Глеб Майский

Путник. Дилогия

Книга 1

Воин Тропы

Глава 1

Костёр разгорался с трудом, сырые ветки потрескивали, стреляли струйками пара, едкий дым полз над Тропой, скрывая под собой жухлые, тщедушные кустики травы неопределённого цвета. Казалось, пламя так и не сумеет родиться в столь промокшем хворосте и вся затея с костром кончится, не успев толком начаться. Человека, однако, это не смутило: он продолжил упорно подкладывать мелкие изломанные веточки в робкое, еле-еле теплящееся пламя, пока оно, вняв упорству настырного истопника, не набрало силу, весело пожирая сначала мелкую пищу, переходя постепенно к толстым, солидным кускам дерева.

Болт с наслаждением протянул руки к живительному теплу, от влажных рукавов вверх потянулся шлейф полупрозрачного пара. Надо же так вымокнуть. Давно на Тропе не было так сыро и промозгло. К запаху сырости, мокрой травы, едкого дыма, гнили палых листьев прибавился едва заметный острый душок. Расслабленность путника мгновенно улетучилась — он быстро огляделся вокруг, глаза не упустили ничего, могущего показаться подозрительным, опасным. Быстрый взгляд на запястье, где поблёскивал прибор, напоминающий видом часы, после чего неведомо откуда в руках мгновенно оказался пистолет. Однако вряд ли какой либо знаток сумел бы определить марку оружия: довольно длинный ствол имел несколько утолщений непонятного назначения.

Болт снова бросил короткий взгляд на запястье, затем уверенно направил пистолет куда-то по направлению Тропы и несколько раз нажал на спусковой крючок, стараясь придать иглам некоторый разлёт. Затем резко отпрыгнул в сторону и сделал серию выстрелов, направленных прямиком в то место, где только что сидел сам. Кошмарный рёв разодрал сонную марь. Прямо из воздуха над костром фонтанчиками ударили несколько струй ярко-алой, светящейся крови. Болт брезгливо скривился и выстрелил ещё два раза, теперь уже точно зная, во что. Рёв сменился хрипеньем и бульканьем, потерял силу, становясь тише, пока, в конце концов, заглох окончательно.

— Гадость какая, — с отвращением кривя губы, пробормотал путник, подходя ближе. Действительно, вид создания, лежавшего грязной склизкой грудой прямо на месте злосчастного костра было бы трудно назвать приятным. Больше всего ЭТО напоминало огромную каракатицу, длиннющие толстые щупальца беспорядочно разметались, огромное мешкоподобное туловище ещё дёргалось в предсмертных конвульсиях, распространяя вокруг себя невероятное зловоние.

— Эй, ну хватит уже, — крикнул Болт непонятно кому и куда, — попартизанил маленько и будет.

Из тумана выступила высокая фигура.

— К тебе трудно было бы подобраться незаметно, дружище, — подошедший человек протянул руку. — Я не прятался, просто пытался понять, что здесь происходит.

Путники обменялись крепким, дружеским рукопожатием.

— Гера, каким ветром ты вновь на Тропе? Уже два года я тебя не встречал в этих гиблых местах.

Упомянутый Гера, — высокий светловолосый парень лет тридцати, улыбнулся широкой улыбкой.

— Жизнь заставит сунуться и не в такую дыру. Хотя, пожалуй, дыру хуже, чем Тропа, сыскать трудновато. Давай уйдём отсюда подальше, дышать-то нечем.

Болт с сожалением взглянул на остатки с таким трудом разведённого костра, огорчённо махнул рукой и молча двинулся в туман. Через полчаса путники сушились на новом месте возле жаркого весёлого костерка. Болт заинтересованно разглядывал небольшой толстый сук, не представлявший собой, на первый взгляд, ничего особенного.

— Не продашь?

— Не продам, самому нужен. Ты же идёшь в Хаттан, я подскажу, где это можно недорого купить.

— Сам найду. Просто не знал, что такая вещь существует.

— Я и сам случайно узнал, — Гера улыбнулся. Похоже, этот парень любил улыбаться и, надо признать, это ему было очень к лицу.

Болт поднёс зажигалку к сучку. Тот немедленно ярко вспыхнул, загоревшись ярким пламенем, словно был покрыт каким-то легковоспламеняющимся составом.

— Наконец придумали что-то, нормально горящее на Тропе. Насколько хватает?

Гера пожал плечами:

— Говорили, что на тысячу раз. Я пользовался раз двадцать. Пяток таких сучьев хватает на приличный костерок, можно и согреться, и котелок вскипятить. Сам собой огонь не погаснет, потушить можно только водой, но что интересно — не вымокают деревяшки. И не обугливаются.

Болт рассеянно кивнул. Этим удивить трудно: на Тропе и в мире Пролга существует магия — этим всё объясняется. Подобные чудеса в Пролге

могут творить многие колдуны, но вот на Тропе, а тем более на Земле, работают лишь пара-тройка из сотни доставленных магических артефактов. Точно так — в Пролге работают далеко не все механические и электронные вещи, доставленные с Земли. Что ж: в каждом деле свои трудности.

— Слушай, я считал, что горгоны давно вымерли. А эта, — Гера кивнул в сторону бывшей стоянки Болта, — такая здоровенная! Ей не меньше чем лет шесть.

— Городят всякую чушь. Не вымерли они. Мне за последние два года уже пять штук попалось. Правда, такую большую никогда ещё не встречал. Пришлось вогнать в неё пол обоймы. Радует хоть то, что запах убитой горгоны отгоняет других хищников Тропы, можно отдохнуть спокойно.

— Но я не чувствую никакого запаха. Мы слишком далеко отошли от этой дряни.

— Зато хищники чувствуют. — Болт, сбросив тяжёлый рюкзак, с наслаждением растянулся на земле, благо трава здесь была гуще и уже высохла под действием костра. — Можешь спокойно спать, поверь моему опыту. И вот этой штуке — Болт показал свой наручный прибор. — Очень рекомендую. Если ходишь по Тропе — незаменимая вещь, хотя и стоит немало. Думаешь, как я определил, что ты рядом?

— Какой-то новый детектор? Сколько я их уже перепробовал, кучу бабок извёл, а толку-то…

Болт покопался в рюкзаке, достал браслет с детектором и протянул Гере.

— Опробуй.

— Так вокруг пусто, смысл?

— Опробуй.

Гера недоверчиво хмыкнул, но напялил эластичный браслет на запястье. Его лицо вытянулось, глаза забегали, ища что-то в

окружающем полумраке.

— Блин… вокруг куча живности… только не пойму какой.

— Глянь на дисплей. Видишь по краям точки и цифры возле них? Это и есть живые объекты. Зелёные цифры указывают массу объекта в килограммах, а красные расстояние в метрах. Вблизи нас нет ничего крупнее болотной крысы.

— Лихо. Сильный агрегат. Те, что мне раньше попадались, чуяли что-либо не меньше крупной собаки или свипла. Да и то, когда зверя уже и так можно было обнаружить.

— То-то.

— Продашь?

— Не вопрос. Пять штук и он твой.

— Баксов???

— Или пятьдесят хаттанских дагров.

— Хрен редьки не слаще… почему так дорого? Блин, я думал, мы друзья.

— Не кипятись. Дело в том, чтобы такой детектор работал, его нужно несколько раз таскать туда-сюда. Сначала принести в Хаттан одному колдуну, кому не скажу, извини — коммерческая тайна, затем снова на Землю для доработки. Затем опять в Хаттан, уже к другому колдуну, потом Земля… усёк?

— Ого… даже не предполагал, что так можно. Тогда понятно, почему цена такая. Но я бы взял, вещь действительно уникальная. Жаль, денег при себе нет. Разве что в долг…

Болт поколебавшись, махнул рукой:

— Бери. Но учти — только для тебя. Вообще я эти штучки по семь кусков толкаю, так что считай, тебе дважды повезло — и в долг,

и со скидкой.

— Спасибо, Болт. У тебя талант торгаша, мне бы такой.

— Учись, братишка, пока я жив.

* * *

Проснулся Гера от резкого тычка в бок. Но едва хотел чертыхнуться, услышал сдавленный шепот: «Тихо! Отползаем от костра, приготовься к заварушке». Опытному путнику не требовалось более развёрнутых объяснений — он уже полз в другую от Болта сторону, детектор на запястье ощутимо покалывал кожу, предупреждая о приближении крупных живых объектов. Неизвестно кто, или что это, но Болту виднее, у него за плечами опыт восьми лет ходока Тропы, да и в сигналах детектора он наверняка разбирается хорошо. Через пару секунд костёр освещал стоянку путников, где вместо живых людей лежали два фантома, сгенерированные хитрым маго-электронным устройством. Фантомы вели себя точно так, будто это были настоящие люди — один громко похрапывал, другой только что перевернулся на другой бок, устраиваясь поудобнее. В темноте, окружающей костёр, мелькнули тени — кто-то очень быстро пробежал от дальних кустов и

спрятался среди придорожных камней. «Четверо» — отметил про себя Гера, детектор уже начинал оправдывать запрошенную цену. Очень похоже на теневых убийц, слишком уж быстро они преодолели расстояние от кустов к валунам. С виска скатилась капля пота, — мало чего ходило по Тропе опаснее этих существ. Высокая скорость реакции, большая сила, наличие довольно сильной магии, — уже только это оставляло мало шансов противнику теневого убийцы. К тому же твари были почти невидимы, как, впрочем, многие существа Тропы. За что и получили приставку «теневые». Гера удобнее перехватил скорострельный пистолет «смарт», — близнец того, который использовал Болт. Дисплей детектора чётко указывал, где прячутся убийцы. Можно было бы и пострелять, так ведь прикрыты валунами, гниды. Детектор резко кольнул запястье, путник от неожиданности нажал на спуск. Это его и спасло — хищник Тропы не повёлся на уловку с фантомами у костра и прыгнул прямо на Геру по высокой дуге. Игла попала в голову убийцы, ноги, вооружённые острыми когтями ударили в грудь путника, но тварь была уже мертва, поэтому Гера остался жив, однако отлетел назад и упал на спину. Пассивный удар когтями не смог пробить броник, однако Гера на какое-то время отключился. Болт видел невообразимый прыжок убийцы из-за придорожных валунов. Контактные линзы, изготовленные на Земле по спецзаказу, и обработанные колдуном в Хаттане, делали видимыми многих тварей Тропы. Этого убийцу можно было снять несколько раз за время полёта, но Гера и сам должен справиться. Надо следить за другими, трое — это даже для многоопытного Болта перебор. Одна точка на дисплее погасла — Гера действительно справился. «Молодца, братишка!» — отметил про себя путник. Дальше завертелась карусель. Три укола в запястье, твари прыгнули синхронно с разных точек. Болт мгновенно сместился всего на метр — твари не смогут изменить направление в прыжке, а летят они в одну точку, значит помешают друг другу. Очередь из «смарта» скосила двоих ещё до момента приземления, но третий оказался опытнее, он оттолкнулся ногой от валящегося на землю товарища и сумел избежать попадания иглы. Но, когда он, сделав красивое сальто, опустился на землю, лицом к врагу, обнаружил в непосредственной близости дуло «смарта», направленное прямёхонько в грудь. Этот путник оказался невероятно быстр и опасен, не зря заказчик предупреждал об этом. Теперь поздно сожалеть. Убийца не делал попыток уйти с линии огня, понимая, что не успеет даже сдвинуться с места.

Болт рассматривал тварь с интересом энтомолога, нашедшего неизвестное насекомое. Убийца, не знавший страха ни перед кем, вдруг обнаружил, что у него мелко трясутся колени. И вдруг человек спрятал свой пистолет! Тварь ударила в то же мгновение, без малейших раздумий, но результат оказался неожиданным — навстречу лицу летела земля, последовал страшный удар, боль и короткое беспамятство.

— Вставай!

Неужели путник сумел так его приложить? Теневика Тропы, победителя в десятках схваток? Это не человек с Земли, люди не могут так драться.

— Хочется полежать?

Вставать и правду не хотелось. Зачем? Чтобы умереть? Какая разница — умирать лёжа или стоя?

Послышался странный треск. Этот треск убийца знал очень хорошо, поэтому мгновенно вскочил на ноги, но сбежать ему не дали — руку

завернули так, что трудно было пошевелиться, в нескольких сантиметрах от лица трещал искрами электрошокер.

Болт вгляделся в уродливое лицо убийцы. Ба, да это его старый знакомый!

— Тебя, кажется, Кувай величают? Эка тебя угораздило снова на меня нарваться. Помнишь эту штучку? — путник кивнул на шокер.

— Что ты хочешь? — просипела тварь. Глотка убийцы-модификанта плохо воспроизводила звуки речи, но понять их всё же было можно.

— Я ничего не хочу. Это ты что-то хотел от меня. Что?

Кувай угрюмо молчал, пальцы его непроизвольно сжимались и разжимались, длинные когти при этом впивались в ладони, но он даже

не замечал боли. Страх парализовал его, страх перед ужасным разрядником. Боль высоковольтного разряда не мог выдержать ни один модификант.

— Я хотел твою жизнь. И то, что ты нёсешь в рюкзаке.

— Это не ты хотел. Хотел твой заказчик. Кто он? — Болт сверкнул шокером.

— Его зовут Белый. Он сам так назвался. Из ваших, с Земли.

Болт присвистнул.

— Ого! Надо же, кто мной заинтересовался. Хотя, в общем, вполне ожидаемо.

Путник на какое-то время задумался. Затем что-то пробормотав про себя, продолжил:

— Кувай, к тебе есть предложение. Пообещай не пытаться сбежать, тогда я отпущу твою руку. Сначала выслушай то, что я скажу.

— Хорошо.

Болт отпустил руку твари, Кувай с облегчением разогнулся, посмотрел на человека исподлобья, ожидая очередной гадости.

— Ну, не будь таким букой, Кувай. Ты же сам виноват — напал на меня, понимаешь, твой подопечный едва не выбил дух из моего друга.

И ты думаешь, после этого я должен испытывать к тебе дружеские чувства?

В это время Гера уже пришёл в себя и поднялся на ноги, издали он с ужасом наблюдал как на глазах происходит невозможное — путник мирно беседует с теневым убийцей!

— Гера, отдохни пока там. У меня с Куваем деловая беседа. Кувай, присаживайся, в ногах-то правды нет.

Модификанта не обманула мнимая доброжелательность человека, но он понял, что угроза применения электрошокера миновала, потому молча сел на землю прямо на том месте, где только что стоял.

— Моё предложение несёт тебе двойную выгоду. Во-первых, — ты остаёшься в живых. Во-вторых, — зарабатываешь немалую сумму

денег.

— Я слушаю.

— А догадаться не судьба? Ты должен убить Белого. Я плачу сто монет. Принимаешь заказ?

— Ты же знаешь, я не могу принять твой заказ, не выполнив предыдущего. Сначала я должен убить тебя.

— Вовсе не обязательно, Кувай. Ты помнишь исключения из кодекса теневиков? Одно из них гласит: «Если жертва сумела победить исполнителя заказа, то считается неприкосновенной до получения нового заказа на неё».

— Но ты упустил из виду, что твою победу должен подтвердить кто-то из моего клана. Таково условие данного исключения.

— Ничего я не упустил. — Болт встал и подошёл к одному из лежащих убийц. — Он жив, причём всё прекрасно видел. А сейчас только делает вид, что мертвее мёртвого. Правда, мужик? — Болт опустил электрошокер к уху лежащего убийцы и пустил несколько искорок между электродами.

Мнимый мертвец хотя и с трудом, всё же принял сидячее положение.

— Замечательно! Так что ты скажешь, Кувай?

— Я так понимаю, что выхода у меня только два?

— Правильно понимаешь. Причём один из них — в никуда.

— Крим, ты видел как меня победил этот человек?

— Да.

— Значит, я принимаю заказ. Только учти, человек, в моём клане осталось лишь пятеро бойцов, считая меня и Крима, а Белый не менее опасный враг, чем ты. Убить я его смогу лишь только когда он появится на Тропе. Если я не смогу выполнить заказ, значит, просто не хватило сил. Честь клана не позволит мне солгать, или уклониться от выполнения заказа.

— Я знаю кодекс ваших кланов. Верю, что ты предпримешь всё возможное, для исполнения воли заказчика.

Болт достал из рюкзака мешочек и отсчитал сотню золотых дагров. Через несколько секунд тварей и след простыл, словно только что не было здесь жестокой схватки, где на кону стояла жизнь двух людей. Обычное дело… для Тропы, конечно.

Глава 2

— Привет, Болт, бродяга! Надолго в наш славный город?

— Ба, никак Локат нарисовался? Рад тебя видеть, старый мерзавец! Где ж тебя носило целый год? Пока ты отсутствовал, я кучу дагров сэкономил на въездной пошлине.

— Конец твоей экономии, — Локат вздохнул с притворным сожалением, — я же честный стражник и не могу допустить убытка городской казне Хаттана.

— И своему карману тоже, — добавил Болт.

— Ты поразительно догадлив, — собеседники расхохотались.

— Пойдём в караулку, потолкуем за кружкой эля.

— С удовольствием, давненько не пивал хаттанский эль. Слушай, а ты, гляжу я, исхудал маленько.

— Были причины, Болт. Расскажу.

Собеседники во время короткого разговора уже поднимались по каменным ступеням лестницы в караульную башню. Через несколько минут оба уже сидели за грубовато сколоченным длинным столом напротив друг друга, потягивая тёмный, ядрёный напиток из высоких стеклянных кружек. Снаружи доносился приглушённый, обычный для этого места шум — скрип колёс повозок и телег, въезжающих в город, ругань стражников, пререкающихся с прижимистыми купцами, хотящими сэкономить на въезде, кудахтанье кур, гоготанье гусей, блеяние овец — сегодня ведь рыночный день, селяне везли живность на продажу. Воняло потом, стоялым табачным духом, с улицы, к тому же, тянуло навозом и помоями, в общем, тот ещё запашок.

— Что интересного, Локат? Я так понимаю, ты не просто так позвал меня сюда?

— Есть интересные для тебя вести, бродяга, хотя не скажу, что приятные. — Локат замолк, тёмные глаза в упор глядели на собеседника, словно требовали чего-то.

— Я заплачу, но пока немного. Подозреваю, я знаю то, что ты хочешь мне сообщить. — Болт выложил на стол три серебряных кула. — Два тебе, один за вход.

— Скряга. Давай ещё два. Новости стоят того.

Болт выложил ещё один кул и молча уставился на стражника.

— Говорю же — скряга. — Волосатая лапища Локата сграбастала деньги. — Да ладно, уж, я не жадный. Так вот, тобой интересуется кто-то достаточно богатый и могущественный. Интерес этого «кого-то» явно попахивает жареным. Не советую светиться в Хаттане, я бы на твоём месте сразу двинул дальше — в Стынь, либо Загбень. Там рынок хоть и похуже здешнего, но твой товар нужен везде, в убытке не будешь. Зато останешься живым. В Хаттане же, скорее всего, живым тебе не бывать, точно говорю. Мне не удалось узнать точно, кто же тобой так усиленно интересуется, но есть определённые подозрения. — Локат сверлил путника взглядом, стараясь понять — насколько заинтересовало того только что сказанное.

— Дай угадаю… — Болт сделал вид, что задумался. — Белый?

От взгляда путника не ускользнуло выражение досады, едва промелькнувшее на лице стражника. Но Локат был тёртым калачом, зная, что Болт всегда платит за информацию, он не терял надежды вытащить ещё денежек для поддержки собственного кошелька. Поэтому стражник отрицательно покрутил головой и сказал:

— Белый, похоже, лишь исполнитель, которым кто-то правит. У меня есть соображения насчёт этой таинственной личности. Ну, что будем делать?

— Если я скряга, то ты вымогатель. — Болт выложил на стол ещё две серебряных десятки. Стражник удовлетворённо сгрёб деньги и продолжил:

— Имя Гиранит что-то говорит тебе?

— Первый раз слышу. Кто это?

— Странный человек. Очень богат, был первым советником головы в прежнем составе магистрата Хаттана. Но это было уже давно, десять лет назад, потому ты и не слыхал о нём. Очень умный, жестокий, мстительный человек, упорно идёт к цели, никогда не отступает и ничего не прощает своим противникам. Не хотел бы я оказаться в числе его врагов, потому и советую тебе побыстрее исчезнуть из Хаттана. Не знаю, где ты перешёл ему дорогу, но, как бы там ни было, нажил себе опасного врага.

— Ну, я и сам не подарок. Может статься — это он нажил себе врага в моём лице. Хотя информация действительно не лишняя. Предупреждён, значит вооружён. Есть у нас на Земле такая пословица.

— Толковая пословица. Умный человек придумал.

— А что это мы всё обо мне? Ты обещал рассказать, почему так

исхудал.

Стражник махнул рукой.

— Болел долго. Понесла меня нелёгкая записаться в карательный отряд. Магистрат обещал хорошо заплатить за уничтожение банды Ротака, которая в прошлом году лютовала на северном тракте. Слыхал, небось?

— Не только слыхал. Было дело, даже пересекался с пятерыми молодцами из этой ватаги. Трое давно кормят червей, двое успели сбежать. Я, честно сказать, не очень их преследовал.

— Силён ты, Болт, — с пятерыми бандитами Ротака не каждый мечник мог справиться. Так вот, наши лазутчики выследили банду, отряд окружил ватажников в небольшой рощице и пошла бойня. Банду то мы прищучили, да вот получил я палашом по рёбрам и пролежал в койке без малого год, пока лекарь поднял меня на ноги. Спасла гиборская кольчуга, ей, конечно, конец пришёл, но меня уберегла. На службу в стражу месяц как вернулся.

— Видишь, к чему жадность приводит? Стоял бы себе у ворот, потихоньку доил купчишек и селян. На кусок хлеба, да кружку доброго эля хватит. И на отрез динской парчи для женки тоже. Даже на гиборскую кольчугу сподобился. Чего ещё надо человеку для счастья?

Локат криво усмехнулся, поскрёб ручищей затылок, затем отхлебнул эля.

— А вот скажи, чего тебе не хватает, бродяга? Учишь других, а сам-то на рожон лезешь. Что ты от жизни хочешь? Сам же рассказывал, что на Земле у тебя дом — полная чаша, бабы проходу не дают, люди уважают, денег на всю оставшуюся жизнь хватит. Какого рожна ты прёшься на Тропу, где завсегда легко голову сложить? Где страшных тварей больше, чем птицы в курятнике у головы нашего магистрата. Сам люблю нервы пощекотать, но на Тропу не сунулся бы, даже если б дар прохода имел.

Болт одним махом вылил остатки эля в глотку, вытер губы и поднялся с табурета.

— Да хрен его знает, Локат. Здесь в Пролге, не ты один называешь меня бродягой, и это, пожалуй, самая верная характеристика. Бродяга — этим всё сказано.

— Иногда ты очень мудрёно говоришь, парень, но умно и с толком. Скажу так — мне будет жаль, если тебя угробят. Поверь, не из-за денег, я и без тебя найду с кого пенки снять.

Болт похлопал стражника по плечу.

— Верю, старый хрыч, верю. Среди моих приятелей ты тоже не на последнем месте. Ну, прощай. Потопал я, дела…

Хаттан встретил гостя обычной толкотнёй и гамом базарного дня. В потоке народа то и дело попадались гружёные товаром повозки, мелкие группки коз, овец, ведомых хозяевами на продажу, кое-кто тащил на поводу и скотину покрупнее — коров, быков, лошадей. Людской гомон сливался с возмущённым блеянием, мычанием, фырканьем скота. Всё движение шло в сторону рынка. Болт свернул в боковой переулок, на рынок он собирался позже, в данный же момент необходимо было встретиться с одним важным партнёром по челночному бизнесу. Через десяток минут гость был уже на месте. Фасад сравнительно небольшого каменного дома был раскрашен затейливым геометрическим узором, что в мире Пролга однозначно указывало на то, что хозяин занимается вполне легальным, уважаемым делом — колдовством. Ухоженность дома, позолота элементов декора, солидная, украшенная бронзой дверь указывали на то, что дело приносит хозяину неплохой доход.

Стучать в дверь не пришлось — умное заклинание знало желанных гостей. Дверь бесшумно отворилась, значит, хозяин дома. Болт удовлетворённо кивнул и вошёл в небольшую комнату, освещённую настенным бра, в патронах которого были вкручены обычные электрические лампочки «свечки» — один из товаров, поставляемых в Пролг Болтом и другими челноками Тропы. С электричеством же в Пролге было довольно просто, некоторые колдуны научились делать магические устройства, очень долго вырабатывающие электроэнергию.

— Привет, Болт. Присаживайся — сначала угощение, затем дела, если ты, конечно, не торопишься.

— И тебе привет, Хлавир. От угощения не откажусь, проголодался, да и грех отказываться от стряпни почтенной Глары, редко кто умеет так готовить. Как её здоровье, кстати?

— Уже намного лучше. Я поражён, но твоё лекарство сотворило настоящее чудо. Человек, болеющий риггой, у нас считается безнадёжным. Есть одно средство — отвар плодов тима, но сиё растение можно найти только на архипелаге туманов. Ты, наверное, наслышан об этом страшном месте? Но я не о том — твой тетрациклин,(это ж надо такое слово придумать, тьфу!) поднял мою Глару с постели уже на второй день. Она говорит, что уже совсем здорова, но я пока остерегаюсь, пусть ещё подлечится немного. Кстати, сразу даю заказ на крупную партию сего чудодейственного лекарства. Цену предложу хорошую, не обижу.

— Договоримся. Тетрациклин буду поставлять только тебе, если конечно сойдёмся в цене. Но за другие лекарства не обессудь. Я ведь точно не могу знать, какие из них действуют в вашем мире, поэтому буду поставлять разные препараты, разным людям, методом проб и ошибок. Ошибки могут быть весьма неприятными — некоторые лекарства имеют сильный побочный эффект, от которого и умирают иногда. В вашем же мире этот эффект может приобрести самые неожиданные формы. Человек, употребивший непроверенное лекарство, очень рискует. Однако рискую и я, потому что могу стать объектом мести со стороны пострадавшего.

— Болт, ты мог бы говорить проще? Даже я, со своим академическим образованием иногда с трудом понимаю тебя, что же сказать о простом народе, с которым ты общаешься?

— С простым народом я и разговариваю по-другому, Хлавир. А ты уже должен привыкнуть. Товар я тебе приношу непростой, требующий иногда сложной, непривычной тебе терминологии.

Хлавир скривился как от зубной боли, услышав последнюю фразу гостя, но промолчал.

На какое-то время собеседники занялись трапезой, затем Болт продолжил:

— Я принёс на пробу пару новых вещичек. Уже проверил — в вашем мире не работают. Возьмёшься оживить? Если сумеешь, цена на тетрациклин будет гораздо демократичнее.

— Вот никак тебе не обойтись без этаких словечек, — буркнул Хлавир. — Нет бы, сказать — цена будет меньше. А то «демократичнее»! Глядишь — и я стану так разговаривать, на тебя глядя. Люди засмеют, поди. Однако возьмусь, конечно, мне самому интересно возиться с твоим товаром. Хотя, сам понимаешь, гарантий нет никаких. Очень может быть, что товар твой совсем испортится, потому не будет действовать уже и в твоём мире после моей обработки.

— Да и хрен с ним, с товаром таким. Я же его обратно не потащу, назад-то я несу уже ваши товары. Но жалко, если не получится, ведь выйдет, что тащил сюда лишний ненужный хлам, вместо которого можно было взять нечто проверенное, уже дающее доход. Но коммерческий риск в моём челночном деле неизбежен. Как и риск для жизни, к моему глубокому прискорбию.

— Ага, кстати о риске. Что нового на Тропе к Земле? По моим сведениям, там должны были появиться новые «творения» известного тебе колдуна Ревдала. Не знаю, что он там изобрёл, (вот я уже твоими словечками стал бросаться), но говорили, что-то очень отвратительное и опасное. Убийцы-модификанты, дескать, не оправдали его ожиданий, так он решил порадовать нас чем-то новеньким.

— Нового ничего не встретил. А вот горгону и тех же модификантов имел «счастье» узреть. Интересны твои слова насчёт «не оправдали ожиданий»… Наводит на определённые мысли. Если мысли правильные, то о том, что я здесь уже знают мои недруги. Причём к недругам стоит отнести и упомянутого Ревдала.

— Не знаю, что натолкнуло тебя на подобную мысль, но Ревдал, как бы это сказать… никому не друг. Он любит только себя и свои творения. А уж если он твой недруг, то радости в этом мало — скорее надо бежать куда подальше. Только от Ревдала сбежать трудно, уж больно он силён в своём ремесле. Я, по крайней мере, ему не ровня.

— Ты не первый, кто сегодня предложил мне бежать подальше из Хаттана. И недругов у меня очень прибавилось почему-то. Возможно Ревдал не самый страшный из них.

— Ты что натворил, Болт??

— Самое смешное, что ничего. По моим предположениям, кому-то очень не по душе моя деятельность. Этот «кто-то», возможно, считает меня опасным конкурентом, хотя это всего лишь догадка, а не факт. Первая мысль — он хочет перехватить контроль над моим бизнесом. — Болт покосился на хозяина — надеюсь, ты запомнил, что такое бизнес?

— Да запомнил, запомнил уже, — махнул рукой Хлавир. У тебя и похлеще словечки встречаются.

— Но это на первый взгляд. Ведь таких как я — путников Тропы, имеющих дар прохода, несколько десятков. И нескольких из них я знаю лично. Так вот — никто из них не жаловался мне, что им угрожали, или что-то предлагали. Если уж контролировать Тропу, так давить надо на всех путников. Или иметь подготовленную группу из людей с даром прохода для того, чтобы перекрыть Тропу. О такой группе я ни метлой, ни веником. Да и никто не согласится, не вижу никакого смысла. Ведь челнок Тропы зарабатывает достаточно много и, чтобы заставить его работать в группе, нужно ну очень раскошелиться, тем более, если платить целой группе.

— Но такую группу могли готовить в тайне. А платить… богатых людей хватает по обе стороны Тропы.

— Возможно. Но готовить такую группу намного эффективнее в условиях Тропы. Тамошняя магия значительно отличается от здешней, поэтому готовить группу здесь или на Земле малоэффективно. Однако я пока не замечал на Тропе никаких учений. Хотя… любой путник сам по себе — уже достаточно подготовленный человек. Слабак на Тропе погибнет в любом случае. В общем, пока только догадки и ничего конкретного. Надеюсь, ты понимаешь, что мои слова не для посторонних ушей?

— Обижаешь, Болт. Но и у меня нет никаких догадок на этот счёт.

На какое-то время беседа замерла — каждый углубился в свои мысли.

— Так что ты мне притащил? Показывай, давай.

Глава 3

Болт двинулся в сторону гостиницы «Чаша желаний», где не раз останавливался, бывая в Хаттане. Цена за постой кусалась, однако же, плюсов было несоизмеримо больше — отличное обслуживание, бесподобная кухня и, что самое важное, вышколенная, подготовленная, отлично вооружённая охрана — немаловажная причина для выбора именно этой гостиницы. На товар Болта было много охочих, ведь это настоящий эксклюзив, да простит нам Хлавир такое словечко. А самостоятельно защищаться от всех — это слишком сложно и опасно даже для такого безбашенного типа, как Болт.

Теперь путник вёл себя не столь беззаботно — он то и дело поглядывал по сторонам, сворачивал в переулки, стараясь запутать возможных преследователей, но, по-видимому, опасения оказались напрасными — на пути к гостинице не произошло ничего экстраординарного. Золотистая, натертая до блеска огромная чаша висела над входом в гостиницу. Над чашей парил улыбающийся бородатый тип, выливая в неё какую-то подозрительного вида тёмную жидкость. По видимому жидкость должна была изображать чьи-то желания, если верить названию гостиницы. Но раз уж жидкость такая тёмная, то и желания, наверное, были не самыми хорошими. Вся конструкция держалась в воздухе усилиями сложного заклинания, за которое хозяин, говорят, выложил одному местному колдуну неслабую компенсацию в виде золотых дагров. Однако, стоило признать, рекламу сиё магическое чудо создавало недурственную, Болт и сам не пожалел бы денег, если б заклинание работало в условиях Земли. Покупателей на такую пиар машину нашлось бы предостаточно. Но… хотеть не вредно, как говорится. В мире Пролга много чего есть, но на Землю это не унесёшь. Как, впрочем, и с Земли сюда.

Приёмный покой «Чаши желаний» встретил гостя прохладой, блеском навощенных дубовых полов, приятным запахом дымка сидры, которая тлела в специальном блюде, и благосклонным вниманием привратника.

— Приветствую тебя, Болт, всегда желанного гостя в нашей гостинице. Твой номер свободен, хозяин верен уговору. Кстати, он просил заглянуть к нему, когда появишься. Говорит, есть важный разговор.

— Здорово, Тит. Что-то много людей имеют ко мне сегодня важные разговоры. Тебе это не кажется странным, приятель?

Простодушный Тит захлопал глазами.

— Д-да… наверное это… странно.

— Ты тонкая натура, Тит, всегда поймёшь мятущуюся душу. Держи. — Болт вложил в ладонь привратника серебряный кул. Слова благодарности, которые бормотал обрадованный неслыханной щедростью Тит, Болт слушать не стал, он уже топал в направлении кабинета Ривса — хозяина «Чаши желаний». Стучать в дверь не стал — раз его ждут, значит можно входить, в Хаттане так принято. А зря не постучал. Едва он сунулся в кабинет, тут же получил по голове чем-то весьма увесистым. Падая, Болт попробовал извернуться, но фокусов от него видимо ожидали, попытка не удалась — тут же последовал ещё удар по темени и в глазах путника всё померкло.

Очнулся Болт в тёмной каморке на соломенном тюфяке, воняющем клопами, мочой и ещё неизвестно чем, но весьма противным. Голова не просто болела — раскалывалась, казалось, ещё минута-другая и она просто развалится на части от невыносимой боли. На затылке бугрилась громадная шишка — средоточие страданий, которые сейчас терзали узника. Ну, хоть не убили — уже радует. Значит, зачем-то нужен живым, а потом, может, и убьют. Пусть попробуют, есть ещё козыри в рукаве. Хотя всё отобрали, сволочи, даже детектор сняли с руки. Однако толку от детектора в Пролге всё равно никакого — он работает только в среде магии Тропы. Жаль, нет такой машинки для Пролга, хотя нужные люди уже работают над этим вопросом. Придётся стребовать назад свои вещи, они денег стоят. И ещё каких денег. В рюкзаке столько всего, жалко, если кому-то за так добро достанется. Его-то пришлось тащить на собственном горбу через всю Тропу с её милыми сюрпризами. А Ривс-то гнидой оказался. Сто процентов — это его люди напали. Они у него круты, даже два мечника есть. Да и сам Болт хорош, предупреждали же люди — на тебя охотятся. Расслабился — вот и получил по башке. Хорошо получил, будет наука. Говорят, нужно учиться на чужих ошибках, чтоб самому шишки не набивать. А тут набил, да ещё какую! Болт осторожно ощупал затылок. Красавица! Даже из-под волос, наверное, будет видно. Однако уже пора действовать. Хватит расслабляться, враг наверняка не дремлет, сюда скоро придут нехорошие дяди с тяжёлыми и острыми предметами, чтобы опробовать их на несчастном узнике. Болту и впрямь стало жалко себя, чему он несказанно удивился — что-то давно не замечал за собой сантиментов. Ладно, сантименты могут подождать, есть вопросы более насущные. Болт резко сжал челюсти, делая упор на левую часть — там под пломбой упрятан контейнер с сильным болеутоляющим. Не хватало, чтобы боль помешала устроить тюремщикам тёплую встречу. Через минуту от боли остались лишь воспоминания — средство, созданное совместными усилиями земных фармацевтов и одного магика с Пролга, сотворило маленькое чудо. Жаль, цена у этого средства получалась нешуточная, как товар оно не совсем годилось, хотя действовало везде — и на Земле, и на Тропе, и здесь. Предприимчивый ум Болта никогда не забывал о возможной выгоде. Но для экстренных ситуаций, похожих на сложившуюся в данный момент, средство просто незаменимо. С правой стороны под пломбой спрятан другой контейнер, но для его использования время ещё не пришло. А вот когда придут дорогие гости, будет самое оно.

В двери заскрежетал ключ — легки на помине. Уважают, видать. Первым вошёл Криг, что вполне оправдано — такого громилу ещё поискать с обеих сторон Тропы. К тому же мастер-мечник. Вторым появился Арн — второй мастер-мечник из личной охраны уважаемого Ривса. Но Болт уже перестал уважать сего достойного гражданина Хаттана, слишком низко тот пал в его глазах. Ба, да вот и он, собственной персоной! Считает, видимо, что двух мечников достаточно, чтобы управиться с избитым Болтом. Ну-ну. Умный вроде человек Ривс, но всё же идиот, как ни парадоксально. На Тропе встречаются твари, которым и десяток мечников на один зуб. Болт, тем не менее, с этими тварями пока справлялся вполне успешно. А эти… гляди — мечи наголо, смотрят гоголем, да с недобрыми усмешками. Ничего, ребятки, усмешки ваши забьём в ваши же глотки, но пока надо узнать, что же хочет уваж… нет, уже совсем неуважаемый Ривс. Парни ещё и какой-никакой магией владеют? Ух ты! Как страшно! Вещички-то вы отобрали, но не все, как ни прискорбно. Кое-что и под кожей узника спрятано, и это кое-что преподнесёт неприятности вашей какой-никакой магии. Скорее уж никакой.

— Ну, привет, Болт, — Ривс криво улыбнулся. — Извини за такой приём, однако иначе я не смогу добиться от тебя того, что требуется.

— Гм… я по глупости своей думал, что от меня требуется лишь звонкая монета за проживание в твоём заведении. Ривс, ты потерял меня как клиента, заявляю со всей ответственностью.

— Ты удивишься, дорогой, но выиграю я гораздо больше, чем твои золотые за все дни проживания, причём даже будущие дни.

— А как же честь ремесленника? Доброе имя, в конце концов? Я, повторюсь, по глупости, наверное, считал, что это для тебя не последние ценности.

— Меня заставили, — Ривс сокрушённо вздохнул. — Ведь человека можно заставить что-то сделать разными способами, верно? Меня вот заставили крупной суммой денег. Очень, очень крупной.

— О-о-о! Это всё меняет, дружище Ривс! Я-то считал, что ты это сделал по злобе. А раз заставили… это кто же таким злодеем оказался?

— Ну, теперь-то я могу сказать. Некий Белый. Говорят, вы знакомы?

— Лишь понаслышке, к сожалению. Я так понял, очень умеет убеждать человек?

— Хватит паясничать, Болт, — из голоса Ривса пропала притворная доброжелательность. — На вопросы так ответишь, или нужно будет заставлять? За дверью ребята с нужным инструментом, чтоб развязать язык.

— Всё зависит от вопросов, приятель. На некоторые я и под пыткой не отвечу. Например: сколько лет моей бабушке. Или: какая вчера была погода.

— Эге, да ты смеёшься надо мной, — Ривс недобро усмехнулся. — Рапус, Гвилт, сюда! С инструментом.

В камеру, скрипя ржавыми колёсами, въехала тележка, гружённая многочисленными железными приспособлениями палаческих дел мастеров. Тележку волокли два угрюмых детины в кожаных фартуках. Оба — нелюди. Раньше Болт не встречал таких примечательных граждан, но, судя по всему, это грызлы — народ, живущий в горах Забвения. Сии индивидуумы, говорят, отличаются весьма злобным нравом, большой силой и невероятной жестокостью, пытки — это их любимое ремесло. Впрочем, по чудовищно уродливым рожам с длинными, загнутыми вниз клювообразными носами, кошачьими глазами с вертикальными зрачками, и ртам, с торчащими длинными клыками, можно легко понять, что добротой сии создания отнюдь не страдают. За тележкой в камеру была затащена широкая деревянная скамья, видимо, чтобы истязаемому было удобнее лежать, а палачам делать свою работу.

Ривс заинтересованно следил за реакцией узника, однако на лице Болта видел лишь задумчивость. Если бы хозяин «Чаши желаний» знал, о чём думает пленник, то, наверное, был бы не столь беспечен. А Болт в это время думал, стоит ли давить на контейнер в правой пломбе, или лучше поберечь дорогой препарат силы? Там осталось всего на несколько раз, пригодится для более опасных врагов. С другой стороны грызлы — неизвестный фактор, Болт мало знал их боевые возможности. В конце концов, решил действовать по ситуации, препарат силы действовал практически мгновенно. Не к месту вспомнился эпизод, когда ненароком прижав правую пломбу, он перекусил стальную ложку, словно хрупкую палочку, случайно попавшую на зуб, немало удивив этим тогдашнего сотрапезника.

— Займитесь им. Только не вздумайте хватать просто так, сначала обездвижите магией. Парень совсем не так прост, как может показаться.

— В наших руках все становятся простыми. Не учи нас ремеслу, Ривс — грубый, со сверлящими обертонами голос грызла был гулок, шёл словно из бочки и вполне мог навеять ужас на впечатлительную жертву. Однако Болт на таковую совсем не походил, он с интересом слушал непривычные звуки речи. Руки внезапно прижались к телу, ноги свело вместе, стало трудно дышать — начала действовать вяжущая магия грызлов. Сильны, сильны, ребятки. Болт сосредоточил внимание в солнечном сплетении, сделал мысленный укол в нужной точке. То, что надо. Магические путы слетели, но узник делал вид, что по-прежнему беспомощен, аки спеленатый младенец. Грызлы сноровисто уложили его на притащенную широкую скамью и приготовили верёвки.

— Ч-что т-ты хотел бы з-знать? — Болт притворился, что ему трудно говорить.

Грызлы же удивлённо замерли — ну не должна спеленатая жертва разговаривать, даже дышать не должна. Для того и верёвки, чтоб снять вяжущую магию, иначе жертва просто умрёт от удушья. По видимому, они попытались усилить действие магии, это стало заметно по их напряжённым рожам, что Болту было глубоко фиолетово. Ривс же не заметил безмолвной борьбы, он подумал, что узника, наконец, проняло, теперь можно задавать вопросы и получить нужные ответы без лишней возни.

— Давайте, вяжите верёвки, он уже готов. Быстрее закончим — скорее получите свои дагры.

— Не было такого уговора, Ривс! Мы должны полностью провести свою работу, время для нас не имеет значения, — в хищных, маслянистых глазах грызла отчётливо читалось желание поиздеваться над пленником.

— Ты смеешь возражать, грызл? Забылся, горное отродье?

Грызл опомнился, ведь Ривс наниматель, а слово нанимателя — закон.

— Слушаюсь, Ривс. Но только, пока ты наниматель. За «горное отродье» потом ответишь.

— Заткни пасть, мразь. А то не доберёшься до своих вонючих гор. Быстрей делай свою работу, пока я не рассердился по-настоящему. Потом драпай в горы, да побыстрее, твоё присутствие в Хаттане я терпеть не намерен.

Грызл знал, что угрозы Ривса — не пустые слова. И пожалел о своей несдержанности — ведь можно было промолчать, а потом отомстить. Теперь придётся сматываться из богатого Хаттана, где полно заказчиков и, следовательно, прибыльной работы.

— Н-не надо в-веревки. Что т-ты хочешь знать? Я с-скажу и так.

— Сразу бы так. Зачем храбриться почём зря? Всё скажешь — умрёшь быстро и без мучений, как нормальный человек. А не скажешь… ну ты уже понял. Или нет?

— П-понял.

— Хорошо. Первый вопрос: Кому в Хаттане ты приносишь товар для магической обработки? Предупреждаю сразу — называй имена всех колдунов, ответы будут проверены магией. И не приведи Солнце тебе солгать.

— А с-следующий вопрос?

Ривс нахмурился.

— Вопросы здесь задаю я. Но, так и быть, слушай второй вопрос, однако будет и третий, и четвёртый. Итак: какие хитрости ты используешь для прохода по Тропе? Магия, земные приспособления, либо инструменты, возможно, чья-либо помощь? Вопрос третий: сколько ты зарабатываешь своей торговлей и где сохраняешь сбережения на этой и той стороне Тропы? Вопрос четвёртый: как изъять сии сбережения?

— Слишком много вопросов. Отвечаю на последний — никак! — из голоса Болта вдруг пропала вся скованность. Он резко дернул на себя руки стоящих по обе стороны скамьи грызлов, в результате чего они стукнулись головами друг с другом. Затем резко ударил вверх кулаками обеих рук — шеи тварей не выдержали столь грубого обращения и с хрустом сломались. Пока туши грызлов кулями валились на пол, Болт резко скатился со скамьи, через мгновение оказался на ногах и, пользуясь секундным замешательством тюремщиков, запустил оной скамьёй в мечников. Быстрый Арн чудом сумел увернуться, более тяжелый Криг получил тяжеленной скамьёй прямо в рожу и на время выбыл из игры. Однако Арн уже пришёл в себя и медленно, стелящимся шагом приближался. Меч в его руке жил, казалось, своей жизнью — он делал быстрые вращательные движения, затрудняя возможность определить, в какой момент и с какого места будет нанесен разящий удар. Но Болт преподнёс мечнику очередной сюрприз. Он схватил с тележки длинный заострённый вертел и сделал замах для броска. Арн сделал то, что казалось естественным — прикрылся мечом от броска. Болт же сильнейшим толчком ноги отправил тяжеленную тележку прямо в ноги мечнику. Тот не успел среагировать, отвлечённый ложным замахом узника, в результате чего телега буквально снесла его в угол камеры, где благополучно приложила о стену. Лежащий на ней железный хлам по инерции саданул мечника сразу в несколько мест на теле, что, конечно, не прошло безболезненно — острые железки серьёзно ранили незадачливого вояку, его можно было полностью вычеркнуть из потасовки. Но здоровенный Криг уже был на ногах, зверское же выражение его окровавленного лица не обещало ничего хорошего Болту. Белый, как мел, Ривс оказался зажат в дальнем от выхода углу камеры и в схватке принимать участия не желал, так как боец из него был никакой. Криг уже сообразил, что имеет в лице Болта весьма серьёзного противника, поэтому вёл себя крайне осторожно и сосредоточенно. Меч он держал вертикально прямо перед собой и осторожно двигался вперёд.

— Криг, предупреждаю — если не опустишь свою зубочистку, я тебя убью. Мы с тобой выпили не одну кружку славного эля и, надеюсь, выпьем ещё. Не вынуждай меня проститься с такой замечательной перспективой. На своего бывшего хозяина можешь легко забить — я его всё равно прикончу, здесь и сейчас. Ты ему ничем не поможешь, как это ни грустно, для него, конечно.

Несмотря на кажущуюся несерьёзность речи Болта, Кригу дошло, что, похоже, приходит последний час в его сытой и спокойной жизни, он нерешительно приостановился. Болт внезапно сделал настолько неуловимое движение железным вертелом, что Криг заметил лишь размазанный в воздухе ореол. Но результат оказался весьма ощутимым — меч вылетел из рук и жалобно звякнул о стену. Остриё же вертела уткнулось прямёхонько в кадык мечника.

— Видишь, насколько печален результат осёдлой жизни под крылышком этого богатого проходимца? Ты забыл об упражнениях со своей зубочисткой, парень, в твоих руках это вовсе не меч, каковым когда-то являлся, а именно зубочистка. Арн в этом плане выглядит получше, но тоже не фонтан. Однако эль я с ним не пивал, за нанесённые травмы приносить извинения не буду и претензий по возмещению ущерба не приму. Аппелировать ко мне будет непродуктивной тратой времени.

Криг, несмотря на крайнюю щекотливость ситуации, учитывая прижатую к горлу острую железку, всё же сумел удивиться витиеватой речи Болта — надо же как умеет трепать языком! Но кивнул, соглашаясь с неоспоримыми аргументами Болта. Тот покрутил рукой, как будто размешивал чай в кружке, жест воспринимался однозначно — Криг повернулся спиной к Болту и пробкой выскочил наружу.

— Не вздумай убежать, дружок, найду — убью! — донеслось вслед. — Побудь рядышком, пока я разберусь кое с кем. Потом отпущу, даю слово.

Кригу пришлось внять словам Болта, слишком уж они звучали убедительно. Криг даже забыл, что сам-то он ни много, ни мало, а мастер меча, в мире Пролга это означало вершину военного мастерства. О титулах как-то забываешь, когда твой меч отшвыривают, словно он в руках у малого ребёнка, а не бывалого рубаки, заслуженного мечника. К тому же, Криг вовсе не был уверен, что будь он даже в своей лучшей форме, неизбалованный элем и сытой жизнью, результат схватки был бы другим. От таких как Болт лучше держаться подальше, даже если ты трижды заслуженный мечник.

Болт, тем временем, задумчиво рассматривал трясущегося от страха Ривса.

— Знаешь, дружище, меня не удивили вопросы о доходах, о связях с местными колдунами, о моих закромах. Ответы на эти вопросы были бы весьма интересны Белому, как конкуренту по бизнесу. Удивил вопрос, где интересуются методами прохождения Тропы. Ведь Белый сам ходок (или путник, если угодно) Тропы, для него здесь нет особых секретов. Кто же задал этот вопрос? Не тебя ли самого интересует сия проблема, а? Так вроде же не дурак — знаешь, что нужен природный дар.

— Клянусь, это спрашивал тот человек! Все вопросы — его. Высокий, крепкий белобрысый парень, назвался Белым.

— Как был одет?

— Богатейшая гиборская кольчуга, на поясе меч, гиборской же стали, одни эти доспехи стоят кучу дагров, даже я не могу себе позволить вооружить так свою охрану.

— Не прибедняйся, приятель. По моим прикидкам, ты мог бы вооружить, не обеднев, такими железками всю свою прислугу, а не только личную охрану. Но это так — к слову, не будем отвлекаться от темы. А тема такова, — Болт многозначительно подмигнул, — твоя жизнь. Как считаешь, дружище, что может убедить меня оставить её тебе?

Ривс, и без того бледный как смерть, побледнел ещё сильнее. Бедняга мог помереть просто со страху, без всякого вмешательства со стороны Болта.

— Да не волнуйся ты так, давай подумаем вместе над этим вопросом. Предлагай варианты, рассмотрим их тщательно и непредвзято. Итак?

— М-может д-д-деньги?

Болт ободряюще улыбнулся.

— Начало вдохновляет, можно углублять тему.

Ривс не понял деталей сказанного, но общий смысл уловил. Тема денег была привычна и знакома, он немного осмелел и почти уверенно продолжил:

— Тысяча дагров, пожалуй, я смогу столько собрать…

Свистнул разрезаемый сталью воздух, остриё вертела прописало косую полосу по груди хозяина «Чаши желаний». На белой ткани рубахи выступили алые бисеринки крови, окаймляя идеально ровный разрез. Ривс с ужасом отшатнулся, осознав, что жадность приносит иногда плачевные результаты.

— Д-две т-тысячи? — и тут же ужаснулся собственной щедрости. Однако названная сумма никак не повлияла на поведение Болта. Тот сосредоточенно щупал остриё вертела.

— Приятель, наверное, я возьму другую железку. Эта слишком остра. Тупая будет рвать кожу, а не резать, что гораздо убедительнее. Ты тоже так думаешь? Здесь богатейший выбор предметов. Помоги найти лучший вариант. Вот, к примеру, замечательный тупой крюк. И что мне сразу его не взять? Глядишь, и ты перестал бы тупить, сразу предложил нечто приемлемое.

— Да, да, конечно, три, три тысячи дагров! Три!!!

— Пять. Немедленно. Или…

Болт жестом фокусника ловко подбросил вертел и тут же подхватил другой рукой прямо на уровне глаз Ривса в опаснейшей близости от лица.

— Да… пять — плечи хозяина бессильно опустились, из него будто бы выпустили воздух. Проклятый путник будто точно знал о сумме наличности в сейфе хозяина заведения. Если отдать эти деньги, то Ривсу останется лишь гостиница, работа же в течении трёх лет пойдёт коту под хвост.

— Я же не отбираю твою гостиницу, верно? Хотя надо бы. Просто она мне на хрен не нужна. Пойдём в закрома родины, гнида, то бишь — в то место, где ты хранишь деньги. И помни, я на тебя очень зол, только попробуй мстить. Тогда точно убью, не сомневайся. И про вещички мои не смей забывать. Не дай Солнце, что-то пропало, тогда лучше бы тебе самому побыстрее вырыть могилу и закопаться.

— Нет, всё цело. Я это… не успел…

— Считай, повезло. Было бы гораздо хуже для тебя, если б успел. Однако я всё сверю со списком. Коммерция — она учёт любит. Сегодня у меня ну очень удачный день, если оценивать чисто коммерческую выгоду. Полмиллиона баксов за день — весьма нехилый заработок. Такими темпами я скоро Билла Гейтса в секретари найму.

Слова «баксы», «Билл Гейтс», «секретарь», да и общий смысл последних фраз оказался для Ривса полной абракадаброй, но зарабатывать по пять тысяч дагров за день и он бы не отказался. Даже за месяц, и за год это очень, очень немало!

Вскоре сейф «Чаши желаний» освободился от груза монет, а собственно груз оказался в обычном, но крепком матерчатом мешке. Ривса вновь обуяла жалость к самому себе, он предпринял попытку разжалобить Болта.

— Столько золота! Ведь это непосильная ноша для одного человека. Тем более, что твои вещи тоже весят немало. Вот если бы ты взял половину, ведь тоже огромная сумма…

— Заткнись, гнида. Не твоя забота, как и куда я отнесу своё добро. Или ты, по дурости, до сих пор считаешь его своим? — голос Болта вдруг стал бархатисто-зловещим.

— Нет, что ты! — Ривсу почему-то сразу вспомнился тупой железный крюк из джентльменского набора грызлов. — Я просто хотел предложить оставить деньги у меня на сохранении. Уверяю тебя — ни один дагр не пропадёт.

Болт схватил Ривса за грудки, резко притянул к себе, в глазах засветились такие презрение и ненависть, что хозяину «Чаши» который раз за этот злосчастный день пришла мысль о печальном конце своего бренного существования.

— Я уже понял, что имею дело с идиотом, но, видимо, не осознал всей глубины твоей тупости. На твоей роже написано — пусть Болт оставит деньгу, а я уж найду способ спрятаться вместе с ней. Так вот: никуда ты не спрячешься, козёл. Я найду тебя везде — в горах Забвения, на архипелаге Туманов, в Гиблых топях, да где угодно! И вот ещё… помни, ты мой враг. Презираемый, жалкий, ничтожный, но враг! Я до сих пор не понимаю, что же меня заставляет оставить тебя в живых, возможно, ещё придётся пожалеть об этом, однако буду верен слову. Живи пока. Пока не попытаешься мстить. Если я прознаю даже о намёке, о тени таких мыслей в твоей дурной башке, жить тебе останется ровно столько, сколько мне понадобится времени добраться до тебя. Уж я позабочусь о сокращении сего временного отрезка до минимума!

Болт брезгливо оттолкнул Ривса, тот бледный до невозможности, стоял пару секунд, затем рухнул на пол — от ужаса он потерял сознание.

— Эй, Криг, приятель! — крикнул Болт в коридор, — брось эту падаль на кушетку, да пусть нашатыря нюхнёт. А то издохнет, я-то, идиот, обещал оставить ему жизнь. А выйдет — убил, пусть не физически, но словесно, что в итоге одно и то же.

Криг поспешил исполнить указание, вскоре Ривс задёргался на кушетке в приступе кашля от едкого запаха нашатыря.

— Теперь бери вот этот мешок и двигаем отсюда. Как ты оцениваешь перспективу работать на меня? Плачу вдвое от бывшего хозяина, но о спокойной жизни придётся забыть. Работать с мечом тоже заставлю по-взрослому.

— Ты не шутишь??? Ведь Ривс мне платил пять дагров за двадцать дней! Больше платят только князья в Гиборе, ну так у них на службе и голову сложить легче лёгкого.

— Плачу десять дагров, хотя целостность головы тоже не могу гарантировать.

— Десять дагров за двадцать дней! Я согласен. Только дурак может отказаться от… такого!

— Значит, по рукам, приятель! Вот тебе сразу за шестьдесят дней — Болт отсчитал тридцать монет.

У громилы отвалилась челюсть. Никогда он не держал в руках столько денег, да ещё собственных!

— Болт! Да я… я за тебя… я за тобой куда хочешь… всё сделаю…

— Короче, пойдёшь и в огонь, и в воду, и в медные трубы.

— Да! А что это ещё за трубы такие???

— А говорил: «куда хочешь, пойду».

— А-а-а… демон с ними, с трубами! Хоть в глотку дракона!

— Слышу достойную речь, достойного мужа! Мешок на плечо и вперёд!

Криг ухватил мешок за горловину и легко забросил на плечо — пятьдесят кило для этого шкафа на двух ногах трудно было бы назвать непосильной ношей.

Уже через час и без того немалый счёт Болта в банке Хаттана, пополнился ещё на пять тысяч дагров. Бродяга мог не без оснований теперь считать себя весьма состоятельным человеком в этом мире. Надо сказать, что и на Земле считать его бедным было бы несколько опрометчиво, в одном из серьёзных банков он имел счёт на триста тысяч американских зелёных рублей. Если сложить активы обеих миров, Болт стал долларовым миллионером.

Глава 4

— Криг, ну сколько говорить? Кисть напрягаешь, мягче, мягче работай! Ты же пытаешься взять силой, но это не всегда оправдано. Во-первых, я не слабее тебя, хотя и не похож на ходячий танк. Во-вторых, я намного превосхожу тебя скоростью реакции, поэтому учу тебя не нападению, а обороне от более сильного врага. Учу выжить, если встретишься с соперником моего уровня. А выжить ты сможешь, лишь продержавшись какое-то время и дождавшись помощи со стороны. Победить в такой схватке ты не сможешь однозначно, нужно трезво оценивать свои возможности. Уже неделю я вдалбливаю это в твою дубовую башку, но эффект пока малозаметен.

— Да ты просто демон, Болт! Вряд ли я встречу кого-то, чтоб так дрался на мечах. Думаю, что таких и нет больше.

— Есть, есть, приятель. Среди ходоков Тропы попадаются те ещё типы. Я бы поостерёгся считать себя лучше некоторых своих знакомых. Например, Санька Кирпич, или Дима Грач. Возможно я и не слабее, но и не сильнее любого из них — это точно. Примерное равенство сил. Ладно, на сегодня достаточно. Пойдём мыться, у меня далеко идущие планы на вечер. Как ты смотришь на то, чтобы посетить «Золотой орёл»?

Губы Крига растянулись в довольной усмешке — с новым работодателем ему стали доступны самые дорогие увеселительные заведения Хаттана, более того, если Болт куда-то приглашал, то и платил сам. Кто же от такого откажется? Ответ настолько явственно читался на лице гиганта, что Болт лишь сказал:

— Я так и думал, приятель. Не можешь же ты бросить хозяина на произвол судьбы в столь печальной ситуации.

— Странно, где здесь печаль-то? В «Золотом орле» такие вина! А девочки каковы! Миру до сих пор вспоминаю, за всю жизнь горячее кобылки не встречал! — мечтательно пророкотал Криг. Голос, в общем, соответствовал комплекции здоровяка.

— Вот-вот, дружище, я о том же! Мира, она кто? Она же не продажная девка, а дочь достойных родителей. Просто любит потусоваться в доброй компании. Я и сам продажных девок не люблю, лучше провести время с такой вот крошкой, которая пришла расслабиться в хорошее заведение. А крошки такие по одной обычно не ходят. Вдвоём, втроём, иногда и вчетвером появляются. И что же делать, если я буду один? Попробуй-ка изъять одну красотку, остальные обидятся до невозможности. Вот тебе и печаль. Другое дело, когда две девчонки и два красавца, вроде нас с тобой. И, в придачу, хорошее вино. Весёлая ночка обеспечена!

Криг даже зажмурился от приятности нарисованной Болтом картины.

— Эй, мы ещё не в «Золотом орле», дружище! — Болт весело ткнул кулаком в плечо громилы. Тот отмахнулся, не открывая глаз, мысленно смакуя будущее веселье.

Грёзы прервались самым наглым и бесцеремонным образом — Болт коварно окатил его ледяной водой из деревянного таза. Криг долго гонялся за злым хозяином, однако тот мало того, что постоянно ускользал, так умудрялся раз за разом опрокидывать на громилу новые водопады из многочисленных емкостей, израсходовав таким образом запас воды, заготовленный на несколько дней вперёд. А кто заготавливал? Ну, естественно Криг, не хозяин же! Злодей Болт, как есть злодей, хотя, в общем, хороший человек, надо признать.

«Золотой орёл» — довольно своеобразное увеселительное заведение, касательно реалий Хаттана. За столами рядом могли сидеть богатый купец и обычный стражник, вельможа из магистрата и решивший гульнуть по крупному крестьянин, дамы из высшего света тоже были нередкими гостьями здесь, но, конечно, в сопровождении кавалеров. Если же заявлялась стайка девушек из состоятельных семей, это тоже никого не удивляло — нравы Хаттана были на удивление демократичны и свободны. Да и правил страной не король, не диктатор, а избранный народом совет старейшин под началом избираемого сим советом головы. То есть, настоящая средневековая демократия, хотя все соседние государства являлись королевствами, многие государи видели в Хаттане недопустимую вольницу и дурной пример, что не раз приводило к серьёзным военным конфликтам; впрочем Хаттан неизменно поколачивал ревнителей монархии, получал с них неплохие контрибуции, поэтому от наскоков никак не страдал, а лишь становился богаче.

Вечер только начинался, но посетителей в зале уже было довольно много. Криг было двинулся в центр зала, но Болт потянул его за стоящий в углу малозаметный стол на четверых гостей.

— Приятель, здесь нам будет спокойнее, да и безопаснее, к тому же. Ты уже в курсе — мы не просто так ходим сюда. Это, своего рода, вызов моим недругам. Похоже меня очень хотят напугать, даже спровадить из столицы, но не на того напали. Однако неприятностей ожидать сегодня очень даже стоит, потому сильно напиться тебе я не позволю и сам не буду. И не забывай про меч, слава Аллаху, он у тебя в руках уже меньше похож на зубочистку после моих тренировок.

— Кому слава? Аллаху? Это кто?

— Не обращай внимания, в мире Земли есть такой Бог. Очень сильный. Я иногда говорю также: «Слава Иисусу, Слава Будде, Зевсу, Юпитеру, Меркурию», ты не очень удивляйся. Я, хоть и атеист, стараюсь не забывать всех известных мне богов и вашего бога Солнце тоже. Кто знает, как всё обернётся, верно? А вдруг их помощь окажется нелишней?

— Здорово придумал, Болт. Но я славлю только Солнце, не молиться же страшному Гвену или злому Атлунду, как делают некоторые наши соседи.

— Гм… почему бы и нет? Надо бы расширить свой э-э-э… пантеон. А что? «Слава Гвену, что твой меч уже не зубочистка!». Звучит!

Криг даже сплюнул с досады, стараясь, однако, чтобы Болт этого не заметил. Тот, конечно всё видел, но лишь злорадно ухмыльнулся в сторонку.

— Дружище, ты очень заметен — помаши конечностями, чтобы служка поторопился к нашему столику, — продолжил Болт.

Громила встал, скорчил страшную рожу и замахал руками как ветряная мельница. Не заметить его было бы весьма трудно, потому заказ был принят со всей возможной поспешностью — вскоре ребята уже вовсю работали челюстями, запивая снедь хорошим вином. К столику направились было две размалёванные девицы, но узрев кулак Болта, надули губки и направились искать жертв посговорчивее.

— Болт, а вот скажи, — Криг откинулся на спинку, чтобы пища уютнее разместилась в желудке, — долго ли ты изучал язык Хаттана?

— Совсем не изучал, приятель. Странное дело, но если Тропа приводит человека в какую либо страну другого мира, то сей индивидуум почему-то уже знает местный язык. Меня Тропа приводит в Хаттан — я знаю местный язык. Есть такой путник Тропы, Андрей Лютый, Тропа его приводит в Гибор, вот он и знает гиборский язык, а в хаттанском ни бум-бум, как я в гиборском. Не спрашивай меня, почему так происходит, я это знаю не лучше тебя. Да и Атлунд с ним, языком. Мне хаттанского пока хватает, Андрюха Лютый, однако стал его изучать, гиборского ему недостаточно.

— Да-а-а, везёт же некоторым. Пришёл в Хаттан и язык уже знает. — Криг почесал затылок. — Только Болт, ты того… Атлунда и Гвена почём зря не поминай. Это очень злые боги.

— Злые боги очень даже могут пригодиться, дружище. Про зло они знают гораздо больше, чем добрые, верно? Значит, лучше могут помочь справиться с ним.

Криг вытаращил глаза, — ну надо же так всё перекрутить!

— Так они ж злые! Они же не будут помогать!

— Не будут, согласен. А вот, для чего мы молимся добрым богам, а? Отвечаю — чтобы они делали нам добро. А злым нужно молиться, чтобы не делали нам зла, что эквивалентно добру. Усёк? Вот, к примеру, не делает тебе зла тот же Гвен, или Атлунд, вроде и они ничего не нарушают — добра не творят, и тебе хорошо при этом.

— Болт, тебя бы в наш магистрат старейшиной. Может новый рынок давно бы уже построили.

— Я подумаю над твоим предложением, приятель. Для бизнеса такой вариант был бы тоже весьма полезен. Слушай, а ты иногда генерируешь хорошие идеи!

— Чего я делаю??? Генерую? Болт, ты хоть и друг, и наниматель, а издеваться над собой не позволю!

— Приятель, без обид! Генерируешь — значит, творишь, выдаёшь на-гора.

Криг немного успокоился.

— Не знаю я, что за гора, но слова выбирай попроще. А то неправильно понять могут.

— Ну и Гвен с ними. Или Атлунд. Кто им мешал заниматься образованием, чтобы правильно понимать культурную речь, а?

Простодушному Кригу не дошло, что намёкают именно на его культуру, но он уже продолжал трапезу, хрустели косточки жареного индюка, ему было глубоко начхать на какое-то там образование.

А в зале тем временем народу становилось всё больше и больше. Криг заинтересованно поглядывал на пару хорошеньких девушек, сидящих через два стола к центру, Болту, однако было не до того. Его рассеянный, как будто, взгляд цепко отмечал любого подозрительного посетителя, оценивал возможности его как вероятного врага, однако интуиция молчала, скорее всего, непосредственной опасности пока не было. Единственным, кто вызывал беспокойство, был одинокий мужик неопределённого возраста в длинном плаще, под которым наметанный взгляд угадывал кольчугу. Сдержанные, точные движения выдавали скрытую силу и опыт. Но, опять же, этот тип не интересовался Болтом и Кригом, он даже ни разу не посмотрел в их сторону. Ну, что ж, не выйдет сегодня, завтра придётся идти в другое подобное место, но очень надо ухватиться хотя бы за кончик нити и вывести врага на чистую воду. Скрытая опасность намного хуже явной, эту истину Болт усвоил давно. А уж отличить случайную потасовку от умышленного нападения не составит труда. Хотя таковое нападение, буде содеяно, могут попытаться обставить именно как пьяную драку.

Время шло, народ в заведении становился всё веселее, подогревая себя спиртным. Уже было несколько мелких стычек между гостями, но четверо вышибал почти, что Криговой комплекции быстро успокаивали буянов. В зал вошли четверо. Вот оно! В солнечном сплетении появилось тянущее чувство, маго-электронный имплантат чуял поисковую магию. Но как-то слабо — едва-едва. Странно, обычно магия фиксируется очень чётко. Правда и без этого Болт понял бы, что эти четверо явились по его душу. Все поджарые, крепкие, движения кошачьи, под плащами наверняка прячутся кольчуги и мечи. А возможно и миниатюрные арбалеты, что гораздо хуже. Тут же мелькнуло сожаление по поводу бесполезности верного «смарта» в мире Пролга. Но вошедшие не подали виду, что ищут кого-либо, они лениво прошли через зал к трактирщику, что-то спросили и уселись за столик довольно далеко от Болта с Кригом.

— Приятель, взгляни-ка на тех перцев в плащах. Не можешь сказать, что это за парни?

Криг неохотно оторвался от созерцания двух красоток, которые уже вовсю строили ему глазки. Болт незаметно для других указал приятелю на четвёрку в плащах.

— Ого! Никак дирны пожаловали! Давненько я не встречал этих говнюков. Кому-то сегодня очень не повезёт. Дирны просто так не ходят, обязательно за кем-то. Это убийцы-профессионалы, работают по лицензии короля Гиборна. Платят громадный налог, но это не мешает им делать своё дело, видно заработок позволяет.

Про дирнов Болт слыхал, но видел их впервые. Серьёзные ребята, судя по рассказам, куда как пострашнее мечников будут. Теперь можно с уверенностью утверждать, что арбалеты у них точно есть, работа обязывает.

— Такого любителя подраться, как ты, приятель, думаю, обрадует мысль о том, что дирны пришли именно за мной. Ну, и за тобой, в придачу, — мы же вместе.

Криг внимательно посмотрел на путника.

— Это не смешно, друг. Радости встречаться с дирнами никакой, но раз так сложилось, я с тобой. Не отступлю, и не предам.

Болт похлопал гиганта по плечу, на сердце потеплело, похоже этот здоровяк действительно имеет понятие о чести и долге.

— Думаю, у них арбалеты, Криг. Они обязательно попытаются этим воспользоваться, ведь в суете кабака трудно понять, кто стрелял и откуда.

— Ты не зря заставил меня напялить кольчугу, Болт, как знал, что здесь будет. А малый арбалет не пробьёт гиборскую сталь, уж поверь мне.

— Верю, приятель, верю… а на мне даже кое что получше, чем гиборское железо, но если ребятки будут стрелять в голову…

— Значит головы от них надо спрятать, верно? — подхватил Криг.

— Дельная мысль, соображаешь. Давай-ка немного пересядем, несколько затрудним нашим друзьям обзор.

Криг не просто пересел — он поднял тяжеленный стол прямо со всей снедью и переставил его на метр в сторону, невзирая на недовольство соседей. Теперь оные соседи затрудняли обзор для дирнов, закрывая собой Болта с Кригом. Путник злорадно ухмыльнулся, увидев беспокойство дирнов. Не понравилось! Да, ребятки, а кому сейчас легко? Болту вот тоже надо и о себе подумать, и Крига уберечь. Хорошо бы ещё кого-то из вас живым прихватить, надо же пополнять базу данных. Но, для начала, нужно самому остаться в живых. Можно, конечно, спровоцировать стычку, но тогда вина за возможные смерти ляжет на Болта, а неприятности с властями его никак не устраивали. Дирны должны напасть сами, по собственной инициативе. И неважно, что все прекрасно знают о ремесле сих деятелей. Хаттан — вольная держава и любой — хоть гражданин, хоть гость может надеяться на поддержку властями своих прав, пока, конечно, не нарушил местных законов.

Внезапно Криг резко оттолкнул Болта в сторону, сам же шустро отскочил назад. На месте стульев, где только что сидели сотрапезники вспыхнули два огненных вихря. Молодчага Криг почувствовал ударную магию и сделал самое первое, что пришло в голову. Пока Болт приходил в себя от неожиданности, лёжа на полу, дирны времени не теряли — один из них мчался, прыгая прямо по столам, доставая меч на ходу, трое других чуть отстали, виляя между столами и посетителями заведения. Меч дирна победно рассёк воздух и… звякнул о меч Болта, которым тот успел закрыться. Змеиным движением путник вывернулся из-под следующего удара, сам нанес веерный удар целя в ноги и, когда дирн подскочил, пропуская лезвие под собой, успел вскочить. При этом он мгновенно сместился в сторону и атаковал врага. Дирн владел мечом великолепно, но Болт сумел увидеть удивление в глазах убийцы — тот явно не ожидал такой прыти от жертвы. Подоспели остальные дирны, один из них пришёл на помощь сопернику Болта, двое других напали на Крига. Однако гигант нашел беспроигрышный вариант защиты от двух опасных соперников, он схватил тяжёлый стол, загородился им как щитом и попёр на врагов. Ножки стола превратились в грозные острые клыки — громила владел несложной боевой магией. Но дирнам стало тяжко — они наносили удары мечами по ножкам стола, по дубовой столешнице, однако меч — не топор. Криг же вертел столом с поразительной лёгкостью, острые края ножек мелькали в опаснейшей близости от дирнов и те стали отступать. Однако долго это продолжаться не могло — стоило гиганту выйти из угла, тесня противников, те тут же стали обходить его с флангов. Кригу сразу пришлось отойти назад — ситуация приобрела патовый характер.

Два других дирна сначала понадеялись на лёгкую победу над одним врагом — Болтом, но быстро поняли, что и вдвоём будет трудно управится с этим демоном во плоти — его меч превратился в сверкающий размытый щит, пробить который казалось невозможным. Надо сказать, что и Болту приходилось несладко, эти двое вполне могли отправить его на тот свет. Броник под плащом уже принял на себя два удара, спасло лишь то, что они прошли вскользь. Несколько ударов пропустили также оба дирна, но их кольчуги пока тоже берегли владельцев. Здесь тоже наступило относительное равновесие, однако вмешалась третья сила. Один из противников Болта вдруг повалился на пол — сзади его крепко огрели по голове рукоятью меча. Второй дирн, оказавшись один на один с Болтом, понял, что пришёл последний час. Вдвоём они могли удержать врага, один же он стал практически беззащитен. Однако у Болта на этот счёт было другое мнение, он ограничился тем, что отсёк убийце кисть правой руки вместе с мечом, развернулся и обрушился на обеих врагов Крига сзади. Через мгновение оба лежали на полу, но убивать их Болт тоже не собирался — зачем лишние разборки со стражей?

Неожиданным помощником оказался тот самый подозрительный мужик в длинном плаще. Он склонился над дирном, которому Болт отсёк кисть и приложил ко лбу убийцы-неудачника какую-то золотистую пластинку. Через несколько мгновений пластинка почему-то стала ярко-голубой. Мужик удовлетворённо кивнул, спрятал пластинку в карман и повернулся к Болту.

— Наверняка ты хотел бы расспросить этих ребят кое о чём. Но это вряд ли. Стража уже на подходе и вся падаль принадлежит ей.

И правда — в зал ворвалось десять стражников, быстро оглядевшись они сразу направились в нужную сторону. Начальник отряда оказался толковым парнем, он без лишних расспросов понял, что здесь произошло, лишь спросил: имеет ли Болт ещё претензии к дирнам.

— Претензии, может быть, и есть, только вряд ли эти парни в состоянии сейчас их удовлетворить. Я хотел бы только задать им пару-тройку вопросов.

— Вопросы им будет задавать дознаватель в замке дознания. Таков закон — извиняющимся тоном произнёс начальник отряда стражи. — Если удастся выяснить что-либо касающееся мотива нападения, магистрат пришлёт уведомление. Кстати, я вынужден потребовать от тебя адрес проживания.

— Да не вопрос, начальник. Я снимаю дом на улице Серебряных снов. Хозяин дома — Тимут Выг, ты должен знать сего достойного гражданина.

— А ты не из бедных, коль можешь себе позволить снимать жильё на этой улице, — уважительно сказал начальник отряда. — Конечно же я знаю Тимута. И вот ещё… хорошо, что все остались живы. Иначе мне пришлось бы задержать тебя.

— Я в курсе, начальник. Давай закончим это гнилое дело — тащите этих… куда надо.

Порядок в зале был наведен быстро и вскоре за столом сидело уже трое — к Болту с Кригом присоединился их неожиданный союзник.

— Сразу представлюсь, дабы избежать банальных вопросов. Я — Антон Брагин. На Тропе меня знают под именем Брага.

— Слыхивал о таком. Ты подоспел очень вовремя, братишка. Рад знакомству — Болт крепко пожал руку путника. — Я — Болт, Олег Болтов, а это, — он указал на гиганта — громила Криг, мой помощник, которого теперь с полным правом уже могу назвать другом. Если б не он, эти ребята превратили бы меня сегодня в кучку пепла. До сих пор не могу понять — почему я не почуял готовящийся магический удар.

Брага лишь улыбнулся. Он взял бутылку «Равониза», внимательно рассмотрел её и поставил прямо напротив Болта.

— И что? — недоумевающее спросил тот.

— То самое. Я тоже люблю «Равониз», однако не стоит его пить, если хочешь уберечься от магических сюрпризов. Это вино глушит чувствительность путника к магии. Не помогают никакие фишки. Ни магические, ни электронные, ни гибридные. На магию местных винцо почему-то не действует.

Болт посидел с минуту молча.

— Я сейчас, ребята. Надо задать пару вопросов кое-кому. — Он быстро вскочил и направился к трактирщику.

Криг лишь пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Браги. Болт, тем временем, уже разговаривал с трактирщиком.

— Скажи-ка, дружище, что спрашивали у тебя дирны перед тем как сесть за стол?

— Что спрашивали — их дело, но никак не твоё, — грубо ответил трактирщик.

— Не сердись, брат. Они ведь спрашивали обо мне, верно?

— Иди себе. Я не собираюсь ничего говорить.

— Собираешься. Только ты и сам пока не догадываешься о своём желании, приятель.

Болт схватил трактирщика за волосы, резко дёрнул и грохнул его головой о стойку. Тот взвыл от боли и попытался вырваться. Не тут-то было — из цепких лап путника освободиться было очень трудно, разве, что оставив клок волос у него в кулаке.

— Ну как ощущения, приятель? Нет желания отвечать?

Однако трактирщик оказался упрямым типом. Он лишь кряхтел и продолжал вырываться. Болт сильно прижал его голову к стойке так, что лицо жертвы повернулось набок и на глазах трактирщика другой рукой стал перебирать бутылки, выбирая что-то потяжелее.

— Это для твоей многострадальной башки. Постукивания по голове этой стеклянной штукой ну очень помогают развязать язык, уж поверь моему опыту.

Трактирщику наконец дошло, что гость совсем не шутит, соприкосновение тяжёлой бутылки с его головой может быть весьма неприятным.

— Они только спросили — какое вино ты заказал. И всё!

— А ты сразу всё им сказал?

— Ну и что?

Болт приподнял голову трактирщика и с силой ударил о стойку. Потом сказал куда-то за перегородку (тело трактирщика съехало на пол от столь невежливого обращения):

— А то, что надо соблюдать конфиденциальность, даже если тебе платят за информацию.

Болт двинул к своему столу, и ему было плевать, что трактирщик даже и слова-то «конфиденциальность» не знал. Если чего-то не знаешь, лучше молчи.

Глава 5

Болт с Кригом и вновь приобретённым товарищем, решили продолжить вечер в другом заведении, под названием «Пьяный дракон», — «Золотой орёл» оказался не слишком гостеприимным. Пока Криг наполнял необъятный желудок дорогущими винами и закусками, Брага поведал Болту интересные вещи. Оказывается, на него тоже «наехали», только неизвестно кто. Нападение убийц на Тропе, попытка убийства в толпе на рынке, предупреждение знакомого колдуна — звенья цепи, очень похожи на те же, что и у Болта. В «Золотой орёл» Брага пришёл с той же целью, что и Болт — вызвать огонь на себя, чтобы больше узнать о кознях врагов.

— Знаешь, брат, мы выбрали не лучший способ сбора информации, — задумчиво говорил Болт. — Так и убить могут чего доброго.

— Могут. Предлагаешь способ получше?

— Пока нет. Но очень стоит подумать над этим вопросом, мне почему-то хочется ещё пожить. И вот что… как насчёт того, чтобы дальше действовать вместе? Похоже, от нас очень хотят избавиться. Вдвоём всё-таки легче противостоять, ведь враг наверняка тоже не один. Сегодня ты меня выручил, завтра, возможно, я оплачу долг.

— И как ты видишь наш… э-э-э союз? Товар уже скинул?

— Частично. Точнее очень малую часть. Не до товара сейчас.

— А я и малой части не скинул. Двух моих местных партнёров убрали. К третьему и четвёртому боюсь подойти, вдруг подставлю под удар. Но, говорят, они живы. Пока.

Болт присвистнул.

— Дело ещё серьёзнее, чем я предполагал. Хотя куда уж серьёзнее. Смотри — можно понять то, что хотят убить тебя, меня, или ещё какого там путника Тропы, чтобы перехватить бизнес и связи. Но рубить эти связи?!! Какой смысл? Ведь бизнес при этом ломается. Значит, наш бизнес не нужен, а нужно что-то другое. Или нас просто ломают. Но ведь между путниками почти нет конкуренции, рынок практически бездонный. А играют против нас именно путники, хотя есть подозрение…

Болт пересказал разговоры со стражником Локатом и колдуном Хлавиром.

— Гиранита я немного знаю, — задумчиво сказал Брага. — Очень напористый мужик и вредный, к тому же. Злопамятный. Ну, о Ревдале вроде все слыхали, но толком о нём никто ничего не знает. Но он явно не симпатизирует путникам — ведь именно его твари бесчинствуют на Тропе. Вспомни — ещё пять-шесть лет назад тварей на Тропе было немного, да и вели они себя намного спокойнее. Я проходил Тропу без единого выстрела!

Сейчас это просто немыслимо. Патроны к «смарту» приходится тащить килограммами, и то ладно, пока этот ствол всех тварей Тропы укладывает. Но если этот мудак придумал новых монстров… с этим нужно что-то решать.

— И я о том же… как моё предложение?

— Принимается, — со вздохом сказал Брага. — Только сейчас моё финансовое положение трещит по швам. Причём и по ту, и по эту сторону Тропы.

— И насколько глубока трещина в твоих финансах? Могу помочь.

— Семьсот золотых. Товар в Хаттане я брал в долг уже три раза, чтобы расплатиться с долгом на Земле. А там я тоже ещё пятьдесят штук зелёными должен, хотя это уже маленькая часть того, что было.

— Ого… ну, не буду спрашивать о причинах, но семьсот дагров могу занять. Учитывая провал твоих партнёров.

Лицо Браги посветлело. Он недоверчиво взглянул на Болта, ещё не веря своим ушам.

— Ты это… не шутишь? Это ж семьдесят штук баксов!

— Ну, сумма немалая, однако не такая уж гигантская для путника.

— Я верну, — твёрдо произнёс Брага. — Разобьюсь, но верну.

Болт хлопнул путника по плечу.

— Разбиваться не надо, хорошо, если в течение года отдашь. Хуже, если за два года, но тоже терпимо.

— Болт, ты просто не представляешь, как выручил меня. Отдам с процентами.

— Перестань, — Болт махнул рукой. — Мы живём такой жизнью, что завтра легко можем поменяться местами. Слушай, а этот троглодит, пока мы беседовали, сожрал всю еду и выпил вино!

Криг виновато потупился. Брюхо его округлилось, приняв в себя ужин, заказанный на троих мужиков, причём все трое были не дураки пожрать и выпить. Болт крайне осуждающе покачал головой.

— Обжорство — самое безобидное слово, каким можно охарактеризовать твой исключительно неблаговидный поступок. Экспроприация такого количества пищевых ресурсов в пользу одного субъекта чревата негативными последствиями не только для других, но и для него самого. Психологический портрет индивидуума, зацикленного на потреблении калорий весьма жалок и непригляден. В то время как космические корабли бороздят… э-э-э, о чём это я? ладно — зови служку, пусть тащит жратву и побольше.

Криг, обрадованный тем, что словоизвержение хозяина заглохло, самолично побежал к стойке, чтобы ускорить процесс доставки заказа.

— Что это ты «Операцию Ы» вспомнил? — Брага явно потешался над поспешностью громилы.

— Мой метод воспитания некультурного типуса, каковым является Криг. Для него нет хуже наказания, чем выслушивать тирады из непонятных ему слов. Действует безотказно — видишь как ломанулся к стойке?

— Никогда бы не подумал, что таким методом можно чего-то добиться — рассмеялся Брага. — Но ближе к делу… у меня в кармане ментальный снимок того дирна, которому ты отрубил кисть.

— Та золотистая пластинка… нет, уже голубая?

— Она. Мы можем узнать мысли дирна в тот момент, когда я делал снимок.

— Гм… если он в тот момент вообще о чём-то думал. Но за неимением лучшего… Здесь можно это сделать?

Брага достал пластинку, выложил на стол, затем сделал несколько манипуляций над ней. Раздался сдавленный голос: «Демон… ничего не вышло… Гиранит не обрадуется… как больно… молчать… не думать! Он приложил что-то к моей голове…». Голос смолк, пластинка больше не издала ни звука.

— Всё-таки Гиранит, — пробормотал Болт. — С кого-то надо начинать, почему бы и не с Гиранита? Может он и есть корень всех наших неурядиц?

— Легче сказать, чем сделать. Гиранит сейчас живёт в Гиборе, тамошний король пожаловал ему баронство с прилагающимися землями и замком.

— За какие заслуги?

— Вопрос не ко мне. Но я думаю — за конфронтацию с нынешним магистратом Хаттана. Ведь Гиранит когда-то был главным советником головы магистрата, потом его за что-то турнули. С тех пор этот парень находится в постоянном конфликте с властями Хаттана. Король же Гибора спит и видит в Хаттане монархию со своим ставленником на троне.

— Ну что же, вполне реальный расклад. Только мы здесь с какого боку? — спросил Болт.

— Легче ничего не спросишь?

— Спрошу. Ты знаешь, где искать его замок? Я, к стыду своему, в Гиборе ещё ни разу не был.

— Ну, замок мы, пожалуй, найдём легко. Только вот что делать потом? Нанимать войско?

— Нет, войско не потребуется. У нас есть Шварценеггер, вон уже топает, служку подгоняет. А если серьёзно, то нужно тщательно продумать операцию. Побывать на месте, провести рекогносцировку. Хорошо бы найти план замка, или, хотя бы, найти человека, который этот план сможет нарисовать. Провести ревизию всех техно, маго и прочих средств, которые мы можем использовать против врага. Возможно, наши с тобой фишки смогут в чём-то дополнить друг друга.

— Разумнее я всё равно ничего предложить не могу. Принимаем к исполнению?

— На том и порешим. А теперь надо пожрать, а то этот… снова обречёт нас на голодную смерть.

— Неужели в его желудок ещё что-то влезет?

— Ха! Спроси у него самого. Нет, я сам. Эй, Криг, жрать-то будешь?

Криг опустил глаза.

— Ну, того… я это… не мешало бы… мне же…

Брага смачно крякнул. Болт со значением глянул на него и поднял указательный палец:

— А то!

* * *

Хлавир взволнованно ходил вокруг Болта, который сидел на стуле и с интересом, не лишенным, однако скептицизма, следил за движением колдуна. Осмыслить его речь было трудновато, пока, по мнению Болта, он нёс явную ахинею. Колдун, в который раз воздел руки от избытка эмоций и произнёс:

— Я вижу, тебе трудно понять мои речи. Но воистину мне удалось сделать невиданное открытие! Я объединил ваше электричество и нашу магию!

— Постой, но ведь тебе это и раньше иногда удавалось. К примеру твой источник электроэнергии для освещения вполне соответствует нашим э-э-э… нормам и…

— Как ты не поймёшь? То, что я делал раньше — это всё равно, что мирить кошку с собакой или воду с огнём. Они сожительствуют, только каждый в своей магической клетке. Каждое такое м-м-м…

— Устройство, — подсказал Болт.

— Да… так вот, каждое такое устройство требует от меня много труда, да и работать оно будет, пока не выдохнется изолирующее заклинание. Устройство нужно расколдовать до того, как магия потеряет силу, иначе произойдёт катастрофа. Всё, что окажется рядом в это мгновение, разнесёт на куски! А теперь всё становится во много раз проще! Когда ты немного объяснил принципы работы ваших электрических машин, мне пришла в голову идея, которая, несмотря на кажущуюся бессмыслицу, тем не менее, оказалась верной. Что самое главное в электрических машинах?

— Ну, наверное, всё-таки, само электричество?

— Это движущая сила, как в наших артефактах магия. А главный элемент машины? У нас это каналы, по которым течёт энергия магии.

— Тогда провода, ведь по ним течёт электрический ток.

— Вот! Именно провода!

— Постой… ты хочешь сказать, что заставил течь магию по проводам???

— Не только! А также электричество по каналам магии!

— Ты даёшь, Хлавир! Это круто! Я не спец, но все же, могу представить открывающиеся перспективы!

— Не можешь. Перспективы невероятны! Мы перевернём мир Пролга. Ходоки Тропы могут теперь нести сюда любую электрическую машину, и её легко можно заставить работать. Это… это…

— Революция, — снова подсказал Болт.

— Именно! — Хлавир снова возбуждённо забегал вокруг Болта.

— А как же механика? Ведь во многих электрических машинах используются механические элементы.

Хлавир пренебрежительно махнул рукой.

— Механика будет работать. С ней всё намного проще. Опять же — принцип течения сил. Вот посмотри, берём…

Болт выставил руки ладонями вперёд.

— Стоп, стоп! Избавь меня от объяснений, я в магии всё одно полный дуб. Лучше покажи мне нечто уже способное работать, благодаря твоему открытию.

Колдун поманил путника за собой и буквально бегом ринулся в свою лабораторию. Через минуту Болт убедился в полной правдивости Хлавира — электродрель весело зажужжала в руках. Причём питалась она от маленькой коробочки, пристроенной к вилке.

— Хлавир, ты — гений! Это же прекрасный товар! Ремесленники завалят меня заказами!

— Гм… и что такого в этой вертящейся штуке? Признаю, очень сильна во вращении, но какова польза?

Но когда Болт просверлил несколько идеально круглых отверстий в досках и даже в куске железа, колдун согласился с мнением путника.

— Это ж насколько упростится работа плотников и кузнецов!

— Слушай, а это вот коробочка, что пристроена к вилке дрели, она на Земле будет работать?

— Должна. Тот же принцип течения сил, только наоборот…

— С меня магар. Это кроме денежной премии.

— Чего с тебя?

— Ящик пойла. Ну… неважно. Короче, я плачу за открытие четыреста дагров и ты разрешаешь мне использовать его.

Хлавир улыбнулся.

— Могу сказать, что мы договорились. Хотя то, что ты предлагаешь, похоже на покупку лицензии, на которую я пока не имею никаких прав. Но и добиваться этих прав я не буду — ведь это значит открыть принцип всем, что пока не входит в мои планы.

— Твои планы — тебе и решать. У меня свои планы, причём наполеоновские.

— Какие?

— А-а-а… ерунда, — Болт теперь был возбуждён не меньше Хлавира. — Слушай, а много ты сможешь… как бы это сказать… обработать моих механизмов? У тебя их уже куча лежит в кладовке, тех, что я ещё в прошлые ходки приволок.

— Ты их сам обработаешь. Работа простейшая, тебе нужны только магиры. Это нечто вроде амулета с небольшим источником магии. Магир встраивается в… дай вспомнить твои эти… термины. А! в контур! Контур — это несколько витков провода вокруг нужной тебе вещи. И всё начинает работать!

— Так просто??? А эти… магиры, где их взять?

— Да где угодно. На рынке их продаётся великое множество. Но подойдёт не всякий, нужно подбирать. Точно не подойдут лекарские и сонные магиры. Здесь я ещё не всё понимаю, нужны дополнительные исследования. Если в магире нет отверстий для проводов, ты легко их сделаешь своей… как её… о! дрелью! Кстати, собственно амулет, тоже можно использовать как магир. С десяток магиров я тебе могу дать прямо сейчас. Больше у меня пока нет, нужно изготовить. Только Болт… у меня есть условие.

— Я весь — внимание.

— Сам понимаешь, четыреста дагров — не цена за столь великое открытие. Я хотел бы иметь небольшой процент с каждой проданной твоей вещи. Это возможно?

Болт уважительно взглянул на колдуна.

— Хороша хватка! Сечёшь профит. Я согласен, но именно на небольшой процент. Например, даже с десяти процентов ты будешь иметь примерно… — Болт ненадолго задумался, подсчитывая что-то в уме, — от трёхсот до пятисот дагров в месяц. И это только вначале. Потом будет больше. Значительно больше, если выйдет то, что я задумал. Пока не скажу, что, но должно получиться. А этот твой магический контур на механику тоже действует? На Тропе будет работать?

— Пока я проверил лишь несколько «мёртвых» до того механизмов. Все заработали. На Тропе должно работать, в контуре потечёт местная магия, то же должно быть и на Земле, хотя магии у вас, как я понимаю, очень мало. Однако она есть потому, как кое-что отсюда всё-таки работает и у вас. Но ближе к делу. Я согласен на пять процентов. Ведь теперь весь труд ложится на твои плечи, а труд твой очень опасен. Надеюсь, моё открытие сможет облегчить проход Тропы.

— Ещё как сможет! Главное, чтобы работало. Ну, держитесь, твари! Теперь у меня будет кое что покруче, чем «смарт» и электрошокер! Кстати, ты говорил, что шокер пора расколдовать.

— Я его уже обработал — снял изолирующее заклинание. Теперь сделай на него контур и пользуйся на здоровье сколько нужно.

— Ну, «на здоровье», это ты, брат загнул. Здесь вернее будет сказать: «на нездоровье». Не для меня, естественно. Для моих недругов. Ладно, тащи магиры, сколько у тебя есть. Что я за них должен?

— Один кул за десять магиров. Но на рынке ты можешь взять дешевле, мои магиры сильные, потому и дорогие. А здесь нужна не сила, а определённые свойства. Какие, пока не очень ясно. Покупай магиров побольше, но самых разнообразных, и у разных продавцов.

— Один кул за десяток? Десять баксов? Не думаю, что это дорого. Тащи.

Уже через десять минут Болт раскачивался на табуретке — он наслаждался рокотом тяжёлого рока в наушниках-каплях. Маленький плеер с картой памяти заработал с ходу, после того как путник намотал на него немного провода и присоединил крошечный магир. Музыка! Как Болту не хватало этой маленькой земной радости в мире Пролга! То, что играли местные музыканты, вызывало у него нечто похожее на рвотные позывы. Хлавир удивлённо поглядывал на путника, у него уже проскользнула мысль, что у Болта плохо с головой. Когда же Болт дал послушать плеер колдуну, у того лишь окрепла мысль о ненормальности путника — это ж надо слушать такое непотребство, похоже, режут какую-то тварь и она страшно ревёт в конвульсиях. Но штучка занятная.

Болт сменил флешку в плеере. Протянул колдуну.

— Это классика. Моцарт. Может понравится?

Хлавир с опаской вставил наушники, а вдруг оттуда понесутся звуки ещё более страшные? Но уже через минуту он понял, что ничего более прекрасного не слыхивал за всю свою жизнь. Музыка потрясала, богатство звуков, невиданная красота мелодии, поразительная гармония звучания, всё это оказывало неизгладимое впечатление на неискушенного слушателя, каким собственно Хлавир и был. Это можно было слушать бесконечно.

Через полчаса Болт понял, что совершил непростительный промах, продемонстрировав плеер своему компаньону. Тот ни в какую не хотел прощаться с волшебной игрушкой. Хоть дари теперь, или продавай. А игрушка и самому Болту была бы очень не лишней, больше плееров в запасах неработающего электронного хлама не наблюдалось. Но тут путника пробило! DVD — плеер! Поставить Хлавиру какой-нибудь «Волкодав» или «Властелин колец». Он надолго забудет о музыке. И действительно, после маленькой доработки проволокой, портативный складной «BBK» полностью овладел вниманием колдуна. На экране дюжие дядьки в железе размахивали мечами, свистели стрелы, маги сносили целые замки лёгким движением руки, красавицы принцессы одаривали избранников страстными поцелуями. То, что язык был непонятным, Хлавира абсолютно не смущало, ему вполне хватало визуальных впечатлений. В конце концов, Болт просто «забил» на увлечённого просмотром колдуна и принялся за доработку доставленных в прежние ходки товаров. Наматывая катушку на портативную «моторолу», (две мини рации путник принёс ещё года четыре назад), Болт вздрогнул от того, что кто-то сильно схватил его за плечо. Мгновенно среагировав, он резко вырвался и откатился в сторону. Но тревога оказалась ложной, это был всего лишь Хлавир. Однако выражение глаз колдуна совсем не понравилось путнику — там было безумие.

— Сколько ты хочешь за этот… механизм? Плачу любые деньги! Ты меня обманывал, Болт, а я считал тебя честным человеком. В вашем мире полно магии, колдуны обладают страшной силой и Земля гораздо больше похожа на мой мир, чем ты мне рассказывал.

С огромным трудом путнику удалось уверить колдуна, что на диске записана всего лишь выдуманная история, превращённая умелыми киношниками в визуальное действо. Для вящей убедительности он вставил диск с «Бешеными гонщиками», чем буквально добил несчастного Хлавира, теперь тому было непонятно, чего ради люди несутся сломя голову на механических ревущих чудищах, рискуя сломать не только шею, но всё остальное, что у них есть. И ведь ломают! Какой, всё же, странный мир Земля! И как хорошо, что путники Тропы не всё смогут пронести в мир Пролга. Например, такому вот монстру, который Болт называет «автомобиль», в Пролге вряд ли кто обрадуется.

— Болт, я не уверен, что этот п…леер — нужная вещь в Пролге. Он может принести много вреда. Ведь от него невозможно оторваться. Этак крестьянин перестанет сеять хлеб, а ремесленник производить товар.

— Не боись, приятель. Мы загнём такую цену на видео и аудиотехнику, что крестьяне и думать не посмеют о покупке таковой. Это мы сделаем, естественно, не по злобе своей, а исключительно ради блага самих же крестьян. А богатенькие пусть покупают. Они и так ни хрена не делают, вот как раз найдут себе занятие. Всё в наших руках, дружище. Опять же — как я могу сделать доступной цену на тот же DVD плеер? Много их за раз по Тропе не притащишь, следовательно, дёшево продавать невыгодно. Лучше уж аудиоплееры нести — они-то маленькие. Но дёшево их продавать я тоже не собираюсь. Кстати, на Земле эта категория товаров тоже не относится к самой дешёвой. Хотя, конечно, доступна очень многим. Но давай поговорим о другом. О менее приятном, к сожалению.

Болт рассказал Хлавиру о том, что некто, (по весьма обоснованным предположениям этот некто — Гиранит) устроил серьёзную охоту на путников и на их компаньонов в Пролге.

— Пока я знаю о попытке устранения Браги, об убийстве его компаньонов, однако уже не сомневаюсь, что на многих других ходоков тоже объявлена охота. Хлавир, тебе угрожает серьёзная опасность. Я не могу тебя защитить, для этого мне нужно следить за твоим домом, что, как ты понимаешь, невозможно. На это нет времени, у меня куча своих проблем. Советую на время выехать из Хаттана, забери с собой супругу. И не мешкай, ударить могут в любой момент.

— Если за дело взялся Гиранит, бежать действительно надо, чем быстрей — тем лучше, — хмуро сказал Хлавир. — Я собираюсь немедля. Кстати, весь твой неработающий товар, который скопился за несколько лет, лежит в подвале. Охранное заклинание пропустит только меня и тебя. Советую забрать всё, да поскорее, ведь если я уеду, любой более или менее толковый колдун сумеет снять заклятие. Если буду очень нужен, ищи меня в городе Дин, это столица Хартиза.

— Ого, но ведь это очень далеко!

— Зато в Хартизе Гиранита сильно не любят, он и с тамошним королём успел поссориться. К тому же, в Дине у меня есть собственное жильё, куда я собирался перебраться ещё несколько лет назад. Но… познакомился с тобой, все планы нарушились.

— Сожалею.

— Я ни о чём не сожалею, путник. Ты открыл мне новый мир, дал много интересной работы, что привело, в конце концов, к замечательному открытию. Речь даже не о твоих механизмах — это лишь часть открывающихся возможностей. Электричество плюс магия — вот где непаханое поле для исследований! Это переворот в магических науках Пролга! Спасибо тебе! Огромное спасибо!

Болт даже засмущался от столь восторженной благодарности. Но быстро одёрнул себя — ведь действительно его заслугу в сделанном Хлавиром открытии трудно переоценить, впрочем, скромностью путник никогда не страдал.

— Благодарность принимается, хоть это не звонкая монета, но всё же приятно. В общем, я топаю в подвал, товара там на несколько ходок хватит. Следующим заходом возьму с собой Брагу и Шварценеггера, так мы быстрее справимся.

— Кого, кого возьмёшь?

— Крига, — это мой новый телохранитель. Здоровенный такой тип. А Шварценеггер, есть такой киноактёр, тоже шкаф на двух ногах. Ты уже видел кино, так вот роли там исполняют как раз киноактёры.

— Это навроде как актёры в уличных балаганах?

— В точку. Только актёры играют вживую, а киноактёров снимают на… ну в общем, на диски, потом это можно смотреть много-много раз. Кстати, этот DVD-плеер… Дарю. И все диски, их там десятка три.

Хлавир благодарно кивнул. Он понимал, что стоимость этой вещи в золоте теперь весьма значительна, потому осознавал ценность подарка.

— Аудиоплеер подарю после следующей ходки, — извиняющимся тоном продолжил Болт. — Я, брат, тоже музыку очень люблю, но, дурень был, не притащил этих игрушек несколько штук. Не верил, что будут работать.

— Теперь-то уже знаешь, что будут.

Глава 6

— Я беру Крига, мы за товаром к Хлавиру. Хотел взять и тебя в помощь, но, наверное, у тебя тоже есть, что забрать у своих бывших компаньонов? Советую всё тащить сюда.

Брага пожал плечами.

— А зачем? Товар нерабочий, вряд ли кто сможет его оживить.

Болт не стал ничего говорить, он достал плеер, включил, и протянул Браге. Тот с недоверием воткнул в уши наушники, удивление на его лице вряд ли было меньшим, чем недавно у Хлавира.

— Все объяснения на потом, двигай за товаром, дружище. Если его уже не увели. Если же цел, думаю, ты быстро сумеешь рассчитаться со своими долгами. Только будь крайне осторожен, тебя могут ждать. Или, может, нам не стоит разделяться?

— Стоит, наверное. Так будет быстрее, а медлить нельзя, я это чувствую. События набирают обороты, враги не спят.

— Хорошо. Только вот что… дай-ка твой «Смарт». Мой уже работает.

* * *

Неладное Болт почувствовал сразу. Входное заклинание не работало, а Хлавир такого никогда бы не допустил. Путник приложил палец к губам, показывая Кригу — внимание! Имплантат в районе солнечного сплетения словно очнулся и стал сигналить о наличии ждущей магии. Значит, враги уже побывали здесь. А возможно и сейчас в доме. Криг придвинулся и прошептал на ухо Болту:

— Ловушка прямо за дверью. Что-то холодное и очень сильное. Только наступишь — мгновенно заморозит. Не слабак устанавливал, мне не снять.

Болт кивнул и прошептал в ответ:

— Значит, ищем, как попасть в дом другим путём, хотя это будет очень непросто. Хлавир мастер по охранным заклятьям. Молюсь всем богам, чтобы он уехал до того, как…

Однако думать сейчас приходилось о другом. Напарники спрятались за оградой соседнего дома, благо хозяева здесь, по-видимому, бывали редко, поэтому двор зарос высоким бурьяном, где было легко схорониться. Болт внимательно изучал дом колдуна, оглядывая его в бинокль. Дом представлял собой небольшое двухэтажное строение, по периметру первого этажа было несколько окон, но лезть в них было бы сущим безумием, это даже хуже, чем пытаться пробить лбом стену.

— Криг, дружище, сможешь проверить окна второго этажа на предмет охранных заклятий? Моя «магия» так сказать, на такой подвиг не способна.

Громила на удивление бесшумно исчез в траве. Вернулся он минут через десять.

— Все окна надёжно защищены сильной магией. Путь закрыт. Можно попробовать выбраться на крышу, однако неизвестно, есть ли оттуда проход в дом.

— Я так и думал. Попробуем другой вариант, — Болт достал из подсумка «доработанную» проволокой и магиром гранату. — Эта штука должна по идее вынести дверь вместе с охранным заклятьем. Главное, чтобы сработала, проверить можно только один раз, прямо в деле. Я её швыряю — падаем и прижимаемся к земле, чтобы не зацепило осколками. Усёк?

Криг кивнул, дело знакомое, некоторые боевые заклинания тоже разбрасывали вокруг себя летящие предметы.

Глухо ухнуло, звук почему-то вышел на удивление тихим. Напарники рванули к дому, доставая на ходу оружие. У зияющего отверстия на месте двери образовался маленький зимний уголок — ступени покрылись рыхлым инеем, периметр дверного отверстия обрамляли ледяные наросты. Криг поднял большой палец — «Во»! Граната вызвала срабатывание ледяного заклятья, путь в дом открылся. Напарники притаились по обеим сторонам дыры, в ожидании ответных действий. Враг, однако, не спешил проявлять себя. Криг хотел было сунуться внутрь, но Болт знаком задержал его. Он активировал проверенный уже не раз маго-электронный генератор фантомов, в дом вошла бесплотная копия путника. Конечно, если приглядеться внимательно, можно определить ненатуральность поведения, скованность походки и другие несуразности. Но в суматохе боя это почти никто не делает, есть противник — надо стрелять. Так и произошло — шипящий огненный сгусток пронзил фантома, вылетел наружу и разлетелся злыми брызгами, разбив каменную статую во дворе. Болт на мгновение заглянул в зев входа и выпустил длинную очередь из «смарта». Раздался вопль — одна из игл нашла свою жертву. Патрон «смарта» заряжался не пулей, а специальной тяжёлой иглой, своего рода мини-стрелой, снабжённой в хвосте сложным оперением, благодаря которому она летела очень устойчиво и точно, попав же в цель, непредсказуемо меняла свою траекторию, производя в теле жертвы непоправимые повреждения. Одного врага можно было списать со счёта, и врагом этим был, судя по удару огненным сгустком, маг. Но один ли здесь маг? С простыми вояками Болт с Кригом худо-бедно управятся, с магами же дело может оказаться сложнее. Этот попал под пулю по неосторожности, повезёт ли так со следующим?

— Криг, можешь сказать, есть ли в доме ещё маги?

— Не могу. Дом пропитан магией, но чья она, хозяйская или чужая, я определить не берусь. Маг бы сумел.

— Гм… так где ж я тебе его возьму здесь и сейчас? Запросики, однако, у вас, молодой человек…

Криг негодующе засопел, Болт снова всё перевернул с ног на голову.

— Не сердись, приятель, это я так злюсь. Просто, если я кого-то достаю, голова лучше варит, — пробурчал Болт — Итак, что мы имеем? Коридор, в конце лестница на второй этаж. В коридоре по две двери слева и справа, каждая в отдельное помещение. Вопрос: есть ли там враги? Или они на втором этаже притаились? Я бы лично притаился на втором этаже, там легче напасть на тех, кто поднимается по лестнице. Но и комнаты надо проверить, оставлять врага за спиной недопустимо. А есть ли у меня план? Кое-что есть. Пока только для первого этажа, как попасть на второй, будем думать по ходу.

Комнаты проверили простейшим способом — точно так же, как и коридор. Криг открывал дверь толчком ноги, отскакивал, Болт же тем временем отправлял в комнату очередного, размахивающего мечом фантома, сам же при этом громко вопил, чтобы сбить с толку возможную засаду. Во второй комнате слева несчастного призрака пронзило сразу три арбалетных болта, что, однако не помешало уже настоящему Болту ворваться внутрь и покрошить арбалетчиков в капусту. Криг в этот момент стерёг коридор. Дальше дело застопорилось, Болт отправил на второй этаж уже третью свою лже-копию, но результат был нулевой. Или там никого не было, или враги были умнее.

— Болт, давай я пойду первый. Магию я чую всё же лучше тебя, а ты иди сразу за мной, если, что — прикрой огнём из своего чудо оружия.

— Нет, друг. Я не хочу рисковать. Есть ещё одна фишка, жаль, что в единственном числе.

Болт достал дымовую гранату, тоже доработанную по способу Хлавира. Швырнул её на второй этаж, затем, услышав хлопок, сказал:

— Там сейчас всё затянет дымом, мы же тихонько подымаемся по лестнице и прижимаемся к левой стене. Двери расположены так же, как и на первом этаже.

Но события пошли по-другому, враги, поняв, что в густом дыму теряют преимущество скрытности, предприняли контратаку. По лестнице сбегали сразу два воина, держа мечи наизготовку. За ними шла ещё пара, но они не могли участвовать в схватке, лестница была для этого слишком узкой. Зазвенела сталь, после первых же взмахов меча Болт понял, что эти вояки не соперники ни Кригу, ни, тем более, ему самому. Это были обычные воины, не мастера меча. И то, что за первой парой теснилось уже четверо воинов, ничего не решало — придёт и их очередь. Интуиция заставила путника обернуться, сзади по коридору набегала целая толпа воинов! Причём уже по трое в ряд, коридор был шире лестницы.

— Криг, вали этих, потрудись, приятель, а я буду удерживать коридор! — крикнул Болт напарнику. — Наш путь наверх — это спасение!

Теперь путник дрался в полную силу. Враги старались обойти его с флангов, и отражать их атаки было довольно сложно. Воин слева сделал ложный замах, вынуждая Болта прикрыться, однако такие фокусы с опытным путником не проходили. Болт, делая вид, что прикрывается от удара, резко поднял меч косым рывком, но не остановил его движение, а крутанув над головой, обрушил на плечо другого воина, буквально развалив того пополам. Тут же присел, уходя от горизонтального встречного удара другого воина, и колющим ударом снизу заставил третьего свалиться на пол с паховой раной. Первый воин, тот, который пробовал обмануть путника, нанёс удар сверху вниз, не сомневаясь, что теперь-то уж врагу конец, но меч лишь рассёк ткань рукава куртки путника, сам же Болт молнией ушел в сторону, по ходу отрубив руку нападавшего вместе с мечом. Упасть на пол оному мечу путник не дал, по футбольному зацепил его ногой, подбросил и подхватил, стряхнув отрубленную руку. Теперь Болт оказался вооружён двумя мечами, что немедленно сказалось на общем раскладе боя. Казалось, что на его врагов двинулся стальной мерцающий смерч, они отступали, несмотря на огромное численное преимущество! В коридоре были не меньше пятнадцати воинов, хотя в сече одновременно могли принимать участие только трое из них. То, что под ногами лежали трупы, казалось, абсолютно не мешало этому демону с двумя мечами, он двигался легко, уворачивался, уходил от самых верных ударов, наносил ответные, и почти каждый его удар находил свою жертву. Когда на пол свалился очередной воин, точнее то, что от него осталось, другие не выдержали и в страхе рванулись к выходу. Болт не стал преследовать их, он побежал на помощь Кригу, но тот и сам прекрасно справлялся. Четверо его врагов беспорядочно валялись на ступенях, сам же громила был уже на втором этаже, звон мечей перекрывал могучий голос, которым он чехвостил соперников почём зря. Благодаря непомерно длинным рукам, радиус размаха меча Крига перекрывал практически всю ширину коридора, что не давало врагам напасть с флангов. Но громила тоже остановился, трое противников успешно сдерживали его натиск. Болт не стал церемониться — достал «смарт», снял фланговых противников Крига, тот сразу сообразил, как надо действовать, резко упал на пол, а очередь игл скосила остальных врагов, которых оставалось ещё шестеро. Теперь в живых уже никого не осталось, лишь на полу вповалку лежали окровавленные трупы.

Напарникам тоже досталось, Болт пропустил пару уколов, броник спас ему жизнь, но синяки были весьма болезненны. На щеке Крига появился длинный разрез, низ лица был весь залит кровью, в горячке боя гигант не замечал этого, теперь же утирал лицо рукавом. Путник расслабляться не спешил, нужно было окончательно убедиться в отсутствии, либо наличии врагов. В первых трёх комнатах таковых не оказалось, однако всё было перевёрнуто вверх дном. Интуиция подсказывала Болту, что в последней комнате кто-то есть, поэтому действовал он нестандартно, — заставил Крига рубить дверь своим здоровенным мечом, (держась при этом чуть сбоку, в случае магического удара). Когда дверь стала поддаваться могучему натиску, из комнаты по ней что-то садануло так, что она вылетела из проёма и впечаталась в противоположную стену. Болт моментально упал на живот, оттолкнувшись от стены ногами, проехал вдоль дверного проёма по полу, направив «смарт» внутрь, и сделал всего один выстрел в мелькнувшую фигуру.

— Заходим, напарник, взглянем на этого перца в колпаке и хламиде.

Громила с опаской заглянул в комнату. Здесь, в отличие от предыдущих, был относительный порядок, если не считать тела, лежащего на полу.

— Ого! — уважительно сказал Криг, — посвящённый колдун первого круга!

— Надо же, — пробормотал Болт, — какую птичку мы поймали. Что удивительно — жив, гнида. Первый раз вижу, чтобы такое случилось после попадания из «смарта». А попал я ему прямёхонько в живот, вон и кровавое пятно на хламиде. Ему должно все кишки узлом свернуть.

— Не так просто убить посвящённого колдуна, Болт. Лучше добей сразу, а то беды не оберёмся, он скоро придёт в себя. И стреляй не в живот, а в голову, тада наверняка сдохнет.

— Не «тада», а «тогда»! Сколько можно вбивать это в твою деревянную башку? Вот придём домой, заставлю книгу читать.

Криг набычился. Вот так всегда — дашь совет Болту, заработаешь неприятность.

Путник не обратил никакого внимания на обиду Крига, всё внимание он сосредоточил на маге. Посвящённый, хоть всего лишь первого круга, это вам не хухры-мухры. Зачем он здесь? Для захвата Хлавира, обычного городского колдуна, выпускника академии магии Хаттана, достаточно колдуна такого же уровня с группой поддержки из нескольких воинов. Колдун снимает охранные заклятья, воины производят захват, или убивают объект нападения. В крайнем случае, могли бы послать андера — низшего посвящённого. Но у лежащего на полу все атрибуты посвящения первого уровня — хламида, зелёный колпак на голове и золотая цепь, на медальоне которой изображена голова пса. Что ж… придётся расспросить, хотя, скорее всего, это будет не очень просто. Если мага не угробила игла «смарта», значит, он умеет купировать боль и восстанавливать значительные повреждения тела. В области солнечного сплетения началось чуть заметное шевеление. Та-ак! Маг готовит бяку. Болт едва успел сделать виртуальный укол в нужную точку, как пространство вокруг начало сворачиваться, замыкая всех в непроницаемый извне кокон. По задумке мага (и по всем магическим канонам) все живые существа, заключённые в подобную сферу, оказывались в полной власти оного мага. Но каноны не могли учесть имплантат из другого мира, вшитый в нервный узел, ответственный за контроль над магией. Болт не чувствовал себя очень уж комфортно, та магия, что давила сейчас на него, оказалась на порядок мощнее того, что он испытывал ранее, однако сказать, что путник беспомощен было бы серьёзным преувеличением. Криг же застыл неподвижным изваянием, противостоять такому воздействию он не мог.

Колдун легко поднялся с пола, как будто его пару минут назад не уложила игла «смарта». Лицо мага казалось бесстрастным, хотя глаза буквально излучали самодовольство. Болт решил подыграть, авось маг начнёт рассуждать о своей предусмотрительности, мудрости, глупости путника и разболтает что-либо ценное.

— Ну, вот и всё! — Маг обошёл неподвижные фигуры, довольный результатом. — Но я впечатлён! — он несколько раз медленно хлопнул в ладоши. — Не будь меня, этот глупец Таир ничего бы не сделал. Хотя он и так ничего не сделал, — поправил себя маг, — всё нужное сделал я. Он только потерял целый отряд воинов и погиб сам. Одной бездарью стало меньше.

Маг продолжил неспешное шествие вокруг Болта с Кригом.

— Даже жаль убивать таких умелых бойцов. Кто бы сказал, что двое уложат почти тридцать воинов, не поверил бы, коли б сам не видел. Но… но придётся совершить неизбежное. Ты, бродяга, неуклонно шёл к предсказуемому концу, так прими же его!

Маг воздел руки вверх, для последнего заклятия, но получил такой пинок каблуком в солнечное сплетение, что скорчился от дикой боли. Путник знал куда бить — заклятье создавалось в голове мага, но сила копилась именно в солнечном сплетении, сложнейшем нервном узле. Пространство вокруг потеряло вязкость, магический кокон исчез, Криг ожил и охнув, осел на пол. Колдун, впрочем, тоже. Дышал он словно рыба, выброшенная из воды. Но он быстро приходил в себя, путник почувствовал усиление магии. Надо же, какой упрямец! Еще удар в то же место. Колдун затих уже надолго. Когда он начал вновь копить силу, Болт схватил мага за волосы, приподнял и зловещим голосом прошептал прямо в ухо:

— Тебе мало, мазохист недоделанный? Я ведь могу бить не только в живот. Тресну по бестолковке так, что мало тебе не покажется. Хорошо, если череп не развалится пополам, чего гарантировать не могу, да и не хочу. Твоя магия мне по барабану, как видишь, потому лучше не трепыхайся.

Болт отпустил волосы мага, голова того глухо стукнулась о пол.

— Я спрашиваю, ты отвечаешь. Понятно, нет?

— Д…да, чуть слышно проблеял маг.

— Потуги твои магические я чую заранее, потому сразу предупреждаю — накажу, буде такие появятся. Усёк?

— Да…

— Молодца. Я считал тебя тупее, чем ты есть. Рад, что ошибался. Итак, первое: где Хлавир и его жена?

Маг молчал.

— Вопрос недостаточно ясен? — продолжил Болт голосом, не предвещающим ничего хорошего.

— Их пришлось… — маг снова замолк. Сильный пинок по рёбрам заставил его продолжить: — их пришлось убить, они посмели сопротивляться мне, Рэндел-Френу, хозяину дождя.

Путник словно окаменел. Мысли гнались одна за другой, не успевая сложиться в стройную картину: «Я опоздал! Эти твари всё же успели достать одного из самых близких мне в этом мире людей. «Хозяин дождя»! Ща я тебе покажу, хозяин хренов»! Болт медленно, едва сдерживаясь, чтоб на месте не прикончить мерзавца, вынул из чехла электрошокер. Если сделать определённые выводы из открытия Хлавира, магия и электричество в чём-то родственны друг другу. Доработанный шокер стоит проверить в деле. Очень даже стоит!

— Эй, Криг! Как ты?

— Уже… нормально. Почти.

— Я рад за тебя. Уйди-ка вниз минут на пяток, проверь там чё, да как. Ага?

Голос путника Кригу не очень понравился. Точнее, очень не понравился.

— Болт, ты того… ну это… успокойся немного, хорошо? Я…

— Иди вниз! — рявкнул Болт. — Немедленно!

Крига как ветром сдуло, он лёгким пёрышком слетел по лестнице на первый этаж. Болт, постукивая себя кончиком шокера по бедру, обошёл мага вокруг.

— Как говоришь, твоё имя? Я чё-то, не очень разобрал.

— Рэндел-Френ, хозяин дождя! — в голосе мага вновь зазвучали горделивые нотки. — И лучше бы тебе смириться, путник, за мной стоит сила Гул-Магота, клана самых могучих магов Пролга! Обещаю, что похлопочу о твоём прощении перед самим Берговулом, главой клана! Даю слово мага!

— Да ну? А не врёшь? — путник сумел взять себя в руки, из голоса исчезло напряжение, казалось, что он стал вполне адекватен.

— Да будет тебе известно, чужеземец, клятва Рендел-Френа, хозяина дождя — незыблема!

— Ну, что ж… — путник принял задумчивый вид, — а скажи-ка мне, любезный Крендель-Хрен, хозяин этого… пердя? за что же, собственно меня прощать? В чём меня обвиняет твой клан?

— Да как ты смеешь! — прошипел маг. — Оскорбление посвящённого первого круга тебе даром не…

Удар каблуком по зубам прервал оскорблённые излияния колдуна.

— Отвечать по существу! И нечего тут корчить девственницу. Я просто чуть подправил твоё имя, теперь оно более соответствует содержимому, так сказать… Какой дождь, скажи на милость, из мешка с дерьмом? Так что, я всё правильно назвал. И будь любезен, магию свою убери, а? Или ты никак не можешь насытить свои мазохистские устремления? Могу посодействовать, если что.

Маг молчал, лишь глаза поблёскивали бессильной злобой. Магию, однако, копить перестал.

— Замечательно! Приятно видеть понимание, — Болт продолжил неспешное шествие вокруг колдуна. — Ну, так в чём же меня обвиняют?

— Ты, как и другие путники, обвиняешься в том, что проник в мир Пролга без разрешения на то высшего совета Гул-Магота и его главы Берговула. За это вопиющее нарушение тебе и прочим полагается наказание в виде причинения смерти любым доступным путём.

Внешне Болт отнёсся к словам мага совершенно спокойно, хотя внутри всё буквально кипело.

— Гм… а скажи, Крендель-Хрен, где я должен был спрашивать сиё высочайшее разрешение?

Маг проглотил очередное оскорбление, понимая, что может нарваться на новую зуботычину.

— Нигде. Тебе не дали бы разрешения на проход в наш мир.

— Ясненько… — Болт продолжал ходить вокруг лежащего мага. — И чем же ваш совет занимался раньше? Ведь путники с Земли ходят в мир Пролга уже лет двенадцать, если не ошибаюсь.

— Не тебе, чужестранец, обсуждать действия совета Гул-Магота!

— Да мне было как-то фиолетово, что делает твой совет, пока дело не коснулось непосредственно меня.

— При чём здесь фиолетовый цвет?

— А при том, что мне наср…ть на тебя, вместе с советом и Гул-Маготом впридачу! Ты убил очень близкого мне человека, и наказывать тебя будет не совет, а я. Просто пока тебе не дошло, что моё наказание будет не менее страшно. Вот эта штука, — Болт нажал на кнопку шокера, при этом полыхнуло так, словно рядом ударила молния, а от звука разряда содрогнулись стены. Путник ожидал усиления действия шокера после доработки, но не настолько же…

— Н-да… перестарался малость. Надо было меньшую катушку мотать. — Болт уменьшил напряжение специальным регулятором. Сверкнул раз-другой и удовлетворённо кивнул. — Самое оно! Я не хочу, чтобы ты сдох от первого же разряда. Теперь к делу. Где тела моих погибших друзей? — путник ткнул мага шокером и нажал на кнопку. То, что произошло, оказалось полной неожиданностью. Колдуна охватил сноп синих искр, его изогнуло дугой, хламида мгновенно задымилась и превратилась в ветхое обгорелое тряпьё. Вой, который издал Рендел-Френ, человеческим голосом назвать было нельзя, скорее криком отчаянья какой-нибудь гибнущей твари. Болт потрясённо отшатнулся. Надо же! Что происходит? Но он, в общем, уже понял что. Магия родственна электричеству? Да! Колдун в момент, когда Болт ткнул шокер в него, инстинктивно активировал магическую защиту. Электрический разряд нашёл для себя благоприятную среду для распространения, защита превратилась в электрическую клеть под напряжением в несколько тысяч вольт. Вот почему модификанты на Тропе тоже так страшатся шокера. Они ведь обладают вложенным магическим потенциалом, значит, током их лупит не по-детски! Колдун создал магическое поле значительно большей интенсивности и получил соответствующий по силе удар током. Но, кажется, жив. Хотя жив то он, жив, однако не очень. Тело мага почернело, пальцы скрючились и, похоже, разогнуть их колдун сможет уже нескоро, изо рта пошла пена. Н-да… зрелище то ещё… Но как говорится, что заслужил — то получил.

Болт решил на время отложить допрос, пока маг чуть оклемается. Но поблажки не будет, гадёныш живым отсюда не уйдёт. Минут через пять путник нарочито безразлично сказал:

— Наверно подох. Ща проверю шокером, если заорёт, то ещё живой, а нет… на нет и суда нет.

Затрещал разрядник и маг немедленно открыл глаза.

— Не надо!!! Убери это… эту трость Атлунда! Где ты её взял? Такими атрибутами позволено владеть лишь богам и демонам! Ты — демон, как я сразу этого не понял? Всё, я всё скажу, спрашивай, только не тычь в меня тростью Атлунда!

— Я уже задал вопрос. Повторяю: где тела моих друзей?

— Их увезли. Таков был приказ Берговула. Зачем, я не знаю.

— Куда увезли?

— В Рогус-Тор, это земли клана Гул-Магот. Тела увезли уже три часа назад. Для этого были отобраны самые быстрые лошади и самые умелые ездоки, приказано было сделать всё как можно быстрее.

— Зачем нужны мёртвые тела? Что твои ублюдочные колдуны хотят с ними сделать??? — прорычал Болт, теряя самообладание.

— Я не знаю. Честно!!! — колдун побледнел, увидев, что Болт потянулся к шокеру на поясе.

Путник опустил руку.

— Поверю. Хотя верить гниде, вроде тебя, нельзя.

Сзади послышался скрип ступеней.

— Криг, я же сказал…

— Я не Криг, — раздался голос Браги. — Развлекаешься?

Болт повернулся.

— Ну, можно и так сказать, с некоторой долей допуска. Прикинь, вот этот крендель убил моих лучших друзей в Пролге. Сам себе удивляюсь, что он до сих пор жив. Никогда не считал себя садистом, но, похоже, я о себе не всё знал. Хочется рвать его на куски, пилить, забивать в него гвозди, снять шкуру и повесить на собственных кишках. И этого будет мало. У меня и так башня набекрень стояла, а теперь её вообще снесло!

Брага подошёл и встал рядом.

— А не его ли работа — убийство моих партнёров? Они, кстати, тоже были мне не чужими.

Болт приподнял бровь.

— Так мы сейчас об этом спросим у него самого! Он стал таким разговорчивым, благодаря вот этой игрушке! — путник щёлкнул клавишей шокера.

— Нет!!! Это был Соур-Пот! Клянусь! — колдун поднялся на колени и пополз прочь, ясно, что ещё одного испытания шокером он не выдержит.

— Что за Пол-Пот? Он кто такой?

— Он тоже колдун из моего клана. Его задачей было убить этих… партнёров этого путника, — колдун кивнул на Брагу — и самого путника.

Брага остро взглянул на Болта.

— Я чувствовал, что там засада и не пошёл. Решил заглянуть к вам, а потом идти уже вместе. Одного меня там точно бы прибили, и «смарт» не помог бы.

Болт кивнул.

— Слышь, крендель, а тела партнёров Браги тоже увезли?

— Должны были, всем нам дали похожие задания.

— Та-ак… и сколько же вас сейчас здесь, в Хаттане? Говори!!!

— Двенадцать колдунов первого круга посвящения и двадцать андеров, — торопливо пробормотал Рендел-Френ.

— Сейчас ты назовёшь все имена и адреса. Ваш Берговул натурально оборзел, его придётся остановить. Однако начинать нужно с Хаттана, а потом уже будем разбираться с вашим кланом.

Несмотря на ужас, испытываемый перед шокером, колдун вдруг, неожиданно даже для себя, рассмеялся.

— Как ты самонадеян, путник! Будь ты трижды демон, тебе не победить Гул-Магот! Один лишь Берговул имеет на счету троих поверженных демонов! А в клане, кроме него, ещё пятеро магов имеют высший, третий круг посвящения! Даже колдун второго круга, думаю, может победить тебя в поединке, а их в Гул-Маготе сотни! Оставь безумные мысли о нападении на клан, беги в свой мир и ты спасёшь себя, если уже не поздно!

Болт не перебивал тираду колдуна, ведь тот говорил, в общем, очень здравые вещи, но стоило ему замолчать, путник спросил:

— Эй, ты забыл о моём вопросе. Имена колдунов и адреса, где их искать. Попробуй что-нибудь забыть, я сразу включу напоминалку.

Колдун вдруг вспомнил, где находится и в каком положении.

— Я не забыл, — понуро пробормотал он.

Глава 7

Троица молча сидела за столом в доме на улице Серебряных снов. Только что обсуждалась тема дальнейших действий, но к какому-либо разумному итогу подойти не удалось. Как поступить? Разбираться с оставшимися колдунами и андерами Гул-Магота в Хаттане? Или сразу двигать в замок Гиранита? А может прав был Рендел-Френ, нужно бежать на Землю как можно скорее?

Криг, до этого не принимавший участия в разговоре, кашлянул.

— Выслушайте теперь меня. Я так мыслю — бежать в свой мир вы не станете, сделаны из другого теста. А нападать сперва надо на пришлых из Гул-Магота колдунов. Они уверены, что Болт убит, а Брага скоро явится прямо в лапы к засаде. Друг с другом они связи не имеют, слишком горды и завистливы. По очереди мы их всех передавим.

— Ты забыл, дружище, что часть воинов сбежала из дома Хлавира. Они могли предупредить других колдунов, — Болт безнадёжно махнул рукой.

— А вот и нет! Воины у них наёмные, они не посмеют придти к другим колдунам, потому как те их накажут за то, что они бросили этого ихнего Ренгел… Ренбел… ох и имечко! Ну этого… кренделя.

— А что? Верно, Криг! Я же говорил, что у тебя иногда генерируются хорошие идеи.

Криг сразу нахмурился, уж очень ему это слово: «генер… генерур… и где ж тот, кто его придумывал, сволочь!» не нравилось. Болт же наклонился, якобы почесать ногу и хорошо, что громила не видел его ехидную рожу, а то путнику пришлось бы худо.

— Резонно! — вмешался в разговор Брага. — Плохо, что мы не знаем, кто ещё из путников сейчас в Хаттане. Могли бы ради такого дела объединиться. Ведь теперь точно известно, что напали не только на нас с тобой.

— Будем думать, что землян здесь тоже двенадцать, по числу магов из Гул-Магота, — сказал Болт. — Но я знаю точно только то, что один из них — Гера Роговский. Почему-то к нему даже кличка не прилипла, так по имени и называют. Кто из наших, кроме него, сейчас в Хаттане, я не знаю. Плохо, что путники мало общаются друг с другом, каждый сам по себе, у каждого свои партнёры. Все считают друг друга конкурентами, опять же зависть, непонятно какого рожна… Все разобщены. Вот я даже не знаю, где сейчас Гера, хотя он мой друг и одноклассник. Наглядный пример разобщённости.

— Этому есть объяснение. — Брага удобнее устроился на табурете. — Ты не расскажешь, как попал на Тропу? Думаю, наши истории в этом отношении будут схожи.

— Ну чего ж… можно… — неохотно буркнул Болт. — Если коротко, началось со странных снов.

Брага удовлетворённо кивнул.

— Сначала во сне я слышал только голос, бубнивший абракадабру, — начал рассказ Болт. — Сны повторялись, абракадабра со временем превратилась в разборчивую речь чужого языка, которого, как потом выяснилось, на Земле не существует. Теперь-то я знаю, что это язык Хаттана. Затем в снах я увидел удивительный мир, опять же, теперь знаю, что этот мир называется Пролг. До поры, до времени, я относился к этим снам как к… просто снам. Но они становились всё более яркими и реалистичными, мне очень захотелось поверить, что этот сказочный мир существует на самом деле. В снах ко мне стал являться человек, называвший себя Феноатис. Он убеждал меня, что Пролг — вполне реальный мир, но чтобы попасть туда, надо потрудиться.

Брага не перебивал Болта, но по выражению его лица было ясно, что рассказ его абсолютно не удивляет.

— Этот Феноатис, начал обучать меня основам магии Тропы. Дело шло очень трудно, отчасти из-за того, что я считал всё это бредом, отчасти — что знания оказались весьма необычными. Приходилось запоминать множество бессмысленных слов, это были заклинания прохода. Без них, как утверждал Феноатис, на Тропу не попасть. Потом он заставил меня изготовить амулет из янтаря и проделать над ним ряд манипуляций. Не буду рассказывать что, вижу это тебе знакомо.

— Да, но ты не отвлекайся. Я хочу досконально сравнить наши с тобой истории.

— Ну вот, я всё сделал, как велел Феноатис. Амулет после всех манипуляций заработал! Это было видно по туманной ауре, окружавшей кусочек янтаря после произношения тестового заклинания. Объяснить это явление с точки зрения физики оказалось невозможно. После этого я окончательно поверил в серьёзность происходящего. Феноатис в очередном сне заставил меня найти тренера, который обучит меня владению мечом. Я, конечно, сказал ему, что таких у нас попросту не существует, однако он настаивал. Пришлось записаться в секцию фехтования, слава Богу, такая в нашем городке была. Конечно, рапира и меч вещи абсолютно разные, но какое-то понятие о фехтовании я получил. Но именно — какое-то. Особенных успехов на уроках я достичь не мог, то ли тренер так учил, то ли я сам не хотел. Я был одним из худших фехтовальщиков в секции. Так прошёл без малого год. Сны вдруг прекратились. И здесь мне стало ясно — без этих снов, без мира, который они мне явили, жизнь бессмысленна. Я увидел сказку, поверил в её реальность, в то, что сумею попасть туда, и вдруг… всё ушло! Меня охватила настоящая депрессия, я взял отпуск на работе, перестал ходить в секцию, мне ничего не хотелось делать. Даже запил было, хотя пьяницей никогда не был. К счастью, Феноатис вернулся через пару недель. И здесь началась работа. Настоящая. Он начал учить меня фехтованию… во сне! Но результаты-то оказались реальными! В секции я настолько добавил, что через месяц стал побеждать всех. Тренер был в шоке. Его-то я тоже побеждал, хотя и не всегда. И здесь Феноатис заявил, что секция фехтования мне больше не нужна. А нужен реальный и сильный спарринг-партнёр с мечом в руке, а не рапирой. Сейчас меня совсем не удивляет то, что тогда было, но в то время… я шёл в спортзал, чтобы выкупить старый ватный муляж в секции борьбы для отработки приёмов и чувствовал себя полнейшим идиотом. На вопрос: «Зачем тебе нужно это барахло?», пришлось ответить, что для отработки фехтовальных приёмов. И это оказалось правдой. Неделю я ремонтировал муляж и бормотал над ним заклинания, которые перед этим заучивал во сне. И вот… как сейчас помню, что была суббота. После сна, где пришлось выучить самое замысловатое из всех заклинаний, я подошёл к муляжу и без запинки пробормотал всё заученное. И он ожил! Всё произошло точно так, как говорил мой гость из снов, — в муляж вселился образ духа самого Феноатиса. Говорить он, правда, не мог, но деревянным мечом дрался как дьявол! Так прошёл ещё год. Во сне мои тренировки продолжались, здесь Феноатис уже словесно разъяснял мне допущенные ошибки, давал наставления на следующий день. Продуктовую корзину для меня подбирал тоже он. Даже не хочется вспоминать, что приходилось иногда жрать, но оно того стоило — мои физические кондиции росли лучше, чем от любых анаболиков и, главное, гораздо быстрее и без вреда организму. Стоп… наверное с тобой было что-то похожее?

— Практически то же самое. Но моего учителя из снов звали Ронадис, а вместо муляжа я купил в магазине большую плюшевую обезьяну, которая потом крошила меня деревянным мечом на тренировках. Ронадис мне твердил, что на Тропе я буду встречать других путников, но нельзя доверять никому. Каждый путник — потенциальный враг, поэтому лучше всего обходить их стороной. Вот я и обхожу. Они меня тоже.

— Угу… и зачем же нашим наставникам понадобилось разобщать путников? Ведь мы дичимся друг друга с их подачи, других причин я не вижу. Неужели нас хотят столкнуть лбами ради каких-то своих целей?

Брага пожал плечами с кислым видом.

— Возможно, хотя я не вижу в этом никакого смысла. Но, скорее всего, мы чего-то недопонимаем из-за недостаточности инфы. — Брага встал, неторопливо подошёл к окну. Некоторое время он непонятно что разглядывал во дворе (наверное, заросшие бурьяном задворки, поскольку больше там ничего не было), затем повернулся и продолжил: — думаю, быстро собрать ударный кулак из путников у нас не получится, даже если мы кого-то из них отыщем. Недоверие сыграет свою роль. Нас с тобой объединили неординарные обстоятельства, боюсь, с другими путниками будет сложнее.

— Ты прав, как это ни печально признать. Но это только одна из наших трудностей. Я вот чего теперь не пойму: как связаны между собой маги Гул-Магота и Гиранит? И как прицепить сюда колдуна Ревдала? Насколько я знаю, с Гул-Маготом он практически в состоянии войны.

— У нас три отправных точки: Гиранит, Ревдал, Гул-Магот. Для начала неплохо бы добраться хотя бы до одной из них и задать пару вопросов кому надо. Без этого мы будем лишь плодить догадки и теории.

— Это точно. А давай пошлём Шварценеггера за элем, а? Он много сможет за раз притащить. За кружкой как-то лучше думается.

— Э-э-э… так может, лучше пойдём в трактир? — попытался выкрутиться Криг. — Там того… прохладно… и эля больше влезет.

— Ну, в тебя может и больше. А в нас с Брагой как сказать… Нет, лучше тащи бочонок на двадцать лонов. Думаю, нам всем хватит, если ты, конечно, по дороге не начнёшь освежаться. Смотри мне! Две книги за вечер заставлю прочитать!

Громила нахмурился, если бы Болт сказал, что отлупит, можно бы было смело хорошенько отхлебнуть эля из бочонка по пути назад, но вот книги это действительно страшно…

* * *

— Тихо вроде… — шепотом сказал Брага. — Похоже, что действительно здесь нас не ждут.

Троица, состоящая из Болта, вкупе с Брагой и Кригом засела в небольшом заброшенном сарае неподалёку от дома местного колдуна Баралга, который был партнёром путника Тропы Дрона.

— А если и ждут, думаешь, был бы какой-то шум? — скептически отозвался Болт. — Наверняка, сидели бы ещё тише. Криг?

— Да, это я, — чуть слышно прошептал громила, бесшумно выползая из травы. — Значит так: в доме точно есть люди, я слышал разговор, но очень неразборчиво. Опять же — не могу сказать, есть ли маги, потому как в доме мага полно хозяйской магии. Из разговора мне удалось понять, что Дрон пока не появлялся. Ждут его, так мне думается. Значит настороже и напасть неожиданно не получится.

— Что сказать… хреново дело. А как с чердаком? — спросил Болт.

— На чердак попасть нетрудно. Позади дома высокий забор, с него легко перебраться на крышу, а оттуда на чердак. Задняя стена не защищена никакой магией.

— Неплохо, если это, конечно, не ловушка. Однако будем думать, что ждут они ничего не подозревающего Дрона, который подойдёт со стороны входа, но совсем не нас. Криг, дружище, твоя задача — спрятаться где-нибудь поближе к входу, чтобы контролировать ситуацию во дворе, а мы с Брагой пробираемся на чердак. Дальше действуем по обстановке, планировать бесполезно, поскольку мы не знаем внутреннего убранства дома и количество врагов.

Через пару минут Криг занял позицию в углу двора, затененном от заходящего солнца деревянным навесом. Заметить громилу было бы очень сложно, его одежда по цвету походила на стену сарая, поэтому он терялся на фоне строения.

Болт и Брага бесшумно перебрались на крышу дома, на чердак же попасть оказалось труднее, пришлось снять фрагмент кровли, хорошо, что путник всегда таскал с собой необходимый минимум слесарного инструмента.

Чердак пропах пылью, дохлыми мышами, заплесневелым тряпьём и ещё Бог весть какой дрянью. Пришлось закрыть лица повязками, чтобы случайно не чихнуть и не выдать себя. Ляда в потолке оказалась примерно в центре строения, через щели снизу пробивался свет. Болт знаком остановил Брагу, крадущегося сзади, из комнаты внизу доносился тихий говор.

— Брат Тинг, ещё раз говорю — не нужно ставить под сомнение верность решений нашего повелителя. Я не стану говорить, что он непогрешим, всё же верховный маг — это не Бог. Но я не раз убеждался в мудрости Берговула, он весьма прозорлив и умён. Значит, если он решил уничтожить путников, тому есть веская причина.

— Брат Зонг, — голос отвечающего оказался на удивление звучным и приятным, — я, всё же, считаю, что уничтожение ходоков начато слишком рано. Степень проходимости Тропы в мир Земля ещё недостаточна, значит…

— Брат, давай не будем спорить, а останемся каждый при своём мнении — раздражённо перебил Тинга первый собеседник.

Болт извлёк «смарт», показав знаком Браге, чтобы тот сделал то же самое. Щели в потолочной ляде были достаточно широки, чтобы смертоносные иглы «смарта» сделали своё дело. Два чуть слышных плевка и оба собеседника внизу мешками свалились на пол. Напарники немного подождали, ожидая тревоги в доме, но, видимо, в комнате больше никого не было. Через минуту оба путника уже спустились вниз. Брага немедленно сместился к двери, Болт стал обследовать тела убитых. Оба были магами первого круга посвящения, судя по одеяниям. Но мертвы они были наверняка, Болт сумел усовершенствовать «смарты», снабдив их высоковольтными конденсаторами, теперь игла заряжалась перед выстрелом мощным электростатическим зарядом, что для мага оказывалось смертельным. Ничего существенного, что могло бы добавить нужной информации в карманах магов не оказалось, поэтому напарники не стали задерживаться в комнате. Дальше операция прошла на редкость легко, путники надели хламиды магов, надвинули на лица капюшоны и стали обследовать комнату за комнатой. «Смарты» поработали на славу, уничтожив всех наёмников в доме, которых оказалось двадцать человек.

— А теперь самое время испытать ПНВ, — сказал Болт напарнику. — На улице уже стемнело, если там и есть засада, меня не должны заметить. Я на крышу, а ты, братишка, постереги вход, добро?

Прибор ночного видения, или сокращённо ПНВ, работал как положено, доработка методом Хлавира и на этот раз помогла. С высоты строения Болт внимательно исследовал окрестности, однако ничего подозрительного не заметил. Для верности путник спустился вниз и обошел все ближайшие места и закоулки, где могла обосноваться засада. Пусто. В этом доме засада была организована на редкость бездарно и непрофессионально, возможно наёмники слишком полагались на силу двух посвящённых магов. За что и поплатились собственными жизнями. Болт не особенно терзался моральной стороной вопроса, ведь и маги и наёмники охотились за путниками Тропы. А путники — это свои, человеки, земляне. Была бы возможность оставить этих магов вкупе с их наёмниками в живых, никто не стал бы их убивать. Но они начали первыми, значит, заслужили смерть.

Вскоре троица собралась вместе неподалёку от дома Баралга. На коротком совете было решено не дожидаться Дрона, который явится неизвестно когда, а продолжить уничтожение магов Гул-Магота, не откладывая дело в долгий ящик.

* * *

За ночь троица произвела зачистку ещё в трёх домах. Всё прошло удачно, засады были организованы на диво однообразно и бездарно, кроме того маги слишком полагались на свою силу. Однако долго так, конечно, продолжаться не могло, всякому везению приходит конец, поэтому путники, изрядно вымотанные, решили отложить дальнейшие действия до следующего вечера. В зачищенных от присутствия врагов домах были оставлены записки на русском языке для путников, буде они появятся там. Вернувшись домой, Болт, несмотря на крайнюю усталость, установил по периметру ограды двора датчики движения, мало ли кто заявится в гости. Двери и окна заперли, чтобы создавалось впечатление, будто внутри никого нет, хотя опытный маг вполне мог определить, есть ли в доме люди.

После солидного перекуса все трое уснули мертвецким сном. Болту снилось нечто отрывочное, бессвязное — то он куда-то бежал, то с кем-то спорил, то кого-то преследовал, то его самого догоняли преследователи. Он бежал по тёмному переулку, уходя от погони, и не мог найти выход из этого бесконечного тоннеля меж глухими каменными стенами высоких строений. Внезапно мрачный коридор упёрся в перегородку, бежать дальше было некуда. Болт стал лихорадочно ощупывать стену, в ней открылась незаметная до этого дверь. Путник закрыл её за собой на крепкую задвижку, привалился к стене, отдуваясь от длительного бега, глаза при этом машинально ощупывали всю комнату, едва освещённую отблесками пламени из камина.

Стол. Единственный предмет мебели во всём немалом помещении. На столе древний телефонный аппарат с круглым номеронабирателем и высокой дужкой тангенты, на которой покоится золоченая трубка. Вдруг аппарат издал тревожный, совсем не похожий на звонок резкий прерывистый звук. Что это? Но уже через секунду Болт проснулся и немедленно разбудил товарищей — сработала сигналка одного из датчиков. Соратники без лишних проволочек заняли посты у окон и двери, но тревога оказалась ложной — у ворот стоял Гера Роговский вместе с высоким угрюмым типом в тёмном плаще. Через пару минут гости были препровождены в дом, где им было рассказано всё, что Болт посчитал нужным.

— Я согласен с вашим решением, — хмуро сказал Дрон, он и был тем угрюмым типом, сопровождавшим Геру. — Но нужно сначала довести дело до конца в Хаттане, я знаю пару ребят, которые сейчас только идут по Тропе сюда, если их не дождаться, они могут нарваться на засаду.

— Никто и не говорит, что надо немедленно срываться из Хаттана, — сказал Болт. — Конечно, сперва нужно очистить от Гул-Маготовцев и их наёмников дома наших партнёров, жаль, что многие из них, скорее всего, уже мертвы. А потом собрать как можно больше наших и решить, куда двигать в первую очередь. Мне кажется, что в сложившейся ситуации нужно прекратить дрязги между путниками и объединиться хотя бы на время.

Дрон нехотя кивнул.

— Как насчёт курева? Можно?

— Кури, — пожал плечами Болт. — Только отойди к окну, похоже, среди всей компании куришь только ты один.

Криг с неодобрением наблюдал за струйками дыма, вылетающими изо рта Дрона. Но зрелище недолго занимало гиганта, он отвернулся и принялся за чистку одежды, мало ли что позволяют себе путники Тропы и некоторые местные, пристрастившиеся к курению, добропорядочному же хаттанцу негоже заниматься таким непотребным делом, как вдыхание дыма.

Болт тоже ощутил неприятное чувство, глядя на курящего Дрона. Казалось бы — ну, курит себе человек, что здесь такого? Но почему-то вспомнилась прокуренная насквозь караульная башня у въезда в Хаттан. А ведь курят там стражники, вовсе не люди с Земли. Никотиновая зараза проникла в мир Пролга и начала своё победное шествие. И ведь это не самое страшное, что могут принести пришельцы с Земли. Где гарантия, что кто-либо из путников не притащил сюда земные наркотики? Земное оружие, распространившись здесь, тоже наделает много бед. Не-ет, нельзя путникам быть порознь, нельзя… Нужно объединиться в клан, или, к примеру, в гильдию. Со своим уставом и законами. Тогда можно контролировать приносимые вещи, прописать категории опасности товаров и так далее, и так далее… Но как же трудно будет создать такое объединение! Каждый путник — волк-одиночка, его трудно будет заставить действовать в определённых рамках. Болт вздохнул… не до того сейчас. Гильдия, клан… дожить до этого надо.

— Нас уже пятеро, считая Крига, теперь бы разделиться, чтобы быстрее прошерстить объекты. С другой стороны, впятером гораздо легче ликвидировать оставшиеся засады Гул-Маготовцев. Как будем действовать, мужики?

Высказываться никто не спешил. Дрон продолжал курить, Брага поигрывал цепочкой с брелком, Гера, как самый неопытный в компании, ждал, что скажут другие. Криг в данном случае считал, что права голоса он вообще не имеет, поскольку сам всего лишь телохранитель одного из путников. Стало ясно, что все ждут решения именно от самого Болта. Этим же самым молчаливо признавалось его главенство в сложившейся группе. Болта же этот факт не особо радовал, ведь он привык отвечать только за себя одного, теперь же придётся взвалить на себя ответственность за жизнь каждого.

— Ладно, молчите, значит, скажу за всех… разделяться не будем, пусть операция займет больше времени, зато опасность и риск меньше. И вот ещё что подозрительно: почему власти до сих пор не заинтересовались происходящим? Гул-Маготовцы опустошают дома граждан Хаттана, мы тоже оставляем после себя горы трупов, но до сих пор со стороны местного начальства нет никакой реакции? Не может быть, что они до сих пор ничего не знают.

— Болт, можно мне сказать? — спросил Криг.

— Друг, у тебя такое же право голоса, как и у всех остальных. Мы сейчас в одной лодке и, наверное, все заинтересованы, чтобы она не затонула.

— Мне думается, что колдуны Гул-Магота подкупили кого надо в магистрате, потому стража делает вид, будто в столице всё спокойно. Начальник стражи, Дин Кроуг, тоже очень любит дагры, могёт такое быть, что дело обошлось и без магистрата.

— Н-да… наверное в твоих словах есть резон, дружище. Однако если дело обстоит именно так, то и мы имеем определённые выгоды — нас власти тоже не тронут, ведь иначе придётся вытаскивать всю грязную историю на общее обозрение, что мздоимцам очень невыгодно. То есть, мы можем спокойно продолжать зачистку города от пришлых колдунишек. Потому не будем задерживаться и немедленно продолжим наши дела. Собираемся, ребятки.

* * * *

— Тоже пусто, — пробурчал Дрон.

Группа обследовала уже третий дом, но колдунов с наёмниками здесь тоже не оказалось, как и в двух предыдущих. Хозяев, впрочем, тоже.

— Наверное, почуяли, что пахнет жареным и свалили в Гул-Магот, или ещё куда подальше, — ответил Брага. — Нет здесь ничего, парни. И в другие дома колдунов можно не соваться, наверняка тоже ничего не найдём. А нарваться на стражников можем легко, по наводке тех же беглецов.

— Угу, — задумчиво пробормотал Болт, — здесь ты прав, братишка, уходя, колдунишки вполне могли нам подсунуть каку в виде засады стражников. В общем, дуем на хату, ждём, может к нам кто-то из наших подойдёт, собираем манатки и в поход. Так?

Никто не возражал.

* * *

Сборы не заняли много времени, каждый путник, как говорится, всё своё носил с собой, по совету Болта вновь присоединившиеся притащили свой товар с прошлых ходок для доработки. Весь товар, за исключением вещей, могущих понадобиться в будущем походе, перепрятали в надёжном месте. Для похода было отобрано всё оружие из старых партий, которого оказалось не так много — три гранаты РГД-5, две дымовые шашки, немного пластита. Всё это без доработки по Хлавиру не работало, но теперь очень даже могло пригодиться.

Было решено подождать ещё два дня, чтобы дождаться возможного пополнения отряда путниками, которые могли прочитать записки на русском языке, оставленные Болтом в проверенных домах. Но случилось событие, резко ускорившее убытие отряда из Хаттана. Вечером вновь сработал один из охранных датчиков. Гостем оказался Локат — стражник, с которым Болт встречался по приходе в Хаттан. Он принёс не слишком хорошие вести. Начальник городской стражи уже отдал приказ об аресте Болта сотоварищи.

— Вот так, путники, — этими словами стражник завершил свой короткий рассказ.

— Спасибо, что предупредил, дружище, — Болт выложил на стол пять золотых дагров.

К его удивлению, жадный Локат решительно отодвинул деньги.

— Бродяга, я могу драть три шкуры, когда вижу, что тебе это не в напряг… я кажется верно копирую твоё выражение? Но не думай, что у меня совсем нет совести и я всё делаю за деньги. Меня вполне могли выследить по пути сюда, но я не мог оставить всё как есть. Уходите, уходите немедля, иначе будет поздно. Дин Кроуг вполне может перенести ваш арест на ночь. Я знаю, на что способны путники, вы отличные вояки и запросто можете разгромить отряд стражи. Но тогда путь в Хаттан закроется для вас навсегда.

Болт растроганно обнял Локата.

— Спасибо, старый хрыч, спасибо. Я всё равно найду способ отблагодарить тебя, дружище. А теперь дёргай назад огородами, не допусти, Ахумарадза, тебя действительно засекут. Мы уходим сейчас же.

Локат погрозил Болту кулаком, естественно, за упоминание очередного, только путнику известного божества. Советом приятеля он брезговать не стал, огородами уходить — оно и правда получше будет.

Глава 8

Отряд вышел из Хаттана и двинулся на север. Этим Болт хотел сбить со следа возможную погоню, пусть думают, что путники уходят в сторону Тропы. Но отойдя на шесть верст от города, беглецы свернули на старую заброшенную дорогу, ведущую в Готтан — небольшой городок, лежащий в стороне от больших трактов. Оттуда вела прямая дорога в город Стынь и далее в Весынь, где можно переправиться через реку Гулин, для того, чтобы проследовать в королевство Гибор. В Готтане нужно будет приобрести лошадей, пеший отряд легко настигнет погоня. Криг неплохо знал дорогу, в своё время, будучи стражником, он принимал участие в карательной экспедиции против разбойничьей банды, которая нещадно обдирала всех путешествующих этим путём. Дорога долго петляла меж холмов, как вдруг на очередном повороте упёрлась в тёмную стену густого леса. Несмотря на ночь, было решено продолжать путь, никаких банд на заброшенной дороге не ожидалось. У Болта и Браги, к тому же, имелись ПНВ, что значительно облегчало движение по ночному лесу. Однако сразу выяснилось, что идти будет непросто — густой кустарник местами почти полностью затянул неплохую в прошлом дорогу. Ноги то и дело путались в тонких прочных, похожих на силки ветвях, кроны деревьев сверху временами полностью закрывали звёздное небо, сросшись в сплошной навес.

Болт начал чувствовать всё усиливающееся беспокойство, интуиция говорила, что путь небезопасен. А интуиции Болт привык доверять, она не раз спасала ему жизнь.

— Криг, в этом лесу никаких опасных тварей не водилось?

— Вроде как нет. Разбойники здесь годами промышляли и никто их не беспокоил, окромя карательных отрядов, конечно. Хотя, ватажников-то давно отсюда спровадили, мож какая напасть и завелась.

— Мне определённо кажется, что таки завелась. Мужики, включите детекторы.

Детекторы, однако, ничего подозрительного не показывали. Но Дрон вскоре сказал, что тоже чувствует опасность. Через некоторое время впереди открылась большая поляна, на которой Болт решил сделать привал.

— Слышь, Болт, — сзади подошёл Криг, — не помню я этой поляны. Помню, что дальше дорога пересекает глубокую лощину, потом проходит по гати через небольшое болотце. Но этой поляны точно не было. Кто-то вырубил лес? А где же тогда пни? Мож мы заплутали? Так дорога вроде не ветвилась, и раньше здесь другого пути не было, заблудиться трудно.

— Мне и самому не нравится это место, дружище, но лучшего для привала я пока не видел. Давай-ка хорошенько осмотримся. Эй, Брага, братишка! Включаем ПНВ и обнюхиваем здесь каждый кустик. Чувствую, не стоит нам здесь задерживаться.

Детектор резко кольнул запястье. Болт глянул на дисплей и похолодел — прибор показывал приближение чего-то невероятно огромного, изображаемого не отдельным объектом, а полосой черноты, наползающей на экран.

— Всем назад! — заорал путник и бросился бежать, резонно считая, что остальные выполнят команду.

Болт бежал первым, не забывая, впрочем, окликать спутников, замыкал бегство Брага, как имеющий прибор ночного видения, путники даже в крайне опасной ситуации не потеряли голову и соблюдали нужный порядок отхода. Земля начала ощутимо содрогаться, как при землетрясении. Резкие толчки постепенно переросли в непрерывную дрожь, хотя бегству это пока не мешало.

— Быстрее, ребятки, оно нас нагоняет! — крикнул путник и прибавил ходу.

К содроганию почвы добавился треск ломающихся деревьев. Сзади пёрло что-то огромное и необычайно сильное. Как ни быстро бежали путники, ЭТО постепенно нагоняло, треск становился громче, почву трясло всё сильнее. Скоро тряска стала настолько сильной, что стало трудно бежать. Положение беглецов казалось безнадёжным.

— Это землеглот! — закричал Криг, бегущий сразу за Болтом. — Мы наткнулись на его гнездо и разбудили.

— Бедняга, — заорал Болт в ответ, — я ему, конечно, сочувствую, но ничем помочь не могу. Наверное, он гонится за нами, чтобы пожурить за неучтивость.

— Болт, ты будешь шутить, даже проваливаясь к демонам! — задыхаясь прокричал Криг в ответ. — Землеглот боится огня! Он обходит даже не очень большой костёр!

Брага, замыкающий бегство, не долго думая, швырнул назад активированную дымовую шашку, где огонь — там и дым, авось поможет.

Враз всё затихло, земля перестала дрожать, звук ломаемых деревьев смолк, словно кто-то повернул выключатель громкости. Путники какое-то время ещё бежали, не веря, что опасность миновала, но, в конце концов, остановились. Болт сразу посмотрел на детектор и успел заметить стремительно откатывающуюся темноту. Через мгновение экран засиял девственной зеленью, что означало полное отсутствие опасности.

Беглецы повалились на землю, кто-то хрипло дышал, кто-то откашливался, начался отходняк от вынужденного кросса по ночному лесу. Ощутимо завоняло — это расползался дым от брошенной дымовухи. Однако никогда раньше этот запах не казался путникам настолько прекрасным.

— Эй, Криг, приятель, а ты оказывается, садист, — проговорил Болт, с наслаждением стаскивая ботинки. — Это ж надо, молчать, молчать, а потом нате — землеглот!

— Кто??? Садист? Это ж кого я сажу? Сам садист, вона на земле расселся и выставил свои вонючие ноги!

Болт замер с открытым ртом, потом повалился на спину и затрясся от хохота. Остальные путники не отставали, лишь Криг обиженно сопел, не понимая, что же он такого смешного сказал.

— Болт, — Гера вытирал слёзы, — а ты и впрямь садюга, — запахом твоих носков можно выпытать самые страшные тайны!

— Спасибо за идею, братан, невозмутимо парировал Болт, — подвернётся случай, я выпытаю, кто твоя любовница и расскажу жене.

— Я лучше сразу признаюсь, этой пытки мне не выдержать. Гнев жены я как-то переживу.

Путники решили сделать привал прямо на месте, тварь дала дёру и возвращаться, по всей вероятности, не собиралась, да и дым в ночном безветрии таял очень медленно. Разожгли костёр и разместились вокруг, стараясь устроиться поудобнее.

— Криг, расскажи подробнее про это чудо-юдо, которое землеглотом называется.

— Сначала ты расскажи, чем я вас так развеселил, — обиженно пробурчал громила.

Эта его реплика вызвала новый взрыв хохота, правда уже не столь бурный. Криг сначала дулся, потом не выдержал и рассмеялся сам. Болт хлопнул его по плечу.

— Мир, дружище?

— Да мир, мир… только ты уж объясни про садиста-то.

— Ну, садист — это, грубо говоря, изверг, мерзавец, который любит причинять мучения другим существам, необязательно людям. При этом он испытывает извращённое наслаждение.

Криг снова посмурнел.

— Криг, ну не злись. Я ж в шутку назвал тебя садистом. Ты добрый человек, с нежной, ранимой душой, мы же все это знаем. — Болт за словами извинения спрятал новую поддёвку, о чём сразу же пожалел. Хорошо, что он обладал быстрой реакцией, а то кулачище Крига точно бы угодил в его наглую рожу.

— Всё, всё… я больше не буду, приятель. Ну, вырвалось… понимаешь.

Криг махнул рукой и отвернулся. Теперь он обиделся не на шутку и попытки растормошить его не приводили к какому-то результату. Болт вздохнул, открыл рюкзак и вынул приличный кусок копчёной свинины. Вкусный запах защекотал ноздри. Спина Крига несколько распрямилась, но гигант пока мужественно крепился. Однако подобное испытание явно превосходило его силы, он повернулся и пробурчал:

— Ладно… проехали.

Уже через пару секунд Криг увлечённо рвал мясо зубами, даже не озаботившись порезать его на куски. Болт же расстроено молчал, он-то рассчитывал хоть на малую долю вкуснятины. Сам виноват. Иногда полезно придержать свой вредный язык. Громила слопал весь кусок, смачно поплямкал, вытер руки о траву, затем довольно сказал:

— Ну, слушайте. Землеглота вживую пока никто не видал. А ежели кто и видал, так уже никому не расскажет. Тварь эта живёт под землёй и, сказывают, жрёт все, что ни попадя — землю, деревья, камни. Но больше всего любит жрать других живых тварей и людей в их числе. То, что боится огня, я уже сказывал. Сказывали даже, что огонь быстро губит тварь. Иначе землеглоты сожрали бы уже всё, что есть в Пролге. Не знаю, можно ли победить эту гадость другим способом, окромя как огнём. Да и огонь хорошо справляется, даже дыма хватает, оказывается. Трусливая, видать, мерзость.

— Ага, очень трусливая. Только сначала нас напугала до мокрых штанов. Я уж думал всё — капец мой настал. Даже на Тропе так страшно никогда не было, — тихо сказал Дрон.

— Это потому, что к тварям Тропы мы давно привыкли и знаем как с ними обращаться. Теперь вот новым опытом обогатились, — то ли шутя, то ли всерьёз ответил Брага.

— Да, уж… ещё такой дряни на Тропе не хватало для полного счастья… ладно, надо спать, вставать будем рано, времени, думаю, враги нам не дадут. Кто желает отдежурить первым? — Болт старался не ущемлять интересы и желания членов отряда, оставляя им максимум самостоятельности.

Вызвался Гера. Остальные путники тут же завалились спать, благо, усталость от вынужденного кросса очень способствовала быстрому засыпанию.

* * * *

В Готтане задержались только для покупки лошадей и снеди, все закупки заняли не более часа, и сразу двинулись на юг, в Стынь. Туда надо было уходить как можно быстрее, потому что их Хаттана в Готтан имелась прямая дорога, по которой вскорости могли прибыть посыльные с уведомлением для местной власти о беглецах. Главной задачей на данный момент являлась переправа через реку Гулин, которая служила природной границей между республикой Хаттан и Гиборским королевством, после чего можно было уже не опасаться погони. Поэтому ехали со всей возможной скоростью, не давая лошадям отдохнуть. Расчет был на то, что в Весыни удастся поменять лошадей на свежих. Стынь проехали не задерживаясь. Добрались в Весынь около полудня, пообедали в придорожной харчевне и здесь же услыхали тревожные вести, что на том берегу объявилась дерзкая, хорошо вооружённая банда, состоящая из бывших королевских наёмников. Два купеческих каравана пришли с той стороны начисто обобранными, а здесь задержались уже целых четыре каравана, боясь переправляться на гиборский берег. Ожидалось прибытие большого конного отряда из Хаттана, для защиты Весыни от возможного нападения разбойников с той стороны. Но переправляться через Тулин хаттанский отряд не мог, это вызвало бы политические дрязги с королём Гибора. Болту же со своей группой и так и эдак было плохо. Оставаться здесь нельзя, переправляться тоже опасно, купцы рассказывали, что в банде не меньше чем сотня головорезов. Гиборская застава на том берегу прекратила существование после вчерашнего нападения бандитов, а состояла она из тридцати отлично вооружённых и знающих службу вояк. Небольшое деревянное строение, служащее укреплением и жильём воинам, ватажники спалили дотла, чтобы впредь было неповадно устраивать здесь заставу. Получалось, что бандиты полностью контролировали берег с той стороны и собирались оставаться там надолго. Резон в такой решимости имелся, ведь эта переправа была второстепенной, западнее, на главном тракте из Хаттана в Усторг, столицу Гибора, стоял капитальный мост. По тому тракту и шел основной торговый поток, власти обоих государств вполне могли плюнуть на захолустную переправу в Весыни и не трогать банду — себе дороже выйдет. Ватажники уже сообщили о цене проезда — она была примерно втрое выше обычной пошлины, что богатые купцы легко могли себе позволить. Собственно и шли этим путём караваны из-за чрезвычайно низкой пошлины за переправу. Даже тройная цена была значительно ниже перехода через мост на главном тракте, на чём бандиты и строили расчёт. Разгром же двух караванов был скорее акцией устрашения. Но, видимо, бандиты перестарались — купцы боялись переправляться, опасаясь грабежа.

Болт легко договорился о смене лошадей, причём за очень малую цену, понятно, что спрос на эту услугу в сложившейся ситуации упал до нуля. Но вот что делать дальше, путник не представлял и не имел на эту тему даже самой завалящей идеи. Переть на ту сторону даже со «смартами» было бы идиотизмом, бандиты легко перебьют всех на пароме из арбалетов ещё на подходе к берегу, ведь на купцов путники совсем не похожи и вряд ли какой нибудь дурак купец согласится присоединиться к отряду для переправы. Ясный пень, что оружие бандиты отберут, не факт, что и дагры оставят, удовольствовавшись запрошенной платой. Выкупить один из караванов для маскировки? Дорого, да и товар можно купить, а где взять людей, погонщиков, носильщиков, слуг? Лодка? Нанять местного жителя с лодкой, чтобы перепрвиться ниже или выше не получится — берега по одной и другой стороне сильно заболочены и только напротив Весыни годятся для переправы.

Кто-то тронул путника за плечо. Болт обернулся. Позади стоял Дрон.

— Что хотел, братишка?

Дрон молча снял с плеча брезентовый свёрток, с которым никогда не расставался. Что там, Болт не знал, не принято среди путников расспрашивать о таких вещах.

— Есть одна мысль, Болт. Берусь её реализовать, но она годна лишь для затравки. Что делать дальше я не знаю, придётся додумывать тебе.

— Дрон, давай без загадок, и так башка пухнет.

Тот молча развязал тесёмки и развернул брезент. В карманах свёртка удобно устроились детали странного механизма из серебристого сплава.

— Ух ты! — Болт не сдержал восхищённый возглас, очень уж он любил всякие механические штучки. Дрон, тем временем неторопливо и тщательно стал собирать детали в законченную конструкцию. В результате сборки глазам явился небольшой арбалет необычной формы и конструкции. Обычным в нём был только приклад, да и тот был решетчатым, видимо для облегчения конструкции. На месте лука по обеим сторонам ложа были укреплены вращающиеся плоские шестигранники, от каждого угла которых в отверстия ствола уходили тончайшие нити. Наконец, поверх всего был установлен оптический прицел. Дрон протянул Болту сверкающий цилиндрик.

— Лазерный целеуказатель, — ответил он на вопросительный взгляд. — Можно сделать, чтоб заработал?

— Подожди минут десять. Болт порылся в рюкзаке, нашел нужные для доработки вещи и вскоре доработанный ЛЦУ был пристроен к прицелу.

— Теперь надо пристрелять. — Дрон укрепил на стене сарая бумажную мишень с концентрическими кругами и отошёл метров на пятьдесят. Болт же только чуть отошёл в сторону, крайне заинтересованный происходящим.

Стрелок легко поднял арбалет и, почти не целясь, выстрелил. Звука выстрела слышно не было, но дерево стены отчётливо выдало глухую дробь попаданий. Арбалет стрелял очередью! Болт хотел было подойти поближе к мишени, но Дрон жестом показал, что этого делать не следует. Он что-то подкрутил на прицеле и снова выдал очередь. Потом ничего не говоря, подошёл к мишени и молча кивнул. Да уж, говорить этот парень не очень любил.

— Слушай, можешь объяснить, чему ты там кивал? Или я сам должен догадаться?

— Могу объяснить. Пристрелка закончена. Да сам погляди на мишень.

Болта не нужно было уговаривать. Точно в центре мишени красовалось довольно крупное отверстие, чуть сбоку и ниже — другое, такое же.

— Круто… а где же стрелы? И почему отверстий только два? Я слышал очередь.

— Это оружие не совсем арбалет и стреляет оно не стрелами, а пулями специальной формы. Пули заряжены в кассеты по шесть штук, стрелять можно как очередью, так и одиночными. Вот эти нити собственно и служат натяжными пружинами, по сути они выполняют функции резинок. Только чрезвычайно мощных резинок. По сути — это высокотехнологичная многозарядная рогатка. Нанотехнологии, очень сложная механика, плюс местный мини источник электроэнергии. Кроме того многократная переноска разных деталей на Землю и сюда, пока всё заработало. Точнее, почти всё. Лазерный указатель заработал только сегодня, благодаря тебе. На Земле оружие не работает, нет достаточно мощных батарей для натяжения нитей. А ручного режима зарядки здесь не предусмотрено, для этого пришлось бы пристроить здоровенный рычаг.

— Сам придумал?

— Не совсем. Помогал теперь уже покойный ходок Краб и несколько местных магов. Но в основном идея моя.

— А почему все-таки только два отверстия? Неужели…

— Да. Все пули легли в две точки. Первая точка чуток в стороне от центра, пока я не наладил прицел. В ней шесть пуль. В центре тоже шесть.

— Быстро ты наладил ЛЦУ. Спец.

Дрон пренебрежительно махнул рукой.

— Прицел-то давно настроен. Я его по меткам ставил. Нужно было только лазер настроить.

— Я так понимаю, при помощи этой штуки ты можешь обеспечить нашу высадку на тот берег?

Дрон кивнул.

— Дальность прицельного огня какая?

— Здесь река не больше километра шириной. Я могу залезть на караульную башню и отстрелять всех, кто не убежит от берега дальше чем на двести метров. Доспехи им не помогут, даже гиборские. Бандиты сделали ошибку, когда сожгли заставу, теперь там голый берег и спрятаться негде.

— Зарядов хватит?

— Более чем.

Болт сел на землю и задумался. В зубы он взял травинку и принялся сосредоточенно жевать, видимо так ему легче думалось.

— Слушай, а не будем мы сажать тебя на башню. Ведь нам лучше не разделяться, а то мы уплывём на ту сторону, а тебя потом надо будет тоже как-то переправить. Мы тем временем будем оставаться без твоей огневой поддержки. Лучше соорудить высокий помост прямо на пароме, этого будет достаточно, чтобы отогнать банду от берега. Но я слышал, что местные арбалеты тоже лупят дай Боже. Метров на четыреста, не меньше.

— Прицельный огонь они могут вести не далее чем на двести метров, а настоящую опасность начинают представлять метров со ста пятидесяти. Я им не дам приблизиться на такое расстояние. Лучше подумай о том, что будем делать после переправы. Бандиты отойдут в лес, а там мой арбалет станет малоэффективен.

— Зато эффективными станут «смарты». Нам надо только добраться до леса и не лезть на дорогу, где нас перещёлкают, а рассредоточиться в подлеске. У нас есть детекторы, не забывай. Мы будем практически видеть бандитов в чаще, им же придётся нас вычислять. Короче, план такой: нанимаем, или даже покупаем паром, вряд ли какой паромщик составит нам компанию, строим на пароме помост для тебя, грузимся и вперёд. Мне кажется ватажников очень заинтересуют смельчаки, которые первые решат перебраться на ту строну. Значит, на берегу соберётся много любопытных, что нам только на руку — когда ты начнёшь отстрел, целей будет достаточно. Главное — не количество убитых, а паника в банде.

Дрон снова кивнул и занялся арбалетом. Вот же человек, сказать лишнее слово для такого — что рублём одарить. А Болт озаботился насущными проблемами, в первую очередь покупкой парома. Таковых на переправе было два, один очень большой, на нём могли переправляться сразу человек пятьдесят с лошадьми, повозками и грузом, управлялся такой паром четырьмя паромщиками и группе путников, конечно, не подходил. В самый раз подходил другой паром, перевозивший десяток пассажиров с лошадьми и небольшим багажом, управлять таким судном мог всего один человек. Туда и направился Болт.

Крепкий, коренастый мужик в полотняных штанах и рубахе занимался мелкой починкой — менял стёртые половицы настила, хотя на вид те ещё долго могли служить, но видимо, хозяин решил использовать вынужденный простой с максимальной пользой.

— Эй, приятель, ты хозяин посудины?

— Я, кто ж ещё, — пробурчал мужик, зыркнув из-под мохнатых бровей. — Чего надо?

Болт с опаской ступил на утлое судёнышко, но оно, к удивлению путника осталось на плаву и даже не покачнулось при этом. Тщательно осмотрев стойла для лошадей, кормовое весло, петли, скользящие при движении по канату, ограждения краёв, Болт повернулся к хозяину.

— Сколько будет стоить вояж к гиборскому берегу на сём дредноуте?

— ??? — вылупился мужик.

— Ну чё неясного? Мне и моим людям надо на ту сторону. Цена вопроса? — путник сделал красноречивое движение пальцами.

— А-а-а… — дошло, наконец, хозяину, — даже говорить не будем. Вона мужики на большом пароме до сих пор со страху в себя придти не могут, они-то привезли караваны с той стороны. Говорят, лучше уж без денег побыть, покуда кто ватагу разгонит.

— Ты сам-то веришь, что бандитов кто-то станет разгонять? Кому оно надо?

Мужик упрямо опустил голову.

— Всё одно не повезу. Жить хочу.

— Добро. Есть другой вариант. Продавай свой корабль, я куплю.

Переговоры заняли довольно много времени, хозяин никак не соглашался расстаться со своим кормильцем даже за серьёзные деньги. В конце концов сошлись на цене в полтораста дагров. Путника такая сделка не очень порадовала, он рассчитывал приобрести сиё местное чудо инженерной мысли не более чем за полсотни золотых. Но паромщик оказался очень упрямым и несговорчивым.

Помост для снайпера соорудили довольно быстро. Пока остальные члены группы занимались столярными работами, Болт осваивал профессию паромщика под чутким руководством хозяина, до сих пор сомневающегося, не продешевил ли он. Но сделка уже совершена, а обучение было одним из условий. Хотя учиться, в сущности, было почти нечему — оттолкнуть паром от пристани и управляться с широким кормовым веслом, держа его под углом к течению, судно же шло по натянутому канату, привязанному с обеих сторон реки. Удивительно было то, что в местных условиях умели делать настолько прочные и длинные канаты. Но паромщик пояснил, что здесь не обошлось без участия магов. А магия это и есть местные высокие технологии, дававшие подчас результаты более серьёзные, чем земная наука. Наконец, все приготовления были завершены, багаж загружен, лошадей, привычных к переправе, ввели в специальные стойла, команда заняла свои места и «корабль» отошёл от берега под напутственные крики толпы заинтересованных жителей. О своих воинственных планах Болт среди местных не распространялся, их вряд ли бы кто одобрил, ведь обозлённые бандиты, в случае успеха группы путников, могут сорвать злость на других путешественниках.

Течение оказалось приличным, поэтому судно резво бежало по канату в сторону гиборского берега. В бинокль было хорошо видно, что там собралась большая толпа бандитов. Когда паром достиг примерно середины реки, Дрон предложил начать обстрел, но Болт не согласился.

— Я хочу разозлить банду, чтобы на берегу собралось побольше ватажников, тебе удобнее стрелять, да и паника будет существеннее. Подойдём ближе, я остановлю паром и проору пару-тройку оскорблений. Думаю, реакция будет очень интересной. Когда я дам знак, тут и начнётся твоя работа, братишка.

Дрон, по своему обыкновению, лишь кивнул. Он давно был готов выполнить боевую задачу, арбалет устроен на удобной поворотной рогатине, заряженные кассеты аккуратной стопкой сложены рядом. Болт ещё на берегу соорудил импровизированный рупор, свернув его из большого куска берёзовой коры. Наконец, кормчий решил, что расстояние приемлемо для начала переговоров и приступил к осуществлению «дипломатической» миссии.

Толпа бандитов на той стороне с удивлением прислушивалась к гулкому голосу, летящему из деревянного раструба. Но удивление длилось лишь до тех пор, пока ватажникам не стал доходить смысл сказанного.

— Эй, сборище кретинов, недоносков и мерзавцев! — эхо доносило отзвук от того берега — …нов…ков…цев! — Приказываю: немедленно сложить оружие, лечь на землю… (…жие…ечь…млю) и ждать моего милостивого решения, что же делать с такими подонками как вы… (…ками…вы). Если же приказ не будет выполнен… и Болт жестами стал показывать, что станет делать с неразумными, которые посмеют нарушить его приказ. В жестах преобладали движения бёдрами вкупе с обхватом руками предполагаемого тела нарушителя приказа.

Осатаневший рёв и размахивания руками с гиборского берега стали самым желанным ответом для Болта, «дипломатия» принесла свои плоды. Толпа ломанулась ближе к берегу, задние напирали на передних, некоторые ватажники даже попадали с крутого берега в воду от толчков сзади.

— Давай, братишка! — весело крикнул Болт и дал знак Дрону.

Здоровенный ватажник, пытающийся прорваться к берегу, чтобы лучше разглядеть говнюка, орущего оскорбления с парома, вдруг увидел, как голова впереди стоящего бандита дёрнулась, затылок её взорвался кровавыми брызгами, а сам бандит беспомощным кулём завис в плотной толпе. Тут же стали взрываться кровью затылки других ватажников, преграждавших путь к берегу. Не всем ватажникам дошло, что их косит безжалостная невидимая смерть, передние попытались ломануться назад, но сзади напирала толпа других бандитов, ещё не разобравшихся в происходящем. Некоторые пробовали отстреливаться из арбалетов, но таких Дрон выбивал в первую очередь, несколько арбалетных болтов, всё же, вяло плюхнулись в воду на значительном отдалении от парома — прицельный огонь в такой давке вести с берега не смог бы никто. В конце концов, бандитам дошло, что единственное спасение в данной ситуации — это бежать как можно дальше от берега, чем они, не мешкая, и занялись. Троица самых упорных засела с арбалетами за обгорелыми остатками заставы, но стоило кому-либо высунуть любую часть тела, в неё немедленно впивалась злая пуля из дроновской пушки. Через минуту все трое смельчаков были мертвы. Умело проведенная карательная акция произвела страшное опустошение в рядах банды — на берегу лежали трупы не менее пятидесяти ватажников. Остальные в ужасе бежали в сторону отдалённого леса, Дрон не прекращал охоту и то один, то другой бандиты на бегу шлёпались на землю, усиливая и без того жуткую панику.

— Хватит, братишка, — они получили своё, — сказал Болт, — береги заряды, думаю, они нам ещё понадобятся. Мне кажется, что бандиты настолько испуганы, что завидев нас в лесу, драпанут куда глаза глядят. Ну, а если нет, то «смарты» подхлестнут их память.

Дрон, как всегда, ограничился кивком.

— Братишка, — сказал Болт, — у тебя неправильная погремуха. Тебе бы больше подошла кличка «Немой».

— У меня в школе такая и была.

Теперь уже машинально кивнул Болт, затем непонимающе оглянулся на смех товарищей. Наконец ему дошла ситуация с «переменой ролей» и он засмеялся сам.

— Не, мужики, смех смехом, но назвать меня немым — это было бы дурновкусие. Ладно, двигаем дальше. Дрон, братишка, отслеживай ситуацию на берегу. Можешь не кивать, я верю в тебя.

Голова Дрона замерла на половине кивка.

Глава 9

— Да, зрелище не для слабонервных, — Гера с отвращением отвернулся от лежащих вповалку там и сям трупов ватажников, но взгляд тут же натыкался на аналогичную картину — смерть, смерть…

— Они с нами сделали бы тоже самое, братишка, — Болт положил руку на плечо товарища. — А то и ещё чего похуже.

Путник кривил душой, его самого грызло чувство вины. Что ему сделали эти люди, хоть и не лучшие представители рода человеческого? Кто дал ему право лишать их пусть неправедной, жизни? А сам то он какую жизнь ведёт? Чем она лучше, ведь за плечами не одна смерть тех, кто становился у него на пути.

— Мужики, осматриваем поле боя, может, кто ранен, надо помочь. Это какие ни есть, люди, всё-таки.

Путники разбрелись по берегу. Но рука у Дрона была тяжела, в большинстве своём все бандиты были убиты попаданием в голову, поэтому раненых не находилось. Вот она — работа земного оружия, и далеко не самого страшного. Болт постарался в корне придушить предательские мысли…

— Сюда! — Криг махал рукой, — здесь парнишка, живой ещё.

На земле лежал парень, ещё мальчишка, в сущности, лет пятнадцати, не больше. Пуля угодила ему в ключицу, но сказался, видимо, болевой шок, поэтому раненый и не смог убежать.

— Гера, брат, окажи парню первую помощь, вколи противовоспалительное и обезболивающее, перевяжи, вспомни свои медицинские навыки, добро? А я на бережок схожу, есть маленькое дело.

Болт вернулся к парому, вынул весло из уключины, перенёс на нос, укрепил его в аналогичном гнезде под нужным углом и толчком ноги отправил судёнышко в обратное плавание на «автопилоте». Хоть и жадным оказался паромщик, пускай порадуется возвращению кормильца.

Парнишку быстро привели в чувство, Гера имел медицинское образование и умело применил свои профессиональные знания.

— Ну, приятель, рассказывай, как ты докатился, или кто тебя докатил до такой жизни? — Болт принялся за допрос пленного.

Парнишка испуганно глядел на суровых дядек, на его глазах переполовинивших и разогнавших очень сильную банду. Как они это сделали, парень до сих пор не мог понять, но от легче от этого ему не становилось.

— Не молчи, я не слишком терпеливый мужик. Могу и разозлиться. Рассказывай: кто ты, откуда, как попал в банду.

— Ну… я… Бартом меня кличут… я того… я не бандит. Правда. Банда сожгла нашу деревню, а я как раз с охоты возвращался… пустой. Ватажники меня схватили, пришлось соврать их главарю, что я, дескать, пришёл убить старосту деревни, за обиду вроде как. Главарю это понравилось. Он предложил присоединяться к ватаге и я не мог отказаться. Они бы меня, наверное, убили.

— Сориентировался, значит. И давно ты с ними?

— Третий день. — у парня вдруг ручьём потекли слёзы, он опустил голову.

— Что так? Я верю тебе, приятель. Чего сырость разводишь, не девка вроде.

— Они убили всех. Староста деревни был мой отец. Убили его, убили мать и двух сестёр… звери. Они убили всех жителей… за что??? И это было всего три дня назад.

Болт присел рядом, приобнял парня за плечи.

— Спокойнее, паря. Мы отмстили бандитам за твоих близких. Хочешь, пойдём с нами, если тебе некуда податься. Хотя это, возможно будет не самым разумным и безопасным выбором с твоей стороны. Путь наш… даже сам не знаю, чем он закончится.

Мальчишка шмыгнул носом, вытер слёзы рукавом, глянул исподлобья затравленно, с надеждой.

— Не врёшь? Правда возьмёте? Вы вона какие здоровые, сильные, а я… какой из меня воин?

— Не вру. Идти-то сможешь?

Парнишка подскочил, как пружина, обрадованный решением сурового дядьки.

— Я так и думал, — одобрительно усмехнулся Болт. Ну, будем знакомиться. Ты, как уже известно — Барт, я — Болт, вот этого смурного хмыря зовут Дроном…

* * * *

Барт увлечённо работал челюстями, мужики всерьёз решили заняться улучшением фигуры нового члена группы. Каждый посчитал своим долгом выделить чего-нибудь вкусненького из своих запасов для худосочного мальчишки. Даже Криг, у которого редко что оставалось в загашнике, по причине непомерной прожорливости, нашёл для паренька кольцо колбасы, чем вызвал немало подковырок со стороны друзей в свой адрес. Однако гигант лишь добродушно посмеивался и с отеческим вниманием и участием наблюдал за трапезой паренька.

— Ты того… не стесняйся, малец, у меня ещё есть. А то вон какой худой, скелет ходячий прям. Это ватажники тебя так довели, или чего?

— Да нет, дядька Криг, я такой и есть… плям… плям… семья у нас… плям… чай не бедная… плям… была… мальчишка вдруг перестал жевать, в глазах снова блеснула предательская влага.

— Не надо, малец, успокойся. Я не дам тебя в обиду. На берегу я было, даже пожалел бандитов за устроенный нами разгром, но теперь, думаю, мало мы их убили. Надо бы догнать и всех под ноготь извести. Эй, Болт, я верно говорю?

— Ну, как сказать… нам всё равно в ту сторону. Дорога одна — через лес в городок Мосс, а в лесу остатки банды. Если кого найдём, обязательно прикончим. На то, чтобы специально разыскивать всех бандитов, у нас нет времени, приятель. Не забывай, мы сами в розыске, то, что нас разыскивают власти Хаттана, а не гиборский король, даёт нам лишь временную отсрочку. Политика — сложная штука, Криг, посол Хаттана в Гиборе может потребовать нашей выдачи и куда деваться королю? Думаешь, пойдёт назло магистрату Хаттана? Не факт! Далеко не факт. Скорее, тоже займётся нашим розыском. Кстати, мне кажется, что бандиты так просто не отступятся, слишком сильно мы их потрепали. Наверняка захотят отомстить. Барт, ты не в курсе, главарь банды в живых остался?

— Жив он, дядька Болт. Первым бежал, гад, я-то хорошо видел.

— Значит, бандитов в лесу мы встретим наверняка. В банде сохранилось организующее начало, главарь быстро восстановит пошатнувшуюся мораль ватажников. Не забывайте — это обученные вояки, а не просто толпа вооружённых селян.

— Вот и хорошо! — со злой радостью рявкнул Криг. — Мужики, если что, главарь мой, ага?

— Это уж, как получится, брат, — проговорил Брага. — Я и сам не против снести башку этого деятеля, но так и быть, уступлю его тебе, если будет возможность.

— Лады, брат. Я в долгу не останусь. А остальные? — Криг просительно оглянулся на товарищей.

— Да твой, он, твой, приятель, если найдём его, конечно, — ответил Болт за всех.

— Только, дядька Криг, он того… очень здоровый и мечом махать умеет. Я видел, как он дрался сразу с троими ватажниками на деревянных мечах. Всех побил.

— Значит мастер меча. А я тоже из таких, малец. И очень злой на него. Поглядим, кто кого. Эти-то дядьки, не гляди, что мелковаты, так любой из них этого главаря легко в хлам превратит. Путники они, слыхал про таких?

Парнишка широко распахнул глаза.

— Это путники??? Те самые?

— Ага. Самые те…

— А я думал, враки это всё… про путников-то. Теперь понятно, почему вы так быстро с половиной банды разделались. Я и путники! Меня взяли с собой путники!

Парень подскочил и изобразил невероятное танцевальное «па», чем вызвал дружный одобрительный взрыв хохота.

После перекуса Болт собрал короткий военный совет, в составе всех присутствующих.

— Подозреваю, что бандиты обязательно встретят нас прямо на подходе к лесу огнём из арбалетов. Слушаю предложения по тактике боя при возможном столкновении.

После короткой паузы первым решил высказаться Дрон.

— Приблизиться к лесу на безопасное расстояние и внимательно изучить подходы в бинокль. Можем засечь несколько огневых точек. Я ликвидирую арбалетчиков.

— Разумно. Но это и так понятно. Наша задача — не только пробиться к лесу, но обойтись без потерь и даже без ранений, других вариантов я не приемлю. Согласен — нескольких снайперов ты уничтожишь. Но не всех, сам ведь маскироваться умеешь, бандиты, думаю, тоже. Детекторы наши, к сожалению, на таком расстоянии ничего не почуют.

Брага кашлянул, привлекая внимание.

— А если соорудить нечто вроде переносного деревянного щита с амбразурой для Дроновской рогатки?

Болт поднял вверх большой палец.

— То, что надо, братишка. Вариант! Беспроигрышный, причём. С таким щитом можно продвигаться всё ближе и ближе, снимая доступные цели, пока не приблизимся настолько, что заработают детекторы. Остальных бандитов выкосим «смартами». Работаем!

По ходу изготовления щита, мальчишка внёс толковое предложение — снабдить импровизированное укрепление колёсами, для облегчения передвижения. Таким образом щит превращался из переносного, в передвижной. Криг в порыве одобрения так сдавил парнишку в объятиях, что тот едва не испустил дух.

Пришлось разобрать настил причала, другого материала, пригодного для изготовления щита, поблизости не было. Гвозди, выдранные при этом акте вандализма, немедленно пошли в дело. Доски настила оказались крепкими и достаточно толстыми, ведь арбалетный болт может пробить довольно толстую преграду. С колёсами, правда, пришлось повозиться, но в конце концов, щит был готов, испытан на ходу и признан годным к использованию. Работа заняла немало времени, день давно перевалил отметку полудня, поэтому обед решили отложить и немедленно начать наступление, дабы не давать бандитам лишнее время на измышление каких-либо пакостей.

— Идём втроём, нечего всем тесниться за щитом и подставляться под стрелы. Да и за лошадьми кто-то должен приглядеть. Идут я, Брага и Дрон, конечно, как главная ударная единица. Остальные держатся на безопасном расстоянии, пока я не позову. Гера, возьми рацию — маленькая «моторола» перекочевала в руки Роговского. — Двинули, мужики, да не покинет нас милость Зевса-громовержца и всех остальных добрых Богов, которых я упоминал. А врагов наших пусть посетят Гвен, Атлунд и Сатана! Вперёд!

Щит, скрепя деревянными, грубо вырезанными колёсами поехал, толкаемый путниками. Почва была достаточно твердой, поэтому особых трудностей не возникало. В определённый момент Болт решил, что пора провести рекогносцировку при помощи оптики. Все трое имели при себе мощные бинокли, которые должны были сослужить хорошую службу в сложившейся ситуации.

— Есть, — тихо сказал Дрон, он оказался самым глазастым, что, впрочем, легко объяснимо, давали себя знать навыки снайпера. — Вижу уже двоих. Оба на деревьях.

— Пока не стреляй в них. Упадут — напугают других, те затаятся, их труднее станет вычислять. Поищем нижние цели.

Но тщательное обследование подлеска результатов не принесло, кустарник был слишком густой. Надо было двигаться дальше, что путники и сделали, правда, теперь уже всерьёз прикрываясь щитом, стрелки из леса стали представлять реальную опасность.

Раздались глухие хлопки — в щит вонзилось сразу два арбалетных болта.

— Нервничают парни, — сказал Болт. — Правильно, я бы тоже нервничал. И не просто нервничал, я бы уже драпал. Идиоты, никак не доходит что шансы у них нулевые.

— Я засёк стрелков в кустах, — ответил Дрон. — Они перезаряжались и выдали себя. Надо снять, пока не потерял.

— Сейчас ты командуешь, братишка. Делай, как надо.

Два выстрела из чудо-рогатки тут же сократили количество лесных снайперов на две единицы. Дрон тут же снял и верхних, замеченных ранее арбалетчиков, уж очень удобной была позиция. Два тела, ломая ветви упали в кусты, треск было хорошо слышно даже сюда, несмотря на приличное расстояние. Сразу в нескольких местах шевельнулись кусты, в щит глухо застучали тяжёлые болты, один даже проткнул доску, его остриё вылезло с внутренней стороны. Несколько болтов просвистели мимо щита. Дрон же начал работать всерьёз, шестигранники на арбалете быстро щёлкали, отправляя смертоносные подарки и одновременно натягивая следующие нити — пружины. В арбалет заряжалось сразу четыре кассеты, снайпер стрелял не останавливаясь. Выпала первая отстрелянная кассета, Болт тут же подхватил её и стал набивать зарядами, хотя заряженных кассет и без того хватало. Вдруг Дрон прекратил стрельбу.

— Что случилось, брат?

— Думаю, они дали дёру. Но давай подъедем ближе.

— А не опасно? Чем ближе, тем выше пробивная способность арбалетного болта. Продырявит и щит, и кого-то из нас.

— Они точно удрали. Я убил девять человек, остальные побежали в лес, хорошо было видно по шевелению кустов. Если кто остался, будем засекать детекторами, как и собирались. Других вариантов нет.

— Здесь ты прав, дружище. Поехали, мужики. Не высовываться!

Вскоре детекторы стали показывать мелкую лесную живность, крупных же живых объектов поблизости не наблюдалось. Но Болт не позволил расслабиться, пришлось прятаться за щитом вплоть до самых зарослей, постоянно контролируя экраны детекторов.

— Они и правда свалили. Тем лучше. — Болт поднёс рацию к губам, — Гера, можете двигать сюда. Можно даже на лошадях, чтобы быстрее. Банда отошла.

* * *

Солнце уже клонилось к закату, давно пора было подкрепиться. Отобедать вовремя не позволили произошедшие события, потому трапеза получилась то ли очень поздним обедом, то ли ранним ужином. Разместиться решили на опушке, детекторы не позволят незаметно приблизиться вероятному врагу, и не мешают лесные заросли, расположись путники среди леса.

Пламя весело лизало хворост, на подвешенной проволоке поджаривались аппетитные кусочки сала, вкусный запах дразнил изголодавшихся усталых людей.

— Ешь, ешь, малец, — Криг усиленно потчевал мальчишку. — Если хочешь быть воином, надо хорошо питаться.

— Криг, приятель, а сам-то почему ничего не ешь? Вижу, только сало из общака слопал, а дальше-то?

— Я того… наелся, — здоровяк сглотнул слюну.

Болт поднялся и, не обращая внимания на протестующий жест Крига, раскрыл его дорожную котомку.

— Понятненько. И молчит как подпольщик на допросе. Дружище, это никуда не годится. Парнишка-то не понимает, что быку вроде тебя надо жрать в три глотки. Думаешь оставим его голодным? Да каждый из нас отдаст мальцу последний кусок. А ну жри, давай, пока я не разозлился!

— Да я не это…

— Это, это. Бережёшь для пацана, а сам голодный сидишь. И вообще, раз мы группа, а не каждый сам себе, предлагаю сложить съестное в общак и назначить ответственного. Как вам, мужики?

— Нормально, командир, — проронил Брага.

— Идёт, — добавил Гера.

Понятно, что реакция Дрона ограничилась стандартным кивком.

— Криг, ты что молчишь?

— Да я что? Я как все…

— Дружище, не волнуйся, голодным не оставим, всем понятно, что твою тушу обычной нормой не насытишь. Но и обжираловки не обещаю. Кроме того, никто ведь не возбраняет иметь личный пищевой запас. Доберёмся до Мосса, пополнишь свой паёк, и жри хоть целого кабана, был бы аппетит и бабки. Аппетитом тебя Бог не обидел, бабки я плачу исправно. В общем, проблем с питанием я не вижу, их просто нет. Повезёт, в лесу подстрелим какую зверушку на завтрак. Кстати, Барт, долго нам лесом путешествовать?

— На лошадях за день должны выехать на тот край леса. До Мосса останется вёрст тридцать.

— Неплохо. Придётся ещё одну ночёвку устраивать, ну, хоть не посреди лесной чащи. Землеглот, почему-то сразу вспоминается.

— Ого! Вы встретили землеглота?

— Да, парень. Было дело. Незабываемые впечатления. Очень занятная зверушка, стоит признать. Но я не о том. Есть ещё один вопрос к тебе, как к жителю Гибора. Что ты можешь сказать о Гираните, если вообще слыхал про такого.

— Кто ж про него не слыхал? Все местные про него знают. Король пожаловал ему угодья невдалеке от Мосса. Замок на землях справный стоит. Хороший — большой и крепкий.

— Ну, это и мы знаем, хоть в Гиборе и не живём. А что о самом Гираните говорят? Хороший он, плохой, добрый или злой? Как к подданным относится, обижает, нет?

— Говорят, неплохой хозяин. Строгий, но зазря не обидит и не накажет. Крестьяне у него хорошо живут, не то, что при прежнем бароне. Прежнего-то король повесил, говорят за измену.

— Гм… интересно… я слышал о Гираните немного другое. Хотя, в общем, особых противоречий в сведениях нет. Въедливый политик и хороший хозяин вполне могут уживаться в одной личности. Слушай, а гарнизон в замке сильный, не в курсе?

— В каком курсе, дядька Болт? Я уже второй раз слышу про этот курс.

Путники рассмеялись.

— Привыкай, малец. Наш командир иногда такое выдаёт, что без бутылки не разобраться, — сказал Брага.

— А бутылка чем поможет? — парнишка запутался ещё больше.

— Видишь, — съехидничал Болт, — дядька Брага тоже может кое-что выдать. Я спросил о гарнизоне. Сколько воинов в нём, хотя бы примерно?

— Ой, не знаю, дядька Болт. Есть, конечно, стражники, но сколько их не скажу.

— Ладно. Будем пополнять инфу в Моссе. А теперь всем отдыхать. Кто первый на дежурство?

Барт постеснялся спросить, что же это за загадочная «инфа», которую надо чем-то пополнять.

* * * *

Через лес проехали без происшествий, бандиты, как видно, поумнели и решили держаться подальше от обидчиков. Дрон по дороге подстрелил оленя и компания насладилась вкусным обедом, плюс, в дорогу припасли хороший окорок, хотя, как ни жалко было, много мяса пришлось просто бросить. Окорок волок на спине Криг, когда отъезжали от места привала, он то и дело оглядывался, всё его существо протестовало против такой непростительной расточительности, но больше никто не согласился переть на себе остатки оленьей туши, груза и без того хватало, ведь у каждого был тяжёлый рюкзак с пожитками. Барта по очереди пересаживали то к одному, то к другому путнику, чтобы распределить нагрузку на лошадей. Как ни хотел Криг подсадить мальчишку к себе, ему этого не позволили, его конь и без того с трудом вез на себе громилу, хотя скакуна для него Болт подобрал соответствующей комплекции. К вечеру заночевали уже по другую сторону леса, в Мосс рассчитывали попасть к полудню следующего дня.

Глава 10

Мосс встретил путников тишиной, патриархальной задумчивостью, ощущением некоего провинциального уюта. Стражник на въезде дремал и не удосужился даже окликнуть путников, лишь приоткрыл один глаз, который сразу же закрылся, видимо по причине крайней усталости служивого. Городок оказался живописным, очень напоминая собой средневековые германские города Земли. Дома вытягивались вверх срельчатыми крышами, выложенными чешуйчатой рыжей черепицей, окна тоже имели вытянутую форму, больше напоминая собой бойницы. Однако впечатления неприветливости это отнюдь не создавало, более того, на подоконниках многих окон красовались шеренги цветочных горшков с буйной декоративной растительностью, что придавало некую праздничность облику городка. По улице, мощёной гладким булыжником, звонко разносилось цоканье копыт. Редкие прохожие, очень опрятные, чистенькие, проявляли удивительную вежливость и здоровались с незнакомыми путниками, правда, на гиборском языке, который из путников знали только Брага, да новый член группы — Барт.

Болт с большим вниманием разглядывал окружающее, интерес, кстати, носил не совсем праздный характер, нужно было найти постоялый двор. Мальчишка Барт никогда не бывал здесь, поэтому не мог помочь в этом деле. Хотя, уже через сотню метров была замечена жестяная вывеска с изображением дымящегося котелка. Оказалось, что это не просто харчевня, а настоящий постоялый двор. Цена за постой приятно удивила путников, Болт повернулся к Браге.

— Знаешь, братишка, а мне здесь нравится.

— Мне тоже, брат, но как бы впечатление не оказалось обманчивым.

— Очень на это надеюсь, потому что, почти наверняка, нам придётся здесь задержаться.

Путники, потакая собственному снобизму, сняли каждый отдельную комнату, только Криг настоял на том, чтобы мальчишка жил вместе с ним.

— Совсем ещё пацан, влезет куда, кто будет виноват?

— Дядька Криг, ну, ты меня совсем мальчишкой считаешь, — обиделся Барт. — Я на охоту много раз сам ходил, один раз даже волка убил.

— Малец, в городах встречаются люди пострашнее волков. Ну, если ты хочешь жить сам, то конечно…

— Нет, дядька Криг, ты очень добрый, я хочу жить с тобой.

— Отлично, парень, отлично! Пойдём обустраиваться. — На лице Крига, которое далеко не каждый осмелился бы назвать «добрым», расцвела улыбка.

Болт незаметно подтолкнул Брагу.

— А наш железный Шварценеггер расклеился. Похоже, он считает мальчишку чуть ли не сыном.

— Разве это плохо, брат?

— Нет, это здорово. Просто я раньше не замечал за ним сантиментов. Пойду обустраиваться и я. Лошадей устроят и накормят, договорено. Эй, Дрон, Гера, братишки! Вечером все встречаемся в харчевне гостиницы. Будем решать как действовать дальше. Я спать, желательно меня не трогать без особых причин, могу и ботинком в дыню зарядить. Если в кого попаду, заранее извиняюсь. Адьёс, амигос!

Харчевня путникам понравилась, столиков не очень много, чисто и аккуратно. Сдвинули два стола вместе, предварительно испросив разрешения у трактирщика. К удивлению остальных, Криг к двум, придвинул ещё и третий стол.

— Друг, ты ожидаешь гостей? И когда только успел их заиметь, тоже ведь спал, как все.

— Никаких гостей. Это мой с мальцом стол.

Болт непонимающе переглянулся с другими путниками. Но через минуту всё стало понятно — к столу Крига шли сразу два служки с заполненными снедью подносами. Разгрузившись, они пришли по второму разу, в результате стол оказался буквально завален разнообразной едой.

— Эй, дружище. Подозреваю, что даже в твоё необъятное брюхо это всё не затолкать.

— А я и не сам. Поглядите на мальчишку, скелет скелетом, надо поправлять парня.

Барт, который смотрел на вкусное изобилие восторженным взором, вдруг понял, что дядька Криг намеревается значительную часть этого самого изобилия скормить ему.

— Дядька Криг, спасибо, но я столько не…

— Малец, не бойся. Я же не заставляю тебя съесть всё сразу. Вечер длинный, начнёшь вот с этого поросёнка, запьёшь элем, вина я тебе не позволю, мал ещё. Чуть утрясёшь, гляди какой замечательный фазан, фаршированный яблоками. Потом…

Потом раздался дружный хохот, на вытянувшееся лицо мальчишки без смеха смотреть было невозможно.

— И чего смеяться-то? Потом оленина пойдёт, что, зря я окорок тащил от самого леса? — с обидой пробурчал Криг.

Парнишка с надеждой глянул на дядьку Болта. Тот подмигнул и сказал:

— Барт, мы с тобой. Всегда придём на помощь.

Криг не сообразил, о какой помощи говорит Болт и заявил:

— Какая такая помощь? Я же с мальцом.

— А вдруг ты не справишься, — Болт, улыбаясь, переглянулся с путниками.

— Да с кем справляться-то?

— Не с кем, а с чем. Дружище, неужели тебе ещё не допёрло?

Криг с подозрением оглядел путников и вдруг его пробило.

— Ну, нет! Знаю я вас — сожрёте всё, а малец голодным останется.

— Так мы ж не все сразу, Криг. Будем по одному подтягиваться, если появятся трудности.

— Даже не думайте! Малец, чего сидишь? Ешь, а то эти мужики очень прожорливые. Я не смогу им отказать, свои, как-никак. Быстрее, быстрее!

Громила решил подать пример мальчишке — отломил заднюю ногу поросёнка и с поразительной быстротой превратил её в жалкую обглоданную кость. Барт тайком глянул на Болта, тот подмигнул и поднял вверх большой палец. Пока мальчишка управлялся с куском свинины, его опекун успел слопать ещё одну поросячью ногу, опустошив по ходу тарелку с кашей, видимо, чтобы мясу в желудке было на чём лежать, затем, не останавливаясь на достигнутом, увлечённо принялся за жареного гуся. Барт заворожено следил за удивительным действом, разворачивающимся перед ним. Действо сиё называлось обжорством, в котором дядька Криг был большой мастак. В какой-то момент парнишка подумал, что опасность миновала, но тут служка притащил огромное блюдо с олениной. Мальчишка понял, что погиб. Спасение пришло с неожиданной стороны. Криг набил брюхо до предела и вдруг с удивлением понял, что туда больше ничего не поместится. Даже крошечный кусочек еды, даже самой лучшей и самой вкусной. Громила откинулся на спинку стула, жалобно заскрипевшую от страшной нагрузки и с ужасом прислушался к собственным ощущениям. Наверное, первый раз в жизни он наелся до отвала, до не могу, до не хочу. Потом глянул на парнишку, понял, что тот испытывает нечто похожее и громко икнул.

Земляне с не меньшим интересом, чем Барт, следили за скоростным уничтожением снеди, если бы в Пролге существовал такой вид спорта, Криг безусловно стал бы чемпионом.

— Приятель, ты впрямь налопался, или у меня глюк?

Криг осоловело глянул на Болта, не имея сил да же на то, чтобы спросить, что же это за зверь — глюк.

— Да, подвёл ты меня, Криг, подвёл, не ожидал я от тебя такого. А ещё друг называется! — Болт с притворной досадой выложил на стол золотой, который тут же перекочевал в карман довольного Браги.

Громила в этот раз просёк ситуацию. Хозяин поставил на то, что съедено будет всё, а Криг не оправдал ожиданий. Гигант виновато заморгал.

— Болт… ик… прости, но я… ик…

— Ик, ик. Больше ничего не можешь выдавить? Так что ж ты делаешь с пацаном, а? — Болт повернулся. — Барт, а ну встань-ка.

Парнишка с видимым усилием поднялся со стула. На тощей фигуре выступил круглый, как барабан, набитый едой живот. Он вызывающе торчал даже из под относительно свободной рубахи. Болт снова повернулся к громиле.

— И ты думаешь, что туда ещё что-нибудь влезет? Хочешь, чтоб у мальчишки треснул живот? Смотри мне, не приведи Иисусе, парень пожалуется, что ты пичкаешь его едой сверх меры, будешь наказан!

— Я понял… ик… я и сам больше не могу…

— Не-ет, брат. Одними оправданиями теперь не отделаешься. У меня в запасе есть книга, которую ты ещё не читал. Тебе будет с чем коротать три-четыре вечера.

Перед громилой во весь рост встало понимание того, что неприятности сегодня только начинаются.

— Но ты можешь облегчить свою участь, — сурово продолжил Болт. При этом он повернулся и подмигнул путникам. Затем снова напустил суровый вид и повернулся к Кригу. Совсем понурившийся было здоровяк, вдруг воспрянул духом.

— Я готов… ик…

— Короче, мы с ребятами реквизируем остатки твоей трапезы.

— Рекзиви… ик… ревкизи… что?

— Съедаем оставшуюся оленину, — рявкнул Болт.

Громила снова икнул, но уже с явным облегчением. Он согласно махнул рукой, говорить было слишком тяжело.

Но даже четыре здоровых мужика, изрядно голодные, не смогли съесть всю оставшуюся снедь, да что там всю! Половину остатка едва одолели.

— Хорошо, что мы ничего не успели заказать, — Гера сладко откинулся, потянулся руками вверх и сильно вдохнул, утрясая раздувшийся желудок. — На шару, оно как-то приятнее. Болт, ты обещал приоткрыть завесу над нашими последующими действиями.

— Угу… ничего я ни над кем не обещал. Пока я знаю только то, что надо как-то подобраться к Гираниту. Или к колдуну Ревдалу. Может, кто предложит нечто лучшее, я ведь не страдаю манией величия и не думаю, что самый умный.

— Но ты командир. Как скажешь, так и порешим. Лучше пока ничего не придумать, в Гул-Магот соваться страшновато, да и далеко — возразил Брага. — А Гиранит вот он — рядышком.

— Рядышком его замок. А самого Гиранита там на данный момент может и не быть. Где искать колдуна Ревдала, я понятия не имею, и не знаю через кого можно выйти на этого хмыря. Короче, думаю, что самая доступная для нас цель — именно Гиранит, верно? Дрон, я знал, что твой кивок мне обеспечен, братан. Как думают остальные?

Остальные думали так же.

— Хорошо. Значит, в город на разведку завтра пойдут Брага с Бартом, как знающие гиборский язык. Остальным даже нос из гостиницы не высовывать. Хотите спать — спите, хотите пить — пейте, (не впадая, впрочем, в фанатизм), но рожи ваши в городе светить не должны. Моя тоже. Кто не согласен?

— Болт, всё понятно — маленький городишко, чужаки и так далее… вопросы, подозрения.

— Вот, вот. Разведчикам задание — разузнать как можно больше о замке и его хозяине. Могут пригодиться даже, на первый взгляд, абсолютно бесполезные сведения. Например: имена слуг, количество лошадей в конюшнях и так далее, и так далее. Барт, к тебе особая просьба, как к гиборцу: спрашивай как можно больше и обо всём. Ты для горожан выглядишь своим, язык знаешь в совершенстве… или нет?

— Знаю, дядька Болт. Я же гиборец, а хаттанский знаю, потому что жил близко к границе.

— Ну вот. Я к тому, что твои вопросы будут выглядеть естественно — деревенский парень, приехал в город, ему всё интересно… А вот если начнёт расспрашивать Брага с его бандитской рожей и хаттанским акцентом…

— Это ещё надо поглядеть, у кого рожа бандитская, — осклабился Брага.

— Самая, что ни на есть — бандитская, — уверил товарища Болт. — У меня-то хоть и харя, зато — благородная. Но я в город не иду. Вся надежда на вас, ребята. Барт, задание понятно?

— Да, дядька Болт! — с видимой радостью сказал парнишка, явно гордясь полученным заданием.

* * *

Болт протёр глаза, немного полежал на спине, тупо пялясь в потолок, затем всё же решил, что надо подыматься. «Я его убью!» — злорадная мысль согревала, радовала осознанием близкой желанной мести. А вся беда была в том, что комната Крига была рядом и тонкая перегородка сотрясалась от могучего храпа. Сотряслась она уже давно, с самого вечера, а сейчас уже наступило утро. Почти всю ночь Болт занимался тем, что швырял подручные предметы в стену. Иногда помогало, но через минуту-другую храп возобновлялся с новой силой. Комната представляла собой печальное зрелище, вечером обстановка была опрятной и даже уютной, но сейчас здесь царил настоящий разгром — там и сям валялись ботинки вперемешку с перевернутыми стульями, цветочными горшками и даже оторванными деталями деревянной кровати. Всё это служило снарядами для бомбардировки злосчастной перегородки. Болт встал, кряхтя натянул штаны, рубаху и вышел в коридор, чтобы спуститься на первый этаж по нужде. При этом пришлось пройти мимо комнаты Крига.

«Бедный малец» — сочувственно подумал путник, — «надо бы его отселить от этого прожорливого храпящего кабана».

Сразу за комнатой Крига поселился Дрон. Вдруг дверь его комнаты открылась и оттуда выглянула злая до невозможности рожа путника. Болт всё понял без слов — Криг имел на сегодня уже двух страшно обозлённых врагов.

— Слышь, братишка. Есть одна дельная мысль! Пойдём.

— Куда? — сквозь зубы пробурчал Дрон.

— Пойдём, пойдём. Обещаю, ты одобришь мои действия.

Через пять минут оба вернулись к комнате Крига с вёдрами, полными холоднющей воды из колодца. Казалось, что дверь сотрясают подземные толчки силой этак баллов в пять-шесть. Она, как и ожидалось, оказалась не запертой. Но то, что увидели путники, оказалось для них полной неожиданностью. Нет, то, что Криг лежал на спине и издавал мощнейший храп, удивления не вызывало. Но мальчишка… Он делал то же самое! Храпел он, конечно, потише громилы, но, тем не менее, добавлял весьма ощутимые децибелы в общий звуковой фон.

— …. — Дрон что-то сказал, но Болт увидел лишь шевеление губ. Услышать здесь ничего было нельзя. Болт махнул рукой в сторону выхода. Когда дверь закрыли, появилась возможность разговаривать.

— Спелись, я хотел сказать.

— Да, братишка.

Оба путника сошлись на мысли, что «нет в жизни счастья» и понуро побрели на первый этаж, оставив полные вёдра возле Криговой комнаты.

Примерно через час в харчевню спустились свежие, отлично отоспавшиеся Криг с Бартом. Заказав для затравки тушёного зайца в капусте, а для мальца зажаренную курицу, Криг выразил удивление, что в харчевне больше нет никого из путников. Служка сказал, что Болт, с Дроном уже завтракали, потом поднялись к себе в номера.

— Любят поспать путники, малец. Да пускай их… Бери пример с дядьки Крига — встает рано, ест много. Видишь, какой большой вырос!

Тут в харчевню заявился Брага. Он как-то странно посмотрел на громилу, заказал лёгкий завтрак и сел за отдельный столик.

— Чего это он? — Криг вопросительно глянул на мальца, тот, естественно, лишь пожал плечами.

— Эй, Брага! Чего отдельно сел? Я обидел чем?

— Нет. Просто я боюсь, вдруг сейчас появится Болт, или Дрон. А ещё хуже, если вместе…

— Ну и что?

— Тогда лучше быть подальше от твоего столика.

— Это почему?

— Знаешь, брат… быстрее ешьте и дуем на задание. Тебя я тоже возьму. Может пронесёт. Не жди, пока командир проснётся, нарвёшься на неприятность.

Криг решил внять совету товарища, что такое злой Болт он знал слишком хорошо.

* * *

Болт проснулся далеко после полудня, отобедал и вышел на задний двор для обычной силовой разминки, где уже вовсю развлекались Дрон с Герой. Две длинных деревяшки — якобы мечи, со свистом рассекали воздух, скрещивались, превращались в размазанные силуэты и вновь скрещивались, делали змеиные выпады, отскакивали друг от друга, расходились для новых выпадов и неожиданных ударов. Болт невольно залюбовался отточенными движениями бойцов. Сам он был не менее умелым воякой, но никогда раньше не видел бой в исполнении двух путников. Во дворе собралось не меньше полутора десятка зрителей, заворожено следящих за поединком. Бой продолжался ещё минут пять, так и не выявив победителя, Болт, всё-таки, по очкам отдал бы победу Дрону. Понятно, у того гораздо больший опыт хождений по Тропе.

— Э, мужики, а я? Я тоже хочу подраться, тем более этот… Криг давно смылся.

— Ты свежий, а мы уже полчаса машем деревяшками — отозвался Гера, ладный торс путника блестел от пота, бугрясь выпуклыми, рельефными мышцами.

— Добро, давайте вы двое, а я один. И передохните малость, на вас лица нет.

— Ща мы тоже сделаем тебе такое лицо, командир, — улыбнулся Гера.

Через несколько минут поединок возобновился и зрители поняли — то, что было до этого, лишь жалкое подобие действительно великолепного боя. Новый поединщик вооружился двумя деревянными мечами и пошла потеха! Это больше походило на великолепно отрепетированный подготовленный боевой спектакль в исполнении гениальных актёров. Нападавшие применяли огромное множество приёмов, наносили удары во всех возможных плоскостях из немыслимых позиций, но Болт неведомо каким чудом успевал от каких ударов уходить, какие отражать, а на какие агрессивно огрызаться. Иногда он и сам переходил в наступление, теснил противников, заставлял уходить в оборону, хотя такие ситуации возникали редко. И всё же, даже вдвоём Гера с Дроном не смогли нанести «смертельную рану» Болту. Таковой бы считался укол в области жизненно важного органа или рубящий удар с аналогичными последствиями. Командир тоже не сумел вывести из строя ни одного из своих противников. Наконец, бой закончился по причине крайней усталости поединщиков. Зрители наградили бойцов радостным восторженным ором. К Болту подбежала очень недурственная собой девица из обслуги гостиницы и подала ему кувшин с холодной водой. При этом на её привлекательном личике непостижимо уживались девственная скромность и откровенный призыв… понятно к чему. Другие девицы, каковых присутствовало тут ещё человек пять, поняв, что могут потерять все шансы, ринулись ухаживать за Герой и Дроном. Путники даже растерялись на время, окружённые таким вниманием со стороны местных красавиц. Надо сказать, что хозяин гостиницы весьма ревностно подходил к вопросу подбора персонала и дурнушек в его заведении не наблюдалось.

В этот момент во дворе появились Брага с мальцом и Кригом. Болт попытался было разозлиться, но с досадой понял, что это у него не получается. Как тут будешь злиться, если вокруг тебя такой цветник? Болт поманил прибывших пальцем. Криг на момент задержался, но решив, что как-то переживёт бурю, тоже подошёл к командиру, как и Брага с мальцом. Болт погрозил громиле кулаком.

— Повезло тебе, приятель. Как знал, когда явиться. Рассказывайте. Или нет, не здесь.

Глава 11

— Ну, чем порадуете?

Группа в полном составе собралась в комнате командира. Здесь уже был наведён полный порядок, вопрос с хозяином решился всего лишь при помощи одного золотого.

— Командир, встретиться с Гиранитом очень легко. И не нужно брать штурмом его замок.

— Продолжай, братишка, весть обнадёживающая.

— Барон любит совершать одиночные прогулки по окрестностям своих угодий. Без охраны и без слуг. Обычно пешком, изредка верхом. Сей ритуал происходит почти каждый день, исключая пятницу. Маршрут постоянный, с частыми остановками в любимых местах. Места нам известны.

— Лихо, ребятки. И как же вам удалось всё это разузнать, да ещё за такое короткое время?

— Благодаря Кригу. Он повстречал старого приятеля, который сейчас служит в гарнизоне замка. За кружкой эля и… э-э-э…

— Ну что э-каешь?

Брага виновато глянул на громилу, потом опять на Болта.

— Ну, к элю прилагался баран… приготовленный конечно.

— Да хрен с ним, с бараном. Сегодня же переселюсь в другой номер и пусть этот обжора глотает хоть три барана за раз, я его храп не услышу. Дрон, тот вообще на первый этаж переселился, хоть там и номера похуже. Малец, а тебе как спалось?

— Давно так хорошо не спал, дядька Болт. Кровать такая мягкая, перина пуховая. И воду утром кто-то прямёхонько к номеру поднёс, так я занёс в номер и сразу умылся.

Болт почему-то вдруг закашлялся.

— Что-то в горло попало, — пояснил он удивлённым товарищам. — А что этот приятель ещё про барона рассказывал? Криг, не стесняйся, твоя ведь заслуга в добыче данных, тебе и отдуваться.

— Да что… сказывал, что хозяйственный, справедливый. Щедрый очень, платит хорошо, люди за него горой. Хотя оболтусов и лентяев наказывает круто. Да, самое главное, Лигут, ну, это приятель мой, сказывал, что барон на мечах очень знатный боец. Говорит, что нет ему равных в Гиборе, а может и во всём Пролге.

— Что ж… не лишние сведения. Значит на встречу с бароном нужно идти как минимум вдвоём-втроём, на случай, если возникнут трения. Какой сегодня день? А то после сегодняшней ночки из башки всё повылетало.

Криг хотел было спросить, а что ж такого этой ночью произошло, но благоразумно промолчал, увидев страшную рожу, скорченную ему Брагой.

— Среда с утра была, вроде — ответил Гера.

— Ага… значит операцию не откладываем, а займёмся Гиранитом прямо завтра. Сегодня наша задача — проехать по маршруту, где совершает моцион наш барон.

— Так уже проехали, командир, — сказал Брага. Я даже место удобное для встречи присмотрел. Такая себе полянка в живописной рощице. Там барон любит посидеть на травке, птичек послушать.

— Не лишен сантиментов наш барон. Ну, тогда проще, идти сегодня никуда не надо, завтра ты и будешь нашим Сусаниным. На встречу пойдём все, здесь останутся только Криг и Барт. Вдруг барону приспичит завтра взять с собой охрану?

— А меня почему не берёшь? — спросил громила. — Болт, ежели что, ты только скажи, я же за тебя всё…

— Всё нормально, брат. Просто надо, чтобы за вещами кто-то приглядывал и тыл какой-никакой за собой оставить. Городишко-то чужой, хоть и люди здесь вроде хорошие. Но лучше подстраховаться. Тебе я оставлю рацию, как ей пользоваться ты уже знаешь.

* * *

— А у барона губа не дура, следует признать, — Болт осматривал весьма живописную полянку посреди берёзовой рощицы. Казалось, окружающий пейзаж так и просится на холст художника. А ещё со всех сторон доносился птичий гомон, словно каждая пернатая певунья стремилась перепеть, превзойти товарок в мастерстве. Трава здесь была тоже какая-то особенная — зеленее, мягче, нежнее. Что удивляло — полное отсутствие лесных кровопийц — комаров и мошки. Действительно, место заслуживало того, чтобы посидеть здесь в уединении, слушая голоса птиц и наслаждаясь красотой природы.

Долго барона ждать не пришлось, на лесной Тропе показалась фигура человека и, когда он подошёл ближе, стало понятно, что это гиборский дворянин. Тёмно-коричневая замшевая куртка, приталенная, богатого покроя, узкие брюки из того же материала, заправленные в сапоги до колен, короткий тёмный плащ и шляпа с высокой тульей — так одевались только местные дворяне, для простолюдина одежда была слишком дорогой. На поясе незнакомца был приторочен узкий меч — непременный атрибут любого дворянина. Этакий Д`Артаньян, сошедший с картины средневекового живописца.

— Молодые люди, мне кажется, что вы ждёте именно меня?

— Именно вас, барон. Если позволите, я хотел бы задать вам несколько вопросов.

Барон мельком оглядел путников, затем вновь перевёл взгляд на Болта.

— Не имею большого желания отвечать на ваши вопросы, да, собственно, почему я должен это делать?

— Ответьте тогда хотя бы на вопрос: зачем вы преследуете нас? Зачем подослали наёмных убийц, дирнов? Имеем ли мы право знать это? Поверьте, я ничего не буду иметь против вас, если это всего лишь недоразумение.

— Не совсем. Дирнов действительно подослал я, зачем, говорить не стану.

— Барон, вы осознаёте, что своим признанием, практически подписываете себе смертный приговор? Вы фактически признали, что хотели нас убить, пусть чужими руками, что мешает нам сделать то же самое с вами?

Барон добродушно рассмеялся.

— А как вы начнёте меня убивать — по одному, или все сразу?

— Я уже слышал то, что вы выдающийся мастер меча. Но мы путники, должно быть, вы об этом знаете, раз подсылали дирнов. И должны знать о наших умениях.

— Вы — Болт, не правда ли?

— Он самый.

— Попробуйте меня убить. Именно — убить. Я же обещаю, что вас не убью, возможно, лишь слегка пораню. Согласны?

— Вы не слишком самоуверенны, барон?

— Так проверьте же это прямо сейчас, — барон сбросил плащ, повесил его на кустик и легко, привычным жестом, вынул меч из ножен.

Болт попросил соратников немного разойтись, чтобы освободить место для поединка.

Первые же пробные выпады показали путнику, что его соперник очень не прост. Он легко отбил несколько быстрых ударов, сам, однако не атаковал. Тогда Болт включился на полную. Вихрь ударов, уколов, обманных приёмов и финтов в его исполнении вряд ли смог бы кто-нибудь удержать. Однако Гиранит делал это, причём, без особого напряжения! Ни один удар не смог проникнуть сквозь непроницаемую защиту барона. Уже скоро Болт почувствовал, что начинает уставать, такой темп боя выдержать долго просто невозможно. Барон, однако, выглядел таким же свежим, как и вначале. Впервые путник встретил соперника, значительно превосходящего его в мастерстве боя.

— Вы согласны, что не в состоянии убить меня? — не прекращая обороняться, спросил барон.

Болт отступил и опустил меч.

— Согласен. Но если мы нападём все вместе…

— То всё равно у вас ничего не получится. Я один убью всех вас. — В голосе барона звучала такая уверенность, что Болт понял — это не бахвальство.

Остальные путники схватились было за мечи, но Болт жестом остановил их.

— Присядем? — не то пригласил, не то приказал барон и показал пример, первым усевшись прямо на траву. Дождавшись, пока путники устроятся напротив, барон продолжил:

— Посидим, помолчим немного, я ведь пришёл сюда не для того, чтобы драться, потом поговорим, хорошо?

Болт пожал плечами, видимо это означало согласие. Ему и вправду не мешало посидеть, после схватки нужно было восстановить дыхание.

Барон же безмятежно полуприлёг, оперевшись на локоть и с явным наслаждением прислушивался к пению птиц.

— Значит так, молодые люди, я приглашаю вас всех ко мне в замок сегодня же вечером. И не только вас, но и ваших товарищей, оставшихся в гостинице.

Путники переглянулись — выходит барон знал о них если не всё, то очень много.

— Барон, если вы столько о нас знаете, почему, в таком случае сейчас дрались со мной?

— Резонный вопрос. Признаю, я спровоцировал драку, хотелось посмотреть на вас в деле. И сразу говорю — очень неплохо. Я ожидал худшего результата. Погодите с вопросами — Гиранит сделал успокаивающий жест, — я вам всё объясню, но не сейчас. Приедете, вас разместят в замке, и за ужином выслушаете довольно длинный рассказ. Обо мне, о вас и ещё много о чём.

— О нас?

— О вас, о вас, господа путники. Вы пока не имеете понятия, кто такие, как попали на Тропу и для чего. Вам это интересно?

Вопрос был явно лишним.

— Даю слово дворянина, — продолжил барон, — вам не будет причинён вред в моём жилище, да и сам я не имею ничего против вас, несмотря на недавние события. Вы мне нужны, но и я нужен вам, скоро вы это поймёте.

* * *

Болт принял предложение барона, несмотря на сомнения, он всё же верил, что в замке Гиранита группа будет вне опасности, зато могут выясниться причины неприятностей, преследующих землян в последнее время.

Путников расселили каждого в персональных покоях, прикрепили к ним несколько слуг, в общем, на сервис было грех жаловаться, замок богатого барона это, всё-таки, намного лучше, чем городской постоялый двор.

Стол, накрытый к ужину, впечатлял обилием и разнообразием снеди и вин. Особенно впечатлился, естественно, Криг, хотя радость его поумерил недвусмысленный взгляд Болта, подкреплённый движением ладони поперёк шеи. Разговор начался прямо за ужином.

— Ну что, приступим к делу, господа? — спросил барон. — Вы можете задавать свои вопросы, желательно, правда, по одному, я же постараюсь обстоятельно ответить на них.

— Барон, вы обещали рассказать о нас. Конечно — это не единственная, интересующая нас тема, но, пожалуй, самая главная.

Гиранит согласно кивнул.

— Как ни странно, первый вопрос задам я. Скажите мне, откуда берутся Тропы в густом, заросшем кустарником и густой травой лесу?

Гости переглянулись. Гера осмелился ответить:

— Если в вопросе нет подвоха, отвечу так — Тропы в лесу протаптывают люди и животные.

— Никакого подвоха. Вы правильно ответили. Немного уточню — Тропа появляется тогда, когда по ней часто кто-то ходит, верно?

— Погодите… вы хотите сказать, что мы…

— Именно. Вы протаптываете Тропу между мирами. Точнее, уже почти протоптали.

Воцарилось молчание, путники осмысливали неожиданное открытие.

— Выходит, до путников по Тропе никто не ходил?

— Ходили. Животные Тропы. Некоторых вы встречали, некоторых — истребили. Тропа и без путников была обитаема, но практически непроходима. Для людей. Она была дикой. Теперь положение изменилось. — Мешали животные Тропы?

— Не только. В обычном лесу проходу мешают трава, кусты, ветви деревьев. Постепенно препятствия исчезают, сглаживаются, если по Тропе часто ходят. Так и на Тропах междумирья. Чем чаще идут по Тропе, тем меньше она сопротивляется проходу.

— Значит, Тропа уже стала проходимой для всех желающих?

— Ещё нет, но скоро положение изменится. По Тропе смогут пройти некоторые маги, обычные люди ещё долго не смогут пройти междумирье.

— Но мы-то обычные люди.

— А вот здесь вы ошибаетесь. Все путники обладают очень специфической магией. Вас и отбирали, согласно этому критерию. Ваша магия слаба, но она родственна магии Тропы. Для того, чтобы вам было легче понять, что же такое Тропы междумирья, я попытаюсь обьяснить, в крайне упрощённом виде, конечно, структуру совокупности миров. Для начала представьте себе клавиатуру рояля. Да, не удивляйтесь, мне знаком этот инструмент. Представили? Белая клавиша — тон, чёрная — полутон. Можно предложить другую аналогию — слоёный пирог. Плоские коржи разделены слоями крема. Очень важно то, что соседствующие миры почти всегда значительно разнятся. И основное различие — наличие, либо отсутствие магии. То есть, мир, богатый магией, окружён двумя мирами, бедными ею и наоборот. Но, по аналогии с роялем, где встречается соседство двух белых клавиш, бывают исключения. Бывает, что соседствующие миры оба богаты магией. Либо в обоих её почти нет.

— Из ваших объяснений следует, что один мир может соседствовать лишь с двумя другими, или я чего-то не понял?

— Всё верно. Но, повторюсь, я даю вам очень упрощённую модель строения миров, в самом деле, всё намного сложнее. Однако, для наших целей такой модели вполне достаточно. Так вот, Земля — чёрная клавиша рояля, мир, бедный магией. По обе стороны он соседствует с магическими мирами — белыми клавишами рояля. Я не буду углубляться в строение самих миров, их структура сама по себе невероятно сложна. Ваша Земля, как вы знаете, вращается вокруг солнца, солнце вокруг центра галактики, галактика, в свою очередь, входит в метагалактику и так далее.

— Ничего себе. Барон, откуда вам всё это известно?

— Для решения наших с вами задач это не имеет значения.

— Наших задач?

— Именно. У нас с вами есть общие задачи. Для их решения вас, собственно, и сделали путниками. Обучение во сне и всё остальное…

— Интересно. То есть — нас готовили с какой-то целью. А почему отобрали именно нас, а не других людей? Почему среди путников нет жителей Пролга? Ну, по крайней мере, я таковых не встречал.

— Очень важный вопрос. Дело в том, что пройти Тропу могут лишь жители нейтральных миров. Миров — чёрных клавиш. Имеются в виду дикие, нехоженые Тропы. Если по ним долго ходят путники, Тропы постепенно станут проходимы и для обычных людей любых миров, независимо от цвета клавиши.

На какое-то время вопросы прекратились. Гости сидели переваривая услышанное.

— А скажите, барон… зачем? Зачем вам нужна Тропа?

— Она мне не нужна. Тропа нужна клану Гул-Магот.

— Непонятно… а нас кто готовил как путников? Неужели клан?

— Нет. Вас готовил я.

— Так вам же не нужна Тропа. Ага… значит, вы как-то связаны с кланом?

— Я враждую с кланом. Погодите с вопросами, а то вы ещё больше запутаетесь. Мне нужно рассказать ещё кое-что, дабы избежать неясностей. Итак: «пробивать» Тропу в ваш мир начал именно клан Гул-Магот. Сначала клану удалось внедрить на Тропу свиплов — животных, напоминающих…

— Барон, не объясняйте. Мы знаем, что это такое.

— Вы знаете не всё. Свипл не простое животное. Это модификант.

— ???

— В голову свипла имплантированы фрагменты мозговых тканей человека.

— Зачем?

— Я пояснял. Изначально Тропа — дикая. Именно люди делают её проходимой для других людей. Или животные, модифицированные человеческими тканями.

— Значит, теневые убийцы… — начал Болт…

— Это создания магов клана Гул-Магот, — подхватил барон. — Они появились на Тропе сравнительно недавно, около пяти лет назад. Ну, не мне вам рассказывать, вы и так это знаете. Причём теневые убийцы организованы в кланы, зачастую враждующие между собой. Это недоработка магов-создателей, не сумевших сделать свои творения абсолютно послушными. Теневики, как вам известно, не могут надолго покидать Тропу, потому встретить их можно только там. У них возникла даже собственная, хотя и примитивная культура. Главное, что я хочу сказать — теневики, это тоже путники, как и вы.

— А я слыхал, что теневиков создал колдун Ревдал.

— Его не существует. Это легенда, созданная Берговулом, для прикрытия собственных планов.

— Погодите, барон… но чем же мы, земные путники стали мешать Гул-Маготу? Зачем клану уничтожать нас? Мы ведь тоже топчем проход.

— Сначала клан просто терпел вас, поскольку вы способствовали его целям. Но скоро вы станете помехой, потому клан хочет вас устранить, а Тропу «добьют» теневики.

— Но чем мы мешаем Гул-Маготу? Они хотят на Тропу? Да пусть себе! Я не спаситель мира, да и маги Гул-Магота вроде не злодеи. Их клан, насколько я знаю, не вмешивается в жизнь Пролга, хотя существует уже сотни лет. Пусть клан проникает и на Землю, Бог с ним! Тем более, что у нас там и магии-то пшик! Значит, клан там будет просто очередной сектой придурков. Мы не против, верно, мужики?

Путники согласно зашумели.

Барон успокаивающе поднял ладони.

— Не так всё просто, господа путники. Гул-Маготу ваша Земля не нужна. Ему нужна Тропа. Дело в том, что маги Гул-Магота — не жители Пролга. Они — завоеватели Троп междумирья. Контролёры прохода.

— Серьёзно… блин… голова пухнет от обилия инфы… барон, простите за сленг, ради Бога.

— Прощаю.

— И всё же, барон… зачем было подсылать дирнов? Ведь меня запросто могли убить.

— Каюсь, господин путник. Дело в том, что я нанял четверых дирнов, каждого для выполнения своего задания. По одному на путника. Ведь один дирн не соперник путнику. Но они объединились, что не входило в условия контракта.

— И всё же, мне неясен смысл этой затеи.

— Смысл очень прост. Вы стали мне очень нужны, покинуть пределы окрестностей замка я (по некоторым причинам) не могу. Если бы я через кого-то позвал вас на встречу, вы бы явились? Ответьте честно, положа руку на сердце.

— Скорее нет, чем да, — ответил Болт.

— Вот-вот. Поэтому я решил разозлить вас. Чтобы вы сами начали искать обидчика. Расчёт оправдался. Правда, клан едва не опередил меня. Учитывая ваше упрямство и безрассудность, вы вполне могли принять самоубийственное решение — нападение на Гул-Магот, чтобы наказать других обидчиков. На сём деянии ваша деятельность в Пролге была бы завершена, пропали бы ваши жизни и все мои труды по вашей подготовке, что весьма прискорбно как для вас, так и для меня.

— Ваше раскаяние принимается. Объясните, пожалуйста, ещё одно: зачем мы так срочно вам понадобились?

— А вот это мы обсудим завтра.

Глава 12

Замок барона оказался весьма большим и разветвлённым, утром Болт попытался найти выход во внутренний двор, но это оказалось совсем не простым делом. Путник минут пятнадцать блуждал по коридорам, присущее ему чувство ориентации на этот раз подвело. Вскоре стало понятно, что без посторонней помощи не обойтись, но вот получить её оказалось не просто — в коридорах никого не наблюдалось. Повернув в очередной коридор, Болт, наконец, уверился, что он не последний живой человек в этом замке. Навстречу шла девушка. И какая девушка! Болт даже растерялся на мгновение, приняв её за некое небесное создание — она не просто шла, она легко парила над полом, по крайней мере, ему так показалось. Никогда не пасовавший перед женщинами путник, вдруг понял, что оробел. Растерянность настолько явственно читалась на его лице, что девушка рассмеялась.

— Вы, должно быть, один из гостей барона? — нежный голос показался Болту сладкой музыкой.

— Да… — почему-то хрипло ответил путник, — подскажите несчастному, заблудшему, как найти выход из этого лабиринта?

— Пойдёмте, несчастный, — в музыкальном голосе красавицы прорезалась лёгкая ирония, — так и быть, я выведу вас. Только скажите вначале, куда бы вы хотели попасть?

Болт уже оправился от странной робости (и правда, чего это с ним такое стряслось?? Ну девушка… ну красивая… очень. Сколько их у него уже было… даже вспомнить трудно).

— Для начала надо выбраться на свежий воздух из этих мрачных пределов. Хотя, стоило здесь появиться вам, сии пределы стали очень даже ничего.

— Я вижу, вы начинаете ориентироваться. И не только в «мрачных пределах», — ответила девушка.

— В мрачных пределах я, увы, пока не разобрался. А вот в другом… пожалуй сориентировался.

— И что же подсказывают ваши ориентиры?

— Они подсказывают, что мне надо быть осторожным, потому как… ну, неважно.

— А вы, оказывается, довольно скрытный человек.

— Ну что вы! Это неправда. Просто я не знаю, кто вы. А вдруг дочь барона? Как он отнесётся к тому, что бродяга вроде меня, без спросу любезничает с его чадом?

Девушка почему-то промолчала.

— Вот видите, я, наверное, прав. Итак — вы дочь барона Гиранита, верно?

— Верно, — после короткой паузы ответила девушка. — Зовут меня Элана, а что касается моего отца, так я уже большая девочка и могу разговаривать с кем хочу, не спрашивая на то дозволения кого бы то ни было. Вам ясно? — в голосе девицы звякнула сталь.

— Конечно, госпожа Элана, куда уж яснее, — смиренно ответил Болт.

— И никакая я вам не госпожа! Не смейте называть меня так! Просто — Элана.

Болт промолчал, красавица оказалась довольно своенравной, зачем нарываться на неприятности. Элана, так Элана.

— Куда бы вы хотели попасть, господин путник, — довольно ядовито осведомилась очаровательная проводница, — во двор замка, или на крепостную стену? Свежий воздух везде одинаков.

— И никакой я вам не господин, — брякнул путник, — я Болт, прошу любить и жаловать.

— Ну да, ну да… жаловать, конечно, я вас буду, вы гость в моём доме, а вот насчёт любить…

— Простите неотёсанного бродягу… это такая присказка. Я вовсе не это имел в виду.

— А мне почему-то показалось…

— Нет, нет, что вы. Как я смею?

— Вообще-то я наслышана, что путники, в большинстве своём, народ не слишком скромный. Поэтому останемся каждый при своём мнении, хорошо? — в голосе девушке Болту даже почудилась лёгкая угроза, дама снова показала характер.

— Вообще-то я человек исключительной, даже, пожалуй, выдающейся скромности, хотя этого почему-то не замечают.

— Представьте, я тоже не заметила.

— Вот видите… мне, право, даже как-то неловко. Приходится говорить о собственной скромности, то есть — доказывать и без того очевидное.

— Болт, а вам никто не говорил, что вы болтун?

— Всё, молчу. Буду говорить только по вашему приказанию.

— Не стоит воспринимать мои слова настолько буквально. Слушать вас довольно интересно, хотя от своих слов я не отказываюсь. Вы — болтун. Причём болтун опасный.

— Ого! И кому же моя болтовня может нанести вред?

— Она может нанести и наверняка уже нанесла вред молодым особам женского пола, которые начинают таять перед привлекательным ловеласом с хорошо подвешенным языком. Я не из таких. Хорошенько запомните это!

— Уже запомнил.

Болт всё же добился своего, Элана, сама того не желая, выдала своё отношение к нему, назвав «привлекательным». А это уже ступенька к сердцу красавицы, что бы она не говорила до того.

— Так куда вы хотите выйти? — спросила девушка.

— Во двор, пожалуй. Хотелось бы размяться, на крепостной стене с этим могут быть проблемы.

— Надо же, какое совпадение. Значит мне с вами по пути, я, видите ли, тоже люблю утреннюю разминку — свежий воздух и всё такое…

Болт хотел было спросить, а что же, собственно «всё такое», но вовремя прикусил язык, боясь нарваться на очередную шпильку со стороны вредной красавицы.

* * *

Во дворе замка оказалась великолепно обустроенная площадка для тренировок как с оружием, так и без такового. В ряд выстроились спортивные снаряды, которым легко можно было бы подобрать аналоги среди земных. Надо сказать, что площадка не пустовала, несколько крепких мужиков, очевидно свободных от вахты воинов гарнизона, синхронно размахивали деревянными мечами, повинуясь командам старшего.

Болт занялся привычными упражнениями, сначала короткая медитация, накачка, взрывной выброс энергии, затем повторение цепочки упражнений, переход к следующей фазе и так далее, и так далее. Во время тренировки путник напрочь отключался от окружающего, стараясь получить максимум пользы, потому не мог видеть, что Элана делала практически то же, что и он. Наконец все упражнения без оружия были завершены и путник с сожалением оглядел площадку — нужен был спарринг-партнёр. Воины гарнизона на эту роль не подходили, намётанный глаз Болта видел, что их мастерство явно недотягивает даже до уровня мечника. Путник пожалел, что здесь нет никого из его группы, лучшего партнёра для учебной схватки не найти, но к нему неожиданно подошла Элана.

— Как насчет спарринга на мечах? Или, быть может, вы считаете женщин недостойными сего искусства боя?

— Элана, ну вы совсем уж делаете меня чудовищем. Я искренно и нежно люблю всех женщин…

— В чём я ничуть не сомневаюсь, — язвительно вставила девушка…

— И считаю их не менее достойными представителями рода человеческого, чем мужчины, — не обращая внимания на колкость, сказал путник. Посему, с удовольствием принимаю ваш вызов, мадемуазель.

— Тогда прошу на площадку.

Уже через пару секунд после начала схватки путник понял, что дочь владеет мечом не намного хуже отца. Но барон, по крайней мере, щадил Болта во время вчерашнего боя, а Элана обрушила на него шквал ударов, некоторые из которых сразу же достигли цели. Болт видел в глазах девицы явную насмешку, однако сдаваться не спешил. Да, он пропускал удары, которые в реальном бою могли стоить ему жизни, но решил проучить злую красотку. В какой-то момент он настолько явно «сдал», что девица обманулась и нанесла победный удар не очень заботясь о защите, за что сразу поплатилась — получила сильнейший толчок ногой, в результате чего оказалась на земле с приставленным к горлу мечом противника. Её же меч оказался крепко прижат к земле ногой путника.

Раздались аплодисменты, оказывается, за боем уже давно наблюдало несколько зрителей, среди которых оказался и барон.

— Неплохо, неплохо! Господин путник, я вас поздравляю, вы только что нанесли поражение нашей непобедимой леди.

Болт сделал протестующий жест, но барон продолжил:

— Понятно, что победу вашу чистой не назовёшь, скорее она случайна, но всё же, это победа. Лана, девочка, как же так? Эмоции не должны превалировать над холодным расчётом, это только что доказало твоё поражение.

Девица независимо тряхнула головой, вставила учебный меч в стойку и удалилась в гордом молчании.

— Похоже, я нажил себе врага в вашем доме, барон, — с сожалением произнёс путник.

— Вы не знаете мою дочь, Болт. Она, конечно, язва изрядная, но абсолютно не злопамятна, можете мне поверить. Хотя дерзка до неприличия и здесь я ничего не могу поделать. Она больше управляет мной, чем я ею. Вот вам и «железный барон», как меня прозвали при дворе короля.

Путник понимающе кивнул. Да уж, такой порулишь…

— После завтрака, приглашаю вас с группой в мой кабинет, я ещё много должен вам рассказать, — продолжил барон, — вас проводят.

* * *

— Итак, господа, вначале я отвечу на ваш последний вчерашний вопрос: зачем вы мне понадобились? Во-первых, скажу: то, что вы ходите по Тропе, не ваша прихоть и даже не моя, на это есть очень серьёзные причины, о которых вам знать вовсе необязательно. А нужны вы мне для того, чтобы помешать клану Гул-Магот захватить контроль над Тропой к вашему миру.

— Гм… похоже вы отводите нам роль пушечного мяса. Объясните, в чём наш интерес?

— Позвольте ответить вопросом на вопрос: скажите, вы хотите продолжать свои вояжи в Пролг и обратно? Я и без вас знаю ответ, но всё-таки?

— Могли бы и не спрашивать. Ходим и будем ходить, несмотря на обилие опаснейших тварей.

— Не сомневался в вашем ответе. Так вот, выражаясь на вашем сленге, скажу: Гул-Магот прикроет эту лавочку, как прикрыл её с другой стороны, где Пролг соседствует с миром Рогус. Между Пролгом и Рогусом существовали очень давние отношения, возникли даже родственные связи по ту и другую сторону Тропы. Это продолжалось, пока не пришли маги Гул-Магота. Для ясности вопроса я должен кое-что рассказать подробнее. Дело в том, что сии маги — коренные жители Троп, хотя сами топтать их не могут. Они не могут долго существовать вне условий Тропы, поэтому очень редко её покидают и стараются не уходить далеко от порога. Хотя вблизи порога Тропы они могут находиться сколь угодно долго и даже строят поселения. Постепенно клан сумел изгнать с Тропы всех тогдашних путников и закрыть проход в Рогус. Точно так же, попав на Тропу к Земле, маги не станут терпеть ваше присутствие. Да они, в общем, уже начали войну против вас, как вы сами успели убедиться.

— А зачем они закрывают Тропы?

— Потому, что считают их своими территориями.

— Не совсем ясно. Вы говорили, что Тропу к Земле начали топтать именно путники Гул-Магота, хоть это были и не люди, так? А Тропу к Рогусу кто прокладывал? Не они ли? В таком случае они владеют той Тропой вполне законно.

— Болт, вы невнимательно меня слушали. Я говорил: «пока не пришли маги Гул-Магота». Тропа в Рогус существовала задолго до их прихода и по ней могли ходить вполне обычные люди, настолько проторен был путь. Путники лишь следили за безопасностью пути.

Барон замолк. Молчали и путники, переваривая информацию.

— Хорошо. Будем считать, что вы нас убедили. Но сможем ли мы остановить клан? Магов очень много, а нас, путников, всего несколько десятков. Кроме того мы разобщены. И разобщённость наша, как я понимаю, это ваша «заслуга».

— Поясняю. Клан остановить можно, хотя задача весьма сложна. Ваша разобщённость — одно из важных условий подготовки. Вас не зря учили владению мечом, поскольку вскоре на Тропе непременно появятся ассасины Гул-Магота, а это, поверьте, гораздо хуже теневиков. Их владение оружием примерно соответствует вашему, поэтому моя задача — значительно поднять уровень вашей подготовки, пока на это ещё есть время.

— А оно есть?

— Об этом чуть позже. А теперь поясню насчёт разобщённости. Скажите, часто ли вам приходилось применять меч, при проходе Тропы?

— Гм… очень часто. «Смарт» не всегда спасает.

— А теперь представьте картину — путники идут по Тропе группой. Часть из них выполняют функции охраны, другие несут товар. Ведь таким образом можно перемещать гораздо больше товара, распределяя груз на самых выносливых, а охрану на самых умелых. Караваны торговцев организованы по тому же принципу, только в них носильщиками товара служат животные.

— Ну, и?

— То есть, в случае совместной деятельности, часть путников постепенно растеряла бы свои навыки владения оружием, что совсем не входило в мои планы. Мне нужен каждый воин, слишком дорого обходится ваша подготовка. Поэтому была выбрана политика разобщения, каждый путник шёл по Тропе, рассчитывая лишь на собственные силы. Да, многие погибли, зато оставшиеся закалились и приумножили мастерство, в чём я недавно удостоверился. В живых осталось сорок два ходока из семидесяти. Зато каждый из них настоящий воин.

— Выходит, вы нас просто использовали. Мне это не слишком нравится.

— Согласен, с вами поступили не очень справедливо. Но ведь вы можете в любой момент вернуться на Землю и забыть о Тропе. Большинство путников сумели приумножить свой достаток и могут теперь жить припеваючи как в своём мире, так и в мире Пролга. Вам это не возбраняется. Кстати, кто желает сделать такой выбор — самое время.

Путники молчали.

— Я не сделаю такой выбор, — твёрдо сказал Болт. — Мне полюбился Пролг, но и Землю тоже забыть невозможно, слишком много там всего осталось… Я хочу бывать и там и здесь, потому и брожу по этой проклятой Тропе. Что интересно, даже ностальгию по Тропе иногда стал испытывать. Прямо извращение какое-то, ей Богу.

— Все путники рано или поздно начинают любить Тропу. Почему, никто не знает.

— Странная любовь. Похожа на любовь к злой теще, или мачехе. Барон, еще вопрос… Кто такой Белый?

— Путник, как и все вы. Николай Белов, один из самых первых ходоков. Очень талантливый боец, по уровню мастерства, пожалуй, превосходит любого другого путника. А в чём, собственно, дело?

— Белый работает против других путников. По крайней мере, против меня точно, хотя ума не приложу, где я перешёл ему дорогу. Он дал заказ клану теневика Кувая на моё уничтожение. Согласитесь — это гораздо опаснее, чем дирны, которых вы натравили на меня.

— Теперь вы будете это вспоминать при каждом удобном случае? — усмехнулся барон. — Однако действия Белова настораживают. На обычную провокацию никак не похоже. К сожалению, я не знаю, что вам сказать, на эту загадку у меня ответа нет. Но пора перейти к делу. На данный момент главной задачей является консолидация путников. Политика разобщённости выполнила своё предназначение, теперь вас нужно объединить, причём немедля, Гул-Магот начал активные действия значительно раньше, чем ожидалось.

— Барон, — подал голос Брага, — можно узнать, кто нас учил искусству боя? Хотелось бы увидеть живых тренеров, а не ожившие муляжи.

— Ну, Болт сегодня уже познакомился со своим «тренером», как вы изволили выразиться, и даже одержал над ним победу в учебном бою.

— Значит, меня тренировала Элана? — удивлённо спросил Болт.

— И не только вас. Она тренировала половину путников. С другой половиной занимался я. Пусть вас не смущает, что ваши «тренеры» носили разные имена. Это был один из факторов политики разобщения путников. Теперь вы знаете своих учителей в лицо.

В кабинет постучали. По разрешению барона в кабинет вошёл слуга и доложил о прибытии гостей. По-видимому, гости ожидались, потому что хозяин приказал немедленно звать их сюда.

Вошли три человека, в одном из которых Болт сразу узнал Андрея Лютого, или Лютика, как звали его на Тропе.

Вошедшие поздоровались.

— Позвольте представить вам группу путников, которые выходят в Пролг по ответвлению Тропы, заканчивающимся неподалёку отсюда. Их изначально готовили для прохода этим путём.

— Мастер, позвольте приступить к рассказу без проволочек, обстоятельства вынуждают, — сказал Лютик.

— Присаживайтесь, мы вас слушаем. Эти люди, — барон указал на группу Болта, — теперь ваши соратники, поэтому должны быть в курсе событий.

Прибывшие уселись на свободные стулья, Лютик приступил к рассказу.

— На Тропе повышенная активность тварей. Многие, ранее считавшиеся безвредными животные стали вести себя крайне агрессивно. Например, будучи уже близко к порогу, мы столкнулись с крупной гиттой. Эта страшная на вид тварь раньше всегда вела себя миролюбиво, даже трусливо. Сегодня она напала сразу, хорошо, что мы были начеку, ждали сюрпризов. Отбились с трудом, потому что до сих пор не было опыта схваток с этим животным. Могу сказать, что одиночного путника эта гадость точно уделала бы. Она выдержала град игл из трёх «смартов» и только мечи успокоили тварь навсегда. До этого тоже был ряд неожиданностей. Кто мог ожидать нападения рирхов, к примеру? Здоровенные тараканы, стаю которых раньше легко было разогнать брошенным камнем, сегодня пёрли на нас как дурные, словно их кто-то гнал. В общем, дела с проходом стали очень плохи. У нас большой перерасход патронов, если так будет и дальше, их придётся пополнять при каждом вояже на Землю. Раньше-то я закупал их один раз на три-четыре ходки.

Барон почему-то встал и принялся ходить из угла в угол. После очередного такого «путешествия» он вдруг остановился и сказал:

— Отвратительные вести. То, что вы рассказали, может свидетельствовать лишь о том, что клан сумел переправить на земную Тропу группу транс-медиумов. Если это так, а это, скорее всего именно так, весь животный мир Тропы теперь ополчится на путников. Я не могу понять как клан смог сделать это.

— А что могло им помешать сделать это раньше?

— Главная причина — барьер силы. У членов клана, по моим подсчётам ещё недостаточно сил, чтобы преодолеть барьер и проникать на другую Тропу. Они пока могли перебрасывать лишь модификантов. Что-то, какой-то неизвестный фактор позволил клану преодолеть барьер. Это… почти катастрофа.

Барон продолжил своё хождение, бормоча что-то под нос на непонятном языке. Надо сказать, что до этого он изъяснялся на чистом русском, но путники уже устали удивляться странностям, творящимся в этом замке.

Вдруг Болту стукнуло…

— Мастер, а вы знаете, что маги Гул-Магота увезли из Хаттана трупы убитых колдунов — наших партнёров по бизнесу?

Барон застыл на месте.

— Что вы сказали??? — казалось его голос сейчас сорвётся на крик, но хозяин замка сумел сдержаться. — Это правда? — уже почти спокойно продолжил он.

— Ну, какой смысл мне врать? Да и партнёров очень жалко. Хлавир был мне как родной брат, даже, наверное, ближе. Знал бы, что так может повернуться — никогда не допустил бы. Эти колдунишки даже не добрались бы к Хаттану, я бы всё сделал, чтобы не пустить их…

— Поздно сожалеть… однако, как вы уже знаете, маги Гул-Магота не так уж страшны… пока они не на Тропе. В своей среде обитания их сила многократно возрастает. Поэтому так важно не допустить их на вашу Тропу. Если это произойдёт, сделать будет уже ничего нельзя.

— Но ведь вы сказали, что медиумы клана уже там…

— Это очень плохо, но пока исправимо. Медиумы должны обосноваться где-нибудь в укромном месте Тропы, их нужно найти и уничтожить. Очень срочно, буквально сейчас! Их сила растёт с каждым часом, при этом слабеет барьер. Путники, собирайтесь в путь, времени нет совсем, возможно, мы уже опоздали.

* * *

Глава 13

— Болт, а как же я? — Криг смотрел каким-то потерянным, пустым взглядом.

— Ну что же я могу поделать, дружище? Ведь это Тропа, а она пропускает только своих.

— Почему же, — вмешался барон, — Тропа уже не та. Её проходимость резко увеличилась и теперь путник может послужить проводником обычному человеку.

— Значит, меня могут провести на Тропу? — с надеждой спросил Криг.

— Почти наверняка это уже возможно. Тем более на Тропу идёт целая группа путников, что ещё более увеличивает шансы.

— Болт, ну что? Берёшь?

— Друг, ты уверен, что тебе туда нужно? Тропа — отвратное место, зачем зря рисковать головой?

Громила упрямо набычился.

— Не возьмёшь — обижусь. Я пригожусь, вот увидишь.

Болт испытующе поглядел на здоровяка, махнул рукой и сказал:

— Ну, гляди, я тебя предупреждал. Мужики, на сборы десять минут. Лютик, брат, ты командир, лады? По этому участку Тропы ни я, ни мои ребята никогда не ходили.

— Добро, Болт. Но когда доберёмся до развилки, возьмёшь командование на себя. Мой опыт не сравним с твоим, так будет лучше для всех.

— Договорились.

Уже через полчаса команда путников, в которую влился и Криг, вышла через заднюю, потайную калитку в крепостной стене замка. Путь к порогу занял ещё около часа. Тропу Болт почуял по едва заметному покалыванию в области солнечного сплетения. Спутать это ощущение с другим было невозможно, настолько оно было необычно и своеобразно. Казалось в живот тычется что-то нежно-ласковое и в то же время колючее. Однако путнику, многократно бывавшему на Тропе, это чувство было очень знакомо — рядом порог. Порог, отделяющий живой, настоящий мир от полупризрачного, изменчивого, очень коварного и опасного мира Тропы. К Тропе нельзя привыкнуть, её нельзя задобрить, в любой момент она может преподнести сюрприз и никогда сей сюрприз не был, и не будет приятным.

Отряд двигался цепочкой, вилял меж огромных валунов, где громоздившихся друг на друга, где лежавших гигантскими россыпями, а где скопившихся, на первый взгляд непроходимыми завалами, но Лютик уверенно вёл путников к порогу. Криг шёл прямо перед Болтом, так ему приказали, на тот случай, если Тропа не примет его.

Резкое очень короткое головокружение. Порог. Яркий солнечный свет мгновенно сменился мутным полумраком, под ногами захлюпала грязь. Ну, здравствуй, Тропа! Широкая спина Крига продолжала мозолить глаза, значит, громила прошёл.

Отряд остановился, все стали проверять экипировку, Болт отошёл в сторону и тщательно осмотрел доработанное магирами оружие. Кто знает как поведёт оно себя на Тропе? Делиться открытием Хлавира Болт с новыми соратниками не спешил, это люди барона, а ему путник пока не слишком доверял, слишком тот был скрытен и явно чего-то недоговаривал. Лютика Болт знал давно, но друзьями они никогда не были. Нажатие на кнопку шокера вызвало сильный сноп искр чистого зелёного цвета. О! Что-то новенькое. И это при минимальном положении регулятора мощности. Зелёный цвет… а должен-то быть синий. Скорее всего в электрическую составляющую разряда добавилась магическая, другую причину трудно предположить. Ага! Значит, «смарт» тоже должен работать по новому, тем более, что иглы теперь заряжены высоким статическим напряжением. Путник отошёл за крупное скальное образование и выпустил иглу в лежащий невдалеке камень. Зелёная вспышка и облачко зеленоватого же тумана — всё, что осталось от камня. Интересно… магия Тропы не так взаимодействует с оружием, как магия Пролга, хотя эффективность огня, похоже, заметно возросла. Ну что же… замечательно, ведь оружие очень скоро придётся испытать в деле.

— Эй, Болт! Что-то там сверкнуло зелёным. У тебя всё в норме? — послышался голос Лютика.

— Нормально, братишка. Проверка оружия. Эй, Криг. Как самочувствие? Жрать будем не скоро, животик-то подбери.

— Да ну тебя! Тут всё прям… кипит от радости! Я ж на Тропу вышел! Хорошо-то как, Болт!

— Да уж… хорошо, дальше некуда. Ты вокруг-то погляди и покажи мне что-нибудь хорошее. Найдёшь, денег дам.

— Тута всё хорошее! Даже этот поганый туман!

— Сам-то хоть сообразил, что сморозил? Хороший, поганый туман. Не, денег не дам.

— И не надо. Мне и так хорошо! И звук какой приятный слышен. Музыка прям!

— Все спиной к скалам! — заорал Болт. — Быстро! Это сирены! Криг, не стой столбом! Сирены это мерзкие твари, все становимся рядом, как раз вон плоский высокий сланец торчит. Путники мигом прижались спинами к естественной стене, образованной вздыбившейся плоской глыбой и ощетинились выставленными мечами. Криг сориентировался быстро и тоже занял место у скалы.

— Мужики, «смарт» в левой, меч в правой руке, тварей летит немерено! Да рожи прикройте щитками!

Но путников не надо было учить — они и так знали что делать — щитки шлемов уже давно закрыли лица. Криг поспешил сделать то же самое. Очень вовремя, тут же налетел густой смерч поющих тварей. Они были мелкие, не больше крупного голубя, но видом весьма напоминали миниатюрных летающих крокодилов с пастями, усеянными рядами острейших зубов. Непонятно как твари держались в воздухе, поскольку крылья у них отсутствовали, но летуны, тем не менее, были отменные — быстрые и очень вёрткие. Звук, сначала казавшийся чуть не райской музыкой, взлетел вверх сразу на пару октав и превратился в мерзкий, давящий на психику визг. Мечи путников заработали как скоростные мясорубки, твари, несмотря на увёртливость, не успевали отворачивать от смертоносных лезвий и перед путниками быстро рос длинный буртик из окровавленных трупиков сирен. Тварей, однако это не останавливало и они продолжали остервенело нападать, погибших немедленно сменяли новые и, казалось, этот кошмар никогда не закончится. Постепенно путников стали покидать силы, мечи работали всё медленнее, напор же сирен не ослабевал. Двадцатизарядные «смарты» помогли мало, магазины давно опустели, а зарядить их при таком напоре тварей было невозможно. Болт, в отличие от остальных бойцов, пока обошёлся без стрельбы из «смарта» поэтому обойма его пистолета пока ещё была полна. Путник видел, что Кригу приходится очень худо, громила отбивался из последних сил, его длинный меч выкашивал солидные прорехи в скопище тварей, но движения гиганта становились всё более вялыми. Болту с невероятным трудом удалось сменить «смарт» на шокер в левой руке. Не задумываясь о последствиях, путник сдвинул регулятор мощности на максимум и сунул шокер прямо в круговерть тварей. Ярчайшая зелёная вспышка зарницей осветила всё вокруг, твари погибли мгновенно, почти все сразу и градом осыпались вниз, спаслись лишь те, которые отбились от общей стаи. Однако через пару мгновений выжившие твари тоже стали падать на землю, видимо нарушились их функции, позволяющие летать. Выживших сирен осталось очень мало и они уже не представляли реальной опасности.

Досталось и путникам, каждый получил сильнейший удар током, Болт в том числе. Разряд шокера растёкся по скопищу клубящихся сирен, уничтожил их, но частично зацепил и людей, пройдя через стальные мечи, орудующие в стае тварей.

Люди ошалело трясли головами, не понимая, что произошло, некоторые сидели на земле, прямо среди куч кровавого мяса.

— Что это было? — едва ворочая языком спросил Лютик.

Отвечать никто не спешил, слышалось только тяжёлое дыхание донельзя вымотанных путников, время от времени кто-то начинал хрипло откашливаться.

Болт подтолкнул локтем сидящего рядом Брагу.

— Странного ничего не замечаешь?

— Ничего вроде… Кроме того, что сирен было слишком много.

— Погляди внимательнее — Болт указал на вытянувшуюся вдоль скалы кучу убитых сирен. — Обрати внимание, высота кучи по длине очень разнится. Возле нас она выше пояса, а около путников Лютика и убитых сирен-то почти нет.

— Да нет, глянь, напротив Лютика их целая гора.

— Я о Лютике и не говорю. О его людях.

Во время боя с тварями путники выстроились в цепочку, прижавшись спинами к скале. Группа Лютика оказалась ближе к краю, причём сам Лютик соседствовал с путниками Болта, а оба его соратника были в самом конце цепочки обороняющихся.

И действительно — возле крайних путников убитых тварей оказалось на удивление мало, их почти не было.

Брага пожал плечами.

— Наверное твари больше налегали на центр.

Болт молча указал на другой фланг обороны, где сидел, отдуваясь, Дрон. Высота кучи там ничуть не уступала центру.

— Надо бы проследить за этими ребятками. Странно всё это, братишка. Похоже, что сирены на них почти не нападали. Эй, Криг, как самочувствие? Ты всё ещё считаешь Тропу замечательным местом?

Криг глянул на Болта и заявил:

— Из-за этой-то зубастой мелкоты я должен считать Тропу плохой? Не дождётесь!

Болт повернулся к Браге и втихую скорчил одобрительную рожу, а то вдруг громила неправильно поймёт. Брага же молчать не стал.

— Криг, по ходу из тебя выйдет нормальный путник. Молодца, брат!

Здоровяк благодарно кивнул, одобрение из уст путника дорогого стоит.

— Лютик, труби сбор, по-моему, резона здесь задерживаться нет никакого, а непрошенные гости на пиршество обязательно явятся.

— А, че его трубить? Все и так — вот они. Мужики, встаём, расселись здесь, понимаешь. Лучше, что ли места не нашли? — за шуткой путник прятал тревогу, ведь путь ещё даже не начался, а отряд едва не погиб.

Путники снова выстроились цепью, впереди шёл Лютик, за ним его люди, а потом уже группа Болта, во главе с ним самим. Узкая Тропка то виляла то меж угрюмых валунов, то ныряла в глубокие узкие лощины, то круто взлетала на возвышенности. Видимость была почти нулевой, серая мутная мгла не давала видеть далее полутора десятков метров, впрочем, для Тропы это обычная «погода». Причём суток как таковых здесь вообще не существовало, день и ночь — чуждые для Тропы понятия. Слева и справа из тумана выступали громады скал, иногда торчали корявые ветви уродливых деревьев, иногда из пелены тумана доносились чавкающие звуки, где-то рядом было болото, где вовсю резвилась местная фауна… да и флора от неё не отставала.

Болт повернулся к идущему сразу за ним Дрону.

— Братишка, приготовь-ка свою пушку, возможно она сейчас понадобится.

— Так ни зги же не видно. Толку с неё?

— А я тебе подсвечу. Будь готов, добро?

Дрон не останавливаясь, прямо на ходу извлёк свой арбалет из чехла и пристроил ЛЦУ.

— Лютик, тормознись, дружище, — крикнул вперёд Болт. — И оружие приготовьте на всякий случай.

Дело в том, что Болт видел на Тропе гораздо лучше других путников благодаря своим «всевидящим» контактным линзам. Детектор на запястье тоже непрерывно сигналил, сообщая об окружающей живности. Конечно, то, что видели глаза путника было очень размытым и неясным из-за сильного тумана, но совокупность визуальных данных с показаниями детектора говорили Болту очень много. Бегающей, прыгающей, ползающей, летающей гадости на Тропе всегда было в достатке, но поведение всей этой живой массы всегда подчинялось законам выживания — сильный охотился за слабым, слабый прятался как мог, сытый вёл себя мирно, голодный — агрессивно. Постоянное слежение за сигналами детектора в течение многих вояжей научили Болта прекрасно разбираться в поведении окружающей живой среды. Но сейчас эта среда вела себя странно. На границе чувствительности детектора собиралась некая живая масса, которая вела себя слишком спокойно и организованно для диких тварей. Людьми это тоже никак быть не могло, а вот… управляемой кем-то силой — вполне. Болт сумел даже примерно вычислить, откуда могут управлять этой концентрированной армией тварей. Как он определил место путник и сам бы затруднился объяснить, но очень ему не нравился скалистый холм, господствовавший над близлежащей местностью.

— Дрон, смотри во-он туда.

— Ни фига там не видать. Туман и какая-то мутная громада.

— Это высокий холм. Подними свою пушку и жди. Я устрою феерверк на пару-тройку секунд, а ты должен засечь цель и снять её, если, конечно там что-то есть. Стрелять тебе придётся, возможно «на ощупь», вспышка будет слишком короткой. Кстати, береги глаза, смотри на холм, а я чуть отойду назад, чтобы не слепить тебя.

— Давай.

— Не торопись, мне нужна помощь ещё одного человека. Брага, достань-ка меч.

Брага подошёл с обнажённым оружием.

— Теперь смотри, нам надо сработать очень синхронно. Я выплёскиваю из фляги в воздух солидную порцию воды, ты же должен резким ударом плашмя превратить эту влагу в пыль. Немедленно отскакивай, потому что я суну туда вот эту штуку — путник указал на шокер. — По идее это должно вызвать очень яркий разряд, хотя не факт. Ну, сейчас увидим. Готовы? Считаю до трёх. Один. Два. Три!!!

Вверх взметнулась струя воды из фляги, свистнул меч Браги, разнося струю в мельчайшую взвесь и тут же, подобно фотографической вспышке, полыхнула невероятно яркая зелёная звезда, осветив на мгновение окрестности. Но этого мгновения оказалось достаточно для того, чтобы снайпер засёк на вершине холма фигуру в длинном балахоне. Арбалет щёлкнул лишь один раз.

— Готов, — буднично сказал Дрон. — Он упал, я видел.

— Хорошо, поглядим, что будет теперь. Наверняка это был один из транс-медиумов. Впереди нас скопище каких-то тварей, даже не скажу каких, их слишком много. Следите за детекторами, мужики. Я немного в шоке… в электрическом шоке, зацепило малость.

Болт свалился на землю, зацепило его вовсе не «малость». Первым к нему подскочил Криг.

— Да что же это… ну, Болт, ну ты же… нельзя так. Мужики, чего стоите? Воды!

К счастью, всё обошлось, путник скоро пришёл в себя, и сразу наорал на всех за то, что смотрят не туда, куда надо, а надо смотреть на детекторы.

— Нормально всё, командир, — успокоил его Брага, — я следил за скоплением тварей. Они уже разбежались, причём сюда ни одна не рыпнулась, как знали, что здесь их ждёт тёплый приём. Ты оказался прав, на холме был медиум, стоило тому подохнуть, так и стая рассеялась. Только вот метод освещения ты выбрал не очень хороший, так и копыта отбросить недолго.

— А-а-а… сделал, что первое взбрело в голову. Всё лучше, чем нападение кучи тварей. Но я уже знаю что делать. У меня есть широкий резиновый бинт, я сейчас же обмотаю им рукоятку шокера, если долбанёт при случае, то хоть не так чувствительно. Повлияло ещё то, что почва очень влажная, но с этим ничего не поделаешь. А без шокера мы пропадём, ребятки. Хрен знает, сколько здесь ещё этих медиумов. Будем лазить по Тропе, пока всех не перебьём, другого выхода нет. У меня предложение: давайте устроим привал на том холме где сидел медиум, как-то он туда взобрался. Значит, и мы сумеем. А на холме будет безопаснее. По крайней мере, опасность будет грозить только с воздуха.

— А вдруг медиум вновь соберёт полчища летающей мерзости? И укрыться будет негде.

— Не соберёт. Я уже разобрался, что медиум может управлять тварями только с небольшого расстояния. Мы вполне сможем засечь эту гниду детекторами, я уже даже забил в память своего прибора характеристики метки медиума. Он виден на экране с синеватым ореолом, никакая тварь так не индицируется. Давайте свои детекторы, введу параметры.

Лютик с интересом слушал объяснения Болта.

— Лихо вы его уделали, мужики. И детектор очень хорош, я такие уже видел, только вот купить не смог. Не знал у кого.

— Теперь и купить негде, брат. Я их делал вместе с партнёром из Пролга, а партнёр погиб. Магическая составляющая технологии изготовления мне неизвестна, поэтому новые детекторы ожидаются не скоро. Так что, увы…

— Жаль. Ну ладно. Давай я со своими ребятами схожу вперёд на разведку, развилка уже рядом. А вы пока малость отдохните, тебя-то здорово долбануло током. Мы недалеко, так что не переживай.

— Зря вы сами идёте. Вместе безопаснее, тем более у вас нет детекторов.

— Ничего, пока-то без детекторов обходились. Мы недолго, вы пока костёр разведите, чтоб мы на горячий чай поспели.

— Давай, брат. Осторожней там…

Однако едва группа Лютика скрылась из виду, Болт тихо сказал:

— Брага, Дрон, Гера. Быстро за ними, но так, чтобы они вас не засекли, пользуйтесь тем, что у вас есть детекторы. Мне очень не нравится эта троица. Какого хрена они попёрлись в разведку? При такой активности тварей лучше быть вместе. Если они пойдут далеко, лучше возвращайтесь. Хочет Лютик — пусть рискует своими людьми, а вам я рисковать не разрешаю. Раз уж признали меня командиром, будьте добры, подчиняйтесь.

— Мне и самому поведение троицы кажется странным, — сказал Брага. — Когда Дрон пристрелил этого кренделя на скале, я случайно глянул в сторону наших проводников. Мне показалось, что они сейчас бросятся на нашего снайпера, такие злобные рожи у них тогда были. Хотя за самого Лютика не уверен, он тогда отвернулся. Но эти двое какие-то левые, точно.

— Вот видишь. Давайте мужики, только зря не лезьте на рожон. Очень интересно, куда это им так срочно понадобилось. Проводнички, блин…

Три путника бледными тенями растворились в тумане. Болт тем временем развёл огонь, пользуясь «вечными» дровами, позаимствованными у Роговского и вскипятил воду для чая. Криг бестолково суетился рядом и, собственно, только мешал процессу. Болт, однако не стал, по своему обыкновению, подначивать здоровяка, тот ведь хотел как лучше и очень старался быть полезным.

— О-па! — а вот и наши возвращаются, — детектор путника чётко зафиксировал три характерные метки людей. — Чего-то они слишком быстро. Криг, на всякий случай приготовься к неожиданностям. Вдруг это чужаки, хоть такой вариант и маловероятен, но…

Но это оказались свои.

— Их нет, командир. Куда они могли исчезнуть, даже не предполагаю, — докладывал Брага. — Сначала мы легко вели их по детекторам, но затем они резко увеличили скорость, да так, что угнаться оказалось невозможно. Мы быстрым ходом дошли до развилки, но засечь троицу так и не удалось.

— Ого! Странные дела творятся. И непонятные, а непонятное всегда чревато. Собираемся мужики и быстро валим из этого места, моя задница так и чует, что отсюда надо бежать.

Быстро потушили костёр, собрались и двинулись к развилке. Болт на этот раз шёл в авангарде, резонно полагая, что быстрее отреагирует на возможную опасность, благодаря «энерговооруженности» своего зрения. Не дойдя до развилки метров двадцать (Болт уже смог просчитать её местоположение), командир вдруг остановил отряд.

— Никто ничего не чувствует? Мужики, поднапрягите своё чутьё путников. Мне это место кажется необычным. Ощущаю какую-то пустоту, что ли в окружающей среде… такое впечатление, будто Тропу здесь кто-то пытался разорвать… ну типа этого.

— Да, я тоже чую нечто странное, — сказал Брага.

— Есть какая-то непонятка, — подтвердил Дрон.

Болт обошёл странный участок Тропы, внимательно осматривая границы. Обычно попасть за черту Тропы невозможно, хотя глаз самой границы не замечает. Кажется, что никакой черты нет, однако натыкаешься на невидимую прозрачную стену, за которой видишь скалы, траву, корявые, как обычно на Тропе, деревья, но попасть туда нельзя. Более того, проходя этим же участком Тропы в другой раз, за чертой можно увидеть абсолютно другой пейзаж, хотя пейзажами назвать мутные, полуразмытые миражи можно лишь с большой натяжкой. Что интересно, детектор частенько показывает активность тварей именно за границами Тропы. Маги объяснить сиё явление так и не смогли, потому, как попасть на Тропу не имели возможности, а путникам было по барабану, поскольку мнимая деятельность тварей за чертой неприятностей пока никому и никогда не доставляла.

— Вот оно! Сюда, здесь разрыв границы, — Брага первый нашёл странную дыру в структуре Тропы.

Болт ощупал непроницаемую мягкую стену, в одном месте рука легко смогла преодолеть упругое сопротивление и прошла сквозь границу.

— А не сюда ли смылись наши проводники? — высказал догадку Гера.

— Возможно. Я вот думаю, стоит ли пробовать пройти за черту, или ну его на хрен? А вдруг это опасно? С другой стороны, очень уж хочется… ох доведёт меня когда-нибудь любопытство до цугундера. Короче, я пробую пройти, а вы страхуйте, добро?

— Может не стоит, командир?

— Может и не стоит, брат. Но надо попробовать. Мы такого ещё никогда не видели, а посему его надо исследовать и систематизировать, дабы не было мучительно больно… ну, вы понимаете, о чём я.

Путники понимали. Любой путник — это первопроходец, а эта категория людей отличается повышенным уровнем любознательности, что нередко кончается отдавленными любопытными носами и прочими конечностями. Однако без риска и узнать ничего нового невозможно.

Болт осторожно двинулся через мягкую преграду. Появилось ощущение натянутой упругой плёнки. Ещё один осторожный шаг… сопротивление исчезло. Болт взглянул назад… пусто. Никого нет! Да и место за спиной выглядело совсем по другому. Паниковать путник не спешил, он протянул руку назад, тут же натолкнулся на невидимую плёнку и решительно шагнул назад.

— Слава Богу! Командир, — облегчённо сказал Брага, — ты пропал из виду, когда ступил за черту, а детектор показал, будто ты быстро удаляешься. Уже через пару секунд детектор тебя потерял.

— Я уже нашёлся. А если серьёзно, никуда и не уходил. Шаг туда, шаг назад и всё. Жаль, на детектор не успел глянуть. А местечко-то надо пометить. Очень любопытное местечко! Минуту…

Путник порылся в рюкзаке, вытащил коробочку с мелкими серебристыми кругляшами и сунул один такой кругляш под близлежащий валун. Затем чуть поколдовал с детектором.

— Годится. Теперь не потеряем. Ну, надо решать, дуем дальше по Тропе, или отвлечёмся на дыру. Любопытные там места, скажу я вам. Вроде Тропа, но не совсем. Например — тумана нет вообще. Да и общая обстановка, аура другая.

Детекторы сработали у всех сразу. Путники мгновенно подобрались — с обоих концов Тропы сюда надвигались скопления тварей.

— Думаю, теперь выбор упростился. За мной, мужики, идём в дыру.

Глава 14

Проход завершился благополучно, никто не потерялся, хотя определённые опасения были, особенно насчёт Крига.

Все с интересом оглядывались вокруг. Местность разительно изменилась, теперь вместо довольно узкого прохода среди скалистых холмов вокруг раскинулось широкое открытое пространство, заросшее густой травой из которой там-сям торчали растрёпанные кусты шиполиста — достаточно распространённого растения Тропы. Но самое главное, как и говорил Болт, тумана не было и в помине. Свет лился непонятно откуда, тени отсутствовали, создавалось впечатление, что светится сам воздух. Причём воздух был ощутимо чище и суше, чем непосредственно на Тропе, потому и дышалось заметно легче.

— А здесь недурно, — заметил Брага, — по крайней мере, приятней, чем на главной Тропе.

— Гм… если та Тропа и правда главная. А вдруг наоборот?

— Об этом я не думал… но всё может быть.

— Ну, для ясности будем считать главной всё-таки ту Тропу. Это, возможно просто карман, или тупик.

Болт достал ещё одну серебристую горошину и втоптал её прямо в почву.

— Будет метка для детекторов. Отмечайте все, здесь дыра, вдруг придётся разделиться, чтоб не терялись. Если стать прямо на отметке и смотреть на вон то дальнее дерево, то дыра будет слева, её легко нащупать рукой.

— Командир, а приглядись внимательнее к детектору, он интересную вещь кажет. Какой-то тусклый круг вокруг твоей метки.

— Точно, брат. И что же оно такое?

Что «оно» такое, естественно, никто не знал. Коротко посовещавшись, решили хорошенько обследовать вновь открытую территорию Тропы. Брага предложил разделиться для скорейшего результата, но Болт был категорически против, мотивируя решение безопасностью группы.

Сначала направились на условный «юг», то есть — назад, если учитывать главную Тропу. Детекторы исправно сигналили о наличии богатой фауны, но попадалась, в основном, мелочь, вживую удалось заметить лишь пару хризов — животных, похожих на длинную палку с шестью короткими, суставчатыми лапами. Сходство с палкой усиливали «сучки», там и сям торчащие из туловища.

Криг брезгливо поморщился, завидев неказистых животных.

— И чего же там жрать, в этих деревяшках-то?

— Кому что, а курице просо… но здесь ты прав, старина, прав дважды, пожрать давно пора, пока нам не удалось даже чай погонять. Привал, путники, — скомандовал командир.

Пришлось воспользоваться продовольственным запасом из рюкзаков, поохотиться на серьёзную дичь пока возможности не представлялось. Особо, впрочем, не рассиживались, уже через полчаса отряд вновь двигался на «юг».

— Командир, — спросил Брага, идущий сразу за Болтом, — мне вот что любопытно… твой детектор, очень удачный навигационный прибор в условиях Тропы. Я кое-как могу предположить его способности насчёт живых объектов, ну там… биополе или что-то вроде того. Но как он определяет «стороны света»? Ну, пусть не стороны света, которых тут и быть не может, а хотя бы направление. Он ведь даже маршрут запоминает, прям джи пи эс натуральный. Но здесь же нет никаких спутников.

— Я не могу тебе сказать точно, но детектор ориентируется по истокам силы, так, по крайней мере, мне Хлавир объяснял. Якобы эти истоки вечны и незыблемы… стоп!

Брага уткнулся в спину внезапно тормознувшегося командира.

— Мужики, вы когда-нибудь встречали дураков? А-а-а, что я спрашиваю… вот он, вот! Ваш командир дурак набитый! Брага, ты задал гениальный вопрос и очень вовремя!

Болт сел прямо на землю и уткнулся в детектор. Он водил пальцем по экрану, сдвигал сенсорную картинку, бормотал что-то под нос, несколько раз кивнул сам себе и, наконец, встал.

— Если я всё правильно понял, то мы этих медиумов передавим за несколько часов. Пойдём, пойдём, нечего прохлаждаться.

Командир чуть ли не бегом устремился дальше на «юг», остальные ринулись за ним.

— Хоть примерно объясни, командир, — дыша в спину Болту, на ходу проговорил Брага. — Сорвался как с цепи и прёшь непонятно куда.

— Потом братишка, скоро и сам поймёшь… уже рядом, — Болт мельком глянул на детектор. — Стоп! Пришли. Готовим оружие.

— Я понял, командир. На детекторе такой же тусклый кружок, как возле дыры.

— Я же говорил, что скоро поймёшь. Здесь тоже должна быть дыра и я даже догадываюсь, куда она ведёт.

Болт начал ощупывать пространство вокруг себя, наткнулся на невидимую преграду и пошёл вдоль неё. Преграда оказалась довольно большим замкнутым кругом, в котором всё же, нашлось слабое место.

— Я иду первый, за дырой смещаюсь влево и вперёд, следующий проходит, смещается вправо и вперёд, принцип ясен?

Не дожидаясь ответа, путник ступил в невидимый проход.

Он оказался там, где и ожидал, а именно — на том же холме, где Дрон пристрелил медиума. Через пару секунд рядом стояли и остальные члены отряда. Воевать, однако, не пришлось, на вершине холма лежали четыре распростертых тела — троица недавних проводников-путников и транс-медиум в длинном чёрном балахоне. Послышался слабый стон. Один из путников был ещё жив.

— Лютик, брат… как ты? Гера, давай быстрее, ты у нас штатный медик. Делай, что надо.

Роговский вколол раненому необходимые препараты, сделал перевязку, но остановить сильное кровотечение из рубленой раны на плече оказалось невозможно.

— Большего я сделать не могу, здесь не клиника, — Гера виновато глянул на командира.

Лютик открыл глаза, хрипло закашлялся и проговорил:

— Опоздал я, братишки… не распознал вовремя продажных козлов… вот этих двоих… я их, можно сказать, научил ходить по Тропе, а они… ищите Белого, братишки, он, гнида, работает на клан… и этих двоих купил…

— Хорошо, брат, молчи. Тебе нельзя говорить. Полежи малость, всё будет пучком.

— Нет, брат. Отходил путник своё. Чую, смерть уже рядом. Отомстите за меня, мужики, добро?

Лютик дёрнулся, замолк, теперь уже навсегда. Болт присел, закрыл умершему глаза, потом снял шлем и произнёс ритуальную фразу:

— Да примет тебя земля Тропы, путник. Нас породнила Тропа, так жди побратимов своих, мы непременно придём. Спи спокойно, брат.

После этих слов обычно хоронить путника не требовалось. Так случилось и на этот раз — тело Лютика медленно погрузилось в почву и уже через минуту здесь вылезла первая зелёная травка. Через час она станет густой и высокой, примет очертания лежащего тела, однозначно указывая на место упокоения настоящего путника, достойного человека. Таких мест на Тропе было уже немало, о них ходоки никогда не забывали, снимая шлемы, отдавали честь, проходя мимо спящих братьев. Погибших же бесславно земля Тропы не принимала, сколько не говори над трупами торжественных слов. Их бесполезно закапывать, так как земля выталкивала тела наружу, на съедение гиулам — могильщикам Тропы.

Но попробовать всё же нужно. Болт произвёл ритуал над телами предателей, но, как и ожидалось, земля не приняла их. Затем командир перевернул труп медиума и замер. Перед ним лежал Хлавир. Изуродованное лицо модификанта, когтистые лапы вместо рук, но всё же, это был колдун из Хаттана, партнёр и друг Болта.

— Прости, друг… я не смог тебя уберечь. Клянусь, что страшно отомщу за это злодеяние! Берегись, Гул-Магот!

Путники отошли в сторону, внимая горю путника, командира и друга. На некоторое время повисла тягостная тишина, прерываемая лишь отдалёнными звуками, обычными для Тропы — чавканьем, взрыкиваниями, визгами и различного вида шумами, о которых трудно было сказать что-либо определённое. Болт встал, оглянулся на соратников, затем повернулся к трупу медиума.

— Я обращаюсь к тебе, о, Тропа! Передо мной лежит очень достойный и честный человек, превращённый негодяями в отвратительного модификанта. Его сначала убили, а затем превратили в орудие для свершения своих злодеяний! Прошу тебя, о, Тропа, если считаешь меня достойным своего внимания, прости его за невольные проступки и прими в своё лоно, хоть он и не имел звания путник!

Примерно минуту ничего не происходило. Потом воздух вокруг медиума засиял мягкой зеленью, закружился блёстками, окутал туманом и растаял, оставив за собой молодую траву, очертившую контуры умершего. Тропа приняла Хлавира как своего. Болт опустился на колени и поцеловал землю в знак благодарности.

— Тропа разумна, — потрясённо прошептал Дрон, стоящему рядом Браге.

— А я в этом никогда не сомневался, брат, — тихо ответил тот. — Интересно, кто же тот медиум, которого сшиб Дрон?

— Надо спуститься с холма и поглядеть, если его, правда, твари не успели сожрать.

* * *

Трупа под холмом не оказалось, впрочем, удивляться тут нечему, учитывая обилие прожорливых хищников.

Болт проклинал себя за то, что, будучи прошлый раз на этом холме, не спустились для осмотра его окрестностей.

— Ну вот, мужики, двух медиумов уже нет. Одного убил Дрон, другого, как я понимаю — Лютик, за что и поплатился жизнью.

— Командир, когда ты понял, где искать второго медиума?

— А вот сразу после твоего вопроса о свойствах детектора, брат. Смотри: на Тропе, возле дыры в нашу сторону двинулись явно организованные полчища тварей. Понятно, откуда они взялись впереди, там медиум, которого мы ещё не видели. Но сзади? Мы же зачистили тот участок Тропы, убили медиума. Но твари сзади вновь пошли организованной массой. Вот и возникла мысль, что другой медиум снова зашёл к нам в тыл.

— А у меня возникла мысль, — сказал Брага, — может ли такое быть, что медиумы могут работать только на точках истоков силы? Я так понял, что они не маги, а нечто лишь чуть похожее на них.

— Гм… возможно, возможно. Даже вероятно, хоть и не факт. Ну, точки силы наши детекторы очень ясно показывают, более того — это реперные точки детекторов, по которым происходит навигация. Их и искать не надо — они наглухо забиты в память. Момент… да, так и есть — вот моя метка возле дыры, и она точно соответствует навигационной точке детектора, достаточно эти точки сделать видимыми на экране. А всего их… раз… два… одиннадцать. Две исключаем и идём по остальным через карман Тропы, в нём точки как я понял, намного ближе друг к другу. Параллельные миры, ёпсель тебя через колено, блин… и чё это я злюсь? Пора бы привыкнуть.

Следующая дыра вывела на небольшую кочку среди обширного болота, пришлось срочно вернуться, чтобы не засосала трясина. После этого случая решили идти в дыры по двое, чтоб в случае чего было легче возвращаться. А вот дальше дела пошли веселее, почти каждая дыра выводила на медиума. Проблем с ликвидацией не возникало, поскольку самого медиума мог убить кто угодно, было бы чем. Тварей вблизи себя медиум не копил, видимо это было небезопасно. Уничтожили восемь медиумов, считая и первых двух. Одного из убитых опознал Дрон, как партнёра Совы, знакомого ему путника. Прошло много времени, по часам Пролга было далеко за полночь, путники вымотались до крайности, поэтому пришлось заночевать прямо возле дыры, близкой к порогу Земли. Ночёвка протекала спокойно, без проишествий, утром же командир предложил разделиться — двое караулят следующую дыру, остальные идут к ней по Тропе, таким образом исключалась «протечка» врага по параллельному ходу. В «кармане» оставили Брагу с Герой, Болт с остальными двигался по основному стволу Тропы. Пару раз нападали горгоны, но против трёх опытных вооружённых людей это было просто актом самоубийства. Организованных нападений тварей больше не наблюдалось, посему уже чуть пополудни вся группа собралась у последней, считая от Пролга, дыры.

— Пришли, вроде. Меня вот что настораживает — где же теневики? Мы ж по Тропе как щёткой прошлись, но их не встретили.

— А карман? Мы не знаем его реального размера. Да и на главном стволе хватает обширных тупиков, я даже было, в одном заблудился когда-то, — сказал Брага.

— Да хрен с ними, с теневиками. Главное — медиумов мы убрали. И теперь знаем короткий путь. Он, к тому же, намного проще и безопасней. Или твари с главного ствола туда не попадают, или не хотят попадать, но самое страшное, что мы там видели — это несколько рирхов.

— Ну, рирхи тоже не подарок, если их много…

— Но не горгоны и не рарги (тьфу, тьфу, тьфу). Давно эту гадость не встречал. Но я не то хотел сказать. Понимаю, что сейчас услышу кучу возражений, но мне срочнейше надо сгонять на Землю. Так, не шуметь!!! — Болт в корне придушил робкие возражения. — Поясняю причину: не за товаром, не к любимой, не к старикам. Надо притащить серьёзное оружие, хотя бы калаши для всей группы. Да побольше патронов. Гранаты тоже нужны. Впереди у нас очень серьёзные дела и чем лучше мы вооружимся, тем дольше проживём. А вы идёте в замок Гиранита и начинаете усиленную подготовку. Да, чуть не забыл… про дыры и карман Тропы ни слова! Возможно, барон о них знает, но почему тогда нам ничего не сказал? Я на пару дней, не больше, Криг пойдёт со мной, на этого амбала можно много чего нагрузить. Ты не против, дружище?

— Завсегда готов! — радостно рявкнул громила. — Даже не мечтал в твой мир попасть, а тут…

— Рано радуешься, — зловеще сказал Болт, — ты даже не представляешь, сколько груза придётся переть на горбу через всю Тропу.

В ответ Криг лишь радостно улыбнулся.

* * *

Заночевали вблизи порога, твари Тропы сюда попасть не могли, земная же живность обходила эти места стороной. Даже комары отсутствовали. Люди называли место проклятой рощей из-за кривых, уродливых деревьев, очень похожих на те, что произрастают на Тропе. Естественно, люди тоже сиё место не жаловали, хотя городок был относительно недалеко — за двенадцать километров. Городок с непритязательным именем Корягино, в котором родился и вырос Олег Георгиевич Болтов, или просто Болт. Может кому-то городишко мог показаться мелким и унылым, однако для самого Болта он был если не самым лучшим, то и не худшим местом на свете.

Утром Болт критически оглядел громилу, махнул рукой и решил, что странный наряд Крига не вызовет на улицах особого ажиотажа. Сосед Болта, Иван Ефимыч, припёрся было домой по пьянке в старой фашистской шинели и каске, шёл через весь городок и ничего. На вопрос — где дел свой новый костюм, дарёный женой и откуда взял этот антиквариат, вразумительного сказать ничего не смог. Антиквариат он, кстати, сбыл на следующий же день за бешеные деньги — триста долларов, так что жена быстро простила его за утерянный костюм.

Ну пройдёт Криг в своей кольчуге с наброшенным поверх плащом, что такого? Может, киношники в Корягино приехали? За себя Болт не переживал, к его странностям в городке привыкли, он мог при желании хоть нагишом разгуливать по улицам, никто и не глянет. Нет, ну конечно, местные красавицы, наверное, не отказались бы. Не дождутся, такое шоу может быть только за деньги.

И прошли. И никто абсолютно не обратил внимания, на улице-то было пол-пятого утра. А вот на скамеечке у подъезда возле дома Болта сидела припозднившаяся парочка — Светка Горюнова и незнакомый парень. Парню было всё равно, кто там идёт, куда идёт, он ещё от вчерашнего не отошёл и явно желал куда-то свалить, но сил было недостаточно, встать без посторонней помощи он бы не смог. Светка же с неподдельным интересом оглядела импозантного громилу.

— Олег, познакомишь с мужчинкой?

— Нашла время. Спать чё не идёшь, красавица?

— Давно бы пошла, так ведь эту вот пьянь оберут до нитки. А он потом придёт и обвинит меня.

— Иди, спи, я его так обвиню, что забудет, где ты живёшь.

— Да ну его… познакомь, а? Такой интересный дядя. Он говорить умеет?

— Он это… иностранец.

— Ух ты! А откуда? Из какой страны?

— Финикиец он.

— Олег, ну не гони. Финикийцев римляне сотни лет назад истребили. Или тысячи даже.

— Значит он последний не истреблённый. Всё, всё. Мы спать. Могут же люди придти с рыбалки и поспать?

— Могут, могут. Только я не отстану. Всё равно познакомлюсь с… финикийцем твоим.

Болт знал, что Светка слов на ветер не бросает, потому довольно грубо подтолкнул Крига к подъезду, громила восхищённо пялился на сексапильную деваху, а та подтянула вверх подол и без того короткой юбки и откровенно строила ему глазки. Сдвинуть Крига с места удалось с большим трудом, и лишь украдкой показанный кулак возымел должное действие.

В своё время Болт выкупил все четыре квартиры на втором этаже и обустроил их в одну по собственному разумению об удобности жилища. Среди соседей, да и не только, он слыл местным олигархом, хотя и без обычной неприязни, связанной с одиозным ярлыком. Его считали слегка чокнутым, но Болту, во-первых, это было по-барабану, а во-вторых, упрощало вояжи на Тропу, ведь чокнутым многое прощается и позволяется.

Экскурсия по квартире на Крига особого впечатления не произвела, однако один предмет мебели ему явно понравился. Нетрудно догадаться, что сим предметом являлся холодильник, точнее то, что в нём лежало. В отсутствие хозяина за квартирой ухаживала соседская бабушка, в условия ухода входил и пункт о постоянном наполнении холодильника свежей снедью, разумеется, за деньги хозяина.

Криг сразу положил глаз на солидный кусок буженины, вообще, справедливости ради надо сказать, что он на всё положил глаз. Болт же на правах радушного хозяина расщедрился и позволил громиле заморить червячка. Ну, или то, что сидело в желудке громилы, вряд ли там был маленький червячок. В результате холодильник подвергся тотальному разграблению, хотя хозяин голодным тоже не остался.

— Дружище, я оставлю тебя на несколько часов, надо решить вопросы с моими поставщиками. Через час придёт бабуля, она здесь убирается, оставляю записку для нее, чтобы не подумала ничего такого о тебе. Типа ты вор или грабитель. Однако боюсь, прежде чем читать записку, бабушка в обморок грохнется. Придётся позвонить ей, хоть и рановато ещё. А ты развлекайся, вот телевизор, я тебе рассаказывал о нём, вот пульт. Пользоваться примерно так как дивидишным, с тем-то ты уже левой ногой управляешься. Сам двери никому не открывай, да… переодеть тебя не помешает. Вот треники и футболка Егора, это мой знакомый, на рыбалку, бывало, ездили. Он пониже тебя будет, зато толще. За счёт этого одежда растянется и как-то подойдёт. Я пошёл.

* * *

— Привет, Олег. Наконец-то. Патроны к «смарту» давно готовы, а забирать некому. Ни тебя, ни Роговского, ни других. Где все? товару оборот нужен.

— Привет, Андрюха. Я куплю много патронов и не только к «смарту». Что ты скажешь насчёт калашей? Найдёшь?

— А когда Заставский чего-то не находил? Обижаешь.

Андрей Заставский был давним поставщиком оружия не только для Болта, но и для многих других путников. Где он всё брал, Болта по большому счёту не интересовало, главное — поставщик был надёжный и не болтливый, в таком деле длинный язык быстро сокращает жизнь.

Насчёт автоматов и боеприпасов, включая гранаты, договорились быстро, забрать товар, по утверждению Заставского, можно будет уже завтра вечером.

— У тебя могут быть проблемы, Олег, — Андрей закурил и отошёл к окну.

— У кого их нет, Андрюх.

— Это серьёзные проблемы. В Корягино новый начальник ментовки. Молодой, да ранний, землю копытами роет. Раскрываемость преступлений с его приходом о-о-очень повысилась. Правда все раскрытые преступления сводятся к ворованной с участков картошке, пьяным дракам и прочей шелухе. В серьёзные разборки он нос не суёт. Недавно на хате у Пригоды расстреляли сходку авторитетов, так замяли дело и всё глухо, как в танке. Ну, это, в общем, тебя не касается, а касается совсем другое. Этот мент, Ковалёв Сергей Ильич, для ясности, очень интересуется вашей братией. Тобой и всеми, кто ходит в проклятую рощу. Товарищ мент большой любитель ассигнаций, причём нерусских. Я тебе не просто так говорю, он наверняка уже знает о твоём прибытии, так что жди гостей или вызова в ментовку. Не моё дело, как ты решишь вопрос, но я бы откупился, говорят за дядей в фуражке серьёзные люди стоят.

— Спасибо за предупреждение. Завтра вечером, как договорились. Хвост не притащу.

* * *

— Олег Георгиевич? — густой баритон в трубке мобильника прямо-таки сочился доброжелательностью.

— Он самый. Чем обязан?

— Вас беспокоит Сергей Ильич Ковалёв. Вы меня, скорее всего, не знаете, я новый начальник милиции нашего города. Был бы очень признателен, если бы вы сегодня нашли время для посещения моего кабинета, скажем… ну, лучше сами выберите удобное время.

— А в чём, собственно дело? Сразу говорю — время моё дорого и даже ради посещения столь высокого начальства я не стану его тратить. Только по очень весомой причине. Она есть?

Баритон ответил не сразу, видимо отказ был непредвиденным поворотом событий.

— Дело касается ваших путешествий в местную аномальную зону, называемую проклятой рощей.

— Это запрещено законом? — Болт добавил столько льда в голос, что, казалось, сейчас замёрзнет трубка.

— Пока нет. Но народу не нравится это место, поэтому я поднял вопрос об ограничении доступа в рощу. Сейчас вопрос рассматривается в обладминистрации и, думаю, будет решён положительно.

— Сергей Ильич, мне не нравится много мест даже в пределах города, не говоря о всяких там загородных рощах. Например, свалка за птицефабрикой, или заброшенная лесопилка чуть ли не в центре Корягино. Вы туда собираетесь ограничивать доступ? Я поддержу. Дети, понимаешь, играют в опасных для жизни местах… ну, вы понимаете. Я к тому, что в обладминистрации работает Земской Владимир Петрович, мой очень близкий друг. Знаете такого? Ну, вам ли не знать главу обладминистрации. Я сегодня же посоветую ему не распылять силы нашей доблестной милиции для охраны отдалённой рощицы, а заняться животрепещущими проблемами города. Я не думаю, а знаю, что Земской пойдёт мне навстречу, но никак не вам. До свидания, Сергей Ильич, успехов на ниве борьбы с преступностью.

Болт отключил связь, хмуро взглянул на громилу и сказал:

— Этот так просто не отступится. По голосу слышно — гнида редкостная.

Криг, конечно не мог понять, о чём говорил Болт, но то, что тот был в ярости, хорошо чувствовал, в настроениях хозяина он давно научился разбираться.

— А кто он?

— Это вроде начальника стражи в Хаттане. Слушай, чего-то мне давно не попадались хорошие начальники стражи. Может они вымерли, как тупиковая ветвь эволюции?

— Болт, не путай эволюцию с эта… коррупцией.

Путник замер с открытым ртом. Ещё раз глянул на громилу, не послышалось ли…

— Криг, ты чего там ляпнул?

— В твоих книгах много интересного. Сначала я читал их из-под палки, а потом даже стал перечитывать. Жаль, что книг не много, но я купил ещё несколько штук.

— Блин… а я его чтением наказываю. Придётся разработать новые методы воздействия.

— Давай. Мож, я ещё чему полезному обучусь.

Раздалась трель дверного звонка. На мониторе входной видеокамеры нарисовалось привлекательное лицо Светки. Из динамиков донеслось:

— Олег, не притворяйся, что тебя нет дома. Я видела, как ты недавно приехал на такси, так что не отвертишься.

— Только этой красотульки мне сейчас не хватало. Придётся открывать, мы с ней всё-таки давние друзья. Обидится девка. Криг, ну что сидишь, пень пнём? Патлы свои хоть чуточку пригладь, видишь, какая к нам фифа в гости просится? Я пошёл открывать.

Светка превзошла сама себя. На её точёной фигурке красовалось чёрное короткое платье из сияющей с отливом ткани, длинные стройные ножки облегали тонкие колготки в тон платью, золотистые босоножки на длиннейшей шпильке хорошо гармонировали с рыжими волосами девушки. Лицо же представляло собой настоящий шедевр косметического искусства. Тонкий запах дорогих духов мгновенно заполонил прихожую.

— Мама мия! Светлана Анатольевна, вы ли это? Я сражён наповал и сейчас умру, чтобы сия картина запечатлелась последним прекрасным видением в моей беспутной жизни!

— Нет не сейчас. Сначала пригласи меня в зал, а потом, так и быть, умирай.

— Прошу, прошу, о несравненная! Сюда, пожалуйста, не споткнитесь через тапки, убью этого… финикийца.

«Финикийца» хватил столбняк, едва он увидел входящее в зал совершенство. Криг ошарашено моргал, он просто не мог себе представить, что женщина может быть настолько хороша.

Коварная Светка прекрасно видела произведенное ею на громилу впечатление, но тут же подлила масла в огонь.

— Здравствуйте, — ангельским голоском произнесла она, — я Светлана, надеюсь, вы тоже назовёте своё имя?

— Чего молчишь — прошипел Болт. — Дама имя твоё спрашивает.

Но Криг лишь промычал нечто невразумительное. Болт укоризненно посмотрел на Светку.

— Ну разве можно так вот впечатлять бедного финикийца. Ладно, я привычный, а ему ж это как балдой по голове. Криг его зовут.

— Очень приятно. Странное имя для восточного человека. Больше похоже на немецкое или скандинавское.

Минут через десять громила слегка оттаял и даже осмелился заговорить с неземной красавицей, чему поспособствовала приличная доза коньяка.

Красавица же весьма благосклонно восприняла абракадабру из уст мужчины, которого уже считала своей законной добычей.

Снова запел дверной звонок. На мониторе появился человек в милицейской форме.

— Мальчики, девочки, а ну-ка пройдите в другую комнату и чтоб я вас не слышал. Свет, ну чё сидишь? Ты же знаешь мою хату, бери Крига и пересидите где-нибудь минут десять-пятнадцать, пока я переговорю с этим кренделем в фуражке.

Светка взяла за руку ничего не понимающего Крига и потянула к двери в соседнюю комнату.

* * *

— Поскольку вы очень занятой человек, и на посещение моего скромного учреждения не имеете времени, я решил сам заглянуть к вам. Поверьте, я не отниму ваше время на пустые разговоры, вы сами вскоре убедитесь в необходимости нашей встречи.

— Ближе к теме, Сергей Ильич, надеюсь, наша встреча действительно будет продуктивной. Итак?

Ковалёв вальяжно развалился в кресле, на хозяина квартиры он смотрел так, как обычно смотрит удав на кролика во время обеда. Хозяин, однако, сидел в кресле напротив и изучал свои ногти, посему людоедских взоров начальника милиции в упор не замечал. Это несколько нарушало план течения собеседования с жертвой, Сергей Ильич был хорошим психологом, выработанный им «гипнотический взгляд» — весьма немаловажный фактор достижения успеха. Поэтому необходимо было срочно заставить этого зажравшегося нувориша отвлечься от созерцания ногтей.

— Олег Георгиевич, я понимаю, что уход за ногтями, для человека вашего положения — очень важный ритуал, однако не кажется ли вам, что это невежливо по отношению к собеседнику? — голос Сергея Ильича звучал брезгливо, с лёгким оттенком снисходительности, ведь тон обращения имеет, пожалуй, даже более важную роль в психологической обработке, чем взгляд. Будучи неглупым человеком, офицер считал таковым и Болтова, потому вёл себя согласно таковым представлениям — пусть собеседник чувствует дистанцию и понимает, кто реально владеет ситуацией.

— Продолжайте, продолжайте, — Болт разглядел какой-то изъян, расстроено поморщился и начал обрабатывать ноготь пилочкой. — Ну? Время идёт, майор. А я пока не услышал ничего вразумительного.

Сергей Ильич почуял, что нить разговора уходит из-под контроля и решил играть ва-банк. Плевать на психологию и тонкости, можно взять грубым напором, если человек не хочет по-хорошему.

— Чего ты выпендриваешься, Болтов? Похоже, я считал тебя умнее, чем ты есть…

— Майор, мне нас. ть кем ты меня считал, считаешь и будешь считать. А вот я сразу понял, что ты дурак. На полного кретина вроде не тянешь, но очень близок к этой черте. Был бы умный, всё понял бы сразу после телефонного разговора.

Сергей Ильич на мгновение замер, настолько неожидан был ответ. Но Болту было наплевать на психологическое состояние непрошенного гостя, поэтому он сразу продолжил:

— Таких крышевателей, как ты ко мне приходило уже шесть штук. Это я тебе задачку для ума рисую, может, осилишь, хотя нечем, пожалуй. Антонов приходил ещё восемь лет назад, возможно, ты его не знаешь. Кондрат, четыре года назад, о нём ты уже должен знать. Сразу за ним приходил Николай Сергеевич Пятницкий, уж о нём-то ты сто пудов наслышан. Да ладно, чёт я разболтался, на той неделе расстреляли сборище авторитетов на хате у Пригоды, вместе с самим Пригодой. Кто расстрелял, ты, если и не знаешь, то должен догадываться. Ну что, рассказывать дальше? Напряги серое вещество, если оно ещё не совсем выродилось!

Первые имена не очень проясняли ситуацию майору, но когда Болт вставил в цепочку депутата Пятницкого, которого, по слухам, убрали спецслужбы, и недавнее убийство авторитетов вместе с «главным» паханом Пригодой, где эти самые службы уж точно присутствовали, в голове мента тренькнул звоночек. В горле мгновенно пересохло, ведь нетрудно понять, кто будет следующим звеном в цепи. Майор вдруг осознал, что залез на территорию сил столь могущественных, каковые легко снесут не только его самого, но и тех людей, за спиной которых он считал себя в полной безопасности.

— Вижу, что свет в конце тоннеля ты узрел. Но вот выберешься ли ты из этого тоннеля, не знаю. Скорее нет, чем да. Майор, ты фактически приговорил себя, когда сюда явился. От меня последствия никак не зависят, посему прошу слёз раскаяния не проливать и ни о чём не просить. Аудиенция окончена. Пшёл вон, дурень.

Сергей Ильич шёл к двери подобно сомнамбуле, он даже не пытался что-либо просить или объяснять Болтову, сознавая — всё кончено. Не зря его назвали дураком, да что дурак — кретин! В деле крутятся огромные деньги, тут же спецслужбы, концы с концами связать проще простого — не лезь, забудь, чего же тут неясного?

Едва майор сел в свою машину, у Болта зазвонил мобильник.

— Слушаю, Иваныч.

— Почему так долго отсутствовал? Где остальные?

— Неприятности на той стороне, причём очень серьёзные. Думаю, что многие путники погибли.

— Плохо. Олег, я боюсь за тебя, будь крайне осторожен. Если возможно, отложи очередной вояж. И плевать, как на это посмотрят сверху, ты мне нужен живым.

— Нельзя откладывать, Иваныч. Я, наконец, собрал крепкую группу путников, их нельзя бросать даже на один день. Так что завтра я отчаливаю. Железом тарюсь у Заставского, как обычно. Вы уж не забывайте его прикрывать, а то путникам худо придётся. Больно много ретивых поборников «законности» в вашем ведомстве в последнее время появилось. Ко мне сегодня приходил…

— Я знаю. Уже завтра будет работать другой человек. Наш.

— Мне неважно, Иваныч, ваш, он, не ваш… я работаю сам на себя, как и договаривались. Лично вас я по-прежнему уважаю и ценю, память об отце и о том, что вы для него сделали, священна. А вот всю вашу службу… я лучше промолчу, хорошо? Задача службы — обеспечить свободный проход путников на Тропу, без лишних слухов и резонанса общественности. И что же мы имеем? Опять придётся менять начальника милиции? Не слишком ли часто? Хоть не убивайте его, а сошлите куда подальше. Иначе слухи превратятся в подозрения… ну, не мне вас учить.

— Вот и не учи. Ишь, раскричался на старика. Молод ещё генералами командовать. А, в общем, ты прав. Прокололись, исправимся. На твою независимость покуситься никому не позволю, поэтому работай спокойно. Береги себя, Олежка. До связи.

Мобильник замолчал.

Глава 15

Разговор с ментом резко ухудшил настроение, звонок старого друга семьи Болтовых, генерала Пермяка Романа Ивановича, его исправить не смог, потому Болт, для разрядки, решил принять душ. Процедура надолго не затянулась, когда свежий, с явно улучшившимся настроением, хозяин вышел из ванной комнаты, к своему удивлению, он не увидел в зале гостей. Ну, блин, бросили человека с коньяком наедине, совсем совесть потеряли! Надо искать. Голубки, туды их перетуды… Светка точно сегодня огребёт!

Несмотря на грозные мысли, Болт никогда бы и пальцем не тронул девушку. Она была не просто знакомая, а можно сказать — лучший друг его детства. Сколько раз выручал он задиристую и гордую девчурку от неприятностей, в которые она сама себя, в основном, и вовлекала, сколько раз она плакалась ему в жилетку, будучи уже юной красавицей, трудно счесть. Даже странно, что между ними не возникло нечто большее, чем просто дружба, однако Болт сам подспудно противился этому, опять же, оберегая друга от неприятностей, которые могли бы возникнуть при подобном развитии событий. Сама же Горюнова оставила попытки сблизиться, осознав их тщетность. Но замуж не спешила, да и трудно было подыскать достойного кандидата в такой дыре как Корягино.

Ребятишки сидели на тахте, любовно прижавшись друг к другу, в комнате, которую Болт называл «курилка», хотя сам отродясь не курил. Самое интересное, что они чего-то там ворковали друг другу, хотя и говорили на разных языках.

— Ага! Я, значит, умираю от скуки, а они даже не думают спасать несчастного гостеприимного хозяина. А ну марш в зал! Светка, вот я тебе! Ты что надумала себе? Не смей крутить голову мужику, он мне нужен при здравом уме и трезвой памяти.

— Несчастный, как же… ты уже в коридоре собирался умирать, когда меня встречал. Тебя и дрыном не забьёшь.

— Почему же… некоторые пробовали. Даже много раз. Но я умираю только по собственному желанию. Ладно, хорош трындеть, пойдём коньяк допивать. Или вы серьёзно озаботились делом по восстановлению поголовья древних финикийцев? Молчу, молчу — Болт в защитном жесте выставил ладони, увидев сверкнувшую молнию в глазах девушки.

— Мы с Кригом подумаем над этим вопросом, мстительно сказала Светка, — правда дорогой? — и нежно провела рукой по косматой голове громилы. Тот влюблённым взглядом подтвердил, что согласится на всё, что прикажет ему повелительница.

«Пропал мужик», — с сожалением подумал Болт. А вслух сказал:

— Только учти, все древние финикийцы были страшно прожорливы. И гипотеза, будто их истребили римляне, в корне ошибочна. На самом деле они вымерли от тотального голода, сожрав все свои запасы. Последний финикиец не исключение, ты можешь в этом убедиться, взглянув на плачевное состояние моего холодильника. А если финикийцев станет много, миру будет грозить гуманитарная катастрофа.

— Болтов, ты неисправим. Даже фамилия подходит. Болтун.

— Где-то я это недавно уже слышал…

Коньяк допивали, закусывая благородный напиток солёными огурцами и жалкими остатками нарезанного батона, поскольку больше, увы, ничего не оставалось. Светка, было, подумала, что Олег издевается, но тщательный осмотр холодильника навеял мысли о правдивости теории вымирания финикийцев по Болтову.

— Хоть бы сказал сразу, когда я только пришла. Я бы прихватила чего-нибудь из закуски.

— Ты бы не донесла, здесь мог помочь разве что трейлер с продуктами.

— Ну, ты Кригушку совсем уж монстром выставляешь.

— Боже мой! «Кригушка»! Твой Кригушка сидя, чуть не до потолка достаёт!

Девушка серьёзно взглянула на Болта.

— Он мне очень нравится, Олег. Честно. Со мной такого давно не было.

— Это плохо, Свет. Тебе не повезло, вряд ли ты снова его увидишь. Тоже честно. Я не могу тебе всего сказать. Нельзя.

— Но почему?

— Потому, что нельзя. Это опасное знание, сестричка, а я слишком люблю тебя, потому давай забудем этот разговор.

— Олег, я всегда считала тебя страшим братом. Лучшим другом, на которого всегда можно положиться. И продолжаю считать. Но сейчас — девушка сделала ударение на слове, — ты мне должен всё рассказать. Я давно не маленькая девочка, мне уже можно рассказывать страшные сказки. Я тебя тоже люблю, как друга, конечно, и у меня сердце не на месте, когда ты исчезаешь неизвестно куда. Поэтому, я имею право знать. Ты кто, Болтов? Не шпион, точно — граница от нас далеко. Господи, даже областной центр от нас на расстоянии почти сто километров. Но ты туда никогда не ездишь, признаюсь, я пыталась проследить за тобой. Твой путь всегда вёл в сторону проклятой рощи. И приходишь ты вовсе не с рыбалки, а оттуда же. А на этот раз даже «рыбака» с собой привёл. В кольчуге, с мечом на поясе, говорящего на очень странном языке. Интересную рыбу вы ловите и, главное где? Рассказывай, я с места не сойду, пока не услышу правду.

Болт посмурнел. Вот же въедливая девка. Но если трезво взвесить, можно и рассказать кое-что. Подписку о неразглашении с него никто не брал, да и пусть бы попробовали. То, что роща странное место и так ни для кого тайны не представляет. Светка девчонка умная и, в отличие от многих, не болтливая.

— Хорошо, малыш. Только умоляю, нет… приказываю, то что ты услышишь — никому! Ради твоей же безопасности.

Девушка кивнула.

Болт в общих чертах рассказал о Пролге и Тропе, втуне надеясь, что Светка посчитает всё бредом. Она не посчитала.

— Я хочу туда, Олег.

— Это невозможно.

— Крига ты сюда как-то привёл. А он не путник, сам сказал.

Болт досадливо поморщился. Надо же было проболтаться.

— Не в том смысле, Свет. Нельзя, на Тропе слишком опасно. Да и в Пролге тоже, с недавнего времени. А учёба, а работа? Как с этим?

— Институт я уже окончила, сдала экстерном последний курс. А работу бросила месяц назад, когда папочка расщедрился и положил на мой счёт двести тысяч баксов. Я богатая невеста, Болтов, можешь кусать локти, но ты опоздал. Я уже люблю. Вот этого большого красивого мужчину из другого

мира. Да плевать, откуда он. Люблю, понимаешь? И хочу быть с ним!

Болт вскочил и отошёл к окну. С минуту смотрел туда, размышляя, повернулся и сказал:

— И куда я тебя там дену? У меня нет жилья в Пролге. У Крига, кстати, тоже.

— Насколько я поняла, баксы легко конвертируются в их деньги путём обмена товаром. Надеюсь, ты поможешь приобрести мне собственное жильё?

— Как у тебя легко всё получается. Ну, допустим, есть жильё. Ни меня, ни Крига рядом нет. А язык? Ты ведь ни бум-бум. Я, кстати, тоже вот гиборский язык не знаю.

— Болтов, не создавай бугры на ровном месте. Можно подумать, что в страны Пролга не приезжают чужеземцы. Те же купцы, например. Да, у них есть переводчики, но дело не в этом. Можно нанять слугу или служанку на первое время, пока я не буду знать язык. Для закупок еды, вещей и для того, чтобы обжиться. Ведь при общении язык изучается быстро. Кстати, ты не забыл, что я уже два иностранных языка знаю?

— Не забыл, не забыл… но это же не земной язык.

— Я уже при помощи Крига пару десятков слов выучила. Правда, Криг? — уже по хаттански обратилась она к громиле.

Тот радостно закивал.

— А-а-а… хрен с вами! Тебя не переспоришь, с детства занудой была. Но я предупредил! На Тропе — моё слово закон! И нагружу на тебя рюкзак, чтобы порожняк не гнать, — мстительно сказал Болт.

Девушка радостно вскочила, подбежала к путнику, чмокнула в губы, сразу же вернулась к Кригу и счастливо обняла его за шею.

«Мерзавцы» — подумал Болт. — «Они как-то сумели договориться».

* * *

Светка утянула громилу к себе в гости, Болт же, после короткого отдыха, занялся делом. Одна из комнат в его большой квартире служила мастерской, куда не имел доступа никто, кроме хозяина. Стальная бронированная дверь собственной конструкции с очень сложным механическим замком, дополненным электроникой, надёжно защищала тайны от любопытных, буде таковые появились бы в квартире. На стеллажах вдоль стен лежало множество предметов, принесённых ранее из Пролга. На данный момент путника интересовал лишь один предмет. Когда-то по случаю он купил в антикварной лавке Хаттана магический пояс, значительно увеличивающий силу. Продавец предупредил, что силы пояса хватает не более чем на двое суток, после чего его нужно снимать для восстановления не меньше чем на неделю. В Пролге пояс работал отлично, путник легко брал на плечи двухсоткилограммовый мешок и мог с ним идти не уставая очень долго. Однако на Тропе пояс работать отказался, на Земле же даже не стоило пробовать, поэтому он уже давно пылился на стеллаже. Сим предметом путник и занялся. Намотанная катушка с магиром ничем не помогла. Болт менял количество витков, вставлял разные магиры, но тщетно. Когда он уже отчаялся «запустить» пояс, ему пришла идея. Он намотал две катушки по обоим концам пояса в разных направлениях и вставил одинаковые магиры. После чего надел пояс и легко приподнял край металлического стеллажа, вместе со всем, что на нём лежало. Вес этого добра был никак не меньше трёхсот килограмм, то есть пояс отлично работал. Теперь Болт один мог нести товар, который тащили четыре человека, главное, чтобы свойства пояса сохранились на Тропе.

После этого Болт стал проверять электрический «генератор», ту маленькую чудо-коробочку, что даёт электроэнергию принесенным в Пролг предметам. Опять же — обычная доработка результата не дала, но две катушки с магирами заставили генератор исправно крутить мощную «болгарку». В голове быстро защёлкал счётчик. Только на этом генераторе можно заработать миллионы, ведь это — переворот в энергетике! Бесплатная электроэнергия, взятая из неисчерпаемого источника без затрат и ущерба экологии. Но можно ли это продавать? Нужно ли? За это запросто могут убить и убьют воротилы энергетики и никакие спецслужбы не спасут. Эх, надо продавать что-то менее революционное. Может быть потом… Ладно, деньги сейчас нужны в Пролге, а не здесь. Путник занялся доработкой электроники, которую теперь можно смело тащить в Пролг на продажу. В Хаттан ход пока закрыт, а там в банке лежат почти все деньги Болта. Придётся зарабатывать на ходу, благо, особые партнёры теперь не требовались.

Донёсся звук входного звонка. Болт удивился — неужели Криг сумел оторваться от возлюбленной? Других гостей вроде не ожидалось. Однако гостем оказался Игорь Михеев, или Михей, как его звали на Тропе.

— Я только с Тропы. Предупредить. Не ходи, мы с Тёртым еле ушли. На пороге с хаттанской стороны патрули стражи, бьют из арбалетов без предупреждения. Тёртый ранен в ногу, дошёл с трудом, полдороги я его тащил. Такие вот дела.

— Спасибо за предупреждение, брат. Так вы вернулись, не попав в Пролг, как я понял?

— Да. Товар пришлось оставить на Тропе, иначе я не смог бы дотащить Тёртого.

— Я всё равно пойду. Очень надо. Брат, предупреди, кого знаешь, с кем контачишь — пусть воздержатся от вояжей. У меня есть подозрения насчёт того, что происходит в Хаттане, попытаюсь их проверить и устранить помехи. По прикидкам нужна примерно неделя времени. Если всё получится — вернусь и дам знать. Меняемся номерами сотовых для связи. Бывай.

* * *

Вечером следующего дня три человека в дорожных плащах странного покроя, шлемах, похожих на головные уборы средневековых воинов вылезли их «Нивы» в окрестностях проклятой рощи. Водитель помог выгрузить багаж и тут же упылил обратно. Водителем, конечно, был Заставский, в группе же Болта появилась дама. Олег, не откладывая, доработал два «калаша», заставил спутников повесить их за плечо, распределил груз и повёл отряд к порогу. Были опасения, что не удастся провести сразу двоих гостей Тропы, но всё обошлось. Пояс силы работал исправно, Болт тянул на плечах здоровенный рюкзак, Криг же без всякого пояса пёр ничуть не меньше. Светка шла средней в цепочке, к удивлению Болта, девушка вела себя крайне внимательно и сосредоточенно, не создавая дополнительных трудностей при движении. Груз она несла небольшой, Болт даже забрал у протестующей девушки часть вещей из рюкзака. Быстро дошли до первой дыры и выбрались в карман Тропы. На коротком привале быстро поужинали, Болт провёл инструктаж по использованию АК*, после чего впервые на Тропе раздались звуки автоматных очередей. Стреляли в ствол толстого, корявого дерева, командир придирчиво оценивал результаты и только после того, как ученики научились попадать в эту лёгкую цель, двинул отряд дальше. Сам он автоматом решил пока не пользоваться, отдавая предпочтение привычному «смарту».

Резкий укол детектора оказался абсолютно неожиданным, дело в том, что Болт очень часто на него посматривал и вроде не мог прозевать крупную тварь. Однако же прозевал из-за огромной скорости движения хищника.

— Света! Криг! К дереву спиной! Быстро, быстро! Круговая оборона, автоматы к бою! Это рарг! Самая опасная тварь Тропы!

Застрекотали «калаши», но попасть в верткую тварь казалось невозможно. Рарг походил на толстое чёрное щупальце с большим шарообразным «желудком» как раз посредине тела. Кожа лоснилась слизью, позволяющей твари очень быстро двигаться, скользя по земле. При движении тело рарга закручивалось винтом наподобие штопора и перемещалось благодаря быстрому вращению. При этом направление движения непрерывно менялось по самым непредсказуемым траекториям, благодаря чему тварь легко уходила из-под пуль. «Смарт» Болта, однако, промахивался мало, одна стрела за другой попадали в тело животного, нанося всё более ощутимый урон живучей твари. Рарг резко ушёл в сторону намереваясь скрыться, но здесь в «смарте» опустела обойма, и болезненные злые стрелы перестали рвать тело животного. Хищник мгновенно сменил направление и напал на главного своего обидчика. Край щупальца свернулся винтом вокруг Болта и поднял его в воздух для резкого удара о землю — обычный способ расправы с добычей, применяемый раргом. Но короткая заминка стала роковой для хищника — Криг, успевший к этому моменту сменить рожок, всадил всю обойму «калаша» в центральный «желудок», Болт, в свою очередь, сжал челюсть над правой пломбой, где был упрятан препарат силы: мгновенный выброс мощи оказался таким, что путник как тряпку порвал опутавшие его кольца, в падении выхватил меч, подскочил к «желудку» твари и искромсал его в кровавое месиво. Щупальца еще несколько мгновений продолжали дёргаться, но это уже была агония.

Командир не дал времени на охи и ахи.

— Уходим. Через пять минут здесь будет стадо рирхов. Твари довольно мелкие и трусливые, но когда видят много мяса, наглеют. Жалко патроны тратить.

Остановку сделали у следующей дыры, Болту пришлось выбросить плащ, измочаленный хищником и слегка подлатать царапины и ссадины заживляющим пластырем. Рюкзак сильно не пострадал, благодаря тому, что был плотно забит железками.

— И часто на Тропе встречаются такие монстры? — спросила девушка.

— Рарг — очень редкий хищник. За всё время его видели не более десятка раз, знаю, что шесть путников погибли после встречи с ним, но это лишь подтверждённые данные. На самом деле, может и больше. Погибших ходоков находят не всегда и невозможно понять, что же послужило причиной их смерти. Я рарга вижу второй раз, при первой встрече мне удалось его лишь прогнать. О том, что тварь кто-то убивал, тоже не слыхал, возможно, мы первые победители рарга. Друг, — повернулся Болт к Кригу, — ты второй раз спасаешь мне жизнь. За это низкий поклон и огромное спасибо!

— Да чего… я что… я стрелял и всё, — засмущался громила.

Болт благодарно обнял друга, похлопал по спине.

— Свет, вручаю тебе этого человека на попечение и попробуй мне только плохо его кормить. Ты узнаешь всю глубину моего гнева!

— Как ты умудряешься паясничать после того, что было всего полчаса назад? Болтов, как хорошо, что я не вышла за тебя замуж. Тебя ж ничем не проймёшь!

— Светик, признаюсь честно, я чуть не обгадился, когда этот монстр собрался мной отобедать. Но ведь прошло уже полчаса, пора бы и забыть об этом досадном происшествии.

— Вот я и говорю — ничем не проймёшь. Через минуту всё забудешь.

— Теперь тебе есть на ком тренироваться. Выучишь хаттанский и пронимай Крига сколько хочешь — улыбнулся Болт.

В главный ствол Тропы вышли лишь через последнюю дыру прямо на приснопамятный холм. Могилы оконтурила высокая густая трава, люди сняли шлемы, чтя память погибших.

Дальше путь не омрачали никакие нападения, скоро группа вышла с Тропы невдалеке от замка Гиранита.

Глава 16

— Наконец-то, — было заметно, что барон очень ждал возвращения Болта. — Пожалуйста, устраивайтесь, даму я передам на попечение Ланы, надеюсь, возражений не будет. Я понимаю, что вы устали, тем более что путешествовали ночью, если брать земное время и время Пролга, но прошу уделить мне полчаса времени для подробного рассказа.

Появление девушки с Земли барона, похоже, не удивило, либо же он умело скрыл свои эмоции.

— Медиумов мы уничтожили, хотя при этом погиб весь отряд Лютика. На обратном пути не произошло ничего примечательного, за исключением, пожалуй, встречи с раргом. На Земле особых трудностей не возникло, вот только пришлось привести с собой гостью, тому были особые причины. Не беспокойтесь, в ближайшее время я приобрету для Светланы жильё, потому, надеюсь, не слишком обременю вас.

— Олег, (позволите мне вас так называть?) вы меня нисколько не обремените. Пусть будет гостьей в моём доме, столько времени — сколько ей заблагорассудится. Более того, Лана поможет ей освоиться в непривычной обстановке. Но расскажите подробнее о медиумах. Сколько их было? Как погиб отряд Лютого?

Болт рассказал более или менее подробно все перипетии вояжа. У него были сомнения насчёт того — говорить ли барону о предательстве, но, всё-таки, решил рассказать.

— Очень неприятные вести, — задумчиво сказал барон. — Выходит, мы не знаем, кому из путников можно доверять. Белый мог консолидировать вокруг себя большую группу единомышленников. Как их распознать я не знаю, оказывается, двое из них даже имели доступ в мой дом.

— Мне кажется, Белого сумел переманить на свою сторону Гул-Магот. Что ему пообещали, вопрос третий, но иной причины столь целенаправленной контрдеятельности я пока не могу предположить.

— Я тоже так считаю. Поэтому предлагаю при планировании последующих действий опираться именно на это предположение. Если мы и ошибаемся, большого убытка это не принесёт, если же правы — может сберечь дорогое время.

* * *

Болт проспал почти весь день, сказался тяжёлый переход через Тропу. Отоспавшись, он привёл себя в порядок, благо в предоставленных апартаментах имелись все удобства, затем вышел во внутренний двор замка. Его внимание сразу привлекла не совсем обычная компания, гуляющая во дворе, заметно было, что там весело, судя по частому смеху девушек. А девушек развлекал некий Криг, на его роже цвело самодовольство поддерживаемое вниманием двух красавиц. Естественно, сими красавицами были Элана и Светочка Горюнова.

— Э-э-э, прекрасные дамы, не соблаговолите ли вы принять в компанию гибнущего от недостатка женского внимания мужчину?

— Куда ж тебя девать, многострадальный ты наш, пожалуй, я не против, — улыбнулась Света, — Элана, как, принимаем?

Дочь барона кивнула и почему-то отвела глаза.

— «Обижается до сих пор за тот бой» — подумал путник, — «надо как-то заглаживать свою вину».

— Не правда ли, исключительно приятный вечер сегодня?

— Был таким, пока ты не пришёл, — поддела друга Светка. — Болтов, банальней фразы не мог придумать?

— Не успел. Я вообще мало чего придумываю. Оно само лезет на язык, а потом приходится расхлёбываться, — Болт изобразил крайнее раскаяние. — Не так давно встретил в коридорах замка девушку, а она, почему-то восприняла мои искренние дружеские поползновения за нечто непристойно-приставательное. Или приставательно-непристойное. Назвала меня болтуном… и поделом мне, поделом, — он «горестно» покачал головой.

— Лан, на него невозможно долго обижаться. Он хоть и болтливый, но совсем не вредный, я его давно знаю. — Светка прекрасно разобралась в ситуации и принялась налаживать отношения друга и своей новой подруги. — Паясничает частенько, но это у него с рождения, правда, Болтов?

— Даже раньше, — брякнул тот.

— Я же говорила, — повернулась Светка к Элане. — У него язык работает независимо от мозга и зачастую конфликтует с ним.

Элана не выдержала и рассмеялась.

— Олег, вы тогда меня неправильно поняли. Просто у меня было не слишком хорошее настроение, а вы как раз попались под руку…

— Под язык, — поправил путник.

— Ну да. Однако, здесь мы с вами близки, мой язык частенько тоже выдаёт такое, о чём я впоследствии жалею. И поделать я с этим ничего не могу, сколько ни стараюсь. Потому прошу извинения за тот случай… и за будущие, — чуть подумав, добавила девушка.

Здесь уже засмеялись все. Отношения были налажены, поэтому дальнейшая прогулка проходила весело, с шутками и добродушными подначками. Да что ещё нужно четверым молодым людям, двое из которых были влюблены, а меж двумя другими уже возникла пусть робкая, но искорка симпатии, как не радость общения и осознание того, что тебя любят, либо могут полюбить? Горюнова, к тому же чисто по-женски не могла простить Болтову, что он остаётся без её «присмотра», потому старалась вовсю, пристраивая ему нового надзирателя в юбке. И, нужно сказать, старания сии не пропадали всуе.

Криг же не мог налюбоваться на девушку, которая чудом появилась в его жизни и в одночасье заполонила все помыслы. Хотя стоит сказать, что своего воспитанника громила не забыл, даже умудрился притащить с Земли упаковку шоколада для Барта. Чего стоило самому Кригу не слопать вкусный подарок, лучше и не вспоминать.

* * *

— Такие вот вести доставили сегодня мои люди, — барон собрал путников у себя в кабинете утром следующего дня.

А вести были весьма неутешительные — Хаттан, в нарушение всех договоров с Гибором, перекрыл мост через Гулин. Стража пропускала караваны и путешественников только после тщательного досмотра. Многих заворачивали обратно без объяснения причин. Самое странное, что никаких политических, либо других требований совет Хаттана не выдвигал. Зато по восточному тракту в столицу Хаттана двинулись многочисленные караваны из Самутрея — государства, расположенного за обширными болотами, называемыми гиблыми топями. С этой страной Хаттан раньше постоянно враждовал, вдоль границ гиблых болот стояли три крупных форта, между которыми располагались мелкие заставы. Казалось бы: ну, наладились отношения с соседом — это же можно только приветствовать. Однако в королевстве Самутрей находились владения клана Гул-Магот, называемые Рогус-Тор. Верховный маг Гул-Магота — Берговул, имел огромное влияние на короля Самутрея. Фактически он был вторым правителем государства, если не первым. Каким образом Самутрей настолько быстро наладил отношения с давним врагом — Хаттаном, выяснить пока не представлялось возможным. Учитывая, что порог земной Тропы находился неподалёку от столицы Хаттана, все эти события наводили на определённые выводы, которые требовали немедленной проверки.

— Надо идти в Хаттан, — категорично заявил Болт. — Я ещё, будучи в столице, заподозрил неладное, когда там вовсю стали хозяйничать маги Гул-Магота. Странно только, что они тогда сняли засады, не доведя дело до конца.

— Ну, странного как раз здесь мало. Я же говорил, что они жители Тропы, потому долго вне неё быть не могут.

— Так они же могут прислать других на место тех, кто уже был в Хаттане.

— Не могут. Для того, чтобы послать одного, а тем более группу жителей Тропы достаточно далеко от неё, необходимо в течении всего времени пребывания посланцев держать круг силы, чтобы преодолевать барьер. Это могут делать лишь колдуны высшего — третьего круга посвящения. Если тогда в Хаттане было столько колдунов одновременно, то круг приходилось держать всем высшим магам Гул-Магота. Новый круг они смогут держать не ранее, чем через несколько месяцев, идёт большой расход… ну, это не важно. Главное, маги не скоро смогут попасть в Хаттан.

— Тогда непонятен смысл нынешних событий. Я имею в виду сближение Хаттана и Самутрея.

— Это может быть важно для стратегических планов завоевания Тропы. Подготовка плацдарма. Только не знаю, как вы, даже если проникнете в Хаттан, сможете воспрепятствовать этому. Здесь может помочь разве что война Гибора с Хаттаном, либо государственный переворот.

— Что вы сказали? Государственный переворот? — Болт с волнением поднялся с кресла и принялся ходить из угла в угол, в точности как раньше это делал барон. — А знаете, так и есть. В Хаттане как раз и произошёл государственный переворот. Резкая смена политики и государственных приоритетов без видимой причины может быть вызвана только сменой правительства. То, что об этом молчат, ещё ничего не значит. Один лишь начальник стражи не смог бы провернуть такие дела. Короче — я только утвердился в своём решении, нужно проникнуть в Хаттан и всё узнать.

— Трудно будет попасть не только в Хаттан, но даже на тот берег Гулина. Могу вам посоветовать один способ. Ровно через неделю начнётся Уфорган — время паломничества к святыне Баян-Тис, расположенной неподалёку от столицы Хаттана. Во многих странах Пролга есть монастыри Баян, откуда потянутся паломники к столице Хаттана. Все паломники ходят в длинных серых рясах с капюшонами.

— Понятно — удобный способ маскировки. Ну что ж, нормально.

— Кроме того, удобно то, что паломники всегда идут группами и несут с собой даньга — подарки для святыни. Это приличного веса дорожные котомки, поскольку с бедными подарками к Баян-Тис лучше вообще не приходить. Показывать даньга посторонним до того, как он попадёт на алтарь святыни, строго запрещено — взгляд оскверняет подарок. Я хочу сказать, что вы сможете под видом даньга взять с собой столько снаряжения, сколько потребуется и стража на том берегу вряд ли осмелится проверять поклажу — ведь это нарушение древних традиций.

— Решено. Через неделю под видом пилигримов отправляемся в Хаттан. Пойдём снова через Весынь, думаю контроль на второстепенной переправе тоже будет менее строгим.

— А пока есть время, — добавил барон, — не будем его терять. Я уже говорил, что всем вам необходимо поднять уровень подготовки владения оружием. Это не просто моё хотение, это необходимость. Ассасины Тропы владеют мечом примерно на том уровне, как сейчас вы. Чтобы они не представляли для путников серьёзной угрозы нужно ваше дальнейшее обучение.

— Но ведь неделя — это не срок для такого серьёзного роста.

— Помните, вы говорили о противоестественной тоске по Тропе? Так вот — Тропа много чего даёт путникам, долго ходящим по ней. Вы этого не замечаете, но сила, реакция, скорость ваша значительно возросли. И это не просто рост физических кондиций, это новый уровень энергетики организма. Изменения в организме путников обусловлены влиянием магии Тропы.

— Вы уже не первый раз упоминаете ассасинов Тропы. Кто они?

— Тоже жители Троп междумирья. Но не маги. И чтобы компенсировать отсутствие магических способностей, они совершенствуют физические.

— Но тогда, как же мы сможем превзойти ассасинов в технике владения оружием? Мы всего лишь путники, гости Тропы, а они коренные жители, хозяева.

— Неверно. Путник имеет самый высокий статус на Тропе. Ему дано то, что не дано жителям Троп и жителям миров. Вы в какой-то мере избранные существа и этот дар присущ вам от рождения.

— Но почему нас так мало?

— Потенциальных путников на Земле не так уж мало. Другое дело, что их непросто обнаружить. Но у нас сейчас другие задачи. За неделю мы сможем значительно поднять ваш уровень мастерства. За работу, господа путники.

* * *

Замах! Удар! Уход! Замах! Удар! Уход! Движения отрабатывались не просто до автоматизма, они отрабатывались до слияния с сущностью, с эго бойца, становясь его жизнью, смыслом существования.

Занятия происходили в специальном зале замка, куда не допускались посторонние. Мастер и ученики. Больше никого. Элану никто бы не назвал сейчас девушкой, женщиной, красавицей… это было бы ложью. Это было воплощённое совершенство смерти. Абсолютное мастерство, полное слияние человека с оружием. И неважно, какое оружие сейчас в руках — меч, или обыкновенная палка. Для достижения цели пригодно всё — если в руках ничего нет, сгодятся сами руки.

Элана поставила перед путниками сверхзадачу — достигнуть в мастерстве абсолюта. Абсолютного мастера победить невозможно, разве что с ним будут сражаться два абсолютных мастера. Двух абсолютных мастеров, работающих в связке, победить не сможет никто, даже группа таких же мастеров, поскольку преодолеть их защиту станет невозможно, она достигнет предела, абсолюта. В учебных боях с мастером, каковым являлась Элана, путники терпели поражение, несмотря на то, что их было четверо против одного. Но именно в таких боях мастерство путников быстро росло. Схватка один на один с абсолютным мастером не приносила таких результатов, когда же мастер сражался с несколькими соперниками, наглядность приёмов, способов нападения, обороны, уходов, финтов многократно возрастала. Естественно, когда мастер отражал удар одного, другой ученик в это время видел, впитывал, внимал и брал на вооружение приём мастера. Уже через три дня интенсивных занятий Элана стала проигрывать бой против четверых путников. На следующий день она не смогла устоять уже против троих. Шестой день обозначился тем, что один путник уже мог сдержать напор мастера в течении нескольких минут. И это был максимум того, чего можно было достичь за столь недолгий срок занятий. Для достижения уровня абсолюта каждому путнику теперь нужен был свой срок, в зависимости от его природных способностей. Одному, возможно, хватит месяца, другому не хватит и года. Но, по словам мастера, любой путник сможет достичь уровня абсолюта, приложив определённые усилия. Для решения текущих задач, подготовку посчитали достаточной.

Прогулки с Эланой стали обычным вечерним развлечением для Болта и самой Эланы. Девушка явно симпатизировала путнику, он же отвечал взаимностью. По видимому в жизни Олега наступил тот момент, когда мужчина понимает: он не может дальше быть один, ему нужен не просто друг, а человек, которому можно доверить всё — опора в жизни, надёжный тыл. В своё время таким человеком могла и хотела стать Светлана, но путник тогда к этому был не готов, потому и не сложилось.

— Лана, скажи… тогда ведь, в самом первом нашем учебном бою, ты мне поддалась. Теперь я это точно знаю. Но зачем?

Девушка загадочно улыбнулась своим мыслям, лукаво взглянула на Болта и сказала:

— А может я хотела тебе проиграть. Должен же быть рядом хоть один мужчина сильнее меня, исключая отца, конечно.

— Так я и сильнее. Я только на вид дохляк, а в самом-то деле ух!

— Ух, ух… Винни-Пух… хороший, добрый мультфильм с вашей Земли. Но ты и правда стал намного сильнее. Ты сильнее любого путника из твоего отряда. Для достижения абсолюта тебе осталось совсем чуть-чуть. Другим же предстоит немалый путь.

— А скажи… барон и ты — абсолютные мастера боя. Но вы же не путники. Тогда кто?

— Узнаешь в своё время. Могут быть у девушки свои тайны?

— Хорошо, не буду выпытывать. Не гестапо ж я, в конце концов.

— Кто?

— Неважно. Могут же быть у парня свои тайны?

— Ах ты… — девушка игриво стукнула Болта по плечу.

Он шутливо скукожился, якобы от сильной боли. Молодёжь развлекалась.

— О! Глянь, Кригушка наш топает аки медведь. Куда только? А вид-то, вид какой озабоченный. Не иначе на кухне что-то стырил и не знает куда спрятать.

Криг заметил парочку и двинулся к ним.

— Барта не видели? Не могу найти мальчонку, пропал куда-то.

— А зачем он тебе?

— Так он же уже два часа как не евши, оголодал, наверное.

— Я знаю где он, но не скажу. Ты ж его закормил совсем, совесть имей. Вот скажу Светке, что парня терроризируешь, она быстро тебе цугундер устроит.

Криг засопел и потопал дальше, Болт не раз говорил при нём это непонятное слово, но громила чувствовал — цугундер это нечто ужасное.

— А насчёт кухни, ты наверное был прав, — улыбнулась Элана.

* * *

К отправке подготовились основательно. Группа пилигримов выглядела вполне естественно и вряд ли могла бы вызвать подозрения. В дорожных котомках, как положено, разместили даньга для святыни Баян-Тис (то, что там сложен целый оружейный арсенал никого не касалось), под длинными рясами прятались мечи, что тоже никому не возбранялось, ведь дорога полна опасностей. В команду после длительных обсуждений и споров взяли Крига и Барта. Криг — коренной житель столицы Хаттана и вполне мог пригодиться путникам, которым придётся быть на положении подпольщиков, Барт же прекрасно владел хаттанским языком, потому тоже мог принести большую пользу именно как добытчик информации. Проводы были недолгими, да и провожали отряд всего три человека — сам барон, его дочь и Светлана.

Мосс обошли стороной и вышли на тракт уже за городком. Привычные к переходам путники споро топали по хорошо натоптанной дороге. Криг с Бартом старались не уступать путникам ни в чём, потому задержки движению не составляли. К полудню прибыли к достопамятному лесу, в темпе отобедали и двинулись дальше, рассчитывая к вечеру пройти хотя бы треть пути. По традиции паломники к Баян-Тису должны идти пешком, поэтому от лошадей пришлось отказаться. Ночь застала путников посреди леса. Пришлось найти небольшую полянку для ночлега и костра. О бродящей в лесу банде никто не забыл, потому в дозор поставили сразу двоих — Дрона и Брагу. Болт строго наказал следить за детекторами, хотя это было лишним, путники и без того знали как нести дозор.

Предосторожность оказалась не напрасной, в полночь дозорные тихо разбудили группу. Детекторы засекли приближение людей в количестве около тридцати человек. Никем, кроме разбойников эти люди быть не могли, поскольку двигались не со стороны тракта, а рассыпавшись, шли из лесной чащи. Болт приказал всем спрятаться на противоположной от бандитов стороне поляны, быстренько включил генератор фантомов, в памяти которого уже были забиты необходимые модели, теперь возле костра спала группа пилигримов, подложив под головы дорожные котомки. Но это были лишь виртуальные модели настоящих путников. Посреди спящих фантомов сидел, клевая носом, дозорный, но это был вовсе не виртуальный, а вполне реальный Болт. Путники засели в чаще и приготовили калашниковы, чтобы, при необходимости, быстро уничтожить банду.

Болт на последних занятиях с Эланой приобрёл не только новые умения обращения с оружием, а нечто большее, он лучше стал чувствовать окружающую обстановку. Это требовало определённого сосредоточения, но поза дремлющего стража весьма этому способствовала. Путник чувствовал лес вокруг себя, и то, что в этом лесу жило, для этого уже почти не требовался детектор. Расчёт был на то, что бандиты не станут стрелять в пилигримов — это считалось большим грехом, а лишь ограбят их. Следовательно — выйдут на поляну, где с ними нетрудно будет справиться. Болт ощущал настороженность бандитов, но особой агрессивности и жажды убийства как будто не было. Почувствуй он таковую — мгновенно бы скрылся в лесу, подвергаться арбалетному обстрелу путник вовсе не собирался.

Из чащи, крадучись вышло пятеро бандитов. Еще четверо с арбалетами оставались на границе деревьев, держа на прицеле группу пилигримов. Один из бандитов бесшумно подкрался сзади к дозорному и приставил нож к горлу.

— Тихо, монах, не дёргайся. Буди своих, жизни ваши нам ни к чему, а вот мешки очень даже пригодятся, верно, ватажники?

Из лесу высыпала уже вся банда, видя, что захват пилигримов прошёл без заминки. Разбойники дружно захохотали, уже не опасаясь сопротивления.

— Не разбудить их, — Болт говорил глухим, зловещим голосом. — Мертвецы это и я тоже мертвец. Ты точно хочешь нас разбудить? На твоём месте я не стал бы этого делать.

— Чего это он говорит, — злобно крикнул один из ватажников.

Он подскочил к спящему фантому и попытался схватить его за плечо. Рука, естественно, прошла насквозь. Здесь спящие монахи начали вставать и ватажники, к своему ужасу, увидели под капюшонами чёрную пустоту. Пилигримы протянули руки со скрюченными пальцами и пошли на ватажников. Свистнули болты арбалетов, четыре стрелка разрядили своё оружие. Путнику того и надо было, он мгновенно отнял нож у бандита, и вырубил его ударом рукоятки. Остальные пока пребывали в ступоре от разворачивающегося на их глазах ужаса.

— Всем стоять!!! — из лесу выступили монахи со странным оружием наперевес.

Несколько самых сообразительных рванули было к лесу, но короткая очередь из калаша положила всех. Остальные застыли, грохот автоматных выстрелов только добавил страху и без того напуганным бандитам.

— Оружие на землю! — скомандовал Болт, видя движения рук ватажников к мечам, — иначе перестреляем всех как гусей на охоте.

— А-а-а! — размахнулся мечом один из стоявших за Болтом бандитов, но тут же упал снятый одиночным выстрелом из калаша. Болт чувствовал замах, запросто мог сам разделаться с бандитом, но это могло спровоцировать бандитов на отчаянное сопротивление, выстрел из страшного гремящего оружия был куда убедительнее.

— Есть ещё желающие помахать ржавым железом? — зловеще спросил путник, обводя перепуганных бандитов взглядом.

Желающих не нашлось. Но тут вперёд выступил здоровенный бородатый ватажник.

— Не знаю, как вы это сделали, наверное, колдовством, но обманули нас. Моя ватага в ваших руках, я знаю, что паломники к Баян-Тису стараются не обагрять руки лишней кровью, потому предлагаю честную сделку.

— Продолжай, хоть в твою «честность» верится с трудом. Барт, скажи-ка, не этот ли крендель командовал при нападении на твою деревню?

— Он, дядька Болт. Это их главарь.

— Я так и думал. Так в чём же заключается твоя сделка, бандит?

— Выставляй любого своего бойца против меня. Если я его побеждаю: отпустишь меня и моих людей, если же нет — делай с нами что хочешь.

— Хороша же твоя «честная» сделка! Да я и так могу сделать с вами, что хочу. Глупое предложение. Но знаешь, я, пожалуй, соглашусь. — путник увидел мелькнувшую радость в глазах бандита, тот видимо был уверен в своей победе. — Криг, дружище, он твой. Постарайся убить его побольнее, лады? Слишком он задолжал нашему мальцу, да и не только ему.

Когда главарь увидел, с кем ему придётся драться, спеси у него чуть убавилось. Когда же Криг для удобства сбросил балахон монаха, расправил плечи и со свистом несколько раз полоснул мечом воздух, бандит уже сильно засомневался в лёгкости своей победы. Очень уж этот гигант не походил на безобидного монаха. Да и с мечом слишком профессионально управлялся.

Болт дал сигнал к бою. Поединщики закружили вокруг друг друга. Ватажник провёл пробную осторожную атаку. Криг легко отразил её и сделал опаснейший выпад, остриё меча мелькнуло, едва не зацепив нос отпрянувшего бандита. Громила пошёл в атаку, его огромный меч был явно тяжелее меча ватажника, хотя главарь сам был здоров как бык. Криг легко отбрасывал легкое оружие бандита, сам же атаковал стремительно и крайне опасно. Вскоре бандиту дошло, что долгого боя с таким противником он не выдержит и пошёл в отчаянную контратаку. Он сумел избежать прямого укола и проскользнув к громиле уже торжествовал, нанося удар в шею врага. Но громила каким-то чудом, как показалось ватажнику (в самом деле, Криг всё очень точно рассчитал), успел подставить свой меч и врезал кулаком в челюсть бандита. Тело того, казалось, даже чуть приподнялось в воздух от страшной силы удара и рухнуло на землю. Расправляться с лежащим врагом Криг, однако не спешил. Болт просил убить главаря побольнее, значит так и будет.

Ватажники, считавшие своего вожака непобедимым, совсем приуныли, какая уж тут победа. Лупят их главаря, как нашкодившего кота, даже без оружия.

Главарь поднялся с трудом, челюсть его была сломана, изо рта тонкой струйкой стекала кровь.

— Н-ну… да…вай на кул… кулаках! — понять бандита было трудно, речь из-за сломанной челюсти стала малоразборчивой.

— Н-ну д-давай! — передразнил его Криг и отбросил меч. Меча в руках бандита уже не было, он отлетел в сторону после сокрушительного удара Крига.

Разбойник бросился на обидчика, доставая на ходу спрятанный кинжал, честно победить эту гору мяса было просто невозможно. Замах! Руку вдруг захватили железные клещи, так показалось бандиту хотя это была просто лапа Крига. Громила захватил и другую руку бандита, не давая тому отскочить и резко дёрнул обе руки на себя. Лицо главаря впечаталось в железобетонный лоб громилы, превратившись при этом в изломанную маску. На землю рухнул уже почти что труп. Криг приподнял за волосы голову поверженного врага и изо всей силы ударил ей о своё колено. Короткий хруст оповестил, что главарь завершил своё бренное существование в этом мире. Криг брезгливо вытер руки пучком травы и отошёл в сторону.

— Хорошо сделано, брат! — Болт одобрительно поднял вверх большой палец и повернулся к смурным ватажникам.

— Всем стоять прямо. Сейчас один парнишка внимательно посмотрит на ваши гнусные рожи, теперь ваша жизнь напрямую зависит от того, что он скажет. Барт, подойди ближе и погляди внимательно на этих кренделей. Те, кто палил твою деревню, тут же и умрут.

Барт прошёл вдоль шеренги бандитов и подошёл к командиру.

— Все, дядька Болт. Все жгли деревню, грабили и убивали. У меня хорошая память на лица, я всех их запоминал специально, когда они взяли меня в банду. Я даже помню, как каждого из них зовут.

— Понятно. Сейчас они заплатят за смерть твоих друзей и близких. Конечно, это не вернёт их тебе, но страшный долг будет оплачен сполна. Не хочу никого напрягать, заставляя стрелять в безоружных. Я командир, значит, мне и выполнять самую неприятную работу. Дайте автомат.

Глава 17

Через три дня после описанных событий в Хаттан вошла ничем не выделяющаяся среди других подобных группа из шести пилигримов. Стражники молча пропустили паломников, среди которых выделялся один, огромного роста и мощного сложения.

Столица неприятно поражала произошедшими за недолгий срок изменениями — на лицах прохожих не было обычной приветливости и дружелюбия, окна домов, несмотря на тёплую погоду, были наглухо закрыты, даже флаги на шпилях караульных башен, казалось, приуныли, лениво колыхаясь на ветру. Город заполонили паломники, их на улицах было больше чем самих жителей. Пилигримы бродили по улицам, сидели на лавках, занимали любой более или менее пригодный для отдыха угол. Серый цвет монашеских балахонов стал главным, довлеющим над другими цветами, усиливая впечатление уныния и безнадёги.

Болт планировал снять для группы недорогое жильё, чтобы не вызывать лишних подозрений, но три часа хождений по недорогим гостиницам и постоялым дворам не принесли результата — всё было занято. А паломники всё продолжали прибывать и прибывать. Трактирщики потирали руки, заготовленная на время Уфоргана* провизия расходилась намного быстрее, чем ожидалось — наплыв паломников был огромен. Наживались и многие горожане, пуская пилигримов на ночлег, в конце концов, Болт нашел дом среднего достатка, хозяин которого согласился приютить шестерых пилигримов на конюшне за баснословную цену — два кула с носа за сутки пребывания. Благо, лошадей в конюшне не было, хотя застарелый дух навоза, въевшийся в доски настила и перегородок, наверно не выветрило бы уже ничего. Хозяин принёс несколько охапок свежего сена, других постелей гостям не полагалось.

— А скажи, уважаемый Рипт, — так звали хозяина дома, — почему в городе такое скопление пилигримов?

— Потому, что Баян-Тис за день могут посетить не больше пяти сотен паломников. Не знаю, что там себе думали настоятели ваших монастырей, но, похоже, за семь дней Уфоргана половина паломников не сможет попасть к алтарю. Я даже не предполагал, что монахи Баяна столь многочисленны. Говорят, что много вашего брата пришло со стороны Самутрея, раньше-то путь с той стороны был закрыт, а вокруг идти было слишком далеко. На прошлый Уфорган пилигримов было раз в пять меньше. И ещё… вы-то я вижу — обычные люди, хоть и монахи, а вот самутрейские пилигримы совсем другие. Странные они какие-то.

— И чего же в них странного?

— Сам увидишь, коли будешь у алтаря. Да и в городе их полно. Монахам-то друг с дружкой легче общий язык найти.

— Найдём. Ты мне лучше скажи, нам провизию покупать на стороне, или ты обеспечишь?

— Коли добавите дагр за сутки на всех, то буду и кормить.

— Дорого. Но мы согласны. Держи.

Болт вложил в руку хозяина два золотых и две серебряных десятки.

— Буду расплачиваться по суткам, не знаю, когда мы попадём к алтарю. Сам понимаешь, у паломников лишних денег нет.

Хозяин, ничего не ответив, вышел.

— Не слишком вежливый мужик, — сказал Гера.

— Да они все как пришибленные. Я не узнаю ни Хаттан, ни хаттанцев. Как заболели все сразу, ей-богу. Да ладно… Барт, переодевайся в обычную одежду и дуй на разведку. Вылезешь через дыру в конюшне. Криг, поработай малость, только не перестарайся, надо, чтоб хозяин убытка не заметил.

Криг подошёл к деревянной стене и легко отодрал широкую доску, прибитую к несущим брёвнам толстенными гвоздями. Открылась широкая щель на противоположную улицу, вполне достаточная, чтоб в неё пролез любой из группы, исключая, пожалуй, самого Крига. Барт, уже в одежде горожанина, исчез в проёме. На Земле Болт купил комплект раций на всю группу, одна из них сейчас лежала в кармане Барта. Удивить местный народ говорящей коробочкой — это вряд ли, на рынке полно разговаривающих магических прибамбасов. Но вот чего-то, позволяющего связаться на расстоянии, местные колдуны так и не придумали.

Через полчаса малец вышел на связь.

— Вокруг магистрата полно стражи. Всех, кто хочет пройти туда, останавливают, некоторых пропускают, но вместе с сопровождением, остальных заворачивают. Одного дядьку схватили и куда-то увели.

— Хорошо, Барт, уходи оттуда, не светись. Пройдись по улицам, послушай, что говорят. Только так, чтобы на тебя внимания не обращали.

— Понял. Ухожу, а то один стражник уже нехорошо на меня смотрит.

Ещё через полчаса парнишка снова вышел на связь.

— Дом головы тоже окружён стражей. И со стражниками рядом стоят монахи Баяна. Их много, даже больше, чем стражников. Я слыхал, тут два дядьки говорили, что монахи не настоящие.

— Эй, — донесся из рации грубый голос, — парень, что ты здесь высматриваешь?

Рация отключилась.

— Блин, малец попал в неприятность — с тревогой сказал Болт. — Хоть бы отвертелся. Но не будем волноваться раньше времени, ждём связи.

Однако спокойно ожидать следующего сеанса связи почему-то не получалось, особенно волновался Криг.

— Болт, давай я схожу к дому головы. Нельзя просто же ждать, надо…

— Что надо? Думаешь, я не волнуюсь? Ждём ещё полчаса и будем решать, что делать. Бежать с бухты-барахты не пойми куда — это не выход.

— Странный разговор о монахах слыхал малец — сказал Брага. — Будто они не настоящие.

— Да. И это наводит на определённые размышления.

Болту вдруг пришла в голову какая-то мысль. Он закатал рукав рясы и включил детектор. Какое-то время путник удивлённо пялился на дисплей, потом поднял запястье, показывая детектор остальным.

— Так это ж…

— Ну, договаривай, братишка.

— Модификанты? — то ли спросил, то ли подтвердил Брага.

— Значит у меня не глюк. Вот вам и загадочные монахи. Кто же там прячется под балахонами? Рожи у всех встреченных монахов вроде как человеческие, уродов, как на Тропе я не видел.

— Может, они по-другому модифицированы? Но, сто пудов — это засланцы Гул-Магота, — сказал Брага.

— По-любому. — Болт прошёлся вдоль стены, что-то думая на ходу, потом остановился, оглядел всех и продолжил:

— Дела в Хаттане обстоят намного хуже, чем я думал. Стража под каблуком у этих псевдомонахов, в магистрате сидит неизвестно кто и в доме головы тоже. Конечно, не все монахи в городе шпики Гул-Магота, но их подавляющее большинство. Это плохо, но, в то же время, наша маскировка очень удачна, если, конечно, модификанты не умеют как-то распознавать своих.

В это время проснулась рация.

— Меня схватили, дядька Болт, — заговорил Барт, — привели в рыночную башню, ну, такая возле рынка, квадратная…

— Не отвлекайся, мы знаем, где это. Говори.

— Здесь много народу сидит взаперти. Хватают всех, кто не понравился и сажают под замок. Говорят, что водят на допрос к какому-то Гринвеллу, а потом или отпускают, или отправляют в башню дознания. Со мной сейчас говорил один дядька, он тоже тут сидит, так, говорит, что долго мне сидеть, пока к Гринвеллу попаду, очень много народу тому надо допросить ещё до меня. А приводят к нему народ не только из этой башни, а ещё из рыночных клетей. В старом замке, говорят, тоже тьма народу сидит. Я не знаю, где это, ведь никогда раньше в Хаттане не бывал.

— Тебя там кормят? — влез Криг со своей рации.

— Ещё не кормили, но, вроде бы, два раза в день баланду всем дают.

Криг заскрипел зубами. Болт приказал ему отключить рацию и продолжил:

— Ладно, парень, пока явная опасность тебе не грозит. Веди себя спокойно, главное — мы знаем, где ты. Будем думать, как тебя выручать. До связи. — Болт глянул на соратников.

— Как будем действовать, мужики? Выкладывайте предложения.

Однако все молчали, придумать что-то стоящее в настолько сложной ситуации и правда было непросто.

— Ну ладненько. Молчите, значит, я буду предлагать. А моё предложение такое: все двигаем в сторону рынка в одежде пилигримов, наверное, такой наряд сейчас самый безопасный, и осматриваемся на месте. Рыночная башня — серьёзное сооружение, её вроде как построили четыреста лет назад, тогда в Хаттане ещё короли правили. И тогда сия башня использовалась как тюрьма. А короли тюрьмы никогда плохо не строили, значит — попасть туда будет очень сложно. Когда будем идти, держите уши открытыми, может, услышите что-то стоящее. Криг, городи доску на место, выходить будем через двор.

* * *

Рыночная башня представляла собой мрачное квадратное сооружение в пять этажей. Странно, что его назвали башней, здание гораздо больше походило на крепость, только без привычных зубцов на стенах. Узкие окна, разбросанные по стенам без видимого порядка, были забраны толстыми решётками. У единственного входа копошилась толпа стражников, среди которых мелькали рясы пилигримов.

Путники нашли свободный угол неподалёку от башни и, подстелив котомки, расположились якобы на отдых. Болт стал тщательно изучать объект в бинокль.

— Мужики, мне кажется, что тот перец, который Гринвелл, сидит не в башне. Вон недалеко дом стоит, видите? Продолговатый такой, туда народ водят, а потом некоторых ведут назад в башню. Похоже, их в том доме допрашивают.

— Возле этого дома один мой знакомый живёт, — сказал Гера. — Я, бывало, у него останавливался на ночлег во время ходок и в неплохих отношениях с ним. Может расспросить его?

— Хорошая идея. Но всем лучше не идти. Давай мы вдвоём, остальные подождут нас здесь. Старшим остаётся Брага, при осложнениях действуйте по ситуации. Связь держим на запасной волне, чтоб мальца не выдать разговорами, у него-то рация тоже будет говорить. Пойдём, Гера.

Хозяин встретил монахов враждебно, но когда узнал Геру, оттаял, провёл в гостевую и угостил чаем.

— Чего рассказывать? — ответил он вопросом на вопрос Геры. — Всё началось с тех пор, когда этот Гринвелл к голове будто как в гости явился. Сказывал, что Берговул пообещал в казну Хаттана сто тысяч дагров положить, коли тот разрешит двум сотням монахов Баяна из Самутрея прибыть к алтарю в нынешний Уфорган.

— Точно, — повернулся Гера к Болту, — я такое слыхал, когда мы из Хаттана в Гибор ещё не уходили. Только не придал значения — мало ли, что люди болтают.

— Ну вот и пошли самутрейские монахи. Неделю назад из немного было, но потом что-то случилось. Люди в городе словно одурели, как будто заболели все разом. Я тоже пару дней был дурак-дураком, всё в тумане, что ел, как жил — не помню. А когда очухался — в городе полно монахов, стража трясёт чуть не каждого прохожего, людей хватают незнамо за что, тянут кого в рыночную башню, кого в клети, кого ещё куда… думаю: конец нашему Хаттану приходит. Не монахи это, точно говорю. Стража их боится.

— Не монахи, здесь ты прав, уважаемый Тораг, — сказал Болт. — Это мы уже точно знаем. А вот скажи, что это за длинный дом рядом с твоим стоит? Туда народ зачем-то водят из башни.

— Кробонт, что ли?

— Что, что?

— Дом так называют. Когда-то, еще лет двести назад там жил маг Кробонт. С тех пор дом называют этим именем.

— Гм… но почему? Не вернее ли говорить — дом Кробонта?

— Бают, что дух мага после смерти вселился в сам дом. Потому так и называют. Это плохой дом, много про него жути рассказывают. Я не всему верю, но, видать, толика правды в этих россказнях есть. Вам про него много мог бы рассказать маг Витализ, он здесь рядом живёт. Так к нему не пустят.

— Это почему?

— Так всех магов монахи держат взаперти в своих домах. И никого к ним не пускают.

— Вот это новость! Интересно, почему?

Хозяин равнодушно пожал плечами.

— Ладно, благодарим за угощение, пора нам. Надеюсь, встретимся в лучшее время.

— Брага, — проговорил Болт в рацию, подходите к нам, только обойдите башню переулками. Мы на Ткацкой улице, ближе к рынку. Жду.

Когда подтянулся Брага с остальными членами группы, все двинулись к дому мага Витализа. Пока маскировка работала превосходно — ни один стражник, или псевдомонах не обратили внимание на группу пилигримов. Зато путники прекрасно видели при помощи детекторов, кто настоящий монах, а кто модификант. Последних было раз в десять больше. Возле калитки у дома Витализа стояли двое псевдомонахов.

— Да славен Уфорган святого Баяна, брат! — обратился Болт к «монаху».

— Славен, — буркнул тот, — проходи, брат, сюда нельзя.

— Куда нельзя — сюда? — Болт показал рукой вдоль улицы.

— Туда можно. Нельзя сюда, — «монах» чуть повернул голову назад, ко двору мага.

Этой маленькой заминки хватило для того, чтобы Болт ткнул модификанта пальцем в шею. Жест был настолько быстр, что второй «монах» ничего не понял. Он только увидел, как товарищ начал валиться на землю.

— Что стоишь? — рявкнул Болт, — помоги брату, плохо ему.

Но едва «монах» рванулся на помощь, получил такой же «подарочек» пальцем в шею.

— Брага, Дрон, становитесь на место этих кренделей, мы с Кригом и Герой идём в дом.

Бездыханных модификантов быстренько затащили во двор, на страже остались Брага и Дрон, то есть внешне осталось всё, как было — дом мага охраняют два монаха.

Болт подождал, пока модификанты придут в себя и приступил к допросу.

— Ребятки, есть пара-тройка пустяковых вопросов. От ваших ответов многое зависит. Первый вопрос: кто вы такие?

— Мы послушники монастыря Баяна великого…

— Сказки будешь рассказывать детям у камина, если доживёшь до того счастливого момента, приятель. Но если будешь продолжать в том же духе, то вряд ли у тебя это получится. Я умею развязывать язык модификантам.

«Монах» вздрогнул, услышав последнее слово.

— Ты ничего не узнаешь от нас. Скоро тебя изловят и приведут к Гринвеллу. Ты пожалеешь, что родился на свет.

— Вах! Как страшно! Сейчас поглядим, кто быстрее начнёт об этом жалеть. Криг, Гера, идём за дом, тащите одного, я другого. Не нужно, чтобы слышали, как они будут орать.

За домом нашёлся деревянный сарай для садовой утвари, туда и заволокли пленников. Один пробовал было заорать, но схлопотал по голове криговым кулаком, после чего, естественно, орать уже не мог чисто физически.

— Кто вы, ребятки? Что модификанты, я и так знаю. Зачем вы здесь?

«Монахи» молчали. Болт вздохнул, вынул из чехла шокер и показал модификантам.

— Это трость Атлунда. Слыхали о такой?

Один из «монахов» лишь скептически усмехнулся, второй ещё не отошёл после криговой ласки.

— Ну, я вас предупреждал. — Болт вывел мощность на минимум и «торкнул» вменяемого модификанта. Тот рухнул на колени, из-под рясы потянуло едким дымом.

— Понравилось? Может ещё?

— Н-не на-до…

— Не буду, если будешь говорить правду. Кто вы?

— Мы простые селяне… нас привели в Гул-Магот, что-то сделали и мы стали модификантами.

— И чем же вы теперь отличаетесь от обычных селян?

— Мы стали сильнее и живучей. Теперь я могу прожить двести лет, если хозяин сочтёт меня достойным.

— И на фиг тебе это надо, а? Мало у тебя хозяев было, теперь ещё один нашёлся.

— Моя семья получила пятьдесят дагров, а я стал слугой Гул-Магота.

— А зачем вас сюда пригнали, да ещё в таком количестве?

— Я не знаю. Честно не знаю, не мучай меня. Я не могу противиться приказам хозяев, модификация отбирает волю.

— А кто знает?

Модификант помолчал какое-то время.

— Гринвелл должен знать. Он один из хозяев.

— Где его найти?

— Он в длинном доме. Дом здесь называют Кробонт.

Болт кивнул. Он поверил модификанту. Берговул зачем-то превратил массу народу из Самутрея в модификантов. Миф о том, что Гул-Магот — безвредный клан, разваливался как карточный домик. То, что творили сейчас маги клана, иначе как массовым преступлением против жителей Пролга назвать трудно.

— Мужики, постерегите этих ребят, я же попробую попасть к магу в дом, если пустит, конечно. Честно говоря, мне жаль этих несчастных, они ведь не виноваты, что их такими сделали. Кто-то должен за это ответить. Не буду грызть стены, и приносить торжественные клятвы, но попробую что-либо предпринять в этом плане. Я пошёл.

На удивление, дверь в дом мага открылась сразу, после короткого стука.

— Проходи, я знаю, что ты не самутреец. И видел, что ты и твои люди сделали с «монахами». Для такого поступка должна быть веская причина, теперь вы в большой опасности. Я, впрочем, тоже, теперь мне придётся бежать из дому по вашей милости. Говори, зачем пришёл? — спросил хозяин.

— На прямой вопрос и отвечу прямо — мне сказали, что ты много знаешь о доме Кробонт.

— Последнее что знаю: там сейчас сидит некий Гринвелл. И знаю, что он — не человек.

— Уже полезное для нас знание. Вот нам то и надо добраться до этого Гринвелла.

— Невозможно, — категорично заявил маг. — С парадного вас не пустят, распознают чужих, есть ещё один путь, через старое подземелье, но туда идти — самоубийство. Люди рассказывают страшные сказки о самом доме, но ужас живёт именно в подземелье.

— Я много ужасов встречал в своей жизни. Самый страшный ужас у меня ещё впереди и таковым я считаю тёщу. По сравнению с ним всякие подземные страшилища — жалкие комедианты.

— Если ты действительно хочешь попасть в Кробонт, отнесись к подземелью со всей серьёзностью. Во-первых, без мага вам там делать нечего, почему — долго рассказывать. Во вторых, надо иметь в отряде не меньше четырёх мечников, придётся пройти Серого Привратника, без такого сопровождения он вас просто не пропустит. Хороший стрелок тоже очень может пригодится против глимонов — это очень быстрый подземный хищник. У тебя есть всё это?

— Есть всё названное тобой, кроме мага. Путники вместо мечников сгодятся?

— Ты говоришь о ходоках Тропы?

— О них самых. В моей группе их как раз четверо, включая меня. Один из них великолепный стрелок, хотя и другие много чего умеют в этом плане. Пятый член группы очень хороший мечник и человек исключительной силы.

Маг задумался.

— Пожалуй, я пойду с вами — сказал он через некоторое время. — Лучшего шанса выяснить, что же за гадость засела в Кробонте, у меня, да и кого другого не будет. Поскольку вы — путники, то страх перед тварями в вас хоть и есть, но вы можете им управлять. Я прав?

— Страха нет только у дебилов. Но нужно не бояться самого страха, а пользоваться им, как предохранителем от глупостей.

— Ты странно говоришь, путник, но мне понятны твои речи и в них полно здравого смысла. Я ещё более утвердился в решении идти с вами. Зови своих в дом.

— Не выйдет, двое стоят на страже, чтобы не привлекать внимания к твоему дому, ещё двое, сторожат «монахов» в сарае у тебя за домом. Ума не приложу, что с ними делать, убивать жалко.

Болт пояснил магу, кто такие эти «монахи» и почему их жалко убивать.

— Я могу погрузить их в состояние крии. Они будут делать то, что я им прикажу — предложил маг.

— А почему ты раньше этого не делал?

— Зачем? Из города мне не выбраться, зато неприятностей нажил бы множество, если бы кто об этом прознал.

— Разумно. Но теперь, наверное, можно рискнуть.

* * *

Вечером того же дня группа из шести монахов вошла в западную часть столицы. Здесь располагался самый бедный район города, называвшийся низом. Лепту в название внесло видимо и то, что район располагался как бы в яме, по отношению к остальной территории города, улица, по которой шли путники, заметно шла под гору. Здесь почти не встречались пилигримы, а те, что попадались, как правило, были настоящими монахами.

— Пришли, — сказал Витализ. — Видите тот обвалившийся дом? Его все жители обходят стороной, потому как из подвала дома можно попасть в старое подземелье. Говорят, иногда и оттуда что-то вылезает, тогда район низа живёт в страхе, пока стража вкупе с магами охранителями не вылавливает тварь. Скорее всего это глимоны, только они способны проскочить мимо Серого Привратника.

— Послушай, Витализ, а что нам делать с этой одиозной личностью? Я так понимаю, что в подземелье сей Привратник совсем не лишний — не пускает дураков, вроде нас туда, а тварей оттуда. Если мы его убьём, вся гадость из подземелья попрёт наружу. Нехорошо получится.

— Есть другой способ. Я говорил о четырёх мечниках. Привратник сразится по очереди со всеми и, если сочтёт хорошими бойцами, пропустит в подземелье. А если не сочтёт… лучше бы туда вообще не ходить.

— Интересно, на хрена это надо Привратнику? Хороших бойцов он пропускает, чтобы твари их прикончили в подземелье, а плохих сам убивает. Странная логика.

— Ничего странного. Твари там плодятся в больших количествах, подземелье ведь имеет связь с обширными пещерами. Хорошие бойцы смогут положить много тварей, пока те с ними справятся, Привратнику меньше работы, а с плохих никакого толку, лишь тварей собой подкормят.

— Резонно, хотя логика чисто людоедская. Веди, Сусанин.

Маг покосился на путника, но поостерёгся спросить, почему тот его так назвал.

Из тёмного зева тянуло сыростью, гнилостной вонью и осязаемым, давящим ощущением опасности. Путники включили ПНВ, маг и без того видел в темноте.

— Интересно, почему бы не завалить этот гадючник камнями? Или толковые ворота поставить, на здоровенном амбарном замке?

— Пробовали уже. Умирают такие строители уже на следующий день, а завал разбирает незнамо кто.

По стенам, сложенным из грубого тесаного камня ползали весьма мерзкие на вид насекомые, многие, завидев гостей, полезли на потолок, чтобы потом свалиться за шиворот. Пришлось набросить капюшоны, членистоногие явно были ядовитыми. Через пять минут впереди показался крутой изгиб хода.

— За поворотом ход расширяется в пещеру, там и живёт Серый Привратник.

Пещера освещалась торчащими из стен факелами, горящими пламенем чистого алого цвета. Символично было то, что рукоятки факелов представляли собой человеческие кости. На противоположной стороне пещеры виднелся квадратный проём коридора, рядом располагался широкий каменный стол, возле него на каменном же стуле сидела сгорбленная фигура в сером балахоне, очень похожем на рясы пилигримов. Страж склонился над толстой книгой, водя пальцем по строкам.

— Болт иди вперёд, как главный. Мой черёд идти первым придёт потом, — тихо сказал маг. — Веди себя с Привратником вежливо: облегчишь жизнь себе и нам.

Путник подошёл к подземному стражу.

— Здорово, что пишут интересного?

Привратник поднял голову, на Болта взглянули светящиеся глаза ярко-алого цвета. Странно, но даже при таком зловещем освещении, красящем всё в цвет крови, было видно, что лицо у стража серого цвета.

— Давно я тут живу, но первый раз меня так странно поприветствовали. — Голос стража напоминал звук размалываемых в чудовищной мельнице камней.

— И всё же? Книга весьма толстая, любопытно, о чём она.

— Для тебя ничего интересного, смертный. И мне до смерти надоела, хотя какое там — я же бессмертный. Шучу я так, — страж захохотал скрипучим кашляющим смехом.

— Болеешь, что ли? — участливо спросил Болт. — Не мудрёно, сырость-то вокруг какая.

Было заметно, что Привратник опешил. Обычно после такого смеха люди в страхе пятились назад, а тут…

— Ладно, не вставай, — Болт продолжал нагло гнать волну, — больного грех подымать. Мы пойдём себе, а ты читай. И выздоравливай побыстрее.

Страж открыл рот и вдруг снова расхохотался, теперь уже по-настоящему.

— Ты мне нравишься, человек, — отсмеявшись, сказал Привратник. — Жаль, если окажешься плохим мечником, но я пожалуй, не стану тебя убивать, отпущу назад. Это будет награда за то, что рассмешил старика. А просто так в подземелье пустить не могу. Не для того посажен сюда.

— Ну и ладно. Давай разомнёмся малость. Надоело, небось, пень пнём годами сидеть без дела?

— О-о-о… тут посидишь. Давеча штук десять глимонов выскочило из подземелья, едва успел всех положить. Уходили старика, мерзавцы. Упустишь хоть одного наверх, людишки потом меня клянут за безделье. А у меня от их проклятий голова болеть начинает. Ну всё, встаю. Только учти, я встаю и сразу нападаю.

Серая тень молнией метнулась к путнику, но меч стража вспорол пустоту, Болт ушёл в сторону. Привратник взвился в воздух и в перевороте сверху вновь атаковал человека. Стремительный выпад вновь пришёлся в пустое место — путник действовал ещё быстрее стража. Когда ещё с десяток попыток поразить дерзкого человека окончились неудачей, Привратник остановился.

— Это как же? — в каменном голосе прорезалась даже некая обида, — я даже по мечу твоему ни разу не попал. Где ты так навострился, человек?

— В ДЮШС* нас так учили. Да не расстраивайся, меня даже Васька не мог побить, а он страшный человек. Не советую встречаться, убьёт, не посмотрит, что бессмертный. Никого гад, не уважает.

Страж подозрительно глянул на Болта, уж очень его речи походили на издевательство, но решил, что показалось.

— Не слыхивал я про… как его… дюш… ну и слово. А Васька этот, он кто?

— Да вон, здоровый тот, видишь? Да ты втихую смотри, а то разозлишь ненароком, спасай потом тебя от него. Башку отобьёт, а кому страж без головы нужен, хоть и бессмертный?

— Так вы все бойцы такие умелые?

— Все, можешь не сомневаться.

— И зачем вам лезть в эту гнусную дыру? На тварей поохотиться? Даже мне противно их убивать, так я привычный. Хотя мне очень даже хорошо будет — вы их целую кучу положите, они же вас точно не смогут сожрать. Опять же — старику меньше работы будет.

— Не за тварями мы идём. В Кробонт надо попасть. Сидит там какой-то Гринвелл, очень хочется в глаза ему посмотреть.

— Что ж ты сразу не сказал? Для такого дела я бы сразу вас пропустил. Сам понимаешь, служу я совсем не добрым силам, но то, что засело в Кробонте — враг всем силам Пролга. И добрым и злым. Если придётся туго, смело молись Гвену, Атлунду, Азрею, Ювалду. Я услышу твои молитвы и сразу им передам. Они помогут, ту тварь в Кробонте нужно срочно извести. И от себя кое-что добавлю. Зови сюда своего мага.

Когда подошёл Витализ, Привратник отвёл его в сторону и что-то передал.

— Идите, люди. Не по чину мне удачи вам желать, но я желаю. Заглядывайте к старику, если живыми выйдете, буду рад поболтать о том, о сём.

Когда отряд втянулся в узкий проход, Болт сказал магу:

— Видишь, с хорошим человеком всегда можно договориться.

— Так он же не человек. Он злой демон.

— С хорошим злым демоном тоже можно договориться.

Глава 18

— Не забывать о детекторах, — сказал командир, — тыл, кстати, тоже отслеживайте, кто его знает, откуда может выбраться гадость.

Ход резко пошёл вниз, ноги стали скользить по влажной почве. Количество насекомых на стенах и потолке значительно возросло, в некоторых местах они покрывали поверхности сплошным шевелящимся мерзким ковром. Сверху на путников стали падать маленькие ядовитые монстры, пытающиеся забраться в малейшую щель одежды. Пришлось надеть защитные перчатки, к шлемам пристегнуть прозрачные щитки, тщательно завязать шнурки на рукавах и штанинах. Хламида пилигрима оказалась весьма эффективной защитой в таких условиях, этому способствовало наличие капюшона. Под ногами отвратительно хрустело, сзади за путниками оставался след из тысяч раздавленных насекомых. Ход перестал снижаться и одновременно заметно расширился. Детекторы засекли впереди движение крупных живых объектов.

— Приготовить оружие, — тихо скомандовал Болт. — Лучше автоматы, здесь можно шуметь.

Запястье ощутимо кольнуло — рядом было крупное животное.

— Не стрелять, — командир поднял руку.

По стене подземелья ползло нечто, похожее на огромную улитку, оставляя за собой липкий слизистый след. Но за тварью не оставалось ни одного насекомого — «улитка» пожирала всё, что попадало ей в пасть. Скорее всего, путникам это животное не угрожало, но на всякий случай решили держать его на прицеле. И действительно — тварь проползла мимо людей, не обратив на них никакого внимания, видимо жуки были куда вкуснее, да и доступнее.

— Полезная зверушка, — усмехнулся Брага, — таких сюда надо бы побольше.

Однако по ходу обнаружилось, что «улиток» здесь предостаточно, они ползали по стенам, потолку, хватало их и на полу, но, почуяв путников, твари шустро уползали в сторону.

— Да, видимо это местные «коровки», — ответил Болт, — но если есть «травоядные», должны быть и те, кто на них охотится. Глядим в оба, мужики.

Проход впереди расширился в большую пещеру, здесь «улитки» паслись целыми стадами, хотя движению путников проблем не доставляли, видно было, что они опасаются неизвестных существ.

— Командир, — сказал Дрон, — в конце пещеры что-то происходит. — По моему на «улиток» идёт охота.

Приглядевшись, Болт тоже углядел в глубине подземелья какое-то мельтешение.

— Отойдём чуть назад, если хищников много, на открытом месте с ними будет труднее справиться.

Группа попятилась назад, к горловине входа. Вовремя — спереди накатывалась волна хищных четвероногих тварей, размером с крупного волка или собаку. Голова такого монстра состояла, казалось из одной огромной пасти, заполненной частоколом здоровенных клыков. Кожа белёсо-грязного цвета сочилась слизью, длинные ноги, похоже, были без суставов, они изгибались во время бега животного самым невероятным образом, что лишь усиливало и без того мерзкое впечатление о хищнике. Глаза тварей светились алым огнём, видимо это было характерно для живого мира сего подземелья. Двигались глимоны (это были именно они) очень быстро и через несколько мгновений были уже рядом с путниками. Однако нападать сразу не стали, рассыпавшись широкой дугой, стая остановилась, до людей донеслось смрадное дыхание хищников. Казалось, твари изучали людей, пытались понять, по зубам ли им эта странная добыча. Вперёд выдвинулся зверь, значительно превышающий размерами остальных, видимо вожак стаи. Алые глаза смотрели выжидающе, словно требуя чего-то.

— О-ба… похоже этот зверь вызывает кого-нибудь из нас на бой, — удивлённо сказал Болт. — Наверное, зверушки не совсем безмозглые: зачем рисковать всей стаей, если можно проверить силу пришельцев в схватке один на один. Мужики, я пошёл, держите оружие наготове, стреляйте же только в крайнем случае. Я тоже постараюсь не убивать вожака, возможно, удастся избежать массовой драки. Если Привратник их крошит десятками, значит, одиночная тварь не так уж опасна.

Едва Болт выступил вперёд, вожак стремительно прыгнул с места, без всякой подготовки и проскрёб землю когтями в том месте, где мгновение назад был путник. Но, поняв, что промахнулся, немедленно подпрыгнул на месте, уходя от возможной атаки. Однако путник не собирался нападать, он избрал ту же тактику, как при схватке с Привратником — уходил от выпадов соперника, не отвечая атакой. Глимон использовал все доступные ему приёмы нападения — прыжки с места, стремительные удары лапами, вооружёнными длиннейшими, втягивающимися как у кошек когтями, пробовал обмануть человека, будто подставляя беззащитные бока, чтобы в случае атаки врага использовать свойства своих гибких конечностей, способных наносить удары в любых направлениях, с любого угла. Всё тщетно — человек легко уходил от атак, много раз хищник чувствовал, что соперник мог запросто его убить, но не делал этого.

— Стоп! — Болт упёрся остриём меча прямо в незащищённое горло хищника, которое тот неосторожно подставил во время очередной безуспешной атаки. — Может, хватит? Топайте себе и жрите улиток. Приятель, мы вам не по зубам, поверь. Понимаешь?

Неизвестно, понял ли глимон человека, но попятился, затем оглянулся, рыкнул на стаю и уже через пару секунд хищники убегали в боковой проход пещеры, ища добычу полегче, чем опасные пришельцы.

— Так-то. Оказывается здесь можно договориться не только с демоном. Твари тоже попадаются вменяемые. Идём, что ли?

Далеко, однако, пройти не получилось, едва пещера сузилась в тесный коридор, путь преградил большой валун, почти наглухо закупоривший проход. Откуда он здесь взялся, понять было трудно, упасть сверху не мог, скатиться с уклона тоже. Создавалось впечатление, что огромный камень кто-то специально сюда прикатил.

Почва ощутимо задрожала, путники непонимающе переглянулись, но тут позади возникло движение — в проход вкатился такой же здоровенный валун. Отряд оказался заперт в узком каменном мешке. Оба валуна медленно покатились навстречу друг другу, сжимая смертоносную ловушку.

Болт бессильно смотрел на то, как неумолимо надвигается каменная смерть, но сделать ничего не мог.

— Их можно остановить, — тронул его за рукав Витализ. — Это живые камни, у них есть уязвимые места. Я попробую их вскрыть, но вы должны немедленно начать стрелять в открывшуюся брешь, долго удержать её я не смогу.

— Действуй, колдун, не медли. Стрелять мы всегда готовы.

Витализ выдвинулся вперёд, раскинул руки, словно пытаясь обнять пространство перед надвигающимся каменным монстром, затем плавно свёл перед собой и сделал резкое движение ладонями вперёд, будто отталкивая валун. На катящемся гиганте вдруг появилось несколько точек, сияющих алым свечением, в которые немедленно начали стрелять путники. Попасть оказалось весьма непросто, точки были маленькими и передвигались по мере качения валуна. Наконец, одна точка ярко вспыхнула белым пламенем, из камня послышался глухой утробный рык, движение его резко замедлилось и тут же вспыхнули ещё несколько ярких огней — в уязвимые точки стало намного проще вести прицельный огонь. Рык монстра перешёл в отвратный рёв, валун остановился, а затем всё быстрее покатился назад. Группа бегом рванула за ним, задний камень подкатился уже вплотную.

— Продолжайте стрелять, — крикнул колдун, — не давайте ему передышки, а то он сумеет закрыть бреши и всё начнётся сначала.

Болт на бегу махнул Дрону, посылая того вперёд, как самого меткого стрелка. Управляться со своей пушкой в узком проходе было неудобно, но снайпер и со «смарта» исправно посылал иглу за иглой в прохудившуюся защиту каменного гиганта. Иглы видимо наносили гораздо больший урон жизнеспособности монстра, нежели пули автоматов, внезапно все бреши на каменной «коже» валуна полыхнули ярчайшей вспышкой и монстр на ходу рассыпался мелкой крошкой, превратившись в вытянувшуюся полосу гравия на полу пещеры. К счастью, свободного пространства осталось достаточно, чтобы люди смогли перебраться на другую сторону образовавшейся длинной кучи каменной крошки. Гнавшийся за группой монстр не сумел вовремя остановиться и наглухо застрял в проходе, заклинившись меж сузившимся полом и потолком.

Витализ немедленно повторил свои колдовские пассы уже над преследователем. В этот раз, видимо, благодаря тому, что монстр не двигался, на его поверхности появилось не несколько мелких прорех, а одна, довольно большая ярко-алая дыра, в которую Гера, стоявший рядом с колдуном, всадил целый рожок из автомата. Глухо ухнуло, вновь полыхнула ослепительная белая вспышка и на месте валуна появилась гора щебня, почти до потолка загородившая проход.

В этот раз отряд с большим трудом избежал гибели. Болт подошёл к Витализу и пожал ему руку.

— Спасибо, колдун, теперь я вижу, что с отрядом ты идёшь не просто как балласт. Ты спас нас всех.

— Не стоит меня благодарить, я даже не рассчитывал встретить здесь камней-убийц, о них упоминалось в очень древних рукописях мага-хранителя Хореуза, многие даже не верили в их существование. Хорошо, что я, в своё время, изучил метод борьбы с ними, даже не припомню, что меня на это сподвигло. А мои способности вам ещё понадобятся и не раз, вот увидишь.

Ход прихотливо вился, то спускаясь ниже, то круто уходя вверх, кое-где в полу были вырублены грубые ступени, стёртые и выкрошившиеся от времени. Вот путь снова вывел отряд в широкое подземелье, колдун приказал всем остановиться.

— Будете идти за мной след в след, пол пещеры только выглядит монолитным, на самом деле это бездонная яма, прикрытая иллюзией. Я создам опорные точки, они будут некоторое время светиться, по ним и нужно ступать. Не медлите, нужно идти быстро, свечения хватит ненадолго. Не обращайте внимания на звуки, они будут весьма страшны, но мы должны успеть пересечь бездну до появления реальной угрозы.

Люди выстроились в цепочку и осторожно двинулись следом за колдуном, прокладывающим путь. Яркие блины следов оставались за сапогами Витализа и медленно истаивали, но к моменту окончательного угасания последний путник из цепочки успевал пройти исчезающий след. Едва колдун сделал первый шаг, из бездны послышались зловещие завывания и скребущие звуки, похоже, по стенам бездны вверх полезли неведомые твари. Путники, однако, упрямо двигались по следам колдуна, игнорируя липкий страх, вызываемый невидимой мерзостью, ползущей из глубин подземелья. Когда Болт, замыкавший отряд, ступил, наконец, на твердую поверхность, сзади послышался громкий скрежет и, прямо из-под иллюзорного пола стала вылезать мерзкая осклизлая тварь, похожая на здоровенного уродливого крокодила. Но, поскольку твари — это привычный атрибут из жизни путника, командир тут же хладнокровно вогнал в приоткрытую пасть монстра очередь из калаша. Тварь сорвалась со стены и ухнула вниз. Звук падения раздался секунд через десять.

— Серьёзная ямка, — уважительно сказал Болт, — жаль, не поглядеть вниз.

— Надо быстрее уходить, — сказал колдун, — скоро оттуда полезут другие твари, их влечёт наше присутствие.

— Ты прав, Витализ. Уходим.

Уже через пару десятков метров ход упёрся в стену. Вправо и вниз круто уходили крутые ступени.

— Держитесь ближе к стене, слева откроется большая пещера, в которую мы спускаемся, поручней на лестнице нет, — предупредил колдун.

Спуск прошёл спокойно, но лишь команда оказалась внизу, из глубины пещеры стали приближаться алые огоньки. Оказалось, что путники вновь повстречали стаю глимонов. Хищники подбежали довольно близко, но, разглядев пришельцев, повернули и унеслись куда-то по своим делам.

— Те же самые, что ли? — недоумённо пробормотал Болт.

— Очень может быть, — ответил Витализ, — у жителей подземелья свои пути, недоступные нам — чужакам. Теперь нам нужно пройти вдоль правой стены пещеры, отсчитать третий проход и свернуть в него. Я пойду впереди, поскольку, как только свернём, ориентироваться придётся по древним рунам, дальнейший путь предугадать невозможно, поскольку он подвержен влиянию сих рун и очень изменчив. Никто не должен отстать, иначе рискует остаться здесь навсегда.

Когда группа свернула в третий проход, на стенах появились древние узорчатые изображения — руны. Маг быстро шёл впереди, лишь мельком поглядывая на стены, и уверенно сворачивал в тот или иной проход, руководствуясь только ему известными ориентирами. Разветвлений было настолько много, что без проводника группа заблудилась бы очень быстро. Временами стены вновь покрывал ковёр из мерзких жуков, здесь же были и «улитки», пожиравшие обильную пищу. Очередной поворот, и группа оказалась перед крутой лестницей, уходящей вверх.

— Мы почти у цели, — сказал колдун, — лестница выведет нас к двери в подвал Кробонта.

— Так пойдём, ждать нам некогда. Дверь заперта заклинанием?

— Точно не скажу, нужно оказаться рядом. Здесь всё пропитано магией.

Наконец, отряд, поднявшись длинной, состоящей из двухсот ступеней лестницей, оказался на площадке перед массивной, обитой железными полосами дверью.

— Дверь закрыта с той стороны либо на засов, либо на обычный замок. Удивительно, но магическая защита отсутствует, — сказал маг.

— Уже легче, — ответил командир. — Криг, а ну-ка испытай эту древность на прочность, только постарайся меньше шуметь, мы почти в стане врага.

Громила навалился на дверь изо всех сил, она жалобно затрещала, но не сдалась.

— Сейчас подмогну, — Болт вытащил из рюкзака монтировку из титанового сплава, которая не раз выручала его на Тропе в качестве вспомогательного инструмента, вставил её в щель между дверью и рамой и сильно надавил.

— Давай, брат, жми!

Криг вновь навалился на дверь, сзади его подпёрли Брага и Дрон, старое дерево не выдержало, гвозди, державшие петли, вылезли под мощным напором, и дверь повисла на дужке замка. Благодаря этому операция прошла без особого шума, лишь старые доски издали скребущий звук, проехав по полу.

Заметно, что помещение уже давно было заброшено, слой пыли на полу, старой изломанной мебели, предметах утвари, покрывали многочисленные следы крыс и мышей, которые в панике разбежались, завидев нежданных гостей.

Болт приложил палец к губам, двинулся к двери на противоположной стене и дал знак остальным следовать за собой.

Эта дверь открылась легко, она была заперта с той стороны лишь на слабенькую щеколду. Поднявшись короткой лестницей, команда Болта оказалась в длинном коридоре со множеством дверей. Вопрос был в том, куда они вели?

Неожиданно одна из дверей распахнулась, оттуда послышался звучный баритон:

— Прошу сюда, господа. Я давно вас ожидаю. Могли бы не утруждать себя хождениями по древнему подземелью, я с удовольствием впустил бы вас и с парадного.

— Попали… — пробормотал Болт. — «смарты» держать наготове, кто знает, как оно повернётся…

В комнате, освещённой бледным магическим шаром, висящим под потолком, на широком мягком диване сидел человек в наряде, весьма похожем на белый арабский бурнус. Крючковатый нос, короткая чёрная борода, смуглая кожа и густые, чёрные же брови усиливали впечатление того, что перед путниками оказался настоящий земной араб.

— Не человек, — прошептал Витализ на ухо Болта, — но маг колоссальной силы. Третий круг посвящения, а может быть и выше.

— Присаживайтесь, господа, — «араб» широким жестом указал на ряд стульев у противоположной от себя стены, — вы мои гости, прошу не предпринимать легкомысленных действий, поверьте — это в ваших же интересах.

Стульев оказалось ровно шесть, в аккурат по числу гостей.

— Итак, — продолжил хозяин, когда люди устроились на стульях, — зовите меня Гринвелл, для удобства общения, хотя, сами понимаете — это не настоящее имя. Господа земляне, знающие английский, примерно должны понимать, что сиё имя может означать. Но я отвлёкся. Давайте же расставим точки над «I». Мне ничего не стоит всех вас уничтожить хоть прямо сейчас, хоть потом, это же я мог легко сделать, как только вы явились в Хаттан. Но я хочу сделать вам предложение, от которого будет трудно отказаться, так, кажется, говорят на Земле?

Болт, слушая странного «араба» постарался сосредоточиться, войти в состояние абсолюта. Это состояние никак не было связано с магией, потому не должно было распознаться Гринвеллом. Едва путник сумел сосредоточиться, сразу почувствовал мощное психологическое давление со стороны хозяина на своих гостей. Болт буквально видел пучок серых нитей, связывающих мага и путников. На Витализа и Крига Гринвелл не давил, видимо считал их недостойными своего внимания.

— Я предлагаю вам всё, — продолжил Гринвелл, — именно ВСЁ, — то о чём вы мечтали и даже не могли мечтать. Деньги — столько денег, что и не снилось любому земному олигарху. Власть, по сравнению с которой власть любого земного правителя покажется смехотворной. Кроме того — практически бессмертие, продолжительность жизни будет зависеть лишь от вашего желания.

Пока маг разглагольствовал, Болт сумел войти в состояние полного абсолюта. Он стал видеть, слышать, осязать абсолютно всё, что было рядом. Он видел траекторию каждой пылинки, парящей в воздухе, видел крошечные капли влаги, вылетающие из ртов людей при дыхании, мог предвосхитить каждое движение, жест, мысль окружающих. Он знал, что сейчас скажет Гринвелл, и знал точно, что тот лжёт, точнее — говорит далеко не всё.

— Вам нужно будет делать лишь только то, что вы умеете — протаптывать новые Тропы. Понимаю, господин Гиранит будет страшно недоволен, что я перекупаю его кадры, но у него свой бизнес, у меня свой. Всего лишь бизнес, господа, а в бизнесе многое позволено для достижения цели, не правда ли?

— А договор как, кровью скреплять будем? — иронично спросил Брага.

— Можно и кровью, — серьёзно ответил маг, — но лучше обойтись без неё. Я не дьявол, в ваших, человеческих понятиях, но, поверьте, власть моя не меньше, а возможно даже больше. Ваш Гиранит, кстати, мне в подмётки не годится, хотя тоже фигура не из мелких. Зовут его, как вы должны понять вовсе не Гиранит и он, естественно, не барон в заштатном мирке Пролг, а нечто гораздо более весомое.

— Как связаны ваши интересы и интересы клана Гул-Магот? — спросил Болт.

— Никак. Случайное совпадение вектора приложения силы, не более того. Кстати, могу гарантировать защиту от посягательств на вашу жизнь и свободу со стороны Берговула. Одно слово, естественно, при условии достижения консенсуса, и вы забудете о Гул-Маготе. Жить вы сможете где угодно — в Пролге, на Земле, во множестве других миров, куда проложены доступные мне Тропы, выполняя время от времени мои задания. Думайте, господа, даю вам пять минут, время пошло. В случае несогласия, увы, я буду вынужден вас уничтожить. Господин Витализ, предупреждаю — не стоит применять ту штуку, что дал вам старый, выживший из ума демон, я пресеку эту попытку с весьма плачевными последствиями для вас.

Болт создал из, казалось бы, не годных ни на что вещей — пылинок, капелек влаги, микроорганизмов, витающих в воздухе комнаты, невидимый пси щит и закрыл им сознание соратников от воздействия Гринвелла.

— А вам, господин Олег Болтов, скажу — не пытайтесь применить свою электрическую дубинку, я связал вас и себя крепким магическим узлом и, в случае электрического воздействия, вас немедленно убьёт, я же отделаюсь лёгким шоком, — предупредил маг.

Болт чувствовал ложь в словах мага, но в чём тот не солгал — это в магической связи. Путник видел призрачный язык силы, протянувшийся к нему от Гринвелла, и это была именно магическая связь. В то же время, Болт стал слышать мысли путников и Витализа — состояние абсолюта углублялось с каждой минутой. Он решил попробовать мысленно связаться с соратниками:

— Слушайте меня, — по шевельнувшимся фигурам друзей, он понял, что его услышали, — не дёргайтесь, мне удалось прикрыть вас от пси воздействия этого чудовища. Витализ, что тебе дал Привратник?

— Порошок для краткого прерывания действия магии. Только чем он может помочь, я не знаю — мысленно ответил колдун.

— Очень даже может. Действовать надо очень синхронно и быстро. Я отвлеку Гринвелла, если ты увидишь, что он действительно потерял контроль хотя бы на пару секунд, немедленно швыряй порошок в меня. Если же Гринвелл не отвлечётся, повремени, выждем более удобный момент. Я попробую вызвать те силы, которые Привратник обещал в помощь. Надеюсь, они создадут хотя бы временные проблемы этому кренделю. Приготовься.

— Я готов.

— Гвен! Атлунд! Азрей! Ювалд! — мысленно воззвал путник, — именем Серого Привратника, призываю вас на голову существа, посягнувшего на свободу Пролга!

Какое-то время ничего не происходило, но вдруг воздух вокруг Гринвелла сгустился, потемнел и стал сжимать того в чудовищных объятиях.

Маг взвыл, фигура его потеряла человеческие очертания, превратившись в размытое пятно, магический язык, однако, оставался, не прерывая связь с путником, монстр сохранял контроль над ситуацией. Болт в этот момент достал и активировал шокер. Витализ хотел было уже швырнуть порошок в Болта, но тот дал знак повременить. Борьба магических существ тем временем продолжалась. Четыре могучих сущности всей мощью обрушились на пятую, чуждую этому миру, но она превосходила силой все четыре и постепенно стала одерживала верх. Когда демоны отпрянули от монстра, копя силы для новой атаки, Болт дал знак Витализу, тот швырнул в путника горсть вонючего порошка, связующий магический язык на короткий момент потерял силу и активированный шокер полетел в размытое пятно, которым был сейчас Гринвелл.

Казалось, рядом разорвалась бомба страшной силы, крышу дома унесло неведомо куда, стены упали наружу, словно были сделаны из картона, а не прочного камня, вспышка огня была настолько сильной, что осветила всю столицу с окрестностями. Удивительно, но группа Болта осталась абсолютно невредимой, хотя, уже позже, трезво поразмыслив, Болт пришёл к выводу — состояние абсолюта захватило не только его, но и всю группу, поскольку происходило мысленное общение, часть пространства, занимаемого группой, на короткий момент выпала из реальности, что и послужило причиной чудесного спасения. Откуда он взял такое толкование, Болт затруднился бы объяснить даже самому себе.

Над городом разразилась буря чудовищной силы, ветер срывал крыши домов, валил деревья и хлипкие строения, некоторые жители, оказавшиеся в это время на улице, погибли, хорошо, что была ночь, поэтому таковых оказалось немного. Путники немедленно спрятались в давешний подвал, переживая катаклизм. Вскоре ветер пошёл на убыль, а, по прошествии ещё короткого времени, и вовсе стих. Путники выбрались наружу. От присутствия Гринвелла осталась лишь глубокая яма в том месте, где происходила его схватка с демонами.

— Болт, — обратился к командиру колдун, — почему ты выжидал? Я мог и раньше высыпать на тебя порошок.

— Ты забыл, что рядом с пришлым монстром в это время были демоны, которые нам помогали. Если бы я бросил шокер в момент боя, возможно, твой мир недосчитался бы сегодня некоторых своих божеств. Пусть эти божества не из лучших, но какое я имел право уничтожать их? Вот и пришлось ловить момент, когда демоны окажутся в стороне. Думаю, они не слишком пострадали. Сущность, зовущая себя Гринвеллом, тоже осталась жива, но её втянуло в открывшуюся пространственную дыру, что и вызвало бурю. Не знаю, спасал ли кто монстра, либо это природное явление — неважно. Гринвелл надолго выбыл из игры, возможно даже навсегда. А у меня возник ряд вопросов к нашему покровителю — барону Гираниту.

Глава 19

Из Хаттана начался массовый исход паломников. Серые рясы заполонили восточный тракт, пришельцы из Самутрея спешно покидали столицу. Казалось, их гонит неведомая сила, котомки с даньга оставлялись где попало, алтарь Баяна великого никто из беглецов и не вспоминал. Стражники у восточных ворот ошеломлённо наблюдали как, не глядя на ночь и только что закончившуюся страшную бурю, монахи серой массой целеустремлённо двигались на восток. Город проснулся, многие люди, поначалу испугавшись катаклизма, вышли на улицы и, к своему удивлению, чувствовали, что с сознания слетела некая пелена, уже многие дни державшая их в подавленном, безразличном состоянии. Стражники, охранявшие рыночную башню, клети, старый замок, вдруг поняли, что делают работу, которую им никто не поручал, почему они здесь, никто вразумительно объяснить не мог.

Один стражник из охраны восточных ворот, вдруг увидел в серой толпе пилигримов городского голову, рядом с начальником стражи — оба, одетые кое-как, спешили в сторону восточного тракта. Понять сиё явление солдат, в силу ограниченности интеллекта, не мог, посему забыл об этом, едва беглецы скрылись с его глаз.

* * *

— Надо бы закрыть проход в подземелье, — озабоченно сказал Болт. — Брага, глянь-ка, что можно предпринять в этом плане.

Тот кивнул и снова вернулся в подвал.

— Сейчас пойдём за мальцом, — продолжил командир, — думаю, теперь ему уже ничего не угрожает.

— Как же, не угрожает… он не емши уже целый день, — угрюмо сказал Криг, — баланда не в счёт.

— За день голодания ещё никто не умирал. Кстати, есть даже методика лечебного голодания.

— Хотел бы я посмотреть на этого доктора, — кровожадно буркнул громила.

— Так их много, докторов этих, Криг. Это целая наука о здоровой пище.

— Ну, о здоровой, это хорошо. Чем здоровее, тем лучше. Кабан, к примеру, куда здоровее, чем курица, в той и жрать-то нечего.

Путники рассмеялись.

Вернулся Брага.

— Там нечего закрывать. За дверью, что мы сорвали, обвал, прохода под землю теперь нет.

— Прекрасно. Идём за мальцом. Барт, мы идём к башне, что у тебя? — сказал командир в рацию.

— Не пойму, дядька Болт, все волнуются, говорят, стража сбежала из башни вместе с монахами, а мы остались взаперти, некому открыть.

— Не волнуйся, скоро мы тебя освободим.

— Я тебе большое кольцо колбасы несу, малец! — радостно заорал в свою рацию Криг. — Закончилось твоё голодание!

— Криг, дружище, я понял, чем можно заменить наказание книгами, — злорадно сказал Болт. — Буду садить тебя на диету.

— Слишком сурово, — улыбнулся Гера, — диета не для него.

— Это ещё кто такая? — подозрительно спросил громила. — У меня есть Светлана, и не подсовывайте мне никакую Диету.

— Провинишься, узнаешь, что это за дама — диета, — улыбнулся командир.

Из рыночной башни узники валили толпой, здесь заперли не меньше тысячи хаттанцев, к клетям Болт направил Брагу с Дроном, но те вскоре по рации сообщили, что оттуда народ уже кто-то выпустил. К старому замку решили не ходить, далековато, пока доберёшься, кто-то наверняка уже людей освободит.

Криг по-отечески потчевал Барта, сокрушался по поводу его худобы, хотя, справедливости ради надо сказать, что малец, со времени пребывания в отряде путников, заметно округлился и назвать его худым мог разве что громила. Ну, у того все были худыми, включая и его самого.

Переночевали на конюшне у Рипта, хотя теперь наверняка можно было найти место и получше, однако путники слишком устали.

Утром Болт поручил команде отыскать приличное жильё, а сам направился в банк, поскольку наличные финансы катастрофически заканчивались. Улицы были забиты народом, люди собирались в группы, обсуждали ночные события, но стало заметно, что прежняя угрюмость и безразличие уже сменяется привычной живостью и приветливостью хаттанцев.

— Болт! — спешащего путника кто-то окликнул.

— О! Приветствую, старый хрыч! Рад встрече.

— Я вижу, ты тоже решил стать последователем Баяна? Рясу пилигрима зачем напялил?

— Не обращай внимания — это я так прикалываюсь.

— Куда направляешься?

— Да есть дела, Локат. Денежка нужна на то, на сё… а ты?

— Ну, мне тоже денежка не помешает. Есть вести. Будем разговаривать?

— А есть о чём?

— Ну, хотя бы о том, зачем здесь были пилигримы из Самутрея.

— Опять займёшься вымогательством? Учти: я уж больше месяца, как ничего не зарабатывал, только траты, и траты. Много не дам.

— Путник, ты всегда был жадным, а сейчас у тебя это… как то ты говорил… а! Рецидив!

— Ладно, коррупционер ты наш, сейчас денежку со счёта сниму и поговорим. Здесь есть поблизости приличное место для разговора?

— «Кривой глаз». Не гляди на название — заведение, что надо. Лучшего эля чем у старого Гирда, хозяина этой харчевни, не найти во всей столице.

— Считай, уговорил.

Уже через полчаса приятели наслаждались прекрасным напитком в зале весьма недурственно обустроенной харчевни.

— Ну, чего ты хотел рассказать, Локат?

— А разве я хотел? Тебе показалось. Это ты хотел купить у меня информацию.

— Да? Гм… Это когда же? — Болт отхлебнул добрый глоток эля. — А есть, что покупать? На товар сперва надо хоть одним глазком взглянуть.

— Я тебе уже дал взглянуть, когда сказал о пилигримах из Самутрея. Дальше только за деньги. Пять кулов и я — открытая книга.

— Да-а-а… Ну ты и жучара, Локат! За пять десяток я и сам всё про себя расскажу. Даже то, чего не было. Два кула, и то: у меня сердце кровью обливается, при мысли о своей невероятной щедрости.

— У тебя понятия «щедрость» и «жадность» поменялись местами, путник, — осуждающе покачал головой стражник. — Ладно, у меня сердце тоже обливается кровью, но всё же, соглашусь на три кула.

— Ужас! — пробормотал Болт, но полез в карман и выложил перед Локатом две серебряных монеты.

— А где ещё одна? Потерялась, что ли?

— Ой, это я того… ошибся. Вот.

Еще один кул оказался в кармане стражника.

— Ошибся он… Глаз, да глаз за тобой нужен. Ладно, слушай сюда. Не так давно пришлось мне стоять вахту в магистрате. Там есть длинный коридор, из которого двери ведут во все залы и комнаты, что только есть в здании. И есть в этом коридоре большой камин, который топят только в зиму. Проходя мимо камина, я услышал звук разговора и, когда прислушался, понял, что говорят в кабинете головы. Говорил голова, а вот с кем, я так понять и не смог. Что интересно — в кабинет голова пришёл один и больше за время моей вахты к нему никто не заходил. Как туда мог попасть кто ещё, не могу знать. Разве через окно? Но это одна странность. Другая — в самом разговоре. Собеседник распекал голову, будто тот какой-то школяр, а не первый чиновник государства. А голова только оправдывался.

— Не отвлекайся. Ближе к сути: о чём был сам разговор?

— Я и говорю, что странный был разговор. Тот голос говорил, что до сих пор не готово место для земли. Что надо срочно готовить место, время очень дорого и, если голова не поторопится — потеряет свою должность.

— Как это — место для земли? Какой земли?

— Я тоже не понял. Но из дальнейшего разговора стало понятно, что пилигримы идут из Самутрея не просто так, они что-то приносят с собой. Что? Это тоже осталось неясным. Фраза: «Когда пилигримов станет больше пяти тысяч, хватит силы для прорыва», говорит что-нибудь тебе?

Болт молчал. Фразу можно было истолковать и так и этак, но прорыв мог быть только к одному месту — Тропе. Выходит, модификантов нагнали для того, чтобы они пришли на Тропу? А толку? Они же обычные крестьяне, абсолютно не готовые к суровой реальности Тропы, местные хищники схарчили бы их в первый же день. Нет, цель явно в другом. Но в чём?

— Ладненько, будем считать, что инфа стоит тех денег, что я тебе отдал.

— И ещё кое-что бесплатно… С самутрейскими пилигримами сегодня в ночь сбежали городской голова и начальник стражи.

— Ага! Теперь понятно с чьей подачи на путников затеяли травлю. А ещё чего бесплатного у тебя есть?

— Моя доброта велика, но и она имеет предел. Всего один кул, и ты узнаешь ещё кое-что.

— Добряки вроде тебя Освенцимы на Земле устраивали, — пробурчал путник, но кул на стол выложил.

— Да никто его не трогал, дурака этого! — сердито сказал Локат. Старый Освунцим посчитал кусок моего огорода своим и судиться вздумал. А судья ему отказал. Так Освунцим напился до демонов в глазах и кого-то задел на улице, когда домой возвращался. Ему рожу и начистили, а подумали, что это я.

— Я о другом, старый хрыч, и твой сосед тут не при делах. Что ты хотел мне ещё сказать?

— В замке дознания сидят восемь путников. Их туда посадили по прямому приказанию головы. Освободить пока некому, нового голову ещё не избрали, а такой приказ может отдать только он.

— Хорошая новость… то есть, я хотел сказать, плохая. В том плохая, что некому отдать приказ. А хорошая, что путники живы. Имена хоть есть?

— Вот тебе список и помни доброту старого Локата.

* * *

Болт решил, не теряя времени даром, найти хорошее жильё для команды. Повернув на улицу Скаковую, где, как он знал, был отличный постоялый двор, путник заметил в тесном проходе меж домами сваленные в кучу брошенные котомки пилигримов с даньга. Их никто не трогал, ведь открыть такую котомку считалось большим грехом. Что-то подтолкнуло путника, некая смутная догадка, он подошёл к куче и открыл первую попавшуюся под руку котомку.

Земля. Котомка была заполнена обыкновенной землёй, почвой. «Место для земли» — немедленно всплыла странная фраза, подслушанная стражником.

Остальные котомки тоже оказались с землёй. Зачем? На фига переть мешки с землёй за полтораста вёрст? Или это не просто земля? На вид — так самая обычная. Болт пожал плечами, положил горсть земли в карман рясы и пошёл дальше. Вопрос с гостиницей решился очень быстро, почти все номера после ночного бегства пилигримов оказались пусты.

* * *

— Не знаю, — задумчиво сказал Брага, держа на ладони горстку сухой почвы.

Землю, принесенную Болтом проверяли чуть ли не на вкус, но ни один из путников не смог о ней ничего сказать. Крига с мальцом отправили проверять содержимое всех брошенных котомок, которые попадут на глаза.

— Надо бы показать Витализу, так он домой свалил уже как два часа назад. И он не знает, что мы переселились в «Тихую гавань», — проговорил Гера.

— Не вопрос, — сказал Болт и достал рацию.

— Колдун, слышишь меня? Ответь.

Рация молчала, но через полминуты ожила.

— Я слушаю, путник. Кстати, забыл вернуть тебе эту полезную вещицу.

— Пусть пока побудет у тебя. Ты будешь дома? Есть дело.

— Приходи, я буду ждать.

Командир спрятал рацию и повернулся к Браге.

— Остаёшься за старшего, братишка, я сгоняю к Витализу, а потом будем решать, что делать. Эту шараду с землёй надо обязательно разгадать, чую — она очень важна.

Дом Витализа серьёзно пострадал при ночном катаклизме, поскольку находился недалеко от Кробонта. Каменную ограду наклонило, на стенах зазмеились длинные трещины, вся зелень на клумбах, ранее придававшая дому некую праздничность, пожухла, строение приняло унылый и какой-то обиженный вид. Внутри дома, однако, всё было в относительном порядке, маг встретил гостя и немедленно принялся за исследование горстки земли.

— Сразу скажу — землица непроста. Есть следы неизвестной мне магии, но лишь следы. Подожди, я в лабораторию, вот угощение, будь как дома.

Однако маг вернулся уже через пять минут.

— Путник, ты можешь дать мне на минуту один свой башмак?

— Могу. — Болт недоумённо пожал плечами и снял ботинок.

Витализу хватило нескольких секунд для осмотра.

— На твоём башмаке следы той же магии, что и в этой горстке земли. Ты долго ходил по такой земле и обувь пропиталась той же магией.

Мгновенная догадка пронзила путника: Гул-Магот стоит на земле, называемой Рогус-Тор. Маги клана — жители Троп, значит вход на Тропу в мир Рогус, упомянутый Гиранитом, находится в непосредственной близости от Гул-Магота, поскольку вдали от порога сии маги долго находиться не могут. Земля, принесённая в котомках лже-монахов — это почва, набранная на Тропе к Рогусу. В ней лишь следы магии Тропы. А если такой земли принести много? «Когда пилигримов станет больше пяти тысяч, хватит силы для прорыва» — такие слова сказал таинственный гость головы магистрата. У каждого пилигрима котомка с землёй. И нужно место для земли.

— Послушай, колдун. Этой землицы притащили в Хаттан примерно пять тысяч котомок, каждая по весу примерно как половина мешка с мукой. Землю тащили пилигримы из Самутрея. Что если всю эту землю высыпать в одном месте?

— Да ничего. Магии, запасённой в почве, будет мало, хоть сто тысяч мешков принеси.

— А если подготовить место?

— Место? — колдун задумался, через минуту поднял голову и продолжил:

— Можно подготовить место. В столице есть пара мест, где расположены узлы магической структуры нашего мира. Одно место — это рыночная башня, другое — старый замок. Если высыпать всю землю там и провести обряд, то магия, запасённая в ней, усилится в тысячи раз.

— А какой обряд?

— Нужно принести в жертву не менее пятисот человек, а обряд должны вести около пятидесяти магов, для того, чтобы составить круг силы.

— Вот! Всё стало на свои места! В столицу притащили гору земли — это раз. В рыночной башне и в старом замке заперли много народу — это два. Всем магам Хаттана запретили покидать дома, — это три. Рассказывать дальше?

— Не нужно… — сказал потрясённый Витализ. — Но кто смог бы заставить нас, магов Хаттана провести такой жестокий обряд? Никто бы не согласился!

— Ты забыл нашего друга Гринвелла. Как считаешь, он смог бы заставить работать магов в кругу силы?

— Да… — выдохнул колдун. — Даже без нашего согласия. Но скажи, что это за земля?

— Земля Тропы, колдун. Не могу сказать точно, что хотели сделать маги Гул-Магота, но очень похоже — кусочек Тропы.

То, что маги Гул-Магота могут жить на Тропе, путник говорить Витализу не стал. Но сам прекрасно понял, что готовился десант гул-маготовцев в Хаттан. И сии маги, попади на рукотворную Тропу, стали бы обладать огромной силой, от Хаттана до земной Тропы — рукой подать, задачу попасть туда они решили бы очень быстро и никакие путники им уже не помешали бы. Непонятно только, почему сбежали модификанты, но это связано скорей всего с отсутствием Гринвелла, тот как-то держал их. Да разве он только их держал? Вся столица была под пси-прессом, люди ходили как зомби. Скорее всего, он заключил какой-то договор с Гул-Маготом и выполнял его. Бизнесмен хренов. А силён, мерзавец. Хвастал, что не слабее земного дьявола и, похоже, в этом не лгал. Всё равно — дурак. Слишком самонадеянным оказался. Но следует поберечься, наверняка в городе остались его сторонники, либо сторонники Гул-Магота, которые захотят отомстить за неудачу. Ну-ка — сорвать последний рывок к Тропе! Сколько усилий сотен магов, сколько надежд и всему помешала горстка путников!

— Витализ, собирайся, тебе нельзя здесь оставаться. Достаточно того, что я потерял Хлавира, до сих пор не могу этого себе простить.

— Но почему? И как я брошу дом?

— Долго рассказывать: поверь, я хочу тебе добра. Собирайся, а я свяжусь со своими. Похоже, мы растревожили здоровенное осиное гнездо, а я, дурак, только сейчас это понял.

Путник поднёс к губам рацию:

— Брага, здесь Болт.

— На связи.

— Мужики, не расслабляйтесь, похоже, нам предстоит великий шухер. Будьте готовы ко всему. Приду, расскажу подробнее. Зовите по рации Крига и мальца, разделяться сейчас нельзя.

— Они уже здесь. Во всех котомках для даньга — земля.

— Это я и так уже знаю.

— А кто нам может угрожать?

— Пока не знаю, возможно даже никто. Но лучше поберечься. Я привык верить своей интуиции, а она сейчас говорит именно это. Мы выходим.

На улице, тем не менее, всё было спокойно, никто не пытался преградить путь Болту с Витализом, люди радовались освобождению от непонятного гнёта, ласковому солнцу, прекрасной погоде.

— Колдун, поднапрягись чуток, старайся чувствовать враждебность, коли таковая возникнет. Я тоже приму свои меры.

Болт постарался максимально приблизиться к состоянию абсолюта, насколько это было возможно без подготовки. Но с каждым разом это ему удавалось всё легче и быстрее, вот и сейчас хватило всего минуты, чтобы достигнуть нужной кондиции. Мозг в этом состоянии начинал работать очень продуктивно, мгновенно просчитывались миллионы причинно-следственных связей, отбрасывалась шелуха и оставалась истина. Вот идёт девушка, ряд признаков, на которые в обычном состоянии человек не обращает внимания, да может и вообще не заметить, указывают на то, что её недавно поцеловал мужчина, — это заметно по едва уловимому запаху, слетающему с губ мельчайшими каплями слюны — чужой слюны с мужским запахом. Девушка сияет аурой счастья, хотя на лице строгое выражение, совокупность движений указывает на некоторую усталость, это может говорить, что поцелуй сопровождался кое-какими другими, более страстными действиями, об этом сообщают и характерные примятые складки на платье. О многих других прохожих путник мог бы тоже многое порассказать, причём вся эта информация легко удерживалась и контролировалась. Сзади идут три человека, уже через секунду Болт не оборачиваясь вычислил, что это два молодых парня, а между ними девушка. За троицей… а вот за троицей идут два типа, к которым следует отнестись внимательнее, хотя бы потому, что о них трудно что либо сказать. Будто и не люди вовсе — ни запахов, ни эмоций, ни звуков. Но звук шагов всё равно есть, а он тоже много чего может сказать. Оба весьма умелые ходоки, шаг кошачий, лёгкий. Вооружены — в состоянии абсолюта отлично слышны даже малейшие позвякивания металла о детали одежды. По ряду признаков можно сказать, что сильны. Не простые ребята и не зря идут за путником и Витализом.

— Витализ, нас ведут, — едва слышно сказал Болт. — Будь крайне осторожен, чуть что: уходи в сторону, я сам за себя постою. Два кренделя, опасные ребята.

По ходу движения рядом оказался вход в продуктовую лавку. Болт приказал колдуну зайти, а сам остановился, якобы ожидая его. Оборачиваться не стал, чтобы преследователи ничего не заподозрили. Но те тоже остановились, не приближаясь к путнику. Болт сделал вид, что разглядывает натёртую до блеска, висящую жестяную вывеску на входе лавки — наклонил её, словно любуясь работой гравировщика. На самом деле натертая до блеска жесть словно зеркало отразила на своей поверхности двоих преследователей. Обычный человек ничего бы не смог разглядеть в размазанном, искажённом отражении, но Болт увидел всё как надо. Их преследовали путники. Землян Болт распознал бы и без состояния абсолюта, стоило только на них взглянуть. Этих двоих Олег не знал. Даже на Тропе никогда не встречал. Враги однозначно. Стала заметна агрессия и насторожённость, хотя рожи абсолютно невозмутимые.

— Эй, братишки! — Болт решил ускорить события. — Чего стоим, подходите, ведь явно хотите поговорить.

Незнакомцы переглянулись, видать не ожидали, что их заметили. Сначала решили прикинуться, будто ничего не поняли, но, увидев изучающий насмешливый взгляд Олега, решились.

— Да, хотим поговорить. Не здесь конечно, разговор конфиденциальный.

— Не здесь, так не здесь. А где?

— Да хоть вон в том переулке, там нет людей, посторонние не должны нас слышать.

— Да не вопрос, брат. Идём, кстати, как зовут обоих? Я Болт, Болтов Олег.

— Хижняк Валера, Хижина, значит, — ответил один.

— Ветер я, Ветров Иван, — буркнул второй.

— Понятно. Не слыхал я о вас, видать недавно на Тропе.

Оба промолчали.

Болт чувствовал теперь все эмоции путников. Он почти что читал их мысли, которые явно не отличались симпатиями к нему. Да пусть себе, эти ребятишки не представляют серьёзной угрозы, их послали явно для рекогносцировки. Не проявят дурной инициативы — уйдут живыми и здоровыми. А проявят… будет видно, может, тоже уйдут.

— Пришли вроде, — беспечно сказал Болт. — Я вас внимательно слушаю.

— Ну… разговор о том, что ты перешёл дорогу серьёзному человеку, — сказал Хижняк.

— Да ну? И что?

— А то, что отвечать придётся, братан, зловеще сказал Ветер.

— Тебе, что ли?

— Сначала мне, а потом и человеку.

— Это брат, если я сочту его человеком. Ты то сопля, разговоров с такими не веду. Второй тоже. Бывайте, ребятки, штанишки подтяните.

Болт провоцировал драку, надо наказать и напугать сопляков. Такие раскалываются, когда чувствуют силу.

Так и случилось. Оба напали одновременно, обычный человек, даже мастер меча, был бы убит на месте, но это был путник с большим опытом, да ещё в состоянии абсолюта. Нападающие столкнулись друг с другом, причём это столкновение едва не закончилось смертью Хижняка — Ветер чуть не снёс ему голову. Болт уже стоял в сторонке и издевательски щерил зубы. Ещё несколько петушиных наскоков тоже закончились безрезультатно, да ещё Болт сопровождал действия новичков весьма обидными словами, чем только раззадорил их азарт. Наконец наглый путник оказался у стены. Молодые переглянулись и бросились в решающую атаку, в результате которой оба невесть как потеряли мечи и оказались безоружными перед лицом недавней жертвы.

— Не можешь с…ть, не мучай ж…. - сказал Болт без всякого выражения, словно констатируя факт. — Послал вас человек может и серьёзный, но дурак. С человеком, вроде меня, надо встречаться лицом к лицу, а не посылать придурков. Кто ж там такой серьёзный, а? Звать его как? Считаю до одного, если не отвечаете, буду бить. Один…

Ребята решили не отвечать, после чего Болт начал их бить. Просто кулаками, без всякого оружия, но весьма жёстко и больно. Через минуту ребятам дошло, что так можно и коньки отбросить: драться на кулаках с этим кренделем было ничуть не легче чем на мечах, поэтому они заговорили. Выяснилось, что послал их Белый, он сейчас в Хаттане и кроме них двоих посылать было просто некого. В команде у него ещё пятеро путников, где они неизвестно, в столице их нет. И, дескать, Болт зря не хочет работать с Белым, деньги он платит не детские и при этом не нужно таскаться с товаром по Тропе.

— С вами всё ясно. Быстро вытерли рожи от крови и вперёд. Придётся посадить вас под замок, таких олухов и убивать жалко.

Глава 20

В связи с появлением пленников, Болту пришлось опять снять для жилья приснопамятный дом на улице Серебряных Снов, хотя это влетало в копейку. Зато было не в пример удобнее — вся команда разместилась без тесноты, организовать охрану и сигнализацию не составило проблем, кроме того исключалось внимание посторонних и шпиков.

Хижняка и Ветрова заперли в подвале, теперь командир имел дополнительную головную боль — что же с ними делать. Белый, по словам пленников, засел в районе Низа, там, где недавно команда входила в старое подземелье.

— Мы не должны его упустить, мужики, — говорил Болт собравшимся на совет путникам, — если он уйдёт, получим много новых проблем. Его команда превышает нашу по количеству: не считая двух кренделей, сидящих в нашем подвале, есть ещё пять путников, кроме самого Белого. И ребята, судя по составу — не из новичков. То есть столкновение лоб в лоб, группа на группу очень опасно. Но Белый сейчас один и ждёт вестей от своих олухов, момент очень удобен для того, чтобы снять эту фигуру с доски. Я готов пойти даже на его ликвидацию, потому как переманить на свою сторону его не получится, считаю: человек слишком беззаветно любит деньгу, остальное у него на десятом плане. Итак, предложения?

— Да что предлагать? Окружим дом и выкурим как суслика из норы, — сказал Брага.

— Верно, — согласился Дрон. — Пусть хоть чуток высунется на вид, я его приголублю из арбалета.

— Хорошо. А если не выкурим? Если не высунется — наверняка Белый предусмотрел пути отхода.

— А не высунется: гранаты в окна и вся недолга, — рубанул воздух рукой Брага. — На такую гниду гранат не жалко.

— И то верно, — согласился Болт. Собираемся мужики, время, как обычно, поджимает. Криг, Барт, Витализ, остаётесь на охране дома, с пленниками разговоров не вести, замок не отпирать. Они хоть и сопляки, но путники, потому вдвоём с вами легко справятся. Я в подвал прослушку пристроил, Криг, не упускай их болтовню из виду, вдруг что ценное скажут.

— Я понимаю, командир. Всё сделаю как надо.

Болт подошёл к громиле и похлопал по плечу — впервые тот назвал его командиром, признавая тем самым себя полноценным членом команды.

* * *

Дом, в котором, по словам пленных, расположился Белый, стоял на пустыре, подобраться к нему незаметно было бы весьма непросто, разве что зарослями густой колючей травы, лучшего укрытия вокруг сей постройки не наблюдалось. Метрах в ста от дома находился древний разрушенный двухэтажный особняк, решили подходить к дому Белого с этой стороны, чтобы развалины прикрыли команду от обнаружения. К тому, же со второго этажа развалин можно было хорошенько изучить в бинокль логово врага.

Ожила рация.

— Болт, ребята в подвале интересные вещи бают, проговорила «Моторола» голосом Крига. — Обманули они нас. Белый в доме не один, а со всей командой. В его группе три снайпера, эти крендели хвалились друг другу, что с арбалетов постреляют вас как куропаток на охоте. Смеялись, радостные такие… Осторожно там, мужики.

— Спасибо, брат. Молодца, вовремя предупредил. До связи.

Болт оглядел команду.

— Ребятки решили поиграть в Павлика Морозова. Ну-ну… как бы до гестапо не доигрались. Дрон, ты у нас самый глазастый, оцени с какого местного архитектурного шедевра удобнее приглядеться к вражеским позициям. Боюсь, что в приглянувшейся нам развалине как раз и сидят снайперы. И вообще, мужики, старайтесь применять новые умения, которым нас обучил Гиранит. Лично я уже успел убедиться в их эффективности. Однако сейчас моего умения не хватает, чтобы прощупать объекты, они слишком далеко.

Дрон тщательно оглядел разваленный дом в бинокль, но сказать чего-то определённого так и не смог.

— Если и есть кто, то хорошо маскируется. Командир, я так думаю, что идти к тому старому дому всё равно придётся?

— Однозначно. Идти прямо к логову Белого нельзя. Возможно, он этого и ждёт, нет гарантий, что вся история с нашими пленниками не хорошо продуманная ловушка. С чем здесь Белый прокололся, так это с прослушкой, он-то не в курсе, что у меня есть работающая электроника. И в том, что его олухи слишком любят болтать. Не думаю, что он серьёзно рассчитывал на то, что ребятки смогут со мной справиться. Посему: будем рассчитывать на самый худший вариант — враги нас ждут и, возможно уже знают о нашем присутствии.

Дрон кивнул.

— Давай я влезу на вон ту кучу щебня, она хоть и далеко от объекта, но с моей оптикой это не проблема. Дальнобойности арбалета тоже с головой хватит. А меня оттуда никто из их снайперов не достанет, разве что из такой же пушки, как моя. Но я знаю, что второй такой нет. Вопрос в другом — как вынудить снайперов засветиться.

— Молодца, Дрон! Когда надо, умеешь и речь толкнуть, а не только головой кивать. А снайперов попробуем засветить старым проверенным методом — моей машинкой, производящей фантомы. Залезай на ту кучу и будь готов порезвиться.

Две фигуры, пригибаясь, зигзагами побежали к развалинам. Со стороны, тем более, издали, было очень трудно понять, что это не настоящие люди. Болт напряжённо следил за фантомами, в случае стрельбы нужно было свалить призраков, словно они погибли от точных попаданий. Враги не должны догадаться, что их надули, для того, чтобы приём с фантомами можно было повторить снова. Когда фигуры уже почти добежали к развалинам особняка, их пронзило два арбалетных болта. Командир мгновенно изобразил «гибель» фантомов.

— Одного снайпера могу убрать сейчас, — сказал Дрон в рацию, — второй недоступен, стреляет из теневой от меня зоны.

— Убирай его на хрен, Дрон. Не до церемоний.

— Сделано, — через несколько секунд ответил путник.

— Отлично. Посылаю вторую пару, теперь к другой стороне развалин. Возможно, вражеским снайперам придётся перестроиться, занять новые позиции, чем они и выдадут себя. Вперёд, ребятки!

Два новых фантома бодро рванули в сторону развалин, огибая их слева, чтобы вынудить снайперов сменить угол обстрела. На этот раз болт из вражеского арбалета попал только в одного фантома, второго выстрела не было, выходило, что в развалинах остался один снайпер.

— Я зацепил второго снайпера, но не уверен, что убил, — сказал Дрон в рацию. — Командир, погоняй фантома у левой стены развалин — снайпер там.

Но сколько не бегал несчастный призрак у стен старого особняка, в него так никто и не стрельнул.

Болт жестами показал соратникам, что пора двигать, сам же отправил к развалюхе ещё два фантома на всякий случай.

Подходили осторожно, целясь в каждое окно, каждую дыру в стенах старого дома. Болт почувствовал укол детектора — в доме был живой человек. Но детектор чётко указывал место, где этот человек находился, путники же подходили к дому с правой, не просматриваемой снайпером стороны.

— Я его уберу, — прошептал Брага.

Болт согласно кивнул, Брага был мастером по части куда-то незаметно подобраться. Он исчез в развалинах, но вскоре вернулся и показал пальцами знак «О» — всё в порядке. Болт это уже и так знал, поскольку на детекторе погас один объект.

— Арбалетик-то любопытный — пробормотал Дрон, разглядывая оружие, из которого вражеские снайперы только что вели огонь по фантомам.

Арбалет мало походил на изделия местных оружейников — приклад из лёгкого сплава, лук изготовлен из композита явно земного происхождения, к тому же, сверху был пристроен оптический прицел.

— И что? — полюбопытствовал Гера.

— Бьёт не меньше чем на полкилометра, а убьёт наверняка с двухсот метров. Значит, в окна выглядывать явно не стоит, если в доме с Белым сидят ещё снайперы, то… думаю, понятно что, да и не надо обладать особыми навыками стрелка, чтобы попасть в цель с сотни метров из этой штуки. Хотя не слишком скорострельна, после каждого выстрела нужно тянуть рычаг для взвода.

— Ну да, только чтобы убить кого из нас и одного выстрела хватит, — хмуро сказал Болт. — Дрон, займись поиском хорошей позиции для стрельбы, а мы подумаем, что делать дальше.

— Может, дождёмся темноты? — предложил Гера. — У нас есть ПНВ — у них нет: легче будет подобраться.

— Мысль неплоха, — задумчиво ответил командир, — но не хочется ждать ночи, до полной темноты ещё ой как далеко и не факт, что это нам очень поможет, у Белого есть очень опытные ребята. У меня есть другая мысль. Можно попробовать прощупать логово Белого. Один я это сделать не смогу — далековато. Давайте попробуем сосредоточиться, войти в состояние, максимально близкое к абсолюту и попробовать составить нечто вроде круга силы, как это делают местные маги. Воздействовать таким способом на кого-либо у нас вряд ли получится, силёнки не те, а вот сенситивные способности должны возрасти на порядок. Один раз у нас получилось, когда удалось вышвырнуть Гринвелла из Пролга, а самим остаться невредимыми. Тогда у нас спонтанно получился круг, но только не силы, а абсолюта. Правда после этого чувствуешь себя как выжатый лимон, но с этим придётся смириться. Готовы?

Болту удалось войти в нужное состояние почти мгновенно, у других с этим возникли проблемы, но примерно через пару минут путники оказались в сфере абсолюта, особом пространстве, где менялись законы взаимодействия времени и пространства, откуда многое становилось доступным и понятным. Путники понимали друг друга без слов и даже без мысленных обращений друг к другу, они на какое-то время слились в единое целое, некое «сверх Я». Внимание этого мульти-индивида немедленно устремилось к дому, где засела группа Белого. Через минуту командир разорвал связь абсолюта, чтобы не истощать силы команды, но этого времени оказалось вполне достаточно, чтобы определить количество врагов, их расположение и готовность к драке.

— Башка трескается, — пожаловался Брага.

— Не говори, — ответил Гера, с силой потирая виски, будто пытаясь таким способом изгнать боль.

— Зато мы теперь знаем, с кем придётся иметь дело, — Болт внимательно оглядел товарищей. — Много их. Слишком много. Ясно, что наши пленники — обыкновенная подстава, чтобы выманить нас. Но! Все поняли — сколько путников в группе Белого?

— Да трое их осталось, считая самого Белого. Вот только не пойму, кто же такие остальные. Люди, не люди, но точно — не животные, — сказал Брага.

— А я понял кто. Помнишь дирнов, что напали на нас в Золотом Орле?

— Точно! Блин, как я сразу не просёк! Выходит, у Белого в команде двадцать дирнов состоит? Это дорогие ребята, насколько я в курсе.

— Ну-у! Чего-чего, а денег у этого хмыря хватает, может нанять хоть целую армию дирнов, не обеднеет. Момент…

Болт взял в руки рацию.

— Криг, слышишь?

— На связи, командир.

— Будьте крайне внимательны, пленников нам специально подсунули, поэтому напасть могут в любой момент. Пусть Витализ закроет вход и окна магической защитой. Мы, как только справимся, поспешим домой.

— Понял.

Болт убрал рацию и сказал:

— Каждый дирн — отличный стрелок, но вряд ли имеет вот такой агрегат, — командир пнул ногой лежащий арбалет погибшего снайпера. — Они имеют свои арбалеты, ведь это наёмные убийцы. Я это к тому, что на большом расстоянии их пушки не очень страшны, а вот вблизи опасность возрастёт в разы. В схватке на мечах дирны сильны, но после нашей переподготовки у Гиранита, вряд ли смогут серьёзно противостоять нам. Степень мастерства путников Белого мне неизвестна, но, на всякий случай, будем ориентироваться на максимум. В итоге имеем значительное, хотя и не подавляющее преимущество противника, если ориентироваться по общим прикидкам.

— Командир, — ожила рация, — я занял позицию. Вижу несколько целей в окнах.

— Бей их братишка. Пусть прячутся и боятся даже нос высунуть.

— Добро.

Однако через минуту Дрон недоумённо сказал в рацию:

— Не пойму. Мои пули не долетают. Даже вижу какие-то мерцания метрах в пятидесяти от дома. Похоже на невидимую преграду.

— Хреново. Даже очень хреново. А ну-ка…

Болт взял арбалет вражеского снайпера, взвёл и зарядил болтом из пенала, висящего на поясе убитого. Затем подошёл к окну, выходящему в сторону дома Белого, держась, однако в тени, чтоб не засёкли вражеские снайперы, и нажал на спуск. В оптику было чётко видно, что болт ударился в полёте о невидимую преграду и бессильно свалился на землю.

— Магия. Ну, с этим мы бороться умеем. Правда, далековато до преграды. Я имею в виду для «смарта». Игла-то долетит, но успеет растерять электрический заряд, он держится микросекунды. Придётся как-то приблизиться к преграде, чтобы стрелять наверняка. Но кто держит завесу? Мага в его команде мы вроде не засекли.

— Да это какая-то фишка, командир. Вроде твоих фантомов, только другое, с сильной магической начинкой.

— Пожалуй. Но электричество на эту прибамбаску тоже должно подействовать не хило. Надо только всадить очередь заряженными электростатикой иглами «смарта» с близкого расстояния в эту защиту. Но защита сто пудов действует только в одну сторону. С их стороны арбалетные болты будут лететь беспрепятственно. Короче, я крупной рысью, виляя, аки заяц, бегу к преграде и бью в неё из «смарта». Не могу сказать, точно ли она пропадёт, но вы сразу начинайте поливать дом Белого из калашей. Я, в случае неудачи, таким же макаром возвращаюсь обратно, в случае же падения защиты, продолжаю двигаться вперёд под прикрытием массированного огня ваших автоматов. Вы тоже немедленно выдвигаетесь и идёте за мной. План ясен?

— Ясен то, он ясен, — в сомнении сказал Гера. — Только не нравится мне он. Слишком рискованный, особенно для тебя, командир. Может, всё же, лучше ночи подождём?

— Нет, брат, не подождём. Придётся мне снова входить в абсолют, от арбалетных болтов я в этом состоянии увернусь, это же не пули калашей. И вам, ребятки, придётся тоже использовать абсолют, хоть и не в полной мере, драка нам в любом случае предстоит нешуточная, посему лучше потерпеть головную боль после, нежели рубленные, либо стрелянные раны до того. И вообще, пользуйтесь абсолютом почаще, постепенно привыкаешь и последствия значительно нивелируются. Короче, отправляю пару фантомов, пусть ребятки постреляют вхолостую, а я сразу за призраками в хвост пристроюсь. Пока снайперы поймут, что цели ложные, я постараюсь подбежать поближе. Начинаем!

Снова два призрака, пригибаясь, зигзагами побежали в сторону дома Белого, Болт нырнул в состояние абсолюта, чуть отпустил фантомов вперёд и рванул за ними. Каждый свой шаг он ощущал не просто как движение тела, а как взаимодействие со средой, слияние с ней, согласование её законов со своими требованиями. Три арбалетных «гостинца» вылетели из дома Белого, один шёл мимо цели — одного из фантомов, два других летели точно. Однако скорость их перемещения сейчас казалось путнику настолько незначительной, что увернуться можно было даже в самый последний момент, ведь стрелы двигались в той же среде и подчинялись тем же законам, которые Болт в нынешнем состоянии держал почти под полным контролем. В принципе, он мог сейчас заставить воздух резко уплотниться в любой из точек контролируемого пространства и легко сбить стрелы с пути, но лучше просто уклониться, чтобы не раскрывать козыри раньше времени. Путник заставил фантома резко отпрыгнуть в сторону, сам же лишь слегка отклонился, пропуская болт мимо себя. Из окон немедленно вылетели ещё три болта, видимо снайперы сменяли друг друга для перезарядки. И всё равно, при такой «скорострельности» Болту ничего не стоило уклоняться и уводить фантома из-под попаданий. Он точно почувствовал момент, когда игла «смарта» уже сможет донести достаточный заряд к преграде и немедленно открыл огонь. Впереди вспух ряд ярких вспышек, электрические разряды рвали магическую защиту, примерно на десятом попадании она раскололась, рассыпалась сетью молний, часть разрядов ударили в стену дома, видимо там укрывалось устройство, генерирующее защиту, оттуда немедленно вывалился целый кусок кладки и рухнул на землю. Защита исчезла. Сзади застрочили калаши, Болт прекрасно чувствовал и отслеживал потоки пуль, летящих в логово Белого. Высунувшегося снайпера немедленно снял Дрон, остальные враги не рисковали, но Болту того и надо было — он быстро приблизился к стене и спрятался в мёртвой, не простреливаемой зоне. Детектор сейчас ему был не нужен, он и без этого чувствовал каждого врага, знал, где тот находится и что сделает в следующий момент.

Путник швырнул гранату за угол — взрыв вынес входную дверь, уложив по ходу двух притаившихся за ней дирнов. Две гранаты немедленно полетели в окна, погибли ещё пятеро дирнов. Путники вражеской команды пока не пострадали, что, в общем, было вполне ожидаемо — всё же их мастерство на порядок превосходило умения наёмных убийц. Поняв, что им грозит, враги укрылись во внутренних покоях дома, куда гранату забросить было невозможно. Болт проскользнул в проём входа, немедленно ушёл в сторону и зашвырнул ещё одну гранату на второй этаж. Взрыв унёс жизни ещё двух дирнов и ранил одного путника. Белый понял, что ещё пара гранат — и от его войска ничего не останется, поэтому поспешил предпринять ответные действия. К лестнице устремились арбалетчики, намереваясь в упор расстрелять Болта, но сразу напоролись на очередь из «Смарта» и полегли. Болт взлетел по ступенькам, снёс голову зазевавшемуся дирну и обрушился на путника из свиты Белого. Это был вовсе не олух, вроде Хижняка и Ветрова, а матёрый, опытный бродяга. Тем не менее он был не соперник Болту, который сейчас, пожалуй, мог бы сражаться на равных с самим Гиранитом. Уже через несколько секунд Болт переступил через труп, отбил наскок дирна, тут же нырнул за дверь комнаты, где арбалетчик натягивал тетиву и снёс ему голову. Команда Белого несла огромные потери, Болта, проникшего в дом, остановить теперь было просто нереально. Ещё два дирна пали, не успев толком даже поднять мечи, путник по ходу сбросил гранату вниз, в дыру пола, в помещение, где спрятались ещё трое врагов. Белый остался один, если не считать беспомощного, истекающего кровью раненого осколком гранаты путника.

— Выходи, Белый, поговорим. Я знаю, что ты за этой дверью сидишь. Или предпочитаешь гранату? Здесь внизу щель, гостинец как раз пройдёт.

— Бросай гранату. С тобой бесполезно говорить — ты идиот.

— Как скажешь, — безразличным тоном сказал Болт, сам же швырнул в щель под дверью первый подвернувшийся камень, отвлекая внимание Белого — гранат всё равно больше не было. Тут же нанёс сильнейший удар ногой, вынося хлипкую дверь, и ворвался в комнату. Белый успел отбежать к противоположной стене, рвануть на себя рычаг, открывающий проём тайного хода и скрыться там. Однако он не мог знать о невероятной скорости Болта, пребывающего по-прежнему в состоянии абсолюта, потому успевшему проскользнуть вслед за ним в закрывающийся проход. Болт сильно толкнул сбегающего по ступенькам Белого, тот полетел вниз, в довольно просторное подвальное помещение, освещённое тусклым магическим светильником. Однако, будучи опытнейшим путником, Белый немедленно откатился в сторону и вскочил на ноги уже с мечом в руке, готовый к схватке.

— Да брось, Белый, — сказал Болт. — Лучше давай всё-таки поговорим, как мужики. Как путник с путником. Один вопрос: почему? Я примерно знаю ответ, но, может, ошибаюсь…

— Хорошо, поговорим. Но от слов своих не отрекаюсь — ты идиот. Тебе давали даже больше, чем мне. До разговора, делового разговора с тобой снизошла настолько могучая сущность, что ты это своим тупым умишком даже осмыслить не в состоянии! И чем же ты ответил? Дал пощёчину Богу! Это был настоящий, всамделишный Бог! И далеко не из последних богов. Думаешь, сойдёт с рук? Ха-ха-ха, три раза. Дурак. Я давно работаю с кланом Гул-Магот, ребята жёсткие, спору нет, но договоры исполняют неукоснительно и бабки платят исправно. Я успел побывать в мире Рогус, отличный магический мир, не в пример этой дыре — Пролгу. А за Рогусом очень продвинутый технологический мир — Тахран. Человеку с деньгами там лучше, чем в раю. Какие курорты, какие великолепные пляжи, полные изумительных девочек, ловящих каждый взгляд богатого мужика! Да что с тобой говорить, разве ты в состоянии оценить всё это. А теперь я тебя убью, ребятки твои сюда не попадут, ход надёжно заблокирован. С твоей смертью, развалится и команда.

— Давай, убивай, — лениво ответил Болт. — Только красиво, я не люблю, когда что-то делают грубо.

— Шутить изволите, господин путник… бывший путник, — поправился Белый.

Он ударил с места. Расстояние до Болта было в аккурат по длине меча, убить такой удар не мог, но серьёзно ранить — вполне. Но, к удивлению Белого, остриё меча даже не задело Олега, проскользнув в миллиметре от его груди. Белов не мог видеть, что Болт чуть-чуть, незаметно отклонился назад, ровно настолько, чтобы меч соперника не достал его. Чтобы такое видеть, нужно быть в состоянии абсолюта, а Белый владел лишь зачатками этого умения, причём дошёл до этого без опытного наставника, что явно не пошло ему на пользу. Тогда, не особо мудрствуя, надеясь на своё мастерство, которое считал непревзойдённым среди путников, Белый обрушил град молниеносных ударов на Болта. Удар в шею, — отбит, меч, тут же меняя траекторию, бьёт как будто в грудь, но это всего лишь финт, для отвода глаз соперника, на самом деле лезвие проходит ниже, чтобы поразить бедро. Отбит! Снова ряд выпадов, сложнейших ударов с массой финтов, уходов, обманов. Болт отбивал всё. Легко, без напряжения, явно насмехаясь над врагом. Белому стало доходить, что прямо вот здесь, в этом грязном заброшенном подвале, сейчас закончится его жизнь, жизнь, полная самых радужных перспектив, в которой уже есть всё — деньги, слава, власть, но чего хотелось бы ещё больше. Когда этот дурак научился так драться? Кто его научил? Это невозможно, это выше человеческих сил. Неужели о Болте говорили правду, будто он не человек, а демон?

Белов отскочил, тяжело дыша.

— Здорово дерёшься, Болтов.

— Да? Тебе показалось, я пока и драться-то не начинал. Так, отмахивался чуток. Если начну драться, убью. С любого удара, когда захочу. — В последней фразе тон путника резко ушёл вниз, слова падали неумолимо и зло. — Считаешь меня дураком. Сам дурак. Нашёл счастье в предательстве. Я знаю, что у тебя есть и мать и отец, которых ты уже несколько лет не видел и, похоже видеть не желаешь. Дензнаки глаза зашорили. Козёл драный!

Ненависть ударила в голову Белого, он резко и умело швырнул меч в противника, но понять, что произошло дальше, просто не успел — настолько молниеносно действовал Болт. Тот чуть отклонился, поймал меч за рукоятку и швырнул обратно. Сделав оборот в воздухе, оружие рукояткой ударило в лоб своего владельца, после чего он без чувств рухнул на пол.

— Ты мне нужен живым, — сказал Болт лежащему телу. — Пляжи, понимаешь… девочки. А у меня в квартире на Земле есть старый любимый диван, на котором я обожаю поваляться с газетой. И сиё удовольствие мне не заменит никакой твой пресловутый рай.

Глава 21

Найти скрытый механизм, держащий запертыми дверь в подвал, оказалось просто — Болт просто поднапряг сенситивные возможности и вычислил положение скрытого рычага. У двери собралась встревоженные путники, но увидев командира невредимым, вздохнули с облегчением.

— Мужики, придётся вытащить этого бугая наверх, раньше чем через полчаса он в себя не придёт, я чуток перестарался.

— А на фига он нам вообще нужен? — спросил Брага. — Ладно, те два идиота, их и выпустить можно, много вреда не принесут, а этот волчара — сто пудов, доставит кучу проблем.

— Согласен. Но он рассказывал интересные вещи, о которых хотелось бы узнать подробнее. О Гул-Маготе, например. Или о Рогусе и даже о мире, который лежит за Рогусом.

Путники зашумели, ведь хождение в другой мир стало их стилем жизни, без которого они уже даже не мыслили дальнейшее существование. Какому же путнику не интересно узнать о новом мире, в котором не бывал, и, скорее всего, никогда не побываешь?

— Ага! Зацепило? — улыбнулся Болт. — Вот и меня тоже. Кроме того эти сведения могут нам пригодиться для корректировки дальнейших действий.

— Так он же ничего не скажет, командир. Скорее подохнет, но промолчит.

— Скажет, Дрон, как миленький скажет. У меня теперь есть очень хорошая помогалка для развязывания языка. И не нужно применять инквизиторские методы с электрошокером.

— Угу… наверное отдубасишь до полусмерти, так это похуже шокера будет… с твоими-то кулаками.

— Брат! — Болт в притворном ужасе поднял руки ладонями вперёд. — Никакого насилия! Ни-ка-ко-го! Неужели я — добрейшее существо, смогу поступить так с человеком?

— Агнец ты наш! — осклабился Брага, — ну, а если серьёзно, как ты собираешься его расколоть?

— Абсолют. Я просто прочту из его головы то, что мне нужно. И он ничего не сможет скрыть.

— Ого… страшная штука, абсолют этот…

— Угу, может иногда и похлеще магии будет. Магия — просто одна из основных физических составляющих этого мира, есть и другие, не менее значимые. А абсолют позволяет контролировать всю физику окружающего, в том числе и магическую составляющую. Я думаю, потому и настолько силён наш барон Гиранит. Хотя, конечно, и не барон вовсе, а нечто значительно более весомое. Потому твержу вам, олухам — применяйте абсолют, применяйте абсолют… а им — как горохом об стену. Голова, понимаешь, у них трещит. «Ну что за кони мне попались — привередливые!» — фальшиво пропел Болт, подражая голосу Высоцкого.

— Ну вот, разбурчался наш командир, разнылся, — заулыбался Брага. — Уговорил, буду каждый день входить в это паршивое состояние, мож, и правда привыкну. Голова после него, как с похмелья. Так опохмелка ж не поможет.

— Я тоже, — согласился Дрон.

— Ну а мне куды ж от вас… — добавил Гера. — А то Болт совсем расклеится. А в унынии он знаете, какой противный? О-о-о!

— Поговорите мне ещё, поговорите.

— Ага… «доброта» как раз попёрла из командира…

* * *

Белого поместили в тот же подвал, где уже сидели двое его незадачливых соратников, из расчёта, что много чего можно будет узнать при помощи прослушки, без применения методов абсолюта. Конечно, пленники стали немедленно обсуждать планы побега, но все разговоры записывались, посему сии планы были заблаговременно обречены на провал. Все планы опирались, прежде всего, на то, чтобы напасть на путника, приносящего еду и выносящего… то, что оставалось от еды в процессе работы желудков. Но когда открывалась дверь подвала, пленники видели сперва хмурого Дрона со своей пушкой наперевес, а потом уже входящего Крига. В способностях Дрона Белому сотоварищи пришлось убедиться в первый же день — завидев здоровенную жужжащую муху, метающуюся по подвалу, снайпер, не прицеливаясь, вбил её в стену одним выстрелом. Потому резких движений пленники старались не производить, что было, несомненно, очень мудрым решением. Нападать же на громилу, поглядывающего людоедским взглядом на несчастных узников, казалось вообще самоубийством. Выбить дубовую дверь, окованную железом, без специального инструмента было невозможно. Поэтому разговоры о побеге вскоре сошли на нет, сменившись взаимными жалобами на невезение и идиотизм Болта. Выудить же что-либо полезное из трёпа пленников так и не удалось.

— Что будем делать с Белым, командир? Уже после того, как ты выяснишь то, что нужно.

— Пока не знаю, Гера. Есть одна мысль, но не знаю, сумею ли её реализовать.

— А подробнее можно? Любопытно.

— Ну, если уж лезть в мозги Белова для выкачивания инфы, почему бы не попробовать на эти мозги воздействовать. Воздействовать крайне радикально, перепрограммировать полностью.

— Серьёзная заявка… а получится? Как… кем ты хочешь его сделать?

— Получится или нет, можно будет узнать только после попытки воздействия. А кем сделать… ещё не знаю. Что внушать?

— А внуши, что он обычный, мирный трудяга, и об оружии, его применении знает только понаслышке. Если подействует — выведем его с друзьями на Землю и «гуд бай май лав», — вмешался Брага.

— Не так всё просто — почесал затылок Болт. — На Земле его сразу возьмёт в оборот генерал Пермяк и не факт, что моя пси-блокировка удержится, если её возьмутся снимать спецы.

— Не знаю, не знаю… мне кажется, что ты сейчас любого земного спеца сделаешь как пацана. Не выйдет у них снять твои блокировки. Я помню, как мы составили круг абсолюта. Казалось, что можно сделать всё! Всё, что хочешь. Но, в то же время, четко чувствовалась граница действительно реальных возможностей. Почему бы не попробовать воздействовать на этих кренделей именно сообща, из круга абсолюта, думаю — успех практически гарантирован.

— Мыслишь, Брага! А на вид, так туповат, — осклабился Болт.

— А на вид, так я вообще профессор, в отличие от некоторых, — парировал Брага.

— Ладно, профессор. Попробуем — надо же что-то решать с нашими узниками. Бухенвальд устраивать как-то не хочется.

* * *

Сканирование сознания Белого и его соратников прошло вполне успешно, но то, что удалось узнать, оказалось полной неожиданностью. «Безобидный» Гул-Магот был, в самом деле, лишь форпостом весьма могущественной надмировой цивилизации, активно расширяющей своё влияние и власть на всё, куда могли дотянуться жадные ручонки колдунов. Зомбирование жителей Самутрея было лишь началом «освоения» Пролга. В дальнейшем модификации должен был подвергнуться каждый житель завоёванного мира. За Пролгом следовала Земля, хотя технологические миры поддавались магам намного сложнее. Однако опыт по захвату таких миров у клана уже был, и Земля должна была стать лишь очередной вехой в расширении владений цивилизации магов.

— Жуть! — выдохнул Гера.

— Не говори — ответил Брага. — Мы влезли в здоровенную кучу г. И, похоже, уже не вылезем. Кстати, башка и правда меньше болит после круга, чем прошлый раз.

— Слушайте своего командира, он мудрый и заботливый.

— Угу… Ладно, мудрый, что будем делать?

— Пока не знаю. Первый наскок Гул-Магота мы отбили. Одно надо сделать точно — выбросить всю землю, что притащили пилигримы куда-нибудь в реку. Тогда операцию по доставке земли с Тропы врагам придётся повторять. А пока у них огромадный соблазн предпринять что-то этакое… Чтобы довести задуманное до конца.

— Ты прикинь-то, сколько этой земли! Мы её месяц таскать будем, минимум.

— Этот вопрос надо решать с властями Хаттана. И, пока колдунишки Гул-Магота в шоке, провести капитальную чистку в местной администрации.

— Мечтатель ты, Болт. Кто нас будет слушать?

— А Белый нас хотел слушать? Хижина с Ветром хотели?

Болт имел в виду то, что затея с воздействием на мозги упомянутых товарищей себя вполне оправдала, ребятишки теперь не помнили весь период своей жизни в качестве путников и пребывали в полном недоумении о том, где сейчас находятся и как сюда попали. Участок памяти, ответственный за события в Пролге и хождения по Тропе удалось очистить до девственной чистоты, не подлежащей восстановлению никакими методами. Пришлось хорошенько поработать и над умениями, внушёнными Гиранитом: теперь, как считал Болт, эти ребята даже не смогут самостоятельно найти Тропу. То есть — они перестали быть путниками. Применение круга абсолюта стало приносить очень весомые плоды.

— Ты хочешь сказать, что хватаем коррумпированного члена совета и…

— И выправляем ему мозги до нужной кондиции, — подхватил Болт. — Только хватать, может, и не надо будет. Будем пробовать воздействие из круга абсолюта на расстоянии. Только не нойте: голова, голова… Как эля некоторые вчера накушались до степени выпадения с кроватей, так головная боль после того вроде и не в счёт.

— Вчера, кстати, мне даже один командир попался, лежащий почему-то рядом с кроватью, — мстительно заметил Брага.

— Так я ж и не ною: голова, голова. Терплю, однако.

— Терпишь? Да ты нам уже полчаса мозги паришь с этой болью. Кто здесь на больную голову жалуется, а?

— Брага, какой же ты только нудный. Ты самый нудный человек на свете.

Брага довольно осклабился: достал он таки командира — обычно случалось наоборот.

— Мужики, я понимаю, всем уже надоело, всех достала эта склока с Гул-Маготом. Вот решим вопрос с властями Хаттана и отпущу всех на недельку-другую. Сгоняете домой, на Землю, товара притащите, деньги пока никто не отменял. Тащите всё подряд — лично доработаю. Обещаю. Но бросить сейчас всё как есть нельзя.

— Да понятно, Болт. Что ты нас уговариваешь. Я вот что… Мы-то похмелились, а Белый со своими небось маются в подвале. Они ни фига не помнят и после вчерашней попойки думают, что их менты в обезьянник замели.

— Что?! А какая б… их напоила?

— Какая, какая… Криг её звать.

— Убью! Он же мог их выпустить.

— Ага, и так выпускал: он их вчера вечером водил по окрестностям, родной город показывал, экскурсовод, блин… Потом они снова вместе пили до поросячьего визга, пока не попадали. Я потом глянул — лежат в подвале рядышком, орёлики, громила так по-отечески обнял их во сне и храпят все в одну дудку. Закрыл я их, попробуй-ка вытащить в одиночку Крига, вы-то все тоже в отключке были. А сейчас заглянул в окошко — громила до сих пор спит, а эти орут что-то про ментов.

— Дрон, будь другом, оттащи мужикам эля, представляю какая у них сейчас вавка в голове. Первой же ходкой отведём их на Землю. А Криг… блин, ну что я ему сделаю? — Болт жалобно взглянул на Брагу.

Тот лишь пожал плечами: и правда — что?

— Э-эх! Помощнички… Чтоб никакого эля больше! Через три часа все собираемся у меня, будем строить круг абсолюта.

* * *

Но всё оказалось сложнее. Из круга удалось лишь нащупать членов совета, купленных кланом, однако воздействовать издали на них оказалось невозможно. Оказалось, что верхушка совета, состоящая из пяти старейшин, вся работала на клан, и, несмотря на то, что голова сбежал, власть пока реально оставалась в руках Гул-Магота. Действовать приходилось немедленно, поэтому ударный кулак группы, включающий всех путников, вечером двинулся к особняку Ливоса — второго по влиянию после головы члена совета старейшин. Но на подходе к улице Луны, где проживали все самые видные люди столицы, путников остановил патруль стражи.

— Кто такие, почему с оружием? — начальник патруля смотрел недобро, явно провоцируя столкновение.

— В чём дело, начальник? С какого времени в Хаттане нельзя ходить с оружием? — Болт решил попробовать решить дело миром.

— Личное указание головы магистрата. Или не знаешь?

— Так голова тю-тю… убежал.

— Ага. Значит, ты решил, если головы нет, значит и указы можно не исполнять. Сдать оружие! Всех в замок дознания… На последних словах стражник вдруг почувствовал, что стало трудно говорить, горло сжал спазм, ноги налились ватой.

— Слышишь крендель. Жить хочешь? — Болт держал мёртвой хваткой пси-пресса весь патруль.

— Д-да… Прохрипел стражник.

— Так чего стоишь? Пшёл вперед к дому уважаемого Ливоса.

— Я… Я не могу…

— Можешь, можешь. Вперёд.

Стражник ощутил, что не сумеет противиться воле этого страшного человека — прикажи тот ему сейчас броситься на меч, и он это сделает без промедления.

Когда подходили к дому вельможи, Брага сказал Болту:

— Там какая-то гадость сидит, не чувствуешь?

— Конечно, чувствую. Подключайтесь все, будем работать.

Путники уже давно в большей или меньшей степени вошли в абсолют, потому составить круг не составило проблем. Сразу возникло ощущение недоброго, давящего взгляда из дома Ливоса. Но стало ясно, что сам Ливос здесь не при чём — в доме сидел колдун, причём не из пресловутого клана, но и не хаттанец.

— Блин, а мы не взяли ни Витализа, ни, на худой конец, Крига. Хотя бы определить, насколько силён маг, — раздосадовано сказал Гера.

— Обойдёмся. Мужики, мы его и так сделаем. По силе явно круче тех, что мы не так давно вышибали из домов наших партнёров, думаю — второй круг. Но не из Гул-Магота, те без Тропы здесь ещё долго не смогут появиться. Откуда — попробуем прощупать. Только будьте готовы к ответным мерам. Начали!

Путники протянули из сферы абсолюта сканирующий пси-щуп, который немедленно наткнулся на сильное сопротивление. Болт сейчас управлял энергией абсолюта всех своих товарищей, сила его многократно возросла. Он решил провести силовую атаку, свернул пси-энергию в тугой шнур и, как кнутом, резко хлестнул по магической защите колдуна. Тот оказался не прост — поняв, что сдержать удар не сможет, успел уйти в сторону и тут же предпринял контратаку — швырнул из окна сгусток тьмы в группу путников. Однако он не учёл, что Болт сейчас предвидел все его возможные действия, потому группы в том месте уже не было, зато маг сделал ошибку, на мгновение показавшись в окне, его тут же зацепил концентрированный пси-луч, подавил волю и заставил упасть на колени. Сопротивление мага разозлило Болта и он немного «пережал» с пси-давлением. Колдун потерял сознание, свалился на пол, из ушей и носа хлынула кровь.

— Пойдём, глянем поближе на этого перца. Можно слегка расслабиться, но будьте внимательны, парень не из слабых.

Стражу отправили восвояси, сами же вошли в дом. К удивлению путников маг оказался чернокожим, как земные африканцы, правда, без характерных внешних признаков земной негроидной расы.

Пришлось ждать пока колдун придёт в себя, сканировать его сознание в бесчувственном состоянии не получалось. Наконец маг оклемался, открыл глаза и оглядел путников.

— Почему не убиваете?

— А как ты думаешь?

— Я ничего не скажу. Не могу, даже если и хотел бы.

— О! А можно с этого места подробнее? Почему не можешь?

— Это не объяснить. Не могу говорить.

— Ладно, попробую тебя разговорить. Садись на стул, нечего пол собой вытирать.

— Не разговоришь меня, путник, — колдун тяжело поднялся и опустился уже на стул, — лучше просто убей, я даже не буду сопротивляться. Смерть лишь принесёт мне облегчение.

— У-у-у, как у нас всё запущено… тогда не сопротивляйся, я попробую и без твоей помощи всё узнать. Будешь сопротивляться — придётся ломать, а это больно.

Болт просканировал мозг колдуна и попросил подключиться путников.

— Тут ужас, что накуролесили, — пояснил он, — одному тяжко разобраться, нужно коллективное сознание. Над парнем кропотливо потрудились, куча блокировок и запретов.

Группе пришлось горбатить почти два часа, чтобы разобраться в сложнейшем плетении различных вето, стопов, обходных каналов мысли и внедрённых массивов информации. Один Болт во всей этой фантасмагории не сумел бы разобраться никогда. В конце концов, узел удалось расплести и привести сознание колдуна в исходное — до обработки, состояние.

Колдун оказался родом из мира Рогус, давно покорённым кланом Гул-Магот. В Рогусе маги клана чувствовали себя привольно, они вычислили узлы силы мира и сделали сеть опорных точек, тем же методом, что недавно попытались провернуть в Хаттане — доставили в нужные места определённое количество почвы с Тропы и провели обряды инициализации. Действовали маги в Рогусе по обычной схеме — сначала создали опорный пункт рядом с Тропой, зомбировали ближайшее население, подкупили правящую элиту государств и постепенно установили полный контроль. Клан владел уже без малого сотней миров и многими Тропами, но останавливаться на достигнутом не собирался. Всё это Горт, так звали чернокожего мага, рассказал уже без всякого принуждения, казалось, он никогда не остановится; он смог, наконец, излить душу, выразить всю скопившуюся ненависть к завоевателям, превративших народы его мира в рабов.

— Я не знаю, как вас благодарить, путники, то, что вы сделали, мне кажется чудом. Потому буду помогать вам, чем только смогу, если вы, конечно, сочтёте эту помощь нужной.

Болт был стопроцентно уверен в искренности мага, он просто знал, что тот не врёт, поскольку только что видел, чувствовал, корректировал его сознание. Точнее — он сделал мага таким, каким тот был бы без постороннего вмешательства.

— Твоя помощь может быть очень значимой, колдун, посему предлагаю вступить в мою команду и внести посильную лепту в борьбу с кланом. Как видишь: кое-что у нас уже получается, Хаттан остался независимым.

Маг благодарно пожал путнику руку.

— В столице ещё четыре мага из моего мира. Если получится то же, что вы смогли сделать для меня, заимеете ещё четырёх верных сторонников. Маги по силе равны примерно колдунам Гул-Магота второго круга посвящения, в Пролге таких просто нет. Местные колдуны не достигают даже силы первого круга, нет соответствующей школы. Почему — не могу сказать, просто не знаю.

— Хорошо, Горт, это очень хорошо. Я уверен, что мы сможем помочь твоим соотечественникам и моя команда, наконец, усилится несколькими сильными магами. Не знаю, может, я слишком самонадеян, но Гул-Маготу не место в Пролге и я сделаю всё, от меня зависящее, чтобы вышвырнуть сих колдунов из этого мира. Помочь тебе вернуться в Рогус обещать не могу, мне думается, это невозможно, на Тропе клан слишком силён.

— Я понимаю и не прошу невозможного. Достаточно того, что ты вернул мне достоинство свободного человека и мага.

Команде пришлось трудиться весь оставшийся день, до позднего вечера, когда, наконец, последний колдун из Рогуса не влился в группу. Операция по освобождению Хаттана от агентов Гул-Магота неожиданно принесла весьма серьёзные результаты, значительно расширяющие возможности борьбы с кланом.

Глава 22

— Нет, путник, клан не отступится, — сказал Бритон — один из чернокожих магов, которые влились в группу Болта. — Я попытаюсь объяснить тебе, насколько сложна задача. Гул-Магот — огромная надмировая структура с населением примерно сто миллионов человек. Это только те, которые живут на Тропах. Если же взять население завоёванных миров, то общая цифра исчисляется миллиардами. Я исхожу из того, что сиё население в основном модифицировано, каковыми были и мы — маг указал на своих чернокожих соотечественников, — следовательно — абсолютно зависимо и подчинено нуждам клана. Воевать с такой силой может лишь противник, обладающий соизмеримыми возможностями.

— То есть, выходит, что у клана противников, собственно, нет?

— Почему же… Есть. Например клан Гистрамис, тоже надмировая структура, по силам не уступающая Гул-Маготу. Но территориальные интересы Гистрамиса лежат весьма далеко отсюда, на другом протяжённом участке цепочки миров. И своё влияние этот клан распространяет в противоположную от нас сторону цепи. Когда-то я случайно услышал разговор Берговула с кем-то из административной верхушки Гул-Магота. В этом разговоре упоминался ещё какой-то клан, называющийся Кайран. Сей клан строит козни Гул-Маготу, но где он находится, я так и не понял, ведь цепь миров — это одна длинная дорога и направлений здесь лишь два — вперёд или назад. В противоположном от нас направлении, за Гул-Маготом, лежат территории клана Гистрамис, а что лежит за вашим миром, пока вообще неизвестно. Выходит — путь завоеваний Гул-Магота возможен только в сторону вашего мира. То, что вам, группе путников, удалось остановить продвижение Гул-Магота к Тропе на Землю, скорее случайность. Весьма вероятный вариант развития событий — переброска войск из Рогуса в Самутрей, для завоевания Хаттана. Клан не остановить, таково моё мнение, хотя я буду бороться с ним до конца.

— А скажи, колдун: каково вооружение воинов, могущих прибыть из Рогуса?

— Обычное для магических миров — копья, мечи, арбалеты, метательные машины. Оружие технологических миров здесь не действует. Кроме того, войска обязательно будут усилены магами из Рогуса, поскольку колдуны клана привязаны к Тропе.

— В Рогусе есть маги сильнее вас?

— Нет. Есть равные по силам, но их немного.

— Уже легче. А насчёт оружия… Что ты можешь сказать об этом? — Болт подал колдуну магир.

— Весьма интересный рукотворный артефакт, который могут создавать лишь маги Хаттана. Удивительно, но многочисленные исследования в институтах клана не продвинули магов Гул-Магота ни на шаг в деле изготовления магиров. У мага Хаттана всё выходит. Маг клана и Рогуса, делая то же самое, получает абсолютно бесполезный в плане магии предмет.

— А если сделать из местного колдуна модификанта?

— Делали. После модификации маг теряет способность изготовлять магиры. А на магирах основаны многие машины, работающие в Пролге. Да и в Рогусе тоже много чего работает при помощи магиров из Пролга.

— Но сии штучки весьма недороги, почему бы клану просто не покупать их?

— Клан и покупает. Но дело в том, что Гул-Магот привык не покупать, а брать. Платит он лишь пока не может отобрать нужное ему.

— Ну, в таких привычках клан не одинок. У нас на Земле тоже хватает тех, кто исповедует принцип: отнять и поделить. А ещё лучше — отнять, снова отнять, повторить, и так, пока кто-то не даст по загребущим ручонкам.

— Путник, я чувствую в тебе большую силу. Магическую, не ту, с помощью которой ты снял с нас модификацию.

— Гм… Но я же путник. Хожу по Тропе, где не могут ещё ходить другие…

— Вот для этого и нужна сила. Огромная. Только сам ты её не видишь и пользуешься лишь крохами.

— Интересная заявочка. И как же получить доступ к собственным ресурсам?

— Пока не могу сказать, нужны исследования. Если хочешь, можно попробовать, но придётся допустить меня к твоим внутренним магическим структурам. Мне надо увидеть, понять принцип, раскрыть каналы управления. Похоже, стоят блокировки, вроде тех, каковые ты снимал у нас. Но у нас они были ментального свойства, этими силами ты способен управлять. У тебя же блокировки магические, поскольку блокируют именно магию. Сам ты снять их не в состоянии, как и при помощи своих товарищей.

— Ты уверен, что эти силы действительно есть? Я, вообще-то, ничего не чувствую.

— Есть путник. Клан в своё время уже воевал с другими путниками и эта борьба была очень непростой. Путники могли управлять своими силами и доставили массу неприятностей магам клана. Один путник по силе мог сравниться с магом третьего круга посвящения. В той давней войне Гул-Магот потерял тысячи магов, однако всё же сумел победить. Путников тогда было не в пример больше чем сейчас вас и все они имели доступ к своим магическим ресурсам. Потому я и говорю, что клан не остановить, даже если получится раскрыть твои магические резервы и возможности твоих соратников.

— И насколько долго могут продлиться эти исследования?

— Трудно сказать, ведь я этим никогда не занимался и знаю лишь теорию и то в небольшом объёме. Может несколько месяцев, а может и год.

— Слишком долго. Лучше подробнее расскажи мне об устройстве магира. Исследованиями тоже займёмся, но позже.

* * *

— Интересно, интересно… — Болт бродил по комнате, рассуждая сам с собой, задавая иногда Бритону технические вопросы.

— Я о том, что внутреннее устройство магира весьма похоже на конструкцию одного земного аппарата, называемого аккумулятором. Тот же пакет пластин, вместо электролита — магрин, магическая жидкость… Выходит, магия имеет полярность? Плюс или минус? Нет! Белая и чёрная! Вот оно! Угу… — путник вновь начал бродить из угла в угол, надеясь подстегнуть этим бестолковым занятием умственную деятельность.

Маг с интересом наблюдал за происходящим, понимая, что у путника появилась важная идея, в которой он сам, однако, ничего не понял, хотя Болт озвучивал все собственные рассуждения.

— Странно, что у вас ничего не получилось с магирами. У тебя есть магрин и пластинки офира?*

— Эти ингредиенты использует каждый маг. Некоторые заклинания без них вообще не работают. Немного есть при себе, остальное в моём дорожном саквояже.

— Много не надо. Можешь мне дать то, что у тебя есть?

Маг пожал плечами и протянул путнику маленький мешочек с принадлежностями.

Болт полез в стенной комод, погремел посудой, наконец отыскал небольшую деревянную шкатулку и выложил её на стол. Вынул пластинки офира, установил в шкатулке, зафиксировав их вставленными кусочками дерева, и залил «конструкцию» магрином из пузырька.

— Ну, чем не магир? Только большой.

— Неправильно! — заявил маг. — Нельзя использовать дерево, оно несовместимо с офиром. И магрин нужно не просто лить, а заливать в изолированные крошечные ёмкости, чтобы не потерять заключенную в нём силу.

— Да ну? А ты можешь испытать сделанное мной «неправильное» устройство?

Бритон недоверчиво глянул на путника, снисходительно улыбнулся, но подошёл к столу и сделал несколько пассов над неказистой конструкцией. Внезапно руки колдуна резко отбросило, шкатулка с «конструкцией» ярко засияла зелёным свечением, а Болт зловредно заулыбался, потешаясь над недоумением мага.

— Руки не болят, Бритон?

— Болят, — кивнул тот, — но как… почему?

— Просто вы не знаете физику и основы электротехники… Тьфу… маготехники. Вы шли каким-то левым путём в исследованиях, не замечая очевидного. Нашли что-то, окружили ореолом таинственности, налепили ярлык — «то-то, делает так-то» и исследуете дальше. А логика нулевая. Технология случайного поиска с ничтожной эффективностью. Колдуны Гул-Магота работают так же?

— Ну, все колдуны работают примерно одинаково. Просто силы у всех разные. Чем больше сил, соответственно больше возможностей.

— Понятно. Однако всё это выглядит очень странно… словно кто-то мешал вам найти верное решение. Ведь всё довольно просто — на что я, профан в магии, и то разобрался. Теперь я уверен, если хватит времени, точно смогу дать по мозгам «непобедимому» Гул-Маготу и выкинуть их колдунов из Пролга.

— Как?

— Надо сделать кое-что на Земле и притащить сюда. А я поработаю над созданием «оружия возмездия». Главное — успеть.

— Хоть примерно объясни, как тебе удалось сделать настолько мощный магир? — взмолился маг.

— Вряд ли поймёшь, но я попробую. Магир — аккумулятор магии. Слабый аккумулятор. Для усиления нужно много пластин офира и всё обильно залить магрином. И всё должно быть в изоляционной посуде!

— Это как?

— Это в данном случае дерево, а не металл, как вы всегда делали. Это и было ключевой ошибкой. Металл замыкал силовые линии и ток магии. Еще лучше подошла бы пластмасса, но в вашем мире её нет.

— Но все каноны указывают…

— Да с…ть на ваши каноны. Похоже, ваши каноны кто-то серьёзно подправил. Результат видишь? А это значит, что я вскоре затарюсь на Земле нужным материалом, и сделаю здесь такую пушку, которая станет кошмаром для Гул-Магота со всеми его колдунами третьего круга. Я уже вижу как она устроена. Здоровенный мощный магир — аккумулятор магии, насколько я понял — он сам копит энергию. Плюс генератор высокого напряжения. Магию концентрируем в узкий пучок, направляем в сторону врага и включаем напряжение. Бу-ум! Врагов нет! На таком принципе можно сделать и ручное оружие. Жаль, что пока это просто предположения. Нужны исследования и эксперименты, а главное — материалы и время. Ну ничего, мои ребята вот-вот пойдут на Землю, придётся им дать дополнительное задание. Ничего, с поясами силы притащат всё, что нужно.

* * *

На Землю отправились Брага, Дрон и Гера, вместе с тремя бывшими путниками — Беловым, Хижняком и Ветровым. В Хаттане все дела Болт оставил на четвёрку магов, наказав им довести до конца раскрытие шпионов Гул-Магота, сам же с Кригом и Бартом спешно отбыл в Мосс к барону Гираниту. Хотя, в общем, не столько к нему, сколько к его дочери. Путник ругал себя, клял последними словами за «странное» влечение к девушке, но чувства оказывались сильнее доводов рассудка. Криг тоже очень хотел увидеть Светлану, Болт прекрасно замечал это по вопросительным взглядам громилы, хотя вслух тот ничего не говорил.

* * *

— Барон, у меня возникло несколько вопросов к вам, на которые очень хотелось бы услышать правдивые ответы, — путник составил компанию Гираниту в одной из его прогулок по окрестностям замка.

— Я знал, что вы зададите вопросы, особенно после столкновения с Гринвеллом. Небось, он наплёл вам, что я не тот за кого себя выдаю и занимаюсь не тем, что видят все.

— Можно подумать, что это неправда, — чуть насмешливо ответил Болт.

Барон какое-то время шёл молча, рассеянно поглядывая на окружающий пейзаж, видимо обдумывал ответ.

— Наверное, вам уже можно сказать правду, лучше я сам отвечу на вопросы, чем вы узнаете от других. Чем дышит Гул-Магот и что от него можно ждать, вы уже и так знаете, потому нет необходимости убеждать вас, что с кланом нужно бороться. Для того, собственно, я здесь и нахожусь. Я представляю интересы клана Кайран, это тоже надмировое государство, как и Гул-Магот. В наших интересах остановить продвижение Гул-Магота по цепи миров и в ваших, кстати, тоже.

— А скажите, барон, ваш клан тоже зомбирует людей завоёванных миров? Отвечайте правдиво, ведь я всё равно дойду до истины с вами, или без вас.

— Нет, не зомбирует. Хотя определённые э-э-э обязательства на власть имущих сих миров накладывает.

— Понятно. Оккупанты, они и есть — оккупанты, как их не называй.

— Зачем же сразу так…

— Давайте не будем, барон. У меня сложилось определённое мнение и есть некоторый орган, который чувствует правду. У нас так и говорят — ж…ой чувствую, извините за грубое слово. Мне интересно, на каком участке цепи миров находится ваш клан и в чём не сошлись ваши и Гул-Магота притязания.

— Гм… вы уже много чего знаете. Это закрытая информация, я просто не имею права распространяться на эту тему.

Болт кивнул.

— Я ожидал, что вы не ответите на сей вопрос. Тогда ещё один: почему вы сам не вмешиваетесь в события на Пролге? Ведь я уверен, что вы — очень сильная фигура. Об этом, кстати, упоминал незабвенный Гринвелл, или как его там взаправду кличут.

— И снова скажу вам, что я лично не имею права вступать в прямой конфликт с Гул-Маготом. Между нашими государствами есть определённые договоренности о сферах влияния, степени вмешательства в дела миров, это большая политика, здесь я изменить ничего не могу.

— Ага, значит, вы занимаетесь попросту подрывной деятельностью против конкурирующего государства, причём используете сторонние силы.

— В принципе, так и есть.

— Неприглядное занятие, барон. Особенно с точки зрения нас — путников с Земли.

— А где вы видели, чтобы спецслужбы занимались «приглядными» делами? Или, думаете, я не знаю, что ФСБ держит вас на коротком поводке?

— ФСБ только так думает. На самом деле мы сами по себе.

— Олег, вы хоть сам-то верите в то, что говорите? Все артефакты, что вы несёте на Землю попадают в руки спецслужб и, если сии вещицы признаются хоть чем либо ценными для военного ведомства, они туда прямиком и направляются. Вас, путников, терпят, пока Тропа непроходима для обычных людей. Как только она откроется, судьба ваша будет предрешена. Только ваши военные не понимают, что такое Гул-Магот и никакое земное оружие не остановит мага третьего круга посвящения.

— А кто его остановит? Или что?

— Вы. Путники. Для чего вас и готовили. И продолжают готовить. В данном случае интересы моего клана, ваши личные интересы и интересы военных ведомств Земли совпадают. Такое иногда случается.

— Только все шишки сыпятся именно на путников. Выходит, мы всё-таки работаем на спецслужбу, но не Земли, а вашего клана.

— Выходит так. Но, учтите, строго добровольно. Вас никто не держит. Но, тем не менее, определённую компенсацию вы должны получить, хотя бы материальную. На счета каждого из путников вашей группы положены суммы в размере ста тысяч золотых дагров. В список вошёл и ваш телохранитель Криг. Лично на ваш счёт зачислена двойная сумма. Не считайте, что вас покупают, ведь проделана огромная работа против Гул-Магота и вся заслуга принадлежит вашей группе. То есть — никто не мешает вам повернуться и уйти, оставив войну с Гул-Маготом на кого угодно.

— Не играйте в благородство, барон. Вы прекрасно всё просчитали и знаете, что нам некуда деваться. В Пролге вот-вот власть захватит Гул-Магот, который немедленно сделает нам кирдык, на Земле же ФСБ снова отправит нас сюда. Я уж думаю, может, стоило согласиться на предложение Гринвелла, тот обещал очень много. Только вот орган под названием ж… подсказывал, что из этого не выйдет ничего хорошего. Но хорошего и так и эдак мало.

Какое-то время оба собеседника шли молча. Затем барон продолжил:

— Позвольте перевести разговор в несколько другое русло. Олег, я лично весьма симпатизирую вам, как человеку, если отвлечься от деловых проблем. Потому у меня к вам просьба деликатного свойства.

Болт удивлённо глянул на барона.

— Я слушаю.

— Моя дочь любит вас. По настоящему, сильно и глубоко. Молчите, слушайте до конца, — сказал барон, видя попытку Болта возразить. — Она сама мне призналась, получается — я выдаю её тайну. Очень вас прошу: если не испытываете взаимных чувств, не крутите девочке голову. Я никогда не стану вмешиваться в её личную жизнь, могу лишь дать отцовский совет. За советом она ко мне и обратилась. А я не смог ей сказать ничего определённого. Более того — я растерян. Мать в таких делах гораздо более мудрый советчик, но она, к сожалению, давно умерла.

Путник посмурнел. Он и сам пока не мог сказать ничего определённого. Его тянуло к Элане как магнитом, но упрямство закоренелого холостяка противилось, возражало, кричало о потере свободы и самостоятельности.

— Барон, мне очень нравится ваша дочь. Нравится так, как не нравилась ни одна женщина до неё. Но говорить о любви я пока не готов. Я еще не до конца разобрался в собственных чувствах.

— Хорошо. Извините, что завёл этот разговор.

— Да нет, разговор, наверное, нужный. То, что Элана меня любит, может решить многое. Сам бы я, пожалуй, не решился рассказать ей о своих чувствах, не будь уверен во взаимности.

* * *

— Кригушка, тебе этого нельзя, оно полнит, — говорила Светлана, отодвигая подальше блюдо с мясным пирогом. — А я хочу видеть своего мужчину стройным и подтянутым. Кстати, ваш поход в Хаттан пошёл тебе на пользу, животик явно уменьшился. Ничего, я ещё над тобой поработаю, и всё будет замечательно.

Болт сочувственно наблюдал за стоическими усилиями громилы, который пытался сделать вид, что есть он совсем не хочет, а блюдо с жареным гусём, стоящее по правую руку, ему совсем не интересно. Крига выдавало постоянное сглатывание слюнок и прыгающий кадык. Инквизитор, роль которого выполняла Светка, на эти телодвижения обращала ноль внимания и кормила любимого огурчиками, помидорчиками, салатиками и ласковыми речами. В красивом платье из серебристого хаттанского шёлка девушка выглядела потрясающе — это хоть немного отвлекало громилу от созерцания гастрономического клондайка, расставленного на столе.

Рядом с Болтом, по другую сторону стола сидела Элана, выглядевшая не менее эффектно в изумительной красоты тунике из ярко-алой переливчатой ткани. Аромат алдейских духов дразнил, придавал некую тайну и без того впечатляющей красоте дочери барона.

Олег наклонился ближе к девушке, собираясь ей что-то сказать на ушко, но она его опередила.

— Мне тоже его жалко, — тихонько сказала она. — Бедный Криг, для него это страшное испытание.

— Ты читаешь мои мысли, — улыбнулся Болт.

Элана почему-то чуть порозовела и опустила голову.

— Пройдёмся? — предложил путник, — вечер замечательный.

Девушка согласно кивнула и парочка покинула Крига со Светланой к вящему удовольствию последних.

— В Пролге очень красивые закаты, — сказал Болт, наблюдая за склоняющимся к горизонту светилом. — На Земле это тоже выглядит эффектно, но не настолько.

— Я родилась в мире, где нет солнца. Но на Тропе есть свои красоты. Не на той Тропе, где ходишь ты, полной опасностей и тварей. Есть другие Тропы, обжитые и прекрасные. Отец уже рассказал тебе, что я уроженка междумирья и не могу долго жить ни в Пролге, ни на Земле.

Олег хотел было брякнуть что-то типа: «ну и что?», но вовремя прикусил язык — девушка могла его абсолютно неправильно понять.

Вместо этого он неожиданно даже для себя приобнял девушку и поцеловал её в висок. Элана прижалась к нему, положила голову на плечо и замерла.

— Я тебя люблю, — невнятно пробормотал Болт, удивляясь сам себе, ведь он считал, что эти слова от него не услышит ни одна женщина. Язык вновь работал независимо от головы и по полной программе подставлял своего хозяина.

— Ты правду говоришь? — зелёные глаза девушки смотрели строго и требовательно.

— Угу… — с усилием выдавил путник.

— Угу, угу, — осуждающе ответила Элана. — Вот я правда тебя люблю, Болтов. Не знаю, за что меня так наказала судьба, но тем не менее… Попробуй только обмануть меня — пришибу. Ты знаешь мои способности. Боги… как же я боюсь за тебя… за нас с тобой! — Элана крепко обняла путника и прижалась к его груди.

— Всё будет хорошо, любимая. Всё наладится… обещаю — успокаивающе шептал путник.

— Правда? — Элана с надеждой, с трепетом просила своего мужчину подтвердить надежду на лучшее, словно от его ответа и впрямь что-то зависело.

С крепостной стены, откуда парочка любовалась закатом, отлично просматривался внутренний двор замка, где подданные барона занимались обычными вечерними работами — загоняли в стойла скотину, вернувшуюся с пастбищ, занимались уборкой двора, те же, кто закончил дела, одевался в чистое, чтобы уходить домой, к семье. Неожиданно в открытые ворота влетел всадник на взмыленном коне, бросил поводья конюху и быстрым шагом устремился к входу в покои хозяина.

— Это Михар, — встревожено сказала Элана, — он принёс плохие вести, я чувствую. Пойдём к отцу, надо узнать, в чём дело.

Когда Элана с Олегом вошли в кабинет Гиранита, тот сказал всего две фразы:

— Война. Войска Самутрея перешли гиблую топь и напали на южный форт государства Хаттан.

Глава 23

— Южный форт — это ещё не вся граница, путник, — раздражённо говорил Гирон. — Войско Хаттана уже на подходе к северному форту и я уверен, средний форт устоит перед завоевателями.

— Воевода, не ты ли распинался перед советом, что южный форт самутрейцы тоже не возьмут? Однако он не смог продержаться даже три дня. А ведь именно южный форт — самая укреплённая крепость в цепочке укреплений на границе с Самутреем.

Болт уже битый час пытался доказать упрямому вояке, что в этот раз нападение Самутрея отбить только военными средствами не удастся, нужно подключать как можно больше магов. Кроме того, нужно срочно снять часть войск с границы с Гибором и усилить восточные рубежи государства.

Но воевода закусил удила, в отсутствии действующего головы, которого совет так и не смог избрать из-за внутренних разборок, Гирон вообразил, что, наконец, настал его звёздный час и надо брать быка за рога. То бишь — разбить Самутрей, не слушая ничьих советов и не допуская никого из посторонних к планированию военных операций, ведь в таком случае все заслуги достанутся именно ему. На волне народного ликования можно взлететь очень высоко, а там будем посмотреть — нужен ли вообще совет старейшин для управления Хаттаном. Чужеземец лезет не в своё дело, однако со счетов его сбросить трудно, после того как он изгнал Гринвелла, совет прямо таки ест из его рук. Ну что же… есть методы. Были фигуры и посильнее этого путника… Где они? В земле, кормят червей. Не стоит становиться на дороге у воеводы Гирона, он терпеливый, но пределы следует соблюдать.

Болт чуть ли не слышал мысли Гирона, ментальные способности путника росли, точнее, раскрывались с каждым днём всё больше и больше.

— Гирон, ты угробишь кучу народа и сам плохо кончишь. Я надеялся, что остатки здравого смысла у тебя всё же сохранились, но вижу, что ошибался. Придётся принимать собственные меры.

Путник подошёл вплотную к красному от злости воеводе.

— Лучше не мешай мне, Гирон. Ты грамотный вояка, но теряешь почву под ногами и не хочешь слушать добрых советов. Мне жалко не тебя, а солдат, которые пойдут на смерть из-за идиотизма командира.

Уходил Болт от воеводы с двойственным чувством — с одной стороны войска верили Гирону, тот в своё время принёс немало побед хаттанскому оружию, потому просто устранить его было бы глупо. С другой же стороны, становилось понятно, что стареющий вояка решил прибрать к рукам бразды правления государством, а это уже никуда не годится, Хаттан и без того в огромной опасности. Положение усугубляло то, что вся группа Болта ушла на Землю и он буквально разрывался на части, пытаясь разрулить политические дрязги в столице. Гирон завтра отправляется к войскам на границу, но категорически отказывается взять с собой четвёрку магов из Рогуса, предлагающих свою помощь. Предложение же взять Болта советником вообще вызвало у воеводы нечто похожее на истерику. По дороге к дому в голове Олега роились невесёлые мысли о том, что, похоже, Гул-Магот, всё же выйдет победителем в борьбе за Тропу, ведь на самом деле с Хаттаном воевал сейчас не Самутрей, а маги Тропы, это и козе понятно. Но воевода не понимает. Дурак? Вроде нет… полудурок — так будет точнее.

Придя домой, а Болт теперь с полным правом мог считать дом на улице Серебряных снов своим, поскольку выкупил его, он решил, что утро вечера мудренее и завалился спать. Около полуночи его разбудила сигналка, хотя и без сигналки он тоже проснулся бы — чувство опасности работало не хуже электроники.

— Говнюк, — пробормотал Болт спросонья. — Совсем крыша у мужика съехала. Будем поправлять, куда ж деваться… тем более сам напрашивается. Жалко только этих… а чего, собственно, жалко? Они поднимают своё оч-умелое оружие только в защиту хозяина, за большие деньги. За Хаттан воевать они боже спаси…

Под словом «они» Болт подразумевал два десятка мечников и пятёрку арбалетчиков, которые, соблюдая все правила ночных дел мастеров, «бесшумно» заняли позиции во дворе дома.

Болт уже полностью вошёл в абсолют и стал прощупывать окружающее пространство, чтобы не упустить из виду никого из врагов. Один арбалетчик ловко взбирался на дерево, растущее напротив спальни путника.

— Грамотно действуют, сволочи, — беззлобно пробормотал путник, — знают расположение комнат. Интересно посмотреть, что будет дальше.

Болт уложил на кровать фантом, сам же кошачьим движением взлетел на большой резной шкаф.

«Ага, трое вскрыли замок на входе и идут по коридору в сторону спальни» — отметил про себя путник. — «За ними ещё тройка, видимо прикрытие».

Действия группы убийц выглядели вполне профессионально и грамотно, но лишь в том случае, если бы планировались против обычного человека, даже будь он весьма опытен и опасен. Но врагом группы был путник, вышедший на чрезвычайно высокий уровень воинского мастерства, владеющей недостижимыми для обычных людей приёмами и возможностями. Ну что ж: самоуверенными бывают не только люди, Гринвелл тоже недавно схлопотал неприятность, понадеявшись на громадное, как он считал, преимущество.

Дверь тихонько приоткрылась, путник почуял магический щуп, пробежавший по комнате.

— «Неплохо, даже зачатками магии владеют» — снова про себя отметил Болт.

Но найти путника, запертого в скорлупе абсолюта, сей слабенький лучик не мог, Болт почувствовал лёгкое удивление врагов за дверью спальни.

В едва приоткрытую щель влетел яркий огонёк магического светляка — очень короткоживущего образования, тем не менее, для снайпера на дереве этого хватило — фантома на постели немедленно пронзил арбалетный болт.

— «Придётся парня спустить на землю», — с сожалением подумал путник, — «больно, конечно, но здесь, как говорится, ничего не попишешь».

Болт просто грубо ударил ментальным кулаком по мозгам снайпера, после чего тот, ломая ветви, грохнулся на землю.

— «Удивлены? Странно… вы же знаете, на кого охотитесь».

Путник был уже возле двери и, едва в щель сунулась голова одного из мечников, тут же дал в челюсть этой самой голове. Мечник отлетел назад, уложив по пути ещё одного своего товарища, третий, отвлёкшись на странные движения товарищей, тут же схлопотал но черепушке и сполз по стене на пол. Трое из группы прикрытия даже не успели разобраться в происходящем — Болт двигался молниеносно. Один из мечников согнулся от страшного удара под дых, второго путник снёс ударом локтя, у третьего вырвал меч и рукояткой оного треснул хозяина в лоб. Все удары наносились жёстко без сантиментов, потому враги отключились надёжно, не понеся, впрочем, серьёзных травм. Стрелой слетев на первый этаж, Болт походя свалил ещё двоих мечников, занявших пост у входной двери и замер, прижавшись к стене. За дверью раздался сдавленный шёпот:

— Что они расшумелись? Надо тихо, не то разбудят путника, возни потом не оберёшься.

— Дык, уже разбудили, гады, — доверительно сообщил Болт невесть как возникнув перед двумя ошеломленными мечниками, и не давая сему ошеломлению перейти в справедливое возмущение, приложил обоих неласковыми тычками в дыхалку. Стоявшие чуть в стороне три мечника заметили лишь, как двое их товарищей по непонятной причине свалились на землю. Разбираться в причине сего странного явления путник им тоже не дал времени, применив грубые кулачные приёмы, таким образом, в противниках Болта осталось ещё четыре арбалетчика и семь мечников. Однако враги уже разобрались, что всё пошло наперекосяк и принялись лихорадочно осматриваться, ища злого путника.

— Не туда целишь — прошептал голос сзади одного из арбалетчиков, но это было последнее, что тот услышал, будучи в ясном сознании.

В общем, миссия избавления от надоедливого путника потерпела сокрушительное фиаско, все участники акции легли рядышком, аккуратно упакованные в крепкие верёвки и злобно глядели на своего обидчика. Болт для того, чтобы полюбоваться на плоды своего труда не поленился включить электрический светильник.

— Красавцы! — Болт отряхнул ладони. — Ну, парни, не скучайте, я пойду, нужно покалякать с вашим хозяином. Не волнуйтесь, перед воеводой замолвлю словечко — мол, вы честно старались убить меня, гада, но я, сволочь, не захотел стать убиенным и просто удрал, связав вас для того, чтобы меня не догнали и не набили морду. Бывайте, ребята, постараюсь не очень долго.

* * *

К воеводе путник, однако, направился не сразу, решив сначала заглянуть к гости к чернокожим колдунам — вдруг понадобится магическая поддержка в задуманном деле. Дело же было, в общем, обычное — перевоспитание хулиганистого воеводы, вот только методы сего действа предполагались нетривиальные.

В окнах солидного особняка, несмотря на предутреннее время, горел свет.

— Волнуется, болезный, — сказал Болт сопровождавшему его Горту. — Как не волноваться, сознавая, что скоро станешь новым человеком?

— Шутишь, путник, — усмехнулся колдун, — он же ничего не может знать.

— Согласен. Но подозревать всё-таки должен. Учитывая длительное отсутствие любимой зондер-команды.

С колдуном, да такой силы, произвести захват дома воеводы оказалось несложно. Всех вояк внезапно застиг приступ жесточайших колик в животе, посему путнику осталось лишь разоружить стонущих охранников Гирона, не прибегая к кулачно-тычковым методам. Сам воевода тоже слёг с желудочной болью по той же причине, что и остальные, Болту с колдуном осталось лишь занять места у постели, чтобы «вылечить» несчастного.

Путник и без помощи колдуна сумел разобраться в мозговых заморочках старого вояки. По сознанию воеводы широкой могучей директивой пролегала линия — «Хочу власти». Несколькими ментальными операциями сию линию удалось рассечь и направить в более созидательные направления: служение интересам Хаттана, грамотное руководство войском, внимание к мудрым советам, терпимость и лояльность к дружественно настроенным людям. Пришлось также подчистить память воеводы, дабы избавить его от угрызений совести по поводу недавних неблаговидных поступков. Встал с ложа действительно другой человек. Он тёр виски, недоумённо глядел на ночных посетителей, пытаясь понять, что же привело их сюда.

— Что случилось? Почему вы здесь?

Потом, словно спохватившись, быстро заговорил:

— Опасность. Страшная опасность угрожает моей стране. Путник, как хорошо, что ты здесь, прошу твоей помощи и совета. А ещё лучше, если ты завтра отбудешь вместе со мной в расположение пограничных войск. Плату гарантирую, я лично похлопочу перед советом о достойном вознаграждении.

Болт с колдуном переглянулись, чуть заметно кивнули друг другу, после чего путник сказал:

— Хорошо, что ты выздоровел, воевода. Мы уж думали всё — пропал мужик, умом тронулся. Благодари Горта — он тебя излечил от белочки.

— От чего излечил? — удивлённо спросил Гирон.

— Белочка. Это ласковое название болезни, когда человек становится горячим, совсем белым, ведёт себя неадекватно, может отдавать идиотские приказы, топать ногами и требовать всеобщего поклонения, словно он гигант мысли, отец хаттанской демократии и чуть ли не творец всего сущего. — Болта понесло, он начал плести обычную пургу, каковая иногда пробивалась в его речах, хотя всячески старался изжить её из своего лексикона.

— Э-э-э… это я был таким? — смущённо пробормотал воевода.

— Примерно, — ответил путник, — если помножить то, что я сказал этак раза в четыре. Или в пять, — добавил он, чуть подумав.

Лицо Гирона стало покрываться красными пятнами стыда. Но Болт не жалел его, зловредно вспоминая неприятности, доставленные воякой.

* * *

— Они уж пятый день, как что-то там строят, — рассказывал Датон, начальник гарнизона среднего форта воеводе. — Лошади, повозки, куча рабочего люду. Нападать вроде и не собираются.

Здесь же, на крепостной стене, рядом с воеводой и Датоном стояли Болт с двумя колдунами из Рогуса — Гортом и Бритоном. Болт внимательно рассматривал позиции противника в бинокль, однако ничего экстраординарного разглядеть так и не сумел. Для прощупывания абсолютом расстояние было слишком большим. Воевода получил от Болта бинокль в подарок и с гордостью носил сей предмет на ремне, снимая его только перед сном. Впрочем, опытный вояка сразу оценил возможности оптического прибора с Земли, потому его восторги были вполне понятны и оправданы. Но и старый воин, несмотря на весь свой военный опыт не смог понять — что же строят самутрейцы. Какая-то невысокая ограда, внутри перегородки из досок — с военной точки зрения сооружение не имело ни малейшей ценности.

— Ночью работы тоже продолжаются — продолжил Датон, только вот утром не видать, что же добавилось в постройках. Днём-то явно видно, что надстраивают ограду.

— Это интересно, — повернулся к нему путник. — И давно идут ночные работы?

— Третий день. Ограду строят уже пятый.

— Ага… надо подумать. — Болт приступил к своему бестолковому занятию — хождению туда-сюда, что означало интенсивную мозговую деятельность. После нескольких минут такого броуновского движения он вдруг замер.

— Кажется, я понял. Но нужна проверка. Ясен хрен — ночные работы не для наших глаз, потому и ведутся ночью. Но нам с тобой, Горт, придётся ночью подобраться как можно ближе к позициям самутрейцев и прощупать их каждый по-своему. Я менталом, ты — магией. Эх… жаль, Дрона нет. Он со своей пушкой и ПНВ отлично прикрыл бы нас. Брагу с Герой сюда бы, да с калашами… что тут сожалеть, всё равно их нет, придётся обходиться тем, что есть.

— Это может быть опасно, путник, лагерь самутрейцев охраняет магия. По моим оценкам, Бритон здесь со мной согласен, там не менее тридцати колдунов нашего уровня. Вблизи их сила становится огромной.

— У меня есть вот это — Болт похлопал себя по чехлу с шокером.

— Не очень надейся на эту жгучую дубинку. Против неё уже могли что-либо придумать.

— Гм… что? Подумай, что можно предпринять, чтобы напряжение с шокера не текло по магическому каналу. Мне это очень хотелось бы узнать, обидно будет, если в самый нужный момент верная дубинка меня подведёт.

— Я уже думал. Первое, приходящее на ум — сделать канал магии прерывистым. Я так понимаю — сила трости требует непрерывности канала для проникновения к источнику магии?

— А возможен прерывистый канал магии?

— Конечно. Если маг использует сгустки магии, огненные шары, короткие выбросы силы, то поток идёт прерывисто.

— Хреново. Блин, скорее бы пришли мои ребята и притащили то, что я заказывал. Уж тогда бы я обеспечил непрерывный поток магии куда надо и сколько надо. Однако на разведку нам всё одно придётся идти. Если догадка верна, мы накануне великого шухера… то бишь кошмара и отсюда придётся срочно рвать когти… блин, вы же не понимаете — это значит — драпать. В принципе, ночью с ПНВ и отсюда можно попробовать рассмотреть таинственные ночные потуги самутрейцев, но далековато будет.

* * *

Глубокой ночью, когда темень сгустилась до такой степени, что обычным зрением было ни зги не видать, путник с колдуном вышли из форта и мелкими овражками стали пробираться к позициям противника. Болт вооружился ПНВ, колдун же на ближних дистанциях неплохо видел в темноте без всяких приспособлений. Путнику пришлось расширить кокон абсолюта, чтобы прикрыть и Горта, иначе их легко смогут обнаружить маги из лагеря самутрейцев. Когда разведчики приблизились на расстояние около километра, мощную магическую завесу стал чувствовать не только маг, но и Болт. Не будь прикрытыми скорлупой абсолюта, путник с магом были бы немедленно обнаружены и не факт, что до сих пор живы.

— Горт, — прошептал Болт, — щупай, здесь начинается твоя работа, я сосредоточу силы на прикрытии.

— Надо подойти ближе: я пока не могу понять, что же прикрывают колдуны таким сильным заслоном. На такую защиту уходит уйма энергии, скорее всего, каждую ночь работают другие колдуны, потому что на восстановление силы после такого истощения нужно как минимум три-четыре дня.

— Быстрее, Горт, сдерживать такой пресс мне непросто, кажется, маги сосредоточили внимание на нашем участке, но пока не могут понять, что же здесь происходит. Вперёд, вперёд.

Шпионы прибавили ходу, и уже через несколько минут колдун придержал рукой путника.

— Есть! Здесь чувствуется магия Тропы. Они кроют магию Тропы, путник! Очень сильную магию. Откуда она здесь?

— Место, колдун. Прощупай место.

— Точно, — через минуту ответил Горт. — Место силы, узел магии.

— Бегом назад! Рвём когти, колдун!

Теперь магу уже не требовалось объяснять, что такое «рвать когти», он их и так рвал изо всех сил.

Сзади бесновался магический ураган, пытаясь выловить дерзких пришельцев, Болт из последних сил держал щит абсолюта, который с каждой секундой становился всё тоньше и слабее.

— Всё, Горт, — прохрипел путник, — конец, или пипец по-нашему.

Кокон абсолюта истаял лёгкой дымкой. Оба разведчика тут же ощутили злую радость вражеских магов, поймавших-таки дерзких шпионов, осмелившихся выведать тщательно охраняемую тайну. Вокруг Болта с Гортом образовался пузырь без укрывающей магии: видимо она мешала нанести последний удар другой — уже боевой энергией.

Болт протянул шокер колдуну, сам он потратил последние силы и не смог бы бросить электрическую дубинку даже на метр.

Маг понял его без слов. Он подавил собственную магию и действовал дальше уже как обычный человек, без колдовских заморочек — схватил шокер, двинул регулятор на максимум и швырнул за пределы пространства без магии. Он примерно представлял, чем сиё деяние может закончиться, потому немедленно упал на землю лицом вниз, Болт ещё до этого успел принять такое же положение. Правильно сделал: грохнуло со страшной силой, земля содрогнулась, словно спина исполинской твари, вспышка ослепительного синего света сожгла бы глаза любого, кто держал их открытыми в тот момент. Лагерь самутрейцев пылал совсем не холодным огнём — там горело всё, даже камень, который даже в магическом мире вроде гореть не должен. О живых говорить не стоило — их там просто не осталось. Болт с величайшим трудом оторвал голову от земли и взглянул на обугленную кучку, что лежала неподалёку. Сердце тронуло холодком — неужели…

Но кучка зашевелилась, закряхтела, обугленная хламида осыпалась пеплом, на земле лежал голый Горт, весь подгоревший, но живой.

— Колдун, — сухими губами сказал путник, — ты чёрный как негр. Есть на Земле такие люди.

— Посмотри на себя путник, — парировал тот. — Моя кожа и так черна, однако как же мы с тобой сейчас похожи.

Оба погорельца громко расхохотались, не обращая внимания на жуткую боль, вызываемую сим проявлением эмоций.

* * *

Обоих шпионов подобрал высланный воеводой отряд. Бритон долго хлопотал вокруг обгорелых тел, использовал массу лекарских заклинаний, затем втирал что-то в почерневшую кожу, сопровождая действия вливаниями силы, к утру Болт с Гортом всё-таки стали походить на относительно нормальных людей, а не куски горелого мяса, Бритон же уснул прямо здесь, у постелей пострадавших. Впоследствии выяснилось, что в последний момент Горт успел швырнуть заклинание холода, которое, хоть и не смогло полностью сдержать бушующий ад вокруг, спасло, однако разведчикам жизнь.

* * *

— Место силы, воевода, то же, что пытались использовать маги Гул-Магота в столице. Днём работники надстраивали ограду и городили внутри ячейки, ночью же подвозили землю с Тропы и засыпали в сии ячейки. Им оставалось всего ничего — в ту ночь работы должны были завершиться, мы с Гортом чувствовали сильную магию Тропы. Такой силы сия магия никогда не достигает даже непосредственно на Тропе. Не знаю причину, однако очень подозреваю, что этому способствовала структура постройки, изготовленной самутрейцами.

— И зачем всё это?

— Да мелочь, в общем. Оставалось прогулять в сиё место мага Гул-Магота третьего круга посвящения, всего делов-то…

Воеводе, наконец, дошло, чем всё это закончилось бы. И правда — мелочь для мага такого уровня. Лёгкое движение ручкой — и от среднего форта остались бы (или не остались) жалкие руины. О жизни защитников в таких случаях лучше умолчать.

Глава 24

Потерпев неудачу в магическом противостоянии, самутрейцы, не мудрствуя лукаво, решили взять средний форт штурмом. Третий день к стенам крепости подтягивались войска, метательная и осадная техника.

— Сколько же их? — хмуро спрашивал Гирон, непонятно у кого, рассматривая осадившие форт войска в бинокль.

Болт, ещё полностью не восстановивший силы после недавних событий, был настроен не столь пессимистично.

— Не кисни, воевода, этим-то мы точно дадим звездюлей. Пусть себе готовятся, я приготовил им несколько сюрпризов. Главное — мы выбили их магов.

— Какие сюрпризы, путник? Ты трезво глянь — сколько их! Раза в четыре больше, чем нас. Надо молиться всем богам, чтобы враг подольше готовился, тем временем подойдут наши силы с южных и западных границ.

— Воевода, у нас и так достаточно сил, чтобы хорошенько набить морды самутрейцам. Только бить надо чуть по-другому, чем вы обычно делаете. Мои снаряды для баллист готовятся?

— Уже готовы и заряжены той странной глиной, что ты дал.

— Прекрасно, а прицелы на метательные машины установили?

— Да. Только никто не знает, как ими пользоваться.

— А почему я до сих пор не вижу на стенах ни баллист, ни катапульт? Некому поднять, что ли?

— А вот как раз и тянут, оглянись.

Действительно, по огромным, приставленным к стенам брёвнам, канатами как по салазкам несколько десятков работников тянули на стену баллисту. Рядом суетились Горт с Бритоном, держа заклинание силы для уменьшения веса тяжёлой метательной машины. Вскоре баллиста была установлена на своём месте. Места эти не ранее как вчера долго и придирчиво выбирал путник, руководствуясь только ему ведомыми соображениями, и отметая советы воинов, управляющих сими машинами. Метатели только пожимали плечами — путник пренебрёг удобными позициями, где войска противника расположились в опасной близости от стен и любой метательный снаряд, даже не слишком точно посланный, мог причинить урон врагу. Наоборот: места для баллист были выбраны крайне неудачно — как считали опытные метатели, противник в этих местах расположился далеко, снаряд-то может долететь, но попробуй попасть в цель с такого расстояния.

Эти мысли и высказал сейчас путнику Тагнар, командир подразделения метателей.

— Ты уже мне это говорил, приятель. Сейчас займёмся пристрелкой и, уверен, ты изменишь своё мнение. Пусть заряжают.

Баллисту зарядили остро заточенным бревном, хотя таких снарядов заготовлено было не очень много. Путник приказал изготовить другие, где вместо острия, которое иногда обивалось полосами стали, для усиления таранного удара, на конце установили железные коробки, набитые странным мягким веществом, на вид напоминающим обычную вязкую глину. В сию «глину» были обильно подмешаны мелкие железные предметы — старые гвозди, обрезки проволоки, нарезанные кусочки жести. Путник приказал с этой самой «глиной» обращаться крайне осторожно, а снаряды с установленными коробками ни в коем случае не ронять при переноске и транспортировке. Метатели посмеивались, но указания путника выполняли, ведь он был в войске вторым человеком после Гирона. В мастерских форта группа работников занималась изготовлением «глины» из привезенных на нескольких возах ингредиентов, опять же соблюдая крайнюю осторожность.

— На время пристрелки заряжаем обычные заточенные брёвна, — скомандовал путник.

Заскрипели блоки натяжителя, мощная тетива из волокон коры мёртвого дерева ушла назад, пока, наконец не защёлкнулся затвор фиксатора. В ложе машины поместили остро заточенное бревно. Болт начал вертеть колёсики странного механизма, в результате чего остриё снаряда начало перемещаться в вертикальной и горизонтальной плоскостях. Взглянув в прицел, путник нажал спусковой рычаг. Мощно крякнула тетива, снаряд ушёл по пологой дуге и зарылся в землю, едва не задев вражескую полусобранную катапульту. Болт со значением глянул на Тагнара, но тот лишь скептически пожал плечами.

— Случайность, путник. Всего лишь случайность.

— Ладно, глянем, что ты сейчас запоёшь. Заряжай!

Метатели сноровисто уложили в баллисту новый снаряд. Путник что-то подкрутил на странной трубке, в которую разглядывал цель, чуть повернул колёсико, для коррекции направления и снова выстрелил. Бревно почти повторило траекторию предыдущего, но ударило точно в катапульту противника, разворотив её в хлам. Самутрейцы растерянно забегали вокруг испорченного метательного механизма. Никто не мог ожидать, что с такого расстояния из крепости смогут вести прицельную стрельбу метательными машинами, посему попадание сочли случайным. Но когда новый снаряд угодил в следующую катапульту, командиры вражеских метателей не на шутку встревожились. Обычно, для того, чтобы пристрелять баллисту приходилось произвести не менее пяти-семи выстрелов, попасть же с первого, и даже с второго-третьего считалось невиданной удачей. Тем временем ещё один снаряд попал в повозку, загруженную арбалетными болтами, и разнёс её на куски.

Тагнар удивлённо наблюдал, как чужеземец, попирая весь его опыт метателя, методично уничтожает цель за целью, промахнувшись всего один раз. Когда очередная повозка самутрейцев разлетелась деревянными щепками от попадания снаряда, путник повернулся к метателю.

— Попробовать не хочешь?

— Так я того… не умею. Я не попаду.

— Попадёшь, не боись. Я научу.

Через несколько минут Тагнар как заправский снайпер размолотил ещё одну метательную машину врага. Болт показал ему большой палец, а сам направился пристреливать другие баллисты, коих на стенах форта было уже восемь.

В войсках Самутрея возникла паника, большинство вояк бестолково бегали меж возов, палаток, полусобранных машин, некоторые же, подчиняясь приказам командиров, пытались оттащить ещё не разрушенные баллисты и катапульты подальше. Путник приказал стрелять туда в первую очередь, чтобы развеять последние надежды вражеских командиров на спасение осадной техники.

— Заряжай разрывными! — Болт указал на снаряды с установленными ящиками.

Бревно со странной начинкой упало прямо в толпе самутрейцев, спешно укладывающих части разобранной техники на повозки. Взрыв уничтожил не менее двадцати воинов, раненых же было не в пример больше.

— Цельте в толпу! — путник уже наладил прицелы всех восьми баллист и показал метателям как ими пользоваться. Поскольку наука была несложной, а ребята опытными, обучение потребовало всего несколько минут.

Разрывы «боеголовок», начинённых мелким железом внесли полный разлад в действия врага, вскоре под стенами форта осталось лишь брошенное снаряжение, разрушенные выстрелами машины, повозки и трупы погибших, коих, в общем, было не так уж много. Но эффект применения баллист оказался весьма впечатляющим — враг бежал, оставив под стенами практически все запасы, боеприпасы к стрелковому вооружению и метательным машинам.

— Лихо! — воевода с восхищением пожимал руку Болту, — здорово путник! Теперь я верю, что мы сможем разбить самутрейцев. Однако, они сейчас начнут налаживать катапульты и камнемёты, наши баллисты просто не смогут достать их.

— Ну, катапульты есть и у нас, хоть, по вашим словам и не такие дальнобойные. Снаряды для них с взрывной начинкой тоже, авось осколками обслугу вражеских катапульт разгоним. Что предпринять против камнемётов, надо подумать, они будут стоять далековато для наших катапульт.

Но «что-то» придумать никак не удавалось. Колдуны лишь пожимали плечами, на таком расстоянии магия была бессильна. Либо магов надо в несколько раз больше. В конце концов, путник пришёл к выводу, что без диверсионной вылазки не обойтись, но прежде надо знать, где именно производить диверсию, пока ещё были неизвестны места установки дальнобойных камнемётов врага. О конструкции сих машин Болт ничего не знал, сперва он думал, что это нечто вроде земного средневекового требушета, но метатели, поглядев на нарисованную путником конструкцию, заявили, что такого в Пролге не делают. Зато нарисовали ему что-то вроде длинной здоровенной трубы с прорезями для тетивы, установленной на громоздкой станине. Это было что-то вроде огромной баллисты с луком из рёбер дракона, тетиву мастера Самутрея делали неизвестно из чего, соблюдая секрет. Обычные волокна мёртвого дерева, даже обработанные магией, не смогли бы выдержать чудовищную силу натяжения костяного лука.

Помозговав над нарисованной конструкцией Болт преисполнился уважения к военной технологии самутрейцев. По словам метателей выходило, что сей агрегат лупит на расстояние до трёх вёрст и швыряет глыбы до тонны весом.

— Гирон, нужно срочно спустить вниз пару катапульт, на позиции сбежавших самутрейцев. Причём сделать это скрытно, враг не должен знать о них. Катапульты стреляют не настолько точно как баллисты, но нам это и не нужно — они будут швырять разрывные противопехотные бомбы.

— Я не думаю, что эта мера будет очень эффективной, путник. Враги уже знают о разрывных снарядах, а с земли будет плохо видно, куда вести огонь. Они после первых выстрелов просто покинут позиции и перейдут на другие.

— Я не зря снабдил прицелами не только баллисты, но и катапульты. Хоть вы и не знаете значение цифр, нанесённых на перекрестья оптических прицелов, сосчитать количество меток всё-таки сумеете. Со стены действием расчётов катапульт будет руководить наблюдатель с биноклем. Он будет корректировать стрельбу по рации. Ферштеен?

— Путник, иногда ты мне кажешься подростком. Последнее слово значит «понятно»?

— Видишь, какой ты догадливый.

— Я всё забываю о твоих говорящих коробочках. Какая всё-таки находка при ведении военных действий!

— Ага. В земных войсках даже есть специальные подразделения, которые и занимаются связью.

— Для этого нужно много этих… раций.

— А путники для чего, воевода? Принесём, составим договора на поставки, чтобы всё было как у людей, вам стулья — нам деньги. Бизнес будет процветать, вояки во всех странах и мирах — самые состоятельные покупатели.

— И во сколько нам обойдутся твои рации? — Гирон мгновенно оценил возможности, открывающиеся перед ним, и не стал откладывать дело в длинный ящик.

— Сто дагров вот такая ручная рация. Но есть мощные, при помощи которых можно держать связь на дальних расстояниях. Например, наладить связь отсюда со столицей. Такие обойдутся тебе в пять сотен монет. Не тебе, конечно, — поправился путник, — казне Хаттана.

— Ловлю на слове, путник. Цена меня устраивает, но не завышай её потом. Думаю, после завершения самутрейской компании, мы составим договор, по выполнении которого все путники станут весьма богатыми людьми.

— Да мы и так не бедны, воевода. Но лишние деньги карман не жмут. Я пойду спать. Как и договорились, оставляй на стене ночного наблюдателя, ПНВ он пользоваться умеет. В случае шухера, меня лучше разбудить.

— Это в случае тревоги?

— Я уже говорил, что ты очень догадлив, Гирон.

* * *

Но хорошо поспать Болту не удалось. Примерно в полночь он проснулся от сильного толчка. Его койка стояла в одной из караулок угловой башни, рядом, в крепостную стену угодила глыба из самутрейского камнемёта. Пробить стену она не смогла, однако выбила половину её толщины в месте попадания. От сотрясения одна из катапульт едва не свалилась вниз. Через пять минут ещё один здоровенный камень просвистел над крепостной стеной и упал во дворе форта, разрушив несколько надворных построек.

Болт был уже на стене, рядом с воеводой, который похоже, ещё даже не ложился спать.

— Гирон, дай мне пятеро лучших мечников и пару метких стрелков. Бьют вон из-за той рощицы, второй выстрел я засёк.

— Судя по частоте стрельбы — у них два камнемёта. Сумеешь ли уничтожить хотя бы один?

— Будет видно. Зови людей.

Когда группа собралась, Болт провёл короткий совет, распределив обязанности каждого.

— Воины, я уверен, самутрейцы охраняют свои камнемёты большими силами, памятуя о нашей недавней операции по уничтожению магов. Посему, ваша задача — отвлечь как можно больше охраны на себя, я в это время подорву вражеские камнемёты. Возвращаемся только после выполнения задачи, иначе грош цена нашей вылазке. Они думают, что ночная тьма сейчас их союзник. Но она будет и нашим союзником, если сработаем верно. Стрелки, к ПНВ привыкли?

— Не совсем, однако, не в пример лучше видать, чем в кромешной тьме.

— Повторяю — ваша задача стрелять скрытно, поддерживая мечников. Я как-нибудь и сам справлюсь, лишь бы вы отвлекли побольше народу. Идём.

* * *

Болт шёл впереди, прощупывая окружающее абсолютом, ПНВ помогал бесшумно пробираться меж многочисленных брошенных повозок, связок дров, палаток и прочего хлама, оставленного отступившим противником. Для более эффективного нападения в темноте, в кармане путника лежала осветительная бомба, изготовленная гибридным способом — были использованы и земные, и местные магические технологии. Светила сия штучка весьма ярко, правда не слишком долго — минуты три-четыре, но для диверсии — самое то. Две такие бомбы имелись и у команды поддержки. Вскоре стали попадаться патрули самутрейцев, которые, впрочем, большой опасности пока не представляли: разглядеть что-либо в полной темноте было очень трудно, а шла команда Болта очень тихо и легко огибала проблемные места. Но, конечно, уже очень скоро врагов стало слишком много, там, сям горели костры, вокруг которых сидели, лежали, спали воины Самутрея. Иногда путник даже применял крайне рискованный метод — во мраке, лишь слегка развеянным пламенем костров, было трудно понять, что за группа воинов пробирается по ночному лагерю. Пароль Болту удалось подслушать ещё у первых патрульных групп, отвечал на вопросы один из мечников, хорошо знающий самутрейский язык. Таким образом, удалось подобраться к рощице, за которой враги упрятали камнемёты. Ширина рощицы по оценкам, сделанным еще с крепостной стены, была метров пятьдесят, в зарослях сидела засада, Болт это легко определил ментальным щупом. Внезапно раздался мощный басовитый звук, словно кто-то дёрнул струну исполинского музыкального инструмента. Это сработал камнемёт, очередной здоровенный «гостинец» улетел в сторону форта.

— Ничего себе моща, — прошептал Болт идущему вслед за ним командиру мечников, — сколько же их там натягивает такую верёвочку?

— Два больших барабана по обеим сторонам с длинными ручками из металла. Пять человек налегают на ручку и подтягивают тетиву, ручка защёлкивается фиксатором. Затем так же налегают на следующую ручку. И так, пока не натянут тетиву до конца. Работать могут и десять и двадцать и тридцать человек. Обычно, если нужна быстрота, работают три команды по десять человек, сменяя друг друга, работа, я слыхал, адская.

— Бедняги. Надо избавить их от непосильного труда. Тихонько заходим в рощицу, разворачиваемся в цепь. Затем вы ожидаете, я один нападаю на засаду, остальные ждут. Понятно?

— А сколько их в засаде?

— Двадцать вояк, половина уснула на посту. Не бзд… то есть, не волнуйся, я быстренько, только не мешайте мне, сидите тихо.

Путник внезапно исчез, растаял, словно его и не было. Мечник не то одобрительно, не то раздражённо покачал головой.

Болт же тем временем устроил в рощице форменную резню. В первую очередь он старался избавиться от уснувших, они умирали тихо, не создавая лишнего шума. Бодрствующие часовые тоже не смогли оказать заметного сопротивления, поскольку не сопротивлялись, они даже не поняли, что на них напали. В последний момент положение едва не испортил воин, что-то заподозривший, он зажёг факел, но успел заметить только мелькнувшую тень, после чего замечать уже ничего не мог по причине собственной гибели. Засаду путник уничтожил: роща, представлявшая собой удобнейший плацдарм для проведения диверсионной акции, была свободна.

Перед мечником неожиданно, словно ниоткуда возник путник.

— Готово. Все за мной.

Скоро группа заняла позицию как раз напротив двух камнемётов. Стало ясно, что незаметно туда никак не подобраться, рядом горело множество костров, вокруг машин суетилась толпа народу, одни крутили огромные барабаны с вставными длинными ручками, другие отдыхали неподалёку, третьи подвозили на повозках каменные глыбы — снаряды. И всё это хозяйство охраняло человек сто вояк с мечами наголо. Спать никто из них не смел по причине заметности сего занятия для командиров.

— Стрелки, вы остаётесь в роще, отсюда целить очень удобно. Остальные — слушай сюда. Сейчас я швырну пару гранат во-он туда — левее камнемётов. После взрывов начнётся кипеж, беготня, вы же, не мешкая бросайтесь туда, где были взрывы и шумите посильнее. Я заложу взрывчатку, зову вас и даём дёру. Взрыв должен произойти примерно через минуту, нам лучше в это время оказаться подальше, чтобы обломками никого не убило. Конечно, врагов слишком много, шансов выжить наоборот — мало, но наш союзник — внезапность и шок. Готовы?

Путник со всей своей немалой силы швырнул одну за другой две гранаты. Мечники знали, что за этим произойдёт, поэтому шустро попадали на землю. Ухнули разрывы, раздались стоны раненных и крики всполошенных вояк. Осколки с шумом пронеслись по листве рощи, после чего мечники вскочили и с воплями бросились к суетящейся толпе врагов. Путник был уже возле камнемётов, он швырнул осветительную бомбу в сторону, чем дополнительно отвлёк самутрейцев, сам же вынул взрывное устройство, изготовленное из жести, набитой упомянутой раньше «глиной» — мощной взрывчаткой, содержащей элементы, разработанные совместно с колдунами Рогуса. Коротким движением он проткнул дыру в мягкой крышке и вставил таймер с взрывателем, после чего бомба благополучно оказалась в одном из узлов камнемёта. Сзади набежала целая группа воинов, поэтому со второй бомбой получилась заминка. Путник, не поворачиваясь, пырнул назад мечом, остановив самого ретивого вояку, тут же отпрянул назад, прикрывая спину уже мёртвым воином, на развороте снёс голову ещё одному, выхватил у него из рук меч и смерчом прошёлся по напавшей толпе самутрейцев. Два меча работали как мясорубка, сея смерть и ужас среди врагов, путник же спешил, заложенная бомба не ждала и через полминуты должна была рвануть. Болт подскочил ко второму камнемёту, порубил обслугу около одного барабана и швырнул вторую, заряженную таймером бомбу прямо в жерло метательной трубы. Обслуга возле второго натяжного барабана подняла ор — посторонний предмет на пути снаряда. К жерлу полез было один самутреец, но из рощи его снял стрелок Болта.

— «Молодца!», — про себя отметил путник, сам же перескочил станину камнемёта и обрушился на обслугу второго натяжного барабана, разметав её несколькими смертоносными взмахами мечей. Здесь дело было сделано, потому Болт метнулся на помощь своим мечникам. Очень вовремя, их окружила целая толпа врагов и, несмотря на то, что то один, то другой самутреец валились под меткими выстрелами из рощи, мечникам приходилось очень туго. Болт как нож в масло вошёл в толпу врагов, мечи у него в руках уже не сверкали — они покрылись сплошной коркой крови. Каждое движение меча путника заканчивалось либо смертью, либо серьёзным ранением врага. На отмашке Болт тоже частенько цеплял кого-либо из неосторожных или не слишком умелых вояк.

— Отходим! — рявкнул он, — все назад, я замыкаю! Быстрее, мужики, десять секунд до взрыва!

Мечники быстро, не теряя, однако, оборонительный строй стали отходить к роще, Болт отбивал остервенелые наскоки самутрейских вояк. Когда все оказались в роще, путник проткнул одного врага, прикрылся им как щитом и упал на землю.

— Ложись!!! — заорал он, его внутренний таймер отсчитал последнюю секунду перед взрывом. Рвануло мощно и весьма громко, уши заложило, словно ватой. Один из камнемётов приподняло над землёй, вниз же попадали уже обломки бывшей грозной машины. Всю обслугу и воинов, которые вернулись к камнемёту после опустошения устроенного путником, размазало, разбросало по земле, ударная волна достала и до другого камнемёта, потому все враги вокруг него тоже полегли. Через небольшое время раздался второй взрыв, на этот раз разорвало метательную трубу, её куски расшвыряло, несколько обломков упали прямо в толпы орущих самутрейцев, проехали по инерции, оставив за собой десятки помятых человеческих тел.

Болт гнал своих людей — нельзя давать время врагам опомниться и наказать дерзких диверсантов. Отряд выскочил из рощи, теперь путник бежал впереди, снося встававших на пути самутрейцев.

— Всем лечь, — вдруг громко рявкнул Болт и первым упал на землю. Впереди выстроилась цепь вражеских стрелков и, завидев диверсантов, спустила затворы арбалетов. Два мечника, зазевавшись, не успели выполнить команду Болта, свалились, пронзённые насквозь. На повторную зарядку арбалетов путник времени им не дал, он стрелой рванулся к цепи стрелков и положил всех, не поленившись догнать даже двоих, бросивших арбалеты и убежавших довольно далеко в сторону.

Самутрейцы разожгли большие костры, стараясь осветить пространство и не дать обидчикам скрыться в темноте. Болт вновь почувствовал впереди насторожённость группы стрелков, но в этот раз он заранее приказал своим лечь, а сам бросил вперёд гранату. Часть цепи снесло осколками, пока остальные приходили в себя, налетел путник и превратил их в изрубленные трупы. Болт очень злился на себя за потерю двух мечников, хотя понимал — здесь вряд ли была его вина. Ведь лучшим хаттанским мечникам очень далеко до воинского мастерства путника, пусть даже не достигшего уровня абсолюта. Из-за этой злости по полной доставалось врагам: если раньше Болт мог кого и пожалеть и просто вырубить, то теперь безжалостно косил всех, кто попадался под руку. Спереди набегали одна за другой две группы вояк, грозно махая мечами. Но когда первая группа легла в течение нескольких секунд, вторая в ужасе развернулась и дала дёру от страшного демона с двумя мечами в руках. Убежать далеко не успели, Болт догнал и хладнокровно изрубил всех. Хаттанцы остановились, поджидая разозлённого командира, двое мечников переглянулись, один сказал:

— Да он один половины войска стоит, а может и поболее того. Вот бы воевать под его началом!

— Ну, хоть немного повоевали. Будет что рассказать детям и внукам.

Больше враги по дороге не попадались, если кто и оставался, благоразумно уходили в сторону, уступая дорогу страшному путнику.

Группу встретили ликующие воины, со стены хорошо было видно, как взлетели на воздух вражеские камнемёты, Болта подхватили вояки и стали качать. Потом он с трудом пробивался сквозь восторженную толпу — каждый считал своим долгом поблагодарить путника, пожать его руку, сказать тёплое слово.

Воевода крепко обнял Болта, и в его чувствах не было ни грамма фальши, путник хорошо это чувствовал.

Глава 25

Утром выяснилось — войска Самутрея ушли, что было, в общем, вполне разумным решением — осадная техника была разрушена, ждать же пока придёт помощь осаждённым, было бы глупо. Более того — у хаттанцев откуда-то появилось неизвестное ранее мощное оружие, уничтожающее массу народу. Забрать своё порушенное имущество из-под стен форта враги не рискнули, благодаря чему хаттанцам досталось много оставленных пищевых припасов и оружия.

Воевода отправил в разведку конный отряд для выяснения обстановки. Через три часа отряд вернулся, старший доложил, что войска противника спешно движутся по дороге в сторону южного форта.

— Жаль, нет у меня крупного конного подразделения, можно было бы хорошенько потрепать отступающих самутрейцев. Остаётся ждать подхода подкреплений, наших сил мало для преследования врага на открытой местности.

— Здесь, Гирон, ты авторитет, я не спец в проведении масштабных военных операций, потому советов от меня лучше не жди, — ответил Болт. — Скорее бы вернулись мои ребята, вот с ними я смогу что-либо планировать. Кроме того, они должны притащить очень важные приборы и материалы. Пойду-ка я покалякаю с магами.

* * *

Бритон с Гортом долго разглядывали нарисованную путником схему магического аппарата, разговаривали вполголоса друг с другом на странном языке. Затем Горт повернулся к Болту.

— Путник, этот аппарат очень похож на другой, который используют маги Гул-Магота. Но для того, чтобы он работал, нужна огромная энергия. Потому это устройство действует только под управлением мага третьего круга посвящения, причём непосредственно на Тропе. Оно не работает даже в Рогус-Торе, где Берговул сумел создать условия, максимально приближённые к Тропе по своим маго-энергетическим характеристикам.

— Ага, значит принцип, который я хочу применить, уже используется. Следовательно, в теории я не ошибаюсь, что есть гут. Даже очень гут! Плохо то, что у врагов есть такая штука. По прикидкам, разрушения должна наносить жуткие.

— Я знаю, что Гул-Магот смог победить путников в давней войне именно при помощи метателя магии, каковой ты здесь и нарисовал. Аппарат называется тогр на языке магов Тропы. Одним ударом такое оружие может уничтожить большой город, вроде столицы Хаттана. Но я хочу задать пару вопросов. Первый — где ты возьмёшь энергию? Второй — что нарисовано вот здесь? В настоящем тогре этот элемент отсутствует.

— Это моё ноу-хау, колдун, — улыбнулся Болт. — Не подлежит разглашению, то есть. Но тебе скажу — ко всем «прелестям» сего тогра, я добавлю воздействие высоким электрическим напряжением. А насчёт энергии… всё зависит от моих мужиков. Надо ждать их возвращения. Но главное — схема, в принципе верна, а значит, надо работать. Мастерская во дворе форта в вашем распоряжении, требуйте любых работников, в любом количестве, но через неделю аппарат без вот этого элемента, что ты показал, должен быть готов. Для ускорения работ могу посоветовать разделиться. Один будет руководить работой днём, другой ночью. Работников тоже разделим на две, если нужно и на три смены. Срок изготовления нужно сократить до предела, у меня предчувствие, что много времени Гул-Магот нам не даст. И ещё, — Болт достал бумагу. — Здесь чертёж ручного варианта тогра. Работать нужно параллельно и уложиться в тот же срок.

* * *

— Рассказывайте, мужики, как, где и что. Потом я расскажу. Для вас есть очень, очень приятные известия. А где наш Герасим?

— Гера остался дома и, скорее всего, будет не скоро. Мать в очень тяжёлом состоянии, да и жена его чего-то там начудила… в общем он не стал рассказывать. Видно, что злой был и расстроенный, — Брага повернулся к Дрону, — и у снайпера нашего проблемы, но пусть сам расскажет.

Дрон стоял у окна караулки и курил вторую сигарету подряд. Его лицо, обычно всегда хмурое, стало ещё смурнее, видно было, что у парня серьёзные проблемы.

— Брат, перестань смурять, лучше расскажи, что за беда.

Дрон щелчком отправил сигарету в окно и сел рядом с товарищами. Вблизи стали лучше заметны жёсткие складки в углах рта и запавшие глаза.

— Беда, командир. Убили моего брата.

Дрон замолчал, опустил голову, разглядывая собственные руки. Болт не подгонял соратника, понимая, что тот сейчас продолжит рассказ.

— Я привёл в Хаттан мать и сестру. Их на Земле тоже убьют. Они сейчас в твоём доме на улице Серебряных снов, но я скоро что-то придумаю, сдам товар, куплю жильё и…

Болт положил руку на плечо Дрона.

— Спокойно, брат. Привёл, значит так надо. Пусть живут в моём доме, сколько нужно, вопросов нет. Расскажешь, кто убил брата? Я не настаиваю, дело сугубо твоё.

— Долго рассказывать.

— Времени у нас достаточно. Момент…

Болт повернулся к двери в другую комнату.

— Окрид, дружище!

— Я слушаю, путник, — в комнату заглянул слуга.

— Притащи эля на всех, разговор на сухую не клеится.

Слуга исчез, но обернулся быстро, на столе перед путниками появилась бутыль с пенным ароматным напитком и три высоких стеклянных кружки.

Дрон выпил полную кружку, посидел ещё немного и лишь потом начал рассказывать.

— Брата зовут… звали Андреем. Десять лет назад ему предложили одно дело в Москве. Он тогда челночил туда-сюда, время такое было. Короче, взял он товар в долг, а деньги вовремя вернуть не сумел. Его поставили на счётчик. Только год назад он отдал последние проценты, расплатился сполна. Я практически весь свой заработок за тот год отдал ему. Документы он показывал, фирма претензии сняла. Но, оказывается, свои претензии имел начальник безопасности конторы. Якобы он прикрыл ж… брата от неприятностей и за это тоже надо платить. Почти столько, сколько содрала с брата сама фирма за свои дешёвые тряпки. Семьдесят тысяч долларов. Товара в долг он брал всего на пять тысяч. Платить начальнику безопасности брат отказался.

— Понятно. Из твоего брата сделали дойную корову, а когда он расплатился, решили дойку продолжить по-другому. И начальник этот здесь сбоку припёку. Фирмочка, видимо, та ещё. Гниды. Я с такими тоже сталкивался, но не влетал. Ты правильно сделал, что своих сюда привёл.

Болт налил новую кружку, отхлебнул.

— Будешь наказывать?

— Это нереально. Фирма при деньгах и в силе.

— А скажи, фирма эта по твоим оценкам сильнее, скажем, Гул-Магота?

Дрон удивлённо глянул на командира.

— Нет, конечно. Но причём…

— Да притом, что с Гул-Маготом мы ведём войну все вместе, одной командой. И уже не раз дали колдунам по морде. А какой-то гнусной фирмочке кидал морду мы не просто набьём — мы её свернём набок. Мы, понимаешь? Ты не один, Дрон.

— Брата не вернуть. А вас подставлять я не хочу, у каждого своя семья.

— А я не хочу, чтобы моих товарищей гнули всякие отморозки. И ставлю дело на контроль. Странно, что в дело не вмешался Пермяк, ведь он должен отслеживать проблемы путников.

— Он-то откуда мог знать?

— Ага, как раз он и должен знать такие вещи. Сами знаете, куда идёт наш товар на Земле. Генерал отвечает за нашу безопасность головой. По крайней мере, за нашу группу точно. Ладно, буду на Земле, выясню. Теперь о приятном. Вот бумаги, — Болт передал два документа с витиеватыми печатями банка Хаттана обоим путникам. — На счету каждого по сто тысяч монет. Как вам?

— По десять лимонов зелени? Это кто же такой щедрый? — недоверчиво спросил Брага.

— А как ты думаешь?

— Гиранит?

— Он самый. Наш барон — вовсе не барон, хотя это с самого начала было ясно. На самом деле он резидент разведки надмирового государства а-ля Гул-Магот, под названием Кайран. Почему-то они тоже называют себя кланом. Но суть не в названии. Интересы Кайрана и Гул-Магота где то пересеклись и кланы рады подложить друг другу свинью, если, конечно, это получается. Официально между ними тишь да гладь, реально — мы, то есть путники с Земли ставим палки в колёса клану Гул-Магот, а Кайран вроде как ни при чём. Гиранит курирует проект по подготовке путников к борьбе с Гул-Маготом. Отсюда и деньги.

— Понятно. А если мы с этими денежками дёрнем на матушку-Землю?

— Не знаю, насколько можно верить Гираниту, но он говорит, что такой вариант не возбраняется. Типа — вас никто не держит.

— Гм… Может так оно и есть. Подумай сам — этот клан, судя по всему, богатейшая структура. Кто нас готовил? Два человека — сам барон и его дочь. Где размах, инвестиции и всё такое, если проекту придают соответствующий статус и возлагают большие надежды? Где миллиарды? Их нет. Выходит, операция носит характер мелкой пакости, вроде: выйдет — хорошо, не выйдет, ну и х… с ней. Кинуть по сто тысяч монет группке путников? Легко! Тем более, пакостей Гул-Маготу группа устроила достаточно. Не хотят творить новые пакости? Пусть берут монеты и валят на свою Землю.

Болт снова отхлебнул из кружки.

— Может ты и прав, Брага. Но мне думается, для самого Гиранита успех операции очень важен, заметно, что он надеется на продолжение сотрудничества. Сам он принимать участия в разборке не имеет права. О нём Гул-Магот знать не должен, политика, итить её через колено.

— И что будем делать? Товар таскать нам теперь вроде на хрен надо, денег хватает.

— А где жить будем с этими деньгами? На Земле СБ нас возьмёт в оборот и вернёт на Тропу. Здесь Гул-Магот, если ему не мешать, очень быстро приберёт к рукам весь Пролг. Мы для клана — персоны нон-грата.

В разговор вмешался Дрон.

— Не знаю как вы, лично я не прощу Гул-Маготу убийство моих партнёров. На Землю мне дорога всё равно закрыта, поэтому выбора нет.

— Одно мнение уже есть, — сказал Болт. — Брага, ты как?

— Дык выбора и правда нет. Надо гнать Гул-Магот.

— Поддерживаю. Мы слишком глубоко завязли в этом деле, чтобы бросить на половине. Совет Хаттана возлагает большие надежды на наше сотрудничество, поэтому, в случае победы над кланом, у нас очень нехилые перспективы для развития бизнеса в Пролге. Мужики, я хочу создать мощную фирму по экспортно-импортным операциям между Землёй и Пролгом. Это вполне реально. На Тропу путник может провести сколько угодно гостей. Ставим по обеим сторонам Тропы КПП для сопровождения грузов. Естественно, в пунктах должны работать путники, дабы обеспечить проход грузового каравана на Тропу. На самой Тропе сопровождать караван могут и обычные вояки с огнестрельным оружием. С Тропы караван уводит другой путник. Это общий план. Детали можно проработать, если потребуется.

— Ого. Хороший размах. А надо ли? — Брага нацедил новую кружку эля. — Олег, представь такую картину — под видом торгашей сюда приходят гэбисты, начинают вынюхивать, а что же это за Хаттан? Что здесь есть хорошего, чтобы попроще изъять, отобрать, прихватить? А пусть-ка геологи проведут разведку насчёт нефти, газа, золота и прочая. Нашим олигархам очень понравятся месторождения, из которых можно грести всё, без уплаты налогов. Можно гадить, ср…ть на экологию — они ведь здесь не живут. Задымят трубы, извергая ядовитый дым, появятся отвалы породы, на водоёмах зацветут радужные нефтяные разводы. Я, к примеру, не желаю видеть Хаттан таким.

— Блин. Ты умеешь испортить самую приятную картину. Но в наших силах помешать негативным процессам. Вычислить того же гэбиста любому из нас — что два пальца об асфальт — на что мы владеем абсолютом? Есть другие путники, менее щепетильные? А кто их пустит? На совет Хаттана именно мы имеем влияние, как скажем, так и будет.

— Ну, в принципе, верно, — ответил Брага. — Но чтобы всё это реализовать, нужно остановить Гул-Магот.

— О! Вот мы и подходим к главному. Мой заказ приволокли? От этого очень много зависит в плане изгнания Гул-Магота.

— Ты сто раз об этом говорил. Всё притащили, даже то, что должно было приехать на спине Геры, в ущерб количеству товара, но теперь это и не слишком важно — денег предостаточно.

* * *

— Путник, вот здесь неправильно! Это не будет работать. — Бритон брезгливо ткнул пальцем в сложный электронный блок. — Всем известно, что для правильной работы тогра здесь ставят…

— А кто тебе сказал, что это правильный тогр? Если строго подойти к терминологии, то сей аппарат и не тогр вообще. Тогр наносит удар мощным импульсом магии, без концентрации в определённой точке. Просто тупо бъёт в определённом направлении. А мой аппарат будет работать узким концентрированным пучком. Вроде луча, так понятнее?

Бритон снисходительно улыбнулся.

— Путник, работать с магией настолько тонко никто не умеет, насколько я знаю. Это возможно только при использовании небольших энергий. Но твой аппарат выдаёт огромную мощь, заметь, я пока в это не верю, а с высокими энергетическими уровнями совладать весьма непросто. Даже маги третьего круга опасаются черпать больше, чем могут отдать, иначе энергия их просто раздавит — хватит ничтожной неиспользованной крохи.

— Давай я попробую тебе кое-что растолковать. Эй, Горт! Тоже иди сюда, чтоб я два раза не рассказывал.

Когда подошёл второй чернокожий колдун, Болт принялся за разъяснение принципа действия своего аппарата.

— Здесь, — путник указал на пустой отсек, — я установлю аккумулятор магии, или, для ясности — большой магир. Что он способен работать, вы уже в курсе. Но выдавать мощу будет не он! Аккумулятор лишь пускач, стартер для куда более мощного блока. Вот он, уже готов. — Болт провёл рукой над самым крупным блоком во всём агрегате. — Генератор магии! Этого, как я понял, не умеют делать ни лучшие колдуны Гул-Магота, ни кое-кто ещё, вроде них. Что, в общем, довольно странно, ведь принцип несложен. А вот это, что ты назвал неправильным, — блок фокусировки. Он и будет создавать концентрированный пучок силы. Это самая обычная электромагнитная катушка, правда, особой формы. Есть ещё одна задумка, но надо экспериментировать. Дело в том, что магия имеет полярность. Плюс-минус, по аналогии с электричеством. Следовательно — возможен переменный ток магии, как и в электричестве. Мой генератор выдаёт однополярную постоянную магию, хотя при определённой доработке возможна и переменная, самых разных частот. «Высокочастотная магия»! Звучит! Но как будет действовать, пока неизвестно. Однако я всё испробую. Сначала на малых мощностях, потом перейду к средним и большим. Надеюсь на вашу помощь, консультации спецов лишними не будут.

— Если это вообще будет действовать, — Бритон так и не поверил в работоспособность агрегата Болта.

* * *

Потекли дни окончательной доводки и наладки аппарата, много времени отбирала калибровка, настройка и регулировка блоков. Долго не хотел запускаться генератор, оказалось, Болт допустил ошибку при сборке. Аккумулятор — магир слишком быстро набирал энергию, которую надо было куда-то девать, пришлось изобретать и пристраивать рассеиватель магии. Впрочем, впоследствии оказалось, что рассеиватель — вообще очень полезное устройство. Путник действовал настолько нестандартно, что то и дело ставил колдунов в тупик, они не переставали твердить, что нелепая конструкция, собранная из демон разбери чего, работать не сможет.

Наконец, аппарат с рабочим названием «СГМ-1» вывезли на полевые испытания. В качестве цели выбрали огромную скалу, расположившись от неё на расстоянии около десяти километров. На вопрос Браги, что означает название, Болт ответил:

— Эта скромная аббревиатура означает — «Смерть Гул-Маготу».

Брага иронически приподнял бровь.

— Это как? «Смерть Гул-Маготу-один»? что ли? Будет и «Смерть Гул-Маготу-два»? И сколько раз ты собираешься убивать несчастный клан?

— Не придирайся. Сколько надо, столько раз и будем убивать. Это ж колдуны. Ты его убиваешь, а он оживает, сволочь.

— Ну-ну… сомневаюсь я, что этот пылесос убьёт чего-то крупнее таракана. И то, если пылесосом треснуть по насекомому.

— За что я тебя уважаю, так за поддержку в трудные минуты, брат. Твоё воодушевление окрыляет. А коньяк будешь ставить, если заработает?

— Ну… если снесёшь скалу, с меня ящик. Только выставляться, чувствую, не мне придётся. Дрон, разбей, будь другом.

Дрон подошёл и разбил соединённые ладони путников, подтверждая состоятельность пари.

Сказать, что Болт волновался, было бы мало. Он очень волновался — слишком большие надежды возлагались на этот магический агрегат. Без него борьба с могущественным кланом в конце концов всё равно окончится поражением, как не трепыхайся.

В последний раз проверены установки регуляторов и ограничителей. Цифровые индикаторы светятся, но на всех нули, аппарат в режиме ожидания. Первая клавиша — накачка аккумулятора. Цифры на индикаторе побежали и замерли на показаниях минимального накопления. Вторая клавиша — включение генератора магии. Болт очень долго парил мозги над его принципом действия и конструкцией, пока не родился прототип, установленный сейчас в агрегате. В принципе, по отдельности каждый блок был работоспособен, но как поведёт себя собранный агрегат, пока трудно сказать. Над генератором возникло чуть заметное зелёное свечение. Индикатор показал минимальную рабочую мощность. Болт навёл прицел на далёкую скалу и вдавил кнопку «огонь». Сверкнуло зелёным пламенем и… ничего. Скала стояла невредима, Дрон тщательно исследовал её в бинокль и отрицательно покачал головой.

Болт снова зарылся в регулировки, что-то бормотал, кроя непонятно кого и за что, но вот снова включил аппарат. Опять накачка, зелёная вспышка и снова неудача. Никто не поддевал путника, ведь подспудно все надеялись на чудо, которое так и не состоялось. Изобретатель расстроено отошёл и сел прямо на землю в стороне от своего «чуда магической техники». Сидел минут пять, потом вдруг вскочил, вынул из длинного ящика ручной вариант сего оружия, очень похожий на футуристическую пушку из фантастического фильма. Накачка, цифры на дисплее добежали до показания «максимум» (чего уж тут жалеть?). Болт направил излучатель на скалу и нажал «огонь». На этот раз тоже полыхнуло зелёным, но уже непосредственно на скале. Чуть с задержкой раздался громкий звук «бу-м-м», и верхняя часть скалы осыпалась мелкой крошкой. Болт даже растерялся, он-то просто решил удостовериться в бесполезности изобретения. Но ручной агрегат работал! Досада и растерянность уступили место всегдашней дотошности и въедливости, присущей Болтову.

— Горт, Бритон, оцените мощность магического удара. Вы смогли бы так?

— Нет, путник, — на лице колдуна читалась явная растерянность. — Слишком далеко, да и вблизи такую скалу я бы не смог столь сильно повредить. Хотя для мага третьего круга посвящения такой удар — обычное дело. Может и куда сильнее шарахнуть.

— Ясно. Но ручной СГМ и не предназначен для настолько мощных ударов. Почему же не работает большой? Ведь схема и компоновка аналогична. Разница лишь в размерах и моще.

— Олег, а это что за штука? — Дрон держал в руке небольшой изогнутый предмет с контактной фишкой.

— Логический процессор. Для формирования фронтов импульса… э, а где ты его взял?

— В ящике от большого агрегата, — пожал плечами Дрон.

Болт подскочил, выхватил блок из рук снайпера и почему-то обвёл всех глазами.

— Мужики, я всё больше убеждаюсь в собственном идиотизме. Это ж надо забыть о процессоре! Дурак, осёл, кретин, идиот! — путник снова обвёл глазами ухмыляющиеся лица соратников. — Только попробуйте меня так назвать!

Процессор занял своё место в аппарате. Снова побежали цифры накачки аккумулятора. Генератор засиял уже знакомой зеленью, набрал минимум мощности. «Огонь»!

Земля содрогнулась, широкий зелёный луч ударил в скалу, и на её месте осталась только впечатляющая здоровенная яма.

Колдуны замерли с открытыми ртами, Брага подошёл и пожал руку командира, Дрон улыбался — Болт впервые увидел настоящую улыбку на лице этого всегда хмурого человека.

— Брага, не расслабляйся, где ж ты будешь брать коньяк в Пролге, ума не приложу.

Брага хлопнул Болта по плечу.

— Молодца, командир! Ради такого случая за коньяком и на Землю не в падлу сгонять!

— Путник, — подал голос всё ещё растерянный Бритон, — для такого расстояния удар получился страшный. Никакой маг так не сможет, разве что из круга силы.

— Колдун, зато это был самый слабый удар, который может нанести СГМ. Что он будет делать на максимуме, даже подумать страшно. Мужики, сегодня пьём и чтоб я ни одного трезвого не видел!

Глава 26

Приказ командира насчёт выпивки был выполнен путниками со всей строгостью — к вечеру команда была, мягко выражаясь, не в себе. Колдуны пытались было увильнуть, но Болт лично проследил за выполнением приказа в отношении главных помощников по изготовлению СГМ. В помещение, где происходило возлияние заглянул воевода, однако позорно бежал, когда понял, что трезвым оттуда не выйти.

* * *

— Ты кто? — Болт видел расплывчатую страшную рожу, которая приближалась к его лицу с явно недобрыми намерениями и уже хотел двинуть дерзкого монстра кулаком в челюсть, когда вдруг резкость в глазах наладилась, а страшная морда оказалась лицом Крига.

Громила уже минут двадцать пытался разбудить командира, тот лежал на кровати труп трупом и никак не желал просыпаться, когда же, наконец, пришёл в себя, сразу проявил свой «добрый» нрав, едва не дав по зубам старому приятелю.

— Криг, — Болт протрезвел мгновенно, — что с тобой? Ты заболел?

Криг и правда выглядел не совсем здоровым — щёки запали, живот втянулся, выражение лица, обычно безмятежное, сменилось на озабоченно-просящее.

— Командир, пожрать есть? — Болт сразу понял, что если громилу сейчас не накормить, он прям здесь же на месте и помрёт.

— Окрид! Окрид, раскрести тебя через квадрат! Где ты есть?

В дверь заглянул перепуганный слуга.

— Тащи еду. Много, много. Всё, что найдёшь. Не справишься за пять минут… нет, за три, — убью. Понял?

Слугу как ветром сдуло.

Криг лопал самозабвенно, он успевал запихивать в себя столько же, сколько приносил уже в который раз измотанный беготнёй на кухню Окрид, и всё же, наконец, обессилено откинулся на спинку стула, набив свой необъятный желудок. В глазах громилы Болт увидел благодарность настолько большую, что стало даже как то неловко, хотя, собственно, почему? Ведь спас человека от голодной смерти, натурально спас.

— Друг, ничего не рассказывай, я знаю кто виновник твоих мучений. Ну, Светка, держись! Я тебе не беззащитный Криг, уж ты получишь, вредная девка! Совсем мужика голодом заморила. А куда Элана смотрела?

— Она того… меня незаметно подкармливала. Хорошая она у тебя… добрая.

— Криг, они все добрые, когда спят. Твоя «добрая» Элана обещала меня прибить, если я её разлюблю. А прибить она сумеет, сам знаешь её способности.

— Э, нет! Элана не моя, командир, она твоя! А моя — это Светочка, правда, она не любит, когда я много ем, но зато какая хорошая! И драться не умеет…

Болт осуждающе глянул на громилу.

— И ты, Брут!

Но сытый Криг мог стерпеть любые слова и прозвища от Болта, хотя «Брут» звучало ну очень обидно.

— Командир, я привёл с собой двоих чернокожих магов из Рогуса, что оставались в столице и Витализа.

— Н-да… и чего это старому Витализу не сидится в Хаттане. Ведь как боевой маг он бесполезен, не та заточка.

— Бает, есть важные новости для тебя. Представь, к нему в гости являлся сам Серый Привратник.

— О-о! Тогда вести должны быть, как говаривал наш незабвенный В. Л. (ты его не знаешь, Криг) архиважные! Кстати, где сейчас Витализ?

— У воеводы, тот поместил его в своих комнатах.

* * *

— Привет, Витализ! Давненько не виделись.

— Тебе тоже привет, путник. У меня важные новости от Серого Привратника, но лучше пусть он сам тебе всё расскажет.

Колдун достал из кармана хламиды странный предмет. Больше всего это было похоже на маленький сгусток серого плотного тумана, но при этом вполне вещественного и осязаемого, коль его можно держать в руках.

— Этот туман — часть самого Привратника и, хотя сия часть сейчас существует отдельно от него, тем не менее, можно считать, что демон сейчас находится здесь и может общаться с нами.

— Что-то я плохо представляю, как можно говорить с этим… э-э-э…

— Привет тебе, путник! — заговорил сгусток.

— О-ба! Так бы и сказал, что это — демонская рация. Ну, привет, старый демон. Что нового в подземелье?

— В подземелье как раз ничего, а вот на поверхности мира много чего. Особенно много новостей из Самутрея. Мы — духи подземелья, имеем свои пути проникновения на дальние территории, ведь наш мир не менее обширен, чем ваш, на поверхности. Но это всего лишь предисловие. Главное — Берговул знает о твоём новом оружии.

— О разрывных снарядах, что ли?

— Нет. О машине, метающей магию.

— Но откуда? Я только вчера провёл первое испытание.

— Путник, сразу видно, что ты новичок в магических науках, хотя и смог создать настолько мощный прибор. Берговул знал уже о создании тобой невероятно сильного магира и потом тщательно следил за тобой. Создание любого достаточно сильного магического артефакта или прибора вызывает всплеск энергетической субстанции. Опытный маг может много чего почерпнуть из характера сего всплеска. Вчерашнее испытание оружия почуял даже я в подземелье, хотя эта энергия чужда мне. Берговул наверняка определил даже характеристики созданных тобой машин. Так что не надейся на внезапность применения их против клана. В то же время будь крайне осторожен, у Гул-Магота есть очень похожие машины…

— Тогры, ты хочешь сказать?

— Да. И Гул-Магот имеет большой опыт применения сего страшного оружия. А опыт здесь очень важен. Достаточно сказать, что при использовании тогров гибнут десятки магов, управляющих аппаратом. Малейшая ошибка в расчёте требуемой энергии и излишки магии убивают всех, кто оказывается рядом с аппаратом.

— Я это знаю, Привратник. Но мой аппарат гораздо совершеннее. Нужное количество энергии для выстрела в моём СГМ подсчитывает микропроцессор с точностью намного превосходящей необходимую.

— Как ты назвал это… микро… цессор?

— Считай это крошечной математической машиной, умеющей производить расчёты с огромной скоростью и точностью. Так вот, благодаря микропроцессору, оружие выдаёт ровно столько энергии, сколько нужно. И даже, если энергии окажется больше, в оружии есть устройство для её поглощения и рассеивания.

— Мне это трудно понять, да и не нужно. Главное, чтобы это действительно было так. Но я здесь для другого. Думаю, следующей целью воеводы Хаттана будет южный форт?

— Ну, об этом догадаться нетрудно.

— Вы не сможете взять сие укрепление, поскольку Гул-Магот успел создать рядом место силы. На стенах форта установлено два тогра, имей это в виду.

— Хм… но Бритон с Гортом уверяли меня, что тогр работает лишь в условиях Тропы.

— Раньше так и было. Но Гул-Магот тогда не умел как следует обустраивать места силы. Недавно они научились полностью воспроизводить условия Тропы. Какие-то ячейки с надстройками, в которые дозировано засыпается земля Тропы.

— Точно! Видел я такую штуку. Так вот, оказывается, что они строили. Но у моего оружия есть преимущество — большая дальнобойность.

— На это тоже не слишком надейся. В южном форте сейчас находятся два мага третьего круга посвящения. Они сумеют создать щит, который твоё оружие не пробьёт.

— Я, всё же, попробую.

— Только бей с самого дальнего расстояния, чтобы ответный удар тогров не смог тебя достать. Кроме того, следует учитывать ещё то, что использование огромного количества энергии истощает находящиеся рядом узлы магии и для новых ударов понадобится время, пока узлы не восстановятся.

— Это что-то новенькое. И сколько раз можно пальнуть? Впрочем, откуда тебе знать.

— Я могу помочь в другом. Неподалёку отсюда есть место, называемое глухой лог. Местный народ его побаивается, считается, что там водятся злые духи. Правильно считается, потому, что там как раз и обретается мой племянник Фугвалл с семьёй. К добрым духам моё семейство, как понимаешь, отнести никак нельзя. Так вот, в глухом логу есть вход в пещеры, по которым можно подобраться прямо к подземной части южного форта. Прохода в подвалы, правда, не существует, но перегородка очень тонка. Если хочешь попасть в форт этим путём, я помогу.

— Интересное предложение, — после короткого обдумывания сказал Болт. — Но сперва я, всё-таки попробую ударить в лоб.

* * *

Гирон подтянул войска к южному форту, расположив их, однако на достаточном расстоянии, помня об угрозе применения тогров. Для СГМ изготовили довольно высокое деревянное сооружение на колёсах, чтобы увеличить обзорность и дальность выстрелов. Малый СГМ был препоручен Кригу, поскольку вес аппарата, мягко говоря, был неподъёмен и кроме громилы его вряд ли кто ещё смог бы таскать на себе. Оба аппарата Болт снабдил оптическими прицелами и лазерными целеуказателями. Сейчас именно через оптический прицел путник рассматривал мощные каменные стены форта.

— Гирон, а не жалко рушить столь добротное укрепление? — крикнул он вниз, стоящему недалеко воеводе.

— А как по-другому, путник? Что-то ломать всё равно придётся, крепость иначе не взять.

— Это, смотря как ломать. Хорошо, я попробую аккуратно. Стоп… интересные показания, однако.

Болта заинтересовали странные колебания энергии на панорамном индикаторе. Путник повёл раструбом аппарата вдоль стен форта и указатель энергии тут же ожил. В какой-то момент он указал максимум и снова опустился. Болт вернул раструб в положение, когда панорамник вновь показал максимум.

Рядом стояли Горт с Бритоном и с большим интересом наблюдали за манипуляциями путника. Болт указал им на показания панорамника.

— Как вам?

— Здесь всё понятно, путник. Ты целишь прямиком в очень сильного мага. Прибор чует скопление силы.

— Не думаю, колдун. Похоже, я целю прямёхонько в один из тогров. Рядом, возможно стоит и маг третьего круга. Внимание!

Болт выставил регулятор на среднюю мощность, выждал, пока индикаторы успокоились, и нажал на «пуск».

Зелёный столб огня вырвался из раструба и ударил в форт. Присутствующим показалось, что содрогнулось небо, солнце на миг померкло, заложило уши, всех покинули силы, словно выпитые неведомым демоном. На месте форта расцвёл громадный, сияющий зелёным цветок. Но когда сей цветок рассеялся, выяснилось, что форт стоит на месте, целый и невредимый, только земля вокруг крепости обожжена страшной энергией магического удара.

Индикатор накопления энергии стал показывать набор, но значительно медленнее, чем в первый раз.

На стене форта загорелась яркая зелёная точка, стала быстро расти и вдруг полыхнула ярким сполохом. Километрах в двух перед войсками Хаттана взметнулось облако огня, в котором кружились песок, камни, горящие обломки деревьев. Тугой порыв ветра хлестнул по лицам, мелкий песок запорошил глаза, забился в ноздри, не давая дышать. Когда вихрь сошёл на нет, стало видно страшную обугленную воронку, оставленную ударом тогра.

— Сильны, мерзавцы! — Болт оглянулся на колдунов. — А энергия и правда совсем медленно набирается. Выходит, и СГМ, и тогр берут её из одного источника. Ладно. Эй, Криг! Ты видел, в какую точку я бил?

— Видел, командир. Я эту точку забил в память прицела.

— Лупи в неё как можно чаще. У меня появилась идея.

Кригу не требовались объяснения. Командир сказал — значит надо исполнять. Он и начал методично бить в нужную точку. Малому СГМ не требовалось долгое накопление энергии, поэтому выстрелы раздавались каждые несколько секунд. На большом же СГМ набор энергии почти остановился, её элементарно не хватало. Когда индикатор с трудом дополз до минимальной отметки, Болт выстрелил. Эффект оказался намного менее впечатляющим, чем от выстрела средней мощностью, но на месте южного форта, всё же расцвёл зелёный цветок, хотя заметно меньших размеров, чем в первый раз. Частота выстрелов из СГМ Крига резко упала — сказывался недостаток энергии. На большом аппарате накопитель вообще остановился на отметке, чуть превышающей «нуль» и упорно не желал подниматься.

— То, что нужно! — Болт удовлетворённо потёр руки.

— И что здесь хорошего? — удивлённо спросил Бритон.

— А то, что тогры из форта тоже не смогут стрелять. Энергии нет, а та, что появляется, сразу используется малым СГМ. Криг, ни в коем случае не останавливайся, а лучше всего поставь аппарат на автоматический огонь, по мере набора нужной мощности. Ты знаешь как — я показывал.

Громила сноровисто пристроил СГМ на турель и сделал нужные переключения. Теперь малый СГМ автоматически долбил в одну и ту же точку форта, не давая вражеским магам расслабиться и выпивая энергию источников, мешая зарядиться как большому СГМ, так и тограм Гул-Магота.

Болт спрыгнул вниз, игнорируя деревянную лестницу, и подошёл к воеводе. Гирон спросил:

— И что теперь? Войска я вперёд всё равно не поведу, после того, что здесь видел. А вдруг твой аппарат сломается? Колдуны заведут свой тогр и спалят нас всех к демонам.

— Я и не требую таких жертв. Главное, отслеживай ситуацию, очень возможен вариант, что маги на стене форта не выдержат постоянной долбёжки малого СГМ и тогда каждый удар этой машинки начнёт рушить крепость. Тогда обстрел лучше прекратить. Не забывай слушать рацию. А я со своими мужиками попробую воспользоваться помощью Серого Привратника.

— Путник, не те силы тебе помогают, ох, не те!

— Дык где их взять — те? И вообще, скажу тебе, Серый Привратник — мировой мужик!

— Это не мужик, а демон.

— Мировой демон, что ещё лучше. — Болт направился к Кригу, сделав вид, что не заметил, как сплюнул воевода.

— Криг, аппараты оставляем на попечение магов, зови наших, есть дело.

Когда группа собралась, командир обрисовал задачу проникновения в форт через подземные пещеры. В команду по старой памяти решили приобщить Витализа, как специалиста по подземельям.

* * *

— Вот он, глухой лог, — послышалось из кармана Витализа.

— Может лучше тебя всё же извлечь для виду — вдруг твои родственнички не поймут, кто к ним пожаловал, и возжелают нами отобедать? — спросил командир.

— Они уже знают, зачем вы здесь, потому препятствий чинить не станут. Хотя попробуй, учини тебе препятствие, научены уже… — пробормотал демон с некоторой обидой.

— Так я того… не люблю препятствия, — с некоторым раскаянием ответил Болт, — они меня раздражают, я становлюсь злым и тогда плохо всем, в том числе и демонам. Но твои родственники не пострадают, обещаю. Пусть только не мешаются, и всё будет пучком.

— Как, скажи, они могут мешаться, если сразу удрали в дальние пещеры, когда я им сообщил о твоём визите? Наслышаны, мерзавцы, о том, как ты меня опозорил в бою.

— Честное слово путника, демон, не хотел я тебя позорить. Просто хотел окончить дело миром и всё.

— Да ладно оправдываться. Ты всё хорошо сделал тогда. Сейчас подойдём к глухой стене, но это только видимость. Стены на самом деле нет, потому продолжайте идти прямо.

Однако стена выглядела очень даже настоящей, по ней разбегались трещинки, ползали мелкие пауки, торчали травинки. Идти прямо в неё как-то не очень хотелось. Первым решился Витализ, он обречённо протянул руку вперёд, сделал шаг и оказался в тёмной пещере. Остальные, ободрённые успехом колдуна поспешили за ним.

— Поздравляю всех с новым пещерным приключением, — не то в шутку, не то всерьёз пробурчал командир. — Веди, Сусанин.

Витализ, уже знакомый с этим странным прозвищем, уверено двинулся вперёд, он отыскал бы путь даже без подсказок Привратника. Сначала путь шёл прямо, лишь слегка отклоняясь в ту или иную сторону, но вскоре стал резко изменять направление, расходиться множеством ответвлений, поэтому без проводника найти дорогу было бы просто невозможно. Вскоре стали попадаться знакомые жуки на стенах, хотя далеко не в таких количествах, как в пещерах Хаттана, видимо потому и не встречались «улитки».

— Пришли, — в один голос сказали Витализ и Привратник.

Команда оказалась в небольшой пещере, из которой уходило несколько ветвей, но колдун указал на стену.

— Нужно проломить, здесь небольшая толщина.

— Легко сказать. Толщина небольшая, но взрывать нельзя, могут услышать, — ответил командир.

— Давай я попробую, — предложил громила, — разгонюсь, и ногой.

— Ты гляди, ниндзя отыскался. Не забудь только «я-а-а!» крикнуть.

— Зачем? — удивился Криг.

— А чтоб нога не сломалась. Не выдумывай, приятель — ну как ты проломаешь камень?

Но громила уже набирал скорость, Болт едва успел отскочить в сторону, как нога Крига саданула в стену и провалилась в образовавшуюся дыру, туда же влетело и всё остальное тело гиганта, расширив брешь до соответствующей величины. Командир осторожно заглянул в здоровенное отверстие, проделанное тушей громилы.

— Криг, ты живой?

Раздалось громкое кряхтение, затем сопение, и, наконец, хриплый голос:

— Вроде…

— Я вот думаю, — а на хрена нам катапульты, баллисты, СГМ-ы? У нас есть Криг, он провалит любые стены, порушит неприступные твердыни…

— Я вот сейчас встану и точно кого-то порушу, — в голосе громилы прорезались угрожающие нотки.

— Точно живой, — облегчённо заметил Болт. — Двигаем, мужики.

За проломом оказался заброшенный пыльный коридор, приведший команду к глухой стальной решётке, исключающей дальнейшее движение. Криг вновь отодвинул всех могучим плечом и разогнул прутья.

— Готово. Чтобы вы без меня делали, — пробурчал громила.

— Наверное, вернулись бы назад, — пожал плечами Болт. — Но слава Гвену, у нас есть ты.

— Нашёл, кого славить. Уж лучше бы своего, как его… Зевса, что ли славил.

— До Зевса тоже очередь дойдёт. Быть может даже очень скоро. В форте куча магов Гул-Магота, два из них — высшего круга посвящения. Придётся молиться всем богам, чтобы выйти живыми из этой передряги. Единственная надежда на то, что малый СГМ отбирает очень много энергии из ближайших узлов магии, потому колдунам далеко до полной силы. Мужики, ныряем в абсолют, иначе нам кранты. Не забываем прикрывать Крига и Витализа.

Коридоры подземелий форта оказались весьма запутанными и разветвлёнными, по всему было видно, что здесь уже давно не ступала нога человека. Наконец, совместными стараниями Витализа и Привратника был найден путь наверх. Каменная лестница упёрлась в глухую стену, но на потолке виднелся массивный квадратный люк. Громила вытянул руки вверх и сумел приподнять крышку, но дальше дело не шло — роста не хватало. С этим справились довольно просто, — общими усилиями приподняли Крига, а он открыл люк и выбрался наверх, затем вытянул к себе остальных.

Длинное помещение выглядело обжитым — вдоль стен стояло несколько коек, на крючках, вбитых в стены, висела одежда. Сильно воняло потом и испорченной пищей.

— Похоже, солдатская спальня, — заметил Дрон.

— Да, и самутрейцы уже начинают нас убивать. Вонищей. Если пробудем здесь полчасика — точно коньки отбросим. Но, слава Будде, нам как раз надо двигать дальше. Странно, но я не ощущаю давления магии, как в памятном рейде на место силы, устроенное самутрейцами. Там давило так, что башка трескалась, а было всего-то тридцать магов из Рогуса, по силе примерно второй круг. Здесь колдунов должно быть не в пример больше, пусть даже самые сильные держат защиту от долбёжки нашего СГМ.

— Наверное, не так просто удержать эту самую долбёжку, — усмехнулся Брага, — да и магию она у источника отбирает неслабо.

— Примем твоё предположение за рабочую гипотезу, — ответил командир, — хорошо, если бы она оказалась верной.

Еще ряд помещений оказался спальнями воинов, их прошли беспрепятственно, но вот группа оказалась у двери, из-за которой доносились голоса. Разговаривали громко, потому слышно было хорошо. Привратник принялся переводить, самутрейский знал только он.

— Бает, ещё полчаса ударов этой демонской машины, и оба колдуна третьего круга просто умрут, отдав последние силы для поддержки щита. Второй отвечает, что создан круг силы колдунами второго уровня, но толку с него мало. Первый же ответил, что надо собрать всех оставшихся колдунов и создать ещё один круг, тогда можно будет дать передышку двум ведущим магам, а они, возможно, сумеют что-то предпринять против хаттанской магической пушки.

— Гм… вряд ли они сумеют что-то предпринять, магию-то наш СГМ жрёт исправно, но передышки колдунам третьего круга давать нельзя, иначе нам будет очень кисло. Эти два перца, что здесь говорили, ушли куда-то в сторону, я это чувствую. Выжидаем минут десять, пусть маги создают свой круг силы, сейчас это нам только на руку. Потом ломимся во все комнаты, которые найдём и убиваем всех подряд, для сантиментов нет времени. Витализ, твоя задача — найти места сборищ магов, где они создадут свои круги силы. Нам придётся разделяться, нет смысла всей толпой вламываться в помещения. У всех есть рации, не забываем пользоваться ими. Криг, охраняй Витализа.

Болт приоткрыл дверь, за которой недавно разговаривали. Оказалось, это был длинный коридор, освещаемый факелами, в стенах там и сям виднелись закрытые двери.

— Я влево, остальные вправо, на первом же разветвлении разделяйтесь. Прочёсываем всё, аккуратно и тщательно, хвосты не оставляем. Работать, по возможности, тихо. Задача ясна? Выполняем.

* * *

Болту даже не потребовалось заглядывать в многочисленные помещения, он просто знал, что там никого нет. Однако в конце коридора за дверью боковой комнаты было скопление людей. Путник открыл дверь и невозмутимо вошёл внутрь. На него удивлённо воззрились десятка полтора воинов, выстроившихся у стены, перед которыми расхаживал старший и, видимо, давал указания перед выходом на посты.

— Так и будем тупо пялиться? Сейчас всех поубиваю, вы хоть мечи достаньте для приличия, а то придётся резать как стадо баранов.

— Ты как сюда попал? — с сильным акцентом спросил старший. — Но, как бы то ни было, попал куда надо, хаттанский шпион. Схватить его! Постарайтесь не убить, обещаю премию! — последние слова старший кричал уже на самутрейском, но язык немного походил на хаттанский, общий смысл Болт понял.

Вояки бросились на гостя, на ходу доставая мечи. Часть ринулась к дверям, перекрывая выход, но дерзкий пришелец сам бросился в самую гущу воинов и первым вступил в бой. Боя однако не получилось, скорее это была резня — уже через несколько мгновений все вояки лежали на полу, исключая старшего, который даже не успел понять, что же произошло.

— Тебе приглашение, что ли нужно? Меч доставай, безоружного резать неохота.

Старшему, наконец, дошло, что встретил настоящего мастера боя, он спокойно достал меч, прекрасно осознавая, что делает это в последний раз и сказал:

— Меня ты, конечно, победишь легко, хаттанец, но жить тебе осталось недолго. В крепости полно ассасинов, они с тобой быстро разберутся.

— Напугал бабу толстым… меч-то хоть подними, баран. Но за сведения об ассасинах спасибо, буду осторожнее. Хотя путник, думаю, посильнее твоих ассасинов будет.

Только теперь старший понял, с кем действительно имеет дело и пожалел, что проболтался об ассасинах, но слов-то обратно не возьмёшь.

Болт не стал церемониться — сделал лишь один молниеносный выпад, после которого старший превратился в труп.

Ещё в нескольких помещениях форта Болт устроил похожую резню, видимо было как раз время развода постов. Поднимаясь по каменным ступеням на следующий этаж, путник услышал осторожные шаги, кто-то спускался навстречу, причём явно стараясь не выдать себя. Что интересно, человеку удавалось каким-то образом скрывать себя от «прощупывания» абсолютом. «Серьёзный тип» — подумал про себя Болт, — «что за перец, интересно»?

«Серьёзным типом» оказался чернокожий человек с монголоидными чертами лица, на лбу его красовалась ярко-оранжевая татуировка в виде сложного иероглифа. В руках сей деятель держал серповидный клинок.

— Путник? — полувопросительно, полуутвердительно сказал странный воин с сильным акцентом.

— Да путник, путник. Ассасин? — старательно копируя интонации и акцент воина спросил Болт.

— Да. Благодарю Салия, властителя посмертия воинов-ассасинов за то, что он подарил мне возможность провести бой со столь сильным врагом! — воин мгновенно перешёл в атаку, чиркнув стремительным росчерком клинка воздух в том месте, где только что была голова путника.

Болт, пребывая в состоянии абсолюта, всё же с некоторым трудом предугадывал действия соперника, видимо тот владел основами пси-защиты и нападения. Путник тоже провёл стремительную атаку, применив несколько финтов, ассасин сумел разгадать их все, кроме последнего, когда Болт вместо завершающего колющего выпада, просто двинул воина ногой в пах, после чего снес голову ассасина, потерявшего нить боя всего лишь на крошечное мгновение.

— Дуй к своему Салию, поплачься в жилетку на неправильно ведущего бой путника, — пробурчал Болт, перешагивая тело воина.

Лестница вывела его на следующий этаж, путник быстро спрятался за выступ стены, мимо просвистело несколько арбалетных болтов. Болт высунул за выступ «смарт» и выпустил очередь вразлёт. Пси щуп показал, что два арбалетчика из пяти остались живы, выстрел вслепую — не лучший способ избавиться от врагов. Арбалетчики уже держали в руках предварительно заряженные запасные арбалеты, когда увидели, как из-за выступа выскочил воин и, набирая скорость, побежал на них, размахивая длинным мечом. Два тяжёлых болта пронзили его, но он продолжал бежать!

Путник стремительно рванулся вперёд и, пока растерянные стрелки таращились на фантом, оказался рядом, после чего арбалетчики перестали видеть вообще что бы то ни было, по причине отсутствия голов. Болт перезарядил «смарт», пользуясь передышкой, резкое чувство опасности заставило его упасть на пол. Едва не задев голову, над Болтом просвистел метко пущенный кинжал, путник сейчас же откатился в сторону, в то место, где он только что был, ударил другой брошенный кинжал. Пребывая в виртуале абсолюта, Болт видел, что в его сторону летят новые смертельные гостинцы — в конце коридора группа ассасинов усиленно занялась метательными упражнениями, используя в качестве мишени нашего героя. Увернувшись от очередного кинжала, Болт выстрелил из «смарта», срезав одного метателя, но на путника устремилось сразу шесть острых гостинцев, увернуться сразу от всех было невозможно, настолько расчётливо те были запущены. Болт молниеносным росчерком меча отклонил сразу два метательных снаряда, со второй руки сделал шесть выстрелов, положив конец развлечению ассасинов — в конце коридора лежало семь трупов с татуировками на лбу. Пробегая мимо них, путник отметил, что не все ассасины чернокожие, значит, в этот клан входят, наверное, не по определённой расовой принадлежности, а по каким-то другим критериям.

В этом коридоре отчётливо чувствовались сильные ритмичные толчки, сотрясающие крепость — это были удары СГМ-а по щиту, который удерживали маги третьего круга силы.

— Командир, — сказала рация голосом Дрона, — вижу в окно крепостную стену, двоих кренделей в красных хламидах и две большие машины. Похоже — это и есть тогры.

— В красных хламидах — точно высшие маги. Ты можешь держаться на позиции какое-то время? Дело в том, что сначала лучше выбить остальных колдунишек. Если сейчас убить обоих главных магов, придётся дать команду по рации на отключение СГМ-а, иначе он развалит весь форт. Остальная свора магов моментально примется за нас. Сечёшь?

— Хорошо. Жду. Позицию удержу легко, нужно только отслеживать дверь в комнату и положение дел на крепостной стене.

— Давай, брат. До связи.

— Командир, — теперь говорил Брага, — держу коридор, убил трёх ассасинов, но целая группа этих перцев засела за углом и швыряется кинжалами. Пройти дальше не могу. Может гранатой их?

— Не надо. Рано шум подымать. Возможно мы с тобой сейчас на одном этаже, я попробую обойти твоих ассасинов по кругу.

— Лады. — Рация смолкла.

Болт двинулся по коридору, проводя тщательную зачистку всех помещений. Два раза на него нападали ассасины, но в обоих случаях «смарт» исправно порешил всех. За следующим углом что-то происходило, но, опять же, пси-щуп толком не смог прояснить обстановку. Выручил испытанный приём с фантомом, пока ассасины усердно швыряли метательные кинжалы в несчастного призрака, путник выкосил всех из «смарта».

— Брага, я за углом, не вздумай стрелять. От иглы «смарта» мне точно не увернуться.

— Я уже понял, командир. Иду к тебе, потому как за мной всё чисто.

Через минуту путники встретились. Болт достал рацию.

— Криг, как дела?

— Я тут положил кучу народа, правда, ассасины мне ваши, слава Солнцу, не попадались, — ответил громила. — Витализ бает, что рядом скопище магов. Ищем пока, где они.

— Давай, друг. Я примерно чувствую, где вы, зачистка внутри крепости почти закончена, потому буду пробиваться к вам. До связи.

Найти Крига с Витализом оказалось несложно — они были на этом же этаже крепости, только в боковом внутреннем ответвлении. Здесь даже Болт почуял магические всплески — рядом работали круги силы колдунов.

— Они вон там — указал Витализ на массивную двустворчатую дверь. — Не знаю, как подступиться, в кругу маги весьма сильны, напасть незаметно не представляется возможным. Причем в помещении создано сразу два круга силы. Один работал давно, другой составили лишь минуту назад.

— Ну что же… отлично! Пора заканчивать. — Болт достал рацию.

— Дрон, — мочи кренделей в красных хламидах.

— Готовы, — через пару секунд ответил снайпер.

Вдруг форт содрогнулся от страшного удара — СГМ пробил просевшую защиту, кусок стены вылетел, словно его ударили чудовищным молотом, обломки разбитых тогров рухнули во внутренний двор крепости.

— Ну, колдунишки, работайте, — непонятно кому сказал Болт, — иначе СГМ разнесёт всё к чертям… хотя чертей у вас тут вроде и нет.

Маги словно услыхали путника, усилили щит и следующий удар СГМ лишь слегка тряхнул крепость.

— Теперь ребятки заняты по полной, — Болт оглядел команду. — Криг, выбей двери, у тебя это здорово получается, только чтобы сам остался в коридоре, а то попадёшь под осколки гранат. Брага, будь на стрёме, как только мы с Дроном кинем подарки колдунам, ори в рацию, чтобы Горт с Бритоном остановили СГМ, иначе я не уверен, что мы успеем удрать до полного разрушения форта. Все готовы? Криг, давай!

Громила мощным толчком распахнул створки дверей, отскочил в строну, в проём полетели две гранаты, за которыми немедленно последовала ещё пара. Прозвучало два взрыва, на мгновение повисла тишина, в которой слышался только голос Браги, отдающий приказ в рацию, но здесь форт тряхнуло так, что пол коридора накренился — колдуны не успели сразу отключить СГМ и удар магии снова долбанул по стене, развалив пролом до самой земли.

— Они что там, охренели? Драпаем, мужики!

Команда ринулась в сторону лестницы, но тревога оказалась ложной, удары СГМ прекратились.

Глава 27

— Живой? — Болт удивлённо смотрел на изуродованное тело в красной хламиде, извлечённое из-под каменной крошки. — Тогда нужно срочно найти второго кренделя, не приведи Господи, останется без присмотра! А этого срочно наверх и зовите ко мне Горта с Бритоном. Есть работёнка. Криг, а ты возьми малый СГМ, да долбани хорошенько по месту силы Тропы, устроенному самутрейцами, не нужно провоцировать полудохлого колдуна третьего круга силы на подвиги.

Через несколько минут яркий зелёный сполох превратил в чёрную воронку сооружение с разгороженными ячейками, заполненными почвой Тропы.

Полумёртвого мага перенесли в одну из комнат форта, где собрались Болт и двое чернокожих колдунов.

— Попробуем покопаться в его башке, может, найдём что ценное. Как считаете, а?

Бритон сделал отрицательный жест.

— Ничего не выйдет, путник. Разум высшего мага раскрыть нельзя без его собственного согласия.

— Ну, попробовать всё-таки можно?

Колдун снисходительно пожал плечами.

— Много кто пробовал, толку не было.

Болт сосредоточился, входя в нужное состояние. Получилось быстро и почти без усилия.

Разум мага представился ему чёрным сгустком без малейшего намёка на какие-либо логические или какие другие связи. Защита от пси-вторжения оказалась практически идеальной, несмотря на плачевное состояние мага и отсутствие магической подпитки.

— Ребята, подключайтесь, я не шланговать вас сюда позвал.

— Путник, ты то и дело ставишь нас в тупик некоторыми своими выражениями.

— Бритон, ты меня прекрасно понял, кому ты лапшу на уши вешаешь? Я же чуть ли не читаю твои мысли.

Маг вздохнул.

— И всё же, лучше бы ты говорил по-людски. А подключиться мы сейчас попробуем, но я знаю, что это не принесёт результатов.

Чёрный сгусток, который видел Болт на месте разума мага, несколько посветлел, на нём обозначилась сеть линий, однако весьма расплывчатая и малоразборчивая.

— Хорошо, мужики! Поднажмите чуток, я кое-что увидел.

На короткое мгновение сеть логических связей стала отчётливо видна, но тут же вновь расплылась. Мгновения, однако, путнику хватило, чтобы уцепиться за нужную нить, определиться с её главными связями, игнорировать второстепенное и выйти в нужный участок разума, ответственный за действия пси-защиты. Короткий и резкий нажим концентрированным пси-щупом и разум колдуна предстал чистым и незамутнённым. Болт просто заставил мага дать «собственное» согласие на сканирование разума.

Оба чернокожих мага удивлённо взглянули на землянина.

— Ты делаешь невероятные вещи, путник. Я скоро разучусь удивляться чему-либо.

— Ну, я и сам знаю, что крутой… то есть замечательный… ладно, не слушайте меня, а то пургу начну гнать, сейчас на это нет времени — вдруг этот перец сумеет снова закрыться? Ищите, копайте, в кои-то веки появится такая возможность. Я тоже этим займусь.

Глядя со стороны, можно было увидеть трёх человек, стоящих возле ложа, которые ничего не делали, лишь внимательно смотрели на мага в красной хламиде, но все трое выполняли напряжённую умственную работу. Болт с трудом отслеживал колоссальное количество связей в сознании колдуна, развитие его мозга оказалось на порядок выше, чем у обычного человека, что было, в общем, понятно — высший маг, это, по сути, гений магии. Но самую нужную информацию путник, всё же, сумел выделить и прочитать.

— Четыреста мест силы! Прикиньте — четыреста! Они выстроили на территории Самутрея сеть, позволяющую использовать магию Тропы в любом месте этой страны. Мы зае… задолбаемся ломать все эти места, если вообще сможем что-либо сделать. Никакой СГМ не сможет выжрать энергию из места силы, если рядом расположены точно такие же источники.

— Постой, путник, ты меня сбиваешь… я, кажется, отыскал то, что нам может помочь. — Горт поднял руку, призывая всех к молчанию. Через минуту он продолжил:

— Я обратил внимание на то, что от всех мест силы идёт связь к одной точке. Смотрите внимательно.

— Да, — подтвердил Бритон, — и точка сия далеко за пределами Самутрея.

— Теперь и я вижу. Только я плохо понимаю, где расположена эта точка.

— Это в Диком лесу, на берегу моря Слёз, путник. Неподалёку от берегов этого места находится печально известный в Пролге архипелаг Туманов.

— Теперь понял. Говорят, что места не очень хорошие.

— Точнее — очень нехорошие, а ещё точнее — абсолютно гиблые. Никто не возвращается, хотя в лесу и на архипелаге как будто растут ценнейшие лекарственные растения, — ответил Горт.

— Гм… но раз знают о растениях, значит там всё-таки бывали, я так понимаю. Да и пугаться гиблых мест — это не для путника. Тропа тоже, знаете ли, не место для прогулок и ничего, пока живём. Другое дело — а стоит ли посещать сиё странное место? Ну, идут туда какие-то линии, и что?

— А то, путник, что линии идут от всех искусственно созданных мест силы. Похоже, что ключ к силе именно там.

— Ладно, примем за рабочую гипотезу. Лес на территории государства Хартиз, куда можно попасть либо через территорию Гиборского королевства, либо напрямую из Хаттана, перейдя горы Забвения, что предпочтительнее, потому как намного ближе. Но нужен будет толковый проводник.

* * *

В путь выехали утром следующего дня. В отряд Болт взял Брагу с Дроном, Крига и Горта с Бритоном. Воевода предлагал для поддержки взять пару десятков воинов, но Болт отказался, резонно полагая, что отряд это мало усилит, но создаст ряд дополнительных проблем, особенно в горах.

— Криг, — спросил Брага, — ты местный, должен знать, — почему у этих гор такое странное название?

Громила приосанился, — в кои веки к нему обращались за консультацией.

— Горы Забвения, это древнее название и никто точно не знает, кто их так нарёк и за что. В народе же горы продолжают так называть за обилие разбойников-грызлов, те настолько жестоко пытают любого, попавшего к ним в лапы, что человек забывает всё, он просто сходит с ума.

— Я поражён твоими энциклопедическими знаниями, приятель! — сказал командир.

— Какими, какими? — набычился громила. — Словечки подбирать надо!

— Он меня точно когда-нибудь прибьёт, — подмигнул Болт путникам, — и самое обидное — ни за что. Энциклопедические — это, брат великие, всеобъемлющие знания.

— А-а-а… — протянул громила, — да, я много чего знаю, спрашивайте, если что.

— А скажи, Криг, зачем ты тащишь такой здоровенный мешок с провизией? Или там пища и для коня? — продолжил Брага.

Гигант лишь добродушно улыбнулся, он уже не поддавался на провокации при упоминаниях о собственной прожорливости. Хотя мешок был и правда впечатляющим. Бедный конь тащил на спине самого громилу с его мешком, да плюс арсенал оружия, в который входил и малый СГМ.

— А в Госсоне, говорят такие девочки по улицам гуляют, — не унимался Брага, — с ними забудешь всё, не хуже чем в этих самых горах Забвения.

— Вот и забывай, — отрезал Криг, — а я свою Светочку никогда не забуду.

— Конечно, конечно… забудешь тут… наверно драпал из замка барона на самом быстром коне? Чтобы Светик не догнала и мешок с продуктами не отняла?

— Того… не успел я мешок тогда прихватить. Могла застукать, — простодушно сказал громила.

Всех разбирал смех, но Крига старались не слишком дразнить, тема о любимой женщине была слишком щекотливой.

В пути два раза делали привал, для отдыха, приёма пищи и кормления лошадей. Уже к вечеру на горизонте появились заснеженные пики могучих вершин, хотя до гор было ещё не близко. Вскоре отряд подъехал к городу Госсон, расположенному на берегу руки Тулин, где командир планировал ночёвку. В ближайшей же гостинице удалось отыскать проводника, хотя тот не сразу согласился на путешествие, дескать — только как вернулся с той стороны гор, устал и всё такое. Короткое сканирование подтвердило правдивость парня, назвавшегося Трионом.

— Грызлы здорово на пути шалят, — жаловался новоиспечённый проводник, — вёл давеча двух путешественников, так едва ушли от гадов.

— Зачем же так? — удивился Болт, — я как-то имел дело с двумя грызлами, очень даже милые ребятки, хоть и клыкастые.

— Ты их с кем-то путаешь, — возмутился Трион. — Грызлы — страшно жестокий народ, они охотятся за людьми прежде всего для того, чтобы поиздеваться над ними, грабёж уже на втором месте.

— Я и говорю — у ребят милые привычки. Не бзд… ой, не бойся, приятель, я с грызлами договорюсь, если дело коснётся.

— С ними не договоришься. Либо удрать, либо прогнать, если удастся, третьего не дано.

— Это просто люди не умеют договариваться. Выходим завтра, кстати, раз лошади не нужны, в курсе, кому их сбагрить?

* * *

После переправы через Тулин дорога резко пошла на подъём, горы были уже совсем рядом. Ветерок дул как раз со стороны вершин и был достаточно прохладным, чтобы люди стали ёжиться от холода. Проводник посоветовал сразу одеться потеплее, потому как в горах станет ещё холоднее. Примерно через час тропинка пошла по ущелью меж двумя отвесными скалами, затем свернула влево и стала резко взбираться вверх по уступу каменного великана. Люди вытянулись цепочкой на узкой дорожке, слева — только протяни руку, каменная стена, справа — глубокая пропасть.

Трион шёл впереди, хотя заблудиться здесь было невозможно, тропинка нигде не разветвлялась.

— Здесь грызлы почти не встречаются, — говорил проводник идущему сразу за ним Болтом, — они живут повыше. Очень любят селиться в пещерах, но на всех этих пещер не хватает, потому многие горцы строят грубые каменные строения из крупного булыжника, благо в горах этого добра полно. Но иногда устраивают засады и в этих местах.

— И что, нападают в любом случае? Не пытаются требовать выкуп?

— Никогда. Деньги их не очень интересуют. Главное — пытки. Они пытают даже своих. У грызлов есть специальные состязания, где проигравший становится жертвой победителя. Несмотря на страх оказаться именно жертвой, сии состязания пользуются большим успехом и проводятся весьма часто, обычно между двумя разными племенами грызлов, ведь путешественники в горах Забвения встречаются очень редко, люди предпочитают потратить больше времени, но обойти эти места стороной.

— М-да. Невезуха у грызлов. Хоть бы какую рекламу повесили типа: «Проберётесь мимо нас — наша премия для вас»! Или: «Пытки выдержи, клиент — получи крутой презент»! Блин, во мне гибнет великий рекламист.

Проводник даже притормозил, слыша такие речи.

— Это я гоню лебедей, не обращай внимания, приятель. Топай, топай, время дорого. Кстати, грызлы как раз недалеко. Не трусь, я скажу, когда можно бояться.

— Командир, я вижу кренделя на вон той скале — сказал Дрон. — Снять?

— Не спеши. Пусть ребятки проявят себя. Они ведь хотят взять нас живыми, мёртвых-то пытать бесполезно. Потому палить из арбалетов в нас не станут. Верно, Трион?

— Ты прав, путник, арбалетами грызлы пользуются редко. Зато они часто пользуются мечами и делают это весьма умело.

— Давай-ка, приятель мне за спину, я пойду впереди, дорога-то одна, не заплутаю.

Трион с готовностью занял следующее за Болтом место в цепочке.

Едва команда прошла ещё несколько десятков метров по Тропинке, Болт остановил всех.

— Гляньте наверх. Красиво летят, сволочи!

По отвесной стене скалы на Тропинку падали грызлы, они быстро и бесшумно скользили по спущенным верёвкам, намереваясь свалиться путникам на головы.

— Дрон, не стреляй! Самых борзых, что падают прямо на нас, порежем на колбасу, а крайних схватим, я хочу с ними немного покалякать. Трион, не скули, — рявкнул Болт на скукожившегося проводника.

На отряд с воплями обрушились грызлы, впрочем, как обрушились, так и продолжили своё путешествие вниз, вопя ещё громче, теперь уже без верёвок. Естественно таким обстоятельствам поспособствовали члены отряда путем некоторой корректировки траектории спуска нападавших. С обеих сторон отряда путников на тропинке оказалось по несколько грызлов, грозно скалящих клыки и сноровисто размахивающих мечами. Нападать однако, им приходилось по одному, ширина горной тропы большего не позволяла. Перед Болтом некоторое время картинно крутил клинком высокий грызл, показывая чудеса жонглирования сим небезопасным предметом. Путник некоторое время любовался этим зрелищем, потом неуловимым движением отобрал меч у горца.

— Порежешься ещё, — пояснил он своё деяние оторопевшему грызлу. — А вообще молодец, мне понравилось. Отойди в сторонку, твой приятель что-то хочет мне сказать.

Сзади вправду напирал другой горец, глаза у него выкатились и налились кровью, видимо от чрезмерного усердия в деле быстрейшего препровождения гостей к местам пыток. Болт отнял у него меч прямо через голову первого, треснул обоих по лбам рукояткой меча для успокоения, затем перешагнул через лежащих к следующему оппоненту. С этим он вообще поступил весьма грубо, дав в челюсть и выбив самые крупные клыки — гордость любого грызла. Меч, естественно, тоже оказался в коллекции путника. Последнего соперника Болт не пожалел — тот выставил клинок и ни в какую не хотел его отдавать. Пришлось отрубить руку вместе с мечом, после чего грызл впал в уныние и бросился в пропасть.

На другой стороне цепочки с грызлами разбирался Брага. В отличие от Болта, отличающегося природной деликатностью, сей путник был гораздо проще и грубее, потому просто-напросто быстренько изрубил всех своих соперников в куски и, пока командир всё ещё упражнялся в любезностях с первым грызлом, Брага уже вытирал меч от крови. Увидев сию ужасную картину, командир сказал:

— Какой же ты всё-таки злой, Брагин. Нежности в тебе ни на грамм. У тебя мама, папа был?

— Добряк нашёлся, — осклабился Брага, — кулаки хоть от крови вытри.

— Так зачем? Если эти крендели будут молчать, придётся снова работать кулаками. Правда, ребятки? — Болт так посмотрел на грызлов, что у тех сразу возникло желание поделиться всеми своими знаниями.

— Я буду весьма признателен, если вы проведёте нас в свою деревню, ребятишки, — продолжил путник.

Грызлы удивлённо переглянулись, — этот дурень сам просится в западню.

— Я готов, — заявил один, видимо старший среди троицы пленных.

— Болт, а на хрена это нам надо? — удивился Брага.

— Разве тебе не интересно познакомиться с бытом местного этноса? Проникнуться их заботами и чаяниями, понять насущные проблемы?

— А также нарваться на арбалетные стрелы из засады, нападение кучи этих засранцев с мечами и прочие прелести, — подхватил Брага.

— Ну, это уже пойдёт в разряде увлекательных приключений. А если серьёзно, просто хочу преподать этим зубастым парням небольшой урок на будущее, чтобы остерегались нападать на путешественников.

— Вряд ли этим их вразумишь.

— Да ладно тебе… я и так знаю, что ты нудный. Эй, грызл! Веди!

* * *

На подходе к деревне один из грызлов издал громкий вопль, предупредив односельчан об опасности. Он прекрасно понимал, чем это может окончиться, но гордо повернул голову в сторону путника — «вот, дескать, какой я храбрый».

— Это ты верно сделал, приятель, — невозмутимо заявил Болт, — не годится встречать важных гостей вроде нас без помпы и радостных воплей.

И правда — над каменным забором, перегораживающим дальнейший путь возникло несколько фигур арбалетчиков-грызлов. Впрочем, исчезли они так же быстро, как и появились — Дрон давно приготовился к такому развитию событий и мигом положил всех стрелков.

— Куда же они? — удивлённо спросил Болт у растерянных пленников, — мы даже поздороваться не успели. О! Вон и новые ребятки над заборчиком повставали.

Новые ребятки тут же последовали за старыми, благодаря тому же Дрону. Пленники совсем приуныли, поскольку над кромкой забора никто из грызлов появляться уже не рисковал.

Отряд подошёл почти вплотную к ограде, когда навстречу выскочила орава зубастых жителей с мечами, полагая, что уж в ближнем бою пришельцы не смогут их перестрелять. Они ошиблись. В работу включились «смарты», потому уже через несколько секунд вся орава храбрецов в самых живописных позах мирно лежала на земле.

Пленники натурально скрежетали зубами от злости, ведь на их глазах за ничтожно малое время пришельцы перебили практически всё боеспособное население деревни. Один, правда, не особо скрежетал, по причине отсутствия клыков, выбитых ещё раньше злым путником.

— Ребятки наверное приняли нас за врагов, — пожав плечами, сказал Болт, — они не знали, что мы пришли побеседовать за кружкой эля.

— Ты! Ты… — прохрипел в бессильной злобе старший грызл.

— Ну я. И что дальше?

Дурашливое выражение лица путника вдруг резко изменилось, превратившись в маску ненависти, он текучим движением мгновенно оказался рядом с исходившим злобой грызлом, с отчётливым хеком двинул того в дыхалку, затем, не давая упасть, схватил за волосы и ахнул головой о колено.

Отчётливый хруст возвестил о серьёзности последствий сего действия. Грызл упал на землю и стал корчиться от боли.

— Ну как, мразь, приятно, когда над тобой издеваются, когда на твоих глазах убивают твоих близких, когда ты всё видишь, но не можешь ничего сделать? Близких твоих мы пока ещё не убили, но сейчас исправим сиё досадное недоразумение. Криг, готовь СГМ на самую малую мощность и снеси это бандитское гнездо, чтоб и следа не осталось.

Когда пленники увидели как здоровенный человек снимает с плеча устрашающего вида оружие, как возникает зелёный магический ореол вокруг силового блока, они поняли, что сейчас с их деревней произойдёт что-то непоправимо-страшное. Грызлы упали на колени, один заговорил:

— Помилуй путник! В деревне остались только женщины и дети, всех воинов вы уже убили.

— Из ваших детей вырастут такие же бандиты, как и вы сами. Ваши женщины нарожают новых детей, из которых опять же вырастут бандиты.

— И всё же — это женщины и дети, путник. Мы, грызлы, — жестокий народ, я признаю это, но всё же, никогда не пытаем женщин и детей.

Болт сцепил зубы, чтобы не наорать на пленника, помолчал, затем проговорил:

— Идите в деревню. На все сборы — час. Куда вы пойдёте, мне неинтересно, но деревню после указанного срока я прикажу снести. Время пошло, грызл.

— Постой, человек. Ведь ты — путник? Ходящий по Тропе?

— Что с того?

— Я предлагаю тебе выкуп за сохранность моей деревни.

— Деньги меня не интересуют, грызл, ты теряешь время.

— А я и не предлагаю деньги. Пятьсот лет назад одному моему соплеменнику достался некий предмет. Бывший владелец сказал, что сей предмет с Тропы и представляет большую ценность для путника. К сожалению, я не знаю, какую именно пользу может принести путнику эта вещь.

— Ладно, показывай. А я уж решу — стоит ли то, что ты принесёшь помилования твоей деревни.

Грызл вскочил и умчался за каменный забор, но вернулся уже через пару минут, держа в руках небольшую резную шкатулку чёрного дерева.

— Предмет должен обязательно храниться в этой шкатулке. Почему: не знаю, — сказал запыхавшийся грызл.

Болт открыл инкрустированную мелкими рубинами крышку. Внутри оббитой бархатом шкатулки лежал небольшой цилиндрик, чем-то похожий на винтовочный патрон, его поверхность словно плыла, ни на секунду не оставаясь неизменной, она то становилась зеркально-сияющей, то матово-тёмной, цвет её тоже непрерывно менялся, зрелище завораживало своей странной красотой и необычностью.

Сзади на плечо легла рука Горта.

— Очень сильная магия Тропы, путник. Артефакт большой силы, но я затрудняюсь определить его предназначение.

— Магию и я чувствую, колдун. — Болт глянул на грызла, — ладно, оставайтесь в своей деревне. Советую подобрать более безопасное занятие, чем грабёж путешественников. Я обладаю достаточным влиянием на магистрат Хаттана, чтобы организовать карательную экспедицию в горы, дабы навсегда избавить Пролг от существования вашей зубастой расы, приятель. Имейте это в виду. Очень рассчитываю на то, что ты передашь мои слова вождям других племён, это и в твоих интересах, потому как, если я узнаю об очередной вашей бандитской проделке, можете сразу готовиться к приходу хаттанского войска. Какие вы ни хорошие и опытные бойцы в условиях гор, в Хаттане найдутся такие же. Но их гораздо больше, поэтому существованию грызлов придёт конец.

— Но кто меня будет слушать, путник? — жалобно сказал грызл. — Вожди-то и друг друга слушать не хотят, а я простой воин.

— В принципе, это не моя проблема, но попробую тебе помочь. Криг, шарахни по во-он той скале. Только посильнее, чтобы след добрый остался.

Громила опять снял СГМ, разогнал генератор на максимум и нажал на спуск. Сверкнула привычная зелёная вспышка, Криг слегка провёл широким лучом, скалу наполовину испарило, превратив вершину в чёрный туман, нижняя же часть, куда луч не достал, пошла широкими трещинами, затем, словно ожила и стала расползаться, обрушиваясь здоровенными осколками в пропасть. Грохот каменного обвала эхом вернулся от близлежащих вершин. Грызлы открыли зубастые пасти, потрясённые невиданной мощью оружия пришельцев.

— Покажешь остатки скалы вождям, может, вразумит. Больше ничем помочь не могу. Бывай, приятель, береги зубы.

Глава 28

Отряд пересёк горы без особых трудностей, грызлы более не нападали. К вечеру заночевали уже по ту сторону гор Забвения, в маленькой деревушке. Купить лошадей здесь не удалось, селяне посоветовали заглянуть в городок Удин, из которого уходил тракт в сторону государства Вариил и, хотя приходилось отклониться от прямого пути к Дикому лесу, команда сейчас двигалась именно в сторону Удина. На дорогах было полно стражи и воинских патрулей, путники находились на территории государства Хартиз, граничащего с Самутреем, как и Хаттан. И хотя с восточным соседом официально был мир, король Хартиза держал в готовности войска, буде Самутрей вздумает нарушить границы. Несколько раз путников останавливали, но, определив по акценту, что это хаттанцы, сразу отпускали, подозрения вызывали только чернокожие колдуны, но мало ли кто бродит по дорогам Пролга?

* * *

— Я наверно перееду сюда жить, — поглаживая живот, заявил Брага и сыто зевнул.

Команда сидела в гостиничном трактире и только что очень сытно и вкусно отужинала.

— И я тоже был бы не против, — поддержал его Криг.

— Э, нет, брат, — возразил Брага, — тогда здесь не останется жратвы, и жить мне тут уже не захочется.

— Ничего, я для тебя буду немного оставлять, — парировал громила.

Брага заткнулся на полуслове, не ожидая такого отпора. Болт ехидно взглянул в его сторону — «знай, дескать, парня!».

Удин оказался довольно приличным городком, правда цены за проживание и снедь кусались, но путники сейчас очень многое могли себе позволить и не считали копейки. Сняли лучшие комнаты, кстати, гостиница была самой дорогой в Удине, хозяин хвастался, что даже в столице — городе Дин, нет такого роскошного постоялого двора. Длинные коридоры были устланы дорогущими Вариилскими коврами, горничные прошли бы кастинг в любом земном модельном агентстве, если их, конечно, соответственно одеть. Хотя, впрочем, учитывая минимум прикрытых частей тел девушек той одеждой, что была на них, кастинг они и так бы прошли. К каждому путнику в номер заявилось сразу по две горничных, почему-то срочно понадобилось что-то там прибрать, где-то протереть, узнать о пожеланиях постояльцев и так далее…

Криг моментально выпроводил их очень простым способом — вынес брыкающихся красавиц в коридор под мышками рук и закрыл дверь на задвижку. Девчонки, однако, не сдались, они начали стучать в дверь и взывать к здравомыслию гостя, дескать «уборка не закончена, гостей не ждали, постель надо сменить, что-то там осмотреть…». В ответ громила заявил, что он ночью сильно храпит.

Болту пришлось труднее. Две девицы, качая бёдрами и едва прикрытыми грудями, шастали по номеру туда-сюда, то и дело «случайно» натыкаясь на путника, одна даже упала ему на колени и почему-то долго не могла встать, другая попросила гостя приподнять её, дабы протереть верхние кромки окна. В ответ Болт заявил, что он инвалид отечественной войны 1812 года, проклятые французы отрезали ему обе ноги и даже зацепили при этом мерзком деянии ещё один орган, потому у него везде протезы, на что красавицы отреагировали желанием полечить храброго воина путём массажа всех пострадавших органов. В общем, попал путник очень серьёзно. Конечно, не будь такой девушки как Элана, трудностей оказалось бы гораздо меньше, но, что есть — то есть. Положение спас Брага, забрёдший по какому-то пустяковому поводу. Видя затруднения товарища, он увёл обеих настойчивых дам к себе, сказав, что две уже у него есть, но его и на четверых хватит, только пусть эти четверо не обижаются на его слишком большую активность. Девицы упорхнули, осуждающе зыркнув на Болта, похоже они обиделись, что им не дали завершить уборку.

Горничные, пришедшие в номер к Дрону, вышли только утром, наверно комната была слишком грязной и уборка растянулась до следующего дня.

* * *

На следующий день отряд на только что купленных лошадях отправился в сторону Дикого леса. Обычно команда Болта двигалась сбитой кучкой, но сейчас почему-то разделилась на группки. Рядом с командиром ехал Криг, Брага с Дроном двигались в сторонке, обсуждая что-то, скорее всего требовательность горничных к чистоте номеров, колдуны что-то там тоже обсуждали, по блестящим глазам было заметно — явно не вопросы магических наук.

— Эх, Криг, Криг. Ты только взгляни на этих развращённых типов. Бедные горничные не могли даже представить, в руки каких маньяков они попали. То ли дело мы с тобой, блюдём… ой как-то это слово похоже на другое… ну — храним добродетель и сдержанность, подаём пример жителям Пролга, поддерживая устои нравственности и благочестия. Ну, как тебе моя речь? Это я готовлюсь стать попом, чтобы толкать проповеди заблудшим этим… как их…

— Маньякам, — ехидно подсказал Брага.

— Да… выдохнул Болт. — Эх, друг, — он снова повернулся к громиле, — но как иногда хочется поманьячить.

— Мне не хочется — категорически заявил Криг.

— Брут он и есть Брут, — пробурчал командир в сторону, вспомнив, как неодобрительно отнёсся громила к этому слову ещё раньше.

— Командир, нас кто-то нагоняет, — вмешался Дрон.

Сзади стелилось пыльное облако, на фоне которого виднелось несколько быстро скачущих всадников.

— Пусть себе. Останавливаться не будем, они и так скоро нас догонят. Поглядывай только, чтобы арбалетами не баловались, мало ли…

Но догонявшие отряд всадники оказались всего лишь мирными путешественниками, они прослышали про команду путников, отбывшую из города в сторону самутрейской границы, и спешили присоединиться к ней для вящей безопасности передвижения. Болта попутчики не слишком обрадовали, но и гнать их он не стал. Старшего, однако, подробно расспросил, куда тот ведёт своих людей.

— Мы купцы, путник, едем к приграничным заставам договориться о поставках продовольствия для усиленных гарнизонов. Поскольку путь наш пролегает вдоль границ Дикого леса, безопаснее иметь хорошее прикрытие. Мы хорошо заплатим.

— Учти, приятель, мы доведём вас только до Дикого леса, дальше наши пути разойдутся. Потому денег я с вас брать не стану.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что держишь путь к окрестностям Дикого леса? — удивился старшина купцов.

— Хочу. Только не к окрестностям, а прямо в сам лес. Надо утрясти пару-тройку мелких вопросов, птичек послушать, полежать на травке. Лес-то дикий, значит, шастать туда-сюда никто не будет, отдохнём от людей чуток.

Пару минут старшина молчал, в первый момент он было подумал, что слышит бред умалишённого, но потом решил, что у путника странный юмор.

— Плохое место для отдыха ты выбрал, путник. Люди там, конечно, не шастают, зато полно нелюдей и тварей. Они частенько и в окрестностях леса пошаливают, почему мы и просим вашей помощи.

— Мне нравятся эти рассказы. Твари… Нелюди. Это же интересно — ознакомиться с фауной экзотического места, расширить свой кругозор так сказать. Романтика, знаешь ли.

— Не ходи туда, путник. Шутки здесь неуместны. Рассказывали, что полгода назад над Диким лесом долго кружил дракон, он, вроде, никого не тронул, но уронил из когтей что-то в самую чащу. Раньше драконов в этих местах никогда не видели.

— Жаль, жаль. Плохо, что это было давно. Интересно было бы взглянуть на эту зверушку. Но ты имей в виду, купец, рядом с Диким лесом можешь отваливать, если нет желания ознакомиться с тамошним зверинцем. У нас вот как раз есть такое желание.

Купец пробормотал что-то насчёт того, что мир катится в пропасть, если на свете живут подобные идиоты, однако Болт на такие вещи давно научился не реагировать.

Вскоре попутчики свернули левее, предпочитая обойти окрестности недоброго места стороной, Болт же повёл команду прямиком в сторону Дикого леса. Странно, но туда вела настоящая, хорошо натоптанная дорога.

— Болт, интересно бы знать, кто топчет эту тропку и зачем? — глянул в его сторону Брага.

— Сам бы рад быть в курсе. Плохо — следов никаких не видать, просто твёрдая почва.

Вскоре оказалось, что эту дорогу пресекают множество других, идущих в самых разных направлениях.

— Путник, — отозвался Бритон, — на дороге есть слабая магия, на обочинах её нет. Точно так же на тех дорогах, что пересекают нашу. Магия злая и опасная. Может, стоит двигаться по обочине, ведь там лошадям идти будет ничуть не труднее.

— Хорошо. Сворачиваем на травку.

Воздух помутнел. Он не был пыльным, в нём не было дыма и тумана. Он стал именно мутным, потерял прозрачность по неясной причине, причём с каждой минутой видимость становилась всё хуже. Лошади стали вести себя беспокойно, всхрапывали, временами переставали слушаться седоков. Дорога, вдоль которой ехал отряд, почему-то стала выпуклой, словно из-под земли на неё что-то давило. Скоро она и на дорогу престала походить, скорее на полукруглый, довольно высокий валик твёрдой почвы. В мутном воздухе появились черные, абсолютно непрозрачные бесформенные сгустки, словно вылитые в воду чернила. Солнце, не в силах преодолеть муть, разлитую в воздухе, стало походить на светлую размытую кляксу. Впереди появилась «дорога», пересекающая ту, вдоль которой двигался отряд. Это был точно такой же вал почвы, высотой уже превышающий рост человека. От вала отчётливо веяло злой магией — это чувствовали уже не только колдуны, но и путники. Отряд остановился, приблизившись к преграде. Около неё было особенно много воздушных «чернильных» пятен.

Болт вполголоса выругался.

— Колдуны, что скажете?

Горт поднял обе руки ладонями вперёд, прикрыл глаза, постоял в такой позе пару минут, затем сказал:

— Очень похоже, что в сей земляной вал что-то, либо кто-то усиленно закачивет незнакомый мне вид магии, её становится всё больше. Переходить преграду нельзя, риск необычайно велик.

— Это и коню понятно. Что можно предпринять? Назад, думаю, мы вернуться уже не сможем, да и не для того сюда шли.

— А давай шарахнем по этой куче из автоматов? — предложил Дрон.

Болт немного подумал, махнул рукой и сказал:

— Иногда стрельба является единственным способом разрешить проблему. Только давайте немного отойдём — кто знает, какая реакция последует за сим деянием.

«Куча» тем временем подросла и достигла высоты всадника. Команда отъехала на достаточное расстояние, затем в вал почвы ударили автоматные очереди. В местах попаданий замелькали яркие алые вспышки. Вал содрогнулся, словно чувствуя боль, потом окутался сплошным чернильным покровом. Пули стали рикошетировать от выпуклой поверхности вала, словно её прикрыла стальная броня. «Дорога» зашевелилась, всё больше напоминая гигантскую змею.

— Сзади! — тревожно крикнул Бритон.

Действительно, сзади приближался такой же чёрный вал, какой был и впереди. Справа бывшая дорога, по которой шёл отряд, тоже превратилась в такой же вал и стала подвигаться к странникам.

— Уходим влево и по ходу думаем, что делать! — скомандовал Болт.

Вдруг яркий зелёный сполох прорезал сгустившуюся муть — Криг, не дожидаясь команды, решил испытать на «змее» ручной СГМ. Чёрный вал взорвался в месте удара луча брызгами чрезвычайно вонючей, непонятной субстанции, походящей на холодец. Чёрная «змея» задёргалась, но громила продолжал вести лучом СГМ-а вдоль тела мерзкой твари, (в том, что это гигантская тварь, уже не оставалось сомнений) ошмётки «холодца» разлетались в разные стороны, попадая на землю, они с шипением расплывались, оставляя обожжённые кислотные пятна.

— Криг, молодца! — подбодрил громилу Болт, — продолжай жечь эту хренотень, но не забывай отъезжать влево — боковой вал продолжает наступать.

Криг повернул раструб СГМ, увеличил мощность и быстро провёл лучом вдоль наступающего справа чёрного вала. Короткое действие концентрированной магии не взорвало вал, но заставило его растечься по земле уже мёртвой плотью, исходящей едким, густым грязно-серым паром. Через минуту с тварью было покончено. По крайней мере, с ближайшей. Но теперь путники уже знали, как бороться с этой напастью. Болт попытался осмотреть дальнейший путь в бинокль, но мутный воздух не дал ничего разглядеть.

— Криг, шарахни для порядка в направлении нашего движения, вдруг там зверушки ещё не успокоились.

Громила чуть сфокусировал луч СГМ для увеличения дальности действия и щедрой рукой полил зеленью магии дальние участки видимого впереди пространства.

Отряд вплотную подъехал к остаткам «змеи», которые широкой ядовитой дымящейся полосой перекрыли дальнейший путь. В некоторых местах куски «холодца» ещё жили и неистово дёргались в конвульсиях. Криг, не долго думая, настроил СГМ на малую мощность и просто выжег широкий проход в преграде. Через пять минут Болт с опаской направил упирающегося коня вперёд, но обошлось без неприятностей.

Команда вновь двигалась вперёд, воздух на удивление быстро очистился от грязной мути, давешние «валы» приняли вид обычных истоптанных странниками дорог. Путники, однако, двигались вдоль одной такой «дороги», памятуя о том, что это такое на самом деле.

— Да, мужики, — сказал Болт, — без СГМ нам пришлось бы очень кисло. Эх, жаль, шокера у меня больше нет, на эту гадость точно бы подействовал, в ней же полно магии. Но я, придурок, не заказал вам, ребятки, привезти новый с Земли.

— Как ты сказал? — заинтересовался Брага. — Я имею в виду самокритику.

— А ты сразу за язык прицепился. Ну — придурок я, честно признаю. Видишь, сколько во мне здравомыслия, критического отношения к себе и скромности, в отличие от некоторых сексуальных маньяков, пачками оприходывающих несчастных горничных.

— Несчастных? Это ты зря, — улыбнулся Брага, — видел бы ты их мордашки утром. Все были очень счастливы, а уж когда я каждой дал по золотому, так вообще ошалели. Думал, не выпустят из номера. Я же говорю — перееду туда жить.

— Распутные девки, — пробурчал Криг. — Брага, пора бы тебе остепениться, возраст-то уже требует.

— О! Новый воспитатель нашёлся! Давно ли сам за каждой юбкой таскался? Миру уже, небось, забыл? Бедная девушка слёзы льёт, вспоминая тебя, а ты…

— Как же, льёт она… после меня у неё уже куча мужиков была. Такая же продажная девка, как и эти, в гостинице. Нет, мужики, насколько лучше иметь одну, но любимую! — громила закатил глаза.

— Ну да. Гера вон как ушёл на Землю, до сих пор с похождениями своей любимой разбирается. Кроме того, любимая — его законная жена.

Разговор, начавшийся, как обычный трёп, увял, перейдя неожиданно на не слишком приятную житейскую тему.

Впереди показалась полоска леса. На пути пришлось пересечь несколько «дорог», но они вели себя мирно.

Было далеко за полдень, когда отряд подъехал к опушке. Лесные великаны недобро глядели на незваных гостей, не слышно было пения птиц, даже вечно шелестящая листва молчала, несмотря на довольно свежий ветерок. Под кронами деревьев была абсолютно голая почва, ни трава, ни подлесок здесь не росли.

— А говорили, якобы здесь какие-то лекарственные растения водятся, — тихо сказал Криг.

— Раз говорили, значит водятся. Только подальше, в глубине. Горт, Бритон, определитесь с направлением, не блуждать же по всей чаще.

— Определиться очень легко. Магию Тропы слышно всё лучше, поскольку мы подходим всё ближе к нужному месту. Другое дело, что здесь сильна и другая магия, очень похожая на ту, что питала напавших на нас тварей, но, всё же, немного другая. Хотя такая же недобрая. Может не стоит, учитывая приближающуюся ночь, углубляться в сей лес?

— Может и не стоит. Но опушку обследовать надо, может, найдём удобное место для ночёвки, или наоборот — вернёмся ночевать сюда. Я с Дроном пойду на разведку в лес, остальные пока ждут здесь, можно разжечь костёр, приготовить пожрать, время давно подошло. Брага за старшего. Слушайте рации. Дрон, входим в абсолют, это не место для расслабухи.

Нырнув в состояние абсолюта, Болт сразу понял, насколько враждебен людям Дикий лес. Тысячи злых глаз смотрели из чащи, тысячи голосов шептали — «умрёшь, уходи, ты враг». Каждое дерево, каждая его ветвь, каждый листочек здесь был врагом.

— «Я не враг и пришёл с миром», — мысленно обратился путник к лесу. — «Не делай мне вреда, — я отвечу тем же».

Злые, давящие взгляды вдруг сменились на недоумённо-вопросительные — с лесом заговорили! Шёпот тоже прекратился, наступила полная тишина.

— «Ты кто»? — отчётливо прозвучал странный шелестящий голос прямо в голове Болта.

— «Я путник, ходок Тропы. Где-то здесь расположено место, куда я хочу попасть. Пропустишь меня»?

Наступило долгое молчание. Затем в голове вновь зашелестело:

— «Я пропущу. То, что живёт возле места, куда тебе нужно, не пропустит. Лучше уходи, тебе с ним всё равно не справиться».

— «Что или кто там живёт»?

— «Живая сила. Это не тварь, а именно сила, её не убить и не победить оружием».

— «Эта сила дружественна тебе»?

— «Нет, эта сила мне враждебна, но я ничего не могу с ней поделать».

— «Тогда позволь мне и моим людям разобраться с этой силой. Возможно, нам удастся избавить тебя от неё».

Снова наступило долгое молчание — лес словно тщательно взвешивал свой ответ.

— «Дирверов ты убил? Это огромные плоские черви, лежащие на земле и прикидывающиеся дорогами.

— «Да, они напали на нас».

— «Значит в тебе немало силы, если смог справиться с дирверами. Можете идти, я не стану чинить препятствий. Мелких тварей я отгоню, с крупными вам придётся справляться самостоятельно. Через две версты, по пути к нужному вам месту, есть очень удобная поляна для ночёвки. На опушке вас снова начнут беспокоить дирверы, они просто так не отступятся. В моих глубине тоже есть опасные твари, но ни одна из них не сравнится с червями».

* * *

Поляна оказалась и правда весьма удобной для ночлега. Рядом протекал ручей с чистейшей, очень вкусной водой, здесь уже росла на удивление мягкая, шелковистая трава, к тому же в лесу начисто отсутствовали комары и мошка. Легко удалось набрать хвороста для костра, вскоре в котелке весело бурлил кипяток, над поляной поплыл вкусный запах готовящейся пищи.

— Я же говорил купцам, что мы идём в Дикий лес, на травке полежать, они почему-то не поверили, — лениво говорил полулежащий Болт, жуя травинку. — Прекрасное место для уикенда, может, кто не согласен?

— Не говори, прям идиллия. Думаю — ненадолго. Тварей здесь достаточно, лес сам тебя предупредил.

— Брагин, вот даже помечтать не дашь. Откуда в тебе столько приземлённости и утилитарности? То ли дело я — натура романтичная и мечтательная. Во всём стараюсь видеть прежде всего хорошее…

— А плохое выбить кулаками, мечом и автоматом, — ехидно подхватил Брага.

— Э-эх… ты всё опошлишь, Брагин. Испоганил мне такое элегическое настроение. Погляди вокруг — могучие деревья сплели кроны в вышине, листья их нежно нашёптывают на своём лесном языке ласковые слова утомлённым странникам, нежная травка стелется, приглашает прилечь на свой шелковый покров…

— Дикие твари тихонько бродят вокруг, ожидая, пока путники уснут, чтобы ими можно было безбоязненно подзакусить, — продолжил Брага речь Болта, — а ласковый Дрон поглаживает ствол своей пушки, чтобы наоборот — пристрелить тварей и подзакусить уже ими. Романтика!

— А разве нет? Даже в том, что ты сказал, брат, можно найти романтику. Ладно. Кто хочет дежурить первым?

Глава 29

Болта разбудили автоматные очереди. Привычка мгновенно реагировать на малейшую опасность дала знать о себе — сонного состояния как не бывало, оружие, словно само оказалось в руках.

Брага, короткими очередями, расчётливо отстреливал кружащих вокруг поляны хищников, представлявших собой нечто среднее меж тигром (на телах присутствовали весьма похожие полосы) и вараном — морда чудища напоминала рептилию. Длинный бронированный хвост тоже мог принадлежать скорее ящеру, нежели млекопитающему. Несмотря на то, что двигались твари весьма шустро и увёртливо, ни одной из них не удалось добежать до расположившихся на поляне людей — стрелок бил весьма метко. Когда хищникам дошло, что добыча слишком опасна, их осталось всего несколько особей, остальные, количеством не менее двух десятков, там и сям лежали на поляне. Твари исчезли так же внезапно, как и появились.

— Ну, чего повскакивали? — осклабился Брага своей фирменной улыбочкой. — Концерт окончен, а мне дежурить ещё полчаса.

— Не подскочишь тут, — пробурчал Болт и сладко зевнул, — трещат здесь, понимаешь, некоторые.

— Смотри челюсть не сверни, — заботливо посоветовал Брага.

Громила уже возился около убитого хищника и усердно отпиливал ножом кусок мяса.

— Криг, надо бы шкуру сначала содрать — посоветовал Дрон.

— Вот и сдирай, коли тебе надо. Я шкуру не ем, мне и мяса хватит. Там где нужно, я кусок шкуры вырезал.

Мясо хищника оказалось вполне пригодным в пищу, уже скоро над костром на рогатинах вертелась палка с насаженными крупными исходящими соком кусками неудачливой твари.

После сытного завтрака команда продолжила движение вглубь Дикого леса. Лесные великаны, стоявшие поначалу чуть ли не ровными шеренгами, красуясь ровными, без изъянов, стволами, почему-то стали ниже, корявее, некоторые деревья вообще закрутило винтом. Трава стала жёсткой, зелёный цвет сменился на какой-то неопределённо-коричневатый. Путники неосознанно сбавили шаг. Болт прощупывал пространство пси-щупом, но ничего не находил. Интуиция, однако, буквально кричала об опасности. Брага с Дроном ощущали примерно то же самое.

— Стой, — вполголоса скомандовал Болт. — Идём дальше очень медленно, страхуем друг друга. Похоже, здесь живёт та хрень, о которой предупреждал лес. Только вот, не чувствую я её. Маги, что скажете?

— Всё по-прежнему. Слышна магия Тропы, но не слишком сильно.

Команда осторожно двинулась дальше. Пройдя примерно с километр, путники увидали впереди большую прогалину. Оказалось, что здесь не только прогалина — в земле зияла огромная воронка, на склонах которой вповалку лежали изломанные стволы деревьев, в самом центре, на дне что-то поблёскивало металлом.

— Болт, вспомни, купец говорил, что над лесом кружил дракон и что-то уронил. Не эту ли хрень, что блестит внизу? — спросил Брага.

— Ну да, и попал прямо в центр воронки?

— А если воронка и вызвана падением этой штуки? Или, может, дракон специально целил туда. Говорят, что эти твари очень умные, умнее многих людей.

— Если и так, что это нам даёт? — Болт стал разглядывать дно воронки в бинокль. — Похоже на здоровенный стальной сейф, наполовину врытый в землю. Блин, ну как же не хочется туда спускаться. Жо… чую, что там песец голимый. А надо, похоже — это та штука, что нам нужна.

— Она самая, — отозвался Бритон. Оттуда и идут нити магии Тропы в сторону Самутрея. А на месте воронки чувствуются остатки другой магии. Сей предмет, по всей видимости, каким-то образом превращает одну магию в другую.

— Болт, давай шарахнем из автоматов, — предложил Дрон.

— Ну, нет. Тебе бы всё шарахать, да шарахать, а что из этого выйдет, не знаешь?

— Так откуда? Вот бы и посмотрели. Ну, пусть Криг врежет из СГМ.

— Ещё лучше. Нет, надо спускаться, хоть и не хочется. Я пошёл, держим связь по рации. Страхуйте, мужики.

Путник стал осторожно спускаться вниз по скользким склонам воронки, лавируя меж сломанными деревьями. Создавалось впечатление, что воронку не рыли, она не стала результатом взрыва, а словно кто-то могучей рукой создал в земле огромную вмятину. В пользу такого предположения говорило то, что многие деревья были сломаны на корню, пни торчали тут же. Вот и злосчастный металлический ящик. Болт явственно услышал низкий гул, доносящийся из ящика. Он мог бы поклясться, что секунду назад этого гула не было. Это напоминало… но через мгновение стало не до догадок — навалилась дикая тяжесть, казалось на плечи положили многотонную глыбу. Болт упал, от страшной боли сознание затуманилось, в последний момент он почти инстинктивно прижал пломбу с правой стороны, активируя препарат силы. Стало легче, но ненамного, тяжесть по-прежнему была неимоверная, путник чувствовал, как из носа пошла кровь. Болт встал на четвереньки, подняться на ноги он бы просто не смог, и, напрягая последние силы, пополз к ящику. Тяжесть нарастала. Тон гудения ящика периодически менялся, но что же напоминал этот звук? Путник снова упал, не в силах преодолеть давящую силу. Пришлось снова использовать препарат силы, на сколько там его хватит? Вот она — эта железная штука. И что теперь? Гладкие металлические стены, нет никаких выпуклостей или отверстий. Болт, едва переставляя конечности, стал огибать ящик, чтобы осмотреть заднюю часть. Что-то там есть, но надо доползти. А сил уже никаких. Использовать препарат силы уже нельзя — это значит убить себя. Уже почти теряя сознание, путник добрался-таки до выступа на поверхности ящика, приподнялся и из последних сил нажал на него. Потом наступила темнота.

* * *

— Ну, наконец-то! — Над Болтом склонился Брага. — Жив, командир, правда, выглядишь трупом.

— И как я тебе в таком виде? — едва шевеля губами, пробормотал Болт.

— Даже краше, чем прежде. Тот ещё тип.

— Спасибо на добром слове, братишка.

Болт полежал молча пару минут, набираясь сил, затем спросил:

— Как остальные?

— Жить будут, только вот с Кригом плоховато. Над ним сейчас работают маги. Говорят, всё будет пучком.

— Я почти догадался, что это за железяка, Брага. Только надо будет поближе взглянуть.

— Лучше не надо. Ты уже «взглянул». Уж лучше бы последовали совету Дрона и шарахнули по ней из СГМ.

— Теперь можно и взглянуть. Она не работает, я её выключил.

— Ну да, это что-то вроде телевизора. Нажал кнопку и выключил.

— Так и есть. Это не телевизор, но и не магический агрегат. Чистой воды техническое устройство. Генератор гравитационного поля — вот это что. Я вырубил питание.

Брага внимательно взглянул на командира.

— А похоже, ты прав. Не всегда, выходит, ахинею несёшь.

— Ещё раз спасибо. Теперь за оценку моих умственных способностей.

— Пожалуйста. Обращайся, если что.

Болт приподнялся на локтях. Желудок отозвался волной протеста, но немного повозмущавшись, успокоился. Дальше — лучше, командир уже сидел, растирая затекшие конечности. Через десяток минут Болт уже бродил по разбитому наспех лагерю у края воронки. Кряхтел, иногда кривился от боли, но ходил. Возле лежащего Крига продолжали хлопотать оба колдуна.

— Как он, мужики?

— Тяжёлый, но жить будет. Крепко его придавило. Путники спаслись абсолютом, мы — магией. А Крига спасла его природная сила. Но пострадал он сильнее всех. Удивительно, как выжил ты, ведь был рядом с этим страшным прибором.

— Спасла одна фишка. Вовремя вспомнил о ней. Пойду-ка я в лес, на травке посидеть охота.

На травке и правда сиделось очень неплохо. Ветерок ласкал разгорячённое лицо — ходьба пока давалась путнику с большим трудом.

— Я могу помочь, — вдруг прозвучал в голове знакомый шелестящий голос.

— Привет, Лес, как поживаешь?

— Я-то хорошо, особенно после того как ты победил злую силу. А вот ты поживаешь не очень.

— Не злая она, Лес. Злые те, кто создал эту силу, и то не факт. А сама по себе она абсолютно бездушная и безразличная ко всему. Но чем ты можешь помочь?

— Во-первых — лекарственными растениями. Трава, на которой ты сидишь, легко вернёт силы всем вам. Достаточно заварить её и выпить получившийся напиток. Раньше, много лет назад, за этой травой сюда приходили многие люди. Потом они стали мне вредить, рубить деревья, даже устроили несколько пожаров. После этого я перестал пускать сюда людей.

— А кто установил на дне воронки этот ящик?

— Пришла группа людей, которых я не смог остановить. Они и поставили эту демонскую штуку. Но воронки там изначально не было, она появилась под воздействием силы, испускаемой сей штукой.

— Я так и подумал. А что здесь делал дракон?

— Дракон сбросил неподалёку отсюда какой-то предмет. Глаз я не имею, потому точно не могу сказать, что это. Знаю, что предмет обладает сильной магией.

— Сколько здесь любопытного, однако…

— Я открою тебе тайну, известную очень немногим. Здесь недалеко есть одно место. Вам, путникам, стоит на него посмотреть. Пришельцы установили ящик, чтобы закрыть путь туда.

— Ого! Странные дела делаются в Диком лесу. Добро, подлечимся твоим зельем и наведаемся в сиё местечко.

Настой из травы совершил чудо — все больные излечились в течении часа. Криг с удвоенным аппетитом пожирал здоровенный зажаренный кусок мяса.

— Болт, — «тревожно» заметил Брага, — может мы его того… слишком вылечили? — Так он сожрёт все продукты, что у нас остались.

— Не трынди, брат, пусть поест человек. А тварей, застреленных тобой полно на поляне, мяса нам хватит с избытком.

Криг не вмешивался в разговор, увлечённо жуя, лишь поблагодарил командира взглядом.

* * *

— Ну и как вам? — Болт указал рукой на открытую стенку давешнего ящика.

Нутро этого устройства представляло собой смесь панелей, проводов, индикаторов. Всё это добро было снабжено кучей надписей на неизвестном языке. Путник долго возился, прежде чем смог вскрыть ящик, хитрая система защёлок долго не поддавалась, ломать же стенку Болт по-прежнему не хотел, подозревая, что столь сложный агрегат наверняка защищён от варварских действий.

— Магией тут и не пахло, — пробурчал Брага. — Но кто? Кто мог притащить сюда эту здоровенную и наверняка очень тяжёлую штуку? Ведь делали её явно не в Пролге.

— Ты уверен? — сощурил глаза Болт. — А что мы знаем о Пролге? Ведь это огромный мир, планета, размерами примерно такая же, как и Земля. Мы же освоили пока только две страны этого мира и знаем о существовании ещё нескольких. Да и страны ли это? Так, мелкие государства, двести-триста километров что в длину, что в ширину.

— Убедил, убедил, логичный ты наш. Но я всё равно думаю, что ящик — продукт не местной цивилизации.

— Да я тоже так думаю. Просто по зловредности своей тебе возразил.

— Хоть признаёшься иногда в своих недостатках. Уважаю. — Брага шутливо поднял вверх большой палец.

— И что нам делать со всей этой фигнёй? Так и оставить? Кроме того, мы ведь так и не определили — где сходятся векторы силы, идущие в Самутрей.

— Уже определили, — сказал Бритон. — Мы с Гортом произвели нужные медитативные замеры и точно определили интересующее нас место. Ранее эта сила, которую ты победил, искажала результат.

— Отлично. Значит, сначала сходим к этому месту, а потом уже решим, что делать с ящиком.

Место оказалось не слишком далеко — метров за пятьсот от воронки. На небольшой полянке стоял древний замшелый невысокий каменный обелиск в виде заострённой пирамиды с узким основанием.

— Сюда и сходятся точки приложения сил из Самутрея, — сказал Бритон. — Но здесь есть кое что ещё. — Колдун пошёл вдоль поляны, заросшей на удивление высокой травой, высматривая нечто на земле. Вскоре он остановился и позвал всех к себе.

В земле торчал довольно длинный золотой посох с рукояткой из огромного изумруда. От предмета веяло сильнейшей магией. Колдуны с пониманием переглянулись.

— Сей посох — абсолютно посторонний здесь предмет. Неясно, как он сюда попал, но его назначение — отбор силы из этого места и передача её в другие места. Куда, надеюсь, всем понятно. Не могу только понять, откуда здесь берётся сила, узла магии я не чувствую.

— Как он сюда попал, я могу рассказать, да вы и сами знаете. Эту палку притащил и сбросил дракон. Принести сюда её Гул-Маготовцы не могли, место-то защищено, вот и придумали воздушную доставку. Что можно с этим сделать?

— Трогать нельзя, а вот поступить по методу Дрона, то есть — шарахнуть из дистанционного оружия, вполне можно попробовать. Только издали.

— Дрон, слыхал? Ты становишься авторитетом. Но шарахнуть, думаю, лучше из СГМ, автомат вряд ли поможет.

— Не лучше, — возразил Бритон. — Зачем наносить лишнюю рану лесу? Достаточно разрушить кристалл, а с этим ваш автомат справится легко.

Команда отошла подальше, Дрон поднял автомат и без прицеливания, с одной руки, разнёс зелёный камень на мелкие куски. Яркая вспышка осветила поляну, земля дрогнула, однако на этом все эффекты закончились.

— Всё! — в один голос сказали колдуны.

— Что всё?

— Нет нитей силы, — пояснил Бритон. Места силы, устроенные на территории Самутрея перестали быть таковыми. Теперь это просто бесполезные деревянные ячейки, заполненные землёй. Маги Гул-Магота сейчас должны бежать к Тропе, иначе погибнут через несколько часов.

Болт осмотрел команду.

— Мужики, всем спасибо. И мне тоже, естественно. Мы почти дожали Гул-Магот. Теперь наша задача — загнать их на Тропу и запереть. Думаю, после этого тамошние колдуны долго не смогут нас беспокоить.

— А сможем, командир? — Брага смотрел на Болта очень серьёзно, без обычной иронии.

— Должны, — пожал плечами Болт. — Смогли же выгнать их из Самутрея. Ладно, теперь надо бы поближе взглянуть на местный памятник старины. Откуда он здесь взялся?

Тщательный осмотр обелиска не принёс результатов. Пирамида как пирамида, только вся заросшая мхом. Криг, движимый непонятно каким побуждением, принялся сдирать корку мха с каменной поверхности обелиска.

— Гляди-ка, Болт, дыра!

Небольшое круглое отверстие зияло на одной из граней пирамиды. Раньше его было не видно — прикрывал мох.

Командир переглянулся с Брагой — у них появилась одна и та же мысль. Болт быстро скинул рюкзак, достал шкатулку, полученную от грызлов, и извлёк из неё сверкающий артефакт.

— Осторожно, мужики, я не знаю, что сейчас будет.

Переливчатый цилиндрик точно вошёл в отверстие пирамиды, снаружи остался лишь кончик. Но ничего не происходило. Болт разочарованно вздохнул.

— Наверно испортился механизм, всё слишком древнее. Но я уверен, что цилиндрику здесь самое место, очень уж точно он туда вошёл.

Над пирамидой склонился Брага, внимательно осматривая отверстие и торчащий цилиндр.

— Ты кое-что не заметил. Смотри.

Теперь Болт и правда увидел. На каменной поверхности в самом верху отверстия была выдавлена маленькая риска. На переливающейся поверхности цилиндра тоже была полоска. Брага осторожно повернул цилиндр до совпадения меток. Дневной свет вдруг резко сменился на полумрак, стало заметно холоднее. Пейзаж вокруг тоже изменился — сероватый туман скрывал дальнюю перспективу, слышались странные звуки — какое-то чавканье, шипение, скрежет. Потом взревела неведомая тварь, заставив путников схватиться за оружие.

— Поздравляю! Мужики, мы нашли новую Тропу! — Болт осмотрелся вокруг. — И, думаю — это не та Тропа, которой владеет Гул-Магот. У них Тропа обустроенная, а эта абсолютно дикая и нехоженая. И звуки такие родные. Слышь, Брага, пыхтит что-то?

— Да горгона пыхтит, ясное дело. Я даже могу в неё отсюда попасть.

— Зачем? Пусть живёт зверушка, мы сейчас всё равно уйдём с этой Тропы, не пришло время её топтать.

Болт вынул цилиндр из отверстия пирамиды и вокруг вновь засияли краски дня.

— И в какой же мир ведёт эта Тропа? Ведь, судя по объяснениям Гиранита, есть только два пути по цепочке миров, — спросил Брага.

— А хрен его знает, брат. Думаю, пока не стоит озадачиваться, есть дела поважнее.

— Болт, позволь нам забрать посох, — обратился к командиру Горт. — Золотой магический посох — чрезвычайно редкий артефакт. Мы с Бритоном изготовим новый кристалл и получим очень мощный магический инструмент, могущий пригодиться всей команде.

— Не вопрос, дружище. Магар, и посох ваш.

— Что? — недоумённо спросил колдун.

— Да ничего, это я так, по привычке. Забирайте. А последствий не будет?

— Посох имеет силу лишь при наличии кристалла.

Выдернуть золотую вещицу из земли оказалось непросто, настолько сильно она увязла. Но при помощи Крига проблема быстро разрешилась.

В голове Болта раздался шелестящий голос:

— Будьте осторожны, путники. Приближается дракон. Он невероятно зол. Будет здесь уже очень скоро.

Голос Леса слышали и остальные.

— Может, спрячемся на Тропе? Тварь полетает, полетает, да и слиняет себе, — предложил Брага.

— Лучше шарахнем, — возразил Дрон.

Болт чуть подумал, повернулся к Дрону и сказал:

— Пожалуй ты прав — лучше шарахнем. Кто его знает: сколько на Тропе придётся выжидать, да и твари там встречаются не хуже дракона. Путники — входим в абсолют. Колдуны — держать магический щит, драконы вроде как магией плюются, как наш СГМ, только послабее. Мне это один знакомый маг из Хаттана рассказывал. Вообще — занятные зверушки, драконы эти… — дальнейший трёп командира прервал утробный рёв, донёсшиёся с высоты.

Дракон атаковал сразу, едва приблизившись к команде, он резко спикировал и выплюнул огненный сгусток. Путники успели уйти с места, куда должен был попасть сгусток, но он разбился о щит, поставленный колдунами. Команда открыла огонь из автоматов, но для бронированной твари это было — что комариные укусы. Криг не успевал вертеть тяжёлым СГМ, чтобы попасть в дракона. Умная зверюга видимо понимала, что попади в неё враг из этого оружия и с ней будет покончено, поэтому летала зигзагами, по самой причудливой и непредсказуемой траектории. Огненные сгустки обильно сыпались вниз, снопы искр разлетались во все стороны, путники метались по поляне, ведя непрерывный огонь из автоматов.

— Командир, надо что-то делать! — прокричал Горт. — Наши силы иссякают, скоро мы не сможем более удерживать щит.

— Дрон! — прокричал Болт, — брось автомат, возьми свою пушку и попробуй попасть дракону в уязвимое место, иначе этот летающий крендель скоро нас поджарит!

Снайпер мигом сменил оружие, и уже через несколько секунд новая тактика дала результат — пуля из Дроновской рогатки угодила дракону в глаз. Тварь задёргалась, траектория её движения стала ещё более беспорядочной. Дракон развернулся для новой атаки, разглядывая врагов уцелевшим глазом, и в этот момент полностью ослеп. Дрон ожидал, что тварь будет вынуждена подставиться и вышиб ей второй глаз. На короткое мгновение дракон замер, однако ситуацией тут же воспользовался Криг — СГМ ударил зелёной вспышкой, и тварь перестала существовать, осыпавшись на землю тлеющими ошмётками.

* * *

Команда вновь собралась возле стального ящика в центре воронки. Болт так и не смог решить, что же делать с этим предметом, — уничтожить его, либо оставить всё как есть.

— Слушай, а ведь если это продукт технологии, он должен откуда-то запитываться, — высказал идею Брага.

— Молоток, брат. Но вот что его питает — тот ещё вопросик. А давайте чуток поработаем сапёрной лопаткой. Интересно мне посмотреть, что же там внизу, под ящиком.

Вскоре железку раскопали до основания. Оказалось, что в глубину от него уходит самый обыкновенный мощный электрический кабель.

Болт присвистнул.

— Похоже, внизу, под землёй, электростанция. На каком принципе работает неважно, но я теперь знаю, что делать.

Он отошёл от ящика и длинной очередью из автомата перебил питающий кабель. Толстые проводящие жилы замкнуло, полыхнул электрический разряд, на этом вся пиротехника закончилась.

— Хм… не проще ли было сжечь эту хрень из СГМ? — пожал плечами Дрон.

— Проще, брат, проще. А вдруг она понадобится нам? Мне, к примеру, очень не хочется, чтобы здесь кто-то шастал. Если бы я мог, то снова включил бы этот ящик, он здесь не зря поставлен. А кабель перебил, чтобы его труднее было включить без нашего ведома. Теперь, чтобы включить защиту, нужны восстановительные работы, а на это потребуется время.

— Интересно, кто же её поставил? — спросил Брага.

— Путники, брат, — остро глянул на него Болт. — Чужие путники, не с Земли. Тропа рядом, ты не забыл?

Глава 30

— Ну что, двигаем на Самутрей? — спросил Брага.

— Нет, брат, нечего нам там делать без орудия главного калибра, то бишь — большого СГМ. Не факт, конечно, что и он нас особо выручит, но надо использовать все козыри — противник уж больно силён. Потому двигаем назад, в южный форт, а там поглядим, что и как. Но прежде нужно запастись целебной травкой, она нам очень может пригодиться.

* * *

К южному форту прибывали и прибывали новые войска Хаттана. Воевода Гирон сумел высвободить несколько тысяч воинов от охраны границ с юга, севера и востока страны. Вокруг форта появился военный городок со множеством шатров, палаток, навесов. Предприимчивые купцы наладили снабжение войска провизией, здесь крутились и жрицы любви — куда же без них бедному солдату?

Кроме военной силы, прибыло около сотни боевых магов — всё, что мог собрать Хаттан. Колдуны сии не отличались изощрённостью и мастерством в магических поделках, лечении болезней, управлении погодой, зато умели бросаться огнём, льдом, воздушными вихрями и прочими прелестями. Болта весьма волновало, что в магическом противостоянии Гул-Магот имел бесспорное и огромное превосходство. У путника возникла идея и он, не откладывая, решил её испробовать в деле. Вместе с Гортом, Бритоном и Витализом был построен очень большой магир, дабы иметь нужное количество магической энергии. Задача заключалась в том, чтобы эту энергию мог использовать маг любого, даже малого уровня силы. В таком случае, колдуны Гул-Магота высших кругов теряли бы своё преимущество.

Троица колдунов работала днём и ночью, Болт не давал им передышки. Для поддержки сил использовался настой травы из Дикого леса.

— Маловато будет энергии, — Бритон с досадой отошёл от стола с бумагами. — Один, два мага смогут заметно усилить свои возможности с помощью этого прибора. Но не более того и при этом не достигнут даже второго уровня силы.

— А если сварганить ещё пару-тройку магиров? — спросил Болт.

— Ну, ещё пара колдунов станет сильнее. Путник, у Гул-Магота тысячи колдунов второго круга. Здесь даже твой СГМ не поможет. И два и три СГМ-а тоже. Рогус-Тор расположен рядом с порогом Тропы, магии там предостаточно. Учитывая, что наверняка во владении устроено место силы — там имеется несколько тогров. Двух магов третьего круга нам удалось уничтожить. Но остался Берговул и ещё двое колдунов такого же уровня. Эта троица будет посильнее всех колдунов второго круга.

— Весело, весело, — пробормотал Болт и принялся ходить вокруг стола, активируя бурную мозговую деятельность. Но почему-то в голову ничего хорошего не приходило.

В помещение зашёл Прист — толковый ремесленник, помогавший изготавливать магиры.

— Путник, СГМ почти готов. Осталось вставить ген… генр…

— Генератор, дружище. Я его закончил уже вчера. Провозился до ночи. Держи ключи от мастерской.

Ремесленник ушёл. Болт вдруг сорвался с места и ринулся к двери, едва не сбив с ног подвернувшегося Горта.

— Эй Прист! Погодь с СГМ-мом! Тащи генератор сюда! Весь недоделанный СГМ тащи!

Вскоре работники принесли в помещение громоздкую конструкцию. Это был недостроенный СГМ, ещё более мощный, чем первый.

Болт рукой смёл чертежи и положил на стол чистый лист. Нарисовал прежнюю схему раздачи энергии от магира, но вставил в промежуток генератор. Сбоку пририсовал рассеиватель магии.

— Мужики, мне думается — это будет работать. Генератор запускается от магира и даёт тьму энергии. В СГМ-е эта энергия расходуется на выстрел, я же предлагаю её рассеивать на месте. Сможет ли колдун использовать рассеянную энергию, учитывая, что её очень, очень много? Схема раздачи тоже включится, обеспечивая дистанционное потребление в разных местах.

Колдуны зашумели, сгрудившись вокруг грубо нарисованной картинки.

— Надо попробовать, — Горт повернулся к Болту. Только сперва на малой энергии.

— Ясен хрен, на малой. Даже на очень малой, я не уверен, что рассеиватель сможет справиться с максимумом выброса. Работаем, работаем, ребята!

Внешний вид СГМ претерпел значительные изменения, излучатель убрали, на его месте появился дополнительный рассеиватель. Эту работу делал Болт. Маги изготавливали кристаллы, копящие рассеянную энергию, они должны будут применяться как источники силы, принимающие энергию на расстоянии. Собственно кристаллы были изготовлены в ювелирных мастерских, колдуны же накладывали соответствующий комплекс заклятий, превращавший драгоценные камни в магические артефакты. Горт на короткое время отлучился, вернувшись с золотым посохом, найденным в Диком лесу. Крупный изумруд занял место уничтоженного Дроном. Горт наложил ещё несколько заклятий на посох, подчиняя его себе, теперь, даже без внешней подпитки, это был магический предмет большой силы.

— Сначала испытаем твой рассеиватель на посохе, — пояснил колдун, — это будет безопаснее, чем использование простого кристалла силы.

Испытания пришлось отложить на следующий день, поскольку работы по переделке СГМ в рассеиватель затянулись почти до утра.

* * *

Получившийся прибор, которому Болт дал рабочее название РС (раздатчик силы), поместили в повозку, дабы придать мобильность и перетащили далеко в поле для испытаний.

Болт включил питание, индикаторы показали силу, набранную магиром, запустился генератор, окутавшись зелёным ореолом, когда же была достигнута минимальная мощность, путник дал знак Горту, застывшему с посохом на расстоянии около полукилометра. Колдун направил посох набалдашником вперёд, сверкнула зелёная молния, мощный импульс магии врезался в очень толстое, старое сухое дерево, которое разлетелось вихрем щепок.

— Путник, — ожила рация, — океан силы! Я это чувствую даже без посоха, он только даёт возможность мне использовать её! Теперь я понимаю, какое ощущение могущества испытывают маги третьего круга!

— Отлично, Горт. Усложним испытание.

Усложнение заключалось в том, что несколько магов выстроились на расстоянии примерно по сто метров друг от друга и одновременно воспользовались переданной магией. Били просто в землю на дальнее расстояние, подходящих объектов для разрушения поблизости не было. Земля покрылась глубокими воронками, в момент попаданий она разлеталась, словно при взрыве тяжёлого фугаса, звуки тоже весьма напоминали артиллерийский обстрел. Путник довёл мощность РС до средней. Разряды магических импульсов стали настолько яркими, что было больно смотреть, воронки от попаданий теперь походили на глубокие строительные котлованы под крупные здания, грохот при всём этом безобразии стоял буквально вселенский. Болт отключил установку, прекратив развлечение упивающихся могуществом колдунов. Вспышки разрядов сразу перестали напоминать взрывы тактических ядерных снарядов, превратившись в жалкие зелёные сгустки, которые, к тому же, не пролетали даже половины расстояния прежних импульсов. Конечно, попади такой сгусток в воина — тому тут же пришёл бы конец, но и только. С такой задачей куда успешнее справлялся обычный арбалет. Потому колдуны обычно составляли круг силы, отдавая энергию ведущему магу. Теперь же круг силы заменил собой РС, предоставляя, к тому же, несравненно больше силы боевому магу.

После испытаний Болт собрал колдунов для подведения итогов.

— Сила огромная, слов нет, — говорил Бритон. — Причём этой силой в бою может пользоваться каждый маг нашего войска. Но я не могу сказать, что колдуны Гул-Магота слабее. У них громадное преимущество в численности боевых магов. Потому буду осторожен в оценках. Моё мнение — примерное равенство сил. Маги закивали, соглашаясь с оценкой Бритона.

— Ну, равенство — это уже хорошо. Наша задача — загнать колдунов на Тропу и надёжно запереть. Запор уже придумали — берём тот же РС и ставим у Тропы постоянную заставу с колдунами. Обладая соответствующей силой, они накроют порог колпаком и не позволят гул-маготовцам даже нос высунуть из норы. В дальнейшем, возможно, изобретём что-то более совершенное, однако на первое время хватит и этого.

* * *

Армия Хаттана перешла в наступление. Самутрейцы, лишённые руководства, оказывали очень слабое, неорганизованное сопротивление, чаще они просто бежали, завидев надвигающееся войско врага. Вокруг двигавшейся на юго-восток армии Гирона простирались заброшенные поля, поросшие сорняком, поселения имели запущенный, неухоженный вид, местный народ явно голодал, многие не стеснялись подходить и просить еду у проходящих мимо солдат Хаттана. Зато там и сям попадались грандиозные постройки, состоящие из разгороженных сот, заполненных землёй Тропы.

К Болту подъехал Брага. В седле он держался великолепно, словно всю жизнь, только и делал, что ездил на коне.

— Знаешь, мне кажется, Гул-Магот просто похерил местное население. Использовал как рабочий скот для постройки этих вот мест силы. Маги Тропы устроили себе вполне приличное место для постоянного проживания, пока мы не перекрыли им кислород в Диком лесу. А местный народ потихоньку бы вымер.

— Он уже вымирает, — хмуро ответил Болт. Подожди, брат… — путник пришпорил коня и направился к воеводе.

После недолгих переговоров Гирон согласился с доводами Болта и приказал обозникам оставлять часть продуктов в каждой деревне, где проходило войско.

Со стороны авангарда к воеводе во весь опор подлетел всадник.

— Воевода, магическая атака! Погиб весь разведывательный отряд, пятьдесят воинов!

— Болт, — воевода испытующе глянул на путника, — ты говорил, что маги все сбежали. Выходит, не все?

Болт сжал челюсти. Как он мог забыть? Чернокожие колдуны из Рогуса, им ведь не нужна магия Тропы.

— Гирон, прикажи немедленно остановить войска. Я к своим.

Путник развернул коня и поскакал к команде.

— Мужики, выдвигаемся! Горт, Бритон, направляйте телегу с РС в голову войска, сами тоже. Напали ваши чёрные друзья. Быстрее, ребята, а то бед не оберёмся!

Сборы не потребовались, поскольку группа двигалась в походном порядке. Войско Хаттана остановилось, курьеры уже разнесли приказ воеводы. Болт с командой вскоре оказался в авангарде. Колдуны развернули телегу с РС, управлять аппаратом остался Витализ, Горт с Бритоном разошлись довольно далеко, чтобы не создавать друг другу помех при использовании принятой магии. Генератор мягко засветился зелёным — Витализ, не мешкая, запустил набор мощности.

— Их много, командир, — предавал по рации Горт. Круг силы из сотни колдунов, не меньше. Это огромная сила.

— Не боись, маг! Вы сейчас сильнее. А ну-ка врежьте этим неграм по соплям!

— Кому?

— Да братьям вашим. Чёрного цвета.

— Это не унизительное прозвище?

— Как ты такое мог подумать? Это высшая похвала. Давай, я жду результат.

Маги ударили одновременно. Враги находились за пределами прямой видимости, потому импульсы были направлены по изогнутой траектории. За ближним лесом полыхнуло зелёное пламя, через несколько секунд донёсся грохот.

— Командир, они сдержали удар. Готовят ответ, мы создадим щит, но на всякий случай войдите в абсолют.

— Давно вошли, Горт, — ответила рация.

Яркая вспышка блеснула над головами, грохнуло так, что заложило уши. Зелёное пламя растеклось по невидимой глазу полусфере защитного купола и бессильно опало.

Горт с Бритоном немедленно ответили. Начался непрерывный обмен ударами, но ни одна из сторон не смогла достичь успеха.

— Ребятки, может вам силы подкинуть? В смысле разогнать генератор хотя бы до середины диапазона мощности.

— Это можно, но мы рискуем сделать глубокую воронку на месте круга вражеских магов. А вокруг заболоченный лес. Войску с обозом будет трудно преодолеть такую преграду.

Снова сверкнуло и загрохотало — маги Рогуса ударили в очередной раз.

— Ладно. Попробуем решить дело по-другому. Продолжайте лупить по неграм, не давайте им расслабляться, а я с ребятами тем временем проведу диверсионную вылазку.

Болт повернулся к путникам.

— Спешиваемся и движемся мелкими перебежками. Подлесок достаточно густой, колдуны Рогуса заняты боем. Задачу, думаю, даже объяснять не надо.

Команда, включая громилу, который двигался поразительно легко, невзирая на малый СГМ за плечами, исчезла в чаще. Однако, всё оказалось не так просто — в лесу ждала засада. Карауливших воинов путники засекли ещё на подходе, сработали детекторы, да и абсолют работал не хуже в плане обнаружения врагов. Едва команда успела упасть животами на землю, над головами свистнули арбалетные болты. Огонь был весьма густым и прицельным, создавалось впечатление, что стрелки видят сквозь густую листву. Путникам пришлось спрятаться за деревьями.

— Что делать, командир? — Дрон оказался рядом, за соседним деревом, — бьют прицельно, гады, не высунешься. Может пусть Криг шарахнет из СГМ?

— И как он шарахнет? Едва высунется — утыкают болтами как ёжика. Интересно, что же за фишка? Как они нас видят? И далеко же, сволочи — гранату не добросить.

— А граната — хорошая мысль! Она отвлечёт стрелков на пару секунд, тем временем можно приблизиться и снова спрятаться за деревом.

— Нет, не пойдёт. Этак мы все деревья здесь пересчитаем. Да и гранат осталось не особо много, надо бы приберечь. Но идея с отвлечением внимания хороша. Короче — вы с Брагой одну за другой с интервалом в две секунды швыряете гранаты, насколько достанете, а я в состоянии абсолюта делаю спринтерский забег. Ни у кого из вас сжатие времени пока не получается, я же пару раз уже использовал эту фишку. Начинаю обратный отсчёт: три… два… один!

Два взрыва один за другим грохнули в стороне засады, Болт резко вошел в состояние максимальной концентрации, сейчас он видел траекторию каждого осколка, нашёл «окно» среди летящих железок и стрелой рванулся в сторону врага. Время сжалось в комок, за одно мгновение путник успел преодолеть несколько десятков метров и залёчь за деревом. Спрессованное время тут же распрямилась, отозвавшись дикой болью в голове, но овчинка выделки стоила. В дерево, за которым спрятался путник, часто застучали тяжёлые стрелы. Болт швырнул гранату — расстояние позволяло, потому она рванула прямо среди стрелков. Время снова сжато в комок — и путник уже среди уцелевших врагов. Клинок засвистел, собирая обильную кровавую жатву. Группу стрелков прикрывал десяток мечников, но с этими Болт разобрался легко, к тому же враги не успели толком оклематься после взрыва гранаты, унёсшего жизни чуть ли не половины отряда, сидевшего в засаде. Убегавшего стрелка путник снял выстрелом из «смарта».

— Готово. Подтягивайтесь, ребята, — произнёс Болт в рацию.

Через минуту группа была в сборе.

— Командир, глянь-ка на этого перца, — Брага присел и рассматривал человека в синем балахоне, лежащего лицом вниз.

Болт подошёл ближе.

— Таких мы ещё не встречали. А ну, брат, переверни кренделя рожей вверх.

«Крендель» оказался нелюдью. Огромные глаза на пол-лица прикрыла смертная плёнка, кривой нос загибался почти к самому рту, хотя это была скорее пасть с рядом острых как иглы зубов.

— Вампир это, — пробурчал Криг. — Он-то нас и видел, а потом передавал увиденное прямо в головы стрелкам. Эти твари и не такое могут. Но обычно они сами по себе, никому не помогают. А этот, гляди — на стороне Гул-Магота воевал. Болт, он сейчас оживёт.

— Не успеет, брат.

Болт взмахнул мечом и голова вампира отлетела в сторону.

— Здесь закончили. Дрон, ты самый глазастый, проведи рекогносцировку. Колдуны прикрыты щитом, я их абсолютно не чувствую. Да и башка после двух сжатий времени трещит не по-детски.

Снайпер вернулся через десять минут

— Здесь недалеко просека, на ней и собрались колдуны. Стоят в два круга, не подступиться. Я почувствовал на себе внимание, но не спалился — успел прикрыться абсолютом.

— Да уж… такой себе магический дзот. Попробуй разгрызи. Давайте, ребятки создадим общую сферу абсолюта и подойдём поближе, может идея хорошая придёт. Крига прикрываем общими силами.

На довольно широкой просеке, прямо посреди лесной дороги стояли две большие группы чернокожих магов. Воздух вокруг них мерцал зеленоватым свечением. Из-за вершин сверкнула зелёная вспышка — громыхнуло, как при попадании молнии, зелень магии растеклась водой по щиту и ушла. Другой круг колдунов немедленно ответил ударом на удар. Из-за леса послышался гром — Горт с Бритоном отразили магию врагов.

— Грамотно держат оборону: один круг держит щит — другой огрызается ударами. Так они долго могут стоять. Пули их щит тоже наверняка отклонит. Граната отскочит как от мячика. Остаётся СГМ, опять же большой риск разрушить гать через болотистую дорогу. Появятся проблемы с проводкой обоза.

Горт и Бритон снова ударили по щиту чернокожих. Те ответили.

— Болт, а давай я шарахну в аккурат после удара наших колдунов, — вмешался Криг. — Думаю, щит после удара на короткое время слабеет, потому можно попробовать взять его малой мощностью, дорога останется цела.

— Молодца. Идея здравая. Реализуй.

Криг дождался выстрела из-за леса и немедленно ударил прямой наводкой. Щит заискрился, пошёл сверкающими трещинами и с глухим хлопком пропал. Но колдуны в другом кругу тут же попытались его восстановить, они не стали отвечать на удар Горта с Бритоном, дабы не потерять накопленную силу. Над сборищем магов робко замерцало зелёным, но тут же застрочили автоматы, защита не успела набрать требуемую крепость, часть пуль отклонило, но некоторые попали в цель. Круг магов разорвался, щит рассеялся, так и не успев толком появиться, а очереди калашей быстро выкосили остальных чернокожих колдунов.

* * *

— Вот он, пресловутый Рогус-Тор, Болт разглядывал огромную крепость в бинокль. Пожалуй это можно было назвать даже укреплённым городком. Мощные высокие стены из белого камня казались неприступными для штурма, они были выстроены так, что нависали над внешней стороной. Башни щерились множеством узких бойниц, на стенах рядком выстроились баллисты и катапульты. Широченный ров, опоясывающий крепость дымился ядовитыми испарениями, заполнен он был явно не водой.

— А вон и тогры, — воевода стоял рядом и тоже использовал бинокль. — Пять штук! Если ударят разом, сожгут вокруг всё.

— Не думаю, что они бьют все вместе. Скорее один за другим, для скорострельности. Однако нас им не достать. Другое дело, что удары СГМ тоже будут абсолютно неэффективны, щит здесь установлен непробиваемый, ишь, как зеленью мерцает. Взять Рогус-Тор будет невероятно сложно, а может и вообще невозможно. Но попытаться надо, иначе эта война никогда не кончится.

Глава 31

Уже неделю два мощных СГМ непрерывно долбили по Рогус-Тору. Каждую минуту, поочерёдно из жерл орудий вырывался изумрудный луч, яркая зелёная вспышка освещала окрестности, а щит крепости отзывался глухим низким гулом. Маги Тропы не отвечали ударами тогров, поскольку дальнобойность их орудий значительно уступала СГМ, к тому же прекрасно понимали бесплодность подобных действий.

— Что дальше, путник? — воевода безнадёжно глянул на Болта, — этак здесь сто лет можно простоять. А у тебя нет ещё одной жгучей дубинки? Бросил бы в щит — и конец магам, их бы разнесло в куски.

— Нет, моя привычка швыряться шокерами здесь не пройдёт, маги научились делать прерывистое поле отражения.

Болт замолчал. Сумрачное настроение не покидало его уже несколько дней, он с самого начала осады понимал, что таким способом Гул-Магот не одолеть, но свежие идеи в голову не шли.

— Пойду отдыхать.

Болт шёл по лагерю, огибая палатки, группы воинов, занимавшихся своими делами, костры, на которых готовилась нехитрая армейская пища. Его внимание привлёк один разговор в компании сидящих у огня солдат.

— Командиры наши не знают чего делать с этой крепостью. Даже путник — и тот зашёл в тупик, — говорил пожилой седоусый вояка. — А того не понимают, что равными силами друг друга не смять. Здесь надобно хитростью действовать.

— Дан, так предложи свои услуги нашим командирам, — насмешливо ответил молодой черноволосый воин, — может хоть на старости лет десятником сделают.

Болт остановился, прислушиваясь к разговору.

— Молод ты слишком, Хвар, чтобы меня поучать. Командиры не станут слушать простого воина, у них есть свои советчики. А я расскажу одну историю. Много лет назад король Зотрик, думаю о нём все слышали, долго пытался взять осадой неприступную подгорную крепость. Оружейные мастера сего укрепления умели строить дальнострельные катапульты, коих поместили на стенах великое множество. Любая атака войск Зотрика заканчивалась у подступов крепости тем, что на солдат сыпались сотни здоровых каменных глыб, после чего приходилось отступать с большими потерями. Камнемёты в те времена строить ещё не умели, король уже было решил уводить войско, но тут ему привели одного местного человечка, который дал хороший совет. Дело в том, что осаждённая крепость была пристроена к отвесной скале. У подножия её была устроена каменоломня, служившая неиссякаемым источником снарядов для катапульт. За много лет каменоломня превратилась в довольно глубокий котлован. А немного дальше, повыше каменоломни располагалось горное озеро. По совету этого человека король приказал своим воинам разрушить природную перемычку, не дававшую водам стекать вниз. Сотни воинов больше месяца работали кирками да лопатами вместо мечей, но смогли-таки выдолбить канал. Каменоломню затопила вода, потому защитники быстро израсходовали запасённые снаряды, после чего Зотрик подвёл осадные машины к стенам крепости. Дальше можно не рассказывать. Оно, конечно — здесь всё по-другому, но мне думается, нашим командирам надобно подумать, как использовать силу врага в свою пользу.

Последние слова Болт слушал уже краем уха — он шёл в сторону шатров, где жили маги.

* * *

— Хорошая история, — задумчиво сказал Горт. — Но пока не пойму, что полезного из неё можно извлечь в нашем случае.

— Значит думай. И не один думай, а все вместе, вас тут много. Одна голова хорошо, много голов — лучше, а без головы совсем плохо. Это магия, ребята, вы спецы, а я — дилетант, поэтому дельных мыслей от меня не ждите.

— Хорошо, буду созывать совет.

— Созывай, созывай. Только на совете не семечки жуйте, а работайте мозгами.

Болт ушёл к себе в шатёр и завалился спать. Однако уже скоро к нему явился посыльный от Горта, тот звал путника к себе.

— Путник, хоть ты считаешь себя дилетантом, однако никто лучше не знает, как работает рассеиватель магии. Ведь придумал его ты, а не кто-то другой.

— Ну, и?

— Сиё устройство рассеивает энергию, отдаваемую ген… генератором, правильно?

— Дальше, дальше…

— А смог бы твой рассеиватель отбирать энергию не у генератора, а у щита, создаваемого магами Тропы?

— О-ба! А мысль-то заманчивая, жаль не я придумал. А ну-ка, ну-ка…

Болт принялся за своё обычное занятие при обдумывании идеи — бестолковое хождение туда-сюда и обсасывание мыслей вслух.

— Значит так, — блок фокусировки настроить на дальний захват. Гм… должно получиться. Далее… поглотитель… изменить режим компрессии и аккумулирования. Тоже вроде несложно. Но, что надо сделать прежде всего — замерить параметры магии щита Рогус-Тора и выяснить характеристики энергии, которую в результате получим из рассеивателя, а то как бы чего не вышло. Возможно, придётся городить преобразователь, что есть не очень гут, поелику займёт много времени. Короче! Горт и Бритон работают со мной, остальных будем привлекать по мере надобности.

Результаты замеров показали, что преобразователь всё же понадобится, иначе рассеянную энергию смогут использовать колдуны Гул-Магота, очень уж она будет похожа на магию Тропы. То есть — они снова сумеют вернуть отобранную силу в щит. Болт работал днём и ночью, подстёгивая себя зельем из травы Дикого леса. Структурная схема преобразователя постепенно превращалась в принципиальную, детализированную, по мере разработки элементов и узлов.

— Путник, откуда у тебя столько знаний, — удивлённо качая головой, спросил Горт. — Этому где-то учат?

— Нет, просто я страшно умный, — буркнул Болт, дорисовывая что-то в схеме. — Конечно учат, колдун. Есть такое заведение — институт энергетики называется. Там и обучали. Просто знания электротехники оказались очень полезными в случае с магией. Эх-х… надо тебя с Бритоном отправить учиться на Землю! Берговул бы нервно курил в сторонке.

— Почему? — удивился Горт.

— От зависти, колдун, от зависти… вообще — ваша магическая наука пошла каким-то левым путём, что даже как-то настораживает, поскольку очень странно выглядит. Это если бы я, скажем, пытался запускать сложную электронику не при помощи отладки и технических средств, а танцами с бубном и завываниями. А вы как раз и используете такие методы. Ладно, не отвлекай. Лучше подумай, что мы будем делать вот с этим…

* * *

При первом испытании поглотителя магии едва не погиб Бритон — он создал и поддерживал опытный щит-мишень, из которого отбиралась энергия. Несмотря на то, что колдун для создания щита использовал заёмную силу от рассеивателя, поглотитель сумел высосать всё — и рассеянную, и собственную магию Бритона. К счастью, Болт тщательно отслеживал эксперимент, поэтому обошлось — маг лишь потерял сознание. В общем, испытание признали успешным. Ещё неделю времени заняла доводка аппарата, ведь от стабильности и надёжности его работы зависело очень многое. Наконец решили испытать на прочность щит Рогус-Тора. Болт волновался, словно студент при сдаче экзамена. Поглотитель представлял собой СГМ — наоборот, то есть он не излучал магию, а поглощал. Болт настроил угол захвата и запустил аппарат. Индикатор выхода показал нарастание рассеиваемой мощности. Но эту мощность поглотитель отсасывал уже из щита Рогус-Тора, а не из собственного генератора. Мало того — теперь её могли использовать боевые маги Хаттана, то есть колдуны Гул-Магота давали силу своим же врагам. Путник стал постепенно наращивать уровень отбора магии. Зелёный щит вокруг крепости заметно побледнел, от него отделился длинный язык, остриё которого упёрлось в жерло поглотителя. Болт, ободрённый достигнутым результатом, повернул регулятор уровня на максимум. Сияние щита померкло, поглотитель сейчас пожирал всю силу, создаваемую магами Тропы.

— СГМ, — огонь! — заорал путник.

Оба орудия ударили разом. В первый момент показалось, что обрушилось небо — крепость окутало ярко-голубое сияние, загремело так, словно настала вселенская катастрофа, землю тряхнуло настолько сильно, что некоторые солдаты едва удержались на ногах, лошади встревожено заржали. Однако Рогус-Тор устоял! Поглотитель работал на всю, в его жерло лился колоссальный поток энергии, но вокруг крепости снова стоял магический щит. Каким образом маги Гул-Магота сумели восстановить щит, откуда они взяли столько силы, было неясно, но Болт, тем не менее, не опустил руки. Он сузил угол захвата и продолжил атаку на Рогус-Тор. Теперь энергия отбиралась не сразу по всей поверхности щита, а только с её части. В обороне крепости возникла огромная прореха, куда теперь перенацеливали СГМ-ы. Снова удар обоими орудиями с повторением всех эффектов, однако и результат прежний — крепость стояла цела и невредима.

Болт скрипнул зубами. Что не так? Ладно, угол захвата — на минимум, что будет, то и будет.

Теперь энергия щита отбиралась узким пучком, в щите крепости появился как бы тоннель, свободный от магии. Луч одного из СГМ сфокусировали в тугую спицу и направили в этот канал. Ослепительная зелёная игла ударила в свободный канал… Ничего.

На плечо Болта опустилась рука Горта.

— Ничего не выйдет, — сказал колдун. — Поглотитель пробивает канал в щите, но он же и пожирает энергию удара СГМ-а.

— Ты прав, Горт. Я не учёл это обстоятельство. Тупик, полный тупик.

— Болт, — рядом уже стоял Брага, — что-то я тебя не узнаю, брат. — Тупика никакого нет, просто надо действовать по-другому.

— Как?

— Продолжать отбор энергии щита, чтобы не давать передышки гул-маготовцам, а самим ломануться с созданную дыру и навести шухер в крепости. Их маги будут заняты удержанием щита, на нас не останется сил.

— Хм… по сути — та же тактика, как при взятии южного форта, только уровень щита на порядок выше, да колдуны в тысячи раз сильнее.

— Учти, что и атакуем мы сейчас не малым СГМ, а двумя сверхмощными дурами, на которые колдунам приходится тратить огромные силы.

— Да, может получиться. И, в сущности, другого пути нет. Хотя очень опасно. Если наша афёра увенчается успехом, надо, чтобы СГМ-ы мгновенно остановились, иначе нас просто разнесёт на атомы первым же ударом в незащищённую крепость.

— Нет, — Брага хитро улыбнулся. — Ты забыл про поглотитель. Он сожрёт мощность СГМ. Может удар и будет, но не настолько сильный.

— Точно! Блин, какой же я только сегодня тупой! Это я шучу, — добавил Болт, видя ехидное выражение лица товарища. — Но теперь в логово врага пойдём не только мы. Пусть воевода подбирает группу лучших. А ещё лучше — две-три группы, ведь в Рогус-Торе не только маги, вояк там тоже предостаточно. Ассасинов наверняка как блох на паршивой собаке, я уверен — этот диверсионный акт будет намного сложнее предыдущего. И ещё одно… попасть под стены крепости мы, положим, сумеем, но что делать дальше? Как проникнуть внутрь?

— Не тупи, командир. Берём громилу с его малым СГМ. Уж вблизи-то он стену точно прошибёт.

* * *

Нападения явно ждали. Едва группа Болта появилась под стенами, сверху посыпался град камней и арбалетных стрел. Однако все эти метательные снаряды разлетались в стороны, их отражал собственный щит крепости. Тоннель, пробитый в защите поглотителем, пролегал значительно ниже границы сего щита. Криг направил раструб СГМ в стену крепости и нажал на спуск. Мощность излучения получилась значительно меньше ожидаемой, львиную долю её съедал работающий на всю катушку поглотитель. Тем не менее, из непомерно толстой стены стали вываливаться груды булыжника, которые тут же крошились сначала в щебень, а затем и вовсе в пыль под действием непрерывного луча из СГМ.

— Мужики, за стеной нас сто пудов ждут, потому группируемся по краям дыры и, как только она станет сквозной, швыряем туда несколько гранат. А потом, как любят говорить правильные герои в американских боевиках, ломимся внутрь и убиваем там всех. Криг, сразу падай на землю и прячься за СГМ-ом, раструб широкий и задержит арбалетный болт, если дело коснётся.

— Ну да, а что будет с аппаратом?

— Что будет, то и будет. Мне нужен целым ты, а не аппарат. Долби дальше, чего остановился?

Встретить нападавших арбалетным залпом у защитников не вышло — СГМ Крига пробил стену и снёс всех, кто попал в зону действия луча, потому гранаты не понадобились. Отряд Болта ворвался внутрь и началась сеча: врагов здесь было не просто много — их было немеряно. Троица путников мечами расчистила площадку для Крига, тот немедленно оказался внутри круга путников и заорал:

— Ложись!

Путники уже лежали, в состоянии абсолюта они услышали мысль громилы, прежде чем он успел её озвучить. Криг шустро повернулся, ведя лучом СГМ вокруг себя. Результат получился ошеломляющим — двор крепости оказался завален трупами защитников в течении всего нескольких мгновений.

— Криг вверх! — крикнул Дрон, а сам, лёжа на спине стал отстреливать арбалетчиков на крепостной стене, которые первыми пришли в себя и попытались открыть огонь в нападавших.

Громила понял товарища с полуслова, луч СГМ прошёлся по кромке стены и смёл стрелков вместе с частью кладки. Затем сразу же повернулся и ударил в стену второго эшелона укреплений. На внутренней стене арбалетчиков не было, видимо защитники были уверены, что внутрь крепости нападающие пробиться не сумеют. Это было их роковой ошибкой — будь на стене с десяток арбалетчиков — группе Болта пришлось бы весьма туго. Теперь стена рушилась под ударами безжалостного оружия путников — ведь защитного щита внутри крепости не было.

— Криг, быстро за нами! — крикнул Болт. — Сейчас сюда шарахнут магией!

— Знаю! — Громила рванулся вслед за путниками, а на том месте, где он только что стоял, расцвёл огненный цветок.

Дрон вычислил местонахождение атакующего колдуна по едва заметному следу магического снаряда и, хотя маг прикрылся невидимостью, пуля снайпера всё равно нашла его.

Болт быстро увёл группу в коридоры внутреннего строения, воспользовавшись проделанной СГМ-мом дырой, оставаться на открытом месте было слишком опасно.

— Криг, зови по рации команды воеводы, будешь работать с ними. Путники — разбегаемся по коридорам, ищем, в первую очередь колдунов. Не жалеть никого, учтите, колдун может прикинуться даже годовалым ребёнком!

Внутренним чутьём Болт выбрал себе ориентир и стал продвигаться к нему. В коридорах раздавались выкрики на чужом языке, к месту прорыва спешили защитники. Из-за поворота коридора высыпало сразу десятка полтора мечников, нескольких путник успел расстрелять из «смарта», но мечом пришлось работать уже через пару секунд, враги были рядом и напали, невзирая на потери от странного оружия путника. Напали весьма грамотно, страхуя друг друга и стараясь немедля обойти соперника с флангов. Левого врага Болт снял из «смарта» последним патроном в обойме, от фронтального ушёл чуть левее, прикрываясь им от правого, слегка чиркнул по шее, не нанося сильного удара. Враг был мёртв, но благодаря аккуратности путника, падал очень медленно, закрывая того с правой стороны. Болт продолжил смещение влево, снёс ещё одного защитника, мешающего приблизиться к стене. Теперь с одной стороны Болт прикрылся стеной коридора, а с обороной оставшегося обзора справлялся довольно легко, продолжая при этом продвижение вперёд. Сзади оставался след из поверженных тел врагов. Впереди были ступени, ведущие выше, на верхние этажи. По сим ступеням навстречу спешила целая толпа воинов, среди коих были и арбалетчики, стрелять, однако, они не могли, рискуя попасть в своих. Болт ускорил темп, расправился сразу с четверыми врагами, на короткое время освободился от непрерывного боя, извлёк гранату и швырнул её на лестницу, спрятавшись от осколков за выступом стены. Секунда перед взрывом была использована для перезарядки «смарта». Едва прогремел взрыв, путник упал на пол, оттолкнулся от стены ногами и, скользя на боку, расстрелял сзади троих оставшихся в живых врагов, а остаток обоймы тех, кто выжил на лестнице. В «смарт» тут же была вставлена следующая обойма. Резкая компрессия времени — и путник стрелой взлетел по ступеням на следующий этаж строения, зарубив по ходу зазевавшегося мечника. Болт чувствовал на этом этаже мощный источник силы и спешил к нему.

Браге пришлось труднее, он на пути сразу столкнулся с тремя ассасинами. Все трое были впечатляющего роста и соответствующего телосложения, мечи у них были не кривые, в отличие от обычного оружия ассасинов, однако весьма длинные. На ходу справиться с троицей не получилось — путник сжал время, насколько у него это получилось, нырнул под свистящий клинок, пропустив его над собой буквально в миллиметре, и ударил по ногам соперника. Ассасин, однако, успел подскочить, но Брага тут же перевёл лёт клинка в вертикаль и на отмашке ударил соперника в пах. Окровавленный ассасин свалился на пол, он был ещё жив, но опасности уже не представлял. Сверху на Брагу падали сразу два клинка, один путник отвёл чуток в сторону, от второго сумел уклониться. Путник в данный момент оказался в присевшем положении, потому, отразив атаку, резко двинул локтем в живот правого соперника, одновременно выбросил в сторону левую ногу, подсекая второго врага. Ассасины, явно уступая в скорости путнику, не сумели отреагировать на нестандартные действия соперника, поэтому через секунду оба оказались мертвы. Брага прислонился к стене, тряхнул головой, сгоняя резкую боль отката после сжатия времени, затем побежал вперёд — у него был свой ориентир для главного удара.

Дрон действовал несколько иначе — он запасся двумя «смартами», меч же держал в заплечных ножнах как вспомогательное оружие. Снайпер обладал особым, обострённым чувством присутствия врага, потому действовал совсем не так, как товарищи. Он использовал малейшую возможность, чтобы укрыться и поразить врага с безопасной позиции. В длинном коридоре навстречу выскочили два десятка врагов. Мечники грамотно сместились в стороны, давая простор арбалетчикам, тяжёлые болты устремились в сторону путника, но воткнулись в крепкий дубовый щит — Дрон был рядом с боковой комнатой, немедленно дёрнул на себя дверь, сделав себе укрытие. В сознании чётко зафиксировалась картинка, как располагались враги, кто из арбалетчиков уже выстрелил, кто только собирался. Дрон, оставаясь за прикрывающей его дверью, высунул руку со «смартом» за укрытие и расстрелял всю обойму, причём не очередью, а быстрыми одиночными выстрелами, все иглы, тем не менее, нашли свои цели, врагов стало на треть меньше. Пауза была немедленно использована для перезарядки оружия. Оставшись без стрелков, враги рванулись по коридору к путнику, но добежать не успели, Дрон вышел из-за укрытия и хладнокровно уложил всех из двух «смартов».

Болт, избежав встречи с большой группой воинов, рыщущей по коридорам в поисках путников, стремительно бежал в сторону источника силы. Слева, за углом два врага, ждут в засаде. Опытные, судя по состоянию ауры, абсолютно спокойны и уверены в своих силах. Ясно — ассасины, причём, похоже — очень высокой пробы. Бой может затянуться, поэтому Болт на ходу достал гранату, швырнул её в правую от себя стену — она срикошетировала и отлетела за угол, где прятались враги. После взрыва ауры обоих врагов померкли. Путник, не замедляя бег, сделал два контрольных выстрела в тела лежащих ассасинов, сам же немедленно свернул вправо по коридору, за дверью находился искомый источник силы. Болт знал, что дверь заперта, немедленно сдавил челюсть, активируя препарат силы, и сильнейшим ударом меча прорубил широкую дыру в толстом деревянном полотне. В дыру сию немедленно отправилась граната. После взрыва Болт почувствовал явное ослабление исходящей из комнаты силы, однако дело было не завершено. Ногой путник вышиб многострадальную дверь и расстрелял их «смарта» нескольких колдунов, уцелевших после взрыва гранаты.

Впоследствии, по ходу уничтожения магов, выяснилось, что они создали множество кругов силы, связанных, тем не менее, друг с другом, благодаря чему удавалось сконцентрировать максимум магии там, где требовалось в определённый момент. Из-за этого и не удавалось пробить защиту, несмотря на колоссальную мощность ударов СГМ. Но вся энергия кругов силы магов была направлена на отражение внешней атаки, внутренняя же защита лежала целиком на плечах ассасинов и других воинов. На нижних этажах крепости свирепствовал Криг — он разносил засады врагов ударами ручного СГМ, группам хаттанских воинов, отобранных воеводой для прорыва, оставалась, в основном, зачистка разрушенных донельзя помещений от чудом выживших врагов. И всё же, многие воины погибли от клинков ассасинов, которые владели искусством боя несравненно лучше обычных мечников.

Верхние этажи чистили путники. Брага получил ранение левой руки, отражая нападение сразу десяти ассасинов, положение спас Дрон, он оказался неподалёку, почувствовал трудности товарища и вовремя пришёл на помощь. Щит крепости тем временем слабел всё заметнее, оставшимся в живых магам было не до путников, они изо всех сил сдерживали удары СГМ.

Болт выбрался на самый верхний этаж крепости, где на него остервенело обрушилась целая группа ассасинов. Это были воины явно высочайшего ранга, иероглифы на их лбах были не оранжевого, а коричневого цвета. Да и владели оружием они заметно лучше: путнику пришлось очень туго — время прессовалось по максимуму и надолго. Каков будет откат, Болт не думал, главной задачей сейчас было остаться в живых. Путник превзошёл сам себя, скользя в вихре летящих со всех сторон клинков, уходя от вернейших ударов, проскальзывая в ничтожные просветы между смертоносными остриями и успевая при том уничтожать врагов. Но вот ассасинам удалось синхронизировать удары настолько точно, что просветов не оказалось, три удара Болт мог отклонить, ещё от одного уклониться, но последний был смертельным, от него не было спасения. Спрессованное донельзя время, казалось, остановилось вообще — Болт видел всё как бы со стороны и то, что он видел, ставило крест на его существовании — смерть была неотвратима, враги таки сумели его победить. Внезапно в замершее как студень пространство ворвались несколько мелких злых игл — каждая летела в направлении своей жертвы и явно опережала в скорости смертельные для Болта клинки. Вот первая игла поразила ассасина, от удара которого Болт не мог увернуться. Путник словно в замедленной в тысячи раз съёмке увидел как кожа врага вспухает маленьким вулканом, из которого вылетают крошечные капли крови, игла «смарта» в это время совершает смертельный вояж в теле ассасина, меняя траекторию каждое мгновение. Летящий клинок чуть изменил траекторию, уже мёртвый враг не мог контролировать падающее остриё, потому появился маленький просвет, куда Болт и сумел переместиться в последнюю микросекунду. Падающий меч рассёк бедро, но рана была неглубокой, её, с натяжкой, можно было считать царапиной. В этот момент другие иглы убили остальных ассасинов, потому путник ускользнул от потерявших управление клинков.

— Ты вовремя, брат, — благодарно сказал Болт подоспевшему Дрону. — Я уже думал, с каким богом или демоном договариваться про свой личный ад.

— Не стоит туда спешить, командир, — улыбнулся снайпер. — Но дырку в бедре обработай травкой, кровь течёт как из кабанчика.

Действительно, Болт в горячке и не заметил, как штаны намокли от обильно бегущей крови. Дрон помог наложить пластырь, смоченный настоем чудодейственной травы. Командиру, к тому же пришлось воспользоваться обезболивающим препаратом, упрятанным в левой пломбе — боль отката после сжатия времени оказалась слишком сильной. Во время сих медицинских процедур к путникам присоединился Брага, он тоже пострадал, мало того, что раньше его ранили в руку, теперь ещё и прихрамывал, левой ноге тоже досталось.

Дрон вдруг повернулся и несколько раз выстрелил в тьму коридора, он раньше других засёк осторожно крадущихся арбалетчиков.

— Враги деморализованы, я это чувствую, — сказал командир. Почти тысяча магов сбежала на Тропу, щит сейчас держат лишь трое колдунов высшего круга, среди них, по всей вероятности и Берговул. Они недалеко. Однако, думаю, стоит позвать Крига, он может оказаться нелишним со своей пушкой.

Брага кивнул и достал рацию.

— Криг, мы ждём тебя на верхнем этаже. Как дела?

— Живой, — сказала рация, — подранили чуток, но не смертельно. Иду.

Оказалось, что подранили громилу совсем не «чуток» — он едва ковылял, держа на плече тяжёлую пушку. Рядом шло несколько мечников, но Криг не доверил СГМ никому.

— Н-да… — протянул Болт. — Похоже невредимым сегодня удалось остаться только Дрону. Тяжёлый день, однако. Ну что, мужики, дадим по морде главным колдунам?

— Нет, командир, — улыбнулся Брага, — лучше уж дадим под зад, чтобы улетели на свою Тропу и больше не вылезали.

— И то верно, — согласно кивнул Болт, — хотя по морде я бы тоже дал им с удовольствием. О, мужики, вы тоже пришли? Может и хорошо — это командир говорил подходившим Горту с Бритоном. — А СГМ-ы под чьим управлением?

— Там есть кому управляться — успокаивающе махнул рукой Горт. — А мы сюда пришли не ради праздного любопытства, просто так напасть на Берговула у вас не получится. Я ещё из-за пределов крепости почуял очень сильное защитное заклятие и благодаря мощной подпитке рассеивателя разгадал его.

* * *

— Криг, тебе надо будет выстрелить вот сюда — Бритон показал на барельеф, изваянный в стене, — но только, когда я скажу. Держаться надо подальше, в этом предмете заключена огромная сила. Я сниму заклятье, дам команду на удар из СГМ, а Горт создаст защиту. Вы, путники, постарайтесь поддержать его своим абсолютом, удар по психике будет страшным.

— Работай, маг. Не тяни резин… ладно, ты всё равно не знаешь, что это такое.

Бритон поднял руки, сосредоточился. Барельеф засветился зелёным мерцанием. Колдун махнул рукой, подавая сигнал громиле. Тот выстрелил. Стена на месте бывшего барельефа превратилась в облако осколков, однако, вместо того, чтобы разлететься в разные стороны, как при обычном взрыве, сии осколки злым роем устремились в сторону путников. Горт сумел удержать основную массу летящего камня, но часть всё же прорвалась и ударила в путников. Однако ничего страшного не случилось — это была лишь всего лишь иллюзия, на самом деле каменные осколки действительно разлетелись в стороны и Горт сдержал лишь те, что правда угрожали путникам. Но иллюзия сия была смертоносной, если бы путники не прикрывали всех скорлупой абсолюта, мнимые осколки убили бы людей так же верно, как и настоящие.

Колдуны облегчённо вздохнули.

— Если бы вы пошли сюда без нас, то наверняка погибли, сказал Горт. Очень хитрая и подлая иллюзия.

— Гм… но мы бы и без вас находились в абсолюте. В чём фишка?

— Фишка, как ты выражаешься, в силе иллюзии. Я её ослабил в сорок раз.

— Ладно, проехали. — Болт решительно двинулся к двери, которая появилась на месте разрушенного барельефа.

Вышибать её не потребовалось, поскольку дверь легко открылась рукой.

Посреди обширного помещения круглой формы на высоком помосте замерли три фигуры в красных хламидах. Здесь не было ничего, что считается обычным в чертогах могущественных магов, то есть — пентаграмм, рун, таинственных рукописей, изваяний богов и демонов. Только помост и маги. Видимо настолько могущественным сущностям уже не требовалась атрибутика, увеличивающая их мощь. Силу было видно визуально по разлитой в воздухе густой зелени концентрированной магии.

— Горт, командуй на поглотитель, чтобы подняли канал отбора силы вверх. Пусть сосёт магию прямо отсюда, а там поглядим, что делать дальше.

Колдун сказал несколько слов в рацию. Через минуту разлитая в воздухе изумрудная зелень вдруг стала меркнуть, уходить сквозь стену в сторону поглотителя тягучим языком.

Криг хотел было выстрелить из СГМ в красных магов, но Бритон остановил его.

— Ты лишь дашь им дополнительную силу.

— Так может из «смарта»? — недоумённо спросил Болт.

— Тоже не годится. Маги не умрут, и успеют нанести ответный удар. Надо отрубить головы всем троим.

Внезапно путники почувствовали резко растущее ощущение страшной опасности. Дальнейшее произошло в течении нескольких мгновений — три путника синхронно вошли в состояние абсолюта и рванулись в сторону красных магов. Те перестали походить на каменные изваяния, они одновременно стали сводить ладони рук со скрюченными пальцами. Болт, спрессовав до предела время, знал — стоит кончикам пальцев магов сойтись и ничего в его жизни больше не будет. Не будет, Земли, не будет Пролга и Тропы. Не будет самой жизни. Сейчас всё решала скорость — что быстрее, пальцы колдунов, либо летящие в вихре абсолюта путники. Когда кончикам пальцев оставались доли миллиметра для того, чтобы сойтись и стереть могучим потоком энергии ничтожных людишек, нарушивших все планы могущественного клана, три меча одновременно отсекли головы колдунов. Руки магов всё же завершили движение, тела не умерли мгновенно, остатки магии ещё не покинули сущности, полыхнуло ярчайшее зелёное пламя…

* * *

Мягкий, ласковый плеск, лёгкий ветерок шевелит волосы. Как хорошо вот так жариться на солнышке возле родной речушки Быстринки. Каникулы — это здорово, не нужно париться о невыполненных уроках и бурчания родителей по этому поводу. Олег чуть шевельнулся, устраиваясь удобнее. Очень хочется хорошо загореть, чтобы тело было чёрным как у негра, хотя понятно, что такого совершенства не достигнуть никогда, хоть неделями валяйся на пляже. Особенно хорошо лежать на спине, солнце проникает сквозь зажмуренные веки, подсвечивает красным, на это почему-то так интересно смотреть. Но что такое? Кто-то подошёл и заслонил солнце собой. Кроме Сашки некому, — ясное дело. Надо прогнать, ведь загорать мешает. Олег открыл глаза. Красивая девушка. Очень красивая, смотрит с тревогой и надеждой. Но лицо очень знакомо. Кто? Кто она такая?

— Олег, наконец-то! Олег, родной мой, как ты?

Олег недоумённо повернул голову. Лежит он, оказывается вовсе не на пляже, а на кушетке под какой-то большой лампой, которая греет не хуже летнего солнышка, причём абсолютно голый.

— Вы кто?

Девушка раскрыла рот от неожиданности, блеснул ровный ряд жемчужных зубов.

— Ты… ты не узнаёшь меня?

— Нет… что-то знакомое, но… нет.

— Я — Элана, ну вспомни! Путник, не смей терять память! — глаза девушки смотрели со страной смесью требовательности и беззащитности.

— Не могу вспомнить…

Девушка закрыла лицо руками и всхлипнула. Внезапно её охватили сильные руки и прижали к себе.

— Глупышка моя, конечно же я тебя помню и страшно, до безумия люблю! Лана, девочка моя! Просто я решил проверить, правда ли ты меня любишь, потому притворился дауном.

Глаза Эланы гневно сверкнули. Она вырвалась из рук Болта.

— Ах ты… ты! Я сейчас и правда сделаю тебя дауном, мерзавец! Ты знаешь, сколько я провела времени у твоей постели? Как помогала собирать тебя по кусочкам? Не знаешь? Сейчас снова разберу на части, вот тогда и узнаешь!

— Какая ты красивая, когда злишься! Надо бы тебя разыгрывать почаще. — Болт улыбался, глядя на раскрасневшуюся от гнева Элану, она и впрямь была в этом состоянии необыкновенно хороша. — Слушай… а я это… так вот голый долго перед тобой лежу? Дай хотя бы чем прикрыться, что ли…

— Не дам, — мстительно заявила красавица. — Так вот и будешь лежать голый. Сейчас ещё и лампу выключу, чтобы замёрз.

— Тогда придётся тебе самой греть меня, — сокрушённо вздохнул Болт. — Прямо так — своим телом.

— Я вот сейчас тебя согрею! Я так согрею, что желание шутить навсегда отшибу! Мерзавец! Гад такой…

* * *

— Заходите, господа путники, присаживайтесь. Нам предстоит очень важный разговор. — Гиранит сделал приглашающий жест, показывая на расставленные стулья у круглого, сверкающего полированной поверхностью стола.

Болт, Брага и Дрон последовали радушному предложению хозяина и заняли свои места. Барон уселся напротив, рядом с ним остался незанятый стул.

— Мы ждём ещё одного гостя? — приподнял бровь Болт.

— Да. И личность сего гостя может оказаться для вас весьма неожиданной.

— Барон, вы нас интригуете. Не проще ли просто сказать, кто это?

— Сами увидите. А пока его нет, позвольте угостить вас великолепным вином, производящимся в весьма далёком отсюда мире. Уверен — такого вы никогда не пробовали.

Путники наслаждались необычным букетом изумительного напитка, когда в кабинете, наконец, появился долгожданный гость. Это был… Гринвелл — собственной персоной. Болт так и замер с открытым ртом и бокалом в руке. Гринвелл непринуждённо улыбнулся, извинился за опоздание и занял свободный стул.

— Господа, — церемонно произнёс Гиранит, — позвольте вам представить моего непосредственного руководителя и куратора проекта с привлечением путников с Земли, высшего мага-хранителя Тропы, мэтра Гринвелла.

— Оч-чень рад, — запинаясь сказал Болт, но мы это… вроде как уже чуток знакомы…

— Да, господин Болтов, — смеющиеся глаза мага-хранителя искрились хитринкой. — Простите за тогдашний розыгрыш в длинном доме, но это был своеобразный экзамен, без которого никак не обойтись.

— Ну да. И в том экзамене я вас чуть не угробил, — пробурчал Болт. — Откуда я мог знать, кто вы?

— Меня совсем не просто «угробить», молодой человек. Но, должен сказать — экзамен тот вы выдержали.

— А были такие, кто не выдержал?

— Конечно. Скажем — группа Белого.

— А в чём, собственно, состоял экзамен?

— Знаете библейскую причту о райском яблоке?

Болт понимающе кивнул.

— Искушение непомерным богатством, могуществом, бессмертием и прочая… наплевав на всё, короче говоря — предательство.

— Абсолютно так.

— Не зря моя ж… ой, я не то хотел сказать… голова понимала, что соглашаться на это нельзя.

— Так вот, сегодня я повторяю своё предложение, но уже безо всякой подоплёки. Предлагаю почти то же самое, за исключением некоторых несущественных пунктов. Вы становитесь отрядом стражей Тропы. Это огромные полномочия, предложение фактического бессмертия остаётся также в силе, более того это — необходимое условие для заключения контракта. Но и ответственность на ваши плечи тоже ляжет колоссальная. Ответственность, прежде всего перед своей собственной совестью. А она у вас будет очень строгой и требовательной, уж я об этом позабочусь.

— Скажите, Гринвелл… можно вас так называть?

— Меня все так называют — ободряюще улыбнулся маг-хранитель. — Продолжайте.

— Правда то, что вы… ну, что вы настолько же сильны, как земной Сатана? — Болт даже смутился, сознавая наивность и дикость вопроса.

— Правда, путник, — без тени улыбки ответил маг. — Только цели у меня и у него совершенно разные. Так что вы ответите на моё предложение?

Олег переглянулся с друзьями.

— А мы можем подумать?

— Конечно. Но я знаю, что вы ответите.

— Откуда?

— Ну, вы уже в курсе, что такое абсолют? Можете много чего предугадать наперёд.

— Есть чуть-чуть…

— А у меня это не чуть-чуть. Я просто знаю. У вас месяц отдыха, стражи Тропы. Ровно через тридцать дней встречаемся в этом кабинете. Работы — непочатый край. Да… ещё одно, очень важное замечание.

— Мы вас слушаем.

— Больше никакой самодеятельности с «товаром». Ни-ка-кой!

— Но почему?

Гринвелл поднял глаза к потолку, словно ища там нечто значительное, затем снова перевёл взгляд на путников. И в этом взгляде даже следа не осталось от смешинок: наоборот — в нём блестел металл.

— Торговля предметами технической цивилизации в магическом мире допускалась, пока шло ваше становление как путников. А вообще — такая деятельность строго запрещена.

— Кем запрещена? — недоумённо спросил Олег, — и, собственно, почему? Ведь обоюдная польза очевидна…

— Нет! Это только на первый взгляд она очевидна. На самом деле такая деятельность, в конце концов, приводит к фатальным результатам. Вы новички на Тропе и в других мирах. Мы — старожилы, и очень много видели. Скажите, Олег, вас не удивляло то, что местные маги за многие годы не смогли создать то, что вы изобрели достаточно быстро и легко? Я имею в виду накопители и рассеиватели магии, а также оружие, основанное на этих принципах.

— Очень удивило. И ведь местные маги — далеко не самоучки. У них за плечами академии, практика применения и прочее, и прочее…. Странно всё это.

— Ничего странного, если знать что стоит за всем этим. Вам уже пора это знать.

Путники переглянулись.

— Так вот, — продолжил Гринвелл, — за всем этим стоим мы. То есть — клан Кайран. Тихо, — маг-хранитель сделал успокаивающий жест, видя волнение путников. — Мы не просто клан, то есть государство Тропы. Мы — контролирующий орган с огромной властью и влиянием. Если применить земную аналогию, мы — нечто вроде вашей ООН, точнее, её совета безопасности. Но с реальными рычагами силы. И задача наша — недопущение создания сверхмощного оружия в мирах обоих типов, будь он магический, либо технологический. Не нужно быть слишком умным, чтобы понять — к чему приводит создание таких видов вооружений. Потому мы всеми силами и возможностями препятствуем подобным изобретениям. И скоро вы узнаете, насколько велики эти возможности. В книги вносятся сведения, искажающие истину, дабы не допустить развития магических наук в опасную сторону. Изобретателям внедряется новая память, где от опасных знаний не остаётся следов. Свергаются правительства, подкупаются влиятельные политики и могущественные маги. В технологических мирах иногда сворачиваются целые отрасли промышленности, если того требует дело. Над этим работают сотни и тысячи наших агентов в очень многих мирах и кланах Троп. Кстати, в технологических мирах мы тоже работаем постоянно и много. Недавно на Земле была предотвращена попытка создания нового вида мощного оружия. Не буду говорить какого, поскольку это уже не актуально. Для наглядности приведу один пример. Больше двух тысяч лет назад в Пролге произошла ужасная война, унёсшая сотни миллионов жизней. И всё — из-за применения оружия, использующего те же принципы, что и ваш СГМ. Так что нового вы ничего не придумали. Потому ваши творения будут уничтожены и забыты. А забыть их помогут наши агенты.

— Но ведь то, что вы говорите — движение назад, противодействие прогрессу и…

— Что вы считаете прогрессом? — перебил Болта Гринвелл. — Я, например — процветание и счастье людей в любом мире или на Тропе. И неважно, на каком уровне развития находится общество, поверьте — это не главное. Люди всегда хотят счастья. А война, наоборот — ужасное несчастье, зло, которому как раз и способствует создание новых видов вооружений. Политики многих миров занимаются демагогией, расписывая оружие как фактор сдерживания и так далее и тому подобное… Но вы сами знаете, что зачастую прячется за этими словами. Рассказывать дальше?

— Не нужно, — хмуро бросил Болт, — не маленькие. Выходит, я — преступник? Создал оружие массового поражения, понимаешь… а как бы я иначе остановил Гул-Магот? Веником или лопатой? У них, кстати, тогры были. Тоже — та ещё штучка.

— Вот-вот. Берговул, кстати, знал о запрете подобных вооружений и, возможно, не стал бы применять, если бы не ваш пресловутый СГМ. Но, повторюсь: вся операция проходила в плане становления вас как путников и будущих стражей Тропы, что многое позволяет и извиняет. Ничего страшного не произошло — вы сумели применить оружие так, что оно принесло реальную пользу. Потому не следует рвать волосы и посыпать голову пеплом.

— Не дождётесь, — дерзко буркнул Болт.

— Не торопитесь с выводами, Олег. Впереди вам могут встретиться настолько сложные ситуации, что проклятия на собственную голову уже не исправят содеянное. Все свободны.

Когда путники были уже на пороге кабинета, Гринвелл сказал:

— Да, чуть не забыл… на ваши счета в земных банках перечислены суммы, достаточные для того, чтобы вы забыли о перемещении товаров по Тропе. Не к лицу мультимиллионерам заниматься мелкой торговлей.

Книга 2

Страж Тропы

1

Со стороны болота наползал зеленоватый туман. Фаргид знал, что вслед за этой дымкой придут горгоны, а значит — следует найти хорошее укрытие. Он с сожалением спрыгнул с ветви корявого толстого дерева, где провёл в засаде много времени, но добычи так и не дождался. Уже второй день ему не удавалось нормально поесть: маленькая тиалка, пойманная вчера, для большого сильного мужчины — это не еда. Фаргид побежал в сторону скал, там рос огромный ард, в дупле которого он устроил себе жильё. С ардом беглец имел хорошие отношения, умное дерево ценило то, что он регулярно чистил дупло от древоточцев, не пытался расширить жильё, подкармливал корни вкусной мочой и остатками собственной трапезы, поэтому в случае надобности надёжно прятало постояльца, закрывая дупло крепкой корой.

Фаргид вскарабкался на развилку арда и нырнул в дупло, которое немедленно затянулось корой — дерево чувствовало, что постояльцу нужна защита. Человек растянулся на дне убежища: раз пришёл зелёный туман — пять‑шесть часов отсюда даже нос нельзя показывать. Ард сам разбудит постояльца и сообщит о том, что опасность миновала. Как он это делает — непонятно, но Фаргид после таких пробуждений точно знал, что может безбоязненно покинуть убежище. Человек уснул и в который раз увидел сон, повторявшийся много раз…

Тревожная дробь барабанов уже несколько часов заполняет окрестности стойбища эргайлов — одного из диких племён Тропы, гоня мелкую живность прочь, заставляя хищников недобро щериться в сторону неспокойных соседей. Посреди деревни, состоящей из хижин, выстроенных из колючих жердей хиала, на площадке для собраний разожжён огромный костёр. Рядом, в жилище шамана, на полу лежит связанный человек. Полог хижины открылся и внутрь зашёл вождь племени — Орниз.

— Я приказал шаману сплести заклятье боли, поэтому свою смерть ты будешь помнить и на полях Агоды. Даже тамошние демоны не смогут причинить тебе столько страданий, как заклинание нашего шамана Эглоя! Тело твоё будет сожжено на костре, а не предано Тропе, как принято у эргайлов, потому ты никогда не сможешь покинуть ужасные поля Агоды и перенестись в благословенные леса Тохарда!

Фаргид — а это был именно он, с ненавистью посмотрел в лицо вождя.

— Я не боюсь заклятья боли, Орниз, ты это знаешь. Лучшие воины эргайлов умеют противостоять боли. А я — лучший из лучших! Лучше тебя! Ты не заслуживаешь звания вождя эргайлов — это место должен занять я. Потому ты и оболгал меня перед племенем, будто это я убил Астрада. На самом деле это сделал ты, мне рассказала Глэда — она всё видела!

Лицо Орниза потемнело, он резко отдёрнул полог и вышел. Фаргид злорадно улыбнулся: на самом деле, об убийстве Астрада вождём ему рассказал Вартан. Глэда же наоборот — всячески старалась навредить Фаргиду, мстя за то, что он отверг её. Даже на собрании племени она подтвердила ложь Орниза о том, что Фаргид якобы убил Астрада, брата вождя. Теперь она будет наказана за свою ложь — Орниз не оставит её в живых, как свидетеля собственного преступления.

Вошли несколько воинов. Они подхватили связанного Фаргида и вынесли на площадку перед костром. Барабаны смолкли. К пленнику подошёл шаман, раскинул над ним руки и тихо завыл. Временами в это вытьё вплетались странные слова, тон голоса то уходил вверх, то резко падал вниз, пожалуй, человек даже не способен издавать настолько низкие утробные звуки. Но шаман в глазах соплеменников и не был человеком, потому и мог то, что простому смертному не дано.

В теле пленника начала зарождаться боль. Она вначале слабо пульсировала, переливаясь из одного органа в другой, подчиняясь голосу шамана, затем, постепенно усиливаясь, накатила тяжёлыми волнами, накрывая всё существо истязаемого и, наконец, стала ровно и стремительно нарастать, причиняя невыносимые страдания.

Фаргид вначале просто игнорировал боль — настоящий воин её не боится. Когда же боль стала невыносимой, он её просто забыл. Он стёр из памяти такое понятие как боль — самые лучшие воины эргайлов умеют делать это. Глупый Орниз не принадлежал к числу самых лучших, поэтому не верил в такое умение. Если бы верил — не заставил бы шамана плести это сложнейшее заклятие, поскольку пользы с него в этом случае — никакой. Пленник спокойно лежал и смотрел на шамана, который к завыванию добавил приплясывание, видимо заклятье достигло своего апогея. В это время жертва обычно уже умирала от страданий. Но Фаргид вовсе не походил на умирающего, он даже начал злорадно улыбаться прямо в глаза вождю. На лице Орниза всё более стала проступать ярость, хотя проявления чувств во время подобных обрядов не пристало вождю. Ну что ж, пленник того и добивался — пусть его сожгут на костре, но племя увидит, как неподобающе вел себя вождь и обязательно припомнит ему это в случае малейшего проступка в будущем.

— Видишь, Орниз, — я не испытываю боли, — заговорил пленник, — значит невиновен! Ты не можешь казнить невиновного, демоны Агоды накажут тебя за это!

— Ты виновен, — тихо сказал Орниз. — Виновен! — теперь он закричал. — Ты виновен, виновен, виновен! — вождь подскочил к связанному Фаргиду и стал наносить ему беспорядочные удары кинжалом в грудь, живот, голову…

Фаргид проснулся. Холодные капли пота стекали по лицу, шее, груди… Этот сон в точности повторял то, что с ним в действительности произошло. Но во сне не было главного — того, как пленнику удалось спастись. Фаргид так и не сумел вспомнить: как и кто его спас. Сам бы он в той ситуации спастись никак не сумел. На груди и животе остались лишь слабые шрамы от ударов кинжала вождя, значит прошло уже много времени. В заживлении ран скорее всего участвовал шаман или колдун, настолько хорошо их вылечили. Но Фаргид всего этого не помнил. После тех событий он очнулся среди ветвей могучего арда, лёжа на широкой развилке. Рядом зияло отверстие большого дупла, где потом беглец и поселился. Жил здесь Фаргид уже около полугода и лишь сны напоминали ему о том, что произошло в племени. Он долго пытался отыскать дорогу к своим, однако безуспешно. Это был абсолютно незнакомый ему участок Тропы, по‑видимому, очень далёкий от мест кочевий племени эргайлов. Вначале здесь было много дичи, с охоты беглец никогда не приходил пустой, но постепенно живность исчезала, поскольку рядом появился неизвестный ранее хищник — человек. На охоту приходилось уходить всё дальше и дальше, с пропитанием возникли проблемы. Фаргид давно бы покинул эти места, но уж больно хорошее было убежище, другого такого найти пока не удавалось.

Он встал, потянулся, прогоняя сонливость, затем ловко вскарабкался по стенам дупла на развилку. Отсутствие коры, закрывающей вход, свидетельствовало о том, что опасности больше нет, за время проживания в гостеприимном арде беглец привык ему доверять.

Под ветвями дерева околачивался хриз. Неказистое животное частенько лакомилось остатками трапезы человека, но сегодня его ожидало разочарование.

— Прости, друг, — сказал Фаргид, — сегодня я сам голоден и тебя не могу накормить.

Хриз поднял одну из шести лап, почистил ей брюшко и засеменил прочь, словно поняв, что сказал ему человек.

Фаргид ощутил странное чувство неловкости, словно он был обязан чем‑то этой ходячей палке на шести тоненьких лапках. Втянув ноздрями воздух, он почуял неизвестный запах. Неизвестное на Тропе — почти всегда опасность, но и оставлять без присмотра такое нельзя, самому же потом будет хуже. Воин инстинктивно ощупал пояс, где был приторочен великолепный кинжал. Оружие как всегда было на месте, кстати — ещё одна загадка: этого кинжала у него, в бытность существования в племени, никогда не было. Более того — такого прекрасного оружия не было вообще ни у одного воина племени эргайлов. Откуда оно взялось? Воин тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли. Не зря говорил старый Хозр: «Мысли мешают настоящему эргайлу. В опасности воином должны управлять чувства, но не мысли. Во время охоты или боя человек должен стать зверем — только тогда он сможет победить».

Спрыгнув на жухлую траву, Фаргид лёгким шагом побежал в сторону доносившегося запаха. Вскоре местность стала повышаться, почва стала твёрдой, там и сям в ней стали проступать каменистые вкрапления. Неподалёку отсюда располагалась невысокая каменная гряда, что вообще‑то было редкостью для Тропы — гораздо чаще на ней встречались отдельно стоящие скалы или холмы. Запах стал заметно сильнее. Воин придержал бег, затем перешёл на быстрый шаг, вскоре же вообще стал медленно красться, прячясь при малейшей возможности, используя любое укрытие или кустарник. Послышались странные звуки: будто кто‑то что‑то ломал. Там трещало, хрустело, в эти звуки иногда вплетались отдельные очень громкие щелчки. Временами весь этот шум переходил в какой‑то непонятный скрежет. Фаргид почувствовал, как волосы на голове встали дыбом: зверь внутри человека чуял опасность. Выглянув из‑за скалы, воин тут же отпрянул назад — то, что он увидел, выглядело действительно страшно. Здоровенная тварь свалила приличных размеров дерево и пожирала его. Зубы длиной в локоть перемалывали древесину, словно это была мягкая трава, впрочем, листьями чудище тоже не брезговало. Как добыча тварь явно не годилась — попробуй такую свалить. А жаль: мяса в ней — гора, хватило бы очень надолго, учитывая удивительное свойство дупла арда, куда воин обычно складывал добычу. В дупле мясо могло храниться много дней, не портясь, оставаясь свежим, будто его только что добыли.

Звуки эти наверняка распугали другое зверьё, значит искать здесь дичь бесполезно. Будь воин цивилизованным человеком, он, возможно, сплюнул бы с досады, либо сказал пару крепких слов. Но Фаргид был эргайлом — дикарём одного из первобытных племён Тропы, потому без сожаления развернулся, и уже собрался было уйти, но здесь его нос учуял новый запах. И запах этот он знал очень хорошо. Рарг! Опаснейшая тварь, хищник, сильнее которого на Тропе нет. Глаза сами начали искать безопасное убежище, хотя спастись от рарга невероятно трудно — он достанет тебя и на дереве, и в узком лазу пещеры. Но воином сейчас управлял инстинкт дикаря — это в данном случае было гораздо надёжнее рассудка, поэтому убежище отыскалось быстро и как бы само собой. Фаргид ловко и быстро стал взбираться на скалу, используя малейшие выступы и неровности камня. Пальцы находили точки, куда можно крепко вцепиться, сильные ноги подталкивали тело и вскоре воин оказался на относительно плоской вершине. Раргу сюда не взобраться — даже если он вытянет своё винтообразное тело, то не достанет вершины, а влезть на практически отвесную стену он не сможет. Зато отсюда отлично просматривались окрестности и всё, что в них происходило. Тварь, пожирающая дерево замерла — она тоже почуяла запах хищника. От рёва, который она исторгла, казалось, затряслась земля. Рарга, однако, это не испугало — хищник, вращаясь словно штопор, стремительно приближался к древоеду. Змееобразное туловище, с утолщением посередине казалось одним длинным щупальцем. Рарг непрерывно менял направление движения, уследить за ним было невероятно трудно. Его тело, скрученное пружиной, мелькало среди валунов и высокой травы, показываясь то там, то сям, но тварь, которая только что лакомилась древесиной очень шустро реагировала на движения врага и морда её, вооружённая огромными клыками, неизменно смотрела в сторону рарга, как ни пытался он найти уязвимое место в обороне жертвы. Хотя трудно сказать: кто здесь будет жертвой, а кто добычей… Наконец, раргу удалось на короткий момент исчезнуть из поля зрения древоеда и он внезапно появился позади добычи. Тело хищника резко распрямилось, он пружиной выстрелил вперёд и обвился вокруг тела древоеда. Тот взревел, подскочил на месте, невзирая на стальную хватку колец хищника и упал на брюхо всем своим весом, потом начал кататься по земле. Фаргид видел рарга в четвёртый раз, но голос его услыхал впервые. Древоед оказался настолько тяжёл, что, по‑видимому, доставил массу неприятных ощущений хищнику: тот визжал будто какая‑то жалкая ваха — мелкая травоядная тварь. И всё же, древоеду тоже приходилось несладко — достать обидчика своими клыками он не мог, а объятия хищника были ужасны, из‑за его непомерной силы. Рёв древоеда сливался с визгом рарга, оглашая всё вокруг дикой какофонией, всё живое разбежалось, исключая, пожалуй, человека, с благоговением следящего за схваткой могучих животных.

Рарг не смог выдержать веса туши древоеда, ему пришлось отпрянуть в сторону. Но древоед не собирался отсиживаться в обороне — он тут же напал на обидчика. Громадное тело на диво шустро рванулось в сторону рарга, клыки впились в тело винтообразной твари и стали рвать её на части. Хищник превратился в жертву — воин наблюдал за агонией рарга. Древоед порвал его на несколько частей, которые стали извиваться подобно гигантским червям. Хищник уже не визжал — он издавал странные булькающие звуки. Какое‑то время отдельные части рарга ещё конвульсивно дёргались, но вскоре замерли в неподвижности — тварь подохла. Древоед победно взревел, потоптался для верности огромными копытами по остаткам врага и медленно ушёл куда‑то по своим делам. Место схватки двух страшных тварей превратилось в смесь перепаханной земли, остатков недогрызенной древесины, кровавых ошмётков погибшего рарга.

Фаргид выждал, пока звуки топающего древоеда не утихли вдали, спустился со скалы и приблизился к месту схватки. Взяв кусок плоти рарга, он тут же отбросил её — руку ожгло огнём. Воин оглянулся вокруг. Вот это, пожалуй, подойдёт. Он взял острую длинную щепу, оставшуюся от трапезы древоеда, наколол на неё солидный кусок мяса рарга и поволок в сторону своего жилья.

* * *

Несмотря на жгучую шкуру, мясо хищника оказалось вполне пригодным в пищу, хотя и слишком жёстким. Но, учитывая длительное воздержание, выбирать не приходилось. Воин с аппетитом съел солидный кус мяса и собрался было в поход за новой порцией остатков рарга, но был остановлен шуршащим звуком. Ну да! Как он мог забыть о хризе? «Палка» на шести лапках топталась в сторонке и тихо шуршала, выпрашивая кусочек лакомства. Фаргид улыбнулся, подозвал животное жестом. Хриз доверчиво приблизился к воину, соблюдая, впрочем, достаточную дистанцию, чтобы, в случае чего, дать дёру. Фаргид настойчиво продолжал делать призывные жесты. В конце концов, хриз приблизился настолько, что его можно было достать рукой. Вблизи ещё больше бросалось в глаза сходство животного с сухой толстой палкой, даже «сучки» торчали то там, то здесь. Стоит твари подогнуть свои тонкие лапки, лечь на землю, — никто её не отличит от сломанной высохшей ветви дерева. Воин протянул кусок жареного мяса. Хриз осторожно приблизился, край «палки» раздвоился, являя на вид небольшую пасть с мелкими острыми зубами, и осторожно взял угощение. Какое‑то время он жевал пищу, затем снова издал просящее шуршание. Фаргид протянул ладонь с новым угощением. Хриз уже смелее подхватил и слопал мясо. Воин осторожно протянул руку и погладил животное. Хриз сначала вздрогнул, порываясь сбежать, но, разобравшись, что человек не желает ему вреда, успокоился и, похоже, даже начал получать удовольствие от ласкового поглаживания. Фаргид похлопал по земле рядом с собой. Животное правильно поняло жест и устроилось рядом с человеком, усевшись в позе собаки. Шуршание его стало напоминать мурлыканье довольного кота, которого гладит хозяин.

— Что ж, друг, надо идти за оставшимся мясом рарга. Я не боюсь, что его кто‑то съест, больно шкура жгучая. Такое могут есть разве что рирхи, но их в этих местах нет. А вот испортиться мясо очень даже может. Надо идти, хоть и не хочется после вкусной трапезы.

Хриз странно фыркнул, непонятно — соглашаясь, либо возражая человеку. Но человек не спрашивал его мнения: он констатировал факт — нужно идти и всё тут.

Мясо пришлось перетаскивать долго, Фаргид приспособил шкуру огила, убитого на давней охоте, чтобы заворачивать в неё куски жгучей плоти рарга. Хриз сопровождал хозяина, словно верный пёс и пока воин подбирал мясо, шустро бегал вокруг, осматриваясь, предупреждая возможную опасность. В последней ходке за мясом, шестиногая скотинка вовремя предупредила Фаргида о притаившейся в траве ядовитой гиде — крупном пауке, укус которого неизбежно приводит к смерти. Воин похвально потрепал хриза по холке, в ответ тот издал довольное шуршание.

— Хороший, хороший, — вслух похвалил воин. — С тебя есть польза, сегодня заработал дополнительную порцию еды.

Хриз, будто поняв речь человека, радостно подскочил и с удвоенной энергией стал обследовать близлежащий кустарник.

Подошло время сна. На Тропе отсутствовали такие понятия как ночь либо день, но, тем не менее, время «суток» можно было определить безошибочно. «Ночь» обычно сопровождалась лёгким похолоданием и уменьшением уровня освещённости, «днём» становилось несколько теплее и светлее. «Вечер» и «утро» частенько сопровождались туманом. Если туман был белым, то особых неприятностей, как правило, не ожидалось, если же зелёным — жди наплыва горгон с болот. Невидимых хищников боялась вся Тропа, жизнь в это время замирала, старалась забиться в норы, укрытия, схроны. Сегодня туман был белым, воин влез в своё уютное дупло и беззаботно уснул до утра. Пищи теперь хватит на пятнадцать — двадцать дней, а дикарь редко задумывается о чём‑то более отдалённом. Хриз некоторое время болтался поблизости убежища приобретённого хозяина, затем решил пробежаться по своим делам, потребности в сне сии животные не испытывали.

* * *

Несколько дней Фаргид предавался сладкому безделью: спал, сколько хотел, вставал лишь для того, чтобы приготовить мясо и покормить хриза. В один из таких безмятежных дней ему вздумалось прогуляться по окрестностям своих владений. Естественно, хриз увязался за хозяином, да воин и не думал гнать его — определённый толк с животины был. По пути Фаргид с удовольствием отметил следы животных, которые уже давненько здесь не показывались. Вот едва заметная цепочка следов гирда — небольшой пушистый зверёк имеет весьма вкусное мясо. Вот атинок пробежал — дичь чуть покрупнее: его мяса хватает дня на два. А вот и след граста — довольно опасного хищника, впрочем, Фаргид таковым его не считал.

Внезапно семенящий впереди хриз замер в напряжённой позе, повернул голову к хозяину и зашуршал. Фаргид уже научился различать оттенки шуршания животного: сейчас оно явно встревожилось. Воин и сам почуял смутную тревогу, повеяло чем‑то недобрым — интуиция дикаря предупреждала об опасности. Но у хриза было на диво сильное обоняние — его нос точно указывал в сторону возможного врага.

— Иди рядом, — тихо приказал Фаргид — животное уже понимало многие его команды и пристроилось с правой стороны.

Через некоторое время осторожного хода воин стал чувствовать запах. Его нельзя было перепутать ни с чем. Запах человека. Хриз издал тревожное шуршание и остановился. То, что его хозяин человек, совсем не значило, что другие люди не представляют опасности. Впрочем, здесь воин полностью разделял мнение животины. Фаргид бесшумно пробирался в густом подлеске, когда заметил впереди мелькнувшую фигуру. Жестом он призвал к осторожности хриза, тот опустился на землю и притворился сухой палкой. Сам же хозяин тихонько взобрался на ветвистое кряжистое дерево, где увидеть его со стороны было бы весьма проблематично. Однако густая листва мешала и самому Фаргиду, — ему пришлось пробраться на самый край толстой ветви, дабы что‑либо видеть.

На небольшой поляне расположились пять человек. Четверо сидели на земле и ели из странных круглых штук. Дикарь, естественно, не знал, что такое консервная банка, потому и не мог понять — что же это такое. Один человек, вооружённый странной серебристой палкой прохаживался по поляне, зорко посматривая туда‑сюда. Ясно — часовой. Фаргид хотя и был дикарём, прекрасно знал обязанности часового. Одеты люди, по мнению воина, были очень странно — тело затянуто в сероватый рубчатый материал, на головы надеты удивительные штуки. За спиной у каждого поблёскивали такие же серебристые палки, какой был вооружён часовой. Рядом лежали сложенные котомки, опять же из странного материала. Понятно, что кроме кожи и грубой плетёной «ткани» из волокон растений, воин не знал о существовании других материалов для изготовления одежды и бытовых предметов. Но самое важное, что чуял дикарь — люди чрезвычайно опасны. Походка часового много чего говорила Фаргиду, опытный взгляд видел мягкость и одновременно упругость шага, лес тот окидывал как бы рассеянным взглядом, но не упускал ничего, что могло угрожать его соратникам. Да и сидевшие не теряли бдительность — то один, то другой бросали внимательные взгляды вокруг. Ясно — застать таких врасплох невозможно. Хотя… если нападёт стремительный рарг — как знать.

Люди закончили трапезу, закопали круглые штуки, из которых ели, в землю, подхватили котомки и двинулись в лес. Через минуту на поляне ничего, кроме примятой травы и кучки земли, не говорило о привале странных гостей.

Фаргид осторожно спустился и неслышно последовал за ними. Хризу не надо было давать команду — он и так уже бежал, держась правой ноги хозяина. Дикарь намеренно отстал от отряда, ориентируясь лишь по запаху — так его труднее обнаружить. А такой запах на Тропе ни с чем другим не спутаешь — настолько он был странен. Отряд же целенаправленно шёл в одну сторону, огибая встречавшиеся препятствия. Фаргида как раз и интересовал вопрос — куда идут странные люди, иначе он не преследовал бы их. По левую сторону располагалось обширное болото, оттуда как раз и появлялись горгоны, когда наползал зелёный туман, справа был густой лес, по кромке которого и двигался отряд. Уже к вечеру люди вышли из района, который Фаргид считал своими владениями. Но они продолжили путь в прежнем направлении. Фаргид когда‑то ходил в эту сторону, но не нашёл ничего интересного для себя, поэтому давно не бывал здесь. Вскоре отряд пришельцев устроился на ночёвку, оставив на часах человека, место которого через определённые промежутки времени занимал другой. Фаргид долго мог оставаться без сна, но разобравшись в цикле дежурства пришельцев, взобрался на дерево и благополучно уснул, вполне доверяя верному хризу.

Утром его разбудил знакомый шелест — хриз звал хозяина. Воин взглянул в направлении отряда и увидел, что пришельцы готовы к дальнейшему пути. Дикарь спустился, позвал хриза за собой и двинулся назад — по пути вчера они пересекали ручей, в котором водилась крупная рыба, нужно запастись пищей, если преследование затянется надолго. То, что за это время отряд уйдёт далеко, не беспокоило Фаргида — пришельцы шли довольно медленно и не меняли направления. Кроме того — их запах было слышно очень далеко.

Рыбалка оказалась успешной: не мудрствуя лукаво, дикарь поел сырой рыбы, накормил ей же хриза, сложил оставшийся улов в котомку и лёгким бегом бросился догонять отряд.

Преследование растянулось на четыре дня, Фаргид уже подумывал оставить это занятие, но здесь пришельцы изменили своему обычному распорядку дня. Утром, вместо того, чтобы двигаться дальше в том же направлении, они тщательно проверили оружие и экипировку, закрыли лица тёмными масками, и очень осторожно двинулись влево от прежнего направления движения. Естественно — дикарь последовал за ними. Вскоре Фаргид заметил очень знакомую скалу — он находился недалеко от мест кочевий родного племени. Сердце тревожно заколотилось, воин испытывал двойственное чувство: с одной стороны — его радовала находка, с другой — он не знал, как может воспринять племя его возвращение. И очень волновал вопрос — чего же хотят пришельцы от эргайлов, то, что они направлялись именно к местам проживания племени, уже не вызывало сомнения.

Пришельцы развернулись цепью, каждый держал наперевес своё странное оружие, в своих одеждах и головных уборах они больше походили на каких‑то неизвестных тварей, чем на людей. Фаргид стал понимать, что действуют они вовсе не безрассудно, нападая на большое племя, в котором много хороших воинов, их уверенность в себе подкрепляет нечто неизвестное ему. Как пришельцы ориентировались, воин не знал: может по запаху, как он сам, а может по другим, неизвестным ему ощущениям, но они явно знали, куда шли. Фаргид осторожно следовал за ними, стараясь не выказать себя. Сейчас часовые племени должны засечь пришельцев, иначе и быть не может. Скорее всего — их уже видят, но пока не нападают, ждут, что будет дальше. Один из пришельцев повернулся к другому, видимо для того, чтобы заговорить и тут с деревьев на непрошеных гостей обрушился град тяжёлых дротиков.

* * *

Гарт, командир отряда путников оглядел свою группу, убедился, что всё в порядке, затем сказал:

— Задачу все уяснили? — и тут же продолжил, не дожидаясь ответа. — Повторяю: никого не убивать! Только парализаторы. Ригон, тебя это касается в первую очередь. Нарушишь приказ — лишу премиальных.

— Командир, ну зачем так сурово, — лениво отозвался Ригон, — здоровенный детина, на котором костюм путника из рубчатой брони смотрелся нелепой декорацией. — Ты сказал, — мы выполняем.

— Замечательно. Забрала на рожи и действуем по плану.

А план был простейший: войти в деревню дикарей, оглушить парализаторами десяток хороших воинов, а потом привести их в Страйд. На серьёзное сопротивление никто не рассчитывал, да как такое могло бы произойти? — дротики и современное оружие, дикие воины против затянутых в броню, подготовленных путников.

Детекторы показывали скопление живых объектов впереди, но приборы были относительно новые и несовершенные, потому отдельных людей или животных обнаруживать могли, только если они располагались достаточно далеко друг от друга. Сейчас же все объекты слились на экранах в одно расплывчатое пятно. Путники медленно продвигались в сторону деревни дикарей, хотя особого волнения по поводу возможного обнаружения не испытывали. Гарт повернулся к Ригону, намереваясь сказать тому, чтобы топал потише, когда по голове его ударило что‑то тяжёлое. Путник от неожиданности едва не упал, в спину немедленно последовал новый толчок, сверху, прямо на макушку шлема тоже обрушилась тяжесть. Но Гарт уже среагировал: включил сервомеханизмы костюма и тяжёлые дротики лишь слегка сотрясали путника, отскакивая от него, как от каменной стены — система стабилизации действовала великолепно. Автоматический прицел выловил на деревьях шевелящиеся тени, путник поднял парализатор и сделал несколько точных выстрелов. Остальные путники действовали примерно в том же ключе: после первого шока быстро оправились и начали отстреливать из парализаторов видимые цели. Град дротиков иссяк почти так же быстро, как и начался, их просто стало некому метать. Детекторы показали, что люди в деревне стали удаляться, похоже, жители реально оценили угрозу и приняли единственно верное решение — бежать. «Да и пусть их», ‑ решил Гарт про себя, — «нам тех, что с деревьев свалились, хватит». Он поднял руку, привлекая внимание.

— Достаточно! Отбой. Можно выключить серваки. Дирк, пересчитай гостинцы. Тех, кто не пострадал при падении, забираем. Остальных оставляем как есть, пусть живут, — не изверги же мы, в конце концов.

Дирк поднял забрало шлема, улыбнулся и взглянул на здоровяка Ригона. Тот уж точно повеселился бы сейчас, не отдай командир щадящий приказ в отношении дикарей. Путник подошёл к одному из лежащих на земле диких воинов, доставая на ходу портативный анализатор жизненных процессов.

— Гарт, а если среди них сплошь инвалиды? — Дирк стал поворачиваться к командиру и тут прямо в незащищённое лицо его ударил тяжёлый камень. Он уже не видел, как среди путников появился разъярённый дикарь, и начал сыпать ударами во все стороны. Гарт получил оплеуху и покатился по земле, Кирт уклонился от удара кинжалом в лицо, но тут же схлопотал ногой в грудь. Не растерялся только Ригон — он сумел сдержать удар дикаря, завернул его руку и свалил на землю. В ярости он переключил оружие на боевой режим, направил ствол в дикаря и выстрелил. Чёрная узкая тень молнией метнулась у лица гиганта, ударила по оружию и отклонила выстрел. Тяжёлая пуля, начинённая боевым магическим конденсатом, ударила в ногу лежащего рядом Дирка и напрочь оторвала её почти у самого паха. Тень, оказавшаяся обычным хризом, немедленно исчезла в зарослях.

— Ригон, стой! — заорал пришедший в себя командир. — Стой, или я сейчас тебя убью!

Осатаневший гигант повернул лицо в сторону командира и сразу обмяк — в лицо смотрел ствол, индикатор на прицеле которого светился рубиновым пламенем — боевой режим.

* * *

— Четырнадцать дикарей — это очень неплохо, капитан. — Старший координатор встал и подошёл к окну.

Погодка сегодня отличная, да и день начался неплохо, благодаря удачному вояжу на Тропу группы капитана Гарта. Впервые удалось захватить так много диких воинов, всего за одну ходку путников.

— Но случай с Дирком — это очень плохо. Нужно сказать — хуже некуда! Как вы могли допустить?

Гарт молчал. Сам он считал, что его вины в произошедшем нет, ведь не хотел же брать в группу этого дебила — Ригона. Координатор навязал, а теперь попробуй, докажи…

— Скажите, капитан, — координатор вновь занял своё место за столом, — вы знаете, в какую сумму обходится подготовка путника? Особенно, класса Дирка?

Гарт снова не ответил.

— Хоть и знаете, я вам напомню, для освежения памяти, так сказать. Около миллиона кредитов! А что можно купить за миллион? Остров? Маленькую страну? Отвечу: два — три средних острова и пару маленьких стран на архипелаге. А теперь прикиньте: сколько денег потратит контора на подготовку путников из новой партии дикарей. Сколько времени пройдёт. Короче… за доставку большой партии диких я начисляю вам премию в двести тысяч кредитов. За потерю боеспособности Дирка понесёте наказание в виде лишения ста тысяч. Можете идти.

Лицо Гарта слегка побледнело — он не ожидал столь сурового наказания. Двадцать… ну тридцать тысяч от силы. Но сто! Причём по вине отморозка Ригона. Однако спорить с координатором Экроном себе дороже. Может и всей премии лишить чего доброго.

Капитан вежливо кивнул и вышел из кабинета, так и не произнеся ни одного слова.

Экрон вздохнул. Ему было жаль капитана — наказание впрямь слишком сурово. Но… приказ сверху. От самого Рогиола — верховного мага всего Страйда. Координатор примерно знал, почему капитана наказали столь жёстко — здоровяк Ригон пользовался покровительством жены Рогиола — Сианы. И можно дать руку на отсечение: Ригону ничего не будет. И премии его почему‑то не лишили, хотя в инциденте виноват именно он. Да ладно… есть дела поважнее.

Координатор активировал м‑фон, вживлённый в ухо, сложное заклятье открыло канал связи с Домом силы.

— Привет, старина, — голос верховного так и сочился отеческой добротой, — как здоровье?

— Спасибо, мастер. С моим здоровьем, слава Триэлу, всё хорошо.

— Как себя чувствует Дирк?

— Да чувствует он себя неплохо. Только вот ногу ему отращивать придётся почти три месяца. Старый Хеол непреклонен, говорит: иначе конечность будет неполноценна.

— Раз Хеол говорит — значит так и есть. Это лучший маг‑целитель нашего мира. Не сердись на него.

— Да не сержусь я, мастер. Просто из‑за травмы Дирка срывается важная операция в Пролге. Недоукомплектованную группу путников я послать не могу. К тому же, капитан Гарт наотрез отказывается дальше работать с Ригоном. Говорит — лучше разжалуйте, сделайте простым путником, но избавьте от этого…

— Договаривай.

— Дебила, — выдохнул Экрон и непроизвольно съёжился, ожидая реакции верховного.

Пронесло. Голос мага остался таким же доброжелательным и мягким:

— Хорошо. Ригона определим в другую группу. А с операцией в Пролге можно повременить. Представь — за тебя работу сделал Гиранит.

Экрон от неожиданности замер. Гиранит? Давний враг, не раз встававший на пути СБ мира Страйд.

— Погодите, мастер… но как же? Ведь это Гиранит открыл дорогу Гул‑Маготу в Пролг? Или я не понимаю: что мы делали в течение почти целого столетия?..

— Он открыл, мой друг, он самый. Для того, чтобы не пустить в Пролг нас. Но потом Берговул — это один из ведущих магов Гул‑Магота, сумел попортить нервы клану Кайран. Представь — он почти добрался до земной Тропы!

— Ого… но ведь гул‑маготовцы не могут долго жить в обычном мире, только на Тропе. Как они прошли через Пролг?

— Они нашли способ. Я пока не знаю какой — нам ещё предстоит это выяснить. Гул‑Магот, это наш сосед, причём, весьма воинственный, мы просто обязаны знать о нём как можно больше. Но я отвлёкся, слушай самое главное: Гул‑Магот в мире Пролг более не присутствует! Путникам Гиранита удалось загнать клан назад на Тропу! — голос мага зазвенел торжеством.

Координатор сел. Весть и впрямь ошеломляющая!

— Но кто… как вы узнали, мастер? Моя служба об этом…

— Кроме твоей службы, Экрон, есть и другие, — довольно проговорил маг. — А то знаю я вас, молодёжь… будете обманывать старого дурака.

— Как можно, мастер…

— Можно, можно… хотя и нельзя. Я для кого стараюсь, а? Для вас, молодых! Не для себя — у меня и так всё есть. А вы так и норовите объегорить своего верховного мага. Козни друг другу строите. Ладно. Не буду заводиться. А то сердце схватит, придётся Хеола звать. А он страшно нудный, я его с детства знаю. Впрочем, партию в хёст он мне задолжал. Ладненько, бывай! Да… не стоит лишать премии капитана Гарта. С Сианой я вопрос утрясу. Смеётесь, поди, над стариком — взял молодую жену, а она любовников среди путников заводит. А я так скажу: поживёшь с моё — будешь многое воспринимать спокойно, без лишних эмоций.

* * *

— Отличная партия! — инструктор Фор шёл вдоль ряда лежаков, где расположили обездвиженных голых дикарей. — И где только таких отыскали?

— Они из давно потерянного племени. Заброс делали больше трёхсот лет назад. Ребятки освоились на Тропе, набрались сил и опыта, а потом вдруг куда‑то пропали. Только недавно группа путников, возвращаясь из рейда, обнаружила следы дикарей там, где их по определению быть не должно, — ответил Гарт.

— О‑о‑о — уважительно протянул Фор, — триста лет! Ребятишки здорово акклиматизировались на Тропе! Глянь, какие мышцы! Обычно путника года два приходится гонять, чтобы получить такие — сильные, и в то же время упругие и быстрые. Анализатор показывает отличное время отклика мускулов у всех без исключения дикарей. И это без всяких вживлённых фишек! Отличные будут путники!

— Да уж… кстати один из них, — Гарт быстро окинул взглядом лежащих дикарей, — вот этот: палец указал на самого сильного по виду воина, — натворил бед. Из‑за него Дирк остался без ноги. Обрати на него особое внимание, хорошо? Хочу забрать в свой отряд, когда закончишь подготовку.

— Не вопрос! С тебя накрытый стол и все дела, — улыбнулся Фор.

— Договорились, — серьёзно ответил Гарт.

* * *

— Бей открытой ладонью! — приказал инструктор, — набивай мозоли!

Фаргид молотил несчастный муляж уже третий час кряду. Внешний каркас тренировочного снаряда мог по желанию инструктора становиться то мягким и вязким, словно подушка, то каменно‑твёрдым, иногда мог быть упруго‑жёстким, причём тренер не предупреждал, когда произойдёт изменение свойств. Из‑за этого, например, удар, рассчитанный на твердость камня, встречая нежданную мягкость, проваливался, Фаргид на ничтожно короткое время терял равновесие, и манипулятор муляжа успевал нанести ответный, достаточно болезненный удар. А когда вместо ожидаемой мягкости или упругости кулак встречал крепость камня, было ещё хуже — при этом легко было повредить не только кисть, но и локтевой сустав или получить растяжение связок. Переход на удары ладонью курсант встретил с облегчением: костяшки его пальцев давно превратились в сплошные кровавые ссадины. С ногами дело обстояло не лучше — на левой чувствовалось явное растяжение стопы, правое же колено жутко саднило.

— Стоп! — крикнул Фор. — На сегодня достаточно. Пошёл на медосмотр.

Фаргид повернулся к инструктору, отсалютовал ударом правым кулаком в грудь и вышел в медблок, который располагался рядом с тренировочным залом. В приёмной не было никого — остальные курсанты давно закончили сегодняшнюю программу тренировок. Но для Фаргида инструктор разработал особую программу, значительно более жёсткую и требующую соответственно намного больше времени и сил. Без травм не обходилась ни одна тренировка, причём сбитые костяшки и растяжение связок — это далеко не самое страшное, что могло произойти: бывало, случались и переломы. Хотя в последнее время, а тренировался Фаргид уже без малого год, серьёзные травмы стали редкостью, опыт брал своё.

Мигнул приглашающий глазок над дверью в кабинет осмотра. Курсант встал на входной коврик, замер на несколько секунд. Сейчас он подвергался тщательному сканированию: его просвечивала электроника на предмет повреждений, зондировало сложнейшее заклинание, дабы выявить возможную агрессию, да и видеокамера над дверью тоже активно работала. Эта процедура не была чем‑то экстраординарным — в центре подготовки путников к безопасности персонала принимались беспрецедентные и весьма дорогостоящие меры. Ведь каждый новоиспечённый путник — в недавнем прошлом дикарь Тропы, на котором лишь слегка появился налёт цивилизованности. Более того, его агрессивность не подавлялась, а наоборот, поощрялась, что вполне естественно — воин должен быть активным. Кроме этого коврик передавал данные о состоянии курсанта непосредственно в кабинет врача.

Дверь открылась сама. Фаргид вошёл и остановился, ожидая разрешения.

— Проходи, — низкий, грудной голос Лиены, врача‑мага очень нравился Фаргиду, да и сама девушка была очень недурна собой.

— Ложись на кушетку. Входной анализ показал, что сегодня у тебя нет ничего серьёзного. Сбитые пальцы и два лёгких растяжения. Сейчас я тебя поправлю.

Курсант растянулся на кушетке. Лиена провела рукой над пациентом — Фаргид сразу же почувствовал, как исчезла саднящая боль в пальцах, ступне и коленях. Еще один проход руки мага — раны затянулись, усталость заметно уменьшилась, взбудораженные чувства успокоились.

— Вставай, вояка, — улыбнулась девушка. — Бегом в душевую, к тебе пришёл важный гость.

— Кто? — удивился Фаргид. — Да и кого могут пропустить в наш сверхсекретный центр? Разве кто из конторы, так они здесь каждый день околачиваются.

— Увидишь, — загадочно сказала Лиена. — Иди, иди, не заставляй гостя ждать.

2

Гость на самом деле оказался гостьей. Девушка по‑хозяйски расположилась в любимом кресле Фаргида и просматривала файлы накопителя. На дымчатом экране как раз шёл тренировочный бой Фаргида со своим лучшим спарринг партнёром — курсантом Этризом.

Гостья повернула лицо, и Фаргид понял, что пока ещё не видел настоящей женской красоты. До настоящего момента не видел. Черты лица девушки были просто идеальны — наверное, Создатель испытывал настоящее вдохновение, когда творил это чудо. Матовая, чуть смуглая кожа оттенялась песочного цвета длинными волосами, мягкими волнами лежавшими на плечах, огромные изумруды глаз, обрамлённые длинными густыми ресницами будто кто‑то специально создавал для этого лица — настолько гармонично они здесь смотрелись, изумительная форма рта, с приоткрытыми алыми губками, лишь подчёркивала абсолютное совершенство существа, посетившего комнату курсанта. Одета девушка была в очень соблазнительное короткое платье из удивительной искрящейся материи. Стоило гостье совершить малейшее движение, ткань платья начинала переливаться дивными красками. Поэтому определить цвет было попросту невозможно, да и ненужно, ведь совершенство не требует определений.

Сначала Фаргид застыл, любуясь невиданной доселе красотой, однако уже через несколько секунд понял, что гостья откровенно оценивает его реакцию на своё появление и внешний вид. Растерянность уступила место недовольству — красота красотой, но что дама здесь забыла? Да ещё в файлы без спроса влезла. Он уже раскрыл рот, чтобы возмутиться, но гостья его опередила:

— А Лиена не соврала. Красавец. Не злись, я ничего важного в твоих файлах не искала. Только записи боёв просматривала. И будь вежлив — меня зовут Сиона, надеюсь это имя тебе знакомо?

Фаргид благоразумно промолчал. Ещё бы он не знал. Так вот, какая она — всемогущая Сиона. Говорят муж — сам верховный, слова не смеет сказать против. Выполняет все прихоти взбалмошной, своенравной супруги. И не один путник уже пострадал, расплачиваясь за внимание сей особы.

— Присаживайся, устал ведь? — девушка сделала широкий хозяйский жест.

— Ничего, Лиена меня наладила. Можно опять на тренинг топать.

— Да? — брови Сионы иронически приподнялись. — Выносливый, значит. Надо бы проверить твою работоспособность, я словам не очень верю.

Курсант понял, что разговор уходит на скользкую почву, но как выйти из положения не знал: у него не было никакого опыта в общении с женщинами. Сиона же продолжила натиск:

— Может, продолжим тренинг прямо здесь? Я бы помогла, разминка и мне не помешает, — губы красавицы разошлись в двусмысленной улыбке, обнажая ряд жемчужных зубок. Она положила ногу на ногу, подол короткого платья задрался, обнажая великолепные гладкие бёдра.

В голове Фаргида беспорядочно толклись мысли, он знал, что на провокацию Сионы отвечать согласием ни в коем случае нельзя, но как поступить не знал. Откажи ей — нарвешься на неприятности, согласись — их будет ещё больше.

Решение пришло само собой: он прошёл через комнату и уселся на стул с противоположной от гостьи стороны стола.

— Позвольте угостить вас, госпожа Сиона.

— Гм… и что сможет предложить скромный курсант избалованной женщине вроде меня? — глаза девушки хитро прищурились, лицо изобразило чуть заметную иронию.

— Скромный курсант имеет честь предложить блюдо собственного приготовления, сделанное по необычному рецепту.

— Звучит привлекательно. Честь принимается, — Сиона и здесь сумела ввернуть двусмысленность.

Фаргид сделал вид, что не понял, встал, открыл контейнер с продуктами и бережно извлёк узкое длинное фаянсовое блюдо, прикрытое узорчатой крышкой. Затем установил его внутрь пищевого комбайна, набрал сложную программную комбинацию температурного режима и слегка приоткрыл канал магии специальным регулятором, как научил его недавно Фор. Это значительно ускоряло приготовление, хотя влетало в копейку. Но ради такой гостьи жалеть дорогую магию не стоило.

— Вот что мы умеем! — удивлённо произнесла девушка. — Магией балуемся? Ты не отравить меня хочешь, случаем?

— Ну, травиться мы сейчас будем вместе, причём я начну первым, дабы исключить ваше недоверие. Чуток магии в данном случае ускорит процесс готовки и добавит пикантности вкусу.

В глазах гостьи мелькнул интерес, наконец‑то Фаргид сумел направить её мысли в другое русло. Лакомство представляло собой пушистую сладкую массу, такую когда‑то его научила делать мать. Все ингредиенты нашлись и в мире Страйд, но готовить блюдо здесь не умели, а рецептом Фаргид делиться не спешил.

— Удивил, — одобрила Сиона гастрономические таланты курсанта. — Рецептом не поделишься?

— Секрет, — улыбнулся Фаргид. — Потеряется загадка, а блюдо станут готовить везде, оно перестанет быть эксклюзивом.

— О! Мы даже такие слова знаем? Ты неплохо говоришь, как для дикаря, которым был ещё не так давно. А улыбка тебе идёт. Но ты прав — секреты лучше хранить. Делиться ими не стоит, особенно с красивыми женщинами. Я красива?

Фаргид лишь кивнул, стараясь не переходить на скользкую тему.

Вдруг лицо девушки приняло озабоченное выражение: м‑фон в виде изящной серёжки замерцал золотистым огоньком.

— Привет.

Фон снова замерцал: девушке что‑то говорили.

— Я не могу сейчас отвечать. Подожди… Сиана встала, приблизилась вплотную к Фаргиду.

Ему тоже пришлось спешно подняться, ведь неприлично сидеть перед женщиной.

— Наша встреча не последняя, будущий путник, — сказала гостья, — я вижу, ты меня боишься. Правильно делаешь, пожалуй…, но учти — Сиона умеет быть благодарной и может защитить своих друзей от кого угодно. — Девушка подчеркнула слово «кого». — А чтобы ты понял, что со мной стоит дружить, сегодня же оформлю для тебя разрешение покидать центр в свободное от подготовки время. Такого разрешения нет ни у кого из новичков, и не будет ещё больше года.

Сиона приблизила лицо и прикоснулась лёгким поцелуем к губам Фаргида. Затем повернулась, пошла к двери и, когда была уже на пороге, сделала изящный прощальный жест рукой.

— Увидимся!

* * *

— Сегодня начинается очень важный этап подготовки. — Фор стоял, широко расставив ноги, перед выстроенными в ряд курсантами. — Теперь учебные схватки с вами будут проводить настоящие путники. Сразу предупреждаю: занятия эти весьма опасны и травматичны — уровень подготовки профессионалов на порядок выше, чем у вас на данный момент. Но многолетняя практика подтвердила эффективность такого подхода в процессе обучения новичков. Имейте в виду — бывали даже смертельные исходы в тренировочных боях, поэтому прошу соблюдать некоторые правила: не рисковать зря, сдерживать злость, поскольку это вам только повредит и, самое главное, — не пытайтесь мстить или грубить вашим спарринг‑партнёрам. Это лишь добавит резонов в их желании проучить вас. Им разрешается практически всё, за исключением убийства. Вам тоже, естественно. Но бывают «случайности», ‑ инструктор сделал многозначительную паузу, — которые можно обставить так, что их не отличишь от настоящих. Теперь у каждого из вас будет персональный инструктор. — Фор медленно провёл глазами вдоль ряда курсантов. Его взгляд чуть задержался на лице Фаргида, и тому на мгновение показалось, что в нём мелькнуло сочувствие.

— Итак, — продолжил Фор, — знакомьтесь с новыми наставниками.

На площадку один за другим выходили путники. Они шли вдоль ряда курсантов и кивали каждому, в знак приветствия. Одного из них Фаргид помнил хорошо. Тот самый здоровяк, который хотел убить его на Тропе. Зовут его Ригон — это курсант тоже знал. И ещё он знал то, что Ригону покровительствовала Сиона. В груди шевельнулось что‑то холодное, мерзкое.

Когда Ригон проходил мимо Фаргида, он не кивнул ему, а криво улыбнулся. Затем приостановился и сказал:

— Надеюсь, ты понял, кто твой новый инструктор?

* * *

Первый же учебный бой с Ригоном превратился в откровенное избиение. Фаргид ничего не смог противопоставить путнику. Если Ригон хотел его ударить, он делал это без особых трудностей — курсант не успевал ни блокировать атаку, ни, тем более, отвечать на удар. Всё тело Фаргида превратилось в сплошную, истерзанную ссадину, он давно применил свой метод забывания боли, каковым овладел, ещё живя на Тропе. Но нечувствительность к боли не отменяла потерю дееспособности организма в целом. Через несколько минут курсант упал, что не остановило распалённого Ригона — он продолжал бить лежащего соперника ногами.

— Ригон, остановись! — раздался громкий голос с террасы, где расположился Фор и несколько наблюдателей из «конторы».

Однако путник не реагировал. Удары сыпались на лежащего без памяти Фаргида. Избиение прекратилось, только когда Фор выстрелил в Ригона из парализатора. Тизон, один из наблюдателей искоса глянул на Фора:

— Зачем? Сионе это не понравится.

— Зато то, что делал сейчас этот ублюдок, не нравится мне. А с Сионой я уж как‑нибудь договорюсь.

— В этот раз вряд ли. Хотя, как знаешь, — Тизон повернулся в сторону площадки и скомандовал: — На сегодня тренировки закончены!

* * *

— Как он? — Фор зашёл в медблок сразу после разговора с наблюдателями.

Лиена нахмурилась, сделала приглашающий жест и провела его в реанимацию.

— Четырнадцать переломов, а количество ушибов даже трудно подсчитать. Удивительно, что нет сотрясения мозга. У Ригона что, была санкция на убийство?

— У него была санкция твоей подруги, о других я не знаю.

— Не верю. Сиона взбалмошная, жестокости в ней тоже хватает, но не злая. А парня били очень зло, явно с намерением нанести побольше травм.

— У меня на этот счёт своё мнение. Ты лучше скажи — когда поставишь его на ноги?

— Две недели, как минимум. И то, если расширят лимит магии.

— Я свою пайку отдам. Как‑нибудь две недели потерплю.

— Он тебе кто? Друг? К чему такие жертвы.

— Да нет. Просто хороший человек. Очень хороший. Таких сейчас немного.

— Ладно, я сперва попробую выбить дополнительный лимит через Сиону. Она косвенно виновата в произошедшем, пусть подсуетится перед мужем.

— Как же, она подсуетится…

— Если не выйдет, буду пользоваться твоим лимитом.

— Лады. — Фор вышел.

* * *

Фаргид вновь оказался на Тропе. Верный хриз встретил его восторженным шелестом. Воин даже сам не предполагал, что ему принесёт столько радости встреча со старым другом. Неказистый монстрик подставил свою сучковатую голову, Фаргид тут же потрепал её к великому удовольствию хриза. А вот и родной ард. Кажется, даже он обрадовался встрече. Воин быстро взобрался на развилку, залез в дупло и растянулся на мягком, приятно пахнущем деревом дне. Через минуту его сморил сон. Всё повторялось много раз, вновь и вновь: Тропа, верный хриз, ард, дупло… как заевший кусочек видео в испорченном плеере.

Фаргид лежал в коконе реаниматора уже больше недели, Лиена таки выбила двойной лимит магии через влиятельную подругу. Все серьёзные травмы были излечены, сейчас шёл интенсивный процесс заживления мелких повреждений. Лиену немного волновали странные реакции мозга на лечебные раздражители, но они укладывались в допустимые отклонения при исцелении настолько сильных травм. В ухе пискнул м‑фон.

— Ты где? — раздался голос Сионы.

— Заходи, я в реаниматорской. Только пройди через дезинфектор, хорошо?

— Нашла, кого учить. Сейчас буду.

Вскоре Сиона стояла рядом. Она залюбовалась обнажённым телом Фаргида под прозрачным колпаком реаниматора.

— Божественное тело! Красавчик, я таких никогда не встречала.

— И ты позволила этому борову так избить парня, — укоризненно сказала Лиена.

— Он просто чуть перестарался, — пожала плечами Сиона. — Я просила Ригона только слегка проучить новичка: пусть ценит моё внимание.

— Совсем чуть, — буркнула магичка, — да Ригон едва не убил парня. Ты что, не понимаешь, — этот громила ревнив до безумия. Да к тому же, зол на парня за тот случай на Тропе, когда оторвало ногу Дирку.

— Мужчины должны ревновать друг друга — упрямо тряхнула головой Сиона. — А женщина выбирает лучшего! Лучший не тот, кто красивее, а кто сильнее и настойчивей. Пока из этих двоих лучше Ригон. Дальше будет видно.

— Но Фаргид даже не претендует на тебя! Как ты можешь сталкивать их лбами?

— Тем хуже для него. — Сиона холодно взглянула на подругу и вышла не попрощавшись.

Мягко пропел вызов реаниматора — пациента можно было привести в чувство на короткое время. Лиена активировала режим «оживления». Пространство под колпаком заполнил синеватый дымок, когда он рассеялся, крышка откинулась назад, Фаргид глубоко вздохнул и раскрыл глаза. Он не стал задавать вопросов: «где я? что со мной?», потому как прекрасно понимал, куда попал. Тем более, что над ним стояла Лиена.

— Можно встать?

— Можно, только надень халат. Голым находиться перед дамой неприлично, знаешь ли…

Фаргид встал, набросил халат и с улыбкой сказал:

— Я столько времени лежал здесь голый и тебя это не смущало.

— Когда ты лежал — был пациентом, а это не в счёт. Теперь ты — мужчина. Очень привлекательный мужчина, тебе об этом известно?

— Лучше б я был уродом, — посмурнел Фаргид, — проблем было бы меньше.

— Вряд ли, — ответила девушка. — У уродов свои проблемы, жизнь умеет их ставить перед каждым. Поэтому решай текущие, новые сами тебя найдут.

— Сколько я здесь провалялся?

— Девять дней. Через полчаса уложу тебя ещё на пять. Лечение нужно доводить до конца.

— Так я и не возражаю. Только вот достал меня один и тот же сон. Нельзя его как‑то заблокировать?

— Не стоит, Фаргид. Организм сам себя восстанавливает, я только помогаю ему. Потому — лучше не вмешиваться в неизвестные нам процессы. Сон — это как раз один из процессов, где наука Страйда мало продвинулась.

— Нельзя, так нельзя. Отвернись, я раздеваюсь.

— Да ладно, всё равно я сейчас буду видеть тебя под колпаком.

— Я предупредил, — буркнул курсант, сбросил халат и улёгся в реаниматор.

* * *

— Уже в который раз я предлагаю отстранить Ригона от процесса подготовки путника Фаргида. Вместо учебных боёв он просто избивает ученика, отговариваясь тем, что якобы проводит интенсивный курс. Фаргид уже три раза попал в реанимацию после такого «интенсивного курса». — Фор распалялся всё больше, поскольку собеседник — представитель конторы, полковник Долк, не соглашался с ним. — Но, похоже, меня никто не хочет слушать.

— Успокойтесь, Фор. — Полковник выслушивал инструктора, повернувшись к нему спиной, наверно за окном он видел что‑то интересное, хотя верилось в это с трудом — что можно увидеть с высоты двести одиннадцатого этажа? — Вы же сами понимаете, откуда дует ветер, и почему я не могу отстранить Ригона.

— Хорошо. А если Фаргид погибнет? В сложившихся обстоятельствах этот вариант не исключён. Кто будет отвечать?

— Вы, майор. Я, кстати, тоже, но основная вина ляжет на вас.

— Но я не виноват в том, что происходит. Нужно немедленно принимать меры.

— Так примите же их. — Полковник повернулся лицом к Фору, подошёл к столу и опёрся на спинку кресла. — Скажите: путник Ригон — один из лучших ходоков Тропы?

— Нет, конечно, впрочем, вы и сами это знаете.

— Думайте, думайте, майор! — полковник в упор взглянул на подчинённого.

Фор недоумённо пожал плечами, потом, начиная догадываться, сказал:

— Вы хотите сказать…

— Продолжайте. Только потом я могу определить, правильно ли вы меня поняли.

— Вы предлагаете отключить акселераторы Ригона? Но ведь…

— Нет. Этого делать нельзя. Он сразу почувствует изменение кондиций.

— Тогда я вижу только один выход — подключить акселераторы Фаргиду. Однако это нарушит весь процесс подготовки. Ведь акселераторы подключают только тем курсантам, дальнейший прогресс которых посредством обычных тренировок уже невозможен. Короче говоря — бездарям или середнячкам. А Фаргид может стать путником экстра‑класса. Стоит включить ему хотя бы акселерацию скорости — дальнейший прогресс резко замедлится, либо вообще станет невозможным.

— Фор: либо я считал вас умнее, чем вы есть на самом деле, либо вы сегодня плохо соображаете. Зачем вы рассказываете мне то, что я лучше вас знаю? Короче — я вам ничего не скажу, хотя уверен: через десять минут вы поймёте, что можно предпринять хотя бы для того, чтобы проучить Ригона. Даю подсказку — чуток магии и… дальше будьте добры сами.

Полковник вышел из кабинета инструктора.

Фор раздражённо хлопнул ладонью по столешнице: «Чуток магии!». Ну и что? Вдруг его осенило: Ну конечно — мог бы и сам догадаться! Он бегом выбежал в коридор и направился к лифту. Через пять минут майор уже был в медблоке.

— Лиена, есть одна мысль, но без тебя я её реализовать не смогу.

— Ты о чём?

— Да о том же… о Фаргиде. Надо бы ему немного помочь. Я имею в виду кластер. Либо кластер силы, либо скорости, можно реакции, а можно и всего понемногу.

— Ну да. А магия? На меня и так уже в отделе учёта косятся. Свой лимит я уже отдала Фаргиду, в последнем сеансе реанимации.

— Ну, свой недельный лимит я отдам. Проживу как‑то без привычных удобств и развлечений. Зато этого урода — Ригона наш курсант сможет очень удивить.

— Мне в это не верится. У Ригона включены два акселератора — скорость и сила.

— Зато у него есть природные антиакселераторы — тупость и злоба. Если Фаргид правильно распорядится кластером, то в реаниматор на этот раз ляжет кто‑то другой.

Лиена вздохнула:

— Удивляет меня Сиона. Ясно — она добивается внимания Фаргида. Но какие жуткие методы! Тогда уж взяла бы да согнула парня заклинанием подчинения.

— Озабоченная сучка твоя Сиона, больше её никак не назовёшь. Надо же — за прекрасным фейсом прячется такая гадина.

— Ну, ну, потише! Не забывай, Сиона — моя подруга. Мы росли вместе. И вовсе она не гадина. Её власть испортила и потакание мужа всем прихотям. Но я хочу продолжить твою мысль — о нашем фокусе с кластером могут догадаться. Нетрудно понять, на кого начнут сыпаться шишки.

— Я к этому готов. И если дело коснётся — всё возьму на себя. Накажут, может быть — и то не факт. Пойми: из Фаргида может получиться путник не хуже легендарного Майна. Может быть, даже лучше. По крайней мере, есть все предпосылки.

Лиена опустила глаза, оправила халат, зачем‑то привстала и чуть передвинула кресло под собой.

— Не нервничай, — продолжил Фор. — Может после этого, вверху предпримут что‑либо конкретное для разрешения ситуации.

* * *

— Вызывали? — Фаргид вошёл в кабинет майора.

— Присаживайся. Разговор неофициальный и долгий.

Около часа Фор рассказывал курсанту об акселераторах, их свойствах, положительных и отрицательных сторонах имплантации и включения. Затем перевел разговор на кластеры, представлявшие собой по сути те же акселераторы, но не имплантируемые, а активируемые в человеке на короткое время при помощи магических манипуляций. Время работы кластера строго ограничено и определяется количеством закачанной в него магической энергии. Кластер можно ориентировать на определённый вид акселерации: сила, скорость, реакция, зрение, выносливость и так далее. После израсходования запаса магии кластер блокируется без негативных последствий как в случае с имплантированным акселератором.

— У тебя будет всего пара секунд. И даже на это, очень короткое время придётся израсходовать недельный лимит моей магии.

— А если добавить мой лимит?

Майор улыбнулся.

— Твой недельный лимит равен моему часовому. На большее ты пока не заработал. Лиена поможет.

— Может быть, не стоит? Я не уверен, что из этого что‑то получится.

Фор испытующе глянул в глаза курсанта.

— Ты жить хочешь? — сделал короткую паузу и продолжил, — вижу, что да. Значит, должен использовать кластер с толком. Пойми — это единственный вариант. Подумай, какой вид акселерации ты сможешь применить с максимальной отдачей.

3

Сегодня на тренировочный бой инструктора Ригона и курсанта Фаргида кроме обычной группы наблюдения явилась сама Сиона. Она расположилась на террасе, опоясывающей зал, с высоты которой было видно всё, что происходит внизу. Красавица уселась на любезно предоставленное полковником Долком кресло, рядом с ней спешно поставили столик с напитками и сладостями. Дама наслаждалась вниманием нескольких офицеров из группы наблюдения.

Фаргид вышел в зал уже полчаса назад и не терял времени даром — он разогревал организм упражнениями до максимально возможного предела. Живой горячий комочек в солнечном сплетении неистово колотился, пытаясь вырваться наружу — это билось магическое пламя кластера, который Лиена «подсадила» курсанту вчера вечером, чтобы к сегодняшнему бою он успел свыкнуться с беспокойным соседством. Но попробуй привыкнуть к настолько необычным ощущениям! Фаргиду всё же удалось уснуть этой ночью на пару часов, но время это отдыхом никак не назовёшь — он вспомнил в мельчайших деталях всё, что произошло за всю его жизнь, начиная с первых дней осознания собственного «я» и заканчивая последними событиями в мире Страйд. Но особенно ярким оказалось воспоминание о боли, в которую его вверг шаман Эглой. Курсанту удалось зафиксировать образ сложнейшего плетения, которое накладывал на него шаман в ту памятную ночь. Мало того — даже сам образ, стоило его вспомнить хотя бы на короткий момент, вызывал сильную боль. По всей вероятности этому способствовал кластер, накачанный магией.

Наблюдатели на террасе оживились: в тренировочном зале появился Ригон. Здоровяк, наверное, провёл ряд процедур в солярии — тело покрылось ровным бархатным загаром, мышцы рельефно бугрились под тёмно‑коричневой гладкой кожей. Он вышел на середину зала, несколько вальяжно кивнул офицерам, приветственно поднял руку, салютуя Сионе и поманил курсанта.

— Надеюсь, тебя хоть чему‑то научили прошлые уроки. Ты должен понимать: бездари в группе будущих путников нам не нужны. И если сегодня одной бездарью станет меньше — значит, инструкторы смогут больше уделить времени достойным ученикам.

Вывалив эту «обнадёживающую» тираду на курсанта, Ригон приступил к осуществлению сказанного. Он взлетел в высоком прыжке и нанёс удар прямой ногой, целясь в грудь Фаргида. Тот почти ушёл от удара, но, поскольку акселератор давал инструктору огромное преимущество в скорости, полностью уклониться не смог. Даже удар вскользь оказался очень сильным — курсанта развернуло почти на сто восемьдесят градусов, но на ногах он устоять всё‑таки сумел.

— Хорошо, — похвалил Ригон. — Но надо лучше, — и немедленно нанёс новый удар.

Фаргид уже знал обычную тактику громилы: она была абсолютно шаблонна и прямолинейна, на что‑то большее мозги инструктора не тянули. В этот раз курсант успел упасть на спину и пропустить Ригона над собой.

— Ха! — удивился тот, — я уже подумал, что тебе пора в реаниматор, а может, — он гаденько усмехнулся, — и куда подальше. Ну, сейчас я эту недоработку исправлю.

Громила повернул лицо в сторону террасы, улыбнулся Сионе и послал ей воздушный поцелуй. Фаргид хотел было воспользоваться удобным моментом для ответа, но какое‑то шестое чувство удержало его. Чуть заметный косой взгляд, брошенный громилой, подтвердил правильность решения — атаки курсанта ждали, и она наверняка оказалась бы последней в нынешнем бою. Зато сам Ригон задерживаться не стал, он снова ударил. Опять мимо! Фаргид угадал, куда ударит соперник, и на долю секунды раньше немного отклонился с линии атаки. А когда Ригон стал разворачиваться с одновременным замахом, даже сумел чувствительно зацепить его боковым ударом, в результате чего инструктор едва не упал. С террасы раздались аплодисменты. Громила яростно глянул туда. Конечно! Фор рукоплещет своему выкормышу! Ну‑ну… сейчас его радость умерится. Ригон повернулся к курсанту, в глазах плескалась такая ненависть, что Фаргид понял — пора! Когда инструктор прыгнул вперёд для решающего удара, навстречу ему летел курсант, вложивший в скорость половину энергии кластера.

Время для Фаргида сжалось в комок. Соперник тоже двигался очень быстро, но всё же, в реакции и скорости сейчас заметно уступал курсанту. Невероятно, но Фаргид успел заметить нарождающееся удивление в глазах врага. Столкновение произошло в воздухе. Ногу инструктора, изначально нацеленную в голову, курсант отклонил, в результате чего тело Ригона слегка повернулось в полёте, и тогда нанёс удар кулаком в открытый, ничем не защищённый бок, вложив в сиё действо ещё солидную толику магии кластера. Удар сломал ребро громилы, но Фаргид не ограничился этим — пока рука находилась в соприкосновении с телом соперника, он сбросил туда образ плетения боли, питая его остатками кластера. Время немедленно распрямилось, будто сжатая пружина, руку курсанта вывернуло, возможно, даже сломалась кость, но его сопернику пришлось очень худо.

Ригон упал на пол, дикие вопли огласили тренировочный зал. Инструктор скорчился от ужасной боли, судороги охватили всё его тело. Они были настолько сильны, что, вероятно, собственные перекачанные мышцы начали ломать кости хозяина. Лицо исказило выражение ужаса, изо рта потоком хлынула кровь. Внезапно туловище Ригона сильно изогнулось назад — спинные мышцы резко сократились, после чего всё прекратилось: умолкли вопли и конвульсии, тело инструктора замерло в дикой неестественной позе — сломался позвоночник.

На короткое время все замерли, потрясённые произошедшим, слышалось только тяжёлое дыхание Фаргида. Потом все наблюдатели зашумели, начали спрашивать друг друга: что же такое произошло? Но, естественно, никто ничего толком объяснить не мог. К Ригону выбежали санитары медблока — два крепких парня в синих медицинских робах. При помощи специальных носилок, подпитываемых магией, что весьма снижало вес пострадавшего, громилу унесли на обследование и оказание помощи. Курсант, удерживая пострадавшую руку другой, тоже направился в медблок.

— Эй, Фаргид! — раздался голос с террасы. Курсант поднял голову и встретился взглядом с Сионой. Однако понять, что выражают её глаза он не смог. Там было восхищение, и возмущение, злость и одобрение, а также ещё куча эмоций, в которых разобраться было просто невозможно. Девушка какое‑то время смотрела на курсанта, затем резко повернулась и ушла.

— Парень, — с террасы теперь к нему обращался Фор, — после медицинских процедур у нас с тобой будет разговор.

Фаргид кивнул и вошёл в медблок.

* * *

— Рассказывай, — Фор смотрел на курсанта строго и требовательно. — Что ты ему сделал?

— То, что и требовалось. Использовал кластер с толком.

— Не темни. На такое энергии кластера никак не хватало. Ригон пролежит в реаниматоре три месяца. Группа наблюдения наверняка потребует провести расследование произошедшего. Так что, лучше расскажи сначала мне. Поверь — я тебе не враг, иначе, не стал бы помогать.

Фаргид не стал упираться и выложил всё. Фор долго сидел молча, непонятно, обдумывал он рассказ курсанта, либо просто тупо смотрел сквозь стену.

— Даже не знаю… это может плохо кончится. Нет, дело не в том, что мы применили кластер, запретов здесь нет, поскольку у Ригона работали два активных акселератора. Мы просто попытались уравнять шансы, хотя их у путника всё равно было неизмеримо больше. Другое дело — как к этому отнеслась Сиона.

— Мне кажется, что очень плохо отнеслась.

— Почему?

— Ну, иначе она бы подошла ко мне, что‑то сказала… наверное.

— Ты не всё понимаешь, Фаргид. У Сионы огромная власть. Она вертит верховным магом как хочет. И если вздумает разделаться с тобой, ей никто не сможет помешать.

— И что теперь? — Фаргид угрюмо смотрел на Фора, — предпринять я всё равно ничего не могу. Если бы я в этом бою не уложил Ригона, он уложил бы меня. Скорее всего — навсегда.

Фор нервно забарабанил пальцами по столу.

— Тебе надо бежать, Фаргид. Скрыться, хотя бы на то время, пока улягутся страсти. Пока обстоятельства не позволят вернуться в школу путников.

— Куда? Я не знаю Страйд, не могу нормально общаться с людьми, потому что пока ещё дикарь, не видевший вживую ничего кроме Тропы. С вашим миром я знаком лишь по видеозаписям.

— Я тебе помогу. Очень кстати то, что Сиона сделала тебе документ, разрешающий покидать территорию центра. Без этого что‑либо предпринять было бы невозможно. Пойдём, нам нужно много чего сделать и за короткое время, пока не аннулировали твой пропуск.

Несколько последующих часов Фор тщательно инструктировал своего ученика на предмет поведения на улицах столицы мира Страйд, города Актрон. Многие инструкции сопровождались примерами на видео. Собственно то, что делал сейчас Фор, входило в курс подготовки путников, но на гораздо более позднем этапе. Потому специальные учебные материалы отыскивать не требовалось, всё было под рукой. Другое дело — у Фаргида не было времени на практическое освоение урока. Точнее, практику придётся проходить в деле. К тому же, следовало учесть то обстоятельство, что беглеца обязательно станут разыскивать.

— Может мне попробовать пробраться на Тропу? — спросил Фаргид. — Там меня точно не найдут.

— Бесперспективно. Порог охраняется очень серьёзно, да и за ним постоянно дежурят патрули путников. У меня другой план. На Архипелаге проживает мой старый друг, некто Ниррок, майор в отставке. Отставка была вовсе не добровольной, но это не входит в наш сегодняшний разговор. Другое дело — майор обязательно тебе поможет, поскольку подложить свинью бывшему руководству для него сейчас лучшее развлечение. Самой трудной задачей будет выбраться из столицы. Здесь, — Фор указал на голову курсанта, — магическая метка школы, любой центурион увидит тебя на поисковом терминале. С этой проблемой поможет Лиена. Метку снять нельзя, но можно нейтрализовать на несколько дней. Опять же — всё упирается в количество магии.

— Странно. До сих пор мне не объяснили: почему у вас магия так строго лимитируется и настолько дорога?

— Это долго рассказывать. Потом ты всё обязательно узнаешь. А сейчас идём вниз, к Лиене.

* * *

Фаргид вышел через проходную центра в стандартном костюме, предоставляемом курсантам для вояжей в город. Эту одежду следовало быстро сменить, поскольку она тоже была помечена. Опять же: покупать одежду нужно в какой‑то непримечательной лавке, а не в центральных громадных маркетах, где камеры и магические терминалы фиксировали всех без исключения посетителей, не говоря о покупателях.

Был вечер, толпы народа заполнили тротуары, сотни машин двигались по проезжей части. Уровнем выше проносились воздушные судна, богатые граждане могли себе позволить такой вид транспорта. Громадные высотные здания в несколько сот этажей создавали видимость, что внизу не улица, а глубокое ущелье. На уровне верхних этажей медленно барражировали слипы центурионов — небольшие воздушные суда с тремя членами экипажа, включая пилота. В Страйде давно пользовались антигравитационными технологиями, хотя здесь, как и в другой технике, топливом служила магия.

На Фаргида никто не обращал внимания. Он спокойно, без суеты как подобает истинному горожанину, шёл по улице, косился на витрины, с интересом поглядывал на красивых женщин, равнодушно пропускал встреченных центурионов. Те тоже вроде не обращали на него внимания, хотя наручные терминалы чётко фиксировали курсанта центра подготовки путников. Фаргид повернул в переулок: маршрут был тщательно продуман заранее совместно с Фором. Вот вход в дом радости — так «скромно» здесь называли бордели. Правильно — что делать молодому парню, вырвавшемуся из стен весьма строгого учебного заведения? Это отводило возможные подозрения. Но фокус основывался на том, что сбоку от ступеней, ведущих в дом радости, под пластиковым фигурным навесом расположилась маленькая лавка, где торговали недорогой одеждой. Фаргид купил лёгкую серую футболку, такого же цвета брюки, на всякий случай сменил и обувь — вдруг там тоже упрятана метка. Свой костюм он упаковал в купленную тут же сумку, и, расплатившись, вошёл в бордель. Навстречу ему немедленно поспешили полуголые красотки. Из нескольких претенденток на кошелёк курсант быстро выбрал одну и направился с ней в апартаменты. На развлечения у него времени не было, хотя девушка была весьма привлекательна, потому Фаргид применил один из способов безвредного усыпления, которым обучали в центре. Дама сладко уснула, он же оставил сумку с компрометирующей одеждой под кроватью и выбрался на улицу через окно. Теперь все следящие терминалы продолжали видеть его в доме радости, распознавая метки на одежде, он же давно был далеко оттуда: такси уносило курсанта на окраину Актрона. Город располагался на берегу океана, из порта уходили корабли во все стороны мира.

* * *

Лиена хлопотала над реаниматором, в котором лежал Ригон, отдавала распоряжения санитарам, работающим с аппаратурой восстановления, когда в помещение заявилась Сиона.

— Лиена, пойдём со мной, есть разговор. И Фора вызови, его это тоже касается.

После этих слов Сиона повернулась и вышла из реаниматорской, даже не глядя — идёт ли медичка за ней. Естественно: пусть только посмеет ослушаться.

Когда все трое оказались в кабинете Лиены, Сиона, словно была здесь хозяйкой, заняла место магички, «гостям» же указала на стулья напротив.

Она помолчала несколько минут, нагнетая обстановку, затем странно улыбнулась.

— Я позвала вас обоих, чтобы поблагодарить.

Фор с Лиеной переглянулись, однако от вопросов воздержались.

— Молчите? — продолжила Сиона. — А зря. Мне очень интересно, что вы сейчас думаете.

— Что значит «вы»? — недоумённо спросила Лиена. — Я могу думать одно, Фор — другое.

— Не‑ет! Уверена, что мысли у вас сейчас идут в одном направлении: как я накажу вас за поражение и жуткие травмы Ригона.

— Нас не за что наказывать, — подал голос Фор. — Всё было в пределах правил.

— Не всё, дорогой… далеко не всё. — Сиона подняла правую руку ладонью вверх, пошевелила изящными длинными пальцами и Лиена с удивлением почувствовала, что воздух в помещении наполнился активной магической составляющей. На ладони Сионы сформировался призрачный зеленоватый шар, из которого послышались голоса:

— Тебе надо бежать, Фаргид. Скрыться, хотя бы на то время, пока улягутся страсти. Пока обстоятельства не позволят вернуться в школу путников. — Это был голос Фора.

Сиона провела пальцами другой руки над шаром и послышался голос Лиены:

— Я помогу спрятать мозговую метку. Но учти: видеть тебя терминалы не будут всего два дня. За это время ты должен убраться из столицы.

Сиона сжала пальцы, шар растаял.

— Я, конечно, нарушила правило, по которому самые доверенные сотрудники центра освобождаются от прослушивания. Но это правило распространяется лишь на службу безопасности центра, а я к ней не имею отношения. И что же получается? Двое сотрудников, занимающих весьма ответственные должности, способствуют побегу перспективного курсанта! Что вы скажете на это?

Фор сидел, сжав губы, его начинала разбирать злоба. Он уже не боялся наказания, ясно, что этого не избежать — слишком явные улики. Но Сиона тоже так просто не отделается. И плевать, что она жена верховного. Если глава мира ведёт себя как последний идиот, потакая ветреной сучке, это не значит, что нет других инстанций власти, которые и верховному смогут хвост прищемить. Например, глава совета Лакрон — маг ничуть не слабее верховного. Да и власть имеет почти на уровне.

— Да, мы помогли Фаргиду скрыться. И я сумею доказать, что тому были веские причины. Ты слишком зарвалась, Сиона и, если хочешь нас наказать: изволь! Я уже приготовил рапорт в совет магов, и он обязательно попадёт в руки Лакрона, будь уверена. А глава совета давно имеет на тебя зуб. Хочешь войны — воюй. Посмотрим, чья возьмёт.

Сиона прослушала речь Фора с улыбкой, словно он говорил вещи, абсолютно её не касавшиеся.

— Успокойся, дорогой. Ты забыл, какими словами я начала разговор. Повторяю: я хочу вас поблагодарить. Странно, что вы пока не поняли за что. Поясню: за то, что помогли Фаргиду бежать из центра. Я же не просто так оформила пропуск для него. Ребятки — вы осуществили мой план. Курсант сбежал, теперь он в моих руках. Из столицы ему хода нет: то, что вы скрыли метку, ничего не значит. Ригон тоже мне помог. Ревнивый придурок. Красавец, конечно, но уже страшно надоел. Я рассчитывала на то, что избиения Фаргида вам не понравятся и, в конце концов, он исчезнет из центра. Так и случилось. Спасибо!

— Но почему? — удивилась Лиена. — Что тебе мешало завоевать его здесь?

— Я не привыкла никого завоёвывать, подруга. Этот парень оказался слишком твёрдым, но, думаю, когда попадёт в мои руки, станет чуток помягче. А мешает мне, как ни странно, мой престарелый муженёк. Он уже давненько пилит меня за шашни с путниками. Опасность Фаргиду грозила вовсе не с моей стороны, уж поверь. Старичок давно уже на грани срыва и вполне мог избавиться от курсанта в любой момент.

— Гм… а кто его довёл до такого состояния, а?

— Я, конечно. Но с собой я ничего поделать не могу, да и не хочу. Зачем? Надо брать от жизни всё, что можно.

— Ты плохо кончишь, Сиона.

Красавица равнодушно пожала плечами.

— Живём один раз, подруга. Муженёк обещает мне почти что бессмертие, но это не то…. Когда он приходит ко мне ночью, то принимает вид мужественного красавца. Но я‑то знаю, каков он на самом деле, красивая личина мало помогает. Как представлю, что мне придётся делать то же самое на старости лет… б‑р‑р! Ужас! Старуха в теле молодой красотки — это кошмар! Уж лучше умереть молодой. Но я отвлеклась. То, что вы помогли бежать Фаргиду, конечно моя задумка. Но об этом никто не знает и вина, в случае чего, ляжет на вас. Конечно, можно жаловаться в совет магов и ещё куда‑нибудь, но это ерунда. Если понадобится, я сумею вас достать. Это я к тому, что теперь забота о курсанте лежит на мне, не вздумайте вмешиваться. Тогда и я со своей стороны прикрою вас от гнева начальства.

— Блин… лучше бы ты нас посвятила в свои планы. Мы бы просто помогли и всё.

— Ну да, — скептически усмехнулась Сиона. — Помогли бы, конечно. Но и Фаргиду тоже помогли бы удрать от меня. Теперь же он мой.

— Зря ты всё это рассказала. А если мы проговоримся?

— Нет. Это не в ваших интересах. Просто вы не умеете интриговать. Рассказав о своих планах, я заимела союзников, а не врагов. Пусть союзники не одобряют мои действия, но и мешать не станут. А будь вы врагами, у меня было бы мало шансов на Фаргида. Вам же тоже невыгодно иметь меня в качестве врага.

Сиона встала, прошла к двери, затем, словно что‑то вспомнив, повернулась к Фору:

— А за «озабоченную сучку» я не в обиде. Знаешь почему?

Фор смущённо молчал.

— Потому что я такая и есть — продолжила Сиона и вышла.

* * *

Расплатившись с таксистом, Фаргид направился не к кассам, где продавались билеты на пассажирские рейсы — туда ему путь был заказан. Но имелся шанс попасть на рыболовное судно в качестве разнорабочего: работа там тяжёлая, платили мало, потому и желающих находилось немного. Из‑за этого владельцы судов частенько даже не спрашивали документы у таких работников. В порту, на взгляд неискушённого курсанта творился полный бедлам — среди толпы народу туда‑сюда сновали многочисленные повозки, погрузчики, непонятного назначения механизмы на суставчатых ножках. Хватало и обычных грузчиков с мешками и свертками за плечами. Людские разговоры сливались в ровный многоголосый шум, из которого то и дело вырывались предупреждающие выкрики, а порой и сочная ругань.

— Эй, парень, что стоишь, как кочка на болоте? Посторонись! — Фаргид едва успел отскочить с пути большого погрузчика, управляемого здоровым детиной в засаленном комбинезоне.

Через пару минут курсант освоился и, ловко лавируя в толпе, стал пробираться к рыболовным пирсам. По словам Фора они находились по правую сторону от центрального входа на территорию порта. Идти пришлось долго, поскольку размеры порта вполне соответствовали статусу города. Усиливающийся рыбный запах указывал, что цель уже близка.

Вначале Фаргид подошёл к причалу, где на якоре стоял крупный рыболовецкий сейнер. Однако работы там не нашлось. Несколько попыток попасть на суда такого размера тоже не увенчались успехом. Но один боцман посоветовал обратиться к мелким судовладельцам, дело в том, что на крупных судах неплохо платили и вакансии здесь были редкостью. Совет оказался очень кстати. На первом же небольшом судне его сразу провели к капитану.

— Документы есть? — здоровый пожилой дядька, с мешками под глазами и был капитаном посудины с громким названием «Звезда Актрона».

— Есть. Но я не хочу светиться.

— Понятно. Учти, без официального оформления, с приложением документов твоя зарплата уменьшается в два раза. Мне придётся платить кое‑кому за то, чтобы прикрыть тебя.

— Хорошо. Сколько?

— С учётом того, что я сказал: шестьдесят кредитов в неделю.

— Согласен. Когда приступать к работе?

— Прямо сейчас. — Капитан отвернулся и сказал в микрофон: — Зенон, срочно зайди ко мне.

Через минуту в каюту вошёл толстый парень в промасленной робе.

— Знакомьтесь. Это — Зенон, теперь ты подчиняешься ему.

— Коспак, — курсант назвал вымышленное имя.

— Пойдём, Коспак. Время не ждёт, я введу тебя в курс дела.

— Постой, Зенон. Эй, парень, выйди и подожди у двери. Мне надо переброситься парой слов с Зеноном.

Когда Фаргид вышел, капитан продолжил:

— Похоже, парень ничего не знает о нашей посудине, и чем мы промышляем. Потому и пришёл сюда работать. На вид — крепкий и сильный. Как считаешь, справится с пушкой?

— Сейчас проверю. Я как раз наладил батискаф, сделаем контрольное погружение вместе, пусть стрельнет разок, вот тут и станет ясно — годится он, или нет.

4

Управление батискафом Фаргид освоил быстро, собственно учиться было почти нечему. Два рычага: один управляет погружением и всплытием, другой движением вперёд — назад. Штурвал и так понятно зачем.

— Молодец, быстро схватываешь, — похвалил Зенон. — Теперь главное: а зачем всё это надо? Так вот, мы охотимся за глубинным морским обитателем: грайзом. Это сильная и опасная тварь. Сети и ловушки она обходит стороной — слишком умна. Пушку приходится ворочать и заряжать руками, потому что грайз чует любую магию. Как тебе известно — все машины используют хоть малую толику магической энергии, потому гарпун выстреливается обычной мощной сжатой пружиной, без всяких вспомогательных штучек. А сжимать пружину в стволе, если не попадёшь с первого выстрела, тебе придётся своими ручками при помощи ворота. Сила требуется немалая. Думаю, ты справишься, но давай проверим.

Батискаф погрузился на уровень, где к донному якорю на тросе была прикреплена плоская деревянная мишень. Фаргид нацелил ствол и выстрелил. Небольшое судёнышко ощутимо тряхнуло от отдачи, гарпун глубоко вонзился в мишень.

— Отлично, Коспак! Попал с первого раза. Теперь попробуй выдернуть гарпун.

— Как? — растерялся Фаргид.

— Просто крути ворот. Трос намотается на барабан, мишень притянется к корпусу батискафа и, когда упрётся, начинай крутить сильнее. Нужно вырвать гарпун из дерева, пусть войдёт назад в ствол — вот и вся премудрость.

Сначала ворот крутился легко, но когда мишень упёрлась в корпус, пришлось попотеть. Громко хрустнуло — остриё гарпуна освободилось из хватки дерева, освобождённая мишень ушла на своё место.

— Вот и всё, парень. Ловко у тебя всё получается. Это хорошо. Сейчас всплывем, загрузим батискаф и сразу отправимся на промысел. Денег в кассе почти не осталось, потому удачная охота нам сейчас нужна позарез.

— А почему вы до сих пор не отправлялись? Кого ждали?

— Тебя парень. Или кого‑то другого на это место. Думаешь, я стану охотиться на грайза?

— Я и считал тебя охотником.

— Нет. Я инструктор по управлению батискафом и по совместительству механик по ремонту. А охотиться… ты ещё не видел, что за тварь этот грайз.

— Но мне кажется, что батискаф крепкий. Что ему сделает грайз?

— Наша «Звезда Страйда» болтается по океану шестой год. За это время на ней уже девятый батискаф. Прикинь сам.

— И за такую опасную работу капитан платит всего шестьдесят кредитов в неделю? Пожалуй, я откажусь.

— Поздно, Коспак. Обрати внимание на мишень.

Действительно, мишень заметно удалилась от батискафа.

— Движется не мишень, парень, она заякорена. Плывём мы вместе с нашей звёздочкой. Нас тянут на страховочном тросе. Скоро он намотается на барабан и мы окажемся на борту. Отказаться от работы ты уже не сможешь, потому лучше не дёргайся и прими всё как данность. Скажу так: твои дела не так плохи, как может показаться на первый взгляд. Если охота окажется удачной, и мы привезём пару убитых грайзов, капитан раскошелится на хорошие премии для экипажа, а тебя уж точно не обидит.

Но Фаргид и не думал отказываться от работы, возмутился он только для виду. Деваться ему и так и этак некуда, ведь магическая метка скоро активизируется, поэтому возвращаться в порт просто нельзя.

Вскоре батискаф оказался плотно прижатым к борту «Звезды Актрона». На палубу его обычно не подымали: судёнышко имело обтекаемую форму, поэтому не слишком задерживало движение, зато было готово в любой момент погрузиться в случае обнаружения цели.

— Вот здесь, — Зенон указал на скрытый в стенке рычаг, — система сбрасывания страховочного троса. Это на случай, если он мешает уйти от разъярённого грайза. Но не думай, что на батискафе можно удрать от нашей лоханки — магии хватит на десяток миль, не больше.

— Ничего я не думаю, — буркнул Фаргид. — Жрать скоро дадут?

— О! Вот это мужской разговор! Пойдём, я познакомлю тебя с нашим коком. Мировой мужик, а готовит лучше любого дипломированного повара из столичного ресторана.

Еда и впрямь оказалась очень вкусной. Фаргид с аппетитом уплетал добрый кус отлично прожаренного мяса, когда Зенон, сидевший напротив, указал пальцем в небо.

— Глянь‑ка, парень, у тебя глаза моложе. Что это за штука летит в нашу сторону?

Фаргид сложил ладонь козырьком и отчётливо разглядел быстро движущееся в их направлении крупное воздушное судно.

— Большой слип.

— Хм… похоже на центурионов. Но что им здесь делать? Мы не контрабандисты, налоги все уплачены. За стоянку в порту капитан тоже расплатился.

— Но слипы центурионов обычно поменьше этого.

— Это городские слипы маленькие, парень. За городом же легавые летают на вот таких больших штуках. И помещается там девять человек, не считая пилота.

Воздушное судно приблизилось и начало снижаться. Сомнения в том, куда оно направляется, исчезли окончательно. Фаргиду стало неуютно. Естественно: если с «Звездой Актрона» всё в порядке, значит причина появления центурионов здесь только одна — он сам. Быстро же они среагировали.

Уже через пару минут на палубу посыпались ребята в чёрной рубчатой броне с затемнёнными шлемами на головах. Команда и не думала оказывать сопротивление — все восприняли появление стражей порядка скорее как недоразумение. Фаргид, однако, так не считал. И оказался прав. Двое парней затянутых в чёрную броню направились прямиком к нему. Один высокого роста и плотного сложения, вероятно командир, второй невысокий и довольно щуплый, чуток габаритов ему придавала броня. Даже странно, что среди цунтурионов оказался такой дохляк.

— Отойдём в сторону, — высокий центурион рукой показал Фаргиду куда идти.

Фаргид не стал сопротивляться: отойти, так отойти, но странно — какая разница, где разговаривать. Да и нужно ли? Когда остальные члены команды судна оказались на достаточном расстоянии, чтобы не слышать разговор, оба центуриона подняли забрала шлемов. На высокого курсант даже смотреть не стал, потому что щуплым оказался, вернее, оказалась Сиона. На её лице появилась странная улыбка, которая была столь выразительна, что Фаргид сразу понял: не центурионы это. Сиона очень умно провернула операцию по его захвату — скорее всего за ним давно следили, но в порту брать не стали, дабы не привлекать внимания настоящих стражей порядка. Когда же корабль оказался далеко от берега, взяли тёпленьким и без лишних проблем.

— Попался, — с сожалением произнёс Фаргид. — Ладно, тогда давайте отойдём чуть дальше, у меня ведь нет кондиционера, как у вас в костюмах, на солнце жариться резона нет.

— Давай, давай, — улыбнулась Сиона. — Но солнце это не самое страшное, Фаргид. Скоро я тобой займусь. И теперь уж ты не отвертишься.

— Даже не собираюсь, — делано равнодушным тоном сказал курсант и пошёл в тень корабельной рубки, ближе к борту. «Центурионы» двинулись за ним. То, что произошло вслед за этим, оказалось для них полной неожиданностью: Фаргид подошёл к ограждению и сразу же прыгнул за борт. На пару мгновений оба «центуриона» растерялись, а когда бросились к борту и глянули вниз, от судна уже отваливала глубинная мини‑субмарина, люк на рубке ещё продолжал вращаться, закупоривая внутренности аппарата. Батискаф немедленно погрузился, барабан крутиться не стал, поскольку страховочный трос оказался отстёгнут.

— Сто демонов! — закричала Сиона. — Капитана ко мне!

Однако капитан помочь ничем не мог, он только невнятно бормотал, хотя с его слов стало ясно, что второго батискафа на борту нет, но и на этом парень далеко не уйдёт, магии‑то там — пшик. Единственный его путь — к берегу, и то не факт, что доберётся. Субмарина выработает магию и всплывёт на автомате. Тут‑то и берите паренька, коли он вам так нужен. Только оставьте целым батискаф — это наш кормилец, без него нам конец… и так далее, в том же духе.

— Заткнись, рявкнула Сиона. — А вон тот островок? Туда он податься не может?

— Нет, госпожа. Голые скалы, крошечный пляж, что ему там делать? Только подохнуть, корабли обходят это место стороной, чтобы не напороться на рифы.

— Ладно. Я нанимаю твою посудину на то время, пока не отыщем беглеца. Думаешь, он направился в сторону берега?

— А куда же ещё? Правда, берег большой и мест для высадки достаточно.

— Демоны! — снова выругалась Сиона. — Я надеюсь на тебя, капитан. Поймаем парня — получишь такую премию, что сможешь купить себе лохань вдвое больше этой. Работай!

Воодушевлённый капитан ринулся в рубку отдавать приказы команде.

* * *

Однако Фаргид направил субмарину именно к малюсенькому скалистому островку, который заприметил, будучи ещё на борту сейнера. На что он надеялся? На тот опыт выживания, который ему дало обучение в центре. Направься он сейчас к берегу — непременно будет пойман. А островок недалеко — можно подплыть и залечь на дно, чтобы не тратить драгоценную магию на передвижение. Придётся иногда всплывать для пополнения запаса воздуха, но это не страшно, на субмарине очень чувствительный сонар и, в случае опасности, можно быстро погрузиться.

На острове пришлось пробыть гораздо дольше, чем предполагал Фаргид. Его очень долго разыскивали, две недели над океаном в районе островка кружили слипы, барражировали катера и небольшие скоростные суда. Питался в это время курсант бортовым пайком, стараясь растянуть его на как можно большее время, а когда поиски приутихли, занялся рыбалкой. Обучение в центре дало свои результаты, потому рыбу он ловить умел любыми подручными средствами, да ещё на субмарине имелись вполне профессиональные принадлежности для этого занятия. Вопрос с пищей был решён, по крайней мере, на ближайшее время. Но как выбираться с островка? Как успел убедиться Фаргид, корабли проходили далеко от островка, по‑видимому, приближаться было опасно. Расчёт на то, что его подберут рыбаки, тоже пока не оправдывался. Когда время вынужденной робинзонады перевалило за месяц, случилось очень важное событие — около полуночи к острову причалило небольшое судно. Из него на берег сошли четверо парней и стали внимательно осматривать берег, освещая местность мощными фонариками. Фаргид затаился за крупным валуном, подозревая, что люди разыскивают его. Но последовавший за осмотром островка разговор развеял опасения.

— Отличное место, Грилл. То, что надо. Эти скалы торчат у всех на виду, никто не станет искать тайник здесь. И подойти к островку непросто, фарватер сложный. Слипам центурионов здесь делать нечего.

— Ну да. Правда, не так давно была кутерьма вокруг пропавшего парня из центра путников. Искали везде, здесь тоже бывали.

— Вот и хорошо. Значит, больше не сунутся.

— Эх… такого бы паренька с его подготовкой, да в нашу команду! Интересно, чего он сбежал‑то? Говорят, путникам платят неслабо.

— Значит не так в их центре всё здорово, Грилл. Ну, нам‑то на заработки жаловаться грех!

Все четверо, даже те двое, что не принимали участия в разговоре, почему‑то громко расхохотались.

Внезапно сзади мелькнула тень, и четвёрка оказалась на земле. Ребята даже не успели понять, кто их так ловко положил.

— Привет! Что вы ищете на моём острове? Не бойтесь, убивать я вас не собираюсь.

Когда гости, кряхтя, поднялись на ноги, то увидели перед собой крепко сбитого парня со странным пистолетом в руках. Лицо, естественно, в ночном полумраке разглядеть было невозможно.

— Ты кто? — растерянно спросил тот парень, что говорил с Гриллом.

— Нет, это вы кто? Лучше скажите сами, условия здесь диктую я. И не дёргайтесь, стреляю я метко, даже в темноте.

Какое‑то время ребята молчали, говорить они явно не имели желания.

— Да не бойтесь вы. Я же не слепой — вижу, что с законом у вас дружбы нет. Да и разговоры ваши о тайнике я подслушал. Я тоже прячусь здесь и даже надеюсь на вашу помощь. Глядишь — будем полезны друг другу.

— Эге… не тот ли ты парень, что сбежал из центра?

— Хорошо, я отвечу. Но от вас тоже жду большей откровенности. Я и есть сбежавший курсант школы путников. Ваша очередь отвечать.

— Понятно, — протянул тот же голос. — Ну, тогда и нам не стоит опасаться тебя. Тем более, вероятно ты слышал слова Грилла о том, что не хило бы тебя привлечь в нашу команду. Надо же, какое совпадение! Только учти — мы занимаемся очень рисковыми делами, хотя деньгу зашибаем немалую.

— Ну, ну, я слушаю. Пугаться мне нет смысла, давно отбоялся. И так вся столица на ушах стояла.

— Ну, я бы не сказал, что вся. Дело постарались замять. Было сообщение, что тебя схватили, правда, я в это не особо верил, потому, что видел продолжение поисков. Их, правда, завуалировали под морские исследования. А в городе затеяли шмон в старых кварталах, заброшенных катакомбах, в канализационных дебрях. Но ты ждёшь ответа на свой вопрос…. Так вот, мы — воры. И крадём мы самый дефицитный товар в этом мире — магию.

* * *

— Знакомься, это вот Грилл — наш штатный маг и кудесник. Кстати, он говорит, что твоя башка изрядно фонит.

— Что делает?

— Фонит, — отозвался Грилл, долговязый парень с впалыми щеками, длинным носом и собранными в хвост светлыми волосами, — это когда в твоей голове кто‑то наследил. Неважно, специально это сделали или нет. Я говорю о том, что тебя засечёт первый же встреченный легавый по мозговой метке.

— А‑а‑а… так это я и сам знаю. И что делать?

Грилл только ухмыльнулся, а разговор продолжил Дайрон — лидер команды:

— Ну, если ты пустишь нашего кудесника покопаться в своей башке, даю сто кредитов против пяти, что от метки ничего не останется.

— Верится с трудом. Лиена, наш врач, она же маг центра подготовки сказала, что метку снять нельзя.

— Парень, считается, к примеру, что магию воровать невозможно, потому как охранные системы имеют стопроцентную надёжность. А вот наш Грилл говорит, что они никуда не годятся. Я не хочу сказать ничего плохого о твоей врачихе, но поверь — до Грилла ей очень и очень далеко. Ладно, с ним ты уже знаком, как звать меня, тоже знаешь. Следующим в нашем списке великих преступников, — Дайрон усмехнулся, сказав последние слова, — нужно назвать Праста: вон того задохлика в плаще. И не гляди, что он такой хиляк: звание великого он носит с честью и достоинством!

Праст скорчил непонятную гримасу и сказал:

— А можно без пафоса? Ну, преступник. Ну, великий, согласен. И что? Все мы здесь такие. — После сей «скромной» речи Праст продолжил разговор, обращаясь к Фаргиду. — Я — просто вор. Краду всё, что плохо, и не очень, лежит. Иногда могу своровать то, что лежит очень даже хорошо. Говорят, — Праст покосился на остальных членов группы, — что я делаю это лучше всех. А я своим привык доверять.

— Ну вот, — сказал Дайрон, — он сам представился. И теперь — вожак повернулся к последнему члену группы…

— Ирк, — представился среднего роста, крепкий парень с прокачанными мускулами и фигурой борца. — Я, следуя современной терминологии, — силовик. Кроме того водитель, стрелок, техник.

Фаргид протянул руку всем по очереди для приветствия и представился сам:

— Возможно, мои умения не столь велики, как хотелось бы, но: боец, врач, немного маг, стрелок, техник, водитель. Программу подготовки не закончил, и теперь, наверное, с этим ничего уже не поделаешь. Зовут Фаргид.

— Подходишь, — одобрительно заявил Дайрон. Добавлю о себе — вожак группы и её мозги. Хотя к моим мозгам не возбраняется подключать любые другие. Пойдём смотреть нашу посудину, да и груз заодно поможешь притащить. Мы, как ты уже знаешь, хотим устроить здесь тайник. Скопилась уйма оборудования и приспособлений, которые нужны не всегда, а если хранить это на материке, можно спалиться.

— Но тайник ещё надо построить, — озадаченно сказал Фаргид.

— Все сделаем в лучшем виде и гораздо быстрее, чем ты думаешь.

Действительно, постройка тайника проходила совсем не так, как предполагал бывший курсант.

Грилл установил на треногу небольшой ящик, что‑то поколдовал, после чего невдалеке образовался призрачный объёмный чертёж будущего схрона в натуральную величину. Дайрон посоветовал изменить конфигурацию в некоторых местах и, после корректировки, маг опустил всю конструкцию вглубь земли рядом с одной из скал. Ещё несколько манипуляций, призрачный чертёж обрёл реальные формы, а затем исчез под поверхностью. Грилл отключил прибор.

— Где врезать вход?

— А давай с той стороны скалы, — ответил Дайрон.

— Сквозняком через скалу, или под ней?

— А есть разница?

— Нет. Тогда делаю сквозь скалу.

Маг покрутил несколько рукояток на приборе. В этот раз результат работы не был виден. Но Грилл сказал:

— Готово. Пойдём.

С обратной стороны тоже ничего не было. Но маг сделал замысловатый жест рукой: в каменной поверхности протаял квадратный вход, со светящимися зеленью стенами. Спустившись по ступеням, команда оказалась в просторном подвале, имеющем ту же форму, что и виденный недавно объёмный чертёж. В подвале, к тому же, имелось всё необходимое для складирования — полки, лестницы, несколько длинных столов и стульев вокруг них.

— Это я на всякий случай, — ответил маг на вопросительный взгляд вожака. — Вдруг схрон придётся использовать как временное жильё.

— Тогда добавь и кровати, места здесь хватает.

— Они есть. — Грилл подошёл к стене и нажал на светящуюся клавишу. В стене открылась ниша с ложем и всеми постельными принадлежностями.

— На чертеже этого не было.

— Это я сделал в качестве бонуса, — осклабился маг. — Потом он повернулся к Фаргиду и уставился на него, словно только что увидел. — Парень, слушай… а почему я сразу тебя не засёк, ну, когда мы только припёрлись на островок? От тебя ж прёт такой фон, что за милю можно почуять.

Фаргид чуть напрягся.

— А так есть?

— Нет, — удивлённо сказал маг. — Так тебе, выходит, моя помощь и не нужна?

— Нужна, — с сожалением ответил Фаргид. — Это я тренировал свои пси‑способности, пока прохлаждался на острове. Значит не зря, раз фон пропадает. Но надолго моих способностей не хватает. Устаю, как будто тащу что‑то жутко тяжёлое.

— Ну конечно. Любой бы устал, даже я.

— Ладно, — вмешался в разговор Дайрон. — Раз ты позаботился о быте, значит здесь и заночуем. Тащим сюда груз и жратву. Лоханку только прикрыть невидимостью не забудь.

— Обижаешь. Уже прикрыл.

— А ты, — обратился вожак к Фаргиду, — не покажешь нам свою телегу? Ну, то, на чём ты сюда добрался.

— Можно. Сейчас… — да где же он? — Фаргид озадаченно копался в карманах.

— Не эту штуку ищешь? — спросил Праст, протягивая блестящий цилиндрик — ключ с кодом доступа на субмарину.

— Откуда он у тебя?

— Не знаю, наверное, ты потерял, — ухмыльнулся Праст.

Все рассмеялись.

— Парень, если что потерялось — ищи у Праста. Это он так тренируется. Хотя кое‑кто за такие тренинги обещал ему рожу начистить.

— Рожу, рожу… надо говорить: лицо. И не начистить, а… вообще не трогать. Где же мне руку набивать?

— Во‑во! Как раз то слово — набивать. И хорошо набивать, прям по пальчикам вороватым!

* * *

— Это должно быть здесь, — вполголоса сказал Грилл. — Я просчитал сотни вариантов и уверен процентов на восемьдесят. Есть ещё одно место, но там вероятность хранения значительно меньше.

— Да что ты оправдываешься? Здесь, так здесь. Работаем.

Команда подъехала к большому производственному зданию на мобиле обслуги поздним вечером, рабочие давно разошлись по домам. На всех членах группы были комбинезоны персонала ремонтной организации, в руках ящики с инструментом. Мобиль поставили на виду — прятаться в данном случае было глупо. За рулём остался дежурить Ирк.

Дайрон подошёл к будке охраны.

— Эй, ребята! Живые есть?

— Есть, есть. Что ремонтируем? Нам никто ничего не сообщал. Стоп! Вызов от старшего караульного. Ждите.

Через минуту охранник вернулся.

— Проходите через пропускной коридор. Все вещи на досмотр, производство режимное.

— Да мы в курсе. — Эй, парни, — Дайрон оглянулся на своих, — чешитесь быстрее. У нас сегодня ещё два вызова.

Охранники тщательно досмотрели инструменты «ремонтников», проверили их карманы, просветили сканерами.

— Проходите. Но работать придётся под надзором. Герт будет вас сопровождать. Такой порядок, — извиняющимся тоном пробубнил дежурный.

— Как скажете. Мы привычные.

Четвёрка «ремонтников» вместе с охранником сопровождения двинулась внутрь цеха. Внезапно один из работяг (это был Праст) наклонился, что‑то подобрал на полу и повернулся к сопровождающему.

— Это кто‑то из вас потерял?

Охранник, не веря собственным глазам, взял из рук ремонтника ключ‑карту допуска на все уровни производства.

— Ого… кто же так облажался? — потом порылся в собственных карманах и заметно побледнел. — Блин… это мой. Хорошо, что никто не нашёл! Мужики, буду благодарен, если об этом случае никто не узнает.

— Да ладно, — буркнул Праст. — Оно нам надо? Проблемы ваши — сами и разбирайтесь.

Естественно, он не сказал, что ключ‑карта уже побывал в руках Грилла, который немедленно скопировал коды в свою отмычку. Она имела вид обыкновенной отвёртки, сканеры её таковой и считали. Охранник удивился бы ещё сильнее, если б узнал, что вызов от старшего караульного вовсе не поступал, а пришёл он из крошечной коробочки, обронённой одним из «ремонтников». Едва дежурный принял вызов, коробочка превратилась в пыль.

Скоро группа прибыла на место работ. «Ремонтники» деловито разложили инструмент и полезли на установку, имеющую вид здоровенной круглой тумбы, оплетённой паутиной трубок, шлангов и проводов. Охранник честно отрабатывал свой хлеб: старался уследить за всеми работниками, хотя сделать это было нелегко — то один, то другой ремонтник исчезали в нишах, люках, забредали по лестницам за тумбу, вылезали наверх, спускались вниз, всё время что‑то крутили и регулировали. Конечно, он не увидел когда Грилл, оказавшись за тумбой, раздвоился, один «двойник» продолжил движение вокруг, другой же, прихватив зачем‑то четыре одинаковых гаечных ключа, скрылся в тёмном коридоре. Он подошёл к непримечательной двери, сунул в щель отвёртку. Сложнейший кодовый механизм, вершина маго‑электронных технологий Страйда благосклонно посчитал гостя своим и отворил дверь. В помещении была установлена длинная панель, разделённая на узкие ячейки. Грилл довольно поднял руку, сжатую в кулак: предположение оказалось верным — он попал в хранилище магии. Определённое время заняло сканирование кодов, которое маг делал без помощи инструментов и отмычек. Надо было убедиться в отсутствии заклятий‑убийц. Как и ожидалось — их не было. Понятно, а вдруг и впрямь неполадки? Никакой ремонтник сюда не сунется без мага‑инженера, а это чересчур крупная шишка, чтобы беспокоить по мелочам, типа отключения заклятий. Хитрая отвёртка не сработала сразу, что естественно — охранники не имели допуска к этому уровню. Но основной массив кода магу был известен из скопированных данных, над остатком шифра, который не давал открыть ячейки, пришлось изрядно поломать голову. Но не зря Грилла считали великим преступником — вскоре четыре ячейки отворились и значительная часть энергии перекочевала в аккумуляторы, которые имели вид обычных гаечных ключей. Маг, не мешкая, закрыл ячейки, тщательно проверил — не забыл ли чего‑либо и быстро вернулся к своим.

«Ремонтники» живо свернули работы и, опять же, под сопровождением охранника, вернулись на проходную.

— Всё готово, командир — весело козырнул Дайрон дежурному. — Спокойной вахты!

— Спасибо — буркнул тот. — Вам тоже удачи, парни. Эй, Герт! Вещи и инструмент проверил? Ничего не тащат?

— Нет. Всё нормально. Ну, сканер же всё просчитал.

— Сканер сканером, а живой глаз нужен. Иначе нас бы здесь не держали.

Когда команда стала грузиться, из переулка выехал мобиль центурионов и остановился рядом.

— Постойте‑ка парни! — здоровый мужик в форме сразу же вылез наружу. — Странный у вас ремонт. Он что, до утра не мог подождать?

— Никак нет, начальник, — дружелюбно ответил Дайрон. — Мы — люди подневольные, имеем своё начальство. Нам говорят — мы делаем. За что и деньги получаем.

— Документики покажь.

— Конечно. — вожак немедленно достал ксиву.

Центурион проверил документ сканером, потом начал светить фонариком, даже лупу достал зачем‑то. Понятно, что лупа против сканера не прёт, видимо лягаш просто хотел мзду.

— Зарплата хорошая? — вопрос только подтверждал подозрения.

— Не жалуемся, — уже менее дружелюбно отозвался Дайрон. — Я знаю, центурионам тоже неплохо платят.

— Врут. Мало нам платят.

— Начальник, нам не до разговоров, — вожак оглянулся на своих. Все, кроме Фаргида, тупо глазеющего на центуриона, давно сидели в машине. — Ещё два ремонта этой ночью.

— Да? — удивлённо спросил центурион. — А давайте, я заберу вас в центурию, надо бы пробить базу. Заодно и поговорим о зарплатах, о жизни… — в руках лягаша появился парализатор. — Вылезайте и добро пожаловать в мою машину. Без глупостей, я чемпион центурии по стрельбе.

— Ух ты! — влез в разговор Фаргид. — А как попасть на службу в центурию?

Лягаш снисходительно покосился на придурковатого рабочего.

— Никак.

Вдруг на проходной взвыла сирена, выскочили охранники и ринулись в сторону мобиля «ремонтников».

Дайрон, стоявший близко к машине легавых, ударил по приоткрытой дверце водителя, готового выскочить наружу, тот взвыл, похоже, его ноге крепко досталось. Фаргид упал на шпагат, левая нога его ударила в колено центуриона, тот выронил парализатор и грохнулся на мостовую. Мгновением позже вся команда оказалась в мобиле, в захлопнувшиеся дверцы ударили заряды парализаторов, стреляли охранники, но Ирк так рванул, что через секунду на месте происшествия остались только центурионы со своей машиной. Три охранника завода прыгнули в свой мобиль и унеслись следом.

Центурионы, однако, не спешили. Старший, кряхтя, поднялся, молча сел на боковое место и сказал:

— Поехали отсюда. Нас здесь не было. Понял?

— Зачем спрашивать?

Охранники долго метались по улицам, но мобиль преступников как сквозь землю провалился.

* * *

— Вот такая у нас работа, Фаргид, — Дайрон повернул голову назад, сам он сидел рядом с водителем. — Правда, сегодня мы чуть не облажались из‑за этого придурка центуриона. Всё было просчитано: место проведения отвлекающих работ, часы опроса постов охраны, запас времени на раскрытие кода. Были две неясности — ключ‑карта и место банка магии. Но всё срослось. А вот лягаш нас задержал. Пришло время опроса, охранники доложили о нашем «ремонте» и поднялся кипеж.

— А как вы узнали о месте хранения магии? Как я понимаю — это засекреченная информация.

— Позволь, я пока не стану этого говорить. Ты новичок, так что извини… но сработал отлично! Я уж думал, спалимся из‑за тебя, с виду‑то был дурак‑дураком. Но будь ты тогда в машине, один бы я не справился. Здорово ты его уделал! И зрелищно, к тому же. Но запомни: мы никого не убиваем. Лягашей — тем более. Срок грозит запредельный. Я не преувеличиваю: за‑пре‑дель‑ный. Тебя отправляют на Гаймак, есть такой милый островок в южном океане. Там откармливают рафлов — это такая скотинка с изумительно вкусным мясом. А она, в свою очередь, кушает только человеческое мясо. Причём, живое мясо. То есть, человека привязывают, рафл приходит и начинает его жевать. Крики и стоны только увеличивают аппетит зверушки. Когда от несчастного почти ничего не остаётся, рафла прогоняют, а человека кладут в реаниматор. И так много, много лет. Умереть не дадут, жизнь продлевают, пока не кончится срок. Потом рафлу разрешают съесть человека полностью.

— Жуть. И что, мясо рафла того стоит? Ведь это страшно дорогая технология. Я сам три раза лежал в реаниматоре и знаю, во что это влетает.

— Не знаю. Мясо этой твари не пробовал, да и желания нет. Я хоть преступник, но не извращенец. Можно ведь просто выращивать плоть человека и пусть зверюга её жрёт. В сто раз дешевле и милосерднее. Так нет же… Ирк, поворот не пропусти, пора в ангар и…

— Я помню, — Ирк резко повернул руль, мобиль въехал в тоннель и остановился. Впереди был глухой тупик. Грилл сделал сложный жест рукой, в стене протаял широкий квадрат прохода. Ирк загнал мобиль в одно из тайных убежищ команды воров. Когда проход закрылся, все вылезли наружу, вожак сказал:

— Грилл, в первую очередь, верни всем свои рожи. Глянь, ты Праста чуть ли не обезьяной сделал. Мог бы и посимпатичнее морду наваять.

— На себя погляди, — огрызнулся Праст. — Тоже мне, красавец.

— Я специально морды делаю не слишком запоминающиеся. На красоту внимания не обращаю.

— Не морды, а лица, — поправил Праст. Вот народ некультурный: учу, учу их, понимаешь…

— Чем такие лица, так лучше уж морды, — захихикал Ирк.

— Так, разговорчики! — рявкнул Дайрон. — Я понимаю, у всех нервы, но ссориться не позволю.

— Да какая ссора, обычный трёп, — успокоительно отозвался Грилл. — А кому не нравится собственная рожа, давайте образец. Исправлю.

Но рожу исправлять почему‑то никто не захотел. Зато все очень хотели жрать, чем немедля и занялись. Быстро соорудили ужин из консервов, хотя, пожалуй, это уже был ранний завтрак.

— Кто мне объяснит: почему в Страйде такая напряжёнка с магией? — спросил Фаргид, когда все наелись, а быстрое заглатывание пищи перешло в ленивую жвачку.

— А Триел его знает, — отозвался Грилл. Эта фигня началась пару лет назад. Магия тогда стоила примерно в двенадцать раз дешевле, чем сейчас. Потом цена резко подскочила сразу в пять раз, а дальше становилась всё дороже и дороже.

— Интересно… но на Тропе магии предостаточно. Я там долго жил и дефицита в ней никогда не было.

— Ты был на Тропе?! — живо отозвался Дайрон. — А как ты туда попал?

— Гм… я там родился.

— Так, так, так… рассказывай.

— Ну, как я узнал уже в центре, путником может быть человек, предки которого произошли из Страйда, но сам он должен родиться на Тропе. Периодически на Тропу делаются так называемые забросы. Центр выкупает подростков обоих полов в бедных семьях, даёт им минимальную подготовку по выживанию, примитивное оружие и выселяет на Тропу. Дальше подростки живут как дикое племя. Им не оказывается никакой помощи, бывает, что весь заброс погибает. Я родился в племени, которое забросили на Тропу больше трёхсот лет назад. Мои соплеменники уже ничего не помнят о Страйде. Я, конечно, тоже ничего о нём не знал. Потом пришёл отряд путников, захватил лучших воинов, меня в их числе, и всех увели в центр подготовки. Правда, со мной было одно происшествие: я бежал из племени и попал в лапы путников абсолютно случайно. А жаль, на Тропе мне было намного лучше, чем здесь.

— Так что тебе мешает вернуться туда? Тебе же не нужен проводник‑путник, чтобы преодолеть порог Тропы.

— Порог тщательно охраняется. Как я слышал, по ту сторону Тропы расположен мир под названием Пролг. Хозяйничает там очень сильный магический клан, весьма недружественный Страйду. Из Пролга сюда много раз проникали шпионы, но в последнее время совет магов разработал технологии по выявлению пришельцев и они теперь не могут попасть в Страйд. Но я не уверен, что всё это правда. Как говорится — за что купил, за то и продаю.

— Ничего себе! Я уверен, что почти всё это правда, — сказал Грилл. — Но загвоздка в том, Фаргид, что магию Тропы сюда не притащишь. По крайней мере, никто не знает, как это сделать. И, к тому же, как я слышал, свойства той магии совсем другие. Наши технологии на ней работать не будут, нужно разрабатывать другие. Это дорого, потому неприемлемо.

— А что, без магии никак? Ведь есть и другие энергии. Электричество, тепло, ядерная, да мало ли.

— Говорят, что есть миры, где доминируют названные тобой технологии. Но техника в Страйде изначально основывалась на магии. Прикинь — крупица этой энергии всего в один киломаг* способна двигать мобиль двадцать часов! Аккумуляторы магии очень ёмки и занимают мало места, по сравнению с любыми другими. Есть опытные образцы моторов использующих технологии сжигания топлива, но по характеристикам они ни в какое сравнение не идут с магическими движками. И так во всех отраслях техники. Нет, без магии нам никак. Только вот туговато с ней стало. Нет, нам, конечно, я имею в виду команду, — Грилл мельком оглядел всех, — это вроде как на руку, ведь мы зарабатываем намного больше, чем раньше. Но общий уровень жизни резко упал. Люди нищают. В столице ещё ничего, но дальше от неё, говорят, дела совсем плохи. Магию туда вообще не продают, даже по большой цене. Раньше зимой использовали простейшие тепловые генераторы. Пару сотен киломагов хватало на весь холодный период. Теперь за городом греются сжиганием дерева! Прикинь — так все леса скоро спалят.

— Ну, в тех мирах, где магию не используют, как‑то живут?

— Наверное. Но мы так не умеем.

— Н‑да… как бы не пришлось учиться. А руководство столицы что говорит?

— Руководство напускает туману и греет руки, используя момент. Возможно, что всю эту кутерьму с дефицитом оно и затеяло. По крайней мере, руководству такая ситуация выгодна. Расценки на магию растут, а все денежки идут наверх. Верховный маг Рогиол, нынешний хозяин дома силы, выстроил себе новый дворец в самом престижном районе столицы. По самым приблизительным подсчётам, он вложил в стройку миллиард кредитов!

Фаргид присвистнул.

— Что же нужно нагородить, чтобы вбухать такую уйму кредитов? Из золота, что ли строил?

— Это не так важно. Ты лучше прикинь — сколько людей прокормилось бы за эти деньги.

5

— Как тебе новый фейс, Фаргид? — Грилл наделил курсанта лицом с полными губами, вздёрнутым толстым носом, узко сидящими маленькими глазками и мохнатыми, похожими на гусениц, бровями. Всё это «великолепие» венчала густая копна чёрных волос.

— Пойдёт. Будь у меня такая рожа ещё в школе путников, жизнь намного бы упростилась.

— Не рожа, а ли… — попытался вмешаться Праст.

— Нет! Это именно рожа, — не дал ему договорить маг. — У нас сегодня выход в большой мир, я всем сделаю нечто безобразное, а то девки проходу не дадут и испортят весь уикенд. Тебе, воришка, можно даже ничего не делать, и так пугало — пугалом.

Грилл специально прошёлся по, мягко выражаясь, непривлекательной внешности Праста, обычно после таких наездов тот обижался и не вмешивался со своими назидательными поправками.

Группа две недели отсиживалась в схронах, пока не улеглось волнение в связи с ограблением банка магии на одном из крупных предприятий столицы. Вчера Дайрону удалось продать за хорошую цену половину добычи, сиё событие грех было бы не отметить, потому решили потусоваться в одном из центральных домов развлечений. Поскольку деньги выручили весьма немалые, масштаб тусовки, естественно, решили сделать соответствующим — у каждого в карманах лежало по пухлой пачке двадцаток, и не возбранялось, а даже приветствовалось, чтобы к утру от запаса кредиток осталось как можно меньше. Кроме того, все имели по небольшому аккумулятору с тремя сотнями киломагов энергии, без этого в доме развлечений делать было нечего. По случаю праздника был взят в аренду роскошный десятиместный слип‑мобиль. На таких машинах разъезжали самые богатые граждане столицы, ведь сутки эксплуатации этого чуда техники стоили месячной зарплаты квалифицированного инженера.

Фаргид первый раз попал в увеселительный район столицы. Здесь располагались только дома развлечений, зданий другого назначения не было вообще, если не считать таковыми будки центурионов. Для того, чтобы воспользоваться спектром услуг такого дома, нужно иметь при себе либо солидный запас кредиток, либо аккумулятор с сотней‑другой киломагов энергии, а ещё лучше и то, и другое. Конечно, магию здесь можно было купить в специально установленных автоматах, но стоила она баснословно дорого. Были, конечно, и нелегальные торговцы, у которых этот товар шёл дешевле, но продавали они его только своим — хорошо проверенному кругу потребителей.

Посмотреть здесь было на что. Здания имели самые причудливые формы и расцветки, многие, — те, что солиднее и богаче, парили в воздухе, люди в них заходили, пользуясь порталами, расположенными под домами. Внешне это выглядело так: человек подходил к круглому туманному цилиндру, стоящему основанием на земле, а верхом, упирающимся в парящий дом, и взлетал вверх, оказываясь уже внутри здания. Причём это был не просто гравитационный лифт — посетитель уже с этого момента начинал получать определённую толику услуг. Взлёт сопровождался ярким всплеском радости — настроение гостя немедленно улучшалось, хотя тут же с его аккумулятора снималась какая‑то доля магии. Собственно — портал даже не поднимал гостя, у которого запас магии был меньше определённого количества.

Ирк припарковал слип‑мобиль возле дома развлечений под названием «Счастливый Бог».

— Самое крутое заведение здесь — повернулся к Фаргиду Дайрон.

— И самое дорогое, — сварливо буркнул Праст.

— Можешь вернуться назад, сложить свои денежки и магию в сундук. Или выбрать дом подешевле. Вон, к примеру, «Свет надежды».

— Спасибо, я там уже бывал.

Все расхохотались, ведь в «Свете надежды» собиралось всякое отребье, вместо развлечений там вполне можно было схлопотать по роже, что с Прастом когда‑то и случилось. Зато цены были в шесть‑семь раз ниже. Магии за услуги снимали тоже намного меньше.

К машине немедленно подбежал парковщик. Ирк величественно отстегнул ему два кредита и прогнал — мобиль такого класса умел парковаться сам. Но парковщик был не единственным обитателем сих мест, который кормился подачками богатых клиентов. Мобиль окружил целый сонм девиц с весьма соблазнительными формами, им было абсолютно наплевать на то, что в машине сидели мужики один уродливее другого. Дамочки, впрочем, были прекрасно осведомлены об ухищрениях с внешностью, к которым прибегали богачи, желая снизить интерес к себе со стороны жриц любви. Но, бывало, клиент оказывался доволен ласками девушки и принимал свой истинный облик, хотя, конечно, не всегда он оказывался лучше мнимого.

Ирк первым вылез из машины и скорчил настолько жуткую рожу, что, наверное, испугался бы даже последний бомж. Ребята из команды не отставали: Дайрон «улыбнулся», кривые зубы тут же вылезли наружу во всей красе, Грилл принял «дружественный» вид, который больше напомнил серийного убийцу перед совершением очередной кровавой расправы. Фаргид начал с самым радостным видом ковыряться в толстом носу и вытирать палец о брюки. Праст же и без кривляний выглядел достаточно кошмарно.

Но девиц это совсем не расстроило, они немедленно перешли в атаку. Сразу трое бросились к Ирку, но тот успел их опередить — резво рванул к порталу и взлетел в дом развлечений, оставив девушек в расстроенных чувствах. Две девицы с обворожительными улыбками подошли к Дайрону, но он начал громко клацать и скрежетать зубами, этого зрелища не выдержали даже закалённые сердца жриц любви — пришлось отступить. Хитрый Грилл исчез, набросив на себя кратковременную невидимость. Удивительно, но на Праста никто не позарился, девицы словно знали, что здесь им ничего не обломится. Трудней всего пришлось Фаргиду, он принял на себя натиск всех дам. Сразу две начали оттирать его брюки платочками, одна взяла его руку с обмусоленным пальцем и начала нежно целовать, ещё двое стояли рядом и радостно щебетали что‑то о несусветной привлекательности парня и его милых привычках. Курсант с ужасом осознал, что попал. Спасение пришло неожиданно — рядом возникла квадратная фигура центуриона, хмурое выражение лица которого обещало девицам нечто ужасное. Естественно, их тут же и след простыл. В знак благодарности Фаргид протянул пятёрку, которая мгновенно исчезла в широкой ладони, а страж порядка двинулся дальше. Бывший курсант немедленно ринулся к порталу, сознавая, что девицы сейчас вернутся. Взлёт… Фаргида окутало чувство невообразимого счастья, длилось оно, однако, всего короткий миг — хорошего понемножку и вовсе не бесплатно, в аккумуляторе защёлкал счётчик расхода магии.

Дайрон повёл команду в бар прежде всего по той причине, что там никогда не бывал Фаргид.

— Сейчас ты поймёшь парень, почему мы любим бывать в таких местах — вожак многообещающе улыбнулся. Фаргид поморщился — торчащие кривые зубы превращали улыбку в жуткий оскал.

— А вот этого не надо, — осуждающе продолжил Дайрон, — когда ты кривишься, становишься похожим на сморщенную тыкву.

Дегустация веселящих напитков превзошла все ожидания. Каждый сорт вина имел уникальный вкус, расцвеченный специальными магическими ингредиентами, что вызывало незабываемые и весьма приятные ощущения. Когда было перепробовано две дюжины напитков, Фаргид почувствовал, что уже изрядно пьян. Грилл тут же налил ему стакан жидкости чудовищного лилового цвета, действие которой оказалось очень благоприятным — вернулось состояние трезвости в совокупности с лёгким чувством эйфории.

Затем последовал целый каскад развлечений — от просмотра великолепных бредовых снов умалишённых, с очень реалистичной имитацией действительности, плавания в струях магической субстанции, вызывающего всплески дикой радости, до наложения матриц других личностей, пребывающих в состоянии крайней наркотической эйфории. При этом самому клиенту не грозило привыкание к страшным наркотикам вроде жёлтой фибры или едкого блиста. Конечно стоили сии развлечения очень прилично, счётчик непрерывно щёлкал, но запаса магии в аккумуляторе должно было хватить на всю ночь.

В перерывах между экзотическими удовольствиями, ребята не отказывались и от привычных — вина и курения травки.

— А где наш Праст, — вдруг забеспокоился Фаргид, вертя головой.

— Да не ищи ты его. Он развлекается только в игровых залах, всё остальное считает баловством.

— То есть?

— То есть играет на деньги. И почти всегда выигрывает. За это и схлопотал когда‑то в «Свете надежды». Что интересно: наш воришка в игре никогда не мухлюет, работает исключительно мозгами. Но другие обычно думают иначе. Вот и приходится Прасту бывать в дорогих домах развлечений, здесь применение кулаков, и не только их, для выяснения отношений запрещено, к тому же, строго наказуемо. А бурчит больше по привычке, такой уж он человек. Да хватит о нём, у нас ещё море удовольствий впереди. Как тебе, например секс в теле животного? — спросил Дайрон.

— Это как?

— А так, что тебя делают, к примеру, волком. И секс у тебя будет с обворожительной волчицей. Или можно стать конём, свиньёй, жуком, кузнечиком. Да хоть кем, выбор огромный. Конечно, на самом деле ты останешься человеком, но ощущения получишь…

— Не слушай его, — перебил Грилл, — у нас в команде два извращенца, — один вот этот, у которого слюни бегут только от воспоминания о таких, гм… развлечениях, другой вон, — маг указал на Ирка, который увлечённо читал каталог превращений. — Как то не очень хочется иметь третьего ненормального в группе.

— Ну и зря, если не захочешь. Грилл нас называет извращенцами, а сам любит бывать теле грудного ребёнка и сосать титьку. Гы‑гы‑гы… так кто из нас ненормальнее?

— Ну, мне кажется, обычный здоровый секс не хуже любого экзотического — растерянно сказал Фаргид.

— А‑а‑а… махнул рукой Ирк. — Всё приедается, парень. В общем, мы пошли. Дайрон, ты как?

— Однозначно. Фаргид, ты?

— Нет, нет, — поспешно ответил тот, — я лучше пошляюсь здесь, осмотрюсь.

— Как знаешь. Грилл, отыщешь парня, если что.

— Сделаю.

— Сделай, сделай, будь добр. А сейчас топай к своим мамкам с большими сиськами, гы‑гы.

— А вы к своим коровам и свиньям с большими дырками в нужных местах.

Фаргид быстренько скрылся в толпе, ему было неприятно даже слушать препирательства на подобную тему. Случайно его взгляд наткнулся на скромную рекламу у входа в маленькую комнату, на входе явно скучая, стояла девушка, ожидая посетителей. Реклама гласила: ЗНАЮ О ВАС ВСЁ! ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ, БУДУЩЕЕ! Я ЗНАЮ ДАЖЕ ТО, ЧТО НЕ ЗНАЕТЕ ВЫ О СЕБЕ САМИ! ВСЕГО ПЯТЬ КРЕДИТОВ!

Но почему‑то желающих узнать всю свою подноготную до конца дней не находилось. Скорее всего, это обыкновенная туфта, а пять кредитов, всё‑таки деньги немалые. Фаргиду, однако, стало жалко девушку, потерявшуюся на этом празднике жизни, где все веселились, не жалея ни денег, ни магии и он решил зайти. Ну, пускай он беглец, что с того? В «прозорливость» этой магички он абсолютно не верил, зато развлечение точно получит, причём без всякой сомнительной клубнички. Не может же работать в таком богатом доме обыкновенная уличная гадалка, наверняка припасены сюрпризы, чтобы клиент не чувствовал себя обманутым.

Девушка не испугалась уродливого облика гостя. Она понимающе улыбнулась, усадила Фаргида в золочёное резное кресло и спросила:

— И что, помогает?

— Не понял, — растерялся клиент.

— Я говорю о лице. Ведь на самом деле, ты очень привлекательный молодой человек. Я‑то вижу.

— Нет, — признался Фаргид. — Не помогает, еле‑еле смылся на входе от проституток.

— Открою тебе небольшой секрет. Все девушки у входа немного магички. Они владеют способностью видеть настоящее лицо. Поэтому все ухищрения мужчин заранее обречены на провал. Ну, почти все.

Фаргид беспокойно заелозил на кресле.

— Но мне говорили, что лицо реально изменилось и узнать меня нельзя.

Девушка тихо рассмеялась.

— Зато осталась печать настоящего облика. Я прекрасно её вижу. Дело в том, что способ распознавания истинного лица — моя методика, другие маги Актрона этого делать не умеют. Даже самые‑самые авторитетные и титулованные. А девицы у входа приплачивают мне за возможность разглядеть настоящий облик клиента.

— И какая им разница? Мне кажется, красота мужика у них стоит последней в списке достоинств.

— Красота — да. Но в истинном облике можно увидеть наклонности клиента: нормальный он, не очень нормальный, либо полный отморозок. Для этого есть другая метода, которой девицы тоже отлично владеют.

— Гм… теперь понятно, почему к Прасту не подошла ни одна девица. Он жаден до безобразия.

— Жадность очень легко прочитывается в истинном облике.

— Ну хорошо, допустим, я поверил в твои способности. И каким ты меня видишь? Опиши в словах.

— Зачем? — пожала плечами магичка, — есть лучший способ. Смотри.

Она подкатила к креслу маленький столик на колёсиках, с установленным на нём зеркалом. Сначала Фаргид увидел в нём отражение одутловатого лица с толстым носом, маленькими невыразительными глазками и неопрятной копной чёрных волос. Потом девушка сделала несколько сложных пассов…

Теперь Фаргида узнал бы кто угодно. Он беспокойно оглянулся на дверь, но магичка успокаивающе положила руку ему на плечо.

— Я никогда не раскрываю секреты своих клиентов. Даже если кто‑нибудь сейчас войдёт, то не увидит твоё настоящее лицо. — Девушка внимательно вгляделась в отражение Фаргида и нахмурилась. — Но и это не совсем настоящий облик. Что‑то пробивается, но пока даже я не могу нащупать.

— Да ну? Ерунда. Это я и есть. Другим себя не припоминаю.

Но магичка не поверила. Она начала колдовать над зеркалом: водила руками, шептала что‑то на странном языке, даже дула на гладкую поверхность. И лицо постепенно стало меняться. Черты ужесточились, теперь Фаргид выглядел значительно старше, глаза из голубых стали серо‑стальными, на лбу пролегли суровые складки.

— Это фокус? — озадаченно спросил Фаргид. — Таким я никогда не был. Может, только стану через несколько лет. Хотя лицо совсем не похоже на моё.

— Нет. Просто ты не всё помнишь. Я не дешёвый фокусник, а настоящий, потомственный маг.

Фаргид задумался. Он‑то и правда не всё помнил. Взять хотя бы случай с шаманом. Как удалось уйти от костра? Кто его спас, ведь не сами же верёвки развязались? А может, есть шанс всё узнать сейчас? Но можно ли доверять этой магичке? Кроме того, не исключено, что это всё‑таки просто фокус.

— Есть в моей жизни одна загадка, которую очень хотелось бы раскрыть. Могу я быть уверенным в твоём молчании?

Девушка вложила свою ладонь в руку Фаргида, после чего он сразу поверил в её честность. Это не было ни гипнозом, ни колдовством. В школе его тоже кое‑чему обучили, потому он знал, что этому человеку можно верить.

— Давай попробуем заглянуть в моё прошлое. Заплачу хорошо, не те жалкие пять кредитов, что просит твоя реклама. Как насчёт сотни. Это будет и платой за молчание.

— Хорошо. Но лучше бы ты дал мне пару десятков киломагов, если можно, конечно.

— Договорились.

— Тогда начнём, — буднично сказала девушка. — Кстати, зовут меня Ита. Тебя Фаргид, можешь не представляться.

— Я начинаю верить в твои способности, Ита.

— Расслабься и молчи. Я начинаю работать серьёзно. До этого были игрушки.

Фаргид удобнее устроился в кресле и замер. Расслабляться он умел прекрасно, уроки медитаций в центре даром не прошли.

— Отлично, Фаргид. С таким клиентом приятно работать. Смотри в зеркало, но ничего не говори. Я попытаюсь раскрыть прошлое только тебе, сама же видеть ничего не буду.

Очень долго ничего не видел и Фаргид. Потом зеркало замерцало и, словно кто‑то запустил фильм. Только шёл он кусками: вот недавние события при ограблении банка магии на заводе. Потом пошла та часть, как Фаргид попал в команду Дайрона. Затем бегство из школы… бои с Ригоном. Первые дни обучения в центре. И Тропа. Нападение путников на племя эргайлов, самоотверженный бросок верного хриза, спасшего жизнь хозяина, жизнь в дупле арда. Пламя! Страшный жар, вонь горящего мяса! Его собственной плоти! Сознание покидает тело и видит происходящее сверху: громадный костёр, скачущего вокруг шамана и замерших с поднятыми руками эргайлов. Затем разговор с вождём Орнизом в хижине… стоп, но где же спасение? Опять пробел в воспоминаниях? Выходит — он горел в костре? А где же следы? После такого испытания его уже никто не смог бы спасти, разве что реаниматор центра.

— Стоп! — Фаргид махнул рукой Ите. — Я увидел достаточно много, но самого главного так и не нашёл.

— Но процесс шёл безукоризненно…

— Я не обвиняю тебя. Произошли какие‑то необъяснимые события, которые не смог распознать даже твой «процесс». Давай попробуем продвинуться дальше в прошлое.

Но дальше продвинуться так и не удалось. Фаргид видел странные обрывки событий, в которых сам никогда не принимал участия. Вот он идёт по Тропе, одетый в удивительную одежду, ведя за собой несколько суровых дядек вооружённых странным оружием. А вот город, где он никогда не бывал. Здоровенный мужик, обгрызающий зажаренную кабанью ногу. Улыбающаяся девушка изумительной красоты, пожалуй, даже красивее Сионы. Видения становились всё более рваными, пока не превратились в сплошное мельтешение цветных пятен.

— Всё! Дальше ничего не видно. Но даже то, что я увидел, можно назвать бредом.

— Но процесс…

— Не знаю, Ита, что там с процессом, давай заканчивать. Голова болит ужасно. Так и должно быть?

— Нет, — удивилась магичка. — Процесс безболезнен.

— Ладно. Жаль, что не вышло.

— Я не возьму с тебя плату.

— Возьмёшь. Я настаиваю. Ты честно работала, видимо я не совсем обычный клиент. — Фаргид достал аккумулятор и передал девушке. — Отсчитай себе двадцать киломагов.

Ита благодарно взглянула на него, отобрала часть магии из аккумулятора, затем подошла ближе и несколькими пассами сняла головную боль.

— Может, попробуем заглянуть в будущее? Хотя этот процесс дает меньшую вероятность достоверности, возможны боковые ветви реальности, флуктуация случайных элементов…

— Спасибо, перебил Фаргид. — В будущее заглядывать почему‑то не очень хочется. Что будет — так тому и быть.

— Почему‑то в будущее мало кто хочет заглянуть, — покачала головой девушка. — А в прошлом хотят увидеть только лучшие моменты жизни, исключая неприятности. Процесс это позволяет.

— Ладно, я пошёл. Ребята, наверное, уже ищут меня.

— Заходи, если будешь здесь ещё. Попробуем повторить. Я постоянно работаю над усовершенствованием процессов, возможно, получится лучше, чем в этот раз.

— Зайду обязательно. Только надо бы знать, когда ты серьёзно продвинешься в этом деле, думаю, работа непростая.

— Конечно. Скорее всего — не раньше, чем через месяц. Я могу дать тебе код моего м‑фона. Звони.

— Раньше м‑фоном не пользовался. Но теперь куплю для того, чтобы узнать, как движутся твои дела с улучшением процессов. Пока!

— Удачи, — Ита мило улыбнулась, провожая клиента, сердце её почему‑то дрогнуло. Она прислушалась к собственным чувствам: влюбилась, что ли? Влюбляться в клиентов нельзя — это противоречит этике профессии.

Фаргиду девушка тоже очень понравилась, но он сейчас прокручивал в голове то, что показало ему чудесное зеркало, и не слишком обращал внимание на собственные чувства.

* * *

— Есть отличная тема! — у Дайрона блестели глаза, он нервно потирал руки, часто моргал, такое с ним бывало только в минуты крайнего возбуждения.

— Наверное, вспомнил позавчерашние превращения? — подковырнул Грилл. — Кем был? Бычком? Тараканом?

— Ну, титьки не сосал, — парировал Дайрон. — Парни, есть данные о магопроводе.

— Ого! — вырвался у всех дружный возглас. Легендарный магопровод, в существование которого не верил почти никто — реальность, а не выдумка? Но Дайрон всегда приносил тщательно проверенные данные, поэтому особого скептицизма его сообщения не вызвало.

— Море магии! Мега… гигамаги энергии! Сведения железные, с техническими подробностями, есть даже часть документации. Жаль, что не вся. Смотрите. — Дайрон развернул карту. — Вот, — он ткнул пальцем, — здание совета магов. Но я его показываю только для ориентира, чтобы быстрее врубились. Справа от него Дом Силы, резиденция верховного мага. А вот слева плоское большое здание, которое все считают хранилищем золота. И правильно считают — золото там действительно хранится. Но не только золото, там есть и приёмный терминал магии. Где хранилище, неизвестно, но поступает энергия именно сюда, — Дайрон упёр палец в левый нижний угол изображения здания. — А поступать она может откуда?

— Из магопровода? А если её туда привозят в энергоёмких аккумуляторах? — спросил Грилл.

— Ну да? Гигамаги энергии в аккумуляторах? — улыбнулся Дайрон. — Нет, столько можно передать только через магопровод. О том, что энергии поступает очень много, мне точно известно, источник информации надёжен, как сейф в банке. А вывод о магопроводе напрашивается сам.

Грилл безнадёжно махнул рукой:

— Могу представить, какая там охрана, сколько задействовано электронной и магической техники для защиты всего этого добра. Чего‑то там поиметь нереально.

— Как сказать, как сказать, дружище Грилл… есть у меня мыслишка. — Дайрон вынул из кармана коробочку с ипроном — лёгким магическим наркотиком, активизирующим мыслительные процессы, открыл крышку и сделал глубокий вдох. — О! Сейчас мозги продерёт и будем кумекать.

Дайрон начал чихать. Это был нормальный эффект — зелье подействовало.

— Всем вам давно известно, что лучше меня столицу не знает никто. В моих файлах хранится вся информация, собранная об Актроне с самого его основания, до сегодняшнего дня, имеется даже план развития в перспективе, хотя такая инфа доступна только совету магов, ну и, разумеется, Дому Силы. На одном из старых планов, которому уже почти тысяча двести лет есть интересная штука. Смотрите, — Дайрон развернул лист, на котором была копия древнего строительного чертежа.

— Интересно, — Грилл подошёл ближе и со знанием дела стал разглядывать план. — Это храм. Не говори мне какой, я попробую разобраться сам. Так… это вот алтарь силы, такие делали, когда не были известны аккумуляторы магии. Вот здесь на стене должны быть руны, копящие магию и передающие энергию алтарю. Жаль, на плоском чертеже не видно.

— Смотри сюда, — Дайрон развернул другой лист, на котором была картина, писанная рукой хорошего художника, изображающая внутреннее убранство храма. Краски поблёкли и стёрлись, но всё равно разобрать руны на стене было можно.

— Здорово! — Грилл увлёкся. — Таких рун я ещё не встречал. Есть, конечно, известные мне элементы, но лишь фрагментарно. Затрудняюсь сказать, как передавалась сила алтарю, технология слишком древняя.

— Даю подсказку: эти руны передавали не магию. Глянь сюда, — Дайрон развернул ещё одну картину, изображавшую внутренности храма уже с другого ракурса.

— О! Другое дело! Вот эти руны точно передавали магию алтарю. Непонятно, для чего тогда те, первые руны?

— Ты же брался определить назначение храма.

— Храм бога Орба, тут и думать нечего. Вон, даже рожа его на одной стене нарисована.

— Не оскорбляй божество, хоть и древнее. Лучше попробуй сделать выводы из того, что тебе сейчас известно.

— Гм… Орб — жестокий бог, которому приносили человеческие жертвы. Человека укладывали на алтарь, связывали заклятьем и оставляли в храме, который, по сути, представлял собой глубокий подвал. Я понял! Ведь жрецы прямого участия в обряде не принимали. Храмы Орба строились так, что не было связи с внешним миром, находиться внутри во время обряда было чрезвычайно опасно. Жертва попадала на алтарь через портал. Вот для чего нужны первые руны. Теперь вижу, что некоторые фрагменты точно являются элементами портала. — Грилл глянул на Дайрона. — Но зачем это нам надо?

— А затем, что хранилище золота и магии, о котором мы говорим, выстроено как раз над этим храмом. Ты сможешь определиться — цела ли эта древняя святыня, либо разрушилась под тяжестью современной постройки?

Грилл надолго задумался.

— Вряд ли. Мой сканер может прощупать пространство на расстояние не больше двух сотен шагов. А хранилище гораздо больше, как в длину, как и в ширину. Плюс то, что подойти к нему вплотную никто не разрешит.

— Медленно думаешь. Может, нюхнёшь? — Дайрон протянул коробочку с порошком.

— Сам нюхай. Я хочу жить долго и не превратиться на старости лет в идиота. Лучше скажи, что ты надумал?

— Тут и думать нечего. Есть сканер Дома Науки. Он охраняется кое‑как.

— Но я не знаю его технических характеристик.

— А я зачем? Читай. — Дайрон вынул из папки ещё один лист.

* * *

На следующий день в Дом Науки первыми отправили Праста вместе с Гриллом. На этот раз маг сделал вору лицо благородного старца, в глазах которого читалась неодолимая жажда знаний. Конечно, знать этот старец желал лишь то, что лежит в карманах ближнего, но кто об этом мог догадаться? Знания — они ведь разные бывают.

В Доме Науки приятели побывали во многих местах, Праст воровал (там, где требовалось) ключ‑карты, Грилл же немедленно копировал данные с них в свою отмычку. После этого карта возвращалась на своё место. В общем, операция прошла без малейших шероховатостей, шпионы вернулись домой уже в полдень, а к вечеру уже готов был план действий, к которому команда и приступила. К сканеру удалось проникнуть достаточно легко, поскольку это был прибор общего пользования и охранялся не слишком тщательно. Но если применить его днём, на общих основаниях, нужно было бы получить несколько разрешений, сам процесс сканирования происходил под надзором с записью результатов в базу данных Дома Науки. Это конечно никак не устраивало команду, поскольку вполне могло привести к определённым подозрениям со стороны контролирующих органов.

Грилл легко разобрался с управлением прибора, потому как имел собственный сканер, хотя и не такой мощный. Замеры были произведены быстро, древний храм оказался на месте, разрушения, если верить сканеру, минимальны. После этого команда удалилась восвояси, уничтожив все следы своего присутствия, благо, опыт в этом имелся огромный.

Дома Грилл засел за расчёты. Его мощный компьютер работал три дня кряду, задача состояла в вычислении места расположения точки фокуса портала храма. Если проще — надо было точно узнать место, из которого портал храма мог переместить человека на алтарь. Наконец, расчёт был готов, место оказалось под поверхностью земли, что было естественно — за время существования города здесь нарос большой «культурный слой» почвы. Грилл умел сооружать небольшие подземные сооружения с помощью своего магического прибора, Фаргид видел подобное действо ещё на острове. Вот и здесь появился очень похожий подвальчик, куда привезли нужное оборудование и снаряжение. Грилл приладил аккумуляторы к генератору, создающему сильную концентрацию поля магии, и скоро нужная точка засветилась зелёным огнём. Она оказалась настолько близко к стене, что пришлось подработать строительным прибором, чтобы немного расширить подвал. Затем Грилл произвёл пробный заброс через портал. Древний магический механизм, запитанный от современного аккумулятора, работал как часы — ящик, установленный в точку портирования, исчез после подачи энергии накачки.

— Думаю, теперь в храм мы попадём легко, — сказал Грилл. — Только вот что делать дальше? Во‑первых, надо попасть из храма наверх, применять мой строительный прибор для пробивания прохода, где попало опасно — могут быть ловушки. Потом, мы не знаем, что нас ждёт наверху.

— Давай для начала переместимся в храм, там ты применишь портативный сканер, и мы узнаем кое‑что о верхнем уровне — сказал Дайрон.

— Давай. Только учтите: бог Орб — неизвестная величина. Не знаю, существовал ли он на самом деле, но лучше исходить из худших предположений. Оружие нужно держать наготове и быть максимально внимательными. Первыми придётся пойти Ирку и Фаргиду, как нашей главной ударной силе. Затем пойду я, маг, причём немедленно, сразу за бойцами, потому как неизвестно, чем там дело обернётся. Если всё будет нормально, уже оттуда дёрнем Праста и Дайрона, их способности в этой операции не нужны. Пока не нужны, а там определимся по ситуации.

Фаргид перевёл парализатор в боевой режим и первым стал на точку портирования.

— Аккуратно там, — напутствовал Дайрон. — Ирк пойдёт за тобой, сразу освобождай место.

— Понял, ответил Фаргид и через мгновение оказался на алтаре храма. Прохлаждаться он там не стал, немедленно скатился вниз, чувствительно ударившись о каменный пол.

Воздух в храме сиял бледным зелёным светом. Вдруг ярко полыхнуло, на алтаре возник силуэт лежащего человека, но тут же свалился вниз. К этому времени Фаргид был уже на ногах. Ирк тоже моментально вскочил и приготовил оружие. Но, похоже, опасности не было. Зелёного мерцания хватало для хорошей видимости, поэтому фонари включать не понадобилось.

— Эй, Фаргид, — почему‑то шёпотом сказал Ирк, — где наш маг застрял? Пора бы ему объявиться.

— Я что, похож на оракула?

— Да.

— У тебя галлюцинация.

Трёп прервала новая вспышка, сопровождаемая смачными ругательствами — Грилл почему‑то материализовался намного выше алтаря и чуток сбоку. Естественно, он грохнулся на пол с приличной высоты, что и вызвало такое бурное словоизвержение. В дополнение ко всему, сверху на него упала сумка с приборами и инструментом. Вот тут‑то всё и началось. Картина, на которой был изображён Орб, ожила. Злое лицо божества искривила торжествующая улыбка, по портрету зазмеились извилистые оранжевые сполохи. Бог заговорил жутким голосом:

— Орр батум ссснорр‑грррисс?

— Что он сказал? — шёпотом спросил Ирк непонятно у кого.

— Он спросил: «Кто прислал жертвы?», ‑ ответил Грилл.

Голос раздался снова:

— Орр твоо гии?

— Гии норр ссснор‑гррисс, — ответил Грилл, и повторил шёпотом для своих, — мы не жертвы.

Настенная фреска зловеще захохотала:

— Орр! Орр! Гии морртт!

— Да хрен тебе, образина! — возмутился Грилл и выстрелил прямо в смеющуюся пасть. Фаргид и Ирк сразу поддержали товарища, жуткий хохот заткнулся, лицо бога сморщилось в гримасе боли. Фреска начала покрываться трещинами, от неё стали отваливаться фрагменты, из‑под которых заблистал яркий оранжевый свет. Через мгновение вся фреска осыпалась на пол, а перед потрясёнными зрителями предстало то же лицо, только в огненном виде. Но любоваться своим новым воплощением Орб не позволил, он немедленно начал плеваться струями огня. Людям пришлось заняться акробатикой, они совершали невероятные прыжки, спасаясь от гнева древнего бога. Помогало им то, что Орб очень давно не получал жертву, потому был явно не в лучшей форме. Огненные струи были не слишком длинны, да и паузы между плевками оказались значительными. Но ещё несколько минут такой дикой пляски и взбешенное божество обязательно кого‑нибудь поджарит.

— Стреляйте! — закричал маг. — Стреляйте, если появляется любая возможность. Это умерит его пыл, а я попытаюсь что‑нибудь предпринять. Если хотите его разозлить и отвлечь на себя, кричите: «Гии моррт!».

Едва Орб услыхал эти слова, он плюнул прямо в Грилла. Но тот ждал этого и отскочил в сторону за мгновение до удара струи огня в то место, где только что был.

— Гии моррт! — в один голос завопили Ирк и Фаргид и отпрыгнули в разные стороны.

Следующие минуты напоминали игру в пятнашки со смертью. Взбешённый бог решил‑таки извести несговорчивые жертвы и плевался всё активнее, хотя это отбирало у него последние силы. Но если хоть один человек погибнет от попадания струи, сила Орба сразу многократно возрастёт, подпитанная душой жертвы. Но люди не спешили становиться кормом для древнего реликта, они уворачивались, отскакивали, катались по полу, прятались за каменный алтарь, иногда струя краешком цепляла то одного, то другого парня, но пока им удавалось избежать серьёзных ожогов. Внезапно Орб изменил тактику, из его пасти вместо огненных струй полезли длинные толстые щупальца, которые стали ловить наглых людишек. Спастись от новой напасти оказалось намного труднее, ведь щупалец было много, они с мерзким шуршанием елозили по полу, стенам, потолку, люди носились по храму из последних сил. Фаргид подскочил, пропуская щупальце под собой, тут же выстрелил в другое, которое едва не захлестнуло ему шею, и упал, натолкнувшись на третье. Оно немедленно обвилось вокруг него и поволокло к пасти бога. Оружие упало на пол, тело и руки парня оказались скованы мёртвой хваткой. Раздался торжествующий вой — Орб предвкушал долгожданную трапезу. Страшная разверзнутая пасть приближалась, из неё несло жуткой вонью. Голова Фаргида была уже лишь в нескольких дюймах от рта Орба. И здесь бог совершил ошибку. Обрадованный тем, что один человек попался, он упустил из виду других. Ирк, оставшись без присмотра, накачал энергией заряд до предела и выстрелил в страшную пасть. Пуля, заполненная злой магической субстанцией, пролетела в миллиметрах от головы Фаргида и смачно врезалась в горло Орба. Хватка щупальца вокруг тела жертвы ослабла, Фаргиду удалось освободить одну руку, он немедленно ударил раскрытой ладонью в лоб бога и повторил старый фокус со сбросом плетения боли, хотя был риск, что на существо такого уровня это не подействует. Однако подействовало. Щупальца бессильно опали, из пасти хлынула чёрная густая кровь, заливая жертву. Но Фаргид таковой уже не был, он поднялся на ноги и отскочил назад, спасаясь от фонтана вонючей едкой жижи.

— Сюда! — заорал Грилл, размахивая руками.

Фаргид, даже не задумываясь, зачем ему бежать к магу, рванулся туда. Бежать было непросто, чёрная кровь уже заполнила храм по колено, едкие брызги летели во все стороны, посвёркивая в призрачном зелёном свете. Прямо перед глазами возникла тренога с установленным магическим прибором Грилла, Фаргид в последний момент успел отвернуть, чтобы не сшибить её. Маг включил установку, сделал несколько быстрых движений и дёргающегося в конвульсиях Орба закрыло глухой каменной перегородкой.

— Отсюда надо убираться! — крикнул Ирк, — мы сейчас задохнёмся!

Но маг думал по‑другому. Он повернул установку в сторону, изменил несколько настроек и включил на несколько секунд. В боковой стене возникла дыра, ведущая куда‑то вниз. Поток крови, хлюпая, устремился туда и вскоре храм освободился от чёрной жижи. Однако вонь всё равно стояла невыносимая, ноги людей, обожженные едкой кровью, пылали огнём. Грилл вновь перенастроил прибор, навёл его на руны портала и стал закачивать свежий воздух снаружи. Постепенно дышать становилось легче, маг оставил прибор в режиме перекачки, а сам, не обращая внимания на собственные обожженные ноги, занялся лечением товарищей.

— Сначала помоги ему, — Фаргид кивнул в сторону Ирка, — я умею гасить боль.

Лечение всех, включая себя, заняло у мага около часа времени. Еще минут десять потребовалось для очистки пола от остатков крови Орба. Потом Грилл соорудил три кресла и без сил рухнул в одно из них. Впрочем, оба соратника чувствовали себя ничуть не лучше. Примерно через десять минут блаженного отходняка Фаргид сказал магу:

— А как же Дайрон и Праст? Они, наверное, волнуются.

— Ничего, пускай. Пока волноваться больше нужно нам. Я не уверен, что этот урод, — маг кивнул в сторону перегородки, закрывшей бога, — не сумеет проломить стену. Вероятность невелика, силёнок‑то у него практически не осталось. Но даже с этими силёнками он нас почти что уделал. Надо провести кой‑какие работы по укреплению перегородки, чтобы дальше работать спокойно.

Грилл вновь занялся своим прибором, он опять навёл его на перегородку, сделал её в два раза толще, наложил несколько укрепляющих заклятий, закрыл шифром, чтобы злобный бог не смог их распутать, а саму стену разрисовал рунами, дающими дополнительную защиту. После этого он отошёл назад, полюбовался на собственный труд, удовлетворённо отряхнул руки и сказал:

— Если он сумеет сломать эту стену, то очень нескоро. А может и никогда, если какой‑нибудь идиот не сможет каким‑то образом принести ему жертву. Теперь займёмся перемещением сюда наших парней.

Но с этим возникли неожиданные проблемы. Сканер показал, что парней в помещении портала нет. Пришлось отсылать назад Ирка, чтобы выяснил, в чём там дело. Вскоре он привёл к порталу обоих пропавших и все по очереди переместились на алтарь. Оказалось, что Дайрон и Праст убежали наверх, спасаясь от дикой вони, ведь воздух из храма попадал сначала сюда, а уже потом наружу.

— Я вот думаю, — сказал Ирк, а не поднялся ли вверху переполох, когда здесь было такое веселье? Пошумели‑то мы хорошо.

— Будем надеяться, что пронесло. Сейчас ночь, вряд ли кто без дела будет шляться по хранилищу, — ответил Грилл. — В общем, я включаю сканер, постарайтесь мне не мешать.

Через полчаса при помощи сканера удалось получить более или менее пристойный план золотохранилища. Примерно определилось место, куда поступала магия. В помещении прямо над храмом никого не было, на больших же расстояниях сканер не мог засекать живые объекты.

— Ну что, — маг глянул на вожака, — пробивать дыру наверх?

— А на фига мы сюда припёрлись? Давай!

Грилл навёл строительный прибор на потолок и прорезал аккуратный люк. Хотя это был скорее квадратный лаз длиной около трёх метров, над храмом был довольно толстый слой почвы, на котором уже стоял фундамент хранилища. Ирк ловко зашвырнул в лаз трос с железной кошкой, хорошенько дёрнул для верности и сразу же стал взбираться наверх. За ним полез Фаргид, далее Дайрон. Грилла и Праста, как менее ловких, решили вытянуть наверх тросом.

Они оказались в довольно просторном складском помещении, при свете фонарей стало видно длинные стеллажи, до потолка заставленные большими ящиками. Дайрон подошёл ближе к одному из стеллажей, прочитал бирку, подвешенную на проволоке.

— Золото. В каждом ящике его столько, что все мы вместе не сможем его даже сдвинуть с места. Даже если не искать магию, а увести один такой ящичек, нам хватит на всю оставшуюся жизнь. Что будем делать? Думайте, парни. Будем действовать так, как решит большинство. Либо золото, либо магия.

— Магия, — высказался Грилл.

— Ну конечно, зачем тебе золото? Никак своей магией не нажрёшь… наешься, — поправился Праст. — Я за золото. Зачем зря рисковать, если рядом такое богатство? Бери — вот оно!

— Я тоже, пожалуй, за золото, — нерешительно сказал Ирк. — Хотя магию, конечно, тянуть намного выгоднее.

— Я за магию, — отозвался Фаргид. — Очень хочется проверить, есть ли этот магопровод на самом деле.

— Угу… значит я остался крайним, — пробурчал Дайрон. — Ладно, моё слово — магия. Выгода в десятки раз больше, ведь больше одного ящика золота мы за ночь всё равно не утащим. Его надо открыть, таскать слитки вниз, потому что если их просто бросать, можно нашуметь. Потом надо пропустить всё через портал и вывезти в схрон. На второй ящик просто не будет времени. Днём пропажа обнаружится и здесь начнётся такое, что соваться сюда будет самоубийством. А если мы наполним наши аккумуляторы, это будет равноценно больше чем десятку таких ящиков. Чувствуете разницу?

— Пожалуй, я тоже за магию, — буркнул Праст. — Соблазн слишком велик.

— Как все, так и я, — пожал плечами Ирк.

6

Верховному магу, правителю огромного мира Страйд, Рогиолу сегодня почему‑то не спалось. Как обычно, находясь дома, он был в облике мужественного широкоплечего белокурого красавца, дабы нравиться своей молодой капризной жене. Сиона давно уснула, не забыв, впрочем, стребовать с него супружеский долг, а вместе с ним и очередной подарок — изумительной красоты драгоценные серёжки работы древнего мастера.

Тяжкие думы не давали покоя Рогиолу. Страйд стремительно нищает в связи с катастрофическим недостатком магии. Все природные точки силы находятся под строжайшим контролем правительства, но даже, если к ним разрешить общий доступ, положение это не спасёт, магии там слишком мало. Совет магов во главе с Лакроном давно требует отчёт по расходу энергии, но Рогиол имеет право единолично распоряжаться магическими ресурсами мира, а отчитываться только по собственному желанию, чем сейчас и пользуется. Он просто не мог отчитаться, несмотря на непрерывные апелляции, прошения, призывы совета к благоразумию. Причина очень проста — в дефиците магии был виноват сам Рогиол, потому признаться в этом никак не мог. — «Никто не поймёт», ‑ вертелась привычная мысль, — «никто не думает о будущем мира, кроме меня».

В ухе завибрировал м‑фон. Это Сволд, глава управления центурии столицы, давний друг верховного мага. По пустякам среди ночи беспокоить не станет.

— Здравствуй дружище. Что случилось?

— Приветствую, мастер. Мне сообщили о необычных всплесках энергии непосредственно в районе хранилища золота. Это очень странно, потому решился побеспокоить тебя.

— Хм. Это впрямь странно. Хотя причиной может быть буйство древнего божества. Под хранилищем захоронены остатки древнего храма бога Орба. Возможно, он просто захотел покушать, вот и поднял шум. Зря, однако, ведь о нём в нынешнее время почти забыли, нет даже сект, поддерживающих старый культ. Думаю, перебесится и успокоится. Удивительно, что у него сохранились силы на то, чтоб побуянить. Останься на связи несколько минут.

Рогиол уселся за любимый письменный стол, достал из выдвижного ящика кристалл силы. Великий колдун не любил современные магические аппараты и, хотя они, несомненно, предоставляли большие возможности, работал по старинке. Камень отозвался мягким светом, отвечая на лёгкое касание мысли своего повелителя. Артефакт такой силы со временем обычно становится продолжением хозяина, почти что новым органом тела. Рогиол привычно разлил вокруг себя силу тонким слоем. Круг осязания стремительно ширился, захватив окрестности дома волшебника, двигаясь всё дальше, ощупывая всё, что попадалось на пути. Внутренним взором маг теперь видел всё, что накрыла ничтожно тонкая плёнка силы кристалла. И всё же магии при этом расходовалось недопустимо много, поскольку покрытие было значительным. Рогиол любил работать с камнем в этом режиме, видеть вокруг всё и всех, оставаясь незаметным для других. Вот край плёнки дотянулся до золотохранилища, теперь маг стал внимательнее. Рисунок силовых линий поля фоновой магии оказался нарушен как раз в том месте, где ожидалось — над древним храмом. У Рогиола вырвался вздох облегчения: хотя он не верил, что в столь надёжно защищённое место сможет кто‑либо проникнуть, определённые сомнения всё‑таки были. Взять хотя бы нашумевшее ограбление банка силы на заводе магических машин.

— Сволд, там всё нормально. Я не могу хорошо разглядеть внутренность складов, жалко расходовать много силы. Но, всё же, пошли туда патруль внутренней охраны, для очистки совести. Старый бог уже успокоился, сил у него не осталось, потому неприятностей доставить не сможет. Да и раньше, в общем, не мог.

— Хорошо, мастер. Сообщить результат, или не беспокоить? Всё‑таки ночь на дворе.

— На твоё усмотрение. Если всё спокойно, можешь не сообщать.

* * *

Выйти из склада получилось не сразу, ведь коды ключ‑карт на этот раз украсть было не у кого. Грилл провозился минут сорок, пока не щёлкнул запорный механизм. Команда выбралась в длинный широкий коридор с рядами металлических дверей по обеим сторонам, тускло освещённый электрическими светильниками. Грилл жестом остановил всех, сунул отмычку в ближайшую щель для ключ‑карты, поколдовал минуты две, после чего дверь отворилась. Осветив складское помещение фонарём, парни убедились, что здесь хранятся такие же ящики с золотом.

— Я так и думал, — сказал маг. — Главный массив кода одинаков, и отличается для разных запоров лишь в мелких деталях. Можно идти. Нам в ту сторону, — Грилл махнул рукой.

— Ты уверен? — спросил Дайрон.

В ответ маг только криво усмехнулся.

— Понятно, — кивнул вожак. — Вперёд, банда. Если всё срастётся, нам не придётся больше воровать.

Время от времени Грилл требовал остановки и проводил сканирование для уточнения маршрута. Хранилище оказалось настоящим лабиринтом из коридоров, залов, складов, служебных помещений, некоторые были забиты оборудованием непонятного назначения. Заблудиться команда не боялась, путь записывали карманные маршрутизаторы. Искомое место становилось всё ближе. Коридор резко сузился и упёрся в массивную стальную дверь, значительно отличающуюся по размерам и форме от тех, что попадались до этого. Грилл тщательно просканировал полы, стены и потолки на предмет ловушек. Всё оказалось чисто. А вот дальше дело застопорилось. Дверь никак не хотела поддаваться, несколько запоров оказались связанными в цепочку, стоило вынуть отмычку, чтобы всунуть в следующую щель, предыдущий замок закрывался. Нужно было четыре разных ключ‑карты, вставленных одновременно. Но Грилл не зря имел славу великого преступника. Он сумел создать магические образы карт, остающиеся в щелях даже после того, как отмычка уже вынималась. Когда последний запор щёлкнул, маг вытер рукавом вспотевший от напряжения лоб, повернул голову и взглянул на Дайрона.

— Всем отойти, — вполголоса скомандовал тот. — Неизвестно, что нас там ожидает. Прижмитесь к стенам.

Удивительно, но предосторожности оказались напрасными. Дверь толщиной в добрый метр плавно повернулась на петлях, открылся вид в большой слабоосвещённый зал, посреди которого размещался пульт с несколькими креслами возле него. Но внимание группы привлёк не пульт, а глубокая ниша в одной из стен. В нише пролегала толстая, диаметром около метра, светящаяся зеленью труба. Она выходила из одной стены, уходила в противоположную, но люди поняли: вот оно! Кусочек, очень небольшая часть пресловутого магопровода — перед ними!

Грилл недоверчиво осмотрел зал, ещё раз просканировал для верности, вошёл внутрь и поманил всех за собой. Люди в команде Дайрона были сплошь прагматиками, потому любовались открывшимся богатством недолго, все стали доставать аккумуляторы, инструменты, приборы. Главное — наличие мощного источника магии, а взять её было много способов, большинство из которых эти люди знали. Но всё‑таки лучше, если найдётся канал для непосредственного отбора, операция займёт в таком случае всего несколько минут.

— Я буду искать точку подключения, а вы пока используйте индукционные приёмники, не теряйте времени, — сказал Грилл. — Возможно, такой точки здесь попросту нет, а врезаться в сам магопровод нельзя, нас разнесёт в пыль. Не только нас… Здесь текут гига… нет, пожалуй, терамаги силы! В Страйде недостаточно магии? Да вот же она, здесь хватит на всех! Её почему‑то прячут, копят для каких‑то целей. Парни, мы влезли в ба‑альшую жо… и, к сожалению, пути назад нет. Лучше бы мы остановились на золоте, знание этой вот тайны, — маг указал на светящуюся трубу, — нам не простят.

— Не отвлекайся, — буркнул Дайрон, разматывая индукционный отборник. — Как влезли, так и вылезем. Может о нашем визите никто не узнает.

— Узнают, — ответил маг, — продолжая работу, его руки ловко прилаживали датчики к трубе, для определения фазовых сдвигов в энергетическом потоке. По этим данным можно было вычислить точку доступа для отбора магии. — Мы украдём мизер из этой реки магии, но счётчики обязательно зафиксируют утечку. Потому, босс, думай сразу, куда направлять копыта, в столице нас обязательно найдут. На уши теперь поставят всех, не сомневайся.

* * *

Рогиол уже собрался ложиться, когда снова завибрировал вызов м‑фона.

— Мастер, в хранилище кто‑то есть! — раздался голос Сволда. — Датчики охраны однозначно указывают на постороннее присутствие. Жаль неясно — люди это, или что‑то другое.

Сердце верховного мага тревожно дёрнулось. Нет, его волновало не золото, о котором и так знали все. Магопровод! Не допусти Триэл, если тайна станет известна! Но как? Кто? Попасть в хранилище невозможно. Многоступенчатая система доступа исключала попадание посторонних в хранилище. Даже он сам — верховный маг, мог проникнуть внутрь только после многочисленных проверок и сканирования дотошной неподкупной аппаратурой, сложнейшая электроника которой не уступала изощрённым магическим плетениям, работающим в общей упряжке. Поэтому охрана в самом здании хранилища была небольшая, всего десять человек, больше там не требовалось. Только процедура смены занимала целый день, столько времени аппаратура тратила на идентификацию и доступ охранников внутрь и наружу. Дежурили же охранники по десять дней, непрерывно находясь внутри громадного здания. Пятеро бодрствовали, остальные в это время отдыхали. Портал? Невозможно, ведь есть специальная блокировка, любая временная пространственная дыра будет немедленно зафиксирована.

Все эти мысли пронеслись в голове Рогиола за долю секунды.

— Отправляй всех на поиски. Подымай спящих, пусть включают всю систему обнаружения. Если кого найдут — убивать. Никакой пощады! Э‑э‑хх! Жаль, слишком долго попадать в хранилище, а то я сам бы приехал. Пусть берегутся — если это Орб, всем грозит страшная опасность, очень уж это опасная тварь, которую почему‑то принимают за бога. Стрелять в неё только магией! Электричество только подпитает Орба. Держать со мной непрерывную связь! Работайте!

Рогиол похолодел, представив, как Орб добирается до магопровода. Это будет конец всему. Конец Страйду. Тварь умножит силы в миллионы раз! Она станет непобедима. Потом сомнения вновь одолели мага. Нет. Не сможет Орб выбраться из своей темницы. В незапамятные времена совместными усилиями нескольких могучих магов его намертво «привязали» к храму сложнейшим заклятием. В ухе снова ожил м‑фон.

— Мастер, сработала система обнаружения чужих, — Рогиол ожидал услышать голос Сволда, но говорил дежурный службы безопасности.

— Что?! Где?

— Сеть датчиков указывает на район золотохранилища.

* * *

Фаргид разглядывал сияющую зеленью трубу магопровода, почему‑то в это время где‑то глубоко в подсознании проснулся некто чуждый, далёкий, но, в то же время, невероятно близкий. Ощущение необычное, странное, удивительное. Оно росло, ширилось, охватывая всё естество, тесня личность курсанта школы путников, и в какой‑то момент, вдруг пришло осознание того — кто он есть на самом деле. Нет, он не Фаргид. Это лишь маска, тщательно подогнанная личность, внешность человека, которого давно нет в живых, он сгорел на шаманском костре. А на самом деле… но тут же пришло понимание, что даже в мыслях нельзя произносить своё настоящее имя — его сразу раскусит система опознавания чужих мира Страйд. Но осознать себя было необходимо: вот она — цель тщательно разработанной операции разведки клана… нет! Нельзя называть конкретные имена и названия. Теперь надо запрограммировать внешнюю личину на возвращение назад и вновь спрятаться в скорлупу курсанта. Очень может быть, что система его всё‑таки успела засечь, но едва он станет Фаргидом, снова потеряет.

— Фаргид, что с тобой? Работай, работай, а то у Грилла что‑то не клеится. Надо набивать аккумуляторы магией через индукционные приёмники, а ты стоишь как истукан, — это говорил Дайрон, он в помощь словам, тряс парня за плечо.

Фаргид очнулся, потряс головой, сбрасывая наваждение. Что это было? Но вспомнить промелькнувшие в голове видения не удавалось, потому он не мудрствуя лукаво, стал прилаживать индукционный приёмник к трубе.

— Не надо! — раздался торжествующий голос Грилла. — Есть точка! Давайте сюда аккумуляторы. Дайрон, ты бы поставил кого‑то на стрём, а то мало ли чего… какому‑то охраннику до ветра захочется, а здесь гости, понимаешь.

— Дело говоришь. Ирк, Фаргид, к двери. Контролируйте коридор с обеих сторон. Здесь справятся и без вас.

* * *

Рогиол вылетел в район хранилища на личном слипе. Вряд ли его присутствие могло что‑то решить или ускорить, но дома сейчас он сидеть не мог. На волоске висело главное дело его жизни, ради него совершено много спорных, неблаговидных деяний, даже преступлений, но оно того стоило. Теперь верховный маг не сомневался, что в хранилище проник чужой. Как он туда попал — дело третье, сейчас стояла задача найти его и уничтожить. Откуда взялся чужак, у Рогиола не было ми малейших сомнений — Кайран, только Кайран. И Гринвелл. В то, что такое дело смог провернуть Берговул из клана Гул‑Магот, абсолютно не верилось. Как чужак смог обойти сверхчувствительную систему обнаружения, исправно ловящую чужаков прямо на выходе с тропы уже несколько лет? А вдруг он не один? Верховный почувствовал, что его начинает охватывать безумие. Усилием воли он подавил предательскую дрожь и направил слип к посадочной посадке хранилища.

* * *

— Готово, — скороговоркой пробубнил Грилл. — Хватайте аккумуляторы, забирайте приборы и даём дёру! Йо‑хо! — маг от радости подскочил на месте.

Повторять дважды не пришлось, парни споро уложили снаряжение в сумки, приготовили оружие, осталось только дождаться команды босса.

— Чего уставились? — погнали!

Банда бегом устремилась в коридор. Фаргид с каким‑то сожалением оглянулся на сиротливо сиявшую трубу и бросился догонять товарищей.

В авангарде быстрым шагом шёл Ирк, ориентируясь по маршрутизатору, остальные не отставали, Фаргид, как замыкающий группы иногда бросал взгляды назад, на случай возможной погони, но пока всё было спокойно. Ребята пресекли большой зал, заставленный здоровенными ящиками, металлическими агрегатами, высокими круглыми тумбами, затем гуськом втянулись в узкий коридор. Впереди было т‑образное разветвление коридора, группе надо было сворачивать направо. Ирк высунул голову, оглянулся налево, направо, ничего подозрительного не заметил, но, как только вышел на развилку, щёлкнул выстрел. Ирка отбросило в левую часть коридора, словно тряпичную куклу, от его головы остались лишь жалкие окровавленные ошмётки. Дайрон среагировал мгновенно, словно ждал нападения. Вправо от развилки полетела граната, грохнул разрыв, осколки градом сыпнули по каменным стенам. Не дожидаясь ответа врага, Дайрон для верности бросил ещё одну гранату. Новый взрыв должен наверняка расчистить дорогу — правый коридор далеко уходил по прямой, спрятаться врагу там просто негде. Сожалеть по поводу гибели товарища было некогда, группа, понуро склонив головы, ушла своим путём, лишь Грилл забрал аккумулятор и вложил в уже холодную ладонь белёсый шарик пожирателя плоти — через несколько минут от тела Ирка останется только горстка праха, никакая магическая экспертиза не разберётся, кем был погибший человек. Неподалёку парни наткнулись на два исковерканных тела охранников, осколки превратили их в измочаленные куски мяса. Странно, что на врагах не было брони, видимо они не ожидали увидеть здесь посторонних.

Закон группы, гласивший: «никого не убивать», был нарушен, однако Грилл предупредил ещё у магопровода, что щадить их никто не будет, значит лучше не оставлять за собой живых свидетелей. Теперь группу вёл Дайрон, Фаргид по‑прежнему прикрывал тыл сократившегося отряда. Шли намного осторожнее, ясно, что теперь об их присутствии знали, плохо только, что неизвестно было количество охранников. Босс притормозил, сделал предупреждающий жест, снял шлем и высунул его край за угол. Ему чуть не вывернуло руку, шлем вырвало и унесло тяжёлой пулей. Снова за угол полетели две гранаты, а следом ещё и дымовая для верности. Дайрон ползком пролез в коридор и щедро полил его свинцовым душем. Странно, но трупов в коридоре не обнаружилось. Возможно, враги прятались за одной из многочисленных боковых дверей, но отряд, пользуясь дымовой завесой, быстро миновал опасное место. До нужного склада оставалось совсем чуть‑чуть, когда отряд наткнулся на засаду. В коридор влетела граната, Фаргид каким‑то чудом успел среагировать, перехватил её и успел отшвырнуть за угол. Взрывом не зацепило никого. Пришлось срочно отойти, за первой гранатой в коридор влетело ещё две, но парней там уже не было. Положение стало безвыходным — сидеть здесь не имело смысла, идти вперёд — слишком опасно.

— Дайрон, есть предложение, сказал Фаргид. — в меня когда‑то встроили кластер скорости и силы, Лиена говорила, что он никуда не пропадает, нужно только подпитать магией.

Вожак повернулся к магу.

— Сделаешь?

— Я такого никогда не делал, но попробовать стоит. Магии у нас сейчас на всё хватит.

Грилл уложил Фаргида на пол, закрыл глаза и стал водить руками над его телом. Руки замерли в районе солнечного сплетения, с пальцев потекли зелёные струйки огня, исчезая в теле курсанта. Маг убрал руки, открыл глаза, почему‑то чуть тряхнул головой, видимо операция была не из приятных.

— Всё, парень. Больше магии в твой кластер не помещается. Её хватит на пару‑тройку секунд, не больше. Увеличить кластер я не смогу, потому что не умею.

— Будем надеяться, что этого хватит, — ответил Фаргид. — Во всяком случае, этот кластер один раз уже спас мне жизнь.

Фаргид встал, ощущая знакомый беснующийся комок силы в солнечном сплетении.

— Ждите моего сигнала, сами пока ничего не предпринимайте.

Курсант вплотную подошёл к повороту коридора, бросил гранату, сразу за ней дымовую, глубоко вздохнул и активировал кластер. Он сжал время, рванулся вперёд в коридор, слыша, как бьются в стены последние осколки, казалось, он даже может их догнать. Светлый проём двери, мелькает застывшее перекошенное лицо, удар кинжалом вскользь, слева тоже враг, его Фаргид снёс локтем, впереди ещё двое с оружием наперевес, но добежать до них не выйдет — кластер почти выдохся. В одного врага полетел кинжал, в другого подвернувшийся под руку железный брусок. Время распрямилось, больно ударив по мозгам, боец чуть не упал вперед, резко тормозя движение. Дело сделано — в комнате четыре трупа, видимой опасности больше нет. Внимательно осмотревшись, Фаргид позвал товарищей.

— Остановимся на минуту, — Дайрон тыльной стороной ладони утёр пот со лба. — Парни, я сделал большую ошибку, втянув вас в эту авантюру с магией. Надо было брать золото и уносить ноги, но жадность, жадность… сожалеть теперь поздно. За ошибки нужно отвечать, тем более, если ты вожак. Посему будем действовать так: поскольку за спиной у нас остались враги, кому‑то нужно прикрыть отступление группы. Этим «кем‑то» буду я. Возражения не рассматриваются! — пресёк Дайрон, открывшего было рот Грилла. — Дружище, всё равно, это кто‑то должен сделать, — уже мягче добавил он. — Ты остаёшься за главного, впереди пусть идёт Фаргид, он среди вас лучший боец. Сзади на какое‑то время вы будете прикрыты. Постарайтесь уйти подальше.

Люди молчали, понимая, что командир прав.

— Бывайте, ребята, — Дайрон первый нарушил тягостную паузу, — нельзя давать время преследователям.

— Дайрон, — голос Грилла почему‑то стал хриплым, — мы будем тебя ждать в храме до последнего.

Вожак невесело ткнул друга кулаком в плечо.

— Мне повезло в жизни, что я вас встретил, парни. Уходите. Это приказ.

Праст, жадный воришка, у которого порой не выпросишь даже щепотку соли, подошёл к командиру и отдал ему две свои гранаты.

— Да поможет тебе Триэл.

— Спасибо. Кстати, забыл… — Дайрон протянул Прасту аккумулятор с магией. — Если не догоню вас, поделите.

— Секунду — сказал Фаргид, — Грилл, подкачай магией мой кластер, пока мы не двинулись. Думаю, это может нам пригодиться.

* * *

— Мастер, — докладывал через м‑фон начальник охраны, — у нас большие потери. Убито шесть человек.

— Шесть?! — вскричал Рогиол. — Если воры уйдут, я лично позабочусь о том, чтобы жизнь остальных завершилась в страшных муках! Кто набрал тупых идиотов для охраны такого объекта? Впрочем, об этом потом. Как тебя зовут?

— Огил, мастер, — запинаясь ответил начальник охраны.

— Так вот, Огил, преступники не должны уйти. Делайте, что хотите: применяйте любое оружие, рушьте стены, заливайте коридоры водой из систем пожаротушения. Оденьте бронекостюмы высшей степени защиты.

— Уже одели, мастер.

— Кто вам мешал сделать это раньше?

— Мы не думали…

— Конечно, не думали! Чем можно думать, если мозгов нет!

— Мастер, — дрожащим голосом сказал Огил, они в западне. Впереди их ждут два моих человека, вооружённых до зубов, сзади тоже идут двое. Шестерых охранников налётчики уничтожили гранатами. Теперь этот номер у них не пройдёт, граната не способна повредить человеку в бронекостюме высшей защиты. Из стрелкового оружия у них только парализаторы с возможностью включения боевого режима. Одного бандита мы убили, но, к сожалению, тело очень быстро разложилось под действием неизвестного нам препарата.

— Мне не нужны живые бандиты, как и их тела! Слышишь, Огил! Пусть разлагаются, рассыпаются, пусть провалятся под землю, демон их побери! Работайте!

М‑фон молчал. Рогиол в бессильной ярости ударил кулаком по панели управления слипом. Проклятые охранники! Распустились, разнежились! Конечно, за всю историю существования хранилища ещё никто не отваживался в него проникнуть. Это считалось невозможным. Однако, нашли же дыру! Где она? Но самое главное — среди бандитов агент Гринвелла! Потому всех надо убивать, не надеяться на поимку. Кто знает возможности агента? Ведь, мерзавец, сумел обойти систему обнаружения, сумел попасть в неприступное хранилище, не исключено, что сумеет и уйти!

Рогиол соединил м‑фон с главной центурией и поднял всех на ноги.

* * *

Команда ушла вперёд. Дайрон внимательно оглядел помещение, и, признав его годным для ведения оборонительных действий, приступил к подготовке тёплой встречи. Первым делом он загромоздил вход двумя тяжёлыми стеллажами, но чуть впереди их, в коридоре, спрятал насторожённую гранату, активатор которой был у него в кармане. Дайрон не питал иллюзий насчёт своего спасения. Понятно, что теперь охранники заявятся в брониках с сервомеханизмами, с метателями плазмы, или ещё чем похуже. Граната им, что собаке вошь, но главное — создать устрашающий эффект, задержать. А потом для гостей припасён маленький сюрприз в виде маленькой коробочки, изготовленной некогда Гриллом. Но это только в крайнем случае. Дайрон тут же с грустью подумал, что случай этот уже наступил.

Преследователей долго ждать не пришлось. По импровизированной баррикаде, устроенной Дайроном, ударил мощный огненный кулак — тяжёлые металлические стеллажи влетели в комнату, ударились о противоположную стену и, искорёженные страшной силой, упали на пол. Дайрон залёг за громоздким шкафом и не высовывался. Около минуты в очищенном проёме никто не показывался. Затем осторожно высунулся толстый ствол метателя плазмы, а за ним голова в дымчатом шлеме. Охранник оглядел помещение, затем, косясь по сторонам, вошёл. Махнул рукой, зовя напарника. Когда оба оказались напротив проёма входа, Дайрон нажал кнопку активатора, грохнул взрыв, охранников ударной волной швырнуло на пол, однако они тут же вскочили на ноги и щедро полили плазмой всё вокруг себя. Стальной шкаф, за которым прятался Дайрон, накалился, металл потрескивал от высокой температуры, но всё же, функцию защиты выполнял. Лицо Дайрона, не защищённое шлемом, жгло раскалённым воздухом. Охранники не заметили его, подумав, что напоролись на растяжку, оставленную беглецами, они двинулись дальше. Но давать уйти отсюда им нельзя, самое время применить сюрприз.

— Эй! — крикнул в спины охранников Дайрон. Те быстро крутанулись, наводя стволы в строну окрика, но тут помещение затопил яркий свет, температура резко взлетела до нескольких тысяч градусов, уничтожая всё живое, плавя металл и бетон стен.

* * *

— Босс погиб, — услышал Фаргид бормотание идущего за ним Грилла. Курсант остановился.

— Ты уверен?

Маг не стал отвечать на этот вопрос. Фаргид махнул рукой, приглашая товарищей следовать за собой, и двинулся дальше, прибавив ходу. Группа успела уйти довольно далеко от места, где остался Дайрон, потому не могла слышать звуков боя. До спасительного помещения, с прорезанным люком в подземный храм осталось пройти совсем немного. Но Фаргид чувствовал, что просто уйти не получится, враги наверняка где‑то рядом. Сколько их? Как вооружены? Если они одеты в рубчатую броню, подобную защитным костюмам путников, то одного врага за глаза хватит на всех, ведь это — ходячий танк, а не человек.

— Постой! — подал голос маг. — Я попробую выяснить, где нас ждут.

— Хорошо бы.

Грилл установил на треногу сканер, стал вертеть регуляторы, бормотать себе под нос, иногда ругаться, поминая непонятно какое божество. Через несколько минут над прибором повисло туманное марево, которое постепенно обрисовалось в подобие объёмного плана коридоров и складов ближайшей части золотохранилища. На плане тёмными сгустками выделялись две точки.

— Это, — указал маг на одну из точек, — склад над храмом, куда нам нужно попасть. А вот здесь, — он ткнул в большое размытое пятно, — враги. Точно определить их местонахождение и количество я не могу. Хотя и так видно, что путь наш они перекрыли.

— Вряд ли мы сможем уничтожить врагов, Грилл. Похоже, они поняли, куда мы идём, значит, хорошо подготовили встречу.

— А не надо их уничтожать. Смотри, — палец мага вновь указал на карту. — Мы не пойдём старым путём. Попробуем попасть в параллельный коридор. Вот дверь в один из складов…

— Я понял! Не теряй время на объяснения, пошли.

Скоро поредевший отряд добрался до нужной двери. Грилл поковырялся в щели приёмника отмычкой, через минуту проход открылся. Троица оказалась в складе, маг закрыл за собой дверь и изменил код доступа, чтобы «родной» ключ не подошёл. Теперь парни оказались заперты в помещении, но за противоположной стеной как раз шёл параллельный коридор, куда нужно было попасть. Грилл вновь занялся своим прибором. Долго ничего не получалось, материал стены состоял из сверхпрочного пластобетона, перемежающегося слоями стальных прутьев. Дело шло медленно, Фаргид всё чаще стал тревожно поглядывать в дальний угол склада, где одиноко маячил прямоугольник двери. Наконец магу удалось прорезать квадратное отверстие в стене, однако разрушился только бетон, стальные прослойки остались целыми, получилось как бы окно, забранное прочной решёткой.

— Не знаю, что делать с этим, — Грилл обессилено сел прямо на каменный пол. — Может попробовать сделать проход под полом? Ведь в храме получилось.

— Это долго, — возразил Фаргид. — У меня есть идея. Отойди‑ка от дыры и прибор тоже убери.

После того, как маг убрался, Фаргид подошёл вплотную к отверстию, положил руки на прутья, глубоко вздохнул…

На этот раз время сжимать не требовалось, вся мощь кластера была вложена в силу рук. Два слоя толстых прутьев удалось разогнуть до краёв дыры, но на этом магия закончилась. Четыре раза Грилл накачивал магией кластер, пока не удалось сделать достаточно широкий проход в стене. Руки Фаргида жутко ломило, возможно, были повреждены связки, но здесь вновь пришёл на помощь маг. Он залечил повреждения и вновь наполнил кластер магией, на случай встречи с охранниками. Парни выбрались в коридор, теперь враги остались за спиной, путь к храму был открыт. Короткая пробежка и вот она, спасительная дверь, Грилл открыл её отмычкой, пропустил всех вперёд, сам вошёл последним и закрыл замок изменённым кодом. В прорезанный люк Фаргид влез последним, задвинув за собой отверстие пустым ящиком для маскировки.

Перегородка была цела, бог‑людоед молчал. Процедура портирования много времени не заняла, вскоре в опустевшем храме только следы на полу указывали о недавнем присутствии людей. Сами же парни вновь оказались в искусственном подвале, куда фокусировался портал древнего храма. Но теперь их было только трое.

* * *

«Ушли… ушли, сволочи!», ‑ сознание Рогиола затопило бешенство. — «Проклятая служба охраны, проклятые глупые людишки!».

Маг поднял на уши все службы, могущие помочь в поимке преступников, но внутренний голос шептал, что всё напрасно, время упущено, дело загублено. Дело всей его жизни! Среди преступников шпион враждебного клана. Если он предаст сведения о магопроводе в Кайран… Рогиол схватил древний кубок, мастерски вырезанный из хрупкого драгоценного циолита и в сердцах разнёс его о стену на мелкие кусочки. Как ни странно, этот варварский поступок внёс какое‑то успокоение в мятущуюся душу мага. Рогиол сел в кресло, брезгливо поморщился: под ним оказался осколок злосчастного кубка, привстал, сбросил его рукой на пол.

— Экрон, — сказал маг в м‑фон, — через полчаса будь у меня. Это чрезвычайно важно. Будут также Сволд и полковник Долк. О встрече больше никому не сообщай.

— Понял, — коротко ответил старший координатор службы безопасности.

* * *

Фаргид с товарищами благополучно добрались до схрона, благо точка портала находилась довольно далеко от хранилища, которое словно муравьями, сейчас было окружено сотнями бойцов различных служб и ведомств. Естественно, Грилл заранее предусмотрел возможности отхода, сейчас на месте подвала, откуда парни портировались в хранилище, стоял старый (если судить по внешнему виду) полуразрушенный сарай.

— Что теперь? — Фаргид несколько растерялся, привычный ритм жизни нарушился, командир, который определял, кто и чем будет заниматься, погиб.

Грилл пасмурно глянул на него, хотел было промолчать, но, всё же, соизволил высказаться:

— Да ничего. Ты слышал, что говорил Дайрон? В случае удачи, воровство нам больше не потребуется. Магии у нас теперь столько, что хватит на несколько жизней безбедного существования, даже если её сбывать по дешёвке. Будем разбегаться. Хотя, честно сказать, я и сам не знаю, что делать. Сейчас в столице начнётся такой бедлам, что лучше отсюда свалить подобру‑поздорову. Продавать магию сейчас — то же самое, что написать на лбу: «это я обворовал хранилище».

— Может, пересидим на моём острове? Субмарина наготове, в ней как раз три места.

— Слушай, а идея неплоха! Правда, отсиживаться на острове долго нельзя, туда ищейки обязательно доберутся. Но что мешает нам уйти на судёнышке куда подальше? Вот только куда? Я родился и вырос в столице, причём за всю жизнь никуда отсюда не выезжал. — На последних словах Грилл покосился на Праста.

— Не смотри так на меня. Я такой же заклятый горожанин, как и ты.

После этого оба приятеля уставились на Фаргида, словно он немедленно должен разрешить эту проблему.

— А у меня, хоть я новичок в вашем мире, есть один адресок на архипелаге. И подробные инструкции как туда добраться.

— Прекрасно! — оживился Грилл. — Адресок, это для тебя. Мне же достаточно добраться до архипелага, там я найду, куда себя девать. А ты в курсе, что архипелаг — самое, как бы это сказать… беззаконное место в нашем славном мире? Тяжёлая рука центурии там становится почему‑то лёгкой и, чем больше монет в неё кладут, тем она благосклоннее. Совет магов и Дом силы, похоже, вообще забыли, что такое место, как архипелаг вообще есть на свете. Там полно бандитов, воров, подонков всех мастей. Короче говоря — самое то, для публики вроде нас. И там уж нас точно никто не найдёт. Советую и тебе не обращаться по заветному адресочку — лишняя наколка для ищеек. С тем богатством, что сейчас есть у нас, пропасть невозможно, если ты, конечно, не полный идиот.

— Ну, я так понимаю, теперь наша первейшая задача — попасть на остров? А дальше будет проще, ведь там в схроне есть запасы продуктов, оборудование, короче — всё необходимое для путешествия и дальнейшего существования.

— Соображаешь.

* * *

Весь следующий день заняла подготовка. Грилл тщательно продумал, какую внешность придать себе и друзьям, чтобы вызвать минимум подозрений, как быть с кое‑каким оборудованием, ведь хотелось прихватить побольше того, чего на архипелаге просто не найти. Кроме того, маг соорудил для Фаргида специальный инъектор магии, чтобы тот без посторонней помощи мог пополнять свой кластер. Приборчик походил на маленький медицинский шприц, но без иглы. Достаточно было прижать его хоботок к солнечному сплетению, нажать кнопку, да подождать минут десять. Это, конечно дольше, чем делал сам Грилл, зато обеспечивалась независимость, ведь заправлялся инъектор тоже очень просто — непосредственно от аккумулятора магии.

Утром следующего дня троица грязных оборванцев с облезлыми котомками за плечами двигалась в сторону океана по одной из улиц, где проживали такие же нищие бродяги. Пару раз местные «сборщики налогов» пытались пощипать сию троицу, но почему‑то всё кончалось тем, что им приходилось срочно драпать по причине разбитых… скажем так — лиц, или, если точнее, морд, хотя один из упомянутых оборванцев весьма не любил такие выражения. Уже когда парни подходили к набережной (опять же, если так можно назвать древний облупленный парапет, изгаженный гниющими отбросами, обрывками бумаги и кусками пластика) их остановил патруль, состоящий из четвёрки центурионов. Стражи порядка, обычно вальяжные и пренебрежительно‑брезгливые, сегодня были внимательны и насторожены.

— Куда идём, бродяги? Мало здесь грязи без вас? Что в сумках?

Грилл не ожидал подобной придирчивости, потому маленько растерялся. Но Праст суетливо опустил котомку, и, раскрыв, стал доставать грязные, жутко вонючие штаны.

— Начальник, не отбирай последнее, а? Эти штаны носил ещё мой отец, он завещал их мне, да строго наказывал продать только, если наступит крайний случай. Я и не хотел продавать, берёг до последнего, но не ел уже два дня, так и подохнуть можно. — Праст в жесте отчаянья прижал вонючую реликвию к груди, всем видом показывая, что скорее умрёт, чем расстанется с такой дорогой для себя вещью.

— А эти штаны случаем ещё твой дед не носил? Или прадед? Может он и в гальюн в них ходил, да оголять зад вовремя забывал? Убери эту гадость, здесь и без того вонища. Что в других сумках? — центурион повернулся к Гриллу с Фаргидом.

— Тоже одежонка на продажу, начальник, — залебезил маг. — Сейчас, минуту… только не надо сердиться, стирать‑то одёжку нам негде, вот она и того… маленько пованивает.

— Пошли вон! — центурион с отвращением плюнул, дал знак своим, после чего патруль величественно удалился.

— Слышь, Праст, — тихо сказал Грилл, — я просил придать тряпкам противный запах, но ты, по‑моему, сильно перестарался. Я думал, что сейчас блевону. После этого нас замели бы без делов. Откуда такой аромат?

— Если я расскажу, тебя точно вырвет. Пошли лучше дальше, а то опять легавых принесёт.

Резон в словах вора был серьёзный, потому двинулись к берегу без дальнейших препирательств. Троица некоторое время шлялась по берегу, увлечённо копаясь в мусоре, чем занималось и множество других оборванцев, затем тихонько скрылась в разваленном, заросшем сорняками старом доме. Через полчаса оттуда вышли три рыбака с суровыми, просоленными морским бризом загорелыми лицами, одетые в приличные брезентовые ветровки, с рыболовными снастями в руках. Как водится, у каждого за плечами висела рыбацкая прорезиненная сумка. Недолгие переговоры с первым попавшимся владельцем плавсредств закончились арендой небольшого рыболовецкого баркаса. Двигателя в нём, конечно, не наблюдалось, потому пришлось подналечь на вёсла. Скоро судёнышко подошло к одинокой скале на расстоянии примерно в полумиле от берега. Рыбаки редко промышляли здесь из‑за множества торчащих из воды каменных зубьев, но эти ребята видимо знали местные воды, потому безбоязненно приблизились к скале, а затем и вовсе скрылись за ней, буде кто наблюдал за ними с берега. Правда после этого их больше никто так и не увидел, только хозяин баркаса под вечер долго клял себя за излишнюю доверчивость, ведь парни на вид казались такими опытными да битыми. Скорее всего, утонули. Понёс же их какой‑то хрен к чёрному клыку, — именно так называли местные рыбаки проклятую скалу.

7

Фаргид же сотоварищи уже давно пребывали далеко от этого места, субмарина подходила к памятному островку, на котором курсант провёл в своё время достаточно долгое время. Но и здесь команда надолго не задержалась, на судно спешно погрузили всё, что сочли нужным, остальное Грилл похоронил, завалив тайник булыжниками при помощи своей магической машинки.

Вечером того же дня подлодка легла на курс к архипелагу. Расчётное время в пути составляло двенадцать суток, если, конечно, не возникнут непредвиденные задержки. Одна остановка была запланирована на сравнительно большом острове для пополнения запасов мяса, остальных продуктов должно хватить до конца путешествия. Потеря друзей всё ещё отзывалась болью в душе, но настроение у парней стало постепенно налаживаться, ведь удалось выскользнуть из кишащего ищейками города.

Управление субмариной было настолько простым, что вскоре его освоил даже не слишком друживший с техникой Праст. Теперь парни по очереди правили судёнышком, к сожалению, автопилотом лодка не была оборудована, зато имелся полный комплект приборов для подводной навигации. Двое суток движения прошли спокойно, лишь иногда надо было всплывать для пополнения запаса воздуха, пресную воду качали тоже в надводном положении из навесного опреснителя, прикреплённого к корпусу. На третьи сутки, в десять часов утра по хронометру судна, тревожно запищал сонар — впереди по курсу шёл большой надводный корабль.

— Давай ниже, — сказал Фаргид Гриллу, который как раз управлял субмариной. — Так, на всякий случай, лучше поберечься.

Маг кивнул, проделал нужные манипуляции, аппарат послушно пошёл на глубину. Тем временем сонар стал пищать громче, корабль явно приближался. Это не значило, что подлодку засекли, скорее всего, просто пересекались курсы движения. Когда противный писк достиг максимума, замигала красная лампа — это означало, что надводный корабль проходил прямо над субмариной. Но гаснуть тревожный сигнал так и не захотел. Значит, корабль остановился!

— Вперёд! — крикнули в один голос Фаргид и Праст.

Но Грилла не надо было подгонять, он и так выжал педаль скорости на максимум. Мотор у судёнышка был что надо — субмарина рванула вперёд, словно норовистая лошадь. Праста, который в этот момент стоял на ногах, хорошенько приложило о стену силой инерции. Внезапно лодку сильно тряхнуло, а затем швырнуло в сторону, закрутило и едва не перевернуло вверх дном. Это взорвалась глубинная бомба! Грилл усидел в кресле благодаря тому, что крепко держался за рычаги управления, Фаргида же с Прастом кидало туда‑сюда, словно камешки в пустой банке. Маг резко отдал рычаг глубины — субмарина пошла вниз почти вертикально. Новый взрыв раздался прямо над судёнышком, но значительно выше, потому встряска на этот раз была заметно меньше.

Грилл резко увёл лодку вправо, продолжая погружение вниз по косой. Разрывы бомб преследовали субмарину, однако повреждений пока не наносили — ведь судно предназначалось для глубоких вод, поэтому имело большой запас прочности. Однако бешеная гонка по извилистой траектории в конце концов должна была закончиться неминуемой гибелью подлодки, бомб преследователи не жалели, даже стали сбрасывать их по несколько штук сразу. Грилл увидел впереди слабое свечение и по какому‑то наитию направил судно прямо туда. Сзади разорвалось ещё две бомбы, но потом внезапно атаки прекратилось. Свечение становилось всё ярче, маг продолжал вести лодку к нему. Впереди оконтурилось какое‑то подводное строение, похожее на высоченную круглую башню. Оно‑то и освещало воды призрачным зеленоватым сиянием.

— Магия! — удивлённо воскликнул Грилл. — Эта штука набита магией под завязку!

Фаргид зачарованно рассматривал удивительную башню. Внезапно в нём снова проснулась другая личность, быстро вытеснила сознание курсанта, теперь это снова был… но он снова не стал даже в уме называть своё настоящее имя. Но дело не в имени. Вот оно! Ещё один элемент мозаики, ради которой его сюда и послали. Ещё одно хранилище магии, причём здесь её намного больше, чем в столице. Так… нужно запрограммировать дальнейшие действия курсанта и вновь надёжно спрятаться в скорлупе подсознания…

Фаргид очнулся. С ним сейчас произошло нечто странное и, он был в этом уверен, очень важное. Но что? Однако он сейчас откуда‑то знал, что необходимо сделать.

— Грилл, спускайся ниже!

— Зачем?

— Не спрашивай. Сам увидишь.

Субмарина стала кружить вокруг башни, спускаясь по спирали всё ниже. Где‑то в далёкой тёмной глубине показалась длинная светящаяся нить. Она ответвлялась от башни и уходила вдаль. Наконец, когда субмарина почти достигла дна, стало ясно, что на самом деле это вовсе не нить.

— Магопровод, — тихо сказал Грилл.

* * *

— Прекратить сброс бомб! — Рогиол лично руководил операцией по уничтожению сбежавших преступников, была проделана громадная работа по обработке поисковых данных, сложнейший анализ информации, в результате чего удалось вычислить, куда могли подеваться беглецы. Конечно, всему этому значительно помогло то, что верховный маг применил свои недюжинные умения, выявил оставленные следы, которые привели к берегу океана, нашёлся схрон на острове и следы пребывания там субмарины. Преступники опередили погоню всего на одни сутки, но теперь они найдены и уйти уже не смогут. Да вот незадача: субмарина подошла очень близко к одному из тайных подводных хранилищ магии, потому пришлось прекратить бомбардировку.

— Но мастер, — возразил капитан Неблас, — мы их почти достали. Следующая партия бомб обязательно повредила бы подлодку.

— Нельзя, — другому человеку бы маг не простил подобной дерзости, но Неблас… впрочем, сейчас не до воспоминаний. — Есть причина, которую я тебе назвать не могу. Надо, чтобы беглецы ушли из этого района, тогда можно будет их добить. Постарайся отслеживать их курс как можно точнее.

— Но сонар их потерял. На экране сильнейшие помехи, я затрудняюсь назвать их источник.

— Пытайся отыскать бандитов на фоне помех.

— Мастер, уровень шума настолько силён, что это невозможно. Может быть, вы отследите их с помощью магии?

— Я пытаюсь это сделать, дружище. Но пока безуспешно. Хотя… похоже лодка остановилась. Точно! Ну, мы тоже постоим. У нас время есть, а бандитам хочешь, не хочешь — придётся всплыть, пусть и через несколько дней.

* * *

Между тем субмарина подошла вплотную к трубе магопровода. Грилл остановил подачу магии в двигатель, затем повернулся к спутникам.

— Здесь нас бомбить точно не станут.

— Боятся повредить трубу? — спросил Фаргид.

— Я поражён твоей способностью к аналитическому мышлению.

— Спасибо. А что нам делать дальше? Так и висеть, приклеившись к трубе?

— Почему? Можно и к башне приклеиться для разнообразия.

— Ну да: что в лоб, что по лбу.

— Не скажи, — загадочно улыбнулся Грилл. — У башни магический фон в несколько раз сильнее. Слушай, из этой посудины можно что‑то выбросить наружу прямо под водой?

— Наверное… есть шлюз для отбора проб забортной воды. Но он маленький.

— Пойдёт. Теперь, парни, постарайтесь мне не мешать. Буду делать куклу.

Фаргид и Праст недоумённо переглянулись, но задавать вопросов не стали.

Маг тем временем вынул из сумки булку хлеба, выковырял весь мякиш, смял его в пластичную массу и вылепил на диво точную мини‑копию субмарины. Затем острой золотой иглой нанёс на макет сложную вязь рун. Завершились манипуляции тем, что маг покрыл всю поверхность неприятно пахнущей пастой, которая очень быстро затвердела.

— Ну вот, — полюбовался Грилл на свою работу, разглядывая макет на вытянутой реке. — Куколка готова. Теперь…

Он прикрепил к модели петлю индукционного отборника магии.

— Теперь, — повторился маг, — надо скинуть эту штуку прямо на трубу магопровода, чтобы она не соскользнула вниз, а самим на какое‑то время прижаться к башне. Модель начнёт запитываться прямо от магопровода через индуктор, наверху проявится её сигнал. Хороший маг увидит его, даже на сильном фоне помех от башни и магопровода. А мы под прикрытием этого сигнала потихоньку уйдём вдоль магопровода на достаточное расстояние, а потом отвалим в нужном нам направлении. Ребятишки же наверху пусть ожидают, пока наша кукла надумает всплывать. Долго же им ждать придётся!

Чтобы опустить модель прямо на трубу пришлось повозиться, она едва не соскользнула на дно, но удержалась петлёй индуктора за какую‑то неровность на поверхности магопровода. За рычагами управления теперь сидел Фаргид, он крайне осторожно отвёл субмарину в сторону, чтобы завихрения воды не смыли куклу с трубы. Около часа лодка провисела неподвижно, прижавшись к башне, (так потребовал Грилл) потом очень медленно двинулась на восток, куда уходила труба. За два часа такого черепашьего хода удалось уйти от башни на расстояние не более полумили, но маг пока не разрешал прибавлять скорость. Руки у Фаргида вспотели от напряжения, ведь посудину приходилось вести впритык к трубе, а натолкнись на неё… может ничего и не будет, а может, наступит конец путешествию. Печальный конец. Лучше поберечься.

— Можно немного добавить, — вполголоса сказал Грилл. — Чуточку. Потерпи, парень, через милю дёрнем полным ходом. Пройдём вдоль трубы ещё пяток миль и можно выходить на прежний курс.

— А корабль не идёт над нами? Сонар‑то наш помехами захлебнулся и ни хрена не видит.

— Теперь могу точно сказать, что нет. Я вижу его метку в поле сигнала куклы. Стоят болезные прямо над ней, стерегут! Ну, пускай бдят. Или как будет правильно, бдут?

— Угу… ещё «бдют скажи. Или бздют.

— Попрошу не издеваться над языком, — здесь Праст не выдержал, потому сразу же влез с назиданиями.

— Как скажешь, камрад, — улыбнулся Грилл и весело переглянулся с Фаргидом. Собственно вся комедия с коверканьем несчастного слова и была затеяна с целью вывести вора из полусонного смуряния.

Праст подозрительно взглянул на обоих, осуждающе поджал губы, затем удобнее устроился в кресле, закрыл глаза, намереваясь вздремнуть.

— О‑о‑о, — протянул Грилл, — некоторые уже сплют.

Однако подначка с коверканьем уже не действовала, Праст даже не шевельнулся.

— У парня железные нервы, — в голосе Грилла послышалась зависть. — Меня, к примеру, до сих пор лихорадит после бомбёжки.

— Оно и видно, — пробормотал Праст сквозь сон, — вон бред какой несёшь.

Ещё через полчаса субмарина добавила скорости и через пять миль взяла прежний курс на север. Но в свете новых обстоятельств, парни решили не заходить на остров для пополнения запасов мяса, там их вполне могли ожидать. Вместо этого решено было заглянуть на небольшой рыбацкий островок, лежащий чуть в стороне от курса на архипелаг, чтобы закупить рыбы, вместо того, чтобы её ловить. Теперь время в пути играло решающую роль, поэтому тратить его на добывание пищи не стоило. Перед каждым всплытием на поверхность тщательно сканировался воздух на предмет отсутствия поисковых слипов.

* * *

— Фаргид, — слушай, — сказал Праст, у которого как раз была вахта управления, — мне не нравится то, что показывает сонар. Странное мутное пятно впереди, оно, к тому же, ещё и двигается.

— Ну, раз двигается, значит, живое. Только что‑то оно больно великовато.

— Так и я же о том. Может отвернуть в сторону?

— Конечно, тут и думать нечего. Дай‑ка я на время сменю тебя на руле. Мне тоже очень не нравится эта штука.

Фаргид повернул субмарину почти на девяносто градусов и повёл её по широкой дуге, огибая странный объект. До островка, где задумали прикупить рыбы, осталось всего ничего — миль шесть‑семь.

Однако объект явно заинтересовался судёнышком, сонар показал, что он довольно быстро приближается. Фаргид дал полный ход и повернул лодку в противоположную сторону. Объект на какое‑то время отстал, но потом резко прибавил скорость, дистанция стала быстро сокращаться.

— Грилл, давай на моё место! Я займусь пушкой!

Маг без лишних вопросов сел за управление, Фаргид же проверил готовность бортовой пушки к стрельбе. Ещё раньше, ещё на острове, он доработал гарпун, привязав к острию гранату, над которой до этого хорошенько потрудился Грилл, дополнив заряд магией, потому судёнышко могло серьёзно огрызнуться на атаку морского хищника, а в том, что это именно крупное подводное животное, уже не было сомнений. Сама пушка располагалась в носовой части, поэтому, чтобы попасть в преследователя, нужно было развернуться. Чуть левее курса лодки появился коралловый риф, чем Грилл немедленно воспользовался: он увёл судно за него, затем развернул на сто восемьдесят градусов и резко остановил, давая возможность стрелку должным образом встретить врага.

Через секунду из‑за рифа показался преследователь. Вблизи его размеры оказались устрашающими: он был крупнее лодки раза в три. Это было настоящее чудище веретенообразной формы с здоровенной, усеянной зубами пастью. Наверное, хищник посчитал субмарину добычей, потому так рьяно преследовал её. Фаргид не стал испытывать судьбу — едва хищник оказался на доступном расстоянии, немедленно выстрелил. Короткая, но мощная отдача пружины, стремительный полёт гарпуна и в пасти чудовища расцвёл огненный цветок. Субмарину сильно тряхнуло, а пространство впереди окрасилось в тёмно‑алый цвет. Грилл дал задний ход, одновременно уводя судно в сторону, на случай атаки чудовища. Но за субмариной уже никто не следовал, видимо хищник серьёзно пострадал от взрыва, судя по кровавому туману, расползавшемуся в воде безобразным облаком.

Через несколько минут над красной мутью появилась туша монстра, безвольно всплывавшая вверх.

— Он подох? — прошептал Грилл.

— Почему так тихо спрашиваешь? — оглянулся Фаргид. — Издох, мерзавец! Умер!

— Умирают люди, — поправил Праст, — монстры как раз дохнут.

* * *

На островке к причалившей субмарине сбежались все жители, а когда узнали, что гости хотят купить рыбу, поднялся настоящий бедлам — каждый до хрипоты орал, что у него самая лучшая, вкусная, свежая, крупная…

Конечно, парням столько рыбы нужно не было, но сбивать цену они не стали, без торга заплатили столько, сколько хотели продавцы, в кои‑веки здесь появлялись покупатели. Да и цена, в общем, оказалась смехотворной по сравнению с городской. Потому и покупатели, и продавцы остались крайне довольны друг другом. Гостеприимные хозяева немедленно пригласили парней на обед, который, естественно, целиком состоял из рыбных блюд в различных вариациях.

— Слушай, Эклид, — обратился Фаргид к сидящему рядом старосте посёлка. — Мы тут, возле рифа подстрелили здоровенного монстра, он наверно и сейчас там плавает вверх брюхом. Что за тварь, не расскажешь?

Староста недоверчиво глянул на гостя.

— Ты не о грайзе случаем говоришь?

— Не знаю. Я грайза никогда не видел. Такая длинная хвостатая зверюга с пастью размером как ваши хижины на берегу.

— Это грайз! — громко вскрикнул Эклид. — Они убили грайза!

Поднялся невообразимый шум, все рыбаки орали, перебивая друг друга, затем принялись радостно хлопать гостей по плечам. Выяснилось, что грайз давно терроризировал окрестные воды, из‑за чего рыбаки боялись далеко выходить на своих лодчонках, естественно уловы резко сократились, оптовые скупщики стали редко заглядывать на островок, потому торговля рыбой пришла в упадок.

— Тихо! — рявкнул староста. — Ты поможешь нам, — повернулся он к Фаргиду, считая его главным среди гостей, — подтащить тушу к берегу? Мясо грайза очень вкусное и дорогое. Наши лодки слишком малы, чтобы можно было буксировать такой вес, а ваше удивительное судно, думаю, легко с этим справится. Вам тоже польза — вкусная еда в дальней дороге, наберёте мяса, сколько хотите. Кстати, вкус его совсем не похож на рыбный.

— Помогу. Только есть одно условие.

— Говори.

— Если кто будет спрашивать о нас, о нашем судне — вы никого не видели и ничего не слышали.

— Хорошо. Можешь мне верить. Иногда наш остров посещают контрабандисты, но власти этого не знают. Зачем нам это рассказывать? Контрабандисты расплачиваются за постой товарами и продуктами, власти же и спасибо не скажут за сведения о них. А вы избавили нас от грайза, купили рыбу по хорошей цене, да теперь ещё поможете притащить тушу к берегу! Кем я буду, если после этого предам вас властям? Вы теперь наши друзья, поверь, мы умеем ценить дружбу.

— Верю, Эклид. Ну, подымай своих ребят, а мы пойдём на субмарину, поплывем за тушей грайза. Привязывать её будете сами, мы этого, пожалуй, сделать не сумеем.

* * *

— Ну, вот мы почти на месте, — Фаргид следил за посылками сонара, который уже на подходе к архипелагу начал засекать множество неподвижных объектов — коралловые рифы, отдельные глыбы скал, возвышавшиеся над поверхностью воды, чуть дальше, судя по откликам сигналов, находился приличных размеров остров.

— Только не надо спешить на поверхность, — предупреждающе сказал Грилл. — Места здесь дикие, люди, наверное, тоже.

— Ясный пень, сначала поднимем обзорную трубу.

Однако ничего особенного труба не показала: довольно унылый галечный пляж, на котором там‑сям валялись облизанные водой большие камни, несколько одиноких скал, да чайки, стайками бродящие по берегу, разыскивали что‑то среди выброшенных водорослей. Потом берег уходил круто вверх, превращаясь в пригорок, и что было дальше, разглядеть никак не получалось.

— Тихо вроде. Надо найти место для субмарины, а тогда уже выходить на берег.

— Выбирай, где понравится. Грот я уж как‑то сумею создать, здесь нам никто не помешает.

Фаргид повёл судно вдоль берега, наконец, отыскалась скала, половина которой располагалась в воде, а часть выступала на берег, в ней Грилл и вырезал подводный грот при помощи своего строительного прибора. Времени работа заняла изрядно, по окончании её день уже клонился к вечеру. Парни выбрались на берег через оборудованный магом сквозной проход из грота на берег.

Быстро темнело. Костёр для приготовления пищи разводить не стали, чтобы не привлекать излишнего внимания аборигенов, хотя очень хотелось поджарить вкусного мясца грайза. После ужина сухим пайком решили провести короткую разведку. Сразу отыскалась тропка, ведущая вглубь острова, хотя трудно было понять, кто её протоптал — люди, либо животные. Вскоре она привела парней к небольшому каменному дому, правда очень ветхому, по‑старчески скособочившемуся, словно ему уже было трудно стоять ровно под гнётом прожитых лет. Единственное окошко тускло освещалось изнутри пляшущим неверным светом явно не электрического происхождения. Фаргид аккуратно постучал в дверь.

— Попробовал бы я вас не пустить, — глуховато прозвучал низкий, чуть хрипловатый мужской голос. — Заходите, но у меня сегодня ничего нет.

— Здравствуй, хозяин. Похоже, ты нас принимаешь за кого‑то другого. Мы здесь совсем недавно и никого не знаем.

В тесной комнатёнке, освещённой только огнём, горевшим в топке камина, за столом сидело два человека — пожилой густобородый кряжистый мужик и худенькая девчушка лет тринадцати — четырнадцати.

Когда вошли все гости, в комнате стало совсем невпроворот.

— Гм… я не слыхал, чтоб к нашему острову причаливал какой‑то корабль. Но вас я точно вижу в первый раз. И какая нелёгкая занесла таких видных парней в эту дыру?

— А давай мы не станем отвечать на этот вопрос, слишком долго рассказывать, да и ты всё равно не поверишь. Могу сказать, что мы из очень дальних краёв. Ищем, где остановиться. Не посоветуешь чего?

— Э‑э‑э, парни, не там вы ищете приют. Как вы вообще попали на этот остров? Кральд ревностно охраняет подступы к нему, словно здесь запрятаны немыслимые сокровища, хотя кроме помёта чаек, камней, скал, да нескольких хилых рощиц на острове ничего нет.

— Хозяин, давай хотя бы познакомимся для начала, а потом начнём разбираться: как мы сюда попали и кто такой Кральд. Меня зовут Фаргид, парня с хвостом белых волос — Грилл, а вот это — Праст. Мы люди не злые, без повода в гнев не впадаем.

— Зато снаряжены хорошо. Оружие ваше явно не на архипелаге сделано. Ох, ребята, не похожи вы на бедных странников, ищущих приют, — хозяин довольно неприветливо обвёл взглядом поздних гостей, хлопнул широкой ладонью по столу и продолжил:

— Ну, да раз пришли — садитесь за стол. Накормить могу вас только постной бурдой из овощей, хлеба, к сожалению, нет. Рыбалка сегодня не удалась, снасть унесла шальная гирда, будь она неладна. Сеть теперь взять негде, последние деньги отобрали парни Кральда, да и купить её здесь всё равно нельзя. Санка, детка, принеси гостям тарелки и ложки.

— Хозяин, не стоит беспокоиться. Мы отужинали. Не побрезгай, возьми. — Фаргид достал из поясной сумки две пачки с бортовым пайком. — Хоть и сухомятка, но сытная. Больше с собой нет, завтра ещё харчей подбросим.

— Спасибо! — голос мужика подобрел. — Но мне нечем платить за это.

— Дык мы и не торговцы, а гости. Имя хоть скажешь?

— Ох, совсем память отшибать стало! Вартом меня кличут, простите, что сразу не назвался.

— Отлично, Варт! Дочку, мы уже поняли, звать Санка.

Парни устроились на лавке, Фаргид предусмотрительно оставил в поле зрения вход, Грилл сделал несколько коротких движений пальцами — так он «щупал» магией ближнее пространство. Праст, по своему обыкновению, молчал.

— Тогда я сейчас коротко расскажу, куда вы попали и кто такой Кральд, — Варт жестом отослал дочку в каморку, она вынесла оттуда жбан душистого квасу.

— Это чтобы у меня от разговора горло не просыхало, а вам тоже веселее будет слушать. Так вот — остров наш называется Коргун, живут здесь рыбаки с семьями. Точно не скажу сколько, пожалуй, человек сто пятьдесят наберётся. Это если всех, считая и малых детей. Мужиков, которые рыбачат намного меньше, наверно тридцать — сорок. Кроме рыбаков здесь обретается банда Кральда — двадцать здоровых парней. Хорошо вооружены не все, но десяток карабинов наберётся. Кроме того, у каждого бандита есть широкий нож в локоть длиной и добрая дубина. Как вы думаете — зачем им нужны эти штуки?

— Считай, уже догадались. И много парни у вас рыбы отбирают?

— Если улов хороший, то могут треть оставить, если плохой — забирают весь, им бедствовать не положено.

— Но сегодня у тебя вообще нет улова.

— Наверно им кто‑то сказал о моей пропавшей снасти. Иначе давно бы явились за рыбой. Я грешным делом на вас и подумал…

— И что Кральд делает с рыбой?

— Продаёт оптовикам, ясное дело. У нас они тоже рыбу скупают. — Варт невесело вздохнул. — Вот у них и можно новую снасть купить, а приедут они только через три дня. Значит, это время я буду без улова, да и денег на покупку сети нет. Надо просить в долг у Кральда, а он дерёт несусветный процент.

— Да не переживай. Поможем купить тебе снасть. Какие тут хоть деньги в ходу?

— Ну какие… всякие. Особенно в цене столичные кредиты, за них ведь можно тамошний товар купить.

— Держи — Фаргид выложил на стол десятку.

Варт недоверчиво взял банкноту, внимательно осмотрел, поднял глаза на гостя.

— Настоящая?

— Что ни на есть.

— Боги архипелага! Да за такие деньги… здесь дом можно купить! Хороший! Не то, что моя развалюха! А лучше — уехать отсюда к демонам! — внезапно хозяин осёкся. — Я не возьму такие деньги, потому что никогда не смогу их вернуть.

— Можешь считать их платой за информацию, она стоит того. Просто тебе повезло — попадись нам кто другой, деньги достались бы ему.

— Но ты слишком щедр.

— Слушай, давай не будем о деньгах? Спрячь, они тебе ох как пригодятся. Бандиты точно сегодня не придут? А то нам надо уходить.

— Уже поздно, в такое время они редко являются. А если и придут — лучше вам быть отсюда подальше, не попадаться им на глаза.

— Знаешь, пусть лучше они нам на глаза не попадаются. Но так, наверно не получится. Кажется мне, что на вашем островке грядут большие перемены. К лучшему, Варт, к лучшему, — улыбнулся Фаргид, видя удивлённые глаза хозяина и девчонки. — До завтра, спасибо за гостеприимство.

На дворе уже окончательно стемнело, небосклон сиял мерцающими бисеринками звёзд, из ближней рощицы неслось многоголосье сверчков. Фаргид всей грудью вдохнул ночной воздух, пахнущий солью океана, цветочными ароматами, свежескошенными травами, правда, идиллию немного нарушал запах коровьего навоза, доносившегося из хлева.

— Была у меня коровёнка, — Варт тоже вышел из дому, чтобы проводить добрых гостей. — Но она очень понравилась Кральду.

— Что, так вот взял и отнял?

— Предложил мне «честную» сделку. Он, видишь ли, выпускает собственные островные деньги. Давал мне миллион.

— Понятно. Знаешь, мне всё больше не нравится этот Кральд.

— Он не нравится никому. Даже парни из банды недолюбливают своего вожака, хотя сами ничуть не лучше его.

— Ладно, Варт, пора нам. Спокойной ночи.

— Вам тоже спокойной ночи, парни. Где ночевать‑то будете?

— Найдём место.

Троица гостей двинулась в сторону океана, через минуту их силуэты растворились в вечернем полумраке.

— Пойдём дочка, — Варт тепло приобнял девчушку за плечи, — пора и нам отдыхать.

— Отец, это хорошие люди. Я чувствую.

— Я тоже так думаю, дитя. Но им грозит большая опасность — Кральд такую добычу не выпустит из когтей. А то, что парни хорохорятся… что три человека могут сделать против двадцати?

— Они сильные! — в голосе девушки послышалось упрямство. — Вот увидишь: Кральду и его банде несдобровать.

— Это кто там о нашем вожаке так непочтительно говорит? — раздался из темноты грубый голос. — Да и нас — самых порядочных людей на этом вонючем островке, бандой обзывает?

К дому подошли четыре здоровых парня. Один был вооружён карабином, остальные многозначительно положили руки на подвешенные к поясу дубинки.

Санка испуганно прижалась к отцу.

— Чего явились? — неприветливо спросил Варт. — Я сегодня без улова, завтра пойду деньги занимать у Кральда на новую сеть.

— Гляди, занимать он пойдёт, — говоривший повернулся к своим товарищам. — А у самого такое богатство имеется, хоть бы постыдился честным людям в глаза врать.

— Где ты видишь богатство? — немного растерялся Варт. — Корову вы же и забрали, денег у меня нет, даже рыбы сегодня не наловил.

— Дурак ты Варт. Вот оно — богатство! — бандит схватил за руку Санку и сильно дёрнул к себе. Девушка вскрикнула от неожиданности и боли. Отец, однако, удержал дочку.

— Постыдись Триур, это же ещё ребёнок!

— Какой ребёнок? Самый сок! Я дам тебе за неё полкредита. Настоящих! Как раз сеть себе купишь, да хорошей еды и вина. А девка у меня будет жить в сытости и богатстве. Обещаю.

— У тебя и так уже три жены есть. Все живут в хлеву, насколько я знаю, да рук с утра до вечера не покладают, ухаживая за твоей скотиной. Рабыни это, а не жёны.

— Так то жёны плохие, а Санка будет самой любимой. Завалю подарками и нарядами, увидишь, какой красавицей станет. И работать она не будет. Я человек честный и благородный, слово своё держу.

— Спасибо, но дочь свою я пока замуж отдавать не собираюсь, если хочешь, поговорим об этом через пару лет.

— Ладно. Я хотел по‑хорошему, но видать быдло, вроде тебя, не понимает добрых слов.

Бандит выхватил дубинку, замахнулся, но Варт был начеку — он резко толкнул Триура ногой в живот, от боли тот согнулся в три погибели. В руках хозяина мгновенно оказалась лопата, стоявшая до того у двери. Санка отпрянула и спряталась за спиной отца.

— Иди в дом, дочка — резко сказал Варт. — Закрой дверь на засов, а я сам с ними разберусь.

— Это с кем ты разбираться собрался, хрен вонючий? — Триур уже очухался и взял наизготовку карабин. Подельники придвинулись ближе, поигрывая дубинками.

Варт понял, что пришёл его последний час, но мысль об этом промелькнула где‑то на краю сознания, главным вопросом сейчас было: как уберечь дочь?

— Нет, пулю на такое дерьмо тратить жалко, — с сожалением сказал Триур. — Лучше забьём его дубинами, правда, парни? Заодно развлечёмся, а то скучно как‑то стало на островке.

Довольные смешки были лучшим доказательством согласия.

— Так я сейчас тебя развлеку, урод! — раздался голос за спиной бандита. Триур быстро повернулся, успел заметить тёмную фигуру, но на этом все наблюдения закончились, голова взорвалась жуткой болью, он без сознания свалился на землю.

— Кто ещё желает повеселиться? — незнакомец держал в руке дубинку Триура, невесть как оказавшуюся у него.

— Ты кто такой? — угрожающе спросил другой бандит. — За это, — он указал на лежащего Триура, — Кральд тебя с дерьмом смешает. Если, конечно, это не сделаем мы.

— Так вам и предлагается развлечение. Вашего друга я свалил ударом сзади, теперь этот номер, к сожалению, не пройдёт.

Пока незнакомец говорил, один из бандитов, пользуясь полумраком, слегка отступил в сторону, затем резко прыгнул вперёд, на ходу нанося удар дубиной. Но там никого не оказалось! Зато в затылок бандита врезалось что‑то тяжёлое, после чего он тоже выбыл из игры.

— Вот! Совсем весело стало! Но как же мне повезло — свалил такого умелого парня!

В каждом слове незнакомца сквозила издёвка и презрение.

Оставшиеся на ногах бандиты почувствовали себя очень неуютно. Внезапно один из них болезненно охнул и тоже упал — сзади его огрел лопатой Варт.

Последний бандит вдруг развернулся и дал дёру. В темноте что‑то хряснуло, потом оттуда показался Грилл.

— Пусть там полежит, на фига тащить сюда такого кабана.

— А если очнётся и сбежит?

— Не выйдет. Я его придавил заклинанием тяжести, он даже руку поднять не сможет.

— А Праст где?

— А вот он я. — Из темноты выступила худая фигура вора. — Бандитов, вроде, больше нет.

Варт подошёл к Фаргиду, благодарно обнял, затем крепко пожал руки другим своим спасителям.

— Парни, не знаю, чем благодарить, но теперь я ваш вечный должник. Главное, что вы спасли Санку, я‑то и так долго пожил в этом мире.

— Не спеши себя хоронить, Варт, тебе ведь лет сорок пять, не больше — отозвался Фаргид.

— Сорок два. Однако, парни, что будем делать с бандитами?

— У тебя подвал есть?

— Имеется, причём довольно глубокий. Правда, там рыбой страшно воняет.

— Вот и хорошо. Пусть нюхают.

— Э‑э‑э… ты хочешь…

— Связать бандитов, заткнуть рты кляпами и оттащить в подвал. Есть другие предложения?

— Да нет, — неуверенно ответил хозяин. — Но ведь их придут искать другие люди Кральда.

— Пусть приходят, мы устроим тёплую встречу. Подвал, кстати, большой?

— Их тоже… того?

— Ага. Там им самое место.

* * *

Хватились пропавших парней только пополудни следующего дня. К хибаре Варта подошло шестеро бандитов, у каждого за плечом болтался карабин. Похоже, бандиты пока не осознали степени грозящей им опасности, потому вели себя не слишком осторожно.

— Эй, как там тебя… Врат… Врит… тьфу! Ну и имечко! Здесь у всех не имена, а собачьи клички. Короче, наших парней не встречал? Они вчера собирались к тебе заглянуть.

— Заглядывали, — хмуро сказал Варт. — Затем дальше пошли, куда — не сказали.

— В какую сторону пошли? — оживился бандит.

— В сторону берега. Я так понял, у них есть что выпить, наверно решили у океана посидеть вечерком. Погода была очень располагающая.

— Понятно. Пошли, ребята. А ты — бандит сурово зыркнул на Варта, — гляди мне! Если узнаю, что соврал — убью!

— Какой смысл мне врать? — безразлично сдвинул плечи Варт. — Пользы никакой, а вред может быть серьёзный.

— Соображаешь! — хохотнул бандит. — Ладно, мы на берег, назад в гости заглянем. Хочу на дочку твою взглянуть, больно уж Триур её расхваливал. Кстати, где она?

— Ушла к подружкам. По хозяйству нынче работы нет, вот я и отпустил её погулять.

— Смотри — догуляется! Мы‑то люди порядочные, а среди вашего брата, рыбака, те ещё сволочи попадаются.

— Одна надежда на вашу защиту, — буркнул Варт.

Бандит с подозрением глянул на него — не хамит ли? Но выражение лица мужика было абсолютно нейтральным.

Вскоре толпа бандитов скрылась за поворотом тропы, ведущей к океану. Варт сплюнул, зашёл в дом, достал с полки кубик переговорного устройства, оставленного вчерашними гостями.

— Фаргид! Слышишь?

— Привет, Варт! — отозвался кубик голосом Фаргида.

— К вам гости. Шесть человек, у всех карабины. Но ведут себя расхлябано, к тому же, не совсем трезвы.

— Понял тебя. Встретим гостей как надо. Ты будь на месте, если что — сигналь через кубик.

— Хорошо. Осторожней там, парни.

* * *

— И что с ними делать? — Фаргид пребывал в сомнениях насчёт дальнейшей судьбы бандитов.

— Убивать не стоит, — убеждённо сказал Грилл. У нас есть парализаторы: два залпа — и они лягут.

— Да я не о том. Что с ними потом делать? Держать в плену и кормить?

— Давай для начала разберёмся с ними. Решать, что делать, будем потом.

Парни переговаривались через кубики, каждый выбрал удобную скрытую позицию среди скал для стрельбы по непрошеным гостям.

Вскоре показались бандиты. Они оживились, завидев на пляже остатки костра, пустые бутылки и банки. Откуда им было знать, что это бутафория, устроенная Фаргидом с товарищами для достоверности версии Варта о вечерней попойке. Бандиты, галдя как на базаре, поспешили к потухшему костру.

— Ух ты! Гляди, что они тут пили! Я и бутылок‑то таких не видал. Гады! А мне Триур говорил, что кроме самогонки у него ничего нет.

Внезапно говоривший замертво свалился на землю. За ним упали ещё двое. А вот оставшиеся на ногах бандиты сориентировалась быстро. Они зигзагами рванули к ближним скалам, одновременно рассыпаясь в стороны, создавая затруднения невидимым стрелкам. Один споткнулся, упал, будто наткнулся на преграду и остался лежать на земле, двум другим удалось скрыться за большими валунами. Правда, положение их оставалось незавидным: эти валуны стояли на берегу особняком, бежать к массиву скал пришлось бы по открытому месту. Но отсиживаться за камнями бандитам не позволили — в воздухе появилось два светящихся шарика, налились злым голубоватым сиянием и, шипя, словно рассерженные змеи, медленно поплыли в сторону валунов, укрывших беглецов. По пути шарики увеличивались в размерах, когда же добрались до цели, стали похожи на маленькие раскалённые добела солнца. Шипение их стало настолько сильным и зловещим, что бандиты в страхе рванулись к дальним скалам, сзади раздался грохот — валуны разлетелись каменными брызгами от чудовищной температуры. Однако беглецы к этому времени уже лежали на земле, сражённые выстрелами парализаторов, осколки камней со свистом пронеслись над ними, не нанеся вреда.

Все шестеро были перетащены в подвал к своим дружкам, Грилл для верности придавил парней заклинанием тяжести. Таким образом, половина банды уже была нейтрализована. Фаргид решил, что пора перейти к наступательным действиям, поскольку, если теперь бандитов начнут разыскивать дружки — то во всеоружии и с максимальной осторожностью. Не стоит давать фору Кральду, лучше опередить его. Маленький отряд, проводником которому служил Варт, двинулся к резиденции главаря банды. Зайти решили со стороны рощицы, почти вплотную примыкавшей к ограде особняка Кральда, для обеспечения максимальной скрытности.

— Странно, но во дворе пусто, — сказал Праст через кубик связи.

Его отправили на дерево в качестве наблюдателя. Вор взобрался наверх словно кошка — быстро и очень ловко. Впрочем, учитывая его профессию, это легко объяснимо. На зрение он тоже не жаловался.

— Неужели остальные тоже отправились на поиски? — непонятно у кого спросил Фаргид.

— Часовые всё равно должны быть на постах, — сказал Варт. — Кральд очень ценит собственную безопасность.

— Нет никаких часовых, — снова отозвался кубик голосом Праста. — И входная дверь открыта, ветер её гоняет туда‑сюда.

— Странно, — сказал Фаргид. — Выходит, там никого нет? Грилл, может, попробуешь прощупать?

— Далеко, надо бы поближе подобраться. Кстати — вон хлев какой‑то. Не то курятник, не то коровник.

— Там рабочие Кральда и других бандитов живут. Нелюбимых жён там же держат — откликнулся Варт.

— Но сейчас‑то все на работах, верно? Я к тому, что за хлевом можно ближе к дому подобраться и прощупать что и как.

— Ладно, одними разговорами дела не решить, — сказал Фаргид. — Мы с Гриллом идём на разведку, Праст следит за обстановкой с дерева, Варт, ты остаёшься здесь, может, для чего и сгодишься.

— Да уж, постараюсь.

Самым странным оказалось то, что дом действительно оказался пуст. Сначала Грилл с доступного расстояния, спрятавшись за хлевом, просканировал его, а затем, для вящей убедительности, прошерстил вместе с Фаргидом дом изнутри. Надо сказать, жил бандит весьма недурственно: дорогая мебель, много техники, отличная внутренняя отделка комнат — всё буквально кричало о богатстве хозяина, особенно, если сравнивать это с нищетой рыбацких жилищ.

— Ох и не нравится мне всё это, — вполголоса пробормотал Фаргид. — Что же заставило Кральда оставить своё добро без присмотра?

Однако эта странность вскоре выяснилась: когда парни вышли во двор, их встретили сурового вида ребята со стволами наперевес. Десять человек в военной форме, правда, неясно какой страны, окружили дом. Тут же, под присмотром ещё двух солдат, понурив голову, стоял Праст. То, что вора удалось застать врасплох, само по себе говорило о степени профессионализма незнакомцев. Но Варта не было, возможно ему удалось скрыться.

— Где остальные? — недобро спросил крепко сбитый парень с грубыми, рублёными чертами лица — видимо, командир группы. — Вас должно быть десятеро.

— С чего ты взял? — ответил Фаргид.

— Не придуривайся, гнида! Где остальные бандиты?

— Так я и сам пришёл сюда за тем, чтобы это узнать. Вы сами кто будете?

— Не тебе здесь задавать вопросы! Последний раз спрашиваю: где…

— Хорошо, пойдём, я покажу вам часть банды, если это те, кого вы ищете. Мне кажется, что со второй частью вы уже разобрались. Да спросите у любого местного, он вам скажет, что мы к банде Кральда не имеем никакого отношения.

— Угу… значит новые хозяйчики на остров заявились. Таких мы тоже встречали. Разберёмся. Веди!

Фаргид досадливо поморщился, но подчинился, да и что ему оставалось делать?

Вскоре все бандиты были переданы в руки отряда солдат. Фаргида с Гриллом и Прастом заперли в хлеву, пообещав к вечеру разобраться с ними.

— Н‑да… попали, — пробормотал Грилл. Кто же такие эти ребята? Явно не из столицы.

— Ты сам мне рассказывал, что архипелаг самое незаконное место в Страйде, — ответил Фаргид. — В таких местах у кого больше кулаки — тот и хозяин. Эти, похоже, воюют с бандами на островах, но вот кто ими командует?

— Во, во. Я о том же. Другое дело: мне думается, что они с нами долго разбираться не станут — шлёпнут и все дела. Ты же слыхал, за кого нас приняли. Слушать наш трёп никто не станет, даю сто против одного.

Сразу оживился Праст: ставки — это как раз то, в чём он разбирался лучше других.

— А я ставлю столько же против того, что когда сюда заявятся эти парни, нас уже и след простынет.

— Ух, какой же ты догадливый! Конечно — отсюда надо валить и побыстрее, только бы вот не влипнуть по новой. Тогда уж нам точно кирдык. Жаль, что моего приборчика здесь нет. Сейчас бы проход соорудил под землёй по быстрому…

— Обойдёмся без приборчика — ухмыльнулся Праст. — Это тебе поможет? — вор достал из кармана смятый мякиш хлеба, на котором чётко отпечатался силуэт ключа к двери хлева.

Грилл с Фаргидом переглянулись и на лицах обоих появились улыбки.

— Когда ты успеваешь это делать? Ведь даже рядом с тюремщиком не стоял.

— Эх‑х… и где ваши глаза были? Ключик‑то на полке лежал. Я сразу слепок сделал, а ключ положил на место, чтоб навесным замком чего доброго не закрыли.

Грилл сделал образ ключа из магической субстанции, завёл в скважину и отпер замок. Внимательный осмотр окрестностей в приоткрытую дверь показал, что к охране хлева отнеслись крайне наплевательски, не оставив даже захудалого часового. Парни быстрым ходом направились к морю, прячась в придорожных рощицах от случайного взгляда. Один раз пришлось залечь за камнями, поблизости проходила группа солдат количеством около двадцати человек.

— Ого, а их тут много, — прошептал Грилл. — Причём — это другие парни, тех‑то я всех запомнил.

* * *

— Мастер, на архипелаг, как вы и распорядились, направлены несколько подготовленных групп для поиска беглецов. Я отобрал лучших людей. Каждая группа будет действовать под видом банды, желающей отхватить себе островок на архипелаге.

— Дожились. — пробурчал Рогиол, — приходится маскироваться под бандитов. Но мятежникам недолго править на архипелаге, скоро я ими займусь, пока же есть более важные дела.

— Я слышал, — осторожно продолжил полковник Долк, — мятежники направили на отдалённые островки архипелага подразделения своей, с позволения сказать, армии, для очистки от криминальных элементов. Делают вид, что наводят порядок, хотя сами мало в чём отличаются от бандитов.

— Пусть себе. Нашим парням это даже на руку — в мутной воде легче рыбку выловить. Отряды «армии» мятежников им не соперники, а нас тоже не заподозрят в подрывной деятельности против новоявленных властей архипелага — кто поймёт: банда это, или наши парни? А пока поиграем в лояльность с кликой майора Ниррока. Кто мог подумать, что отставной майор может сотворить нам столько гадостей? Надо было его не ссылать на архипелаг, а пристроить в столице: глядишь — пользу какую принёс бы. Но все мы задними мыслями богаты. Теперь имеем самозваного правителя архипелага в его лице. И заметьте, Долк: он опасный враг, потому что прекрасно знает наши методы работы. Вступать с его армией в открытый конфликт сейчас весьма нежелательно, у меня достаточно врагов в собственном тылу.

— Я всё понимаю, мастер. Однако найти беглецов в сонме мелких островков будет крайне сложно.

— Есть обстоятельство, которое значительно облегчит эту задачу. Один из беглецов — очень сильный маг. Подчёркиваю: очень сильный. Пожалуй, на уровне членов совета, а может и получше. Детекторы силы есть у всех агентов, пусть чаще смотрят на их показания.

8

Солдаты шли, развернувшись широкой цепью, прочёсывая местность. К счастью, направление движение было не в сторону залёгших беглецов, иначе их легко бы обнаружили. Но двигались солдаты в сторону океана — туда же, куда было надо и Фаргиду с товарищами, что осложняло последующие действия. Но делать нечего — пришлось двигаться следом, то и дело, прячась в подходящих местах.

Вдруг один солдат упал, за ним тут же свалился другой, остальные быстро залегли — кто‑то вёл по ним огонь, хотя выстрелов слышно не было.

— Обойдём их стороной, — прошептал Фаргид, — нам лучше не встречаться ни с ними, ни с теми, кто на них напал.

Парням удалось найти удобное место в седловине меж двух скал, откуда хорошо было видно поле боя и обе, противостоящие друг другу группы. На берегу за группой крупных камней засело несколько человек, с виду — явные бандиты. Но оружие… Фаргид сразу заподозрил нечистое: в руках этих ребят были СИ‑190 — новейшее оружие путников. Винтовка могла стрелять разными типами боеприпасов — от обычных пуль, до микрокапсул с мощным магическим зарядом, способными пробить толстую каменную стену. Вот один из бандитов прицелился, ствол беззвучно дёрнулся — двоих солдат подбросило небольшим взрывом, на землю свалились трупы. Ещё один выстрел убил сразу троих солдат. Причём бандиты не видели своих врагов — умным было само оружие.

— Это не бандиты, а те ребята, что ищут нас. Каждая такая винтовка стоит две тысячи кредитов, — сказал Фаргид.

Грилл присвистнул.

— Думаю, солдатикам надо помочь, а то их скоро не останется. Тогда эти хитрые винтовки отыщут и нас.

— Так придумай что‑нибудь. Надо, чтобы не нашли.

— На это нет времени. Смотри — вон скала за спинами этих «бандитов». Их шесть человек. Что, если попробовать использовать твой кластер?

Фаргид внимательно оглядел место, куда указывал Грилл.

— Одного кластера явно мало, ведь у нас нет оружия. Зато у меня есть идея.

Парни, пользуясь тем, что враги были заняты друг другом, аккуратно перебрались за спины «бандитов» и спрятались за скалой. Фаргид пояснил свой план и приступил к его осуществлению. Идея была крайне рискованной, но деваться было некуда — нужно попасть на субмарину как можно быстрее и смыться с кишащего врагами островка.

Глубокий вздох — огонь в солнечном сплетении, рывок! Время сжалось мощной пружиной, «бандит» даже не успел повернуть головы, Фаргид вырвал его винтовку, пущенная точной рукой она полетела к Прасту, не замедляя хода, курсант бросился к следующему врагу, проделал ту же операцию, но оружие отправилось к Гриллу. Кластер выдохся, отдача распрямившегося времени больно ударила по мозгам, Фаргид упал за валун рядом с убитым врагом, дыша, как выброшенная на берег рыба. Здоровенный камень дрогнул, шрапнелью сыпанула крошка — кто‑то из «бандитов» пальнул по нему пулей с магическим зарядом, однако Грилл с Прастом успели расстрелять оставшихся в живых врагов из трофейного оружия. Не успей они этого сделать — второй выстрел «бандита» разнёс бы валун вместе с прятавшимся за ним курсантом.

Солдаты удивлённо следили за действиями неожиданных союзников, ведь по виду те мало отличались от бандитов, но помощь пришла очень своевременно — еще несколько таких выстрелов и от отряда мало что осталось бы.

Фаргид уже отошёл от действия отдачи и закричал, не высовываясь, впрочем, из‑за укрытия:

— Эй, парни! Не стреляйте! Мы не враги!

Ответа пока не было, видимо солдаты не могли быстро сообразить: как же теперь быть? Фаргид повернулся в сторону своих ребят и как в замедленной съемке увидел сползающего на землю Праста. На шее вора расплывалось кровавое пятно. Время застопорилось, теперь уже без всякого воздействия кластера — в голову Фаргида ударила бешеная ненависть. Он никогда не считал Праста другом, но сейчас понял, насколько близким стал ему этот странный человек. Фаргид, точнее уже тот, кто прятался в личине курсанта рванулся к Гриллу, толкнул его в сторону. Всё произошло в доли секунды, против того места, где только что была голова мага на поверхности камня появилась вмятина от пули. Фаргид вскинул СИ‑190 и, не целясь, выдал очередь в сторону скал, окаймляющих берег. Оттуда вывалились несколько мёртвых тел в солдатской форме. Это был другой отряд чистильщиков, почему они стали стрелять в Фаргида и его товарищей, было неясно, но разбираться уже поздно.

— Какого демона? — сплёвывая попавшую при падении в рот землю, возмутился было Грилл, но осёкся, едва взглянул в лицо Фаргида. Таким он его никогда не видел. Это был совсем другой человек, от которого веяло жуткой опасностью и мощью.

— Схоронись здесь чуток, я быстренько, добро? Только не высовывайся, не хватало мне потерять последнего оставшегося в живых друга.

После этих слов Фаргид исчез. Маг ошеломлённо вытаращил глаза, но тут же отвлёкся на прибрежные скалы — оттуда послышались крики.

— Мразь! — Фаргид держал за горло одного из солдат и точно знал, что именно его пуля убила Праста. И был этим солдатом командир отряда, незадолго до этого пленившего беглецов.

Остальные члены отряда были мертвы, убил их тот, кто прятался в личине Фаргида. Часть отряда ещё до появления этого демона в человечьей шкуре была убита из странной винтовки, остальные умерли страшной смертью, буквально разодранные на куски.

— У тебя палец чесался на спусковом крючке? Или ты не видел, что мы помогаем вашим же парням, убивая бандитов? Можешь не отвечать, я слышу твои мысли. Ты же, тварь, убил моего друга!

— Вы — бандиты, — прохрипел, задыхаясь, солдат.

— Это ты бандит. Выслуживаешься, гнида! Ведь твой план — побольше убить неважно кого, но выдать всех за бандитов.

— Здесь все бандиты! Все, даже рыбаки, они торговали с бандитами, а это незаконно! Мы — армия освобождения, наш командир — майор Ниррок. Он очистит архипелаг от швали вроде вас! — голос солдата перешёл в истерический визг и захлебнулся на самой высокой ноте — Фаргид сжал пальцы и вырвал его горло, труп убийцы Праста с окровавленной шеей рухнул на землю.

— Майор Ниррок, — задумчиво повторил Фаргид. — Может с ним и вправду есть смысл встретиться?

Злость медленно уходила, но возвращаться в скорлупу курсанта очень не хотелось. А может и не надо? Ведь здесь не столица, где висит сенсорное поле по распознаванию чужаков. А вот дела решить можно серьёзные, учитывая способности путника… Однако инструкции Гринвелла следует соблюдать, он собаку съел на подобных операциях и знает, что говорит. Но спешить не стоит, есть ещё одно дельце. Не слишком приятное, однако неизбежное. Теперь солдаты, которые залегли в траве стали врагами, они никогда не простят гибель своих товарищей. Чтобы от них избавиться, умения путника лишними не будут.

* * *

— Есть! — возбуждённо крикнул Рогиол. — Я вижу всплеск чужой силы! Долк, срочно направьте два слипа с лучшими людьми на островок Коргун.

— Мастер, самые лучшие мои люди — это пятеро путников с полным набором акселераторов. Я их держу для вашей личной охраны.

— Отлично, полковник! Посадите их в один из слипов и отправляйте на Коргун! Пусть покажут свои способности и оправдают затраченные на них средства. Дополните отряд самыми подготовленными агентами. Враг чрезвычайно опасен, но наши путники, думаю, не подведут. Я тоже буду рядом, шанс выловить мерзавцев упускать нельзя.

— Мастер, но это опасно!

— Нет, Долк. Кишка тонка у Гринвелла и его… впрочем, об этом тебе знать необязательно.

* * *

— Фаргид, ты кто — Грилл смотрел странно, в глазах было и недоверие, и надежда на то, что всё происходящее — всего лишь странное недоразумение.

— Это долго рассказывать, старик. Сейчас можешь называть меня Олег, или Болт, но лучше зови по‑прежнему: Фаргид — это будет лучше всего. Коротко скажу так — во мне живут два разных человека. И тот, и другой — твои друзья. Тебя устроит такое объяснение?

— Не очень. Но большего ты ведь всё равно не скажешь?

— Угадал. На какое‑то время я останусь Олегом, чтобы легче выбраться из передряги, в которую мы влипли. Это чтоб без всяких там кластеров обходиться. Но в таком состоянии меня могут засечь столичные ищейки.

— Не сомневаюсь. От тебя сейчас прёт такой дикой силой, что не засечь трудно.

— Даже так? Хреново. Тогда здесь очень скоро появятся крутые гости.

— Хм. Похоже, они уже появились. Во‑он в небе две точки нарисовались. Могу спорить, что это не птицы.

— Эх! Жаль, что ты не сможешь бежать так как я. Смылись бы сейчас на субмарину и все дела. Но стрелки с пригорка тебя достанут. Грилл, займись‑ка ими, примени пару‑тройку своих магических приёмчиков, а я встречу столичных гостей. На два фронта мне одному кисло придётся.

За время этого короткого разговора точки в небе превратились в хорошо различимые силуэты слипов. Сначала они летели рядом, но затем, приблизившись к острову, разошлись в стороны, пилоты повели машины ломаной траекторией, опасаясь обстрела. Болт не замедлил воспользоваться возможностями супервинтовки, перевёл её в режим максимальной мощности и открыл огонь. К удивлению путника, от первых двух пуль пилот сумел увернуться, однако маленькая коррекция стрельбы исправила положение — несколько следующих выстрелов попали в цель. Но, несмотря на высокую энергетику зарядов, попадания в слипы вызвали лишь лёгкое сотрясания корпусов машин. В общем, Олег ожидал похожего результата: ну просто не могли для его поимки отправить обычные полицейские воздушные суда, которые можно сшибить выстрелом из винтовки, пусть и очень навороченной.

Слипы резко снизились, буквально падая на берег, затем скрылись за изломанной линией скал, естественно, чтобы скрыть от посторонних глаз операцию высадки десанта. Путник понимал, что десант будет непростой, потому чтобы выжить, придётся выложиться по полной программе. К тому же на его плечи легла забота о безопасности Грилла. Маги в Страйде обладали большой силой, но работали крайне медленно — привычка использовать магические механизмы привнесла достаточно много негатива в их способности.

Несколько теней выскользнули из‑за скал, молниеносно разбежались в стороны, прячась за малейшие неровности и выступы. Обычный человек даже не понял бы, что же это такое, но Олег прекрасно разглядел, что штурмовики одеты в рубчатую броню, в руках у каждого такая же СИ‑190, как и у него. По темпу перемещения стало ясно, что это не обычные солдаты, так двигаться могли только путники с включенной акселерацией скорости. Да, пожалуй, эти путники имели весь набор акселераторов: скорость, сила, время. Опаснейшие противники. Но, насколько знал Болт, в школе путников Страйда понятия не имели о состоянии абсолюта, и это давало ему определённые шансы в противостоянии с ними. Все эти размышления и прикидки пронеслись в его голове за несколько микросекунд, тренированное же тело начало привычную работу, словно опережая желания хозяина: ноги уже несли его за следующее укрытие — большой обломок скалы. Но это был обманный манёвр, путник знал, что совокупная мощность нескольких выстрелов из СИ‑190 разнесёт этот камень на куски, вместе с тем, кто за ним спрячется. Злые пули со смертоносной магической субстанцией уже вырвались из стволов и победно неслись в сторону камня. Олег выстрелил в землю перед собой, расфокусированным лучом магии, перед ним взметнулась мутная пелена мелкой каменной крошки и пыли, закрывая видимость врагам. Следующие выстрелы Олег сделал, полагаясь на предвидение ситуации: один из врагов по расчёту должен был переместиться ближе, за крупную скалу, отдалённо похожую на огромную сидящую собаку, вот по предполагаемой траектории и был открыт огонь. Результат Болт не видел, он мгновенно отскочил назад, прячась в своём прежнем укрытии, но выстрелы нашли свою цель — на земле распласталось мёртвое тело врага, чёрная броня оказалась пробита в нескольких местах. Камень, за который, по расчётам врагов, переместился Олег, разлетелся на куски, и лишь теперь путник рванулся в его сторону, используя как прикрытие поднявшуюся пыль. Несколько осколков скалы больно ударили по торсу, увернуться от них не было возможности, слишком плотен оказался поток летящих частиц камня. Но организм путника в состоянии абсолюта мог очень быстро справиться с мелкими ранами — они немедленно закупорились свернувшимися сгустками крови, ещё через мгновения на коже остались лишь рубцы. Конечно, ресурсы организма в таком состоянии расходовались в бешеном темпе, но Олег надеялся, что сил окажется достаточно для кратковременного боя. На месте разрушенного выстрелами камня теперь лежала груда щебня, за ней и укрылся путник. На несколько мгновений враги потеряли его из вида, и это время следовало использовать с толком. Олег резко расширил границы восприятия, на короткий момент он увидел ситуацию с высоты птичьего полёта, засёк положение врагов. К сожалению, долго удерживать такое состояние было нельзя, силы оно пожирало немерянные. Четверо врагов в рубчатой броне надёжно укрылись за крупными валунами, достать их из СИ‑190 одиночными выстрелами было невозможно, потому Олег, используя старый приём, пальнул в несколько разных мест по земле, вновь поднимая маскирующую завесу из пыли и каменной крошки, затем по изломанной траектории рванулся к намеченной заранее скале. Она была гораздо ближе к врагам, чем его прежнее укрытие, кроме того, по пути открывалась пара удобных позиций для ведения огня. С одной такой точки Болт, не останавливая бега, сделал два выстрела — один из врагов превратился в труп, но оставшиеся штурмовики немедленно сместились в стороны, они, используя сжатие времени, очень быстро просчитали ситуацию, поэтому второго шанса путнику не дали. Две пули уже неслись в то место, где через мгновение должен был оказаться Олег, но он упал на землю, перекатился, пропуская смерть над собой, и немедленно выстрелил в ответ. Враг почти успел отпрянуть за укрытие, но всё же, пуля задела его, выведя на какое‑то время из строя. Олег резко изменил направление движения — теперь он бежал прямо в сторону раненого врага. Тот видел его, но, находясь в состоянии болевого шока, ничего не успевал предпринять — Болт выстрелил в замок шлема, сорвал его и ударил врага по незащищенной голове, не прикладывая, впрочем, излишней силы. Расчёт был прост — враги увидят мерцающий датчик жизни товарища, значит, если начать стрелять в путника — недолго прикончить и своего.

Нападающие растерялись, совсем не таким им виделось течение боя. Перед началом операции командир дал им неофициальное задание — по возможности захватить вражеского агента живым. Дело не выглядело слишком сложным, ведь пятеро путников — огромная сила. Вот только никто не предупредил, что враг настолько опасен. Теперь в его руках оказался и сам командир группы.

Естественно, Олег не мог знать, что захватил командира вражеского отряда путников, его заботой было другое: из‑за прибрежных скал показался новый противник — полтора десятка солдат в серой штурмовой броне. Ну что ж, радует хотя бы то, что это явно не путники — двигались враги хотя и сноровисто, но без смертоносной грации и скорости воинов Тропы. Болт сделал три выстрела, пользуясь тем, что несколько штурмовиков замешкались и не успели вовремя укрыться. Количество врагов при этом сократилось ещё на три человека.

* * *

— Мастер, нужно отзывать силы — растерянно пробормотал Долк. — Он уничтожает наших лучших людей, а они ничего не могут поделать!

Лицо Рогиола превратилось в застывшую твёрдую маску, глаза сузились в узкие щели, руки сжались в кулаки, костяшки пальцев побелели — так верховный маг подавлял свои эмоции.

— Нет, полковник! Пусть даже все ваши люди лягут здесь костьми, но я выловлю или убью этого демона! Он теряет силы, скоро их станет совсем мало. Пусть растрачивает остатки мощи на оставшихся в живых штурмовиков, я просто жду подходящего момента, чтобы выйти на арену. Но скажу вам одно — я весьма разочарован в возможностях наших путников, теперь вы можете видеть, каких успехов достигли на этом поприще наши противники из клана Кайран. Нашей пятёрке противостоит всего один путник и очень вероятно, что сумеет всю её уничтожить, вкупе с остальными штурмовиками. Пускай он даже лучший из лучших среди вражеских агентов, но всё равно, разница в силе слишком велика.

— Мастер, но наши лучшие путники охраняют Тропу. Они не используют акселераторы, развивая собственные способности. Здесь же — лучшие из тех путников, кто дальше не способен развиваться самостоятельно.

— И сколько же у нас суперменов, не использующих акселерацию?

— Их всего трое. И ещё есть два человека, с большими перспективами на самосовершенствование, хотя их подготовка займёт длительное время. — Долк помолчал, затем нерешительно добавил: — был и третий… тот, что сбежал. Фаргид. Вот у него был огромный потенциал.

Рогиол промолчал, лишь дёрнулись желваки на скулах, очень уж неприятными были воспоминания о том дикаре и связи его с Сионой, хотя она клянётся, что таковой никогда не существовало. Может быть и так, но тёплые чувства к этому сыну Тропы она явно испытывала, а этого было достаточно, чтобы вызвать гнев верховного мага.

* * *

Оставшиеся в живых путники Страйда решились на контратаку, они рванулись в разные стороны, затем, изменяя на ходу траекторию, метнулись в сторону врага, используя все три вида акселерации сразу. В таком состоянии они не уступали Болту ни в одной из физических кондиций, однако у того было существенное преимущество в скорости оценки ситуации, благодаря способности предвидения событий. За двоими противниками при такой скорости уследить было крайне сложно, поэтому Олег решил упростить ситуацию: он выстрелил в землю по пути предполагаемой траектории бега одного из врагов, затрудняя тому видимость, другим же занялся вплотную. Несколько выстрелов, направленные как будто вовсе не в сторону врага, создали для того практически непроходимую сеть из летящих смертельных гостинцев. Враг видел лёт пуль, их неумолимое приближение, максимально усложнил траекторию бега, но с обречённостью понимал, что выхода нет. Отчаянный рывок в сторону помог избежать попадания одной из злых ос, но другая тут же настигла его — это означало, что у Олега остался один враг, других штурмовиков можно было пока не принимать в расчёт, те за всё это время лишь начали поднимать свои винтовки. Из‑за пылевой завесы показался последний враг, Олег уже выстрелил в него, но тот за мгновение до гибели тоже успел послать пулю, уклониться от которой было почти невозможно. Вложив все силы в скорость, путник оттолкнулся рукой от скалы, уходя в сторону, пуля прошла впритирку, задев его бок, и ударила в скалу, вызвав фонтан каменной крошки. Несколько осколков ударили Олега в спину, и, поскольку сил у него совсем не осталось, сшибли на землю. Сейчас путник лежал на животе слабый и практически беззащитный, теперь штурмовики могли легко прикончить его, но им предстояло ещё добраться сюда. Впрочем, здесь уже лежал не смертельно опасный путник с Земли, а всего лишь курсант‑недоучка Фаргид. Он, однако, теперь помнил, кем был за мгновение до этого, что здесь происходило, руки сами достали инъектор и влили дозу магии в кластер.

* * *

Первое, что сделал Грилл в самом начале схватки — создал маскирующий кокон, благо много времени это не потребовало. Надолго такой маскировки не хватит, хорошо, если пару минут продержится, но и на том спасибо. Всё это время маг следил за боем и накапливал силу для решающего удара, буде такой понадобится. Параллельно он старался не упускать из виду солдат на пригорке, но те вели себя на удивление пассивно, видимо не понимая: что же в самом деле происходит на берегу и кто их настоящий враг. Да и сам Грилл едва успевал отслеживать ситуацию в молниеносной схватке. В конце концов, враги сумели достать Фаргида, он распластался за большим камнем, и сейчас к нему приближалось сразу несколько врагов. Кроме того, Гриллу очень не нравилось туманное магическое пятно, выползшее из‑за одной из прибрежных скал, скопление силы в нём превышало все мыслимые пределы. Грилл со вздохом влил весь запас аккумулятора погибшего Праста в свой кулак силы. Теперь, по крайней мере, его мощность не уступает силе того странного пятна. Внезапно в голове мага сверкнула шальная мысль, он тут же решил реализовать её. Солдаты на пригорке почему‑то вдруг разозлились на парней в серой броне и открыли по ним шквальный огонь. Конечно, их карабины не ровня мощным СИ‑190, но тоже чего‑то, да стоили! Вокруг штурмовиков на земле стали вспухать пыльные пузыри, несколько пуль нашли цели, двое серых упали. Атаки с холма они явно не ожидали, но сориентировались быстро, рассредоточились по укрытиям и открыли ответный огонь. Теперь солдаты‑чистильщики тоже понесли потери, огонь из СИ‑190 оказался не в пример сильнее.

Фаргид, получив короткую передышку, набрался сил, затем, пользуясь кластером, резко сменил дислокацию, переместившись за соседний камень. Немедленно пошёл в ход инъектор, вновь наполняя кластер силой. Курсант выцелил двоих серых и тут же молнией метнулся за прежнее укрытие. Штурмовики оказались в сложном положении — с пригорка по ним продолжали вести ожесточённый огонь чистильщики, а полумёртвый враг внезапно ожил и вновь стал смертельно опасным. Фаргид не замедлил пополнить кластер силой, метнувшись вперёд, он по ходу расстрелял ещё троих серых врагов, затем, схоронившись в укрытии, вновь достал инъектор. Но что такое? Он не сработал! Ещё одна попытка, но результат оказался тот же. Фаргид неожиданно лишился своего главного преимущества — скорости. Да, он и без того был сильнее любого из штурмовиков, всё же подготовка в школе путников даром не прошла. Но врагов слишком много, кроме того они одеты в серую броню, мало чем уступающую защитным костюмам путников. К камню, за которым укрылся курсант, с двух сторон осторожно подбирались штурмовики, умело пользуясь малейшими неровностями рельефа.

Грилл понял, что с другом что‑то не то, он усилил давление на мозги солдат, те вновь разразились стрельбой по серым штурмовикам. Но двое из них упорно продолжали продвигаться к Фаргиду, иногда стреляя в его направлении, ведь пуля из СИ‑190 могла в определённых условиях сама подкорректировать свой путь. Курсант не рисковал высунуться из‑за спасительного камня, без возможностей ускорения его бы очень быстро подстрелили. Единственная надежда оставалась на то, что враги приблизятся к камню не одновременно и с ними удастся разделаться по очереди. Однако те прекрасно понимали, что врага надо обойти с двух сторон, причём напасть синхронно, тогда у него не останется шансов.

Грилл сосредоточил внимание солдат именно на этой паре штурмовиков, теперь вокруг них земля буквально вскипела от попаданий пуль. Вот дёрнулся один — в него попала сразу целая очередь из нескольких выстрелов, затем замер и второй, похоже, он тоже умер. Маг радостно сжал кулаки — у него получилось защитить Фаргида от неминуемой гибели! Но радость оказалась преждевременной — один из штурмовиков незаметно взобрался на скалу и оттуда сделал прицельный выстрел. Грилл увидел как болезненно дёрнулся Фаргид, после чего замер без движения. Штурмовика немедленно снёс со скалы бешеный шквал пуль, но это уже не могло помочь курсанту.

* * *

— Он мёртв, мастер! — Долк не верил собственным глазам. Монстр, перебивший всю группу путников и изрядную часть штурмовиков — погиб!

— Нет, полковник. Он ещё жив. Но пришла моя очередь выйти на арену. У врага не осталось ни капли силы, сейчас его может убить даже ребёнок. Единственно, кого я опасаюсь — мага, который был в компании в ним. Вначале боя я чуял некую постороннюю силу, но потом она исчезла. По‑видимому, колдунишка бросил своего товарища и правильно сделал: зачем гибнуть за кого‑то другого? А теперь я хочу познакомиться поближе с тем, кто доставил мне массу неприятностей и волнений, посмотреть в его глаза. Я постараюсь, чтоб смерть его стала как можно более мучительной и страшной. Я не садист, полковник, вы знаете, но для этого врага стоит сделать исключение.

Фаргид был в сознании, пуля из СИ‑190 попала в ногу, но и этого оказалось достаточно, чтобы полностью обездвижить курсанта. Его пронзила дикая боль, здесь на помощь пришло умение Тропы, страдания ушли, но и только. Курсант видел, как из‑за скалы вышел высокий старик в чёрной одежде, который не спеша, словно на прогулке двинулся в его сторону. С холма по нему открыли огонь чистильщики, но, ни одна пуля почему‑то не попадала в цель. Старик шёл прямо, не утруждая себя извивами пути, дабы затруднить стрелкам задачу. Объяснялось всё просто — его защищала очень сильная магия.

Рогиол наслаждался собственным могуществом. Давно он не позволял себе столь расточительно расходовать силу, но сегодня это просто необходимо было сделать — слишком опасен оказался враг. Вряд ли Гринвелл найдёт второго агента такой силы, да ещё забросить в Страйд, у него элементарно не хватит на это времени. А вот у Рогиола хватит, он успеет осуществить то, что задумал, на что копился колоссальный запас магии, ради чего он обрёк собственный народ на нищету и лишения. Ждать осталось недолго, люди простят верховного мага, когда увидят грандиозность и величие результата!

Вот и он — враг, бессильно распластавшийся на земле. Лицо кажется знакомым, но это, конечно, иллюзия, они никогда не могли встречаться. Удивительно, но в нём совсем не чувствуется чужак. Обычный гражданин Страйда, даже на столь близком расстоянии Рогиол не смог почуять признаки человека другого мира. И глаза. В них нет ненависти, но есть любопытство. Он смелый человек, если в такую минуту может испытывать не животный страх, а нечто другое. Впрочем, в его смелости сомневаться трудно. Ну что ж… он не знает, насколько изощрённая смерть ожидает его, в противном случае вряд ли испытывал бы любопытство, а именно страх, жуткий, всепоглощающий, съедающий душу и разум ужас!

— Ты ничего не хочешь мне сказать, выкормыш Гринвелла? — спросил маг. В его голосе не чувствовалось ни злобы, ни ненависти, но любой человек почувствовал бы в нём смертельную угрозу.

— А что ты хотел бы услышать, Рогиол?

Верховный не ожидал, что раздавленный, беспомощный враг что‑то ответит на его вопрос и на короткий момент смешался.

— Твой ответ подтверждает мои выводы о недюжинной смелости, но как ты думаешь: что сейчас тебя ожидает?

— Тут и думать нечего. Однако зря ты пытаешься меня напугать. Дело в том, что я умею не чувствовать боль. И ты с этим ничего не сможешь поделать, несмотря на всё своё могущество.

Рогиол почему‑то сразу понял, что враг не хорохорится, не бравирует, а действительно не боится мучений. Из глубины стала подниматься мутная волна обиды: как же так? Этот парень доставил столько неприятностей и волнений, проник в святая святых — хранилище магии, возможно даже, передал сведения своему хозяину и что? Его даже нельзя как следует наказать! НЕВОЗМОЖНО!

— Хорошо, — внешне Рогиол сумел сохранить спокойствие, — не стану мучить тебя, ибо это не имеет смысла, а я не совершаю бесполезных поступков. Но как ты смотришь на сотрудничество? Сколько тебе платит Гринвелл? Я заплачу вдвое больше.

Фаргид грустно улыбнулся.

— Ты преувеличиваешь свои возможности, верховный маг.

— Неужели? Ты плохо их знаешь.

— Может быть. Но ты или не знаешь возможности Гринвелла, или просто пытаешься меня обмануть огромными посулами. Скажи: можешь ли ты подарить мне бессмертие? Или целый мир? Несколько миров? А можешь ли ты дать мне любовь прекраснейшей женщины во всех мирах? Молчишь… вот видишь?

— Я понял тебя чужеземец. Ну что же, придётся подарить тебе то, что я действительно могу — смерть. Даю минуту на то, чтобы ты вспомнил всё лучшее в своей жизни. Затем ты уснёшь. Тихо, безболезненно и навсегда.

Фаргид вновь улыбнулся: маг провоцировал его на то, чтобы он открыл свой лик чужака, не зная о том, что воспоминания путника уже стали достоянием его теперешней ипостаси, посему перерождение вовсе не требуется.

* * *

Всё это время чистильщики упорно продолжали стрелять в высокого старика, невзирая на бесплодность этого занятия. Однако эта, бесполезная на первый взгляд стрельба, приносила определённые дивиденды Гриллу, внимательно следившему за событиями на берегу. Дело в том, что попадания пуль в ауру защиты Рогиола прекрасно очерчивали зону её действия, узловые точки силы и, наоборот — точки уязвимости. Конечно, пули, и даже нечто более эффективное не смогли бы пробить эту невидимую броню, но Грилл накачал в ударный магический кулак бездну энергии, не пожалев весь её запас из аккумулятора погибшего Праста. Да, Рогиол — опаснейший противник, имеющий доступ к неисчерпаемому источнику силы. Однако он пожадничал и закачал её в защитную сферу не более того, сколько требовалось для обеспечения безопасности от попаданий из стрелкового оружия. Единственно, чего опасался и не знал Грилл — насколько быстро способен верховный усилить действие невидимой брони, потому ожидал, когда тот приступит к наказанию Фаргида. В этот момент Рогиол должен полностью сосредоточиться на своей задаче, ослабить внимание к защите и тогда…

Фигура в чёрном на берегу воздела руки вверх, Грилл увидел, как сжалась защитная сфера вокруг верховного, он отобрал из неё часть силы для нанесения последнего удара по лежащему Фаргиду. У Грилла коротко мелькнула мысль — насколько же жаден верховный к магическим ресурсам, но через мгновение яркая молния ударила в Рогиола, грохнуло так, что содрогнулись скалы, чайки всполошено сорвались с вершин, оглашая криками окрестности. Чистильщики прекратили огонь и ошарашено вытаращились на берег.

Удивительно, но колоссальной силы разряд энергии не оставил на поверхности ни малейшего следа, зато теперь на земле неподвижно лежали уже две фигуры. Грилл удивился не меньше чистильщиков, но, конечно, по другому поводу. Рогиол выжил! От него сейчас должны были остаться лишь воспоминания, но… вот что значит — верховный маг! Однако сейчас он находился в беспомощном состоянии, как за мгновение до этого Фаргид. Не хватило всего лишь капли энергии для того, чтобы прикончить Рогиола! Грилл подкачал магию уже из собственного аккумулятора, затем быстрым шагом отправился на берег. Следовало прикрыть щитом Фаргида, потому как оставшиеся в живых серые сейчас отойдут от шока и завершат недоделанную Рогиолом работу.

Первым делом Грилл наполнил магией кластер Фаргида.

— Спасибо, старик! — на мага вновь смотрели незнакомые глаза на столь знакомом лице.

— Фаргид, прекращай! Ты опять стал кем‑то другим, а меня это нервирует.

— Хм… раньше я не замечал, чтоб у тебя нервишки пошаливали. А я, между прочим, не «кто‑то», а Олег, пора бы запомнить.

— Да хрен с тобой, как там тебя… идти‑то можешь? А то вон серые ребята сейчас окончательно разозлятся, начнут палить, а магия в аккумуляторе не казённая, её бы поберечь надо.

— Слушай, а к тебе мысли Праста вместе с его аккумулятором не перешли? Прижимистости раньше за тобой не замечалось.

— Давай кончать трёп. Вставай, не надейся, что я тебя понесу. И вот этого деда в чёрном пристрели, хватит магию на него расходовать.

Фаргид встал, посмотрел на беспомощного Рогиола, затем на Грилла и отрицательно покачал головой.

— Нет, старик, не станем мы его убивать. Почему — объясню позже, а сейчас давай‑ка вернёмся на борт нашей любимой посудины и уберёмся отсюда подальше. Но нужно прихватить с собой одного типа. Вот этого, — его палец указал на одного из путников в чёрной броне.

— Он жив?

— Почти. Слушай, ты сумеешь нас прикрыть от тех вон придурков в сером? По‑моему, они и правда приходят в невменяемое состояние.

Штурмовики в серой броне действительно отошли от потрясения, вызванного захватом врагами верховного мага, и явно вознамерились отбить любимого правителя у обнаглевших подонков. Они мелкими перебежками двигались вперёд, остерегаясь, однако, стрелять, видимо боялись попасть в Рогиола.

Грилл набросил на всех, включая раненого путника в броне, коконы магической защиты, пробурчав что‑то насчёт безответственности и жуткой расточительности некоторых типов, после чего парни направились к морю, таща за собой беспомощное тело. Как только они оказались на достаточном расстоянии от лежащего в беспамятстве Рогиола, серые штурмовики открыли по ним шквальный огонь.

— Ты правильно назвал их придурками, Фаргид, — буркнул Грилл. — Патронов не жалко, что ли? Сейчас я найду им лучшее занятие.

На пригорке внезапно оживились чистильщики, которые принялись усердно поливать штурмовиков огнём из винтовок. Серые залегли и стали азартно отстреливаться.

— Пусть поиграют в войнушку, — ухмыльнулся маг, а мы тем временем благополучно слиняем.

— Старик, мне начинает нравиться стиль твоего разговора.

— Чего начинает нравиться?

* * *

Субмарина осторожно продвигалась среди множества мелких скалистых пиков, торчащих из дна, коралловых наростов, густых подводных зарослей, кишащих морской живностью, за рычагами управления сидел Фаргид, время от времени поглядывая на хлопочущего у тела пленённого путника Грилла.

— Блин, похоже, ты треснул его по голове кувалдой. Ранение я залечил, а вот вывести из бессознательного состояния никак не могу.

— Я верю в тебя, дружище. Не сдавайся, мне очень хотелось бы поговорить с этим парнем.

— Надо же, вдохновитель нашёлся. Кулаками надо легче махать.

— Знаешь, у меня есть один знакомый по прозвищу Брага. Так вот — он такой же нудный и злой, как и ты.

— Это я‑то злой? Стоп! Парень, похоже, оживает.

Парень впрямь открыл глаза и немедленно уставился осуждающим взглядом на Фаргида.

— Как поживаешь, Фор? Давненько не виделись.

— После того, что произошло, у тебя достаёт наглости интересоваться моей жизнью? — зло поинтересовался путник тихим голосом.

— Почему бы и нет? И, собственно, почему злишься ты, когда это должен делать я? Прилетели, напали, чуть не прибили насмерть, а теперь ещё и злятся, что не получилось. Надо радоваться встрече со старым другом, а не сердиться.

— Да уж… старый друг. Я просто не знаю, куда девать свою радость: настолько её много.

— Послушай, давай запихнём эмоции куда‑нибудь подальше и поговорим нормально. Да — я не тот, за кого себя выдавал, но что это меняет? Я продолжаю считать тебя другом, как и раньше.

— Но ты из другого мира! — торжественно заявил Фор, словно застукал Фаргида за чем‑то непристойным.

— И что? Я монстр? Убийца? Маньяк? Скажи — есть такой закон в Страйде, который запрещает людям других миров посещать его?

— Не прикидывайся. Ты попал к нам обманом, как дикарь Тропы.

— Да к вам по‑другому не попасть. Тропу охраняют так, словно по ней вот‑вот хлынут полчища злых пришельцев из Пролга.

— А разве не так? Всем известно, что тамошний правящий клан Кайран давно точит на нас зубы.

— Ты не поверишь, но Кайран вовсе не правит Пролгом. А собственно сам Пролг в технологическом плане намного слабее и примитивнее вашего мира. Так что, опасаться следует не вам, а как раз жителям Пролга.

— Я не верю тебе.

— Не могу настаивать. Однако надеюсь, что со временем сумею доказать тебе свою правоту. Давай пока заключим перемирие, если настоящий мир невозможен.

— Мне ничего другого не остаётся, я ведь в полной твоей власти.

— Да в своей, в своей ты власти, Фор. Вот доберёмся до ближайшей суши, и можешь двигать куда угодно. Но я надеюсь, что ты останешься с нами. Мы как раз пытаемся найти твоего друга — майора Ниррока. Он, как оказалось, стал большой шишкой на архипелаге.

— Это кем же он стал? — подозрительно спросил Фор.

— Правителем. Королём. Президентом. Какой титул тебе нравится больше?

— Хм… а ведь у него действительно были такие планы, но я их воспринимал как бред.

На какое‑то время бывший инструктор Фаргида задумался, потом взглянул на него и сказал:

— Хорошо. Я согласен на временное перемирие. Но предупреждаю: я расскажу Нирроку, кто ты есть на самом деле.

— Не вопрос, дружище. Я и сам ему хотел это рассказать.

— Он тебя сразу поставит к стенке.

— Ошибаешься. Ты ведь пока не знаешь, что ещё я ему расскажу. Будешь хорошо себя вести — расскажу и тебе.

9

Субмарина вошла в порт самого крупного острова архипелага под названием Налк. Шли в надводном положении, не прячась, сейчас в водах архипелага шастали все кому не лень, зато на главном острове соблюдался строжайший пропускной режим и туда лучше было попасть легально, оформив соответствующие документы. Всё это парни узнали при остановке на одном из небольших островов у одного разговорчивого контрабандиста.

Усталый мужик в обычной одежде горожанина, зато с фуражкой центуриона на бритой голове равнодушно глянул на подошедшую к причалу субмарину, словно он видел такие корабли десятками каждый день, сами же парни удостоились едва ли большего внимания с его стороны.

— Идите во‑он туда — он указал на деревянную будку рядом с пирсом. — Заполните анкеты, уплатите налог и можете тащить задницы в город.

Процедура оформления документов оказалась очень простой — никто не проверял подлинность личностей, никого не интересовала цель прибытия и род деятельности гостей, самым важным пунктом была уплата налога, который начислялся в зависимости от водоизмещения судна, предполагаемого времени пребывания на острове и количества людей.

— Э‑э‑э… уважаемый, а не подскажете ли вы, как нам можно увидеть майора Ниррока? — спросил Фаргид у пожилого дядьки, заполняющего графы в документах.

— Вы хотите попасть на аудиенцию к Команданте? — удивлённо спросил чиновник. — Учтите — он человек занятой и очень жёсткий, если вы отвлечёте его по пустякам, последствия могут быть самыми плачевными.

— Настолько суров? Ничего, как‑нибудь стерпим. И всё же?

— Найдёте его на улице Восточный Бриз в жилых покоях здания городской ратуши. Там же он устроил и приёмную для граждан. Только придётся записаться в длинную очередь, люди неделями ждут аудиенции. И вот ещё что. Вы чужаки, потому ведите себя скромно, а то местный люд не любит заносчивых пришлых. В случае возникновения конфликтов центурионы всегда будут на стороне местного населения. Сейчас на всём архипелаге Команданте объявил военное положение в связи с искоренением бандитских групп, поэтому судебные дела в тюрьмах решаются коротко и быстро. Вы меня понимаете?

— Спасибо за добрые напутствия. Поблизости имеется хорошая гостиница?

— Ближайшая, в меру приличная — «Рыжий Краб». Если же хочется чего‑то получше, — чиновник внимательно оглядел парней, оценивая на глазок их платёжеспособность, — идите в «Белую Чайку». Но там бешеные цены.

— Ещё раз спасибо. Пожалуй, нас устроит «Рыжий Краб».

Чиновник с пониманием кивнул, скорее в угоду своей собственной проницательности, нежели одобряя выбор гостей.

Внешний вид гостиницы вполне оправдывал своё название — двухэтажное приземистое здание было выстроено из рыжего кирпича и в архитектурном плане действительно напоминало залёгшего на дне краба. Кроме того вполне оправдались слова чиновника «в меру приличная». Здесь всё было в меру: чистота, цены, вежливость персонала, контингент жильцов. Неделя проживания для троих стоила четверть кредита в номере люкс — по сравнению с материковой столицей цена вполне демократичная. Правда в номере по‑хозяйски прогуливались тараканы и шастали мыши, но это, как объяснили гостям, обычное явление и в гостиницах рангом повыше.

Полдня ушло на то, чтобы записаться на приём к Команданте, здесь тоже была огромная очередь. Вторую половину дня посвятили ознакомлению с достопримечательностями столицы архипелага. Город носил одно имя с островом — Налк и в нём действительно было на что поглазеть: красивая набережная, отделанная гранитом, золотые пляжи, своеобразная архитектура зданий (Фаргид отметил определённое сходство с колониальным стилем земных построек), тенистые бульвары делились по центру восхитительными цветочными клумбами. Но атмосфера была тревожной, по улицам бродили озабоченные и неприветливые люди, центурионы глядели на каждого с подозрением, потому радости прогулка доставила немного. Да, к тому же, в группе сейчас оказался чужой человек и как не пытался Фаргид восстановить прежние дружеские отношения с Фором, это у него плохо получалось. Вечером за ужином в гостиничном ресторане Фаргид вновь попробовал наладить отношения со своим бывшим инструктором.

— Всё молчишь да молчишь. Рассказал бы, почему сменил профессию? В школе ты был на своём месте, по крайней мере, я так считаю. Как поживает Лиена?

Фор пасмурно взглянул на Фаргида, криво улыбнулся, иронично покачал головой.

— Тебя это и впрямь интересует? Или так — чтобы разговор поддержать, меня растрясти? Лучше расскажи: почему ты дурака корчил в школе, когда Ригон из тебя фарш делал? Мы с Лиеной не знали, как тебя спасать от набитого акселераторами громилы, выходит ты держал нас за кретинов? Ведь этого быка ты мог уделать одной левой без всяких кластеров и акселераторов.

— Не мог, Фор. Клянусь — не мог. Я тогда и сам не знал своих возможностей. Искренне считал себя парнем с Тропы, дикарём, курсантом‑недоучкой. Моя настоящая сущность была упрятана настолько глубоко, что её не смогли обнаружить даже сверхчувствительные медицинские приборы центра подготовки.

Фор недоверчиво смотрел на Фаргида, но в глазах начало появляться понимание.

— Может, ты и не врёшь. Те, кто тебя отправлял в Страйд, знали, что делали. И когда же ты сумел осознать себя?

— Это произошло, когда я оказался в золотохранилище.

— Ага, созерцание несметного богатства подтолкнуло механизм самоопределения? — иронично спросил Фор.

— Да, как ни странно. Но не того богатства, что ты думаешь. — Фаргид оглянулся, убеждаясь в том, что никто не подслушивает разговор и продолжил: — там внутри есть особое хранилище. Магия. Гигамаги, терамаги энергии. И ещё. Туда подведён магопровод — такая толстая труба, набитая энергией под завязку. Вот когда я это увидел, тогда и понял — кто я такой и зачем нахожусь в Страйде.

Фор растерялся. Он безоговорочно поверил Фаргиду, но его ошеломило то, что в столице, где за крупицу магии дают кучу денег, хранится море энергии.

— Но ведь это…

— Да, — вмешался в разговор Грилл, — это преступление. Страйд задыхается без магии, а некие силы копят её в безмерных количествах, непонятно для каких целей. Кроме того, мы обнаружили ещё одно хранилище на дне океана, где запасы магии ещё больше. И магопровод там тоже имеется.

— Постой… хорошо: море магии и так далее — но что ты осознал? — повернулся Фор к Фаргиду.

— Меня прислали расследовать дело с дефицитом магии в вашем мире. Это осознание было как короткая вспышка. А затем я вновь стал Фаргидом, но уже знал, что нужно делать дальше. Настоящая сущность вновь спряталась в глубине сознания, чтобы меня не могли обнаружить поисковые сенсоры Страйда. Тем не менее, даже короткое проявление истинной сущности было обнаружено Рогиолом, после чего он и узнал о моём существовании. Теперь он рвёт и мечет, в желании изловить меня. И не только из‑за того, что я разведчик из другого мира.

— А зачем же ещё — удивился Фор.

— Ну, я ведь узнал его страшную тайну о хранилищах магии. И вот теперь рассказываю её тебе. Потом о ней узнает майор Ниррок. Это крах замыслов Рогиола. Я пока не знаю, что он задумал, зачем ему нужна эта бездна магии, но обязательно узнаю. Это и есть моё задание. Думаю, узнать это интересно будет и тебе.

Фаргид оглянулся, он обратил внимание на то, что чуть слышный фон разговоров посетителей в зале почему‑то стих совсем. Причина выяснилась быстро — в ресторан вошла девушка ослепительной красоты и мягкой грациозной походкой плыла прямо к столику наших героев.

— Привет! — мелодично сказала она. — Рада видеть знакомые лица. Принимаете в компанию?

— Привет, Сиона, — ответил Фаргид за всех. — Присаживайся.

Девушка непринуждённо заняла свободный стул, будто не сомневалась, что её тут ждали. Грилл так вообще не сводил восхищённого взгляда с нежданной гостьи.

— Как поживаешь? — буднично продолжил Фаргид.

Сиона чуть смутилась, она думала огорошить парней своим появлением, но, похоже, сюрприз не получился.

— Спасибо, хорошо. Только вот пришлось побегать, разыскивая тебя.

Фаргид приподнял бровь.

— Стоило так утруждать себя?

— Фаргид. Можем мы отойти в сторону? Есть разговор, касающийся только нас двоих. Обещаю, что провокаций и неприятных сюрпризов не будет.

— Вообще‑то у меня нет секретов от ребят, которые сидят за этим столом.

— Зато они есть у меня. Поверь, мне очень нужно с тобой поговорить.

— Мужики, я выйду на пару минут. Нужно уважить даму.

— Ты не забыл кто она? — насмешливо спросил Фор.

— Я стараюсь помнить только хорошее, — улыбнулся Фаргид. — Куда отойдём? — обратился он к Сионе.

— Да куда угодно. Можно просто сесть за отдельный столик вдали от посторонних ушей.

— Выбирай.

Девушка выбрала столик в углу зала, ближайшие посетители сидели от него на достаточном расстоянии, чтобы не слышать тихий разговор.

— Фаргид, — Сиона запнулась, опустила глаза, затем снова глянула на собеседника. — Фаргид, ты очень нужен мне.

— Я слушаю.

— Ты не понял. Мне нужен ты сам, а не какая‑то помощь с твоей стороны.

— Ну‑у… опять.

— Я долго не могла понять себя, — торопливо продолжила девушка, — но пришла к выводу, что…

— Что?

— Я влюбилась в тебя, — Сиона опустила голову, на щеках расцвёл румянец.

— По‑моему, у тебя температура — с досадой покачал головой Фаргид. — Сиона — зачем я тебе нужен? Я — бродяга, да и не Фаргид вовсе…

— Я уже знаю, кто ты. Но это ничего не меняет.

В зал вошла компания — пять крепких мужчин в дорожной одежде, в руках у двоих были большие сумки. Недолго думая, парни сели за соседний стол.

— Твои? — вполголоса спросил Фаргид, кивнув в сторону соседей.

— Мои на улице. Я оставила их посидеть на лавочке, цветочками полюбоваться. Этих не знаю.

— Пересядем?

— Конечно.

Однако пересесть им не дали. В сторону Фаргида глядело чёрное око пистолета незнакомой конструкции, его держал в руках один из пришлых парней.

— Не нужно никуда идти, голуби. Чем вам здесь не нравится? — он слегка растянул губы в иронической ухмылке.

Пока он говорил, такие же пистолеты появились в руках ещё двоих парней.

— Чем обязан, уважаемые? — Фаргид говорил спокойно, даже с небольшой долей развязности.

— Обязан ты нам исключительно кредитами центрального банка Страйда, парень. Другую валюту мы не берём. Чтобы тебе стало понятнее ситуация, скажу, кто мы. Так вот: перед тобой Рокнольд и его ребята.

— Я должен обгадиться от ужаса?

Мужики переглянулись.

— Ты угадал. Многие так и делали. Но мы вовсе не такие злые парни, каковыми нас изображают центурионы в своих сводках.

— А с чего вы взяли, что у меня есть требуемая вами валюта?

— Подскажу на будущее, чтобы ты был осторожнее. Не стоит светить кредитами в незнакомых местах. Например, в конторке портье, когда расплачиваешься за постой в гостинице.

Фор с Гриллом с большим интересом наблюдали за происходящим. Разумеется, им и в голову не пришло вмешаться в развитие событий, очень уж было любопытно: как разберётся их странный друг с гопниками. Сам Фаргид предпочёл, если бы Грилл понезаметнее вышвырнул незваных гостей при помощи одного из своих фокусов, дабы не создавать лишнего шума в гостинице, но тот и бровью не вёл.

— «Кинозал, блин устроили» — выругался про себя путник, вслух же сказал: — Сколько нужно кредитов, чтоб я вас больше не видел?

Мужики негромко рассмеялись, переглядываясь и показывая пальцами на непонятливого лоха.

— Ну, парень, — сказал один из гопников сквозь смех, — наверное, ты клоуном работал? Давай сюда кошелёк, а мы сами определим сумму налога. Только не вздумай баловать, потом мы тебя обыщем и если показал не всё… ты понял?

— Во как! Это называется налог! А расписку дадите?

Мужики насупились — клиент стал показывать зубы.

— Похоже, тебе и впрямь неизвестно имя Рокнольда, — зловеще улыбнулся самый здоровый парень.

Фаргид решил, что комедию нужно заканчивать, активировал кластер, вложив часть энергии в скорость, рванулся вперёд, безжалостно, ломая пальцы, выдрал пистолеты у гопников и сразу вернулся на место. Со стороны уследить за его действиями было невозможно, выглядело всё так, словно пистолеты внезапно исчезли из рук бандитов, а один из них появился в руках Фаргида. Трое пострадавших болезненно ухватились за помятые пальцы. Парни так и не поняли, что произошло, но направленный на них ствол заметили на удивление быстро. Они замерли, зная, чем заканчивается выстрел из этого оружия.

— Так что насчёт расписки? — насмешливо спросил Фаргид. — Сидеть! — тихо, но твёрдо предупредил он одного из дёрнувшихся было мужиков. — Уточним: кто из вас Рокнольд? Отвечать быстро, считаю до одного: один…

— Я, — торопливо выдавил самый здоровый гопник, как раз тот, что до этого вёл разговор.

— И какую награду обещает центурия за твою поимку?

После этих слов всей компании гопников стало крайне неуютно, хотя, по правде, и до этого под прицелом пистолета было не слишком хорошо. Перед ними во весь рост вставала перспектива загреметь в каталажку, а в условиях военного времени это могло легко закончиться расстрелом.

— Мы можем договориться, как деловые люди, — решил перехватить инициативу Рокнольд.

— Я весь внимание.

— У меня есть очень ценная информация, которую я хотел продать властям. Стоит она гораздо больше того, что ты можешь получить за наши головы. Давай так: тебе — информация, нам — свобода.

— Возможно, я соглашусь на такой обмен. Но учти, есть способ проверить правдивость твоих слов.

Фаргид привстал и жестами подозвал к столу Грилла.

— Слушай, нужно проверить, правду ли будет говорить вот этот крендель.

— Момент. Я чуток настроюсь. — Грилл уселся на стул, сделал несколько сложных движений пальцами. — Всё, можно говорить.

— Почему молчим? — Фаргид пасмурно взглянул на вожака гопников, — ты слышал, что сказал мой человек?

— Всё, всё… рассказываю. Дело в том, что на Ниррока… на Команданте готовится покушение. Через два дня, это будет суббота, он должен выступать перед народом с трибуны городской ратуши. Напротив ратуши стоит высокий трёхэтажный особняк. Хозяин его живёт в столице, а дом уже третий год как продаётся, но, по причине высокой цены, покупатель никак не находится. На чердаке дома будет сидеть снайпер, который и должен убить Команданте.

Фаргид глянул на Грилла, тот ответил кивком, подтверждая правдивость сказанного.

— Откуда информация?

— Ну, это к делу отношения не имеет.

— Ладно. Однако есть одно «но»! Раз ты знаешь о готовящейся акции, то вполне можешь быть связан с её организаторами. Следовательно — вполне можешь предупредить их об изменившихся обстоятельствах. Посему мы сейчас обратимся к магии. Грилл, ты сможешь сделать так, чтобы парни забыли о том, что произошло в этом зале?

— Ты лучше ничего не придумал? Знаешь, сколько магии потребуется для этой фигни?

— Ну точно — жадность Праста переселилась в тебя.

— Эх‑х… ладно!

Грилл принялся что‑то вполголоса бормотать, совершать руками сложные пассы, через минуту все гопники вдруг уснули, но скоро проснулись, недоумённо огляделись по сторонам, дружно встали и покинули зал, почему‑то забыв сумки под стульями.

— Грилл, будь добр, забери эти подарки, надо бы глянуть, что там внутри, а мы с дамой продолжим разговор.

Когда маг утащил сумки к столику, где сидел Фор, Сиона взяла руку Фаргида в свои ладони и торопливо заговорила:

— Не гони меня! Я вела себя не лучшим образом, признаю это. Вот увидишь — я сумею быть полезной.

Фаргид грустно улыбнулся, он избегал смотреть в глаза девушке, бездумно крутя в пальцах фужер из резного стекла.

— И что прикажешь с тобой делать? Таскать с собой? Меня и так усиленно разыскивает твой муженёк, ты же станешь дополнительной приманкой, как красная тряпка для быка.

— Рогиол не знает, где я. Он думает, что я уехала в Ургайл, есть такой дорогой курорт на востоке.

— Знаешь, ты ставишь меня перед очень сложной проблемой. Во‑первых: я не могу полностью доверять тебе. Во‑вторых: у меня и без тебя проблемы с друзьями. В — третьих…

— Но я и не настаиваю на том, чтобы постоянно находиться рядом с тобой. Понимаю, что это на данный момент невозможно. Позволь мне хотя бы время от времени видеть тебя, может быть, потом ты поймёшь, и даже сможешь полюбить…

— Давай не будем загадывать так далеко. Хорошо. У тебя своя группа поддержки, устраивайся с ней в этой же гостинице, если устраивает соседство тараканов и мышей, конечно. Мы пока остановились здесь. Но проблема в том, что ты — слишком красивая дама, у всех мужиков голову почему‑то сразу вернёт в твоём направлении, и мысли их текут туда же. Мне такая популярность абсолютно не нужна. Каждая встреча с тобой обязательно превратится в театральную премьеру, слухи разрастутся как снежный ком, скоро половина острова будет знать — кто ты, а потом, естественно, и кто я. Да глянь вокруг — весь зал смотрит сюда, и я подозреваю, что это совсем не связано с недавним инцидентом.

— Но я с этим ничего не могу поделать, — растерянно сказала Сиона. — И вообще, я привыкла, что на меня обращают внимание.

— Есть один выход. Над твоей внешностью поработает Грилл, он спец в этой области. После этого тебя и мама родная не узнает.

— Ага, он сделает из меня страшилище, да?

— Я думаю, что вы сумеете найти компромисс, но учти — последнее слово будет за мной.

* * *

Площадь у ратуши была забита народом, все хотели пробиться ближе к трибуне, дабы воочию полюбоваться на обожаемого Команданте, вознамерившегося поднять с колен весь архипелаг, давно и старательно унижаемый, обираемый, втаптываемый в грязь верховным магом и остальным руководством материковой столицы. Нужно сказать, что слова майора пока не расходились с делом — он сумел создать нечто, напоминающее регулярную армию, при помощи которой принялся планомерно истреблять бандитов, наводнивших многочисленные островки архипелага. Коррумпированный чиновничий аппарат из столицы был безжалостно изгнан, вместо него появился «Комитет национального спасения» или КНС, которому дали чрезвычайные полномочия. Столичных центурионов заменили местные, их назначение курировал лично Команданте. В результате принятых мер на архипелаге, где уже в течение нескольких лет тлел пожар гражданского конфликта, вызванный огромным дефицитом магии и катастрофически растущей в связи с этим поголовной бедностью населения, удалось восстановить относительный порядок.

В толпе там и сям мелькали синие околыши фуражек центурионов, сегодня их нагнали сюда не меньше сотни на случай возможных беспорядков. Дорожку к трибуне охраняли два ряда накачанных ребят, вооружённых дубинками, чуть в стороне разместилась группа стрелков, зорко следящих за происходящим на площади и готовых продырявить любого нахала, осмелившегося нанести вред Команданте.

Фаргид вместе с Фором и Гриллом заранее заняли позиции у дома, откуда должны были стрелять в майора Ниррока.

— Итак, напоминаю: действуем по заранее разработанному плану, — сказал Фаргид в кубик связи. — Иначе акция спасения столь любимого всеми Команданте пройдёт мимо внимания его светлых очей, и нам придётся три недели торчать в очереди, дабы иметь счастье встретиться с ним на аудиенции.

— Вот бубнила, — отозвался кубик голосом Грилла. — Если у тебя плохая память, не экстраполируй свои недостатки на других.

— О‑о‑о! Как коротко и ёмко! Злость тебе к лицу, друг мой! Так примени же её к нечестивцу, возжелавшему крови нашего (надеюсь) будущего друга и покровителя — товарища майора Ниррока!

— Ох и трепло же ты… Олег. Фаргид лучше был. Скромнее.

— Это не я, а мой язык. Он, сволочь, живёт иногда собственной жизнью.

— Собственной жизнью живут раковые образования, дружок. Лечится несложной хирургической операцией. У меня, кстати, диплом врача имеется.

— Я подумаю. Кстати, у меня меняется мнение о тебе на абсолютно противоположное. Раньше я думал, что ты злой. Приятно было ошибиться.

— Всегда пожалуйста, — пробурчал Грилл. — И хорош трепаться, а то сорвём акцию, тобой же разработанную.

К особняку неторопливо приближалась группа людей. Они громко разговаривали о Команданте, о его столь нужных и своевременных реформах, о политической дальновидности, близости к народу, и прочая… Но, почему‑то в руках у каждого были не флаги и плакаты, как у прочих митингующих, а длинные кожаные чехлы, с непонятным содержимым. Хотя для Фаргида и его парней особой тайны в этом не было. На чердаке особняка спрятался Грилл, он обустроил себе пункт наблюдения, прикрыл его магической завесой, потому обнаружение его исключалось полностью. Задача же Фаргида и Фора состояла в захвате группы прикрытия стрелка, по возможности без убиения её членов, для предоставления оных пред суровыми очами властей. У Фаргида, кроме того имелся ещё один пункт к исполнению, от которого зависел успех акции. Для этого требовалось на короткое время стать путником. Конечно, в этот момент его вполне могли засечь ищейки, надежда была лишь на кратковременность пребывания в родной ипостаси, по расчёту всего лишь доли секунды. Фор, вооружился дубинкой и пистолетом, отобранным у гопников, он засел в густом кустарнике, неподалёку от заднего входа в особняк. Фаргид взобрался на самую крышу дома, чтобы следить за процессом подготовки снайпера к акции, благо, дыр в кровле хватало с избытком, через одну из них замечательно просматривалось чердачное окно, из которого, по предположениям, и будет произведён выстрел. Вся хитрость задумки Фаргида была в том, чтобы выстрел действительно произошёл, но при том не попал в цель. То есть: покушение обязательно должно состояться — тогда в наличии окажутся и преступники, и доблестные спасители Команданте.

Террористы заняли позиции вокруг особняка, якобы наблюдая за начинающимся митингом, стрелок осторожно прокрался на чердак и занялся сборкой винтовки, весьма напоминающей своим видом земную СВУ.

Народ на площади зашумел, разразился приветственными криками, заволновался колыханием флагов и транспарантов: на трибуну восходил Команданте.

Шум потихоньку улегся, растёкся по толпе и сник, исчез. Над площадью воцарилась полная тишина, прерываемая лишь тихими покашливаниями, да полосканием ткани флагов на ветру. Все затаённо молчали, боясь пропустить любое слово любимого вождя.

Стрелок тщательно прицелился, ловя в перекрестье оптики грудь Команданте, задержал дыхание и мягко выжал спусковой крючок.

Грохнуло так, словно на чердаке взорвалась граната. Винтовка стреляла бесшумно, но здесь поработала магия Грилла — выстрел непременно должны были услышать на площади. На столике трибуны вдребезги разлетелся графин с водой, обдав осколками Команданте и тех, кто находился рядом. Стрелок ошарашено глянул на оружие и попытался его выбросить. Не тут‑то было! Проклятая винтовка прилипла к рукам и никак не желала покидать хозяина! Внезапно над стрелком провалилась кровля, какой‑то демон свалился ему прямо на голову и оглушил ударом по голове.

Во время выстрела Фаргид на ничтожный момент сжал время, давая возможность Гриллу озвучить выстрел и скорректировать траекторию пули. Сжатие времени, точнее, его растяжка, работала на нужды другого человека, энергии кластера для этого было недостаточно, потому Фаргиду пришлось на мгновение стать путником, после чего он сразу же «вернулся» обратно и, проломив кровлю, обрушился на голову незадачливого стрелка. Оглушив его ударом по голове, Фаргид слетел по ступеням вниз для поддержки Фора, который уже на всю катушку дрался с террористами. У некоторых из них в руках были винтовки, другие продолжали держать чехлы, из которых даже не успели вытащить оружие. Выбросить, или перехватить поудобнее оружие почему‑то не мог никто — оно намертво прилипло к рукам и только мешало своим хозяевам отбиваться от невероятно ловкого мужика. Он двигался очень быстро и отвешивал тумаки всем без разбору. Несколько парней после этих тычков растянулись на земле, другие пытались бежать. Из дома выскочил ещё один мужик и с ходу врубился в разборку.

Фаргид и Фор больше делали вид, нежели дрались серьёзно. Враги не могли воспользоваться оружием, оно лишь связало им руки, в умении же драться путники превосходили их на два порядка. Нужно было лишь создать суматоху, не дать никому скрыться и создать видимость серьёзной потасовки, что у ребят получалось прекрасно, подоспевшие центурионы быстро разобрались, кто есть, кто и пришли на помощь «изнемогавшим» в неравной схватке двоим патриотам. Вооружённые преступники были арестованы, упирающегося снайпера, не желающего расстаться с винтовкой, выволокли с чердака и торжественно повели к Команданте. С огромным трудом удалось вырвать оружие из рук преступников, что, естественно, весьма усугубило их вину, свидетельствовало о непримиримости и крайней враждебности.

* * *

Охрана немедленно увела Команданте в укрытие, дабы не подвергать новым опасностям, толпа на площади разбушевалась, возмущённая попыткой убийства великого реформатора и всенародного любимца. Не исключался вариант, что в такой момент может пострадать и сам вождь от своих же не в меру горячих фанатов. Окружённых тройным кольцом центурионов преступников с невероятным трудом провели сквозь толпу, чтобы сам Команданте немедленно, пред возмущённым взором народа, решил их судьбу.

— Экселенц, — почтительно обратился к майору начальник охраны, лейтенант Гирт, — преступники доставлены, здесь же и та троица храбрецов, которая помогла их задержать.

— Отлично, Гирт! Но этот вопрос придётся отложить на потом, митинг прерывать ни в коем случае нельзя, народ должен видеть, что я не устрашился происков врагов. Я иду на трибуну.

— Но, экселенц…

— Мне нужно делать свою работу, друг мой. Тебе — свою, нам никуда от этого не деться.

* * *

— Входите, тихо сказал секретарь — подтянутый пожилой мужчина в строгом чёрном костюме. — Экселенц ждёт вас. Только не слишком задерживайтесь — у него был трудный день.

Парни вошли в приёмную Команданте — скромно обставленный обычной конторской мебелью кабинет. Ниррок что‑то писал, не глядя на посетителей, он сделал приглашающий жест рукой, предлагая им присесть на стулья. Закончив писать, он перечитал документ, удовлетворённо кивнул и, наконец, поднял глаза на своих гостей. Это был человек лет пятидесяти, но выглядевший гораздо моложе благодаря ясному взору, практически полному отсутствию морщин на лице и густой копне чёрных блестящих волос без малейшего проблеска седины.

— Великий Триэл! Кого я вижу! Фор, старый друг! — лицо вождя озарилось неподдельной радостью. — Когда ты прибыл на архипелаг? Ох… что я спрашиваю? Барли! Эй, Барли!

В кабинет заглянул встревоженный секретарь.

— Принеси сок ваксаи для меня и дорогих гостей. Пару графинов, наша беседа может затянуться.

Вышколенный чиновник исчез без лишних вопросов.

Команданте подошёл к Фору, обнял его, Фаргиду и Гриллу крепко пожал руки.

— Фор, ты второй раз спасаешь мне жизнь. Это судьба, предначертание, не иначе.

— Не думаю. Да и не я главный спаситель.

— А кто?

— Он — Фор указал на своего бывшего курсанта. — Зовут парня Фаргид, пусть сам расскажет о себе.

Команданте с интересом перевёл взгляд на протеже своего друга.

— Мой рассказ может затянуться, — сказал Фаргид, — я хочу ознакомить вас с очень важной информацией, касающейся всего мира Страйд.

Беседа действительно затянулась надолго. Ниррок оказался очень умным и понятливым слушателем, задавал массу наводящих и уточняющих вопросов. Прибытие путника другого мира он воспринял как подарок судьбы, знамение успеха своего дела.

— Итак, подведём краткие итоги нашей беседы, — Ниррок взял в руки исписанный листок. — Первое: подготовить группу профессиональных подводников для исследования возможностей отбора силы из магопровода. Второе: найти судно для доставки группы на место. Третье: обеспечить технические средства для отбора магии, как то — ёмкие аккумуляторы, индуктор‑приёмники, измерительные приборы и прочее. Четвёртое: создать хорошо вооружённую группу прикрытия операции.

Команданте поднял глаза на гостей.

— Это то, что требуется с моей стороны. От вас пока я прошу только советы и рекомендации, в дальнейшем определимся точнее.

— Мы могли бы принять более активное участие в операции, — сказал Фаргид.

— Попробуем обойтись вашим минимальным участием, мой друг. Поскольку ваши выходы в «истинное обличье» чреваты обнаружением, это может подвергнуть риску всю операцию. А от неё полностью зависит успех наших последующих действий. При наличии достаточного количества магии я смогу серьёзно вооружить десять тысяч человек, задействовать тридцать военных судов, около сотни тяжёлых слипов и более двух сотен лёгких. Это уже большая сила. К сожалению, на архипелаге нет сильных магов, те, кто появлялся, быстро переманивались в Актрон щедрыми посулами. Здесь я очень надеюсь на поддержку Грилла.

Маг кивнул, но не преминул добавить:

— К сожалению, у меня нет опыта боевого мага, хотя ряд моих разработок вполне можно использовать в военном деле. Кстати — армия столицы тоже не может похвастать военными колдунами, это я знаю точно. Есть несколько консультантов, но с очень скромными талантами. Сильные маги заседают в совете, но они дилетанты в военном деле. Настоящую опасность представляет собой лишь Рогиол, в прошлом он был профессиональным боевым магом.

— Да, — задумчиво произнёс Ниррок, — он один стоит целой армии. Тем более, что обладает неограниченным ресурсом силы.

— У меня есть одна давняя наработка, — продолжил Грилл. — Когда‑то мне потребовалось закупорить несколько киломагов энергии в стеклянной бутылке. Задача оказалась очень сложной, ведь бутылка для этого, на первый взгляд, непригодна. Но самым сложным было создать пробку. Задачу я решил, хотя практической пользы она тогда не принесла.

— А чем это нам может помочь? — с интересом спросил Ниррок.

— Пробка. Надо заткнуть магопровод. Желательно в нескольких местах. Этим мы можем значительно осложнить Рогиолу его замыслы, ведь не зря же он настолько скрупулёзно копит каждую каплю магии, видимо её всё ещё недостаточно для достижения цели.

— Логично. А реально ли закупорить настолько мощный поток энергии?

— Пока не знаю. Для проведения экспериментов мне нужен значительный её запас, порядка нескольких сотен гигамагов. Я должен быть уверен, что пробка, или, скажем так: задвижка, созданная мной, будет способна остановить такую прорву магии.

— Ничего себе! Но у нас нет столько аккумуляторов.

— Попробуем обойтись без них. Вернее, они потребуются только на первом этапе. У меня есть мысль построить хранилище магии. Мне удалось подглядеть некоторые секреты во время… впрочем, об этом я умолчу. Но в помощь мне потребуется несколько магов, пусть и не слишком сильных. Достаточно, чтобы они могли оперировать с небольшими мощностями и имели начальный уровень знаний. Ну и, естественно, строители, техника, ведь сооружение выйдет немалое.

— У нас всё это есть. Вот только запасов магии маловато, чтобы работала мощная строительная техника.

Грилл посмотрел на Фаргида, тот понял его без слов, кивнул в знак согласия.

— У нас есть личный запас магии. Можем помочь.

— Отлично. Обещаю, что истраченная энергия будет возвращена, даже если операция потерпит фиаско.

— И ещё, — в разговор вмешался Фаргид, — следует максимально ускорить все работы, мы не знаем, сколько ещё Рогиолу нужно магии, чтобы совершить задуманное. Возможно, счёт идёт на дни. Поэтому в первую очередь следует подумать именно о пробке для магопровода, чтобы сорвать замыслы верховного мага. Кроме того, — Фаргид повернулся к Гриллу, — что касается разработки магической техники, — можешь рассчитывать и на меня.

— Но ты же не маг, я‑то знаю.

— Я ‑ техник. Имею соответствующее образование и неплохой опыт. По крайней мере, имею понятие, как работают твои индукторы, приёмники и аккумуляторы.

Болт не стал распространяться о созданных в своё время СГМ‑ах и других магических устройствах, на многие из них Гринвелл наложил строгое табу, но о хранилищах и задвижках разговора не было, значит можно помочь в их разработке, а заодно получить бесценный опыт.

* * *

Первые чертежи хранилища были готовы уже через неделю, Грилл убедился, что Фаргид действительно может оказать помощь в разработке магической техники, более того — во многих аспектах он разбирался лучше, чем сам маг.

— Тебе бы инженером работать, а не кулаками размахивать, где попало, глядишь — человеком бы стал, — съязвил Грилл после того, как Фаргид положил ему на стол готовый чертёж коллектора магии.

— Мама мне это тоже говорила — вздохнул путник, — но я с детства был непослушным ребёнком, лез в каждую дырку, заводил нехороших друзей… вот и сейчас, то же самое, — он с ухмылкой глянул на Грилла.

— Это ещё надо разобраться, кто из нас нехороший.

— Да оба мы с тобой хороши.

Парни расхохотались. Работа спорилась, настроение было отличное, Команданте оказался великолепным организатором, требуемые материалы и инструменты немедленно доставлялись, строительство хранилища велось ударными темпами, чертежи уходили к прорабам как горячие пирожки.

По распоряжению Ниррока уже была сформирована команда подводников для рейда к магопроводу, подготовлено два судна — быстроходный катер и субмарина.

По результатам воздушной разведки было известно, что район подводного хранилища усиленно охраняют несколько больших военных кораблей, соваться туда — смерти подобно. Магопровод контролировался значительно хуже, вдоль него курсировали катера, на которых наверняка были средства для обнаружения и уничтожения субмарин. Но, как бы там ни было, операция по отбору магии в любом случае оказывалась крайне опасной.

На носу субмарины смонтировали мощный индуктор‑приёмник, для отсоса энергии из магопровода без применения ручных устройств. То есть — подлодке достаточно подойти к магопроводу, прижать индуктор к его поверхности и простоять так восемь минут, пока аккумуляторы заполнятся энергией. После этого нужно будет быстро уходить, долго прохлаждаться у столь серьёзного объекта не стоит. За один рейс субмарина может доставить сорок гигамагов энергии, то есть, для нужд Грилла по созданию пробки нужно будет совершить примерно пятнадцать‑двадцать вояжей к магопроводу.

10

Верховный маг забросил все дела, никто не мог попасть к нему на приём, даже самые близкие друзья. Все думали, что это очередной приступ хандры, в которую впадал иногда Рогиол, но истинная причина была в другом. Маг проводил дни и ночи напролёт в своём дворце, выстроенном в самом центре столицы. Именно сюда сходились все потоки силы из нескольких хранилищ магии, отсюда он собирался осуществить задуманную акцию, которая прославит его на все времена. И цель как никогда близка. Ещё два часа и в хранилищах окажется достаточно энергии для осуществления грандиозного замысла. Истощённые до предела магические родники Страйда давали крайне мало силы, но, всё‑таки, указатель запаса постепенно подбирался к нужной цифре. Всего два часа отделяли Рогиола от вожделённого момента триумфа! Осталось добрать всего один гигамаг энергии. После осуществления акции можно вернуть магию к своим истокам, оживится экономика, нищий народ воспрянет духом, кроме того у Страйда появятся невиданные до того перспективы развития! Рогиол задумал ни много, ни мало — пробить новую Тропу в другой мир! Дело в том, что Страйд не укладывался в общую картину построения системы миров, он был своеобразной аномалией. Если остальные миры шли друг за другом стройной цепочкой, имея связь каждый с двумя другими, то со Страйдом дело обстояло иначе. Он имел всего один выход к другому миру, единственную Тропу, которую, к тому же, заблокировал с той стороны могущественный клан Кайран. Много лет назад Рогиол задумал исправить эту несправедливость, по его расчёту, следовало пробить Тропу к миру Рогус, тогда в цепочке миров произойдут коренные изменения — Страйд вклинится в общую линейку. Он займет место между Пролгом и Рогусом, перестав быть аномалией. Правда, новым соседом Страйда окажется клан Гул‑Магот, но это намного лучше, чем Кайран. С Гул‑Маготом могучая технологическая машина Страйда как‑нибудь управится и откроется путь в другие миры.

Рогиол очнулся от грёз, взглянул на приборы. Указатель количества магии достиг вожделенной отметки! На какой‑то момент мага вдруг одолели сомнения — а если в расчёты закралась ошибка? Если процесс пойдёт не так? Огромная мощь уйдёт не на то, чтобы проломить пространство, а ударит обратной волной. Тогда Страйду конец, произойдёт страшный катаклизм. Но нет. Расчёты много раз перепроверены, ошибки быть не должно. Прочь сомнения! Палец мага уверенно вдавил большую чёрную кнопку.

* * *

— Кэп, вижу судно! — сказал наблюдатель со смотровой площадки.

— Тип корабля? — потребовал капитан.

— Похож на рыбацкий сейнер. Пока далековато. Да, точно рыбаки. Вон и сеть за кормой болтается.

— Подойдём ближе и прикажем убраться.

— Но на корабле флаг архипелага. Они теперь отдельное государство, а здесь свободные воды.

— Да плевать. Не захотят убраться — утопим. У нас особое задание и соответствующие инструкции командования.

— Да, капитан!

Большой катер военно‑морского флота Актрона приблизился к рыболовецкому судну, по громкой связи был отдан приказ немедленно покинуть особую зону, где в настоящее время якобы проводились учения. Оттуда прокричали, что судно неисправно, отказал коллектор магии, произошла утечка и теперь нет энергии, для того, чтобы двигаться. Рыбаки вызвали помощь с архипелага, она должна появиться с минуту на минуту.

Капитан сплюнул с досады. Если пустить сейчас в сейнер торпеду, велика вероятность того, что прибывшие на помощь выяснят причину гибели рыбаков.

— Стойте на месте, мы сейчас подойдём для досмотра судна! — крикнул наблюдатель. — Если будет возможность — окажем помощь.

— Отправляй на сейнер десантную группу — приказал капитан боцману, пусть потянут время. А когда прибудут помощнички, кончим и тех и других.

— Скажу вам, кэп, не похоже это судно на рыбацкое. Скорее — военный катер, переделанный под нужды рыбаков.

— От островитян всего можно ожидать. Обезьяны, только без хвостов.

Оба рассмеялись.

Катер вплотную подошёл к сейнеру, рулевой мастерски подогнал борт к борту, на палубу к рыбакам полетели швартовы, а затем стали перепрыгивать десантники.

— Кто капитан? — спросил командир десанта у первого попавшегося матроса.

— Он внизу, осматривает машину.

— Веди, — приказал десантник и махнул рукой, приглашая за собой ещё двоих своих парней.

Матрос провёл непрошеных гостей через узкий коридор к крутым металлическим ступеням, ведущим в недра корабля, затем ловко спустился вниз, даже не оглядываясь, идут ли за ним десантники; узкий проход расширился в средней величины помещение, на одной стене которого располагались приборы контроля двигателя, на другой множество рукояток, тумблеров, регуляторов. Две других стены украшали подробные морские карты. Посреди помещения стоял привинченный к полу длинный стол, за которым сидели четверо матросов и увлечённо играли в сирх — карточную игру, широко распространённую на архипелаге. Игроки что‑то не поделили и как раз громко ругались, обвиняя друг друга во всех смертных грехах.

Командир десанта скептически покачал головой, выражая этим жестом всё, что думает об островитянах, затем громко рявкнул:

— Молчать!

Матросы только теперь увидели вооружённых незнакомцев, один из них, явно более высокого ранга, спросил:

— Вы кто? Что вы делаете на моём корабле?

— Понятно, кто капитан, — насмешливо отозвался десантник. — Это называется ремонтом мотора? Предупреждаю: если через полчаса к вам не подоспеет помощь, или вы сами не уберёте посудину из этого квадрата океана — пеняйте на себя!

— А кто ты такой, чтоб нами командовать? — грубо отозвался капитан. — Мы имеем право торчать в свободных водах столько, сколько заблагорассудится. Убирайтесь с моего корабля, иначе я пожалуюсь Команданте.

— Твой Команданте далеко, а я — вот он. И сейчас покажу, кто на самом деле здесь командир. — Десантник схватил капитана за грудки, поднял с лавки и притянул к себе, для проведения воспитательной работы.

— Ну зачем же так, — растерянно залопотал тот, — я же не это…

— Сейчас я покажу тебе, «это» или «не это», островная крыса! — десантник отвел назад кулак для удара, однако дальше события пошли совсем не по тому сценарию, что рассчитывали пришельцы.

Капитан нанёс резкий удар ладонями по ушам десантника, после чего тот безвольно свалился на пол, метнулся к двоим другим воякам, после чего они тоже благополучно заняли лежачие места рядом со своим командиром. Всё произошло настолько быстро, что десантники не успели издать ни звука.

Фаргид (именно он исполнял роль капитана) повернулся к Гриллу.

— Твоя очередь.

Через несколько минут наверх выглянул хмурый командир десанта и позвал за собой вниз ещё троих подчинённых. Прошло ещё немного времени, после чего командир увёл вниз оставшихся троих вояк.

Вскоре из трюма наверх поднялась вся десантная группа и направилась на свой катер.

— Зачем вы вернулись? — удивился боцман. — Капитан приказал караулить сейнер.

— Там нечего караулить — отозвался командир. — Лохань вот‑вот утонет, их матросы не успевают откачивать воду из трюма.

— А‑а‑а. Тогда понятно. Приятного им приземления! Ха‑ха‑ха, — рассмеялся боцман собственной шутке. — Иди, докладывай капитану, ему решать, что делать дальше.

— Я как раз и собирался это сделать.

Через минуту удивлённый боцман увидел как капитан вылетел из рубки и шлёпнулся на палубу.

— Он мне нагрубил — пояснил вышедший вслед за ним десантник.

Возмутиться боцман не успел — его приголубили по затылку крепким кулаком, после чего он погрузился в беспамятство.

— Катер наш, — подошёл к десантнику его помощник.

— Разыграли как по нотам, — улыбнулся Фаргид.

Вся комедия в трюме нужна была для того, чтобы заманить десант в трюм, после чего Грилл «переснял» внешность всех вояк и придал её своим парням. На катере никто не заподозрил, что на борт вернулись совсем другие люди. За время происходящих на поверхности событий, субмарина наполнила аккумуляторы магией, затем наверх поступил условный сигнал.

* * *

Рогиол застыл за пультом установки. Палец продолжал нажимать кнопку, но ничего не происходило. В чём дело? Маг растерялся, взгляд метнулся по приборам, пока вновь не упёрся в указатель уровня энергии. Утечка! Не хватало сорок гигамагов силы. Куда они могли так быстро исчезнуть? В груди похолодело — утечка магии в таком количестве чревата катаклизмом местного масштаба. Но где она могла произойти? Такого не было за всё время существования хранилищ и магопроводов.

Маг активировал м‑фон.

— Экрон слушает, мастер.

— Срочно проверить весь объект «Тор». Повторяю: весь! Сам объект, вспомогательные элементы, окрестности. Произошла серьёзная утечка. Поднимите на ноги всю службу охраны. Подводным элементам — особое внимание. Результаты докладывайте немедленно по мере поступления.

— Выполняю. — М‑фон отключился — начальник СБ Страйда по тону верховного понял, что сейчас вопросы лучше не задавать.

Через три часа Рогиолу доложили, что объект проверен, утечек не обнаружено, но исчез один из катеров охраны. Сигналов бедствия от него не поступало, на борту была команда профессионалов. Элементы «Тора» в районе исчезновения катера проверены, нарушений в функционировании не обнаружено.

— Хорошо. Возможно это случайность. Ищите катер, не мог же он исчезнуть просто так. Шторма в это время не было?

— Нет, мастер.

— Пусть подводники сканируют дно вдоль объекта. Возможно, катер затонул.

— Я уже отдал такой приказ, мастер.

— Хорошо, что у меня ещё есть толковые люди, которым я могу доверять, Экрон. Вы — один из них. Держите меня в курсе событий.

Рогиол с сожалением посмотрел на указатель энергии. Утечка в сорок гигамагов, шутка ли! Источники выдают около одного гигамага в два часа, ждать целых восемьдесят часов! Маг повернулся, вышел из пультовой, естественно он уже не мог видеть, как указатель энергии упал ещё на сорок единиц.

* * *

Второй рейд субмарина совершила сразу вслед за первым, удалось сделать отбор энергии без агрессивных акций, корабли Актрона поблизости отсутствовали. Но вскоре флот столицы активизировался, в акватории магопровода начались розыски исчезнувшего катера. Был даже запрос властям архипелага, но в ответе сообщили, что там имеются свои потери — не вернулось два рыболовецких судна. После этого запросы прекратились, руководство флота Актрона знало, что рыбацкие суда архипелага зачастую неплохо вооружены. Легко сделать вывод: катер наткнулся на рыбаков в районе магопровода, им предложили убраться, дошло до конфликта и пошло‑поехало. Столкновение закончилось плохо и для рыбаков и для военного катера столицы. А то, что катер не смогли найти подводники, неудивительно — океан умеет хранить свои тайны. Возможно, удовлетворившись таким объяснением, командование флота Актрона успокоилось бы, но вскоре исчезло ещё два катера. Верховный маг два дня не заглядывал в пультовую, нетрудно предугадать его реакцию, если бы он увидел, что утечка составляла уже сто шестьдесят гигамагов.

* * *

— Экселенц, в акваторию магопровода выдвинулся большой флот Актрона с сильной воздушной поддержкой, операции по отбору энергии стали невозможными, — докладывал лейтенант Дисток — командир группы подводников.

— Ну, что же — этого следовало ожидать. Жаль, что не успели набрать магии столько, сколько требуется Гриллу для его исследований.

— Я сейчас ним разговаривал. Он попробует обойтись тем, что имеется.

— Хорошая весть. Ладно, я сам с ним свяжусь.

Грилл совместно с Фаргидом усиленно работали над созданием пробки, дело пошло быстро: когда на макете стала использоваться энергия в десятки гигамагов, выявился эффект сжатия. Оказалось, что магия такого порядка не может двигаться самотёком от полюса к полюсу, в зависимости от их поляризации, она сама по себе создаёт пробки. Значит, в магопроводе обязательно должны быть устройства, предотвращающие сжатие энергии. К тому же, их должно быть достаточно много, примерно одно на десять миль магопровода. Подводники выяснили, что длина донного участка магопровода составляет девяносто миль. Один его конец упирается в отрог материка, другой в хранилище, которое в свое время нашли Фаргид с Гриллом. Собственно пробка, которая представляла собой мощную индукционную катушку, была готова, сложность была в её установке на магопровод. Здесь пригодились инженерные навыки Олега, он довольно быстро придумал, как сделать устройство быстромонтируемым, задача Грилла состояла в том, чтобы сделать индуктор невидимым. Впрочем, такая мелочь для мага не составляла большой проблемы, тем более, что рядом будет располагаться бездонный источник магии.

Уже к вечеру этого дня парни испытали индуктор на макете и остались вполне довольны результатами.

— Грилл, мне кажется, такое событие нужно спрыснуть.

— Чего сделать?

— Глотки промочить хорошим спиртным. Да и вообще: давно пора расслабиться.

— Это да. А ты знаешь, где здесь можно найти что‑то путное?

Где найти «путное» знал Дилок, один из ребят, который помогал при проведении экспериментов.

Команданте тем временем решил лично посетить лабораторию, от результатов работы которой зависело очень многое. Когда он был уже рядом, то невольно замедлил шаг, прислушиваясь к странным звукам, доносящимся из‑за двери.

— «Ой, мороз, мороз! Не морозь меня!» — это явно был голос Фаргида, но только с какими‑то подвывающими нотками.

— «Не морозь меня!» — нестройно завыли уже два голоса, — «Моего‑о‑о ко‑ня‑а‑а‑а!» — звук расплылся страшным диссонансом.

За дверью открылась живописная картина. Фаргид с Гриллом сидели на полу, подложив под задницы лабораторные халаты, между ними лежала расстеленная газета, на которой разместилась добротная выпивка и не менее добротная закуска. Три бутылки «Сольи», две из которых уже были пусты, нарезанный балык, копченая рыба, хлеб и ещё кое‑какие разности.

Ниррока кольнула неожиданная для себя самого зависть к этим парням, которые могли вот так запросто — сесть и напиться после хорошо сделанной работы. А то, что она действительно сделана, было понятно по светящемуся макету магопровода, ток магии в котором равнялся нулю — это чётко фиксировал измеритель течения силы.

Правда, песня была странная, что такое мороз, Ниррок знал лишь понаслышке — это когда очень холодно, вода превращается в лёд или снег. Ну, а каким концом мороз относился к коню — это вообще непонятно.

Появление Команданте было встречено с крайним энтузиазмом, рядом с импровизированным столом на полу появилось новое сидение из ещё одного несчастного халата, куда и препроводили Ниррока, не обращая внимания на отговорки. На его вопрос: почему бы не воспользоваться столом и стульями, последовал туманный ответ типа «никакой романтики», затем пошла так называемая «штрафная» — полный фужер водки «Сольи», после чего майор быстро захмелел и принял самое активное участие в застолье.

Через некоторое время из лаборатории донеслись звуки новой песни. «Цвите тэрэн, цвите тэрэн, та й цвит опадае‑е‑е.» Каким образом Фаргиду удалось перевести украинскую песню на местный язык, да ещё и с соответствующим колоритом, остаётся загадкой, но ведь у пьяного зачастую получается то, что трезвому абсолютно неподвластно.

— Фаргид, ты — сволочь! — обиженно пробурчал Грилл. — Знать такие песни и столько времени молчать — прест… прест… пресступ…ление! — наконец удалось выговорить ему.

— Согласен — удручённо ответил Фаргид. — Знаешь, это украинская песня, её придумали эти… украинцы. Это так‑кой народ! — он приложил палец к губам. — Т‑с‑с! Затем оглянулся, чтобы никто не подслушивал. — С‑сволочи те ещё! Но парни — мировые!

— Э‑э‑э. Значит — мировые сволочи?

— Не прр… не перекручивай! Мировые парни.

— Так не бывает.

— Бывает. Ты не знаешь украинцев. Вот у меня сосед в Корягино живёт, Витька Коноваленко — жмот страшный! За кусок сала убьёт! Но отдаст последнюю рубаху!

— Фаргид, ты сам себе противоречишь.

— Это не я. Это они — украинцы такие противо… противоречивые. Давай выпьем за них, за украинцев. За русских мы уже пили.

Через несколько минут из лаборатории загорланили уже три голоса:

— «Нич яка мисячна, зоряна ясная…»

* * *

Два скоростных катера под прикрытием купола невидимости летели в сторону западного отрога материка, туда, где заканчивалась подводная часть магопровода. Под водой объект теперь охранялся настолько тщательно, что подойти незамеченным к нему стало невозможно. Кроме Фаргида, Грилла и Тора, на борту были еще десять подготовленных бойцов, дело в том, что об этом участке суши ходили очень нехорошие слухи. В них рассказывалось, что здесь якобы поселились гуммы, причём в больших количествах. Грилл ещё до похода просветил своих друзей насчёт этой легендарной зверюги.

— Её называют «кусок болота» за большое сходство с настоящей грязью. Сгусток чёрного густого желе, пожирающего всё живое, что ни попадётся. Убить очень трудно, потому как не боится пуль, копий, дубин. Вроде боится воды и огня. Встречается крайне редко, в основном там, где отсутствуют люди. Больше ничего не знаю.

— Странно, тогда почему, по рассказам, их так много на отроге?

— Мне кажется, что твари любят магию, а её там в избытке. Вот и расплодились. Рогиолу это на руку — не надо охранять побережье. Кто сделает это лучше гуммов?

— Выглядит логично, хотя так ли на самом деле? Однако, как рабочая гипотеза сойдёт.

Высадились на сушу с обратной стороны отрога, где не было сторожевых кораблей Актрона. Фаргид провёл последний инструктаж, и отряд двинулся в путь, пересекая узкий язык твёрдой земли. В отряде на всякий случай имелся ручной огнемёт. Фаргид, Фор и Грилл вооружились СИ‑190, одному коммерсанту с архипелага когда‑то удалось закупить партию патронов для сего чудо‑оружия, но они так и пролежали у него мёртвым грузом почти три года. Неудивительно, что покупатели на этот залежалый товар показались ему спасением, посланным самим небом. Грилл всё время поглядывал на наручный индикатор магического поля, этот прибор они изобрели вместе с Фаргидом при работе над созданием пробки. Собственно пробку, или как её по‑научному нарекли «стоп‑индуктор» нёс на плечах в упакованном виде здоровый спецназовец. Целью отряда было достигнуть развалин древнего замка ближе к той стороне отрога. Фаргид имел подозрение, что сии развалины каким‑то образом использовались Рогиолом в системе передачи магии, уж слишком удобно они расположились как раз продолжая линию подводного магопровода. Вполне могло оказаться, что там имеется охрана — но это выяснится, когда отряд подойдёт ближе. Надежда была на купол невидимости, Грилл нёс с собой аккумулятор новейшей конструкции с большим запасом энергии, что позволяло надолго «закрыть» отряд от недобрых глаз. Кстати, от «недобрых носов» тоже — купол напрочь отсекал все запахи — это на случай, если вдруг слухи о гуммах окажутся правдой.

— Стоп! — негромко скомандовал Фаргид. — Что это там впереди поблёскивает?

Действительно, в лучах солнца на земле блестел какой‑то предмет.

— А оно ещё и двигается, — пробормотал Фор.

Вскоре стало ясно, что это вовсе не предмет. По земле ползла мерзкая на вид тварь с осклизлой блестящей чёрной кожей. Вблизи стало видно, что кожа непрерывно пузырится, словно болотная грязь.

— Вот вам и гумм, — шёпотом сказал Грилл. — Я только сейчас поверил, что они и правда существуют.

Отряд постарался обогнуть тварь по широкой дуге, неизвестно, как она ориентируется, во всяком случае, ничего похожего на глаза у неё не было. Через время гуммы стали попадаться всё чаще. Они ползали в самых разных направлениях, обходить их становилось всё труднее. Отряд подошёл к большому одинокому дереву.

— Взбираемся на ветви, я хочу провести маленький эксперимент, — скомандовал Фаргид.

Когда все оказались на раскидистых ветвях, он выцелил одну из дальних тварей и выстрелил в неё разрывным зарядом. Гумма разворотило в бесформенную кучу мерзкой чёрной плоти, которая продолжала шевелиться, она, возможно, даже сумела бы восстановиться в прежнем теле, но окружающие твари набросились на добычу и через минуту от неё ничего не осталось.

— Отлично, — прошептал Фаргид и стал посылать пулю за пулей, отстреливая тварей на довольно большой площади. Фор и Грилл поняв его замысел, поддержали огнём из своих винтовок. Масса гуммов пришла в движение — поблизости появилось много пищи. Отстреляв около пятидесяти гуммов, (Фор и Грилл за это время уничтожили примерно шестьдесят тварей) Фаргид сказал:

— Теперь зверушкам есть чем заняться, думаю, мы можем спокойно топать дальше.

Гуммы собрались возле пострадавших сородичей и принялись их пожирать, со всех сторон к поживе спешили опоздавшие твари.

По пути острел пришлось повторить ещё раз, дерева поблизости не было, но оно и не понадобилось. Фокус с приманкой сработал и на сей раз отменно.

Наконец, впереди показались развалины. Фаргид остановился.

— Впечатляет.

Древнее строение поражало своими размерами, мощные высокие стены окружали замок площадью не менее полутора квадратных километров, массивные угловые башни угрожающе смотрели узкими проёмами бойниц, за стенами виднелись ещё более высокие строения явно не мирного назначения.

— Н‑да… если это развалины, то я — верховный маг — саркастически произнёс Грилл.

— Ладно, давайте подойдём ближе, отсюда не разобрать — обитаем ли этот памятник истории, — пробормотал Фаргид.

Неподалёку от замка нашлась густая роща, в которой решили остановиться за неимением лучшего убежища. Тщательный осмотр крепости не выявил признаков жизни, однако тревога Фаргида не уменьшилась.

— Видны следы разрушений, но они какие‑то нарочитые, что ли… Будто кто‑то специально подпортил вполне пригодную для обороны крепость.

— Мне тоже так кажется — подтвердил Фор подозрения Фаргида. — Но замок действительно очень старый, такие не строят уже несколько столетий.

— Значит, умели в древности строить, только и всего. Короче, поход к замку откладываем на завтра, лезть туда на ночь глядя не слишком хочется. Ужинаем всухомятку — никаких костров. На ночь оставляем двоих караульных, смена каждые два часа. Неизвестно, какая гадость может водиться в этих местах.

К счастью, ночь прошла на удивление спокойно, после завтрака отряд двинулся к замку и вскоре был под его стенами. Вблизи крепость производила ещё более угрожающее впечатление, казалось, изнутри смотрит кто‑то невидимый и страшный. Следы, оставленные временем, отсюда стали различимы гораздо лучше. Многие зубцы частично разрушились, в стенах видны глубокие щербины. Некоторые бойницы потеряли форму из‑за вывалившихся кирпичей. За прошедшие столетия ветер нанёс на выступы почву, поэтому там и сям из стены на разной высоте торчала трава, а кое‑где и целые кусты. Фаргид повёл отряд вдоль стены, разыскивая вход в крепость. Ворота нашлись быстро, дерево давно рассыпалось в прах, но железная решётка из толстых прутьев надёжно закрывала проход внутрь. Низ прутьев крепко увяз в почве, потому сдвинуть решётку с места оказалось невозможно.

— Похоже, здесь и правда никого нет, — озадаченно сказал Фаргид. — Может мы зря паримся, и магопровод нужно искать в другом месте?

— Мне кажется, внутрь всё равно надо попасть, — ответил Грилл. — Нечисто здесь, — точно говорю. Я могу вырезать пару прутьев, энергии у нас достаточно.

— Хорошо, — согласился Фаргид, — делай проход. Но если бы ты знал, как мне не хочется туда идти.

Этими словами он выразил общее настроение отряда.

Грилл подплавил два прута мощными импульсами магии, после чего они легко отогнулись в стороны. Фаргид вошёл первым, за ним потянулись остальные. Двор крепости между внешней и внутренней стеной подавлял пустотой и угрюмостью. Ни травинки не пробилось за все столетия сквозь каменную мостовую, ветер завывал в пустых глазницах бойниц и окон. Обычно в таких развалинах селятся птицы, вьют гнёзда в удобных каменных нишах, но здесь они отсутствовали. Ощущение недоброго взгляда стало ещё сильнее. Маг тщательно прощупал доступное пространство. Ничего. Пусто. Взглянул на Фаргида, сдвинул плечи.

— Понятно, — буркнул тот. — Надо двигать внутрь. Всем быть крайне внимательными. Страховать друг друга.

Эти фразы он мог и не говорить, люди не были новичками в подобных приключениях, но тревога всё сильнее и сильнее грызла Фаргида.

Вскоре отыскался и вход в одно из строений. Квадратная высокая башня непонятного назначения стояла чуть в стороне от пути во внутренний двор замка через ворота второго кольца стен. От строения веяло мощью и той же недоброй силой.

— Интересно, кто жил в этом дрянном месте? — тихо спросил один из спецназовцев.

— Наверное, дрянные люди, — ответил Грилл.

— Или нелюди, — добавил Фор.

— Надо бы заглянуть в эту башню, — сказал Грилл. — Она стоит здесь как пятое колесо от телеги, зачем‑то её сюда пристроили?

— Надо, значит надо, — ответил Фаргид. — Пойдём все вместе, делить отряд почему‑то не хочется.

Внутри башни после короткого коридора начиналась крутая лестница. Она уходила вверх множеством не слишком длинных пролётов, перемежаясь небольшими площадками. Каждая площадка освещалась узким оконцем, прорезанным в толще каменной кладки. Ступени оказались неудобны для подъёма — ноги приходилось задирать слишком высоко, создавалось впечатление, что здесь ходили непомерно длинноногие жители. Впрочем, возможно так оно и было. Долгий подъём закончился широким настилом из толстых железных прутьев. Стены помещения частично состояли из каменной кладки, но в них были сделаны большие ниши наружу, тоже густо забранные решётками из железных прутьев. Всё это насквозь продувалось ветрами. Но внимание людей привлекло другое. На решетчатых стенах было множество крючьев, увешанных человеческими скелетами. Сильный ветер раскачивал висящие конечности, они время от времени постукивали о другие кости, отчего в помещении стоял весьма характерный шум. Зрелище было неприятным и жутким.

— Это что за паноптикум? — непонятно у кого хмуро спросил Фаргид.

— Я догадываюсь, что это, — ответил Грилл. — Сушильная башня. Надо подняться по лестнице ещё на один уровень, тогда можно будет сказать точно.

На следующем этаже оказалось точно такое же помещение, заполненное скелетами.

— Всё ясно, — подытожил Грилл. — Уходим вниз, здесь мы больше ничего не найдём.

Отряд с радостью покинул страшную башню. Вниз спускались быстро и не только по той причине, что это было намного легче подъёма.

— Теперь рассказывай, — потребовал Фаргид, когда все оказались на мостовой древнего замка.

— Здесь жили ирды. Это гигантские богомолы, достигавшие роста в два с половиной метра. Ирды были страшной напастью для людей древнего мира. Очень сильные, быстрые, ловкие, да к тому же, умеющие летать твари. Они опустошали целые города, а иногда и страны. Люди для них были такой же пищей, как и всякая другая живность. В таких вот башнях ирды готовили себе еду. Жертву живьём насаживали на крюк и сушили на ветру, пока она не превращалась в сморщенную мумию. Мясо не гнило, потому как укус ирда сопровождался впрыскиванием яда, препятствующего процессам тления. Желающий потрапезничать ирд поднимался в сушилку, вцеплялся в понравившийся труп, и обгрызал с него высохшее мясо. Решётки защищали пищу от хищных давров — когда‑то жили такие птички, размером с большой слип.

— Весёленький рассказ. А почему скелеты так и продолжают висеть? Я так думаю, нужно же было место для новой пищи?

— Не знаю. Это надо спросить у первого же ирда, которого встретим.

— Типун тебе на язык! Ох, и шуточки у тебя пошли в последнее время.

— Есть, у кого научиться — парировал маг.

Фаргид повёл людей вдоль внутренней стены. Вскоре нашлись ворота, но пройти здесь оказалось проще, решётка легко повернулась на массивных петлях.

— Не нравится мне это, — пробурчал Фаргид. — Обычно петли так ржавеют, что намертво прикипают друг к другу. А здесь — словно их кто‑то смазал.

Люди крепче сжали оружие, оглядываясь по сторонам. За двойным кольцом стен оказалось мрачное высокое прямоугольное здание, занимавшее значительную площадь отнюдь не маленького двора. Рядом было ещё несколько построек, среди которых острыми пальцами торчали ещё две сушильные башни.

— Странно, — сказал Фор. — Создаётся впечатление, что здесь, всё‑таки, кто‑то живёт. Но где охрана? Где работники, ведь кто‑то должен наводить здесь порядок?

— Грилл — обратился Фаргид к магу, — давай прикроемся невидимостью, а? Чует моя задница, что добром наше приключение не кончится.

— Я давно это сделал. Моя задница почуяла неприятности ещё раньше.

— Ну, тогда надо искать вход в этот милый домик. Слушай, а что это там, возле башен‑сушилок валяется?

— Кости, — сказал Фор, — внимательно посмотрев туда. — Горы костей.

— Ага… — задумчиво сказал Фаргид. — Значит там, на крючьях место кто‑то освобождает. Парни, теперь я почти уверен, что ирды здесь всё‑таки живут. Значит — оружие держать на взводе, быть готовым к любым неожиданностям.

Скоро отыскался вход — массивная деревянная, крепко сколоченная дверь из струганных досок.

— Дверца‑то не старая, — со значением сказал один из спецназовцев.

Дверца, к тому же, категорически отказалась открываться. Грилл «прощупал» её своей методой, затем повернул удивлённое лицо к Фаргиду.

— А замочек‑то современный. Магия плюс сложная электроника. Очень похож на те, что были в хранилище.

— Наконец‑то обнадёживающая весть. Но теперь можно сказать точно — внутрь надо идти. Думаю, ирды с электроникой знакомы не были.

— Ирды отлично воевали. Но в технике их мозги абсолютно не тянули. Потому люди их в конце концов и победили.

— Даже не знаю, что лучше: встретить внутри ирдов, или спецназ в броне.

— Со спецназом мы, по крайней мере, умеем воевать. С ирдами — нет. Ладно, я займусь замком, трепаться без толку здесь можно до вечера.

Запор сдался достаточно быстро, Грилл пояснил, что базовый код от дверей столичного магохранилища здесь тоже подошёл.

Дверь отворилась бесшумно, показывая непрошеным гостям длинный сводчатый коридор, освещённый вполне современными электрическими светильниками.

— Внимание! — предостерегающе сказал Фор.

В небе появилось пара десятков крупных птиц, они стремительно приближались.

— Грилл, закрой дверь! — приказал Фаргид.

— Может, спрячемся в коридоре?

— А если они направятся туда? Дальше могут быть ещё двери с кодом. Разблокировать ты их не успеешь. Ещё рассказывать?

Грилл молча закрыл дверь. Отряд, прикрытый куполом невидимости, отошёл в сторону.

Ирды, — это были именно они, а вовсе не птицы, тяжело приземлились рядом с одной из сушилок. Каждая пара насекомых тащила шест, к которому был привязан человек. На земле для того, чтобы поднять человека, сил хватало и одному ирду. Десять тварей, каждая, подхватив в серповидные лапы по жертве, вошли в сушильную башню. Через несколько минут послышались душераздирающие вопли, по‑ видимому люди заняли свои места на крюках.

Фаргид сжал зубы, он не знал этих людей, возможно даже они были распоследним отребьем, но такой смерти не заслуживали. К тому же, если об этих вещах знает верховный маг… понятно, что мнение путника о правителе Страйда упало ещё на несколько пунктов сразу.

— Грилл, — тихо спросил Фаргид, — ты уверен в своей примочке?

— Ты о чём?

— Да о твоём новом автоматическом чудо‑инъекторе для моего кластера. Думаю, что мне сегодня не раз придётся им воспользоваться.

— Но ты же сам проверял.

— В деле — нет.

— Вот как раз и проверишь.

— Умеешь ты утешить в трудную минуту.

— Всегда готов, — подмигнул маг.

Десять ирдов, которые не были в сушилке, направились прямиком к двери, которую только что открывал Грилл. Вблизи насекомые производили устрашающее впечатление — серповидные передние лапы были снабжены пилой острейших длинных зубцов, задние ноги скребли землю не менее жуткими когтями, отвратительная голова с огромными фасетчатыми глазами и острыми жвалами непрерывно двигалась, словно жила отдельной жизнью. Несомненно — насекомые обладали огромной силой, скоростью и реакцией, кроме того их защищал природный хитиновый панцирь, прочность которого была пока неизвестной величиной.

Самый крупный ирд приложил лапу к замку, после чего вереница насекомых втянулась в открывшийся зев входа.

Из башни показались остальные твари, они быстро разлетелись по стенам, заняв наблюдательные посты.

— Наверное, их не так много в крепости, — прошептал Фаргид, — если нет специального охотничьего отряда, а для этой цели используются охранники. Они ведь достаточно долго отсутствовали на постах.

— Не факт — так же тихо ответил Фор. — Скорее всего, они просто никого не опасаются. Ближние деревни, похоже, давно опустошены, жуткие слухи ползут по земле и охраняют это место лучше всего другого. Представь — сколько мяса нужно каждому такому уроду.

— Ты всё ещё злишься на меня, Фор?

— После того, что увидел сейчас, прошла последняя злость. Наверное, ты правильно делаешь, препятствуя планам Рогиола. То, что здесь происходит — явно с его согласия и ведома.

— Давай не опережать события и не вешать всех собак на верховного. Для начала, нам надо выяснить, что здесь внутри, а потом выбраться живыми.

Часовые не сидели на месте. Они ходили по стене, иногда то один, то другой куда‑то улетали. В какой‑то момент дверь осталась вне поля зрения всех ирдов, Грилл быстренько отворил её и отряд скрылся внутри.

Длинный сводчатый коридор шёл по прямой, затем отклонился влево и упёрся в единственную, теперь уже стальную дверь. Открылась она, однако, так же легко, поскольку код отличался лишь в мелких деталях. За ней прятался полутёмный зал, заваленный всяким хламом, на полу скопился слой пыли, в котором отчётливо виднелись следы насекомых. Они вели в дальний конец зала.

Фаргид поднял руку в предостерегающем жесте, затем аккуратно поднял СИ‑190, перевёл в режим бесшумной стрельбы, прицелился и мягко нажал на спуск. В глубине зала что‑то тяжело рухнуло на пол, раздался скрежет и странное попискивание. Фаргид выстрелил ещё, после чего шумы прекратились.

— Нашумел, — с досадой прошептал путник. — Идём дальше, похоже, он здесь был один.

Первым выстрелом Фаргид снёс насекомому голову, но лапы твари продолжали двигаться, когти скрежетали по полу, писк вообще непонятно откуда брался. Второй раз Фаргид стрелял расфокусированным лучом магии, это оказалось значительно эффективнее.

— Постой, — сказал Грилл. — Я недолго.

Маг вернулся к двери, немного поколдовал над ней, после чего вернулся и махнул рукой, дескать: можно идти.

— Я сменил код, — ответил он на вопросительный взгляд Фаргида. — Теперь снаружи хрен кто войдёт, только дверь надо выносить.

— Разумно. Открывай следующую.

Отряду пришлось пройти целую анфиладу захламленных помещений, иногда в них было несколько выходов, но следы ирдов в пыли подсказывали верный путь. Часовые больше не попадались. Наконец, команда оказалась в относительно чистом большом помещении, но ирды здесь тоже отсутствовали. Дверей было несколько, однако, поскольку пыль на полу отсутствовала, трудно сказать, куда пошли насекомые.

За одной из дверей оказался огромный тёмный зал, явно заброшенного вида, другие выходы тоже вели явно в нежилые комнаты. Последнюю дверь Фаргид немедленно закрыл, едва успев в неё заглянуть. Он тут же привалил её стоящим рядом ящиком.

— Меня заметили, их там сотни! Заваливаем дверь всем что сгодится!

Все принялись лихорадочно двигать к двери тяжёлые предметы: ящики, старые шкафы и сундуки, железные чушки, в изобилии валявшиеся вокруг.

Дверь затряслась от наносимых с той стороны чудовищных ударов. Раздался громкий треск, пробив полотно двери, наружу вылезла пилообразная лапа ирда. Вскоре от собственно двери остались жалкие ошметья, напор насекомых сдерживал лишь завал из хлама. Ирды издавали нечто вроде модулируемого надсадными хрипами высокочастотного, на грани ультразвука громкого визга, давящего на психику. Фаргид хотел уже начать стрельбу, но Грилл жестом остановил его. Когда преграда рухнула и первые ирды победно ворвались в комнату, маг ударил рассеянной в сотни мелких нитей молнией. Отвратительная вонь горящего хитина ударила в ноздри, люди поспешили закрыть лица масками. Надолго это насекомых не задержало, новые твари остервенело рвались к людям, отшвыривая погибших. Визг стал невыносимо громким, пришлось включить акустические фильтры в шлемах. Заработали СИ‑190, люди стреляли рассеянными лучами магии, поражая каждым выстрелом сразу нескольких тварей. Едкий дым заполнил воздух, видимость снизилась практически до нуля. Люди продолжали стрелять на звуки. Из пелены дыма стремительно вылетела лапа ирда, захватила одного спецназовца и утащила за собой. Затем страшная пила вылетела снова, но тут же упала на пол, отсечённая тяжёлой разрывной пулей. Люди открыли шквальный огонь, поливая невидимых в дыму врагов смертельным ливнем, визг тварей перешёл в какое‑то утробное бульканье.

— Отходим, — крикнул Фаргид в микрофон шлема. — Здесь оставаться слишком опасно!

Отряд организованно отступил в замеченный ранее тёмный зал. Двери здесь были сделаны из железных прутьев, отступавший последним Фаргид немедленно задвинул за собой массивный засов. Пришлось сразу же отойти дальше — сквозь прутья потянулись длинные зубчатые лапы насекомых. Вести огонь рассеянным лучом магии теперь было нельзя, чтобы не разрушить дверь. Вперёд вновь выступил Грилл и шарахнул прямо по решётке синим ветвистым разрядом. Осыпавшаяся на пол целая охапка пилообразных конечностей показала, что их хозяевам очень не поздоровилось. На какое‑то время визг насекомых затих. Затем раздался выстрел, Фаргида швырнуло на спину. Тяжёлая пуля ударила в грудь, но мощная броня не подвела, путник остался жив. Насекомые притащили винтовки, и теперь людям пришлось прятаться от пуль. Сквозь грохот выстрелов иногда прорывался скрежет металла — ирды пытались сломать дверь.

— Не стрелять, — скомандовал Фаргид в микрофон. — Несу гостинцы друзьям. — Фраза была условной, потому люди на время прекратили огонь.

Фаргид активировал кластер, рванулся к двери, на ходу достал длинный тесак, входящий в экипировку спецназовца и, когда достиг двери, снёс им целый лес отвратительных лап, торчащих сквозь прутья. Не замедляя темпа, он активировал автомат инъектора, для заливки следующей порции магии, затем, одну за другой, швырнул три гранаты через головы тварей. Короткая пауза, связанная с перезарядкой кластера, запомнилась путнику тем, как потянулась к нему страшная лапа, зацепила за шею, защищённую основанием шлема, и притянула к решётке. Время вновь остановилось, послушное полному магии кластеру. Фаргид оторвал лапу с мясом и тут же откатился в сторону, спасаясь от летящих осколков гранат, беспощадно рвущих, ломающих тела насекомых. Для верности путник отправил сквозь решётку ещё одну гранату, после взрыва которой напор на решётку двери прекратился, потому как его некому стало производить. Пол в помещении за дверью покрыла масса шевелящихся тел ирдов, несмотря на страшные повреждения, многие из них оставались ещё живы и опасны. Понятно, что это были далеко не все ирды, остальным, видимо, достало ума, что пришельцы далеко не такая лёгкая добыча, как показалось вначале.

Грилл подошёл к решётке и прямо сквозь неё сыпнул разрядом по шевелящейся массе тел. Операцию пришлось повторить ещё два раза, пока движение не прекратилось полностью.

Сзади к Фаргиду подошёл Фор.

— Я здесь кое‑что нашёл. Смотри.

Перед глазами путника появились прекрасной работы ножны серого металла из которых виднелась рукоятка, щедро усыпанная рубинами.

— Здорово! — восхитился Фаргид. Он наполовину вынул слегка изогнутый широкий клинок со скошенным остриём. Сверкнула прекрасная сталь, ржавчина ничуть не затронула её.

— Такого добра здесь полные сундуки, — продолжил Фор. — Оружие людское, не для лап ирдов.

— Награбили в своё время, тараканы хреновы. Пожалуй, я возьму себе такой меч, это получше тесака спецназовца будет. Но сначала испытаем сталь.

Фаргид положил стальной прут на сундук (из таких же была сделана дверь), свистнул рассекаемый воздух. Две железные половинки разлетелись в стороны. Путник тщательно осмотрел лезвие, осторожно тронул пальцем.

— Вещь! Беру и всем рекомендую, кто обучен владеть такой штукой. Ни зазубринки. Ирда посечёт на запчасти без вопросов.

Один из сундуков быстро опустошили, на поясах людей появились мечи.

Между тем за решетчатой дверью по‑прежнему движения не наблюдалось. Фаргид отодвинул засов и махнул рукой, зовя людей за собой. Злосчастная дверь, в которую он заглядывал, и его заметили ирды, оказалась завалена хламом с той стороны. Теперь уже насекомые решили отгородиться от непрошеных гостей, оказавшихся такими злыми.

— Слушай, а как они могли тебя увидеть? — спросил озадаченно Грилл. Я же держал купол.

— Когда я заглянул туда, они стояли шеренгой, перед ними вышагал здоровенный ирд и что‑то пищал. Вся шеренга видела, как приотворилась дверь. Насекомые хоть и тупы, однако понять, что к чему сумели.

— Ясно. Фаргид, я могу поддерживать купол невидимости даже во время боя. Но тогда вам придётся снять меня со счетов как бойца.

— Эффект неожиданности потерян. Потому, думаю, ты полезнее именно как боевой маг. Завал проломишь?

Грилл пару минут копил силу, после чего вышиб весь хлам из проёма двери энергетическим сгустком. Фаргид одобрительно кивнул — друг становился настоящим боевым магом.

— У тебя с каждым разом выходит всё быстрее и лучше.

— Ломать — не строить, — отозвался Грилл, — только вот не лежит моя душа к ломанию. У меня натура творца.

— Согласен. Особенно здорово у тебя получаются страшные рожи, — поддел друга Фаргид.

— Это требует особого умения.

В разговор вмешался Фор:

— Парни, вы не забыли, где находитесь?

— Пытаемся, — буркнул Грилл. — А давайте‑ка я для порядка, запущу туда кляксу. Моя последняя разработка из серии «Давай поиграем в войну». Только, чтобы её создать, нужно минут пять времени и куча магии.

— Ну да, а ирды в это время будут заинтересованно наблюдать, как ты им вламываешь своей кляксой. Нет, действовать надо активнее, пока они не опомнились и не придумали какую‑нибудь каку. Подождите пару‑тройку секунд, я осмотрюсь там.

Фаргид активировал кластер, тенью метнулся в освобождённый проход, мельком оглядел громадное помещение, засёк несколько ирдов, засевших с винтовками в удобных местах. После этого он скрылся за выступом стены, перезарядил кластер и на обратном пути внимательнее осмотрел зал. Двигался путник невероятно быстро, но насекомые что‑то заподозрили, даже раздалось насколько выстрелов.

— Зал колоссальный, уходит вниз глубоким амфитеатром, скорее всего, предназначался для собраний. Полно обломков, хлама, как и везде. Ирдов там много, засели, сволочи по углам и за кучами мусора, выбить будет трудно. Реакция очень быстрая, даже сумели увидеть меня в режиме сжатого времени.

— Может ты зря отказался от идеи Грилла? — спросил Фор. — Мы постреляем в проём для создания видимой активности, а он пусть готовит свою кляксу.

— Добро, расклад принимается, но только имитировать активность буду я в ускоренном темпе. Проём хорошо простреливается оттуда, а броня, как вы знаете, не всегда спасает. Хорошо, хоть СИ‑190 у них нет.

— У верховного крыша, видать, пока не совсем съехала — вооружать этих тварей таким оружием — пробурчал Фор.

Фаргид вновь вошёл в режим ускорения, на доли секунды появился в проёме, но этого времени ему хватило, чтобы разнести на куски двоих ирдов. Ответные пули засвистели в проёме, защелкали по кладке, но путника там уже не было. Через несколько секунд он повторил тот же фокус, однако насекомые стали осторожнее, тщательно укрылись, поэтому уничтожить получилось лишь одного ирда. Но и ответный огонь стал менее плотен, стрелять из‑за укрытий не с руки, если так можно сказать про ирдов, у которых эти самые руки отсутствовали. Но с винтовками они управлялись достаточно ловко и с помощью своих уродливых конечностей.

В следующий заход Фаргид уничтожил троих не в меру азартных ирдов, высунувшихся, чтобы наказать дерзкого неуловимого человека. Паузы между заходами делались неравномерными, чтобы не дать врагам возможность предугадать следующий выпад. За время, пока Грилл готовил свою кляксу, Фаргиду удалось уничтожить двенадцать ирдов. Учитывая их количество в зале, легко можно было подсчитать, что этим делом он мог бы успешно заниматься ещё пару‑тройку суток, истратив море магии на подкачку кластера.

Наконец, маг сообщил, что готов. Фаргид сделал последний заход, постреляв для острастки во все доступные углы, после чего освободил поле деятельности Гриллу. Тот попросил всех отойти чуть дальше на всякий пожарный случай, стал напротив проёма, направил туда обе руки ладонями вперёд и замер на несколько секунд. Казалось, пространство вокруг внезапно загустело вязким киселём, с ладоней мага стала течь чёрная густая мгла, она тяжёлыми волнами пошла в проём двери и, подобно жидкости, начала заполнять пространство зала. Ирды стали ожесточённо стрелять в непонятную субстанцию, но это было абсолютно бесполезным занятием. Сообразив это, насекомые перенесли огонь на проём, однако Грилл стоял достаточно далеко, пули летели мимо, рикошетировать им здесь было просто не от чего, разве что от краёв пролома. Но скорость пули после этого резко падала, повредить человеку в броне она уже не могла. Из зала понёсся визг насекомых — это клякса нашла свои первые жертвы. Визг стал переходить в непрерывный жуткий вой на немыслимо высокой частоте, люди поспешно включили акустические фильтры. В какой‑то момент всё смолкло. Проём стал чёрным — клякса заполнила всё пространство зала, задачей Грилла теперь было уничтожить вязкую субстанцию. Как он уже говорил: ломать — не строить, потому с этой задачей ему удалось справиться быстро.

— Можно идти? — спросил Фаргид.

Грилл кивнул, а сам сел на пол — манипулирование такой мощью отобрало много сил.

— Ты как? — присел возле него Фаргид.

— Так себе. За пару минут отойду. Проверь пока зал на отсутствие живых ирдов.

В амфитеатре зала царила смерть. Мёртвые скрюченные тела насекомых лежали в самых разных местах, у некоторых были оторваны головы, причём это сделали сами ирды при помощи своих жутких пилообразных лап. Впечатление было омерзительным, Фаргид спешно вернулся назад.

— Страшная, должно быть, штука — твоя клякса. Мне даже стало немного жаль этих тараканов.

— А ты вспомни башню‑сушилку, — хмуро сказал Фор. — Вспомнил? И как — до сих пор жалеешь ирдов?

— Интересно, кто они вообще такие? — ответил Фаргид вопросом на вопрос. — Откуда вообще взялись в Страйде?

— Странный вопрос, — Грилл уже оклемался, встал, начал отряхивать пыль. — Они — древняя раса, наша история пестрит войнами людей с ирдами. Откуда взялись? А мы, люди, откуда?

— Да не о том я. Почему, если есть гигантские богомолы, но нет, скажем, пчёл таких же размеров, или любых других насекомых?

Грилл пожал плечами.

— Вот и хорошо, что нет. Иначе и людей вообще бы не было. Но вопрос интересный, жаль — ответить некому.

— Вообще Страйд — странный мир. Какой‑то он неправильный, что ли.

— Почему неправильный? — немного обиделся маг. — Отличный мир, я в нём родился, если ты не заметил. И не только я, а ещё миллионы людей. Не все хорошие, есть и подонки, однако считать нас неправильными…

— Да не кипятись. Ты не знаешь других миров, кроме своего. Я же знаю уже три, включая Страйд. Например, Пролг, хотя и резко отличается от моего мира, я не считаю неправильным. Во‑первых, потому, что он вписывается в структуру цепочки миров — имеет две Тропы, связывающие его с соседями. Но оказалось, что есть и третья Тропа — ваша. Откуда она взялась? Однако Страйд, насколько я знаю, имеет только одну Тропу, именно ту, которая соединяет его с Пролгом. Вот в чём главная неправильность. Второе — истощение природных источников магии. Как такое вообще может произойти? Они питаются энергетикой родной вселенной, то есть, имеют практически неограниченный ресурс. Если источник подсадить чрезмерным потреблением, он быстро самовосстанавливается. В Страйде же опять не так.

— Гм… но ведь Рогиол, как мы выяснили, отсасывает огромную энергию в свои хранилища и магопроводы. Разве это не проясняет ситуацию?

— Нет. Никакой маг не сможет посадить сразу все природные источники в нормальном магическом мире. Он набьёт энергией свои хранилища и магопроводы, но источники снова должны быстро наполниться магией. На архипелаге Ниррок показывал мне один источник. Его показатели практически стоят на нуле. Так не должно быть, Грилл, это неправильно, поскольку противоречит теории построения миров, с которой меня знакомил очень подкованный в этом вопросе человек. К тому же он — маг, которому Рогиол даже в подмастерья не годится.

— Рогиол что‑то готовит. Не думаю, что он копит магию, для того, чтобы вздуть на неё цену, она уже и так запредельная.

— Я тоже так думаю. Тем более важно не дать ему достигнуть своей цели и остановить это безудержное накопление энергии. Это чем‑то напоминает мне ситуацию с накоплением ядерного оружия в моём мире — его уже там столько, что можно уничтожить всё живое многократно. Однако оружие продолжают совершенствовать и производить. Но что‑то заболтались мы, тебе так не кажется? Ты уже в порядке?

— Нормально. Но в ближайшие полчаса маг из меня никакой.

— Попробуем обойтись, думаю, ирдов здесь немного осталось.

Команда двинулась дальше, миновала зал, полный мёртвых насекомых и вновь углубилась в коридоры замка. Нужно было найти путь, ведущий в подвалы, а это было непросто, учитывая размеры крепости и количество помещений. Фаргид шёл первый. Двери в этом крыле замка не были оборудованы запорами, но путник никогда не спешил: вначале он внимательно осматривал помещение и только потом вёл за собой остальных. Наконец, за одной дверью показались ступени, круто уходящие вниз. Из проёма потянуло затхлой сыростью и плесенью — путь явно вёл в подземелье. В который раз Фаргид пожалел, что не может в полной мере воспользоваться своими способностями путника — это в разы упростило бы задачу. Не может быть, чтобы подвал, где, по идее, и может находиться хранилище или проходить участок магопровода, оставался без охраны. Несмотря на опасения, спуск по длинной лестнице, состоящей из высоких ступеней обошёлся без эксцессов. В самом низу тоже была массивная дверь, обитая коваными металлическими накладками, но она к счастью, оказалась незапертой.

Перед людьми открылся огромный полутёмный зал. Слабо светился лишь сам воздух знакомым зеленоватым светом.

Грилл со значением качнул головой — магия, воздух светился от сильного воздействия её поля. Значит, не зря шли, воевали, потеряли товарища. Могло быть и хуже.

Фаргида начало охватывать смутное чувство опасности, он искал её источник и не находил. Хорошо бы подключить Грилла с его способностью «щупать» пространство, но он сейчас очень слаб в этом плане. «Да ладно», ‑ решил путник про себя, — «пустой зал, кого бояться?», и решительно вошёл в зеленоватую мглу. Ничего не произошло. Где‑то капала вода, видимо на стенах оседал конденсат, что неудивительно в условиях подземелья. Фаргид огляделся, ещё раз убеждаясь в отсутствии опасности, и рукой позвал остальных. Отряд двинулся следом. Когда люди дошли до середины зала, сверху на них внезапно обрушились ирды. В последнее мгновение чувство опасности заставило Фаргида активировать кластер, он бросил взгляд вверх и увидел падающего на него ирда, передняя лапа которого уже была занесена для удара. Рука машинально метнулась за мечом, жуткая пила, отсечённая острейшим лезвием, улетела в сторону, однако тяжёлое тело насекомого обрушилось на путника, и лишь сила кластера удержала его от падения на пол. Покачнувшись, Фаргид сбросил визжащую тварь, снёс ей голову мечом, немедленно обрушился на следующего ирда, пытающего отхватить голову беспомощно повисшему в его лапах Гриллу. Когда маг освободился и выхватил свой меч, Фаргид подкачал кластер, повернулся к Фору, но тот справлялся сам, ему удалось в первый момент уклониться от валящегося на голову ирда, что и спасло жизнь. Бой превратился в жуткую резню, мелькали мечи, пилы ирдов, визг насекомых часто перекрывал отборный русский мат путника и ругань других людей. Фаргид понимал, что реальной силой сейчас является он сам и Фор, остальные могли лишь обороняться, да и сколько их осталось в живых? Это было невозможно выяснить в условиях жестокой схватки. Путник уже получил несколько чувствительных ударов, если бы не броня, то для него всё давно бы закончилось. На глазах Фаргида два ирда буквально разодрали своими лапами одного из парней, не помогла даже сверхпрочная броня. Ни Фаргид, ни кто другой помочь не мог, с избытком хватало собственных врагов. Но натиск ирдов постепенно ослабевал, их становилось всё меньше и меньше. Бой закончился так же внезапно, как и начался, но в живых осталось только три человека, насекомые же полегли все. Осмотр тел показал, что раненых среди лежащих людей нет, все мертвы. Да и трудно назвать телами искромсанные насекомыми куски плоти, покрытые остатками изломанной брони. Ирдов погибло в несколько раз больше, но легче от этого не становилось. Фаргид клял себя за поспешность — что стоило дождаться восстановления магических возможностей Грилла? Тогда твари не смогли бы напасть внезапно, потерь удалось бы избежать. На его плечо легла рука Фора.

— Ругаешь себя?

Фаргид кивнул, кусая губы.

— Я бы тоже ругал. Хотя, задним умом мы все сильны, после боя всегда видно, что надо было бы сделать. Вся загвоздка в том, что перед боем этого не видать. Потому не кори себя, твоей вины в гибели парней нет.

— Спасибо, — Фаргид сжал руку Фора своей. — И всё же, не могу простить себе. Ребята шли за мной, верили, а я…

— А ты не мог всё предвидеть, потому что такой же человек, как и они. А люди, бывает, ошибаются. Даже путники твоего уровня. — Фор мягко похлопал Фаргида по плечу. — Пойдём, время не ждёт.

— Погодите, дайте я на вас гляну, — отозвался Грилл.

После короткого осмотра и залечивания мелких ран, троица отправилась дальше. В зале было много выходов, но следы вели только в один, туда и направились парни. Фаргид нещадно полил открывшийся короткий коридор рассеянным лучом магии из СИ‑190, дабы исключить малейшую неожиданность. В конце коридора виднелся стальной прямоугольник двери, явно современного происхождения, при ближайшем рассмотрении обнаружился и сложный маго‑электронный замок.

— Похоже, мы почти на месте, — проговорил Фаргид.

— Так и есть — ответил Грилл. — Здесь фон магии сильнее в несколько раз, чем в зале. Я буду работать над кодом, помолчите чуток, добро?

На этот раз Грилл провозился над кодом около двух часов, запор никак не желал сдаваться.

— Прижимаемся к стенам, на всякий случай, — предупредил маг. — Открываю.

Дверь бесшумно ушла в сторону на смазанных салазках, открылся небольшой, ярко освещённый зал.

Раздался странный, отдающий металлом голос:

— Люди, не стреляйте. Я не буду сопротивляться.

Из‑за серебристой металлической установки, опутанной клубком трубок и проводов вышел высокий ирд. В отличие от своих сородичей он был не зеленоватого цвета, а серо‑землистого. Фасетчатые глаза не искрились самоцветной радугой, зубья страшных лап наполовину выкрошились. Ирд был очень стар. Тем не менее, он немедленно оказался под прицелом трёх СИ‑190.

— Я безоружен. Всю охрану вы уничтожили, потому опасаться нечего, — продолжил старик металлическим голосом. — Зачем вы пришли?

— За этим — указал Фаргид на установку. — И за тем — в конце помещения виднелась ниша, из которой мягко светился округлый бок магопровода. — Другое дело — что вы здесь делали? Не могли найти еды в другом месте? В лесах, например, подальше от людей. Или люди вкуснее? — голос Фаргида с каждым словом становился злее.

— Человек, эта крепость — последнее прибежище моего народа. Вы убили всех, теперь в Страйде остался только один ирд. Это — я.

— Да мне плевать, что ты последний. Только что остатки твоего народа угробили многих моих парней, за что и были убиты сами. Ты пойдёшь вслед за ними, тварь, твоя старость не вызывает во мне сострадания.

— Но вы пришли убить нас, мы должны были защищаться.

— А скажи старик: те люди, которых насадили на крюки в сушильных башнях, тоже приходили сюда вас убивать? Или это такая метода защиты — напугать, чтоб другие боялись?

Какое‑то время старый ирд молчал. Затем заговорил снова.

— Ты не знаешь всего, человек. Не мы начали эту войну. Изначально Страйд принадлежал ирдам, они жили здесь тысячелетиями. Потом пришли путники из Пролга, начали селиться в окрестностях Тропы, оттеснять наши деревни. Ирды — воинственный народ, начались войны. Но люди всегда брали верх, благодаря лучшему вооружению. Постепенно нас становилось всё меньше. Иногда мы побеждали, пытались освоить человеческое оружие, но нам не хватало знаний и умений людей. Больше тысячи лет назад последний правитель ирдов в Страйде увёл народ через Тропу в соседний мир — Синтал. Здесь остался форпост — эта крепость и тысяча воинов‑добровольцев. Ты винишь нас в том, что мы охотимся на людей. Но здесь больше не на кого охотиться, вокруг голая степь, дальше океан. Уйти в леса нельзя, это означало бы бросить крепость, которую мы охраняем.

— Непонятно только — зачем вы её охраняете?

— Разве неясно? Здесь начинается Тропа в Синтал.

— Ага! Значит в Страйде таки есть вторая Тропа. Но мы‑то искали другое. И нашли. Откуда здесь взялись эти штуки? — Фаргид указал на магопровод и странную установку.

Старый ирд опустил голову, жест был очень человеческим.

— Нам пришлось пойти на уступки и разрешить людям установить здесь свои машины. Это — лапа ирда вытянулась в сторону магопровода, — существует уже столетия, а это — он указал на серебристую установку, — всего около пяти лет.

— Так, так, — заинтересовался Грилл, — я что‑то смутно о таком слышал… договор с ирдами, какие‑то сооружения, но в это давно никто не верит.

— Договор был на самом деле, — ответил старый ирд. — У меня даже есть его копия, с печатями Агна — командующего военными силами людей в последней войне и Хрола — нашего тогдашнего правителя. В обмен на свободный уход из Страйда, люди потребовали разрешения постройки магопровода, для того, чтобы брать энергию из источников мира Синтал. Дело в том, что изначально Страйд — мир без магии. Люди же — выходцы из Пролга, привыкли к ней, а родной мир делиться с ними энергией не спешил. Вот они и нашли выход.

Люди молчали, переваривая невероятную информацию.

— Стоп, — отозвался Фаргид. — так почему вам не уйти к своим? Договор заключен, пусть бы люди сами охраняли магопровод и Тропу. Кстати, я сам — путник, но порог Тропы не чувствую.

— А нет Тропы, человек, давно уже нет. Её сумели закупорить с той стороны. Кто и как это сделал, я не знаю. Почему оттуда продолжает поступать магия — тоже не знаю. Но знаю то, что пять лет назад поток магии с той стороны стал неуклонно сокращаться. Рогиол, ваш нынешний правитель, естественно, этим очень озаботился, потому прибыл сюда и ультимативно потребовал от нас разрешения на постройку вот этой машины — старик вновь указал на серебристую установку, — иначе грозился нас истребить. Это было вполне в его силах, поэтому я согласился. После этого поток магии вновь усилился и теперь даже несколько превышает прежний уровень. Вот и всё, что я знаю.

Фаргид задумался.

— И что нам с тобой делать?

Ирд подошёл ближе.

— Дай мне меч, человек. И, если тебе не претит схватка со старым ирдом, окажи мне такую милость. Я последний представитель древней расы в этом мире, потому имею право на почётную смерть.

Фаргид повернулся к товарищам с немым вопросом. Фор испытующе взглянул ему в глаза и отрицательно качнул головой.

— Ты чужак в нашем мире, Фаргид. Поэтому будет вернее, если последнюю честь старику окажу я, как коренной житель Страйда.

— Наверное, ты прав. — Фаргид повернулся к старику. — Ты согласен сразиться с этим человеком, ирд? Он — достойный соперник и нисколько не умалит твоё достоинство низким статусом в мире людей, поскольку занимает довольно высокое положение в обществе.

Старик сложил передние лапы на груди и слегка поклонился, жест согласия вышел весьма красноречивым и понятным.

— Держи! — Фаргид бросил меч в сторону ирда, клинок сверкнул, кувыркнувшись в воздухе, и замер схваченный твёрдой ещё лапой старика.

Фор вышел вперёд, меч оказался в руке как бы сам собой, мягко выскользнув из ножен.

— Ты умелый воин, человек, — одобрительно сказал ирд, — это видно уже по твоему обращению с оружием. Я не настолько мастерски владею мечом, как хотелось бы, передние лапы — куда более привычное оружие для меня, но обряд ритуальной схватки не позволяет использовать их. Обязательно использование металлического оружия.

— Послушай, ирд, — Фор почему‑то замялся. — А тебе обязательно нужно умирать? Мне не слишком хочется убивать тебя.

Ирд издал странный звук, чем‑то похожий на скрип петель несмазанной двери. Тем не менее, было понятно, что сей звук обозначает смех.

— Не стоит жалеть меня, человек. Я прожил несколько сотен лет и бытиё в этом мире уже давно тяготит меня. Моё существование удерживал лишь долг воина, теперь оно никому не нужно, тем более — мне самому. Лучше приготовься к бою, а я уж постараюсь быть достойным соперником.

Красивого боя не получилось. Конечно, будь Фор обычным человеком, хорошо владеющим мечом, возможно, схватка получилась бы достаточно зрелищной, но он был путником, притом — далеко не из последних, что немедленно сказалось на результате: голова старого ирда уже через несколько секунд поскакала по полу.

— Лучше бы он дрался своими лапами, — сказал Фор, аккуратно вытер меч и вложил в ножны.

Тем временем Грилл подошёл к странной установке. Он долго осматривал её, кивал сам себе, иногда что‑то бормотал, затем пожал плечами и глянул на Фаргида. Тот махнул рукой:

— Да что тут думать. Обыкновенный насос. Даже сквозь кожух видны контуры разгонных катушек. Оттуда сумели прикрыть поток некой гипотетической задвижкой, а Рогиол просто добавил скорость течения энергии, чем и скомпенсировал потери магии. Мне непонятно одно — почему ирды с той стороны просто не разрушили магопровод? Или это невозможно?

— Ты лучше скажи, что нам сейчас делать: остановить насос, или поставить наш стоп‑индуктор? А может, не делать ни того, ни другого, в свете открывшихся обстоятельств?

— Нет, останавливать поток надо по любому, — твёрдо сказал Фаргид. — Магии в хранилищах столько, что хватит на десятилетия безоблачного существования Страйда, поэтому остановка потока на пару‑тройку месяцев во вред никак не пойдёт, зато планы Рогиола точно нарушит. А потому думаю, что стоит остановить насос и, в качестве бонуса, — Фаргид подмигнул, — дополнительно установить стоп‑индуктор. И хорошо бы установить его так, чтобы его не сразу нашли те, кто придёт разбираться: что, как, когда и кто. Пока найдут, глядишь, а мы ещё пару стопов где‑нибудь поставим. Занимайся насосом, а мы пока накачаем магией аккумуляторы.

11

— Я не буду вам ничего рассказывать, — устало сказал Ниррок, — возьмите газету, там всё сказано.

После этих слов Команданте повернулся, подошёл к окну, опёрся руками о подоконник и принялся разглядывать стену противоположного дома.

Парни переглянулись. Они только что отрапортовали об успехе операции, однако реакция майора оказалась далека от ожидаемой.

«Вероломное нападение Актрона!». «Рогиол — клятвопреступник!». «Жадный материк вновь тянет грязные руки к архипелагу!». «Руки прочь от Налка!» — такими заголовками пестрела центральная газета. После прочтения нескольких гневных статей стало ясно: материк начал среднемасштабную войну, захватил ряд окраинных островов, перекрыв тем самым доступ в срединные воды океана судам новоиспечённой республики.

— Теперь добавлю от себя, — Ниррок наконец отвернулся от окна, оперся спиной о стену и сложил руки на груди. — Рогиол понял, откуда дует ветер, то бишь — кто виновник в недостаче магии. Реакция вполне адекватная, меня удивляет лишь то, что масштаб вторжения мелковат, ведь у материка достаточно сил, чтобы смять наши войска за несколько дней. Я не укоряю вас, ребята, вы отлично справились, и не ваша вина, что операция спровоцировала такие неприятные последствия. Но: что есть, то есть — как реагировать на ситуацию, я просто не знаю. Давайте сядем за стол и хорошенько обдумаем план дальнейших действий. Рассмотрю любые предложения, даже самые абсурдные. Бывает, что в безумной, на первый взгляд мысли, как раз и кроется искомая крупица истины. Сейчас я распоряжусь насчёт напитков, а вы располагайтесь.

Какое‑то время все сидели молча. Затем Фаргид робко предложил нечто типа адекватного военного ответа, на что Ниррок только отрицательно помотал головой, добавив безнадёжный жест рукой. Затем был предложен ряд диверсионных операций, которые все были забракованы по одной и той же причине: это может принести лишь временный, к тому же локальный успех, зато крайне разозлит врага и может спровоцировать более масштабную агрессию. Обсуждение затягивалось, не принося ощутимых результатов, пока Фору не пришла в голову простая мысль.

— Мы не в ту сторону думаем, парни. У нас мало сил? Безусловно. Значит — надо найти союзника, у которого этих сил достаточно.

— Уж не меня ли ты имеешь в виду? — спросил Фаргид, — точнее — моих союзников в Пролге? Я не знаю, как с ними связаться.

— Нет, не тебя. Все забыли, что в Актроне есть такой человек — Лакрон, глава совета магов. Он обладает реальной властью и силой, но абсолютно не в курсе о том, что творит Рогиол. Я имею в виду магопроводы и хранилища. Если ему донести эти сведения, верховному магу станет не до архипелага, можно считать, что в столице взорвётся бомба. Лакрон давно подозревает Рогиола в махинациях с магией, но пока не имеет доказательств. Мы предоставим ему координаты хранилищ, о которых знаем сами, в качестве доказательств можно использовать видеозаписи и данные приборов, снятые на местах.

Пару минут все обдумывали предложение Фора, затем посыпались вопросы.

— Ты уверен, что Лакрон не имеет информации о хранилищах? — спросил Ниррок.

— На все сто, — уверенно ответил Фор. — Лакрона я знаю лично, это очень толковый человек, но вот окружают его далеко не лучшие умы Страйда. Они скорее вводят его в заблуждение, нежели дают ценные советы и информацию. Как то мне пришлось присутствовать на совете, где бурно обсуждались причины недостатка магии в мире, но путного никто так ничего и не сказал. Налицо полное отсутствие нужной информации. Рогиол сумел облапошить всех. Не пора ли исправить эту вопиющую несправедливость, как вы считаете?

— Хорошая идея, — Фаргид крутил в пальцах пустой стакан. — Но вот как её реализовать? Представляешь, что сейчас творится в Актроне? Там идёт охота на ведьм, в каждом прохожем видят шпиона архипелага, все стратегические объекты, в число коих, безусловно, входит и совет магов, усиленно охраняются. Это ещё не всё. Как попасть в столицу? На субмарине мы не пройдём, утопят, как пить дать. Надводное судно тоже не годится, по той же причине. Слип? Собьют, у материка воздушная техника покруче будет.

— А вот здесь мне есть что предложить, — вмешался Ниррок. — Пять лет назад, когда я ещё был обыкновенным политическим изгнанником с материка, ко мне пришёл один человек. Он знал, что я богат и попросил профинансировать его разработку. У парня была готова модель летающей машины в масштабе один к двадцати, он продемонстрировал её в действии, после чего я немедленно согласился, рассчитывая использовать готовое судно в будущем. Фор, кстати, был в курсе моих амбициозных планов, — улыбнулся Команданте. — Как видите, задумки были вовсе не беспочвенными и кое‑чего я действительно достиг. Но мы отвлеклись. Летающее судно под названием «Шторм» практически готово, но главным его недостатком является прожорливость. В полёте оно потребляет очень много магии, потому до испытаний дело так и не дошло, из‑за крайнего дефицита оной. Сейчас самое время довести дело до конца. «Шторм» — воздушное судно, скорость которого в четыре раза больше, чем у самых скоростных слипов материка. Потолок лучше почти в два раза, защитные характеристики тоже выше всяких похвал. Это настоящий летающий танк, на нём точно можно добраться до столицы, вопрос в другом: где его там прятать? Такую машину жалко потерять, а более того — отдать в руки врага.

— А этот «шторм» вооружён? — спросил Фаргид.

— Два плазменных метателя, один фронтальный, второй — кормовой, оба имеют прекрасную скорострельность и достаточную мощность, углы поворота шире ста восьмидесяти градусов.*

— Мощность достаточна для чего? — спросил Фор.

— Её хватит, чтобы утопить среднего размера военное судно, либо сбить любой летающий объект.

— Ясно, — кивнул Фор.

— Э‑эх! — вздохнул Фаргид. — Туда бы парочку хороших земных авиабомб и можно было бы ставить Актрону ультиматум.

— Это что такое? — заинтересовался Ниррок.

— Это такая штука, которую сбрасывают с летающего судна, она падает на цель и делает большой «бум», после которого внизу все оказываются в состоянии крайнего шока.

— Это психологическое оружие? — озадаченно спросил майор.

— Нет, — Фаргид досадливо дёрнул щекой. — Просто бомба обладает огромной разрушительной силой, потому после её применения и наступает шок у пострадавшей стороны. Но это беспредметный разговор, поскольку авиабомб у нас нет, и не предвидится. О самопалах говорить не будем, поскольку в кустарных условиях изготовить нечто серьёзное невозможно.

— Ну почему же… — теперь говорил Грилл. — Ты забыл про меня. Идея мне понравилась. Если запечатать пару десятков киломагов в оболочку и заставить освободиться в нужный момент, то «бум», как ты соизволил выразиться, будет весьма внушительный.

— Ребята, — перебил разговор Ниррок, — я не собираюсь запугивать материк, и несколькими бомбами, пускай даже очень мощными, войну не выиграть. Потому давайте лучше думать о том, как проникнуть в совет магов.

— Давайте предполагать, что на материк мы уже попали, — сказал Фаргид. — А дальше, у меня есть идея, которую, думаю, стоит проверить в деле.

* * *

Когда Фаргид изложил своё предложение, Сиона долго сидела, опустив глаза. Затем она порывисто встала, сделала несколько шагов к двери, но, будто споткнувшись на ровном месте, остановилась, и повернулась лицом к путнику.

— Я, конечно, плохая девочка и жена, но то, что ты предлагаешь — предательство. Да, мой муж старик, я его не люблю, даже, можно сказать, ненавижу, но есть определённый предел, через который преступить невозможно, — щёки Сионы порозовели от гнева, но она в этом состоянии была необычайно красива — сверкающие глаза, презрительно сложенные алые губки, высоко вздымающаяся грудь, Фаргид невольно залюбовался прекрасной женщиной.

— Присядь, пожалуйста, — мягко сказал он, — давай умерим эмоции и взглянем на ситуацию трезво. Кстати, гнев в сложившейся ситуации характеризует тебя с лучшей стороны. Оказывается, у тебя есть определённые принципы, которые ты нарушить не смеешь, поскольку такое действие будет совершено вопреки определённым моральным устоям. Каюсь, я был о тебе худшего мнения.

— Да как ты смеешь! — Сиона привстала, но тут же села на место, покраснела ещё больше, робко взглянула на Фаргида и сказала:

— Неужели я вела себя настолько дурно? Ты, наверно, считал меня абсолютно беспринципной, самовлюблённой… — Сиона замолчала, боясь выдавить из себя последнее слово.

— Можешь не продолжать, — Фаргид смотрел серьёзно и чуть насмешливо, — но твоя мысль правильная. Именно такой я тебя и считал. Но только до определённого момента. Когда ты нашла меня на архипелаге, я увидел в тебе другого человека — растерянную девчонку, потерявшую нить жизни. Постой! — путник, увидев попытку Сионы что‑то сказать, выставил руку ладонью вперёд, — не перебивай меня, дай высказать мысль до конца. Я не жалею тебя, Сиона, нет, я просто констатирую факт — ты стала другой. Ко мне вернулись многие способности, утерянные по прибытию в Страйд, и я теперь лишь по ауре человека могу многое о нём рассказать. Если бы я не увидел в тебе перемен, сегодняшний наш разговор просто не мог состояться. Это — что касается лично тебя. Теперь давай хорошенько разберёмся в деяниях твоего муженька. Ты уже знаешь, почему в Страйде катастрофически не хватает магии и кто в этом виноват. Не надо мне говорить, что Рогиолом движут некие великие замыслы, способные дать миру невиданное доселе процветание и богатство, возможно, так оно и есть. Но это лишь одна сторона медали. Другая покажет тебе почти поголовную бедность и нищету, обозлённый народ и его ненависть к власть предержащим. Допустим, Рогиол достиг своей цели — дал миру богатство и океан даровой магии. Какой ценой это будет достигнуто? А простят ли ему матери умерших от голода детей? Простят ли ему жёны ушедших на заработки и канувших в неизвестность мужей? Простят ли ему дети злобу и ненависть родителей, не знающих как накормить и обогреть своих чад? Этого вопиющего безобразия почти не видно в Актроне, здесь же в Налке, не заметить трудно. Но ты не видела, что творится на других островах, сколько ежедневно умирает людей и все живые, провожающие мёртвых в последний путь, нещадно клянут власть, а в особенности, твоего мужа. Он давно превысил все мыслимые лимиты доверия и никакие деяния уже не искупят его вины. Подумай над этим сама и ты поймёшь мою правоту.

В конце этой речи Фаргид уже почти кричал и завершил её ударом кулака по столу. Сиона смотрела на него с возрастающим удивлением, а когда от удара подскочил и упал графин с водой, испуганно отпрянула на спинку стула.

— Извини, — пришёл в себя Фаргид, — больше не буду. Понесло чуть‑чуть.

— Хороший «чуть‑чуть»! — съязвила девушка, — я думала, что ты меня сейчас прибьёшь, отождествляя с негодяем мужем.

— Но он действительно негодяй, пойми! — вновь стал заводиться Фаргид.

— А почему ты думаешь, что я лучше? Почему думаешь, что я вот так возьму и пойду в совет и выложу Лактрону всю правду о магопроводах, хранилищах и прочем, подставляя тем самым своего законного мужа? А если я пойду прямиком к Рогиолу и расскажу о том, что ты готовишь для него? Ведь я буду права по‑своему.

— Вот именно — по‑своему. Но не по‑людски. Впрочем, я уже сказал своё слово. Решай сама. — Фаргид опустил голову и уставился на собственные руки, лежащие на столе ладонями вниз.

Сиона долго сидела молча, покусывая губы, затем на лице её появилось странное выражение.

— Хорошо. Ты заставляешь меня совершить очень неоднозначный поступок и, хоть я согласна в том, что он, скорее всего, пойдёт во благо Страйду, но крайне навредит моему законному супругу, что, как это не называй, всё же будет предательством. А потому, я потребую с тебя адекватного действия.

— Ты о чём? — озадаченно спросил Фаргид.

— Не догадываешься? — хитро улыбнулась Сиона. — Я говорю о ночи любви, которую ты должен мне подарить. Я знаю, что ты женат, путник, не надо повторять свои рассказки, они лишь разбередят мою ревность, но… я предаю мужа, не так ли? Ты сделаешь то же самое по отношению к своей горячо любимой жене. Мы будем квиты, вот и всё.

— О как всё повернула, — хмуро сказал Фаргид, не поднимая головы. Тон его не предвещал ничего хорошего, поэтому Сиона поспешно сказала:

— Я не требую этого немедленно, путник. Я выполню свою часть договора — выложу Лакрону все данные о хранилищах и лишь тогда вернусь за вознаграждением.

Фаргид молчал.

— Ты не хочешь понять, путник — это сильнее меня и пока я не добьюсь цели, не отступлюсь.

Фаргид поднял каменное лицо.

— Хорошо, я согласен, женщина. Но видит Бог — делаю это не по собственной воле.

— А не от тебя ли я слышала такие слова — хитро прищурилась Сиона, — чего хочет женщина — того желает Бог?

— Наверное, у нас с тобой разные боги. Но слово уже дано, а обещания я привык выполнять.

* * *

— Знакомьтесь, — это Станк, изобретатель чудо‑слипа под названием «Шторм». Он же пока единственный пилот, способный управляться с этой техникой, — сказал Ниррок.

Команданте пригласил Фаргида с Гриллом и Фором в свой кабинет специально для того, чтобы познакомить их с изобретателем, который, к тому же, должен будет на время влиться в команду в качестве пилота. Парни с интересом разглядывали щуплого мужичка с худым лицом, длинным носом и оттопыренными ушами. Короткая стрижка лишь усиливала непрезентабельность внешности Станка, но, по‑видимому, его самого это мало волновало. Впрочем, за неказистой внешностью прятался недюжинный ум. В глазах Станка, парни, стоявшие сейчас перед ним, были некими сказочными героями, благодаря которым его «Шторм» обрёл, наконец, необходимую для испытаний энергию.

— Привет, — Фаргид первым протянул руку, видя, что Станк испытывает неловкость. — Рад знакомству, меня зовут Фаргид, а вот это, — он по очереди указал на парней, — Грилл и Фор. Отличные ребята, скажу я тебе, да и сам ты, похоже, мужик толковый.

Станк с удовольствием пожал руки новым знакомым.

— Я тоже очень рад знакомству с вами, и страшно доволен тем, что смогу поучаствовать с вами в очень важной для моей страны и Команданте операции. Я должен показать вам свой «Шторм» и ознакомить с его характеристиками.

— И показать в деле, — добавил Фаргид. — Будем испытывать твою машину вместе.

— Я уже сделал два испытательных полёта, — Станк замялся, — дело в том, что с энергией туговато.

— Это кто же тебя ограничил в энергетической потребности? — удивился Ниррок.

— Начальник аккумуляторного склада лейтенант Хок строго‑настрого приказал экономить энергию и выдал мне две батареи с общим зарядом двести киломагов. Этого хватило на сорок минут полёта, но я успел за это время погонять машину во всех режимах. Магии не хватило лишь для испытания пушек.

Команданте подошёл к столу и нажал кнопку вызова охраны. Через секунду в кабинете появились три вооружённых человека и взяли на прицел всех, кроме Ниррока.

— Нет, Нордик, — это мои гости, а тебя я вызвал по другой причине. Вот документ, — майор отдал в руки начальника охраны бумагу с гербовой печатью и личной подписью, — отправь наряд в аккумуляторный склад, арестуй и немедленно приведи сюда лейтенанта Хока.

Нордик не задавал лишних вопросов, он козырнул, сделал знак своим людям и вышел вслед за ними.

— Это пахнет либо саботажем, — повернулся Ниррок к гостям…

— Либо воровством, — договорил за него Фаргид.

Команданте кивнул.

Через полчаса бледный как смерть лейтенант Хок навытяжку стоял перед Нирроком. Фаргид смотрел на майора и удивлялся — теперь это был совсем другой человек. Властное выражение лица, сжатые губы, холодные глаза, сложенные за спиной руки — настоящий вождь, жёсткий и бескомпромиссный.

— Говорите! — коротко бросил майор Хоку.

Глаза того забегали, на секунду задержались на изобретателе, после чего лицо лейтенанта начало принимать понимающее выражение. Вместе с тем, лицо стало ещё более бледным, хотя это казалось невозможным.

— Что бы вы хотели знать, мой Команданте?

— Если вы не догадаетесь сами, что я желаю знать, то будете немедленно расстреляны — бесстрастно сказал Ниррок. — Если же догадаетесь, возможно, останетесь живы, приведя веские причины невыполнения моего личного распоряжения.

— Я… я просто посчитал недопустимым такое разбазаривание ценнейшего ресурса, — промямлил лейтенант.

— То есть — вы посчитали мой личный приказ недальновидностью, или глупостью? — уточнил Ниррок. Голос его оставался бесстрастным, но, каким‑то образом, в нём появилась угроза.

— Нет, нет! Конечно, нет! — испугался Хок.

— Разрешите? — вмешался в разговор Нордик.

Ниррок согласно кивнул.

— Когда я с нарядом прибыл арестовать лейтенанта Хока, он пытался вызвать собственную охрану, хотя ему был предъявлен официальный документ о задержании.

Фаргид почувствовал неладное уже несколько секунд назад, но лишь теперь острое чувство опасности заставило его активировать кластер и броситься вперёд. Одновременно с ним рывок совершил Фор, но оба путника безнадёжно опаздывали: Хок уже наносил удар кинжалом — Команданте был обречён. Сверкнуло серебристое лезвие, кинжал, направленный под рёбра Ниррока неизбежно отправил бы его к праотцам, но клинок внезапно натолкнулся на невидимую преграду, не ожидавший этого Хок на короткий момент растерялся, но этого оказалось достаточно для того, чтобы путники достали его, потому через доли секунды лейтенант, хрипя, валялся на полу. Фаргид завернул ему правую руку, из неё выпал кинжал, Фор нанёс сокрушительный удар носком сапога по ноге, что для неё, естественно, закончилось переломом. Ниррок стоял бледный, с расширенными зрачками, хотя до сих пор толком не понял, что же сейчас произошло.

— Эх, путнички, — осуждающе крякнул Грилл, — не поставь я сейчас барьер — тут и конец бы сейчас нашему Команданте.

Маг склонился над хрипящим лейтенантом, опутал его заклятием для надёжности и принялся за какие‑то свои манипуляции. Через минуту он поднял голову, глянул на товарищей и сказал:

— А парень‑то вовсе не лейтенант Хок. Сейчас я покажу вам его настоящее лицо. Грилл сделал несколько сложных пассов, после чего лицо лейтенанта приобрело совершенно другие черты.

— Ирхад? — удивился Фор. — Откуда ты здесь взялся?

— Предатель! — хрипло и зло сказал человек, оказавшийся этим самым Ирхадом, — ты ещё ответишь за своё отступничество!

— Заткнись, — вместо Фора ему ответил Грилл, — сейчас я вытяну из тебя всё, что нам нужно, а то вижу, что ты здесь надумал корчить из себя героя.

Ирхад с силой сдавил челюсти, но через секунду на его лице проступило растерянное выражение.

— Таблетка не сработала? — сочувственно спросил Грилл. — И не сработает, умереть просто так я тебе не позволю, приятель. По крайней мере, до того, пока не узнаю всё, что нужно.

Хок попытался что‑то сказать, но с ужасом осознал, что не может этого сделать, все мышцы тела перестали его слушаться.

— Не напрягайся, — посоветовал маг, — я скажу, когда можно будет говорить. Правда, расскажешь ты совсем не то, что хотел бы.

Через минуту Хок и вправду заговорил, деревянный сухой голос выкладывал то, что Грилл выковыривал из памяти пленника.

— Я ‑ Ирхад, командир группы диверсантов, посланных на архипелаг службой безопасности Актрона. В нашу задачу входило обнаружение запасов похищенной магии и, по возможности, возвращение её в руки законного хозяина. Задача почти выполнена, весь обслуживающий персонал и охрана аккумуляторного склада заменена моими людьми.

— Кто занимался изменением внешности диверсантов? — потребовал маг.

По злому выражению лица Ирхада было видно, что говорить он явно не желает, однако язык жил своей жизнью и выдавал один важнейший секрет за другим. Выяснилось, что в группе диверсантов имеется свой штатный маг, который и занимался изменением внешности, кроме того он обладал неплохими боевыми навыками. Учитывая то, что диверсанты контролировали склад с огромным запасом магии, легко предположить, на что этот маг сейчас способен. Сами же диверсанты в своё время готовились по программе путников и имели встроенные акселераторы скорости и силы. Это, к сказанному Ирхадом, уже добавил Фор.

— Короче говоря, — мы имеем в самом сердце архипелага бомбу, которая вот‑вот рванёт, — подытожил Фаргид.

По злорадно блеснувшим глазам Ирхада было видно, что слова попали в точку.

— Чему ты радуешься, приятель? — участливо склонился к нему Грилл, — тебе этого делать не положено и мы сейчас исправим сиё недоразумение.

Грилл повернулся с немым вопросом к Фаргиду, но тот понял его с полуслова.

— Работай, а я там, по ходу дела буду импровизировать.

На глазах взбешённого Ирхада лицо Фаргида приобрело черты лейтенанта Хока.

— Так‑то, дружок, — повернулся к пленнику Грилл, — сейчас ты, а точнее он, — палец мага указал на Фаргида, — вернётся на склад, успокоит твоих взволнованных парней и всё вернётся на круги своя. Сколько их там, кстати?

— Шестнадцать, — деревянно сказал язык Ирхада.

— Каков уровень подготовки? Неужели все из них путники?

— Шестеро имеют высший уровень подготовки со встроенными акселераторами, остальные — первый.

— Первый уровень подготовки ещё не позволяет использовать акселерацию физических кондиций — пояснил Фор. — Но и шестерых на тебя одного за глаза хватит, если ты хотя бы на время боя не станешь самим собой.

— Нельзя мне становиться Болтом, даже на секунду, и ты это прекрасно знаешь, — пробормотал Фаргид. — Не хватало нам здесь явления Рогиола для полного счастья. Так что, придётся мне довольствоваться кластером.

— Ну да, — скептически кивнул Фор, — не пришлось бы тебе пользоваться им в последний раз. Может, подумаем над расширенным вариантом операции?

* * *

— Наконец‑то! — облегчённо сказал Рид — охранник на проходной аккумуляторного склада.

— Непредвиденные обстоятельства, — сухо буркнул Хок и бросил предостерегающий косой взгляд в сторону сопровождающих его двух неприятных типов.

Охранник едва заметно кивнул: «понятно», дескать.

Оба типа, судя по внешнему виду, были учётчиками, бумажными крысами, каждый держал под мышкой толстую папку, во взглядах сквозило подозрение, что вокруг сплошь воры и растратчики. Какими бы безобидными чиновники не казались на вид, с ними следовало держать ухо востро — чуть что, и сложнейшая операция с треском провалится. Рид очень многого ждал для себя в случае успеха акции — повышения по службе, нового жилья в престижном районе столицы, уважения красавицы Дайги, пока не слишком благосклонно воспринимающей его ухаживания. А вот, если здесь сложится всё, как надо, то перспектива становится куда более радужной. Мысли Рида были прерваны самым неожиданным образом, Хок подошёл вплотную, видимо намереваясь сказать что‑то неслышное для непрошеных гостей, однако внезапно охранника пронзила короткая вспышка боли, после чего думать о чём‑либо он уже был не в состоянии. Тело парня упрятали в первом подвернувшемся шкафу, лицо одного из учётчиков немедленно преобразилось, приняв черты Рида.

— Этот был с акселераторами — сказал новый «Рид» — кивнув в сторону шкафа. — Таких ребят теперь осталось пятеро.

— Хорошо бы, чтоб и дальше так везло, — буркнул Фаргид в лице Хока.

Единственным «учётчиком» в команде теперь остался Грилл. Пройдя коротким коридором, парни оказались перед стальной дверью с кодовым замком. Оказалось, что шифр, выданный лично Команданте, к запору не подходит. Но основное тело кода было старым, диверсанты лишь слегка вмешались в цифры, заменив пару разрядов на свои. Естественно, для Грилла это оказалось не труднее, чем разгрызть пару орехов.

В обширном зале вдоль стен выстроились многоярусные стеллажи, заставленные ровными рядами ёмких магических аккумуляторов. Стратегический запас энергии архипелага, благодаря усилиям команды Фаргида приумножился и теперь, при рачительном использовании, его могло хватить на несколько лет развития экономики. Два человека в жёлтых робах обслуги работали — вытирали пыль с гладких граней чёрных кубиков аккумуляторов.

— Обычные ребята, — тихонько сказал Фор, — акселераторов нет.

— Как ты это определяешь? — спросил Фаргид.

— Поработал бы инструктором с моё, тоже узнавал бы. Мне кажется, их даже трогать не стоит, они и в тылу не смогут доставить серьёзных неприятностей.

— Я бы не стал так думать, — ответил Фаргид, — лучше, на всякий случай обезопаситься.

Через минуту тела «рабочих» оказались упрятаны под стеллажами и завалены хламом.

* * *

В аппаратной склада четверо охранников напряжённо следили за пультом. Две тревожных лампы алели рубиновыми глазками, показывая несанкционированный доступ в главный склад аккумуляторов.

— Но ведь там Хок, камера на входе чётко показала его, — непонимающе сказал Дант, — один из четырёх парней, находящихся в аппаратной. — Зачем ему взламывать код?

— Хок, говоришь? — криво усмехнулся Тордин, — парень, принявший на себя роль командира. — А не Ирхад? Дант, у тебя мозги всегда медленно шевелились, а сейчас вообще уснули. Это — палец Тордина ткнулся в сторону склада, — чужие! Как Крид сумел придать нам нужные внешности, так нашим врагам сможет сделать то же самое кто‑то другой.

— Ну ты сказал! Крид говорит, что изменять внешность может только маг экстра‑класса. Не думаю, что у этих островных крыс есть такие.

— Кстати о Криде, пока его здесь нет. Он слишком многое о себе мнит, и так думаю не только я. Сартак, было дело, работал с ним в одной группе, так этот крендель с манией величия едва их всех не положил неправильным заклятьем. Так что, не слишком доверяй его словам, он запросто может поставить себя на один уровень с Рогиолом и даже не поморщится. А насчёт того, есть ли у островитян маги экстра‑класса, попробуй поскрежетать своими заржавевшими извилинами и обработать простую мыслишку: как они смогли увести такую уйму магии у самого верховного?

Дант раскрыл рот, видимо такие умозаключения для него были слишком сложны.

Тем временем Фаргид со своими парнями оказался у двери аппаратной.

— Дверь не заперта, — прошептал Грилл. — В аппаратной четыре человека, больше ничего определить не смогу.

— Слушай, — озабоченно сказал Фор, — а ты можешь сказать: маг среди них?

Грилл замер, — едва ему напомнили о маге, он попытался нащупать его и ощутил нарастающее чувство опасности. Воздух в помещении вдруг ярко засиял фиолетовым светом, Грилл успел набросить на группу купол защиты, но сила заклятья оказалась настолько велика, что всех троих швырнуло на пол и начало вдавливать в него словно гигантским прессом. Купол сдавило в блин и он почти не сдерживал страшное давление спрессованного мощным заклинанием воздуха. Фаргиду нынешнее состояние очень напомнило пребывание в яме Дикого леса, близ гравитационного генератора. Долю секунды он пытался держаться, влив дозу магии в кластер, но тут же понял, что это не поможет. Часть сознания работала как бы параллельно, понимая то, что товарищам сейчас приходится ещё труднее. Стало понятно, что без силы истинного путника здесь не обойтись и плевать, что Рогиол немедленно определит его местонахождение — проблемы следует решать по мере их поступления. Фаргид бросил взгляд на Грилла, тот с невероятным усилием приподнял руку и указал на малозаметную боковую дверь. Состояние абсолюта заполонило Фаргида, вернее, теперь уже Болта, по субъективным ощущениям, давление заклятья сразу упало в десятки раз, стало ясно, насколько ему далеко до той чудовищной силы, что придавила путника в яме Дикого леса. Болт сфокусировал луч сознания и ощутил, что поток злой силы льётся именно из‑за этой незамеченной ими вначале двери. Спрессовав время, Болт рванулся к ней, вышиб ногой, но не стал сразу врываться в помещение: выждав долю секунды, пока охранное заклинание жгло проём страшной температурой, он оказался внутри перед фигурой мага, самозабвенно задравшего руки в жесте излияния силы. Лицо его выражало едва ли не божественный гнев и желание покарать неразумных, посмевших явиться сюда незваными гостями. Через мгновение лицо это, вместе с головой оказалось отделено от туловища и улетело в угол комнаты. Заклятье, потеряв управляющее начало, сконцентрировалось в обезглавленном теле, сдавило его в чудовищном объятии, фонтан крови, ошмётков плоти, осколки раздавленных костей фонтаном ударили в потолок, но Болт всего этого уже не видел, он чувствовал, что товарищам угрожает страшная опасность, теперь уже со стороны оставшихся в живых врагов, поэтому был уже около аппаратной. Её дверь вылетела, сметенная изнутри ударом страшной силы и в склад ворвалось четыре человека. Болт чуть опоздал, потому они немедленно очутились возле лежащих на полу Фора и Грилла. Нога одного из врагов неслась к голове Фора, после такого удара, достигни он цели, от неё ничего бы не осталось. Но Фор успел среагировать, потому нога пронеслась мимо, лишь чуть задев макушку его головы, враг сумел развернуться за ничтожно короткое мгновение, но его хватило на то, чтобы кулак Болта пробил рёбра нападавшего, другая рука его в тот же момент сбила курс удара другого противника, пытающегося убить Грилла. Враг перенес внимание на взявшегося словно ниоткуда Болта, но не напал немедленно, а отскочил, осознав, что противник невероятно опасен. Со спины на Болта напали сразу два противника, одна его рука ещё не освободилась от мертвого врага, пробитого насквозь ударом кулака, потому ответить обоим он никак не мог. Вместо него это сделал Фор, пока враги нападали на Болта со спины, уверенные, что теперь‑то ему точно конец, он мгновенно перекатился по полу и снёс кинжалом обе ноги одному из противников. Другой, понимая, что оказался меж двух огней, — (Болт будто бы видел его спиной и рука его готова была ответить ударом на удар), потому отскочил в сторону, предпочитая оборону атаке. Теперь перед Болтом стояли два соперника, Фор тоже мгновенно оказался на ногах, лишь Грилл пока не принял участия в событиях — настолько скоротечно они произошли.

Не было тяжёлого хриплого дыхания, рвущегося из глоток, не тряслись от пережитого страшного напряжения руки: друг перед другом стояли путники. Зато были глаза, которые окатывали врагов ненавистью и презрением.

— Приплыли ребята, — резюмировал Болт.

Воздух разом затвердел как камень, превратив его в неподвижную статую. Болт не мог видеть, что таким же неподвижным изваянием стал Фор. Меж неподвижными фигурами путников появилась третья, она возникла словно из ничего сначала прозрачной тенью, но быстро налилась формой, красками и превратилась в Рогиола. Путники из диверсионной команды расслабились, быстро разобравшись, что пришла помощь, без которой им сейчас было бы очень кисло. Рогиол остро глянул на них, дескать: «толку‑то с вас» и перенёс внимание на облепленные прозрачной субстанцией фигуры.

— Я знаю, что вы оба меня слышите. Сразу скажу, чтобы вы не надеялись на вашего мага — его я сковал сложнейшим заклятьем, и даже с его способностями освободиться из пут не получится. Ещё скажу то, что возиться с вами более не намерен и уничтожу здесь и сейчас. В самых своих страшных снах я не мог предположить, что найдутся люди, способные принести мне столько неприятностей и разочарований. — Рогиол обернулся, — то, что я буду говорить сейчас, не для ваших ушей.

Короткий взмах рукой — и диверсанты замерли в неподвижности.

— Вы, — маг снова повернулся к Болту и Фору, — едва не сгубили дело всей моей жизни! — голос Рогиола с каждым словом становился громче и злее. — Казалось: вот оно! Ещё момент и я сумею осуществить величайшее деяния из всех, когда‑либо совершённых магами моего мира! Но появился мерзкий пришелец из другого мира, который возомнил, что ему лучше знать, что нужно, а чего не нужно Страйду и стал мне гадить где только можно! Мало того, что он заставил некоторых, ранее преданных нашему миру людей работать на себя, так ещё сумел с их помощью украсть огромное количество магии. Естественно, он мог знать, что эта магия крайне нужна мне для важнейшего дела, более того — он наверняка знал это, значит, заслуживает жесточайшего наказания! Так вот, — глаза Рогиола теперь смотрели только на Болта, — я сумел разобраться в том чудовищном плетении боли, которое ты сбросил на меня тогда, на берегу. И даже более — я теперь знаю, почему оно не действует на тебя. — Рогиол медленно обошёл вокруг неподвижного Болта, словно примериваясь, откуда бы поудобней ударить. — Теперь тебе не спастись от боли, путник враждебного мира. Вместе с плетением боли я обрушу на тебя беспамятство и ты не сможешь вспомнить, как бороться с страданием. Тебя ждёт страшная смерть.

Глаза Болта, тускло блестевшие за ледяной коркой застывшего воздуха, вдруг ярко сверкнули. Пока Рогиол разглагольствовал, путник потихоньку сумел войти в состояние абсолюта, прощупать свою прозрачную тюрьму и слабое место в ней таки нашлось. Этой слабиной был как раз визуальный контакт, который маг сохранил для того, чтобы враги увидели его величие перед смертью. Что поделать — Рогиол любил эффекты, в которых он выступал главным действующим лицом. Маг вдруг почувствовал, что горящий взгляд Болта держит его, не даёт отвести глаза в сторону. Он попробовал отступить, но это простое действие тоже оказалось недоступным! Путник, непонятно каким способом, сумел сковать его — величайшего мага Страйда! Пока Рогиол лихорадочно пытался найти выход из создавшегося положения, взгляд Болта начал разрушать застывшую воздушную корку, она начала трескаться и отваливаться то там, то сям. Внезапно рука Болта с треском вылетела из прозрачной тюрьмы, окутанная облаком сверкающих осколков и схватила Рогиола за горло.

— А теперь послушай меня старый козёл! — Болт вплотную притянул голову мага к себе. — Для начала я дам тебе в морду за всё хорошее, точнее плохое, которое с твоей точки зрения выглядит хорошим.

Кулак путника врезался в скулу мага, после чего из его рта вылетело несколько зубов. Следующий удар был не менее эффектным, потому зубов во рту Рогиола после этого почти не осталось.

— Сколько людей умерло голодной смертью в Страйде с тех пор, как ты начал копить магию для своей бредовой затеи, не считал? Или ты действуешь по принципу: лес рубят — щепки летят? Не слишком ли много щепок для удовлетворения прихоти свихнувшегося колдуна? — Болт ещё раз смачно врезал по скуле мага. — Да не дёргайся ты. Грилл давно освободился от твоей магической верёвки. Ты старик и не видишь, что молодые таланты могут гораздо больше тебя. Я бы с удовольствием угробил тебя немедленно, но есть люди, которые отдают мне приказы. Сейчас один из них будет с тобой говорить. — Болт с отвращением отшвырнул Рогиола, словно куклу, тот упал и замер на полу горкой тряпья.

В воздухе нарисовалось лицо Гринвелла.

— Рогиол, теперь я знаю, на что ты копишь гигантский запас магии. Ты хочешь одним ударом пробить новую Тропу для того чтобы твой изолированный Страйд стал полноправным звеном цепочки миров. Цель благородна, слов нет. Но методы страшны, за время накопления запаса магии погибло сорок процентов населения Страйда. Более того — то, что ты задумал, невозможно даже в теории. В твои расчёты вкралась роковая ошибка, из‑за которой ты обречёшь свой мир на гибель. А всё из‑за того, что ты не знаешь откуда вообще появился Страйд. Это аномальный мир — дыра в пространстве, он появился в результате неудачного эксперимента, проведённого в древности могучим магом Диозоном. Он попытался вставить в цепь миров ещё один, в результате чего и появился Страйд. Твой мир не может стать звеном цепи никогда, потому оставь свои идеи и немедленно займись экономикой Страйда, благо, накопленные запасы помогут быстро вернуть былую мощь вашим заводам и предприятиям. Я, в свою очередь, обещаю, что буду помогать в бесперебойном снабжении магией твоего мира и не позволю агрессорам а‑ля Гул‑Магот напасть на вас. Таковых в цепи миров, думаю, это тебе известно, предостаточно. Страйд сейчас в плачевном состоянии и только ты сможешь быстро поправить положение. Потому я не позволю сейчас своему путнику уничтожить тебя, хотя он явно не согласен с моим мнением. Однако — командую я, а не он, потому будет по‑моему.

Фигура мага растаяла — Гринвелл переместил Рогиола в столицу.

* * *

То, что говорил Фаргид, точнее Олег Болтов в течение пяти следующих минут не мог понять никто из присутствующих. Речь была весьма эмоциональна, сопровождалась множеством красноречивых жестов, но говорилась на непонятном языке. Ясно, что местный народ не мог понять её, поскольку язык был русским, к тому же очень‑очень матерным.

— И почему я его не прибил ещё там, на пляже? — уже на языке Страйда спросил Болт сам себя.

— Кстати, я давно хотел у тебя это спросить, — сказал Грилл, — тогдашнее проявление милосердия с твоей стороны до сих пор остаётся для меня загадкой.

— Ты как? — перебил его Болт, — нормально после заклятья этого старого козла?

— Я был «нормально» уже через пару секунд после его заклинания, но делал вид, что скован. Если бы он попробовал сделать что‑то не то, я бы его убил. Рогиол явно сдал, мне удалось прощупать всю его защиту, а он этого даже не заметил.

— Нет, Грилл, он не сдал. Это ты здорово прибавил. Но Гринвелл… я просто не ожидал от него такой гадости! Тогда на берегу он тоже приказал мне отпустить этого… мага. Теперь второй раз то же самое! Ведь уничтожь сейчас я Рогиола — считай, дело сделано.

— А ты мог его ослушаться?

— Вопрос на вопрос: ты смог бы ослушаться приказа Бога?

— Ого… даже так?

Болт расстроено махнул рукой.

— Я теперь не пойму: зачем он вообще меня сюда послал, мог и сам разобраться. Наверное, я всё‑таки ослушаюсь его, плюну на всё это дело и вернусь к себе домой, на Землю.

— А как же мы? — вмешался в разговор Фор. Пока шёл разговор между Болтом и Гриллом, его прозрачная тюрьма постепенно растаяла.

Болт остро глянул в сторону чужих путников, но Грилл сделал успокаивающий жест.

— Я их связал уже своим заклятьем, будут стоять, сколько надо.

— Хорошо. Но что делать теперь? Опять ловить Рогиола? Теперь я уже его не боюсь и не стану прятаться под личиной Фаргида.

— Не надо его ловить, — сказал Фор. — А надо воплотить в жизнь твой план с Сионой. Пусть совет магов узнает правду о магопроводах и хранилищах магии. После этого твой Гринвелл уже ничего не сможет сделать, Рогиола тут же закопают без нашего участия.

* * *

— Вот он, — мой «Шторм», с гордостью и любовью сказал Станк.

Парню действительно было чем гордиться: вытянутая серебристая капсула воздушного корабля покоившаяся на посадочных лапах напоминала великолепную хищную птицу, готовую немедленно сорваться с места, взлететь ввысь и броситься на добычу. Плавные обводы корпуса, утопленные в нишах пушки, однозначно указывали на военное предназначение судна.

— Птичка выглядит голодной, — повернулся к Станку Болт. — Это не слишком хорошо, стоит нам появиться в ареале материка, найдутся желающие пощипать с неё перья.

— Я понял, — отозвался изобретатель, — один момент.

Он забрался в кабину пилота, сделал несколько переключений, после чего формы «Шторма» резко преобразились, теперь на посадочных лапах стоял гражданский слип, никакой военный спец не смог бы заподозрить в нём боевое судно.

— Браво, — Болт пару раз хлопнул в ладоши. — А на какие метаморфозы способна ещё твоя птица?

После этого летающий аппарат начал приобретать самые различные формы: от иглы сверхскоростного гоночного судна, до прямоугольника сельскохозяйственной машины. Внешний инструментарий при этом также менялся и, по уверениям Станка, был вполне работоспособен во всех ипостасях слипа. Налюбовавшись преображениями «Шторма», Болт взобрался внутрь, устроился рядом со Станком и предложил полетать. После часа воздушных упражнений, во время которых Болт несколько раз вспоминал чью‑то мать, слип, наконец, приземлился. Станк с замиранием сердца взглянул на Болта, тот посидел пару минут с насупленным видом, сурово посмотрел на изобретателя, затем неожиданно улыбнулся.

— Круто! Аппарат — вещь!

Станк расплылся в счастливой улыбке.

* * *

Толстый усатый пограничник придирчиво изучал пакет документов, которые ему предъявил пожилой угрюмый дядька в мешковатом костюме. Сами документы были в полном порядке, подозрительность стража границы вызывало транспортное средство, на котором прибыли иммигранты. Затрапезного вида слип в пятнах ржавчины, с покореженной левой посадочной лапой лет пять‑шесть назад не вызвал бы никаких вопросов, ведь тогда не было острых топливных проблем. По документам выходило, что пятеро пассажиров этой летающей калоши прибыли из небольшого островного государства Лагрис. Вообще в Страйде существовало лишь восемь государств, не считая недавно отделившийся архипелаг. Лагрис как государство существовал очень давно и гордился своей древней историей. Оттуда в Актрон иммигранты прибывали редко, поскольку уровень жизни лагрисцев был довольно высок, по сравнению с другими странами. В последние годы ситуация изменилась, иммигрантов стало значительно больше, люди верили, что в богатой материковой столице им будет легче прожить, найти работу и средства к существованию. Но эта пятёрка прибыла на собственном слипе, причём после пересечения границы собиралась следовать на нём дальше. Откуда у этих нищих взялась магия для полёта? Словам, что, дескать, из старых запасов, погранец в упор не верил.

Усач повёл всех в досмотровый кабинет, пригласил таможенную команду и штатного мага. Таможенники стали проверять слип, маг же занялся сканированием личностей прибывших. Подозрения усатого пограничника не оправдались — маг подтвердил личности прибывших, запрос на Лагрис подтвердил легальность иммиграции. С тяжёлым сердцем он подписал пропускной лист, чувствуя, что совершает непоправимую ошибку. Прибывшие, среди которых была одна женщина, взобралась по трапу в свою развалюху, слип тяжело приподнялся, покачнулся, словно сомневаясь в своих возможностях, но затем уверенно пошёл вверх, плавно переходя в горизонтальный полёт.

— Этот толстый усатый кусок сала не поверил ни нам, ни нашим документам, — повернулся назад Фаргид. Он сидел рядом со Станком, который пилотировал «Шторм».

— Я даже знаю, что он уже отправил отчёт своему начальству в Актрон, — отозвался Грилл. — Но, думаю, нет смысла слишком волноваться — начальство не любит голословных подозрений.

— Твоими бы устами, да пиво из бочки… — пробурчал Фаргид. Да, именно Фаргид, быть Болтом в Актроне было недопустимо. — Его подозрения вызваны, понятно, нашим слипом, точнее, запасом магии в нём. «Шторм» — наша главная проблема, но поделать с этим мы пока ничего не можем.

— А я на что? — улыбнулся Грилл. — Вот найдём укромное местечко, чтобы спрятаться там вместе с нашей птичкой и поглядите, во что я вас превращу.

— Побыстрее бы, — пробормотал Фор, дело в том, что маг сделал ему такое неприятное лицо, что Сиона (кстати, тоже далеко не красавица в новом воплощении) всё время пыталась от него отодвинуться.

Слип два раза задерживала воздушная инспекция. Центурионы предупредили, чтобы эта убитая посудина ближе ста километров к столице не приближалась, иначе будет конфискована вместе с запасом энергии. Естественно, без взяток оба раза не обошлось, после чего красавцы‑слипы центурионов отваливали и больше не обращали внимания на своего обшарпанного летающего собрата. Внизу показалась одинокая рощица, едва завидев её, Грилл попросил Станка посадить «Шторм» там. Через два часа из рощицы, сияя хромированными боками, вертикально поднялся роскошный «Хец» с пятью богатыми обалдуями на борту, разодетыми в самые модные тряпки, с карманами полными денег и нужными документами. Сиона крутилась перед зеркалом в заднем салоне, оценивая новое лицо и фигуру. Следовало признать, что красоту Грилл умел создавать не хуже, чем уродство.

До столицы оставалось всего ничего, слипов центурионов стало в десятки раз больше, но, ни один не осмелился задержать роскошное судно — так ведь недолго и без работы остаться.

Сиона пристроилась позади и чуть сбоку Фаргида и с интересом изучала его новый профиль, который ей определённо нравился. Хорошо бы с ним и в этом обличье… она внутренне шикнула сама на себя: сначала нужно сделать дело, а уж потом… Она не думала, что же будет делать после того, как исполнится её давнишняя мечта — это было не в её характере. Нужно достичь цели, а потом ставить новую, так она жила, и так собиралась жить дальше.

12

Рогиол отошёл от дел, выключил м‑фон, запретил слугам появляться в его покоях и сообщать о каких‑либо посетителях, независимо от их статуса и важности визита. Актрон на время остался без управления, у совета магов было недостаточно полномочий, чтобы отдавать распоряжения, а дом силы молчал, хотя все знали, что верховный на месте. Но Рогиол не просто сидел обиженный на всех и вся, он тщательно проверял свои расчёты, разыскивая ошибку, о которой говорил Гринвелл. Вычислительные мощности электронно‑магического мозга в его новом дворце были колоссальны, в который раз машина выдавала один и тот же результат: ошибки нет. Маг менял исходные условия, моделировал флуктуации силовых полей, менял параметры магических энергий… «Ошибки нет». Неужели Гринвелл соврал? Но зачем? Ведь Рогиол тогда был в его руках, он просто мог на ментальном уровне зашить приказ в его мозг и всё… никаких глобальных экспериментов с цепочкой миров. Не значит ли это, что Гринвелл и сам сомневается в своих выводах? И ведь не позволил своему путнику убить. Рогиол поёжился, вспомнив момент, когда его жизнь висела на волоске, нет — на паутинке, настолько неприкрытой, смертельной ненавистью горели глаза этого путника. Олег Болтов, — теперь верховный точно знал, с кем имеет дело. При помощи невероятно мощного машинного мозга дворца удалось просчитать вероятностные характеристики событий, после чего стало ясно — у Рогиола тогда не было шансов. Их и сейчас практически нет. Болтов невероятно силён, хотя, похоже, сам не знает пределов своего могущества. Он владеет странной силой, не имеющей ничего общего с магией, потому противопоставить ему что‑либо сложно. Более того, маг по имени Грилл, сопровождающий его тоже очень силён. Трудно было не поверить электронно‑магическому мозгу, тем более, что вывод того больно бил по самолюбию верховного: семьдесят на сорок — таково соотношение силы в пользу этого Грилла. Где‑то на задворках мира, никем не замеченный, появился могучий волшебник, по силе превосходящий самого Рогиола! Все эти мысли клубком сплелись в голове верховного, но не давали ответа на вопрос: что же делать дальше? Если бы Гринвелл просто приказал: брось это дело, Рогиол не посмел бы ослушаться. Но прямого приказа не было, а были туманные рекомендации о том, что делать дальше. Спасать Страйд? От кого, от себя самого? Глупо! Стоит выплеснуть магию из хранилищ в «природные» источники и Страйд спасётся сам. Вот только мало кто знает, откуда берётся магия в этом мире и «природные» источники на самом деле вовсе не природные, а искусственные. А расчёты прямо показывают, если втиснуть Страйд в цепочку миров, он заимеет свою магию! Зависимость от внешних источников исчезнет и тогда никто не сможет шантажировать Страйд, как это случалось раньше, да и сейчас тоже. «Погибло сорок процентов населения»… Но ты же знаешь, Гринвелл, что когда Рапт, правивший в незапамятные времена в Пролге, заблокировал подачу магии в Страйд, вымерло почти всё население, а не какие‑то сорок процентов! Где тогда были руководители межмирового правящего клана? Почему не вмешались, не наказали, не возобновили подачу магии? Лишь самоотверженные действия тогдашнего правителя Страйда, верховного мага Дейлора спасли мир. Он с небольшой группой талантливых путников совершил рейд в Пролг, сумел уничтожить Рапта и его окружение, поставить гравитационный генератор, загоняющий магию в канал, соединяющий Пролг и Страйд. Вокруг генератора был создан разумный Дикий лес, отгоняющий всех, кто пытался приблизиться к генератору и порогу Тропы. Пять лет назад кто‑то сумел проникнуть в Дикий лес, остановить генератор и открыть путь в Страйд. Теперь Рогиол знал, кто это. Только один человек мог сделать это — Олег Болтов. После этого и начались все неприятности. Нет, нет никакой ошибки в расчётах! Гринвелл просто завидует ему! Завидует тому, что такая грандиозная мысль не пришла в голову ему самому. Эх… Гринвелл. Родной брат. Он всё‑таки не дал умереть брату от руки проклятого путника. Но Рогиол тоже когда‑то спас его от верной гибели, поэтому просто был оплачен давний долг.

Маг решительно встал. Решение было принято: бороться до конца, Страйд займёт своё место в цепи миров.

* * *

— Как вы не можете понять: без санкции верховного попасть на приём к Лакрону нельзя!

Перед непреклонным центурионом стояла очень красивая девушка в переливчатом коротком платье. Пальцы дамы были украшены дорогими кольцами, уши — великолепными серёжками, ожерелье из сверкающий крупных изумрудов охватывало прекрасную длинную шею, гармонируя с большими зелёными глазами.

— «Дорогая птичка» — подумал центурион, — «наверняка имеет крутые связи в верхах, потому и припёрлась без всяких рекомендаций, считает, что ей всё позволено».

— Странно. Это с каких же пор для посещения моего друга, главы совета магов, я должна иметь санкцию верховного? — возмущённо спросила девица.

— Если он ваш друг, посетите его в другое время и в другом месте.

— Это на что же ты намекаешь, солдатик? — угрожающе спросила дама. В её глазах зажглись хищные огоньки, не предвещавшие ничего хорошего. — Где твой начальник? Немедленно зови его сюда! Или, — девушка вплотную приблизила лицо к голове центуриона, голос её стал похож на шипение змеи, — ты хочешь потерять своё место и перебраться на рудники? Так я тебе это устрою и очень быстро! — Она активировала м‑фон и заговорила с кем‑то, похоже, очень серьёзным и важным. — На входе в совет магов стоит центурион. Я хочу немедленно знать его имя и звание, поскольку сообщить мне он это отказывается. Что? А, поняла. Тилк, его зовут. Что? Я не хочу с ним больше говорить. Уберите его с глаз моих, чем быстрее, тем лучше! Как куда? У нас что, рудников не хватает?

Тилк, слушая возмущённый монолог дамы, вдруг понял, что всё это слишком серьёзно и действительно может закончиться для него весьма плачевно. С другой стороны, приказ, отданный капитаном, двойному толкованию не подлежал: пропускать только людей, имеющих документ, подписанный лично Рогиолом. Совет, вместе со своим главой, Лакроном, был крайне возмущён таким приказом, но против сотни вооружённых центурионов поделать ничего не мог. Ну, если подойти строго, то эту сотню, конечно, любой маг совета мог превратить в прах, но настолько далеко противостояние с Рогиолом ещё не дошло. И вот как раз на грани противоборствующих сил оказался несчастный Тилк.

— Да поймите же вы, — просительным тоном стал он втолковывать настырной красавице, — я просто не имею права вас пропустить, иначе меня очень строго накажут, возможно, теми же рудниками, что грозите вы сами. Да и если я вас пропущу, на следующем посту вас точно задержат, да ещё и отправят на сканирование личности.

— О‑о‑о! Так здесь творится полное безобразие! Хорошо! Вы все пожалеете! — Девица развернулась, каблучки возмущённо зацокали по брусчатке.

* * *

Сиона всё рассказала Фаргиду и теперь сидела перед ним, понурив голову. К неудачам она не привыкла, посчитала задание лёгким, но, потерпев фиаско, растерялась и не знала, что делать дальше.

— В конце концов, не в здании же совета живёт Лакрон и остальные маги, — проговорил Фаргид. — Может этот Тилк дал тебе дельный совет насчёт другого времени и места?

— В совет маги попадают через порталы, которые имеются в их домах, на улице их никогда не встретишь. А дома тоже строго охраняются. Фактически члены совета находятся под домашним арестом — ответила девушка. — Попасть к ним домой, пожалуй, ещё труднее, чем в совет, ведь дома охраняются кроме стражи ещё и заклятьями самих магов.

— А если использовать «Шторм»? — спросил Станк. — Он ведь, кроме всего прочего, умеет становиться невидимым.

Фаргид невесело глянул на пилота.

— Это, конечно, здорово, но лучше бы он мог проходить сквозь стены. Хотя, за неимением лучшего, давай прокачаем этот вариант.

«Шторм» в очередной раз пролетал над советом магов, Грилл в это время тщательно сканировал защиту здания и снова с сожалением констатировал невозможность её преодоления. Верхний слой защитной магической оболочки наложен явно Рогиолом, его почерк Гриллу уже был достаточно известен. А вот слой, находившийся ниже, обладал настолько сложной структурой, что на его разгадку могли уйти месяцы. Над такой изощрённой защитой наверняка работала целая команда талантливых и умелых магов. Конечно — было кому, ведь в совет магов кого попало не берут.

Фаргид сидел рядом с хмурым видом, он‑то прекрасно понимал и до этого, что вариант бесперспективен, однако дельная мысль в голову не приходила. Ясно, что нужно искать другое решение, но какое?

— Послушай, Грилл. Есть один человек, может с ним есть смысл пообщаться. Это девушка, очень талантливый и сильный маг. Она, конечно, не в курсе наших дел, но человек честный и добросовестный. Если ей разъяснить ситуацию, думаю, она встанет на нашу сторону и сможет подбросить свежую мыслишку.

— У тебя явный дефицит продуктивного мышления, — скептично пробурчал Грилл. — Хотя, у меня та же самая проблема. И где же искать твою кудесницу?

— В доме развлечений, под названием «Счастливый Бог». Её зовут Ита.

— Что? — на лице Грилла возникло изумлённое выражение. — Ты знаешь, где находится Ита?

— Гм… значит, она и твоя знакомая?

— Так зовут мою родную сестру, которую я ищу уже много лет. Нет, нет… не может быть. Скорее всего, это другая Ита. Хотя имя очень, очень редкое.

— Другая, да к тому же сильная магичка? Нет, парень, похоже, это и впрямь твоя сестрица. Теперь я, кажется, даже замечаю внешнее сходство. С тебя пузырь, старик! — Фаргид улыбнулся.

— Если это и впрямь моя сестра, то и ящик пойла не пожалею. Только вот странно, что я, бывая много раз в «Счастливом Боге», так её и не заметил.

— Значит, не в те места дома развлечений ходил.

— Хорошее времечко было. Э‑эхх!

* * *

Фаргид деликатно отошёл в сторону, оказалось, что Ита действительно сестра Грилла. Девушка то и дело утирала счастливые слёзы, Грилл тоже был крайне взволнован, его интересовали все подробности из жизни давно утерянной сестры. Наговорившись, парочка принялась рьяно благодарить своего благодетеля, что, естественно, тому совсем не понравилось и, прикрываясь напускной грубостью, он потребовал с мага обещанный ящик пойла. Грилл ненадолго исчез в направлении ближайшего питейного заведения в «Счастливом Боге», но вскоре появился в сопровождении служащего, катившего перед собой тележку со здоровенным позвякивающим ящиком дорогого хмельного напитка «Критл». Гости дома удовольствий зачарованно пялились на столь необычный груз, ведь даже одна бутылка этого «пойла» стоила баснословных денег!

Фаргид смущённо поднёс руку к губам.

— Дружище, ты это… явно палку перегнул.

— Ничего подобного! Фаргид, я теперь твой вечный должник!

— И я, и я тоже! — присоединилась Ита.

— Ну вот, опять началось, — нахмурился путник. — Вы бы и без меня друг друга отыскали, это просто я под руку подвернулся удачно.

Но слушать Фаргида никто не желал, на него вновь посыпались благодарности, к которым добавились поцелуи Иты, которые почему‑то становились всё горячее.

— Так, ребятишки! Может, перейдём к делу? Грилл, изложи сестре суть вопроса, уж будь так любезен, если действительно испытываешь ко мне хоть каплю благодарности.

После разъяснений брата, Ита надолго задумалась, затем глаза её озорно блеснули.

— Хотя братец гораздо сильнее меня как маг, но и я чего‑то стою. Моё предложение такое: я сделаю кого‑либо из вас Рогиолом.

— Чего? — в один голос озадачились сразу и Грилл, и Фаргид.

— Не настоящего, конечно Рогиола, но тест на сканирование личности моя подделка пройдёт, даю полную гарантию. Ни одно охранное заклятье не сможет распознать подмену. А пройти в дом совета через посты центурионов, думаю, не составит особого труда.

— Ого! — удивился Грилл. — Ита, ты сумеешь это сделать?

Вместо Иты ответил Фаргид:

— Сумеет. Я однажды уже убедился в её способностях. Она сразу распознала меня, хотя ты очень старался сделать мою рожу пострашнее, когда мы были здесь прошлый раз. К тому же, уверял, что нас никто не сможет узнать. Врал.

— Выходит, так. Сестра, надо бы пройти у тебя мастер‑класс.

— Не прибедняйся, братец. Твой багаж знаний намного больше моего. Но ловлю на слове: ты тоже делишься со мной своими умениями.

— Неужели ты думаешь, что я что‑либо утаю от собственной сестрёнки?

— Кто вас, мужчин, поймёт? — улыбнулась девушка. — То бросаетесь в драки, то начинаете капризничать, как малые дети. Иногда мне кажется, что вы сотканы из сплошных противоречий.

Фаргид скептически слушал диалог родственников, последние же слова Иты его весьма развеселили и он сказал:

— Боже, кто бы говорил? Но я не хочу ввязываться в дискуссию по поводу того, кто противоречивее — мужчины, или женщины. На данный момент есть темы куда важнее и злободневнее.

Грилл с Итой немедленно стали серьёзнее.

* * *

Давно на улицах столицы не было столько народу. Город бурлил, люди собирались группами и обсуждали ошеломляющую новость — оказывается в бедах, обрушившихся на Страйд, виноват не кто иной, как верховный маг Рогиол. Это он выбрал магию из всех источников, по его вине погибли и продолжают гибнуть миллионы людей и он хочет использовать всю накопленную энергию для какого‑то чудовищного эксперимента, грозящего гибелью всему миру. Там и сям возникали стихийные трибуны, ораторы гневно клеймили руководство в безответственности, жадности, коррупции и бездействии. Доставалось не только Рогиолу, но и совету магов, откуда, собственно и появились сведения о произволе Рогиола. Центурионы, пытавшиеся вначале навести порядок, теперь держались в стороне от народа, разумно полагая, что столица на грани бунта и, буде таковой произойдёт, им (центурионам) непоздоровится.

За всем этим безобразием через сотворённый прямо в воздухе «глаз» наблюдали члены совета магов.

— Нельзя было вываливать эту новость на головы вот так, сразу, — негромко произнёс Лакрон. — Я предвидел такой поворот событий, но не ожидал, что возмущение народа повернётся против нас.

— А чего же ты хотел? — ехидно спросил Ситон, постоянный оппонент главы совета во всех дебатах. — Прав народ, ведь мы сидели в своих дворцах и даже не пытались выяснить, куда подевалась магия. Нас обвиняют в бездействии и поделом — куда смотрел глава совета?

Лакрон молча проглотил обидные слова, ведь Ситон во многом, хотя и не во всём, был прав.

— Я отправил на улицы своих людей, чтобы они формировали положительное мнение о нас, направляли гнев толпы на Рогиола. Думаю, что через некоторое время обстановка стабилизируется и люди разберутся, кто главный виновник. А нам, коллеги, очень стоит подумать, как заставить Рогиола вернуть силу источникам. Нельзя допустить, чтобы обезумевший маг такой силы игрался с цепью миров. Это намного страшнее гнева толпы, думаю, вам объяснять не стоит.

Маги молчали. Легко сказать, но как сделать? Рогиол водил совет за нос несколько лет, ведь все маги верили, что истощение источников — естественный процесс. Да, чужой путник рассказал о хранилищах и магопроводах, их месторасположении, но как взять оттуда силу? Как заставить вернуться в источники? Страшно даже представить — что случится в случае разрушения хотя бы одного из таких объектов. Рогиол заперся в своём парящем дворце и не отвечает на запросы. Магический глаз туда попасть не может, несмотря на совокупные потуги членов совета. С таким количеством накопленной энергии Рогиол может попросту игнорировать весь совет. На данный момент одно его заклинание, будучи сотворено, станет во много раз сильнее, чем все заклятья членов совета.

— У меня есть предложение, — раздался голос Грилла.

Собственно, вся кутерьма с демонстрациями на улицах и возникла после того, как Грилл, под видом Рогиола вчера появился в зале совета. Центурионы, видя бездействие сканирующих ловушек, пропустили якобы настоящего верховного мага, сторожевые заклятья самого Рогиола тоже не усомнились в подлинности хозяина, да и сами члены совета поверили, что наконец‑то глава государства соизволил явиться к ним и объясниться. Каково же было их изумление, когда Рогиол превратился в совершенно другого человека, причём не только внешне, но и на ментальном уровне. И этот человек вывалил на магов всю правду о присходящем. Сначала Гриллу не поверили, но он сумел доказать свою правоту, продемонстрировав при этом великолепное знание теории магических взаимодействий, указал на едва заметные отклонения естественных силовых линий мира, после чего маги убедились в его правоте. Теперь многие досадовали, что сами не сопоставили довольно странные флуктуации полей, после чего можно было сделать достаточно очевидные выводы.

— Мы слушаем вас, уважаемый Грилл, — почтительно отозвался Лакрон.

Грилл кивнул, прошёл в центр зала и заговорил:

— Главная сложность задачи заключается в недостатке энергии. Однако в моём распоряжении на данный момент имеется блок аккумуляторов с зарядом почти миллион киломагов. Он, конечно, не здесь, но с доставкой проблем не будет.

Маги переглянулись.

— И всё равно, этого крайне мало, чтобы схлестнуться с Рогиолом, — покачал головой Лакрон. — У него миллионы гигамагов энергии, порядки цифр просто несопоставимы.

— Конечно, — согласился Грилл. — Но я и не говорю о столкновении в лоб. Представьте себе дворец Рогиола как огромное яйцо с прочнейшей скорлупой из сети магических плетений. Нам нужно пробить маленькую дырочку в этой скорлупе, чтобы забросить внутрь несколько человек. Понятно, что внутри дворца тоже полно сюрпризов, но их не в пример меньше, чем во внешней оболочке, на которую возложена главная забота о защите.

— И какие же дураки согласятся полезть в пасть дракона, то бишь, в дворец верховного мага? — скептически спросил Ситон.

— Один из дураков — это я. Другие найдутся.

— Это дурная затея, которая плохо кончится, — поморщившись, сказал Лакрон. — Вы хоть немного представляете себе могущество верховного мага?

— Представьте себе — да! Но, лучшую идею, поверьте мне, никто не предложит, потому как её попросту не существует. А если мне удастся попасть во дворец, я найду, откуда там взять силу, к тому же один из моих друзей, который пойдёт туда, очень устойчив к воздействию даже очень сильной магии. В этом я не раз убеждался сам. Рогиолу будет очень кисло, поверьте, хотя и нам, пожалуй, не легче. И, господа волшебники, — Грилл внимательно обвёл всех взглядом, — у нас крайне мало времени для осуществления сего плана, дело в том, что Рогиол сумел нейтрализовать мои стоп‑индукторы и сейчас уровень энергии в его хранилищах быстро подбирается к критической отметке, после чего он незамедлительно начнёт свой эксперимент.

* * *

Фаргид с Итой сидели в одном из уютных питейных заведений «Счастливого Бога». Девушка несколько раз пыталась перевести беседу в русло сближения отношений, но путник старательно и умело уходил в сторону. В конце концов Ита поняла, что эта тема бесперспективна и прекратила попытки. Сейчас речь велась о будущей операции во дворце Рогиола, магиня настаивала на том, чтобы её взяли с собой, мотивируя желание тем, что её умения там будут далеко не лишними. Фаргид склонялся к тому, чтобы согласиться с доводами девушки, но заявил, что окончательное слово будет за Гриллом. Ита немного обиделась, потому что считала себя достаточно независимой, чтобы принимать самостоятельные решения, но в данном случае слово Грилла действительно было решающим, поскольку весь план прорыва лежал на его плечах.

— Он скоро должен появиться, — сказал Фаргид. — Причём, обещал для меня приятный сюрприз. Хотя в последнее время мне хотелось бы быть подальше от всяческих сюрпризов, уже достали всяческие неожиданности.

— А вот и он, — отозвалась Ита. — А с ним ещё два мужчины, но я не знаю кто они.

Фаргид обернулся. Сначала на его лице появилось недоверие, которое быстро сменила радостная улыбка. Он вскочил и принялся обнимать и хлопать по плечам подошедших незнакомцев.

— Черти этакие! Как же я по вам соскучился, мужики!

Ита с Гриллом не могли понять речь Фаргида, потому что он говорил на незнакомом языке. Незнакомцы тоже несколько удивлённо реагировали на восторги человека, которого видели в первый раз, хотя прекрасно понимали язык.

— Э, что с вами, ребята? А‑а‑а… я и забыл! У меня же рожа другая! Болт я, понятно? Болт!

— Ну да… ты что же, пластическую операцию сделал? — спросил один из пришедших.

— Брага, ты всегда тормозишь, или придуриваешься? — хитро прищурился Фаргид.

— О! Теперь я верю, что ты Болт! Нести ахинею — это твоя норма. Блин, как же мы волновались за тебя, командир!

В отличии от Браги, Дрон, как обычно был немногословен, он лишь крепко обнял старого друга.

Болт познакомил Иту со своими соратниками, затем начал расспрашивать о новостях из Пролга и Земли, потом последовала основательная трапеза, с запиванием изысканных блюд не менее изысканными винами.

Брага время от времени поглядывал на Иту, потом наклонился к Фаргиду.

— Хороша деваха! И дышит к тебе она неровно, видно невооружённым взглядом. Что они в тебе находят, не пойму?

Фаргид лишь дёрнул плечом: «кто их, дескать, поймёт, женщин этих?».

— Однако будь осторожен, — продолжил Брага, — Элана сказала, что ежели прознает что‑либо этакое, то повыдёргивает тебе все конечности и один очень существенный мужской орган.

— Спасибо, а то я этого и без тебя не знал, — буркнул Фаргид. — Ты лучше расскажи, как вам удалось сюда попасть, и что же такое сдохло в лесу, побудившее Гринвелла на то, чтобы отпустить вас?

— После того, как вам удалось дискредетировать Рогиола, система тотального контроля над Тропой перестала функционировать, ведь многие силовые структуры перестали ему подчиняться, поэтому попасть сюда оказалось не очень сложно. С Гринвеллом дело сложнее. Он не давал добро на мой с Дроном вояж в Страйд, вся эта затея лежит на плечах Гиранита. Ох, и достанется ему после всего этого!

Фаргид немного помолчал, затем ответил:

— Вообще поведение Гринвелла мне кажется очень странным. Два раза Рогиол был у меня в руках, но Гринвелл не позволил мне разделаться с ним. Я теряюсь в догадках, но подвести под всё это разумное объяснение не могу. Но я дико рад, что вы здесь, парни, и теперь точно прикончу Рогиола, пусть Гринвелл хоть повесится! Как он не может понять, что это практически единственный способ избавиться от проблемы? Слушай, а как стало известно, что система тотального контроля не работает? Выходит, Рогиол сейчас не может следить за чужаками?

— Я не знаю, откуда взялась такая инфа у Гиранита, но то, что мы здесь — лучшее свидетельство её правдивости.

— Это хорошая новость, таких давно уже не было.

На глазах удивлённых путников лицо Фаргида мгновенно преобразилось, он стал Олегом Болтовым.

— Теперь не от кого прятаться, — улыбаясь, пояснил он парням.

Ита с интересом изучала новое лицо своего «благодетеля». По всей видимости после этой метаморфозы её женский интерес вовсе не угас, хотя она ведь могла и раньше видеть его истинное лицо.

— Прошу называть меня Болтом, Фаргид почил в Бозе.

— Где он почил? — озадаченно спросил Грилл.

— Неважно. Просто такого человека уже давно не существует, я лишь на время заимствовал его личину.

Грилл прислушался к своему м‑фону, несколько раз машинально кивнул звонившему, затем сказал:

— Маги из совета разработали заклятье пробоя защиты дворца Рогиола. Я должен срочно уйти, а вам, парни, советую незамедлительно готовиться к рейду, у нас очень мало времени, копилка магии дворца близка к критической точке.

— У нас остался открытым один вопрос, — сказала Ита. — Я хочу идти с вами.

Грилл насупился.

— Сестра, это очень опасно, а я боюсь тебя потерять после того как только что нашёл.

— А ты подумай, каково мне, когда я знаю, куда ты идёшь? Я тоже очень боюсь потерять тебя и, возможно, моя помощь, как мага, лишней совсем не будет.

— Хорошо. Но будет так, как скажет Фар… то есть Болт.

Ита рассмеялась.

— Вот, вот! Мужчины! Вечно валите проблемы с одного на другого.

— Грилл, мне кажется, помощь твоей сестры нам может очень пригодиться, хотя, честно сказать, брать в это предприятие мне её совсем не хочется.

— Тогда я согласен. Но смотри мне, — Грилл повернулся к сестре, — Болт — главный и его приказ: закон.

— Ребята, я вас люблю! — Ита захлопала в ладоши.

Конечно, будь рядом Болт, он немедленно получил бы порцию восторженных поцелуев. Однако он благоразумно посадил между собой и девушкой вечно хмурого Дрона, который за всё время беседы не проронил ни слова.

Content

Глеб Майский
Путник. Дилогия

Книга 1 Воин Тропы

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Книга 2 Страж Тропы

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12