Игорь Юрьевич Самарский. Татьяна Николаевна Додонова

Записки нелегала

Хорошо там - где нас нет!

(Народная мудрость)

Глава 1. На горизонте Америка

Позвольте представиться я Сэм. Это институтская кличка, пусть она и останется в этом повествовании как моё имя.

Я расскажу о своем опыте работы за границей в США и Европе. Думаю, что это будет интересно читателю и в наше время.

Начну с того, что уезжал за "бугор" с Украины, потому, что жил и работал в тот момент там. Почему в Америку потянуло вспомните сами какое было время в период 1990–1995 годы. Перестройка в разгаре, наплыв дикого капитализма и рэкета.

Ну куда там с бизнесами или голову оторвут или будешь задницу бандитам лизать.

Что выбрать?

Был у меня кооперативчик по упаковке табачной пыли (ее выбрасывали, а я собирал и превращал в удобрение). Доходы мизерные, да и мафия внутри фабричная не давала житья, а как же — не они ведь додумались сгребать пыль в мешки и продавать, ну а на чужие деньги — ох как много охотников!

Однако к делу. Познакомился я с одним американцем, когда они с маршем "Мира" проходили по нашему городку. Их бедных запирали ночевать в пионерский лагерь в городской черте, даже не в городе, во избежание нежелательных контактов с "украинскими аборигенами". Ну вот я подсуетился, пролез в пионерлагерь, где они жили после "официальных встреч" и нажирались русской водкой…

… Ну естественно пролез сквозь кордон КГБ с «заднего прохода» и не с пустыми руками. И как-то сразу нарвался на таксиста из Нью-Йорка — Тома. Кое какие познания со школы в английском остались, и мы на основе общей любви к национальному русскому веселящему напитку, быстро нашли общий язык, и попутешествовали нелегально по нашему городку и куда-то еще там я возил его на своей тачке.

Расставались через 3 дня как братья.

Естественно была переписка и Том выполнил свое обещание и прислал мне частный вызов в США. Жена была в шоке, и устроила скандал. Заткнуть ей рот пришлось закрытием кооператива и передачей всех вырученных денег на благо семьи.

Как только жёнушка получила деньги, по тем временам немалые, заявила, что я могу ехать хоть в Австралию. Пусть меня простят женщины, но как можно устраивать семейные скандалы, если муж едет на заработки во имя будущего семьи? Понять не возможно.

Как это не странно, но гостевую визу на три месяца я получил в консульстве США в Киеве очень легко.

Я продал свой «Волынец», добавил денег на содержание детей и, помолившись в уголке, отправился в Польшу, к своему другу поляку — Адаму, с которым познакомился во времена челночной торговли в Польше. Адам, как добропорядочный семьянин и верный католик, посоветовал мне быть осторожным и вернуться в лоно семьи, но я был бы не «Сэмом», если бы его послушал и вернулся.

Цель была ясная — увидеть Америку, узнать с чем её едят, и естественно заработать деньги. Ходили слухи, что там это можно сделать и очень легко. Купив билет на Польскую авиакомпанию «LOT», я через 8 часов оказался в аэропорту «Кеннеди» в Нью-Йорке. В кармане — 400 баксов. Страху не было. Был интерес и в некоторой степени злость — как это я, русский, не смогу слопать эту Америку с потрохами? Но все оказалось несколько иначе, чем в Европе.

С моим никчемным английским — первая проблема. Никто ничего не может понять, что я спрашиваю. Приходится объясняться на немыслимой смеси языков и жестов. Гигантская очередь на такси. Но не для меня. Иду в конец, там полицай загоняет тачки и распределяет их по полосам движения. Черный. Объясняю ему, что мне нужен русский таксист. Понимаю что он отвечает — «Жди здесь, я позову, когда увижу русского».

И тут же указывает мне машину — мол садись быстро без очереди, это русский и катись к… матери…

С радостью кидаю рюкзак в багажник, сам кидаюсь на переднее сиденье (кстати это запрещено), и мы отваливаем, обходя всех и вся. Вырвавшись из зоны аэропорта, я наконец обращаюсь к водиле на русском с просьбой позвонить моему другу американцу Тому, т. к. не понимаю систему работы американских телефонных аппаратов. Русский водила тупо смотрит на меня и отвечает, что он есть румын, зовут Никола и очень плохо понимает по — русски… Небольшое замешательство, объяснение на русско-польско-немецко-английском языках с вплетением местных народных выражений, и мы начинаем понимать друг друга с полуслова, с полу-жеста. Останавливаемся. Таксист за свой счет звонит моему другу (оказывается я не набирал нужный код района города). К сожалению как выяснилось мой друг Том находился в другом штате на заработках (и у них там они ездят на заработки из штата в штат). Телефонограмму принял его сожитель по квартире — Джулс, и благосклонно разрешил таксисту завезти меня к нему. Тот и завез. По пути рассказал мне, что он 8 лет в Нью-Йорке, из Бухареста, здесь по «политике», и понимает меня, так как сам был в этой шкуре и вспомнил себя впервые в Америке с моей подачи. Привез меня в район «Квинс», более-менее спокойный район, как он объяснил, и не взял с меня денег, что на румына абсолютно не похоже. Расстались тепло.

Встретил меня Джулс несколько натянуто, но пустил в квартиру. Тут же связался с Томом и выяснив все про меня, разрешил остаться на жительство, вместо Тома. Причем объяснил, что Том оплатил мое проживание в его квартире.

Позже я узнал, так поступают многие американцы, — сняв квартиру, пускают туда сожителей для экономии на квартплате. Квартира по нашим понятиям — трехкомнатная. Я в одной комнате на месте Тома, Джулс в другой, третья под компьютерами и звуковой аппаратурой. Маленькая кухня и ванная комната.

Пришлось после перелёта ехать с ним на его работу в ночной клуб, где он работал звукорежиссером, т. к. он видимо опасался оставлять незнакомого человека в своей хате в первый раз, несмотря на рекомендации друга. Повез меня на своей развалюшке в Манхеттен. Клуб оказался ночным, нигерским и джазовым. Принес мне бокал «кровавой Мэри», без закуски и сказал сидеть — слушать эту долбанную джазовую музыку… Каково, а? После перелета, разница во времени и сиди и слушай этих джазменов. «Закунял» я после принятия на грудь «Кровавой Мэри» без закуски, и слегка приснул за столиком. Джулс меня растолкал, — спрашивает не устал ли я? Хм-м… Смотрю на часы — 3 часа ночи. Пойдем говорить в подвал, там есть диванчик — ты там переспишь, пока он закончит работу в 5 ч. утра. Я с радостью согласился, и «отрубился» на диванчике моментально. Но не успел даже всхрапнуть, как какая то сволочь меня снова растолкала… Открываю глаза — стоит нигер с бабой, и орет мне в ухо — что я здесь делаю и кто я вообще? Отвечаю — русский, турист… В ответ гомерический хохот и пожелание мне слинять отсюда, т. к. это есть место для работников найт-клуба. Ухожу как оплеванный, сажусь за столик и… засыпаю… Кто-то будит. снова. Это Джулс, он закончил работу и мы переправляемся обратно в Квинс, и выпив по банке пива, спим оба до вечера.

Таким образом жилищный вопрос был утрясён и я остался жить на квартире Джулса.

На следующий день решил поехать и начать поиски работы на Брайтон-бич, в район — «Русская Одесса».

Это скопище бывших одесситов, всяких мастей руссаков, и полурусских, магазинов, лавчёнок, забегаловок, ресторанов и пр. и пр.

Русская речь, отсутствие полицейских, что очень странно. Видел пару раз патрульные машины и всё…

Много поляков, пожилых разноязычно говорящих людей, пляж, и остров развлечений с аттракционами — «русские горки», различные игровые автоматы для выжимания денег, барахолка, и метро над головой по эстакаде.

Побродил по русским магазинам, выпрашивая работу кем угодно — от грузчика до программиста в колбасный магазин. Пусто… В некоторых местах откровенно посылали. Повалялся на пляже, обдумывая ситуацию. Пришел к неутешительным выводам, что всё ранее слышанное о возможности заработка здесь — по большей части именно слухи. Но деваться некуда — определив план дальнейших поисков работы, поехал домой и взялся за дело.

На следующий день заказал себе визитные карточки, дал объявление в газете «Новое русское слово» о том, что русский крутой бизнесмен ищет партнеров для прямого сотрудничества в экспорте — импорте. Конечно на Остапа Бендера я не потянул бы, но почему не воспользоваться его опытом? Это решение пришло мне после того, что лично наблюдал и попадался на удочку на том же Брайтоне. Все совдеповские принципы принесены сюда русским эмигрантами и их бизнес осуществляется на тех же принципах — «Не обманешь — не продашь».

Ну вот маленький примерчик.

Читаю в русской газете объявление: «Работа для эмигрантов по упаковке на фабрике по производству джинсов. Грин карта не нужна, платежи наличными. Телефон..» Наличие для официальной работы Грин-карты (т. е. права на проживание и работу на территории США) есть обязательный атрибут. Но конечно множество нанимателей имеют нелегальную рабочую силу на временных наймах, с минимальной зарплатой для рабсилы. Уровень зарплат для нелегалов в 1990–1993 в штате Нью-Йорк для нелегальных нигеров, чиканос, пуэрториканцев (3–4 доллара в час), русских, румын, поляков (5–6 долларов в час). Официальный уровень минимальной зарплаты на легальной работе (6 долларов 35 центов в час). Но я отвлекся.

Итак бегу в фирму по найму — наниматься. Выглядит это так: конторка 3 на 4 метра, стол, компьютер, сидит девочка и записывает желающих. Сразу вспомнил таких же нанимателей у себя на Украине, но все таки решил рискнуть — все таки правильный капитализм, и не должны бы обмануть. Девочка объясняет, что после заполнения анкеты необходимо заплатить 100 долларов за введение вас в базу данных отдела кадров на фабрике джинсов, т. к. платежи по зарплате выдаются наличными, в обход законодательства, а это стоит денег. Верю, плачу. Обещают зарплату 6.5 доллара в час, Вызов на работу по телефону через 7 дней. Я должен иметь рабочую униформу, которую должен купить сам — халат, джинсы, перчатки. Как это обнадеживает… Но, по — русски, прошу выдать мне квитанцию об уплате 100 долларов за посредничество. Девочка смотрит на меня вопросительно. Куда то звонит. Прибегает такой жлобчик, представляется директором фирмы и спрашивает - что за проблема? Прошу выдать квитанцию с печатью фирмы об уплате мною денег.

Жлобчик куда то убегает, через минуту возвращается с печатью, пишет мне квитанцию, шлепает печать, саркастически улыбается, кивает — мол понимаю, понимаю. Еще раз обнадеживает меня, что я уже на фабрике и буду работать через неделю, и мне не надо заботится более о поисках работы. Я в приподнятом настроении гуляю по Нью-Йорку, посещаю злачные места, езжу на экскурсии, радостно общаюсь по телефону с Томом и тренирую свой английский в общении с Джулсом. И они рады за меня. Даже еще раз посещаю фирму по найму — все в порядке найм продолжается, девочка на месте, народ толпится. Вот так думаю в свободном обществе можно зарабатывать, — найти задний проход в какой-нибудь полуподпольной фабрике, договориться с боссами и сплавлять им рабсилу по дешевке, — неплохой бизнес, учитывая, что наплыв эмигрантов огромен.

Проходит неделя, жду звонка, его нет. Бегу в «контору». На двери пудовый замок.

Бегаю, по зданию, ищу супервайзера (сдатчика в наём, контролера — ну что-то вроде нашего домоуправа). Нахожу его и выясняю, что русские сняли эту комнатку на 5 дней всего… Вот тебе и «РАБОТА». И считал себя не «катаемым», а вот тут и меня смогли «прокатить». Ну что же, по моим подсчетам ребята заработали на дураках типа меня за пять дней около 25–30 тысяч долларов и смылись. Хм… Обозлился я конечно, и вот тогда то решил действовать их методами.

Пришло время публикации моего объявления. Сижу в своей комнате, жду звонков. Деньги на исходе. Повалили звонки.

В основном от русскоговорящих. Принимаю их, разговариваю, отсекаю чепухню, назначаю встречи с более-менее мне приглянувшимися «соискателями прямых контактов по экспорту-импорту». Даже встречаюсь. Но все встречи кончаются ничем, т. к. приходят какие то бомжи, или откровенные проходимцы. Хотя сам от них мало чем отличаюсь.

Начинаю упадать духом и подумывать о возврате в Украину, благо авиа — билет с открытой датой возврата. Тут где то на сорок четвертый раз получаю звонок довольно странный — пожилой скрипучий голос, с недовольными нотками, спрашивает — я ли дал объяву, и что я хочу встретиться по делу? Естественно соглашаюсь, почуяв как гончий пес добычу.

Встречу назначаем на Брайтоне. Еду, в пиджачке при галстуке с дипломатиком — все чин по чину.

Спускаюсь с метро и вижу на углу стоит в майке и трусах, старый еврей, вперившись в меня бычьим глазом.

Подхожу, знакомимся, Он — Дима Фидлер. Посмотри говорит на верх, что видишь? Смотрю, вижу вывеску «Клуб имени Владимира Высоцкого». Это мой говорит, я владелец. Пойдем во внутрь поговорим. Несколько тяжелых дверей, сигнализации, проходим вовнутрь, Дима что-то щёлкает включателями — раздается рев музыки, все засверкало-замелькало. Я опешил… Дима орёт мне в ухо, что он бывший пианист, музыкант профессионал и держит этот клуб как хобби, платит за аренду помещения две тысячи в месяц, что он зарабатывает на своей личной колбасной фабрике, и он есть главный колбасный поставщик для всего Брайтона. Тут у меня Аллочка Борисовна была пару недель назад: — «Дима, принес мне колбаски! С её-то фигурой! Ха-ха!». Проходим в бар. Угощает русской водкой, закусываем солёненькими огурчиками, и он приглашает меня к себе домой, где его жена Фаина, угостит нас ужином из курочки.

Я на все соглашаюсь. Дома нас принимает Фаина. Курочка великолепна. Ведем неторопливую беседу… В основном вокруг меня — кто я, что я, чем занимаюсь и что планирую. Рассказываю, что имею кооператив, торгую продуктами, намерен найти партнера здесь, подучиться менеджменту. Вижу, что я Диме нравлюсь. Взаимопонимание и доверие возникает как то сразу. Посмеявшись на тему как меня протянули с работой, он предложил мне пройти курсы менеджмента в частной школе своего друга за его счет. Это предложения я с радостью принял, и две недели посещал эти скоростные курсы, в надежде получить у Димы работу. Тем более, что Дима мне об этом прозрачно намекнул. Окончив курсы «повышения квалификации», мы с ним встретились опять у него дома, и я приготовился получить у него работу на его колбасной фабрике. Однако получил совершенно другое предложение.

В Манхеттене На Брайтоне

Глава 2. Сделка в стиле«русский бизнес»

Однажды под вечер, Дима у себя дома задал мне вопрос: «Ты когда домой собираешься?». Вот те на думаю, работу ожидал дурила. Не знаю — отвечаю, а в чем дело? Ты понимаешь, говорит, я старый, бывший Одессит. Хочу съездить на Родину, ну а в компании веселей… Мой сын — дуралей, думает только о бабах и как бы где «нажраться». В бизнес вникать не хочет. Но он сын, я должен его здесь оставить за себя, как бы на испытательный срок, а в это время мотануться с тобой в Украину.

Ты мол как? Одобряшь? Ну что делать… соглашаюсь. Этот человек сделал для меня доброе дело, консультировал, учил «жить» по-американски, платил за обучение, поил и кормил. Кроме того он попросил меня не обижаться на него, и, обещал после возвращения вызвать к себе на фабрику в качестве менеджера. Посетовал я в одиночестве на то, что не удалось мне съесть эту Америку с потрохами за один присест, но делать нечего. Надо возвращаться. Но Дима, в своем репертуаре.

— Что мне взять с собой, чтобы торгануть там у вас по мелочи, и побыстрячку скачать быстрые «бабки»? Интересный вопрос… Предлагаю взять разную женскую косметику. Задаю встречный- как предполагаешь спланировать путешествие? В ответ его вопрос — а что ты предлагаешь?

Быстро смекнув что и как выдаю «на гора» — предполагаю, спрыгнуть с самолета в Бельгии (там транзитная остановка, и кстати я не видел Брюссель), на поезде рвануть в Амстердам, потом в Польшу, через Варшаву в Москву, и в Черкассы, а оттуда в Одессу, и обратно через Киев в Нью-Йорк. И торопясь не дать ему слова вымолвить, предлагаю сделку в стиле «русский бизнес» — он оплатит путешествие за двоих по территории Европы, я плачу за двоих по территории России и Украины!!! В ответ пристальный, проницательный взгляд старческих глаз. Хм… Да уж..

Минуту размышлял. Улыбнулся, — ну ты мол и «жук», но я согласен… У меня как гора с плеч свалилась. В Москве есть друзья, кто может дать денег взаймы на продолжение путешествия, выкрутимся как-нибудь.

Одеваемся и идем заказывать авиа — билеты.

В русском турбюро на Брайтоне Диму приветливо встречают. Он дает команду, найти ему билет, непременно на рейс бельгийской компании «Сабрина» (в которой у меня обратный авиабилет из Нью-Йорка). Менеджерша на компьютере долго перебирала варианты, но наконец выдала дату отлета, извинившись перед Димой, что его место будет не рядом со мной, а через одно кресло. Дима снисходительно согласился и оплатил билет.

Мне же в билет штампанули дату отлета.

Встретившись со своим американским другом Джулсом, я дико перед ним извинился, позвонил Тому на ту же тему. Никто не возражал. Но Джулс пригласил меня на вечеринку к своей кузине, где собирались его друзья, и там я рассчитывал увидеть как встречают иностранных гостей в виде меня.

В воскресение мы рванули на его тарахтелке (на хрена он экономил на машине — до сих пор не знаю) в соседний штат Нью — Джерси к кузине. Ничего особенного я не увидел. Американский стандарт: двухэтажный домик, гараж, на две не новой свежести машины, мизерный дворик с газоном.

Застолье было человек из восьми. Стол как у нас, жратвы навалом всякой, но вот колбас не увидел. Салатов море, мяса, икры черной не было. Насчёт пожрать, я понял, они горазды. Ради меня, из вежливости купили бутылку водки, сами пили виски и соки. На то, что я есть иностранец им абсолютно наплевать. Много расспрашивали о перестройке, о русских девочках (культовая планка наших проституток видимо высока в мире), смеялись… В основном болтовня на темы работы, перетирали кости начальству — ну всё впрочем как у нас. Некоторые даже поняли русский анекдот, который я им рассказал.

Прощались без натянутости, простые люди они и в Африке — простые люди. Простые. туповатые.

Общее впечатление от такой запрограммированной встречи — пустое время провождение (но это видимо обязательный атрибут американской жизни).

Итак мое первое пребывание в США заканчивалось через три месяца после прибытия. Так я и не понюхал, настоящей американской жизни, не познакомился с настоящими американцами из Техаса, о чем мечтал, с настоящими потомками рабовладельцев, ковбоями и прямыми в действиях и суждениях, как хозяйственное мыло. Так и не удалось поработать. Но, «еще не вечер».

Настал день отлета. Договорились встретится прямо в аэропорту. Стою, жду. Вижу подъезжает ВЭН Димы, сын за рулем, а Дима выволакивает два мешка с чем-то. Что это тащишь спрашиваю? Ответ — женская косметика… В мешках!!??? Ну и что? В мешках!!! Заглядываю в мешок — точно: наборы женской косметики в упаковках. Тащимся на таможню. Дима платит за превышение веса по 18 долларов за каждый лишний килограмм — лихо!

Глава 3. Актером быть полезно

Летим в креслах рядом. Болтаем. Настроение превосходное — коньячок, пивко, посапываем.

По плану выходим в Брюсселе, заказываем таксисту недорогой отель в центре. Димон все оплачивает по программе.

Я «торчу».. Располагаемся в отельчике. Я набиваю дипломат косметикой, на шею галстук и в дело — ну просто «торговый представитель». Дима снисходительно посмеивается и ложится спать. Бестолково пробегав по центру Брюсселя в надежде кому-либо впендюрить «качественную американскую косметику», измотанный возвращаюсь в отель.

Брюссель. Сэм и Дима

Дима в холле пьет пиво — ждет меня. Предлагает бросить эту гнилую затею и пойти в сэкс-театр. Мне почему-то не до этого… Он отправляется один. Я иду спать.

Послезавтра договорились переехать в Амстердам.

На следующий день побродили вместе по городу. Зашли в рояльный магазин, где Дима вспомнил, как он был пианистом — выдал несколько рулад с заиканием. Впечатление от Брюсселя угнетающее — серый городишко, люди как мыши в 3 часа дня, окончив работу, бегут по пабчикам, принимают свою дозцу пивка и в лоно семьи. Итак каждый день? Скукота.

Ночью, очнувшись от богатырского храпа «партнера» в 4 утра — промаялся бессонницей. Разбудил его в 8 и мы поехали на вокзал, где без проблем сели в поезд на Амстердам и отвалили.

Только отъехали от Брюсселя, как в вагон ввалилась толпа футбольных болельщиков. Скажу сразу, ни я, ни Дима не курим, и не увлекаемся футболом. А тут эта свинья толпа орущих, пьяных, курящих, оголтелых фанатов… Мы сели в купе для некурящих, однако, к нам набилось четверо с барабаном, дымящих как паровозы. и вонючих как козлы. Мы переглядывались и разговаривали по-русски — что будем делать… Димон попробовал утихомирить эту свиную рать ласковыми словами по-английски с вежливой просьбой убраться из купе для некурящих. Это произвело ровно нулевой эффект, и даже еще наглее стали дымить и ухмыляться, демонстрируя барабанные рулады.

Тут и у меня уже терпелка начала кончаться. Я со страшным лицом по — русски с матом попросил их убраться к е. матери. В ответ — кто ты? Русский отвечаю. Ха-ха-ха в ответ.

Ну думаю сволота… Слышь Димон — говорю, давай поговорим о мафии по-русски с примесью немецко-английского. На тебе полпуда золота — ты будешь ПАПА, а я твой «бычок». Авось сыграет… Димон кивнул и мы приступили.

Пошерудил я в багаже, вынул пару пива, и мы начали неторопливую беседу о преимуществах и недостатках револьвера КОЛЬТ по сравнению с МАГНУМОМ..

Слово револьвер на любом языке — револьвер, тем более «Кольт» и «Магнум».

Смотрим, тон орущих снизился, как-то притихли. Двое потушили сигареты и покинули купе вместе с барабаном. Через некоторое время сник еще один. Последний упирался до последнего. Но грозные взгляды «папы», и мои живодерские ухмылки в сочетании с недвусмысленными намеками на скоротечность жизни в этом мире, наконец и на него подействовали отрезвляюще и, этот придурок вскоре слинял из купе. В прочем после этого инцидента, во всем вагоне как то все притихло. Мы в абсолютном комфорте доехали до Амстердама и пустились в осмотры достопримечательностей.

Но особенно Дима меня не отпускал, и все попытки уйти в сторону пресекались бурчанием о моей неопытности в туризме. Основное я понял — мужчина после 70 слишком серьезно сексуально озабочен. Все его помыслы сводились к одному, где-бы, как-бы, подешевле, и получить все сразу.

Ну естественно не могу не сказать о квартале «красных фонарей». Да, это именно так, как это описано в литературе. Историческое место получения товарных сексуальных наслаждений, в темпе конвейера. Русские проститутки так же в обороте, также показывают себя через стеклышко.

5-минутное свидание с путаной стоит 60 долларов, все делается гигиенично, причем дотрагиваться до тела путаны и заигрывать с ней запрещено: это фабрика, а не женщина. Она работает и простои конвейера не допустимы. Молодежь везде тянет «марихуану», это разрешено, пиво рекой, иностранцев — море. Даже видел уличных русских торговцев, работающих на сутенеров и продающих секс — сувениры.

В общем на меня это не произвело впечатления, а Димон — «тащился». Закончилось пребывание в Амстердаме — моим сном в отеле, а его — походом в секс-театр, где зрители наслаждались зрелищами групповых половых актов в натуре на сцене с расстояния в один-два метра… (Как он мне объяснил увидеть такое в Нью-Йорке возможно, но сложно).

На очереди Варшава.

Глава 4. Опыт — великое дело

Ну здесь чем то родным повеяло.

Без проблем доезжаем и окунаемся в челночно-торговый хаос. Центральный стадион гудит как улей. Такое впечатление, что весь торговый мир скопился здесь. Дима опешил. Орет в ухо — беги мол за мешком косметики на вокзал, начнем торговлю здесь. Ты чё говорю — обалдел? Директор американской фирмы уподобится мелкому торгашу на рынке? Ни хрена ты не понимаешь в бизнесе, кричит, — если доллар лежит на земле — не чурайся его поднять. Беги!

Притаскиваю на трамвае этот мешок. Дима уже раздобыл где-то пару ящиков и перед входом на стадион образовалась точка по продаже американской косметики. Вот тут он и раскрылся… Гортанным басом проорал: «Пани и Панове! Налетай — качественная американская косметика по бросовым ценам. 2 доллара кучка, 50 центов штучка!!!»

И тут началось — сначала пара полячек попробовали помазались помадами, косметикой, а через полчаса набежала толпа перекупщиц и растащили всё на корню.

Димон сделал несколько пассов пачкой злотых освящая место торговли. Выбросив мешок мы двинулись к обменному пункту менять злотые на доллары. В тот же день мы отвалили в Москву поездом.

По приезду мои друзья поселили нас в ведомственную трехкомнатную квартиру. Я занялся быстрым сбытом оставшегося мешка через биржу. Димон гулял по Москве. Все наши мысли были уже на Украине, в Одессе, в Черкассах.

Удачно сбросив косметику через торгашей и получив наличные, я уже мог благополучно сопровождать Диму на Украину, согласно нашего с ним контракта.

В Черкассы мы попали два дня позднее. И только я успел поселить Димона в гостиницу и познакомить его с женской частью Черкасского общества, как ему поступила телефонограмма из Нью — Йорка, о полном развале его бизнеса на фабрике, по причине бестолковости его сына. Вызвал он меня в гостиницу, принес извинения мне (не знаю за что), и озадачил меня — немедленно отправить его обратно в Америку. Никакие уговоры не помогли. Я взял с него клятвенное обещание вызвать меня через неделю обратно в Нью-Йорк, и уже точно на работу.

Отвез я его в Бориспольский аэропорт, слезно попрощавшись Димон, улетел обратно в США.

Ждал я его звонка две недели. И наконец, ночью, он меня вызвонил и сказал, что вызов сделал и мне его выслал. Ожидает меня с нетерпением, т. к. нуждается в надежном партнере по бизнесу. Как я обрадовался!

Жена снова в шоке. Деньги слава богу не успела растратить. Продал я кучу аппаратуры и шмоток для выкупа визы и билета. Поехал получать визу. Опять без проблем. Черная консульша поинтересовалась — почему сразу по приезду — обратно? Ответ — нашел партнера по бизнесу, тот пригласил в гости. Прошло. Денег наскреб только еле-еле на билет. По «вновь утвержденному плану», по проторенной дорожке — в Польшу. Мой поляк Адам уже заказал для меня билет в Нью-Йорк. Встречаемся с ним в Варшаве, «гуляем» до потери пульса за его счет — как никак я безработный, еду на работу — сколачивать капитал. А он уже эти стадии проходил и по Италии и по Германии. Ему уже не до этого — надоело и хочется покоя.

Всё — завтра в Нью-Йорк. Сладко засыпаем, после «добавки», уже дома у Адама. Его жена долго что-то бурчала на наш «отрыв» в найт-клубы Гданьска, но побурчав и убедившись, что с ее «половиной» все в порядке, также завалилась спать. В моей воспаленной алкоголем голове поплыли картины туманного Нью-Йорка, пока все не провалилось в тяжелый, без сновидений, сон. Всё бы хорошо, но не хорошо то, что человек полагает, а кто-то там располагает.

Глава 5. Снова в Нью-Йорке

В два часа ночи меня будит Адам и с трагическим выражением лица сообщает, что у меня — проблема: Дима — умер. Звони в Америку прямо сейчас и узнавай. Немедленно набираю своих друзей американцев. Джулса нет. Отвечает Том — да, это правда. Дима, твой друг, твой будущий босс, умер еще неделю назад от инсульта, а его жена сообщила нам только сейчас, и, мы немедленно с тобой связались через Польшу… Минутный шок. Что делать? Сразу вспомнилась картина «Бриллиантовая рука!» — и истеричный крик зазвучал в ушах: «Шеф! Все пропало, все пропало — гипс снимают, клиент уезжает..»

Машинально принимаю рюмку водки из холодильника. Вкуса не ощущаю… Вообще ничего не ощущаю… Как зомби выполняю некоторые никчемные движения, но мозг лихорадочно ищет выход из ситуации. Наконец какой то кусок чего-то как будто проваливается в желудке и я задаю Адаму, который смотрит на меня как на сумасшедшего, риторический вопрос — а, что бы он сделал в создавшемся положении? Билет на руках, денег в кармане ровно сто баксов, лучший друг и приглашатель умер, а друзья американцы дают понять, что мой приезд — безрассудство. Адам, как человек вежливый и рассудительный советует вернуться в Украину.

Но в душе я уже решил — или я русский, или кто? Вторая рюмка водки и «резюме» — лечу в Америку, а там как Бог даст… С печальной улыбкой мой поляк проводил меня утром в Варшавский аэропорт.

Пожал руку, сказав, что если что не так, я всегда могу к нему вернуться и он поможет с деньгами, чтобы я мог уехать обратно в Украину. Спасибо Адам — ты настоящий потомок того — первого человека!

…..Приземлившись в Аэропорту Кеннеди, сразу беру тачку и к Фаине — жене Димы.

Встречает вопросом через дверь — ты кто? Да это я, Фаина, разве не помнишь? Ты же нам вместе с Димой курочку готовила на ужин… Ответ — Дима умер, а вместе с ним и все его друзья для меня!!! Хм. Однако.! Не теряя присутствия духа бегу по всем колбасным магазинам, где Дима был главным поставщиком… Везде встречают — как обухом по голове — что было, то прошло, а здесь брат, капитализм, тебе и мизинчик никто не протянет, когда ты тонешь… Вечер… На столбе на Брайтоне читаю объяву: сдаются комнаты — дешево. Бегу-лечу по адресу… Встречает такой себе мужчинка невзрачный, предлагает «пенальчик» — два на три метра в коммуналке с двенадцатью соседями за 180 долларов в месяц.

Слава богу — депозит (предварительная оплата) — только половина. Плачу и вселяюсь… А что делать? Предупреждали меня умные люди — не лезь в авантюру. Осталось десять баксов в кармане — «богатство»! На следующий день поплелся пешком обратно на Брайтон, так как проезд на метро стоит 1 доллар 25 центов. Приступил к строжайшему режиму экономии. Надежда одна — найти любую работу, за любые деньги. Шляюсь по Брайтону целый день — безрезультатно. Везде все забито или русскими, или нигерами… Таким образом проходит три дня… Возникает чувство отчаяния… Ну ладно, питаться бананами по доллару за гроздь это еще как никак, НО ПОДБИРАТЬ С АСФАЛЬТА БРАКОВАННЫЙ ХЛЕБ ВОЗЛЕ ПЕКАРНИ, это уже слишком для меня — бьет по мозгам. Постоянно мучает жажда. Вода только в коммуналке из под крана. Один жирный русский продавец из продуктовой лавки, сжалился и посоветовал мне пойти в шесть утра на один из перекрестков на севере Бруклина (район Нью-Йорка), где якобы нелегалы снимают нелегальную работу. Действительно, подойдя туда поутру, вижу следующую картину. Собирается толпа — около ста пятидесяти человек прямо не перекрестке.

Район — «черный» (т. е. живут в большинстве своем только цветные и черные). Толпа преимущественно из русских, хотя есть и поляки и румыны.

Проезжающие машины притормаживают, и вот тут, кто зорче и говорливее по-английски, бросаются сломя голову к машине, и с вопросом: «какая работа?», «как долго и сколько платишь?», вскакивают на сиденье рядом с водителем. Те к этому привычные, и реакция абсолютно спокойная, даже с ухмылкой. Когда вскочил на сиденье можешь начать выяснять детали о работе. Главное - ты первый, и никто тебя с сиденья уже не спихнет.

Естественно кто не успел — тот опоздал. Бег к машине спринтерский — работа локтями, специфическая лексика, но самая главная особенность — даже если тебя отпихнули в последний момент — никто в драку не лезет. Ну поматюкаются в сторонке: сегодня тебя — завтра ты. Не получалось у меня протолкнутся первым… Молодежь стремительнее… После двух дней неудачных попыток, вечером, посчитав на ладони оставшиеся центы, встал я в уголок на колени и обратился со слезами к Всевышнему — помоги, прости, дай возможность… Пошла дрожь по спине… Может услышал?

На перекрестке в ожидании работы

Глава 6. Православная церковь и ее «помощь»

Тут я хотел бы рассказать, в виде лирического отступления, о своем отношении к Церкви и ее служителям, попам, пасторам и ксендзам. Это того стоит. Попав в Штаты, я несколько дней пока не нашел «пенальчик», мотылялся по Нью-Йорку, пытаясь, что-то найти подешевле. Наткнулся в Манхеттене на русскую православную церковь. Дождался там дежурного отца и имел с ним беседу, по поводу — дать мне возможность переспать, где-то в подвальчике… Отец Илларион, если мне не изменяет память, мне в приюте мягко отказал, посоветовав молиться… О чем? О жилье? А где же спать в этот момент? Ну иди сын мой к отцу Тревору. Это Ирландец, он говорит по — русски и держит приют в Гарлеме. В Гарлеме? Это там где приюты черных наркоманов и бесконечные бандитские разборки? Отец! Вы хотите моей смерти? Что ты, сын мой, иди туда, я буду молиться за тебя! Спасибо, спасибо… Что делать, когда ночь наступает? Иду в Гарлем. Еще засветло нашел этот приют. Какой-то кошмарный двухэтажный дом, с коридорной системой, где в ряд стоят кровати и тумбочки, отгороженные друг от друга тряпичными занавесками. Меня принимает православный отец Тревор. Да, он Ирландец. Да здесь я могу найти приют. Но сначала надо выполнить обет!!!?? Какой?

Целуй мои ноги сын мой! Снимает шлепанцы и обнажает свои грязные ступни. Я в полушоке опускаюсь на колени и с отвращением прикладываюсь к его ногам. Так! Молодец! Теперь ты мой сын, пойдем я тебе дам место для ночлега. Ведет по коридору. В углу койка. Ложись здесь. Это будет твое место. Кто-то уже за занавеской храпит. Удаляется.

Я ложусь не раздеваясь от брезгливости. О ужас! По полу бежит огромная крыса.

Какой уж тут сон. Промучался всю ночь и сбежал в ужасе рано поутру.

И такое отношение попов, я ощущал на своей шкуре и в дальнейшем. Вот еще пример. Уже в Дублине. По тому же вопросу занес меня черт в Украинскую православную церковь. Опять елейная улыбочка очередного попика. Но как только узнают, что надо как-то помочь конкретным делом, ответ один — молись сын мой и Бог поможет. Но не забывай посещать церковь и плати подаяния, иначе, как же он попик, сможет хорошо жить, если паства уйдет? (Но это умозаключение уже от меня). Да я и сам без ваших поповских наставлений знаю, что Бог поможет, но только не сразу. А как выйти из положения здесь, сейчас, в конкретную минуту? Где ваша терпимость и готовность помочь ближнему? Кроме лицемерия — ничего не вижу. С другой стороны, католические пасторы и ксендзы, имеют то ли другое воспитание, то ли действительно верят, в то, чему служат. Опять же в Дублине. Ирландец, пастор, в костел которого я зашел справиться, где есть ночлежка, не только объяснил как туда добраться, но из личного кармана, достал 3 Евро и отдал мне тут же. Другой, по поводу работы, долго беседовал со мной, давая советы как быстро найти работу, зная, что я нелегал… Опять же ирландский пастор, организовал в Дублине русское общество, где могут собираться как легалы, так и нелегалы, выпить чай, кофе с пирожными, и обсуждать их проблемы в Ирландии — т. е. общаться. Почему же это так трудно для православных попов? Сразу вспомнились разные украинские сектанты типа церкви «Слово веры» и пр., где кроме как поборами не занимаются.

Именно по этой причине я не люблю православных попов. Конечно всех грести под одну гребенку нельзя, но мне встречались почему-то только лицемеры от православия. Католики мне кажется более практично, правдивее, цивилизованней относятся к религии.

Терпимее и внимательнее относятся к людям.

Я несколько был удивлен, что один из ирландских пасторов, без напускной строгости беседовал со мной о всех людских проблемах, включая проституцию, криминальные проблемы, проблемы нелегалов (кстати никто из них меня не заложил). В миру этот человек был прост и общителен, много заразительно смеялся, иногда подшучивая над ортодоксальными верующими и такими же пасторами. Для него религия, это обычная работа, костел куда он ходит служить есть место работы. Он также верит, и хочет и помогает людям, но без этого налета ортодоксальности и без фальшивости в сердце. Обычный нормальный человек. Это конечно личное, мое, субъективное мнение. Однако в костелы и церковь не пойду, следуя по заветам Св. Луки (один из постулатов Евангиле) — хочешь обратиться к Богу, зайди в свою комнату и помолись от сердца. Г осподь тебя услышит!

Простите за откровение.

Глава 7. Первая работа

Выхожу утречком следующего дня на «нелегальный» перекресток. Опять не успеваю подбежать к машинам. Оттирают, отталкивают… Отошел от толпы метров на пятьдесят, стою… Скорблю…

Неожиданно возле меня тормозит авто — фургончик. Бросаю взгляд на толпу. Все рванули в мою сторону, но не тут то было. Я уже в машине, защелкнул замок и быстро поднял стекло. Водитель — ортодокс-еврей: черная шляпа, «пейсы», сидит хохочет. Толпа чего — то орет сквозь стекло. Но у меня уже свой диалог с водителем. Что за работа? Ответ — сегодня суббота, евреям работать нельзя. Посмотри назад. Смотрю. Сзади лежат два больших ящика, типа посылочных. Надо поднять на второй этаж там где я скажу… Нет проблем — поехали. Едем, разговариваем… Он говорит, что часто пользуется этим перекрестком, потому, что здесь русские, и как правило с ними нет никаких проблем по нелегальной работе — не то что с мексиканцами или пуэрториканцами, хотя те работают дешевле. Подъезжаем. Затаскиваю ящики на второй этаж, и подаю в открытое окошко какому-то нигеру. Тот молча забирает и захлопывает окошко — все! Стучу в окошко-ору: «Давай расписку о получении!» по-русски, по-совдеповски. Тот ухмыляется, отрывает кусок газеты, фломастером ставит автограф и подает мне. Спускаюсь и подаю водителю «расписку» в получении. Тот удивленно поднимает брови — что это? Ну… расписка в получении… Опять залился хохотом и достает деньги. Шесть долларов. Отвозит меня обратно на перекресток и говорит — непременно тебя возьму в следующий раз. Я смотрю на часы — прошло ровно десять минут. Шесть долларов за десять минут — неплохо… Толпа ко мне с расспросами — почему так быстро? Заплатили? ОК, ребята ОК. все — «тип-топ». Но в этот день снять машину больше уже не удалось, может приметы какие — не знаю. Купил пожрать, воды, и провалялся на диване почти счастливый. Как мало человеку все таки надо.

В воскресенье, на следующий день повторяю ту же операцию с отходом от толпы.

И тут же получаю машину как в прошлый раз. Ситуация повторяется один в один. Но водитель запросил еще двух человек кроме меня. Работа — покраска 4-х комнатной квартиры водоэмульсионной краской. Нам это в жилу, дома красили и здесь покрасим. Приглашаю через окошко еще двоих. Оплата — 5 долларов в час. За день должны покрасить двумя слоями с подготовкой — т. е. прошкурить стены, зашпаклевать и покрасить. Приезжаем на место. Один из «партнеров» начинает гнусить, что работа большая и надо платить больше. Водитель посылает его на все четыре стороны спрашивает нас — сделаем ли эту работу вдвоем? Я отвечаю, что могу и один… Но, но говорит — не дерзи, и добавляет по-польски — работайте хлопцы — не обижу. Оказался поляк и супервайзер (как наш управдом в советские времена). С энтузиазмом принялись за работу.

Ободрали, зашпаклевали, зашкурили, загрунтовали — все честь по чести. После обеда привезли краску. Не воняет, не разъедает — ну просто прелесть работать. Закончили покраску аж в одиннадцать вечера. Пришел поляк, почмокал, похвалил, и заплатил каждому по 80 долларов. Вот радости то было — я вырвался из нищетыыыы…!!! Расставались тепло, по-славянски. Он завез нас в бар, угостил по паре бокалов пива, рассказал о своей жизни на чужбине.

Следующий день прошел в бесплодных попытках поймать машину. Опять встал в уголок вечером и помолился с печалью в голосе и с просьбами простить и помочь… И снова повезло да еще как.

Попал на еврейскую ортодоксальную машину и получил работу в мебельном складе по сортировке мебели.

Работаю, езжу на метро и на автобусе. Накладно. Стал подумывать — не купить ли велосипед?

Купил на Брайтонской толкучке ворованный за 20 долларов. Работа не легкая, но и не тяжелая… Тусуй себе мебель по указке босса. Работаю месяц, платят наличкой в конвертике каждую пятницу вечером. Фирма еврейская. Приходится работать и по воскресеньям. Вместе со мной — пара нигеров и пуэрториканцев… Не скажу, что они перерабатывают.

Постоянно кофепитие, слушанье музыки в наушниках, не бегают как я, все с раскачкой, не торопясь. Беру с них пример. Проходит несколько месяцев. Вызывает босс. Слушай говорит… Есть проблемка. Тяжеловато мне платить тебе наличкой, давай неси «гринкарту» (право на проживание и работу на территории США) и я буду тебе платит восемь долларов в час, но легально. Естественно у меня такой карты нет и я об этом говорю. Ну что ж парень, мне жаль говорит, но придется нам расстаться. Я так и понял — он решил взять еще одного «пуэрто» за три-четыре доллара в час. Пришлось уйти. Но деньги уже были и меня не пугала перспектива «побегать за машиной». Немного о сожителях. Мои соседи по коммуналке такие же как и я бедолаги — русские, евреи, украинцы. Причем были даже семейные, как попали в США — неизвестно. В разговоры не пускались и не «кололись». Знаю, что семьям в полном составе прорваться в Америку практически не возможно. В последствии мне уже рассказали, что масса русских попадает в США или через Канаду в багажниках автомашин, или через Мексику. Пути наработаны, оплачены, такой же как у нас продажной таможне, и индустрия на эту тему работает бесперебойно. Но я извините отвлекся.

Глава 8. «Маленькая Италия» и черные джунгли

Итак я в очередной раз потерял работу. Ну что же — вперед на перекресток, каждое утро.

4 дня прошли даром. Ничего не удалось «снять». Возвращаюсь в свой пенальчик, размышляю о том, какие же все — таки разворотливые еврейчики, живущие здесь. Ну сами посудите. Снимает такой дядя «двухбэдрумную» квартиру. По нашему — трехкомнатную, за 700 долларов в месяц. Платит за 6 месяцев вперед и договаривается с супервайзером, чтобы тот носа не совал в квартиру эти полгода. А тому еще лучше — все оплачено и пошли вы все…

Наш дядя делит квартиру на 6–7 частей фанерными перегородками по 6 кв. метров, — на такие вот пенальчики как у меня, и заселяет нелегалов или легалов по 180–200 долларов в пенал. Ну чем не бизнес? Чисто советская коммуналка получается, как в «12 Стульях»- Воронья Слободка, причем супер быстро окупаемая. Да еще этот хмырь повышает через месяц «квартплату» до 250 баксов. Врезать ему хочется за его «большие затгаты…

Большие затгаты»… Жил я в Американском приюте — век не забуду. А где жить сейчас, мыкаться снова? Приходится засунуть свое самолюбие в одно место и платить… Для пополнения своего мировоззрения, гуляю днем по разным районам Нью-Йорка, всё равно работу не поймал на этот день, а так — набираюсь опыта и впечатлений. Больше всего понравился итальянский район. Чистенько, через каждые 20 метров пиццерии, сидят солидные отцы, курят, читая прессу перед дверьми.

Никакой полиции, никаких цветных и негров поблизости. Удивляюсь, зачем так много ресторанов и пиццерий на одной улочке? Кто туда ходит?

Потом начинает и до меня «доходить» — все это только для прикрытия…Итальянская речь повсюду. Иногда даже эмоциональные споры с фейерверком жестикуляций. Приятная картина. Поговорил с несколькими хозяевами пиццерий… Нет, работу не могут дать, но то что я русский это классно… Некоторые угостили пивком… Так сяк, поговорили о развале Союза, и о «Мише меченом».. Приятно, спокойно, можно погулять и отдохнуть в «маленькой Италии».

Кстати упустил я рассказать про одну работу, в которой побыл всего три дня, но ее давал итальяшка. Сам я оттуда слинял. Все хорошо. Но пришлось крыть крышу рубероидом, и на высоте трехэтажного дома, висеть на веревке, привязанной за трубу дома. Им наплевать на технику безопасности и тратиться на это они не собираются. В эту неделю таким образом погиб поляк, сорвавшись с крыши на такой же работе.

Крыша покатая, под углом в 45 градусов, частный дом. С паяльной лампой, молотком, гвоздями, пачкой листиков покрытия, висеть на веревке, ожидая когда та лопнет? Нет уж… Сам ушел. Итальяшка без проблем расплатился за три дня моих работ, даже как я понял, ему это и не понравилось. Это по отношению к итальянцам и их районам. В противоположность нигерским районам. Хорошо, что морду не набили, но раза три предлагали купить дозу героина. Отказываю — факают вслед… Обезьяны… Жирные негритянки с сопливыми детьми, сидят у подъездов, включив на полную мощность магнитофоны и «тащатся» от «нигерского рэпа».

Причем у каждого подъезда. Сплошная какафония. Бежать, бежать… немедленно оттуда… В Манхеттене, на 42 стрит, на тротуаре лежат обкуренные, и обколотые, через них перешагивают туристы и я… Черные и цветные сплошняком. Возле «близнецов» (два небоскреба всемирного торгового центра, которые были завалены арабами 11 сентября

2001 г.) — все огорожено желтыми полицейскими лентами. Толпы народа. Выясняю — был терракт. 4 дня назад. Туристы фотографируют, оживленно обсуждают. Оказывается, это уже не первая попытка «завалить близнецов» (какие же они настойчивые и целеустремленные эти арабы), не даром я бил им морду в Волгоградском Политехе, когда учился. Но об этом позже. Итак, эти братья мусульмане, загнали фургон, начиненный 200 кг динамита на третий подземный этаж, одного из небоскребов.

Запарковали его около несущей конструкции. Расчет был прост. Подорвав машину со взрывчаткой, небоскреб должен был рухнуть от того, что, основная несущая колонна будет разрушена. Однако, их расчет оказался неверным. Взрывная волна пошла в сторону и вниз. Было пробито три боковых помещения и три этажа вниз. Погибло 6 человек, работников. Никаких выводов тогда американское правительство не сделало, за что и было наказано позже. Подобно Осетинскому Беслану и у нас — где были все те, кто должен контролировать обстановку в России после взрывов домов и захвата больниц чеченцами? Один хрен — что в Америке, что в России, что в Украине-власти наплевать по большому счету на собственный народ… Принципиально не хожу голосовать ни за кого. Все чиновники рвутся к кормушке власти, и не более. Никого нет грязнее и лицемернее, чем человек-политик или чиновник при власти.

Глава 9. «Подводные камни»

Успел однажды заскочить в машину на очередной «съемке» работы. Тут была американская харя, которая предложила стелить полы паркетом, ночью в магазине. Понятно, что ночь. «Светить» нелегалов не хочет… Работать приступили втроем. Через три часа, сломался агрегат, забивающий гвозди в цементный пол. Каждая паркетина по их технологии крепится гвоздями прямо в пол И, этот электромолоток, то ли сгорел, то ли, заклинило его. Другого нет. Половину помещения закрыли только. Просидели до утра. Приходит босс. Рассвирепел… Разорался… Ему наплевать на то, что сломался. будете платить за этот молоток и ни хрена не получите за работу. Ну тут уж у меня все передернуло внутри, когда он рявкнул: «Г ет аут!»..т.е пошли вы на.

В замешательстве, мы, выталкивемые в спину, оказались за дверьми помещения, на улице… Стоим, соображаем. Все таки эта гнида должен заплатить за половину сделанной нами работы. 40 баксов должен гад нам. Один из парней встает и отваливает, со словами: «Ни хрена ребята у вас не выйдет.». Остаемся вдвоем. Мне в голову приходит одна идейка. Убеждаю моего приятеля подойти сегодня вечеров в 18 часам сюда же… Нехотя соглашается. Я гуляю по городу, купил карту Нью-Йорка. Встречаемся вечерком. Инструктирую своего приятеля.

Тому также стает интересно, но он сомневается, думая, что можем влететь в полицию. Объясняю ему человеческую сущность таких гнид, как наш наниматель. Он сам боится попасть к копам.

Так как нанимал нелегалов… Наконец тот подъезжает, смотрит на нас и орет зачем мы здесь и ничего мы от него не добьемся. Мы входим за ним в помещение и я объясняю этой сволочи за законные наши 40 баксов. Тот снова свирепеет и хватается за телефон, якобы звонить в полицию. Мой приятель струхнул, хватает меня за рукав, тянет к выходу. Смотрю на него зверски, мигаю, вытаскиваю карту Нью — Йорка и начинаю на смеси английского с русским, убеждать моего приятеля пойти в Итальянский район Бруклина и кому-то там нажаловаться… Краем глаза наблюдаю за «гнидой». У того палец замирает на телефонном диске. Усиленно прислушивается к моей белиберде. Я добавляю маслица в огонь, вкрутив в мою тираду пару итальянских имен, типа: «. папа Карло знает что делать.». Гляжу, наш наниматель как — то заюлил, стал бессмысленно трогать руками какие-то вещи, инструменты и вдруг резко кидается к нам с вопросом: «Я не хочу вас видеть, что вы хотите от меня?».

«40 баксов каждому», отвечаю. Тот судорожно отсчитывает деньги и вежливо, через «плийз», просит нас покинуть помещение. Ха-ха.

Мой понт сработал. Мой приятель в восторге напоил меня пивом на халяву, т. е. на заработанные мной для него деньги… Но опыт есть… В дальнейшем я даже не садился в те машины, водительские хари которых мне казались подозрительными.

После таких нервных переживаний, купил русскую книжку и позволил себе пару дней полежать на топчанчике «дома», читая и вспоминая мои приключения, которых хватало еще до поездки в Штаты.

Работа по покрытию крыш домов

Глава 10. Нумизмат на автобане

Вспоминаю мои немецкие приключения. Пусть это будет лирическим отступлением, для разнообразия в моей американской эпопее.

Произошло это где-то в середине 1989 года.

Как-то вечером попалась мне на глаза статейка в «Комсомольской правде» о том, как там её корреспондент «самоходом» проехался по Европе совсем за бесплатно. И как он это красиво описал…!!! Пара водки и все! Все подвозят за так!

Ну я и «загорелся» — повторить этот эксперимент.

Вспомнил про немца, с которым познакомился в поезде в одном из челночных рейсов в Польшу. Тот был помешан на коллекционировании монет и ездил за этим делом специально в Киев, где на него работала куча скупщиков-студентов. За бутылкой портвейна мы с ним и обменялись визитными карточками в купе поезда.

Написал ему письмо с просьбой выслать частное приглашение в Германию для меня, аргументируя тем, что нашел несколько интересных монет, в которых я ни черта не понимаю. И что же — этот немец присылает мне вызов на две недели в его деревеньку в окрестностях города Любек, на самый север Германии. Ну думаю, между капстранами границ нет, и автостопом доберусь и до Франции и в Португалию и т. д и вернусь таким же образом. Сборы в дорогу заняли немного времени. Жене оставил 300 долларов и пустился в эту авантюру.

Ну Польша это как бы даже не Европа. Купил ж.д. билет до Гамбурга, а там решил пешком, как тот корреспондент. Проскочил Польшу и пол Германии и ночью в 23 часа оказался в Гамбурге. С собой на всякий случай деньги взял, осталось 120 долларов, 80 ушло на дорогу до Гамбурга. Это не пугало, т. к. опыт бомжирования за бугром уже был. И все таки я славянин — а это важно, — не должен пропасть нигде и никак. На то я и РУССКИЙ!

Итак вышедши из вагона в Гамбурге, ночью, зная немного слов по-английски, я решил узнать направление на Любек у ближайшего немца.

На мое удивление, первый же, тоже знал немного английский. Он махнул рукой в направлении Любека — «нах Любек» — туда, на север, двигай мол поршнями. Прицепил я на рюкзак сзади картонку с надписью «LUBEK» и подался по ночному Гамбургу на север.

Иду по краю дороги, держу большой палец вверх, ожидаю так сказать машины на автостоп, чтобы подбросила километров на 600. Никакая зараза почему-то не становится… Час иду… Наблюдаю ночную жизнь бюргеров. Машины на сигнализациях. Велосипеды привязаны на замки.

Из кино видимо, вываливает толпа и разъезжается на авто. Впереди идет парочка. Метров за 50. Я за ними… Они становятся в пол-оборота друг к другу и о чем-то оживленно лопочут. Медленно прохожу мимо и вижу «картинку» — он ссыт, причем не прекращая разговора с собеседницей… Ну видимо это в пределах немецкой культуры и образованности, поэтому я не очень — то удивился. Меня больше волновал вопрос — почему же эти «швабы» игнорируют туриста — автостопщика? Иду и иду. Наконец-то рядом стает «опель», и молодой паренек делает мне жестом — «ком цу мир».

Подхожу и сразу говорю на ломаном англо-польском, что я — русский и мне надо в Любек. Тот кивает — садись, подвезу. Везет, чему-то ухмыляясь и посмеиваясь. Высаживает на автостраде, говорит, что это есть автобан на Любек, ничего не требует в оплату, опять смеется, говорит «ауфидерзейн». Исчез.

Мимо меня с ревом несутся фуры и свистят легковушки. Поправляю рюкзак, вытягиваю руку на автостоп и попёрся дальше. Иду по краю этого автобана и опять никто не стает. Проходит час, два. я все иду. Рука отваливается, ноги ноют. Гамбург давно скрылся с глаз. Третий час ночи.

Размышляю и о своей судьбине и кляну всеми чертями корреспондента за брехню. В ответ только рев пролетающих мимо авто и ветром чуть не сбрасывает с обочины.

По пути огромный дорожный знак, свет от которого падает на лесок. Во тьме с краю просматривается типа амбара что-то… Схожу с трассы, пробиваюсь через кустарник к амбару. Это сарай какой-то с пудовым замком на двери. Рядом чудо — три березки, как «три тополя на Плющихе».

Решил отдохнуть немного. Присел, вынул из рюкзака бутылку водки и прямо из горла полбутылки заглотил. В ход пошло украинское сало, цибуля, хлеб, яйца… Настроение вдруг стало агрессивное… Ну не сволочь ли этот корреспондент, сволочи эти фрицы и какой дурак я — поверил в эту автостоповскую чушь. Нате вам гады в этом стерильном немецком лесу — я стал разбрасывать объедки, ошметки от яиц и лука. Хоть чем-то вам отомстить. сволочи. Задремал. Сквозь шелест листвы и звуки пролетавших автомашин вдруг стал пробиваться посторонний шорох. Сижу в полудреме и соображаю — что же это может быть? Неожиданно испарина выступает… Вокруг — крысы обложили!. Боюсь открыть глаза и шевельнуться — порвут на раз. Зачем я дурак гадил вокруг себя??? Вот блин — быть загрызенным крысами в Германии — достойная кончина для такого авантюриста.

Медленно приоткрываю дрожащие веки… И… вокруг сидят зайцы и кушают мои объедки! Фу-у-у. Отлегло. Я шевельнулся и ушастые кинулись в рассыпную.

Стало легко и весело. Глянул на часы — всего 30 минут прошло. Вышел на автобан, поднял большой палец и бодренько зашагал — подумаешь, каких-то 600–800 километров — какая это ерунда для русского человека! Со страшным визгом тормозов вперед пролетела тачка, остановилась и мигает мне огнями. Подбегаю и выпаливаю свои стандартные фразы — кто я и куда.

Два молодых немца впадают в гомерический хохот. Я стою как дурак, жду прекращения этого приступа смеха. Наконец они успокаиваются и приглашают меня в машину. Говорят — довезут до самого вокзала в Любеке. Объясняю, что шел пешком около трех часов и никто не остановился. Они опять смеются и говорят мне, что на автобане остановки разрешены только в специальных местах, и за незапланированную остановку, если это не авария, водителю могут влепить штраф, благо видеокамеры стоят во многих местах на автобане. А почему они стали? — Просто интересно стало — что это за сумасшедший прет в Любек пешком по автобану ночью. Продолжая смеяться, они меня усыпили и растолкали только на вокзале, как и обещали. В приступе благодарности я подарил им свой «НЗ» — лишнюю бутылку водки. Распрощались весело.

Вышел с территории вокзала, только поднял палец — возле меня тут же тормознул «мерседес». Тут был старый седой немец, который кое-как лопотал по-английски. Ну просто удивительно. Ему правда не в то село, где живет мой фриц, но он меня туда специально завезет. Мой- то, в какой-то деревеньке почти на побережье моря. Едем. Разговорились. Он обрадовался узнав, что я русский и сказал, что любит русских женщин. Почему спрашиваю?

Я говорит, был — пиф-паф в Сталинграде. Причем же думаю женщины?

Возвратился в 1949 году. А. понятно… Кушать ему там готовили в русском плену. Хороший мужик. Работал машинистом локомотива, сейчас на пенсии.

Довез он меня до самого дома моего фрица. Долго тряс руку ничего не взяв.

Мне даже показалось, что он прослезился.

На стук в дверь, отворяет мне пожилой дядечка, и, на тычки бумажкой с приглашением отвечает, что Ганс в Берлине, на аукционе. Но мне беспокоиться не надо — сейчас он все устроит. А мне необходимо подождать Ганса пару дней. Он меня отвезет в место, где я его буду его ждать, причем все оплачено. Странно все это, но соглашаюсь и мы куда-то едем.

На горизонте появляется море и 2 огромных многоэтажных здания.

Насколько я понял — гостиницы. Мой дедушка селит меня в двухместном номере и предлагает развлекаться и ожидать. Ну а мне чо? Нумер оплачен, «Отель Атлаантик».. Клиент прибыл.

Спускаюсь вниз с четвертого этажа и дивлюсь — везде одни женщины и пялят на меня свои глаза, как на диковинку какую. Во всем отеле один администратор — мужик, голубоватого типа. Ну ладно. Набираю пива, каких-то сосисок в шопе и поднимаюсь к себе в номер. Выхожу с бутылочкой пивка на балкон полюбоваться вечерним закатом. Что-то не так… На всех соседних балконах появились дамочки, смотрят… улыбаются… Ничего не понимаю. Даже на балконе соседнего корпуса появился слабый пол и стал разглядывать меня в бинокль. Хм… Нырнул в комнату, осмотрел себя в зеркало. Ничего странного во мне нет. Размышляю… Решил спуститься снова вниз на разведку. Жаль, что нечего не понимаю в немецких табличках и надписях. Лифт привез меня в подвал, оттуда и начался осмотр. Стиральные машины самообслуживания в ряд, несколько фрау сидят листая журналы рядом типа бара что-то. Опять мне глазки строят, ручкой машут… Попал в какую-то длинную стеклянную галерею. Зимний сад. Дети снуют, женщины, женщины, женщины вокруг.

Сидят в кафетериях кучками, смеются, а точнее гогочут по-немецки… За мной увязалась парочка дам вдруг, след в след… Много детей вокруг, но они как-то отдельно тусуются в своих детских городках. Вышел к морю. Задуло. Решил дойти до симпатичного низкого стеклянного строения. Бассейн оказался. С генерируемой морской волной… Ну блин… Живут же люди. Опять одни женщины с детьми — визжат, пищат — радуются жизни. Сопровождающие исчезли. Пока возвращался в номер, меня притирали, задевали, махали, осыпали воздушными поцелуями… Поздно вечером спустился к «голубому» администратору и спросил по-английски — где же я?

Ответ потряс — на немецком курорте «Мать и дитя»…

Оставшиеся полторы суток провел запершись в номере, боясь изнасилования.

На третий день появился мой Ганс. Отвез меня в его дом, накормил и приготовился к самому интересному — что же я ему, как нумизмату, привез в подарок? Вытаскиваю с гордостью несколько монет Советской сталинской эпохи и альбом для марок, естественно с Советскими почтовыми марками. Ганс обалдело смотрит на меня. Ну в принципе для меня, что «нумизмат», что «филателист» — люди одного поля ягоды. Он естественно должен интересоваться красивыми Советскими марками — целый альбом в подарок! Произошло некоторое замешательство. Не понимаю — почему?

От множества «данке», «данке» у меня потеплело на душе — слава Богу, удовлетворил человека!

Он приглашает меня спать в подвальное помещение своего дома и объявляет, что завтра поутру он отвезет меня в Берлин. Чувствую, что он чем-то недоволен.

Странно. В подвальчике среди газового котла и стиральной машины стоит для меня кроватка. Вокруг немного захламлено, но пол чистенький. Даже унитазик в углу есть. Соображаю, что я наверное что-то не так сделал, не по-немецки… Ну и ХРЕН с ним!

Зато я почти автостопом пол Германии протопал. Посчитал свои финансовые резервы и тоска на меня напала… 62 бакса осталось. На том и уснул.

«А поутру они проснулись» и пришли за мной.

Ганс сунул мне два пакета с бутербродами и со словами «нах-хаус» меня повезли в Берлин. За дорогу он не проронил ни слова, как я не пытался его разговорить.

Выбросив меня на вокзале и махнув рукой он удалился.

Ну и я его немедленно удалил из своей головы. Благо — впереди Нидерланды,

Франция!!!

Решил позвонить домой. Позвонил… Истерические причитания жены, меня несколько отрезвили. Надо возвращаться. Купил билет до Варшавы, а оттуда действительно автостопом, без всяких автобанов, с польской шоферней добрался до границы с Украиной. На последние копейки переехал на электричке в Украину и прибыл в истеричное, визжащее, сопливое, голодное, общество, называемое — собственная семья.

Глава 11. О пользе езды на иномарках

В продолжении Европейской темы.

В период пребывания в Украине, между своих зарубежных «турнэ», вынужден был зарабатывать бабки, давая консультации на тему маркетинга, начинающим фирмам, кто заявляет о своем желании что-то там импортировать-экспортировать.

Так нанялся я в одну фирмочку, так называемый «Центринторг». Руководитель — некий Александр С.

Начал на него работать по краткосрочному договору, как эксперт по экспорту. Решили мы по моему настоянию посетить Нидерланды. Бизнес визу получил я, на всех работников фирмы — на этого Сашу, его жену и переводчицу.

Подогнал он однажды свой «Фольксваген-пассат» к подъезду, загрузили все чемоданы и рванули вперед на Запад, на 3 тыщи километров.

Украину и Польшу проскочили без проблем. Вот в Германии у этого Саши начался какой-то непонятный мандраж, — все ему казалось, что его кто-то преследует. Останавливались на ночевки в мотелях по 20 марок с рыла.

Под Магдебургом произошел случай, который врезался мне в память. Идем по автобану на скорости примерно 160 км\час. По средней полосе Саша начинает обходить большой туристический автобус.

Выйдя на корпус вперед, вдруг раздается резкий хлопок, и машина начинает мелко дрожать. Скорость начинает медленно падать. Сидя за Сашей, я вижу что тот вцепился в руль побелевшими от напряжения костяшками пальцев и верхняя часть его рубахи моментально взмокла. Но реакция у него хорошая он быстро включает аварийный сигнал. Я оборачиваюсь назад и вижу, что вся задняя колонна машин, что шла за нами, включая автобус, также засверкали аварийными огнями. Никто нас не попытался обогнать. Мы сбросили скорость до 60 км. И плавно съехали вправо на обочину автобана. Вывалились из машины. Все авто и автобус медленно проследовали мимо нас, приветливо помахав ручками. Осматриваем машину и видим, переднее левое колесо шина лопнула поперек по всей ширине и висят лохмотья резины. Ужас! Где бы мы были, если бы ехали на «жигулях»? Видимо немецкие машины так устроены, что при аварии колес машину не заносит. Я не механик. Не знаю. Но то, что «Фольксваген» спас нам жизнь — это точно.

Стоим, меняем колесо — ставим такое маленькое, тоненькое, запасное колесико. Вдруг, возникает немецкий «гаишник» на мотоцикле с мигалкой. На английском!!! начинает выяснять что случилось и какая нам требуется помощь от него. Хм-м-м….

Никакой! Но нет… Он предлагает нам свое сопровождение до ближайшей СТО, где он знает, что работает русский, и там нам поставят новую резину.

Я вспомнил сразу наших гаишников и их «сервис».

Соглашаемся, и полицай проводит нас под своим мотоциклом с мигалкой до этой СТО, километров 20.

На прощанье машет ручкой и адью… Мы долго обсуждаем в восторге их полицейскую вежливость и внимание. Русский, казах, иммигрант, радостно помогает нам ставить новую резину и предлагает в запас пару почти новых колес по 20 марок. Саша аж затрясся от жадности. Но куда их пихать — весь багажник забит. Все таки впихнул, перекинув чемоданы в салон.

До Голландии добрались без происшествий. Фирма предложила нам свою продукцию — натуральный выращенный речной жемчуг. На переговорах я дебильно вытащил русские пасатижи и раскусил пополам этот «натуральный» жемчуг. Лицо менеджера по торговле вытянулось. Они привыкли, что им верят на слово. Вместо натурала, оказалась пластмасса, с напылением каким-то жемчужным составом. Это их «добропорядочный» бизнес! Даже тут нас считают за ЛОХОВ! Засранцы! Мы уехали… Евреи-хасиды дающие работу и их синагога

Глава 12. Чистильщик

Но вернемся к нашим баранам, т. е. работе в Штатах.

Очередная работа с «перекрестка». Еврейская синагога. Нанял меня пейсатый еврейчик. Хорошие они люди — дают нам русским, нелегальным бедолагам работу… Ждем-с окончания молебна. Наконец песнопения заканчиваются, что-то происходит внутри — много шума, смеха. Но вот толпа повалила… Мне входить туда можно только по команде. Выбегает тут такой шустренький, в капочке и приглашает меня чистить пол в синагоге, т. е. убирать, подметать. Вхожу и вижу — свинарник. Они после молебна тут же в синагоге, устраивают хавчик. Стоят длинные столы, и объедки разбросаны не только по столу, но и вокруг, по полу. Ну чистая свинарня. Раввин снимает с себя религиозные накидки, на меня — ноль внимания. Ну что же? 6 долларов в час тоже деньги. Начинаю медленно, «по-американски» работать.

Много продуктов на столе, вообще в упаковках — не распечатаны. Осмотрелся- никого. Начинаю бомжатничать — есть все что не распечатано и на мой взгляд вкусно… По пути подметаю и двигаю лавки. Тут шустренький выносит в предбанник кучу упакованного хлеба и складывает в картонную коробку. Ну думаю — «на выкид». Правила там у них такие, все что выкидывается, упаковывается в картонные ящики и выносится на улицу на тротуар — мусорщики поднимут. Вообще- то в Америке с голоду не помрешь, всегда можно подойти к пекарне и взять хлеб из ящиков, стоящих на улице. Малейший брак — хлеб выкидывается. Заканчиваю уборку, получаю от шустрячка свои 12 баксов за два часа работы и делаю вид, что ухожу. Ну действительно ухожу, выждав когда шустрячок скроется с моих глаз. По пути прихватываю ящик с хлебом — кг этак на 15 — все равно «на выкид».

Успеваю отойти метров десять от синагоги, меня догоняет этот еврейчик, вереща, что это «кошерный» хлеб, а теперь он стал не «кошерным», потому, что я до него дотронулся… Я объясняю этому недоделку, что он хлеб выкинул и мое право его забрать. Размахивая руками, тот пищит, что хлеб стоял в ящиках не на тротуаре, а возле двери и я якобы не прав… Естественно соглашаюсь с ним, дико, через «плийз» извиняясь.

Но он, всплескивая рученками, качая головой, уже согласился, что хлеб уже «некошерный» и я его могу взять. Потом вся моя коммуналка жрала неделю этот, из-за меня ставшим не еврейским, хлебушек.

Жизнь в «Вороньей слободке США»

Глава 13. Как случайно можно попасть под пулю

Один случай, относительно Нью-Йоркских нравов стоит, чтобы про него рассказать. Касается это криминала. Едучи однажды в метро, вижу стоящий полисменский кэб, окутанный желтыми полицейскими лентами.

Спросил попутчика — что случилось?

Ответил, что газеты писали про убийство полицейского в спину выстрелом из пистолета.

Вот кстати и приближенный ко мне случай.

Стою как всегда под утречко на перекрестке. Суббота. Время уже катится к 10.

Лениво перебрасываемся с приятелями о том, о сем, травим анекдоты… То ли уходить, то ли ждать еще — может повезет? Или к синагоге сходить с плакатиком: «need job» (нуждаюсь в работе)?

Повезло.

Напротив, на тротуаре, трое черных пацанчиков играют радиоуправляемой машинкой. Все тихо и спокойно. Черные на одной стороне дороги, безработные Русские с другой стороны дороги. Мирное сосуществование «двух систем». Наблюдаем. По тротуару с той стороны идет кучка 5–6 черных тинейджеров, гогочут, пьют пиво на ходу (кстати нести в руках открытую бутылку пива и пить на улице запрещено по Закону Штата Нью-Йорк). Но тем видно море по колено — в своем районе, подпитые уже — наплевать на копов. Среди них двое совсем соплят — лет по 12.

Приближаются к детям, играющим машинкой. От удара ногой машинка взлетает в воздух, ударяется в стену дома и разбивается. Хохот смешивается с плачем и детским криком.

На крик из окна 3 — его этажа высовывается бритая черная харя лет 20, что-то орет и исчезает. Толпа обидчиков начинает двигаться дальше, разливая пиво по тротуару и нахально оря в ответ. Вдруг из подъезда вываливается другая толпа, возглавляемая бритым и тот кидается с воплями вдогонку, передергивая затвор пистолета на ходу. На бегу, начинает стрелять вслед первой банде. Визг отрикошетивших от стен и бетонного забора пуль!!!

Что тут началось на нашей стороне!!! Попасть под шальную нигерскую пулю, никому не хочется.

Все русские — кто куда, кто попадал, кто за мусорку сховался, кто за столб в очередь выстроились… Я тоже пополз за угол. Грохот выстрелов… Мать твою…!!!..Не хватало еще издохнуть здесь. Затихло. Выглядываю из-за угла. Те кто догонял с восторгом возвращаются, о чем-то возбужденно тарахтя… Тех кто убегал — ветром сдуло. Трупов нет. Пальцами тычут в нашу сторону, хохочут… Все очень быстро. Минуты 3 прошло. Все в шоке. Очухиваемся постепенно, поднимаемся, отряхиваемся, переглядываемся. Резко появляется полицейская машина без сирены. Просто из-за угла. Видимо кто-то успел позвонить. Банда — в рассыпную. Бритый исчез мгновенно — как провалился. Копам удалось поймать двух подростков. Те визжат, царапаются. Один из копов поднял эту шмакодявку в воздух и с силой треснул об капот своей машины, надел наручники. Малой заскулил… Коп швырнул его и дружка на заднее сиденье и, не обращая внимания на крики нигерских мамаш из окон — укатили. Видимо в участок.

Я решил сегодня уже не испытывать судьбу и отправился восвояси. Взял по пути шкалик водки для снятия напряжения, солененькой капустки в русской лавке и с удовольствием проспал до вечера в своей конуре.

Вечером, вышедши на улицу для прогулки, нашел выкинутый цветной телевизор, Притащил его домой, запустил — а он, РАБОТАЕТ! Почему выкинули — не знаю. Может устарел?

Глава 14. На ремонте апартаментов

Наконец-то повезло. Подфартило… Достоялся я у синагоги с плакатиком «need job». Сняли меня и еще двух бедолаг на ремонт квартир. Правило одно, хоть ты и не делал эту работу никогда, но соглашайся, кричи, что ты профессионал, все равно-найдется тот, кто тебе все объяснит и поможет. Работодатель — очередная «пейсатая» компания. Относятся доброжелательно.

Работа оказалась не из легких. Фирма покупает пятиэтажный дом вместе с жителями. 5 подъездов.

Новый владелец сразу объявляет жильцам о повышении цен за проживание. Слабонервные, сразу покидают жилье — освобождается 4–5 квартир. Мы приступаем к ремонту этих квартир. По мере окончания ремонта, остальных по очереди, переселяют в отремонтированные. Освободившиеся квартиры, мы также ремонтируем. Таким образом, весь дом постепенно обновляется, и владелец имеет полное юридическое право поднять цену за аренду. Все законно.

Что же такое американский ремонт?

Все стены из гипсокартона. Переставить стену — нет проблем. За день можно создать в квартире новую конфигурацию. Потолки такие же. Проводка вся по стандарту в металлических рукавах, сантехника из медных труб, краска — не воняет. Пыльно конечно, когда крушишь стены, однако респираторы, инструмент, все есть, — босс нормальный, всем обеспечивает. Работаем по шестерочке в час. Но он не дает работать по выходным. Два выходных — закон. Хотя я и просил его дать приработку. Не хочет.

«Перестройка» квартиры

Утром получение задания, вечером проверка выполнения работы. Работаем втроем. Нормально, все довольны. Самый кайф — начало ремонта новой квартиры. Вскрываем двери и в прорыв!!!

Прежние жильцы как правило бросают множество вещей, аппаратуры, кухонной утвари и прочей дребедени… Мы как стая шакалов налетаем на все это — кто-что урвет. Могу сказать с полной ответственностью — по окончании пребывания в США, в моей коммуналке на кухне стояло башенкой 4 цветных телевизора друг на друге, три микроволновки, пара холодильников, мягкий кожаный диван и т. д. У каждого в нашей «Вороньей слободке» барахла накапливались горы. Никто это никуда не девал, потому, что девать некуда — разве что — выбросить снова. Можно было и тачку долларов за 300 купить, но на фиг она нужна? Все равно полицаи когда- нибудь остановят… А нарываться на грубость не охота. Но хватательный инстинкт работал… Что делать — так нас воспитала наша власть.

Очистив от «мусора» очередную квартиру, приступали к ремонту. Как то сразу получилось, что якобы я стал неофициальным «бугром». Босс это заметил. Решил проверить и дал одинокую работу в подвале по строительству саркофага из шлакоблока, для огромного дизеля (обогрев дома, плюс автономное электричество). Эту работу я с достоинством выполнил за два дня и торжественно вручил ключи от двери боссу. Тот похвалил. Еще бы… Ему пожарник влепил бы за нарушение правил пожарной безопасности штраф — тысяч на 30 баксов. А тут, все — «хип-хоп». Меня официально повышают в зарплате до 8 долларов в час, причем доверяют чисто бугорскую работу — вручать зарплату в конвертиках каждую пятницу моим русским коллегам по работе. Им он платит по шесть. То что я нашел в этом подвале запрятанную кем-то супер стерео-систему в упаковке (видимо краденая), об этом боссу знать не обязательно. А системка естественно перекочевала в мою конурку. Что делать — порочные инстинкты.

Босс нанимал и другую рабочую силу. Тех же нигеров — те ставили новую сантехнику. Или там — электрики делали проводку. Но самая грязная и тяжелая работа доставалась нам — русским. И, всегда, мы там были, есть и будем третьим сортом, униженные и оскорбленные, ниже самого зачуханного цветного бомжа, что бы мне не говорили про эту западную демократию. Насколько американцы тупы — это правда. Порой эта тупость, возведенная в ранг национального достоинства, выпячивалась всегда и всюду, маскируясь как они говорят — под узкую специализацию и профессионализм. Какая к черту специализация, когда ты не можешь связать два слова ни в той ни в другой области. Все их интересы — бейсбол, подержаться за свободную задницу, похвалиться новой тачкой… Это все!

Босс нанимал и другую рабочую силу. Тех же нигеров — те ставили новую сантехнику. Или там — электрики делали проводку. Но самая грязная и тяжелая работа доставалась нам — русским. И, всегда, мы там были, есть и будем третьим сортом, униженные и оскорбленные, ниже самого зачуханного цветного бомжа, что бы мне не говорили про эту западную демократию. Насколько американцы тупы — это правда. Порой эта тупость, возведенная в ранг национального достоинства, выпячивалась всегда и всюду, маскируясь, как они говорят — под узкую специализацию и профессионализм. Какая к черту специализация, когда ты не можешь связать два слова ни в той ни в другой области. Все их интересы — бейсбол, подержаться за свободную задницу, похвалиться новой тачкой… Это все!

Но зарабатывать надо. Работаем, обдираем, шкурим, красим, монтируем, грузим, выносим, клеим, бетонируем и так каждый день. Но обязанности бригадира заставляют меня думать о ПОВЫШЕНИИ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ ТРУДА! Даю боссу понять, что надо добавить раб-силу, довести до шести человек. Соглашается. Предлагает мне самому нанять. Он будет им платить, так же как и всем. Ого… Какая куча доверия… Я уже в рабочее время, как маленький босс, иду на перекресток набирать бедолаг… Хожу, среди них, присматриваюсь, прислушиваюсь, выбираю как цыган лошадей. Ну на хрена мне какие-нибудь амбициозные недоделки, которые будут потом мозги компостировать. Долго присматривался. Выбрал троих. Сделал предложение. Те с радостью согласились. Я не ошибся. Ребята работали добросовестно. Мой босс был крайне рад. Работа скакнула вперед и на горизонте забрезжило окончание работы над очередным домом. Кончался очередной год моего присутствия в Америке. Но тут стали случаться непонятки на моей стройке.

Глава 15. Как освобождаются от нелегалов

Как-то увидел босса чем-то озабоченного и странно на меня смотрящего. Почему он со мной не стал разговаривать по вечерам как обычно? Работа идет к концу. Осталось подмарафетить две квартиры и дом готов. Вдруг он резко: «Твои люди работают не в полную силу, ты их увольняй, а я тебе дам хороших подсобников. Ты остаешься как и прежде бригадиром». Неожиданно.

Стал соображать. Прикидываю и так и сяк, пока никак «не догоню..»

Приказ есть приказ. В очередную пятницу приношу моим ребятам нехорошую весть об их увольнении и выдаю зарплату. Те в шоке… Но быстро оправляются — у всех большой опыт и здесь в Штатах потерять постоянную работу — не великая беда. Другая найдется, но все равно неприятно. Благодарят, что не наколол я никого, и уходят.

В понедельник босс пригоняет мне новых подсобников — два негра, два пуэрториканца и объявляет, что я не босс для них. Мы все работаем на одинаковых правах. Когда он уходит я доброжелательно решил «по-русски» справится об их зарплате (кстати об этом никогда не спрашивают — считается дурным тоном). В ответ получил: «Фак ю!»

(Типа пошел ты на.!)

Ах вы сволочи черномазые, ну что же, посмотрим как вы работаете.

Я вообще-то не расист. Но в голову приходят воспоминания о старых стычках в Политехе, и более поздние конфликты с черными, китайцами, и, из недр моей русской души, начинает подниматься волна неприятия этих выродков, которым место на пальме и на рытье каналов руками, как у нас в народе говорят. Даже у себя в Украине вспоминаю то время, как вечерами, идя по улице, вдруг вижу «идет пальто» — они вылазят из нор и пытаются «колоть» русских девок. Расползается эта нечисть тараканьем по всему свету и, как сказал мой умудренный опытом, почивший в бозе Дима Фидлер — мир и Америка погибнет от цветных и негров!

Начались будни работы с «новой командой». Как это выглядело? Я на велосипед и в 9-00 уже на работе вкалываю. Те приходят с опозданием, идут в пиццерию, покупают пиццу, кофе, ставят магнитолу на подоконник, завтракают и с ухмылкой наблюдают как я работаю. Перед появлением босса, в 10–00, начинают создавать видимость работы. Босс дает задание на день и удаляется. Те снова за музыку и болтовню. Перед ланчем начинают опять что-то переносить с места на место, ПОТОМ ИСЧЕЗАЮТ. далее перед вечерним посещением босса опять появляются, делают вид что работают. Босс естественно спрашивает меня — почему работа медленно движется? Отвечаю, что ваши работники ничего не делают, работаю один я. Тот сердито: «Мне их рекомендовали, я тебе не верю, ты сам работаешь медленно». Назревает конфликтная ситуация. Я все анализирую, силясь понять- к чему бы все это, и наконец находит озарение.

Итак. Ремонт заканчивается. По еврейской тактике поведения, боссу не приятно говорить человеку, который отдал год своего труда на его фирму, об увольнении. Не по-еврейски это.

Но по-еврейски, создать ситуацию, при которой человек якобы сам принимает решение о своем увольнении. Когда он нанимал меня и моих русских, видимо было заранее все продумано и просчитано. Евреи сами ненавидят цветных и черных, и тут приняв на работу к себе цветных, заранее программирует конфликт между русскими и черными, который превратится в развал рабочей группы и естественно с него «взятки гладки», — он тут сам не причем. А зданий в ремонт более нет — контракт закончен. Вот и все дела!

Глава 16. Реальность — это не Голливудский бред

Поняв это, я решил дотянуть до последнего, засунув свое самолюбие в задний проход. Деньги нужны, и терять триста долларов в неделю — не охота. Но вот однажды, прихожу на работу и вижу — исчез весь мой инструмент. Начинаю спрашивать «черноту» об этом. Те якобы ничего не знают. Полдня сижу — нечем работать.

Я снова: «Принесите инструмент, иначе я сообщу боссу, что вы блокируете работу».

И тут эта шобла, в количестве трех человек, факая, начала на меня наступать. Было это в очередной понедельник. Тут и я уже сорвался с цепи и стал «поливать» их мам и пап, используя их неидеоматические выражения. Неожиданно получил от пуэрториканца первый тычек в грудь, и… тут понеслось. Что поподя под руку и крушить эти черные хари на право и налево!!! Не скажу, что мне не доставалось. Все таки их трое. Под их вопли «рашен шит» (русское говно), — доставал их тем, что попадалось под руку. Драка разбудила цветных жильцов, и те, выглядывая из своих квартир (свалка была в подъезде), что то орали… Я метался и уворачивался как мог, размахивая своими кулаками и швыряя им в морды битые кирпичи. Пару раз меня свалили, пытаясь ногами попасть в лицо. Каким — то чудом мне удавалось вскакивать и даже кому-то пару раз заехать в ухо… Я выскочил на улицу. Одежда порвана… Те остались в подъезде. В горячке я подбежал к телефону- автомату и набрав 911, заорал, что на меня напала черная банда и избила. Очень спокойный женский голос, начал выяснять, что такое «черная банда», когда это произошло, где это случилось и почему я вообще звоню на 911??? Как это? Я начал остывать и соображать… Это телефон службы спасения и вы обязаны реагировать на любые ситуации, угрожающие жизни человека. Не так ли? Да так, но у вас драка. Вашей жизни есть угроза? Меня это взбесило: — «Да на хрена я бы звонил вам без угрозы?» Там спокойно, как куски шланга, объясняют, что это бытовой конфликт, и если я сам звоню, значит угрозы нет… Если согласен: - «Да, да, да я согласен!!!», они вызовут полицию, которая приедет и во всем разберется. Выскочил из будки как оплеванный. Кодло моих «аппонентов», бочком, смылась из поля зрения, видя, что я звонил куда-то из будки. Иду назад к подъезду и начинаю понимать. Куда я позвонил? В цветном районе, звоню и говорю, что меня избили нигеры? Да я спятил! Какова естественная их реакция на оскорбительное — «черная банда», когда на телефоне службы 911, в этом районе, сидит та же нигерша? Правильно — послать на. того кто звонит… только вежливо, учитывая разрекламированную популярность американской демократии, и их якобы нетерпимость ко всему злу обращенному к человеку. Да бред все это!!! Подтверждение в следующей истории на ту же тему — что такое американский государственный госпиталь и как они относятся к человеку не из высшего слоя общества, попавшему туда по воле судьбины… Мать иху так!

Глава 17. Сдохнуть в американском госпитале?

Итак, сижу возле подъезда, прямо на асфальте, создаю видимость совершенно избитого человека.

Мозг лихорадочно работает, пытаясь найти выход из положения с максимальной пользой для моего помятого тела. Здесь в Нью-Йорке, при попадании в госпиталь, необходимо находиться там не менее шести часов (это будет зарегистрировано), и тогда можно подать к адвокатам, занимающимся разного рода инцидентами, заявление на возмещение морального и материального ущерба от «оскорбителей».

Адвокаты эти дела любят, т. к. хорошо на этом «греют руки». Ощупываю свое лицо — крови нет. Непорядок. Я же собираюсь в госпиталь! В кармане завалялась отвертка. Вынимаю — расцарапываю себе щеку до появления крови. Хорошо. Что же. ждем-с полицию. Временно успокоился. Я в цветном районе, это настораживает. Вспоминаю Голливудские боевики, как быстро приезжает полиция по вызовам 911, и мыльные оперы про их рафинированные госпитали. Ха-ха. Чепухня какая. Сейчас поймете почему. Жду… Проходит полчаса… Я, то валяюсь на асфальте, то сижу. Нигеры выглядывают из окон, что то обсуждают. Сам видел как они зарабатывают бабки. Выглядит это примерно так.

По тротуару идет черная мамаша, ведя за ручку пацаненка, примерно 12 лет. Выбирают обычно места парковок, со свободными местами. Фланируют… Наблюдал из окна своей конуры. Подъезжает машина на парковку. Снижает скорость и собирается парковаться. Тут эта мамаша неожиданно толкает своего ребенка под машину. Легкий удар об радиатор машины!

Ребенок падает. Ошарашенный водитель моментально тормозит. Мамаша истерично орет, размахивая руками… Мгновенно сбегается толпа.

Ребенок пытается встать — он только легко ушибся. Мамаша не дает ему встать и приказывает лежать на асфальте перед машиной и не двигаться. Люди сокрушенно кивают головами и осуждающе смотрят на водителя. Тот бегает со слезами на глазах, пытается внушить окружающим, что эта нигерша сама толкнула ребенка под колеса машины. Ему никто не верит. Приезжает амбуланс и полиция. Ребенка кладут на носилки, полицай собирает данные и записывает что-то в протокол. Далее все очень просто. Независимо, какое повреждение у ребенка, пусть даже никакого, в дело включается куча черных адвокатов, которые на основание этого «дорожного происшествия» сдирают кучу бабок со страховой компании владельца автомашины и с него самого. Обычно это сумма варьируется от 50 до 60 тысяч долларов. Но это так, к слову.

Жду… Проходит минут 40. Никого. Я уже начинаю уставать ждать, но зато выработал план дальнейшего поведения. Наконец в конце квартала замаячил полицай. Пешком. Черный. Чего еще можно было ожидать в этом районе? Подходит, начинает выяснять что произошло, кто видел? Всё рассказываю как было. Говорит, что сомневается. Идет в подъезд искать свидетелей произошедшего — ну все как у нас в совдепии. Естественно никто ничего не видел.

Пытается у меня узнать, кто я и где я. Ссылаюсь на сильную головную боль и помутнение рассудка, объясняя, что я ничего не слышу кроме шума в голове. Тот спрашивает нуждаюсь ли я в амбулансе? Три раза заставляю этой черной харе задать мне этот вопрос. Киваю — да, конечно. Полицай орет мне в ухо, что он придет завтра в госпиталь — надо заполнить бумаги. Машу рукой — мне все равно! Вызвал по рации амбуланс, выяснил куда меня будут везти и сославшись на занятость — удалился.

Жду амбуланс. Это не у нас — 15–20 минут прождать «Скорую помощь». Амбуланс с черными фельдшерами появился также через 40 минут. Подошли, спросили могу ли я сам дойти до машины. Могу конечно. Видят, что я придуриваюсь, смеются, но привязывают ремнями к стенке фургона и мы движемся в госпиталь. Прибываем. Постарайтесь представить себе картинку — что же такое государственный американский госпиталь, работающий по системе социального страхования, и не из Голливудских фильмов. Итак меня вводят вовнутрь «приемного покоя» какого-то «Сити Грин Госпиталь» и оставляют сидеть на стуле.

Комната как небольшой кинотеатр. Стулья на подобие амфитеатра, в несколько рядов установлены полукругом. В центре зала стол. За ним восседает медсестра с телефоном и регистрационной книгой. Подходит фельдшер, ведет к медсестре, регистрируют меня в книге. Сестра рявкает — сидеть на стуле, ждать! Возвращаюсь на место в амфитеатр. Вокруг стонущие, скулящие, иногда орущие нигеры, цветные, белые — все сидят, полулежат, корчатся на стульях, чего-то ожидая. Медсестра пишет в журнале, изредка звонит по телефону. Осматриваюсь. Рядом нигер с пробитой головой. Из под бинтов на пол капает кровь. Стонет. Никого это не волнует. Амбулансы постоянно подвозят «клиентов», сбрасывая их в амфитеатр. Сзади цветной с ногой и рукой в гипсе, кричит, матюкается. Если кто-то, еще, пытается что-то сказать сестре, получает рявканье в ответ — «Сидеть, ждать!» Кто-то корчится на стуле держась за живот… Кого-то рвет на пол… Вокруг в разных позах. — человек 20. Изредка выходит доктор, подходит к сестре и, видимо по очереди, вызывает на осмотр пострадавших и больных. Ко мне подбегает фельдшер и защелкивает на запястье пластиковый браслет, где указано мое время поступления в госпиталь, как меня зовут и первичный диагоноз — сотрясение мозга… Хм-м… Пусть будет сотрясение. Засекаю время. Прошел час с момента моего попадания туда. Жду, наблюдая — интересная картинка, не Голливудская. Прошло два часа, третий час… Терпеливо ожидаю. Клиентура вокруг меняется. Раненого в голову увели. Привезли с ног до головы загипсованного, также бросили на стул ожидать. На четвертом часу ожидания вызывают меня, и доктор, поводя авторучкой перед моим носом, ведет на рентген. Засовывают мою «пострадавшую» голову в аппарат и рентгенируют в четырех положениях. Снова приказ — в амфитеатр, ждать. Возвращаюсь, сажусь на свой стульчик — надо ждать шесть часов, а в последствии может какой русский адвокатишка, возьмет мое дело? Эта иллюзорная фантазия согревает и обнадеживает.

Хочу в туалет. Терплю. Проходит 6 часов. Я ерзаю… 6-20! Подхожу к сестре и прошусь в туалет. Машет рукой — в коридор… Иду по коридору, пытаясь содрать браслет с руки. Не тот-то было. Не слезает… В туалете осматриваю руку. Защелкнут на заклепку намертво. Блин… Решаю, что хватит ждать — надо делать ноги, тем более, если положат, завтра придет полицай и начнет меня «колоть». Нахожу выход и удираю… Дома пасатижами содрал этот чертов браслет и стал звонить адвокатам. Никто из Брайтонских не соглашается, видимо не хотят связываться с нелегалами. Потерял надежду. Наконец неожиданно, американское бюро соглашается и приглашает меня назавтра на собеседование, причем обещают заказать переводчика. Круто!

Прихожу. Все очень чинно. С опаской раскрываю карты — я нелегал, возьмете?

С удивлением вижу — те даже с радостью соглашаются. Странно все это. Но потом проанализируем, а пока, отдаю им браслет. Объясняю, что лечу через пару дней в Украину, и хотел бы получить компенсацию с фирмы, которая дала мне работу, и от работников которой я пострадал. Адвокат обещает помочь, но компенсацию обещает небольшую — тысяч 30, не более. Пришлет в Украину по Western Union, отчислив из этой суммы свой гонорар — 30 %. Я в восторге соглашаюсь. Дома, думая над этим, во мне зашевелился червячек сомнений. Пришел в конурку к своему соседу — еврейчик, программист, которого не принимают на работу, из-за хренового английского и не умения работать в каких-то специальных языках программирования. Договариваюсь с ним, о пересылке мне домой всей корреспонденции, пришедшей на мой адрес. Плачу ему бабки за это. Миша выполнил своё обещание. На следующее утро, я за чемоданы, в аэропорт. В паспорт заглянули мельком, уезжать — не приезжать!

Через восемь часов — должен быть Борисполь. Позже, уже в Черкассах, пришла депеша от Миши и его язвительные комментарии, относительно моего случая. Первое что вытащил из конверта — счет за рентген моей головы в госпитале — на 460 долларов! Потом его объяснения, что та адвокатская контора договорилась с моей фирмой нанимателем, о возмещении убытков, но только не мне, а им, адвокатам, за то, что они не афишируют нелегальный найм на работу меня… Обычный примитивный шантаж, на основании моего заявления и доказательств — пластиковый браслет… Деньги не пахнут… Ну а для меня вот этот счет из госпиталя и, большая, большая дуля от американской демократии!

Глава 18. Снова Германия

Итак я очутился в самолете по пути в Украину. Рейс транзитный с посадкой во Франкфурте — на — Майне (Германия). Лечу и думаю себе о нелегкой своей судьбине. Постепенно в голове рождается еще одна авантюра (ну не могу я без приключений!). Если посадка в Германии, почему бы не воспользоваться — выпрыгнуть, погулять по Германии в очередной раз и потом поездом добраться в Украину. Да и тачку надо бы прикупить какую — никакую, свою-то перед отъездами продать пришлось. Когда цели определены и ясны, тут уж останавливаться не приходится. Перед посадкой самолета, в теле возникла естественная дрожь как у хищника на охоте — адреналин стал поступать в кровь, мозги работают четко, кадры предполагаемых препятствий и методы их преодоления мелькают в голове… Посадка… Транзитная зона… заметив странный зеленый коридор, метнулся туда и на удивление проскочил в зал получения багажа. Никаких таможенников или пограничников не заметил (может пописать удалились?…). Получив свой рюкзак, на такси еду в город, вспоминая по — немецки только «бангоф» (вокзал) и «хенде хох»!

На вокзале долго всматривался в проходящие лица, пытаясь найти славянскую внешность. О, удача! Заметил русского в военной форме. Странно, вывод русских войск вроде завершился. Остановился, разговорились. Да, конечно, все завершено.

Но! Остатки управленцев вывозят свою закупленную технику (немецкий транспортный хлам) из Магдебурга. Вали туда если успеешь! Срочно валю на поезде. Прибываю в Магдебург. Там русские мелькают чаще. Начинаю мелькать и я. Пытаясь найти для себя достойную тачку. Нахожу на одном из сервисов, «Ситроен- ДС турбо», семь лет. Прекрасно выглядит. Босс говорит по-английски и просит 2.100 марок, вот только насос до завтра подремонтирует и забирай. Машинка — конфетка. Расчувствовался я и в припадке советской добродеятельности, дал ему задаток 500 марок до завтра, но чтоб машина была как огурчик. Не волнуйся «русиш» — все будет ОК! Угостив одного из встречных прапорщиков бутылкой коньяка, договорился переночевать у него в каптерке. Он то мне и раскритиковал мою покупку. Ну куда там «Ситроену» с его пневматической подвеской на наши дороги! Дурак ты. Ищи что-нибудь по-дебильнее.

Даже согласился сходить со мной на сервис завтра и отбить у фрица назад мои бабки. Немецкий у него — от зубов отлетает! Утречком мы уже на месте и начинаем качать права. Немец естественно исправить насос не успел и без проблем отдал назад мой задаток. Поблагодарив прапора очередной бутылкой коньяка, я полдня провел в поисках замены. Нахожу. «Жигули» — копейка. В идеальном состоянии. Долго торгуюсь с хозяином стоянки, пытаясь спустить цену с 800 марок до 500. Не соглашается фриц. Но не на того нарвался. Психологически, ему надо подумать, если я откажусь от покупки. Делаю этот реверанс, и фыркая ухожу. Он должен пожалеть о том, что не продал это русское барахло, когда ему предлагали — целых ПЯТЬСОТ. Я конечно не думал покидать это место, просто покружил вокруг полчаса, купил дополнительно ящик «Наполеона» и опять приперся на стоянку. Мой психологический расчет оправдался. Немчура теперь оказался более покладистым, и, после презента двух бутылок, отдал мне «Жигуль» за 550 марок. Я завелся и чуть не врезавшись в трамвай вырулил со стоянки на собственной тачке!

Заскок на попутную свалку. Отдирание чужих автомобильных номеров. Прикрутка к своей тачке и — на автобан, вперед на восток! Платить за дорожные страховки?

Найдите идиота, но только не русского! Просвистел до Франкфурта — на — Одере в один момент. На границе стоп! Немецкий таможня командует — где страховка? Как нет? Автомобиль в сторону — конфискат! Ты- ком цу мир ко мне — Аусвайс (паспорт)! Ах ты сволочь гитлеровская, Я, выстрадал свою тачку, чтобы ты немецкая харя у меня ее забрал гнида? Сейчас, сейчас, герр офицер, аусвайс в машине, айнц момент!

Прыгаю в машину и — деру! Оглядываюсь — погони нет. Не до меня им там.

По пути в город, выяснив где остатки русских собираются, попал на стадион. Ого-го-о! Что тут деется! Камазы, Икарусы, иномарки, Уралы, все друг на друге, в прицепах. — все переплелось в один клубок. Бегает майор распорядитель. Это одна из последних колонн формируется. Ору ему в ухо, что я вольнонаемный из Веймара и нуждаюсь в постановке в колонну. Тот, весь издерганный, пытается найти меня в списке состава воинских частей. ВОЛЬНОНАЕМЕЫ-Ы-Й Я! Опять ору в ухо, давай ставь, магарыч с меня. Как только про магарыч — список ныряет в папку, машет рукой — давай тащи!

Бегу с двумя бутылками к нему к вагончик, получаю свой бумажный порядковый номер в колонне и включив печку в салоне, начинаю дремать, дожидаясь утра.

В шесть утра, тот же майор, выстроив всех вояк по ранжиру, куда и я втерся, проинструктировал всех о скорости движения, дистанции и поведении в колонне при движении по территории Польши. Ни на шаг из колонны! Кто выскочит, наверняка попадет в лапы к рекетирам, лишится машины. а может и жизни. До Бреста, рекомендовал двигаться одной кучей. Все согласно кивали и поддакивали.

Ну, — с Богом! Впереди командир на лихом коне, т. е. на «уазике», позади покорное стадо баранов в виде разнокалиберной техники. При пересечении как немецкой, так и польской границы — для военной автоколонны все шлагбаумы открыты, и фрицы и панове честь отдают… Никто никаких документов не проверяет.

Как только отъехали от границы пару километров — кто куда, как тараканы. Все инструктажи забыты навсегда, каждый рвет когти в свою сторону. Я также урвал в сторону Кракова, надеясь южными трассами избежать рекета. Повезло, проскочил. Однако перед границей решил не спешить. Увидел на дороге польскую полицейскую машину и договорился за пару последнего коньяка, чтобы полицаи сопроводили меня до шлагбаума. Те с радостью. Включили мигалку и вперед. Вовремя. Буквально через полкилометра на трассе стояли два БМВ с бритыми харями, поджидающими очередную жертву. Мой кортеж, только сопроводили злобным взглядом. Полицаи даже обвели меня вокруг очереди и всунули под самый шлагбаум, помахав напоследок ручкой. Никаких приключений аж до дому более не случилось и в два ночи я завалился в собственный двор. Не скажу, что был принят с радостью супругой. Что-то в моё отсутствие произошло. Рады были только дети. С тяжелой головой и уставший до смерти, я завалился спать. Что там ждет впереди?.. Я утонул в омуте беспокойного сна.

Глава 19. Женские чары

Проснувшись утром, и, проведя день в полной бездеятельности и маяте, пришел к выводу- необходимо что-то конкретно менять в жизни и дальше зарабатывать бабки. С женой полное непонимание, но дети растут — их надо поднимать. Но что и как можно зарабатывать здесь в Богом проклятой Украине, проданной и растерзанной… Не на базаре же стоять! Походил по толкучкам, насмотревшись на озлобленные лица торговок, наслушавшись мата-перемата, видя те же стриженые рожи, в полной растерянности и печальном настроении вернулся домой и залег… Ничего не меняется!!! В голову полезли мысли о всяких ранних сомнительных опытах по бизнесу за бугром. Не реабилитировать ли? Опять лезть в кабалу к чиновникам? Или к бандитам? Где выгоднее?

Может с головой в криминал окунуться? Там тоже люди попадаются! Не все гниды и опущенные. Вот конкретный пример. Был у меня кооператив до девяностых годов. Коптил рыбу, которую отбирал как работник рыбнадзора у браконьеров. Но баню, которую я переделал под коптильню, заставил продать один из бывших начальников Кременчугской рыбинспекции, ему же, через подставных лиц, под угрозами задавить меня камазом. Куда бедному крестьянину податься? Правильно… Подался в Польшу на челночную торговлю. Но не надолго. Встретился там мне некий старый пердун — Ежи З. Не помню кто, но с ним познакомили. Я по нахалке предложил ему построить силами русских любое здание в Польше, дешево и сердито.

Сам не ожидал, но он согласился и немедленно предложил подписать контракт с моим кооперативом на строительство нулевого цикла (т. е. фундамента) для новой теплоэлектростанции в Варшаве. Сказано — сделано. Подписав контракт, я даже не ожидал, с чем мне придется столкнуться. Окрыленный я приехал в родные Черкассы, пригласил на работу симпатичную девочку из Отдела культуры Облисполкома в качестве секретарши — Надюшу, напечатал объявления о найме на заграничные работы рабочей силы и стал ожидать. Секретарша оказалась через-чур сексуальной и лентяйкой… Я затаил обиду, но выгонять только что принятого работника — не в моем стиле. Не на того наехала подружка. Отработает думаю.

Через неделю повалил народ. Перед офисом столпотворение. Чистый паспорт, опыт как плотник-бетонщик — и в список. Необходимо 75 человек. Записалось больше двухсот. За пару недель отсеялось больше половины из-за невозможности в те времена быстро получить загранпаспорт. Наиболее опытным, я даже через коньяки работникам паспортного отдела, и прочие подарки, сделал паспорта быстро и без помех. Мог ли я тогда думать о человеческой неблагодарности и бессовестности? Время начала контрактных работ поджимало. Оставил в списке 60 человек. Однажды перед самым отъездом, вваливаются в кабинет два громилы. Заявляют что они в списке. Гена и Валера (имена изменены). Проверяю, все правильно вы едете. Какие проблемы? Проблемы у тебя отвечают. Мы бывшие ЗЕКИ, и решили тебе об этом сообщить по-правде, тебе принимать решение — брать или не брать нас. А паспорта сейчас из зоны по справкам чистые получаем, поэтому ты ничего и не усек.

Да-а-а… Озадачили… Не подаю вида о своем смятении в душе, спрашиваю за что и где сидели. Один за убийство жены, изменившей ему (12 лет), другой за драку в ресторане и удар кого-то бутылкой по голове с отягчающими последствиями (человек остался инвалидом) — 8 лет. Познакомились в зоне в Воркуте.

Там были мужиками — т. е. работягами за всех… Вот тебе телефон прокурора в Полтаве, который нас сажал, и телефон начальника зоны в Воркуте. Звони, узнавай, придем завтра за твоим окончательным решением. Ушли. Звоню полдня и вызваниваю обоих. Прокурор — да действительно были такие, я сажал, но что и где они дальше, не знаю. Начальник Зоны также вспомнил их — работают хорошо, одна беда, не давай выпить, разбушуются — настоящие звери, — зубами порвут… Рекомендую брать.

«Звери» как и заявили пришли завтра. Присели, настороженные взгляды из-под лобья. Но я уже решил — беру на свой страх и риск… У них вздох облегчения. Скупо поблагодарили, пожали руку и удалились.

Настал час отъезда группы. Нанятый «Экарус» вмещает 45 человек, но вся кодла в количестве 60 человек, с багажом, ухитрилась туда залезть. Конечно и я с секретаршей. НА ЗАПАД! В БРЕСТ! Там с другой стороны будет ждать автобус, который всю мою братию довезет до общаги в Варшаве и на РАБОТУ! ВКАЛЫВАТЬ! ЗАРАБАТЫВАТЬ БАБЛО! В Ковеле на рынке, моя банда смогла где-то на рынке стырить небольшую телегу для перевозки грузов и чудом впихнуть её в автобус. Спрашиваю зачем? Пригодится!!!. Заезжаем в Брестский погранпункт в 12 ночи.

Капитан — пограничник — разорался. Какого черта мы здесь? Это автомобильный переход. Здесь пешком не ходят и не будут ходить. Пересекайте границу поездом! Валите всем табором отсюда назад в Брест. Да Вы что, господин начальник, войдите в положение, на той стороне автобус ждет по контракту! Ни в какую. Он своими погонами рисковать не собирается. Проходит час в бесполезных увещеваниях. Мои работнички, видя эту картинку, начинают вынимать бутылки водки и распивать на месте… Нервничают… Пытаюсь всучит капитану 100 баксов, — ни в какую… Блин… Что делать? На глаза попадается Надюшка…Ну-ка крошка, давай попытайся договориться с капитаном… Внимательный взгляд бархатистых глазок. Как бы нехотя соглашается попробовать. Фланирующей походкой эта «Золотая рыбка» приближается сзади к капитану и нежные ручки обвивают змеёй его бычью шею.!!! С того от неожиданного засоса, слетает фуражка… Мои оболдуи, видя это начинают скабрезно хихикать.

Я не выдержал, подошел и зашипел на них:

«Заткнитесь суки, баба для вас работает!». Надюшка с капитаном скрылись за углом здания в темноту. Томительные минуты ожидания… Наконец из-за угла вываливается растрепанный капитан и орет мне, что пусть к хренам летят его погоны, это будет первый в истории, переход этой части границы пешком. Командует солдатику открыть шлагбаум.

Надюша, отряхивая перышки подходит ко мне и берет под ручку. Я ору толпе, чтобы грузили чемоданы на тачку и быстро двигались в западном направлении. Весь табор мигом исчезает за шлагбаумом. И мы следуем в припрыжку сзади. Перед мостом я прошу «Золотую рыбку» пройти вперед и задерживаюсь на середине моста. Всегда мечтал сходить «по-большому» на нейтральной полосе! Но нервы… нервы… Получилось, но только «по-малому» — и то дело. Мечта сбылась.!

Вдруг с польской территории врезали прожектора… Разве только пулеметы не заработали… Моя банда остановилась как вкопанная метров за сто от шлагбаума. Навстречу летит польский капрал, вереща — Цо то есть за цыганский табор? Проше панове с повротом на Украину! Ну да! Не хватало! А ну Надюша — ФАС!

Та как шла, так с ходу и обрушилась на капрала. У того рученки затрепыхались в судоргах… Бочком, бочком она его в кустики на обочинку.

Опять ждем-с… Мои уже молча, понимают все, смолят молча цыгарки… Отработанная парочка возвращается и все идет по раннему варианту. Шлагбаум открывается, толпа загружается в поджидающий автобус, капрал никак не отлипнет от моей секретарши, обещая ей все блага западной цивилизации, та с жарким поцелуем отрывается от него и ныряет в автобус. Все! Граница позади… Не зря я содержал. эту «Золотую рыбку». Отработала и далее будет отрабатывать. Заселившись по утру, как доехали, в общагу, и я у же отблагодарил ее по всем статьям директорского законодательства.

На следующий день, определение работ на объекте произошло без эксцессов, которые произошли уже позже, но это уже совсем другая история.

Глава 20. Отработка Зеков

Все работы на объекте начались нормально. Были назначены бригадиры, люди получили инструмент и все закрутилось. Я каждую неделю был на стройке, справлялся о положении дел у бригадиров, которые и раздавали по пятницам зарплату. Но стал я замечать, что на строительстве нулевого цикла теплостанции, дела как-то затормозились. На стройке образовалась банда из восьми человек, которые стали нагонять истерию против меня как руководителя работ. Начался открытый саботаж. Дошло до того, что эта восьмерка, бегала по стройке, не работала, и уговаривала остальных работяг, прекратить работу, из-за того, что я якобы обманываю их в зарплате.

Поляки стали возмущаться, замедлением темпов работы. Я экстренно собираю всю толпу, в «зале заседаний» общаги и прошу всех высказаться. Опять эта шобла из восьми человек рвет глотки, и сбивает всех разбежаться, я меня «замочить», вытряся из меня бабки. Остальные молчат, ждут моей реакции. Объясняю, что уровень зарплаты установлен контрактом, и каждый подписывал этот контракт. Повышения не может быть, т. к. не сделана даже половина работы. Чтобы как то погасить конфликт,

Обещаю поговорить с польской стороной. Толпа вроде успокаивается, работы продолжаются. Теперь я уже каждый день на стройке и бригадиры докладывают мне, что восьмерочка размондяев, продолжает мутить народ. Однажды утром, меня поднимают поляки с постели и орут, что на стройке забастовка, краны стоят, бетон стынет, техника неподвижна, а русские бунтуют. Полуодетый я бегу на стройку и вижу натуральную забастовку. Прямо революция. На постаменте одна из гнид, размахивает лопатой и призывает зацементировать меня в фундамент. При моем появлении, остальные из восьми начинают визжать и наступать на меня. Вся стройка, поляки, румыны, югославы, с любопытством наблюдают это. Кое-как уломал всю толпу перейти в общагу на переговоры.

Расселись. Опять эти гниды стали орать и призывать растерзать меня и вытрясти из меня деньги. Народ начал роптать и подниматься со стульев. Я стоял ошарашенный, не зная, что предпринять. Человек тридцать стали медленно наступать на меня. Тут уж меня и пот прошиб.

Неожиданно из задних рядов вырвались два зека — Гена и Валера, и обогнав толпу, забежали впереди меня, закрыв от толпы. Настала мертвая тишина.

Их слова, процеженные сквозь зубы, со страшной угрозой в голосе, с которой могут наверное говорить только в тюрьмах: — «А ну шваль! На место!»

Около них тут же по бокам, скопилась горсточка, как я уже потом понял их личных «шестерок». Толпа как-то сразу сдулась, как мыльный пузырь. Восьмерка горлопанов, тихо как шакалы прижавшие хвосты, засуетились по местам. Толпа осела в кресла. «А ну сявки, поднимитесь!» Гена рявкнул на восьмерку зачинщиков конфликта.

Те нехотя поднимаются. К ним вопрос от Зеков: — «Может вы сявки лес в Воркуте валили? Или сплавом занимались?» Ко мне: «Босс, ты сделал ошибку. Поменяй бригадиров, и все будет О-Кей.» К толпе:-«Сейчас быстро вся шобла встала, и бегом на цемент, кто задержится — лично замуруем! Кто еще слово вякнет про босса, неважно о чем, лично будут иметь дело с ними! Бегом марш! Сволота!»

Что тут произошло! Вся толпа, кинулась к дверям, сломя голову, толкая и обгоняя друг друга. Я стоял не понимая, что произошло. Когда все исчезли, зеки повернулись ко мне с улыбочками, и сказали, что это их отработка для меня. А то, что они раньше не выступали — смотрели из какого теста я сделан, и выдержу ли напор… Экспериментировали однако!

Немного погодя, мы вместе появились на стройке, я предупредил поляков о замене бригадиров. Гена и Валера стали моими заместителями по стройке, и заверили меня, что появляться в прорабской каждый день не надо. Босс должен решать свои боссовские дела. Я могу на них положиться. Контракт будет продолжен. Все будет «тип-топ». А если вдруг кто-то неожиданно «исчезнет» из команды, волноваться не стоит — значит человек решил дезертировать — «навеки».

Впоследствии я видел как устроили работы мои новые бригадиры. Они сидят возле прорабской, возле них крутятся их «шестерки», которые бегают и раздают указания работягам. Вечером в пятницу, выстраивается чинная очередь к моим зекам за зарплатой… Мне действительно там было нечего делать. Раз в неделю появлялся, согласовывал планы работ на неделю с поляками и занимался своими делами.

Лепота!!! Бунтовщики отрабатывают на самых тяжелых работах. Все благодаря этим зекам. Поляки не нарадуются, хотя и не понимают, в чем дело. Контрактные работы резко скакнули вперед. Взял под штукатурку еще два дома и пару фундаментов. Все класс. Поляки растрогались и даже премировали меня дополнительно. До конца работ остается пара недель.

Вечерком захожу в отдельную комнату бригадиров, и начинаю с ними обсуждать вопросы окончания контрактных работ. Те сожалеют, что придется расставаться. Спрашиваю — хотят ли они остаться в Польше работать далее. Конечно босс!

Последнюю неделю гонял по Варшаве, ища работу для моих бригадиров. Нашел недостроенный костел и договорился с ксендзом о работе на достройке моих работников-бригадиров и их квартировании с питанием при костеле. Привез их. Познакомил с ксендзом, определились с началом работ и зарплатой. Все честь по чести.

Вечером, в нарушение «инструкций» я приволок в бригадирскую ящик пива, и мы «посидели», делясь своими воспоминаниями — кто о чем. Те благодарили меня за доверие и за работу. В Украине им никто не давал работу, видя их татуировки. Тут же, они заработали честно, это их бабло и уж распорядятся им как надо. Я отдал им кучу паспортов, договорившись о раздаче в день окончания контракта. Выдал им премию из личного кармана и мы расстались. Уехал в Украину. По факсам с поляками все было достойно завершено и мне обещали новые контрактные работы. Более я своих бригадиров не видел. Как там они разобрались с толпой и бунтовщиками, это уже было не интересно. В основном люди были довольны, хотя им приходилось вкалывать, так, как они никогда не работали в Украине. Но, деньги как известно на дереве не растут.

Глава 21. Что такое арабы и с чем их едят

Немного расскажу с чем может столкнуться каждый человек при работе за границей. Там так много арабов, нигеров и китаез, что порой кажется, что мир состоит только из цветных.

Поступил я на учебу в Волгоградский политехнический институт. Там была практика — селить русских вперемешку с арабами или неграми, для того, чтобы те совершенствовали свой русский. Попал я в общаге в комнату с двумя Марокканцами.

Ни поесть нормально, ни телевизор посмотреть, ни друзей пригласить, и вообще я должен выходить из комнаты, когда они молятся. Наладил телевизор, купил наушники, чтобы им не мешал звук, все равно нельзя, мелькание экрана их якобы отвлекает от молитвы. Суки! Ну не жизнь а мука. Выдержал только месяц этих издевательств. Пришел к комендантше, упал в ножки и попросил переселить меня в другую комнату.

Та долго сопротивлялась, но потом уступила и перевела меня в комнату на четвертый этаж, где был один русский и жил араб из Емена. Этот масульманин, был полностью противоположностью Марокканцам — отпадный грязнуля и расп… дяй, каких свет не видел. В комнате кавардак, вечно тусня из таких же как он гавнюков, которые пьют, курят, водят каких то вокзальных шлюх. Стал я об этом ему говорить. Ноль внимания. Я стал понастойчивей, уже не стесняясь в выражениях, говоря о том, что я думаю про его свинство. Тот стал орать, что он здесь хозяин, я нищий, а он богатый, как он будет делать так и будет. Мой русский сосед по комнате старался убежать из комнаты, когда затевалась перепалка. На хрена ты тогда сюда в бедную совдепию учиться приехал? Ехал бы в Америку. Раз богатый. Ан нет. Его папа видите ли очень экономный, и его богатство якобы сложилось из-за этого скупердяйства его папы.

Надоел он своими пьянками и русскими бля. ми по горло. Стал я ему высказываться по этому поводу, не стесняясь в выражениях. Тут случился инцидент.

Сижу вечерком, читаю конспект, сессия на носу, когда эта тварь вламывается в комнату, ноги перед моим носом на стол и начинает курить. «Убери мослы» — говорю. Реакция — ноль. Убери свою задницу из комнаты, ублюдок! Тот неожиданно вскакивает и хрясь мне с правой прямо в глаз! И тут же выскочил из комнаты. Я от неожиданности, опешил на секунду, а когда выскочил за ним в коридор, его след простыл. Система общаги коридорная, по обе стороны коридора по 30 комнат, в конце коридора кухня и туалеты. Нет никого. Испарился. 11 часов вечера. В моей душе кипит злость и ярость. Как это я смог допустить, чтобы какая — то цветная сволочь, смогла мне по харе съездить? Ну обидно и досадно. Ничего. Немного остываю и составляю план действий.

Возвращается мой русский сосед. Я предупреждаю его, что, чтобы не произошло утром, он должен крепко спать. Тот интересуется, что случилось? Но я, зная его трусоватость, просто сказал ему, чтобы он не рыпался ни в каком случае и «спал» по — любому. Согласился. Я поставил будильник на шесть и завалился в кровать. Сквозь сон, заметил, что часа в три ночи, вернулся наш араб. В шесть прозвенел будильник. Посмотрев в зеркало, я увидел у себя под глазом фингал. Снова вскипела ярость. Этот хмырек мирно спал.

Натянув на руки кожаные перчатки я растормошил эту сволочь. Тот с испугу затрясся как осиновый лист, запричитал, что якобы меня посадят в тюрьму, и что я хочу с ним делать? Это тщедушное существо, было нахально и нагло, когда напивалось. Но тут, видя, что я бросаю ему его тулупчик, приказываю одеваться и выходить из комнаты, он поистине «обосрался» — видимо русский решил его удушить, раз в перчатках… Кинулся будить русского соседа, тот мычал в ответ, натягивал одеяло на голову…

Вот и пришла «смертушка» до его мусульманской душенки…! В отчаянии он бросился из комнаты, оттолкнув меня. И откуда у людей, приговоренных, появляется сила? Адреналин в крови в момент опасности творит чудеса! Снова выскочив в коридор, я опять его не увидел. Ну думаю, сука, погоди. Прикрыл дверь и начал в щель наблюдать за коридором. Минут через десять, эта сявка тихонько вынырнула из комнаты напротив и стала красться по коридору. Тут я вырвался из своей комнаты — и, стометровку я бегаю хорошо — догнал его у кухни.

Поднял его прижав к стенке. В руке у него оказался кухонный нож, который он видимо забрал в комнате нигеров, напротив моей. Коленкой я вмазал ему по яйцам. Нож выпал из его рук, и эта тварь повисла скорчившись в моих руках. Я бросил… Передо мной лежало и корчилось на полу отвратительное существо, размазывая сопли и слезы, с гримасой боли на обезьяней роже. Неожиданно сзади раздался строгий голос: «Что здесь происходит? немедленно отойдите от иностранного студента!». Я в ответ: — «Послушай мужик, вали отсюда, а то и ты по хайлу сейчас получишь!» Что-о-о??? Я декан химфака, здесь на дежурстве. Бросается и закрывает своим телом эту арабскую гниду. «Кто-о-о вы такой?». Я стоял, молча соображая. В голове свербила мысль-«Ну вот Сэм и окончилась твоя учеба.» За драку с иностранцами, наши студенты мгновенно вылетали из института, и на многих вешали уголовные дела.

Ситуация. Это ничтожество поднялось с пола и стало орать, что я есть СЭМ, из группы автотракторного факультета, третий курс, и что я хотел его зарезать вот этим ножем, который лежит на полу. Все перевернул гаденыш! Декан завел его в свою комнату, меня за локоть затащил в мою — ну не бить же ему морду. Поднял русского соседа, расспросил его, кто и что я, тот естественно раскололся. Мне сказал, что вызовут меня с лекции. Удалился.

Действительно, с третьей «пары», меня прямо с лекции, вызвала секретарша уже моего декана. Перед лекциями, весь поток уже знал, что произошло, и кто виновник. Боевые ребята, из отдаленных районов Волгограда, кто не раз ходил квартал на квартал, стенка на стенку, проинструктировали меня, как вести себя на допросах: «Сэм, ты должен идти в полное отрицалово, чего бы, и как тебя не кололи! Все отрицай, и ни при каких обстоятельствах ничего не подписывай. Может выкарабкаешься, если выдержишь ментовский прессинг.».

Вхожу в деканат. За столом четверо. Представляются. Мой декан, декан иностранного факультета и двое из КГБ. Никаких ментов. Я ИДУ ПО ПОЛИТИКЕ!!!

Начинают меня прессинговать. Один из Гебешников, что-то усердно строчит по бумаге. Я выполняю установки умных мальчиков: первый не бил, вообще не бил, нож не мой, в коридоре, потому, что не хотел будить соседа по комнате и пытался этому арабу в коридоре объяснить, как он нехорошо поступил вечером, когда был пьян, и вообще бил меня араб, а не я его, свидетельством этому мой фингал под глазом, а у него следов побоев нет (как умно я поступил, когда врезал ему только по яйцам!).

Мне подсовывают бумагу, где написано, что я затеял драку и бил этого выродка первым. Естественно, я подписывать эту «телегу» на себя отказался. Гебешники стали угрожать мне, что заберут меня в КПЗ и там расколют по другому. Но я хорошо помнил установки опытных ребят. Забирайте, все равно я не бил и ничего больше сказать не могу. В мыслях я уже давно попрощался с институтом.

Но меня не забрали. Гебешники ушли, пообещав вызвать в управление. Я вернулся в холл института. Раздался звонок с пары. Вокруг сбежалась толпа, все с одобрением хлопали меня по плечам — «Сэм так держать!». Арабчонок, куда то из комнаты исчез и его не было две недели. Меня этими двумя неделями измотали допросами и в КГБ и в институте. Я упирался до последнего, и подписал лишь то, где было написано, что зачинщиком был араб по его же пьянке и первым ударил он, я же его пальцем не тронул, а валялся на полу он от испуга, вместе с его ножичком. Майор с сожалением засунул эту бумаженцию в папку, странно на меня поглядел, и выписал пропуск. Я вернулся в институт и снова немедленно был вызван в деканат.

В кабинете сидело только двое — мой декан и декан иностранного факультета. Вытащив из бара бутылку коньяка, мне было сказано, что это первый случай, когда русского студента не выгнали из института, и что они меня «отмазали». После принятия на троих определенной дозы, «иностранный декан», доверительно посетовал мне, что он сам их ненавидит, хотя по должности должен с ними общаться и защищать их интересы. Подразумевались как цветные, так и черные. Расстались друзьями.

Зарядив своих чехов из группы не чешскую стройку, (чехи тянули газопровод) за чешским пивом, я провел в узком кругу, в том же составе, пирушку. Много позже, аж через 25 лет, я узнал, что моя группа писала коллективное письмо для моей защиты в КГБ, тогда, в то время, мои сокурсники мне постеснялись об этом сказать. В общаге, с подачи деканата, появилась чисто русская комната, где проживало только трое русских парней.

У меня возник негласный авторитет. Какой? Салабоны с первых курсов, стали ходить ко мне как к пахану, с просьбами разобраться с тем или иным нигером, если, считалось, что они «задевают честь и достоинство русских аборигенов». Происходило этот так. Вечер. Мы в моей комнате мирно втроем играем в преферанс, потягивая пивко. Робкий стук в дверь. На пороге первокурсник, просит его выслушать. Слушаем. Ему на голову арабы вылили суп, когда он кушал, а они в это время надумали молиться. Это произошло в его комнате, где живет он и двое арабов. Так-так… Знаю, сам был в этой шкуре. Сейчас паря разберемся, такса — 4 бутылки водки. Устраивает? Конечно! Окрыленный пацаненок сбегал за бутылками. Сиди здесь. Сыграй в дурочка с моими соседями по комнате… Я спускаюсь на третий этаж в комнату к кубинцам.

Дверь открывает черный как смоль Хосэ. А..Сэм.

Кричу:- «Вива Фидель, Хосе!». Тот меня обнимая затаскивает в комнату. Вытаскиваю из карманов пару бутылок. Начинаем пить за Кубу, за Хосе, за Фиделя..

Между прочим в разговоре вворачиваю словечко, что моего друга оскорбили арабы из 202 комнаты на втором этаже. Взбешеный Хосе, выскакивает из комнаты, крича мне, чтобы я шел в свою комнату. А он, Хосе, сейчас разберется с моими обидчиками. Я медленно поднимаюсь по лестнице. Крики на втором этаже останавливают меня. Я приспускаюсь. Вдруг внизу разлетается стекло, страшный рев и грохот чего-то. Спускаюсь ниже и вижу как в коридоре второго этажа носится человек двадцать черных и негров — кубинцы «мочаться» с арабами! Вот те на!

Заварил я кашку! Рев, стоны, о головы разбиваются стулья, бутылки, досталось и бедной комендантше, которая сдуру, решила успокоить разгоравшуюся драку… Кто-то мычит в углу, кто-то ползет по коридору, размазывая кровь по полу. На перилах висит тело. Полный хаос, женский визг, русский мат, испанские, арабские, китайские вопли. На улице завыли сирены ментовских машин. В общагу ворвалась свора ментов. Я поспешил убраться к себе в хату. Первокурсник со страхом прислушивался, что твориться внизу — все это батенька в твою честь. Цени! Долго трясет мне руку, и когда там поутихло, возвращается к себе.

Через пару часов появляется, побитый и помятый Хосе, с восторгом, рассказывающий, как он с братками наказал арабскую сволочь (хотя сам чернее них на порядок). Мы успокаиваем его. Он приглашает с нашего позволения пару его друзей кубинцев и мы продолжаем пирушку, за здравие Кубы и всех ее обитателей.

Вскоре я был переведен в другое общежитие, куда селили четверокурсников, и где не было этого идиотского смешения в комнатах. Однако разборки продолжал, только таксу повысил. Работал Хосе.!!!

Кстати, когда между собой «месятся» арабы или нигеры, власти института и менты, их только растаскиваю, журят, и оставляют все как было.

Так, что Хосе работал на износ. Алкоголиком сделался или нет не знаю, но русскую водку любил бескорыстно, даже не так как Гаванский ром. Иногда ему помогали другие кубинцы с других институтов. Но воспоминание о моем безотказном черном друге, всегда теплой волной, окатывает мое сердце. Все таки пролетарское воспитание откладывает на человеке, неизгладимый след, не то, что капиталистическое волчарство…

Институт я благополучно закончил, получил диплом, и в статусе незаконного «институтского смотрящего» отбыл на Украину, уже успев неосмотрительно жениться.

Глава 22. Китайский синдром

Не могу не упомянут о китайцах, которых как гною в каждой стране и которые ведут себя так же нагло, как видимо у себя в Китае, не только отбивая у наших работу, но и считая украинцев и русских истинными для них врагами на рынке труда Запада. Находясь уже в Ирландии, одной из причин для моего старта в кинематографе, явился фильм, который показали по ирландскому телевидению. Снял этот фильм один из немецких режиссеров и посвящен он был экологической теме — сохранению животного мира на земле. Известно, что китайцы жрут кошек и собак. Но это видимо осталось у них в крови от их предков, чашки риса уже не хватает, как обещал великий Мао.

Ну жрите себе тихонько в Китае. Нет — делают на этом бизнес. Я не любитель кошек — виной тому обычная человеческая аллергия на шерсть животных.

Представьте себе картину: какая то фрау выбирает себе манто в немецком меховом магазине. К ней подходит корреспондент и спрашивает нравится ли ей этот «игристый» мех? Фрау очевидно кивает головой и отвечает, что видимо купит это манто. Корреспондент, спрашивает ее — известно ли ей, что это мех кошки? Фрау в испуге, смотрит на менеджера магазина, тот отводит глаза. Камера переносит нас в Китай, где возникает картина, как у нас говорят собачьих «заводчиков». Но у нас выращивают собак для продажи. Легально. Пусть. Но в Китае это делается с целью получения меха, т. е. убивают бедных собак, когда те только еще достигают подросткового возраста. Показали, как организован китайский собачий концлагерь, где нары в двух ярусах, на полках сидят и лежат псы, и тоскливо смотрят на съемочную группу их печальными черными глазами. Сразу вспомнились кадры немецкой военной хроники, где в такой же ситуации находились люди в Заксенхаузене и Бухенвальде. В блок заходит китайский эсессовец, набрасывает проволочную петлю на шею собаки и вытаскивет очередную жертву к какому то железному забору. Бедный пес, сенбернар, чувствуя приближающуюся смерть, скулит и упирается всеми четырмя. Камера бесстрастно смотрит на это убийство. Так могут снять только безжалостные, талантливые НЕМЕЦКИЕ режиссеры. Китаец, просовывает один конец шеста на другую сторону забора, упирается ногой в него и затягивает петлю. Голова бедной собаки прижата к прутьям забора. Она задыхается, из ее горла уже вырывается только предсмертный хрип. Китаец хладнокровно тянет шест с петлей на себя. Тело собаки прекращает содрагаться. Пес умер. Эсессовец китаёза тянет труп в разделочную, где очаровательные китайские девочки — садистки (которые по вечерам работают в массажных салонах), разделывают тушку собаки.

Камера молча переносится в кошачий отсек.

В огромный (где-то 2х2 метра деревянный решетчатый) куб-ящик, подъезжающий фургон, сваливает огромное число разномастных кошек.

Бедные коты, визжа от страха падают в этот куб. Сверху очередной китаёза закрывает такую — же решетчатую крышку, в которой проделан квадратный небольшой люк. В ящике скапливается не менее 150 — 200 кошек, которые копошаться друг на друге. Уши разрываются от кошачьего мяуканья.

Беспристрастный китаёза залазит на верх куба, в щель прутьев просовывается палка с проволочной петлей на конце. Вверх, взмывает, беспомощно дергая лапами, захваченный за шею петлей, котик. Он еще не понял, что произошло, как его горло задавлено о прутья решетки мускулистым человеческим существом. Кот беспомощно дергается, под потолком клетки, из него летят испражнения, он еще хрипит. Конвульсии продолжаются минут пять.

Остальные кошки смотрят со страхом вверх, надрывно мяукая. Приближение смерти, которое они чувствуют, заставляет их метаться, но они натыкаются друг на друга и тонут в этом кошачьем месиве. Кадры выхватывают картины гибели 10 — 30 — 100 кошек. Это продолжается добрых полчаса. Я как заторможенный смотрел на эти кадры убийства.

Уверен, у нас, такой фильм не пропустила бы цензура, у людей случались бы инфаркты… Наконец на полу в клетке остаются два кота, которые смотрят уже молча с тоской вверх, как задыхается предпоследняя кошка. Китаец выбрасывает трупик кошки через люк. Миленькая китайская девчушка в спецробе, подхватывает крючком труп кошки и опять в разделку, где шкурки, чистятся, сортируются, сушатся и т. д. после чего попадают в пошивочную, где из них сшивают полотна меха, далее на склад и в ЕВРОПУ!

Бедные коты наблюдают как к ним приближается смертельная петля. Коты неожиданно рванули друг к другу, сели на задние лапы, обнялись передними, по человечески тесно прижавшись головами. Китайский садист, безуспешно пытается просунуть петлю между головами котов. Те, не дают этого сделать, зажмурившись, тесно обнявшись, тихо тоскливо урча. Китаец, спускается, просовывает палку другим концом в клетку и начинает молотить кошек по головам. Те еще ниже приседают на лапах, не отрываясь друг от друга. Слезы хлынули из моих глаз. Усилием воли продолжаю смотреть этот кровавый фильм. Китаец снова залазит наверх, берет вторую палку и просовывает ее между головами котов. Вторая палка с петлей наготове. Котики не ожидали такого коварства. Только объятия ослабли, как один из них, выдернутый за шею взлетел к потолку. Оставшийся кот вскочил на задние лапы, протягивая передние вслед за «товарищем» и страшно закричав по-кошачьи. Поздно… Тот уже задыхается в конвульсиях. Кот опускается, ложится на пол клетки и смотрит широко открытыми глазами в камеру, беззвучно мяукая. Кадры разделки трупа кошки. Всё! камера показывает пустой пол клетки. Китаеза моет из шланга, пол вокруг.

Германия. Зима. По улицам ходят дамы в мехах.

Презентации на мировых кинофестивалях. По лестницам в свете юпитеров, в меховых шубах, сверкая бриллиантами, поднимаются кинозвезды.

Посмотрев этот фильм, и выйдя на другой день на улицу, мне хотелось повесить каждого встречного китайца. Ничего более отвратительного, чем убийство беззащитных животных, придумать нельзя.

И сейчас, идя по улице и видя беспризорного котенка, сердце разрывается, но ничего не могу поделать — проклятая аллергия не позволяет мне общаться ни с кошками, ни с собаками, к сожалению. Именно китаёзы, устроили первую резню между собой, на улицах Дублина, впервые за все историю Ирландии. Их мафиозная разборка, где участвовало больше ста китайцев, закончилась двумя трупами и недоумением властей города. Никто из ирландцев не пострадал, и власть имущие не сделали никаких выводов, от чего наверняка и пострадают впоследствии. Но это лично мое мнение. Как сказал Жванецкий: — «Ни за што не поверю, пока самого не переедет троллейбусом». Только тогда, когда от наркоты, привезенной нигерами, и от отравлений кошачьим мясом в китайских забегаловках, начнут гибнуть ирландцы, только тогда это общество очухается, но будет поздно, т. к. все будет куплено и схвачено, как у нас и в России.

Глава 23. Снова в бой

Попробовав русского бизнеса в течении нескольких лет по прибытии из Америки, и где меня чуть не убили на Ровненской атомной станции рэкетиры, посланные чиновниками «прощупать меня», я прекратил бизнес и стал думать как существовать дальше. Жена от отсутствия денег, впала в приступы истерии и шизофрении, настраивая против меня детей, внушая им, что я неудачник, который не может содержать семью, хотя сама не работала уже 15 лет. Все мои мысли были заняты поисками выхода.

Не обращая внимания на стенания жены, я искал возможность заработать не подвергая свою жизнь опасностям, как это возможно у нас. Тут в народе стала популярна тема Ирландии, Англии. По интернету я прощупал, что такое Ирландия. Изумрудный остров показался мечтой. Смущало только то, что погода там якобы неважная. Пришлось потрудиться, пока не выудил всю недостающую информацию, как же все-таки можно получить турвизу без посредников. Оказалось проще простого — найти туристическую фирму в Ирландии, забронировать неделю в этом отеле и вот тебе все основания для получения визы. Опять свалился в интернет, но мои труды увенчались успехом, две фирмы согласились дать бронь, без предварительной оплаты. Представил в консульство Ирландии в Киеве доказательства бронирования мест, и пожалуйста — виза на три месяца в кармане. Опять две недели потерял на продажу машины и организационные вопросы. В спешке выписал жене доверенность на квартиру (совершил глупость — женщины коварны), эта фифа в мое отсутствие снюхалась с кем то, и я благополучно потерял квартиру. Узнал об этом, когда вернулся через три года, да еще заочно разведенным. Круто сыграла моя бывшая половина. Ну да хрен с ней, Бог ей судья!

Улетал уже из Киева, из родного Борисполя. Рюкзачек, весом 40 кг. Венгерская авиакомпания «Малев» пошла навстречу и в качестве исключения, меня пропустили в самолет без дополнительной оплаты груза. Я успел на своем компьютере заготовить такие небольшие резюме (какую работу я ищу), листиков эдак 100. Ниже приведу образец на русском. Именно эти записочки и выручили меня первое время.

Текст короткого резюме на русском: «Спокойный мужчина, русский, 43 года, одинокий, образование высшее, ищет работу в отеле, в качестве ночного портье, уборщика помещений или на кухне, на полную или частичную занятость. Обращаться — № моего мобильника, Имя…… Опыт мне показывал, чтобы не потерять время в пустой болтанке по Дублину, подобно той, что я делал в Нью-Йорке, лучше болтаться в поисках работы, тут же оставляя следы за собой, в виде этих записок. Авось кто клюнет.

Перелет прошел спокойно. Четыре часа и самолет пошел на посадку. Очутился в аэропорту, в 12 ночи в воскресенье. Настроение боевое. В кармане 300 долларов. В Ирландии ходили тогда паунды. Это на треть дороже доллара. Нашел свободную лавочку и прокорчился на ней до утра, пока не появились первые автобусы от аэропорта в центр Дублина.

Глава 24. Первая работа в Ирландии.

Как всегда впервые, я накололся с автобусом, сев на экспресс, когда почти с той же скоростью можно было доехать вдвое дешевле. Все познается опытом, но позже.

Первые пять баксов испарились. Прибываю. Сразу ищу хостели (студенческие общежития) для ночевки. Нахожу без проблем. Оплачиваю вперед на три дня по 13 паундов за ночь (примерно 15 долларов). Вот странность какая, в хостелсе нет камеры хранения. Ответ студентки за стойкой — храните в кладовке, мы присмотрим. Ни хера себе. У меня рюкзак неверное ценнее в три раза чем весь их склад студенческих рюкзаков вместе взятых. Нееет — уж. Иду на автовокзал, плачу за двое суток за рюкзак — еще 6 долларов. Даю студенточке за стойкой свой номер телефона и ухожу в Центр Дублина, предварительно купив карту. Кстати во всех хостелсах на администрации и в уборке работают в основном или китаезы, или русские, болгары, иногда студенты из пуэрто и бывших соцреспублик, как в моем случае. Намотавшись по центру, раскидав свои объявки в гостиницах, клубах, барах, насмотревшись на пьянь в пабах (об алкоголизме ирландцев будет отдельная тема), уже в темноте вернулся в хостелс. Присел за столиком в кухне, раскрыл сверток с цибулей, салом, и шкаликом водки и «оттянувшись. пошел спать в свою нижнюю часть, двухэтажной кровати.

Каково же было мое удивление, когда утром я обнаружил, что надо мной спала девушка. На восьми двухэтажных кроватях в комнате, спали вперемешку парни и девки. Стали просыпаться «сожители». Причем девки очень даже запросто переодевались в присутствии парней и никого это не шокировало.

Я побежал к стойке администратора и стал просить студентку из Чехии, перевести меня в чисто мужскую комнату. На меня смотрели как на идиота. Там это не принято! Хочешь отдельную комнату — пожалуйста, но за 45–50 долларов за ночь, причем с такими же удобствами «во дворе», как и в коммунальной комнате. Блин. ЭТО ХОСТЕЛ, господин хороший, а простите не «Hotel”! Не понравился мне этот первый опыт поиска жилья в Ирландии, что кстати является очень больным вопросом для всех в этой стране. На второй день, О, УДАЧА! студентка на администрации, сказала, что мне назначен “аппойтмент” (собеседование о найме на работу) в одном из отелей. Я прифраерился — пиджак, галстук, туфли — вот дурак! И пошел на встречу.

Захожу в холл, эдакой приличненькой гостиницы, на три звездочки. Меня просят обождать. Через полчаса, приходит такая себе фифа лет 25, выясняет, что именно я пришел на собеседование и приглашает меня в кабинет к ней, с подозрением осматривая мой наряд. Даже как — то настороженно. Начинает выяснять, что я, кто я и откуда. С облегчением узнает, что я из Совдепии. Сетует на мой плохой английский, и отсутствие опыта работы в баре при отеле. Но хорошо, что я сбрехал, что работал на кухне и профессионал в уборке помещений. Та минуту думает, говорит мне что она согласна меня взять на пробный период «найт-портером» (ночным портье) — две недели, с оплатой за ночную работу с 10 вечера до 8 часов утра, 4 дня в неделю за 150 паундов, т. е за 170 долларов примерно. Немедленно радостно соглашаюсь. Ха-ха, на второй день — работа в Ирландии для еще для нелегала (по туристической визе работать официально запрещено). Та снисходительно выслушав мою благодарность, говорит, что работать в баре, мне поможет итальянец, который будет работать со мной по смене, но в другой части отеля. Оказалось отель — слеплен из двух, и я первое время, терялся в коридорах и этажах. Одежда на мне должна быть попроще чем сейчас, хм-м, дураку ясно, и в мои обязанности входит: пропылесосить все коридоры на всех этажах и холлах моей части отеля, вымыть все туалеты и очистить пепельницы, протереть пыль на мебели, вымыть пол в ресторане и на кухне ресторана, накрыть столы столовыми приборами на утренний завтрак, подготовить продукты на утро, сидеть на администрации и работать с клиентами по приему в отель и выпуску из отеля всю ночь. Не хило!

Иду знакомиться с итальяшкой. Такой себе крепыш, лет 50, радостно трясет мне руку, говорит, что нет проблем, он меня проконсультирует по всем работам… Зовут на американский манер Джери (хотя сам Джованни). Он здесь подрабатывает, это его вторая работа в сутки.

Ни хрена себе, а когда же ты спишь Джери? Дома! Пару часов, и здесь иногда под утро прикорну. Как ты можешь, если на каждом углу во всех холлах видеокамеры, и как он мне сам сказал, все они выведены на прямой монитор босса, прямо к нему домой. Как работает обслуга, босс наблюдает из его дома, и дает распоряжения этой супервайзорше — т. е. той фифе, которая меня принимала. «Беру пылесос, ухожу на нижний ярус и там в кухне дремаю, включив для понта пылесос». Кошмар… Да, — еще я должен закрывать и открывать ворота, когда клиентура, паркует свои машины внутри двора отеля.

Джери, предупредил меня, что жрать продукты на кухне из холодильника не рекомендует, т. к. «чиф» (повар), может утром заметить нехватку, капнет супервайзеру и «гуляй Вася!». Первая ночь прошла спокойно, я в поте труда пылесосил и вылизывал все, не работая в баре, потому, что там была барменша до двух ночи (бар закрывается). Самое трудное оказалось принимать звонки, когда тебе скороговоркой, что-то «несут», на ужасном ирландском — английском. Но странно, никто из клиентов не возмущался, когда я переспрашивал по пять раз, какого хрена хочет тот или иной клиент?

Терпеливо, медленно, объясняли, всегда поинтересовавшись откуда я? К русским никакой неприязни я не почувствовал. Боясь камерного наблюдения босса, я даже отказывался от чаевых, когда помогал подносить чемоданы клиентуры.

Вот дурачек-то! Что делать, пока не пришел опыт.

Продолжая ночевать в этом сраном хостелсе, отсыпался днем. Бродил по Дублину вечерами, читая объявления в газетах о сдаче квартир и комнат в найм. Все супер дорого. Одна комната в общей квартире, с общим душем и кухней в среднем в районе Дублин — 100 долларов в НЕДЕЛЮ! При моей зарплате в 170! Вот тут я и понял, как меня приняв за лоха — протянули в зарплате. Так мне и надо! В ответ я стал культурно, замаскированно, продуманно, ЖРАТЬ на кухне по ночам. Там «чиф» принимал продукты по внешнему виду, но не по весу.

И то, что из кучи отбивных, сосисек, или окороков, исчезала часть, оставалось не замеченным, при моем умении «вспучивать» оставшуюся!

Действительно Джери учил меня работать в баре. Какой мукой это было для меня. Камера сзади наблюдает за тобой с расстояния один метр, распознавать названия напитков — кошмар, заводить это в кассу под ухмылками клиентуры — мука, правильно наливать «Гиннес» (знаменитое ирландское национальное пиво), не перелив, не недолив и не пролив, — лучше повеситься! Все это надо делать быстро и какими-то движениями фокусника, «травить» чаевые в собственный карман, да так, чтобы не видела камера — Ужас! Но у Джери получалось, у меня нет. Практически, никакого приварка из-за собственной неопытности и боязни камеры я не получал и стал подумывать о замене работы. У меня практически не оставалось денег, после оплаты в хостелсе. В день, когда успевал поспать, разговаривал с русскими в русских магазинах, где и как можно найти дешевое жилье и дорогую работу. Кое — кто давал советы, даже правильные. В большинстве своем, никто ни о чем не кололся. Надо надеяться только на себя. Это факт!

Глава 25. Я ирландский бомж

Поработав около месяца в этом отеле, я стал придумывать благоразумную причину, чтобы свалить. Ничего в голову не лезет. Ну как-то неудобно, объявлять, что ты уходишь ни с того ни с сего. При случае, намекнул «фифе» на повышение зарплаты. Ответ — позже, ты еще не опытен. Ах-так, сука… ладно! Дождался работы в баре. Как всегда, пьяная клиентура стала совать чаевые или не брать сдачу. Я стал нагло перед камерой засовывать чаевые в карман. Проходит неделя. Эффекта нет. Тут произошел случай, о котором стоит упомянуть. Работаем как всегда, — Джери в одной половине, я в другой.

В баре пьянка в полном разгаре. Айриши (ирландцы) колят своих ирландок. Кстати не все они рыжие, и попадаются даже очень симпатичные. Много женщин за сорок. Работает сменная приходящая барменша.

Настает время «ч», — два часа ночи, бар закрывается, всех просят удалиться по номерам. Джери вызвает меня по телефону, просит подойти. Я прихожу в его половину. Он показывает на сорокалетнюю ирландку, которая «не вяжет лыка», и просит меня дотащить ее до номера, а он пока через мониторы понаблюдает за моей «рецепшен», — место работы администратора. Тащу. Пьяная женщина это конец!

Пока нашел ключ в складках её одежды, она раз пять пыталась поставить мне засос в шею и лапала за ширинку. Из ее пьяного лепета, я понял, что ее бросил любовник, и я отличный парень, которого она уже полюбила, и что у меня большой член, с которым она хочет познакомиться. С чувством некоторой брезгливости, я бросил ее на кровать и вернулся к выполнению должностных обязанностей. Через пару часов, опять звонит Джери и орет в трубку, что у нас «ЧП» и я должен быть у него на вахте немедленно. Лечу. Тот быстро объясняет, что та пьяная дура, которую я тащил, порезала себе вены, и это есть угроза для нашей с ним работы, т. к. это случилось на нашей смене. Особенно для меня, потому как я нелегал. Он вызывает амбуланс и бежит в номер к этой сумасшедшей. Я тихо скорблю на его месте, осознавая, что это может есть шанс, уйти с достоинством с этой работы. В Ирландии — правило, новый наниматель, всегда спрашивает, где ты работал раньше и обязательно звонит туда, узнать как я там себя вел. Расставаться со скандалом опасно и не выгодно, — есть риск вообще не найти хорошую работу. Приезжает амбуланс, довольно быстро, 15–20 минут. На носилках спускают эту порезанную леди. Та еще что-то бормочет. Приходит объясняться полицай. Я благоразумно смылся в подвал.

Наконец все успокаивается. Я появляюсь снизу, настороженно смотря Джери в глаза. Тот машет рукой… Все ОК! Запираем входные двери. Четыре часа ночи. Поднимаемся в номер. Там все в кавардаке, вся кровать в крови. Джери бежит будить консьержек. Те приходят и чуть не падают в обморок.

Час уходит на замену матрацев, постелей, чистку комнаты. Приводим номер в надлежащий вид. Джери опытен, и он говорит, что сообщать боссу не будет, сообщит полиция, дня через три, а в это время, как то все уляжется, забудется. Так и поступили. Все прошло тихо. Через неделю «фифа», объявляет, что я должен искать другую работу, т. к. не выдержал испытательного срока. Я же в ответ ей ляпнул, что она обещала мне повысить зарплату через две недели и не сделала этого. Фыркнув, эта сука, тявкнула мне, что бы я не выходил на работу в следующую неделю, а в пятницу последний расчет наличкой. Я не возражал. На горизонте замаячило бомжирование по американскому варианту. В тот момент, мой рюкзак и вещи находились у одной знакомой Черкащанки, которая сумела остаться «по политике» в Дублине, получив право на проживание и работу. Я ее вычислил через третьих знакомых. Встретившись с ней, слезно попросил сохранить временно мой багаж. Та нехотя согласилась. В разговорах с ней, а ей под пятьдесят, я понял что жизнь у нее не сладка. Пособие на нее и сына в сумме около 250 паундов (около 280 долларов) в неделю, а платит она за трехкомнатную маленькую квартирку в Центре Дублина — 650 в месяц, плюс платежи за электричество, воду и пр. Подрабатывает нелегально по уходу за детьми, содержит крысу вместо кошки и постепенно едет разумом. Это правда, нигде в Европе я не видел так много сумасшедших, как здесь.

Итак я очутился на улице с легким рюкзачком за спиной, в котором собралось все необходимое для начала бомжевания и набор одежды для походов в город. Ощущение легкой пустоты в желудке, в глазах лихорадочный блеск и надежда, полный оптимизма.

В легких попойках со случайными русскими на лавочках, где обычно собираются бомжи, я стал более опытен, перенимая чужой опыт. Полиция как правило бомжей не трогает, особенно ирландских, т. к. те с удовольствием устраивают им скандалы прямо на улицах, и выходят из полицейских участков через пару часов «объяснений». Это, для полицаев просто головная боль. Они вынуждены убирать бомжей с центральных улиц Дублина, если те валяются прямо на тротуаре под ногами у туристов, мешая пройти. И то не всегда успевают, потому как на освободившееся место, тут же падает следующий бомж. Русские выглядят более прилично, но отличить можно по щетине и бутылке пива в руке. Полиция старается не «светиться».

В поисках места для ночлега я исследовал некоторые городские парки. Но собутыльники мне отсоветовали там располагаться, т. к. рабочие парка обязательно увидят и вызовут полицаев. По слухам в Англии начались облавы на улицах, а Ирландия отстает года на три, но движется по стопам «Туманного Альбиона», и нарываться лишний раз на копа не следует. Туристическая виза в паспорте давно просрочена. Есть риск влипнуть в депортацию. Лучше найти заброшенный склад или сгоревший дом. Посмотрел и то и то. Везде все засрано, крысы, негде даже палатку поставить. Нет уж. я еще уважающий себя бомж. Мать природа мне даст укрытие. Пришел на полуостров «Ховс», это район Дублина, место отдыха, выступающее в океан огромной дулей. Все вокруг частное, заборы, проволока, телекамеры на деревьях.

Нашел подпольную тропинку спуска на побережье с огромного обрыва. В моем распоряжении оказался галечный небольшой пляжик, с нагромождениями камней и огромными кучами мусора, отторгнутыми океаном. Этот пляжик в последствии стал моим любимым местом отдыха и первой съемочной площадкой для моих фильмов. Редкий айриш, разглядывая меня с высоты обрыва в 30 метров, в бинокль, понимал, как я туда мог спуститься. Именно там я закалял тело и душу, в плавании при 12 градусной океанской воде. Именно там, я делал шашлыки из кальмаров, сала, помидоров и редко из мяса. Именно там я напивался в усмерть, не боясь, что меня кто-то обнаружит в таком состоянии. Именно туда я приводил в последствии приятелей, на коллективные попойки и «отрыв» от действительности. Найти более спокойное место в черте города, было не возможно.

Первые пару дней не расчитал и прилив будил меня ночью, захлестывая палатку. Потом переставлял её дальше от воды, среди валунов, там же и жег костры, чтобы согреться. Опасаться надо было всех — вертолетов «секьюрити», полицейских катеров с моря, просто любопытных с обрыва. Наготове была версия о моём вывихе ноги и невозможности подняться на обрыв. Я уже знал по рассказам старых русских аборигенов, чем больше ты вешаешь «лапши на уши» всяким полицейским, хлопая своими наивными зенками, если попался, или «вливаешь» злобствующим и любознательным айришам, тем больше тебе верят и проявляют жалость. Именно оголтелой брехней я не раз спасал свою шкуру, попадая в переплеты в дальнейшем. Трудность была в одном — далеко добираться на ночевку. Билет на автобус стоил 1 паунд. Я переведу дальнейшее описание цен на евро, потому как их ввели с 2001 года, быстро и безболезненно. Итак билет в евро стоил 1.30. Начал думать где взять велосипед. По субботам в центре есть несколько мелких барахолок. Там и купил за 20 евро. Ворованный конечно.

Теперь я был мобилен — на колесах и с мобилкой. Кстати в Ирландии 120 человек из ста возможных имеют мобилы. Без них жизнь не представляется возможной. Стал объезжать отдаленные районы, где размещены основные промышленные фирмы, склады, оптовые компании, автомобильные дилеры и тд. и тп. Как таковой промышленности в Ирландии нет. Всё — переработка, сборка, сельское хозяйство, пищевая отрасль, рыбодобыча. Все основано на вливании денег в экономику Ирландии со стороны Евросоюза. Офшорная зона, где отмываются грязные деньги США, Германии, Англии.

Всяческих банков различной масти и калибра — как собак нерезаных. По этой причине, огромное количество злобствующих бомжей, неработающих матерей, просто паталогических лентяев, китаёз и нигеров на каждом углу. Там платят социальное пособие по безработице 220 евро в неделю, которые бомжи благополучно пропивают и прокалывают, потом мозоля своими грязными пятками глаза окружающим на центральных улицах Дублина. В социальных районах, т. е. там где государство представляет квартиры безработным и оплачивает их, процветает наркомания, воровство, алкоголизм. В этих районах, 12 летнее дитё может запустить тебе в голову бутылкой, и если ты войдешь в скандал, тебя тут же свора гнилых социальщиков, сделает виноватым во всех смертных грехах. Детей там не принято наказывать, поэтому они растут наглыми нахалами, привыкшими к безнаказанности. Их просто боятся трогать, даже полицаи. Только русские по своему незнанию, дают иногда этим засранцам поджопник или подзатыльник за жжение кнопок в телефоне автомате. Интересно смотреть как эти малые ублюдки непонимающе на тебя пялятся за это!

Бродя по городу в поисках работы и жилья, делал выводы о характере жизни Ирландского общества. На 1 кв. километр 3–4 футбольных поля. Нация футболистов и алкоголиков. К алкашам отношение трепетное и участливое. Если вы нажрались как свинья и отключились на центральной улице Дублина, к вам подойдет пара полицаев. Растормошат, участливо поинтересуются как тебя зовут и где ты живешь. Если не помнишь, узнают как зовут твоего друга, попытаются тут же его по телефону разыскать и попросят его забрать тебя. Сами касаться тебя не будут, если ты не буйный.

А будешь буянить — наденут наручники и снимут только тогда, когда придет твой друг, у которого все выяснят про тебя, чтобы потом впендюрить штраф.

Человек алкоголик — это просто больной человек, которому надо помочь, и на которого отпускается х… ва туча денег через разные лечебницы, кабинеты, адвокатов и прочие воровские инстанции. На этих деньгах жирует огромная толпа разного рода чинуш.

Эти выродки в коротких штанишках, до такой степени извращены и продуманы, что порой удивляешься их находчивости. Едешь на велосипеде вдоль канальчика шириной три метра. Вдруг в тебя начинают лететь огромные камни, рискуя попасть в голову. Это детки из-за канала швыряют в тебя «камешки» и им наплевать, что ты можешь упасть с разбитой головой. Они тут же смоются. И не достать этих маленьких гнид, которые в восторге смеются, когда ты мечешься под градом их камней, чтобы не быть убиенным в голову. В этом случае (испытал сам) необходимо тут же отвечать тем же, причем стараться именно попасть такой маленькой сволочи прямо в его вшивое тельце. В ответ дикий рев и полная растерянность, которая позволяет взрослому дяде спокойно удалиться в полном здравии.

Ни разу не контактировал с истинными ирландскими бомжами на природе — бог миловал. В помещении — да. Это отбросы общества, с собственной примитивной философией, на которых не стоит останавливать внимание. Бухло — основа основ их существования, потом подраться, потом обрыгаться и дрыхать там где ел и срал. Фу!!!

Глава 26. Президентская ночлежка

Однажды один знакомый бедолага русский, тщетно пытавшийся устроится матросом на рыболовный траулер, посоветовал мне идти с ним в ночлежку в центре Дублина. Действительно, эта ночлежка очень отличается от всех, которые я видел далее в Дублине и ранее в США. Выстроена она на якобы пожертвования президента Ирландии госпожи Мак Ализе. И вот я с моим новым приятелем у двери этой ночлежки. О ней стоит рассказать по-подробнее.

Прием: по домофону вы должны днем связаться с администрацией и вам назначат время прибытия к дверям. Далее выходит клерк и начинает сверяться по списку, кто записан на ночь. Как правило есть несколько новеньких, но большинство — аборигены. Обычно эта процедура начинается в шесть вечера.

Впуск в небольшое предварительное «заключение». Везде видеокамеры. По одному через автоматически закрывающиеся двери заводят в комнату регистрации.

Регистрируют, иностранцев заставляют предъявлять паспорт. Как правило наши предъявляют свои внутренние российские которые никому на хрен там не нужны.

«Иных» якобы нет. Обыск. Причем как в гестапо. Обыскивают девки (может кайф получают). Вещи отбирают и складывают в маленький ящик на ключ. При тебе не должно быть ничего металлического. Допускаются только деньги. Стоимость одной ночи ночевки — 3 евро. НЕ БЕСПЛАТНО! Приют разделен на две автономные части, где в одной неблагонадежные, которые спят на кроватях по 30 кроватей в комнате. В другой части лояльные, спокойные, которые живут каждый в своей отдельной комнатенке 3х3 метра. В комнате кровать, стол, стул, шкаф. Это всё.

В благонадежном блоке в столовой стоит бильярд, есть шахматы, газеты. Телевизор находится в отдельной просмотровой комнате. В неблагонадежном блоке, телевизор в столовой и нет бильярда. Не дай бог ухитриться пронести спиртное — это влечет немедленное «увольнение» из приюта. После шести вечера, ты не можешь выйти на улицу, если будешь настаивать, тебя выпустят но уже не впустят назад. В некотором смысле это ночная тюрьма. Ухоженная, чистенькая. Утром всех поднимают надзиратели и выкидывают на улицу. В восемь утра, «бомжатник» должен быть свободен до вечера. Там проводятся чистки и дезинфекции.

Есть внутри и компьютерный зал, зал для рисования и рукоделия, где по расписанию проводятся занятия, якобы дипломированными специалистами. Как мне объяснили сами бомжи — это те кто попал на работу туда, дав на лапу чиновникам из «Сильвейшен Арми» (армия спасения) — благотворительная организация для отмывки черных денег.

Зарплаты там высокие и места доходные, почему? Объясню позже. Постели на кроватях меняются каждый день. Есть душевые и бесплатно выдают безопасную бритву. Жратва хорошая в нашем понимании — тарелка супа, на второе кусок мяса с гарниром из картошки, с морковью или зеленым горошком. Чай или кофе. Хлеба ешь сколько хочешь. Это ужин. Утром легкий завтрак из каких либо каш, кофе, йогурт и пшёл вон! Через две недели меня перевели в блатной блок и я получил свой склепик. Купив или стырив книгу в русской лавке пристрастился к чтению от не хрен делать, по вечерам. В бильярд меня обыгрывали, но в шахматы я стал бомжатским чемпионом.

Через некоторое время я почувствовал к своей персоне повышенное внимание от администрации, которое выражалось в более длительных допросах при обысках. Некоторые бомжи забывали платить неделями. Мне же не позволяли просрочить и дня. Понял, что меня хотят выкинуть. Сжавшись в комок и поставив пасть на замок, я решил не давать малейшего повода, благодаря чему продержался там более четырех месяцев, даже тогда, когда нашел работу. Найти дешевое приличное жилье очень трудно. Дублин перенасыщен. Нигерийская мафия организовала поток беременных нигерш в Дублин. Ирландские чиновники небескорыстно этому потакали, наплевав на здоровье нации и будущее своей страны. Развелось это черное племя как плесень. Очень свободно и нагло ведут себя там.

В Ирландии запрещены аборты, и ребенок там родившийся становится автоматически членом Евросоюза, очерняя всю Европу своим семенем в дальнейшем. Для родителей, родивших там полный кайф — все виды пособий. Зачем работать? Классно! Путешествуя по задворкам Дублина, я использовал старый свой прием для поиска работы — оставлял «флаерсы», короткие записки о том, что я ищу работу и в качестве кого. Однажды на мою мобилу поступило сообщение, что меня приглашают в фирму, автомобильного дилера на собеседование.

Пришел, увидел, остался, т. е. победил — получил работу «кар- валетера» — чистильщик автомобилей. В мои новые обязанности входило: мойка авто, чистка внутри пылесосом, протирка всех панелей спецсоставами и их мойка, полировка снаружи, мелкая покрасочная косметика, парковки, уборка внутри «вошинг рум» — салона демонстрации авто и наружное подметание территории. За это, при условии, что я имел отдельный бокс для переодевания с туалетом и душем, плюс бесплатный ланч, мне платили 250 евро в неделю, за шесть рабочих дней. Маловато по Ирландским ценам, но зато наличкой, как нелегалу. Босс пошел на это, т. к. считал, что сэкономить на моей зарплате 200 евро в неделю, выгодно и риск того стоит. За прием на работу нелегала, грозил штраф в размере от 7 до 13 тысяч евро. Но в том то и кайф Ирландии, что семейственность и круговая порука там так сильно развиты, что все дела о коррупции гасятся на корню, и мало кто из работодателей, кто использует нелегалов, попадался на этом. Подучил меня работать бывший кар-валетер, парень по имени Джон, которого повысили и он перешел в механики с окладом в 650 евро в неделю. Хотя мало, что в этом смыслил, он всегда гонял непонятные для него машины в главный сервисный центр фирмы в другую часть Дублина. Но я ему благодарен, потому, что научил меня профессионально обслуживать машины.

Так бомж превратился в работягу.

Глава 27. Как из говна можно сделать конфетку

Итак проживая в бомжатнике я стал зарабатывать. Мое финансовое положение поправилось. Угнетало только то, что был один выходной день, и приходилось его тратить в поход на побережье и там просто спать на берегу, приняв на грудь приличную дозу. Водка кстати, очень дорогая. 700 граммовая бутылка Смирнова — 24 евро. Работа в новой фирме мне нравилась. Там не гнали в жопу, спокойно босс выяснял, сколько времени надо на обработку кара и договаривался с клиентом. Клиент пригонял свое старое авто, босс его оценивал и продавал клиенту со скидкой на цену старого — новое авто. Выгодно обеим сторонам. Старую развалюху загоняли к механику в бокс. Тот менял, то что быстро меняется, и развалюшка поступала ко мне. Я на нее нападал, и моими усилиями, после некоторых специфических операций и особенно тщательной полировки, из бокса появлялась конфетка, на которую босс сразу накидывал пару тысяч сверху от покупной цены. Авто долго не застаивалось. Как ни странно, тачки уходили. Но это связано с приличными гарантиями со стороны фирмы и кредитной системой покупки.

Всегда удивлялся-придет какой-нибудь замухрышка во вшивенькой одежонке и покупает самый навороченный «Мерседес-микробус», полностью управляемый с дистанции пультом, за 85 тысяч. Откуда у этого недоделка такие деньги?

Спрашиваю Джона, — тот думает, что это чиновник и он наверняка берет в кредит… Пара веселых клерков по продаже всегда приходили ко мне в бокс, покурить и перекинуться парой анекдотов. Такие себе задроченные семьями выпивохи. Как у нас.

В моменты сорокаминутных ланчей, я нашел по соседству фирму, которая продавала бытовую технику. В их помойке, всегда была масса выброшенного оборудования, причем эти идиоты мне кажется даже не проверяли ее, когда клиент приносил обратно, с жалобой на то или иное. Проще сразу выбросить и дать клиенту новое. Все равно за все платит фирма. Там я себе наковырял запасных частей для будущего «Профессионального оборудования Ц2АШ5ОАШ» (потом объясню). Оттуда впоследствии и появился профессиональный компьютерный стул, пара микроволновок и много иной техники полезной в хозяйстве для благоразумного человека. Складировал втихоря от босса в своем шкафчике в рембоксе. Эта моя дурная привычка стала известна руководству, но на это глядели сквозь пальцы. У каждого свои причуды.

Глава 28. Как наваривают на бомжах

С работой более-менее утряслось. Потянулись рутинные рабочие будни, которые давили на мозги, своей обыденностью и серостью. В бомжатнике меня стали почему то спрашивать — работаю ли я? Видимо кто то из бомжей настукал администрации. Брехал, сколько мог, но потом, когда мне указали на того, кто рассказал о моей работе (оказался русский), отпираться уже не было смысла. Да работаю, но жить негде. Повода для моего отчисление из президентского бомжатника не даю. Администрация начала лихорадочно искать любой повод. Тем более, что спустившись однажды поздно вечером в караулку, чтобы попросить бумаги для письма, я из-за угла увидел, как менеджерша, раскладывает деньги по кучкам, по числу охранников и себя (кто может контролировать число ночующих бомжей ежедневно, если их поутру выгоняют — и «мани» можно спокойно опустить в собственный карман).

Как она смутилась и покраснела, дрожащей рукой смахивая кучки денег в ящик стола! Через неделю при обыске на впуске, меня чуть-ли не раздели до гола, пытаясь найти что-либо металлическое. Нашли мать иху. Забыл выложить из кармана щипчики для стрижки ногтей. Эта сука менеджерша устроила мне скандал и на следующий день меня выкинули из бомжатника. Опять я отнес вещи к черкащанке и принялся активно искать жилье. Ночевал, то в хостеле, то в других бомжатниках, которые были намного хуже чем президентский. Экономил на всем. Особенно на жратве и одежде. Добывал это разным способом, не стесняясь в методах достижения целей. Каково общество — таковы обитатели!

Глава 29. Воровство как метод выживания

Покупая иногда пищу в супермаркетах, слюни текли от тех продуктов, на которые нет денег. Всё — дорого. Колбасы 14–40 Евро\400 гр (паунд), сыры 17–25, мясо 6-15, рыба 410, хлеб прилипающий к небу как тесто от 0.50 до 1.50. Если тверже, т. е. с отрубями цена прыгает до 2.5 евро. Консервы рыбные от 0.9 до 3.5 евро. Креветки, кальмары и прочие морепродукты — очень дорого. Ну как выживать? Озлобился я. Вижу, что везде установлены камеры наблюдения. Как человек, некогда бывший в связи с электроникой, вспомнил, что развертка видимости камер такого типа около 120 градусов. Настроив себя психологически на тихое ограбление супермаркета, где было поболее всего народа, я дня три ходил и составлял карту теленаблюдения за покупателями, вычисляя «мертвые» для наблюдения зоны. Как ни странно вычислил. В некоторых местах супермаркета, покупатели должны были исчезать из зоны видимости на 1–2 секунды. Лежа на двухэтажной кровати в очередном хостеле, я составил план действий. Основывался он на том, что, покупателей с их пакетами, находящимися в их руках, на кассе не досматривают, вынимая только то, что находится в корзинке. То что несет покупатель в сумке сбоку, считается его собственностью, и осматривать сумки опасно, т. к. покупатель может засудить насмерть, менеджера, который осмелится это сделать. Если наблюдатель-секьюрити не подходит, значит все ОК. А те находятся только в отдельной комнате с мониторами и на выходе в дверях супермаркета.

Как я трясся впервые идя на дело! Рассказывали мне опытные люди, побывавшие в Швейцаариях и Франциях, что можно сконструировать специальные пакеты с прокладками в несколько слоев фольгой, которая экранирует, все сигналы, и с такими сумками якобы спокойно проходишь через электронные ворота. Но я не особенно доверяю этим россказням. Для меня было вернее самому разработать тактику и стратегию похищения продуктов, одежды, чтобы выжить хотя бы первое время — время накопления первичного капитала. Прямо таки Россия времен Горбачева — в миниатюре. Итак в дело. Захожу в маркет, беру корзину и на дно по ходу кладу целлофановый пакет с ручками. Все это делается на очень быстром ходу, чтобы наблюдатель не мог разглядеть мои манипуляции рукой на дне корзинки, когда я расправлял пакет (очень ответственная операция). Далее набор продуктов, причем, дорогие деликатесы складываются в пакет, а дешевка и дешевый крупняк, складывается вокруг пакета. При вложении продуктов в корзину, естественно моя рука поправляет пакет, выравнивая его с краями наваленных дешевых продуктов. Наступает ответственный момент… Приближается мертвая зона. Момент выбирается, когда около нее нет покупателей. ВХОД В ЗОНУ — 1 СЕКУНДА!

Резким но осторожным рывком пакет с деликатесами вырываю из корзины и несу его в руке, как будто он у меня был до входа в супермаркет.

Не останавливая движения. Удалось! Выложенные вокруг продукты не выпали из корзины и осыпались во внутрь её. Поставив себя на место наблюдателя, у которого перед мордой 20–30 экранов наблюдения, я сделал вывод, что он может и не обратить на меня особого внимания, а если и обратил при входе, то не должен был помнить, был у меня пакет в руке или нет. Перед его глазами мелькают сотни покупателей в минуту. Мой расчет прекрасно оправдался. Платил я только за то, что в корзине. На выходе секьюрити даже бровью не повел. Впервые в жизни, я стал вором, в прекрасном, демократическом, любящем людей обществе, но которое обдирает своих членов, так как оно этого желает. Ну вот и получили в отместку! В столовой хостеля, я устроил обжираловку и обпиваловку — вынес продуктов на 75 евро! Потом такие походы повторялись один раз в неделю. Я дошел до такой степени отточенности движений, что однажды вынес жратвы на 150 евро за один заход. С одеждой проще. Берешь три-четыре комплекта понравившихся штанов, складываешь их на руку, при входе в примерочную объявляешь, что у тебя на руке всего пара. Тебе дают брелок с цифрой два. Ну естественно напяливаешь на себя всё, что есть лишнее и спокойно удаляешься. Неудобство только до хаты, а там все рассортируется.

Не могу не сказать, что в Дублине есть специальные кормежки для бомжей. Или мало платные или одна бесплатная. Это при католической церкви. В определенное время с 2-х до 3-х дня, там скапливается толпа бомжей, тебе дают талон и на этот талон выдают блюдо: мяса курицы с картошкой и морковью, стакан какого то пюре и стакан кофе или воды из под крана. Естественно под наблюдением телекамер. Но бомжи ухитряются распивать и в этой столовой. Причем, если по ТВ идет футбольный международный матч, на стене распускают большой экран, и бомжи превращаются в массу ирландских болельщиков, забывая в этот момент о своих болячках. Стоимость платных для них обедов-3 евро.

Глава 30. Не бойтесь попасть в тюрьму

Как туда попал? Все просто, как в сказке. Прошло два месяца, как я тратил деньги только на пиво, поиски жилья, ночевки в хостеле, и выезды на природу по воскресеньям. Жратву давал мой метод «наезда» на супермаркет. Но однажды я прокололся по собственной глупости. Безнаказанность расслабила. Набрав в очередной раз кучу продуктов, я полез за двух литровыми банками с мороженым и при вложении в корзину, ручка корзины вылетела из гнезда и все мои продукты вместе с пакетом оказались на полу. Мне бы плюнуть на все это как делают ирландцы и гордо удалиться бросив к ногам менеджера поломанную корзину, а я как зомби, бросился лихорадочно все собирать, запихивая ветчину и колбасы обратно в пакет. Как всегда и не собирался платить за то, что было в пакете.

При подъеме на эскалаторе, ко мне сзади подошел амбал, представился, что он секьюрити и взяв за локоть повел в «закрытое помещение». Но он не знал, что нарвался уже на опытного нелегала, который уже полгода как обжился на «Изумрудном острове». Пока он вел меня, я повис у него на руке, превратившись в соплю пьяного иностранца. На входе в допросную комнату, мои глаза уже пьяно блуждали, рот исказила алкогольная усмешка и я радостно плюхнулся в предложенное кресло, не забыв через несколько секунд захрапеть. Руки были в наручниках. Ноги вытянул как мне было удобно.

Растолкав меня, секьюрити вызвал по рации машину полиции. Начался мой допрос. Этих олухов, я заставлял один вопрос повторять по 25 раз.

Заплетающимся языком представился, что я есть Владимир Владов из Болгарии, турист, и живу по адресу…(назвал адрес сгоревшего дома, который заранее мной был присмотрен). Приехали полицаи и стали с интересом наблюдать картину допроса. В протокол они записали, что продуктов мной украдено на 55 евро. Эта процедура продолжалась добрых 40 минут. Я жалел только об одном, что все случилось по утру в субботу, и естественно опоздал на работу.

А может и потеряю её. Жаль! Я продолжал играть как заправский актер, все более и более входя в образ. Наконец, задав в очередной раз один и тот же вопрос, где я живу и получив исчерпывающий тот же, что и раньше ответ, они видимо поверили на слово и бережно, поддерживая меня за ручки, повели в полицейскую машину. Привезли в центральную тюрьму Дублина. Дежурный офицер перед дверями камеры, раздел меня до гола, исследовал мои лохмотья, приказал одеться и втолкнул в камеру, в углу которой, опять же торчала телекамера. Тут был бетонный топчан, параша и ничего больше. Усевшись в углу на цементный пол, натянув на голову куртку, я сделал вид, что уснул. Сам стал соображать как действовать дальше. Но здесь была полная неизвестность и просчитать свои действия наперед, не представлялось возможным. Успокоившись — отдался Господнему провидению.

Прошло три часа. Загремел засов двери. «Владимир Владов» — на выход! Я поплелся шатаясь за охранником. Вошли в административную комнату. Дежурный офицер, убедившись, что понимаю по-английски, зачитал мне постановление — штраф 180 евро, и я должен немедленно покинуть тюрьму.

Штраф должен уплатить по почте в понедельник.

Да… Как же! Пусть Владимир Владов им и платит! Мне так хорошо и тепло в тюрьме, что я стал упрашивать их оставить меня здесь на ночёвку.

Чем настойчивее были мои просьбы оставить меня в тюрьме, тем нетерпеливее стали полицаи, пытаясь выставить меня из нее. Наконец меня насильно потащили к выходу, волоча за мной мой пакет с продуктами. Вытолкнули за дверь и захлопнули перед моим носом, когда я попытался обратно войти.

«Поактерствовав» немного перед дверьми тюрьмы, подобрав свой злополучный пакет, я поплелся к своему велосипеду, который зацепил на замок в центре города, возле супермаркета. Как заправский шпион, поколесил по переулкам, наблюдая, нет ли за мной слежки и только потом приехал в хостел. В горячке сожрал все, что таким образом купил в этот день и помчался на автобусе на работу. Босс был удивлен, что я опоздал почти на 5 часов, но я, зная психологию ирландцев, сказал боссу, что «перебрал» вчера и проспал, на что, тот понимающе ухмыльнулся и простил мне это опоздание.

От сумы и от тюрьмы никто не застрахован. Я приобрел этот опыт, и не скажу, что это сильно на меня подействовало. Как было сказано ранее, чем больше ты брешешь в Ирландии, тем больше к тебе доверия от окружающих. Чудеса!

Глава 31. Я нашел хату!

Как надоели мне эти хостели, передать не возможно. Да и платить по 13–15 евро за ночевку — накладно. Прочитал в русской лавке объяву, что сдается комната в общежитии за 65 евро в неделю. Договорился смотреть. Прихожу. Там сидит три жлоба, русские. Комната действительно отдельная. В ней раковина для мытья рук, кровать, стол, стул и холодильник. В общаге, в социальном районе. Жлобы просят 300 евро за услугу. Что делать? Соглашаюсь!

Идем вниз к супервайзеру, фиксируем соглашение.

Этот хмырь выписывает какую-то квитанцию. Ни договора, ни хрена. При найме жилья, владелец квартиры должен подписать с тобой соглашение, и там должно быть расписано, кто за что отвечает и платит и в какие сроки. Отступать от договора никто не имеет права, до окончания срока действия. И выгнать тебя не могут, пока ты не дожил всего срока. В моем случае, ничего на руки я не получил и сразу понял, что придется помучиться впоследствии. Так оно и вышло. Но в этот момент, намотавшись по природе и по бомжатским притонам, я решил плюнуть на все и забрать под себя эту комнату. Она раза в три была больше по размеру, чем я имел в Штатах. С каким наслаждением, перетащив все барахло, растянулся на собственной кровати.

Я имел: работу, крышу над головой, отбился от тюрьмы, кое какие сбережения и уйму времени, для начала серьёзной атаки на Ирландию. Постепенно притащил с работы весь деловой хлам из помоек. На толкучке накупил необходимый инструмент. Я готов!

Глава 32. Пара способов для выживания

В каждом городе есть продуктовые рынки. Ирландия и Дублин не исключение. Характеры продавцов скверные и одинаковы во всем мире, пока даешь деньги — лижут жопу, как только что вам не понравилось — тебя обольют словесными помоями и хамством. Это интернационально. Торгаши народ нервный и редко встретишь уравновешенное лицо, которое невозмутимо тебе сможет объяснить, почему так, а не эдак. Дублинский центральный рынок небольшой — один уличный квартал. Но вся эмигрантская рать, отоваривается именно там да еще в паре немецких дискаунтных магазинов (оптовые цены, при розничной продаже). Если подойти на рынок в 5-30 вечера, перед помойной машиной, которая убирает попорченную сельхозпродукцию, и пробежать впереди нее, можно затовариться овощами и фруктами на 15–20 кг. Все в упаковках. Если где-то появилась малейшая плесень, упаковки выбрасываются. Так можно обожраться зимой и виноградом и клубникой, принеся это домой и отсортировав продукт.

Вот и бегал я иногда со своим велосипедиком, перед помойной машиной. Неудобно было только в первое время, все время оглядывался, не смотрит ли кто-либо из знакомых. А потом, привык — на всех извините насрать, что и кто обо мне как думает. Главное мне удобно и бесплатно. Если кто имеет лишние деньги и может платить за те же 200 гр. винограда 2 евро, ну и пусть платит. Я же кушать буду то же качество, но бесплатно, выбросив негодные виноградины. Трудно стало после лета, с приходом зимы, когда быстро темнеет, и, выбирать продукт из картонных ящиков становится нелегко.

Кстати зима в Ирландии очень мягкая, похожа на нашу осень — температуры редко опускается ниже 4–5 градусов по Цельсию. Другое дело — постоянные ветры. Это достает! Куда не едешь, везде тебе в морду этот морской бриз. Иногда, проснувшись утром и видя безоблачное небо и сверкающее солнце, обрадуешься, но не надолго. Погода изменяется каждые два часа. Только было солнце, только разложил шашлык, тут же заволокло и пошел дождь. Матюкаешься про себя, клянешь эти Ирландские неудобства, вспоминаешь с вожделением прекрасную летнюю Украинскую погоду и отдых на Днепре, — такая ностальгия накатывает, повеситься хочется. Только усилием воли и самовнушением, а также каким либо полезным занятием после работы, можно спастись от напряга и сумасшествия.

Так вот. Стал я подумывать как купить компьютер, без которого моя жизнь была мне в тягость. Но где взять деньги? Более менее приличный компьютер — 1500–2000 евро. Даже учитывая, воровские набеги на супермаркет, не удавалось много откладывать, т. к. приходилось посылать деньги в семью.

Что делать? Контрабандная русская водка из под прилавка в русских магазинах, стоит практически так же как и в магазине. Чуть дешевле. Иной раз после трудовой недели до ужаса хочется дернуть гамм 150. Но дорого! А от разной срани типа водка «Маёрская», водка польская и прочих подделок, также башка трескается, как трескалась в Украине от водки из ларьков. Пить Виски, — все равно что пить одеколон. Еще дороже выходит, и сами ирландцы рассказывали, что полно фальшивки. Стал напрягать извилины, но не особо. В Штатах пробовал делать самогонный аппарат — получалось. Только здесь нужна конструкция не водяного охлаждения и не вонючая. Гнать из сахара. Дрожжи в магазине или от русских, работающих в пекарнях.

Принцип действия впрочем один — охлаждение и конденсация паров. Осенило!!! Вытащил из хлама, радиаторы от конденционеров. Вентилятор от микроволновки. Несколько мелких шлангов и электропроводов от стиральных машин. Через неделю поспела брага, выстоянная на порошковых ирландских дрожжах. По моему заказу, мамуля прислала из Украины СПИРТОМЕТР-ВИНОМЕТР. Такой аппарат в Дублине НЕ ПРОДАЕТСЯ! Не смог найти. По закону, ирландец может гнать для себя, но не на продажу — посадят. Поэтому, все виды и конструкции ими практически забыты, вместе с рецептами. Да и основные самогонщики, во времена великой депрессии, слиняли в Штаты. Залив первую порцию в скороварку, переделанную под шланг, поставил ее на самодельную плитку и ПРОЦЕСС ПОШЕЛ!!!

Ах какой вышел первачек! 72 градуса! С каким наслаждением я опрокинул в себя сей продукт. В последствии мама присылала мне в почтовых конвертах порошочек марганцовки для очистки. Я дал в русскую газету объявление о продаже мини-спирт установок по дешевке. Повалили заказы. Беру 50 % аванс и по вечерам после работы, притащив из соседской помойки очередную порцию радиаторов и вентиляторов, занимался конструированием, совершенствованием и сборкой мини-спиртзаводов (супер малогабаритных, не вонючих, полностью электрических самогонных аппаратов). В короткое время моя продажная цена на эти изделия выросла от 90 евро до 180 за штуку. Я повеселел. На горизонте замаячила покупка «навороченного компьютера». Но неожиданно повалили заказы на сам спирт и водку моего производства. К тому времени, для друзей я стал делать отменного качества коньяк, разливая его по стерилизованным бутылкам с самолично разработанной этикеткой на компьютерах в интернет кафе. Компьютер стал моей необходимостью. Кто-то из приятелей собутыльников как водится стал трясти языком со всякими встречными и поперечными. Однажды постучал в дверь ирландец- сосед и выпросил у меня бутылку «русской водки» 54 градусной. Ему понравилось. Это была моя ошибка. Меня стали по ночам поднимать с постели жаждущие ирландские социальщики. Это продолжалось более двух недель, пока я не пригрозил полицией и только тогда эта толпа отвалила.

Еще бы — пить почти вдвое дешевле, крепкую, отличную лечебную водку или коньяк «Папа Сэм» — это вам не разбавленный поддельный Виски хлебать.

Еле отбился. Продажная конструкция усложнилась, производительность поднялась до двух литров в час. Теперь это было немного габаритнее, но быстродейственнее, т. к. в конструкции уже присутствовали два радиатора и два вентилятора.

Моя комната стала приобретать жилой вид. Наконец я пошел в магазин за компьютером. Долго выбирал в разных шопах, но принес домой приличную машину вместе с принтером и сканером. Навешал множество полок по стенам, используя полки из холодильников. Очень удобно и красиво. Да сами полки в современных холодильниках очень красиво сделаны. Побродил вечерами по переулкам, и принес пару телевизоров, видиков, разборный диван, и множество удобных вещей. Никогда не пойму менталитета этих западных обывателей, которые из за того, что перегнулся сетевой шнур у телевизора — выбрасывают сам телевизор. ИДИОТЫ! Живут в кредит и стонут при зарплатах по 5–8 тысяч в месяц, что им катастрофически не хватает денег!

Конечно, как сказал мне менеджер по запчастям в моей фирме, он пропивает в пятницу за один заход в паб 350–400 евро. Каких денег на это хватит?

Не мудрено, что босс множество раз прощал мои опоздания на работу, — это по ИХ ПРАВИЛАМ…

В понедельник мало кто работает. Все ходят на работу, но занимаются отходняком — пустой болтовней, питьем кофе, чтением газет и журналов. Сами боссы появляются в фирмах под вечер. Раскрутка по работе происходит от вторника по первую половину пятницы. После обеда в пятницу, все мысленно в пабах, подпольных борделях, дискотеках, ночных клубах и т. д. Обсуждаются темы, кто, где, как, и с кем. Отдельная тема футбол. Это национальная шизофрения. Все улицы вокруг стадиона запружены народом с утра. Все заранее накачивают себя пивом. Флаги, раскрашеные рогатые хари, рев клаксонов и барабанный бой — в общем полное умопомешательство. В такие дни я смывался из Дублина на природу. Там было посвободнее.

Глава 33. Способы отдыха. Рыбалка. Природа.

Давайте вспомним про отдых на эту тему в США и сравним. Суббота. Нью-Йорк. Я лечу на велосипеде рано по утру в порт. На пирсе стоит штук тридцать огромных катеров. Зазывалы (матросы) приглашают потенциальных рыбаков. Каждый выбирает понравившийся ему катер. Я выбрал «Пилот» с капитаном итальянцем. Матрос закинул мой велик на верхнюю палубу. Вдоль бортов катера расположены откидные стульчики и держаки для спинингов. Внутри огромная каюта. Работает телевизор и маленький бар. Висит телефон-автомат! Это все для тех, кому надоело держать спининг в руках. Входная плата 30 долларов. За эти деньги ты получаешь спининг, ведро с насадкой, ведро для рыбы и вся рыбалка длится до трех часов дня. Покупаешь уже за свои деньги понравившиеся крючки и получаешь инструкции от матроса по способам ловли и как надо реагировать на сигнальные гудки от капитана катера.

7-30. Одновременно раздается рев сирен тридцати катеров. Вся эта армада срывается с места и наперегонки устремляется в океан. Это Зрелище!

Из вида скрывается Статуя Свободы. Каждый капитан ищет свое намеченное буйками место, бросает якорь, и дает гудок. По этому сигналу все 40 человек моего катера (в основном китаезы), забрасывают спининги. В цене за услугу присутствует привлекательный мотив — первый кто поймал рыбу получает аплодисменты от всех присутствующих. Тот кто поймал самую большую рыбу, получает талон на следующую рыбалку бесплатно и ему возвращают, деньги которые он платил при входе. Привлекательно. Началось социалистическое соревнование по вылову морских тварей. Мне повезло. Я поймал первый, какого-то окуня и мне похлопали. Капитан пристально наблюдает за процессом ловли. Никто не должен остаться без рыбы.

Прошло двадцать минут. Кроме меня поймали еще несколько человек. Но основная масса — ничего. Капитан снова дает сигнал, все «сматывают удочки». Катер переезжает на новое место и все повторяется.

Тут веселее, то один, то другой, в восторге вытягивают добычу. Я тоже вытянул что-то хвостатое и длинное. Матрос объяснил, что это очень вкусный морской вьюн. На третьем месте было еще удачнее — у меня в ведре плескалось уже пять рыбин. Я так был увлечен, что ни о каком походе в каюты по пиво не могло быть и речи. 14–30. Матрос бегает среди рыбаков и весами определяет вес добычи. Какая-то китайка, вытянула рыбину на 12 кг. Все сбежались, поздравляют. Матрос прилюдно вынимает пачку денег и возвращает ей 30 долларов. Вручает талон. Куча аплодисментов. Катер движется в порт. В порту на причалах множество американцев ожидают подхода катеров. Тут же образуется стихийный рыбный рынок. Я свою добычу никому не продал и благополучно ее схавал в течение недели.

Это есть американский рыболовный сервис. Приятно ничего не имея, съездить в полном комфорте на рыбалку. Множество раз я потом повторял эти поездки, именно на «Пилоте», чем заработал пару раз бесплатных поездок в подарок от капитана.

Что же такое рыбалка в Ирландии.

Ни о каком приличном сервисе не может быть и речи. Снять в аренду катер можно, но не в самом Дублине и не на одного человека. Надо собирать шайку из 4-х 6-ти человек, что практически не возможно. Снять лодку с мотором можно на двоих, что мы и сделали с одним из моих приятелей. Инструкций минимум, как надевать спасательный круг и как заводить мотор. Не выезжать за пределы видимости. За вами будут наблюдать в бинокль. Все.45 евро в час-отваливайте!

Рыбалка в Дублине

Все по спартански, в стиле Варягов. Или если не хочешь брать лодку, покупай спининг и тащись на берег, авось что и клюнет, но это вряд ли!

Единственное удовольствие в этом случае — принять освежающие морские воздушные ванны.

Итак мы с Витьком в океане. Отплыли как можно дальше. На дне баркаса я установил газовый нагреватель и приступил к приготовлению закуски.

Витек пытался забрасывать спининг и делал вид что ловит. Я ему посоветовал бросить это глупое занятие, т. к. рыбы здесь не может быть, потому как вокруг шныряют морские котики, которые все вокруг сожрали — «Все уже украдено до нас!» — знаменитая реплика Моргунова из «Операции Ы». Витек поколебался для приличия и мы по-русскому обычаю налегли на коньяк «Папа Сэм» с жареным мясом и картошкой в кетчупе. Зачучерело. Поговорив о политике и высмотрев на горизонте остров, который не смогли разглядеть по трезвому, решили съездить туда на экскурсию. Как ни странно доплыли. Это оказался заброшенный пушечный форт, который прикрывал морские подступы к Дублину. Здесь, вылазя из баркаса я смог нырнуть под воду (подскользнулся), утопив мобильник Моторолла. У меня было их два. Кстати Нокия выдержала этот нырок. Моторолла — издохла. Облазив в пьяном виде все катакомбы острова, и не найдя там снарядов, мы пустились в обратную дорогу. За километр до берега у нас заглох мотор и уже больше не заводился. Мы по очереди стали грести к берегу на веслах. Видимо с причала это заметили и к нам подплыл баркас, который взял нас на буксир. Разъяренная рыбачка, хозяйка нашей лодки, наорала на нас, за то что мы ушли из поля видимости… Да нам уже было на нее нахезать! Витек с его прекрасным английским, что-то буркнул ей в ответ. Та покраснела и отвалила от нас. Потом я узнал, что он посоветовал ей больше заниматься сексом со своим мужем, а не орать на клиентов, во избежание раннего нападения на нее климакса. Круто!

Это рыбалка по Ирландски. Все равно в Украине лепше! «А ОЛЕНИ — ЛУДЖЕЕ!» Турпоездки, отдых в национальных парках.

Об этом стоит рассказать, как со смертных выкачивают деньги ни за что.

Решил побывать в национальном парке «Гванделох», самое близкое нечастное место в Ирландии. Горы, лес, озера. Ну думаю, оттянусь на все сто с ночевкой. Рюкзак, палатка, все прибамбасы к рыбной ловле, шашлыкам и в путь. Полтора часа езды на автобусе. 15 евро туда и обратно с частником на большом Мерседесе. План — отдых в горных лесах, ловля рыбы в озерах, пешие походы по горным тропам, с целью обнаружить пещеры. Приехали. Сразу насторожило то, что все ухожено. Тропинки, места приема пищи, столы, лавочки, мотели, везде указатели и что самое неприятное — летают вертолеты «секъюрити». в горы, полазил по расщелинам, пещер не обнаружил. Спустился к озеру, обнаружил таблички — «ставить палатки и ловит рыбу запрещено». Мда-а-а.

Не для меня-с господа ирландцы. Не для русских. Полез в лесистую гору. Нашел пару метров пологой площадки и раскинул палатку. Как на грех вдалеке затарахтел мотор вертолета. Впопыхах бросился рубить еловые ветки и маскировать палатку. Вбросился в палатку, когда вертолет уже был на подходе. Темнело. Он меня не заметил. Вспомнил Рэмбо и Шварцнеггера — я где-то как-то похож на них в этот момент. Прямо в палатке разжег примус и сварганил закусон. Совсем стемнело. От «коньяка» стало веселее. В темноте вылез из палатки и попытался сделать пару шагов. Упал и решил не рисковать. Залез обратно, надел наушники, включил радио и благополучно уснул.

Проснулся в 4 утра. Птички уже щебечут. Кружка горячего кофе немного освежила. Собрал палатку и спустился к озеру. Только собрался забросить спининг, как услышал мотор машины. Затаился в кустах. Мимо медленно проехал джип «Форест рейнджер» (типа их лесник). Не спиться этим пидар… там! Настроение вконец испортилось.

Собрал оставшиеся пожитки и поплелся в рафинированную часть парка. Там на столике, разложился и нажрался как свинья. Там же на лавке и проспал до 11, когда подъехал автобус в обратную сторону. Ну что это за отдых? Где романтика, где дикие места, где свобода? Да насрать я хотел на такого типа отдых! Ехал и матюкался про себя, проклиная свое решение ехать сюда и жалея о потерянной «выдранной» у босса субботы и воскресенья. Лучше попробую как они — автобусом по экскурсионным местам Ирландии. Цивилизованно.

Однажды опять заимел свободную субботу, в качестве отгула, поехал на западное побережье Ирландии. Попав на побережье в 12 дня (автобус пилил 4 часа), купил за 20 евро билет на катер и поехал на якобы очень интересное место — остров с огромными обрывами в Атлантику. В полупустом катере, принял дозцу, и выйдя на причале пёхал на обрыв добрых три километра. Что за удовольствие?

Обрыв действительно высокий — метров 150, но платить за это в сумме по 50 евро — да провалитесь вы со своими экскурсиями. Голые камни вокруг, туман, пронизывающий ветер. Катер в обратную сторону через два часа. Какого хрена ты суда приперся. Сэм? Экскурсовод с гордостью объявляет, что каждый может до прихода катера посидеть в настоящем американском баре. Зашел для интереса. Из всего американского — установленный бильярд. Бред какой-то. За что платим деньги? Напиться я и в Дублине мог, и бесплатно у себя дома. Кошмар!

Приехав обратно, сбегав под вечер на рынок, объелся ананасами и зарекся больше ездить на экскурсии.

Глава 34. Взаимоотношения на фирме

Стоит немного рассказать о человеческом факторе, с которым может столкнуться каждый человек, работая на Западе, даже в бывших соцстранах — Польша, Чехия и пр. Главная и самая основная заповедь — мы гастарбайтеры (работники по пониженным ценам, в сравнении с основной массой работающих аборигенов). Необходимое условие — забыть все свои амбиции, забыть, кто и кем ты работал и какой вес имел у себя в совдепии. Ты — грубо говоря дерьмо, и относиться к тебе будут как к дерьму. Ты — самое униженное и бесправное существо, особенно, если нелегал. Необходимо засунуть свое «Я» в одно место и вприпрыжку бегать, выполняя капризы босса или его персонала, несмотря на то, что эти приказы совершенно идиотские. Таким образом проверяется привередливость, вновь принимаемого на работу. Как правило вам будут говорить, что принимают с испытательным сроком, от двух недель до трех месяцев. И, в этот срок, могут не давать на подпись никаких бумаг. Будьте готовы — вполне возможно вас именно берут временно — убирать туалеты. Никогда не стоит верить, что вам обещает менеджер — то что якобы будет через три месяца. Принимайте, то, что вам предлагают на этот момент, уточнив только детали взаиморасчетов и распорядок труда.

С улыбкой, будьте покладистым. Лучше уж после того как вас примут, выйдите на улицу и вылейте на эту сволочь, которая вас принимала, ушат словесного поноса. В странах бывшего соцлагеря, вам будут таким образом мстить, за политику Советского Государства прежде, — унижая, попирая, обзывая, заставляя делать самую грязную работу.

Лучший способ, когда вам навязываются в друзья, кто либо из работающих рядом с вами аборигенов, сослаться на неотложные дела, или что вам необходимо срочно встретиться с кем то, надо уйти от этих контактов. Вы «нигер» для них, и эти предложения, наверняка, чтобы вам в последствии подсунуть свинью. Чем больше, вы будете скрытнее, улыбчивей, безотказней в работе, прикидываясь бессловесным дурачком, тем лучше для вас. Очень скоро вас оставят в покое, — «вы дебильный русский дурачек», который не опасен и неинтересен. Работайте себе по-тихоньку, и постепенно подыскивайте в тихоря новую, более высоко оплачиваемую работу. Если такое счастье подвалило, но вы работали нелегально, подойдите к боссу, хотя бы за неделю, извинитесь, что принесли ему неудобства и попросите его дать вам рекомендацию на другую работу. Тот обязательно вам откажет, но, скажет, если на новой работе будут интересоваться, то пусть ему звонят. Нелегальная круговая порука у работодателей, которые нанимают нелегалов — существует. И, гастарбайтеров, передают друг другу.

Лишь бы вы не успели законфликтовать на прежней работе. Но бывает так, что вас так допекли, так «достали», что вы немедленно хотите набить кому-то из руководства морду. Самое главное погасить в себе вспышку гнева, немедленно, сбегав в туалет и ополоснув лицо холодной водой. Соберитесь с мыслями. Прикиньте, как вы этой сволочи можете отомстить. Проанализируйте — может ли вас достать полиция, если эта гнида нажалуется. Если вы слишком засвечены, т. е. известно, кто вы в реальности, где вы живете, ваши телефоны, имена ваших друзей и их телефоны, то сначала измените это, адрес для жилья, а уж потом конфликтуйте.

Методы мщения выбирайте сами. Когда есть куда уходить, и бывший хозяин не знает этого, вы получаете несравнимое наслаждение, когда бросаете в морду этой твари, которая вас «насиловала» на работе, что он «шиит» (говно), и что вы «трахаете» его в его морду!!! Если вас поймут, вы увидите, как вытягиваются от изумления рожи этих холеных менеджеров. Но никогда это не делайте в запальчивости. Будьте хитрее и разумнее — ВЫ ЖЕ РУССКИЙ (АЯ)!

При нормальных отношениях, никогда не следует показывать, что вы хоть на толику, но умнее их. Если у вас компьютер — молчите в кулачек. Это на них действует как, как на быка красная тряпка. Как же! У этого русского бомжа компьютер, которого у меня нет? Сразу, мгновенно, наживаете себе врага!

Лучше тихо, мирно, как запрограммированный зомби, вкалывать, не вдаваясь в откровения с персоналом. Косите под дурачка, (дуру), это выручает.

Немного о характерах ирландцев.

Эта нация националистов, в хорошем смысле. Люди, которые чтут свои традиции и стараются не смешивать свою рассу. 10–15 лет назад, это была страна, на задворках Европы. В большинстве своем, ирландцы недолюбливают англичан. Если Вам что либо не нравится в Англии, съездийте в Дублин и вы увидите, что это будет разрешено или устроено в противоположность английским устоям.

Позднее, Евросоюз, принял решение поднять экономику Ирландии, вливая туда огромные деньги. За десяток лет, этот Европейский заморыш, превратился в лебедя. Огромные деньги вращаются здесь, практически в одном городе — в Дублине (по аналогии — Москва). Учитывая, что население всего 4.5 миллиона (пол Киева), можно представить, что делается в этой офшорной зоне. Вот вам техника перехода «от грязи — в князи». А менталитет, воспитанный в людях столетиями, остался прежний. Похожи на нас чем-то..

Нация выпивох, фанатов, и размондяев. Не хочу сказать, что поголовно такие. Но большинство, люди среднего класса, таковы: нажраться, поорать на стадионе, снова нажраться, и потом неделю это обсуждать на работе. Необязательность патологична. Могут назначить вам свидание или деловую встречу, и, если опоздают на полчаса, час, вы не должны обижаться — это национальная черта характера.

Брехуны и хвастуны. Воровство заложено с молоком матери. Т. е. Как и мы не прочь забрать, то, что плохо лежит. Правда на работе этого не делают как мы. Ценят рабочее место. Дети поголовно занимаются воровством примерно до 18 лет. Потом, пару раз побывав в каталажке, гостиничного типа, немного разумеют, но в пьяном состоянии, способны на угон машины. Это не считается особым преступлением, — все застраховано. У меня даже смогли откусить цепь, которой я приковал велосипед, Даже на такую рухлядь позарились. Дети — «цветы жизни».. Хм-м… Ощипывать их надо бы! Они довольно открыты для общения. Могут совершенно свободно, видя человека в первый раз, пригласить его домой, если ты понравился.

Квартирные кражи процветают. На толкучке, всегда можно увидеть в продаже ворованную технику и купить это по дешёвке, что и делает вся масса русских, румын, молдаван, цыган и пр. «бомжей»…

Если работа на стройке или в ресторане, к тебе относятся снисходительно, когда поблизости нет таких же гастарбайтеров в виде китайцев. В их присутствии, сразу возникает напряженность, т. к. вы потенциально заняли место для китайца.

В пабах, когда вы никого не знаете, можно расслабиться и поговорить даже о том, почему, ирландцы не любят английскую королеву.

По пьяни, многие айриши (ирландцы), говорили мне, что в каждом из них сидит настоящий террорист, который с удовольствием как-нибудь нагадил бы Англии. Они очень болезненно относятся к своим столетним неудачам насчет освобождения Северной Ирландии от протектората Англии. Втихую поддерживают IRA (считается, что это есть террористическая организация «Ирландская Армия Освобождения»). Кто и как финансирует эту организацию, никто не знает. Она официально запрещена. Но наверное пол Ирландии есть члены этой организации, и финансируется она наверняка покруче, чем Аль-Каида. Надо вспомнить историю США — откуда эта нация — американцы, взялась. Если копнуть поглубже — практически у каждого америкоса в роду найдется ирландец. Огромное количество людей вначале века эмигрировало отсюда в «Новый Свет». Именно этот их менталитет — они помнят свою бедность, мне кажется связывает русских и ирландцев. Это сближает нас.

Если вы с кем-то подружились, не думайте, что эта дружба навеки. Это скорее чистое любопытство к вам, как у кошки к пустой коробке… Если, вы вдруг, по своей совдеповской привычке, надумали угостить айриша за свой счет, можете наткнуться на непонимание, т. е. он поймет так, что вы хотите, что-то у него в замен попросить. Просто так, на шару, айриш будет пить и жрать, если он очень часто уже с вами общался, побывал на экскурсии в России или в Украине, ну, короче понял, что такое настоящая русская душа. Наоборот, будет просить угостить вас, что можно принять, но не вводить это в правило. Если он знает, что вы работаете, и имеете доход, каждый должен угощаться за свой счет.

Активные бабники. В русскую дискотеку ходить боятся (и правильно делают, т. к. там одни ублюдки и бандиты), но приударить за русской шлюшкой — не прочь. Тащат девочку в постель, едва познакомившись, весело и уверенно. Проституток на определенных улицах Дублина хватает, особенно в пабах. И отцы семейств, католики, не прочь оторваться по полной программе, в пятницу вечерком, под разными предлогами. Сам видел, как босс тащил двух шлюх в отель. Причем, увидев меня страшно смутился, но сделал вид, что не заметил меня. Русские «вешалки», не прочь закрутить роман с айришем, и тот с радостью. Но вот облом для шлюшки — покатав ее, айриш мгновенно забывает, переключившись на следующую, — ирландку, как правило. «Контрастный душ»!

Огромное количество незамужних женщин, после сорока. Но крутить романы с русскими — нет. Стать альфонсом довольно трудно, но возможно. И то временно. За фиктивный брак, 10–15 тысяч евро.

Не такие уж они дуры. Все просчитано. Дерзайте!

Глава 35. Опасности которые вас поджидают

Немного о своих ощущениях, основанных на собственном опыте и наблюдениях за жизнью эмигрантов и гастарбайтеров.

Если у вас появилась работа, сносное жилье, все как-то становится обыденным через короткое время. Наступает успокоение и желание улучшить то, что достиг (жилье, работа.). Причем, встречая, таких же бедолаг, начинаешь болезненно воспринимать, то, что у других людей получилось лучше или он получает больше, работая меньше. После успокоения, возникает душевный дискомфорт и в голову лезут подлые мыслишки, а почему тот или иной живет лучше? Что я, дурнее что ли? Совсем забыты нищенское существование в Украине, мотания по базарам и ждание троллейбусов, в надежде сэкономить пару лишних копеек.

Если начинаешь поддаваться этому червячку, который гложет твое сознание — всё! Это «писец»! Ты кандидат на психушку. Не редкость сумасшедшие русские женщины шизофренички, у которых от работы, отсутствия поблизости детей, мужчины, человека с которым нет возможности поделиться наболевшим, — у них крыша едет. Женская нервная система несколько нежнее, чем мужская. Мужик может выпустить пар напившись в усмерть. Как женщине выпустить пар, если нет близкого человека?

Один выход — или ехать разумом или завести любовника. Так что мужчины — отпускаете свои половины на заработки в Италии и на Кипры, знайте, если ваши подруги веселенько треплются с вами по телефону, значит за спиной есть «успокоитель».

Впрочем это касается мужиков в обратную сторону. Можете приехать домой с заработков, и оказаться по вине своей якобы супруги и разведенным, и без квартиры, дачи, машины и с обозленными на вас детьми, как в моем случае.

Как выйти из стрессовых ситуаций? По-моему глубокому убеждению, хорошее средство это покупка компьютера и коротание вечеров за монитором. Попробую обосновать.

Вы каждый день на работе. Езда в транспорте или рискуя жизнью на велосипеде. Приготовление пищи. (Если все время покупать в супермаркете полуфабрикаты, скоро, в желудке начнется революция и накатит нетерпимая ностальгия по пельменям в сметане). Стирка, если не желаете тратить деньги в прачечной (причем очень хреново отстирывается). Мельком телевизор и глаза закрываются. Утром вскакивание и полуторачасовая гонка на работу. Итак каждый день. Отдушина — субботние переговоры по телефону с домом. Всё!

Представьте, что вы в таком режиме работаете пол года, год. Через некоторое время заметите, что начинаете разговаривать сами с собой вслух. А если еще не дай бог приболели? Засопливели, температура? Вот вам и первая фаза для сдвига.

Пока я не видел людей, даже оставшихся там по «политике», сидящих на социальных деньгах, имеющих по три комнаты на одного дорогого себя, и радующихся жизни со светлыми лицами. Все какие-то заторможенные, чего-то вечно не довольные, стремящиеся к еще большему обогащению, достижению хотя бы фиктивного приближения к статусу гражданина той страны, в которой он остался на проживание, он никогда не станет на одну планку с аборигеном, хотя бы фиктивно — вечно его душа будет стремиться обратно, и даже деньги не смогут успокоить эту душу.

Использовать ситуацию, заработать «бабло» и слинять! А лучше заиметь два гражданства, на случай тяжелой болезни себя или родных — есть возможность съездить на восстановление на «дикий запад», авось вытащат!

Никого не видел, не стремящегося всеми фибрами души — вернуться обратно, хоть на короткое время. Почувствовать себя не отбросами, а обычным, нормальным человеком. Начинаешь им задавать вопрос, — ну ты достиг того к чему стремился: работа есть, дом есть, деньги есть. Чего тебе еще надо? Ответ, а вдруг заболею? Все мои деньги уйдут на лечение! Это правда. Вот человек как в горячке, накапливает эти тысячи, в страхе перед будущим, «как бы чего не вышло!». Прием к врачу — 250 евро, зуб вырвать — 150 евро, не дай бог, что случиться какая резь в животе — это конец, «все что заработал непомерным трудом — два магнитофона, две кинокамеры, две шубы» (из «Иван Васильевич меняет профессию») — все летит к черту. Нет здоровья — ты не человек. Ты вечный должник у государства, которое тебе предоставило эту привилегию — жить в его демократическом обществе.

Занялся безмерным накопительством — тебя ждет неожиданное попадание под автобус или поломка ноги на ровном месте, со всеми вытекающими последствиями. Природа не терпит однобокости.

Спрашиваю того же приятеля Витьку, ты уже гражданин Ирландии. Что дальше? Человек работает ночным секьюрити, с восьми до восьми. Сутки сидит перед монитором в здании офиса или в будке на складах. Уже шесть лет. Жизнь проходит, а он и не замечает. Отвечает что не знает, может вернется на родину, откроет бизнес.

Как ты вернешься? Ты же Ирландец!

…Может здесь бизнес открыть?

— Что, по торговле кислой капустой?. Молчание..

Ко мне:

— Ну а ты что думаешь?

— Я зарабатываю бабки для открытия собственного дела в Украине, когда там власть измениться. Есть цель, к ней и двигаюсь.

— Хм.м. А что именно делать будешь?

Ну это уж Витёк, в зависимости от ситуации.

А сейчас не теряю времени, осваиваю монтажные программы на компьютере.

Развиваю мозги и одновременно развлекаюсь.

Метод развлечения Витька — просиживание денег в пабах с таким же «ирландцем», снятие телок, трахание их с двойным презервативом, и опять в будку на работе.

Это что? Жизнь? Это — конец!!! Смотря на меня, он купил себе компьютер и начал не только в игрушки играть для снятия напряжения, но и у него возникла идея делать художественное фото. Слава Богу, хоть как-то смог заразить человека развиванием мозгов.

Если нет отдушины, мужик, начинает спиваться и деньги уходят то на шлюх, то на лечение. Вот такой отдушиной и может быть компьютер. Приехав в Ирландию, я уже был компьютерным маньяком. Когда же он у меня появился, развлекался тем, что превращал своих друзей в орангутангов, занимаясь специальным фотомонтажем, делал этикетки на собственную алкогольную продукцию, подделывал за деньги технические талоны на автомобили (в основном для циган и румын), платно обучал работе на компьютере русских девок, поварих, нянек, медсестер по 10 евро в час. Их жизнь заставляла научиться работать на компьютере, без него — и ни туды и ни сюды в настоящий час. Своего приятеля, молдавана Валеру, научил работать на компе в супер короткий час, за пару недель. Человек, с его заскорузлыми от работы с бетоном пальцами, сначала одним пальчиком, потом ручкой, потом уже двумя руками, не только виртуозно расправлялся с террористами в очередной игрушке, но стал писать собственную музыку, заводя ее на CD диск, и, научился переставлять WINDOWS!(для непонимающих, объясню проще — сложная операция по очистке компьютера от вирусов и программного мусора). Человек оказался очень способным, даже сам в себе этого не ожидал. Теперь сумасшествие ему не грозит. Пытается обучить жену. Ха-ха. Ей то зачем при живом, и в присутствии мужа?

Играть в игрушки на компьютере хорошо, но где их брать? Стоимость компьютерных дисков 25–60 евро за один. Не считая специальных программ, стоимость некоторых доходит до 350 — 600 за штуку. Неделю пахать на один диск? Идиотские цены. Перекопировка дисков, и их возврат давал некоторую экономию. Но после 2001 года, скопировать программы и игрушки становилось все труднее из-за совершенствовании защиты на них. Озадачил Валеру (он был некоторое время без работы) искать магазины по продаже подержанных дисков. Валера нашел пару таких лавченок, где мы прикрывая друг друга отдирали этикетки с ценниками по 25 евро, смело наклеивая другие, меняя их на 4 евро. Проходило, где не было считывающих «зебры» лазеров!

Кроме того выручали бандерольки с пиратской продукцией из Украины, России, Белоруссии, через других приятелей. Обмен дисками наладился, т. к. в нашей среде многие поняли — лучше совершенствоваться в понимании компьютера, чем водку жрать. Начались неофициальные гонки за лучшим диском, программой, компьютером. До сих пор жалею, что не взял за 1500 евро, германский «ноутбук» (портативный компьютер), да такой, который здесь в Украине будет стоить не менее 3–4 тысяч баксов. Жаль… Но не беда, поработаем на старой «машинке». На горизонте появился Игорек. Здоровый бугаина, под 110 кг, работавший в ресторане по чистке посуды и котлов — «китчен портер». Не помню кто меня с ним познакомил. Но тот, занимался лазанием по горам, за что его и прозвали «скалолаз». Любитель хорошо пожрать и «нажраться». Он мне показал его фильм, которым он гордился и который он снял собственной «крутой» телекамерой. Это так же есть метод ухода от сумасшествия и стало новым открытием для меня.

Глава 36. Как совмещать приятное с полезным

Итак на очередную пирушку после рабочего дня, Скалолаз припер свою камеру и фильм об альпинизме. К слову сказать еще в 1981 году, я с ребятами из кукольного театра, снял тогда еще считавшуюся хорошей камерой, несколько видео анекдотов. Смонтировали кассету на тогдашней студии в «Дружбе Народов».

Получился неплохой фильмик, с идеей, основанной на экранизации обычных анекдотов. По простоте своей души, я как председатель кооператива и человек, финансировавший этот проект, привез кассету в Москву, в Останкино, и сдал «на анализ» в студию развлекательных программ с предложением, организовать мою новую развлекуху на тогдашнем ТВ. Какой я был наивный! Женщина с обаятельным лицом пообещала мне ответить, после того, как редактор посмотрит материал и исчезла в недрах Останкино навсегда. «Напрасно старушка ждет сына домой».. И я как дурак, неделю сидел в Москве, ждя ответа. Угу-у. Дулю с маком! Больше я до той мадам дозвониться не мог. Уехал и все как-то забылось в круговерти ежедневных проблем. Но каково же было мое удивление, когда на экраны через год вышел фильм, на основе моей идеи, с моими переделанными анекдотами. Это был удар! Ни о каком авторском праве тогда не могло быть и речи. Все нагло кралось и плагиатировалось. Я, вшивый провинциалишка, надеялся на добрых дядь и тёть! Вот простофиля!

Когда же Скалолаз показывал свой фильм, во мне всплыло невесть откуда желание немедленно реабилитировать свои способности к творчеству.

Моя работа по уходу за авто продолжалась. Но возникла некая туманная цель, перспектива — воплотить свои творческие замыслы, которые представила моя буйная фантазия, в реальный, осязаемый другими индивидуамами, фильм.

Опять вопрос века — где и как быстро набрать 4.5 тысяч евро на профессиональную видеокамеру?

Начинаю бегать по воскресениям — искать дополнительные заработки. Ломаю своего приятеля Валеру — бери на халтуру по воскресеньям на покраску. Он профессиональный красильщик с оплатой по 600 евро в неделю. Но официально, через банк. Фирма на разные налоги высчитывает с него 90 евро. Но фирма и дает халтуру, т. е. возможность подработать по выходным. У частников это распространено. Они берут подряд, на качество и сроки. Им выгодно, чтобы нелегалы пахали по 25 часов в сутки, лишь бы это не отражалось на качестве и общей скорости работ.

Пару недель подрабатывал на Валеру. Получились первые 700 евро. Потом однажды обмолвился на работе с менеджером по продажам, что вынужден подрабатывать на покраске, и косметическом ремонте. Тот вдруг неожиданно ухватился за это и стал раскачивать меня для работы у него дома. Я посопротивлялся для виду и дал согласие. По пониженной цене, я поработал у него дома по воскресениям. Причем платил он мне естественно больше чем Валера. Работой остался доволен.

Кормил, поил на работе у него дома. Знакомил с женой и родственниками. Те приходили смотреть на диковинку — русский нелегал, на работе у ирландца.

Но отношение ко мне было нормальное, особенно после объяснений о хреновой ситуации в Украине.

Только закончил у него, как, он предложил те же работы но у его соседей. Тут уж я оттолкнулся от общепринятых цен на эти виды работ, снизив их на треть. И началась моя пахота без выходных. Днем на фирме, по вечерам и воскресениям на халтуре. Но никто не жаловался на качество моих работ. Да и не гнал никто, как это делается у нас.

Ирландцы к неторопливости привыкшие. Все делается с чувством, толком, расстановкой. Никто не возникает и не «выбухивает», если мастер вообще прекращает свои работы на пару недель, в связи с какими-то личными обстоятельствами. Оценивается только дешевизна и качество работ. В сроках можно торговаться. За четыре месяца я с грехом пополам собрал необходимую сумму. Устал как собака- нервы на пределе, но самое приятное впереди — поиск и покупка собственной ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ВИДЕОКАМЕРЫ! На иную любительскую дешевку за штуку я не согласен. Если брать — значит брать камеру на перспективу. Как выяснилось в последствии — тут я не ошибся. Поступил абсолютно правильно. Вспомнил свои торгашеские замашки и приемы психологического давления на продавца. В результате неоднодневного «давления», выторговал себе камеру «CANON» за 4-200. Все таки сэкономил 300 евро — больше недели моей официальной работы.

Какое счастье держать в руках профессионалку!

На работе предупредил моего «агента по найму», чтобы тот сбросил свой пыл по поиску клиентов для меня. Тот видя, как я пашу, согласился. Я подозреваю, что он брал бабки с клиентов. За то, что он им подыскивал очень дешевого качественного красильщика. Получив передышку в виде нескольких выходных дней, с упоением тренировался «держать кадр» и штудировал литературу по интернету.

Моя хаза в общаге стала превращаться в место для тусовки творческих личностей.

Стали собираться знакомые, кто заразился компьютером, фото и видеосъемкой, художники. Комната маленькая, но туда иной раз набивалось по 7–8 человек. Конечно не последнюю роль играла бесплатная выпивка — коньяк «Папа Сэм», водка «Самара», первач «Вырубало»…

Эти пирушки проходили очень весело и как правило, в самогонном угаре, к каждому приходила муза, и на свет стали рождаться первые видеозарисовки, короткие сюжетики. Позднее, с больной головой я стал писать сценарии будущих своих фильмов и складывать их в папочку «на потом». Много раз, в конце этих загулов, Скалолаз, которому не хватало фантазии на создание игровых фильмов, оставался допоздна, раскручивая меня на какой либо фильмик с его участием. Спал на раскладушке, страшно храпя. Но именно с ним мы создали наши первые совместные шедевры. У него кстати тоже профессиональная видеокамера. Работая в двух, двумя камерами, мы уже начали создавать, что-то полупрофессиональное. Премьеры показов проходили у меня же в конуре. На этих сборищах, я старался меньше пить и больше слушать фантазии собутыльников. Иногда проскакивали интересные идеи, и, я понял, используя метод «мозговой атаки», в нормальном здоровом коллективе, можно создавать шедевры. Обрисовались несколько сценариев короткометражных, по времени, фильмов. На свои жалкие сэкономленные копейки, так же за копейки, стали подбирать и скупать реквизит для съемок на толкучках. Толкучек в Дублине несколько, о них будет разговор особый. Что-то покупая, что-то подворовывая, скопили инвентарь для съемок.

Глава 37. Иностранные толкучки

Я много раз бывал на толкучках и «гараж-сейлах» (продажа ненужного барахла прямо на улицах возле домов хозяев) в США и Европе. Везде одинаково — люди за бесценок отдают ненужные им вещи. Но гараж-сейлов в Ирландии нет как таковых. Там окультуренно работают рынки наподобие наших. Дневная такса на продажу для продавцов — частных лиц — 10 евро. Ходит такой себе полубомж, собирает деньги за торговлю и дает какие-то вшивые квитанции. Прям как в Украине. Я всегда удивлялся, почему Валера каждый раз приходит с толковища навьюченный как верблюд. Зачем тебе столько покупать, Валера?

А кто тебе сказал, что я покупаю!?.. Немая сцена!

Ты, что, воруешь Валера? Хм. гы. гы…

Приходи — увидишь. В очередную субботу едем с Валерой на большую толкучку в сторону аэропорта. Уже в автобусе я увидел, кто туда ездит — огромная масса румын и циган. Едут как на работу. Входим. 11 утра. Рынок гудит как улей. Цыгане возами тянут аппаратуру и мотопилы (что они там пилят в Румынии???). Валера стал меня знакомить с методами определения доходных мест — там где можно что-то стянуть, и знакомил с теорией воровства на рынке.(Свои походы в супермаркет я скрывал ото всех). Действительно, я и не успел заметить как в его руках оказались 4 компьютерных диска, маленький радиоприемник, красивые детские ботинки. Валера заразил меня, рассказав как это можно красиво делать вдвоем под прикрытием друг друга. Причем было все идеологически обосновано, нашей бедностью, бесправностью, нелегальностью.

Ну что же? Все правильно… Обыватели не пострадают, если избавляются он ненужного хлама. Ну а мы им поможем, немного понаказываем за жадность. Ну посудите сами — если не нужно отдайте так просто нуждающимся. НЕТ.Еще им плати за это? Хрена вам длинного… Самовнушившись таким образом, я под руководством «инструктора», под его бдительным оком, стащил первые радионаушники.

Понравилось! Все очень легко и обыденно. Потом не раз мы наблюдали картину, что на циган, которые не так виртуозно «работали», как мы, немного поорав, обокраденные продавцы, тут же немедленно забывали об этом, и уже улыбались следующему покупателю. К скандалисту никто не подойдет на покупки. Никто ни разу и не кричал, призывая полицию. Да полиция бы на это и не реагировала — их ответ прост — сами продаете, сами и охраняйте.

С Валерой, работая в паре, мы иной раз отоваривались нелегально вообще ничего никому не заплатив. Конечно, крупные вещи, такие как музыкальные центры, мы просто выторговывали по 15–20 евро, в то время, как другой партнер чистил в это же время, этого же продавца, на более мелкие вещи — видеомагнитофоны, радио, магнитолы, бытовую технику, компьютерные диски и многое другое.

Довольные проделанными операциями, отсылали огромные по размеру посылки домой (И куда все это провалилось? Как в прорву! Приехал домой — ни хрена ничего нет… Ну это так, к слову о женской непосредственности). Толкучка давала нам возможность одеть-обуть своих детей, и то не за бесплатно, т. к. послать двадцать килограмм посылку из Дублина в Украину, стоит ровно 100 евро.

Глава 38. Творчество и рутина

Ежедневный риск жизнью — езда на велосипеде на работу. Утром, виляя между огромных грузовиков и автобусов, сквозь автомобильные пробки, продираешься к месту работы. В Центре Дублина найти приемлемую работу — проблемно. Кого не спросишь, все работают где-то на задворках. Добираются иной раз по полтора-два часа с пересадками на автобусах. Стоимость проезда, в зависимости от расстояний, минимум (пара остановок) 85 центов, максимум — в черте города 3.5 евро. Вот и приходилось экономить, рискуя по два раза на дню, собственной шкурой. Но велосипед хорош, когда надо помотаться в городе в поисках более дешевого магазина или товара. Экономия во времени и деньгах ощутимая.

Но даже если и не рискуешь в велосипедных ходках, очень даже запросто можешь «дать дуба», стоя на остановке, при отличном собственном здоровье, мечтая о больших доходах и ничего не подозревая.

Вот факт. 2004 год, февраль месяц. Дублин. По улице двигался обычный двухэтажный автобус. Нагружен, под вечер. Перед остановкой у него лопается шина переднего колеса. Автобус на полном ходу заносит на остановку, где стоят пассажиры, ожидающие другой номер автобуса. Пять человек мгновенно оказываются раздавленными всмятку. Три ирландца, китаец и украинец. Причем наш соотечественник — отец трех детей. Ирландское автобусное депо отделалось от претензий семьи — оплатой пересылки гроба в Украину, и компенсацией — кажется 2000 евро. Вот вам цена Украинца. Немного дороже чем в самой Украине, но не намного. Не правда ли?

Немного о русских магазинах. Их кажется три или четыре уже сейчас. Открыты русскими или украинцами. Существует даже СТО, открытая кем-то из оставшихся кацапов. Москали держат продукты. Лабусы — выходцы из Литвы, Латвии, Эстонии, имеют продуктовые лавки. Ассортимент примерно одинаковый у всех — консервация, колбасы, рыба вяленая и копченая, хлеб, кондитерские ну и конечно русское — водка и пиво из под полы, селедки, капусты квашеные, семечки, пельмени и прочие «деликатесы».

Но вот цены!!! Поллитровая банка варенья — 2.60, Хлеб — 2.50, Колбасы — 4.0-15 и выше, банка пива «Балтика» — 2.80, селедка — 1.50, конфеты и печенья от 1.50 и выше, сало 4.50 и выше. Все это за паунд! Т. е. за 400 грамм — не за килограмм! Круто, не так ли? Ну вот пример: банка кильки в томатном соусе — 1.30 евро. Беру банку тунца в дискаунтном немецком магазине — за 50 центов. Думаете лавки банкротятся?

Дудки! Это центры общения эмигрантов. Здесь постоянная тусня и обсуждение новостей. Было недоумение, когда центральная лавка вдруг оказалась закрытой несколько дней. Кто-то злорадствовал — наконец-то, бандитов (торговцев подпольной водкой) закрыли. Хрена! Насколько мне известно магазин был закрыт их «санэпидемстанцией», за то, что инспектор увидел на полу, пробегающего таракана.

В Ирландии тараканов нет как таковых. Не плодятся они там. Мухи тоже. На фермах разве что… Может кто-то из русских совершил диверсию против магазина в виде экзотического рэкета — принес в магазин специально таракана в коробочке и выпустил. Не знаю. Но после дезинфекции лавка по-прежнему работала и также торговала водкой как и прежде. Ничего не изменилось.

В этой рутинной обстановке, я начинал творчествовать. Изредка сталкиваясь нос к носу с какими то полузнакомыми, перекинешься парой слов о работе и жилье и на этом все. Есть в Дублине еще Русское радио. Вещает один раз в неделю полчаса. Жалкая пародия на программы в Украине и России.

Несколько девочек и мальчиков пытаясь подражать, выдавливают из себя какие то интернетовские новости и обсуждают дублинские сплетни. Один раз послушаешь и уже больше не хочется. Никто туда рекламу не дает и «работники» работают на общественных началах, для собственного самоутверждения. Отцепило им полчаса эфира одна из Дублинских станций, под гранд Правительства Ирландии. Так бы и этого не было. Ирландским демократам тоже надо делать вид, что они демократы и поддерживают эмигрантов, якобы уехавших от преследований в Украине.

Как здесь в этой большой деревне — Дублин, начать серьезное творчество?

Скалолаз, например, считает себя творцом кинематографа и художником. Да действительно, его картины в стиле «техно» купил кабак, в котором сам Скалолаз и работал. За 200 евро десять штук. Но Игорек, и этому был рад, еще бы, он все эти картины намалевал за неделю. Они дольше сохли чем он рисовал. Некоторые показывали мне своё художественное фото. Я в этом не понимаю, но мне это показывали, чего то ожидая… Я молчал по своему невежеству. Может они считали это за очень глубокомысленное молчание, с намеком на негативную рецензию? Мда — уж. Во мне просыпался актер кино и телевидения, наряду с режиссерскими замашками.

Глава 39. Собственная компания. Адвокатура

Перед началом творческого пути, задаешь себе вопрос — а как это юридически оформить? Без оформления нельзя, не солидно и никто всерьез принимать не будет. Узнаю в специальном государственном агентстве, как можно открыть собственную компанию. Оказывается можно. Нужен лишь абориген, т. е. ирландец и тот может нанять на работу кого угодно, легально. Стоимость процедуры оформления 51 евро. Покупка лицензий на вид занятий — стоимость отдельно, в зависимости от рода деятельности. Как у нас. Только процедура проще и надежнее, причем, бесплатно консультируют, те же чиновники этого же государственного агентства. Ну очень похожая система. Прямо, если закрыть глаза и поменять мову — Совдепия и все тут! Уж не скопировал ли Владимир Ильичь в 18-м году систему устройства власти у проклятого запада? Только с коммунистическим уклоном.

На крыльях радости лечу к ассимилировавшейся черкащанке и неделю уламываю ее стать директором новой фирмы. Договорились начать с туризма, моих компьютерных услуг, видеосъемки, ну а там как Бог даст. Она сама хотела этого раньше. Но я забыл впопыхах, что эта особа четко шагает по тернистому пути легкой формы шизофрении. Вернее знал, но оставил на потом, когда уж будут документы на фирму, можно легально начать працовать! А это главное. Оставил на авось… Документы приняли на регистрацию. Ого — через пару недель будет собственная компания и я там буду первым замом. Все дела повиснут на мне, чего и добивался.

Но вдруг этой «шизе» на ее адрес приходит уведомление от Госдепартамента по труду, что я не могу быть работником вышеназванной компании, по причине, того, что нахожусь на территории Ирландии по турвизе, которая уже просрочена. Предлагается поменять состав набираемых на работу лиц и дается срок две недели, на переоформление документов. Если документы не будут переоформлены в срок, автоматически регистрация отменяется и внесенные за регистрацию деньги подлежат возврату. Эти мои 51 евро. «Шиза» вызывает меня и с истерикой в голосе начинает обвинять, что я заставил ее войти в это пагубное мероприятие, и теперь, чиновники по компьютеру вычислят, что она получая государственное пособие, нелегально подрабатывает, если придет полиция к ней, она сдаст меня с потрохами! Вот нарвался! Ну какой я кретин!

Начинаю успокаивать эту больную, что никто никого не вычислит, и чиновникам глубоко на нее начихать. Никакие аргументы не действуют. Женщина в истерике — это всё! Еле сдерживая себя, обещаю ей, — пусть сдает бумаги и пишу согласие на вывод себя из состава принимаемых на работу. Та действительно в припадке лихорадочного страха, возвращает бумаги в департамент. Два месяца я ждал возврата этой особой моих евро за регистрацию. Она их получила по чеку, но они как то прилипли к ее потным ладоням и не хотели ко мне возвращаться… Пришлось уж мне в ответ пригрозить, что расколю ее с ее нелегальной работой и лишу ее пособия. Вот вам русское партнерство. Нет уж, надежда только на собственные силы, даже не на родство! На собственных детей нельзя положиться. А уж в демократическом капиталистическом обществе и подавно. «Заложить» у русских друг друга, если что не так — не проблема.

Оставшись без надежды на создание собственной фирмы, я для приличия «подергался» на эту тему еще немного в призрачной надежде. Ни фига! Что делать? Прихожу к мнению — надо легализоваться, а для этого надо сдаться в полицию как преследуемый по политике или еще по чему-то в Украине. Надо придумать по «чему»! Думал неделю и решил сделаться католиком, преследуемым за свои католические убеждения. К такому выводу меня привели некоторые рассказы оставшихся в Ирландии бывших украинцев. Но как тут выдумаешь преследование, если его не было, и надо аргументировано высосать, что-то из пальца. Стал ворошить интернет на предмет преследования католиков в Украине. Что то наковырял. Излияния каких то там западенцев, из Канады, о том как им там жилось при католицизме хорошо до войны и как стало хреново после войны. Может и так, но мне какой с этого прок? Пришлось поднять историю католицизма в Украине в документах. Появился хлипкий аргументишка, что ходить мне молиться видите ли некуда в центральной части Украины.

Выдумать, что я крещен в Польше, не составляло труда, т. к. в свое время, работая в Польше, был знаком с некоторыми пасторами, которые даже святили мои крестики. Я верующий в душе. Все эти священодействия, считаю придуманными самими людьми и кроме молитвы из глубины души, Бог ничего не может услышать. Кто ты в натуре — католик или православный не имеет значения.

Внушив это себе, я разработал целую версию, как мне было туго в Черкассах из-за засилия разных религиозных сект и православия. Но это так и есть впрочем. Даже в горисполкоме сидит попик и управляет, как заправский чинуша!

Процедура сдачи прошла до удивления просто. Пришел в пункт сдачи, написал заяву, у тебя сняли отпечатки пальцев, забрали все документы. Выдали пластиковую карточку — временное ID (удостоверение личности) и предложили уехать из Дублина на поселение за счет государства к черту на кулички — в какой-то там хутор за 300 км от Дублина. Ни хрена себе! А я то ждал, что меня поселят бесплатно в Дублине. Отказал в этом офицеру полиции. Тот с радостью подсунул мне бумагу на подпись, что я отказываюсь выезжать из Дублина и огорошил, что пособие от славного государства Ирландия на питание будет в размере 19 евро 15 центов в неделю, а проживать мой милый — будешь за свой счет. Департаменту Юстиции, после моего отказа на выезд из Дублина, глубоко насрать, где ты будешь брать деньги на проживание, только сообщи где будешь жить. Им надо контролировать твое присутствие, пока Ирландское Правосудие не решит — оставлять тебя здесь или в наручниках отправить обратно в Украину. Длиться принятие этого решения будет год не меньше. Работать ни-ни! Запрещено!

Как жить — задаю вопрос? Ответ не хотите жить на периферии за счет государства — живите где хотите, но за свой счет. А как — пожимают плечами! Решаю про себя — хорошо. Я вам «наживу» за свой счет — вы сами провоцируете людей на воровство и создание криминала. Рисковать из-за периферии работой — не в моих правилах. Конечно сами чиновники знают, что больше половины сдавшихся нелегально работают. Но на это правительство закрывает глаза — коррупция здесь на высшем интеллектуальном уровне. Взяток менее чем на 5000 евро не может быть. Как пояснил мне один из оставшихся — в Ирландии все делается с «заднего прохода». Это правда. Убеждался много раз.

Естественно надо подавать свое дело адвокату. Существуют государственные адвокаты, бесплатные. Им платит государство, чтобы интересы эмигрантов были защищены перед этим государством. Т. е. оплачивается работа против себя. Множество слухов и легенд ходит по Дублину в эмигрантской среде, что госадвокаты дерьмо — и ничего не решают. Вот платные — это да. За подачу дела на аппеляции — минимальная ставка 1500 евро. Каждая следующая аппеляция еще 1500 евро. Каждое дополнительное заявление от имени эмигранта — ставка от 60 до 160 евро. Просто дополнительный прием к адвокату, который взял твое дело — 50–60 евро. Любая консультация платна, причем откровенное выкачивание денег, принимает бессовестные формы: начинают говорить, что они, адвокаты, нуждаются сами в консультации от защитников, которые специализируются в защите на самих судах, и те, якобы за 600 евро дают консультацию, можно ли в принципе или без принципа выиграть дело, без каких либо гарантий. Ну бред, да и только! Я сдал дело, заплатив 1500 евро на будущие аппеляцию, и дал себе зарок, больше ни цента не потратиться на это дело. Слишком уж наглое «доение» потенциальных эмигрантов. Может кто и миллионер, а платить 5–6 тысяч за свою защиту в суде, причем без всяких гарантий — я не согласен. Поживем годик спокойно, а потом будет видно. Так и порешил. Приятели были удивлены моим решением, но это МОЁ РЕШЕНИЕ, и никто не решался мне возразить. Правильно делали. Потеряли бы такого безотказного рубаху-парня как Сэм, с его бесплатным бухлом и энергетикой, от которой каждый сам заряжался и балдел. У меня образовался кружек постоянных обитателей моей конуры из 4-х человек.

Система работает следующим образом. Это для тех, кто вдруг решиться покинуть «Ридну Украину» навсегда и будет её истерично любить из-за бугра, как делают все эти плакальщики в США, Австралии и Канаде — очень удобная позиция. Лично я сдался по простой меркантильной причине — надо делать собственное дело в собственной компании. Тут нет рэкета как в Украине, налоги те же, а попасть в Украину с поддельным паспортом, который можно тут же в Дублине за 3 штуки свободно купить — нет проблем. Имея собственную компанию здесь, можно спокойно работать, не боясь, что какая-то пятнадцатилетняя шваль засадит тебе в пузо заточку за 10 гривен — потому, что у него их нет на пиво, или девку, и, не лишит тебя жизни за мобильник в твоих руках. В этом конечно есть очень большая привлекательность Ирландии. Конечно если ты выскочишь за пределы допустимых доходов, и они, даже без твоего желания, будут вычислены заинтересованными людьми, тебя достанут и в Ирландии и в Штатах. Но в принципе, на доход в сто тысяч в год, никто из серьезных «наезжателей» не обратит внимания. Ну а мне больше и не надо, для спокойного существования в условиях спокойного капитализма. Как писал Даниель Дефо в «Робинзоне Крузо» — существование в золотой середине — истинное счастье для человека. Плохо быть бедным, вечно больным и добывающим краюху хлеба, — тяжелая работа быстро вгонит в гроб. Плохо быть очень богатым — пресыщенность неизменно заставляет искать еще более крутого безделья и развлечений, что в конце концов и губит человека, будь то СПИД или пропадание на собственной яхте в Бермундском треугольнике. Лучший вариант — средний доход, разумный труд и ты счастлив!

Еще процитирую пару классических выражений о богатстве и счастье. Это полезная информация для думающих людей.

Брем Стокер:

Сидя в богатстве — думать, — дурная привычка и скучная работа!

Одно из главных преимуществ богатства — то, что оно дает нам способность удалять чужие несчастья от нашего личного внимания!

Светское общество далеко не Рай — это заселенные колонии сварливых обезьян, воображающих себя людьми!

Аристократы никогда не смогут извлечь гений из своих, отуманенных богатством голов!

Когда мешок денег выпадает на голову, честолюбивого гения, Бог покидает его, а Чёрт вступает в свои права!

Михаил Веллер:

Чем больше имеешь, тем от большего количества неприятностей и случайностей ты хочешь застраховаться. Тем больше забот!

Счастье — это твое внутреннее состояние. Имей как можно меньше того, что легко потерять. Тогда враги и природа не будут властны над тобой!

После сдачи и регистрации в Эмигрейшен Бюро, ты, как было выше сказано, будешь поселен в каком-то лагере или в доме ирландца, у которого не достает денег на собственное достойное существование (ему за это государство доплачивает), в деревенском хуторе. Будешь иметь эти вшивые 19 евро на питание, которые необходимо получать еженедельно на почте. Если один раз не получишь, можешь лишиться и этих денег. За жилье действительно не платишь. Но и покидать место назначения не возможно. Работать или подрабатывать официально запрещено. Если обнаружат нанимателя, ему штраф от 13 тысяч и выше. Вот сиди в этой продуваемой ветрами Атлантики дыре и ожидай безропотно решения своей судьбы. Выезжать можно только на суд по приглашению властей или на консультации к адвокату. Тебя якобы будет на суде защищать бесплатные адвокаты, которые будут сидеть набрав в рот воды. Им за это государство и платит.

Потом приходит решение судьи о твоей необоснованности желаний на право проживания в Ирландии и хреновой легенде о твоих якобы преследованиях в Украине. Адвокат подает аппеляцию. Рассмотрение ее длиться еще полгода.

В конце-концов, приходит отказ на нее, и назначается день твоей депортации — приход черного воронка для посадки в самолет и «ЗДОРОВЕНЬКИ БУЛЫ УКРАИНО! СТО ЛЕТ ТОБИ НЕ БАЧИВ!» Многие, после прихода по почте ордера на депортацию, как шпионы, — уходят на нелегальное положение, т. е. исчезают из этих хуторов в Дублине — этом муравейнике эмигрантов и нелегалов, выныривая с «черным» штемпелем в паспорте через пару лет в Украине, и заработав штук 10–15 на квартиру.

Глава 40. Первые опыты в кино

Итак у меня есть камера, реквизит, несколько сценариев, собутыльники в качестве актеров, «сопродюсер» в лице Скалолаза и воскресные дни для творческой работы в киноискусстве. Пора родить что-то оригинальное на свет божий. Не беда, что имеем видеокамеру вместо кино-камеры. Все мыльные оперы в мире снимаются на видео. Не беда. Отсутствует женский персонал на женские роли?

Тоже не беда. Пишем в русском магазине записку о наборе русскоговорящих актрис и вешаем её на доску объявлений за пару евро на неделю. Последовало несколько звонков. Как только узнают, что работа бесплатная, только на энтузиазизме — мгновенный отпад. Вдруг звонок от профессиональной актрисы, которая есть эмигрантка, и желает за так посниматься. Ну очень странно и дико интересно взглянуть на эту особу. Встречаемся в кабачке. Ничего себе — фигура, лицо, все при всем. Задаю некорректный вопрос, что за странные желания быть альтруистом? Отвечает, что не желает терять квалификацию как актриса и нуждается в постоянных съемках, чтобы поддерживать форму и свое психологическое состояние. Ага! Понятно.

Очередная шизофреничка, пытающаяся любым образом отвлечься от стрессов и надвигающегося сумасшествия. Прошу Свету показать ее профессиональные работы в кино на видео-кассете. Действительно приносит кассету, где она снималась в мыльных сериалах в Казахстане. Но на безрыбье и рак рыба. Соглашаюсь «принять в съемочную группу». Даю сценарий и назначаю дату и время первых съемок на природе.

До этого момента, я уже как заправский профессионал, мог управляться со специальными монтажными видеопрограммами на своем компьютере. И даже сотворил некоторый фильмик из видеоанекдотов, образца 1981 года. Но это не считал за фильмы. Так — нечто студенческое.

Света от меня получила настоящий сценарий короткометражного фильма «Бин Ладен синдром». Мою авторскую пародию на жизнь знаменитого международного террориста. И ей отводилась роль трех жен Бин Ладена — Зульфии, Лейлы и Гюльчатай! К моему удивлению, Света подошла к этому серьезно, даже взяла на прокат, некоторую восточную женскую одежду. Автоматы и гранатометы мы по пьяни, сотворили вместе со Скалолазом из картона. Благо — по сценарию в фильме не было стрельбы. Валера тоже в деле как арабский телохранитель. Ну а я там в трех ролях — сам Бин Ладен, студент и арабский охранник. В течении недели, полируя, моя, пылесося тачки, «освобождая» их от завалявшихся под сиденьями ценных, но забытых владельцами вещами, деньгами, и еще Бог знает чем, но необходимым для меня, я полировал в мыслях мой сценарий, прокручивая в голове картины отдельных дублей.

Иногда рассыпанной мелочи под сиденьями набиралось до 25 евро. Это обычно были какие-либо навороченные Джипы, хозяевам которых было лень наклоняться за уроненными парой евро. Для меня — неплохой приработок. Именно по этой причине, я не искал более выгодную работу. В моих годах месить руками бетон (приходилось делать и это) — противопоказано для здоровья. А поднять для себя из-за седушки, уже в заплесневевшем футляре цифровой фотоаппарат, дело приятное.

Одной музыки на CD дисках, накопилось более 100 штук. Кстати, менеджеры фирмы, судя по рассказам других нанимателей, делали проверки меня на тему моего воровства из машин. Но делали это так неуклюже, что я всегда безошибочно определял, какие деньги лежат на полу машины «в подставе», а какие просто забыты владельцами. Этот опыт пришел ко мне со временем. Проработав более полгода, они не получили ни одной «рекламации» от клиентов машин и оставили меня в покое.

Работая на этой дилерской фирме, я научился ездить на всех мыслимых иномарках, включая «Порше», но в основном задом — приходилось забирать на чистку и возвращать тачки на стоянку обслуживания. Все менеджеры, и бухгалтерия как правило пользуются служебными авто для разъездов. За бензин платят сами. Ну про нелегалов нет речи. Простите отвлекся!

Итак.

Наступило воскресенье для начала работы над фильмом. Погода прекрасна — солнце, легкая облачность, не очень сильный ветерок. Наша группа, зарядившись всем необходимым, включая моё спиртное и жратву, выдвинулась на полуостров, на территорию моего пляжика, используя общественный транспорт. С трудом спустившись с обрыва, оставив «Гюльчатай» загорать, мы принялись разыскивать подходящую пещеру, которых тут достаточно в обрывистом берегу. Нашли огромную, просторную, но затопленную приливом. Надо ждать отлива. Раскинулись. Расставили штативы и камеры. За час подоспел шашлык. Сгрудилась тепленькая компания и понеслось — поехало! Достигли определенной кондиции через пару часов. Вода начала спадать.

Постепенно обнажилось: дно пещеры, наши торсы, и некоторые части тела «Г юльчатай».

Перед выездом мужская часть группы — 3 человека договорились между собой, не трогать Свету ни в каком случае — только работа над фильмом. И ее стриптиз не произвел на нас ровно никакого впечатления. Быстро перебрались на съемочную площадку. Началась бурная съемочная работа. В руках лист с посекундной раскадровкой дублей, приказы режиссера весёленько выполняются. Дружеская творческая атмосфера. К началу прилива, когда уже начинало темнеть мы закончили основные съемки. С чувством глубокого удовлетворения, немного уставшие и счастливые вернулись по хатам.

От дальнейших съемок Светлана отказалась, по неизвестной причине. Женщин трудно понять. Но насиловать её никто не собирался, а может она этого и ждала? Все больше и больше я становился феминистом мужского рода. Умозаключения классиков мировой литературы о женщинах, только укрепили моё мнение о прекрасной половине человечества:

Брем Стокер:

— «Женщина-это не более как хрупкая бело-розовая кукла, с длинными волосами, часто не её собственными!»

Да простят меня дамы — не я это придумал. Редкая актриса есть действительно талант. Но есть! Не спорю. В безвыходной ситуации и мужик сыграет женщину не хуже чем она сама. Вспомните «Городок» с Алейниковым и Стояновым, или Филимонова с его «Джентельмен-шоу». Поэтому я и не расстроился. Парики есть, формы создадим, голос изменим на озвучке — and no problemo!

С упоением, ночами, монтировал и озвучивал фильм.

Надо было создать иллюзию о действии в горах Пакистана, а не на побережъе океана в Дублине. На мой взгляд получилось не хило.

Через месяц закончил монтаж и пригласил мой «бомонд» на премьеру ко мне на хатку. Натолкалось народу…Накурено. Натоптано. Выпито…Облёвано!

Народ воспринял первый опыт положительно. Были и критические замечания, но в основном от тех, кто вообще ничего не пытался делать в своей жизни. Творческий люд, напивался все больше и больше, у всех лихорадочно блестели глаза и каждый развивал тему, как я должен наехать на Голливуд и как они будут от меня иметь огромные бабки. Фантазии этих взрослых деток, меня не трогали, т. к. в голове уже был другой фильм. Со временем, пересматривая свои «работы», все время находишь все больше и больше недостатков, и уже абсолютно не нравится то, что с радостью творил полгода, год назад. Видимо это правило, — от многих творческих людей это слышал.

Хочется все переделать, более профессионально, но, назад дороги нет! Откладывается «на полку».

Продолжая творческие встречи со Скалолазом, споры и дискуссии, мы наработали еще кучу проектов, которые незамедлительно стали воплощать в жизнь. На актеров приглашались в основном друзья-приятели. Даже те, кто раньше сопротивлялся, в конце-концов соглашались и участвовали в съемочном процессе. И когда я уже в Украине, до сих пор несутся ностальгические звонки из Изумрудного Острова, с воспоминаниями о прекрасных творческих моментах в жизни каждого, кто принимал в этом участие. Я рад, что смог кому-то помочь уйти от наркоты, кому-то от сумасшествия, кому-то дать новую цель в жизни и привить вкус к ней. А жизнь я ценю и люблю всеми фибрами своей души. Это может понять только человек, кто побывал за той чертой, хотя бы временно или в своих мыслях.

Глава 41. Хирургия

Как понимать эти слова? Попробую пояснить.

Человек живет на этом свете, абсолютно не задумываясь почему и как. Живет и все! Но вот наступает момент, когда вдруг он понимает, что в ближайший момент он должен умереть. Именно не неожиданно, а он знает, когда и в какой момент это должно произойти! Вот тут-то и возникает драма. Как!? Почему я?! Почему сейчас?!

Зачем???

Боже, где ты? Почему ты забираешь мою жизнь?

Дай же мне ПОЖИИИИТТТТТЬЬЬЬ!!!…

Это конец… Человек может свихнуться..

Собственный пример.

Живу в Украине. Появились боли в боку. Ноющие, длительные. Гнилая температура 37 и 8 держится не спадая больше месяца. Хожу в поликлиники, на УЗИ, рентгены, к хирургам. Ни хрена никто ничего не может определить. Наконец жена потянула в роддом, там якобы современный аппарат УЗИ и профессионалы в этом. Согласился. Пошел. Доктор долго вертел меня и давил своим щупом. Резюме — подозрение на РАК ТРЕТЬЕЙ СТЕПЕНИ!!!

Я даже сначала в шоке спросил его: «А сколько мне осталось?». Ответ: — «Ну пара месяцев, может быть..»

Заторможенный, сознание в тумане, доплелся домой.

В голове возникли картины похорон, опускание гроба в могилу… Полный шок. В горле возникли спазмы, от которых не возможно было говорить. В глазах постоянно стояли слезы от собственного бессилия. Никого не хотелось видеть и близко. Закрывшись в комнате неделю провел, мысленно погрузившись в небытие. Все картины печальных событий медленно проплывали перед моими глазами.

Вдруг наступило некоторое успокоение. Ну раз так Богу угодно — ни я первый, ни я последний. Все там будем, только я должен быстрее. Наступило просветление и желание быстро, пока не слег полностью, обеспечить максимально будущее детей, успеть документально все оформить, облегчить максимально нагрузку на родных в связи с планируемыми похоронами — заказать место на кладбище, камень с надписями на могилу и пр.

Выполнено! Куда ложиться умирать?

Ну не дома же! Зачем создавать неудобства для семьи? Иду в третью горбольницу. В боку по-прежнему давит и ноет. В приемном покое, молодой пацан, врач — интерн, по своему учебному конспекту, стал ощупывать и опрашивать меня. Все как учили — строго по лекциям преподавателей. Прозвучал странный вопрос, который мне не задал ни один хирург: «Боль в яйца отдает?» Да… Стал тщательнее щупать в правом боку. Щупал, щупал до боли, и, вдруг: «Я вас немедленно кладу на операцию, сейчас же!».

Зачем доктор? Ведь это не срочно и не нужно.

Вы больной молчите, я знаю что лучше, а что хуже.

Странно. Ну пусть делают. Что хотят. Везут на каталке в операционную. Начинают делать наркоз, но местный, в живот.

Эй, почему маску не на морду?

Потому, что при аппендиците делают местный наркоз!

Какой аппендицит, доктор? У меня же рак печени!

Тот продолжая резать, невозмутимо:

Ху..рак у тебя, а не рак. Аппендикс! Причем гнойный. Перитонит на подходе!

Ты, братец счастливый, вовремя на резку пошел. Через пару часов должно было все лопнуть. А это шанс выжить только 50 на 50 %!

Чуть не захлебнулся слезами. Я буду ЖИИИИТЬ!!!

Доктор поднял в пинцете и показал мне отрезанную раздутую желтую кишку. Понемногу я пришел в себя. Стал его спрашивать, почему же не могли определить это никаким образом, а какой то врач-студентик спас мне жизнь?

Потому, что аппендикс завернулся крючком за печень и не просматривался и не прощупывался!

……..Я заново родился на свет. В семье это восприняли спокойно. Веселенько. Но мне

было не до веселья. Именно тогда, я понял ценность жизни, понял какое это счастье дышать воздухом ежедневно!

Шелест ветерка, сияние солнца, щебет птиц — все обрушилось на меня вновь в новых ощущениях…Да!

Жизнь прекрасна, любая погода прекрасна, — я часть природы и ЭТО ЕСТЬ СЧАСТЬЕ! НАДО ЭТО ЦЕНИТЬ! Я счастлив Господи, что ты отложил мой поход к тебе, на твой суд, на неопределенное время…

Я кинулся что-то делать для людей и близких. Организовал благотворительный детский фонд «Детство и Семья». Стал его учредителем и директором. Жена восприняла это в штыки. — Детям собственным помоги, а не куму- то! И детям тоже.

Но почему не другим людям? Женская тупость меня стала доставать. Под моей опекой оказалось более 200 многодетных семей в Черкассах и четыре детских дома в области. Наверняка кому-то стало лучше, но в доме не стало денег. Это отдельная история. Сейчас речь о хирургии, и я попробую немного развеселить читателя. Тоже из серии про хирургию, но со смешным оттенком.

В одно из воскресений взялся делать на деревообрабатывающем станке кораблик для детей. На циркулярной пиле обтачиваю планку. Неожиданно возникает мысль, что рука может соскользнуть со станины… только подумал и бац.

Рука соскальзывает, что-то ударило по кисти. Даже не понял что произошло, только вижу на полу в лоджии лежит мой средний палец. Перевожу взгляд на руку, — из культи хлещет кровь. Боли нет, какое-то жжение… В порыве поднимаю палец и начинаю его прилаживать назад на культю, мало соображая, что делаю. Через минуту до меня доходит, что произошло. Кричу жене, чтобы принесла бинт. Та прибегает и ей становится плохо. Я приматываю палец к культе и бросаюсь вниз, во двор, где стоит машина. Одной левой рукой, нарушая все правила движения, прилетел в третью горбольницу снова. Зная, где операционная, вихрем просвистел через приемный покой, оря, что мне надо немедленно пришить палец. Медсестры, в погоне за мной далеко отстали. Ворвавшись на втором этаже в операционную, увидел сидящего за столом хирурга, со стоящим перед ним на столе стаканом спирта.

Прошу его побыстрячку пришить мне палец. Тот в ответ, — его дежурство закончено. Да ты говорю человек или нет? Через 15 минут палец можно уже выкинуть в помойку. Тот минуту размышлял. Смилостивился. Прибежали сестры. Меня потащили на рентген и через полчаса, хирург приступил к работе. Как мне показалось, он все-таки успел «хряпнуть» перед моим появлением, потому, как был несколько чрезмерно весел и шутлив. Пообещал пришить, но гарантии не давал. Сказал, — если через три дня палец почернеет, значит отвалится. А если покраснеет — значит приживется. Да-уж!

Успокоил!

Обнадежил, блин!!! Процедура пришивания длилась около часа. Все это время хирург благожелательно балагурил со мной. Сестры не проронили ни слова, все время странно на него посматривая.

Наконец он поднял мою руку и с гордостью показал мне свою работу: — какой то удлиненный кусок мяса, на месте среднего пальца, с торчащими во все стороны нитками. Сестры быстро замотали мне это в бинты. Меня увезли в палату.

Я с напряжением ждал прошествия трех дней.

В перевязочной мне стали разматывать палец. С любопытством, не со страхом (это же не умирать) вперился взглядом в разматываемые бинты…

На свет явился кусочек розового мясца… Я заулыбался — и тут повезло. Когда полностью размотали, я увидел не кусочек мяса, а действительно пришитый палец. Радости не было границ. Меня переполняло чувство благодарности к хирургу.

Через пару недель мы с ним встретились. Он объяснил, что палец хорошо прирос и даже будет гнуться, но не до конца, т. к. кусок сухожилия пила успела покромсать. Да и так хорошо!

Стал выяснять как я его могу отблагодарить, — он стал отнекиваться. Сговорились на паре бутылок водки от меня. Не стал я настаивать на большем, если человеку, это может быть противно… Не знаю…

Палец быстро заживал, и мы с детьми вскоре смеялись на тему, как я бегал по квартире, в тщетных попытках приклеить отрезанный палец к культе.

Не вижу особой в этом трагедии, всяко бывает в жизни, но воспринимать с шуткой даже неприятности, стоит — во имя собственного здоровья.

Много позже я написал сценарий к моему будущему фильму «Хирург» на основании своего опыта и личных ощущений. Смешная история. Не так ли?

Иногда я вспоминаю США и стоимость рентгена моей головы. А сколько могла бы стоить операция аппендицита и пришивка пальца? 25–30 тысяч долларов, не меньше.

Да слава Богу, что заплатив нянькам десятку гривен или хирургу сотню баксов, можно спасти свою жизнь и обеспечить уход за собой здесь. Это выход из положения. Лучше на месте переплатить мелочью, чем стать нищим в мгновенье ока, в благополучном обществе из-за проблем с собственным здоровьем. Я не спорю, что медицина на западе находится на высшем уровне. Я не спорю, что наших Чернобыльских детей вытаскивают из могилы Ирландские хирурги, пересаживая костный мозг, вылечивая лейкемию. Это дико дорого стоит и оплачивается Ирландским правительством. Но стать в Ирландии нищим по причине получения воспаления легких, или с сердечным приступом, также свободно можно, как выпить стакан воды. Это касается впрочем не только Ирландии, а всех стран Запада и США. Страховая медицина имеет свои минусы и ограничения также.

Но вот чем интересна погода этой страны — свежий морской климат, 95 процентов влажности. Куда делась моя хроническая застарелая астма?

По идее во влажном климате эта болезнь должна обостриться. Произошло, всё с точностью до наоборот. Я забыл, что я — хронический астматик. Ни одного приступа за три года. Ни одной простуды. Легкая сопливость тут же мгновенно убивалась ударными дозами панадола и парацетамола. Ни разу не ходил к врачам на прием. Лечила мама, по телефону. Это помогало. Проспиртовка, в моменты подозрения на простуду, также оказывала благоприятное воздействие на организм. В общем, я научился гасить все свои болезни еще в зародыше.

Глава 42. Шуточки с ирландцами

Продолжая в свободное от работы время снимать короткометражные фильмики, я придумал сценарий о Робин Вуде. Не перепутайте с Робин Гудом.

Вууд, по-английски это лес. Пародия на жизнь Робин Гуда не помешает в моей коллекции. Тем более — совместим приятное с полезным, съездим в пригород Дублина на огромное озеро, с лесом по берегам, и заснимем на двоих, все что надо. Сказано — сделано. Весь джентельменский набор, камеры, штативы — и на автобус. Приезжаем. С одной стороны платный рыболовный пруд, где можно взять лодку, наживку и снасть на прокат. Плюс заплатить за лицензию на выловленную рыбу. Мы — на другую сторону моста, в дичь, в пущу… Колючка не препятствие для работников кино и потенциальных алкоголиков.

Передавили, перекусили её и внедрились на частную территорию на побережье этого пруда. Переоделись в реквизит. Раскинули штативы, установили камеры, вынули закуску и приступили к стандартным предсъемочным деяниям. Дошедши до кондиции, внесли необходимые поправки и добавки в сценарий и начали работу. Быстро, легко, элегантно, со спецэффектами. Откуда ни возьмись появился айриш с мобилой в руке. Всегда удивлялся — их телекамеры наблюдения, устанавливаются в самых неприметных местах. Что — каждый дом, ферма имеет сеть телекамер внешнего и внутреннего наблюдения?

Увидев наши штативы, камеры, айриш вдруг нас сильно зауважал, рассыпался в комплиментах, извинениях и быстро ретировался. Мы продолжили нашу работу. Успешно её закончили. Допили остатки. Двинулись в обратный путь к стоянке автобуса.

Тут Скалолаз, телепая по шоссе заплетающимися ногами, высказал интересную идею заснять хронику непосредственных событий — предложил мне лечь на асфальт посреди дороги, изобразить сбитого автомашиной пешехода, а он из кустов будет снимать на пленку реакцию ирландцев на этот якобы инцидент. Что будет потом, ни мне, ни ему в затуманенные алкоголем головы, на ум, не пришло.

Я с азартом сбросил рюкзак, отдал свою камеру и штатив Скалолазу. Тот отошел метров на 50, спрятался в кусты и дал мне знак — приступай к действию! Представьте себе шоссе. С одной стороны обрыв к озеру, кусты. С другой глухой забор, чьей то частной территории. Ширина дороги 6–7 метров. Я улегся в центре, мордой вниз и вбок, чтобы наблюдать реакцию айришей. Только по пьянке, могла прийти в голову эта авантюра. Ждем-с…

Послышался шум приближающегося авто. Тачка резко тормозит в 10 метрах от меня.

Из машины выходят двое — мужчина и женщина. Стоя возле машины, не приближаясь ко мне, начинают, что то бурно обсуждать, тыча в меня пальцами. За несколько минут, вдруг на дороге собирается автомобильная пробка с обеих сторон от моего тела.

Толпа опасливо приближается ко мне. Слышатся выкрики, — «Не трогайте его, вызовите амбуланс и полицию!»…Я начинаю с ужасом осознавать, что мы творим… Люди не приближаются ко мне ближе чем на три метра. Мгновенно протрезвев, я решаю применить испытанный свой прием — пьяный шел по дороге и свалился! Начинаю мычать, что-то нечленораздельное бормотать, зашевелился и сел на асфальт. Пополз к рюкзаку и стал его пьяными движениями напяливать на себя. Толпа остолбенело замолкла, пялясь на меня. Завыла сирена.

Почти одновременно появляется полиция и амбуланс. Подбегают два фельдшера. Ощупывают меня. Я стараюсь изо всех сил дышать на них перегаром. Они машут руками и объясняются с полицаями. Я надеюсь, что эту картину Скалолаз снимает на камеру. Полиция успокаивает людей и приказывает всем разъехаться. В это время собралась пробка на километр длинной по обеим сторонам от места инцидента. Машины, под регулировкой полицейских, постепенно разъехались. Меня «пригласили» присесть в полицейскую машину и повезли в участок. С чувством выполненного долга, с гордостью за супер-фильм, который мы потом смонтируем и облагородим, я ехал и размышлял.

Как всегда, меня повели на допрос к начальнику участка. Документов естественно у меня — никаких.

Я продолжаю играть, но более агрессивно, зная, что полиции мне бояться нечего — я сдался, официально нахожусь на территории Ирландии. Тут уж прикидываться болгарином из Софии нечего. Подумал и решил играть в «открытую». Назвался.

Про свой статус умолчал. Обозвал себя телережиссером из России. Что делал и почему лежал на дороге? Мой партнер снимал это на телекамеру спрятавшись в кустах неподалеку, все действия Ирландской полиции, медицинской помощи, и реакцию простых ирландцев. Это интересно будет увидеть Российскому телезрителю!

Увидели бы вы как постепенно вытягивалось лицо офицера Ирландской полиции. Все трое полицаев, находящихся в кабинете, глупо переглядывались друг с другом. Двое вышли. Я молчал, и «тяжело» дышал.

Полицейский вдруг спросил — почему я пьяный. Ответил, что для вхождения в роль все актеры немного выпивают для храбрости.

Полицай стал куда-то звонить и консультироваться.

За стеклом кабинета сгрудилась кучка полицаев, — обсуждают. Офицер просит назвать номер телефона моего партнера, который якобы снимал все это из кустов. Даю номер Скалолаза. Тот звонит, разговаривает. Ждем. Через десять минут в кабинет заходит Скалолаз, весь красный как рак. Полицаи молча взирают на его могучую спину, навьюченную телештативами. У него тоже нет документов. Я незаметно усиленно мигаю Скалолазу. Не могу понять — понимает ли он меня? Полицаи звонят его жене, уточняя его данные. Все подтверждается.

Начальник просит всех посторонних удалиться из кабинета и снова звонит — видимо высшему начальству. Получает инструкции. Мы сидим на стульях, переговариваясь по-русски. С ужасом я узнаю, что Скалолаз, как только увидел скопившуюся пробку из автомашин, испугался, прекратил съемку и смылся подальше через кустарник. Когда увидел, что меня посадили в полицейскую машину, приперся в городок и ошивался возле полицейского участка.

Всё, что я «наработал», из-за его трусости пошло коту под хвост. Я тихо, злобно, матюкаясь, высказывал ему, всё, что я о нем думаю… Благо никто ничего вокруг не понимал.

Наконец начальник обратился к нам с целой речью.

За всё время его службы здесь, ничего подобного не происходило. Это его спокойный участок. И, мы, русские нарушили это спокойствие, возмутили это тихое болото, создали аварийную ситуацию на дороге, создали информационную шумиху и теперь, это будет обсуждаться на всех углах и дойдет до высших кругов полиции в Дублине. Зачем всё это? Во имя чего? Во имя русских телезрителей? Им, ирландцам это абсолютно не интересно и не нужно.

Поэтому, он принимает решение немедленно освободить нас, несмотря на нарушение ирландских Законов, под наше словесное обещание — не появляться в этом его городке никогда более.

Мы переглядываемся и нехотя соглашаемся. Полицай также облегченно вздыхает — он освободился от обузы участия в международном скандале с русским телевидением! С улыбками, похлопыванием по плечам, вежливо, нас выпроваживают из полицейского участка.

Мы садимся в подъехавший автобус и убываем во свояси. В салоне, меня вовсе прорвало, и я вылил на Скалолаза все помои, что накопились у меня в душе.

Тот удрученно молчал, воспринимая это как должное. По его идее, я рисковал собственной шкурой, а этот засранец в самый ответственный момент сдрейфил и НИЧЕГО НЕ ОТСНЯЛ! Обидно до боли. В городе разошлись не попрощавшись друг с другом.

Неделю я остывал. Скалолаз тоже.

Наконец приперся с бутылкой Смирнова, закуской и извинениями. Помирились. Снова стали фантазировать на тему продолжения телесъемок. В дебаты стал подключаться Валера.

Мы решили в ближайшее время отснять короткий типа боевичка, фильмец. Вспоминая в этих дискуссиях, наши шуточки над ирландскими законами, мы через пару дней, абсолютно нелегально, сняли короткий сюжет прямо в пабе, в центре Дублина. Расчет был прост, спросишь разрешение — обязательно откажут. Надо снимать не спрашивая — четко и быстро, не давая никому опомниться вокруг. Эта тактика, в дальнейшем, много раз нас выручала и спасала от лишних денежных затрат.

Глава 43. Работа в кино — дело заразное

Итак, выработав тактику при проведении телесъемок, мы активизировали нашу работу в этом направлении. Скалолаз так заразился игровым кино, что сам стал пытаться, что-то делать, привлекая уже меня как актера. Валера вдруг раскололся на телекамеру и огорошил нас, что он уже имеет камеру и также будет нам помогать. К сожалению он пожалел деньги и купил дешевенький вариант телекамеры, которая никуда, кроме как на любительское видео не годилась. Но съемки уже стабильно- «на троих», продолжались, тем более этот вариант количественного состава, как то ближе русской душе. На любые гулянки в городе, мы уже профессионально, как правило имели на руках камеру мою или Игоря. Может неожиданно повезти, и удастся, что то снять типа — попадания Боингов в Американские небоскребы. Деньги могут неожиданно свалиться при удачном стечении обстоятельств или просто удача подкатит. Г уляя однажды в воскресенье по Дублину, занесло нас в тюрьму 17-го века. Это был музей-тюрьма, который функционировал до 60-х годов уже нашего века.

Естественно везде висят таблички «No photo, No TV camera» — запреты на фотографирование и видеосъемку. Для кого? Для нас? Ха-ха-ха… Тут же решаем немедленно снимать, даже без сюжета, просто так, на потом — авось пригодиться. Естественно никого об этом не предупреждаем. Платим за экскурсию и начинаем двигаться позади всей толпы. Постепенно отстаем от группы на 15–20 метров. Засовываем свои носы во все щели. Начинаем снимать закрывая камеру своими телами. Открываем карцеры и боксы- каталажки. Ложимся на нары, раздеваемся и также быстро одеваемся, один на стрёме, двое работают. По пути возникает сюжет, канва. Вообще отрываемся от экскурсии в какие-то боковые коридоры, попадаем в запретные зоны и снимаем… снимаем… Как быстро исчезали, так же быстро и появляемся перед экскурсоводом, дабы не вводить в подозрение — ну иностранцы, что с нас взять? Удалось даже побывать в закрытой келье надзирателя и поваляться на соломенных музейных матрацах, что строжайше запрещено! Нии-зяя-яя!

В зоопарках, мы залазили в клетки к слонам, чем вызывали бурю негодования работников зоопарка.

Возле банков, на их территориях, прикидываясь опять работниками русского телевидения, снимали подходы к банкам, а вдруг поступить заявка на ограбление, — а мы можем продать плёночку с заснятой территорией. С высоты через стекла супермаркета снимали как ирландские пожарные просят подаяние у прохожих… На Смирновку что ли не хватало? Я придумал и изготовил специальную сумку для камеры, чтобы вообще можно было делать кино скрытой камерой, вплотную к объекту.

Снимать на работе не рисковал, потому, как ценил свою работу и отношение ко мне со стороны босса и окружающих. По каким то каналам, информация о том, что я сдался попала к боссу и он в испуге, с каплями пота на лице, объявил, что вынужден меня уволить, т. к. не желает платить 15 тысяч штрафа.

Я снова оказался на улице и принялся за поиски работы. Кино отошло на второй план, где там снимать кино, когда деньги утекают, а дохода нет?

Временно приостановил съемочную активность и снова принялся за чтение объявлений о найме и представлении работ.

Глава 44. Что такое FAS. Переходный период.

Итак снова за газеты. Объявлений куча, разных. Особенно на поваров и кухонных рабочих. Естественно- на улицах пабы и рестораны на каждом шагу. Работа скотская, а платят мало: 200–250 евро в неделю. Кидаюсь и на это, но не успеваю, всегда какая — нибудь китайская сволочь успевает вперед меня. Я подозреваю, что они «снимают» эти объявления еще в типографиях при печати. Этой срани как тараканов — везде орды. Некуда бедному крестьянину податься. Работал пару дней у какого-то мебельщика. Но тот сразу пытался меня дурить. Отказался. Поработал неделю по колено в бетоне, укладывая его как перекрытие в фабричном корпусе. Дико тяжело и убивает орание не тебя по поводу и без повода бригадира бетонщиков, у которого кроме как цемент, в голове ничего нет. С тоской стал вспоминать хождение с тряпочкой вокруг легкового автомобиля, бесплатные ланчи, шутки и подтрунивание ирландцев-механиков, тепло и уют сервисного цеха на фирме, дополнительные «доходы» из салонов автомобилей. Стал по вечерам молиться в уголке комнаты, и просить нормальную работу. У Валерки халтура кончилась. Мой старый «агент» сразу про меня забыл, как я только исчез по велению босса из фирмы. Случайно забрел на фирму «Nissan»-очередной дилер. Там меня взяли с испытательным сроком три месяца. Нелегально. Босс хороший, но как правило есть гнида менеджер, который стал мне платить меньше, чем обещал босс и заставлять чистить туалеты. Отомстил я ему просто — при боссе послал его туда, где он не желает быть, и тут же попросил босса об увольнении. Тот согласился.

Есть в Ирландии так называемая государственная служба занятости — FAS. Вход свободный. Висят объявления по найму и телефоны приглашающих. Ты можешь списывать эти телефоны и тут же звонить по бесплатному телефону-автомату. Но гарантии трудоустройства нет. Как повезет. Другое дело — регистрация. Но как зарегистрироваться с «волчьим билетом»? Никак. Только используя чужие документы, под чужую фамилию. Да еще ввели идиотский паспорт безопасности, если хочешь работать на стройке — это типа сертификата о проведении инструктажа по ТБ. Без него не возьмут.

В последнее время Департамент труда и занятости ввел еще одно правило, затрудняющее принятие на работу нелегалов. При приеме, наниматель обязательно должен иметь справку из FAS, о том, что на эту должность FAS, ему не смог найти кандидата. Наниматели придумали контр-меры. Дают в FAS, заведомо неприемлемые для обычного ирландца уровни зарплат. Для кухонного рабочего, — например 180 евро в неделю. Принимают на работу китайца, нелегала. Ждут два три месяца информации из бюро. Там сообщают, что на такую зарплату никого не могут найти и вынужденно дают нанимателю справку, что FAS, помочь не может. Наниматель официально берет на работу того же китайца, повышая ему зарплату до 200, и имеет на руках справку для инспекторов. Все шито-крыто. И «овцы сыты и волки целы». Каким образом берутся нелегальные китайцы? Опять просто. Покупают курсы английского языка, например на месяц. Получают студенческую трехмесячную визу, причем под эту визу имеют право открыть счет в банке и даже официально работать до 20 часов в неделю. Регистрируются в FAS, получают ID- карточку с социальным номером. Без этой карточки никто официально на работу не возьмет. Т. е. за время действия студенческой визы китайцы, да и русские, полностью легализуют себя на территории Ирландии, подыскивают нанимателя, заключают с ним контракт кто, на сколько сможет и есть два выхода — уходить на нелегальное положение, имея все счета, номера, паспорта и пр. И, идти в свою английскую школу, прикидываться что ты тупой, платить за дополнительное обучение и продление студенческой визы. Кому — что нравится. Китаёзы обычно уходят в нелегалку. Так вот. При регистрации в FAS, ты должен указать в анкете, какую именно должность подыскиваешь для себя и на какой уровень зарплаты. Лично твою персону «ведет» отдельный клерк. Ты у него консультируешься, он консультируется с потенциальными работодателями — в общем целое дело. Они обязаны найти для тебя работу — это их работа. Иногда, когда клерк видит, что у тебя «труба» — он не может найти для тебя что-либо, тебе советуют переучиться на другую специальность, причем учеба осуществляется за счет государства. В конце-концов, человек получает приемлемый вариант работы. Китаезы и продвинутые русские, кто вложился в поиск собственной работы через FAS, попав в Ирландию по студенческой визе, за месяц ее как правило находят без всяких посредников, лишь бы ты мог хоть как то изъясняться по-английски. Ну и естественно, каждый, уже официально работая, постоянно находится в поиске по лучшему варианту. Конечно, можно что-то искать, работая например ночным сторожем на стройке и получая за это по 400 евро в неделю чистыми. Румыны, ухитряются находить работу на тягачах-бетономешалках, по липовым Европейским правам за 900 евро в неделю.

Торговля липовыми документами в Дублине очень развита. Занимается этим как правило болгарская мафия. Из Софии идут потоками курьерской почтой и курьерами — паспорта европейских образцов, всевозможные ID, сертификаты, водительские права и прочая поддельщина. Знай нужных людей, плати бабки и все через неделю всё будет лично для тебя в лучшем варианте. Знаю, сам делал некоторую фикцию, когда нужны были деньги. Но существует и некоторая опасность в вариантах такого типа сделок.

Пример.

Ты нелегал. Тебе надо чужое ID и под это ID счет в банке, чтобы официально устроиться на работу и получать зарплату по банковской карточке, даже не показывая своего носа в банке. Какой нибудь задроченный румын тебе предлагает купить его карточку ID, вместо со счетом в банке, т. е. ты покупаешь и банковскую пластиковую карту, для съёма денег через банкомат. Румын тебе объясняет, что он уезжает в Румынию навсегда после отработки здесь в течение 10 лет. Все класс. Ты веришь, ID и карты действительные и начинаешь работать там под фамилией какого-то Ебунеску. Работаешь полгода. Все четко. Карточки работают. Деньги регулярно снимаются. Но в определенный момент, когда ты или забыл или оставил на потом снятие очередной порции зарплаты в пятницу, вдруг выясняется, что карточка заблокирована и ты ничего не можешь сделать, так как ты не Ебунеску. Обычно для этого выбираются моменты, когда на счетах скапливается до штуки и больше евро. Реальный Ебунеску, узнает в банке о движении денег на своем счету, он то имеет документу на себя — хотя бы свой паспорт. Терпеливо ждет как волчара, выбирая момент ограбить тебя. Выбрал! Приходит в банк, заявляя об утере карт.

Банк как правило немедленно блокирует карту, проверяет этого румына на его легальность в Ирландии, выдает другую карту и ваши заработанные деньги — тю. тю… Некоторые наши бестолковые балбесы, теряли таким образом, по 10 тысяч кровно заработанных. Люди рискуют от безвыходности — все труднее и труднее найти нормальную нелегальную работу. Именно по этим причинам, среди эмигрантов начались кровавые разборки — нашли два трупа румын, в речке выловили труп русского, которого убил украинец, китаезы стараются резать друг друга в тихую. Но крупных разборок нет. Все тихо, на бытовом уровне.

Мама не дала сыну наркоману деньги на дозу — сын убил маму. Это громкое дело! О каких либо бандитских налетах, или рэкете, или отстреле неугодных — не слышал, нет такого. Иногда наркоши пытаются ограбить бензоколонку. Но и то это очень редко. Выводы. Хочешь иметь нормальную работу — должен заиметь студенческую визу, пройти регистрацию в FAS, Технике безопасности, получить ID, открыть счет в банке, и найти эту самую работу.

Но прежде — научись говорить по-английски!

Если не хочешь дополнительных затрат или попросту нет денег — въезжай в Ирландию по туризму, уходи на нелегалку и ищи работу. Получать будешь меньше, защищенности никакой, рискованней, но и этот вариант возможен.

Тут могут быть отклонения — купи липовый паспорт португальца, его ID, и также можешь официально работать как португалец. Платить будут немного.

Тебя, твою белокурую морду возьмут, заранее зная, что ты португалец, как я — нигер, но документы в порядке, а это есть главное.

Глава 45. Снова кар-валетер

Помыкался я на побегушках около месяца, то там, то там по паре дней. Куда то запропастились приятели собутыльники. У меня не стало настроения запускать самогонный аппарат в дело. Валера и Скалолаз, только сочувствовали, но помочь с работой не могли. Да я и не привык сам к чужой помощи.

Вспомнил однажды как механик Джон гонял тачки куда то в центральный офис компании. Нашел этот офис. Появился там и попросился на встречу с «центральным» боссом. Как ни странно, он меня знал, принял улыбаясь, пожимая руку.

Кто я для него?

Нелегал, который поставил под удар своей сдачей содиректора фирмы. Однако!

Конечно он припомнил мне это. Но я слезно попросил дать мне работу, т. к. нахожусь в безвыходной ситуации и обещаю ему тихо как мышь работать и не болтать по углам лишнего. Тот обещал подумать. Я поехал домой. Не успел отъехать пару километров, как заработала мобила, и голос босса попросил меня вернуться. В его кабинете сидел улыбаясь тот самый Джон. Он мне дал протекцию, и сам оказывается уже давно перешел в главный офис фирмы на работу. Я был повторно принят в ту же компанию, но в центральное отделение с повышенной зарплатой в 300 евро. Этот босс вообще ничего не боялся — пол Дублина покупало у него машины. Держал собственную футбольную команду во второй Ирландской лиге.

Богатый человек и простой в общении.

Многие механики, менеджеры меня знали. Я был тепло принят в коллектив и стал делать столь любимую мной работу по чистке и полировке машин, ни на секунду не изменив своим установкам — иметь «дополнительный» навар из салонов автомашин.

Глава 46. Снова с головой в кино

Слава Богу опять я при работе. Небольшая зарплата по Дублинским меркам. Но спокойная работа и успокоение в душе, дают свои плоды. Снова заработал миниспиртзавод. Снова откуда ни возьмись возникли те, кто недавно исчезали.

Но не стал я устраивать пьянок на халяву как было раньше. Сразу стало легче дышать, потому, что исчезла масса нежданных гостей — выпить у меня нечего, значит и делать у меня нечего.

В голове закопошилась идейка о снятии примитивного боевичка или жалкой пародии на него. Валера, в прошлой жизни, служил десантником. Вот на базе его знаний приемов рукопашной борьбы, я сочинил коротенький сценарий. Привлекли к работе Скалолаза. Приехали на место съемки, приступили к работе. Скалолаз задерживался и мы начали снимать сзади, т. е. делали дубли по сценарию но с задних кадров, где работа дополнительного оператора не требовалась. Таким макаром отработали полфильма, когда приехал Скалолаз и привез водолазный костюм. По-задумке, береговые бомжи, должны начать войну с итальянским боевым плавцом. Как было трудно залазить в океан при температуре воды в 9 градусов! Вспомнил фильм «Титаник», как там замерз бедный Ди-Каприо. Только первач, спас меня от гарантированного воспаления легких. Купание продолжалось более получаса, пока не были отсняты 4 дубля. Отогревшись и закусивши, мы продолжали бойцовскую борьбу на берегу, причем Валера в приступе натурализма чуть не сломал мне руку. Кино требует жертв. Фильм получился коротенький, но развлечься можно..

Кроме этого фильма мы наснимали еще кучу видеоанекдотов, которые я облагородил на монтаже, и сотворил из них что-то наподобие видеоклипа.

Появилась идейка отблагодарить босса, сделав для его компании рекламный фильм.

Этот фильм я сделал, содрав кучу видеокадров с телевизора и записав этот фильм на DVD, представил боссу на его день рождения. Должного эффекта это не произвело (я ожидал возникновение повышенного интереса к моей персоне и как следствие повышение зарплаты).

Вообще никакого эффекта. Я забыл о своих же правилах взаимоотношений с нанимателем. Прежде всего в любом случае, я для них ДЕШЁВАЯ РАБСИЛА и не более того! Я стал очень сожалеть, что высунулся со своим фильмиком. Остыл. Продолжал работать, ожидая худшего. Но все тихо умерло. Босс иногда заходил в цех, мимоходом кивая мне головой.

НИКОГДА НЕ ПОКАЗЫВАЙТЕ, ЧТО ВЫ УМНЕЕ ИХ!

Дополнительной халтуры в виде покрасочных работ здесь не было. Я продолжал получать это вшивое пособие — 19 евро, и тратил его на покупку пленки.

На фоне ежедневных бытовых проблем, наснимал материала о жизни русской эмиграции в Дублине. Удалось даже получить кадры внутренностей русских лавок, рисковал камерой и собственным здоровьем.

Сидя однажды дома, смотрел телевизор и слушал рев трибун, со стадиона, на котором проходил какой-то внутри ирландский футбольный матч. Когда такое происходит, на улицу лучше не показываться, все забито машинами и фанатами. В этой футбольной истерии, можно схлопотать по рылу, от какого-нибудь болельщика, футбольная команда которого некстати проиграла.

Вдруг слышу с улицы глухой удар и звук рассыпавшегося стекла. Выглядываю со второго этажа и вижу — группа подростков грабит автомашины, которые поставили между домами автовладельцы из- за отсутствия места на стоянках.

Хватаю камеру и начинаю снимать это криминальное видео. Грабители делают все профессионально, два пацана стоит на стреме, главарь разбивает задние стекла авто, залазит внутрь и вычищает все подряд. Две девчушки на подхвате, которые быстро убегают с награбленным. Профессионально организованная банда детей. Я тихо, сквозь щели в решетках окна, «работаю». Сердце усиленно бьется. В голове радужные планы — как я продаю это видео на телевидение — и на меня сыплется дождь из оранжевых бумажек Евро…. Детки быстро очищают 8 машин. Но им этого мало. Главарь лет семнадцати, ходит осматривает своих рук дело. Кто-то приносит ему монтировку и он начинает корежить приборную панель одной из машин. Да он будет её угонять!

Точно! Через несколько попыток, машина заводится, этот хмырь, пока её выводил из ряда, смог разбить передок и задок у соседних машин. В машину заскочило еще пара подростков, и они уехали кататься. Остальные члены банды видимо пошли делить награбленное.

Я перезарядил кассету и стал ожидать прихода владельцев с футбольного матча. Интересно заснять реакцию людей, на случившееся. Потянулись водители ограбленных машин с семьями. Реакция очень спокойная, даже обыденная. Ну ограбили и хрен с ней, страховая компания заплатит. Садятся по тачкам и разъезжаются. Владелец угнанной, покрутился на месте, махнул рукой и ушел. Странное на мой взгляд равнодушие.

Через пару дней, я вызываю моего приятеля ирландца — Оина, показываю ему этот фильм и прошу его помочь мне продать это на телевидение. Тот начинает звонить и выяснять там, какой канал это может купить. Оказывается никому это абсолютно не интересно. Ежедневно в Дублине угоняется десяток машин и это рутина. «Евриковский дождик» исчез в мгновенье ока. Предлагаю — давай хоть с полиции что-то выдавим.

Оин отвечает, что попробуем. Опять звонит в полицию. Нас направляют в местный участок. Женщина — офицерша долго крутит в руках кассету не зная, что предпринять. После консультаций с руководством, дает мне расписку, обещает вернуть кассету через пару дней после переписки. Ждал я этого возврата больше двух недель. Причем вернули не мою четырехчасовую кассету, а чистую двухчасовую. С моим энтузиазмом помочь Ирландской полиции, я остался даже в убытке. Оин несколько раз позже звонил в полицию, узнавал о движении дела. Да, этого главаря, арестовали. Детей не тронули. Родителям назначили штрафы. А Оин, предупредил меня, что этот подросток, через пару месяцев будет освобожден за хорошее поведение, и постарается сунуть мне «перо» в бок. Я должен менять место жительства. Плюнул я на его предупреждения, проклял свою глупость и инициативу и никуда не переехал, тем более, что переезжать было некуда. Никто ничего мне в бок не сунул. Но после этого случая, на футбольных матчах, в этом туннельчике между домами, эти же детки, которые грабили машины, организовали уже платную стоянку — брали деньги с водителей, за то, что они якобы будут охранять и присматривать за их машинами. Бизнесмены сраные!!! Как коротка дистанция от криминала к легальному бизнесу.

Глава 47. Голливуд на горизонте

Скопилось достаточно отснятого материала, который надо было куда-то пристраивать. Ну сами посудите — для чего делается кино? Для того, чтобы зритель это видел, и для своего личного заработка.

Как «засветить» фамилию? Конечно же через участие в кинофестивалях.

Стал я рыться в Интернете на тему — возможно ли вообще начинающему актеру, режиссеру попасть со своими фильмами или показать свои способности на мировых кинофестивалях. Оказалось возможно.

Но Российских, Украинских кинофестивалей — раз, два и нету больше! Зато западных — пруд пруди!

И для полнометражного кино, и для коротких, и для мультиков и еще хрен знает для чего. Как принять участие? Тоже просто. Заполняй форму, отсылай на видеокассете копию своей продукции, плати бабки за вход в конкурс и у тебя появляется шанс — стать или кинозвездой или кино-продюсером.

Выбрал я пятнадцать фестивалей — на трех континентах Земли — Америка, Евразия, Австралия. Причем подобрал так, что только часть из них платные. Раскопировал свой первый фильм про Робин Вуда и разослал на все пятнадцать.

Что же из этого вышло? А ровным счетом ничего. Повалили ответы через интнернет, что все хорошо, но ваш фильм к сожалению селекционное жюри не выбрало для показа, по причине, что плохое качество копий на видеокассете. Тааак!.. Надо писать копии на CD или DVD. Срочно ищем в магазине прибамбас для компьютера на запись фильмов в DVD формате. Устанавливаю и начинаю лихорадочно делать эксперименты по записи. Получается.

Начинаю срочно шлифовать в монтажных программах фильм про Бин Ладена. С приятелями, тем временем снял короткую пародию на тему лицемерия работников религии. По интернет веду переговоры с администрациями некоторых фестивалей.

Надо выбрать несколько, но ударных, не распыляясь на всякие далекие, типа Австралии и мелкие, типа на Кипре. В своем выборе останавливаюсь на Лос Анжелесе, Голливуде, Нью-Йорке, парочке из Германии и парочке из Англии.

Записываю Бин Ладена и рассылаю это туда. Мой друг Оин, проплачивает вход на фестивали через свой счет в банке. Я только плачу ему деньги. Потянулись длинные недели ожидания ответов и реакций. Неожиданно, стали поступать какие-то странные предложения из Нью — Йорка от агентств по кино-маркетингу, с предложениями продвинуть мой

Фильм на такие студии как Уорнер Бразерс, ТриСтар Пикчерс и другие. Ну заплатите братцы за работу по маркетингу 350 долларов и ваш фильм гарантийно будет у продюсеров этих студий на столе. Кто не был в Штатах может быть и клюнул бы на это, но только не я. Моментально связываюсь с администраторами фестивалей, перечисляю названия маркетинговых агентств и прошу дать информацию, зарегистрированы ли эти агентства, действительно как официальные агенты кинофестивалей. Ответ однозначный, — ни одного этого агентства в каталоге и регистрации не числится! Все они — пройдохи америкосы, стригущие купоны на лохах, желающих попасть в кино. С каким наслаждением я им «факал» (посылал на…) по интернету в ответ! Ни одно агентство не возмутилось и не ответило — сорвался лох, ну и хрен с ним. Других найдем.

По мере приближения осени 2003 года, начинают поступать отзывы с фестивалей. Из Германии и Лондона вообще ничего, а вот из Лос-Анжелоса, Голливуда, мне поступили приглашения посетить эти кинофестивали, конференции, просмотры в качестве VIP (очень важная персона — как фильммейкер). На крыльях удачи, в руках с этими приглашениями, лечу в эмиграционное бюро, выпрашивать себе поездку.

Начальник службы, долго консультируясь с кем-то по телефону, дает мне отказ, ссылаясь на решение Министра Юстиции Ирландии — господина Мак-Доэла. Как??!!!… Где свобода, где демократия?

Ответ — ты подал документы как беженец по религии-сиди здесь и не рыпайся, пока министр не примет решение — оставить тебя здесь или нет. Никаких выездов, ни каких исключений из правил. Точка!

В приступе уныния, вернулся в общагу. Вот суки!!!

Бюрократы задроченные. У меня был шанс… Эти сволочи мой шанс уничтожили падлы… Ругательства вырывались из моего рта потоком до самого вечера.

Припёрся Скалолаз, почмокал губами, посочувствовал, нажрался самогона и завалился ночевать у меня на раскладушке. Ночью, под его храп, у меня родился план отмщения министру Юстиции Ирландии. Этот лысый человечишка, очкарик, с его гладеньким личиком, с женой и двумя детьми — станет в моем пародийном фильме — ИЗВРАЩЕНЦЕМ — ПЕДЕРАСТОМ, сексуально-развращающим маленьких китайских мальчиков. ВОЛШЕБНАЯ СИЛА ИСКУССТВА — убьет этого негодяя! (вспомнил шедевры А.Райкина).

Не откладывая в долгий ящик, стал набирать видеоматериал. Весь понт заключался в том, чтобы сделать фильм о том, что я задумал, достоверный, но без участия самого министра и китайских мальчиков.

О последствиях введения в жизнь этого проекта, в тот момент, не было желания размышлять. Я выплескивал свою злость, вопреки постулатам Библии, в видекартинки, пасквильного содержания.

По прошествии недели, немного успокоился, но свою задумку решил довести до конца. Начатое дело, в любом случае должно быть закончено или с положительным, или с отрицательным результатом. Но оно должно быть закончено! Некоторым образом изменил сценарий, так, чтобы это выглядело как частной идеей журналиста — паппараци, склонного к дешевой сенсации, и страдающего за это, от администрации своей газеты. Но правда ведь — каждый художник имеет право на вымысел и право выразить это в той форме, в которой он на это способен. Я выразил это в своём фильме-пародии.

Глава 48. Последний год в Ирландии

Вступил в свои права 2004 год. Високосный год. Противный год. По сведениям от своего адвоката, мне грозит от министерства Юстиции отказ. В ответ я форсирую работу над фильмом об этом министре.

Несколько раз в приступе «навсёнаплевательства», в пьяном угаре, из моего рта вылетали в присутствии и русских и ирландцев, мои планы раздавить силами видеоискусства эту бюрократическую вшу. Но враг не дремал! А может просто год такой.

В феврале, ко мне в комнату неожиданно завалилась полиция с ордером на обыск, по некому заявлению, о том, что я делаю порно-фильмы. Всю аппаратуру забрали, меня — в КПЗ. Опять мой ирландец Оин, по моему звонку, напрягся и мигом нашел пару адвокатов из благотворительных организаций Ирландии. На следущий день, меня освободили. Камеру, компьютер, другую аппаратуру вернули через две недели в исправном состоянии, но как раз без всех материалов по моей последней задумке о Министре Юстиции Ирландии.

Чьих рук это было дело, до сих пор не знаю. Какая то «всолочь» накапала, причем умно, под порнуху, с гарантией наезда и просмотра моего видео, с гарантией, что в моем проекте обязательно увидят «клевету» на честь и достоинство Министра Юстиции… Оправдался чей-то очень умный и точный расчет: одним выстрелом — я был «убит».

Долго пытался выяснить, кто бы это мог быть? Не смог. Смог узнать от тех же ирландских адвокатов, почему им удалось меня «отмазать» и мне вернули всю аппаратуру. Через пару недель, по почте мне пришел ордер на ДЕПОРТАЦИЮ и указана дата! Не привлечение меня к суду, адвокаты объяснили так: в моем фильме, присутствует фотография Министра Юстиции Ирландии в газете «Irish Independent» — с подписью внизу — «Министр Юстиции спит с китайским мальчиком?»

Именно вопрос, поставленный мной в конце фразы и спас меня… Это является именно вопросом а не утверждением… Я имел право на свои личные вопросы как актер играющий корреспондента газеты.

Естественно фотография с этим вопросом появилась в этой многоуважаемой газете только в моём фильме, методом моего умения работать в монтаже. Сама газета в реальности никак себя не проявила. Наверное, потому, что, ее имя было затронуто в моем любительском видео, которое не было обнародовано.

Возможно в ином случае, последствия были бы для меня серьезнее.

Моя авантюра не удалась, а только навредила мне — «Не рой другому яму — сам в неё попадешь!»

Мой босс, узнав о моей депортации, несколько напряженно поинтересовался, не сболтнул ли я где, о том, что у него работаю? После отрицательного моего ответа, сразу успокоился и посетовал на глупость Министра Юстиции и на моё безрассудство. Дал мне согласие, чтобы я работал у него до самого последнего момента перед депортом. По фирме разнеслась весть об этом. Почему-то все считали своим долгом успокоить меня, доводя мое горло до спазмов.

Телесъёмки прекратились. В последние дни, я устроил себе путешествие по Дублину, отсняв картины города и все что может пригодиться на потом. Супервайзера общаги, полиция предупредила о моём депорте, и тот стал нагнетать атмосферу, чтобы я немедленно покинул помещение.

В ответ на его притязания, я заснял один из его «наездов» на меня в коридоре общаги, и эта крыса успокоилась.

Приятели гурьбой валили ко мне, стараясь побольше, напоследок, на халаву похлебать спиртного. Мало кого в действительности интересовала моя судьба в дальнейшем. Фальшивые стенания окружающих мне надоели. Я резко прекратил эти посещения, заявив, что моя спиртустановка продана. Это было действительно так — мой спиртзаводик ушел неизвестному покупателю за 250 евро.

Кстати на эту тему уместно вспомнить один примечательный случай.

Однажды на мобилу поступил звонок и некий русский попросил меня встретиться с его боссом — ирландцем на тему продажи самогонного аппарата.

Я согласился. К общаге подполз навороченный джип, и молодой парень, русский, пригласил меня залезть в этот джип, где меня ожидает его босс. Мельком, этот парниша объяснил, что босс — крупный ирландский фермер, а он, парниша, работает у него на ферме как уборщик навоза за коровами и овцами. Параллельно выполняет функции водителя, если босс, напивается где-то на пьянках.

В кабине сидит эдакий простой дядечка. Жмет мне руку и начинает интересоваться конструкцией моего самогонного аппарата, рекламу которого я даю в русской газете… Я тычу пальцем в схему аппарата, объясняю принцип работы и цель — аппарат должен давать продукцию в условиях малогабаритной комнаты, без запах, без шума с высокой производительностью. Тот уточняет — сколько. Задает мне вопрос: «Могу ли я, как инженер, если он возьмет меня к нему на работу, создать подобный аппарат, но с производительностью полторы тонны в сутки?». Я в замешательстве. Начинаю объяснять, что принцип, на котором действует моя конструкция, не подходит для заводских условий. Вижу как сконфуживается лицо этого фермера. Он надеялся, что найдет в моем лице эдакого дешевого инженеришку, который создаст у него на ферме подпольный заводик по производству виски…

Хм-м… Чем богаче человек, тем больше ему хочется, тем извращеннее и быстрее ему хочется набить карманы и вкусить все радости неизведанного, пусть даже с криминальным оттенком.

Я отказываю ему в сотрудничестве и советую выйти на производителей действительных мини-спиртзаводов в России, которые ему с удовольствием продадут ему свои конструкции за 10 — 15 штук.

С разочарованием этот фермер покидает площадку перед общагой. Возвращаюсь в келью, размышляя, не сглупил ли я?

В атмосфере некоторой заторможенности, ожидаем вызова в Эмиграционное бюро. Многие русские, советовали мне уходить на нелегальное положение — благо в КПЗ меня не упекали, контроля за мной никакого — всё держится на честности и на словесных обещаниях.

Я отказался про себя от этого варианта. Дома меня ждала старушка мама, за которой по её старости нужно было ухаживать. Время течет!

Как я оказался прав! ВСЕ, ЧТО ДЕЛАЕТСЯ-ЭТО УГОДНО БОГУ!

Религиознее я не стал. В церкви и секты не хожу.

Но, иногда, как и прежде, стаю на колени в уголок квартиры, искренне молюсь и все, что прошу, исполняется, через некоторое время. Видимо спешка и ангелам, и Господу, не угодна.

Приближается дата депорта. За неделю увольняюсь из фирмы. Босс награждает меня премией в 500 евро. Происходит теплое, но без особого сожаления, прощание. Я лишь гастарбайтер, не более того.

Меня вызывает на собеседование начальник эмиграционного бюро.

По их меркам — полковник. Смотрит мои документы и сожалеет о случившемся. Высказывает мнение, что если я не ушел на нелегалку до этого момента, то не уйду и до подхода «воронка». Я его успокаиваю, что я не мальчик, и буду ждать официальной депортации за счет ирландского правительства — пусть платят, если им очень хочется избавиться от моего присутствия. Он усмехается и мы ведем доверительную беседу о политике ирландского правительства в отношении эмигрантов. Затронули вопросы о наплыве китаёз и нигеров, о производстве кино… Видимо этот офицер был любителем кино, и он искренне сожалел, зная о моем «фильм-наезде» на министра Юстиции, что тот принял решение о немедленной моей депортации, во избежание дальнейших наклепов на его репутацию. Более того, это офицер, пообещал мне втихую, не ставить «черную метку» (- штамп в мой загран-паспорт, о моей депортации). Чисто из личного уважения.

Он в действительности выполнил свое обещание и мой паспорт остался чистым. Другое дело, что информация в компьютерах Евросоюза обо мне осталась. Но это при получении виз — шанс 50на50 %.

Все зависит от клерка, всё проверяющего на компьютере, и от размера взятки, которую может получить этот клерк, через посредников его посольства от украинских или русских мафиози, специализирующихся на этом, под прикрытием разных турфирм.

Глава 49.  Депортация

Сразу успокою читателя. Ничего страшного в действиях официальных лиц, и в самом этом слове нет. Подъезжает легковая полицейская машина в 6 утра. Вежливо грузится багаж и мы отправляемся в аэропорт. Меня сопровождают два полисмена — молодые ребята, смешливые, которые с удовольствием выполняют эту миссию, т. к. им придется ночевать за счет ирландской Юстиции в Киеве — со «всеми вытекающими последствиями», которые им очень нравятся. Я прошу их, как человек искусства, снять их на видео. Машут руками — отказываются. Им не хочется рисковать работой. Мои баулы велики и тяжелы. Превышение веса не играет роли при депортации. Тут властвуют законы Юстиции, а не аэропорта. Ребята просто спросили меня — не хочу ли я сбежать? Нет? Они успокоились и стали мечтать, как они снимут девочек в отеле «Днипро» на Крещатике. Промежуточная посадка в Амстердаме. Действительно, даже при этом сопровождении, можно сбежать и раствориться в просторах Евросоюза. Элементарно. Никто меня в туалет не водит, и по шопам не сопровождает. Полицаи мирно меня ждут у терминала на посадку. Можно было бы в принципе и сбежать, отослав багаж частями, посылками, а в чемоданы набить кирпичей для правдоподобности. Ну нет такой цели и всё тут. Двойственное чувство — сожаление, что не удалось остаться и желание немедленно увидеть Украину и свою маму. Уже тогда я знал, что меня развела жена, заочно, без моего присутствия. Эта пятидесятичетырехлетняя особа на старости лет совсем спятила. Ну Бог ей судья! Посадка в аэропорту Борисполь. Мои сопровождающие, держа в руках мой паспорт двигаются к пограничной стойке. Там ожидает капитанша — пограничник. Один из полицейских быстро сует ей в руки мой паспорт, рявкает: «депорт!», и, оба быстро исчезают в «зеленых» воротах. Офицерша даже не успела открыть рта.

Рейс из Амстердама. Начинает расспрашивать меня, кто я, откуда и каким образом меня депортировали?

Сориентировавшись в обстановке, начинаю ей вешать «сопли на уши», что уехал из Ирландии на пароме в Амстердам и там полгода работал нелегально, пока, за мою славянскую внешность не остановили на улице и не посадили в «концентрационный лагерь» для нелегалов, ожидающих депортации. Эта липа была безразлично выслушана, и меня без проблем переправили в таможенную территорию. Вот тут — то я и прокололся.

ЗАБЫЫЫЛ, как надо декларировать багаж и вести себя с таможенниками. Те просветили чемодан, увидели разобранный компьютер. СОВЕРШЕННО ПО СВОЕЙ ДУРОСТИ, я заявил что он стоит 1000 евро. Как они с радостью за это ухватились!

Мне пришлось заплатить таможенноу пошлину за ввоз — 500 евро. Вся боссовская премия на это и ушла. Обидно, но сам виноват. Скажи я, что это — б\у запчасти к компу, стоимостью 190 евро, вообще бы ничего не платит. Но язык мой — враг мой. Как полштуки ко мне с неба пришли, так они легко и ушли!

До дома добрался без происшествий. Ждала одна мама. Дети пришли только за подарками. Бывшая супруга не удосужилась даже позвонить. Я был счастлив, что нашел мать во-здравии и поселился у неё на квартире. Я БЫЛ ДОМА!

Глава 50. Послесловие

Прошло четыре месяца после возврата из Ирландии. Я успел снять крутую короткометражку «Паук», в Москве, о жизни Зеков в Российских тюрьмах, заплатив за интервью, реальному зеку, только, что вышедшему из зоны. Переведенный и отитрованый на английский фильм, ушел на очередные кинофестивали. Даже успел поступить во ВГИК, в Москве, на высшие режиссерские курсы игрового кино. Посетил родные Волгоградские места. Проникся идеями Владимира Жириновского и даже попытался вступить в его ЛДПР. Ни одного более образованного и подкованного юридически, чем Вольфович, я в российской политике не нашел. И полностью поддерживаю его резкие суждения о российских политиканах, продажности демократов и пр… Поступить в ЛДПР не вышло. Я гражданин Украины, не россиянин. Но ничего, потерпим о вводе закона о двойном гражданстве. Никуда от меня ЛДПР не убежит. Начал подрабатывать на одной частной телестудии в России и в видео-агентстве, по изготовлению корпоративного кино и рекламе.

Когда неожиданно был вызван соседями мамы по лестничной клетке. У мамы — тяжелейший инсульт.

Она оказалась прикованной к постели, недвижимой и с полной потерей речи. Я, как верный сын, должен вернуться и ухаживать за мамой. Ни о какой сиделке не может быть и речи. Мать есть мать! Она дала мне мою, изобиловавшую приключениями, и авантюрами жизнь, за что я ей безмерно обязан и благодарен.

Мама! Я отработаю! Я подниму тебя, чего бы это мне не стоило! Пусть в ущерб себе! Своему здоровью и благополучию!

Но мы еще съездим с тобой мама, — на Чёрное море!

СЭМ. 2004 год.

Content

Игорь Юрьевич Самарский. Татьяна Николаевна Додонова
Записки нелегала

Глава 1. На горизонте Америка

Глава 2. Сделка в стиле«русский бизнес»

Глава 3. Актером быть полезно

Глава 4. Опыт — великое дело

Глава 5. Снова в Нью-Йорке

Глава 6. Православная церковь и ее «помощь»

Глава 7. Первая работа

Глава 8. «Маленькая Италия» и черные джунгли

Глава 9. «Подводные камни»

Глава 10. Нумизмат на автобане

Глава 11. О пользе езды на иномарках

Глава 12. Чистильщик

Глава 13. Как случайно можно попасть под пулю

Глава 14. На ремонте апартаментов

Глава 15. Как освобождаются от нелегалов

Глава 16. Реальность — это не Голливудский бред

Глава 17. Сдохнуть в американском госпитале?

Глава 18. Снова Германия

Глава 19. Женские чары

Глава 20. Отработка Зеков

Глава 21. Что такое арабы и с чем их едят

Глава 22. Китайский синдром

Глава 23. Снова в бой

Глава 24. Первая работа в Ирландии.

Глава 25. Я ирландский бомж

Глава 26. Президентская ночлежка

Глава 27. Как из говна можно сделать конфетку

Глава 28. Как наваривают на бомжах

Глава 29. Воровство как метод выживания

Глава 30. Не бойтесь попасть в тюрьму

Глава 31. Я нашел хату!

Глава 32. Пара способов для выживания

Глава 33. Способы отдыха. Рыбалка. Природа.

Глава 34. Взаимоотношения на фирме

Глава 35. Опасности которые вас поджидают

Глава 36. Как совмещать приятное с полезным

Глава 37. Иностранные толкучки

Глава 38. Творчество и рутина

Глава 39. Собственная компания. Адвокатура

Глава 40. Первые опыты в кино

Глава 41. Хирургия

Глава 42. Шуточки с ирландцами

Глава 43. Работа в кино — дело заразное

Глава 44. Что такое FAS. Переходный период.

Глава 45. Снова кар-валетер

Глава 46. Снова с головой в кино

Глава 47. Голливуд на горизонте

Глава 48. Последний год в Ирландии

Глава 49.  Депортация

Глава 50. Послесловие