Александра Лаврухина

Кристалсэнд 1010.28

Глава 1

12 августа 2017 г., 20:48

США, город Кристалсэнд; свалка на западной окраине города.

…Дождь лил, не переставая, а время от времени лишь ослабевая, уже пятый день. Однако для всех жителей Кристалсэнда и его окрестностей (по крайней мере, в радиусе 10 км) такая погода была вовсе не наказанием, а подарком, так как с начала мая стояла удушающая жара. Несколько раз — если точнее, то пятнадцать — шел дождь, но очень кратковременный, не больше минуты, причем часто капли испарялись, не долетев до земли. Синоптики списывали все на очередной блокирующий антициклон, но многие ученые склонялись к тому, что не антициклон был всему виной; правда, об этих теориях никто не говорил вне стен многочисленных научно-исследовательских институтов и лабораторий, иначе у населения возникло бы очень много вопросов. И вот, наконец, сначала 7 августа температура резко упала — с почти 40 градусов до 18, а 8 августа около 10 утра начался дождь — мощный ливень. Все поначалу боялись, что он закончится сразу же, но нет, он становился только сильнее. В итоге вечером того же дня весь город буквально отмечал этот дождь как праздник — некоторые даже выскочили на улицы и с радостными воплями чуть ли не танцевали под низвергающимися с небес потоками воды (но быстро разбежались обратно по домам, так как им не очень-то улыбалась перспектива заработать как минимум насморк).

…В данный момент улицы города были пусты, хотя поначалу народ выскочил из домов, чтобы убедиться, что этот дождь — не иллюзия. Сейчас все сидели дома и все равно радовались ливню. Пусты были и городские свалки — бомжи попрятались кто куда.

Однако какая-то парочка почему-то гуляла под зонтом по окраинам города; в данный момент они прогуливались по западной окраине и сейчас проходили возле свалки.

— Дождь… Мне хочется выкинуть свой зонтик и просто попрыгать под дождем! — мечтательно сказала светловолосая девушка, одетая в светло-голубую футболку, синюю мини-юбку и бежевые босоножки на высоком каблуке.

— Знаешь, мне тоже. Мы так давно ждали этого ливня… — ответил парень с ярко-рыжим ирокезом, одетый в черную кожаную куртку, черные джинсы и черные же тяжелые армейские ботинки.

Внезапно неподалеку от влюбленных раздался странный тихий звук, напоминающий искрение электричества.

— Ой, Том, что это? — испуганно спросила девушка, показывая пальцем куда-то вглубь свалки.

— Где? Я ничего не вижу, — ответил парень. — Не бойся, Лиз, тебе просто показалось.

— Нет, я слышала! Я слышала какой-то звук!

— Что ты слышала? Тебе наверняка показалось. Ты очень впечатлительная. Наверное, что-то там упало, и ты услышала этот звук.

— Нет! Я в своем уме! — взмахнула руками Лиз. — Там ничего не упало! Там что-то есть!

Тот странный звук раздался вновь.

— Вот! Теперь слышишь? — торжествующе произнесла Лиз.

— Что-то слышал… похоже на шелест бумаги или фольги… — почесал затылок Том. — Пойдем отсюда, так мы только промокнем и простудимся.

Звук повторился вновь, на этот раз — дольше и громче.

— Слышишь? Снова! — испуганно прошептала девушка, сильно вздрогнув. — Я боюсь…

— Не бойся, я с тобой, — осторожно оглядываясь по сторонам, не очень уверенно ответил Том, обнимая свою подругу и прижимая ее к себе. — Я не дам тебя в обиду.

Звук опять повторился. На этот раз в глубине свалки что-то вспыхнуло и погасло, через пару секунд снова вспыхнуло и стало неярко гореть светло-голубым огнем.

— Пойдем отсюда. Мне это не нравится, — Том взял Лиз за руку и быстро пошел прочь, но вдруг девушка остановилась и показала рукой куда-то вглубь помойки:

— Том, смотри! Что это?

— Это… Я… не знаю…

Голубой огонек разгорался все ярче и ярче; тот странный звук звучал снова и снова, все громче и дольше. Через полминуты огонек начал увеличиваться в размерах (в основном — по вертикали; он становился все выше и выше).

— Мне кажется, я знаю, что это… — тихо прошептал Том. — Это портал.

Лиз ничего не ответила, только зажмурила глаза и прижалась к своему возлюбленному.

— Бежим отсюда!

Парочка что есть духу побежала прочь, но тут налетел шквалистый ветер и буквально свалил их с ног. Тем временем портал начал расширяться; тот странный звук теперь звучал непрерывно.

— Я боюсь… — чуть ли не плача, вскрикнула Лиз.

— Черт… Что это за портал, черт возьми?! — выругался Том, вставая и поднимая свою подругу. — И… из него что-то лезет!!

Действительно, из портала показалась какая-то бледная тень — иначе и не скажешь. Это на самом деле было что-то бледное и бесплотное, высокое и тощее, светящееся немного более тусклым, чем портал, голубым светом с примесью светло-зеленого сверху и снизу; по форме это «нечто» отдаленно напоминало человека, точнее — очень худого гуманоида, только с непропорционально длинными руками с длиннющими когтистыми пальцами и ногами, как у кошачьих или псовых.

— Бежим!!! — заорал Том и вместе с Лиз понесся прочь. Но было уже поздно — странное существо полетело за ними.

— Оно летит за нами!! — завизжала Лиз, обернувшись.

— Не оборачивайся!! — рявкнул Том.

Тут девушка запнулась о какой-то грязный кирпич и грохнулась на землю, прихватив с собою своего кавалера. Этого хватило для того, чтобы странное существо буквально впилось ей в шею своими длинными когтистыми пальцами. Лиз заорала что есть силы от нечеловеческой боли и попыталась сбросить агрессора с себя, но ему, бесплотному созданию, словно сотканному из яркого света, все телодвижения жертвы были нипочем. Том попытался помешать монстру и бросился было на него, но тот отбросил его мощным энергетическим лучом, и парень, отлетев метров на 10, ударился спиной о фонарный столб и, потеряв сознание, упал. Увидев, что соперник повержен, монстр издал тихий шипяще-искрящий звук и буквально вгрызся (фигурально выражаясь — на самом деле существо просто начало сливаться с жертвой) в шею Лиз. Девушка продолжала визжать, но теперь она уже, к своему огромному удивлению, не чувствовала боли, зато ей казалось, что кто-то иной пытается захватить контроль над ее телом. Перед ее глазами в диком вихре закрутились цветные круги и пятна, складывающиеся в диковинные узоры. Затем на пару секунд все остановилось — Лиз было подумала, что агрессор не смог захватить контроль над нею, и попыталась встать, но вдруг ее словно огрели бревном по голове — все мгновенно потемнело перед глазами, и девушка потеряла сознание.

А через секунд пять Лиз поднялась… теперь ее глаза горели ровным зеленоватым огнем; кожа в первые несколько мгновений после завершения слияния словно слабо светилась изнутри зеленоватым светом, но затем пришла в норму. Она резко, неестественно выпрямилась и затем с удовлетворением начала разглядывать себя, время от времени довольно хмыкая, затем несколько раз сжала и разжала кулаки, пару раз помахала руками и ногами, после чего присела и начала вглядываться куда-то вглубь свалки — в том направлении, где возник портал. Затем существо встало, тряхнуло головой и несколько раз резко выбросило вперед правую руку с растопыренными пальцами. Оно хищно ухмыльнулось; его глаза в последний раз мигнули ярко-зеленым и затем восстановили свой первоначальный цвет — серо-голубой.

Том очнулся через минуты четыре; ему было очень больно двигаться и даже дышать — дико болела сильно ушибленная спина, по всей видимости, было сломано несколько ребер, а вот насчет рук-ног он был не столь категоричен.

— Лиз… — прохрипел парень, пытаясь встать. — Тебя… не ранил тот урод?

Странное существо неприятным лающим кашлем прочистило горло и ответило голосом Лиз (звучащим, правда, несколько искусственно):

— Он меня немного задел, но сейчас я в порядке.

— Я очень рад… очень рад… что ты жива… — прошептал Том, еле-еле усевшись и прислонившись к фонарному столбу. — Я больше всего боялся, что этот монстр убьет тебя… А куда он делся? Где он сейчас?

— Он хотел меня убить… — существо задумалось и сделало неестественное движение шеей, при этом послышался неприятный щелчок. — Но потом куда-то убежал. Вон туда, — оно указало левой рукой куда-то вглубь помойки, где уже исчез портал (по крайней мере, его не было видно).

— Убежал?

— Ну да… убежал, — Существо поняло, что сделало промашку, и чтобы ее исправить, наклонилось к Тому, помогая ему встать: — Ну давай, пошли отсюда! Я помогу тебе добраться до ближайшей больницы — тут неподалеку есть.

Больница действительно была в восьми-десяти минутах ходьбы — об этом существо узнало, получив доступ к сознанию и воспоминаниям Лиз.

— Нет, подожди… я так быстро не могу, — охнул Том, пытаясь встать и кривясь от боли. — Может, скорую вызвать? У меня есть телефон.

— Ну… можно и вызвать… — Существо было не очень довольно тем, что жертва вела себя не совсем так, как предполагалось. — Сам сможешь? Или мне помочь?

— Не знаю… давай ты попробуй. Мне кажется, мне сломали правую руку.

— А где у тебя телефон? — На мгновение глаза «Лиз» блеснули зеленым, но Том не смотрел на нее — он, тяжело дыша и превозмогая боль, пытался здоровой рукой достать смартфон из кармана брюк.

— Ммм… Сейчас-сейчас… сейчас все достану…

— Да не торопись — давай я помогу! — сделало попытку ласково улыбнуться существо. На удивление, улыбка получилась почти естественной — разве что рот раскрылся чуть шире, чем нужно, и зубы поначалу чуть было не сложились в оскал, но и этого Том не заметил. Наконец, он в дрожащей руке протянул подруге телефон.

— Не знаю, хватит ли там денег… я вроде счет пополнял в конце июля…

— Да ничего, не бойся, звонок вообще, наверное, бесплатный должен быть! — снова улыбнулась «Лиз», на этот раз более сдержанно. Парень в ответ попытался что-то сказать, но от резкой боли в груди лишь промычал что-то неразборчивое и чуть не выронил телефон.

В следующий миг существо метнулось к Тому и резко выхватило у него из руки смартфон, при этом едва коснувшись его пальцев. Что-то ярко вспыхнуло буквально на секунду, и затем парень, неестественно дернувшись и закатив глаза, медленно сполз на землю. «Лиз» довольно посмотрела на труп, издала странный звук, который можно интерпретировать как хмыканье, бросила презрительный взгляд на смартфон, с отвращением, как дохлую крысу, бросила его в сторону; затем несколько раз огляделась — нет, вокруг по-прежнему никого не было, лишь где-то вдалеке мелькали огни машин. Существо еще раз оглянулось на мертвеца, затем перевело взгляд на ближайшие дома, тряхнуло головой и с легкой улыбкой, способной в любой момент перейти в оскал, зашагало прочь от свалки.

21 августа 2017 г., 09:48

Штаб ICTEC.

— Эй, Марк, стой! Куда понесся?

Невысокий упитанный человечек в темно-зеленой форме сотрудников ICTEC и толстой папкой с документами подмышкой пулей понесся по коридору, пытаясь догнать кого-то в самом его конце.

— Эй, стой! Стой!

— О! Джим, доброе утро! Ты что-то сегодня рано!

У серебристых дверей лифта стоял высокий худой темноволосый мужчина в строгом черном костюме; его лицо хоть и было довольно красиво, но имело непривычно резкие черты, а внимательные карие глаза смотрели на собеседника холодно и напряженно, несмотря на теплый тон приветствия.

— Уффф… — отдышался коротышка, наконец-то догнав своего приятеля. — Да я обычно всегда в это время прихожу, только вот дела… ну, сам понимаешь… — виновато развел он руками, улыбнувшись.

— Как там твои? Как у дочери успехи?

— А? А… ну… У дочки-то все отлично, в школу рвется… а вот жена… как всегда, в общем.

— А… Понимаю, понимаю, — мягко кивнул Марк, по-прежнему холодно смотря на коллегу. — Ну да ладно, не будем о грустном. Ты тоже к Грейсону?

— А к кому же еще! — Джим похлопал по пухлой папке с бумагами. — Кстати, ты Лотту не видел?

— Хм… не видел ее с прошлого вторника. Для нее это очень странно, — задумчиво ответил Марк.

— Может, заболела?

— Маловероятно. Иначе ее бы кто-то заменял — хотя бы Стэмплтон или Смит-младший.

Мужчины вошли в лифт, поднялись на седьмой этаж в полном молчании и возобновили свой разговор, уже шагая по широченному коридору к залу совещаний. Вокруг почти никого не было — по пути им повстречались лишь двое работников лаборатории, заведующим которой был Джим, и еще в самом конце коридора в лифт быстро юркнула какая-то девушка в белом костюме; увидев ее, Марк напрягся и словно было хотел ее нагнать, но та уже исчезла, не обратив ни малейшего внимания на Фрейзера и Мэнна.

— Кстати, не жалеешь, что ушел из, так сказать, обычной полиции и связался с ICTEC? — негромко спросил Джим словно бы извиняющимся тоном. — Мы, конечно, тоже полиция… правда, своеобразная…

— Ни капли не жалею. Бесполезное и бесперспективное занятие, — твердо ответил Марк, даже не глядя на приятеля. — Уже больше недели в городе происходят таинственные убийства — надеюсь, ты новости читаешь?

— Да как не читать… В курсе я, в курсе.

— А вот наша доблестная полиция, наверное, не в курсе, потому что ничего сделать не может. Или не хочет.

— Говорят, это больше по нашей, так сказать, части, — осторожно заметил Джим, стараясь не встретиться глазами с Марком.

— Что-то сомневаюсь. Отчеты ведь и тебе носят, так?

— Ну да.

— Про HS-броню читал в двух последних?

— Мммм…

Марк в ответ лишь махнул рукой — мол, что с тебя взять, зациклился на своей работе… Внезапно у Джима зазвонил мобильный, и он отошел в сторону, жестами говоря Марку идти пока без него. Пожав плечами и раздраженно цыкнув, тот пошел дальше.

Фрейзер уже почти год работал в ICTEC, дочерней компании мегакорпорации PSYKOM (о которой сотрудники ICTEC предпочитали не говорить без реальной на то необходимости), функции которой были чем-то средним между обычной полицией и корпорациями вроде PSYKOM и Netek (поэтому большую часть работников данной компании упорно называли полицейскими, хотя некоторые из них настоятельно требовали, чтобы их называли хотя бы агентами (что, честно говоря, вызывало усмешку у многих работников вышеупомянутых корпораций, да и, что скрывать, у некоторых работников ICTEC)); на предыдущем месте работы — в полиции Кристалсэнда — его раздражали всеобщая вялость, инертность и безразличие ко всему происходящему. Однако и в ICTEC оказалось вовсе не так прекрасно, как Марк поначалу думал. Он начал свою карьеру с обычного агента, простого исполнителя, но уже в первую неделю совершил, на его взгляд, грубейшую ошибку — при поимке не очень-то и опасного преступника — киборга-хакера — применил свои сверхспособности (в частности — контактную эмпатию, способность управлять эмоциями других, с помощью которой ему удалось заставить противника буквально кататься по земле от истеричного хохота (единственное, что в тот момент пришло Марку в голову; хоть это и было тупо, однако сработало), после чего его без особых проблем арестовали), о которых до того момента не рассказывал никому, даже родителям и самым близким друзьям. И с того момента… нет, не все пошло наперекосяк; использование сверхспособностей видели только двое — Кеннет Остин, бывший одноклассник Марка, и Деннис Стоун, его хороший приятель; они не сразу все поняли, а когда до них дошло, было уже поздно. Однако они не стали докладывать непосредственно руководству и лишь вскользь упомянули о той маленькой детали Джиму Мэнну, руководителю одной из многочисленных лабораторий ICTEC. Он тоже не стал никому докладывать, но с того момента Марк начал буквально чувствовать, что все коллеги смотрят на него «как-то не так» — но что самое интересное, не как на прокаженного, однако все же с долей интереса, но не «зоологического» характера (вроде«… о, посмотрите, вот у этого парня есть крутые сверхспособности! Интересно, он может превратиться в, скажем, дракона или собаку? Или он какой-нибудь крутой телекинет? Или он огнем или электричеством управляет? Он крут, я ему завидую!»); порою ему казалось, что некоторые смотрят на него вообще с завистью (учитывая нейтральное, местами переходящее в положительное отношение к таким, как он, в массах, это было логично). С того дня Марк старался больше не использовать свои способности… но вот самим способностям это категорически не нравилось, и они самовольно срабатывали в, к счастью, самые подходящие моменты — это касалось еще двух его даров: сверхбыстрых рефлексов и умения видеть ауру живых существ. Они не так бросались в глаза, как эмпатия (к тому же первая способность многими учеными и за сверхспособность-то не считалась, а вторая способность в последнее время становилась все более и более бесполезной из-за хорошей подготовки противника — они попросту использовали специальные глушилки, против которых довольно слабый дар Фрейзера оказался бессилен), поэтому все списывали участившиеся успехи Марка на хорошую подготовку — ведь до перехода в ICTEC он все-таки несколько лет проработал в полиции. А где-то полтора месяца назад Марк узнал, что сама ICTEC буквально кишит людьми со сверхспособностями, причем некоторые совершенно не скрывают данного факта, но делают это настолько виртуозно, что мало кто начнет подозревать их в «непохожести на других». Данное обстоятельство успокоило его, но ненадолго — сегодня он получил приказ срочно явиться на совещание, на котором будет присутствовать сама мисс Лотта (по фамилии ее почему-то никто никогда не называл, хотя она была прекрасно всем известна — Джексон), крайне темпераментная дамочка из высшего руководства компании, всегда присутствующая на всех совещаниях, связанных с разработками на основе полученных из PSYKOM технологий. Поэтому Марк думал, что на сегодняшнем собрании речь пойдет о новой боевой броне, о которой ему пару раз вскользь упоминал Джим. Только вот зачем его зовут туда — непонятно: он — простой агент (правда, ходили слухи о возможном скором повышении), в особо опасных миссиях не участвует. К тому же приказ исходил от самого Чада Грейсона — начальника Мэнна, а это значит, что дело серьезно.

Дойдя до зала, Фрейзер в нерешительности остановился — пропуска у него не было. Пришлось ждать Джима, который все еще говорил (вернее, больше слушал и поддакивал собеседнику) по телефону. До начала совещания оставалось всего пара минут, а к залу все еще никто, кроме Марка, не подошел; те же, кто проходил мимо, с удивлением смотрели на него, и он начал чувствовать себя идиотом. «Такое впечатление, что все это — один большой развод. Они узнали, что у меня есть сверхспособности, к тому же я использую их почти на каждом задании, поэтому решили устроить мне разбор полетов. А потом уволят с такой рекомендацией, что лучше сразу удавиться», — мрачно думал Марк, почти с ненавистью смотря на закрытые черные двери зала.

Еще через полминуты к Фрейзеру подошли четверо — уже упомянутые выше Кеннет Остин (ростом как Марк, только более накачанный, волосы совсем короткие и тоже темные, глаза маленькие и неопределенного цвета — то ли серые, то ли голубые, то ли вообще зеленые) и Деннис Стоун (роста среднего, с короткими темно-коричневыми волосами, глаза зеленовато-коричневатые, на левой щеке снизу у рта — маленький шрам), а также Эми Кларк (девушка Марка; внешне — обычная гламурная блондинка с кожей цвета «курица гриль», губами, как после укуса осы, и в полной боевой раскраске) и Джек Финнеган (он пришел в ICTEC всего два месяца назад, но уже делал такие успехи, что его обещали со дня на день повысить; ему завидовали многие, даже некоторые из тех, кто был выше по должности. Внешне он выглядел довольно-таки среднестатистически — рост немного выше среднего, волосы довольно короткие и темные, глаза голубые — в общем, ничего особого). Все поздоровались друг с другом и стали ждать, пока кто-нибудь откроет дверь. Джим все еще говорил по телефону (теперь уже почти постоянно молчал и лишь кивал, даже не хмыкая в ответ). Совещание должно было вот-вот начаться, а никто из руководства до сих пор не пришел.

— Эй, Финнеган, а тебя что, тоже позвали? — насмешливо спросила Эми у Джека, с непроницаемым лицом разглядывающего свой новенький смартфон, купленный вчера и еще приятно пахнущий пластиком.

— Да. А тебя что, тоже позвали? — ответил парень с той же интонацией. Эми в ответ надула губки и демонстративно отвернулась. Кен сделал чуть заметное движение глазами в сторону девушки и негромко вздохнул, Марк и Дэн кивнули ему в ответ. Все уже привыкли к тому, что Эми и Джек, мягко говоря, недолюбливают друг друга: она — за его таланты (без шуток — она завидовала ему черной завистью за то, что он, какой-то никому не известный новичок, к тому же еще и из «города грехов» Тетрабея, всего за два месяца добился того, чего она не смогла добиться за почти целый год (и неизвестно, добьется ли вообще когда-нибудь)), он — за ее ничем не обоснованные наскоки и издевки.

Наконец, еще через пару минут Джим закончил говорить по телефону; с жуткой скоростью тараторя самые разные извинения, он бросился к закрытой двери, чуть не сбив стоявшего почти у него на пути Кена, затем еще как минимум минуту искал в карманах пропуск, потом чуть не врезался в стоящую впритык к двери Эми (которая в ответ злобно блеснула глазами, громко цыкнула и демонстративно отошла в сторону, тряхнув блондинистой гривой), а когда приложил его к сканеру, то, мягко говоря, очень удивился, увидев красный огонек на панели и надпись «Доступ запрещен». Еще пара попыток «образумить сглючивший девайс» ни к чему не привели. Тем временем на часах уже было 10:11, а из руководства по-прежнему никто не пришел. Проходящие по коридору люди с интересом разглядывали всех столпившихся у двери зала; порой Марку хотелось их убить (и у него бы получилось, если бы взглядом можно было убивать).

— Да что же это такое… Всегда у меня сюда был доступ, а сейчас вообще что творится?! — воскликнул Джим, стукнув кулаком по двери и тут же отдернув его от боли.

— Ну, значит, теперь его у вас нет, — недовольно протянула Эми.

— Очень ценное замечание, — медленно произнес Дэн, задумчиво смотря на лифт в дальнем конце коридора.

— Эй, что ты там все высматриваешь? — раздраженно спросил у него Марк.

— Не «что», а «кого». Сейчас кое-кто приедет и откроет нам дверь, — понизив голос, ответил Дэн. — Ну, или не откроет… или даже не приедет…

Спустя секунд пять двери лифта действительно открылись, и оттуда вышла очень высокая (как минимум метра два ростом) и довольно худая женщина средних лет с короткими черными волосами, одетая в серый брючный костюм с серебристым отливом и обутая в такого же цвета туфли на очень тонком высоком каблуке; в ушах у нее висели длинные черные серьги в форме капель, ногти на руках имели странную заостренную форму и были покрашены в светло-серый цвет с едва заметным перламутровым переливом. Завидев столпившуюся возле закрытого зала компанию, она направилась к ним, по пути умудрившись чуть не сбить человек пять, которые смотрели на нее с настоящим ужасом.

— Отойдите! — грубо приказала женщина, поравнявшись с Кеном. Все, точно ужаленные, отскочили на метра два от темпераментной дамочки, а она спокойно подошла к двери, достала пропуск и безо всяких проблем открыла дверь: — Быстро входите!

Никто и пикнуть не посмел ей в ответ — все пулей рванулись внутрь. Правда, Джим начал было мямлить что-то про то, что его пропуск почему-то не сработал, но женщина строго взглянула на него, и толстяк испуганно замолчал. Также на пару секунд Лотта повернулась к Марку и прошипела что-то вроде «Фрейзер, вы знаете, что…», но затем махнула рукой и резко отвернулась; Марк пожал плечами и пошел за коллегами.

Зал был большой и просторный, с большим проекционным экраном; на полу — дымчато-серая плитка, на стенах — светло-серые панели, потолок — белый со здоровенными лампами дневного света. Все вошедшие, кроме Джима и Лотты (это была, конечно же, она), уселись на самые близкие к экрану места; Джим о чем-то пытался спросить у Лотты, но она только отмахивалась, ища что-то на стоящем на столе рядом с экраном компьютере.

Спустя минуты две подошел начальник научно-исследовательского подразделения ICTEC Чад Грейсон — высокий лысый мужчина в темно-синем костюме и с серым металлическим чемоданчиком с логотипом PSYKOM, который он нес в левой руке, в правой же держал тонкую папку с парой торчащих оттуда листов. Оглядев всех присутствующих, он с громким стуком положил чемоданчик на стол и, встав рядом с уже включенным экраном, громко откашлялся, чтобы привлечь к себе внимание остальных. Джим и Лотта стали справа от него, причем первый не отрывал взгляда от таинственного чемодана, а вторая, скрестив руки на груди, мрачно разглядывала что-то на потолке.

— Приветствую всех собравшихся в этом зале! — без особого выражения произнес Грейсон и сразу же безо всякого перехода начал: — Как вы знаете, в последнее время в нашем городе резко повысился уровень преступности. К тому же если года так два назад мы имели дело в основном с обычными людьми, пускай и вооруженными, или с не очень сильными сверхспособностями, то сейчас нашими противниками все чаще являются киборги. Надеюсь, все вы отлично понимаете, что порою киборг опаснее даже, например, сильного теле- или пирокинета.

Марк криво усмехнулся, чего, к счастью, не заметил Грейсон. Финнеган тяжело вздохнул, закатив глаза.

— Поэтому мне бы хотелось представить вам нашу новейшую разработку — боевую броню под названием PSYBER XT, созданную корпорацией PSYKOM.

Пауза.

Ожидаемой реакции зала не последовало, что, по всей видимости, ничуть не расстроило оратора. На экране появилось изображение той самой брони: она была не громоздкой, преимущественно черного цвета с небольшими синими вкраплениями и светящимися ярко-синими полосами. Шлем — круглый с парой коротких загнутых шипов по краям и с треугольным ярко-голубым визором.

«Ничего особого. Выглядит, как очередная вариация на тему дешевых мультиков про супергероев. Хотя я ни на что большее и не надеялся», — подумал Марк.

Грейсон словно прочитал его мысли:

— Если некоторые из вас думают, что это безвкусно выглядящая дешевка, которую любой хоть немного вооруженный киборг или человек с какой-нибудь сверхспособностью с легкостью разнесет в клочья, то вы ошибаетесь. Эта броня создана с использованием технологий, воистину опережающих свое время. Не буду вдаваться в технические подробности и только намекну, что даже неопытный дурак, используя нашу новейшую разработку, запросто справится с самыми сильными противниками, даже если они, например, могут контролировать разум или вооружены портативным аннигилятором.

«Ох, врет, ох, как врет… И не стыдно ведь! Ну, посмотрим мы на твое поделие в бою, посмотрим, да… полюбуемся на то, как первый же телекинет камня на камне от вашего гламурного сайкомовского творения не оставит!» — продолжал мысленно ругать Грейсона (а заодно и целую кучу сайкомовских ученых) Марк. В это время Стоун смачно зевнул, а Эми, болтая ногами, смотрела по сторонам.

— Важное замечание: эта броня не надевается на пользователя, как другие, она вызывается из подпространства и сама появляется на теле носителя.

«Кажется, где-то я уже это видел. Волшебные превращения, точно! Надо еще, наверное, проорать с пафосным видом что-то вроде «%что-то_там%, дай мне силу!». Дурдом какой-то. Даже не детский сад — просто форменный дурдом. Вроде серьезная организация — а занимается популяризацией образа девочек-волшебниц!».

Грейсон открыл чемоданчик, и все увидели, что в нем лежат пояс, браслет с небольшим КПК и средних размеров бластер.

— Грубо говоря, вся система сосредоточена в поясе и браслете, не считая, конечно, подпространства, но до тестового пуска я не буду загружать вам мозг ненужными техническими подробностями. Самое главное, что вам нужно знать: данная броня может иметь только одного носителя — того, кто активировал ее в первый раз. Снять вы можете только сами пояс и броню, но никак не нанороботов, которые будут введены в ваше тело при первой активации, а если даже вам и удастся их уничтожить, то все равно останется некая, так сказать, информационная привязка системы к носителю. Другой человек не сможет использовать уже активированную систему — вскоре он погибнет от несовместимости.

«Так, уже про «информационные поля» начал… давай еще про торсионные вспомни! А потом про Атлантиду с Лемурией и Шамбалой! И, конечно, про тонкие миры! Тьфу… на что мы только тратим свое время… Интересно, кстати, как они эту байду вообще делали и тестировали, учитывая, что она якобы рассчитана только на одного носителя. Убивали всех тестировщиков, что ли?»

— Активация производится следующим образом: вы надеваете на себя браслет и пояс, причем желательно, чтобы они касались кожи; затем включаете КПК… — Тут Грейсон, кивнув Финнегану, явно собиравшемуся задать какой-то вопрос, сказал: — Насчет аккумуляторов не беспокойтесь — на один только КПК расходуется мало энергии — если, конечно, сравнить с энергопотреблением самой системы, особенно в бою. Итак, продолжаю: после того, как вы в первый раз включили КПК, на его экране появится большая кнопка «Активировать» — нажмите на нее. Начнется активация системы и ее слияние с носителем. Предупреждаю: будет больно или как минимум неприятно, потому что в ваше тело будут введены нанороботы… — Грейсон снова кивнул одному из слушателей, на этот раз — Остину: — Насчет их безопасного выведения из организма и, так сказать, пополнения запасов тоже не беспокойтесь. По этой теме все очень подробно расписано в инструкции.

«Да-да-да, читайте мануалы, потому что они рулят. Ну, хоть одна дельная мысль».

— Активация займет не больше двух с половиной — трех минут. После этого боевая система готова к использованию. Ее вызов, то есть трансформация или превращение, как любят говорить многие, происходит при нажатии на кнопку на экране КПК с надписью «PSYBER ON»; соответственно, отзыв брони происходит при нажатии на кнопку «PSYBER OFF». Если кому интересно — PSYBER расшифровывается как «Боевая система PSYKOM». Подробно о системе меню КПК, его ОС и т. д. я сейчас рассказывать не буду — все есть в инструкции.

Грейсон сделал небольшую паузу и обозрел зал; реакция слушателей была явно очень далека от ожидаемой — они, правда, не зевали, но смотрели на него, как на идиота, с трудом пытаясь замаскировать свое поведение под жгучий интерес к очередной поделке от PSYKOM; правда, Стоун с трудом преодолевал желание со всей силы хлопнуть себя рукой по лицу. Джим, наоборот, очень нервничал и переминался с ноги на ногу; видно было, что реакция зала очень его расстроила.

— Очень коротко об оружии и дополнительном оснащении системы: PSYBER XT имеет на вооружении лазерный бластер средней мощности — вы можете видеть его в чемоданчике у меня на столе, встроенные в броню на правой руке два бластера малой мощности и средних размеров меч, который можно заряжать энергией — можете называть его «энергетическим мечом». К сожалению, его я вам в данный момент показать не могу, т. к. он находится на доработке — обнаружен мелкий, но очень неприятный баг, и наши разработчики обещают исправить его к полудню. Что же касается дополнительного оснащения, то к нему пока относится разве что стандартный мотоцикл, какими пользуется наша компания.

Марк уже не слушал Грейсона, а просто тупо смотрел перед собой, еле-еле удерживая себя от желания прикончить оратора за то, что рассказывает им какую-то бредятину, годную только для дурацких детских комиксов; когда он услышал про мотоцикл, в его голове молнией пронеслась какая-то смутная ассоциация… а вот с чем — он уже не смог понять. Похоже себя вели и остальные слушатели: Эми вообще разглядывала свои ногти — длинные, ухоженные, с французским маникюром; Кен едва не спал; Дэн чуть ли не ежеминутно тяжело вздыхал (чего не замечал или не хотел замечать лектор), Джек смотрел то на потолок, то на дверь, то на стоящий на столе компьютер.

Лекция длилась еще минут двадцать — двадцать пять; Грейсон рассказал про дополнительные функции брони — способность летать (если заряда аккумулятора хватит), защитное силовое поле, самовосстановление (оказывается, броня состоит из множества тонких слоев, которые могут самозамещаться (не бесконечно, а пока хватит запаса) в случае повреждения; также за восстановление отвечают и нанороботы) и прочие мелкие фишки вроде прибора ночного видения, встроенного в шлем. Больше про «информационные поля» лектор не заикался, употребляя только общепринятую научную терминологию. Под конец нервно ерзавший на стуле в течение всей лекции Финнеган не выдержал и громко спросил у Грейсона:

— Скажите, пожалуйста, как расшифровывается название этой системы?

Вопрос застал Грейсона врасплох; он споткнулся на полуслове и молчал около минуты, почесывая в затылке и барабаня пальцами по чемоданчику. Наконец, вздохнув, он сказал:

— Видите ли… этот вопрос несколько выходит за рамки нашей текущей, так сказать, лекции. Но вы можете найти всю интересующую вас информацию в инструкции.

— Это хорошо, — кивнул Финнеган. — И у меня есть еще один вопрос…

— У меня тоже есть вопрос! — крикнул Остин. — Знаете, ваш рассказ об этой системе вызвал у меня определенные ассоциации…

При этих словах Эми, не сдержавшись, громко хихикнула на весь зал.

— Нет, ассоциации приличные, да, — произнес полицейский. — Но все же меня интересует вот что: я так понимаю, будет создано много экземпляров этой системы?

— Хм… да, конечно. Учитывая уровень преступности и возросшее число таинственных и до сих пор не раскрытых преступлений, это совершенно логичный шаг.

— У меня странный и даже глуповатый вопрос, — с важным видом произнес Остин; правда, если хорошенько приглядеться, можно было увидеть, что он еле сдерживает усмешку. — Как можно называть пользователей этой системы?

— Эм… Зачем это вам? — удивленно округлил глаза Грейсон.

— Ну… просто интересно. У нас есть полиция, есть армия… И ведь будет какое-то… ну, как сказать… какое-то специальное подразделение из носителей таких систем. Как можно их назвать?

— Я не понимаю, зачем это вам нужно! — замотал головой Грейсон. — Действительно странный и глупый вопрос…

— Ну, а все-таки? — настойчиво спросил Остин.

— Да, и мне тоже интересно, — поддержал его Стоун. — Так как будет называться это, так сказать, подразделение?

Грейсон пару минут напряженно думал, почесывая то подбородок, то затылок. Лотта тоже нервничала и посылала в зал полные ярости и ненависти взгляды, но никто не смотрел на нее — внимание всех было привлечено к Грейсону, врасплох застигнутому внезапным вопросом. Но тут внезапно заговорил Джим:

— Эм… Я думаю, что… что носителей этой системы можно назвать… кхм… сайберами! Сайберами! Да! — выпалил он на одном дыхании.

— Сайберы? А что — это логично, — негромко произнес Финнеган. — Звучит, правда, странно; мне кажется, я слышал что-то подобное раньше.

На минуту с лишним установилась тишина; затем Лотта спросила, нет ли у собравшихся больше вопросов, и ответом ей была тишина.

— Я не зря собрал сегодня в этом зале именно вас пятерых, — тяжело вздохнув и окинув взглядом зал, сказал Грейсон, смотря на Фрейзера, Остина, Стоуна, Кларк и Финнегана, причем злобы в его взгляде не было — скорее, едва заметный испуг и неуверенность. — Скорее всего, носителем системы PSYBER XT в ближайшем будущем станет кто-то из вас. Изо всех наших сотрудников у вас самые лучшие показатели, поэтому выбрали именно вас. А вот каким образом мы решим, кто из вас более достоин быть носителем системы XT, пока неизвестно. Но в самое ближайшее время этот вопрос решится раз и навсегда. На этом наше собрание завершено. До новых встреч!

С этими словами, сказанными с фальшивой уверенностью в голосе, Грейсон убрал пояс, браслет и бластер в чемоданчик и быстро вышел; за ним, даже не взглянув на остальных, последовала Лотта. Джим пару секунд стоял возле стола, затем, словно бы извиняясь, неловко улыбнулся и пошел выключать компьютер. Спустя минуту он вывел остальных из зала, который закрыла стоящая снаружи Лотта (было видно, что даже минутная заминка буквально вывела ее из себя — ее глаза словно метали молнии, а на бедного Джима она посмотрела так, будто была готова съесть его заживо).

— … Ну как? — ухмыльнувшись, спросил у коллег Стоун, как только Лотта и Джим отошли на порядочное расстояние.

— По-моему, кто-то забыл, что первое апреля не сегодня, — усмехнулась Эми.

— Согласен. Похоже на какой-то бред про суперброню из детских комиксов или мультиков, — протянул Джек. — Ну, хотя бы забавный вопрос про название пользователей этого барахла ему задали. Хоть повеселились…

— И ради этого нас оторвали от работы! — чуть не рявкнул Марк.

— Ну, как знать, может, и не враки это все, — задумчиво сказал Остин. — Кто знает, может, действительно они такую систему разработали. Все-таки просто так пудрить мозги сотрудникам далеко не в интересах ICTEC и PSYKOM. Но звучит это все как полнейший бред. Они, наверное, мультиков насмотрелись или комиксов начитались… PSYKOM, наверное, что-то темнит, и поэтому они решили сделать вот такое вот кривое прикрытие.

Остальным было добавить нечего, поэтому они еще пару секунд постояли, молча смотря друг на друга, затем попрощались и разошлись.

21 августа 2017 г., 10:15

Центральная часть Кристалсэнда.

Жуткие ливни прекратились еще неделю назад, на смену им пришла умеренно прохладная погода; солнце почти не появлялось, небо имело светло-серый цвет; временами налетал кратковременный сильный ветер. Дождей больше почти не было — пару раз начинало идти что-то слабое и мелкое (и оттого очень неприятное) и спустя пару минут заканчивалось так же внезапно, как и начиналось.

По оживленной улице среди супер- и гипермаркетов, модных бутиков, маленьких кафе, ресторанов и крохотных киосков шел самый обычный человек — среднего роста, сероглазый, с короткими черными волосами, одетый в темно-синюю джинсовую куртку, черные брюки и серо-белые кроссовки; в руках он постоянно вертел смартфон, пытаясь дозвониться кому-то (пока безуспешно). Внезапно он дернулся и остановился возле одной маленькой полупустой забегаловки и начал прислушиваться к чему-то, доносящемуся изнутри — а именно к воплям телевизора, едва слышным на фоне остальных звуков улицы.

«Перейдем к криминальной хронике. Таинственные убийства в Кристалсэнде продолжаются; вчера вечером было найдено два трупа без каких-либо следов насилия; смерть, как и в остальных подобных случаях, наступила, по-видимому, от внезапной остановки сердца. Свидетелей обнаружить не удалось. Полиция продолжает вести расследование данных преступлений. Мы продолжаем внимательно следить за развитием событий…»

Парень мрачно покачал головой и пошел дальше (тем более что дверь кафе резко открылась, и наружу выскочила маленькая бойкая дамочка в длинном коричневом платье и с пустой тарелкой в руках; на парня она бросила лишь мимолетный взгляд, но чувствовалось, что она не просто так выскочила), внимательно прислушиваясь к каждому орущему телевизору и радиоприемнику.

«Всего двое — а в прошлый раз было аж семеро. И копы, как всегда, даже и не чешутся. А в итоге все свалят на нас — как же, вы ведь террористы, вы подрываете демократические ценности, блаблабла…»

Он неторопливо шел дальше, временами оглядываясь, словно ища кого-то; еще пару раз попробовал кому-то позвонить, но трубку не брали. Пару раз парню по пути попался полицейский патруль — в первый раз машина стояла возле магазина бытовой техники на противоположной стороне улицы, к тому же в тот же момент рядом с нею проезжал здоровенный эвакуатор, так что прятаться никуда не пришлось — только ускорить шаг; зато во второй раз парень чуть не налетел на двух полицейских, медленно и расслабленно бредущих по тротуару. Они его заметили, но в тот момент позади в метрах пяти раздался похожий на выстрел звук, и стражи порядка тотчас же забыли о «подозрительной личности» и понеслись выяснять, кому и зачем вздумалось стрелять на оживленной улице средь бела дня.

Через метров двадцать парень в нерешительности остановился возле небольшого уютного кафе с огромным количеством цветов на подоконниках, затем еще раз оглянулся назад, ища взглядом тех двух полицейских, после чего все-таки вошел внутрь. В кафе было пусто, если не считать одинокой заспанной продавщицы — высокой красивой итальянки с длинными иссиня-черными волосами, одетой в легкое светло-голубое платье. Увидев вошедшего, она попыталась изобразить некое подобие улыбки, но, к ее удивлению, получился смачный зевок. Парень в ответ приветливо махнул рукой и сел за столик, стоящий ближе всего к висящему на стене огромному телевизору, тихонько бормочущему новости. Бросив на парня быстрый взгляд, продавщица сделала громкость повыше:

«… глава ICTEC Скотт Ричардс заявил, что в самое ближайшее время таинственные убийства в Кристалсэнде прекратятся. По его словам, ICTEC не только известны личности преступников — корпорация еще и обладает мощнейшим сверхсовременным оружием, противостоять которому не может никто.

— Мы больше двух лет сотрудничали с Sybra и PSYKOM, и вот, наконец, наши усилия увенчались успехом. Оружие, которое мы создали, не имеет аналогов и не будет иметь их еще в течение как минимум пятидесяти лет, — пафосно заявил Ричардс, высокий и довольно-таки упитанный мужчина средних лет с крайне довольным краснощеким лицом, чем-то похожий на сытого кота. — Операция «Немезида» начнется уже сегодня, точное время я не могу вам сказать по соображениям секретности. Но будьте спокойны — больше ни одна террористическая сволочь не посмеет и пальцем тронуть никого из наших соотечественников!

Также мистер Ричардс заявил, что в ближайшее время начнется поставка нового оружия странам-партнерам…»

Итальянка ударом кулака по пульту выключила телевизор и мрачно пробормотала, смотря в окно:

— Болтают-болтают — и ничего не делают! Только языком чесать умеют!

Парень ничего не ответил — он опять достал смартфон и снова попытался кому-то позвонить. После пяти безуспешных попыток он со вздохом сдался, положил телефон на стол и обратился к продавщице:

— Кристина, Тони сюда вчера или сегодня не заходил?

— Нет. Я его в последний раз видела, наверное, недели две назад, когда к Мухаммеду пришла проверка.

— Как у него дела, кстати?

— Отлично. Все в порядке. Да и что ему будет… ты же его знаешь — хитрый, изворотливый, осторожный. Сидит у себя, работает потихоньку. Ко мне вот недавно заходил со своей дочкой — говорит, она в какой-то институт поступила. Название вот забыла, но что-то связанное с языками. Способная девчонка. Далеко пойдет.

На некоторое время установилась тишина, а затем в кафе вошли две девушки: первая — маленького роста, очень худенькая, с очень короткими волосами кислотно-розового цвета, в сиреневых контактных линзах, одетая во все зелено-коричневое — рубашку с короткими рукавами, курточку и мешковатые брюки — кроме ботинок: они были темно-коричневые, почти черные, со слишком длинными блестящими темными шнурками, которые постоянно цеплялись за что-либо и так и норовили развязаться; вторая — довольно высокая, с длинными собранными в хвост темно-коричневыми волосами, одетая в синюю футболку, темно-синие джинсы и старые серо-черные кроссовки.

— Приветик, Джордж! — радостно крикнула розововолосая, еще стоя на пороге. — Привет, Кристина! — обратилась она уже к продавщице, которая опять зевала.

— Карли, Кэт! А вы что здесь в такую рань делаете? — удивился парень.

— Да ничего особого — просто прогуляться решили. Мы сегодня не работаем — не наша смена, — ответила темноволосая, краем глаза заглядывая в меню, в ту его часть, где перечислялись различные виды пиццы.

— Если уж так нужны деньги — могли бы и у меня поработать. Мне помощники ой как нужны, — лениво произнесла Кристина, начав протирать стаканы и тарелки.

— Тебе? Теперь это твое кафе, что ли? Ник совсем отошел от дел? — удивилась Карли. Девушка в ответ только отмахнулась.

— Думаю, и здесь тоже можно поработать, только вот сможем ли мы — вот главный вопрос, — произнесла Кэт. — Официантки из нас с Карли никудышные. А что мы тут еще можем делать? Охранниками работать? Админить полтора компа? Хотя, конечно, если наша помощь сильно понадобится — с радостью поможем, даже и денег не возьмем… наверное.

Тем временем в кафе вошла небольшая компания подростков, судя по всему — старшеклассников, прогуливающих школу; на Джорджа, Кэт и Карли они не обратили особого внимания, уселись за самый большой столик и начали что-то бурно обсуждать (а обсуждали они новый комикс про супергероев со сверхспособностями, и им очень не нравилось, что новый персонаж, появившийся в последнем выпуске комикса, обладает телепатией, хоть и очень мощной и по силе превышающей телепатические способности остальных персонажей; по мнению школьников, телепатия — самая раскрученная и потому ненужная способность, «… ведь ею же нельзя, например, дверь выбить или морду набить! Телепаты не нужны, они надоели! Сделали бы, например, криокинета! Давненько их не было…»). А еще один из школьников, высокий и болезненно тощий и наиболее дорого и модно, но безвкусно одетый, пошел покупать еду и напитки. Еще через пару минут пришли двое — накачанный здоровяк, такой крупный, что едва пролез в дверь, и мелкий и юркий паренек с болтающимися на шее большими наушниками и торчащим из кармана брюк темно-синим смартпэдом; они тотчас же, напустив на себя заговорщический вид, присоединились к вышеназванной троице.

— Что сидим, кого ждем? — весело сказал мелкий после секунд двадцати молчания.

— Да так вот… пришли и сидим, — буркнула Кэт.

— Новости-то смотрели? Слышали, что этот айситековский урод вякнул?

— Ну да. Как всегда — мир, дружба, демократия и толерантность. А кто не с нами — тот террорист, — отозвался Джордж.

— А вот мне почему-то кажется, что все это неспроста… — задумчиво произнесла Карли. — ICTEC ведь дочерняя компания PSYKOM, а они, в свою очередь, — дочерняя компания Sybra. Улавливаете?

— Улавливать-то улавливаем… — ответил качок. — Да вот только у них кишка тонка со всеми нами тягаться. Повякают-повякают, постреляют немного из этой своей новой пукалки — и все вернется на круги своя.

— Не скажи, — возразил мелкий. — Помнишь разговор тех двух копов? Ну, которых мы сегодня видели возле помойки?

— Ну?

— Включи мозги, Стив, шевели извилинами! Вспомни, что они… — внезапно паренек осекся и резко повернулся в сторону окна, глядя на противоположную сторону улицы. Народу там было очень много, но все равно было ясно, что смотрит он на двух полицейских — уже знакомых нам агентов Остина и Стоуна, стоящих возле патрульной машины.

— Да не вертись ты, Алекс! — зашипела Карли.

— Они нас пока не заметили, но пора драть отсюда когти, — негромко сказала Кэт, посмотрев куда-то за прилавок. Стоящая там Кристина верно истолковала этот взгляд, так как через секунд пять полицейские неспешно направились к кафе (явно с твердым намерением зайти туда, а не просто полюбоваться цветочками на окнах); девушка жестом позвала всех пятерых зайти за прилавок и пройти к скрытой за длинной серо-коричневой занавеской двери; в тот момент, когда она уже хотела открыть ее, полицейские уже вошли в кафе, и вся компания, включая и Кристину, в ужасе замерла, но тут у Стоуна внезапно зазвонил телефон, и он так неловко достал его из кармана, что случайно врезал Остину по носу; пока один говорил, а второй обиженно тер нос, продавщица быстренько выпустила Джорджа, Карли, Кэт, Стива и Алекса на улицу через черный ход, а сама вернулась к прилавку и как ни в чем ни бывало продолжила с самым невинным видом протирать тарелки.

Алекса и компанию вытолкнули во двор, который, что странно, был пока еще пуст, если не считать двух бабулек, сидящих на скамейке в метрах десяти от выхода, но они были настолько увлечены разговором, что не замечали ничего вокруг.

— И что будем делать? Копы внутри, они запросто могут прижать Кристину к стенке и заставить ее признаться во всем, — испуганно сказала Карли, хлопая длиннющими ресницами.

— Хаа! Да ты нашу Кристину не знаешь! — усмехнулся Стив, потирая кулаки. — Когда полтора месяца назад к ней пятерых легавых прислали, помнишь, что было?

— Нет… Меня тогда в городе не было — ездила к родителям в… в общем, меня тогда здесь не было, — почему-то засмущавшись, ответила девушка.

— Короче, она их самих к стенке приставила! Они когда вышли из кафе, то чуть ли не прозрачные были от ужаса! А ведь далеко не самых хилых к ней отправили! — загоготал было Стив, но тут же получил пинка под зад от Кэт:

— Хватит орать! Опять напился, что ли?

— Да нет, я всегда такой, — улыбнулся громила.

Тем временем Джордж снова пытался кому-то дозвониться; через минут пять издевательств над телефоном наконец-то пришло SMS, где говорилось, что всем необходимо как минимум на эту неделю залечь на дно и сделать вид, что их не существует, потому что федералы готовят что-то ужасное, о чем сразу же были оповещены все собравшиеся.

— Ну, если даже Тони говорит, что что-то будет — значит, что-то действительно будет, — глубокомысленно заметил Алекс.

Ответом ему было молчание и крайне мрачные взгляды товарищей. Больше им ни о чем говорить не хотелось, поэтому они быстренько попрощались и как можно незаметнее по одному с интервалом в минут пять-шесть покинули двор. Последним ушел Стив; он задержался дольше всех — на целых десять минут; все это время он как-то слишком внимательно разглядывал стоящие рядом с ним карусели, покрытые облупившейся желтой и красной краской, затем бросил быстрый взгляд на непримечательный выход из кафе Кристины и, со злобой плюнув себе под ноги, пошел прочь со двора, не оглядываясь.

21 августа 2017 г., 13:28

Центральная часть Кристалсэнда.

К Стоуну и Остину немногим больше получаса назад присоединился Фрейзер. День у последнего не задался с самого начала; он до сих пор злился на Грейсона с Лоттой за дешевую разводку с «новейшим суперсовременным оружием», которое оказалось дебильной запоздалой первоапрельской шуточкой. После «совещания» Марк должен был пойти на дежурство, но вместо этого вынужден был целый час помогать Эми с какими-то бумагами, на которые он особо и не смотрел, чем вызвал у своей подружки очередной приступ термоядерной истерики (к счастью, на ее вопли никто не откликнулся, т. к. даже в ICTEC все уже к ним привыкли). Потом он все-таки пошел на дежурство — туда же, куда и Стоун с Остином; по пути он увидел, как двое полицейских расправляются с хозяином невесть откуда взявшегося в глубине подземного перехода киоска, где якобы продавали мобильные телефоны, а на самом деле — еще и пиратские диски, а также перепрошивали приставки, смартфоны и т. д. Марк был в шоке: он вообще не представлял, как такое возможно — продажа нелицензионной продукции в центре города, где копы стоят буквально на каждом шагу (особенно после недавних таинственных убийств, которые пока не могли раскрыть ни полиция, ни ICTEC). «Значит, эта мелкая мразь настолько ненавидит нас, наше общество, что готова даже пожертвовать собственной жизнью ради грязной прибыли. Это же просто невероятно — ему удалось, судя по всему, не меньше полугода работать здесь, у всех на виду! Возможно, не совсем на виду — все-таки он хорошо шифровался: те, кто «не надо», о настоящем предназначении его киоска и не подозревали. Ну ничего, эту тварь повязали — и скоро очередной рейд проведем. Наверное, и пару десятков этих «оппозиционных деятелей» тоже откопаем — ведь умеют прятаться, сволочи, так хорошо прячутся — часто вообще под носом у нас расхаживают, а мы как слепые!» — думал Марк. До Остина с Стоуном он дошел довольно быстро, без происшествий; само дежурство тоже было без происшествий — совершенно неинтересным, пресным; в итоге около часа дня Остин куда-то отлучился, а уже успевший проголодаться Стоун предложил Фрейзеру сходить куда-нибудь пообедать. В итоге выбрали недавно открывшуюся большую пиццерию рядом с фонтаном на соседней площади.

Внутри было не очень людно; полицейские уселись в дальнем углу неподалеку от висящего на стене негромко бормочущего телевизора и, пока выполняли их заказ, начали негромко разговаривать.

— Ну, как тебе сегодняшнее представление? Не могу поверить, с какой легкостью Грейсон и Лотта сделали из нас идиотов! — кипятился Марк.

— А тебе ничего здесь не кажется странным? — спокойно ответил Дэн.

— Да все. Чушь все это собачья. Какая-то волшебная броня на информационных полях, пояса какие-то дурацкие, браслеты… Как будто мультиков пересмотрели, честное слово!

— Знаешь, я поначалу тоже так думал. Но вспомни: что мы знаем о деятельности PSYKOM?

— Ну… они продолжают разработки Sybra, только концентрируются на военном их применении. Оружие там всякое, броня и так далее.

— Вот! Ты же сам ответил на свой вопрос!

— Да ничего никто не ответил! То, что нам показали Грейсон с Лоттой, попросту невозможно! Это противоречит не только физике — элементарной логике!

— Когда-то и об электричестве так же говорили, и об автомобилях, и о персональных компьютерах.

— О вечном двигателе тоже орут на всех углах. И продолжают изобретать, несмотря то, что это невозможно, — буркнул Марк.

— Неудачный пример. Про информационно-энергетические технологии — прошу прощения за стол странный термин, но я не знаю, как еще назвать то, над чем работает Sybra, — с самого начала говорили, что все это чушь, ложь и провокация, но проекты OSP Beta, OSP v1 и HS-броня опровергли все доводы скептиков. И еще раз повторю: нам ничего толком не известно о деятельности PSYKOM и Netek. Мы даже о Sybra мало что знаем. Вот, например, ты что-нибудь слышал о…

Тут принесли заказ — две здоровенные пиццы (одна — с курицей, другая — с морепродуктами) и чай, и полицейским пришлось на минут пять прервать разговор; после некоего подобия обеда говорить о сегодняшнем «представлении» им не хотелось, и они возобновили дежурство.

Прошел уже который час, а никаких происшествий все не было. В криминальных сводках тоже все тихо — в том числе и никаких новостей о новых загадочных убийствах. Около четырех часов дня к полицейским присоединились Остин и Финнеган, еще спустя полчаса объявилась Эми, пребывавшая, к огромному удивлению, во вполне хорошем расположении духа и не достававшая никого своими истериками (зато она зачем-то раза три зашла в кафе Кристины, желая, видимо, узнать у нее что-то, но та была совсем не настроена на разговор с гламурной блондинкой с омерзительным характером, пусть и работающей в ICTEC, так что Эми осталась ни с чем). Вся компания несколько раз исходила всю отведенную им для патрулирования территорию, они осмотрели все дворики и закоулки, но ничего подозрительного не нашли.

Тем временем погода начала портиться — небо приобрело свинцовый оттенок, несколько раз принимался дуть холодный резкий ветер. В прогнозе погоды ничего подобного не значилось, что вывело Эми из себя, и она решила уйти с поста раньше, чем положено (дело в том, что у агентов ICTEC нет четкого расписания — есть время начала смены, но нет определенного времени ее конца — все решает руководство в зависимости от текущей обстановки; сегодня смене Марка и его товарищей было приказано работать до восьми вечера), предварительно наорав на всех, особенно на Марка и Джека, но тут запищала рация Дэна. На связи был сам Чад Грейсон, что очень удивило присутствующих — он-то с какого перепугу осмелился отдавать им приказы?

— Срочно отправляйтесь на Ривер-стрит в район домов 2 и 4! Там вас уже ждет подкрепление. Не теряйте ни минуты, последствия могут быть катастрофическими! — рявкнул Грейсон и разорвал связь, не потрудившись объяснить что-либо.

Полицейские недоуменно переглянулись — ведь до Ривер-стрит как минимум минут пятнадцать-двадцать пешком; к счастью, Джек вовремя заметил очень кстати стоящую в метрах шестидесяти от них патрульную машину, в которую все запрыгнули и на полной скорости понеслись к месту происшествия.

За рулем сидел Саймон Мастерс — способный малый, очень трудолюбивый и настойчивый, но в последнее время ему упорно не везло. Увидев, какую компанию ему придется везти, он аж присвистнул и, дождавшись, когда все усядутся, тотчас же тронулся с места. В ответ на удивленные взгляды он сказал, что тоже получил приказ от Грейсона. Больше вопросов никто не задавал, и до Ривер-стрит полицейские ехали в полной тишине.

21 августа 2017 г., 19:14

Санни-стрит.

Стиву не сиделось дома, даже несмотря на быстро портящуюся погоду. Ни с кем из друзей пока нельзя было контактировать из-за гипотетически готовящейся большой полицейской облавы, да и вообще их всех попросили залечь на дно и сделать вид, что их не существует, а чем-то заняться хотелось. Стив понимал, что делает глупость, но ничего не мог с собою поделать, поэтому решил немного погулять по наименее людным улицам (хотя город все равно буквально кишел полицейскими после последних событий).

Прогулка началась с маленького сквера неподалеку от дома Стива. Сам он оделся как можно более неброско — серая куртка с высоким воротником и большим капюшоном, серо-коричневые брюки, потрепанные серо-белые кроссовки, а также большая серо-синяя кепка; хотел еще надеть темные очки, но решил, что это лишнее. Он решил не брать с собой никаких средств связи и уж тем более никакого оружия. В сквере были только мать с маленьким ребенком, который с громкими воплями гонялся за голубями, размахивая маленькой ярко-голубой игрушечной лопаткой; мамаша спокойно сидела на скамейке и в наушниках смотрела фильм на планшете. Стив сел на соседнюю скамейку и, не найдя подходящего занятия, начал просто смотреть вдаль. Вон там видны небоскребы бизнес-центра, рядом с ними — через два квартала — недавно отремонтированный кинотеатр. Потом опять небоскребы или обычные типовые высотки. Где-то неподалеку находится стадион, где сегодня проходит какой-то очень важный матч по бейсболу; хоть Стив и не был особым поклонником этого вида спорта, ему казалось, что лучше бы он пошел на матч, чем сидел бы здесь почти в полном одиночестве — он был компанейской личностью и плоховато переносил изоляцию от общества.

Резко подул холодный, колючий ветер. Мамаша оторвалась от просмотра фильма, что-то крикнула ребенку, и он, с большим сожалением прекратив преследование несчастных голубей, побежал к скамейке, воинственно размахивая лопаткой. Через минуту с лишним парочка ушла, и Стив остался один. Через пару минут последовал следующий порыв ветра, и парень, пробурчав себе под нос что-то про глупых синоптиков, поднялся с места и направился на соседнюю улицу, довольно-таки оживленную. Там он насчитал три полицейских патруля, но никто на него не обратил внимания — хоть копы и постоянно смотрели по сторонам, словно ища взглядом кого-то, искали они явно не нашего накачанного «оппозиционера-террориста». Немного удивившись такому странному поведению полицейских, Стив спокойно пошел по улице; пару раз ему захотелось зайти в магазин или кафе. Наконец, он дошел до конца улицы, где оживленная и яркая Санни-стрит упиралась в длинную и мрачную Ривер-стрит. Полиции, кроме тех трех патрулей, нигде не было видно (Стив подумал, что это очень странно — ведь многие убийства были совершены в таких темных и мрачных местах, как Ривер-стрит, однако никто не удосужился поставить сюда хотя бы парочку патрульных), и Стив, малость осмелев, решил прогуляться и по этой улице.

Ветер временами то усиливался, то ослабевал; здесь было холоднее из-за близости реки. Небо потемнело еще сильнее, через пару минут раздались далекие глухие раскаты грома. Стив мысленно посетовал на то, что не захватил зонтик — ну да ладно, капюшон у куртки есть; в крайнем случае, можно будет где-нибудь поблизости спрятаться.

На Ривер-стрит было малолюдно, темно и холодно — как всегда, впрочем. На Стива никто не обращал внимания; сначала он минут пять просто шел, куда глядят, без определенной цели, затем решил зайти погреться (настолько похолодало) в маленький бар, где почему-то никого не было, даже бармена, хотя заведение открыто, и нигде не висит никаких уведомлений о закрытии. Потоптавшись в баре пару минут и так и не дождавшись хоть кого-нибудь, Стив решил пойти дальше — он захотел дойти до видневшегося вдалеке моста и по нему перейти на другой берег, потом прогуляться до театра, после чего вернуться домой тем же маршрутом, за исключением Ривер-стрит — ее он решил обогнуть (быть сильным — это хорошо, но все же лучше не искушать судьбу).

Не успел Стив пройти и пяти метров, как вдалеке раздался истошный женский визг. Парень, пару мгновений поколебавшись, сломя голову бросился на источник крика — маленький грязный закоулок между двумя жилыми домами — но никого там не нашел; правда, воздух в закоулке показался ему то ли подозрительно теплым, то ли наэлектризованным — в общем, что-то здесь явно было не так. Где-то рядом раздался топот ног, и в следующий момент на Стива чуть не налетели два каких-то мужика:

— Эй, ты не слышал — тут орали? — запыхавшись, спросил первый, очень подозрительно смотря на парня.

— Слышал, поэтому сюда и прибежал. Здесь никого нет, но воздух какой-то… странный, — ответил Стив.

— Да, здесь тепло, — бросил второй мужчина, неопределенно взмахнув руками, словно пробуя воздух на ощупь.

— Что-то здесь явно произошло, — с умным видом сказал первый. — Слушай, приятель, ты точно ничего необычного не видел?

— Да вроде ничего. Услышал громкий женский крик и тут же побежал на помощь. Все осмотрел, но ничего — и никого — не нашел.

— Понятно… — хмыкнул первый и зачем-то начал осматривать стоящий в углу мусорный бак.

Стив еще пару минут постоял, затем все-таки пошел дальше. Ветер немного утих, зато пару раз блеснула молния, громыхнул гром — теперь уже совсем близко. На Ривер-стрит было где укрыться от дождя, так что Стив не особо волновался по этому поводу. Однако ему что-то расхотелось гулять, и он решил повернуть назад, но вдруг увидел, как впереди, где-то в метрах пятнадцати от него, кто-то вышел из подъезда и тут же сполз по стене. Стив бросился к пострадавшему; это оказалась довольно симпатичная девушка в длинной темно-синей куртке (которая была ей велика) с накинутым на голову капюшоном. Парень бросился было поднимать девушку, но она слабо замахала руками — мол, не надо, все в порядке, я и так справлюсь. Но что-то было не так — то ли в выражении ее лица, то ли в жестах, то ли в позе — Стив не мог сказать наверняка, но ощущение натянутости и искусственности не оставляло его, поэтому он решил подождать, пока девушка сама поднимется; однако она либо никуда особо не спешила, либо ей было действительно плохо — она все продолжала лежать на грязном асфальте рядом с крыльцом, царапая пальцами стену. Когда парень пытался к ней подойти или просто окликал ее, она в ответ яростно мотала головой и что-то мычала, но ни разу не сказала ни одного членораздельного слова или фразы. Это не могло не насторожить Стива, все его инстинкты говорили ему поскорее убираться отсюда, но что-то его удерживало — и это точно не была внешность девушки: она была, так сказать, средней симпатичности — просто довольно хорошенькая, не писаная красавица, но и не страшилище. Удерживало парня здесь что-то совсем другое, то, что нельзя описать словами, но даже если попробовать описать это «нечто» на, как говорят некоторые, интуитивном уровне, ничего общего с любовью, как могут подумать романтически настроенные личности, здесь не было — скорее, любопытство. И когда Стив пытался уйти, он словно против своей воли оборачивался на странную девушку и видел, что она по-прежнему лежит на земле, царапая ногтями темно-серую стену. Так парень и стоял в метрах двух-трех от незнакомки, не в силах ни помочь ей, ни уйти.

Внезапно перед Стивом словно из-под земли выросли Алекс и еще один приятель — тощий долговязый Питер; они тут же хором заголосили:

— Быстро пошли отсюда! Здесь опасно! Ты что, самоубийца?

Стив попытался было что-то объяснить, косясь на девушку, но его товарищи его не слушали и, схватив за руки, с потрясающей легкостью потянули здоровяка за собой. Они прошли всего метров десять, и тут к ним вдруг присоединились еще двое — Дот, довольно высокая и бритая налысо дамочка, постоянно ускальзывающая от полиции сторонница нацистской идеологии, и Майлз, ее брат, ярый коммунист; они хотели было выяснить у Алекса с Питером, что здесь, собственно, происходит, но внезапно Майлз увидел что-то в открытую дверь подъезда ближайшего дома и жестом приказал всей компании быстрее убираться отсюда.

Тем временем начался дождь — пока мелкий, колючий и оттого очень мерзкий; он постепенно усиливался, поэтому вся компания передвигалась короткими перебежками от подъезда к подъезду, от магазина к магазину.

Стив все равно пытался оглянуться назад, но тут же получал по морде либо от Дот, либо от Алекса; на все вопросы ему отвечали неопределенно — мол, тут опасно, надо быстрее убираться и все такое. Наконец, когда до выхода на Санни-стрит осталось метров десять, не больше, Питер предложил передохнуть; его предложение было встречено с большим энтузиазмом, поэтому все завалились на две полусломанные скамейки рядом с небольшим продуктовым магазином; Алекс и Питер, немного отдохнув, вошли внутрь — купить чего-нибудь перекусить, а Дот и Майлз «сторожили» Стива.

— Слушайте, чего вы ко мне пристали, а?! — не выдержал последний и попытался было отбежать на пару метров, но тотчас же был схвачен настроенными весьма решительно братом и сестрой.

— Говорят же тебе, там опасно! Скоро начнется айситековская операция, нас могут всех прихлопнуть! — прошипела Дот, нервно озираясь по сторонам.

— А почему девушке не помогли?

— Да она же наркоманка! Ты бы повнимательнее на нее посмотрел!

— Ну и что? Мы бы могли ее… ну…

— Вот именно — «ну»! — фыркнула Дот. — Сиди тут спокойно и не рыпайся, а то попадешься на глаза копам — и все!

Майлз ничего говорить не стал, только мрачно посмотрел на Стива, покачал головой и уставился на противоположный дом — типовую многоэтажку, довольно старую, с грязными серыми стенами. На улице было по-настоящему темно, везде зажглись фонари, огни в окнах, но особо светлее не стало — таково было вечное состояние Ривер-стрит.

В какой-то момент Дот и Майлз отвлеклись от сдерживания Стива, начав вполголоса, но очень яростно обсуждать какую-то политическую проблему; пару минут все было нормально — брат с сестрой негромко переругивались, их приятель сидел и тупо смотрел перед собой; затем издалека раздались громкие вопли — из глубины улицы к пересечению с Санни-стрит шла небольшая подвыпившая компания, среди которых была и та самая странная девушка, которой Стив хотел помочь. Когда громко и нестройно распевающие песни ребята поравнялись с Дот, Майлзом и Стивом, из магазина, озираясь по сторонам, вышли Алекс и Питер.

Что произошло дальше — никто толком сказать не может; единственное, что видели все — это то, как та самая девушка внезапно быстро подошла к Стиву и нежным голосом спросила, как его зовут, после чего, не дождавшись ответа, коснулась рукой его щеки и в следующий момент, охнув, упала на землю, как подкошенная; Стив же просто потер щеку и в первое мгновение бросился было к несчастной, но затем резко дернулся, махнул рукой и снова уселся на скамейку. Остальные участники той веселой компании бросились к своей приятельнице, все вместе схватили ее и потащили куда-то, взволнованно галдя и не сказав ни слова Стиву, который даже и не смотрел в ее сторону. Зато Майлз выглядел очень озадаченным:

— Что это было? Она просто дотронулась до тебя и упала? Ты ничего не почувствовал? — затараторил он.

— Да нет вроде… ничего особого… Странно, правда? Она и тогда казалась какой-то… слабой, больной, что ли… а тут взяла — и упала. Может, это обморок был, а? — пробормотал Стив, крайне внимательно рассматривая валяющийся у него под ногами окурок. Внезапно в следующую секунду он вскочил со скамейки и бросился было прочь, но его схватили Питер и Дот и насильно усадили обратно. Тот особо не сопротивлялся — только пожал плечами.

Дождь усилился; пора было идти домой, но состояние Стива вызывало у всех стойкие подозрения, поэтому пока решено было повременить. У Алекса оказался с собой мобильник (с симкой, зарегистрированной на кого-то из дальних родственников), поэтому он быстро связался с кое-кем из приятелей и попросил их срочно приехать на пересечение Ривер-стрит и Санни-стрит. После окончания разговора повисла тягостная пауза — все чувствовали, что сейчас произойдет что-то кошмарное.

Налетел ветер, до того сильный, что создалось впечатление, будто дождь идет горизонтально. На несколько секунд Алекса, Питера, Майлза и Дот отбросило в сторону, и в этот момент Стив вскочил со скамейки, чуть не опрокинув ее, и внезапно бросился на какого-то прохожего, из-за ветра чуть не налетевшего на фонарный столб, вцепился ему в лицо — и тот камнем рухнул в лужу, обдав окружающих фонтаном брызг. Никто не успел ничего сделать — настолько все были шокированы поступком Стива; а тот уже понесся вглубь улицы, время от времени хватая прохожих за руки или шею — и несчастные тут же падали, как подкошенные, а Стив продолжал бежать, как ни в чем не бывало. Спустя где-то полминуты Питер, Майлз и Дот все-таки побежали за своим бывшим товарищем; прохожие в ужасе шарахались от них, ожидая, что и те начнут вцепляться в них; Алекс же зачем-то заскочил в ближайший темный и узкий переулок. Стива пока что догнать было невозможно — он бежал очень быстро и легко, зигзагами; казалось, что он вообще не чувствует диких порывов ветра и бьющего в лицо дождя.

21 августа 2017 г., 19:57

Пересечение Ривер-стрит и Санни-стрит.

Полицейский джип с подкреплением прибыл на место происшествия на минут пять раньше основной команды. К тому моменту Стив уже почти добежал до моста и теперь стоял в метрах пяти от него, нагло поглядывая на своих бывших товарищей, бессильных сделать что-либо.

— Где? — коротко и злобно спросил Фрейзер, выскакивая из машины. Двое полицейских, приехавших в джипе, вместе указали вглубь Ривер-стрит, откуда раздавались дикие вопли и слышалось громкое шлепанье по лужам.

Марк, не особо думая, понесся вперед, не обращая внимания на дождь и ветер. Стива он уже пару раз видел, так что не удивился, когда наткнулся на него (а также на нескольких его — теперь уже бывших — товарищей); его удивило другое — то, что он делал с людьми: просто дотрагивался до них — обычно до рук или шеи — и несчастные тут же падали замертво; иногда можно было увидеть небольшую вспышку (но чаще ее перебивали своим светом фонари).

«Так вот оно что… действительно, на теле нет никаких ранений — но это люди, тем не менее, мертвы! Не знаю уж, что эта сволочь с ними делает, но ему от меня не уйти!» — подумал Марк и с одним пистолетом бросился было на Стива, но внезапно дорогу ему преградили трое приятелей Алекса, которых тот недавно вызвал по телефону; сам же Алекс внезапно выскочил из-за фонарного столба и, стараясь держать дистанцию, крикнул полицейскому:

— Уходите! Это опасно! Мы попробуем сами справиться!

— Ты что, идиот? Не понимаешь, с кем разговариваешь? — рявкнула в ответ почти поравнявшаяся с Фрейзером Дот, держащая в руках какой-то ржавы металлический прут. Подбежавший Стоун грубо оттолкнул ее и попробовал было броситься на Алекса, но наткнулся на громадную руку ухмыляющегося Стива, которая на ощупь была словно стальная. Издалека на подмогу полицейским уже неслись Остин и Финнеган, от них немного отставала Эми, старающаяся бежать так, чтобы не попасть под дождь и не забрызгаться грязной водой из луж. Отбиваясь от Дот, Майлза и остальных их приятелей, агенты ICTEC кое-как окружили ехидно улыбающегося Стива, только что прикончившего очередного человека — на этот раз вдрызг пьяного бомжа.

— Руки вверх! — рявкнул Марк и, не выдержав, выстрелил. Однако, к огромному удивлению полицейских, пуля не причинила преступнику совершенно никакого вреда — она только порвала одежду и затем отскочила в сторону.

— Да-да, конечно, — с издевкой отозвался ухмыляющийся Стив, с довольным видом разглядывая ошеломленных его способностью агентов. — Обе поднять? Может, еще и ногу? Одной хватит? Или две?

Полицейские молчали, не двигаясь с места и держа противника на прицеле.

— Ну, нет так нет, — покачал головой преступник и внезапно бросился на Остина, со всей силы ударив его кулаком в живот, отчего тот отлетел к противоположному дому, врезался в стену и, сразу затихнув, сполз на землю. Стив на этом не успокоился и в следующий момент напал уже на парочку, сдуру выглянувшую из подъезда того же дома — на этот раз он не стал убивать их прикосновением, а просто свернул шеи.

Алекс, Питер и остальные из их компании наблюдали за происходящим со стороны, то и дело пытаясь вмешаться, но каждый раз натыкались на сопротивление полицейских.

— Такое впечатление, что кто-то контролирует нашего Стиви, — тихонько сказала Дот, в очередной раз отскакивая от собирающегося ее пнуть Финнегана.

— Или же кто-то вселился в него. Ну, как бы переместил свое сознание в него. В принципе, это то же самое, что ты сказала, — отозвался Питер, жестами приказывая двум бомжам, решившим посмотреть на «представление», убираться отсюда как можно быстрее.

— А копы думают, что это он сам всех убивают! К тому же мы все… ну, почти все здесь, поэтому на нас обязательно все эти убийства повесят! Нам конец! — произнесла девушка. — Плюс он на нас не бросается, поэтому эти гады точно решат, что мы заодно!

Стив отлично слышал ее слова, поэтому, продолжая ехидно улыбаться, сразу же заверил полицейских, что да, это они вместе решили «немножко поразвлечься»:

— Вот вы все такие довольные, такие сытенькие, как жирные коты! А мы что? А мы ничего! У нас ничего нет! Поэтому надо вам хорошенько наподдать, чтобы неповадно было нам гадить! Вы-то не можете спокойно видеть, как мы пытаемся…

А вот что пытаются делать эти мифические «мы», никто так и не узнал, потому что кое-как очухавшийся Остин, воспользовавшись замешательством противника, выстрелил ему в правый глаз. Видимо, неуязвимость в разной степени распространялась на тело Стива, раз тот тут же схватился за глаз и зарычал, как раненный тигр; остальные полицейские пока не спешили открывать огонь, но и не решались подойти к противнику ближе, потому что догадывались, что сейчас начнется. Какое-то время качок более-менее спокойно стоял, выкрикивая семиэтажные ругательства и растирая глаз, а затем он с подозрительной скоростью и ловкостью бросился на того, кто казался ему самым слабым и неопасным, — на Эми, которая в последний момент увернулась от атаки и носком туфли пнула противника в живот. Это, естественно, ни к чему хорошему не привело — Стив еще больше разозлился и сначала ударил (правда, не со всей силы) девушку по голове, вырубив ее, а затем схватил за шкирку и откинул в сторону, как куклу. Марк, не сказав ни слова, с крайне воинственным видом бросился было на противника, но тот просто отбросил его в сторону мощным ударом кулака в бок.

На пару минут установилась тишина. Остин, покачиваясь, пытался встать; Марк, придя в себя, медленно и осторожно полз к потерявшей сознание Эми, валяющейся у входа в хозяйственный магазин, закрывшийся раньше времени из-за схватки на улице; Стоун и Финнеган все еще стояли на своих местах, прицеливаясь в Стива, и негромко переговаривались, решая, как же им вести себя в этой ситуации; Алекс, Дот и остальная их компания пока что стояли вместе, толком не решив, что же им делать — все-таки Стив был их другом, и им бы не хотелось его убивать, но ясно, что он под чьим-то контролем, причем всем почему-то казалось, что избавить его от постороннего влияния можно, лишь убив; сам же Стив спокойно стоял, обозревая поле битвы; полицейские из подкрепления и Мастерс пока сидели, не шелохнувшись, в машинах, однако были готовы в любой момент броситься на помощь своим коллегам.

Молчание первой нарушил Остин — он попытался снова выстрелить в Стива, но внезапно весь скорчился от боли и застонал, и этого оказалось достаточно, чтобы противник бросился на него. Никакой схватки не последовало — озверевший качок просто вдавил голову агента в стену, раскрошив тому череп. Даже крика не раздалось — только звук удара. В следующий момент Финнеган и Стоун открыли огонь, но преступнику их пули были не опаснее дождевых капель — он, мерзко ухмыляясь, с распростертыми объятиями шел на них, а полицейские, в свою очередь, пятились, но не прекращали стрелять. К этому времени Марк понял, что спасение Стоуна и Финнегана приоритетнее приведения в чувство его истеричной подружки, от которой, кстати говоря, в бою никакого толку, поэтому кое-как встал и тоже начал стрелять по Стиву. Тот удивленно обернулся, как-то странно съежился и вдруг подпрыгнул в воздух с невероятной легкостью и грацией для своего телосложения. Все уставились на него, словно на какое-то чудо. Тут сидевшие в машинах полицейские уже не выдержали. Схватив оружие, они бросились на противника, заставив его на некоторое время отказаться от идеи прикончить Фрейзера. В это время Майлз подскочил к убитому Остину, схватил валяющийся рядом с ним пистолет и начал стрелять Стиву в спину, но патронов осталось только три штуки, да и то эти выстрелы только разозлили качка; теперь он уже хотел прикончить Майлза, а не полицейских.

— Террористы пошли против своего? Но как? Почему? — не обращаясь ни к кому, удивился Стоун. Финнеган в ответ только махнул рукой — мол, хватит болтать, ты лучше стреляй. Тут к ним подбежал Мастерс и быстро затараторил что-то о том, что в джипе есть более мощное оружие — надо попробовать его. Агенты пару секунд медлили, а затем пулями понеслись к машинам и, особо не разбираясь, начали хватать то, что под руку попадется; в итоге все трое пошли на Стива с мощными лазерными бластерами.

Тем временем дела у «террористов» шли намного хуже, чем у агентов ICTEC, — они сражались со своим бывшим товарищем, им было сложно реально ранить его, поэтому они пытались отделаться лишь быстрыми ударами в бок или по спине, но вот их противнику было все равно, как его атакуют, поэтому он пытался схватить кого-либо или же просто врезать им хорошенько своими стальными кулаками. Внезапно Стив остановился и замер — дверь хозяйственного магазина чуть-чуть приоткрылась, и оттуда высунулась чья-то любопытная физиономия. В следующий миг глаза качка засветились ярко-зеленым светом, и он молнией бросился на незадачливого наблюдателя, сломав дверь. Из магазина раздались дикие вопли, наружу сразу же выскочил какой-то лысый толстяк и понесся куда глаза глядят, чуть не сбив Мастерса.

Фрейзер, готовый в любой момент атаковать, попробовал заглянуть в магазин и ужаснулся — буквально за пару минут монстр (Стивом называть его уже было нельзя) перебил всех находящихся там, причем уже не ограничивался смертоносным прикосновением или простым ломанием шеи — он убивал с особой жестокостью, отрывал или даже огрызал (Марк заметил, что что-то произошло с его зубами — клыки выросли, а остальные зубы пропорционально уменьшились; также его пальцы стали длиннее, немного удлинились и ногти, ставшие похожими на когти) головы, руки или ноги, после чего тыкал изуродованный труп рукой в грудь — что-то ослепительно ярко вспыхивало, монстра на пару секунд обволакивало зеленоватое свечение, после чего он, довольно урча, бросался на следующую жертву. Кроме того толстяка, никому не удалось сбежать. Более того, никто — ни полицейские, ни «террористы» — особо не решался помешать чудовищу — их всех буквально парализовал смертельный ужас; кто-то пару раз попытался выстрелить, но неуязвимый противник был слишком занят уничтожением персонала магазина и не обратил никакого внимания на пули. Наконец, с последним несчастным — тощим рабочим в синей одежде — было покончено, и монстр, довольно обозрев результаты своих «трудов», направился к выходу — и тут-то его со всех сторон атаковала смешанная компания: полицейские стреляли, особо не целясь, некоторые просто били противника бластерами; Алекс и его друзья за неимением огнестрельного оружия могли только избивать монстра, зато делали это с внезапно появившейся жестокостью — сцена убийства персонала магазина явно доказала им, что Стива больше нет, и перед ним стоит какое-то кошмарное кровожадное чудище, залитое кровью невинных жертв. Поначалу и полицейские, и «террористы» были шокированы поведением друг друга, но быстро смекнули, что лучше сражаться вместе против одного врага, чем пытаться убить друг друга. Но даже объединение усилий ничего им не дало — противник был неуязвим даже для лазерных бластеров, а простые удары, пусть даже и арматурой, были ему нипочем, поэтому он, не особо напрягаясь, то стряхивал с себя врагов, то бил их руками и ногами куда попало. В один момент Мастерс отбежал к джипу и вернулся к своим уже с базукой, но использовать ее ему не удалось — пушку выбил у него из рук летящий, как пушечное ядро, Алекс, которого секунду назад монстр сбросил с себя.

Наконец, «Стив» сбросил с себя всех противников и на мгновение замер, а затем весь он засветился ярко-зеленым светом и внезапно с несвойственной ему прытью начал целенаправленно избивать всех, кто попадался ему на пути. Еще толком не пришедшего в себя после своеобразного полета Алекса вырубили сразу же, за ним в нокаут отправились Майлз и Питер, попытавшиеся стрелять из выбитых у полицейских бластеров (само оружие монстр просто раздавил своими ручищами); Финнегана и Стоуна он столкнул лбами и раскидал в разные стороны; Дот со всей силы пнул в живот, а потом еще пару раз врезал по голове; Мастерса и двух полицейских поочередно схватил за шкирки и откинул аж к их машинам. Остались только Марк и Эми; девушка уже начала приходить в себя, но была совершенно не в состоянии сражаться. Монстр, все еще светившийся (Фрейзер отметил про себя, что на коже (часть одежды с него давно сорвали в битве) свечение складывается в странные узоры, похожие на дорожки на платах), потирая руки, направился к Эми, намереваясь убить ее, но Марку удалось выстрелить ему в ехидно оскалившуюся пасть. Чудовище заревело; секундного замешательства Фрейзеру вполне хватило, чтобы перетащить Эми за стоящий на противоположной стороне улицы мусорный бак. Тут на кошмарное создание сзади наскочил Финнеган; он вцепился противнику в шею, но тот просто дернулся и сбросил с себя полицейского, а в следующий момент тот получил мощный удар ногой в челюсть и вырубился. В следующий момент толком еще не пришедшая в себя Эми попыталась открыть огонь по монстру, но даже не смогла попасть в цель, чем только раззадорила противника — ехидно улыбаясь и с омерзительными ужимками облизывая клыки, он направился к девушке; когда расстояние между ними сократилось до пары метров, он приготовился к прыжку, но внезапно дернулся, словно почуяв что-то, затем обернулся и увидел одного из полицейских из подкрепления, приготовившегося стрелять из базуки.

— О, ты действительно думаешь, что эта пулялка способна причинить мне вред? — оскалился монстр и безо всякого предупреждения бросился, как молния, на полицейского и проткнул его насквозь когтями; в этот момент на него было набросились еще один полицейский и непонятно откуда выскочивший (точнее, вылетевший, словно пушечное ядро) Алекс, но чудовище простым движением руки отбросило их в стороны. Эми успела спрятаться за мусорный бак и сидела тихо, как мышка.

Тем временем к Марку подполз Мастерс; он был довольно сильно ранен, шатался и чуть не падал, однако все равно был готов к бою.

— Слушай, давай посмотрим, что еще есть в машине!

— Давай, если, конечно, этот урод не перебьет нас до того, как мы до нее доберемся.

Полицейским помогли Майлз и Питер, внезапно наскочившие на монстра; они тоже были сильно ранены, но, тем не менее, полны решимости покончить с этой тварью раз и навсегда даже несмотря на то, что чудовище захватило тело их старого друга. Пока вышеупомянутая парочка старалась отвлечь внимание противника на себя, Марк и Мастерс быстренько (насколько это было возможно в их положении) добрались до джипа и начали копаться на заднем сидении. К сожалению, они нашли там только четыре лазерных бластера, уже доказавших свою бесполезность в бою с нынешним врагом, одну (полностью заряженную) HS-броню и два пистолета (о полезности которых лучше промолчать); еще на полу салона у ближайшей к Марку задней двери валялся какой-то чемоданчик, на который никто не обратил особого внимания. Недолго думая, Марк отдал броню коллеге — мол, если хочешь, используй это светящееся безобразие, а я попробую прикончить эту гадину по старинке, с помощью пушечек, поэтому взял бластер и начал стрелять в монстра, особо не беспокоясь о том, что может ранить Майлза и Питера, в данный момент фактически помогающих айситековцам.

Мастерс надел броню, в отключенном виде выглядящую как широкий серо-черный пояс, и активировал ее с помощью слайдера на левом боку; яркая вспышка — и тело полицейского оказалось как бы заключено в тонкую энергетическую оболочку, светящуюся неярким бело-голубым светом. Удовлетворенно хмыкнув, айситековец, пошатываясь, медленно, но решительно направился к монстру, который ожидаемо оказался доволен таким поворотом событий:

— О, я так долго ждал, когда же вы, наконец, достанете свои светящиеся побрякушки! С одними вашими пукалками, — он кивнул в сторону валяющейся в луже базуки, — особо не поиграешь. А теперь совсем другое дело!

С этими словами чудовище оскалилось и бросилось на Мастерса. Первый удар ему удалось худо-бедно сдержать, но не отразить, зато в следующий миг противник с небольшим усилием (хоть какой-то прогресс — раньше он это делал вообще без каких-либо усилий, словно перед ними были пушинки, а не люди) оттолкнул полицейского в сторону, недовольно бормоча что-то о том, что опять ему испортили все удовольствие — не дерутся, а так, машут ручками и ножками, изображая стиль бешеной обезьяны, стоящей на одной ноге на западном склоне Фудзиямы в лучах восходящего весеннего солнца. Эта фраза не осталась незамеченной Майлзом, пытающимся привести в чувство свою сестру:

— Бешеная обезьяна на склоне Фудзиямы? Это же одна из любимых фраз Стива, хоть он и не соображает ни черта во всех этих пафосных единоборствах. Но тогда выходит, что… или перед нами все еще Стив, или… не знаю…

Стараясь не производить особо много шума, Майлз поднял Дот и потащил ее к ближайшей открытой подъездной двери. Монстр этого не заметил — он был слишком занят битвой с носителем HS-брони.

На помощь Мастерсу внезапно пришел Алекс — на этот раз было ясно видно, что двигался он с воистину нечеловеческой скоростью; он пулей несколько раз пронесся мимо монстра, отвлекая его внимание на себя и давая Мастерсу возможность атаковать противника; полицейский не стал терять время даром и, когда Алекс снова отбежал на метров пять, выстрелил во врага мощным энергетическим лучом (тем самым разрядив броню сразу на 5 %, т. к. он использовал самую мощную атаку из всех возможных). Монстра, к удивлению айситековца, отбросило назад на метров пять, и он чуть не свалился в лужу. В этот момент Алекс снова наскочил на противника, пару раз врезав ему по морде куском арматуры; неуязвимому чудовищу эти удары не причинили вреда, но вместе с успешной атакой полицейского окончательно вывели его из себя, о чем ясно говорили светящиеся диким огнем глаза и не прекращающие гореть странные зеленые узоры на коже.

«Черт побери! И у этого подонка тоже сверхспособности! Да они что, сговорились, что ли?!» — подумал Мастерс, глядя на носящегося, словно пуля, Алекса. Тот, отскочив от врага на метра три, приготовился снова атаковать его, но тут в него полетел целый мусорный бак. Парню удалось вовремя отскочить в сторону и, выполнив несколько замысловатых маневров, подбежать к монстру, но тот успел схватить его и, в раздумье подержав пару секунд, со всей силы бросил его в сторону полицейских машин. В это время Марк, на какое-то время прекратив стрелять, решил еще раз покопаться в салоне джипа, и тут его сбил брошенный в его сторону, словно спортивный снаряд, Алекс; последний, «мягко» затормозив об полицейского, почти сразу же опомнился от атаки, как ни в чем не бывало вскочил и снова бросился в бой, а вот Фрейзеру повезло меньше — он сильно ушибся об стенку машины и заднюю дверь и поранил обо что-то острое левую руку, с которой даже слетели часы. Также при столкновении с Алексом Марк случайно зацепил пару бластеров и чемоданчик, которые вылетели из салона и теперь живописно валялись в лужах; чемодан открылся, но не настолько, чтобы внутрь затекла вода. Фрейзер выругался, затем глянул на свою руку — крови было довольно много, но рана выглядела неопасной, так что он решил продолжать стрелять в монстра, что теперь было малость проблематично.

Что же касается самого монстра, то его попеременно атаковали то Мастерс, то Алекс; иногда в бой пытались вступить Майлз и Питер, но после двух попыток первого отрубили метким ударом в челюсть, а второго бросили куда-то вглубь улицы; раздался громкий вопль — и все стихло. Остальные, включая Эми, пока не решались вступать в битву. Мастерс больше не использовал мощные энергетические атаки, больше полагаясь на обычные приемы рукопашного боя; броня пока выдерживала, но была разряжена уже до 60 %. Алекс предпочитал наносить быстрые и точные удары, затем отбегать на порядочное расстояние, снова возвращаться к противнику и повторять все сначала; теперь он был намного осторожнее и не давал себя схватить, а также старался не попасться полицейскому под горячую руку, тем более что тот изо всех сил старался не делать различия между своим противником и Алексом — ведь второй принадлежал к оппозиции, отношения с которой у ICTEC были очень далеки от хотя бы нейтральных.

Марку пока не удалось сделать ни одного мало-мальски точного выстрела — мешало не только мельтешение бойцов, но и боль в руке. Когда же монстр на целую пару секунд остановился, нехорошо поглядывая на пояс Мастерса, Фрейзеру все-таки удалось прицелиться, но в следующее мгновение последний из уцелевших полицейских из подкрепления бросился чудовищу на шею, словно стараясь задушить его; противник лишь усмехнулся, схватил айситековца и бросил его в сторону джипа. Бедняга сбил Марка, чуть не выбив у него из рук оружие, и врезался в стену; попутно он задел ногами чемоданчик, тот подскочил в воздух, раскрылся, и его содержимое выпало на землю рядом с огромной лужей, чудом не свалившись в нее. Фрейзер выругался; внезапно он увидел рядом с собой что-то, очень напоминавшее его часы; они были подарены ему Эми на день рождения, поэтому потерять их он очень не хотел. Схватив часы, он быстро захлопнул браслет на запястье и в следующий момент внезапно почувствовал, что он схлопнулся как-то по-другому, вовсе не так, как раньше — сразу и сам, ничего не пришлось застегивать. На улице было довольно темно, однако в свете фонарей Марк разглядел то, что надел, и спустя всего пару секунд понял, что это вовсе не часы, а браслет, выпавший из чемоданчика, а тот, в свою очередь, он видел как раз сегодня на утреннем «представлении» от Грейсона, Лотты и компании. Еще раз выругавшись, Фрейзер попытался расстегнуть браслет, но он сидел, как влитой, словно намертво впившись в кожу; пытаясь снять странное устройство, полицейский случайно задел кнопку включения КПК, и экран мигнул, а через пару секунд на нем появилось сообщение о какой-то ошибке — Марк даже не стал его толком рассматривать, потому что в данный момент были задачи намного важнее — например, помочь раненному товарищу, который до сих пор неподвижно полусидел-полулежал у стены. Судя по всему, у него была сломана спина. Когда Фрейзер подбежал к нему, он еле слышно прошептал, косясь (по крайней мере, в дрожащем свете фонарей Марку так показалось) на раскрытый чемоданчик:

— Надень пояс… быстро надень пояс…

— Какой, к черту, пояс?! — взревел полицейский, тут же устыдившись своего поведения. — Сейчас я вызову подкрепление, и мы быстро…

— Нет, не надо подкрепления… все уже тут… все, что надо… — еще тише ответил раненый, тяжело дыша. — Просто… надень пояс… затем нажми на кнопку на экране КПК… и все…

Фрейзер опять чертыхнулся и повернулся в сторону дерущихся Мастерса, Алекса и жуткого светящегося монстра; положение первых двух было весьма плачевным — первый ранен в правую ногу и потому перемещался заметно медленнее и чаще попадал под удары противника, а броня второго разряжена до 40 % и начала давать сбои — в некоторых местах монстру удавалось пробить ее.

— Надень… пояс… — в последний раз прошептал раненный полицейский и затих. Марк дернулся, повернулся было к нему, но понял, что тут уже ничем не поможешь, и приготовился стрелять, но тут внезапно раздался истошный женский крик, и из-за мусорных баков на чудовище выскочила Эми, с диким видом палящая из пистолета в воздух. Монстр на мгновение оторвался от избиения Мастерса и Алекса и попробовал было ударить девушку, но она увернулась (как-то очень подозрительно — буквально в воздухе) и врезала ему каблуком по шее. В следующий момент огонь по врагу открыл все-таки очухавшийся Стоун, но толку от этого было мало. Зато у Эми дела шли на удивление неплохо — ей удавалось уворачиваться почти от всех ударов противника, а ее атаки большей частью были удачны — хоть монстр и неуязвим, получить острым каблуком в глаз все-таки как минимум очень неприятно. Еще через минуты полторы пришел в себя Финнеган, но он даже держать пистолет в руках толком не мог, и Стоун оттащил его к хозяйственному магазину.

«Что же она молчала все это время?» — восхищенно подумал Марк, завороженно смотря на подругу и даже не пытаясь атаковать монстра. Последний, в свою очередь, тоже был очень удивлен появлением очередного противника — он думал, что эта хрупкая блондинка с глуповатым лицом не представляет для него никакой опасности, а вот как все вышло… Благодаря Эми Мастерс смог провести несколько успешных атак и оттеснил противника к стене дома; тот на секунд пять внезапно затих и съежился, а затем вдруг засиял ослепительно-белым светом и словно взрывной волной отбросил от себя полицейских. Эми в последние доли секунды догадалась о замысле врага и еле-еле сумела отлететь в сторону; Мастерс же попробовал поставить защитный энергетический щит, отнявший у него 4 % заряда, однако его все равно отбросило в сторону, и он ударился левым боком о фонарный столб. Затем огонь по противнику открыл Стоун, а спустя пару секунд к нему присоединился Фрейзер; Финнеган по-прежнему был неспособен даже ровно держать в руках пистолет, хоть и порывался встать и помочь коллегам. Эми тоже снова вступила в бой, но после первого же ее удара носком туфли в лоб монстр решил, что пока покончить с этой мелкой летающей тварью, и когда отважная девушка в следующий раз решила атаковать врага, он ударил ее наотмашь, и она отлетела к стене противоположного дома, но опять в последний момент сориентировалась и попробовала было оттолкнуться от стены ногами, но не рассчитала и, крича от боли, упала вниз, почти не замедлив падения. Марк бросился было к ней, но она крикнула ему, чтобы он разобрался с монстром, а уж она сама о себе как-нибудь позаботится. Фрейзер нехотя согласился и с яростью открыл огонь по противнику, несколько раз чуть не задев все еще носящегося рядом Алекса, лупящего чудовище куском арматуры. Спустя пару десятков секунд вконец озверевший монстр со всей силы оттолкнул парня, и тот отлетел куда-то к полицейским машинам, шлепнулся в лужу (судя по звуку) и затих. Марк подумал, что это не так уж и плохо — одним противником меньше, даже если учесть, что он фактически помогал им, и бросился было на светящееся чудище, но тут путь ему преградил Мастерс, снова пытающийся выстрелить мощным энергетическим лучом; подготовка к атаке заняла у него буквально пару секунд, но он так и не успел ее провести, так как этих двух-трех секунд монстру с лихвой хватило для того, чтобы одним метким и мощным ударом отбросить обоих полицейских к их машинам. Теперь против кошмарного создания были только с трудом держащийся на ногах Стоун, сидящая на земле со сломанной ногой Эми (теоретически еще способная взлететь, но не делающая этого из-за дикой боли) и теряющий сознание Финнеган, ставший прекрасной мишенью.

Фрейзер и Мастерс, отброшенные стальной лапой монстра, отлетели к дальней стене какого-то дома рядом с неработающим фонарем. Дождь к тому моменту почти прекратился, гроза закончилась, но легче от этого не стало. В переулке, ведущем на соседнюю улицу, можно было увидеть много людей, заскакивающих туда, чтобы посмотреть, по какому поводу стрельба и вопли, и тут же убегающих от греха подальше. К счастью, полицейские ударились не об саму стену, а врезались в кучу мусора (состоящую в основном из грязного тряпья и отвратительных гниющих объедков), вывалившуюся из стоящего неподалеку переполненного мусорного бака. Первым с земли поднялся Марк; несколько раз ругнувшись и кое-как отряхнувшись от грязи, он решительно почапал вперед по лужам с твердым намерением порвать монстра на куски, тем более что тот схватил Стоуна и явно хотел проткнуть его насквозь горящими ярко-зеленым цветом длинными когтищами, но в этот момент на зверюгу бросилась невесть откуда выскочившая Дот; девушка была явно не в лучшей форме — грязная, в местами порванной одежде, вся в синяках и ссадинах, однако полная желания превратить монстра в фарш. Один меткий удар — и Дот отлетела в сторону и упала, словно мешок, неподалеку от полицейских машин. Делая вид, что не обратил внимание на очередную жертву, Марк бросился вперед, собираясь выстрелить, и вдруг запнулся обо что-то, лежащее рядом с большой лужей, и грохнулся в грязную воду, громко рявкнув что-то трехэтажным матом. Затем Мастерс все-таки выстрелил энергетическим лучом в монстра, отчего тот (внезапно для самого себя) отпустил Стоуна. В следующий момент на противника бросились Питер и Майлз.

Фрейзер кое-как встал, нашаривая на земле между лужами упавший бластер. Попутно он наткнулся на большой и довольно широкий синий пояс — по всей видимости, Марк споткнулся именно об него. Полицейский со злостью пнул пояс, и он откатился под ноги Мастерсу, который тут же поднял его и, с интересом рассматривая, сказал:

— Хм, а это что? Новая модель HS-брони? Слышал, что что-то такое наши разрабатывали вместе с PSYKOM.

— Брось эту ерунду, — процедил сквозь зубы Марк, пытаясь прицелиться в монстра. — Это… это чья-то плохая шутка. Очень плохая шутка, уж поверь.

— Да? А, по-моему, это самая настоящая HS-броня, какая-нибудь крутая новая модель. Ведь не зря же ее сюда притащили. Слушай, попробуй ее надеть! Я с этими девайсами хорошо знаком — можешь поверить на слово. Я плохого не посоветую. Хуже ведь все равно не будет.

— Заткнись и стреляй в эту тварь! — отозвался Фрейзер. — А эту пластмассовую дребедень выкинь.

— Пластмассовую? Ты серьезно? Ты ее вообще в руках держал?

— А ты держал? Дурацкая китайская дешевка. Детская игрушка — специально для тех, кто обожает супергероев. Или для взрослых, которые любят идиотские розыгрыши.

— Ты что, совсем того? — недоумевал Мастерс. — Это HS-броня! Надевай ее — или давай я надену! Больше толкового оружия у нас нет, так что…

На пару секунд Марк задумался: а ведь его коллега прав — другого оружия у них нет, вернее, есть, но пользы от него не больше, чем от дубины или куска арматуры. И кто знает — может, этот пояс вообще выпал не из того чемоданчика, а вылетел из машины? Может быть, это действительно новая модель HS-брони… правда, выглядит практически как тот игрушечный пояс с утреннего «розыгрыша», но, возможно, ему так показалось в темноте; если приглядеться, то и браслет с КПК выглядит немного не так, как игрушка с утреннего совещания.

Пока Фрейзер думал, Мастерс быстренько надел на него пояс и принялся искать слайдер или кнопку для активации, но ничего так и не нашел; затем он увидел браслет с КПК и сразу же обратил внимание на то, что на его экране перестало мигать предупреждение об ошибке — маленькое ярко-красное окошко; вместо него появилась одна большая зеленая кнопка с надписью «Активировать».

— Хм, дружище, на поясе нет ни слайдера, ни кнопки для активации… зато на экране КПК она есть. Попробуй-ка на нее нажать.

— Что? Как ты сказал — кнопка «Активировать»? — недоверчиво переспросил Марк, глянув на браслет. — Утром и про нее тоже что-то болтали… эх, как же мне все это не нравится… Учти, у нас нет другого выхода, поэтому я вынужден тебя слушаться. В любой другой ситуации эта твоя супергеройская побрякушка валялась бы уже в помойке.

С этими словами Фрейзер со всей силы нажал на большую зеленую кнопку. В первые две-три секунды ничего не произошло; Марк уже приготовился разразиться ядовитейшим монологом про то, что Грейсон с Лоттой забыли, что первое апреля давно прошло, но затем на поясе замигали крохотные синие и голубые светодиоды, а сам он словно начал сжиматься в размерах; через еще секунды полторы из него вылезло что-то вроде шипов, с легкостью пронзивших одежду и глубоко воткнувшихся в кожу; еще через секунду то же самое произошло и с браслетом. Боль была кошмарной, но Марк даже не мог заорать — с его телом происходило что-то странное: оно не было парализовано, т. к. он мог двигаться (в такой мере, в какой это возможно, когда в тебя словно вливают раскаленную лаву), но движения были какими-то дергаными, словно у старых роботов; во всем теле ощущалось что-то странное — словно вместо крови все сосуды заполнялись чем-то чужеродным, холодным — а если еще точнее, то казалось, будто вместо крови по сосудам бегут миллионы или даже миллиарды микроскопических паучков, вторгаясь в каждый орган, в каждую клетку. Перед глазами побежали какие-то цветные фигуры и хаотичные узоры.

Спустя полминуты мучений Марк кое-как смог посмотреть на свои руки — на удивление, они были в абсолютно нормальном состоянии, но боль и ощущение металлических паучков вместо крови никуда не делись, но хотя бы не стали сильнее, зато теперь эти ощущения шли ровной волной, а не короткими импульсами. Стоять на ногах Фрейзер больше не мог и, еле выдавив из себя какой-то шипящий звук, он упал рядом с джипом и спустя секунд десять потерял сознание.

Мастерс был в шоке от увиденного. Если бы пояс с браслетом относились к HS-броне, то, во-первых, активация заняла бы максимум секунд десять, во-вторых, броня (в виде тонкой светящейся оболочки вокруг теля носителя) появилась бы сразу. Диверсия? Вряд ли. Хоть та же Лотта и недолюбливает Фрейзера (если говорить честно, она ненавидит всех и обожает только себя), она никогда бы не пошла на такую подлость; Грейсон тоже отпадает, как и Мэнн. А когда Марк упал, Мастерс чуть не струсил и чуть было не бросился прочь с Ривер-стрит, но почти сразу же одумался и решил, что надо завершить начатое, поэтому понесся к монстру, дерущемуся с Майлзом и Питером; правда, сначала он все-таки подошел к Марку и пощупал пульс — он был сильно учащен; дыхание было более-менее в норме, хоть и тоже учащенное. Больше ничего полицейский не мог сделать (да и особо не хотел — во-первых, Фрейзера он не особо уважал (хотя внешне ничем это не показывал), во-вторых, смелостью не отличался, а если и способен был на что-то героическое, то разве что из-за того, что это обязательно отметят в личном деле и, возможно, даже дадут какую-нибудь награду; плюс он любил работать на публику — и стремление чуть ли не везде и всегда использовать энергетическую броню как раз идеально вписывалось в такую модель поведения), поэтому отправился в бой; его HS-броня была разряжена уже до 30 % и работала с перебоями — то там, то тут возникали пробои или ослабления энергетической оболочки. Спустя минуты полторы в бой снова включился Алекс — хоть его и шатало, он все равно носился с сумасшедшей скоростью и лупил противника всем, что под руку попадется, даже пару раз выстрелил из подобранного с земли пистолета. Еще через минуту на подмогу пришел Стоун; не заметив рядом Фрейзера, он, улучив удобный момент, спросил у Мастерса:

— А где Марк?

— Он… ну… в общем, он нашел новую броню и разбирается с ней, — почти не соврал полицейский. — Через минутку к нам присоединится, наверное.

Стоун в ответ кивнул и продолжил стрелять в монстра, который снова начал светиться все ярче и ярче; правда, Алекс пытался не дать ему зарядиться до предела, постоянно атакуя его чем попало — даже бросил в него базуку, которую противник поймал, согнул, словно тонкую проволоку, и бросил в него (и, естественно, не попал). Затем в зверюгу начала стрелять Эми, по-прежнему сидевшая на земле со сломанной ногой. Но вышло так, что все эти отчаянные попытки айситековцев справиться с намного (мягко говоря) превосходившим их по силам противником не привели ни к чему хорошему — они только раззадорили монстра; ему удалось зарядиться, и через секунд 40–45 он снова раскидал всех противников энергетической волной. В результате Эми, ударившись головой о стену, потеряла сознание, Стоуну чуть не оторвало правую ногу, Майлз со всей силы ударился спиной об фонарный столб и без единого звука сполз на землю, Питер врезался в окно хозяйственного магазина и выбил стекло, Алекса опять отбросило в сторону полицейских машин; Мастерсу повезло больше других — он оказался худо-бедно защищен броней, заряда в которой осталось уже 18 %.

Гордо оглядев поле боя, монстр удовлетворенно хмыкнул и решил добить всех, чтобы быть точно уверенным в том, что никого не осталось в живых. Ближе всех к нему оказалась Эми, но когда он, радостно скалясь, направился к ней, ему наперерез бросился Мастерс, вложив почти весь оставшийся заряд HS-брони в несколько последовательных мощных атак, которые почти никак не повлияли на противника — он лишь остановился, неторопливым движением руки остановил полицейского и затем со всей силы ударил его в пояс, где находился основной механизм брони. Мастерс от мощного удара отлетел в сторону и грохнулся в лужу, почти сразу же, шатаясь и хрипя от боли, встал и пополз к монстру, протягивая к нему правую руку, словно пытаясь схватить его; увидев такое, чудовище расхохоталось и оттолкнуло полицейского метким ударом ноги в подбородок, отчего айситековец мгновенно отрубился, а затем в несчастного выстрелили тонким энергетическим лучом, направленным точно в сердце; выстрел, естественно, оказался смертельным, и Мастерс, пару раз дернувшись и хрипло выкрикнув что-то нечленораздельное, растянулся на мокрой грязной земле. В следующий момент в монстра кто-то выстрелил — это оказался Финнеган, чудом сумевший подняться на колени, проползти метров семь-восемь и сделать пару довольно метких выстрелов — один из них чуть не попал противнику в левый глаз; затем полицейский окончательно выбился из сил и упал на землю, чуть не скатившись в очередную лужу. Теряющий сознание и истекающий кровью Стоун тоже начал стрелять, но его хватило только на один выстрел — пистолет выпал у него из слабеющих рук. Затем на врага в который раз наскочил Алекс, но теперь он бегал значительно медленнее, его часто отводило в сторону, поэтому монстру не составило труда поймать его за шкирку и отбросить в сторону, как щенка.

В это время Марк постепенно начал приходить в себя. С огромным удивлением он осознал, что кошмарная боль во всем теле и ощущение крохотных роботов-паучков вместо крови куда-то ушли — теперь он чувствовал себя более-менее сносно, хотя, к примеру, рана на руке никуда не делась. Да, все тело болело, но не из-за странного происшествия с броней, а от битвы. Фрейзер медленно и осторожно встал, огляделся, увидел, в каком плачевном состоянии находятся его коллеги и сломя голову понесся им на помощь, подняв с земли какой-то бластер (в темноте он не смог разглядеть, что это был тот самый бластер, выпавший из чемоданчика, где лежало то, что он считал «HS-броней нового поколения»). Монстр в этот момент уже готовился проткнуть Эми насквозь своими длиннющими когтями, уже почти до предела заряженными энергией и потому светящимися ослепительным бело-зеленым светом; увидев несущегося к нему полицейского, зверь сначала усмехнулся, затем бросил взгляд на его пояс, задумчиво хмыкнул и вдруг остановился, скрестив руки на груди, и стал внимательно смотреть на противника, будто ожидая его хода. Марк хотел было выстрелить в монстра, но бластер не работал — вообще совершенно не работал, на нем даже не горели ни экран, ни светодиоды. После секунд пятнадцати мучений с оружием Фрейзер со злостью бросил его в лужу и бросился на чудовище с голыми руками, но враг безо всяких усилий схватил его за левую руку и поднял, стараясь держать на безопасном расстоянии от себя. Как полицейский не старался, он не мог ни лягнуть противника ногами, ни дотянуться до него свободной рукой. Вдоволь налюбовавшись бессилием полицейского, монстр бросил его на землю, оттолкнув ногой, и направился к Эми. На помощь девушке попробовал было прийти Финнеган, но на этот раз он даже не сумел попасть в цель; монстр даже не посмотрел на него, лишь хмыкнул — мол, возьмем на заметку, кого прикончить следующим.

Сидящий, как полный идиот, в луже Фрейзер в этот момент проклинал себя всеми возможными способами — в отличие от остальных, он еще может сражаться, он слабо ранен; в конце концов, он даже может использовать какое-нибудь оружие — например, пистолет Финнегана — он лежит совсем рядом. Только нужно до него добраться как можно быстрее, иначе эта светящаяся мразь прикончит Эми. С этой мыслью Марк, потирая чуть не раздавленную железной лапищей монстра левую руку, поднялся; он не обратил никакого внимания на то, что коснулся мизинцем какой-то большой кнопке на сенсорном экране закрепленного на браслете КПК…

… и в следующий момент на браслете и поясе замигали голубые и синие светодиоды, а еще через секунду вокруг полицейского появился светящийся голубоватый энергетический кокон; на теле Фрейзера, мигнув пару раз, появились ярко-голубые и синие светящиеся полосы, вокруг которых, словно нарастая, появилась на удивление легкая, практически невесомая, но, тем не менее, вполне ощутимая черная с синим броня, которая у стороннего наблюдателя могла вызвать ассоциации с костюмами персонажей сериалов и фильмов одного широко известного в узких кругах жанра, но в данном случае броня целиком покрывала тело носителя (без единого намека на спандекс или что-то подобное); она выглядела так, будто была сделана из настоящего металла, однако была буквально невесомой. Броня была не слишком обтекаемой, но и не слишком угловатой, сохраняя баланс между двумя крайностями; самые угловатые части располагались на плечах, ниже локтей и ниже колен. Основным цветом был черный со вставками синего и ярко-голубого. Когда на голове Фрейзера материализовалась основная часть шлема (он был ближе к овальной форме, чем к круглой, и с двумя небольшими остроконечными выступами по бокам), появился, на мгновение мигнув ослепительным бело-голубым светом, треугольный ярко-голубой визор, на котором тут же появились данные о боевой системе (текущее состояние, заряд, доступное вооружение и т. д.) и разные вспомогательные параметры, относящиеся к окружающей среде. Светящийся кокон исчез спустя пару секунд после того, как броня полностью материализовалась; затем на земле что-то пару раз блеснуло голубыми огоньками — это оказался брошенный за кажущейся ненадобностью бластер.

Сказать, что Марк был в шоке, значит ничего не сказать. Его мысли перепутались — в один клубок сплелись и утреннее «представление» Грейсона и Лотты, и слова Мастерса о «новой модели брони», и желание порвать монстра (а заодно и его бывших друзей) в клочья, и стремление отомстить за павших товарищей, и даже совсем некстати возникшие перед внутренним взором сцены из каких-то детских мультиков, где главный герой призывает особый «энергетический костюм» или броню, чтобы бороться со злом. И хоть последняя мысль была глупой, дурацкой, она категорически не желала уступать место другим, более «умным» и «героическим». Монстр тоже оказался удивлен таким поворотом событий — он даже отвернулся от Эми и, хлопнув в ладоши, воскликнул:

— Опаньки! А это у нас что такое? Новая модель HS-брони? Или попытка замаскироваться под девочку-волшебницу?

Издевательски усмехнувшись, чудовище бросилось на Марка, глухо зарычав; полицейский успел только выставить вперед правую руку — и снова был шокирован — на этот раз тем, что почти без усилий остановил огромную зверюгу, которая пару минут назад с легкостью расшвыряла целую кучу полицейских. Монстру это явно не понравилось, и он, на миг попятившись, хотел было ударить противника, но тот, вовремя сориентировавшись, выставил вперед левый кулак и врезал зверюге в морду. Враг покачнулся и чуть было не упал, но затем, опять попятившись, приготовился снова ударить полицейского, но тот отскочил в сторону и принял боевую стойку, вызывающе глядя на чудище — мол, давай, атакуй, посмотрим, кто кого. Смотреть на окружающий мир через визор поначалу было непривычно и даже немного неудобно, но привыкание наступило очень быстро — тем более что так было намного удобнее — ситуация на поле боя сразу же разбирается системой по косточкам (правда, часть элементов интерфейса была непонятна, но должен же быть мануал… или можно со всем самому разобраться по ходу битвы), и даже, мягко говоря, немаленькое изображение статуса брони не мешало обзору. Сражаться в броне было странно, но не неудобно; каждый удар пользователя усиливался во много раз, а удары противника, наоборот, словно смягчались.

Оскалившись и тряхнув головой, монстр бросился на Фрейзера, всем своим видом давая понять, что пощады полицейскому не будет. Поначалу казалось, что победа останется за айситековцем, но враг вскоре догадался, что нужно попробовать энергетические атаки, и выстрелил в Марка мощным энергетическим лучом из правой руки. Полицейского отбросило назад — не намного, правда, но сила атаки впечатляла. Фрейзер хотел было наклониться, чтобы поднять бластер, но противник оттолкнул его ногой и свирепо посмотрел на полицейского — мол, попробуй так, без игрушек. Затем последовало несколько выстрелов энергетическим лучом, еще более мощных, чем первый; Марк с трудом успевал уворачиваться, однако в итоге в него все-таки попали; на нагрудной пластине слева появилась небольшая пробоина. Монстр ухмыльнулся и приготовился выстрелить снова, стремясь попасть в сердце, но в этот момент на пробитом участке брони что-то сверкнуло с тихим лязгом — и пробоина «затянулась», затем по ее краям пробежала едва заметная волна — и броня снова выглядела как новая. И Фрейзер, и его противник были удивлены (в этот момент айситековец вспомнил слова Грейсона о способности брони к самовосстановлению), но не стали терять время зря и снова бросились друг на друга. Завязалась жестокая драка, длившаяся пару минут; соперники дрались врукопашную, хотя пару раз монстр хотел использовать свои когти, которые уже начинал было заряжать, или выстрел энергетическим лучом с близкого расстояния, но сразу же одумывался. Поначалу силы противников были равны, но вскоре светящееся чудище начало уставать — все-таки его побили, хотя никаких видимых результатов это не принесло, еще до битвы с Фрейзером. В итоге в один момент Марк ударил чудовище с такой силой, что зверь покачнулся, сделал пару неловких шагов и грохнулся в лужу, подняв целую тучу брызг; поднялся он не сразу, при этом свечение на его груди стало мерцать, нарушилась целостность узоров, цвет их ритмично менялся с ярко-зеленого на белый. Конечно, Фрейзеру это ни о чем не говорило (ведь у него не было времени на то, чтобы прочитать мануал, а на то, чтобы хоть немного ознакомиться с целью, преследуемой PSYKOM при создании системы PSYBER XT, у него не было ни малейшего желания), однако он наклонился, поднял бластер и направил его на противника, который полусидел-полулежал в луже. Монстр хрипло дышал и с ненавистью смотрел на полицейского, давая тому понять, что еще пара-тройка секунд — и он не просто ринется в бой, но порвет на куски своего непутевого соперника, которому только по счастливой случайности досталась эта боевая система, которой он даже толком пользоваться не умеет и использует только для того, чтобы получше накостылять врагу. Верно истолковав взгляд чудовища, Фрейзер открыл огонь и тремя меткими выстрелами снова уложил зверюгу в лужу; узоры на его груди замерцали сильнее, к тому же один из выстрелов попал в левое плечо, узоры на котором тоже начали мигать. Еще несколько выстрелов в грудь — и монстр просто неподвижно лежит в луже, не двигаясь и теперь уже весь переливаясь белым, кое-где переходящим в режущий глаза иссиня-белый, какой можно увидеть на уличных фонарях, и ярко-зеленым. Еще пара выстрелов… еще один… и еще один — но, к неудовольствию Марка, противник пока не думал умирать, хотя явно находился на грани.

Тут Фрейзер случайно бросил взгляд на экран КПК — на нем располагалось несколько кнопок, среди них размерами выделялась красная с надписью «PSYBER OFF» («Она мне явно не нужна… ну, по крайней мере, сейчас», — подумал полицейский); чуть ниже располагались еще несколько кнопок, среди них была пара неактивных (серого цвета). Внимание Марка привлекла одна из активных (зеленых) кнопок с таинственной надписью «DEMCHARGE / FSHOT». Что такое DEM и F, он не знал, но интуиция подсказывала ему, что это то, что нужно в данной ситуации, и Марк со всей силы шлепнул пальцем по кнопке. Светодиоды на браслете и поясе коротко мигнули, затем меньше, чем за секунду, от браслета к находящемуся в правой руке бластеру перешла энергетическая волна (для внешнего наблюдателя выглядящая как ярко-белая вспышка, двигающаяся по светящимся полосам на броне); светодиоды на оружии ярко вспыхнули и начали последовательно мигать, словно выстилая светящуюся дорожку, ведущую к кончику дула. В следующий момент монстр дернулся, весь засветился ярко-зеленым светом; Фрейзеру показалось, что светящийся кокон, повторяющий контуры тела чудовища, отделяется от него, и он, недолго думая, нажал на курок. Из дула бластера вырвалась ярчайшая голубая вспышка и буквально пронзила и сгусток энергии, который явно отделялся от тела противника, и самого хоста. Затем блеснула еще одна вспышка; в следующий момент Марк инстинктивно отскочил назад, но взрыв был слишком слабым, результат больше походил на лопнувший довольно большой светящийся пузырь. Ударная волна тоже имелась, но тоже слишком слабая, чтобы причинить сколь-нибудь существенный вред; Марк почувствовал ее воздействие, кроме того, волна выбила пару маленьких кусков из стены ближайшего дома — правда, выглядело это как если бы кто-то просто отколупнул эти куски — о взрыве никто бы и не подумал.

«И что это было? На взрыв не похоже. Странно все это, ой как странно, особенно если учесть, что цирковой номер Грейсона и Лотты оказался совсем даже не шуткой», — подумал Фрейзер, осматриваясь вокруг. Перед ним в луже валялось бездыханное тело (как только что выяснилось, не такое уж и неуязвимое) чудовища, ранее принадлежащее некоему Стиву; рана была только одна — на груди, зато огромная и словно прожженная. Марк поднял голову, ища глазами всякие странные вспышки или огни, но ничего не увидел. Внезапно его внимание привлек тихий стон, доносящийся из хозяйственного магазина. Полицейский молний подскочил к нему, влетел внутрь и увидел лежащего неподалеку от разбитого окна истекающего кровью Питера; заметив Фрейзера, тот попытался что-то ему сказать, но получился только хрип. Внезапно внимание Марка привлек пистолет, валяющийся недалеко от Питера; тотчас же в сознании айситековца молнией пронеслась мысль о том, что тот кошмарный монстр, убивший кучу людей, и вот этот вот умирающий парень — члены одной банды; а ведь есть еще другие — например, тот мелкий гаденыш, который постоянно носился со скоростью света и только мешал стрелять. Недолго думая, айситековец шлепнул по кнопке «DEMCHARGE / FSHOT» на экране КПК и выстрелил в Питера в упор; выстрелом тому оторвало голову. Хоть Фрейзер и работал в ICTEC, т. е. слабонервным никогда не был, его нельзя назвать любителем расчлененки, так что он, мрачно усмехнувшись, сразу же после расправы над мнимым (и к тому же беспомощным) противником вышел на улицу, осматриваясь по сторонам и ища других «членов террористической организации, терроризирующих Кристалсэнд». Неподалеку от магазина около неработающего фонаря в луже на боку лежал Майлз; он уже пришел в сознание, но пока не пытался подняться. Марк убил его так же, как Питера, только выстрел сделал с более близкого расстояния. Однако полицейский не заметил маленького красного треугольника с восклицательным знаком, возникшего в панели уведомлений КПК после третьего «заряженного» (т. е. с нажатием кнопки «DEMCHARGE / FSHOT») выстрела. Следующей была Дот, неподвижно лежащая на земле неподалеку от полицейских машин. Фрейзер явно вошел в азарт и пристрелил и ее, хотя она и так была давно мертва.

«Остался один — тот мелкий, быстро бегающий. Где же он? Небось удрал, трус паршивый… или сидит где-нибудь поблизости в укромном местечке, чтобы подло напасть из засады», — думал Фрейзер, хищно осматриваясь по сторонам. Но Алекса нигде не было видно — ни у патрульных машин. Ни в подъездах, ни в магазине, ни в переулке, ведущем на соседнюю улицу. Внезапно на Марка кто-то налетел сзади, сбив с ног, — естественно, это оказался Алекс; двигался он теперь значительно медленнее и часто какими-то рывками, но все равно намного быстрее среднестатистического человека. Фрейзер чуть не грохнулся в здоровенную лужу и чуть не выронил бластер. Парень, стиснув зубы и сжав кулаки, снова бросился на полицейского и пару раз хорошенько врезал ему по спине, затем отскочил в сторону, после чего снова бросился на противника и попытался было ударить его по лицу, но Марк с легкостью схватил его за ногу и отбросил в сторону (при этом он с удивлением осознал, что ведет себя почти как тот светящийся монстр: и физическая сила, и скорость реакций — все буквально на том же уровне, что и у предыдущего противника). Алекс довольно удачно приземлился на какую-то кучу тряпья и снова бросился на айситековца, на что тот просто отбил его атаку, отставив в сторону руку. Парень отбежал вглубь улицы и, разогнавшись настолько, насколько был способен в своем текущем состоянии, как пуля, понесся на Фрейзера, словно пытаясь протаранить его. Марку пришлось несколько раз уходить от противника, прежде чем он вымотался из сил и по инерции врезался в одну из патрульных машин.

Полицейский уже приготовился расправиться с последним «террористом» и хотел было нажать заветную кнопку на экране КПК, но тут, во-первых, заметил мигающее сообщение в панели уведомлений, гласящее о перегрузке в случае использования особо мощной атаки, во-вторых, Фрейзера внезапно сбил с ног сильнейший порыв невесть откуда взявшегося ветра (Марк был готов поклясться, что до секунду до этого увидел в переулке два быстро промелькнувших силуэта, один из которых сделал очень подозрительное движение рукой, направленное в сторону полицейских машин). Когда же Марк более-менее пришел в себя и поднялся с земли, то обнаружил, что Алекса нигде нет, переулок тоже совершенно чист — только с соседней улицы иногда выглядывают любопытные прохожие (очень быстро убегающие, увидев странную броню и особенно бластер айситековца).

«Вот тварь! Все-таки удрал, трусливая сволочь! Ну ничего, попадешься ты мне в следующий раз — сразу же в фарш превращу! Голыми руками на куски порву! И всех остальных из твоей банды тоже! Сволочи! Подонки!» — думал Фрейзер, в бессилии скрипя зубами и сжимая в руке бластер. Еще пару десятков секунд он понаблюдал за переулком и видимым отсюда участком соседней улицы, а затем бросился к своим товарищам. Живы были только Эми, Стоун и Финнеган — у первой сломана нога, у второго она чуть не оторвана, третий просто валяется без сознания. Марк только начал искать на КПК какое-нибудь подобие программы для связи, как внезапно его сбил с ног новый, намного более мощный порыв ветра (ветра ли? Но Фрейзеру было не до логических размышлений), направленный прямо в пояс. Айситековца подняло в воздух, как пушинку, и отшвырнуло далеко вглубь улицы, где он грохнулся рядом с подъездом какого-то дома и, внезапно почувствовав кошмарную сверлящую боль в голове, мгновенно потерял сознание.

Глава 2

22 августа 2017 г., 10:24

Штаб ICTEC, кабинет Ричардса.

— … Отлично, отлично, — произнес Ричардс, чуть прищурясь и глядя на интерактивную карту города, висящую за спинами его собеседников — Лотты и Грейсона. — А теперь мне бы хотелось узнать, кто выжил.

Оба айситековца переглянулись, затем Лотта пожала плечами и сказала:

— Выжили только Фрейзер… ну, в принципе, про него можно и не говорить… еще Кларк, Стоун и Финнеган. Фрейзер не получил сильных ранений, в основном синяки, ушибы и мелкие раны и ссадины, но имеются признаки телепатической атаки; наши врачи постараются поставить его на ноги самое большое через день. У Кларк и Стоуна сломаны ноги, причем у первой ничего сложного, через месяц ее уже выпишут, а вот у второго — тяжелый случай, врачи говорят, что, возможно, придется либо отнять ногу и поставить протез, либо использовать что-то из, кхм, нашего «арсенала». Что же касается Финнегана, то налицо признаки очень мощной телепатической атаки. Поначалу все списывали на сотрясение мозга или что-то подобное, но после детального обследования выяснилось, что его, помимо всего прочего, атаковал очень сильный телепат; правда, на видео с уличных камер ничего такого не видно, но на Ривер-стрит было темно, к тому же камер там всего две; скорее всего, преступник применял телепатию очень умело и аккуратно, не выдавая себя лишними телодвижениями. Врачи говорят, что если применять такую же интенсивную терапию, как в случае с Фрейзером, Финнеган будет в строю через неделю.

— Кларк… Насколько мне известно, она применила свою сверхспособность?

— Да, она умеет летать. Конечно, мы знали об этом еще с того момента, как она поступила к нам на службу, но она ни разу не применяла свою сверхспособность в бою. Она сражалась очень храбро, хотя, по-моему, слишком бездумно.

— А остальные? — невозмутимо, чуть подняв правую бровь, спросил Ричардс, в упор глядя на Лотту.

— Остальные все погибли. Убиты главным преступником.

— И, конечно, его помощниками-террористами.

— Ммм… да, конечно, — немного поколебавшись, ответила Лотта, правильно истолковав взгляд шефа.

— Хм… неплохо, неплохо. Я ожидал, что погибнут все, кроме Фрейзера, или что даже он сам погибнет, не справившись с управлением, — Ричардс некоторое время помолчал, постукивая пальцами по столу, затем спросил у Грейсона: — Теперь расскажите нам о том, как прошло само тестирование.

— Тестирование… Все прошло более-менее в штатном режиме, кроме того, что встроенная защита от телепатических атак оказалась слишком слабой, т. к. кому-то из террористов с легкостью удалось ее взломать. Также сам Фрейзер говорит, что активация системы была очень болезненной, но, насколько мне известно, так и должно быть.

— Оружие? Оно работало так, как надо?

— Да, шеф, никаких сбоев. Правда, Фрейзер несколько раз использовал самую мощную атаку, но он уничтожал террористов…

— Система ведь не пострадала от этого?

— Нет, только выдала предупреждение.

— Отлично, просто отлично, — довольно произнес Ричардс. — Что с террористами?

— Одному удалось сбежать. Он обладает сверхспособностью — может передвигаться с очень высокой скоростью. Точнее, судя по записям с уличных камер видеонаблюдения, ему помогли сбежать двое его подельников — две девушки: одна рыжая — телекинет по имени Ксения Пименова… да-да, она русская, родители привезли ее сюда в возрасте трех лет; другая — с темно-коричневыми волосами, собранными в хвост, телепат, зовут Кэтрин Дрейк. Именно они в конце битвы атаковали Фрейзера, — выпалила Лотта.

— Хм… Видео я уже видел, причем несколько раз. Так… — ненадолго задумался Ричардс. — Личность того мелкого, который быстро бегает, нам известна, он есть у нас в базе данных; зовут его Алекс Харди. Давний член этой банды террористов. С ним, как и с двумя вышеназванными особами, мы разберемся в ближайшее время, — с этими словами он встал с кресла и подошел к окну, недолго молча смотрел на соседний корпус, а затем продолжил: — Фрейзеру следует как можно быстрее выздороветь. Теперь, когда террористы знают о PSYBER XT, промедление с нашей стороны смерти подобно. Мы видели, что могут эти сволочи, и единственное, что может им противостоять, — это наша новая боевая система. Правда, нельзя отрицать и такого варианта, что они на время уйдут в тень, чтобы выработать новую стратегию борьбы с нами. Грейсон и Лотта переглянулись и синхронно пожали плечами, затем Лотта хотела было что-то спросить у Ричардса, но он предугадал ее вопрос:

— Конечно, сейчас о вчерашней… кхм… битве на Ривер-стрит говорит весь город… как минимум. В полдень я сделаю официальное заявление по этому поводу, чтобы не сеять панику. Ведь уже на многих сайтах писали, будто наша новая разработка, боевая система PSYBER XT, на самом деле создана якобы для борьбы с инакомыслящими, с людьми, неугодными нашему режиму.

— Режиму? Что за чушь! — картинно вскинула брови Лотта. — Борьба с инакомыслием? Мы что, коммунисты?

Грейсон воздержался от комментариев и позволил себе лишь глубокий вздох.

— Вот поэтому я и собираюсь выступить с официальным обращением к жителям Кристалсэнда, объяснить им, что никаких оснований для паники нет, все под контролем, и вскоре эти убийства, больше не загадочные, прекратятся, а виновные будут строжайше наказаны. С теми же, кто распространяет дезинформацию, мы тоже разберемся, — на пару минут начальник замолчал, затем негромко, но твердо произнес: — И все-таки нам нужно как можно быстрее покончить с этими негодяями. Конечно, народ будет требовать объяснений, и мне придется раз десять, не меньше, рассказывать им об истинном положении дел…

Говоря все это, Ричардс пару раз прошелся от окна до двери и обратно, после чего сел в кресло и уже совсем другим тоном, спокойным, будничным, произнес:

— Теперь можете быть свободны. Если вы мне понадобитесь, я вас немедленно вызову. Большое спасибо за то, что уделили мне внимание.

Грейсон и Лотта попрощались и вышли из кабинета начальства. В коридоре они немного постояли молча, словно не зная, что им делать дальше, а затем Лотта, решительно тряхнув головой, направилась к ближайшему лифту.

— Ты куда? К Марку? Так ведь так дальше получается, — неуверенно сказал Грейсон.

— Я не к Фрейзеру, а к Кларк. Есть у меня к ней одно… хм… маленькое дельце. Ты должен быть в курсе. И не делай такое удивленное лицо.

— Но ведь Ричардс…

— Что Ричардс? Нет, я не забыла, что он мне сказал. Просто у меня есть кое-какое дело именно к Кларк, и все. А ты, надеюсь, не забыл, что обещал ко мне зайти после обеда? Надеюсь, что нет — С этими словами Лотта, неопределенно махнув рукой, резко развернулась на каблуках и вошла в лифт, даже не попрощавшись с Грейсоном. Последний же, вздохнув и пожав плечами, направился к находящейся рядом лестнице.

22 августа 2017 г., 11:09

Квартира Ксении Пименовой.

Только что закончился экстренный выпуск новостей, состоящий только из обращения Скотта Ричардса к жителям города; глава ICTEC рассказал о том, что вчера на Ривер-стрит произошел бой между агентами ICTEC и большой группой террористов, один из которых оказался причастен к тем самым таинственным убийствам; айситековцы применили свою новейшую разработку (руку к которой приложил и PSYKOM, подразделение вездесущей Sybra Inc.) — боевую систему PSYBER XT, особую броню, на этот раз не полностью энергетическую, как HS, а с использованием каких-то «намного опередивших свое время технологий». Под конец Ричардс произнес очередную банально-шаблонную речь на тему «Не бойтесь, все под контролем, все виновные будут наказаны и т. д., и т. п.».

Ксения с мрачным видом сидела на диване, вскакивая и испуганно озираясь по сторонам при каждом резком звуке. После событий вчерашнего вечера она, как и большинство членов «банды», предпочла на некоторое время «уйти на дно» (а кто-то, наоборот, решил никуда не прятаться и даже устроить пару провокаций — якобы чтобы показать, что «мы ничего не боимся»). Изначально она хотела спрятаться совсем в другом месте — у друзей в восточной части города, но решила не подвергать их опасности и решила некоторое время посидеть дома (на работе — а работала она ночным охранником в лаборатории одной из городских больниц, принадлежащих непосредственно PSYKOM, — ее, конечно, хватятся, но кое-кто из знакомых, работающих там же, пообещал замять данный инцидент (дело в том, что они были знакомы чуть ли не с детства и потому всегда помогали друг другу; в этот раз Ксении даже не пришлось связываться с ним — он и так сам поймет, в чем дело, и не будет задавать лишних вопросов, когда все уляжется)); со вчерашнего вечера она не спала и была в любое время готова покинуть свое убежище, если полиция вместе с ICTEC вдруг начнет карательную операцию. Трусихой Ксению никак назвать нельзя, но сейчас как раз такое время, когда перестраховка жизненно необходима. В своей квартире (вообще эта квартира принадлежала ее родителям, но в данный момент они уехали в отпуск куда-то в Канаду, однако должны были вернуться со дня на день; они были весьма законопослушными людьми, поэтому девушка очень боялась, что они неправильно истолкуют новости о таинственных массовых убийствах и, недолго думая, сдадут ее, свою собственную дочь, в полицию) она бывала довольно редко — приблизительно один раз в три-четыре месяца, а то и реже, так что девушка надеялась, что из-за теоретической «незасвеченности» (хотя федералы, как им и положено, знают о ней и ее друзьях все, включая, естественно, и адреса квартир и / или убежищ) ее нынешнее убежище позволит ей оставаться в относительной безопасности хотя бы пару дней. Еды в холодильнике хватит где-то на неделю, коммунальные услуги оплачены — в общем, жить вполне можно; вот только с Интернетом, мобильной связью и прочими коммуникациями нужно быть предельно осторожной. Ксюшу также беспокоил и тот факт, что полиция и айситековцы как-то подозрительно присмирели и даже не послали вчера в погоню за нею и Кэт парочку патрульных машин. Что же касается Кэт, то она исчезла подозрительно быстро — слишком быстро, учитывая то, что она — всего-навсего телепат, летать, телепортироваться или проходить сквозь стены не умеет, джет-пэк или антигравы с собой не носит; правда, опыт борьбы с федералами у нее богатый, так что не стоит удивляться отличному знанию города и умению быстро и незаметно скрыться.

Ксения выключила телевизор и забралась с ногами на диван, положив голову на колени. Мысли у нее были самые мрачные — настолько мрачные и пессимистические, что на какой-то миг появилось острое желание плотно закрыть шторы — так, на всякий случай, но она тут же отбросила в сторону все эти глупости.

«Это только пока все так тихо. Ричардс уже начал пугать — не просто так же он разглагольствовал про все эти новые боевые системы и прочую муть. Тем более что вчера мы сами все видели. Они думают, что мы испугаемся, начнем метаться туда-сюда, потеряем контроль над собой, и они с легкостью перебьют всех нас… или же, наоборот, засядем в своих укрытиях, которые они уже давно знают; и когда пройдет достаточно много времени, в течение которого они, конечно же, будут создавать иллюзию бездействия, мы расслабимся, решим, что опасность миновала, выйдем из подполья… и тут-то федералы нас и схватят. Ну уж нет! Мы далеко не идиоты, как думает эта банда жуликов и воров! Такими дешевыми приемчиками нас не испугаешь! Мы не собираемся сдаваться этим уродам, особенно после убийства наших товарищей. Тони сказал, что тот коп просто пристрелил их — просто так. Только потому, что они были там и пытались помочь, но не одной лишь полиции, а еще и простым гражданам! Только потому, что их политические взгляды не совпадали! Только потому, что они — «проклятые оппозиционеры и террористы, спонсируемые врагами демократии и подрывающие моральные устои нашего прогрессивного общества»! Они ведь даже не атаковали этого айситековца — наоборот, помогали полиции сражаться с монстром… Стивом… нет, все-таки с монстром, вселившимся в Стива. Они были сильно ранены, не могли оказать ни малейшего сопротивления… Лежачего не бьют, как говорится… но у копов нет совести, это аксиома. И они еще называют нас, обычных людей, просто в чем-то не согласных с нынешним режимом, террористами! Мы отомстим… обязательно отомстим… конечно, не будем тупо бросаться грудью на амбразуру. Но пока, наконец, раскрыть глаза обществу, показать им их любимых «героев» во всей красе без купюр. А эта «новейшая боевая система«… как ее там… сайбер или что-то в этом роде… это действительно проблема, раз вчерашние события нас так дискредитировали; нас и так-то называют террористами, а теперь даже простые люди будут думать, что мы действительно сборище моральных дегенератов, борющихся против их любимой демократии. Тот полицейский в этой сайбер-броне, пожалуй, действительно может всех нас разом перерезать, даже не моргнув, если ничего не предпринять. Пока у нас нет ничего, что бы могло противостоять этой системе; хотя, по всей видимости, она не имеет защиты против телепатических атак, что очень странно. Может, просто не успели ее доделать… Хм… Интересно, что все-таки вселилось в Стива? Откуда он получил эти новые способности? Как ему удавалось убивать людей буквально одним только прикосновением? Наконец, зачем он это делал? Ясное дело, что после, кхм, вселения это был уже не Стив. Но кто тогда? И зачем он убил наших — тех, кого Алекс вызвал на подмогу? Ну, в принципе, тут все более-менее ясно — если в Стива кто-то вселился, то те трое ему явно мешали, как и все остальные, поэтому он их прикончил. Выходит, что то, что в него вселилось, полностью подчинило его своей воле — иначе бы, как во всех пафосных историях, его личность начала бы бороться с захватчиком, бла-бла-бла, и он бы не смог убить друзей. Пфффф. Чушь полная… что, впрочем, и требовалось доказать».

Размышляя, Ксюша слезла с дивана и стала бродить по квартире. Сама квартира была чистая, опрятная, уютная и не очень большая — трехкомнатная, с довольно просторной гостиной и двумя небольшими спальнями, в одной из которых спали родители девушки, во второй — она сама (а также когда-то там спал еще и ее брат). Вдоль одной из стен в гостиной стояла громадная стенка, внизу в центре которой стоял большой телевизор; часть полок была занята посудой и различными декоративными побрякушками (вроде хрустального подсвечника в форме какого-то ветвистого кристалла или часов в виде фарфоровой горы, на которой стоят маленькие фигурки горных козлов), часть — книгами. Обои — почти белые с очень бледными редкими сероватыми полосками; пол — с желтоватым ламинатом, как везде в квартире (кроме, разумеется, санузла); на потолке — большая люстра-«пирожок», как и в других комнатах (кроме санузла). На окнах висели длинные светло-кремовые шторы с едва заметным мелким цветочным узором. В комнате было два окна; на подоконнике того, что находилось ближе к дверям в спальни, стояло несколько цветочных горшков, на другом — одна небольшая ваза с цветами. Посреди комнаты стоял раскладной стол, накрытый бледно-желтой повседневной скатертью (она не использовалась для приемов пищи и только придавала столу более-менее презентабельный вид, т. к. лет ему было уже немало). Диван, на котором еще недавно сидела девушка, тоже был не новый; его покрывало имело бордовый цвет с красноватым узором из многоугольников. Возле каждого из окон стояло по два небольших и довольно легких стула, уже далеко не новых, часто скрипящих, с торчащими кое-где из обивки нитками.

Спальни были практически одинаковы по размеру; обои и шторы в них одинаковы: первые — почти белые, как в гостиной, и очень мягкие на ощупь, вторые — из той же ткани, что в гостиной, только серо-голубого цвета. Кровать в спальне родителей застелена покрывалом того же цвета, что и шторы, а в комнате Ксении покрывало было ярко-синего цвета с узором из тонких желтых линий; а вот кровати ее брата здесь больше не было — ее теперь заменял еще один диван, не очень высокий и широкий, с виду довольно старый, бледно-коричневый с хаотичным узором из черных линий; раньше он стоял на кухне. Были в спальнях и шкафы с книжными полками — совершенно одинаковые и купленные недавно (полгода назад в этих комнатах завершился ремонт), приятного светло-коричневого цвета, как и компьютерные столы, только стол в комнате Ксюши был немного побольше; что касается компьютеров, то особо мощными они не были, но на запуск более-менее современных игр их мощи вполне хватало, хотя чаще они использовались для прослушивания музыки, просмотра фильмов и общения в соцсетях. Еще в комнате девушки находилась тумбочка с музыкальным центром, а у родителей на подоконнике стояла старая магнитола, в которой работал только радиоприемник.

Итак, Ксения стала ходить по квартире, чтобы отвлечься от невеселых мыслей. Задергивать шторы девушка, конечно, не стала, но и к окнам старалась особо близко не подходить; конечно, никто не станет сажать на крыши соседних домов снайперов, чтобы расправиться с «террористами, которые, испугавшись за свою шкуру, поспешили укрыться в своих квартирках», но… лучше перестраховаться, чем недостраховаться.

Компьютер включать неопасно — опасно пользоваться Интернетом; Ксюша немного поиграла, затем послушала музыку, хотела посмотреть какой-нибудь фильм, но не могла хоть чуточку успокоиться и постоянно волновалась, дергалась, металась из стороны в сторону, не могла хотя бы минут десять заниматься чем-либо. С друзьями никак связаться нельзя по понятным причинам, и это больше всего угнетало Ксюшу, девушку очень общительную. Сдуру она решила почитать свою старую переписку с некоторыми из них и — что вполне логично — сделала только хуже — желание увидеться с друзьями или хотя бы побеседовать с ними в аське или по SMS стало только сильнее. Чтобы хоть как-то отвлечься, Ксюша решила постричься и покрасить волосы — с ее ярко-рыжей шевелюрой шанс быть пойманной федералами в городе (она не планировала просидеть в четырех стенах всю неделю) увеличивался раз в десять, не меньше. Мать ее рано начала седеть и поэтому периодически красилась, поэтому краска дома была — темно-коричневая (хотя, по большому счету, цвет сгодился бы любой, лишь бы темный и натурального оттенка — всякие бордовые и фиолетовые делу не помогут, хотя среди местной молодежи (как, впрочем, и среди любой другой) полно людей именно с таким цветом волос).

Через полтора часа мучений (большая часть времени ушла на стрижку — кривая прическа в стиле «Только что проснулась» Ксюшу категорически не устраивала) все было готово, и девушка с удовлетворением созерцала плоды своих трудов — короткую, местами неровную стрижку и волосы, перекрашенные в темно-коричневый цвет; кое-где, конечно, остались не до конца прокрашенные места (к счастью, буквально пара штук, совсем незаметных), но и такой результат вполне устраивал девушку. Теперь она думала, чем бы ей еще заняться, и в итоге решила приготовить обед — сварила простенький куриный суп, а саму курицу съела на второе.

«Чем бы таким заняться? Книгу почитать? Не… не то. Телевизор — тоже не то. Игры — совсем не то. Даже в окно-то не особо посмотришь. Музыку можно послушать, но тоже не то. Что же делать, что же делать… Нет, включу-ка я лучше телевизор — хоть и фигню показывают, зато хоть какой-то фон будет… пусть и мерзкий», — после непродолжительных раздумий решила Ксюша и включила «ящик»; попала на какое-то очередное унылое ток-шоу, сделала, сама не зная, почему, звук погромче и стала бесцельно ходить по квартире, бормоча себе под нос что в голову придет, чтобы только отвлечься от грустных мыслей, — детские стишки, глупые попсовые песенки, разные цитаты — из СМИ, слова друзей и знакомых или просто прочитанные в книгах умные мысли. Спустя минут пять она переключилась на какой-то музыкальный канал, попала на хит-парад и стала негромко подпевать и подтанцовывать под музыку, но совсем скоро и это ей надоело. Девушка снова переключила каналы и минут десять посмотрела футбольный матч (даже не пытаясь понять, кто с кем играет и какой счет), затем еще раз переключилась и попала на какую-то нудную политическую передачу, честно попыталась ее смотреть, но уже на третьей минуте начала отчаянно зевать, затем легла на диван, подложив под голову рюкзак, еще пару минут тупо пялилась в телевизор, пытаясь пересилить сонливость и усталость, после чего решила на минуточку закрыть глаза — все-таки по-настоящему не отдыхала больше суток — и, незаметно для самой себя, заснула мертвым сном.

22 августа 2017 г., 13:48

Штаб ICTEC, кабинет Лотты.

— … А что ты думаешь насчет самого Марка? Правильно ли мы сделали, что включили его в группу добровольцев? — спросил Грейсон, держа в руках большую кружку с давно остывшим кофе.

— Ну, как тебе сказать… Фрейзер — хороший боец, талантливый, опытный, свое дело отлично знает. Плюс он обладает несколькими сверхспособностями, причем он знает или, по крайней мере, догадывается, что мы в курсе этой его маленькой, кхм, особенности, — немного подумав, ответила Лотта, разглядывая бумаги на столе. — Честно говоря, поначалу я боялась, что его неистовая преданность нашему делу только навредит, но, к счастью, его ненависть к террористам не только не дала ему потерять контроль над собой, а еще и позволила расправиться с некоторыми особо опасными из них. Жаль, что он не успел добить тех троих, но их дни сочтены — на днях Фрейзер выйдет из больницы, и мы возобновим операцию «Немезида».

— «Немезида»? Это ведь Ричардс придумал такое пафосное название? — усмехнулся Грейсон.

— А кто же еще. Он жутко любит дешевые эффекты.

Следующая пара минут прошла в гробовом молчании, после чего Лотта снова заговорила:

— Мне очень интересно, что было бы, если бы систему активировал кто-то другой — например, Финнеган.

— Насколько помню, их с Фрейзером шансы стать носителем системы были, по нашим подсчетам, приблизительно равны.

— Да, верно. Возможно, у Финнегана опыта поменьше, но он ничуть не менее талантлив, чем Фрейзер, а уж воображение у него, мягко говоря, побогаче. Правда, его мотивация оставляет желать лучшего… но нельзя отрицать, что он — отличный агент. Возможно, в будущем ему, кхм, что-нибудь перепадет от нашего нового проекта, — загадочно ответила Лотта. Грейсон понимающе кивнул головой:

— Да, было бы очень интересно посмотреть на него в бою… ну, ты понимаешь, что я имею в виду. Так… Кто у нас еще был в группе… Остин и Стоун. Их шансы были не очень велики и приблизительно равны между собою. Оба, в принципе, хорошие бойцы, но, в отличие от Фрейзера и Финнегана, ничем особым не отличаются. Крепкие середнячки, так сказать, причем в хорошем смысле этого слова. Остина, конечно, очень жаль… мы выплатим его семье хорошую компенсацию… Стоуну тоже не повезло, но он выкарабкается.

— Врачи говорят, что все-таки обойдется без протеза — кое-кто дал добро на использование некоторых сайкомовских технологий. Правда, они не до конца протестированы, и по этому поводу некоторые острят, что, мол, Стоун будет бета-тестером. Надеюсь, все пройдет безболезненно, и через месяц-полтора его выпишут.

— Мы использовали совершенно не протестированную в боевых условиях броню, использующую соединение с глобальным информационным полем, но при этом боимся просто ускорить срастание перелома с помощью нанороботов? Ну да ладно, вернемся, как говорится, к нашим баранам.

— Да-да. Значит, Остин и Стоун… Хм… Честно говоря, я не знаю, почему из двадцати претендентов Ричардс выбрал именно их. Он мог бы выбрать кого угодно — под искомые параметры подходили практически все, результат был бы таким же. Создается впечатление, что он руководствовался принципом генератора случайных чисел, — усмехнулась Лотта.

— Кто его знает… — развел руками Грейсон. — Остается Кларк… и ты, похоже, хочешь про нее что-то сказать?

— Да. Единственная девушка, подошедшая под все параметры. И это очень странно, т. к. были кандидатки и получше — взять тех же Саймонс или Янсен, хотя они в чем-то ей уступали: первая немного слабее физически, вторая чуть медленнее бегает. Уж не знаю, что помешало Ричардсу выбрать именно их — лично я выбрала обеих… и ты, если мне не изменяет память, тоже, но у Ричардса было исключительное право отвергнуть наш выбор и поставить кого-нибудь другого, чем он и воспользовался. Ну ладно. Кларк — тоже хорошая девушка, трудолюбивая, упорная, хотя временами бывает взбалмошной и истеричной, да еще и красится, как эти гламурные дуры.

— Я думал, ты ее, мягко говоря, недолюбливаешь.

— Временами она бесит всех, далеко не только меня. Но у нее есть голова на плечах, в отличие от большинства работающих здесь лиц женского пола. И, конечно, она обладает одной интересной способностью — умеет летать. Не побоялась показать свою сверхспособность всем, атакуя ту мерзкую тварь. Конечно, полеты — не особо интересная вещь, так как, по мнению многих, выглядят не очень впечатляюще, но все равно…

— Кстати, зачем ты к ней сегодня ходила?

— Выяснить у нее кое-что. Она говорит, что знает, куда могли пойти те две террористки, которые атаковали Фрейзера.

— И только? — Грейсон отхлебнул холодный кофе из кружки.

— А что еще мне может от нее понадобиться? — пожала плечами Лотта. — И еще: мне не нравится ее вражда с Финнеганом. Есть в ней что-то неестественное, наигранное.

— Ну, наверное…

— Нет, никакой симпатией тут и не пахнет. Здесь что-то другое. Жаль, что нельзя просто попросить кого-то из наших телепатов помочь… помню, не так давно мы провернули нечто подобное, а на следующий день приехала комиссия из PSYKOM, и нам влетело по первое число. Помнишь?

— Да, конечно. В начале июня этого года. Дело Буша и Паркинсона. Я же говорил, что и без телепатов там все ясно, а вы решили выпендриться — ну и выпендрились.

— Знаешь… — потянулась Лотта. — Мне кажется, что сайкомовцы следят за нами отовсюду. В буквальном смысле. Они не просто знают обо всех наших операциях, они в курсе наших планов, даже тех, которых и на бумаге-то нет. Они следят за нами везде, даже когда мы не на работе. Они знают о нас все… и почему-то это меня сильно пугает.

— А что ты хотела? Слежка и так ведется за всеми, просто мало кто об этом догадывается. А мы что, избранные? Вот и за нами тоже следят, правда, абсолютно незаметно, а если кто-то из их агентов и спалится, то все равно ничего не докажешь, — развел руками Грейсон. — У Sybra весь мир под колпаком. Это только поначалу кажется, что им принадлежит только один целый город да пара крупных контор вроде PSYKOM и Netek.

— Ох, не нравится мне этот разговор… зря я на эту тему перешла…

— Ну так поменяй ее.

— Да даже не знаю, о чем еще поговорить. Я хотела только обсудить состав тестовой команды.

— По-моему, ты хотела обсудить еще кое-что.

— И что же?

— А вот это уже у тебя самой надо спросить.

— С чего ты взял?! — внезапно вспыхнула Лотта, вскочив из-за стола, но тут же взяла себя в руки, медленно опустилась в кресло и заговорила уже намного тише и спокойнее: — Я ничего такого не имела в виду. Если я и хотела обсудить что-то еще, то это использование необкатанных технологий на живых людях. Мы делаем это все чаще и чаще, пока что нам везет, но только пока.

— Только не говори, что боишься последствий. Бояться нужно мне или Маллинсу, потому что отвечать придется только нам.

— Я не боюсь, точнее, не очень боюсь. Но у меня есть очень нехорошее предчувствие…

— Предчувствие? У меня их целый вагон, причем с самого образования нашей конторы, — усмехнулся Грейсон. — А если ты о нашем новом проекте — мне тоже кажется, что кое-кто слишком торопится. Хотя на этот раз все намного проще, рабочий образец есть у нас перед глазами.

— Нет, здесь что-то другое. Хотя и связь с новым проектом тоже есть, — неопределенно ответила Лотта, смотря в окно. Оба собеседника пару минут сидели в тишине, затем, внезапно подняв головы и бросив друг на друга задумчиво-хитрый взгляд, одновременно сказали одну и ту же фразу:

— Знаешь, остался еще один вопрос, который мы не обсудили…

После этого они резко замолчали, а спустя какие-то пару секунд несколько натянуто рассмеялись; затем начала говорить Лотта:

— Все-таки мне очень интересно, с кем мы имеем дело. Я про преступников. Если верить нашим данным, то у того убийцы была только одна сверхспособность — неуязвимость. Но мы все видели применение и других способностей, включая манипуляцию энергией и телепатию. Откуда они у него?

— Да, я тоже об этом думал, — произнес Грейсон, откинувшись в кресле. — Кроме того, меня смутил тот странный светящийся силуэт, начавший выходить из тела преступника в тот момент, когда Фрейзер приготовился к финальной атаке. Ничего не напоминает?

— Напоминает… и я уже говорила об этом с Ричардсом. А он сказал, что не надо тратить время и ресурсы на пустяки! — фыркнула Лотта. — Я хотела предложить попробовать взять живым кого-то из… подобных ему, если мы вдруг снова с ними встретимся — а у меня есть предчувствие, что так и будет, — но он и слушать меня не хотел. Сказал, что все это чушь, что такая нелепая идея могла прийти в голову только восторженному дурачку, строящему из себя крутого полицейского, но никак не его, Ричардса, заместителю по делам, связанными с PSYKOM и Netek. После этого он буркнул, что очень занят, и чуть ли не пинком выгнал меня из кабинета.

— Хм… взять живым, говоришь, чтобы самим разобраться, с кем или с чем мы имеем дело, так? Интересная идея… конечно, глупая и опасная, но, тем не менее, интересная…

Внезапно у Грейсона зазвонил телефон, и он, извиняясь, выскочил за дверь. Лотта только покачала головой, встала из-за стола, пару раз прошлась по кабинету, затем тихонько приоткрыла дверь — Грейсон стоял в дальнем конце коридора и тихо, почти неслышно разговаривал по телефону — после чего накрепко закрыла ее, закрыла жалюзи и сначала снова села было за стол, затем хлопнула себе по голове, подскочила к стоящему справа от окна шкафу, воровато озираясь, выдвинула самый нижний ящичек, достала из него небольшую белую картонную коробочку, снова огляделась, затем, вздохнув, открыла ее и вытащила из нее небольшое устройство, похожее на незамкнутый белый обруч с парой светодиодов и небольшим утолщением, на котором находились пара кнопок и маленький экран, ближе к одному из концов.

«Ненавижу это делать. Ненавижу. Но надо. Надо… иначе… даже не хочется думать, что в таком случае будет. Если я не буду этого делать, то протяну максимум неделю… Хорошо еще, что Грейсон сейчас треплется со своими домашними… надеюсь, он проболтает еще как минимум минут пять…».

Еще раз вздохнув, Лотта надела обруч на шею и, скривившись, нажала на маленькую черную кнопочку на утолщении и просидела так приблизительно минуту, причем под конец сеанса лицо ее было искажено не от злости, а от боли. Затем она, дернувшись, с яростью щелкнула по той же кнопке и буквально содрала устройство с шеи — от него остался очень заметный глубокий красный след; потом посмотрела на экран, с удовлетворением кивнула, после чего засунула странное устройство обратно в коробку и убрала его в шкаф.

«Так… вроде все в норме. Отлично. Теперь надо как-нибудь замаскировать этот ужасный след, чтобы Грейсон ничего не заподозрил…» — думала Лотта, копаясь в своей сумке. В ней ничего подходящего не нашлось; пришлось залезать в шкаф, из недр которого был извлечен давно подаренный кем-то тонкий серо-голубой шарфик, который Лотта повязала на шею, полностью закрыв уродливый красный след от неизвестного устройства. Затем она открыла жалюзи и пару минут постояла у окна, тупо глядя в одну точку, после чего несколько секунд бесцельно повертелась на месте, а потом села-таки за стол, ожидая возвращения Грейсона.

22 августа 2017 г., 15:29

Квартира Карли Поттерс.

Кэт решила временно укрыться в квартире своей лучшей подруги — Карли; поначалу девушка не хотела подвергать подругу излишнему риску, но та настояла на своем и напомнила, что раньше сама она пряталась в квартире Кэт, а теперь роли поменялись, да и, в конце концов, нехорошо будет, если она не отплатит ей за добрые дела. Сама квартира принадлежала по большей части не Карли, а ее брату, но в данный момент тот находился в командировке в Канаде, так что девушкам никто не мешал.

Квартира была двухкомнатной с небольшими комнатами. В гостиной — бежевые обои с бледным цветочным узором, желтовато-коричневый паркетный пол (как в спальне и коридоре); на окнах — полосатые оранжево-желтые шторы; на потолке — четырехрожковая люстра. Из мебели — шкаф, небольшая стенка (в углублении которой стоял телевизор), тяжелые темно-коричневые, почти черные стулья и раскладной стол.

В данный момент обе девушки сидели на диване перед негромко бормочущим телевизором и в, наверное, сотый раз обсуждали вчерашние события, стараясь не повышать голос, чтобы — теоретически — не привлечь ничьего внимания (среди соседей была одна вредная семейка с очень активной гражданской позицией, известные, наверное, всему городу стукачи, так что осторожность сейчас вовсе не была излишней).

— Эх, жаль, что меня там не было. Ух, я бы этому копу показала! — злилась Карли, тряся кулаками. — Порвала бы его на куски за наших! Конечно, стрелять в раненых и неспособных защищаться — это так демократично! Тьфу!

— Насчет «порвать» полностью согласна — я бы тоже этих мразей нарезала на сервелат, а вот насчет вероятного исхода битвы… Ну, по крайней мере, он бы тебя не поймал. Хотя кто знает, может, у него есть какое-то оружие, отключающее или дестабилизирующее сверхспособности, — ответила Кэт.

— Меня удивило то, что у этой навороченной брони нет адекватной защиты против телепатических атак. Ты действительно ничего не почувствовала, когда вырубила его?

— Кое-какая, но слабая, защита есть. Но против телепатов хотя бы, так сказать, среднего класса она не поможет. С другой стороны, федералы уже знают слабое место своей боевой системы, так что во второй раз нам, скорее всего, уже не повезет. Думаю, я как минимум не смогу сломать защиту… а как максимум — моя атака будет отражена, и я вырублю саму себя.

— По-моему, ты слишком хорошо о них думаешь. С тех пор, как началась эта заварушка с этими непонятными… как их там… информационно-энергетическими существами из параллельного мира, наши доблестные защитники, мира, спокойствия, демократии и толерантности нисколько не продвинулись в плане защиты этих самых мира, демократии и так далее. Война не изменила их ни на йоту. Они не учатся на своих ошибках, постоянно наступают на одни и те же грабли и во всех своих промахах винят мифических террористов.

На пару минут установилось молчание, нарушаемое только негромким бормотанием телевизора — там шел какой-то очередной пафосный фильм про добреньких супергероев с кучей спецэффектов и такой потрясающей игрой актеров, что в течение просмотра данного голливудского творения рука зрителя практически срасталась с лицом. Первой с дивана поднялась Кэт — она пошла на кухню, чтобы немного перекусить; Карли догадалась о ее намерении и последовала за подругой. На кухне девушки сделали себе бутерброды и чай и возобновили беседу:

— Кстати, а где Алекс? — с набитым ртом спросила Карли, доедая первый бутерброд.

— Кажется, у Вика в убежище. Ну, ты поняла. Там же должны быть Джордж, Стеф и Арни, — ответила Кэт, дуя на горячий чай.

— Что-то давно от Тони вестей нет. В последний раз он нам что-то передавал вчера буквально в конце боя — рассказал, что тут происходит, ну, и все такое прочее. А сейчас как отрубило. Прямо хочется попробовать с ним связаться, но нельзя.

— Да, нехорошо все это. Как бы его не поймали. Хотя он-то профессионал, в отличие от нас, настоящий профессионал. Не палится на мелочах.

— Угу… Надеюсь, где-нибудь через недельку снова выйдет на связь, если, конечно, федералы не начнут на нас охоту.

— Не каркай, — горько усмехнулась Кэт, делая большой глоток из чашки. Карли в ответ лишь грустно пожала плечами, однако спустя минуты полторы задумчиво спросила:

— Кстати, интересно, почему эти загадочные… ммм… смерти были классифицированы именно как убийства? Может, во всем виноват какой-нибудь неизвестный вирус… ну, или что-то такое в этом роде?

— Ну, во-первых, теперь уже у властей есть неопровержимое доказательство того, что это были именно убийства, — я о поведении Стива, в которого что-то вселилось и который убивал людей прикосновением, — начала Кэт. — Если верить СМИ, то причиной смерти тех несчастных опять-таки была внезапная остановка сердца. Хм… а во-вторых, авторитет власти сейчас невысок, и им надо было срочно сделать что-то такое, чтобы восстановить доверие народа. Эти таинственные смерти пришлись очень кстати. Нет, я, конечно, не хочу сказать, что полиция с ICTEC все это подстроили, — просто это очень интересное совпадение. К тому же теперь властям есть кого обвинять — так называемых террористов, к которым простой народ стал проникаться симпатией. А теперь будут, наверное, охотиться даже на тех, кто не посмеет дергаться в благоговейном экстазе от очередной речи нашего президента или этого придурка Ричардса. Тьфу.

В течение следующих пяти-шести минут девушки совершенно молча и с крайне мрачным видом пили чай, изредка поглядывая в окно. На улице опять было пасмурно и прохладно, ранним утром пару раз начинался дождь, но спустя минуты две-три кончался. После обеда внезапно налетел ветер, до того сильный, что об этом даже сказали в новостях. Сейчас небо из серо-белого с легким сиреневатым оттенком снова стало свинцово-серым, где-то очень далеко пару раз прогрохотал гром.

— Слушай, Кэт… — первой нарушила тишину Карли. — А что бы ты сделала, если бы к тебе в руки попала эта боевая система, которую тот коп использовал?

— Хм… Ну, наверное, первым делом бы расправилась с этими мерзкими айситековцами, причем постаралась бы показать народу, кто на самом деле преступник…

— Я бы тоже… И обязательно отомстила бы за друзей! Ух, они бы у меня поплясали, эти тупорылые «защитники добра и справедливости»! — опять замахала кулаками девушка.

— Это уж точно… — отозвалась Кэт. — Меня еще что интересует: что произошло со Стивом? Кто-то его контролировал извне… нет, не похоже, потому что, если верить попавшим в сеть фрагментам записи уличных камер, у него появились новые способности — эти клыки, когти, выстрелы какими-то энергетическими лучами и все такое прочее.

— Наверное, кто-то в него вселился… это единственное логичное объяснение. Вот только кто, как, когда и, главное, зачем? И зачем он убил наших? Кажется, это были Трент, Джереми и Картер…

— Хм, по-моему, тут все абсолютно ясно — они, как и полиция, мешали ему — в смысле, тому существу, которое вселилось в Стива, — вот он и убил их.

— Но разве…

— Не думаю. Это только в слезливых сказочках одержимый злым духом человек не может убить кого-то, кто был ему другом, родственником или чем-то в этом роде. В реальном мире ведь все по-другому — то существо полностью подчинило себе Стива и поэтому с легкостью могло прикончить хоть его родителей, хоть друзей. К тому же те трое не были его близкими друзьями — так, товарищи по борьбе, так сказать…

— Хм… Думаю, ты права. Я тоже много думала об этом моменте и пришла к таким же выводам.

На пару минут Карли замолчала, смотря в окно, затем задумчиво произнесла:

— Знаешь, мне интересно, что за странный светящийся силуэт вырвался из Стива. Точнее, и не силуэт даже, а, скорее, сгусток энергии. Мне кажется, мы уже сталкивались с чем-то подобным, причем совсем недавно.

— Да-да, мне это тоже кое-что напомнило… Но ведь они — те самые — были другими, вели себя по-другому. Хотя… ну да ладно, лучше и эту тему не затрагивать, а то мало ли…

— Да-да, это уж точно. Свобода слова, демократия — а на деле и пикнуть без одобрения того-кого-надо не можешь. Мда… Кстати, на улицу выйти желания не возникало?

— Возникать-то возникало, но я не самоубийца, — махнула рукой Кэт. — Лучше хотя бы пару дней здесь посидеть, пока все не уляжется.

Девушки посмотрели друг на друга и синхронно кивнули, а затем пошли в гостиную — снова смотреть телевизор и говорить о том — о сем.

23 августа 2017 г., 09:24

Больница ICTEC, палата № 314.

Фрейзер с чрезвычайно мрачным видом лежал в кровати и разглядывал белоснежный потолок. Вчера он боялся, что к нему нагрянут чуть ли не все работники ICTEC, но на самом деле пришли мало кто — лечащий врач, две медсестры, Лотта (она в основном разговаривала с врачом, с Марком лишь поздоровалась), Грейсон (заглянул сразу после обеда, задал пару общих вопросов о самочувствии и быстро ушел) и Джим (заскочил буквально на полминуты в самом конце рабочего дня, но обещал прийти сегодня и ответить на все вопросы, которых у Марка накопилось, мягко говоря, очень много). Сегодня полицейского посетили только врач и одна из медсестер; ему сказали, что он практически полностью оправился от телепатической атаки и уже завтра может приступать к работе. Фрейзер был готов начать работать уже сегодня, но врач посоветовал ему повременить и дать себе отдых хотя бы на полдня, а там уже пусть он сам смотрит. Поэтому Марк в данный момент пребывал в крайне плохом настроении: в городе орудует банда террористов, убивает мирных граждан, а он — возможно, единственный человек, который может им реально противостоять, — прохлаждается в люксовой палате лучшей больницы города. Ненависть Фрейзера к террористам была так сильна, что он был готов прямо сейчас схватить пояс, браслет и бластер (они находились в чемоданчике, лежавшем на прикроватном столике), выпрыгнуть в окно и… а вот что он бы стал делать, он так и не успел додумать, т. к. в этот момент в палату влетел запыхавшийся Джим:

— Фффух… Ну, привет, Марк! Извини, что вчера так и не смог как следует с тобой поговорить — все дела, дела… Грейсон совсем замучил…

— Привет! Я тебя уже заждался! Знаешь, сколько у меня к тебе вопросов накопилось? Вот давай и поговорим сейчас обо всем, — сказал Фрейзер, устроившись в кровати поудобнее.

— Обо всем? В смысле?

— Ну, об этой боевой системе, террористах и т. д.

— Ну… Знаешь, Марк… на самом деле даже Грейсону не все известно, ведь систему мы разрабатывали совместно с PSYKOM; нам в основном давали тестировать оборудование, а собственно разработкой занимались сайкомовцы… — немного волнуясь, начал было Джим, но его тотчас же перебили:

— Слушай, заканчивай уже с этими отговорками. Вы плетете там что-то за нашими спинами, тестируете на нас всякие непонятные устройства… В конце концов, эта ваша боевая система чуть не убила меня при первом пуске. В меня как будто запустили тонну пауков, которые раздирали меня изнутри, из каждого органа, из каждой клетки! Говоришь, вы занимались в основном тестированием? Значит, вы даже не понимаете, как она работает?

— Ну… как тебе сказать… нет, мы более-менее понимаем, как все работает… но… знаешь… это секретные сведения, так что… — развел руками Мэнн, не удивленный внезапным натиском Фрейзера. — Все то, что тебе нужно знать, было рассказано на презентации системы.

— Да-да-да, с магией и девочками-волшебницами, — отвернувшись, процедил сквозь зубы Марк. — Ну к чему нужно было устраивать весь это балаган? Неужели мы бы и без дешевых приемчиков ничего не поняли?

— Хм, дружище, дело в том, что никакой магии и девочек-волшебниц не было, — подмигнул товарищу Джим. — Да, конечно, Грейсон местами перегнул палку и действительно переборщил с… кхм… дешевыми эффектами, но он донес до вас суть…

— Не знаю, до кого он там что донес, но вот лично мне после презентации показалось, будто нас всех разыграли, как идиотов.

— Дело в том, что если бы он начал вам подробно объяснять, как работает система, вы бы заснули уже на первой минуте. Или же у вас мозги бы вскипели от учености. Поверь, там используются технологии, которые…

— Слышал, слышал. Знаю. Мегапрорыв или что-то в этом роде. Того, что сделали мы, еще никто не делал. Тонкие миры, торсионные поля — и везде сплошное нано. Слышали уже миллион раз, — раздраженно отмахнулся Марк.

— Да ладно тебе… Сайкомовцы действительно практически не разрешали нам участвовать в разработке системы — мы работали только над самыми простыми и не критичными частями, зато они свалили на нас почти всю работу по тестированию, — примиряющим тоном сказал Джим. — Кстати, мы доделали энергетический меч! А также усовершенствовали защиту от телепатических атак. Теперь ее может пробить только телепат экстра-класса, да и то маловероятно. А еще мы немного усилили саму броню, теперь ее сложнее пробить, плюс усовершенствовали механизм амортизации — теперь если тебя кто-нибудь куда-нибудь швырнет, или ты куда-нибудь упадешь, то… ммм… в общем, будет не так больно, грубо говоря. Конечно, это еще не все, что мы можем сделать, но у нас было мало времени. Однако и эти усовершенствования тебе должны очень помочь.

— Я очень рад, — буркнул Фрейзер. — Прямо на седьмом небе от счастья. Сейчас вот начну прыгать на одной ножке.

— Слушай, Марк, что ты ведешь себя, как истеричная девочка-блондинка? — не выдержал Мэнн. — Хватит раздражаться по малейшему поводу. Если есть вопросы — задавай. Мое время дорого стоит, между прочим. Дороже твоего, если ты забыл.

— Эх… Ну ладно, ладно… Есть у меня к тебе одна просьба: ты бы не мог помочь мне побыстрее убраться из этой больнички?

— Из больницы? Что говорит по этому поводу врач? — как будто не удивившись, спросил Джим.

— А… Сказал, что мне следует еще полдня отдохнуть, а потом я могу делать что хочу.

— Полдня — это с какого времени?

— А черт его знает. Сказал просто «полдня», не уточняя.

— Хм, понятно… Ну, тогда я сейчас с ним поговорю, а там посмотрим… — начал было Джим, собираясь отойти, но Марк схватил его за воротник и прошипел:

— А вот ходить никуда не надо, понятно? Я тебя знаю! Вы там с ним застрянете черт знает на сколько, будете болтать обо всяких э… эв…

— Слушай, Марк, да что с тобой такое? — воскликнул Джим, оттаскивая от себя взбешенного приятеля. — Ты себя действительно ведешь как девочка-истеричка!

— А как бы ты стал вести себя, если бы твой родной город кишел террористами, одним прикосновением убивающих мирных жителей, а ты сам — единственный, кто может хоть как-то им противостоять, да и то не всегда, потому что твое оружие толком не доделано и глючит при встрече с самым банальным телепатом? А? — язвительно прищурился Фрейзер.

— Кстати, о террористах… — опять начал было Мэнн, но его снова перебили:

— Да, кстати, о террористах. Всякие там Грейсоны с Лоттами, случайно, не знают, сколько процентов из них умеют отмачивать такие штуки, как тот здоровяк, которого я еле-еле прибил?

— Эм… Какие штуки? — не понял Джим, удивленно вскинув брови.

— Такие — отращивают когти и клыки, стреляют энергией… или чем там… а еще увлекаются людоедством.

— Так, подожди-ка, подожди-ка… — Мэнн залез в карман, достал смартфон и начал что-то на нем быстро просматривать; спустя минут пять-семь он торжествующе заявил: — Знаешь, дружище, я тоже видел те записи, в том числе и с камеры наблюдения в магазине. Но я могу сказать точно, что у того человека — его, кстати, звали Сти… — ученый осекся, правильно истолковав пристальный взгляд Марка. — Ну, положим, нам не важно, как его звали. В общем, у него была только одна способность — неуязвимость. А то, что ты видел… мы пока не знаем, откуда у него такие способности взялись. У нас есть несколько догадок, причем одна из них указывает на нечто, с чем — или с кем — мы сталкивались раньше — точнее, совсем недавно, но Ричардс заявил, что не нужно проводить расследования с этой области — дескать, мы знаем, что они террористы, что большинство из них либо обладают сверхспособностями, либо киборги с боевыми имплантами, либо просто вооруженные до зубов головорезы, так что не надо сорить ресурсами по пустякам.

— Хм… Знаешь, я его понимаю. К тому же у меня тоже есть версия того, откуда у того урода взялись странные способности. Помнишь презентацию ученых из Тетрабея — там еще эпидермальные импланты были? Так вот, среди них были такие, чье расположение на теле пользователя очень подозрительно напоминало узор на теле того монстра. И они как раз использовались для энергетических атак! Правда, то, что было показано тетрабеевцами, боевым применением назвать, кхм, можно лишь с очень большой натяжкой, но кто мешает пользователю полностью обклеить себя имплантами, зарядить их и броситься в бой? К тому же тетрабеевские НИИ известны своими связями с, так сказать, подпольем… а оттуда и до террористов недалеко! Ведь не просто так же Тетрабей называют «городом грехов»!

— Ну… я не… — начал было Джим, но снова поймал красноречивый взгляд Фрейзера и предпочел не развивать мысль дальше. — Ну ладно. В общем, в этой области все расследования пока заморожены. Хотя, говорят, руководство PSYKOM недовольно этим шагом Ричардса; вроде даже хотят направить к нам кого-то, чтобы провел с нашим боссом, так сказать, воспитательную беседу, да вот только что-то слабо верится в ее действенность. Небось будет, как в прошлый раз — вышвырнут этого сайкомовца пинком под зад.

Марк в ответ лишь хмыкнул и, снова бухнувшись на кровать, с мрачным видом уставился в потолок. Джим пару раз прошелся по палате, внимательно рассматривая аппаратуру; на три-четыре минуты он остановился у окна, словно высматривая что-то вдалеке, за небоскребами отстроенного всего три месяца назад бизнес-центра; затем он подошел к Фрейзеру, все еще лежащему на спине и гипнотизирующему потолок и спросил:

— Кстати, тебе не говорили, как там поживают твои коллеги?

— Эми, Дэн и Джек? — сразу же оживился полицейский. — Мне буквально пару слов о них говорили. Джека вроде скоро выпишут, а вот Эми и Дэну придется еще месяц с лишним проваляться в больнице.

— Все так, все так, — кивнул ученый. — Джек очень быстро идет на поправку; не знаю, в чем тут дело — или в предложенном PSYKOM новейшем курсе восстановительной терапии, или в природных возможностях организма. У Эми простой перелом ноги, через месяц ее должны выписать. А вот Дэну изначально хотели ставить протез, но сайкомовцы снова решили нам помочь, так что, думаю, все обойдется, и через месяц-полтора он будет преспокойненько бегать на своих двоих.

— Больше ничего о них не говорили? — с беспокойством спросил Марк. — В принципе, я это все уже слышал, ничего нового ты мне не сказал… ну, кроме разве что того, что Джек очень быстро идет на поправку.

— Больше пока никаких новостей.

Приятели замолчали еще на минуты две-три, затем Фрейзер встал с кровати, подошел к окну, закрыл жалюзи, затем в два прыжка подскочил к Джиму и, маниакально блестя глазами, твердо произнес:

— Мне срочно, очень срочно нужно уже сегодня выйти на работу. Именно сегодня. Я и так здесь валяюсь уже сутки с лишним. Не могу сидеть без дела — прямо чувствую, как теряю форму, заплываю жиром… конечно, фигурально выражаясь. Слушай, сделай что-нибудь, чтобы меня хотя бы после полудня отпустили! Я уже полностью отошел от этой чертовой телепатической атаки!

— Но доктор…

— Да плевать на него! Вечно они перестраховываются, эти медики!

— Марк, ты в своем уме? — удивился Джим. — Телепатическая атака — это не какая-нибудь ерунда, это очень серьезно! Ты не представляешь, какие могут быть последствия, особенно если учесть, что в тот момент ты был в… — тут он внезапно осекся и хлопнул себя по губам. Фрейзера это очень заинтересовало:

— Ну? Что в тот момент было? Где я был? Или в чем был? Или что? А?

Но Мэнн не отвечал — он только замахал руками; затем он, сделав пару шагов в сторону, почесал в затылке и после недолгих раздумий изрек:

— Хм… Ну, я попробую поговорить с твоим доктором прямо сейчас же и попрошу его отпустить тебя сегодня после полудня.

— Пожалуйста! Только не забудь, Джим! — радостно воскликнул Марк. — Заранее огромное спасибо!

— Да не за что, — сказал ученый. — Ну, тогда я пошел, хорошо? Вопросов больше нет?

— Да вроде нет. А на те, что есть, ты не можешь ответить. Ну ладно, понимаю — инструкция и все такое. И секретность. Ох уж эти сайкомовцы… — понимающе покачал головой Фрейзер.

— Ну, тогда я пойду. До встречи! — Джим помахал рукой на прощание и поспешно скрылся за дверью, даже не закрыв ее толком.

Марк, проводив товарища взглядом, хитро ухмыльнулся, затем снова сел на кровать и задумался.

«Надеюсь, у него все получится, и меня сегодня после обеда выпишут. Хорошо бы… а то эти мрази ведут себя в нашем городе, как у себя дома. Ну ничего, ну ничего… вот только выпустите меня из больницы — и…».

23 августа 2017 г., 12:15

Подвал одного из домов на Браун-стрит.

— Эй, хватит дергаться! Сейчас точно себе что-нибудь сломаешь! И в этот раз я тебя лечить не буду! — строго крикнула на мечущегося туда-сюда Алекса высокая худая сероглазая девушка с длинными почти белыми волосами.

— Не-не, Вэл, все в порядке, я просто… ну… — ответил парень и внезапно, скривившись от резкой боли в ноге, упал на старый драный матрас. — Ой-ой-ой, опять… блин, ну что же это такое…

— Я же говорила — не надо носиться! Трещина в кости — это не фигня! А ты себя ведешь так, как будто за тобой бешеные собаки гонятся! — еще более строго произнесла блондинка, садясь на стоящий в углу черный кожаный диван, выкинутый каким-то толстосумом из-за маленькой царапины на спинке.

— Может, хватит причитать? — негромко сказал высокий крепкий парень с очень короткими черными волосами и в очках, стоящий в дальнем углу и листающий какой-то мануал.

— Я не причитаю, Вик, я просто объясняю этому раздолбаю, как нужно себя вести после… — начала было девушка, но парень в очках перебил ее:

— Объясняй, пожалуйста, потише. Не видишь — я читаю.

Вэл нахмурилась и демонстративно отвернулась.

Действие происходило в большом помещении с довольно низким потолком, светло-коричневым деревянным полом и холодными каменными стенами грязно-серого цвета; его освещали пять ламп дневного света. В комнате было несколько розеток, и в одну из них в данный момент был включен большой обогреватель (несмотря на то, что включили его давно, здесь было довольно холодно). Вдоль стен стояли диваны, стулья, раскладушка, кое-где валялись матрасы или просто кучи тряпья; в одном из углов возвышался здоровенный серебристый холодильник, рядом с ним на обшарпанной бежевой тумбочке — микроволновка, а, в свою очередь, рядом с ней — большая раковина, на редкость чистая; неподалеку от них стоял большой стол, окруженный стульями всех цветов, форм и размеров; на нем были хаотично расставлены тарелки (какие-то чистые, какие-то — умеренно грязные, от некоторых из которых пахло какими-то мясными полуфабрикатами) с вилками и ложками, чашки, валялась пара книг, несколько смартфонов и один ноутбук. Были в комнате и шкафы: один — побольше, — с одеждой, второй, чуть поменьше, — с книгами в верхней половине и кучей каких-то устройств (среди которых имелись и старые телефоны, смартфоны, планшеты, компьютерные комплектующие, был даже целый ноутбук и два нетбука) в нижней. На стене за тем диваном, на котором сидела Вэл, висел большой и почти не потрепанный кремовый ковер с простеньким узором из темно-коричневых ромбов в центре. В комнате была одна дверь — из темного дерева, крупная, на вид очень прочная, ведущая в коридор, где находилось еще несколько таких же комнат и небольшой санузел — дело в том, что здесь когда-то располагалось какое-то учреждение, часть кабинетов которого находилась в подвале.

Развалившийся на раскладушке Джордж, зевнув, спросил, ни к кому не обращаясь:

— И долго еще мы тут торчать будем?

— Столько, сколько потребуется, — не поворачиваясь, ответил Виктор. — Глупо рассчитывать на то, что федералы не знают, где мы прячемся, — они знают весь город как свои пять пальцев, в том числе и наши убежища.

— А как же атака на их…

— Все давным-давно восстановлено. Так что рано или поздно они доберутся и досюда.

— Тогда какого черта мы тут сидим?! Надо куда-нибудь уходить! Да хотя бы… да хотя бы на Ближние пустоши! — воскликнул Алекс, вскакивая с матраса.

— На Пустоши? Молодец, хороший мальчик, — сказал высокий тощий парень с волнистыми коричневыми волосами, сидящий рядом со входом и ковыряющийся в большом лазерном бластере.

— А у тебя, Стеф, есть еще какие-нибудь варианты?

— Вариантов нет. Поэтому я и не предлагаю всякую фигню, — буркнул тот в ответ.

— Интересно, как там остальные… — задумчиво сказала блондинка. — Да и от Тони давно никаких вестей нет… хотя это-то как раз логично.

— Остальные находятся в безопасности, Валерия, — ответил Вик, не отрываясь от мануала. — По крайней мере, я надеюсь на это. Связаться с ними нельзя даже телепатически — у федералов, скорее всего, есть все наши биологические сигнатуры. Пока нам надо не подавать никаких признаков активности — сделать вид, будто нас нет и никогда не было. Ни в коем случае не поддаваться на провокации, направленные на обнаружение используемых в данный момент убежищ. Конечно, полицию и айситековцев этим не обманешь, но у нас нет другого выхода. Точнее, у нас нет никакого выхода. Недавние события — надеюсь, вы все понимаете, о чем я, — полностью нас скомпрометировали, и теперь даже бомжи считают нас настоящими террористами. Все идет к тому, что нас рано или поздно накроют. С другой стороны, можно и не прятаться — продолжать вести себя так, будто ничего не произошло. Но спокойно разгуливать по улицам в данной ситуации еще опаснее, чем сидеть здесь, — так федералы перебьют нас в два счета, абсолютно не напрягаясь.

— Ты так спокойно об этом говоришь, что я просто диву даюсь, — раздался голос со стороны холодильника. На первый взгляд, ближайшее к нему кресло — цветастое, довольно старое, местами драное — было пусто, но если приглядеться, сразу становится видно, что сиденье и спинка продавлены так, как будто там кто-то полусидит-полулежит.

— Вовсе необязательно рвать на себе волосы и носиться, как ошпаренный, Рид. Хотя кому я это говорю… ты и так почти всегда спишь. И даже не пытайся возражать — мы все отлично помним, как ты вчера заснул в середине разговора о том, что за существо могло вселиться в Стива. Я понимаю, ты упорно не веришь в… так скажем, открытия Эллиса; ты, конечно, можешь сколько угодно отрицать очевидное, но вот вести себя, как самая настоящая свинья, явно не стоило. Ну ладно, хватит болтать. Сейчас я вам кое-что покажу. Кое-что очень интересное, — С этими словами Вик подошел к кожаному дивану и жестом попросил Вэл слезть, что она сделала с величайшей неохотой и похожей на оскал гримасой, а затем с довольным видом начал как ни в чем не бывало рассматривать ковер. Алексу, беспокойно носящемуся туда-сюда, это, мягко говоря, не понравилось:

— Ребята! Я ведь действительно не понимаю, почему мы тут сидим, если нас в любой момент могут прихлопнуть! Мы вообще ничего не делаем — просто сидим тут и говорим обо всякой ерунде!

— Кхм, кто-то, возможно, на самом деле ничего не делает… — Вик подозвал задумчиво сидящего за столом крупного мускулистого парня с длинными волнистыми светло-коричневыми волосами, и они вместе отодвинули диван. Висевший за ним ковер оказался длинным, до пола. Ребята сняли его, и все увидели, что там есть дверь. Вик достал из кармана брюк ключи, отпер замок, и все с огромным удивлением уставились на большую потайную комнату, буквально битком набитую огромным количеством самого разнообразного оружия — от примитивных пистолетов и ножей до плазмаганов и гипербластеров; также там имелось много экземпляров энергетической брони, два полноценных боевых андроида и восемь разведывательных дронов.

— … а вот кто-то все это время готовился к войне.

23 августа 2017 г., 13:54

Больница ICTEC.

Марка буквально только что выписали (за что нужно сказать спасибо Джиму). Полицейский с довольным видом выслушивал наставления доктора и постоянно кивал, особо не вникая в его лекцию. Сам врач это хорошо понимал; в итоге он просто пожелал Марку здоровья и удачи и уже приготовился вернуться в свой кабинет, как Фрейзер спросил у него, нельзя ли повидать Эми, Дэна или Джека. Выяснилось, что Эми и Дэн сейчас проходят курс особой восстановительной терапии, поэтому к ним зайти нельзя, а вот Джек, скорее всего, отдыхает после обеда. Честно говоря, Марк не горел желанием увидеться с Финнеганом, но все-таки они вместе сражались с тем кошмарным чудовищем, так что нужно посетить коллегу хотя бы из соображений элементарной порядочности.

Финнеган действительно был свободен — он лежал на кровати и бесцельно смотрел по сторонам. При появлении Фрейзера он не стал симулировать бурную радость и лишь спокойно поприветствовал его:

— Привет, Марк! Тебя уже выписали?

— Привет! Да, вроде выписали, уже на работу выхожу. Прямо сейчас. Как у тебя дела, как самочувствие? Мне говорили, будто ты гигантскими шагами идешь на поправку.

— Хм, да, по крайней мере, врачи так говорят, — помедлив пару мгновений, ответил Джек. — Но вот чувствую себя не очень. Время от времени голова либо кружится, либо сильно болит, но это проходит через минут пять-семь. Доктор сказал, что такое будет продолжаться еще дня три-четыре, причем с каждым днем приступы будут все слабее и короче. Если через неделю приду в норму — меня выпишут, хотя один из врачей что-то говорил о том, что даже после выписки за мной будут наблюдать как минимум неделю — мол, телепатическая атака — это очень опасно, нам точно надо знать, что все в порядке и т. д.

— Понятно, — Марк не знал, о чем говорить с коллегой, поэтому просто стоял и смотрел по сторонам. Финнегану досталась такая же палата — такие же кровать, тумбочки, прикроватный столик, даже оборудование, даже жалюзи на окнах и коврики у порога и около кровати. На прикроватном столике лежал плеер; когда Фрейзер уставился на него, Джек тотчас же это заметил и спокойно сказал:

— А, плеер… Это мой. Хотел музыку послушать, но говорят, что мне пока не надо напрягаться. Как будто прослушивание музыки — это кошмарный труд. Ну, врачам лучше знать…

— Ага, — Теперь Марк тупо смотрел в окно. Часа два назад закончился очередной дождь, однако небо лишь ненамного посветлело. Дул сильный ветер, прибивший пару мокрых желто-коричневых листьев к стеклу.

— Ну, а как там остальные? Я про Эми и Дэна. Я слышал, у них как будто тоже все в порядке, — продолжал Джек.

— Ну… вроде у Эми действительно все в порядке, операция прошла успешно, ее должны выписать где-то через месяц. А у Дэна все было настолько серьезно, что сначала хотели отнять ногу и поставить протез, но сайкомовцы опять кинули нам очередную высокотехнологичную подачку, так что ногу удалось сохранить; а выписать его должны через месяц-полтора. Только я обо всем этом знаю со слов Джима — меня к ним не пустили — сказали, что они в данный момент якобы проходят важную восстановительную терапию. Прямо так и сказали, да. Лично мне кажется, что меня просто почему-то не хотят пускать к ним.

— Хм… ну ладно. Хорошо, что все обошлось, — с натянутой улыбкой сказал Финнеган. — Надеюсь, что у них действительно все в порядке, и их выпишут в срок.

Марк лишь кивнул в ответ.

— Кстати, как там твоя… ммм… боевая система поживает?

— Боевая система? Вот это? — Марк поднял чемоданчик, который держал в левой руке. — Джим сказал, что они наконец-то починили энергетический меч, так что весь арсенал теперь в сборе. Думаю, в ближайшее время опробую сам меч в боевых условиях, — айситековец криво усмехнулся. — А меч… он сейчас у Джима, я к нему зайду перед уходом — он мне его упаковать поможет, а то люди невесть что могут подумать, когда увидят взрослого мужика с такой «железкой». А что касается самого меча… это здоровенная, длинная такая фиговина — ну, как и полагается. Я думал, это будет какой-нибудь длинный и тонкий цилиндр, из которого вырывается столб энергии… ну, понимаешь, как во всяких научно-фантастических фильмах, а это оказался самый настоящий меч, большой, довольно тяжелый, только его еще и заряжать можно. Говорят, надо еще научиться им правильно пользоваться, но, сам понимаешь, у нас нет времени. Да и если подумать — что, я меча никогда не видел? Конечно, есть какие-то свои тонкости, но в данный момент мне нужно только уметь использовать его как энергетическое оружие, а не как холодное — все-таки мы этих мразей не на рыцарский поединок вызываем.

Финнеган с понимающим видом закивал головой, затем, подумав пару десятков секунд, спросил:

— Кстати, помнишь, Грейсон нам что-то говорил про возможность полета? Ну, антигравы и все такое…

— Мммм… да, помню, я как раз у Джима про это сегодня спросил, — ответил Марк. — Только он сказал, что эта функция до сих пор не доделана, поэтому пока не рекомендуется летать — только делать затяжные прыжки или планировать. А на вопрос, почему до сих пор полеты не доделали, но все-таки включили эту фишку в финальную версию, он ничего не ответил и поспешил сменить тему. Интересно, почему нам сразу про это ничего не сказали. Про меч сказали, а про полеты предпочли промолчать.

— Власти скрывают, — хмыкнул Джек. Марк грустно усмехнулся в ответ.

Установилось неловкое молчание, длившееся около двух с лишним минут, затем Фрейзер буркнул, что уже пойдет, махнул рукой на прощание и быстро ушел. Джек, проводив его взглядом, немного прищурился, затем ухмыльнулся и лег спать.

23 августа 2017 г., 16:07

Квартира Ксении Пименовой.

Телевизор в гостиной орал на полную громкость, в спальне надрывался музыкальный центр — Ксюша покопалась в шкафах и нашла кучу дисков с попсой первой половины нулевых; на кухне мерзко вопил ноутбук (нормальные колонки для него так и не купили — пришлось довольствоваться встроенным непотребством). Сама Ксюша проснулась не так давно, всего часов пять назад, и как только встала, так сразу же врубила на полную мощность всевозможные «шумовые источники», чтобы не сойти с ума в тишине. Хотелось, несмотря на мерзкую погоду, выйти — нет, скорее, выскочить на улицу, побегать по улицам, забежать к друзьям, потом снова побегать, зайти в пару магазинов, потом опять побегать… и опять побегать… только чтобы не быть в одиночестве; даже вид обычных прохожих, шатающихся по улицам туда-сюда, словно на автомате, разогнал бы тоску. Но приходится сидеть дома, и ничего с этим не поделаешь — безопасность есть безопасность.

Настроение у девушки было на редкость плохое; чтобы хоть как-то развеяться, она принялась прыгать и кривляться под музыку, но в итоге только подвернула ногу, упала и довольно сильно ударилась спиной о шкаф. Затем, полежав около получаса на кровати и слушая завывания бывших кумиров подростков начала — середины нулевых, она встала и пошла на кухню, где перекусила пачкой наггетсов и двумя бутербродами с сыром и запила все тремя чашками апельсинового сока. Кухня была довольно маленькая и аккуратная, почти вся заставленная мебелью и кухонными приборами; на окне висела белая занавеска с узором из голубых цветочков. Пол имел сероватый оттенок, в отличие от более желтого ламината в остальной части квартиры, т. к. ремонт на кухне был сделан раньше.

Потом Ксюша вернулась в гостиную и начала переключать каналы; в итоге попала на какую-то кулинарную передачу, где показывали процесс приготовления какого-то архисложного блюда из кролика. Думать о еде уже не хотелось, поэтому спустя еще пару переключений девушка остановилась на каком-то безликом ток-шоу — смотреть его она не собиралась, но визг и вопли участников (и — иногда — ведущего) вполне успешно рассеивали тишину (и спустя минут двадцать уже начали надоедать).

Сидя на диване и думая о том — о сем, Ксюша внезапно поняла, что скоро будет уже два дня, как она не использует свою сверхспособность — телекинез. Вспомнились слова Виктора (одного из самых уважаемых людей в их маленьком оппозиционном, так сказать, объединении) о том, что у федералов, скорее всего, есть база биологических сигнатур всех жителей Кристалсэнда, поэтому если вдруг придется уйти в подполье, надо стараться как можно реже использовать свои способности, чтобы не выдать себя врагу; если же вдруг такой базы нет, то у айситековцев точно есть как минимум двое сотрудников, способных засекать любых людей со сверхспособностями в радиусе ста метров (когда-то «оппозиционеры» уже столкнулись с этой парочкой — это были два брата-близнеца среднего роста и невыразительной внешности (Рид остроумно назвал их «средним арифметическим всех жителей Кристалсэнда»), звали их Ник и Росс Хилдредт; различать их можно было только по цвету ботинок — у одного черные, у другого — коричневые; находиться рядом с этой парочкой было неприятно не только людям со сверхспособностями (как полноценным, так и латентным — оба «брата-акробата» чувствовали и «спящие» способности), но и простым смертным — от них как будто исходила некая аура недоброжелательности; даже вдрызг пьяные бомжи уступали им дорогу, не соображая, почему это им вдруг не хочется находиться рядом с этими двумя).

За какофонической смесью воплей телевизора, музыкального центра и ноутбука Ксения с трудом услышала звонок в дверь. Девушка буквально подскочила от смеси удивления и страха и сначала не хотела даже подходить к двери, но затем любопытство в ней пересилило испуг.

На пороге стояла одна из соседок по этажу — добродушная толстая пожилая женщина, работающая учительницей начальных классов в расположенной неподалеку школе:

— Ксения, мне только что сказали, что ваших родителей сбила машина! Они в больнице в очень тяжелом состоянии! Вас просят срочно приехать туда!

— Что… кто сказал?.. — только и смогла сказать ошарашенная Ксюша. В одно мгновение весь ее стройный план действия до получения, так сказать, инструкций от своих товарищей рухнул: родители вернулись в город, их сбила машина, они при смерти в больнице, а тут еще полиция мешается со своими спецоперациями. Девушку словно чем-то ударили по голове — так она была ошарашена печальным известием.

— Ваш брат! Такой высокий, с темно-рыжими волосами! У него еще свитер с узором из стилизованных оленей, темно-синий такой!

— Б-брат?..

«Этого еще не хватало… Что ему здесь надо? Он же вроде в Силверхилле должен быть! Приехал… что называется, на свою голову… Черт, черт, черт! Что же делать?»

— У него еще очки такие странные — вроде и темные, и не темные, стекла так странно цвет меняют!

«Да, это точно он, если, конечно, она не врет…»

— Миссис Гудсон… — еле-еле собрав остатки воли в кулак, кое-как смогла выдавить из себя Ксюша. — А что он еще сказал?

— Мммм… он сказал, что вместе с ними пару часов назад прилетел в город; сам он решил сходить в кафе пообедать, а родители ваши вроде пошли немного прогуляться по центру. В парке в центре они и встретились и потом вместе пошли домой. И на одной из улиц их сбила машина. Ваш брат сказал, что это был большой джип, темно-серый, довольно старый; номер он не запомнил, из особых примет вспомнил только то, что сверху на лобовом стекле есть длинная, но не очень заметная трещина, а еще на одной из дверей — полустершийся черно-белый рисунок в виде головы орла. Преступник тут же скрылся, как только сбил ваших родителей. Ваш брат тут же вызвал скорую, она приехала буквально через пару минут, потом он хотел вам позвонить, но ваш мобильный почему-то был отключен, и он решил прийти к вам домой, но в двух кварталах отсюда встретил меня, на бегу быстро рассказал мне все, а потом ему позвонили из больницы, тут он весь изменился в лице, сказал мне, чтобы я попросила вас туда подъехать, и куда-то убежал…

«Темно-серый джип с орлом? На таком ведь Мухаммед ездит! Не может быть… он не мог такого сделать, не мог их сбить! Тут какая-то ошибка! Или мисс Гудсон что-то не так поняла, или Костя ошибся…»

— Подъехать в больницу? В какую именно больницу? — перебила соседку Ксюша.

— Сейчас, сейчас… кажется,? 4. Да, точно, в четвертую…

Девушка не стала дослушивать миссис Гудсон; пробормотав что-то вроде «Спасибо», она заскочила в дом, оделась, схватила ключи, кошелек, мобильник и симку, потом, подумав пару секунд, взяла еще и зонтик, быстро оделась и выбежала из дома. Ей было уже наплевать на предосторожность — да и о какой предосторожности может идти речь, когда жизнь твоих родителей, самых дорогих тебе людей, в опасности? На ходу вставив симку, она пару раз попыталась дозвониться до брата, но в первый раз трубку никто не брал, а все следующие попытки оканчивались только системным сообщением о том, что абонент временно недоступен.

Из-за волнения Ксюша не сразу сообразила, что ей будет быстрее добраться до больницы на метро; ближайшая станция находилась в десяти минутах ходьбы, но еще предстояло перейти две оживленные улицы, на одной из которых периодически барахлили светофоры. Так было и в этот раз — светофор вообще не работал, машины мчались почти сплошным потоком. По обе стороны дороги собрались уже приличные толпы народу. Пару раз у девушки появлялось желание раскидать машины с помощью телекинеза, но это только в фильмах героям такое удается — в ее нынешнем состоянии она бы и кресло из такой машины не подняла бы — настолько она была сосредоточена на другом. Спустя пару минут Ксюша немного отдышалась и начала прислушиваться к разговорам; в основном все говорили о том, что светофоры внезапно отключились минут пятнадцать назад. В толпе она заметила Кристину, работницу кафе, в котором она с друзьями часто перекусывала; сама же Кристина, в свою очередь, тоже заметила Ксюшу и попробовала было подойти к ней, чтобы что-то сказать, но тут внезапно одна из машин резко затормозила, пропуская парочку школьников с плеерами; в нее врезалась машина, едущая позади, в нее — следующая и так по цепочке. На второй полосе все было спокойно, но и там машины остановились. Люди какое-то время еще стояли, глазея на аварию, а потом быстренько начали переходить дорогу, стараясь не увеличивать затор.

Ксюша не обратила должного внимание на Кристину, поэтому сразу же, как только машины остановились, перешла дорогу и побежала к станции метро. Вдруг у нее зазвонил телефон; на экране высвечивалось имя брата. Девушка сразу же ответила на звонок, но не успела и слова сказать, как ее опередили:

— Ксюша, это ты? Это я, Костя. Ты сейчас подходи к метро «Северная» и жди меня там на платформе у лестницы — у той, где перила справа вначале синей краской заляпаны. Я тоже сейчас подойду. Больше пока говорить не могу, все расскажу при встрече, — и трубку бросили.

Конечно, нельзя сказать, чтобы Ксения немного успокоилась к этому моменту, однако она смогла понять, что голос брата звучал как минимум странно — во-первых, слишком спокойно и размеренно, во-вторых, он был не очень-то похож на его голос, но это можно списать на помехи — на фоне были слышны звуки проезжающих машин, голоса людей и всякий фоновый шум. Только теперь Ксюша начала понимать, что что-то здесь не так; она обернулась, надеясь увидеть Кристину, но той и след простыл. И девушка, вздохнув, снова побежала к метро, надеясь, что скоро встретится с братом и точно узнает ответы на все вопросы.

В метро было очень многолюдно и душно, как, впрочем, всегда в это время суток. Полиции или агентов ICTEC вокруг не было видно — точнее, рядом со входом на станцию стоял один зевающий полицейский, смотрящий больше не на народ, а на расположенный неподалеку киоск с сигаретами. Внимание девушки привлекла огромная толпа народа, собравшаяся неподалеку от турникетов; что они рассматривали, ей понять не удавалось — настолько плотно стояли зеваки. Тогда она спросила у кого-то из прохожих, что тут произошло, и ей ответили, что где-то минуты две-три назад какой-то человек внезапно упал и умер. Скорую уже вызвали, как и полицию. Больше ничего путного узнать не удалось, и Ксюша пошла к турникетам; у нее был универсальный проездной, срок действия которого должен был вот-вот закончиться, но сегодня ей повезло. Затем она начала спускаться по эскалатору, стоя зажатой в толпе. Внезапно эта самая толпа начала бегом спускаться вниз — причем все, а не только какие-то отдельные «спешащие». Краем уха девушка услышала что-то про«… копы появились…» и«… я смотрю, он вдруг дернулся, а потом упал…». Снова появилось желание раскидать всю толпу силой телекинеза, чтобы побыстрее добраться до станции, но Ксюша отбросила эту дурацкую мысль — в конце концов, если полиция уже здесь, ей будет намного проще отследить ее по пси-сигнатуре и обвинить в только что произошедших убийствах. Так что пришлось спускаться по эскалатору вместе со всеми. Ксюшу постоянно сильно толкали, два раза она подвернула ногу и чуть не упала; в итоге она все-таки спустилась вниз и, с трудом пробираясь сквозь сплошной людской поток, побежала к платформе. Но когда до лестницы, возле которой девушку должен был ждать ее брат, оставалось каких-то пять-шесть метров, внезапно позади раздался истошный женский вопль, и в следующий момент толпа внезапно понеслась вперед с удвоенной скоростью, сминая все и всех на своем пути. В первые мгновения Ксюша еще пыталась удержаться на ногах, цепляясь за перила лестницы, но затем ее буквально смел какой-то здоровенный толстый лысый негр с дебильным выражением лица. Краем глаза, падая, девушка успела заметить, что далеко не только ее сбили — почти все люди перед ней точно так же падали и либо пытались уцепиться за перила, либо просто катились по ступеням. Зрелище было кошмарным, к тому же крики позади усилились; кто-то звал полицию, кто-то просто ругался. Вдруг толпа на пару секунд остановилась, а в следующее мгновение ринулась вперед с новой силой. В тот спасительный момент Ксюше все-таки удалось снова вцепиться в перила, и теперь она буквально скользила вниз; пару раз ее случайно огрели сумкой по голове — в первый раз это была маленькая аккуратная дамская сумочка, а вот во второй — какой-то здоровенный баул, набитый, судя по весу, кирпичами, не меньше. Девушка еле-еле удержалась, вцепившись в перила чуть ли не зубами, но удар сделал свое дело — голова кошмарно болела, из глаз чуть искры не посыпались, хватка ослабевала, и Ксюша чувствовала, что ее вот-вот понесет вниз людской поток.

А люди орали все громче и громче, неслись вперед все быстрее и быстрее, затаптывая и пиная тех бедолаг, кто все-таки упал. Положение было воистину катастрофическим.

23 августа 2017 г., 17:25

Штаб ICTEC, кабинет Лотты.

— … Надеюсь, вы уже в курсе последних событий? — строго спросила у только что вошедшего в кабинет Фрейзера Лотта, стоящая у окна и поправляющая на шее тонкий шарф. Полицейский только открыл рот, как его перебили: — Как мы и ожидали, террористы лишь на полтора дня затихли, чтобы затем возобновить свои атаки с новой силой. На данный момент мы имеем пять убийств на станции метро «Северная», совершены они по той же схеме, что и раньше: причина смерти — скорее всего, внезапная остановка сердца; преступников не удалось найти, но у нас есть кое-какие подозрения. Сейчас на месте события работают две наших бригады — дело в том, что третье и последующие убийства спровоцировали массовую панику и давку; есть много жертв, но, к счастью, пока никто не погиб, кроме тех пятерых. Наши люди делают все возможное, чтобы помочь пострадавшим. И для вас, Фрейзер, есть новое задание. Надеюсь, вы понимаете, о чем я?

— Да, конечно, — сразу же выпалил Марк. — Можно идти? Дальнейших инструкций не будет?

— Инструкций не будете, т. к. вы и так прекрасно знаете, что надо делать. Скажу лишь, что преступник точно не покинет место событий — мы приняли все необходимые для этого меры. А теперь можете идти, — чуть прищурив правый глаз, ответила Лотта, снова повернувшись к окну и теребя кончик шарфа. — В бою будьте осторожны — вполне возможно, что вам придется сражаться с преступниками преимущественно под землей. Перед тем, как покинуть нашу территорию, зайдите в гараж 17 — вам там выдадут служебный транспорт. Выполняйте.

Айситековец молча отдал честь и пулей бросился к выходу. Еще до того, как зайти к Лотте для получения нового задания, он надел пояс и браслет, а также захватил с собой бластер, который прикрепил справа к поясу; в левой руке он держал меч — словом, был полностью экипирован. Те, кто впервые видел его при, так сказать, полном параде, сразу же начинали рассматривать его с таким интересом, словно у него был хвост или две головы.

У входа в гараж 17 Марка встретил механик по имени Бен Ли — хмурый светловолосый здоровяк лет сорока на вид, всем сердцем любящий свою работу и считающий машины чуть ли не одушевленными существами. Толком не поздоровавшись с полицейским и лишь буркнув ему что-то неразборчивое, он сразу же повел его внутрь и остановился только у задней стенки перед большим и красивым черно-синим мотоциклом. Машина не произвела на Марка особого впечатления — он этим никогда не увлекался, но, с другой стороны, было приятно иметь личный транспорт; полицейский особо не стал разглядывать мотоцикл, но ему сразу бросилось в глаза то, что на нем не было ничего, хоть как-то указывающего на его принадлежность к ICTEC, зато по бокам находились две мелкие и потому почти незаметные эмблемы PSYKOM — эту букву P с заостренной нижней частью не спутаешь ни с чем. Ли не стал утруждать Марка рассказами о технических характеристиках мотоцикла и только помог ему выкатить его из гаража, а затем снова ушел внутрь — дел у него всегда было выше крыши. Еще раз быстро оглядев своего нового железного коня, Фрейзер удовлетворенно хмыкнул, затем сел на него, кое-как пристегнув меч слева к поясу (в таком положении он не болтался и не мешал движению, но часто казалось, что он вот-вот свалится, однако это ощущение было обманчивым), завел машину и поехал к выходу с территории корпорации. Полицейский боялся, что его отъезд привлечет массу зевак — как же, ведь у него есть специальная боевая броня, крутое оружие и отличный мотоцикл, — но, к счастью, почти никто на него особого внимания не обратил. Как только Марк покинул территорию ICTEC, то сразу же развил максимальную скорость и помчался к станции метро «Северная». К романтическим натурам он явно не принадлежал, поэтому ни ревущий мотор, ни свистящий ветер не вызывали у него ни малейшего восторга — полицейский был заинтересован только в том, чтобы как можно быстрее добраться до места события и расправиться с преступником.

У входа на станцию метро было очень шумно и людно; стояло несколько полицейских джипов и машин скорой помощи. Фрейзер, стараясь не привлекать внимания, остановился за одним из джипов, затем, немного подумав, аккуратно положил меч на сидение мотоцикла и, внимательно оглядываясь по сторонам, пошел к станции. Все полицейские и большая часть медиков тут же узнали его и негромко, но радостно поприветствовали; Марк отвечал им только сдержанным кивком головы. Узнали Фрейзера и некоторые из прохожих (хоть цензура в Интернете и существовала, ее приходилось ограничивать из-за «демократии, либеральности и толерантности» самим же властям, которые ее и ввели, поэтому фрагменты того самого видео с боем Фрейзера против таинственного монстра находились в свободном доступе на множестве сайтов; конечно, поначалу из-за жалоб лиц с активной гражданской позицией эти ролики пытались удалять отовсюду, но до властей начало доходить, что контролировать Интернет невозможно, так что пришлось махнуть на это рукой; в конце концов, что плохого в том, что люди увидят своего нового защитника и будут твердо знать, что теперь-то они могут спать спокойно?), но поздороваться с ним не решались по понятным причинам — лишь разглядывали его с интересом (но пальцем не показывали — себе дороже).

Марк спустился на станцию, внимательно смотря по сторонам, но ничего (и никого) необычного не нашел; он несколько раз прошелся по той злополучной лестнице, затем — по платформе, но не обнаружил никаких следов. Один из медиков через пару минут подошел к нему и сказал, что, скорее всего, давка была вызвана не только паникой из-за убийств, но и телепатической атакой — у одного из в тот момент находящихся в подземке полицейских (который в данный момент был наверху) был с собой так называемый «детектор сверхспособностей», и он зарегистрировал применение одной из таких способностей; жаль, что это был самый простой вариант детектора без возможности подключения к Интернету, иначе можно было бы по базе данных биосигнатур определить, кем именно был тот телепат. Атака длилась недолго, но была очень сильной и точной; чудом удалось избежать новых смертей, хотя некоторых людей пришлось доставить в больницу в очень тяжелом состоянии. Фрейзер поблагодарил медика и затем еще пару раз прошелся по платформе и лестнице, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, но снова безрезультатно. Тогда он поднялся наверх и подошел к полицейским, окружившим место, где была обнаружена первая жертва. По словам свидетелей, несчастный просто шел вместе со всеми в толпе, а потом вдруг дернулся и упал. На вопрос, не трогал ли кто-то его перед тем, как он упал, люди удивленно отвечали, что была довольно сильная давка, там особо не разглядишь, трогал ли кто-то кого-то или нет. Среди тех пятерых полицейских был тот, кто обнаружил телепатическую атаку, но он не поведал Марку ничего нового — лишь повторил рассказ медика. Фрейзер недовольно хмыкнул, походил немного рядом со своими коллегами, а затем вышел на улицу. Толпа уже почти рассеялась, из машин скорой помощи остались две, а вот полицейские джипы никуда не делись (однако и новых не прибыло). Временами дул несильный, но очень холодный ветер; небо снова приняло свинцовый оттенок, а с востока на город надвигалась огромная темно-серая с синевой туча.

«Мда… Торчу здесь, как идиот. Задание, задание… Все уже кончено, преступник благополучно смылся, убив пятерых и покалечив много десятков, если не сотню с лишним… хм… не знаю уж, сколько здесь людей, но поработал этот урод на славу. И что мне теперь делать? Возвращаться к Лотте и сказать, что, мол, так и так, террорист скрылся, найти его в данный момент невозможно? Хорошенькое заданьице мне дали… Но отступать некуда — я сам вызвался защищать этот город. Побуду здесь, пока наши не уедут, а там видно будет», — думал Марк, с мрачным видом ходящий туда-сюда перед входом на станцию. Временами он смотрел на КПК на браслете, словно информация с него могла ему помочь; один раз он снял с пояса бластер и пару минут внимательно разглядывал его, затем с каким-то ожесточением повесил обратно и продолжил мерять шагами небольшой пятачок перед станцией. Время тянулось медленно, к тому же ветер усиливался и становился все холоднее; через минут двадцать Фрейзер уже жалел, что не надел хотя бы шарф. Тем временем машины скорой помощи уже уехали, а спустя еще минут пять начали отъезжать полицейские джипы; в итоге из них остался только один, рядом с которым был припаркован мотоцикл Марка. Пару раз он спускался в подземку, чтобы узнать, не нашли ли новые улики, но снова никаких результатов, хотя его коллеги прошерстили уже буквально всю станцию. В 18:30 Фрейзер, скрепя сердце, решил на всякий случай связаться с начальством; набирая номер, он продолжал ходить туда-сюда по небольшой площади рядом со станцией; с одной ее стороны под большим кленом стояли две скамейки, на одной из которых сидели две девушки: первая — очень высокая и худая, темноволосая, с длинной косой, с непроницаемым бледным лицом, одетая в длинное черное шерстяное пальто с крупными блестящими ребристыми пуговицами; она что-то читала на планшете. Когда Марк начал набирать номер, у нее вдруг зазвонил телефон, и она тут же отбежала в сторону, отвечая на звонок. Подслушивать, конечно, нехорошо, но в интересах демократии и общественного блага Фрейзер, сделав вид, что набирает SMS, стал слушать отрывистые и полные страха и напряжение слова девушки — а вдруг она имеет какое-то отношение к террористам? Но нет, первое впечатление оказалось верным — ей звонили из больницы, скорее всего, муж, и говорил он, наверное, о ребенке. Закончив разговор, она спрятала телефон и планшет в сумочку и быстро ушла прочь, даже не посмотрев на бессовестно подслушивающего ее полицейского.

Вторая девушка была пониже ростом, но более крепкого телосложения, с короткими темно-коричневыми волосами, на левой щеке под глазом — небольшой синяк, на правой — две ссадины; одета она была в короткую темно-красную куртку с маленькими застегнутыми на молнию карманами, синие джинсы и черные ботинки на липучке; сидела она, откинувшись на спинку скамейки, и вид имела не самый лучший — кроме синяка и ссадин на лице, были еще подобные следы на руках; куртка в некоторых местах несильно порвана, снизу на левой брючине — чей-то след; в правой руке она сжимала смартфон, счищая ногтем указательного пальца грязь с задней крышки. «Наверное, попала в давку и еще легко отделалась, раз здесь сидит», — догадался Марк. В этот момент девушка подняла на него глаза (Фрейзеру показалось, что он ее уже где-то видел, но вот где — не мог вспомнить) и негромко спросила:

— Сэр, вы ведь полицейский?

— Да, — ответил Фрейзер, прекратив делать вид, будто он набирает что-то на мобильнике. — Могу быть вам чем-то полезен?

— Не знаю… Я кое-что видела, но не знаю, пригодится ли это вам, раз вы уже уезжаете, — ответила она, продолжая смотреть полицейскому в глаза. Тот отметил про себя, что взгляд ее был самым обыкновенным — не бегающим, не лихорадочно горящим; видно было лишь, что она волнуется.

— Судя по всему, вы здесь уже давно сидите. Почему же не рассказали обо всем моим коллегам?

Девушка замялась, опустила глаза:

— Ну… они были очень заняты… к ним не подойдешь — везде куча народу… да и к тому же я в тот момент плохо себя чувствовала — меня чуть не задавили в той толчее. Я решила, что подойду к кому-нибудь из полицейских попозже, когда мне станет лучше и когда на площади станет посвободнее. Но голова у меня и сейчас очень болит — меня в давке стукнули сумкой по голове… ну, я упала и успела схватиться за перила, чтобы не покатиться вниз по лестнице… понимаете, да?

Фрейзер ничего не ответил, лишь слабо кивнул.

— В общем, я вижу, что вы все уже уезжаете… точнее, уже почти все уехали, поэтому решила обратиться к вам, раз вы ко мне подошли.

— Так в чем дело? Что вы видели? — нетерпеливо спросил полицейский.

— Ну… Знаете, это покажется вам странным… — еще больше замялась и засмущалась девушка. — В общем, когда я еще не упала, я мельком увидела, что слева по лестнице медленно и очень спокойно поднимается какой-то человек в очень длинном темно-сером плаще и шляпе с большими полями. Он разговаривал по телефону, а так как на платформе было очень шумно, вынужден был громко говорить, и он сказал что-то вроде «Пора кончать с этим» или «Надо кончать с этим». Потом я упала, а когда снова кое-как поднялась на ноги, его уже не было… Вот.

— Понятно. Спасибо за информацию, — сухо и с нотками раздражения в голосе ответил Марк, отходя от скамейки и направляясь к своему мотоциклу.

«Чушь какая-то. Хотя кто знает — может, тот человек и вправду там был и координировал действия других преступников. А, возможно, она специально все выдумала — что-то подозрительное есть в ее поведении», — думал полицейский, снимая с сидения так и не понадобившийся меч и собираясь закрепить его на поясе, как вдруг налетел до того сильный порыв бьющего в лицо ледяного ветра, что его чуть не сбило с ног. В следующее мгновение все стихло; Марк посмотрел в сторону девушки на скамейке — она все еще сидела там, сжавшись и закрыв голову руками. Фрейзер только собрался поднять с земли меч, который выронил из рук от сильного порыва ветра, как вдруг буквально краем глаза заметил странное движение возле скамейки. Мгновенная реакция спасла ему жизнь — он нажал на кнопку активации брони на КПК, и в следующее мгновение почувствовал, словно кто-то бьет его по голове чем-то огромным и тяжелым. Но вот что странно — в процессе трансформации это ощущение ослабевало, а когда превращение полностью завершилось, голова снова была ясной — скорее, даже подозрительно ясной, как будто ничего и не произошло (только в левом верхнем углу визора мелкими красными буквами выдавалось какое-то предупреждение, но Марк не стал его рассматривать).

Девушки на скамейке уже не было; Фрейзера на пару секунд это обстоятельство сбило с толку, поэтому он чуть не упал, когда сверху на него внезапно обрушился удар сокрушительной силы — причем удар не физический, а телекинетический. Полицейский чуть не упал, но в последний момент приземлился на руки и резко встал, затем посмотрел наверх — там никого не было. Внезапное затишье продолжалось около полутора минут. К этому времени серо-синяя туча почти полностью заволокла небо, отчего еще больше потемнело, кое-где уже зажглось ночное освещение. Людей, несмотря на возможную скорую грозу, на улице было по-прежнему много; кто-то из них при виде странной фигуры в фантастической броне останавливался, чтобы как следует разглядеть ее, другие же старались побыстрее уйти подальше от опасного места. Марку все это очень не нравилось — ведь он превратился на глазах у многих людей, пусть и в темноте, и теперь ему точно не отвертеться от свалившейся на него весьма сомнительной славы и звания «супергероя нашего времени»; с другой стороны, преступник наконец-то показал себя, и следует как можно быстрее расправиться с ним, а, учитывая его, вернее, ее способности, это будет непросто — особенно если вспомнить слова Джима о недопиленной функции полетов (там использовались не только антигравы, но и еще какая-то суперсовременная технология, и она-то как раз и была не до конца допилена, но по каким-то причинам недоделанную систему решили встроить в броню; по крайней мере, можно было парить, зависать в воздухе на короткое время (Мэнн предпочитал называть это левитацией) и делать затяжные прыжки, а это может помочь в данной ситуации).

Фрейзер хотел сбить противницу из бластера, но стоило ему лишь снять его с пояса и поднять в вытянутой руке, как внезапный телекинетический удар выбил оружие из его рук и оттащил его далеко в сторону, к мусорной урне, стоящей возле дальнего угла наземного павильона станции метро. Марк громко выругался, на что парящая в воздухе девица громко и презрительно расхохоталась и нанесла ему новый удар, но в этот раз полицейский увидел на дисплее визора маленькую зеленую стрелку, исходящую от противницы и направленную прямо на него, и инстинктивно отскочил в сторону в последнюю минуту. Это его спасло — девушка промазала, и удар пришелся по грязной куче мокрых листьев, на которой стоял Марк. Фрейзер понял, что зеленая стрелка указывала наиболее вероятное направление атаки противника, и мысленно дал себе зарок, что после окончания битвы как следует изучит весь мануал по своей боевой системе. Зато следующий удар полицейский, обрадованный неожиданным открытием, пропустил, и мощной телекинетической атакой его сбило с ног и отбросило назад на метра три.

«Бластера нет, теперь за ним не побежишь — эта мразь явно умеет драться. Летать особо нельзя, а затяжные прыжки и левитация тут не помогут. Хорошо еще, что эта штука каким-то образом ускоряет мою реакцию, да еще и направление атаки этой дамочки видно, так что не все еще потеряно», — думал Марк, перекатываясь по земле, чтобы не попасть под очередной удар. Наконец, девушке это надоело, и она, немного поднатужившись, оторвала у скамейки сиденье и спинку и атаковала ими Фрейзера с двух сторон; полицейский успел отскочить в последний момент, но его все равно задело. Его атаковали еще раз — и снова ему удалось отскочить, но в третий раз ему не повезло, тяжелое сиденье сильно ударило по левой ноге, и он упал на землю. Дамочка, издав радостный вопль, схватила его и бросила в сторону входа на станцию метро, но буквально за доли секунды до столкновения со стеной снова подхватила и бросила уже в противоположную сторону. Марк шлепнулся в кучу грязных листьев неподалеку от своего мотоцикла; рядом валялся меч, причем на его ручке горели два тонких ряда голубых светодиодов.

«Ага, меч. Включился. Та же фигня, что и с бластером. Ну, хоть меч есть. Хотя какой от него толк в бою с летающим противником?» — мрачно подумал Марк, но меч в руки все-таки взял — и в следующий момент его снова атаковала девушка, но полицейский вовремя откатился в сторону, затем быстро вскочил на ноги и принял боевую стойку, прекрасно понимая, что со здоровенным мечом в руках он в данной ситуации выглядит как минимум глупо. Противница, увидев такое, даже прекратила свои атаки и, немного снизившись, насмешливо крикнула:

— О, что у нас там такое? В игрушечки играем? Ну давай, помаши своей палочкой, посмотрим, что у тебя получится!

Марк решил не поддаваться на ее дешевые провокации; вместо этого он бросил быстрый взгляд на экран КПК и обнаружил три новые небольшие кнопки, первая из которых называлась «SWORD ON». Недолго думая, он нажал на нее, и в тот же момент лезвие меча загорелось приятным светло-голубым светом. Девушка тут же радостно отреагировала:

— О, в джедаев играем? Или в кого там? Звездные войны не-знаю-сколько: атака клоунов?

Марк снова не ответил и только крепче сжал меч. В этот момент глаза девушки внезапно загорелись ярко-желтым огнем, и она, хищно оскалившись, бросилась на полицейского, при этом кончики ее пальцев внезапно начали гореть таким же желтым светом. Это была чисто физическая атака, телекинез или телепатия не применялись, но Фрейзера не оставляло предчувствие, что обычным мордобоем эта воинственная дамочка не обойдется. Но на первый раз она просто наскочила на Марка и попыталась вцепиться ему в лицо, а он ожесточенно отбивался от нее мечом; к сожалению, пока ни один его удар не попал в цель, но, с другой стороны, противнице удалось задеть полицейского только пару раз, да и то вскользь. Девушка очень быстро поняла, что в рукопашной битве у нее нет шансов, и снова взмыла ввысь, настолько высоко, что Фрейзер на короткое время потерял ее из виду, но вскоре вернулась; теперь она вся светилась ярко-желтым светом, причем на спине свечение было настолько сильным, что создавалось впечатление, будто у нее крылья из чистого света. Когда расстояние между нею и Марком сократилось до метров десяти-двенадцати, она начала обстреливать своего противника небольшими светящимися желто-белыми шарами. Большую их часть Фрейзеру удалось отразить мечом, но один из них попал ему в левое бедро, пробил броню и оставил глубокую и очень болезненную рану. Броня тотчас же самовосстановилась (точно так же, как в предыдущем бою), но боль в ране пока и не думала утихать. Полицейский упал на одно колено, но все равно держал меч перед собой. Девушка, усмехнувшись, опустилась чуть пониже и продолжила атаковать его светящимися шарами; на этот раз отбиваться от них стало намного сложнее; часть из них (довольно малая — только самые крупные и яркие) пробивала броню и оставляла небольшие, но очень болезненные раны, часть проходила по броне вскользь, не причиняя особого вреда, часть врезалась в броню и оставляла небольшие пробоины, но не доходила до тела. В конце концов летающей дамочке все надоело, и она, издав воинственный крик, подняла Фрейзера в воздух и со всей силы шмякнула его об землю, затем попыталась атаковать его телепатически, но наткнулась на весьма неплохую защиту (за что стоит сказать спасибо Мэнну), пару раз попыталась ее пробить, но безуспешно; тогда она снова схватила пытающегося подняться с земли полицейского, снова подняла его и снова бросила на землю. Броня кое-как смягчала падение, к тому же по счастливой случайности Фрейзер ничего себе не сломал, но чувствовал себя так, как будто на нем, по меньшей мере, часа два танцевало целое стадо бронтозавров. Когда девушка надоело кидать его туда-сюда, он кое-как поднялся, все еще держа в дрожащих руках светящийся меч. Дамочка опустилась на землю; между нею и Марком было около пяти метров; она сделала пару шагов вперед, хотела было снова атаковать противника с помощью телекинеза (если верить на мгновение появившейся на дисплее визора зеленой стрелке), но затем махнула рукой.

— Ты, конечно, не знаешь, кто я, паршивая тварь, — начала она, скривившись при этом так, словно съела целый лимон.

— Не знаю и знать не хочу. Мне достаточно того, что ты — террористка, — буркнул в ответ Марк.

— Террористка? Да… вы, копы, настолько слепы, что не видите очевидного. Ну, конечно, для вас мы все террористы, все на одно лицо. И мы хотим камня на камне не оставить от ваших трепетно и нежно любимых демократии, либеральности и толерантности… правда, вы воспринимаете их как-то по-своему. Да, вот такие вот мы плохие. Только вы все равно не видите дальше собственного носа. Свет клином на вашей «особой» демократии не сошелся. В прошлом вы сделали одну очень большую ошибку, и теперь ее надо искупить.

— Кровью? Слышали, слышали. Выдумай что-нибудь новенькое. Вы только и умеете говорить штампами. Своих слов нет, только чужие, — ответил полицейский.

— Нет, почему же кровью… Есть кое-что более желанное для нас, чем кровь, — прищурилась девушка. — Только тебе, легавый, этого все равно не понять. Не тот уровень, понимаешь ли… — щелкнула она пальцами и чуть скривила лицо.

Тем временем на улице стало совсем темно; дождь все не начинался; сильный и очень холодный ветер то налетал стремительными порывами, то так же резко прекращался. Народ на улицах, завидев битву полицейского со странным светящимся монстром, сначала подбегал было к станции метро, чтобы поглазеть или даже заснять происходящее на мобильник, но когда до искомого пятачка оставалось около метра, люди вдруг словно забывали о своих намерениях и уходили прочь; Фрейзер сразу сообразил, что это дело рук его противницы — она с помощью телепатии или эмпатии не дает людям приблизиться к месту их битвы; поначалу он боялся, что она, как тот предыдущий монстр, начнет бросаться на прохожих, но, судя по всему, единственной ее целью был он.

Девушка продолжала плести какую-то чушь про «кошмарную ошибку, которую надо искупить» и «вашу мерзкую демократию», а Фрейзер внезапно понял, что боль в ранах начала ослабевать; более того, в них появилось новое ощущение, отдаленно напоминающее то, которое было при первой активации системы, только не раздирающее изнутри, а какое-то совершенно иное — как будто поврежденные ткани склеивают или сращивают. Девица каким-то образом тоже это заметила и тотчас же прокомментировала:

— О, вижу, вы и до этого дошли? Браво, браво! Нанотехнологии — отличнейшая вещь. Правда, вы не сможете за пару минут заживить дырочки в своем гнилом мясце, но уже похвален тот факт, что вы таки научились ускорять процесс заживления! А мы-то думали, что вы только броню научились восстанавливать в боевых условиях! Ничего не скажешь, тут вы молодцы! — И она с издевкой поклонилась.

Марк кое-как встал на ноги (не без удивления отметив, что боль действительно почти ушла, и он может снова сражаться, пусть и не совсем в полную силу) и без предупреждения бросился на противницу. Она мгновенно отлетела в сторону и нанесла противнику мощный телекинетический удар в бок; Фрейзер в последний момент кое-как сориентировался; хотя он все-таки упал, но тотчас же вскочил на ноги и снова бросился на свою противницу, которая с легкостью уходила от всех его атак и то обстреливала его светящимися шарами, которые он более-менее успешно отражал мечом, то наносила телекинетические удары, от которых он почти всегда успешно уходил, то (опять безуспешно) пыталась пробить защиту против телепатических атак. В итоге девице это надоело; она на секунд восемь-десять замерла, затем на ее теле вспыхнули уже знакомые Фрейзеру узоры; девушка медленно подняла правую руку, пару секунд подержала ее в воздухе, затем резко выбросила вперед, и в полицейского полетела мощная желто-белая энергетическая волна. Это застало его врасплох, он не успел сориентироваться, и его броню насквозь пробило чуть ниже груди. Марку еще повезло, что то ли волна была не очень мощной, то ли броня частично ее погасила, но его не ранило, а пробоина мгновенно закрылась. Девушка недобро хмыкнула и атаковала противника уже двумя волнами; полицейский успел отскочить, но ему задело левую руку. Следующие атаки (которые, к счастью, шли не непрерывно, а с интервалом в три-пять секунд — словно это время было необходимо для перезарядки) Фрейзер пытался отразить или погасить с помощью меча, и это ему удавалось, но их сила была такова, что его постоянно или отбрасывало назад, или вообще сбивало с ног. С каждой новой атакой узоры на теле монстра разгорались все ярче и ярче, волны становились все мощнее и мощнее. Наконец, последнюю такую атаку Марк кое-как сумел отбить, но его сбило с ног и отбросило на метров семь назад.

«Что же делать? Такими темпами она меня все-таки добьет. Бластер вне досягаемости, есть только меч… энергетический… у него, интересно, есть какие-нибудь еще режимы? Там же было три маленьких кнопки…» — внезапно вспомнил Фрейзер и, пока его противница «перезаряжалась», быстро взглянул на экран КПК. Помимо кнопки включения / выключение энергетического режима меча, там было еще две (на манер переключателей) — «SLASH M» и «WAVE M», активна первая из них. В это время воинственная дамочка уже приготовилась к новой атаке; Марк кое-как поднялся с земли, со всей дури ударил по последней кнопке и как попало махнул мечом; он особо не удивился, когда из меча вырвалась небольшая светло-голубая энергетическая волна; она прошла мимо волны, выпущенной его противницей, но Марк вовремя отскочил от нее, выпрямился и, не дожидаясь новой атаки, взмахнул мечом уже «по правилам» и выпустил в противницу волну намного больше и мощнее. Летающая дамочка тоже не особо удивилась такому повороту событий — она успела отлететь в сторону и снова атаковала полицейского, но и он тоже успел отбежать и снова атаковать противницу. Так они стреляли друг в друга пару минут, затем девица решила взять Фрейзера измором и начала атаковать с очень больших расстояний, чтобы враг не мог ее достать. Тот почти сразу раскусил ее замысел, но не знал, что делать… разве что попробовать недоделанный режим полета. Во время одной из перезарядок он внимательно осмотрел экран КПК и нашел маленькую кнопку в правом нижнем углу — надпись на ней гласила «FLIGHT TEST». «Эх, была не была…» — подумал полицейский и нажал на кнопочку. Броня словно налилась энергией — так он легко и приятно себя почувствовал. На экране КПК никаких инструкций по поводу полетов не было, так что Марк сделал то, что первое пришло ему в голову, — что есть силы подпрыгнул в воздух… и понял, что реально взлетел. Конечно, это был тот самый затяжной прыжок (по крайней мере, Фрейзер думал, что сейчас он так же плавно опустится, как и поднялся), но и его вполне хватало в данном случае — голубая энергетическая волна все-таки долетела до дамочки и, по всей видимости, ранила ее, судя по возмущенному воплю. Но прошло уже секунд пять, а Марк все еще висел в воздухе; к этому времени девушка вполне оправилась и атаковала полицейского двумя энергетическими волнами, но тот одной своей волной отбил обе и атаковал противницу аж тремя, две из которых не попали в цель (к счастью, они просто ушли в воздух, а не долетели до расположенных совсем рядом небоскребов), зато третья больно ударила летающую дамочку в грудь, отчего девица противно рявкнула и на максимальной скорости понеслась к Фрейзеру, при этом свечение узоров на ее теле стало просто невыносимо ярким. Марк пытался как-то маневрировать в воздухе, но пока у него получалось либо барахтаться туда-сюда, либо поворачивать совсем не туда, куда хотел; к счастью, это не мешало ему отражать атаки противника. Когда девушка поравнялась с ним, ее правая рука словно превратилась в сгусток плазмы, и она хотела проткнуть ею полицейского, но в последний момент тому все-таки удалось отлететь в сторону, и девица наткнулась на пустоту, но сразу же бросилась к Фрейзеру, который, как ему казалось, справился с управлением и теперь довольно-таки неплохо (особенно для первого раза, учитывая условия) летал, удивляясь про себя тому, что Мэнн назвал вполне рабочую систему антигравов недоработанной и глючной. Пару раз ему удалось увернуться от назойливой дамочки, но затем, когда он хотел быстро улететь далеко вперед, чтобы попытаться атаковать ее со спины, что-то неприятно звякнуло, и полицейский таки полетел вперед, но с такой ужасающей скоростью, что неминуемо врезался бы в очередной небоскреб. Спасла Марка мгновенная реакция — он со всей силы шлепнул пальцем по кнопке отключения режима полета и тут же камнем полетел вниз; он бы неминуемо расшибся в лепешку, если бы не счастливая случайность — он задел пальцем находящуюся рядом кнопку с надписью «SHIELD», и тотчас же вокруг его тела образовался прозрачный и слабо светящийся бледно-голубой кокон, через доли секунды превратившийся в щитоподобное нечто, защищающее Фрейзера снизу, так что хоть приземление и было далеко не мягким, особых повреждений Марк не получил — так, пару синяков.

«Хм, теперь понять, что имел в виду Джим. Эта антигравная система работает, но в управляемом режиме она может протянуть только пару минут, а затем выходит из-под контроля. Хорошо еще, что ее в таком состоянии можно отключить. И мне крупно повезло, что я случайно включил защитное силовое поле… или что такое я там включил… Интересно, кстати, почему оно сформировалось именно внизу; наверное, система проанализировала ситуацию и выбрала наилучший вариант решения проблемы», — думал Марк, поднимаясь с земли. К счастью, меч он не выронил, и он совсем не пострадал при падении. Еще раз пробовать взлететь Фрейзер не стал, да и не смог бы, потому что его в тот же момент сбило с ног мощной телекинетической атакой, дополненной сильной энергетической волной. Броню в этот раз не пробило, но полицейского отбросило на метров десять в сторону. К этому моменту битва переместилась с небольшой площадки возле входа на станцию метро к стоящему рядом небоскребу; еще чуть-чуть — и можно зайти во двор. Народу на улице было как всегда в это время суток, и все по-прежнему сторонились места, где происходило сражение; Марк все ждал, когда его противница начнет кидаться на прохожих, но она прочитала его мысли и послала ему телепатический ответ — мол, не дождешься, коп паршивый, я тебя должна прикончить, а не этих безмозглых ослов, которые для нас не представляют никакой опасности.

В течение следующего десятка минут девица атаковала Фрейзера то энергетическими волнами, то светящимися шарами, то наносила телекинетические удары, то пыталась пробить анти-телепатическую защиту, то бросалась на него, надеясь пронзить его насквозь рукой, превращенной в подобие плазмы, причем она всегда комбинировала атаки. Полицейскому было несладко, он только и успевал, что уворачиваться от ударов или блокировать их. Силы у дамочки тоже были не бесконечные, и вскоре ей пришлось опуститься на землю, чтобы хотя бы пару секунд передохнуть; светящиеся узоры тут же потухли, и теперь перед Марком стояла самая обычная девушка, разве что куртка и брюки на ней были порваны в разных местах. Внезапно откуда-то с противоположной стороны улицы раздался крик: «Ксюша, Ксюша! Что ты здесь делаешь?». Оба противника тут же оглянулись и увидели, что на другой стороне улицы стоят два парня и девушка; в темноте их лица были не видны, а сами они были одеты в одежду темных цветов. В тот же момент на светофоре загорелся зеленый, и троица побежала к дерущимся полицейскому и девушке. Последнияя растерялась и потому, видимо, отключила телепатическую блокировку, так что трое молодых людей смогли подойти к ней на расстояние пяти метров; они, естественно, заметили Фрейзера, поэтому достали из карманов пистолеты, впрочем, совершенно бесполезные в данной ситуации. Тут вдалеке послышался вой полицейских сирен; в следующий момент Марк, воспользовавшись замешательством противника, бросился на свою противницу и нанес ей несколько серьезных ран мечом, даже не пуская энергетические волны, а используя меч как обычное оружие. Те трое молодчиков открыли было огонь (один из парней попытался было броситься на Фрейзера, но оставшиеся двое тотчас же схватили его и несильно хлопнули по лбу — мол, подумай, что ты делаешь, придурок), но их пули не причинили полицейскому особого беспокойства, к тому же он был слишком занят расправой над ослабевшим противником. Спустя секунд пять девушка все-таки пришла в себя и попыталась было снова перейти в «заряженную» форму, но была слишком сильно ранена, узоры на ее теле во многих местах пульсировали, как в случае с тем первым монстром; однако дамочка не желала сдаваться и пыталась стрелять в Марка светящимися шарами, которые тот с легкостью блокировал мечом. В итоге противница обессилела и свалилась от слабости на землю; в тот же момент Фрейзер, бросив быстрый взгляд на экран закрепленного на браслете КПК, нашел ту кнопку, которая, по его мнению, предназначалась для инициации наиболее сильной атаки — «DEMCHARGE / FSLASH»; правда, его не смутил тот факт, что никакой светящийся силуэт не появлялся из тела девушки, как было в предыдущей битве. Итак, нажав кнопку для финальной атаки, Марк, держа в руке светящийся иссиня-белым светом меч и, недолго думая, проткнул девицу им насквозь. Та испустила кошмарный, леденящий душу вопль и упала на землю, при этом начав светиться таким же ярко-белым светом, как поразившее ее оружие, но никакого взрыва не произошло; более того, она, хрипя и шипя, попыталась подняться, но в этот момент Марк снова нажал кнопку для финальной атаки и нанес ей еще один удар — рубящий от левого плеча до правого бока. И этого оказалось недостаточно, зато в следующее мгновение из тела дамочки полностью вышло нечто бесформенное и светящееся белым светом; это нечто на миг зависло перед нею, и Фрейзер, случайно нажав на располагающуюся рядом кнопку — «DEMCHARGE / FWAVE» — поразил и таинственный сгусток энергии, и тело девушки мощной энергетической волной и в тот же момент поспешно отпрыгнул назад. Сгусток энергии отбросило куда-то назад и вверх, где он взорвался (и опять-таки результат очень напоминал тот, что был в предыдущей битве, разве что в этот раз взрыв был немного сильнее), а с телом ничего необычного не произошло — оно только превратилось в подобие большого и местами прожаренного куска мяса, кое-где прикрытого обугленными тряпками. Марк только собрался деактивировать меч и саму боевую систему, как вдруг на него с жуткими воплями и ругательствами набросились те двое парней и девушка. Фрейзер поначалу чуть не упал, т. к. все трое одновременно навалились на него, осыпая его пинками и тумаками, но затем с легкостью раскидал их; по-видимому, он не рассчитал силу, т. к. один из парней, ударившись об очередной фонарный столб, сразу как-то затих, обмяк и сполз вниз, зато оставшиеся парень и девушка, чертыхаясь, довольно быстро поднялись и снова бросились на полицейского, вопя, какого черта он посмел убить их подругу. Марк пару раз увернулся от них, а затем, недолго думая, поразил обоих несильной энергетической волной из меча, которой, впрочем, с лихвой хватило для того, чтобы не только отбросить парочку назад, но и прикончить их на месте — раны, нанесенные им волной, были аналогичны той, которая красовалась на груди убитой девушки, разве что меньше в размерах.

Спустя пару секунд к месту битвы подъехали два полицейских джипа, из которых тут же выскочили четверо блюстителей порядка; они подскочили к Фрейзеру, не решаясь задавать ему вопросы, так как выглядел он, мягко говоря, крайне рассерженным. Однако он тотчас же отключил броню и всем своим видом дал понять, что готов ответить на все расспросы, только вот его коллеги вовсе не горели этим желанием. Неловкое молчание длилось пару минут, после чего Марк, немного покачиваясь, подошел к одному из джипов, прислонился к нему, на секунд десять закрыл глаза, затем открыл и, внимательно смотря на полицейских, негромко, но четко сказал:

— Если вас интересуют подробности… я справился с этой мразью. Оказалось сложнее, чем в первый раз, т. к. она умела летать. Да и вообще дралась лучше, чем тот качок. К тому же сразу выбила у меня из рук бластер… надо будет, кстати, забрать его, он возле павильона станции метро должен валяться. А потом вот эти задохлики появились, — он кивнул на троих несчастных, чьи бездыханные тела валялись неподалеку. — Ну, с ними вообще хлопот не было, у них из оружия только слабенькие пистолеты были.

Полицейские неуверенно закивали; снова установилась тишина, продлившаяся минут пять, не меньше. А затем внезапно заверещал смартфон Марка — ему пришло сразу два сообщения от Лотты, отправленные с интервалом в две минуты, но из-за загруженности сети пришедшие одновременно. Оказывается, она пыталась связаться с Фрейзером сама, но почему-то его телефон не отвечал — «Абонент временно недоступен» и все такое; а дело было в том, что только что в разных районах города произошли два убийства из той же серии, что и раньше. Марк, прочитав SMS, только хмыкнул и спрятал смартфон в карман; затем, встретив недоумевающие взгляды коллег, коротко бросил им:

— Два убийства. Буквально только что. Почерк тот же. Похоже, наши «приятели» не только не угомонились, а, наоборот, решили повеселиться на полную катушку, — Фрейзер со злостью сплюнул на тротуар.

— И что же мы будем делать дальше? — неуверенно спросил один из полицейских, самый молодой и худенький.

— Что мы будем делать дальше? — чуть прищурив правый глаз, переспросил Марк, смотря куда-то вдаль. — Мы объявим им настоящую войну.

Глава 3

24 августа 2017 г., 12:07

Мэйпл-стрит.

Утро выдалось на редкость теплым и солнечным; небо было того изумительного голубого цвета, который увидишь только осенью или в самом конце лета. Вчера вечером, кстати, дождь так и не пошел, несмотря на гигантскую грозовую тучу, но в городе и так было мокро и грязно, так что люди радовались хоть кратковременному изменению погоды — именно кратковременному, потому что уже к полудню небо снова затянулось бело-серыми тучами; пару раз налетал довольно холодный ветер. Правда, на вечер синоптики опять обещали солнечную, теплую погоду, но никто им особо не верил.

По улице шел высокий парень в темно-серой куртке, черных джинсах и светло-серой кепке; был он в наушниках, в которых гремел последний альбом одной немецкой рок-группы — Grey Summer Sun, появившейся в середине 90-х (точнее, образовалась группа в 1995 г., но настоящая слава пришла к ним только в 1998 г.) и быстро ставшей популярной не только из-за хорошей музыки и весьма заковыристых текстов, но еще и из-за специфического имиджа вокалиста (по совместительству еще и гитариста и автора музыки и текстов), не боящегося, к примеру, выйти на сцену в костюме кота, собаки, лягушки или даже робота или в клоунском гриме, а однажды он притащил на сцену большую коробку трехдюймовых дискет и кидал их в зал (почти все фанаты недоумевали — что это такое. Группа состояла из четырех человек — вокалиста / гитариста, басиста, клавишницы и ударника, причем первые трое были в коллективе с момента его образования, а вот с ударниками им повезло меньше — сейчас в группе работал уже четвертый по счету (и по странному стечению обстоятельств всех их звали Джорджами). Первые два их альбома были отличным гитарным роком с небольшими вкраплениями электроники, на следующих двух электроники стало намного больше, но ребята по-прежнему радовали слушателей (и критиков) отличными работами, а вот с пятого альбома началось резкое падение — больше никак это не назвать. Музыканты, правда, после четвертого альбома говорили, что хотят снова стать популярными, как в конце девяностых — начале нулевых, и частично им это удалось, но какой ценой… Музыка и тексты стали примитивными, попсовыми, местами даже мерзкими, отталкивающими, но в то же время притягивающими новую аудиторию — малолетних девочек с черными ногтями, любящих плохих мальчиков, кого из себя пытался строить вокалист, которому на тот момент было уже далеко не 20 (к тому же у него давно была жена (уже вторая по счету) и двое детей). Но если пятый альбом еще можно было слушать (по крайней мере, один из синглов действительно радовал слух, хотя клип на него представлял собой обычное безликое видео с группой, печально играющей свою музыку в интерьере какого-то гостиничного номера, причем даже без спецэффектов, которыми изобиловали их клипы на песни с первых четырех альбомов), то шестой был самой настоящей примитивнейшей попсой, хотя мелодии были на редкость прилипчивыми. Седьмой альбом получился очень похожим на шестой, хотя в паре мест ребята и пытались вернуть себе былой задор, но большинство текстов по-прежнему поражали своей примитивностью и даже тупостью. Восьмой, последний на данный момент, был практически таким же, как седьмой, только голос у вокалиста стал более прокуренным, что настораживало, т. к. раньше усиленное курение никак не сказывалось на его голосе — то спокойном, немного мяукающим, то срывающимся на дикий скрим, которому могли бы позавидовать вокалисты многих металл-групп с экстремальным вокалом, — который, можно сказать, является одной из визитных карточек группы.

Парень спокойно шел по улице и хмурился, слушая новое творение вышеописанного немецкого коллектива. Данная группа не принадлежала к числу самых его любимых, но вот к числу однозначно уважаемых относилась, поэтому он был должен прослушать их новый альбом. Конечно, он не ожидал от них никаких откровений, но все-таки был немного расстроен тем, что музыканты продолжили ориентироваться на глупых сопливых школьниц. В конце концов, перед пятым альбомом они ясно дали понять, что поменяют стиль, чтобы вернуть себе былую популярность, причем, похоже, любыми методами. Ну что же, популярность они себе вернули, пусть и не такую скандальную, как раньше…

Наконец, закончилась последняя, четырнадцатая, песня. С ее получением пареньку пришлось немного попотеть: первые 13 треков альбома появились в сети еще за месяц до релиза, а последний — бонусный — был доступен только в одном крупнейшем музыкальном Интернет-магазине, причем только в американском и немецком его подразделениях; дело тут в том, что его банковская карта была просрочена, а новую он не решался завести по причинам довольно щекотливого свойства. Пришлось подождать целую неделю после официального релиза, пока искомый трек выложат в сеть; для такой популярной группы это было слишком много; правда, можно было попросить друзей купить трек за его деньги, но те, у кого была возможность это сделать, отказались — мол, покупай сам, будем мы еще из-за твоих проблем мучиться, заведи себе нормальную карту и купи; а те, кто мог купить безо всякого нытья, либо почему-то исчезли из сети (причем это явно не было связано с релизом или просьбой о покупке, т. к. исчезли они еще до релиза), либо говорили, что пока не могут ничего покупать даже на данные им деньги, т. к. или их карта почему-то не принимается, или закрыт доступ к магазину, и т. д., и т. п. — одна причина веселее другой. Качество той самой композиции, правда, было несколько низковатым для довольно высокого (256 кбит/с; хотя кому как…) битрейта (в том магазине музыка даже в 2017 г. все еще продавалась в собственном кривом и закрытом формате с вышеуказанным битрейтом), но в том музыкальном магазине транскоды или просто сомнительного происхождения треки (например, явно записанные с радио — аж с невырезанными словами ди-джея в середине; правда, тот ляп оперативно исправили и даже извинились) давно стали обычным явлением, к тому же даже в таком качестве песню вполне можно оценить (если, конечно, вы слушаете музыку, а не любуетесь на спектры — любители полюбоваться на них не перевелись и в 2017 г.).

Закончив прослушивание альбома, парень выключил плеер и убрал его в карман; затем, сняв кепку и тряхнув головой, он немного замедлил шаг и стал глазеть по сторонам, рассматривая витрины магазинов, кафе и ресторанов, прохожих, машины — да все вокруг. Несколько раз он в задумчивости останавливался у небольших забегаловок, намереваясь там перекусить, но затем почему-то решал продолжить свою прогулку.

«Эх, хорошо-то как… Все еще тепло, хоть и не так, как утром, но все равно хорошо. Надеюсь, дождя сегодня не будет, а то он задолбал, честное слово. Мммм… а вот альбомчик подкачал. Конечно, это не та мерзость, что они изобразили на шестом альбоме, но все равно не радует. А вот что радует — так это то, что я впервые слушал новый альбом на прогулке. Странно и непривычно, но мне нравится. Надо будет почаще так делать. И гуляешь, и новую музыку слушаешь. Ощущения совсем другие, восприятие меняется».

Паренек задумался и чуть не налетел на высокую толстую мамашу с двумя орущими детьми; к счастью, она была всецело занята ими — громким и противным, как сирена, голосом объясняла им, что будет, если они продолжат так плохо себя вести, — поэтому не заметила, что ее чуть не сбили. Парень только отряхнулся (пришлось отскочить в сторону, отчего он задел плечом не особо чистую стену очередного продуктового магазина), хмыкнул и продолжил свою прогулку. Ветра больше не было; где-то вдалеке небо начало очищаться — показалась пара небольших ярко-голубых прорех в бело-сером облачном покрове. А еще через пару минут сквозь облака начало пробиваться солнце.

«Ну и как можно сидеть дома, когда на улице такое творится? Этот дождь уже всех достал, а сегодня утром погода была просто шикарная! Да и сейчас небо скоро очистится, и будет так же тепло, как и утром, а, возможно, даже теплее. Конечно, чувствуется, что скоро осень, но все же…»

Через минут пять парень понял, что проголодался; по причинам, которые лучше не называть, сегодня он очень плохо позавтракал — две чашки кофе и один-единственный шоколадный пряник, а на улицу вышел далеко не только для того, чтобы послушать новый альбом Grey Summer Sun. Надо было побыстрее купить чего-нибудь поесть; кругом было полно соответствующих заведений, но парень хорошо знал, что ему нужно — небольшое кафе в одном из маленьких двориков, там его и его друзей хорошо знают, и за стандартную цену, за которую можно купить неплохой обед, его угостят по высшему разряду. Но до искомого двора оставалось еще как минимум минут двадцать ходьбы, а есть хотелось все сильнее и сильнее с каждой секундой. В итоге парень не выдержал и все-таки купил два хот-дога в одном из понатыканных везде киосков. Чувство голода немного притупилось, но не отступило до конца — видите ли, парнишка и вчера не очень хорошо поел — вчера в его холодильнике были только маленький кусок сыра (пошел на три бутерброда на завтрак), начатый суп быстрого приготовления (пошел на обед) и остатки замороженной овощной смеси (ужин). На сегодня там не осталось ничего; пришлось буквально вывернуть наизнанку буфет, чтобы найти один-единственный пряник — правда, в весьма хорошем состоянии. Так что после хот-догов решено было купить еще два маленьких пирожка с мясом и запить их стаканом холодного чая. После небольшого перекуса парень решил пойти дальше; денег у него хватило бы не только на отличную трапезу в том самом кафе, но и на кое-какие продукты для дома — их он намеревался купить в расположенном рядом магазинчике (конечно, по специальным ценам — только для него и его друзей, ведь они поддерживали крепкие дружеские отношения с владельцем магазина и часто помогали ему в технических вопросах).

«И почему это я должен сидеть в четырех стенах? Думаю, голод — прекрасная причина для того, чтобы немного прогуляться. Если у нас нет другого выхода, кроме как хорошенько врезать этим мерзавцам, то зачем делать из своей квартиры тюрьму и безвылазно торчать там, дрожа от каждого резкого звука? К тому же у легавых не хватит смелости объявить нам настоящую войну, как утверждал Вик. Поэтому не надо прятаться в своих уютных норках. Если придется дать им бой — отлично, мы готовы. Но вот трусливо сидеть в своих квартирах и делать вид, будто нас нет… нет, это совсем не выход. И я просто не верю, что на нас реально могут начать охоту. Это моментально настолько испортит имидж власти, подорвет доверие к ней, что тогда федералам придется расстреливать вообще всех, в том числе и так называемых «законопослушных граждан». Хотя насчет доверия сильно сказано — в этой стране правительству когда-либо доверяли только умственно отсталые»

А вот и вход в тот самый дворик — точнее, большой красивый двор с деревьями, детской площадкой и даже маленьким мостиком через крохотную речушку, большей частью протекающей под землей, но кое-где выходящей на поверхность; искомое кафе и магазин расположены неподалеку от очередной высотки. Рядом с ним — четыре столика под зонтиками, все свободны. Паренек, улыбнувшись, пошел вперед, уже предвкушая роскошный (для человека его уровня и достатка) обед, вполне способный плавно перетечь в ужин…

… В кафе сейчас было только два посетителя — два школьника-старшеклассника, бурно обсуждавших вчерашнее сражение в какой-то компьютерной игре и параллельно крайне неторопливо поедавших какой-то салат из фасоли, грибов, огурцов, сыра и еще чего-то непонятного, и было это все щедро полито майонезом; разговаривали они довольно громко, к тому же в помещении работал телевизор, так что звуки с улицы были плохо слышны. Одна из работниц кафе — невысокая светловолосая женщина лет 35 — зачем-то решила выйти наружу. В этот момент ребята как раз особенно бурно обсуждали команду противника, а именно — сексуальную ориентацию их командира, а по телевизору началась реклама, уровень громкости которой по старой недоброй традиции зашкаливал. Внезапно снаружи раздался истошный женский крик, с легкостью перекрывший и болтовню школьников, и вой телевизора. Ребята, испуганно переглянувшись, медленно и осторожно подошли к двери, которая была открыта настежь; на крыльце в луже крови валялся человек с простреленной головой, рядом с дверью в полуобмороке полусидела-полулежала та самая работница кафе.

Вдруг словно из-под земли появились четверо работников ICTEC — крайне мрачного вида здоровенные мужики в камуфляже и с внушительного вида пушками; увидев школьников, они настолько красноречиво посмотрели на них, что те чуть не обделались от ужаса и скрылись с места происшествия чуть ли не со скоростью звука. Затем двое полицейских взяли под руки полуживую от страха работницу кафе и осторожно завели ее внутрь заведения и посадили там на первый попавшийся стул, после чего вышли на улицу и направились к своей машине, припаркованной где-то в дальнем углу двора за гаражами, а оставшиеся двое взяли труп и пошли вслед за своими коллегами.

24 августа 2017 г., 15:05

Моррисон-стрит.

… Шел уже шестой час игры в одну некогда популярную игру, в названии которой упоминаются одни из самых популярных мифологических животных, которые, впрочем, не играют абсолютно никакой роли в сюжете, целиком и полностью посвященным душевным терзаниям интересных личностей обоих полов и всех социальных групп, рас, профессий и т. д. Проходить игру можно было за разных персонажей, от этого менялись миссии и концовки. Геймер — высокий тощий белобрысый парень — засел за это безобразие только потому, что делать было нечего, а эту игру он в последний раз проходил довольно давно, вот и решил освежить воспоминания, а заодно и убить время. Рядом с монитором стояли почти допитая чашка кофе и блюдце с одиноко лежащим на ним бутербродом с колбасой; к последнему парень делал попытки притронуться вот уже раза три за последний час, но постоянно игровые события отвлекали его, и бутерброду грозила участь быть съеденным не раньше, чем через часа три, а то и четыре.

Погода за окном постепенно улучшалась — голубых прорех в бело-сером облачном покрове становилось все больше, все чаще (правда, на пару минут) выглядывало солнце, ветер совершенно прекратился; словом, природа словно вспомнила, что сейчас на дворе вообще-то лето, а не осень, и решила кое-как наверстать упущенное. Но хоть парня и тянуло на улицу, как минимум до конца этой недели ему следовало безвылазно торчать в четырех стенах — не так давно он и его друзья решили некоторое время посидеть дома, не привлекая к себе никакого внимания — конечно, все из-за последних событий — таинственных убийств, виновниками которых сразу же назвали «террористов» (под это, мягко говоря, нелестное определение, по мнению нынешней власти, попадали все неугодные ей люди, в том числе и оппозиция всех видов — вплоть до тех, кто пару раз написал в блоге или твиттере, что ему не понравилось, что, допустим, президент недавно сказал в своем обращении к нации). Прятался парень в квартире своих родителей; он был студентом и пока еще не определился, как быть с учебой: хоть он и не был «настоящим» оппозиционером, однако имел очень много друзей и просто хороших знакомых в их среде, время от времени ходил на демонстрации и т. д., так что полиция видела его, и, учитывая, мягко говоря, неадекватность нынешней власти, скорее всего, его давно добавили в список «подозрительных лиц»; Интернетом ему не рекомендовалось пользоваться, однако на такое он пойти не мог и все это время только читал сайты, блоги и т. д., ничего не писал и не комментировал, однако видел фрагменты того самого видео с первым боем Фрейзера; поначалу он думал, что это все ложь, монтаж и провокация, но буквально сразу же появилось столько доказательств правдивости данных видеороликов, что скептикам пришлось заткнуться.

Родители паренька были совершенно аполитичными людьми: отец — менеджер в одной строительной фирме, мать — бухгалтер там же, работали они помногу, поздно приходили домой и рано уходили; к тому, что их сын вращается в «плохой» среде, они относились с небольшой настороженностью, но все-таки не запрещали ему общаться с друзьями, хотя были бы рады, если бы он прекратил, так сказать, играть с огнем. Парень очень боялся, как бы полиция не добралась до его семьи — он слышал, что теперь федералы начнут настоящую охоту на абсолютно всех «несогласных», даже на тех, кто всего-навсего написал пару недовольных постов в блоге или комментариев на каком-нибудь сайте, и не будут щадить даже их близких, пусть даже они и являются законопослушными гражданами. До вчерашнего вечера все было в порядке, но в экстренном выпуске новостей (в 23:00) заявили, что, во-первых, таинственные убийства возобновились, во-вторых, удалось уничтожить одну из подозреваемых. Паренек весь внутренне содрогнулся, но не подал виду, а вот его родителям было уже не до новостей — толком не дослушав телеведущего, они выключили телевизор и пошли спать. Парню же было не до сна, раз полиция и ICTEC, судя по всему, начали новую операцию по борьбе с несогласными. Поначалу он пытался себя утешить тем, что, наверное, сначала будут бороться с наиболее активными, но сразу уличил себя в малодушии. Властям действительно наплевать, кто среди «террористов» наиболее активен, а кто — наименее, они будут уничтожать всех, держа в страхе простой народ. Конечно, имиджу власти это более чем повредит, но сейчас такое время, когда никто не полезет на баррикады — ведь совсем недавно закончилась долгая кровопролитная война с таинственными, до сих пор не изученными существами из параллельного мира (точнее, из высших измерений).

Парень закончил прохождение игры за одного из персонажей (полуэльфа-мага, незаконнорожденного сына одного из эльфийских королей, главного любимчика женской части фанатов игры), взял-таки бутерброд и подошел к окну. Погода стала еще лучше — небо почти полностью очистилось, ярко светило солнце; хотелось выйти на улицу и пойти прогуляться либо по одному из многочисленных парков, либо по берегу реки, либо, на худой конец, по одной из центральных улиц, но нет, безопасность превыше всего. Парень неспешно доел бутерброд, пару минут бесцельно побродил по комнате, после чего лег на кровать и быстро заснул. Проснулся он спустя минут двадцать от оглушительного звонка в дверь — по всей видимости, звонили уже не первую минуту. Позабыв обо всякой осторожности, парень на всех парах понесся к двери; он глянул в глазок и увидел стоящую на пороге дочь соседей, Лили, свою ровесницу, с которой он давно дружил и недавно даже пытался приударить за ней, но она вообще не обращала должного внимания на его ухаживания (как, собственно, и на аналогичные попытки со стороны других парней, поэтому некоторые строили предположения, что она лесбиянка, а то и что похуже (а что именно — они по понятным причинам не уточняли, но делали страшные глаза)). Была она высокой, стройной, красивой блондинкой с голубыми глазами, а одета в светло-синюю кофту и темно-синие джинсы. Паренек даже не стал ничего спрашивать и сразу же открыл дверь.

Тут надо сделать небольшое отступление: дверь в его квартиру, как и во все остальные квартиры в этом доме, была утоплена (причем довольно сильно — виной этому был недавний ремонт) в небольшое углубление в стене, так что, стоя внутри, нельзя было видеть всего, что творится с обеих сторон от двери. Но вернемся к нашей истории.

— О, Тим, ты дома! Я боялась, что тебя дома нет! — произнесла Лили, как-то странно при этом дернувшись и бросив быстрый и почти незаметный взгляд куда-то вправо.

— Привет, Лили! Я пока дома сижу… вот, приболел немножко, — сказал парень и пару раз фальшиво кашлянул. Девушка кивнула и, пару раз быстро оглядевшись и сделав маленький шаг назад, сказала:

— Слушай, можно тебя на минутку? Тут у меня одно дело есть… очень важное… В общем, зайди-ка ко мне, я тебе кое-что покажу! — Лили сделала еще несколько шагов назад, дойдя до своей двери (она жила в квартире напротив); остановившись на пороге, она жестом позвала к себе своего друга, но, видя, что он колеблется, сказала:

— Ну пошли скорее! Это очень важно

Тим пару мгновений подумал (что-то в поведении Лили показалось ему неестественным — то ли то, что она словно бы дрожала, то ли эти странные взгляды в сторону, то ли ее странная бледность (правда, до этого девушка целый месяц валялась дома с каким-то непонятным заболеванием, которое сначала приняли за простуду, но в итоге дело оказалось настолько серьезно, что пришлось вызывать айситековских врачей; после этого Лили быстро пошла на поправку, но предпочитала про свою загадочную болезнь никому не говорить)), но все-таки вышел из квартиры на лестничную площадку. Но не успел он подойти к своей подруге, как тотчас же был сражен наповал выстрелом в голову из пистолета — стрелял стоявший справа от входной двери сотрудник ICTEC; другой айситековец стоял слева. Лили, шокированная таким кошмаром (полицейские ее ни о чем подобном не предупреждали — сказали, что просто надо кое о чем поговорить с Тимом), в первые пару секунд стояла, как громом пораженная, затем она пронзительно завизжала (она была чувствительной и не переносила вида крови), но второй айситековец тут же схватил ее и зажал ей рот; отпустил он ее спустя секунд двадцать, и девушка без чувств сползла на пол. Оба полицейских лишь пожали плечами, затем подняли под руки валяющийся на полу труп и пошли прочь, а Лили так и осталась валяться на полу.

24 августа 2017 г., 18:15

Паркер-стрит, кондитерская.

Темноволосая девушка в легкой светло-голубой кофточке и черных джинсах нервно разгуливала рядом с кондитерской, постоянно поглядывая на часы. Пару раз она собиралась было куда-то пойти, но сразу же бросала это дело и продолжала мерить шагами улицу. И ее нисколько не заботили то и дело появляющиеся рядом полицейские, то выходящие из переулков, то вылезающие из машин.

Стоял теплый летний вечер. После обеда погода окончательно «распогодилась», небо почти полностью очистилось, иногда дул слабый и в меру прохладный ветерок. Правда, синоптики обещали скорое похолодание с дождями, грозами и местами даже градом.

В городе было спокойно, слишком спокойно, подозрительно спокойно. В полицейских сводках больше не было сообщений о таинственных убийствах, зато в сети с раннего утра появлялись какие-то странные сообщения о «начавшейся ликвидации инакомыслящих».

Пошатавшись туда-сюда еще пару минут, девушка села на приступочку у витрины магазина, достала из кармана смартфон (старенький, но крепкий «китаец» на Андроиде в симпатичном синем корпусе, из-за чего некоторые очень недалекие личности когда-то пару раз обозвали его «решетом», но тут же получили исчерпывающее объяснение — жаль, только в устной форме), быстренько проверила почту (только два письма, да и те из рассылок) и хотела было зайти на один форум, как рядом с нею словно из-под земли появился полицейский — невысокий, тощий, бледный, с маниакально блестящими глазами. Девушка не растерялась — она тут же достала из кармана наушники, переключила приложение в телефоне и даже показала смартфон блюстителю порядка, который лишь скривился, махнул рукой и пошел прочь. Для приличия послушав музыку минут пять, девушка полностью отключила смартфон, убрала его поглубже в карман и, глянув на часы, тяжело вздохнула и направилась к ближнему переулку, ведущему на короткую, узкую и грязную Двадцатую авеню, улицу с весьма плохой репутацией. По дороге попался один полицейский — он не смотрел в сторону девушки, а флегматично жевал булку и с увлечением разглядывал витрину какого-то модного бутика.

В переулке было на удивление мало народу — в основном школьники, бурно (и не стесняясь в выражениях) обсуждавшие ремонт расположенной неподалеку школы (судя по обрывкам разговора, пара старшеклассников якобы помогала что-то красить и вешать всякие доски, плакаты и т. д., а остальные громко ржали и в красках обсуждали произошедшее); рядом со входом в маленький хлебный магазин стояла высокая женщина, одетая в длинный темно-зеленый плащ с таким большим капюшоном, что он почти полностью закрывал лицо; женщина, скрестив, словно от холода, руки на груди, опиралась на стенку рядом с дверью и как будто что-то очень тихо шептала — что-то монотонное и, похоже, не на английском языке. Пожав плечами («Опять наркоманы… сколько же их развелось после последних «демократическо-либерально-толерантных» реформ…»), девушка пошла дальше и, задумавшись о судьбах отечества, чуть не врезалась в пару японцев (явно мужа с женой), о чем-то щебетавших на своем языке и фотографировавших все подряд, включая ржущих, как кони, школьников. Извинившись («Кто их знает, может, они меня и не поняли… хотя нет, должны же они знать наш язык… особенно в нынешних условиях»), девушка пошла дальше и вышла на Двадцатую авеню, непривычно чистую, спокойную и тихую — никаких наркоманов и пьяниц, никаких подозрительных личностей, только обычные люди: вон мамочка с коляской, вон парочка пьет газировку из одного стакана, вон две мамаши о чем-то разговаривают, а их дети — два мальчика — бурно обсуждают свои проблемы, вон три школьника обсуждают недавно просмотренный фильм (неподалеку на Паркер-стрит был кинотеатр), вон муж с женой возвращаются из супермаркета с кучей сумок… Откуда-то негромко раздавалась музыка, причем не какое-нибудь атональное нечто в исполнении очередного негра-уголовника, а какая-то довольно приятная попсовая песенка из числа популярных прошедшей зимой: пели двое — женщина (по голосу негритянка) и мужчина (читал рэп), но песня ничуть не была похожа ни на r'n'b, ни на какую-нибудь отрыжку модных клубов — просто веселая и заводная поп-песенка. Нет никаких куч мусора возле урн, все чисто, где надо — подметено. «А, ведь недавно здесь какую-то акцию проводили… вроде что-то с экологией связанное. Поэтому так и чистенько», — вспомнила девушка, по привычке постоянно смотря по сторонам, чтобы не наткнуться на какую-нибудь интересную личность.

Девушка дошла до дома?7 и снова стала мерить шагами пространство перед ним, затем, вдоволь находившись в течение пяти минут, зашла во двор и села на качели, даже качнулась пару раз, словив при этом негодующие взгляды двух толстых мамаш, жрущих что-то желтое и истекающее жиром и обсуждающих какую-то очередную мыльную оперу, в то время как их дети, две девочки лет четырех-пяти, на всей скорости катались на каруселях. Но когда она собралась встать, чтобы войти в подъезд, в одном из окон на десятом этаже что-то едва заметно двинулось, затем — выстрел, вопль — и девушка с простреленной головой упала возле качелей. Мамаши и их дети пронзительно завизжали и на всей скорости выбежали со двора.

Тем временем с мертвой девушкой начали происходить странные метаморфозы — волосы укорачивались и медленно становились светлее, тело — ниже и мускулистее, ногти на руках сильно укоротились. Этого не заметили мамаши с детьми, тотчас же убравшиеся со двора, но увидели те безбашенные зеваки, небольшая компания малость выпивших парней и девушек, которые стояли у дальнего подъезда и негромко обсуждали, кто какую машину себе купил, куда поехал, кто недавно попался полиции и т. д. Метаморфы в городе были редким явлением, а боеприпасы с метаморфическим действием вообще применялись крайне редко, так что компания, увидев медленно меняющийся труп, в первые секунды просто застыла, а затем все начали хором, очень громко на все лады комментировать происходящее, глупо смеясь. Обсуждение прервало появление трех айситековцев — им даже не пришлось ничего говорить молодежи, т. к. те сразу же все поняли и молнией ускакали в ближайший подъезд. А полицейские, дождавшись окончания метаморфоз, кое-как забросали песочком лужу крови, упаковали труп в два больших черных мешка и понесли к припаркованному неподалеку обычному темно-синему микроавтобусу.

Спустя буквально минуту после того, как полиция уехала, во двор, запыхавшись и чуть заметно прихрамывая, вбежал невысокий тощий паренек; он минут пять бегал по двору, заглядывал в открытые подъезды, окна, машины, и в итоге в изнеможении остановился возле тех самых качелей. Внезапно его взор привлекло странное бурое пятно, часть которого была небрежно забросана песком. В это время та самая подвыпившая компания, осторожно озираясь по сторонам, наконец-то вылезла из подъезда и начала обсуждать полицию. Алекс (это, конечно, был он; ему пришлось хорошо замаскироваться, дело дошло даже до обматывания всякими тряпками, чтобы казаться толще, и ботинок на довольно-таки толстой и высокой подошве, чтобы казаться выше; результат, конечно, был кошмарный, к тому же он делал так по собственному желанию, без одобрения Вика или кого-либо еще из «начальства», однако ни один полицейский не обратил на него внимания) поначалу не слушал их — он одновременно думал, почему Эшли не пришла и откуда здесь взялась целая лужа крови, причем обе мысли предательски переплетались.

«Она ведь метаморф, впросак не попадет. Договаривались же, что после шести… правда, опять пришлось воевать с Ридом… в который раз он изображает из себя клоуна… Но она ведь обещала ждать до семи! Не будет же она себя вести, как гламурная курица».

Внезапно Алекс услышал, как один парень, длинный и бледный, рассказывал только что подошедшей девушке: «… она вон там стояла, где тот чувак сидит, а потом пыщь — и усе. А потом она еще меняться начала! Честно-честно!». Парень пулей сорвался с места, стараясь не переходить на суперскорость, подбежал к компании и, изо всех сил стараясь не терять самообладания, спросил у того самого парня:

— Я, конечно, извиняюсь, но о чем ты только что говорил? Что девушка сидела вон на тех качелях… а потом что произошло?

Сначала Алекса смерили удивленным взглядом, а затем последовал неохотный ответ:

— Выстрелил в нее кто-то. В голову.

— Наверное, из снайперки, — с умным видом выдал негр в типичном рэперском наряде, копаясь в бездонных карманах своих мешковатых штанов.

— Да, а потом она… ну, это… меняться начала… я не знаю, как это называется, — встряла в разговор крашеная блондинка в ярко-красной футболке. — Волосы стали светлые, еще она потолстела…

— Не потолстела, дура! Она просто накачанная! — визгливо заметила другая девушка, тоже блондинка, весьма упитанная, одетая в полупрозрачную синюю кофточку и короткую серую клетчатую юбку.

Дальше последовало второе бурное обсуждение странной метаморфозы трупа, но Алекс их уже не слушал — изо всех сил стараясь не перейти на суперскорость, он понесся к штабу своих друзей. Несмотря на неиспользование сверхспособности, он не замечал ничего вокруг, все словно сливалось в одно мутное пятно неопределенного цвета. В голове стучала только одна мысль: «Они убили Эшли!».

Парень не заметил одного — что во дворе за ним из одного из подъездов наблюдал переодетый в гражданскую одежду полицейский. Как только Алекс побежал назад, айситековец тут же выскочил на улицу и со всех ног побежал вслед за ним, но, к сожалению, потерял его в одном из многочисленных мелких и узких переулков, где парень срезал путь через магазин одного из своих знакомых. Зато преследователя заметила та самая странная женщина в зеленом плаще — заметила, но не стала ничего предпринимать, к тому же вскоре к ней подошел высокий мужчина в черном официальном костюме, взял под руку и медленно повел прочь.

25 августа 2017 г., 00:01

Подвал одного из домов на Браун-стрит.

— Мы не можем больше здесь находиться, это очень опасно, — медленно и негромко произнес Виктор, стоя спиной к сидящим за столом товарищам и словно пытаясь пробурить входную дверь взглядом. — Так что собирайтесь. Это все, что я хотел вам сказать.

— Все? Все?! — начал было Алекс, но тут же взвыл от боли в правой руке — его хорошенько ударил кто-то невидимый — это, естественно, был Рид, по всей видимости, удобно развалившийся на своем стуле, т. к. по обе стороны от него сидеть было трудновато — все время кто-то толкался и пихался.

— Больше вопросов нет?

— Есть, — сказал Джордж, потягиваясь. — От Тони новостей пока нет?

— Пока нет. Пойми, это не в моих интересах — утаивать от вас новости от одного из ключевых участников нашей организации. Еще вопросы?

Кто-то буркнул «неа», кто-то мотнул головой, остальные либо зевали (потому что их внезапно подняли посреди ночи, чтобы провести очередное очень важное собрание), либо тупо смотрели перед собой.

— Тогда собираемся.

Алекс не выдержал и бросился к Вику:

— Так что, мы ничего не будем делать? Наших начали убивать средь бела дня, а мы от этих гадов убегаем, как крысы?

— А если я скажу тебе, что сейчас начинается следующая часть нашего плана по борьбе с всеобщей принудительной демократизацией общества, ты прекратишь вести себя, как девочка-истеричка? — лениво спросила у парня красивая высокая негритянка с длинными кудрявыми волосами.

— Николь, но ведь вы с Эшли были лучшими подругами!

— Знаешь, дорогой мой, за убийство Эшли я тоже готова порвать их на куски, но нельзя действовать под воздействием одних только эмоций. Этим мы уподобляемся тому тупому стаду, которое так яростно защищает весь этот псевдодемократический сброд.

— Но почему ты так внезапно нас поднял? Мы же договорились, что уйдем отсюда завтра, — негромко отстраненным голосом произнесла невысокая крепкая девушка со светло-рыжими волосами, уже поднявшаяся со своего места и собирающаяся зайти в оружейную комнату.

— Надеюсь, Клэр, ты не забыла, что я тебе вчера говорил по этому поводу? — чуть прищурившись, спросил Виктор. Девушка в ответ только пожала плечами:

— Что за глупый вопрос!

— Вот-вот. Очень глупый. Значит, если не вдаваться в подробности, то сегодня вечером незадолго до того, как вернулся Алекс, я получил от кого-то сообщение о том, что готовится полномасштабная атака айситековцев на этот квартал. Она начнется завтра в 10 утра. Так что нам нужно как можно быстрее и незаметнее рассредоточиться по городу. Теперь ясно?

Клэр опять пожала плечами, затем открыла оружейную комнату. Стеф сразу же сказал, что, к сожалению, крупное оружие вроде боевых роботов или больших пушек придется либо забрать потом (если представится такая возможность), либо оставить здесь; взять с собой можно только что-то небольшое — например, энергетическую броню, пистолет, небольшой бластер и т. д. Правда, сразу же добавил Вик, роботы и тяжелое оружие сразу же гарантированно привлекут внимание федералов, так что с дополнительным вооружением можно распрощаться… правда, в него встроены хорошие защитные системы (такие хорошие, что среди них есть даже система самоуничтожения).

Спустя полчаса все находившееся на тайной подземной базе полностью собрались. Вик провел перекличку, затем несколько раз внимательно осмотрел свою команду, после чего попросил Рида расширить свое поле невидимости на всех, и только после этого все медленно и очень осторожно вышли из зала и начали подниматься по крутой узкой лестнице.

Снаружи было темно, немноголюдно (хоть и не так уж поздно, по мнению Николь), мало машин и, по крайней мере, в радиусе ста метров — ни одного полицейского. В подвале дома напротив располагался небольшой ночной клуб, директором которого был отец Николь. Рид предложил всем зайти в подвал, дойти до середины лестницы, после чего он начнет медленно отключать свое поле, и все по одному каждые 5 — 10 минут будут выходить. План (очень странный и неестественный) был принят, хотя Алексу что-то не понравилось, но он предпочел промолчать, чтобы не нарваться на очередную «шуточку» Рида; недоволен был и Виктор, но и он тоже старался ничем не выдать свое недовольство, что довольно-таки сложно при таком вспыльчивом характере.

В клубе было довольно много народу, так-то просто не отключишь невидимость, так что последний человек — сам Рид — ушел только около шести утра. В остальном план был осуществлен без промахов — по крайней мере, так всем показалось. В действительности же двое вдрызг пьяных парней видели, как на лестнице из ниоткуда появляется симпатичная негритяночка и, нервно озираясь, направляется к выходу, но по причине своего текущего состояния они не обратили на это никакого внимания. Также Вик чуть не попался на глаза внезапно появившемуся рядом с клубом полицейскому — в последний момент он резко свернул в сторону, не доходя до блюстителя порядка около шести метров, и зашел в небольшой круглосуточный продуктовый магазин; в окно он увидел, как полицейский, немного потоптавшись на месте, через минуты две-три пошел прочь; только спустя минут пять — чтобы уж наверняка — Вик вышел и, постоянно оглядываясь по сторонам, пошел искать новое подходящее место для временной базы.

25 августа 2017 г., 23:44

Третья авеню.

Марк вместе с двумя напарниками — Брюсом Эвансом и Льюисом Маклином — возвращался в штаб ICTEC. С утра они прочесали весь квартал, где находилась Браун-стрит — там, по их сведениям, располагалась база террористов. Базу-то нашли, но брошенную, причем совсем недавно — возможно, даже накануне облавы. Параллельно велись поиски преступников в других районах города, но пока попадались только рядовые исполнители, никого из управляющей верхушки, «элиты». Даже допрос некоторых подозрительных людей — владельцев магазинов, кафе и т. д. — ничего не дал, все строили из себя белых и пушистых, старательно открещивались от всех связей с террористами. Марка это нереально бесило, он был готов порвать всех этих мразей на куски во имя справедливости и демократии, но, похоже, его благородные порывы не разделяли даже напарники — им бы только побыстрее закончить работу и смыться домой, к телевизору и жрачке. Вот и сейчас троица мрачно брела обратно в штаб корпорации, все молчали — и от усталости, и от полнейшего отсутствия желания разговаривать с кем-либо, потому что в обеденный перерыв Брюс неосторожно ляпнул что-то про «истинную мотивацию террористов, которые, возможно, и не террористы вовсе, а всего лишь выдумка властей, чтобы создать имидж защитников добра и демократии и наказать несогласных»; Марк в ответ на эту пламенную тираду чуть не прикончил сослуживца — он действительно был готов убить его, и только вмешательство Льюиса и охранника кафе предотвратило преступление на почве прилива демократичности, либеральности и толерантности. Фрейзер и раньше подозревал Эванса в сочувствии преступникам; кроме того, у него часть предков была родом из России, страшной далекой холодной страны, царства кровавой коммунистической диктатуры, находящегося за железным занавесом — ведь там даже нет Интернета и «Макдональдса» (правда, когда Марк один раз ляпнул что-то подобное при Финнегане, тот присвистнул и покрутил пальцем у виска, но он-то, Фрейзер, прекрасно знает, как там, в России — у него был один знакомый, подружка которого как-то раз была в России пару дней (вообще-то в командировку ее послали туда на месяц, но из-за непредвиденных обстоятельств в лице атаки существ неизвестной природы на отделение Sybra, где и должна была проходить командировка, все пришлось отменить)). Справедливости ради нужно отметить, что Марк и Европу не особо жаловал — особенно после того, как услышал от Стоуна, вернувшегося после полуторамесячной командировки в Германию, что во многих европейских государствах творится такое, что Тетрабей отдыхает; кроме того, Стоун якобы что-то слышал о небольшой (по меркам той же Sybra) европейской компании, недавно начавшей исследования в области информационной структуры вселенной (и использовавшей странную терминологию — в частности, они говорили не об информационных структурах, таких, как потоки, поля или слои, а о ноосфере (благодаря стараниям небезызвестного профессора Эллиса в наши дни этот термин используется совсем в другом смысле)). Сайбровцы якобы очень переживали по этому поводу — мол, кто-то, наверное, использует старые разработки Эллиса и собирается повторить тот ужас, который… а вот тут Стоун начал мямлить что-то неразборчивое, потому что сам был не в курсе, какой такой ужас когда-то устроил несчастный поносимый всеми Эллис; однако Марку эти отсылки к самым первым исследованиям Эллиса совсем не понравились, несмотря на то, что он был полным нулем во всех этих информационно-энергетических потоках, полях, слоях и прочей «астрально-магической дребедени», как он однажды чуть не брякнул прямо в лицо Лотте. С другой стороны, еще один сослуживец Марка, Майкл Беннет, тоже недавно был в Европе — в Англии, пробыл он там две недели и никаких кошмаров вроде «семейных борделей» или «квартала красных фонарей с прекрасными роботессами» не увидел, хотя далеко не только сидел в офисе на курсах. К тому же в вышеупомянутой Германии три месяца назад была Эми, и она тоже не увидела там ничего из «мерзких логовищ разврата, перед которыми померкнет сам Тетрабей, город грехов». А вот про таинственную фирму, якобы использующую результаты старых исследований Эллиса, говорили и Эми, и Майкл, и про «ноосферу» — тоже, их очень удивило использование этого признанного устаревшим термина в значении информационного поля. Но мы отвлеклись.

Итак, Фрейзер, Эванс и Маклин медленно брели по опустевшей улице. Людей было мало, но полицейские пару раз умудрились чуть не сбить с ног случайных прохожих, которые поспешили убраться, чтобы лишний раз не провоцировать доблестных блюстителей порядка. Вдруг Эванс заметил странную вспышку в одном из переулков. Полицейские тут же крадучись пошли туда, ступая как можно тише. Вскоре они увидели среднего роста парня в синей джинсовой куртке, медленно шедшего в переулке вдоль одной из стен; он изо всех сил пытался закрыть что-то курткой; временами рядом с ним что-то ярко вспыхивало. Внезапно он вскрикнул, оступился и упал на землю; полицейские с удивлением увидели, что его правая ладонь медленно начала светиться желтовато-белым светом, причем казалось, будто светится не она сама, а свет к ней сам притягивается, например, от уличных фонарей.

Марк тут же грубо отпихнул Эванса и Маклина, подскочил к парню, сорвал с него куртку и увидел, что все его тело начинает светиться таким же светом, как правая ладонь. Прохожий протестующе заорал и попытался было отобрать у полицейского свою куртку, но в ответ получил ногой в грудь и откатился в сторону, воя от боли.

«Еще один из этих! Несчастненьким решил прикинуться! Ну ничего, сейчас я его порву на куски!» — с этой мыслью Марк молниеносно трансформировался, несмотря на очевидную неопасность ситуации, достал бластер (относящийся, кстати, к его боевой системе; раньше он работал только после ее полной активации, но команда Мэнна недавно проапгрейдила его, убрав принудительную привязку к системе и, таким образом, добавив возможность использовать его когда угодно) и приготовился стрелять в противника, заранее ожидая чего угодно, хоть наличия у него способности искажать реальность. Но парень только продолжал выть, пытаясь встать; его тело светилось все ярче и ярче, однако свет был… какой-то другой, не такой, как у двух предыдущих монстров, — какой-то… естественный, нормальный, а не слишком яркий и не кислотных оттенков. Однако Марка эти подробности не интересовали — не дожидаясь (вероятной) атаки противника, он пару раз выстрелил в него в упор, и тот, к величайшему удивлению нашего бравого айситековца, только заорал, упал на землю, подергался в луже крови и затих. Фрейзер осторожно подошел к нему, пнул его пару раз — парень не двигался. По всей видимости, он был мертв.

— Все, ребята, этот готов, — довольно произнес Марк. — Еще не успел как следует зарядиться… или активироваться. Нам крупно повезло, — потом он с довольным видом посмотрел на бластер и гордо сказал: — Один маленький апгрейд — и эта пушечка работает и без активации системы, поэтому теперь мы можем убивать этих тварей еще до того, как они… как бы сказать… покажут свою истинную сущность, что ли… Но тут надо подгадать момент, вовремя определить, что именно этот человек и есть… эмммм… как же их… мне вроде Мэнн что-то говорил… ну, в общем, будем их называть, как раньше, все равно смысл от этого не меняется.

Эванс и Маклин только хмыкнули, с каким-то затаенным ужасом посмотрев на своего коллегу.

26 августа 2017 г., 16:44

Квартира Карли Поттерс.

… Очередной серый, унылый день медленно, но верно катился к концу. Карли и Кэт изо всех сил старались хоть как-то подбодриться — даже включили компьютер (предусмотрительно отключив его от сети) и немного поиграли в какую-то старую игру (гибрид FPS и RPG, что-то на космическую тему), потом включили телевизор и часа три, не меньше, смотрели MegaTV, очередной музыкальный канал (созданный, кстати, в «страшной, далекой, холодной и антидемократической» России в конце девяностых годов прошлого века и лет пять назад, не меньше, начавший распространяться по всему миру). Затем Карли залезла в свой шкаф и, к своему огромному удивлению, нашла там свои старые истории, написанные еще на бумаге — в старых толстых тетрадях с цветастыми обложками, на удивление, хорошо сохранившихся — только бумага чуть-чуть пожелтела от времени. Девушки вместе часа два хохотали над старыми перлами (когда-то казавшимся очень даже умными и серьезными), дурацкими сюжетами и еще более дурацкими описаниями персонажей. Сюжеты, кстати, особым разнообразием, естественно, не отличались — присутствовало много рассказов о приключениях антропоморфного серого инопланетного кота и его команды (тоже антропоморфные коты и даже пара собак), психованной рыжей дамочки, влюбившейся в таинственного инопланетянина, которого она увидела во сне в день своего десятилетия, и двух команд людей со сверхспособностями — вполне нормальной, с более-менее обычными способностями, без примеси магии, и совершенно чокнутой, с бабником-алкоголиком во главе, причем вторая команда активно использовала магию в стиле персонажей одной популярной серии книг о двух молодых волшебниках, брате с сестрой, которые учились в особой школе вместе с эльфами, гномами, хоббитами, феями, инопланетянами, киборгами и роботами. Истории, как уже говорилось выше, пестрели трэшовыми перлами вроде «Мы были самой высокоразвитой нацией Галактики. Мы первые достигли сверхсветовых скоростей. Мы первые создали суперкомпьютер на наносхемах. Мы бы и сейчас были лидерами Галактики, если бы один из профессоров не облучился гамма-лучами. Его руки превратились в два биобластера, а мозг увеличился в размерах и потерял большую часть извилин. Через сто лет эрбенцы поглупели настолько, что перестали разговаривать. Но мы все же продолжали летать в космос и создавать суперкомпьютеры» или «Обе команды еще немного подрались, но все равно выиграл Слава, так как он был сильнее и ловчее Тейритрона. Поэтому Белые Кошки решили устроить еще один банкет в честь победы Святослава. Слава выпил очень много вина и полез целоваться к Анне-Марианне, а ей это очень понравилось, и потом он повел ее в лес, где они с ним долго играли в прятки. В это время остальные Белые Кошки веселились, пели старинные вирруионские песни и танцевали. Содружество и Красные тоже присоединились к ним. Но вдруг на самом большом столе появился Гипно из Адролептонов; он злобно засмеялся, разбил много бутылок и тарелок, а затем кинул в Славу большой кусок мяса и целую бутылку водки».

На улице стояла хорошая погода — солнечно, немного облаков на небе, довольно тепло. Очень хотелось гулять, но слишком высока была опасность очередной облавы. Правда, Карли предлагала хотя бы пару минут погулять, когда стемнеет — хотя бы просто выйти из подъезда и немножко постоять на крыльце, подышать свежим воздухом (хотя какой он свежий в мегаполисе…), да и Кэт тоже была не против, но банальный инстинкт самосохранения предостерегал девушек от ночных прогулок.

В тот момент, когда девушки хохотали над очередным перлом про «бирюзовую магию» и «страшного мага с волшебным поясом, которым он в детстве выдергивал волосы у других детей», на улице внезапно раздался какой-то резкий звук. Кэт сразу же телепатически просканировала окрестности (настолько, насколько позволяла ее способность) и тут же застыла в ужасе.

— Облава, да? — верно истолковала выражение лица своей подруги Карли.

— Ага… Правда, рядом пока только трое человек, но на подходе, наверное, не меньше пятидесяти айситековских спецназовцев. И они собираются брать штурмом нашу квартиру и еще две — на первом и пятом этажах. Больше ничего я выяснять не стала, так как у них есть сильный телепат, сильнее меня, он запросто может зафлудить мой мозг, чтобы вырубить меня, — на одном дыхании выпалила Кэт. — Они будут здесь где-то через минут пять-семь. Надо сматываться. И побыстрее.

— И как можно незаметнее, — кивнула Карли. — Убежать-то мы сможем, от пуль у нас есть защита, — с этими словами она ободряюще подмигнула подруге, — а вот как быть с тем телепатом… И все-таки как же нам убежать…

— Напрямую — не выход, они знают о наших способностях и, скорее всего, будут использовать что-то такое, чтобы твоя способность не сработала или просто отключилась. Как жаль, что пришлось так рано отключиться — возможно, удалось бы узнать, что они собираются применять против твоего фазинга.

— Может быть… может быть, попробовать переодеться в другую одежду, накраситься, быстренько поменять прическу… — начала думать вслух Карли, нервно стуча пальцами по столу.

— … затем аккуратненько и быстренько спуститься в магазин и выйти со всеми, — неуверенным голосом закончила фразу Кэт. — У меня как раз такая же идея появилась. Конечно, глупая, заимствованная изо всяких дурацких фильмов и комиксов, как мне кажется…

— … но запросто может сработать, особенно если ты мне поможешь отвлекать людей, что очень даже понадобится, учитывая наш немного необычный способ прохода в магазин…

— … а также цвет твоих волос. Цвет поросячьего визга… извини, как-то само вырвалось. Так вот, с этим надо что-то срочно делать. Может, у тебя есть какой-нибудь платок? Вроде недавно была мода на эти дурацкие цветастые платки, в которых гламурные девчонки щеголяли даже в дикую жару.

— Но-но-но, не надо тут про гламур! — Карли бросилась к шкафу и начала быстро-быстро просматривать его содержимое; кое-что пришлось просто выбросить на пол, кое-что она оставляла внутри. Наконец, девушка с торжествующим воплем показала подруге целый комок ярких (и не очень) платков:

— Вот что откопала. Я ведь и себе такое покупала, так что…

— Ну ладно, ладно, ты ведь у нас не гламурная, а просто мегастильная. Ладно, эту проблему с грехом пополам решили… А теперь показывай, где у тебя косметика и всякие там заколки-закрутки для волос…

Через буквально три-четыре минуты девушки уже были готовы: Карли замотала себе голову неярким синим платком с едва заметным голубым узором и оделась в зеленую футболку, синие джинсы, легкую красную курточку и темно-коричневые туфли; Кэт пришлось накраситься, да так сильно, как она никогда не делала, предпочитая максимум чуточку подвести глаза и выровнять тон кожи, да и то только на соответствующих мероприятиях (на последнем из которых — в театре — она была в последний раз аж год с лишним назад; в тот раз театр и находящаяся рядом картинная галерея были атакованы стаей странных светящихся существ непонятного происхождения (причем исчезнувших спустя буквально пару минут) спустя ровно десять минут после окончания спектакля, который она посетила), оделась она в темно-красную футболку с зеленым смайликом, темно-серые легкие брюки, черную джинсовую куртку и легкие черные открытые туфли. Обе девушки одевались наспех, но и такой вариант подошел в создавшейся ситуации.

Теперь надо было проникнуть в магазин. Кэт просканировала квартиру снизу и обнаружила, что в той комнате, которая находится прямо под той, из которой они собираются спускаться, никого нет — в квартире был только старый дед, в данный момент безмятежно спавший в другой комнате.

Через чужую квартиру девушки благодаря способности Карли проходить сквозь материю прошли без проблем; теперь нужно было аккуратно проникнуть в магазин и спустя несколько минут выйти вместе с толпой. Надо было попасть туда так, чтобы не вылезти прямо перед камерами видеонаблюдения, но девушки части бывали в этом магазине и знали, где находятся эти самые камеры, так что и с этой проблемой они неплохо справились; правда, они сначала проникли на склад и вышли буквально из стены и чуть не врезались в большую толпу студентов, стоящих рядом с мясным рядом и громко обсуждавших, что же им купить для завтрашнего пикника. Благодаря телепатии Кэт студенты не заметили девушек, и тем удалось смешаться с толпой и вскоре спокойно пройтись по магазину, купить себе по паре шоколадок и бутылке газировки и выйти.

Казалось, все трудности позади, странный, неестественный и какой-то придурковато-детский план сработал. Девушки старались ничем не выдавать себя, спокойно разговаривали о том — о сем; когда они вышли из магазина, то увидели плотное кольцо айситековских спецназовцев, окруживших весь дом.

— Вот мы и попались, — телепатически сказала Кэт Карли.

— Не бойся, не все еще потеряно, мы спокойно пройдем, если будем и дальше так же себя вести, — попыталась успокоить подругу Карли, хотя и сама была испугана.

Внимание девушек привлек странный айситековец в черной кожаной куртке со значком с эмблемой Sybra — буквой S с прямыми углами, заключенной в ромб. И в тот момент, когда до девушек дошло, кто бы это мог быть, Кэт внезапно почувствовала острую боль в голове, а Карли словно окаменела и не смогла сдвинуться с места. В следующее мгновение Кэт, приложив все свои силы, смогла кое-как отразить атаку полицейского-телепата, схватила свою подругу за руку и побежала прямо на спецназовцев. Рядом было слишком много народа, и у айситековцев было мало места для своевременного маневра, поэтому девушкам удалось кое-как прорвать оцепление. Карли тоже уже пришла в себя и даже смогла включить свою способность, но только в самый последний момент, когда они уже прорвали цепь спецназовцев. Сзади раздались вопли, мат, бряцанье оружия и топот ног, но народа и машин у магазина было столько, что подругам удалось даже перебежать проезжую часть улицы, а айситековцы все никак не могли открыть огонь; некоторые из них, правда, сразу же бросились за девушками, но возмущенные люди не давали им проходу, одна дородная дама даже пнула со всей силы одного долговязого спецназовца и грохнула ему по ноге тяжеленной сумкой. Эти айситековцы были, по всей видимости, не такими отмороженными, как Фрейзер, поэтому они пока не стреляли, т. к. могли случайно задеть других людей.

Девушки все бежали; Карли почти всегда держала свою способность включенной для того, чтобы быстрее обходить препятствия (вернее, проходить через них); телепатия Кэт тоже была постоянно включена; пару раз ее атаковал тот самый телепат, и девушке с каждым разом становилось все труднее и труднее отражать его атаки, тем более что они с каждым разом усиливались. Подруги старались петлять, но преследователи не отрывались от них; в данный момент за ними бежали четверо спецназовцев и телепат — он хоть и бежал позади своих коллег, однако сохранял настолько невозмутимый вид, что можно было подумать, будто он на самой обычной прогулке в городском парке. Спустя еще пару поворотов он вдруг куда-то исчез, еще один спецназовец бежал явно на пределе своих возможностей — тяжело дышал и постоянно отставал. Девушки уже думали, что еще пара минут такого «необыкновенного кросса» — и они оторвутся от преследователей, но в этот момент один из спецназовцев все-таки выстрелил из странновато выглядящего ружья — какого-то длинного, тонкого и с какими-то подозрительными экранчиками, переключателями и т. д. Из него вырвался снаряд в виде длинного тонкого стержня или иглы. Кэт вовремя услышала подозрительное клацанье и потому крикнула подруге «Поберегись!» и сама отскочила в сторону, но в этот момент Карли вдруг подвернула ногу, непроизвольно отключила свою сверхспособность — и в то же мгновение в левую руку девушки впился тот самый стержень. Чертыхнувшись, девушка, прихрамывая, побежала дальше и попыталась на ходу достать снаряд из руки, но ничего не получалось — он глубоко вошел в кожу, к тому же доставать его на ходу было очень неудобно и, конечно, очень больно. Внезапно Карли поняла, что больше не может включить свою способность; это настолько испугало ее, что она остановилась и застыла с широко раскрытыми глазами, в которых читался смертельный ужас. Кэт вовремя схватила подругу за руку и потянула ее за собой в очередной переулок, где в этот момент (и очень кстати) находилась большая толпа школьников, направляющихся к известному «ресторану быстрого питания». Девушки успели забежать в ближайший подъезд (он, к счастью, был открыт — дверь держал один из тех школьников, видимо, ждущий своих приятелей и державший дверь для них) еще до того, как в переулок свернули их преследователи; пришлось на всякий случай подняться на третий этаж (на большее у них уже не хватало сил) и там спрятаться сбоку от лифта.

Карли в изнеможении опустилась на пол, у нее уже даже не было сил для того, чтобы выдернуть иглу из руки. Отдышавшись, Кэт попробовала было помочь подруге, но снаряд слишком глубоко впился в кожу.

— Почему ты больше не включаешь свою способность? Это из-за этой вот фигни? Она блокирует твою способность? — спросила Кэт, указывая на стержень.

— Наверное… — тяжело дыша, ответила Карли. — И почему я в тот момент отключила фазинг… неужели только из-за того, что споткнулась… Сейчас мы бы были уже далеко, а так… остается надеяться только на кучу школьников и тупость айситековцев.

Девушки просидели на лестничной площадке около получаса, затем Кэт просканировала ближайшие окрестности и не нашла ничего подозрительного. Они решили выйти из своего временного убежища, но когда они, пройдя пару домов, вышли на одну из центральных улиц города, непонятно откуда выскочили трое спецназовцев и понеслись за ними. Девушки бросились прочь от них; Карли все еще прихрамывала, но старалась не отставать от подруги. Они бежали вдоль очень длинного дома, на первом этаже которого располагалось огромное количество магазинов — от салонов сотовой связи до модных бутиков. Когда, наконец, они добежали до переулка, то оглянулись и увидели, что спецназовцы не очень сильно отстали, хоть на тротуаре и было много людей. Теперь девушкам пришлось бежать по дворам и изо всех сил петлять; пару раз айситековцы даже стреляли в них, но промахивались (один раз пуля случайно попала в лобовое стекло какой-то машины ярко-красного цвета с изображениями белых волков на капоте и дверях). Иногда им удавалось порядочно оторваться от преследователей и немного передохнуть, но спецназовцы все равно их нагоняли, и девушкам снова приходилось бежать что есть духу. В итоге они выбежали на какую-то людную улицу, полную модных магазинов, и там юркнули в подземный переход. Там они просидели около сорока минут. Кэт снова попробовала помочь Карли достать из руки блокирующий ее сверхспособность стержень, но, казалось, он вошел в кожу еще глубже. Когда девушки решили немного попить, на улице раздался чей-то пронзительный крик, затем громкий мат и недовольные голоса прохожих. Но в подземный переход айситековцы не пошли — видимо, потеряли девушек в толпе и теперь думали, что им делать (судя по воплям, мыслительный процесс давался им ой как нелегко…).

Когда Карли и Кэт вышли из подземного перехода, никаких спецназовцев нигде уже не было, и девушки решили поискать себе убежище. При себе у них было немного денег — на пару-тройку дней хватит, но не более того. Внезапно, когда они зашли в небольшое уютное кафе, чтобы купить себе по маленькой булочке, в дверях с ними столкнулась высокая красивая смуглая девушка с длинными черными волосами, одетая в черную тонкую водолазку с фиолетовой розой на груди, темно-синие джинсы и черные босоножки.

— Фатима! — радостно воскликнула Карли. — Мы с Кэт никак не ожидали тебя здесь увидеть!

— Да, это так нетипично для тебя — гулять по гламурным улицам, — усмехнулась Кэт, тоже очень обрадованная появлением знакомой.

— Девчонки, а вы что здесь делаете? — удивленно спросила Фатима. — Я-то просто решила здесь себе немного шмоток купить, потому что на старые уже смотреть страшно, а вы как тут оказались? И не надо делать вид, будто вы прошли полгорода только ради того, чтобы зайти именно в это захудалое кафе.

— Ну… мы… — стушевалась Кэт, а Карли красноречиво посмотрела на свою раненную руку.

— Ладно, ладно, пошли тогда, дома поговорим, — сразу все поняла Фатима.

— Дома? У твоего отца? — спросила Карли.

— Нет, я временно живу у одной своей подруги. У нее родители очень много работают, иногда дома буквально в полночь приходят и около семи уходят, так что не бойтесь. В общаге мне не нравится, там полно всякого сброда, несмотря на, как некоторые говорят, статусность нашего университета, так что приходится пока жить у подруги. Правда, я тут нашла одно объявление — если все будет в порядке, то скоро буду снимать комнату.

— А почему ты не живешь с отцом? Вы не поссорились?

— Нет, нет, просто я решила… как бы сказать… — девушка замялась. — Он и так уже столько сделал для меня, что я решила… ну… дать ему отдохнуть от меня… пожить самостоятельно, а то он столько денег на мое лечение угрохал — просто ужас, в такие долги залез…

— А с братом жить не пробовала? — спросила Кэт.

— Али — предатель, лучше не напоминай мне о нем, — твердо ответила Фатима. — Он-то сам предлагал мне жить у него, даже работу предлагал в этой своей мерзкой конторке… Ну да ладно, хватит болтать, пошли домой.

Через минут пять-семь девушки дошли до небольшого уютного дворика, полного деревьев и маленьких клумб. Квартира подруги Фатимы находилась на пятом этаже самого высокого дома во дворе; она была трехкомнатной, с довольно низкими потолками, окна выходили во двор. Дома пока никого не было — Фатима сказала, что Ута — так звали ее подругу — подрабатывает в кафе на другом конце города и обычно возвращается поздно, не раньше девяти вечера. Также она сказала, что у Уты еще есть старшая сестра и два брата; сестра — Катрин — вышла замуж и уехала в Канаду, оба брата — Флориан (младший) и Отто (старший) — уехали в знаменитый Сайбра-сити (который, кстати, находится в Канаде на особой территории) и там учатся в каком-то крутом местном университете, причем, по слухам, Отто уже успел получить работу в Sybra; правда, он упорно умалчивал о том, какую именно работу получил, но он начал постоянно носить усиленную HS-броню последней версии, а также постоянно таскал с собой оружие — обычно два небольших бластера.

Затем настал черед Карли и Кэт рассказать Фатиме о своих приключениях. Она тоже никогда не любила американское правительство с его курсом на повальную демократизацию всего мира, поэтому с ней можно было спокойно говорить на такие темы и не бояться, что она донесет в полицию. Фатима без лишних вопросов помогла достать из руки Карли блокирующую ее сверхспособность иглу (правда, сама способность вернулась не сразу — начала постепенно возвращаться только спустя минут пять; за это время Карли умудрилась чуть не впасть в истерику, и ее подругам пришлось крепко держать ее за руки-ноги, чтобы она не убила себя об стену или не выбросилась из окна), после чего девушки быстро (и не особо вкусно и питательно — три бичпакета и чай с горсткой довольно-таки твердого печенья, внезапно обнаруженного в глубине буфета) поужинали, немного поговорили (и, в частности, договорились о том, что Карли и Кэт поживут в этой квартире до тех пор, пока не найдут новое убежище) и легли спать.

28 августа 2017 г., 23:18

Небольшое придорожное кафе в 2 км к северо-востоку от Кристалсэнда.

… Войдя внутрь, Вик внимательно огляделся. В кафе было, мягко говоря, негусто — кроме хозяина, невысокого, упитанного и почти лысого человека, со скучающим видом смотрящего телевизор, внутри находился еще лишь один человек — высокая и красивая девушка в ярко-синем платье и с огненно-рыжими волосами. Она поразительно контрастировала со всей убогостью внутреннего убранства третьесортной придорожной тошниловки. Сидела она возле окна с задернутыми грязно-белыми шторами с выцветшими розовыми и желтыми цветами и грустно смотрела в чашку с кофе. Что-то в ней сразу насторожило Виктора — он не мог сказать, что именно, но что-то в ней было неестественным, не свойственным нормальному человеку. Она сидела, не шелохнувшись, и даже не обратила внимания на новоприбывшего. Зато его заметил хозяин; он уже был знаком с Виктором.

— Ну что, как дела, Брюс? — негромко спросил Вик, кладя сумку на стул, стоящий рядом с выходом.

— Да все по-старому, Вик, ничего нового… — пожал плечами хозяин кафе.

— Облав не было?

— Да какие тут облавы… это ведь формально уже пустошь, какие копы сюда в здравом уме сунутся…

— Да вот появился у нас там один… супергероя из себя строит, — мрачно ответил Вик. — Кстати, а кто эта девушка? — спросил он шепотом, указывая на рыжеволосую незнакомку, все еще гипнотизирующую свою чашку.

— Не знаю. Она пришла час назад и где-то минут десять назад заказала себе кофе.

— А, значит, тут все в порядке…

Вик сел за столик, стоящий рядом с выходом, и достал из сумки смартфон, по размерам догоняющий некоторые планшеты.

— Нормальный Интернет тут у тебя не появился? Все-таки в последний раз я тут был больше полугода назад…

— Какой Интернет, о чем речь… Все та же дороговизна… — махнул рукой Брюс. — Будешь что-нибудь заказывать?

— Да не знаю, недавно ел — всего полтора часа назад. Я хотел тут у тебя где-нибудь переночевать — как раз дождь с грозой ночью обещали.

— А ты куда направляешься?

Виктор посмотрел на странную девушку, потом подошел к Брюсу и как можно тише сказал ему:

— Хотел сначала в Сайбра-сити, но, наверное, придется остановиться в маленьком поселке где-то в километрах десяти отсюда. Там у меня есть одно дельце…

Внезапно в дверь постучали. Хозяин только собрался крикнуть «Открыто», как дверь отворилась, и на пороге возникла высокая смуглая темноволосая женщина в темно-зеленом официальном костюме. В левой руке она держала маленькую сумочку, одно из внешних отделений которой было раскрыто, и оттуда виднелось что-то маленькое, серебристое и блестящее. Виктору что-то очень не понравилось в пытливом взгляде ее зеленых глаз, и он поспешил отойти в сторону и сесть на свое место. В это время рыжеволосая девушка подняла голову и едва заметно дернулась, словно испугалась чего-то.

Брюс только хотел спросить у новоприбывшей, не желает ли она кофе или чая, как та внезапно бросилась на Вика, намереваясь схватить его за шею. Тот в последний момент отскочил в сторону, и женщина чуть не упала на его столик. Хозяин кафе ахнул и тут же скрылся за дверью в соседнее помещение.

— Мисс, что с вами? — издевательским тоном спросил Вик, готовясь атаковать противницу телепатически. Внезапно он понял, что сознание той отлично защищено, и этой пары секунд промедления вполне хватило странной дамочке для того, чтобы атаковать парня. Он еле-еле сумел отразить ее атаку, приложив для этого все свои силы. Женщина, потирая виски, сделала маленький шаг назад, с яростью смотря на Виктора. Тот прекрасно понимал, что еще одного такого телепатического удара точно не выдержит, поэтому достал из кармана куртки пистолет.

Тут рыжеволосая незнакомка соскочила со стула и, превратившись в нечто похожее на густую черную жидкость с серебристыми разводами (и сбросив при этом всю свою одежду под стол), бросилась на женщину, но когда между ними осталось меньше полуметра, зеленоглазая пристально посмотрела на соперницу — и в тот же момент та начала корчиться от боли, пытаясь отразить телепатическую атаку, но безуспешно. Ситуацию попытался спасти Брюс, выскочивший из соседней комнаты с автоматом наперевес, но женщина мгновенно подчинила его себе, и он бросил оружие на пол и застыл с открытым ртом и выпученными глазами; хмыкнув, дамочка пнула его, и он упал за прилавок. Через полминуты она подчинила себе и ту девушку, заставив ту несколько раз завязаться узлом. В этот момент Виктор выстрелил, но из-за кошмарной боли в голове у него все расплывалось перед глазами, руки тряслись, и он промазал, попав в стену. Зеленоглазая дамочка с интересом взглянула на Вика; когда же он собрался еще раз выстрелить она молнией бросилась на него, сбила с ног и со всей силы ударила по голове, от чего тот потерял сознание. Тут рыжеволосая девушка, кое-как развязавшись, снова попыталась атаковать женщину, но та строго посмотрела на нее, и она расплылась огромной отвратительной черной лужей по полу.

… Брюс пришел в себя только спустя полчаса; он сразу начал оглядываться по сторонам, ища Вика, но того и след простыл. Девушка, прикрывшись платьем, сидела на стуле, тяжело дыша; она только частично — лишь голова и туловище — смогла вернуться в свою нормальную человеческую форму, большая часть ее рук и ног находилась в том самом черном полужидком состоянии, лежа, как куча чего-то густого и неприятного, рядом со стулом. Брюс бросился было к ней, но остановился на полпути, словно боясь приблизиться. Девушка повернулась к нему и прошептала:

— Нет-нет, спасибо… мне бы просто отдохнуть… Воды у вас не найдется? Самой обычной…

— Вода?.. А, да-да-да, конечно же, есть, есть…

К тому моменту, как Брюс принес девушке воду, ее руки уже до локтей пришли в нормальное состояние; с каждой минутой она все быстрее возвращалась в обычную человеческую форму. Хозяин кафе, постоянно оглядываясь по сторонам и вздрагивая от каждого звука, закрыл дверь своего заведения на несколько замков и включил все охранные системы, которые у него только были; свою гостью он пока оставил в основном зале, чтобы не смущать ее своим присутствием (ведь пока она еще не полностью восстановилась, она даже не могла одеться и просто сидела, прикрывшись платьем); он сидел в соседней комнате и готовился ко сну, но тут девушка, уже одетая (правда, немного помятая), вошла к нему:

— Вы бы не могли меня выпустить? Мне надо идти…

— Куда? Ночью? После всего того, что произошло? Нет, я не идиот, чтобы вас отпускать! — запротестовал Брюс. — Вам надо отдохнуть…

— Нет, спасибо, я уже отдохнула. Мне надо срочно идти. Куда и зачем — простите, не могу вам этого сказать. Но мне надо. Срочно. Прошу вас, пожалуйста, выпустите меня.

— Вы, случайно, не за той дамочкой охотитесь? Которая сегодня на нас напала и украла… того парня? — Брюс решил не особо распространяться насчет личности Виктора, хотя девушка прекрасно видела (и слышала), что они знакомы.

— Да, за ней, — вздохнув, ответила девушка. — Она — очень опасная преступница. И это не шутка. Мне действительно нужно бежать за ней, хотя бы напасть на ее след. Поэтому выпустите меня. Каждая минута промедления в данном случае смерти подобна. Больше я вам ничего не скажу, это не ваше дело. Просто выпустите меня — и дело с концом. Не надо мне помогать, я сама смогу о себе позаботиться. Поверьте, я бывала в гораздо более опасных ситуациях, чем сегодняшняя…

— … а по вам и не скажешь, — буркнул Брюс, нехотя вставая с кровати и надевая халат. Пару минут он отключал нужные системы, чтобы просто открыть дверь.

На улице было очень темно и облачно. Дорога была неплохо освещена, по ней изредка проносились машины, в основном — громадные фуры. Девушка вышла на улицу, вздохнула полной грудью и потянулась, как кошка. Кивнув Брюсу, она пошла было прочь, но тут он окликнул ее:

— А как вас зовут? Вы так и не представились. Я — Брюс…

— Петра, — отозвалась таинственная незнакомка и, кивнув на прощание, ушла. Брюс все стоял и смотрел ей вслед. Нет, она была не в его вкусе, да и он сам никогда особо не ухлестывал за хорошенькими девушками (по причине своих внешних данных и природной скромности)… но было в ней что-то такое, что сложно описать словами… словно приоткрылась дверь в другой мир — таинственный, загадочный, полный приключений и опасностей.

Через пару минут внезапно подул сильный ветер. Рядом с кафе пронеслась красивая темно-фиолетовая машина с бирюзовыми разводами на дверях. К этому времени девушки уже не было видно во тьме — она, скорее всего, почему-то свернула на одну из боковых дорог, а не пошла рядом с основной.

«Хм… Петра… Красивое имя. И мне почему-то кажется, что я где-то ее видел. По телевизору, что ли… в сводках новостей…» — подумал Брюс, закрывая дверь.

16 сентября 2017 г., 19:44

Двенадцатая авеню.

Алекс стоял возле супермаркета. Час назад он ушел от Фатимы, Карли и Кэт — пока последние две девушки жили у своей подруги, которая, в свою очередь, временно жила у своей подруги, чьи братья, по слухам, то ли учились в принадлежащем Sybra вузе, то ли уже работали в самой корпорации. Надо отметить, что хоть убийства «несогласных» закончились в самом начале сентября, Алекс и большинство его друзей все равно решили некоторое время не выходить из своих импровизированных убежищ. Алекс долго слонялся по городу и в итоге решил временно укрыться в одном из супермаркетов, где работали несколько его старых приятелей — надежных ребят, аполитичных, но не особо любящих свое правительство. Иногда полиция заглядывала в этот магазин, но ничего компрометирующего не находила.

В этот раз один из друзей предложил Алексу поехать с ним (он работал курьером и развозил заказанные наборы продуктов) до дома, где жила Фатима; пока он доставлял заказы, Алекс зашел в гости к Фатиме и ее подругам. В это время у них (не забывайте, что это была квартира Уты) недолго гостил Отто (Флориан приезжал раньше и уже уехал). Алекс ради собственной безопасности старался не попадаться ему на глаза (дело в том, что Ута сказала, что ее братец имеет самое непосредственное отношение к ICTEC, а также к новым экспериментам Sybra по созданию «совершенного человека» (все-таки дело Эллиса живет и процветает, и ничто не сможет заставить сайбровцев забыть о нем, даже недавно закончившаяся война с таинственными существами так и оставшейся неизвестной природы)), но они все-таки столкнулись в коридоре. Отто был высокий (около двух метров), крепкий, светловолосый и с холодными зелеными глазами; он презрительно, словно букашку, оглядел Алекса и пошел по своим делам, даже не извинившись за то, что чуть не сбил его. Кроме этого недоинцидента, ничего из ряда вон выходящего не случилось; Алекс успел немного попить чаю со своими друзьями, они недолго поговорили, вкратце рассказав друг другу последние новости, и вскоре они поехали обратно к супермаркету.

На улице было достаточно темно и довольно тепло. Переодевшись в обычную повседневную одежду (до этого он был в фирменной курьерской форме магазина), Алекс решил немного прогуляться (конечно, идея кошмарная, учитывая тот факт, что тайная «антитеррористическая» операция и не думала прекращаться, несмотря на то, что убийства оппозиционеров и просто «несогласных» не так давно прекратились). Это была его первая полноценная прогулка с того момента, как он нашел себе убежище; хотя прогулкой это назвать сложно — он просто вышел во двор и стал осторожно ходить рядом с домом, постоянно озираясь по сторонам. Хотелось носиться по городу, вдыхать его воздух (пусть и загазованный) полной грудью, любоваться на ночную иллюминацию, глядеть на небо и представлять себя этаким супергероем, которому все под силу. Звуки большого города манили к себе, не хотели отпускать, ночные огни ослепляли, но Алекс был не настолько глуп, чтобы поддаться минутному соблазну и уйти со двора на улицу. Парень задрал голову и уставился в словно магнитом тянущее его к себе темное чистое небо. Казалось, что достаточно только подпрыгнуть — и взлетишь ввысь и воспаришь над городом. Алекс часто ловил себя на том, что ему хочется летать — не на самолете или вертолете, а просто летать самому, как птица (с поправкой на крылья, точнее, на их отсутствие); думал он и о том, на какой высоте было бы комфортно летать — на той, которая казалась ему самой удобной, как раз располагаются фонарные столбы с проводами, врезаться в которые было бы крайне неприятно. Во сне он временами летал, причем практически всегда в одном и том же направлении — к одному длинному высотному дому в центре города, на первом этаже которого располагалось бесчисленное множество магазинов. Чаще всего Алекс не долетал до искомого дома — или он отвлекался, или же сон менялся, но пару раз он все-таки долетел, приземлился и обнаружил, что его целью является маленькая неприметная дверь во дворе рядом с дверью первого подъезда. Но вот открыть ее ему не удалось — сон снова менялся. Иногда Алекс летел прочь из города и вылетал к длинной, теряющейся вдали трассе, которая в его снах всегда была абсолютно пустой; вдалеке виднелись огни другого города, который в реальности был немного меньше Кристалсэнда, а во сне постоянно менял размеры вплоть до того, что занимал всю линию горизонта. Алекс пытался долететь и до него, город становился все ближе и ближе, силуэты небоскребов вырисовывались все четче и четче, огни горели все ярче и ярче… но в последний момент или он просыпался, или сон менялся — в общем, и этой своей цели ему было не суждено достичь. На самом деле Алекс уже был на этой дороге несколько раз; в хорошую погоду оттуда действительно было видно другой город, но вот туда его почему-то совсем не тянуло.

Из состояния задумчивости Алекса вывел мерзкий женский смех, доносящийся со стороны противоположного дома. Рядом с черным внедорожником с тонированными стеклами стояли три девушки — две блондинки и одна темно-рыжая («Интересно, почему женщины так любят краситься в рыжий или красный цвет. Хоть бы для разнообразия в синий покрасились… или хотя бы в розовый», — недовольно думал Алекс) — и подобострастно внимали «искрометным» шуточкам лысого качка, небрежно опирающегося на свою машину. Алекс недовольно фыркнул — он только хотел немного подышать свежим воздухом, а не выслушивать эти вопли обезьян в брачный период… Внезапно его внимание привлек тот факт, что лысый пообещал показать своим подружкам «что-то интересное» и с этими словами закатал левый рукав куртки — на его руке светились три ярко-красные тонкие полоски. Девчонки радостно завизжали и потребовали продолжения банкета. «Светящиеся татуировки или просто банальная светящаяся краска», — подумал Алекс. Тем временем качок снял куртку и гордо показывал своим самочкам правую руку с пятью чуть более тонкими, чем на левой, светящимися полосками.

Внезапно Алекс увидел какую-то тень в проеме между домами. Он инстинктивно бросился к подъезду, т. к. это был полицейский. Спустя минуту к нему подошел еще один коп. Парень спрятался за кустом шиповника в палисаднике и решил понаблюдать за развитием событий. Полицейские его не заметили и спокойно вошли во двор, негромко разговаривая друг с другом; судя по всему, они обсуждали прошедший рабочий день и чей-то день рождения, где на банкете подали слишком много мясных блюд (один из полицейских, по всей видимости, был вегетарианцем). Они несколько раз прошлись вдоль дома, в здании которого находился супермаркет; пару раз они остановились совсем недалеко от куста, за которым сидел Алекс, но хоть в этом дворе и было хорошее освещение, куст был слишком большим и очень удобным, чтобы за ним прятаться.

Тем временем качок решил сразить своих девочек наповал и снял футболку — под ней на коже оказался несложный узор все из тех же тонких красных светящихся линий. Одна из блондинок сразу же начала его лапать и очень удивилась, что на ее пальцах не осталось отпечатков краски. Тут Алекс заметил, что полицейские как-то крадучись идут к той веселой компании, словно не хотят быть замеченными. Он чуть привстал, чтобы лучше видеть их (при этом сам стараясь не быть замеченным ими). Но качок и его подружки не замечали никого вокруг — парень красовался и показывал своим девочкам свои мускулы, а девочки радостно визжали и висли на нем, восторженно глядя на светящиеся полоски. В итоге рыжая начала требовать, чтобы он снял штаны; лысый протестовал, но, судя по выражению его лица, не особо. Словом, на глазах Алекса и полицейских разыгрывалась очередная непотребная сценка из жизни ночного города…

Парень уже собрался было уйти со двора — ему казалось, что делать здесь нечего, копы сами разберутся с этими «гамадрилами». Но внезапно один из полицейских… нет, еще не выстрелил, только приготовился стрелять, но между готовностью к стрельбе и выстрелом прошло бы всего несколько секунд — и этого времени Алексу, натренированному в уличных схватках с полицией, хватило с лихвой для того, чтобы быстро, словно молния, выскочить из своего убежища, подбежать к полицейским, выхватить у них из рук пистолеты и сбить обоих блюстителей порядка с ног, причем с такой силой, что один из них ударился головой о дерево, другой — о стоящую рядом машину модели «гламурный клоп». Затем парень рявкнул парализованной ужасом компании:

— Убирайтесь! Быстрее! Пока они не очухались!

— Но мы… — начала было более высокая блондинка с «конским хвостом», но ее подруга дернула ее за рукав; лысый качок, проворчав что-то нечленораздельное, запрыгнул в машину, его подружки последовали за ними, и вся веселая компания на максимальной скорости уехала со двора. Полицейские уже более-менее очухались и, чертыхаясь, начали подниматься с земли; Алекс бросил на них быстрый взгляд и тоже бросился прочь.

Алекс несся не просто на максимальной скорости — он выжимал из себя все, на что был способен (он даже и не подозревал, что может бежать настолько быстро, учитывая обстановку на дорогах — вечером людей на них меньше не становилось). Пару раз он, правда, чуть не сбил прохожих — сначала это была старушка с маленьким сердитым пекинесом, второй — мужчина среднего роста, что-то набирающий на своем смартфоне (уже порядком потрепанном жизнью, судя по следам на темно-синем корпусе). Алекс бежал, постоянно петляя. Несколько раз ему попадались полицейские, но он был слишком быстр, чтобы они успели хоть как-то среагировать. Пистолеты он не выбросил и все еще аккуратно держал в руках.

Мир вокруг Алекса превратился в одно сплошное смазанное темное пятно, перемежающееся яркими пятнами от фонарей, вывесок и окон. Небо все еще было чистое, зато воздух стал прохладнее, но парень не обращал на это внимания — ему надо было уйти от возможных преследователей и как можно лучше запутать следы, для чего он и забегал буквально во все встретившиеся ему по пути улицы и переулки; были среди них и такие, где он еще ни разу не был, но у него, к сожалению, не было времени на то, чтобы поглазеть по сторонам — только быстро оглядеть окрестности на предмет наличия полицейских. Один раз ему попался большой черный джип с эмблемой ICTEC; все двери почему-то были открыты, внутри никого не было. Алекс был очень удивлен, ему очень хотелось осмотреть машину — ведь быть такого не может, чтобы айситековцы бросили своего железного коня и к тому же открыли все двери. «Явно ловушка. Для лохов», — подумал парень, побежав дальше. Пару раз ему попадались небольшие молодежные компании, тусующиеся возле подозрительного вида ночных клубов; еще в одном небольшом парке с очень простым маленьким фонтаном в центре Алекс увидел странную сценку — пьяная девушка сидит на нижней ветке невысокого клена (точнее, не сидит, а пытается удержаться, несмотря на размеры и количество веток), трое ее подружек водят вокруг дерева хоровод и поют какие-то матерные песни, а какой-то, как говорится, в стельку пьяный парень старается удержать равновесие, стоя на бортике фонтана, и громкими недовольными воплями пытается привлечь к себе внимание тех девушек, которым, судя по всему, на него совершенно наплевать; зато неподалеку стояла радостно гогочущая стайка подростков, и один из них «управлял» пьяным парнем со смартфона, наклоняя его в ту сторону, куда склонялся пьяница, а еще один мальчишка снимал все на свой смартфон, сопровождая происходящее крайне остроумными комментариями, достойными первого класса школы для умственно отсталых детей. Алекс даже на секунд двадцать остановился, чтобы немного развеяться и посмеяться; поначалу он хотел здесь отдохнуть, но решил, что для этого лучше найти малолюдное место, и побежал дальше.

Постепенно людской и автомобильный потоки редели; становилось все меньше гигантских небоскребов, шикарных магазинов и пафосных клубов. Наконец, Алекс достиг окраины города. За домами виднелись стройка (судя по всему, строили еще два высотных дома и торговый центр) и оживленная автомагистраль, ведущая в соседний город — Коппербелл (поговаривали, что еще лет пять — и оба города сольются, причем еще неизвестно, кто кого поглотит). Алекс остановился рядом с одним из крайних домов и сел на скамейку с частично сломанной спинкой. Он все еще держал в руках отобранные у полицейских пистолеты. Не придумав ничего лучше, он сначала протер их курткой, чтобы стереть отпечатки пальцев, а затем аккуратно положил их в стоящий рядом со скамейкой мусорный бак, после чего снова сел и предался грустным мыслям.

«И что же мне теперь делать? Побил копов, спер у них оружие… меня, небось, еще и засекли возле того айситековского джипа… Что же делать, что же делать… куда идти… Меня ведь теперь стопудово в розыск объявят… и пристрелят средь бела дня, как бешеную собаку…»

Внезапно откуда-то справа раздался тихий голос: «Не бойся, успокойся. Все будет хорошо». Парень чуть не подпрыгнул в воздух, но вздохнул с облегчением, когда посмотрел направо — на соседней скамейке сидел негр в кепке и утешал свою всхлипывающую подругу, прижимающую к груди маленькую кожаную сумочку.

Алекс глубоко вздохнул и пошел к соседнему дому.

25 сентября 2017 г., 14:23

Тупик на Хоффман-стрит.

Вэл, одетая в длинную темно-серую ветровку с большим капюшоном, сидела на относительно чистой лежащей на боку бочке синего цвета с парой наклеенных на нее небольших выцветших этикеток. Накрапывал дождь, совсем мелкий, но от этого не менее неприятный; на улице было холодно, время от времени налетал резкий ветер. Такая погода (с временами изменяющим свою интенсивность дождем) стояла еще с вечера прошлой пятницы (которая началась прекрасно — тепло, ясно, на небе ни облачка, но после полудня погода начала стремительно портиться).

Если уточнить некоторые детали, то сидела девушка рядом с кучей досок; неподалеку от нее находилась какая-то мутная контора под названием «Лирохвост» (причем на вывеске — порядком пострадавшей от времени — был изображен почему-то павлин с сильно выщипанным хвостом, зато с розово-желтыми перьями). Напротив располагалось небольшое кафе весьма подозрительного вида; называлось оно «У Юстаса» и было известно тем, что там как минимум раз в неделю происходила крупная драка. Рядом находилось еще несколько зданий, поэтому получалось, что место, где сидела Вэл, как бы было отгорожено от остальной улицы парой домов

«И чего я только сижу здесь… Есть же более приличные места… хоть там и копы шастают. А тут мерзко, промозгло, еще и некуда спрятаться от дождя, ведь в кафе меня не пустят… скорее всего»

Внезапно во двор въехал полицейский джип, из которого вышли Финнеган и какой-то тощий китаец, тоже коп. Первый, помедлив, зашел в кафе, а китаец остался стоять рядом с машиной; такое впечатление, что дождь его нисколько не беспокоил.

Вэл испугалась такого развития событий и поспешила спрятаться за грудой досок. Тем временем спустя минуты три Финнеган вышел из кафе, гордо неся в руках довольно большой пакет; он вручил его китайцу, негромко сказал ему что-то, на что тот кивнул, а затем достал из кармана смартфон и, не вынимая его из чехла, покачал головой, после чего, тяжело вздохнув, направился к «Лирохвосту». Китаец в это время приоткрыл пакет и издал довольный возглас, затем достал одну небольшую булку и буквально в два укуса съел ее, а затем убрал пакет в машину на заднее сиденье. Дождь к этому времени почти прекратился, но на улице стало холоднее. Вэл начала немного дрожать от холода, кутаясь в ветровку, по понятным причинам не слишком полезную в такую погоду.

Спустя пару минут Финнеган вышел на крыльцо, посмотрел на часы, затем крикнул что-то китайцу, тот с набитым ртом ответил. Тогда полицейский, кивнув, снова скрылся внутри, правда, еще через минуты полторы он снова выглянул наружу, посмотрел на небо и снова ушел.

Вдруг откуда-то сзади из «Лирохвоста» выскочил какой-то высокий и тощий человек в длинном грязно-зеленом плаще и надвинутой на глаза синей кепке; боязливо озираясь по сторонам, он подбежал к Вэл; девушка испугалась и отскочила назад, но наткнулась только на глухую стену.

— Куда несешься? Не бойся, это я, — незнакомец снял кепку, скрывавшую просто-таки сияющую лысину, причем практически белого цвета; да и кожа у этого парня тоже была такого же неестественного цвета, местами она казалась вообще полупрозрачной. Зато его глаза были не красные, как можно было ожидать, а светло-голубые.

— Тони?! — воскликнула Вэл, но тут же одернула саму себя и стала говорить потише: — Что ты здесь делаешь? Где ты был все это время? Почему не выходил с нами на связь? А мы ушли…

— Спокойно, спокойно, — поднял руки Тони. — Я был занят. Пока сказать ничего определенного не могу. И да, я в курсе, что вы покинули очередную базу и теперь стараетесь рассредоточиться по всему городу. Я также в курсе, что на вас открыта охота…

— А больше ничего определенного сказать не можешь? Ты же всегда приносил нам новости про федералов… ну, и все такое в этом роде… — неуверенно произнесла Вэл.

— Нет, пока могу лишь сказать, что вам нельзя расслабляться, будьте все время начеку. В ближайшее время, скорее всего, произойдет обострение вашего конфликта с федералами. Даже мне точно не известно, что произойдет, я могу только догадываться. Айситековцы теперь капитально усилили защиту своих внутренних сетей, так что никаких утечек в ближайшее время, скорее всего не предполагается. Есть только неопределенные слухи — слухи о том, что скоро всем «несогласным» будет несладко. Так что будьте готовы ко всему, — Тони замолчал на секунд десять-пятнадцать, затем задумчиво произнес: — Вообще-то я не планировал выходить с вами на связь в ближайшее время, но случайно увидел тебя и решил сообщить, что со мной все в порядке.

— Больше ты никого из наших не видел?

— Нет, только слышал от одного из знакомых, что Вик исчез. Вроде его похитили, а кто — неизвестно, — пожал плечами Тони. — Но это вроде бы были не федералы.

Вэл только хотела что-то сказать, но парень внезапно встрепенулся, резко поднял голову, словно высматривая что-то в затянутом серыми облаками небе, затем бросил «Ну, пока!» и пулей куда-то убежал, причем до того быстро, что девушка увидела только, как краешек его плаща исчез где-то за зданием «Лирохвоста». Задумавшись, что бы могла значить эта странная встреча, раз Тони не сообщил ничего определенного, Вэл не заметила, как вышла на проезжую часть. В это время Финнеган вышел на улицу и направился к машине; он прекрасно видел Вэл, но она стояла к нему боком. Услышав шаги и затем разговор, девушка осторожно повернулась и внезапно для самой себя обнаружила, что подошла почти вплотную к полицейскому джипу. Теперь самое главное — не выдать себя. Стараясь не привлекать внимания, она пошла было вперед, но тут налетел сильный ветер, сбросивший капюшон с ее головы. Девушка вполголоса чертыхнулась. Полицейские, не обращая на нее внимания, продолжали разговаривать. Переведя дыхание, Вэл пошла дальше, но вдруг оступилась, неосторожно наступив на закрытый и на несколько сантиметров утопленный в землю канализационный люк. Было настолько больно, что не закричать было невозможно; на крик оба полицейских сразу же обернулись, и первым к Вэл подбежал китаец. Улыбаясь, он вежливо спросил, не нужна ли его помощь; девушка старалась не смотреть ему в глаза и вообще не поворачивать лицо в его сторону, но тут китаец попытался взять ее за руки, чтобы поднять; отворачиваться было уже бессмысленно. Когда полицейский увидел лицо Вэл, он не узнал ее, зато ее узнал Финнеган; быстро выхватив из кобуры пистолет, он направил его в лоб девушке. Китаец поначалу ничего не понял, но, подумав, что негоже отставать от коллеги, сделал то же самое. Девушку парализовал страх; теперь оставалось два варианта — либо сдаться, либо бежать… хотя есть еще третий вариант — попробовать сопротивляться и сразу же получить пулю (а, возможно, и две) в лоб. Вэл так «удачно» упала, что прямо напротив нее находился очередной длинный, грязный и темный переулок, непонятно куда ведущий; собравшись с силами, девушка решила рискнуть и, вскочив и оттолкнув полицейских, понеслась в переулок настолько быстро, насколько позволяла ушибленная нога. Копы бросились вслед, открыв огонь, и они бы пристрелили Вэл, если бы не неожиданное спасение в лице выглянувшего из одной из подъездных дверей высокого крепкого мужчины в серой куртке, буквально за шкирку схватившего девушку и оттащившего ее внутрь.

Подъезд был темным и грязным, на стенах красовались обычные для этих мест надписи, кое-где была прилеплена жвачка; вонь стояла сильная, но терпимая. Вэл чуть не вляпалась в кучу объедков (судя по запаху, далеко не только объедков, хотя огрызков, кожуры и шелухи там было больше всего), валяющуюся возле ведущей вверх лестницы. Девушка еще не успела прийти в себя от погони (пусть и короткой), а тот мужчина снова схватил ее и протолкнул в ведущую в подвал толстую металлическую дверь и с силой захлопнул ее. Лестница там была узкая и крутая, начиналась она почти сразу от порога, и Вэл чуть не упала, спасло ее лишь то, что она мертвой хваткой вцепилась в перила (тоже грязные, как и все вокруг, но за них хоть можно было держаться без омерзения); путь освещала только маленькая лампочка в самом низу. Тяжело вздохнув и собравшись с мыслями, девушка медленно и осторожно пошла вперед, вцепившись в перила и стараясь не оступиться.

Было слышно, как в подъезд вломились полицейские; судя по всему, они быстро разобрались с неизвестным благодетелем девушки, но теперь не знали, что делать и куда идти. К счастью, Вэл успела спуститься вниз до того, как закончилась драка, поэтому теперь за закрытой дверью ничто не выдавало ее присутствия; девушка обнаружила рядом с последней ступенькой лестницы очередную дверь, на этот раз — низенькую и узкую — и, уже ничего не боясь (т. к. уже нечего терять), вошла внутрь и попала в небольшую комнатку, освещенную двумя такими же маленькими лампочками, как на лестнице; вдоль стен стояли какие-то ящики, кое-где валялись тряпки и газеты; пахло сухой землей. Было прохладно, но теплее, чем на улице. На одном из ящиков стояли чьи-то резиновые сапоги, рядом с ними лежали две пачки сигарет и маленькая пустая картонная коробка с оторванной крышкой.

Девушка, все еще тяжело дыша, сначала ненадолго присела на пол, чтобы хоть немного отдохнуть, а потом, поразмыслив, решила повнимательнее осмотреть комнату, но больше ничего интересного не нашла, кроме того, что на некоторых ящиках были написаны какие-то иероглифы. Сами ящики были тяжелые; девушка смогла только немножко сдвинуть с места пару из них. Затем Вэл решила повнимательнее рассмотреть пол — из старых досок, покрытых тонким слоем песка и сухой земли, и стены — они были светло-серые с желтоватыми, коричневыми и темно-серыми пятнами, кое-где в углах висели клочья паутины. Правда, на одной из стен рядом с самым большим ящиком висела прилепленная скотчем маленькая бумажка опять же с иероглифами; единственным словом, написанным «нормальными буквами», было некое Aetronics, выделенное жирным шрифтом и вдобавок еще дважды подчеркнутое, но оно Вэл совершенно ни о чем не говорило. Девушка решила еще походить по комнате, по второму раза рассматривая все вокруг; на этот раз она нашла какую-то исписанную иероглифами довольно толстую тетрадь, валяющуюся в проеме между двумя небольшими ящиками, стоящими на другом ящике, более длинном, но довольно низком. Латиницей в тетради были написаны только два слова — уже знакомое Aetronics и AERIX. Еще в тетради были какие-то диаграммы и таблицы, но Вэл не стала их рассматривать и положила тетрадь туда, откуда взяла, но из нее вдруг выпало длинное черное перо; его внешний вид, естественно, тоже ни о чем не сказал девушке, поэтому она просто засунула его обратно в тетрадь. Еще между двумя ящиками девушка нашла ножик с щербатым лезвием и начавшую ржаветь крышку от консервной банки. Валяющиеся на полу газеты оказались тоже с иероглифами; Вэл даже не стала их смотреть, но из одной из них выпал маленький календарик на 2014 год с изображением букета белых лилий, а из другой газеты выпал чистый, но порванный листок бумаги. Под лежащей на полу коричневой курткой лежала открытая и почти полная пачка зачерствевшего печенья, а в кармане куртки обнаружилась маленькая пустая пластиковая бутылочка без крышки и с неаккуратно сорванной этикеткой — на следы клея успел приклеиться всякий мусор. Чуть поодаль валялась старая измочаленная веревка, к одному из концов которой был привязан небольшой металлический крюк.

«И куда это меня посадили… вообще ничего не понимаю. С другой стороны, лучше уж здесь сидеть, чем… хотя… кто знает, зачем меня сюда отправили; может быть, это был чей-то особо хитрый план, и эта комната — своего рода временный изолятор для таких, как я. Хм… что-то я расфантазировалась. Надо бы еще осмотреться — может, найду что-нибудь интересное»

Внезапно Вэл почувствовала странную слабость и, словно подкошенная, рухнула на пол, чуть не ударившись головой об один из ящиков.

16 октября 2017 г., 7:50

Центральная часть Кристалсэнда.

Кристина шла на работу в свое кафе. На сегодня обещали ясную и теплую для этого месяца погоду, но пока что было пасмурно и прохладно (хорошо, что хотя бы дождя не было, который уже успел надоесть всем).

Рядом со входом в кафе лежала черная бродячая собака; увидев Кристину, она не двинулась с места, только повернула голову в ее сторону. Лежала она не вплотную к двери и не мешала проходу. Однако появление собаки в центре города удивило девушку — постоянно проводились операции по отлову бродячих животных (последняя — всего две недели назад), особенно собак, которые часто бросались на прохожих, а кафе находилось совсем не на отшибе, так что непонятно, откуда эта собака здесь взялась. Что странно — выглядела она ухоженной, сытой и чистой, можно было принять ее за потерявшуюся; для полноты картины разве что только ошейника у нее не было. Но Кристина не стала заморачиваться на эту тему и просто вошла внутрь. Готовясь к новому рабочему дню, она включила телевизор, но в новостях ничего интересного не было; это было странно, потому что обычно по понедельникам передавали отчеты главы ICTEC и прочих организаций из этого ряда о борьбе с «террористами»; на первый взгляд, это может показаться пустой болтовней, однако Кристина умела слушать, точнее, Слушать — именно так, с большой буквы; она умела видеть во всем скрытый смысл, причем это был не какой-нибудь «синдром поиска глубокого смысла» — по построению фраз и поведению говорящего она могла понять, что на самом деле имеется в виду. На вопрос, где она такому научилась, она лишь печально говорила, что это дела давно минувших дней и что она не хочет лишний раз ворошить прошлое… Кристина уже привыкла к еженедельной пафосной болтовне Ричардса и компании и была немало удивлена, не встретив ни одного упоминания ICTEC или «террористов» в утреннем выпуске новостей.

Через минут десять пришли двое помощниц Кристины, спокойная и серьезная блондинка Мэри и рыжеволосая хохотушка Фрэн; работали они до двух, затем приходили две другие девушки. Первая постоянно зевала, а вторая была очень возбуждена, но невнимательна; на вопрос, что с ней, она лучезарно улыбалась и таинственно говорила, что сегодня великий день; Мэри предположила, что речь идет об очередном бойфренде, но Фрэн отмахнулась и сказала, что дело совсем в другом, а догадка Мэри слишком примитивна. Кристина смотрела на девушек и усмехнулась.

А через полчаса начали появляться первые посетители. Около десяти утра пришли араб и японец, довольно тихо, но оживленно обсуждающие какой-то проект; они сели в углу у входа, просидели там минут двадцать и ушли, так ничего и не заказав. Кристине показалось, что она уже видела где-то этого араба, причем недавно, и было это возле офиса ICTEC, но араб приехал на машине с эмблемой Sybra; когда он вышел из машины, к нему сразу же подошли двое айситековцев и начали одновременно громко говорить о чем-то, но он сразу же заставил их замолчать, достав удостоверение, и после этого его безо всяких лишних разговоров пустили в офис. Этого араба Кристина узнала в первую очередь по странному устройству на левом ухе — что-то темно-серое и металлическое, облегающее всю ушную раковину; конечно, она могла и ошибиться, но и его лицо показалось ей таким же, как у того, который тогда приехал в ICTEC; правда, она видела его не с близкого расстояния, но у нее было очень хорошее зрение. Японец же был низеньким и очень худым и постоянно размахивал руками, угрожая рано или поздно кого-нибудь случайно ударить. Когда оба незнакомца ушли, Кристина выглянула в окно, но не увидела никакой сайбровской машины — а она почему-то подумала, что эти двое действительно из Sybra и приехали сюда с какой-нибудь тайной миссией. «Ну, что это я как маленькая впечатлительная девочка — вообразила тут себе… Какие уж тут секретные миссии… Детство давно прошло, надо прекращать думать обо всякой фантастической ерунде». Правда, на самом деле ее мысль о Sybra появилась вовсе не на пустом месте — дело в том, что с начала года в ее кафе уже семь раз приходили с проверками — сначала якобы по пожарной безопасности, потом — по санитарным нормам, а в последний раз — на прошлой неделе — просто приехали трое полицейских и в течение часа осматривали все кафе и затем, ни сказав ни слова, уехали. Кристина знала, что полиция непосредственно связана с ICTEC, дочерней компанией PSYKOM, которая, в свою очередь, является дочерней компанией Sybra; она уже начала воображать, будто эти проверки могут быть санкционированы сайбровцами, но тут же одернула себя — никому в Sybra не интересно какое-то там кафе. А проверки, скорее всего, были плановыми — она сама слышала, что за последний год такие проверки участились; например, в маленький магазинчик одной из ее приятельниц инспектор по пожарной безопасности пришел целых три раза и каждый раз придумывал все новые и новые придирки.

Через минут пять пришли трое девушек — высокая негритянка с длинными кудрявыми волосами, мрачно взирающая на все вокруг; среднего роста с короткими темно-коричневыми волосами, часто моргающая и нервно облизывающая губы; и небольшого роста с длинными светло-рыжими волосами, беспокойно оглядывающаяся по сторонам. Они сели в самый дальний угол и начали о чем-то тихонько шушукаться, а затем негритянка заказала аж девять больших круассанов с шоколадом и три чашки чая. Заказ им принесла Фрэн; только подойдя к столику, она издала радостный возглас, бухнула поднос на стол (чуть не расплескав чай) и бросилась обниматься с подругами и узнавать у них последние новости:

— Ну что, Клэр, как дела? Приехали там твои?

— Да… приехали. Вчера, — оглянувшись назад (где находилась только стена с рекламным плакатом), ответила девушка со светло-рыжими волосами. — А у тебя как дела? Как работа?

— Все отлично. А у тебя, Джеки? — обратилась Фрэн к темноволосой девушке, голодными глазами глядящей на круассаны. Та сначала секунд десять помолчала, видимо, не сразу сообразив, что к ней обращаются, а затем виноватым тоном ответила:

— У меня тоже все хорошо. Вот, гулять решила пойти… то есть решили… Мы вообще-то хотели в кино сходить, но, наверное, нас бы не пустили… или еще что-нибудь бы случилось…

— Да не бойся ты, ничего не случится! Все окей! — с деланой радостью в голосе заверила ее негритянка, через силу улыбнувшись.

— А как же… ну, Эшли, например?..

— Ммммм…

Наступила неловкая пауза, прерванная лишь спустя минуты полторы недовольным восклицанием Мэри:

— Фрэн, ты работать собираешься?

— Ах, да-да-да… — промямлила Фрэн, сразу вся как-то обмякнув и погрустнев в лице, быстро расставила на столике все заказанное и, на прощание грустно улыбнувшись подругам, ушла, забрав поднос. Девушки же проводили ее грустным взглядом, затем словно по команде съели свои круассаны, набросившись на них с такой жадностью, будто не ели, по крайней мере, неделю, и залпом выпили чай.

Посетители тем временем все прибывали; пару минут назад пришла толстая дама в темно-синем пальто; она бухнулась за столик у входа, бросила на подоконник свою сумочку из искусственной кожи ярко-оранжевого цвета и задумалась о чем-то, барабаня пальцами по столу.

Глядя на довольно-таки мирную картину обычной повседневной жизни своего уютного маленького кафе, Кристина собралась было уйти в свой кабинет, как вдруг снаружи сначала раздались громкие голоса, а затем — пара выстрелов и собачий визг, после чего входную дверь вышибли четверо крепких полицейских — уже знакомые нам Эванс, Маклин, Финнеган и, конечно, Фрейзер. Посетители сначала оцепенели, а затем попробовали было убежать, но копы прочно заблокировали выход. Ошарашенная Кристина все еще стояла у входа в свой кабинет.

— Всем оставаться на своих местах! — крикнул Финнеган, переводя пистолет с одного посетителя на другого. — Мы проводим антитеррористическую операцию…

— Где владелица этого кафе? — прервав своего коллегу, грубо спросил Фрейзер, с ненавистью смотря на посетителей и работниц кафе. — У нас есть сведения, что она помогает террористам.

— Я — владелица этого кафе, — на удивление спокойным и безэмоциональным голосом ответила Кристина, сделав пару шагов вперед. — В чем дело? Кто вам дал право вышибать дверь и угрожать моим посетителям и работникам?

— Это антитеррористическая операция, и вас обвиняют в пособничестве террористам, — начал было говорить Эванс, но Фрейзер оттолкнул его и только собрался было подойти к Кристине, как его взгляд упал на Фрэн, собиравшуюся (до появления полиции) взять поднос с очередным заказом и теперь стоящую с выражением крайнего ужаса на лице; полицейский перевел пистолет на нее и только собрался было что-то ей сказать, как она, истошно завопив, бросилась в сторону. Выстрел — и Фрэн с простреленной головой упала замертво, обрызгав кровью пол, нижнюю часть прилавка, ножку одного из столиков и ботинки сидящих за ним двух студентов. Все дико завопили и, сметая все на своем пути, бросились к выходу; тем двум студентам удалось повалить на пол Маклина, и он ударился головой о ножку одного из стульев; Эванса отбросили в сторону, и он чуть не свалился за прилавок. Но не всем удалось бежать — из посетителей остались трое подруг Фрэн, парень в серой ветровке, подвернувший ногу при попытке побега и теперь полусидящий на стуле у выхода, и среднего роста мужчина в темно-синей куртке, которая была ему великовата, и черных брюках, левая штанина которых снизу была запачкана грязью; Мэри попятилась к прилавку и попыталась зачем-то залезть под него, но потом решила просто отойти к стене и стоять тихо-смирно. Кристина попробовала было вмешаться, одним прыжком выскочив из-за прилавка и с горящими глазами бросившись к Фрейзеру, но тут он перевел взгляд на троицу девушек в углу; его лицо исказилось оскалом, который должен был быть улыбкой. Девушки же смотрели на полицейского не со страхом, а с ненавистью и яростью; темноволосая полезла в карман своей куртки и только хотела было достать из нее что-то, как прогремел выстрел; к счастью, Фрейзер промазал, но совсем немного — девушка в последний момент дернулась вправо, и пуля просвистела буквально в сантиметре от ее головы.

— Джеки Дэвидсон, вы обвиняетесь в… — Но полицейскому не дали закончить — вся троица выхватила из карманов пистолеты и направила их на «доблестных» стражей закона. Те, недолго думая, открыли огонь, но девушки оказались проворнее — вскочив со своих мест, они оттолкнули полицейских и, пару раз выстрелив наугад, бросились к выходу; за ними последовали и двое оставшихся посетителей (подвернувший ногу парень прихрамывал, но улепетывал со всей возможной скоростью). Последним двум удалось покинуть здание без проблем (к неудовольствию полицейских, которые бы с радостью перестреляли бы здесь всех), но из девушек убежать смогла только Клэр. Джеки пыталась драться с Эвансом, а негритянка нещадно пинала все еще валяющегося на полу Маклина. Финнеган и Фрейзер хотели было открыть огонь по убегающей Клэр, но в этот момент их чуть не сбила несущаяся к выходу и побелевшая, как полотно, Мэри. Фрейзер сразу же перевел пистолет на нее, но тут же с кислым видом опустил его, пропуская девушку. Тем временем Джеки хорошенько (настолько сильно, насколько это может сделать худая, но не на шутку разозлившаяся девушка) врезала Эвансу в челюсть и, воспользовавшись замешательством противника, крикнула негритянке: «Николь, бежим!», схватила ее за руку и бросилась было к выходу, как ей выстрелил в спину кое-как поднимающийся с пола Маклин. Практически сразу же прогремел второй выстрел — и Джеки упала на тротуар с простреленной головой. Николь издала странный звук, больше похожий на рычание, и бросилась на полицейских, стреляя в них, но не особо целясь. Но стоило ей только приблизиться к противникам, как Финнеган схватил ее за куртку, пару раз врезал по лицу и бросил на пол.

Все это время Кристина стояла в полнейшем оцепенении и стеклянными глазами смотрела перед собой, словно не понимая, что происходит. Она словно окаменела, ее чувства словно отключились — она не видела драк и крови на полу, не слышала криков… Но когда Эванс двумя выстрелами в голову прикончил валяющуюся без сознания на полу рядом с прилавком Николь, что-то словно щелкнуло в мозгу Кристины, и перед ее внутренним взором внезапно начали с огромной скоростью проноситься кошмарные картины, непонятно откуда взявшиеся… Длинные полутемные коридоры с чистыми стенами и полом… затем лампы начинают гаснуть одна за другой, остается только одна далеко впереди, но вдруг распахивается дверь, оттуда выходит человек в черном официальном костюме… и его лицо кажется Кристине до боли знакомым, но она не может его вспомнить… Затем — сияющая белизной операционная, холодный иссиня-белый свет ламп, нечеткие силуэты склонившихся над столом врачей… на столе рядом с выходом — что-то, подозрительно напоминающее окровавленную руку… Снова коридоры, на этот раз отлично освещенные, длинные и широкие; в одном из них были большие окна: на улице — лунная ночь, и луна кажется непомерно большой; внезапно по коридору проносится что-то синее с золотым — и в тот же миг картина сменяется. Луг, полный одуванчиков, яркое летнее солнце — и какой-то джип камуфляжной раскраски посреди луга. Из машины выходят пятеро крепких военных, и лицо одного из них снова кажется очень знакомым… И снова картина сменяется — большой темный зал, с выходом на улицу, тремя выходами в темные коридоры, в конце которых что-то светится зеленым, и широкой лестницей. Темный силуэт рядом с самым левым коридором. Напротив правого окна тоже кто-то стоит, но его очертания слишком нечеткие, расплывающиеся. Внезапная фиолетово-красная вспышка — и новая сцена: пустая комната с нереально белыми стенами, полом и потолком; вернее, почти пустая — у стены стоит накрытая чуть сероватой простыней кушетка, а под ней — маленькая кучка чего-то серо-черного. И эта белизна давит, сводит с ума… Затем дверь открывается, и в комнату врывается ледяной ветер, парализующий своим холодом. Непонятная серо-черная кучка под кушеткой оказывается… перьями?.. И новая картина: пустой коридор с множеством открытых дверей; во всех кабинетах пусто и темно, кое-где открыты окна, и повсюду гуляет холодный ветер; не слышно ни звука… кроме медленного ритмичного цоканья каблуков туфель самой Кристины, бьющего по ушам и вызывающего почему-то дикий страх. Вот и поворот, за ним — продолжение коридора… и снова те же открытые пустые кабинеты… правда, в одном из них свет; там находятся лишь стол, два стула и небольшой кожаный диван рядом с открытым настежь окном. На улице темно и тихо; на небе — ни луны, ни звезд. Внезапно издалека раздается какой-то звон, все усиливающийся, достигнув, наконец, такой силы, что раскалывается голова, а мир вокруг словно рушится, распадается на куски… Ослепительно-голубая вспышка — и чернота…

Все это пронеслось в сознании Кристины за пару секунд, но ей казалось, что это длилось как минимум час. Когда она пришла в себя, то увидела, что все четверо полицейских направили на нее свои пистолеты. Она сделала шаг вперед, и тут Фрейзер выстрелил…

Тут Кристина чисто инстинктивно выставила вперед правую руку, и перед ней сформировалось маленькое оранжевое силовое поле, остановившее пулю. Полицейские открыли было огонь… В следующий момент девушка с ужасом осознала, что ее сознание постепенно угасает, освобождая место чему-то огромному, сильному, страшному и беспощадному… но внезапно все вокруг снова стало четким и ясным, однако… что-то было не так. Женщина совершенно нормально осознавала себя и управляла собой, но ей казалось, будто кто-то подталкивает ее к действиям (а она словно наблюдает за собой со стороны); нельзя было сказать, что кто-то ею управляет, но это самое точное выражение, которым можно описать то, что она чувствовала. Она чувствовала, словно что-то огромное, страшное, сильное заполняет все ее существо, убивая в ней все человеческое и оставляя только одно желание — убить полицейских, прикончивших ее друзей и воскресивших в ее памяти кошмарные воспоминания о прошлом… и вернувших к жизни ее, казалось бы, давно уничтоженное альтер-эго. К Кристине еще не вернулись все воспоминания — только бессвязные обрывки, но, тем не менее, она прекрасно помнила все ощущения от того, когда в ней пробудилась сущность безжалостного убийцы — сущность, о существовании которой она совершенно не догадывалась… да и кто мог предположить, что за личиной безмерно доброй, лучезарно улыбающейся и всегда радующейся жизни девушки скрывается кровожадный и испытывающий наслаждение от мучений своих жертв маньяк?..

Кристина увернулась от всех пуль, словно героиня какого-нибудь фильма о супергероях, и бросилась на полицейских, пытаясь прежде всего вцепиться Фрейзеру в лицо. Он выстрелил ей в грудь, но в ту же секунду и там возникло такое же оранжевое силовое поле. А когда женщина собралась схватить полицейского за воротник куртки, внезапно ее рука против ее воли начала трансформироваться — верхний слой «кожи», разделившись на множество мелких кусочков, убрался, уступая место металлу; вторая ее рука точно так же трансформировалась, и буквально через секунду Кристина держала своего противника металлическими руками с длинными пальцами с острыми когтями. Женщина была в шоке от случившегося, но внезапно поняла, что ничего не может с собой поделать — невесть откуда взявшееся желание убивать (пока только полицейских, но она боялась, что этим дело не ограничится) завладело ею полностью. Она замахнулась и со всей силы врезала Фрейзеру по лицу, но тот дернулся, и на его щеке остались только две короткие царапины; затем он пнул женщину в живот, и она тут же разжала кулаки, но в следующий момент снова прыгнула на полицейского, рявкнув что-то нечленораздельное. Другие полицейские попытались выстрелить в нее, но все их выстрелы были отражены силовым полем. Фрейзер опять пнул Кристину в живот, на этот раз она только сделала несколько шагов назад, а затем направила на противника левую руку, которая внезапно трансформировалась в бластер. Это зрелище — молодая красивая женщина, рука которой превратилась в мощное оружие, — на пару секунд поразило полицейских, а затем Фрейзер и Финнеган, кивнув друг другу, бросились на свою противницу, стреляя и стараясь попасть ей в голову, но ее защищало силовое поле. Внезапно Кристина остановилась и замерла, силовые поля вокруг нее исчезли. Все четыре полицейских окружили ее и только приготовились стрелять, как женщина испустила громкий страшный крик, как животное, и все ее тело начало трансформироваться в том же стиле, что и левая рука. В результате на правой руке тоже появились когти, но длиннее и тоньше, чем на левой; ноги выглядели так, словно были полностью закованы в броню — как и остальное тело. Позже всех трансформировалась голова, да и то только небольшая область вокруг правого глаза — там сформировался прицел.

— Черт возьми, что это такое? — воскликнул Эванс, первым открывая огонь; остальные тут же последовали его примеру. Но Кристина увернулась от него, даже не активировав силовое поле, и в прыжке выбила оконное стекло и выскочила на улицу. Полицейские бросились за ней и сразу же были вынуждены прекратить стрелять, так как на улице было полно зевак, наблюдающих за происходящим в кафе — они столпились вокруг него и громко обсуждали происходящее, особо не боясь, что и им может достаться. Также на улице сразу же образовалась пробка, а также случилась маленькая авария — управляемая блондинкой с кожей цвета «курица-гриль» прилизанная легковушка светло-голубого цвета врезалась в темно-серый внедорожник, из которого выскочил среднего роста мужик в синей куртке с немного порванным правым рукавом и начал орать на блондинку, перемежая свою речь десятиэтажными забористыми матерными конструкциями, да так, что из цензурных слов оставались одни предлоги.

— Все это напоминает мне какой-то идиотский супергеройский комикс или фильм! Боевой киборг… такое впечатление, что кто-то решил очень тонко пошутить! — крикнул Финнеган; в спешке он сбил какого-то подростка со смартфоном, тот выпал у него из рук, упал на асфальт, и в результате разбился экран. Подросток хотел что-то вякнуть, но побоялся полиции, поэтому схватил свое «сокровище» и поспешил покинуть место происшествия.

— Вы будете болтать или поможете мне убить эту мразь? — скрежеща зубами, прорычал Фрейзер, распихивая прохожих, чтобы добраться до Кристины, которая перебежала на противоположную сторону улицы и теперь, немного ссутулившись, стояла возле обувного магазина; народ от нее сразу разбежался, однако некоторые все же остались стоять в отдалении — ведь не каждый день такое увидишь. Один парень в обтягивающих джинсиках хотел было сфотографировать ее на свой смартфон; в ответ женщина угрюмо посмотрела на него и фыркнула, только фырканье получилось похожим на рычание. Парнишка побелел и сразу же скрылся в ближайшем переулке.

В этот момент Фрейзер и Финнеган снова открыли огонь по Кристине; через несколько секунд к ним присоединились Эванс и Маклин. Полицейские совершенно не обращали внимания на окружающих, делая все так, как им удобно; так, Эванс сильно толкнул одну богато одетую даму, и она чуть не упала в лужу, сильно забрызгав юбку; она хотела было устроить скандал, но эмблема ICTEC на одежде наших «бравых» защитников мира и порядка, и поспешила поскорее покинуть место происшествия. Маклин, хаотично стреляя, чуть не пристрелил парня, стоящего поодаль со своей девушкой и снимавшего на смартфон все происходящее. Финнеган пытался все делать аккуратно, но все равно, неосторожно двигаясь, сбил с ног нескольких зевак (и, судя по воплям, дело все-таки не ограничилось парой синяков или ссадин). Фрейзер же вообще не обращал на окружающих — даже на своих коллег — никакого внимания; он думал только о том, как бы побыстрее прикончить противника, который, точнее, которая вовсе не собиралась сдаваться и играючи уклонялась от пуль; если пули и попадали в цель, то либо отскакивали от силового поля, либо оставляли небольшую вмятину (или вообще ничего) на броне. Тогда Марк, выругавшись про себя, бросился к полицейскому джипу, достал оттуда бластер для своей боевой системы и бросился обратно, стреляя в Кристину. Один выстрел попал в цель и пробил ей нагрудную броню; женщина упала, но тут же поднялась и выпрямилась; судя по всему, выстрел не причинил ей особого вреда — на груди осталась только небольшая дырочка.

— Разойдитесь все! Я сам с ней разберусь! — рявкнул Фрейзер и бросился на свою противницу. Остальные трое полицейских разошлись было в разные стороны, но внезапно Кристина, уклоняясь от атаки Марка, набросилась на Маклина и вцепилась ему в лицо. Эванс бросился было своему коллеге на помощь, но озверевшая женщина-киборг уже сделала свое дело — сначала разодрала лицо противнику буквально в клочья, а затем сломала ему шею. Все произошло так быстро, что в первые секунд десять айситековцы толком не могли понять, что, собственно, случилось.

Сделав свое черное дело, Кристина зашипела и медленно пошла навстречу Фрейзеру, направившему бластер ей в лоб, но стоило только ему нажать на курок, как она пригнулась и бросилась на полицейского. Тому не удалось отскочить, и он упал на асфальт; женщина склонилась над ним и хотела было ударить его когтями по лицу, но Марк отчаянно извернулся, и удар пришелся по груди. Было больно, но терпимо. Фрейзер хотел было выстрелить в противника, но та опять отскочила в сторону и сбила с ног Эванса, который с воплем упал, попутно сбив еще нескольких зевак, которым очень хотелось посмотреть на «классное мочилово». Кристина пару раз выстрелила в него из бластера, но вместо этого попала в тех самых прохожих (к счастью, не ранив никого смертельно), до которых только сейчас дошло, что все это не игра, и их самих могут ранить или даже убить. Поэтому толпа стала рассасываться с дикой скоростью, и даже пробка быстро самоликвидировалась.

Фрейзер поднялся и бросился к Кристине, стреляя и стараясь попасть ей в голову. Один из выстрелов чуть не попал в цель, пройдя буквально в сантиметре от ее левого уха…

… и в этот момент девушка снова пришла в себя. Выстрел Фрейзера вызвал в ее сознании новые картины прошлого — страшного прошлого, которое она старалась забыть, но о котором ей напомнил сегодняшний визит полицейских. Теперь перед ее внутренним взором предстала совершенно мирная картина — тихая улочка, залитая вечерним солнцем, красивые старинные двух- и трехэтажные дома, множество клумб, виднеющийся вдалеке фонтан; сама Кристина сидит на скамейке с резной спинкой, а рядом с ней — какой-то человек, одетый в белую рубашку и светло-серые брюки. Она поворачивается и смотрит на него, но почему-то не может как следует разглядеть его лицо — оно почему-то выглядит как расплывчатое пятно светло-бежевого цвета. Человек поворачивается к ней, достает из кармана брюк крохотную белую коробочку.

— Я купил это специально для тебя, чтобы ты могла вспоминать меня, когда…

— Зачем все эти слова?..

Кристина видела себя со стороны. Да, какая же она была когда-то… тоненькая, словно тростиночка, с длиннющими черными, как смоль, волосами… и самое главное — она улыбалась, улыбалась искренне. Внезапно она бросила взгляд на свои ноги… она была обута в белые туфли на высоком каблуке. Каблуки?..

Тем временем странный человек открыл коробочку; со своей позиции Кристина не могла видеть, что там, но ей почему-то казалось, что это не кольцо. Она попыталась подойти — точнее, подлететь, т. к. в ее роли невидимого наблюдателя говорить о ходьбе нелогично, — заглянула в коробочку и увидела… маленький золотой клык.

«Клык? С чего бы это? Чушь какая-то. Дарить своей возлюбленной клык, пусть даже и золотой… Он что, сумасшедший? Но если там, на скамейке, действительно я, то…»

— Ты помнишь, Кристина?..

Девушка подняла свои искрящиеся счастьем глаза на своего кавалера; в озарившей ее лицо улыбке было столько радости, что, кажется, хватило бы, чтобы осчастливить весь мир.

— Да, Массимо…

Массимо.

Массимо?..

Внезапно Кристина почувствовала, что опять проваливается в темноту… Голова раскалывалась от кошмарной, невыносимой боли, перед глазами плясали разноцветные узоры, в ушах стоял дикий звон. И невесть откуда взявшаяся мысль: «Я не хочу умирать»…

Еще мгновение — и картина снова сменилась: огромный луг и шикарный закат. Гигантское, нереально яркое, словно пылающее красно-оранжевое солнце, похожее на исполинских размеров рубин и залившее все своим светом. Кристина лежит на траве, расставив руки в разные стороны, и смотрит на небо — совершенно чистое, ни облачка. Тепло. Ни ветерка.

«Красное, оранжевое… А где же фиолетовое? Стоп. Какое еще фиолетовое?»

Внезапно прямо на левую ладонь ей падает цепочка с кулоном. Девушка встает с травы, отряхивается, берет в руки цепочку, чтобы разглядеть ее… и кулон оказывается тем самым клыком.

И опять чернота вокруг, а в ушах — дикий, нечеловеческий вопль.

… Эти видения продолжались, как и предыдущие, буквально пару секунд, и когда Кристина очнулась, Фрейзер готовился снова выстрелить ей в голову. С разных сторон к ней подбежали, стреляя, Финнеган и Эванс; они орали что-то об убитом товарище и «этих мерзких террористах, подрывающих устои нашего общества».

— Я так больше не могу!! — схватившись за голову, рявкнула Кристина и, повинуясь внезапному порыву, расставила руки в разные стороны и истерично заорала — так, что, казалось, полопались стекла в окнах, а все окружающие оглохли. Полицейские, кое-как зажав уши, инстинктивно отскочили в стороны.

Но одним визгом девушка не ограничилась — через секунд десять после «голосовой атаки» она, в бессильной ярости топнув ногой, опять заорала, только уже потише, но на этот раз вопль был похож на звериное рычание. А в следующий миг она снова расставила руки в разные стороны, изо всех сил — так, что выступили слезы, — зажмурила глаза…

… и вокруг нее образовалась сильная ударная волна, отбросив и людей, и всякие урны и мусор, и даже отодвинув в сторону некоторые машины; отбросило и полицейских — ведь они совершенно не ожидали подобной атаки. Еще один дикий, животный вопль — и еще одна волна, даже сильнее предыдущей. Тут Кристину, казалось, покинули силы, и она, издав похожий на всхлипывание звук, обессиленно опустилась на землю; через пару секунд ее бластер трансформировался в левую руку.

Спустя пару минут полицейские, чертыхаясь, поднялись с земли; к (их собственному) счастью, они не были ранены — так, пара синяков и ссадин. Фрейзер, с удовлетворением увидев, что враг пал, понесся вперед, целясь Кристине в голову…

… а сама она в этот момент лежала и с ужасом осознавала, что она полностью парализована. Ее сознание снова стало ясным, и она прекрасно понимала, что убивала людей, причем ей казалось, что не потому, что эти самые люди убили многих ее друзей, а просто так, ради развлечения; но, к ее ужасу, эта мысль не пугала ее, но и не доставляла болезненное удовольствие — она просто была одной из множества мыслей в ее голове. Теперь Кристина помнила все свое прошлое и больше не отталкивала эти воспоминания.

«Все случилось именно так, как и должно было быть. Я сама виновата, что поверила Массимо… Хотя откуда я должна была знать, что все так сложится? Будущее казалось таким светлым и безоблачным, а я жила словно в эйфории… а затем…»

… и очередное «затем» наступило вновь — внезапно сознание Кристины полностью отключилось. Последним, о чем она думала до потери сознания, был тот потрясающий закат…

… и когда Фрейзер в очередной раз приготовился стрелять, внезапно на теле женщины-киборга загорелось множество оранжевых светодиодов. Она резко, словно робот, встала и в упор посмотрела на полицейского; ее глаза были стеклянными, неживыми, и на мгновение Марку показалось, что они тоже оранжевые. Фрейзер открыл было огонь, но противница, предугадав его действия, пригнулась и бросилась на полицейского, сбила его с ног и попыталась вцепиться в лицо. Эванс и Финнеган открыли огонь, но вокруг тела Кристины снова образовалось оранжевое силовое поле; она отпустила Марка, оттолкнула Финнегана, да так, что тот сильно ударился спиной о фонарный столб, и атаковала Эванса — сначала пару раз со всей силы ударила его когтями по груди, затем пнула, наотмашь ударила по лицу, схватила за шкирку и кинула в сторону одного из домов. Фрейзер бросился было на противницу, но та просто оттолкнула его так же сильно, как и валяющегося поодаль Финнегана. Хищно усмехнувшись и мерзко облизнувшись, женщина подошла к Эвансу, склонилась над ним, трансформировала свою левую руку в бластер и в упор выстрелила полицейскому в сердце. В тот же миг Финнеган пару раз выстрелил в Кристину, но ей простые пули были нипочем, а более мощные бластеры остались в машине. Полицейский кое-как поднялся, и женщина направилась к нему — медленно, спокойно, с ничего не выражающим взглядом, который, тем не менее, выглядел пугающе в данной ситуации. Когда между противниками остался буквально метр, Кристина оскалилась и занесла правую руку для удара…

… и в то же мгновение отлетела в сторону от мощного удара. Женщина-киборг, рявкнув нечто нечленораздельное, обернулась назад и увидела Фрейзера в своей броне.

— Может, лучше со мной потанцуешь, сучка? — издевательским тоном (и еле скрывая свою ярость) спросил Марк, схватил Кристину за правую руку и швырнул ее в сторону. Женщина почти сразу же вскочила на ноги и набросилась было на полицейского, но тот с легкостью блокировал ее атаку и снова отбросил противницу в сторону, и та врезалась в небольшой темно-синий автомобиль с тонированными стеклами и содранной краской на левой задней двери.

Тем временем Фрейзер подбежал к Финнегану:

— Джек, как ты? Эта тварь тебя сильно ранила?

— Да так… сражаться можно. Только чем? Ее и бластер-то не возьмет — с такой защитой…

— Не бойся, я сам с ней разберусь. Ты пока посиди где-нибудь здесь.

— Да нет, я могу сражаться! — Полицейский попробовал распрямиться, но тотчас же буквально согнулся пополам от резкой боли в спине.

— Ну вот, видишь? Посиди пока… — Марк огляделся. — … ну, хотя бы в кафе.

— Я бы хотел тебе помочь… — не унимался Финнеган, потирая спину и скривившись от боли.

— Я прекрасно тебя понимаю; на твоем месте я бы так же себя чувствовал, но лучше пока отдохни немного, приди в себя. В таком состоянии ты не можешь драться — ты даже толком прямо стоять не можешь.

— И какая тогда от меня здесь польза?

— Ты и так нам помог. А пока посиди и отдохни. Я не хочу, чтобы еще кто-то из наших погиб из-за этих мразей.

И в этот момент Кристина внезапно подскочила к полицейским справа и с радостной ухмылкой ударила их обоих когтями (по-видимому, когда она валялась около машины, то успела трансформировать бластер обратно в руку). Марка-то спасла броня, а вот Джеку повезло меньше — ему очень сильно поранили левое плечо и немного задели шею. Фрейзер только хотел ударить противницу, как та пригнулась и ударила Финнегана когтями, целясь в лицо, но полицейский из последних сил дернулся, и удар пришелся по груди, порвав одежду и оставив четыре длинные и глубокие раны. Марк схватил Кристину за талию и бросил ее в сторону проезжей части; воинственная дамочка приземлилась на пятую точку, недовольно рыкнув, через пару секунд встала, трансформировала в бластер сначала левую руку, затем правую (в этом случае бластер выглядел немного по-другому — подлиннее и с меньшим количеством светодиодов) и открыла огонь по полицейским. Фрейзер заслонил собой Финнегана, затем подобрал с земли свой бластер и открыл ответный огонь по Кристине; пара выстрелов попала в цель, и силовое поле вокруг противницы заискрилось возле левого плеча. Женщина удивленно остановилась, разглядывая себя в поисках повреждений, и эта небольшая задержка дала Марку возможность перенести Джека в кафе и аккуратно положить его на большой обитый черной тканью стул, стоящий в дальнем углу за прилавком.

Когда Фрейзер вышел из кафе, Кристина уже ждала его у ближайшего фонарного столба. Радостно оскалившись, она бросилась на своего противника, но тот ответил ей ураганным огнем. На этот раз практически все выстрелы попали в цель, однако силовое поле заискрилось по-прежнему в области левого плеча. Женщина уже не обращала на это внимания — она стреляла в Марка, который ловко уворачивался от большинства выстрелов, но те, которые попали в цель, чуть не пробили его броню.

«Интересно, она просто киборг или одержима этими светящимися тварями? Эти оранжевые огоньки сбивают с толку. Просто ли это светодиоды или те самые светящиеся узоры, как у остальных монстров?» — думал Марк. «Она просто стреляет из своих бластеров, не использует какие-нибудь сверхспособности, но ведь это вовсе не значит, что в нее никто не вселился. Да и к тому же она террористка — нормальный человек, точнее, киборг не будет демонстрировать свои фишки и примочки перед полицией. А стреляет она… неплохо. Как бы не пробила броню. Да и коготки у нее весьма, весьма острые. Не очень-то хочется, чтобы она погладила меня своими прекрасными ручками…»

Перестрелка длилась около трех минут, затем Кристина резко трансформировала бластеры обратно в руки и бросилась на Фрейзера; тот успел отскочить, но женщина все-таки смогла ударить его по правому боку правой рукой. На броне остались тонкие глубокие царапины, мгновенно затянувшиеся.

«Мда, и это был еще слабый удар. Не очень-то хочется узнать, что будет, когда она ударит в полную силу. Надо поскорее с ней расправиться. Может быть, еще и удастся отправить тело в лабораторию для исследований…» — подумал Марк и в упор выстрелил противнице в грудь. Но Кристину это не остановило — только раззадорило: она хрипло захохотала и бросилась на Фрейзера, пытаясь повалить его на землю, но пока что ей удалось только припереть его к стенке кафе. Полицейский выронил бластер, так что теперь противники дрались врукопашную. Кристина оказалась достойной соперницей — сначала Марк думал, что она на самом деле плохой боец и может только пользоваться встроенным оружием, но оказалось, что она и без «читерских примочек» остается сильным противником.

Бой с переменным успехом шел минуты три-четыре, но под конец Кристина все-таки решила воспользоваться своим оружием и только приготовилась прострелить противнику голову, как внезапно застыла и упала на тротуар; силовое поле вокруг нее в ту же секунду отключилось, как и светодиоды. Марк отбежал в сторону и стал наблюдать за женщиной — придет ли она в себя или нет. Прошло уже две с лишним минуты, а Кристина все еще валялась на земле без движения. «Батарейки разрядились, что ли?» — ехидно подумал Фрейзер, медленно и осторожно подходя к своей противнице. Одежда на ней была разорвана в клочья, открывая взору лишь серо-черную броню. На лице — пара царапин и синяков. Волосы растрепанные и грязные. «И все-таки она ничего… весьма ничего. Если ее трансформировать обратно в нормального человека, умыть, причесать и одеть хотя бы в платье…» — подумал Марк, взяв женщину за правую руку; по весу она оказалась почти такой же, как и обычная человеческая рука, лишь ненамного тяжелее. Осмелев, полицейский начал осматривать свою противницу; в первую очередь он искал хоть что-то, указывающее на изготовителей ее имплантов, но не нашел ни малейшей зацепки.

«Интересно, откуда же она взялась… и кто сделал эти импланты… Тайная разработка правительства одной из европейских стран? Не думаю. Да и нелогично. Азиаты? Слышал я про какие-то недавние японские разработки, вроде там из коматозников суперсолдат делали. Хотя эта дамочка — итальянка, что она могла забыть в Японии? Иностранцев эти узкоглазые не любят. Но они могли и просто так — из желания насолить Западу — использовать ее в своем проекте. Хм… Интересно, кстати, нет ли среди террористов еще таких же киборгов…»

Собравшись с духом, Фрейзер поднял Кристину и только собрался пойти к машине, чтобы положить отключившуюся дамочку-киборга в багажник, как она внезапно пришла в себя и издала тихий стон. Марк дернулся и бросил было женщину на землю, но она тут же вскочила на ноги, трансформировала бластер обратно в руку, бросилась на полицейского и повалила его на землю. Завязалась новая драка, более беспощадная, чем предыдущая. Кристина старалась разодрать броню своего противника и нанесла ей столько повреждений, что последние пробои затягивались уже как минимум в два раза медленнее. Фрейзер же находился в заведомо невыгодном положении — противница не желала слезать его и блокировала все его удары, попутно нанося новые, временами пытаясь даже сорвать с полицейского шлем или хотя бы разбить визор. Наконец, полицейскому кое-как удалось нанести Кристине сильный удар ногой в живот, отчего она на мгновение отвлеклась на состояние себя, любимой, что дало Фрейзеру возможность откатиться в сторону и встать на ноги. Еще миг — и битва продолжилась, только теперь преимуществ не было ни у кого из противников. Пару раз Марк хотел использовать бластер, но Кристина пресекала любые попытки использовать оружие, да и сама пользовалась только когтями, хотя несколько раз еле-еле пересиливала острое желание прибить надоедливого айситековца из двух бластеров.

Вдруг откуда-то сзади раздался дикий вопль, и на нашу парочку бросился все еще скрючившийся от боли, но полный решимости порвать всех Финнеган в HS-броне. Но ему и тут не повезло — как только он собрался нанести удар Кристине, та со всей силы заехала ему по поясу, тот заискрился, энергетическая броня отключилась, и Джек упал на землю, пытаясь снять пояс, но женщина решила добить его — схватила за шкирку и бросила в сторону стоящей рядом с кафе мусорной урны, заполненной до краев. Финнеган ударился об нее, заорал и тут же затих.

— Я тебя убью, сука, убью! — рявкнул Фрейзер, нанося противнице сокрушительный удар в челюсть. — Таких, как ты, надо напалмом выжигать! Или аннигилировать! Или вообще убивать в зародыше!

Кристина в ответ только ухмыльнулась и тоже врезала противнику в челюсть. Но Фрейзера уже было не остановить — он начал буквально молотить противницу, не обращая внимания на ее атаки — просто методично наносил удар за ударом. И в итоге эта методика дала результат — уже через минуты две женщина ослабела настолько, что чуть не упала и удержалась на ногах, лишь схватившись за фонарный столб. Пока она приходила в себя, Марк поднял с земли бластер и только прицелился, как дамочка внезапно прыгнула на нашего бравого полицейского, быстро и резко провела двумя пальцами левой руки по тыльной стороне правой ладони и вцепилась в пояс. К громадному удивлению Фрейзера, ее когти легко, словно нож в масло, вошли в броню. А в следующий момент он почувствовал, как внезапно силы стали покидать его, а броня начала становиться все тяжелее и тяжелее; на визоре загорелось множество предупреждений о почти полной разрядке аккумулятора. Через секунд двадцать Марк ослаб настолько, что уже не мог стоять, и в этот момент система отключилась, и он упал на тротуар. Кристина захохотала, оскалилась, трансформировала обе руки в бластеры, прицелилась…

… и в этот момент ее насквозь прошило что-то длинное и светящееся ярко-желтым светом. Женщина еще могла стоять, но движения ее стали резкими и замедленными, как у старых роботов. Через пару секунд это самое желтое «нечто» еще раз прошило ее насквозь — и дамочка-киборг, испустив хриплое рычание, упала на землю.

— Ну что, дорогой, как тебе? — послышался до боли знакомый голос. — Меня этот костюмчик не полнит?

Марк попытался приподняться, но был слишком слаб; он попытался что-то сказать, но получился только неразборчивый хриплый шепот.

— Ну ладно, ладно… Вижу, тебе неплохо досталось. Лежи и не рыпайся, я тебе помогу.

Марк закрыл глаза и открыл их лишь тогда, когда кто-то дотронулся до его лица:

— Эй! Ты хотя бы на меня посмотри! Зацени костюмчик!

Перед Фрейзером (хотя правильнее было бы «над») стоял воин в костюме, подобном фрейзеровскому, только с немного другими узором линий, общей формой (линии были более гладкими, отчего броня казалась более обтекаемой), вторым основным цветом (лимонно-желтый) (первым был, как и в случае боевой системы Марка, черный) и формой визора — его контуры были более сглаженными. Яркая вспышка — и…

— Ну что ты молчишь?

Марк застыл, не веря своим глазам. «Она не должна… не может… ей нельзя… это невозможно… почему… почему она…»

— Эми?..

Глава 4

19 октября 2017 г., 14:38

Больница ICTEC, палата № 308.

— … Но почему ты все это время молчала?

— Мне сказали держать все это в секрете. И к тому же ты бы мог все испортить — начал бы говорить, что, мол, не женское это дело, что мне нужно сидеть в теплом и уютном кабинетике и заполнять бумажки…

Марк лежал в кровати. Ранения, полученные в бою с озверевшей Кристиной, были небольшими, однако сразу же бросаться в новый бой было бы крайне глупо — и не только потому, что боевая система была повреждена; Джим Мэнн быстро определил, в чем дело, и на данный момент все отремонтировал и начал создавать новый защитный механизм. Внештатное отключение брони пагубно подействовало на нервную систему Марка, и поначалу после того, как он пришел в себя, он то начинал орать на всех и чуть ли не бросался на окружающих, то внезапно застывал и смотрел в одну точку; пару раз он падал в обморок, причем в первый раз до крови прикусил себе язык; также два раза отмечались судороги в левой руке. Марку несколько раз сделали ЭЭГ, но врачи пока не говорили Фрейзеру о результатах, но, судя по подслушанным фрагментам разговора, состояние это было обратимым, и через несколько дней все должно было прийти в норму. Также во время нахождения в больнице Марку строго запретили пользоваться своими сверхспособностями.

Эми сидела на стуле рядом с кроватью и задумчиво покачивала левой ногой. Девушка рвалась увидеть своего возлюбленного (правда, многие ставили под сомнение эту самую «любовь» (причем с обеих сторон)) как можно быстрее, но ее пустили к нему в палату только сегодня; правда, она умудрилась прийти на десять минут позже назначенного времени, потому что красилась и выбирала наиболее подходящую для такого случая одежду.

— Ты мне лучше скажи, откуда у тебя эта боевая система? Кто тебе ее дал? И когда? И, главное, зачем? — спросил Марк, в упор глядя на свою подругу и стараясь хотя бы сделать вид, что он рад ее видеть (но пока создавалось впечатление, будто он хочет как минимум убить ее взглядом).

— Откуда? Лотта дала. После того, как мне ногу подлечили. Зачем? Ты что, дурак? Чтобы сражаться с оппозицией, конечно же! — выпалила Эми, широко раскрыв глаза и всплеснув руками. — Мне сказали, что ты один не справляешься, и поэтому тебе нужна помощь. Лотта выбрала меня; она сказала, что эта система рассчитана как раз на мои физические параметры, а тот факт, что я умею летать, позволит более экономно использовать аккумулятор и уменьшить риск сбоев. Так что теперь мы будем работать вместе! — радостно закончила она и деланно улыбнулась.

Марк в ответ только ухмыльнулся. «Я, видите ли, не справляюсь… Если это сказала сама Лотта, то все ясно. Не справляюсь… Конечно, не справляюсь, ведь я просто убиваю этих тварей, а не лижу зад начальству. Мда… А теперь они хотят и Эми втянуть в этот кошмар. Если с ней что-нибудь случится… Но все-таки почему выбрали именно ее? У нас полно отличных бойцов, зачем брать именно ее? Или это было сделано, чтобы оказать давление на меня?». Марк прекрасно понимал, что Эми явно что-то недоговаривала, и, по крайней мере, в данный момент она не скажет больше того, что ей дозволено. «Лотта опять что-то темнит. Моя система была не до конца протестирована, а теперь еще и Эми дали такую же… или я был тестером?»

— Меня еще что интересует — почему ты не снесла той дамочке голову, а просто проткнула ей сердце?

— Ха, таковы были приказы командования, — подмигнула своему другу девушка. — Больше мне ничего определенного не сказали — нужно было сохранить голову, а остальное их не интересует. Не знаю, что они имели в виду… наверное, после нас ее забрали на нашу базу… а потом они будут исследовать останки… попробуют выяснить, наверное, откуда она, от кого получила импланты и все такое… Другого ничего в голову не приходит, — она развела руками.

— Слушай, кстати, а больше у нас нет таких боевых систем? — внезапно спросил Фрейзер, не надеясь на сколько-нибудь адекватный ответ. — Ну… твою систему выпустили практически одновременно с моей… вот я и подумал, может, у нас есть еще одна…

— Я ждала, что ты про это спросишь, — усмехнулась Эми. — Лотта говорила мне, что совсем недавно закончилась разработка третьей системы, и в данный момент они ищут подходящего пользователя. Она сказала, что уже есть пятеро кандидатов, но пока еще не решили, кого выберут, но вроде как должны определиться с носителем системы до конца месяца, потому что поступили какие-то новости от Sybra — что-то там страшное случилось в одном из соседних городов, поэтому им нужна наша помощь…

— Наша помощь? Sybra нужна помощь айситековцев?! — чуть не рявкнул Фрейзер, чувствуя, что перестает контролировать себя; лишь собрав волю в кулак и сделав над собой воистину нечеловеческое усилие, он смог вовремя понизить тон и не соскочил с кровати. — Этой мегакорпорации, которая, считай, захватила весь мир, нужна помощь какой-то мелкой полупровинциальной конторки?!

— Ну, с «полупровинциальной» ты перегнул палку. Но… Да, я тоже удивилась, что они попросили нас помочь им. Но Лотта больше ни о чем мне не рассказывала — сказала, что и так наговорила лишнего…

— А что это вы тут обсуждаете без меня? Новая система, говорите? — со стороны двери раздался знакомый голос, и в палату вошел, немного прихрамывая, Дэн Стоун. Эми изобразила улыбку и скованно помахала ему, а Марк соскочил с кровати и бросился к своему другу:

— Дэн! Дружище! Как ты? Как нога?

— Да более-менее. Протез поставили. Привыкаю к нему потихоньку. Ногу хотели спасти, но наше начальство не разрешило использовать… как бы это сказать… то, что вначале предлагали сайбровцы. Они пытались наших уломать, но не удалось, поэтому придется мне теперь всю жизнь щеголять железной ногой. Правда, большинство этого и не заметит, — вздохнув, ответил Стоун. — Ты уж извини, что давно с тобой не виделся — сам понимаешь, так быстро после такой операции не оправишься. В смысле, они там что-то такое кошмарное делали, что… ммммм… даже Эллиса упоминали.

— Эллиса? Того самого, который…

— Да-да, именно его. А еще из Sybra приехал какой-то китаец, который следил за ходом всех операций, а также помогал мне восстанавливаться. Какой-то он странный был — как робот, неживой какой-то, совершенно неэмоциональный, лицо — как маска, глаза пустые, на все вопросы не по теме отвечал одной заученной фразой — «Это не в моей компетенции».

— Что, и на «Сколько времени?» тоже?

— Ну, на такие-то вопросы он нормально отвечал. Он только на прошлой неделе уехал. Правда, он меня больше ничем не напрягал, кроме того, о чем я уже сказал. Мы были с ним в нормальных отношениях… ну, в нейтральных, т. к. о чем с такими говорить… ну, сам понимаешь.

— Ага… Слушай, когда на работу выйдешь? Тут такое началось…

— Да, я уже в курсе. Смотрю, Эми выдали боевую систему? Вы теперь вместе будете работать?

— Думаю, да, — при этом Марк как-то странно покосился на свою подругу, с несчастным видом сидевшую на стуле и смотрящую себе под ноги. Было ясно, что она совсем не в восторге от внезапного появления Стоуна.

Марк и Дэн поговорили еще минут пять, затем Дэн посмотрел на часы, виновато сказал, что ему пора, и ушел. Фрейзер, попрощавшись с другом, тяжело вздохнул и начал ходить по палате, не обращая внимания на внимательно следившую за ним Эми. Наконец, девушка не выдержала, и когда Марк в очередной раз прошел мимо нее, она схватила его за руку и капризно протянула:

— Марк! Ты чего? Я тебе надоела, да?

— С чего ты взяла? — снова чуть не рявкнул Фрейзер. — Просто я задумался…

— О чем ты там задумался?

— Да так… о работе…

— О работе? Ты сейчас отдыхаешь! Тебе не надо об этой твоей работе думать! — в голосе Эми уже начали появляться истерические нотки, но Марк не обратил на это внимания, а лишь похлопал ее по плечу и сел на кровать, снова о чем-то задумавшись. Через пару минут он очнулся от своих дум и обнаружил, что его подруга по-прежнему буравит его взглядом.

— Эми, ну слушай, я действительно думаю о работе! О чем я сейчас еще могу думать?

— Кто тебя знает… о чем ты там еще думать можешь… — обиженно протянула девушка, вытянув вперед правую руку и рассматривая покрашенные розовым лаком длинные ногти.

— Понимаешь… я сейчас не вполне здоров… — немного смутившись, начал Марк. — Когда моя система отрубилась… ну… она отрубилась внештатно. Понимаешь… ну, это как когда компьютер не выключают как положено, а просто вытаскивают вилку из сети или просто жмут на кнопку питания. Так и тут… В общем, мне не очень хорошо. Иногда я могу сорваться и наорать… вот на тебя сегодня чуть не наорал. Так что извини. Это скоро пройдет, я слышал разговоры врачей. Не беспокойся — гарантирую, что уже на следующей неделе я выйду на работу, и мы вместе будем охотиться на этих сволочей-террористов.

— Да? — отстраненно произнесла Эми, все еще рассматривая свои ногти. — Ну ладно… а то я уже думала…

— Нет-нет, я просто еще не полностью оправился. Но скоро выздоровею, точно тебе говорю.

— Хм… Ладно… Ну… тогда давай я тебе расскажу кое-что новенькое про наших! Ты же все это время в основном в палате лежал и не ходил в другие корпуса? Ну так вот, слушай…

В это время Стоун дошел до палаты? 313, где лежал Финнеган. Дверь была чуть приоткрыта, но Дэн все же постучался. В ответ донеслось слабое «Входите».

Финнеган лежал на кровати, плотно укрытый одеялом. Увидев Стоуна, он слабо улыбнулся и тихо произнес:

— Привет! Тебя уже выписали?

— Не совсем. Как ты себя чувствуешь?

— Ну… фигово. Все болит, особенно спина, — поморщился Джек. — Правда, с каждым днем боль уменьшается. Мне сделали какую-то сложную операцию; врачи не объяснили мне, какую именно, сказали только, что это одна из разработок Sybra. Проверенная, много раз протестированная. Мне сказали, что бояться нечего. Обещают через пару недель выписать.

— Говоришь, не сказали толком, что за операция? У меня что-то подобное было с ногой — сказали, что заменили на протез, но дальше начали темнить — мол, это очередная сайбровская технология, бла-бла-бла… и больше ничего, только сплошные отмазки про Sybra. Кстати, что у тебя со спиной? Что-то серьезное?

— Да нет. Я и сам толком не понял — ну, ты же знаешь этих врачей — говорят на своем кошмарном языке. А что с Марком, кстати?

— С Марком? Ну, по сравнению с тобой, он в полном порядке. Пока еще вроде не до конца выздоровел, но уже нормально ходит по комнате и все такое.

— Понятно…

Установилось молчание, длившееся пару минут; тишину первым нарушил Стоун:

— Слушай… ты в курсе, что Эми дали новую боевую систему?

— Да. Я еще на поле боя это заметил — я не совсем отключился, когда меня отметелила эта дамочка с железяками в голове, — отвернувшись и поморщившись, ответил Финнеган.

— Мне непонятно, почему систему дали именно Эми, — Дэн немного понизил голос и подошел поближе к Джеку: — Как по мне, она — просто безмозглая блондинка, обычная крашенная дура. Курица-гриль с приклеенным дакфейсом. И что только Марк в ней нашел…

— Ну, о вкусах не спорят. Как говорится, любовь зла, полюбишь и козла… ой, точнее, козу, — криво усмехнувшись, вздохнул полицейский. — Правда, я очень сомневаюсь, что там вообще была любовь… да и не только я…

— Да-да, слышал, слышал… Так вот, я не понимаю, за что ей дали эту систему? Просто по приколу?

— А тебе-то что? Завидуешь, что ли? — усмехнулся Джек.

— Я просто не понимаю… — развел руками Дэн. — Она ведь тупая, просто нереально тупая. Гламурная курица. Толку от нее никакого. И почему ее взяли в ICTEC…

— Говорят, Лотта ее порекомендовала кому-то из начальства.

— Лотта? Интересно… Что-то слишком много в последнее время о ней говорят.

Финнеган ничего не ответил, лишь вздохнул, чуть пошевелив правой рукой. Стоун тоже вздохнул и подошел к окну. На улице было пасмурно и холодно; утром солнце выглянуло на полчаса, затем налетел холодный ветер. Хорошо, что хоть дождь не начался; эти постоянные дожди уже всех порядком достали.

— … А еще я слышал, что у нас заканчивают разрабатывать еще одну боевую систему, — как бы между прочим негромко произнес Дэн, разглядывая расположенный неподалеку один из многочисленных корпусов ICTEC — большое безликое серо-белое здание, рядом с которым было припарковано множество машин, в основном отличающиеся лишь цветом — черные, серые и белые.

Джек ничего не ответил, лишь хмыкнул.

— Говорят, сейчас как раз набирают претендентов… — Дэн облокотился на подоконник, рассматривая длинную клумбу рядом с соседним корпусом; на ней уже не осталось ни единого цветка, из-за дождей она вся была покрыта жидкой грязью; низенький бордюрчик когда-то был белого цвета, но сейчас приняла непрезентабельный серо-коричневый цвет.

Джек снова хмыкнул и попробовал было повернуться вправо, но из-за жуткой боли в спине — словно его позвоночник раскалывался надвое — издал нечто похожее на шипение, оскалившись, и кое-как принял исходное положение.

— Что ты об этом думаешь? — наконец, не выдержал Дэн и задал вопрос в лоб.

Джек тяжело вздохнул и помолчал минуты полторы, затем негромко начал, смотря на дверь:

— Что я об этом всем думаю? Вообще обо всем? Ну, для начала надо сказать, что мне крайне не нравится ситуация с этими загадочными убийствами. Сколько этих таинственных существ мы убили? Точнее, не мы, а наш супергерой по имени Марк Фрейзер… Так вот. Всего этих существ убили около тридцати, из них в открытом бою — три штуки. Или сколько? Хотя можно ли считать ту женщину-киборга одной из этих… не знаю, как их там… Она не использовала никаких сверхспособностей, как у того громилы, которого Марк убил первым, — только оружие и всякие технофишки. Правда, ударная волна… не знаю, что это было — еще одно оружие или же все-таки сверхспособность. Хм… Да и свечение брони этой дамочки было явно искусственным — светодиоды. А ее трансформация? С вероятностью 95 % можно сказать, что это просто очень продвинутый киборг. Далее. Мне очень не нравится ситуация с оппозицией… точнее, с террористами. Террористы… Мы их так называем. Точнее, власти заставляют нас так их называть. Я не считаю их террористами; это обычная оппозиция, обычные инакомыслящие, «несогласные», «не такие, как все», повстанцы, революционеры или как еще они там себя называют…

— Не террористы? А что же тогда было 15 мая 2015 года? — воскликнул Дэн, картинно взмахнув руками. — Не теракт? Мирная демонстрация с фейерверками?

— Знаешь… иногда хоть ради общего развития читай блоги, причем не только всяких пафосных знаменитостей, но и обычных людей. Узнаешь много нового, — вздохнув, ответил Джек. — До сих пор нет убедительных доказательств того, что именно оппозиционеры причастны к этому теракту. Вполне возможно, что настоящие террористы — у нас под носом, а мы не замечаем их… или не хотим замечать.

— Твой пассаж про «истинных террористов» заставляет меня присвоить тебе звание Капитана Очевидности, — съязвил Стоун, скривившись.

— Я в курсе, — спокойно ответил Финнеган. — Так вот, вернемся к нашим баранам. Сколько этих «таинственных существ» мы уничтожили? Двадцать? Тридцать?

— Лично я слышал, что около двадцати, — сощурив правый глаз, бросил в сторону Стоун.

— Ну, я слышал про тридцать. И мне интересно — что же на самом деле это за существа? Простые люди со сверхспособностями?

— Похоже. Только какие-то особо сильные, с кучей крайне сильных и опасных способностей. И они застали нас врасплох. Хорошо, что у нас есть эти боевые системы…

— И мне непонятно, почему мы не начали никаких расследований в этом плане.

— Может, Sybra давно этим занимается?

— Может, и занимается. И не делится с нами информацией. Хотя… это логично, учитывая их, так сказать, специализацию.

Оба полицейских замолчали. Молчание длилось около двух-трех минут, после чего Финнеган уже более беззаботным тоном спросил:

— Слушай, Дэн, а зачем ты ко мне пришел?

— Зачем? Да так просто… — замялся тот. — Я был у Марка, но у него там… как бы сказать… немного щекотливая ситуация. У него малость с головой что-то после последнего боя. А сейчас у него еще и Эми сидит. Так что… — он красноречиво развел руками и вздохнул.

— А… А то я удивился. Вроде бы мы никогда особо не общались, а тут ты пришел меня проведать.

— Ну, это же нормально — проведать коллегу.

— Конечно, нормально, все в порядке, — ответил Финнеган, глядя в сторону. — Да, кстати, когда ты все-таки на работу выйдешь?

— Пока не знаю, врачи говорят, что надо еще какое-то время побыть в больнице, попривыкнуть к протезу. Все-таки неудобно ходить — он временами перевешивает.

— А я вот на работу не стремлюсь… — Джек тяжело вздохнул и, сжав зубы, уставился в потолок. — Знаешь… в последнее время я чувствую себя ненужным.

— Ненужным? Как это?

— Раньше я был одним из лучших, а теперь — после этого «апгрейда» Марка — заваливаю одну миссию за другой. Раньше мне многие завидовали, даже сам Фрейзер. А теперь… Такое впечатление, что теперь я — просто бесполезный придаток нашего супергероя Фрейзера, который появляется на поле боя для проформы и которому хронически не везет, — со злобой бросил Финнеган.

— Нуууу… даже и не знаю, что тут сказать… — растерялся Стоун от такой откровенности. — Вот уж кому не повезло, так это мне. Ногу оторвало. И теперь хожу с модным протезом. А у тебя… все в порядке. Ничего, скоро вылечишься, тебя выпишут… все будет в порядке…

— Хотелось бы в это верить… — отвернулся Финнеган. — И это… ты уж извини, что я так перед тобой разоткровенничался. Накипело.

— Да я уже понял. Ничего-ничего, все нормально.

Снова установилось недолгое молчание. Затем Стоун посмотрел на часы, сделал вид, будто куда-то опаздывает, быстро попрощался и ушел, не закрыв за собой дверь.

19 октября 2017 г., 17:39

14 авеню, подвал одного из домов.

— … Говорю тебе, это точно была Кристина! Я все своими глазами видел! — вопил Рид, тараща глаза и беспорядочно размахивая руками.

— А почему же не вмешался? — прищурившись, спросил Стефан, сидящий на разодранной черной кожаной подушке.

— В сотый раз тебе говорю — до этого за мной гнались копы! И чуть не пристрелили! Из-за них я подвернул правую ногу, а потом еще и ободрал до крови коленку и локоть! Как бы я в таком виде их атаковал, а? Укусил? Плюнул? Подставил подножку больной ногой?

— Что-то не верится, — недоверчиво протянул стоящий в углу Алекс. — Не верю, что наша Кристина — на самом деле какой-то боевой киборг. Этого просто не может быть… в голове не укладывается.

— А вот я все это своими глазами видел! Хотите верьте, хотите — нет, но все так и было, как я вам сказал! Они сначала пристрелили кучу народа в ее кафе, потом приготовились ее прикончить, а она трансформировалась в киборга и задала им жару! Чуть не прикончила этого паршивого Фрейзера! А потом появилась эта… мелкая шлюшка… и прикончила Кристину.

— Трансформировалась в киборга? Мне нравится эта фраза, — медленно произнесла девушка с очень густыми кудрявыми рыжими волосами, сидящая на куче газет неподалеку от Алекса.

— Ну… в общем, она трансформировалась… ну, вы поняли. Как в фильмах про этих… как же их… ну, роботы какие-то…

— Да поняли мы, поняли, — отмахнулся Алекс. — Все равно не верится.

— Сюда бы телепата… — задумчиво сказала рыжая девушка, глядя на потолок. — Очень жаль, что мы потеряли связь с Кэт… да и с Карли тоже. Надеюсь, они в порядке.

— Да, способности Кэт нам бы сейчас ой как пригодились… — кивнул головой Стефан. — Да, кстати, Рид, ты говорил, что когда те двое убрались, через несколько минут приехала какая-то машина…

— Да, да, большой черный джип безо всяких опознавательных знаков, — сказал Рид. — Из него вышли четыре мужика в черных костюмах, взяли Кристину… точнее, то, что от нее осталось… погрузили в машину и уехали.

— Погрузили в машину… как мило сказано… — снова ухмыльнулась рыжая девушка.

— Милена, может, хватит, а? Ну не умею я рассказывать высоким стилем с пафосными описаниями и красивыми словечками!

— Да ладно, успокойся.

На пару минут установилась тишина; затем Алекс, вздохнув, медленно направился к выходу:

— Думаю, пора отсюда уходить. Сегодня утром неподалеку отсюда дежурили два копа, и, боюсь, это было не обычное дежурство. Мда… Рид, как твоя нога? Идти можешь?

— Могу, могу, не бойся, — мрачно ответил тот. — Иначе как бы я досюда добрался?

— Хорошо. Тогда идем. А ты прикрой нас.

— С радостью, — еще более мрачно ответил Рид. Алекс, Стефан и Милена подошли к нему и через пару секунд стали невидимыми благодаря способности Рида. В таком экзотическом виде компания как можно тише вышла из подвала, и ребята медленно и очень осторожно направились в сторону улицы.

24 октября 2017 г., 20:33

Клуб «Plazzzma».

— Где там эта Ута шляется? Мы же договаривались в восемь встретиться! — произнесла Фатима, с беспокойством оглядываясь по сторонам. — Это на нее не похоже, она обычно не опаздывает.

— Куда она пошла, кстати? — громко чихнув, спросила Карли. Она не так давно свела розовую краску со своих волос (для конспирации), к тому же волосы, медленно отрастая, стали немного виться, так что, можно сказать, она частично сменила имидж. — Она, кажется, хотела купить что-нибудь на ужин…

— Ага, — отозвалась Кэт. Она тоже сменила прическу — немного остригла волосы и распустила хвост. — Да и вообще в последнее время она стала какая-то странная — слишком веселая, радостная. Как будто накурилась.

— Да-да, мне тоже так показалось, — сказала Фатима, глядя на танцпол, где дергались человек шесть. — Это с ней две недели назад началось. Она тогда еще пошла в какой-то новый клуб с друзьями, точнее, они заставили ее пойти с ними, поэтому меня и не взяли. Да и не особо хотелось… — скривилась девушка.

— Интересно, придет она или нет… Мне почему-то кажется, что нет, — смотря по сторонам, сказала Кэт. — Я ей пробовала позвонить, но она трубку не берет.

— И я тоже пробовала — один раз сказали, что абонент недоступен, потом еще два раза пыталась — никто трубку не взял, — закивала головой Карли. — Черт, я уже нервничать начинаю…

— Да мы все нервничаем, — отмахнулась Кэт. — И ведь договорились ровно в восемь! В кои-то веки решили вместе в клуб пойти… Значит, делаем так — если к девяти она не придет — пойдем выяснять, в чем дело.

— А как? — чуть склонив голову направо, спросила Карли.

— Ну, как людей ищут…

Вдруг со стороны входа раздался заливистый смех. Все три девушки, как по команде, повернулись в ту сторону и увидели входящую в зал парочку — довольно высокую красивую девушку с длинными волнистыми светлыми волосами и голубыми глазами, одетую в фиолетовый топик с блестками, темно-синие джинсы с заниженной талией и черные сапоги на высоком каблуке, и высокого крепкого парня с очень короткими черными волосами и серыми глазами, одетого в темно-серую футболку, черные брюки и серо-черные кроссовки, кое-где забрызганные грязью; в левом ухе у него болталась довольно большая серебряная серьга. Девушка практически без перерыва радостно смеялась и улыбалась всем вокруг, а парень довольно смотрел на нее и улыбался, и от этого взгляда всем становилось не по себе — с одной стороны, он просто смотрел на свою красивую подругу, гордясь тем, что она не досталась другому, а с другой — кажется, будто он, как хищник, сидит (фигурально выражаясь) в засаде, ожидая удобного момента для атаки. Временами его взгляд падал на других девушек; на девушек он пока не обратил внимания из-за того, что они стояли довольно далеко от входа.

— Ута?! — воскликнула Карли и бросилась было к подруге, но ее парень внезапно посмотрел на нее с такой ненавистью, что она остановилась на полпути, испуганно смотря на новоприбывших. Тем временем Ута, наконец, заметила своих подружек и, шепнув что-то своему спутнику, пошла к ним, не забыв окликнуть все еще стоящую на месте Карли, ошарашенно смотревшую по сторонам.

— Где ты пропадала? Мы же договаривались в восемь! — воскликнула Кэт, едва только Ута поравнялась с ней. — Мы уже собирались уйти и пойти тебя искать!

— Да нигде я не пропадала, я просто встретилась с Генри… — засмеялась Ута. — Кстати, девочки, познакомьтесь — это Генри, мой новый друг!

Незнакомец мрачно оглядел Фатиму, Карли и Кэт и изобразил на лице подобие улыбки, переходящей в оскал, на что Ута лучезарно улыбнулась ему.

— Генри, знакомься — это мои друзья — Карли, Кэт и Фатима!

Карли мрачно и исподлобья посмотрела на нового знакомого Уты; Фатима мельком взглянула на него, чуть скривившись; Кэт громко фыркнула, высказывая пренебрежение всем своим видом. Генри оглядел девушек; сначала его взгляд задержался на Фатиме; он внимательно оглядел ее с головы до пят и издевательским тоном спросил:

— Разве таким, как ты, можно ходить по клубам? Да и одета ты неподобающе.

— «Таким, как я»? — ощетинилась девушка. — Что вы имеете в виду?

— Таким, как ты, положено завернуться в черную тряпку и сидеть дома. Разве нет? — радостно оскалившись, ухмыльнулся Генри. Фатима метнула в него полный ярости взгляд, а затем глянула на Уту… которая в тот же момент громко расхохоталась — настолько громко, что некоторые из окружающих обернулись. Карли вытаращила глаза от удивления, Кэт хлопнула себя рукой по лбу. Генри же ждал ответа; точнее, он ждал, что Фатима выйдет из себя и закатит истерику, но, к его великому неудовольствию, девушка взяла себя в руки и, стараясь сохранять спокойствие, отчеканила:

— Ваши данные о современных девушках устарели. Пожалуйста, обновите прошивку вашего головного мозга.

Карли хрюкнула от смеха, Кэт усмехнулась с довольным видом, а Ута опять ничего не поняла и лишь рассмеялась. Генри сначала был готов прибить Фатиму, он уже сжал кулаки и двинулся было на нее, но затем одумался и, покрутив пальцем у виска, схватил свою спутницу под руку и потащил ее вглубь зала; когда они отошли от девушек на метров пять, Генри обернулся, еще раз обвел девушек презрительным взглядом и затем очень пристально посмотрел на Кэт, которая, в свою очередь, смотрела на него немигающим взглядом; затем он с несчастным видом закатил глаза и пошел с Утой дальше.

Девушки пару минут стояли молча; первой заговорила Кэт:

— Вам не кажется, что что-то с этим Генри не так?

— Нет, знаешь, не заметили! — издевательским тоном сказала Карли, но Кэт замахала рукой:

— Да нет, я не в этом смысле. Я попробовала его просканировать… ну, вы поняли. И почему-то не получила никакого отклика. Либо он — отличный телепат, либо невосприимчив к телепатии, либо у него есть пси-подавитель, либо… на этом нормальные варианты заканчиваются.

— Я бы сказала, что с ним не так, только материться не хочу, — гневно прошипела Фатима, стукнув кулаком по столику.

— Судя по всему, его в детстве часто роняли, — буркнула себе под нос Карли.

— Интересно, что с Утой? Она ведет себя так, как будто накурилась, — задумчиво произнесла Кэт. — Да, она в последнее время тоже странно себя вела, но ведь не настолько же…

— Может, этот урод на нее плохо влияет? — мрачно усмехнулась Карли.

— Хм… если без шуток… то мне пришла в голову странная мысль, — еще более задумчиво сказала Кэт, глядя на потолок и почесывая нос. — Хотя… Как думаете, не лучше ли нам просто понаблюдать за ними издалека? Но так, чтобы и нам все было видно, и чтобы они нас не заметили. Мало ли что… а так мы будем начеку…

Девушки, недолго думая, согласились и пошли вслед за нашей парочкой, стараясь и не выпускать их из поля зрения, и не попадаться им на глаза.

Тем временем Генри и Ута купили пару коктейлей, нашли свободный столик и уселись за него, болтая о том — о сем. Точнее, в основном разговаривала Ута, бессвязно болтая обо всем подряд, начиная от новой кофточки в ее гардеробе и заканчивая гипотетическим вторжением инопланетян на Землю в 2025 году. Генри в основном слушал, точнее, делал вид, что слушает, и иногда задавал общие вопросы, чтобы создать впечатление, будто ему интересна болтовня его подружки. Ута же не замечала этого и продолжала болтать, вопить и хохотать.

Кэт, Карли и Фатима нашли более-менее удобное место для наблюдения за нашей парочкой — правда, с него от Генри была видна только спина, зато Ута была видна практически вся. В зале было, как и полагается, очень много людей, и девушкам оставалось только вести себя потише и поосторожнее, чтобы не быть замеченными «объектами» их наблюдения. Неподалеку от них в гордом одиночестве и со скучающим видом сидел высокий крепкий светловолосый парень; перед ним на столике стояли два больших полных стакана с коктейлями, но он не притрагивался к ним и только барабанил пальцами по столу.

Вдруг Ута, истерически хохоча над собственной искрометной шуткой о доблестной американской полиции, сильно отклонилась назад и чуть не упала, но Генри в последний момент поймал ее и резко изменившимся тоном спросил:

— Ты в порядке? Не ушиблась?

— Ага, все окей! — снова хихикнула Ута.

— Ты это… поосторожнее, — внезапно улыбнулся парень. Улыбка получилась натянутой, но, по крайней мере, не похожей на оскал. Ута в ответ еще громче рассмеялась. Генри подождал пару минут, пока она успокоится, и затем спросил:

— Ты одна живешь или с семьей?

— Ну… — внезапно осеклась девушка, резко склонив голову налево. Из-за этого резкого движения ей показалось, будто на доли секунды перед глазами все поплыло, слилось в одно мутное пятно… и в этот момент она внезапно пришла в себя и перестала глупо хихикать; неестественная эйфория словно испарилась, и мир снова предстал перед Утой во всем своем несовершенстве. Девушка огляделась вокруг, ища взглядом подруг, но в клубе было слишком много народу. Она перевела взгляд на Генри, вопросительно смотрящего на нее, и вспомнила, про что он спрашивал. Девушка уже собралась было сказать все начистоту, но внезапно что-то подсказало ей, что не стоит этого делать. — Эм… Живу одна. А что?

— Да так просто, интересуюсь, — усмехнулся парень. — Кстати… Твои подружки какие-то странные. Особенно та арабка.

— Арабка? Фатима? Не надо ее так грубо называть. И она совершенно нормальная, — обиженно произнесла Ута. — И не странные они.

— Да? Ну, тебе виднее… они же твои подруги, а не мои, — снова усмехнулся Генри. Установилось молчание, длившееся около трех минут, в течение которых все просто потягивали коктейли и тупо смотрели в стол. Первым заговорил Генри, хотя в тот же момент Ута уже открыла рот, но ее друг ее опередил и внезапно сменил тему:

— Кстати, я показывал тебе свою новую машину?

— Машину? Новую? Ты мне вообще не говорил, что у тебя есть машина! А что, у тебя их несколько? — удивленно распахнула глаза девушка.

— У меня их три, — подмигнул ей парень; немного подумав, он встал и потянулся, делая при этом вид, что происходящее его абсолютно не интересует. — Знаешь, мне этот клуб не нравится. Скучно здесь. Пошли лучше прогуляемся… заодно и машину тебе покажу. И где живу, — с этими словами он снова подмигнул девушке. — А если хочешь, можем пойти в другой клуб… он закрытый, только для своих… если ты понимаешь, о чем я… Я тебя туда проведу, причем совершенно бесплатно. И могу сделать тебя его членом, причем привилегированным. Соглашайся!

Ута ахнула, прикрыв рот рукой. С одной стороны, она прекрасно понимала, на что намекает Генри; с другой стороны, надежда на лучшее не оставляла ее… к тому же Генри был так добр и внимателен к ней, купил ей столько шмоток и украшений, даже подарил новый смартфон… ей не хотелось верить, что ее новый друг на проверку может оказаться вовсе не таким хорошим и добрым, каким кажется… но этот внезапный разговор о каком-то закрытом клубе показался ей слишком подозрительным. К тому же Генри сегодня странно вел себя — часто резко менял темы разговора, временами, казалось, вообще не замечал Уту и односложно отвечал на ее вопросы… а временами, наоборот, был очень добрым, внимательным и заботливым. Обычно он как раз и был добрым и внимательным, но в меру, не перегибал палку; а сегодня с ним происходило что-то непонятное.

— Ну так что? Поехали?

Ута молчала, судорожно прокручивая в голове возможные варианты развития событий и их последствия. Наконец, после двух минут молчания она встала из-за стола и нерешительно сказала:

— Ну, я не знаю… Давай пока немного потанцуем, а? А потом я тебе скажу, поедем или не поедем в этот твой клуб.

— Ну ладно, — буркнул раздосадованный Генри и неохотно пошел вслед за подругой на танцпол.

Кэт, Карли и Фатима неотрывно следили за нашей парочкой; они слышали почти весь разговор о клубе, поэтому Кэт и Фатиме пришлось несколько раз крепко схватить Карли за руки, чтобы не дать ей подбежать к Генри и врезать ему по роже. Когда же Ута и ее странный поклонник пошли танцевать, девушки вздохнули с облегчением, хотя понимали, что, скорее всего, простым танцем это все не кончится, и, возможно, придется вмешаться.

На танцполе толклось очень много людей. Ута нашла более-менее спокойное местечко и стала танцевать (больше подошло бы слово «дергаться») под обычное клубное «тыц-тыц» от очередного ди-джея из ближайшей подворотни, сварганившего свой «шедевр» (количество подобных которому исчисляется астрономическими числами) из стандартного музыкального набора крякнутой версии одной популярной псевдомузыкальной программы, в названии которой фигурирует большая полосатая ягода (точнее, это не совсем ягода, но это уже совсем другая история). Генри попробовал пробраться (точнее, пробраться через множество дергающихся, прыгающих и временами вопящих нечто нечленораздельное людей) к своей подруге, но по дороге ему случайно заехал по левому уху какой-то не в меру активный тощий и очень высокий парень; он даже не стал извиняться, просто скривился и тотчас же скрылся в толпе. Генри не стал его догонять и, потерев ухо, пошел к Уте, которая к тому времени уже ушла (из-за движения толпы) на несколько метров влево; наконец, через пару подобных итераций он все-таки нашел свою подругу, но, однако, он не стал танцевать или даже притворяться, что танцует, — он просто стоял возле Уты, заслоняя ее от остальных. Девушку, однако, не заботила внезапная пассивность ее ухажера, но, с другой стороны, она и танцевать-то особо не хотела — танцы были всего лишь предлогом, чтобы не обсуждать щекотливый вопрос о каком-то непонятном закрытом клубе, куда ее порывался отвезти ее кавалер.

Через минут десять Ута прекратила танцевать, несколько раз демонстративно зевнула и, позвав мрачно стоявшего в толпе Генри, направилась к выходу.

— Куда ты? В клуб не поедешь?

— Знаешь… что-то голова побаливает, — ответила Ута, вся сжавшись и приготовившись, как ей казалось, к любому варианту развития событий. — Давай завтра, что ли… или на выходных, когда у меня времени больше будет.

— Ну, как хочешь… — вздохнул Генри. — Ты хоть позволишь мне проводить тебя до дома?

— Ээээ… да, конечно, — кивнула девушка.

Парочка направилась к гардеробу; на полпути Генри столкнулся с каким-то толстяком, отчего у него из кармана брюк выпало что-то маленькое и блестящее; парень, чертыхнувшись, поднял это «что-то» с пола и собрался было положить его в карман, делая это как можно заметнее для Уты, которая тотчас же отреагировала, широко раскрыв глаза и удивленно спросив:

— Ой, а что это у тебя? Кулончик?

— Нет, это… — начал было парень, поднеся ладонь с неизвестным маленьким блестящим предметом к лицу (точнее, к шее) девушки. Внезапно он дернулся и приложил руку ко лбу, чуть не выронив из другой руки тот таинственный предмет; лицо парня исказила гримаса боли.

— Что-то не так? — услужливо спросила Ута.

— Да нет, все нормально, — охнул Генри; через секунд двадцать он более-менее пришел в себя. — Ну что, идем домой? — немного натянуто спросил он, внезапно начав коситься куда-то направо.

— Да, пошли, — пожав плечами, ответила Ута. — Кстати, что там ты уронил? Ты мне так и не показал!

— Ну ладно… — сказал парень и снова поднес к лицу подруги раскрытую ладонь с чем-то маленьким и блестящим…

… но в тот момент из толпы выскочил тот высокий светловолосый парень и со всей силы ударил Генри ногой в живот; в последний момент Генри увернулся, сбив нескольких выходящих из клуба людей и врезавшись в стену. Ута взглянула на обидчика своего кавалера… и застыла, как вкопанная — это был ее старший брат, Отто!

— Отто?! Ты что… что ты тут… я не… почему… — от ужаса и удивления девушка не могла толком сформулировать претензии к своему брату, который, строго посмотрев на сестру, со вздохом произнес:

— Я спасаю твою шкуру. Вон отсюда! И побыстрее!

— Ты… Нет, я не уйду! Ты… Ты…

— Заткнись и делай, что тебе говорят! — рявкнул Отто и бросился к поднимающемуся с пола Генри; он схватил его за грудки и швырнул в сторону, сбив при этом нескольких посетителей (из числа тех, кто еще не понял, что тут происходит, и поэтому не занял лучших мест для наблюдения). Генри оскалился, прорычал что-то нечленораздельное и бросился было на Отто, но тот тут же схватил противника левой рукой, затем достал из-за пояса небольшой бластер, похожий на полицейский, приставил его к виску Генри и выстрелил.

Голоса в толпе стихли, все остановились и повернулись в ту сторону, где находились Отто и Генри; даже музыка, кажется, стала тише. Все стояли в оцепенении и ошарашенно глядели на Отто, держащего в руке бластер и яростно смотрящего на валяющегося у него в ногах мертвого Генри. Если бы взглядом можно было убивать, то Генри уже давно был бы испепелен…

Первой молчание нарушила Ута — она с оглушительным визгом бросилась на Отто, колотя его по чему попало и пытаясь вцепиться ему в лицо. Тот не без труда схватил свою сестру за руки и попробовал было посадить ее на небольшой кожаный диван, стоящий у входа в гардероб, но она продолжала вырываться и истошно орать. К своей подруге подбежали Кэт, Карли и Фатима; едва узнав Отто, они тоже хотели на него броситься, но он, сдерживая свою сестру, бросил им:

— Не вмешивайтесь! Это не ваше дело! Убирайтесь отсюда! Все! Валите отсюда! — Последняя реплика предназначалась уже всем посетителям клуба.

Кэт попробовала было телепатически связаться с Отто, но наткнулась на такую сильную защиту, отдача от которой была настолько сильна, что девушка пошатнулась и чуть не упала. Парень сурово посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Ута все еще вырывалась и орала, как резаная; из ее слов нельзя было понять ничего, кроме «сучара», «мразь» и «убийца». Наконец, Отто устал с ней бороться; он легонько шлепнул ее по голове, пристально посмотрел ей в глаза, и в тот же момент девушка отключилась и шлепнулась на диван.

Посетители потихоньку начали приходить в себя; толпа возмущенно загудела, но мало кто осмеливался подойти к «полю боя», а уж тем более задавать вопросы. Кто-то вызвал полицию, кто-то побежал за администрацией клуба.

— Что ты с ней сделал, урод?! — рявкнула Фатима, бросившись на Отто, но тот выставил вперед руку и спокойно, но строго произнес:

— Это не ваше дело. С вашей подружкой все в полном порядке. Она просто потеряла сознание. Все в порядке, еще раз повторяю. А сейчас будьте добры очистить помещение!

— Ты убил Генри! Ты… — начала было Карли, делая вид, будто кошмарно возмущена случившимся, но тут же осеклась, поняв, что блеф и ложь здесь не помогут.

Вздохнув, Отто сел на диван рядом с сестрой и взял ее правую руку в свою. Кэт подошла к нему и негромко спросила:

— Почему ты убил этого… почему ты убил Генри?

— Хороший вопрос, — немного помолчав, внезапно хмыкнул Отто, не глядя на собеседницу. — Я не собираюсь перед всеми вами отчитываться, почему я сделал то или это, — С этими словами он достал из кармана брюк небольшую карточку-удостоверение, ткнул его в лицо Кэт и сразу же спрятал обратно. — Если тебе так уж интересно, почему я прибил этого выродка… посмотри вот на это, — и он указал на тот самый маленький блестящий предмет, валяющийся на полу. Это был всего лишь ключик — заводной ключик для игрушек. Кэт удивленно раскрыла глаза и повернулась к Отто, но тот лишь махнул рукой.

— Ключ? Заводной ключ? Ничего не понимаю! — всплеснула руками Карли. — И еще каким-то удостоверением в лицо тычет! — Она бросилась было к Кэт, но та лишь пожала плечами.

Тут Отто резко встал с дивана и, сложив ладони на манер рупора, зычно крикнул на весь зал:

— Уходите! Все! Уходите отсюда! Быстро!

С первого раза почти никто его не послушался, но после второй и особенно третьей попытки (самой громкой и похожей на рык) люди зашевелились, недовольно загудели и начали уходить из клуба, возмущенно перешептываясь; некоторые даже порывались подойти поближе к трупу (а особо одаренные пытались сфотографировать его), но натыкались на полный ненависти взгляд Отто. Кэт и компания никуда не ушли и все еще стояли, глядя на валяющуюся на диване Уту и ее брата, неподвижно стоящего и с яростью смотрящего куда-то в пространство. Заметив, что девушки никуда не собираются уходить, он резко повернулся к ним и хотел было что-то сказать, но внезапно с улицы донесся вой полицейских сирен; тогда Отто отвел девушек подальше от входа и негромко сказал им:

— Быстро убирайтесь отсюда. Слышите, быстро! Как можно быстрее! Старайтесь не попасть копам на глаза! Слейтесь с толпой и ни в коем случае не привлекайте к себе внимание! А еще лучше — рассредоточьтесь, идите поодиночке!

— Что… — начала было Фатима, но Отто строго посмотрел на нее и еще тише сказал:

— Быстро, слышите! Быстро уходите, пока не поздно!

— Но… Ута… — начала было Кэт.

— Все с ней нормально будет! Уходите! Быстро!

Вой сирен становился все громче и громче, поэтому девушки, кивнув друг другу, почти мгновенно оделись и, рассредоточившись и стараясь слиться с толпой, осторожно вышли на улицу. Там уже стояли три полицейские машины. Пока копы еще не разговаривали с посетителями клуба, поэтому девушкам удалось уйти из поля их зрения, однако людские потоки разнесли их по разным сторонам улицы — Фатима оказалась в небольшом хорошо освещенном переулке слева от входа, Карли — на противоположной стороне улицы рядом со входом в метро, Кэт — дальше всего от своих подруг — в метрах десяти справа от входа, рядом с небольшим полупустым кафе. Девушки тщетно пытались найти друг друга — слишком сильным было движение на улице. Поэтому они поспешно побрели, куда глаза глядят, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

Фатима пошла домой и дошла до дома без происшествий, разве что во дворе на нее залаяла бродячая собака. В квартире было непривычно пусто; девушка наспех поужинала и ненадолго включила телевизор, немного посмотрела какое-то политическое ток-шоу, в конце которого подрались трое участников, и легла спать, но заснула только под утро из-за мыслей о случившемся в клубе.

Карли сначала хотела тоже пойти домой к Фатиме и Уте, но заплутала во дворах и переулках и в итоге вернулась туда, откуда начала свой путь, и пошла дальше, в итоге придя на полную разнообразных магазинов улицу. Было холодно, куртка на девушке была не особо теплой, поэтому максимум, что она могла сделать, — это посильнее натянуть капюшон на голову, чтобы не застудить ее. Хотелось есть, но при себе у Карли было очень мало денег — судя по ценам (по крайней мере, на этой улице), с трудом хватит даже на шоколадный батончик. Тяжело вздохнув, девушка пошла дальше, постоянно оглядываясь; пару раз ей казалось, что она видит полицейских, но либо она их не интересовала, либо это были не полицейские. С «улицы магазинов» Карли свернула на самую обычную заполненную жилыми домами длинную и довольно узкую улицу, раздваивающуюся в конце; по незнанию — она не бывала в этой части города (который уже нельзя назвать даже мегаполисом — это какой-то гигаполис, если не больше) — она свернула налево и, пройдя метров пятьдесят, зачем-то снова свернула налево, в небольшой переулок, в конце которого находилось что-то, похожее на небольшой магазин с ярко светящейся вывеской… по крайней мере, ей так показалось; но когда она подошла поближе, то с удивлением обнаружила, что это весьма подозрительного вида клуб; а стоящие в сторонке слишком откровенно одетые девушки (и пара очень подозрительно одетых парней) завершили картину. Карли, тяжело вздохнув, пошла обратно и вошла в один из дворов — большой, неухоженный и плохо освещенный; там она, изнемогая от усталости, села на одну из не до конца сломанных скамеек, облокотилась на спинку… и мгновенно забылась мертвым сном.

Кэт поначалу хотела телепатически связаться со своими подругами, но потом махнула на это рукой, к тому же вспомнив совет Отто. И она осторожно пошла вперед, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания. Одета она была довольно тепло, в кармане лежало немного денег, но было неясно, куда идти: вариант «домой» отпадал сразу; можно было вернуться в одно из старых убежищ, но это, считай, стопроцентное самоубийство; можно самой поискать какое-нибудь безопасное местечко, но уже слишком поздно, да и холодно — не успеешь найти ничего подходящего. И все-таки девушка упорно шла вперед. Один раз ей встретился полицейский джип, припаркованный рядом с обычным жилым домом и, к счастью, пустой; полицийских поблизости не наблюдалось, и Кэт пулей пронеслась рядом с машиной. Девушка очень долго шла по жилым кварталам; она из последних сил надеялась, что встретит кого-то из друзей или просто знакомых, но увидела, да и то издалека, лишь идущую домой продавщицу, у которой этой осенью несколько раз покупала воду.

Пошел мелкий дождь. Кэт натянула капюшон куртки почти до самого носа и стала искать хоть какой-нибудь навес; после десяти минут поисков ее усилия были вознаграждены — рядом с одним из домов на Джарвисон-стрит стоял закрывшийся на ночь продуктовый киоск с довольно большим навесом, и девушка бросилась туда, надеясь переждать дождь; однако через минут пять-семь он усилился. У киоска была небольшая приступка снизу, куда можно было сесть, не боясь ни упасть с высоты, ни сидеть враскорячку; туда-то Кэт и уселась. Приступка была довольно широкой, чтобы на ней можно было комфортно сидеть, но вот лечь было весьма проблематично — а ведь девушке очень хотелось спать (особенно после такого напряженного и драматичного вечера).

Через минут десять-пятнадцать дождь постепенно стал ослабевать, и Кэт потихоньку, стараясь не ступать в особо глубокие лужи, пошла дальше. Девушка старалась не смотреть на светящиеся окна домов — это пробуждало в ней лютую ненависть к простым людям — обычным обывателям, глупым, безвольным, серым и неинтересным существам, живущим своей бессмысленной жизнью, не интересующимся ничем, кроме себя самих… однако именно эти безвольные букашки сейчас сидят в теплых квартирах… большинство из них спит в теплых и мягких кроватях, а те, кто не спит, сидят перед телевизором, едят и пьют что-то вкусное, болтают друг с другом… Продолжать эту логическую цепочку Кэт не стала, иначе могло получиться, что быть простым обывателем намного выгоднее, чем… Тут она чуть не утонула в огромной луже, преградившей вход в небольшой темный переулок. Кое-как обойдя само собой образовавшееся городское «мини-море», девушка направилась было в находящийся слева двор, но вдруг сзади раздался громкий и неприятный женский голос:

— Стоять! Вы арестованы!

— Чего? — резко обернулась Кэт, мгновенно приготовившись дать отпор; она увидела стоящую рядом с лужей светловолосую девушку-полицейского с пистолетом; в тот же момент дамочка открыла огонь, но Кэт удалось увернуться от пуль — правда, она грохнулась в другую лужу (пусть помельче и поменьше, но все равно приятного мало) и больно ударилась правым плечом о стену дома. Когда девушка-полицейский снова направила свое оружие на Кэт, та решила с ней не церемониться и телепатически атаковала ее, послав мощный пси-импульс (честно говоря, мощным он был только для самой Кэт, т. к. времени на развитие телепатии у нее просто не было); ни на что она не надеялась, думая, что у копов наверняка есть пси-подавители, но, к ее удивлению, атака подействовала, и дамочка-полицейский, вскрикнув и выронив пистолет из рук, покачнулась и упала на левый бок, ударившись левой рукой о стену и чудом не свалившись в громадную лужу.

«Интересно, почему они до сих пор чаще всего используют обычные пистолеты, а не бластеры? Ведь они у них тоже есть, только редко используются. Не хотят рисковать из-за криворукости большинства сотрудников?

Кэт смотрела на валяющийся на земле пистолет; соблазн забрать его с собой был велик, но, однако, девушка-полицейский не потеряла сознания и пока просто сидела на земле, приходя в себя после чудовищной боли в голове, вызванной телепатической атакой, к тому же пистолет лежал рядом с ней; так что Кэт решила не рисковать и бросилась прочь.

25 октября 2017 г., 13:29

Больница ICTEC, холл на пятом этаже.

— … Значит, завтра тебя выписывают? — произнес Джим Мэнн, подходя к большому мягкому дивану со светло-бежевой обивкой, на котором сидел Фрейзер.

— Да. У врачей больше никаких претензий нет. С моей боевой системой тоже разобрались… ведь так? — Марк пристально посмотрел на своего приятеля, на что тот дернулся и на пару секунд замешкался, но затем с виноватым видом кивнул:

— Да-да, все готово. Я создал новую защитную систему…

На пару минут оба собеседника замолчали, затем Джим, глядя куда-то в сторону, с деланной беззаботностью негромко произнес:

— Надо бы сегодня вечером сбегать в магазин, купить продуктов для праздника…

— Для какого? — с таким же равнодушием ответил Марк, тоже не глядя на собеседника.

— Ну, для дня рождения…

— Черт побери! — воскликнул Фрейзер. — Так у тебя же завтра день рождения! Я и забыл совсем…

— Да ничего, ничего, не беспокойся. Все забывают. Со всеми бывает… — отмахнулся Мэнн.

— Все забывают? Хочешь сказать, тебя никто не поздравляет?

— Да нет, домашние вроде как поздравляют, но… как бы сказать… словно делают одолжение. А вот коллеги по работе часто забывают.

— Так ты же вроде никогда не говорил, когда у тебя день рождения… точнее, говорил, но вскользь.

— Да нет, говорил, хоть я и не участвую в этих ваших корпоративных праздниках, — покачал головой Джим. — Просто… просто никого это не интересует.

— Ну не надо строить из себя несчастного, не надо, — похлопал Марк приятеля по плечу. — Я, конечно, ничего тебе подарить не могу, но поздравить на словах сумею.

— Да ничего-ничего, все в порядке, — Мэнн тяжело вздохнул и замолчал, глядя на свои ноги. Он помолчал минуты три, затем негромко сказал, переведя взгляд на потолок: — Вот в детстве меня нормально поздравляли, правда, только дома, но тогда я еще был глупым ребенком, поэтому со мной и нянчились, а вот когда я вырос, и стало ясно, что не быть мне среднестатистическим менеджером, экономистом или юристом, вот тогда на меня стали косо смотреть.

— А я никогда особо не зацикливался на теме дней рождения и прочей подобной чепухе, — после небольшой паузы ответил Фрейзер. — Поздравляют — и ладно.

— Да, конечно, это не важно, но, согласись, приятного мало, когда тебя не замечают или усиленно делают вид, что не замечают. Так ко мне относились в школе и в университете, так пытались относиться и дома. Друзья у меня были — такие же чокнутые гики, как и я, и их родители и знакомые тоже бесились из-за их нестандартных хобби — ну не нравится обычным людям, когда кто-то «копается в железках» и «играет в кровавые игрушки». Ну, вообще-то там были намного более грубые формулировки. Однажды чуть даже не дошло до рукоприкладства — отец решил, что все проблемы с электричеством в нашем квартале происходят из-за меня, и чуть не набил мне морду, но вмешались дед с бабкой. Тогда мне вообще хотели запретить копаться в железе, но все обошлось.

— Ну, у меня детство было не такое драматичное, все было более-менее нормально, — сказал Марк. — Правда, я был довольно драчливым, но до серьезных конфликтов дело не доходило. Хотя однажды наша дворовая «банда» решила подраться с «бандой» соседнего двора, и одному мальчишке сломали руку, но никто не стал выяснять, кто это сделал, — все списали на мерзкий характер того парня — а он и действительно был сволочью: издевался над животными, хамил всем вокруг, даже учителям, воровал деньги… в итоге, говорят, он уже в 14 лет подсел на наркоту, а в 15 загремел в колонию.

— Не, я ни с кем не дрался, но и меня не били, — ответил Джим. — В институте общаться с людьми стало легче, нашел там новых друзей, но остальные все равно смотрели на нас, как на чокнутых, которые хотят уничтожить Землю или как минимум «взломать все компьютеры».

— Кстати, а ты откуда родом?

— Из Калифорнии. Мой родной город был разрушен еще в конце декабря 2014 г., когда начался весь этот кошмар. Я уехал оттуда еще 18 декабря — меня пригласили в PSYKOM.

— Значит, ты застал начало этого… этой… в общем, начало всего этого? — спросил Марк, внимательно глядя на собеседника; было видно, что новая тема разговора заинтересовала его не на шутку. — Я тоже кое-что застал, но уже тогда работал в Кристалсэнде; сам понимаешь, какая тут защита, поэтому я мало что видел — только полчища этих монстров, нападающих на людей, и кошмарные ливни, грозы и ветры.

— Ну, как видел… тут сложно что-либо описать, надо это видеть. Десятки, сотни людей вокруг, внезапно умирающих непонятно от чего — кто-то вообще взрывался, у кого-то буквально отваливались руки, ноги, головы, кто-то разрывался на части, кто-то просто падал замертво… И все это настолько быстро и внезапно, что толком не успеваешь сообразить, что происходит. Людей выкашивало то целиком в определенном месте — например, внутри здания, то избирательно — например, полосками или кругами на большой площади. А потом еще начались всякие ужасы с погодой — то внезапный мороз под -20, то вдруг еще более внезапная жара под +40, то дождь, то ветер, то метель… и все это буквально в течение нескольких минут.

— Похоже на бред. Это ведь зимой началось?

— Посмотрел бы я на тебя, если бы ты своими глазами все это видел. Спроси кого угодно из выживших — именно так все и было. Слов нет, чтобы все это описать. Словно… сама реальность искажалась.

— Слишком много пафоса, — хмыкнул Марк.

— Иначе не скажешь. Потому что кроме как «искажением реальности» произошедшее не назовешь. А что потом было… я видел все это только в записи, но это и к лучшему… Целые города вымирали и разрушались за считанные минуты… заполняясь полчищами кошмарных монстров…

— Эй, полегче, полегче с пафосом. Монстры — те самые, с которыми мы сражались все это время? Или другие?

— Да, именно те самые, — ответил Мэнн. — Они чем-то похожи на тех странных существ, с которыми ты уже несколько раз сражался с помощью своей боевой системы. Только те были похожи на животных, а эти, новые — на людей.

— Ну, я не вдавался в подробности, я просто мочил этих уродов. И да… ты очень пафосно говоришь. Раньше я за тобой такого не замечал.

— Ну… как могу, так и говорю… За поразительно короткий срок было уничтожено огромное количество городов, однако люди возвращались на развалины и восстанавливали их, причем в рекордные сроки. Из-за этой… будем говорить «войны«… прекратили существование некоторые страны и даже нации…

— Ты говоришь так, будто репетируешь речь для какого-то важного выступления, — болтая правой ногой, сказал Марк. — Можешь чуточку попроще говорить?

— А как проще? Материться не хочется.

— Ха. Ну ладно, говори как можешь…

— Ну, а про что еще говорить… Они нас убивают, разрушают все на своем пути — а мы не падаем духом, отстаиваем города, создаем новые страны и союзы, разрабатываем новое оружие… они снова нападают — мы защищаемся… и так много раз… пока, наконец, сайбровцам не удалось… — Джим внезапно всплеснул руками и замолчал. Марк вопросительно посмотрел на него и спросил:

— Что удалось? Что им удалось?

— Ммммм… Прости, Марк, но я чуть не… чуть не выболтал тебе одну корпоративную тайну. Я и так слишком много тебе рассказал.

— Слишком много? Так ведь это даже в новостях показывали!

— Мало ли что показывали… Смонтировать и выдать за реальное видео можно что угодно. Другое дело — видеть это все своими глазами. Поверь, было намного страшнее, чем показывают по ТВ.

— Хм, тогда зачем же ты сам первым затронул эту тему? — удивился Фрейзер. — Забыл об этих ваших «корпоративных тайнах»?

— Да нет… просто так… — Мэнн снова замолчал.

Установилась тишина, которую по прошествии минут пяти-шести нарушил Марк:

— Слушай… все-таки я не понимаю, что это за существа, с которыми мы сражались все это время? Инопланетяне, что ли?

— Извини, Марк, но я не могу ответить на твой вопрос, — после небольшой паузы покачал головой Джим. — Да, это тоже тайна. К тому же мы в ICTEC и даже в PSYKOM не знаем всей правды о произошедшем… точнее, о происходящем, если принять во внимание те самые таинственные убийства.

— Все дороги ведут в Sybra? — издевательским тоном спросил Фрейзер.

— Ничего не могу сказать. Извини, — развел руками Мэнн. — Я и так сболтнул тебе лишнего. К тому же… к тому же многое из того, про что ты спросил, даже для меня остается загадкой, потому что у меня нет нужного уровня доступа…

— Мда. Весело… — Марк немного помолчал, глядя на стоящий рядом с диваном маленький столик с небольшой вазой из темного стекла, в которой стояло несколько искусственных белых хризантем. — Я в последнее время все чаще думаю — что же на самом деле произошло 17 декабря 2014 г.? Все говорят, что началась война, но война с кем? С монстрами? А кто они и откуда, что им надо?

— По крайней мере, мы в ICTEC, считай, ничего не знаем. Ребята из PSYKOM информированы лучше нас, но все равно все об этом знают только в Sybra. Я когда-то был в Сайбра-сити, но в их главном офисе меня не пустили дальше проходной. Это все, что я могу тебе сказать. И давай лучше больше не будем об этом говорить, хорошо? — Джим взглянул Марку в глаза. — А то дело может дойти даже до увольнения.

— Хорошо, хорошо, только не нервничай ты так, — вздохнул Фрейзер. — Давай тогда о чем-нибудь другом поговорим. Например, о погоде.

— Да… универсальная тема…

26 октября 2017 г., 12:44

Джарвисон-стрит.

— Ну и денек… Жуткая холодрыга, да еще этот ветер… — поежился сидящий на скамейке в пустынном дворе Алекс, кутаясь в старую куртку цвета хаки. — Я еле-еле нашел нормальное спокойное местечко, чтобы передохнуть. На нескольких копов чуть не напоролся, причем они стояли именно там, где я шел, а шел я всякими закоулками, и копов там обычно не бывает! У меня такое ощущение, что они за всеми нами следят и просто… как бы оттягивают удовольствие, не прикончив нас всех разом.

— Да, кстати, мне так же кажется! Не понимаю, как они нас выслеживают? Со спутников, что ли? — воскликнул сидящий на соседней скамейке Джордж.

— Действительно, как? Я слышала, что это может быть связано с чипированием, — отозвалась стоящая рядом Милена, докуривающая сигарету.

— Тони тоже говорил что-то про чипы. В границах города ведь связь отличная, мобильный Интернет везде есть, Wi-fi и все такое… ну, вы поняли, — кивнул Алекс и тяжело вздохнул. — Ничего не поделаешь — это демократия…

Остальные вздохнули в ответ и погрузились в свои мысли. Докурив сигарету, Милена раздавила ногой окурок и села на скамейку рядом с Джорджем, положив голову ему на плечо; дело в том, что эти двое были знакомы с детства и с прошлого года начали реально встречаться. Алекс, увидев такие телячьи нежности, хмыкнул и еще сильнее закутался в куртку.

Ветер подул еще сильнее. На детскую площадку вышли мамаша с маленьким ребенком — девочкой лет пяти, постоянно теребившей помпоны на своей ярко-розовой шапке. Мамаша посадила ребенка на старые скрипучие и облупившиеся от времени качели (судя по сохранившимся ошметкам краски, раньше они были красно-желтыми) и покачала ее пару минут, а затем у нее зазвонил телефон, по которому она тихо поговорила около полутора минут, после чего вместе с дочкой быстро ушла со двора.

Вскоре налетел новый порыв ветра, еще сильнее, чем прежний. На скамейку рядом с Алексом сел воробей и почти сразу же улетел, а буквально через полминуты прилетели два голубя и стали с наглым видом ходить перед ребятами, словно требуя, чтобы их покормили. Джордж покопался в безразмерных карманах своей куртки, но нашел только пару небольших крошек, которые, однако, кинул птицам, однако их это не удовлетворило; они еще немного походили рядом со скамейками, а затем улетели.

Тем временем ко двору, где сидели наши Алекс, Джордж и Милена, твердым шагом шла Эми Кларк; из-за своего блондинистого характера она все еще строила планы мести Кэтрин Дрейк, из-за которой она позавчера чуть не свалилась в лужу, испачкала одежду и обувь (в особенности — новые белые замшевые сапоги, купленные только на прошлой неделе) и больно ударилась об стену. Пока она не могла выследить местонахождение своей обидчицы из-за проблем с мобильной связью в нескольких районах города и поэтому сама решила уйти с дежурства и поискать Кэт в одном из таких районов. Девушка решила взять с собой прилагающееся к ее боевой системе оружие — копье — и несла его пристегнутым к поясу; дело в том, что оно было складным и энергетическим (однако им можно было пользоваться в неактивированном виде, но только как обычным копьем безо всяких примочек), поэтому в сложенном виде не причиняло особых неудобств.

Пока поиски не принесли результатов, к тому же Эми пару раз подвернула ногу из-за так любимых ею ультравысоких каблуков (начальство уже несколько раз делало ей замечания по поводу соблюдения дресс-кода, но она все пропускала мимо ушей). Она уже хотела возвращаться обратно, но под конец решила зайти в один из двориков… и, как можно догадаться, обнаружила там Алекса и его друзей. Громко рявкнув: «Руки вверх!», она, беспорядочно паля из пистолета, бросилась на ребят, но те разбежались в разные стороны, и девушка врезалась в скамейку и больно ударилась об нее ногой. Произнеся десятиэтажную нецензурную словесную конструкцию, Эми снова бросилась на своих «врагов», но Милена врезала ей по лицу, а Джордж достал из кармана пистолет и собрался было стрелять, но патронов было только два, и ни один, к сожалению, не попал в цель — хоть Эми и была тупой гламурной дурой, инстинкт самосохранения у нее присутствовал. Алекс хотел было броситься на девушку-полицейского, предварительно разогнавшись, но та, каким-то чудом вовремя отреагировав, отпихнула его мощным ударом ноги, и парень, испустив хриплый крик, отлетел в сторону, чуть было не врезался в карусель и, не долетев до нее буквально сантиметров двадцать, затих. Тем временем Милена достала из карманов два длинных ножа и бросилась на Эми, пока та приходила в себя после расправы над Алексом; она целилась своей противнице в глаза, но в последний момент Эми резко повернулась в сторону и практически на автомате выстрелила Милене в лоб. Увидев, как сбрендившая дамочка-полицейский убила его девушку, Джордж сначала остолбенел, а затем, оскалившись, с гневным воплем, переходящим в хриплый рык, бросился на блондинистую дамочку и начал ее методично избивать, не забыв сначала выбить у нее из рук пистолет; Эми сопротивлялась, но силы были слишком неравны. Однако когда Джордж прижал ее к стене, она все-таки смогла дотянуться до копья и из последних сил ткнула им в грудь своему сопернику. Удар был слабым, но этого хватило, чтобы Джордж на несколько секунд остановился. Тогда Эми наотмашь ударила его по лицу и собралась было изобразить из себя героиню дешевых боевиков, врезав ему по лицу острым каблуком, но не удержалась на одной ноге и, громко визжа, упала на землю; однако когда Джордж попытался схватить ее за грудки, она ударила его между ног каблуком, и пока противник корчился от боли, отбежала к трупу Милены, немного подумав, подняла ножи и бросилась к своему противнику, который на удивление быстро пришел в себя и ударил Эми кулаком в лицо. В ответ девушка попыталась пырнуть его ножом, но Джордж отреагировал быстрее, выхватил у нее из рук нож и отбросил его в небольшую кучу полуистлевших листьев рядом с детской гимнастической стенкой. Противники в течение нескольких минут обменивались ударами разной степени эффективности, не причинив, однако, друг другу существенного вреда; Эми постоянно пыталась пырнуть Джорджа оставшимся ножом, но парень ловко уворачивался.

К этому моменту Алекс уже более-менее пришел в себя, но от удара болело все тело (чудом ничего не сломалось), и не могло и быть речи о том, чтобы попытаться атаковать Эми на сверхвысокой скорости. Алексу оставалось лишь сидеть в стороне и наблюдать за ходом битвы, будучи не в силах помочь своему товарищу.

Тем временем Джордж уже начал уставать, его удары уже были не настолько мощными и точными, как раньше. И в один момент Эми в приступе ярости наудачу ткнула ножом в своего противника и, к своей дикой радости, попала ему в глаз. В лучших традициях грайндкора и трэшовых фильмов ужасов она вонзала лезвие все глубже и глубже, добравшись до мозга и радостно в нем ковыряясь. Это «веселье» длилось буквально секунд десять, затем девушка вырвала нож из глаза противника и несколько раз проехалась им по его шее. Вид крови лишь раззадорил Эми, и она еще несколько минут била ножом уже мертвого противника, остановившись лишь тогда, когда капля крови чуть не попала ей в глаз. В одно мгновение из безумной воительницы Эми превратилась обратно в гламурную дурочку и сразу же начала осматривать свою одежду — не заляпала ли она ее кровью; заляпать-то заляпала, но не настолько, чтобы закатывать истерику. Девушка огляделась и обнаружила сидящего рядом с каруселью Алекса, все еще до конца не оправившегося от удара; она подняла с земли оброненное в схватке копье и только хотела наброситься на парня, как ее внимание привлекло странное потрескивание за спиной. Эми обернулась и увидела в метрах пяти-семи за собой высокое светящееся бесплотное человекоподобное существо, висящее в воздухе. Одно нажатие на кнопку на экране КПК — и девушка, облачившись в броню, активировала энергетическое копье и просто метнула его в странное создание. Результат был вовсе не тем, чего она ожидала, — существо даже не пыталось обороняться и взорвалось от атаки копьем, причем ударная волна была хоть и ощутимой, но не принесла особых повреждений окружающим объектам и самой Эми — ее отбросило всего на пару метров.

Встав с земли и подняв свое копье, девушка снова собралась было прикончить Алекса (который мог разве что матюгнуться на нее), но внезапно прозвучал резкий дребезжащий звонок мобильника — Эми звонил кто-то из начальства. Разговор получился очень коротким — начальник рявкнул, чтобы Эми сию же секунду возвращалась на свой пост, а из-за того, что она его покинула, ей придется сегодня работать на два часа больше. Скривив носик, девушка пролепетала, что сейчас же вернется на свой пост; она хотела еще сказать, что поймала террориста, он сильно ранен, и она может его убить прямо сейчас, но спорить было не просто бесполезно, но еще и опасно, поэтому после окончания разговора она только пожала плечами и издевательским тоном бросила Алексу: «Ну что, дорогой мой… сегодня тебе очень крупно повезло. Я убью тебя в следующий раз. Все-таки лежачего не бьют. Ну, а теперь мне пора. Сейчас отключим эту красоту…» — и с этими словами она только занесла палец над кнопкой выключения системы на экране КПК, как система сама отключилась.

«Ух ты! Мэнн ведь недавно обновлял прошивку! И он говорил что-то про новые классные фишки! Голосовое управление — это круто! И, кажется, здесь еще есть и управление силой мысли!»

Еще раз осмотрев себя, Эми повесила сложенное копье себе на пояс, резко развернулась на каблуках и пошла прочь со двора.

А Алекс все еще сидел рядом с каруселями. Он был готов убить себя за то, что не смог защитить друзей — Эми прикончила их с такой легкостью, будто была профессиональным киллером. Злился он на себя еще и потому, что слишком сильно полагался на свою сверхспособность и потому оказался выведен из строя в самом начале боя.

«Они играючи убивают нас. Для них это игра. Или спорт. Соревнуются, кто больше убьет. И попутно убивают обычных людей, самых обыкновенных, никак не связанных с политикой или повстанцами. Мы думали, что можем что-то изменить в этом донельзя коррумпированном мире, когда-то чуть не развалившемся на куски из-за войн мегакорпораций и теперь наспех слепленном воедино стараниями еще одной мегакорпорации. Хотели донести свои мысли и предложения до властей. Надеялись, что построим новый, лучший мир. И в итоге нас отстреливают, как бродячих собак. Горстка людей, недовольных действиями властей, ничего не сможет противопоставить корпорации, правящей миром и подмявшей под себя правительства всех стран. Мы оказались бессильны что-либо изменить…»

Подул ветер, а через пару минут начал накрапывать дождь, через минуту закончившийся так же внезапно, как и начался. На качели села крупная ворона, громко каркнула и уставилась на окровавленные трупы Милены и Джорджа. Из кустов медленно и с чувством собственного достоинства вышла большая серая полосатая кошка с шикарным пушистым хвостом, подошла к качелям, потерлась об них, посмотрела на ворону, затем подошла к каруселям и села неподалеку от Алекса.

«… но надежда умирает последней…»

26 октября 2017 г., 15:48

Тренировочный зал ICTEC.

Лотта тренировалась уже в пятый раз за эту неделю. Тренировки происходили против виртуальных противников, но благодаря последним достижениям науки и техники все удары и другие атаки ощущались как реальные. Сегодня Лотта сражалась против полчищ китайцев в одинаковых сиреневых халатах (она всегда недолюбливала азиатов, а тут представилась такая шикарная возможность…). Тренировка началась около часа назад. Успехи были значительными — 84 % противников Лотта уничтожала, не дав им толком атаковать себя, еще 11 % наносили ей слабые повреждения, но она быстро убивала их, 3 % были еще сильнее и в среднем убивались за минуты две-три, а вот с оставшимися 2 % приходилось помучиться. Тренировочная сессия подходила к концу, но Лотте хотелось бы, чтобы она не прекращалась — только здесь она могла дать выход быстро накапливающейся в глубинах ее души ярости.

Через пару минут, когда тренировка уже закончилась, и Лотта просматривала статистику своих боев, в зал вошел Грейсон. Поприветствовав коллегу одним лишь поднятием руки, он, стоя у входной двери, произнес:

— Ну что, опять тренируешься? Что-то в последнее время ты только этим и занимаешься.

— Иначе сейчас никак, — покачала головой Лотта. — Надо быть готовой ко всему. Если мы не хотим повторения того кошмара…

— Можно подумать, кто-то этого хочет.

— Конечно. И ты знаешь этих людей.

Грейсон, закатив глаза, вздохнул и замолчал на несколько минут, затем спросил:

— Кстати, ты тренируешься только врукопашную или…?

— Да, «или», — отрезала Лотта. — Намек понятен?

— О, да, конечно, — Грейсон с издевательским выражением лица изобразил поклон и, еще полминуты посмотрев на свою коллегу, суетящуюся возле тренировочного пульта, вышел из зала.

Лотта, убедившись, что нежданный гость ушел и в ближайшее время не вернется, закрыла входную дверь, при этом около двух минут проверяя исправность замков, и затем спустилась по расположенной в конце зала лестнице во второй тренировочный зал, немногим больше первого; исправность замков его двери она проверяла чуть ли не пять минут. Убедившись, что никто не потревожит ее своим присутствием, Лотта подошла к тренировочному пульту и остановилась в метре от него, словно сомневаясь, стоит ли его включать, но спустя секунд двадцать она, кивнув самой себе и сжав кулаки, все-таки подошла к нему и включила его.

«Ну, начнем…»

26 октября 2017 г., 16:33

Больница ICTEC.

Финнеган лежал на кровати и мрачно смотрел в потолок. Он быстро шел на поправку, но врачи сказали ему как можно меньше двигаться, особенно как можно реже сидеть, вставать и ходить; немного приподниматься в постели, чтобы поесть и попить, можно, но ненадолго. Боли в спине уже почти не беспокоили Джека; он постоянно порывался нарушить предписания врачей и хотя бы встать с кровати и посмотреть в окно, но здравый смысл каждый раз брал верх. Пока к Финнегану не заходили коллеги по работе, хотя один раз к дверям его палаты подошел Фрейзер, поздоровался, постоял полминуты, глядя словно в пустоту, и ушел, просто махнув рукой.

«Надоело здесь валяться. Такое впечатление, что про меня все забыли. Хоть бы кто-нибудь пришел…»

Дверь в палату была неплотно закрыта; из коридора доносились звуки шагов и разговоры, в основном тихие, но иногда и неприлично громкие для такого заведения; например, две медсестры обсуждали странное поведение пациента, пострадавшего от мощной телепатической атаки, — первую неделю он почти все время спал, а затем начал часто вскакивать с кровати и разбрасывать небольшие предметы по палате; на все вопросы он отвечал, что ничего не разбрасывал, оно само — мол, он просто посмотрел на эти предметы, они поднялись в воздух, он испугался, и предметы упали. «По описанию очень похоже на телекинез, особенно учитывая распространение людей со сверхспособностями в наше время. Но сомневаюсь, чтобы телекинез пробудился после телепатической атаки. Хотя, возможно, фигурально выражаясь, эта атака сорвала с человека «психические оковы», мешавшие ему использовать свою способность», — подумал Финнеган. Этот разговор был самым интересным из всех невольно послушанных за время его пребывания в больнице; во всех остальных случаях люди либо трепались о своей личной жизни, либо разговаривали на своем особом медицинском языке, вставляя через слово как минимум один заковыристый научный термин. А вот сегодня ничего интересного подслушать не удалось, да и вообще мало кто проходил рядом с палатой Джека — с утра в соседнюю палату, судя по шуму, кого-то привезли, и после этого никто больше не приходил.

«И ведь ничего не происходит! Как будто в какой-нибудь серой жиже валяюсь. Хоть бы что-нибудь случилось, черт побери»

И в тот же момент из части соседних палат раздался истерический писк бесперебойников, в коридор тут же выскочило множество врачей и медсестер. Финнеган огляделся — нет, здесь не было никакого сложного оборудования, поэтому и бесперебойник не нужен; а свет был выключен с самого утра, хотя на улице было пасмурно. Разве что камера в правом от двери углу… Джек впервые ее заметил. «Ну, логично, что они ведут за всеми слежку; мало ли что с кем случится…»

Через минуты две в палату вбежала молоденькая медсестра с крашеными в темно-красный цвет волосами:

— У нас отключилось электричество. Говорят, масштабная авария. Кое-где в городе тоже света нет. Починят минимум через часа три, не меньше. Вам ничего не нужно? Все в порядке?

— Да, в полном, — отмахнулся Джек, немного приподнялся и потянулся к прикроватному столику, чтобы взять смартфон, но внезапно скривился от боли, вскрикнул, обхватил голову руками и упал на кровать так неудачно, что чуть не свалился на пол. Медсестра бросилась к нему, желая помочь, но он замахал рукой, другой при этом прикрывая голову и особенно лицо.

— У вас приступ? Вам помочь? — чуть склонив голову набок и широко раскрыв глаза, спросила девушка.

— Нет у меня никакого приступа… — сквозь зубы процедил Финнеган.

— Я же вижу, вам срочно нужна помощь! Я сейчас приведу врача! — медсестра бросилась было к двери, но Джек внезапно рявкнул:

— Не надо мне никаких врачей! Все в порядке! Все нормально, говорю же!

— Но ведь…

— Все нормально! Все хорошо!

— Но… — девушка в нерешительности застыла у двери. — Я, наверное, тогда немного побуду с вами… ну, на всякий случай.

Финнеган ничего не ответил. Через минуты полторы он резко убрал руки от лица и закутался в одеяло, буркнув при этом:

— Откройте окно, пожалуйста.

— Окно? Но на улице холодно. Может, включить кондиционер? — медсестра взяла со столика пульт.

— Нет, именно окно. Мне нужен свежий воздух.

— Как хотите. Но на улице холодно…

— А здесь жарко и очень душно, — мрачно ответил Финнеган. — Откройте, пожалуйста, целую створку, а не форточку, так быстрее проветрится.

— Но как вы ее закроете? Вам ведь нельзя вставать, — покачала головой девушка.

— Все нормально. На полминуты-то можно встать. Подумаешь, великая работа — закрыть окно, — еще сильнее закутываясь в одеяло, сказал Джек. — Я закрою его где-то через минуту — как раз хватит для того, чтобы и проветрить, и не простудиться — одеяло-то теплое, не успеет остыть. И, пожалуйста, закройте дверь поплотнее — я хочу поспать, а эти голоса и топот мешают заснуть.

Медсестра, пожав плечами, настежь открыла окно, немного постояла, глядя на улицу, затем взглянула на Финнегана, еще раз пожала плечами, тяжело вздохнула и ушла, закрыв дверь.

26 октября 2017 г., 17:04

Парк-стрит.

Кэт сидела на полуразвалившейся скамейке под старым ясенем; дерево давно хотели то срубить, то сжечь, то еще каким-нибудь способом уничтожить, но никогда не доводили задуманное до конца, а ясеню все было нипочем; был он невысоким — метра три, но зато очень толстым. Дерево росло в большом, но неухоженном дворе рядом с детской площадкой, на которой в более-менее рабочем состоянии были только песочница и маленькие низенькие, почти стелющиеся по земле двухместные карусели.

Кэт еще с позавчерашнего вечера не могла найти ни Карли, ни Фатиму, ни кого-либо из своих друзей; точнее, она один раз видела издалека парня, похожего на Стефана, но не решилась подойти к нему из-за того, что рядом проезжал полицейский джип. Девушке ничего не оставалось, как скитаться по городу, стараясь не ходить по более-менее многолюдным улицам. Сегодня утром, проходя по одному из многочисленных темных и узких переулков, Кэт обнаружила лежащий в луже лицом вниз труп полицейского с огромной рваной раной на спине и словно отрезанной циркулярной пилой правой ступней, а рядом с ним (к счастью, не в луже) валялся бластер с почти полностью заряженным аккумулятором. Недолго думая, девушка забрала оружие с собой и побыстрее ушла с места трагедии.

Денег у Кэт было мало, она старалась покупать самую дешевую еду и как можно в меньших количествах, но даже при таких мизерных тратах она бы протянула максимум еще четыре-пять дней. Девушка видела нескольких своих знакомых продавцов, но не рискнула к ним подойти из соображений безопасности. Видела она и нескольких своих «неполитизированных» знакомых, но и к ним не подошла по той же причине.

Вчера вечером в одном из переулков Кэт напоролась на троих гопников. События сначала развивались по банальному сценарию: девушка, стараясь сделать вид, что не замечает парней, попробовала пройти рядом, но они загородили ей путь и потребовали денег. Кэт хотела было убежать, но один из гопников сильно ударил ее в грудь, и она чуть не упала в полную полусгнивших листьев лужу; в следующий момент девушка чисто рефлекторно телепатически атаковала веселую компанию. Парни такого явно не ожидали и с громкими ругательствами повалились на землю; сознания они не потеряли, но были обезврежены на время, достаточное для того, чтобы девушка спаслась бегством.

В данный момент Кэт вспоминала тот миг, когда телепатически атаковала гопников; атака была непроизвольной, чисто рефлекторной. Девушка заметила, что в последнее время начала все чаще и чаще применять свою способность не по назначению, просто вырубая противников, и это успело войти у нее в привычку. По канонам супергеройских комиксов и подобной продукции Кэт уже давно должна была загнать себя в депрессию из-за продолжительного и чрезмерно интенсивного самокопания, но она не была склонна к постоянной рефлексии и, наоборот, старалась развить именно эту сторону своей способности — мощные телепатические атаки, заставляющие противника как минимум потерять сознание.

Внезапно Кэт кто-то окликнул; она повернулась и увидела несущегося к ней парня в длинном сером плаще.

— Тони!

Запыхавшийся Тони подбежал к своей знакомой и чуть не упал на скамейку.

— Ты откуда? И почему так спешишь?

— Нет времени все объяснять… Надо еще столько всего сделать… — сказал, отдышавшись, Тони и вытер пот со лба. — Есть новости от айситековцев и прочей швали. Уже готова новая боевая система; правда, пока неизвестно, кто будет пользователем. Еще выяснилось, что Sybra нужна помощь ICTEC для реализации очередного мегапроекта…

— Что? Сайбровцы просят помощи у кого-то заштатного ICTEC? — удивилась Кэт.

— Да, именно так. Говорят, у Sybra в последнее время проблемы с PSYKOM, поэтому они решили напрямую обратиться к ICTEC. Я не знаю ничего об этом проекте, кроме того, что этот проект будет иметь самое непосредственное отношение к нашему городу.

— Мда… А насчет новой боевой системы — еще одна? Им мало двух? Они и так могут любого прикончить.

Кэт вздохнула, а затем, немного подумав, спросила:

— Ты не видел никого из наших?

— Только Рида, он какой-то странный — то ли сонный, то ли пьяный. Я хотел с ним поговорить, но он стал невидимым и смылся.

— Хм, странно… А больше никого не видел? Карли, например?

— Нет, больше никого. Я вообще сейчас бегаю по городу и ищу наших, но, кроме тебя с Ридом, никого пока не видел. И это наводит на очень нехорошие размышления.

Тони еще немного постоял рядом с Кэт, затем махнул рукой на прощание и убежал. Девушка лишь пожала плечами и пошла куда глаза глядят.

«Не знаю, что мне дальше делать… одна неопределенность… кто-то из друзей мертв, убит этими копами, другие вообще непонятно где. И денег почти нет. И приткнуться никуда нельзя. Вообще непонятно, что дальше делать. Девчонок пока искать рискованно, да и вообще на контакт хоть с кем-то из наших выходить рискованно. Получается, теперь я полностью предоставлена самой себе. И надо что-то делать с этой неопределенностью. Ничего толком не делаю, просто мечусь туда-сюда… надо с этим кончать»

Кэт получше закуталась в свою куртку и медленно пошла прочь.

26 октября 2017 г., 20:30

Черри-стрит.

Марк провожал Эми домой. На улице час назад начался сильный дождь; у Фрейзера был с собой зонт, но не очень большой, однако Эми запросто поместилась под ним. Всю дорогу она рассказывала своему возлюбленному самые последние новости из жизни сотрудников компании; Марк поначалу отвечал ей — сначала более-менее развернуто, потом — все более и более односложно и в итоге просто задумался о своем, прекратив слушать щебетание своей подружки, до того увлеченной пересказом очередной сплетни, что она даже не замечала, что ее не слушают. Эми заметила, что Марк ее не слушает, только тогда, когда они подошли к ее дому, и она спросила у него, зайдет ли он к ней домой. Марк не ответил, думая о чем-то и сосредоточенно глядя перед собой. Эми пришлось наступить ему на ногу, чтобы он хоть как-то среагировал:

— Эй! Ты что, меня вообще не замечаешь? Я тут перед тобой распинаюсь, а ты молчишь…

— Извини, Эми, просто задумался о своем… — пожал плечами Марк. — Что ты хотела?

— Ты зайдешь ко мне домой? Можешь даже переночевать у меня, — игриво подмигнула Эми.

— Домой? — задумчиво произнес Фрейзер. — Нет, пожалуй, как-нибудь в другой раз…

— В другой раз? Ты у меня дома уже давно не был! — плаксиво воскликнула девушка. — Наверное, уже месяц ко мне не приходил!

— Понимаешь, я в больнице лежал, и у меня было такое состояние, что прийти к тебе в гости было бы как минимум опасно. Для тебя, — буркнул Марк. — Но я попробую найти свободную минутку, чтобы зайти к тебе. Может быть, в ближайшее время как-нибудь свожу тебя в ресторан, например…

— Ну ладно, — вздохнула Эми. — Слушай, почему ты сегодня весь день такой мрачный? Что-то случилось?

— Да нет… Просто все еще думаю о том, что мне рассказал Джим, — с неохотой ответил Фрейзер.

— Да? И что он тебе рассказал?

— Да так, ничего интересного… про ту войну, что недавно закончилась, — отмахнулся Марк, всем своим видом показывая, что очень не хочет говорить со своей девушкой на эту тему.

— А, опять эта война… — закатила глаза Эми. — Ну и что он тебе рассказал новенького? Это были инопланетяне, да?

— Нет, не инопланетяне. Никто толком не знает, кто это был. И мне бы очень не хотелось обсуждать эту тему с тобой… и вообще с кем-либо, — твердо ответил Марк, не очень-то мягко и ласково положив Эми руку на плечо. — Давай закроем эту тему раз и навсегда.

— Так мы же еще даже ее не открыли, — пожала плечами девушка. — Ну да ладно, как скажешь… меня все равно эти ваши войны не интересуют.

Марк и Эми еще некоторое время молча постояли во дворе дома последней, затем Фрейзер проводил свою подругу до подъезда, кратко с нею попрощался и быстро ушел. Девушка озабоченно посмотрела ему вслед, затем, тяжело вздохнув, пошла к себе домой. Войдя в квартиру, она, не включая света, прошла в гостиную, плюхнулась на диван и закрыла глаза.

«Что это с Марком… В последнее время он какой-то странный — мрачный, нелюдимый, неразговорчивый. Даже со мной стал меньше говорить. И смотрит на всех как-то странно. И, кажется, все это началось с того дня, как ему дали эту боевую систему…»

Зазвонил мобильный телефон. Звонила Кайли, подружка Эми; она хотела узнать, пойдут ли они завтра в клуб; Эми сначала задумалась, затем неуверенно сказала, что да, и, коротко попрощавшись, положила трубку, после чего отключила у телефона звук и засунула его под диванную подушку.

За окном было темно, лил дождь. Девушка, полежав минут пять, встала, подошла к окну и приоткрыла створку. Эми смотрела на соседний дом — на то, как загорается и гаснет свет в окнах, затем перевела взгляд на улицу и пару минут смотрела на проезжающие машины и снующих туда-сюда — даже в такую погоду — людей. Затем, внезапно всплеснув руками, девушка резко закрыла окно, занавесила шторы и пошла спать, оставив открытой дверь из спальни в гостиную.

В это время Марк шел к себе домой. У него из головы все не шел разговор с Джимом. Фрейзера никогда особо не интересовали подробности той войны, но после того разговора захотелось покопаться в подробностях и узнать всю правду, тем более что практически все детали произошедшего являются большой тайной (и, похоже, что-то об этом знает только Sybra, и не все, не многое, а именно что-то, кое-что… а вот почему — этого Марк не знал, ему так показалось). На одном из пешеходных переходов на Фрейзера чуть не налетел высокий тощий парень в тонкой куртке, удивленно оглядывающийся по сторонам; когда на его лицо упал свет фонаря, его глаза блеснули фиолетовым светом. Марк подумал, что это просто глюки… и на глюки он также списал и тот факт, что таинственный незнакомец насмешливо посмотрел на него и даже хотел что-то сказать, но вместо этого прошел мимо, сделав вид, что так оно и должно быть.

Придя домой, Марк на скорую руку поужинал, немного посмотрел телевизор (новости и какой-то очередной крутой блокбастер с кучей спецэффектов и полным отсутствием смысла) и пошел спать; перед тем, как лечь в постель, он немного постоял в темной спальне у окна, думая о том — о сем — и о войне, и о работе, и о Эми, и о террористах, и о своей боевой системе… Мысли слиплись в один большой комок. Зевнув до боли в челюсти, Марк лег в постель и приготовился заснуть, но все никак не получалось. Он списал это на пребывание в больнице, где успел хорошенько выспаться. Около часа он просто лежал с закрытыми глазами, думая обо всем сразу и в то же время ни о чем определенном, затем он встал и выпил на кухне немного воды, а когда вернулся в спальню, то лег и сразу закутался в одеяло, стараясь ни о чем не думать. Но заснуть все не удавалось. Уже был час ночи, а Марк все не спал. Он старался ни о чем не думать, но мерзкий комок мыслей никак не давал ему покоя — в голове всплывало то то, то се, то пятое, то десятое, иногда всплывала мелодия какой-нибудь популярной песни. Сонливость как будто была, но в то же время и нет. В итоге Фрейзер опять встал и подошел к окну. Дождь к тому времени почти перестал. Марк постоял у окна около десяти минут, не глядя ни на что определенное — он просто переводил взгляд с соседних домов на небо, с неба — на стоящие во дворе машины, с машин — на переулок, за которым видна другая улица. Наконец, ему это надоело, и он снова лег в кровать, но, укрываясь одеялом, он вдруг дернулся, словно от разряда тока, — его мозг пронзила невесть откуда взявшаяся мысль — «Все вокруг идет не так, как надо, все перевернулось с ног на голову, все неправильно, и будет только хуже, скоро все изменится, мир больше не будет таким, как прежде…». А через пару секунд от этой мысли уже не осталось и следа — осталось только странное ощущение того, что случилось что-то непоправимое. Но Марк не стал зацикливаться на этом — он слишком сильно хотел заснуть — именно заснуть, не спать, поэтому снова закутался в одеяло и через минут двадцать все-таки заснул.

29 октября 2017 г., 21:46

Тупик на 13 авеню.

«… Где я?.. Что я тут делаю?.. Какой сегодня день… что вообще происходит?..» — таковы были мысли в голове Карли, очнувшейся на земле рядом со сломанным деревянным ящиком, наполненном драными газетами и прочей макулатурой.

«Какого черта… Ничего не понимаю… Как меня сюда занесло…»

Девушка, покачиваясь, встала и попробовала сделать пару шагов, но ноги ее подкосились, и она упала, больно ударившись левым коленом.

«Черт побери… Откуда эта слабость… Не понимаю, что могло случиться, что меня сюда занесло. Ну, хоть одежда на месте… и деньги… деньги?.. Ах, да, вот немножко… Если постараться, можно купить чего-нибудь поесть и попить — какую-нибудь булочку и бутылку какой-нибудь минералки… Ой… откуда у меня столько денег? Было же намного меньше… откуда столько? Мда… ничего не понимаю…»

Карли подвинулась поближе к ящику и прислонилась к нему. Во всем ее теле чувствовалась сильная слабость, но никакой боли не было… зато было какое-то странное чувство, которое не описать словами. Какая-то особенная легкость вперемешку с настороженностью и испугом; ощущение того, что что-то явно не так, но что именно — непонятно. И от этого появляется все усиливающийся, животный страх.

Карли так просидела около получаса; она пару раз закрывала глаза, чтобы подремать, но сонливости не было; затем она стала смотреть на плотно затянутое облаками темное грязно-серое небо. На улице было не очень холодно и безветренно.

Тупик с трех сторон был ограничен высокими одинаковыми серыми домами; нестройные гирлянды светящихся окон расцвечивали их скучные стены. Пара гаражей, закрывающая почти все оставшиеся проходы, лишь довершала мрачную картину. Со всех сторон раздавались приглушенные городские звуки — голоса людей, рев моторов и автомобильные гудки, музыка… но здесь, в этом маленьком тупичке, все воспринималось совершенно по-другому — никакой эйфорией от нахождения в ночном мегаполисе и не пахло, чувствовались лишь грусть, уныние и безысходность.

«Ну да ладно. Хватит мне тут прохлаждаться. Пойду куплю себе чего-нибудь перекусить… хоть я и не знаю, откуда у меня столько денег»

Карли встала и, покачиваясь, медленно пошла к выходу на улицу; дорога была перегорожена здоровенным темно-синим джипом, внутри которого в данный момент никого не было. Девушка, недолго думая, решила, используя свою сверхспособность, пройти сквозь машину, но внезапно обнаружила, что ее способность не работает: сколько бы она не напрягалась, какие бы мысленные команды не пыталась отдать себе, у нее не получалось пройти сквозь джип, и она только билась коленями и локтями об его двери. Она тщетно пыталась пробиться к выходу около десяти минут, но… никакого результата. Ее способность просто не работала.

От ужаса Карли хотелось заорать во всю глотку и броситься на проклятую машину, круша ее голыми руками. Сердце бешено колотилось, руки тряслись, девушка с трудом могла думать о чем-либо, кроме текущей ситуации. Похоже, выход из этого положения был один — остаться здесь и ждать, пока уедет машина; можно было, конечно, попробовать позвать на помощь, но велика вероятность попасться на глаза полицейским.

Помощь пришла оттуда, откуда ее не ждали: через минут двадцать пришел владелец машины, невысокий коренастый парень в плотной темно-синей куртке, черных джинсах и надвинутой на глаза черной кепке. Увидев лежащую рядом со своей машиной девушку, он бросился к ней:

— С вами все в порядке? Вам не нужна помощь?

Карли, толком не понимая, что происходит, повернулась к незнакомцу…

— … Рон?

— Карли! Черт меня побери! Карли! — воскликнул парень, осторожно поднимая девушку с земли. — Что с тобой? Как ты здесь оказалась?

— Я не… я не знаю… — все так же отстраненно ответила Карли.

— Давай я отвезу тебя к себе домой! А там разберемся, — мигом сориентировался Рон. Он очень аккуратно поднял девушку и подвел ее к своей машине; когда он уже открыл заднюю дверь, внезапно его внимание привлек чей-то хриплый неразборчивый шепот, доносящийся откуда-то сбоку. Карли же сразу поняла, кому принадлежит этот голос, и негромко произнесла:

— Клэр? Это ты?..

Из небольшой подвальной двери справа вышла невысокая рыжеволосая девушка в длинном грязном сером пальто; видно было, что оно ей велико.

— Клэр?

Но та не откликнулась и, бросив рассерженный взгляд на Карли и Рона, убежала прочь, путаясь в полах пальто, и скрылась в одном из дворов.

— Кто это был? — спросил Рон.

— Я думала, что это Клэр, одна из моих подруг… — слабым голосом ответила Карли, помаленьку приходя в себя. — Я боялась, что ее пристрелили копы. Но, наверное, это не она; ведь здесь темно, я могла ошибиться.

— В любом случае тебе нельзя здесь оставаться. Давай я отвезу тебя к себе домой?

— Нет-нет, не надо, я как-нибудь сама… — Девушка сделала пару шагов вперед и вдруг застонала и упала на руки своего знакомого. Рон тяжело вздохнул и только хотел положить Карли на заднее сиденье своего автомобиля, как вдруг кто-то легонько тронул его за левое плечо. Рон обернулся и тут же был вырублен мощным ударом кулака. Это было делом рук высокого крепкого парня с длинными волнистыми светлыми волосами. Отбросив в сторону свою незадачливую жертву, он наклонился к лежащей на земле тяжело дышащей Карли:

— Эй! Как ты? Что с тобой?

Девушка перевела на него мутный взгляд и негромко прошептала:

— Арни?.. Что ты здесь делаешь?

— Я видел Клэр в этом переулке и побежал за ней, но она исчезла. А потом я увидел, как какой-то парень собирается затолкать тебя в машину… и решил помочь.

— Это был мой старый знакомый… одноклассник, с которым я в последний раз виделась очень давно, — вздохнула Карли, кое-как поднимаясь с земли. — Он хотел отвезти меня к себе домой, и я бы у него хотя бы поужинала и переночевала. А ты, не разобравшись, врезал ему, и я не знаю, как мне теперь быть…

— К себе домой? Он хотел отвезти тебя к себе домой?! — воскликнул Арни. — Карли, ты дура? Ты согласилась на это? Он же… он же хотел…

— Он хотел помочь мне… — тихо произнесла Карли. — Мне очень нужна помощь. Моя сверхспособность почему-то не работает, и я не знаю, что мне делать и куда идти. Я вообще не знаю, как я здесь очутилась. Последнее, что я помню, — как я села на скамейку в каком-то занюханном маленьком дворе. Так что мне очень нужна помощь. Любая.

Арни с минуту молчал, сосредоточенно смотря куда-то перед собой и колотя пальцами по правой щеке, а затем сказал:

— Так… Надо убираться отсюда, да побыстрее. Я знаю одно местечко…

— Стой, а как же Рон? — запротестовала девушка.

— Рон? Ничего ему не будет. Я его несильно ударил.

— Но он…

— Возражения не принимаются! — твердо сказал Арни, взял Карли под руки и повел ее в соседний двор.

30 октября 2017 г., 11:48

Лайлак-стрит.

— … Получай, тварь!

Эми, будучи уже в броне, со всей силы ударила копьем в левый бок высокое тощее морщинистое человекоподобное существо с серо-коричневой кожей с очень большими складками, грустными мутно-желтыми глазами и непропорционально длинными руками; его рот был чуть приоткрыт, и оттуда виднелись редкие темно-желтые кривые зубы; одето оно было в одни лишь рваные и растянутые серые джинсы. Оно даже не пыталось атаковать, только оборонялось, в основном отпрыгивая в сторону или прячась за все, что попадалось на пути. Эми нашла своего противника (если его можно так назвать) совершенно случайно: она, находясь на дежурстве, решила устроить себе небольшой перекус и пошла в ближайшее кафе и решила срезать путь, пройдя через очередной мелкий, тесный и грязный двор. Возле одной из полуразвалившихся лавочек лежала собака, а рядом с ней сидело то существо и мрачно тыкало в нее пальцем. Эми в приступе праведного гнева тут же трансформировалась и бросилась на мнимого убийцу лучшего друга человека, но в тот же момент этот самый друг в ужасе вскочил и понесся прочь; но Эми это не остановило, и она радостно ткнула непонятное существо копьем прямо в сердце, однако противник резво отскочил в сторону и спрятался за стоящей напротив лавочкой. Вся «битва» состояла из подобных атак и отскоков. Существо не издавало никаких звуков, кроме тихого кряхтенья и оханья; оно выглядело старым и уставшим, но, судя по скорости реакции, было еще в неплохой форме.

Наконец, спустя минут пять Эми удалось загнать противника в угол, точнее, прижать его к закрытой подъездной двери; девушка было приготовилась проткнуть ему голову, но странное существо вдруг со всей силы ударило ее левой рукой и отскочило в сторону. Эми пришла в ярость и, даже особо не целясь, кинула копье в снова спрятавшегося за скамейкой противника и прошила его насквозь; при этом светившийся лимонно-желтым светом наконечник копья сразу же погас, а существо громко охнуло, обмякло и упало на землю, словно укрывшись складками собственной кожи. Девушка подошла к нему и презрительно пихнула его ногой в правый бок.

«О, как быстро мне удалось прибить этого урода! И не будет никаких следов на асфальте, и никто не сможет предъявить мне претензий! А то в последний раз я не успела вовремя выдернуть шест из двери, и меня чуть не прибила не в меру инициативная бабулька…» — думала Эми, вертя в руках свое оружие.

Внезапно откуда-то раздался топот ног и встревоженный голос:

— Эми! Как ты там? Помощь не нужна?

— Марк! — удивленно всплеснула руками девушка. — Что ты здесь делаешь? У тебя же дежурство в другом квартале!

— Я просто проходил мимо и увидел, что ты с кем-то сражаешься, вот и решил помочь, — пожал плечами Фрейзер.

— Я уже сама со всем справилась! Вот, смотри, какого урода я убила! — Эми, отключив броню, еще раз ткнула ногой в тело мертвого «врага». — Эта… это чудовище хотело убить собаку, но я вовремя вмешалась!

— Ничуть не сомневаюсь в твоей компетенции, — хмыкнул Марк, с интересом рассматривая мертвое существо. — Просто я думал…

— Но ты же видишь, что я сама со всем могу прекрасно справиться! Я ведь не какая-нибудь гламурная дура!

— Ладно, ладно, не кипятись… — примирительно замахал руками Марк. В последнее время Эми часто стала доказывать ему (да и остальным коллегам по работе) собственную значимость — например, упорно ходила на все задания одна (и пока что не нарвалась на сколь-либо большие неприятности). Мало кто придавал этому хоть какое-то значение, хотя, например, Мэнн уже третий день пытался узнать у нее какие-то технические детали относительно функционирования брони, но Эми делала вид, что очень занята. Так и в этот раз Фрейзер решил не мучить себя:

— Ну, если здесь все в порядке, то я пока съезжу к нам в офис, там есть одно дельце. Тебя не надо никуда подвезти? — примирительно спросил он.

— Нет, спасибо, я пока здесь побуду — скоро уже обед, я пойду в кафе.

Марк ничего не ответил, только коротко кивнул и пошел прочь со двора. Эми некоторое время постояла, глядя вслед своему возлюбленному, затем ловким движением руки сложила копье и тоже пошла со двора, но в другом направлении.

«Надеюсь, теперь никто и ничто не оторвет меня от обеда…»

30 октября 2017 г., 18:01

17 авеню.

Кэт, закутавшись в куртку, сидела на скамейке на детской площадке посреди маленького двора и смотрела на небо. Утром погода была на редкость хорошая — ясная, ни единого облачка, ветер слабый и довольно теплый; к вечеру похолодало, но ненамного, кое-где на небе появились облака, не закрывающие, тем не менее, солнце; а сейчас уже было совсем темно, но Кэт, как и большинство ее друзей, любила гулять в темное время суток, любуясь огнями ночного города. Девушке хотелось прогуляться по городу, ничего особого не делая, — просто гулять и наслаждаться хорошей погодой… и предаваться воспоминаниям о не таком уж далеком прошлом — об учебе в старших классах школы и вузе; правда, последнему помешала кардинально изменившая мир катастрофа, о причинах которой до сих пор ничего не известно, да и вообще по большому счету до сих пор непонятно, что это было. Кэт старалась не давать своим мыслям перескочить на эту мрачную тему, но…

«Что же это все-таки было? Я помню дикий снегопад и кошмарные морозы, резкие, ужасные перепады температуры, постоянные отключения электричества, хаос во всем городе, доведенные до безумия толпы людей, сметавшие все на своем пути… Но никто так и не объяснил, что случилось. Конечно, простые люди придумывали самые разные версии — от обычных погодных аномалий до инопланетян. А таинственные смерти во время того катаклизма? Или внезапное исчезновение людей, иногда даже больших групп — нескольких сотен, например? А странные монструозные существа — вроде саблезубых кошек с орлиными крыльями или трехголовых лошадей — которых видели на окраинах нашего города? Правда, сама я их не видела и не знаю, стоит ли этому верить, но не думаю, чтобы столько людей либо сговорились, либо чего-то объелись или накурились. А то, что сейчас происходит? Эти таинственные убийства и непонятные светящиеся существа… И еще эта новая навороченная броня у копов…»

Вздохнув и отогнав от себя мрачные мысли, Кэт встала со скамейки и медленно пошла к проходу на соседнюю улицу, узкую и местами вообще не освещенную. Там располагался заброшенный чуть ли не со времен начала той катастрофы продуктовый магазин, где периодически находили себе пристанище бомжи, наркоманы и прочие непривлекательные личности; сейчас же в подвале магазина временно обосновались Алекс, Рид, Стефан, Арни и Карли. Кэт шла медленно и осторожно, постоянно прислушиваясь и оглядываясь по сторонам, но стоило ей только выйти со двора, как на нее наскочил непонятно откуда выскочивший полицейский, высокий и худой мужчина; он сразу же направил на нее бластер («Неплохо… милое оружие себе отхватил», — отметила Кэт), но девушка непроизвольно, прямо-таки инстинктивно атаковала противника мощным телепатическим импульсом и мгновенно вырубила его — полицейский, охнув, упал на землю и выронил оружие, которое Кэт сразу же подобрала. Телепатическая атака вызвала у девушки сильную головную боль, перед глазами у нее чуть не потемнело, но она уже привыкла к подобному; она все чаще и чаще использовала подобные атаки, и поначалу боль была намного сильнее; она обычно полностью проходила через час или чуть меньше.

На улице было уже достаточно темно для того, чтобы никто ничего не заметил, к тому же в этой части города еще не полностью развернули систему уличного видеонаблюдения, поэтому Кэт покопалась в карманах у своей жертвы и, к своей радости, нашла там немного наличных денег. Девушка оттащила полицейского подальше в проход между домами и посадила на землю, прислонив его спиной к небольшому кусту, а затем, спрятав бластер в карман куртки, местами уже изорванной, пошла к месту назначения — заброшенному магазину, находящемуся в паре минут ходьбы. Закрыт он был давно, и с тех пор никто им не занимался. Витрины были целиком закрыты плакатами, так что со стороны все выглядели более-менее прилично. Вход в подвал находился с ближней к Кэт стороны. Девушка несколько раз оглянулась вокруг, но нашла ничего (и никого) подозрительного — людей рядом с ней не было, лишь вдалеке виднелось несколько фигурок; в этом не было ничего удивительного, т. к. эта часть города. Вздохнув, Кэт с величайшей осторожностью и как можно тише открыла дверь, ведущую в подвал, и начала спускаться вниз по узкой и крутой лестнице, освещаемой парой подслеповатых и грязных маленьких лампочек.

Вся компания сидела в небольшой, но, однако, не очень тесной комнатке, освещенной четырьмя лампочками чуть побольше тех, что на лестнице, но намного ярче. Карли лежала на старом драном диване, который когда-то был темно-зеленым, но сейчас превратился в серо-зеленый и щеголял дырами и торчащими во все стороны пучками ниток. Рид дремал, сидя прислонившись к стене и укрывшись чьим-то большим черным пальто. Стефан сидел в таком же старом и драном, как диван, кремовом кресле и с хмурым видом смотрел куда-то под ноги и барабанил пальцами правой руки по подлокотнику. Арни сидел в углу неподалеку от Карли и изо всех сил старался не заснуть; видно было, что это ему дается с трудом — он уже несколько раз закрывал глаза на пару-тройку секунд и затем открывал их с выражением величайшего отвращения на лице. Не хватало только Алекса, но он обещал вот-вот подойти.

— Привет, ребята, — негромко, но ясно произнесла Кэт и села на стоящий неподалеку от входа белый стул с высокой спинкой, явно украденный из какого-то летнего кафе.

— Привет-привет, — отозвался Стефан, повернувшись к девушке. — Ну что, как дела?

— Да так… как всегда. Голова болит, аж раскалывается. Я же только что копа чуть не прибила — он наскочил на меня и чуть не пристрелил, но я вырубила его. Голова болит, конечно, дико, но зато я стащила у него бластер и немного денег, — Кэт помахала оружием и похлопала себя по карману.

— Ха, неплохо, неплохо… — зевнув, пробурчал Арни, все еще борясь со сном. — А у нас тут проблема. У Карли отключилась ее сверхспособность.

— Как?! — охнула Кэт. — И когда? Хотя я, кажется, знаю…

В этот момент в комнату влетел Алекс; правда, его нынешняя скорость была немного меньше, чем обычно, и двигался он осторожнее, но этому имелось логичное объяснение — последствия его недавней драки с Эми.

— О, вы все тут! — воскликнул он. — А что это с Карли?

— Ее сверхспособность отключилась, — мрачно ответил Арни. — И она не знает, почему и когда, потому что она помнит только, как села на скамейку в каком-то дворе и заснула, а потом — только то, что она очнулась в каком-то тупике, и что было между этим — она уже не помнит. Может, ее оглушили, может, еще что-то…

— В нее ведь недавно выстрелили какой-то штуковиной, которая временно отключила ее способность, — отозвалась Кэт. — Но потом мы ее достали, и все пришло в норму! Неужели у этой гадости есть какое-то отсроченное действие…

— Ох… как же мне это все не нравится… — тяжело вздохнул Алекс, садясь на еще один белый стул, стоящий в углу рядом со столом, на котором лежало четыре пачки крекеров, штук десять, не меньше, больших шоколадных батончиков, две большие булки с темной лоснящейся корочкой, два больших пакета яблок — темно-красных и зеленых — и три большие бутылки холодного чая, а на полу рядом с ним стояли четыре большие бутыли с минералкой.

— Да нам всем это не нравится, — недовольно пробурчал Стефан, смачно зевнув.

— Вот подумайте: где, например, Вик? Где Валерия? — не унимался Алекс. — Когда вы их в последний раз видели? А? То-то же. Пропали с концами, как говорится. Я слышал, что Вик хотел уйти из города, но это же самоубийство — пытаться спрятаться от федералов на пустошах! Боюсь, как бы его с Вэл не пристрелили…

— Да, многих наших прикончили копы, — вздохнул Стефан. — Недавно вот Николь и Джеки убили. Клэр с ними была, я думал, что ее тоже за компанию пристрелили, но она вроде сбежала. Это было во время налета на кафе Кристины. Вы ведь в курсе?

— Ага… — покачала головой Кэт.

Тут наконец-то проснулся Рид; окинув мрачным взором всю компанию, он попытался было встать, но запутался в полах пальто и чуть не грохнулся на пол, чертыхнулся, кое-как встал, накрыл пальто Карли, сел на пол, прислонившись к дивану, и спросил, широко зевнув:

— Ну что, ребята, что дальше делать будем?

— Хороший вопрос… — усмехнулся Алекс. — Пожалуй, то же, что и раньше… — Тут он встал, достал из карманов по бластеру, с удовлетворением оглядел их и снова убрал. Воцарилась тишина, которую через пару минут прервал недовольный голос Рида:

— А где продолжение так толком и не начавшегося пафосного монолога в стиле голливудских блокбастеров?

— А какое тут может быть продолжение… — хмыкнул Стефан. — Тут не болтать нужно…

— Надо что-то делать, ага, — отозвалась Кэт.

— Но вот что? — театрально взмахнул руками Алекс, вскочив со стула. — Наших товарищей убивают — а мы спокойно сидим, сложив лапки, как будто ждем, когда и нас прикончат!

Внезапно Карли подала голос и спросила слабым и тихим голосом:

— Ребята, можете дать мне чего-нибудь попить? Лучше простой водички.

— Да-да-да, сейчас, — отозвался Алекс, мгновенно схватил большую бутыль, наполнил водой стакан из стоявшего под столом рюкзака и только подбежал было к Карли, как раздался громкий удар в ведущую в подвал дверь. Казалось, будто она вот-вот сломается. Все находящиеся в комнате синхронно вздрогнули и замерли в ожидании чего-то жуткого. Алекс чуть не уронил стакан, расплескав часть воды на пол; Арни широко открыл глаза и наконец-то полностью проснулся, если можно так выразиться

— Что это было? — округлил глаза Рид, чуть не подскочив в воздух. — Копы?

— Не имею понятия, как и ты, — нервно отозвался Стефан. — Думаю, нам…

Тут раздался второй удар, и, судя по звуку, на этот раз верхняя дверь точно оказалась выбита. Все снова вздрогнули и на этот раз не успели вымолвить ни слова, потому что в следующий момент ведущая в комнату дверь была снесена чем-то очень быстрым и очень ярко светящимся…

30 октября 2017 г., 18:25

Штаб ICTEC.

— … Вы не знаете, где Лотта? Мне срочно нужно к ней зайти! — крикнула Эми, забежав в кабинет, где сидели Стоун и Финнеган, и, не дождавшись ответа, побежала дальше. Полицейские удивленно переглянулись и продолжили свой разговор, в котором место нашлось для всего — и для текущей криминальной ситуации в городе, и для теорий заговора, и для политики… но все равно раз за разом они возвращались к теме, которая в последнее время волновала их все больше и больше: к тому, чем же на самом деле была та глобальная катастрофа, произошедшая в декабре 2014 г. Вариантов было много — начиная от секретных правительственных опытов и кончая инопланетянами; когда дело дошло до них, оба полицейских попробовали пошутить, но ничего веселого на ум не приходило; да и вообще в последнее время у них было крайне мрачное состояние, причем далеко не только из-за проблем со здоровьем. Стоун потихоньку привыкал к своему протезу, у Финнегана все еще побаливала спина. Но дело было не в этом — в воздухе витало что-то странное, мрачное, и это чувствовали все.

А в это время Эми носилась по коридорам штаба ICTEC, тщетно пытаясь найти Лотту; зато она чуть не врезалась в Мэнна, бежавшего ей навстречу.

— Эми! Зайди ко мне, пожалуйста, мне срочно нужна твоя помощь! — встревоженно сказал он, пытаясь взять девушку под руку, чтобы отвести ее в свой кабинет, но Эми грубо оттолкнула его:

— Нет-нет, мне некогда, мне надо Лотту искать! Я попозже к тебе зайду!

— Нет, это срочно! Это очень срочно! Ты не…

— Нет, я сейчас не могу, я потом! Пока! — и девушка, чуть не пнув Мэнна, убежала, оставив его в растерянности стоять на середине коридора.

В это время с другого конца коридора куда-то помчался Фрейзер; увидев Мэнна, он остановился:

— В чем дело? Что-то случилось?

— Мне нужно срочно поговорить с Эми. Срочно! — твердо ответил тот, чуть ли не топнув ногой.

— Что такое? Я могу ей передать.

— Мне нужно получить кое-какие данные от…

Но Мэнн не успел договорить, потому что заверещал мобильный телефон Фрейзера. Короткий — не больше сорока секунд — разговор — и Марк, лишь махнув рукой на прощание, убежал прочь, снова оставив Мэнна в гордом одиночестве. Он так простоял минуты полторы, затем тяжело вздохнул и с мрачным видом побрел в свой кабинет; но стоило лишь ему закрыть дверь, как по коридору, громко стуча каблуками, пронеслась Эми — теперь уже в том же направлении, что и Фрейзер.

Между тем Стоун и Финнеган все еще сидели в том кабинете и все еще разговаривали о том — о сем. Формально рабочий день уже кончился, но на деле очень мало кто уходил с работы в такое время — большинство сидели еще как минимум час. И когда разговор зашел о том, чтобы пораньше уйти домой, в кабинет ворвался Фрейзер. Окинув присутствующих недовольным взглядом, он громко произнес:

— У нас новое задание. Срочно выезжаем.

— Новое задание? Где? — спросил Стоун, осторожно вставая с большого кожаного кресла.

— Кто-то еще с нами будет? — спросил Финнеган, пряча в карман свой мобильник.

— Едем на 17 авеню. С нами еще будет Эми, — бросил Марк, даже не смотря на своих коллег. — Дело, судя по всему, предстоит серьезное, поэтому будьте начеку. Я не хочу, чтобы кого-то из вас превратили в фарш.

Стоун и Финнеган переглянулись, видимо, оценив по достоинству нежную заботу Фрейзера о своих сослуживцах, но ничего не сказали и последовали за Марком. У выхода из корпуса их встретила взъерошенная и еще не отдышавшаяся от бега по этажам Эми.

— Ты нашла Лотту? — небрежно осведомился у девушки Марк.

— Нет, но меня послали с вами на задание, — ответила та, тяжело дыша.

— Ладно. Тем лучше для нас — лишняя помощь никогда не помешает.

С этими словами Марк сел в большой серо-черный джип, стоящий неподалеку от входа. Стоун и Финнеган сели на заднее сиденье. Эми, ухмыльнувшись, плюхнулась рядом с Марком, на что он, отвернувшись, скорчил недовольную гримасу (что не осталось незамеченным для Дэна и Джека).

— Ну что, все готовы? — спросил Фрейзер и, дождавшись, пока Эми проверит, всю ли свою косметику она запихнула в карманы своей куртки, завел машину и тронулся с места.

30 октября 2017 г., 18:40

17 авеню.

… Высокое худое светящееся бело-голубоватым светом человекоподобное существо с длинными развевающимися и чем-то напоминающими щупальца медузы «волосами», тонкими когтистыми пальцами и ногами, оканчивающимися не ступнями, а длинными острыми «наконечниками», висело в воздухе перед Алексом, Кэт, Стефаном, Арни, Ридом и Карли, которые, к счастью, успели выбраться из подвала, не дав противнику убить себя. Алекс вовремя сориентировался и стащил Карли с дивана, иначе она бы уже была мертва. Странное существо врезалось в стену и с недовольным шипением отскочило назад. В этот момент Кэт, совершенно ни на что не надеясь, атаковала противника мощным телепатическим импульсом, а Алекс, развив максимально возможную в его текущем состоянии скорость, быстро вытащил всех из подвала наружу. Пси-атака, ко всеобщему удивлению, сработала, и существо замерло где-то на минуту, не меньше, и в это время его сияние немного ослабело, но недостаточно для того, чтобы увидеть его истинную внешность. За это время подвал успели покинуть все, включая Кэт, но о том, чтобы где-нибудь спрятаться, не могло быть и речи. Даже если бы Карли была здорова, ее способность все равно бы не особо помогла — она не настолько хорошо умела «покрывать» своей способностью группы больше двух человек; конечно, можно было попробовать любыми силами притронуться к ней, хоть схватить за шею, но в любом случае это потребовало бы от нее значительных усилий, да и вообще пока еще не было случаев, чтобы она таким образом помогла четверым или больше; к тому же такой прием требовал очень хорошей концентрации, чего было почти невозможно достичь в текущей ситуации. Способность Рида тоже бы не очень помогла — он хоть и владел ею лучше, чем Карли, однако странное существо все равно засекло бы своих жертв, даже если бы они были невидимыми.

И теперь таинственное светящееся создание висело в воздухе перед всей честной компанией, причем намерения его были явно враждебными. Никто не двигался, все оставались неподвижны, только лишь «волосы» существа развевались в воздухе, постоянно изменяя свою длину. Это продолжалось около трех минут, а затем вдалеке внезапно раздался рев мотора, и вскоре к месту происшествия подъехал большой джип с эмблемой ICTEC на дверях; из него выскочили Марк, Эми, Дэн и Джек; последние двое тут же активировали свою HS-броню. Светящееся существо медленно, словно нехотя, повернулось в сторону полицейских, а затем, тряхнув своей иссиня-белой «гривой», насмешливо поманило их пальцем. Марк, схватив бластер и грубо оттолкнув своих коллег в сторону, бросился на противника, на ходу включая свою боевую систему. Выстрел — и Алекс, Рид и остальные разбежались кто куда, а таинственное создание молниеносно взлетело в воздух и затем стрелой спикировало на Фрейзера, который в последний момент отскочил в сторону. Светящийся монстр буквально в полуметре от земли затормозил и завис в воздухе, внимательно глядя на своего противника, направившего на него бластер. Марк еле сдерживал себя; он хоть и не знал, что перед ним за создание и чем оно провинилось, но он уже по умолчанию, если так можно выразиться, ненавидел подобных существ; его дикая, нечеловеческая ярость. А его противник почти неподвижно висел в воздухе в расслабленной позе, тем не менее, готовый в любой момент возобновить бой.

В это время Эми активировала свою броню и бросилась на странное существо, которое, даже не повернув головы, резко выбросило назад левую руку и выстрелило в девушку потоком энергии, отчего та с жутким криком отлетела назад и, к счастью, была в последний момент поймана Финнеганом (хотя «поймана» — слишком сильно сказано: Эми просто врезалась в него, он, насколько позволяли приличия, обхватил ее за талию и затормозил, чтобы не упасть вместе с нею). Ее броня была уже полностью активирована, так что Эми просто минутку передохнула и, так и не отблагодарив Джека, снова бросилась в бой. Тем временем Марк снова начал стрелять в своего противника; выстрелы не причиняли тому особого ущерба — он разве что немного дергался, когда в него попадали, но не издавал никаких звуков, кроме слабого (можно сказать, фонового) шипения. Первые пять выстрелов монстр спокойно вытерпел, но когда Марк приготовился выстрелить вновь, он полоснул его правой рукой с в тот же миг удлинившимися когтями. Несмотря на броню, боль от удара была весьма сильной — казалось, будто Фрейзер сунулся в открытое пламя. В это время сзади раздался радостный вопль Эми, и в следующий момент существо оказалось насквозь прошито желтым копьем, которое, однако, не причинило противнику никакого вреда (хоть он и дернулся сильнее, чем от выстрелов). Марк вовремя отскочил в сторону, иначе бы копье попало в него, и продолжил стрелять во врага, который снова попытался ударить полицейского, но на этот раз промазал.

Тем временем Стефан предложил Риду накрыть всех «куполом невидимости», чтобы можно было покинуть поле боя, но Алекс, даже не дав Риду открыть рот, тут же отверг эту идею. Надо отметить, что все пятеро (т. е. за исключением Карли) были вооружены, так что никто не удивился, когда позади них раздались крики с призывом сдаться, и Арни и Стефан тут же открыли огонь. Из оружия у них были только обычные пистолеты — новомодных бластеров не хватило на всех. Стоун и Финнеган стреляли как-то вяло, как будто не всерьез, и постоянно промахивались; правда, пару раз пули просвистели буквально в паре сантиметров от головы Алекса. Кэт решила, что лучше побыстрее разобраться с этими сволочами-айситековцами, и, несмотря на так и не прошедшую и усилившуюся головную боль, атаковала их мощным пси-импульсом — еще мощнее, чем она использовала против светящегося монстра, — но, к ее удивлению и ужасу, ничего не произошло. Она попыталась атаковать снова — и опять никакого результата.

— Эй, прекрати кривляться! — насмешливо крикнул Стоун, заметив, как Кэт морщит лоб, безуспешно пытаясь атаковать полицейских. — Решила испугать нас этим? Новая тактика ведения боя? Ха!

— Она — телепат, — негромко отозвался Финнеган. — Похоже, пытается атаковать нас.

— Телепат? О, тогда тебе, дорогуша, крупно не повезло, потому что у нас есть пси-подавители! — радостно оскалившись, произнес Стоун.

— Ох, вот ведь незадача… — с издевкой прошипела Кэт и выстрелила из бластера в Стоуна; тот отскочил в сторону и выстрелил в нее, но девушка тоже отскочила, поэтому под огнем оказалась Карли, которую все еще держал на руках Арни; ему ничего не оставалось, кроме как упасть на спину, чтобы защитить свою подругу. В это время Финнеган начал перестрелку с Алексом; несмотря на увеличенную благодаря суперскорости скорость стрельбы, у Алекса не было заметного преимущества, и пока оба противника не получили никаких повреждений.

В это время Марк и Эми продолжали свой бой со светящимся монстром. Эми сразу же бросилась поднимать свое копье, но Марк заорал ей, чтобы она не совалась под огонь, так как в тот момент он снова выстрелил в своего противника. Чудовище чуть склонило голову набок, словно удивленно взирая на полицейского, а затем снова бросилось на Фрейзера и с удвоенной силой ударило его левой рукой. Боль была сильнее, чем в первый раз, но не настолько, чтобы потерять сознание, однако Марк не сдержался и заорал от боли, упав на спину и чуть не выронив бластер. Эми тут же кинулась к своему возлюбленному, подняв на ходу копье; на полпути дорогу ей преградил светящийся монстр; он просто висел в воздухе, предупредительно подняв правую руку. Девушка только хотела атаковать ее копьем, как Марк заорал ей, чтобы она отошла, но она не послушалась и все-таки кинула в него копье, которое, естественно, не причинило ему никакого вреда… если не считать того, что в этот раз монстр чуть сильнее дернулся. За это время Фрейзер более-менее оправился от боли и, снова крикнув Эми, чтобы она отошла, выстрелил в светящееся чудовище, которое внезапно взлетело в воздух, поэтому если бы Эми не послушалась и не отбежала бы в сторону, ей пришлось бы плохо. В следующее мгновение монстр опустился и уставился на не на шутку взбешенных сайберов, готовых (но способных ли?) в ту же минуту порвать его на британский флаг. Какое-то время противники смотрели друг на друга в гробовом молчании, а затем Эми, тряхнув головой, насмешливо спросила у светящегося демона:

— Кто ты? И почему все время молчишь? Стесняешься? Или тебе нечего сказать в свое оправдание?

— Эми, ты дура? — прошипел сквозь зубы Марк. — Чего ты хочешь добиться? Разозлить его еще больше?

— А он разве злой? У него нет лица, я не понимаю, злой ли он или нет, — задумчиво отозвалась девушка.

— Черт побери, ты что, хочешь заговорить его?

— Я хочу узнать, кто он!

— Зачем?! Ты с ума сошла!

— Нет, я просто хочу… — Но Эми не дали договорить — она оказалась чуть не поражена лучом из бластера, вылетевшим из переулка, где полицейские дрались с Алексом и компанией.

Марк дернулся и на мгновение задумался, что же ему делать дальше. В первую очередь нужно расправиться с монстром. А Эми… Вот здесь-то он и задумался. С одной стороны, у нее есть броня, и выстрел из какого-то бластера ей нипочем; с другой стороны… Но ему не дали додумать — монстр бросился на него, и в этот раз полицейский не смог ничего сделать, потому что противник схватил его, грубо говоря, за шкирку, с легкостью поднял в воздух, как пушинку, и нанес мощный удар в грудь и живот. Прикосновение бесплотных светящихся пальцев к спине и шее Марка ощущалось как легкое покалывание, но вот удар был более чем ощутимым — Фрейзера словно проткнули насквозь множеством раскаленных железных прутьев, и он даже не успел заорать от боли, как монстр нанес следующий удар… еще один… и еще один… С каждым новым ударом боль не просто усиливалась — она заполоняла все тело Марка, он ощущал себя, как в огне, он ничего не видел и не слышал — перед глазами прыгали цветные пятна, в ушах стучала кровь; в какой-то момент он уже не мог орать, потому что горло больше не слушалось его. Сердце билось с такой скоростью, что, казалось, оно вот-вот взорвется, разворотив грудную клетку. Голова не просто болела — она буквально разрывала голову; хотелось вскрыть череп и засунуть голову в снег или колотый лед, чтобы остудить бурлящую кровь, которая пульсировала с такой силой, что Марку казалось, что он чувствует каждый сосуд не только в своей голове, но и во всем теле. Наконец, чудовище отпустило сайбера, и он упал на землю. Буквально через полминуты боль начала отступать; Марк с огромным удивлением обнаружил, что броня цела (возможно, конечно, она и была повреждена, но быстро самовосстановилась, особенно если учесть слова Мэнна о последнем апгрейде…), но, однако, удары были более чем реальными.

Теперь монстр перевел свой взгляд на Эми, выставившую вперед копье и готовую в любой момент дать отпор врагу; к тому же Марк был в беде, поэтому девушка хотела сама броситься на чудовище, пока оно било свою жертву, но испугалась. Теперь же светящийся демон смотрел (если можно так сказать о существе, на чьем лице нет ни глаз, ни вообще чего-либо) на Эми, и ее желание броситься на противника еще сильнее уменьшилось. Девушка нервно теребила в руках копье и думала о том, как бы одновременно и помочь Марку, и самой не пострадать. Когда прошло уже минуты две, монстру надоело ждать, и он медленно двинулся вперед. Эми приготовилась к атаке, но вдруг раздался вопль Марка:

— Немедленно отойди! Сейчас же!

— Марк! — удивленно крикнула девушка. — Ты в порядке?

— Черт побери, да, в полнейшем порядке! — Фрейзер кое-как дотянулся до валяющегося на земле бластера. — Хватит задавать идиотские вопросы в стиле голливудских фильмов! Отойди!

Эми только открыла рот, чтобы возразить, но в тот момент монстр дернулся и полетел было к Марку, но тот открыл огонь. И, к огромному удивлению обоих сайберов, это наконец-то возымело эффект — после пятого выстрела монстр внезапно остановился и немного согнул спину; его свечение немного ослабело, «волосы» чуть укоротились и опустились. Эми радостно завопила и метнула в противника копье, отчего он согнулся еще сильнее и опустился на одно колено; теперь он уже не парил в воздухе, а стоял на земле. Марк, тяжело дыша, встал с земли и приготовился снова открыть огонь, как монстр внезапно распрямился и бросился на полицейского; тот не увернулся и упал на спину, но когда чудовище готово было уже разорвать его, он сделал два выстрела из бластера в упор, и противник, словно сжавшись, с громким шипением отскочил назад. Теперь его свечение еще больше ослабло, от шикарной гривы светящихся «волос» не осталось и следа, ноги внезапно стали больше похожи на человеческие — появилось некое подобие ступней, а на лице стали ясно видны глаза — большие и сверкающие так же ярко, как и до схватки с сайберами. Подождав где-то полторы минуты, существо распрямилось и хотело было снова броситься на все еще лежащего на земле Марка, но тот выстрелил в него, однако ему удалось увернуться, правда, в ту сторону, где стояла Эми. Девушка уже подняла с земли свое копье и была готова снова атаковать противника; она думала, что теперь-то они с Марком быстро прикончат это чудовище. Однако у монстра были свои планы: когда Эми занесла копье, он со всей силы ударил ее в грудь кулаком, который вспыхнул так же ярко, как и глаза чудовища; было ясно, что он вложил в этот удар весьма внушительную часть своей энергии, которой осталось уже не слишком много. Девушка с диким криком отлетела назад, не выронив, однако, копье (которое в тот же момент потухло), и чуть не врезалась в стену находящегося напротив дома — она не долетела до нее буквально сантиметров двадцать.

В это время Стоун и Финнеган все еще перестреливались с Алексом, Кэт, Стефаном, Ридом и Арни; точнее, Арни почти не стрелял, он прикрывал Карли, находящуюся почти в беспамятстве (и из-за этого пару раз чуть не словил пулю в лоб), зато когда пули или лучи бластеров явно угрожали ее жизни, он хватался за бластер и в бессильной злобе палил по полицейским, чаще всего не попадая в цель (а даже если и попадал, то айситековцам это не причиняло особых неудобств из-за заряженной на 80 % HS-брони). Зато остальные были явно в ударе, даже несмотря на то, что у Кэт от боли раскалывалась голова и ушиблено правое бедро, у Рида была сильно ушиблена правая нога, у Алекса до крови разбиты оба колена, а Стефан сильно ударился спиной о стену дома. Что же касается наших бравых айситековцев, то Стоун, время от времени стараясь разозлить противников витиеватыми ругательствами, довольно бодро носился туда-сюда, несмотря на протез, а вот Финнеган стрелял лениво и вяло и словно специально промахивался. Стоун видел это и спросил у своего напарника, в чем дело, на что тот ответил, что у него все еще болит все тело — видимо, он еще не до конца вылечился и поэтому не может сражаться в полную силу, однако не собирается сдаваться. В ответ на такое объяснение Дэн не смог ничего возразить и только пожал плечами.

Вся вышеперечисленная компания прекрасно видела бой Марка и Эми с монстром; в итоге Кэт не выдержала и громко крикнула полицейским:

— Я могу вам помочь! На этого монстра действуют телепатические атаки!

— Чего-чего? — удивился Стоун. — На такую зверюгу простая телепатия действует?

— Да, мы проверяли, когда он на нас напал! Давайте мы вам поможем! — крикнул Алекс.

— Слишком подозрительно звучит, — покачал головой Финнеган. — К тому же не верится, что этот монстр не с вами.

— С чего вы взяли, что он с нами? — рявкнул Стефан. — Он чуть не порвал нас на куски! А Кэт смогла ненадолго остановить его телепатической атакой!

— А с чего мы должны вам верить? Вам, террористам? Это ваша очередная ловушка, но в этот раз вам не удастся нас обдурить!

— Да ну их к чертям, они нам не верят — поделом им! — фыркнул Алекс и продолжил стрелять по полицейским, которые зачем-то решили постепенно отходить к остальным своим товарищам.

Кэт все-таки решила попробовать помочь айситековцам и атаковала монстра мощной телепатической атакой, намного мощнее той, которую она использовала в подвале, но то ли головная боль мешала, то ли противник находился вне зоны действия ее телепатии — в любом случае это не помогло. И девушка махнула на все это рукой и вместе с остальными своими друзьями продолжила стрелять в полицейских, которые, ловко уворачиваясь от выстрелов, все быстрее и быстрее отходили к двум сайберам.

В это время Эми, чертыхнувшись, поднялась. В груди сильно жгло, сердце дико колотилось, словно пыталось вырваться из груди, однако на броне не было ни единого следа от удара монстра. И девушка тут же бросилась к Марку, приготовившемуся снова выстрелить в монстра; она взлетела в воздух и метнула копье в противника, но тот отскочил в сторону, правда, не так ловко, как раньше, — ранения были слишком сильны. Эми, снова ругнувшись, приземлилась, схватила копье и бросилась к своему возлюбленному, который был явно недоволен таким поведением своей подруги и раздраженно крикнул:

— Зачем ты его атаковала? Зачем? Я тебя просил?

— Я хотела помочь тебе! Если бы я попала в цель, я бы точно прикончила эту монстрюгу! — искренне удивившись такой нечуткости Марка, ответила Эми.

— Ну ладно… — махнул рукой полицейский. — Давай тогда попробуем вместе с ним расправиться. Только больше не надо самодеятельности, хорошо? Чем быстрее мы прикончим это чудовище, тем лучше; тем более оно и так уже на последнем издыхании.

Монстр внезапно распрямился и бросился на сайберов, но Марк раз пять выстрелил ему в грудь, и он с громким шипением отлетел назад. Его свечение еще немного ослабло, но недостаточно для того, чтобы на лице проступили какие-либо черты; правда, глаза стали чуть меньше, немного очертилась их форма. В следующий момент монстр, тряхнув головой, снова бросился на своих противников, пытаясь схватить их за горло, и из-за внезапности — Марк и Эми не думали, что в своем нынешнем состоянии он так быстро придет в себя, — чуть было не добился своей цели, но Эми ткнула его копьем в живот, и чудовище, омерзительно зашипев, отскочило назад, закрывая рукой рану на животе. Это было удивительно, потому что до этого ни выстрелы, ни атаки копьем не оставляли на нем никаких сколько-нибудь заметных следов. Но и это не остановило монстра — он, несмотря на тяжелое ранение, распрямился, с трудом взлетел в воздух и начал атаковать сайберов потоками энергии и светящимися шарами из рук. Эми и Марк уворачивались от атак, правда, пару раз шары попали Марку в левую ногу, а Эми оказалась поражена потоком энергии в правое плечо, но это не остановило полицейских — они продолжали атаковать монстра, который, однако, не собирался сдаваться и атаковал все яростнее, вкладывая в атаки всю свою ярость. Эми кидала копье или била им в основном в грудь и живот, Марк же старался целиться в голову. Монстр дергался и прыгал в разные стороны, но это не спасало его от метких и точных атак сайберов; на его теле появлялось все больше медленно затягивающихся шрамов; те, которые находились на груди и на голове, затягивались медленнее всего; вскоре монстр стал прикрывать голову и грудь, но особой защиты это ему не дало — наоборот, атаки туда стали сильнее и точнее. Правда, в один прекрасный момент монстру удалось в диком и безрассудном (если принять во внимание его нынешнее состояние) прыжке снова добраться до сайберов и чуть не схватить Эми за горло; его пылающие злобой и ненавистью глаза в тот момент блеснули так ярко, что чуть не ослепили девушку, но она, хоть и дрогнув, словно ее прошило электрическим разрядом, не растерялась и ткнула противника в грудь копьем, чуть не прошив его насквозь. Сложившись буквально пополам, монстр отлетел назад.

Марк, несмотря на ненависть ко всем «несогласным» и оппозиции всех видов, почему-то старался стрелять аккуратно, чтобы не попасть в Алекса и компанию, находящихся теперь точно за монстром; а вот Эми только радовалась, когда ее копье пролетало мимо цели и летело (но не долетало) в тот же момент разбегающихся в разные стороны «террористов». Но в один прекрасный момент девушка специально бросила его в очередной раз потерявшую сознание Карли, лежавшую на коленях у Арни, прислонившегося к большому мусорному баку. В этот раз копье почти достигло цели и упало буквально в метре от левого бока Карли. Арни, гневно проорав нечто нечленораздельное, бросился было на Эми, но его сбил с ног носящийся туда-сюда Алекс, и это дало девушке время для того, чтобы поднять копье и убежать к Марку.

— Сука! Тварь! — орал Арни, поднимаясь с земли и отпихивая Алекса. — Я тебя сейчас… — Далее последовали весьма витиеватые многоэтажные ругательства, которым не место на бумаге.

Эми ничего не ответила, только презрительно усмехнулась и вернулась к Марку, который, не переставая, палил, в монстра, который уже с трудом мог держать высоту и то и дело падал; все его тело было уже покрыто множеством настолько глубоких шрамов, что они не могли затянуться; на его лице все еще были видны одни лишь глаза, но они светились все слабее и слабее, и контуры глазниц проступали все яснее и яснее. Увидев возвращающуюся к своему другу Эми, чудовище склонило голову налево и презрительно сощурило правый глаз, что почему-то удивило девушку, она остановилась и затем отшатнулась назад, но буквально через пару секунд опомнилась и побежала к Марку. Это, конечно, не осталось незамеченным для монстра, и в следующий момент он попробовал дотянуться до Эми когтистой лапой, но Марк выстрелил ему в руку, и противник, снова зашипев, отдернул ее.

К этому времени Стоун и Финнеган уже находились где-то в двух-трех метрах от своих коллег, но стреляли все еще в «террористов». Тем временем Алекс, поднявшись с земли, изъявил желание разобраться с Эми лично, но был остановлен Арни, который сказал, что сам покажет этой тупой курице, и открыл в ее сторону огонь, но девушка ловко отскочила в сторону, приготовившись снова бросить копье в сторону Арни и Карли. Теперь уже Алекс отвлекся от перестрелки с Стоуном и Финнеганом и пару раз выстрелил из бластера в Эми и почти попал в цель; к тому же рядом с ней как раз находился Стоун, так что можно было, как говорится, убить одним выстрелом двух зайцев, но оба айситековца снова бросились в разные стороны. Марк рявкнул Эми, чтобы она перестала отвлекаться и помогла ему разбираться с монстром, который больше не мог летать и еле-еле держался на ногах; его свечение еще сильнее ослабло, он почти не атаковал, только отскакивал в сторону или прикрывал голову или грудь от выстрелов, но все впустую — ран становилось все больше, они были все больше и глубже, и если бы Эми послушалась своего возлюбленного и хотя бы раз помогла ему, то с чудовищем уже было бы покончено, но девушку больше интересовала другая цель в виде давно потерявшей сознание Карли и ее защитника Арни. И когда она прицелилась, чтобы попасть несчастной девушке прямо в голову, на ее пути появился монстр, отскочивший в сторону от особо удачного выстрела Марка, попавшего ему в левый бок. Эми буквально завыла от злости — как же, ей не дали прикончить еще одну террористку! Но в это время Арни, Кэт и Алекс одновременно выстрелили в нее, несмотря на препятствие в виде монстра. Эми не заметила этого — она была занята мучительным обдумыванием того, что же сделать, чтобы одновременно прибить и монстра, и Карли; но этой задержки прекрасно хватило вышеупомянутой троице — их выстрелы попали в цель. Эми подпрыгнула от неожиданности и возмущенно завопила… и в следующий момент по нагрудной части ее брони пробежала маленькая желтая молния, причинив, правда, девушке лишь маленькое неудобство. Марк заметил это, но не придал этому значения — он был слишком занят битвой с монстром и перестал замечать происходящее вокруг. Возмущенно фыркнув, Эми снова прицелилась в Карли… и в следующий момент по ее броне снова пробежали молнии, теперь уже намного больше и ярче. Теперь девушка уже почувствовала боль во всем теле, особенно — в груди, что заставило ее выронить тут же потухшее копье и опуститься на одно колено. На этот раз Фрейзер заметил, что с его подругой что-то не то, но лишь обернулся в сторону и крикнул Эми отойти в сторону, на что девушка замотала головой, встала и снова приготовилась атаковать, на этот раз уже монстра. Но только она занесла копье, как пара молний прошила ее правую руку, девушка бросила оружие и упала на землю, а ее руку свела судорога. Марк опустил бластер и бросился к своей подруге; он попытался поднять ее с земли, но тело Эми снова прошили молнии, судороги усилились и прошли по всему телу девушки, которая, тем не менее, тихо прошептала Марку, что пусть он не беспокоится, с нею все в порядке, она сама со всем разберется, а он пусть разберется с монстром… который в этот момент распрямился и с большим интересом следил за сайберами.

Происходящее с Эми заметили и стрелявшие в нее Алекс, Кэт и Арни. Последний, не скрывая своих чувств, обрадовался, снова выкрикнул очередное многоэтажное ругательство и прицелился девушке в голову, на что Алекс покачал головой и сказал, что стрелять в и без того тяжело раненного врага — это нечестно, но Арни перебил его, в красочных выражениях кратко изложив все то, что он думает об Эми. Кэт радостно оскалилась, затем сказала Алексу, что поддерживает Арни — ведь Карли была ее подругой — и тоже прицелилась в Эми. В этот момент монстр повернулся к ним и выстрелил в них мощным потоком энергии; было видно, что эта атака отобрала у него почти все силы, потому что в следующее мгновение он чуть не упал на землю.

Тело Эми прошила еще одна молния, больше предыдущих, разветвленная и очень яркая; девушка громко заорала, так громко, что, казалось, лопнут барабанные перепонки. Марк, стиснув зубы, обернулся и выстрелил, но на этот раз не в монстра, все еще спокойно стоявшего и с нескрываемым интересом обозревавшего поле боя, а в Алекса, Арни и Кэт, собирающихся выстрелить в Эми. Выстрел не достиг цели; тогда Марк выстрелил еще раз, уже не целясь… еще раз… и еще раз… Внезапно раздался дикий крик, через секунд пять за ним последовал прямо-таки звериный рык…

Прямым выстрелом Марк убил Карли, попав ей в голову. В Арни он не попал лишь по счастливой (счастливой ли?) случайности. Уцелевшие «оппозиционеры» одновременно начали палить по сайберу, но ему все было нипочем; теперь его внимание снова было обращено на Эми. Тело девушки теперь было объято огромным количеством молний. Марк, на мгновение задумавшись о целесообразности своего поступка, было бросился к своей подруге, но в следующий момент в него самого ударила одна из молний. Затем монстр словно бы опомнился и бросился было на сайбера, но тот, практически не целясь, выстрелил ему в живот, и чудовище, омерзительно зашипев, отлетело назад, но недалеко. Тем временем к целящимся в Эми Алексу, Арни и Кэт присоединились Рид и Стефан; они выстрелили в нее в тот момент, когда Марк наклонился к ней; в тот же момент между сайберами и полицейскими и остальной компанией пронесся находящийся уже на последнем издыхании монстр. Его глаза снова разгорелись до того уровня, какой был в самом начале битвы. Еще выстрел, которому на этот раз ничто не мешало… и поле боя огласил еще один крик, нереально громкий и высокий, чуть ли не переходящий в ультразвук.

… Через минуту с лишним Марк, отскочивший в сторону открыл глаза и бросился к Эми. Она в разбитой во многих частях броне неподвижно лежала на животе на земле. Полицейский склонился над своей подругой, поднял ее и повернул к себе лицом.

— Эми?..

Стоун и Финнеган прекратили стрелять и подбежали к своему коллеге.

— Эми? Эми?

Арни радостно оскалился и приготовился отпустить очередной витиеватый «комплимент».

— Эми?!..

Кэт злобно улыбнулась, потирая ушибленное бедро.

— Эми? Эми? Ты… ты меня слышишь?..

Стефан тряхнул головой и сделал шаг вперед, но Алекс предупредительно выставил в сторону руку.

— Эми? Эми? Эми?!

На мгновение на поле боя установилась мертвая тишина…

… И в следующий момент ее разорвал фантастически громкий крик монстра, из последних сил взлетевшего в воздух, затем стрелой спикировавшего вниз и, разгоревшись еще ярче, чем в начале битвы, описавшего на земле светящийся круг и молнией унесшегося прочь.

Все пришли в себя только через пару минут. Марк по-прежнему держал в руках бездыханное тело Эми и все звал ее по имени, непонятно на что надеясь. Отчаяние в его голосе росло с каждой секундой; через минуту он уже не сдерживал себя и по-настоящему орал, звал свою возлюбленную… и она не отвечала… и эта тишина сводила с ума… рвала его сердце, его душу, все его существо… С каждым его криком вокруг становилось все тише; казалось, даже звуки улицы стихли, даже ветер перестал дуть…

— ЭМИ?!!!!

Нечеловеческий крик Марка, полный боли и отчаяния, в последний раз прорезал ночную тишину…..но что-то здесь было не так.

Глава 5

30 октября 2017 г., 19:51

17 авеню.

— Черт побери, отвалите от меня! Я сейчас этому подонку… я ему сейчас… — орал Арни, вырываясь из рук Стефана и Кэт. — Мразь… убил Карли! Надо было его вообще… — Тут последовало очередное витиеватое ругательство.

— Не ори! Они так нас быстро найдут! — злобно прошипел Стефан, еще сильнее стискивая руку Арни. — Я бы тоже их сейчас порвал на куски…

— Мне плевать, что бы ты сделал! Я, я, я хочу с ними расправиться! С этим паршивым ублюдком, который убил Карли! Пристрелил ее, как животное!

— Ну, по крайней мере, его подружка-шлюшка сдохла. Одной проблемой меньше, — издевательски усмехнулся Рид.

— Но Тони говорил, что уже готова новая боевая система, — произнесла Кэт. — Правда, он сказал, что пользователя еще не выбрали, но…

— Да мне плевать на эти ваши «но»! И на эти ваши боевые системы! — снова рявкнул Арни, пытаясь отпихнуть ногой Стефана, еще сильнее вцепившегося ему в правую руку. — Да отпусти ты меня!

— Не отпущу! И хватит орать! Этот урод сейчас еще бросится за нами вдогонку и перестреляет нас, как собак!

— Испугался, значит? Хвост поджал? Трус паршивый! Человека убили — а ты собираешься залезть в укромное местечко и отсиживаться там?

— Хватит орать! Ты что, хочешь с голыми руками на них броситься? — спросил Рид. — Если ты заткнешься, то мы сможем найти хоть какое-то укрытие и немного переждать.

— А я не хочу ждать! Я хочу отомстить этому подонку прямо сейчас! Вам что, наплевать на то, что он убил Карли? И как он ее убил? Вы просто трусы и боитесь за свою шкуру! А за подругу отомстить не можете!

— Прекрати орать! Мы не трусы, мы тоже хотим отомстить этим уродам, но сейчас это попросту невозможно — нас тут же прибьют, — сказал идущий впереди и постоянно осматривающийся по сторонам Алекс. — Я сам еле сдерживаюсь, чтобы не сорваться с места и не врезать хорошенько этому… как его… Фрейзеру, но это будет чистое самоубийство!

— Знаешь, это на тебя не похоже, — покачала головой Кэт. — Ты же весь из себя такой горячий и импульсивный, а тут внезапно стал таким рассудительным…

— Я, может, и импульсивный, но мне жить хочется, — фыркнул Алекс. — Поэтому хватит вопить! Идем быстрее! Мы бы уже давно были в другом квартале, если бы кое-кто не стал орать и…

— Что «и»? Что «и»?! — снова рявкнул Арни. — Мы оставили там тело Карли! Знаешь, что эти твари могут с ней сделать?

— Не думаю, что они могут с ней сделать такого страшного, кроме как… ну да ладно. Ты мне лучше скажи, почему ты внезапно начал так яростно ее защищать? — язвительно спросил Рид. — Что-то я раньше за тобой не замечал такой пламенной любви к ней.

— А это уже не твое собачье дело! Что хочу, то и делаю! А если ты еще раз… — еще громче заорал Арни, но Стефан хорошенько пнул его по ноге, и тот заткнулся.

Алекс только закатил глаза и, тяжело вздохнув, сказал:

— Пошли быстрее. Я не знаю, как вам, а вот мне не хочется сдохнуть. Хотя бы потому, что надо отомстить этим подонкам, — и с этими словами пошел вперед, больше не оборачиваясь.

Через пару минут Арни прекратил вырываться и огрызаться и уже смог спокойно идти один без конвоя в лице Стефана и Кэт. Рид, сильно прихрамывая, шел позади, изредка бормоча себе под нос нечто нечленораздельное.

Путь пролегал по многочисленным дворам, в основном плохо освещенным; к счастью, столкновений с полицией больше не было, иначе из бравой команды не уцелел бы никто. Удивительно, но Фрейзер, Стоун и Финнеган не бросились в погоню за своими обидчиками: первый так и сидел на земле, держа в руках бездыханное тело своей подруги, остальные два бросились к машине; Алекс боялся, что они тут же погонятся за ним и его друзьями, но обошлось — Финнеган спокойно вылез наружу и пошел куда-то, Стоун вылез чуть попозже и пошел к Марку.

Ни Алекс, ни Рид, ни остальные — никто не знал, куда им идти; они шли, куда глаза глядят, лишь бы подольше от поля боя. Они прошли уже несколько кварталов, но все не останавливались, однако никто не ныл (даже Арни, успокоившийся, наконец, после пяти минут ходьбы в тишине по мрачным темным дворам) и не задавал лишних вопросов (точнее, вообще никаких).

Наконец, через полчаса мрачного хождения по ночному городу Стефан недовольно протянул:

— Ну, и сколько мы еще будем ходить? Может, вообще лучше из города уйдем? А что — на пустошах нас никто ловить не будет!

— Хм… — Алекс остановился, чтобы отдышаться. — Ну, в принципе, мы уже оторвались от копов, так что можно и передохнуть. Только вот где?

— Может, в соседнем дворе? Правда, там довольно темно… — сказала Кэт.

— Зато нас никто не увидит, — хихикнул Рид. — Лично я совсем не против того, чтобы сделать остановку на пару часиков, потому что я уже дико устал. Да еще и нога болит…

— Ладно-ладно, уговорили, — кивнул головой Алекс и пошел в маленький и плохо освещенный двор, ведя за собой остальных.

Освещение составляли небольшие фонари над четырьмя (из восьми) подъездами, и их света, конечно, хватало только на то, чтобы осветить крыльцо. Центральная же часть двора была совершенно темной, но, привыкнув к темноте, можно было увидеть, что там располагается маленькая детская площадка с горкой для лазания и качелями, по периметру которой стояло восемь небольших скамеек (на которых, если постараться, можно улечься и поспать, но риск свалиться на землю был довольно велик).

— Ну что, располагайтесь, — мрачно произнес Алекс, осторожно садясь на ближайшую к нему скамейку. Остальные немного помедлили, но вскоре тоже расселись. Арни все еще дергался, борясь с желанием вернуться назад и разобраться с убийцей его подруги, но усталость взяла свое, и он через пару минут растянулся на скамейке; точнее, «растянулся» — немного неправильное слово: скамейка была слишком коротка для него. Но в итоге он кое-как уместился на ней, подложил руки под голову и уснул мертвым сном.

В это время Рид, зачем-то севший на качели, озабоченно копался в своих карманах. Алекс, заметив это, насмешливо спросил:

— Деньги ищешь, что ли?

— Не смешно. Тем более что я действительно ищу деньги, — буркнул Рид. — О, вот они… а то я подумал, что потерял их по дороге.

— Ну, ты молодчина! — обрадовался Алекс. — Теперь мы хотя бы еще день протянем и не будем голодать. Хватит ли нам этого на день, кстати?

— Думаю, да…

31 октября 2017 г., 07:58

Штаб ICTEC.

— Мэнн! Мэнн! Черт побери, где Мэнн? — гневно орал Марк, несясь по коридору; он словно не замечал ничего вокруг и поэтому уже сбил пару человек, один из которых нес полную горячего чая кружку и чудом не расплескал ее на себя или окружающих, залив лишь пол. Пару раз его пытались остановить, чтобы выяснить, в чем дело, но он, не говоря ни слова, отталкивал их и снова продолжал свой бег по коридорам штаба ICTEC.

Джим Мэнн обычно приходил на работу около десяти утра, но в последнее время стал приходить намного раньше — еще до восьми. Марк мог бы попросить охранников посмотреть, где (по данным системы пропусков) в данный момент находится Мэнн, но как-то забыл об этом — в данный момент он думал только о том, как отомстить убийцам Эми и как выяснить, почему она погибла и что случилась с ее системой; последнее беспокоило его едва ли не больше, чем месть, ведь его очень много раз атаковали, но ни разу с его броней не происходило ничего похожего на то, что случилось с Эми. На мгновение появилась даже мысль о том, что ее смерть была подстроена кем-то из лаборатории Мэнна (может быть, даже сам Мэнн; кто знает, на что он способен пойти из-за зависти к своему другу… правда, в его поведении не было ничего похожего на зависть, но Марку хотелось так считать), а, может, даже и из руководства компании; и хоть Марк и отбросил ее в сторону как бредовую, все же она никак не исчезала.

Джима в его кабинете не было, поэтому Фрейзер принялся носиться по всему корпусу. Эта беготня продолжалась уже не меньше часа; Марк уже обессилел и решил немного отдохнуть, присев на диван в вестибюле на третьем этаже. Но вдруг он услышал доносящиеся со стороны лестницы голоса Стоуна и Мэнна и сразу же вскочил и понесся туда.

— Мэнн! Я тебя уже давно ищу! — рявкнул Фрейзер и чуть не сбил с ног Стоуна, в последний момент отшатнувшегося и чуть не упавшего с лестницы. — Мне нужно срочно с тобой поговорить! Это важно!

— Но… не здесь же! — испуганно пискнул вжавшийся в стену Джим.

— Давай пойдем в твой кабинет, — чуть спокойнее произнес Марк; затем бросил в сторону Стоуна: — А ты можешь уходить. Это только между мной и Мэнном. Он мне… кое-что должен.

Стоун, сделав вид, будто это его не интересует, пожал плечами и, не сказав ни слова, пошел вниз по лестнице. Он прекрасно понимал, что имеет в виду Марк; но он также заметил странную напряженность в его голосе — странную, неестественную — как будто он едва сдерживал себя… или же делал что-то через силу. «Ну, наверное, он просто с трудом сдерживает эмоции — все-таки Эми была его девушкой; а еще, наверное, он думает, что во всем виноват Джим, поэтому… ну да ладно, это не мое дело», — подумал Стоун и продолжил спускаться по лестнице.

Между тем Фрейзер буквально схватил Мэнна за воротник халата и потащил его к его рабочему кабинета; Джим пытался сопротивляться, кричать и махать руками, но Марку было плевать — он не ослабил своей хватки; а окружающие решили не вмешиваться не в свое дело и только на словах сочувствовали Мэнну, которого бесцеремонно тащили за шкирку по коридору на глазах у многих сотрудников.

Затащив Джима в кабинет, Марк резко отпустил его, отчего тот чуть не упал.

— Марк, в чем дело? Что случилось?

— Что случилось? Ты спрашиваешь меня, что случилось? Это я должен спрашивать у тебя, что случилось! — рявкнул Марк.

— Я не понимаю… — промямлил Джим, пятясь к окну.

— Не надо строить из себя дурака!

— Но я не понимаю, что ты имеешь в виду!

— Что я имею в виду? Да то, что Эми погибла! Из-за того, что что-то случилось с ее броней!

— Подожди! Так Эми погибла? Именно погибла, а не тяжело ранена? — удивленно воскликнул Мэнн. — Мне об этом сказал Дэн Стоун, но я подумал, что он имеет в виду что-то другое… Он сказал, что ей крупно не повезло…

— Так ты что, не в курсе того, что произошло вчера?! — в свою очередь, удивился Марк. — Тебе никто не доложил? Тебя никуда не вызывали?

— Нет! И это очень странно! Мне только Дэн кое-что рассказал, но очень коротко! — всплеснул руками Джим. — Эми погибла? Но как? Почему? Что случилось?

— Вчера был бой с очередной светящейся тварью, — произнес Марк, пристально смотря на Мэнна. — И эти недотеррористы там тоже бегали. Эми пристрелила одну из них, которая и так уже была без сознания. А эти мрази убили в Эми — выстрелили в нее несколько раз. А затем ее броня начала искрить и взорвалась.

— Начала искрить и взорвалась? Как это? Так не может быть! Она была полностью протестирована! В тебя же много раз стреляли — и тебе ничего не было!

— Да, не было. Поэтому я и решил сначала обратиться к тебе, так как ты непосредственно приложил руку к созданию этой боевой системы, — спокойно произнес Марк, не спуская взгляда с собеседника. — Вы ее действительно тестировали? Вот честно? И мою, и ее?

— Мы практически не участвовали в разработке — почти всю работу взяли на себя сотрудники PSYKOM! Но мы все тестировали! Мы тестировали все! Иначе мы бы не дали ее вам с Эми! — замахал руками Джим. — И, значит, ты говоришь, что Эми погибла, а ее броня взорвана?

— Ну, не то чтобы взорвана — она сломана, разбита во многих частях.

— И где сейчас она?

— Где? Это надо у вас спросить! Мы вызвали вторую машину и погрузили тело Эми туда; я доехал до нашего штаба в ней, а затем меня отправили домой, ничего не объяснив.

— Вы вызвали вторую машину? А кто приехал?

— Ты думаешь, что я запомнил все во всех подробностях? — снова начал выходить из себя Марк. — Приехали двое мужчин, по возрасту — где-то около сорока лет, одеты в синюю униформу…

— А лица, лица ты не запомнил?

— Какие лица? На улице было темно, да и не думал я о том, чтобы запоминать чьи-то там лица.

— Нда… Ну ладно. С тобой еще были Стоун и Финнеган, так?

— Да. Хотя стоп! Откуда ты это знаешь? — с подозрением в голове спросил Марк, снова пристально смотря на Джима.

— Я недавно встретил Стоуна, и он мне немного рассказал о вчерашнем. Но он не сказал мне, что Эми действительно убили — он сказал…

— Значит, ты ничего не знаешь о том, что могло случиться с броней Эми?

— Нет, не знаю, — развел руками Джим. — Хотя… Я несколько раз просил ее прийти ко мне, чтобы проверить работоспособность некоторых частей ее боевой системы, но она либо отказывалась, либо убегала.

— Работоспособность некоторых частей системы? Каких частей?

— Ты можешь не понять… там сложная терминология… — произнес Мэнн, продолжая пятиться к окну. — Просто… просто она не приходила к нам для плановых проверок… и всего такого… поэтому я и решил сам проверить ее систему. С ней все должно было быть в порядке… мы ведь все тестировали… как и твою систему… Я могу подробно рассказать, что меня интересовало, но…

— Ладно, не надо. Значит, говоришь, она сама отказалась прийти к тебе? — уже чуть спокойнее спросил Марк.

— Да. Я много раз пытался поймать ее, но… — разве руками Джим. — Я хотел попросить тебя передать ей мою просьбу, но не хотел беспокоить тебя по пустякам.

— Так… Ты не знаешь, куда могли увезти ее тело? — с каким-то странным блеском в глазах спросил Марк.

— Не имею понятия. Тут уже ничем не могу помочь, — вздохнул Джим. — Но я постараюсь помочь всем, чем смогу.

— У меня остался только один вопрос. Какова вероятность того, что это может случиться и с моей броней?

— Думаю, очень мала. Мы постоянно следим за состоянием твоей брони… Пока что все показатели в норме… — промямлил Джим, стараясь смотреть своему собеседнику в глаза.

— Ладно… Спасибо за ответы, — буркнул Марк и, не попрощавшись, выскочил из кабинета, хлопнув дверью так громко, что со стола упала ручка.

«Вот и началось… Значит, не зря я тревожился. Но что я мог поделать? Если бы я попробовал ее поймать, она бы нажаловалась на меня — мол, я к ней пристаю и все такое. А теперь могут обвинить меня — не протестировал систему полностью, не проводил плановые проверки… и ведь никто не поверит, что эта наглая девица меня попросту игнорировала! Поэтому надо побыстрее кое с кем связаться…»

Джим дрожащими руками взял со стола смартфон и начал набирать чей-то номер.

31 октября 2017 г., 12:49

Бертон-стрит.

Клэр, кутаясь в грязное огромное пальто и, тем не менее, дрожа от холода, стояла перед большим светло-серым особняком, огороженным высокой черной решеткой с узором из ромбов. Она никогда еще не заходила в эту часть города и была очень удивлена, когда увидела это здание; оно совершенно не вписывалось в архитектуру города, что сразу же бросалось в глаза. Особняк был четырехэтажным, с многочисленными украшениями «под старину» — вроде больших ваз у ворот, львов у широкой лестницы перед входными дверями и лепнины над и под окнами и над входными дверями. Во дворе находились два простеньких фонтана, все еще работающие в это время года, а также множество аккуратно подстриженных кустов. Вдалеке виднелось несколько небольших двухэтажных построек, намного более простых и аскетичных по сравнению с главным зданием.

В окружении современных домов — не небоскребов, конечно, но как минимум в девять этажей высотой — этот особняк выглядел очень странно, словно его перенесли сюда, чтобы занять свободное место; казалось, что он, выражаясь компьютерными терминами, скопировали из какой-нибудь усадьбы и вставили на свободное место. Он совершенно не сочетался с современной архитектурой города, к тому же сложно было даже предположить, кому он может понадобиться. Одно дело, если бы он располагался в отдалении от других домов, но он был буквально стиснут ими.

Во дворе гуляло много ребят различных возрастов — от семи до где-то семнадцати-восемнадцати лет; некоторые из них играли друг с другом и бегали туда-сюда, некоторые степенно прохаживались и негромко разговаривали о чем-то, некоторые в гордом одиночестве медленно гуляли по двору или сидели на расставленных то там, то тут скамейках. Ребята были одеты по-разному, но в строгом стиле — никаких «кричащих» цветов, никаких высоких каблуков, «платформ» или джинсов с заниженной талией; причесаны все были тоже строго и аккуратно. Было ясно, что это какая-то престижная школа или что-то в этом роде.

Клэр это все заинтересовала, и она медленно и осторожно, постоянно озираясь по сторонам, подошла к воротам. Ее внимание привлекла стоявшая неподалеку высокая девушка, державшаяся за решетку и грустно смотревшая куда-то вверх. На вид ей было около семнадцати лет; лицо ее было довольно приятным; ее карие глаза смотрели вдаль с какой-то светлой грустью, а рыжие волосы красиво развевались на ветру. Одета она была в серую куртку, черные брюки и черные сапожки на небольшом каблуке. Заметив Клэр, она сначала испуганно отпрянула назад, но, поняв, что незнакомка не представляет для нее угрозы, остановилась и начала, в свою очередь, ее разглядывать. К удивлению Клэр, ее грязное пальто ничуть не смутило девушку — в ее глазах не промелькнуло и тени недовольства или отвращения.

В это время многие из гулявших во дворе ребят заметили Клэр и начали отпускать в ее сторону насмешливые комментарии, тыкая в нее пальцем. Наконец, к рыжеволосой девушке подошел высокий худой парень в длинном черном пальто; он положил ей руку на плечо, и она резко обернулась и воскликнула:

— Карл! Я искала тебя все утро!

— Я тебя тоже искал, Дженис. А ты, оказывается, опять здесь гуляешь и любуешься городом…

— Ничего я не любуюсь… — обиженно протянула девушка, бросив на Клэр извиняющийся взгляд.

— Ничего-ничего. Пойдем-ка лучше отсюда, я тебе кое-что покажу.

И они медленно пошли в сторону здания. Клэр вздохнула и еще немного понаблюдала за ребятами. Четверо из них — два мальчика и две девочки, на вид где-то семи-восьми лет — играли в прятки около кустов; низкорослый упитанный парень лет шестнадцати сидел на самой близкой к воротам скамейке и читал толстую книгу в темно-красном переплете, время от времени одобрительно бурча что-то себе под нос; высокая девушка в больших круглых очках и очень длинном темно-коричневом пальто, энергично жестикулируя, что-то громко объясняла двум парням, со скучающим взглядом слушающих ее; маленький мальчик в слишком большой для него синей курточке отчаянно пытался забраться на бортик фонтана, и его оттуда постоянно стаскивала, приговаривая что-то на непонятном Клэр языке, пожилая женщина среднего роста в элегантном темно-красном пальто с каким-то небольшим золотым значком возле левого плеча. Мальчик десяти лет стоял рядом с одним из кустов и что-то писал в маленьком синеньком блокноте. И вся эта картина производила странное впечатление — здесь все было слишком правильно, слишком рафинированно, ничего не выделялось из ряда вон — даже маленькие дети, казалось, бегали со строго обговоренной скоростью и кричали и смеялись не громче положенного.

Клэр, вздохнув, пошла было прочь и вдруг увидела стоящий рядом с домом на противоположной стороне улицы желтый мотоцикл, а на нем — очень высокую девушку в желтом с парой черных полос мотоциклетном костюме и черном шлеме; волосы ее были ультрамаринового цвета и спускались до лопаток. Она неподвижно и молчаливо сидела в седле и смотрела на особняк. Ее облик был, конечно, странным — она была похожа на персонажа какой-нибудь игры или мультфильма, но Клэр это не удивило, однако она поспешила отойти подальше от незнакомки, которая не обратила на нее никакого внимания; удивило ее то, что она не заметила, как эта девушка сюда приехала. Учитывая ее бросающуюся в глаза внешность, маловероятно, что она была здесь уже давно, и Клэр ее просто не заметила в первый раз. Яркие волосы и костюм незнакомки поразительно контрастировали со строгим и донельзя правильным обликом особняка и его обитателей. И было странно, что никто, кроме той девушки по имени Дженис, не проявлял ни малейшего интереса к тому, что происходит снаружи.

Улица была непривычно пустынна; за все то время, пока Клэр была здесь, по ней проехало всего пять машин и прошло не больше десяти пешеходов. Девушка уже хотела уйти, но ее слишком заинтересовали таинственный особняк и синеволосая незнакомка, и она, пересилив страх, решила еще ненадолго здесь задержаться. Этот интерес был странным, неестественным, но что-то держало ее здесь. Клэр прекрасно понимала, что поступает не просто глупо, а по-идиотски, но было что-то во всей этой обстановке настолько притягательное, что даже инстинкт самосохранения оказался бессилен справиться с любопытством.

В паре минут ходьбы от особняка было маленькое кафе. У Клэр с собой было немного денег, но явно не для таких заведений, однако она прямо-таки исходила слюной, смотря на ассортимент мороженого, пирожных, булочек, конфет и прочих сладостей. Она понимала, что ее туда не пустят, и поэтому решила немного посидеть на скамейке рядом со входом. С этого места тоже можно было наблюдать за всем происходящим, причем здесь было безопаснее.

Через пару минут из ворот вышли те самые парень с девушкой — Карл и Дженис. Клэр была очень удивлена, когда увидела, что они направляются к кафе, и едва успела спрятаться за скамейкой, чтобы они ее не заметили и ничего не заподозрили. Карл и Дженис даже не посмотрели в ее сторону, спокойно вошли в кафе и уселись рядом с окном. Клэр могла видеть их краем глаза, но не могла слышать, так как окно из-за холодного ветра было плотно закрыто. Казалось бы — что интересного в том, чтобы наблюдать за сидящей за столиком обычной парочкой? Но что-то во всей этой было такое странное, таинственное, казалось, что вот-вот произойдет что-то из ряда вон выходящее.

Но прошло уже минут пять, и ничего интересного так и не произошло. Карл купил своей спутнице два небольших пирожных, а себе взял только чашку кофе. При виде всего этого у Клэр опять потекли слюнки — она обожала сладкое, но у нее никогда не было денег на походы в подобные заведения, где маленькое шоколадное пирожное стоит раз в пять больше, чем в «обычных» кафе.

Прошло еще несколько минут, а ситуация все не менялась; точнее, единственным изменением было то, что таинственная синеволосая девушка подъехала поближе к кафе, но так и не слезла со своего мотоцикла и не сняла шлем. Клэр было неудобно и холодно сидеть за скамейкой, но она боялась встать, так как ее могли увидеть Карл и Дженис. Прошла еще пара минут; ветер усилился, и Клэр посильнее натянула на голову капюшон, почти не защищающий ее от холода.

«И зачем я здесь торчу? Что мне в голову взбрело? Сижу тут, как дура, слежу за людьми, которых вообще в первый раз вижу… Надо было давно отсюда уйти. Все здесь как-то странно и ненормально…»

Прошло еще несколько минут — и к кафе подошла высокая женщина с длинными распущенными черными волосами и в длинном темно-зеленом плаще с большим капюшоном. Несколько раз оглядевшись по сторонам (при этом поворачивая голову так, что, казалось, вот-вот сломается шея), она вошла внутрь и, заказав себе маленькую чашечку чая, села неподалеку от Карла и Дженис и стала смотреть в окно. Клэр показалось, что она уже где-то видела эту женщину, причем недавно, но где — она не могла вспомнить. А незнакомка продолжала немигающим взглядом смотреть в небо; она сидела неподвижно, как статуя; но через пару минут она резко тряхнула головой и залпом выпила чай, а затем заказала еще чашку — побольше предыдущей — и снова стала смотреть в окно.

«Нет, точно нужно отсюда уходить», — подумала Клэр, поеживаясь от холода. «Не могу спокойно видеть, как они тут жрут и пьют… самой есть охота… Все равно ничего хорошего из моей затеи не выйдет…»

И как только Клэр собралась вылезти из-за скамейки, чтобы уйти, дверь кафе открылась, и оттуда вышли радостно говорящие о погоде Карл и Дженис. Сидевшая на мотоцикле синеволосая девушка вся напряглась; она неотступно следила за парочкой и, казалось, была готова броситься вдогонку за ними. Тут из переулка вышел парень в короткой синей куртке и черных брюках. Видно было, что он, как и Клэр, впервые очутился здесь; он чуть не разинул рот, увидев особняк, и разглядывал его не меньше минуты; затем он пошел к кафе, постоянно озираясь вокруг. Когда он дошел до синеволосой девушки, то, немного помедлив, наклонился к ней и вежливо спросил, на какой улице он находится… и в следующий момент незнакомка, дернувшись, как от электрического разряда, со всей силы оттолкнула парня, и тот отлетел на несколько метров вперед и сбил урну для мусора. Дженис, увидев такое, завизжала и вместе с Карлом побежала к особняку, Клэр выскочила из своего убежища, чуть не споткнулась об скамейку и побежала в противоположную сторону, а синеволосая девушка, тряхнув головой, завела мотоцикл, сорвалась с места и на полной скорости унеслась вдаль.

«Ничего себе… Ненормальная какая-то… Что он ей сделал? Хорошо еще, что она его не задавила…»

Бежать Клэр было трудно из-за развевающихся пол пальто, поэтому уже через пару минут она остановилась, чтобы перевести дух, и зашла в маленький, темный и узкий переулок. Она сильно вздрогнула и чуть не закричала, когда на нее буквально наскочил высокий худой парень в темном плаще.

— Тони! Что ты здесь делаешь?

— Клэр! Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть! А ты-то что здесь делаешь?

— Ты знаешь, что это за особняк? — спросила Клэр, следуя за своим другом, который уводил ее вглубь переулка. — Я здесь впервые…

— Я тоже здесь впервые и не имею ни малейшего понятия о том, что это за особняк, — покачал головой Тони. — Наверное, это какая-то школа… А зачем ты следила за той парочкой?

— Следила? Я так… случайно… просто было интересно… — отвела глаза Клэр. — Кстати, ты нигде не видел ту синеволосую девушку на мотоцикле?

— Нет. И выглядит она крайне подозрительно… особенно если учесть силу, с которой она ударила того паренька. Вполне возможно, что она… хм… мягко говоря, у нее не в порядке с головой… ведь тот парень просто спросил у нее, какая это улица, а она ему врезала со всей силы! Правда, говорят, что даже для самых хладнокровных людей это нормальная реакция… точнее, не говорят, а один мой знакомый так однажды сказал. Очень интересное, кхм, мнение… новое слово в психологии, не иначе. Мда… А костюм этой девушки — это вообще нечто. А волосы… я молчу… Такое впечатление, что она косплеит кого-то… или, может быть, поспорила на что-нибудь, что спокойно проедется по городу в таком необычном образе, — наконец-то прервал свою тираду Тони. — Да, кстати, как ты сюда попала?

— А ты? Я просто ходила по городу. После всех последних событий мне опасно возвращаться домой, да и к тому же живу я далеко отсюда, незаметно до дома не добраться, — вздохнула девушка. — Вот и приходится слоняться здесь… Я уже много где была, побывала в некоторых наших брошенных убежищах. Кое-как вот живу пока… Несколько раз видела своих друзей — ну, не из нашего круга; они мне немного помогли с едой и ночлегом. Ну, конечно, я не спала у них дома, нет, просто некоторые давали мне поспать у них в машине или в гараже, например… Вот так… Иногда просто идешь, куда глаза глядят, не разбирая пути, и приходишь туда, где никогда не была, как и случилось сегодня.

— Я вот тоже просто бродил по городу и в итоге пришел сюда. Никогда еще здесь не был. И об особняке этом ничего и никогда не слышал. Странно он здесь смотрится… Как будто его сюда перенесли из какого-то другого места… Не сочетается он с нашим городом, — задумчиво произнес Тони. — А откуда у тебя это жуткое пальто? Ты же вроде была по-другому одета, — прищурил он правый глаз.

— А… Нашла его в одном из наших недавно брошенных убежищ. Просто в старой одежде мне было холодно, и я думала, что хоть немного согреюсь. Вот именно что немного и согрелась. А шапки там не было, а капюшон — это не то… — поежилась Клэр.

— Ладно… Я знаю, где прячутся некоторые из наших; думаю, тебе стоит к ним присоединиться. Я могу показать тебе путь… ну, или хотя бы часть пути. Правда, придется долго идти… Пойдешь со мной? — чуть склонив голову налево, спросил Тони.

— Ты знаешь, где наши? Конечно, пойду! — обрадовалась девушка.

— Ну, тогда пошли. Но имей в виду, что идти придется окольными путями, дворами всякими и так далее; просто вчера наши вроде как подстрелили одну из копов — ту блондинку, у которой была желтая броня. Поэтому нужно вести себя как можно тише.

— Одним врагом меньше! — усмехнулась Клэр, но Тони не разделили ее энтузиазма и нахмурился:

— Не все так хорошо. Этот урод… как там его… кажется, Фрейзер… убил Карли. И наши в ответ убили его подружку, ту самую блондинку.

— Карли… Карли убили? — ужаснулась девушка, широко распахнув глаза и удивленно раскрыв рот.

— Да. Этот ублюдок выстрелил ей прямо в голову. А до этого у нее каким-то непонятным образом отключилась ее сверхспособность., - вздохнул Тони. — Ну, по крайней мере, нашим удалось отомстить. Правда, скорее всего, этот Фрейзер в лучших сопливо-романтических традициях начнет, в свою очередь, мстить нам…

— Ее убили… Что же ты мне сразу не сказал? — воскликнула Клэр, всплеснув руками.

— Ну… просто не хотел тебя огорчать раньше времени, — пожал плечами Тони. — Ну ладно… пошли уже… Лучше побыстрее уйти отсюда, а то у меня нехорошее предчувствие… — И, не дождавшись ответа, он взял девушку за руку и пошел вглубь переулка, таща ее за собой. Клэр совершенно не сопротивлялась и не сказала ни слова — так она была шокирована внезапным известием о смерти пусть и не подруги, но хорошей знакомой.

31 октября 2017 г., 19:14

Черри-стрит.

Марк и Дэн возвращались домой. Дэн решил проводить своего приятеля до дома, потому что боялся, что после смерти подруги тот может сделать с собой что-нибудь ужасное (хотя сентиментальности за ним не водилось). Правда, весь день Марк вел себя достаточно спокойно (если не считать того эпизода с Мэнном), но был более молчалив, чем обычно.

Сегодняшний рабочий день прошел на удивление тихо, настолько тихо, что создалось впечатление, что в штабе ICTEC почти никто не знает о случившемся вчера. При патрулировании города тоже не было никаких происшествий; и, естественно, пока еще не нашли никого из убийц Эми. Следов таинственного светящегося существа пока тоже не удалось найти.

Марк и Дэн долгое время шли в полном молчании, но в итоге Дэн не выдержал и спросил:

— Слушай… я тебя сейчас не раздражаю?

— Нет, ни капли, — ответил Фрейзер, глядя себе под ноги.

— Может быть, мне лучше уйти? Тебе, наверное, нужно побыть одному и все такое…

— Нет, оставайся. Мне, наоборот, хочется с кем-нибудь поговорить, чтобы развеяться.

— Чтобы развеяться? — удивился Дэн.

— Да. А что в этом такого? Не надо зацикливаться на плохом. Что было — то было, и ничего уже не изменить.

— Хм… Ну, ты прав, — ответил Стоун. Он был очень удивлен таким неожиданным суждением своего приятеля — он-то думал, что тому не захочется ни с кем говорить как минимум неделю. — Хм… О чем хочешь поговорить?

— А мне все равно. О чем угодно, — ответил Марк.

— Хм… О чем угодно, значит…

Снова установилось молчание, продлившееся пару минут, после чего Дэн, смотря на небо, спросил:

— У меня давно был один вопрос… Как ты думаешь…

— … что это была за катастрофа? — хмыкнул Марк.

— Нет, но близко. Как ты думаешь, почему в последнее время появилось столько людей со сверхспособностями? Без обид, без обид, я не тебя имею в виду и не имею ничего против сверхспособностей. Просто именно в последнее время…

— Да, я тоже об этом думал, — задумчиво ответил Фрейзер. — Ты же сам помнишь, сколько аварий на атомных электростанциях произошло за последние три года; неудивительно, что появилось столько… кхм… мутаций. Но я еще слышал, что многих людей со сверхспособностями для чего-то тренируют в Sybra и ее подразделениях. Интересно, для чего?

— Может, для борьбы с этими странными светящимися существами? Ну, типа пехоты, так сказать… Или… хм… может, вроде поддержки… Эх… Все упирается в эту корпорацию… — вздохнул Стоун. — Интересно, чем же они там таким занимались, что в итоге пришлось временно закрыться…

— Говорят, там произошел то ли огромный пожар, то ли мощный взрыв, а вот что взорвалось или загорелось — никто не знает, — пожал плечами Марк. — Все, что связано с этой конторой, обычно строго засекречено, что дает повод для возникновения таких слухов, что, боюсь, они будут поинтереснее истинного положения вещей. Например, я слышал, что кто-то из руководства Sybra решил заняться магией! Магией, представляешь? И у него получалось, и в итоге он получил какое-то зелье, которое могло давать людям магию, причем при добавлении ингредиентов определенного типа магия была разной. Да-да-да, разноцветная магия — не только черная и белая, но еще и красная, зеленая, фиолетовая, бирюзовая… А потом выяснилось, что формулу этого зелья давным-давно открыл какой-то очень сильный маг, считавшийся погибшим на какой-то магической дуэли, но оказалось, что он жив и здоров и даже работает в Sybra… Он подумал, что тот человек украл у него формулу, над которой он работал всю свою жизнь. А потом состоялась еще одна магическая дуэль, приведшая к той катастрофе. Маг, работающий в современной мегакорпорации и вынашивающий план мести другому магу, работающему там же… Бред же!

— А то… — усмехнулся Дэн. — Я слышал в основном про инопланетян, а вот про магию слышу впервые. Там не уточнялось, какой именно магией решила заняться та темная личность?

— Кажется, говорили что-то про Атлантиду, Лемурию и Шамбалу. И про теорию полой Земли, согласно которой внутри нашей планеты живет какая-то очень продвинутая цивилизация — потомки инопланетян, построивших египетские пирамиды. И еще приплели туда какие-то древние запретные книги техномагов XIX века… Про это даже, говорят, в газетах писали. Еще я слышал, что одного такого писаку за весь этот бред выгнули из одной газеты, но он быстренько перебежал в другую и продолжил там строчить свои бредовые опусы.

— Техномаги, говоришь? Это что-то новенькое!

— Да, мне тоже эта версия понравилась, — усмехнулся Марк. — Но в любом случае в Sybra занимаются чем-то таким, что… как бы сказать… Поговаривают, что именно они имеют непосредственное отношение к той катастрофе.

— Хм… да, все равно все наши разговоры рано или поздно заканчиваются длинными и пространными рассуждениями об этой катастрофе, — слабо улыбнулся Дэн. — Что же это все-таки было…

— Ну, уж точно не битва двух великих магов, как недавно писали на одном весьма неуважаемом сайте.

— А вот нашествие инопланетян… нет, все-таки не верю. Хотя кто их знает, этих инопланетян… Только вот зачем нужно было так над погодой издеваться? То тропическая жара, то арктический мороз, то смерчи, то град размером с куриное яйцо, то молнии, бьющие во все подряд…

— Может, это были какие-нибудь секретные правительственные эксперименты с погодой, вышедшие из-под контроля?

— Сразу на всей планете? Да, конечно, они временами сотрудничают с правительством, а ты сам знаешь, какие слухи ходят о таинственных правительственных проектах… К тому же, если верить слухам, все тайные проекты, имеющие отношение к погоде, разрабатывались во времена холодной войны, а Sybra стала полноценной корпорацией гораздо позже. Как-то это все не вяжется между собой… Нет, здесь явно что-то другое… — задумчиво сказал Дэн, глядя на небо. — Знаешь, Марк, я в последнее время все больше и больше думаю об этой катастрофе, об ее возможных причинах и долговременных последствиях. Понимаю, звучит глупо, но… ничего не могу с собой поделать. И чем больше я думаю…

— … тем больше ты понимаешь, что ничего не знаешь? Знаем, знаем, — усмехнулся Марк. — Я вот тоже часто об этом думаю. А еще о том, кто такие эти странные светящиеся твари, которых я убиваю пачками, но при этом не имею ни малейшего представления о том, кто они такие. Есть лишь приказ — и приходится следовать ему.

— Мда уж… Но я все еще думаю о том, с чего начал разговор — почему сейчас вокруг так много людей со сверхспособностями? Причем большинство из них так или иначе имеют отношение к телепатии… И практически никто не возражает против их присутствия. Хотя этот «бум» сверхспособностей начался еще в начале 90-х — точнее, «бум» упоминаний о них; на проверку-то все эти «неопровержимые свидетельства существования сверхспособностей» оказывались ложью. Ты, например, что думаешь по этому поводу? У тебя ведь способности появились еще в детстве?

— Не совсем в детстве — мне тогда было тринадцать лет, и впервые они проявились у меня в школе. Со мной подрались двое одноклассников, и когда я схватил одного из них за руку, моя способность управлять чужими эмоциями впервые активизировалась, и тот парень громко заорал и в ужасе убежал. И… извини, но подробностей не будет. Мне не хочется сейчас об этом вспоминать. Это был очень неприятный случай.

— И после этого ты стал изгоем в классе?

— Нет, наоборот, меня стали бояться. До этого изгоем я тоже не был — ко мне нормально относились, но, знаешь, в каждом классе есть такие вот «крутые», которых хлебом не корми — дай поиздеваться над другими…

— Да-да-да, — понимающе покачал головой Дэн. — Хм… Слушай… Твоя Эми ведь умела летать?

— Во-первых, она не… — Марк осекся и тряхнул головой. — Ну да, она умела летать, но никогда не любила пользоваться этой способностью. И не потому что боялась реакции общества, а потому что ей это было просто не нужно. Ну, разве что она пару раз использовала ее для того, чтобы побыстрее добраться до магазина или до работы — и все. А я ей завидовал — ведь от ее способности есть толк, в отличие от моих! Мои могут не везде работать из-за пси-подавителей, да и вообще они слабые и неинтересные, в бою они практически не помогают. Эх, если бы можно было поменяться способностями, я бы с радостью отдал свои и поменял бы их на что-то… да хотя бы на те же полеты.

— Хм, вот как… Я даже и не подозревал, что тебе не нравятся твои способности — ведь это же не какие-нибудь огромные крылья, клыки или когти. Но если смотреть с позиции их полезности… как знать — может, ты и прав, — покачал головой Дэн. — Эх… все-таки очень интересно, откуда вокруг столько людей со сверхспособностями… Ведь до катастрофы их было ничтожно мало, к тому же эти способности считались несуществующими, так как мы не могли объяснить, откуда они берутся и как работают, и поэтому называли все случаи проявления сверхспособностей антинаучным бредом и подделками. Нет, конечно, 99 % из всех тех описанных случаев — действительно подделка… но…

— Можно подумать, мы сейчас знаем, как это работает… — вздохнул Марк. — Говорят, Эллис — да-да, тот самый — работал над этим вместе с небольшой группой помощников, но все их опыты окончились неудачей. Логично — ведь тогда не было подходящего оборудования, а на разработку своего никто бы ему и его команде не выделил денег, так как он фактически делал то, в результате чего совершенно не был уверен — считай, в то время можно было сказать, что он тратил деньги и время зря. Правда, до своего таинственного исчезновения Эллис успел основать Sybra; вроде как они внезапно заключили крупный контракт с каким-то крупным НИИ; но никто так и не знает, чем они там точно занимаются. Точнее, простые люди этого не знают; правительство-то точно знает, иначе этой конторки не было бы. Так-то известно, что они занимаются разработками оружия и программного обеспечения для всяких сложных систем, в том числе и боевых; еще вроде они недавно получили от правительства заказ на создание каких-то тяжелых боевых роботов. И еще вроде все эти недавно созданные базы, где тренируют людей со сверхспособностями, тоже созданы под их контролем. Судя по всему, Sybra работает на оборонку, но все равно как-то странно получается… как-то мутно…

— Хм… Мне вот тоже кажется, что они на оборонку работают, но да, согласен, все это слишком странно, несостыковок и недоговорок хватает. Хм… Я вот еще о чем думаю: после той катастрофы их главный офис оказался почти полностью разрушен, а ведь там хранился и архив, и все резервные копии. Архив… Не верю, что они могли его потерять. Хотя все равно мало кто верит в том, что такая огромная корпорация, как Sybra, хранила все в одном месте. У них полно отделений по всему миру, и хотя все они пострадали от катастрофы, где-то ведь должны храниться хотя бы частичные резервные копии их архива.

— Вот-вот, — кивнул Марк. — Эх… сколько вопросов — и ни одного ответа… Боюсь, мы их так никогда и не узнаем.

— Ты слишком пессимистичен, — усмехнулся Дэн. — Хотя, возможно, ты и прав. Мы ведь даже не знаем, что это за таинственные существа, с которыми мы сражаемся… точнее, ты сражаешься.

— Да-да. Я пытался задавать наводящие вопросы Мэнну и еще кое-кому из его команды, но они либо действительно не знают, либо тщательно это скрывают; и, знаешь, я склоняюсь ко второму варианту. Не могли же они сделать эту боевую систему, не зная ничего о противнике? Хоть изначально они и говорили о киборгах и людях со сверхспособностями, дураку понятно, что эта система разрабатывалась для борьбы с теми странными светящимися существами, потому что расходовать такую мощь на каких-то киборгов попросту глупо.

— Слушай, кстати, я еще кое-что у тебя хочу спросить, только… только ты не обижайся, ладно? — после небольшого промедления негромко спросил Дэн, стараясь не смотреть Марку в глаза.

— Ну? — настороженно спросил Марк.

— Зачем ты убил ту девушку из банды тех… в общем, из той банды? Хотел отомстить им?

Фрейзер хмыкнул и помолчал какое-то время, затем произнес:

— Знаешь… На самом деле я вообще не думал о них, я не собирался никому мстить, я хотел просто убить того монстра. И я хотел выстрелить в него, но у меня… — тут он на мгновение замялся. — … у меня дрогнула рука, я промедлил буквально на полсекунды и промазал и вместо монстра выстрелил в ту девчонку. А со стороны это выглядело пафосной местью… Нет, у меня не было мыслей ни о какой мести. Это полная чушь.

— Хм, вот как? — сказал Дэн. — Понятно… Мне тоже сама мысль о мести показалась малость странной — это как-то плоховато вязалось с твоим характером.

Фрейзер в ответ лишь рассмеялся.

Через минут пять друзья дошли до дома Марка, коротко попрощались и разошлись. Дэн тоже пошел домой; по дороге туда он снова начал думать о произошедшем вчера. Его удивляло неестественное спокойствие Марка, в особенности — его смех в ответ на замечание о том, что месть за смерть подруги не вязалась с его характером; казалось бы, если погиб близкий человек, то никто не станет радостно болтать с окружающими о том — о сем и уж тем более смеяться; но в случае с Марком именно так и было. Дэн догадывался, в чем дело, но не решался озвучить свои догадки, по крайней мере, в присутствии Фрейзера.

Вдруг сзади раздались чьи-то шаги. Дэн молниеносно обернулся и увидел выходящего из-за угла Финнегана.

— Джек! Ты что здесь делаешь?

— Заканчиваю патрулировать свой сектор. Вымотался весь… — махнул рукой Финнеган. — А ты уже закончил?

— Да. Решил вот Марка до дома проводить — думал, ему нужна психологическая поддержка или что-то в этом роде, а он, наоборот, в отличном настроении. Поговорили вот с ним нормально; он совершенно адекватно себя ведет, даже шутит. И это очень странно.

— Шутит и веселится? Хм… — почесал в затылке Джек. — Я, конечно, очень плохо знаю и его, и Эми, так как совсем недавно здесь работаю, но…

— Кажется, я понял, о чем ты, — заговорщически ухмыльнулся Дэн. — Можешь не продолжать… Эх… Ты сейчас уже домой идешь?

— Пожалуй, да, я ведь уже закончил патрулировать свой сектор — устал сильно и спать хочу, а завтра ведь рано вставать. А что?

— Да так… просто интересно, — развел руками Дэн. — Ну ладно, я тоже пойду, пожалуй. До завтра! — Он помахал рукой своему коллеге и пошел по своим делам. Джек же пожал плечами и ненадолго остановился на перекрестке, озираясь по сторонам, словно ища что-то взглядом.

31 октября 2017 г., 23:35

Пайн-стрит.

Клэр сидела на ограде небольшого сквера и все сильнее мерзла, несмотря на то, что закуталась с головы до ног в свое гигантское пальто и натянула капюшон чуть ли не до носа. Пару часов назад Тони оставил ее сидеть здесь, сказав, что скоро придет, и убежал. Клэр терпеливо ждала его и уже начала волноваться, не случилось ли что с ним — не напали ли на него бандиты, не повязали ли его полицейские.

«Вот так и подохну здесь от голода и холода. Денег с собой почти нет, ничего толком не купить, пальто вообще не греет, а только доставляет неудобства, ботинки все мокрые и в грязи… да и сама я грязная. Мда, крайне печальная ситуация складывается… Ну, хотя бы копов поблизости нет — не прогонят и дадут хотя бы поспать»

С этой мыслью девушка собралась было перебраться через ограду, чтобы найти подходящую для сна скамейку, но вдруг увидела проходящего рядом невысокого коренастого темноволосого парня; его лицо показалось ей знакомым. В свою очередь, он остановился и пристально глянул на нее. Игра в гляделки длилась не меньше минуты, пока, наконец, Клэр не выдержала и тихо сказала:

— Извините меня, пожалуйста… но я два дня назад видела вас с Карли…

— Хм… Да, я вас тоже помню, — настороженно ответил парень. — Кажется, она сказала, что вы — ее подруга.

— Да… Вы не знаете, где она?

— Нет. Она… ей было плохо, и я хотел помочь ей, но мне кто-то дал по затылку, и я потерял сознание, а когда пришел в себя, Карли уже не было.

— Значит, не знаете… Ну ладно, — еще тише произнесла Клэр и перелезла через ограду.

Незнакомец почесал в затылке, пожал плечами и пошел прочь.

Клэр долго не могла найти подходящую скамейку, так как все они были неудобны для сна; в итоге она легла на ту, на которую села последней. Лежать было неудобно и холодно, пришлось согнуть ноги, чтобы целиком поместиться на скамейке, к тому же вскоре начал накрапывать мелкий дождь. Но после долгой прогулки по городу девушка так сильно хотела спать, что сразу же забылась мертвым сном, несмотря на вышеописанные неудобства.

1 ноября 2017 г., 15:20

Санни-стрит.

Фатима решила немного прогуляться. Ей совсем не хотелось сидеть дома после того инцидента с Утой; сильно хотелось связаться с ней, да и вообще с кем-либо из друзей, но она решила, что это преждевременно. На улице стояла весьма неплохая погода — переменная облачность с такими тонкими облаками, что они едва закрывали солнце, и слабый теплый ветерок. Вчерашний слабый ночной дождь не оставил после себя особой грязи и луж, поэтому прогулка обещала быть более-менее комфортной.

Девушка гуляла уже около получаса. Она просто медленно шла по улице, иногда заходя в магазины или останавливаясь около их витрин. Народу вокруг было много, но не толпы, уровень шума тоже был приемлемый — одним словом, обычный рабочий день, спокойный и ничем не выделяющийся из ряда таких же серых будней. Фатима решила прогуляться до самого конца улицы — до небольшого сквера с фонтаном в центре. По пути туда она не случилось ничего из ряда вон выходящего — все слишком спокойно и поэтому скучно. В сквере она увидела художника, молодого парня, рисующего с натуры деревья. Рядом с фонтаном бегали два ребенка, один из них залез на бортик и успел сделать пару шагов, прежде чем его сняла оттуда обеспокоенно кричащая мать.

Когда девушка шла назад, она внезапно увидела стоящего на углу ювелирного магазина Отто, одетого во все черное и настороженно разглядывавшего что-то вдалеке. Он тоже ее заметил и, предугадывая ее вопрос, грубо буркнул:

— С Утой все в порядке. Ты же про это хотела спросить?

— Да, но… — начала было Фатима, но Отто перебил ее:

— Что «но»? С твоей подругой все в порядке, а остальное тебя не касается! Ей надо немного посидеть дома ради ее же безопасности.

— Но я еще хотела узнать, почему…

— Что? Почему я так поступил с тем ублюдком? Потому что он заслужил это, — фыркнул Отто, сплюнув на тротуар.

— Нет, я хотела…

— Не знаю, чего ты там хотела, но остальное тебя не касается. С твоей подругой все в порядке, она не пострадала, у нее все хорошо, она пока сидит дома. А тот… кхм… инцидент… Все улажено. Как? Это уже не твое дело. Это действительно не твое дело, — он вздохнул, потом посмотрел на часы на левой руке. — Поверь, тебе это действительно не нужно знать. И Ута об этом тоже не знает. Так что…

— Позвонить ей тоже нельзя? — спросила Фатима.

— Нет. Пока нет. Пока ей нужно ограничить контакты со всеми, потому что существует… некая опасность.

— Опасность? Ты же сказал…

— Я имел в виду нечто другое, — произнес Отто, на мгновение переведя взгляд на небо.

Фатима заметила, что к ним медленно приближался человек в черном костюме на темно-сером мотоцикле; судя по всему, он хотел остановиться где-то поблизости. Судя по всему, Отто высматривал именно его, но девушка решила ничего не уточнять. Поняв по молчанию собеседника, что он больше не желает с ней разговаривать, она пошла было по своим делам, но события стали развиваться совсем по другому сценарию.

Где-то в пяти метрах от Отто и Фатимы стояла высокая рыжеволосая девушка с грустными карими глазами, одетая в серую куртку и черные брюки; она искала что-то в маленькой черной лакированной сумочке и, наконец, достала небольшой аккуратный кошелек из коричневой кожи. Неподалеку от нее стояла высокая черноволосая женщина в темно-зеленом плаще и настороженно озиралась по сторонам. В этот момент таинственный человек на сером мотоцикле — это оказался высокий парень в черном шлеме — наконец-то подъехал к Фатиме и Отто. Последний тут же резко обернулся и собрался было выхватить что-то из-за пояса, но незнакомец, предугадывая его маневр, уклонился… и в следующий момент, чуть не врезавшись в фонарный столб, упал с мотоцикла, скорчившись от боли и обхватив руками голову, не давая шлему упасть и не издав при этом ни единого звука, однако шлем все равно слетел; но парень не растерялся и, стараясь держать лицо так, чтобы оно не попало в поле зрения окружающих, быстро схватил шлем и надел его на голову, а затем как ни в чем ни бывало вскочил на своего железного коня и пулей унесся вдаль. Окружающие были шокированы произошедшим, особенно тем, что парень словно бы не получил никаких повреждений после падения с мотоцикла, но никто не стал зацикливаться на этом, как будто все это было в порядке вещей; правда, кто-то хотел вызвать полицию, но его сразу же отговорили; кто-то в этот момент снимал происходящее на улице и частично заснял парня на мотоцикле и в данный момент показывал видео своим друзьям.

— Кто это был? — спросила удивленная Фатима, кивнув в ту сторону, куда уехал мотоцикл. — Ты его знаешь? Ты ведь что-то… сделал с ним… или хотел сделать?

— Это не твое дело… это уже моя забота, — злобно процедил сквозь зубы Отто. — Что он здесь делает? Или это не он…

С этими словами он махнул рукой на прощание своей собеседнице и быстро зашагал прочь. Фатима лишь пожала плечами и пошла домой; она хотела еще обо многом расспросить Отто, но, во-первых, он уже был слишком далеко, а, во-вторых, лезть к нему в данный момент было опасно из-за его взрывного и крайне непредсказуемого характера.

«Опять не повезло… Вокруг столько интересного — а я опять не в курсе. Задашь невинный вопрос — а на тебя смотрят, как на врага государства. Что же это такое… прямо бросай свою спокойную и размеренную жизнь и присоединяйся к каким-нибудь «несогласным», чтобы всегда быть в курсе всего… Вот, например, кто был этот парень на мотоцикле? Может, ему надо было устранить этого человека по какому-нибудь очередному секретному заданию от какой-нибудь жутко секретной организации? Или этот парень когда-то перешел ему дорогу? Судя по всему, ему много кто дорогу перешел… и я ой как не завидую этим людям…»

А рыжеволосая девушка еще какое-то время стояла возле магазина и задумчиво смотрела в небо; затем она, скривившись, почесала нос, тряхнула головой и пошла прочь. Женщина в темно-зеленом плаще зачем-то хотела было пойти за девушкой и уже сделала пару шагов, но затем одумалась и пошла в противоположную сторону.

1 ноября 2017 г., 17:44

Штаб ICTEC.

— Что же делать, что же делать… — Джим Мэнн метался по своему кабинету, перетаскивая бумаги с места на место и периодически роняя что-нибудь со стола и спотыкаясь об стулья.

— Ну, может быть, не все так плохо, — задумчиво произнес высокий чернокожий мужчина в синем джинсовом костюме, стоящий у окна. — В конце концов, никто тебя еще не вызывал и не требовал никаких докладов…

— Не вызывали только потому, что Лотты сейчас нет. Она вообще неизвестно где — говорят, внезапно уехала в отпуск, когда вернется — никто не знает, даже ее заместитель… который, кстати, сегодня после обеда куда-то уехал и до сих пор не вернулся и при этом не отвечает на звонки, — вздохнул Джим. — А доклад… Нет, я не его делать собираюсь… Я собираюсь разобраться, что же все-таки произошло с Эми и ее боевой системой.

— А, по-моему, хорошо, что эта дура померла. Она всем только мешала. Толку от нее никакого не было. Да и внешне совсем не ахти — гламурная курица. Да и сам Марк ее не особо любил, по-моему.

— Знаешь, Джастин, я ее тоже недолюбливал, но здесь не в любви дело. Что-то было не так с ее боевой системой.

— Так почему же ты не обнаружил это сразу же? — потянувшись, спросил Джастин.

— Я просил ее подойти ко мне для анализа, просил просто отдать пояс, пытался звонить — никакого результата. Она просто меня игнорировала. А передавать Марку свою просьбу я не решился… ну, ты понимаешь, о чем я.

— Значит, ты думаешь, что это что-то именно с ее броней?

— Да, я уверен в этом, — твердо сказал Джим, садясь в кресло у компьютера. — Боевые системы присылают нам служебные данные, по которым мы можем судить об их состоянии. С системой Марка все было в порядке, никаких аномалий, а вот система Эми… она глючила почти с самого начала. Думаю, дело в том, что ее на середине этапа тестирования передали другой команде, так как нас переключили на новый проект. Систему Марка тестировали только мы.

— Думаешь, они просто не до конца протестировали ее? Или это диверсия?

— Возможно, что и диверсия, потому что среди них был один человек, который очень сильно хочет стать разработчиком одной из боевых систем.

— Хм, вот как… — задумчиво сказал Джастин. — И что ты теперь будешь делать? Возьмешь броню Эми на анализ?

— В том-то и дело, что нет! У меня нет доступа в тот корпус, где хранится ее система… и, возможно, даже ее тело, но его осмотр уже вне моей компетенции. К тому же я узнал о смерти Эми от Дэна и Марка, что очень странно. Никто из начальства еще не связывался со мной. Никто мне ни о чем не докладывал. Я ведь имею отношение если не к созданию, то к тестированию этой боевой системы — но я оказываюсь совершенно не в курсе того, что творится с ней и с ее пользователем!

— Мда, и действительно… — Собеседник Джима снова потянулся. — Ты сегодня собираешься здесь до позднего вечера сидеть, как вчера?

— Пожалуй, да. Я, конечно, понимаю, что телеметрических данных от боевой системы Эми недостаточно для того, чтобы выяснить, что с ней случилось, но все равно нельзя сидеть сложа руки. Конечно, за один вечер я не справлюсь, но хотя бы начну анализ сегодня. Возможно… возможно, управлюсь до того, как меня вызовет начальство, — вздохнул Джим.

— Тебе помочь? — спросил Джастин.

— Хм… Думаю, я должен сделать это один. Здесь слишком много конфиденциальных данных… ну, ты меня понимаешь. Я, конечно, не смогу до конца выяснить, в чем дело, потому что большая часть данных зашифрована, а ключей у нас по понятной причине нет, но то, что есть, возможно, поможет хоть как-то пролить свет на истинную причину смерти Эми и неполадок с ее броней.

— Ну… тогда до завтра, — пожал плечами Джастин, махнул рукой на прощание и ушел, аккуратно закрыв дверь.

Джим, тяжело вздохнув, поудобнее устроился в кресле у компьютера и приступил было к работе, но вдруг вскочил и резко опустил жалюзи, а затем закрыл дверь на ключ и выключил верхний свет, оставив только небольшую настольную лампу, после чего снова сел за компьютер и мрачно уставился в монитор.

«Ну что, начнем… Надеюсь, меня никто не потревожит хотя бы до девяти вечера. А там посмотрим… Штаб работает круглосуточно, так что можно попробовать рискнуть…»

1 ноября 2017 г., 20:39

Браун-стрит.

Клэр, дрожа от холода, медленно шла по улице, буквально вжимаясь в стены, чтобы не привлекать к себе внимания. Тони так и не появился. Ночь девушка провела более-менее спокойно и успела проснуться до того, как в сквер пришли первые посетители. Она была очень голодна, так как денег еле-еле хватило на небольшую бутылочку воды. Днем было не очень холодно, к вечеру тонкие полупрозрачные облака рассеялись, и ненадолго выглянуло солнце, но после заката опять похолодало. Клэр дико хотелось есть, но денег уже не было, а воровать было не в ее интересах.

Девушка вошла в очередной двор. Сколько их она уже перевидала… и большинство из них были похожи друг на друга, как две капли воды: везде одни и те же типовые серые многоэтажные дома, одни и те же детские площадки со стандартным набором — качели, карусели, пара горок для лазания, песочница и несколько скамеек — обычно не меньше четырех; около подъездов обычно тоже были скамейки. Дворы почти всегда освещались как минимум четырьмя фонарями. Но тот двор, куда пришла Клэр, был вообще не освещен, и из-за темноты девушка сразу же наткнулась на низенькую ограду, за которой росли небольшие кусты, упала и больно ушибла правое колено. Во дворе было не настолько темно, чтобы нельзя было различить вообще ничего. Встав с земли, Клэр огляделась и увидела, что вокруг нет ни одной машины, а на детской площадке есть только карусели и три полусломанных скамейки.

Очень сильно хотелось есть и пить. Девушка, вздохнув, выпила немножко из и так уже наполовину опустошенной бутылочки и подумала, что, пожалуй, она протянет еще один день. В душе она надеялась, что либо сама найдет своих друзей, либо они найдут ее. Вчера Тони просто бросил ее, сказав сидеть и ждать его; он обещал вернуться через минут десять, но пропал с концами. Честно говоря, Клэр была этому не удивлена — ведь он постоянно шпионил за федералами, всегда находился в огромной опасности, и чудо, что они до сих пор его не схватили… не схватили? Сейчас Клэр очень сомневалась в этом. Тони не успел показать ей весь путь к нынешнему убежищу ее друзей, поэтому девушка просто не знала, что ей делать (тем более без еды и почти без воды). Она надеялась на чудо, но понимала, что шансы спасения стремятся к нулю. К тому же Тони сообщил ей, что Карли убита тем полицейским в той крутой броне; с таким костюмчиком он бы уже давно перебил всех ее друзей; поэтому Клэр боялась, что и ее скоро постигнет та же участь.

Внезапно с улицы раздался громкий топот и крики — женский (тонкий, высокий голос, еще похожий на детский) и грубый мужской; а через приблизительно полминуты во двор вбежала молоденькая девушка, еще несовершеннолетняя — на вид ей было не больше шестнадцати лет; одета она была в коротенькую темно-красную курточку и темно-синие джинсы с заниженной талии. Увидев Клэр, она сначала отскочила назад, но затем подбежала к ней и, запыхавшись, сказала:

— Помогите мне! Спрячьте меня где-нибудь! За мной гонится полиция!

— Полиция? — в свою очередь, испугалась Клэр. — Что случилось?

— Меня обвинили в краже! А я ничего не крала и только видела, как другой человек украл что-то у какой-то старушки! А полицейский сказал, что это я воровка, и хотел выстрелить в меня, но я убежала! Я ни в чем не виновата! Помогите мне, пожалуйста! — на одном дыхании выпалила девушка. В темноте Клэр не видела толком ее лица, не видела и настоящего цвета волос — было видно лишь, что они длинные и собраны в «хвост», немного загнутый на конце.

— Я… я не знаю, как вам помочь… Тут негде спрятаться…

— Тут темно! Надо залезть куда-нибудь в укромное местечко! — испуганно сказала девчушка, нервно озираясь по сторонам. — Быстрее! Этот полицейский скоро прибежит сюда!

Перспектива быть пойманной или даже застреленной нисколько не прельщала Клэр, поэтому она, недолго думая, схватила девушку за руку и бросилась в угол между двумя домами; «лучшего» места она и придумать не могла, так как он был огорожен двумя довольно большими кустами; к счастью, они были не колючими, однако свободное пространство между ними и стенами было очень мало, но Клэр умудрилась не только влезть туда, но и спрятать туда ищущую у нее помощи незнакомку. И буквально как только обе девушки кое-как спрятались за кустами, во двор вбежал полицейский — высокий плечистый мужчина; Клэр увидела, что он действительно держал в руках пистолет, так что девчушка не шутила, когда говорила, что ее хотят застрелить. Но из-за темноты по дворе полицейский лишь немного побродил туда-сюда, а потом, махнув рукой, ушел прочь.

Приблизительно через пару минут обе девушки решили, что опасность миновала, и аккуратно выбрались из своего укрытия.

— Кажется, он ушел, — негромко сказала Клэр. — Логично, что он не стал осматривать такой темный двор.

— Спасибо вам огромное! — произнесла ее новая знакомая, тряся ее руку. — Большое спасибо! Не знаю, как мне вас благодарить!

— Не надо… — начала было Клэр, но тут во двор внезапно вбежал какой-то человек. Девушка только хотела было спрятаться за ближайшими кустами, как увидела, что она уже где-то видела этого человека — это был тот самый парень, который оказался знакомым Карли.

— Линн! — крикнул он. — Линн, ты здесь?

— Да, Рон! Я здесь! — крикнула ему в ответ спасенная Клэр девушка и бросилась к нему. — Тот коп уже ушел?

— Да, ушел, все в порядке, — сказал Рон, крепко обнимая девушку. Он перевел свой взгляд на Клэр и, немного улыбнувшись, спросил:

— Это вы спасли мою сестру?

— Эм… Да… наверное… Она прибежала сюда и сказала, что за ней гонится полиция, потому что она якобы что-то украла, — сказала Клэр, немного опешив от такого развития событий. — Мы спрятались вон в том углу за кустами. Когда пришел полицейский, он не стал искать нас в такой темноте.

— Я не знаю, как мне отблагодарить вас… — начал было Рон, но вдруг сзади раздался чей-то голос:

— Клэр? Ты здесь? А это кто еще такой?

— Арни?.. — обернулась Клэр и увидела своего давнего знакомого, непонятно как оказавшегося во дворе. — Что ты здесь делаешь?

— Да так, мимо проходил, — издевательским тоном ответил Арни. — А вот этот что здесь делает? — и он указал пальцем на Рона.

— Что такое? Ты с ним знаком? — удивилась Клэр.

— Нет, не знаком, просто видел его рядом с Карли. Он хотел куда-то ее увезти. И я позаботился о том, чтобы этого не случилось.

— Так это ты ударил мне по голове так, что я потерял сознание? — воскликнул Рон. — Куда делась Карли? Что с ней?

— Что с ней? Она мертва, — равнодушно ответил Арни.

— Так она действительно погибла? — округлила глаза Клэр. — Мне об этом сказал Тони, но я думала…

— Карли мертва? Что с ней случилось? — спросил Рон, борясь с желанием хорошенько врезать незнакомцу.

— Ее убила полиция, — коротко ответил Арни.

— Полиция? Но за что?!

— Хороший вопрос! За что наша уважаемая полиция убивает ни в чем не повинных граждан и покрывает убийц? — оскалился Арни. — Надеюсь, не ты ли натравил их на нее?

— Ты идиот? — крикнула на своего приятеля Клэр. — С чего бы ему сдавать ее полиции?

— А кто их знает, этих «законопослушных» граждан… Я бы на твоем месте не цацкался с ним.

— Слушай, прекрати! Он тебе ничего не сделал!

— Не сделал, да, но он хотел увезти Карли к себе домой, а кто знает, что у него было на уме? Да и к тому же откуда ты знаешь, друг ли он ей на самом деле или нет?

— Я — ее бывший одноклассник! — сказал Рон. — С чего бы мне сдавать ее полиции? Я просто увидел, что ей плохо, и хотел помочь ей и отвезти ее к себе домой, но тут ты врезал мне по голове просто так! Просто так!

— Не просто так, а потому что ты хотел увезти ее домой с понятными мотивами… — начал было Арни, но Клэр с размаху ударила его по лицу:

— Хватит! Хватит, слышишь? Прекрати!

Тут в разговор вступила Линн:

— Ой, нам, наверное, уже пора домой… Как мне вас отблагодарить? — обратилась она к Клэр.

— Просите у нас все, что угодно, — сказал Рон, пытаясь улыбнуться, но это плохо у него получалось из-за присутствия Арни.

— Все, что угодно? Ну… — девушка смутилась. — Я, конечно, боюсь показаться слишком наглой, но…

— Попроси у них денег, — бросил Арни. — Больше ничего нам не нужно.

— Денег? Я хотела…

— Ну вот и проси, если хотела, — парень отвернулся с обиженным видом.

— Я… в общем… не могли бы вы дать мне немного денег? Совсем немного… — еще более смущенно пролепетала Клэр. — У меня их вообще нет, а есть и пить-то хочется… или, может, у вас есть еда или питье?

— Вам нужны деньги? Да пожалуйста! — сказал Рон и тут же полез в карман куртки. — Сколько вам нужно?

— А сколько вам не жалко? — грубо сказал Арни.

— Арни, не надо! — одернула его Клэр. — Я и так поставила человека в неудобное положение, причем совершенно неизвестного мне человека…

— Это я поставила вас в неудобное положение! — произнесла Линн. — Я обязана вам жизнью!

— Да ладно… — еще больше смутилась девушка. Рон тем временем все еще копался в кармане, что очень не понравилось Арни:

— Ну, долго ты еще будешь копаться?

— А тебе какое дело? Я не тебе даю деньги, а ей, — ответил Рон, кивнув в сторону Клэр. — Она, а не ты, спасла мою сестру, и она, в отличие от некоторых, не била меня по голове только из-за того, что ей что-то почудилось! — Он еще около минуты копался в кармане и затем вытащил несколько купюр и протянул их Клэр: — Посмотрите, вам столько хватит?

Девушка нерешительно взяла деньги, пересчитала их и, шокированно округлив глаза, произнесла:

— Тут… так много! Нет, нет, я не могу столько взять…

— Берите! Не бойтесь, вы нас не грабите! Вы спасли мою сестру, и мы обязаны вас хоть как-то отблагодарить! — радостно ответил Рон. — Берите-берите!

— Ну… ладно… — нерешительно сказала Клэр и положила деньги в карман своего безразмерного пальто. — Мы тогда, наверное, пойдем…

— Да, давай, нам уже пора, — грубо буркнул Арни, хватая девушку за руку.

— Если что — мы вам всегда поможем! — крикнула Линн.

— Как вы нам поможете, если вы даже не сможете с нами связаться? — ответил Арни, дергая за руку упирающуюся Клэр, не желающую уходить.

— Я могу дать вам свой телефон, — сказал Рон.

— Нет-нет, не надо… я не хочу причинять вам неудобств… — ответила девушка. — Была рада вам помочь…

Арни не дал ей договорить — он что есть силы потянул ее за руку и быстро убежал со двора на соседнюю улицу.

— Вот во что ты ввязалась? — грубо спросил он у Клэр после пары минут беготни. — Зачем ты полезла к этому… к этому…

— Его сестра забежала во двор, где я была, и попросила меня спрятать ее, ну, я и спрятала ее… Я не думала…

— Ладно-ладно. Он хотя бы денег нам дал. Теперь точно не помрем с голода, — хмыкнул Арни. — Пошли к нашим.

2 ноября 2017 г., 11:20

Штаб ICTEC.

— Джим, ты что, не спал всю ночь? — спросил Марк, подходя к своему приятелю, сидевшему на небольшом бежевом диванчике в зоне отдыха и теребящему в руках папку с докладом.

— Да… нет… Просто заработался, — отмахнулся Джим. — Дел было много… решил все закончить пораньше, но не успел… А сейчас еще и к Лотте вызвали… а я еще ничего не успел сделать… ничего не закончил…

— К Лотте? Тебя вызвали к Лотте? — удивленно воскликнул Марк.

— Да… и, боюсь, это будет… да ладно, будь что будет, — вздохнул Джим, вскочив с дивана. — Пойду я, пожалуй. Она сказала, чтобы я пришел в 11:30, но я лучше…

— Я бы на твоем месте не рисковал и подождал бы до назначенного времени, — хмыкнул Фрейзер. — Кто знает, как она отреагирует на то, что ты придешь раньше…

— Просто я уже не могу больше сидеть на месте. Я уже не успею ничего доделать, зато смогу довести себя чуть ли не до нервного срыва. Думаю, лучше попробовать к ней пораньше прийти, — твердо сказал Мэнн. — Ну… пожалуй, я пойду, — и он развернулся и с фальшивой решимостью зашагал по коридору.

Марк лишь пожал плечами. Внезапное возвращение Лотты было для него сюрпризом. Никто толком не знал, где она была, даже ее заместитель. Хотя она всегда внезапно появлялась и исчезала. В этом была она вся…

Тем временем Джим дошел до кабинета Лотты и тихонько постучался.

— Мисс Джексон?..

— Войдите! — раздался резкий голос. Джим чуть согнулся, открыл дверь и вошел.

Лотта, одетая в серо-голубую шерстяную водолазку, серый жилет и темно-серые брюки, сидела за своим столом; на шее у нее висели тонкий, но непрозрачный синий шарфик и простая серебряная цепочка с маленьким плоским круглым кулоном. На столе стояли только компьютер-моноблок, клавиатура, мышь и небольшая стопка бумаг. Когда Мэнн подошел к Лотте, она не стала тратить время на лишние разговоры и сразу же перешла к делу:

— Я слышала, Эми Кларк погибла в бою из-за неисправности своей боевой системы. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Я… Да, она действительно погибла в битве против существа неизвестной природы. Кроме нее, в ней участвовал Фрейзер…

— Как именно она погибла? — перебила Джима Лотта.

— В нее выстрелили террористы… выстрелили после того, как она чуть не убила одну из них, которую затем убил Фрейзер.

— Значит, террористы? Интересно… Хорошо… Как именно умерла Кларк?

— Если верить Фрейзеру, то по ее телу стали проходить молнии, много молний, их число увеличивалось, мощность — тоже, и в итоге ее броня взорвалась, и Кларк погибла. А после этого ее тело отвезли в другой корпус, куда я не имею доступа…

— Так-так-так… Значит, говорите, в нее выстрелили террористы, то есть простые люди? И из чего они стреляли? — строго спросила Лотта, смотря Джиму в глаза немигающими взглядом и немного барабаня пальцами по столу.

— Из обычных пистолетов… и маломощных бластеров, кажется, — произнес Мэнн, которому было неуютно от сурового взгляда Лотты.

— Кажется?

— Нет… у них действительно были только пистолеты и слабые бластеры. У них неоткуда взяться более мощному оружию, — сказал Джим и тут же понял, что сморозил глупость. Он прекрасно знал, каким оружием пользовались «террористы» до последнего времени…

— Неоткуда взяться? Хм, очень интересно… Ладно. Вижу, вы пришли ко мне с докладом? — сменила Лотта гнев на милость и указала на папку в руках у своего собеседника.

— Да. Вчера я начал обрабатывать телеметрические данные от брони Эми Кларк. К сожалению, большая их часть зашифрована, а ключей для дешифровки у нас нет, но я проанализировал часть того, что доступно нам. Пока что тут нет ничего интересного… но похоже, что в самой боевой системе были неполадки, а выстрелы террористов только усугубили положение. То есть я хочу сказать, что сама броня была неисправна, и в том, что Кларк погибла, виноваты не только террористы, — С этими словами Джим протянул Лотте папку; она взяла ее двумя пальчиками, словно что-то мерзкое, и аккуратно положила на стол.

— Значит, вы утверждаете, что виноваты не только террористы, но и разработчики системы? А, может быть, и тестировщики? — Лотта хитро прищурилась, но, как только Джим открыл рот, перебила его: — Хотя надо отметить, что после вас эту систему тестировала другая команда. Возможно, вашей вины здесь нет.

Джим вздохнул с облегчением. А Лотта тем временем сменила тему разговора:

— Хочу уведомить вас о том, что уже готова новая боевая система. Специалисты PSYKOM уже протестировали ее, но я хочу, чтобы ее еще раз протестировала ваша команда — чтобы быть уверенными в том, что не будет таких форс-мажоров.

Мэнн начал успокаиваться — он думал, что ему устроят большую головомойку или же вообще уволят (хотя Лотта не обладала такими полномочиями), но разговор перешел в совершенно другую плоскость.

— Систему доставят к нам сегодня вечером — приблизительно около шести. Вы должны начать ее тестирование завтра и постараться выполнить его в течение максимум недели, а лучше всего — в течение трех-четырех дней. Это очень важно. Все ясно?

Мэнн энергично кивнул.

— Тогда на сегодня все. Вы свободны, — сказала Лотта и взглядом дала Джиму понять, что она больше не намерена терпеть его присутствие. Он попрощался и вышел из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь.

«Пронесло… Ну что же, значит, новая система… Интересно… Я уже слышал про нее… Интересно будет поглядеть на нее в бою…»

2 ноября 2017 г., 17:13

Ривер-стрит.

Клэр решила немного прогуляться, не уходя при этом далеко от нынешнего убежища своих друзей, располагавшегося на соседней улице — Четвертой авеню. Было облачно, уже смеркалось, несколько раз налетал сильный холодный ветер.

Клэр подошла к небольшому магазину, возле которого стоял высокий лысый чернокожий мужчина и курил, а неподалеку от него лежала светло-коричневая собака, дрожащая от холода и при этом не решающаяся зайти в магазин или какой-нибудь из открытых подъездов. Клэр хотелось приласкать ее; она вообще любила животных, и в детстве у нее кого только не было — собаки, кошки, волнистые попугайчики, хомячки, морские свинки, крысы, рыбки… Но когда она поступила в институт, с животными пришлось расстаться — на них больше не хватало времени, и их раздали родственникам и знакомым; остались только рыжий беспородный кот и темно-коричневая такса, да и с ними тоже хватало хлопот. После того, как они умерли, Клэр уже не заводила животных из-за нехватки времени, но всегда подкармливала бродячих животных, иногда оказывала им первую медицинскую помощь или относила к ветеринару.

Клэр хотела покормить дворнягу, но в нынешнем положении это если и не равнялось самоубийству, то приближалось к нему. Зато когда вышеупомянутый мужчина кончил курить, зашел в магазин и затем дал собаке маленький кусочек мяса, та его недовольно обнюхала и не стала есть, презрительно посмотрев на своего незадачливого благодетеля, что очень удивило Клэр — ведь собака выглядела такой несчастной и такой голодной, однако не стала есть вполне приличное на вид мясо. Девушка уже хотела идти обратно в убежище, как вдруг заметила небольшую вспышку впереди себя; она вспомнила рассказы друзей о странных светящихся монстрах и справедливо рассудила, что лучше ей побыстрее убежать, но поздно — светящийся бело-голубой шар быстро подлетел к ней и буквально вошел ей в грудь.

Это было странное ощущение — никакой боли, никакого жжения, только казалось, будто все тело заполняется энергией, и ее настолько много, что она хочет вырваться наружу, но постепенно успокаивается, и телу становится тепло, но не горячо. Перед глазами сначала пляшут цветные пятна, но затем исчезают, но мир становится виден по-другому — обостряются все чувства, цвета становятся ярче, звуки — громче… Тело наполняет легкость, хочется подпрыгнуть и взлететь…

… но это продлилось не больше пяти секунд, после чего шар, сменив цвет на более насыщенный голубой, внезапно вылетел из спины Клэр. Странное ощущение легкости и энергичности тотчас же исчезло, уступив место жуткому, животному страху; также девушка на мгновение ощутила, будто кто-то связался с ней телепатически, и чужие мысли были сумбурными, она смогла различить только отчаянное «Почему? Почему?! Почему?!». Шар еще какое-то время парил рядом с девушкой, а затем снова влетел в нее и уже через секунду снова вылетел, потом снова влетел — и снова вылетел; страх лишь усилился, но ощущения телепатической связи больше не было.

Бродячая собака, увидев такое, вскочила и, скуля, спряталась в ближайшем подъезде; стоящий у магазина мужчина, присвистнув, забежал внутрь и крепко закрыл дверь. Клэр же, обхватив голову руками, побежала вон с этой мрачной улицы, а шар так и остался там метаться из стороны в сторону, поднимаясь все выше и выше. Но через секунд десять собака вышла из своего укрытия, подошла к брошенному куску мяса, снова обнюхала его и быстро съела. Светящийся шар тут же опустился и начал летать возле собаки, которая сразу же это заметила и попятилась от него, а когда он подлетел слишком близко, снова побежала в подъезд, но шар полетел за ней…

2 ноября 2017 г., 17:35

Четвертая авеню.

— Тони сказал, что сегодня в штаб ICTEC привезут для тестирования новую боевую систему, — сказал Алекс, сидя на куче старых газет и кутаясь в куртку. — Говорит, ее подвезут туда к шести; вроде как должны проезжать по этой улице.

— Какие интересные сведения… И что теперь? — недовольно протянул сидящий на полу и прислонившийся к стене Рид; он уже который час пытался заснуть, но стоило ему лишь на пять минут задремать, как кто-то его будил; к тому же ему мешала боль в недавно ушибленной ноге, из-за чего он хронически не высыпался в последнее время. — Ограбим их и украдем у них эту систему?

— А почему бы и нет? Украдем и… ну, не знаю, что с ней можно сделать, — хмыкнул Алекс. — Может, даже сами ее будем использовать.

— Гениальная идея… — вздохнул Арни. — Смотрю, ты сегодня в ударе.

— А что — ведь действительно можно так сделать! — отозвался Стефан. — Я бы попробовал. Это будет неожиданно, если мы атакуем этих уродов их же оружием!

— А теперь подумай, как мы ее украдем? — подала голос Кэт. — Они ведь не в руках эту систему потащат и не в простой машине. А что у нас есть? Полтора пистолета? А наши сверхспособности мало помогут в битве. И наверняка у этой системы есть какая-нибудь защита против случайного использования… ну, не знаю, может, пароль какой-нибудь или что-то такое в этом роде…

— Ну, по крайней мере, я бы попробовал. Дурацкая идея, пожалуй, но, по-моему, стоит рискнуть. Они уже перебили столько наших, что просто нельзя сидеть сложа руки. В этом случае риск оправдан, — сказал Алекс. — Тони ведь не просто так сообщил нам об этом.

— Он много о чем нам сообщает, порой даже о том, что нам не интересно и не нужно, — буркнул Арни. — Идея, конечно, интересная, но как ее реализовать? Мда… Лучше скажите, где Клэр?

— Вышла погулять, кажется, — отозвалась Кэт. — Я тоже уже начала волноваться. Пойду-ка за ней…

Но стоило только девушке встать, как в старый гараж, служащий убежищем для всей компании, вбежала до смерти перепуганная Клэр.

— Там… Там… Какой-то шар… В меня… влетел… — еле переведя дыхание, пролепетала она, бегая туда-сюда и пытаясь найти укромное местечко.

— Шар? Какой шар? — удивленно спросил Алекс. — В тебя влетел шар? Как это?

— Такой… небольшой светящийся шар… Подлетел ко мне и влетел в меня… — неопределенно сказала девушка. — Не понимаю, что это было… Влетел… и потом вылетел…

— Влетел и вылетел? — спросила Кэт. — Как это?

— Да не знаю я, не знаю! — крикнула вконец перепуганная Клэр. — Сделайте что-нибудь… я боюсь, что он за мной прилетит!

— Но что мы можем сделать, когда мы даже не знаем, что это? — недовольно произнес Рид. — Что-то мне подсказывает, что это те самые…

— Ты что, совсем сдурел? Надо ей хоть как-то помочь! — воскликнул Алекс. — Вот, садись на мое место… и возьми мою куртку… — с этими словами он начал стаскивать с себя куртку, довольно тонкую и протертую в некоторых местах. Но девушка оттолкнула его, села на кучу газет и испуганно сжалась в комочек. Алекс все равно накинул на нее свою куртку, и Клэр уже не сопротивлялась.

— И что теперь делать? — ошарашенно спросил Стефан.

— Не знаю… Я попробую сделать что-нибудь с помощью своих способностей, — задумчиво сказала Кэт. — Правда, у меня уже давно болит голова при попытке использовать телепатию, но я еще не пробовала использовать только эмпатию в этом состоянии, а, возможно, сейчас понадобится именно она. Хотя, наверное, без телепатии все равно не обойдется — надо же узнать, что там на самом деле произошло.

— Как бы хуже не стало… — покачал головой Алекс.

— Не бойся, это не в моих интересах, — сказала девушка и подошла к съежившейся и дрожащей Клэр. Непонятно было, как к ней подступиться — Кэт пару раз тихонько позвала ее по имени, но та не отвечала и лишь начала тихонько всхлипывать.

— Ну вот, нам тут только слез не хватало… — хлопнул себя по лбу Рид.

— Заткнись! — рявкнул на нее Алекс. — Если тебе на нее плевать, то лучше держи свое идиотское мнение при себе!

— Так, так, хватит орать, вы мне все испортите! — крикнула Кэт. — У меня и так скоро начнет болеть голова, а тут еще вы не даете мне сосредоточиться! Вы хотите, чтобы вместо нее я проработала вас? А я ведь могу…

— Нет-нет-нет, не надо нас прорабатывать… — замахал руками Алекс, пятясь к стене.

Кэт строго посмотрела на парней и затем повернулась к Клэр. Та, по крайней мере, не стала дрожать и плакать сильнее, но и позитивных тенденций не намечалось; она не отвечала ни на какие ласковые слова или прикосновения — Кэт попыталась погладить ее по голове и затем обнять, но Клэр оставалась неподвижной. Оставалось только одно… Кэт не хотела сразу же использовать свои способности (в том числе и из-за того, что в последнее время при их использовании у нее начинала кошмарно болеть голова; причины этого были неясны до сих пор), но ей не хотелось и долго мучиться с пустыми разговорами, поэтому она, тяжело вздохнув, положила руку на правое плечо Клэр и закрыла глаза. И буквально спустя пару секунд девушка что есть мочи заорала, вздрогнула, словно ее прошил электрический разряд, вскочила и понеслась к выходу, где ее вовремя перехватил Алекс.

— Черт побери, Кэт, что ты сделала?! — рявкнул он.

— Ничего… Я просто попыталась телепатически связаться с ней, даже еще не проникла в ее сознание…

— Черт… Я не могу ее держать… она меня сейчас либо укусит, либо выцарапает мне глаза! — крикнул Алекс, пытаясь удержать отчаянно вырывающуюся Клэр, бьющую его кулаками по чему попало (в том числе она попала ему пальцем в левый глаз) и пару раз пытавшуюся укусить его за руку. В таком состоянии ее видели в первый раз.

Кэт была в шоке — неужели это она довела свою подругу до невменяемого состояния? У нее появилась совершенно идиотская и даже вредная мысль — попытаться снова связаться с ней, только на этот раз только с помощью эмпатии. И в тот момент, когда Клэр, наконец, вырвалась из рук Алекса, грубо оттолкнула его, открыла дверь и приготовилась выбежать на улицу, Кэт подскочила к ней, схватила ее за шею и использовала свои эмпатические способности по максимуму, со всей силой, на которую была способна…

… и девушка была в шоке от того, что никакой головной боли не последовало; зато она почувствовала тот ужасный, животный страх, буквально переполняющий ее подругу; и под действием эмпатии он стал постепенно слабеть. И через секунд десять такой терапии Клэр внезапно обмякла и без чувств упала на руки Кэт. Алекс тут же подбежал к ней и поддержал ее, так как Кэт чуть сама не упала от такого внезапного поворота событий (плюс Клэр все-таки хоть и была миниатюрной девушкой, но весила она все-таки не как пушинка…).

— Что с ней? Опять не получилось? — спросил он, настороженно глядя в лицо Клэр.

— Нет, похоже, на этот раз все получилось, — ответила девушка, поднимаясь с пола. — Я использовала только одну эмпатию и просто прогнала ее страх. Она была чем-то настолько испугана, что могла бы нанести себе и окружающим серьезные увечья, если бы кто-то из вас попробовал ее удержать. И да… в этот раз у меня не болит голова! Такое ощущение, будто она сразу очистилась ото всей гадости! Я не знаю, почему так, но, возможно, это что-то со мной самой, с моими способностями… наверное, я слишком много использовала только одну телепатию и перенапряглась. А чисто эмпатию я использую редко.

— Так что с Клэр было? — озабоченно спросил Арни.

— Не знаю. Она чего-то жутко испугалась — наверное, того шара; возможно, это одно из тех странных светящихся существ, вот она и испугалась до смерти, что в нее такой монстр вселится. Я ее пока успокоила, но не знаю, что делать дальше. Вы ведь хотите отнять у федералов ту новую боевую систему? Можете идти, а я с Клэр посижу, ведь ее опасно оставлять одну. Она пока без сознания, но может очнуться как минимум через минут пять. Поэтому мне нужно побыть с ней, чтобы полностью ее успокоить и выяснить, что же произошло.

— Хм… нет, ты нам нужна, — немного подумав, сказал Алекс. — Ты телепат, нам точно понадобится твоя помощь.

— Логично, но что же тогда делать с Клэр? Кто ее успокоит, если этот припадок повторится? И в таком состоянии копы быстро ее обнаружат!

— А пусть с ней останется Рид! — сказал Стефан. — Он сможет сделать ее невидимой!

— Но шуметь-то она все равно будет, — покачал головой Арни. — В общем, Кэт, ты нам в любом случае нужна. Я, конечно, с одной стороны, против этой идиотской затеи с похищением системы, но… мне очень хочется отомстить этим ублюдкам за смерть Карли. И я готов даже на такой риск.

— Так вы что, меня здесь оставляете?! — воскликнул Рид. — Только из-за того, что у меня нога все еще болит?!

— Да при чем тут твоя нога? Ты будешь охранять Клэр! — сказал Алекс. — Хотя и нога тоже… Твоя способность была бы нам очень полезна, но ты ранен, и мы не хотим подвергать тебя опасности…

— Ну уж нет! Она тебя чуть не прибила, а ты хочешь ее оставить со мной? Ты совсем спятил? А уж твоя отговорка по поводу «опасности» — вообще высший пилотаж! Ты — настоящий мастер успокаивать людей! — рявкнул Рид.

— Ее нельзя брать в бой, но и бросить одну тоже нельзя; к тому же она и до этого была в ужасном состоянии — она ведь голодала и чуть не простудилась, так что мы в любом случае не можем взять ее с собой, — вздохнул Стефан. — Да, я понимаю, что мы в совершенно идиотской ситуации, времени на раздумья нет… поэтому давай-ка пока оставайся здесь с ней. Кэт, ты можешь еще ее успокоить? Или, например, усыпить на какое-то время?

— Я много что могу, только я не уверена, что у меня и в этот раз получится, — мрачно ответила девушка, затем, сконцентрировавшись, около двадцати секунд просидела возле Клэр с крепко зажмуренными глазами, после чего встала и, отдышавшись, сказала:

— Вроде все… Вроде на этот раз получилось. По крайней мере, она не заорала и не задергалась… да и голова у меня не болит.

— Ну вот и отлично, — удовлетворенно сказал Алекс. — Так что пошли… на охоту!

— Охотники, ага, как же… — огрызнулся Рид. — Я не собираюсь сидеть тут с человеком, который в любой момент может на меня броситься! Я не знаю, что этот самый шар, о котором она говорила, сделал с ней! Может, в нее вселилась какая-то дрянь, которая нас всех сожрет? — Он попытался встать, но больная нога затекла, и он не удержался и медленно сполз на пол, чертыхаясь.

— Не сожрет. Я гарантирую это, — с деланной улыбкой ответила Кэт. — Я усыпила ее как минимум на час. Думаю, за это время мы… — она на мгновение запнулась, — … справимся.

2 ноября 2017 г., 17:58

Четвертая авеню.

— Ну и где они? Где нам их искать? — недовольно произнес Арни.

— Я могу попробовать телепатически просканировать все вокруг, но не уверена, что это не отразится на моей бедной голове, — вздохнула Кэт. — Похоже, это единственный вариант — ведь Тони ничего не сказал о каких-либо опознавательных знаках машины… хотя логично, что их не должно быть, им же нужно быть как можно менее заметными, слиться с толпой…

— Да, давай просканируй… — отозвался Алекс. — Потому что в такой темноте ничего не видно…

Кэт закрыла глаза, сконцентрировалась и, стараясь не напрягаться, начала телепатически сканировать все вокруг. Ее удивило, что и в этот раз боли в голове не появилось. А тем временем в течение первых четырех минут сканирования ничего интересного не появилось — только обычные люди с их обычными мыслями; правда, были двое полицейских, но из обычной полици, а не ICTEC.

— Ну, что там? — нетерпеливо спросил Арни. — Нашла что-нибудь?

Кэт в ответ только махнула рукой. Алекс сделал Арни знак молчать. Стефан все это время беспомощно озирался по сторонам, пытаясь что-либо разглядеть, но ночное освещение на этой улице оставляло желать лучшего; правда, и движение здесь было далеко не таким оживленным, как, например, на расположенной неподалеку Санни-стрит.

Наконец, через пять минут Кэт радостно сказала:

— Есть! Я нашла их! Они где-то через минуту будут здесь!

— Отлично! — воскликнул Алекс. — Сколько их там? Ты можешь вырубить их телепатически или хотя бы временно оглушить?

— Их там четверо — и никого из наших «знакомых», — ответила девушка. — Вырубить могу, вот только как это отразится…

— Так давай же! — перебил ее Стефан. — Уже надоело ждать!

Алекс хотел одернуть его, но тут в поле его зрения появился большой черный джип безо всяких опознавательных знаков и с тонированными стеклами. Кэт, даже не проверив, кто находится внутри и полностью поверив своей интуиции, сразу же телепатически атаковала всех, кто находился в машине, отчего она потеряла управление и сразу же въехала в ближайший столб. Вокруг почти не было людей, а те, кто были, стояли неподалеку от того самого столба и сразу же разбежались, как только в него въехала машина; Кэт на всякий случай телепатически заставила их убежать еще дальше, чтобы не мешать проведению «операции».

— Быстро за мной! — негромко сказал Алекс и молнией подбежал к машине.

— Когда они очнутся? — спросил у Кэт Арни.

— Где-то через минут пять-семь. Я не решилась использовать более мощную атаку, так как боялась…

— Черт, ты что-то часто стала бояться за свою бедненькую головку! — фыркнул Стефан. — А раньше всех вокруг вырубала — и ничего!

— Да заткнись ты уже и помогай нам вскрыть двери! — прошипел Алекс.

После пары минут возни, перемежающейся негромкими ругательствами, обе правые двери были вскрыты. На переднем сидении сидели молодые парень и девушка, на заднем — двое крупных мужчин, между которыми находился среднего размера черный чемоданчик. Алекс радостно присвистнул.

— Как-то больно просто, — покачал головой Арни. — Здесь что-то нечисто. Обязательно должна быть какая-нибудь подлянка.

— Да ладно тебе! — махнул рукой Стефан. — Нам просто повезло!

— Нет, мне это тоже не нравится, — сказала Кэт. — Очень странно, что у тех, кто был в машине, не было пси-подавителей или чего-то подобного — они ведь знают, что мы живы и какие у нас способности.

— Ты слишком хорошо о них думаешь, — улыбнулся Алекс. — А теперь нам надо смываться…

И в этот момент из переулка выскочило нечто похожее на светящуюся голубым светом собаку на подгибающихся ногах и с высунутым и болтающимся, как тряпка, языком; хотя «выскочило» — слишком громко сказано: на самом деле существо, поскуливая, еле шло и сильно шаталось, а его глаза мерцали белым светом. Вся четверка отскочила назад.

— Ну и что нам теперь делать? Эта тварь нас ведь сожрет! — с ужасом в глазах сказал Арни.

— Надо быстрее смываться… По-моему, эта зверюга себя не очень хорошо чувствует, поэтому мы еще можем спастись, — ответила Кэт. — Алекс, чемоданчик у тебя?

— Ага, — отозвался тот. — Как бы нам как можно быстрее и незаметнее для этой твари сбежать…

Но тут произошло непредвиденное — из другого переулка на улицу выехал Марк на мотоцикле; его броня уже была полностью активирована.

— Нам конец… — только и смог прошептать Алекс.

— Я же говорил… — еще тише отозвался Арни.

Марк остановился, прислонил мотоцикл к стене и медленно пошел к врезавшейся в столб машине. Алекс и его компания тихонько стояли поодаль; казалось, Фрейзер их не заметил (как не заметил и светящееся собакоподобное существо), потому что он первым делом залез в салон машины и через пару секунд вылез, ругаясь. В этот момент Арни отчаянно боролся с желанием отобрать у Алекса боевую систему, активировать ее и расправиться с уродом, убившим Карли.

Тут внимание Марка привлекло светящееся четвероногое существо, медленно ковыляющее к полицейскому. Фрейзер выхватил из-за пояса бластер и приготовился стрелять, но существо не атаковало, а продолжало все так же медленно, с трудом идти по дороге, издавая звуки, которые можно описать как смесь писка, шипения и скуления. Фрейзер очень хотел стрелять, но он также не хотел провоцировать противника; однако существо правильно истолковало его намерения, и когда между ними осталось метра два, внезапно подпрыгнуло в воздух, когти на его лапах и клыки удлинились, а глаза разгорелись белым. Марк выстрелил, но промазал, и существо прыгнуло на него и попыталось вцепиться ему в горло, но оно все-таки было недостаточно сильным для такого маневра, потому что полицейский с легкостью отбросил противника в сторону и выстрелил в него, попав в правый бок. Собака издала мерзкое шипение, периодически странным образом переходящее в рычание; видно было, что выстрел причинил ей сильную боль, потому что в месте ранения была хорошо видна пульсация покрывающего все ее тела рисунка из полос и маленьких кружков. Марк поднялся и снова выстрелил в своего противника, но тот отскочил в сторону, зарычал и бросился на сайбера, который на этот раз тоже увернулся, и светящийся монстр врезался в стену противоположного дома. Полицейский, вальяжно размахивая бластером, медленно подошел к все еще лежащему на земле противнику, для которого столкновение со стеной неожиданно оказалось довольно тяжелым испытанием. Марк уже приготовился выстрелить светящемуся существу в голову, но оно внезапно быстро вскочило на ноги и, зашипев, снова прыгнуло на полицейского, который опять увернулся, и на этот раз существо врезалось в фонарный столб.

Алекс, Кэт, Стефан и Арни, медленно отходя к дальнему переулку, наблюдали за битвой между сайбером и светящимся собакоподобным монстром; порой они ловили себя на мысли, что хотели бы, чтобы монстр победил, потому что в таком случае одним — причем очень сильным — противником будет меньше, но, с другой стороны, «собака» тоже явно не страдает от дружелюбия.

Тем временем светящееся существо кое-как поднялось с земли и только приготовилось наброситься на Марка, как тот тремя выстрелами в голову убил противника, точнее, его физическое тело. Собака обмякла и упала на землю, а затем из нее вылетел большой ярко-голубой шар; но не успел он как следует подняться, как был поражен двумя выстрелами из бластера. Взрыв получился весьма хиленький, зато противник был уничтожен. Марк на всякий случай еще пару раз выстрелил в истерзанное тело собаки, превратив то в кровавое месиво. И теперь полицейский перевел свой взгляд на топтавшихся вдалеке Алекса, Кэт, Арни и Стефана…

Тем временем четверо людей из врезавшегося в столб джипа потихоньку начали приходить в себя. Первым очнулся один из здоровяков, сидевших на заднем сидении и охранявших боевую систему. Увидев, что драгоценный чемоданчик пропал, мужчина рявкнул какое-то многоэтажное ругательство и вылез из салона; в этот момент пришел в себя и его сосед, который через полминуты последовал за своим коллегой.

Хоть светящийся монстр и был убит, Марк был жив и здоров, к тому же к нему присоединились двое накачанных мужчин, вооруженных, правда, маломощными бластерами, но накачанные мышцы — все равно весьма неплохое оружие.

— Эй, Фрейзер, тебе помочь? — крикнул один из здоровяков.

— Нет, лучше позаботься о себе, — грубо ответил полицейский. — Я сам разберусь с этими мразями, хоть они и не стоят моего внимания.

— Это они украли у нас чемоданчик? — спросил второй громила, потирая кулачищи.

Алекс испуганно поежился.

— Да, его стащил вон тот мелкий урод, — Марк кивнул в его сторону. — У него есть сверхспособность — суперскорость, так что нужно быть осторожнее. Грубая сила тут не поможет, так что можешь проваливать.

Полицейский, не прицеливаясь, выстрелил в Алекса, но промазал, и тот, сжимая в руках чемоданчик (между прочим, довольно тяжелый), молнией умчался в ближайший переулок. Остальные трое бросились врассыпную.

Тем временем пришли в себя сидящие в машине на переднем сидении парень с девушкой; они тоже были вооружены, и когда вылезли и заметили, что за машиной попытался спрятаться Стефан, то выстрелили в него, но, к счастью, промазали.

В это время Алекс вовремя затормозил, сообразив, что так оторвется от своих товарищей, и решил вернуться назад следующим образом: свернуть на Ривер-стрит, дойти до гаража, где сидели Рид и Клэр, оставить там чемоданчик с боевой системой и вернуться на поле боя. В гараже все было в порядке — Рид держал на коленях мирно спящую Клэр, и когда Алекс открыл дверь, он сразу же включил невидимость, но почти сразу же выключил ее, увидев, кто вошел.

— Ну, как там дела?

— Ну, как сказать… — Алекс поставил у стены чемоданчик. — Вот она, эта самая боевая система. Мы ее стащили… но появился этот урод Фрейзер. Сейчас вернусь за ребятами, — и с этими словами он убежал, забыв закрыть дверь. Рид передвинулся дальше в угол и снова включил невидимость, так как ему было очень неудобно (да и просто лень) вставать и закрывать дверь.

В это время Фрейзер и четверо его помощников начали медленно и даже как-то лениво обстреливать Кэт, Стефана и Арни, перебегающих из одного укрытия в другое; Фрейзер специально промазывал, но разрушения, которые он творил, очень красноречиво говорили его противникам о том, что ждет их, если он по-настоящему решит вступить в бой с ними. Беда была в том, что вокруг не было по-настоящему хороших укрытий — только мусорные баки, фонарные столбы и машины. Пока никто не был ранен, но пару раз пули пролетали в непосредственной близости от головы Арни, страстно желающего отомстить Фрейзеру за смерть Карли. Кэт несколько раз пыталась телепатически атаковать Марка, но безуспешно — у него были хорошие пси-подавители; после этих попыток снова вернулась сильная головная боль при использовании телепатии, и девушка осталась без оружия — свой пистолет она выронила, и теперь он лежал возле мусорной урны на противоположной стороне улицы.

Тут на поле битвы вернулся Алекс; он хотел быстро утащить своих друзей в гараж, но из-за постепенно усиливающейся перестрелки сделать это было затруднительно. Он заметил, что у Кэт нет оружия, и хотел вернуть ей ее пистолет, но тут в него чуть не попал парень, сидевший за рулем машины. Зато следующая попытка увенчалась удачей — Алекс передал девушке пистолет, но тут в них выстрелил один из громил, и Алексу не оставалось ничего, кроме как схватить Кэт и вместе с ней отбежать в сторону. Девушка пожелала не оставаться в долгу и мощной телепатической атакой вырубила стрелявшего в нее здоровяка, но это отняло у нее все силы, и она потеряла сознание. Алексу оставалось только одно — отнести Кэт в гараж и попросить Рида в случае чего сделать невидимой и ее; так он и поступил. Теперь надо было спасать Стефана и Арни. Противников хоть и осталось четверо, однако это меняло положение только в худшую сторону, т. к. из оставшейся тройки Алекс был единственным, кто мог оказать реальное сопротивление врагу. Когда он подбежал к Арни, чтобы схватить его и оттащить в гараж, тот ловко вырвал у него из рук пистолет и оттолкнул:

— Хочешь смыться? А вот я не хочу!

— Я понимаю, что ты хочешь отомстить Фрейзеру, но не думаю, что ты хочешь сдохнуть! — фыркнул Алекс, поднимаясь с земли. — Отдай пистолет!

— Нет! У тебя есть сверхспособность — вот и используй ее! А у меня есть оружие! Так будет честнее! — И Арни отвернулся и продолжил стрелять поочередно во всех противников.

Алекс ударил себя по лбу от досады, огляделся и вдруг понял, что нигде нет парня, сидевшего за рулем джипа. Он бросился к гаражу и с ужасом увидел, что молодой полицейский подошел к нему и что-то рассматривает в открытую дверь. Алекс на максимальной скорости понесся было на помощь своим друзьям, но вдруг его внезапно кто-то ударил в спину. К счастью, удар пришелся вскользь, но из-за этого Алекса снесло в сторону, и он чуть не ударился об стену дома; его спасло только то, что он еще не разогнался. Ударил его второй громила; он уже приготовился стрелять, как над его левым ухом просвистела пуля. Это стрелял Стефан. Алекс вздохнул и бросился на помощь находящимся в гараже Риду, Клэр и Кэт.

Тем временем полицейский уже вошел в гараж и, к своему большому разочарованию, ничего там не нашел, кроме кучи старых газет и нескольких одеял… разве что слышались какие-то звуки, подозрительно напоминающие дыхание, и исходили они из левого дальнего угла, если считать от входной двери.

— Кто здесь? Сдавайтесь! Иначе я буду стрелять.

Но ответом ему была тишина, точнее, не совсем тишина — странные звуки почти стихли. Полицейский, хмыкнув, стал обходить гараж (в направлении против часовой стрелки от двери), пиная ногами все то, что может быть невидимым и при этом осязаемым. Наконец, он дошел до того самого угла, из которого слышались странные звуки… и в этот момент в гараж влетел взбешенный Алекс. Рука полицейского дрогнула, палец случайно нажал на курок, раздался выстрел…

— Ублюдок! Ты убил Рида!!

Алекс выбил из рук у полицейского пистолет, который он уже направил на мирно спящую Клэр, голова которой оказалась заляпана кровью из простреленной головы Рида.

— Мразь!! Я тебя убью!

Полицейский попросту не мог сопротивляться мощным и невероятно быстрым ударам, которые наносил ему его противник. Еще бы — он в совершенстве овладел своей сверхспособностью — суперскоростью — и не променял бы ее ни на что; кому-то она может показаться слабой или невпечатляющей, но если ее правильно использовать, она станет грозным оружием, как и случилось в этот раз. Алекс наносил удары настолько быстро, что его противник попросту не успевал падать или уклоняться — он просто болтался в воздухе, пока его избивали, как грушу; он даже не мог толком крикнуть. В этот момент Алекс пожалел, что у него нет при себе холодного оружия — ему вдруг пришла в голову садистская идея украсить тело своего противника милыми кровавыми рисунками; но он отбросил эту мысль, сказав самому себе, что лучше не строить из себя маньяка-эстета.

В это время дела у Арни и Стефана шли получше, чем у Алекса, — получше в том плане, что они оба были живы, хоть и немного побиты (полицейский-громила пару раз ударил Арни в спину и грудь, а девушка ударила Арни по левой ноге так сильно, что он упал и до крови расшиб себе оба колена и содрал немного кожи на левой ладони). Стефану к тому же удалось отыграться и выстрелить девушке-полицейскому в левое предплечье; правда, он промазал, но его противница, уворачиваясь от пули, неудачно отскочила в сторону и сильно ударилась как раз левым предплечьем об стену и, крича от боли и выражаясь такими словами, которые, по мнению некоторых, не приличествует говорить девушкам, укрылась в джипе, крепко закрыв все двери. Остались только два противника — громила и Фрейзер, причем последний по-прежнему специально промазывал и стрелял в основном в воздух или в фонарные столбы, чтобы попугать Стефана и Арни. Наконец, Арни удалось два раза выстрелить громиле в правую ногу, и он, жутко вопя, отполз за ближайший дом. Другой здоровяк, сраженный телепатической атакой Кэт, все еще валялся без сознания. Теперь остался только Фрейзер…

К этому моменту Алекс избил своего противника до полусмерти, и тот уже давно потерял сознание. Но слишком высокий темп битвы уже дал о себе знать, и Алекс стал постепенно снижать скорость ударов. Наконец, тело противника, как мешок, упало на пол, и его тут же бесцеремонно парой ударов ноги отправили в угол. Затем Алекс подошел к убитому Риду и крепко спящей у него на коленях Клэр. Девушку не разбудили даже звуки происходящей буквально в метре от нее битвы.

«Черт побери… Это из-за меня Рид погиб… Если бы я побыстрее и потише ворвался в гараж и убил бы этого подонка, пока он меня не заметил, то… Эх, если бы, если бы… слишком много «бы»… Хорошо, что хотя бы Клэр жива… Стоп, а где Кэт? И где чемоданчик?»

Алекс в шоке несколько раз обошел (точнее, оббежал) весь гараж, но так и не нашел искомое.

«Черт! Неужели чемоданчик похитили? И где же в таком случае Кэт?»

В это время Стефан и Арни кое-как начали бой против Фрейзера. Их обычные пистолеты никак не могли ему навредить, но позорно бежать с поля боя никто не хотел, поэтому парни начали потихоньку вести Марка к гаражу, где, как они надеялись, их подстрахует как минимум Алекс (а то и, возможно, Кэт с Ридом… а то и даже Клэр!). Фрейзер отлично понял их маневр и решил, что лучше убьет всю компанию сразу, а не поодиночке. И как же были удивлены Арни и Стефан, когда увидели лишь одного Алекса, бегающего по гаражу туда-сюда и выкрикивающего крайне заковыристые ругательства… и нечто кровавое в углу.

— Алекс, в чем дело? — крикнул Арни.

— Ни в чем! Рида убили, вот в чем! — раздался вопль в ответ. — И Кэт исчезла! И чемоданчик!

— Кэт и чемоданчик исчезли? — ужаснулся Стефан.

— Чемоданчик? — мягко переспросил Марк. — Значит, новая боевая система у вас?

— Была у нас, — прорычал Алекс, выскочив из гаража. — Я не знаю, где она сейчас, но она вам точно больше не достанется!

— Хм, хорошо-хорошо, — усмехнулся Марк. — А теперь давайте прекратим орать и поговорим по-мужски! — И с этими словами он отбросил в сторону бластер и бросился на парней.

Алекс тут же отскочил в сторону и сразу же вернулся обратно, чтобы применить по отношению к Марку ту же стратегию, которую он успешно протестировал на его незадачливом коллеге, все еще валяющемся без сознания в гараже, но Фрейзер был явно не похож на обычного полицейского, поэтому Алекс сразу же взвыл от боли, нанеся первую десятку ударов по его броне. Марк отбросил парня в сторону, как игрушку, и тот ударился об стену гаража. На очередь были Стефан и Арни. Они тоже бросили свои пистолеты и бросились на противника, но тот просто несильно (по его мнению) толкнул их в грудь, и они отлетели назад на пару метров, отнюдь не мягко приземлившись. Арни кое-как поднялся и снова бросился на полицейского, но тот снова ударил его в грудь, на этот раз намного сильнее, и парень отлетел намного дальше и, судя по звукам и ругательствам, врезался в мусорный бак. А когда Стефан попытался подняться, Марк ударил его сначала кулаком в челюсть, а затем ногой в живот, и бедный парень отлетел туда же, куда парой секунд раньше отправился его товарищ. В это время Алекс попробовал поднялся, но его сил хватило только на то, чтобы кое-как приподнять правую руку и дотянуться до лежащего неподалеку пистолета… и в следующий момент он потерял сознание, успев, правда, прошипеть нечто нецензурное в адрес Марка.

Бой продолжать было бесполезно; еще пара ударов — и все трое парней отправились бы к праотцам. Фрейзер поднял с земли бластер и уже приготовился расправиться с беспомощными противниками…

… как вдруг сзади раздался спокойный голос:

— Ну что, мистер полицейский, поговорим по-мужски?

Фрейзер обернулся и увидел живую и здоровую Кэт; его внимание привлекло то, что у нее были браслет на левой руке и пояс того же типа, что и у него самого.

— Сволочь! Ты активировала новую боевую систему?! — рявкнул Марк и бросился было на девушку, но она грациозно отскочила в сторону и так же спокойно произнесла:

— Ну что, уважаемый полицейский… точнее, неуважаемый… теперь-то мы точно поговорим… может, и не по-мужски, но это будет очень приятный разговор, и я верю, что он будет еще и очень коротким! — затем она усмехнулась и ударила себя по лбу: — Звучит глупо и слишком киношно, но… Одним словом, кто не спрятался — я не виновата!

С этими словами она нажала на кнопку на экране КПК, располагающегося на браслете на левой руке, и в тот же миг вокруг ее тела появился светящийся оранжевый кокон, а через пару секунд Кэт уже была в полном боевом облачении. Ее броня была в общем плане похожа на броню Марка, только вместо синего и голубого цветов были оранжевый и красный, плюс сами контуры брони были, конечно, более женственными — система умела подстраиваться под тело пользователя.

— Интересно… Какая прелесть… — насмешливо произнесла Кэт, разглядывая себя. — Стильный костюмчик, не правда ли?

— Может, он и стильный, но ты, мразь, не умеешь сражаться, а только болтаешь! — рявкнул Марк и бросился на девушку, которая, к его удивлению, очень ловко и быстро увернулась и в тот момент, когда они чуть не столкнулись, ударила его в бок ногой. Удар, тоже к его удивлению, был весьма ощутимым; Фрейзер подумал, что если бы он был точным и прицельным, то было бы намного больнее. Полицейский чуть не упал, а когда встал, то снова удивился, увидев в руках своей противницы бластер — немного меньше, чем у него, и чуточку длиннее и с оранжевыми светодиодами.

В этот момент Алекс снова пришел в сознание. Он был шокирован в хорошем смысле этого слова, когда увидел Кэт, не только целую и невредимую, но еще и в броне вроде той, которую носит Фрейзер. Более-менее пришли в себя и Стефан с Арни; и они тоже были шокированы тем, что Кэт теперь сражалась с Фрейзером на равных.

— Видал? — сказал Стефан, показывая пальцем на Кэт, готовящуюся выстрелить в своего противника. — Нифига себе! Когда это она успела систему активировать? Она ведь сознание потеряла! Она не могла так быстро очнуться!

— Я тоже в шоке, — ответил Арни. — Ничего не понимаю… Эх, хотел бы я быть на ее месте… интересно, можно ли отдать систему…

— Нет, нельзя! Заткнись и сиди тихо! — шикнул на него Стефан. — Мда, такое бывает только в кино, мультиках или комиксах — парни ничего не могут сделать, и тогда девушки берут инициативу в свои руки… мда уж… звучит глупо, но что поделаешь? Мы уже ничего не сможем сделать.

Тем временем Кэт два раза выстрелила в стену прямо рядом с головой Марка (она с большим трудом удержалась от соблазна выстрелить ему в лоб), чтобы разозлить его и начать настоящую битву. Полицейский с ужасом понял, что эти выстрелы, судя по разрушениям, по мощности ничуть не уступают силе атак таинственных существ, с которыми он сражался раньше. «Эта система, конечно, сильная, но сила не может соперничать с опытом», — подумал Марк и бросился в бой… и снова Кэт увернулась от его ударов. Фрейзер бил и бил — и каждый раз промазывал, потому что юркая девушка постоянно грациозно уворачивалась; а вот ее удары почти всегда попадали точно в цель и были уже намного более болезненными, чем тот первый, скользящий. Через минут пять такого боя полицейский стал понимать, что он устает, а вот Кэт, казалось, становится все сильнее и наносит удары все сильнее и все чаще. Битва с таким же, как он, пользователем боевой системы была для Марка в новинку, т. к. он никогда не сражался на тренировках против Эми, к тому же он понимал, что система Кэт сильнее, чем система Эми, и по силе равна его собственной. Да и вообще, честно говоря, боец из Эми был никудышный.

После активации боевой системы Кэт почувствовала, что ее голова стала полностью ясной — исчезли все, абсолютно все отголоски чудовищной головной боли, которая уже давно преследовала ее. Девушке быстро наскучил обычный бой, и она решила внести рискнуть и внести в него немного разнообразия, а именно — попытаться телепатически атаковать противника. Момент она выбрала очень удачный — когда Фрейзер уже устал и уже не был способен хотя бы блокировать удары. Девушка на мгновение сконцентрировалась… и в следующий миг Марк с громким криком упал на землю, схватившись за голову. Кэт обрадовалась (в том числе, конечно, и тому, что никакой головной боли не последовало — не было вообще никаких неприятных ощущений), но решила не перебарщивать и просто со всей силы ударила противника ногой в бок, отчего Фрейзер заорал еще громче.

— Мразь! Сейчас я тебя хорошенько отделаю! Тебе понравится, я уверена! — рявкнула девушка и со всей силы врезала Марку правой ногой по лицу; послышался хруст брони, и на справа на шлеме под визором появилась небольшая трещина, которая, впрочем, почти сразу же затянулась.

— Да я тебя сейчас… да я тебя… — попытался прорычать в ответ Марк, но Кэт снова ударила его ногой, на этот раз — в челюсть.

— Я из тебя отбивную сделаю за то, что ты убил Карли!

— Вас всех надо перестрелять, как собак! Вы убили Эми! — с этими словами Фрейзер опять попытался броситься на Кэт, но она снова отскочила в сторону, ехидно крикнув:

— Да ты, похоже, драться разучился! Или в тебе джентльмен проснулся и ты не можешь ударить девушку? Ню-ню-ню!

— Ты — девушка? Спасибо, насмешила! — рявкнул Марк. — Ты для меня стоишь где-то между этими светящимися тварями и бешеными собаками!

— О, какое интересное сравнение! Обязательно запомню его и как-нибудь использую в разговоре! И, конечно же, сошлюсь на тебя! — издевательским тоном произнесла Кэт и в очередной раз ударила противника ногой в бок.

Алекс, Арни и Стефан видели это и радовались за свою подругу (бурно выражать свою радость им мешал инстинкт самосохранения — Марк мог их заметить и либо сразу прикончить, либо взять в заложники и начать шантажировать Кэт); теперь они были рады еще больше — ведь теперь у Кэт не только есть крутая боевая система, она теперь может снова использовать свои телепатические способности! Сама девушка тоже была очень рада этому и решила еще немного поиграть с противником — теперь она применила эмпатию, чтобы вселить во Фрейзера прямо-таки животный ужас. И эта атака также увенчалась успехом.

Сам Марк понимал, что эта девушка в украденной броне управляет его эмоциями, но не мог ничего с этим поделать — слишком велик был страх, к тому же полицейский не ожидал того, что его противница рискнет применять свои телепатические способности. Поначалу он кое-как еще мог с ним бороться, но когда Кэт начала стрелять из бластера, специально промазывая, чтобы просто запугать противника, он уже не смог терпеть, вскочил с земли, схватил бластер и побежал было с поля боя, но на полпути остановился и, собрав в кулак остатки мужества, несколько раз выстрелил в противницу, стремясь попасть ей в голову, но она опять увернулась и в ответ выстрелила ему в грудь. Ощущения были не из приятных — выстрелы были мощнее, чем предыдущие; броня на груди треснула, но вскоре самовосстановилась. Марк не знал, что ему делать: страх уже отступал (явно не сам собой — им управляли извне: Кэт решила не слишком мучать своего соперника, потому что с непривычки уже сама начала уставать), но сил почти не осталось. Кэт решила побыстрее закончить бой и снова атаковала полицейского телепатически. Боль была чуть слабее, чем в прошлый раз, но тоже нестерпимая, однако Марк не хотел позорно бежать с поля боя. Но вдруг сзади раздался чей-то вопль, извещающий полицейского о том, что нужно отступать; и Фрейзер, на прощание пару раз выстрелив в свою противницу (и, конечно, промазав), кое-как заковылял вон из переулка к отчаянно звавшему его здоровяку-полицейскому — тому, которого Кэт ранее вырубила телепатической атакой; он не так давно пришел в себя и теперь кое-как пытался идти, сильно качаясь и постоянно запинаясь.

… Все более-менее пришли в себя через приблизительно час. Кэт оттащила их всех в гараж — все равно они в ближайшее время найдут новое убежище, а федералы вряд ли вернутся сюда, по крайней мере, в течение суток; избитого Алексом до полусмерти полицейского, толком еще не пришедшего в сознание, она вытащила из гаража и оставила лежать на Ривер-стрит возле мусорного бака.

— Ну что, ребята, что теперь делать будем? — со вздохом спросила Кэт, когда Алекс, Стефан, Арни и Клэр полностью пришли в себя.

— Рид убит… Нас становится все меньше… — пафосно вздохнул Арни. Все остальные мрачно взглянули на него, но промолчали.

— Да уж… — ответил Алекс. — Нас отстреливают, как животных. Вот уж действительно, что нам дальше делать?

— Хороший вопрос… — сказала Кэт, разводя руками.

— Зато у тебя теперь есть мощная броня — как у Фрейзера! Только, думаю, лучше! — внезапно улыбнулась Клэр. — Думаю, нам больше можно не бояться полиции!

— И твои телепатические способности вернулись! — радостно сказал Стефан. — Ну, точнее, они никуда и не девались… я имею в виду, что они теперь снова нормально работают, не причиняя тебе боль!

— Кстати, когда ты успела активировать систему? Ведь ты же потеряла сознание! — сказал Алекс.

— Потерять-то потеряла, но буквально на пару минут, — ответила Кэт. — Я поняла, что без использования системы мы не справимся, и решила рискнуть. Я телепатически отвлекла внимание Рида — я уже не боялась головной боли, потому что терять было уже нечего, — затем взяла чемоданчик, вышла из гаража и спряталась за соседним гаражом, где и активировала систему. Больше всего я боялась, что там будет какая-нибудь защита вроде пароля или чего-то в этом роде; действительно, в самом начале — когда была «привязка» системы ко мне — было очень больно, как будто в меня проникло множество каких-нибудь жучков или паучков, которые разрывали меня изнутри; я думала, что это и есть защита, но через пару минут боль прошла. А с системой я разобралась быстро — там интуитивный интерфейс; неудивительно, что тот коп-имбецил с нею тоже быстро разобрался. И я была шокирована, когда головная боль от использования моих способностей полностью исчезла! Уж не знаю, причем здесь система, но… факт остается фактом.

— Быстро ты с этим копом разделалась… — сказал Стефан.

— Я уже начала уставать; к тому же одни только телепатические атаки так на него подействовали, что он теперь как минимум неделю будет сидеть у себя дома, завернувшись в одеяло и дрожа, — усмехнулась Кэт. — Ну, может, не неделю… но пару дней уж точно.

— Так что же мы теперь будем делать? — вздохнув, спросил Алекс. — Здесь нам оставаться явно нельзя… ну, максимум на одну ночь.

— Будем делать то же, что и всегда, — отозвался Арни. — Найдем новое убежище… город ведь большой… Правда, боюсь, придется бросить тело Рида или, по крайней мере, перетащить его куда-нибудь.

— Да уж, снова будем бегать по городу, только теперь у нас есть что противопоставить копам, — усмехнулась Кэт.

Глава 6

3 ноября 2017 г., 14:11

Больница ICTEC, палата № 317.

— Да хватит уже орать! — воскликнул Стоун, пытаясь успокоить вопящего Марка, пытающегося вскочить с кровати. — Лежи и не дергайся!

— Не орать? Не орать, говоришь? — рявкнул Марк. — Посмотрел бы я на тебя, если бы тебе набила морду какая-нибудь девчонка, которая украла броню вроде моей! Девчонка! Я проиграл какой-то обычной девке! Хоть у нее и есть сверхспособности!

— Но ты ведь уже раньше сражался с противниками женского пола, — сказал Дэн. — Правда, ты у них выигрывал, однако это были весьма сильные противники, ведь так?

— Это все не то! Они были… это были даже и не люди, а какие-то монстры. А тут — обычная девчонка, возможно, даже моя ровесница. И украла броню! Более того, она с ней справилась! Справилась с управлением! И она умеет драться! Конечно, не так хорошо, как я, но умеет! Представь, что было бы, если бы у нее было больше опыта! — не унимался Марк.

— Я все понимаю… — начал было Дэн, но его снова прервали:

— Понимаешь? Ты понимаешь?! Да ты ничего не понимаешь! Я должен был охранять эту броню! Но я повел себя как идиот, решил покрасоваться перед этими подонками! Я прекрасно знал, что та мразь — телепат, но не придал этому значения, так как думал, что она ничего не сможет сделать из-за каких-то проблем с головой… проблем в физиологическом смысле: у нее то ли голова болела, то ли она просто ослабла, то ли еще что-то… В общем, я переоценил свои силы, понадеялся на то, что она так и пролежит в отключке. И в итоге проиграл этой сволочи! Я ничего не смог сделать! Даже если бы она не использовала свои способности, я бы все равно проиграл! Я никогда еще не сражался с… ну, если не с равным себе противником, то… Это просто невероятно — я продул какой-то девчонке! Черт побери, что мне теперь делать? Меня же могут уволить!

— Ну, я очень сомневаюсь, что тебя уволят — замены тебе нет, ты сам это прекрасно знаешь. Пока ведь никто ничего не сказал — значит, все будет в порядке… ну, в относительном, — сказал Дэн. — Головомойку, правда, устроят с высокой вероятностью. Хотя… никто ведь не ожидал, что эти ублюдки украдут броню… Я слышал, что она предназначалась Лотте…

— А хоть бы и ей, — отмахнулся Марк. — Хотя если это так, это только ухудшает дело — меня могут как минимум серьезно понизить, а то и вовсе отобрать броню. Хотя вроде говорили, что после активации ее уже не сможет использовать другой носитель — происходит какая-то привязка, что ли. Браслет и пояс можно снять, но ведь внутри тела остаются нанороботы…

— Ну вот, не отнимут же полностью, — спокойно произнес Дэн.

— А что толку, если не отнимут полностью, как ты говоришь? — снова взорвался Марк. — Браслет и пояс отберут — и что я буду делать? Бегать с бластером и мечом, которые и работать-то не будут толком? И что мне теперь делать? Сидеть здесь и ждать, пока мне надают по шее? Я бы пошел к начальству, но меня же эта девчонка не по головке гладила! К тому же еще и голова периодически болит — жуткая пульсирующая боль, причем быстро отступающая. А сидеть на месте ой как не хочется, учитывая все обстоятельства. Никогда себе не прощу… так облажаться… это надо уметь… — Фрейзер яростно сжал кулаки.

— Ну, ты не облажался, ты просто был не готов к встрече с таким противником, — попробовал успокоить товарища Стоун. — Недавно ведь был случай, когда тебя чуть не прикончила какая-то дамочка-киборг. Тебя тогда еще Эми спасла.

— Эми? Не хочу больше слушать про эту тупую истеричную тварь! — рявкнул Марк и внезапно осекся, а затем продолжил уже более спокойным голосом: — Ладно… извини, погорячился. Не надо про нее, не хочу об этом думать. Надоело. Эх… Сколько мне еще предстоит здесь проваляться? Как минимум пару дней, наверное. Ранения у меня не очень сильные, потому что эта тварь очень хорошо отделала меня телепатически, и этого было достаточно, поэтому-то она и не стала добивать меня. Ты не представляешь, что со мной было… какой это был страх… Он был неестественным, животным, парализующим… Я просто никогда не имел дела с эмпатом. И это было ужасно. Я понимал, что эти чувства и эмоции не мои, ненастоящие, но в то же время не мог им сопротивляться. Ты не представляешь, как мне стыдно! Проиграл какой-то уличной девчонке! Которая вместе со своими дружками украла у нас броню, которую я должен был охранять! И поддался ее телепатической атаке, как идиот!

— Хм… и что ты сейчас будешь делать? Неизвестно, когда выйдешь на работу? — спросил Стоун, про себя удивившийся такой реакцией своего друга на упоминание его погибшей девушки; это было вовсе не похоже на попытку дистанцироваться от проблемы — злоба Марка была искренней.

— Говорил же, что не знаю! Может, дня два-три, может, неделю… Но валяться здесь, пока по городу бегает эта сволочь в украденной броне… нет, я постараюсь выписаться из больницы как можно раньше, — твердо сказал Фрейзер. — Меня пока никто не искал, не спрашивал?

— Да пока вроде нет, — пожал плечами Дэн. — Разве что только Джим и Джек спрашивали, как ты.

— Финнеган? Что ему от меня может быть нужно? — хмыкнул Марк. — Ну да ладно, спрашивал — и хорошо, — Он со вздохом перевернулся на правый бок, полежал так пару минут и снова заговорил:

— Не знаю, что мне теперь делать. Надо выздоравливать — раны не тяжелые, поэтому я думаю, что быстро выпишусь. Но я никогда себе не прощу того, что проиграл какой-то преступнице, считай, террористке! Не прощу того, что не смог не дать ее дружкам украсть броню! И я не могу успокоиться, не могу спокойненько лечь, завернуться в одеяло и сладко заснуть! Поэтому я и не знаю, что делать. Пока подожду, посижу здесь… Если что — свяжись со мной; боюсь, вполне может случиться так, что относительно меня решат что-то сделать, не поставив меня при этом в известность.

— А как я об этом узнаю? — удивился Дэн. — У меня ведь нет доступа к подобной информации…

— Что-то мне подсказывает, что ты вполне можешь об этом узнать от Джима или Джека. Первый обычно в курсе всех технических моментов, а второй… просто мне кажется, что он запросто может о чем-то таком узнать. Просто кажется. Я его не очень хорошо знаю, но… В общем, я на тебя рассчитываю, — сказал Марк. — А теперь я, наверное, немного полежу, тем более что голова что-то побаливает, — с этими словами он завернулся в одеяло и уткнулся в подушку.

Дэн, немного удивленный таким окончанием разговора, лишь пожал плечами, коротко попрощался и вышел из палаты, аккуратно закрыв дверь. В дальнем конце коридора он заметил куда-то быстро идущего и настороженно озирающегося по сторонам Финнегана, рядом с которым бежала темноволосая коротко постриженная девушка-полицейский — одна из тех, кто вчера должен был доставить боевую систему в штаб ICTEC; ее левая рука была забинтована. Девушка что-то настойчиво спрашивала у Финнегана, но он раздраженно отмахивался, а она все не унималась. Наконец, он повернулся к ней и около минуты что-то объяснял ей, оживленно жестикулируя, а потом резко развернулся и сломя голову побежал куда-то. Стоун решил не вмешиваться, лишь пожал плечами и пошел по своим делам.

3 ноября 2017 г., 16:24

Рэнкин-стрит.

Кэт гуляла по городу (точнее, она называла это патрулированием, но выглядело это как обычная прогулка или даже просто бесцельное шатание) и незаметно для самой себя зашла на неизвестную ей улицу. Воспользоваться встроенным в боевую систему навигатором она не рискнула, к тому же она частично помнила путь, которым пришла сюда, и поэтому решила немного погулять по незнакомой улице. Она была немноголюдная, довольно узкая и темная из-за плотно стоящих высоких домов. Кэт быстро надоела эта прогулка, и она только повернула было обратно, как услышала громкий не то вздох, не то всхлип в соседнем переулке, очень узком, темном и грязном; она бросилась туда и сразу же увидела высокую рыжеволосую девушку, вжавшуюся в стену и в немом ужасе смотрящую куда-то вверх. Кэт подняла глаза и увидела лишь небольшую белую вспышку; также ей показалось, что кто-то убежал вглубь переулка и скрылся в одном из проходов во двор — по крайней мере, она явственно слышала удаляющиеся шаги и краем глаза увидела, как ей показалось, высокую фигуру, молниеносно исчезнувшую за домами.

«Черт! Неужели это опять одно из тех светящихся существ? Но на этот раз я смогу с ним справиться!» — подумала девушка, провожая взглядом светящийся шар, и спросила у испуганной незнакомки:

— Что здесь произошло? Ты в порядке?

— В… в порядке, — слабым голосом ответила та. — Ничего не произошло… Я просто… просто…

— Точно в порядке? Ты вся дрожишь, — сказала Кэт и хотела было дотронуться до плеча девушки, но в последний момент отдернула руку. — Здесь был… здесь был белый светящийся шар?

— Да… — еще тише прошептала девушка. — Я думала, что он гонится за мной… и прибежала сюда… а потом… — и она очень сильно вздрогнула и закрыла лицо руками.

— А потом пришла я, значит, — усмехнулась Кэт. — Ну ладно, ладно, не надо бояться, я могу помочь. Мне отвести тебя куда-нибудь, проводить?

— Если не затруднит, проводи меня, пожалуйста, до Бертон-стрит, а дальше я сама пойду.

— Бертон-стрит? Хм… это где-то недалеко? — Кэт старалась не подать виду, что не имела ни малейшего представления о том, где находится искомая улица.

— Да, это совсем рядом. Нужно дойти до конца этой улицы и повернуть налево, а потом дойти до перекрестка и снова повернуть налево. А дальше я уже сама пойду, там недалеко.

— Ну ладно… Пошли тогда, — И Кэт бодро зашагала вперед, а ее новая знакомая засеменила за ней.

Девушки около трех минут шли в гробовом молчании, затем Кэт первой начала разговор:

— Как тебя зовут, если не секрет? Меня — Кэт. И откуда взялся этот светящийся шар?

— Дженис… Дженис Рендвер, — ответила та. — Я живу здесь неподалеку… Решила выйти погулять, хотела зайти в магазин на этой улице, но вдруг почувствовала, что кто-то за мной следит. Оглянулась — а там этот небольшой белый светящийся шар. Я… — и ее снова передернуло от страха, — я очень испугалась… очень… и бросилась бежать… а шар продолжал лететь за мной… Я забежала в этот переулок, а потом появилась ты… и этот шар сразу же улетел. Как будто ты его спугнула.

«Дженис… Дженис Рендвер… Знакомое имя… Но не могу вспомнить, где я его слышала. Но точно слышала. Почему-то мне кажется, что это имя как-то раз упоминал Тони, когда рассказывал о том, как был в Канаде» — подумала Кэт и задумчиво спросила у девушки:

— Хм, вот как? Летающий светящийся шар? И он просто летел? Даже не увеличивался в размерах? И не пытался летать вокруг тебя?

— Нет-нет, он просто летел за мной — сначала медленно, потом, когда я побежала, — быстрее. Но я очень сильно перепугалась. Эти шары ведь очень опасны?

— Ммммм… Да, опасны, — после небольшой заминки ответила Кэт. — Ты раньше не видела ничего подобного?

Дженис ничего не ответила, только резко остановилась, еще сильнее затряслась и испуганно округлила глаза, а затем снова пошла, как ни в чем не бывало. Это длилось буквально пару секунд, но Кэт это прекрасно заметила; телепатически она почувствовала мощную волну страха, исходящую от девушки, — волну страха кошмарного, животного, парализующего, доводящего до беспамятства. Но, кроме страха, она почувствовала и кое-что еще…

«Хм, странно… слишком странная реакция. Да, все боятся этих светящихся шаров… да и я тоже, хоть у меня и есть теперь отличное оружие против них. Но это страх другой — такое впечатление, что она уже имела с ними дело. Или же они напомнили ей что-то. Хм… Залезть в ее воспоминания крайне нетактично, да и вообще она может как минимум потерять сознание от страха. Поспрашивать — тоже нетактично. Ладно… хоть и интересно, чего она так боится, сделаю вид, что ничего не заметила».

Девушки шли молча еще минут пять, зачем Кэт начала разговор о погоде. Дженис поначалу отвечала односложно и слабым, дрожащим голосом, но через пару минут осмелела; вскоре Кэт хотела перевести разговор на обсуждение текущей криминальной обстановки в городе, но Дженис сразу сказала, что ничего в этом не понимает, т. к. редко смотрит телевизор и читает новости в Интернете, поэтому разговор о погоде продолжился.

Через минут пятнадцать девушки уже были на перекрестке на Бертон-стрит; Кэт решила проводить Дженис до ее дома и была очень удивлена, когда та привела ее к большому красивому серому особняку за высокой оградой; еще больше ее удивило то, что по участку вокруг него гуляло много детей, подростков и молодых парней и девушек, и все они передвигались настолько аккуратно и правильно — даже самые маленькие дети бегали по четко очерченным дорожкам — что казалось, что это вовсе не люди, а очень реалистичные роботы. Увидеть старомодный особняк, являющийся, судя по всему, престижной школой или интернатом, посреди огромного мегаполиса (скорее, даже гигаполиса) было странно, если не шокирующе, а его слишком правильные, кажущиеся неживыми обитатели отлично завершали дикую, фантасмагорическую картину.

— Кхм… ты живешь здесь? — спросила Кэт у Дженис.

— Да… Это интернат… хороший интернат, я здесь живу… наверное, временно, потому что за… — девушка осеклась и облизала высохшие губы. — Я здесь живу, в общем. Здесь хорошо… тут у меня есть друзья, — ее голос дрогнул, и она немного испуганно покосилась на двух коротко остриженных светловолосых девушек ростом чуть ниже нее, стоящих вплотную к ограде и неотрывно смотрящих на нее и ее спутницу; заметив у Кэт на поясе бластер, одна из них присвистнула, но тут же хлопнула себе рукой по губам, а вторая строго на нее посмотрела; в их глазах на миг промелькнуло что-то похожее на страх.

— Хм… Ну ладно, я тогда пойду, — сказала Кэт, помахала Дженис на прощание рукой и медленно пошла прочь, краем глаза наблюдая при этом за особняком и его странными обитателями. Ей очень хотелось прочитать мысли Дженис, но что-то ее останавливало — скорее всего, мощные волны страха, исходящие из девушки, как только она пыталась установить контакт с ее разумом. В принципе, это было логично, она уже сталкивалась с подобным, но здесь было что-то другое. Мелкие обрывки мыслей вырывались из глубин разума Дженис, и Кэт увидела в них две более-менее связные картины: длинный кровоточащий порез с внутренней стороны левой руки и светящаяся оранжевая спираль, через пару секунд разорвавшаяся на мелкие кусочки.

Тем временем Дженис, испуганно озираясь по сторонам, мелкими шажками пошла к особняку; две светловолосые девушки пару минут постояли у ограды, провожая удивленными взглядами Кэт, а затем пошли было за Дженис, но, сделав пару шагов, круто повернули в другую сторону. Кэт попробовала прочитать их мысли — там не было ничего интересного или неожиданного: они хотели побить Дженис в темном уголке, но были удивлены и даже немного испуганы, когда увидели ее в компании незнакомой девушки, которая мало того что старше их, так еще и носит с собой весьма внушительный бластер, причем явно не в качестве украшения. Больше ничего интересного в их мыслях Кэт не нашла… разве что две небольших рваных картины: сидящая в темном углу девушка, накрывшаяся темно-серым пальто и рассматривающая свою окровавленную левую руку, и чье-то смертельно бледное лицо с бесцветными холодными глазами с тонкими, похожими на кошачьи зрачками. Кэт хотелось попробовать просканировать мысли еще нескольких случайно выбранных людей, но решила не заниматься ерундой и вернуться к своим друзьям. Но мысли о странном особняке не покидали ее — он бы слишком странным, слишком неподходящим для такого огромного современного города, слишком холодным и неестественным, он словно был окружен мрачной и зловещей аурой. Кэт понимала, что лучше сюда не соваться, но ею завладело сильное любопытство — ведь такое странное здание с еще более странными обитателями не могло просто так здесь оказаться… по крайней мере, она так думала.

«Эта девчонка что-то темнит. Что-то здесь явно не так… точнее, не «что-то», а вообще все. Этот особняк здесь не просто не к месту; такое впечатление, что кто-то решил подшутить и устроил этакий уголок чистоты, правильности и элитарности в обычном современном гигаполисе, чтобы его обычные жители, погрязшие в своих обычных делах, увидели, как возвышенно живет элита… тьфу. Бред какой-то. Одним словом, этого здания здесь не должно быть. Да и вообще жители окрестных домов странно себя ведут — словно не замечают его. Возможно, просто привыкли, но… Я вообще никогда о нем не знала, да и все, кого я знаю, — тоже. Да, конечно, город большой, мы не можем знать его весь досконально, но странно, что мы никогда не слышали об этом месте. Такое впечатление, что это здание словно… словно перенесли сюда из какой-нибудь старинной усадьбы. Он здесь совершенно ни к месту… вместе со своими чопорными и слишком правильными обитателями. Надо будет как-нибудь сюда еще раз прийти и понаблюдать за этим гнездом правильности, возвышенности, чистоты и элитарности, только чтобы никто не заметил»

3 ноября 2017 г., 18:29

Джарвисон-стрит.

Тони стоял на улице возле спортивного бара и смотрел на небо — темно-синее, почти черное, и чистое; кое-где виднелись звезды, что уже само по себе являлось редкостью. Погода сегодня была средняя — утром облачно, после обеда облака стали помаленьку разлетаться, и к заходу солнца небо почти полностью очистилось. На улице было довольно прохладно, но безветренно. Где-то вдалеке пролетал самолет; Тони немного удивился этому, так как самолеты довольно редко пролетали над Кристалсэндом.

— Эй, Тони! — вдруг раздался грубоватый голос. — Что ты здесь делаешь?

— Отто! А ты что здесь делаешь? Я просто решил немного прогуляться, только и всего, дел-то у меня сейчас нет. А тебя я совсем не ожидал увидеть, — удивленно воскликнул Тони, увидев идущего к нему Отто, одетого в толстую черную куртку и темно-синие немного потертые на коленях джинсы. — Ты ведь говорил, что сегодня уедешь в Сайбра-сити!

— Отъезд отменяется, — махнул рукой Отто. — С моей сестрой что-то не то. Похоже, знакомство с той мразью не прошло даром, — он смачно сплюнул на тротуар. — Боюсь, мне придется задержаться здесь как минимум на неделю. Ута пока сидит дома, я не даю ей общаться с ее друзьями; тем, кто ей звонит или пишет, я говорю, что она заболела. И да, я не даю ей особо пользоваться компьютером или смартфоном — она только слушает музыку, смотрит фильмы и играет в некоторые игры. Злится, конечно, но это же все для ее блага… как бы глупо и банально это не звучало. Да, я сейчас почти полностью контролирую ее жизнь. И копаюсь в ее компьютере, да. Я просто хорошо знаю, что может быть, если она еще раз свяжется с кем-то из… кхм… друзей того Генри.

— А что с твоей сестрой?

— Это почти незаметно со стороны… Ты бы, скорее всего, не заметил. Странные, дерганные движения, как у старых роботов, странные слова и фразы — например, «Я готова сделать то-то», сказанное вроде бы и к месту, но одновременно и не к месту, странный взгляд — отсутствующий, стеклянный… Это сложно описать, это надо видеть, смотреть очень пристально. Нет, она не всегда себя так теперь ведет, это происходит приблизительно раз-два в час. Хм… как бы тебе объяснить, что с ней… Ты когда-нибудь слышал о «живых куклах»?

— Живые куклы? — удивленно переспросил Тони. — Это какие-то роботы? Вроде андроидов?

— Не совсем. Эх… — махнул рукой Отто. — Не знаю, как она умудрилась в такое вляпаться и когда этот урод успел сделать с ней… — он немного замялся и почесал в затылке.

— Сделать что?

— Да так… что-то. Это уже не имеет значения. Я разберусь с этой гадостью меньше, чем за неделю. По крайней мере, раньше на это уходило около недели.

— На это? На что «это»? — с интересом спросил Тони.

— Кхм… На… так скажем, очистку разума от дурных мыслей, — ухмыльнулся Отто. — На самом деле все намного сложнее. Но я не буду загружать тебе мозги лишней информацией. Считай, в общем, что мою сестру загипнотизировали, и я теперь буду выводить ее из этого состояния. Это все, что тебе нужно знать.

— Секрет фирмы, хм? — усмехнулся Тони, смотря на небо.

— Ну, можно сказать и так…

Оба собеседника замолкли на пару минут, затем Отто, кашлянув, возобновил разговор:

— Есть еще одна причина, по которой я пока не могу уехать… В городе появились три человека, которых я знаю и которым не могу доверять. И если я догадываюсь, что здесь нужно одной из них, то зачем здесь появились еще двое — ума не приложу. И, к сожалению, в этой ситуации я не могу сделать ничего, кроме как наблюдать за ними… и ждать прибытия еще кое-кого. Надеюсь, что не пробуду здесь больше недели; максимум — две недели.

Отто снова замолчал, и как только Тони открыл рот, чтобы спросить у него что-то, он произнес уже совсем другим тоном — с фальшивой беззаботностью:

— Ладно… Я вообще-то шел в магазин купить кое-что для сестры, а тебя совершенно случайно встретил. Приятно было поговорить. Ну, до встречи, я пошел, — и он быстро зашагал прочь.

Тони был не удивлен таким окончанием разговора, но он был удивлен его содержанием.

«Ничего не понимаю. То с его сестрой что-то случилось, то в город кто-то приехал… Ничего не понятно. И расспросить у него ничего нельзя — везде одни секреты. Хотя он почти всегда такой — сначала говорит загадками, причем с таким видом, будто это нечто суперсекретное, а когда спросишь — наорет и сбежит. Ну ладно… надеюсь, когда-нибудь мне обо всем этом расскажут, причем в спокойной обстановке, а не когда вокруг все умирают и все взрывается…»

4 ноября 2017 г., 09:17

Штаб ICTEC, кабинет Джима Мэнна.

— … Войдите! — отозвался Джим, услышав стук в дверь. Сегодня он пришел на работу еще в семь часов утра — нужно было доделать очередную часть доклада, посвященного инциденту с боевой системой Эми Кларк.

— Мистер Мэнн? У меня к вам есть одно поручение…

На пороге стоял высокий худой светловолосый парень в черном официальном костюме. Мэнн несколько раз видел его — это был один из заместителей Лотты. Лишь услышав его голос, Джим вздрогнул, у него чуть не подогнулись ноги — ведь такой человек, как заместитель самой Лотты Джексон, просто так не придет. «Неужели вызовут на ковер к ней? Хотя… может быть, это из-за кражи брони?» — подумал он, пытаясь скрыть дрожь.

— Здравствуйте, — с этими словами незнакомец аккуратно закрыл за собой дверь и, не смотря на Мэнна, медленно пошел по его кабинету, осматривая все вокруг. — Меня зовут Бенджамин Уотсон, я — заместитель мисс Джексон. Она попросила меня передать вам одну просьбу.

— Слушаю… — Джим неотрывно смотрел на Уотсона; тот продолжал, даже не взглянув на собеседника:

— Думаю, вы в курсе, что недавно произошло с новой боевой системой?

— Да… ее украли террористы…

— Так вот, мисс Джексон спрашивает, возможно ли убрать привязку системы к ее владельцу?

— Ммммм… — Джим почесал в затылке. — Пожалуй, нет.

— «Пожалуй»? — переспросил Уотсон, наконец, посмотрев на Мэнна.

— Да… это невозможно.

— Точно? Если вам нужно какое-то оборудование, пусть и дорогостоящее, или помощники — мы предоставим вам все, что требуется.

— Нет, это невозможно, — развел руками Джим. — К тому же я практически не участвовал в разработке — все делали люди из PSYKOM. Мы в основном только тестировали…

— Знаю, знаю, — отмахнулся Уотсон. — И, значит, вы утверждаете, что у вас нет никаких, кхм, специфических данных о системе? Никаких описаний ее структуры, программного обеспечения… ну, и так далее… вы понимаете, о чем я, так?

— Понимаю… но нет, у меня нет ничего такого. Мы не участвовали в разработке, нам давали только самые общие сведения. Грубо говоря, мы знаем о системе не намного больше, чем руководители ICTEC, — вздохнул Мэнн.

— Значит, вы не можете помочь нам? Прискорбно… — покачал головой Уотсон, снова отвернувшись от Джима и начав рассматривать клавиатуру на его столе. — Боюсь, тогда у нас остается единственный вариант… и нам бы очень не хотелось прибегать к нему…

— Может быть, вам стоит вызвать кого-нибудь из команды разработчиков системы? — негромко произнес Джим, непроизвольно сделав пару шагов назад.

— Да-да, я именно это и имел в виду. Очень не хочется обращаться за помощью к кому-либо из разработчиков. Дело в том, что к созданию системы приложили руки и специалисты из Sybra. Думаю, вам не надо объяснять, что это значит, — многозначительно сказал Уотсон. — Во избежание неприятностей мы стараемся минимизировать все контакты с Sybra. PSYKOM — другое дело, но и с ними мы редко имеем дело. В любом случае мы сегодня вызовем специалиста… — он вздохнул, а затем резко развернулся и пошел к двери.

— Большое спасибо за консультацию, мистер Мэнн. Удачного вам дня! — и с этими словами Уотсон вышел, аккуратно закрыв за собой дверь.

Джим секунд десять постоял на одном месте, затем, выдохнув, буквально упал на кресло, откинув голову назад и закрыв глаза.

«Фух, пронесло… Я уже испугался, что мне сделают выговор. Хотя какой выговор, когда броню упустил не я, а Марк? И еще интересно, для чего на самом деле им понадобился специалист из Sybra. Боюсь, что вовсе не для того, чтобы выяснить, возможно ли отменить привязку брони к пользователю, или разобраться в том, что на самом деле произошло с боевой системой Эми Кларк. Лотта… скорее всего, это ее идея. Она думает, что сможет задурить голову людям из Sybra… Как бы из-за этого ее гениального плана не досталось всем нам…»

4 ноября 2017 г., 15:43

Больница ICTEC, палата № 317.

— … В общем, пока про тебя ничего не говорят. Ну, точнее, охают, что, мол, как он мог дать этим террористам украсть такую ценную вещь? Но ни о понижении в должности, ни тем более об увольнении нет и речи, — сказал Стоун, сидящий на стуле неподалеку от кровати, на которой лежал Марк.

— Эх… Буду надеяться, что все действительно ограничится головомойкой. Я виноват, да, надо было просчитывать все варианты развития событий… Хотя, пожалуй, никто в ICTEC и подумать не мог, что они украдут броню. Точнее, что они смогут ее использовать. Или… в общем… — Марк затряс головой.

— В общем, это были непредвиденные обстоятельства, — подытожил Дэн. — Ладно, хватит о грустном. Давай о чем-нибудь другом поговорим.

— Например?

— Ну, например… о погоде…

— О погоде? — вздохнул Марк. — Ну, давай рассказывай, какая там на улице погода…

— Там весьма неплохо — не холодно, можно без шапки ходить, — произнес Дэн, глядя в окно. — Дождя нет, хоть и очень пасмурно.

— Эх… — снова вздохнул Марк, переворачиваясь на спину. — Что-то ничего о погоде в голову не приходит. Все думаю о той битве. Ну как, как я мог проиграть девчонке? Обычной уличной преступнице, пусть и в крутой броне? И ладно бы просто в физической битве проиграл… Но поддаться ее телепатической атаке и бежать с поля боя — не могу понять, как я мог так опозориться…

— Был же уже случай, когда ты проиграл девушке — если не ошибаюсь, это была девушка-киборг, владелица какого-то кафе. Тебя тогда еще Эми спасла. Меня тогда с тобой не было, я только от тебя и сослуживцев об этом случае знаю.

— Да когда же вы прекратите говорить про эту Эми? Не хочу больше слышать об этой тупой суке! — рявкнул Марк. — То ты о ней говоришь, то Джим… Такое впечатление, что вам кажется, что после ее смерти яркие краски мира для меня поблекли… или как там говорится? Не желаю больше об этой идиотке слышать!

— В смысле? — Дэн был дико удивлен такой реакцией.

— В смысле? В прямом! Ты что, действительно думал, что у нас была такая уж прямо страстная любовь? Да ничего не было! Это была шутка! Точнее, проверка на «слабо». Я поспорил с одним знакомым, что смогу, так сказать, завоевать эту идиотку. Она ведь была нереально тупая, ты и сам это прекрасно знаешь, однако вокруг нее постоянно вилась куча парней, как мухи вокруг… да-да-да. Ну, в итоге я дошутился — пришлось с ней встречаться. И она прилипла ко мне — видите ли, я из всех ее ухажеров оказался единственным нормальным, как она мне сказала. Она мне никогда особо не нравилась; ну, внешне она, конечно, весьма ничего, но многие любят блондинок, тем более таких, как она. Тогда мне нравилась другая девушка, намного более красивая и умная, действительно умная и начитанная, вокруг нее тоже вились парни, но они ее не интересовали — она стала физиком и ушла с головой в науку. А Эми… В общем, я дошутился — пришлось с ней встречаться. Во всяких любовных романах и мелодрамах в подобных случаях, наоборот, начинается настоящая любовь-морковь, но в этом случае моя неприязнь к ней только росла. Хорошо, что она не стала требовать, чтобы я женился на ней. Да уж… она была ужасно тупая. Настоящая стереотипная блондинка из дурацких комедий. И розовый цвет любила, да. Знаешь… я был даже рад, когда она сдохла. Да-да, именно сдохла. Она давно действовала мне на нервы. А уж когда она получила свою боевую систему… Я был в ужасе, когда представил, что она будет вытворять на поле боя — она ведь совершенно не умела драться. Ее смерть была для меня огромным облегчением, как бы мерзко это не звучало. Я не просто никогда не любил ее — у меня вообще не было к ней каких-либо положительных чувств. Я поспорил и не хотел проспорить… а спорили мы на деньги. Тот мой знакомый должен мне крупную сумму, да…

— Ничего не понимаю… — Дэн почесал в затылке. — Но ведь ты ее защищал в той битве, когда ее убили! Ты ей помогал! Вы ведь постоянно были вместе…

— Я ее защищал? Ты считаешь это защитой? Отличная шутка! — усмехнулся Марк. — Она мне никогда не была нужна. Она просто прилипла ко мне и делала вид, будто это любовь с первого взгляда. Хотя мне кажется, что она сама понимала, что мы неинтересны друг другу; возможно, она тоже поспорила с кем-то из своих подруг, что сможет выдержать общество такого обычного и неинтересного парня, как я.

— Но когда ее убили, ты…

— Орал? Орал, да. Громко орал. И тебе показалось, что я горевал из-за смерти возлюбленной? О да, очень горевал… так горевал, что чуть ли не плясал от радости. Если бы я отреагировал по-другому, меня могли бы в чем-нибудь заподозрить — да хотя бы в том, что это я подстроил ее смерть. Да, пожалуй, я среагировал слишком мелодраматично, но, похоже, никто ничего не заподозрил. Я все-таки старался выдержать паузу — на следующий день старался вести себя сдержанно, но не совсем получилось. Но поверь мне — я ее не убивал. Я не настолько сильно ненавидел ее — она мне просто надоела, но я бы не стал убивать ее. Я не знаю, кто это сделал, но хотел бы это узнать, так как боюсь, что метод ее убийства может иметь отношение к слабым сторонам моей брони.

— Хм, вот как… — хмыкнул Дэн. — Ну, я бы никогда и не подумал, что ты бы мог убить кого-то из сослуживцев. Но я даже и не догадывался, что ты ее не любишь… ничего на это не указывало…

— Поверь мне, я умею врать тогда, когда это действительно нужно, — усмехнулся Марк. — Я давно хотел бросить ее, уже делал намеки, но она ничего не замечала, однако вовсю флиртовала с другими мужчинами. Я делала вид, что ничего не замечаю, но на самом деле это меня только радовало — я надеялся, что она найдет себе нового дурачка и наконец-то уйдет от меня. А в итоге все закончилось так… — Фрейзер вздохнул и немного помолчал, а затем продолжил:

— Но теперь этой дуры уже нет. Я понимаю, что это звучит ужасно, но ее смерть была для меня как бальзам на душу. Я теперь могу нормально жить, не думая об идиотке, которая бегала за мной и требовала внимания. И я могу работать, не боясь, что эта идиотка выскочит на поле боя и будет вальяжно расхаживать перед противником, стреляя в воздух и комментируя происходящее цитатами из дурацких фильмов.

— Хм, вот как… Ну да ладно, давай все же не будем о плохом, — сказал Дэн. — Давай поговорим о чем-нибудь другом.

— Давай… только вот о чем поговорить? Предлагай тему, — пожал плечами Марк. — Например, расскажи, что у тебя новенького?

— Новенького? Ну, во-первых, в наш дом переехала новая семья, и они притащили с собой огромную собаку и двух здоровенных кошек…

5 ноября 2017 г., 21:44

Сквер на Санни-стрит.

На улице было уже темно; небо заволокли тучи, и оно приняло серо-бурый цвет. По полупустому скверу — в нем был только невысокий парень с бутылкой газировки в руке, сидевший на скамейке, — медленно бродил высокий худой смуглый мужчина, одетый в черные кожаную куртку и джинсы; в левой руке он держал небольшой темно-серый чемоданчик, в правой — смартфон; он только что закончил с кем-то разговаривать и собирался положить его в карман. Вдруг в сквер забежала девушка в длинном пальто. Мужчина бросил смартфон в карман, молниеносно достал из него же пистолет и направил его на девушку, но та не испугалась и удивленно воскликнула, сделав пару шагов назад:

— Али? Это ты?

— Фатима? — удивился незнакомец. — Что ты здесь делаешь в такое время?

— Я… просто гуляла здесь вокруг… — замялась девушка. — Я… часто гуляю в этом районе. Люблю проветриться перед сном… Правда, в это время здесь обычно больше людей…

В этот момент посторонний парень, испуганно посмотрев на брата с сестрой, шустро убежал из сквера, чуть не забыв свою бутылку с газировкой на скамейке.

— Зачем ты сюда приехал? Не надо мне врать — ты не просто так сюда приехал, чтобы, как ты всегда говоришь, вспомнить прошлое и повидаться с друзьями. У тебя здесь есть какое-то дело, так? — уже намного более уверенно спросила Фатима.

— Да, у меня есть дело, причем очень важное, — вздохнул Али, убирая пистолет в карман. — Хорошо, что у меня в данный момент не было более важных дел в Sybra. Меня срочно вызвали в ICTEC, а вот по какому делу — уж извини, не могу сказать.

— Понимаю, понимаю, — покачала головой Фатима. — Ну, как там, в Сайбра-сити?

— Да как всегда — ничего особого, — Али достал было пачку сигарет из кармана, но, посмотрев на сестру, тут же убрал ее обратно. — Живу и работаю, как прежде, никаких новостей. А у вас тут что? Я слышал, что у вас тут боевую броню так называемые террористы украли…

— Броню? Украли? — удивилась Фатима. — Я что-то такое слышала… краем уха, без подробностей.

— Хм… я почему-то так и думал, — вздохнул Али. — Ну, а у тебя как дела?

— Все в порядке, все по-прежнему, — ответила девушка. — Значит, говоришь, тебя вызвали в ICTEC?

— Да. Хочу побыстрее с этим делом разделаться и уехать домой, — Али ненадолго замолчал, смотря на небоскребы, а затем негромко произнес:

— Ты ведь как-то меня нашла. Я не верю, что ты просто случайно встретила меня. Ты меня выследила? Или тебе помогли?

— Я действительно гуляла поблизости и случайно увидела тебя, — Фатима снова немного замялась. — Я знаю, что просто так ты не приедешь в наш город — значит, у тебя какое-то важное дело, поэтому я решила немного поговорить с тобой.

— Хм… ты права… Кстати, как отец?

— Как всегда — работает в поте лица, — улыбнулась девушка.

— Передай ему пламенный привет, — усмехнулся Али. — Он все еще злится на меня?

— Да, все еще говорит, что ты — не его сын, раз пошел работать в Sybra…

— Ну ладно… — вздохнул Али. — Мне, пожалуй, пора. Я должен здесь встретиться с одним человеком… точнее, не совсем здесь, но… В общем, мне пора.

— Но ведь вокруг полно людей! — воскликнула Фатима. — У тебя ведь какое-то важное и секретное дело, а ведь кто-нибудь может подслушать!

— Не думаю, не думаю, — улыбнулся мужчина. — Мы приняли все необходимые меры предосторожности… поэтому тебе лучше уйти как можно быстрее и как можно дальше. Я не шучу и не угрожаю. Так что уходи. Если все пройдет по плану, возможно, я навещу тебя перед отъездом; возможно, приду и к отцу; мне бы хотелось прекратить эту глупую одностороннюю вражду между нами. А пока… пока тебе лучше уйти, — голос Али стал чуть тише, но тверже.

— Хорошо, хорошо, — пожала плечами девушка. — Ладно… я тогда пойду домой, — и она, махнув рукой на прощание, быстро ушла из сквера.

Али, проводив взглядом свою сестру, достал из кармана пачку сигарет и зажигалку и закурил, затем сел на скамейку и положил чемоданчик на колени. А спустя минут пять в сквер вошли двое высоких мужчин…

— Тони! Отто! — радостно воскликнул Али. — Вот уж не ожидал вас здесь увидеть!

— Али, дружище! Сколько лет, сколько зим! — не менее радостно произнес Тони.

— Рад тебя видеть, — приветливо сказал Отто. — Не удивляйся — нас действительно послали к тебе.

— Вы теперь работаете на ICTEC? — немного удивился Али. — А как же контракт с Sybra?

— Ну… не совсем на них работаем… — загадочно сказал Тони, чуть прищурив правый глаз. — Я сотрудничаю с ними, так сказать.

— Я тоже… сотрудничаю, — вздохнул Отто. — Только не так тесно, как Тони, потому что они сами понимают, что меня опасно вовлекать в их дела, — он криво усмехнулся.

— А теперь перейдем к делу. Тебе, как сотруднику Sybra, дали очень важное задание, которое, правда, невыполнимо…

6 ноября 2017 г., 12:29

Бертон-стрит.

— … Но откуда ты знаешь это место? Ты уже была здесь? — удивленно спросила Клэр у Кэт.

— Да, позавчера, — отозвалась та. — Хочу немного понаблюдать за этим особняком. Он какой-то… странный, что ли. Неестественный. И жители его такие же.

— Вот-вот, мне так же показалось, — закивала Клэр. — А ты не боишься? Когда я здесь была, тут проезжала какая-то странная синеволосая девушка в желтом костюме; она чуть не убила парня, что-то спросившего у нее. Ну, я вроде уже рассказывала.

— Ага, — рассеянно ответила Кэт, смотря на особняк; в данный момент у ворот с внутренней стороны стояла маленькая девочка лет десяти, одетая в длинное темно-красное пальто; ее светлые, почти белые волосы были заплетены в две тонкие косички. — Действительно, очень странное место.

— А что ты хочешь сделать? Просто понаблюдать?

— И просто понаблюдать, и почитать мысли этих, кхм, заводных болванчиков, — ответила Кэт. — Они не очень-то похожи на нормальных живых людей. Хотя я никогда не видела… хм… элитные школы или что-то такое в этом роде; может, они действительно должны так выглядеть… Наш город слишком негламурен, чтобы в нем существовали такие заведения… — усмехнулась она. — Мне вот интересно: если этот интернат такой элитный и хороший, то зачем его, так скажем, обитатели регулярно куда-то уходят? Ну, например, в то кафе поблизости. Или на соседнюю улицу… Если с кафе я еще могу понять, то что им делать на обычной улице? Просто хотят прогуляться? По-моему, логичнее было бы погулять по центру города. Что же их не устраивает на территории этого миленького особнячка?

— Ну, может, они хотят экстрима — прогуляться по обычным улицам обычного неэлитного города и посмотреть на обычных людей, — хихикнула Клэр.

— И ведь я раньше никогда не слышала об этом месте, — вздохнула Кэт. — Как, впрочем, и все мы. Оно такое необычное, странное, и не может быть, чтобы мы не услышали о нем хотя бы раз за все то время, что живем здесь.

— Но город ведь очень большой, он постоянно расширяется, мы постепенно застраиваем пустоши — например, как раз недавно в новостях говорили, что началась застройка очередного небольшого кусочка пустошей, кажется, на юго-западе города, — ответила Клэр. — И это здание, возможно, недавно построили, поэтому мы и не слышали о нем. Да и к тому же мы не весь город исходили — например, мы очень мало бывали на окраинах.

— Да, тоже вариант… Правда, у нас в городе все-таки есть странные здания — например, театр на Спаркс-стрит — он как раз очень похож на этот дом, это его, так сказать, фишка — «под старину», но это нормальный театр, построенный нормальными людьми для нормальных людей, а здесь… Здесь все как-то слишком дико выглядит — «дико» в смысле «неестественно», конечно.

— Вот-вот. Я тоже сразу вспомнила тот театр, у владельцев еще спрашивали, почему построили именно такое здание… А еще ведь есть музей… забыла, на какой улице… помнишь, мы там в последний раз видели Дану и Билла?

— Ага… Если подумать, странного в нашем городе более чем хватает. Хм… А сейчас я, пожалуй, попробую прочитать мысли всех жителей этого особняка. Понимаю, что это неэтично, но мне слишком не нравится ситуация с этим странным зданием, и я хочу разобраться, в чем здесь дело, поэтому другого выхода нет… — чуть помолчав, негромко сказала Кэт и, хорошенько сосредоточившись и закрыв глаза, начала сканирование мыслей всех жителей таинственного здания. Через пару минут она открыла глаза и с легким оттенком разочарования в голосе произнесла:

— Эх, как я и думала, ничего интересного у них в головах нет — обычные повседневные мысли. Ну, по крайней мере, хоть они у них обычные, — тут она усмехнулась. — Но есть кое-что странное — некоторая странная нервозность. Я не могу объяснить… но это очень подозрительно. Небольшая фоновая нервозность, именно фоновая. И очень странная. Это очень сложно объяснить… для того, чтобы понять это, нужно быть телепатом.

— Ладно, ладно, поверю тебе на слово, — сказала Клэр. — И что теперь делать будем? Еще немного тут постоим?

— Пожалуй, — пожала плечами Кэт.

Тем временем к ограде вокруг особняка подошла худая светловолосая девушка среднего роста, одетая в серо-голубое пальто; она осмотрелась, и ее взгляд несколько раз задержался на Кэт и Клэр; затем она вздохнула, засунула руки в карманы и, прижавшись спиной к ограде, стала с отсутствующим видом разглядывать дома и небо.

— Дура какая-то, — хихикнула Клэр.

Кэт же нахмурилась и попробовала ради интереса прочитать мысли таинственной незнакомки, но в тот же момент воскликнула:

— Черт побери… ничего не понимаю… Или я разучилась читать мысли, или она не человек!

И в тот же момент светловолосая девушка, оскалившись, в два прыжка пересекла улицу и бросилась на Кэт и Клэр; ногти на ее руках удлинились, как когти.

— Клэр, беги! Убегай как можно дальше отсюда! — крикнула Кэт своей подруге, активировала боевую систему и в последний момент смогла отразить нападение противника, выставив вперед правую руку, о которую ударилась девушка-монстр. Упав, она рявкнула от боли, но через секунд пять снова бросилась на Кэт; та достала из-за пояса бластер и принялась стрелять в противницу, но та оказалась на редкость проворной и с легкостью уворачивалась от выстрелов; в итоге Кэт несколько раз попала в стены домов.

К счастью, вокруг было немного людей, иначе кто-нибудь уже вызвал бы полицию. Кэт понимала, что в таком случае вызвали бы не простых полицейских, а Фрейзера, и тогда битва с девушкой-монстром превратилась бы в битву с полицейским в крутой броне, который если и не одержим жаждой мести за позорное поражение в предыдущей битве, то уж точно просто хочет расправиться с той, кто украл новую боевую систему. Тем временем светловолосая девушка специально старалась выскочить из переулка на проезжую часть или к особняку, чтобы была больше вероятность появления случайных жертв. Кэт старалась не дать ей сделать этого, но пока безуспешно — слишком проворна была ее противница; правда, пока атаковала в основном Кэт, а девушка-монстр просто отскакивала или отбивалась от ее атак, из-за чего ее пальто быстро обзавелось живописным узором из дыр всех форм и размеров; с ней постепенно происходили удивительные, но не неожиданные метаморфозы: глаза чуть увеличились в размерах и начали светиться бело-голубым светом, кожа побелела и начала словно светиться изнутри, волосы стали гуще и удлинились. Вскоре девушка сбросила с себя разорванную одежду, при этом пара проходящих рядом парней восторженно присвистнула, но тут же замолчала, потому что на светящемся обнаженном теле девушки-монстра теперь было ничего не разглядеть, к тому же за несколько секунд ее фигура очень сильно изменилась, стала андрогинной, так что больше нельзя было понять, кем это существо было до трансформации.

Между тем все гуляющие вокруг особняка дети и подростки быстро убежали внутрь; некоторые, правда, до последнего стояли рядом с оградой и радостно таращились на битву, но их все-таки утащили в дом. Кэт вздохнула с облегчением: она боялась, что в лучших киношных традициях кто-то из детей — скорее всего, совсем маленький ребенок — либо останется стоять на улице и смотреть на происходящее, а о нем благополучно забудут, либо он не успеет добежать до особняка, потому что его либо случайно ранит сама Кэт, промазав по противнику, либо монстр сам (точнее, сама) специально ранит его. Но нет, на этот раз обошлось без жертв. Одними из последних убежали две высокие коротко остриженные светловолосые девушки, которых Кэт видела, когда провожала Дженис до дома; а вот самой Дженис нигде не было видно. Клэр тоже убежала, как того просила Кэт; девушка боялась, что ее подруга или не пожелает никуда убегать, чтобы не бросать ее (но это попахивало идиотизмом), или отбежит недалеко и спрячется за домами, чтобы наблюдать за ходом битвы, однако ее нигде не было видно, и Кэт вздохнула с облегчением.

Как только девушка-монстр освободилась от сковывающей ее движения одежды, она с наслаждением потянулась и затем с яростным воплем бросилась на Кэт, отразившей ее атаку щитом из силового поля; удалось ей отразить и вторую атаку, а затем девушка-монстр выстрелила в свою противницу двумя большими энергетическими шарами. Кэт удалось в последний момент увернуться, и один из шаров попал в землю возле стены одного из домов, а второй — в стену дома, стоявшего рядом. Монстр недовольно заворчал и снова выстрелил целой вереницей шаров в Кэт; на этот раз в цель попали три штуки, две из них удалось отбить с помощью щита, а один — самый крупный — попал в правое бедро. Девушка-сайбер упала на землю, но с удивлением обнаружила, что сильной боли нет, да и броня на ноге не была повреждена. В это время монстр снова атаковал противницу, прыгнув на нее; в прыжке его тело чуть удлинилось и стало более обтекаемым, в том числе и из-за того, что волосы слились в единое целое и прилипли к шее и спине. Кэт не успела увернуться от атаки и кое-как прикрылась щитом, но монстр укусил ее за руку, ударил когтями по груди и хотел вцепиться в лицо, но девушка выстрелила ему в грудь в упор, и чудовище, громко завывая, отскочило в сторону, скрючившись, при этом у него на груди на пару секунд проступил красивый мигающий круговой узор ослепительно-бирюзового цвета. Кэт встала и открыла огонь по противнику, который вдруг резво вскочил с земли и стал ловко скакать из стороны в сторону, из-за чего пару раз выстрелы поразили стены и окна соседних домов. Затем монстр вдруг исчез из поля зрения девушки, и она на несколько секунд потеряла бдительность, ища его взглядом, и это дало ему возможность внезапно атаковать Кэт сзади — он поднялся в воздух и, стремительно падая вниз, с силой врезался ей в спину. Девушка, заорав от боли, отлетела на несколько метров вперед и упала на проезжую часть улицы, чуть не врезавшись в фонарный столб. К счастью, движение в этой части города было не очень интенсивным, и единственная едущая по этой улице машина затормозила довольно далеко от места битвы. Через минуты полтора Кэт поднялась, отметив, что боль хоть и медленно, но слабеет, и, схватившись за бластер, принялась палить в монстра, парящего над воротами особняка. Но как только девушка попала в цель, чудовище, громко зашипев, завертелось на месте, стрелой взвилось в воздух и улетело прочь; и перед тем, как взлететь, оно внезапно словно сбросило с себя какую-то оболочку, разорвавшуюся на куски. И Кэт ничего не оставалось, как покинуть поле боя…

«Черт побери, эта тварь смылась! И где ее теперь искать? Она ведь может быть где угодно! И натворить что угодно! Она может, например, пробраться и в этот странный особняк! Ладно, пока не буду отключать броню и попатрулирую окрестности… Конечно, со стороны это выглядит глупо, но что поделаешь… Эх… я выгляжу, как идиотка — так пафосно начала бой и упустила противника… Ну да ладно», — подумала Кэт и только хотела было уйти в соседний переулок, как ее внимание привлекли красные пятна на асфальте. Это оказались пятна крови и большие куски окровавленной кожи. «Неужели оболочка, которое это чудовище сбросило, — это его собственная кожа?» — девушку передернуло от этой мысли. Однако она решила здесь больше не задерживаться и, не отключая броню, пошла в соседний переулок.

Клэр нигде не было видно. Кэт обежала всю соседнюю улицу — она хоть и была длинная, но прямая и с минимумом ответвлений и переулков — и нигде не нашла свою подругу; она попробовала телепатически выйти с ней на связь, но и это не сработало. Надеясь, что Клэр просто убежала подальше и ничего плохого с ней не случилось, Кэт все-таки отключила броню и пошла искать своих друзей.

Спустя минут десять после окончания битвы из особняка вышли те две высокие коротко остриженные светловолосые девушки, одетые в одинаковые темно-серые пальто и с большими рюкзаками за спиной; они быстро, почти бегом, вышли за ограду и пошли по направлению к кафе. Еще через несколько минут из особняка вышли высокий парень и двое маленьких детей — мальчик и девочка, тоже одетые и с сумками в руках; они пошли в сторону, противоположную кафе. А еще через минут двадцать к ограде на большом черно-сером мотоцикле подъехал высокий парень в темных очках и в черной одежде; остановившись у ворот, он некоторое время смотрел на особняк, затем достал из кармана куртки телефон и попытался кому-то позвонить, но ответа не было, поэтому он, негромко ругнувшись, спрятал телефон обратно в карман и уехал прочь.

6 ноября 2017 г., 18:58

Рэнкин-стрит.

Дженис вышла из продуктового магазина, где купила небольшой пакетик конфет. На улице давно стемнело, но было достаточно тепло для того, чтобы не носить шапку; изредка налетал слабый прохладный ветерок. Девушка пошла обратно в интернат, но неподалеку от ворот заметила высокого мужчину в темной одежде. Увидев девушку, он медленно подошел к ней и негромко спросил:

— Дженис Рендвер, если не ошибаюсь?

— Да… — испуганно пролепетала Дженис, пятясь назад и готовая в любой момент убежать.

Мужчина кивнул и полез за чем-то в карман, но остановился, тряхнул головой и так ничего и не достал из кармана.

— Вы, наверное, меня не помните?

— Наверное, нет… — прошептала девушка, делая пару шагов назад.

— Хм… ну, ничего. Как поживаете? У вас все в порядке? — мягко спросил мужчина, заложив руки за спину.

— Все в порядке… Все нормально, — ответила Дженис.

— Понятно, — незнакомец отвернулся и взглянул на соседний дом. — Я, конечно, вас понимаю — какой-то непонятный мужчина в темное время суток задает странные вопросы молодой девушке и, в частности, спрашивает, помнит ли она его. Любой нормальный человек испугается, не так ли? Но я не причиню вам зла. Дело в том, что я действительно видел вас, но довольно давно. А вы, скорее всего, меня не заметили.

— Давно? Когда? — спросила Дженис.

— Когда? Когда вы… кхм… были заняты в том проекте, — многозначительно произнес мужчина. — И нет, я там не участвовал; я просто посещал, кхм, те корпуса и мельком увидел вас.

Внезапно глаза девушки расширились от ужаса; она задрожала настолько сильно, что чуть не выронила пакетик с конфетами. Но мужчина не смотрел на нее (или делал вид, что ничего не заметил) и продолжал:

— И нет, меня не послали за вами. Но я очень удивлен, что вы теперь живете здесь. Я бы никогда не подумал… — тут он осекся, замолчал где-то на минуту и затем продолжил:

— Я только хотел убедиться, что с вами все в порядке. Нет, я не буду пафосно называть себя вашим другом. Просто… просто у меня есть свои причины для того, чтобы навестить вас. Я прекрасно понимаю, что это звучит совершенно по-идиотски… — он вздохнул. — Но, по крайней мере, мне удалось встретиться с вами и убедиться, что с вами все в порядке. А теперь мне пора уходить. Возможно, что мы с вами больше не встретимся… Поэтому запомните: этот дом, этот странный особняк — не для вас! Вам опасно здесь находиться! Как, впрочем, и всем остальным… Я надеюсь, что вы в ближайшее время уедете отсюда. А теперь… прощайте! — и с этими словами он резко развернулся и быстро ушел, даже не взглянув на перепуганную до смерти Дженис.

Неизвестно, что бы делала девушка, если бы ее не окликнули:

— Дженис! Дженис! Ты что тут делаешь? Куда ты ушла в такое время?

— Карл? — девушка обернулась и увидела бегущего к ней парня.

— Что ты здесь делаешь? И кто был этот странный тип, который с тобой разговаривал? — спросил Карл, кивнув в сторону того незнакомого мужчины, который уже был довольно далеко.

— Я… не знаю, — дрожащим голосом ответила Дженис. — Он спросил у меня, помню ли я его, и еще как у меня дела. Я его вообще впервые вижу! Не знаю, что ему от меня надо…

— Ты вся дрожишь! Что-то точно случилось! — сказал Карл. — Он точно только разговаривал с тобой? Не приставал?

— Нет- нет, только разговаривал… но я почему-то очень испугалась, — ответила девушка. — Он даже не смотрел на меня. Сказал, что мне здесь не место и что здесь опасно находиться…

— Ну ладно, ладно, не бойся. Дураков на свете много… Может, он был пьян… А, может быть, он перепутал тебя с кем-то из своих знакомых… В любом случае он ушел, теперь все хорошо, — успокаивающим тоном сказал Карл, обнимая девушку за плечи, отчего ее передернуло, словно от электрического разряда; парень, к счастью, с первого раза понял намек и убрал руки и, немного подумав, произнес:

— Скоро уже ужин. Пойдем?

Дженис кивнула и медленно пошла вместе с Карлом обратно к особняку; парень несколько раз порывался положить ей руку на плечи, но так и не решался этого сделать, боясь негативной реакции. Девушка все еще вздрагивала и пару раз оглянулась назад, но Карл тихо сказал ей что-то, и она, тихонько всхлипнув, кивнула и спокойно пошла с ним домой.

7 ноября 2017 г., 12:34

Штаб ICTEC, кабинет Джима Мэнна.

Джим только-только закончил работу над очередным докладом, как в дверь громко постучали; он только встал из-за стола, чтобы открыть дверь, как ее уже открыли. На пороге стоял высокий смуглый мужчина в черных куртке и джинсах.

— Джим! Ты-то мне и нужен! — воскликнул он.

— Али! Какими судьбами? — радостно произнес Джим. — Ты к нам надолго приехал?

— Нет, к сожалению, всего на неделю-полторы — как сложится. Говорят, у вас тут некие террористы украли какую-то боевую систему, — чуть улыбнувшись, сказал Али. — Мне бы хотелось чуть поподробнее узнать об этом… кхм… инциденте.

— Да какие террористы… обычные уличные хулиганы. Очередные «несогласные». Обычная мелкая банда… точнее, раньше она была не очень-то мелкая, это сейчас их мало осталось. Да и вообще они не такие уж кошмарные преступники, как про них обычно говорят. Среди исповедуемых ими идей есть действительно интересные и правильные. Я не говорю, что нам стоило бы у них чему-нибудь поучиться… просто они, конечно, преступники, но далеко не террористы, — выдал длинную тираду Джим. — А систему действительно украли, да… Ее должны были отвезти в наш штаб, но эта банда напала на машину и украла чемоданчик с системой. Потом приехал Марк Фрейзер — носитель первого экземпляра подобной системы, но они и с ним справились, потому что активировали украденную.

— Хм, интересная ситуация, — Али задумчиво потер подбородок. — Если я правильно понял, от меня хотят, чтобы я отменил привязку украденной системы к ее текущему носителю, чтобы можно было передать ее другому человеку?

— Наверное, да. Ко мне уже приходили с такой просьбой, но я сказал, что это невозможно, — пожал плечами Джим.

— Да, это действительно невозможно. К тому же я совсем немного участвовал в разработке и знаю далеко не все. Я уже пытался объяснить кое-кому из вашей организации, что они требуют невозможного, но они все равно настаивают, чтобы я попытался это сделать. Обещают очень хорошо заплатить.

— А Лоттой тебе не угрожали? — усмехнулся Джим.

— Лоттой Джексон? Пару раз ее упоминали — мол, она очень просит меня разобраться с украденной системой. Я с ней не разговаривал, только с одним из ее заместителем — с высоким тощим пареньком. Он под конец разговора уже был готов броситься на меня и, наконец, выдал, что, мол, я буду разговаривать с самой Лоттой, когда она приедет, да вот только — какая неожиданность! — она внезапно уехала и приедет только завтра… или послезавтра… или послепослезавтра. Он меня что, испугать хотел этой Лоттой, что ли? — хмыкнул Али. — И да… я не понимаю, почему вы эту самую мадам называете по имени? По фамилии называть сложно? Или полным именем? Или, может быть, вам так нравится ее имя? Помню одну такую дамочку…

— Я не знаю, почему все зовут ее по имени, как-то уж так сложилось, — развел руками Джим. — Значит, говоришь, теперь ты будешь говорить с самой Лоттой?

— Да… с самой мисс Джексон, — выделив последние два слова, сказал Али. — Не понимаю, почему вы ее так зовете. Она что, какая-то особенная? Культ личности? Понимаю, это звучит пафосно и придает ей некий ореол загадочности, но, черт побери, вы же взрослые люди! Это просто смешно выглядит! Та-чью-фамилию-нельзя-называть — вот что у вас получается! Кроме того, я уже пару раз встречался с этой дамочкой в Sybra — там она вела себе тише воды, ниже травы. Да и к тому же по одной очень веской причине она будет вести себя так же с любым сотрудником Sybra… ну, не совсем с любым, но с разработчиками боевых систем, роботов, программного обеспечения и всего такого в этом роде — точно.

— Хм… почему? — заинтересованно спросил Джим.

— Ммммм… так скажем, в прошлом она сделала нечто такое, из-за чего попала в Sybra в список неблагонадежных людей. Она ведь раньше там работала; успела проработать всего полтора года, вляпалась в одну крайне неприятную историю, два месяца сидела под арестом, а потом произошло убийство… очень странное убийство. Не буду вдаваться в подробности, но, по всей видимости, в этом оказалась замешана ваша любимая мисс Джексон. Да, именно замешана — я не буду называть ее убийцей, потому что там есть некоторые нюансы, о которых лучше никому не рассказывать, — произнес Али.

— У меня есть еще один вопрос… Ты уже начал выяснять, что случилось с системой Эми Кларк?

— Кларк? У нее ведь была система PSYBER XN? Да тут и выяснять ничего не надо — ее система изначально была дефектной. Она была так спроектирована. Кое-кто вмешался в процесс разработки и затем попытался скрыть этот факт. Эту систему сначала тестировали вы, а затем — уже совсем другая команда, практически не имеющая отношения к PSYKOM или Sybra, поэтому-то они и пропустили те небольшие баги, из-за которых погибла ваша Кларк. Думаю, та битва, в которой она погибла, была специально инсценирована тем человеком и еще кем-нибудь из руководства ICTEC. И никакие «террористы» тут ни при чем, они-то как раз не причинили Кларк никакого вреда из-за слабости своего оружия; винить надо того, кто саботировал процесс разработки и тестирования — и тестирования тоже, потому что тот человек специально перебросил вас на другой проект, чтобы его замечательный план не погиб в зародыше… ну, конечно, и монстр, с которым тогда сражались, ранил Эми, но он причинил ей намного меньше вреда, чем незамеченный баг в ее боевой системе. Когда мы узнали о том, что дефектную систему уже отправили к вам, было уже поздно; да, и мы тоже иногда ошибаемся… В итоге по нашей вине погиб человек — эта ваша Эми Кларк; мы возместим ее семье весь ущерб. А что касается того человека, который устроил эту диверсию… Думаю, что через пару дней этот человек будет смещен со своей должности, а его преступления будут преданы огласке, а затем мы примем кое-какие меры, — многозначительно усмехнулся Али.

— Кое-какие меры? — чуть подняв брови, переспросил Джим.

— Да… особенные меры… о которых лучше не говорить.

— Хм… понимаю, понимаю…

Оба собеседника замолчали на пару минут, затем Али продолжил разговор:

— Я увидел у вас в городе четырех человек, которые так или иначе связаны с моим прошлым. И мне это очень не нравится. Двоих я знаю, они довольно опасны, но в то же время им можно доверять; еще одна просто опасна, и я не понимаю, что ей нужно в этом городе; и, наконец, еще одну я совсем не ожидал здесь увидеть. Боюсь, что из-за нее у вас могут начаться неприятности… большие неприятности. Ее здесь не должно быть… как, впрочем, и предыдущего человека из этого ряда. Это похоже на чей-то план… или на диверсию. Этих людей здесь не должно быть, они портят нам… — он немного осекся, — … то есть мне… портят все планы, — эти слова он сказал уже почти шепотом, отвернувшись от собеседника. — Хотя если подумать, то из-за первых двух у нас могут быть еще большие неприятности, чем от вторых двух, так как они… в общем, они очень опасны, и общая ситуация стала еще сложнее.

— Так понимаю, мне лучше не уточнять, что это за люди? — вздохнул Джим.

— Ну… я, конечно, могу рассказать тебе о них, только это займет слишком много времени. Да и к тому же здесь опасно о них рассказывать. Нет-нет, я не увиливаю от ответа, просто будет лучше, если ты узнаешь о них… в общем, тогда, когда нужно. О двух из них тебе, как, впрочем, и большинству моих друзей и знакомых, лучше не знать, ну, а оставшиеся двое, скорее всего, скоро покинут этот город.

Али вздохнул и немного помолчал, после чего снова со вздохом сказал:

— В общем, я рассказал тебе все, что могу рассказать. Остальное тебя уже не касается, извини. Так что я, пожалуй, пойду.

— Ну ладно, — кивнул Джим. — Хотелось бы, конечно, подольше поговорить…

— После разговора с Джексон я, скорее всего, еще зайду к тебе и еще нескольким моим знакомым, так что не беспокойся, — улыбнулся Али, подходя к двери. — Думаю, разговор с этой вашей мисс-фамилию-которой-нельзя-называть будет коротким и очень содержательным, — с этими словами он вышел из кабинета, оставив Джима осмысливать услышанное.

8 ноября 2017 г., 13:22

Больница ICTEC, палата № 317.

Марк лежал на кровати и смотрел в потолок. Делать было совершенно нечего, поговорить не с кем, спать тоже не хотелось. Вдруг в его палату вбежал чем-то возбужденный Стоун и, даже не поприветствовав своего друга, громко сказал:

— Марк! Тут Финнеган сказал мне, что…

— Финнеган? Интересно… Поэтому закрой-ка дверь, сбавь громкость и рассказывай, — язвительно отозвался Марк.

— Хорошо, — Дэн закрыл дверь, подошел к Фрейзеру и заговорщическим шепотом произнес:

— Финнеган сказал, что к нам в компанию приехал человек из Sybra, чтобы разобраться с тем, можно ли отменить привязку брони к ее носителю, и с тем, что случилось с Эми. Я помню, помню, что ты больше не хочешь о ней говорить, но… В общем, ее смерть была подстроена. Кто-то из нашей компании вмешался в процесс разработки ее брони. Это была диверсия. К тому же тестирование этой системы проводилось не только нашей командой, но и какими-то совершенно посторонними людьми.

— Смерть Эми была подстроена? То есть броня изначально была неисправна? — переспросил Марк.

— Да. Но оставшиеся две системы — твоя и та, что у той девчонки, — совершенно исправны. Финнеган говорит, что слышал разговор того сотрудника Sybra с кем-то из наших ребят, и тот человек сказал, что обе системы были протестированы нашей командой, поэтому нам не о чем беспокоиться. А вот о мотивах того… хм… диверсанта пока не говорили. Возможно, он хотел за что-то отомстить кому-то из ICTEC или PSYKOM… или даже из Sybra… хотя последний вариант кажется мне маловероятным, потому что никто в здравом уме и твердой памяти не будет делать гадости Sybra. А еще я встретил Джима; он почти полностью повторил то, что рассказал мне Финнеган, и еще сказал, что, во-первых, у этого приехавшего к нам человека из Sybra был короткий, но напряженный разговор с Лоттой, в результате чего она была в такой ярости, что, даже не попрощавшись с ним, куда-то убежала, даже не выпроводив его из своего кабинета и не закрыв его; а, во-вторых, он сказал, что Эми погибла не из-за выстрелов террористов, а из-за того монстра, с которым вы сражались.

Установилась тишина, которую спустя где-то минуту прервал Дэн:

— Марк? Что думаешь по этому поводу?

— Что думаю? Да ничего хорошего, — ответил Фрейзер. — Завтра меня должны выписать… но, думаю, у меня появился отличный повод свалить отсюда пораньше.

— И куда ты пойдешь? К начальству? — усмехнувшись, спросил Дэн.

— Да, хоть и понимаю, что ничего не добьюсь, — сказал Марк. — Но мне все это не нравится. Очень не нравится.

— Не нравится? Ты же раньше…

— Раньше? Да мало ли что было раньше! — махнул рукой Фрейзер. — Я очень многого о себе не говорю даже друзьям. А ты думал, что я люблю нашу конторку слепой, страстной и пламенной любовью?

— Нет, но…

— Вот и все. Нет, я не собираюсь переметнуться к террористам, просто невооруженным глазом видно, что в ICTEC что-то явно не так. Так что пошли со мной, поможешь мне разобраться со всеми этими бюрократами. И еще что-то мне подсказывает, что мы встретим Финнегана… и его помощь нам тоже понадобится.

8 ноября 2017 г., 17:44

Ривер-стрит.

На берегу реки стоял Отто, одетый, как всегда, во все черное; он ходил из стороны в сторону, постоянно оглядываясь по сторонам. Уже темнело, а он все не уходил. Пару раз он спускался по мосткам к самой воде и сидел на корточках, смотря на отражение огней города в темных водах реки. Вдруг у него истошно зазвонил телефон. Отто резким движением руки выхватил его из кармана куртки.

«Да?.. Ну что, вы его не нашли? Точно?.. А ту странную девчонку больше не видели? Хорошо… Тогда начинайте эвакуацию. Немедленно. И не спрашивайте, почему именно сейчас… Да, да, помню, я говорил, что завтра… Нет, нельзя откладывать. Это может произойти в любой момент… Да, прямо сейчас. А еще проверьте квартиру Дэвиса… нет, не того, который улетел в Канаду, а того, который из Sybra… Да-да, все правильно. Срочно проверьте его квартиру и перезвоните мне… Да, это тоже срочно. Есть все основания полагать, что с ним что-то может случиться. Если с ним все в порядке, то отвезите его на наш основной пункт встречи. Пока это все… До связи!»

Отто, тяжело вздохнув, спрятал телефон в карман, глянул на постепенно затягивающееся серо-бурыми облаками небо и пошел вдоль реки к очередному узкому и темному переулку. Внезапно он увидел Али, сидящего на полусломанной скамейке рядом с низким заборчиком вдоль берега реки.

— Что ты здесь делаешь? — удивленно спросил Отто. — Не ожидал тебя здесь встретить.

— Я уже сделал все, что нужно, и выяснил много интересного, — вздохнул Али. — Например, то, что нам кто-то упорно мешает. И этот «кто-то» — не из ICTEC. Точнее, не только оттуда. И мы все знаем этого человека.

— Ты тоже это заметил?

— Этого не заметит только слепой… И это началось совсем недавно. Кто-то хочет сломать нам все планы, и это ему… или им… частично удалось. Но ведь мы же уже начали что-то предпринимать? Я слышал обрывки разговора…

— Да-да, эвакуацию уже начали, а также послали людей к Дэвису, потому что у нас есть некие… подозрения, — задумчиво ответил Отто, потирая подбородок. — Не понимаю, как такое могло случиться… как мы могли их прозевать… Теперь надо действовать как можно быстрее и решительнее.

— Надеюсь, что все получится, — вздохнул Али. — Я сделал все, что смог, дело теперь за сайбровцами. Да, и еще я слышал, что кто-то из айситековцев случайно проболтался и рассказал, так сказать, тем, кому не надо, о том, о чем не надо… точнее, намекнул им на один из проектов Sybra.

— Хм, кажется, я понимаю, кого ты имеешь в виду. Да, он выболтал все, что знал, но небольшому числу людей; они довольно-таки надежны, я надеюсь, что они никому об этом не рассказали хотя бы из-за того, в каком тоне тот идиот рассказал о том проекте… Судя по свидетельству очевидцев, это было похоже на презентацию какого-нибудь мультфильма или комикса о супергероях; не думаю, что его хоть кто-то внимательно слушал… хотя они ведь вскоре увидели эту систему в бою… Ну, в общем, я и не ожидал другого от айситековцев. Хотя сайкомовцы тоже хороши — связались с таким идиотом… да еще и с такой сомнительной конторой, как ICTEC. А ведь как они позиционируют себя — умрешь со смеху: мол, мы не обычная полиция, мы — полиция будущего, мы пользуемся последними достижениями науки и техники для борьбы с преступностью и терроризмом… а на деле толку от них чуть ли не меньше, чем от обычной полиции. Эх… Хорошо еще, что тот идиот не устроил полноценное собрание для всей своей конторки, а то пришлось бы принимать… кхм… особые меры, — Отто криво усмехнулся и сплюнул на землю.

— Да уж, в ICTEC в последнее время черт-те-что творится, — покачал головой Али. — И как бы глупо не вело себя их руководство, с этим нужно что-то делать.

— Да не просто глупо они себя ведут — они ведут себя как конченные идиоты. Идиотизм во всем… Например, они тех своих сотрудников, которые, по сути дела, являются обычными копами, называют «агентами«… ну, точнее, не называют, это те так требуют… но далеко не все. И, говорят, изначально их так и называли, но потом поступил сигнал сверху — и пришлось урезать понты. Жаль, не до конца их урезали, — вздохнул Отто.

— Да, один идиотизм вокруг… — кивнул Али. — Ну да ладно… Что там у нас, так сказать, в программе? Если не ошибаюсь, все начнется после шести вечера?

— Да… Ну, возможно, немного позже. Будут орать, но ты не бойся, мы все предусмотрели.

— Да и мы тоже все предусмотрели… — с этими словами Али встал со скамейки. — Ладно, хватит болтать, пошли уже. У нас сегодня крайне насыщенная программа…

8 ноября 2017 г., 18:13

Браун-стрит.

— … Говорю же, эта тварь просто улетела! Что я могла еще сделать? Полететь за ней вслед? Да, конечно, с помощью этой системы можно летать, но недолго, — раздраженно сказала Кэт идущему рядом с ней Арни. — Понимаю, со стороны это все выглядело глупо — как будто я проиграла и решила побыстрее смыться…

— Но ведь ты говоришь, что монстр сам улетел! Так что это не так уж глупо выглядело, если ты говоришь, что далеко на этой системе не улетишь, — ответил Арни.

— Плохо, конечно, что мне не удалось прибить эту гадину. Этот Фрейзер уже стольких перебил, а я встретила только одного, точнее, одну — и она от меня смылась, когда я только-только вошла в азарт!

— Слушай, я никак не могу понять, зачем ты вообще пошла к тому особняку? — спросил Алекс, идущий чуть поодаль. — Что там было такого интересного? Он ведь еще и довольно далеко расположен.

— Я уже говорила, что не могу объяснить, что меня в нем заинтересовало. Он какой-то… он не на своем месте, он словно не из этого времени… нет, со временем я загнула… он просто не на своем месте. Его не должно здесь быть. Ему здесь не место. И в то же время он чем-то меня притягивает… вокруг него есть какая-то темная, мрачная аура, так сказать… Это сложно объяснить, это какое-то непонятное чувство… Если бы ты там был, ты бы понял, о чем я, — ответила Кэт. — Еще раз повторю, что да, понимаю, что это глупо и звучит, и выглядит — взрослый человек зачем-то бегает посмотреть на странное здание и его странных жителей — просто посмотреть. Это невозможно описать — это надо испытать самому.

— Да-да, это очень странное, но в то же время очень притягательное место, — отозвалась Клэр. — И жители того особняка какие-то странные — больше похожи на кукол или роботов, чем на живых людей. Слишком чопорные и правильные, что ли…

На какое-то время установилась тишина. Все пятеро — Кэт, Алекс, Арни, Клэр и Стефан — неторопливо шли по городу в поисках нового убежища, специально выбирая темные и узкие улицы, где полиции было бы сложно их засечь. Правда, сама Кэт думала, что насчет полиции им уже можно не волноваться — после ее короткой драки с Фрейзером, из которой она вышла победительницей, копы больше не беспокоили ее и ее друзей.

— Я вот все-таки думаю, что же нам дальше делать, — мрачно произнес Стефан. — Нас все меньше. Недавно вот Рида и Карли убили, например.

— Что делать? Пока так и будем слоняться по городу, — отозвался Алекс.

— Да уж… Я вот еще думаю: где Вик и Вэл? От них уже давно никаких известий нет, — сказала Клэр. — Вик, кажется, говорил, что хочет временно уехать из города. А вот Вэл ничего такого не говорила.

— Хочется надеяться, что с ними все в порядке, но… — вздохнул Стефан. — Эх, ребята, давайте лучше о чем-нибудь хорошем поговорим, а? А то постоянно только одно плохое обсуждаем.

— О хорошем? Ну, например, о чем? — спросил Арни, удивленно подняв правую бровь.

— Лично я вижу в нашем текущем положении только один позитивный момент — у меня теперь есть крутая боевая система, как у этого придурка из полиции, — усмехнулась Кэт. — Правда, мне так толком и не удалось ее испытать… но это пока.

— Да, конечно, это хорошо, — отозвался Стефан.

— Интересно, а есть ли у этой системы еще какое-нибудь дополнительное оружие? — задумчиво произнес Алекс. — Или мотоцикл…

— Мотоцикл? В комплекте? — живо переспросила Клэр. — Мне это что-то напоминает…

— Какие-то супергерои на мотоциклах, да, — ответил Алекс. — Но хоть убей — не могу вспомнить подробности… Помню только, что в детстве смотрел какой-то сериал, он довольно длинный был…

Внезапно где-то неподалеку раздался дикий крик. Кэт хотела телепатически просканировать окрестности, чтобы выяснить, кто и где кричал, но Клэр воскликнула:

— Это вон в том дворе, где я нашла Рона и его сестру! Говорю вам, это точно там! — И с этими словами она сорвалась с места и побежала ко входу в искомый двор. Остальным ничего не оставалось, как последовать за ней.

На этот раз двор был уже немного освещен двумя фонарями. Друзья сразу же увидели стоящего рядом с одним из них высокого человека и лежащую рядом с ним девушку в луже крови. Кэт на бегу попробовала телепатически просканировать обоих и выяснила, что девушка уже мертва, а вот второго человека было практически невозможно просканировать — удалось получить только базовый ответ, то есть установить, что это живое существо, но вот прочитать мысли не удалось; Кэт подумала, что это, возможно, киборг или же просто человек под сильными наркотиками, хотя последнее было маловероятно. Как только Алекс на полной скорости подбежал к нему, он просто отставил левую в руку, и Алекс, не успев затормозить или пригнуться, налетел на нее и, рявкнув какое-то многоэтажное ругательство, упал на землю.

Теперь киборга можно было разглядеть — он был высоким и в гладкой темно-серой с черным броне, полностью закрывающей все тело, включая лицо, нижняя половина которого была закрыта пластиной; глаза были закрыты светящимся оранжевым визором; на теле также было несколько ярких оранжевых светодиодов; пальцы обеих рук были длинными и когтистыми. Контуры тела были плавными и немного женственными, но пол киборга визуально никак нельзя было установить — броня не имела никаких «опознавательных знаков».

— Мне кажется, я знаю эту девушку… — нерешительно сказала Клэр, подбежав к лежащему на земле в луже крови человеку. — По-моему, это сестра Рона…

— Рона? Дружка Карли? — недоверчиво переспросил Арни.

— Да. Только что она здесь делает одна — она ведь еще маленькая… ну, точнее, не маленькая, а еще очень молодая… Как-то странно, что она снова сюда прибежала, к тому же совсем одна. Уверена, что точно не по своей воле! И на этот раз ее прибили… Вы только посмотрите — ей пробили грудную клетку и чуть не вырвали сердце! Я думала, такое только в ужастиках бывает… — охнула девушка.

— Не удивлюсь, если выяснится, что этот урод… — Стефан кивнул на все еще неподвижно стоящего киборга, — … работает в полиции… или точнее, на полицию… хотя черт их там разберет… лично мне вообще непонятно, человек ли это или робот.

— Это киборг, — ответила Кэт. — Я смогла получить от него только базовый телепатический ответ — грубо говоря, органический мозг у него есть, но его мысли невозможно прочитать. Ну, думаю, более опытный телепат сможет это сделать, но для меня его мысли нечитаемы — просто мутный, бесструктурный поток информации.

— Мне плевать, кто этот урод — человек, робот, киборг или вообще инопланетянин… — раздраженно произнес Алекс, поднимаясь с земли. — … потому что сейчас я хорошенько ему врежу! — И с этими словами он на полной скорости бросился на своего противника, который ловко отскочил в сторону, в результате чего Алекс чуть не врезался в Стефана, который от неожиданности не удержал равновесие и упал на землю буквально в пяти сантиметрах от небольшой, но довольно глубокой лужи, в которой плавали какие-то бумажки и окурки.

Кэт попыталась атаковать киборга телепатически, но ничего не получилось — на него ожидаемо не действовали ни эмпатические, ни низкоуровневые телепатические атаки.

— Знаете, мне кажется, этот урод никуда не собирается убираться, к тому же вряд ли он будет просто здесь стоять, так что у нас остается только один вариант… — сказала девушка, тряхнув головой. — Вы убегайте, а я разберусь с этой тварью, — и с этими словами она активировала свою боевую систему.

8 ноября 2017 г., 18:23

Браун-стрит.

— … Никого из начальства нет на месте! Никого! — оживленно жестикулируя, сказал Марк. — Вот просто никого! Как будто все сговорились! Такое впечатление… что действительно сговорились. Странное стечение обстоятельств, не правда ли?

— Да, мне так тоже кажется, — покачал головой идущий рядом с ним Финнеган.

— И куда мы теперь идем? — спросил Стоун.

— Я ведь говорил — к одному человеку, который нам гарантированно поможет, — подмигнул ему Финнеган. — Он работает в Sybra и участвовал в разработке многих боевых систем и в случае чего может быстренько решить все проблемы с айситековцами.

— Многих боевых систем? — переспросил Марк.

— Да. Ты удивлен? — усмехнулся Джек. — Джим разве не говорил тебе, что, кроме трех систем, о которых мы знаем, существует еще как минимум две? И это только уже готовые. А ведь есть еще несколько находящихся в данный момент в разработке… Неужели он тебе не рассказывал?

— Нет, не помню такого. Либо не рассказывал, либо я забыл, — пожал плечами Марк. — Значит, есть и другие системы… очень интересно…

— Ты ведь читаешь и смотришь новости? Ведь в других городах, да и странах тоже начались таинственные убийства вроде тех, что происходят. Ну, точнее, они уже частично не таинственные. В общем, там тоже такие же системы используются. А ты думал, что вы с той девчонкой уникальны?

— Честно говоря, да, — сказал Фрейзер. — Но если этих систем больше… это действительно очень интересно.

— И еще интереснее то, что остальные системы достались не полицейским, а простым людям, — сказал Джек. — Про это можно прочитать во всяких блогах и соцсетях — это как раз тот случай, когда им можно и нужно верить.

— Да, кстати, я читал про что-то такое, — отозвался Дэн. — Кажется, про чокнутую девушку-маньячку.

Внезапно из соседнего двора раздались вопли и стрельба. Марк дернулся и схватился за висящий на поясе бластер:

— Надо проверить, что там…

— Ты уверен, что нам нужно соваться туда? — спросил Дэн, хватая его за руку.

— Уверен, — Марк тряхнул рукой, отталкивая Стоуна, и бросился в переулок; Дэну и Джеку ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

В соседнем дворе их ждала начавшаяся, но довольно медленно идущая битва — Кэт в своей броне против киборга; пока они еще не дрались врукопашную и просто вяло стреляли друг в друга и еще ни разу не попали, успевая уворачиваться. Марк, увидев Кэт, сразу активировал броню и бросился было на девушку, но в этот момент киборг выстрелил в него; полицейский включил щит и отразил выстрел, и тогда киборг, занеся для удара правую руку и расставив когтистые пальцы, бросился на него. Арни, увидев Фрейзера, рявкнул нечто нечленораздельное и бросился было на него, но его в последний момент схватил за руку Стефан.

— Черт побери, мне эта тварь знакома! — воскликнул Марк, отбиваясь от бьющего его кулаками противника щитом. — По-моему, это от нее меня спасла Эми! Это была владелица одного кафе! По крайней мере, дизайн и контуры тела очень похожи… Лицо не видно… но я помню эти движения! Тогда эта девчонка застала меня врасплох… Но в этот раз я отыграюсь! Я отомщу этой мрази!

Но в этот момент киборг метко ударил Марка, радостно вопящего про месть и потому отвлекшегося, в грудь. Броня хрустнула, но через пару секунд самовосстановилась, однако Марк упал на землю. Тут Кэт открыла огонь по противнику; киборг включил свой щит и медленно, но верно стал идти к противнице. Когда между ними осталась буквально пара метров, Кэт отпрыгнула в сторону и выстрелила киборгу в правый бок. Противник не успел вовремя прикрыться щитом, поэтому атака оказалась успешной, и он издал негромкий звук, похожий на рычание, и остановился на пару секунд, а затем внезапно бросился на Кэт, отключив щит, но целясь когтями девушке в лицо, однако Кэт схватила его за руки и с силой сжала их; ей показалось, что его броня чуть хрустнула. Киборг рыкнул и ударил девушку ногой в живот; она крикнула от боли, отпустила его руки и упала на землю. В этот момент Марк открыл огонь по своему противнику, и пара выстрелов попала ему в спину, а затем киборг ловко отскочил в сторону и бросился на полицейского, не забыв включить щит и прикрываясь им во всех направлениях, откуда Фрейзер пытался стрелять.

Стоун и Финнеган тоже пытались помочь Марку и Кэт, стреляя в киборга из бластеров, но для него эти выстрелы были не страшнее комариных укусов, и он даже не шелохнулся от них и не стал прикрываться щитом. Тем временем киборг напрыгнул на Марка, повалил его на землю и хотел было вцепиться в лицо, но полицейский успел выстрелить ему в грудь, однако противник удивительнейшим образом смог в последнюю секунду откатиться в сторону. Фрейзер поднялся с земли и хотел было выстрелить в поднимающегося с земли киборга, но тот внезапно сам открыл огонь из лазерных бластеров, находящихся в ладонях. В этот момент Кэт тоже открыла огонь по противнику; тот снова включил щит на левой руке, а правой продолжил стрелять, но теперь ему было не так удобно защищаться от атак. Марку и Кэт удавалось по большей части уворачиваться от выстрелов киборга, а те, что попали в цель, хоть и были достаточно мощными, все равно не причинили сайберам большого вреда — трещины на броне быстро затягивались, а боль отступала.

— Эй! — окликнул Марк Кэт. — Не думай, что я забыл о нашей предыдущей встрече! Просто сейчас…

— Просто сейчас нам надо действовать вместе против общего врага, да-да-да, знаю-знаю, очередной штамп, как же… — ответила девушка. — Я тоже ни о чем не забыла…

Тут в бой решил вмешаться Алекс, до этого времени стоявший в сторонке с Клэр, Арни и Стефаном; Арни все еще пытался вырваться и броситься к Фрейзеру для выяснения отношений, но Стефан не ослаблял хватки и держал своего товарища за обе руки; Клэр же тихо стояла, укрывшись за спинами своих друзей. Алекс разогнался и на полной скорости подбежал к киборгу и пару раз сильно ударил его в спину, а затем так же быстро отбежал, пока противник не опомнился. Но во второй раз он побоялся повторить этот маневр, так как Марк и Кэт стали стрелять чаще и подошли ближе к противнику; а вот он, в отличие от сайберов, был уже ранен — на его броне отчетливо виднелись следы от выстрелов. Но пока никому не удалось поразить его в голову, шею или грудь (Марк и Кэт почему-то думали, что попадание именно в эти части будет наиболее болезненным) — киборг, несмотря на ранения, был очень ловким и проворным. И когда оба сайбера приблизились к нему на такое расстояние, с которого легко могли прострелить ему голову, он отключил щит и перестал стрелять, расставил руки и сгенерировал мощную ударную волну, которая отбросила Марка и Кэт в разные стороны. Марк хоть и был готов к подобному, но это не спасло его от сильной боли, когда он врезался в низенький заборчик (и попутно снес его) вокруг маленьких клумб рядом с домом. Кэт тоже врезалась в заборчик, тоже снесла его и врезалась в стену дома; боль была сильной, но терпимой — девушка и не с таким сталкивалась в уличных драках; к тому же она довольно быстро отступала благодаря нанороботам, которыми тело девушки буквально было нашпиговано после активации боевой системы. Сайберы кое-как поднялись с земли через приблизительно минуту. Киборг же все еще неподвижно стоял на том же месте.

— Какая-то она тупая стала, эта дамочка, — сказал Марк, приготовившись стрелять. — Я уже с ней сражался, и она тогда была хитрее и намного лучше сражалась, а тут просто стоит на месте

— Тупая она или не тупая, но эту тварь в любом случае надо побыстрее прикончить, — отозвалась Кэт, тоже открывая огонь.

Киборг сначала закрылся со всех сторон щитами, а затем снова сгенерировал ударную волну, но на этот раз сайберы были подготовлены к такой атаке и вовремя сгруппировались, чтобы уменьшить боль. Киборг сгенерировал еще одну ударную волну и снова застыл на месте; светодиоды на его теле медленно замигали.

— Батарейки сели, что ли? — ухмыльнулся Марк.

Кэт не ответила ему и несколько раз прицельно выстрелила противнику в голову; то же самое сделал и Марк. Киборг увернулся от выстрелов Кэт, но не от выстрелов Марка — они попали в визор, который тут же раскололся, и киборг зарычал, прикрывая руками глаза. Кэт кивнула Фрейзеру и снова открыла огонь по голове и шее противника, и полицейский поступил так же. На этот раз киборг уже не смог увернуться — конечно, кроме глаз, у него были и другие чувства (хотя, возможно, правильнее будет сказать «сенсоры»…), но эта атака была для него полной неожиданностью… и в итоге десятка прицельных выстрелов в голову хватило — по телу противника поползли мелкие разряды, похожие на миниатюрные молнии, а затем его голова взорвалась (не так эффектно, как в фильмах, конечно), и обезглавленный киборг упал на землю, пару раз дернулся и затих.

— Как-то… слишком быстро и неинтересно, — сказала Кэт через полминуты после окончания битвы. — Что-то мне не верится, что это лучшее, что наш гипотетический общий противник мог противопоставить нам… Даже не пришлось использовать финальную атаку…

И в этот момент словно в подтверждение ее слов в центр двора с неба словно упал большой светящийся белый шар, из которого появилось светящееся иссиня-белым светом человекоподобное существо, высокое, худое, скрючившееся и дрожащее; свечение на отдельных участках его тела то и дело ослабевало, и там появлялся сложный и красивый пульсирующий бело-голубоватым цветом узор.

— Неинтересно? А вот тебе и интересность прибыла! — рявкнул Марк, начав стрелять в противника. Тот не атаковал и только очень ловко отскакивал в стороны, из-за чего большинство выстрелов сайберов попадали куда угодно — в стены домов, в кусты, в землю, но только не в монстра. Постепенно свечение на теле таинственного существа становилось все более и более равномерным, и пульсирующие узоры перестали быть видны, а само тело стало более гладким и менее «костлявым» (если так можно сказать о таком существе), однако монстр все не атаковал и не издавал никаких звуков.

Односторонняя перестрелка длилась уже минуты две, а противник все еще никого не атаковал; пару раз он пытался подойти поближе к сайберам и тянулся к ним своими длинными когтистыми руками; в один момент Кэт показалось, будто он хочет что-то им сказать, но в тот же миг монстр отскочил назад, расставил руки в стороны и начал формировать в ладонях два больших энергетических шара.

— Ничего не понимаю… Бред какой-то, — сказала Кэт, увеличивая мощность выстрелов. — То он из стороны в сторону прыгает, то…

— Финальная атака! Используй финальную атаку! А то эта мразь сейчас пальнет по нам! — внезапно заорал Марк, нажал что-то на КПК на запястье и выстрелил в еще не атаковавшего сайберов противника. Кэт немного удивилась, но, однако, сделала то, что просил Фрейзер. И в следующий миг светящегося монстра пронзили два мощных сгустка энергии — голубой и оранжевый. Существо дернулось, взлетело вверх и перед тем, как взорваться на уровне крыш окрестных домов, успело выстрелить тремя небольшими светящимися шарами в ничего не подозревающих Стоуна и Финнегана… Марк не успел вовремя среагировать, но, к счастью, полицейские вовремя отскочили в стороны, и шары попали в стену дома.

— … И что это было? — спросил Фрейзер, отряхиваясь и поднимаясь с земли. — Это самый идиотский и непонятный бой, в котором я когда-либо участвовал. Сначала какой-то тормознутый киборг, потом — какая-то светящаяся пакость, которая, похоже, сама не знала, что ей нужно.

— А вот мне упорно кажется, что я эту «пакость» уже кое-где видела, но не суть, — отозвалась Кэт. — Надеюсь, больше подарочков в виде тупых противников не будет?

И в тот же момент раздался рев мотора и визг тормозов, и во двор въехала небольшая черная машина с тонированными стеклами.

— Наверное, сейчас будут собирать свидетельские показания, — усмехнулся Алекс.

— Кажется, я знаю, чья это машина… — негромко произнес Финнеган и попятился к противоположному выходу из двора, но остановился на полпути, увидев удивленно смотревшего на него Стоуна.

Дверь машины открылась, но пока никто оттуда не выходил. Марк хотел было подойти поближе, но остановился, увидев собравшегося удрать Финнегана. Тот под суровыми взглядами Стоуна и Фрейзера смирился, тяжело вздохнул и подошел к своим товарищам.

Кэт и ее друзья стояли поодаль, даже не пытаясь подойти поближе к машине; точнее, у Алекса была мысль быстро обежать ее, но что-то его останавливало от опрометчивого шага. Испуганная Клэр сделала пару шагов назад и наткнулась на Арни, мягко взявшего ее за руку, но не спускавшего гневного взгляда с Фрейзера. Кэт тоже сделала пару шагов назад, готовая в любой момент заслонить товарищей… а вот от чего — она не могла сказать, только чувствовала, что сейчас произойдет что-то очень плохое. То же самое чувствовали и Марк и его коллеги, и после минуты напряженного ожидания желание Финнегана убежать стало казаться им не таким уж глупым.

— Ну и долго мы еще будем ждать? — процедил сквозь зубы Фрейзер.

— Кажется, я знаю, чья это машина и что этому человеку здесь нужно… и это очень, очень плохо, — негромко произнес Финнеган.

— А вот я не знаю, чья это машина, но точно знаю, что сейчас снова начнется мордобой, — отозвалась Кэт, сжимая в руках бластер.

Прошло еще полторы минуты напряженного ожидания… а затем из открытых дверей машины раздался знакомый насмешливый женский голос:

— Ну что, кто первым упомянет какое-нибудь голливудское клише?

Глава 7

8 ноября 2017 г., 18:41

Браун-стрит.

— Какое-нибудь клише? Причем здесь это? — удивился Алекс.

— Притом, что это все неестественно, ненатурально, в конце концов, похоже на какой-то пафосный фильм! — ответила Кэт.

— Все подстроено полицией или что-то в этом роде, что ли? — спросил Арни.

— Знаете, мне тоже кажется, что здесь что-то не так, мягко говоря, — отозвался Марк.

— Да здесь все не так, — отозвался Джек. — Причем с самого начала.

— Мистер Финнеган прав, — снова раздался голос из машины. — И сейчас вам предстоит узнать много нового…

Из машины медленно, вальяжно вышла Лотта Джексон в длинном узком темно-сером пальто; с презрением оглядев всех собравшихся, она негромко откашлялась и пафосным тоном произнесла:

— Мистер Финнеган снова прав — сегодня вам предстоит узнать много нового. Очень, очень много. Думаю, мистер Фрейзер будет очень удивлен. А мисс Дрейк… — Лотта с ненавистью посмотрела на Кэт, направившую на нее бластер, — мисс Дрейк придется оказать мне небольшую услугу… И да… я знаю, что произошло в комплексе «Шива», — эти словам она произнесла с мерзкой улыбочкой.

— Что еще за «Шива»? — удивилась Кэт. — Что за бред?

— «Шива»? Так… кажется, я все понял. Она опять взялась за свое… и снова приняла эту полнейшую бредятину за чистую монету… Ну все, с меня хватит, — замотал головой Финнеган. — Пора кончать этот балаган, — с этими словами он, сделав пару шагов вперед и театрально поклонившись, снял с головы кепку, но внезапно в тот же момент Лотта дернулась, рявкнула что-то нечленораздельное и резко выбросила вперед внезапно засветившуюся иссиня-белым светом правую руку, из которой вырывались маленькие молнии.

Кэт среагировала мгновенно и атаковала Лотту мощным телепатическим импульсом, и та, взревев от боли, повернулась назад и приготовилась атаковать Кэт, но та снова телепатически атаковала противницу, отчего та, заорав еще громче, упала на землю, несколько раз дернулась и затихла.

— Знаете, эта мразь кого-то мне напомнила, — задумчиво произнесла Кэт. — Ее «психический ответ» показался мне очень знакомым. Кажется, такой же был у монстра, в бою с которым этот ублюдок… — она кивнула в сторону Марка, который в тот же момент направил на нее бластер, — … убил Карли. Хм, дайте подумать… Мне тут в голову пришла одна дикая мысль…

— Надеюсь, ты ее не убила? — внезапно спросил Финнеган, кивнув на неподвижно лежащую на земле Лотту.

— А тебе какое дело? — грубо ответила Кэт. — Нет, не убила, хотя могла бы.

— И это хорошо, что не убила, потому что мне есть о чем поговорить с ней, — усмехнулся Финнеган. — Я бы хотел кое-что вам рассказать, точнее, показать… точнее, и рассказать, и показать.

С этими словами полицейский сделал пару шагов вперед, нервно дернулся, тяжело вздохнул, огляделся по сторонам… и в следующий момент его внешность стала меняться — он начал становиться выше, с его головы пропали волосы, а кожа стала очень бледной, практически белой.

При виде такой метаморфозы Марк присвистнул, Стоун, округлив глаза, негромко выругался, а что касается Кэт и ее друзей… Первым среагировал Алекс:

— Тони?

— Ну… можно меня называть и так, да, — ответил «Финнеган». — Вы ведь знали, что я метаморф, но так и не догадались, что к чему?

— Ну, я что-то такое подозревал… — сказал Стефан. — Но я даже и не думал, что ты работаешь на этих… точнее, делаешь вид, что… Я думал, что ты просто шпионишь за ними.

— А кто его знает — может, он и действительно работает на ICTEC и просто притворяется белым и пушистым рыцарем справедливости? — фыркнул Арни. — Он постоянно бегает туда-сюда, с ним никогда нельзя нормально поговорить — он постоянно находит какие-то отмазки вплоть до поездки в другую страну. Это слишком подозрительно. А мы не идиоты. Я давно что-то подозревал и, как теперь вижу, не зря.

— Но я и не говорю, что вы идиоты, — замахал руками Тони. — Согласитесь, иногда для защиты своих идеалов приходится идти на крайние меры.

— Ага-ага, хорошая крайняя мера — работать на этих ублюдков! — воскликнула Кэт. — И не пытайся оправдываться! И не строй из себя миленького и добренького двойного агента! Твое поведение всегда было подозрительным, но мы старались не подавать виду и даже не обсуждали это между собой — думали, что нам просто кажется. Но нет, не показалось. Хоть ты и метаморф, сейчас мы быстренько выведем тебя на чистую воду!

— Я не строю из себя никого ни белого, ни пушистого, ни доброго, ни милого. А по поводу двойных агентов… Неужели ты хотя бы разок не пробовала как следует прочитать мои мысли? — спросил Тони.

— Пробовала, причем далеко не один раз, — ответила девушка. — Но ты постоянно убегал, с тобой невозможно нормально поговорить, что уж говорить о чтении мыслей, когда не знаешь, где ты находишься в данный момент! К тому же, учитывая, что со мной творилось незадолго до активации этой системы…

— Кстати, о твоих телепатических способностях… Надо бы кое-что тебе рассказать… Но для начала мне надо кое-что проверить, — С этими словами Тони подошел к Лотте и пнул ее в правый бок. Женщина издала довольно громкий стон, зашевелилась и попробовала встать, но Тони со всей силы наступил ей на правую руку, и Лотта, заорав от боли, снова упала на землю, но на этот раз ее глаза остались открытыми. — Я тут хотел бы поговорить кое с кем, но, боюсь, в данный момент это опасно. Хотя… Кэт, не окажешь ли мне небольшую услугу…

Но в этот момент Лотта вскочила с земли; она направила в сторону Тони свои руки, которые тотчас засветились ослепительно белым светом, и из них вырвались длинные молнии. Кэт смогла только частично спасти положение — телепатическим импульсом она заставила Лотту отвести руки чуть в сторону, и всю тяжесть атаки на себя приняла стена дома, а Тони успел отскочить в сторону; но это лишь раззадорило своенравную дамочку, и она бросилась на Кэт; в тот же миг все ее тело засветилось белым светом и стало объятым множеством маленьких молний, а одежда на ней вспыхнула и через несколько секунд полностью сгорела. Девушка-сайбер решила не полагаться на свои телепатические способности и выстрелила противнице в грудь. Лотта то ли понадеялась на внезапность своей атаки, то ли не ожидала такого ответного хода, поэтому она не успела отскочить в сторону, и выстрел попал в цель — точнее, почти в цель: Кэт целилась прямо в грудь, но из-за того, что Лотта успела ударить ее по левой руке, попала в правое плечо. Но, несмотря на это, выстрел был мощным; женщину отбросило назад, свечение на ее теле сразу же потухло, и она, скорчившись в позе эмбриона, упала рядом с большой лужей, рядом с которой стояла Клэр, и затихла. Клэр же брезгливо дернулась и поспешила отойти как можно подальше.

— Я же просил… — вздохнул Тони и подбежал к Лотте. — Она нужна нам для…

— Сейчас посмотрим, для чего она тебе нужна! — крикнула Кэт и направила бластер на своего, возможно, бывшего товарища.

— Хватит орать! У меня к нему тоже есть вопросы! — мрачно произнес молчавший и спокойно стоявший в стороне до того момента Марк и подошел к Тони, тоже направив на него бластер. — Двойной агент, значит? И ты все это время, пока работал у нас, шпионил за нами?

— Вы все не так меня поняли! Это был не шпионаж… точнее, не то чтобы не шпионаж…

— Да? Какой интересный аргумент! — усмехнулся Фрейзер. — От того, чтобы убить тебя, меня сейчас удерживает только желание узнать, как все было на самом деле — зачем ты за нами шпионил, на кого ты на самом деле работаешь… и все такое прочее.

— На кого я на самом деле работаю? — внезапно оживился Тони. — Значит, ты догадался? Не ожидал! Честное слово, не ожидал от обычного копа такой сообразительности!

— О чем догадался? — недоуменно переспросил Марк. — Я имел в виду, что кто-то должен спонсировать этих недотеррористов или кто они там…

— Спонсировать? Отличная шутка! — скривился Алекс. — И кто же, по-твоему, нас спонсирует? Правительство? PSYKOM? Sybra?

— Хватит орать! Я сейчас вам все объясню! — крикнул Тони. — Только успокойтесь!

Внезапно лежащая возле лужи Лотта дернулась и застонала. Кэт и Марк одновременно направили на нее бластеры, но Тони бросился к ней и сказал:

— Не трогайте ее! Она и так тяжело ранена! Нельзя дать ей умереть! Она нам еще нужна — нам предстоит ее допросить!

— Кому это — «нам»? — ехидно усмехнувшись, поинтересовался Арни. — Что-то ты заврался, похоже.

— Вообще-то я хотел рассказать вам обо всем в более спокойной обстановке, но раз все так…

В этот момент Лотта в очередной раз шевельнулась, открыла глаза, резко выбросила вперед левую руку… и ничего не произошло, лишь кончики пальцев чуть-чуть засветились голубоватым светом.

— Она жива, и это хорошо, — удовлетворенно покачал головой Тони.

— Спасибо за столь ценную информацию, — фыркнул Алекс. — Так в чем же дело? Долго ты еще будешь мямлить?

Но тут Лотта снова выбросила вперед левую руку; на этот раз вся ладонь светилась ярким голубовато-белым светом; и из нее вырвалась длинная тонкая молния, направленная в сторону Тони, который не успел среагировать, так как все произошло слишком быстро…

… но в тот же миг на пути молнии возникло оранжево-желтое силовое поле, и она буквально разбилась об него. А в следующий момент Лотта вскрикнула от боли, запрокинула голову назад и снова потеряла сознание

— Успел! А то бы эта тварь прикончила бы его! — раздался знакомый голос.

За спиной Тони стояли Али и Отто; у первого на руках были толстые черные перчатки с металлическими браслетами, одной из которых он генерировал силовое поле, остановившее атаку Лотты.

— Али? Отто? — ошарашенно спросила Кэт. — Что вы здесь делаете?

— Делаем одно очень важное дело, а какое — тебя не касается, — в своей обычной грубой манере ответил Отто.

— Да ладно, хватит тебе, у тебя же нормально спросили, — более дружелюбно отозвался Али.

— Что, черт побери, это все значит?! — воскликнул Марк, направив бластер теперь уже на новоприбывших. — У вас здесь какое-то собрание клуба отбросов общества?

— Мы сейчас все вам объясним! — одновременно крикнули Тони и Али.

— Мне это уже надоело, — мрачно сказала Кэт. — Я ни на что не намекаю, но…

— У тебя нет шансов, деточка, — отозвался Отто, саркастически ухмыльнувшись.

— Не хочу тебя расстраивать, дружище, но лучше вам обоим воздержаться от мордобоя, — покачал головой Али. — Точнее, не от мордобоя, а от телепатического выяснения отношений. Ты, конечно, опытный боев, но не думаю, что тебе будет приятно подраться с эмпатом.

В ответ Отто удивленно вскинул брови и хмыкнул. Тогда Али сделал пару шагов вперед и громко спросил у присутствующих:

— Ну так что, все успокоились?

— Все уже давно успокоились! — рявкнул Алекс.

— Хватит кормить нас завтраками! — крикнула Кэт. — Давайте выкладывайте, что здесь происходит, а то нам уже надоело ждать!

— Хорошо, — кивнул головой Али. — Итак… С чего бы начать…

— Лучше давайте не начнем, а продолжим, — сказал Тони. — Сейчас я покажу вам кое-что…

И в тот же миг его внешность снова начала меняться, и через секунд десять перед всеми стоял немного более низкий, чем его «предыдущая форма», парень с довольно длинными темно-коричневыми волосами и темно-карими, почти черными глазами.

— Джейкоб Блэквуд к вашим услугам, — сказал он, усмехнувшись и изобразив элегантный поклон. — Можете называть меня просто Джейк.

— Хватит паясничать! Что это такое, черт возьми?! — снова рявкнул Марк. — Может, ты сейчас еще нашего президента изобразишь?!

— Действительно, что здесь происходит? Какой-то балаган! Ничего не понимаю! — схватившись за голову, воскликнула Клэр.

— Хм, дайте-ка подумать… — задумчиво произнес Алекс. — Ты как Тони помогал нам, как полицейский — работал в ICTEC… Значит, в своем истинном обличье…

— … ты должен работать на PSYKOM или Sybra, — закончила фразу Кэт. — Скорее всего, именно на Sybra.

— Вы правы. Я рад, что вы наконец-то обо всем догадались. Как бы это смешно не звучало, но я на самом деле работаю в Sybra, — немного улыбнувшись, спокойно сказал Блэквуд. — Можете считать меня тройным агентом, да.

— Мы с Отто тоже работаем в Sybra, — сказал Али. — Но мы — не полноценные сотрудники компании…

— … а некто вроде приглашенных специалистов? Или наемников? — усмехнулась Клэр.

— Формулировка «Приглашенные специалисты» наиболее близка к истине, — кивнул Али.

— А зачем вам была нужна Лотта? — спросил Марк. — Я краем уха слышал, что она замешана в чем-то, связанном с Sybra…

— Так и есть, — ответил Блэквуд. — В прошлом она там работала, причем неплохо; правда, она довольно часто пререкалась с коллегами, но на открытую конфронтацию не шла. Но как-то раз она серьезно повздорила с начальником другого отдела и решила ему отомстить. Идиотская идея, конечно, особенно если принять во внимание область деятельности компании. Но нашу «грозную и непобедимую» мисс Джексон это не смутило. Она решила сорвать создание первых опытных образцов боевых систем типа PSYBER, но как — она никак не могла придумать. Но тут в один прекрасный день она, спеша на работу и перебегая дорогу, чуть не попала под машину; она испугалась до такой степени, что активировалась ее сверхспособность — электрокинез. Ну, вы сами видели, как это работает…

— Сверхспособности — это круто, — глубокомысленно произнес Стефан.

— А еще круче будет, если меня не будут перебивать, — сказал Блэквуд. — Так вот, Лотта узнала о том, что у нее есть сверхспособность, и сразу же придумала план мести. Но она не учла того, что ее способность довольно нестабильна — уровень ее мощности очень сильно колеблется, невозможно предсказать, каким он будет в следующую минуту. Она хотела сорвать финальный этап создания первого опытного образца боевой системы, но когда ворвалась в лабораторию и хотела убить первых двух людей, попавшихся ей на пути, выяснилось, что ее способность в данный момент находится на минимуме, и ей удалось только создать небольшую искорку. А через несколько минут Лотту арестовали. А вот что было потом — мы не знаем, можем лишь сказать, что Лотту держали под арестом два месяца, а когда выпустили, она была неестественно тихой и приветливой. Ясно было, что с ней что-то сделали; в смысле — не промыли мозги, а… Ну, в общем, вы поняли. Она проработала так около месяца, а затем произошло таинственное убийство — убит оказался один из разработчиков системы PSYBER, Реджинальд Дэвис. Убит он был ночью, и, как установили врачи, умер он от мощнейшего электрического удара. А в ту же ночь исчезла Лотта. Но надо сказать, что, кроме нее, в Sybra в то время работало еще несколько электрокинетов, причем отлично контролировавших свои способности, и один из них — кажется, его звали Грейнджер… Мэтью Грейнджер… так вот, он давно был в ссоре именно с тем человеком, которого убили в ту ночь; говорят, причиной их вражды была какая-то любовная история, связанная не то с женой Грейнджера, не то с его младшей сестрой. Так вот, Грейнджер тоже таинственно исчез в ту ночь вместе с еще десятком человек, все из которых по крайне странному совпадению тоже обладали сверхспособностями — различными разновидностями психокинеза. Дальнейшие подробности мне неизвестны, но говорят, что Лотта там ни при чем — якобы убийство было делом рук Грейнджера. Как бы то ни было, Лотту никто не стал объявлять в розыск, и вскоре она объявилась в Кристалсэнде и пошла работать в ваш многострадальный ICTEC. Ну, о дальнейшей ее карьере я мало что знаю, могу лишь сказать, что мы решили сразу же усилить наблюдение за ICTEC и PSYKOM после того, как узнали о том, что наша темпераментная дамочка обосновалась в этом городе и запустила свои загребущие руки в дела этих двух компаний. А затем произошло то, о чем вы уже знаете… Я только уточню некоторые детали. Именно пара помощников Лотты вмешалась в разработку и тестирование системы PSYBER XN, которую использовала Эми Кларк. Судя по всему, этим Лотта хотела скомпрометировать и PSYKOM, и вашу айситековскую команду разработчиков и тестировщиков. Она насильно отдала эту систему Кларк и собственноручно подстроила ее смерть. Да, так называемые «террористы» тут ни при чем; как вы уже поняли, тем самым светящимся монстром, в бою с которым погибла Кларк, как раз была Лотта. Ее серьезно ранили, но она все-таки убила Эми, причем не напрямую, а, так сказать, косвенно — она знала слабые места брони, те самые места, которые у этой разновидности должны быть, наоборот, отлично защищены. А дальнейшее — уже дело техники. Ну, а потом ее планы рухнули — ведь она хотела заполучить систему PSYBER XF, но она попала к Кэт, которая оказалась отличным бойцом, ничуть не хуже Фрейзера. Ну, а затем Лотта решила действовать напролом и отнять — да-да, именно отнять — систему у Кэт. Похоже, что она либо не знала, что эти боевые системы после активации навсегда привязываются к носителю, либо… нет, об этом нельзя забыть, это одна из важнейших особенностей этих систем. Хотя… Я слышал, что какой-то человек… забыл его фамилию, кажется, она начинается на «В«… в общем, ходят слухи, что кто-то где-то разрабатывает боевую систему, во многом аналогичную нашей, но ею могут пользоваться несколько пользователей… простите за тавтологию. Возможно, Лотта приняла эти слухи за чистую монету и решила рискнуть. Но я не думаю, что она могла поступить так глупо. Уж что-что, а глупой или доверчивой ее не назовешь.

— Стоп-стоп-стоп, у меня есть вопрос! — замахал рукой Стефан. — Ты сказал, что Лотта не может контролировать силу своей способности. Так как же она смогла так долго сражаться с нами в той битве, где убили эту идиотку Эми?

— А этот момент выяснил уже я, — сказал Али. — У меня был короткий, но очень содержательный разговор с этой вашей нежно любимой мисс Джексон, а затем меня случайно оставили одного в ее кабинете. И в одном из ящичков я нашел устройство — между прочим, созданное в Netek, — с помощью которого она могла в течение короткого времени в полной мере управлять своей способностью.

Внезапно у Отто зазвонил телефон; он быстро отошел в сторону, чтобы поговорить, но разговор получился довольно коротким — в основном говорил звонящий, Отто только ему поддакивал и хмыкал. После окончания разговора он с мрачным видом подошел к Блэквуду и Али и, тяжело вздохнув, произнес:

— Дэвис убит.

— Как убит? — удивленно воскликнул Али. — Мы же послали туда целый отряд!

— А вот так вот, — сказал Отто. — Фред говорит, что беднягу буквально разрезали на мелкие кусочки. А вот в его квартире ничего не тронули.

— А что там с нашим пафосным интернатом? — спросил Блэквуд.

— Его подожгли, как мы и думали, причем ровно в то время, которое назвал Джеймсон. Всех эвакуировали. Правда, кое-кого недосчитались… в смысле, эвакуировали всех, а вот после эвакуации кое-кто уже сбежал.

— Та девчонка?

— Не только — еще парень и две девчонки. Между прочим, того парня часто видели рядом с той девчонкой. Их личные дела еще не проверены, но мне кажется, что здесь замешан кое-кто из одного крайне милого города с крайне милым населением, где я крайне мило провел один свой отпуск… — смотря куда-то в небо, ответил Отто. — Их уже ищут. Далеко они убежать не могли. Когда их найдут, то сначала подержат немного в полиции, а там будем действовать по ситуации.

— А что с остальными? — спросил Али. — Ну, в смысле, с еще троими, которые…

— Та веселая парочка минут пять назад уехала из города, они направляются к тренировочной базе TGR-5. А еще одна темная личность… Они ее потеряли. Говорят, в последний раз видели три часа назад где-то на окраине города рядом с дорогой на Уэстмун.

— Проклятье… Три часа назад! В такой момент упустили… Ну ничего, надеюсь, ее все-таки перехватят, — сказал Али.

— Надейся, надейся, — вздохнул Отто. — Мы уже надеялись и на то, что Лотта больше не будет иметь с нами дел, и на то, что вся эта веселая компания не появится как минимум в этом городе…

Ненадолго установилось молчание, которое прервала Кэт:

— Эй, Блэквуд… или как тебя там… Ты обещал мне что-то рассказать про мои телепатические способности!

— Хм… Да-да, помню-помню, — ответил Блэквуд. — Дело в том, что ничего страшного у тебя с ними не происходило, они не ослабевали, ты не теряла над ними контроля…

— Ага, а почему тогда у меня дико болела голова после их применения?

— Знаешь ли, самовнушение — великая штука. Не помнишь, никто в последнее время не говорил тебе что-то вроде того, что телепатия — самая раскрученная и бесполезная способность?

— Хм… Не помню… Хотя… Краем уха что-то такое слышала… — задумчиво произнесла Кэт.

— Хоть и краем уха, но ведь услышала и запомнила! И на подсознательном уровне у тебя это отложилось — то, что телепаты не нужны. И ты подсознательно стала ограничивать использование своей способности. Ты сама заставила себя поверить в то, что ты — никудышный телепат. Но, к счастью, активация брони привела тебя в норму и прочистила тебе мозги.

— Что-то не верится. Как-то все слишком просто, — недоверчиво ответила Кэт. — То есть ты хочешь сказать, что я сама спровоцировала все эти свои головные боли и обмороки?

— Именно, — кивнул Блэквуд. — Неуверенность в себе и повышенное внимание к чужому мнению — страшная вещь…

— И что, получается, активация боевой системы не усилила мои способности, а просто, как ты выразился, прочистила мне мозги? Придала мне уверенности в себе?

— Да, именно так. И впредь в таких вопросах никого не слушай и поступай так, как считаешь нужным. Ну, точнее, слушай только тех, кому доверяешь. Хотя и они иногда могут натворить дел…

Все это время Стоун молча наблюдал за происходящим; он никак не мог понять, что здесь, собственно, творится. Все это напоминало ему какой-то извращенный бред — здесь смешалось все: и сверхспособности, и двойные и тройные агенты, и планы мести и диверсии, и чье-то темное прошлое, и таинственные убийства… В итоге он уже просто не мог молчать и, схватившись за голову, крикнул из последних сил:

— Кто-нибудь, объясните мне, что здесь вообще происходит??

Тотчас же установилась тишина. Все перевели свои взгляды на Стоуна.

— Не молчите! Объясните же мне, наконец, что здесь происходит?

На этот раз молчание длилось меньше; его первым нарушил Али, подойдя к полицейскому и по-дружески похлопав его по плечу:

— Все просто: один нехороший человек, в прошлом насоливший корпорации Sybra, решил отомстить и поэтому убил другого человека в рамках своеобразного «тестирования». И мы задержали этого, кхм, нехорошего человека.

— Нет, это я понял, — тряхнул головой Стоун. — Но кто вы такие? Откуда вы? И что вам нужно? Нет-нет, я понял, что вы из Sybra. Но, черт возьми, что вам здесь надо? Не верю, что вы сюда приехали только для того, чтобы поймать Лотту.

— Ну… как бы сказать… — замялся Блэквуд. — Али приехал сюда именно ради того, чтобы разобраться с Лоттой и еще одной женщиной; правда, вы уже сами с ней расправились — да-да, я имею в виду того киборга, которого вы убили. Фрейзер и Кларк должны были убить ее раньше, но кое-кто снова вмешался… Я же уже давно здесь был и шпионил за вашей любимой мисс Джексон и руководством ICTEC. А что касается Отто…

— Я работаю на другое подразделение Sybra — не на то, которое занимается разработкой этой брони, — буркнул Отто, отвернувшись. — Но недавно появилось новое задание — пришлось выполнять. Хотя я здесь был по совершенно другому поводу.

— В общем, мы действительно прибыли сюда, чтобы разобраться с Лоттой, — развел руками Блэквуд. — Я понимаю, все эти объяснения выглядят очень путанно…

— Не просто путанно! Я толком не могу понять, что вообще в этом городе происходит! — воскликнул Стоун. — Например, что это за светящиеся существа, с которыми мы сражаемся?

Отто, Али и Блэквуд переглянулись, затем Али негромко произнес:

— Как бы сказать… В самой Sybra до сих пор не могут точно установить, с кем мы имеем дело. Они разумны, они могут вселяться в людей, давая им сверхспособности или усиливая уже имеющиеся, при этом личность хоста уничтожается. Пока это все, что мы знаем. Ах, да, под «нами» я подразумеваю себя, Отто и Джейка.

— Так, стоп! Или я чего-то не понимаю, или кто-то нагло врет! — произнес Марк. — Вы работаете в Sybra, но не знаете, с кем сражаетесь? Как же тогда была разработана эта боевая система?

— Я уже говорил, что мы — приглашенные специалисты. Нет, мы числимся в штате, но… как бы сказать… нас не посвящают во все секреты компании. Лично я практически не участвовал в разработке боевых систем типа PSYBER, я больше занимался тестированием, однако я все-таки знаю о них больше, чем ваш Мэнн. Намного больше. Я же занимался, кроме тестирования, настройкой тех частей, работа с которыми не требовала… так сказать… специальных знаний, которые… кхм… можно получить, только пройдя обучение в Sybra.

— Бред какой-то, — фыркнула Кэт. — Получается, вы делаете то, о чем не имеете никакого понятия?

— Нет-нет! — замахал руками Джейк. — Тут совсем другое. Дело в том, что Sybra — огромная корпорация и занимается далеко не только вот этими вот боевыми системами…

— Знаю, знаю, — отмахнулась девушка.

— Мы уже давно поняли, что вы работаете на оборонку, так что можете не отмазываться, — мрачно произнес Марк.

— В сложные периоды нашей жизни эта корпорация выручила нас, поэтому когда им понадобилась помощь, мы с радостью вызвались помочь… — сказал Джейк.

— Звучит тупо, — сказал Алекс. — Интересно, с чего бы Sybra совершенно безвозмездно решила вам помочь в какие-то там сложные периоды вашей жизни?

— Не вся корпорация помогала нам, а только отдельные люди, — произнес Отто. — Глупо думать, что целая корпорация придет на помощь какому-то человеку, который просто попал в сложную ситуацию.

— Пока нас никто не собирается посвящать во все секреты Sybra, — вздохнул Джейк. — Но лично я планирую получить полноценную работу в этой корпорации. Работать одновременно и там, и как бы не совсем там… нет, это мне не подходит. Вы уж извините, ребята… — он посмотрел на Кэт, Алекса, Стефана, Арни и Клэр, — … но мне нужна настоящая работа, а не беготня туда-сюда. Мне нужна стабильность и уверенность в завтрашнем дне — можно сказать и так. Я извиняюсь за очередную банальность.

— Можешь не извиняться — это ничего не изменит, — криво усмехнулась Кэт. — Тройной агент! Вы только посмотрите на него! Корпорация использует его в хвост и в гриву, а он думает, что делает благое дело и помогает человечеству… тьфу…

— Ты все не так поняла! Здесь дело совершенно в другом! — воскликнул Джейк. — К тому же у нас есть и еще одно задание. Точнее, не задание, а просьба. Или даже предложение.

— Предложение, от которого невозможно отказаться? — усмехнулся Марк.

— Почти, — улыбнулся Блэквуд. — Дело в том, что эти боевые системы были созданы для борьбы именно с теми странными светящимися существами. А вовсе не с невинными людьми, которых ты, Фрейзер, радостно убивал, принимая проявления обычных сверхспособностей за признаки того, что в них вселилось одно из таких существ.

— Невинные люди? Они настолько невинные, что устроили несколько терактов! — возмущенно сказал Фрейзер.

— У нас есть доказательства. Очень много доказательств. И свидетельств очевидцев. Так что лучше помолчи, — негромко произнес Отто. — Правда, одного из таких людей ты убил не по своей воле.

— Это кого это? — удивился Марк.

— Девушку по имени Карли. Ты ведь не в нее целился? И не в кого-то еще из ее друзей. Так?

— Я не понимаю… — удивленно пробормотал Фрейзер.

— Ты убил ту девушку не по своей воле, — все так же негромко повторил Отто. — И у нас есть доказательства, но пока что вам всем рано это знать. Ты и сам прекрасно знаешь, что у тебя вовсе не дрогнула рука, но ты и не хотел пристрелить Карли. Ведь так?

— Я не… Почему ты… Я… — не смог найти нужных слов Фрейзер.

— Ты убил Карли не по своей воле. И нет, это не глюки твоей брони, как ты мог бы подумать. Здесь что-то другое. Возможно, вмешался кто-то из тех людей, за кем нам было приказано наблюдать… ну да ладно, — махнул рукой Отто; затем он повернулся к Кэт и ее друзьям и сказал:

— А вы можете успокоиться — этот коп действительно не виноват в случившемся. Знаю, тупо звучит, но так и есть. Можете проверить, — он вопросительно посмотрел на Кэт.

— Как? — спросил Алекс. — Разве что… — и он тоже посмотрел на Кэт. Девушка сначала удивилась, но быстро поняла, что от нее хотят:

— Мне, конечно, неудобно копаться в мыслях всяких копов, но раз вы так просите…

Через где-то минуту чтения мыслей девушка удовлетворенно произнесла:

— Нет, он не врет. Он действительно не хотел убивать Карли. Он даже толком не помнит, что произошло в тот момент, когда он выстрелил в нее. Словно какие-то помехи.

— И что теперь? Мир, дружба, жвачка? — издевательски сказал Арни. — Лично я не собираюсь ему ничего прощать.

— Никто вас не просит никого прощать, — отозвался Отто. — Просто знайте, как все было на самом деле.

Арни презрительно фыркнул, Кэт скривилась, а Марк закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Так вот, продолжим… — после небольшой паузы сказал Блэквуд. — Руководство одного из отделений Sybra предлагает вам… — он кивнул в сторону Кэт и Марка. — … поступить к ним на постоянную, официальную работу в качестве…

— В качестве тех, кем мы сейчас являемся — в качестве истребителей непонятно кого? — недовольно протянула Кэт. — Нет, я против. Лучше я останусь в Кристалсэнде, чем буду помогать непонятно кому.

— Да-да, именно в качестве борцов с этими монстрами, — кивнул головой Джейк. — Sybra в данный момент нужны именно такие люди — хорошие и опытные бойцы со сверхспособностями. Да-да, именно со сверхспособностями — это одно из важнейших требований.

— Со сверхспособностями? Они хотят собрать команду супергероев для борьбы с инопланетными захватчиками или безумными учеными, возомнившими себя властелинами мира? — закатила глаза Кэт. — Полный бред. Нет, я остаюсь здесь.

— Я тоже, — кивнул Марк. — Это все попахивает первосортным бредом. Если в историю с Лоттой я еще могу поверить, то остальное — чушь собачья. Только идиот поверит во все это.

— Ну, как хотите, — сказал Отто. — Лично я не собираюсь больше здесь оставаться. Заберу сестру и уеду обратно в Сайбра-сити — так будет лучше для нее. А вы оставайтесь, если хотите, — и с этими словами он развернулся и быстро зашагал прочь из двора на ярко освещенную улицу.

Али и Джейк переглянулись и одновременно пожали плечами.

— Жаль, что нам не удалось вас переубедить… — тяжело вздохнул Джейк. — Мы, пожалуй, тоже уже пойдем. Но я все равно оставлю вам наши контакты, — с этими словами он, хитро подмигнув, достал из кармана здоровенный смартфон-«лопату» и что-то быстро на нем сделал. В тот же момент Кэт и Марк получили какие-то сообщения на свои КПК. Первым желанием Кэт было удалить это сообщение, но что-то ей подсказывало, что не стоит так делать. Поэтому девушка решила сделать еще кое-что — она очень быстро телепатически просканировала Джейка и Али и, к своему удивлению, обнаружила, что они как минимум не врут насчет чистоты намерений Sybra. Марк же не стал ничего делать — он, как и Кэт, решил прочитать то сообщение позже.

— Ну что, получили? — спросил Джейк и, не дождавшись ответа, кивнул Али, и тот подошел к Лотте, все еще заключенной в силовое поле. Женщина все еще была без сознания, она была тяжело ранена, но еще жива. Али отключил силовое поле, и затем они вместе с Джейком аккуратно взяли Лотту на руки и перенесли ее в ее машину. Али и Джейк молча сели в машину; Али сел за руль; Лотту расположили на заднем сидении, хорошенько зафиксировав ее ремнями безопасности, чтобы она не сбежала, хотя с ее ранами это было крайне проблематично. Тут Джейк высунулся из окна и со странной улыбкой сказал:

— Если наше предложение вдруг вас заинтересует — вся информация содержится в том сообщении. До встречи… друзья!

Последняя фраза звучала крайне натянуто. Джейк на прощание помахал рукой своим, скорее всего, уже бывшим товарищам, но никто из них — что было ожидаемо — не помахал ему в ответ. В следующий миг автомобиль тронулся, и они лишь проводили его мрачными взглядами.

И во дворе снова установилась гнетущая тишина. Кэт и Марк все еще стояли в броне, но уже не горели желанием убить друг друга. Стоун стоял неподалеку от Марка и пытался осмыслить произошедшее. Все это было для него шоком: до этого он думал, что такое бывает только в фильмах, но нет, он столкнулся с подобным нагромождением невероятных событий в реальной жизни. Множество людей со сверхспособностями, темное прошлое Лотты Джексон, заранее спланированная смерть Эми Кларк… все это с трудом укладывалось у него в голове.

— Марк, и что же мы теперь будем делать? — спросил через пару минут напряженных раздумий Стоун.

— Не знаю, — ответил Фрейзер. — По крайней мере, я пока не собираюсь уходить из ICTEC, но после всего произошедшего… Нет, не знаю. Я не верю этому сайбровскому сброду, но… сам понимаешь…

— А ты, Кэт, что будешь делать? — спросил Алекс, ковыряя землю носком ботинка. — Надеюсь, ты не передумаешь и не уедешь в этот самый Сайбра-сити?

— Никуда я не уеду, успокойся, — ответила девушка. — Но я все-таки ознакомлюсь с тем бредом, который нам прислал этот… Джейк, — это имя она произнесла со злобой. — К тому же у нас есть кое-какие счеты с этим копом, — она кивнула в сторону Марка, на что тот фыркнул и собрался было направить на нее бластер, но остановил руку на полпути и затем отключил боевую систему. По-видимому, это не было для Кэт неожиданностью, поскольку через пару секунд она поступила так же. Арни злобно посмотрел на Марка, потирая кулаки, на что тот ответил ему презрительной ухмылкой и выразительно посмотрел на свой бластер.

— Я все-таки думаю, что нам стоит ознакомиться с той информацией, которую нам прислал Джейк, — сказала Кэт. — Нет, конечно, это не означает, что с этого момента наша вражда с ICTEC и вообще с полицией автоматически прекращается. Но что-то во всем этом есть… Я бегло прочитала мысли Али и Джейка — они не врут! Ну, или, может, им так хорошо промыли мозги, что они волшебным образом забывают об определенных вещах, когда находятся в, так сказать, неблагонадежной компании. Но это как-то глупо звучит. По-моему, они все-таки сказали нам правду. Поэтому я думаю, что нам стоит хотя бы один раз прочитать то, что нам прислали.

— Хм… Пожалуй, я согласен, — на удивление спокойно ответил Марк и подошел к Кэт и ее друзьям; Стоун, пожав плечами, последовал за своим коллегой.

— Мда, все чудесатее и чудесатее, как говорилось в одной детской книжке… — вздохнул Алекс. — И что, мы теперь будем временно работать вместе с федералами? С теми, кто нас методично отстреливал просто так, ради развлечения?

— Считай это взаимовыгодным сотрудничеством, — хмыкнул Марк, бросив недобрый взгляд на Алекса. — Вся эта ситуация отдает бредом, но… что-то во всем этом есть. Что-то… такое, что нельзя игнорировать.

— Ну, так давайте же приступим, — сказала Кэт и начала что-то делать на своем КПК. Марк подошел к ней и стал внимательно смотреть на маленький экранчик. — Давайте начнем… вот с этого файла…

В это время едущие в автомобиле Джейк и Али нагнали идущего по тротуару Отто; Джейк окликнул его:

— Эй! Хочешь, мы тебя подвезем?

— Куда? — безразличным тоном спросил Отто, чуть приподняв левую бровь.

— Ко мне домой, — ответил Джейк. — Сначала хотели к Али заехать, но к Фатиме пришла подруга, так что лучше мы где-нибудь в другом месте переночуем.

— Эх… ну ладно, — махнул рукой Отто, залез в машину и сел на заднее сиденье, отодвинувшись как можно дальше от Лотты, все еще, к счастью, находившейся без сознания.

— Что будешь делать, кстати? — спросил у него Али, как только машина тронулась. — Поедешь обратно в Сайбра-сити?

— Да, заберу сестру с собой и поеду туда, — вздохнул Отто, глядя в окно. — По всей видимости, один я не справлюсь с… кхм… последствиями ее знакомства с этим ублюдком Генри. Нужна помощь специалистов.

— А, вот оно что… — с понимающим видом покачал головой Али. — А вот мы с Джейком завтра планируем вместе туда поехать. Не хочешь уехать с нами?

— Завтра? Так рано?

— По-моему, не рано, как раз вовремя, — отозвался Джейк.

— А что мы будем делать с этими Фрейзером и Дрейк?

— Что мы будем с ними делать? — задумчиво произнес Джейк. — Пока ничего. Они сами очень скоро выйдут с нами на контакт. Это как минимум. Пока я не надеюсь, что кто-нибудь из них приедет в Сайбра-сити.

— Постой-ка, с чего ты взял, что они свяжутся с нами? — воскликнул Отто.

— Не делай вид, что ты ничего не понял, — сказал Али. — Может, наша импровизированная лекция и была, кхм, несколько сумбурной, но они не идиоты и все поняли. И я не думаю, что они снова подерутся, хоть этот идиот Фрейзер и убил одну девушку из их компании. В течение следующих семи-восьми дней они точно свяжутся либо с нами, либо с кем-нибудь из Sybra.

— Эх… Надейся, надейся… — вздохнул Отто и снова повернулся к окну. — Кстати, мы ведь не рассказали им про ту итальянку, которую Фрейзер и Дрейк вместе прикончили.

— Да, кстати, действительно забыли, — хлопнул себя ладонью по лбу Джейк. — Но это породило бы кучу новых вопросов, и мы бы слишком сильно отклонились от темы. К тому же… к тому же мы и сами мало что знаем о том, что тогда произошло между нею и тем ее любовником… как его… Массимо, что ли… кроме того, что он работал на…

— Меня больше интересует, зачем Джексон захотела использовать именно ее. Она что, не понимала, с чьим, так сказать, творением имеет дело? Те ребята делают ведь не простых киборгов из серии «пушечное мясо»! — произнес Али. — И я не думаю, что она была не в курсе того, чем занимается конторка, где работал тот самый Массимо.

— Она всегда отличалась непомерным самомнением и считала себя человеком, способным изменить мир… кажется, так она когда-то писала в своем блоге, — ухмыльнулся Джейк. — Наверное, думала, что и с одним миленьким киборгом справится. Ну, что я могу сказать… ей крупно повезло, что эта красотка не пришла в себя, не вспомнила о своем истинном предназначении и не прикончила ее саму.

— Хотела изменить мир, значит… Видел я одного такого в одном крайне милом городе, полном роботов, — вздохнул Отто. — Тот парень недолго протянул… после встречи со мной.

— Очередная командировка в «город грехов»? — усмехнулся Али.

— О да… Ладно… я сейчас немного подремлю, если вы не против, конечно, — С этими словами Отто прислонился головой к оконному стеклу и закрыл глаза.

Автомобиль неспешно ехал по улице. Два раза дорогу в неположенном виде перебежали какие-то девушки в зауженных джинсиках и курточках, совершенно не прикрывающих поясницу; еще один раз — не в меру юркая бабулька, энергично размахивающая старыми драными сумками, до верха набитыми продуктами из магазина эконом-класса. Еще два раза пришлось стоять в пробках — к счастью, небольших и довольно быстро рассосавшихся. Вечерний город бурлил жизнью, переливался разноцветными огнями вывесок, искрился светом уличных фонарей. Небо постепенно расчистилось и из грязно-серо-кофейного стало темно-синим, почти черным, и теперь на нем сияла большая светло-желтая луна. Дул теплый ветер, что было странно для этого времени года. Погода снова резко менялась. В последнее время это часто случается. Слишком часто…

Content

Александра Лаврухина
Кристалсэнд 1010.28

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7