Александр Тарасов

Прирожденный лжец. Я или ты?

Это будет повторяться вновь и вновь.

Невозможно поймать всех мошенников.

А люди… Люди слишком доверчивы.

Финансовый консультант компании Needham Барри Армстронг

Предисловие автора

Лжецами не рождаются. Лжецами становятся. Но есть ли психофизиологическая и психологическая почва для такого становления? Что заложено природой в психику человека такого, что позволяет и помогает ему обманывать других людей? Существуют ли психологические предпосылки для развития у человека установки на ложь?

Ответив на эти вопросы, мы лучше поймем природу лживости и лжи, точнее, — феномена лжи и психологию лжеца.

Очень важно, на мой взгляд, не делить жестко психологические основы лживости на естественные (биологические) и приобретенные социальным опытом, а исследовать роль биологии и опыта в развитии лживости человека. Здесь я полностью согласен с выдающимся американским психологом К. Изардом, показавшем роль естественных причин в активации страха, который часто становится побудительной причиной лжи.

Интересно также, что не установлено биологических предпосылок для словесных признаков лжи. Иначе говоря, слово, речь биологически основаны на природных факторах (гортань, язык, голосовые связки), но содержательно не имеют корней в биологической природе человека.

Ложь — системный социально-психологический феномен. За ложью стоит личность со всем комплексом ее мыслей, чувств, желаний, ценностей, ожиданий и отношений. Точно поняв лжеца, правильно оценив последствия его обмана и степень его раскаяния мы, возможно, смягчим свой приговор ему. А лжец, в свою очередь, возможно, задумается и станет честнее. Ну, а, если — нет? Тогда пусть пеняет на себя.

И последнее. Приведенные в книге психологические характеристики лжецов — это не ярлыки и не черные метки. На них надо обращать внимание, они весьма вероятны и информативны. Но, ни в коем случае нельзя абсолютизировать зависимость описанных в книге психологических особенностей, например, темперамента и склонность ко лжи. Нет хороших (честных) или плохих (лживых) темпераментов. Есть честные люди и лжецы с разными темпераментами. Помните, что Отелло задушил Дездемону за энергичное, страстное, темпераментное отстаивание своей честности и невиновности. А он — взбешенный и от этого поглупевший — решил, что она его обманывает.

Будьте внимательны. Наблюдательны. Осторожны в оценках.

Надеюсь, что книга будет интересна и полезна всем читателям.

С благодарностью приму замечания и пожелания.

Москва. июль 2012 г.

Часть I

Человек — это бывший зверь: эволюционная теория лжи

Существуют противоположные точки зрения на возникновение и развитие феномена лжи.[1] Одни исследователи считают ложь исключительно человеческим феноменом общения; другие настаивают на биологической обусловленности человеческой лжи, как феномена общего всему животному миру.

Мимикрия — защита от врагов

Человек — это бывший зверь,[2] а в животном мире, как известно, существует множество способов введения в заблуждение потенциальными жертвами хищников и наоборот. Как известно, например, пауки — злейшие враги насекомых. Однако паук синемозина муравьевидная так похож на муравья, что, лишь внимательно приглядевшись, удается распознать мимикрию. С другой стороны, некоторые муравьи и другие насекомые на определенных стадиях своего развития внешностью и повадками напоминают пауков. Данное явление получило название мимикрии.

К тому же, биологическая природа эмоций человека и животных признана в науке давно, а в поведении животных, как отмечено выше, наблюдаются явные признаки обмана при угрозе их жизни. Инстинкт самосохранения как системное образование, очевидно, включает в себя поведенческие реакции, с помощью которых хищник или его предполагаемая жертва вводятся в заблуждение, сбивается со следа и т. п.

Следовательно, исходя из эволюционной теории Ч. Дарвина, можно предположить, что и у человека, возможно, существуют биологически обусловленные эмоциональные механизмы поведения, которые способствуют возникновению феноменов лжи. Очевидно, что данное предположение нуждается в отдельном масштабном исследовании. Однако отвергать его сходу, на мой взгляд, нецелесообразно. Потому что некоторые данные, полученные различными авторами, а также в моих исследованиях, могут быть истолкованы в пользу эволюционной теории лжи.

Ч. Дарвин. (1809–1882)

В самом деле, до 80 % моих респондентов уверены в том, что признаки обмана как таковые существуют; столько же респондентов полагают, что эмоция является не признаком обмана, а лишь реакцией на подозрение в нем. Следовательно, в любом случае отмечается наличие эмоциональной основы феномена лжи. Иначе говоря, можно предположить существование признаков обмана как таковых в ситуациях общения, угрожающих жизни, здоровью, социальному статусу человека, в других однозначно значимых и необратимых по своим последствиям для лгущего человека ситуациях.

Различают три главных типа мимикрии: апатетическую, сематическую и эпигамическую.

Апатетической мимикрией называется сходство вида с объектом окружающей природной среды — животного, растительного или минерального происхождения. Вследствие разнообразия таких объектов этот тип мимикрии распадается на множество более мелких категорий.

Сематическая (предупреждающая) мимикрия — это подражание по форме и окраске виду, избегаемому хищниками из-за присутствия у него специальных средств защиты или неприятного вкуса. Встречается у личинок, нимф, взрослых особей и, возможно, даже у куколок.

Эпигамическая мимикрия, или окраска, может наблюдаться у видов с половым диморфизмом. Несъедобному животному подражают либо самцы, либо самки. При этом самки иногда подражают нескольким по-разному окрашенным видам, встречающимся либо в данной местности в разные сезоны, либо в разных частях ареала вида-имитатора. Дарвин считал такой тип мимикрии результатом полового отбора, при котором беззащитная форма становится все более похожей на защищенную в процессе уничтожения менее совершенных подражателей естественными врагами. Те, кому удается точнее скопировать чужую внешность, выживают благодаря этому сходству и дают потомство.

Хорошо известно, что мимикрия — подражательное сходство некоторых животных, главным образом насекомых, с другими видами, обеспечивающее защиту от врагов. Четкую границу между нею и покровительственной окраской или формой провести трудно. В самом узком смысле мимикрия — это имитация видом, беззащитным перед некоторыми хищниками, внешности вида, избегаемого этими потенциальными врагами из-за несъедобности или наличия особых средств защиты. С помощью мимикрии насекомые прячутся от врагов, завоевывают доверие жертвы и привлекают внимание противоположного пола. Копируемая другим видом несъедобная форма, очевидно, должна быть настолько обильной, что естественные враги очень быстро (после одной-двух попыток поедания особей соответствующего облика) научаются ее избегать.

Кроме того, для введения в заблуждение хищника/жертвы животные используют многочисленные уловки и хитрости: замирание, изображение мертвого тела, заметание следов, блокирование запахов с учетом направления ветра и т. д. Эти и другие способы обмана врагов животные приобрели за время длительной эволюции, и применяют их на инстинктивном уровне.

Очевидно, что животное происхождение человека позволяет предположить у него аналогичные инстинкты для самосохранения и выживания. Разумеется, в процессе эволюции человеческого общества под влиянием морали и права инстинкты людей качественно изменились по сравнению с его звериным состоянием. Однако в состоянии острого стресса (война, природные катастрофы, межличностные и другие конфликты) дремлющие животные инстинкты человека вырываются наружу и проявляются в его поведении. Не всегда и не у всех, но проявляются. Не является исключением и инстинкт введения в заблуждение других людей. Тем более, что этот инстинкт мощно дополняется осознанными формами феномена лжи.

Хрестоматийными стали чудовищные зверства немецко-фашистских оккупантов на территории СССР в годы Великой Отечественной войны, американских вояк во Вьетнаме и Ираке, а также других представителей «цивилизованного» Запада. В этих преступлениях против человечности наглядно проявилось животное происхождение человека, освященное идеями «превосходства» нацистской Германии и «мирового лидерства» североамериканских соединенных штатов. Причем сами же истязатели лживо и лицемерно оправдывали свои зверства сопротивлением со стороны убиваемых ими людей.

Если предположить, что ложь (точнее — феномен лжи) имеет эволюционную природу, тогда утверждение многих исследователей о существовании признаков обмана как таковых не выглядит безосновательным, несмотря на то, что П. Экман утверждает: признаков обмана как, таковых не существует, существуют те или иные эмоции, по проявлениям которых верификатор судит о ложности или достоверности сообщения другого человека. Сама же эмоция, по утверждению П. Экмана, является не признаком обмана, а лишь реакцией на подозрение в нем. Кстати, с этим утверждением согласно более 60 % моих респондентов. Однако анализ экспериментальных данных обнаруживает интересный психологический феномен: от 72 % до 84 % моих российских испытуемых полагают, что признаки обмана как таковые существуют. Следовательно, многие люди вполне обоснованно на интуитивном уровне уверены в биологической и психологической обусловленности человеческой лжи, как феномена общего всему животному миру.

Пол Экман

(Источник: http://www.piter-press.ru/publish/pressa/bar/2671)

Однако здесь возникает другая проблема. П. Экман определяет ложь как действие, которым один человек вводит в заблуждение другого, делая это умышленно, без предварительного уведомления, о своих целях и без отчетливо выраженной со стороны жертвы просьбы не раскрывать правды.

Хищники и жертвы

Жертва обмана. Продолжим биологическую аналогию. Понятия «жертва обмана», «жертва махинаций», «жертва мошенничества» и другие встречаются систематически, они не случайны и отражают сущность лжи — охота одного человека за другим, его имуществом, финансами, политическими ресурсами и т. д.

В литературе по биологии проблема «хищник-жертва» исследована глубоко и основательно. Обратимся к наиболее доступному примеру.

Хищничество — питание животными, бывшими вплоть до момента превращения их в пищевой объект живыми (с поимкой их и умерщвлением). Хищничество приводит к взаимному приспособлению хищника и его жертв, выражающемуся в анатомо-морфологических, физиологических и поведенческих особенностях тех и др. (нередко длинные конечности, очень быстрое движение хотя бы на коротких дистанциях, умение ловить жертву, а той избегать поимки и т. п.). Хищник в биологии рассматривается в нескольких смыслах. Во-первых, это — животное, или растение, ловящее и поедающее других животных, служащих объектами питания; во-вторых, — животное, питающееся представителями близких систематических видов (групп), например, окунь, щука, судак — хищники., так как поедают других рыб, а карась и плотва не хищники, хотя и питаются некоторыми животными — беспозвоночными. Различают хищников первого порядка, нападающих на «мирных» (травоядных, насекомоядных) животных, и хищников второго порядка, нападающих на более слабых хищников. Хищники регулируют число и биомассу своих жертв (кормовых объектов) и таким образом служат управляющим звеном в экосистемах. Наземные и водные хищники по способам добычи корма делятся на фильтровальщиков, случайно улавливающих добычу путем пропускания массы воды через специальные устройства (широко известен китовый ус); обшарщиков, ищущих добычу в местах ее укрытий; засидчиков, поджидающих добычу и бросающихся на нее из засады; охотников, намечающих жертву издали, а затем подкрадывающихся к ней и догоняющих ее на бегу или (при групповой охоте) загоняющих ее к месту нахождения других участников охоты. Иногда для охоты объединяются разные виды, например пеликаны и бакланы при охоте на рыбу.

Иначе как охотой на людей не назовешь бесчисленные случаи мошенничества, например, организаторов финансовых пирамид и у нас и у «них». Наши мавроди давно известны, но и они блекнут на фоне представителей «главной экономики мира» — США.

В декабре 2008 г. в США была разоблачена крупнейшая финансовая пирамида, которую создал и возглавил известный финансист Б.Мэдофф — бывший председатель совета директоров биржи NASDAQ и основатель инвестиционной компании Bernard L.Madoff Investment Securities. Пирамида Б.Мэдоффа функционировала не менее 20 лет, а потери инвесторов от мошенничества оцениваются в 50 млрд долл. 14 июля 2009 г. Б.Мэдофф начал отбывать срок в американской тюрьме. Он был приговорен судом к 150 годам тюремного заключения. Даже если ставший легендарным аферист будет примерно вести себя в тюрьме, досрочно выйти на свободу он сможет лишь в 2139 г., когда ему исполнится 201 год.

Вы не поверите, но хваленые американские регуляторы с 1992 г. неоднократно упускали шансы разоблачить финансовую пирамиду Бернарда Мэдоффа, ставшую крупнейшей аферой в истории. Это следует из доклада главного инспектора Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC) о проведенном внутреннем расследовании. Как говорится в документе, SEC располагала «более чем достаточной» информацией о подозрительном бизнесе Б.Мэдоффа, однако так ни разу и не провела «основательного и компетентного расследования». С июня 1992 г. по декабрь 2008 г. комиссия получила шесть заслуживающих внимания претензий к деятельности финансиста, однако ни одна из них не была проверена должным образом.

Вместе с тем расследование генерального инспектора не обнаружило доказательств возможного сговора или иных недобросовестных отношений между сотрудниками SEC и Б.Мэдоффом и его окружением. В частности, не было подтверждено, что «близорукость» регуляторов могла быть каким-то образом связана с романом между бывшим юристом SEC Эриком Суонсоном и племянницей Б.Мэдоффа. Нормально? Просто «не заметили», то есть были в доле.

Источник:

http://top.rbc.ru/economics/03/09/2009/326558.shtml.

Далее, система хищник-жертва в биологии обозначает взаимосвязь между хищником и жертвой, в результате которой эволюционно выигрывают оба: хищники имеют корм, популяции жертв оздоравли-ваются хищниками. Относительно простая математическая модель взаимоотношения хищник-жертва выражается основным уравнением

NA = PK (1 — e-аN_0P1-b),

где N А— число жертв, подвергнувшихся нападению; No— исходное число жертв, могущих подвергнуться нападению; Р — число охотящихся хищников, А — коэффициент нападения, т. е. значение NA/P в данный момент; К — максимальное число нападений, возможное со стороны Р хищников за период, в течение которого Noжертв могли подвергнуться нападению, а — эффективность поиска жертвы отдельным хищником; в — давление внутривидовой конкуренции среди хищников.

Очевидно, трудно удержаться от прямой аналогии биологической системы хищник-жертва с функционированием социальной системы, в которой лжец (хищник) обманывает своего партнера по общению (жертву в терминологии П. Экмана). Более того, можно математически подсчитать на каком-либо временном интервале число жертв лжеца, подвергшихся обману (нападению). Например, есть исходное число людей в регионе или стране, которые могут стать жертвами экономического или политического мошенничества, известно число охотящихся хищников (лжецов); также несложно подставить в уравнение и другие значения.

С этой точки зрения все сходится в пользу эволюционной теории лжи, однако люди, способны постепенно исключить хищнические приемы из экономической, политической и любой другой своей деятельности, чтобы не оставаться кормовыми объектами для лжецов. Процесс этот идет уже не одно тысячелетие, осложняясь тем несомненным обстоятельством, что человек — это бывший зверь, общественное животное. Есть, однако, вдохновляющий опыт возникновения, развития человеческой речи, которая наряду с трудом и общественной моралью буквально превратила бывшего зверя в человека.

Упорное и последовательное устранение системной лжи из основополагающих видов человеческой деятельности изменит направление социальной эволюции человека и завершит его окончательный выход из животного мира.[3]

Особенно это относится к политике, в которой все должно быть как бы «по-честному». Во всяком случае, так говорят сами политики, которые спят и видят во сне счастливую жизнь «своего» народа. Помните, как у Леонида Филатова в сказке про Федота-стрельца рассуждал царь:

Зря ты, Федя, для меня

Мой народ — моя родня.

Я без мыслей об народе

Не могу прожить и дня!..

Утром мажу бутерброд —

Сразу мысль: а как народ?

И икра не лезет в горло,

И компот не льется в рот!

Ночью встану у окна

И стою всю ночь без сна —

Все волнуюсь об Расее,

Как там, бедная, она?

Что-то напоминает? Предвыборные и просто по случаю заклинания некоторых/многих/всех политиков…

Темперамент — биологическая предпосылка лжи

К природным биологическим основам лжи с известной долей осторожности можно отнести и темперамент. Темперамент — биологический фундамент, определяющий природные особенности поведения, типичные для данного человека; темперамент проявляется в динамике, тонусе и уравновешенности реакций на жизненные воздействия.

Высшая нервная деятельность (ВНД) — основа темперамента (И.П. Павлов).

В современной психологии наряду с традиционными типами темперамента выделены его основные свойства. Свойства темперамента, основанные на определенном типе нервной системы, наиболее устойчивы и постоянны по сравнению с другими психическими особенностями человека.

Типы ВНД и темперамента

1. Сильный, неуравновешенный (безудержный) — холерический: работоспособен, готов к быстрой реакции, но его «лихорадит», ему трудно бороться с собой; холерики взрывчаты, вспыльчивы, не умеют терпеть сдерживать свои желания, ждать; у них легко возникает раздражительность и агрессивность.

2. Сильный, уравновешенный, подвижный (лабильный) — сангвинический: личность с хорошо сбалансированными волевыми и коммуникативными свойствами; работоспособен; стрессоустойчив; легко переключается с одного вида деятельности на другой.

3. Сильный, уравновешенный, спокойный (инертный) — флегматический: стабильный, спокойный, уравновешенный, настойчивый, упорный; «тяжел на подъем», не способен отказаться от своих навыков и стереотипов; затруднено включение в новые ситуации, эмоции проявляются замедленно и несильно.

4. Слабый — меланхолический: быстрое падение работоспособности, потребность в длительном отдыхе; высокая эмоциональная чувствительность в трудных ситуациях и повышенная ранимость; теряются на экзаменах, публичных выступлениях, пугливы, плаксивы; повышенно внушаемы. Однако, обладая высокой чувствительностью нервной системы, они часто имеют выраженные художественные способности.

К основным свойствам темперамента относятся:

Сензитивность. Об этом свойстве мы судим по тому, какова наименьшая сила внешних воздействий, необходимая для возникновения какой-либо психологической реакции человека, и какова скорость возникновения этой реакции.

Реактивность. Об этом свойстве судят по тому, какова степень непроизвольной реакции на внешние или внутренние воздействия одинаковой силы.

Активность. Об этом свойстве судят по тому, с какой степенью активности человек воздействует на внешний мир и преодолевает препятствия при осуществлении целей. Сюда относятся целенаправленность и настойчивость в достижении цели, сосредоточенность внимания в длительной работе.

Соотношение активности и реактивности. Об этом свойстве судят по скорости протекания различных психологических реакций и процессов: скорости движений, темпу речи, находчивости, скорости запоминания, быстроте ума.

Пластичность и ригидность. Об этом свойстве судят по тому, насколько легко и гибко приспосабливается человек к внешним воздействиям, или наоборот, насколько инертны его поведение, привычки, суждения.

Экстраверсия и интроверсия. Об этом свойстве судят по тому, от чего преимущественно зависят реакции и деятельность человека — от внешних впечатлений, возникающих в данный момент (экстравертированность), или от образов, представлений и мыслей, связанных с прошлым и будущим, т. е. обращенности человека в свой внутренний мир (интровертированность).

Эмоциональная возбудимость. Об этом свойстве судят по тому, насколько слабое воздействие необходимо для возникновения эмоциональной реакции и с какой скоростью она возникает.[4]

Холерику трудно скрыть свои эмоции, что облегчает распознавание его лжи. Холериком можно назвать человека, для которого характерны следующие психологические особенности:

он предпочитает легкую эстрадную музыку классической;

большинство знакомых считают его интересным собеседником;

он считает, что непринужденность поведения важнее, чем соблюдение правил хорошего тона;

у него больше друзей, чем у других людей;

он очень не любит находиться в таком месте, где не с кем поговорить;

он охотно принимает участие в общественных мероприятиях;

он может говорить посторонним людям вещи, кажущиеся ему важными, даже если они его об этом не спрашивают;

ему больше нравится яркая и бросающаяся в глаза одежда, чем спокойная и приличная;

ему больше нравится провести вечер в оживленной компании, чем за спокойным любимым занятием;

ему нравится работа, которая требует перемен, разнообразия, командировок, даже если они связаны с некоторой опасностью.

Вспыльчивый и нетерпеливый холерик вряд ли сможет сдержаться, чтобы без подготовки соврать, не моргнув глазом. Обязательно моргнет, оговорится. Холерик, как правило, импульсивен, разговорчив, откровенен, то есть предпочитает выражаться прямо. Поняв, что проболтался, холерик может придти в ярость и выместить свою злость на партнере по общению. Если же холерик заранее подготовил обман, тогда он также агрессивно будет настаивать на своем, метать громы и молнии в обидчика, биться в истерике, доказывая свою правоту. Более того, будет бурно выражать свою обиду: ведь его — честного человека — заподозрили в обмане.

Сильный, уравновешенный, но достаточно подвижный и выразительный сангвиник вполне может солгать без подготовки, благодаря своей стрессоустойчивости, способности не теряться при внезапно изменившейся обстановке. К тому же сангвиник гораздо менее импульсивен по сравнению с холериком, следовательно, более устойчив в общении, производит благоприятное впечатление энергичного и не раздражительного человека. Если же сангвиник изначально намерен обмануть другого человека, то его энергичность будет проявляться как убедительность, уверенность в своей правоте. В таком случае сангвиник способен сдержаться в случае уличения во лжи и представить свою ложь как одну из возможных точек зрения.

Повышенная возбудимость холерика и достаточно высокая возбудимость сангвиника позволяет им расширить степени свободы своего поведения. Намереваясь обмануть другого человека, холерик и сангвиник могут действовать более изобретательно и разнообразно. Весьма часто встречаются люди, у которых темперамент прямо влияет на степень усвоения социальных норм, то есть отражает влияние социального, культурного на личность. Если холерик склонен к эгоизму, то именно среди них можно встретить людей беспринципных и недобросовестных, пренебрегающих своими обязанностями и правилами. Холерик зачастую переменчив в своих целях, интересах и пристрастиях; легкомысленный, потворствует своим желаниям. Не считает себя связанным моральными нормами и правилами. Скорее всего, небрежен в работе. Ищет выгоду в любой ситуации, пользуется моментом, приспосабливается. Все сказанное и составляет психологическую основу для образования установки на ложь.

Флегматик характеризуется как трезвый, рассудительный, осторожный. Его спокойствие и уравновешенность не предполагают опрометчивых поступков, в том числе и непроизвольной, импульсивной лжи, как у холерика. Вместе с тем, флегматики порой излишне беспокоятся о своем будущем, озабочены последствиями своих поступков, постоянно ожидают возможных неудач и несчастий. Для защиты от неудач принимают предохранительные меры, старательно планируют свои поступки. Вот здесь и возможна попытка флегматика обмануть другого человека, чтобы избежать неудачи. А уравновешенность флегматика может затруднить партнеру по общению распознавание его обмана. Если же флегматик обнаружит свою ложь, то замедленное и несильное проявление его эмоций может быть истолковано также в его пользу. Кроме того, молчаливость флегматика облегчает использование им умолчания как формы лжи.[5]

Меланхолик может солгать, что называется «с перепугу», особенно в трудных ситуациях; он склонен к переживанию тревоги и реагирует на любую, даже воображаемую угрозу. Высокая эмоциональная чувствительность меланхолика обусловливает его плохую приспособляемость к людям и обстоятельствам; он долго колеблется принимая решение, чему способствуют его впечатлительность и образный склад мышления. В сочетании с импульсивностью названные психологические особенности меланхолика могут побудить его к обману, чтобы избежать неопределенности и избегания мучительного для него выбора нужного поведения.

Предупреждение: ни в коем случае не абсолютизировать зависимость описанных психологических особенностей темперамента и склонность ко лжи. Нет хороших (честных) или плохих (лживых) темпераментов. Есть честные люди и лжецы с разными темпераментами. Помните, что Отелло задушил Дездемону за энергичное, страстное, темпераментное отстаивание своей честности и невиновности.

Вывод: являясь феноменом человеческого общения, ложь в то же время в определенной степени психобиологически обусловлена. Диалектическое понимание синтеза биологических факторов и социального опыта в развитии лживости человека позволяет точно установить психологические основы и феноменологию (проявления) лжи.

Лжец — это хищник вида «Homo sapiens», и как любой хищник он стремится обмануть свою жертву, чтобы превратить ее в «кормовой объект», то есть нанести «жертве» обмана конкретный психологический, моральный и материальный ущерб и получить для себя конкретную выгоду. При этом лжец может использовать как врожденные психологические предпосылки лживости, так и социально приобретенные навыки и способы обмана.

Сказанное вовсе не означает, что человек человеку — волк. Нет. Однако не следует забывать, что человек — это бывший зверь. К сожалению, в последние годы мы видим озверение (без кавычек) многих людей, сообществ и государств. Как следствие, усиливается поток лжи на межличностном, межгрупповом и межгосударственном уровнях. Это — факт.

Что делать?

Об этом я размышляю в своих книгах «Психология лжи в бизнесе: Дурная бесконечность» и «Ложь в политике, или Желтый логарифм». Размышляю и предлагаю идеи и способы выхода из тупика системной финансово-экономической и политической лжи.

Часть II

Психологические задатки (предпосылки) лживости

Существуют разные способы понять психологию лжеца, его мотивы, намерения, установки.

В книгах П. Экмана и моих достаточно подробно исследована психология лжеца. Причем, если П. Экман в основном обращал внимание на внешние проявления лжи в словах, голосе, мимике, телодвижениях, то я провел специальные исследования мотивов и установок на ложь в общении.[6]

Интересные исследования в психологии понимании правды проведены известным российским психологом В.В. Знаковым.[7] Отмечая «глубокий и чрезвычайно интересный психологический анализ лжи», предпринятый П. Экманом, В.В. Знаков пишет, что у него вызывает удивление тот факт, что в отличие от других исследователей, П. Экман не отличает ложь от обмана, а употребляет эти понятия как синонимы.[8] Неправда по В.В. Знакову проявляется в трех разновидностях, а именно: «как вербальный эквивалент заблуждения», далее, «неправду можно обнаружить в различных формах иносказания (аллегории, иронии, шутке и т. п.)» и, наконец, «вранье» — «социальный и психологический феномен», представленный, по мнению В.В. Знакова, «в российском самосознании в значительно большей степени, чем у других народов». Полагая, что «вранье принципиально отличается от лжи» В.В. Знаков указывает его отличительные признаки, которые вызывают у меня возражения.

«Мужчины понимают задачу определения указанных категорий как необходимость рационального осмысления их типичных признаков. Под рациональностью осмысления я имею в виду то, что результатом размышлений мужчин оказывается знание как отличительных признаков неправды, лжи и обмана, так и вреда, причиняемого ими в общении. Соответственно решение об их моральной допустимости или запрете основанных на них поступков у испытуемых из мужской части выборки обычно в значительной степени зависит от типа конкретной ситуации: человека, которого надо ввести в заблуждение, полагаемой выгоды от совершения аморального поступка, вероятности разоблачения и т. п. Вместе с тем определения обсуждаемых феноменов, даваемые мужчинами, в основном имеют результативный характер. Понимание того, в чем заключается их понятийный и коммуникативный смысл, у мужчин одновременно обозначает и формирование решения о возможных областях применения неправды, лжи и обмана. Основанное на знании понимание как бы защищает их от необходимости не только повторного осмысления, но и сильных эмоциональных переживаний в тех случаях, когда они решались на ложь или обман. Процессуалъность мышления женщин при анализе обсуждаемых психологических феноменов проявляется в гибком оперировании фактами, в стремлении не безоговорочно отбрасывать те из них, которые противоречат истине, а отыскивать возможности, строить гипотезы, в соответствии с которыми можно совместить эти факты со своими ценностными представлениями и групповыми этическими нормами. А поскольку конструирование гипотез основано на внутренней убежденности субъекта и всегда предполагает хотя бы минимальную веру в их истинность, то, в отличие от мужчин, для женщин при определении сущности неправды, лжи и обмана наиболее субъективно значимым является не объективно достоверное знание, а вера в правильность своего понимания проблемы. И это естественно, потому что знание обычно характеризует факты объективной действительности, а вера соотносится с мыслями, эмоциями и чувствами — тем, что образует «эмоциональное поле» общения людей. У испытуемых женской части выборки внутренняя детерминация искажения истины как нравственного или аморального поступка обусловлена прежде всего ценностными переживаниями. Рассматривая проблему под этим углом зрения, можно сказать, что для женщин являются типичными мысленные возвращения к совершенным ими лжи или обману, переосмысления поступка, эмоциональные переживания, иногда приводящие к раскаиванию и признанию. Наиболее существенную роль в этих процессах играют коммуникативные факторы — идентификация с обманутым человеком, попытки представить его мысли, эмоции и чувства, сопереживание. Все это способствует тому, что у женщин преобладает добродетельная ложь. Ценностные переживания в основном детерминированы индивидуальной структурой личности и нравственного сознания, в значительно меньшей степени — типом ситуации морального выбора, в которой женщина вынуждена принимать решение: исказить ей истину или нет. В ситуации морального выбора ценностные ориентации человека стимулируют возникновение у него ценностных переживаний, порождают индивидуальный смысл актов неправды, лжи или обмана, определяющий характер их понимания. Другими словами, женщина понимает обсуждаемые феномены так или иначе не столько потому, что она попала в конкретную ситуацию морального выбора, сколько потому, что эгоцентрическое или добродетельное понимание лжи соответствует ее нравственным переживаниям и психологическим особенностям личности» (В.В. Знаков).

Дело в том, что анализ литературы и личное общение с иностранцами приводят В.В. Знакова к выводу о том, что «вранье — типичное порождение русской культуры, отсутствующее в массовых проявлениях на Западе». И далее автор ссылается на бесспорный авторитет В.И. Даля в его толковании слова «врать»,[9] утверждая, что в большинстве приведенных синонимов вранья подчеркивается аспект, характеризующий конкретные ситуации межличностного общения.[10]

Однако очевидно, что первыми синонимами вранья В.И. Даль называет именно ложь и обман, что указывает на сходство, а не различие вранья и лжи. Что же касается отличия лжи от вранья по признаку проявления в конкретных ситуациях общения, то любой феномен лжи (обмана, вранья, неправды, нечестности) становится таковым только в ситуации общения.

В.В. Знаковым проведено специальное исследование, посвященное половым различиям в понимании неправды лжи и обмана. Обобщая данные своего эксперимента, В.В. Знаков приходит к выводу, что «мужчины, склонные в общении к эгоцентрической лжи, обращают внимание преимущественно на результативную сторону проявлений искажения истины, влияние намеренного или неумышленного извращения фактов на общение между людьми, а женщины указывают большее количество психологических причин, побуждающих субъекта к неправде, лжи или обману». Думаю, что используемое В.В. Знаковым понятие «добродетельная ложь» необоснованно придает положительную окраску женской лжи.

В последнее время в отечественной и зарубежной психологии опубликованы статьи и книги других авторов по проблемам психологии лжи. Однако здесь я буду приводить результаты собственных исследований, так как они не имеют аналогов в теоретической и прикладной психологии.

И что это ты разорался? Страх и злость в голосе лгущего

Лжец переходит на крик, то есть повышает тон голоса и силу звука, изменяет тембр, потому что крик у животных/человека многофункционален, то есть имеет разное назначение. Львиный рык устрашает врага и потенциальную жертву. Когда начальник устраивает разнос подчиненному, срывается на крик, это иногда слышит весь офис: и что это он так разорался? Злость превратила его в многокиловаттный громкоговоритель. Громкий звук сигнализирует об опасности и т. д. Однако в отличие от животных человек кричит не только под влиянием инстинктивных бессознательных импульсов, но и в случае осознания опасности. Даже опытный лжец срывается на крик, почувствовав угрозу разоблачения, угрозу потери выгоды от своего несостоявшегося обмана.

В чем же дело?

А в том, что голос — одна из базовых биологических и психологических характеристик личности. Голос непосредственно связан с эмоциями и регулируется ими, а эмоции — прирожденный психофизиологический «параметр» человека. В голосе отражается настроение человека, его отношение, к тому, что он говорит, к другим людям. Интонация, с которой человек говорит, может точно передать его истинное мнение, отношение, оценку. Содержательное, но занудное, монотонное выступление вызывает зевоту, навевает скуку, тоску. Если же выступление интонационно яркое, выразительное, то люди слушают его, раскрыв рот.

Уж, казалось бы, на что серьезное для верующих мероприятие — богослужение, но даже папа римский уснул во время воскресной мессы 18 апреля 2010 г. на Мальте. Мероприятие, конечно, специфическое с точки зрения ораторского мастерства, но ведь не никакой-нибудь приблудный атеист закемарил. Сам папа римский Бенедикт XVI задремал во время воскресной мессы. 83-летний понтифик в этот момент находился между двумя епископами.

Кстати, именно в ходе своего визита на Мальту Бенедикт XVI встретился с жертвами сексуального насилия со стороны католических священников и в разговоре с ними, в частности, выразил свои «стыд и скорбь». Папа римский пообещал, что впредь Католическая церковь будет делать «все, что в ее силах, для привлечения обидчиков к судебной ответственности и защиты молодежи». Интересно, а что в ее силах?

Источник: http://news.rambler.ru/Russia/head/6020735/

Людям, подозревающим собеседника во лжи, следовало бы обращать больше внимания на голос, потому что правильно выбранная интонация и тембр голоса, сила звука позволяют лжецу лучше обмануть собеседника. Также хорошо известно, что эмоциональные изменения голоса скрыть нелегко. «А что это у тебя такой голос», — спрашиваем мы, когда наш собеседник вдруг повышает или понижает голос, отвечая на наш вопрос. В общем, многие люди справедливо полагают, что обманывать других проще всего при помощи голоса.

Вместе с тем, известно, что боязнь разоблачения непременно отразится на голосе лжеца, а бесстрастный голос, не обязательно свидетельствует о правдивости. Кроме того, правдивый человек, боясь, что ему не поверят, может из-за этого повышать голос. Иначе говоря, страх заставляет переходить на крик и лжеца и честного человека. Причины разные, а кричат одинаково громко.

Биологическая природа страха

Кэрролл Изард в своем ставшем классическим труде «Психология эмоций» пишет: «Как и в случае с другими эмоциями, попытка жесткой классификации активаторов страха, отнесения их к двум противоположным категориям (врожденные и приобретенные), представляется мне не слишком продуктивной. Однако для каждой базовой эмоции, по-видимому, существуют такие активаторы, корни которых глубоко уходят в наше эволюционно-биологическое наследие. Но этот факт не должен быть источником тревоги или пессимизма: даже наша биологическая предрасположенность испытывать страх перед теми или иными событиями может претерпеть изменения в процессе научения и обретения опыта.

Вместо того чтобы делить активаторы страха на естественные и приобретенные, было бы разумнее поразмышлять о роли биологии и опыта в активации страха».

Всё правильно, делить не надо, но знать источники страха, побуждающего человека, в том числе и обманывать других людей, необходимо. Не будем здесь подробно останавливаться на биологическом значении эмоций и специфики их проявления у человека. Данная проблема давно и фундаментально исследована биологами, антропологами, психологами. Для целей этой книги вполне достаточно ссылки на авторитет К. Изарда.

Эгоизм и безответственность

Голос, как феномен лжи, находится в обратной зависимости от степени усвоения и соблюдения социальных норм. Иначе говоря, обманывая других людей, чаще всего повышает голос человек (за исключением начальника — шутка) беспринципный, недобросовестный, пренебрегающий своими обязанностями и правилами, легкомысленный, возможно, небрежный и ленивый. Такой человек, если бы увидел дерущихся соседских детей, то не вмешался бы, чтобы прекратить драку; когда он видит неряшливых, неопрятных людей, то принимает их такими, какие они есть, а не испытывает отвращения и возмущения; его не раздражает вид неубранной комнаты; он не обращает внимания на доброжелательные советы других, даже когда эти советы могли быть полезными; в своих поступках он не старается всегда тщательно придерживаться общепринятых правил поведения; он не требовательный человек и не настаивает на том, чтобы все делалось по возможности правильно; ему не нравится работа, требующая добросовестности, точных навыков и умений.

Сочетание эгоизма и безответственности особенно опасно, когда эти качества есть у руководителя. Тогда он бесстыдно пользуется своим должностным положением, орет на своих подчиненных за ошибки в их работе, которые возникли из-за его бездарного руководства. Такой горе-руководитель подло перекладывает ответственность за свою некомпетентность на зависимых от него людей. Пока из-под него наконец-то не вышибут начальственное кресло и не оттащат от кормушки, в которую он превратил свою должность. Тут-то и становится видно, что он — пустышка.

В общем, эгоизм и безответственность часто толкают людей на обман, и в случае даже намека на их разоблачение они переходят на крик. Что и требовалось доказать. ЧТД, как говорят математики.

Грубость и бесцеремонность

Весьма часто переходят на крик люди властные, стремящиеся к самостоятельности, независимости, доминированию над другими людьми. В попытке обмануть другого человека такие люди действуют смело, энергично и активно; они склонны игнорировать социальные условности и авторитетов, живут по своим собственным законам и правилам поведения. Показательно также агрессивное отстаивание такими людьми своих прав на самостоятельность, которую они готовы защищать и с помощью обмана; они властолюбивы, любят командовать другими, но сами подчиняться не любят. Уверяют, что когда они находятся в группе людей, приступающих к какой-то работе, то само собой получается, что именно они оказываются во главе их. Более того, они искренне считают себя человеком, которому обычно приходят в голову хорошие идеи, когда нужно разрешить какую-нибудь проблему. Резкость и упрямство побуждают их отстаивать свою ложь любыми доступными средствами, в том числе с откровенной грубостью, бесцеремонностью и враждебностью.

Громкоговорящий лжец, как правило, относится к людям, требующим восхищения. Самоуверенный, хвастливый, с высоким уровнем притязаний, он ориентирован на конкуренцию, достижение успеха как честными, так и бесчестными способами. В конфликтах обвиняет других, не воздерживается от критики людей и их высказываний. Он свободно делает саркастические (язвительные) замечания по поводу людей, если они этого, по его мнению, заслуживают. Любитель поорать цены себе не сложит, часто с неадекватной самооценкой, считая, что у него есть качества, по которым он определенно выше большинства людей, которых и обмануть не грех. Например, он убежден, что способен лучше проявить себя в трудных ситуациях, когда нужно сохранить самообладание.

Когда он расстроен, то прилагает все силы, чтобы скрыть свои чувства, чтобы замаскировать свои истинные намерения. С готовностью употребляет нецензурные выражения, даже если при этом присутствуют лица другого пола. Если на пути к успеху стоят серьезные препятствия, он все-таки предпочитает рискнуть.

Вот, например, итальянский премьер-министр Сильвио Берлускони, против которого в Италии систематически возбуждаются уголовные дела и которого политические противники неоднократно уличали во лжи.

Дело о даче взятки, которая, как полагают многие, позволила Берлускони, приобрести одну из компаний в восьмидесятые годы прошлого века, рассматривалось судом Милана не один месяц. В июне 2003 года парламент Италии принял закон, по которому премьер-министр и ряд других высших должностных лиц имеют иммунитет от судебного преследования.

На одной из пресс-конференций, отвечая на вопрос, связанный с ведущимся в отношении него расследованием, Берлускони назвал судей «умственно помешанными людьми». «У них не все в порядке с психикой», — посетовал Берлускони. Он также выразил сомнение в том, что судьи и следователи, прежде всего — миланские, являются представителями человеческого рода. «Для того, чтобы делать ту работу, которую делают они, надо обладать отличиями от человека на антропологическом уровне», — заявил итальянский премьер.

Для руководителя правительства одной из крупнейших демократий Европы подобная грубость и бесцеремонность — обычное дело.

Итальянские правоохранительные систематически органы обвиняют С. Берлускони в предоставлении ложной финансовой отчетности, подлоге финансовой документации и нецелевом использовании средств и даче многочисленных взяток. Неудивительно, что также систематически С. Берслускони заявляет: итальянская судебная система представляет угрозу демократии.

Как видим, в переходе лжеца на крик проявляются его самые разные отрицательные психологические качества, и, если человек систематически ведет себя таким образом, можно с уверенностью предположить у него прирожденную склонность ко лжи.

Испанский мореплаватель Христофор Колумб был «жестоким тираном», к такому выводу приходят авторы опубликованного в Испании исследования ранее неизвестных материалов о жизни первооткрывателя Америки.

Сотрудницы Центра научных исследований Испании Консуэло Варела и Исабель Агирре обнаружили в архиве города Вальядолид материалы следствия по делу Колумба и его братьев Диего и Бартоломе, датированные 1500 годом, которые «проливают свет на деспотический характер мореплавателя».

«Следствие, в результате которого Колумб был лишен звания вице-короля и губернатора открытых им колоний, вел, по поручению королевской четы, Франсиско Бобадилья, глава рыцарского Ордена Калатравы», — говорится в исследовании.

В нем подчеркивается, что «Бобадилья приводит свидетельские показания 23 испанцев, которые обвиняют Колумба и его братьев в неимоверной жестокости, как по отношению к туземцам, так и самим испанцам».

«Тиран и деспот сам вершил правосудие, казнил без суда и следствия, пытал, морил голодом своих соотечественников и даже не позволял крестить туземцев, поскольку это препятствовало бы превращению последних в рабов», — цитируют исследователи материалы следствия.

Они отмечают, что «в порыве бешенства Колумб забил до смерти собственного зятя».

«В свидетельских показаниях говорится о неоднократных выступлениях против Колумба первых поселенцев Нового Света, которые испытывали огромные лишения, в то время, как их предводитель утопал в роскоши и развлекался убийствами и пытками людей», — отмечается в исследовании.

Многие историки, не предполагавшие о наличии материалов следствия, до сих пор считали, что арест Колумба и его братьев был совершен по ложному доносу.

(Источник: http://www.rian.ru/science/discovery/20060716/51415125.html.)

Предупреждение: обсужденные врожденные голосовые предпосылки лживости вовсе не означают, что все тихони — честные люди. Просто у них другие природные предпосылки лживости.

Почему лжец дает волю рукам: жестикуляция обманщика

Жесты, то есть социально отработанные движения, всегда считались и считаются одним из наиболее информативных средств общения человека. движения рук, ног, головы, а также осанка, позы, походка Часто можно слышать: важно не что говорят, а как говорят. При этом утверждают, что невербальная (неречевая информация) более значима, чем речевая, словесная.

Разнообразие и богатство жестов в некоторых ситуациях общения сопоставимо с разнообразием и богатством слов, а то и превосходит их в этом. Жестикуляция человека составляет основу пластики, в которую включают движения рук, ног, головы, а также осанку, позы, походку.

Средства общения делятся на две группы:

1) Речь (вербальная коммуникация). Виды речи (основные). Паралингвистические средства вербальной коммуникации: интонация, тембр голоса, сила звука и др. (Пример: «Да», «Нет»). Экстралингвистические: смех, покашливание, мимика, пантомимика).

2) Неречевые средства общения (невербальная коммуникация)

• внешний облик: физиогномическая маска — господствующее выражение лица, которое формируется под влиянием часто возникающих у человека мыслей, чувств, отношений; одежда; манера держаться; осанка;

• жест — социально отработанное движение;

• мимика — динамическое выражение лица в данный момент;

• тактильно-мышечная чувствительность;

• изображение (картины, фото, скульптуры и др.);

• предметы (подарки и др.);

• Интернет;

• музыка;

• положение партнеров относительно друг друга;

• дистанция между партнерами по общению.

Жесты используют как самостоятельное неречевое, бессловесное средство общения: приветствие (открытая ладонь), угроза (сжатый кулак), пожатие плечами (незнание или неуверенность), выставленный большой палец (все хорошо) и т. д. Жестами можно иллюстрировать речь, показывая направление движения, размеры чего-либо, делая ударение на слове или фразе и т. д.

Практичность и реалистичность

Повышение интенсивности и количества жестов, телодвижений вообще наблюдается у людей мужественных, не склонных к иллюзиям, несентиментальных. Такие люди, как правило, реалистичны, не любят фантазий, постоянны во вкусах и привязанностях. Возможно, склонны к цинизму, в том числе, готовности обмануть. Практичны, действуют в соответствии со своим жизненным опытом, независимы. Самоуверенные, всегда готовы взять на себя ответственность. Как правило, не терпят бессмысленности, считают фантазии бессмысленными с практической точки зрения. Могут быть самодовольными, грубыми, тяжелыми в общении, иногда безжалостны. В школе такой человек, скорее всего, предпочитал уроки труда, чем рисования, а также читать реалистические описания военных или политических событий, чем роман, где много чувств и воображений. Он также убежден, что иногда приходится применять силу, потому что не всегда возможно добиться результатов с помощью убеждения.

Кстати, сами такие люди думают, что не слишком сильно жестикулируют, когда лгут. Они уверены, что с помощью жестикуляции можно удачно солгать. Сами лжецы, подозревающие собеседника во лжи, обращают больше внимания на его жесты, так как знают: ложь часто можно обнаружить благодаря несоответствию между тем, что говорится, и тем, о чем свидетельствуют телодвижения. Они уверены, что скрыть телодвижения гораздо легче, чем обычно думают и гораздо легче, чем выражения лица. У них также нет иллюзий по поводу того, что так же как оговорки в речи, бывают промахи и в телодвижениях, выдающие информацию, которую человек пытается скрыть. Обманывая кого-то, лжец хорошо контролирует свою позу и достаточно успешно ею управляет.

Предупреждение: обсужденные пластические предпосылки лживости имеются и у женщин, а не только у мужчин. В данном случае речь идет о психологическом типе, а не о половой принадлежности.

Самоуверенность и спокойствие

Другой психологической предпосылкой, которая отличает лжецов с повышенной интенсивностью и количеством жестов, телодвижений вообще являются самоуверенность и спокойствие. У них чрезвычайно редко появляется чувство неопределенной опасности или внезапного страха по непонятным причинам. Низкотревожный, он никогда не чувствует, что ему угрожает какое-то наказание, если он ничего плохого не сделал. Иначе говоря, у него отсутствует свободно плавающая тревога, когда человек все время ждет беды отовсюду, накручивает себя и изводит напрасными страхами. Такие люди «управляют своими неудачами», то есть не зацикливаются на них, не вязнут в отрицательных эмоциях. Для них, как правило, вообще нет неудач, для них есть лишь отрицательная обратная связь с неприятными событиями и обстоятельствами, которые надо изменить в свою пользу. Или забыть о них. Характеризуя такого человека, обычно говорят, что он веселый, жизнерадостный, спокойный, безмятежный, ни в чем не раскаивающийся. Люди считают его положительным, спокойным человеком, которого не трогают превратности судьбы.

Когда его неправильно критикуют за что-то, в чем он, по его мнению, не виноват, он не испытывает чувства вины; он вообще не чувствует себя очень униженным, когда его критикуют в присутствии группы людей. Если знакомые плохо обращаются с ним и показывают свою неприязнь, то его это совершенно не трогает, и он совершенно не расстраивается. Возможно, беспечный, самоуверенный, самонадеянный, благодушный. Если люди пользуются его хорошим отношением в своих интересах, то он не возмущается этим и вскоре об этом забывает. Он не смущается, когда его хвалят или говорят ему комплименты.

Обманывая других, такой человек может легко отнестись к тому, что его поймали на лжи, потому что он нечувствителен оценкам окружающих, ориентируется на собственные «системы отсчета» в оценке ситуации и принятии решения. Кстати, сам может быть доверчивым, не способным распознать ложь других, потому что не замечает нюансов событий, ориентируется на очевидные вещи.

Такой человек энергичен, предприимчив, уверен в себе, его трудно вывести из себя и тогда, когда его обман раскрывается. Для него характерно жизнеутверждающее отношение к действительности. Уравновешен, нерасшатанные нервы, невозмутим. Если его вызывает начальство, то он пользуется случаем, чтобы попросить о чем-то нужном ему, а не боится, что это связано с какой-нибудь оплошностью в его работе. Его справедливо считают упорным и трудолюбивым, преуспевающим человеком.

Властность в мимике: лицо как эмоциональное зеркало лжеца

Биологическая природа эмоций и мимики человека

В этой части книги я уже кратко описал биологическую природу страха. Несколько подробнее надо рассказать о природной основе эмоций и мимики человека, так как обман чаще всего распознается по эмоциональным проявлениям, и прежде всего по лицу человека, его мимическим реакциям.

У всех высших животных и у человека в мозге есть структуры, тесно связанные с эмоциональной жизнью. Это нейронная система, в которую входят скопления нервных клеток, расположенные в подкорке головного мозга, в непосредственной близости к его центру, управляющему основными органическими процессами: кровообращением, пищеварением, железами внутренней секреции. Ч. Дарвин обратил внимание на тот факт, что удовольствие и неудовольствие, радость, страх, гнев, печаль примерно одинаковым образом проявляются как у человека, так и у человекообразных обезьян. Ч. Дарвин установил, что внутренние (органические) и внешние (двигательные) проявления эмоций выполняют в жизни человека важную приспособительную роль. Они настраивают его на определенные действия и, кроме того, это для него сигнал о том, что намерено предпринять другое живое существо.

Когда-то в процессе эволюции живых существ те органические и двигательные реакции, которые у них есть в настоящее время, были компонентами полноценных, развернутых приспособительных действий. Впоследствии их внешние компоненты, особенно у человека, сократились, но жизненная функция осталась прежней. Например, человек, как и животное, в гневе оскаливает зубы, напрягает мышцы, как бы готовясь к нападению, у него учащается дыхание и пульс. Это сигнал: живое существо готово совершить акт агрессии. Эмоции вызывают и другие изменения в организме человека: расширяются зрачки, изменяется кровяное давление, наблюдается потоотделение, побледнение и покраснение кожи и т. д.

Биологическая обусловленность эмоций хорошо видна на примере эмоционального стресса.

Автором концепции стресса является выдающийся канадский патофизиолог Г. Селье. В 1936 году он опубликовал небольшую заметку, озаглавленную «Синдром, вызываемый разными повреждающими агентами». В этой заметке Г. Селье впервые дал физиологическое объяснение известному в медицине явлению, а именно, что различные заболевания наряду со специфическими симптомами имеют общие, неспецифические признаки: плохое самочувствие, слабость, боли в суставах, желудочно-кишечные расстройства, повышение температуры и другие. Г. Селье затем показал, что разнопорядковые в объективном проявлении факторы (перегревание, переохлаждение, страх, унижение, бег, потеря крови) вызывают не только специфическую реакцию организма (например, интенсивное потоотделение при перегревании), но общий физиологический процесс, обеспечивающий адаптацию организма к новой ситуации. Изучив огромный фактический материал, Г. Селье пришел к выводу, что стресс представляет собой «совокупность всех неспецифических изменений, возникающих под влиянием любых сильных воздействий и сопровождающихся перестройкой защитных систем организма». Смысл неспецифической ответной реакции организма заключается в адаптации к стрессору любого рода, то есть «стресс есть неспецифический ответ организма на любое предъявленное ему требование». Начав свои исследования с изучения биологического стресса, Г. Селье в дальнейшем показал, что основным видом стресса у человека является эмоциональный стресс, представляющий собой нервно-психическое напряжение.

Влияние стресса на человека и его взаимоотношения с другими людьми настолько многогранно и всеобъемлюще, что чаще всего стресс становится не пряной приправой жизни, как иногда говорил Г. Селье, а горькой пилюлей. Будучи одним из ключевых факторов человеческого общения стресс может побуждать людей лгать, родным и близким, коллегам и руководителям.

Как эмоции выражаются на лице человека

Также от Ч. Дарвина идет традиция научного исследования способов выражения эмоций у животных и человека. Среди эмоций, психических и психофизиологических состояний, выражение которых на лице человека исследовал Дарвин, — страдание и плач, упадок духа, тревога, горе, уныние и отчаяние, радость, приподнятое настроение, любовь, нежные чувства, благоговение, раздумье, размышление, дурное настроение, угрюмость, решимость, ненависть и гнев, пренебрежение, презрение, отвращение, чувство виновности, гордость, беспомощность, терпение, утверждение и отрицание, удивление, изумление, страх, ужас, повышенное внимание к себе, стыд, застенчивость, скромность, покраснение.

Ч. Дарвин ответил на простые и точные вопросы о связи эмоций человека и его мимических реакций. Например,

• выражается ли удивление широко раскрытыми ртом и глазами, а также поднятием бровей?

• вызывает ли стыд покраснение, если только цвет кожи позволяет это заметить и, что особенно важно, как далеко вниз по телу распространяется покраснение?

• сопровождается ли пониженное состояние духа опусканием углов рта и приподниманием внутреннего края бровей с помощью мышцы, которую французы называют «мышцей горя»?

• сопровождается ли насмешка или издевка одного человека над другим приподниманием угла верхней губы над клыком со стороны, обращенной к человеку, над которым насмехаются?

• можно ли узнать угрюмое или упрямое выражение, которое проявляется главным образом плотно закрытым ртом, насупленным лбом и легким нахмуриванием?

• выражается ли презрение незначительным оттопыриванием губ, задиранием носа и легким выдохом?

• достигает ли когда-нибудь смех такой степени, при которой из глаз льются слезы?

Тщательно соблюдая чистоту исследования, Ч. Дарвин подчеркивал, обращаясь к своим респондентам, что «общие соображения» о выражении эмоций на лице человека «имеют сравнительно-малую ценность, а память так обманчива, что я настоятельно прошу не доверять ей. Весьма полезно было бы сопровождать тщательное описание выражения лица при любой эмоции или любом настроении также изложением обстоятельств, вызвавших это выражение».

Душевные движения отражаются на лице прежде всего потому, что «лицо человека представляет едва ли не самую подвижную часть его тела. На нем оставляет след каждая мысль, каждое мимолетное ощущение; и, смотря по характеру этой мысли или ощущения, самое движение беспрерывно меняет физиономию. Совокупность таких движений, составляющих невольных спутников психических актов, и называется личной мимикой» (И.М. Сеченов).

Покраснение или побледнение лица, как правило, происходят бессознательно, однако существуют физиологические механизмы, позволяющие их регулировать. Если говорить о способности многих людей произвольно регулировать покраснение и побледнение, например, лица, то это связано с тем, что «сосуды кожи, как и всего нашего тела, постоянно находятся в состоянии большего или меньшего сужения вследствие сокращения их мышечной оболочки…Это постоянное сокращение находится под влиянием нервных аппаратов с их центрами и периферическими приводами» (И.М. Сеченов)

Человек, научившийся регулировать процессы покраснения и побледнения кожи, может эффективно маскировать свои подлинные чувства и мысли. Следовательно, бессознательные, природные механизмы выражения эмоций на лице человека поддаются регулированию осмысленными способами, приобретенными в процессе социального научения.

Властное лицо уверенности и независимости

У человека властного, стремящегося к самостоятельности, независимости, доминированию над другими людьми на лице написаны уверенность и независимость. Также, как и в случае с громким голосом, обманывая другого человека такой человек действует смело, энергично и активно. Такой человек действует в соответствии со своими целями, и при необходимости способен пренебречь социальными условностями, игнорировать мнение авторитетов. Он готов агрессивно отстаивать свои прав на самостоятельность и защищать ее с помощью обмана; властолюбив, любит командовать другими, но сами подчиняться не любит. Резкость и упрямство побуждают его отстаивать свою ложь любыми доступными средствами, в том числе с откровенной грубостью, бесцеремонностью и враждебностью. Доминантная личность является лидером для людей, занимающих более низкое положение и борется за более высокое положение, социальный статус.

Классический пример — Наполеон. Как и большинство людей, он прекрасно использовал различные мимические способы обмана, четко усвоив, что с помощью мимики можно удачно солгать; при этом сам почти не менялся в лице, когда лгал другим. Обманывая своих врагов и соратников, Наполеон тщательно следил за своей мимикой и успешно ее контролировал, он научился не отводить глаза в сторону, вводя людей в заблуждение.

Наполеон Бонапарт

Французский историк Ипполит Тэн в книге «Происхождение современной Франции» (издана в России в 1907 г.) пишет об исторической важности «характера и гения» Наполеона: «Он человек другой расы и другого века…Современные идеи, монархические или демократические, не имеют на него никакого влияния…Ни одно из политических или социальных убеждений, которые имели тогда такую власть над людьми, не влияют на него…Он проявляет раннее превосходство». Отмечая «полноту мыслительных способностей у Бонапарта», Тэн, подчеркивает «гибкость, силу и упорство его внимания». «Он думает образами, а не словами… Его отвращение к идеологии» дополняется «слабостью и ничтожностью его литературного и философского образования…Он образовывал себя путем прямого наблюдения и изучения». Тэн с восторгом пишет о ясновидении Наполеона, «его психологическом даре и его системе читать в душах и чувствах» других людей, его самоанализе и его способности «рисовать себе общее положение на основании частного случая и внутреннее состояние — при помощи внешних признаков». Не менее восторженно Тэн отзывается об оригинальности и превосходстве его речи и способе выражения», и как Наполеон пользуется этим превосходством «по отношению к слушателям и обстоятельствам».

Описывая поведение Наполеона в один из острых моментов революции, Тэн пишет, что «его лицо до такой степени спокойно, что он неоднократно вызывает враждебные и недоверчивые взгляды, словно какой-то неизвестный и подозрительный».

Тот же И. Тэн в другом месте характеризует Наполеона, как «предводителя шайки», который «смотрит на человеческое существо, как на явление или вещь, а не как на подобного себе; все остальные являются для него цифрами». Вот тут-то и кончается для меня «гениальность» Наполеона.

Наполеон, несомненно, был и остается для французов в высшей степени компетентным военным и государственным руководителем, по прямому и очень профессиональному указанию которого в 1812 году были убиты десятки тысяч русских людей. Так что же теперь нам — русским — сохранять благодарную память об этом предводителе убийц и грабителей?.[11]

На лице склонного к доминантности человека часто проявляются эмоции пренебрежения, снисходительности и презрения. Эмоционально недисциплинированные доминантные личности обращаются с нижестоящими на социальной или служебной лестнице людьми вольно, грубо и непочтительно. Прямые и бестактные доминантные личности, как правило, не задумываются о возможном проявлении признаков обмана на их лицах, не утруждают себя моральными сомнениями. А зачем? Ведь они — главные.

Сказанное вовсе не означает, что доминантные люди все и всегда не умеют себя вести, легко проявляют признаки лжи на своих лицах. Нет, нет и нет. Стремящийся захватить и удержать властные позиции (в семье, в организации, в государстве) человек такого психологического типа, — это хитрый, опытный, искушенный, проницательный, осторожный, гибкий, умеет вести себя в значимом для него обществе, «срезает» острые углы в сложных ситуациях общения; он расчетлив, несентиментален, и может быть жестоким. В значимой для него ситуации такой человек будет демонстрировать непринужденность и откровенность, естественность, непосредственность и общительность; вполне способен вызвать доверие и симпатию у окружающих. умения, выдающийся интеллект, несгибаемая воля, преданность своему народу, феноменальная стрессовая устойчивость. В-третьих, в современном понимании, идущем от Нюрнбергского процесса над другими предводителями убийц и грабителей, Наполеон совершил конкретно доказанные военные преступления и преступления против человечности. Срока давности по этим преступлениям нет!

Цыгане нашей психики: еще раз об эмоциях и лживости

Цыганами нашей психики назвал эмоции человека американский психолог Джемс. Как цыганский табор, эмоции часто возникают ниоткуда и исчезают в никуда. Даже устойчивые и, казалось бы, неизменные чувства вдруг меняются на полярно противоположные. От любви до ненависти один шаг, и наоборот. В любой формуле любви есть поправочные коэффициенты.

На самом деле, говоря, что эмоции часто возникают ниоткуда и исчезают в никуда, надо понимать реальность часто незаметных источников их возникновения — это внутренний мир человека (телесный и психологический) и окружающий его внешний мир (другие люди, общество и природа). И внутренний и внешний миры человека — это целый космос, а, значит, не всегда обозримый, предсказуемый и познаваемый. С одной стороны, говорят «этот безумный мир», с другой — «этот прекрасный мир». Для кого как. Поэтому эмоциональное восприятие и отражение окружающего человека мира столь разное и одинаковое у разных людей.

Подозрительность, скрытность, завистливость

Также и палитра эмоциональных проявлений у лжецов может быть яркой и разнообразной, а может быть унылой и маловыразительной. Например, не только лжец, но и невиновный подозреваемый может проявлять верные признаки страха, боясь обвинения в обмане, и об этом знают многие люди людей, так же, как и о том, что мало справиться с сильной эмоцией, надо еще и скрыть ее.

Подозрительность, скрытность, завистливость с достаточной долей уверенности можно отнести к врожденным психологическим предпосылкам лживости. Упрямый, подозрительный и ревнивый такой человек, как правило, фиксирует свое внимание на неудачах, он вязнет в них, застревает, как в эмоциональном болоте, и при этом не прошает. Кстати, еще Гегель говорил, что упрямство — это пародия на характер. Именно упрямство, упёртость, граничащая с безмозглостью. Если ему поручат руководить чем-либо, то он настаивает на том, чтобы его указания выполнялись безусловно и беспрекословно, или он отказывается от этой работы. Это не просто последовательность, это болезненное, почти маниакальное стремление достичь своей цели, даже если эта цель бессмысленна и безобразна.

Тираня других, такой человек перекладывает на окружающих ответственность за свои просчеты и ошибки, врет напропалую, не заботясь о последствиях. Он убежден, что когда другие объяснения недоступны, обман представляется самым удобным и простым из них, а потом легко объясняет свой обман изменением обстоятельств. Почему бы и нет, если, например, политики стабильно не выполняют свои предвыборные обещания: все течет, говорят они, все изменяется. Только у древнегреческого философа есть мало кому известное продолжение этого афоризма: но, изменяясь — покоится. То есть совесть надо иметь, и не трепать языком попусту.

Скрытный человек, как правило, не поддается влиянию других сильных личностей; имеет собственное мнение вплоть до самомнения. Примечательно, что по отношению к другим людям такой человек проявляет настороженность, недоверчивость, его трудно одурачить. Подозревая, что кто-нибудь лжет, он способен притвориться, будто верит этому человеку, а потом внезапно раскрыть свои карты. Эта тактика часто помогает ему, так как лжецы не всегда знают, подозревает жертва об их обмане или нет.

Он вечно сомневается, во всем ищет тайну, осторожен в поступках; склонен к самоанализу и часто погружен в свое «Я», то есть живет своей внутренней психологической жизнью, соответственно, интересы обращены на самого себя. Когда люди пытаются им командовать, он поступает как раз наоборот. Достаточно решителен, и, если он уверен, что другой человек несправедлив, или ведет себя эгоистично, он говорит об этом, даже если это связано с неприятностями. Не заботится о других людях и, как следствие, часто склонен нарушать моральные нормы. Иногда он говорит глупости ради шутки, чтобы удивить людей и посмотреть, что они на это скажут. Если же окружающие не обращают внимания на какое-либо удачное, как ему кажется, его замечание, то он непременно повторит еще раз.

Рассказ о психобиологических задатках (предпосылках) лживости, конечно же, можно продолжить. Однако для этого необходимо провести дополнительные междисциплинарные исследования. Тем более, что тема врожденности/приобретенности склонности к обману очень чувствительна и противоречива.

Почему?

Потому что человек по своей природе сложен, обидчив, капризен, противоречив и часто непредсказуем. Так же, как и его лживость/честность.

Часть III

Откуда возникает нечестность людей? О врожденности установок на ложь

Исследование соотношения осознаваемых и неосознаваемых установок на ложь в деловом общении позволяет более точно ответить на вопрос, который задавал себе инженер Бахирев из романа Галины Николаевой «Битва в пути»: откуда возникает нечестность людей, превращающаяся в нечестность вещей?

Мотивы, установки, намерения

Мотив — это осознаваемое или неосознаваемое побуждение к деятельности, поведению. Таково самое общее определение мотивов. Мотив побуждает человека к достижению конкретной цели, даже если цель эта существует лишь в воображении. Между мотивом и целью поведения может быть как схождение, так и расхождение. К примеру, человек стремится к общественно-значимой цели: хочет стать руководителем творческого или спортивного объединения, руководителем научного коллектива, президентом страны и т. д.; мотивом же данной деятельности может быть удовлетворение каких-либо личных потребностей, иногда прямо противоположных общественным интересам. Более того, иногда люди буквально рвутся к своей цели, чтобы уничтожить то объединение/союз, которое им удается возглавить. Пример горбачевской «перестройки» у всех на виду, и таких горбачевых тьма…

А вот другой пример — сексуально-финансовый в голубых тонах. В мае 2010 г. замминистра недавно назначенного английского коалиционного правительства ушел с поста из-за казенных денег. Конкретно: первый заместитель министра финансов Англии Дэвид Лоуз, ушел в отставку после того, как стало известно, что он восемь лет получал компенсацию из казны за аренду жилья, принадлежащего его партнеру-гею. До прихода в политику Дэвид Лоуз работал банкиром. А его партнер работает лоббистом.

По данным газеты Daily Telegraph, Лоуз, бывший банкир, получал из бюджета по 950 фунтов стерлингов в месяц и за восемь лет набежало 40 тысяч фунтов (около 57 тыс. долларов). Лоуз пообещал вернуть эти деньги и заявил, что его действия были продиктованы стремлением не афишировать свою сексуальную ориентацию и отношения со своим партнером, Джеймсом Ланди. То есть, «химичил» из лучших побуждений.

Признание Лоуза поставило в неудобное положение новое коалиционное правительство консерваторов и либерал-демократов. Премьер-консерватор Дэвид Кэмерон не раз обещал положить конец махинациям с компенсациями расходов депутатов, которые серьезно дискредитировали прежний состав парламента.

Дело в том, что с 2006 года парламентские правила запрещают депутатам получать из бюджета компенсации за аренду жилья у партнера. Под «партнером», как отметил в своем заявлении Лоуз, в правилах понимается один (одна) из двух мужчин или женщин, которые живут вместе и «относятся друг к другу как супруги», хотя и не состоят в браке или официально зарегистрированном однополом союзе. С 2004 по 2007 год лоббист Ланди сдавал комнату в принадлежащей ему квартире на юге Лондона своему партнеру, депутату от тогда оппозиционной либерал-демократической партии Лоузу. В 2007 Ланди продал эту квартиру и купил поблизости другую, но и в новой квартире продолжал сдавать комнату своему любовнику на прежних условиях вплоть до сентября 2009 года.

Дэвид Лоуз

Лоуз заявил, что не считал себя нарушителем парламентских правил, сославшись на особенности своих отношений с Ланди. «Хотя мы жили вместе, мы не относились друг к другу как супруги. К примеру, у нас нет совместных банковских счетов и вообще мы ведем раздельную социальную жизнь», — заявил Лоуз.

Первый замминистра финансов — одна из важнейших должностей в английском правительстве, а Лоузу она досталась в качестве одной из уступок консерваторов либерал-демократам во время переговоров о создании правящей коалиции

(Источник: http://www.bbc.co.uk/russian/uk/2010/05/ 100529_laws_quits.shtml).

Мотив может отделиться от цели и переместиться. Во-первых, мотив может переместиться на саму деятельность, где мотив деятельности лежит в ней самой, или в тех случаях, когда человек делает что-нибудь «из любви к искусству». Во-вторых, мотив может переместиться на один из результатов деятельности, когда побочный, ранее второстепенный результат действий становится для человека новой целью его деятельности. Так, развивая, например, транспортный бизнес, предприниматель видит свою цель не в максимальном удовлетворении потребностей пассажиров в быстром и комфортном перемещении, а в том, чтобы провести предпродажную подготовку и, воспользовавшись благоприятной конъюнктурой, выгодно продать свой бизнес; или для того, чтобы самореализоваться, или выполнить родственные и финансовые обязательства перед своей семьей.

Хорошо известен в отечественной психологии механизм образования мотивов, который получил название сдвиг мотива на цель (вариант: превращение цели в мотив). Смысл этого механизма состоит в том, что прежняя цель деятельности приобретает самостоятельную побудительную силу и сама становится мотивом. Например, под воздействием внезапно изменившихся обстоятельств, впервые успешно обманув бизнес-партнера или клиента, мошенник «входит во вкус», и намерение обманывать становится ведущим мотивом его внешне вполне приличного «бизнеса».

Почему же человек лжет, что его побуждает обманывать других, даже если ложь ему отвратительна?

Мировой финансово-экономический кризис 2008–2010 годов дал океан примеров лжи, обмана, мошенничества. Например, бизнесмен (менеджер) лжет в конкретной ситуации, например, банкротства, в том числе, и потому, что у него, по его мнению, или объективно, нет другого выбора (выхода). Сказав правду, поступив честно, он теряет всё — финансы, имущество, положение в организации и обществе. А фирма, общество, одобрив, похвалив его за проявленную честность, как правило, не компенсируют ему — честному — материальные и статусные потери. И даже если у нашего честного бизнесмена (менеджера) остались достаточные личные материальные и финансовые ресурсы, то потеря статусных ресурсов часто для него невосполнима и переживается, как острое горе. Потому что теперь его конкуренты, или их партнеры, приятели, их жены и дети продолжают пользоваться разнообразными преимуществами и льготами: приглашения на престижные правительственные и дипломатические приемы, благосклонное внимание ведущих газет и журналов, модные телевизионные ток-шоу, роскошные офисы, отдельная парковка и т. д.

Что потеря статуса переживается менеджером, как острое горе, хорошо видно на примере легенды американского менеджмента Ли Якокки. «Я никогда не претендовал на большое жалованье, — пишет Ли Якокка. Мне не свойственна склонность тратить много денег, но я ценю престиж того поста, с которым связано большое жалованье». Когда Генри Форд уволил Ли Якокку, жена последнего настаивала: «Давай нанесем этому ублюдку Генри такой удар, который он запомнит на всю жизнь». Так она была зла на него». Откуда у представительницы прекрасного пола эти испепеляющие злость и ненависть? Оттуда — из ущемленной самооценки, из пережитых обид и оскорблений, из искореженных взаимоотношений. И хотя известно, что трудности общения преодолеваются только общением, в некоторых случаях реакция отторжения необратима.

Честность не покупается, или…

Индивидуальные психобиологические ресурсы у лжецов в случае их неудачи, например, банкротства бизнесмена, различны, также как различны психологические ресурсы у их родственников и близких друзей. Соответственно различны и социально-психологические ресурсы: авторитет и уважение семьи, друзей, бывших партнеров и конкурентов; вера, надежда, любовь родных и друзей, их моральная поддержка, готовность простить неудачу и содействовать в новых проектах; доверие партнеров по бизнесу; резервы их личной и корпоративной привлекательности и т. д.

Не предлагаю обществу и корпорациям покупать честность персонала и граждан. Потому что в таком случае, как и в любой коммерческой сделке, можно будет столкнуться с «залежалым товаром», то есть с прогнившей моралью, нечестностью, встречными махинациями покупателя («фальшивые купюры», то есть обман) и продавца (обсчет, обвес и т. п.). Нет, покупать честность — это, значит, переходить к заведомо проигрышному психологическому и экономическому варианту социальных и межличностных взаимоотношений, так как всегда возможно появление покупателя, предлагающего бóльшую цену за нечестность и новую честность уже по отношению к себе.

Нет, покупать честность неразумно и расточительно. На логичный вопрос — что делать? — отвечаю: каждый член социальной группы, каждый собственник, руководитель и работник компании вправе рассчитывать на то, что его честное поведение не приведет к личной катастрофе. Ведь, если честно признать ошибку, допущенную в результате недостаточной компетентности, квалификации и быть уволенным за это — за честность! — зачем тогда говорить правду? В любом случае ущерб уже нанесен, и ошибку надо исправлять (конечно, если возможно в данной ситуации). Так зачем быть честным и нести тяжелую ответственность, когда можно солгать и остаться при своем интересе? Как говорится, солгать и не попасться — все равно, что сказать правду.

Кстати, В.И. Даль объясняет слово «честность», как качество, свойство честного человека; «честный» же, по Далю, — это человек, в котором «есть честь, достоинство, благородство, доблесть и правда», «человек прямой, правдивый, неуклонный по совести своей и долгу; надежный в слове, кому во всем можно доверять».

Я не идеалист и не предлагаю создать стабилизационный фонд для честных людей — детей, корпоративных работников и государственных служащих.[12] В такой постановке и в наше время эта идея нереалистична. Но отношение общества к феномену честности, к готовности честность проявлять, выражать, надо менять. Ведь что получается — если бизнесмен мошенничает, преступает закон с помощью лжи, его наказывают в уголовном порядке. Таким образом, общество пытается влиять на поведение своих граждан в социально желательном поведении. Во всех странах мира создан Уголовный кодекс — системный, хорошо структурированный документ, регламентирующий санкции за преступления, в том числе, с использованием обмана — мошенничества и др.

В данном случае речь идет о наказании, которое с психологической точки зрения представляет собой отрицательное подкрепление. А в каком документе, кроме Библии, регламентируется положительное подкрепление за честность? Поощрение, положительное подкрепление за честность, как правило, декларируется и подразумевается в наставлениях родителей своим детям, учителей своим ученикам, руководителей своим подчиненным, политиков своим конкурентам и электорату, философов всему человечеству.

Следовательно, существует уголовное преследование за ложь, обман. Это — вектор отрицательного общественного отношения к обману. А вектор положительного общественного отношения к честности? Да, локально, эпизодически честность поощряется: родители дают на мороженое детям, руководители компаний — на хороший курорт подчиненным, победившие на выборах политики — государственные должности и коммерческие льготы своим соратникам и спонсорам. В то же время наказание за обман системно и неотвратимо (во всяком случае, в идеале). Поощрение за честность бессистемно, ситуативно и локально. Создавать общегосударственный и, следуя этой логике, — международный кодекс неотвратимо поощряемого честного бизнес-поведения по типу десяти заповедей Христа? Так ведь, если такой кодекс не является нормативно обязательным, известно, что будет — пустословие. Да, кроме того, где в наше время есть такой же нравственно зрелый, психологически устойчивый, прозорливый, целеустремленный и решительный молодой человек, который политически и нравственно может повести за собой народы в направлении и масштабах, сопоставимых с религиозным и политическим движением двухтысячелетней давности. Для решения подобной, непосильной нынешним политикам задачи нужен или политический гений, или группа талантливых политиков, способных обеспечить себе поддержку большинства населения. Лишь сумев привлечь на свою сторону критическую массу людей, неприемлющих ложь в бытовых, экономических, социальных и политических отношениях, ориентированный на прямые и честные отношения политик получит тот хор, без которого его соло во всех рыночно ориентированных странах превратится в лебединую песню.

Возможно ли такое развитие событий? Кто-то скажет — нет, кто-то скажет — да, а я скажу — поживем, увидим. Не мы — так другие увидят, что будет. Многие ли современники в октябре 1917 года предполагали, что малочисленная по российским политическим меркам того времени партия большевиков стремительно вышвырнет временное правительство из Петрограда, который был буквально набит офицерами-фронтовиками, готовыми по первому зову политической элиты дать отпор «красной сволочи»? Только Керенский, вместо призыва офицеров к борьбе, «демократично», то есть позорно и трусливо, драпанул из России.[13] Надо было сохранить себя любимого для грядущих поколений россиян. Себя сохранил, но страну позволил ввергнуть в истребительную гражданскую войну, да заодно явил пример для подражания некоторым советским политикам образца 1991 года, также позорно и трусливо бросившим великую страну на произвол судьбы и таких же бездарных трýсов-политиков. Но это уже совсем другая история…

Почему выбирают ложь?

Лгать или не лгать — ключевая проблема мотивации лжи, выбор человека перед реальными или мнимыми угрозами его жизни, здоровью, близким, статусу, самолюбию, имуществу, финансам и т. д. Проблема в том, что при любом выборе — лгать или не лгать — возможны как положительные, так и отрицательные последствия. Именно соотношение этих последствий в представлении человека — основа иногда болезненно мучительных его сомнений перед дилеммой: честность — ложь. Но, ведь, часто вообще нет сомнений ни в одном, ни в другом выборе.

Положительные последствия для обманщика очевидны: он достигает своей цели и остается безнаказанным. Более того — неразоблаченный лжец на какое-то время становится объектом восхваления и подражания. Например, Э. Фастоу — финансовый директор американской компании Enron, со скандалом обанкротившейся в 2001 году. До этого краха Фастоу называли финансовым гением, одним из создателей «новой экономики». А вся его гениальность заключалась в беззастенчивом обмане всех и во всем.

Однако положительные последствия лжи Фастоу и других мошенников из Enron долгое время преобладали в их жизни. Их разоблачили, но, сколько таких же «уважаемых бизнесменов» продолжают числиться в «классных менеджерах» и у них и у нас. Я сейчас оставляю в стороне вопрос об их профессиональной компетентности, которая во многих случаях, возможно, бесспорна. Однако и Наполеон, несомненно, был и остается для французов в высшей степени компетентным военным и государственным руководителем, по прямому и очень профессиональному указанию которого в 1812 году были убиты десятки тысяч русских людей. Так что же теперь нам — русским — сохранять благодарную память об этом предводителе убийц и грабителей? Рассуждения о «политкорректности», «научной объективности», «необходимости примирения с памятью», «христианском всепрощении» и аналогичные в данном случае неуместны. Во-первых, я — русский офицер, и относится иначе к военному противнику, в том числе и противнику моих предков, не могу. Во-вторых, я же признаю Наполеона в «высшей степени компетентным военным и государственным руководителем» для французов. В этой характеристике отражены объективные индикаторы профессионализма Наполеона — его знания, навыки, умения, выдающийся интеллект, несгибаемая воля, преданность своему народу, феноменальная стрессовая устойчивость. В-третьих, в современном понимании, идущем от Нюрнбергского процесса над другими предводителями убийц и грабителей, Наполеон совершил конкретно доказанные военные преступления и преступления против человечности. Срока давности по этим преступлениям нет!

Мотивационное ядро обмана — установка на ложь

Мотивационное ядро обмана включает, несомненно, в себя психобиологически и социально обусловленную установку на ложь в общении. В самом общем смысле установка — это готовность, предрасположенность человека к восприятию будущих событий и действиям в определенном направлении; установка обеспечивает устойчивый целенаправленный характер протекания соответствующей деятельности и служит основой целесообразной избирательной активности человека. «Установка личности — это занятая ею позиция, которая заключается в определенном отношении к стоящим целям и задачам и выражается в избирательной мобилизованности и готовности к деятельности, направленной на их осуществление».[14]

Установка личности в широком, обобщенном значении, по мнению С.Л. Рубинштейна, включает в себя избирательное отношение к чему-то значимому для данной личности и ее приспособление к соответствующей деятельности или способу действия. «Всякая установка — это установка на какую-то линию поведения, и этой линией поведения она и определяется. Образование установки предполагает вхождение субъекта в ситуацию и принятие им задач, которые в ней возникают; она зависит, значит, от распределения того, что субъективно значимо для индивида».[15]

Установка имеет важное функциональное значение, так как это состояние готовности позволяет человеку эффективнее выполнить соответствующее действие. Но иногда механизмы установки могут ввести в заблуждение. Именно «ошибки установки», проявляющиеся в ошибочных действиях, восприятии или оценках, относятся к ее самым выразительным проявлениям. Понятие установки занимает в психологии очень важное место, потому что явления установки пронизывают практически все сферы психической жизни. Существуют различные подходы в отечественных теориях установки. Прежде всего, называется имя Дмитрия Николаевича Узнадзе — замечательного грузинского психолога, развивавшего теорию неосознаваемой установки. Именно от него идет научная традиция рассматривать установку — не как частный психологический процесс, но как целостное психическое образование, имеющее системообразующее значение для поведения и деятельности. Это проявляется и в том, что, будучи сформирована в одной сфере, установка переходит на другие психические структуры и процессы.

Установки на ложь в общении проявляются в многообразных формах. Примерами установок на ложь в общении являются следующие противоположные утверждения:

Обнаружить, распознать установку конкретного партнера по общению на ложь трудно, но возможно при определенных обстоятельствах. Например, общаясь с каким-нибудь человеком, вы слышите от него, что:

он никогда не допускает возможности нарушения обещания;

ложь не поможет добиться нужного результата, если при выполнении производственного задания подвела техника;

только честный человек добьется успеха в этой жизни;

любого лжеца можно когда-нибудь разоблачить;

большинство людей говорят правду, даже если их ждут неприятности или наказание;

любая ложь всегда вызывает конфликты и затрудняет общение;

никогда нельзя скрывать от руководства неблагоприятную информацию;

даже для сохранения коммерческой тайны лгать нельзя;

можно и без обмана достичь нужного результата;

ложь никогда не помогает взаимопониманию и доверию между людьми;

даже для сохранения своей репутации лгать недопустимо;

ложь не помогает лучше объяснить что-либо.

И вообще — ложь, по его мнению, всегда отвратительна. По этим данным перед нами, как будто, исключительно честный человек. Однако более детальный анализ выявляет определенные несоответствия данной характеристике. Например, этот же человек уверен в том, что родители имеют право обманывать своих детей в их же интересах, для сохранения чьей-то личной тайны ложь допустима, можно солгать, чтобы сохранить чужую тайну, глупо осуждать человека, обманувшего того, кто сам позволяет себя обманывать, в конкурентной борьбе все средства хороши, в том числе и ложь.

Противоречивость, снижающая достоверность сообщаемой этим человеком информации, обнаруживается и при сопоставлении других его высказываний. Например, из ответов вашего партнера следует, что он: ежедневно читает газеты, никогда ни с кем не ссорился; никогда не откладывает на завтра то, что можно сделать сегодня; доволен, когда его критикуют; никогда не теряет терпение и не впадает в ярость. Вместе с тем он признается, что иногда говорит неправду, что иногда ему в голову приходят такие нехорошие мысли, что лучше о них никому не рассказывать, что ему не всегда удается соблюдать правила и ограничения.

У лжи нет любимчиков

Между установками на ложь в общении и возрастом, полом и образованием людей нет прямой связи. Иначе говоря, нельзя утверждать, что, с возрастом все люди становятся честнее или лживее; что мужчины более честные, чем женщины, или наоборот; что менее образованные люди более лживы, чем люди с высшим образованием, или наоборот.

Естественно, существуют определенные индивидуальные различия в установках на ложь у людей разного возраста, пола, образования. Но различия эти не настолько однородны, чтобы составить универсальную типологию лжецов по данным признакам. В противном случае, все было бы до примитивности просто: всех людей в зависимости от их пола, возраста и образования можно было бы «разложить по полочкам» и — никаких проблем в определении лжецов; у каждого было бы свое место в системе «честный — лжец», и по мере изменения возраста и образования каждый человек автоматически перемещался бы в категорию честных или лживых. Вот только пол создавал бы некоторые затруднения, так как он неизменен. Но и здесь развитые западные демократии уже готовы предложить всему отставшему от них в эволюционном развитии человечеству «прогрессивные» подходы, основанные на изменении пола, законодательном установлении однополых браков и других «передовых свободообразующих» социальных технологиях. Но, уверен, что все это — жалкая суета, и создать типологию установок личности на ложь в общении по критериям пола, возраста и образования невозможно и бессмысленно. Потому что и врожденные психологические предпосылки, установки не зависят от пола, возраста и образования.

Двойственность установок на ложь и на честность

Иногда встречается амбивалентность (двойственность) установок личности на честность и на ложь, то есть двойственность готовности человека говорить честно и лгать, которая выражается в том, что у одного и того же человека с разными партнерами по общению, в разных ситуациях общения одновременно возникают приблизительно в равной степени две противоположные установки — говорить честно и лгать.

Например, амбивалентность была установлена у студентки четвертого курса ВУЗа, у которой отмечается полное отсутствие ответов по пункту «Трудно сказать». Данная испытуемая радикальна в своих предпочтениях, и предпочитает держать свое мнение при себе, и полагает при этом, что умелая и своевременная ложь предотвращает конфликты и облегчает общение. Например, наша студентка уверена, что можно солгать, для сохранения чужой тайны, что в конкурентной борьбе все средства хороши, в том числе и ложь, что ради интересного дела истину можно исказить и так далее. При всем этом данная испытуемая выразила совершенное согласие с утверждением, что ложь всегда отвратительна. Сравнение с результатами данной испытуемой по другому опроснику показывает, что и здесь она была предельно определённа в своих ответах: из 168-ми утверждений опросника ни в одном случае она не затруднилась с ответом. Кстати, у данной студентки установлены минимальные возможности распознавания признаков феноменов лжи у других людей, что было подтверждено в личном общении, и вместе с тем высокая достоверность, искренность собственных ответов.

Ложь всегда отвратительна?

Установки на ложь в общении весьма противоречиво связаны с аттракцией, то есть привлекательностью лжи вообще.[16] Так, установку ложь всегда отвратительна, разделяют приблизительно половина участников моих исследований; однако в группе специалистов торговой российской компании данную установку разделяют 74 % респондентов, а в молодежной выборке (15–20 лет) — лишь 28 %. Различие достаточно существенное, позволяющее сделать вывод о несомненной привлекательности для респондентов возрастной группы 15–20 лет ложной информации как средства общения. Вместе с тем, в молодежной группе рефлексия (самоосознание) своей лжи более интенсивна, чем в целом по генеральной выборке и других группах: 58 % молодежи признают, что заслуживают строгого наказания за свои нечестные слова и поступки (в других группах этот показатель колеблется от 26 % до 43 %.

Другая общая установка в общении, что большинство людей говорят правду, отмечается у 76 % респондентов, а в группе специалистов-бухгалтеров — у 90 % (молодежь — 63 %, продавцы — 87 %). В том же, что люди всегда лгут друг другу убеждены только 16 % всех моих респондентов (28 % молодежной выборки). Удивительный результат — 0 % был получен в группе специалистов-бухгалтеров, не согласных с тем, что люди всегда лгут друг другу. Конечно, дополнительные исследования, возможно, дадут другие результаты, но, очевидно, что профессиональный и жизненный опыт определил установку специалистов бухгалтерии в том, что не всегда люди лгут друг другу, иначе были бы невозможны конкретные внутрикорпоративные коммуникации и финансово-расчетные операции с внешними организациями.

Следовательно, профессионально-возрастные причины общих установок на ложь в общении имеют тенденцию к снижению аттракции, привлекательности установки на ложь и усилению инструментализации установки на честность, то есть реально честного поведения. Иначе говоря, с повышением возраста ложь становится менее привлекательной для данной группы профессионалов, а честность все более становится инструментом, средством достижения конкретных производственно-технологических целей. Это и понятно, если принять прямоту выражения за честность, которая не искажает внутрифирменную информацию и приносит конкретную пользу всем участникам коммуникативного процесса.

Другой вопрос, что личная установка — ложь всегда отвратительна — подавляется установками на соблюдение корпоративных требований по соблюдению коммерческой тайны и проявлению лояльности к организации. В той же группе бухгалтерии 60 % респондентов полагают, что ложь всегда отвратительна, вызывает конфликты и затрудняет общение, однако 30 % считают, что ложь бывает привлекательнее правды. Но даже те, кто уверен, что ложь всегда отвратительна, не колеблясь, соглашаются с тем, что можно солгать для сохранения коммерческой и служебной тайны или для сохранения чьей-то личной тайны.

Что выбрать — честность или благополучие?

Это — одна из центральных проблем психологии лжи вообще и в бизнесе в частности. Конвенциальность, то есть социальная желательность лжи в деловых отношениях в форме, например, коммерческой и служебной тайны противоречит личностным диспозициям большинства специалистов российских компаний; поэтому сотрудник, отвергающий ложь как средство общения оказывается в ситуации сложного выбора: подчиняясь корпоративной дисциплине такой сотрудник либо принуждается к модели поведения, допускающей ложь в деловых отношениях в форме коммерческой тайны, либо отторгается данной организацией. Такова суровая социально-психологическая и этическая реальность бизнеса всех времен и народов: хочешь добыть средства к существованию (для кого — кусок хлеба, для кого — новая яхта) сбереги коммерческую тайну своей компании, если надо, обманув конкурента; не хочешь, если надо, обманывать конкурента, сохраняя, коммерческую тайну своей компании, останешься без средств к существованию. Что выбрать — честность или кусок хлеба (вариант — новую яхту)?

Если изменились обстоятельства

К общим установкам на ложь в общении относится установка на ситуативную ложь — достаточно распространенное явление и в быту и в любой организации, которое сопровождается объяснением: «в связи с изменившимися обстоятельствами и в интересах дела (фирмы, государства и пр.)». Почти 70 % респондентов готовы нарушить свои обещания, если изменились обстоятельства; лишь одна треть респондентов разделяет установку, что нарушение обещания никогда не допустимо. Готовность двух третей участников делового общения нарушить свои обещания в изменившихся обстоятельствах реальной бизнес-ситуации не вызывает сомнений, так как в разных группах до 80 % респондентов и более находят именно внешние, ситуативные причины для своей лжи, утверждая: обстоятельства заставляют меня обманывать других людей.

Об этом же свидетельствует анализ способов мошенничества в реальных бизнес-ситуациях. Мошенники из Enron, Halliburton, WorldCom, Coca-cola, Parmalat, Vivendi, «МММ», «Хопра», «Властелины», «Тибета», ЮКОСа, «МЕНАТЕПа» и другие на следствии «рвали на себе тельняшки», заявляли о необходимости простить им махинации, дать шанс встать на ноги, чтобы спасти своих акционеров и народы своих стран от многочисленных бедствий, неминуемых после перемещения их бесценных персон в места не столь отдаленные. По словам «гениев менеджмента и творцов прозрачности управления» из названных компаний, они просто вынуждены были «временно корректировать» финансовую и управленческую отчетность под давлением обстоятельств. И если бы не злобствующие кредиторы и удушающие свободное предпринимательство правительственные ограничения, то эти «бизнес-гении» очень скоро вернули бы все долги, созданные мошенническими операциями.

Смена установок на ложь и на честность

Не менее важно понимать процесс смены установок на ложь и на честность. Например, установка на ситуативную ложь — достаточно распространенное явление в любой организации, которое сопровождается объяснением: «в связи с изменившимися обстоятельствами и в интересах дела (фирмы, государства и пр.)». По моим данным почти две трети сотрудников российских компаний готовы нарушить свои обещания, если изменились обстоятельства; лишь одна треть персонала разделяет установку, что нарушение обещания никогда не допустимо. Однако и это соотношение меняется в конкретных деловых ситуациях в зависимости от смены установок. Смена установки четко наблюдается, например, в случаях сотрудничества арестованного мошенника со следствием; установка на ложь в форме сокрытия, умолчания о своих замыслах и намерениях до ареста меняется на установку на честность в раскрытии своих намерений и подельников после ареста под гарантии смягчения наказания в случае откровенного сотрудничества со следствием.

Проблема смены установок на ложь и на честность подчиняется общим психологическим закономерностям смены установок, детально разработанной в отечественной и зарубежной психологии. С.Л. Рубинштейн показал, что «смена установки означает преобразование мотивации индивида, связанное с перераспределением того, что для него значимо…Наличие той или иной установки соответственно изменяет и перспективу, в которой воспринимается субъектом любое предметное содержание: перераспределяется значимость различных моментов, по-иному как бы расставляются акценты и интонации, иное выделяется в качестве существенного и все представляется в иной перспективе, в ином свете».

Применительно к нашей теме сказанное означает, что установка на честность в одной ситуации общения меняется на установку на ложь в другой ситуации, установка на ложь в одной ситуации меняется на установку на честность в другой ситуации.

Для более четкого различения и обозначения «положительных» (конвенциальных) и отрицательных (неконвенциальных) установок на ложь люди изобрели «белую ложь», «ложь во спасение», «ложь в интересах государства (семьи, компании, народа, человечества)» и аналогичных по смыслу; «плохая ложь» отмечается во всех социально неодобряемых случаях — законодательно наказуемая ложь (обман, мошенничество) в различных формах, ложь с намерением нанести вред партнеру по общению, обман ничего не подозревающего или непроницательного человека и т. п.

Однако любая ложь остается ложью; более того, часто именно благими намерениями выложена дорога в ад, то есть ложь положительной мотивации для лжеца приводит к отрицательным и даже гибельным последствиям для другого человека; того самого человека, которого лжец хочет облагодетельствовать своей ложью.

Вместе с тем, нельзя отрицать очевидные систематические факты положительного влияния лжи, как на отдельных людей, семьи, компании, так и на целые государства и сообщества государств. Об этом я написал в «Психологии лжи» и других своих книгах. Здесь хочу лишь в самом общем виде обратиться к вечной мудрости ранее живших поколений людей. В частности библейский проповедник Екклезиаст, как известно, утверждает, что «во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь». Вряд ли можно отрицать терапевтический эффект лжи, которой врач или священник не способствуют умножению познания травмирующих фактов сломленным горем человека…

И все-таки, «ложь во спасение» и другие формы лжи остаются ложью, которая практически не знает границ в мире бизнеса, любого, в том числе и шоу-бизнеса.

Приведу иллюстрацию из мира искусства, представители которого, в глазах «всего прогрессивного человечества», самой судьбой предназначены нести свет правды и нравственной чистоты в людские души. Можно написать отдельную книгу о мошенничестве и фальсификациях произведений искусства на основе исторических и искусствоведческих исследований, сообщений СМИ и милицейских/полицейских архивов; можно узнать много интересного из художественной литературы, например из романа «Фламандская доска», автор которого Артуро Перес-Реверте — один из самых популярных испанских писателей 1990-х годов.

Но взглянем на нашу российскую действительность. Вот о чем поведал 15 декабря 2003 г. телеканал «Культура» в программе «Оркестровая яма». Музыкальный продюсер Н.Ж. — шеф-редактор программы «Оркестровая яма» — рассказывает о том, что ложная информация обязательно включается в биографию (резюме) многих музыкантов, исполнителей. Потому что если в резюме указать в качестве мест выступления Тверскую область, зритель на такого музыканта не пойдет. А если указать Германию, Францию, другие европейские страны, то пойдет. В общем, музыканты, как могут, приукрашивают свою исполнительскую биографию, то есть обманывают зрителей. Другой участник программы рассказал, что, если музыкант сам заплатит за аренду престижного концертного зала, например, зала им. Чайковского, Карнеги-холла и т. п., и выступит там, то затем он может с чистой совестью записать себе в резюме строку, как сильному исполнителю. Еще один вариант: приезжают российские музыканты в Европу, выступают в немецком городке с населением 2000 человек, и уже пишут у себя в биографии, что выступали в Германии. А на самом деле, там дребезжащий рояль и провинциальный плохой зал, но зато в Германии. Такие варианты ложной информации в биографии карьерных музыкантов нередки. И зрителям бывает порой сложно разобраться. Здесь мы видим весь спектр ложной бизнес-информации: умолчание, как форма лжи, приукрашивание, аттракция, приписывание себе того, чего нет на самом деле либо в биографиях музыкантов, либо в тех городах, где они реально выступали.

Не от хорошей жизни люди искусства идут на подобные ухищрения. Все законы бизнеса распространяются на искусство, в том числе и законы конкуренции — жестокой и беспощадной. И, разумеется, любой нормальный деятель искусства, во всяком случае, на заре своей творческой карьеры, испытывал мотиваци-онный конфликт, то есть столкновение направленностей сознания, намерений, установок, мотивов, переживал конфликт феноменов истины и лжи в результате столкновения противоречивых установок, мотивов, информации.

Следовательно, можно рассматривать феноменологию лжи как частный случай социального конфликта.

«Кесарево сечение» лживости

Как известно, кесарево сечение — это хирургическая операция, позволяющая ребенку появиться на свет путем извлечения его из живота матери, которая не может родить его обычным способом. Лживость, образно говоря, появляется на свет не обычным способом, каким формируются другие психологические свойства личности. Лживость возникает и формируется как результат социально-психологического «кесарева сечения», т. к. основная функция лживости — введение в заблуждение других людей для нанесения им какого-либо ущерба. В роли хирурга, проводящего «кесарево сечение» лживости, выступает процесс социализации личности.[17]

Основные факторы развития личности: 1. наследственность, 2. дошкольное развитие; 3. система образования; 4. условия воспитания; 5. социальное окружение; 6. демографическая среда; 7. образ и качество жизни; 8. социальный статус личности; 9. Политика государства (здравоохранение, образование), 10. социальная среда; 11. влияние СМИ; 12. развитие функциональных систем человека; 13. социально-экономические ресурсы; 14. изменение вида или рода деятельности; 15. семейно брачные и психосексуальные отношения; 16. экономические отношения (работодатель — работник); 17. противоречия между потребностями личности и возможностями их удовлетворения.

Потому что именно в процессе социализации человек узнает о том, что ложь во многих ситуациях общения конвенциальна, т. е. социально желательна и одобряема в спорте, медицине, в военном деле, в политических отношениях и т. д. Общество разрешает военным обманывать противника в бою и при подготовке боя, когда на кону жизнь солдат, офицеров, гражданского населения. Общество поощряет обман в спорте: финтам, ложным замахам, ложным захватам, обводкам и т. п.

Лживость человеческая возникает из сложного сочетания врожденных психологических предпосылок и комбинации различных факторов развития личности. Исследование установок на ложь показало, что существуют определенные врожденные предпосылки для формирования у человека установок на ложь.

Например, в моих экспериментах установлена достаточно выраженная положительная связь установки на ложь с такими психологическими характеристиками человека, как смелость и стрессоустойчивость. Существуют доказательства, что это один из двух-трех наиболее сильно наследственно обусловленных факторов.

Такой человек, как правило, смел, активен, предприимчив, эмоционален, импульсивен, чувствителен, отзывчив, добродушен. Он чаще других людей проявляет большой интерес к лицам противоположного пола. Отличается эстетическими и артистическими интересами. Беззаботен, не чувствует опасности, способен допустить небрежность в деталях, в мелочах, в том числе и с намерением обмануть. Смел в эмоциональном, сексуальном и в смертельно опасном плане, делает скорее эмоциональные, дружеские, чем конкретные замечания окружающим. Он чаще становится лидером. Выдерживает большие эмоционально-стрессовые перегрузки. Может долго противостоять физической усталости при работе с людьми. Склонен к риску, к эксперименту, к выполнению сложных, нестандартных заданий. Пробивной, не стесняется в выборе средств для достижения поставленной цели, в том числе готов солгать. Некоторая эмоциональная «толстокожесть» позволяет легко переносить жизненные передряги: эмоционально-напряженные ситуации, затруднения и неопределенность в общении. Ему не свойственны застенчивость, скромность, эмоциональная сдержанность, боязливость, робость. У такого человека чаще, чем у других людей наблюдается пониженная чувствительность к угрозам и вероятной опасности, он не терзается необоснованным чувством собственной неполноценности. Свободно вступает в контакты, не испытывает трудности в общении, охотно и много говорит, не теряется при столкновениях с неожиданными обстоятельствами, о неудачах быстро забывает, не делает надлежащих выводов из полученных замечаний и наказаний.

Положительная связь установки на ложь с такими врожденными психологическими характеристиками человека, как смелость и стрессоустойчивость проявляется также в том, что при общении с людьми он с готовностью вступает в разговор, вместо того, чтобы спокойно оставаться в стороне, молчать и давать говорить другим. Он чувствует себя «в своей тарелке», если неожиданно оказывается в центре внимания группы людей; не молчит в присутствии старших по возрасту и положению. Почти никогда не испытывает волнения перед выступлением в присутствии многих людей; в общении свободно проявляет свои чувства. Сам себя считает очень общительным, открытым, энергичным и всегда занятым человеком.

Классический пример — Джованни Казанова. Казанова вошел в историю как великий любовник. А ведь он был еще и великим аферистом, проходимцем, лжецом, обманщиком, лицемером. Это — не упрек, это констатация факта: веселый и подвижный был молодой человек, толковый парень. Уже в молодости Казанова прославился многочисленными выходками и скандалами, главным образом, сексуальными. Казанова был не заурядный секс-террорист, он написал несколько литературных произведений, в том числе и роман-пророчество в пяти томах. Он занимался также переводами и перевел, в частности, «Илиаду». Он побывал в гостях у Вольтера в Швейцарии и даже брал интервью в России у Екатерины Великой по поводу реформы календаря.

Рассказывают, что Казанова в течение 7 лет служил инквизиции в качестве осведомителя. Казанова был высоким, атлетически сложенным, смуглым мужчиной. Он был также весьма остроумен. Его сексуальные победы не поддаются счету. Он мог ухаживать за женщиной, плести целую сеть интриг и даже угрожать до тех пор, пока не добивался желаемого результата.

Казанова (1725–1798)

В случае отказа он начинал действовать еще активнее. «Нет в мире женщины, которая устояла бы перед постоянным проявлением знаков внимания», — утверждал Казанова. Половое воздержание вызывает различные заболевания, считал Казанова. Казанова был по-своему романтиком и был почти постоянно в кого-нибудь влюблен. «Без любви это великое дело просто безобразие», — писал Казанова. Он считал, что семейная жизнь — это «могила для любви», и всегда предпочитал ей «невыразимую прелесть украденных наслаждений». Казанова никогда не терял чувства юмора, что помогало ему в большинстве случаев его сексуального шарлатанства.

Сексуальные силы Казановы стали иссякать еще до того, как ему исполнилось 40 лет. Говорят, что в течение последних тридцати лет его жизни, когда он служил библиотекарем в Богемии, в его жизни, вероятно, вообще не было женщин. Удовольствие Казанова получал теперь лишь от еды, а также от написания своих мемуаров и от чтения. Читал Казанова очень много и по этому поводу у него даже появился афоризм: «Женщина — как книга. Хороша она или плоха, но удовольствие должна начинать доставлять уже с самой первой страницы».

Противоположностью описанному типу является человек с врожденными задатками установки на честность. В данном случае многое зависит от тонкости эмоциональных переживаний, что на бытовом уровне определяют как «тонкокожесть — толстокожесть». Так вот, чаще установка на честность имеется у «тонкокожих», эмоционально чувствительных людей, мягкосердечных и зависимых. Это — человек добрый, мягкий, терпимый к себе и окружающим, утонченный, несколько напыщенный, жеманный. Эмоционально чувствителен к переживаниям другого человека, сам стремится к новым переживаниям. Мечтательный, утонченный, капризный, женственный, нетерпеливый. Не терпит «грубых» людей и грубой работы. В делах непрактичен, действует интуитивно. Кроме того, это — слабый, зависимый человек, стремится иметь покровителя. Такой человек, как правило, беспокоен, неугомонен, суетлив, немного ветренен и легкомыслен; ожидает внимания от окружающих. Установка на честность у такого человека может легко смениться на установку на ложь, т. к. он непостоянен, изменчив во вкусах, настроениях, симпатиях и пристрастиях, склонен к бесплодному фантазированию.

Такому человеку интереснее быть драматургом, чем инженером строителем; он остановился бы на улице скорее, чтобы посмотреть на работу художника, чем слушать, как ссорятся люди; в школе он предпочитал уроки, связанные с искусством: рисование, пение; ему не трудно говорить или выступать перед большой группой людей; он предпочитает читать роман, где много чувств и воображений, а не реалистические описания военных или политических событий; ему интересно быть консультантом, помогающим молодым людям выбирать работу, чем руководить техническим предприятием; он любит сентиментальную, задушевную музыку; красота поэмы восхищает его больше, чем красота хорошо сделанного оружия.

А вот «толстокожий» с установкой на ложь, напротив, суровый, мужественный, не склонен к иллюзиям; несентиментальный. Реалистичен, не любит фантазий, постоянный во вкусах и привязанностях. Суровый до цинизма. Практичен. Действует по логическим, практическим законам и знанию жизненного опыта. Самоуверенный. Всегда готов взять на себя ответственность и при необходимости обмануть другого без сожаления.

Тони Блэр. Экс-премьер-министр Англии

Сильный, независимый. Не терпит бессмысленности, т. к., по его мнению, фантазии бессмысленны с практической точки зрения. Не обращает внимания на физические недомогания. Агрессивен. Может быть самодоволен, груб, чопорен, циничен, жесток и безжалостен.

Далее, в моих исследованиях показана положительная связь установки на ложь с такими психологическими характеристиками человека, как радикализм/консерватизм, гибкость, вольномыслие.

Установка на честность чаще обнаруживается у людей консервативных взглядов, не любящих перемен. Это люди устоявшихся мнений, все новое они, как правило, встречают в штыки, потому что оно кажется им абсурдным и бессмысленным; другой точки зрения они не допускают, склонны к нравоучениям, морализаторству. Они полагают, что все недостатки будут устранены, если строго следовать всем требованиям более старших и опытных людей, что собственная инициатива и изобретательность могут только разрушить все, что и без того хорошо устроено. Такие люди склонны к осторожности в отношении новых идей, их поведение традиционно, мышление консервативно. Склонны препятствовать изменениям и откладывать их реализацию. Упорство, наличие четких позиций и принципов, высокие стандарты поведения во многом объясняют преобладание у них установки на честность в общении с другими людьми; они хорошо проявляют себя в группе, благодаря своей искренности; терпимы к трудностям.

Установка на ложь, напротив, чаще обнаруживается у людей, склонных к радикализму и либерализму, с разнообразными интеллектуальными интересами. Стремясь быть хорошо информированными, такие люди никакую информацию не принимают на веру, ко всему относятся скептически, не доверяют авторитетам, все стараются проанализировать и понять сами, любят, когда эксперимент приносит что-либо новое и неожиданное; не поддаются мистике, религиозным воззрениям. Такие люди легко меняют свою точку зрения, спокойно воспринимают неустоявшиеся взгляды и новые идеи; они отличаются критичностью мышления, терпимостью к противоречиям и неясностям. Склонны к лидерству, в дискуссиях делают самое большое число критических замечаний. Причем, если при обсуждении какого-либо вопроса среди участников возникает ожесточенный спор, то такой человек предпочитает, чтобы кто-нибудь победил, а не чтобы спор разрешился мирно. Уже в юности, если он расходился во мнении с родителями, то всегда оставался при своем мнении, не соглашаясь с авторитетом родителей.

Психологически такие люди весьма прагматичны и ориентированы на достижение конкретного результата. Они предпочитают иметь работу с большим окладом, который бы зависел от их способности показывать людям чего они стоят, вместо рутинной работы с постоянным окладом. Они полагают, что за деньги можно купить почти все, что в современном мире важнее, например, разрешить вопросы практического использования научных открытий, чем вопросы нравственности. Их решения больше зависят от разума, чем от чувств. При этом они полагают, что в наше время требуется больше увлеченных романтиков и энтузиастов, чем дисциплинированных добросовестных людей. Вообще, такой человек считает, что общество должно руководствоваться разумом и отбросить старые привычки или ненужные традиции.

Так что, в процессе социализации личности общество, увы, во многом способствует развитию врожденных предпосылок лживости у личности. Иногда стихийно, иногда целенаправленно. В общем, ложь всегда отвратительна, но если изменились обстоятельства…

Часть IV

Психоанализ врожденности лжи

Несомненный интерес представляет психоналитический подход к проблеме врожденности психологических предпосылок мотивации лжи.

Зигмунд Фрейд о бессознательных намерениях

Чтобы точнее представить свою гипотезу о врожденности лжи, напомню, что исследованиями З. Фрейда установлены различные бессознательные психологические феномены, раскрывающие намерения человека в процессе общения. Например, забывание собственных имен.

«Наблюдая это явление, — пишет З. Фрейд, — я исхожу из того, что смещение это отнюдь не является актом психического произвола, что оно, напротив, совершается в рамках закономерных и поддающихся научному учету. Иными словами, я предполагаю, что замещающие имя или имена стоят в известной, могущей быть вскрытой, связи с искомым словом, и думаю, что если бы эту связь удалось обнаружить, этим самым был бы пролит свет и на самый феномен забывания имен».

Основательно исследовав феномен обмолвки, З. Фрейд высказал существенное для понимания феноменологии лжи предположение о сходстве психологического механизма забывания имен и обмолвок, что обеспечивает «более глубокое понимание этого последнего явления».[18]

Весьма интересны наблюдения и выводы З. Фрейда, раскрывающие проблемы распознавания бессознательно искаженной информации, интересны тем более, что З. Фрейд, как он часто это делает, самораскрывается в объяснении конкретных психологических феноменов.[19]

Так, размышляя обо всем комплексе ошибок общения, обусловленных бессознательными психическими процессами, З. Фрейд философски замечает: «Быть может, читатели будут склонны считать объясненную здесь группу ошибок мало распространенной и не особенно важной. Я хочу, однако, обратить их внимание на то, не имеем ли мы основания рассматривать с той же точки зрения также и ошибочные суждения (заблуждения) людей в жизни и науке. Быть может, лишь избранные и наиболее уравновешенные умы способны уберечь картину воспринятой ими внешней действительности от того искажения, которое она претерпевает, проходя через психическую индивидуальность воспринимающего лица».

Основная идея психоанализа, как известно, состоит в извлечении из глубин человеческой психики информации о содержании подавленных, замещенных или сублимированных сексуальных мотивов и фантазий человека; методы психоанализа основаны на выявлении бессознательных следов аффективных переживаний и действий человека, обусловленных неосознаваемыми мотивами. Психоаналитический метод позволяет психологу/психотерапевту помочь своему клиенту/пациенту вызвать и выстроить воспоминания, многие годы ускользавшие от ассоциаций, воспроизвести мысли, которые человек отказывается признать своими; раскрытие и осознание человеком подавленных мыслей и мотивов позволяет психологу/психотерапевту снять болезненный симптом.

Психоанализу З. Фрейда посвящена практически необозримая научная, научно-популярная и художественная литература. Современным последователям психоанализа вряд ли известна статья Б. Быховского «О методологических основаниях психоаналитического учения Фрейда», опубликованная в журнале «Под знаменем марксизма» в 1923 году. Автор статьи разъясняет своим читателям, что главным предметом учения Фрейда является сексуальная жизнь: детская сексуальность, половые извращения и психоневрозы на эротической почве. В статье высказывается одобрение смелостью решения психосексуальных проблем людей Фрейдом, который осуждает лицемерие так называемой общественной нравственности, которое приводит к большим жертвам и «не свидетельствует об уме». Автор цитирует Фрейда, отстаивавшего необходимость приучать пациентов «к свободному без предрассудков обсуждению сексуальных отношений, как и всяких других».

Но самое удивительное — это вывод, сделанный Б. Быховским из анализа методологических основ психоанализа, если иметь ввиду, что его статья опубликована в журнале «Под знаменем марксизма». Б. Быховский пишет в заключении своей статьи: «Я не склонен переоценивать психоаналитическое учение…Но я старался вылущить здоровое зерно психоанализа и думаю, что оно достаточно ценно и значительно. Я старался доказать, что в своих методологических посылках и основных принципиальных выводах психоанализ (бессознательно) воспроизводит в области своего исследования положения, провозглашаемые диалектическим материализмом. Осознание этого психоаналитиками поставит их учение на широкую прочную основу. Диалектический материализм может зачесть в свой актив еще одну победу».[20]

Зигмунд Фрейд

(1856–1939)

Вот так вклад Зигмунда Фрейда в диалектический материализм пропагандировал журнал «Под знаменем марксизма» в 1923 г. Потом были запреты и гонения на психоанализ и психологию в целом, однако факт остается фактом — научный поиск в СССР в начале 1920-х годов шел в самых различных направлениях, хотя иногда и маскировался в идеологически разрешенную форму. Для сравнения в 1999 г. в некоторых ну очень либеральных и очень демократических российских печатных СМИ появились статьи под заголовками «Введение в психобизнес», «Кокаиновое «причастие» Фрейда», в которых цинично и пренебрежительно рассказывается о великом ученом и гуманисте. Дело всей его жизни предстает в этих писаниях как «ремесло», «кокаиновая религия», «каннибалическое кровавое месиво» вульгарные раскопки «золотой жилы», «психобизнес», а сам автор психоанализа — заурядный наркоман и сексуальный маньяк, обладавший комплексом неполноценности.

Как и любой просвещенный человек, я имею собственную позицию в отношении психоанализа и Зигмунда Фрейда; позиция моя — это позиция скромного исследователя, который отдает дань глубочайшего уважения великому ученому Зигмунду Фрейду — искавшему и заблуждавшемуся, страдавшему и побеждавшему. Теория и практика психоанализа уязвимы во многих своих аспектах, что давно показано и последователями Фрейда и его противниками, но фактом остается революционный прорыв в неизученные и запретные области человеческой психики. Спорить с Фрейдом — да, оскорблять его память — недостойно. Да и бесполезно. Фрейд уже в истории, он уже победил.

Вильгельм Райх: шизофреник честен до смущения

Из других психоаналитических работ по проблеме психологии лжи несомненный интерес представляет книга Вильгельма Райха «Характероанализ: техника и основные положения для практикующих аналитиков». В разделе, посвященном шизофреническому расщеплению, В. Райх описывает классическую картину болезни шизофреника, анализируя некоторые черты его характера, причем делает это в резкой и нелицеприятной для «нормальных людей» форме.[21] В. Райх, проводит прямую и непосредственную связь между проявлениями лжи нормального человека и шизофреника: «Фактами установлено, что средний шизофреник гораздо более честен, чем homo normalis, если прямоту выражения принять за честность. Каждый хороший психотерапевт знает, что шизофреник честен до смущения [выделено мной — А.Т.]. Он также является человеком, которого обычно называют «глубоким», то есть при столкновении с жизненными ситуациями он видит лицемерие насквозь и не скрывает этого. Он обладает прекрасной способностью улавливать эмоциональные реалии, что коренным образом отличает его от homo normalis. Я останавливаюсь на этих характеристиках шизофреника для того, чтобы стало понятно, почему homo normalis так ненавидит шизоида».[22]

Вильгельм Райх

(1897–1957)

Утверждение В. Райха о том, что шизофреник гораздо более честен, чем homo normalis, кажется ему верным, «и это положение дел прискорбно. Должно быть все наоборот. Если homo normalis действительно так нормален, как он на то претендует, если он объявляет самореализацию и правду величайшими целями отдельного порядочного индивидуума и всего общества, то он в гораздо большей степени, чем «сумасшедший», должен желать и быть способным открыть себя себе самому и врачу. Если от homo normalis так трудно добиться правды, то в его устройстве что-то коренным образом неверно. Заявление хорошо адаптированных психоаналитиков о том, что так оно и должно быть, ибо в противном случае он не смог бы выдержать столкновения со всеми своими эмоциями, может привести к полной потере веры в прогресс человечества. Мы не можем строить улучшение условий жизни человечества на более широком знании о человеческой душе и одновременно защищать нежелание человека открыться. Или — или. Или мы продолжаем расширять сумму наших знаний о человеке и тогда мы должны будем осудить увертливость homo normalis, или мы защищаем такой подход и ставим крест на задаче постигнуть человеческое мышление. Другой альтернативы нет».

Карл Юнг: архетипы коллективного бессознательного

Теорию К. Юнга об архетипах коллективного бессознательного необходимо предварить следующими замечаниями.

Напомню, что в первой части этой книги я писал, что человек — это бывший зверь, а в животном мире, как известно, существует множество способов введения в заблуждение потенциальными жертвами хищников и наоборот. Биологическая природа эмоций человека и животных давно признана, а в поведении животных наблюдаются явные признаки обмана при угрозе их жизни. Инстинкт самосохранения как системное образование включает в себя поведенческие реакции, с помощью которых хищник или его предполагаемая жертва вводятся в заблуждение, сбивается со следа и т. п. К природным биологическим основам лжи я также предложил с известной долей осторожности отнести и темперамент — биологический фундамент, определяющий природные особенности поведения, типичные для данного человека; темперамент проявляется в динамике, тонусе и уравновешенности реакций на жизненные воздействия.

Следовательно, исходя из эволюционной теории Ч. Дарвина, можно предположить, что и у человека, возможно, существуют биологически обусловленные эмоциональные механизмы поведения, которые способствуют возникновению феноменов лжи.

Карл Юнг (1875–1961)

Врожденность некоторых психологических структур убедительно обосновал один из основателей психоанализа К. Юнг, который предположил, что «существует надперсональный пласт в нашей психике».[23] Этот психологический пласт генетически обусловлен и передается людям по наследству. Наиболее полно свои идеи о врожденных психологических структурах человека Юнг изложил в своей работе «Об архетипах коллективного бессознательного».[24]

«Конечно, поверхностный слой бессознательного является в известной степени личностным. Мы называем его личностным бессознательным. Однако этот слой покоится на другом, более глубоком, ведущем свое происхождение уже не из личного опыта. Этот врожденный более глубокий слой и является так называемым коллективным бессознательным. Я выбрал термин «коллективное», поскольку речь идет о бессознательном, имеющем не индивидуальную, а всеобщую природу. Это означает, что она включает в себя, в противоположность личностной душе, содержания и образы поведение которые являются повсюду и всех индивидуумов одними и теми же. Другими словами, коллективное бессознательное идентично у всех людей и образует тем самым всеобщее основательное идентично у всех людей и образует тем самым всеобщее основание душевной жизни каждого, будучи по природе сверх личным».[25]

Архетипы являются содержаниями коллективного бессознательного «древнейшими, лучше сказать, изначальными типами, т. е. испокон веку наличными всеобщими образами».[26] Юнг полагает, что «архетип представляет то бессознательное содержание, которое изменяется, становясь сознательным и воспринятым; оно претерпевает изменения под влиянием того индивидуального сознания, на поверхности которого оно возникает».[27]

К. Юнг исследовал архетипы коллективного бессознательного на материале первобытного мировоззрения и религиозных мифов. Вместе с тем, Юнг полагал, что «архетип как таковой существенно отличается от исторически ставших или переработанных форм».[28]

Схематично концепция Юнга об архетипах представлена на схеме.

Концепция К. Юнга об архетипах коллективного бессознательного объясняет многие аспекты эволюционной теории лжи. Можно с уверенностью предположить, что одним из архетипов коллективного бессознательного является феномен лжи, как социально-психологическая объективация установки на введение в заблуждение других людей. Потому что в любой мифологии содержатся элементы не только воображения, искаженного восприятия и оценки реальности, но и намеренного обмана.

Подавленная честность — источник неврозов

Понимаю, что моя гипотеза вызовет серьезные возражения, но, как известно, — невозможно пронести факел истины через толпу, не опалив кому-либо бороды. Думаю, можно предположить, что подавленная по разным мотивам честность (если за честность принять прямоту выражения) становится источником внутренних бессознательных конфликтов и психических расстройств не меньше, чем подавленная сексуальность. Более того, не отрицая и не оспаривая основную идею З. Фрейда о значении подавленной сексуальности в развитии неврозов, рискну предположить, что не в этом главный источник психических расстройств, как полагал великий основатель психоанализа.

Главная проблема не в том, чтό подавляется (сексуальность), а в том, как подавляется (сокрытие информации о содержании подавляемой сексуальности). Сокрытие сексуальности понимается здесь как форма лжи, а не просто закрытая личная информация, потому что в данном случае невротик бессознательно вводит в заблуждение окружающих его людей замещенными признаками истинной информации о своем психическом и соматическом состоянии.

Следовательно, можно расширить мою трактовку феномена лжи, которая сейчас звучит так: феномен лжи — это явление намеренно искаженной или скрываемой истины, составная часть коммуникативного акта, направляющая поведение лжеца и его жертвы и определяющая систему делового и личного общения. Расширение трактовки относится к намеренности искажения или сокрытия информации о своих мотивах, установках, желаниях, чувствах. До сих пор я говорил об осознаваемом намерении солгать; теперь я предлагаю дополнить данное положение положением о неосознаваемом, бессознательном намерении солгать. В таком случае акцент смещается с содержания подавляемого психического явления (сексуальности) на его форму, которая в свою очередь определяет подлинное содержание болезненного психического комплекса — ложь. Следует также признать многопричинность и полимотивированность феномена лжи, превосходящую по объему детерминацию честности. Иначе говоря, причин и мотивов честного поведения индивида меньше, чем нечестного.

Мотивационный конфликт между подавленной честностью (откровенностью) и неосознаваемым желанием/необходимостью раскрыть, актуализировать психосексуальную фантазию (информацию) становится источником невротических расстройств. Мотивационный конфликт — это, прежде всего, эмоциональный конфликт информационных компонентов осознаваемой и неосознаваемой сфер человеческой психики. При этом достоверную информацию о своих сексуальных фантазиях человек пытается неосознанно преобразовать так, чтобы ввести в заблуждение других людей относительно истинной причины своего психического неблагополучия, следовательно, деформации подвергается системообразующая личная информация индивида.

Психологическая защита лжи: бессознательное и врожденное

В мотивационном конфликте «срабатывает» психологическая защита — механизм, предупреждающий расстройства психики и поведения. Известно, что психологическая защита реализуется в форме специфических бессознательных приемов переработки информации, которые предохраняют человека от стыда и потери самоуважения в условиях мотива-ционного конфликта. Психологическая защита лишает значимости травмирующие факторы и позволяет тем самым нейтрализовать и обезвредить их психологически; вместе с тем психологическая защита искажает восприятие окружающей действительности, прекращает активность человека, затрудняет его адаптацию, стимулирует возникновение неврозов.[29]

В психологической литературе рассматриваются следующие основные способы психологической защиты, в основном сформулированные в психоанализе:

отрицание — тревожная информация не воспринимается человеком, и восприятие им действительности искажается; человек стремится уклониться от новой информации, не совместимой со сложившимися представлениями о себе; например, сотрудник компании, считающий, что ложь всегда отвратительна, под давлением финансовых и организационных обстоятельств вынужден скрыть неблагоприятную информацию от руководства организации, и при этом понимает, что может нанести серьезный ущерб и руководителю и всей организации; отрицание информации о возможных разрушительных последствиях своей лжи переориентирует внимание солгавшего сотрудника на другие факты и явления и позволяет отогнать неприятные мысли;

подавление — неприятная или тревожная информация блокируется при ее запоминании или воспоминании; эта блокировка обеспечивает неосознаваемое сокрытие лжецом достоверной информации, то есть умолчание, как форму лжи; в таком случае сотрудник, например, скрывший неблагоприятную информацию от руководства компании, действительно забывает эту информацию, бессознательно блокируя процессы памяти; однако исходное понимание сотрудником ложности данной информации и ее блокировка под влиянием изначального страха ее разглашения позволяют констатировать обман;

вытеснение — наиболее универсальный способ избавиться от мотивационного конфликта путем активного бессознательного выключения из сознания неприемлемой информации; установки на ложь, например, из-за тщеславия, ущемленного самолюбия, оскорбленной гордости порождают ложные мотивы, которые скрывают истинные; механизм вытеснения обеспечивает мошенникам прикрытие личных эгоистических устремлений общественно приемлемой аргументацией; все разоблаченные мошенники оправдывали свою неукротимую жадность интересами акционеров, вкладчиков, государства и т. д.;

проекция — перенос (приписывание) собственных чувств и желаний на другое лицо; механизм проекции четко просматривается в ситуациях, когда мошенник, находясь на грани разоблачения, кричит «держи вора», пытаясь переложить ответственность на конкурентов, бывших партнеров, ошибки законодателей и других людей; подобная тактика позволяет запутать следствие, выиграть время и нередко полностью избежать морального осуждения и уголовного наказания;

идентификация — перенос лжецом на себя качеств, присущих другому достойному человеку и недоступных, но желательных для себя в попытках создать образ «честного и порядочного человека»; идентификация длительное время обеспечивает неосознаваемое следование образцам и идеалам, позволяющее мошеннику преодолеть собственную слабость и комплекс неполноценности;

рационализация — псевдоразумное объяснение своих желаний и поступков, снижение ценности недоступного по принципу: «не очень-то и хотелось»; рационализация имеет место, например, в ситуациях невозможности развивать какой-либо бизнес на законных основаниях и перевод предпринимательской деятельности в тень; при этом сохраняется видимость сознательного отказа от неудавшегося проекта;

включение — также как и при рационализации изменение степени значимости психотравмирующего фактора; включение прежней системы ценностей в новую, глобальную; имеет место в ситуации, когда, например, бизнес-проект, потерпевший неудачу, как бы встраивается в более широкое поле других проблем и тем самым снижается значимость неудавшегося предприятия;

замещение — перенос действия на доступный предмет, что называется — «отвести душу», то есть отреагировать отрицательные эмоции в какой-либо доступной форме, иногда социально неприемлемой; однако «отведением души» дело не ограничивается, если после провала бизнес-проекта предприниматель становится на путь мошенничества и замещает социально разрешенную экономическую деятельность противозаконными махинациями.

Если принять во внимание влияние психологической защиты на неосознаваемые компоненты установок на ложь в общении, тогда становятся более понятными некоторые иррациональные моменты в поведении и деятельности лжецов, мошенников.

В общем, психоанализ, на мой взгляд, можно весьма успешно применить для распознавания врожденной лживости человека.

Часть V

Идеальная ложь

Идеальный — это что?

Проблема идеальности и ее соотношения с материальностью — одна из сложнейших философских, методологических, теоретических и познавательных проблем.

Существуют два основных подхода к пониманию термина «идеальный».

1) Первый подход: идеальный — объект, созданный человеком мысленно, не существующий и не осуществимый в действительности, но такой, для которого имеется прообраз в реальном мире.

В этом смысле идеализация означает отвлечение от свойств и отношений, необходимо присущих объектам реальной действительности и введением в содержание образуемых понятий об объекте таких признаков, которые в принципе не могут принадлежать их реальным прообразам.

Примером идеализации может быть понятие «точка»: невозможно найти в реальном мире объект, представляющий собой точку, то есть объект, который не имел бы измерений. Аналогичный характер имеют понятия «прямая линия», «окружность», «абсолютно черное тело», «инерция».

В понятиях, являющихся результатом идеализации (их часто называют просто идеализациями), мыслятся идеализированные (или идеальные) объекты. Образовав с помощью идеализации понятие об идеальном объекте, можно в дальнейшем оперировать с ним в рассуждениях как с реально существующей вещью и строить абстрактные схемы реальных процессов; в этом смысле идеализация тесно связана с моделированием.

Признаком научной идеализации, отличающим ее от бесплодной фантазии, является то, что созданные в ней идеальные объекты в определенных условиях объясняются в терминах реальных объектов.

Идеальный объект (явление), как мысленная конструкция — это важнейшее средство познания в науке. Теоретические утверждения, как правило, непосредственно относятся не к реальным объектам, а к идеальным объектам, познавательная деятельность с которыми (мысленный эксперимент, их осмысление в различных теоретических схемах и моделях) позволяет устанавливать существенные связи и закономерности, недоступные при изучении реальных объектов, взятых во всем многообразии их эмпирических свойств и отношений.

Выделяют идеальные объекты, которые образуются путем идеализации опытных представлений о реальных объектах. Однако, как правило, введение идеальных объектов связано с возможностью теоретического анализа изучаемых явлений. В развитых научных теориях обычно рассматриваются не отдельные идеальные объекты и их свойства, а структуры и системы идеальных объектов. При построении теорий идеальные объекты выступают в контексте целостной и вместе с тем внутренне дифференцированной теоретической модели реальности (например, «идеальный газ» в контексте его молекулярно-кинетической модели, «идеальная жидкость», в которой в отличие от реальной жидкости отсутствуют вязкость и теплопроводность, «идеальный кристалл» — совершенный кристалл, не имеющий дефектов кристаллической решетки).

Поясню серьезность разработки проблем идеальности объекта примером «идеального газа» из теоретической физики.

«Одним из важнейших объектов изучения статистической физики является так называемый идеальный газ. Под этим названием подразумевают газ, взаимодействие между частицами (молекулами) которого настолько слабо, что им можно пренебречь. Физически допустимость такого пренебрежения может быть обеспечена либо малостью взаимодействия частиц при любых расстояниях между ними, либо достаточной разреженностью газа. В последнем, наиболее важном случае, разреженность газа приводит к тому, что его молекулы почти всегда находятся на значительных расстояниях друг от друга, на которых силы взаимодействия уже достаточно малы.

Отсутствие взаимодействия между молекулами позволяет свести квантово-механическую задачу об определении уровней энергии Еnвсего газа в целом к задаче об определении уровней энергии отдельной молекулы. Эти уровни мы будем обозначать символом еk, где индекс k представляет собой совокупность квантовых чисел, определяющих состояние молекулы. Энергии Еnвыразятся тогда в виде сумм энергий каждой из молекул.

Надо, однако, иметь в виду, что даже при отсутствии непосредственного силового взаимодействия в квантовой механике имеет место своеобразное взаимное влияние частиц, находящихся в одинаковом квантовом состоянии (так называемые обменные эффекты)…

Обозначим символом nkчисло частиц в газе, находящихся в k-м квантовом состоянии; числа nkназывают числами заполнения различных квантовых состояний. Поставим задачу о вычислении средних значений nkэтих чисел, причем обратимся к подробному изучению чрезвычайно важного случая, когда все числа

Физически этот случай соответствует достаточно разреженному газу. В дальнейшем будет установлен критерий, обеспечивающий выполнение этого условия, но уже сейчас укажем, что фактически оно выполняется для всех обычных молекулярных или атомных газов. Это условие нарушилось бы лишь при таких больших плотностях, при которых вещество фактически уже ни в какой мере нельзя было бы рассматривать как идеальный газ».[30]

2) Второй подход: идеальный — нравственно и эстетически совершенный:

• идеальный муж (безупречный во всех отношениях, абсолютно верный жене);

• идеальная женщина — «мимолетное виденье, гений чистой красоты» (А.С. Пушкин), «прелести твоей секрет разгадке жизни равносилен» (Б.Л. Пастернак);

• идеальный правитель (сильный, справедливый, честный, любимый всем народом);

• идеальный политик (политик, ставший идеальным правителем).

Читатель может легко продолжить список идеальных объектов, явлений, людей.

Понятие «идеальный» применяется также к антиподам нравственного и эстетического совершенства, например, идеальное убийство (убийство, принципиально не раскрываемое, не оставившее ни единого следа, указывающего на действительного исполнителя или заказчика и их мотивы, и потому — безнаказанное).

Мы обсудим антипод честности — идеальную ложь.

Теория идеальной лжи

Постановка проблемы «идеальной лжи» соответствует также развиваемой в моих работах феноменологической концепции лжи, в основе которой лежат феноменологические идеи замечательного немецкого философа Э. Гуссерля. В соответствие с принципом интенциональной активности лжеца ложь определяется мной как явление интенционально (намеренно) искаженной или скрываемой истины.

Что такое интенциональность?

Принцип интенциональности сознания означает направленность сознания лжеца на какой-либо объект, который, в свою очередь, является составной частью акта сознания, но уже в качестве интенционального, идеального, а не физического объекта, то есть становится феноменом (явлением) сознания.

Интенциональная активность лжеца, сущностью которой является его осознанное или бессознательное намерение ввести в заблуждение партнера по общению, составляет психологическую основу феномена лжи. Интенциональную активность лжеца можно увидеть, обнаружить наблюдая его мимику, речь, жестикуляцию, поведение, а также анализируя результаты его деятельности, средства и стиль общения. Интенциональную активность лжеца можно обнаружить с помощью разработанного мной опросника — шкалы «Установки на ложь в общении», о которой я расскажу ниже.

Идеальную ложь будем понимать в смысле первого подхода, то есть как мысленно сконструированное явление, не существующее и не осуществимое в действительности, но имеющее прообраз в реальном мире человеческих взаимоотношений.

Мой подход к проблеме идеальной лжи основан на анализе двух базовых структурных компонентах феномена лжи: феноменологическом статусе личности и установках на ложь в общении.

Феноменологический статус личности представляет собой системное состояние комплекса феноменов ложной информации, взаимосвязанных с установками на ложь в общении. Феноменологический статус личности определяется индивидуально обусловленными предпосылками в предъявлении и восприятии феноменов ложной информации при использовании конкретных средств общения: речь, мимика, жесты и т. д.

В моей книге «Психология лжи» представлен феноменологический профиль личности, который позволяет наглядно представить феноменологический статус, а также специфический для данной личности коммуникативный стиль предъявления ложной информации партнеру по общению.

Феноменологический профиль личности (далее: ФПЛ) составляется по результатам ответа респондента на разработанный в моей докторской диссертации опросник на 168 вопросов (форма «А») или 110 вопросов (форма «Б»). Основные шкалы опросника представлены выше при обсуждении структуры феномена ложной политической информации: «Слова» (S1), «Голос» (S2), «Пластика» (жесты, позы) (S3), «Лицо» (мимика) (S4), «Эмоции» (S5), «Внешний вид» (S6), «Поведение» (S7), «ВНС» (вегетативная нервная система) (S8), «Экстраконтекстуальные феномены» (предметы, изображения, пространственные характеристики общения, предшествующие рассуждения) (S9). Кроме перечисленных шкал опросник ФПЛ содержит еще две шкалы «Верификация» (S10) и «Достоверность» (S11), которые измеряют возможности респондента по распознаванию ложной информации и его отношение к опроснику, выраженное в искренности ответов.

Шкалу «Верификация» (S10) составляют следующие утверждения: признаков обмана как, таковых не существует; никогда нельзя полагаться только на один признак обмана, их обязательно должно быть несколько; обычно лжецам прекрасно удается обмануть большую часть людей; лишь очень немногие выявляют обман действительно безошибочно; некоторые люди вообще не допускают просчетов, когда лгут; отсутствие признаков обмана еще не есть доказательство правдивости; когда другие объяснения недоступны, обман представляется самым удобным и простым из них; лжецы не всегда знают, подозревает жертва об их обмане или нет; подозревая, что кто-нибудь лжет, надо притвориться, будто мы верим ему. Шкалу «Достоверность» (S11) составляют следующие утверждения: иногда я сержусь; я гораздо охотнее выигрываю, чем проигрываю; я ежедневно читаю газеты; я никогда ни с кем не ссорился; я никогда не откладываю на завтра то, что можно сделать сегодня; я всегда отвечаю на письма сразу же после их получения; иногда я говорю неправду; не люблю, когда меня критикуют; иногда мне в голову приходят такие нехорошие мысли, что лучше о них никому не рассказывать; мне не всегда удается соблюдать правила и ограничения.

Графически результаты опроса представлены на рисунке в виде феноменологического профиля личности. Номера маркеров обозначают номера шкал опросника «ФПЛ», измеряемых в интервале от 1 до 10 стенов. Профиль позволяет в короткий промежуток времени составить представление о структуре и интенсивности проявления конкретных феноменов ложной информации конкретного индивида.

Название данного профиля объясняется тем, что он в графической форме наглядно представляет количественные результаты измерения комплекса феноменов ложной информации при актуализации личностью конкретных средств общения. Феноменологический профиль личности позволяет также осуществить качественный анализ и содержательную интерпретацию отдельных феноменов ложной информации, а также их взаимосвязей.

Рис. Феноменологический профиль личности испытуемой Д.

Данный профиль в соизмеримых количественных показателях представляет эмпирическое обоснование концептуальной структуры феномена ложной информации. Анализ феноменологического профиля личности позволяет также теоретически обосновать морфологические аспекты феноменологии лжи, точно определить базовые структурные компоненты феномена ложной информации. Кроме того, данный профиль служит дополнительным эмпирическим обоснованием феноменологической редукции как метода исследования ложной информации.

Феноменологический профиль личности также позволяет наглядно представить феноменологический статус и специфический для данной личности коммуникативный стиль предъявления ложной информации партнеру по общению. Данный профиль может быть наглядной моделью предложенного мной понятия «идеальная ложь».

Вот как графически выглядит идеальная ложь.

Рис. Феноменологическая модель идеальной лжи (представлены основные шкалы с первой по девятую, измеряющие феномены ложной информации)

А так я представляю себе пространственную феноменологическую модель идеальной лжи.

Идеальная ложь — совокупность огромного числа феноменов ложной информации, одновременно воздействующих на человека (верификатора), феноменологическая интенсивность которых пренебрежимо мала; феномены идеальной лжи не взаимодействуют между собой.

Одновременное воздействие на реципиента большого числа феноменов ложной информации присуще большинству реальных актов человеческого общения. П. Экман подчеркивал: «Обнаружить ложь не так-то просто. Одна из проблем — это обвал информации. Слишком много информации приходится рассматривать сразу. Слишком много ее источников — слова, паузы, звучание голоса, выражение лица, движения головы, жесты, поза, дыхание, испарина, румянец или бледность и так далее. И все эти источники могут передавать информацию попеременно или с наложением, в равной мере претендуя на внимание верификатора».

Особенностью идеальной лжи является отсутствие явных для верификатора, то есть незначительных по своей интенсивности признаков лжи у коммуникатора. Здесь уместна аналогия с порогом чувствительности раздражителя, способного вызвать ощущения у человека. Слишком слабый раздражитель человек не почувствует, при действии очень сильного раздражителя может наступить момент, когда перестают возникать ощущения. Сверхсильный раздражитель вместо ощущения, например, слухового, вызывает боль. Следовательно, ощущения возникают при воздействии раздражителя определенной интенсивности. Зависимость между интенсивностью ощущений и силой раздражителя выражает порог ощущений, или порог чувствительности. Порог чувствительности к ложной информации измеряет шкала «Верификация» (S10) опросника ФПЛ, определяющая возможности реципиента по распознаванию лжи коммуникатора.

Другими признаками феномена идеальной лжи являются следующие.

1) Установка на ложь существенно выше средних измеряемых значений (акцентуирована).

Шкала «Установки на ложь в общении» («УЛО») состоит из двух субшкал: «Установка на честность» (техническое название — («U13») и «Установка на ложь» (техническое название — («U57») и включает в себя шестьдесят пар противоположных утверждений. Фиксация ответов осуществляется по семибальной шкале с последующим пересчетом сырых баллов в коэффициенты; фиксируется также частота ответов.

Примеры утверждений из Шкалы «УЛО»:

Представление результатов опроса по шкале «Установка на ложь в общении» возможно в различных формах. Для базовых расчетов применяются итоговые коэффициенты по субшкалам и суммарный коэффициент «ULO», например:

Неравенство суммарного коэффициента «ULO» сумме коэффициентов «U13» и «U57» объясняется техникой подсчета, что предполагает не относящееся к данной проблеме дополнительное разъяснение.

Другим способом представления результатов по шкале «УЛО» является графический, позволяющий моделировать конкретные результаты с помощью профиля «УЛО» конкретного испытуемого. При этом для построения профиля могут быть использованы как сырые баллы (максимум — 420), так и частоты ответов (максимум — 60). Точки на графике характеризуют разные степени «Установки на честность» («U13») — 1 (полностью согласен), 2 (согласен), 3 (частично согласен) и «Установки на ложь» («U57»): 5 (частично согласен), 6 (согласен), 7 (полностью согласен). Точка «4» соответствует ответу «Трудно сказать» и включается в расчет суммарного коэффициента «ULO», что и объясняет неравенство суммарного коэффициента «ULO» сумме коэффициентов «U13» и «U57», о чем говорилось выше.

Профиль испытуемого по сырым баллам

Профиль испытуемого по частоте ответов

В данном случае представлены результаты испытуемого с коэффициентами «Установка на честность» («U13» = 0,82), «Установка на ложь» («U57» = 0,08); суммарный коэффициент «ULO» = 0,37.

Модель акцентуированных установок на идеальную ложь, с параметрами существенно выше средних измеряемых значений, 400 — по сырым баллам и 57 — по частоте ответов выглядит так:

Модель установок на идеальную ложь по сырым баллам

Модель установок на идеальную ложь по частоте ответов

2) Абсолютная феноменологическая проницаемость верификатора, то есть доступность эмоциональных, интеллектуальных, характерологических и других психических феноменов, а также поведенческих особенностей человека для прямого восприятия, наблюдения коммуникатором (лжецом). Доступность психических особенностей личности реципиента (верификатора) прямому наблюдению коммуникатором становится возможной благодаря их объективации, проявлению с помощью средств общения. Феноменологическая проницаемость объекта лжи (реципиента) повышается, прежде всего, из-за его эмоциональной нестабильности, неуравновешенности поведения, следствием чего может стать излишнее самораскрытие человека в общении с лжецом.

3) Абсолютное доверие верификатора лжецу без последующего разочарования в нем из-за невыполненных обещаний; в этом случае вскрывшийся обман интерпретируется реципиентом исключительно как стечение обстоятельств и действие «злых сил».

Зачем нужна «идеальная ложь»?

Введение и теоретическая разработка понятия «идеальная ложь» дает возможность классифицировать все мыслимые феномены и признаки лжи, независимо от их содержания, частоты их реального проявления в прошлом и вероятности проявления будущем. Это, в свою очередь, позволить модифицировать существующие и разработать новые методы исследования лжи независимо от социальных, социально-психологических, индивидуальных особенностей коммуникатора и реципиента (верификатора). На основе полученных результатов можно будет создать расчетные формулы более точного вычисление феноменов потенциальной лжи и установок на ложь в общении, что в перспективе покажет бессмысленность лжи в политике, экономике, в макро— и мезо-социальных отношениях.

Речь вовсе не идет о создании стерильного, полностью очищенного от лжи человеческого общества. Ничего подобного! С детского возраста и до глубокой старости большая часть отдельных людей будет использовать ложную информацию в межличностных отношениях. Это — дурная бесконечность, и она будет существовать всегда. Одно из основных свойств лжи — ее вечность и неистребимость, как социально-психологического явления. Люди всегда будут общаться между собой, общение — это одна из форм существования человека и человечества. И в этом смысле ложь — вечна. Вечность лжи — это дурная бесконечность, то есть безграничное увеличение количества ложной информации, в отличие от истинной (качественной) бесконечности. Ложь как дурная бесконечность безгранично увеличивается в безгранично растущем количестве мошенников и в появлении все новых и новых мошенников в новых поколениях людей. Однако, бесконечная «дурота» лжи заключается в ее неизменном качественном проявлении — искажении истины и умолчании об истине — двух основных формах обмана. Бесконечность как простая безграничность, как простое отрицание конечного — это и есть дурная бесконечность лжи, которая, повторюсь, будет существовать всегда, то есть в ближайшие 5-10 миллиардов лет, пока не погаснет Солнце и человечество на прекратит свое земное существование.

В этом смысле человечество как множество отдельных личностей неисправимо, но как социальная система человечество сможет продолжить свое существование лишь постепенно (или на каких-то этапах скачкообразно) избавляясь от системной политической и экономической лжи (бизнес-мошенничество). Политики, например, тоже — отдельные личности, но они — люди, делающие сообщество людей системой, то есть политик — системообразующий фактор в своем государстве и сообществе других государств.

Поэтому политику в буквальном смысле должна быть постепенно запрещена любая ложь в его политическом общении. Как рыба гниет с головы, так общество должно и освободиться от гнилостной политической лжи с головы, то есть с политики. Разумеется, под давлением сверху — оппозиционных политиков, которые сами используют ложь, но успешно разоблачают ложь правящих в данное время политиков; и под давлением снизу — политическая борьба народа во всех ее формах.

Говорю о человечестве не из-за непомерного тщеславия и преувеличения масштаба своей личности. Всё проще. В книге «Психология лжи в бизнесе: дурная бесконечность», говоря о том, что люди обманывали, обманывают и будут в различных ситуациях обманывать друг друга, я пишу: «Разумеется, это не означает, что люди лгут друг другу всегда и во всем. Упаси Бог утверждать такое, в том числе и по отношению к бизнесу. Ведь предприниматели каждой страны по отношению друг к другу попеременно являются покупателями и продавцами сырья, произведенных товаров и услуг. Прибавочная стоимость предпринимателей также не может постоянно являться результатом обмана, так как обман, хотя и может обогатить одного человека за счет другого и одну фирму за счет других, но обман не может увеличить общую сумму стоимостей, которой располагают бизнесмен-лжец и его жертва (жертвы); следовательно, обман не может увеличить всю вообще сумму находящихся в обращении данной страны стоимостей. Всё бизнес-сообщество страны в целом не может наживаться за счет самого себя».

Концепция идеальной лжи также позволяет установить связь между макрофеноменологическими параметрами большой системы феноменов лжи и средними значениями микрофеноменологических величин, характеризующих отдельные феномены лжи.

Отсутствие взаимодействия между феноменами идеальной лжи позволяет изучать их в чистом виде, без психологических примесей и моральной предвзятости, в кантовском смысле. В этом случае появляется возможность создать серьезную дифференциальную феноменологическую теорию лжи на основе данных лингвистики, инженерной психологии, логики, теории информации, теории распознавания образов и т. д.

Системное исследование идеальной лжи позволит создать социально-психологическую теорию бессмысленности, например, политической лжи, а также ее практические приложения, сводящие к нулю отрицательные эффекты данных видов лжи. Серьезные теоретические исследования и упорное, последовательное, бескомпромиссное внедрение в политику нелживых стандартов общения позволят в перспективе — 300–400 лет — переломить созданную в предшествующие тысячелетия ситуацию и отбросить в историческое прошлое политическую ложь. Критерием начала реального перехода от системной конвенциальной политической лжи и бизнес-лжи к доминированию достоверной информации (честности как объективного стандарта общения, а не благого пожелания и морального императива) станет постепенное изъятие из национальных уголовных кодексов и международного права статей и положений о мошенничестве, государственной, коммерческой тайны и т. д., за исключением личной тайны.

И последнее. Очевидно, разработка теории идеальной лжи повлечет за собой возникновение других социально-психологических теорий, например, «идеальной морали», «идеальной честности» и др. Позитивное значение данных исследований, несомненно, скажется на всем комплексе гуманитарных наук.

Вот уж действительно: все относительно. Или не все?

Как уже сказано выше, одно из значений понятия «идеальный» — это нравственно и эстетически совершенный. Однако понятие «идеальный» применяется также к антиподам нравственного и эстетического совершенства, например, идеальное убийство (убийство, принципиально не раскрываемое, не оставившее ни единого следа, указывающего на действительного исполнителя или заказчика и их мотивы, и потому — безнаказанное).

Идеальная ложь, идеальная месть, идеальное ограбление, идеальное мошенничество — этот ряд понятий можно продолжать очень долго, так как неисчислимы человеческие пороки.

Попытаюсь проиллюстрировать проблему идеальной лжи на хорошо известном примере. Попытаюсь вместе с другими понять, где — идеальная ложь, а где — правда. Прекрасно осознаю, что сильно рискую, но, как сказал один умный человек, невозможно пронести факел истины через толпу, не опалив кому-либо бороды. Не я первый…

Альберт Эйнштейн, теория относительности, — кто хоть раз в жизни не слышал этого имени и об этой теории? Более того, именно Эйнштейна называют самым гениальным человеком из всех когда-либо живших людей.

Многие десятилетия учителя физики по всему миру рассказывают раскрывшим рты школьникам умилительную историю о молодом Эйнштейне, который стоя за конторкой в патентном бюро, создал гениальную теорию относительности.

Думаю, многие согласятся со мной, что заявление об абсолютной гениальности одного человека унизительно, безнравственно и бессмысленно. Унизительно для большого числа ученых, политиков, художников, полководцев, писателей, музыкантов разных времен и народов. Понятно, что при всем уважении к ученым-физикам выдвижение одного из них в ранг «самого гениального человека в истории человечества» абсурдно и не соответствует истине по определению. В подтверждение этих слов приведу лишь два примера, безусловно, известных большинству грамотных людей.

Источник: Эйнштейн А. Собрание научных трудов в 4-х тт. / Под ред. И.Е. Тамма, Я.А Смородинского, Б.Г. Кузнецова. — Т.1. — М.: Наука, 1965, с.4.

В самом деле, в наше время большинству людей на планете известно понятие стресс. Причем теория стресса отвечает самым высоким научным стандартам и является одной из основ современной медицины. Автором теории стресса является выдающийся канадский патофизиолог Ганс Селье. В 1936 году он опубликовал небольшую заметку, озаглавленную «Синдром, вызываемый разными повреждающими агентами».

В этой заметке Г. Селье впервые дал физиологическое объяснение известному в медицине явлению, а именно, что различные заболевания наряду со специфическими симптомами имеют общие, неспецифические признаки: плохое самочувствие, слабость, боли в суставах, желудочно-кишечные расстройства, повышение температуры и другие. Г. Селье затем показал, что разнопорядковые в объективном проявлении факторы (перегревание, переохлаждение, страх, унижение, бег, потеря крови) вызывают не только специфическую реакцию организма (например, интенсивное потоотделение при перегревании), но общий физиологический процесс, обеспечивающий адаптацию организма к новой ситуации. Изучив огромный фактический материал, Г. Селье пришел к выводу, что стресс представляет собой «совокупность всех неспецифических изменений, возникающих под влиянием любых сильных воздействий и сопровождающихся перестройкой защитных систем организма». Смысл неспецифической ответной реакции организма заключается в адаптации к стрессору любого рода, то есть «стресс есть неспецифический ответ организма на любое предъявленное ему требование».

Начав свои исследования с изучения биологического стресса, Г. Селье в дальнейшем показал, что основным видом стресса у человека является эмоциональный стресс, представляющий собой нервно-психическое напряжение.

Влияние стресса на человека и его взаимоотношения с другими людьми настолько многогранно и всеобъемлюще, что чаще всего стресс становится не пряной приправой, а горькой пилюлей.

Г. Селье (1907–1982)

Причем Г. Селье четко обозначил преемственность своей теории в мире науки. В книге «От мечты к открытию: Как стать ученым» Г. Селье писал: «мои великие идеалы — Клод Бернар, Луи Пастер, Роберт Кох, Пауль Эрлих и Уолтер Кеннон. Но более всего я обязан д-ру Кеннону, которого знал лично. Это был настоящий человек и истинный ученый. Он оказал на меня огромное влияние, и на всю свою жизнь я сохранил к нему большую привязанность. Моя работа по стрессу была в значительной степени написана под влиянием его открытия реакций экстренного выброса адреналина. Даже эти записки несут на себе отпечаток этого влияния». Естественным развитием изучения природы адаптационных процессов названными выше учеными стало создание концепции стресса Г. Селье.

Показательно, что свою теорию стресса Г. Селье создал в результате личной невероятно изнурительной и временами драматической экспериментальной работы. Об этом он подробно рассказал в своей книге «Очерки об адаптационном синдроме».

«Мне никогда не забыть один особенно мрачный, дождливый день весной 1936 г., когда пришло великое разочарование. Я сидел в своей маленькой лаборатории, размышляя над растущим количеством фактов, делающих предположение об «активном начале» как новом гормоне совершенно невероятным. Но ведь эти экстракты все-таки вызывали очень четкие и постоянные изменения. Вероятно, было нечто в их приготовлении, что обусловливало такой характерный эффект. Но что это было?

Ужасная мысль пришла мне в голову: что если весь этот синдром зависит только от неочищенности и токсичности экстрактов. В таком случае, конечно, вся моя работа теряла смысл. Оказалось бы, что я имел дело не с новым овариальным гормоном, даже не с каким-то вездесущим биологическим началом, а просто с повреждением как таковым…

Я был настолько угнетен, что в течение нескольких дней вообще не работал. Я только сидел в своей лаборатории, пытаясь освободиться от этого состояния и размышляя о том, что теперь делать». (Селье Г. Очерки об адаптационном синдроме. — М.: Медгиз, 1960. — С. 53–54).

Однако дальнейшая работа побудила Г. Селье продолжить реализацию своего плана по созданию теории общего адаптационного синдрома, как вначале назывался стресс.

«Я был просто заворожен такими возможностями и немедленно решил изменить свои планы на будущее. Вместо того чтобы бросить проблему стресса и вернуться к ортодоксальной эндокринологии, я был готов теперь посвятить весь остаток своей жизни изучению неспецифических реакций. Я никогда не имел повода раскаяться в этом решении. Юным слушателям, ищущим собственную область применения своих сил в науке, полезно будет узнать, что при осуществлении этого плана я часто переживал состояние глубокого угнетения. Сейчас, вероятно, трудно себе представить насколько абсурдным казался этот план большинству людей до того, как было накоплено достаточно фактов для его обоснования. Например, я помню одного исследователя, которым я чрезвычайно восхищался и чье мнение значило для меня очень много. Я считал его настоящим другом, который серьезно хотел помочь мне в моих исканиях. Как-то, в течение этих лихорадочных недель, он пригласил меня в свой кабинет, чтобы по душам поговорить со мной. Он напомнил, что за последние месяцы много раз пытался убедить меня оставить это бесполезное направление исследований. Он уверял, что, по его мнению, я обладаю всеми основными чертами исследователя и безусловно сумею что-нибудь сделать даже в обычно изучаемых и признанных областях эндокринологии. а следовательно, не к чему затевать это абсурдное предприятие.

Я встретил его замечание обычной вспышкой неудержимого юношеского энтузиазма в защиту новой точки зрения: я вновь обрисовал необъятные возможности, открывающиеся при изучении неспецифического повреждения, которое должно сопровождать все болезни и все, кроме наиболее мягких, виды лечения. Увидев меня столь непримиримым, столь увлеченно описывающим то, что я наблюдал у животных, получивших то или иное неочищенное токсическое вещество, он посмотрел на меня безнадежно печальным взглядом и, видимо, отчаявшись, сказал: «Но, Селье, попытка осуществить то, о чем вы только что говорили, слишком запоздала. Вы решили теперь посвятить всю вашу жизнь изучению фармакологии грязи!»

Конечно, он был прав. Невозможно было выразить это более резко. Поэтому боль, причиненная мне этим, была так велика, что я и через 17 лет все еще помню эту фразу. Но ведь мне «фармакология грязи», т. е. реакция на неспецифическое повреждение как таковое, казалась наиболее многообещающим предметом в медицине.

Однако чем дальше, тем чаще я сомневался в правильности своего решения. Среди известных опытных исследователей, чьему мнению обычно доверяли, было очень мало таких, которые разделяли бы мою точку зрения. Не было ли глупостью и самонадеянностью с моей стороны противоречить им? Может быть, я тяжело ошибся, может быть, я просто зря тратил свое время?

В это время тяжелых сомнений я черпал силу духа и мужество в сознании того, что один из наиболее уважаемых канадских ученых сэр Фредерик Бантинг (Frederic Banting) с самого начала был явно заинтересован моими планами. В те годы он часто посещал университетские лаборатории-страны, будучи консультантом Канадского национального совета научных исследований. Бывая в Монреале, он часто совершенно неофициально заходил в мою тесную маленькую лабораторию. Из-за тесноты он обычно усаживался на стол и с интересом выслушивал мои дневные грезы о «синдроме становления болезни».

Никто не мог дать мне большего! Он помог мне также получить первую скромную финансовую помощь на исследования этого рода, но не это было наиболее важным. Больше, чем в чем-либо в мире, я нуждался в его моральной поддержке, в успокаивающем чувстве, что человек, открывший инсулин, принимает меня всерьез.

Не знаю, удалось ли бы мне удержаться на своих позициях без его «похлопывания по плечу». (Селье Г. Очерки об адаптационном синдроме. — М.: Медгиз, 1960. — С. 56–58).

Г. Селье был и остается великим гуманистом, искавшим научные пути к избавлению человечества от многих социальных недугов. Его теория стресса стала основой для исключительно результативного и многообразного развития наук о человеке. Подлинный гений, не избежавший мучительных сомнений, критики в свой адрес и восторженных отзывов о своей жизни и работе.

Еще один пример, несомненно, гениального ученого — Дмитрий Иванович Менделеев.

Любой школьник знает, что Д.И. Менделееву принадлежит заслуга открытия одного из основных законов естествознания, навеки обессмертившим его имя, — периодического закона химических элементов. Открытие периодического закона было величайшим обобщением всего эмпирического материала в химии. Периодический закон показал, что все химические элементы закономерно связаны между собой. Если элементы расположить в последовательности возрастания их атомных весов, как это сделал Д. И. Менделеев, то оказывается, что они периодически, через правильные промежутки, проявляют сходные свойства. Этим было впервые показано, что всё многообразие химических элементов и их соединений в природе образует стройную систему, причём свойства элементов закономерно зависят от их атомного веса или же, как было установлено позднее, от их атомного номера. Известные во время работ Д. И. Менделеева 64 химических элемента он расположил в виде таблицы, которая была названа таблицей Менделеева.

Д.И. Менделеев (1834–1907)

Периодический закон был и продолжает оставаться исходной точкой для тысяч и тысяч новых химических и физических исследований во всей современной химии. Периодическая система Д.И. Менделеева многократно дополнялась новыми элементами. Причем, в отличии от теории относительности Эйнштейна периодический закон Д.И. Менделеева не содержит некоторых произвольных предположений, а объясняет точно установленную закономерную связь между химическими элементами.

Хочу подчеркнуть, что Д.И. Менделеев, которого все знают, как ученого-химика своими открытиями буквально обогатил не только химию, но и биологию, биохимию, физику. Например, в знаменитой 10-томной «Теоретической физике» в третьем томе есть отдельный «§ 73. Периодическая система элементов Менделеева».[31]

Однако, мало кто знает, что Д.И. Менделеев был выдающимся экономистом своего времени. Да, да, именно так! Вот перед вами обложка книги с экономическими трудами Д.И. Менделеева.

Обратите внимание на широту экономических воззрений и познаний Д.И. Менделеева, его очевидный патриотизм и переживание за судьбу Родины.

Содержание книги:

О РАЗВИТИИ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫХ СИЛ РОССИИ

Заветные мысли

«Земля» как совокупность природных условий промышленности

Первейшая надобность русской промышленности

Из работы «Толковый тариф»

Оправдание протекционизма

Об исследовании Северного полярного океана

[Об исследовании окраин России]

Впечатление [о] Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде

По поводу Японской войны

Из работы «Дополнения к познанию России»

ФАБРИЧНО-ЗАВОДСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

Об условиях развития заводского дела в России

О возбуждении промышленного развития России

Письма о заводах

Письмо первое

Письмо второе

Письмо третье

О ПРОМЫШЛЕННОМ РАЗВИТИИ УРАЛА

Из работы «Уральская железная промышленность»

Глава первая. Вступление

Глава третья. Заключительная

УГОЛЬНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ РОССИИ

Каменный уголь и другие виды топлива

Мировое значение каменного угля и Донецкого бассейна

РАЗВИТИЕ НЕФТЯНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ РОССИИ

Нефть

Из работы «Нефтяная промышленность в Северо-Американском штате Пенсильвании и на Кавказе»

Предисловие

Введение

Из главы III

Из работы «Где строить нефтяные заводы?»

Что делать с бакинской нефтью

О нефтепроводе и мерах к развитию нефтяного дела в России. О налоге на нефть

О СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ РОССИИ

Сельскохозяйственная и лесная русская промышленность в отношении к мировой

Мысли о развитии сельскохозяйственной промышленности

Замечания В. А. Кокореву на акцизные предложения в пользу сельского хозяйства

О нуждах русского сельского хозяйства

О доходности молочного скотоводства

О сельскохозяйственных мелиорациях

[О мелиорационных работах].

И как после приведенных примеров говорить об абсолютной гениальности одного человека — А. Эйнштейна? Так ведь я назвал только два великих имени Г. Селье и Д.И. Менделеева. Список гениев человечества можно еще долго продолжать.

Уверен, что в недалеком времени миф об абсолютной гениальности А. Эйнштейна будет развеян, и он займет свое место в ряду других известных ученых.

Не буду останавливаться на известных спорных моментах самой теории относительности, т. к. не являюсь физиком по образованию. Хотя я достаточно погрузился в проблему: читал книги А. Эйнштейна, теоретическую физику, книги об Эйнштейне. Однако это отдельная и узкоспециальная тема.

Впрочем, некоторыми соображениями все-таки хочу поделиться. Теория относительности пространства, времени и тяготения на субатомном и космическом уровнях названа без указания данного аспекта. Просто зафиксированы «Специальная теория относительности» и «Общая теория относительности». Для большинства же людей есть просто теория относительности А. Эйнштейна. Без указания исключительно физического смысла этой теории.

Но ведь относительность, как философское, научное, этическое, нравственное, правовое понятие существует тысячелетия. Вряд ли справедливо и честно привязывать данное понятие к одной лишь физической теории. Конечно, книги Эйнштейна задним числом не переназовешь, но говорить об этом надо, чтобы в науке не появлялись новые универсальные теоретики относительного знания.

В связи с этим примечательно неприязненное отношение Эйнштейна к философии: «Я убежден, что философы оказали пагубное влияние на развитие научной мысли, перенеся некоторые фундаментальные понятия из области опыта, где они находятся под нашим контролем, на недосягаемые высоты априорности».[32] Очевидно, что Эйнштейн имеет ввиду И. Канта, философия которого — одна из вершин человеческой мысли. Кроме того, у Канта есть много научных работ по естествознанию. Уровень этих работ для своего времени существенно выше эйнштеновских изысканий.

Эйнштейн понимал, что Кант задолго до него сформулировал фундаментальные положения о природе пространства и времени, в том числе об их относительности. Возможно, Эйнштейн не читал у Канта, что «без сомнения, всякое наше познание начинается с опыта; в самом деле, чем же пробуждалась бы к деятельности познавательная способность, если не предметами, которые действуют на наши чувства и отчасти сами производят представления, отчасти побуждают наш рассудок сравнивать их, связывать или разделять и таким образом перерабатывать грубый материал чувственных впечатлений в познание предметов, называемое опытом? Следовательно, никакое познание не предшествует во времени опыту, оно всегда начинается с опыта».[33]

Ну, и, разумеется, Эйнштейну наверняка было неприятно осознавать, что Кант четко отметил: «Таким образом, у времени остается эмпирическая реальность как условие всякого нашего опыта, и на основании приведенных выше соображений нельзя за ним признать абсолютную реальность… Если устранить частное условие нашей чувственности, то исчезнет также понятие времени; оно присуще не самим предметам, а только субъекту, который их созерцает».[34] И, наконец, фундаментальный вывод Канта, что «изменяется не само время, а нечто, находящееся во времени».[35]

Можно спорить с Кантом, анализировать необозримую литературу по философии и физике, но факт налицо: авторство проблемы относительности как таковой не принадлежит Эйнштейну. Что же касается авторства принципа относительности пространства и времени, то об этом чуть позже.

Здесь есть одна тонкость в понимании проблемы. Эйнштейн говорил об относительности в классической механике, но, назвав свою концепцию «теорией относительности», он присвоил себе абсолютное право на данное понятие. Научная недобросовестность налицо. Потому что даже в элементарных учебниках по физике прямо пишут о распространении принципа относительности классической механики на электромагнитные явления.[36] В чем же тогда «научная революция» г. Эйнштейна?

Кстати, весьма любопытно объяснение принципа относительности в разных книгах по физике.

Например, в классической «Теоретической физике» читаем: «Измерения, произведенные впервые Майкельсоном, (в 1881 г.), обнаружили полную независимость скорости света от направления его распространения; между тем, согласно классической механике, скорость света в направлении движения Земли должна была бы быть отличной от скорости в противоположном направлении.

Таким образом, принцип относительности приводит к результату, что время не является абсолютным. Время течет по-разному в разных системах отсчета. Следовательно, утверждение, что между двумя данными событиями прошел определенный промежуток времени, приобретает смысл только тогда, когда указано, к какой системе отсчета это утверждение относится. В частности, события, одновременные в некоторой системе отсчета, будут не одновременными в другой системе.

Для уяснения этого полезно рассмотреть следующий простой пример. Рассмотрим две инерциальные системы отсчета К и К' с осями координат соответственно j-fjz «Уугг/, причем система К' движется относительно К вправо вдоль осей х и х (рис. 1).

Пусть из некоторой точки А на оси х отправляются сигналы в двух взаимно противоположных направлениях. Поскольку скорость распространения сигнала в системе К', как и во всякой инерциальной системе, равна (в обоих направлениях) с, то сигналы достигнут равноудаленных от А точек В и С в один и тот же момент времени (в системе К').

Легко, однако, видеть, что те же самые два события (приход сигнала в В и С) будут отнюдь не одновременными для наблюдателя в системе К. Действительно, скорость сигналов относительно системы К, согласно принципу относительности, равна тому же с, и поскольку точка В движется (относительно систем К) навстречу посланному в нее сигналу, а точка С — по направлению от сигнала (посланному из А в С), то в системе К сигнал придет в точку В раньше, чем в точку С.

Таким образом, принцип относительности Эйнштейна вносит фундаментальные изменения в основные физические понятия. Заимствованные нами из повседневного опыта представления о пространстве и времени оказываются лишь приближенными, связанными с тем, что в повседневной жизни нам приходится иметь дело только со скоростями, очень малыми по сравнению со скоростью света».[37]

Иначе говоря, теория относительности не имеет ничего общего с реальностью в подавляющем большинстве явлений природы.

И еще: авторы пишут «в системе К сигнал придет в точку В раньше, чем в точку С». Уважаемые читатели, найдите на представленном рисунке точки А, В, С (\ ] / ) в координатах системы К. Их там нет. Недосмотр?

Еще одна проблема идеальной лжи в представленном в этой книге понимании — научная добросовестность А. Эйнштейна и его последователей.

Необозрима литература по теории относительности и о жизни Эйнштейна. Точки зрения бывают полярно противоположны: от безудержного восхваления (Б.Г. Кузнецов и др.) до полного неприятия (О.Х. Деревенский, В.И. Секерин, В. Бояринцев и др.). Серьезный анализ философской и специальной физической литературы по теории относительности проведен К.Х. Делокаровым.[38]

Для исследования идеальной лжи важно понять, насколько обоснованы обвинения Эйнштейна в плагиате. В научной среде вопрос плагиата и приоритета всегда очень болезненный. В доступной мне литературе содержится много свидетельств того, что Эйнштейн был лишь одним из соавторов, создавших теорию относительности. Не более того.

Аргументов в пользу данной точки зрения много. С целью сохранения объективности изложения приведу только неоспоримые доводы.

В первой статье (1905 г.) с изложением основных положений специальной теории относительности «К электродинамике движущихся тел»[39] Эйнштейн намеренно не упомянул выдающегося голландского физика Г.А. Лоренца и несомненного научного лидера того времени французского математика А. Пуанкаре. Именно они в предшествующие годы создали основы теории относительности, что хорошо известно. Установка на сознательное умалчивание Эйнштейном имен и научных результатов Лоренца и Пуанкаре доказывается тем, что к 1905 году оба этих ученых уже были всемирно известны.

Профессиональный физик — Эйнштейн — принципиально не мог не знать об их научных достижениях. Тем более, специалист патентного бюро, в котором аккумулировалась новейшая научно-техническая информация. В любой другой ситуации подобные «забывчивость» и «неосведомленность» стоили бы исследователю не только репутации, но и конкретной должности. Как это недавно произошло с министром обороны Германии Гуттенбергом, который в своей докторской диссертации «забыл» назвать авторов, цитаты которых он использовал. Его не только лишили научной степени, но и сняли с поста.

Гуттенберг

(См.: http://lifenews.ru/news/51929)

Однако, история с замалчиванием Эйнштейном имен Лоренца и Пуанкаре гораздо более серьезнее, так как здесь речь идет не об обычной квалификационной работе, а о смене научной парадигмы в физике.

Потрясающим контрастом с плагиатом Эйнштейна выглядит утверждение Лоренца в 1912 г.: «Заслуга Эйнштейна состоит в том, что он первый высказал принцип относительности в виде всеобщего строго и точно действующего закона».[40] Невероятно драматичная ситуация. Честный Лоренц прав, но только в том, что Эйнштейн, обладая незаурядным умом, смог придать «товарный вид», законченную форму теории Лоренца и Пуанкаре. Поразительный контраст подлинной научности и хищнического отношения к науке.

Гендрик Лоренц

(1853–1928)

Кстати, удивительно (или — нет?), что Лоренца и Пуанкаре даже не упомянули авторы знаменитой 10-томной «Теоретической физики». Как будто Лоренц и Пуанкаре не имели никакого отношения к созданию основ теории относительности. В главе «Принцип относительности» авторы пишут: «Объединение принципа относительности с конечностью скорости распространения взаимодействий называется принципом относительности Эйнштейна (он был сформулирован А. Эйнштейном в 1905 г.) в отличие от принципа относительности Галилея, исходящего из бесконечной скорости распространения взаимодействий».[41]

Анри Пуанкаре

(1854–1912)

Серьезным аргументом оппонентов «гения» Эйнштейна как «автора» теории относительности является факт длительного выжидания Нобелевского комитета (с 1905 по 1922 гг.), не спешившего присуждать ему высшую научную премию за эту саму теорию. И, как давно известно, нобелевскую премию Эйнштейн получил «за заслуги перед теоретической физикой и особенно за объяснение закона фотоэлектрического эффекта». Более того, секретарь Шведской Академии наук Кристофер Аурвиллиус писал Эйнштейну: «Как я уже сообщил Вам телеграммой, Королевская академия наук на своём вчерашнем заседании приняла решение присудить Вам премию по физике за прошедший (1921) год, отмечая тем самым Ваши работы по теоретической физике, в частности открытие закона фотоэлектрического эффекта, не учитывая при этом Ваши работы по теории относительности и теории гравитации, которые будут оценены после их подтверждения в будущем».[42]

Итог: вся совокупность объективных обстоятельств и субъективных факторов требует названия — «Теория относительности Лоренца-Пуанкаре-Эйнштейна». Что же касается сути вопроса, то время (пространство, истина) — одно: объективно, относительно и абсолютно. И это было известно задолго до Эйнштейна.

Кстати, склонность к плагиату у Эйнштейна отмечена и до публикаций по теории относительности. Известно, что до своей статьи по теории относительности Эйнштейн написал несколько статей по другим проблемам физики.[43] Так вот, в конце третьей статьи есть примечание редактора: «Результаты, описанные в статьях 3–5, получены Эйнштейном независимо от Дж. Гиббса, о работах которого он в то время не знал. (Ср. статью 28)».[44]

Сравниваю. В этой статье (заметке) Эйнштейн отвечает на критику П. Герца, возражавшего «против рассмотрения температурного равновесия в первой из упомянутых моих работ основаны на недоразумении, вызванном слишком сжатой и недостаточно тщательной формулировкой этого рассмотрения.

Но так как эта проблема в достаточной мере уже выяснена работами других авторов и обсуждение ее к тому же вряд ли представит особый интерес, я не буду останавливаться на этом вопросе. Замечу только, что, по-моему, следует предпочесть предложенный Гиббсом в его книге путь, исходным пунктом которого является канонический ансамбль. Если бы книга Гиббса была мне известна в то время, я вообще не стал бы публиковать упомянутые работы, а ограничился бы рассмотрением некоторых частных вопросов. Цюрих, октябрь 1910 г. Поступила 30 ноября 1910 г.».

Вроде бы все на месте. Один исследователь пишет, другой критикует. Обмен мнениями.

Но! В трех статьях, опубликованных за 2(!) года Эйнштейн ни словом не упомянул Дж. Гиббса. И только восемь лет спустя отдает приоритет подлинному автору результатов, соглашаясь «предпочесть предложенный Гиббсом в его книге путь». Дело, видите ли, в том, пишет Эйнштейн, что «если бы книга Гиббса была мне известна в то время, я вообще не стал бы публиковать упомянутые работы, а ограничился бы рассмотрением некоторых частных вопросов».

Блеск. В 1902 г. физику Эйнштейну «не была известна» книга американского физика Дж. Гиббса, который родился в 1839 г. и первую свою работу в области термодинамики представил Коннектикутской академии наук в 1872. Да, историки физики говорят, что работы Гиббса по термодинамике были почти неизвестны в Европе до 1892 г. Одним из первых оценил значение его графических методов Дж. Максвелл, который построил несколько моделей термодинамических поверхностей для воды. Но ведь на Максвелла Эйнштейн часто ссылается. Вместе с тем, известность и признание научным сообществом Гиббса налицо: он был избран членом Американской академии искусств и наук в Бостоне, членом Лондонского королевского общества, награжден медалью Копли, медалью Румфорда. В 1903 г. Гиббс умер.

Утверждать, что книга ученого такого уровня не была известна Эйнштейну и повторять его результаты в своих статьях… По-моему, это за гранью здравого смысла и научной добросовестности. Но это четко согласуется с последующим плагиатом у Лоренца и Пуанкаре. Круг замкнулся.

Я обнаружил и другие интересные моменты (феномены идеальной лжи) в научной биографии Эйнштейна, которые подтверждают мое сомнение в его научной добросовестности и обоснованности его стартовых успехов, как «гениального» ученого. Однако жанр и объем данной книги не позволяют мне более подробно написать об этом.

Конечно, Эйнштейн — человек незаурядного ума, но не менее умным, по-своему, был и военный преступник Наполеон, сколотивший хорошо организованную вооруженную банду, напавшую в 1812 г. на мою Родину, чтобы калечить и убивать моих предков. Об этом я уже писал раньше.

Срока давности по этим преступлениям нет!

Как нет срока давности и по фактам научной недобросовестности Эйнштейна. Откуда же такая известность и непререкаемая «авторитетность» этого физика?

Бешеную популярность Эйнштейна, которую ему «с пол-оборота» создали СМИ начала ХХ века и в последующем, некоторые авторы объясняют мощной поддержкой тогдашней финансово-политической элиты в связи с его национальной принадлежностью. Хотя в отношении большинства других ученых подобная аргументация не применяется. Однако и групповую сплоченность на основе национальной идентичности никто отрицать не станет. Как в начале ХХ века, так и сейчас.

Например, в репортаже российских «Вестей» 19 июля 2012 г. о теракте в Болгарии против израильских туристов есть фрагмент с комментарием министра обороны Израиля Эхуда Барака.

За спиной израильского министра четко виден государственный флаг и рядом с ним на книжной полке демонстративно поставлена книга с фотографией Эйнштейна и его фамилией. Разумеется, это его дело. Личное?

Источник: http://player.rutv.ru/index/iframe/video_cid/35219/acc_video_id/434076/isPlay/true/time_play/1/#_34717644

Очень сложный, острый вопрос. Потому что никто из нормальных и ответственных психологов не будет специально подчеркивать национальность З. Фрейда, Ф. Перлза, Э. Берна и других ярких и оригинальных мыслителей. Однако многие люди, как видно на данном фотоснимке, просто и откровенно на это указывают.

Кстати, чтó я писал о З. Фрейде, можете посмотреть еще раз в третьей части этой книги и в моей книге «Психология лжи в бизнесе: Дурная бесконечность». Искренне, эмоционально и с большим уважением.

С уважением отношусь к вкладу Эйнштейна в теоретическую физику. Невозможно отрицать его признание научным сообществом. В конце концов, только специалистам-физикам оценивать его реальные достижения.

Здесь я пишу о тех его намерениях и действиях в конкретный исторический период, которые стали системообразующим фактором формирования его образа, как «единственного» создателя теории относительности, «самого гениального человека» в истории человечества. Не могу согласиться с этими утверждениями, так же, как и многие другие исследователи.

В заключение еще одна информация к противоречивому (неоднозначному) образу Эйнштейна.

Так, вроде бы поверхностное наблюдение. Однако, восприятие этой фотографии, ее оценка Эйнштейном, другими людьми на протяжении многих лет придают всей истории с фото определенный смысл.

Речь идет о знаменитой фотографии Эйнштейна, которая для многих ассоциируется с человечностью, простотой и неизбывным чувством юмора, самоиронии этого человека. Фотография эта настолько известна, что, казалось бы, ничего нового по ее поводу сказать нельзя. Однако, вот, что я обнаружил, исследуя проблему Эйнштейна.

Эта та самая всемирно известная фотография Эйнштейна.

«Вот так выглядит полная версия самой узнаваемой фотографии Альберта Эйнштейна… Сама она стала символом гения, который умеет радоваться жизни, а история её появления — символом репортёрской удачливости. История, в принципе, известная, но сегодня можно. Фото было сделано в 1951 году, после празднования в Принстонском университете 72-летия учёного. На снимке он уже сидит в машине, рядом — доктор Эйделот с супругой. В тот вечер Эйнштейна осаждали репортёры, но один из них, Артур Сасс, сначала подождал, пока схлынет толпа, и только потом подошёл к машине со словами «Эй, Профессор, улыбончик для фото на день рождения, а?». Эйнштейн, который к тому моменту порядком устал от этих, с фотоаппаратами, просто быстро показал язык и отвернулся, думая, что щёлкнуть его не успеют, но Сасс успел! Когда в редакции увидели, что получилось, там состоялось нешуточное обсуждение с «большими шишками», стоит ли это публиковать, но, к счастью, всё закончилось благополучно. Осталось добавить, что фотография понравилась и самому Эйнштейну. Он обрезал её до привычной теперь «головы профессора» и потом посылал в качестве открытки своим друзьям. Одному из них он написал: «Вам понравится этот жест, потому что он адресован всему человечеству».[45]

А вот как выглядит подлинник фотографии, с которой Эйнштейн выделил себя любимого.

Вообще-то, ничего особенного. Так многие люди делали и делают. Например, я видел, как одна девушка точно также отрезала изображение своей подруги с пляжной фотографии. На оставшейся части фото девушка осталась одна в окружении двух парней. Без конкурентки. И это фото она уже рассылала своим друзьям. Простая ситуация…

Ну, а, если верно, что высунутый язык подвыпившего Эйнштейна «адресован всему человечеству», то в личном общении, например, с русским человеком известный физик мгновенно понял бы относительность своего возможного дальнейшего движения в абсолютно проверенном пространстве по не очень комфортному маршруту следования…

Итак, идеальная ложь вполне может быть исследована в контексте индивидуальной и социальной психологии. Причем, теоретическое осмысление проблемы может дать вполне прикладные результаты. Например, лишить сияющего ореола «гениальности» конкретного человека.

Как я попытался показать на примере А. Эйнштейна, идеальный объект, созданный человеком мысленно, не существующий и не осуществимый в действительности, может иметь соответствующий прообраз в реальном мире. При этом идеальный образ может и не быть нравственно и эстетически совершенным.

Вместо послесловия

Не навреди: формула Разумихина

Хочу предостеречь читателей от одностороннего и поспешного применения выводов по результатам психологического анализа врожденных предпосылок склонности ко лжи и сформированных установок на честность и на ложь.

Не навреди! Ни себе, ни своим партнерам по общению.

Что я имею ввиду?

Один из персонажей Ф.М. Достоевского в «Преступлении и наказании» — Разумихин, рассуждая о соотношении видимости явлений и психологических факторов при выводах о совершении преступления, доказывал своему собеседнику — доктору — невиновность одного из персонажей романа — Николая, нашедшего брошенную Раскольниковым возле дома коробку с серьгами убитой им старухи. Доктор приводил неопровержимые факты, подтверждающие виновность Николая. Разумихин возражал доктору: «Неужели ты, доктор, ты, который, прежде всего, человека изучать обязан и имеешь случай, скорее всякого другого, натуру человеческую изучить, — неужели ты не видишь, по всем этим данным, что это за натура, этот Николай? Неужели не видишь, с первого же разу, что всё, что он показал при допросах, святейшая правде есть?…» Доктор: «Святейшая правда! Однако ж сам признался, что с первого разу солгал?»

Тогда Разумихин провел классический, на мой взгляд, психологический анализ, сопоставив конкретные феномены общения с возможными установками на ложь и на честность у конкретного человека — Николая. Разумихин напомнил доктору, что в тот роковой день десяток свидетелей видели, как Николай с товарищем затеяли беззлобную потасовку во дворе дома, в котором жила старуха. «Лежат они поперек дороги и проход загораживают; их ругают со всех сторон, а они, «как малые ребята» (буквальное выражение свидетелей), лежат друг на друге, визжат, дерутся и хохочут, оба хохочут взапуски, с самыми смешными рожами, и один другого догонять, точно дети на улицу выбежали. Слышал? Теперь строго заметь себе: тела наверху еще теплые, слышишь, теплые, так нашли их! Если убили они, или только один Николай, и при этом ограбил сундуки со взломом, или только участвовал чем-нибудь в грабеже, то позволь тебе задать всего только один вопрос: сходится ли подобное душевное настроение, то есть взвизги, хохот, ребяческая драка под воротами, — с топорами, с кровью, с злодейской хитростью, осторожностью, грабежом? Тотчас же убили, всего каких-нибудь пять или десять минут назад, — потому так выходит, тела еще теплые, — и вдруг, бросив и тела, и квартиру отпертую, и зная, что сейчас туда люди прошли, и добычу бросив, они, как малые ребята, валяются на дороге, хохочут, внимание к себе привлекают, и этому десять единогласных свидетелей есть!

— Конечно, странно! Разумеется, невозможно, но…

— Нет, брат, не но, а если серьги, в тот же день и час очутившиеся у Николая в руках, действительно составляют важную фактическую против него контру — однако ж прямо объясняемую его показаниями, следственно еще спорную контру, — то надо ж взять в соображение факты и оправдательные, и тем паче, что они факты неотразимые. А как ты думаешь, по характеру нашей юриспруденции, примут или способны ль они принять такой факт, — основанный единственно только на одной психологической невозможности, на одном только душевном настроении, — за факт неотразимый и все обвинительные и вещественные факты, каковы бы они ни были, разрушающий? Нет, не примут, не примут ни за что, потому-де коробку нашли и человек удавиться хотел, «чего не могло быть, если б не чувствовал себя виноватым!» Вот капитальный вопрос, вот из-за чего горячусь я! Пойми!»

Факт, основанный на психологической невозможности, на душевном настроении — я так и назвал эту мысль: «формула Разумихина». Еще раз повторим психологическую гипотезу персонажа романа Ф.М. Достоевского: «сходится ли подобное душевное настроение, то есть взвизги, хохот, ребяческая драка под воротами, — с топорами, с кровью, с злодейской хитростью, осторожностью, грабежом?». Говоря современным языком, есть ли корреляция (связь) между объективным психическим состоянием человека и приписываемыми ему действиями и поступками?

Как не ошибиться в психологическом анализе лжи, пытаясь усмотреть сущность психологического явления, «вычислить» осознаваемые и бессознательные, врожденные установки партнера по общению или любого другого человека? Притом, что время на анализ может измеряться днями и неделями, а может — и мгновеньями.

Не навреди! Ни себе, ни своим партнерам по общению. Не обманывай других, но и не давай обмануть себя.

И последнее. Обобщая все, сказанное в этой книге, на вопрос, поставленный в заглавии «Прирожденный лжец: Я или ты?» следует ответить: «Мы».

Москва. Июль 2012 г.

Приложения

Приложение 1

Г. А. Лоренц

ИНТЕРФЕРЕНЦИОННЫЙ ОПЫТ МАЙКЕЛЬСОНА[46]

1. Как впервые было указано Максвеллом и кроме, того следует из весьма простого расчета, время, необходимое лучу света для прохождения расстояния между двумя точками А и В вперед и назад, должно измениться, как только эти точки подвергнутся совместному перемещению без увлечения эфира с собою. Это изменение, правда, является величиной второго порядка; однако, оно достаточно велико, для того чтобы быть обнаруженным при помощи чувствительного интерференционного метода.

Соответствующий опыт был выполнен Майкельсоном в 1881 г. Его аппарат, некоторая разновидность интерференционного рефрактометра, состоял из двух одинаково длинных, горизонтально расположенных и взаимно перпендикулярных плеч Р и Q. Из двух интерферирующих друг с другом пучков света один проходил вдоль плеча Р, другой — вдоль плеча Q, вперед и назад. Весь аппарат, включая источник света и приспособление для наблюдения, мог вращаться вокруг вертикальной оси. Особенно заслуживают внимания два положения аппарата, при которых плечо Р или плечо Q по возможности точно совпадает с направлением движения земли.

На основании теории Френеля ожидалось смещение интерференционных полос при вращении аппарата из одного из этих двух «главных положений» в другое. Однако не было обнаружено ни малейшего следа подобного смещения, — мы будем называть его для краткости Максвеллевским смещением — обусловленного изменением времен пробега. Отсюда Майкельсон счел возможным заключить, что эфир при движении земли не остается в покое, — заключение, правильность которого была, впрочем, вскоре поставлена под вопрос. Именно, вследствие недосмотра Майкельсон вставил в расчет удвоенное значение ожидаемого по теории изменения разностей фаз; при исправлении этой ошибки получаются смещения, которые как раз могут еще покрыться ошибками наблюдения.[47]

Позже Майкельсон совместно с Морли возобновил исследование,[48] причем для увеличения чувствительности заставлял каждый пучок света отражаться посредством нескольких зеркал вперед и назад. Благодаря этому достигалась та же выгода, как если бы плечи прежнего аппарата были значительно удлинены. Зеркала находились на тяжелой каменной плите, которая плавала на поверхности ртути и поэтому легко вращалась. Каждый пучок должен был теперь пробежать в общем путь в 22 м и на основании теории Френеля нужно было ожидать смещения в 0,4 расстояния между полосами при переходе из одного главного положения в другое. Тем не менее при вращении получались только смещения, самое большее, в 0,02 расстояния между полосами; они вероятно происходили от ошибок наблюдения.

Можно ли на основании этого результата принять, что эфир принимает участие в движении земли, и что, следовательно, теория аберрации Стокса верна? Трудности, на которые наталкивается эта теория при объяснении аберрации, представляются мне слишком значительными для того, чтобы я мог согласиться с этим взглядом, и, напротив, — не попытался бы устранить противоречие между теорией Френеля и результатом Майкельсона.

В самом деле, это удается посредством одной гипотезы, которую я уже высказал[49] некоторое время тому назад и к которой, как я позже узнал, пришел и Фицджеральд.[50] В следующем параграфе мы покажем, в чем состоит эта гипотеза.

2. Для упрощения примем, что исследование ведется с таким же аппаратом, какой применялся в первых опытах, и что при одном главном положении плечо Р точно совпадает с направлением движения земли.

Пусть р — скорость этого движения и L — длина каждого плеча; тогда 2L, будет путь лучей света. На основании теории,[51] вследствие поступательного движения; время, в течение которого один пучок света идет вдоль Р вперед и назад, увеличивается на величину

по сравнению со временем, в течение которого проходит свой путь другой пучок. Эта же самая разница имела бы место, если бы, в случае отсутствия влияния поступательного движения, плечо Р было длиннее плеча Q на

Аналогичное рассуждение применимо и для второго главного положения.

Таким образом, мы видим, что ожидаемые согласно теории разности фаз могли бы также возникнуть и в том случае, если бы при вращении аппарата то одно, то другое плечо имели бы большую длину. Отсюда следует, что эти разности фаз могут быть компенсированы обратными изменениями размеров.

Если принять, что плечо, лежащее в направлении движения земли, короче другого плеча на

и что, вместе с тем, поступательное движение оказывает действие, вытекающее из теории Френеля, то результат опыта Майкельсона будет вполне объяснен. В соответствии с этим следовало бы предположить, что движение твердого тела, например латунного стержня или каменной плиты, примененной в позднейших опытах, через покоящийся эфир влияет на размеры тел, причем это влияние различно в зависимости от ориентации тела относительно направления движения. Если бы, например, размеры, параллельные направлению движения, изменились в отношении 1:1+8, а размеры, перпендикулярные к нему, — в отношении 1:1 + е, то должно было бы иметь место

Значение одной из величин δ и е осталось бы при этом неопределенным. Мы могли бы иметь

но также и

3. Как ни странна на первый взгляд указанная гипотеза, нужно будет все же признать, что она вовсе не так неприемлема, если только мы допустим, что и молекулярные силы передаются через эфир, подобно тому как мы можем теперь определенно утверждать это относительно электрических и магнитных сил. Если это так, то весьма вероятно, что поступательное движение изменит взаимодействие между двумя молекулами или атомами подобным же образом, как и притяжение или отталкивание между заряженными частицами. Так как форма и размеры твердого тела в конечном итоге обусловливаются интенсивностью молекулярных взаимодействий, то в этом случае не может не произойти и изменение размеров.

Следовательно, с теоретической стороны нет возражений против этой гипотезы. Относительно экспериментальной проверки нужно прежде всего заметить, что упомянутые удлинения и сокращения чрезвычайно малы. Так как

то, следовательно, при ε = 0, сокращение одного диаметра земли составит приблизительно 6,5 см, а длина стержня 1 м изменится на 0,005 микрона, если его перевести из одного главного положения в другое. Желая обнаружить столь малые величины, можно, пожалуй, надеяться на успех только с помощью интерференционного метода. Следовательно, нам пришлось бы работать с двумя взаимно перпендикулярными стержнями и пустить из двух интерферирующих друг с другом пучков света один вдоль первого, а другой вдоль второго стержня вперед и назад. Но этим путем мы вернулись бы снова к опыту Майкельсона и при вращении не обнаружили бы смещения полос. Обратно, повторяя прежние рассуждения, можно сказать теперь, что смещение, вытекающее из изменений длин, компенсируется Максвеллевским смещением.

4. Заслуживает внимания то обстоятельство, что мы как раз приходим к предположенным выше изменениям размеров, если, во-первых, не принимая в расчет молекулярного движения, допустим, что в предоставленном самому себе твердом теле силы притяжения или отталкивания, действующие на любую молекулу, находятся в равновесии, и, во-вторых, — хотя к последнему, впрочем, нет никаких оснований, — распространим на эти молекулярные силы закон, выведенный нами прежде[52] для электростатических взаимодействий. Под S_1и S_2мы будем понимать теперь не две системы заряженных частиц, как было там изложено, а две системы молекул, причем вторая из них находится в покое, а первая, движется со скоростью р по направлению оси х; если между размерами обеих систем существует вышеуказанное соотношение, и если, далее, принять, что в обеих системах составляющие сил по оси х одинаковы, а составляющие по осям у и z отличаются друг от друга множителем

то ясно, что силы в системе S_1будут взаимно уравновешены, если только это имеет место в S_2. Поэтому, если S_2представляет собой состояние равновесия покоящегося твердого тела, то в S_1молекулы имеют как раз те положения, в которых они могут пребывать под влиянием поступательного движения. Перемещение привело бы, конечно, само собою к этому расположению молекул и, следовательно, обусловило бы сокращение в направлении. движения в отношении

по формулам, данным в § 23 цитированной книги. Это приводит к значениям

что согласуется с (1).

В действительности молекулы тела не находятся в покое, но в каждом «состоянии равновесия» существует стационарное движение. Вопрос о том, как велико влияние этого обстоятельства на рассматриваемое явление, мы оставим открытым; во всяком случае опыты Майкельсона и Морли вследствие неизбежности ошибок наблюдения оставляют довольно широкий произвол для значений δ и ε.

Источник: Принцип относительности / Сборник работ классиков релятивизма./ Под редакцией В.К. Фредерикса и В.В. Иваненко. ОНТИ. Ленинград 1935 г. — С. 9–15.

Приложение 2

Г.А. Лоренц

ЭЛЕКТРОМАГНИТНЫЕ ЯВЛЕНИЯ В СИСТЕМЕ, ДВИЖУЩЕЙСЯ С ЛЮБОЙ СКОРОСТЬЮ, МЕНЬШЕЙ СКОРОСТИ СВЕТА[53]

(Извлечения)

1. Стараясь на основании теоретических соображений определить влияние, которое может оказать поступательное движение (например, поступательное движение, испытываемое всеми системами вследствие годового движения земли) на электрические и оптические явления, мы сравнительно просто достигаем цели в тех случаях, когда рассматриваются только величины, пропорциональные первой степени отношения скорости поступательного движения w к скорости света с.

Случаи же, в которых могут быть обнаружены величины второго порядка, следовательно, порядка представляют более значительные трудности. Первым примером явлений этого рода является известный интерференционный опыт Майкельсона, отрицательный результат которого привел Фицджеральда и меня к заключению, что размеры твердых тел немного изменяются вследствие их движения через эфир.

…

2. Описанные опыты не являются единственным основанием желательности новой обработки проблем, связанных с движением земли. Пуанкаре,[54] возражая против прежней теории оптических и электрических явлений в движущихся телах, указывал, что для объяснения отрицательного результата опыта Майкельсона оказалось нужным ввести новую гипотезу, и что в этом может встретиться необходимость каждый раз, когда станут известны новые факты. Подобному введению особых гипотез для каждого нового опытного результата присуща, конечно, некоторая искусственность. Положение вещей было бы удовлетворительнее, если бы можно было с помощью определенных основных допущений показать, что многие электромагнитные явления строго, т. е. без какого-либо пренебрежения членами высших порядков, не зависят от движения системы. Несколько лет тому назад я уже сделал попытку создать подобную теорию.[55] Теперь я надеюсь рассмотреть этот вопрос с большим успехом. На скорость налагается только то ограничение, что она должна быть меньше скорости света.

…

Примечание Лоренца на с. 22 сборника: Можно заметить, что в этой статье мне не удалось в полной мере получить формулы преобразования теории относительности Эйнштейна. Ни равенство (7) ни формулы (8) не имеют того вида, который дан Эйнштейном, вследствие чего мне не удалось уничтожить член

из первой формулы (9) и таким образом привести уравнения (9) точно к виду, справедливому для покоящейся системы. С этим обстоятельством связана беспомощность некоторых дальнейших рассуждений в этой работе.

Заслуга Эйнштейна состоит в том, что он первый высказал принцип относительности в виде всеобщего строго и точно действующего закона.

К этому я добавлю еще, что Фохт уже в 1887 г. (Gottinger Nachrichten, стр. 41) в работе «Uber das Dopplersche Prinzip» применил к формулам вида

преобразование, которое эквивалентно преобразованию, содержащемуся в равенствах (4) и (5). [Примечание Г. А.Лоренца, 1912 г.].

В этом уравнении все заключенные в скобки величины должны быть взяты для того момента, когда местное время центра частицы равно

Мы заканчиваем эти соображения введением нового вектора р', компоненты которого равны:

Одновременно мы переходим к х',у' z', t' как независимый переменным. Окончательный результат имеет вид:

8. До сих пор мы пользовались только основными уравнениями, не вводя новых предположений. Теперь я допущу, что электроны, которые в состоянии покоя рассматриваются как шары радиуса R, изменяют свои размеры под влиянием поступательного движения, а именно: размеры в направлении движения уменьшаются в kl раз, а размеры в перпендикулярных к движению направлениях в l раз.

При этой деформации, которую мы обозначим через

каждый элемент объема должен сохранить свой заряд.

Наше допущение ведет к тому, что в электростатической системе Σ, которая движется со скоростью w, все электроны преобразуются в эллипсоиды, малые оси которых лежат в направлении движения. Если мы теперь подвергнем систему деформации (kl, l, l) для того, чтобы иметь возможность применить теорему, изложенную в § 6, мы снова получим шаровые электроны радиуса R. Если мы, далее, изменим относительное положение электронных центров в Σ посредством деформации (kl l,l) и в полученные таким образом точки поместим центры покоящихся шаровидных электронов, то получим систему, которая будет тождественна воображаемой, описанной в § 6, системе Σ. Силы в этих двух системах связаны друг с другом соотношением (21).

Во-вторых, я принимаю, что силы, действующие между незаряженными частицами, так же, как и силы, действующие между незаряженными частицами и электронами, вследствие поступательного движения подвергаются изменению точно таким же образом, как электрические силы в электростатической системе.

Иными словами: какова бы ни была природа частиц весомого тела, всегда — при условии, что частицы не двигаются друг относительно друга — силы, действующие в покоящейся системе Σи в движущейся системе Σ связаны друг с другом соотношением (21), если, в смысле взаимного положения частиц система Σполучается из Σ посредством деформации (kl, l, l) и, следовательно, Σ из Σпосредством деформации

Легко видеть, что гипотеза, выдвинутая раньше в связи с опытом Майкельсона, содержится в высказанной теперь. Последняя гипотеза имеет, однако, более общий характер, потому что единственное ограничение движения заключается теперь в том, что скорость его должна быть меньше скорости света.

…

Но всякое изменение в движении системы влечет за собой соответствующее изменение в электромагнитном количестве движения и требует поэтому определенной силы, величина и направление которой дается формулой

Уравнение (28) можно строго говоря применять только к случаю равномерного и прямолинейного поступательного движения. Вследствие этого теория быстропеременных движений электрона очень трудна, хотя формула (29) всегда имеет место. Это обстоятельство усугубляется тем, что гипотеза § 8 включает требование, чтобы величина и направление деформации непрерывно изменялись. Едва ли вообще вероятно, чтобы форма электрона определялась одной только скоростью в рассматриваемый момент времени.

…

10. Мы можем теперь перейти к исследованию влияния движения земли на оптические явления в системе прозрачных тел. При этом мы обратим наше внимание на переменные электрические моменты в частицах или «атомах» системы. Мы можем применить к этим моментам рассуждения § 7. С целью упрощения мы полагаем, что в каждой частице заряд сосредоточен в определенном числе отдельных электронов. Пусть, далее, «упругие» силы, которые действуют на какой-нибудь один из этих электронов и совместно с электрическими силами определяют его движение, имеют свой исходный центр действия в точке, лежащей внутри границы того же атома.

Я покажу теперь, что каждому возможному состоянию движения в неподвижной системе можно сопоставить соответствующее, также возможное, состояние движения в системе, находящейся в поступательном движении, причем способ сопоставления характеризуется следующим образом.

Если мы исходим из некоторого действительно существующего состояния в системе Σ , то очевидно, что пользуясь положениями а) и б), мы вполне определяем некоторое состояние движущейся системы Σ. Вопрос о том, является ли это состояние также возможным, остается, однако, открытым.

Для того чтобы решить это, мы сначала заметим, что электрические моменты, которые по нашему допущению возникают в движущейся системе и которые будут обозначаться через р, суть определенные функции координат х, у, z центров А частиц (или, как мы будем говорить, координат частиц) и времени t. Уравнения, которые выражают связь между р, с одной стороны, и х, у, z, t, с другой, — могут быть заменены другими уравнениями, которые содержат вектор р', определяемый из формулы (26), и величины х, у, z, t, которые даются формулами (4) и (5).

Если в частице А движущейся системы, координаты которой суть х, у, z, в момент времени t или в момент местного времени t' имеется электрический момент р, то, согласно допущениям а) и б) в другой системе в частице с координатами х, у, z, и в момент истинного времени t' будет существовать электрический момент, который как раз будет представлен вектором р', определяемым по формуле (26). Таким образом, отсюда видно, что уравнения, связывающие р', х, у, z, t, будут одни и те же для обеих систем с тем единственным отличием, что для системы Σ без поступательного движения эти буквы означают электрический момент, координаты и истинное время, в то время как для движущейся системы они имеют другое значение. Ибо здесь р', х, у, z, t связаны с электрическим моментом р, с координатами х, у, z и с общим временем t соотношениями (26), (4) и (5).

Константа должна иметь значение 1, потому что мы уже знаем, что при w = О значение l = 1.

Это ведет к предположению, что влияние поступательного движения (как для отдельного электрона, так и весомого тела в целом) простирается только на размеры в направлении движения, а именно: последние делаются в k раз меньше по сравнению с состоянием покоя.

Присоединив эту гипотезу к высказанным прежде, мы можем быть уверены в том, что возможны два состояния, одно — в движущейся системе, другое — в такой же но покоящейся системе, которые соответствуют друг другу указанным образом. Впрочем, это соответствие не ограничивается электрическими моментами частиц. В соответствующих точках, которые лежат либо в эфире между частицами, либо в эфире, окружающем весомые тела, мы находим для соответствующих моментов времени тот же вектор dи, как легко показать, тот же вектор h'. Резюмируя, можно сказать: когда в системе без поступательного движения возникает состояние движения, для которого в определенном месте компоненты векторов р, d и h являются определенными функциями времени, тогда в той же системе, после того как она приведена в движение (и, следовательно, деформирована), может возникнуть состояние движения, при котором в соответствующем месте компоненты векторов р', d', h' будут теми же функциями местного времени.

…

Только что сделанные выводы подтверждают прежние результаты, полученные с помощью соображений, в которых пренебрегалось величинами второго порядка. Эти же выводы содержат также объяснение отрицательного результаты опыта Майкельсона, причем более общее, и по форме несколько отличное от прежде данного. Они показывают далее, почему Рэлей и Брэс не могли наблюдать никаких признаков двойного лучепреломления, вызванного движением земли. Отрицательный результат опытов Трутона и Нобля делается тотчас же ясным, когда мы обратимся к гипотезам § 8. Эти гипотезы, а также наше последнее допущение (§ 10) позволяют заключить, что поступательное движение вызывает одно только сокращение всей системы электронов и других частиц, из которых построены заряженный конденсатор, коромысло и нить крутильных весов. Такое сокращение не дает, однако, никакого повода к заметному изменению направления.

Едва ли нужно отмечать, что я предлагаю эту теорию со всей осторожностью. Хотя она, по моему мнению, отвечает всем твердо установленным фактам, тем не менее эта теория приводит к некоторым следствиям, которые еще нельзя подкрепить опытом. Например, из теории следует, что результат опыта Майкельсона должен оставаться отрицательным, если пропустить интерферирующие лучи света через весомое прозрачное тело.

О нашей гипотезе сокращения электронов нельзя заранее утверждать ни того, что она правдоподобна, ни того, что она недопустима. Наше знание природы электронов еще весьма недостаточно, и единственным средством продвижения вперед является проверка гипотез, подобных предложенным мною здесь. Естественно, при этом возникают трудности, например, при рассмотрении вращения электронов. Может быть, мы должны будем допустить, что в тех явлениях, при которых в покоящейся системе шаровидные электроны вращаются вокруг одного из диаметров, в движущейся системе отдельные точки электронов описывают эллиптические орбиты, которые указанным в § 10 образом соответствуют круговым орбитам покоящегося случая.

12. Мы должны еще сказать несколько слов о молекулярном движении. Можно думать, что тела, у которых оно имеет заметное или даже преобладающее влияние, также подвержены тем же деформациям, что и системы с неизменным относительным положением частиц, о которых мы до сих пор говорили. В самом деле, мы можем вообразить себе в двух молекулярных системах Σ и Σ, из которых только вторая находится в поступательном движении, такие соответствующие друг другу молекулярные движения, что когда какая-нибудь частица в Σ имеет определенное положение в определенный момент времени, частица в Σ в соответствующий момент времени занимает соответствующее положение. Представив себе это, мы можем применять соотношение (33) между ускорениями во всех тех случаях, когда скорость молекулярного движения очень мала по сравнению с w. Тогда можно считать, что молекулярные силы определены относительным положением, независимо, от скоростей молекулярного движения. И, наконец если мы себе представим эти силы ограниченными столь малыми радиусами действия, что для действующих друг на друга частиц можно пренебречь разностью отсчетов местных времен, то данная частица вместе с теми, которые лежат в сфере ее притяжения или отталкивания, образует систему, претерпевающую неоднократно упомянутую деформацию. На основании второй гипотезы § 8 мы можем поэтому применить формулу (21) к результирующей молекулярной силе, приложенной к частице. Следовательно, правильное соотношение между силами и ускорениями будет иметь место в обоих случаях, если мы допустим, что поступательное движение оказывает такое же воздействие на массы всех частиц, как и на электромагнитные массы электронов.

(Заседание Академии Наук 23 апреля 1904 г. Напечатано 27 мая 1904 г.).

Источник: Принцип относительности / Сборник работ классиков релятивизма./ Под редакцией В.К. Фредерикса и В.В. Иваненко. ОНТИ. Ленинград 1935 г. — С. 16–48.

Приложение 3

А. Пуанкаре

О ДИНАМИКЕ ЭЛЕКТРОНА

(Извлечения)

С первого взгляда кажется, что аберрация света и связанные с нею оптические и электрические явления дают нам средство для определения абсолютного движения земли или, вернее, ее движения не по отношению к другим небесным телам, а по отношению к эфиру. Уже Френель пытался сделать это, но скоро обнаружил, что движение земли не изменяет законов отражения и преломления. Аналогичные опыты, как, например, с трубой, наполненной водою, и все прочие, где принимаются в расчет только члены первого порядка относительно величины аберрации, дали лишь отрицательный результат, чему вскоре было найдено объяснение; но и Майкельсон, придумавший опыт, в котором становились уже заметными члены, зависящие от квадрата аберрации, в свою очередь, потерпел неудачу.

Эта невозможность показать опытным путем абсолютное движение земли представляет по-видимому общий закон природы; мы естественно приходим к тому, чтобы принять этот закон, который мы назовем постулатом относительности, и принять без оговорок. Все равно, будет ли позднее этот постулат, до сих пор согласующийся с опытом, подтвержден или опровергнут более точными измерениями, сейчас во всяком случае представляется интересным посмотреть, какие следствия могут быть из него выведены.

Лоренц и Фицджеральд ввели гипотезу о сокращении всех тел в направлении движения земли, за висящем от квадрата аберрации. Это сокращение, которое мы назовем лоренцовым сокращением, дало бы объяснение опыту Майкельсона и всем другим, произведенным до сих пор в этом направлении опытам. Однако, если бы мы пожелали принять постулат относительности во всей его общности, подобная гипотеза оказалась бы недостаточной.

Это заставило Лоренца дополнить и видоизменить гипотезу так, чтобы установить полное соответствие между нею и постулатом относительности. Он достиг этого в свое статье «Электромагнитные явления в системе, движущейся с любой скоростью, меньшей скорости света»* [Amsterdam Proceedings (Известия Амстердамской Академии), 27 мая 1904] 3).

Важность вопроса побудила меня снова заняться им; результаты, полученные мною, согласуются во всех наиболее важных пунктах с теми, которые получил Лоренц; я стремился только дополнить и видоизменить их в некоторых деталях; некоторые имеющиеся расхождения, как мы увидим дальше, не играют существенной роли.

Идею Лоренца можно резюмировать так: если возможно сообщить общее поступательное движение всей системе, без того, чтобы имели место какие либо видимые изменения в явлениях, то это значит, что уравнения электромагнитного поля не изменятся в результате некоторых преобразований, которые мы будем называть преобразованиями Лоренца; две системы, одна неподвижная, другая перемещающаяся поступательно, представляют таким образом точное изображение одна другой.

…

Тогда, если инерция материи имеет исключительно электромагнитное происхождение, как это общепризнано после опытов Кауфмана, и, за исключением постоянного давления, о котором я только что говорил, все силы будут электромагнитного происхождения, то постулат относительности может быть установлен со всей строгостью; именно это я и собираюсь показать весьма простыми вычислениями, основанными на принципе наименьшего действия.

Но это не все. Лоренц в цитированной работе считал необходимым дополнить свою гипотезу так, чтобы постулат относительности имел место и при наличии других сил помимо электромагнитных. Согласно его идее, все силы, какого бы они ни были происхождения, ведут себя благодаря преобразованию Лоренца (и, следовательно, благодаря поступательному перемещению) точно так же, как электромагнитные силы.

Оказалось необходимым более внимательно рассмотреть эту гипотезу и в частности исследовать, какие видоизменения она вносит в законы тяготения.

Прежде всего, очевидно, они вынуждает нас предположить, что распространение сил тяготения происходит не мгновенно, но со скоростью света. Можно было бы подумать, что это является достаточным основанием для того, чтобы отвергнуть подобную гипотезу, так как Лаплас показал, что она не может иметь места. Но на самом деле действие этого распространения уравновешивается в большей части другим обстоятельством, так что не существует противоречия между предложенным законом и астрономическими наблюдениями.

…

Недостаточно ограничиться простым сопоставлением формул, согласующихся между собою лишь благодаря счастливой случайности; необходимо, чтобы эти формулы, так сказать, проникали друг в друга. Разум наш не будет удовлетворен до тех пор, пока мы не поверим, что усмотрели причину этого согласования, так хорошо, что, как нам кажется, мы могли бы ее предвидеть.

…

Возможно, что и в нашем случае имеется нечто аналогичное; если бы мы приняли принцип относительности, то в законе тяготения и в электромагнитных законах мы нашли бы общую постоянную — скорость света. Точно так же мы встретили бы ее во всех других силах какого угодно происхождения, что можно объяснить только с двух точек зрения: или все, что существует в мире — электромагнитного происхождения, или же это свойство, являющееся, так сказать, общим для всех физических явлений, есть не что иное как внешняя видимость, что-то, связанное с методами наших измерений. Как же мы производим наши измерения? Прежде мы ответили бы: перенося тела, рассматриваемые как твердые и неизменные, одно на место другого; но в современной теории, принимая во внимание сокращение Лоренца, это уже не верно. Согласно этой теории двумя равными отрезками — по определению — будут такие два отрезка, которые свет проходит в одно и то же время.

…

Итак, гипотеза Лоренца будет единственной, которая согласуется с невозможностью доказательства абсолютного движения; допуская эту невозможность, необходимо принять, что электроны при своем движении сокращаются и превращаются в эллипсоиды вращения, у которых две оси остаются постоянными; следовательно, как мы показали в предыдущем параграфе, необходимо допустить существование добавочного потенциала, пропорционального объему электрона.

Таким образом, результаты Лоренца полностью подтверждаются;…

…

Если инерция электронов имеет исключительно электромагнитное происхождение и если электроны подвержены действию только электромагнитных сил или сил, вызываемых добавочным потенциалом (F), то никакой опыт не в состоянии показать наличие абсолютного движения.

…

Итак, теория Лоренца полностью объясняет невозможность показать опытным путем наличие абсолютного движения в случае, если все силы будут электромагнитного происхождения. Однако, существуют силы, которым нельзя приписать электромагнитное происхождение, как, например, силы тяготения. В самом деле, может случиться, что две системы тел порождают эквивалентные электромагнитные поля, т. е оказывают одинаковое действие на наэлектризованные тела и токи, но что, однако, эти две системы оказывают различное гравитационное действие на ньютоновские массы.

Следовательно, поле тяготения отличается от электромагнитного поля. Поэтому Лоренц вынужден был дополнить свою гипотезу предположением, что силы любого происхождения и в частности силы тяготения ведут себя при поступательном движении (или, если угодно, при преобразовании Лоренца), совершенно так же как электромагнитные силы…

Париж, июль 1905. (Поступило в печать 23 июля 1905 г.).

Источник: Анри Пуанкаре. Избранные труды в трех томах. Том III. Математика. Теоретическая физика. Анализ математических и естественно-научных работ Анри Пуанкаре. Изд-во «Наука», 1974 г. — С. 433–486.

Приложение 4

Комментарий к статье А. Пуанкаре «О ДИНАМИКЕ ЭЛЕКТРОНА»

Статья Пуанкаре замечательна во многих отношениях. По времени своего появления (начало 1906 г.) — она несколько запаздывает по сравнению с основной статьей Эйнштейна, появившейся в сентябре 1905 г., но написана она абсолютно независимо от Эйнштейна, что видно по датам поступления в печать: 30 июня и 23 июля. Пуанкаре дает своему изложению сразу удачную математическую форму. Прежде всего, Пуанкаре, как и Эйнштейн, выдвигает основную идею в виде четкого «постулата относительности» (у Эйнштейна — «принцип относительности»). Преобразования Лоренца (также термин Пуанкаре) составляют группу в многообразии четырех измерений и Пуанкаре находит инварианты этой группы. Преобразования плотности тока, плотности электричества и напряжений электрического и магнитного полей с изумительной простотой получаются в окончательном виде (в отличие от упоминаемой на стр. 434 статьи Лоренца). В статье плодотворно использован принцип наименьшего действия в четырехмерной формулировке. Пользуясь современной терминологией, можно сказать, что все величины электромагнитного поля выступают как тензоры соответствующих рангов четырехмерного многообразия.

Пуанкаре первый вводит мнимую координату времени и толкует преобразование Лоренца как поворот в пространстве четырех измерений. Здесь он находит также знаменитую теорему о сложении скоростей.

Работы Пуанкаре практически нашли немедленное продолжение в исследованиях Минковского (Phys. Z., 1909, 10, 104), который наряду с широко известной трактовкой четырехмерного пространства-времени начал развивать также идеи Пуанкаре о гравитации. В исторической перспективе сейчас ясно, что Пуанкаре первый предпринял попытку построения Лоренц-инвариантной теории гравитации, обобщая закон тяготения Ньютона путем учета запаздывания распространения гравитации и указывая на то, что ее скорость равна скорости света. Гравитационные идеи Пуанкаре (§ 6) были развиты Лоренцом (Phys. Z., 1910, 11, 1234), позднее Уитроу и Мордухом (Nature, 1960, 188, 790); речь идет о теориях запаздывающего действия на расстоянии в плоском пространстве, которые анализируются и сейчас, хотя общепризнанным базисом понимания гравитации остается общая теория относительности Эйнштейна A915), трактующая тяготение в связи с искривлением пространства-времени.

Статья Пуанкаре фактически оказалась почти незамеченной, тогда как статьи Эйнштейна и Минковского сразу привлекли к себе всеобщее внимание. Причина этого весьма любопытного обстоятельства, не имеющего аналогов в современной физике, не может, конечно, заключаться в одной только сравнительно малой известности среди физиков столь знаменитого математического журнала, как «Rendiconti del Circolo matematico di Palermo», в котором была напечатана статья Пуанкаре. Для большинства физиков был малопривычен строгий математический язык Пуанкаре и теория групп; работа Пуанкаре на первых порах могла показаться рядом до некоторой степени чисто формальных математических преобразований, тогда как статья Эйнштейна сразу указала на вытекающую из вновь открытых закономерностей необходимость пересмотреть наши основные физические представления о времени и пространстве. Стиль работы Пуанкаре — инвариантно-теоретический, тогда как Эйнштейн начал строить свою статью с рассмотрения мысленных экспериментов об измерении длин и промежутков времени.

Вместе с тем обращает на себя внимание своеобразная недооценка Пуанкаре своих результатов, рассматриваемых им как некоторое уточнение исследований Лоренца, в противоположность уверенному стилю статьи Эйнштейна.

В некоторой мере в статье Пуанкаре сказываются его конвенционалистские взгляды, с признанием, например, возможности описывать пространства геометриями разного типа.

Д. Д. Иваненко

Источник: Анри Пуанкаре. Избранные труды в трех томах. Том III. Математика. Теоретическая физика. Анализ математических и естественно-научных работ Анри Пуанкаре. Изд-во «Наука», 1974 г. — С. 732–733.

Приложение 5

Луи де Бройль

АНРИ ПУАНКАРЕ И ФИЗИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ

Деятельность Анри Пуанкаре была грандиозной: она охватывала все области физико-математических наук. Пуанкаре внес существенный вклад в развитие не только высшего анализа, неевклидовой геометрии, арифметики, Analysis situs (или топологии), механики, астрономии, математической физики, но и других наук. Все они несут на себе печать его гения. Пуанкаре умер в 58 лет, оставив после себя научное наследие, поражающее своим великолепием. Трудно поверить, что за сравнительно короткую жизнь человек сумел так много сделать в столь различных областях знания.

Я буду говорить здесь лишь о работах Пуанкаре по математической физике, поскольку в дни своей юности я особенно усердно изучал именно эту науку. Все молодые люди моего поколения, интересовавшиеся математической физикой, воспитывались на книгах Пуанкаре. В ту пору преподавание математической физики в Сорбонне несколько отставало от требований времени. Поль Ланжевен так никогда и не опубликовал прекрасные курсы, прочитанные им в Коллеж де Франс. Новые физические теории, к тому же блестяще изложенные, мы смогли найти лишь в книгах Пуанкаре. Даже через много лет, став уже вполне зрелыми людьми, мы все еще ощущали на себе благотворное влияние этих книг.

Некоторые авторы проводят различие между теоретической и математической физикой. Сам Анри Пуанкаре в своих известных работах по философии науки («Наука и гипотеза», «Ценность науки», «Наука и метод», «Последние мысли») никогда не делал такого различия. Тем не менее, мне кажется, что различие между теоретической и математической физикой все же имеет под собой достаточно веские основания. Математическая физика — это углубленное, критическое изучение физических теорий разумом, изощренным в математических рассуждениях, с целью усовершенствовать эти теории, придать им большую строгость, а также найти новые темы для чисто математических исследований: известно, что геометры в своих открытиях нередко руководствуются физическими соображениями (Oeuvres, t. XI. Livre du Centenaire. Paris, Gauthier-Villars, 1956, p. 62–71). Теоретическая же физика занимается построением теорий, позволяющих надлежащим образом учитывать экспериментальные факты и направлять исследования, проводимые в лабораториях. Теоретическая физика, в особенности в наше время, требует обширных математических познаний, но обычно не является полем деятельности истинных математиков: она предполагает свободное владение всеми экспериментальными фактами и самое главное ту физическую интуицию, которой не обладают математики.

Первоклассный математик, обладавший острым критическим умом, Пуанкаре как нельзя лучше подходил для занятий математической физикой, понимаемой в смысле только что данного определения. Он не преминул воспользоваться своими природными дарованиями, и его вклад в развитие математической физики оказался весьма значительным. Некоторые из известных мемуаров Пуанкаре и большая часть его знаменитых книг, по крайней мере, частично посвящены уточнению доказательств, приводимых в различных классических теориях физики, и обоснованию новых способов рассуждения. Говоря о созданных Пуанкаре новых методах, нельзя не упомянуть знаменитый метод выметания, разработанный Пуанкаре для доказательства принципа Дирихле в теории ньютоновского потенциала и позволяющий переносить решение, полученное в более узкой области, на более широкую область так же, как и о проведенном Пуанкаре тонком анализе теории распространения тепла Фурье. Во времена моей юности лишь в книгах Пуанкаре по теории Фурье студенты могли найти полное изложение теории интегралов Фурье, играющих весьма важную и все возрастающую роль в математическом образовании современного физика. В общем же курсе математики, читавшемся тогда в Сорбонне, столь неоценимые для будущего теоретика интегралы Фурье почти полностью игнорировались, как, впрочем, и функции Бесселя, и многие другие сведения, имеющие фундаментальное значение для приложений. Именно при изучении задач, связанных с распространением тепла, Анри Пуанкаре разработал изящные и остроумные методы доказательства существования величин, называемых ныне «собственными значениями» краевой задачи для дифференциального уравнения, и сходимости разложений в ряды по собственным функциям. Как показали глубокие исследования Пуанкаре, все эти вопросы, тесно связанные с принципом Дирихле, вскоре после появления его работ получили дальнейшее существенное развитие: были открыты и исследованы интегральные уравнения, а несколько позднее Гильберт ввел абстрактное пространство, носящее ныне его имя. Вряд ли нужно упоминать о том, сколь важную роль играют в настоящее время все эти понятия в квантовой физике. Они достаточно убедительно свидетельствуют о том, сколь значительным был вклад Пуанкаре в эту область.

К числу работ Пуанкаре по математической физике принадлежит и великолепно написанный и ставший классическим курс термодинамики. Как известно, любая попытка корректного изложения этой строгой науки наталкивается на значительные трудности, в особенности если мы будем сознательно отказываться от статистической и молекулярной интерпретации термодинамики, предложенной Больцма-ном и Гиббсом, и курсы термодинамики изобилуют «опасными» местами. Изложение термодинамики, данное Пуанкаре, и поныне считается образцовым, и представляет интерес для тех, кто преподает термодинамику. Кроме того, строгое изложение основ физики отнюдь не означало, что Пуанкаре отрицает ценность молекулярной и статистической физики. Наоборот, многие его мемуары посвящены выяснению различных аспектов этих наук. Так, читатель его великолепной книги «Les Hypotheses cosmogoniques» с некоторым удивлением, но безусловно с пользой для себя, обнаружит в ней изложение кинетической теории газа.

Хотя Пуанкаре по вполне понятным причинам — в силу врожденных особенностей своего ума — внес особенно блестящий вклад в развитие математической физики, понимаемой в смысле данного выше определения, ему тем не менее принадлежит ряд полезных и оригинальных работ в области теоретической физики. С особым успехом Пуанкаре выступил в роли физика-теоретика, выдвигающего и открывающего свежие идеи, предлагающего новые интерпретации в обширной области оптики и электро— магнетизма, переживавшей в ту пору период своего возрождения. Пуанкаре превосходно знал старые механические теории света, уступившие впоследствии место волновой теории Френеля, и в ряде прекрасных работ дал глубокий анализ этих теорий. Пуанкаре развил и углубил теорию Максвелла, мало известную в то время во Франции, поняв, что она позволяет единым образом охватить и обобщить все предшествующие попытки создания теории электромагнитных явлений и осуществить синтез оптики и электромагнетизма. Пуанкаре следил за всеми перипетиями открытия волн Герца и их свойств, явившимся замечательным подтверждением правильности концепций Максвелла. На заре радиотехники он выступал с критическим разбором экспериментальных результатов, развивал теоретические интерпретации и, читая специальный курс в Высшей школе телеграфии, стремился ознакомить инженеров с последними достижениями в этой области. Пуанкаре принадлежит также и популярное изложение основ беспроволочной телеграфии для широкой публики, изданное в виде отдельной брошюры в серии «Scientia». И всюду Пуанкаре находился в первых рядах, критикуя и уточняя уже достигнутое, но в то же время стремясь в соответствии с духом теоретической физики проникнуть как можно дальше вглубь новой территории и не слишком заботясь о строгости и совершенстве.

В своих прекрасных мемуарах и фундаментальном труде «Electricite et optique» Пуанкаре обсудил незадолго до того предложенные новые формы электромагнитной теории, в частности теорию электронов Лоренца, которую он оценивал особенно высоко. Пуанкаре много размышлял над проблемой абсолютного и относительного движения и часто обращался к этой теме в своих философских статьях. Он был убежден, что абсолютное движение лишено смысла и его нельзя обнаружить никакими опытами. Пуанкаре не верил в существование эфира достаточно серьезно для того, чтобы считать, что движение наблюдателя относительно этой гипотетической среды можно обнаружить экспериментально. Поэтому для него не явился неожиданностью отрицательный результат экспериментов типа опыта Майкельсона, и он с интересом, но и не без тайной иронии следил за попытками Лоренца и других теоретиков согласовать полученные отрицательные результаты с существованием эфира.

В 1904 году, накануне появления решающих работ Альберта Эйнштейна по теории относительности, Анри Пуанкаре уже владел всеми наиболее существенными элементами этой теории. Он глубоко проанализировал все трудности электродинамики движущихся тел и ясно сознавал искусственный характер введенного Лоренцом местного времени и сокращения Фицджеральда, с помощью которых эти физики надеялись сохранить инвариантность уравнений Максвелла и объяснить результаты эксперимента Майкельсона. Пуанкаре было ясно, что эти гипотезы, носившие отрывочный характер и произвольно введенные одна за другой, должны уступить место общей теории и стать не более чем частными следствиями из нее. Развитая к тому времени Лоренцом динамика электрона с переменной массой, зависящей от скорости, была хорошо известна Пуанкаре: он сознавал, что теория Лоренца устанавливает для материальных тел существование верхнего предела скорости, равного скорости света в пустоте. В полной мере оценивая все следствия, вытекающие из этого факта, Пуанкаре писал в «Науке и методе» (Science et methode, p. 252): «Можно было бы рассуждать следующим образом. Наблюдатель может достичь скорости в 200 000 км/сек. Тело в своем движении относительно наблюдателя может достигнуть той же скорости. Тогда его абсолютная скорость будет равна 400 000 км1 сек, что невозможно, поскольку это превышает скорость света. Кажущееся противоречие разрешается, если принять во внимание то, каким способом Лоренц вычисляет местное время». Этот отрывок показывает, что Пуанкаре до Эйнштейна были известны формулы релятивистского сложения скоростей. И действительно, в замечательном мемуаре, написанном еще до выхода в свет работ Эйнштейна и опубликованном в «Rendiconti del Circolo matematico di Palermo», в котором Пуанкаре более глубоко исследовал динамику электрона с массой, зависящей от скорости, содержатся формулы релятивистской кинематики.

Еще немного и Анри Пуанкаре, а не Альберт Эйнштейн, первым построил бы теорию относительности во всей ее общности, доставив тем самым французской науке честь этого открытия. Действительно, разве не Пуанкаре принадлежат следующие строки, в которых он подытожил все свои размышления о принципе относительности (Science et methode, p. 240): «Как бы то ни было, нельзя отделаться от впечатления, что принцип относительности есть общий закон природы и что никогда, никакими мыслимыми средствами не удастся измерить что-нибудь иное, кроме относительных скоростей. Под последними я понимаю не только скорости тел относительно эфира, а и скорости одних тел относительно других. Самые разнообразные эксперименты привели к столь хорошо согласующимся между собой результатам, что представляется естественным приписать принципу относительности значение, сравнимое со значением, например, принципа эквивалентности. Во всяком случае, необходимо исследовать, к каким следствиям приведет нас такая точка зрения, чтобы затем подвергнуть эти следствия экспериментальной проверке». Вряд ли можно более близко подойти к идее Эйнштейна.

Однако Пуанкаре так и не сделал решающего шага, и предоставил Эйнштейну честь разглядеть все следствия из принципа относительности и, в частности, путем глубокого анализа измерений длины и времени выяснить подлинную физическую природу связи, устанавливаемой принципом относительности между пространством и временем. Почему Пуанкаре не дошел до конца в своих выводах? Несомненно, чрезмерно критическая направленность его склада мышления, обусловленная, быть может, тем, что Пуанкаре как ученый, был прежде всего чистым математиком. Как уже говорилось ранее, Пуанкаре занимал по отношению к физическим теориям несколько скептическую позицию, считая, что вообще существует бесконечно много логически эквивалентных точек зрения и картин действительности, из которых ученый, руководствуясь исключительно соображениями удобства, выбирает какую-то одну. Вероятно, такой номинализм иной раз мешал ему признать тот факт, что среди логически возможных теорий есть такие, которые ближе к физической реальности, во всяком случае, лучше согласуются с интуицией физика, и тем самым больше могут помочь ему. Вот почему молодой Альберт Эйнштейн, которому в то время исполнилось лишь 25 лет и математические знания которого не могли идти в сравнение с глубокими познаниями гениального французского ученого, тем не менее раньше Пуанкаре нашел синтез, сразу снявший все трудности, использовав и обосновав все попытки своих предшественников. Этот решающий удар был нанесен мощным интеллектом, руководимым глубокой интуицией о природе физической реальности.

Однако блестящий успех Эйнштейна не дает нам права забывать о том, что проблема относительности была еще ранее глубоко проанализирована светлым умом Пуанкаре и что именно Пуанкаре внес существенный вклад в будущее решение этой проблемы. Без Лоренца и Пуанкаре Эйнштейн не смог бы достичь успеха.

Не имея возможности остановиться подробно на содержании прекрасного мемуара Пуанкаре, опубликованного в «Rendiconti del Circolo matematico di Palermo», мы тем не менее хотели бы напомнить следующее. Изучая устойчивость электрона, знаменитый геометр показал, что объяснить ее можно лишь в том случае, если наряду с известными электромагнитными силами допустить существование силы неизвестной природы — «давления Пуанкаре». Эта сила, уравновешивая взаимное отталкивание различных частей электрона, позволяет ему существовать, несмотря на это отталкивание. Открытие Пуанкаре не потеряло своего значения и сегодня: хотя теория элементарных частиц и их структуры ушла далеко вперед (впрочем, ее уровень по-прежнему не может считаться удовлетворительным), в наши дни снова нередко можно услышать разговоры о «давлении Пуанкаре».

Если к работам Пуанкаре по электромагнетизму и теории электронов прибавить те его труды, которые были посвящены исследованию волн Герца, их генерированию, распространению и свойствам, то станет ясно, что Пуанкаре возглавлял авангард физиков-теоретиков своего времени, направляя его победное шествие.

Проблемой, имеющей большое значение как для теоретической физики, так и для всей натуральной философии, является проблема детерминизма и тесно связанная с ней проблема корректного определения случайного, вводящего в детерминизм вероятность. Пуанкаре неоднократно обращался к этим проблемам. В настоящее время, когда они вновь стали предметом рассмотрения, весьма интересно перечитать посвященные им работы Пуанкаре. Как все ученые его времени, Пуанкаре ничуть не сомневался в том, что все физические явления, в том числе и наиболее элементарные, подчиняются строгим законам, незыблемому детерминизму, выражаемому дифференциальными уравнениями, решения которых полностью определяются заданием достаточного числа начальных данных. Такая уверенность в детерминизме делала неизбежным подход к проблеме случайного, по существу полностью совпадающий со взглядами, изложенными великим Лапласом в его фундаментальных работах по теории вероятностей. Для Пуанкаре, так же как и для Лапласа, случай в подлинном смысле этого слова не существовал: если случайность и возникала в каких-либо явлениях природы, то ее появление было обусловлено либо нашей неспособностью решить задачу, трудность которой превосходит силы нашего разума, либо тем, что мы пренебрегли какими-то данными, необходимыми для ее решения.

Известно, что последующее развитие наших знаний о явлениях, происходящих на атомном уровне, или о квантах, существенно повлияли на взгляды большинства физиков на природу случайности и коренным образом изменили эти взгляды. Согласно современным представлениям, явления на этом уровне происходят чисто случайно, и если на макроскопическом уровне нам кажется, будто мы располагаем неким точным законом, то это происходит лишь потому, что макроскопические явления представляют собой статистическое среднее огромного числа элементарных явлений. Эта точка зрения прямо противоположна классической точке зрения на природу случайности, которую разделял еще Пуанкаре. Согласно классической точке зрения, лишь строго детерминированный закон соответствовал глубокому слою физической реальности, а статистический закон был лишь его макроскопическим проявлением. Согласно современной точке зрения, наоборот, статистический закон играет основную роль, а детерминированный служит лишь его макроскопическим проявлением. Однако и при таком понимании соотношения между необходимым и случайным, несмотря на то, что детерминированный закон утрачивает свое привилегированное положение, было бы неверно утверждать, будто природа подчиняется только капризу лишь потому, что, помимо детерминированных, существуют еще и статистические законы.

Эти новые тонкие идеи, завоевавшие всеобщее признание у современных физиков, занимающихся квантовой теорией, определяются развитием физики, о которых Пуанкаре ничего не было известно. Эти фундаментальные результаты не могли быть для него доступны, поэтому Пуанкаре до конца своей жизни оставался непоколебимым приверженцем детерминизма, понимаемого в классическом духе, и связанного с ним понимания случайности. Таким образом, будучи убежденными сторонниками чисто вероятностной интерпретации волновой механики, большинство физиков-теоретиков теперь утверждают, что Пуанкаре придерживался ошибочных взглядов.

Но действительно ли ошибочны его взгляды по этому вопросу?

Не желая вдаваться здесь в подробности, которые завели бы нас слишком далеко, я напомню, однако, что столь известные ученые, как Планк, Эйнштейн и Шредингер, чьи имена значатся среди имен основателей и пионеров квантовой теории с момента ее возникновения, всегда отвергали чисто вероятностную интерпретацию, которую получила впоследствии квантовая физика. Я напомню также о предпринятой в 1927 году попытке причинной и детерминистской, в духе классических представлений, интерпретации волновой механики, тогда еще совсем молодой науки. Через три года эта попытка — теория двойного решения, автором которой был я сам, — привела к формулировке первых идеи волновой механики. Однако разочарованный холодным приемом, оказанным моей теории большинством других физиков-теоретиков, уже совращенных чисто вероятностной интерпретацией Борна, Бора и Гейзенберга, и устрашенный значительными математическими трудностями, вставшими на пути развития теории двойного решения, я отказался от своей попытки и в последующие годы присоединился к общепринятой интерпретации.

В настоящий момент я думаю, что Анри Пуанкаре, как я уже писал раньше, заблуждался, когда упорно отстаивал традиционную точку зрения, согласно которой вероятность, возникающая в физических теориях на месте строгого детерминизма, означает либо полное, либо частичное незнание некоего скрытого детерминизма. Правда, должен признаться, что ныне я несколько менее уверен в правильности своей точки зрения, чем несколько лет назад. Года два назад, под влиянием ряда работ физиков молодого поколения, я вновь вернулся к более глубокому изучению своих идей, высказанных 25 лет назад, относительно двойного решения. Я отнюдь не дерзаю утверждать, что могу полностью обосновать детерминистскую интерпретацию волновой механики, содержащуюся в теории двойного решения, но считаю себя вправе заявить, что кое-какие шаги в этом направлении уже сделаны. Если бы предпринятые попытки увенчались успехом, то мы получили бы причинную картину явлений, описываемых волновой механикой, а вероятностные законы, ставшие ныне классическими в квантовой физике и, безусловно, являющиеся точными законами, можно было бы на том же основании, что и в старой кинетической теории газов, рассматривать как проявление нашей неспособности проследить во всех подробностях за неким скрытым детерминизмом. Таким образом, мы получили бы намного более ясную картину явлений на корпускулярном уровне, чем та, которую считают ортодоксальной почти единодушно физики, занимающиеся квантовой теорией. Не возвращаясь полностью ко всем понятиям классической физики (ибо революция столь значительных масштабов, которую произвело в физике появление квантов, всегда оставляет глубокие следы), мы, однако, в значительной мере приблизились бы к ним, и еще раз сочли бы вполне обоснованным то упорство, с которым Пуанкаре стремился сохранить в неприкосновенности традиционные представления о детерминизме и смысле введения вероятности в физику,

В заключение я хотел бы сказать несколько слов о последних работах Пуанкаре по теории квантов. Вряд ли можно предполагать, что знаменитый ученый, поглощенный трудами и обремененный многочисленными обязанностями, которые налагала на него его известность, с вниманием следил за первыми шагами квантовой теории. В статьях и книгах, написанных Пуанкаре до 1910 года, явно не упоминаются даже первые работы Планка, к тому времени уже устаревшие на несколько лет. Участие в октябре 1911 года в Сольвеевском конгрессе, встречи с физиками и острые обсуждения различных, подчас еще фрагментарных, аспектов новой теории, обратили внимание Пуанкаре на важность идей Планка. Он пишет превосходный мемуар, в котором доказывает, что экспериментальные результаты делают принятие гипотезы квантов Планка неизбежным. В опубликованной посмертно книге Пуанкаре «Последние мысли» содержится популярное изложение замечаний и выводов, которые великий ученый сделал, изучая квантовую теорию. Правда, большую часть вопросов Пуанкаре был вынужден оставить без ответа. Кроме того, успехи, достигнутые с тех пор наукой в области квантовой теории, столь значительны, что все соображения, высказанные в первоначальный период развития новой области физики, в настоящее время не представляют особого интереса. Тем не менее, следует отметить, что квант света, по глубокому убеждению Анри Пуанкаре, может интерферировать лишь сам с собой — факт, который в настоящее время служит основой статистической интерпретации квантовой теории света и, в более общем плане, всей волновой механики.

Вскоре после завершения своих исследований по квантовой теории, в начале июля 1912 года, Анри Пуанкаре скоропостижно скончался после операции в возрасте 58 лет. Бесконечно жаль, что столь мощный мозг не мог следить за быстрым развитием новых релятивистских и квантовых теорий и применить к их исследованию возможности своего математического гения, обширные познания и тонкое критическое чутье. Пуанкаре, несомненно, не мог бы без удивления видеть, как физика отказывается от некоторых столь милых его сердцу идей, как, например, идея детерминированности явлений. Однако он был слишком проницательным, чтобы не воспринять быстро новые идеи, не понять их привлекательность или не обсудить их точность. Сколько услуг он мог оказать совсем еще молодой теории квантов, делавшей лишь первые неуверенные шаги, или будущей волновой механике, рождение которой происходило столь трудно!

Позвольте мне закончить воспоминаниями личного характера. В 1912 году, когда мне было всего лишь 19 лет, я с восторгом следил за развитием новой физики и без устали зачитывался томами курса математической физики Анри Пуанкаре и его работами по философии науки. В поезде, увозившем меня на каникулы в деревню, я узнал из журнала о внезапной кончине великого мыслителя. Меня охватило чувство непоправимой катастрофы: казалось, французскую науку жестоко обезглавили именно в тот момент, когда великая революция, которая по моим предчувствиям должна была вот-вот произойти, делала присутствие великого ученого столь необходимым. С тех пор я часто думал, что пережитое мной тогда ощущение невосполнимой утраты для науки не обмануло меня.

Источник: Анри Пуанкаре. Избранные труды в трех томах. Том III. Математика. Теоретическая физика. Анализ математических и естественно-научных работ Анри Пуанкаре. Изд-во «Наука», 1974 г. — С. 703–711.

Приложение 6

ПРИТЧА О ПРЕДАТЕЛЯХ

Хромой и лысый Главный Советник по обыкновению не вошел, а как-то протиснулся в покои правителя, но сделал это уверенно и бесцеремонно. Главный Советник давно уже помыкал безвольным и безропотным Правителем, который никого, кроме себя и своей уродливой жены, не признавал за людей. Безнадежно болтливый и недалекий Правитель и сам не смог бы сказать, как его угораздило сесть на трон в самой большой Стране мира. Но, став главным в Стране, Правитель поверил в свое величие и бесконечными речами пытался убедить окружающих, что он по-настоящему управляет своим народом. Правители самых сильных стран в других частях света сразу поняли пустую и тщеславную натуру Правителя и заявили, что с ним можно иметь дело, не то, что с прежними правителями Страны. От таких слов у Правителя сладостно замирало сердце и он радостно шушукался со своей корявой женой, строя грандиозные планы расширения своего величия. Не догадывался Правитель, что правители самых сильных стран в других частях света смотрят на него как на безмозглую куклу, которую можно дергать за веревочки и заставлять плясать под свою дудку. А мелодия у той дудки была проста и незатейлива — расколоть Страну на части и захватить ее несметные богатства, да так, чтобы войско не стало ее защищать — могло быть очень больно тем самым правителям самых сильных стран в других частях света. Правитель боялся Главного Советника, но животным утробным чутьем понимал, что без него невозможно удержаться на таком уютном и высоком троне. Вместе они ненавидели свою Страну и ее народ, и эта ненависть объединяла их и обеспечивала взаимное доверие. Зная звериное коварство своего Главного Советника, Правитель, тем не менее, всецело ему доверял, так как не сомневался в абсолютной схожести их убеждений и мировосприятия.

Главный Советник был невзрачным человеком, всегда трезвым, но с обрюзгшим лицом безнадежного пропойцы, с бесформенным мясистым носом, большими ушами, прикрытыми незачесанными волосами, гнилыми, почерневшими зубами, которые вечно болели, с жирной землистого цвета кожей, узкими плечами, осыпанными перхотью. Его мутный взгляд непроспавшегося убийцы неподвижно останавливался на собеседнике в небезуспешной попытке подавить его волю. Нарочито замедленные движения его рук и неуклюжего тела должны были создавать впечатление уверенности и политической мудрости. Он и в самом деле был умен, но умен, как хищник, беспощадно преследующий жертву. Люто ненавидя свою страну, он давно и яростно разрушал ее изнутри, выполняя волю своих хозяев из самых сильных стран в других частях света.

Главный Советник пришел к Правителю обсудить внезапно возникшую проблему. Дело в том, что не так давно они призвали Наместника одной из провинций и поручили ему умиротворить население столицы, которое друг решило, что Правитель слаб, потому что объявил неслыханные при прежнем правителе свободы. Правителю, однако, нужны были не свободы для народа, а прикрытие для очернения прежнего политического режима, чтобы безоговорочно понравиться правителям самых сильных стран в других частях света. Главный Советник преследовал свои подлые цели: разрушить ненавистную ему Страну, которую он никогда не считал своей Родиной. Именно он подсказал Правителю мысль радикального и бессмысленного преобразования всего многолетнего уклада жизни народа, чтобы затем добиться раздробления большой и единой Страны на более мелкие государства, которые были бы в вассальной зависимости от самых сильных стран в других частях света. Случись такое — и Правитель слетел бы со своего трона, как напуганная ворона. Правитель не знал об этой цели своего Главного Советника и думал, что будет сидеть на своем троне долго и счастливо.

Вот и позвали они Наместника одной из далеких провинций, зная его тупость, необузданный нрав и собачью преданность тем, кто сильнее его. Наместник никогда не расставался с кувшином крепкого вина, но его лошадиное здоровье позволяло ему довольно правильно ориентироваться в окружающем мире. Выйдя из самых низов, Наместник сумел прогрызться во власть, прикидываясь защитником простолюдинов. Но боролся он с сильными мира сего как-то странно, не затрагивая их главные интересы. Поэтому бывшие правители Страны сразу разглядели в нем заурядно лицемера — туповатого, но надежного, который и сам обогащался и народ мог держать в повиновении. Неврастеник, гордящийся длительными запоями и приступами белой горячки, будто особой метой, Наместник с пылом изображал из себя сильную личность. Это был рослый мужик с пышной шевелюрой, с крупными чертами лица, торчащими, как крылья у летучей мыши, большими мягкими ушами, крупными зубами, с жирной и гладкой кожей, широкими плечами портового грузчика, и карими, цвета протухшего мяса глазами. Руки его постоянно метались в непроизвольных движениях, он наивно полагал, что, часто показывая другим людям свои пудовые кулаки, внушает им трепет и почитание, что довольно часто воздействовало на истеричных женщин. Ординарный провинциальный мещанин по своим вкусам и склонностям, он был наделен коварством, неведомым даже хищному животному. В области всевозможных подлостей он был знатоком и умел орудовать, как никто другой. Именно беспредельность этой низости и привлекла к Наместнику благожелательное внимание истинных владык Страны и правителей самых сильных стран в других частях света.

Главный Советник был прожженным политиканом и прекрасно разбирался в тонкостях внутренней и внешней политики. Его путь к своему нынешнему посту был, надо сказать, не прост и извилист. Помог случай. Во время большой войны будущий Главный Советник не сумел отвертеться и по глупости попал солдатом на фронт. Там его хорошенько стукнули в суматохе боя, он охромел, но приобрел почет и славу защитника престола. Был Главный Советник смышленым смолоду, а так как был неказист и отвратителен внешне, решил взять свое умом и хитростью. Много учился, и даже приобрел некоторую известность среди ученых мужей своими трактатами о пользе счастья. А когда узрел, что правители самых больших стран в других частях света с упорством маньяка хотят сокрушить Страну, чуланной мышью переметнулся к ним, продолжая потихоньку пробираться к вершинам власти. А иначе он был бы не нужен правителям самых больших стран в других частях света.

В общем, Главный Советник начал восхождение на вершину власти, чтобы сделать ее вершиной предательства. Для этого надо было быть изворотливым и бесконечно лживым.

Попав в избранный круг власть имущих, Главный Советник занялся главным делом всей своей подлой жизни — обманом всех, кроме правителей самых больших стран в других частях света и своей уродливой жены. Главный Советник пускал пыль в глаза, показывая всем перебитую на войне конечность: вот какой он был защитник Страны. Да он и сам отпилил бы себе ногу, чтобы изображать страдальца. Слова эти не кощунственны, так как многие и многие воины, искалеченные в войнах за свою Страну были гнусно обмануты Главным Советником и его приспешниками. Ведь с помощью Главного Советника и его приспешников была без войны разгромлена Страна, за которую настоящие воины проливали настоящую кровь, а не зловонную жижу, которая текла в прогнивших жилах Главного Советника. Жизнь показала, кто сражался за Страну, а кто, как Главный Советник, случайно попал в жернова войны и всю оставшуюся жизнь мстил за это своему народу.

Главный Советник обманывал дурачка — Правителя россыпью изощренных приемов, которые хранил, как вор хранит отмычки для замков. Больше всего Главный Советник любил истину и правду. Да, да, не смейтесь! Он любил истину, потому что только ее можно было превратить в подлую и утонченную ложь, которая была смыслом жизни Главного Советника.

Как алхимик, Главный Советник любил подмешивать ложь небольшими порциями к истине, незаметно для своей жертвы. И обманутый им человек не успевал даже понять, каким образом чистая и светлая правда превращалась в разложившуюся зловонную ложь. А жертвами Главного Советника были все — Правитель, Наместник, любой человек, который ему не нравился.

Иногда Главный Советник делал наоборот: брал гнусную ложь, к ней подмешивал частицы истины и создавал правдоподобное сообщение для Правителя. Тот — глупый — верил, не догадываясь, что его банально дурят и готовятся предать. Уже предали, так как Главный Советник точно знал, что без предательства дурачка-Правителя, ему не удастся предать Страну.

Любил Главный Советник и такой изощренный способ обмана: брал различные части истины и преподносил их в таком сочетании, что возникала ложь. Именно так Главный Советник представлял Правителю взгляды, слова и поступки своих злейших врагов — тех, кто пытался спасти Страну от растерзания ее по частям Правителем, Наместником и, конечно, правителями самых крупных стран в других частях света.

Достаточно легко Главный Советник дурачил Правителя и таким незатейливым способом: много и долго рассказывал ему обо всем, что слышал, но акцент делал на таких деталях своего рассказа, которые до неузнаваемости искажали общую картину. Разумеется, все плохое в новом образе Главный Советник приписывал своим врагам, то есть нормальным людям.

Вы спросите — зачем Главный Советник круглосуточно обманывал всех, кроме правителей самых больших стран в других частях света?

Прежде всего ему нужно было вместе с Правителем и Наместником обессилить Страну, или, говоря языком рыночных торговцев, провести предпродажную подготовку Страны и ее обманутого народа. Для этого Главному Советнику надо было обессилить всех своих врагов, то есть нормальных людей. Но главным в Стране числился Правитель и его наместники. Поэтому будущему Главному Советнику надо было во что бы то ни стало попасть на вершину власти и вначале обмануть Правителя и его наместников. До того, как приблизиться к трону Правителя Главному Советнику пришлось в молодости изрядно пресмыкаться перед такими же, как он, прохиндеями, которые любили лизоблюдов и которых Главный Советник предавал мешками. Для подготовки своего главного предательства Главный Советник весьма изощренно использовал неповоротливый, изрядно проржавевший и заваленный бумагами механизм государственной власти. Главный Советник творил с вестями для Правителя, что хотел: искажал их, скрывал, не пропускал правдивые новости к уху Правителя. А если тот все-таки узнавал правду, Главный Советник буквально вылезал из своей волчьей шкуры, чтобы представить всех дураками, а белое — грязным.

В разных местах государственного управления сидели приспешники Главного Советника, и пока вести проходили через их грязные руки, они вытворяли с ними все, что хотели. В итоге, Правитель вместо верной картины положения дел в Стране получал дурацкую картину, намалеванную Главным Советником.

А еще ложь была нужна Главному Советнику, чтобы отбиваться от честных людей, многие из которых давно распознали его подлую натуру, а также влиять на окружающих. Ложь помогала Главному Советнику тщательно маскировать свое предательство и озлобленность против нормальных людей, помогала стравливать в бессмысленных конфликтах между собой его врагов, тормозить принятие нужных Стране решений. Все это позволяло Главному Советнику направлять поведение жертв своего обмана, толкать их на гибельный путь, отвлекать внимание нормальных людей от правды и переключать на ложь.

Не встречая препятствий на своем пути в виде разоблачения, наказания или угрозы наказания, ложь Главного Советника расширялась, становилась разнообразнее, разрасталась поганым сорняком на чистом лугу, заполняла собой духовное пространство Страны, коварно подменяла правду и способствовала загниванию и гибели Страны. И добила, и помогла правителям самых больших стран в других частях света разрушить великую державу, чтобы обогатить своих купцов и гордо прокаркать «Мы победили!»

Прошли годы. Ушли из жизни многие очевидцы разгрома великой Страны. Наместника, ставшего Правителем оставшейся части Страны, вскоре самого выгнали за ненадобностью и по причине беспробудного пьянства. Он копошился в своем огороде и снился ему как он своей нетвердой шаркающей походкой вступает в г…, нет, нет — в историю. Спустя некоторое время Наместник и Главный Советник бесславно испустили дух. На их похороны сбежались приспешники, помогавшие им разваливать Страну. Только вот бывший Правитель не пришел на похороны Главного Советника — не захотел возвращаться из приятного заморского путешествия в самые большие страны в других частях света, правители которых осыпают его подарками, то есть подачками. А что еще дают предателям?

Об авторе

ТАРАСОВ

Александр Николаевич

Доктор психологических наук, профессор Государственного университета управления, Заместитель заведующего кафедрой социологии и психологии управления ГУУ (2001–2007), директор Издательского дома ГУУ (2007–2011), заведующий кафедрой психологии и педагогики ГУУ (2010–2012); более 40 лет преподает в ВУЗах. Имеет большой и разнообразный опыт обучения сотрудников различных организаций в распознавании ложной информации как деловой, так и личной. А.Н. Тарасов — автор книг «Узнать лжеца! Как распознать обман. 12 практических советов»; «Психология лжи», «Психология лжи в бизнесе: Дурная бесконечность», «Ложь в политике, или Желтый логарифм», «Феноменология информационной безопасности организации» и других.

Проводит лекции, тренинги и семинары по проблемам: «Психология корпоративного мошенничества», «Распознавание лжи в деловом и личном общении», «Психология общения», «Психология влияния» «Методы делового общения», «Теория и практика консультирования», «Психология труда», «Общая психология», «Социальная психология», «Психодиагностика», «Педагогика». Работал директором по персоналу и начальником отдела кадров в российских компаниях, представительстве зарубежной фирмы. Консультант: психологическое консультирование; управление персоналом.

Примечания

1

Для правильного понимания психологии лжеца надо знать, что, говоря «ложь», на самом деле мы имеем ввиду фенόмен, явление лжи обманываемому человеку. Дело в том, что ложь, как и любовь, ненависть, доброжелательность, враждебность и так далее существуют в голове человека. Но если он никак не будет проявлять свои чувства, свое отношение, то человек, которого он любит или ненавидит, никогда об этом не узнает. Отношение человека должно проявиться, его надо увидеть, услышать, буквально ощутить на себе, если речь идет о физическом воздействии. Так и с ложью. Истина — это то, что есть, ложь создается людьми, — писал Аристотель. Так вот, создается феномен лжи, который состоит из двух взаимосвязанных частей: намерения обмануть (установка на ложь) и того средства общения (слово, мимика, жест), с помощью которого искаженная информация сообщается другому человеку. Следовательно, ложь как фенόмен, социально-психологическое явление не существует вне человеческого общения, так как ложную информацию надо кому-нибудь сообщить.

2

Кстати, одна из книг по социальной психологии так и называется: «Общественное животное». См.: Аронсон Э. Общественное животное. Введение в социальную психологию / Пер. с англ. М.А. Ковальчука под ред. В.С. Магуна — М.: Аспект Пресс, 1998. — 517 с.

3

Думаю, что бытовая (личная, интимная) ложь вечна, так как является по своей сути информационно-эмоциональным феноменом, феноменом человеческого общения; невозможно, по-видимому, предотвратить «ложь во спасение» и другие виды белой лжи. Однако, экономическую и политическую ложь на уровне групповых взаимодействий вполне можно изжить, преодолев эволюционно обусловленные биологические механизмы феномена лжи.

4

Исходя из этих свойств, можно дать следующую характеристику типов темперамента: Холерик. Пониженная сензитивность. Высокая реактивность и активность. Ригидность. Экстравертированность. Повышенная эмоциональная возбудимость. Ускоренный темп реакций. Сангвиник. Пониженная сензитивность. Высокая реактивность и активность, уравновешенность. Пластичность, экстравертированность. Повышенная эмоциональная возбудимость. Ускоренный темп реакции. Флегматик. Пониженная сензитивость. Низкая реактивность и высокая активность. Ригидость. Интровертированность. Пониженная эмоциональная возбудимость. Замедленный темп реакции. Меланхолик. Повышенная сензитивность. Невысокие реактивность и активность. Ригидность. Интровертированность. Повышенная возбудимость. Депрессивный характер эмоций. Замедленный темп реакции.

5

Выделяют две основные формы лжи: искажение и умолчание (тайна). Искажается или умалчивается истина, правда, достоверная информация.

6

См.: Экман П. Психология лжи. — СПб.: Издательство «Питер», 1999. — 272 с.; Тарасов А.Н. Психология лжи. — М.: Книжный мир, 2005. — 327 с.; Тарасов А.Н. Психология лжи в бизнесе: Дурная бесконечность. — М.: Книжный мир, 2007. — 607 с.; Тарасов А.Н. Ложь в политике, или Желтый логарифм. — М.: Книжный мир, 2007. — 544 с.

7

См.: Знаков В.В. Неправда, ложь и обман как проблемы психологии понимания. — Вопросы психологии. — 1993, № 2.; Знаков В.В. Индивидуальные различия понимания обмана в малом бизнесе // Психологический журнал. 1994. Т. 15. № 6. С. 51–60.; Знаков В.В. Половые различия в понимании неправды лжи и обмана // Психологический журнал. 1997. Т. 18. № 1. С. 38–49.; Знаков В.В. Классификация психологических признаков истинных и неистинных сообщений в коммуникативных ситуациях // Психологический журнал. 1999. Т. 20. № 2. С.-54-65.; Знаков В.В. Западные и русские традиции в понимании лжи: размышления российского психолога над исследованиями Пола Экмана: Послесловие к кн.: Экман П. Психология лжи. — СПб.: Издательство «Питер», 1999. — 272 с.

8

«Несмотря на преклонение перед высоким уровнем профессионализма американского коллеги, мне трудно согласиться с суждением о том, что жульничество и утаивание информации являются ложью. Ложь всегда основана на вербальном или невербальном намеренно неистинном, лживом утверждении, однако при жульничестве (например, списывании на экзамене) или умолчании (в частности, утаивании от партнера сведений, важных для совместного бизнеса) субъект может ничего не утверждать. Если согласиться с точкой зрения американского психолога, то лживость оказывается противоположна не правдивости, а более обобщенному качеству личности — честности. Однако честность основывается не только на правдивости субъекта, но и на совокупности других правил поведения («кодексе чести»), которыми он руководствуется при совершении конкретных поступков. Предельно заостряя проблему, можно сказать, что если киллер получил заказ и добросовестно выполнил его, то по отношению к заказчику он поступил честно» [Знаков В.В. Западные и русские традиции в понимании лжи: размышления российского психолога над исследованиями Пола Экмана: Послесловие к кн.: Экман П. Психология лжи. — СПб.: Издательство «Питер», 1999. — с. 245].

9

В.И. Даль дает следующее толкование слову «врать»: «лгать, обманывать словами, облыжничать, говорить неправду, вопреки истине; говорить вздор, небылицу, пустяки; пустословить, пустобаять, молоть языком, суесловить; хвастать, сказывать небывальщину за правду».

10

«Обычно слово «вранье» используется в тех случаях, когда нужно не оценить истинность высказываний человека, а понять и оправдать его. Вранье проявляется в конкретных ситуациях общения людей и потому его причины обусловлены как социально-экономическими факторами, так и индивидуально-психологическими. Вранье представляет собой социокультурный феномен, типичный для российского самосознания и вместе с тем неразрывно связанный с психологическими особенностями личности врунов. С точки зрения содержательного анализа понятий «вранье» ни в коем случае нельзя отождествлять с «ложью». Психологическая структура лжи, противоположная психологической структуре правды, основана на сочетании трех факторов: утверждение говорящего не соответствует фактам, он не верит в истинность произносимого и собирается обмануть партнера».

11

Рассуждения о «политкорректности», «научной объективности», «необходимости примирения с памятью», «христианском всепрощении» и аналогичные в данном случае неуместны. Во-первых, я — русский офицер, и относится иначе к военному противнику, в том числе и противнику моих предков, не могу. Во-вторых, я же признаю Наполеона в «высшей степени компетентным военным и государственным руководителем» для французов. В этой характеристике отражены объективные индикаторы профессионализма Наполеона — его знания, навыки,

12

Впрочем, если специально исследовать эту проблему, то, вероятно, можно создать приемлемую во многих отношениях систему материального и нематериального поощрения за честность. То есть, говоря словами, В. Райха, «если прямоту выражения принять за честность».

13

Разумеется, данная трактовка ситуации в России 1917 г. мной здесь предельно схематизирована, чтобы не отвлекаться от главной темы моей книги, однако психологический смысл своевременного социального действия в обеспечении социально-политического движения сохранен. Для М. Горбачева и его друзей.

14

Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. — СПб.: Изд-во «Питер». — 2000. — С. 520.

15

См.: Там же. — С. 520.

16

Проблема привлекательности лжи тесно связана с проблемой привлекательности лжеца, так как привлекательной может стать ложь отталкивающей личности, и, напротив, привлекательность лжеца может создать и усилить привлекательность его лжи.

17

Социализация — становление личности, т. е. процесс усвоения индивидом образцов поведения, психологических установок, социальных норм и ценностей, знаний, навыков, позволяющих ему успешно функционировать в обществе. Социализация как процесс становления личности — это постепенное усвоение ею требований общества, приобретение социально значимых характеристик сознания и поведения, которые регулируют её взаимоотношения с обществом.

18

«Как в грубых, так и в более тонких погрешностях речи, которые еще можно отнести к ряду обмолвок, фактором, обусловливающим возникновение ошибки и достаточно объясняющим ее, я считаю не взаимодействие приходящих в контакт звуков, а влияние мыслей, лежащих за пределами речевого намерения. Сами по себе законы, в силу которых звуки видоизменяют друг друга, не подвергаются мной сомнению; мне только кажется, что их действия недостаточно для того, чтобы нарушить правильное течение речи. В тех случаях, которые я тщательно изучил и понял, они представляют собой лишь готовый механизм, которым с удобством пользуется более отдаленный психический мотив, не ограничивая себя, однако, пределами его влияния. В целом ряде замещений эти звуковые законы не играют при обмолвках никакой роли. В этом мои взгляды вполне совпадают с мнением Вундта, который также предполагает, что условия, определяющие обмолвки, сложны и выходят далеко за пределы простого взаимодействия звуков» [Фрейд З. Психология бессознательного: Сб. произведений / Сост., науч. Ред., авт. вступ. Ст. М.Г. Ярошевский. — М.: Просвещение, 1989. — С. 237].

19

«Еще одна пристыдившая меня и вместе с тем поучительная ошибка — пример временного невежества, если можно так выразиться. Один пациент напомнил мне как-то раз о моем обещании дать ему две книги о Венеции, по которым он хотел подготовиться к своему пасхальному путешествию. Я их отложил уже, ответил я, и пошел за ними в свою библиотеку. На самом деле я забыл отобрать их, ибо был не особенно доволен поездкой моего пациента, в которой видел ненужное нарушение курса лечения и материальный ущерб для врача. В библиотеке я на скорую руку отыскиваю те две книги, которые имел в виду. Одна из них — «Венеция — город искусств»; кроме этого, у меня должно быть еще одно историческое сочинение из подобной же серии. Верно, вот оно: «Медичи»; беру его, несу к ожидающему меня пациенту, с тем чтобы в смущении признать свою ошибку. Ведь я же знаю, что Медичи ничего общего не имели с Венецией, но в данный момент я в этом не увидел ничего неправильного. Пришлось быть справедливым: я так часто указывал моему пациенту на его собственные симптоматические действия, что спасти свой авторитет я мог лишь честно признав скрытые мотивы моего нерасположения к его поездке. В общем удивляешься, насколько стремление к правде сильнее у людей, чем обыкновенно предполагаешь. Быть может, это результат моих работ над психическими анализами, но я не могу лгать. Стоит мне сделать попытку в этом направлении, и я тотчас же совершаю какую-нибудь ошибку или другое ошибочное действие, которым моя неискренность выдает себя; так и было в тех примерах, которые я уже привел и которые приведу еще ниже. Среди всех ошибочных действий механизм ошибки-заблуждения обнаруживает наименьшую связанность; иными словами, наличие ошибки свидетельствует лишь в самой общей форме о том, что соответствующей душевной деятельности приходится выдерживать борьбу с какой-либо помехой, причем самый характер ошибки не детерминируется свойствами скрытой расстраивающей идеи. Следует, однако, задним числом заметить, что во многих несложных случаях обмолвок и описок надо предположить то же самое. Каждый раз, когда мы совершаем обмолвку или описку, мы имеем право заключить о наличии помехи в виде душевных процессов, лежащих вне нашего намерения; надо, однако, допустить, что обмолвки и описки нередко повинуются законам сходства, удобства или стремления ускорить процесс, причем фактору, играющему роль помехи, не удается наложить свою собственную печать на получающуюся в результате обмолвки или описки ошибку. Лишь благоприятный словесный материал может обусловить ошибку, но вместе с тем он ставит ей также и предел» [Фрейд З. Психология бессознательного: Сб. произведений / Сост., науч. Ред., авт. вступ. Ст. М.Г. Ярошевский. — М.: Просвещение, 1989. — С. 285–286].

20

Быховский Б. О методологических основаниях психоаналитического учения Фрейда. — Под знаменем марксизма. — 1923. — № 11–12. — С. 177.

21

«Шизофренический опыт, в своем чистом виде, есть смесь мистицизма и ада человеческих эмоций, проникновенного, хотя и искаженного, видения Бога и дьявола, извращенного секса и убийственной морали, нормальности до высот гения и бездны сумасшествия, сплавленных в один ужасный опыт. В данном случае я имею в виду шизофренический процесс, который в классической психиатрии называется параноидальной деменцией, а не так называемый «кататонический ступор» или «гебефренический процесс». И далее: «Весь шизофренический мир сливается в одно переживание, которое у homo normalis старательно сохраняется отдельно. «Хорошо адаптированный» homo normalis состоит точно из таких же типов переживаний, что и шизофреник. Глубинная психотерапия не оставляет в этом никаких сомнений. Homo normalis отличается от шизофреника только тем, что эти функции у него распределены по-другому. Днем он — хорошо адаптированный, «социально озабоченный» торговец или служащий; он добропорядочен снаружи. Его вторичные, извращенные мотивы оживают, когда он покидает дом и офис и уезжает в какой-нибудь далекий город, во время редких оргий садизма или неразборчивых связей. Это его «серединный уровень» существования, начисто и резко отделяемый от внешнего лоска. Он верит в реальность личной сверхъестественной силы и ее противоположности, дьявола и ада, составляющих третью группу переживаний, которая тоже резко и начисто отделена от двух других. Эти три основные группы никогда не смешиваются друг с другом. Homo normalis не верит в Бога, когда он занят каким-нибудь сложным бизнесом. Этот факт священники в своих воскресных проповедях называют «греховным». Homo normalis не верит в дьявола, когда он продвигает какую-либо отрасль науки, у него нет извращений, когда он заботится о своей семье, и он забывает о жене и детях, давая волю дьяволу в борделе» [Райх В. Характероанализ: техника и основные положения для обучающих и практикующих аналитиков / Перевод; Общ. ред и вступ. Ст. А.В. Россохина. — М.: ТЕРРА — Книжный клуб; Республика, 1999. — С. 326–327].

22

«Объективная ценность превосходства суждений шизоида проявляется весьма практическим образом. Когда мы хотим узнать правду о фактах общественной жизни, мы изучаем Ибсена или Ницше, которые «сошли с ума», а никак не труды какого-нибудь хорошо адаптированного дипломата или резолюции съездов коммунистической партии. Мы находим волновой характер и синеву оргономической энергии в прекрасных картинах Ван Гога, а не у его хорошо адаптированных современников. Мы находим основные характеристики генитального характера в работах Гогена, но ни в одной из картин homo normalis. И Ван Гог, и Гоген окончили психозом. И когда мы хотим понять что-то в человеческих эмоциях и глубоких человеческих переживаниях, мы, как биопсихиатры, обращаемся к шизофренику, а не к homo normalis. А все потому, что шизофреник откровенно говорит нам о том, что он думает и чувствует, в то время как homo normahs не говорит нам вообще ничего и заставляет нас годами рыться в нем, прежде чем он почувствует, что готов показать свое внутреннее устройство» [Там же. — С. 327–328].

23

См. интервью К. Юнга (http://video.yandex.ru/#search?where=all&text=%D0 %9A%D0%B0 % D1%80%D0%BB%20%D0%AE%D0%BD%D0%B3&fi lmId=1971918 9-08-12).

24

См.: Об архетипах коллективного бессознательного. В кн.: Архетип и символ / Сост. и вступ. ст. А.М. Руткевича. — М.: Ренессанс, 1991. — 304 с.

25

Об архетипах коллективного бессознательного. В кн.: Архетип и символ / Сост. и вступ. ст. А.М. Руткевича. — М.: Ренессанс, 1991. — С. 97–98.

26

См.: Там же, с. 98.

27

Там же, с. 99.

28

Там же, с. 99.

29

Общие механизмы и способы психологической защиты основательно и вместе с тем доступно изложены в книге: Грановская Р.М. Элементы практической психологии. — 3-е изд., с изм. и доп. — СПб.: Свет. — 1997. — 608 с.

30

Ландау Л.Д., Лифшиц Е.М. Теоретическая физика: Учеб. пособ.: Для вузов. В 10 т. Т. V. Статистическая физика. Ч. I. — 5-е изд., стереот. — М.: ФИЗМАТЛИТ, 2002. — 616 с. — ISBN 5-9221-0054-8 (Т. V). — С. 138–139.

31

Ландау Л. Д., Лифшиц Е. М. Курс теоретической физики: Учеб. пособ.: Для вузов. В 10 т. Т. III. Квантовая механика (нерелятивистская теория). — 6-е изд., испр. — М.: ФИЗМАТЛИТ, 2004. — С. 334–342.

32

Эйнштейн А. Собрание научных трудов в 4-х тт./Под ред. И.Е. Тамма, Я.А Смородинского, Б.Г. Кузнецова. — Т.2. — М.: Наука, 1965, с.6.

33

Кант И. Критика чистого разума / пер. с нем. Н. Лосского сверен и отредактирован Ц.Г. Арзаканяном и М.И. Иткиным. — М.: Эксмо, 2009. -С. 41.

34

Там же, С. 77.

35

Там же, С. 80.

36

См.: Бутиков Е.И., Быков А.А., Кондратьева А.С. Физика для поступающих в вузы: Учеб пособие. — 3-е изд., перераб. И доп. — М.: Наука, 1991. — С. 487.

37

Ландау Л. Д., Лифшиц Е. М. Теоретическая физика: Учеб. пособ.: Для вузов. В 10 т. Т. П. Теория поля. — 8-е изд., стереот.-М.: ФИЗМАТЛИТ, 2003.-С. 16–17.

38

См.: Делокаров К.Х. Философские проблемы теории относительности (на материале философских дискуссий в СССР в 20-30-е годы). — М.: Наука, 1973. — 207 с.

39

Эйнштейн А. Собрание научных трудов в 4-х тт./Под ред. И.Е. Тамма, Я.А Смородинского, Б.Г. Кузнецова. — Т.1. -М.: Наука, 1965, с. 7–35.

40

Принцип относительности / Сборник работ классиков релятивизма./ Под редакцией В.К. Фредерикса и В.В. Иваненко. ОНТИ. Ленинград 1935 г. — С. 23.

41

Ландау Л. Д., Лифшиц Е. М. Теоретическая физика: Учеб. пособ.: Для вузов. В 10 т. Т. П. Теория поля. — 8-е изд., стереот.-М.: ФИЗМАТЛИТ, 2003.-С. 15.

42

Источник: http://ru.wikipedia.org/wiki/%DD%E9%ED%F8%F2%E5%E9%ED,_%C0%EB%FC%E1%E5%F0%F2

43

1. Следствия из явлений капиллярности (1901 г.); 2. О термодинамической теории разности потенциалов между металлами и полностью диссоциированными растворами их солей и об электрическом методе исследования молекулярных сил (1902 г.); 3. Кинетическая теория теплового равновесия» и второго начала термодинамики (1902 г.); 4. Теория основ термодинамики (1903 г.); 5. К общей молекулярной теории теплоты (1904 г.); 6. Новое определение размеров молекул (1905 г.);7. Об одной эвристической точке зрения, касающейся возникновения и превращения света (1905 г.); 8. О движении взвешенных в покоящейся жидкости частиц, требуемом молекулярно-кинетической теорией теплоты (1905 г.).

44

Эйнштейн А. Собрание научных трудов в 4-х тт./Под ред. И.Е. Тамма, Я.А Смородинского, Б.Г. Кузнецова. — Т. 3. -М.: Наука, 1965, с.49.

45

Источник: http://friends.kz/2012/03/14/original-izvestnogo-foto-alberta-eynshteyna.htm

46

Из книги: Versuch einer Theorie der elektrischen und optischen Erscheinungen in bewegten Korpern (Leiden 1895), §§ 89–92.

47

Мiсhеlsоn, American Journal of Science (3) 22,120,1881.

48

Michelson and Mоrleу, American Journal of Science (3)34, 333, 1887. Phil. Mag. (5)24, 449, 1887. Phil. Mag. (5)24, 449, 1887.

49

Lогеntz, Zittingsverlagen der Akad. v. Wet. te Amsterdam, 1892-93, 74.

50

Как любезно сообщил мне Фицджеральд, он уже давно излагал эту гипотезу в своих лекциях. В литературе я нашел упоминание о ней только у Лоджа в статье «Aberration problems» (London Phil. Trans.l84A, 727, 1893). Я позволю себе добавить здесь, что эта работа, кроме различных теоретических соображений, содержит описание очень интересных экспериментов, в которых два стальных диска (диаметр 1 ярд), укрепленных на одной и той же оси нормально к последней, вращались с большой скоростью. Посредством специального интерференционного прибора исследовалось, не участвует ли во вращении также эфир, находящийся между дисками. Результат оказался отрицательным, хотя число оборотов в секунду достигало двадцати и больше. Лодж заключает отсюда, что диски не сообщают эфиру даже 1/800 доли своей скорости.

51

Ср. Lorentz, Arch. need. 21, 168–176, 1887.

52

Именно в § 23 книги: Versuch einer Theorie der elektrischen und optischen Erscheinungen in bewegten Kоrpern. Прим. ред.

53

«Electromagnetic phenomena in a system moving with any velocity smaller than that of light», Proc Acad Sc, Amsterdam, 6, 809, 1904

54

Ρоinсare, Rapports du Congres de physique de 1900, Paris, 1, стр. 22, 23.

55

Lorentz, Zittingsverlag, Akad. Wet. 7 (1899), 507; Amsterdam Proc. 1898-99, 427.

Content

Александр Тарасов
Прирожденный лжец. Я или ты?

Предисловие автора

Часть I Человек — это бывший зверь: эволюционная теория лжи

Мимикрия — защита от врагов

Хищники и жертвы

Темперамент — биологическая предпосылка лжи

Часть II Психологические задатки (предпосылки) лживости

И что это ты разорался? Страх и злость в голосе лгущего

Почему лжец дает волю рукам: жестикуляция обманщика

Властность в мимике: лицо как эмоциональное зеркало лжеца

Цыгане нашей психики: еще раз об эмоциях и лживости

Часть III Откуда возникает нечестность людей? О врожденности установок на ложь

Мотивы, установки, намерения

Честность не покупается, или…

Почему выбирают ложь?

Мотивационное ядро обмана — установка на ложь

У лжи нет любимчиков

Двойственность установок на ложь и на честность

Ложь всегда отвратительна?

Что выбрать — честность или благополучие?

Если изменились обстоятельства

Смена установок на ложь и на честность

«Кесарево сечение» лживости

Часть IV Психоанализ врожденности лжи

Зигмунд Фрейд о бессознательных намерениях

Вильгельм Райх: шизофреник честен до смущения

Карл Юнг: архетипы коллективного бессознательного

Подавленная честность — источник неврозов

Психологическая защита лжи: бессознательное и врожденное

Часть V Идеальная ложь

Идеальный — это что?

Теория идеальной лжи

Зачем нужна «идеальная ложь»?

Вот уж действительно: все относительно. Или не все?

Вместо послесловия Не навреди: формула Разумихина

Приложения

Приложение 1

Приложение 2

Приложение 3

Приложение 4

Приложение 5

Приложение 6

Об авторе

Примечания