ага, только ты не видишь, какая мощь астрала плывет по их следам. — Да и в руках, не копья, а зубочистки кривые! — Внешне да, но не советую подставлять свою грудь под них.

— Шел, заткнись! Тебя ничему тангур не научил? Даг, ты уверен?

— Уверен.

— Все так плохо?

— Пока нет, они не собираются нападать. — Длиннорукие не приближались, сохраняя дистанцию метров в двести.

— Может просто обойдем? — мастер следов, отступает на два шага.

— Дорога на север закрыта, они дают понять, что бы мы уходили обратно.

— И откуда ты все это знаешь? — Рунный меч Дварина, выписывает восьмерки в холодном воздухе.

— Чую, тем же местом, что и След! — если они ввяжутся в бой, то мне придется раскрыться, а значит умрут все. Незаметно повешенный астральный маячок, и мастеру следов не позволит долго прятаться, не взирая на всю необычность его таланта.

— А что это они делают? — Шелест вглядывается в туман.

— Вызывают на поединок. — Один и гоблинов втыкает копье в землю. — Один на один. Так как на копье не повешен бубен, то бой без магии. А потому, что воткнуто острием вверх, то до первой крови, а не до смерти.

— Лез, ты как? — Уничтожитель спрашивает мастера тени.

— Легко! Потанцую. Что бы успокоить новенького, — в голосе нет ни капли сомнений, в своих силах.

Обнажая, покрытую вязью дварфовской закалки, саблю, Лез выходит вперед. От грани так же отделяется один воин. Коротко поклонившись, они начинают кружить вокруг друг друга. Неосторожный полушаг вперед и копье стремительной рыбкой, мчится вперед. Только феноменальная реакция спасает саблиста, от перерезанного горла. Лишь срезанная прядь волос, подхваченная ветром уносится в туман. Теперь Лез, понимает, какое это преимущество, столь щуплые на вид, но очень длинные руки. Делает правильный вывод из создавшегося положения и пытается навязать гоблину ближний бой. Глухо стучит кость копья, о синюю сталь. Сабля размывается в воздухе, кажется в руках Леза клубок молний, а не обычный клинок, такова его скорость. Но только на шаг отступает длиннорукий, перехвативший древко по средине. Стоит чуть чуть сбавить темп нападения, как гоблин тут же берет инициативу себе. Раскручивая свое оружие на манер дисковой пилы. Веер его атак, заставляет саблю плясать танец блоков. Но раз за разом костяной наконечник, проникает все дальше и дальше, за защиту Леза. Вот тому уже приходится, уходить перекатами от возможного удара, обманувшего саблю копья. Внезапно мастер тени, отскакивает назад, опуская клинок и признает поражение.

— Если их шаманы хотя бы в половину так хороши, как бойцы, — подойдя к нам, Лез сокрушенно качает головой. — То шансов прорваться, у нас ноль.

— Разворачиваемся, я впервые вижу, что бы Леза переиграли на его же поле. — Один, все равно не верит, в возможное поражение, но опасается вероятности потерь.

— Погодите, а что это они уже два копья воткнули? — Олаф, переглядывается с братом. — Если это парный поединок, то мы можем попытаться!

— Увы не так, это означает усложнение. Теперь их будет двое, против любого из нас. — Турнирные обычаи гоблинов, то немногое, что я о них знаю.

— Я пас, — уничтожитель отказывается. — Уходим, попробуем пройти по Хладному лесу. — Это еще сложнее. Пограничников дроу, так просто не обманешь, весь талант Следа не поможет.

Сложившаяся ситуация меня не устраивает. Совсем. Быстрым шагом направляюсь к воинам грани.

— Эй, Даг! Ты куда?

Оставляю окрик Шелеста без ответа. Я чувствую приближающуюся угрозу. Не ту, что веет от гоблинов, другую. Что-то очень нехорошее грозит всем и скоро. И это даже не большая война. Нечто более страшное и окончательное.

Приблизившись на расстояние двадцати шагов, вздыхаю с облегчением. Я ошибся, судя по украшавшим лица гоблинов татуировкам, это не воины, это грань охранителей. Отличие такое же, как у городских стражников от бойцов уровня штурмовиков. Не замедляя шага, продолжаю сближение. Два копья упираются в грудь, удара нет, так как «хашти» до сих пор в ножнах, а руки сложены в молитвенном жесте. Думают, что бой еще не начался? Это зря.

Помню, в далеком детстве, еще той почти забытой жизни, попросил у дяди. Который не был боксером или борцом, но его уважала вся округа: научить драться. Мне показалось, он отшутился, сказав: «В драке удар не главное, важнее неожиданность и готовность». «Научи» — попросил я. «Это легко, когда тебя обступят трое. Сделай испуганный вид и запричитай: не бейте меня пожалуйста!». «А потом?». «А потом, пока они смеются и тычут в тебя пальцами, бей». Обиженным на дядю, ходил целый год. Пока его совет, спас мне если не жизнь то здоровье точно.

Так и сейчас, недоуменно стояли гоблины, уперев копья, но не решаясь бить, ведь противник не сопротивляется.

— У меня всего один вопрос! — обращаюсь к стоящим, позади воинов, шаманам.

Длиннорукие на долю секунды оборачиваются, посмотреть их реакцию на мои слова. Не спортивно конечно. Развожу ладони в стороны, захватывая оба древка. Присев на одно колено, вгоняю наконечники копий в землю вечной мерзлоты. Спохватившись, гоблины пробуют помешать, но момент упущен. Ловлю гоблинов на отчаянном рывке, в попытке вызволить свое оружие, толкая копья обратно в сторону их владельцев. Сколько нужно времени, восстановить равновесие? Полсекунды? Четверть? А кто столько даст? Я не собираюсь точно. Хватая непослушными ртами воздух, кульками оседают противники. Удар открытой ладонью, в солнечное сплетение, да с выплеском тварной энергии, это иногда похуже открытой раны, нанесенной зачарованным клинком. Ничего, северные жители, суровый и живучий народ, оклемаются.

— Ты хитрый, как белый лис, — жестом останавливая бойцов, ко мне приближается один из носителей бубна.

— Песцом, меня еще никто не называл, — притоптываю от холода, разрядка энергий, на время лишила защиты от мороза.

— Дальше все равно не пропустим, у нас за спиной алмаз воинов. — Так, восемь на восемь, это шестьдесят четыре, многовато и для тройки полноценных когорт. — Но на вопрос ответим.

— Правила поединков, говорят о ответах достойным! — вмешивается молодой шаман, — а он подлый обманщик.

— Тише, он мудр и словом достиг в два раза большего, чем любимец тени, со своим оружием подгорного народа. — Учитель никогда не упустит возможности, поставить ученика на место, даже если для этого надо утрировать сложившуюся ситуацию. — Спрашивай Песец. — Знал бы он, какие ассоциации вызывает это слово у меня, наверно удержался от подобного именования.

— Лун пять назад, впереди нас прошел отряд темных. Мне надо знать, зачем они в пустошах и где находятся сейчас.

— Они, были здесь. Разорили Храм Заточения, украв центральный кристалл. Их видел смотритель храма, но помешать не смог.

— Ваши отряды преследуют их? — если это так, то можно разворачиваться и уходить в Хиорт. Темные не дойдут до Хладного леса. Тем паче, прямые переходы в пустошах, где границы с нижними сферами слабы, невозможны. Скорее занесет на обед к демонам, чем в точку назначения.

— Наши охотники не смогли даже встать на их след. — Плохо, если не смогли сразу, то сейчас и подавно не получится. Мастера следов, не зря так называются.

— Вы простите темным эту выходку? — интересно, что вообще представляет из себя гоблинский храм? У них же нет религии, иной как почитание предков. Если гоблины вторгнутся в Хладный лес, на «темном альянсе» можно ставить крест. Для империи он угрозы представлять не будет, а превратится в сугубо оборонительный союз.

— Вот думаем, послать им весточку с благодарностью. — Это хорошо. Стоп, это плохо! Он не шутит и ни грамма сарказма.

— Вы будите благодарить темных за разорение?

— Нет, за то что они потоптались по священной земле не будем благодарить. А вот за то, что уносят с собой демона класса «повелитель», за это можно и спасибо сказать.

— Простите, я вас наверно не правильно понял, какого демона они уносят? Причем тут вообще демон?

— В Храмах Заточения, мы держим заключенными в живой лёд, тех демонов которых не смогли изгнать или уничтожить. Именно один из таких кристаллов и был похищен. Зачем темным понадобилась эта головная боль, не знаем. Вот хотели догнать спросить, не заберут по случаю вообще всех? Мы с радостью отдадим, — и с надеждой глядя на меня. — Вам случаем демон не нужен?

— Ручной? — не слышал о таких, а вдруг, может пригодится.

— Нет, обычный, разобьешь лёд, он освободится.

— Спасибо, я воздержусь, принять столь щедрое предложение.

— Жаль, — в голосе шамана, явное сожаление.

— Возможен вариант в котором, вы пропустите наш отряд. С нами мастер следов. И мы примерно представляем, что темные, обогнув Пик Мороза, попытаются выйти в Хладный лес с севера.

— Нам надо подумать, иди к своим хитрый лис. — Можно и подождать.

Один и остальные, встречают меня в гробовом молчании. Лез вообще прячет взгляд, сгорая от стыда. Только что на его глазах, я справился там где обыграли его.

— Лез, ты чего, я просто их обманул. Не переживай так.

— Даг, оставь, делаешь только хуже, — Шел неловко переминается, с ноги на ногу. — Ты обманом одержал верх, а для «тени» то, что он не догадался обмануть, гораздо больший удар, чем проигрыш в «танце мечей». — Участившееся сопение, простуженного носа Леза, подтверждает сказанное.

— Мы благодаря способностям Леза, слышали ваш диалог. — Один трет переносицу в раздумьях. — Надо решить, стоит продолжать путь или возвращаемся? По сути мы узнали, что темные шли за демоном.

— Постой ком, не все так просто. Любой магистр демонолог, за вечер вызовет тебе полдюжины различных демонов. — Дварин в сомнении. — Вопрос в другом им нужен был какой-то конкретный, именной демон или просто старый? — Сила демонов растет тем больше, чем дольше они живут в нашем мире и питаются его энергиями и обитателями. К примеру уничтоженный «туйгун», это уровень двадцатилетнего, а только что призванный, будь он даже Владыкой всех демонов, будет слаб. Значит штурмовик прав, темным надо кто-то старый и могучий. К примеру Ш`лоб, уже четыре столетия живущая бок о бок с дроу, могла по могуществу сравнится с архимагом. Если бы темные эльфы, не «доили» её так беспардонно.

— А много именных демонов-повелителей ты знаешь? — может просветит.

— Ну развоплощенный и изгнанный Ш`гор. — с ним очень любопытная история, его носитель целых восемь лет был императором Рааста, ууу сколько он наворотил.. — Ш`лоб, но она в Хладном лесу. Ш`тар, его развоплотил лично один из архимагов. Ш`выыг, был достаточно молод, когда заслужил свою славу, но создав культ своего имени, очень продвинулся по ступеням силы. Я перечислил их по мощи, в убывающем порядке, остальные мелочь. Ради которой вряд ли будет затеяна столь сложная операция.

— Кстати, — Олаф достает одну из рун. — Это знак с именем Ш`выыга, руководство до сих пор не вычеркнуло его из списка. Он ведь скрылся как-раз в пустошах!

— Подытожим, что мы знаем! — Один, садится на скинутый на землю рюкзак. — Темные украли кристалл живого льда, с заточенным в нем демоном класса «повелитель». В самом худшем случае это Ш`выыг. опасен ли империи он, безусловно нет. Опасны ли планы темных на него, мы не знаем. Вопрос, знают ли о планах на этого демона те, кто его похитил? Или они простые исполнители?

— Три к одному, исполнители, — высказывание Шела, поддерживают и остальные.

— Я то же так думаю, — Один поднимается на ноги, закидывая рюкзак за спину. — Возвращаемся! — Ээээ, как так! Как назад?

Глава X

— Мы решили, покажем вам путь и проводим. — Подошедший шаман, с увлечением разглядывает отряд.

— Очень рады, но мы возвращаемся, — Один почтительно кланяется.

— Ваше дело, чем меньше чужаки топчут наши земли, тем лучше. — Ученик шамана категоричен в своей молодости.

— Мне можно пойти одному? — Ощущение, что стою в коридоре со множеством дверей, открою не ту и…

— Даааг? — Один, удивлен моим решением, но очень надеюсь, что рука поворачивает правильную ручку.

— Я не передумаю. Ком, даже не пытайся отговорить. — Интересно есть ли у него инструкции на подобный случай. И если есть то какие?

— Твое решение, передумаешь, нагонишь. — И уже к остальным. — Одели рюкзаки. Уходим. — Смотрю на удаляющихся людей, а ведь даже не знаю, согласятся ли длиннорукие, пропустить по своим землям, меня одного.

— Зачем тебе это, хитрый лис? — старший шаман, размышляет.

— Что бы жили те кого полюблю. — Вру я или нет, не знаю сам.

— А кого ты любишь сейчас? — вот ведь, заметил оговорку, что стоило мне сказать проще?

— Себя, — начинаю забавляться этим разговором.

— А других? — просто скажи «нет», но видимо шамана этот диалог то же веселит. В отличии от его ученика, недоуменно сверкающего глазами.

— А что другие, те кто мне дорог, способны сами за себя постоять. — Ага, пусть хоть весь «темный альянс» попробует прорваться на Архипелаг.

— А совсем другие, чужие тебе? — по тому, как он поглядывает на юного астрального мага, это какой-то урок. Смысл которого от меня ускользает.

— Их жизнь это их жизнь. Их радости это их радости. Их беды это их беды. Имеют значение, только те, кто мне симпатичен. — А мне симпатичен этот мир, я люблю Леньйю и кажется это взаимно.

— Слаагеш, — старый шаман оборачивается к молодому. — Пойдешь с ним, проведешь туда куда скажет, будешь делать всё что прикажет. — И протягивая мне сушеную лапку полярного зайца. — Возьми.

— Но учитель, это ведь… — воспитание одинаково везде, не перечь старшим, иначе будет неприятно. Подтвердилось это и сейчас. Оглушенный ударом бубна, юный гоблин, способен лишь моргать.

— Всё верно, на время вашей дороги, хитрый лис твой новый учитель! — Разглядываю коготки на полученной лапке. — Надеюсь у тебя получится вложить в эту забитую идеалами голову, то что не вышло у меня. — О как, это будет весело, у меня никогда не было учеников.

— Могу я не сильно стараться? — а вдруг спросят потом за результат.

— Даже не нужно, — успокоил. А может просто, хоть на время хочет снять обузу со своих плеч, кто поймет этих зеленокожих.

— Ты меня понял, юный падаван? — кто-кто? я не ослышался? Ох, Земля привет от тебя можно получить совершенно неожиданно.

— Да мастер Глаамеш, — услышь, я другое, знакомое имя, наверно впал бы в истерику. Невзирая на всю глубину момента.

Что вот так и уйдут не попрощавшись? Видимо именно таков этикет длинноруких. Слаагеш, сгорбился так, что руки касаются земли. В печали бедненький, не может оторвать взгляда от уходящей грани.

— У тебя нет припасов то же или показалось мне? — Только сейчас до меня дошло, что Один с отрядом, унесли абсолютно все. А судя по нехитрому скарбу гоблина, при нем окромя бубна и пестрой одёжки, то же ничего нет.

— Мой мешок унесли. — Ах вот как значит, огрызаться!? Подсечка под колено, выбиваю бубен из рук, локтем толкаю в грудь. Носком ноги, легонечко надавливаю, упавшего ученика, на так оберегаемое любым мужчиной место.

— Повтори, — ловлю себя на том, что насвистываю какую-то веселую мелодию.

— У меня нет припасов… — явно наступает себе на горло, — учитель. — Лучше сразу расставить точки над i, а то потом хлопот не оберешься.

— Хорошо, — протягиваю руку, помогая подняться. — Как дойти быстрее, на границу восточную Пика мороза и Хладного леса?

— Ну, быстрее всего… — прерываю гоблина, на этот раз просто закрыв ладонью рот.

— Урок номер два: говори четко, внятно и понятно, опуская несущественное.

— А какой был первый урок, учитель? — так хлопать глазами! будь он человеком, девицы бегали бы за ним стаями.

— Почтительность. А теперь на вопрос ответь, если повторения не хочешь ты. — Его руки инстинктивно, складываются ниже пояса.

— Прямо на восток, через Ущелье Ветров. Оно пересекает весть пик и прилегающие горы. Это сократит путь в трое. — О таких подробностях, вроде не спрашивал, но придираться не буду.

— Тогда пойдем, — поговорить можно и в дороге. Хмм, а что он стоит, подзатыльника ждет? Тьфу, сам виноват, запугал мальчишку. — Идешь первым, я за тобой. Вперед.

Проводник на халяву, это конечно хорошо. Но что делать с ученичеством? Впрочем, Слаагеша со мной отправил в этом качестве, старый шаман. Буду считать, что вся ответственность на нем и останется.

Какой же неприятный и липкий, этот холодный туман. А тварная энергия восстанавливается медленно, слишком много потратил для победы. Каков мой дальнейший путь? Я рассчитывал, пройти дальше с отрядом, возможно напасть на темных, если бы позволили силы, а теперь? Надо было кардинально менять план. Впрочем временная точка маршрута не изменилась, Хладный лес и желательно по пути уходящих с кристаллом. А дальше? Были варианты, самым логичным из которых казался найм, в один из великих домов дроу. Благо наемников темные эльфы привлекали очень активно, жетон свободного охотника, мог помочь в очередной раз. А там уже по обстановке. Конечно не очень дальновидно, но ничего лучшего пока в голову не приходило, слишком мало информации для анализа. Буду надеяться запас времени достаточен.

Слаагеш шел по холодным землям иначе, чем вел отряд След. Мастер следов двигался напрямик к цели. Идя следом за зеленокожим, понимал, не всякий путь быстрее, если двигаться по прямой. Длиннорукий только сохранял общее направление, при этом свободно отклоняясь от маршрута, если можно было облегчить дорогу. Никаких штурмов вершин холмов, если можно пройти, чуть отклонившись, по ложбине, не форсировал ручьи и мелкие речушки там где на них вышел, а сперва находил брод. При всем этом, двигались мы гораздо быстрее.

С точки зрения, большинства жителей Леньйи я знал о гоблинах очень много. Но это было верно только в сравнении с их знаниями, реально же мои познания были очень малы. Больше склонялся во мнении, что мастер Глаамеш, послал своего ученика со мной, что бы тот научился терпимости к другим, нежели рассчитывал на какое-то реальное обучение с моей стороны. Вспоминая бросаемые Слаагешом взгляды на отряд людей, его высказывание: «чем меньше чужаки топчут наши земли, тем лучше», видимо эта мысль верна. То есть мне достаточно показать людей с хорошей стороны, дабы падаван стал относится к ним лучше. Вот ирония, ведь сам я, давно не людь. (запомнить, что «не людь» именно раздельно написать, важно! З.А.)

— Учитель, — ох, не легко дается ему это, так меня именовать. Слаагеш замедляет шаг, чуть пригибаясь к земле.

— Можешь «мастером» называть меня, — просто по имени, слишком либерально, для пары учитель-ученик.

— Впереди, стадо полярных газелей. — Небольших копытных, внешне и правда напоминающих, своих южных сородичей.

— Хочешь, предложить что-то ты? — не испугался же их гоблин.

— У нас нет запасов еды, мастер, — выжидательно вглядывается в моё лицо. Можно подумать, что-то понимает в людской мимике. Для меня, к примеру: гоблинская почти темный лес.

— Голоден или проголодаешься скоро? — мысль то дельная.

— Пока не голоден, но через два-три часа стану. — Вот уже и я могу различить в тумане, рогатые силуэты.

А вот тут большая сложность возникает! Гоблины относятся к окружающему миру иначе, чем любая другая раса. Они считают себя неотъемлемой частью мира и природы. Зеленокожие не пытаются изменить мир под себя, как люди, но так же не стремятся улучшить, как это делают светлые эльфы. Гоблины, не противники охоты и убийства животных, но берут себе только то что необходимо. Без излишеств присущим человекам, но и не испытывая угрызений совести за убийство, с другой стороны. Хотя в основном предпочитают рыболовство. И как мне реагировать?

— Ты можешь «почувствовать» стадо? — как астральному магу, это должно быть ему доступно, благо у газелей, вряд ли присутствуют защитные барьеры.

— Могу, — вот хитрый, стоит и не шевелится, просто ответив на вопрос, но якобы не заметив подоплеки.

— Тогда сделай это и изложи мне результат своих наблюдений, — второй раз ты меня не поймаешь, на недосказанности распоряжения.

— Около тридцати особей, — пока Слаагеш, «разглядывает» газелей, я с любопытством изучаю применяемую им астральную технику.

Она более сложна и витиевата, нежели принятая у эрмов. Мы стремились максимально упростить сплетения, на Архипелаге «не разгуляешься». Там чем проще, тем надежнее. Это не значило, что взаимодействие с астральной составляющей, у нас хуже. Другое, зачастую упрощая плетения, мы приходили к удивительным открытиям, правду говорят: «все гениальное просто». Но некоторые нити, которые плел юный шаман вызывали восхищение. Не обладая, даже близким ко мне, запасом энергий, Слаагеш находил выход, в каскадном принципе. Когда каждая следующая нить, подпитывалась частично энергией вложенной в предыдущую. Это надо взять на вооружение в дальнейшем. Стараюсь запомнить, общие направления построения заклятий, пригодится.

— В основном стадо здорово, но три газели вызывают вопросы. — Не собираюсь ничего спрашивать дальше, только делаю вопросительным взгляд. Не поймет его, буду применять физическое воздействие на «понималку». — У одной повреждено колено, у другой больное сердце, у третей проблемы с печенью. — Надо же, как быстро учится. Верно оценил, разворот моего тела, для выдачи оплеухи, в случае непонимания. — Кого следует выбрать, учитель? — а вот тут явный подвох, в вопросе.

— Думай! — хоть и направленная ученику, эта фраза, так же относилась и ко мне самому.

— Того у кого нога повреждена! — Слаагеш размышляет не долго.

— Нет. — Даже если бы это было так, как сказал он, требовалось найти иной ответ.

— Но почему, мастер!? Он и так обречен, его все равно сожрут хищники! — то, что на поверхности часто не верно, но гоблин этого пока не знает.

— Именно по этому трогать нельзя его.

— Почему?? — Слаагеш и правда не понимает.

— Думай! — я знаю почему, но легко доставшиеся ответы, не часто приносят пользу. — Вслух думай.

— Он обречен, — кажется, что вот-вот услышу натужное кипение под черепной коробкой ученика. — Его легко догнать и убить любому хищнику. Кажется, что он лучший вариант для охоты. Но, по утверждению учителя это не так. — Он, что дословно будет повторять мысли вслух? Хотя? это интересно, пусть. — Значит… Понял! Мы вмешиваемся в естественный процесс, лишая зверей своей законной добычи!

— Верно. — Молодец, смышленый.

— Тогда, тот, у которого больна печень. Ему осталось всего год-два, мы только ускорим процесс. — Как нельзя лучше, все складывается, опять не верный вариант он выбрал.

— Неверно. Думай. — на этот раз ответ легок.

— Простите за ошибку учитель! — о! первый намек на почтительность в голосе, радует. — Так мы опять вмешаемся в естественный ход вещей.

— Остается, один вариант. Мы выберем того у кого проблемы с сердцем. — Тут надо сперва чуть разъяснить. — Потому, что он может умереть от любого перехода реки, воды сейчас холодны. От любого бега от хищника. Да и просто от резкого испуга.

— Но так же, он может прожить долгую жизнь! — А вот за это наказывать не стоит. Это обсуждение, надо поощрять, была бы конфетка угостил. — Это дело случая! — очень верная формулировка.

— А что есть встреча стада с нами?

— Предопределение? — ну вот, за что хвалил? Так носом в лужу, при уже готовом ответе.

— Предопределения нет! — это моя твердая убежденность. — Есть вероятности. Обладая определенными знаниями или умениями, можно предсказать наиболее возможный вариант развития дальнейших событий. Но это будет только возможность, иногда она будет приближаться к ста процентам. Но о том, что это только вероятность, никогда не следует забывать. — Слаагеш слушает затаив дыхание. — Понял?

— Да, учитель. — Будь у него тетрадь, наверно конспектировал бы мою речь. — Но все равно не понимаю.

— Его смерть возможна от любой случайности, наша встреча и есть эта случайность. — Гоблин замирает. — А случайности естественны в мире, без них он был бы статичен.

— Получается, он умрет потому, что невезуч? — интересная формулировка.

— Много зверей и разумных гибнет по этой причине, она естественна.

— Я не охотник, я шаман. Честной охоты не могу подарить зверю. Будет ли правильно применить мои знания? Ведь у животного не будет ни единого шанса. — Это задевает какой-то кодекс чести зеленокожих?

— Каков шанс, что встретим газелей мы, на своем дальнейшем пути?

— Маленький. Зато мы наверняка встретим множество олених стад! — возможно он прав, но не учел другое.

— Сколько мяса у северного оленя?

— Больше, чем нам может понадобиться и чем мы сможем унести без рюкзаков. — Просто отлично, понятливый ученик.

— Приступай к охоте, — даю отмашку.

Через пятнадцать минут, я уже смотрел, как уверенными движениями гоблин свежует тушу, отделяя самые питательные части. Для переноски, отдал взятую с дирижабля безрукавку.

— А как бы мы действовали, если бы не было газели с больным сердцем? — Срезая очередной ломоть мяса, озадачивает меня Слаагеш.

— Тогда, убили бы хромающего. Мы такие же звери как любые другие, просто разумные. — Длиннорукий согласно кивает.

— Именно так говорил мне мастер Глаамеш. — Значит в этом мнение гоблинов и эрмов схожи. — А если бы и хромоногого не было? — Вот привязчивый.

— Тогда прошли бы мимо, никого не трогая.

Гоблины как и эрмы, весьма не притязательны в потреблении еды. Если надо можем есть в все сыром виде. Зеленокожие даже считают, сырую форель более вкусной, чем приготовленную на огне. Так, что костер нам не требовался.

Приближение Пика Мороза, можно было понять только по косвенным признакам. Туман обступил вплотную.

— А почему люди стоят города? — вот тебе «здрасти». С чего такой вопрос?

— Во-первых, у людей более развито стадное чувство, чем у вас. Во-вторых, они подстраивают мир под себя, а это лучше делать в кооперации. В-третьих, так они чувствуют себя более защищенными. — Пожалуй достаточное объяснение, иначе придется говорить часами. Надеюсь, он не заметит оговорку: «они».

— А правда, что вампиры питаются, убивая разумных? — видимо, старый шаман, мало внимания уделял, ответам на такие вопросы.

— Им необязательно убивать. Они пьют кровь и энергию, почти всегда оставляя жертву в живых. Это более разумно, ведь так можно питаться несколько раз за счет одной и той же особи. — Да и убивай они постоянно, кто бы жил в графствах?

— Эльфы, те что светлые, они действительно растят целые леса, большие чем то, что мы можем пройти за день?

— Нет, они только помогают деревьям, сами не рассаживая их.

— А правда, темные эльфы поедают своих слабых детей? — Ох, это какие ужастики им рассказывают в детстве?

— Нет, не едят конечно! — Но, странная мораль дроу, позволяет им быть более изощренными. Просто так съесть, умертвить, слишком просто для них. Они скармливают слабых и калечных младенцев своему богу-демону Ш`лоб. Получая в замен силу. Стоит ли это знать столь юному и категоричному в суждениях шаману? думаю нет. Да и о подобных ритуалах, знают только высшие монахи расы дроу, не уверен, что даже хиортская разведка, располагает такой информацией.

— Учитель, а существуют полукровки? Мастер Глаамеш, отказывался отвечать на этот вопрос. — Может у того был свой резон? Но меня то, не сдерживает ничего.

— Бывает и такое, чаще всего полуорки. Остальные расы, редко считают других привлекательными в этом деле. За исключением дроу и светлых. Их же просто как магнитом тянет друг к другу. Но их дети не совсем полукровки, ибо рождаются младенцы «чистыми» представителями расы матери.

— А почему люди верят в придуманного бога? — А вот на эту загадку, не может дать никто.

— Ты о Спасителе? — ученик кивает, — честно не знаю, мне это тоже не понять. — Зачем нелепая вера в того, кого нет? Когда магам известно о Творце, да и не скрыта эта информация, от общества. А если уж хочется верить, во что-то совсем могучее и непонятное, то вот на выбор: Создатель или Изначально Первый.

Хорошо все эти вопросы, сыпались на меня не сразу, а постепенно, на привалах и ночевках.

Чем выше мы поднимались, тем больше рассеивался туман. Пик Мороза поражал своим величием, стрелой устремляясь за облака. На Земле подобное горное образование, не могло бы появиться, слишком малы были предгорья и слишком велика была это почти одиночная гора. Только небольшая, неприступная и отвесная гряда, длинной в пару сотен километров, увенчанная пиком семикилометровой высоты. Казалось, кто-то искусственно воздвиг этот ледяной монумент, но это было не так.

Ночевать приходилось, без палаток и навесов, выискивая полости в холмах или подходящие убежища меж гигантских камней, которые стали всё чаще появляться на нашем пути. Ущелье Тысячи Зеркал, по которому мы пересекали гряду, не зря носило такое название. Десятки тысяч ледяных граней, отражали окружающее, бросая множество солнечных бликов. Но у этого был большой недостаток. Ужасный ветер, проносящийся по разлому, крошил лёд, гоняя стайки ледышек, болезненно впивающихся, в незащищенные одеждой, участки кожи. Плохо, направление этого бедствия не совпадало с нашим, раздирая лицо острыми снежинками. Устроится на ночь пришлось в одной из неглубоких пещер, под заунывное подвывание стихии.

— Постой, покажи еще раз, как ты сплетаешь, эту нить! — Слаагеш дергается, в испуге. Прерывая, астральную ткань, защиты от холода.

— Вы можете видеть астрал?

— Я магл и энергет, одинаково хорошо чувствующий все три энергии. — Астральные оттенки, добавил в ауру недавно, но вряд ли это изменение бросалось в глаза. Около часа заставлял, уже вспотевшего и без всяких щитов гоблина, повторять раз за разом, различные комбинации нитей. — Спасибо, очень необычная техника.

— Мастер Глаамеш, говорил. Тварность — воинам, шаманам — астрал, а магия это неестественно и плохо. — Ничего себе категоричность! Просто магические энергии плохо доступны гоблинам, наверно так старый шаман, отгораживался от этой правды.

— Вот скажи, топор это плохо?

— Зависит от того, в чьих руках этот топор. — Хоть этому научили и то радость.

— Тварность, магия, астрал, всё это лишь энергии мира. Их условно можно выстроить по «грубости» воздействия. Тварность — энергия тел, магия — воздействие на физический мир, путем «приказов» разума, астрал же тоньше всех. С его помощью, маг астрала, — замечаю недоумение: — или шаман, если тебе так легче понять. Изменяет мир посредством своей души, преломляя и фокусируя силу вселенной, через неё.

— И всё? — недоумение гоблина огромно.

— В общих словах да. Разве что можно добавить, что чем грубее энергия, тем быстрее осуществляемое ей воздействие. — Специально упрощаю объяснение, это конечно поверхностно, но для более детального разбора отличий, не хватит и месяца лекций.

— Получается магия это не плохо?

— Для вас гоблинов магия это плохо! Твой старый учитель прав. Она вам почти недоступна и видите вы только беды от неё. — Юный падаван запутался. Ничего, не все понятно сразу, пусть думает, ищет ответы на подобные вопросы, сам. Те ответы, которые сможет принять.

Оставив ущелье позади, вздохнул с облегчением. Подобный разгул ветров, раньше встречал только в Архипелаге. Мастером следов конечно не являюсь, но часть их техник мне известна. К тому же мне на руку играет то, что темные несут с собой кристалл с демоном. А больших специалистов по этим тварям, чем гоблинов найти сложно.

— Ты можешь отследить, перемещение кристалла? — озадачиваю Слаагеша, когда сам исчерпываю свои возможности, нащупать след.

— Живой лёд надежно экранирует демона, внутри его тюрьмы. Наружу почти ничего не прорывается. — Жаль, рассчитывал на иное.

— Обидно, придется идти наугад. — Не скрываю своего огорчения.

— Учитель, я могу попытаться, но это опасно! — сам хочет помочь? Зачем? Неужели так привязался ко мне, за это короткое время?

— Как? — если и правда опасность чрезмерна, то откажусь. Не стоит, столь необычно любопытному для гоблина, юноше погибать рано. Его бы отправить в большой мир, но нельзя, «сожрут», не готов он к подобному.

— Могу отправить свой разум в нижний мир, там видна тень любого демона. — Тут и правда тонка граница. Да и делал он это, перед получением бубна, это обязательная процедура. Только вот происходило сие, под неусыпным контролем более опытного шамана. Справлюсь ли я?

— В чем основная опасность?

— Надо охранять мое тело, пока разум будет далеко. Остальное не существенно, — Понимаю, что не от диких зверей охранять придется, а от слетевшихся на пир демонов. Нет у них большего желания, чем заполучить тело разумного. К каким только ухищрениям не прибегают для этого! А тут вот оно, да с прямым каналом связи. Подходи, бери сразу готовое к употреблению и беззащитное тельце, да не простое. А истинного шамана! Да там «внизу» такая свара начнется, за право успеть первому. Страшно? Мне нет.

— Я справлюсь, готовь ритуал.

Как оказалось, не простым был обряд. Только подготовка к нему заняла весь световой день. За пару часов, до начала, когда все внешние атрибуты были готовы, Слаагешь опился, каким то жутко вонючим отваром. И чем ближе был закат, тем все менее адекватным становился зеленокожий. Когда нижняя часть диска солнца, коснулась горизонта, гоблин схватил бубен и начал выплясывать дикие танцы. Всё безумнее становились движения шамана, чем ниже клонилось дневное светило, его тело изгибалось в немыслимых позах. И всё это под невероятно заунывное горловое пение, нечленораздельных фраз. Как только последний лучик, скользнул по земле, длиннорукий отключился. А меня пробрал мороз. Холод не внешний и не внутренний, а холод души. Врата в нижний мир распахнулись, унося в потоке энергий сознание падавана.

Ну что ж посмотрим. Будет ли отличаться реакция нижнего мира, от виденных мной результатов разрыва ткани реальности на Архипелаге. Вот и первый, заметивший деликатес и шанс выпадающий один раз на миллиард. Светится багровыми оттенками, отраженного в красной призме серебра. Тянутся энергетические ложноножки, этой размытой как амеба сущности, к вожделенному телу. Всё быстрее он плывет в океане нижнего мира, «успеть! успеть первым! моё! мне!» его посыл ясен и не требует переводчика. Ему остается совсем не много, буквально пара «гребков», снимаю измененные ауры. «Обман! Засада! ААААА!», складываются парашютом ложноножки тормозя движение. Это сложно, слишком сильным оказывается набранный демоном ход. Понимая это, он начинает сучить всеми конечностями, в попытках остановиться. Надо отдать должное, желание жить заставило его сотворить почти невозможное, он успел. «Назад! Бежать! Страшно!». Весело то как, честное слово! Вешаю людскую «личину» обратно. Вот уже трое заметили покинутую разумом оболочку. Спешат, откусывая куски друг у друга, верещат, цапаются, но плывут вперед. Забавно.

Отделяю сознание и плыву им на встречу. Замирают демоны. «Эй милюзга», «кричу» им. Привет завтрак, обед и ужин в трех «лицах»! Мне давно надо пополнить резервы, затраченные на прорыв сфер и бегство с Архипелага. Кусь, Ам, Чавк! Не вкусные, бррр, зато очень «питательные». Возвращаюсь, воссоединяясь с телом. Надо заняться, утряской и разложением полученных сил по «полочкам». Что бы не мешали, не спешу скрывать свою сущность эрма. Демоны конечно не понимают, кто именно выступает сторожем шамана, но оценить энергетику и рисунок аур, способны. Лишь «подвывая», носятся они в отдалении и хочется и колется, а страшно! Прекрасно их понимаю, если уж магу Потока стало не по себе, рядом со мной, то что говорить о этих, во многом ущербных, созданиях.

Слаагеш отсутствовал до самого рассвета. Мне уже даже надоела эта игра, в импровизированные салочки. Закрыться, подманить, раскрыться, посмотреть как удирают демоны, а те кто не успел… Как я раньше не догадался, так пополнять свои запасники? Врата «вниз» открывались намного чаще на Архипелаге, нежели происходили разрывы свода, это обуславливалось общим током энергий мира. Тут же озвучил эти мысли, надеюсь Ларт или кто-то из эрмов, до сих пор следит за мной. Им эти знания пригодятся.

Тело юного шамана, скрутилось дугой и зашлось в остром приступе кашля. Насильно раскрыл, сведенные зубы Слаагеша и влил в рот, заранее подготовленный, мерзко пахнущий настой. Постепенно судороги прекратились и шаман забылся коротким сном.

— Учитель, как вы справились? — падаван проснулся ближе к полудню.

— Это было не сложно, — пожимаю плечами, давая понять, что подробнее на вопрос не отвечу.

— Там, там было, нечто ужасное! — Его начинает опять трясти от воспоминаний о пережитом. Протягиваю приготовленный мной горячий чай, пусть успокоится. — Сперва все было нормально, я выследил демона в кристалле, он могуч, более сильного, если судить по тени, никогда не встречал! — вот это любопытно. — Правда я не много их видел, — а ну да, он же только ученик. — А когда возвращался, вот тогда. — Глаза распахнулись в возвращенном ужасе. — Тогда, увидел! У моего тела находилось что-то невероятное! Жуткое! Сияющее ослепительным светом, золотого с кровью. — Это так выглядело, из глубины нижних сфер? — Я подумал, что навечно останусь плавать в нижнем мире, как потерянный дух. Но нить связи не была разрушена. И рискнул вернутся. Как вы его отогнали? Этот ужас? Старый учитель никогда, мне не говорил, что внизу есть хоть что-то подобное!

— Не видел никакого ужаса. — Ну не было у меня зеркала и желания разглядывать себя со стороны. — Тут был только я.

— Значит пригрезилось, — с явным облегчением шепчет шаман. — Иногда отвары заставляют видеть, то что никогда не было. — Еще бы, судя по запаху и некоторым знакомым ингредиентам, очень сильный галлюциноген.

— Ты упомянул, что видел след искомого демона, — возвращаю его к интересной мне теме.

— Да, они в дне пути на юго-восток! — что вот так просто?

— Постой, а почему тогда, вы не выследили напавших? Если достаточно было шаману погрузится в нижний мир и понять куда, двигаются осквернители!

— К западу от гряды, это не так легко. Там большая «глубина» и обитают очень могучие демоны, а не та мелочь, что к востоку от Пика. Храм заточения стоит на месте проекции, одного из центров силы нижнего мира, на наш. — Интересно и даже познавательно, но совсем мне не нужно.

А так ли я хочу догнать отряд темных? В прямом смысле, конечно нет, а вот сесть тому на хвост, это заманчиво. Не думаю, что подобная миссия известна всем обитателям Хладного леса. Скорее отряд скрытно будет передвигаться, даже по «своей» территории. До места передачи кристалла. А вот это шанс. Было только две проблемы. Первая: догнать до леса и по их следам миновать пограничную область. Вторая: мастер следов, думаю он уже знает, о моем преследовании. Точнее знает, что кто-то «взял его след». Одна надежда, что мастер это наемник и покинет темных, как только войдут в Лес. Эта мысль, не была такой уж натянутой. Мастера следов, большая редкость и почти все они люди. По крайней мере, вампирам это знание не доступно в принципе, а о подобных умельцах расы дроу, никогда не слышал.

— Мастер, а вы можете не возвращать мне лапку-амулет, — сбиваюсь с размеренного шага. Это, что за фантазии бродят в зеленой голове?

— Лапка же знак того, что я твой учитель? — приглядываюсь к коготкам артефакта.

— Да, но если вы мне её вернете, я буду обязан вернутся к мастеру Глаамешу.

— И? Ты его так не любишь.

— Люблю! — Сверкает очами. — Но очень хочу посмотреть большой мир! — Ох, юный идеализм и жажда «дальних морей».

— А если, я никогда не верну тебе амулет?

— Пока мой знак, находится у кого-то, тот является моим учителем.

— А если кому-то, никогда не вернут подобный амулет?

— То тот навсегда останется учеником, — мне показалось или подобная перспектива его больше радует, чем страшит? Оно мне надо, вешать ТАКОЕ ярмо на себя?

— Скажу, честно, я не готов, к такому повороту событий, но пока можешь следовать за мной.

Мы шли весь остаток дня и полную ночь, перекусывали на ходу, не позволяя себе остановок. Впереди шел Слаагеш, надеюсь это собьет мастера следов с толку и тот решит, что темных преследуют гоблины. К востоку от Пика Мороза было значительно теплее. Как объяснил шаман, океанское теплое течение, было виной, столь резкому перепаду температур. Теплые воды шли с восточного океана, огибая материк. На западе, же наоборот господствовали холодные течения.

— Стой! — какие хитрецы.

Замечаю на нашем пути, магическую ловушку. Не простую, а очень простую, от этого еще более изощренную. Магическая бомба, её заряд недостаточно велик, что бы причинить существенный вред подготовленному преследователю. Но не в этом суть ловушки, не в обычном «бумс». А в том, что подрыв, вызовет спонтанный прорыв «вниз», так как в этом месте особенно тонка грань. Для этого специально направленная бомба имела достаточную мощность. Хитрые. Но мне становится понятно, эта западня рассчитана на гоблинов, плохо ориентирующихся в классической магии. Разумеется сильно навредить шаманам и воинам длинноруких, это не сможет, но задержит основательно. Ведь зеленокожие считают себя стражами от нижнего мира и не успокоятся, пока не загонят всех демонов обратно. А это потеря времени и существенная. Интересно, а ведь получается, дроу могут шантажировать гоблинов, расставляя повсюду бомбы с «часовым» механизмом и подобным типом действия.

— А, дроу никак не поймут свою ошибку! — После моего объяснения, Слаагеш улыбается. — Подобные пакости они одно время повсеместно раскидывали в пустошах. Но это вызовет только, временный разлом, который затянется сам. А демоны, что успеют его покинуть, будут затянуты обратным током срастающегося разрыва. Через час-два, после взрыва, тут уже все будет как прежде, без чьего либо вмешательства. — Вздыхаю с облегчением.

Дальнейшая дорога, была лишена подобных неожиданностей. Мне уже становилось четко понятно, нагоняем, когда на горизонте показалась темная полоска, верхушки сальков. Эти деревья не пришли из мира Земли. Их родиной был мир Леньйи. Огромные великаны, у основания в десять обхватов. Возносились на высоту пятидесяти, а то и семидесяти метров. Лишенный каких либо ветвей у земли, ствол, покрытый могучей корой толщиной почти в локоть. И только у самой вершины, раскрывается, огромным бутоном ветвей, сальк. Ветви с настолько густой и плотной, вечнокоричневой листвой, что даже в яркий полдень, солнечные лучи, не всегда находят тропинку до земли. Соседние деревья, переплетаются меж собой этими побегами, создавая мирок вечной полутьмы — Хладный лес. Облюбованный множеством странных, зачастую чуждых, созданий, верхнюю строчку которых, по праву занимают темные эльфы или иначе дроу.

— Мастер! Там впереди, бой! Я чувствую потоки сил. — С кем это схлестнулись, уносящие кристалл?

— Вперед, бегом! — вмешиваться не будем, но успеть взглянуть хоть одним глазком, надо.

Бежали так, что даже выносливый, как и все представители своей расы Слаагеш, запыхался и тяжело хватал ртом воздух. Взобравшись на вершину, пологого холма, залегли, прячась в невысокой, но густой поросли осоки.

Мы почти опоздали, развязка боя была близка. Судя по количеству тел, тех кто уже не поднимется никогда, билось два, изначально небольших подразделения. Бой начался видимо, в паре сотен метров, от возносящихся стеной, рядов сальков. Сейчас же сражение шло почти у самых стволов. Преследуемых нами, легко было узнать по светлым плащам, маскировочной полярной раскраски. Их же противники, были в стандартном цвете сальковых оттенков. И надо сказать, у напавших дела были «просто швах»!

Светлые камуфляжи, обладая начально меньшим числом, снимали высокую цену, как минимум четверых за одного своего. И перелом уже наступил. Недооценившие противника нападающие, терпели поражение. Из них остался только один маг и тройка бойцов, против четырех воинов и пары заклинателей. Еще полминуты и всё закончится. Но где кристалл? И мастера следов, не чувствую, совершенно. Но в очередной раз, жизнь показала своё коварство.

Пара длинных стрел, вырвалась из темноты Леса. Что бы через долю секунды, пробить защитные сферы пары вармов и расцвести белыми бутонами оперения, в их телах. Но это было только начало. Не смотря на то, что стрелявших было не больше двух, они выпускали стрелы, со скоростью стрелкового батальона! А затем из вечной полутьмы сальков пришел магический удар, такой силы, что смел все щиты оставшихся на ногах заклинателей из отряда кристалла. И в тот же миг, очередная пара древк перерубила им шейные позвонки.

Краем взгляда замечаю, что Слаагеш, пытается зарыться в неподатливую землю, причем делает это всем телом, на манер пустынных ящериц. Откуда в нем подобная склонность? Эти попытки, разумеется безуспешны. Но я его понимаю, у самого возникло мимолетное желание, убежать. Энергетика удара, одни махом раскрошившего в пыль защитные барьеры, не последних магов из топтавших эту землю, впечатляла. Подобное доступно малому числу, это уже уровень Великого!

Да и выстрелы. Не используют темные эльфы, луков, предпочитая более сложную механику арбалета. Особенно их малые вариации, способные поместится под плащ, для незаметного ношения. А прилетевшие из леса стрелы, явно выпущены из лука. Да и характерно белое оперение, очень редко используется кем то другим, кроме…

Мои размышления прерывает, показавшаяся из-за стволов сальков пара. Как чужеродно смотрятся эти знакомые силуэты, так далеко от сельвы. Плавно, едва касаясь земли, скользят высокие эльфы, направляясь к выжившим дроу. Не для того, что бы добить, наоборот, предложить помощь. А за их спинами, пружинистой, несколько дерганой, в сравнении со своими светлыми сородичами, походкой шествует темный маг.

Обычный на вид представитель своей расы. Не высокий, мне по грудь, альбинос с обсидианово-черной кожей. Наверняка у него красные глаза, но это не различить с такого расстояния. И только рисунок ауры выдает его. Флакссард до'Уорн его имя. Главный маг великого дома Ллос. Самого жестокого, могучего и консервативного дома Хладного леса. Третий, в табели «о рангах могущества» среди темных ушастиков.

Слаагеш, дергает за рукав, жестами показывая: «пора делать ноги, шеф!». Но мои планы уже иные. Отказываться от подарка судьбы это глупо.

— Вставай, пошли, — в подтверждение своих слов, выпрямляюсь в полный рост.

— Но!.. — гоблин не понимает, но как ученику ему это и необязательно.

— Это приказ! — не вяжется мой строгий тон, с не покидающей лицо улыбкой.

Развожу руки в стороны, показывая открытые ладони, универсальный знак добрых намерений. Спокойным шагом, спускаюсь с холма. Юный шаман, идет след в след, прячась за мной. С одной стороны, прикрываться учителем, наверно плохо, но с другой, очень разумно.

Удивление дроу, на наше появление вполне понятно. А вот спокойная реакция, подпоясанных луками, это меня настораживает. Взмах руки и короткая команда: «это свой!» и дроу опускают оружие, а Флакссард приглушает магические щиты. А старый мой знакомец идет на встречу.

— Mae govannen, Даг!

— Vedui, Еарн. — кланяюсь сперва старшему, — Туронт, — а затем старшине.

— Что тут происходит, кто этот человек, галакт? — Ого, за время прошедшее с момента нашего расставания, Еарн стремительно взлетел по карьерной лестнице. Надо же «галакт», второе или третье лицо в иерархической военной структуре зеленых эльфов. А какой именно зависит от приставки «С» — стратег или «Т» — тактик. Но так как, подошедший к нам, великий темный опустил эту деталь, я пока в неведении.

— И вам моё приветствие! — до'Уорн не вежлив, не дело обращаться в третьем лице, когда я стою рядом.

— Здрасти! — в голосе мага просто прорва сарказма. — Еарн, кто этот клоун?

— Представляется он Эх Даг Ором, мы встречались раньше. — Бывший полковник, пожимает плечами, давая понять, что большей информацией не обладает.

— И? — Великий едва сдерживается, что бы не впасть в гнев. Темные вообще падки на быстрые перемены настроения.

— Фла, отстань от меня, а! — Ого, так могут разговаривать только очень старые знакомые. — На, сам разбирайся! — достает из внутреннего кармана, сложенный листок тростниковой бумаги. — Читай.

— Я правильно узнаю, — глаза темного готовы выпрыгнуть из орбит. — Это почерк Аури? — Еарн утвердительно машет рукой. — Как-то я погорячился. — И уже обращаясь, ко мне. — Прошу простить меня за излишнюю резкость, — изящный и совсем не наигранный полупоклон. — Не может быть клоуном тот, за кого просит любовь всей моей жизни. — Шуткой он пытается скрыть, что сказанное им правда. Но по мимике Еарна, я успеваю понять, Флаксаар искренен в своих словах. — Эх Даг Ор, можете всецело располагать мной! — Эээ, хоть бы краем глаза взглянуть, на текст записки, что он там прочел то?

— Что ты тут делаешь? — отведя меня под локоток в сторону, на ухо шипит галакт.

— Ты был не удивлен, увидев меня. С чего этот вопрос. — Прижать себя в диалоге, значит уступить инициативу, а я сам нахожусь в некотором шоке от подобной встречи.

— Да, что происходит! — Еарн, постукивает пальцами по бедру. У светлых эльфов это почти аналог, человеческого хватания, себя за волосы. — Фла, отдай записку. Отдай, я тебе говорю! — Великий маг, явно не желает расставаться, с листочком. — Так, — Еарн вот вот выйдет из себя. — Отпусти лист сейчас же! Я его тебе потом отдам, — замечая проскользнувшую на лице темного неуверенность, дожимает. — Подарю даже, навсегда! — Это возымело свое действие. — Теперь ты читай. — Протягивает записку мне.

Тяжело передать суть изложенную всего двумя предложениями. Эльфийский язык изобилует словами, имеющими до десятка разных оттенков и интерпретаций. А их сочетания… Но общий смысл, был ясен: «При встрече с Дагом, помоги ему. Это личная просьба, сделай это для меня». И витиеватый рисунок, лиловой лилии, вместо подписи. Пара строк, написанных женской рукой, но от них веет тем, во что я не верю, веет предназначением и судьбой. Что ты увидела, за недоступным другим горизонтом, Видящая? Но бумага не умеет говорить, оставляя мой вопрос без ответа. Возвращаю, сложенный вдвое, листок галакту, тот немедленно передает его обратно до'Уорну.

— Я не в состоянии этого понять Еарн. — Качаю головой и встречаю сочувствующий взгляд великого тактика.

— Гоблин с тобой? — от семиступ! Как я мог забыть о ученике! Бедный Слаагеш, окруженный дроу, застыл каменным изваянием, опасаясь даже дышать.

— Да, это мой временный ученик, — эту фразу слышит, казалось полностью погруженный в созерцание, Флакссард.

— Гоблинский шаман в ученичестве у человека? К тому же не обученного, а всего навсего энергета?! — Маг прячет свою «прелесть», а точнее письмо написанное любимой рукой, в ближний к сердцу карман. — Я хочу слышать эту историю!

— Верховный маг дома Ллос, — Ист, переходит на официальный тон. — А не кажется ли вам, как одному из лучших аналитиков мира, — что вот так, без иронии? И резко повышая голос. — Что нам пора убраться отсюда подальше! И по возможности, скрыть произошедшую тут бойню!

«Скрыть» в понятии дроу, оказалось сложить все тела в кучу, как своих так и чужих. По мародерствовать, вытащив все отдаленно ценное из карманов и кошелей. А затем испепелить, оставляя только уносящийся в пустоши пепел. По мне так чрезмерно кардинальное решение.

Согласием ответил на вопрос, последую ли я за бывшим полковником и его знакомыми. Пару минут потратил на то, что бы вывести ученика из ступора и предоставить тому выбор. Уходить, получив лапку-знак прямо сейчас или следовать за мной, пока я не решу иное. Слаагеш размышлял не долго, выбрав второй вариант, жажда приключений и любопытство, перебороли страх.

Хладный лес, непривычно это место взору человека. Не готово даже сознание, воспринять то что видят глаза. Слишком иначе выглядит он от того, что мы представляем о лесах. В нем почти нет травы, зато в обилии круглый год растут различные виды грибов, но даже самый опытный грибник, вам не скажет, съедобны они или нет, если он конечно не дроу. Полумрак, напоминает о сказках далекого детства, о тех ужасных местах где живут лешие и баба-яга, а мягко проминающийся под ногами мох, легко гасит звуки шагов. Лес молчалив, тих, зловещь и безжизнен. Но конечно первое впечатление обманчиво, просто надо уметь замечать. Тут не увидишь белку, лису или зайца, зато легко можешь запутаться в ловушке гигантского паука, размером с голову. Или поверив в надежность земли, провалится в, вырытую корневым львом, яму. Да и не все стволы сальков безопасны, некоторые облюбовали те кого называют дриадами. Но это непривычные по сказкам Земли создания, а злобные духи, готовые усыпить путника у дерева и питаться его снами. И многое многое другое, чего не встретишь больше нигде в этом мире.

Мы ушли от места боя не очень далеко, всего час пути под переплетенными ветвями. Когда до'Уорн всех остановил и приказал разбить лагерь. Двум воинам требовалась помощь, дальнейшее передвижение могло привести к осложнениям. Слаагеш вызвался помочь раненым. Альтруист, семиступы его затопчи! Вот какое ему дело до темных эльфов? Может за уши подергать хочет, под благовидным предлогом? Я бы к примеру не отказался.

— Даг, подойди, — Еарн призывно машет, из-за соседнего салька. — Мы тут подумали, — кивает на присевшего рядом, на раскладной, походный стулик, Флакссарда. — Нам следует узнать твою историю. Но, так как я понимаю, что односторонний обмен информацией, это не честно, — до'Уорн, скептически приподнимает бровь. Понятно, что так думает только сам галакт, великий же считает иначе, но готов подыграть Исту. — Мы готовы рассказать, то что знаем.

Первым свой рассказ начинает Еарн. Присаживаюсь прямо на сухой мох, прислоняясь к теплому стволу. История светлого эльфа, не очень интересна, по его появлению в Хладному лесу, её можно легко просчитать.

Как я и думал, после нашей встречи, тогда еще полковник, отправил гонца в высшую инстанцию. Оттуда пришел указ, проследить за мной, чем Еарн и воспользовался как поводом, навестить старого знакомца Гурнара. Но уже в замке барона, его догнал приказ, о повышении до звания Т-галакта и распоряжение, двигаться к дроу с посольством в дом Ллос. Этот великий дом, всегда занимал про-зеленую позицию, в политических играх темных. Не потому, что это сулило большие выгоды, а просто так, дабы позлить остальных. Для дроу это более чем достаточный повод, даже больший чем возможные барыши. Представители Ллоса изрядно веселились, наблюдая как остальные великие дома, скрежещут зубами от этого «противоестественного» союза. Записку от Видящей, он так же как и я, нашел в походном рюкзаке, когда покидал замок фон Курта. Мотивов Аури, он не знал или просто не признался в этом мне. А вот, история темного…

— То чему свидетелями мы являемся, началось намного раньше. — Флакссард, перекатывает по губам соломинку, где он её достал? Тут же нет травы. — Около шести лет назад, по непонятной причине, начали умирать вампиры.

— Как это «непонятной», их кто-то изощренно убивал, не оставляя следов? — Вампиры просто так не умирают, от старости или от болезни, поэтому я попытался уточнить.

— Нет, просто вчера здоров, сегодня труп. Дело происходило в самом центре графств. Сперва на одиночный случай, клыкастые не обратили внимания. Но потом начались повторения. Многочисленные расследования, в том числе и лично одним из графов, ничего не выявили. Конечно панику это не вызвало, до того момента, как чуть не погиб д'Серн, — «граф рубежей», самый могучий из кровососов. — Пообедал как обычно, кровью ребенка и через два часа чуть не окочурился. Вот тут, вампиры начали просто рыть землю. Но ответ нашли не они, а наемный маг д'Серна, обычный человек, ранга магистра, некий Глуд Моор. Но впрочем эта деталь не важна. Он предположил, что происходящее происки феи.

— А причем тут могли быть феи? — мне и правда не понятно.

— Как оказалось, этот наемник был прав. Любое благословение феи, делало кровь одаренного, сильнейшим ядом для вампиров. — Этого я не знал, да думаю никто не знал.

— Получается фея жила прямо в графствах. Ведь если случай был не единичный… — высказываю предположение.

— То благословляющая где-то рядом, — заканчивает за меня до'Уорн. — Так и оказалось, её нашли в одной из деревень при замке. Это конечно оказалось не так просто, но магию крови обмануть тяжело. Хотя надо признать, искали вампиры без малого почти четыре года. Пожелай фея Цирин, сменить место своего пребывания, все усилия клыкастых пошли бы прахом, но она не захотела.

— Её пленили? — этот вопрос, сам вырывается у меня

— Не следует держать графов за дураков, это чревато. Они были прекрасно осведомлены, чем заканчиваются «игры» с заточением фей. Навлечь на свои головы нескончаемые бедствия, они не желали. Просто предложив Цирин, покинуть территорию графств, предварительно указав на всех благословленных детей. Та ответила отказом, сказав, что никуда не уйдет и это то место, которое она выбрала. д'Серн, дал ей на размышления два дня. По истечении этого времени, д'Серн собственноручно убил фею. По его словам сделав это максимально безболезненно, она не сопротивлялась. Так погибла последняя фея в нашем мире.

— Как последняя! — еле удерживаюсь, что бы не вскочить на ноги.

— Флакссард, долгое время возглавлял аналитический отдел своего Дома, — объясняет Еарн. — И не за красивые глаза, ему досталась эта должность, поверь. Раз говорит значит знает, — подмигивает мне, — если не желает конечно соврать. Но сейчас он честен.

— Великие дома одно время интересовались феноменом фей, некоторые даже желали заполучить одну из них себе. Слишком необычны способности этой расы и почти недоступны другим.

— Я тут вспомнил, — галакт задумчив. — Есть косвенное доказательство, того, что Цирин была последней. Примерно два года назад, я застал Аури плачущей на своей любимой поляне.

— Той, что с лотосами? — а откуда до'Уорн это знает? Видимо связь родственных рас, более крепка, чем все думают.

— Да. Она просто рыдала взахлеб. Когда я спросил, что случилось. Она ответила: «Милосердие покинуло этот мир».

— Почему, прекрасная Аури, так переживала, за какое-то там милосердие?! — Простое упоминание о давних слезах эльфы, привело до'Уорна в бешенство.

— А ты не знал? — Еарн, радостно хлопает в ладоши. — Наконец то я могу тебя уесть, племянничек! — вау! В роду до'Уорнов, Верховный маг полукровка? — Первых Видящих, Повелительнице помогали обучать феи Лаиса и Танит.

— А мы то голову ломали, почему след их убийства тянется в ветвь Тэр, — от этих слов великого, Еарн дергается как от пощечины.

— Фла, ты уверен в том, что только что сказал? — руки галакта нервно теребят рукоять кинжала.

— Нет, это лишь предположение. Но самое возможное, если судить по нашим данным.

— Знаете, о чем я сейчас думаю? — чувствую себя так, как будто сел голым задом на раскаленную сковороду. — Что стоит мне рассказать свою историю, как вы меня убьете. — Такие тайны, это…

— Успокойся. — Флакссард, даже приподнимается со стула, что бы успокаивающе хлопнуть меня по плечу. — Хоть письмо Аури и предназначалось, моему любимому дяде. Но там была просьба о помощи тебе. Что для меня приравнивается, к рекомендательному письму. В силу личных причин, это очень весомо для меня, считай, что тебе присвоен высший допуск дома Ллос.

— У Еарна такой же допуск? — ну куда лезет моё любопытство.

— Он ему дан, еще до моего рождения, — первый раз вижу как смеется темный эльф. На удивление приятное зрелище, разглаживаются острые черты, да и чуть большие нежели у людей клыки, выглядят не столь вызывающими. — Но продолжу. На теле убитой феи д'Серн нашел записку. И тут в графствах поднялась такая суета! Которую мы не видели, со времен войн расселения. Вампиры в буквальном смысле «встали на уши». Были мобилизованы все клыкастые, вармовские подразделения укомплектованы в двое, сверх штата. Во все стороны мира отправились поисковые партии, которые тащили в замки любые артефакты. Наш верховный совет, — в который входят по одному представителю, от каждого Великого дома. — решил, что графы готовятся спасать свою шкуру, в каком-то надвигающемся глобальном катаклизме. К тому же разведка установила, д'Серн прочел в оставленной фей записке какое-то предсказание.

— Постойте, ни дроу ни вампиры, не верят же в судьбу! — с чего такая суета графов, в таком случае то? Мне не понятно.

— Верно, не верим! Судьбы нет, а большинство предсказаний бред сумасшедшего. Но всё меняется когда речь заходит о феях.

— Что заставляет так к ним относится? — два досадных пробела в моих знаниях: драконы и феи. И если о первых я теперь знаю, то вторые по прежнему тайна.

— Способности фей необычны и странны. Мы назвали их магами вероятности, это очень точно описывает их талант. Они как бы «видят» возможные направления, по которому двигается мир. Как пример, фея может благословить младенца, на любовь. Ни один другой маг это не сможет. Разве, что сделает более красивым, сильным, привлекательным, но любовь… нет, пообещать не сможет. А фея своим благословением помогает выбрать верную нить будущего.

— Получается будущее все же предопределено? — вспоминаю о записке, Видящая предполагала встречу Еарна со мной.

— Конечно нет! Но как не велик мир и все в нем происходящее, количество ветвей возможного развития ситуаций, всё же конечно. И как мы считаем, феи умели эти нити видеть и каким то образом на них влиять.

— Но получается, не стыковка! — есть нюанс, который я тут же озвучиваю. — Будь оно так, все феи были бы живы до сих пор!

— Есть два варианта, они не видят свои нити. И второй, как мы считаем более возможный. Они погибали из-за своих слабостей. Доброты, милосердия и гипертрофированного псевдоматеринского инстинкта. — С точки зрения дроу, это точно огромная слабость. — Итак, далее. Наш совет, узнав об этом, выдвинул графам ультиматум. Озвучить предсказание, если ответ будет отрицательным, то темные эльфы объявят войну вампирам. Судя по реакции клыкастых, надвигалось нечто страшное, мы тоже хотели обладать информацией об этом. Но графы клялись, что записка феи касалась только их и не в некоем разе, не затрагивала остальной мир. Нам удалось только узнать часть, в написанном был намек, что «кто-то придет!».

— А есть, анализ, кого имела ввиду Цирин, в своей записке?

— Конечно есть. Но не нашли ответа. Мой помощник предложил заглянуть глубоко в прошлое, его специализация, анализ преданий и легенд. Так вот, он предположил, что графы напуганы, возможным появлением в мире, своего давнего ужаса. Эрмов! Но это же сказка, их никто никогда не видел, с момента исхода. — Но тут Флакссард дергается и судорожно переглядывается с Еарном. А что это они начали, так косо на меня смотреть? Игнорирую это всеми силами, делая вид, что не замечаю перемены.

— А кто такие эрмы? — прикидываюсь дурачком.

— Не важно, — интересно они повелись на моё наигранное неведение? — Тебе достаточно знать, что для графов это самый страшный кошмар, со времен исхода. Год назад, графы, предложили нам заключить союз, пойдя на большие территориальные уступки. Но у этого была своя плата. Вампиры хотели заполучить своего бога-демона. На, что совет тут же ответил согласием. Надо признать, что мы бы согласились, даже без каких-то уступок со стороны кровососов.

— Почему? — вот так усилить соседа? Это не в привычках дроу!

— Процесс создания подобного существа, очень сложен. Есть множество нюансов и подводных камней, так же он очень опасен. Думаю погибни Ш'лоб, мы бы не решились второй раз на подобное. Но как раз с её помощью, повторный ритуал провести намного легче. А если учесть, что она самый древний демон мира, то в процессе обряда, она запросто подчинит более слабого и молодого. А это дает в наши руки, перспективнейший рычаг давления на клыкастых. Видимо графы, о чем то подобном догадывались и решили подстраховаться. Они хотят «вселить» своего демона в оболочку ти-рэкса, это нам стало известно из рассказа Еарна. Вампиры уверены, что природная антимагическая защита ящера, нейтрализует давление Ш'лоб. Мы их в этом не разубеждаем! пусть верят! — реакция Флакссарда, говорит о том, что вампиры крупно ошибаются, возможно даже фатально для своего будущего. — Так же графы, попросили помощь, в добыче демона по старее, мотивируя это тем, что «растить с нуля» долго, а время поджимает. Отряд с которым мы сражались, как раз и нес добычу.

— Но зачем вы напали на них? Зачем мешаете, если это так выгодно дроу?

— Не пытайся искать логику в мотивах темных эльфов. — Отвечает Еарн. — Хочешь представить, как думают дроу? Просто вообрази себя маленьким мальчиком, у которого отобрали конфетку!

— Очень умным и сообразительным мальчиком, — до'Уорн не возражает по сути, лишь дополняет. — А так же невероятно злопамятным! — Наверно это, что то смешное, Еарн и маг хохочут. Не буду спрашивать в чем нюанс, видимо личные воспоминания.

— Твоя очередь рассказывать, — вытирая шелковым платком, выступившие от смеха слезы, произносит галакт.

Пока слушал чужие повествования не терял времени даром, прорабатывая свою речь. Как не были откровенны со мной собеседники, раскрывать чужие секреты, посчитал не честным. Да и свою главную тайну пропустил в своем рассказе. Если уж погибли все миролюбивые, не желающие зла феи, то за нами эрмами, наверно вообще откроют массовую охоту. Меня почти не прерывали, внимательно слушая и только когда закончил, Флакссард начал спрашивать.

— Значит штурмовики первого легиона предположили, что в кристалле был заточен Ш'выыг?

— Да.

— Что ж, вполне разумный и сильный ход, со стороны графов.

— Это, что то меняет? — Ист опережает меня, своим вопросом.

— Нет, результат будет один по прежнему.

— А кстати где кристалл? — вспоминая главную деталь.

— Нашего многомудрого хитреца, — Еарн прожигающе смотрит на темного мага. — Обвели во круг пальца! Подставив фальшивку.

— Я специально не показывался и набрал средних бойцов, для этой операции! — Флакссард оправдывается перед своим дядей. — Но с отрядом совета, был треклятый Натаниэль Бам! — Клыки темного угрожающе оголяются.

— Это лучший мастер следов, которого можно нанять за деньги. — Поясняет галакт.

— А значит вообще лучший! — есть у дроу такой недостаток, все мерить золотом. — В общем мне подсунули, загардотряд, а Бам затуманив след, ушел вместе с кристаллом и командирами. Они уже далеко, моя попытка провалилась! — И поднимаясь с своего стула, кричит занятым лечением бойцов. — Как они, идти смогут? — Получив утвердительный ответ, продолжает. — Ист, тебе надо определится идешь со мной или нет?

— В принципе, я всё выяснил. Большой войны судя по всему не будет, а ваши игры с вампирами, нам конечно интересны, но не настолько, что бы сильно переживать. Да и в обстановке нынешней ситуации, Хладный лес опасное место для светлых. Пойду с Туронтом посоветуюсь, ты же знаешь на кого он работает по совместительству.

— Знаю, на безопасность. — Флакссард понимающе подмигивает, дожидается ухода Еарна и спрашивает у меня. — Ты неотъемлемая часть происходящего, на тебе скручиваются многие нити этой истории. Хочу предложить тебе, посмотреть на концовку. Я буду в посольстве совета, направленного к графам, вместе с жрецами и представителями других Великих домов. У меня вакантно место личного телохранителя. Это будет не более чем формальность. У нас минут двадцать на сборы, это твое время подумать.

— Вы попытаетесь помешать ритуалу, в конечной фазе?

— Нет, эта была последняя попытка. Дальше меня просто не поймут свои же. Надо уметь проигрывать и признавать своё поражение. — Я ожидал больших переживаний, но реакция до'Уорна больше напоминала легкую досаду, не более.

Великий маг, отправился к своим, что-то выяснять. А вот мне стоило подумать. В скором времени кровососы получат, как они считают, хорошее усиление своей власти и сил. Но пройдет немного времени и графы, станут не более чем марионетками в руках дроу. Если подобная перспектива, для ушастых темных в основной массе, была заманчива, то вот остальному миру грозила большими потенциальными неприятностями. Хотя, как бы я не относился к клыкастым, следует признать, графы не дураки. За многие века обрели даже некоторую мудрость. Вполне возможно, они смогут что-то противопоставить дроу. А может, запросто избавятся от новоиспеченного бога-демона, как посчитают, что опасность миновала.

В одном месте, соберется почти весь цвет темных эльфов: жрецы, совет, маги и сама Ш'лоб, а так же думаю все графы. На подобное стоит посмотреть, тем более, практически из вип-ложи, личного телохранителя Великого! Но надо честно дать себе ответ, на один вопрос. Смогу ли я, пройти мимо вампира и не убить его? Возможно даже разговаривать с ними и не проявить явной агрессии? Получится ли, подавить свою застарелую, многовековую злость?

Вспоминаю… Своё чувство яростного непонимания и внутренний крик: «Зачем ЭТИ в новом мире!». Взлетает «Мерцающий» в широком замахе. Пять клинков пустоты, в руках стоящих рядом, вторят мне, их молчаливый посыл понятен без слов: «Не место тварям, на новой земле!». И глаза, полные животного ужаса, когда привыкшие жить за чужой счет, понимают… Те кто потом станет графами, даже не сопротивлялись, хоть было и у них, достойное оружие, мечутся прикрывая свои драгоценные тела, будущими сородичами. И падают один за одним. Я знаю, так надо, не высшим силам, не справедливости. Так надо мне, а тем чьи руки держат рукояти звездных мечей? Им тоже надо. Они такие же как я! Я это они, я это мы. И двенадцатирукий спрут который есть Мы, Великий Эрм, собирает свою жатву, с тех кто привык «пить чужую кровь». Но гаснет клинок, замирают звезды на голомени. Вязну, в ставшем непреодолимо плотном воздухе. Но не это останавливает, а понимающий шёпот: «Так, надо. Не мне, не тебе, почти никому. Надо новому миру. Он выбрал их сам. Не требую, но прошу, остановитесь». И Мы уходим, оставляя в живых девять, дрожащих крупной дрожью, людей. Пока еще людей…

— Мастер, — вырывает меня из далеких воспоминаний о межреальности, голос Слаагеша. — Мне нельзя идти к дроу.

— Хочешь получить обратно ученический амулет, — снимаю с шеи лапку полярного зайца.

— Нет, тогда мне надо будет возвращаться. — Не понимаю его. — А я не хочу!

— Так что же ты хочешь, — у меня и так голова раскалывается, а тут еще ученик, со своими загадками.

— Передайте амулет, ему! — Как у Еарна получилось подойти так незаметно? Стоп! Гоблин просится в ученики к светлому эльфу??!

— Еарн Ист Уал, этот молодой гоблин в своем уме? — останавливаю желание, протереть глаза.

— Мы немного поговорили, — и когда успели то? — Слаагеш умный, молодой разумный. Мне он нравится. Я не против показать ему наш Лес.

— Знаете что! — вкладываю лапку в ладонь галакта. — Разбирайтесь сами!

— Мастер Даг! Огромное вам спасибо за всё! — это что еще, за слезы?

— Бывший мой ученик, а ну брысь с глаз долой! Пока я не передумал!

— Даг, — Еарн провожает взглядом, прыжками убегающего от нас Слаагеша. — Ты многое умолчал, в своем рассказе. Но кажется я понимаю твой мотив. И принимаю его. — Встает на носки, что бы прошептать мне: — Пока Видящая благоволит тебе, можешь всецело рассчитывать на любую помощь Флакссарда. И просьба. Если наши пути еще кода-нибудь пересекутся. Запомни. Ни я, ни Аури, не враги тебе. — отстраняется протягивая ладонь. — Navaer.

— Navaer, — шепчут мои губы, а глаза беспомощно моргают.

Глава XI

— Светлые уходят, — до'Уорн покачивается с пяток на носки и обратно. Почти двести лет от роду, а и впрямь как мальчишка. — Ты определился?

— Пропустить финал, ни за что! Каковы будут мои обязанности телохранителя?

— Быть неотступно рядом. Как ты сам понимаешь, реальная охрана, магу моего уровня не нужна. А вот по протоколу положен телохранитель. — Мне показалось или истинные мотивы Флакссарда, несколько иные? Возможно он как и Еарн догадался, о том кто я и желает держать поближе к себе. Лишний туз в рукаве, не помешает никому.

— Это легко, — а, что я собственно теряю?

— С ранеными оказалось все не так радужно. Идти конечно могут, но не быстро. Их надо доставить в ближайшую резиденцию Ллос. Это в стороне, от нужного мне маршрута. Так что пойдем вдвоем.

Собирать вещи мне было не нужно, в связи с отсутствием оных. Все моё имущество умещалось в карманах одежды. У темного тоже не было проблем, с тасканием на себя каких-либо тяжестей. Не потому, что верховный маг дома Ллос, путешествовал налегке. Отнюдь, просто было кому носить вещи за него. А так как сейчас, он не в чем не нуждался, то раскладные стульчики, походный шатер и прочее, были оставлены раненым и их сопровождающим.

По первому впечатлению, лес нагонял страх. Не животный ужас, не опаску связанную с непривычным местом. Страх шел из глубокого детства, со сказок рассказанных перед сном. Шумят во тьме далекие, переплетенные ветви. А в остальном, непривычная тишина и почти полное безветрие. И тени, кругом тени. Кажется, раз солнце почти не пробивается сквозь кроны, их не должно быть. Но привыкают к недостатку света глаза и тени заполняют всё вокруг. Бесшумно погружаются ступни в глубокий мох, ощущение сна, там тоже так бывает, тихо и нереально. Только все, что тебя окружает в Хладном лесу, к сновидениям отношения не имеет, это наяву.

— Еарн сказал, ты знаком с Гурнаром? — неужели он настолько известная личность, Фла не первый кто спрашивает об этом знакомстве. Ловлю себя на том, что называю в мыслях мага, так же как Ист.

— Если в продолжении вопроса будет, не играл ли я с ним в стратего. То ответ будет — играл и выиграл одну партию. — Два часа, до этого момента, великий маг предпочитал молчание. Дал привыкнуть к обстановке? Или просто думал о чем-то?

— Считаешь себя интересным собеседником? — у меня обманчиво ощущение, что голова у дроу «работает» как то не так, как у всех?

— Истово верю, что это от моего таланта слушать, — поведется на намек?

— Когда Великий маг ветви Уал, первый раз посетил наш дом с визитом, я прятался от него по углам. Как же сам Еарн почтил нас, своим присутствием. — Как это? Ист Великий маг? Чушь, у него почти нет способностей. Или не чушь и когда то были? И вообще зачем мне это рассказывают? — А он нашел меня, за камином. Смотрит так любопытно и говорит… Ха, не обманул, умеешь слушать! — Твоюж, пережуй тебя беззубый семиступ! Продолжение истории видимо не будет, развели меня, как слепого котенка. — Или вот. Играю я раз с фон Куртом, он раз проиграл, два, на третий говорит: «Надоели мне твои наперстки». А я, что похож на дурака, с ним играть в военные игры. Так вот, берет он значит шарик для игры… — Маг прерывает свой рассказ и начинает петь похабную песенку, причем на светлом наречии. Пилочку для ногтей достал, ногти равняет, под ноги не смотрит, жизни радуется, да краем глаза, на моё лицо поглядывает. Наверно я ослаб на голову, только через две минуты понимаю, что и эта история, досказана не будет.

— Гуляю я как то раз по лесу. — Сам напросился, на такие игры. Ведь в них, можно забавляться и вдвоем. И сейчас время моей подачи. — Травка шелестит, птички поют, красота. Вижу полянка красивая, так и тянет присесть. Сажусь, цветочки ладонью глажу. Рядом присаживается Аури и… О! не просветит ли господин верховный маг, своего спутника, этот гриб съедобен? — Делаю вид, что жутко интересуюсь, только что сорванной поганкой.

— Все грибы съедобны. — Знаю я эту старую шутку, про один раз. А вот огрызаться можешь сколько угодно, меня это не задевает. В отличии от гложущего любопытства. Теперь будем страдать на пару.

Повисшее молчание не было неловким. Скорее как пауза, взятая двумя дуэлянтами, после обмена уколами. Ориентироваться в направлениях, было не легко, когда лишен привычных ориентиров. Но чутье подсказывало, идем точно на юг.

Что я знаю о дроу? Много, очень много, но эти знания энциклопедические и носят скорее общий характер. Недавний разговор с Флакссардом, показывает, они другие. Более непонятные мне, нежели к примеру их зеленые сородичи. Даже гоблины, не смотря на всю их чуждость, как-то ближе. Надо быть осторожнее, не из-за желания сохранить расовую тайну, а из-за того, что бы не наступить случайно на скрытые «грабли», с непредсказуемыми последствиями.

— Скоро закат и станет совсем темно. Твоя аура говорит о том, что это тебе не помеха, в дальнейшем пути. — Ну да, при желании энергет может различать, чуть более широкий спектр.

— У нас не запланирована остановка? — я конечно не против, точнее мне все равно, но неужели благородный темный эльф к такому готов? Разумеется не физически, в этом плане до'Уорн даст фору очень многим. Или просто не желает ночевать, где непопадя?

— Если не будем устраиваться на ночлег, то выйдем по полудню, к северной резиденции Ллос. — Что он мне объясняет? Он же главный, а я так — телохранитель, какой у него резон?

— Как скажет начальство так и будет, — шутливо отдаю честь. Как это принято у дроу, прикладывая правую ладонь к брови.

— Ты мой подчиненный, только на глазах у других, пока мы одни, не придуривайся. — Считает меня равным? Плохо.

— Я знаю, что у дроу приняты интриги. — Не спешу ли? — Давай на время о них забудем? — Перехожу на «ты», подтверждая знак равенства между нами. Куда подевались, совсем недавние измышления о осторожности. Сую же голову в кипящее масло.

— Значит я прав, в своих догадках? — Мне бы так уметь, управлять лицом.

— Не умею читать мысли, — он не исправим, просил же без намеков и интриг.

— Не знаю, то ли ты имеешь ввиду. И не смотри на меня так! — Прячу раздражение подальше. — Не могу я иначе. — Он имеет ввиду, привычку говорить иносказательно? Так вроде его рассказ, при нашей встрече, наоборот отличался удивительной понятностью. Смешение кровей виновато?

— Кто я по твоему? — хватит, лучше спрошу в лоб.

— Не являюсь экспертом по сказкам. — Начинаю закипать. Как другие расы с ними общаются? — Знаю только как называют подобных тебе. — Уже лучше. — Ты тот кого именуют эрмами. Беда в том, что кроме этого, не знаю ничего. Поэтому, не знаю как ответить на вопрос: «кто же ты». — Может же, когда постарается.

— Подробного ответа не знаю сам. — Не могу понять, он мне верит или нет? — Получилось вот как-то так, странно…

— И что мы будем делать дальше? — Любопытный вопрос. И правда что? Ист показал, что догадался, но свалил домой, не влияя на моё ближайшее будущее. Я в первый раз оказался в ситуации, когда о мне кто-то узнал и имеет на меня планы. Не просто так же предложена должность телохранителя. Того кто всегда под боком.

— Ты соврал, что не будешь ставить палки в колеса вампирам. Ведь так? — Сколько возмущения, в отливающих красным глазах. — Не впрямую конечно. — Как бы дроу не любили ложь, отпечаток силы заставляет его очень осторожно относится к вранью. Ибо чревато. — По букве ты конечно прав, сам мешать обряду инициализации бога-демона, не будешь. Но вот привести под очи графов, того кто устроит маленькую войнушку, показалось хорошей идеей?

— Этот вариант очень заманчив. — Надеется, что не замечу, наращиваемую им энергетику защит? Или намекает, что готов к драке? Мои шансы на победу, в случае боя, не столь велики. По запасам сил, я его превосхожу, к тому-же есть пара сюрпризов. Но по умению и знаниям, проигрываю очень и очень много. Будь рядом букмекер, на себя бы я не поставил.

— А если я воздержусь, резать вампирские глотки? — На попятный идти уже поздно, остается только давить.

— А то, что мне просто любопытно за тобой понаблюдать, не веришь? — В это как раз верю, но то, что это единственное, нет.

— Давай хоть не надолго, будем откровенны. Какие планы у тебя, на мою скромную личность? — Стекают изменения, выпрямляются потоки, цвета энергий окрашиваются в иную гамму. «Мерцающий», жаль ты далеко. «Хашти» абсолютно бесполезны, не преодолеть им магических барьеров. Игра в «наперстки» закончилась, потому что мне надоела.

— Раз «в темную» использовать тебя не получилось, то считай никаких планов уже нет. Я не собираюсь связываться с неизвестностью, — приглушает щиты. — Твои предложения? — Вот так, отдает инициативу? Хотя… он же темный эльф, ему привычнее обходные пути, чем нырок не пойми куда.

— Ты враг мне?

— Сейчас нет, — скользкий ответ, а через пять минут? — Пока то, что лежит здесь, — не к сердцу он прикладывает руку, а к записке лежащей во внутреннем кармане, — имеет для меня значение, не враг. — Честное уточнение. Надеюсь, чувство просуществовавшее много лет, не исчезнет неожиданно в одночасье. Не хочется иметь Флакссарда во врагах, впрочем в друзьях тоже не хочется. А вот, что-то посередине, как союзника к примеру, это как он говорит: «заманчиво».

— Я тоже не враг дроу. Враг ли клыкастым? Уже не знаю, еще месяца два назад, ответ был бы однозначным, но сейчас. Мне надо разобраться в себе.

— Моё предложение остается в силе. Идешь дальше со мной?

— Иду, но хотелось бы уточнить один нюанс. Не хотелось бы косых взглядов в спину, да и вампиры станут настоящей проблемой, узнай они кто я.

— Где ты видел дроу, рассказывающего секреты, известные ему одному?

— Несколько часов назад, сидел рядом на походном стульчике один такой.

— Не путай. Во-первых: для очень многих происходящее вовсе не тайна. Во-вторых: Аури просит за тебя. — Никак не могу свыкнуться с мыслью, что это и правда такой важный аргумент. — Не хочешь рассказать о своем прошлом?

— Нет, — а он сам как бы ответил на подобный вопрос, чужаку?

Постепенно разговор сошел на нет, да и опустившаяся ночь, не располагала к беседам. Темное время суток в Хладном лесу, добавило умиротворение, скрыв его необычность маской темноты. Сальки кажутся как обычные деревья, далекий шелест листвы, тихие шаги во мху и не скажешь, что идешь по легендарному и ужасному, для людей месту. Ночь скрывает, дневную жуть полутьмы.

Вампиры, внутренняя моя проблема, даже не они сами, а моё к ним отношение. Вполне возможно Флакссард не так и неправ, в своем плане. Выдержу ли я, когда рядом окажется один из графов? Обычного вампира, уверен, смогу проигнорировать, но графа…

Если бы не видел построек дроу ранее в Театре, то наверняка бы застыл, пораженный необычной архитектурой северной резиденции дома Ллос. Удивительная комбинация дерева и камня, площадью пару гектар, закрытая единой полупрозрачной крышей. Трехэтажный особняк, его не защищают стены, как людские замки. Здание само по себе защитное и жилое сооружение одновременно. На первом этаже внешней стены отсутствуют окна, второй этаж же украшают очень узкие, больше похожие на бойницы застекленные щели. А последний третий ярус, наоборот почти открытая анфилада, цельно застекленная веранда. Стволы сальков растут прямо в стенах, заменяя опоры и балки, точнее вся постройка возведена и спланирована, с учетом этих древесных гигантов, гармонично вплетая их в свою планировку.

Нас уже встречали, было ли это следствием сигнального огонька, зажатого в руке темного мага или того, скрытого во мху, отряда рейджеров темных эльфов, что мы миновали полчаса назад. Не столь важно, нас спокойно пропустили до массивных, двустворчатых ворот, которые уже были раскрыты в ожидании.

Почетный караул, блеснул клинками оголенных мечей, встречая верховного мага своего дома. На меня почти не обратили внимание, мало ли кого привел до'Уорн. С их точки зрения, это его личное дело, спрашивать о котором моветон. Да и по рангу, не положено рядовым членам дома, интересоваться делами фигуры такого ранга.

Сославшись на неотложные дела Флакссард, скрылся в хитром сплетении коридоров, оставив меня на попечение миловидной эльфы. Как оказалось, выделили мне не гостевую, а комнату личной охраны важных лиц, прямо напротив дверей апартаментов самого верховного.

— Вам следует сменить одежду, — интересно на что? Запасного комплекта у меня нет. Но оказалось это предусмотрено. — Скоро вас навестит, мастер Дальк, он отвечает за экипировку наших воинов и подберет вам необходимое.

— Можно ли где принять ванну? — сколько я уже не мылся?

— Мы не принимаем ванн, — а этой детали жизни дроу, не знал. — У нас есть бани, — О! Это еще лучше! — Я попрошу накалить камни, как только всё будет готово, зайду за вами.

Наверняка, комната в которой находился, должна была обладать не одной входной дверью, а так же и потайными ходами. Но треть часа затраченные на их поиск, оказались безуспешны. Могло помочь магическое сканирование, но решил что не стоит того. Да и наверняка за мной наблюдают, если не сам до'Уорн, то кто-то иной точно, ощущение направленного внимания, меня никогда не обманывало. Тихий, но настойчивый стук в дверь, вывел меня из состояния задумчивости. Только хотел открыть, как щелкнул запор отпертый снаружи, вот и верь после этого замкам.

— Ты новый телохранитель верховного? — вот так с места в карьер, ни тебе здрасти, ни почтения. Но когда спрашивающий полностью показался в дверном проеме, я лишь мог вымолвить:

— Да, — и жадно хватать ртом воздух. Гном!? В обители темных!? В форменной одежде Ллос, которая сидела на нем несколько неказисто, слишком отличаются изящные дроу от массивных тангаров.

— Иди за мной, — и не дожидаясь подтверждения, дварф удаляется по коридору. Во всех расах бывают ренегаты, даже у полностью «отмороженных» шовинистов орков. Но подземник на службе у врагов своего народа? Такого не ожидал увидеть.

Три этажа здания, оказались лишь вершиной айсберга этой постройки. Под землю та зарывалась еще минимум на пять этажей. Может и больше, но арсенал к которому вел меня, столь необычный в этом месте, проводник, занимал именно минус пятый уровень и занимал его весь. Больше десяти тысяч квадратных метров, стеллажей, полок, ящиков, вешалок и прочего. Сколько же здесь оружия? На пару легионов хватит это точно. Видимо центральный запасник Дома, находился именно здесь, а не в основной резиденции, находящейся в центре Хладного леса.

— до'Уорн, сказал ни в чем тебе не отказывать. — Уперев могучие руки в бока, дварф исподлобья приглядывался. «С чего такая честь людю?» читалось во взгляде. — Сам выберешь? — а вот юмор у него привычный для подгорника.

— Могу и сам, — пожимаю плечами, показывая свою независимость. — Только времени займет много, а понадобится верховному, могу в любой момент.

— Людишки, — он явно хотел презрительно сплюнуть, но сдержался. Не в чести были подобные проявления чувств у дроу и ему приходится соответствовать их правилам. — Самоуверенные наглецы: «могу и сам», — тангар просто кипит от возмущения. — Не будь у меня прямого приказа, сделать все как можно лучше и быстрее. С удовольствием тебя бы тут оставил. А потом посмотрел, с чем же ты выйдешь из арсенала!

— Мы пререкаться будем или как? Меня скоро баня ждет. — Если обращать внимание на вспыльчивость и недовольство подгорников, то работать с ними будет очень тяжело. Одно хорошо в дварфах, как бы они к вам не относились, но если уж они взялись за работу, то сделают её неизменно качественно.

— С бронёй мне все понятно, — наметанному взгляду оружейника, можно было верить. Тот сразу оценил мою комплекцию и манеру двигаться. — Есть у меня пара «засечей», которые не потребуют особой подгонки под тебя. — Любопытно, «засечь» особый доспех, логическое продолжение теории и практики кольчуг. Отличие этого доспеха от обычного, в том, что кольца имеют разную форму и размер, причем меняться могут даже соседние кольца ряда. Он легче стандартной кольчужной брони, но за счет комбинирования деталей, дает лучшую защиту, его разработка основывалась на точных расчетах. Не в каждое место, может быть нанесен удар. А точнее, каждый участок тела, подвержен разным по силе и направленности возможным ударам. Вот эта идея и послужила основой разработки «засечи». Только вот изготавливать эту бронь тягомотно. Требуется не только мастерство, но и внимательность помноженная на трудолюбие. Опытный мастер брони, мог изготовить не больше трех таких особых кольчуг в год. Самое главное достоинство этой защиты, она не сковывает движения. Лучшие подразделения темных облачены именно в «засечь».

— Это хорошо, одно время я носил этот вид брони, — Арена, один раз оставила такой подарок. Пользовался я ей увы только два дня. Неосторожно оставленная на час, одиноко лежащей, на каменных скамьях амфитеатра, она была буквально по колечкам растащена гремлинами. Как они умудрились провернуть подобное с проковаными кольцами доспеха, загадка.

— Эх, — тяжелый вздох тангара, выдает некоторое разочарование, — жаль у тебя должность такая, — это он о том, что я «телохранитель»? — Так бы предложил отличную двуручную секиру, самое то для твоей комплекции. Но увы, не подходит. Дай ладонь, посмотрю, — протягиваю сперва правую, а потом по требовательному жесту и левую. Пальцы дварфа настойчиво мнут, сперва подушечки пальцев, потом саму ладонь, а затем доходят и до предплечий. Болезненная процедура, гном не пытается сдержать силу своих рук. Дварф в сомнении, что то бормочет, на плохо понятном мне диалекте.

— Что-то не так? — что он такого обнаружил, что бы так впасть в задумчивость?

— Сожми мою ладонь со всей силы, — встречаемся в рукопожатии. Не хотел показывать своих возможностей, но дварф не играл, а сразу налег со всей мощи. Жалобно затрещали кости. Инстинктивно реагирую. Гном изумленно кряхтит, еще увеличивая силу нажима. Конспирация конспирацией, но рука мне всё же дороже. Если уступлю, вся ладонь превратится, в набор мелко раздробленных косточек и хрящей.

— Может закончим? — весь пунцовый от усилий подгорник, с трудом разжимает захват. Кажется, что мои пальцы спаяны воедино, дела у тангара явно не лучше.

— Левая так же работает? — киваю. — Всё, можешь идти. Путь запомнил?

— Да, — это было не легко, коридоры резиденции не подчинялись, общепринятым нормам человеческой архитектуры. Они петляли, искривлялись, переплетаясь меж собой, как клубок шерсти, с которым позабавился игривый котенок.

— до'Уорн будет занят до вечера. К этому времени я закончу.

Зрительная память меня не подвела. Ни разу не повернул, там где не надо. Встречающиеся на пути темные, не проявляли никакого видимого любопытства. В очередной раз разминувшись с большой группой, спешащих по своим делам дроу, задумался. Сколько же народу в здании, по приблизительным подсчетам выходило больше тысячи. Своеобразный мегаполис, спрятанный под одной крышей.

— Вы уже побеседовали с мастером Дальком? — у дверей комнаты меня встречает, уже знакомая темнокожая эльфийка.

— Да и был очень впечатлён.

— Желание вымыться, у вас не пропало? — а что должно было? Или за этим вопросом, кроется что-то иное? Но играть в шарады, не хочется совсем.

— А баня уже готова?

— Да, я подготовила для вас малую парную. — И то хорошо, с учетом того, что парилки у дроу наверняка общие, без разделения по полу. Хотя, судя по чуть приопущенным векам, эльфа имеет определенные планы.

Спрашивается зачем я поднимался из арсенала? Пришлось проделывать обратный путь вниз. А затем еще глубже. Бани дроу питались горячими водами подземных источников и были расположены на самом нижнем этаже, минус одиннадцатом.

Сложив все вещи на скамью предбанника, взял любезно протянутую бадью с моющими средствами. Надо же, тут отдельно и шампунь и гель для тела и даже нежное мыло для особых мест. «Малая парилка, ничего себе, да тут поместится вольер для бегемотов» подумалось мне, оглядывая помещение площадью без малого шестьдесят квадратных метров. Но не смотря на размер, она не предназначалась для больших компаний. Основную её часть занимали три, небольших бассейна. Наполненных проточной водой, разной температуры каждый. В углах были расположены массивные, до красна наколенные камни. Горло перехватило, от горячего влажного воздуха. Градусов девяносто тут, не меньше.

— В начале, лучше лечь на верхнюю лавку, — разумеется эльфа сопровождающая, зашла следом за мной. Накинутое на голое тело полотенце, было призвано скорее не скрыть, а наоборот, подчеркнуть её сексуальность. А закрытая невесомой рукой, внутренняя защелка, не оставляла сомнений в её грядущих намерениях. — Вот, да правильно, — комментируя мои действия, она пристраивается рядом. — Ложитесь на живот. Расслабьтесь, пустите жар в ваше тело, не закрывайтесь от него. — Нежные руки легко массажируют плечи.

Следую совету, отпуская мышечные зажимы. Настойчивые, такие хрупкие на вид ладони, на самом деле обладают изрядной силой и мастерством. Целых десять минут моя спина как текучее тесто, мнется и прогибается под изящными пальчиками. Затем меня переворачивают лицом вверх. Странно, но стеснения нет. Большая часть массажа достается изрядно уставшим ногам. Тварные энергии, внутреннее расслабление всё это безусловно хорошо, но ничто не заменит порхающих над вашим телом рук профессионала.

— У вас крепкое сердце? — какой странный вопрос.

— Более чем, — непослушные, расслабленные губы еле разжимаются, чтобы ответить.

— Тогда прыгайте, в правый бассейн. Это надо сделать резко, а не постепенно. Там очень холодная вода, но поверьте, оно стоит того. — Эх девочка, уж что что, а это я знаю прекрасно. Как не далеки эти воспоминания, но прыжки из бани да в сугроб, такое не смогли затереть даже века.

Какое это блаженство! Контрастный удар ледяной воды, заставляет сердце бешено колотится. Следуя указаниям, перебираюсь сперва в средний бассейн, с температурой близкой к телесной, а через пять минут в левый, с почти кипятком. Сюда бы да березовый веничек! Но этой мечте сбыться не суждено, ничего похожего в парилке нет. А потом все повторяется по новой, массаж, бассейны. Кажется, что нирвана к которой стремятся аскеты, лишь жалкое подобие того, что ощущаю я. После третьего круга процедур, меня укладывают на нижнюю лавку и начинают мыть. Не сопротивляюсь, даже когда дело доходит до самого интимного. Но постепенно обычное мытье переходит в эротическое. Телодвижения эльфы излишне вычурны, специально подставляет она свое тело в выгодном ракурсе. Бликует темная, шелковистая кожа, в свете световых кристаллов.

— Как тебя зовут? — немного отстраняю девушку. Неудобно отказывать, когда не знаешь имени.

— Майала, — но другое имя слышится мне. В голове будто щелкает какой-то рубильник.

Не знаю, что там переклинило в моем сознании. Но не темную эльфийку я «вижу» перед собой, а другую девушку, ту чье имя так схоже. Падает и так почти ничего не прикрывающее полотенце, от одного легкого прикосновения…

— А подруги говорили, с людьми не интересно. — Смех легкой дробью отражается от каменных стен. — Скучные мол вы и неумелые. Вруньи какие! — Брызги поднятые игривой ладонью, летят мне в лицо.

— Люди разные встречаются, — погружаюсь по подбородок, в теплую воду, центрального бассейна. Сколько продолжалось это безумие? Час, два? Время сказало «до свидания, вернусь по позже», в момент когда наши тела переплелись.

— Не прибедняйся, тебе не идет. — Шаловливые кончики пальцев её ног, пытаются дотянутся до моего живота. Намекает на продолжение? Но у меня в мыслях иной вопрос. Могут ли темные эльфийки зачать от эрма? — Мужчины, все вы одинаковые. — Судя по смешку, она совсем не расстроена этой сентенцией. — Не беспокойся, — по моему лицу, так легко читать? — Мне не нужны кровосмешенные ублюдки, я позаботилась о предохранении. — И развеивается иллюзия. Я делю бассейн с красивой, великолепно сложенной девой. Истиной представительницей своего жестокого и циничного народа, дроу.

— Как думаешь, Флакссард до'Уорн, меня еще не ищет? — Разумеется Майала, не осведомлена о планах мага, что как нельзя более мне на руку.

— А что может искать? — куда делась игривость и расслабленность эльфы?

— Кто его знает? — надеюсь моё пожатие плечами, выглядело естественно.

— Тогда, тебе надо собираться! — ну вот, ура! Вроде и не отказал, а от излишних и совсем не интересных сейчас домогательств избавился.

На выходе из парилки, меня ждало новое нижнее белье. Пара хлопковых носок, трусы больше напоминающие семейные панталоны. Да майка, которую видимо подбирали по росту, а вот на мою сухощавость внимания не обратили, в ней могло поместится как минимум два меня. Старое белье наверно выкинули, я бы точно выкинул, не пытаясь привести его в порядок. Не успел всё это одеть, как Майала принесла брюки из ткани напоминающей джинсу и рубашку, расшитую вензелями эльфийской вязи. Ну да, вчитавшись понял, темные в своем репертуаре. На спине, одень я её, красовались бы надписи: «плюнь в меня», «пни мой зад» и тому подобные. Интересно это специально, она мне принесла именно такую или другой не нашлось? Ткань рубахи достаточно плотна, выворачиваю её на изнанку и одеваю, закатав рукава. В отличии от майки, сидит как надо, только вышивка, немного царапает кожу. Ничего дойду до комнаты, отпорю этот «юмор» с глаз долой.

— Ремня нет? — с сомнением поглядываю на брюки, между телом и ними можно поместить пол ладони.

— Есть, — из за спины эльфийки, появляется свернутый жгут из плотной свиной кожи. Точно издевается. Забираю ремень. Так и знал, он слишком широк, для ремешков по поясу, в которые следует его продеть.

— Другого нет?

— Это все что нашла, — невинно, невинно хлопают ресницы. Ага как же!

— Ты точно хочешь, что бы телохранитель верховного мага вашего Дома выглядел как клоун? — В резиденции полно наемников людей, не поверю, что это всё, что она нашла.

— Я посмотрю, в другом месте и если найду, принесу в комнату. — Так то лучше. Внешне все чинно, но меня не покидает ощущение, что темная эльфийка еле сдерживает, готовый вырваться наружу смех. — А пока мне надо, прибраться в парилке. — Демонстративно поворачивается спиной и закрывает за собой дверь. Тьфу, ладно, сам найду дорогу.

Очередное восхождение по кажущимися бесконечными коридорам, немного притупило «послевкусие» ощущений, тех с которыми вышел из бани. Что же на меня так подействовало? Неужели всего лишь схожесть имен? Но другого ответа видимо нет, разве что и фигуры у них схожи. Не с той Майей, что я видел в пансионате, а с уже повзрослевшей, из моего сна. Забыть, выкинуть из головы, а то и так уже кажется, что схожу с ума.

Поднявшись в свое временно пристанище, принялся обыскивать все ящики, в поисках швейных принадлежностей. Но нашел только опасную бритву. Тоже не плохо, стягиваю с себя рубаху, как раз то надо, для удаления вышивки. Оказалось это не так просто, тот кто вышивал, к делу отнесся очень ответственно. Почти час убил, на лишение рубахи «рисунка». Если Майала, принесет другую без всего лишнего, я её придушу, не на полном серьезе конечно, но свое недовольство дам понять в самой доходчивой форме.

В очередной раз за сегодня в дверь постучали. Крикнул, что не заперто. Толку от этих замков, если их открывает любой. В этот раз посетителей было несколько, точнее три, совсем юных мальчишки дроу, один из которых пригибался под тяжестью брони. Дальк выполнил свое обещание — управится к вечеру. Так же, в принесенных кулях, были и новые наборы одежды и белья. Всё будто сшито с моих мерок, в отличии от преподнесенных мне эльфой вещей. Что-то подсказывало, Майалу я больше не увижу, у темных сильно развит инстинкт самосохранения.

Помимо основного комплекта исподнего, был так же и запасной, отлично упакованный в непромокаемую ткань. Переоделся, сложив в принесенный вещмешок, еще и первую рубаху, не пропадать же зря моим трудам. Далее примерил плотную кожанку, своеобразную многослойную подкладку под кольчугу, служащую для погашения дробящей силы удара. «Засечь» удобно опустилась на плечи, распределив свой вес равномерно, застегнул стальные, крючкообразные крепления. Доспех был проработан хорошо, нигде не торчало ни сантиметра кожи, которую могут обрезать рассекающим ударом, чужие клинки встретит только металл. Кольца, из которых была изготовлена броня, подверглись какой-то особой обработке и имели темно коричневый цвет.

Шлема, или чего-то иного защищающего голову не нашел. Но немного подумав, пришел к выводу, что и не положено, телохранитель должен все вокруг замечать, а не ограничивать свое зрение и слух. Так же мне был положен гербовый полуплащ, длинной всего по середину спины, украшение не более, на кольчуге было даже специальное крепление под него, на плечах. Особый восторг вызвали ботинки, просто чудо какие удобные, но одновременно и функциональные. Под обшитыми кожей носками, прятались металлические набойки. Протектор обуви имел хитрый рисунок, позволяющий одинаково удобно, ходить как по земле, так и по скользким камням. Когда только успели снять мерку? Неужели пока мылся? Организация снабжения тут явно на высоте.

Не осмотренным оставался только один кулек, поверх которого лежала обшитая медными бляхами, кожаная «сбруя». С ней пришлось повозится почти полчаса, слишком не привычна она затягивалась и составляла единое целое с массивным, шириной в ладонь окованным боевым поясом. Так же в неё входили набедренные ножны, только явно не под «хашти» были они.

Разворачиваю, ой семиступ! Дай тангару выбрать оружие, найдет как подложить топор или секиру! В данном случае был второй вариант. Пара одноручных малых лунных секир. Малыми они были только по размеру, локоть топорища и расходящаяся полумесяцами голубая сталь. Но вес этих небольших на вид орудий был не игрушечным, по пять килограмм каждый топорик. Принятый сперва за результат особой закалки, узор лезвий при ближайшем рассмотрении оказался, вкраплением тончайших нитей мифрила, истинного серебра. Мне и правда не в чем не отказывали.

— Уже приоделся, я смотрю, — у меня, что проходной двор? В распахнутых дверях стоял мастер Дальк. — Пошли, проверим, может подогнать чего надо.

— Да вроде, все сидит как надо, — подпрыгиваю в подтверждение и не слышу даже намека на звон металла.

— Это хорошо, но надо оценить в движении, — становится ясно, лучше пойти, если подгорник вбил себе, что-то в голову, то вытащить это оттуда проблематично.

На этот раз, для разнообразия мы поднимаемся на этаж вверх. Целую треть второго надземного яруса, занимает тренажерный зал, в котором около полусотни дроу активно тренировались. Кто-то отрабатывал ката, передвигаясь по хитрому узору пола, кто-то отрабатывал удары на манекенах, некоторые проводили спарринги.

— Сделай перекат через голову. — Отведя в свободный от других угол, приказывает дварф.

Выполняю приказ, перекатываясь через правое плечо, вроде все нормально, оружие не бренчит, кольца не впиваются в кожу. Только гербовый плащик в результате накидывается на лицо. В бою, случись такое, последующий эффект может быть очень плачевным. Может снять его, от греха или не положено?

— Ага, ты не заметил пару креплений. Наверно одевал бронь, а на неё плащ. Надо было наоборот, сперва закрепить ткань и только затем одевать «засечь».

Оказалось у плащика есть дополнительные застежки, около лопаток. Повторный кувырок, прошел без каких либо эксцессов, но Дальк недовольно пробурчав что-то, потребовал снять броню. Мотивируя это тем, что ему не нравятся вид складок образуемых кольцами при сжатии, в области поясницы. Пообещал вернуть к утру.

— Тренер Эстер! — тангар подзывает к нам темного эльфа, отрывая того от работы. — Пофехтуйте своими мечами с новым телохранителем верховного.

Взвешиваю в ладонях, черены секир, ой как же неудобно это оружие против парных клинков дроу. Слишком тяжелы и плохо защищают руки. Что тут же и подтвердилось, так как я осознано ограничивал себя возможностями доступным людям, то итог тренировочного боя, был десять ноль в пользу тренера.

— Уважаемый Эстер, а теперь не возьмете эти серпы? — Дальк протягивает эльфу, вармовское оружие.

Серпы, кастеты — излюбленное оружие вампирской гвардии. А вот тут расклад получился полностью иным, тяжелые лезвия секир отшибали серпы, оставляя глубокие зазубрены на их клинках. Даже легкий мой удар, не останавливай я вовремя руку, привел бы к плачевному исходу для противника. При счете семь ноль, теперь уже в мою пользу, Дальк остановил тренировку. Что ж, намек гнома вполне понятен. Меня осознано вооружают, против определенного вида противника, более понятна становится и неожиданная щедрость. Выданные секиры из-за прожилок истинного серебра, стоят баснословно дорого. Но так же они очень эффективны против клыкастых, которые не переносят ран нанесенных мифрилом. Видимо тангар выяснил, всё что ему интересно и мы удалились из зала. Перед прощанием я задал оружейному мастеру один волновавший меня вопрос:

— А зачем вы водили меня в арсенал? — Он точно так же мог меня осмотреть прямо в комнате.

— Приказ до'Уорна, — Дальк прикладывает кулак к груди прощаясь. — Утром вам занесут броню.

Дополнительных объяснений, как обычно давать никто не собирается. Впрочем уже привык к такому. Что хотел Флакссард, какова должна была быть моя реакция на вид арсенала и огромного количества оружия в нем. Намек? Ясно, что намек, но вот на что? Я должен был впечалиться? Тьфу, искать резон в действиях дроу, так же трудно как и складывать кубики на виду у гремлинов.

Закрыв за собой дверь комнаты, на этот раз подпер её тяжелым деревянным комодом. Всё, до утра не беспокоить, пусть тут хоть пожар начнется. Ой не нравится мне то как явно, готовят меня под борьбу с кровососами. Не только секиры, но и несколько иной вид наплечных колец кольчуги. Именно плечами чаще всего, сталкиваются бойцы в ближнем бою. В этих местах колечки имели заостренный вид и несколько отличный от остальной стали блеск. Ой, не удивлюсь тому, что сделаны эти детали из другого материала, тому который аналогичен прожилкам в лезвиях топоров.

Опять возвращаюсь к мучившему всё это время вопросу. Идти дальше или нет? Все рассуждения о «посмотреть финал» не более чем ширма. По логике, ничто не должно меня тянуть в графства. Уже вполне ясно, что причиной поднятой на весь мир вампирами суеты, являюсь я сам. Стоит ли лезть в это пчелиное гнездо? Какое мне дело для этого?

Опять перед глазами «стоит» коридор со множеством дверей. Развернутся и уйти, значит открыть ближнюю. Но какое-то неизвестное ранее чувство подсказывает, нужная дверь не эта и надо двигаться вперед. Предвидение или глюк сознания? Узнать смогу лишь дойдя до конца. Раздевшись укладываюсь в кровать, что бы по самую макушку укутаться в одеяло и уснуть. Забыться сном полным кошмаров. Оказывается сновидения это не только приятно, как я мог забыть об этом? Жаль под утро не могу вспомнить, не только детали, а даже общую канву приснившегося.

— Доброе утро Даг, — рассвет только начался, а Флакссард выглядит, так будто отдыхал неделю. Бодрый и веселый. Оглядываюсь на входную дверь, комод на месте. А маг спокойно стоит в центре моей комнаты и пьет оставшийся с вечера морс. Так и знал, где-то в стене скрытый проход.

— Это не вежливо, мог бы и постучаться. — В голове сумбур и каша, лучше бы не спал.

— Ну какие между нами формальности? — я его сейчас ударю, за непонятные намеки.

— Наверно никаких, — толку от моей злости, только себя накручиваю. — К чему такая спешка?

— Может потому, что мы спешим? — подмигивает озорно. Тьфу, если уж торопились, зачем почти на сутки останавливались? — Одевайся, я принес тебе, обещанный Дальком костюмчик.

Демонстративно не спешу, старательно умываясь, в резиденции проложен центральный водопровод, как горячей так и холодной воды. Неторопливо одеваю нижнее бельё, остальное заблаговременно уложено в походный мешок еще с вечера. Глядя на мою медлительность до'Уорн, помогает облачится в доспех. Интересно это не задело его благородную натуру? Отодвигать мебель от двери пришлось самому, темный делал вид, что оказался рядом с моей кроватью, с помощью телепортации. Нежели я похож на такого лопуха, что поверю?

Выходим за центральные ворота и сбиваюсь с шага. Позолоченная карета, запряженная четверкой рысаков белой масти, дроу любят контраст. Но не это удивляет, а выстроившиеся за ней эльфы. Полностью вооруженный отряд, в парадном облачении, численностью больше двухсот. Ничего себе сопровождение у Флакссарда, в этой поездке! Мне оказывается уготовано место внутри кареты, рядом с самим верховным. А кроме нас в ней никто не едет.

— Я единственный представитель Дома, который будет присутствовать на церемонии, по окончанию ритуала. Праздник который должен скрепить «вечный» мир, между нами и кровососами. — до'Уорн не скрывает своего ехидства. — Поэтому отправляюсь со всеми почестями.

— А толку от кареты, ваша гвардия же пешая. — Скорость нашего передвижения, не увеличится от запряженных коней.

— Пусть побегают, им полезно, — и кричит кучеру: — Трогай!

Над подвеской кареты наверно поработали дварфы, она очень мягко гасила все кочки и прочие неровности. Дроу не озадачивались прокладкой дорог и под нашими колесами шелестел обычный в этих местах мох. Интерьер салона был шикарен: драгоценные сорта дерева, крокодиловая кожа, птеродонт! тут был даже минибар!

В окно смотреть было не интересно, Хладный лес однообразен. Легко соглашаюсь с предложением темного, поиграть в покер, только с условием, что карты сдавать буду я. Не помогло, за время пути у меня на лбу выросла преизрядная шишка. Играли мы на щелбаны, на желания играть отказался категорически. Как показала практика, правильно сделал.

— Ты никогда не думал, почему графства так плотно заселены людьми? — Вопрос вырывает меня из полудремы, с непривычки немного укачало.

— Нет, — не задумывался, тому может быть масса причин.

— А зря, — какую цель преследует Флакссард, обращая моё внимание на это.

— Говори прямо, от твоих намеков устаю хуже, чем от пешего перехода.

— Я не намекаю, просто предлагаю подумать: почему в графствах проживает столько народа? Конечно меньше чем в любой из империй. Но больше чем на островах Свободы и баронствах вместе взятых.

— Еще скажи, что там хорошо живется людям. — Разводят как скот наверно, вот и плодятся.

— Надо же, с первого раза и прямо в точку! — Он, что не заметил моего сарказма? — А ты думаешь, что защитные валы возведенные Хиортом на границе с графствами, это для защиты? Отнюдь, это чтобы люди не сбегали из империи. — Не понимаю логики, зачем бежать из процветающей империи к кровососам?

Как обычно, дроу прерывает диалог, оставляя недосказанной свою мысль. Думать, а если я устал это делать за последнее время? Хотя вру сам себе, это интересно. Задачка, значения которой раньше не придавал. Но разбиваются все домыслы о хоть и обветшавшие, но вполне еще крепкие бастионы ненависти к клыкастым. Все находимые мной объяснения одно страшнее другого. Начиная от захвата заложников и заканчивая магией и гипнозом толпы.

Не знаю, ехали мы напрямик или петляли, но поездка растянулась на целых две недели. Несколько раз меняли коней. Останавливались только на ночь, в глухом лесу разбивая лагерь. За это время до'Уорн вымотал из меня всю душу, послал мне Создатель, такого говорливого попутчика. Я уже почти взвыл и готов был попросится, идти за каретой пешком, как впереди показался конец темноэльфийского леса.

Ряды сальков резко обрывались, и впереди открылся простор полей, а под колесами застучал камень мощеной дороги. Отряд пограничной стражи, состоящий всего из десятка вармов, без слов пропустил гербовую карету и воинство её сопровождающее. Разглядывая бледные лица кровососов, искал в себе ярость, но находил только отвращение. Вопрос Флакссарда заданный в начале нашего пути от резиденции, что-то изменил во мне. Размышления о природе причин густноаселенности графств впитали в себя будто в песок кровь ненависти.

Три дня я просидел уставившись в окно кареты. Искал различия между обыденной жизнью, виденной мной в Хиорте и тем как живут здесь. Те же поля, такие же стада пасутся на пастбищах. Лица встречающихся на пути людей, отражают только удивление нашей процессией, но на них нет следа страха, а тем более ужаса, перед своими хозяевами. Не знай, что еду по графствам, решил бы что вижу обычную провинцию северной империи. За все три дня, что нам потребовались, что бы добраться до замка Трансвиль, являющегося целью нашего путешествия. Не видел ни одного вампира, за исключением встреченных у границы.

Замок графа д'Серна, мало чем напоминал баронские и занимал господствующую над всеми окрестностями высоту. Это было ОЧЕНЬ большое сооружение, способное без проблем вместить за своими стенами две три тысячи гарнизона. Двадцать четыре башни, охватывающие по периметру весь замок, почти на треть возвышались над десятиметровыми стенами. А донжон возносился на все двадцать пять метров.

Не вдалеке от защитного сооружения, примостился на берегу полноводной реки небольшой городок, тысяч на пятнадцать жителей. Между городом и стенами замка, разбили свой палаточный лагерь темные эльфы.

Мы были последними представителями Великих домов съехавшихся на предстоящий пир. Надо заметить, Ллос еще по скромничал, выделив своему верховному магу всего двести эльфов охраны. Остальные притащили за собой минимум по пять сотен каждый. Не считая средних домов, некоторые из них были так же приглашены.

до'Уорн тут же выскочил из кареты и устроил грандиозный скандал! Дескать ему положено место в центральном круге лагеря, а не на отшибе. По правилам этикета дроу так и было, но никто не ждал его тут. Все как оказалось посчитали, что его Дом проигнорирует приглашение вампиров. В поднятой суете, веселился один Флакссард, мне кажется он даже специально опоздал, что бы вызвать это катаклизм местного значения.

На поднятые крики, сбежались не только все главы делегаций, но и вармы охраны. Но до'Уорн никого не хотел слушать. Ни на какое иное место, чем как в центре, его не устраивало. С негодованием он отвергал предложение разместится с краю или вообще встать отдельным лагерем.

Больше всего остального всех бесило то, что Флакссард и не думал скрывать того, что он над ними издевается. «Его же сейчас разорвут на клочки!» подумалось мне, глядя на разъяренную толпу, готовую вот-вот вцепится тому в глотку. Но неуступчивость темного, помноженная на политический вес Ллос, оказала нужное воздействие. Лагерь пришел в движение, освобождая место в центре. А вот теперь количество недовольных своим новым местом, росло как снежный ком. То тут то там начали вспыхивать стычки, иногда словесная ругань, а когда-то и звон клинков. Шутка мага, повлекла за собой такую бучу, что не выйди из замка жрецы Ллос, прямо тут началась бы гражданская война дроу. Только они смогли упокоить не только толпу, но и горячие головы некоторых глав Домов.

— Ты же обещал не вмешиваться? — задаю резонный вопрос великому.

— Так ритуалу я и не мешал. — Скалится во все тридцать восемь зубов его улыбка. — Жаль, что жрецы так быстро отреагировали. Ох я бы повеселился!

— Убивать соплеменников, такая радость? — недоверчиво переспрашиваю.

— Уж всяко интереснее, чем воевать с людишками. — Оплюй его семиступ, с такой логикой.

— На что ты рассчитывал? Начнись сейчас бойня твою гвардию затоптали, их слишком мало! — неужели так верит в непобедимость своих гвардейцев.

— Конечно, ты прав. Они бы все погибли, пока я удалялся от сюда на максимальной скорости. — Ненадолго задумывается. — Перед побегом конечно запустил бы пару заклинаний, из разряда бьющих по площади. А потом уже сбежал.

— И бросил бы подчиненных тебе?

— А что в этом плохого? Их долг защитить меня даже умерев. Вернулся бы в центральную резиденцию и сложил балду о павших. Поверь это была бы красивая песнь! — Вполне возможно, что он даже сочинил её заранее и сейчас сильно огорчен. — Я займусь обустройством, а ты сходи в городок погуляй. Но за час до полуночи, жду тебя у своего шатра.

Наблюдать за суетой и сновавшими кругом злющими дроу, показалось затеей не интересной и я последовал совету мага. Благо городок был всего в паре километров от лагеря.

Гербовая накидка-плащ, послужила пропуском за городской шлагбаум, стенами городок обнесен не был. Старался не смотреть в глаза попадавшихся на пути кровососов, кто знает какие последствия потянет за собой подобный взгляд, удержусь ли на грани? Гораздо любопытнее было пообщаться с обычными людьми живущими тут. А сделать это удобнее всего, конечно же в корчме.

Как и в любом населенном пункте, где основную часть жителей составляют люди, подобных заведений было множество. Поразмыслив, решил не соваться в слишком убогие трактиры или наоборот в лучшие рестораны. Меня больше интересовала средняя прослойка, вполне обычные человеки, а не нищие, которым плохо везде или наоборот слишком хорошо, невзирая на окружающее. Так же не интересны богачи, у них свои проблемы не зависимо от того кто правит.

Таверна «Жареный сом», показалась привлекательной, для моих изысканий разговора по душам. Она не отличалась излишней изысканностью. Но в тоже время, наличие вышибалы перед входом, отгоняющего неплатежеспособных клиентов, говорило о том, что это как раз нужное мне место.

Освещение таверны поддерживалось масляными лампами из-за чего весь потолок был черен, как кожа дроу. Наличие барной стойки в общем зале, было как нельзя больше мне на руку. Хозяин трактира видимо не слишком заботился о выжимании максимальной прибыли из своего дела. Расстояния между столами было очень большим. И не взирая на приличную площадь трапезной, в ней находилось всего дюжина небольших столиков, хотя поместится могло и все двадцать. Все двенадцать столов были заняты, что ж лучшего повода присесть к стойке и поболтать с барменом, придумать сложно. Клыкастых в заведении не было, да и наверно нечего им тут делать, всем спиртным напиткам и еде, они предпочитают иную жидкость.

— Есть хорошее светлое пиво? — Надо было озадачится снятием «засечи», перед уходом в город. Но теперь горевать поздно и приходилось терпеть лишний вес и прочие неудобства.

— Смотря, что господарь называет хорошим. Есть вот кланский лагер, привезли давеча, но осталось на донышке. Народу в окрестностях собралось, видимо не видимо! Выпили за неделю, месячный запас! — Бармен, страдающий излишним весом мужичок средних лет, оказался разговорчивым.

— Так ведь праздник намечается большой! — качу по стойке серебрянку. — Налей ка чего полегче, ночью мне на службу.

— И как служится у негров? — Хорошо, что он еще не налил пиво, так бы я им сейчас подавился. Обозвать дроу неграми, за это можно и головы лишится, услышь это хоть один красноглазый.

— Ты бы поосторожнее в выражениях! — показываю напускной гнев. — Темные скоры на расправу.

— Так их тут все так называют! — Наконец-то передо мной оказывается увесистая деревянная кружка, с пенящимся напитком. — Да и в город они не заходят, сидят у себя в лагере и не высовываются. Только снуют взад вперед к замку и обратно.

— А служится хорошо, — продолжаю уведенный в сторону разговор. — Привыкнуть попервости к темным тяжело, зато потом как по маслу. Всяко лучше, чем у вас тут, под кровососами!

— Но, но! Ты хозяев не трогай! А то тут народ не посмотрит на твой плащик, а перетянут по спине табуретом, без лишних уговоров. — Ого, а вот такой реакции я не ожидал. Он даже на «ты» перешел в возмущении, с изначального «господарь».

— А что это ты защищаешь тех кто пьет твою кровь? — залпом выпиваю сразу половину кружки.

— А с меня убудет? Раз в месяц попьет твою кровинушку хозяин, день два полежишь в постельке и всё!

— Как всё? — они же помимо крови забирают и жизненные силы у своих жертв.

— Так едим хорошо! — Хлопает по своему пузу. — Налогов то почти нет здесь, от голода никто не пухнет. А хорошая еда, она чудеса творит!

— А не страшно жить то?

— А чего боятся, хозяева за просто так не убивают. А то, что кровь пьют, так это хоть честно. — Видя мой не понимающий взгляд дополняет. — Чинуши в империи, вообще все соки выжимают, называя свои поборы налогами! Вот там страшно! — Видимо он выходец с Рааста, последние годы имперская канцелярия там изрядно перекрутила гайки. — Когда глядишь на то, как твой сосед отдает последнее и не знаешь, хватит ли тебе хлеба самому, дожить до следующего урожая!

— Так подался бы в баронства или вообще на острова.

— Там беззаконие там кругом! Туда бегут только те у кого проблемы не с налогами, а с законом.

— Что-то ни разу не слышал о каких то написанных законах и в графствах! — Графы не утруждали себя судебной волокитой и прочей бюрократией. Вора или грабителя просто осушали до конца.

— Все эти бумажки мне не понятны. Знаю точно, захочет чиновник или какой благородный поступить по своему, никакие записи тебе не помогут! Отберет, обкрадет, убьет и ничего ему за это не будет, если есть деньги или должность! — Бармен почти срывается на крик, видимо эта тема задела его за живое. Но как не трудно признать он прав, так оно и есть. — А тут живешь по нехитрым правилам и никто на тебя не «наедет», — хмм, какой знакомый, но такой забытый лексикон.

Просидел я за стойкой изрядно, выпив не одну кружечку. Видимо бармену надо было выговорится кому постороннему, желательно не проживающему в графствах и я подвернулся ему под руку. Оказалось, что жить под вампирской властью не сложно. Надо только соблюдать «понятия», набор правил, очень напоминающих воровские законы, только несколько перевернутые. Не воруй, не убивай, работай, подчиняйся, вот пожалуй основные из них.

Для работящего люда это было легко. Тем более налоги и впрямь были малы, одна десятина, в отличии от половины в Хиорте и двух третей в Раасте. И произвола власти тут не было, каждый вампир всецело подчинялся инициировавшего его графу. Что устраняло различные службы контроля и прочую бюрократию. Так же на местах занимались управлением те, кто обладал к этому способностями. Графам было все равно на взятки, подкуп и прочее, их больше интересовал прибыток людей и как следствие расширение кормовой базы. Но надо отдать им должное, делали они это грамотно. Численность иницированых кровососов напрямую зависела от числа людей. Смышленые паразиты! Создали такие условия, что народ сам рвется под их «крыло». Стоило какой либо из империй перегнуть налоговую палку или не приструнить излишне разгулявшуюся чиновничью братию. Как люди тут же сбегали сюда. Но надо признаться самому себе, подобная структура управления и заманивания, мне понравилась. Никто силком сюда никого не затаскивал, люди делали осознанный выбор платя раз в месяц кровью за нормальную, в их понимании, жизнь.

Одна фраза бармена заставила задуматься глубоко: «Ты думаешь, страшно когда пьют кровь? Когда у тебя хозяин кровосос? Нет! Они честные, хотя и паразиты, по твоему выражению. Но гораздо страшнее, те у кого нет клыков и бледного лица. Подонки и мразь прикормленная у кормушки, вот истинные кровопийцы! а не вампиры». Пожалуй я с ним соглашусь. Сволочь, стоящая у власти и прикрытая мощью законов и силой госаппарата намного страшнее вампира. И не важно чьей расе эта сволочь принадлежит.

А паразиты бывают разные, некоторые только вредят у других же получается стать симбиотами. То, что у графов получилось второе, в корне меняет моё к ним отношение. Любить я их конечно не буду, но и ненавидеть уже не смогу.

По дороге в лагерь устранил следы опьянения. И под красные очи верховного мага Ллос предстал полностью готовым, к несению «службы». Оказывается на пир приглашены только высшие представители знати дроу, с не более чем одним сопровождающим. Разумеется, Флакссарда выпало сопровождать мне. Рядовые темные оставались под стенами. Им было обещано угощение накрытое прямо под открытым небом. Но начавшийся проливной ливень, заставил всех суетится, натягивать навесы и закрывать длинные стволы от разгулявшейся стихии.

Темный маг вырядился подобающе случаю. Точнее я уже привык к его выходкам и то, что Флакссард пошел на пир знати в шлепанцах на босу ногу, не удивляло. Как бы не контрастно это смотрелось в месте с шикарным смокингом.

— Ритуал будут проводить в подвале донжона, нам туда не надо. — до'Уорн инструктирует меня, пока мы идем к воротам замка. — Там будут только жрецы, да графы с демонами. Пиршество же будет проводится во дворце. — Отдельном здании внутри замковых стен. — Всегда следуй чуть позади меня и на корпус левее. Так положено. Чем четче я буду следовать этикету, тем разительнее будут смотреться мои тапочки!

— Симпатичные, — украшенные стразами и бантиками шлепанцы, больше подходили девочкам нежели верховному магу.

— Я рад, что ты оценил, — кивает как само собой разумеющемуся. — Со столов ничего не бери и не пей, даже если будут предлагать. Если буду танцевать с какой симпатичной вампирессой, отходи к стеночке и жди окончания танца. Ни с кем не разговаривай первым. Если кто-то подойдет и начнет о чем то спрашивать, отвечай односложно.

— Понятно, это не сложно, — киваю. Мы проходим ворота, усилием воли заставляю себя посмотреть в глаза варма стража. Ничего… Никакой реакции у меня это не вызвало. Вампир же инстинктивно отшатывается, но я тут же отвожу взгляд и он приходит в себя. Уфф, чуть не попался.

— Я смотрю ты нашел ответ на мой вопрос, заданный по пути сюда. — Ишь какой глазастый, этот темный маг, всё подмечает.

— Долго будет проходить обряд?

— Кровососы считают, что до утра. На самом деле основная часть закончится почти сразу. Остальное время нужно жрецам и Ш'лоб, для подчинения нового демонобога.

— А вы уверены, что графы не заметят этого?

— Жрецы уверены, этого достаточно. — Наверно так и есть, раз он так считает. — На эту тему молчок, мы уже пришли.

Пиршественный зал дворца был грандиозен! Потолки высотой в четыре человеческих роста, украшали массивные хрустальные люстры, в каждой не меньше сотни световых камней. Пол выстлан мраморной плиткой, различные по цвету и узору части, складывались в удивительную по красоте мозаику. Колонны, поддерживающие свод, выполнены в античном стиле и украшены фигурной резьбой. Стены покрыты коврами и живописными полотнами. От вампиров ожидаешь пристрастия к кровавой тематике картин, но тут предпочтение отдавалось портретам. Только зеркал тут не было, и не из-за того, что клыкастые в них не отражаются, это враки, а по какой-то иной причине. Но спросить по какой у находящихся в зале было нельзя, по правилам изложенным мне темным.

В дальней части располагалось возвышение, на котором играл симфонический оркестр. Надо же, он состоял исключительно из вампиров, а я то думал: наслаждение музыкой возможно только при наличии души, ошибался значит. А вот официанты сновавшие меж гостями, были исключительно людьми. Столы, расположенные вдоль длинных стен, просто ломились от избытка различных напитков и закусок.

Как и положено телохранителю, я всюду следовал за Флакссардом. Молча наблюдая за ним. Тот вел себя очень сдержано и подчеркнуто вежливо со всеми, а его тапочки, судя по несмолкаемому шепоту за нашими спинами, произвели настоящий фурор. Настроение мага тут же взлетело до небес.

Одна соблазнительная вампиресса, пригласила до'Уорна сразу как только прозвучало приглашение к белому танцу. Танго! Необычная обувь ничуть не помешала темному. Движения и пластика их пары просто поражала. Никогда не относил себя к любителям смотреть танцульки, но тут! Это иное! Воплощенная страсть бушевала в центре зала, казалось еще секунда и они или поубивают друг друга или начнут срывать одежды. Когда музыка замерла, все бурно аплодировали их дуэту. Выразил и я свое восхищение.

Казавшимся незыблемым. пол качнулся под ногами. Полночь. Ритуал начался. За окнами ливень превратился в настоящий шторм, выливающий будто ведрами воду на мощеные улицы. Совсем рядом, всего в паре сотен метров происходит один из сложнейших и опасных обрядов из доступных разумным. Но присутствующим здесь на это плевать, они развлекаются. Разогревая себя к утреннему пиру.

Вдруг, от отката мощного магического воздействия, задребезжали окна и закачались люстры. По тому как дергаются гости и хозяева, это явно не по плану. За первым, с промежутком в минуту, следует еще один удар, одна из картин срывается с крепежа и падает на пол. Оркестр замолкает, Флакссард в недоумении, как впрочем и все остальные. Теперь уже магические залпы очень часты, хоть и не такие по мощи. Входная дверь срывается с петель и в зал влетает дроу в опаленной тоге служителя культа.

— Нас подставили! Тревога! Демонобогом вампиров оказался Ш'гор! — он же развоплощен северным архимагом пару столетий назад! Как такое могло случится!?

— Вперед! Мочи «козлов»! — откуда у Флакссарда такой зычный голос. Мимоходом он сворачивает голову вампирессе, которую только что нежно прижимал к себе и шептал нежности.

В зале завязывается нешуточный бой, но он скоротечен. Темные легко вырезают всех клыкастых буквально за одну минуту. Слишком велика разница в классе, тут собрались высшие дроу. Бьет набат тревоги, поднимая вармовскую гвардию. Ему вторят зычные трубы тревоги общего сбора темных из-за замковых стен.

Изначально Первый! Что тут происходит! Ответ прост и невероятен. Начинается война.

Добиваю бьющуюся в конвульсиях под моими ногами вамприрессу. Не стоит оставлять за спиной того кто может потом подняться и ударить. Кровососы переиграли темных эльфов, на их же поле интриг. В принесенном кристалле оказался единственный демон, помощи сравнимый с Ш'лоб! И подчинить его не удалось. А сама попытка навязать контроль, соответственно была замечена присутствующими при ритуале графами. И понеслось…

Над замком бушевала не только природная стихия. Гигантский «водоворот» разрывал реальность, открывая врата нижнего мира. Да и битва Великих магов, графов и жрецов, вносила посильную лепту в разворачивающийся катаклизм. На Архипелаге сейчас наверно творится не приведи Создатель что!

Дроу закончив добивать вампиров, выстроились клином, острием которого был до'Уорн и пошли на прорыв. Клыкастые попытались запереть темную знать во дворце. Но просчитались. Пять десятков вармов навсегда успокоилось, а остроухие высыпали во двор, потеряв лишь двоих охранников. Я же пополнил свой счет двумя «скальпами».

На узких замковых улочках стояла суета, где-то начались пожары, центральная башня угрожающе раскачивалась, сотрясаемая изнутри. И никто не слышит тихий и очень высокий звук, напоминающий тот, что издает расстегиваемая металлическая молния. Никто кроме меня.

Опять видение коридора затуманивает глаза. Коридор кончается и меня ждет две двери. Обе манят одинаково, присоединится к Флакссарду или следовать за звуком, который так напомнил Архипелаг. Жители большого мира не слышали никогда ничего подобного, вот и не реагируют. Остановить до'Уорна уже не успеваю, возглавляемый им отряд вступил в серьезный бой. А я выбираю вторую дверь. И путь мой не далек, всего то в одну из башен детинца, находящуюся в трёхстах метрах. Почему? Мне любопытно, кто же строит «Лестницу в Небо», дорогу в иные миры!

На встречу мне бегут два варма. Знак Умд выплескивает свою силу, но не в них целюсь, а в мостовую. Ручьями текущая вода, застывает ледяной дорожкой. Пошатываются теряя равновесие клыкастые, я же скользя на коленях, оставляю их безногими инвалидами, отрубая к демонам, по одной ноге каждому. Лагерь дроу находится с противоположенной стороны замковых стен и больше мне никто не мешает.

Мощная башенная дверь заперта. Будь, что будет, в происходящем столпотворении, на меня вряд ли обратят внимание. Разворачиваются затосковавшие по свободе крылья истинной ауры. С рук срывается плетение «нанонитей». Теоретическая разработка Джэда, ни разу не примененная на практике из-за немыслимой сложности сочетания всех трех энергий. Плетение срывается с пальцев, разрезая в мелкую полоску мореный дуб закрытых ворот, а так же стоящих за ними вармов.

Ох! А дальше не так просто, с каждого пролета лестницы ведущий вверх, на меня смотрит затуманенный взор пары кровососов. Адамантитовые серпы зажаты в их руках. Я выложился как мог, был быстрее молнии, отчаяннее смерча, но не успел! Когда весь покрытый слизью и кусками тел, вывалился на верхнюю башенную площадку, последний кусок «дороги» встал на свое место. И покачнулся Мир, едва не сойдя с привычной орбиты. А я уперся в стену барьера Непроницаемости.

За которой неизвестный человеческий маг, шепчет заклятия. Его мастерство невозможно, не должны такие силы подчинятся человеку, но подчиняются. Он никак не реагирует на моё появление и безуспешные попытки проломить барьер. Секиры лишь крошатся, не продвинувшись и на миллиметр! «Мерцающий» где же ты, тебе подобное не помеха. Но верный меч далеко и не может придти на помощь.

Магические скобы скрепляют межмировой путь, одновременно подпитывая барьер. Вся это конструкция, держится на энергиях происходящей внизу войны. Тут сплетено всё, и астрал и тварность и кровь и класическая магия. Когда последнее заклинание срывается с уст неизвестного, тот в бессилии опускается на колени.

И падает наложенный на него морок высшего класса. Худощавая, почти сгорбленная фигура, мне знакома. Танатос! Более известный как северный архимаг или Большой Т… Приглядевшись понимаю, не уйти во вне он желает, «Лестница в Небо» построена по правилам призыва!

— Кого зовешь ты? — в бессилии крошу зубы. Недоброе предчувствие обуревает меня.

— А, это ты! Думал, что убежишь за этим темным шутом, а обернулось вот значит как. — За мной следили? Похоже на то, причем начиная с момента как вступил в большой мир. — Расслабься уже ничего не поможет. — В подтверждение «дорога» отозвалась гулким эхом, на «ступени лестницы» кто-то ступил. — А кто придет, так увидишь, ждать осталось недолго!

— Зачем тебе всё это!? Для чего ты натравил дроу и вампиров!?

— А так же вытащил тебя с Архипелага? — ой… — Не думаешь же ты, что жалкий горец сам все придумал и умудрялся водить Черного за нос так долго? — По правде именно так я и считал. — Наивное и глупое создание, мне тебя жаль.

— Для чего! — Я кричу? Ну и пусть.

— Как долго я искал это место! Нигде больше нельзя создать подобное! — Короткий взмах на «лестницу». — Под этой никчемной постройкой, находится то место, на которое первый раз ступила нога Творца, после творения. Угораздило же д'Серна возвести тут свой замок, как это всё усложнило. Но предсказание феи, все расставило по своим местам. И я понял! Сама Леньйа хочет, того-же что и я! — а вот мне кажется совсем другое, но вроде мой голос не в зачет. — Осталось только подтолкнуть графов к суете и попытке обзавестись личным богом. А потом подменить кристалл, подставив Ш'лоб, равного по силе и люто ту ненавидящего Ш'гора! А дальше природа дроу и вампиров должна была сыграть за меня. Так и получилось. Я гений! — это и так признает весь мир, зачем ему так поступать?

— А причем тут я?

— Ты, ты всего лишь запасной вариант! Не получись с демоном, спусковым крючком послужила бы твоя личность! — Как плохо себя чувствовать, даже не пешкой, а джокером в крапленой колоде.

— Только не Они!!! Одумайся! — я «вижу» того кто идет в наш мир. Скользит в межмировом потоке, спускаясь в наш мир, Белый Пес Порядка. — Зачем!!! — Голос срывается в крике ужаса, а спина мерзнет от охватившего озноба.

— Я не люблю Творца. Он лишил людей неба! В этом мире нельзя ЛЕТАТЬ! Поднимись выше четырех сотен метров от поверхности рельефа и тебя размолят в труху бушующие энергии. За века мне удалось создать только дирижабль! Эту пародию на летательный аппарат. Ненавижу! — Он захлебывается в негодовании глотая слога. — Одна любовь была у меня, там на Земле. Дело всей жизни! Летать! Творец говорил, успокойся, Леньйа молода и постепенно все придет в норму. Несколько веков не срок для мира. Я ждал! Создатель! Сколько я ждал! Надоело! Пирамида наведет тут порядок! — что за тавтология! Но его уже несет и он не контролирует речь. — Тебе то же, не за что Его любить.

— Почему? — глупый вопрос, но иного нет.

— А кого он заточил далеко на западе? Кого принял он за шефанго!? И ужаснувшись запер за непреодолимыми барьерами? Кого? — Кто такие эти шефанго? — Тебя! Как я смеялся, этой ошибке Сотворившего, не увидеть то, что видно даже мне! Он глуп, не взирая на всю мощь! И скоро он уйдет из этого мира!

— Он помешает тебе! — я еще надеюсь на чудо.

— Нет, он далеко, где-то в центре вселенной ищет что-то. Но это уже не важно, вернутся ему будет некуда! — Уж не мой рассказ о Пике Ветров, сподвиг Творца на эти поиски? Создатель по моей вине Леньйа станет очередной бусинкой в ожерелье Порядка. Прости меня Мир.

БАМ! Лапа Пса опустилась на камень башни.

— Призыв, за счет вызывающего принят Пирамидой. Какой контракт ты хочешь предложить Порядку, человеческий маг? — Его голос приятен и ласкает слух.

— Я хочу предложить Пирамиде этот мир! — Не вставая с колен шепчет обессиленный Танатос.

— Что необычного в нём? Твоя сфера защиты, не позволяет мне разглядеть, что творится за ней.

— Это мир Сотворенный! — От удивления Пес садится на зад и начинает чесать ухо лапой.

— Одна эта информация стоит дорого! И принята как предоплата. Но нам закрыт сюда путь, без твоей поддержки изнутри. Что желаешь получить за неё? Власть, влияние, деньги?

— Нет! Ничего этого мне не надо! В этом мире в небесах бушуют бури, уберите их и мы в расчете.

— Это трудно, но нет ничего невозможного для Пирамиды в подконтрольных мирах.

— В качестве первой услуги, убей стоящего за барьером, я лишен сил и он сейчас опасен для меня. Я сейчас сниму защиту.

— Постой! — Прерывает мага Пес. — Этого? — На меня наконец-то обратили внимание.

— Ну иди, иди сюда блохастый! — Я сознательно провоцирую Пса. Хоть по рангу сил он и стоит на одной ступени с Падшим Ангелом. Но тварь намного более опасная, за счет ума и сообразительности. Без «Мерцающего» мои шансы нулевые. Да и с ним один к десяти. Но лучше умереть так, чем смотреть как прогибается под Пирамиду Мир.

— Пара вопросов сперва. — Только поднявшись на все четыре лапы Белый Пес, усаживается обратно.

— Спрашивай, вислоухий рай для блох! — Мне все равно, я готовлюсь петь прощальную песнь.

— Давно у тебя такие волосы? — Чем ему не нравится моя пепельная шевелюра?

— Давно.

— А нет ли у тебя случайно «Клинка Пустоты».

— Я владею одним из таких мечей, — к чему он клонит? А то, что мой меч где-то далеко, думаю ему знать не стоит.

— Известно ли тебе имя Галлард? Он такой же как ты.

— Три века назад я видел его последний раз. — Моя гибель судя по всему откладывается. Пес замирает в нерешительности.

— Убей его, что ты ждешь!? — Танатос орет, пиная Пса под хвост.

— Есть проблема. — Никак тот не реагирует на пинок. — Согласно пункту девять, параграфа контрактов. Если исполнителю угрожает гибель с вероятностью более пятидесяти процентов. То все предварительные договоренности считаются недействительными и подлежат отмене. А так же, исполнителю рангом начиная с двенадцатого и выше, предписывается незамедлительно покинуть опасное место. Не взирая на возможную в случае удачи прибыль. Завизировано Печатью, в год пять тысяч девятьсот семьдесят три.

— И что!? — Архимаг хватает себя за волосы.

— Я разрываю контракт. — Что же такого натворил Галлард в Диске Миров, что меня боится сам Пес? Чем бы ты не заслужил подобную славу. Спасибо!

— Как! Убей его сейчас же! — Танатос развеивает защиту.

— Опасность определена, как максимальная! — Пес прыжками забегает на «Лестницу Миров». — Прощай маг и спасибо за информацию! — Выплеском энергии Белый Пес Порядка рушит «лестницу» за собой.

И ломается величайший из магов. Пустота отчаяния заполняет его. Но не надолго. Бросок с двух рук и мои секиры обезглавливают его. О Леньйе теперь известно Источникам, но прямой дороги нет и Мы еще поборемся!

СТУПЕНИ

(ЭПИЛОГ)

Поправляю, до сих пор непривычную форму охранника. Обычного привратника коих огромное количество в белокаменной столице. Мою униформу отличает от остальных, только гербовый шеврон герцогов Эллийских. Что же эта рубашка, все норовит выскользнуть из-за пояса. За два месяца, так и не заставил себя дойти до портного и перешить её, как мне удобно.

Недавно закончилась скоротечная война дроу и вампиров. Унесшая множество разумных. Два графа упокоились навсегда, а темные эльфы лишились одного из Великих домов. Дом Глот, основной конкурент Ллоса в борьбе за первую строчку в табеле могущества, потерял почти всех своих магов. И представлял из себя теперь, лишь блеклую тень, скатившись в ранг малых домов. Но мне было все равно, до убыли темных. Только немного грустно, когда вспоминаю Фла. Он умер одним из первых в той войне, проиграв свой бой д'Серну. Ш'гор был развоплощен окончательно, а своего бога-демона дроу сохранили. Правда она не один десяток лет будет «зализывать» свои раны.

Но это где-то далеко. Меня больше волнует то, что скоро звонок, извещающий окончание урока. Меряю шагами, ступени парадной лестницы пансионата «Белая поляна». Возможно получится, хоть краем глаза, взглянуть на пробегающих на прогулку девушек. Конечно интересуют меня далеко не все ученицы, а только две. С ласкающими мой слух именами: Лия, Майя. Каждый раз, заступая на свою смену, чувствую себя полным придурком, но ничего не могу с собой поделать.

— Переживаешь? — Ох, Творец, так напугать. Что за глупая привычка? Нет что бы издали обозначить Своё присутствие, помахать ручкой к примеру. Крикнуть «Вот он Я». Так нет же, материализуется по тихому и еще потешается, наблюдая за моей реакцией.

— Глупо себя чувствую, — зачем скрывать правду от Него?

— Держишь себя за извращенца? — А кто бы держал себя за кого другого, когда как магнитом тянет к тринадцатилетним девчонкам? — Это ты зря. Ты вполне нормален.

— Нормален для кого?

— Разумеется для эрма, — вот этого ответа я и боялся. Холодным ознобом бегут мурашки по спине. — Не волнуйся так. Неужели ты еще ничего не понял?

— Кое до чего догадался, — у меня нет настроения, для шуток и намеков. Мне грустно и плохо.

— Ты не извращенец. Тебя манит «расовый зов». Ведь эти девушки, перерожденные феи! — Как феи? Ступеньки норовят ускользнуть из под ног. А как же мои сны? — А если учесть, что феи просто женщины расы эрмов…

Как, почему, что? Что это получается!? Я- ФЕЙ??!!

Библиотека /наброски/:

Архипелаг — он же отстойник, хранилище и т. д. Место скопления «невостребованных», «лишних» энергий Мира, отгорожен от Большой Земли «Сферой Непроницаемости». А. выполняет роль регулятора магических потоков и сил. На Большой земле — о назначении А. неизвестно. (Написано со слов, информация не проверенна).

Знаки:

Умд — знак холода.

Айя — знак огня

Тер — знак разрушения.

Эрг — знак усиления.

Ларт — один из расы эрмов, мастер клинка и смотритель Театра.

Джэд — один из расы эрмов, аналитик по призванию.

Галлард — один из расы эрмов, отважившийся пройти в меж пространственный разлом и покинувший Леньйю. Местонахождение и жив ли он не известно.

Денежная система:

Медянка — самая мелкая медная монета.

Серебрянка или драхма = 100 меднянок (мелкая серебряная монета)

╪ динара — редко используемая золотая монетка с высоким кол-вом примесей, имеет хождение только в Раасте и на островах Свободы.

Динар = 10 серябрянкам. (может быть как массивной серебряной монетой, так и мелкой золотой) основная монета расчетов и плат.

Золотой = 10 динар (полновесная золотая монета)

Мина = 10 золотых (мелкая платиновая монета)

Талант = 10 мин или 1000 динар. (иридиевая монета)

Расы:

Эльфы: разделены на 2 ветви

Светлые (Верхние) эльфы — классические эльфы, почти по Толкиену. Первичны гармония и тяга к созданию красоты. По мировоззрению что-то среднее между друидами и «зелёными», в совершенстве владеют классической магией и немного астралом. Тварные энергии им почти недоступны. Место основного проживания: сельва. Политический строй:

Двоевластие Правитель и Правительница, совещательный орган совет старейшин.

Тёмные эльфы — они же Дроу. Также помешаны на красоте и гармонии, как и светлые сородичи. Только красоту они понимают несколько по другому. Гармония хитрой интриги, красивое убийство, для них такая же ценность, как и создание шедевра искусства. Магическая предрасположенность та же что и у Высших эльфов, но классическая магия имеет явно разрушительный уклон. Место основного проживания: Холодный лес. Политический строй: клановая система.

Дварфы — подземные жители. Почти классические гномы, низкий рост крепкое телосложение, помешаны на камнях и металлах. Лучшие постройки и оружие созданы именно их руками. Обладают скверным характером, вспыльчивы и драчливы. Лучше всех в Большом мире владеют рунной магией, немного астралом и тварными энергиями, но полностью неспособны к классической магии. Место основного проживания: Великие полости (грандиозные природные пещеры, общей площадью, в десятки тысяч квадратных километров). Политический строй: республика, что при характере дварфов приводит к театру абсурда.

Орки — не имеют почти ничего общего с «классическими» орками Толкиена. Высокие, атлетичные, обладают неплохим интеллектом. Ведут кочевой образ жизни, не признавая никаких средств передвижения кроме своих ног. С пренебрежением относятся к мирским благам, считая, что они мешают совершенствоваться. Правда это не мешает им покупать и пользоваться самым лучшим оружием, которое смогут достать. Ярые ксенофобы, враждуют со всеми и против всех, ведут постоянную войну с любым кто не они, зачастую прибегая к мнимым союзам, подкупу и шантажу. В совершенстве владеют подветкой классической магии: магией плетения, обладают мощнейшими резервами тварных энергий. Астрал для них полностью недоступен. Основное место проживания: Великая саванна. Политический строй: племенной.

Вампы — вампиры. Почти классические. Не боятся света, просто днём теряют половину своих сверх способностей. Делятся на три касты:

Высшие или первородные вампиры — графы, обладают практически всеми сверхспособностями приписываемые вампирам, плюс очень много сверх того. Каждый из графов по праву носит титул Великого мага. В совершенстве владеют магией крови, другим видам и расам данная магия в полной мере недоступна. Графов на момент исхода было пятнадцать, шестеро погибло в межреальности исхода, при выплеске немотивированной агрессии со стороны одной из мифических рас (так трактуют этот момент истории в самих графствах и эта трактовка признана официальной). Двое погибло в начальных конфликтах мира, в первые два столетия. За последние четыре века их число остаётся неизменным, как и количество свободных графств, семь.

Простые вампиры (вапсы) — необходимая для графов прослойка «управленцев», находятся в полном подчинении инициировавшему их графу. Имеют слабую предрасположенность к магии и полностью не воспринимают астрал, но это компенсируется видовыми способностями и мощным запасом тварных энергий. Из простых вампиров следует выделить вармов — это самоназвание графских гвардейцев. Гвардия Вармов по праву считается лучшим военным подразделением мира (одно хорошо их не так и много).

Упыри — вампиры, прошедшие инициализацию второй ступени, т. е. инициированы не графом, а одним из вампиров-слуг. Выродки на которых, объявлена охота не только в графствах, но и по всему миру. Вапс провёдший инициализацию, уничтожается без права на амнистию. Упыри — создания, полностью потерявшие всё разумное, ими движет только жажда крови (хотя им не откажешь в звериной хитрости).

Вампиры — основное место обитания Свободные графства. Политический строй: теократия.

Гоблины — самая загадочная раса (не из мифических). Маленького роста, неказистые, но обладающие феноменальной реакцией. Проживают в труднодоступных, северных пустошах. Создали уникальную магическую систему — шаманство, сплав астральных и тварных энергий. Их редко можно встретить вне пустошей. Миролюбивые создания, но по косвенным данным могут постоять за себя. Северные пустоши в достаточной мере населены различными чудовищами и демонами, гоблины не только выживают там, но и успешно добывают живой лёд (см. природные артефакты). В 340 году объединенная армия, состоящая из двух легионов Западной империи, экспедиционного корпуса дроу и трёх гвардейских подразделений вармов, вторгалась в пустоши. Официально было объявлено, что это охота за демоном Ш`гором, на самом же деле данная акция была вызвана желанием заполучить месторождения живого льда под свой контроль. Вторжение закончилось ничем, армия пропала, а через месяц каждая сторона участник «экспедиции» получила головы своих генералов, с пожеланиями так больше не делать. С тех пор на северные территории никто не вторгался. Политический строй гоблинов неизвестен.

Люди — обычные человеки. Живут везде от северных варваров до кочевых племён саванны. Основные центры Западная империя (Хиорт), Южная империя (Рааст), свободные Графства. Люди способны научится всему, но больше всего тяготеют к магии слова и жеста. Не одна другая раса не обладает таким кол-вом Великих магов как люди, именно на этом и основывается величие человеческой расы.

Мифические расы — расы, которые должны быть в мире, по итогам исхода, но объективных данных по их пребыванию в мире нет. Драконы, феи, эрмы. Одна из теорий, что они обитают за «сферой непроницаемости» в Великом западном океане.

Драконы — мифическая раса, нет точных данных по их пребыванию в мире, на момент исхода их было пятеро. Должны обладать способностями к абсолютному метаморфингу, что может и является причиной их не обнаружения.

Эрмы — мифическая раса. Шестеро на момент исхода, что удивительно все были мужчинами (один из вариантов, что эту расу, по данной причине можно считать вымершей). Способности и предрасположенности неизвестны.

Феи — мифическая раса. Двадцать две девушки (по той же причине, что и эрмов многие считают их вымершими). Способности и предрасположенности неизвестны, кроме как почерпнуть информацию о феях из сказок.

Исход — изъятие Творцом прародителей рас из «преджизни» и дальнейшее переселение в Мир. Подробности «исхода» признаны опасным для распространения знанием, во всех расах (хотя о гоблинах и мифических расах точно это сказать нельзя).

Преджизнь — как понятие напрямую связанное с исходом, является закрытой информацией.

Демоны — остаточные сущности. Произошли от столкновения различных энергий в момент

Творения. Разнообразны, от беззащитных сущностей, до повелителей стихий. Чрезвычайно эгоистичны, ничем кроме своей выгоды не интересуются. Взаимодействовать с реальным миром могут, только получив материальную оболочку. Сами её создать не в состоянии. (не путать с Демонами внешних миров).

Природные артефакты:

Мифрил — истинное, чистое серебро. Имеет мало общего с серебром, точнее ничего кроме внешнего вида. Обладает многими свойствами, делающих этот металл идеальным для создания оружия и доспехов. В частности только оружием из М. можно пробить броню ти-рекса (см. Сабр).

Тауэльгер — дерево Творения, находится в центре эльфийской сельвы, иногда Т. откидывает кору, из частичек которой получаются лучшие артефакты созидания.

Лёд — живой лёд. Добывается в северных пустошах. Его особенности, он не тает и излучает астральные энергии. Полезен тем, что при правильном использовании, преобразует магические сущности в астральные. Четкость и масштаб преобразований напрямую зависят от чистоты и размера кристалла.

Сабр — клык ти-рекса. Существо, внешне напоминающее знаменитого ящера, но раза в полтора большего и обладающего зачатками интеллекта. Очень редко встречается в юго-восточной сельве. Полностью иммунен ко всем видам энергетических воздействий, из-за чего сплел обратноохота на него является одним из самых опасных видов деятельности во всём Мире. Сабр является единственным природным катализатором и накопителем тварной энергии (за исключением живых существ). Планомерное потребление размельчённого до порошка Сабра, даёт вечную жизнь (кроме насильственного умертвления).

Примечания

1

«Aa' menle nauva calen ar' ta hwesta e' ale'quenle» — Зеленой дороги и ветра в спину!(эльф.)

2

«Vedui'» — Приветствие (во множественном числе эльф.)

3

«Mae govannen» — Добрая встреча (эльф.)

4

«Vanya sulie» — волшебных ветров (пожелание доброго пути, эльф.)

5

«Namaarie» — прощайте (эльф.)

Content

Зайцев Алескандр
Реверс Милосердия

АРХИПЕЛАГ НЕРЕАЛЬНОГО /ПРОЛОГ/

ГЛАВА I

Глава II

Глава III

ГЛАВА IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

СТУПЕНИ (ЭПИЛОГ)

Библиотека /наброски/:

Примечания