АНЕКДОТЫ ПРО ЧАПАЕВА

* * *

Василий Иванович с Петькой сидят, скучают. Василий Иванович:

— Петька, сгоняй на хутор к старику-самогонщику, сообрази чего-нибудь!

— Это можно. Через час Петька возвращается. Василий Иванович:

— Ну как?

— Да нет у него ни фига.

— Эх, молодежь, всему вас учить надо. Пойдем вместе. Приходят к деду. Василий Иванович:

— Здорово, отец!

— Здорово, сынки!

— Мы вот к тебе от имени Советской власти. Вот я гляжу, хата у тебя старая.

— Ох, какая старая!

— Петька, запиши: новую хату ему от Советской власти! И жена у тебя вроде старая…

— Ой, какая старая!!

— Петька, запиши: новую жену ему от Советской власти!

— Сынки! Родненькие! Да сколько ж я вас ждал! Ну, сели за стол, выпили, с собой взяли. Уже в дверях Василий Иванович как бы невзначай:

— Слышь, дед! А может у тебя и хуй старый?

— Уж какой старый!!!

— Петька, запиши: хуй ему от Советской власти!

* * *

Идет проверка боеготовности части. Понаехали генералы. Кухню, плац, сортиры осмотрели и сели под тенью деревьев отдохнуть. Вдруг командир части видит, как по аллее идет только что призванный под ружье боец. Идет, паразит, просто так, погодой любуется. Ясное дело, что неработающий солдат во время проверки — это непорядок. Командир части подзывает его:

— Эй ты, замудонец, а ну-ка, подойди сюда!

Боец разворачивается и, строевым шагом подойдя к командиру, докладывает:

— Товарищ полковник! Рядовой Замудонец по вашему приказанию прибыл!

Тут проверяющие притихли, а командир части с изумлением спрашивает:

— Ты что, солдат, у тебя и правда такая фамилия?

— Никак нет, товарищ полковник! Но ведь у Чапаева все чапаевцами были!

* * *

Приходит Василий Иванович к Петьке и говорит:

— Пошли на рыбалку!

— Так какая ж рыбалка, водки-то нету!

— А что есть?

— Анаша, — отвечает Петька Василий Иванович удобно располагается в кресле. — Так давай тут порыбачим!

* * *

— Василий Иванович, сессия приближается!

— Не дрейфь, Петька, подпустим ее поближе…

* * *

Заблудились в лесу Петька и Чапаев. Долго бродили, искали дорогу. Первым не выдержал Петька — упал на землю умирать. Вдруг слышит чавканье, поднимает голову и видит, что Чапай ягоды жрет.

— Василий Иванович, это же волчьи ягоды!

— Да пошел он на фиг, этот волчара, он себе другие найдет…

* * *

Петька и Василий Иванович как-то напились в дупель, ну и Чапай отрубился. Петька, еще стоявший на ногах, решил приколоться над ним и приклеил ему второе «достоинство» из пластилина. Утром, значится, Петька, проснувшись, видит рыдающего Василь Иваныча, и спрашивает в непонятках — что, мол, с тобой?!

— Да понимаешь, Петька, просыпаюсь я утром и смотрю — y меня два хуя, я один-то оторвал, а другой сам отпал!

* * *

— Василий Иванович, а что такое БОБСЛЕЙ?

— Не знаю, Петька. Наверное что-то такое, что с бабами связано.

— А тут написано, что это СКОРОСТНОЙ СПУСК…

— Ну так, я ж и говорю, что с бабами связано!

* * *

Отправил тещу в круиз на теплоходе «Чапаев». Не «Титаник», конечно — но надежда есть.

* * *

Кораблекрушение. Петька с Чапаевым спасаются и оказываются на острове, населенном дикарями. Те их хватают и говорят, что нужно пройти пять испытаний, если они справятся, то их отпустят, запорют хоть одно — съедят. И тут же дают им первое, самое простое задание: к утру нужно изготовить лук и стрелы, а затем Василий Иванович должен с пятидесяти шагов попасть в яблоко на голове у Петьки. А сами, не теряя времени, уже шампура и дровишки начинают готовить. Делать нечего, сели Чапай с Петькой у ручья и начали оружие мастерить. Старались и так, и сяк, и язык высовывали, но лук вышел — курам на смех, натянули на него тетиву, его совсем перекособочило. Со стрелами еще хуже, все винтом, волосы на срамном месте и те прямее. Но деваться некуда, стали тренироваться в стрельбе. С пяти шагов Чапай не то что в яблоко, в Петьку ни разу даже не попал. Поняли они, что все, съедят их чудики местные, под самогон кокосовый, без тостов и этикету. И будут их могилки по всему острову разбросаны по количеству едоков в племени.

— Эх, Петька, неужели нет на свете такой силы, которая бы меня из лука быстренько стрелять научила? — горестно сказал Василий Иванович, — все бы я за нее отдал.

— Да видать нету, — откликнулся Петька.

Попрощались друзья друг с другом, пустили слезу скупую, и пошли к ручью умыться. Черпнул Чапай воды, а в руке Золотая рыбка, и предлагает она за свою свободу одно желание исполнить. Обрадовался комдив и попросил, чтоб научила она его из лука стрелять, да так, чтобы всегда в яблочко попадал. Исполнила рыбка его желание. Поставил он Петьку в 10 шагах, выстрелил — попал в яблоко, поставил в 30 шагах — попал, в 50 — и опять в яблочко. Чапай — довольный, а Петька плачет.

— Ты чего это, Петька?

— Василь Иваныч, ты что, всю жизнь мечтал Робин Гудом стать?

— Нет, Петька.

— Так, а чего мы тогда с этого гребаного острова не свалили?!

* * *

Поймал дракон немца, француза и Василия Ивановича и говорит:

— Перед смертью исполню два ваших желания.

Немец:

— Много шнапсу и сосисек. Дракон дал, потом съел.

Француз:

— Коньяка и женщин. Дракон дал и съел.

Василий Иванович:

— Мешок презервативов и отдельную комнату.

Дракон дал, ждет 1 час, 2 часа, 5 часов. Надоело ждать, тихонько открывает дверь и видит: Василий Иванович последний презерватив пальцами в рот запихивает и давится. Дракон ему:

— Ты что, дурак?

Василий Иванович:

— А теперь, собака трехголовая, попробуй меня прожуй!

* * *

Петька — Чапаеву:

— Эти врачи когда-нибудь трезвыми бывают?! Вот, Василий Иванович, тут принесли заключение о твоем медосмотре, так эти болваны умудрились в графу «Диагноз» твои инициалы вписать!!!

* * *

Петька:

— Нет, Анка, с тобой бы я в разведку не пошел!

Анка:

— Ты что, Петька, я же большевичка, я же за Советскую Власть жизни не пожалею!

Петька:

— Нет, не пошел бы.

Анка:

— Боишься, что подведу? Да я же стреляю и дерусь не хуже любого мужика!

Петька:

— Нет, не пошел бы.

Анка:

— Но почему?

Петька:

— Проебем мы с тобой всю разведку!

* * *

В отряд к Чапаеву пришел записываться каратист — хвалится, что все может.

— А лом согнуть?

— Могу и лом.

Тут же построили всех — посмотреть на это чудо. Каратист говорит:

— Нужен помощник поздоровее.

Разводит ему руки в стороны, вкладывает в них лом… разбегается… хрясь ногой по яйцам! Мужик:

— ЫЫЫЫЫ!!!!!

Лом медленно сгибается…

* * *

Петька — Чапаеву:

— Василь Иваныч, как ты думаешь — кто будет президентом России?

— Конечно же, Путин, Петька. Но звать его будут Иванов…

— А, понимаю, для конспирации…

— Нет, Петька, для Конституции.

* * *

Подведены итоги конкурса проектов новых памятников, которые в самое ближайшее время украсят столицу и другие российские города. Знакомим вас с некоторыми проектами-победителями.

Монумент «Торжество закона». Генеральный прокурор Устинов надевает наручники Венере Милосской.

Монумент «Торжество закона» (второй вариант). Князь Юрий Долгорукий протягивает свои длинные руки в окна Моссовета.

Монумент «Родина-Мать зовет!» Знаменитая скульптура Вучетича с Мамаева кургана устанавливается в Лондоне, напротив окон квартиры Б. А. Березовского.

Монумент «Союз России и Белоруссии». На постаменте-татами Владимир Путин показывает приемы дзюдо отмахивающемуся клюшкой Александру Лукашенко.

Памятник антитеррористической операции. Генерал забирает оружие у незаконного бандформирования и передает его законному.

Памятник русскому мужику. Мраморный Борис Моисеев строит дом, сажает дерево и рожает сына.

Памятник русской женщине. Дородная баба затаскивает упирающегося коня в горящую избу.

Памятник российской налоговой полиции. Люди в камуфляже отпиливают 13 процентов от кармана Минина и меча Пожарского.

Памятник мэру Москвы. Измерительный метр в кепке.

Памятник русскому патриоту. Жириновский, тягающий за волосы старушку-Европу.

Памятник российскому спорту. Рабочий и колхозница метают серп и молот.

Памятник российскому спорту (второй вариант). Рабочий и колхозница фехтуют на серпе и молоте.

Памятник стиранию граней между городом и деревней. Колхозница серпом отрезает яйца рабочему.

Памятник первооткрывателям (работы Церетели). Колумб и Петр I с топорами (прорубают окна в Америку и Европу).

Памятник русскому анекдоту. Чапаев на «Запорожце», въехавшем в «Мерседес» нового русского (Штирлица). Рядом — гаишник-чукча Абрамович.

Памятник российскому командированному. Гранитная кровать. На ней бронзовая баба. Под ней бронзовый мужик.

Памятник русскому энергетику. Анатолий Чубайс отключает солнце за долги Гидрометеоцентра.

Памятник русской литературе. Гоголь сжигает второй том собрания сочинений Марининой.

* * *

Рыбачит Василий Иванович, а сам думу думает: «вот херня какая пошла, Анка в Петьку влюбилась — сука, отряд мой совсем разложился — пьють, буянють, о долге воинском совсем забыли». В общем, невеселые мысли. И тут, раз, вылавливает золотую рыбку. Ну как положено рыбка говорит — исполню, мол, три твоих желания, Иваныч, только отпусти меня. Воспрянул Василий Иванович:

— Значить, первое — хочу, чтоб Анка-сука в меня по уши влюбилась.

— Исполняю, Иваныч, — говорит рыбка.

— Второе, хочу чтоб отряд тут появился, да чтоб не пили, а службу воинскую знали.

— Исполняю, — говорит рыбка и появляются бойцы, да все крепкие, статные, здоровые и румяные. Василий Иванович аж ахнул: «Ебать меня!»

* * *

Выпустил Василий Иванович приказ, если от кого учует запах алкоголя — на хрен к стенке. На следующее утро все строятся, все трезвые, один Петька в сиську пьяный. Василий Иванович к нему с наганом, а от него не пахнет. Василий Иванович:

— Петька, поделись секретом, а то выпить охота, а перед ребятами неудобно.

— Василий Иванович, все просто — метод клизмы. Василий Иванович пошел в сортир, час нету, два, три. Выходит. Петька:

— Ты чего так долго, Василий Иванович? Василий Иванович:

— Так с огурцом долго возился.

* * *

Василий Иванович спрашивает Петьку:

— Как это хохлы пятиметровую свинью выращивают?

— А они, Василий Иванович, задние ноги бетонируют, а корыто отставляют все дальше и дальше…

* * *

«Врешь! Не возьмешь!» — отчаянно отбивался Василий Иванович от Анки, все еще надеясь избежать орального секса.

* * *

Послал Василий Иванович Петьку учиться на художника. Через год Петька приезжает. А Василий Иванович его спрашивает:

— Привез ли какую-нибудь картину?

— Да.

— Покажи. Петька достает черный лист бумаги. Чапаев его спрашивает:

— Как называется?

— Негры ночью воруют уголь!

* * *

Василий Иванович и Петька на речке. Смотрят — плывет баржа с драгоценностями. Доплыли, набрали, сколько смогли, плывут обратно.

— Василий Иванович, не могу больше плыть!

— Брось мешок с золотом.

Бросил.

— Василий Иванович, тону!

— Отстегни мешочек с брюликами.

Отстегнул. Немного до берега осталось…

— Василий Иванович! Тону, нет сил совсем!

— Сними шлем золотой!

— Ага, может тебе еще и баржу от ноги отвязать!!!

* * *

Чапаев приказал Петьке сварить зайца.

— Где я его возьму, Василий Иванович? Здесь зайцы не водятся.

— Это приказ, Петька! Я часок вздремну, а когда встану, чтоб была зайчатина.

Просыпается Чапаев и чувствует мясной запах. Видит Петька у котла шурует.

— Петька, ты молодец! Расскажи, где ты его достал?

— Взял я винтовку, вышел на крыльцо, бежит заяц. Я в него бабах! Он и мяукнуть не успел.

* * *

— Василий Иванович, — спрашивает Петька, — что такое «двойные стандарты»?

Подумал Чапай и говорит:

— Вот ты, Петька, когда с Анкой любишься, ей приятно?

— Конечно!

— И ты этому рад?

— Еще как!

— А когда я с ней люблюсь, ей ведь тоже приятно! Но ты этому совсем не рад. Вот таким макаром, Петька, ты применяешь в отношении Анки двойные стандарты!

* * *

Приходит Василий Иванович домой пьяный в дым, а Петька сидит дома злой и трезвый. Думает:

— Ну ладно, попомню я тебе это.

Взял пластилин и Чапаю второй член из него вылепил, прилепил и спать лег. Среди ночи Петька просыпается от истошного крика и понять ничего не может, забыл-то уже, что ночью вытворил. А Чапай сидит посреди комнаты и орет:

— Петька, пить бросаю, не поверишь, просыпаюсь, а у меня два члена. Я один оторвал, а второй сам отпал.

* * *

Чапай плывет через реку, вокруг пули фонтанчики поднимают все ближе и ближе.

— Петька! — орет Василий Иванович. — Что они творят! Режиссер обещал, что патроны холостые будут!

— Василь Иваныч! — кричит в ответ Петька. — А ты сценарий до конца прочитал?

* * *

США. Капитолийские холмы. Возле Капитолия прогуливаются Петька и Чапай. Петька:

— Василь Иваныч! А ты знаешь трех самых великих американских евреев, а?

Чапай:

— Хе! Петька! Ну кто же их не знает! Это Бэтман, Спайдерман и Суперман!

* * *

Василий Иванович с Петькой пошли на спектакль «Лампа Алладина». А Петька перед этим пива попил — ну и в туалет захотелось. Час терпит, полтора часа терпит — не выдержал — выскакивает в коридор, а там двери. Он в первую дверь — касса, во вторую — директор, в третью — бухгалтерия, в четвертую — темно и горшок стоит. Петька к горшку подбегает:

— Фф-ф-фуу-у-у-у-у-уу-у-у!..

Ну, довольный возвращается в зал, а там все лежат от смеха. Петька к Чапаеву, а тот говорит:

— Когда ты, Петька, вышел на сцену — зал подумал, что это такая роль. Когда ты поссал в горшок — зал притих. Когда ты уходил — зал молчал. Но когда из горшка вылез джин и сказал, что это не роль, а пиздец, и что с завтрашнего дня он объявляет забастовку — зал не выдержал..

* * *

Чапаев на чемпионате мира по плаванью, дистанция 100 м. Петька, тренер, говорит В.И-чу: «не волнуйся, я гарантирую, на трибунах все без оружия»

* * *

— Василь Иваныч, Василь Иваныч!! Там, на том берегу Анка с беляками ебётся!!

— Тише, Петька, мы начали бактериологическую войну..

* * *

— Василий Иванович, у вас чулок нет?

— А зачем тебе, Петька? Ты что, извращенец?

— Да нет. Надо кассу по-быстрому взять.

— Кассу? В чулках? Красиво…

* * *

— Василий Иванович, там селяне старого педофила поймали!

— Ну так расстреляйте.

— Дык боязно. Он божится, что Ленина знал еще мальчиком!

* * *

— Анка, стреляй! Бей белых!

— Ох, Петька, чую я: сегодня побьем белых, так через семьдесят лет черные заявятся!

* * *

Прибегает Петька к Василию Ивановичу:

— Василий Иванович!! Белые в лесу.

— Садись, Петька, выпьем.

Выпили. Опять прибегает Петька.

— Василий Иванович!! Белые к деревне подходят!!

— Садись, Петька, выпьем.

Выпили. Опять прибегает Петька.

— Василий Иванович!! Белые в деревню входят!!

— Садись, Петька, выпьем.

Выпили. В.И.:

— Петька, ты меня видишь?

П.:

— Не-а.

В.И.: — И я тебя не-а, хорошо замаскировались.

Тут распахивается дверь, входят белые и говорят:

— Тьфу-ты, и здесь никого нет.

* * *

Вбегает Петька к Чапаеву в штаб и кричит:

— Василий Иванович! Анка подорвалась на мине!

— Я знаю. «Тампакс» в окно залетел.

* * *

Спрашивает как-то Петька у Василия Ивановича:

— Скажи мне как боевой командир, как старший товарищ, чем отличается эротика от порнографии?

— Я, Петька, по этому поводу думаю так. Если ты кого-нибудь, то это эротика. Ну, а если тебя — то чистая порнография.

* * *

Петька говорит Анке:

— Вот хороший ты человек. Да и боец отличный. Василий Иванович даже говорит, что ты с пулеметом спишь.

— Ну это он о себе слишком хорошего мнения!

* * *

Вопрос: Какой болезнью можно было заразиться от В. И. Чапаева?

Ответ: СПИД-ом

Вопрос: Почему?

Ответ: ВИЧ-инфекция

* * *

Решили в одном городе увековечить память Чапаева. Построили в центре бассейн, на поверхности которого вечно булькают прощальные пузырьки.

* * *

— Петька, это ничего, что я с Анкой переспал?

— Да ничего, Василь Иваныч, ты ж мой командир!

— А пошто спать не ложишься?

— Так жду, когда ты уснешь — я ж твой ординарец!

— А зачем саблю точишь?

* * *

Петька допытывается у Чапаева:

— Василий Иваныч, а вот ты два литра водки выпить можешь?

— Конечно могу, Петька, а как выпью — такие идеи задвигаю!

— Василий Иваныч, а травы — целый косяк — можешь скурить?

— Да запросто, как накурюсь — выхожу перед дивизией речи толкать, так прет!

— Василий Иваныч, а грибов можешь сожрать горсть? А потом, наверное, книги писать тянет, философию всякую, да?

— Не, Петька, грибов, а потом философию — не могу.

— А вот товарищ Ленин — может!

* * *

— Василий Иваныч, скажи честно — ты с Анкой спал?

— Хм… Как мне ни больно говорить тебе об этом, Петька — спал!

— Да совсем не больно! Несколько уколов и у вас тоже все пройдет!

* * *

Разговор в антикварной лавке:

— Скажите, это у вас Чапаев на коне?

— Нет, это свинья-копилка

— Ах-х-хренеть!!! Заверните!

* * *

Вопрос к армянскому радио:

— Кто из великих философов сказал, что в одну реку нельзя войти дважды?

— Чапаев!

* * *

Мальчишки-пятиклассники читаю афиши у кинотеатра:

— Эротика, эротика, эротика… — В сердцах: — Опять эта эротика… Хоть «Чапаева» показали бы… что-ли…

* * *

Бегут Чапаев с Петькой от белых. Прибежали на реку, Чапаев говорит: «Петька, ты прячься в воде, а я спрячусь под лодкой.» Ну спрятались. Белые прибежали, поискали поискали, не нашли и ушли. Петька вылез и решил, что Чапаев умер. Много лет спустя, после революции: Пришел Петька с детьми (уже учитель): «Вот здесь, дети, погиб великий герой Чапаев!» Вдруг раздается голос из-под лодки: «Петька, белые уже ушли? Можно вылезать?»

* * *

Чапаев и Петька удирают от белых. Проезжая под деревом, Чапаев и говорит:

— Петька, давай подтянемся на самом нижнем суку и повисим. Белые авось не заметят и уедут.

— Хорошо, Василий Иваныч. Подтянулись они оба и висят. Вдруг Петька говорит, чуть не плача:

— Василий Иваныч, а Василий Иваныч, я больше не могу… Падаю!

— Держись, Петька, а то застрелю! Через полчаса Петька опять заныл…

— Василий Иваныч, а Василий Иваныч, я больше не могу… Падаю!

— Держись, Петька, а то застрелю! Через еще полчаса Петька опять за свое:

— Василий Иваныч, а Василий Иваныч, я больше не могу… Падаю!

— Держись, Петька, а то застрелю! Прошло еще полчаса, и Петька говорит:

— Василий Иваныч, а коня хоть отпустить можно? А то он у меня между ногами задохнется…

* * *

Бегут Василий Иванович и Петька от белых. Петька:

— Василий Иванович, я залезу на дерево, а вы спрячьтесь в пруд. Василий Иванович:

— Хорошо. А как белые пробегут, кинь камушек, я вылезу…

Белые пробежали, а Петька на радостях забыл кинуть камушек…

Через много лет Петька стал учителем. Привел он свой класс к пруду этому и говорит:

— Вот, ребята, здесь когда-то погиб мой лучший друг Василий Иванович. Давайте исполним его последнюю волю — кинем камушек.

Поднял Петька с земли камень и кинул его в воду. Из пруда высовывается голова Василия Ивановича:

— Ну что, Петька, белые пробежали?

* * *

Летят Чапаев, Петька и Фурманов в тыл врага. После прыжка Чапаева Петька спрашивает у Фурманова:

— А где ваши фирменные золотые часы?

— Да Василий Иванович взял до вечера поносить.

— А вдруг он их продаст кому или потеряет?

— Да нет! Он вон парашют под залог оставил!

* * *

Чапай и Петька заспорили, чья будет Анка. Василь Иваныч: «Моя!» Петька: «Нет, моя!» Наконец порешили, кому первому Анка скажет «люблю», того она и будет. Петька вырядился в красные шаровары, каракулевую шапку надел — и к Анке. А Анка только мычит да матерится. Василь Иваныч тогда взял бутылку водки и кусок сала — и тоже к Анке:

— Анка, водку с салом любишь?

Анка:

— Люблю!

* * *

Василий Иванович, Петька и Анка делают зарядку. Раз-два левой! — командует Василий Иванович. Раз-два правой! Раз-два средней! Анка! Почему не в ногу???

* * *

Петька и Чапаев убегают от белых. Чапаев на ходу срывает соломинку и ныряет в бочку с водой. Белые поймали Петьку и спрашивают:

— Ну какое твое последнее желание? Петька подходит к бочке, где Чапаев спрятался, выдергивает соломинку из воды и говорит:

— Да вот эту соломинку охота пожевать.

* * *

— Василий Иванович! Анка пала смертью храбрых!

— Что, что случилось?

— Она палец порезала, так я ее пристрелил, чтобы не мучилась.

* * *

— Василий Иванович, Анка-то блондинкой стала.

— Как это так, Петька?

— Да покрасилась.

— Этого еще не хватало. И так она у нас дура дурой…

— Дура-то дура, а только теперь вместо тачанки бронированный «Мерседес» требует.

* * *

Петька спрашивает у Василия Ивановича: «Василий Иванович, ты за кого: за национал-большевиков, али за интернационал-демократов?…» — Ну, и как вы думаете, что ответил Петьке народный герой Чапаев?

* * *

Подходит Василий Иванович к Анке и говорит:

— Ну что, Анка, пойдем искупаемся? До того берега сплаваем.

— Ты че, Чапай, охренел, с кем я обратно-то потом поплыву?

* * *

Фурманов спрашивает у Чапаева:

— Василий Иванович, ты за какой блок голосовать будешь: ЛДПР, КПРФ, ОВР, ЕМ, СПС, НДР или за какой другой?

Чапаев, хитро глядя, на Фурманова:

— А вот ты скажи, Фурманов, где Владимир Ильич?

— Известно где, он уже давно в гробу.

— И я за этот блок голосовать буду, он для трудового человека нынче самый родной.

* * *

Собрался Чапай в командировку, думает, как бы Анку за время его отсутствия не трахнули. Думал, думал, придумал. Засунул ей в одно место опасную бритву и уехал со спокойной душой. Приезжает через две недели и первым делом строит эскадрон на плацу. Дает команду — Снять штаны! Все сняли. Чапай глядит, у всех бойцов члены напополам! У одного Петьки все нормально. Расстроился, конечно, Чапай, что только один Петька удержался, да что делать. Чапай подходит к нему и говорит:

— Петька, от лица командования объявляю тебе благодарность за проявленную стойкость!

Петька:

— Мым-м-м-м…

* * *

Василий Иванович приходит к Анке, расстегивает ширинку и говорит:

— А сейчас, Анка, тобой займутся компетентные органы.

* * *

Василий Иванович перед уходом говорит Анке, что мол должен прийти Петька и что-то попросить (что именно, Василий Иванович забыл), ты ему это дай… Вечером Василий Иванович возвращается домой и спрашивает Анку:

— Петька приходил?

— Приходил…

— Что просил?

— Просил дать коловорот…

— Ну ты дала?

— Около ворот народу много было, я дала в сарае…

* * *

Едут, значит, Василий Иванович и Петька на машине. Видят: голосует на дороге девушка. Решили остановиться… Девушка, значит, заглядывает в машину, а они ее и спрашивают:

— Чем, мол, расплачиваться будешь? А девушка и говорит:

— Натурой.

Василий Иванович:

— Петька, тебе натура нужна?

Петька:

— Не, не нужна.

Василий Иванович:

— И мне не нужна. Поехали… Едут, значит, дальше.

Василий Иванович и спрашивает:

— Петька, ты знаешь, что такое «натура»?

Петька:

— Нет. Василий Иванович:

— Поехали, хоть спросим… Развернулись, значит, возвращаются. Девушка все стоит.

Они ее и спрашивают:

— А че такое «натура»??? Девушка:

— Сниму трусы и дам…

Василий Иванович:

— Петька, тебе, трусы нужны?

Петька:

— Нет. Василий Иванович:

— И мне не нужны.

Поехали…

* * *

Приходит Фурманов к Чапаеву и говорит:

— Василий Иванович, выручайте, помогите провести соревнования по бегу.

— Ой, да не могу я, спешу!

— Да Василий Иванович, так это ж недолго!

— Ну ладно, говори, что надо делать.

— Да надо из стартового пистолета пострелять.

— (после небольшого раздумья) Слушай, а может, чтоб побыстрей, я лучше из стартового пулемета постреляю!

* * *

Раздает Василий Иванович в армии зарплату.

— Значит, так. Мне 100 рублей, Петьке — 100 рублей, Фурманову — 100 рублей, а всем остальным — факт на лицо.

Петька постоял озабоченно и побежал к Фурманову.

— Слушай, Фурманов, сейчас Василий Иванович зарплату раздавал: мне, тебе и себе по 100 рублей начислил, а всем остальным факт на лицо, что это значит, растолкуй.

— Ну, понимаешь, Петька, Василий Иванович человек культурный. Он же не мог сказать, что всем остальным хуй на рыло.

* * *

Василий Иваныч — в окопе, Анка — за пулеметом. Белые наступают.

— Стреляй, Анка! Анка не стреляет. Белые совсем близко.

— Анка, стреляй! Не стреляет Анка.

— Анка, стреляй, а не то выебу!

— Что-то вы, Василий Иваныч, все обещаете…

* * *

Вернулся Василий Иванович из турпоездки по Азии, собрал дивизию и докладывает о текущем моменте на индийском субконтиненте, типа, когда там советская власть будет. Бойцы слушают его внимательно, старательно конспектируют, только Петька с Фурмановым сидят в уголочке, все перешептываются да пересмеиваются. «Ну, — думает Василий Иванович, — после лекции вызову обоих на ковер и пропесочу хорошенько, хотя нет, только Петьку, ведь Фурманов — депутат думы от КПРФ, лицо неприкосновенное». Вызывает Петьку, а тот сразу с порога:

— А вот Фурманов говорит, что ты, Василий Иванович, все переврал в своем докладе. Страна, о которой ты говорил, называется не Пукистан, а Пакистан, и названа она не в честь нашего президента, а в честь генерального секретаря ООН.

— Дурак ты, Петька, и Фурманов твой дурак и врун. А помнишь, как в прошлом году он нам докладывал о своей работе в думе? Так вот только потом нам стало известно, что «склизкое грызло» это не болезнь такая, а два разных человека.

* * *

Василий Иванович спрашивает как-то у Анки:

— Анка, а на хрена тебе тампаксы нужны?

— Да вот, понимаешь, в трудные дни выручает.

— А! это когда белые наступают?

— Нет, когда белые наступают, то не тампаксы, а памперсы помогают!

* * *

Фурманов спрашивает Чапаева:

— За кого будет народ через 100 лет, за коммунистов или капиталистов?

Чапаев спрашивает:

— А коммунисты через 100 лет водку не запретят? Вот при ком пить можно будет, за того и будет народ!

* * *

Сидят Василий Иванович с Петькой, бухают. Петька:

— Василий Иванович, не пей много, тебе нельзя. А тот все наливает.

Петька опять:

— Ну Василий Иванович, не пей так много, нельзя тебе!

Василий Иванович:

— Чего это мне нельзя?

Петька:

— Так тебе ж завтра почти до середины реки доплыть нужно!

* * *

Василий Иванович спрашивает Петьку, приехавшего из Америки и щеголяющего в новеньких джинсах:

— Это что за штаны такие?

— Это новая мода из Америки — джинсы, Василий Иванович, цвета индиго! На следующий день Петька видит — идет Василий Иванович в галифе, которые обрезаны по колено. Петька спрашивает:

— Что это на вас, Василий Иванович?

— Это новая мода, Петька, джинсы цвета картофельной ботвы.

— А-а, то-то я смотрю — клубни свисают!!!

* * *

Василий Иванович, Петька и весь их отряд отправился на корпоративный пикник на Багамы. Возвращаются, рассматривают фотки. Вдруг Василий Иванович начинает мелко трястись от хохота. Петка: «Василий Иванович, что случилось?» «Да Петька, ну и видок же у тебя в купальнике! Чресло как у лошади!» «Василий Иванович! Это у Аньки как у лошади, у меня — как у Коня!!!»

* * *

Василий Иванович и Петька сочиняют стихи.

В.И.:

— Вот, посмотри: я стих написал. «Стоит статУя в лучах заката.» Ну как, Петь?!

П.:

— Хорошо, хорошо. Только вот мало. Ты бы, Василий Иванович, побольше, ну там на природе что-нибудь.

— Хорошо, Петька.

Приносит: «Стоит статУя в лучах заката, с огромным хуем, в руках граната.»

— Василий Иванович, ты что, мат убери, разве так можно?

В.И. исправляет: «Стоит статУя в лучах заката, уже без хуя, в руках граната.»

* * *

Поехал Василий Иванович в Индию, ходит по улицам Дели, удивляется. Вдруг подходит к нему йог и просит:

— Налей стакан водки.

— С какой стати, — говорит Василий Иванович.

— Да ты не бойся, я пить не буду, а фокус тебе покажу. Налил Василий Иванович стакан, а йог уставился на водку и смотрит, смотрит, вдруг — раз, и падает на бок. Народ сбежался, вызвали врача. Врач осмотрел йога и говорит:

— Алкогольное отравление! Вернулся Василий Иванович домой и бегом к Петьке:

— Петька, налей мне стакан водки — я тебе фокус индийский покажу! Налил Петька водки, Василий Иванович уставился на стакан, смотрит, смотрит, вдруг падает. Вызвали врача, тот ставит диагноз:

— Захлебнулся слюной!

* * *

Василий Иванович спрашивает Петьку:

— Петька, это че это у тебя в штанах шевелится?

— Это, Василий Иванович, мой пейджер вибрирует.

— Ну, пусть себе вибрирует, главное — чтобы стоял.

* * *

Чапаев делает Анке операцию аппендицита. Петька ассистирует.

— Скальпель! Спирт! Зажим! Спирт! Тампон! Спирт! Спирт! Спирт! Огурчик!

* * *

— Василий Иванович! У нас с Анкой сын родился!

— Поздравляю, Петька! А на кого похож-то?

— Так малец еще совсем! Хотя… Уже пытается ус подкручивать и к шашке тянется…

* * *

Лежит на печке Василий Иванович, уставший. Вдруг влетает Петька:

— Василий Иванович, беляки в атаку пошли! Где граната?

— Вон там, в углу лежит, — не поднимаясь, отвечает Чапаев. — Когда атаку отобьешь, положи гранату на место.

* * *

Приехали Василий Иванович с Петькой в Америку. Ну, поиздержались, пошли на вэлфер устраиваться. Огромная очередь, они в самом хвосте. Василий Иванович говорит Петьке:

— Что-то уж больно здесь подозрительно, сгонял бы ты, Петька, на разведку. Через некоторое время Петька возвращается, довольный:

— Все в порядке, Василий Иванович, белых впереди нет.

* * *

Василий Иванович и Петька идут по улице. Петька говорит:

— Василий Иванович, а хочешь я тебе пейджер покажу?

— Да неудобно как-то, Петька, лучше дома покажешь! — отвечает Василий Иванович.

* * *

Василий Иванович строго спрашивает Петьку:

— Это ты на моем столе фанерку отодрал?

— Да что вы, Василий Иванович, я и имен-то таких не знаю!

* * *

Вторая годовщина Великой Октябрьской революции. Василий Иванович вызывает Петьку:

— Слышь Петро, в станице митинг будет о текущем моменте, хорошо бы его гимном каким начать. Патефон мы у белых отбили а пластинки нет, достанешь?

— Так точно Василий Иванович!

26 октября. На главной площади выстроен личный состав дивизии и местные жители. Василий Иванович гордо кивает в сторону Петьки. Тот заводит патефон:

— Шлюха…

Василий Иванович зло косится в сторону Петьки. Тот заводит пластинку снова:

— Шлюха…

Вслед за убегающим от Василия Ивановича Петькой несется песня: «Шлюхай товарищ война началась..»

* * *

Василий Иванович и Петька пошли в заповедник. Василий Иванович говорит Петьке:

— Давай белку украдем? Петька:

— Да вы что, Василий Иваныч?!

— Давай, давай, Петька. клади ее себе в штаны! Нечего делать, положил. Идут дальше, вдруг Петька говорит:

— Ой, Василий Иваныч, не могу!

— Терпи, Петька, терпи! Дальше идут:

— Ой, Василий Иваныч, не могу-y…

— Терпи, Петька, терпи! Через некоторое время:

— Ой, Василий Иваныч, не могу-y-y!!!

— Терпи, Петька!

— Не могу терпеть! Сначала, когда она приняла мою жопу за дупло, я еще терпел. Потом, когда она приняла мои яйца за орехи, я еще терпел. Но когда она потащила орехи в дупло, я не вытерпел!!!

* * *

Решил Василий Иванович перевоспитываться. Поехал по путевке в Японию. Сидит в ресторане, культурный такой, ни одного нецензурного слова. А за соседним столиком девушка сидит красивая, японка. Ну, не выдержал Василий Иванович, подходит:

— Разрешите познакомиться. Как вас зовут?

— Меня? Сукасима. А вас?

— …Василий Иванович… самец.

* * *

Василий Иванович построил дивизию и спрашивает:

— Скажите, птицам деньги нужны?

— Да нет, Василий Иванович.

— Так вот, орлы, я вашу зарплату пропил.

* * *

Петька и Василий Иванович решили врачевать. Входит больной и говорит:

— Доктор, у меня обоняние пропало. Василий Иванович:

— Петька, таблетку номер девять.

Больной, проглатывая:

— Да это ж козья какашка.

— Петька, пиши: обоняние восстановлено. На следующий день тот же больной.

— Доктор, у меня пропала память.

— Петька, таблетку номер девять.

— Да это ж козья…

— Петька, пиши: память в норме.

* * *

Петька и Василий Иванович идут по одной из многочисленных улиц Токио. Видят объявление: «Школа каратэ».

— Ну что, Петя, зайдем?

— Нет, Василий Иванович, там я уже был, бьют, как долбней. Василий Иванович пошел один. Слышны крики, стоны, вопли. Через 15 минут Чапаев выходит и вытирает пот:

— Каратэ, каратэ, только один шустрый попался, еле шашкой достал…

* * *

Василий Иванович с Петькой уехали в Америку. Через год возвращается загорелый Василий Иванович, в шортах, жующий резинку, с обезьянкой на поводке. Анка ему:

— Василий Иваныч, ты так изменился. Чапаев:

— А Петька-то, Петька!

* * *

Василий Иванович просыпается с бодуна — голова трещит, ничего не помнит. Зовет Петьку и спрашивает:

— Петруха, я что вчера, здорово перебрал?

— Да выпили, Василий Иванович, неплохо.

— Слушай, а я буянил сильно?

— Да нет, Василий Иванович, не то чтоб очень…

— Слушай, а я не побил никого?

— Да нет, Василий Иванович, никого не побили, а вот только под конец вынули шашку и гонялись за Котовским по всему селу и орали: «Зачем залупе уши?»

* * *

Чапаев плывет с раненой рукой. Гребет-гребет одной, a над ним орел кружит. Кружит-кружит, спускается ниже, смотрит внимательно на B.И., взмывает обратно. Чапаев дальше плывет. Гребет-гребет одной, a орел все кружит-кружит… Кружит-кружит, спускается ниже, смотрит опять, взмывает обратно. A Чапаев все гребет-гребет… A орел все кружит-кружит… Снова спускается, смотрит… Чапаев у него спрашивает:

— Слышь, a ты чe смотришь все?

— Сдается мне, мужик, что ты дрочишь..

* * *

Спрашивает как-то Василий Иванович у Фурманова:

— Слушай, как это у тебя получается: водку ты пьешь регулярно, а перегаром от тебя не пахнет? Фурманов:

— Дак народный способ.

— Как это?

— Заливаешь в клизму водку и через задницу заполняешься. Запаха — никакого, а эффект — тот же самый. Hа следующий день Фурманов видит, как Василий Иванович вдрызг пьяный ковыляет на раскоряченных колесом ногах по плацу.

— Василь Иваныч, ты че это?

— Дык, это…, народный способ …ик.

— А че у тя с ногами?

— Дык, это… ик, огурцом з-закусил.

* * *

Прыгают как-то Петька и Василий Иванович с парашютом. Петька спрашивает:

— Василий Иванович, пора парашют раскрывать?

— А скока метров до земли?

— Три тысячи.

— Да нет, Петька, рано еще. Через две минуты:

— Василий Иванович, пора парашют раскрывать?

— А скока метров до земли?

— Тысяча.

— Да нет, Петька, рано еще. Через минуту:

— Василий Иванович, пора парашют раскрывать?

— А скока метров до земли?

— Три.

— Да с трех метров мы и без парашюта спрыгнем!

* * *

Василий Иванович размышляет вслух:

— Вот, Петька, построим мы на этом берегу дома красивые, большие, здесь будет музей, здесь театр, а там консерваторию построим…

— А это зачем?

— Ничего, Петь, пусть люди консервами питаются!

* * *

Василий Иванович спрашивает у Петьки

— Когда долг за разбитую тачанку отдашь? Смотри, счетчик включу!

— Ивныч включай, а то мне за неуплату электричество рубанули.

* * *

Василий Иванович делает операцию.

— Халат!

— Перчатки!

— Скальпель!

— Зажим!

— Тампон!

— Еще зажим!

— Спирт!

— Спирт!

— Огурец! Ланцет! Шинкуй!

— Еще спирт!

— Шашку!

— Йода!

— Йода, научи меня, как стать джедаем!..

* * *

Сидят Петька и Василий Иванович на пальме. Подошел к пальме слон и начал ее трясти.

— Василий Иванович, а может здесь его гнездо?

— Ты дурак, Петька. Они ведь в норах живут.

* * *

Встречаются Василий Иванович с Петькой. А пожениться не могут.

* * *

Петька и Василий Иванович пишут сочинение на тему «Как вы провели лето». «Мы собирали….»

— Петька, как писать: пЫзурьки или пИзурьки?

— Да шут его знает, пиши флЮкончики.

* * *

Поехали Василий Иванович с Петькой в Америку по обмену военным опытом. Встретили их там как подобает по высокому разряду. Напоили, накормили, да и девок подложили. Девка Василия Ивановича просит его свет в номере отеля не выключать, а он выключил. А Петька, так при свете был не против заниматься любовью со своей девкой в своем номере. Пришло время уезжать и вручают Петьке деньги в сумме 1000 баксов, а Василию Ивановичу — в два раза меньше. Недоумевает Василий Иванович: «А почему это Петьке какому-то 1000, а мне только лишь 500?» Ему разъяснили так: «Петьку, Василий Иванович, с девкой по радио слушали и в прямом эфире по телеку показывали, а вас — американцы только по радио слушали».

* * *

Ползут Анка, за ней Василий Иваныч, следом Петька, в разведку. Василий Иваныч достает Анку расспросами:

— Анка, ты случаем в балете не была?

— Не, а чего?

— Да уж больно ноги у тебя красивые…

— Анка, ты художественной гимнастикой не занималась?

— Не, а чего?

— Да уж больно фигура у тебя стройная…

…Надоело Петьке слушать все это:

— Василий Иваныч, а ты пахарем никогда не был?

— Нет, а что?

— Да уж больно борозда после тебя глубокая…

* * *

Чапаев с Петькой отстреливаются в окопе от белых. Пули свистят, снаряды рвутся. Петька подползает к Чапаеву.

— Василий Иванович, я стихотворение сочинил!

— Какое еще стихотворение?

— Чапай — наливай!

— Эх, Петька, нашел ты время о ПОЭЗИИ думать!

* * *

— Василий Иванович, вы еврей?

— Видишь ли, Петр…

* * *

— Ну и дубовый же ты Василий Иванович.

— Да, Петька, я крепкий мужик. А вообще то ты меня натолкнул на мысль, — в жизни я еще так много не успел… построить дом, родить дерево, посадить сына. Ну, положим, казарму я построил и дерево родил, а вот посадить забыл. Поэтому посажу ка я тебя, Петька, в школу прапорщиков.

— А нафига Василь Иваныч?

— Дык, на завтра я приказал посадить вокруг части молодую дубовую рощу. С начала наш лесопарк я назову «Молодое дубье России», а потом когда дубы окрепнут в них будут переселяться души умерших прапорщиков и, конечно, старшего командного состава.

— Да, Василь Иваныч, ты как всегда прав — велика Россея, в ней растет много дерева, но на всех дубья не хватает.

* * *

— Василий Иванович, а ты бабу бы смог?

— Смог бы Петька, смог.

— А в жопу, Василий Иванович, а?

— Подучиться немного и в жопу бы смог.

— А в рот, Василий Иванович, а?

— Не-а в рот бы не смог, языкам не обучен. Да не вертись, ты, чертова болячка, — заворот кишок получишь!

* * *

Поспорил как-то Василий Иванович с Поддубным, что Петька — ученик его — продержится в поединке ровно минуту и ни разу не закричит. Ну Петька сказал: «Запросто!» и сошелся с Поддубным. Василий Иванович стоит, время отсчитывает. Вдруг, когда уже 59 секунд прошло, раздается Петькин крик из клубов пыли. Проспорил Чапай, в общем. Ну после уже Петьку спрашивает, что ты, мло, друг, одну секунду потерпеть не мог?

Петька:

— Понимаешь, все в начале хорошо пошло — он меня скрутил, и я в самом начале боя вырубился. Прихожу в себя — смотрю, передо мной задница! Ну, думаю, щас я его укушу — сам заорет! Раз!!! А задница-то моя!!!!

* * *

Послал Василий Иванович Петьку в разведку. Пошел Петька, идет — хорошо, солнышко светит, травка зеленеет, птички поют. В общем красота. Сходил в разведку, возвращается — небо хмурое, все заволокло тучами, травка вся сухая стоит, ни одна птица не поет — жуть. Смотрит, Василий Иванович на берегу речки сидит задумчивый… Спрашивает Петька:

— Василий Иванович, чего случилось? Чего такой задумчивый?

— Да вот думаю, Петька, стирать мне второй носок или нет???

* * *

— Петька! Где Анка?

— Не волнуйся, Василь Иваныч! Анка под контролем!

— Чё, Фурманов фамилию поменял?!

* * *

Петька приехал из Англии, где учился в университете. Василий Иванович спрашивает, как там живут, как люди, как обычаи. Тут Петька решил Василию Иванычу показать как высший свет ходят в ресторан. Пригласил Василия Иваныча в ресторан «Белые Ночи», оделся в костюмчик-троечку, при галстучке, в очечках, уголочек носового платочка из кармашка торчит. Василий Иваныч как увидел, решил не ударить лицом в жижу, застеснялся своих шаровар и выцветшей рубахи… Петька заказывает официанту перед едой: «Декафеиновое кофе и большой кофейник…» Тут Василий Иванович замешкался, потом как выпалит: «Большой стакан безалкогольной водки…» — мол, тоже интеллигентный. Официант несет кофе для Петьки и стакан воды из-под крана Василию Ивановичу. Василий Иваныч залпом его, рукавом занюхал, понял, что обычная вода, спрашивает у официанта: «А че водкой не пахнет, где же безалкогольный запах?» Короче, официант дохнул ему в нос и спросил: «Чуешь?!»

* * *

— Василий Иванович, белого привезли!

— А-а, хор-рошо, П-петя, посчитай, с-сколько ящиков — и в ш-штаб!

* * *

— Василий Иванович, танки на огороде!

— Да ну их! Я вчера о них новую шашку затупил.

* * *

Василий Иванович с Петькой переправляются на корабле через Урал. Вдруг капитан командует: «Отдать концы в воду!».

— Слышь, Петька, — говорит Василий Иваныч, — надо приказ выполнять. Делать нечего — сидят оба у борта, и концы в воду опущены.

— Ой, — вздыхает Петька, — вода-то холодная.

— Да, — поддакивает Василий Иваныч, — и дно больно каменистое.

* * *

— Василий Иванович, танки в городе!

— Гони их нафиг Петька, самим жрать нечего!

* * *

Зашел как-то Василий Иванович к Петьке пивка попить, а у того пива и нет. Петька говорит:

— Я сейчас сбегаю, а ты тут подожди. И побежал. Через несколько минут звонок в дверь. Василий Иванович открывает — на пороге красивая барышня стоит. Вся из себя утонченная, платьице белое с кружевами и рюшечками, на голове шляпа с пером, в руках зонтик от солнца…

— Я Шарлотта. Питер дома? У Василий Ивановича челюсть отвисла, только головой отрицательно мотает.

— Передайте ему, что у меня завтра дебют, пусть приходит со своим Идеалом.

Вскоре Петька прибегает.

— Никто не заходил?

— Заходила какая-то шалава, тебя пидором обозвала, сказала, что ее завтра ебут, велела приходить со своим одеялом…..

* * *

За успехи в борьбе с белогвардейцами Петька и Чапаев были награждены командованием турпоездкой в Австралию. Местные аборигены лежат на пляже, в воду не заходят, акул боятся. А русские плавают — хоть бы что. Акулы, почуяв их, сразу бросаются врассыпную. Наконец, пришло время уезжать. Главный Абориген подходит к Чапаеву и спрашивает:

— Вы секретом не поделитесь? Почему за весь отпуск на вас ни разу не напала акула, а наших они жрут сотнями.

— Какой уж тут секрет. Это все Фурманов. Он у нас грамотный, вычитал в какой-то книжке, что у акул очень острый нюх.

— Ну и что?

— Ну, мы и купались, не снимая портянок.

* * *

Василий Иванович приезжает из английской военной академии, где учился военному делу 2 года. Открывает дверь в избу ногой и кричит:

— Петька, ху из эбсенд тудей!

— Че, че?

— Валенки на печь поставь, мокрые. Через полчаса прибегает Петька к Василию Ивановичу:

— Василь Иванович, а изебсент-то хуй!

— Че такое?

— Валенки сгорели…

* * *

Убегают Чапаев и Петька от белых, видят дом-сторожка. Входят в нее, а в ней бабка прядет.

— Бабка спрячь нас! — просит Петька

— Да где же это я вас спрячу? Весь дом в вашем распоряжении! — удивляется бабка

— Ну мы найдем где спрятаться! –

Чапаев залез за печку, а Петька в печку, только задница торчит. Приходят белые.

— Эй, бабка, тут красные не пробегали? –

— Нет, сынок, не пробегали. –

— А если мы поищем? –

— Ну, ищите. Только где ж тут спрячешься? — Белые обыскали весь дом. Никого нет. Видят, задница из печи торчит и спрашивают:

— Эй, бабка, что это у тебя из печи торчит? –

— А, это, милок, копилка… — Стали белые совать в «копилку» деньги, а Петька не выдержал и пернул.

— А, это что? –

— А, ЭТО, МИЛОК, СДАЧА!!!! –

* * *

Василий Иванович с Петькой собрались взорвать мост охраняемый белыми и, для маскировки, переоделись — Петька в женское платье, а Василий Иванович в корову. Идут. Белые стоят на посту. Вдруг один постовой другому:

— Смотри, смотри — атака педиков и зоофилов.

* * *

Познакомился Чапаев с Чингачгуком. Гуляют они по индейским владениям. В.И. смотрит на тамагавк Ч-ка и просит:

— Подари его мне.

Ч-к:

— Мачамба!

В.И.:

— О, спасибо за дорогой подарок! Подари мне еще твой вигвам.

Ч-к:

— Мачамба!

И т. д. — Василий Иванович то и дело что-то просит, а затем горяче благодарит Чингачгука, который на все просьбы отвечает:

— Мачамба!

Идут они далее и видят — в речке купаются голые женщины.

В.И.:

— Чингачгук, давай выебем вот ту красавицу!

Ч-к:

— Мачамба не стоит.

* * *

Чапаев с Петькой идут по Цюриху, а навстречу негр.

— Кто это? — спрашивает Чапаев.

— Не узнаешь, Василий Иваныч? Солженицын!

— Надо же, Петька, как очернили человека!

* * *

— Василий Иванович, беляки в огороде!

— Возьми гранату за печкой, Петька, и отбей. Петька хватает гранату и выбегает. Слышны грохот, крики, стоны. Усталый Петька появляется в хате.

— Ну, что, Петька, отбил?

— Отбил, Василий Иванович!

— Молодец, Петька!

— Забирай, Василь Иваныч, гранату.

* * *

Окружили белые красных. Чапаев спрятался в бочку. Петьку поймали. Ведет конвой Петьку мимо бочки:

— Василий Иванович! Вылазь — нас предали, — и пинает бочку ногой.

* * *

Чапаев попал в плен. Три дня его пытали, но так ничего от него не добились. Бросили в камеру, а сами поглядывают в глазок. Видят — Чапаев головой о стенку бьется.

— Проклятый склероз. Так и расстрелять могут.

* * *

Чапаев поднял дивизию в наступление. Глядит: Петька удирает.

— Стой, трус, назад!

— Василий Иванович, ты плохо знаешь географию. Земля ведь круглая. Я иду противнику в тыл.

* * *

Купил Василий Иванович диван. Принес домой и говорит Петьке:

— Петька, я на ем перву ночку похраплю, посмотру — как он, скрипит аль нет, а потом и тебе дам поваляться, а ты сегодняшню ночку на полу подремай! Петька согласился и лег на полу. Ночью просыпается, холодно, изо всех щелей дует, яйца размером с фасоль стали, короче — сильно замерз. Взял и скинул Василия Иваныча на пол. Устроился поудобней на диванчике и заснул. Тем временем Василий Иванович захотел в туалет… Спит Петька, а тут крик на всю избу:

— Пе-е-е-етька-а-а-а-а-а-а!!! Включай свет, я с дивана слезть не могу!

* * *

— Петька, где Анка?

— А она на чердаке с Фурмановым трахается.

— И ТЫ это терпишь?!

— Это не Я, это Фурманов терпит.

* * *

Василий Иванович подарил Петьке дрочильный аппарат… Через пять минут Петька приходит расстроенный и говорит:

— Василий Иванович, аппарат мой — взорвался…

— Ну и хуй с ним…

— Вот именно, что хуй-то с ним!!!

* * *

Чапай с Петькой, убегая от белых, наткнулись на слепого людоеда. Он их загнал в пещеру, выпускает только лысых и по одному. Петька волосы на голове вырвал и прошел, а Чапаев не хочет быть лысым и подставляет людоеду вместо головы свой зад. Людоед щупает-щупает и, делая движения руками, как будто что-то разрывает, говорит: «Я же сказал — по одному!»

* * *

— А знаешь, Василий Иванович, что мне больше всего нравится в американском кино?

— Что, Петька?

— Хеппи энд!

— Что, что?

— Хеппи энд, ну, счастливый конец!

— Ты знаешь, мне тоже! Я тут вчера такое кино смотрел!

— Это ты, Василий Иванович, хеппи энд с порнографией путаешь!

* * *

Просыпается Василий Иванович утром с глубокого похмелья. А Петька на него с ужасом смотрит:

— Василий Иванович, ты помнишь, какой ты вчера последний тост загнул?

— Нет, Петька.

— Нет, что правда не помнишь? Вот ужас-то!

— Петька, да что за тост, скажи, не томи.

— Ну ты встал с последней чаркой самогона. И говоришь: «Ну, за Путина!»

— Ну и что? Нормальный тост.

— Да ты что?!! Он же даже еще не родился!

* * *

После жаркого боя Василий Иванович с Петькой залегли в дозоре, дав отдых бойцам.

— Ну что, Петька, по капельке для сугрева? Тяпнули.

— Как там гидра контрреволюции, Петя?

— Да не видать. Ну еще по одной.

— Выгляни, Петька, не лезут ли белогвардейские гады?

— Да чисто, Василий Иванович. И еще по одной, и еще…

— Ну как там?

— Никого!

— А меня, Петька, в-видиш-шь?

— Нет, Вас-сил-лий Иваныч, в упор…

— Неплохо мы замас-скир-ровалис-с-сь!

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Content

АНЕКДОТЫ ПРО ЧАПАЕВА