В поисках чудесного. Динамическая медитация. Шактипат

ОШО

В поисках чудесного

Динамическая медитация. Шактипат

Пер. с англ. Ма Дэва Таласи

© «София», 2002 © ИД «Гелиос», 2002

Человек охвачен тоской, желанием воссоединиться с миром чудес и радости. Первая книга «В поисках чудесного» рассказывает об этом стремлении, о таинственном мире непосредственного восприятия жизни, о способах реализации красоты.

Эта книга раскрывает мощь религиозного гения Ошо. Читатель окажется свидетелем вдохновенного взаимодействия лекций и медитаций, сострадания Пробужденного и его неимоверных усилий помочь освободиться тем, кто еще спит и не осознает свою истинную природу.

СОДЕРЖАНИЕ

От редакции

Введение

Глава 1. Кундалини — спящая змея

Глава 2. Материя и Бог — одно

Глава 3. Бхагаван Шри Раджниш проводит Динамическую медитацию

Глава 4. Медитация — это смерть и воскрешение

Глава 5. Божественная благодать и наши усилия

Глава 6. Решающий момент совсем рядом

Глава 7. Кундалини, шактипат и Божественная благодать

Глава 8. Медитация, а не молитва имеет великое будущее

Глава 9. Алхимия хаотического дыхания

Глава 10. Кундалини трансформирует вас

От редакции

Издательство «София» в 1999 году выпустило второй том «В поисках чудесного». Данная книга названа «Первым томом». Эти две книги, объединенные общим названием, вполне самостоятельны и связаны той же общей темой, которая прослеживается во всех книгах Ошо. Все Его книги можно было бы озаглавить словами «В поисках чудесного».

Введение

Жизнь полна чудес. Все наше детство преисполнено радостью познания необыкновенного. Взрослея, мы утрачиваем ощущение чуда и лишь изредка вновь переживаем бесценные мгновения, превращающие жизнь в радостное переживание. Отблеск волшебства мелькает в глазах возлюбленного, в первых лучах восходящего солнца; оно стучится к нам различными способами.

Когда это случается, внезапное присутствие необыкновенного охватывает нас, давая ощущение принадлежности к великому целому. В такие бесценные моменты наша энергия расширяется до беспредельности.

Человек охвачен тоской, желанием воссоединиться с миром чудес и радости. Книга «В поисках чудесного» рассказывает об этом стремлении, о таинственном мире непосредственного восприятия жизни, о способах реализации красоты

«Если ваш поиск истинен, — говорит Бхагаван Шри Раджниш, — вы узнаете, что центр жизни находится повсюду. Однако для такого познания, для переживания этого крайне важно самим стать энергией жизни. Для меня медитация — это освобождение заблокированных внутри нас энергетических потоков».

Эта книга раскрывает мощь религиозного гения Бхагавана. Читатель окажется свидетелем вдохновенного взаимодействия лекций и медитаций, сострадания Пробужденного и его неимоверных усилий помочь освободиться тем, кто еще спит и не осознает свою истинную природу.

Бхагаван направляет наше внимание на тот «сущностный центр, сокрытый внутри нас, где Бог познан, где мы черпаем проблески истины, где мы едины с первобытной энергией жизни».

Это необыкновенная книга для тех, кто услышал зов Пробужденного.

Свами Премджит

Глава 1

Кундалини — спящая змея

(Наргол, Индия. 2 мая 1970 г.)

Я не знаю, зачем вы пришли сюда. Скорее всего, вы тоже не знаете. Большинство из нас не осознают, зачем мы живем, куда движемся и почему. Мы даже не задаем себе такого вопроса. Если за всю нашу жизнь мы ни разу не задумались над основным вопросом, не удивительно, что все мы пришли, не понимая цели своего прихода. Возможно, некоторые все же догадываются, но вероятность подобного слишком мала.

Мы живем, ходим, смотрим и слушаем, словно погрузившись в летаргию, пребывая в состоянии такой глубокой неосознанности, что не можем увидеть даже того, что есть. Мы не можем услышать того, что нам говорят, нам не под силу принять и пережить то, что окружает нас со всех сторон — снаружи и изнутри. Поэтому вовсе не удивительно, что вы пришли сюда, не понимая и не осознавая причин своего поступка. Мы не знаем, почему живем. Мы не осознаем того, что делаем, настолько, что даже не замечаем своего дыхания. Но мне отлично известно, зачем здесь я. Именно этим я и хочу поделиться с вами.

Искания человека продолжаются не одну жизнь. После многих жизней, проведенных в напряженнейших исканиях, он наконец-то вознаграждается проблеском того, что мы называем блаженством, или истиной, или Богом, или мокшей, или нирваной — называйте это как угодно, однако невозможно передать это словами. Человек достигает этого после многих-многих жизней. Все, стремящиеся достичь такого состояния, считают, что по достижении цели их ждет только наслаждение и радость; но они глубоко ошибаются. Достигнув, они вдруг понимают, что это лишь начало новых трудов, новых задач и обязательств; и никакого отдыха нет.

До вчерашнего дня они страстно стремились достичь-, теперь же торопятся поделиться своими переживаниями с другими. Будь это не так, Будда не посетил бы наших городов, Махавира не стучался бы в наши двери, а Христос не стал бы взывать к нам. После вхождения в контакт с Высшим начинается новый вид работы. И действительно: самое важное и значительное приносит радость и блаженство, когда достигаешь этого, но еще большую радость получаешь, делясь своим опытом с другими Тот, кто благословен или отмечен Богом, без устали делится своим блаженством с ближними Точно так, как цветок источает аромат, туча проливается дождем, а волна ласкает берег, — так и душа человека, достигшего запредельности, томима жаждой донести аромат до других и распространить его повсюду.

Я осознаю причину своего пребывания здесь. И наша встреча может быть полна смысла, если вы пришли сюда по той же самой причине, если я и вы встречаемся на том же самом плане.

Иначе, как часто бывает, встреча состояться не может, даже если наши пути и пересекутся. Если причина вашего присутствия отлична от моей, между нами не возникнет точки соприкосновения, несмотря на физическое соседство.

Мне бы хотелось, чтобы вы узрели то, что видимо мне. Оно настолько близко, что просто удивительно, как вы не заметили его до сих пор. Часто во мне зарождается подозрение, что вы специально закрываете глаза и уши. Иначе как вы могли проглядеть это? Иисус постоянно повторял, что имеющие глаза не видят, имеющие уши не слышат. Не только слепые незрячи, а лишенные слуха глухи; слепы и глухи даже те, в чьем распоряжении два глаза и два уха. Вот почему вы не видите, не слышите и не чувствуете то, что столь близко, то, что окружает вас со всех сторон. В чем же дело? Где кроется настоящая причина?

Несомненно, в вашем способе видения имеется препятствие, помеха. Однако она не столь велика, как кажется. Она похожа на пылинку, попавшую в глаз и скрывшую из поля зрения панораму гор. Мельчайшая пылинка может ослепить вас. Логика доказывает, что это должно быть нечто огромное, если уж оно загородило горы. Арифметика скажет, что предмет, не позволяющий вам видеть горы, должен быть больше самой горы. На самом деле пылинка гак мала, да и наши глаза не столь уж велики. Из-за того, что пылинка попала в глаз, горы стали невидимыми.

Подобно этому помеха для внутреннего зрения не является такой огромной, как гора. Это нечто иное, напоминающее маленькую пылинку. В реальности именно она делает нас слепыми. Из-за ничтожного препятствия правда жизни остается сокрытой от нас.

Разумеется, я говорю не о физических органах зрения, с помощью которых мы смотрим на окружающий мир. Это создает неразбериху и смещение понятий. Помните, что в существовании важна только та истина, для которой создана наша внутренняя чувствительность, чтобы уловить ее, принять и жить в ней. Если у меня нет ушей, я не смогу услышать даже грохот океана, который столь силен. Даже если океан будет вечно шуметь рядом со мной, я никогда не смогу услышать его. Лишь из-за отсутствия ушей шум океана останется недоступным и бесполезным для меня. Когда к моему порогу пожалует солнце, я не смогу увидеть его, если у меня нет глаз. Если у меня нет рук, я ни к кому не смогу прикоснуться, как бы сильно мне этого ни хотелось.

В мире так много рассуждений о Боге и благодати бесчисленные святые писания, миллионы людей молятся в храмах, церквах и мечетях, вознося к небу гимны поклонения, но, не-' смотря на все это, не похоже, что мы вступили в контакт с Господом, что мы видели Его или говорили с Ним, чувствовали биение Его сердца в своем дыхании. Наше поклонение оказывается не чем иным, как пустой болтовней. Возможно, мы продолжаем рассуждать о Боге в надежде, что посредством нескончаемых разговоров сможем обрести Его либо опровергнем веру в существование Господа. Однако ничего не произойдет, если глухой многие жизни будет толковать о звуках, а слепой разглагольствовать о свете При этом вполне возможно, что они падут жертвой иллюзии, уверовав, что не глухи и не слепы, считая, будто им известно, что такое звук и свет.

Понастроив по всей земле храмы, церкви и мечети, человечество преуспело в создании подобной иллюзии самообмана. Посещающие такие места охвачены не чем иным, как прекрасной иллюзией. В большинстве своем они верят в Бога, но не способны познать Его. Цена их веры не больше пустых рассуждений. Люди способны поверить, если рассуждения, доказательства достаточно убедительны. Если некто яростно спорит, приводя доводы в пользу существования Бога, а нам не удается доказать обратное, мы, чувствуя свое поражение, начинаем принимать Бога. Но вера — это не знание. Как можно убедить слепца в существовании света? Он не в состоянии познать свет, ибо не видит.

Я же нахожусь здесь с пониманием того, что знание возможно. Несомненно, в нас присутствует некий центр, пребывающий в состоянии спячки, центр, познав который Кришна закружился в танце наивысшего экстаза, а Иисус, распятый на кресте, молил: «Отче, прости им, ибо не ведают, что творят!» И уж вполне определенно — этот центр был достигнут Махави-рой, и именно благодаря этому центру Сидцхарта Гаутама стал Буддой — то есть пробужденным. Есть такой центр — око, ухо, — но он спит. И я здесь для того, чтобы помочь вам пробудить этот центр.

Вот электрическая лампочка, дающая свет всем нам. Если обрезать провод, соединяющий ее с источником питания, она перестанет светить, но лампочка ведь от этого не изменится. Если электрический ток не достигнет лампочки, вместо света вокруг нас будет тьма. Это все та же лампочка, но в состоянии покоя, ибо ток не проходит в нее. И что же может поделать бедная лампочка, если ток не достигает ее центра?

Так и внутри каждого из нас есть центр, через который можно познать Бога, но, поскольку жизненная сила не достигает этого центра, он остается в состоянии летаргического сна, покоя. Даже если ваши глаза нормальны и здоровы, они бесполезны, если жизненная сила не достигла и не активизировала их.

Однажды родственники привели ко мне девушку, влюбившуюся в одного молодого человека. Узнав об этом, ее семья стала возражать против их встреч, возведя между ними стену — настоящую стену. И все же вокруг нас отличный мир, в котором влюбленные преодолевают любые преграды. Итак, семья пресекла все контакты между молодыми людьми. Девушка принадлежала к уважаемому семейству, бедный же юноша жил по соседству, и обычно влюбленные смотрели друг на друга с крыш своих домов. Чтобы помешать этому, родители и возвели стену, В день, когда стена была построена, девушка ослепла.

Поначалу родители отказывались верить, считая дочь притворщицей. Они бранили ее, грозя наказанием. Но угрозы — не метод излечения слепоты. Призванные на помощь врачи сказали, что с глазами красавицы все в порядке, но она не обманывает: девушка действительно не может видеть. Врачи развели руками — мол, ничего нельзя поделать, ибо причина слепоты кроется в психике. Жизненная сила перестала достигать глаз, она самозаблокировалась. Именно поэтому девушка ослепла, хотя физиологических изменений не наблюдалось.

Тогда ее привели ко мне. Я спросил, что же случилось на самом деле, пытаясь разобраться, действительно ли произошло нечто на ментальном уровне. Пересказывая свою историю, девушка произнесла: «Мой ум сказал, что глаза стали бесполезны, если они не могут видеть человека, созерцать которого предназначены. Лучше бы они вообще перестали видеть. Одна-единственная мысль кружилась в моем уме весь день, именно тогда я и ослепла. Ибо, если моим глазам отказано в привилегии лицезреть того единственного, кто радует взор, кто значит всё для них, тогда лучше вообще утратить силу зрения».

Ум девушки согласился с ее слепотой, поэтому жизненная сила и перестала достигать глаз. Глаза девушки в хорошей физической форме, они могут видеть, но энергия, благодаря которой можно видеть, отказалась притекать к ним.

Внутри нас сокрыт центр, где может быть познан Бог, где мы встречаемся с проблесками истины, где можем соединиться с изначальной жизненной энергией. Именно из этого центра доносится музыка сфер — музыка, создаваемая без помощи инструментов; этот центр источает неземной аромат. Это тот самый центр, который не ведает никаких ограничений и является вратами к свободе, абсолютной свободе. Этот центр ведет нас в запредельное, не имеющее границ и пределов пространство, которому не известны печали, которое есть не что иное, как блаженство, блаженство и еще раз блаженство — необъятное блаженство.

Но наша жизненная сила не достигает этого центра, задерживаясь где-то на пути, но очень близко. Необходимо хорошенько уяснить это, ибо целью медитации является приведение жизненной силы в центр, где цветок может распуститься, лампа загореться, глаз — Третий глаз — открыться, а сверхчувствительность стать доступной. Из этого центра немногие видят истину, или Бога, или как бы мы ни назвали Его. Это место, откуда все имеют право смотреть.

Однако семени — в силу того, что оно семя, — вовсе не обязательно становиться деревом. Всякое семя потенциально может стать деревом, но не каждое становится; для этого семя необходимо посадить, поливать и ухаживать за ним. Семени необходимо прорасти, расколоться и умереть как семени, чтобы стать деревом. Только семя, готовое расколоться и исчезнуть в земле, способно к трансформации. Сравните дерево и семя: трудно поверить, что такое мелкое зернышко смогло превратиться в огромное дерево. Подобное кажется невозможным.

На первый взгляд, невероятно, что такому маленькому зернышку удалось стать могучим деревом. Такое же чувство возникает всегда, когда на нашем пути встречаются личности, подобные Кришне или Будде. Рядом с Кришной мы чувствуем, что невозможно стать таким, как Он. Поэтому мы говорим: «Ты — Бог, а мы всего лишь обыкновенные люди; мы не можем стать такими, как Ты. Ты — аватара, воплощение Бога на земле, а мы лишь никчемные людишки, способные только ползать. Не в наших силах уподобиться Тебе». Когда на нашем пути встречаются Будда или Махавира, мы припадаем к их стопам, восклицая: «Ты — Сын Бога, мы лишь обычные люди». Если бы семя могло говорить, оно сказало бы то же самое по отношению к дереву: «Ты — Бог, я же — обыкновенное семя; могу ли я сравниться с тобой?» Как маленькое зернышко может поверить, что внутри него сокрыто огромное дерево?

Но факт остается фактом: то, что сегодня является деревом-исполином, некогда было семенем, а скромное зернышко когда-нибудь превратится в могучего великана.

Внутри каждого из нас дремлют неисчерпаемые возможности. Но, пока мы не осознаем этого, никакие писания и святые, как бы громко они ни утверждали этот факт, не смогут доказать нам возможность подобного. Так и должно быть, ибо вера в то, что не известно, есть абсолютная ложь. Гораздо честнее признать, что нам не известно, существует ли Бог.

Однако правда и то, что некоторые люди познали Бога. С ними общались немногие другие, и вся жизнь тех людей изменилась вследствие такого общения; они видели ореол Божественности — непередаваемое божественное цветение, окружающее таких людей. Но достичь аромата Божественности невозможно одним лишь поклонением. К сожалению, все религии останавливаются на поклонении и молитве. Но может ли семя стать деревом, только поклоняясь ему? И река не в состоянии превратиться в океан, вознося молитвы. Как бы страстно ни молилось яйцо птице, оно не сможет таким образом расправить крылья и взлететь. Яйцу предстоит разбить скорлупу; вначале ему придется умереть как яйцу. Птенец, впервые выбирающийся из скорлупы, еще не может представить, что вскоре взлетит. Глядя на парящих в небе птиц, он не верит, что имеет способность летать. Даже когда его мать, трепеща крыльями, побуждает своего питомца взлететь, ему не хватает уверенности в собственных силах. Он сидит на ветке и набирается решимости. Как тому, кто никогда не знал полета, поверить и отправиться в бесконечное путешествие в огромном небе?

Я знаю, что в течение этих трех дней * вы тоже будете сидеть на сосновой ветке и пытаться понять, возможно ли совершить путешествие в неизвестное. Как бы громко я ни побуждал вас к прыжку, к полету, вы не поверите, что полет возможен. Как никогда прежде не летавшие птицы могут поверить в реальность полета? Есть только единственный способ — прыгнуть. Хоть один раз необходимо прыгнуть в неизвестное. А начинать придется с прыжка в темноту.

Некто хочет научиться плавать. Он не ошибется, если скажет, что, не научившись плавать, не войдет в реку. Подобное утверждение звучит правильно и логично — как можно входить в воду, не обучившись плаванию? Но учитель ответит ученику, что тот никогда не научится плавать, если не войдет в воду. И такой спор может продолжаться до бесконечности. Каково же решение? Тренер будет настаивать на прыжке в воду; иначе плавание невозможно. И он прав. Действительно, обучение начинается с прыжка в воду. Каждый человек имеет представление о плавании; учиться этому нет необходимости. Если вы умеете плавать, тогда вам известно, что учиться этому не надо. Все знают, что представляет собой плавание, но не все умеют плавать по методике. Вы получаете метод, сноровку и навыки только после того, как войдете в реку. Сначала вы как придется размахиваете руками и ногами, но по мере вашего упорства с каждым разом у вас получается все лучше и лучше. Любой человек теоретически знает, как нужно грести руками и ногами, но только постепенно, в процессе практики, ваши действия становятся методичными. Поэтому знающие скажут, что плаванию не обучают — плавание вспоминают.

Вот и те, кто знает, утверждают, что переживание Бога — это вспоминание. Такой опыт не является тем, чему нам следует обучиться сегодня. В тот день, когда придет знание, мы воскликнем: «Так вот что такое плавание! Мы можем проделать это в любое время. Но нам так и не удается набраться мужества и прыгнуть, мы продолжаем цепляться за берег». Необходимо вступить в воду, и, как только смельчак оказывается в воде, начинается работа.

Центр, о котором я говорю, спрятан в мозгу. Если вы расспросите специалиста в области изучения человеческого мозга, он скажет вам, что только незначительная часть мозга активно действует, большая же его часть остается пассивной, и невозможно сказать в точности, что именно скрывается там. Даже гении используют лишь незначительную часть своего мозга — остальное дремлет, оставаясь невостребованным. Мозг является обиталищем того, что мы называем сверхчувством, или шестым чувством, или Третьим глазом. Этот центр закрыт, пребывая в спячке, и, как только он откроется, мы узрим жизнь во множестве иных измерений. Материя исчезнет, придет Бог, с утратой формы откроется бесформенное; смерть перестанет существовать, откроются врата в бессмертие. Но в данный момент центр, откуда возможно увидеть все это, закрыт. Итак, как можно активизировать этот центр?

Как я уже говорил, электрическая лампочка не зажжется до тех пор, пока ток не достигнет нити накаливания. Вы подключаете ее к электричеству, и в тот же миг лампочка оживает. Она всегда ждет, когда ток достигнет ее. Но электрический ток не может проявиться сам по себе, даже протекая по проводу; он также нуждается в лампочке. Для того чтобы засиял свет, одинаково нужны и ток, и лампочка. Жизненная сила скрыта внутри нас, но она не может проявить себя, пока не достигнет центра, в котором такое проявление возможно.

Живыми нас можно только назвать. Неужели вы думаете, что дышать — значит жить? Неужели для вас переваривание пищи есть признак жизни? Разве жизнь заключается только в том, чтобы вечером ложиться в постель, а утром вставать? Разве жизнь — это взросление ребенка, затем старение и смерть? Возможно ли, чтобы жизнь состояла только из рождения и смерти? Или целью является оставить после себя потомство?

Нет, ибо на подобное способны даже машины. Если не сегодня, то завтра механизмы будут проделывать все это. Дети уже рождаются из пробирок Детство, юность и старость — процессы механические. Машина также проходит свои периоды юношеской активности и старения. Любой механизм имеет свое детство, зрелость и старость. Вот и при покупке часов к ним прилагается гарантия работа на определенное количество лет. Часы будут молоды, стары, затем умрут. Любой механизм рождается, живет, а затем умирает. Поэтому то, что мы обычно называем жизнью, является автоматическим процессом.

На самом деле жизнь — нечто совершенно иное. Если мертвая лампочка так никогда и не познает силу тока, она будет считать, что это и есть жизнь. Когда порыв ветра качнет ее, она скажет «Я жива, потому что качаюсь». Лампочка воспримет это как свою жизнь, свою жизненную силу. Но что сказала бы лампочка, имей она способность говорить, когда электрический ток впервые коснулся ее? Она воскликнула бы: «Это неописуемо! Не знаю, что произошло со мной. Всего лишь мгновение назад я была сплошной темнотой, теперь же все свет, и потоки его струятся во все стороны». Что сказало бы маленькое семя в день своего превращения в дерево? А вот что: «Не знаю, что произошло со мной. Подобное невозможно описать словами. Случившееся за пределами моего понимания. Вряд ли причина происшедшего только во мне».

Следовательно, те, кто познал Бога, не утверждают, что поняли все сами, они лишь подчеркивают, что не могут обнаружить связь между тем, какими были и какими стали. Они говорят «Там, где раньше была тьма, сияет свет. Прежде мы были шипами; теперь же мы — распустившиеся розы, само цветение. Тогда мы были заморожены смертью, отныне же цветем жизнью». «Нет, нет, — добавят они, — мы не понимаем. Это все Его милость; это произошло по Его велению, а не благодаря нашим усилиям».

Однако это не означает, что усилия не нужны. Правда, что, познав Бога, чувствуешь: это Его благодать. Но, чтобы удостоиться ее, необходим длительный путь, огромные усилия. Что же это за усилия?

В некотором смысле усилие мало, но в ином — огромно. Оно мало, поскольку центр находится близко. Расстояние между местом, где хранится энергия, и точкой, в которой открывается истинный взгляд на жизнь, не очень велико, всего несколько футов. Вся наша жизненная структура ограничена пятью-шестью футами; все наше устройство заключено в таком небольшом пространстве.

Место, где хранится жизненная энергия, похоже на кунду, своеобразный резервуар вблизи сексуального центра; вот почему эту энергию называют Кундалини, словно это кунда, или бассейн с водой. Кроме того, такое название связано с тем, что энергия похожа на свернувшуюся во сне змею. Если вы видели спящую змею, то вам известно, что она лежит, положив голову поверх колец. Стоит только потревожить дремлющую змею, как она тотчас проснется и поднимется во весь рост. Эта энергия называется Кундалини еще и потому, что резервуар жизненной силы, или зерно жизни, расположен рядом с сексуальным центром. Именно отсюда жизнь распространяется во всех направлениях.

Хорошо бы запомнить, что маленькое удовольствие, получаемое нами от секса, не является собственно удовольствием от секса, на самом деле оно приходит в результате вибрации, возникающей на поверхности резервуара витальной энергии во время сексуального акта. Спящая змея лишь слегка шевелится во время сексуального акта, а мы считаем это главным жизненным удовольствием. Мы абсолютно не осознаем, что происходит, когда змея просыпается и проходит сквозь все наше существо, достигая наивысшего и конечного центра, расположенного в мозгу. Мы абсолютно не отдаем себе в этом отчета.

Мы обитаем на первой ступени лестницы жизни. Есть и другие ступени, более значимые, которые ведут к Богу. Маленькое расстояние внутри нас, занимающее два-три фута, в ином смысле очень велико; это расстояние между природой и Богом, между материей и духом, между смертью и бессмертием. Это расстояние огромно. Но внутри нашего существа есть и маленькое расстояние, которое мы можем преодолеть во время медитации.

Если вы собираетесь пробудить спящую внутри вас энергию, вам следует знать, что это не менее опасно, чем потревожить дремлющую змею. Вообще-то тревожить спящую змею не гак уж и опасно, потому что, во-первых, девяносто семь процентов змей не ядовиты; они безвредны. И даже если кто-то умирает от их укусов, то происходит это не из-за самого укуса, а в результате мысли о его ядовитости. Девяносто семь змей из ста никого не убивают, хотя многие скончались от их укусов. Они умирают из-за своей веры в то, что после укуса змеи человек не может выжить. А когда вера захватывает целиком, она становится реальностью. Заигрывание с действительно ядовитыми змеями тоже не гак уж опасно: самое страшное, что они могут сделать, это лишить вас тела, Но заигрывание с энергией Кундалини действительно опасно; нет ничего более грозного. Так в чем же заключается опасность?

В некотором роде это тоже смерть. Если внутренняя энергия проснется, вы умрете для того вида, в каком находитесь сейчас, и родится абсолютно новая индивидуальность — та, которой вы никогда не были до своего пробуждения. Именно этот страх мешает людям стать религиозными. Тот же самый страх, если он охватывает семя, мешает ему превратиться в дерево. Самую большую опасность для семени представляет то, что ему придется раствориться в земле, питаться водой и удобрениями, а затем умереть как семени. Та же опасность, когда птенец разбивает скорлупу, поджидает и яйцо. Тогда ему приходится умереть как яйцу, чтобы превратиться в птицу. Точно также и мы находимся в состоянии предшествования тому, что должно родиться. Мы напоминаем яйцо, которому предстоит стать птицей. Но мы возводим яйцо в ранг конечного результата и обстраиваемся в нем.

Когда энергия Кундалини поднимется, вас больше не будет, у вас нет ни единого шанса на выживание. И если вы испугаетесь, то вас ждет то, что Кабир описал в своих несравненных строках. Кабир сказал прекрасную вещь: «Единственный нашел он это, прыгнув в море. А я, глупец, застыл близ пенных волн, хоть поиск привел меня на нужный берег». Когда некто поинтересовался у Кабира, почему тот остановился, поэт ответил: «Он не испугался пучины и нашел, я же остался ни с чем, боясь утонуть».

Найти можно, лишь нырнув в глубину. Важна готовность утонуть, исчезнуть. Если такое можно выразить одним словом — хотя оно не из приятных, — это смерть, готовность умереть. Тот, кто боится утонуть, конечно же, выживет, но только как яйцо; никогда он не превратится в птицу, умеющую летать. Тот, кто боится утонуть, конечно же, выживет, но только как семя; никогда он не станет деревом, под сенью которого найдут приют сотни путников, Но перспектива выжить в качестве семени.. Такая жизнь хуже смерти.

Так что это большая опасность. Она заключается в том, что личность, которой я был до вчерашнего дня, не выживет; проснувшаяся энергия полностью изменит, трансформирует меня. Пробудятся новые центры, родится новая индивидуальность, придет новый опыт — все будет новым. Если вы готовы к переменам, следует набраться мужества и порвать с прошлым.

Но прошлое держит нас мертвой хваткой, не позволяя витальной энергии поднять голову, устремиться ввысь.

Путь к Богу — это путешествие в опасность. Но цветы жизни и красоты распускаются только в опасности. Поэтому мне следует сказать вам несколько важных слов об этом путешествии — и еще столько же не столь важных.

Во-первых, я надеюсь, что, встретившись завтра утром, чтобы начать путешествие к пробуждению жизненной силы, вы рискнете всем, ничего не оставляя про запас, — ставка в игре немалая. Выиграет только тот, кто рискнет всем. Если вы утаите хотя бы крупицу, то проиграете. Невозможно семени сохранить некую часть себя в качестве семени, а остальному позволить превратиться в дерево. Если семя умирает, то полностью, если же сохраняет себя, то тоже полностью. Нет ничего, подобного частичной смерти. Так что, если вы удержите хотя бы частицу себя, весь труд пойдет насмарку. Пожалуйста, отделайтесь от себя полностью, тотально. Как только появляется попытка вернуть хоть что-то, теряется все.

Я слышал, что, когда в Колорадо открыли первое месторождение золота, туда ринулась вся Америка. Прошел слух, что если купить там хоть клочок земли, то на нем обязательно отыщется золото. Люди кинулись покупать землю. Один мультимиллионер распродал свою недвижимость и на все деньги купил целую гору. Установив мощное оборудование, он начал широкие разработки. Пока люд победнее вручную выискивал золото на своих крохотных участках, магнат вел работы с помощью современного оборудования.

Он и его рабочие трудились изо всех сил, но на золото не было и намека. Хозяин истратил все состояние на эту авантюру. В полном отчаянии он сообщил семье о банкротстве.

В итоге он поместил в газете объявление о продаже своего участка и всего оборудования. Члены его семьи сомневались: «Но кто купит это? Всем известно, что на твоем участке нет золота, ты истратил миллионы впустую. Только безумец может купить эту землю». Но человек ответил: «Кто знает? Возможно, есть еще один такой, как я».

И желающий действительно нашелся. Экс-мультимиллионер хотел было предупредить покупателя, что это безумный поступок, но так и не набрался мужества, боясь, что не сможет продать землю. Наконец участок был продан. После завершения сделки старатель-неудачник сказал покупателю: «В своем ли вы уме? Неужели вам не известно, что я продаю землю, ставшую причиной моего банкротства?»

Покупатель усмехнулся: «Жизнь — штука непредсказуемая. Возможно, там, где вели разработки, золота нет, но как вы можете утверждать, что его нет там, где вы не копали?» Вывший мультимиллионер согласился.

И, как это иногда бывает, чудо случилось. Золотоносную жилу отыскали всего на фут глубже того уровня, на котором остановил поиски прежний владелец. Бывший магнат почувствовал себя вдвое несчастнее, узнав, что его участок полон золота. Он посетил нового владельца и поздравил его с удачей, но тот ответил: «Дело не в удаче. Просто вы не полностью отдали себя делу. Вы повернули назад, не закончив разработки. Следовало копать глубже».

Подобные вещи случаются в жизни каждый день. Я знаю многих людей, ставших на путь исканий Бога, — но они не прошли его до конца либо не посвятили себя цели полностью и столкнулись с разочарованием. Много раз они расходились с Божественным всего на дюйм; когда Бог уже пребывал лишь в дюйме от них, они поворачивали обратно. Много раз я был очевидцем того, как ищущий поворачивал обратно в тот момент, когда находился почти у цели!

Поэтому помните: не жалейте даже малой частицы себя, поставьте на карту все. Да много ли в нас того, что достойно цены обретения Господа? Мы нищие даже в этом. Нет, такое определение не подходит. У врат Божественного нет места нищете. Здесь придется поставить все. А предложить нам особенно нечего. Вопрос не в том, сколько мы имеем, а в том, в силах ли мы предложить действительно все. Ибо, только предложив все, мы прикасаемся к центру, где находится жизненная сила и откуда она начинает двигаться вверх. Но почему я настаиваю на тотальном риске?

Дело в том, что только тогда, когда вся наша энергия направлена на медитацию, возникает потребность в энергии, покоящейся в резервуаре, в ее пробуждении и поднятии. Только в этом случае жизненная энергия начинает пробуждаться, но не прежде. До этого момента она дремлет в кунде — бассейне. Пока хотя бы часть нашей энергии остается не использованной, можно полагаться только на нее. Резервная же сила может быть использована, когда нашей собственной энергии уже не осталось. Только тогда возникает потребность в жизненной энергии Кундалини. И центр пробуждается, когда мы рискнули всем. Только тогда возникает потребность качать энергию из резервуара, из центра, а не наоборот.

Например, я предложу вам побегать, и вы начнете делать это. Затем я попрошу вас бежать изо всех сил, и вы побежите с удвоенной силой. Но на самом деле вы не вложили всю свою силу в бег, хотя и считаете, что бежите изо всех сил. Наутро вам предстоит участвовать в продолжительном забеге, и тогда вы обнаружите, что бежите быстрее, чем накануне, ваша скорость увеличилась. Именно из-за того, что это соревнование, вы и бежите в полную силу. Но даже теперь ваш бег не тотален. Завтра некто нападет на вас с оружием, и вы помчитесь как ветер. Потом вы удивитесь, так как не предполагали, что можете бегать с такой скоростью. Теперь бегом вы спасали свою жизнь. Откуда появилась энергия? Она тоже ваша, просто до поры до времени спала глубоко внутри вас.

Однако даже этой энергии не достаточно для медитации. Даже когда вы спасаете жизнь, убегая от направленного на вас дула пистолета, вы не используете всю свою мощь. Б медитации вам придется рискнуть гораздо большим. Вы должны предложить действительно все. И в момент, когда вся ваша энергия будет задействована, выяснится, что вы связаны с некоей иной энергией, что спящая в вас энергия начинает просыпаться.

Безусловно, вы ощутите пробуждение этой необыкновенной энергии. Ощущение будет подобно неожиданному удару электрического тока. Вы почувствуете, как внутренняя энергия, сосредоточенная на уровне сексуального центра, начнет подниматься. Энергия эта горяча, как бушующее пламя, и в то же время она так живительна, так прохладна, как утренний ветерок Она жалит, как острие шипа, и одновременно нежна, как прикосновение цветка.

Многое произойдет, когда эта энергия начнет свой подъем, Пожалуйста, не задерживайтесь нигде во время подъема энергии. Вручите себя существованию, как плывущий по реке отдается на волю волн, Короче говоря, просто «позвольте» — вот ключ.

Теперь второе. Вначале вам придется рискнуть всем; затем нечто начнет происходить с вами, тогда тотально доверьтесь этому «нечто». Таково второе условие. Доверьтесь и просто плывите, как плывут по течению. Просто плывите с этим. Вы должны быть готовы отправиться туда, куда течение реки отнесет вас. Правда, до определенного момента вы должны провоцировать энергию, но, когда та проснется, просто доверьтесь ей, отдавшись в ее руки. Здесь начинается действие Высших сил, нам больше не о чем беспокоиться. Остается только плыть по течению.

И третье по мере поднятия энергии начнут происходить удивительные вещи. Следите, чтобы не испугаться, потому что новый опыт всегда пугает. Покидая уютную утробу матери, ребенок пугается. Психологи называют это родовым шоком — переживанием, которое человек никогда не забывает, которое преследует его на протяжении всей жизни. Детский страх перед новым начинается в момент рождения, ведь девять месяцев ребенок развивался в полной безопасности материнской утробы. Там не о чем было беспокоиться, не надо было дышать, есть, плакать или действовать самому — мать делала за ребенка все. Он пребывал в состоянии полного покоя и отдыха. Выйдя же из утробы матери, младенец встречается с абсолютно новым, враждебным миром. Это первый шок — именно в преддверии жизни страх впервые охватывает нас.

Вот почему все боятся нового; цепляются за старое и панически боятся нового. Первым опытом жизни является переживание страха перед новым, понимание того факта, что новое приносит проблемы. Материнская утроба была гораздо лучшим местом, чем этот мир, Вот почему большинство наших изобретений, используемых в повседневной жизни, по форме сходны с материнской утробой. Наши подушки, диваны, машины, гостиные — все они напоминают материнскую утробу. Мы пытаемся сделать их столь же уютными, но нам это так и не удается. Итак, первым переживанием после выхода из утробы является переживание страха перед новым.

Переживание пробуждения Кундалини, изначальной энергии, — опыт новый и более значительный, чем детское переживание, ибо физическое рождение происходит только на уровне тела, в то время как пробуждение Кундалини имеет место на уровне души. Следовательно, происходит абсолютно новое рождение. Поэтому человека, пережившего подобный опыт, мы называем брамином. Брамин — значит «дважды рожденный».

Когда пробуждается энергия Кундалини, случается второе рождение. В этом рождении вы выступаете в двойной роли — вы и мать, и ребенок Вы совмещаете в себе все. Следовательно, вы подвергнетесь двойному страданию — боли рождения и шоку от подстерегающей вас опасности. По этой причине переживание опасно. Кроме травмы страха перед неизвестным, вам придется испытать родовые муки, как переживает их мать, — ведь вы и мать, и ребенок одновременно. Вы родились, но не существует отдельно матери и отдельно ребенка. Вы рождаетесь, но и даете жизнь; ваше рождение происходит через вас. Поэтому боль может быть очень сильной и жестокой.

Недавно один человек посетовал, что во время медитации кто-то рядом кричит и плачет, поэтому, сказал он, подобные эмоции следует подавлять. Нет, пусть тот другой плачет и кричит, Ведь только ему известно, что происходит внутри него. Женщина кричит, давая жизнь ребенку, другая же, не имевшая детей, может сказать: «Почему ты кричишь? Коль уж ребенок рождается, позволь ему выйти Зачем же стенать?» Простим такое женщине, не испытывавшей родовых мук. А уж тем более мужчины никогда не поймут страданий, переносимых женщинами во время родов, ибо не могут испытать такого сами.

Однако в медитации мужчина и женщина становятся похожи — в том смысле, что им всем придется стать матерями. Боль и страдание не следует подавлять. Не призывайте взять себя в руки человека, с криком катающегося по земле. Что бы ни случилось, позвольте этому происходить свободно, не подавляйте себя. Произойти может все что угодно. Кто-то почувствует, что левитирует, другому покажется, что он расширяется, а третий ощутит сжатие. Возможны разнообразнейшие переживания; нет необходимости перечислять их. Многое может произойти; опыт каждого будет нов и уникален. Поэтому не стоит беспокоиться и пугаться.

Если кому-то будет что сказать, он может подойти ко мне в полдень и побеседовать индивидуально. Не обсуждайте происходящее между собой. Если что-то произошло с вами, вовсе не обязательно, что то же самое происходит и с другими. Если вы поделитесь своим переживанием с тем, кто не испытал ничего подобного, он просто рассмеется и скажет, что вы сошли с ума. У всякого свои мерки, вот почему каждый считает правым только себя, всех же остальных — ошибающимися. Даже если над вами не станут смеяться, то скажут недоверчиво, что ничего подобного с ними не происходило.

Это переживание настолько личное и субъективное, что лучше ни с кем не делиться своими ощущениями. Не следует вмешивать сюда даже мужа или жену, потому что в этом отношении никто не может быть близок. В подобном аспекте очень трудно понять другого человека; в данном случае понимание чрезвычайно затруднено. Кто угодно может сказать, что вы сошли с ума. Люди не доверяют даже Махавире и Иисусу, не говоря уже о вас. В день, когда Махавира без одежд стоял на дороге, его, должно быть, окрестили сумасшедшим. Махавира знал, что ему предназначено обнажиться, но его объявили безумцем.

Итак, необходимо не обсуждать своих переживаний с другими. Более того, как только вы начнете разговаривать с кем-то, ему не хватит мудрости остаться спокойным; он обязательно скажет что-нибудь. И это «что-нибудь» само по себе может оказаться препятствием для вашего нового переживания. Так что, если с вами что-то происходит, обсудите это со мной, а не с кем-то другим. Я здесь для того, чтобы вы обсуждали со мной свои проблемы.

Перед медитацией лучше воздержаться от еды, но можно выпить чая или воды. Одежда должна быть свободной, потому что даже она может повредить на уровне тело-ума. В момент поднятия энергии одежда создает множество препятствий. Важно помнить, что уже за полчаса до медитации следует пребывать в молчании. Во время наших трехдневных медитаций лучше оставаться в полном молчании; не следует тревожить друг друга.

Если вы не можете молчать, следите за тем, чтобы говорить как можно меньше. Ограничивайтесь минимумом, будто составляете текст телеграммы. Посылая телеграмму, вы тщательно отбираете слова, ведь даже в обычной жизни за каждое слово приходится платить; слово действительно дорого.

Таким же образом следует обращаться и с органами чувств. Например, все меньше и меньше нагружайте глаза. Обращайте взор к земле или устремляйте его в небеса. Что же касается других людей, то смотрите на них как можно меньше, ибо большинство наших ментальных ассоциаций связано с человеческими лицами, а не с деревьями, облаками или морем. Смотрите на деревья, облака, воду — они не станут причиной зарождения мысленного вихря. Лица людей, напротив, моментально поднимут в уме целую вереницу мыслей. Прогуливаясь, опустите взор и удерживайте его на расстоянии четырех футов перед собой. Пусть глаза будут полуприкрыты, чтобы можно было концентрироваться на кончике носа. Этого достаточно. Помогайте другим в том, чтобы они видели и слышали как можно меньше.

Во время усиленных занятий медитацией не следует пользоваться радио, телевидением, читать газеты. Чем больше отдыха вы предоставите своим органам чувств, тем лучше. Чем дольше будете отдыхать, тем больше накопите энергии для медитации; иначе вы просто истощите себя. Большинство из нас истощено и использовано, наподобие использованных картриджей. За двадцать четыре часа мы полностью истощаем себя; мы ничего не сохраняем. То малое, что восстанавливается во время сна, мы сразу начинаем тратить, едва встаем с постели. Расточительство начинается с просматривания газет, включения радио или телевизора. Мы не имеем ни малейшего представления о том, что такое сохранение энергии, какое огромное количество энергии может быть сохранено.

Для медитации требуется много энергии. Если вы не накопите достаточного количества ее, вскоре устанете и иссякнете. Кое-кто говорит мне, что устает даже после часа медитации. Но виновата в этом не медитация. Причина в том, что, истратив всю свою энергию впустую, вы оказались в точке истощения. Вы не подозреваете, что растрачиваете энергию, даже просто глядя на предмет. Воспринимая звуки, вы тоже тратите энергию. Даже в процессе мышления энергия вытекает из вас. Тратится она и на разговоры. Что бы ни делали, мы расплачиваемся энергией. Ночью, однако, немного энергии сохраняется, ибо во время сна наша деятельность резко ограничена, — хотя некоторое количество энергии расходуется даже во сне. Но это совсем иное дело. Сохранив немного энергии во время сна, утром мы чувствуем себя отдохнувшими.

Во время медитационного лагеря будет практиковаться час молчания. Этот час тишины станет ожиданием неизвестного. Вам неведомо, кто придет, и все же он придет. Вы не знаете, что услышите, и все же услышите, Вам неведомо, что вы можете увидеть, и все же увидите. Целый час вы будете сидеть в молчании, ожидая неизвестного гостя, которого никогда не видели и не слышали прежде. Вы можете сидеть или, если вам так больше нравится, прилечь. Главное — будьте принимающими весь этот час, пассивными, но восприимчивыми к тому, что приходит или собирается прийти. Позвольте этому просто происходить. Оставайтесь пассивными, но бдительными. В тишине, самой этой тишиной я попытаюсь передать вам то, что хотел бы сказать. Возможно, через молчание вы поймете то, что не поняли посредством слов.

Постарайтесь оставаться в одиночестве, ибо, коль скоро ваше желание — встретить Бога, сделать это можно только в одиночку; никто не пойдет с вами. Знайте, что вы одинокие странники; это путешествие одиночества к одиночеству.

И последнее: не сетуйте и не жалуйтесь ни на что. Постарайтесь принимать все, что происходит. Для этого есть свои причины: сетующий ум не может находиться в состоянии покоя. Наши жалобы так мелки, теряем же мы много. Принимайте все как есть и наслаждайтесь; тогда, возможно, вы не станете жаловаться до конца своих дней. Ведь вы поймете, как спокойна и радостна жизнь без постоянных жалоб.

Я открыл вам причину моего присутствия здесь. Мне неведомо, почему вы здесь; но я встречусь с вами завтра в надежде, что вы здесь по той же причине, что и я. Обычно наши привычки слишком уродливы. Даже когда Будда стучится в наши двери, нам не терпится прогнать его, ведь мы считаем, будто приходят только с просьбами. Поэтому, когда кто-то приходит, чтобы дать, мы прогоняем и дающего. Так совершаются непоправимые ошибки. Надеюсь, вы не совершите подобного. Отриньте свои страхи перед мнением окружающих. Только так можно достичь Высшего. И тогда вам не придется повторять слова Кабира, вы сможете сказать: «Я не испугался, и я прыгнул».

Спасибо, что выслушали меня с такой любовью. Я преклоняю колена перед Богом, пребывающим в каждом из вас. Соблаговолите принять мое приветствие.

Глава 2

Материя и Бог — одно

(Наргол, Индия. 3 мая 1970 г.)

Вселенная — это экспансия энергии, а жизнь — кристаллизация ее. То, что мы воспринимаем как материю, как камень, тоже энергия. То, что кажется жизнью, что переживается как мысль, то, что воспринимается как сознание, — тоже трансформация энергии. Весь Космос — будь то океанская волна или сосновый лес, песчинка или звездное небо, либо то, что внутри нас, — все это проявление одной и той же энергии в разнообразных формах.

Трудно сказать, откуда мы начинаем и где заканчиваем. Точно так же трудно сказать, где проходит граница нашего тела. Тело, которое мы считаем своим пределом, не ограничивается самим собой. Если солнце, находящееся в сотнях миллионов миль от нас, остынет, мы постепенно вымерзнем. Это означает, что солнце всегда присутствует в наших телах, оно часть нас. Как только оно утратит свое тепло, мы умрем. Тепло солнца — это тепло наших тел.

Вокруг нас целый океан воздушных течений, из которого мы черпаем нашу жизненную энергию — дыхание жизни. Если она перестанет быть доступной нам, мы немедленно умрем. Так где же заканчивается тело? Следуя ходу наших рассуждений, можно утверждать, что вся Вселенная является нашим телом. Оно безгранично и бесконечно. Если поиск будет проведен правильно, вы обнаружите, что центр жизни находится везде, распространяется во всех направлениях.

Однако для того, чтобы узнать это, пережить на собственном опыте, необходимо самим стать живой энергией.

То, что я называю медитацией, просто иное название освобождения потока энергии, заблокированного внутри нас. Поэтому, когда вы начинаете медитировать, скрытая энергия может проснуться с такой силой, что произойдет соединение с внешней энергией. Но, как только такое соединение происходит, мы становимся маленькими листиками, кружащимися в бесконечном океане энергии. Мы утрачиваем наше отдельное существование и становимся едины с Безграничным.

Что же означает единение с Безграничным? И по сей день люди пытаются выразить это в различных формах, но сказать об этом невозможно. Кабир говорит:

«Я так искал Его, искал усердно.

И в поиске я потерял себя.

И Он был найден, лишь когда

меня не стало. Кому же рассказать

теперь о Найденном?

И есть ли для сего слова?»

Впоследствии Кабир полностью изменил описание своей первой встречи с Божественным. После той встречи с Богом поэт сказал, что капля растворилась в океане. Он написал следующее.

«В бессчетных поисках, о други, как в тумане,

Утратил, потерял себя Кабир —

Та капля растворилась в океане;

Так можно ль отыскать ее, вернуть в сей мир?»

Кабир потерял себя во время поиска. Капля растворилась в океане; следовательно, как можно отыскать ее? Но он изменил свои слова гораздо позже, и это изменение очень существенно. Как признался Кабир, ранее он ошибался. Капля не растворилась в океане, онапоглотила океан. Растворись капля в океане, ее все же можно было бы отыскать, но гораздо труднее проделать подобное, когда океан растворяется в капле. В случае с каплей, растворенной в океане, капля все же может высказать свое мнение. Но гораздо труднее говорить, когда океан вливается в каплю. Поэтому позже Кабир написал:

Весь в поисках, о други (помните; не такли),

Утратил, потерял себя Кабир —

Весь океан вмиг растворился в капле;

Так можно ль отыскать ее,

Вновь ввергнув в этот мир?»

Итак, ошибкой было говорить, что капля растворилась в океане.

Также неправильно утверждать, что, оставаясь липа вибрацией энергии, мы вливаемся в океан; все как раз наоборот. Когда мы становимся лишь вибрацией, океан энергии входит в нас. На самом деле очень трудно сказать, что же происходит. Но это не означает, что мы не осознаем происходящего. Следует помнить, что переживание и выражение этого переживания не всегда идут рука об руку. Не всегда можно выразить то, что нам известно. Наша способность к познанию безгранична, но возможности словесного выражения очень ограничены.

Даже незначительные переживания, не говоря уже о великих, не всегда можно выразить словами. Так, трудно описать сердечный приступ. Если чье-то сердце разрывается от любви, облечь это в слова практически невозможно. Это, однако, незначительные переживания. Когда же сам Господь нисходит в нас, тем более невозможно описать подобное словами. Но тем не менее мы знаем это, знаем в точности.

Однако после познания этого для нас очень важно просто стать во всех отношениях вибрацией энергии, и ничем меньшим, — словно мы буря, шторм, бурлящий фонтан энергии; следует позволить себе вибрировать с такой силой, чтобы каждая клеточка нашего существа, каждый удар сердца, каждый вдох и выдох были наполнены такой жаждой, такой молитвенностью, таким ожиданием, что и сами мы стали бы жаждой, молитвой и ожиданием. Пусть исчезнет само наше существо. Только в такой момент мы встречаемся с Божественным. И эта встреча происходит не снаружи, а внутри, как я уже говорил.

Спящая змея — спящий центр — находится внутри нас. Именно из этого спящего центра энергия поднимается вверх и распространяется во все стороны

Семя, из которого распускается цветок, сокрыто в душе. Чтобы соединить семя и цветок, следует создать между ними стебель. Цветок сокрыт внутри семени; сам по себе он не выберется наружу. Для того чтобы он проявился, необходим соединяющий стебель. Стебель, однако, тоже произрастает из семени, как и цветок Точно так же и в нас заложена сила семени. Ей необходим стебель, чтобы подняться; стебель же также находится внутри нас.

Путь, по которому сила семени проходит вверх и достигает цветка, расположен очень близко к позвоночнику. Цветку дано множество имен, Те, кто достиг, говорят, что он похож на тысячелепестковый лотос. Нечто распускается и цветет у нас в голове, напоминая тысячелепестковый лотос.

Однако для цветения необходимо, чтобы энергия поднялась от основания и достигла вершины, центра мозга. И, когда эта энергия начнет восхождение, она сотрясет все ваше существо, словно во время землетрясения. Это сотрясение нельзя останавливать; ему следует помогать. Обычно мы пытаемся подавить его. Многие приходят ко мне, рассказывая, как они боятся того, что происходит с ними во время медитации, Но, пребывая в страхе, невозможно достичь прогресса. Страх — самое нерелигиозное состояние ума. Нет большего греха, чем страх. Возможно, это самый тяжелый камень на шее, тянущий нас вниз.

Мы подвержены странным страхам, они так незначительны! Некоторые признаются, как они боятся пересудов о себе. Подумайте — страх перед мнением окружающих может заставить вас отказаться от встречи с Богом!

Цивилизованный человек разучился смеяться от души; он забыл, что такое слезы Вряд ли найдется такое чувство или эмоция, которую он переживает глубоко. В тех или иных ситуациях он постоянно оценивает себя со стороны; он непрестанно пребывает в состоянии лимбо*. Он боится собственного смеха, собственных слез. Что же касается мужчин, то они вообще перестали плакать. Сильный пол даже не догадывается, что слезы — это одно из проявлений жизни, значительная ее часть.

Мы не представляем, что человек, не умеющий плакать и рыдать, теряет нечто неизмеримо важное — жизненный базис; часть его жизни блокируется навсегда и, словно тяжелый камень, висит на нем.

Те, кто стремятся достичь места пребывания энергии, кто хотят совершить паломничество к храму высшей энергии, должны отбросить все страхи. Если тело начнет вибрировать, дрожать или танцевать, позвольте этому произойти легко и спонтанно.

Вы удивитесь, узнав, что все техники йогических асан — положений тела — были случайно открыты во время медитаций, различных медитативных состояний. Никто специально не выдумывал эти позы. Сначала во время медитации тело принимало различные положения, и только впоследствии их классифицировали как йогические. И наконец была обнаружена взаимосвязь между телом и умом; когда ум находится в определенном состоянии, тело принимает определенное положение. Затем пришли к предположению, что, если тело примет определенную позу, ум последует за ним, входя в соответствующее состояние.

Известно, что, когда возникает желание плакать, на глаза наворачиваются слезы. Следовательно, если глаза полны слез, мы плачем внутри. Это две стороны одного и того же феномена. В гневе мы инстинктивно сжимаем кулаки; когда мы злы, наши зубы стиснуты, а глаза краснеют. Когда гнев бурлит внутри, руки поднимаются в готовности обрушиться на голову противника. Когда же нас посещает любовь, мы не сжимаем кулаки и не скрежещем зубами — но, с другой стороны, с нами все равно что-то происходит. В состоянии влюбленности, даже если наши кулаки сжаты, они постепенно расслабляются и ладони инстинктивно раскрываются, налитый кровью взгляд успокаивается. У любви свои способы выражения.

Точно так же и у тела свои собственные средства для выражения различных состояний медитации

Попытайтесь понять это следующим образом: если вы потревожите некоторое положение тела, вскоре окажется разрушенным и соответствующее ему состояние ума. Если вам предложат разгневаться, но не сжимать кулаки, не стискивать зубы, сможете ли вы разозлиться? Нет. Как вам удастся выразить гнев, не используя тело соответствующим образом? Вы не сможете гневаться, не позволяя выразиться этому чувству в движениях тела. Если вам велят любить, не позволяя глазам наполняться эликсиром любви, а ее волнам проходить по телу, не ускоряя дыхания, — короче говоря, не позволяя телу никоим образом выражать любовь, — вы скажете: «Простите, но это очень трудно; я не могу».

Поэтому, если во время медитации ваше тело начнет двигаться, изгибаться, а вы попытаетесь подавить его движения, вы нарушите внутреннее состояние медитации и в результате не продвинетесь ни на шаг.

Все йогические асаны стали доступны человеку благодаря различным медитативным состояниям. Точно таким же образом развились и мудры — иначе мы называем их жестами Вы видели множество статуй Будды, запечатлевших различные мудры, Йогические положения рук также отражают определенные состояния ума, Развилась целая наука о мудрах, Теперь по вашему внешнему виду, по положению тела и рук можно судить о том, какие внутренние состояния вы переживаете.

Поэтому старайтесь не подавлять движений своего тела.

По моему внутреннему убеждению, танец родился из медитации. Мне кажется, все жизненно важное уходит своими корнями в медитацию. Меере не нужно было учиться танцу. Люди ошибаются, считая, что Меера обрела Бога через танец Меера выплеснулась танцем, когда она нашла Бога. Что, кроме танца, остается капле, когда целый океан вливается в нее? Что остается нищему, как не танцевать, когда он неожиданно встречает на своем пути несметные сокровища?

Однако человек настолько подавлен и изуродован цивилизацией, что не в состоянии танцевать. Убежден — для того, чтобы вновь сделать этот мир религиозным, необходимо вновь обрести естественное состояние жизни человека — его спонтанность, непринужденность.

Поэтому, когда во время подъема медитативной энергии все ваше существо пускается в танец, не мешайте телу, не подавляйте его движений. Иначе все достижения сведутся на нет; то, что должно было бы случиться, не произойдет. Как мы трусливы! Мы говорим: «Если я начну танцевать, как воспримет это жена? Что скажет сын, сидящий рядом?» Вот наши опасения: «Начни я танцевать, что подумает обо мне муж? Еще скажет, что я сошла с ума». С такими страхами невозможен прогресс путешествия внутрь себя

Кроме положений тела и рук — асан и мудр — случается многое другое.

Полгода назад ко мне пришел один мыслитель, посетивший бессчетное количество святых и гуру, монастырей и ашрамов. По его словам, несмотря на то, что он все понимает, с ним ничего не происходит. Я ответил, что в этом виноват только он сам, ибо не позволят ничему происходить. Сильно опечаленный, человек задумался, услышав мой ответ, а затем сказал: «Раньше мне это не приходило в голову. Возможно, Вы правы. Как-то, участвуя вместе с Вами в медитации, я услышал неподалеку плач, и это насторожило меня. Я весь сжался, пытаясь тоже не расплакаться, так как боялся косых взглядов окружающих».

Я ответил этому мудрецу: «Какое тебе дело до других? Кто они тебе? Они не избавят тебя от смерти, когда ты подойдешь к порогу, не разделят твои несчастья и нищету, если ты окажешься в трудном положении. Они не осветят тебе путь, если заплутаешь в темноте. Но они мгновенно начнут чинить препятствия, лишь только твой собственный свет зажжется. В конце концов, кто они такие? Кто на самом деле преграждает тебе путь? Не кто иной, как ты сам. Свои собственные страхи ты возлагаешь на «людей». Собственные страхи ты проецируешь на других».

Тогда посетитель кивнул: «Вполне возможно. Но я действительно испугался, услышав рядом с собой плач, и весь напрягся, чтобы подобное не произошло и со мной». Я же сказал: «Отправляйся в уединенное место, расслабься и позволь происходить всему, что приходит». Мой собеседник удивился: «Что Вы имеете в виду?» И я объяснил: «Если тебе захочется гневаться — гневайся. Если возникнет желание кричать, плакать, танцевать — позволь этому произойти. Если вздумается сойти с ума — стань безумным на этот месяц». Он возразил: «Мне это не по силам. Если я последую Вашим советам, полностью расслаблюсь, стану естественным и спонтанным, боюсь, что действительно сойду с ума».

Я сказал: «Какая разница, коль ты подавляешь свое безумие? Гнет его все равно здесь. Безумие уйдет, если ты позволишь ему выразиться, но оно останется с тобой навсегда, если будешь подавлять его».

Все мы многое подавляем. Не позволяем себе плакать и смеяться, бегать, играть и танцевать. Мы все подавляем. Закрывая все двери, мы оказываемся тюремщиками и узниками одновременно. Нам придется открыть все окна и двери, если хотим выйти наружу и встретить Бога. Но нас обуревает страх, потому что все скрытое и подавленное тогда становится явным. Если вы подавляли слезы, те потекут, если подавляли смех, тот вырвется взрывом хохота. Позвольте этим эмоциям выйти наружу, дайте им уйти.

Здесь мы пребываем в уединении, поэтому страх перед мнением других не должен влиять на нас. Эти сосны не обидятся, не скажут ни слова. Деревья ничего не боятся. Они шумят, когда им хочется, и спят, когда испытывают сонливость.

Расслабьтесь полностью и позвольте произойти всему, что придет изнутри. Не сопротивляйтесь. Танцуйте, кричите бегайте; даже падайте, если вам захочется упасть. Позвольте себе расслабиться, и тогда неожиданно обнаружите, что некая энергия внутри вас начинает подниматься спиралями; почувствуете, как просыпается неведомая сила. И еще вы обнаружите, что все закрытые двери приоткрываются; не позвольте страху захватить вас в этот момент. Тотально слейтесь с внутренним движением, с танцем кружащейся энергии; полностью затеряйтесь в нем. Тогда многое может произойти.

Это случается с легкостью. Но вы не готовы позволить этому произойти. Странно, что вас задерживает, отбрасывает назад столь незначительная безделица. В день, когда достигаете, вы оглянетесь назад и рассмеетесь над пустяком, которому позволили встать на своем пути.

Если у вас возникли вопросы, мы их обсудим, а затем перейдем к медитации.

?

Если в природе все бесцельно, тогда почему только человек вынужден иметь цель?

Несомненно, если вы сможете отбросить все цели, тогда не будет более значительной цели, чем эта. Наивысшее предназначение — быть естественным.

Однако человек настолько отдалился от природы, что даже для того, чтобы вернуть себе естественность, ему необходима цель — цель быть естественным. Это ужасно. Я советую следующее отбросьте все, отпустите. Но в данный момент намерения и цели настолько захватили нас, что в цель превращается даже стремление отказаться от цели. Нам придется отказаться от цели, а для этого потребуется усилие, хотя отказ не должен требовать усилий. Каковы же усилия, если необходимо отказаться от чего-либо?

Это правда, что цели нет ни в чем. Но почему? Причина не в том, что природа бесцельна; дело в том, что природе необходимо лишь то, что есть. Кроме этой, иной причины просто нет.

Распустился цветок, Он раскрыл свои лепестки не для кого-то конкретно, и уж тем более не для того, чтобы быть проданным на базаре. Цветку все равно, остановится ли прохожий, дабы насладиться его ароматом; цветку все равно, получит ли он золотую медаль на выставке цветов. Цветок просто расцвел, потому что цветение — его собственная радость. Само цветение является причиной цветения; оно самоценно. Поэтому можно сказать, что цветок распустился без какой-либо причины. Любая вещь может показаться в полной красе, только раскрываясь без всякой причины, ибо, как только возникает причина, цель, моментально возникают препятствия.

Если бы цветок распустился только затем, чтобы быть увиденным случайным прохожим, то что же произойдет, если прохожих не будет? Тогда цветок не будет цвести; он будет ждать, когда кто-нибудь пройдет мимо. Но, если цветок долгое время отказывается цвести, вполне возможно, что он не распустится, даже если кто-нибудь пройдет мимо, так как к тому времени привычка не цвести, привычка оставаться закрытым станет слишком сильна. Цветок распускается в полной красе, потому что для его раскрытия нет причины.

Таким должен быть и человек. Но трудность человека в том, что он забыл, что есть естественность, стал уродливо ненатуральным. Поэтому возвращение к естественности, спонтанности должно стать целью на некоторое время.

Когда я говорю о цели, то подразумеваю следующее: если в ногу впилась колючка, удалить ее можно, используя другую колючку. Некто подходит ко мне и говорит «В моей ноге нет никакой занозы. Зачем мне вытаскивать ее?» Тогда я отвечу: «Если вопроса не возникает,- зачем задавать его? Если колючки нет, то нет и вопроса. Если же колючка все-таки есть, потребуется вторая колючка, чтобы избавиться от первой».

Может возникнуть вопрос: «Если даже один шип доставляет такую боль, то зачем усугублять положение, вонзая в ногу еще один шип?» Первая колючка вызывает боль, но извлечь ее без помощи второй невозможно. Конечно, не следует оставлять вторую колючку из чувства благодарности. Подобное действие причинит вред. Как только заноза извлечена, следует отбросить оба шипа.

Как только лишенная естественности жизнь вновь станет естественной, необходимо отбросить как первую, так и вторую, потому что для тотальной естественности даже желание естественности становится помехой. Пусть происходит то, что происходит.

Нет, я не утверждаю, что цель нужна. Но я говорю о цели, потому что ваша жизнь уже переполнена различными целями. Баше тело пронизано столькими шипами, что их можно извлечь только при помощи других шипов.

Тот же друг спросил меня, является ли ум (мат), интеллект (будхи), мозг (читта) и эго (аханкара) отдельными элементами, либо это различные названия одного и того же явления. Отличны ли они от души, или атмана, либо они едины с ней; сознательны они или неосознанны и каково их специфическое место в жизни?

Во-первых, в этом мире материя и осознанность не являются отдельными понятиями. То, что мы называем материей, — всего лишь спящая осознанность; то, что известно как осознанность, — пробудившаяся материя. В реальности ум и материя — одно и то же, это различное выражение одного и того же. Существование целостно, едино; это единство и есть Бог, или Брахман. Когда оно спит, то проявляется в виде материи, когда же такое единство пробуждается, то это ум, или осознанность. Поэтому не следует делать различия между умом и материей; мы просто используем различные названия ради удобства. Но в действительности это одно и то же.

Даже наука пришла к выводу, что материи как таковой не существует. Удивительно, но, когда Ницше провозгласил, что Бог умер, ученые через полвека после этого объявляют, что Бог, возможно, умер, а может, и нет, но материя определенно мертва. По мере того как ученые все глубже исследуют материю, оказывается, что материи как таковой не существует, а есть только энергия, ничего кроме энергии.

После расщепления атома остаются только энергетические частицы. То, что известно как электроны, протоны и нейтроны, рассматривается как электрические частицы. Не совсем правильно называть их частицами, ведь частицы подразумевают материю. Ученые предложили новое слово — квант, — но оно имеет иное значение. Квант одновременно и частица, и волна. Довольно трудно понять, как нечто может быть одновременно и частицей, и волной, но именно это понятие обозначает квант. Иногда он проявляется как частица — то есть материя; а иногда как волна — то есть энергия. Квант обладает природой и волны, и частицы

Ученый, глубже продвигаясь в своих исследованиях, обнаруживает, что существует только энергия; духовные же поиски приводят к осознанию того, что существует только дух, душа, или Атман. А душа — это и есть энергия. Не за горами то время, когда наука и религия сольются воедино, исчезнет разделяющая их дистанция. Когда будет доказана ложность существования пропасти, якобы отделяющей материю от Бога, пропасть между наукой и религией не сможет просуществовать долго.

Если материя и дух едины, то как наука и религия могут быть разделены? Разделение науки и религии базируется на разделении духа и материи.

Для меня существует лишь одно, единое; двух понятий не существует. Места для дуальности просто нет, поэтому не возникает вопрос о материи и духе. Если вам нравится язык материи, можете говорить, что все есть материя. Если же предпочитаете язык осознанности, тогда можете утверждать, что все дух, или сознание. Лично я предпочитаю язык осознанности. Но почему? Потому что считаю естественным отдавать предпочтение Высшему; не следует предпочитать низшее, где гораздо меньше возможностей.

Например, скажем, что существует только семя, никакого дерева нет. В этом высказывании трудно усмотреть что-либо неправильное, потому что дерево — лишь трансформация семени. Но подобное утверждение таит в себе опасность. И состоит она в том, что некоторые семена могут сказать: «Если мы все равно лишь семена на всем пути роста, к чему тогда искать способ стать деревьями? Останемся такими, какие мы есть, — останемся семенами». Поэтому гораздо полезнее утверждать, что существуют только деревья, но не семена. Тогда для семени сохраняется возможность стать деревом.

Я предпочитаю язык осознанности — только так возможно пробуждение того, что спит, подобная возможность должна быть доступна всегда.

Материалисты и спиритуалисты очень похожи: они принимают только одно — либо материю, либо дух. Но есть между ними и различие. В то время как материалисты признают начальное и, следовательно, исключают высшее, спиритуалисты признают высшее, включающее в себя и начальное. Высшее всеобъемлюще, оно ничего не исключает. Мне нравится язык духовности; поэтому я могу сказать, что все есть сознание. Спящее сознание — это материя; пробудившаяся материя — это сознание. Все является сознанием.

Следующая часть вопроса касается того, являются ли ум, интеллект, мозг и эго — мат, будхи, читта и аханкара — отдельными элементами или это одно и то же. Это не различные вещи, но разные обличья того же самого ума. Точно так же вы можете спросить, являются ли отец, сын и муж различными индивидуальностями; разумеется, я отвечу отрицательно, потому что это один и тот же человек Известно, что тот же самый человек является отцом по отношению к сыну, сыном по отношению к отцу и мужем по отношению к жене. Один и тот же человек может быть другом одному и недругом другому. Один и тот же человек для одного хозяин, а для другого — слуга. Однако сам он остается тем же самым. В случае, если вы спросите, где дом этого человека, один ответит, что его хозяина здесь нет, другой скажет, что его слуга в том доме, что рядом с аптекой, некий молодой человек сообщив, что его отец живет вот гам, а женщина проинформирует вас, что ее муж владеет этим домом, и тогда вы придете к заключению, что все четверо — хозяин, слуга, отец и муж — живут именно в этом доме. Но остается фактом, что один человек исполняет различные роли по отношению к разным людям.

Так и наш ум действует по-разному. Надменный, он говорит: «Я — все, остальные по сравнению со мной — ничто», тогда ум выступает в роли эго. Это один из видов поведения ума. Это эго, если ум провозглашает: «Я — все». Если он объявляет остальных ничтожеством по сравнению с собой, то он — воплощенное эго.

Думая, размышляя, ум исполняет роль интеллекта, сознания. Если он не думает и не рассчитывает, а просто движется в неопределенном направлении, если он расфокусирован, мы называем это мозгом, или читта. Интеллект — это направленный ум, как, например, ум ученого, размышляющего над проблемой расщепления атома. Когда ум движется без определенной цели, это скорее сон или мечты, например стать мультимиллионером или президентом страны. Когда он расфокусирован, это читта. Тогда ум лишь кружится, оставаясь неорганизованным. И тот же ум является интеллектом, если следует четкой системе мыслей. Таковы различные способы выражения ума. Но это все тот же ум.

Меня спрашивают, отдельны ли ум, интеллект и разум от души, или атмана?

Считаете ли вы, что, когда над океаном поднимается шторм, океан и шторм различны? Когда океан тревожен и волнуется, мы называем это штормом. Точно так же и взволнованная, потревоженная душа в состоянии непокоя называется умом. Когда же ум успокаивается, это снова душа. Ум — беспокойное состояние души, а душа — спокойное состояние ума.

Иначе говоря, когда осознанность потревожена и взволнована, бурлит и мечется — это ум. Именно поэтому холодным умом невозможно осознать атман, или душу. По той же причине во время медитации ум останавливается. Но что значит — останавливается? Волны, вздымавшиеся в океане души, успокаиваются. Только после этого приходит знание того, что вы есть душа. До тех пор пока вы тревожны и беспокойны, вы воспринимаете себя как ум.

Беспокойный ум проявляется в различных формах — временами в качестве эго, иногда как интеллект, а еще как умственный хлам. Все это различные обличья беспокойного ума.

Душа и ум нераздельны, Так же нераздельны душа и тело; ибо материя, существование, реальность — едины, это одно, все является трансформацией одного и того же. Если вам известно это единство, всем конфликтам тела и ума, всем спорам придет конец. Как только вы познаете единое, останется только одно. Тогда поклоняющийся Раме* станет также приверженцем Раваны. Тогда вы не станете молиться Раме и убивать Равану. Вы либо станете поклоняться обоим, либо убьете их; потому что в них пребывает одно и то же.

Существование едино, выражения же его бесконечны. Истина одна, различны лишь формы. Бытие одно, лицам же его и жестам несть числа.

Однако невозможно понять это с точки зрения философа. Понимание приходит с опытом, Я говорю все это только в качестве объяснения, но мои слова не могут стать вашим знанием, вашим опытом. Вам предстоит познать это самим. Когда же вы сольетесь с Единым и познаете его, то воскликнете «Бог мой, то, что я знал как тело, — это Ты; то, что я знал как ум, — Ты; то, что я знал как душу, — тоже Ты!»

По достижении знания остается только Единое. И это Единое настолько огромно и значительно, что расстояние между знающим, познанным и знанием исчезает. В этот момент познающий и знание становятся одним. В Упанишадах вопрошается: «Кто есть тот, кто знает? Кто есть тот, кто познан? Кто есть тот, кто видел? Кто есть тот, кого видели?» Нет, не остается даже столь малого разделения, когда возможно отличить познающего от познаваемого и утверждать, что существуют оба. Исчезает даже ищущий. Любые расстояния и разделения исчезают.

Однако существование мысли без разделения и интервалов невозможно. Мысль вынуждена создавать промежутки. Она скажет: это тело, это ум, это душа, а это Бог. Она возведет барьеры между телом и умом, между душой и телом. Мысль привнесет разделения, которых не существует в действительности.

Почему же так происходит? Потому, что мысль не может включать и содержать тотальную целостность. Это узкая дверца, через которую возможно лишь фрагментарное видение. Разве можно охватить взглядом все огромное здание сквозь небольшой просвет в стене? Нет, сначала мы увидим стул, затем стол, потом хозяина дома и гак далее. Через маленький просвет можно увидеть только фрагменты, но никогда — целостность во всей ее полноте, ибо просвет слишком мал. Но когда я войду в дом или разрушу стену, я увижу всю целостность одномоментно.

Мысль — это лишь маленький просвет в уме, сквозь который мы пытаемся отыскать истину. Посредством мысли истина проглядывает фрагментарно; истина берется лишь частично. Но когда вы отпускаете мысль и входите в состояние не-ума, в пространство без мыслей, чем и является медитация, тогда можно видеть целое. В день, когда целое становится очевидным, мы восклицаем: «Боже, я видел Единое, но в разных формах!»

Однако подобное возможно только в результате личного опыта.

?

Сколько лет понадобилось Тебе, чтобы достичь состояния медитации?

Медитации достигают в одно мгновение, хотя многие жизни можно прождать у ее дверей. Вхождение — вопрос момента. Даже данное слово не совсем подходит, потому что «мгновение» — это слишком долго. Если я скажу, что все происходит в тысячную долю секунды, то тоже ошибусь, так как тысячная доля секунды — тоже время. Медитация является входом в безвременное пространство. Когда исчезает время, тогда и случается медитация, она просто происходит.

Поэтому тот, кто утверждает, будто ему нужно около часа, чтобы достичь состояния медитации, ошибается, ведь в момент вхождения в медитацию время исчезает, его просто нет. Медитация преодолевает временные рамки, она вне времени. Разумеется, можно провести сколько угодно жизней у ворот храма медитации, бродя вокруг да около; но это не даст возможности проникнуть во внутреннее святилище.

Я тоже провел множество жизней, кружа вокруг столь привлекательного храма. Когда же я вошел, то времени не потребовалось, это произошло вне времени и пространства.

Поднятый вопрос достаточно труден. Если некто станет вести отсчет времени, проведенного на задворках храма, ему потребуется бесконечное множество жизней. Сам подсчет затруднителен, ибо на это уходит огромное количество времени; оно не поддается исчислению. Но, если в расчет берется лишь вхождение, то о нем невозможно говорить в категории времени, потому что это происходит в промежутке между двумя мгновениями. Это случается, когда один момент уже прошел, но другой еще не наступил; это всегда происходит в промежутке.

Бот почему невозможно сказать, сколько времени понадобилось мне, чтобы достичь медитации. На это вообще не потребовалось времени, ведь невозможно проникнуть в Вечное посредством времени. То, что находится за пределами времени, невозможно познать через время.

Мне понятно то, о чем вы говорите. Вы можете слоняться вокруг храма сколько угодно — это словно хождение по кругу. Например, я начерчу окружность, обозначу центр и попрошу кого-нибудь достичь его. Даже множество жизней не помогут достичь центра, если человек будет продолжать двигаться по кругу; пусть даже он станет бегать изо всех сил — и это не поможет. Даже реактивный полет ничего не изменит. Что бы человек ни предпринимал — даже истратив весь запас энергии, — но если он будет продолжать бег по кругу, то никогда, никогда не достигнет центра. И на какой бы точке окружности он ни находился, между ним и центром всегда будет существовать дистанция. Поэтому бессмысленно интересоваться тем, сколько времени кто-то бегает по кругу. Он до сих пор на окружности, где расстояние между центром и бегущим прежнее. Достаточно странно, но расстояние остается таким же, каким оно было до начала гонки.

Если кто-то стремится достичь центра, он непременно должен оставить окружность. Ему придется прекратить бег и совершить прыжок. Когда же он достигнет центра, а вы зададите вопрос, как долго он бегал по кругу, чтобы достичь центра, что человек сможет ответить? Он скажет, что много путешествовал, бродя по замкнутому кругу, но не смог достичь. Если вы поинтересуетесь протяженностью пройденного пути, он вновь ответит, что любое расстояние бесполезно, поскольку таким образом он не смог достичь. Он скажет, что достиг только тогда, когда отринул все бесконечные путешествия и совершил квантовый прыжок

Так что вопрос времени и пространства не имеет значения в медитации. Медитация не случается во времени. Все мы уже потратили столько жизней напрасно. В тот день, когда медитация случится с вами, вы тоже не сможете ответить, сколько времени вам потребовалось. Нет, дело вовсе не во времени.

Некто спросил Иисуса: «Сколь долгим будет пребывание в Царствии Небесном?» Иисус заметил, что это трудный вопрос, и добавил: «Тогда больше не будет времени Вопрос о том, как долго возможно пребывание в Царстве Божием, очень труден, ибо там нет времени. Так можно ли подсчитать его?»

Поймите — то, что известно нам как время, нераздельно связано с нашими горестями, страданиями и печалями. В блаженстве нет времени; блаженство вне времени. Измерение времени — это измерение вашего несчастья. Чем более вы несчастны, тем длиннее время. Если ваш родственник лежит на смертном одре, ночь кажется такой длинной! Для настенных часов или календаря эта ночь будет точно такой, как и тысячи других, но для того, кто сидит у постели умирающего, она покажется почти бесконечной.

Бертран Расселл как-то сказал, что если бы ему пришлось предстать перед судом за все совершенные грехи и за те, которые он хотел совершить но не смог, то даже самый строгий судья заключил бы его в тюрьму не более чем на три-четыре года; а вот по словам Иисуса грешники будут страдать вечно. Это слишком несправедливо. Расселл сказал, что, даже если добавить несовершенные грехи к совершенным, его все равно не осудили бы больше чем на четыре года. «Но Божий суд обрек бы меня на вечные муки в аду, а это уж слишком», — добавил он.

Расселл мертв, иначе я не преминул бы сообщить ему, как неправильно он понял то, что хотел сказать Иисус. Иисус подразумевал следующее, если некто попадает в ад хотя бы на секунду, эта секунда кажется вечностью. Несчастьям свойственно казаться бесконечными.

Несчастья продлевают время, счастье же, напротив, сокращает его. Поэтому мы и утверждаем, что счастье нестойко и мимолетно. Счастье не обязательно длится мгновение, но в любом случае кажется быстротечным, ибо укорачивает время, сокращает его. Не то чтобы счастье всегда быстро проходило — оно может длиться долго, но оно всегда кажется мимолетным, ибо в счастье время сжимается. С каким бы нетерпением ни ожидали влюбленные встречи, наступает время расставания; и тогда кажется, что возлюбленный ушел через секунду после своего появления. В момент, когда цветок распускается, он уже увядает. Переживание счастья всегда быстротечно, поскольку такова природа времени в этом состоянии. Часы и календарь не подвержены вашему счастью; но для вас оно сокращается психологически.

В состоянии блаженства время исчезает полностью; оно не сокращается и не удлиняется — его просто не существует. Когда вы достигнете блаженства, время для вас исчезнет. На самом деле несчастье и время — синонимы одного и того же явления. Время — еще одно имя для страдания. Время и страдание — синонимы. Психологически время означает страдание; в этом кроется причина того, почему мы говорим, будто блаженство находится за пределами времени. То, что за пределами времени, не может быть найдено посредством времени.

Я пропутешествовал достаточно, как и любой из вас; но, что самое интересное, это путешествие настолько длинно, что невозможно сказать, кто прошел больше, а кто меньше. Махавира и Будда достигли просветления двадцать пять веков назад, Иисус—две тысячи лет, а Шанкара* — всего лишь десять веков назад. Но если кто-то скажет, что Шанкара пропутешествовал на десять веков меньше, то ошибется, потому что сей путь бесконечен.

Например, вы приехали сюда из Бомбея, покрыв расстояние в сто миль. Но с точки зрения звезды, расположенной от нас бесконечно далеко, вы не двигались вовсе. По отношению к этой звезде вы находитесь на том же самом месте. Для нее не существует разницы в сто миль. Если брать в расчет эту звезду, то вы вовсе не сдвинулись с места. Ваше расстояние до этой звезды здесь, в Нарголе, остается таким же, как и в Бомбее. Звезда так далеко, что столь небольшое расстояние не имеет никакого значения.

Путешествие наших жизней, наших рождений и смертей так бесконечно длинно, что нет различия, достиг ли кто-то просветления двадцать пять тысяч лет назад, другой — пятьсот, а некто год или только день назад. Достигнув центра, мы восклицаем: «Да! Будда только что прибыл, а Махавира лишь входит, как и Иисус, как и мы!»

Понять подобное достаточно трудно, ведь в мире, в котором мы живем, времени придается огромное значение. В нашем мире время имеет вес. Поэтому и возникает вопрос, сколько времени понадобилось кому-то для достижения медитации. Но не задавайте подобных вопросов, не осведомляйтесь о времени. И прекратите все блуждания, они лишь забирают время. Не ходите вокруг храма, войдите внутрь.

Однако же войти внутрь мы боимся; опасаемся того, что может там произойти. Снаружи все знакомо, известно. Наши друзья, родственники, жены, мужья и дети, наши дома и занятия — все здесь, снаружи храма. Что бы мы ни считали своим — все снаружи. Существует единственное условие в храм можно войти только в одиночку; два человека не могут пройти в двери храма одновременно. Поэтому вопрос о том, чтобы прихватить с собой дом, жену, детей, накопленное богатство, достигнутое положение в обществе и престиж, даже не возникает. Все должно быть оставлено позади.

Именно поэтому мы говорим, что лучше еще немного поблуждать вокруг да около. Так мы и поступаем. Мы ждем, когда дверь храма приоткроется пошире, чтобы можно было войти со всем своим имуществом. Но дверь храма никогда не откроется шире; она может пропустить только одного человека. Вы пройдете только один; не сможете захватить даже свой престиж или положение в обществе, поскольку тогда вас будет уже двое — вы и ваш престиж Невозможно взять с собой даже имя, ведь тогда вас окажется двое — вы и ваше имя. Не возьмете вы с собой и багаж; вы не пронесете абсолютно ничего. Вам придется идти нагим и в одиночку; только тогда вы сможете войти.

По этой причине мы прохаживаемся вокруг храма, разбиваем лагеря снаружи и утешаем себя мыслью о близости к Богу. Но не имеет значения, на каком расстоянии находитесь вы от храма. Если вы снаружи, то и останетесь там. Если же хотите войти, то это происходит в тысячную долю секунды. Нет, не так вам не понадобится даже такого промежутка времени.

?

Знание, или осознание, существует только в состоянии не-ума? Исчезает ли оно с появлением мыслей?

Знание, или осознание, приходит, когда нет мыслей. Но, познанное однажды, оно сохраняется при любом состоянии ума. Оно остается верным даже в состоянии мышления. Невозможно потерять приобретенное знание. Однако достичь его можно лишь в состоянии не-ума. Для получения истинного знания или осознания вы должны быть свободны от мыслей. Почему?

Причина кроется в том, что волны мыслей не позволяют уму превратиться в зеркало. Например, желая сделать фотоснимок, вы должны обратить внимание на то, чтобы фотоаппарат был неподвижен и свет не проникал внутрь. Но, как только фотография сделана, можно трясти камеру и открыть затвор. Тогда это уже не помешает. Если камера дрогнет в момент, когда вы что-то снимаете на пленку, вся картина получится смазанной. Но, как только снимок сделан, проблема исчезает. После этого вы можете делать что угодно: трясти аппарат, танцевать с ним, ибо на изображение это никоим образом не повлияет.

Достижение знания происходит в том состоянии ума, когда ничто не движется, когда все спокойно и недвижимо. Только тогда мы получаем истинное изображение знания. А вот после достижения вы можете делать что угодно — ничто не сможет помешать. Знание достигается только в состоянии не-ума; но после прихода осознания возникающие мысли уже ничем не смогут помешать, не создадут никаких трудностей. Если же вы считаете, что достижение знания возможно лишь посредством мышления, то никогда не достигнете истинного знания. Мысль воспрепятствует этому, она задержит реализацию. Однако после достижения знания мысль становится очень важной. Теперь уже не в ее власти причинить хоть малейший вред

Интересен тот факт, что спокойствие ума необходимо лишь для осознания истины. Как только знание достигнуто, больше ничего не требуется. Но это приходит не сразу. То, что приходит позже, не следует ставить на первое место, иначе оно причинит вред. Вы можете решить, что раз мысль не принесет проблем позже, то чем она может помешать прямо сейчас? Подобное решение действительно опасно. Это значит, что мы резко дернем камеру в самый ответственный момент, и фотография превратится в мешанину линий и красок. Даже дрожащей камерой можно сделать снимок, но полученная фотография не будет достоверной, истинной. Даже посредством мысли мы приходим к знанию, но оно никогда не является истинным, ибо ум остается нестабильным, неспокойным, он все время дрожит и движется. Поэтому все и рушится.

Возьмем для примера луну и бушующее море. Даже неспокойное море способно отразить луну, но она будет отражаться лишь фрагментами; вместо одной луны мы увидим тысячу и один блик на поверхности воды. Человек, никогда не видевший настоящей луны, не сможет получить правильного представления о ней, глядя на такое отражение. Он увидит тысячу и один фрагмент вместо целой луны, но настоящая луна так и останется недоступной его пониманию. Неспокойное, бушующее море не может правильно отразить луну. Но стоит хоть один раз увидеть настоящую луну, и мы узнаем ее даже в мириадах бликов на морской поверхности. Мы скажем: «Это она».

Поэтому очень важно хоть один раз получить правильное представление об Истине, то есть о Боге. Познав истину, мы сможем распознать Его в любом образе. Без этого мы не увидим Его нигде, не сможем утверждать, что это Он.

По этому поводу я расскажу вам анекдот. В Индии некий индуистский саньясин долгое время жил неподалеку от Саи-Бабы. Саньясин строго придерживался индуизма, а Саи-Баба не покидал мечеть. Никто не знал, был ли он индусом или исповедовал ислам. О таких людях невозможно сказать что-либо наверняка. Когда кто-то пытался расспросить его, Саи-Баба смеялся, считая вопрос глупым.

Исповедуя индуизм, саньясин не мог переступить порог мечети, поэтому и устроился в храме. Горячо полюбив Саи-Бабу, он каждый день готовил еду, передавал ее другу, возвращался в свой храм и ел сам.

Однажды Саи-Баба поинтересовался: «Зачем ходить так далеко каждый день? Ты можешь кормить меня в том месте, где сам живешь, ведь я прохожу мимо твоего жилища по нескольку раз в день». Саньясин удивился: «Ты ходишь мимо? Но я никогда не видел тебя». Тогда Саи-Баба ответил: «Будь внимателен Я прохожу мимо твоего храма несколько раз в день. Завтра я тоже приду, там ты меня и накормишь».

На следующий день монах приготовил еду и стал ожидать Саи-Бабу. Ждал он очень долго, до двух часов пополудни. Саньясин подумал, что Саи-Баба, должно быть, так же голоден, как и он сам, поэтому собрал еду и побежал к мечети, где сказал Саи-Бабе: «Я долго ждал, но ты не пришел». Саи-Баба возразил: «Я приходил сегодня, но ты оскорбил и прогнал меня». Саньясин был поражен: «Что ты говоришь? Сегодня только собака пробегала мимо». Саи-Баба кивнул: «Этой собакой был я». Саньясин очень расстроился: «Какой же я глупец! Ты приходил ко мне, а я не узнал тебя. Уж завтра-то я не пропущу твоего прихода».

Однако монах вновь не узнал Саи-Бабу, хотя тот и пришел к нему. Появись Саи-Баба в образе собаки, саньясин непременно узнал бы его; но в этот раз Саи-Баба встретился монаху в образе прокаженного. Монах крикнул: «Держись-ка подальше! У меня еда только для Саи-Бабы! Прочь с дороги!» Прокаженный, усмехнувшись, отошел в сторону.

И в этот день саньясин прождал Саи-Бабу до двух часов, а затем, как и в прошлый раз, поспешил к мечети. «Ты вновь не пришел, а я ждал, как никогда», — сказал он с укоризной. Саи-Баба возразил «И сегодня я приходил к тебе, но твой ум — словно неспокойное море, он весь покрыт рябью, поэтому ты вновь не смог узнать меня. Ты так неспокоен. Сегодня к тебе подошел прокаженный, но ты прогнал его. Не странно ли — каждый раз, когда я прихожу к тебе, ты гонишь меня, а затем приходишь сюда и жалуешься?»

Саньясин проговорил сквозь рыдания: «Ужасно, что я не узнал тебя!» Саи-Баба ответил: «Как же ты можешь узнать меня в иных обличьях, если не знаешь Истинного?»

Как только проблеск истины становится доступным, фальшь исчезает. Если мы хоть раз прикоснемся к Богу, останется только Он и ничего более. Но такое прикосновение возможно лишь тогда, когда все внутри нас спокойно и недвижно. Вопросов больше нет. Теперь все является Им. Мысли, чувства и желания — все принадлежит Ему.

Однако для того, чтобы достичь подобного проблеска, очень важно на первой стадии успокоить свои мысли, чувства и желания.

А теперь перейдем к медитации.

Глава 3

Бхагаван Шри Раджниш проводит

Динамическую медитацию

(Лагерь для медитаций, Наргол, Индия. Утро 2 мая 1970 г.)

Пожалуйста, ложитесь или садитесь. Позаботьтесь, чтобы между вами и другими участниками соблюдалась дистанция, — те, кто хочет, должны свободно лечь. И никаких разговоров. Сидите спокойно, но на расстоянии друг от друга, потому что, если вдруг кто-то упадет на вас во время медитации, весь процесс будет нарушен. Однако не удаляйтесь слишком далеко, не лишайте себя преимуществ, создаваемых коллективным психическим полем. Сядьте или лягте... Примите максимально удобное положение... Закройте глаза... И делайте то, что я говорю.

(Во время второй Динамической медитации, проводимой тем же вечером, кто-то бросил на площадку несколько камней, но Бхагаван спокойно продолжал говорить.) В чем дело? Камни? Это не важно. Должно быть, кто-то бросил их из любви? Прекратите немедленно все разговоры или уйдите. Никто не должен оставаться здесь в качестве зрителя. Но, если кто-то все же хочет быть просто зрителем, он должен наблюдать молча. Нельзя причинять беспокойство другим. Кто-то бросает камни? Если ему это кажется необходимым, пусть направляет их в меня, но никоим образом не в других.

Первая стадия.

Десять минут глубокого дыхания.

Закройте глаза и начните глубоко дышать. Вдыхайте как можно больше воздуха, выдыхайте все без остатка. Сконцентрируйте всю свою энергию на вдохе и выдохе. Глубоко вдыхайте и так же глубоко выдыхайте. Станьте самим дыханием. Старайтесь изо всех сил, истощите себя полностью. Чем глубже вы вдыхаете и выдыхаете, тем больше возможность пробудить спящую энергию. Продолжайте дышать таким образом в течение десяти минут. Вы становитесь дыхательной машиной и ничем больше; мехами, втягивающими воздух и выпускающими его яростно и долго... Позвольте каждой клеточке вашего организма вибрировать в такт дыханию. Станьте инструментом дыхания. Сконцентрируйте все внимание и всю энергию на процессе дыхания. Наблюдайте за тем, как происходят вдох и выдох, оставайтесь свидетелем, наблюдайте изнутри за каждым глубоким вдохом и каждым выдохом.

Даже на долю секунды не задумывайтесь о других, следите только за собой... Вам нет никакого дела до окружающих. Глубоко вдыхайте и выдыхайте как можно сильнее, одновременно наблюдая за своим дыханием. Вы должны четко ощущать, как входит и выходит воздух. Делайте это изо всех сил, только тогда возможно поднятие энергии из того места, которое я называю кунда, бассейн, резервуар... Позвольте вашему дыханию с каждым вдохом становиться глубже и глубже, пусть все ваше существо сотрясает, как во время циклона или шторма.

Глубокие вибрации дыхания начнут пробуждать внутреннюю энергию. Во время энергичного дыхания разгорится спящий внутри вас огонек. Так что вдыхайте и выдыхайте, станьте колесом дыхания и ничем более, вкладывайте всю свою энергию в процесс дыхания, позвольте телу вибрировать, дайте встряхнуться всем вашим корням, пусть сотрясается все ваше существо, пусть останется только дыхание. Не оставляйте ничего на потом, выйдите за пределы своих возможностей — энергия, спящая внутри, должна быть разбужена. Для пробуждения спящего в вас электричества очень важно дышать как можно глубже... Позвольте ожить каждой клеточке вашего существа. Выложитесь полностью, чтобы потом не пожалеть, что вы сделали меньше, чем это требуется для глубокого переживания. Поэтому вложите всю свою энергию в глубокое и быстрое дыхание. Прогресса на второй стадии можно достичь только в том случае, если во время дыхания вы достигнете максимума, крещендо.

Вторая стадия.

Десять минут катарсиса — очищения души.

На этой стадии вы должны расслабиться, отпустить тело полностью. Дышите глубоко, дайте возможность телу двигаться свободно. Позвольте себе плакать, если возникнет желание. Появившимся слезам не мешайте пролиться. Позвольте дрожать рукам и ногам, если им этого хочется. Пусть тело изгибается, ему нужно двигаться свободно, не сдерживайте себя. Если захочется танцевать, пусть тело выразит себя в танце. Что бы ни происходило с телом, позвольте этому произойти, пусть ум не вмешивается. В течение десяти минут продолжайте глубокое дыхание и полностью расслабьтесь. Если тело принимает определенные положения — асаны и мудры, — не мешайте этому. Если станете кататься по полу, не сдерживайте тело. Позвольте, а сами оставайтесь свидетелем, наблюдателем. Позвольте телу выразить себя так, как ему хочется.

Полностью расслабьтесь, тело будет двигаться само. Когда внутренняя энергия начнет подниматься, тело станет двигаться само по себе; не препятствуйте этому, не сопротивляйтесь, Расслабление тела поможет поднимающейся энергии найти путь к вершине. Не ослабляйте дыхание. Что бы ни делало ваше тело, позвольте этому произойти. Поставьте на карту все, всю свою силу и мощь, Смейтесь, кричите, плачьте, не оставляйте ничего про запас. Ни о чем не беспокойтесь, не сопротивляйтесь. Когда энергия пробуждается, с телом происходит всякое. Помните, что здесь вы одни, нет никого, кроме вас. Что бы ни приходило, делайте это с полной отдачей, не оставляя ничего на потом. (Здесь во время вечерней медитации магнитофон выходит из строя, но медитация продолжается.)

Третья стадия.

Спросите: «Кто я?»

Продолжаете глубоко дышать, тело совершает движения, но к этому добавьте внутренний вопрос: «Кто я?» Пусть каждый ваш вдох и выдох будет наполнен внутренним вопрошанием. Продолжайте задавать этот вопрос без малейшего перерыва, без единого промежутка. Всю свою энергию направьте на один-единственный вопрос: «Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я? Кто я?» Задавайте его всем своим существом, пусть он вибрирует в каждой клеточке.

Глубокое дыхание, тело расслаблено и двигается как хочет, внутренний вопрос: «Кто я? Кто я? Кто я? Кто я?» И так в течение всех десяти минут. Выложитесь полностью; чем сильнее вы истощите себя, тем больше отдыха станет вам доступно. Чем большую бурю вы поднимете, тем глубже медитация просочится в вас. А теперь отбросьте все усилия и войдите в стадию полнейшей релаксации и отдыха.

Четвертая стадия.

Десять минут абсолютного покоя.

Теперь никакого глубокого дыхания, никаких вопросов, Отриньте все, отбросьте любые усилия. На эти десять минут умрите, застыньте, будто вас вовсе нет. Все стерто... Все замерло в тишине. Буря кончилась, оставив после себя внутренний покой и мир. Оставьте все и ждите Его. В этой тишине, в этом покое приходит Тот, Кого мы так долго искали. Наблюдайте за всем, что происходит внутри и снаружи. Десять минут попробуйте чувствовать себя так, будто вас не существует. Только в такой пустоте, в вакууме может распуститься диковинный цветок, зазвучать музыка благословения. Только в такой тишине приходит Бог...

Все пусто; однако внутри струится Свет, Который видит, знает и понимает. Бог совсем близко. Ждите, ждите спокойно... Только в таком расслаблении возможна победа, достижение.

Полное спокойствие, только молчаливый свет сияет изнутри. Лишь в вакууме возможно достичь Божественного даршана — Божественного видения, проблеска. Смотрите внутрь, кто-то пробуждается. Наблюдайте: каждая клеточка вашего существа наполняется чем-то неземным. Остались только блаженство, свет и покой. Просто молчаливо ждите.

А теперь медленно, очень мягко откройте глаза. Если сделать это трудно, ненадолго прикройте веки пальцами. Те, кто упали и кому трудно подняться, пусть немного полежат, а затем медленно поднимутся. Не торопитесь. Если подняться очень трудно, полежите еще немного, подышите глубоко, но медленно. Не делайте порывистых движений. Откройте глаза.

Глава 4

Медитация — это смерть и воскрешение

(Наргол, Индия. 3 мая 1970 г.)

?

Опасно ли пробуждение Кундалини? В чем заключается опасность и существует ли она вообще? Зачем пробуждать Кундалини, если ее подъем столь опасен?

Пробуждение Кундалини представляет собой огромную опасность, ибо это грозит потерей всего, что мы считаем своей жизнью. После пробуждения Кундалини мы уже не будем такими, какие мы сейчас. Изменится все. Все. Наши взаимоотношения, наши эмоции, наш мир — все, что мы знали до вчерашнего дня, изменится. Само изменение уже таит в себе опасность.

Если углю предстоит превратиться в алмаз, он должен умереть в качестве угля. Так что опасность достаточно велика. Но это опасность для угля как такового. Он может превратиться в алмаз, только исчезнув в качестве угля. Возможно, вам не известно, что между углем и алмазом нет родового отличия. По существу, это один и тот же элемент. Уголь превращается в алмаз в течение очень длительного периода времени. С точки зрения химии между ними нет особого различия. Но уголь не может оставаться углем, если хочет превратиться в алмаз. Поэтому уголь сталкивается с огромной опасностью.

Точно так же и человека подстерегает опасность, если он становится на путь исканий Бога. Он умрет как человек. Если река течет навстречу океану, ее ожидает опасность: река исчезнет, ей не удастся избежать этого. Но что мы подразумеваем под опасностью? Исчезновение. Только тот, кто готов исчезнуть, умереть в первичном качестве, может продолжать поиски Бога.

Смерть не стирает нас настолько полно, как это происходит во время медитации, ибо смерть переносит нас из одного тела в другое. В смерти мы не меняемся; меняется только одежда. Мы же остаемся прежними. Поэтому смерть не так страшна, как мы себе ее представляем. Медитация более опасна, потому что смерть сметает лишь старую одежду, в то время как медитация сметает нас самих.

Медитация — это абсолютная смерть.

В прошлом знающие называли медитацию абсолютной смертью. В медитации меняется не только одежда. Но, если река хочет стать океаном, ей придется рискнуть своей жизнью. В действительности река ничего не теряет, впадая в океан; наоборот, она становится больше. Уголь, превращаясь в алмаз, тоже ничего не теряет, теперь это уже драгоценный камень. Но, пока уголь остается углем, он боится потерять самого себя. Река тоже испытывает страх. Откуда ей знать, что, встретившись с океаном, она не потеряет ничего, лишь сама превратится в океан?

Подобное происходит с человеком и в отношении медитации. Возникает вопрос: зачем подвергать себя риску, если опасность столь очевидна? Для понимания необходимо заглянуть немного глубже.

Истина заключается в том, что чем больше мы рискуем, подвергаемся опасности, тем больше в нас жизни. И наоборот: чем больше в нас страха, тем более мы мертвы: мертвому ничего не угрожает, Самая большая опасность умершим не страшна: они не могут умереть вновь. Смерть поджидает только живого. Чем больше в нас жизни, тем интенсивнее встречаем мы смерть.

Представьте себе камень, рядом с которым распустился прекрасный цветок. Камень может обратиться к цветку: «Как ты глуп! Зачем ты рискнул стать цветком? Неужели тебе не известно, что с приходом вечера твои лепестки превратятся в прах?» Действительно, быть цветком очень опасно. Гораздо безопаснее быть камнем. Когда вечером цветок засохнет, камень, как ни в чем не бывало, останется лежать на своем месте. Ему ничто не угрожает, потому что жизни в нем не так уж много. Чем больше жизни, тем больше опасности.

Человек подвергается опасности только до того предела, до какого он жив. Чем больше жизни в человеке, тем большая опасность подстерегает его. Медитация представляет собой самую большую угрозу, ибо это дверь, ведущая к достижению самого значимого в жизни — Высшего, Предельного.

Люди интересуются: «Зачем вообще идти в медитацию, если опасность столь велика?» Мой ответ гаков: идти нужно именно потому, что существует опасность. Я советую не ходить туда, где опасности нет. Не ходите туда, где нет опасности, ведь там нет ничего, кроме смерти. Идите в опасность, потому что только там существуют богатейшие возможности жизни.

Однако все мы жаждем безопасности, боимся ненадежности, бежим от нее, прячемся за видимостью стабильности. И в этой сделке теряем саму жизнь. Многие расстались с жизнью, пытаясь спастись. Только тот, кто не спасает жизнь, не бежит от опасностей, проживает полноценную и богатую жизнь. Опасность действительно существует. Именно поэтому нужно идти. Медитация — самая большая из возможных опасностей. Даже покорение Эвереста не столь опасно, Конечно, горы таят в себе опасность, но она угрожает только телу; в результате смерти меняется лишь тело. Опасность медитации намного больше опасности путешествия на Луну.

Почему опасность так нас пугает? Вы когда-нибудь задумывались над этим вопросом? Подобные страхи скрывают невежество. Мы боимся подойти к пределу, к концу, боимся исчезнуть, боимся умереть, Вот и делает человек все возможное, используя разнообразные приемы, чтобы защититься, укрыться от опасности.

Мне рассказали анекдот. Некий правитель построил огромный дворец, в котором для безопасности была лишь одна дверь, один-единственный вход. Больше не было ни окон, ни дверей, через которые могли бы проникнуть враги. Строение больше напоминало склеп, чем жилище. Но даже единственная дверь таила угрозу, ведь убийца мог проникнуть и через нее. Поэтому около двери правитель поставил тысячу охранников.

Правитель соседней страны, прослышав, что его сосед построил самый безопасный в мире дворец, решил посмотреть на это чудо. Гостю понравился дворец. Он сказал, что здание настолько безопасно, что живущему в нем не страшны никакие враги, решив построить точно такой же дворец и для себя.

Когда оба правителя после осмотра вышли на улицу, гость поблагодарил хозяина еще раз, подтвердив намерение выстроить точно такое же здание в своем королевстве. Распростившись с хозяином, он усаживался в карету, когда нищий, сидевший у царских ворот, рассмеялся. Хозяина заинтересовала причина смеха. Нищий произнес: «По-моему, в конструкции этого дома закралась ошибка. Я сижу здесь с самого начала строительства, ожидая возможности поговорить с вами. Ошибка — только одна ошибка — все же имеется».

Правителю захотелось узнать в чем дело, и нищий продолжил: «Единственная дверь опасна сама по себе. Возможно, никто и не сможет проникнуть во дворец, но смерть пройдет именно через эту дверь. Поэтому я советую войти и замуровать дверь изнутри. Тогда вы будете абсолютно защищены, так как смерть не сможет проникнуть во дворец».

Правитель возразил: «Ты, наверное, сошел с ума, ибо тогда смерти вовсе не нужно входить, потому что я умру, как только замуруют дверь. Дворец превратится в могилу». Нищий произнес: «Это здание скорее склеп, чем жилище. Ты сам признался, что дворец станет могилой, как только замуруют единственную дверь. Чем меньше оставалось дверей, тем больше дворец напоминал могилу. Теперь осталась одна дверь. Было время, когда и я жил в заточении дома. Но однажды понял, что затворничество больше походит на смерть. Я разрушил стены дома, в котором жил, и оказался под открытым небом. Если в доме замуровать все двери, он становится склепом. Только когда дом открыт всем ветрам, жизнь, несмотря на опасность, становится полноценной».

Медитация опасна, в этом и заключается ее притягательность. Именно по этой причине стоит пускаться в путешествие. Опасность подстерегает уголь, но не алмаз. В опасности река, но не океан. Именно вы, а не Бог в вас встречаетесь с опасностью. Примите решение: хотите ли вы сохранить себя, утратив при этом Бога, или желаете обрести Бога, утратив себя?

Один человек поинтересовался у Иисуса: «Что нужно делать, дабы отыскать Бога, о котором Ты все время говоришь?» Иисус ответил: «Ничего не нужно делать, лишь потерять себя». Человек удивился: «Что Ты говоришь? Разве можно добиться чего-нибудь, утратив себя?» Иисус же ответил: «Что за польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Ибо тот, кто теряет, обретает себя; тот, кто спасает, теряет себя навеки».

?

Почему получается так, что, когда Кундалини просыпается, на ее пути возникают препятствия и течение блокируется? Что нужно делать, чтобы течение возобновилось?

Причина только одна: мы не призываем и не провоцируем Кундалини со всей нашей силой и мощью, не направляем всю энергию на ее пробуждение. Наши усилия всегда фрагментарны и незавершенны; они никогда не бывают тотальными. Что бы мы ни предпринимали, мы делаем это вполсилы. Мы ничего не делаем тотально. И другого препятствия нет. Если мы прилагаем все наши усилия, препятствий не возникает. Но в течение многих жизней мы приобрели привычку делать все только наполовину, мы не проходим путь до конца. Даже если мы любим, то тоже наполовину: любим и одновременно ненавидим. Странно слышать, что мы ненавидим того же самого человека, которого любим. Мы любим человека, готовы сделать для него все что угодно, но иногда нас обуревает желание убить его. Трудно найти влюбленного, ни разу не мечтавшего видеть предмет своей любви мертвым.

Наша жизнь постоянно разделена, всегда половина на половину. И каждая половина тянет в своем направлении. В отличие от ног, двигающихся вперед в одном направлении, обе половины нашего разделенного ума двигаются в противоположные стороны. Именно это и является причиной напряжения и конфликтов. Что же такое постоянное беспокойство нашей жизни, как не постоянная раздвоенность, фрагментарность и равнодушие?

Как-то один молодой человек мне признался, что уже лет двадцать подумывает о самоубийстве. И я ответил: «Безумец, почему же ты не совершил этого? Двадцать лет — достаточно большой срок. Когда же совершать самоубийство, если думать о нем столько долгих лет? В любом случае ты умрешь. Или хочешь убить себя после смерти?» Человек пришел в замешательство, затем воскликнул: «Что же вы говорите? Я пришел к вам с надеждой, что вы убедите меня не делать подобной глупости!» Тогда я возразил: «Зачем убеждать, если в течение двадцати лет ты и так не сделал этого?» Ответ его был таков: «Кого бы я ни встречал, убеждали меня в обратном».

«Именно из-за этих убеждений ты не умираешь, но и не живешь, — сказал я. — Ты половина на половину. Ты должен либо жить, либо умереть; не следует делать двух вещей одновременно. Если хочешь жить, тогда отбрось мысли о самоубийстве и живи полноценно. Если жаждешь умереть, тогда избавься от мыслей о жизни и умри полностью».

Молодой человек провел рядом со мной несколько дней. И каждое утро я повторял ему: «Не думай о жизни. Если ты двадцать лет мечтал о смерти, тогда лучше умереть сейчас». На третий день он не выдержал и сказал: «Почему вы говорите мне все это? Пожалуйста, не надо. Я хочу жить». И я ответил: «Это не я прошу тебя умереть. Именно ты сказал, что уже двадцать лет хочешь свести счеты с жизнью».

Важно понять, что, если человек двадцать лет вынашивает мысль о смерти, вполне очевидно, что он не живет. Как можно жить с постоянной мыслью о смерти? Мы всегда живем половина на половину. И эта привычка к половинчатости отравляет всю нашу жизнь. Мы не способны быть полностью друзьями или недругами. Мы не способны быть кем-нибудь тотально. Удивительно, но гораздо приятнее быть полным врагом, чем другом наполовину.

Это на самом деле счастье — являться кем-то тотально, ибо, в каком бы направлении ни было полностью задействовано все твое существо, спящие внутри энергии начинают собираться воедино и помогать тебе. Но как только ты оказываешься разъединенным и разделенным, возникает конфликт, начинается война с самим собой.

Если пробуждающаяся энергия Кундалини встречает на своем пути препятствия, это означает, что одна часть вас желает пробудить дремлющие силы, другая же боится этого пробуждения. Вы у дверей храма, но вам не хватает мужества войти. Вы делаете две вещи одновременно — готовитесь к медитации и в то же время никак не наберетесь мужества шагнуть в нее. Вам хочется погрузиться в речные воды, вы подходите к берегу, но останавливаетесь у самой кромки, размышляя, что же вам делать. Вы хотите плавать, но в воду входить не желаете. Это словно желание плавать в гостиной лежа на диване вы делаете движения руками и ногами, тщетно стремясь насладиться плаванием. Нет, удобно устроившись на диване в гостиной, невозможно получить удовольствие от плавания. Это просто глупо, в конце концов. Настоящее удовольствие от плавания неразрывно связано с опасностью.

Если решимости хватает только наполовину, это само по себе станет препятствием для подъема Кундалини. Вот почему многие чувствуют, что в своем путешествии зашли в тупик

Если энергия Кундалини подошла к мертвой точке, вспомните эти слова... и не ищите иных оправданий. Мы находим множество оправданий: мешает карма прошлых жизней, звезды не благоволят нам, время еще не настало. Ни одно из наших оправданий не является истинным. Ясно одно: вы не стараетесь пробудить спящую энергию изо всех сил. Где бы ни встретилось препятствие, знайте, что вы не приложили всех сил для прыжка, и после этого прыгайте что есть мочи. Привнесите всю свою энергию, пойдите на это тотально. Тогда Кундалини не заблокируется ни в одном центре.

Правда заключается в том, что Кундалини может завершить путешествие за одну секунду, но может путешествовать и годами. Все дело в броске — тотален ли он или половинчат. Если наша воля, наш ум тотальны, это может произойти прямо сейчас, в данный момент.

Если Кундалини встретила на своем пути препятствие, это означает, что ваши усилия недостаточны; поэтому помогите ей, вложите всю свою энергию. Внутри каждого из нас таится неисчерпаемый запас энергии, но мы никогда по-настоящему не выкладываемся. Постоянно живя на периферии жизни, мы не погружаемся в нее глубоко. Никогда не тревожим наши корни, корни нашего существа; не провоцируем их; вот почему нам встречаются препятствия. И помните: иной причины нет.

?

Друг спрашивает: Мы рождаемся с врожденным желанием ешь, пить, спать, но не с жаждой познать Бога. Почему?

Хороший вопрос. Жажда познания Бога тоже приходит с рождением, но для ее осознания требуется время. Например, дети уже рождаются с половыми отличиями, но требуется лет четырнадцать, чтобы они до конца осознали это. Желание секса приходит вместе с рождением, но почему требуется так много времени для его осознания? Желание, жажда уже внутри вас, но тело еще не готово. Телу требуется четырнадцать лет, чтобы возмужать для секса, и только затем пробуждается желание. До этого момента оно пребывает в латентном состоянии.

Стремление познать Бога тоже дается нам от рождения, но тело еще не созрело, оно не готово. Но, как только тело созревает, желание немедленно появляется. Кундалини обеспечивает этот рост, возмужание. Вы можете спросить, почему все не происходит само по себе. Иногда случается именно так, но следует хорошенько разобраться в механизме происходящего.

В эволюции человечества определенные вещи происходят сначала с отдельными индивидуумами, а уже затем с целыми группами. Например, если вы прочитаете Веды, вам покажется, что в те древние времена люди не имели ни малейшего представления о запахах, ароматах. В Ригведе, как и в других писаниях тех лет, нет ни единого указания на запах. Упоминаются цвета, но не их запах. Знающие говорят, что во времена Ригведы обоняние у человека еще не проснулось, оно пробудилось лишь впоследствии, но не у всех. Даже в наши дни для многих людей запахи лишены всякого смысла; только некоторые осознают их значение. В действительности обоняние еще не пробудилось полностью. Более цивилизованные сообщества развили его больше, и наоборот. На земле до сих пор существуют племена, в языках которых нет специального слова для обозначения аромата. Следовательно, способность к обонянию вначале развилась у некоторых индивидуумов, постепенно росла и развивалась, становясь частью коллективного ума.

Подобно обонянию, очень многие вещи становятся доступны пониманию человека постепенно. Они не существовали в прошлом. Удивительна осознанность человека по отношению к различным цветовым оттенкам. Так, Аристотель упоминает только три цвета, ибо в его времена греки другие цвета не воспринимали. Лишь по прошествии длительного периода времени иные цвета стали видимы. Я не думаю, что в реальности существуют только те цвета, которые способны воспринимать наши глаза. Оттенков гораздо больше, нам еще предстоит познакомиться с ними. Наша чувствительность еще недостаточно развита. Вот почему иногда под воздействием наркотиков некоторые новые оттенки, никогда прежде не виденные, становятся доступны зрению. Цветов великое множество, но требуются постепенность и большая протяженность во времени, чтобы наша чувствительность развилась.

Даже сейчас среди нас достаточное количество дальтоников, не способных различать цвета. Из тысячи людей хотя бы полсотни окажутся неспособны различать тот или иной цвет, хотя сами могут и не догадываться об этом. Не говоря уже об обыкновенных людях, некоторые выдающиеся личности являются дальтониками, как и сам Джон Дальтон, первым в 1794 году описавший этот дефект зрения.

Бернард Шоу не отличал желтый от зеленого и узнал об этом только в день своего шестидесятилетия, когда ему подарили зеленый костюм, забыв, однако, подобрать соответствующий галстук Шоу отправился в магазин и попросил желтый галстук, отвечающий цвету костюма. Продавец вежливо заметил, что желтый галстук не подходит к зеленому костюму. Шоу удивился, но продолжал настаивать, что цвет галстука и костюма совпадают. Теперь настала очередь удивляться продавцу «Вы, наверное, шутите, сэр. Это не так галстук желтый, а костюм зеленый». Шоу продолжал настаивать, но впоследствии показался врачу, который и подтвердил, что драматург не различает желтый и зеленый цвета.

Не так уж далеки те времена, когда желтый цвет не был доступен зрению человека; он является последним добавлением к списку цветов, ныне известных человечеству. Некоторые другие цвета так же новы.

Не все понимают значение музыки. Она несет послание только для избранных — лишь немногим дано глубоко проникнуть в ее нюансы. Для остальных же это просто набор звуков и шумов, ничего не означающий. Их осознанность и восприятие нот должны развиваться и углубляться. В действительности музыка еще не стала коллективным переживанием человечества.

Что же касается Бога, то Он — очень и очень отдаленное переживание, трансцендирующее все чувства, выводящее за их пределы. Он — конечное переживание, за Его пределами ничего нет. Именно поэтому пробуждаются немногие, хотя потенция к пробуждению, даваемая от рождения, скрыта в каждом из нас.

Когда пробуждается человек из нашей среды, сам факт его пробуждения становится побуждающим фактором, пробуждая дремлющую жажду познания Бога. Когда бы рядом с нами ни появился человек, подобный Кришне, один его вид, одно присутствие пробуждает то, что спало слишком долго. Жажда, голод познания Бога в каждом из нас; они даются нам от рождения, и только сам человек подавляет их пробуждение. Причин для этого множество. Самой главной причиной является то, что несметные толпы окружающих нас людей, среди которых мы живем, полностью лишены этой жажды. Вот почему, когда жажда начинает пробуждаться, человек немедленно подавляет ее, ведь подобное стремление обрести Бога кажется обывателям своеобразным безумием. В мире, где люди переполнены жаждой денег и славы, жажда религиозности считается отклонением от нормы. Окружающие с подозрением относятся к человеку, жаждущему религиозности, считая его выжившим из ума. Вот мы и подавляем себя, не позволяя голоду проявиться.

В созданном нами мире нет места Богу, и ответственность за это несем мы. Бог таит в себе опасность, поэтому мы отказываем Ему в месте под солнцем. Жена боится, что в жизнь мужа проникнет Бог, ибо с Его приходом жена исчезнет, ее присутствие станет бессмысленным. Муж боится, что если Бог войдет в жизнь жены, то его собственное место, как бога и господина — заместителя Бога на земле, — пошатнется. Заместитель окажется не у дел. Вот почему в созданном нами мире нет места для Бога — Он может причинить слишком большое беспокойство. Если Он придет, то потревожит многих, многое разрушит. С момента Его прихода сон станет невозможен, изменится весь уклад жизни. Человек перестанет быть тем, кем был до момента встречи с Богом. Поэтому мы стараемся держать Бога как можно дальше от нашего мира.

В случае, когда жажда познания Бога просыпается случайно — если необходимо защититься от опасности, — мы создаем фальшивых богов, каменных идолов, поклоняясь им, чтобы не искать Бога истинного. Все наши боги фальшивы; таким образом проявляется хитрость человека, его заговор против Бога. Боги, сотворенные людьми, олицетворяют самый значительный из когда-либо вынашиваемых заговор против Бога и религии. Именно поэтому жажде не позволяют превратиться в поиск — жажда ослабевает, пока человек крутится вокруг храмов и мечетей. Ничего не найдя в храмах, человек разочаровывается, а собственный дом начинает казаться ему более приятным местом. Тогда он говорит «Что мне в ваших храмах и мечетях?» Человек возвращается домой, даже не подозревая, что храмы — изобретение величайшего обмана.

Я слышал, как однажды вечером, вернувшись домой в весьма удрученном состоянии духа, дьявол обратился к жене: «Целый день я ходил, но так и не нашел работы; что же мне теперь делать?» Жена расстроилась, как и любая женщина, когда ее муж теряет работу. Затем она поинтересовалась: «Ты безработный? Разве могло такое случиться? В мире так много людей, тебе хватит занятий на целую вечность. Работе по соблазну никогда не будет конца. Как мог ты потерять работу? Что случилось?» Дьявол ответил: «Я оказался безработным по очень странной причине. Мою задачу взяли на себя храмы и мечети, священнослужители и пандиты. Я теперь больше не нужен. Я умею только одно — сбивать людей с пути истинного. Но разве кто-нибудь ищет теперь Бога? Сами церкви и мечети сбивают человека с пути. Горе мне, безработному!»

Жажда познания Бога не покидает нас никогда. Но с раннего детства нам прививаются ложные представления о Боге, а это наносит непоправимый вред. До того как мы познаем Его истинно, нас не покидает иллюзия, что мы уже все знаем. Поэтому каждый уверен в своем знании о Боге. Мы испили воды до того, как жажда проснулась, а это создало скуку и страх. Вследствие неправильного обучения развивается отвращение к познанию Бога; мы теряем к Нему интерес. Наши головы забиты Гитой, Кораном и Библией, ум напичкан изречениями святых и махатм настолько, что возникает желание отделаться от всего этого. И чем раньше, тем лучше. Поэтому вопрос об исканиях Бога даже не возникает.

Вся система нашего общества антибожественна, поэтому жажде познания Господа так трудно пробиться. Но, даже если она все-таки пробуждается, такого человека объявляют сумасшедшим, ведь теперь он отличается от большинства. Он начинает жить иначе, изменяется даже его манера дышать. Это изменения океанского масштаба. Такой человек перестает быть одним из нас; он превращается в чужака.

Мир, который мы построили, антибожествен. Это сплошной заговор против Бога. Мы преуспели в нем и продолжаем преуспевать. Мы отшвырнули Бога, полностью вычеркнули Его из своих жизней. Ирония заключается в том, что мы изгнали Бога из Его же мира. Мы соорудили баррикады без единого просвета, чтобы Он не мог войти к нам вновь. Так откуда же возникнуть жажде?

Хотя жажда не возникает, и мы даже не подозреваем о ней, неясное беспокойство, а вернее глубинная агония преследует нас в течение многих жизней. Один достигает славы и все же ощущает внутри пустоту. Другой добивается богатства, но и ему чего-то не хватает. Человек встречает любовь, но чувствует, что нечто внутри так и остается открытым, не реализованным. Так что же это за Нечто, которого так недостает, когда мы добиваемся успеха в жизни?

Это та внутренняя жажда, которую мы подавляем, не позволяя ей расцвести. Жажда эта время от времени поднимает голову, знаком вопроса она стоит на любом нашем пути. Она как бы говорит. «Ты добился славы и все же ничего не достиг, ты добился всего, но остался пуст». Эта жажда приносит боль и тоску, эта жажда тревожит и томит, не давая покоя. Но мы отрицаем ее, занимаем себя то тем, то другим с невероятным усердием, лишь бы не слышать и без того тонкий голосок

Именно поэтому человек, делающий деньги, пускается в рискованные биржевые операции, а стремящийся к славе мчит к ней галопом. Они слепы и глухи — главное для них не слышать, что, удовлетворив амбиции, они ничего не обретут. Мы делаем все для того, чтобы не дать проснуться жажде. Иначе может наступить день, когда дети станут рождаться с жаждой познания Бога, как рождаются они с инстинктивной потребностью в еде, питье и сексе. Такой мир может быть сотворен, и он стоит затраченных усилий. Но кто сможет воплотить подобное в реальность?

Лишь небольшому количеству людей, ищущих Бога, это под силу. Но для такого изменения необходимо, чтобы заговор против Бога был раскрыт.

Жажда действительно есть, но человек изобрел искусственные средства для ее подавления. В Китае тысячелетиями женщин с детства заставляли носить железные башмаки, чтобы стопа не росла. Маленькая ножка считалась верхом изящества. Чем меньше нога, тем выше семейный статус девушки. Иногда стопа оставалась настолько маленькой, что женщины и передвигались-то с большим трудом. Тело росло, ноги не развивались, и женщины не могли ходить. Обычно такие женщины принадлежали к знатным семьям. Жена бедняка не могла позволить себе подобной роскоши, ей нужны были нормальные ноги, чтобы работать. Только аристократки могли обойтись без способности ходить; им помогали слуги. Хотя они были калеками — а кем же еще, — их считали красавицами. Современная китаянка не позволит по отношению к себе подобного издевательства. Она скажет, что только безумцы могли придумать подобное. Но обычай был в обиходе тысячи лет.

Когда нечто входит в моду, трудно за ореолом популярности разглядеть глупость. Когда обычаю следуют тысячи людей, вы волей-неволей не способны судить здраво. Когда общество заставляло женщин носить железные башмаки, те подчинялись. Если женщина не соглашалась, отступая от общепринятых норм, ее провозглашали сумасшедшей, считали падшей. Она уже не могла рассчитывать на хорошую партию; не могла войти в зажиточную семью. Женщина с нормальными ступнями считалась вульгарной, невежественной. Полагалось, что только у крестьянок большие ноги; ножки же знатных дам должны быть крохотными. Подобная концепция уродовала китаянок тысячи лет, они даже не задумывались, какое это безумие — носить железные башмаки. И только когда обычай вышел из употребления, они смогли осознать его нелепость.

Таким же образом ум всего человечества извращен до уродства во всем, что касается Бога. Жажда познать Бога, достичь Его разрушалась любыми способами, а чаще ей вообще не позволяли зарождаться. Когда же она просыпается, фальшивые боги не дремлют, и нам твердят, что, коль уж мы хотим постичь Господа, нам следует отправиться в храм, читать Бхагавад-Гиту, Коран или Библию, и тогда мы сможем обрести Его. Но в реальности в писаниях можно найти только слова, а в храмах — иконы и каменных идолов. В результате человек начинает считать, что сама его жажда была фальшивой.

По природе вещей жажда может появляться и затухать. К тому времени, когда вы доберетесь до дверей храма, она исчезнет. Когда вы дочитаете Гиту, жажда испарится. Мало-помалу она изживается, обесточивается, и в конце концов так и умирает неудовлетворенной. Это как физический голод. Если вы начинаете голодание, то в первый день приступы голода будут острыми, на второй ощущение голода усилится, но особенно сильным покажется в третий день. На четвертые сутки, если вам хватит решимости продолжать, голод начнет отступать, на пятые же он значительно уменьшится. После пятнадцати дней ощущение голода прекращается вовсе. А если вы проголодаете месяц, то больше не будете знать, что такое голод. Вы начнете слабеть, истощаться, теряя вес день за днем, так как для выживания станете поедать собственную плоть, но чувство голода исчезнет полностью. Если голод не удовлетворять в течение целого месяца, он неизбежно умрет.

В одном их своих рассказов Франц Кафка написал о цирке, в котором выступала акробатическая группа, показывали необычные аттракционы. Но вот хозяин цирка взял в свою труппу человека, специализировавшегося на голодании. Этот мужчина, начав голодание, устроился в отдельном вагончике. Люди посещали цирк, чтобы увидеть необычные вещи — дрессированных хищников, например, — но точно так же они приходили поглазеть на голодающего. Месяцами он мог обходиться без пищи. Как-то он ничего не ел целых три месяца. Не удивительно, что он вызывал такой интерес. Но всему наступает предел.

Случилось так, что в одном из местечек цирк остановился на целых полгода. Недели две-три отбою не было от зрителей, приходивших посмотреть на голодающего, но затем их интерес стал ослабевать. Поэтому и говорят, что фигляр и святой не должны долго задерживаться на одном месте. Сколько времени окружающие смогут выносить их? Поэтому им лучше переходить от селения к селению, нигде не задерживаясь более трех дней.

В рассказе Кафки цирк слишком долго задержался на одном месте, и в результате голодающий перестал интересовать зевак. А он между тем настолько изнурил себя, что не мог даже подать голос, чтобы попросить о помощи. Невероятно ослабевший, он все лежал и лежал, а поскольку цирк—хозяйство хлопотное, о голодающем забыли

И вот через четыре или пять месяцев кто-то вспомнил о нем. Хозяин всполошился, подумав, что голодающий умер. Он побежал к вагончику, но не нашел там ничего, кроме охапки соломы на топчане, и никаких следов самого человека. Хозяин стал звать его по имени, но ответом было молчание. В отчаянии владелец цирка начал разбрасывать солому и пришел в ужас, увидев, наконец, иссохший скелет. Но глаза мужчины были живы.

Хозяин воскликнул: «Горе мне, забывшему о тебе, но разве сам ты не безумен? Если люди перестали смотреть на тебя, почему ты не начал есть?» А мужчина ответил: «Потому, что привычка есть умерла; я не ощущаю голода. Какой из меня трюкач, если я сам попался в западню своего трюка и стал его узником? Ведь теперь я не знаю, что такое голод, потому что больше его не чувствую».

Что же случилось с этим человеком? Если вы будете методично и подолгу голодать, то голод умрет, исчезнет. Вот так же мы не позволяем проснуться жажде познания Бога, потому что Бог — самый опасный и будоражащий фактор нашей жизни. Ничто в мире не может тревожить больше, чем Он. Вот почему мы делаем все, чтобы держаться от Него подальше. Мы со всех сторон преградили Ему путь и сделали это так планомерно и надежно, чтобы даже тайком Он не смог проникнуть в наш мир.

Тем не менее каждый человек рождается с жаждой познания Бога. И если дать ей возможность пробудиться, то все иные стремления — например, к богатству, славе — просто исчезнут. Останется лишь одно желание — достичь Бога, ибо оно и земные желания не могут существовать одновременно. Для того чтобы сохранить другие желания — жажду богатства, власти, секса, — мы подавляем стремление достичь Господа. Ибо, как только божественная жажда проявится во всей своей силе, она поглотит все остальные желания, не оставив для них места. Бог очень ревнив. Являясь нам, Он завоевывает все пространство. Он не позволит никому другому пребывать поблизости. Если Он выберет вас своим местом обитания, своим храмом, тогда всем божкам и идолам придется убраться вон. Наши храмы заставлены статуями множества богов — вспомним хотя бы Ханумана, бога обезьян, — но всем им придется исчезнуть. Бог не позволит им остаться. Придя, Он изгонит всех, только Ему суждено восседать на престоле. Бог ревнив, весьма ревнив.

?

Один друг спрашивает: Правда ли, что все сделанное человеком — на самом деле творение рук Господних?

Отличный вопрос. Пока что-то делается человеком, это не творение Господа. Пока индивидуум чувствует, что это его деяние, оно не является деянием Господа. В момент, когда человек узнает, что его больше нет, он перестает быть делателем; его действия становятся деяниями Бога, они принадлежат Богу. Но они не становятся Божьими, пока человек считает, что это делает он сам. В день, когда действие превращается в происходящее, в день, когда индивидуум реально переживает это как происходящее, Бог вступает в свои владения; именно тогда Он действует через индивидуума. Если вы поинтересуетесь у ветра, не он ли это дует, ветер ответит: «Нет, это мною дуют». Если вы спросите у деревьев, они ли растут, деревья ответят «Нет, нас взращивают». Все это деяния Господа.

Но человек говорит. «Делаю я». Именно здесь он отделяет себя от Бога. Именно здесь эго вступает во владения, и человек становится пленником эго. Именно здесь человек противопоставляет себя Богу как отдельное существо. Бог же вступает в свои владения в тот день, когда человек осознает, что им движут точно так же, как и ветром, и деревьями, и звездами; только тогда он понимает, что некто движется внутри него, и только тогда говорит, что не отделен. В этот день, только в этот, Бог становится Творцом.

Иллюзорно считать себя тем, кто делает. Именно в этой иллюзии причина всех наших несчастий. Именно эта иллюзия возводит стену между нами и Богом. В день, когда мы перестаем быть делателями, все наши иллюзии исчезают. Остается один Бог.

Дело в том, что и сейчас существует один лишь Бог. Я не хочу сказать, что это так потому, что вы являетесь теми, кто делает, нет, я не это имел в виду. Если вы считаете себя делателями, то это иллюзия. Даже сейчас единственный творец — Бог, только вы не сознаете подобного факта. Например, вы ложитесь спать в Нарголе, но во сне видите себя в Калькутте. Вы находитесь в Нарголе, что бы вам ни снилось. Но в своем сне вы прибыли в Калькутту и расспрашиваете, как добраться до Наргола. Вы интересуетесь маршрутом, которым можно вернуться, и тем, каким видом транспорта сделать это будет удобнее. Внезапно ваш сон прерывается, и, к своему удивлению, вы обнаруживаете себя по-прежнему в Нарголе, а не в Калькутте. Теперь вы не станете выбирать маршрут, и если кто-то поинтересуется вашим намерением отправиться в Наргол, вы просто рассмеетесь, сказав, что никуда отсюда не уезжали, а путешествие в Калькутту вам только приснилось.

Человек считает себя делателем, в реальности же он таковым не является; это представление, сон. Человеку лишь снится, что это именно он делает. Да, в реальности все события происходят, но это сон, и, когда этот сон исчезает, наступает просветление, понимание.

Даже утверждая, что это Бог направляет ваши действия, вы подвержены иллюзии, старой как мир иллюзии. Потому что вы по-прежнему остаетесь отдельным существом, между вами и Богом дистанция. Теперь вы верите, что Бог есть, но вы тоже существуете. Теперь вы верите, что Бог направляет, но действующим лицом остаетесь по-прежнему вы

Нет, когда вы действительно проснетесь в Нарголе, не скажете, что вернулись из Калькутты; вы скажете, что вовсе там не были. Когда вы освободитесь от дремоты эго, то не станете утверждать, что действовали согласно велению Господа. Вы просто скажете: «Есть один Бог, меня же нет. Меня как такового никогда не существовало; это был сон, и он закончился».

Однако мы можем продолжать спать бессчетное количество жизней. Сну нет предела. Самое удивительное во сне то, что, когда вы спите, сон кажется до необычайности реальным. Вы спали столько раз; каждую ночь вам снятся сны, но лишь утром вы осознаете, что это был лишь сон, обман. И все же, заснув сегодня ночью, вы вновь не будете знать, что это сон, виденное опять покажется реальностью. Обман обнаружится лишь поутру. Бедная наша память! Фальшивое утром — ночью, во время сна, вновь становится истинным. Осознанность, приходящая утром, теряется вновь и вновь, Несомненно, эта осознанность неглубока, она искусственна. Глубоко внутри старая иллюзия возникает вновь и вновь. Наше знание и понимание поверхностны. Некто читает в книге, что все наши деяния — дело рук Господних, и на мгновение поверхностно понимает, что не является делателем. Но старое «Я» не исчезает, оно лишь мельком говорит: «Не я тот, кто делает». Такое понимание рассеивается через мгновение. Ударьте такого человека, и в ярости он закричит; «Ты что, не знаешь, кто я такой?» Он уже забыл, что всего лишь миг назад утверждал: «Не я тот, кто делает, существует только Бог». Один удар, и он забудет обо всем. Его понимание исчезнет, Бог и рассуждения о Божественном отброшены, и эго вновь восседает на троне.

Я слышал о некоем монахе, тридцать лет прожившем в Гималаях. Проводя день за днем в умиротворенности и уединении, он абсолютно забыл о своем эго. Для существования эго необходимо присутствие других людей. Как может жить эго, если рядом никого нет? Когда вы высокомерно смотрите в глаза других, эго оживает.* Если же никого нет поблизости, что вы станете делать с ощущением собственной значимости, самодовольством? Как сможете почувствовать это? Кому скажете «Я»? Для этого необходим «Ты», другой. Для поддержания «Я», которое является фальшивым, необходимо другое фальшивое существо — «Ты». Для выживания системе лжи требуется хотя бы один обман. Истина жива в одиночестве, ей не нужны никакие подпорки. Ложь не может существовать в одиночестве, ей необходима многосторонняя поддержка, сотканная из лжи. Только таким образом обман сохраняет жизнеспособность.

Так вот, этот монах жил в горах в полном одиночестве. Не было никаких «Ты», «он», «они», «мы». Поэтому он забыл о своем «Я». Тридцать лет — большой срок. Монах стал очень спокойным и умиротворенным. Как-то к нему пришли люди из долины с такой просьбой: «Скоро у нас откроется ярмарка, не соблаговолишь ли ты почтить ее своим присутствием? Это даст возможность простому люду узреть твою святость, войти в твой даршан. Ведь не всем по силам прийти к тебе в горы, это очень далеко». Монах подумал, что ему не повредит общение с людьми, ведь его эго исчезло, и спустился в долину.

Подобным образом ум множество раз обманывает нас; он твердит, что, поскольку эго исчезло, общение с людьми не причинит вреда.

Итак, монах спустился в долину. На ярмарку съехалось множество людей, сотни тысяч, но ни один из них не знал в лицо монаха, удалившегося в горы столько лет назад. Когда монах пробирался сквозь толпу, кто-то наступил ему на ногу. Монах схватил незнакомца за шею и закричал: «Разве ты не знаешь, кто я такой?» Так тридцать лет, проведенные в уединении, оказались перечеркнутыми в одно мгновение, словно все было сном.

В мгновение ока горы, спокойствие, исчезновение эго и появление Бога, деянием Которого является все, рассеялось, как дым. За долю секунды стерлись все усилия, словно их и не было. Теперь монах, схватив за шею незнакомца, кричал: «Разве ты не знаешь, кто я такой?»

Через мгновение, осознав всю постыдность сложившейся ситуации, монах произнес: «Я позабыл о существовании эго, считая его исчезнувшим навсегда. Я заблуждался». Он извинился, попросив позволения удалиться. Монах сказал: «Я не вернусь в горы, напротив, я отправлюсь в долины, где буду жить среди людей. То, что мне не удалось осознать за тридцать лет жизни в уединении, здесь, среди вас, было познано в мгновение ока. Я буду жить, пытаясь понять, есть я или же меня нет. Тридцать лет потрачены напрасно. Я ошибался, считая, что мое эго исчезло».

Вот как создаются иллюзии, но и они недолговечны.

Глава 5

Божественная благодать и наши усилия

(Наргол, Индия. 4 мая 1970 г.)

?

Достигается ли медитация только посредством Божественной благодати?

Этот вопрос нужно рассмотреть внимательно, ибо непонимание ведет к возникновению ошибок. Многие думают, что если состояние медитации достигается посредством Божественной благодати, то делать ничего не нужно. Глубочайшее заблуждение считать Божественную благодать заменой действий с нашей стороны

Второе заблуждение связано с тем, что Божественная благодать якобы доступна не всем — одни получают больше, другие меньше. Дело в том, что избранников Божьих нет; никого не может претендовать на звание любимчика. Если даже у Бога есть фавориты, исчезнет последняя надежда на справедливость в этом мире. Ошибочно считать, что Он добр к одним и неблагосклонен к другим.

Однако утверждение, будто состояние медитации достигается с помощью Божественной благодати, абсолютно верно, но несет в себе иной смысл. Так может сказать просветленный, тот, кто уже достиг, но не тот, кому еще предстоит достичь состояния медитации. Когда человек достигает предельного переживания, приложенные усилия кажутся столь незначительными по сравнению с достигнутым, что невозможно утверждать, будто просветление достигнуто с их помощью. Достигая, человек чувствует себя настолько переполненным величием события, что говорит «Достигнутое не может быть результатом моих усилий. Что сделал я такого, чтобы достичь? Какую цену заплатил?» Когда бесконечная благодать Божья изливается на человека, он восклицает «Только Твое сострадание помогло мне добраться сюда! Разве может быть иначе?»

Однако не забывайте, что это утверждение принадлежит просветленному. Если стоящий в начале пути возьмет его на вооружение, то утратит путеводную нить. Усилия существенны и необходимы.

Когда с человеком случается медитация или просветление, кажется, что в темном доме, приветствуя восход солнца, распахнулись все окна и двери. Если держать двери на замке, в доме будет темно. Но если, ожидая восхода, мы откроем дверь, солнечный свет придет сам. Никаких усилий не нужно, чтобы комнаты озарились светом солнца, ведь невозможно положить солнце в корзину и занести его внутрь. Солнце приходит само. Ирония заключается в том, что, хотя наши усилия не могут приблизить появления солнца, они определенно могут помешать. Если закрыть двери или глаза, даже солнце бессильно что-либо сделать. Нам под силу не пускать солнце в дом, остановить его приход но мы не в состоянии поторопить его. Только откройте дверь, и оно придет. А когда солнце окажется внутри, невозможно сказать, что это мы принесли его. Мы только заметим, что по своей доброй воле оно вошло в наш дом. А мы только можем сказать, что мы благодарны самим себе за то, что не закрыли дверь.

Человек может быть лишь дверью, через которую входит Бог. Наши усилия только открывают дверь; Его приход зависит исключительно от Него, от Его сострадания. А Его сострадание бесконечно, оно вечно присутствует у каждой двери. Но что же Он может сделать, находя закрытые для Него двери? Бог стучится в каждую дверь, но уходит, находя их закрытыми. А наши двери закрыты очень плотно. И, когда бы Он ни приходил, мы ищем рациональные объяснения и удовлетворяемся своим философствованием.

Я расскажу вам историю, которая мне очень нравится. В одном городе был огромный храм, а в нем целая сотня священнослужителей. Однажды ночью настоятелю во сне явился Бог и сообщил о своем намерении посетить храм на следующий день. Священник не поверит, ибо трудно найти более недоверчивых людей, чем священнослужители. Но он не поверил сну и по другой причине. Люди, спекулирующие верой, никогда не верят в Бога. Они лишь используют религию, которая, однако, не становится их верой, их истиной. Нет в мире более неверующих, чем те, кто превращает веру в средство манипуляции. Поэтому настоятель не поверил, что завтра Бог посетит его храм.

Священник никогда не верил в подобные вещи, хотя уже многие годы служил в храме. Он столько лет молился Богу и знал, что за это время Бог ни разу не посетил храм. Каждый день он предлагал пищу Господу, но знал, что на самом деле предлагает ее себе. Изо дня в день он молился, но знал, что его молитвы теряются в пустом небе, потому что некому услышать их. Поэтому он счел, что послание ложно, это просто сон, а сны редко сбываются.

Однако он боялся, что сон может стать явью. Иногда то, что мы называем сном, превращается в действительность, а то, что кажется реальностью, оказывается сном. Поэтому в конце концов настоятель решил сообщить своим собратьям о сне. Монахи в ответ рассмеялись: «Не сошел ли ты с ума, раз веришь снам? Не рассказывай об этом, иначе тебя сочтут безумцем». Но настоятель заметил: «На всякий случай мы должны приготовиться. Ничего не случится, если Он не придет, но вдруг Он появится неожиданно?»

Итак, храм и служебные помещения тщательно убрали, украсив цветами, зажгли фонари и ароматизированные палочки. К исходу дня монахи очень устали, но Бог так и не появился. Монахи не сводили глаз с дороги, а затем разочарованно сказали: «В конце концов, это всего лишь сон; Бог не придет. Каким глупцом надо быть, чтобы поверить в возможность подобного! Хорошо, что мы не рассказали прихожанам, вот бы они потешились».

К вечеру монахи, вовсе потеряв надежду, решили: «Приступим сами к роскошной трапезе, приготовленной для Бога. Так было всегда: то, что предлагалась Богу, в итоге доставалось нам. Наверное, наш разум помутился, раз мы поверили сну. Простым людям было бы простительно, но как мы позволили себя одурачить? Мы-то знали, что Бог не придет. Где Он, этот Бог? Это всего лишь идол, стоящий в храме. И наше дело, наша обязанность поклоняться ему». А затем они сытно поужинали и рано легли спать, так как сильно устали.

Около полуночи к дверям храма подкатила повозка. Один из монахов услышал шум и подумал, что это Божья колесница. Он разбудил других: «Просыпайтесь! Кажется, Тот, Кого мы ждали, наконец-то приехал». Но остальные монахи остудили его пыл: «Замолчи, безумец. Сегодня мы слышали достаточно ерунды, уже ночь. Это не стук колес, а ветер шумит в деревьях». И они вновь заснули.

А тем временем повозка остановилась у дверей храма, и вскоре послышался стук. И вновь кто-то их монахов, проснувшись, сказал: «Кажется, гость, которого мы ждали весь день, все-таки прибыл. Он стучит в дверь». Но ему ответили точно так же, как и первому.

Проснувшись утром и подойдя к дверям, монахи замерли в удивлении, увидев следы колес Сомнений не было — кто-то приезжал ночью. Монахи горестно зарыдали, и вскоре у храма собрались прихожане, желая узнать о причине горя. Монахи ответили: «Ночью в двери нашего храма стучался сам Бог, но мы были слишком разумны, а теперь навеки прокляты Он стучал, но мы решили, что это ветер шумит в деревьях. Воистину мы так ничего и не поняли, не желая прерывать сон».

Бог стучит во все двери. Его милость не обходит стороной ни один дом. Но наши двери закрыты. Даже заслышав стук, мы моментально находим рациональные объяснения. В прежние дни говорили, что всякий гость — это Бог. Это утверждение несколько ошибочно. Истина в том, что Бог — это гость. Бог, словно гость, ждет у наших дверей, но они закрыты. Его милость одинаково доступна всем. Следовательно, не спрашивайте, достигаем ли мы благодаря Его милости; только посредством Его милости возможно достичь. Что же касается наших усилий, то они заключаются в открывании дверей, устранении препятствий на Пути, Когда Он приходит, то приходит сам.

?

Другой друг спрашивает: Ты говорил о четырех стадиях Динамической медитации. Не мог бы Ты объяснить подробнее?

Во-первых, вы должны понять, что первые три вряд ли являются медитацией как таковой. И только четвертую стадию можно считать медитацией Четвертая — это дверь, первые три — только ступени, Ступени лишь ведут к двери. Четвертая стадия — это дверь в медитацию, это расслабление и отдых, пустота и вакуум, сдача и исчезновение, растворение и смерть, можете называть как угодно. Это дверь, а первые три ступени лишь подводят к ней.

За первыми тремя ступенями стоит один фундаментальный принцип если кто-то хочет расслабиться, то предварительно ему следует пройти через стадию максимального напряжения, только тогда переход к релаксации достаточно легок Если человек весь день напряженно работает, то ночью будет спать, как убитый. Чем тяжелее работа, тем крепче сон Можно возразить, что если сон является противоположностью работы, то как может хорошо спать тот, кто тяжело работает? Он не сможет заснуть, потому что работа и отдых — полные противоположности. Логически сон должен быть доступен только тому, кто целый день отдыхает. Но истина заключается в том, что человек, провалявшийся весь день в постели, не сможет заснуть ночью.

Вот почему по мере возрастания комфорта пропорционально ему из жизни человека уходит сон Чем больше мы отдыхаем, тем меньше спим. Интересно, что мы создаем все больше комфорта в надежде, что это поможет сохранить сон, но все происходит как раз наоборот. По мере развития цивилизации и увеличения продолжительности отдыха сон исчезает, потому что напряженная работа — необходимое условие для сна. Как человек работает, так он и спит. Подобно этому, если напряжение достигает максимума, человек легко переходит к глубокому расслаблению.

Первые три ступени кажутся полной противоположностью четвертой, то есть медитации. Могут спросить, как же можно расслабиться, истощив себя полностью, пройдя пик напряжения и испытав катарсис на грани безумия? Я отвечу только после этого возможно расслабление. Релаксация следует за напряжением, как ночь за днем; после гор нас всегда ждут долины, Чем выше горы, тем глубже долины. Чем выше вершина, с которой вы упали, тем глубже каньон, в который попадете. Не забывайте, что у каждой горы есть своя долина. Без долин горы немыслимы. По мере своего роста гора создает вокруг себя долину. Точно также, когда усиливается напряжение, вы собираете энергию для отдыха и релаксации. Чем выше вершина напряжения, тем глубже долина отдыха. Именно по этой причине я прошу вас приложить все усилия и истощить себя полностью, ничего не оставив про запас, Только так можно достигнуть вершины напряжения, чтобы потом спуститься в бездонную долину отдыха. В момент абсолютного покоя и случается медитация.

Основной принцип здесь заключается в том, чтобы сначала достигнуть пика напряжения, а затем отбросить все усилия. Многие приходят ко мне с вопросом, можно ли расслабиться, не истощая себя напряжением. Нет, это просто невозможно. Но даже если бы подобное было возможным, то это расслабление только по названию. Если вы хотите нырнуть глубоко, прыгать следует с высокого трамплина. Чем он выше, тем глубже погружение. Посмотрите — эти сосны тянутся в небо футов на сорок. Чтобы достичь такой высоты, их корням пришлось прорасти в землю на такую же глубину. Чем выше поднимаются сосны, тем глубже корни проникают в землю, и наоборот. Сосны могут спросить: «Что дурного в том, если корни проникнут в землю только на шесть дюймов?» Ничего дурного, вот только сами сосны будут шести дюймов в высоту, А если корни и вовсе не растут, то у дерева нет шансов на жизнь.

У Ницше есть афоризм величайшей глубины: «Если долго всматриваться в бездну, бездна начинает всматриваться в тебя». Он хотел сказать, что, если человек хочет достичь высот рая, он должен коснуться глубин ада. Это действительно утверждение величайшего озарения. Бот почему посредственности, люди заурядные никогда не достигают высот религии, а вот грешникам это иногда удается. Человек, глубоко погруженный в грех, может достичь высот добродетели.

Техника медитации — это трансформация крайностей. Трансформация происходит, когда некое качество достигает пика; только тогда возможно изменение. Вы наблюдали когда-нибудь за маятником настенных часов? Колеблясь влево, он продолжает движение, пока не достигнет максимальной точки отклонения, и только после этого начинает движение вправо. Скорее всего, вы не заметили, что, продолжая движение влево, маятник наращивает скорость, чтобы качнуться вправо. Он отклонится вправо на то же самое расстояние, что и влево. Аналогичное происходит и с маятником вашего ума. Если подвести его к крайней точке напряжения, он качнется в противоположную сторону, входя в самую сердцевину расслабления. Вы не сможете расслабиться, не пройдя стадии наивысшего напряжения.

Некоторые из вас обращаются ко мне с очень странными вопросами. Похоже, они рассчитывают собирать только цветы, не утруждая себя проблемой посадки растений. Похоже, они хотят получить урожай, не сажая и не ухаживая за ростками. Один человек интересуется, возникнут ли трудности, если он запретит телу двигаться и не позволит ему дрожать. Нет, никаких трудностей не будет. Откуда взяться проблемам, если вообще ничего не делаешь? Если он боится позволить своему телу двигаться, то что же будет, когда начнет подниматься внутренняя энергия? Если он хочет подавить дрожь, то что же ему делать, когда начнет подниматься Кундалини? Нет, он жаждет внутреннего события, но в то же время смотрит на себя со стороны, стараясь оставаться благовоспитанным и цивилизованным, каковым себя считает. Он хочет стоять, как восковая статуя, но чтобы при этом внутри что-то происходило. Он не знает, что статуя из воска моментально растает, как только начнет подниматься внутренняя энергия. Статуя испарится, освобождая место для неизвестного,

Трудитесь усердно, чтобы достичь пика напряжения, только тогда произойдет глубочайшая релаксация. Тогда отдых случится сам по себе. От вас требуется только одно: создать напряжение; покой придет по милости Божьей. Нет иного спокойствия, кроме того, которое наступает после бури и шторма. Мир, наступающий после шторма, — живой мир, ибо он рожден из бури. Чтобы прийти к этому живому миру, очень важно пройти через все стадии медитации, ни одна из них не должна быть пропущена. Первые три стадии очень методично, на научной основе проводят вас от одной крайности к другой.

Именно по этой причине я настаиваю, что только по достижении пика мы можем перейти к другой ступени. Это похоже на переключение скоростей при езде автомобилем. Переключение происходит в наивысшей точке. То же касается и трансформации ума.

Вам следует полностью разобраться в назначении каждой стадии. Первая — это глубокое и быстрое дыхание. Таким оно должно быть на протяжении всех трех ступеней. Почему? Каков ожидаемый эффект?

Дыхание — сама таинственность, мистика человеческой жизни. Именно посредством дыхания тело соединяется с душой. Поэтому мы говорим, что человек жив, пока дышит. Дыхание затихает, и жизнь прекращается.

Недавно я посетил в клинике женщину, девять месяцев находящуюся в коматозном состоянии. По заключению врачей, она никогда не придет в сознание, хотя и сможет прожить еще года три. Жизнь ее поддерживалась с помощью внутривенного питания. Я сказал, что эта женщина скорее мертва, чем жива, на что ее мать — старая женщина — возразила: «Нет, пока есть дыхание, есть и надежда. Врачи говорят, что надежды нет, но кто знает? Иногда ошибаются и врачи Возможно, дочь придет в сознание, ведь она дышит. Дыхание сохраняется, значит, мост еще не разрушен».

Дыхание — это мост, соединяющий тело и душу. Когда вы глубоко и быстро дышите, то дрожите не только всем телом, но и всеми фибрами души, Например, бутылка достаточно долго пролежала на полке винного погреба. Ее не тревожили очень долго, поэтому содержимое и сама бутылка не кажутся отдельными друг от друга, они как бы одно целое. А теперь вы встряхнули бутылку. Вместе с бутылкой встряхнется и ее содержимое. Только тогда разделение станет явным. Подобно этому глубокое и быстрое дыхание создает бурю, сотрясающую не только тело, но и каждую клеточку души. Именно в этот момент становится очевидно, что тело и душа раздельны.

Вы спрашиваете: «А если я не буду дышать глубоко, повредит ли это медитации?» Это повредит только в том смысле, что вы так никогда и не узнаете, что вы и ваше тело — не одно и то же. Вот почему помимо дыхания должно быть выполнено главное условие, необходимо все время оставаться свидетелем. Вы глубоко вдыхаете и выдыхаете, одновременно наблюдая, как воздух входит и выходит. Наблюдая движение входящего и выходящего воздуха, вы понимаете, что вы не только не тело, но даже дыхание отделено от вас. Тогда вы осознаете, что являетесь наблюдателем, отделенным как от тела, так и от дыхания. Отдельность от тела может быть познана посредством одного дыхания, но отделенность от дыхания можно познать только через наблюдение дыхания.

На второй стадии я прошу вас отпустить тело, расслабиться. Глубокое дыхание сохраняется, в дополнение вы должны отпустить тело. На это есть множество причин. Я упомяну некоторые из них.

Во-первых, ваше тело хранит множество напряжений, но вы даже не осознаете их. Цивилизация сделала нашу жизнь настолько фальшивой, что мы продолжаем улыбаться своему злейшему врагу, хотя внутри кипим от негодования. Телу нет дела до хороших манер, оно желает задушить неприятеля. Кулаки сжимаются сами по себе, но вы надеваете маску фальшивой улыбки и не позволяете кулакам сжаться, подавляете естественное движение рук Нервные окончания, готовые сократиться, оказываются в крайне затруднительном положении. Они не могут понять, что происходит. Для тела создается состояние беспокойства. Кулаки должны сжаться.

Люди, изучающие и понимающие феномен гнева, советуют — я скажу то же самое, — будучи разгневанным, следует сделать только одно: не улыбаться фальшиво, а сжать за спиной кулаки что есть силы. Проделайте это в течение пяти минут, и тогда вы рассмеетесь, но это будет совершенно иной смех.

Телу абсолютно невдомек, что человек стал цивилизованным и культурным. Тело функционирует подобно машине, но человек обрек его испытывать огромные напряжения; тело встречает множество запретов. По этой причине ваше тело стало хранилищем напряжения. Слишком большое количество напряжений формирует комплекс, блок — узел напряжения.

Поэтому, когда я прошу вас отпустить тело, расслабиться, комплексы, накапливаемые вами с детства, по мере расслабления начинают исчезать. Расслабление и исчезновение блокировок очень важно; в противном случае вам ни за что не достичь состояния бестелесности, состояния без формы, вы никогда не трансцендируете тело и не выйдете за его пределы. С исчезновением комплексов тело станет легким, как цветок.

Возможно, вы слышали имя, данное Махавире, основателю джайнизма. Одно из его имен звучит как Ниргранта, что означает «уникальный», «единственный». Оно означает «Тот, у кого нет комплексов». Ниргранта — тот, кто свободен от комплексов и внутренних пут, кто стал абсолютно прост и невинен.

Когда паутина напряжений стремится расслабиться, освободиться, вы мешаете и сопротивляетесь. Ваша культура, цивилизация, условности, запреты, принадлежность к определенному полу, социальный статус — все это настолько крепко держит вас, что вы не можете отпустить тело.

Сегодня утром ко мне подошла женщина и сказала, что во время медитации она боялась, как бы кто-то не коснулся ее. Сейчас она сидит в стороне, подальше от всех. Но, если кто-то случайно заденет ее, женщину моментально охватит паника.

Она хотела знать, можно ли ей сесть подальше, Я ответил: «Кто знает, может, боги из рая пошлют кого-то вслед за тобой, куда бы ты ни ушла. Хорошо, если кто-то придет к тебе. Он придет, куда бы ты ни ушла. Так что не меняй места. И что случится, если кто-то коснется тебя?»

Таковы уж женщины: даже если Бог встретится им на пути, они отойдут в сторону, чтобы Он не коснулся их. Их тело просто напичкано комплексами. С детства в них развивают привычку смотреть на свое тело как на некую болезнь, которую приходится терпеть. Они не живут в теле; скорее, это груз, который они с отвращением носят на себе. Тело для них как часы, о которых нужно заботиться и которые нуждаются в постоянной защите, хотя стоит ли их защищать? Вот такие маленькие пристрастия порождают сильнейшие запреты.

Если человек хорошо образован, он может подумать,.. Сегодня один джентльмен заявил, что только эмоциональные люди, но никак не интеллектуалы могут согласиться на подобные эксперименты, как он назвал медитацию. Удивительно, что, проучившись определенное количество лет, человек начинает считать себя интеллектуалом. Если умрет его мать, станет ли он плакать, либо сохранит благопристойность? Стоит ли влюбляться человеку, считающему себя интеллектуалом? Если он получил университетский диплом, ему стоит подумать, целовать ли возлюбленную, ведь таким образом передается столько бактерий! Он сверится с книгами и поразмыслит хорошенько, прежде чем решить, позволить ли возникшей эмоции проявить себя. Наш интеллект, разум превратился в болезнь; он лишился аромата, которым должен обладать. Разуму предстояло стать нашей славой, но он превратился в болезнь.

Поэтому человек считает, что если уж он разумен, то подобное не может произойти с ним; этому подвержены лишь эмоционально неуравновешенные личности. Почему? Разве дурно быть эмоциональным? Все самое значительное в жизни приходит через эмоции, а не через интеллект. Конечно, математические проблемы и бухгалтерский учет — прерогатива интеллекта; но не более,

Поразительно, но даже научные открытия, без сомнения обязанные интеллекту, случаются путем эмоций, а не разума. Спроси мы Эйнштейна, как он открыл теорию относительности, тот бы ответил: «Не знаю, это просто случилось». Очень религиозное утверждение. Если поинтересоваться у мадам Кюри, как она открыла радий, та скажет: «Не могу сказать точно; так, просто пришло. Это было вне моей власти». Обратитесь к любому великому ученому, он скажет то же самое «Это произошло не в результате моих исследований; это нечто вне моих пределов, Оно пришло само, я лишь инструмент, проводник». И это полностью соответствует языку религии.

Эмоциям свойственна необыкновенная глубина, в то время как интеллект мелок и поверхностен. Разум не более чем утилитарист. Он как телохранитель, следующий впереди машины правителя, когда тот переезжает из одного места в другое. Но не принимайте телохранителя за самого власть имущего. Так и интеллект — не более чем телохранитель, расчищающий дорогу и контролирующий движение, чтобы машина правителя могла спокойно проехать. Итак, хозяин едет позади слуги.

Эмоции — хозяин, ум — слуга. Все значительное и яркое, что есть в жизни, проистекает из ощущений, эмоций. Но есть люди, принимающие слугу за хозяина и поклоняющиеся ему. Они говорят: «Мы — интеллектуалы, телохранителя мы сделаем правителем». Пусть себе говорят, даже сам слуга тайком посмеивается над ними в рукав.

Некоторые считают, что только слабые кричат и позволяют своему телу двигаться; сильным же трудно войти в такое состояние. Они абсолютно ничего не понимают. Все как раз наоборот, подобное происходит именно с сильными. Оставаться в одном положении в течение целого часа под силу только людям с очень сильной волей. Слабые подышат глубоко минуту или две, а затем бросают, но именно они твердят, что подобный опыт годится только для слабых. Они не могут даже правильно дышать в течение часа; не могут десять минут поспрашивать себя: «Кто я?» Пожалуйста, не питайте подобных иллюзий.

Это всего лишь интеллектуальный способ уйти от медитации. Таким образом мы защищаем свое эго. Мы утверждаем, что такое происходит только со слабыми, в то время как сами мы сильны. Удивительное утверждение. Истина заключается в том, что все самое великое в этом мире достигается сильными; слабые ничего не стоят.

А медитация? Медитация требует абсолютной силы. Так называемые интеллектуалы утверждают, что только слабые подвергаются эксперименту; они сами не могут войти в него, потому что сидящий рядом человек плачет, и именно он причина их неудачи. Но плачущий даже не знает об этом, он не осознавал того, что кто-то смотрел на него и думал о нем. Он полностью погружен в собственные усилия. А напряженнейшая вовлеченность несет в себе огромную силу; слабые ее не имеют.

Так что не пытайтесь защитить свое эго. И не твердите, что вы сильны и обладаете мощным интеллектом. Знайте, что вы просто не можете сделать этого, и не ищите никаких оправданий, не облекайте собственную слабость в красивые формы. Если вы прославляете свою слабость, она станет предметом привязанности, и тогда медитация будет потеряна для вас навсегда. Просто знайте, что этого с вами не произошло. Если этого не случилось, значит, вы слабы и вам чего-то не хватает. Попытайтесь найти и понять свою слабость, а затем избавьтесь от нее.

Ко мне подошел один человек и сказал, что все это напоминает приступ истерии. Ему абсолютно не важно, что сокрыто в океане жизни. Называя происходящее истерией, он охраняет свое эго. Поэтому он и пришел к выводу, что те, кто кричат и охвачены дрожью, — безумны. С ним такого не происходит, потому что он абсолютно нормален. Если он прав, значит, безумцами были Будда, Иисус, Махавира, Руми* и Сократ. Но гораздо лучше присоединиться к племени благословенных безумцев, чем оставаться в рядах так называемых разумных людей. Так присоединимся же к первым.

Когда энергия поднимается, вверх с огромным напором, она пробуждает внутри настоящую бурю. Это не безумие. Будь это так, мы не смогли бы вернуться к спокойному состоянию. Но, пройдя три стадии, мы успокаиваемся, что свидетельствует об отсутствии истерии. Попросите человека в приступе истерики расслабиться и успокоиться — он не сможет, это не в его силах. Что бы ни происходило здесь, мы контролируем ситуацию. Это возможно, ведь мы помогаем этому происходить, мы сотрудничаем с происходящим. Вот почему в момент, когда мы перестаем сотрудничать, все сразу прекращается.

Существует лишь один критерий определения безумия: тот, кто хозяин самому себе, — нормален, кто не является хозяином — безумен. Это весьма любопытный критерий. Когда я попросил успокоиться тех, с кем что-то происходило, они немедленно успокоились. Но, если я попрошу так называемых нормальных людей, также присутствующих здесь, успокоить свои мысли, они скажут, что это невозможно — как бы они ни старались, им это не удастся. Следовательно, именно они безумны. То, что вам не подчиняется, есть безумие, что же подвластно вам — нормальность и здоровье.

Только научившись включать и выключать ум по собственной воле, вы сможете считать себя психически нормальными и здоровыми. В действительности же все наоборот. Вы говорите: «Довольно», но ваш ум отвечает: «Можешь приказывать что угодно, но я поступлю как мне заблагорассудится». Вы готовы горы сдвинуть, чтобы успокоить свой ум, но он не слушает вас. Вы пребываете в храме, поете псалмы и возносите молитвы Господу, а ваш ум в это же самое время смотрит фильм в кинотеатре. Никакое количество молитв не запретит уму продолжать делать то, что ему хочется.

Человек очень хитер. Он прячет свои слабости за велеречивостью, ему гораздо легче, если он принижает достоинства других. Не забывайте об этом. Лучше вообще не сосредоточиваться на подобных мыслях. Очень трудно понять, что переживает другой. Жизнь столь загадочна, не стоит судить других. Достаточно, если вы способны думать и заботиться о себе. Думать о себе — это так много, но мы всегда поступаем наоборот, мы думаем о других, судим их, а это неправильно.

Как я уже говорил, расслабление тела, во-первых, ведет к катарсису, освобождению от подавляемых напряжений и исчезновению телесных блокировок и комплексов. Во-вторых, когда тело двигается само по себе, а вы не вмешиваетесь в движения, его отделенность от вас, от души становится очевидной. Потому что, видя, как тело корчится, а в следующий момент застывает подобно статуе, как руки сами дрожат, а не вы трясете ими, вы впервые познаете, что ваша сущность и ваше тело — абсолютно разные понятия. Тогда вы понимаете, что это не вы, а ваше тело было молодым; именно оно старится, а не вы. По мере роста осознанности вы поймете, что вы никогда не умрете; умрет только тело. Но узнать это можно, только полностью отпустив тело, расслабившись.

На третьей стадии мы спрашиваем: «Кто я?» Даже зная, что мы не тело, не дыхание, нам все равно не известно, кто же мы на самом деле. Знание, что ты не есть тело и дыхание, — негативно. Что же такое позитивное знание? Знать, кем ты являешься. Поэтому на третьей стадии мы спрашиваем: «Кто я?». Но кого спрашиваем? Мы обращаемся с этим вопросом к самим себе и ни к кому больше. Мы наполняем себя этим вопросом, В день, когда вы полностью заполните себя этим вопросом, ответ придет, он явится из ваших глубин. Потому что не может быть, чтобы в глубине души вы не знали, кем являетесь. Если вы есть, значит, вам известно, кто вы.

Очень важно, чтобы вопрос дошел до самых глубин. Например, под землей есть вода, мы же, находясь на поверхности, умираем от жажды. Если мы хотим утолить жажду, нам следует вырыть колодец футов тридцати глубиной, только тогда вода станет доступной. Если мы задаемся вопросом «Кто я?», то ответ на него скрыт в глубине нас. Между нами и ответом находится множество слоев, все их придется убрать один за другим — только так можно добраться до ответа. Поэтому вопрос «Кто я?» работает как лопата. Чем с большей скоростью и силой мы задаем вопрос, тем глубже копаем колодец. Но нам не хватает силы и скорости.

Часто происходят очень странные вещи. Один человек пережил удивительнейший опыт во время двух последних Динамических медитаций. Переживания стоят того, чтобы в них разобраться. Он задавался вопросом изо всех сил и старался на славу. Его усилия были полными. Но, как я уже говорил, ум состоит из множества слоев. Он спрашивал у верхнего слоя: «Кто я?» — с такой силой, что несколько раз высказал вопрос вслух. Однако в промежутке между ними возник другой вопрос: «Ну, и чем это поможет?» Но кто задает этот второй вопрос? Вы спрашиваете: «Кто я?», но кто же задает второй вопрос? Это второй слой вашего ума говорит, что вопрошание не поможет, бесполезно спрашивать вновь и вновь, лучше успокоиться. Так что, пока один слой ума спрашивает: «Кто я?», другой вмешивается, твердя, что это не поможет, лучше успокоиться.

Если ум остается фрагментарным, вы не сможете продвинуться слишком глубоко. Именно поэтому я и прошу приложить всю свою энергию, задавая вопрос, чтобы постепенно весь ум оказался вовлеченным, чтобы вы спрашивали: «Кто я?» — всем умом, тотально. А когда останется только один вопрос и ничего больше, он проникнет в вас, и ответ не замедлит появиться, ответ не задержится ни на мгновение. Ответ скрыт внутри нас.

Знание внутри нас, но мы никогда не взывали к нему, не пробуждали. Оно готово проснуться в любой момент. Именно для этого и предназначены первые три стадии. Они напоминают ступени к храму медитации; они также находятся снаружи. Они подводят вас к дверям и там оставляют. Вхождение в двери происходит на четвертой стадии. Но тот, кто не преодолел первые три ступени, не может надеяться на успех в четвертой. Если вложить всю энергию в первые три стадии, то четвертая случится сама. Первые три вы делаете, четвертая же случается.

?

Одна женщина поинтересовалась, отбрасываем ли мы первые три стадии, достигая четвертой?

По существу, здесь нет вопроса. Если четвертая стадия достигнута, то вопроса нет. Тогда человек сам увидит, нужно ли делать что-то еще. Если потребность существует, то он продолжит делать то, что нужно; иначе он просто отбросит все усилия. Но даже это невозможно предсказать. Если мы станем гадать, не достигнув четвертой стадии, это значит, что мы просто не хотим проходить первые три стадии, желая избежать их. Кажется, вы стремитесь отделаться от усилий, поэтому я не собираюсь говорить, что вы отбросите их. Если я скажу это, вы вовсе не станете трудиться. Усилия отпадут сами собой, но это произойдет только по достижении четвертой стадии.

Ум предает нас по-разному. Задавая такой вопрос, вы даже не подозреваете, почему делаете это. Мотивом является желание избавиться от первых трех стадий. Если вы не пройдете первые три, знайте, что вам никогда не достичь четвертой. Но почему мы так боимся этих предварительных ступеней?

Страх сковывает нас. И эти три стадии предназначены избавить нас от страхов.

Мы боимся, что тело совершит нечто такое, что нам не хотелось бы делать. А что может произойти? Танец, плач, крик, даже падение. Так в чем же заключается трудность? На первой стадии вы глубоко дышите, на второй отпускаете тело, продолжая быстро и глубоко дышать. Затруднений с дыханием и расслаблением возникнуть не должно. Вам не нужно прилагать никаких усилий для танца; если танцуете вы, то дышать станет трудно, но если танец случается, вы с легкостью сохраните глубокое и быстрое дыхание. Что бы ни случилось, позвольте этому произойти.

Наши проблемы связаны с тем, что мы либо делаем что-то, либо сопротивляемся; мы не позволяем чему бы то ни было произойти, случиться. Мы готовы делать; мы будем либо танцевать, либо сдерживать танец. Мы не позволяем чему бы то ни было происходить спонтанно. Вся наша цивилизация основана на подавлении. Мы подавляем столько всего внутри, боясь открыть ящик Пандоры. Все напуганы; похоже, мы действительно сидим на вулкане. Нас одолевает множество страхов; проблема вовсе не в танце. Наши страхи имеют глубокие корни.

Мы невероятно подавляем себя, и нам известно, что может всплыть из глубин нашего мозга. Сын подумывает убить отца и боится, что эта мысль выплывет наружу. Муж спит и видит, как бы задушить жену, но в то же время клянется, что не может прожить без нее и дня. Желание убить жену подавлено в уме, и муж боится, как бы оно не вырвалось в любой момент.

Гурджиев, один из самых выдающихся мистиков нашего времени, в течение пятнадцати дней заставлял пить алкоголь человека, приходящего к нему за помощью и духовным руководством, а сам наблюдал за ним. Не изучив поведение человека в состоянии опьянения, он не посвящал его в садхану. Он поил приходящего каждый день, чтобы вся подавленная нервозность раскрылась перед ним, чтобы стал понятен тип человека и то, что подавлено в подсознании. Только после этого Гурджиев предлагал необходимую для ученика садхану — он называл это Работой. Если человек отказывался пить с ним в течение пятнадцати дней, Гурджиев немедленно отсылал его домой. Возможно, ни один другой Мастер в мире не привык пить таким образом. Но Гурджиев был очень образован и умен, а его глубокое понимание человека невероятно ценно. Вследствие общего огромного подавления нашим подавлениям несть числа.

Именно из-за этих подавлений мы и боимся — опасаемся, что, не выдержав напряжения, они взорвутся. Мы боимся, что скажем что-то, чего говорить не хотели, о чем, по нашему мнению, не следовало бы знать другим. Если кто-то совершил кражу, вполне возможно, что, задавая вопрос «Кто я?», он вслух назовет себя вором. Отсюда страх перед подобным вопросом, Даже если этот кто-то и задает вопрос, то делает это тихонько, так как знает, что он вор. Человек боится и поэтому подавляет вопрос — вполне весомая причина, чтобы интересоваться, а нельзя ли отбросить первые три стадии и обойтись без них.

Но нет, вам придется пройти эти стадии, отбросить которые можно, только хорошенько потрудившись. И, что бы ни поднималось изнутри, оно должно быть выпущено; нельзя ничего подавлять.

Носимые нами маски — не наши настоящие лица; поэтому мы так боимся. Представьте человека, наложившего на лицо слой крема и краски; конечно, он боится размазать грим. Если это случится, то откроется реальное лицо — уродливое, скрытое. Он не хочет, чтобы остальные увидели его настоящее лицо. Он готов пойти даже на пластическую операцию, ибо ничто уже не скроет его уродство. Он в состоянии отбросить все, но не свой фасад, не боевую раскраску. Он попытается сохранить маску любой ценой. Бот гак и все наши лица фальшивы, нереальны. Вы думаете, что люди, избегающие косметики, не раскрашивают лиц? Некоторые приемы грима настолько изощренны и тонки, что не требуют косметики,

Именно по этой причине вы боитесь, что, если во время медитации расслабитесь, маска может слететь, обнажив настоящее лицо, и кто-то увидит его. Этот страх очень опасен, ибо не позволит вам пойти вглубь. Поэтому он должен быть отброшен.

?

Что такое шактипат, или передача энергии? Возможно ли, чтобы кто-то передавал Божественную энергию?

Никто не может делать шактипат, никто не передает энергию; но некто может стать средством такой передачи. Правда, что никто не в состоянии делать это; если же кто-то утверждает, что ему такое под силу, то он просто упивается ложью. Никто не может делать шактипат, и все же в некоторые моменты передача энергии через кого-то случается. Если этот некто абсолютно пуст, сдался тотально, то шактипат может происходить в его присутствии, Здесь выполняется роль проводника, каталитического элемента, но не специально, не преднамеренно. Через проводящего бесконечная Божественная энергия может войти в другого человека.

Никто не может специально стать катализатором, ибо первым условием для выполнения роли проводника является непреднамеренность, вы не должны знать этого, не должны ощущать себя как эго. Эго квалифицирует человека как медиума для совершения шактипат. При наличии эго человек не может быть проводником — Божественная энергия никогда не потечет через него. Поэтому, если есть человек, чье эго полностью исчезло, кто абсолютно пуст внутри, являясь тотальным вакуумом, кто ничего для вас не делает — действительно ничего не делает, — тогда через его пустоту, его вакуум, действующий как проход, канал, Божественная энергия действительно может достичь вас И скорость такого события окажется огромной.

Шактипат означает, что на вас снизошла Божественная энергия, Подобное происходит двояко. Либо энергия поднимается внутри вас и соединяется с Божественной, либо она проистекает от Бога и соединяется с вами. Это одно и то же, но рассматриваемое с двух сторон; либо это два взгляда на одно и то же. Возьмем для примера наполненный до половины стакан. Кто-то скажет, что стакан наполовину полон, другой заметит, что стакан наполовину пуст. Если это философы, то они, затеяв бесконечный спор, так и не придут к согласию, потому что оба утверждения справедливы. Энергия нисходит сверху, но она может восходить и снизу. А когда две энергии встречаются, когда ваша спящая энергия сливается с энергией Бесконечного, — происходит взрыв.

Этот взрыв непредсказуем; невозможно сказать, что производит этот взрыв, как и то, что происходит после него. За всю историю существования мира те, кто были благословенны таким взрывом энергии, взывали сверху: «Идите сюда все! Пройдите через взрыв и сами познайте, что это такое. Это нечто невыразимое, непередаваемое!»

Шактипат означает нисхождение энергии из запредельного. На самом деле эта энергия нисходит каждый день. И она выбирает в качестве посредника человека полностью пустого, абсолютно лишенного эго. Он превращается в катализатор, в средство, но не более того. Если же остается хоть малейший намек на эго, если промелькнет мимолетная мысль, что он сам делает это, человек перестает служить проводником. Отныне энергия не может протекать через него.

И еще я хочу попросить тех, кто чувствует хоть малейшее внутреннее изменение во время медитации, выполнять ее стоя, потому что в таком положении телу гораздо легче двигаться, как и потоку энергии.* Ранее я не просил вас вставать, потому что вам не хватало храбрости медитировать даже сидя. Если же вы будете выполнять ее стоя, то воздействие энергии окажется колоссальным. Вас интересовала шактипат. Положение стоя создает отличную ситуацию для передачи энергии.

?

Только что Ты рассказывал о трех стадиях. Не мог бы Ты пояснить, как они влияют на состояние тела, сердца, мозга и ума?

Влияют по-разному.

(Голос из зала: «Может ли это послужить причиной разрыва сердца?*)

Вот и хорошо, это именно то, что нужно. Позвольте своему сердцу разорваться. Сколько бы вы ни пытались спасти его, однажды оно не выдержит. Так зачем же спасать его? Отпустите свое сердце. По крайней мере, вы будете удовлетворены, что оно разорвалось на пути к Богу. А этого вполне достаточно.

Так как же все-таки первые три стадии отражаются на нас? Медитационная практика, медитация, которой я учу, привносит множество физиологических изменений. Могут исчезнуть многие физические недомогания, увеличивается продолжительность жизни, меняется химический состав крови и тканей. Многие железы, мертвые в настоящий момент, начнут функционировать.

Мы не имеем ни малейшего представления, что говорят психологи и врачи о гневе. Они утверждают, что в состоянии гнева в организм выделяется некое подобие яда. Но до настоящего времени им не известно, каково воздействие любви в этом отношении. Подобно тому как в состоянии гнева организм подвергается воздействию яда, так любовь оживляет тело целительным нектаром. Но в нашем мире любовь — очень редкий феномен, любящего человека еще предстоит изучать в научных лабораториях. Когда медитация достигает полного накала, тело начинает вырабатывать нектар или амброзию, символизирующую бессмертие.

Медитация вносит глубинные изменения в химический состав организма. Те, кто глубоко входит в состояние медитации, начинают видеть необычайные цвета, различать незнакомые доселе запахи, слышать неведомые звуки. Безбрежные потоки света и звуков начинают течь через них. Все это — результат воздействия медитации на химический состав организма. Тело начинает воспринимать, думать и понимать совершенно иначе. Меняются все его жизненные токи. Но изменения происходят на уровне не только тела, но и ума. Об этом следует поговорить отдельно.

С глубоким дыханием соотношение кислорода и окиси углерода в организме изменяется, что вызывает значительные изменения во всех его системах. Кислород и окись углерода в определенных пропорциях формируют базис нашего существования. Изменение их соотношения вносит изменения во все. Но это уже вопрос чисто технический.

Меня спрашивают, одинаковы ли задачи медитации и самогипноза. Во многом они идут рука об руку, но в последней точке кардинально расходятся. Первые три стадии, кроме акта внутреннего наблюдения, относятся к гипнозу как таковому. Но наблюдение за дыханием, движениями тела, то есть свидетельствование с вершины горы, не имеет ничего общего с гипнозом. В этом заключается огромная, фундаментальная разница.

Процесс гипноза очень важен — объединенный с наблюдением, он становится медитацией. Но без наблюдения, без свидетельствования он ведет к бессознательному состоянию. Используя только гипноз, вы становитесь бессознательными. Однако вы можете пробудиться, применяя гипноз в сочетании с наблюдением. Разница, как видите, огромна.

Глава 6

Решающий момент совсем рядом

(Наргол, Индия. Вечером 5 мая 1970 г.)

?

Когда Вивекананда спросил Рамакришну, видел ли тот Бога, Рамакришна ответил: «Да, я видел Его так, как вижу сейчас тебя». Можно ли задать такой вопрос и Тебе?

Во-первых, задавая вопрос, Вивекананда не спрашивал разрешения. Ты же хочешь знать, можно ли задать вопрос. Вивекананде необходимо было узнать. И не забывай, что ответ Рамакришны был предназначен специально для Вивекананда, другому он не ответил бы так

В мире духовности все ответы очень личностны, предназначены конкретному человеку. Спрашивающий не менее важен, чем отвечающий. Получающий, который должен понять, не менее важен, чем дающий.

Многие просили меня прикоснуться к ним, чтобы пережить то, что пережил Вивекананда, когда Рамакришна коснулся его. Но они не знают, что тысячи других, кого Рамакришна тоже касался, ничего не испытали. Рамакришна причастен к переживанию Вивекананды только на пятьдесят процентов, остальные пятьдесят принадлежат самому Вивекананде.

К тому же не обязательно, что то же самое произошло бы, коснись Рамакришна Вивекананды в любой иной день. Это случилось в определенный момент, так что время тоже очень важно. Ты не один и тот же человек двадцать четыре часа в сутки. В течение дня ты исполняешь роли множества личностей, индивидуальностей. В определенный момент Вивекананда спросил; «Ты видел Бога?» Какие простые слова! Нам кажется, что мы понимаем, о чем спрашивает Вивекананда. Но в действительности это не так

Вопрос «Видел ли ты Бога?» не так уж прост, как кажется на первый взгляд. И Рамакришна не просто отвечает на поставленный вопрос, он утоляет жажду Вивекананды, его страсть. Пробужденные не отвечают на ваши вопросы, они отвечают на вашу жажду, вашу страсть. Вивекананда задает вопрос со всей жаждой, со всей тоской о Боге, и Рамакришна просто отвечает личности, скрывающейся за вопросом.

В одно из селений пришел Будда, и кто-то спросил его: «Есть ли Бог?» И Будда ответил: «Нет, Бога нет». В полдень другой человек подошел к нему и сказал «Я думаю, что Бог все-таки есть. Что ты на это ответишь?» И Будда ответил «Бог есть». Вечером пришел третий и сказал «Я не знаю, есть ли Бог или Его нет. Что ты мне скажешь?» Будда ответил: «Лучше промолчать, не говоря ни да, ни нет».

Ученик Будды, сопровождавший его, пришел в замешательство, услышав три разных ответа на столь простой вопрос.

Перед сном он сказал: «Меня настолько смутили твои ответы, что я, кажется, сойду с ума. На один и тот же вопрос утром Ты ответил да, днем — нет, а вечером — ни да, ни нет».

Будда объяснил ему: «Ни один из ответов не предназначался тебе; они адресовались конкретному человеку, тому, кто задавал вопрос. Они не имеют никакого отношения к тебе. Зачем ты их слушал? Как я мог ответить тебе, если ты не спрашивал? Когда ты придешь с вопросом, то тоже получишь ответ». Ученик возразил: «И тем не менее я слышал ответы».

Тогда Будда сказал: «Эти ответы предназначались другим, они даны в соответствии с различными потребностями. Тот, кто пришел ко мне утром, был верующим, теистом, и он хотел, чтобы я укрепил его веру. Он не знает, есть Бог или Его нет. Он лишь хотел удовлетворить свое эго тем, что я тоже придерживаюсь его точки зрения. Он пришел ко мне за поддержкой, за моими утверждениями, Поэтому я и ответил, что Бога нет. Таким ответом я потряс его корни. Он не познал Бога; если бы он познал Его, то не пришел бы ко мне. Тот, кто знает, не ищет подтверждений своим знаниям. Даже если весь мир станет отрицать существование Бога, знающий не перестанет утверждать, что Бог есть. Но этот человек до сих пор ищет, сам он ничего не знает. Поэтому я вынужден был сказать ему — нет. Дело в том, что он перестал искать, а я встряхнул его, чтобы он продолжил поиски. Человек, обратившийся ко мне днем, был неверующим, атеистом; он считал, что Бога нет. Вот я и сказал ему, что Бог существует. Он тоже оставил поиск; он тоже хотел, чтобы я подтвердил его правоту. Но пришедший вечером не был ни верующим, ни атеистом. Поэтому было бы неправильно навязывать ему какую-либо веру, так как обе противоположности являются ограничениями. Вот я и сказал, что если он хочет истинного ответа, то ему лучше успокоиться и не говорить ни да, ни нет. Что же касается тебя, вопроса не возникает, потому что тебе еще предстоит задать его».

Религия — дело сугубо личное. Это как любовь. Слова любви предназначены только возлюбленному, не стоит превращать их в достояние всего мира. Любовь — дело интимное. Так и духовные истины передаются от одного другому, ибо слова истины — не сотрясание воздуха.

Задавай вопрос, но только когда станешь Вивеканандой, приобретя туже страсть и настойчивость. Вивекананде не нужно разрешение, он задает свой вопрос без спроса.

Недавно ко мне обратился юноша, спрашивая, стоит ли ему принимать санньясу. Я ответил: «Пока тебе нужен совет, не принимай санньясу, иначе пожалеешь. Решение должно исходить от тебя. День, когда ты почувствуешь, что не можешь больше откладывать, даже если весь мир будет против, станет днем твоей инициации. Только тогда санньяса станет плодотворной и радостной». Юноша поинтересовался: «А как это происходило с Тобой?» Я сказал: «Я никогда ни с кем не советовался, по крайней мере в этой жизни. Если же мне потребуется совет, я попрошу его у своего внутреннего существа. Зачем советоваться с другими? Как можно доверять мнению другого человека? Не стоит полагаться на советы постороннего».

Если мое утверждение о существовании Бога будет положительным, разве изменится что-нибудь для тебя? Разве произошли с тобой изменения, когда ты прочитал в книге ответ Рамакришны? Можно написать еще одну книгу, зафиксировав мой ответ: «Да, Бог существует. Я вижу Его гораздо лучше, чем вас». Что изменится? Даже если в тысяче книг будет написано, что Бог существует, тебе это не поможет. Пока ответ о существовании Бога не придет изнутри, все ответы, полученные от других, бессмысленны. Чужой опыт полезен в житейских делах, но только не в том, что касается Бога. Так к чему этот вопрос? Разве мой ответ поможет тебе? Если ты ждешь ответа, задай его себе. И, если ответа не последует, восприми это как перст судьбы Спокойно жди ответа; живи в незнании. Если тебе удастся жить в незнании, однажды ответ придет.

Все ответы таятся внутри нас, нужно только овладеть искусством правильной постановки вопросов. Абсолютно бесполезны вопросы, задаваемые всему миру. Когда человек, подобный Вивекананде, задает вопрос, а Рамакришна отвечает, помогает вовсе не ответ. Вивекананда вопрошает с такой напряженной жаждой, что ответ Рамакришны кажется принадлежащим самому Вивекананде, выходящим из глубинных слоев внутреннего существа. Именно поэтому он несет в себе помощь. Когда задают вопрос, вытекающий из потаенных глубин, когда это вопрос жизни и смерти, то полученный ответ принадлежит самому вопрошающему. Другой становится зеркалом, отражающим ответ. Если Рамакришна говорит «Да. Бог есть», то ответ отражает внутреннюю сущность Вивекананды. По этой причине ответ является истиной, словно Вивекананда услышал собственное эхо, отраженное Рамакришной. Для Вивекананды Рамакришна — не более чем зеркало.

До того как прийти к Рамакришне, Вивекананда обращался с этим вопросом к другому человеку — Махариши Девендранату; деду великого Рабиндраната Тагора. Его звали Махариши Девендранат — великий видящий. По ночам он удалялся к реке, чтобы в одиночестве выполнять духовные практики. В полночь на новолуние Вивекананда вплавь добрался до суденышка старика. Юноша распахнул неплотно прикрытую дверь и вошел в каюту. Было темно, к тому же Девендранат сидел, закрыв глаза, погрузившись в глубокое созерцание. Вивекананда ухватился за ворот рубашки почтенного старца. Девендранат испугался, увидев рядом промокшего юношу. Утлое суденышко сотрясалось от порывистых движений молодого человека. Как только старик открыл глаза, Вивекананда выпалил свой вопрос: «Я хочу знать, есть ли Бог». Девендранат попросил юношу успокоиться. Представьте состояние старика, столь внезапно потревоженного в уединенном убежище незнакомцем, переплывшим реку, чтобы спросить: «Есть ли Бог?» Старик сказал: «Подожди немного, остынь. Сначала скажи, кто ты и что привело тебя ко мне». Вивекананда моментально отпустил ворот рубашки старика, вышел на палубу и ринулся в воду. Когда махариши попытался образумить юношу, Вивекананда прокричал в ответ: «Ваши сомнения говорят сами за себя, я ухожу».

Сомнения действительно сказали все. Девендранат сомневался настолько сильно, что пропустил сам вопрос. Позже он отметит, что растерялся, так как никогда прежде ему не задавали такой вопрос, да еще при столь необычных обстоятельствах. Люди спрашивали его о Боге и религии, и он объяснял им то, что написано по этому поводу в Ведах, Гите и Упанишадах. Естественно, его смутила манера Вивекананды задавать вопросы. Старик признался; «Когда юноша исчез, впервые за всю мою жизнь я понял, что у меня нет ответа».

Спрашивай, но только когда будешь готов задать вопрос. Приходи ко мне, когда будешь готов, и ты получишь ответ. Потому что дело не только в вопросе-ответе. После ответа Ра-макришны Вивекананда перестал быть тем человеком, каким был до вопроса. Он пришел как Нарендранат, но после ответа превратился в Вивекананду. Спрашивай, но будь готов к радикальной трансформации всей твоей жизни. И ты получишь ответ. Не забывай, что Нарендранат не вернулся домой как Нарендранат, ибо, когда Рамакришна произнес: «Бог есть; я видел Его более четко, чем тебя. Ты нереален, но по отношению к Богу я не могу утверждать подобного», Вивекананда не ответил; «Да, сэр, ваш ответ хорош, я запишу его в свою книжечку». Он просто не мог вернуться домой таким, каким был прежде. Ответ перечеркнул все прошлое; Нарендранат скончался.

Мне нетрудно ответить на твой вопрос, но ты попадешь в затруднительное положение. Поэтому приходи, когда жажда станет невыносимой Замечательно, если твой приход будет необычен. Схватив меня за ворот рубашки, не забывай, что в этот момент и сам попадешь в мои сети, выбраться из которых невозможно. Проблема вопроса-ответа не повод для дискуссии. Это вопрос жизни и смерти; ставка же — твоя жизнь.

?

Семени нужно время, чтобы прорасти. Ты же говоришь, что человек — это семя, семя Божественного, которое прорастает в мгновение ока. Объясни это противоречие, пожалуйста.

Семени нужно время, чтобы стать ростком. Однако время необходимо семени не для того, чтобы проклюнуться, а для того, чтобы перестать быть семенем. Прорастание происходит одномоментно; семя взрывается в росток. Но семя затрачивает время на то, чтобы перестать быть семенем. Поэтому я не настаиваю, что не нужно времени, чтобы растворить эго, но я действительно утверждаю, что Богу время не нужно, Он приходит в одно мгновение. Например, если мы кипятим воду, нужно время, чтобы она нагрелась до точки кипения. Но, как только температура воды превышает сто градусов, она моментально превращается в пар. Это прыжок; как только вода доходит до точки кипения, она совершает прыжок; она прекращает существовать в качестве воды, становясь паром. Бода не становится паром постепенно, шаг за шагом; нет, это происходит прыжком. Конечно, воде нужно время, чтобы дойти до точки кипения. Она остается водой, пока не дойдет до точки, откуда возврат невозможен, — ста градусов. Даже при девяноста девяти градусах она по-прежнему остается водой.

Бог — это взрыв, прыжок Он — точка взрыва. Пока ты не достиг этой точки, ты остаешься человеком, даже если твои усилия достигли девяноста девяти градусов. Достигнув же точки кипения, ты превращаешься в Бога. Где заканчиваешься ты, начинается Бог.

Поэтому я и говорю, что это происходит в одно мгновение. Что я подразумеваю под этим мгновением? Это значит, что, если мы готовы войти в точку кипения, это произойдет мгновенно. Не слишком ли долго мы находимся в котле? Многие жизни мы пытались подогреться на Божественном огне, но нам никак не удавалось достичь отметки в сто градусов. Сколько же времени еще вам надо? Мы потратили достаточно времени; но нам не известно искусство нагрева и достижения точки кипения. Даже добравшись до отметки в девяносто девять градусов, мы немедленно поворачиваем назад и остываем, потому что страшимся ста градусов. Я видел подобное много раз.

Удивительно, какие незначительные вещи заставляют вас поворачивать назад. Кажется, что вы поступаете так преднамеренно. Это напоминает мне человека, севшего на поезд, чтобы добраться до Бомбея, но столкнувшегося с двумя оживленно разговаривающими людьми и вернувшегося домой на том основании, что громкий разговор помешает ему доехать до Бомбея. Вполне очевидно, что этот человек вовсе не хотел ехать в Бомбей, если ему помешала такая мелочь. Если человеку нужно в Бомбей, он не обратит внимания на подобную чепуху; он ни при каких обстоятельствах не прервет поездку.

Люди бросают медитацию по очень тривиальным причинам. Кто-то отступает, потому что его слегка толкнули или некто рядом, упав на пол, стал плакать. Кажется, он хотел бросить, но лишь ждал предлога, который объяснил бы отсутствие энтузиазма. Даже негромкий звук может стать весомой причиной того, что он перестал медитировать. Но какое отношение к нему имеет сам звук? И человек не знает, какую цену платит за столь малые помехи. Он даже не понимает, что говорит.

Не так давно меня остановил один человек и сказал: «Пожалуйста, попросите людей не выражать эмоции столь бурно, иначе велика вероятность взрывоопасной ситуации. Медитируя, двое даже разделись». Он говорил довольно любезно: некоторые люди растеряны, потому что двое сорвали с себя одежды, значит, я должен утихомирить их

Все мы наги, несмотря на то, что одеты, но никого это не беспокоит. Когда же двое сорвали с себя одежду во время медитации, все вдруг взволновались. Какая ирония! Было бы понятно, раздень кто-то вас. Но почему вас волнует, когда кто-то снял свою одежду? Это нормально, если бы вас лишили одежды, хотя расстраиваться бессмысленно и в данном случае Иисус говорил: «И кто захочет взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду» — возможно, он постеснялся попросить больше. Протест был бы справедлив, сними кто-то рубашку с него. Но зачем терять голову, если кто-то снимает собственную одежду? Похоже, что человек, предъявивший претензии, только и ждал момента, когда кто-нибудь снимет одежду, чтобы самому отбросить свои усилия, а вину переложить на другого.

Удивительно — чем может потревожить вас обнаженный человек во время медитации, если вы пристально не наблюдаете за ним? Вы медитировали или нет? Дело вот в чем — вы вообще не должны знать, что происходит вокруг, а сосредоточиться на себе и медитировать. Или вас интересует, чем занимаются остальные? Вы кто, прачка или швея, что вас так интересует чужая одежда? Баше беспокойство бессмысленно и необоснованно.

Что же касается тех, кто разделся... подумайте об этом. Представьте, что разделись вы сами, и тогда вы поймете, что у тех двоих были на это крайне весомые причины. Возможно, вы не поступите так, даже если вам предложат сто тысяч рупий, а эти люди спонтанно совершили подобное; скорее всего, у них на то были веские основания. Мы еще не научились видеть и принимать жизнь с любовью и сочувствием.

Когда Махавира впервые сорвал с себя одежду, его встретил град камней, теперь же он — объект поклонения Те, кто поклоняются ему, продают одежду. Последователи Махавиры — торговцы одеждой. Как странно! Это, должно быть, те же люди, которые забрасывали его камнями. Желая искупить вину, теперь они продают одежду, чтобы не вынуждать людей ходить раздетыми. Продавцы тканей — тоже последователи Махавиры, ходившего нагим. Когда он сорвал с себя одежду, его изгнали из селения. Нигде он не мог найти приюта. Куда бы он ни приходил, его прогоняли, так он был наг. Теперь же его почитают и обожествляют — того, кому было отказано не только в крове над головой, но и в месте для кремации за селением. На него спускали собак, чтобы он не приближался к селениям. Что же так беспокоило людей? Лишь то, что Махавира отбросил свои одежды.

Что же было причиной? Какой страх скрывался за этим, действительно ужасный страх? Мы настолько наги внутри, настолько безобразно деградировали и обнищали по своей сути, что один вид обнаженного человека — нагота ассоциируется с бедностью и убожеством — напоминает нам о нашем собственном внутреннем убожестве и уродстве. Иной причины нет.

И не забывайте, что нудизм — это одно, а нагота — совершенно иное. Глядя на Махавиру, никто не может назвать его голым, настолько он прекрасен. Что же касается нас, то даже в самых красивых одеждах мы выглядим уродливо и голо.

Внимательно ли вы наблюдали за теми, кто сбросил одежду во время медитации? Скорее всего, вы в смущении украдкой бросили взгляд, иначе не были бы столь обеспокоены возможностью возникновения взрывоопасной ситуации. Остановивший меня тогда сказал, что особенно взволнованы женщины. Но разве они здесь для того, чтобы наблюдать за тем, как кто-то снимает одежду? Они пришли сюда медитировать, но вместо этого украдкой подглядывают за другими. Они перестали наблюдать за собой, делать то, что мы называем «Помнить себя», а вместо этого стали совать нос в чужие дела. В таком случае ситуация неизменно накалится. Кто просил вас подглядывать за другими? Как может чужая нагота помешать вам? Что же касается раздевшихся, то они вообще не смотрели на вас, Если бы обнаженный пришел ко мне со словами, что его смущает присутствие женщин, это было бы понятно. Странно, что женщинам ситуация показалась взрывоопасной. Ваш ум только обрадовался бы, понаблюдай вы внимательно; тогда вы увидели бы, насколько просто и невинно все происходило. Так многого можно было достичь; ваш ум почувствовал бы озарение и облегчение. Все стало бы иначе для вас. Но, кажется, мы обречены избегать всего стоящего. Во всем мы стремимся усмотреть катастрофу. И нет конца нашим безумным верованиям и концепциям.

В процессе медитации для каждого наступает время, когда он должен отбросить одежды И люди срывают с себя одеяния с моего разрешения. Поэтому, если вы готовы разразиться гневом, обрушьте его на меня. Каждый, кто обнажил здесь свое тело, получил мое разрешение. Они чувствовали, что если не снимут одежду во время медитации, то нечто внутри останется заблокированным. И я сказал, чтобы они продолжали без одежды. Однако это касается только их, но не вас. Так почему же вы волнуетесь? Если кто-то осуждает их за это, то он не прав. У вас нет на это права.

Вам следует понять, что наступает момент невинности, когда многое становится препятствием для невинного ума. Одежда — символ самых жестких запретов человечества; она не что иное, как проявление глубочайших табу, отражение закоренелых, древних обычаев. В социальной, общественной жизни наступает момент, когда наши одеяния становятся символом всей цивилизации. Но правда и то, что для некоторых — не для всех — приходит время, когда одежда становится ненужной обузой для ума.

Будда всю свою жизнь носил одежду, как и Иисус. Но Махавира отбросил ее за ненадобностью. Были и женщины, поступавшие также, хотя во времена Махавиры они еще не осмеливались. У Махавиры было множество последователей среди женщин — намного больше, чем среди мужчин: около десяти тысяч учеников-мужчин и более сорока тысяч женщин. Но ни одна из них так и не набралась мужества сбросить одеяния. Вот почему Махавира сказал, что этим женщинам придется родиться вновь, ибо они не достигнут мокши, или освобождения, пока не воплотятся как мужчины — ведь тот, кто боится сбросить одежду, не осмелится отбросить и тело. Поэтому Махавира возвел в закон утверждение, что освобождение недостижимо в женском воплощении; для этой цели необходимо воплотиться в мужчину. Другой причины для этого нет,

Но были и храбрые женщины, например, Лала из Кашмира. Встреть ее Махавира, он не изложил бы подобный принцип. Лала из Кашмира была такой же, как и Махавира; если вы спросите кашмирца о ней, он скажет: «Нам в Кашмире известны только два имени: Аллах и Лала; только два имени». Лала жила обнаженной, и весь Кашмир боготворил ее. В ее наготе люди впервые узрели необычайную красоту и невинность. Она излучала невинность и детскую радость. Знай ее Махавира, он избежал бы обвинений в том, что утверждал, будто освобождение невозможно в женской инкарнации. Но не Махавира ответствен за это; вина лежит на окружавших его женщинах. Глядя на них, он сказал «Как женщина может отбросить привязанность к телу, если ее привязанность к одежде столь сильна? Отождествление с внешней одеждой настолько сильно в женщинах, что невозможно ожидать, чтобы они отбросили отождествление с одеждой внутренней, которая есть тело».

Я не прошу вас срывать одежды, но, если кто-то поступает так, нет причин для запрета. Если даже в медитационном лагере мы не позволим себе хоть немного свободы, то где же еще нам искать ее? Медитационный лагерь предназначен для ищущих, а не для зрителей. Пока человек не мешает другим, он полностью свободен. Если кто-то посягает на вашу свободу, то у вас есть причина жаловаться. Если раздетый человек ударил вас, причинил боль, тогда есть основания остудить его пыл Но до тех пор, пока он занимается собой, никого не вмешивая в свои дела, вы не имеете права предъявлять претензии.

Просто удивительно, сколь мелко то, что мы принимаем за помехи для медитации. Если кто-то наг, то медитация многих идет насмарку. Не стоит сохранять увечную, слабую, ничтожную медитацию. Грош ей цена. Вы в состоянии медитировать, только если все одеты и ведут себя прилично, но такое невозможно. Садхана, или духовный поиск, требует огромного мужества. Здесь нам предстоит открыть себя слой за слоем подобно тому, как мы чистим луковицу. В глубоком смысле садхана сталкивает нас с внутренней наготой. Не обязательно срывать одежды, но иногда для человека возникает такая ситуация, когда сделать это просто необходимо. Не забывайте, однако, что со стороны невозможно судить о подобной ситуации; вы не имеете права судить и обсуждать ее. Как вас касается эта проблема? И откуда вам знать, что происходит на самом деле? Неужели вы думаете, что люди, изгнавшие Махавиру из своих селений, поголовно все были злыми? Нет, они для своего времени были столь же цивилизованны и культурны, как и вы, но, подобно вам, считали, что раз он наг, то ему среди них не место.

Ужасно, что мы постоянно повторяем одни и те же ошибки. Человек, встретившийся мне на улице, с сочувствием сказал, что мне следует запретить людям обнажаться, иначе посещающих наши медитации в Бомбее станет значительно меньше. Ну и ладно; пусть даже никто не придет! Нет необходимости, чтобы на медитации приходили случайные люди. Мне безразлично — пусть придет только один человек. Тот же самый встретившийся мне сказал, что женщины вообще уйдут. Пусть уходят, Но если они все же решат остаться, то сделают это на моих условиях. Если медитации будут проходить так, как этого хочется вам, то этим лучше вообще не заниматься. Я стану абсолютно для вас бесполезным.

Медитации будут проходить на моих условиях. Я пришел не для вас, и я не могу руководить согласно вашим желаниям. Вы не можете указывать мне. Гуру, Мастер, тот, кого больше нет, становится популярным уже после своей смерти по той простой причине, что вы можете манипулировать им по своему желанию, а он не в состоянии возразить. Но если Мастер жив, он непременно представляет для вас опасность. Вот почему живых Мастеров избивают, а Махавире поклоняются. Это так естественно. Усопшим Мастерам молятся по всему миру. Живой Мастер доставляет много хлопот, ведь его невозможно втиснуть в привычные рамки и контролировать.

В моих глазах лишь причина вашего прихода имеет ценность. А кто приходит или не приходит — это от меня не зависит. Я хочу, чтобы находящиеся здесь приходили с полным пониманием, почему и зачем они пришли.

?

Объясни, пожалуйста, что такое сахаджа йога — йога естественности и спонтанности ?

Сахаджа-йога — самая трудная из йог, потому что нет ничего труднее, чем быть сахаджа — без усилий, естественным и спонтанным, «Сахаджа» означает позволять происходить тому, что происходит, не сопротивляться. Человек обнажился; это поступок естественный. Но, как видим, в действительности получилось не так. Быть сахаджа — значит течь как вода или воздух, не позволяя интеллекту вмешиваться в то, что происходит.

Как только вмешивается интеллект, мы перестаем быть сахаджа становясь неестественными. Выбирая решать, чему быть, а чему не быть, мы моментально становимся ненатуральными. Но, принимая происходящее таким, каково оно есть, мы возвращаемся к естественности.

Первое, что нужно понять, — сахджа-йога самая трудная из йог. Мнение, что Сахаджа-йога — легкий способ постижения садханы, или духовного учения, абсолютно не верно. Люди цитируют Кабира: «Садхо, Сахадж самадхи бхолш» — О, ищущий, естественный экстаз лучше всего. Конечно, это лучше всего, но и труднее всего. Для человека нет ничего труднее, чем быть естественным. Человек стал таким неестественным, он так далеко ушел от природы, что теперь ему гораздо легче быть ненатуральным и очень трудно вернуться к своим истокам.

В связи с этим важно понять некоторые вещи, ведь и то, чему я учу, по существу, является сахаджа-йогой.

Навязывать жизни свои доктрины и догмы — значит извращать жизнь. Но все мы поступаем именно так; сами ограничиваем себя концепциями и представлениями. Кто-то насильствен, но пытается быть ненасильственным. Кто-то гневается, но старается казаться спокойным. Кто-то жесток, но пытается представить себя добрым. Вор пытается быть щедрым, а грешник — святым. Все мы поступаем подобным образом, постоянно навязывая себе то, что нам не свойственно на самом деле. Но в итоге — каков результат?

Мы проигрываем не только тогда, когда попытка не удается, но даже в случае удачи. Ибо, как ни старайся, вор все равно не щедр; конечно, он может заниматься благотворительностью, но тогда пребывает в иллюзии собственной щедрости; воровской ум всегда найдет способ украсть даже посредством благотворительности

Как-то пророк Экнат решил отправиться в паломничество. Один местный воришка пожелал сопровождать пилигрима, объяснив это тем, что много грешил и теперь хочет очиститься в священных водах Ганга. Экнат сказал: «Я не возражаю, потому что все, кто отправляется в путь со мной, в той или иной степени воры. Но они возражают против твоего присутствия, боясь, что ты можешь украсть их вещи. Поэтому я могу взять тебя с собой, если ты твердо пообещаешь, что во время паломничества не станешь воровать». Воришка поклялся в этом.

И вот воришка присоединился к пилигримам, среди которых каждый был вором. Это были воры разного сорта — не все воры одинаковы, — и все они отправились в путь.

Чем дальше, тем больше наш воришка чувствовал себя не слишком уютно. Старая привычка к воровству и данная Экнату клятва ставили его в крайне затруднительное положение. Днем он еще держался, ночами же ему приходилось особенно трудно. Когда остальные спали, воришка ворочался с боку на бок, потому что это было его обычное «рабочее» время промышлять. Так он промучился пару дней, а на третий сказал себе: «Это долгое паломничество доконает меня. Сколько еще я смогу продержаться? К тому же я разучусь своему мастерству. Что я тогда стану делать по возвращении из святых мест, ведь паломничество не продлится вечно?»

Итак, на третью ночь начались проблемы, но в некотором роде благопристойные. Он стал воровать, но совершенно по-новому — беря вещи из котомки одного паломника и вкладывая их другому; себе он ничего не брал.

На следующее утро паломники были в недоумении. Каждый из них недосчитывался какой-то вещицы, которая затем обнаруживалась у другого. Паломников было более полусотни, поэтому отыскать вещи оказалось достаточно трудно. В лагере царило смятение, никто не мог понять, в чем дело. Вещи не исчезли; но все они поменяли хозяев. Экнат же, подумав, что это, должно быть, дело рук воришки-пилигрима, решил покараулить ночью. Около полуночи воришка встал и начал перекладывать вещи. Экнат тихо пробрался к нему и спросил: «Что ты делаешь?» Тот ответил: «Я поклялся не красть и держу слово. Я не краду вещи, а только меняю их местами, Я не беру себе ничего, следовательно, не нарушаю клятвы».

Позже Экнат говорил, что, как бы вор ни пытался измениться, он все равно остается вором.

Причина всей неестественности нашей жизни кроется в том, что мы постоянно пытаемся быть не теми, кем являемся на самом деле. Нет, сахаджа-йога скажет, что не следует пытаться быть тем, кем не являешься; узнай, кто ты, и живи этим. Если ты вор, знай, что являешься вором, и тотально проживи жизнь вора. Это очень трудно, потому что даже вор радуется, думая, что ему удалось избавиться от своего порока. На самом деле ничего не меняется, но ему легче считать, что, хотя сегодня он вор, завтра сможет отделаться от воровства. Даже эго вора радуется при мысли, что, хотя сегодня обстоятельства вынуждают его воровать, наступит день, когда он сможет стать филантропом, а не вором. Вот так в надежде на завтра он крадет у себя сегодня.

Сахаджа-йога говорит, что если мы по-настоящему знаем, кто мы, если принимаем себя такими, какие мы есть, и тотально проживаем это, то преображение может произойти в тот же миг. Если вор полностью осознает, что он вор, то не сможет долго оставаться вором. Желание продолжать воровство заставляет его твердить, что на самом деле он не вор, это лишь стечение обстоятельств. Подобная идея дает удобное объяснение воровству; человек ворует, но в душе он не вор. Другой заявляет, что он не насильник, обстоятельства, мол, вынуждают его к насилию. Еще один утверждает, что вышел из себя, потому что какой-то проходимец оскорбил его, а так он человек не злой, очень спокойный, просто его вынудили. Он даже просит прощения, говоря: «Прости, брат, не знаю, как это у меня получилось. Вообще-то я неплохой человек». Таким образом, его гордость и эго восстановлены. На самом деле все наши раскаяния и сожаления — лишь способ восстановить эго. Гневливый сохраняет эго, прося прощения.

Сахаджа-йога говорит: знай, ты есть тот, кто есть, и не пытайся уйти от этого даже на йоту. В момент, когда ты полностью осознаешь грех, боль и агонию, ты сразу же станешь тотально свободным от этого. Если вор полностью осознает, что он вор, не лелея ни малейших иллюзий, будто когда-нибудь перестанет быть вором, если он знает, что он вор сегодня и останется им завтра, если он полностью принимает такое положение вещей и понимает его, как вы думаете, сможет ли он остаться вором еще хоть на секунду? Осознание того, что он вор, проникнет в его сердце, словно разрывная пуля, и даже секунды не сможет он прожить в таких условиях. В тот же самый момент произойдет преображение, полная трансформация.

Все мы так умны и изворотливы Мы — воры, мечтающие облагодетельствовать мир, и наши мечты помогают нам всегда оставаться ворами. Наши мечты действуют наподобие буфера между двумя железнодорожными вагонами. Буфер принимает удар на себя, и пассажиры не страдают. Точно так же различные доктрины и принципы выполняют роль амортизатора в нашей жизни Я вор, но намерен перестать воровать. Я жесток, но идея ненасилия является моим лозунгом; я твержу, что ненасилие — это вершина религиозности. Идея становится моим буфером, она помогает мне сохранить свою жестокость. Поскольку, когда бы передо мной ни вставал факт моего насилия, я воскликну: «Какое насилие? Я последователь ненасилия; для меня оно является наивысшим религиозным достижением. Если иногда я и отступаю от него, то только в силу моей слабости; но я достигну своего идеала завтра или чуть позже. Даже если мне не повезет в этой жизни, это удастся в следующей. Ведь ненасилие остается моей путеводной звездой!»

Можно пронести стяг ненасилия по всему миру, но внутри остаться жестоким. Стяг становится помощником насилию.

Где бы вы ни встретили лозунг, превозносящий ненасилие, знайте, что насильники рядом, иной причины для лозунга нет, заявление о ненасилии всегда сопровождает жестоких и несдержанных людей, поскольку помогает скрыть истинное обличье. Человек изобрел множество различных уловок и сам затерялся среди них.

Быть сахаджа означает быть таким, как есть; это значит, что невозможно убежать от своей природы. Быть естественным — значит сказать себе я должен прожить это и проживу это полно,

Но быть и жить тем, кем являешься, на самом деле невероятно болезненно, почти невозможно. Знаете ли вы, как поступите, оказавшись в аду? К вашему удивлению, вы обнаружите, что в аду можно выжить только с помощью мечты. Вы закроете глаза и погрузитесь в мечты. Вы когда-нибудь голодали? Тогда вам известно, что все время вы мечтаете только о еде. Мечты о еде помогут вам пройти сквозь голодание. Если вы прекратите мечтать, вам немедленно придется утолить голод. Но мысль, что завтра утром вы отлично закусите, поддерживает вас.

Я помню одного профессора, моего коллегу по университету. Мы проводили вместе много времени. Я подметил, что время от времени он начинает рассуждать о деликатесах. Понаблюдав внимательнее, я пришел к выводу, что он говорит об этом только по субботам.

В одну из суббот, когда он пришел в университет, я высказал уверенность, что сегодня коллега будет говорить о деликатесах. Профессор удивился: «Почему вы так думаете?» Тогда я ответил: «В течение последних двух месяцев я делал записи, свидетельствующие, что по субботам в своих разговорах вы так или иначе затрагиваете тему изысканной пищи. Вы что, голодаете по субботам?» Профессор вновь удивился, пробормотав: «Но кто вам сказал об этом?» И я ответил «Не было необходимости узнавать об этом у других, я сам пришел к такому выводу. Я подумал, что здоровый, уравновешенный человек, нормально питающийся, не станет говорить о еде так, как это делали вы по субботам. А мне известно, что питаетесь вы нормально, но по субботам под тем или иным предлогом заводите разговор о деликатесах».

Профессор согласился: «Вы абсолютно правы; по субботам я не могу ни о чем думать, кроме еды. Целый день я мечтаю о том, что съем завтра. Так и проходит этот день». Тогда я предложил ему не думать о еде, а только голодать, на что получил возражение. «Это невозможно; тогда мне придется бросить голодание. Только с помощью мыслей о еде я могу продержаться целый день. Надежда на завтра помогает мне выдержать голодание, иначе просто невозможно».

Жестокий человек продолжает оставаться таковым в надежде, что когда-нибудь станет милосердным. Злой остается злым, надеясь, что скоро будет добрым и сострадательным. Грешник остается грешником, надеясь, что завтра превратится в образец добродетели. Эти надежды нерелигиозны. Покончите с ними. Что есть, то есть. Узнайте то, что есть, и живите с ним. То, что есть, является фактом. Живите с реальностью вашей жизни.

Однако жить с сознанием подобного факта очень тяжело и болезненно. Уму больно осознавать, что вы не очень хороший человек. Поэтому сексуально возбудимые люди читают о брахмачарье, целибате; вот как они прячут свою сексуальность. Сгорая от сексуального желания, они читают трактаты о целибате и верят, что ищут безбрачия. Такие книги только помогают сохранять сексуальность. Читающие их твердят, что сегодня они вовлечены в секс, но завтра станут тверды в своих намерениях. Поэтому дело не так уж плохо, рассуждают они.

Однажды мне случилось гостить в одной семье. Старейшина семьи сообщил, что он трижды был инициирован в брахмачари одним из монахов. Я удивился, услышав подобное, и поинтересовался: «Достаточно один раз дать клятву целибата. Как же случилось, что вы трижды давали обет?» Старик, обеспокоившись, спросил: «Что вы хотите этим сказать? Вот мои друзья похвалили меня за то, что я сделал это трижды. Никто, кроме вас, не осуждал мои действия». И я вновь повторил: «Клятву дают только раз. Почему вы давали ее трижды?» Старик признался, что ему не удалось выполнить обет, поэтому он и был инициирован трижды. Тогда я спросил: «...А как насчет четвертого раза?» И он ответил: «У меня уже не осталось мужества; я утратил доверие к самому себе».

Когда этот человек оставил обеты, ему было уже шестьдесят лет. Он подпитывал свою сексуальность с помощью обетов брахмачарьи.

Мы очень странные люди. Мы практикуем асахаджа-йогу — йогу неестественности. Мы сексуальны, но читаем книги о брахмачарье, убеждая себя; «Кто говорит, что я не воздержан? Раз я читаю книги о воздержании, а оно является моим идеалом, значит, я брахмачари. Если в настоящий момент я и занимаюсь сексом, то это вследствие моей слабости, моей прошлой кармы или потому, что время еще не пришло. Но скоро это пройдет». Вот каким образом секс и воздержание идут рука об руку; целибат служит амортизатором, поэтому секс преспокойно продолжает свое шествие.

Такое положение вещей абсолютно неестественно. Чтобы вернуться к естественному состоянию, следует отбросить буфер и амортизатор. Если на дороге окажется рытвина, вы неизбежно встретитесь с ней. Садитесь в машину без амортизаторов, и тогда первая же выбоина если и не убьет вас, то причинит увечья, и вы больше не сядете вновь в эту машину. Рессоры — удобная вещь, но они не позволяют вам пройти через все страдания.

Сахаджа-йога означает: пусть все будет так, как есть. Не пытайтесь стать неестественным. Познайте то, что есть, примите его и живите им, тогда преображение определенно произойдет. Тот, кто принимает все как есть, обречен на изменения. Тогда будет просто невозможно шестьдесят лет провести в плену у секса, несмотря на обет целибата. Обеты — это способ выражения сексуальности. Если я обрушился на вас в гневе и не приношу извинений, а напротив, объясняю, что таков уж я, что легко впадаю в гневливое состояние? «Я вновь могу разгневаться, так зачем извиняться? И ты должен знать об этом, если хочешь быть моим другом». Вы думаете, дружба выживет? Все мои друзья покинут меня, все отношения распадутся, и я останусь один с моим гневом. Только гнев останется моим другом; никто не станет мириться с моей гневливостью. Тогда мне придется жить своим гневом полно и тотально. Смогу ли я вынести подобное? Нет, я прыжком освобожусь от него, изумляясь: «Какое безумие!»

У каждого из нас свои собственные средства. Утром муж ссорится с женой, оскорбляет ее и отправляется на службу. Вечером он возвращается с пакетом сластей и шелковым сари, чтобы улестить жену. И жена думает, что это прежний любящий муж. Муж посредством обмана восстанавливает отношения с женой. А женщина, со сластями и шелковым сари в руках, вновь становится прежней доброй женушкой. Но вечером все вновь повторится, а ночью муж на коленях станет просить прощения. И утром ничего не изменится. Та же история будет повторяться изо дня в день до конца жизни.

Ни муж, ни жена не готовы увидеть истину. Они не готовы предстать перед реальностью, нечестностью и обманом, ставшими неизменным спутником их каждодневной жизни. Ни разу не посмотрев правде в глаза, они продолжают обманывать друг друга. Подобно этой парочке мы обманываем друг друга на протяжении многих жизней. Но, что еще хуже, мы обманываем самих себя

Сахаджа-йога означает не обманывай себя. Знай и принимай себя таким, каков ты есть, без всякой фальши. Если вы поступите так, то трансформация произойдет немедленно. Изменения приходят одновременно с пониманием и принятием.

Тогда вам не придется ждать. Станет ли кто-нибудь оставаться в доме, если дом в огне и хозяин знает об этом? Все выбегут из дома в туже минуту. В день, когда мы полностью увидим свою жизнь такой, какова она есть, — а это горящий дом, — моментально наступит изменение. Однако в нашем распоряжении множество способов обмана. Дом горит, а мы украшаем его цветами. Наши руки скованы цепями, но мы золотим цепи и, пока видим сверкание позолоты, не замечаем самих цепей. Мы больны, наше тело изъедено язвами, но, прикрыв их красивыми повязками, мы видим одни повязки и не замечаем скрытых под ними язв.

Обман столь глубок и обширен, что всю свою жизнь мы проводим в нем, и момент трансформации так и не наступает. Мы продолжаем отодвигать этот момент. Приходит смерть, но не момент, который все время откладывается на потом. Мы умираем, но не изменяемся; мы просто не способны изменяться.

Изменение, трансформация действительно может случиться в любой момент. Сахаджа-йога говорит: живи с тем, что есть, и ты изменишься. Вам не надо привносить усилий для изменения; истина меняет все. Иисус провозгласил: «Истина освобождает». Но нам неизвестна истина. Мы живем во лжи; но мы приукрашиваем свою ложь, чтобы жить с ней. Ложь связывает и ограничивает, в то время как правда освобождает. Самая горькая и болезненная правда лучше самой красивой лжи. Красивая ложь очень опасна. Она свяжет вас; она станет вашим тюремщиком. Но даже болезненная истина освобождает — сама ее боль станет освобождающей. Поэтому живите с горькой правдой и не принимайте ложь, как бы приятна и красива она ни была. В этом смысл сахаджа-йоги.

Такова основная идея сахаджа-йоги. И тогда наступает самадхи, экстаз или пробуждение — называйте как хотите. Вам не надо искать самадхи; это приходит само. Плачьте, когда хочется плакать, смейтесь, когда хочется смеяться, и знайте, что это событие, что оно просто происходит.

Когда в Японии умер один Мастер, тысячи людей собрались на его похороны; он был очень известен. Но один из его учеников был известен еще более. Так вот — его застали горько плачущим. Собравшиеся сказали: «Мы удивлены — ты плачешь, а ведь мы считали тебя просветленным. К чему эти слезы?» Ученик ответил: «Глупцы, я не перестану плакать только потому, что вы считали меня просветленным. Слезы не имеют к этому никакого отношения. Берегите свое просветление для себя; мне оно не нужно». Тогда пришедшие возразили: «Но что скажут люди? Если ты не можешь остановиться, тогда зайди в дом; не следует рыдать у всех па виду. Иначе неминуем скандал. Мы верили, что ты достиг состояния абсолютного равновесия, абсолютного знания. Мы считали тебя одним из великих мудрецов, думали, что ничего не может повлиять на тебя — ни счастье, ни горе».

На это ученик ответил: «Ваше представление неверно. Именно до просветления мало что могло поразить меня, ведь моя чувствительность была приглушена, я был невозмутим и жестокосерд. Сейчас же все волнует меня, поэтому я буду плакать от всего сердца. Меня не волнует ваше мнение о просветлении, выбросьте его, как ненужную вещь».

Но собравшиеся продолжали уговаривать его: «Подумай о позоре, который ты навлекаешь на себя. Коль уж тебе так хочется плакать, делай это втайне, иначе по стране поползут слухи. Ты всегда твердил, что душа бессмертна, зачем же эти слезы?»

Просветленный ответил: «Кто плачет о душе? Я оплакиваю тело Мастера; я не плачу о душе, которая вечна и бессмертна. Тело, отделившееся от Мастера, тоже было прекрасно, но оно уже не вернется на эту землю. Храм, в котором обитала душа Мастера, почитаем не меньше, и он не появится вновь. Я оплакиваю тело». Тогда приверженцы Мастера обрадовались: «Так ты плачешь по телу!» На что ученик возразил: «Неужели вам обязательно знать причину слез? Разве не могу я просто плакать?»

Только правдивый ум, ум, достигший истинности, может быть свободным. Истинный ум — это подлинный ум, что означает возможность плакать, когда есть желание, и смеяться, когда хочется. Если вы испытываете чувство гнева, будьте тотальны и честны в гневе. Если вы гневаетесь, станьте самим гневом, чтобы и вы, и окружающие вас знали, что это гнев. Такой гнев будет освобождающим; он моментально освободит вас. Вместо того чтобы злиться всю жизнь, накапливая гнев потихоньку, разозлитесь однажды по-настоящему; пусть гнев испепелит вас, чтобы сразу стало понятно, что это такое. Обычно наш гнев столь вял, что мы даже не догадываемся, каков он, настоящий гнев.

Мы отчасти злимся, отчасти не злимся; мы гневаемся фрагментарно; именно это и делает гнев неистинным. Путешествие нашей жизни — это шаг вперед, шаг назад, поэтому мы топчемся на месте. Это и не путешествие вовсе.

Сахаджа-йога говорит: что бы ни происходило в жизни, прими это, познай и живи в нем. Из приятия, знания и проживания произрастает изменение. Оно и приведет вас к Богу.

То, что я называю медитацией, и то, чем мы занимаемся здесь, — это процесс сахаджа-йоги. Здесь вы принимаете все, что происходит с вами, полностью расслабляетесь и отпускаете себя, принимая все, что случается само по себе. Иначе трудно вообразить, чтобы воспитанные и образованные люди, богатые и изысканные, стали плакать и рыдать, прыгать и неистово кружиться в танце, будто сошли с ума. Это не обычное событие. Происходит нечто экстраординарное и ценное. Вот почему посторонний зритель приходит в ужас, не понимая в чем же дело. Он недоумевает и смеется над происходящим. Но он не осознает, что, присоединись он к нам, и сам окажется вовлеченным в эксцентричность эксперимента. Возможно, его смех — лишь защитная мера, он смеется, чтобы оградить себя, смехом он хочет сказать, что не желает делать то, что делаем мы; подобное не для него. Так он считает, но его смех говорит и нечто другое. За смехом скрывается то, что и его это касается каким-то образом. Его насмешки тщетны — прими этот человек участие в медитации, он вел бы себя точно так же. Ему тоже приходится подавлять слезы и смех, танец и экстаз,

Бертран Рассел незадолго до смерти сказал, что цивилизация украла у человека несколько весьма ценных вещей и танец — одна из них. Он добавил, что не представляет себя танцующим на Трафальгарской площади, хотя вокруг и твердят, что мы свободны, более свободны, чем наши предки. Он также заметил, что, хотя, с одной стороны, мир вступил в эру свободы, с другой — танцевать в публичном месте непозволительно, иначе арестуют за нарушение общественного порядка. Более того, посчитают умственно больным. Бертран Рассел также признался, что, посещая примитивные племена, в экстазе танцующие под звездным небом, он с горечью понимал, что цивилизованный человек утратил действительно очень много.

Достижения цивилизации малы, потери же невосполнимы Цивилизованный человек утратил естественность и простоту, утратил саму природу, став жертвой всевозможных извращений. Медитация является способом сделать вас вновь естественными, возвращая вашу свободу.

Если из двадцати четырех часов вы будете хотя бы один уделять медитации, может открыться дверь в жизнь. Уединитесь в комнате, попросив домашних не беспокоить вас в течение часа, снимите одежду и медитируйте весь этот час. Возможности огромны, бесконечны. Но вам придется приложить некоторые усилия... Если вы сделаете один шаг навстречу, Бог проделает тысячу шагов. Он всегда готов прийти к вам. Но если вы не сделаете ни одного шага, то как же можно вам помочь? Так что продолжайте медитировать дома.

Я знаю, что возникнет множество препятствий Дети могут сказать: «Что случилось с отцом? Прежде он был хмур и серьезен, теперь же сам прыгает, кричит, танцует и смеется, хотя раньше сразу находил нам занятие, как только мы начинали резвиться. Что бы это значило?» Дети могут смеяться над вами. Но вам следует извиниться перед ними за то, что ранее вы пытались контролировать их жизнь. Открыто признайте ошибку, позвольте им свободно играть и танцевать, чтобы не умерла их природная способность к танцу и игре. В будущем это окажет им огромную услугу. Мы слишком рано заставляем наших детей стариться. Так что попросите вашу семью не удивляться тому, что будет происходить в течение часа за закрытыми дверями вашей комнаты. Если вы скажете это достаточно четко, в будущем не возникнет никаких проблем. Через несколько дней домашние привыкнут и оставят вас в покое. И вы увидите, что ваша медитация повлияет не только на вас, но и на всю семью.

Если возможно, отведите для медитаций отдельную комнату и не используйте ее для других целей; в таком случае она наполняется медитативной энергией — входя в нее, вы почувствуете, что это необычное место. Если кто-то из членов вашей семьи захочет присоединиться к вам, соглашайтесь, но при условии, что он будет медитировать, а не заниматься чем-то иным.

Мы постоянно излучаем вокруг себя энергию, а пространство, даже внутри комнаты, впитывает ее. По этой причине некоторые места на протяжении тысячелетий остаются священными. Если человек, подобный Будде, Махавире или Кришне, сидит на определенном месте, то оно насыщается необыкновенными вибрациями, неземным воздействием, которое может сохраняться тысячелетиями. В таких местах гораздо легче погрузиться в иной, духовный мир.

Каждый состоятельный человек — для меня существует один критерий благосостояния: храм в доме, иначе этот человек нищий, — должен иметь домашний храм. По крайней мере хотя бы одна комната должна быть отведена под храм и использована в качестве двери в иной мир. Не используйте эту комнату в других целях. В молчании входите в нее и используйте только для медитаций. Постепенно остальные члены семьи станут интересоваться медитацией, ибо изменения, происходящие в вас, станут очевидными. Если вы достаточно усердны в духовных практиках, то величайшее событие вашей жизни — то, ради которого мы прожили бесконечное количество жизней и которого можно ждать бесконечно, если не прилагать никаких усилий, — не заставит себя ждать.

Следующие годы будут годами значительных изменений в жизни человечества. Небольшая горстка людей не может оказаться полезной в делах духовных. До тех пор пока не родится мощная духовность, пока мощное и массовое духовное движение не омоет землю, привлекая на свою сторону миллионы людей, невозможно спасти мир от ужасов материализма. Это будет очень, очень важный период в жизни человечества; последующие пятьдесят лет станут судьбоносными и решающими: либо религия будет жить, либо останется все окоченевшее, нерелигиозное. Эти пятьдесят лет разрешат вопрос Будды, Махавиры, Кришны, Иисуса, Мухаммеда, Рамы и всех остальных. Эти просветленные встанут на одну чашу весов, на другой же расположится целая толпа безумных политиков, материалистов и прочих невеж, введенных в заблуждение. Огромному количеству народа будет противостоять лишь горстка достигших. В течение последующих пятидесяти лет приговор будет вынесен.

Противостояние, длящееся с незапамятных времен, достигло своего пика. И при взгляде на сложившуюся ситуацию надежды почти нет. Но я не расстраиваюсь, потому что, как мне кажется, очень скоро отыщется простой, естественный и вполне доступный способ, который совершит революцию в духовной жизни миллионов людей.

Малочисленные индивидуумы сегодняшнего времени не могут существенно помочь. В древности достаточно было одного просветленного. Сейчас это уже не годится. В связи с огромным демографическим взрывом, неимоверным увеличением народонаселения несколько человек не могут внести существенные изменения. Ощутимые сдвиги возможны, если сотни тысяч людей встанут на путь духовного роста. И это кажется мне вполне возможным. Если несколько человек образуют ядро и начнут работу, тогда Индия сможет сыграть значительную роль в столь важной битве. Не важно, насколько бедна и несчастна, подчинена рабству была эта страна, но она сохранила в себе сокровища духа. На протяжении многих веков по этой земле ходили такие люди, что их свет, их благоухание, их стремления наполнили своими вибрациями сам воздух, оставили отпечаток на каждой травинке. Конечно, человек ошибается, но даже пыль этой земли помнит ноги Будды, проходившего здесь. Люди этой страны заблуждаются, но деревья до сих пор помнят, что Махавира отдыхал в их тени. Люди действительно ошибаются, но моря, омывающие просторы этой земли, до сих пор помнят различные голоса, звучавшие в прошлом.

Человек, вне всякого сомнения, сбился с пути, но небеса этой страны по-прежнему полны надежды. Здесь есть все, человеку осталось лишь вернуться домой.

Последнее время я с надеждой молюсь, чтобы произошел коллективный взрыв в сознании миллионов людей. И вы можете помочь в этой попытке. Подобный взрыв в вашей жизни окажет влияние не только на вас, но и на все человечество. С молитвой и надеждой на то, что вы зажжете не только свои светильники, но их свет поможет зажечь бесчисленные лампады, я говорю вам «до свидания». Я благодарен, что вы выслушали меня с любовью, я кланяюсь Господу, который в каждом из вас. Примите мой поклон.

Глава 7

Кундалини, Шактипат и Божественная благодать

(Бомбей. 15 июня 1970 г.)

?

Каким образом глубокое дыхание и вопрос «Кто я?» связаны с процессом пробуждения Кундалини и ее дальнейшим проникновением в энергетические центры, или чакры?

Между этими двумя процессами глубокая взаимосвязь. Именно дыхание соединяет тело с душой, образуя между ними мост. С прекращением дыхания заканчивается жизнь физического тела. Тело живо, даже если поврежден мозг. Человек продолжает жить, даже если отсутствует одна из частей тела. Однако при остановке дыхания жизнь немедленно прекращается. Дыхание связывает тело и душу. В точке их встречи пребывает энергия, известная как Кундалини.

Из вышесказанного следует, что Кундалини обладает двумя формами. Когда эта энергия направлена к телу, то становится сексом; направляясь к душе, она становится Кундалини, однако это одна и та же энергия. Энергия нисходит, двигаясь к телу, и восходит, направляясь к душе. Кундалини — это восходящая энергия, секс — нисходящая. Место нахождения Кундалини пробуждается с помощью глубокого и быстрого дыхания

Невозможно сохранять спокойное и ровное дыхание, занимаясь любовью, Секс моментально вносит изменения в процесс дыхания. Сексуальное возбуждение наступает только после ускорения дыхания, ведь, пока дыхание не ударит по этому центру, сексуальная энергия не начнет двигаться. Без удара и стимуляции со стороны дыхания половое сношение невозможно. Так и самадхи невозможно без стимуляции Кундалини дыханием.

Самадхи — это зенит, наивысшая точка поднимающейся энергии, сексуальный же акт — надир, самая нижняя точка нисходящей энергии. Дыхание же действует одинаково в обоих направлениях.

Убедитесь сами: если ум переполнен сексом, замедлите дыхание. Если ум охвачен гневом или любой иной страстью, замедлите дыхание, расслабьтесь. Вы почувствуете, как секс или злость покинут вас, поскольку энергия, питавшая их, приходила через дыхание. Без стимуляции со стороны дыхания энергия не действует. Следовательно, невозможно гневаться, если дышать медленно, спокойно и размеренно. Гнев испарится, как только дыхание станет ровным. Сексуальное возбуждение невозможно при спокойном дыхании. Поэтому успокойте дыхание, если ваш ум охвачен сексуальным желанием или гневом.

Если же ваш ум охвачен жаждой, стремлением к медитации, то ускорьте дыхание, ударьте глубоким дыханием по Кундалини. Благодаря внутренней устремленности и бьющему дыханию энергия несомненно отправится в медитативное путешествие.

Глубокое дыхание оказывает глубочайшее воздействие на Кундалини. Пранаяма — йогический контроль за дыханием — была открыта не случайно. Путем длительных экспериментов и продолжительных занятий установили, что с помощью дыхания можно добиться многого. Чем интенсивнее воздействие, тем быстрее и эффективнее движение энергии.

Дыхание ударяет по месту пребывания Кундалини, основному энергетическому центру, который можно увидеть во время глубокой медитации. Нередко глубокое дыхание усиливает сексуальность. Так происходит вследствие того, что телу известен только этот опыт, опыт сексуального возбуждения посредством ускоренного дыхания. Как только дыхание ускоряется, тело по привычке начинает двигаться в знакомом направлении секса. Поэтому многие ищущие, как мужчины, так и женщины, чувствуют, что глубокое дыхание моментально стимулирует их сексуальность.

Многие переживали подобное в присутствии Гурджиева. Женщины говорили, что, приближаясь к нему, они чувствовали, как их сексуальный центр получает дополнительную стимуляцию. По этой причине Гурджиева понимали неправильно, умаляя его значение. Дело в том, что вибрации человека, Кундалини которого проснулась, воздействуют на Кундалини тех, кто приближается к ним. Поскольку Кундалини покоится рядом с сексуальным центром, то вибрации пробужденного ударяют в ваш сексуальный центр. Вот что происходит при первом контакте.

Глубокое и быстрое дыхание непременно повлияет на Кундалини, Все центры, или чакры, — не что иное, как места остановки Кундалини во время ее путешествия снизу вверх. Таких центров множество, и количество их определяется по-разному. Но основных центров, в которых Кундалини во время своих продвижений вверх и вниз останавливается на отдых, воздействуя на них, — семь. Первым вы почувствуете воздействие на самый активный центр вашего организма. Например, если человек занят умственной работой, то во время глубокого дыхания тяжесть наполнит его голову. Если человек сексуален, то первым активизируется сексуальный центр. Подобно этому любящий почувствует приток любви, а эмоциональный человек ощутит, что его эмоции стали более яркими и обостренными.

Итак, первым будет стимулирован наиболее активный центр. Однако вскоре глубокое дыхание начнет оказывать влияние и на другие центры, начнется трансформация индивидуальности, личности. Вы заметите происходящие в вас изменения.

Мы не знаем, какие возможности скрыты в нас. Нам знаком только наиболее активный центр. Когда открываются другие центры, возникает ощущение, что старая индивидуальность исчезла, уступив место новой. Рассмотрим такой пример: в доме, в котором я живу, мне известна только одна комната, ум запомнил только ее. Однажды открывается дверь, и я вижу перед собой еще одну комнату. Весь ментальный план дома моментально подвергается перекройке. Теперь дом, который я считал своим, становится иным, незнакомым.

Итак, по мере активизации новых центров раскрываются и выражают себя новые измерения жизни. А когда все центры будут действовать одновременно — когда энергия станет беспрепятственно протекать через них, — мы впервые узнаем жизнь во всей ее полноте; мы будем жить тотально. Обычно никто не живет полно, тотально; все мы живем фрагментарно. Все наши верхние энергетические центры остаются не затронутыми. Глубокое дыхание ударит по ним и активизирует.

Вопрос «Кто я?» действует аналогично; но он бьет по центрам с другой стороны. Поэтому попытайтесь разобраться в этом, как и в воздействии глубокого дыхания. Как же данный вопрос воздействует на Кундалини?

Вы не понимаете, почему образ обнаженной женщины (даже созданный ментально) моментально воздействует на сексуальный центр. Вы всего лишь представили, но возбуждение уже тут как тут. Почему? Дело в том, что каждый центр обладает своим воображением; если вы представите нечто соответствующее ему, то центр будет стимулирован. Поэтому, только подумав о сексе, вы сразу чувствуете возбуждение.

Вы удивитесь, узнав, что воздействие реальной обнаженной женщины может оказаться не столь эффективным, как ее воображаемой соперницы. Причина кроется в том, что мысль об обнаженной женщине вводит вас в мир воображения, которое немедленно с огромной силой начинает бить по сексуальному центру. Но реальной женщине не под силу ввести вас в мир воображения, потому что она находится прямо перед вами, в непосредственной близости. Воздействие ее распространяется на расстояние, доступное физическому объекту. В то время как настоящая женщина воздействует на вас внешне, воображаемая — изнутри. Внешнее воздействие не может быть столь же сильным и глубоким, как внутреннее. Вот поэтому многие мужчины рядом с реальной женщиной оказываются импотентами, в то время как с воображаемой ведут себя достаточно смело; нет предела их воображаемой потенции. Воображение затрагивает ваши центры изнутри, в то время как воздействие настоящей женщины не может вас затронуть таким образом; оно воздействует только снаружи. А поскольку человек живет в уме, то и более эффективно он действует на этом уровне.

Спрашивая; «Кто я?», вы задаете вопрос умственно. Какой же центр затронет ваш вопрос? Он обязательно станет воздействовать на один из центров. Когда вы задаете вопрос, когда вас переполняет жажда познания, когда каждая клеточка вашего существа интересуется, кто вы, то вы попадаете внутрь — и, несомненно, некий центр откликнется на воздействие.

Вследствие того, что никогда прежде вы не задавались подобным вопросом, он не станет влиять на уже известный и задействованный центр, Никогда прежде вы не задавались таким вопросом; вы часто спрашивали; «Кто он?» или «Кто она?». Но вопрос «Кто я?» так долго оставался невостребованным, что он ударит по совершенно не затронутому ранее центру. И этот центр — базовый, ведь и вопрос сам по себе является базовым.

«Кто я?» — самый фундаментальный вопрос, вовлекающий тотальность нашего существа во всей ее полноте. Этот вопрос отправит меня туда, где я пребывал до своего рождения, туда, где я находился до начала цикла всех моих жизней. Он возвратит меня к истокам. Глубина его бесконечна. Столь же глубоко и значительно само путешествие. Следовательно, этот вопрос незамедлительно ударит по основному и самому глубокому центру — Кундалини.

Глубокое дыхание бьет по этому центру физиологически, а вопрос «Кто я?» делает то же самое, но только психологически. Вопрос бьет умственной энергией по Кундалини, а глубокое дыхание воздействует при помощи энергии тела. И если оба воздействия достаточно интенсивны… Конечно, есть и другие способы воздействия, но они гораздо сложнее.

В данном контексте другой человек тоже может оказаться полезным. Если вы проделываете это в моем присутствии, то эффект скажется гораздо быстрее и сильнее, поскольку в данном случае будет воздействие и с третьей стороны, о чем вы даже не догадываетесь. Это воздействие с астрального уровня, но оно гораздо тоньше и неуловимее, чем физическое и психическое. Когда вы глубоко дышите и задаете вопрос в присутствии третьего, который воздействует на ваше астральное тело, начинается третье путешествие. Поэтому, когда пятьдесят человек медитируют вместе, эффект будет гораздо сильнее, чем при медитации в одиночестве, Объединенное желание полусотни человек, плюс вибрации их интенсивного дыхания и астральная атмосфера, наполняющая помещение, создадут особого вида электрические волны, которые станут ударять по вам еще с одной стороны.

Но обычно вам доступны лишь два способа — один физический, другой ментальный. Вопрос «Кто я?» ударит сильнее, чем глубокое дыхание. Мы, однако, начинаем с глубокого дыхания, потому что оно легче в исполнении, ибо касается тела. Задавать вопрос несколько сложнее, так как это касается ума. Мы начинаем с тела, и когда оно завибрирует в полную силу, то подготовит ум к вопросу, для чего необходима правильная ситуация, Вопрос, задаваемый время от времени и вполсилы, не принесет никакой пользы

Дело в том, что любой вопрос можно задавать лишь в правильной, подходящей ситуации. Например, когда все ваше тело охвачено вибрацией и дрожит, автоматически возникает вопрос к самому себе: «Что происходит? Как я все это проделываю?» И тогда вы знаете, что вы ничего не делаете, вы не поворачиваете голову, не поднимаете ногу и не танцуете; и все же танец происходит. А когда подобное происходит без приложения усилий с вашей стороны, отождествление с телом постепенно ослабевает. Тогда перед вами возникает новый вопрос — вы желаете узнать, кто же вы есть. Новый вопрос заключается в том, что, если то, что делает ваше тело, не является действием с вашей стороны, кто же делает это и кто есть вы? Между вами и вашим телом возникает пропасть, раскол

Это подходящая ситуация для того, чтобы вопрос «Кто я?» глубоко проник в вас. Это именно та ситуация, когда вопрос становится просто необходимым. Дело в том, что для каждого вопроса существует свое определенное время. Очень важно угадать время для вопроса «Кто я?», ведь его нельзя задавать походя, без особой подготовки, Если, сидя здесь, вы лениво спросите «Кто я?», ваш вопрос затеряется в небе; он ничего не достигнет. Для этого необходимо открыть в себе некий проход, через который вопрос может просочиться вглубь, Такое открывание является необходимым условием.

При помощи ударов глубокого дыхания и вопрошания Кундалини обязательно проснется. А с ее пробуждением начнут происходить многие сверхъестественные вещи, все переживания ваших прошлых жизней связаны с Кундалини, так как они хранятся в ней. Переживаниями бесконечных жизней, включая жизнь в качестве растений и животных, переживаниями, через которые вы прошли в процессе своей эволюции, устлан путь путешествия. И эта бесконечная нить энергии, известная как Кундалини, содержит их во всей полноте. Следовательно, произойти может многое, и вы можете отождествиться с происходящим. Может произойти самое невероятное, Вы даже не догадываетесь, какие тонкие переживания связаны с Кундалини.

Например, над деревом в саду только что пронеслась буря. То, как познало дерево дождь и ветер, принадлежит исключительно ему; никому другому не под силу пережить то же самое. Нам никогда не понять, как дерево ощутило пронесшуюся бурю. Разве такое возможно? Нет, Даже окажись мы в тот момент под деревом, нам все равно не испытать того, что пережило дерево. Мы можем составить только собственное представление о пережитом им.

На определенной стадии своего путешествия вам, однако, пришлось побывать в роли дерева. Если Кундалини, когда вы дышите и задаете вопрос, достигнет точки, где хранится информация из вашего опыта в качестве дерева, вы переживете в точности то, что испытало дерево во время бури. И тогда вы испугаетесь, сильно испугаетесь, удивляясь, что бы это значило. И только тогда вы поймете, почему иногда ощущаете себя океаном, а иногда ветром, и пройдете через тот опыт, который проходят океан и ветер, в результате чего ваша способность к экстазу, как и многое другое, начнет раскрываться.

У Ван Гога есть картина, изображающая необыкновенно огромное дерево, уходящее в небеса. Дерево вознеслось так высоко, что оставило далеко внизу звезды, солнце и луну. Звезды, солнце и луна кажутся маленькими блестками, сияющими у подножия дерева, в то время как оно само, вздымаясь, уходит в бесконечность. Кто-то сказал Ван Гогу: «Наверное, ты сошел с ума, нарисовав такое дерево. Разве может дерево вырасти таким высоким, что звезды будут лежать у его подножия?» Ван Гог ответил: «Возможно, вы никогда не знали деревьев; вам незнакома их внутренняя суть. Но я знаю деревья изнутри; я познал их из глубины. Не важно, что они не могут вознестись выше звезд, но несомненно одно: каждое дерево стремится к этому, они просто объяты жаждой, стремлением ввысь. Это правда. Существующие ограничения не позволяют дереву достичь такой высоты, но мне известно, что его дух, его сущность воспаряет все выше и выше, достигая заоблачных далей».

Ван Гог часто повторял: «Дерево — это стремление земли достичь небес. Дерево — это выражение желания земли; через него земля простирает свои руки к небесам».

Посредством Кундалини мы почувствуем бурю так, как ее ощущает дерево, хоть и не столь ярко. Несомненно, когда-то мы были деревьями — и не только ими. Следовательно, многое может произойти во время медитации. Кроме этого, нашему взору откроются проблески будущих возможностей. Мы узнаем не только то, кем были в прошлом, но и то, кем можем стать в будущем,

Ступив на путь Кундалини, мы положим конец своей истории как истории индивида; начнется история сознания, полной осознанности. Ауробиндо привык прибегать к подобным терминам, но это достаточно трудно для понимания. Тогда это уже не история индивидуальности, а история сознания как такового. Тогда вы будете не одни, вы присоединитесь к бесконечности, когда-либо случавшейся в прошлом, и к бесконечности, которая когда-либо случится в будущем. Тогда вся бесконечность окажется внутри вас. Это напоминает реликтовое зерно, которое продолжает раскрывать себя, бесконечно выражая и проявляя свою сущность, и которому, кажется, нет конца. И вы так увидите свое беспредельное расширение, расширение без начала и конца, что ваше состояние абсолютно изменится, все в вас станет радикально иным. И вся эта полнота скрыта в Кундалини,

Вы увидите никогда прежде не виденные краски. Вы узнаете, что внутри вас цветов гораздо больше, чем снаружи, ибо в течение бесконечного путешествия вы тем или иным образом соприкасались с ними. Воздушный змей, парящий в голубом поднебесье, видит цвета иначе, чем мы, стоящие на земле. Если вы войдете в лесную чащу, то увидите только один цвет — зеленый. Но если рядом с вами окажется художник, то его взгляд различит тысячу и один оттенок. Зеленый — это не один однородный цвет. Даже два оттенка не совпадают, каждый из них уникален, обладает своей особой индивидуальностью. Для нас зеленый — просто зеленый; и на этом мы ставим точку. У нас существует обширная, обобщающая концепция зеленого цвета; к ней нечего прибавить. Но реальность отлична от наших знаний. Зеленый содержит в себе тысячу различных цветов. Каждый цвет состоит из тысячи. Поэтому когда вы погрузитесь в себя, то пройдете через тысячи интереснейших, неуловимых и редкостных переживаний.

С точки зрения сенсорной восприимчивости человек — создание слабое и ограниченное; животные и птицы намного опережают его. Чувствительность животных просто поражает. Единственное, чего им не хватает, это осознанности и способности думать. Но их чувствительность, их бдительность поражают своей глубиной.

В Японии есть один вид птиц — довольно распространенный. Так вот, эти птицы покидают свои гнезда за сутки до начала землетрясения. Если птиц не видно поблизости, то жители данной местности знают, что приближается землетрясение. Даже при помощи самого современного оборудования нам не удается предсказать землетрясение ранее, чем за шесть часов, но и тогда прогноз остается не вполне достоверным. А вот прогноз этих птичек сбывается на сто процентов, настолько остра их чувствительность. Эти птицы так обычны и многочисленны, что, когда они исчезают, округа знает, что приближается землетрясение. Это означает, что птицы улавливают даже самые незначительные вибрации земной коры.

Если в своем обширном прошлом вы когда-нибудь были такой вот птичкой, вы почувствуете во время медитации такие вибрации, которых не ощущали ранее, хотя на самом деле переживали их и раньше, но, естественно, не осознавали и не помните. Во время пробуждения Кундалини происходит только то, что вы уже переживали в прошлых жизнях. Поэтому вы увидите никогда не виденные цвета, услышите прежде не слышанные звуки. Кабир называл их наад — неуловимые, неслышимые звуки.

Кабир говорил: «Танцуйте, монахи, нектар изливается дождем». А монахи вопрошали: «Где же идет дождь?» Но дождь Кабира не идет снаружи; это внутреннее переживание. Кабир говорил: «Слушайте, монахи, наад огромного барабана». Но монахи вновь хотели узнать, что это такое. Они не слышали никаких звуков, несмотря на взывания Кабира. Вы тоже можете услышать то, что слышал Кабир. Вы тоже можете ощутить вкус, никогда ранее не испытываемый.

С Кундалини связан огромный мир тонких, неуловимых ощущений и переживаний. Все они оживут, окружая вас со всех сторон. Вот почему в такой ситуации человек иногда напоминает сумасшедшего. В то время как мы сидим спокойно, он внезапно начинает приходить в возбуждение, поскольку видит то, что недоступно нашему взору. А когда мы смеемся, он может закричать, ибо в этот момент с ним может происходить то, чего не происходит с остальными.

Обычно используют два способа пробуждения Кундалини. Третий способ весьма необычен — способ шактипат, или передача энергии. Это астральный способ, и для него необходимо присутствие медиума, или посредника. Вы можете достигнуть полной интенсивности медитации, если вам помогает другой человек. Другой ничего не делает; достаточно одного его присутствия. Он становится средством, катализатором.

Бесконечная энергия пронизывает весь мир. Вопрос лишь в том, как получить ее. На крышах домов мы сооружаем громоотводы, чтобы молния, ударившая в дом, по громоотводу ушла в землю, оставив здание в целости и сохранности. Молния может ударить в дом и при отсутствии громоотвода, но тогда здание может быть полностью разрушено. Громоотвод — изобретение недавнего времени, в то время как молнии были всегда. Шактипат молнии существует всегда, но мы только недавно додумались до громоотвода.

Человек окружен бесконечной энергией, которую можно использовать для духовного роста. Бесконечная энергия находится здесь, и всю ее можно использовать для продвижения по духовному пути. Однако для этого необходим медиум, средство. Вы сами можете быть для себя медиумом, проводником, но на начальных стадиях это опасно. Шактипат — нисхождение энергии — может оказаться столь сильным, что вы не выдержите. Вполне возможно, что некие деликатные и весьма чувствительные органы вашего организма, подвергнувшись неимоверному воздействию, не выдержат и откажут, Каждое принимающее устройство имеет свои пределы, напряжение должно быть пропорционально вашей способности выдержать его. Проводник — другой человек — служит инструментом, регулирующим энергию в соответствии с вашей способностью воспринимать.

Для того чтобы человек мог выступать в качестве медиума, посредника, очень важно, чтобы Божественная энергия ранее уже нисходила на него. Только тогда он сможет справиться с шактипат в соответствии с вашими возможностями. К тому же ему самому ничего не нужно делать; одно его присутствие совершает все, что нужно. Необходимо только его присутствие. Само присутствие действует как катализатор; сам же медиум ничего не делает. Поэтому, если некто утверждает, что он что-то делает, значит, он ошибается. Никто не в состоянии делать шактипат, но присутствие определенного человека может вызвать ее свершение.

Мне кажется, что, когда медитирующие достигнут определенной глубины медитации, шактипат начнет происходить в полную силу; для этого нет никаких преград. Никому ничего не надо делать; все произойдет само по себе. Внезапно вы почувствуете, что некий новый вид энергии вошел в вас извне; он не явился изнутри. Переживая подъем Кундалини, вы чувствуете, что она поднимается изнутри; но, переживая шактипат, вы воспримете ее как приходящую извне, сверху. Так все и будет. Вы почувствуете это столь явно, словно это вода, изливающаяся сверху или поднимающаяся снизу.

Переживание Кундалини можно сравнить с наводнением: вы стоите в устье реки, а уровень воды, постоянно повышаясь, накрывает вас с головой. Переживание Кундалини всегда такое — ощущение затопления, Бы почувствуете, как нечто поднимается из самых глубин, а вы тонете в нем. Но переживание шактипат совершенно иное; оно напоминает изливающийся с небес дождь. Именно об этом говорит Кабир: «О, монахи, нектар изливается дождем», Шактипат изливается сверху и пропитывает вас насквозь.

Если оба эти события происходят одновременно, это моментально ускорит ваш прогресс. Тогда на вас сразу и прольется дождь, и затопит река. Подобное наводнение и ливень разрушат вас с обеих сторон. Оба процесса могут произойти одновременно, в этом нет ничего сложного.

?

Кратковременно ли воздействие шактипат, или оно длится долго? Достаточно ли одного переживания шактипат, чтобы достичь цели нашего путешествия?

Дело в том, что продолжительность воздействия зависит от вашей Кундалини; шактипат — только средство. Шактипат не может сформировать ваше основание; она не станет вашей базовой структурой. Происходящее внутри гораздо важнее, оно фундаментально. Это ваше настоящее достояние. Шактипат ничего не добавит к уже имеющемуся опыту, но она может увеличить способность к росту. Эту разницу следует глубоко уяснить. При помощи шактипат ваше внутреннее состояние не умножится, но она может увеличить скорость роста; скорость расширения несомненно увеличится благодаря шактипат.

Так что шактипат, не является вашим собственным достижением. Возьмем такой пример: вы убегаете, а я преследую вас с револьвером в руке. Мой револьвер не даст вам энергии для увеличения скорости, но его наличие, несомненно, заставит вас бежать быстрее. В любом случае бежите именно вы; во время бега тратится ваша энергия. Но из-за наличия револьвера вы начнете использовать даже ту энергию, которая дремала в вас долгое время. Револьвер не даст вам дополнительной энергии; не потратит он и грамма своей во время этой игры. Если позже вы обследуете револьвер, то обнаружите, что он такой же, как и прежде; он ничего не потерял. Но воздействие револьвера ускорит ваш бег, его интенсивность. Только что вы лениво прогуливались, а теперь бежите, и бежите быстро.

Шактипат действует наподобие молнии. Вспышка молнии не осветит ваш путь, не станет служить вам в качестве фонаря; она лишь на мгновение осветит дорогу впереди и окрестности. Но этот единственный проблеск очень существен; теперь ноги ваши тверды, воля сильна, желание достичь крепко. Вы видели дорогу, вы знаете, что она существует и вы не блуждаете бесцельно. Единственная вспышка молнии — и вы увидели дорогу, по которой вам предстоит пройти, и храм, которого нужно достичь. Как только свет исчезает, вы вновь оказываетесь в кромешной тьме; однако теперь вы уже другой человек, хотя и стоите на том же месте, где находились до того, как сверкнула молния. Однако теперь вы с уверенностью знаете, что пойдете дальше. Дорога существует, и храм, хоть и невидимый, неподалеку. Теперь вы чувствуете себя приободренным и уверенным. У вас появилась уверенность, усиливающая силу воли и решимость.

Шактипат воздействует косвенно, следовательно, потребность в таком переживании возникает снова и снова, Одного раза недостаточно; вторая вспышка молнии принесет больше пользы, а третья — еще больше. То, что было упущено в первый раз, станет доступно во второй и третий. Они усилят вашу уверенность, укрепят вашу волю. Невозможно достигнуть конечной цели посредством шактипат; именно вы должны преодолеть весь путь к судьбе

Вы можете достичь даже без шактипат, но тогда вам потребуется гораздо больше времени. При отсутствии проблеска шактипат вы будете менее уверенными, вам потребуется больше смелости и мужества. Сомнения и страхи станут подстерегать вас на каждом шагу, вы не будете уверены в своем пути и в его правильности. Все это станет мучить вас до тех пор, пока вы не достигнете цели

Шактипат действительно может помочь. Я бы предпочел, чтобы шактипат происходила сразу с большой группой людей (при условии достижения определенного прогресса). Она может случиться одновременно с десятью тысячами, собравшимися в одном месте; с этим не возникнет никаких проблем. Абсолютно не важно, один это человек или десять тысяч.

?

Если контакт с медиумом не достигнут, уменьшается ли воздействие шактипат?

Воздействие, несомненно, уменьшится. В действительности каждое воздействие снижается постепенно. Само по себе воздействие означает, что его вызвала внешняя причина, поэтому оно непременно слабеет. Но энергия, поднимающаяся изнутри, останется, потому что она ваша. Энергия, приходящая извне, вынуждена ослабеть и исчезнуть. Однако приходящее изнутри никуда не исчезает; оно остается. Останется и энергия, вызванная к жизни воздействием шактипат. Ваш основной капитал не износится, но воздействие сотрется.

?

Существует ли опасность для основного запаса энергии, если мы свяжемся с дурной кампанией? Не упадем ли мы с наших высот?

Невозможно упасть или опуститься. С этим вопросом следует тщательно разобраться. Тебе будет интересно узнать, что не существует возможности упасть или повернуть вспять. Тебе помогут подняться еще выше с того места, которого ты достиг, несмотря на возможные препятствия; но невозможно столкнуть тебя с этого места вниз. Этому есть причина. В процессе твоего восхождения возрастает твоя осознанность, ты меняешься; даже дюйм роста не может быть отброшен или отвергнут. Отход или регресс в жизни невозможен.

Мы можем помочь ребенку перейти из первого класса во второй; для этого можно взять репетитора. Но вам не удастся найти репетитора, который бы заставил ребенка забыть то, чему он научился в первом классе. Хотя вполне возможно, что, перейдя во второй класс, он свяжется с компанией лодырей и хулиганов. Подобная компания может помешать ему перейти в следующий класс, однако немыслимо, чтобы такое окружение заставило его вернуться в первый класс. Разве не так? Вполне возможно, что ребенок всю свою жизнь просидит во втором классе, что его никогда не переведут в третий, однако никто не вернет его обратно в первый класс. Он всего лишь застрянет на месте.

В духовной жизни возвраты невозможны; проблема касается лишь продвижения вперед или топтания на месте. То, что вы называете падением или регрессом, является топтанием на месте. Но настоящего регресса не происходит, самое худшее, что вас подстерегает, — духовное загнивание.

?

Существует ли различие между шактипат и Божественной благодатью?

Различие огромно. Между шактипат и Божественной благодатью существует огромная разница. Шактипат — своего рода техника, которая может быть спланирована и управляема. Шактипат должна планироваться и управляться. Она не может происходить в любое время и в любом месте. Ты понимаешь мою мысль? Для шактипат очень важно, чтобы ищущий находился в определенном состоянии для получения потока энергии и чтобы медиум был выбран правильно. При выполнении обоих условий синхронно и происходит шактипат. Это вопрос техники.

Божественная благодать — гость непрошеный, она появляется из темноты. Ты не можешь получить ее по заказу, Невозможно ее и планировать, как и управлять ею, Это событие происходит редко, и оно случается само по себе.

Разница между шактипат и Божественной благодатью подобна разнице между электричеством в доме и вспышкой молнии. Вы щелкаете выключателем и получаете постоянный свет, но с молнией вопрос обстоит иначе. Молния сверкает сама по себе, вы не можете заказать ее, хотя в основе этих явлений лежит одно и то же электричество. Божественная благодать — это молния в небесах. Она происходит в неожиданные и крайне редкие моменты. И, если ищущий находится в этот момент в подходящем принимающем состоянии, с ним может случиться Божественная благодать. И тогда это определенно не шактипат. Несмотря на то что составляющие части такие же, как у шактипат, и все же это — Божественная благодать.

Есть и еще одно отличие — для получения Божественной благодати не нужен медиум; Божественная благодать нисходит на вас непосредственно и всегда неожиданно. Такое событие происходит крайне редко, Божественной благодатью невозможно управлять, как шактипат. Я могу сказать, что если завтра вы придете сюда в определенное время, соответственно подготовившись, то произойдет шактипат. Но с Божественной благодатью такое не пройдет. Она может случиться, а может и нет. Это событие не в нашей воле. А в остальном Божественная благодать — то же самое, что и шактипат.

?

Как же можно спланировать шактипат, если она случается только при условии отсутствия эго у человека?

Планировать можно и в состоянии без эго; эго не имеет ничего общего с планированием. Планирование без эго вполне возможно. Эго — абсолютно иной вопрос. Например, мы планируем, что, совершив необходимые приготовления, завтра в пять утра соберемся здесь для шактипат. Не обязательно быть лишенным эго для подобного планирования; но этому условию должен соответствовать медиум.

Лишенность эго — не преходящее состояние, невозможно, чтобы в данный момент эго не было, а в следующий оно появилось. Если у вас нет эго, то таким вы и останетесь. Если я лишен эго, то гак оно и будет, если у меня есть эго, то оно и останется при мне. Смешно, если я стану говорить, что завтра к пяти я буду без эго. Подобное невозможно. Только если в настоящий момент эго отсутствует во мне, то завтра в пять я тоже буду без эго. Я буду таковым, несмотря на какие бы то ни было планы; я останусь таковым несмотря на то, появлюсь я здесь завтра или нет, сплю я или бодрствую в данный момент. Если эго нет, значит, его нет, если оно есть, то есть.

Состояние безличностности не подвержено измерению, как температура тела, хотя мы и привыкли думать обо всем в категориях измерения. Все наше мышление подчинено этому. Если температура тела у кого-то девяносто восемь градусов по Фаренгейту, значит, с человеком все в порядке. Но если его температура поднимается до девяноста девяти, мы говорим, что у него жар, температура. Девяносто восемь — тоже температура, но мы называем ее нормальной. Девяносто восемь — это тоже температура, но такова она у всех, а следовательно, она нормальна. Малейшее отклонение от нормы вызывает проблемы

Обычно то же самое происходит и с нашим эго; это наш жар. Если некто обладает эго такого же градуса, как и все остальные, мы называем его честным, хорошим человеком. Однако небольшое отклонение от нормы — и мы тут же ставим клеймо эгоизма, высокомерия. Но если отклонение от нормы происходит в другую сторону, мы называем такого человека застенчивым и мирным, или —махатмой, великой душой.

Эго и не-эго — абсолютно разные вещи; это различные состояния. Они не связаны с измерением, количеством. Их невозможно измерить в градусах. В реальности только мертвый не имеет температуры. До тех пор пока тело сохраняет тепло, оно имеет температуру — не важно, повышенную или нормальную. Повышенное тепло вызывает физическое недомогание.

Можно рассматривать эго и под иным углом. Если эго другого человека задевает наше эго, мы называем того эгоистом. А если эго другого человека успокаивает и лелеет наше эго, мы называем его личностью без эго. Но каковы критерии подобного измерения? Для эго существует только один критерий: в нашем случае эго есть то, что задевает наше собственное эго. Если кто-то причиняет беспокойство нашему эго, значит, он эгоист; если же он умиротворяет наше эго, значит, это святой, мирный, тихий человек. Всегда мерилом служит наше собственное эго. При помощи своего эго мы судим, является ли другой эгоистом или наоборот.

Именно поэтому нам никогда не удается узнать настоящее состояние не-эго. Откуда же нам знать? Мы умеем измерять эго в градусах; узнавать, больше его или меньше. Но там, где не существует никаких градаций, нам очень трудно разобраться в чем-нибудь, трудно узнать не-эго.

В вопросе с шактипат медиум должен быть свободным от эго. Правильнее сказать, что медиум должен быть не-эго. И не забывайте, что такой человек является воспринимающим Божественную благодать, она изливается на него все двадцать четыре часа в сутки. Он воспринимает ее так, чтобы и вы ощутили вкус благодати, но что касается его самого, то нектар Божественной благодати изливается на него постоянно. Именно поэтому он весь внимание, чтобы в момент, когда вы откроетесь на секунду или две, несколько капель нектара проникло через просвет и в вас.

?

Вечно ли воздействие непосредственной Божественной благодати на человека, принимающего ее? Ведет ли она к конечному достижению?

Непосредственно Божественная благодать воспринимается лишь после конечного достижения, но никак не ранее. Только когда эго исчезает, Божественная благодать нисходит на вас. Эго — единственное препятствие на пути достижения. Достижение Божественной благодати — это конечное состояние, после которого уже нечего достигать.

?

Садхана, или практика Кундалини, явление духовное или психическое?

Только духовное... Вам известно, что еда — явление физической природы, если не есть, то вскоре душа покинет тело. Хотя пища расходуется на построение организма, она необходима для поддержания тела в определенном состоянии, чтобы душа оставалась в нем. Точно так же и с Кундалини — явлением психическим — для того чтобы достичь души, необходимо определенное состояние Кундалини. Если Кундалини не находится в определенном состоянии, если она не такая, как должна быть, тогда достичь души невозможно. Хотя Кундалини — явление психическое, она служит средством достижения духовного. Однако само по себе это явление психическое; кто считает иначе, ошибается. Если кто-то утверждает, что еда — это духовное, тот ошибается. Еда — это физическое, но она служит базисом духовного.

Дыхание материально; мысли тоже материальны; все является материей. Дыхание и мысль — материя, но тончайшие их формы называются психикой. Психика — это тончайшая форма материи. И дыхание, и мысли, и психика служат ищущему базисом для прыжка в духовное. Они трамплин для прыжка в Божественное. Человек хочет нырнуть, но сначала поднимается на вышку, возведенную на берегу реки. Трамплин — это не река. Некто может возразить, что, коль трамплин не река, зачем ему, желающему нырнуть в реку, подниматься на него? Почему он не может сразу войти в саму реку? Но никого не может нырнуть, войдя в реку. Сначала нужно взобраться вверх, а оттуда уже прыгать. Трамплин кардинально отличается от реки, в которую ныряют. Это не река.

Именно посредством тела и ума можно нырнуть в духовное, в душу. Духовное достижимо только после того, как прыжок совершен. Но сейчас вы должны подготовиться, находясь там, где вы есть в настоящий момент. Поэтому тело и ум являются вашим трамплином. Как только прыжок совершен, вы достигнете духовного.

?

Ранее, обучая технике медитации, Ты просил нас расслабиться, быть спокойными, молчаливыми и осознанными. А теперь, на стадии глубокого дыхания и вопрошают «Кто я?», ты предлагаешь полностью истощить себя. Но ищущему, ранее выполнявшему спокойные медитации, трудно выдержать такое напряжение. Катя же из двух техник более предпочтительна, хороша для него?

Здесь вопрос не в хорошем или плохом. Я понял вашу мысль; вопрос не в том, хороша или плоха техника. Вам следует выяснить, какая из техник приводит вас к большему покою во время медитации. Для каждого существует свой, индивидуальный подход; у каждого свой опыт и разные переживания. Есть люди, способные достичь релаксации, только измотав себя полностью. Но есть и такие, кто легко входят в расслабленное состояние; однако таких очень мало. Действительно, довольно трудно без всякой подготовки достичь тишины; на такое способны лишь немногие. Для подавляющего большинства необходимо хорошенько потрудиться и достичь огромного напряжения, прежде чем они смогут расслабиться. Но цель в обоих случаях одна и та же — релаксация.

?

Объясняя глубокое и быстрое дыхание, Ты сказал, что это техника расслабления через полярные крайности — мы должны дойти до наивысшей точки напряжения, чтобы в конце достичь максимального расслабления. Если это так, то следует ли нам воспринимать это как садхану или как науку напряжения?

Это садхана напряжений, это абсолютная наука напряжения. Дело в том, что любое знание об энергии — это изучение напряжения. Сама по себе энергия означает напряжение. Только вследствие напряжения возможно существование энергии. Нам удалось высвободить огромное количество энергии благодаря тому, что мы расщепили атом и ввергли его наиболее тонкие элементы в состояние напряжения. Следовательно, вся наука о силе, об энергии — это наука о напряжении. Правильное понимание проблемы заключается в том, что само напряжение и есть энергия.

?

Ты говорил о двух системах садханы — позитивной и негативной. К какой категории относится Кундалини-садхана — к негативной или позитивной?

К позитивной; она абсолютно позитивна.

?

Почему Будда не говорил о Кундалини и о чакрах, через которые она проходит?

Дело в том, что речи Будды не записывались, и в этом заключена огромная трудность. Многое в учение Будды не вносилось умышленно, к тому же его учение было записано через пятьсот лет после его смерти; при жизни Будды не делалось никаких записей. Пятьсот лет ученики Будды, обладавшие знаниями его системы обучения, отказывались от записей.

Затем наступило время, когда и сами хранители знаний буддизма стали исчезать с лица земли. Возникла угроза полной потери и забвения учения. Поэтому представительный съезд буддистов принял решение записать учение Будды.

До тех пор пока знание могло храниться в уме и передаваться устно, его ученики упрямо отказывались от записей. То же самое случилось с учениями и Иисуса, и Махавиры. В этом была своя определенная необходимость.

Имелись особенные причины для того, чтобы учения таких высоких личностей, как Будда, не записывались. Во-первых, эти люди передавали знание из уст в уста, следовательно, сами слова, сказанные ими, содержат в себе учение, к тому же каждому ищущему они говорили разное. Да и не все полезно для начинающих духовный поиск. Многое может навредить.

Достаточно часто случалось так, что знание, предназначенное для продвинутых учеников, но услышанное начинающими, делало положение последних менее устойчивым в отношении обучения, ибо они начинали считать себя более продвинутыми, что, в свою очередь, заставляло их забыть о той работе, которую им следовало выполнить. Есть и еще одна связанная с этим трудность. Многое из того, чему обучают новичков, становится излишним и даже ложным для тех, кто ушел вперед. Поэтому, если новичок слишком рано узнает то, чему учат продвинутых ищущих, он не станет серьезно и доверчиво относиться к тому, чему учат его самого. При таком положении вещей он застрянет на месте, он не сможет продвинуться вперед. Отсюда настоятельная потребность в истинности получаемого знания для данного этапа развития. Только тогда возможны правильное восприятие и прогресс на духовном поприще.

Когда ребенок овладевает азбукой, его учат говорить: «Буква “Б” принадлежит Богу». В данном случае нет никакого смысла говорить, что “Б” с таким же успехом может принадлежать и бесу. На этом этапе между Богом и бесом нет никакого родства; они не принадлежат к одному братству. На самом деле “Б” не имеет никакого отношения ни к Богу, ни к бесу. Но было бы опасно говорить подобные вещи ребенку, изучающему азбуку. Если отец вдруг скажет. «Глупыш, “Б” не имеет никакого отношения к Богу; эта буква с таким же успехом может принадлежать еще тысяче предметов; она не относится исключительно к Богу». Услышав подобное, ребенок никогда не заучит букву «Б». Поэтому необходимо, чтобы в настоящий момент ему сказали только, что «Б» принадлежит Богу, оставив в стороне тысячи вещей, также связанные с этой буквой. Ребенок выучит их позже, и тогда сам узнает, что эта буква связана не только с Богом. В результате он отбросит ключевое слово и познает букву независимо от ее связей.

В духовной науке имеется тысяча вещей, связанных с тысячью уровней. Некоторые из них очень личностные, тайные и эзотеричные. Медитация, которой я обучаю вас, такова, что о ней можно говорить публично; но есть вещи, о которых я не стану рассуждать при большом стечении народа. О них я могу говорить лишь с немногими избранными, с теми, кто готов.

Итак, несмотря на то, что Будда говорил достаточно много, не все было записано. Не все можно было доверять бумаге. То, что должно быть сохранено в тайне, никогда не выносится на обсуждение общественности. Тайное знание передается подготовленным индивидуумам и хранится в их памяти.

?

Означает ли это, что знания о Кундалини и чакрах следует рассматривать как тайные и вовсе не публиковать?

Нет, в это вовлечено многое другое. Не возникнет никаких проблем с записью того, что я говорил в течение этих дней о Кундалини и чакрах. Для меня трудность заключается в том, что между нашим временем и периодом жизни Будды пролегла пропасть в двадцать пять веков, что обусловливает огромную разницу в понимании; за это время осознанность человечества изменилась, она выросла. В наше время много вещей, которые, по мнению Будды, следовало бы отнести к разряду тайного знания, вполне можно обнародовать. За двадцать пять веков положение существенно изменилось. Поэтому я и говорю, что многое из того, что Будда предпочитал хранить в тайне, может быть сказано открыто. Подобно этому, многое из того, что я считаю тайным, станет достоянием масс через двадцать пять веков, ведь сознание человека не стоит на месте. Вернись сейчас Будда на землю, он сам предпочел бы открыть многое из утаенного им.

Будда сделал одну вещь величайшего значения. Он определил одиннадцать вопросов, которые никому не позволял задавать себе. Потому что на каждый такой вопрос ему пришлось бы дать неоднозначный ответ. Нечестно давать заведомо ложный ответ, но отвечать правильно было бы еще хуже. Поэтому Будда составил список из одиннадцати запрещенных вопросов, ибо объяснить их было невозможно. Перед прибытием Будды в тот или иной город объявлялось, что никто не должен задавать этих вопросов — Будда не станет отвечать на них.

У Будды была серьезная причина для отказа. Его ответ причинил бы вред людям, но, вынужденный уклоняться от ответа, он чувствовал бы вину за сокрытие истины. Поэтому лучше было вовсе не поднимать эти вопросы. Вот всех жителей и информировали до прибытия Будды, что ему нельзя задавать эти одиннадцать вопросов, дабы не приводить его в замешательство. Эти вопросы были объявлены необъясняемыми. И их действительно никто не ставил перед Буддой.

Сколько бы оппонент ни настаивал на том, чтобы задать такой вопрос, Будда говорил: «Подождите немного, а пока выполняйте садхану. Когда вы заслужите ответ, я вам отвечу». Но в действительности он никогда не отвечал. Именно это и использовали против Будды его критики и оппоненты. Приверженцы джайнизма и индуизма говорили, что Будда не отвечает лишь потому, что сам не знает ответа. Они также утверждали, что, поскольку их собственные писания дают ответы на все эти вопросы, значит, Будде просто не хватает знаний. Но критики забывали, что Будде, пожелай он ответить, было бы легко повторить ответы писаний.

Истина же заключается в том, что правильные ответы не записаны даже в писаниях; это просто невозможно. Поэтому не следует спрашивать, почему Будда не говорил о Кундалини и чакрах.

Глава 8

Медитация, а не молитва имеет великое будущее

(Бомбей, 1 июля 1970 г.)

?

В медитационном лагере Наргол Ты говорил, что садхана, или дисциплина Кундалини, является способом подготовки тела. Не мог бы Ты объяснить это более подробно?

Во-первых, в глубине своей душа и тело неразделимы; разница между ними очень поверхностна. Когда вся истина познана, мы более не воспринимаем душу и тело как две отдельные единицы; мы действительно воспринимаем их как одно и то же. В действительности тело является той частью души, которую могут охватить чувства; душа же является той частью тела, которая не подвластна влиянию чувств. Душа — это невидимое продолжение тела, тело же — видимое продолжение души

Но это становится известно только при окончательном переживании истины.

Ирония заключается в том, что в общем все мы верим в единство тела и души Но эта общая вера иллюзорна, ибо нам не известно доподлинно, что же такое душа. Очень часто мы принимаем тело за душу. Но даже это иллюзорное и весьма популярное верование исходит из той же базовой истины — за подобной верой таится знание о действительном единстве души и тела; в неких глубинах нашего существа живет знание о том, что тело и душа едины.

Знание этого единства, однако, породило два вида ошибок. С одной стороны, спиритуалисты утверждают, что есть только душа, а не тело; с другой — материалисты, подобные приверженцам учения чарвака и Эпикуру, объявили, что есть только тело и никакой души. Эти ошибочные, противоречащие одна другой концепции порождены, тем не менее, глубинным пониманием единства души и тела.

Подобно материалистам, любой обычный человек — которого мы считаем невежественным, — думает, что он только тело. Но стоит лишь начаться внутреннему путешествию, как вера в то, что душа и тело одно и то же, будет разбита, и ищущий поймет — они отделены друг от друга. Как только он узнает, что есть душа, к нему приходит понимание, что тело отдельно и душа тоже отдельна.

Однако подобное разделение происходит на срединной стадии путешествия. Пойдя еще глубже и достигнув конечного переживания, вы узнаете, что тело и душа нераздельны Они действительно одно и то же; это лишь разные формы одной и той же реальности.

Я, например, един со своими обеими руками — правой и левой. Если кто-то со стороны станет утверждать, что обе они одно и то же, он ошибается, потому что руки четко отделены одна от другой. При ближайшем рассмотрении этот человек убедится в том, что правая рука отдельна от левой. Возможно, правая рука болит, в то время как с левой все в порядке. Итак, вполне очевидно, что две руки — не одно и то же. Но, если некто проникнет внутрь меня, он поймет, что я единая личность и что обе руки мои. Если правая рука сломана, то страдаю именно я; если травмируется левая, страдать вновь буду я. Точно так же, если поднимается правая рука, то именно я поднимаю ее; поднимается левая, опять же я поднимаю ее.

Итак, при конечном переживании тело и душа нераздельны; это — подобно моим рукам — две стороны единой истины. Тогда путешествие можно начинать с обоих пунктов — либо с тела, либо с души. Если кто-то начинает с тела, все глубже постигая его, он в конечном счете достигнет души. Например, если человек возьмет меня за правую руку и станет ладонью продвигаться к плечам, рано или поздно он достигнет левой. Подобно этому можно начать прямо с души, но в конце все же будет достигнуто тело.

Однако начинать с души очень трудно. Сложность заключается в том, что душа нам неизвестна. Пока мы в основном существуем на физическом плане, наше путешествие может начинаться только с тела. Есть некоторые техники, которые начинают прямо с души, но обычно они полезны лишь немногим. Один из миллиона может использовать технику, начинающую с души. Подавляющее же большинство должно начинать с тела. Путешествие начинается с того места, в котором находится человек.

В путешествии, начинающемся с тела, пробуждение Кундалини является подготовительным периодом. Кундалини — базовое хранилище глубочайших переживаний тела.

В действительности тело — это не только то, что известно нам или врачам. Возьмем для примера вентилятор. Если разобрать его на части, мы нигде не столкнемся с электричеством. Возможно, что в самом конце исследования очень проницательный человек сделает вывод, что механизм вентилятора не включает такую вещь, как электричество. Ни в одной из деталей вентилятора невозможно обнаружить электричество. Но, тем не менее, когда он работает, его лопасти приводятся в движение электричеством. Вентилятор останавливается в тот момент, когда электричество перестает достигать его. Физиологи изучали тело со всех сторон, но нигде не обнаружили Кундалини.; более того, они никогда не найдут ее. И в то же время все наше тело управляемо энергией, каковая и есть Кундалини, подобно тому, как электричество управляет вентилятором. Электрическая энергия Кундалини не может быть познана путем наружного анализа, поскольку в процессе анализа энергия исчезает. Ее можно познать только путем внутреннего опыта.

Существуют два способа познания тела. Его можно познать снаружи, так, как познает физиолог, — это один путь; второй способ — познание изнутри. Тот, кто идет глубоко внутрь и живет там, познает тело изнутри.

Помните, что все мы знаем свое тело только снаружи; даже наше собственное тело известно нам лишь со стороны. Если я знаю свою правую руку, то лишь посредством глаз, которыми смотрю. Поэтому мои познания руки сводятся к познанию физиолога. Но если я закрою глаза и почувствую руку, то это внутреннее ощущение будет моим собственным. Если кто-то познает свое тело изнутри, то вскоре он достигнет кунды — резервуара, являющегося источником всей энергии нашего тела. Энергия, дремлющая в этом резервуаре, называется Кундалини. И тогда ищущий сам познает, что энергия эманирует именно отсюда и наполняет все тело. Это подобно одной-единственной лампочке, освещающей всю комнату. Если вы решите отыскать источник света, то неизбежно доберетесь до лампочки и выясните, что все лучи света исходят из одного источника. Тогда вы узнаете, что, хотя лучи и достигают самых отдаленных уголков комнаты, их источником остается лампа.

Здесь мы соприкасаемся с поиском той определенной точки, из которой эманирует жизненная энергия, наполняя все тело. У жизненной энергии должен иметься центр; не может быть энергии без источника. Хотя Солнце и расположено на огромном расстоянии от нас, его лучи всегда с нами; поэтому мы можем сказать, что должен существовать центр, источник, откуда лучи эманируют и пронизывают землю. В реальности без центра не может быть энергии; если есть энергия, должен быть и центр. Разве возможна окружность без центра? Где есть окружность, там есть и центр.

То, что тело является вместилищем энергии, самоочевидно; для этого не требуется никаких доказательств. Это реактор энергии, которая поднимается и опускается, пробуждается и вновь засыпает. Энергия не всегда функционирует единообразно; временами она активна и яростна, иногда летаргична и спокойна. Когда вы гневаетесь, то можете швырнуть в обидчика камень, который в ином состоянии вряд ли сдвинули бы с места. Когда вы объяты страхом, то убегаете со скоростью, достойной чемпиона Олимпийских игр. Ваша энергия не всегда пребывает в одинаковом состоянии; ее колебания зависят от окружающих условий.

Вполне очевидно, что в вас есть некий резервуар, из которого энергия поднимается и в который опускается. Энергия действует только при необходимости; в противоположном случае она спокойно дремлет в источнике. Из этого источника вы черпаете энергию как в нормальном, так и в анормальном состоянии — в каждодневных делах и в экстремальных ситуациях. И все же этот резервуар никогда не пустует, он всегда полон; невозможно истощить его. Он неистощим.

Интересно узнать, что мы никогда не используем полностью это хранилище энергии. Исследовавшие это поле утверждают, что даже редкие, необычные люди, которых мы называем гениями, используют не более пятнадцати процентов этой энергии. Даже величайшие мужи человечества — составившие славу и гордость истории — не превысили этот предел. Что же касается обыкновенных людей, то в течение своей жизни они используют не более двух процентов этого запаса; девяносто восемь процентов остаются невостребованными.

Поэтому потенциально, если подходить с позиций энергии семени, не существует разницы между гениями и обыкновенными людьми Различие лишь в количестве используемой энергии Энергия, которую использует гений, такая же, какой владеет, но не использует обыкновенный человек Обычным человеком является тот, кто никогда не призывает свою энер-шю к действию, ни разу не провоцирует ее, противопоставляя ей изменения. Он довольствуется тем малым, что лежит на поверхности, — это он и принимает за свой максимум. Он довольствуется минимумом, оставляя огромнейший потенциал невостребованным. Вот почему в моменты опасности даже обыкновенный человек выказывает недюжинные силу и способности. Только в моменты кризиса мы узнаем о своем внутреннем потенциале.

Внутри каждого из нас имеется центр, в котором обитает вся эта энергия — затаенная, дремлющая. Она пребывает там в форме семени — закрытая, латентная; но она может и проявиться. Этот центр и называется кунда, бассейн или резервуар.

Слово «кунда» — очень значительно; оно многозначно. Одно из значений таково: очень спокойное озеро с недвижной водой. Если появится хоть малейшее движение, значит, энергия стала активной. Кунда означает, что содержимое бассейна, то есть энергия, без движения; она абсолютно пассивна, спокойна. Другое значение содержит в себе следующий смысл: несмотря на пассивность и дремоту, энергия в любую минуту готова стать бдительной, активной и движущейся. Это не высохший, мертвый водоем; он полон до краев. И в любой момент он может стать активным, динамичным, хотя в данную минуту спит.

Возможно, поэтому нам и не известно, что именно дремлет внутри нас. Мы познаем лишь то, что уже пробудилось и стало активным. Только активная часть войдет в наше сознание, пассивная же останется дремать в подсознании. Вот почему даже величайшие умы не знают об этой энергии до тех пор, пока не достигнут великого. Махавира, Будда, Кришна и Иисус — ни одному из них не было известно о собственном потенциале, пока они не актуализировали его, не достигли самых высот.

Вот почему, когда событие пробуждения Кундалини происходит без усилий, пробудившийся считает, что это дар, проявление благодати со стороны неизвестного. Он удивляется, размышляя, откуда и каким образом появился этот дар. И отсюда ощущение, что все пришло от кого-то, находящегося поблизости. Если ближайшим человеком является Мастер, пробудившийся скажет, что это дар Мастера. А если ближайшим объектом оказывается идол Бога, а не Мастер, тогда все почести достаются идолу. Что бы ни предшествовало событию — Будда или Бог в раю, — оно будет воспринято как источник. И все же фактом остается то, что событие это исходит из внутреннего источника. Однако в силу прошлого незнания случившееся приписывают внешней силе — такой, как Мастер или Бог, — оказавшейся поблизости в момент переживания.

На днях я прочитал один рассказ. Два крестьянина впервые путешествуют поездом. Жители горной деревушки, они родились в один день. Поэтому соседи решили сделать им подарок, а поскольку в их местности железная дорога только появилась, не было ничего лучше путешествия поездом. Вот так крестьяне, получив билеты, отправились в путешествие.

Все было для них внове, они дивились всему, что встречалось на пути. Мимо их купе проходил торговец напитками, и они решили купить бутылочку на двоих, а если понравится, то взять еще по одной на брата.

Открыв бутылку, один из путешественников немедленно приложился к горлышку. Когда он уже допивал свою половину, поезд вошел в туннель. К тому времени его спутник стал беспокоиться, попросив не выпить все до конца, на что его друг ответил «Ради Бога, не прикасайся к этому пойлу, оно отравлено, я ничего не вижу! Я ослеп от ужасного напитка!»

Когда поезд вошел в туннель, вокруг внезапно стало совсем темно, и крестьянин решил, что напиток ослепил его. Вот так ближайшее событие — поглощение напитка — было принято за причину слепоты. Это вполне естественно. То, что предшествует событию, воспринимается как причина.

Подобно этому, нам неизвестен истинный источник нашей энергии. И, пока она не проснется, невозможно узнать его. Нам неведомо и то, может ли этот источник вообще быть доступным познанию и в каких рамках.

Пробудившаяся часть этой спящей энергии называется Кундалини. Сама кунда бессознательна, она спит; но Кундалини — пробуждена и осознанна. Только пробудившаяся и вышедшая из кунды часть энергии называется Кундалини. Кундалини — это волны, поднимающиеся над озером.

Такое путешествие — двустороннее исследование. Кундалини — проснувшаяся энергия — сигнализирует, что внутри вас сокрыт огромный источник энергии, обладающий величайшими возможностями. Единственный луч солнца открывает возможность пробуждения бесконечного множества лучей. Итак, один способ заключается в пробуждении Кундалини, что позволит вам познать силу собственного тела. Посредством пробуждения этой энергии вы доберетесь до тех центров, тех врат, через которые выход к невидимой части нашего тела, называемой душой, становится более легким.

Необходимо тщательно разобраться в этом вопросе, поскольку, что бы мы ни предпринимали, на самом деле это деяние нашей энергии, проходящей через некий центр. Например, уши — это центр, через который мы слышим. Если ваши уши станут больными, вы не сможете слышать, потому что энергия будет блокироваться на половине пути и возвращаться к источнику. И постепенно энергия перестанет двигаться к ушам, ибо она направляется только туда, где может проявить активность, Поэтому энергия не станет направляться к ушам.

Обратное тоже возможно. Если человек оглох, но страстно желает слышать при помощи пальцев, вполне возможно, что его пальцы начнут слышать. На этой земле есть люди, которые слышат посредством не ушей, а иных органов. И некоторые видят не при помощи глаз. Что вы называете глазами?

Это часть вашего организма, но особенность ее в том, что с незапамятных времен человек привык использовать именно ее для восприятия объектов внешнего мира, Должно быть, первый человек использовал этот орган чисто случайно; с таким же успехом он мог видеть и другим. Столько созданий на земле действительно пользуются иными органами для этой цели, и глаза у них расположены в разных местах. Есть животные, птицы и насекомые, развившие двойную систему видения — настоящую и ложную. В то время как смотрят они настоящими глазами, ложные используют для введения в заблуждение своих врагов. В случае нападения противника на ложные глаза настоящие остаются в целости и сохранности. Самая обыкновенная муха имеет в своем распоряжении тысячу глаз; один ее глаз является коллекцией из тысячи. Вот почему способность мухи видеть просто ошеломляюща. Некоторые рыбы видят дополнительно и хвостом, поскольку опасаются нападения сзади.

Если мы изучим глаза всех живых существ, населяющих землю, то поймем, что глаза не обязательно находятся на привычном для нас месте. Подобно этому вовсе не обязательно иметь уши там, где они у нас. Они действительно могут располагаться где угодно. Расположение глаз и ушей у человека является результатом многовековой привычки слышать и видеть при помощи определенной точки тела, что и зафиксировано в нашем сознании. Теперь же мы только повторяем навыки своих предков.

Если утратить один из многочисленных органов чувств, то потеряется и та часть мира, которая становится доступной восприятию посредством определенного органа. Если потерять глаза, то мир красок и света окажется утраченным для нас; мы не будем знать, что такое свет, даже обладая совершенным слухом, обонянием и другими органами чувств.

Когда Кундалини начинает просыпаться и подниматься, она стучится в не совсем обычные двери. Посредством экстраординарных чувств — после стимуляции энергией Кундалини — вы познаете вещи, не воспринимаемые обычными органами восприятия. Более правильно сказать, что Кундалини начинает пробуждать внутренние органы чувств. Даже сейчас ваши обычные глаза и уши воспринимают свет и звук посредством энергии Кундалини. Но это внутренние органы, довольствующиеся малым количеством энергии. Небольшое увеличение, и вы станете располагать добавочным количеством энергии для активизации других органов чувств.

Например, если пролить на пол немного воды, то она образует небольшой ручеек, пролагая путь для струйки воды. Но если выплеснуть ведро воды, то таких ручейков будет много, поскольку одного канала недостаточно.

В более глубоком физическом понимании пробуждение Кундалини означает наличие такого количества энергии, что старым каналам не под силу справиться с ней, поэтому энергия и ищет новые проходы и новые врата для своего выхода. В результате такого поиска внутри просыпаются многие новые, тонкие чувства. Эти экстрасенситивные центры превратят вас в телепата и ясновидящего; вы начнете видеть и слышать то, что недоступно обычным органам чувств. Вы будете переживать то, что не имеет никакого отношения к вашим обычным органам восприятия. Самым значительным результатом интенсификации новых чувств явится то, что вы начнете познавать невидимый мир, дотоле таившийся внутри вас, — мир, являющийся самой тонкой и неуловимой вашей частью, называемой Атманом, или душой. С пробуждением Кундалини расширяются возможности духовного роста.

Однако работу следует начинать с тела.

Есть еще один путь, о котором я пока не упоминал. Я говорил о том, что нужно делать для пробуждения Кундалини в общем; но Кундалини — это не вся кунда, или водоем. Существует еще один способ. Лишь немногие живущие в этом мире избрали его для себя. Он заключается не в пробуждении Кундалини, с чем все мы более или менее знакомы, но в растворении в самой кунде. В данном случае для роста не используют незначительную пробудившуюся часть; здесь речь идет о растворении всего нашего сознания в кунде, или резервуаре изначальной энергии. При таком событии не просыпаются новые органы чувств; при таком подходе не происходит включения экстрасенсорных способностей, даже переживание души становится недоступным. При таком переживании человек напрямую связывается с Богом и познает Высшее непосредственно.

При пробуждении Кундалини первым переживанием, встретившимся вам на пути, будет переживание души. Вы поймете, что ваша душа отдельна от душ других людей. Те, кто достиг посредством пробуждения Кундалини, обычно верят в существование множества душ. По их словам, существует столько душ, сколько живых существ на земле, каждый человек имеет отдельную душу. Но те, кто погрузились непосредственно в кунду, резервуар, утверждают, что никакой души нет, есть только Бог; нет ничего, кроме Бога. Они говорят, что есть только одно, а не многое. Вследствие погружения в кунду вы не только сливаетесь со своей индивидуальной кундой, но также и с кундой всего, с коллективной кундой. Кунда едина. Не существует моей, вашей или его кунды как отдельных образований; это одно и то же.

Вот почему энергия кунды огромна и бесконечна. Независимо от того, сколько энергии вы черпаете, вы не можете истощить вечный запас даже на йоту; он остается неизменным и полным. Вы можете использовать сколько угодно энергии, это никоим образом не отразится на содержимом; резервуар всегда полон и неистощим. Но то, что мы черпаем из него, мы привыкли называть своим. Это напоминает процесс черпанья, воды из океана и хранения ее в отдельных ведрах. Мы считаем, что содержимое ведер отлично друг от друга. Но, если некто растворится в океане, он скажет, что океан един, что вода в разных ведрах — часть того же самого океана, и она вновь вернется к своему источнику. Невозможно длительное время удерживать ее отдельно. Вскоре вода в ведрах под воздействием солнца превратится в пар, затем в облака и в виде дождя вернется в океан. Невозможно отделить ее от источника.

Ищущие, работающие над пробуждением Кундалини, имеют экстрасенсорные переживания, являющиеся действительно уникальными психическими явлениями. Они психоделичны. Такие люди познают душу, которая лишь часть Бога, или Высшего. Таким образом они пытаются понять целое посредством его части. Представьте себе разных людей, прикасающихся к океану на разных, отдаленных берегах. Я могу касаться океана с одного берега, а вы — с берега, отдаленного от меня на тысячи миль, Но как я могу поверить, что вы прикоснулись к тому же самому океану, что и я? Я считаю, что мой океан отделен от вашего; так же считаете и вы. Это все равно что считать Индийский океан моим, а Атлантический — вашим.

Но в действительности все океаны соединяются в единое целое. Это один единый Океан. Однако трудно воспринимать его таковым при фрагментарном подходе; тогда нам не под силу познать его как единое целое. Наоборот, мы станем разделять его в соответствии с пределами нашего ограниченного видения. И не только океан — мы разделим и сам берег.

Итак, переживание души подобно прикосновению к океану в определенной точке. Такое случается при пробуждении незначительной части необъятной энергии. Следовательно, ищущему, идущему по этому пути, необходимо быть готовым потерять свою душу, чтобы трансцендировать ее и пойти дальше, за пределы ограничений. Иначе путешествие задержится, ибо в этой точке оно не достигло конечного пункта; оно осталось незавершенным. Реализация души — это не конечный пункт; придется утратить душу и погрузиться в кунду. Но тогда сделать это будет гораздо легче.

Многократный опыт доказывает, что окольный путь оказывается более легким, прямой же — намного труднее. Для этого имеются свои веские причины. Длинная дорога всегда легче. Если мне нужно приблизиться к самому себе, я сделаю это при посредничестве другого человека, медиума. Если захочу увидеть собственное отражение, я воспользуюсь зеркалом. Подобный способ может показаться неоправданно долгим, ведь вначале мой образ должен отразиться в зеркале, а затем уже вернуться ко мне в виде отражения, чтобы я мог увидеть свое лицо.

«К чему такие долгие приготовления?» — может спросить кто-то. Но другого способа нет. Хотя мое лицо ближе всего расположено ко мне, именно по этой причине его труднее всего увидеть непосредственно.

Несмотря на то что путь, связанный с пробуждением Кундалини, самый длинный, он неминуемо приведет к результату. Именно таким образом раскрывается целый мир внутренних чувств и переживаний, и мы достигаем себя, достигаем души. С этой точки квантовый прыжок становится неизбежной необходимостью. Именно окольный путь делает квантовый прыжок легким, поскольку после этого блаженство самореализации — приходящее в результате познания себя — начинает провоцировать и побуждать к прыжку в высоты блаженства.

Определенно, познание себя приносит блаженство, но блаженство потери себя не сравнимо ни с чем. Это наивысшее блаженство. После того как вы познали себя, остается лишь один вид боли: боль самоосознания, знания того, что вы есть. С достижением самопознания исчезают все горести и боли, но все же одна боль будет преследовать вас; это боль существования. Тогда вы спросите себя: «Для чего нужно мое существование?» Ведь теперь вы знаете, что существование болезненно, к тому же не является необходимым условием. И после этого вы совершите прыжок от существования к не-существованию, от бытия к не-бытию. Однажды вы скажете: «Теперь, познав бытие, я хочу познать и не-бытие. После познания света мне хотелось бы узнать и тьму».

Как бы ни был огромен и обширен свет, он имеет свои пределы; но тьма безгранична Существование, несомненно, очень важно и значительно, но оно ограничена, не-существование безгранично и нескончаемо.

Именно по этой причине люди не могли понять Будду. Когда кто-то спрашивал: «Выживу ли я в состоянии мокши, или свободы?», он отвечал: «Нет, не выживешь; именно ты освободишься от самого себя». Тогда человек задавал следующий вопрос: «Допустим, что в состоянии мокши исчезнет все — желания, страдания, грехи; но как же моя сущность? Неужели я не буду существовать в моей изначальной форме?» На это Будда отвечал: «Как сможешь ты жить? После исчезновения всех болей, желаний и грехов останется одна боль — боль существования. Тогда само твое существование начнет причинять тебе боль».

Интересно узнать, что после исчезновения желаний само ваше существо начинает досаждать вам и причинять боль. До тех пор пока есть желания, ваша сущность, кажется, не причиняет вам неприятностей, потому что она постоянно чем-то занята. Если вас интересуют деньги, ваше существо будет занято зарабатыванием денег. Если вы жаждете престижа и славы, ваше существо занято только этим. Но что вы станете делать со своим существом, если желание денег оставит вас, если вы перестанете стремиться к престижу и славе, когда уйдет желание секса, когда исчезнет само действие? Именно тогда само ваше существо станет причинять вам боль непосредственно. Тогда сущность начнет беспокоить вас, и вы начнете чувствовать, что не нуждаетесь в ней. Именно по этому поводу Будда говорил: «Нет, ничего не останется. После того как лампа погаснет, куда девается свет?»

До самой его смерти люди продолжали спрашивать Будду. «Что произойдет с тобой после смерти?» И Будда всегда отвечал: «Что может произойти, если меня уже не будет? Ничего не останется — подобно погаснувшей лампе, погаснет все. Вы никогда не интересуетесь тем, что происходит с пламенем после того, как лампа гаснет. Когда пламя исчезло, оно исчезло».

Следовательно, достижение души является лишь подготовительной стадией для ее потери. Мы достигаем души только для того, чтобы потерять ее окончательно. Но это не так уж трудно. Если вы предложите человеку, чьи желания еще живы, утонуть в кунде, потерять себя полностью, он не сможет сделать этого; он скажет, что это невозможно. Он объяснит, что ему нужно еще столько сделать, поэтому он не может позволить себе потеряться.

Почему мы так боимся потерять себя? Мы испытываем страх, ведь так много еще нужно сделать, а если потеряем себя, то наши дела останутся неисполненными, незавершенными. Например, я строю себе дом, считая, что смогу потерять себя после завершения строительства. Но, как только дом будет готов, на горизонте возникнет еще какое-нибудь незавершенное дело. Желание делать на самом деле является желанием завершить — именно это и побуждает нас к действиям. До тех пор пока существуют желания, невозможно утратить душу, хотя самым коротким путем является немедленная потеря души. Как может человек, обуреваемый желаниями, расстаться с душой? Но, расставшись с желаниями, человек готов расстаться и с душой, ибо теперь в ней нет никакого проку.

Например, если вы предложите человеку, пребывающему в несчастье, расстаться с блаженством, доступным ему, он посчитает вас сумасшедшим. Но если несчастья покинули его и он остался один на один со своим блаженством, тогда он сможет подготовиться для расставания и с блаженством. Что делать ему с блаженством, если желания ушли? Величайшее событие происходит только в момент готовности расстаться с благодатью. Любой готов отринуть печали; но в нашей жизни наступает момент, когда мы охотно расстаемся и с блаженством. Именно это ведет к растворению и объединению с высшей сущностью.

Не исключено, что подобное произойдет и напрямую, непосредственно; человек может погрузиться в кунду одним прыжком. Однако очень трудно подготовить себя к этому в один момент, постепенная подготовка гораздо легче.

Когда исчезают желания, перестает существовать ум; когда действия подходят к концу, когда все ваши проекты, которыми вы жили, отпадают, тогда в самом конце остаетесь только вы и ваше основание, без единой опоры. Именно тогда вы говорите себе: «Бесполезно теперь сохранять эту самость; отныне я могу отпустить и ее». Тогда вы погружаетесь в кунду и растворяетесь в ней. Растворение в кунде называется нирваной, или освобождением.

Если некто захочет немедленно погрузиться в кунду, он не встретит на своем пути Кундалини. Вот почему некоторые духовные школы не говорят о Кундалини, ведь в этом нет необходимости. Те кто учит непосредственному растворению в кунде, не видят потребности говорить о техниках пробуждения Кундалини. Но мой собственный опыт доказал, что прямой путь не срабатывает. Он может помочь двум-трем редким индивидуумам, а это так мало... Один цветок не делает весны. Поэтому нам придется идти окольным путем.

Много раз человеку приходится стучать в двери чужих домов, чтобы в конце концов добраться до своего собственного. Чтобы достичь собственного дома, вам придется неоднократно побывать в чужих. Чтобы узнать свое лицо, вначале вам предстоит изучить тысячи чужих. Прежде чем вы сможете полюбить себя, вам следует полюбить многих других. Любить себя кажется так просто. Какие при этом могут возникнуть проблемы? Кто может помешать вам любить себя? Кажется совершенно правильным отправиться прямо в свой дом. Но на самом деле так никогда не происходит. В действительности очень трудно найти собственный дом прежде, чем мы посетим столько жилищ других. До тех пор, пока человек просит любви к себе и отдает собственную, он не поймет реальной проблемы любви к себе.

Я говорил, что Кундалини — это подготовка тела; это действительно приготовление к вхождению в бестелесное состояние, в дух, душу. Но вы не можете проникнуть в душу с тем количеством энергии, которое доступно вам в настоящий момент, ведь его хватает только на повседневные дела. Дело в том, что даже для этого ее недостаточно; запас настолько скуден, что в конце дня вы чувствуете себя почти истощенным. Доступной энергии не хватает даже для повседневных забот. Со столь скудным запасом вы не сможете достичь души; такого вопроса даже не возникает.

Именно по этой причине идея санньясы воплотилась в жизнь. Целью ее было сохранить энергию, освобождая себя от домашних хлопот, ибо в нашем распоряжении не так уж много энергии. Эту энергию необходимо было направить в иную сторону; ее следовало использовать в более высоких целях. Поэтому ищущие были вынуждены закрывать свои лавки и исчезать с рынка, из мира.

Я считаю такой подход ошибочным. Тот скудный запас энергии, которым мы пользуемся в повседневной жизни, не стоит сохранять, поскольку на сохранение тоже уходит много энергии. Даже для сохранения энергии мы должны тратить энергию. Часто, изливая гнев, мы тратим намного меньше энергии, чем на его подавление. Иногда вы тратите гораздо больше энергии на то, чтобы избежать ссоры, чем на саму ссору. Поэтому я не считаю этот путь правильным; скорее, это путь скупцов.

Разве это санньяса? Это путь людей жадных — сохранить немногое из того, чем владеешь, хотя его совсем мало. Такой подход непригоден. Вместо того чтобы сохранять немного здесь, немного там, следует пробудить побольше спящей энергии — которой бесконечно много.

Зачем сохранять энергию? Просто пробуждайте как можно больше. Если вам нужно потратить много энергии, черпайте ее прямо из резервуара, который неисчерпаем. Вы владеете столь многим, что не в состоянии растратить все это при всем вашем желании; так зачем же беспокоиться и сохранять?

Человек боится того, что если он любит свою жену, то уже не сможет любить Бога, ибо считает, что то немногое, чем он владеет, будет полностью потрачено на любовь к жене. Поэтому он решает спасти свой запас энергии, отдалившись от жены. Но, чтобы сохранить энергию, он должен бороться с собой, что опять-таки будет стоить энергии. Кроме того, сможете ли вы достичь Бога с помощью такого мизерного количества энергии, которую отдаете жене? Ее настолько мало, что она не сможет привести даже к вашей жене, не говоря уже о Боге. Ее недостаточно для путешествия к Богу.

Я хочу сказать, что с вашей стороны сущее безумие считать возможным построение моста между вами и Бесконечным с помощью энергии, которой не достаточно даже для построения моста между вами и вашей любимой. Вы сами осознаете эту неадекватность, она постоянно подводит вас, даже при попытке достичь сердец своих возлюбленных.

Вопрос заключается не в сохранении энергии; суть его — в пробуждении огромной энергии, дремлющей в вас. Эта энергия неистощима, Как только она начинает пробуждаться, расширяются возможности ее дальнейшего пробуждения; энергия продолжает раскрываться. Однажды пробившись, этот поток становится столь мощным и бесконечным, что не в вашей власти истощить его. Другими словами, в вашей жизни никогда не наступит момент, когда вы сможете сказать, что пробуждать больше нечего.

Возможность пробуждения бесконечна; вы можете черпать сколько угодно энергии из этого бесконечного резервуара. Чем больше вы черпаете, тем сильнее пробуждаете эту энергию. А когда в вашем распоряжении окажется огромное количество энергии, вы сможете отправиться на поиски неизвестного. Только тогда вы сможете рискнуть и ступить на путь не изведанный и не исследованный. Вы понимаете, о чем я говорю?

Окружающий мир, в свою очередь, тоже влияет на нас. Человек накопил несметные сокровища и теперь подумывает о путешествии на Марс. Полет на Марс ничего не даст; этим ничего не достигнешь. Но в этом нет и ничего плохого, ибо терять тоже нечего. Человек обладает столь многим, что в состоянии позволить себе подобное.

Пока вы не имеете достаточного количества денег — с трудом сводите концы с концами, — вы будете все время думать о них и строго учитывать свои расходы; вы дважды подумаете, прежде чем потратите хотя бы пенни. Таким образом вы никогда не выйдете из знакомого мира. Для проникновения в неизвестное необходимо огромное количество энергии, изобилие энергии. И Кундалини наполнит вас таким изобилием. Вы будете обладать столь многим, что встанет вопрос, на что и каким образом потратить ее.

И помните: когда у вас будет много энергии, вы неожиданно выясните, что прежние каналы энергии полностью забиты, поскольку не предназначены для восприятия такого ее количества. Это подобно океану, впадающему в маленькую речушку и моментально стирающему ее с лица земли. Речушка так никогда и не узнает, как и почему она исчезла. Старые каналы гнева, секса и всего остального постепенно засоряются и исчезают. В день, когда поток энергии увеличится, он сокрушит все старые берега. Вы неожиданно выясните, что нечто новое, абсолютно иное вошло в существование. Вы удивитесь тому, что произойдет со всеми вашими накоплениями, жадностью и скудной жизнью. Ваши жалкие потуги — такие, как практика целибата, подавление гнева и тому подобное, — растворятся в воздухе, ибо прежние каналы и реки исчезнут, и с этого момента на сцене из ниоткуда появится целый океан.

Когда у вас не окажется иных способов тратить огромные запасы энергии, вы внезапно выясните, что эта энергия отправилась в совершенно новое путешествие, ведь путешествие не может прекратиться, оно бесконечно продолжается. Энергия будет продолжать двигаться, она не может остановиться. Это путешествие вечно.

Вопрос лишь в том, чтобы пробудить энергию хотя бы однажды. Тогда старый способ жизни станет бессмысленным, многие неизведанные и незнакомые врата, закрытые веками, начнут открываться под напором усиливающейся энергии. Именно тогда у вас появятся экстрасенсорные переживания. Как только откроются двери сверхчувственного восприятия, вы начнете осознавать бестелесную часть вашего тела, которую можно называть духом или душой.

Итак, Кундалини является подготовкой к проникновению в бестелесное, в душу. Именно об этом я и говорил в Нарголе.

?

Рассматривая восхождение и нисхождение энергии Кундалини, Ты подчеркивал, что нисхождению предшествует восхождение. Сходно ли это нисхождение с растворением в кунде или между ними существует различие? Объясни, пожалуйста, феномен восхождения и нисхождения.

Вообще-то растворение в кунде не имеет ничего общего ни с восхождением, ни с нисхождением. Вопрос не в поднятии или опускании; здесь дело касается исчезновения, прекращения существования. Когда капля воды падает в океан, она ни восходит, ни нисходит, а просто исчезает в океане. Конечно, когда капля высыхает под лучами солнца, она поднимается в небеса в виде пара. А когда при соприкосновении с холодным воздухом она превращается в облако, то затем нисходит на землю в виде дождя. Но ее путешествие к океану не является ни поднятием, ни опусканием; это просто растворение, исчезновение, умирание в океане.

Поэтому вопрос о восхождении и нисхождении возникает в ином смысле. Речь идет о том, что поднимаемая много раз энергия должна быть возвращена в кунда, резервуар. Мы поднимаем энергию и в то же время возвращаем ее обратно в источник, снова и снова. Подобное необходимо проделывать по многим причинам. Одна из них заключается в том, что достаточно часто количество пробужденной энергии намного больше, чем мы можем воспринять и переработать, поэтому ее следует отослать обратно в источник, иначе она будет опасна.

Наша способность к восприятию и переработке очень ограничена; ограничена даже наша возможность восприятия счастья И если напор счастья, боли или силы больше, чем мы можем вынести, то истощится весь наш психосоматический организм. А это достаточно опасно. Именно поэтому слишком большое количество пробужденной энергии должно многократно возвращаться в источник, хотя многое здесь зависит от техники Подобное не обязательно в случае с техникой Динамической медитации. Существуют техники, пробуждающие энергию внезапно и неожиданно; они называются техниками внезапного просветления. В практиковании таких техник всегда есть опасность, потому что напор энергии может оказаться слишком велик; а вдруг вы окажетесь не подготовленными к его восприятию. Напряжение может оказаться столь высоким, что ваша лампочка перегорит, или выйдут из строя предохранители, или произойдет еще нечто столь же ужасное. Но техника, о которой я говорю, не таит в себе таких опасностей; вначале она создает в вас потенциал, а уже затем пробуждает энергию.

Попытайтесь понять это следующим образом. Прорыв большой плотины может причинить множество неприятностей и разрушений. Но воды, сдерживаемые той же дамбой, можно направить по руслу в соответствии с хозяйственными потребностями

Уникальное событие произошло в жизни Кришнамурти. В детстве теософы обучали его дисциплине Кундалини. С ним было проведено множество опытов, но в настоящий момент он не совсем четко помнит происходившее. Он не осознает, через что именно прошел. Кришнамурти стал осознавать только в момент, когда океан просветления уже вошел в канал, каким был он сам. Поэтому у него нет знания о подготовительной стадии его духовной жизни

Вследствие этого Кришнамурти не принимает того положения, что просветлению должна предшествовать подготовка. Однако остается фактом, что сам он был тщательно подготовлен — таких приготовлений еще не видела земля. Вообще-то многие люди готовились, но делали это для себя. В данном же случае множество людей выполняло эту работу для Кришнамурти. Они серьезно работали за него.

?

Действительно ли другие могут сделать такое?

Конечно, это возможно, ведь в более глубоком понимании другие вовсе не являются другими. Те, кто кажутся нам другими, на самом деле не таковы. Итак, другие выполнили всю подготовительную работу и сделали это по весьма веской причине — для осуществления великого события. Но событие не могло осуществиться; эксперимент провалился.

Событие, к которому готовились теософы, — это пришествие, вхождение великой души, для которой Кришнамурти был выбран в качестве средства, посредника. Кришнамурти предназначался для использования в качестве посредника, и его готовили к этому событию. Для этой цели открывались духовные каналы и пробуждалась энергия. Но это была только подготовительная часть работы. Что же касается самого Кришнамурти, то он не был целью этого проекта, его использовали лишь в качестве подручного средства. Задача заключалась в том, чтобы создать в нем достаточно места для прихода и воцарения некоей иной души. Но проект был обречен на неудачу.

Проект провалился, поскольку, когда настало время, Кришнамурти отказался быть средством, проводником для кого-то другого, Ранее уже высказывались опасения, что он может поступить подобным образом. Опасения присутствовали всегда, и именно поэтому такие опыты никогда не проводились в прошлом. Подобные опасения обоснованны; если человек достигает состояния, когда он может стать окончанием самого себя, почему он должен соглашаться быть средством для кого-то другого? Кришнамурти отказался в самый последний момент, за час до намечаемого события.

Сравните: я даю вам ключ от своего дома, чтобы вы подготовили его к приезду гостя, ожидаемого на следующий день. Но после того как я отдал вам ключ и ушел, вы становитесь хозяином. Вы можете отказаться принимать гостя на том основании, что вы хозяин — ведь ключ у вас. Ключ был сделан другим человеком, дом вы тоже не проектировали и не строили. И, хотя у вас есть ключ, вы не имеете ни малейшего, представления, как он был сделан и каким образом проектировался дом. Но, раз вы владеете ключом и знаете, как открыть дверь дома, вопрос на этом закрывается.

Подобное возможно. Некоторых можно подготовить, другие приходят подготовленными из прошлых жизней. Но это не совсем обычное дело. Каждый должен готовить себя сам. При правильном подходе вначале идет подготовка, и уже затем переживание просветления. Только после того как способность к восприятию возрастет, в канал можно пускать поток воды.

Следует позаботиться, чтобы энергия пробуждалась только в соответствии с вашей способностью воспринять и переработать ее, но не больше. Существуют техники, пробуждающие чрезмерное количество энергии. Таким образом многие сошли с ума. Именно из-за подобных практик люди стали опасаться религии.

Итак, существуют два способа пробуждения энергии, которые к тому же не так уж трудны

Я расскажу вам о событии, не так давно произошедшем в Америке и связанном с распределением запасов электричества — временами наши планы не сбываются. Иногда подобная ситуация может сложиться и во внутренней сфере нашей жизни. В Америке настолько организована система распределения энергии, что если в определенном месте появляется ее излишек — если город потребил меньше установленной квоты, — то излишек энергии автоматически перебрасывается в местность, где ощущается недостаток электричества. Подразумевалось, что даже небольшое количество электрической энергии не должно оставаться неиспользованным — его немедленно переводили в другое место и использовали.

Например, фабрика, работавшая до вчерашнего вечера, сегодня по каким-то причинам закрылась и не будет потреблять предназначенную для нее энергию. А в другом городе завод не работает на полную мощность из-за недостатка энергии. Поэтому все было организовано так, чтобы электричество постоянно перебрасывалось из одного места в другое, дабы избежать избытка и нехватки энергии.

Но несколько лет назад — автоматическая система распределения электричества не сработала — случилось так, что вся Северная Америка на десять или двенадцать часов полностью погрузилась во тьму, воцарились полнейший хаос и неразбериха. В одном городе возникла нехватка энергии, в результате чего образовался энергетический вакуум. Вся свободная энергия этой зоны автоматически устремилась туда с такой силой, что все предохранители городской сети перегорели, а связующие и координирующие системы целой зоны вышли из строя. Распалась вся система электроснабжения, и неожиданно вся Америка вернулась к первобытному состоянию. Произошло повсеместное обесточивание, и на двенадцать часов общественная жизнь замерла.

Именно тогда впервые стало понятно, что стремление к эффективности и модернизации может превратиться в напасть. Такое никогда не случилось бы, имей каждый город свою собственную, отдельную систему энергоснабжения. Подобное невозможно в Индии. Это может случиться только в США, где даже снабжение электричеством полностью централизовано, где ток циркулирует постоянно, а поэтому всегда существует подобная опасность,

Внутри человека также имеется система, подобная электрическому току. И, если внутреннее электричество направится к вам в большем количестве, чем вы можете принять, это может оказаться крайне опасным. Есть такие техники, с помощью которых можно увеличить поток внутреннего электричества. Например, вы сидите в зале, где кроме вас находится еще пятьдесят человек. Применяя определенные техники — если у вас возникнет желание, — вы можете заставить энергию всех пятидесяти направиться к вам. При таком раскладе полсотни человек будут высосаны энергетически и потеряют сознание, в то время как вы превратитесь в столб энергии, станете фонтанировать энергией. Но и для вас это может оказаться опасным. Вполне возможно, что полученной энергии окажется слишком много. Обратное тоже возможно. По тому же самому каналу ваш ток энергии может быть направлен к другим, иссушая вас полностью. Подобные эксперименты проводились в прошлом.

Итак, существуют методы, с помощью которых можно вернуть излишек энергии в источник, если слишком много ее одновременно направилось в высшие центры. Но подобное не является обязательным в отношении предложенной мной техники, ибо в данном случае будет освобождаться только то количество энергии, с которым вы сможете справиться. Вначале мы создадим пространство, а затем освободим энергию, чтобы это пространство заполнить. Поэтому вам не придется возвращать излишки пробудившейся энергии. Такой ситуации не возникнет. Конечно, однажды вы сами вернетесь к источнику, но это уже другой вопрос, Познав все, вы прыгнете и растворитесь в кунде, но это совсем иное дело.

Термины «нисхождение» и «восхождение» используются и в другом смысле. Шри Ауробиндо употреблял их совсем в ином значении.

Мы можем двояко думать о Божественной энергии: либо воспринимаем ее как нечто, пребывающее вверху над нами, в небесах, либо как нечто, покоящееся внизу, у истоков, в бездонной пропасти, Мы мыслим в категориях зенита — верха и надира — низа. Но, что касается космического порядка, значение верха и низа бессмысленно; сами термины бессмысленны. Это просто концепции мышления; они представляют наш способ мысли. Мы считаем, что потолок этого зала находится вверху по отношению к нам, но это не так. Если пробурить землю именно в этом месте, то когда-нибудь мы доберемся до Америки. И если кто-то оттуда посмотрит на нас, то с его точки зрения этот потолок будет снизу от нас, под нашими головами, а не над ними. Он увидит нас как группу людей, выполняющих ширшасану — положение, когда человек стоит на голове. Но потолок останется тем же самым. Все зависит от положения, из которого мы смотрим.

Точно так же ложно и наше представление о востоке и западе. Что такое восток и что такое запад? Если постоянно идти на восток, то в конце концов придешь на запад. А если идти на запад, то попадешь на восток. Зачем называть это западом, если путешествие в этом направлении приведет на восток? Это бессмысленно. Любая подобная концепция относительна, а следовательно, нереальна. Это всего лишь использование гипотезы, воображаемой концепции; она полезна, но все же ложна. Можете ли вы сказать, где находится восток и где он начинается? Берет ли он начало в Калькутте, Рангуне или Токио? Где начинается и заканчивается запад? Он нигде не начинается и нигде не заканчивается. Эго лишь приспособленные к использованию концепции, с помощью которых мы — для своего удобства — делим землю.

Такими же концепциями являются понятия верха и низа. Запад и восток — это горизонтальные концепции, верх и низ — вертикальные. В действительности нет ничего, подобного верху и низу, ведь у Вселенной нет пола и потолка. Она огромна и бесконечна. Поэтому все разговоры о верхе и низе бессмысленны.

Однако подобные концепции заполонили наше религиозное мышление. Поэтому некоторые люди переживают Бога как нечто, приходящее сверху; в этом случае энергия нисходит на них. Другие переживают Бога как нечто, поднимающееся снизу, от корней; здесь энергия восходит. Но в реальности подобное разделение лишено смысла. Куда мы поместим Бога — вверху или внизу, — вопрос подхода и целесообразности. Но, если уж нам надо сделать выбор, то предпочтительнее концепция восхождения.

Концепция восхождения энергии будет более полезна для вас — этому есть свои причины. Если вы примете концепцию восхождения, вам надо будет поднять энергию, придется потрудиться над ее поднятием. В случае же противоположного выбора — нисхождения энергии — вам не останется ничего, кроме молитвы. Что касается нисходящей энергии, то вам остается только сложить руки и молиться

Поэтому в мире распространены два вида религии — одна основывается на медитации, другая на молитве. Приверженцы молитвы переживают Бога как обитающего вверху, на небесах. Он находится высоко, и мы ничего не можем сделать для того, чтобы приблизить Его к себе. Если мы хотим отыскать Его, то нам следует подняться ввысь. Если нам это удастся, то мы сами станем Богом. Но мы не можем подняться; нам приходится оставаться там, где мы есть. Поэтому все, что мы можем сделать, это только взывать к Нему в молитвах: «Господи, снизойди к нам, пожалуйста! Спустись к нам».

С другой стороны, есть религии, говорящие, что мы должны поднять нечто из наших глубин Это нечто спит у наших корней и может быть поднято лишь в том случае, если мы станем предпринимать в этом направлении какие-то усилия. Подобные религии отвернулись от молитвы и занялись медитацией. Они стали религиями медитации. Концепции низа и верха породили все различия между молитвой и медитацией. Религии молитвы верят, что Бог пребывает высоко вверху, а религии медитации считают, что Он обитает у наших истоков, откуда Ему предстоит подняться.

Не забывайте, что с течением времени религии молитвы теряют под собой почву и вырождаются. У них нет будущего; несмотря ни на что, будущего у них нет. А религии медитации день ото дня набирают потенциал роста, их ожидает великое будущее.

Мне бы хотелось, чтобы вы поняли — дорога нашего путешествия идет снизу вверх.

Эта концепция подразумевает и иные значения. Сама она, однако, понятие относительное. Следовательно, для меня не важно, верите ли вы, что Бог обитает в небесах. Мне нетрудно это представить, но вот вы в таком случае столкнетесь с трудностями. Ранее я говорил, что если постоянно идти на восток, то обязательно придешь на запад но это не означает, что, если нам надо на запад, мы обязательно должны идти на восток Нам сразу следует идти на запад. Хотя концепция восток-запад бессмысленна, все же лучше отправиться на запад, если нам надо на запад. Правда и то, что если мы отправимся на восток, то в конечном счете доберемся до запада. Но в этом случае путешествие будет неоправданно долгим. Вы поняли, что я хотел сказать?

Подобная концепция породила огромное различие между медитирующим человеком и набожным. Бог верующего высоко в небесах, поэтому человек станет молиться и ждать, сложив руки. Бог же медитирующего — у истоков, поэтому человек, собравшись с силами, попытается разбудить Его.

Есть и еще одна интерпретация, о которой не следует забывать. Когда мы верим в то, что Бог обитает внизу, у самых корней, Его присутствие ощущается повсюду, даже в том, что мы называем низменными инстинктами и эмоциями. Тогда ничто уже не воспринимается нашим умом как низменное и недостойное, ибо, если сам Бог обитает в нижней области, значит, Он присутствует во всем. Его можно пробудить даже там. Если секс присутствует в этой области, Бог тоже там, и Он также может быть разбужен и познан с этой стороны Другими словами, не найдется такого уголка, где бы Он отсутствовал. Он будет даже в глубинах ада.

Но если мы верим, что Бог обитает в небесах, то немедленно утонем в осуждениях; тогда все, пребывающее ниже, будет достойно лишь осуждения — ведь там нет Бога. И тогда верующего охватывает ощущение собственной неполноценности. А последствия этого — психологические последствия самоосуждения и вины — просто разрушительны.

И, если вы хотите стоять на сильных ногах, необходимо, чтобы энергия поднималась снизу, дабы напоить ваши ноги силой. Если энергия будет приходить сверху, она коснется только головы Но вопрос вот в чем: чтобы быть эффективной, энергия должна дойти до самых корней.

К тому же энергия, нисходящая сверху, для вас всегда чужеродна. В этом кроется причина того, что те, кто достигли посредством молитвы, никогда не верят в то, что мы и Бог — единое целое. Мусульмане всегда выступали против тех, кто утверждал, что он Бог. Они считают, что Бог и человек не могут быть одним, потому что Бог в небесах, а человек на земле, внизу. Поэтому они обезглавили Мансура аль-Хилла и убили Сармада. Для них нет страшнее богохульства, чем утверждение, что человек есть Бог. По их мнению Бог — высочайшее, человек же подобен червю, копошащемуся в земле. Как же такое низменное создание может отождествлять себя с Наивысшим?..

Возводя Бога на небеса, а себя считая низменными созданиями, мы никакие можем быть одним. Именно по этой причине учение суфиев было абсолютно неприемлемо для ислама, ведь суфии утверждали единство с Богом.

Мы можем быть едины с Богом, только если Он выходит из низов, потому что мы внизу. Только если Бог выходит из земли, а не спускается с небес, мы и Он можем стать единым существом.

Как только мы возводим Господа на небесный престол, наша земная жизнь подвергается осуждению; она сплошной грех. И тогда сам факт нашего рождения в этом мире становится результатом греха. Если же Бог у наших истоков, то земная жизнь становится блаженством и благословением. Она перестает казаться плодом нашего греха и превращается в дар Господа и в Его сострадание. И тогда присутствие Его света будет чувствоваться даже в самых темных уголках. Тогда Бог присутствует в сокровенных глубинах даже самого недостойного человека.

Поэтому я предпочитаю, чтобы вы верили: Бог — это восходящая сила, хотя между концепциями восхождения и нисхождения нет никакого различия. Для того, кто познал, нет никакой разницы. Такой человек скажет, что обе идеи бессмысленны. Но если мы не знаем и хотим отправиться в путешествие духа, то лучше выбрать путь полегче. Поэтому мне хотелось бы, чтобы ищущий понял: энергия будет подниматься из глубин.

Люди, выбравшие путешествие снизу вверх, избрали огонь символом Бога, ибо пламя всегда поднимается вверх. Пламя постоянно рвется вверх. Вот почему в глубинах ума мы всегда воспринимаем огонь как Божественный символ — по той простой причине, что, несмотря на наши действия, огонь всегда вздымается вверх и, только поднявшись, тут же исчезает в пустоте. Некоторое время мы видим пламя, но затем оно теряется в небесах Точно так же и ищущий поднимется вверх, а затем затеряется в невидимом.

Поэтому я делаю ставку на восходящую энергию, а не на нисходящую.

?

В медитационном лагере Наргол Ты говорил, что посредством глубокого и быстрого дыхания и вопроса «Кто я?» нам следует полностью истощить свое тело, устать, чтобы войти в глубокую медитацию. Но как истощение, в результате которого наступает нехватка энергии, может привести к медитации, требующей огромного количества энергии?

«Устать» — не значит лишиться энергии. Как ты думаешь, что именно я подразумеваю под «собой», когда говорю «истощить себя»? Я имею в виду те органы чувств, через которые вытекает энергия в ходе повседневной жизни. Под «собой» я подразумеваю ваш организм; я имею в виду вас такими, какие вы есть в данный момент. Я не говорю о том, какими вы можете быть в действительности; в настоящий момент я принимаю во внимание ваше нынешнее состояние.

Когда вы истощаете себя физически, одновременно происходят два события; все ваши чувства, ваше тело и ум устают и отказываются принимать вашу энергию. От усталости вы не предпринимаете никаких действий, требующих энергии, вы просто говорите «Я устал». С одной стороны, эта практика выматывает тело-ум, ваши органы восприятия, с другой — бьет по Кундалини. Вы устаете, но ваша спящая энергия начинает пробуждаться

Это одновременный процесс вы устали, но ваша энергия пробуждается. В то же время — вы больше не используете свою энергию. Ваши глаза так устали, что не могут смотреть; ум настолько устал, что не может думать, даже если захочет. Ноги отказываются двигаться, они ослабли.

В такой ситуации, если вы захотите двигаться, вам придется передвигаться без помощи ног, а если захотите видеть, то смотреть придется без помощи глаз, потому что вы полностью истощены. Когда ваш организм истощен, он отказывается от действий. Но в то же время пробуждающаяся энергия испытывает настоятельную потребность в действии. Эта энергия немедленно начнет стучаться в те двери, которые не устали, рады принять энергию и поработать с ней. Эти центры всегда готовы, но им не предоставлялось возможности для действия. Вы были настолько сильны, что могли использовать всю вашу энергию. Теперь вы устали, а новая, свежая энергия готова к действию. Но ваши прежние органы, ваши глаза и уши, отказываются принимать ее. Так что же будет делать новая энергия, если глаза отказываются смотреть, а уши слышать?

В такой ситуации вы начнете смотреть в некоем новом измерении, которое станет новой частью вашего существа, Начнет действовать центр психического видения, и вы увидите то, чего не видели прежде. Вы будете смотреть из пространства, которое прежде не использовалось вами Этому пространству не предоставлялось возможности для действия; теперь ему впервые открылась такая возможность. Именно по этой причине я настаиваю на полном самоистощении. Тело должно устать, ум должен устать, все, чем вы являетесь, должно устать, чтобы то, чем вы являетесь на самом деле, но не осознаете как себя, могло проявиться в действии. Когда поднимается свежая энергия, она требует работы, и ваше существо предоставит ей эту работу. На самом деле энергия сама найдет себе работу. Когда ваши уши устанут, проснувшаяся энергия услышит внутренние звуки. Когда ваши глаза устанут, новая энергия увидит свет, внутренний свет. Для того чтобы слышать внутренние звуки и видеть внутренний свет, нет нужды во внешних органах чувств. Вы почувствуете ароматы, недоступные внешнему обонянию. Очень тонкие чувства, называемые сверхчувствами, войдут в жизнь и станут активными.

Каждому из наших обычных органов чувств соответствует определенный сверхчувствительный орган. Есть ухо, которое слышит внешние звуки, но имеется еще одно ухо, слышащее внутри вас. Однако этому внутреннему слуху никогда не предоставлялась возможность проявить себя. Теперь, когда внешнее ухо утомилось и отзывается работать, что делать энергии, накопившейся вокруг сопротивляющегося органа? Она станет активизировать ваше другое ухо, внутреннее, не действовавшее ранее. Поэтому вы услышите и увидите такое, что, если расскажете об этом своим друзьям, они скажут. «Ты сошел с ума. Это невозможно. У тебя бред; это просто воображение».

Но вы будете слышать эти звуки более четко, чем звуки лютни. Внутренняя лютня будет слышна столь громко и ясно, что вы не сможете считать ее звучание обманом. Вы скажете, что, если уж она ложна, то внешняя лютня и подавно ложь.

Но, для того чтобы открылись новые двери вашего существования, сначала необходимо полностью истощить внешние органы чувств. Если эти двери откроются хоть однажды, больше проблем не будет. Тогда вы сможете сравнить, Вы скажете, что уж если и стоит смотреть, то лучше делать это с помощью внутреннего зрения, приносящего гораздо больше блаженства. Внешнее зрение — ничто в сравнении с внутренним, Но в настоящий момент вам не с чем сравнивать, у вас просто нет выбора. Как только начнет действовать внутреннее зрение, у вас появится выбор; вы сможете выбирать между внутренним и внешним. И вы всегда будете выбирать внутреннее, когда бы ни захотели посмотреть. Внешнее зрение станет бессмысленным.

Я расскажу вам историю из жизни Рабийи. На заходе солнца в ее лачугу заглянул факир по имени Хасан. Солнце было уже совсем низко, стоял замечательный вечер, поэтому Хасан крикнул: «Рабийя, что ты сидишь дома? Вечер настолько красив, а такого прекрасного заката я никогда не видел. Такой великолепный вечер может не повториться. Выходи из хижины и полюбуйся закатом».

В ответ Рабийя сказала: «Глупец, сколько еще ты будешь любоваться внешним солнцем? Обратись внутрь, потому что я смотрю на Того, Кто создал солнце. Я свидетельствую солнца, которые будут созданы в необозримом будущем. Поэтому лучше, если ты войдешь внутрь».

Но Хасан не мог понять то, что хотела сказать ему Рабийя. Это была поистине редкая женщина, выдающаяся личность в истории человечества. Но Хасан не смог понять ее и продолжал настаивать на том, чтобы Рабийя вышла из своей лачуги и полюбовалась закатом. А Рабийя вновь и вновь просила его не теряться во внешнем великолепии заката и не упустить настоящую красоту внутреннего.

Диалог Рабийи и Хасана происходил одновременно на двух различных планах. В нем участвовали два вида органов восприятия. Если вы не осознаете внутренние чувства, тогда внешний мир является для вас единственным. Именно поэтому я и говорю, что хорошо, когда ваши внешние чувства истощены.

?

Следовательно, в этой медитации истощение и усталость не означают недостаток энергии?

Они означают пробуждение энергии, дремлющей внутри каждого из вас. Вся работа предназначена для ее пробуждения. Истинно то, что органы восприятия устают, но органы чувств не содержат энергии, это просто двери, через которые проходит энергия. А вы не просто дверь, вы нечто большее. Вы лишь проходите через эти двери. Именно двери устают и просят вас не проходить через них, потому что они переработали и устали. Ваши глаза отказываются от работы. Другие чувства поступают таким же образом. Поэтому на начальной стадии процесс истощения наших чувств очень полезен.

?

Если это процесс пробуждения энергии, то медитация должна приносить свежесть вместо усталости. Но обычно она приносит лишь усталость. Почету?

Так будет только вначале. Постепенно вы начнете ощущать свежесть и живость, каких прежде никогда не испытывали. Но в самом начале, несомненно, вы будете чувствовать усталость. Подобное происходит вследствие того, что вы отождествляете себя со своими ощущениями. Вы считаете, что они — это вы. Поэтому, когда чувства устали, вы говорите, что устали вы. Такое отождествление должно уйти.

Например, вы едете на лошади и она устала. Если вы отождествляетесь с лошадью, то скажете, что вы устали, чертовски устали. Мы принимаем усталость от всего, с чем идентифицируемся. Если вы отождествляетесь с лошадью, то почувствуете усталость тогда, когда устанет лошадь. В тот день, когда вы поймете, что вы и лошадь — не одно, новые силы придут к вам совершенно иным способом. И тогда вы узнаете, что это устали чувства, а не вы.

Наоборот, когда чувства устали и отказываются работать, во внутреннем резервуаре сохраняется огромное количество энергии, которая была бы потрачена напрасно. Тогда вы узнаете, что такое сохраненная энергия, и она будет постоянно увеличиваться, превращаясь в бесценное сокровище. И, поскольку эта энергия не выходит, она наполнит каждую клеточку вашего существа. Эта энергия — вы; когда вы поймете это, то увидите разницу.

Постепенно после каждой медитации вы будете испытывать необыкновенную свежесть. Впрочем, говорить, что вы почувствуете свежесть, не совсем точно — скорее, вы сами станете свежестью. Но это произойдет только тогда, когда исчезнет ваше отождествление. В настоящий момент вы едете на лошади, и вся ваша жизнь отождествляется с ней. Требуется время, чтобы понять — вы не лошадь, а наездник И понять это легче, когда лошадь падает от усталости. Тогда вам придется идти на собственных ногах. А когда вы пойдете, то сразу поймете свое отличие от лошади.

Но вы так долго скакали на лошади, что забыли о своей способности ходить. Поэтому усталость лошади пойдет вам на пользу.

Глава 9

Алхимия хаотического дыхания

Лекция восьмая (Бомбей, 2 июля 1970 г.)

?

Великий мистик из России Георгий Гурджиев написал мемуары о своих духовных путешествиях под названием «Встречи с замечательными людьми». В книге он говорит, что на него произвела неизгладимое впечатление беседа с суфийским дервишем о йогической пранаяме и асанах. Дервиш высказался против всех дыхательных упражнений, потому что любое изменение нормального ритма дыхания приводит к изменениям в порядке жизни и к разрушительным последствиям. Каково Твое мнение на этот счет?

В его высказываниях о пранаяме и других дыхательных упражнениях есть доля истины. В действительности нет лжи, в которой не содержалось бы зерно истины. Каждая ложь содержит в себе крупицу правды. Именно эта крупица истины и производит впечатление на слушателя, с ее помощью ложь приобретает налет достоверности и находит приверженцев.

Действительно, нам не следует вмешиваться и препятствовать естественному ходу жизни, иначе возникнет множество проблем, Хорошо, если мы не вмешиваемся в нормальное функционирование тела; нам не следует вмешиваться в процесс дыхания, в то, как мы ходим, стоим или сидим. Ибо, как только мы станем препятствовать и вмешиваться, начнут происходить изменения.

Не забывайте, что любая потеря подразумевает изменение, достижение тоже несет в себе перемену. Как приобретение, так и потеря означают изменения. Поэтому, если вы хотите остаться такими, какие вы есть в данный момент, не вмешивайтесь в процесс дыхания. Но, если вы хотите изменить, трансформировать что-то в своей жизни, вам придется рискнуть. Риск заключается в том, что если вы внесете изменение в способ дыхания, то он изменит весь стиль вашей жизни. Если вы удовлетворены теперешним положением вещей, тогда не нужно ничего делать. Но если вы чувствуете, что этого недостаточно, тогда вам придется внести изменения.

И тогда изменение дыхания становится очень важным для нас, необыкновенно важным, Как только вы начинаете дышать иначе, многое в вас начинает распадаться и столь же многое собираться вместе. В наши дни, после многочисленных экспериментов, выяснено, что следует в вас отбросить, а что укрепить и добавить. Теперь уже создана целая наука.

Кое-что знакомо нам из каждодневного опыта. Например, в состоянии гнева наше дыхание меняется; оно не остается прежним, Дыхание меняется даже тогда, когда человек спокоен и молчалив, оно не такое, как обычно. И если вам известно, как вы дышите в состоянии покоя, то есть все возможности создать такое состояние, используя соответствующее дыхание.

Дыхание и ум взаимосвязаны.

Когда ум находится в состоянии сексуального возбуждения, дыхание моментально изменяется. Поэтому, если, будучи сексуально возбужденными, вы не позволите своему дыханию измениться, возбуждение тотчас пройдет. Желание секса исчезнет, оно не сможет существовать. Для того чтобы что-то произошло, все в организме должно находиться в соответствующем состоянии. Если вы замедлите дыхание, когда волны гнева захлестывают вас, гнев испарится, ибо в замедленном дыхании ему не найдется места.

Наука о дыхании преисполнена огромного смысла. Изменение дыхания приводит к соответствующему изменению ума. Не существует никакой опасности, когда выяснено — и выяснено глубоко научно, — каким образом ум ведет себя при различных типах дыхания. На начальных стадиях проведения экспериментов опасность, конечно, существовала. Она не исключена даже теперь на всех стадиях каждого поиска новых жизненных впечатлений. Поиск идет методом проб и ошибок, но, как только эксперимент удается, он превращается в научно обоснованный закон. Например, человек не может испытывать гнев, если его дыхание остается спокойным. Гнев и замедленное дыхание никогда не сосуществуют одновременно. Противоположное тоже возможно. Если начать дышать так, как дышат в состоянии гнева, вскоре вы почувствуете, как злость поднимается внутри ума.

Пранаяма, или наука о дыхании, открыла множество методов трансформации ума.

Стоило бы разобраться в различии между тем, что мы называем искусственным дыханием, и дыханием естественным. То, что вам известно как естественное дыхание, не является таковым на самом деле. Поняв все правильно, вы уясните, что это тоже искусственное дыхание, к которому мы просто привыкли. Объясняется это тем, что люди дышат таким способом с момента рождения. Дыхание стало привычкой — второй натурой. Однако мы не имеем ни малейшего представления, что такое естественное дыхание.

Днем мы дышим так, а ночью совершенно иначе. Дыхание в течение дня — искусственно. Ночью, во время сна, приходит естественное дыхание — не ставшее привычкой. Поэтому ночное дыхание более естественно, чем дневное.

Мы приобрели привычку дышать определенным образом в состоянии бодрствования, и на это имеются свои причины. Если вы немного понаблюдаете за дыханием, находясь в людской толпе, а затем в одиночестве, то заметите, что дышите не одинаково. Ваше дыхание меняется, как только вы остаетесь одни. В окружении толпы ваш ум напрягается, а цикл вдоха и выдоха укорачивается и становится поверхностным; дыхание не проходит глубоко. Но когда вы, расслабившись, пребываете одни, дыхание вновь становится глубоким. Во сне же дыхание абсолютно глубокое. Днем вы никогда не дышите так глубоко; проснувшись, вы уже не сможете дышать так естественно и громко, что даже слышите собственное дыхание.

То, что считается естественным дыханием, на самом деле искусственно. Но оно настолько натренировано, что превратилось в привычку.

Дети дышат совсем не так, как взрослые. Понаблюдайте за спящим ребенком; он дышит животом, с каждым вдохом его живот поднимается и опускается. Взрослые дышат грудью, именно грудь у них поднимается и опускается в процессе дыхания. Ребенок дышит естественно. И, если вы начнете дышать как ребенок, постепенно ваш ум войдет в то же состояние, что и ум ребенка; ваш ум станет невинен. И наоборот, став невинными как дитя, вы начнете дышать животом.

Вот почему статуи Будды, выполненные в Японии и Китае, отличаются от сделанных в Индии. В Индии Будду изображают с маленьким животом и огромной грудью. В Китае и Японии все наоборот: маленькая грудь и огромный живот. Нам кажутся странными китайские и японские изображения; мы считаем их неудачными, уродливыми. На самом же деле они правильны, ибо когда личность такой тишины, как Будда, дышит, то только животом — это естественный способ дыхания.

Такая воплощенная невинность, как Будда, не может дышать грудью, ибо это искусственно и неестественно. А если человек дышит животом, то живот непременно будет выпирать. Поэтому огромный живот статуй Будды крайне символичен. Ему не обязательно быть таким гротескно большим на самом деле — просто необходимо было подчеркнуть эту особенность дыхания. Она заключается в том, что человек, подобный Будде, дышит животом и он невинен, как младенец.

Поняв это, мы можем начать путь к естественному дыханию. В данный момент наше дыхание искусственно. Дервиш ошибался, говоря, что не следует дышать неестественно. На самом деле наше дыхание изначально искусственно. Но по мере углубленного понимания этой проблемы дыхание будет смещаться в сторону естественности. И когда оно станет полностью естественным, в нас начнут расцветать величайшие жизненные возможности.

Следует четко уяснить: где есть приобретение, там присутствует и потеря Человек управляет предприятием, которое приносит и доход, и убыток. Другой играет в карты, то проигрывая, то выигрывая. Соотношение между приобретением и потерей присутствует всегда. Поэтому прав дервиш — опасно вмешиваться в процесс дыхания. Но это лишь половина правды. Здесь кроется много возможностей. Это игра.

Поэтому, немного подышав неестественно — неестественно в том смысле, что ранее так не дышали, — мы станем осознавать абсолютно новые внутренние состояния. Это ситуации, в которых можно сойти с ума, но можно и освободиться. Мы можем обезуметь, но в то же время стать свободными. Обе возможности присутствуют одновременно. И, поскольку именно нами создаются подобные ситуации, мы способны контролировать их и управлять ими в случае необходимости. Поэтому опасности нет. Она существует, если мы не можем ничего изменить. Но вследствие того, что именно нами они вызваны к жизни, мы же и можем остановить их по собственному желанию.

Мы держим такие ситуации в своих руках, потому что каждый момент осознаем, в каком направлении движемся; то ли к блаженству, то ли к несчастью, к покою ли или к беспокойству. Мы четко осознаем каждый миг происходящего. Поэтому никакой опасности не существует.

Если способ дыхания меняется неожиданно, внезапно, то все внутреннее состояние подвергается полному изменению. При привычном способе дыхания нам никогда не узнать, что мы не тело, мы раздельны. Укоренившаяся в нас привычка есть мост между двумя — телом и умом, — вследствие чего мы привыкли воспринимать их как одно.

Из вечера в вечер вы, возвращаясь домой, каждый раз поворачиваете руль, нажимаете на тормоза и оказываетесь у родного порога. Все это вы проделываете, не задумываясь. Но что произойдет, если однажды, вместо того чтобы, как всегда, повернуть направо, ваша машина свернет налево и знакомая дорога исчезнет, а вместо нее возникнет совершенно незнакомая? Вы неожиданно попадете в затруднительное положение, ваш ум охватит смятение. Впервые вы станете полностью осознанны.

Неизвестность моментально вырывает вас из рутины бессознательного; она кладет край психологической спячке. Вашей неосознанности никогда не наступит конец в хорошо организованном и обустроенном мире, где все механически повторяется изо дня в день. Ваша бессознательность улетучивается, как только происходит — и притом внезапно — нечто неожиданное, странное.

Например, я беседую с вами. Это не выведет вас из неосознанности. Но если вдруг заговорит вот этот стол, ни один человек не останется неосознанным. Невозможно остаться неосознанным, если заговорит стол. Тысячи моих слов недостаточно; вы будете слушать их неосознанно. Но одно слово со стороны стола, и вы достигнете состояния осознанности, ранее никак не доступного. Почему? Да потому, что это странно, необычно. Именно эта необычность разрушит ваше внутреннее состояние, сломает устоявшиеся поведенческие рефлексы и клише.

Когда экспериментирование с дыханием поставит вас перед совершенно неожиданной ситуацией, вы откроете для себя новые возможности духовного роста, достигнете осознанности — и тогда действительно что-то увидите.

И если кто-то может осознанно погрузиться в безумие, это станет великим опытом; нет более значительного переживания. Но, будучи сумасшедшим, необходимо в то же время сохранять осознанность. Во время предлагаемой мною Динамической медитации создается пространство, внутри которого вы остаетесь полностью осознанным, хотя внешне сходите с ума. Вы становитесь настолько безумным, что, окажись на вашем месте другой человек, вы, без сомнения, назвали бы его сумасшедшим. Поэтому с полным правом вы можете считать себя безумными. Но все равно вы остаетесь осознанными и наблюдаете за своими движениями и танцем. Оба события происходят одновременно: вы осознанны — и вы безумны.

Но поскольку вы осознанны, как же можно по-настоящему сойти с ума? Ведь то, что происходит с вами, свойственно и сумасшедшему. Именно в таких ситуациях ощущение полной, абсолютной непривычности охватывает вас, и вы отделяете себя от тела. Не вы делаете это, отделение происходит само по себе. Неожиданно вы чувствуете, что все связи между вами и вашим телом разорваны, все мосты рухнули. Вы понимаете, что все уместное становится неуместным; утрачивается уместность каждодневных вещей, Все происходит само по себе. Ваши руки движутся без вмешательства с вашей стороны. Слезы текут из глаз без желания плакать. Вы хотите оборвать смех, но он продолжает изливаться.

Создание таких моментов необычности очень важно для осознанности. И быстрее всего они создаются при помощи дыхания. Там, где иным техникам требуются годы, дыхание справится за десять минут. Дыхание столь сильно связано со всем нашим существом, что даже краткосрочное изменение дыхания сразу отражается на нем.

Мы располагаем очень ценными техниками дыхания, но я не отдаю предпочтения ни пранаяме, ни другим методикам. Дело в том, что, как только вы систематизируете дыхание, оно теряет способность создавать необычные для вас ситуации. Когда человек практикует дыхание методично — вдыхает через одну ноздрю, задерживает дыхание, затем выдыхает через другую, — это становится частью вашей привычки. Такое дыхание делается обусловленным, что, в свою очередь, привязывает вас к телу.

Дыхание, которому обучаю я, абсолютно не методично; оно лишено каких бы то ни было правил; оно абсурдно. Здесь проблема не в систематическом вдохе, задержке, а затем выдохе. Это способ вызвать необычность в вас, выбить вас из колеи, создать внутри такой хаос и неразбериху, что вы уже не сможете привести все в порядок. Если вам не удастся привести в порядок этот хаос, ваш ум — который так сообразителен, — вскоре примет беспорядок и приспособится к нему. Дыхание по любой методике вновь превратит все в систему. Но тогда фактор внезапности и новизны будет утрачен.

Я же хочу, чтобы все ваши корни, все ассоциации были подорваны в один момент, одним щелчком. Наступит день, когда вы неожиданно обнаружите, что у вас нет ни единого корня, нет отождествления с чем бы то ни было; нет ни родителей, ни братьев, ни и сестер; у вас нет даже тела. Я хочу, чтобы вы находились в том абсурдном состоянии, когда человек кажется сумасшедшим.

Однако помните — оказавшись в этом состоянии неосознанно и без усилий с вашей стороны, вы действительно можете сойти с ума. Но, если вы достигли нужного состояния посредством собственных усилий, осознанно, вы не сможете стать действительно безумным. Ибо, когда ситуация в ваших руках, вы сможете выйти из нее в любой момент.

С моей точки зрения, если человеку, страдающему ментальным расстройством, предоставить возможность заняться Динамической медитацией, он, возможно, выздоровеет и станет вполне нормальным. Ибо только осознав безумие как то, что создаем мы сами, он узнает и то, что сам способен излечить недуг. В прошлом безумие само охватило его; он не принимал в этом никакого участия. Динамическая медитация покажет ему, как можно управлять собой, создавая подобную ситуацию, а затем выходя из нее. Конечно, определенная доля риска в этой технике есть, но она открывает столько возможностей, что рискнуть стоит. Итак, посредством Динамической медитации можно излечить человека от безумия. С успехом ее можно использовать и для избавления от ментальных расстройств.

Пусть нормальные люди, выполнявшие эту технику, успокоятся; они никогда не сойдут с ума, ибо теперь на собственном опыте знают, как формируется безумие. Такой человек вполне способен выключить то, что включил сам. Теперь его уже невозможно свести с ума, ведь отныне он хозяин самому себе. Теперь ему известны секреты сумасшествия и нормальной психики

Дыхание, о котором говорю я, неритмично и не методично. Сегодня вы не можете в точности повторить то, что делали вчера, по вполне очевидной причине отсутствия метода. Да что вчера — даже сегодня вы не в состоянии закончить стадию дыхания точно так, как начали Оно такое, какое есть.

Единственная цель такого дыхания — ослабление обусловленности ума, его привычек и клише. Дервиш абсолютно прав, говоря, что многие гайки в вашей физической и ментальной структуре расшатаются, ослабнут, но их и надо ослабить. В настоящий момент эта структура — со всеми обусловленностями и привычками — закручена так крепко, что разделение души и тела просто невозможно. Только после ослабления структуры вы сможете понять, что в вас имеется нечто большее, чем то, что нераздельно с телом.

Едва лишь такое ослабление произошло благодаря дыханию, с помощью специального вида дыхания все укрепляется вновь; вам не нужно ничего делать, чтобы вновь все укрепить. Не нужно ничего завинчивать, все завинтится само. Конечно, если дыхание выльется в глубокое, неконтролируемое безумие, если это превратится в одержимость и будет продолжаться до конца дней, тогда дело действительно плохо.

Но если развинтить гайки на час, а затем вновь закрутить, то все само станет на свои места. После этого с вами будет лишь воспоминание о пережитом. Вы станете помнить, как отделились от тела и как вновь соединились с ним. Отныне, даже после воссоединения с телом, вы знаете, что отдельны от него. Вы будете знать, что вы не тело, даже после того, как медитация окончится. Следовательно, такой способ дыхания необходим, мы не можем обойтись без него.

Дервиш прав — опасно вмешиваться в дыхание. Это действительно опасно. Но, если мы ищем разнообразия, изобилия жизни, то должны быть готовы встретиться с опасностью столь же великой, как и наша цель. Опасность неожиданно предстает перед нами, нельзя избежать ее. Однако есть и такая опасность, которую мы сами призываем и создаем, но которую можем отринуть в любой момент по собственному желанию.

Например, в процессе медитации вы проходите через разнообразнейшие движения и действия. Кто-то кричит, а рядом поют и танцуют. Но, если попросить медитирующих прекратить это, они моментально остановятся. И они остановятся потому, что все происходившее было их собственным действием — запомним это. Однако совсем иное дело, если слезы или танец приходят без вашего участия и сотрудничества. Безумец танцует посреди дороги, его танец принудителен; он ничего не знает о нем, поэтому не может остановиться.

В моем понимании методика, которую я вам даю, в не столь уж отдаленном будущем окажется терапией большого значения, несомненно станет способом избавления от ментальных страданий. Имей мы возможность преподать всем детям курс подобной медитации, они были бы избавлены от безумия на всю жизнь. Такой ребенок никогда не сошел бы с ума, у него выработался бы иммунитет, поскольку тогда он стал бы хозяином самому себе, хозяином тело-уму.

Дервиш, с которым беседовал Гурджиев, следует по иному пути. Он никогда не практиковал дыхательные упражнения, но переживал необычные ситуации по-иному. В этом вся проблема: тот, кому известен один путь, не тратит усилий на утверждение того, что другие пути неправильны. Все правильно или неправильно согласно взгляду с определенной позиции. То, что плохо для одного, хорошо для другого.

Например, в колесе воловьей упряжки имеется болт. Автомобилист может сказать, что этот болт абсолютно бесполезен. Болт бесполезен для автомобиля, но для упряжки он так же полезен, как и каждая деталь для автомобиля. Поэтому — кет ничего абсолютно правильного или неправильного; все относительно.

Тем не менее эта ошибка повторяется постоянно. Суфийский дервиш достиг иным путем, посредством других техник Обычно суфии работают со сном, а не с дыханием. Для суфия ночное бдение исполнено огромного смысла. Он бодрствует месяцами; необычная ситуация возникнет в результате продолжительного отсутствия сна, точно так же как и посредством глубокого, быстрого дыхания. Если вы сможете не спать целый месяц, то окажетесь в состоянии такого же безумия, какое наступает в результате хаотического дыхания.

Сон — естественный феномен, столь же естественный, сколь и дыхание, поэтому суфии и сосредоточили все внимание на сне, проходя таким образом через весьма странные, необычные переживания.

Ночное бдение тоже таит в себе опасность, и намного большую, чем последствия хаотического дыхания. Это невероятно утомительный процесс: вам нужно не спать месяцами — двух-трехдневное бодрствование не принесет результата. И, если после двух месяцев без сна что-то пойдет не так, вы не сможете исправить неполадку за пару секунд. А вот неполадку, вызванную десятью минутами дыхания, можно исправить моментально. Если вы заснете после двух месяцев бодрствования, то не восполните потерю и за двадцать четыре часа. Возможно, после такой продолжительной бессонницы вы вообще не сможете заснуть.

Путь суфиев более опасен, хотя ночные бдения очень полезны Ищущий спокойно ждет. Дервиш, которого повстречал Гурджиев, следовал именно этим путем.

В качестве инструмента суфии используют и танец. Он также одно из средств, проявляющих разделение тела и души, но танец не должен быть подготовленным, организованным, Если вы будете танцевать, повторяя заученные движения, не произойдет ничего. Как я уже говорил, дыхание по системе пранаямы не приведет к переживанию раздельности души и тела, потому что пранаяма методична. Аналогично и в подготовленном танце человек вскоре отождествится с телом. Но, если кто-то, не ведающий, что такое танец, начнет танцевать, у него может получиться. Это так необычно, что вы не сможете отождествиться, не будете знать, что танцуете.

Итак, суфии используют два метода: ночное бдение и танец. Существуют и другие способы — например, неподходящая одежда. В очень жарком климате пустыни суфии носят шерстяную одежду — таким образом они идут против тела. Тот, кто голодает, тоже идет против тела. Кто-то сидит, поставив ноги на острые гвозди, иной спит на шипах. Все это средства для создания необычной ситуации, в которой осознается отдельность души от тела.

Однако вполне естественно, что следующий по одному пути не всегда догадывается, что такая же ситуация может быть создана с помощью другого средства. Дервиш Гурджиева ничего не знал о пранаяме. И определенно навредил бы себе, попробуй он нечто в этом роде. Это все равно что использовать колесо от воловьей упряжки для автомобиля — очень опасно, не правда ли? Если человек, практикующий ночное бдение, начнет заниматься пранаямой, он немедленно сойдет с ума в первую же ночь. На это имеются свои причины

Ваша личность не выдержит совместного воздействия двух практик — пранаямы и ночного бдения. Вот почему джайны не используют пранаяму; они создают необычные ситуации посредством голодания. Если они совместят голодание с пранаямой, возникнут большие проблемы — опасность действительно велика. Пранаяма не принесет пользы джайнам; джайнисские монахи скажут, что пранаяма абсолютно бесполезна. Но им не известно, что, отрицая пранаяму, они лишь утверждают ее неприменимость в их виде духовной практики. Для них голодание делает то же, что пранаяма для других.

По этой причине джайны не утруждают себя йогическими асанами, потому что это очень опасно для человека, подвергающего себя длительному голоданию. Те, кто выполняют асаны йоги, нуждаются в очень мягкой и калорийной пище, такой, как молоко, масло. Голодание же противоречит этому.

Голодание высушивает вас изнутри. Голодание разжигает голод, а когда в глазах голодный огонь, асаны выполнять крайне опасно. Огонь голода может достичь мозга, и тогда вы сойдете с ума. Поэтому джайны скажут вам, что в асанах нет ничего хорошего.

Но для тех, кто идет иным путем, асаны преисполнены огромного смысла. Вместе с правильно подобранной диетой они действительно могут творить чудеса. Необходимо, чтобы тело поддерживалось в гладкой и подвижной форме — отсюда необходимость в мягкой и калорийной пище, — потому что каждая косточка и каждый мускул подвергаются воздействию и трансформации, Тело просто сломается, если не будет достаточно мягким и гибким.

Сами по себе йогические асаны — не что иное, как странные положения тела, в обычных условиях нами не принимаемые. Между тем все положения тела тесно связаны с нашим умом.

В состоянии беспокойства и тревоги человек начинает почесывать затылок. К чему этот жест, какое отношение он имеет к волнению? Но если вы удержите человека от почесывания, он не сможет волноваться. Чтобы войти в состояние волнения, он вынужден тянуть руку к затылку. А если вы удержите его от подобного поступка, человеку трудно будет волноваться. Любое волнение обязательно имеет некую физическую ассоциацию; необходимо, чтобы мышцы руки находились в определенном положении по отношению к нервной системе. Волнение проявится, если тело примет необходимое положение.

Все йогические асаны и мудры — своеобразные клише различных состояний нашего ума. Они — результат бесчисленных экспериментов и переживаний. Как я уже говорил, асаны и мудры сформировались самостоятельно в процессе медитаций. В результате многочисленных наблюдений было выяснено, какие именно мудры соответствуют определенному состоянию ума. Возможен и обратный процесс — вы достигаете определенного состояния ума, используя соответствующую мудру.

Например, Будда сидит в определенной позе; если вы примете такую же позу, вам легче будет достичь того состояния ума, в котором находился Будда, потому что каждое состояние ума связано с определенным положением тела. Если вы станете ходить так, как ходил Будда, дышать так, как дышал Будда, вам легче будет достичь его состояния ума. И наоборот, если вы достигнете состояния Будды, то найдете много сходства между тем, как ходите, дышите и сидите вы, и тем, как это делал Будда.

Оба эти феномена всегда параллельны друг другу.

Что касается людей, подобных Гурджиеву — в некотором смысле лишенных корней, — они не могут знать этого, потому что у них за спиной нет никаких традиций, уходящих в глубь веков. Более того, в процессе своих исканий Гурджиев встречался со многими мистиками, принадлежавшими к разным школам. Из таких противоречивых источников он черпал свои сокровища. Они составлены из множества частей, принадлежащих множеству духовных инструментов, — каждый из которых отличен от другого.

Эти части были хороши каждая на своем месте, но, собранные вместе, они составили очень странный конгломерат. Вот почему техники Гурджиева иногда помогают, но они эффективны не для всех. Поэтому никто из работавших с Гурджиевым не смог достигнуть полной реализации. Это было просто невозможно — ведь как только у последователя Гурджиева что-то щелкало, он увлекался этим и вступал на путь, являющийся мешаниной разных путей. Поэтому вскоре разные техники начинали воздействовать на него в противоположных направлениях. Так происходило вследствие того, что у Гурджиева отсутствовала целостная система духовного обучения. Скорее, это была незавершенная мультисистема. Многие очень важные соединительные звенья были опущены даже в ней.

Большую часть информации Гурджиев почерпнул у суфиев. Он не обладал знаниями о тибетской йоге; что же касается хатха-йоги, то они не адекватны. Кроме того, всю имевшуюся у него информацию о хатха-йоге Гурджиев получил от ее противников — суфийских дервишей. Гурджиев не был адептом хатха-йоги. Все его знание о хатха-йоге и Кундалини взято из враждебных источников или от тех, кто следовал по иному пути.

Поэтому все, что Гурджиев говорил на основании этой информации, крайне противоречиво. Например, его взгляд на Кундалини крайне абсурден. Он ничего об этом не знает. Он называл ее «Кундабуфер». Это совсем не благожелательный термин. Под этим Гурджиев подразумевал, что Кундалини мешает, препятствует достижению знания, потому что служит буфером, преградой между личностью и Абсолютом. Поэтому необходимо трансцендировать ее путем уничтожения Согласно Гурджиеву, пробуждать Кундалини вовсе не обязательно.

Конечно, в нашей индивидуальности есть некое подобие буфера — именно благодаря ему мы можем переносить жизненные потрясения Но Кундалини — не буфер. Кундалини сама по себе потрясение, шок, однако Гурджиев не обладал знанием о ней. Кундалини — самое огромное из возможных потрясений. Поднимающаяся Кундалини приходит к вам как наимощнейший удар. Конечно, в вашем организме есть буфер — и не один, — но они работают иначе — как амортизаторы, глушители. Именно эти глушители и необходимо разрушить. Гурджиев же принял за глушитель саму Кундалини, потому что ничего не знал о ней. В действительности он не испытал переживания Кундалини, так как у него не было возможности узнать о ней у адептов Кундалини-йоги. Вот чем объясняются часто нелепые, совершенно несовместимые представления в этой области.

Люди, подобные Гурджиеву и Кришнамурти, явились жертвами несоответствия. Последнее заключается в следующем: они не смогли получить систематическое знание о том, что таится за терминами и энергиями, подобными Кундалини. Действительно, такое знание получить очень трудно, а в течение одной жизни просто невозможно. Такое происходит с редкими личностями, прошедшими обучение во множестве школ в течение многих жизней; иначе достичь знания невозможно. Если некто прошел дюжину школ — что, вполне очевидно, заняло дюжину жизней, — только тогда, возможно, в своей последней жизни он сможет найти синтез множества разрозненных учений. Иначе слить их воедино невозможно.

Обычно же человек достигает наивысшего с помощью одной школы, и тогда рождаться ему уже нет нужды. Его цель достигнута, его жизнь достигла реализации. Поэтому синтеза не происходит, В последнее время я все чаще думаю, что синтез различных духовных практик всего мира вполне возможен, и над этим стоит поработать. Ко всем дисциплинам нужно подойти с разных сторон, а затем соединить вместе. Везде конечным переживанием является одно и то же, разнятся лишь методы подхода.

Дзэн-мастер выбрасывает ученика из окна; этим он всего лишь создает необычную ситуацию, и ничего более. Но дзэн-мастер скажет, что пранаяма и дыхание животом бесполезны. Для такого высказывания у него есть веские причины Можно спросить, чем же выбрасывание ученика из окна лучше дыхания животом? Объяви вы Будде или Махавире, что кто-то достиг, будучи выброшенным из окна, они сказали бы, что вы просто сошли с ума. Каждый день люди падают с крыш или деревьев, но почему-то никто из них не достиг знания истины

Но одно дело, когда сам падаешь из окна, и совсем другое, когда тебя выбрасывает Мастер. Падение из окна сродни сумасшествию; но если кто-то подходит к человеку, намереваясь выбросить его из окна, и тот человек, знает, что его выбросят, он оказывается в незнакомой ситуации. Человек становится очень осознанным по отношению ко всей ситуации — потрясенный, он наблюдает происходящее от начала до конца. Именно в этот момент он осознает свою отделенность от тела, действительно отделяется от него.

Другой дзэн-мастер палкой бьет ученика по голове. Это не менее странный поступок. Ищущий пришел к нему за успокоением ума, а вместо этого Мастер ударил его по голове. Неожиданно для ищущего создается ситуация внезапности. Но в Индии все окажется не так. Ударив кого-то здесь, вы получите ответный удар; ищущий готов к борьбе. То, о чем мы говорили в самом начале, возможно только в Японии, ибо в этой стране подобная практика нашла себе место. Люди осознают, что посредством удара Мастер может совершить нечто великое.

Вот вы пришли к святому, а он, едва увидев вас, начинает поносить вашу мать; таким образом он создает для вас ситуацию необычности. Вы шли к нему с верой в то, что ему известна истина, а он встречает вас отборной руганью! Какой контраст! Но эта ситуация приемлема только в том случае, если у вас есть хоть немного осознанности; иначе вам трудно придется. Вы можете решить, что попали к дурному человеку, и уже не вернетесь к нему.

Некоторые школы для создания ситуации неожиданности использовали брань. В небольшой деревушке вблизи Гадарвара живет факир. Никогда не знаешь, как он тебя встретит. Он может обозвать посетителя обидными словами и выкинуть что-нибудь дикое. В присутствии посетителей он может помочиться. Вы будете абсолютно шокированы. Но это тоже создание непредсказуемой для вас ситуации.

Кроме того, факир может наброситься на вас. Пытаясь ударить, он будет гнаться за вами не одну милю. Те, кто понимают, извлекают огромную пользу из общения с ним. Непонимающие же считают его сумасшедшим. Но какое ему дело до тех, кто не понимает? Он действительно помогает тем, кто стремится понять его. Человек, за которым он гнался целые мили, несомненно, оказывается в весьма странной ситуации. Только представьте себе: вы улепетываете со всех ног, а за происходящим наблюдает толпа зевак. Безусловно, создается очень странная атмосфера.

Подобная ситуация может быть создана с помощью разных школ, техник и систем. Но трудность заключается в том, что каждая из таких школ не осознает, что другие делают то же самое, только иначе.

В связи с этим укажу еще на одну трудность. Даже если кто-то, как и я, знает, что того же результата можно достичь посредством другой техники, он никогда не скажет об этом. Объясняя какую-то систему, я должен представить ее как наилучшую; иначе она не будет иметь эффекта. Даже если я знаю, что искомого можно добиться с помощью другой методики, то не упомяну об этом, рассказывая о какой-то конкретной методике. Я скажу, что этого можно достичь только посредством данной методики и никакой другой. На это имеются свои причины. Вы еще не настолько подготовлены, чтобы правильно принять подобное высказывание. Если я скажу, что все школы делают одно и то же, вас охватит смущение. Вы сочтете, что на самом деле ни одна из школ не способна на это. Кроме того, школы настолько противоречат одна другой, что вы усомнитесь, возможно ли такое вообще. Ваше смущение еще больше заведет вас в тупик

Вот почему столь часто мудрецам, тем, кто познал, приходится говорить на языке невежества. Они вынуждены настаивать, что «это единственный путь, иного способа нет». По этой причине мне очень трудно, ибо я знаю, что достичь можно и иначе. Поэтому мне трудно.

Глава 10

Кундалини трансформирует вас

Лекция девятая (Бомбей, 2 июля 1970 г.)

?

Вчера Ты сказал, что паши кунды, или резервуары энергии, неотделимы друг от друга; они являются единой космической кундой, Что же касается ищущего, то его энергия будет подниматься из его собственной кунды, а не из резервуара другого человека. Итак, действительно ли кунда едина? Объясни, пожалуйста.

Представь себе следующее: у тебя во дворе вырыт колодец, но и у меня во дворе он есть. Вполне естественно, что эти колодцы кажутся отделенными друг от друга. Но подземный источник, из которого оба эти колодца черпают свои воды, един. А этот подземный поток, в свою очередь, связан с океаном.

Последовав за подземным потоком, ты не только повстречаешься с моим колодцем и колодцами других, но и доберешься в конце концов до самого океана. То же самое можно сказать относительно Кундалини; она индивидуальна лишь в самом начале пути — когда путешествие подходит к концу, для индивидуальности тоже наступает конец. Тогда существует только одно, целое, Абсолют — называй как угодно.

В начале пути вы отдельны и я отделен, но в конечном пункте нет ни вас, ни меня. Мы лишь фрагменты, части того, что находится в конечном пункте путешествия.

Поэтому, когда Кундалини начинает проявлять себя в тебе, поначалу кажется, что она принадлежит тебе — индивидуальности. Но по мере того как Кундалини будет подниматься и распространяться, ты постепенно станешь понимать, что твой колодец связан со всеми другими колодцами. И чем глубже переживание, тем больше исчезает твой индивидуальный колодец, а его место занимает океан. И только после конечного переживания ты сможешь сказать, что кунда принадлежит всему.

Именно в этом смысле я говорил, что кунда едина и универсальна; это единый космический резервуар энергии.

Вот каким образом мы кажемся разделенными в том состоянии, в каком находимся сейчас. Давайте попробуем понять это на другом примере. Если лист дерева неожиданно станет осознанным, соседний лист покажется ему другим. Откуда ему знать, что лист на соседней ветке — он сам? Он не может представить и того, что лист с его собственной ветки тоже является им же. И соседний лист справа кажется другим. Такое представление возникает потому, что сознание этого листа индивидуально.

Но, войдя в свой внутренний мир, первый лист вскоре выяснит, что соседний лист висит на той же самой ветке, что и он сам, что оба они черпают соки из одного источника. Проникнув еще глубже, он узнает, что не только его собственная ветвь, но и соседняя являются частями одного дерева, в них течет одна и та же жизненная сила. А достигнув корней дерева, лист поймет, что все ветви и все листья, подобно ему, тоже части одного дерева.

И если этот лист продолжит путешествие и достигнет центра Земли — земли, из которой выросли все деревья, — то поймет, что все деревья, как и его собственное, суть дети одной матери — Матери Земли, Отправившись еще дальше, он в конце концов откроет, что весь Космос — не что иное, как его собственное расширение, разветвление. Таким образом, этот маленький лист представляет собой только один аспект, один краешек огромного существования.

Лист — отдельная индивидуальность, когда он сознает себя как часть, но он перестает бьггь индивидуальностью, став сознанием целого.

Вашим первым переживанием пробуждения Кундалини станет переживание атмана, или души. Вот почему многие религии так привязаны к душе — они не идут дальше ее пределов. Но атман, или душа, — это не конечное переживание; религии преодолели лишь половину пути. Если они пойдут дальше, то душа тоже исчезнет, и останется только Бог, или Целое.

И, как я уже говорил, если вы пройдете еще дальше, то исчезнет даже Бог, и останется только нирвана, или пустота. Те, кто осмеливаются шагнуть за Бога, оказываются в нирване.

Именно они говорят о конечном вакууме, или абсолютной пустоте, По их словам там ничего не остается; там абсолютно ничего нет, это абсолютная ничто-йность.

Истина такова, что, познав все, вы постигнете и ничто-йность, Абсолют — это тоже пустота, ничто.

Давайте посмотрим на эту проблему с другой стороны. Нуль и целое, ничто и все, пустота и Абсолют — это лишь разные названия одного и того же. Эти понятия взаимозаменяемы. Нуль — то же целое. Пустота — это и целостность. Ничто — то же все.

Видели вы когда-нибудь половину пустоты или полнуля? Вы не можете разделить нуль на две половины; если вам это удастся, он перестанет быть нулем, Можно разделить два на два, единицу на два. Но невозможно разделить нуль, совершенно невозможно. Вы даже не сможете изобразить нуль, или пустоту, на бумаге. Обозначение нуля — всего лишь символ, Едва вы нарисуете его, он перестанет быть вакуумом, ведь вы ограничите его линией. Спроси мы Евклида, он ответил бы, что нуль не обладает ни длиной, ни шириной. Не важно, каким вы его нарисуете, — даже самая маленькая точка имеет размеры. Поэтому знак нуля, нарисованный на бумаге, — только символ, он нереален. Если у него есть пространственная протяженность, значит, он не может быть нулем.

Следовательно, правы Упанишады, в которых говорится, что если пустоту вычесть из пустоты, то пустота и останется, а это означает невозможность вычесть что-нибудь из пустоты. В конце пути выяснится, что вы ничего не сможете взять из пустоты. Все ваши попытки утаить что-нибудь от нее окажутся тщетны. Вы не сможете передвинуть ее или убежать с ней. Пустота не сокращаема, она не подвергается изменениям; в некотором смысле она абсолютна.

То, что истинно по отношению к нулю, или пустоте, истинно и по отношению к целому, или Абсолюту. Целое означает, что вы ничего не можете добавить к нему, нуль, или пустота, означает, что ничего нельзя вычесть из него. Невозможно пойти дальше, за пределы Абсолюта, невозможно идти глубже конечного вакуума, или пустоты Вы не сможете разделить целое или пустоту на части — они неделимы.

Целое не может быть ограничено, так как то, что разделено, не может быть целым. Иметь границы означает, что нечто осталось за пределами, поэтому оно не целостно, тогда оно меньше целого. Если границы вашего дома начинаются там, где заканчиваются границы моего, значит, мой дом не является целым; если он — целое, значит, он должен включать в себя и ваш дом. Для целого не может быть ограничения; оно безгранично. Кто может ограничить его? Для этого необходим сосед, внешнее воздействие. Но за пределами целого не может быть ничего. Целое — одно и едино; у него нет соседей.

Помните — для того, чтобы создать границы, необходимы по крайней мере двое; границы создают двое Граница пролегает там, где заканчиваюсь я и начинается кто-то другой. Но если нет никого, если есть только я, тогда мне не будет конца; я не смогу быть ограничен. Целое не имеет границ. Кто есть чтобы ограничить его? Точно так же и вакуум, пустота, не может иметь границ, пределов; ибо, если ее можно ограничить, значит, это что-то, — тогда она не может быть ничем. Только что-то может быть ограничено.

Поймите: пустота или целое — лишь два способа выражения одного и того же. Духовный искатель может следовать двумя путями либо становясь целым, либо ничем, пустотой. Оба пути приведут к неизбежности, являющейся уделом всего.

Идущий путем целого, тот, кто влюблен в целое, позитивное, скажет: «Я — Брахман, я — Абсолют». Он скажет, что он Бог, что он — все, что существует. Он скажет, что вне его ничего нет, что не существует никакого «Ты». Он включает в себя все «Ты». Если вы сможете быть бесконечным, то достигнете наивысшего.

В конечном счете даже это «Я» должно исчезнуть, ибо, если нет никакого «Ты», как ты сможешь сказать: «Я есть; я Брахман»? «Я» исполнено смысла, только если существует «Ты»; без «Ты» «Я» просто не соотносимо ни с чем.

Если вы являетесь Абсолютом, какой смысл говорить: «Я — Абсолют»? Ведь такое утверждение подразумевает существование двух — вас и Брахмана. В конечном счете с исчезновением «Я» даже Брахман, или Абсолют, становится бессмысленным. Тогда человеку просто придется стать безмолвным; отныне он абсолютное молчание.

При следовании по другому пути вы настолько аннигилируете, уничтожаете себя, что скажете: «Меня нет». В одном случае вы говорите «Я — Брахман; я — все», в другом же утверждаете: «Я — ничто; все — абсолютная пустота». Этот путь тоже приведет вас к конечному свершению, неизбежности. И тогда, достигнув, вы не сможете сказать дат того, что вас нет. Для того чтобы сказать: «Я не существую», необходимо присутствие «Я». Но исчезнет и само «Я».

Вы не сможете даже сказать, что все является пустотой. Для подобного утверждения необходимо, чтобы «пустота» и «все» существовали. Тогда у вас остается только один выход — стать безмолвным, перестать говорить. Откуда бы вы ни начали — от целого или от пустоты, — оно приведет вас к наивысшему молчанию, где вам нечего будет сказать.

Так что вопрос, откуда начинать путешествие внутрь себя, не главный. Изучать следует конечную цель своего пути. К чему мы приходим в самом конце — вот основной вопрос.

Эта конечная цель может быть познана и узнана. И когда кто-то достигает, то, каким бы путем он ни следовал, это правильный путь. В абсолютном смысле нет правильного или неправильного пути. Какой бы путь ни привел вас к цели, он правилен. А цель у всех одна.

Но начинать следует с «Я». Начальные опыты и переживания всегда «Я»-ориентированы, ибо такова данная нам ситуация; здесь мы находимся и отсюда начинаем. Пробуждаем ли мы Кундалини, медитируем ли или входим в состояние тишины, начальные переживания должны быть индивидуальными, ориентированными на «Я». На начальной стадии все происходит с нами как с индивидуальностями, потому что в начале пути мы являемся индивидуальностями. Но по мере углубления исканий, индивидуальность начинает исчезать. Чем глубже переживание, тем сильнее эрозия индивидуальности, эго. Но если прекратить внутреннее путешествие и начать блуждать без цели, то индивидуальность не только выживет, но и станет разрастаться.

Например, человек стоит на краю колодца. Если он прыгнет в колодец, то, все глубже и глубже погружаясь в него, когда-нибудь достигнет океана. В самом конце он узнает, что такой вещи, как колодец, не было. Что такое на самом деле колодец? Это всего лишь отверстие в земле, через которое заглядывают в океан; это маленькое открытие в океан.

Каково назначение колодца? Это небольшое отверстие, проход, через который вы соприкасаетесь с океаном. Вы ошибаетесь, думая о колодце в терминах воды; вода в колодце — это сам океан, являющийся ее источником. Колодец является медиумом, посредником, через которого вы видите океан. И когда это отверстие увеличится, то и картина океана станет больше в тех же пропорциях.

Но если вы станете отдаляться от колодца, то постепенно потеряете из поля зрения и воду. Тогда вы с трудом станете различать только край колодца, его разверзшуюся пасть; и уже никогда не сможете найти сходство между колодцем и океаном. Тогда вы откажетесь верить, что это одно и то же.

Если внутреннее путешествие приведет вас к целостности и единству, то внешнее ведет к противоположному; результатом его станут разделение и разнородность. Оно приведет вас к множеству.

И все же остается фактом, что началом всех опытов является колодец, индивидуальность, а концом — океан, не-индивидуальность, или Бог. Именно в этом смысле я говорил, что кунда энергии едина, универсальна и космична. Если вы нырнете глубже, то кунда перестанет быть вашей; тогда будет только вселенская кунда. Отныне ничто уже не ваше. Такова природа вещей.

?

Ты утверждаешь, что все так называемые индивидуальные колодцы являются одним и они уже присоединились к океану, который является пустотой. Если это так, зачем тогда садхана, или духовная практика, целью которой является единение с густотой?

Ты задаешь вопрос, так как считаешь, что пустота — это ничто. Зачем тогда трудиться, делать что-то для того, чтобы достичь ничего? Делать что-то нужно только в том случае, если есть чего достигать. Ты приравниваешь пустоту к ничто. Тогда садхана, или усилия, становится для тебя бессмысленной. Для тебя прилагать усилия стоит только в том случае, если нужно стать чем-то. Зачем стараться из-за ничего?

Но тебе неизвестно, что пустота — это целое, целостность. Ты не знаешь, что пустота — это все сущее. Она — не ничто; пустота означает Абсолют. Однако в данный момент ты не можешь понять, как пустота может быть целым, Абсолютом. Колодец тоже может сказать: «Если мне надо отправиться к океану только затем, чтобы узнать, что я — ничто, зачем вообще куда-то идти?» И колодец прав, утверждая подобное. Он прав в своем отказе идти к океану, если в конечном счете это будет означать, что колодца не существует.

Для реальности, то есть истины, ничего не изменится, не будет никакой разницы, если вы не пойдете. В действительности вас нет. Пойдете вы к океану или нет — реальность от этого не изменится. В реальности вы — не колодцы; вы — океан. Вы можете сделать для себя выбор оставаться колодцами, но на самом деле вы ими не являетесь; ваше представление ложно. И эта ложь станет причинять вам боль, преследовать вас. Она наполнит вашу жизнь болью и страданием. Она будет держать вас в цепях ограничений. В этой неправде нет места радости и блаженству.

Правда и то, что в момент достижения океана колодец исчезнет, но вместе с ним исчезнут и все его горести, беспокойства и страдания. Ведь все несчастья неразрывно связаны с существованием в качестве колодца — индивидуальности, эго. Иным покажется, что колодец потерял себя, влившись в океан; он перестал существовать как нечто. Но сам колодец считает иначе. Колодец возразит «Кто говорит, что я потерян? Я сам стал океаном». Соседний колодец, еще не видящий океана, спросит: «Куда ты идешь? Зачем идти туда, где перестать быть?» Но направляющийся к океану колодец ответит «Кто сказал, что я стану ничем? Да, я умру в качестве колодца, но буду рожден как океан».

Выбор всегда заключается в том, хочешь ли ты остаться колодцем или превратиться в океан. Выбор всегда между малым и великим, между частью и целым, между рабством и свободой. Но это вопрос практики; это не философская проблема. И, если колодец боится смерти, он порвет все отношения с океаном. Ибо до тех пор, пока он каким-то образом связан с океаном, всегда есть угроза узнать, что он сам — океан.

Тогда колодцу придется порвать все связующие нити — даже те, что связывают его с подземными источниками, — потому что в конечном счете они тоже впадают в тот же океан. Ему придется закрыть глаза и отказаться смотреть внутрь, чтобы не узнать о собственном несуществовании и своем бытии в качестве океана. Отныне он всегда будет смотреть только наружу и никогда внутрь. Он станет желать, чтобы ручейки были как можно меньше, более того — чтобы они пересохли и умерли. Но тогда с течением времени и сам колодец высохнет и умрет, хотя и будет прилагать неимоверные усилия для выживания. Своим стремлением сохранить он погубит себя.

Иисус сказал: «Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее».

В наших умах неизменно возникает вопрос: «Зачем идти туда, где я погибну и исчезну? Зачем вообще куда-то идти, если и так не миновать смерти?» Да, смерть — предопределенность. Каким образом вы сохраните себя посредством предохранительных мер? Если то, что вы умрете, присоединившись к океану, истинно, как вы спасете себя, оставаясь колодцем, и как долго это продлится? Если для того, чтобы стать огромным океаном, необходимо умереть, как сможете вы сохранить себя в качестве маленького колодца? Вскоре стены колодца обветшают, вода испарится, останутся только ил и прах. Если вы не выживете, став огромным океаном, как же можно выжить, оставаясь мелким колодцем? Как долго это сможет продлиться?

Именно так и зарождается страх смерти — тот страх, что преследует колодец. Последний не желает отправляться к океану из-за страха умереть. Поэтому он держится подальше от океана и продолжает оставаться колодцем. Но даже тогда страх смерти крепко держит его в своих ледяных объятиях, ибо чем дальше океан, тем ближе смерть. Присоединение к океану — единственная надежда выжить; жизнь колодца неминуемо связана с океаном. Отсоединение от океана означает неминуемую смерть.

Вот почему все мы так боимся смерти: просто мы боимся исчезнуть. Но избежать смерти невозможно; она предопределена. Есть только два вида смерти. Один — вы, прыгнув в океан, умираете. Этот вид смерти преисполнен блаженства, поскольку на самом деле вы не умрете, а станете самим океаном. Другой же случается тогда, когда вы упрямо цепляетесь за стены своего колодца, и все же умираете. Сколько бы ни длилось это загнивание, вы умираете со слезами на глазах, жалея себя.

Наш ум ненасытен; он постоянно жаждет достижения той или иной цели, непрерывно вопрошая: «Что получу я, если отправлюсь к океану? Чего достигну, если стану искать самадхи, или нирваны, или пустоты?» Мы всегда озабочены тем, чего достигнем, но никогда не спрашиваем (а именно этим следовало бы озаботиться): «Как же мы потеряли себя в этих тараканьих бегах за достижениями?» На поверхности мы достигли всего: богатства, власти, престижа — всего. Но именно с приобретением всего этого мы утратили самих себя; мы абсолютно потеряли себя. У нас есть все, кроме нас самих.

Спросите меня в терминах достижения, и я отвечу: если вы готовы потерять, то достигнете самих себя. Но вы потеряете себя, и потеряете полностью, если не готовы потерять, если пытаетесь сохранить. Парадокс — но при попытке сохранить вы сохраняете все, кроме самих себя. Вы сохраните вещи, но утратите душу, каковой и являетесь на самом деле.

?

Ты сказал, что в результате глубокого и быстрого дыхания в организме меняется соотношение кислорода и двуокиси углерода. Не мог бы Ты объяснить, как это связано с пробуждением Кундалини?

Связей очень много. Во-первых, мы несем в себе как потенциал жизни, так и потенциал смерти. В то время как вдыхаемый кислород несет в себе потенциал жизни, двуокись углерода представляет собой потенциал смерти. Если кислород постепенно исчезнет, тебе останется только двуокись углерода и ты превратишься в труп Щепка горит, пока есть доступ кислорода. Огонь и жизнь держатся только до тех пор, пока доступен кислород. Но как только кислород кончается, наступает смерть. Сгоревшая щепка превращается в пепел, угли, то есть в углерод Оставшийся углерод — не что иное, как умерший огонь.

Оба этих химических элемента действуют в нас. Если двуокиси углерода больше, нас клонит в сон. Вот почему ночью спать легче, чем днем, дело в том, что в ночное время содержание двуокиси углерода в атмосфере увеличивается по сравнению с дневным. Днем содержание кислорода в воздухе увеличивается благодаря солнечным лучам, активизирующим все вокруг. С заходом солнца содержание кислорода в воздухе значительно падает.

Вот почему темнота и ночь стали символом летаргии, застоя и инерции. Солнце — символ света, жизни и энергии, ведь оно несет с собой жизнь. Ночью все становится вялым: цветы закрывают лепестки, все живое засыпает. В некотором смысле ночью вся земля переживает подобие временной смерти. Но наступает утро, и цветы вновь распускаются, деревья раскачиваются, листья трепещут на ветру, просыпается все живое, птицы с песней устремляются в небо, вся земля начинает празднование. Временная смерть в ночи отступает, на земле вновь воцаряется жизнь.

То же самое происходит и внутри вас. С увеличением количества кислорода в организме дремлющие энергии начинают просыпаться. Кислород необходим для пробуждения каждого вида спящей энергии. С помощью кислорода можно некоторое время поддержать даже умирающего. Он непременно умрет, если убрать живительную трубочку. Но, получая кислород, он сможет прожить еще несколько дней, месяцев, даже лет, потому что его угасающая жизненная сила будет поддерживаться кислородом. С помощью кислорода мы держим смерть на расстоянии.

В наши дни тысячи людей в Европе и Америке живут благодаря аппарату искусственного дыхания. Если бы не кислород, поступающий извне, они давно бы умерли. В западных странах сейчас остро стоит проблема эвтаназии. Эвтаназия означает, что неизлечимо больной имеет право сам решать, когда ему умереть. Непрерывно подавая кислород, благодаря современному оборудованию, врачи долго могут поддерживать жизнь человека, находящегося в коматозном состоянии. А ведь больной все равно что мертвец. Так как же быть с эвтаназией? Для врача проблема заключается в том, что, если он позволит больному умереть, избавляя от бессмысленных страданий, его могут обвинить в убийстве. Поэтому врач искусственно поддерживает жизнь в девяностолетием старце с помощью кислорода.

Что же происходит во время выполнения пранаямы, или интенсивного дыхания, которое предлагаю я? Вы вдыхаете столько жизненной силы, что потенциал вашей дремлющей энергии увеличивается, и она начинает пробуждаться. Одновременно с этим рушится глубоко укоренившееся клише инерции и сна.

Вас просто поразит следующая история. Около четырех лет назад с Цейлона ко мне прибыл монах-буддист. Целых три года он провел без сна. Его лечили разными способами, но безуспешно. Медицина не могла помочь монаху, потому что он практиковал анапанасати-йогу — определенную систему дыхания, распространенную среди буддистов. Она состоит в постоянном контроле человека за своим дыханием. Но тот, кто обучал монаха этой методике, видно, не знал, что если двадцать четыре часа в сутки наблюдать за дыханием, то можно полностью утратить сон.

И, что еще хуже, этому монаху давали снотворное, когда он делал анапансати. Это привело к существенному противоречию в его организме. В то время как таблетки призваны были облегчить засыпание, постоянный контроль за дыханием удерживал монаха от сна. В конце концов возникла кризисная ситуация, наподобие той, что возникает с автомобилем, если одновременно жать на газ и на тормоз. Монах вполне очевидно страдал

Кто-то рассказал ему обо мне, и вот он здесь. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — человек находится в состоянии определенного помешательства. Я попросил монаха немедленно прекратить занятия анстансати. Но он захотел узнать, какое отношение контроль за дыханием имеет к потере сна. Он и не подозревал, что постоянное наблюдение за глубоким дыханием создало в организме такое количество кислорода, что его сон пропал. Я также сказал, что, если он не может прекратить анасттсати, тогда лучше не принимать снотворное, а продолжать обходиться без сна. Продолжая свою медитацию, он с легкостью проживет без сна, это ему вовсе не повредит.

Монах прекратил наблюдение за дыханием, и сон вернулся к нему через восемь дней, причем без помощи снотворного.

Повышение содержания двуокиси углерода в организме увеличивает нашу сонливость. И все, что приводит нас к этому повышению, лишь углубляет сон латентной энергии, увеличивает нашу неосознанность. Вот почему с приростом населения планеты доля кислорода, предназначенная каждому, пропорционально уменьшается. А это прибавляет нам неосознанности, которая и так слишком велика. Вполне вероятно, что наступит время, когда возможность пробуждения нашей энергии будет сведена к минимуму.

Утром вы чувствуете себя свежо. Вы бодро, с новыми силами отправляетесь в лес или к морскому побережью. Но в окружении толпы вдруг чувствуете вялость. Почему? Вследствие преобладания в воздухе двуокиси углерода и нехватки кислорода. Конечно, кислород вырабатывается постоянно, но толпа потребляет его больше, поэтому двуокись углерода преобладает в местах скученности людей. Войдите в кинотеатр или храм, и вскоре вас охватит отупение, а ваша чувствительность снизится. Пойдите в горы, в сад или на берег реки, — и вы почувствуете себя бодрым, живым и счастливым.

Увеличение содержания кислорода меняет внутренний баланс, делая человека более бдительным и осознанным, менее сонливым и бессознательным. А если внезапно увеличить содержание кислорода, то это приведет к радикальному изменению внутреннего баланса. Это будет подобно тому, как если бы одна чаша весов резко ушла вверх, а другая ударилась о землю. И если это изменение произойдет одним рывком, то переживание окажется очень острым и быстрым. Медленное, постепенное изменение не столь ощутимо.

Я настаиваю на глубоком и интенсивном дыхании для создания быстрого изменения, чтобы за десять минут вы перешли от одной стадии к другой, да к тому же сами наблюдали за процессом изменения. Только когда изменение происходит быстро и резко, его можно наблюдать.

Например, каждый из нас переходит от детства к юности, потом от юности к зрелости, но этот процесс настолько замедлен во времени и постепенен, что мы никогда точно не знаем, стали ли мы взрослыми или продолжаем оставаться детьми.

Если меня спросят, когда я стал старым, я не смогу назвать точную дату. Старик смущен, ему нелегко понять, что он состарился, ибо между его юностью и старостью нет промежутка. Точно также и ребенок не осознает, что он вырос, и продолжает вести себя как малыш. В то время как окружающие видят в нем юношу, сам он не осознает этого факта. И вот уже родители ждут, что их сын возьмет на себя груз ответственности за семью, а сам он продолжает воспринимать себя как ребенка.

Это происходит вследствие того, что переход от одной стадии к другой не внезапный; он очень постепенный. Точно так же и старик пытается вести себя как молодой мужчина; он не осознает, что в его жизни произошла перемена. Да и как он об этом узнает?

Для того чтобы узнать, необходима резкая, внезапная перемена. Существуй для такой перемены фиксированный день, никакого смятения не возникло бы. И тогда отпала бы нужда напоминать юноше или старику о соответствующем его возрасту поведении.

Целью медитации для меня является настолько резкое и мощное изменение, чтобы вы могли четко провести различие между дремлющим сознанием и пробудившейся осознанностью. Оно должно прийти как прыжок, с внутренним взрывом, чтобы вы ясно увидели происшедшую трансформацию. Такое знание очень ценно; оно поможет вам. По этой причине я и поддерживаю техники, приносящие внезапную и резкую трансформацию. Если для этого понадобится много времени, вы никогда не узнаете о происшедшем изменении. Подобное невежество таит в себе угрозу. Опасность заключается в том, что если вы не узнаете о наступившем изменении; то оно не углубит ваше понимание должным образом.

Иногда неосознанно и без усилий со своей стороны человек приходит к определенному духовному переживанию; изменение это настолько медленное и тихое, что ищущий не понимает, в чем дело. Он пытается интерпретировать происходящее по-старому — в основном неправильно, — поскольку необходимое понимание отсутствует. Часто вы совсем близко подходите к новому духовному переживанию, но упускаете его, объясняя все согласно старым зацепкам и понятиям. А происходит это вследствие медленных и Постепенных изменений.

Я знаком с человеком, который может поднять огромного буйвола одной рукой. На его ферме много буйволов. Этот фермер начал с того, что ежедневно поднимал буйволенка. По мере роста буйволенка способность этого мужчины поднимать все больший вес тоже росла. А теперь он может поднять взрослого буйвола, что кажется просто чудом. Однако сам силач не видит в этом никаких чудес, потому что приобретал свою способность в течение долгого времени. Но другие фермеры считают его способность замечательной, так как сами не могут сделать то, что он проделывает с удивительной легкостью.

Именно по той же причине я учу вас интенсивному и динамичному способу медитации.

Кислород имеет огромное значение, это очень важный компонент. Чем больше вы наполняете свой организм кислородом, тем быстрее совершится переход от тела к душе. Поймите правильно: тело — это ваш тупик, ваш смертный час, тело — это та часть вас, которая проявляет себя, будучи мертвой. В таком состоянии она уплотнилась и стала видимой. Душа — иная часть вас, она продолжает быть тонкой, неземной; ее невозможно потрогать рукой. Большое количество кислорода, приносящее пробуждение и жизнь, создаст дистанцию между вашим телом и душой. Тогда вы уясните их разделенность, хотя они и являются двумя частями одного существа — вас.

Следовательно, дыхание играет огромную роль в пробуждении Кундалини. Кундалини — тоже спящая энергия. Вы не можете пробудить ее с помощью двуокиси углерода, наоборот, она погрузится в еще более глубокий сон Кислород — хорошее подспорье в пробуждении Кундалини. Именно по этой причине мы придаем такое значение утренней медитации утром даже легкий вдох несет в себе огромное количество кислорода. Целый час после восхода солнца земля пребывает в необыкновенном, уникальном состоянии. И вот, чтобы извлечь преимущества из этого состояния, утро повсеместно было признано лучшим временем для медитации.

Чем сильнее вы ударяете по Кундалини интенсивным дыханием, тем быстрее она просыпается. Трудность заключается в том, что вы не видите, как действует глубокое дыхание, поэтому его значение теряется для вас. Возьмем для примера горящую лампу. Мы видим масло, фитиль и спички Мы также видим пламя и свет. Но нам не удается увидеть главное кислород, являющийся основополагающим фактором. Именно кислород, сгорая, становится светом. Масло, фитиль и спички не так уж важны, все это — видимые части лампы, образующие ее тело.

Но невидимая часть — горящий кислород, образующий душу лампы — остается невидимым нашему глазу.

Как-то вечером одна семья решила навестить друга, оставив слугу присматривать за домом. В этом доме была небольшая часовня, в которой перед статуей какого-то бога горела лампада. Слуге наказали особо следить за этой лампадой, чтобы она не погасла. Подул сильный ветер, и тогда слуга принес стеклянную банку и накрыл ею лампаду. Теперь лампада была хорошо защищена, но пламя моментально погасло. Возможно, ветер не погасил бы огонь, но недостаток кислорода сделал это наверняка; пламя умерло за секунду.

Кислород, являющийся жизненной силой, остается невидимым. То, что мы называем жизнью, всего лишь процесс окисления; он подобен горению лампады Будь то человек, дерево, лампа или само солнце — там, где есть окисление, насыщение кислородом, там существует жизнь. Чем интенсивнее окисление, тем ярче жизненный огонь. Этим жизненным пламенем и является Кундалини. Насыщение кислородом увеличивает огонь Кундалини. Поэтому кислород столь эффективен в пробуждении Кундалини.

?

Многие йогины для своей практики используют горные пещеры, в которых недостаток кислорода очевиден. Каким образом пещеры помогают в достижении самадхи, или единения с Абсолютом?

Вообще-то прежде, чем отправиться в пещеры и практиковать там йогу, многое должно быть достигнуто. Если эти условия не выполнены, йогин никогда не достигнет самадхи; вместо этого он впадет в еще большую бессознательность. То, что он может принять за самадхи, на самом деле просто более глубокий сон и неосознанность. Пещеры не причинят вреда и не вызовут проблем только у тех, кто насытил себя кислородом посредством длительной практики пранаямы

Если человек прошел через глубины пранаямы, если каждая капля его крови, каждая клетка тела насыщена кислородом, он может на восемь дней позволить закопать себя в землю и выйти потом живым и невредимым. Причина проста: запаса накопленного кислорода хватит на восемь дней. Обычно мы вовсе не имеем запаса кислорода, обходясь его минимумом. Если без специальной практики вы ляжете рядом с йогином и вас обоих закопают, то через восемь дней вы будете мертвы, в то время как йог останется живым, поскольку обладает необходимым запасом кислорода. Такой человек сможет извлечь пользу из пребывания в пещере. У него не будет проблем с нехваткой кислорода, а пребывание в пещере даст ему свои преимущества.

Пещеры используются йогами, ибо они предоставляют ищущему разнообразную защиту. Пещера защищает йога не только от суеты внешнего мира, но и от вибраций, мешающих духовной практике. Не менее важно и то, какие горные породы образуют стены пещеры. Мрамор, например, устойчив к вредным вибрациям, вот почему он так широко используется при возведении храмов.

Мрамор используют не только для украшения — как это обычно воспринимается, — он имеет огромное духовное значение, выверенное веками практики. Некоторые монолиты поглощают особые виды вибрации, другие отражают их, а есть и такие, которые, наоборот, привлекают вибрации, полезные для духовной практики. В прошлом создавались пещеры определенной формы и размеров, ибо это также имеет огромное значение для садханы — дисциплины духа.

Но мы не знаем об этом, поскольку древнее учение утрачено. Создавая новую модель автомобиля, конструкторы строго определяют форму, размеры, технические характеристики. Машина конструируется так, чтобы она рассекала воздух, а не преодолевала его сопротивление. Если капот автомобиля плоский и низкий, его скорость будет больше. Капот должен быть таким, чтобы машина беспрепятственно пронзала воздух, как стрела. Вследствие того, что машина с определенной скоростью врезается в воздух, тот, в свою очередь, устремляется назад, где образуется пустота, увеличивая таким образом скорость.

Возможно, вы видели мост через Ганг в Аллахабаде; его строительство было очень сложным. Течение реки настолько сильное, что неоднократно сносило опоры, установленные с большим трудом. Одну за другой их возводили заною. Но одна опора доставила строителям больше всего хлопот. Когда все остальные опоры были уже закреплены, эта словно бросала вызов современной технологии. Тогда инженеры разработали гениальный план: они спроектировали эту опору в форме туфли, и она оправдала свое назначение — устояла против мощного течения. Если вы понаблюдаете за своими туфлями, то увидите, как их форма помогает вам при ходьбе, носок разрезает воздух. Точно так же и туфлеобразная форма опоры помогла смягчить напор течения Ганга.

Вот так и пещеры помогают йогинам своей особой формой и материалом, из которого состоят их стены.

Ищущий проецирует свои вибрации до определенного предела, поэтому экспериментально он может определить, какое пространство ему нужно, чтобы, не подвергая себя опасности, выполнять садхану. Например, если он знает, что может наполнить своими вибрациями пространство объемом в шестьдесят четыре квадратных фута, что такой объем будет безопасен для него, он подыщет для себя именно такое помещение. Затем он позаботится, чтобы в пещере было как можно меньше выходов — одного вполне достаточно. Эта единственная дверь в мир тоже должна быть особой формы; не выпускать вибрации ищущего и в то же время предохранять пещеру от проникновения нежелательных вибраций.

Если целые поколения ищущих использовали для садханы определенную пещеру, она приобретает огромное значение и может веками использоваться с целью духовной практики.

Вновь открытые пещеры Аджанты были наполнены, словно запечатаны, грязью. Это было сделано умышленно, хотя те, кто нашел их, не знали этого. Внешне пещеры напоминали обычные горные выступы, на которых свободно росли деревья. Видимо, в те далекие времена было просто необходимо наполнить эти пещеры грязью, потому что ищущих тогда стало очень мало, а между тем полезность пещер следовало сохранить для потомков.

Пещеры Аджанты никогда не предназначались для туристов, как их используют сейчас. Они не для посетителей. Туристы, фактически, расхитили все, что было в них. Теперь эти пещеры не представляют никакой ценности в смысле духовного поиска.

Хотя пещерам недостает кислорода, они имеют иные преимущества для ищущего. Садхана, или дисциплина духа, требует комплексного подхода; она включает в себя множество аспектов. Пещеры хороши для продвинутых учеников. К тому же ищущий не обязан находиться там день и ночь; время от времени он выходит наружу. Часть садханы выполняется на свежем воздухе. Ищущий использует как внешнее, так и внутреннее пространство пещеры.

Именно для этой цели были спроектированы и построены храмы и церкви; они предназначены сохранять особые виды энергии, полезные для духовного роста.

Иногда, посещая некое место, вы замечаете, что ваши мысли неожиданно потекли в иное русло, хотя вам и неизвестно, что причиной тому стало само место. Вы считаете, что это произошло само по себе. Иногда вы замечаете, что, общаясь с определенным человеком, меняетесь сами, становясь не таким, как всегда. Проявляется новая грань вашей индивидуальности. Тогда вы считаете, что дело лишь в изменении настроения. Но проблема не столь проста.

В этом направлении было проведено множество исследований. Например, пирамиды Египта. Ученые выяснили, что такое пирамиды, почему они построены и для каких целей. Зачем было строить такие огромные пирамиды в пустыне? Сколько сил и средств было потрачено на их возведение! Сколько человеческой энергии вложено в них! Если такие огромные сооружения были возведены только для захоронений, тогда это напрасная трата энергии и средств.

Истина же заключается в том, что пирамиды были специально сконструированы для духовных целей; это места, где духовную садхану проводили с большей легкостью и успехом. Именно для духовных целей тела некоторых особенных личностей мумифицировали и сохраняли в них.

В Тибете тела умерших бодхисатв* — величайших душ, некоторым из них тысячи лет, — сохраняются в очень глубоких и скрытых пещерах. Тело Будды было необыкновенным. Даже физическое тело, которое в течение восьмидесяти лет ассоциировалось с великой душой Будды, не обыкновенное. Оно было неизмеримо ценным и великим. Это тело впитывало и ассимилировало редчайшие вибрации Будды в течение восьмидесяти лет. Трудно сказать, случится ли вновь подобное на земле.

После распятия тело Иисуса поместили в пещеру. Его должны были захоронить на следующий день, но не нашли. Для христиан по-прежнему остается мистикой, как могло исчезнуть мертвое тело и что случилось с ним. Существует легенда о Его воскрешении, о том, что ученики видели Иисуса через несколько дней после распятия. Но остается вопрос: что случилось с Иисусом после воскрешения и когда. Он умер вновь?

Удивительно, что об Иисусе ничего не известно после распятия. Для христиан это осталось тайной. А причина в том, что мертвое тело Иисуса было настолько ценным, что его следовало поместить в место, где оно могло бы храниться долгое время. И эту информацию следовало сохранять в тайне в целях безопасности тела. Человек, подобный Иисусу, очень редок в истории человечества.

(Здесь Бхагаван замечает, что это уже другой вопрос, требующий отдельного обсуждения.)

?

Когда мы входим в глубокую медитацию, тело становится инертным, а дыхание — поверхностным, как бывает при недостатке кислорода в организме. Объясни этот феномен в контексте медитации и самадхи, то есть экстаза.

Когда дыхание достигает полной интенсивности и между тобой и телом создается дистанция, когда твоя спящая и пробудившаяся половины кажутся отдельными одна от другой, тогда ты начнешь двигаться в сторону пробудившейся части. На этой стадии тело перестает нуждаться в кислороде. Теперь даже хорошо, если тело заснет, станет инертным, почти мертвым. Отныне твоя жизненная энергия больше не движется в сторону тела, наоборот, она начинает двигаться к душе.

Именно тело нуждается в кислороде, душа в нем не нуждается. Вы следите за моей мыслью? Тело требует кислорода; а когда жизненная сила движется к душе, телу достаточно минимума — только для того, чтобы поддержать в нем жизнь. Минимума достаточно, потому что излишек кислорода на этой стадии только замедлит ваш прогресс.

Следовательно, дыхание должно замедлиться и стать едва уловимым. Дыхание было эффективным для пробуждения энергии, но, как только энергия пробудилась, дыхание перестает быть полезным. Теперь тело обойдется минимумом дыхания. Будут моменты, когда дыхание вообще остановится. Должно остановиться.

Дело в том, что, когда вы найдете точку правильного баланса, которую мы называем самадхи, дыхание прекратится. Но мы не имеем ни малейшего представления, что означает это прекращение дыхания. Если вы захотите узнать об этом прямо сейчас, прекратите дышать, но это ни к чему не приведет. Вы не сможете ничего узнать, искусственно перестав дышать. Это совсем не то переживание, которое приходит в глубокой медитации.

Нам знакомы только два вида дыхания; вдох и выдох. Но наступает момент, — а он приходит только на высотах медитации, — когда дыхание останавливается на полпути между вдохом и выдохом. Именно в этот момент вы ощущаете, что ваше дыхание прекратилось и вы умираете. Такой момент определенно наступит.

По мере погружения в медитацию ваше дыхание становится все медленнее и медленнее. Так происходит вследствие того, что на данной стадии медитации вам не нужен кислород, он был необходим лишь вначале. Это подобно поворачиванию ключа в замке. Стоит ли поворачивать его после того, как он выполнил свою работу? Теперь ключ бесполезен. Вы можете спросить, почему я не пользуюсь ключом, войдя в комнату? Ключ уже сослужил свою службу, он нужен лишь для того, чтобы открыть дверь.

До тех пор, пока Кундалини не проснулась, вам следует использовать ключ дыхания со всем усердием. Но, как только она проснется, дыхание станет бесполезным. Теперь, когда вы во внутреннем путешествии, вашему телу требуется очень мало кислорода. Вам уже не придется прилагать усилия для остановки дыхания; оно замедлится само. Постепенно оно остановится, и наступит момент, когда все замрет. Именно в этот момент — когда дыхание останавливается на полпути между вдохом и выдохом, — вы находитесь в состоянии абсолютного баланса, вы в экстазе, в самадхи. Именно в этот момент вы познаете, что существование — это не жизнь.

Поймите разницу между познанием жизни и познанием существования. В самадхи вы познаете существование — не жизнь. Ваше познание жизни связано с дыханием, потому что жизнь — это кислород часть дыхания. В самадхи вы познаете существование, где дыхание абсолютно бессмысленно. Существование огромно. Оно включает в себя все — ваше существо, горы, звезды, Космос. В нем нет движения, в существовании все неподвижно, все отдыхает. Ни единой волны не вздымается на поверхности этого спокойного океана. В один момент все вибрации вашего дыхания остановятся; остановится и само дыхание, ибо оно не может проникнуть в этот покой — в пустоту. Не только дыхание, даже жизнь не может проникнуть в это пространство. Никогда.

Запредельное находится и за пределами жизни тоже.

Помните — то, что за пределами смерти, в той же мере находится и за пределами жизни. Поэтому мы не можем сказать, что Бог — живой; подобное утверждение абсурдно. Бессмысленно называть Его живым только на том основании, что Он не подвержен смерти. Жизнь сродни смерти; одно не может существовать без другого. Бог не имеет жизни, Он имеет существование — скорее, Он сам существование. Но мы, живые существа, живы, мы имеем жизнь. Когда же мы вновь возвращаемся в существование, для нас наступает то, что люди называют смертью.

Например, когда на поверхности океана поднимается волна, — это жизнь. До поднятия волны был только океан, никакой волны не было. Жизнь начинается с поднятием волны; именно волна приходит в жизнь, бытие. И, когда волна исчезает, это смерть волны. Ее подъем является жизнью, падение — смертью. Но существование океана — оно без волн. Океан был и тогда, когда волны не поднимались, он будет и тогда, когда волны умрут. И переживание этого существования, этого спокойствия, называется самадхи, экстазом.

Итак, самадхи — это не переживание жизни; самадхи — это переживание существования. Самадхи — экзистенциально; для него дыхание не нужно. Для самадхи дыхание бессмысленно. Для самадхи бессмысленно как дыхание, так и не-дыхание. Самадхи возможно лишь там, где все приходит к остановке.

Поэтому очень важно предпринять все меры для поддержания ищущего в живых, когда он входит в состояние глубокой медитации. В этот критический момент необходима помощь многих, ведь он может потеряться в этой необъятности. Если не принять мер предосторожности, он может просто не вернуться из своего пребывания в существовании. Рамакришна часто достигал такого состояния. Он мог несколько дней пребывать в самадхи, поглощенный существованием, и ему было очень трудно вернуться к жизни.

Рамакришна — всеми почитаемый святой, он повсеместно известен. Но мы ничего не знаем о человеке, спасшем Рамакришну для мира. Рядом с ним всегда был один из его племянников; именно он спасал Рамакришну, когда тот впадал в подобное состояние. Молодой человек проводил рядом бессонные ночи. Когда Рамакришна входил в самадхи, племянник делал все, чтобы поддержать в нем жизнь, поил молоком, делал массаж грудной клетки, когда прекращалось дыхание. Именно он приложил все силы, чтобы сохранить Рамакришну для мира.

О Рамакришне узнали со слов Вивекананды, но никто не знает о человеке, спасшем святому жизнь. Его племянник трудился усердно, отдал всего себя спасению Рамакришны, который мог умереть в любой момент. Переживание самадхи столь благословенно, что вернуться из него почти невозможно. Здесь всегда существует возможность потерять себя навсегда.

Есть точка, из которой возвращение невозможно, и она совсем рядом с самадхи. Появление школ, монастырей и ашрамов обусловлено именно этой целью: защитить ищущего от соскальзывания к точке, из которой возврат невозможен. Монахам, не создавшим своих школ и ашрамов, испытать состояние глубокого самадхи не удалось. Странствующие саньясины тоже лишены этого величайшего духовного переживания. Следовательно, образование группы, школы — необходимое условие.

Для того чтобы войти в глубокое самадхи, продвинуться еще дальше и остаться в живых, необходимы люди знающие. Странствующие монахи, дабы избежать привязанности, не должны долго оставаться на одном месте. Но тот, кто долгое время был жертвой привязанности, может стать таковой вновь в мгновение ока. Разница лишь в степени — привязанность не будет столь глубокой. Разница лишь в степени. Со временем институт странствующих монахов утратит йогу и самадхи, потому что для этого необходимы группы и общины.

Одно дело — войти в самадхи, это можно сделать индивидуально, и совсем другое — выйти из этого состояния. На стадии медитации проблем не возникает, но момент самадхи требует особой осторожности. В этот момент необходимо защитить ищущего от соскальзывания в область, из которой возврата нет. Его необходимо спасти, чтобы он мог принести нам послание из запредельного. И только тот может стать вестником, кто сам прошел через самадхи, чьему взору открылось запредельное.

Все, что известно нам, мы знаем от той горстки людей, которые вернулись из запредельного. Не будь их, мы ничего не знали бы о нем. Невозможно познать запредельное посредством мысли или рассуждений; это просто исключено. Его можно познать только при непосредственном контакте. Часто тому, кто непосредственно прикоснулся к запредельному, очень трудно вернуться к нам оттуда. Он может быть потерян навсегда; это точка, откуда возврата нет. Это точка, откуда возможен прыжок в бесконечный вакуум Космоса, туда, где заканчиваются все пути, где сжигаются все мосты.

Это время, когда необходима огромная осторожность и столь же огромная предварительная работа. Последние годы ко мне все чаще приходит мысль, что, когда я подготовлю вас для самадхи, школы или общины станут насущной необходимостью. Для вас важны группы, которые смогут позаботиться о тех, кто входит в самадхи; иначе эти люди, как и их опыт, будут утрачены навеки. Школы, группы и общины станут следить за тем. чтобы ищущим оказывалась помощь по возвращении из этого состояния и чтобы знание, почерпнутое из этого наивысшего переживания, сохранилось. Иначе неминуема угроза его потери.

?

Каково дыхание в сахадж самадхи, или состоянии естественного экстаза?

Оно становится очень ритмичным, гармоничным, музыкальным; происходит и многое другое Дыхание человека, двадцать четыре часа пребывающего в сахадж самадхи, когда ум в абсолютном покое, а сам он в существовании, стал един с ним, устанавливает свой собственный ритм. И, когда человек ничего не делает — не ест, не говорит, не ходит,— дыхание становится для него необычайным блаженством. Тогда само бытие, просто дыхание оказывается такой радостью, которую не может доставить ничто иное. Его дыхание очень ритмично и преисполнено гармонии; оно превращается в беззвучный, неслышный звук, в хлопок одной ладони

Вкус этого неземного переживания может быть познан посредством определенного типа дыхания. Вот почему науки дыхания — йогическая и другие — развивались уже в далеком прошлом. Например, если человек начинает дышать так же ритмично и гармонично, как в сахадж самадхи, он узнает, что такое спокойствие и тишина. Пранаяма и другие дыхательные техники развились в результате наблюдения за дыханием и его воздействием на людей, пребывающих в самадхи. И эти техники очень помогают.

Дыхание в состоянии самадхи сокращается до минимума, потому что в самадхи жизнь не так важна, как существование, бытие. Для человека в самадхи открывается совершенно новое измерение, принадлежащее существованию, где дыхание и подобное ему не обязательны. Теперь он навсегда обосновался в этом измерении, существует в нем. Теперь такой человек пользуется телом лишь при необходимости связаться с нами; для других целей тело ему не нужно. Только для того, чтобы общаться с нами, он ест, спит, моется, одевается, делает другие вещи, в которых нуждается тело. Это его способ поддерживать с нами отношения.

За исключением общения с нами, ему не нужно тело, дыхание и все остальное. Сами по себе тело и его функции не имеют для такого человека значения, Его дыхание становится минимально необходимым для воспроизведения жизненной силы, требующейся для поддержания его в теле. Поэтому он спокойно может жить в местах с ограниченным доступом воздуха.

В древних храмах и пещерах редко можно обнаружить двери и окна, там нет вентиляции. Они кажутся анахронизмами и абсолютной противоположностью гигиене — науке о здоровье. Все эти древние храмы и пещеры лишены доступа воздуха. Они построены таким образом потому, что жившие в шах не нуждались в большом количестве кислорода. Скорее, они не хотели, чтобы воздух в больших количествах поступал в их святилища и кельи, потому что вместе с воздухом внутрь могли проникнуть вибрации внешнего мира, разрушая тем самым в пещерах астральные вибрации, которые следовало хранить и оберегать. Именно с целью сохранения драгоценных астральных вибраций храмы и пещеры в древности сооружались без системы вентиляции.

В наше время подобное невозможно. Для того чтобы сделать это возможным вновь, необходимо заново выстроить длинную цепочку дисциплины дыхания. Для возможности подобного нам понадобятся мужчины и женщины, достигшие состояния самадхи,

?

Каким образом буддистская техника анапансати — постоянного наблюдения за дыханием — влияет на содержание кислорода в нашем теле?

Анапансати оказывает огромное влияние на содержание кислорода. Любая жизненная активность, каждая функция нашего тела ускоряется, если ей уделять внимание. Большинство систем тела автономны; они не нуждаются в нашем внимании, но если внимание привносится, то они подвергаются воздействию.

Например, во время измерения доктором вашего пульса мгновенно наступает некоторое его учащение. Так происходит вследствие того, что пульсу уделяется внимание двух людей — ваше и врача. Пульс учащается сильнее, если врач противоположного пола, потому что в данном случае внимания больше. Можно провести следующий эксперимент: посчитайте пульс, затем десять минут понаблюдайте за ним, затем вновь посчитайте количество ударов в минуту. Выяснится, что частота пульса изменилась, сердце стало биться чаще. Внимание действует в качестве катализатора, активизируя не только биение пульса, но и все функции вашего организма.

Техника анапансати очень ценна. Это способ контроля, наблюдения за собственным дыханием. Вам ничего не нужно делать; излишне вмешиваться в естественный процесс и дышать каким-то особым способом. Вы наблюдаете за дыханием — таким, каково оно есть. Но правда и то, что, как только вы привнесете внимание, дыхание чуть-чуть ускорится. Подобное неизбежно. Эго изменение и само наблюдение скажутся на результатах.

Однако самое главное в анапансати — не привнесение изменений, а наблюдение за тем дыханием, которое есть. Ибо, наблюдая за дыханием, и притом постоянно, вы постепенно отделяетесь от него; между вами и дыханием появляется дистанция. Это объясняется тем, что при любом наблюдении сам наблюдатель отделяется от наблюдаемого.

Действительно, не может же наблюдатель быть един с наблюдаемым! Превращая нечто в объект наблюдения, вы моментально отделяетесь от него — становитесь отличным от него. Как только дыхание стало объектом вашего наблюдения, самим фактом контроля вы создали дистанцию между вами и процессом дыхания. Наступит день, когда вам станет очевидно — в то время как дыхание продолжается, вы находитесь от него на значительном расстоянии.

Анапанасати-йога помогает выявить вашу отделенность от тела; вы переживаете ее по-настоящему.

Заниматься анапансати можно разными способами. Если вы наблюдаете за своей ходьбой — просто смотрите, как поднимается и движется правая нога, а затем левая, то недели через две поймете, что вы отдельны от своих ног. Их вы будете четко видеть в качестве наблюдателя, каковым и останетесь. Вам покажется, что ноги передвигаются механически. Тогда вы можете сказать, что идя, не идете, разговаривая, не разговариваете, и так далее. И будете абсолютно правы.

Однако человека, ставшего наблюдателем на вершине горы, понять очень трудно. Если он, являясь свидетелем своей ходьбы, считает, что действительно во время ходьбы не движется, то только он видит это подобным образом; другим трудно понять подобное утверждение. Если он, свидетельствуя свой разговор, считает, что не говорит в это время, то останется всего лишь свидетелем.

Анапансати — очень важная техника; она превращает вас в свидетеля — свидетельствующую душу, — но она отличается от Кундалини.

?

Похоже, что кислород, поступающий в легкие посредством глубокого, интенсивного дыхания, приносит ищущему вред. Что Ты можешь сказать об этом?

Вообще-то ни один человек в процессе дыхания не использует свои легкие полностью. В наших легких более шести тысяч воздушных мешочков — альвеол, из которых задействованы едва ли более пятнадцати-двадцати сотен, да и то если человек абсолютно здоров и дышит нормально. Остальные альвеолы заполнены двуокисью углерода, который можно назвать грязью, мусором. Поэтому трудно найти человека, который использует больше необходимого минимума кислорода. Редок и тот, кто потребляет все необходимое количество кислорода. Большая часть наших легких не используется.

Случится чудо, если вы сможете до отказа наполнить легкие кислородом; это приведет к огромному расширению сознания. Насколько широки ваши жизненные возможности, можно выяснить по тому количеству кислорода, которое потребляют легкие. Чем больше кислорода, тем больше жизни. Заполните все легкие кислородом, и вы будете находиться в зените жизни.

Тайна различия между здоровым и больным заключается в содержании кислорода. Болен тот, кто при дыхании потребляет очень ограниченное количество кислорода. Именно поэтому некоторые больные крайне нуждаются в аппарате искусственного дыхания. Они просто умрут без этого. Болезнь и здоровье можно измерять по количеству потребляемого кислорода. Вот почему занятия бегом приносят здоровье, так как во время бега потребление кислорода увеличивается. Любой физический труд полезен по той же причине. Уменьшение содержания кислорода отражается на нашем здоровье, вызывая болезнь.

Но факт остается фактом: вы не используете легкие на все сто процентов. Вы никогда не вдыхаете столько кислорода, сколько может поместиться в них. Поэтому вопроса о перенасыщении даже не возникает. Вы не можете вдохнуть больше, чем смогут принять и разместить легкие. Сделать это очень трудно.

?

Мы вдыхаем не только кислород, но и другие природные газы, такие, как азот, водород и так далее. Как их воздействие отражается на медитации?

Они абсолютно благоприятны для медитации. Все, что содержится в воздухе, благоприятно для жизни. Благодаря им вы живете. На планетах, где этих газов нет в нужных пропорциях, нет и самой жизни. Именно они делают жизнь возможной. Поэтому вам не стоит беспокоиться на этот счет.

Чем интенсивнее вы дышите, тем больше польза. На стадии быстрого и глубокого дыхания только кислород может проникнуть в ваш организм в максимальных количествах; все остальное не пройдет. Однако другие газы тоже являются полезными ингредиентами для жизни; они не причинят вреда.

?

Почему после быстрого и глубокого дыхания тело ощущается очень легким?

После Динамической медитации в теле действительно возникнет ощущение легкости. Так происходит потому, что мы осознаем и ассоциируем тело с тяжестью, весом. То, что мы называем тяжестью, не более чем наше осознание тела. Тело тяжело для больного, даже если он исхудал, как щепка. Здоровый же человек, даже будучи полным, легко носит свое тело. Поэтому то, что мы ощущаем как вес, тяжесть, на самом деле есть осознание тела.

Мы осознаем наше тело только тогда, когда оно болит и страдает. Мы осознаем свои ноги только тогда, когда они болят, мы осознаем голову, только когда она болит. Если боли нет, мы никогда не осознаем своего тела. Эта осознанность и является мерой нашего страдания.

Здоровый человек говорит, что он не чувствует своего тела. Тот, кто не чувствует, что он тело, кто ощущает себя бестелесным, действительно здоров. Но если он отождествляется с какой-то частью своего тела, можно уверенно сказать, что эта часть больна.

По мере возрастания количества кислорода и пробуждения Кундалини вы столкнетесь с переживаниями, не относящимися к телу; эти переживания принадлежат душе, или атману. В результате этих тонких переживаний вы начнете ощущать легкость, необыкновенное отсутствие тяжести. Многим покажется, что они левитируют. Не то чтобы они на самом деле левитировали — событие настоящей левитации происходит достаточно редко. Но в результате ощущения легкости вам покажется, что вы парите над землей. Однако открыв глаза и осмотревшись, вы увидите себя по-прежнему стоящим на земле. Так отчего же возникает ощущение левитации?

Дело в том, что наш ум, в самых своих глубинах, не знает ни одного известного нам языка. Ему известен лишь язык образов, символов. Поэтому, когда вы испытываете невесомость, ваш ум выражает это на языке образов. Он не говорит, что это невесомость, он отображает ее в акте левитации; невесомость ощущается как парение.

Глубокие слои ума — наше бессознательное — не думает при помощи слов, оно думает образами, символами. Вот почему наши сновидения состоят из образов, а не слов. Спящий ум трансформирует все — включая переживания и мысли — в образы. По этой причине нам так трудно разобраться в собственных снах. Язык, знакомый нам в состоянии бодрствования, абсолютно отличен от образного языка снов. Они настолько отличаются друг от друга, что необходим великий интерпретатор — пандит, психолог или психиатр, — чтобы объяснить нам значение сновидений.

Допустим, человек амбициозен. Как сможет он выразить амбициозность в сновидении? Он превратится в птицу, высоко парящую в небе. Теперь он выше всех, весь мир внизу. Во сне амбиции принимают форму полета — человек во сне продолжает летать. Всем амбициозным людям снятся полеты. Но само слово «амбиция» никогда не появляется в снах. Поэтому, просыпаясь утром, никто не понимает, почему ему снилось, будто он летает.

Это амбиции превратились в парящую птицу.

Точно также, когда мы входим в состояние глубокой медитации, невесомость ощущается как левитация. Действительно, невесомость может быть выражена только в образе парения; другого способа нет.

Иногда, крайне редко, в состоянии особой невесомости, тело действительно левитирует.

?

Изредка во время медитации кажется, что внутри что-то щелкает, и это ощущение вызывает страх.

Возможно, вполне возможно.

?

Следует ли этого бояться?

Страх не является необходимым условием, хотя то, что вы боитесь, вполне естественно.

?

К тому же возникает ощущение жара.

Это тоже возможно, потому что весь внутренний механизм подвергается изменению. Все ваши связи с телом ослабевают, вместо них начинают образовываться новые. Рушатся старые мосты, формируются новые. Закрываются старые двери, отворяются новые. Весь дом подвергается изменению, Поэтому вам и кажется, что многое внутри вас рушится, и тогда вы пугаетесь. Это вполне естественно, потому что вся система разлаживается. Такое случается во время перехода.

Когда из этого хаоса возникнет новый порядок, он будет в корне отличаться от прежнего, он несравнимо уникальнее. Тогда вы забудете, что существовало нечто, подобное старому порядку. Даже не забыв этого, вы станете удивляться, как же можно было жить подобным образом.

Все это вполне возможно.

?

Под воздействием шактипат, или передачи энергии, глубокое дыхание происходит само по себе. Но временами тело расслабляется, и дыхание замедляется. Следует ли прилагать усилия для ускорения дыхания в такие интервалы?

Хорошо, если вам это удастся. Вопрос не в том, будет ли дыхание таким же быстрым или оно замедлится. Не важно, даже если дыхание остановится. Вопрос в том, достаточно ли вы приложили усилий. Важными являются только ваши усилия, а не плоды таковых. Важно, чтобы все было поставлено на карту.

Ум очень искусен в поисках способов отступления. Он предлагает все для собственной защиты. Он твердит: «А сейчас, пока еще ничего не произошло, пора оставить усилия». Изворотливый ум в течение дня предлагает тысячи способов для отступления и тысячи извинений и объяснений. Ум беспрерывно убеждает, что вы задохнетесь, умрете, если хоть немного продлите свои усилия.

Не слушайте ум. Скажите ему: «Какое блаженство — задохнуться и умереть!» Другое дело, если дыхание остановится само по себе; но вы должны продолжать свои старания. Вы ничего не должны оставлять про запас, ибо даже самая малость может иметь решающее значение.

Никто не знает, что станет последней каплей, переполнившей сосуд. Именно последняя капля заставляет воду пролиться. Последняя капля оказывается решающей. Не первая, а именно последняя становится судьбоносной. Не оправдывайтесь, говоря, что вы сделали все, но не дошли до цели всего лишь на дюйм. Не важно, какое между вами расстояние — миля или дюйм, разницы нет. Если вы не дошли, значит, не дошли.

Подобное случилось совсем недавно. Один приезжий, как и вы, медитировал в трехдневном лагере. Это образованный человек, врач. Он медитировал и медитировал, но ничего не происходило. Наступил последний день. Я не знал, что происходило с ним. Я вообще ничего о нем не знал. В последний день, объясняя технику, я сказал, что вода превращается в пар только при температуре сто градусов. Если кто-то остановится на девяноста девяти градусах, ему не следует сетовать на то, что из-за нехватки всего одного градуса вода отказывается превращаться в пар. Даже если температура будет 99,9 градуса, вода по-прежнему останется водой. Если не хватает даже самой малости, изменение не наступит. Закон есть закон.

Этот человек подошел ко мне вечером того же дня и сказал, что мои слова насчет воды и пара очень помогли ему. Ранее он считал, что если его усилия в медитации будут мягкими, щадящими, то и достижения придут мягко, постепенно, но все равно будут. Услышав меня, он понял, что ошибался. Для того чтобы вода превратилась в пар, необходима температура в сто градусов. Не бывает так, что небольшая температура потихоньку будет превращать воду в пар. Вода вообще не изменится, пока температура не достигнет ста градусов; она должна проделать весь путь. Точно так же и этот человек приложил в утренней медитации все усилия и удивился, когда нечто начало происходить с ним. Все, что он делал до этого, оказалось напрасным. Он не добивался ничего, только упадал. Утром же он вообще не устал, но действительно добился.

Именно последняя капля вносит различия между теми, кто достиг, и теми, кому это не удалось.

Запомните еще одно. Во время медитации, глядя на соседа, прилагающего все усилия, вы считаете, что даже он не продвигается вперед, не говоря уж о вас. Ваша мысль ошибочна. Между ста градусами и ста градусами огромное различие. Ваши сто градусов отличаются от ста градусов другого человека. Возможно, в резерве вашего соседа гораздо больше энергии, чем у вас, но он не полностью использует ее, хотя его дела и идут лучше, чем у вас. Например, у него в кармане пятьсот рупий, из них триста он ставит на карту в игре. У вас же только пять рупий, из которых на карту вы ставите четыре. Следовательно, вы ставите больше, чем сосед; вы перещеголяли его.

Вопрос не в том, сколько вы или другой человек поставили, вопрос в соотношении между тем, сколько у вас есть, и тем, какую ставку вы сделали. Важно соотношение. Вы выиграете, если ставкой станут все пять рупий. Другой же проиграет, даже если поставит на карту четыреста девяносто девять рупий. Для выигрыша ему необходимо выложить все пять сотен.

Самое главное — полностью опустошить себя, не оставить на потом ни грамма энергии или усилий. Никогда не думайте, что на данный момент вы сделали достаточно, что попытаетесь добиться большего в следующий раз. Как только эта мысль пришла, начинается регресс, отход назад

Часто случается гак, что подобные мысли начинают атаковать, когда близится решающий момент, когда все готово к свершению. Именно в этой критической точке ум начинает бояться, что вы исчезнете, превратившись в ничто. Это момент наисильнейшей угрозы для вас в качестве эго, но это и момент величайшей реализации для вас как для души. Именно в этот момент ум станет уговаривать вас прекратить, убеждать, что вы сделали вполне достаточно, вода слишком горяча, в любую секунду она может превратиться в пар.

Когда ваш ум ощущает приближающуюся опасность и его охватывает паника, знайте, что это самый решающий, самый ценный момент медитации — момент реализации. Пока опасности нет, ум поощряет ваши старания, но, как только вы приблизитесь к опасности — точке кипения, — ум станет умолять вас немедленно остановиться. Ум скажет, что вы уже полностью истощили себя, что на продолжение не осталось энергии.

Наблюдайте за умом, когда наступит такой момент. Именно тогда вам следует привести в действие всю свою энергию. Упустив это мгновение, вы можете упустить целые годы. Иногда многие годы уходят на достижение девяноста девяти градусов.

Временами вы упускаете, уже коснувшись отметки ста градусов. И теряете чаще всего из-за сущего пустяка.

Так что не берегите себя, иначе себя же и потеряете.

?

Что, если в результате чрезмерных усилий пострадают кровеносные сосуды?

Ну и пусть пострадают. Что вы можете сделать для их спасения? Рано или поздно вы все равно будете разрушены. Да и что вы собираетесь делать после их спасения?

?

В конце концов мы не хотим умирать невежественными.

Если вас беспокоит состояние кровеносных сосудов, знайте наверняка, что вы умрете в состоянии незнания. Что вы будете делать после того, как спасете свои сосуды? Наша беда в том, что мы вечно беспокоимся о том, что не имеет для нас никакого значения.

?

На самом деле мы владеем столь малым. Разве можем мы позволить себе утратить его?

Сомневаюсь, чтобы вы обладали хотя бы граммом того, что следовало бы спасать. Будь оно у вас в действительности, вы не боялись бы потерять его. У вас нет ничего. Вы подобны обнаженному, страшащемуся потерять свою одежду. Этот страх дает нагому человеку ложное удовлетворение от мысли, что он владеет чем-то. Он черпает удовольствие в иллюзии, что у него есть одежда, он не наг. Будь на нем действительно одежда, он не страшился бы расстаться с ней. В конце концов это всего лишь одежда, что случится, если ее потеряешь? Избавьтесь от этих страхов.

Я не имел в виду, что кровеносные сосуды действительно пострадают. Но, если с ними что-то случится, то виной тому ваш страх, а не медитация. Страх действительно разрушит их; именно страх является причиной многих нарушений. Но мы не беспокоимся на этот счет, мы не боимся наших страхов.

Если вы боитесь, если вы беспокойны и напряжены, кровеносные сосуды, как и многое другое, пострадают именно по этой причине. Но мы волнуемся не по этому поводу. Мы боимся медитации, которая абсолютно безвредна. Напротив, она восстановит все, что было разрушено.

Однако мы цепляемся за наши страхи, находя в них убежище. Мы продолжаем вопрошать: «Что, если случится то-то и то-то?» Мы делаем все, чтобы избежать медитации. Если это так, то зачем вообще куда-то идти? Страх, конфликт и колебания очень опасны. Тогда не приближайтесь к медитации, оставьте ее в покое.

Но мы противоречивы; мы желаем все сразу. Мы хотим медитировать — и в то же время избежать медитации. И тогда этот конфликт действительно разрушает. В нас возникает хаос. Тысячи людей без всякой причины пребывают в смятении; они хотят обрести Бога и в то же время боятся, что однажды Он предстанет перед ними. Наша проблема заключается в раздвоенности ума; одна его часть желает, другая же не желает. Сомнения и конфликты стали нашей второй натурой. Никогда не бывает так, чтобы то, чего мы хотим, мы хотели абсолютно.

Как только желание станет тотальным, на нашем пути не возникнет ни одной помехи. В этот день ваша жизнь приобретет неведомый доселе динамизм.

Но мы пребываем в весьма любопытном состоянии; делая шаг вперед, немедленно отступаем назад. Мы кладем кирпич, желая построить дом, и тотчас разбираем стену. Мы имеем сразу все: радость строительства и печаль, что не сделали это. Весь день мы возводим стену, но с наступлением ночи разбираем ее собственными руками. А затем сетуем, что построить дом очень трудно.

Нам следует попытаться понять противоречивую структуру ума. Существует единственный способ прийти к пониманию: быть готовым к тому, что воображаешь самое плохое. Это лишь ваши измышления, что кровеносные сосуды могут пострадать. Позвольте им пострадать. Чем вы будете заниматься еще лет тридцать или сорок, если сохраните их? Все эти тридцать лет вы проработаете клерком в каком-нибудь офисе. Вы будете есть, спать, произведете на свет несколько детишек. Эти дети, в свою очередь, вырастут, станут женами и мужьями и повторят вашу судьбу. А когда вы умрете, они, в свою очередь, станут беспокоиться о своих кровеносных сосудах. Чем еще вы сможете заняться?

Если знать, что в жизни, которую мы пытаемся спасти, нет ничего ценного, только тогда можно поставить на карту все; иначе это становится невозможным. Мы должны четко уяснить: то, что мы изо всех сил пытаемся спасти, не стоит затраченных усилий. Следует также знать, что ничего невозможно сохранить несмотря на все наши попытки. И, если мы поймем это, тогда не будет проблем. Отныне вы готовы ко всему, даже к нарушениям кровообращения.

Кровеносные сосуды не пострадают. Такого никогда не происходило в прошлом. Это станет экстраординарным событием. Если подобное вам удастся, то вы откроете новую страницу.

Content

В поисках чудесного. Динамическая медитация. Шактипат

Кундалини — спящая змея

Глава 2 Материя и Бог — одно