Hoshi_Murasaki

Дурная кровь

Шапка фанфика

Ссылка на фанфик: https://ficbook.net/readfic/2047807

Автор: Hoshi_Murasaki (https://ficbook.net/authors/629262)

Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи: Драко Малфой, Гарри Поттер (Мальчик-Который-Выжил), Невилл Лонгботтом (Долгопупс), Люциус Малфой, Абраксас Малфой, Августа Лонгботтом (Долгопупс)

Рейтинг: G

Жанры: Гет, Джен, Экшн (action), Повседневность, AU, Учебные заведения

Предупреждения: Нецензурная лексика, Мэри Сью (Марти Стью), ОМП, ОЖП

Размер: Макси, 137 страниц

Кол-во частей: 23

Статус: закончен

Описание:

В один далеко не прекрасный день Нарцисса Малфой поняла, что более не может терпеть всего, что связано с деятельностью ее мужа, схватила сына и попыталась сбежать. Благо, Люциус был начеку! Вот только он не знал, куда заведет его нелегкая... и кого именно он там повстречает.

Ну а некая мисс Абрамс вообще не подозревала, что магия снова ворвется в ее жизнь, да как!..

Публикация на других ресурсах:

Только с разрешения автора.

Примечания автора:

Я не нарочно, честное слово, но Нарциссе у меня постоянно не везет!

Глава первая, в которой творится сущее непотребство

— И не приближайся больше к моему сыну! — Люциус Малфой едва удержался от непростительного заклятия.

— Это тебя нельзя к нему подпускать! — Нарцисса Малфой была примерной и послушной женой, но, очевидно, нервотрепка последних недель, да что там, месяцев, и ее довела до белого каления. А если это умножить на неуемный темперамент Блэков... — Я не затем выходила замуж, чтобы ежеминутно трястись от страха за жизнь ребенка и свою собственную!

— И мою, разумеется, тоже, — прошипел тот.

— Разумеется! Все эти... лорды, рейды! Нет больше моих сил это терпеть!

— И поэтому ты решила сбежать с Драко?! К кому ты направлялась, милая?

— Уж не к любовнику, не думай! — рассмеялась она. — Слава Мерлину, у меня еще остались родственники, которые...

— А, ты о своей магглолюбивой сестрице, — хмыкнул Люциус, прекрасно уловив намек на свою более чем бурную личную жизнь и не преминув уколоть в ответ. — Ну-ну. Очень умно. Ты хотя бы понимаешь, что если... Впрочем, что я тебе объясняю! Поди вон. Ты получишь все, что тебе причитается по закону, но Драко не увидишь, это я тебе обещаю!

Мимолетно мелькнула мысль о том, что Лорд может и не одобрить идею развестись с Нарциссой, но есть ведь и другие способы... Да можно хотя бы намекнуть тому, что женушка завела шашни на стороне, приплести к этому Андромеду... И никаких проблем.

Нарцисса что-то кричала вслед, но он уже аппарировал... и не понял, где оказался. Беспорядочная череда перемещений вслед за беглой женой завела его, кажется, в маггловский квартал, а поскольку сосредоточиться он не успел, то и вылетел... куда-то.

Вокруг было мрачновато: половина фонарей не горит, по мусорным бакам шныряют то ли кошки, то ли крысы, попахивает далеко не розами, скученные многоэтажные дома недобро поглядывают тусклыми окнами... И как они ухитряются так жить? Однако на углу бодро светилась вывеска какого-то магазинчика, и еще одна, а где-то поодаль раздавались звонкие азартные детские голоса: видимо, мальчишки гоняли мяч, видел Люциус эти варварские забавы.

Теперь требовалось сосредоточиться, чтобы попасть домой... И как нарочно, неподалеку кто-то громко позвал:

— Орио-он! А ну живо домой, мерзавец! Орио-о-он!

От неожиданного звука проснулся и заплакал Драко.

— Орио-о-он! — продолжал взывать женский голос из какого-то окна. — Вот вернись только, я тебя убью, паршивец!

Люциус еще подивился, кто вообще в бедном маггловском квартале мог придумать такое имя, когда из подъезда показалась женщина.

— Эй, мистер, — окликнула она, — у вас ничего не случилось? Я услышала, ребенок плачет, решила спуститься...

— Нет, все в порядке, — ответил он. — Я, кажется, немного заплутал, но уже вполне сориентировался.

— Ну ладно, дело ваше, — пожала она плечами, отвернулась и опять закричала на всю улицу:

— Орио-о-он! Где ты есть?!

"Ну и манеры", — поморщился Люциус, думая, как бы поаккуратнее уйти: не аппарировать же при этой маггле.

— Собаку потеряли? — светски осведомился он.

— Хуже, — мрачно ответила женщина. — Собаки хотя бы слушаются. Да Орион же!!!

— Да иду я, блин! — раздалось из темноты, откуда-то издалека. — Дай доиграть!..

И снова послышался гулкий удар по мячу и грохот, видимо, угодили в штангу ворот.

— Мазила-а-а!!! — завопили сразу несколько мальчишек.

— Ладно, главное, жив, — философски произнесла женщина и повернулась обратно к подъезду. На мгновение мигающий фонарь осветил ее лицо, и Люциус замер, начисто забыв, что на руках у него плачущий Драко.

— Лорейн? — потрясенно спросил он, проморгавшись. — Ты?

Она шагнула ближе, близоруко прищурившись, и заморгала точно так же.

— Люциус? Мать моя, каким ветром тебя сюда занесло?!

— Промахнулся при аппарации, — ответил он. — Так... обстоятельства.

— Знаю я эти ваши обстоятельства... — мрачно произнесла женщина. — Проблемы?

— Уже решил, — усмехнулся Люциус.

— Точно? Никакой мерзости за собой не притащил? Мне этого не надо!

— Точно. Это... семейное, — ни единым словом не солгал он и зачем-то продолжил: — Жена решила сбежать с сыном. Пришлось искать, догонять...

— Убил? — коротко поинтересовалась Лорейн.

Тот покачал головой.

— Нет. На развод подал.

— Или ты так противно шутишь, или и впрямь не врешь, — вздохнула она. — Слушай, дай сюда своего мелкого, что он никак не успокоится... Да он у тебя мокрый весь! Ох, эти мне папаши... Еще и голодный, наверно!

— Еще бы, я за этой... — Люциус проглотил ругательство, — сколько часов уже гоняюсь! Спасибо, могу сына отыскать... Ты вряд ли знаешь, есть такое...

— Наверно, что-то связанное с магией крови, — завершила она. — Слушай, может, зайдешь? Я хоть твоего пацана переодену!

— Я лучше сразу в мэнор, — покачал он головой и вдруг нахмурился: — Во что переоденешь? Ты замужем? И дети есть? Наверно, остались детские вещи?

— Ох, ну если тебе так противно, если на твоем пацане окажутся чужие шмотки, то забирай свое сокровище, — она сунула мальчика обратно отцу, — и проваливай нафиг. Сейчас Орион прискачет.

— А я уже прискакал!.. — хрипло произнес мальчишеский голос, и подросток в темной кепке и безразмерной футболке бесцеремонно ткнул Лорейн в бок. — Мать, а чё это за мутный дядька?

— А ты не мог бы выражаться нормально при посторонних? — нахмурилась та.

— Мог бы... Мама, не соблаговолишь ли объяснить, что это за таинственный мутный джентльмен в какой-то хламиде и с детенышем в охапке, с которым ты так романтично беседуешь под фонарем? В смысле, с джентльменом, не детенышем...

— Убила бы, — искренне произнесла Лорейн. — А ну пошел домой, дрянь, я с тобой потом поговорю!

— Хрена с два, — вежливо ответил мальчик. — Откуда я знаю, что это за тип? Может, маньяк?

— Уйди отсюда... — прошипела она и тоскливо посмотрела на Люциуса. — Ч-черт, твой хотя бы еще не разговаривает...

— Погоди, — пришел тот в себя. — Это твой сын?

— Нет, блин, дедушка, — буркнул мальчишка. — Я кого матерью назвал, столб фонарный, что ли?

— Не думал, что у тебя может быть настолько взрослый ребенок.

— Это, мистер, называется "ранний залет", — совершенно непосредственно сообщил "ребенок" и схлопотал подзатыльник, которого вроде и не заметил. — Потому что предохраняться надо, об этом еще в начальной школе рассказывают! Ай-й-й-й... больно!

— Мы домой, — сказала Лорейн, выкручивая ухо отпрыску. — Если хочешь, заходи, нет, тогда пока.

— Если... Если ты правда поможешь успокоить Драко, тогда мы воспользуемся твоим гостеприимством. Боюсь, настолько... гхм... длинная дорога ему на пользу не пошла, а нам еще предстоит долгий путь, — насколько мог обтекаемо высказался Люциус.

— Тогда пошли. Тут осторожно на ступеньках, одна выщерблена, не навернись.

Люциус с ужасом смотрел по сторонам. Обшарпанные стены, какие-то трубы, спящий консьерж, который на вошедших даже не взглянул…

— По лестнице, — скомандовала Лорейн. — В лифте сегодня кто-то кучу наложил, там просто газовая камера. Узнаю, кто, убью.

— Я знаю, — подал голос семенящий на цыпочках Орион. — Я ему уже навалял сегодня.

— Джим?

— Ну! Я ж тебе говорил, что он говнюк, а ты: "не ругайся, не ругайся", еще и по жопе поддала...

— Слушай, язык укороти, а? Мы не одни все-таки!

— Ладно, ладно, но рожу я ему все равно начистил, — довольно сказал мальчишка.

Путь на третий этаж показался Малфою нескончаемо долгим: тесные узкие пролеты, запах, от которого ком подкатывал к горлу...

— Вползай, — велела Лорейн, отпирая три замка на двери. — Тут вот мы и обитаем.

Квартирка, против ожиданий, оказалась чистенькой и довольно уютной. Ну, насколько вообще в понимании Люциуса могло оказаться уютным жилище из двух комнатушек с крохотной кухней.

— Скидывай это, — велела Лорейн, решительно отобрав у него Драко. — У тебя там пятно на груди. И посиди минутку.

— Я... — начал он, имея в виду очищающие чары, но тут же осекся: мальчик-то никуда не делся! — Да, конечно.

— Орион, поройся в нижнем ящике комода, там твои детские шмотки были, сойдут пока!

— Ага-а-а! — отозвался тот и ломанулся во вторую комнату, служившую, видимо, спальней. — Держи! Годится?

— Да. А теперь морду умой, чучело... Вы там что, головами играете?

— Не, это я грохнулся, потом вытерся рукой, а руки-то грязные...

— Сгинь теперь, я тут не развернусь!

— А на хрена такую задницу отожрала? Блин!!! Я теперь мокрый весь!

— Иди и переоденься, это все равно стирать нужно... В машинку сунь, не смей бросать на пол!

Люциус прислушивался к их перебранке со смешанными чувствами: с одной стороны, в этой ругани слышались нежные нотки, с другой — ну не мог он представить себе, чтобы сын разговаривал с матерью в подобном тоне.

— Мистер, хотите чего-нибудь? — высунулся из спальни Орион. — Кухня там, холодильник на кухне, короче, это я типа проявил гостеприимство, дальше сами разберетесь...

— Убью!!! — раздалось из ванной.

— Ты сама сказала!..

— Я велела вежливо спросить!

— А я как спросил?!

Тут Люциус невольно улыбнулся.

— Так, — сказала немного взъерошенная Лорейн, вынеся чуточку успокоившегося Драко и вручив его отцу. — Держи пока. А это сюда давай. Я застираю.

— Мать, че ты морочишься? — раздалось из спальни, где, судя по звукам, отпрыск громил гардероб. — Там чё, ручная вышивка с брильянтами? В стиралку кинь, и ладно!

— Убью! — в который раз повторила она. — Орион, чтоб тебя, хватит копаться?

— А че? — вышел тот из комнаты.

— А то, что вали в магазин, тот, круглосуточный, на углу. Купи молока... Люциус, твой как переносит молоко?

— М-м-м... Мать никогда его не кормила, — обтекаемо ответил он. — А я вообще к этому касания...

— Понятно, папаша. Короче, Орион, купи там еще разного детского питания. Сам сообразишь, не маленький... Деньги есть?

— Деньги, маман, у меня всегда есть, — фыркнул тот, похлопав по карману, и хитро покосился на гостя.

— Ну давай, ноги в руки, чтоб через десять минут был здесь!

— Хай-хай, мэм! — отозвался тот, надвинул поглубже бейсболку и был таков.

Люциус проводил его взглядом.

— Ты не боишься отпускать его ночью одного в таком квартале?

— Нормальный квартал, бывают и хуже, а этот мелкий гад тут всю шпану знает, — вздохнула она. — Черт, забыла!

Она кинулась к окну, и на всю улицу закричала:

— Орио-о-он! Пиццу купи!!! — Повернулась и добавила: — Ты же, наверно, тоже голодный?

— А почему не послала патронуса? — Люциус осекся. — Извини. Я не подумал, что он может и не знать...

— Знает он, — досадливо произнесла Лорейн. — Просто я ж всю улицу перепугаю! Ну сам представь: в маггловский магазин влетает патронус...

Повисло неловкое молчание.

— А ты... — Люциус откашлялся и начал снова: — Ты бросила школу из-за...

— Ну мелкий же сказал — ранний залет, — усмехнулась она. — Какая уж тут учеба. Стой! — подняла она руки. — Никаких больше вопросов. Кто он был, чем я сейчас занимаюсь, на что живу и почему только вдвоем с сыном... Давай без этого, ладно? Ненавижу такие сцены.

— Понимаю, — ответил он, оглядевшись. — Но, судя по всему, ты магией не пользуешься.

— Почти нет. Техника барахлить начинает, и ладно бы у меня, это старье только на помойку, так ведь и у соседей. Так... иногда, чтоб не забыть совсем уж навыки, на природе где-нибудь, по-тихому.

— А сын?

— Он... — Лорейн покачала головой. — Он не волшебник. Может, сквиб. Во всяком случае, я у него никогда выбросов магии не замечала. Впрочем, думаю, так даже лучше.

— Понятно...

Они снова умолкли. Драко тоже притих, но опять завопил, как только хлопнула входная дверь.

— Мать, я всё припер, че ты сказала, только с тебя еще три фунта, я там должен остался! Дорогущее все какое, блин!.. — раздалось с кухни.

Судя по звукам, там раскатились какие-то банки, порвался с хрустом пакет, торжествующий Орион вломился в комнату и грохнул на низкий стол квадратную коробку.

— Кушать подано, — церемонно сказал он, сдернул бейсболку и низко поклонился, чуть не треснувшись лбом о край стола.

— Иди сунь пару баночек под горячую воду, — велела Лорейн, явно напрягшись. — Чтоб погрелись.

— Ага, теперь из меня няньку решили сделать! — хохотнул он и утопотал на кухню, где принялся плескаться под краном. — Ма, а сколько греть-то?

— Ну прикинь, так, чтоб не обжечь! Только сам не жри, а то знаю я тебя!

— Я это пюре с детства ненавижу... — раздалось сквозь откровенное чавканье. — Вы мне там пиццы оставьте, я тоже хочу!

— Вы всегда так кричите? — поинтересовался Малфой. Маггловская пицца подозрительного вида его не прельщала. — А соседи как же?

— А они такие же, — беспечно ответила Лорейн, уплетая свою порцию. — Орион, ты там что, цистерну греешь?! Собственным теплом?

— Да иду я, блин, иду... Сама могла бы задницу поднять, — невежливо ответил отпрыск, заходя в гостиную. — На. Ложка вот, самая маленькая, какую нашел.

Он всучил матери детское питание, ложечку, плюхнулся прямо на порядком вытертый ковер и цапнул кусок пиццы.

— А сегодня ничего, жрать можно, — оценил он с набитым ртом. — Ма, я пойду телик погляжу, ладно?

— Вали и дверь закрой, — мотнула она головой. — Но если я еще раз увижу пятна кетчупа на простыне...

— Убьешь, ага! — отозвался Орион из спальни. Там тут же загрохотал телевизор и раздался жизнерадостный хохот.

Люциус сидел молча, не зная, как поступить. С одной стороны, нужно было поблагодарить и уходить, Мерлин с ней, с этой мокрой мантией, мало их у него, что ли? С другой — наевшийся Драко (маггловские консервы пришлись ему на удивление по вкусу, а может, он просто сильно проголодался) уснул, и снова аппарировать с ним было жаль: это и для взрослого-то ощущение не особенно приятное, а для годовалого мальчика, которому и так досталось сегодня... И еще хотелось все же расспросить Лорейн, как она умудрилась оказаться в такой дыре, почему бросила магию...

— Люциус, ты не изменился, — сказала она. — У тебя на лице написано, что ты лопнешь, если все-таки не выпытаешь у меня историю моих бедствий!

Она помолчала и добавила:

— Хотя, в общем, я и не бедствовала особо.

— Ты просила не задавать вопросов — я и не задаю, — ответил он.

— Но тянет же...

— Верно.

— Ладно... — вздохнула она. — Подержи-ка мелкого... Тс-с-с...

Лорейн осторожно подобралась к закрытой двери в спальню, рывком распахнула ее и схватила сына за ухо.

— Орион, скотина, будешь подслушивать, я тебя... — прошипела она.

— Ой, блин, чего я там не знаю, — надулся тот.

— Я кому сказала?

— Все. Ушел, смотрю телик и не лезу во взрослые разговоры. Тем более, — ядовито подметил мальчишка, — ты явно давне-е-енько знакома с этим мистером.

Он снова хлопнул дверью.

— Теперь точно не подслушивает, — прислушавшись, удостоверилась Лорейн.

— Чары не проще наложить?

— Так телевизор же! Он чудить начинает... — усмехнулась она. — Ладно. Я тебе расскажу коротко, как все это было. Только очень коротко.

Малфой кивнул.

— Кстати, тебе дома никого предупредить не надо, куда ты продолбался на ночь глядя? Ладно ты, но мелкий!

Тот только за голову схватился.

— Патронус... А черт, вы же не можете, я слышала, — вздохнула Лорейн. — Ладно, пожертвуем временно телевизором. Давай, говори, кому и что передать...

Порывшись в ящике комода, она выудила палочку, выслушала послание и повторила:

— Малфой-мэнор, лорду Абраксасу Малфою по поручению Люциуса Малфоя. Драко при нем, оба в полном здравии. Вернется с сыном позже. Жену просил и на порог не пускать.

Серебристая рыбка взмахнула плавниками и исчезла.

— Мило, но можно было и без отсебятины, — вздохнул Люциус.

— С каких это пор пираньи стали милыми? — улыбнулась Лорейн.

— Ах, это была пиранья... извини, не успел рассмотреть. Так ты собиралась...

— Да. Слушай и не перебивай, повторять и уточнять я не стану.

Десять с половиной лет тому назад

— Ну как, дочка, успехи?

— Ничего, хвалят, — обтекаемо отвечает Лорейн, тогда еще просто Лора.

— А что ты такая невеселая? Тебя там не обижали? Ты говорила, к таким, как ты, неважно относятся...

— Нет, мам, у нас очень мирный факультет. Я же тебе говорила, рейвенкловцы себя ведут очень прилично!

— А в чем тогда дело?

— Папа... Я больше не вернусь в школу.

— Что, исключили?! Ты же сказала, хвалят...

— Не в этом дело.

— А в чем же, Лора?

— Мам, папа... в общем... Я беременна.

Мать едва не садится мимо стула, отец хватается за воротник, будто ему не хватает воздуха...

— Сколько?.. — шепчет мать.

— Месяца три, — спокойно отвечает Лора. — Точно не знаю, я к медичке не ходила, сплетни бы пошли.

— Кто этот мерзавец?! — рычит отец, наливаясь краской. — Я его заставлю на тебе жениться!

— Не сможешь, папа. Он уже помолвлен, и он не магглорожденный, как я. И отец с большими связями. Только хуже сделаешь.

— Так эта сволочь гуляла с тобой, сделала тебе ребенка, а теперь...

— Возьми воды, дорогой, тебе нельзя так волноваться!

— Пап, ну я сама виновата. — Лора в самом деле совершенно спокойна. Ей тоже вредно волноваться. — Мы всегда осторожничали, а тут, после каникул, как-то расслабились...

— Дочка! — теперь водой приходится отпаивать мать. — Так ты с ним не первый год... это самое?!

— Ну а что такого-то? Он меня постарше немного, все было здорово.

— Нет, ну знаешь!

— Ты сказала, у него папаша со связями?! — снова заводится отец. — Тогда пусть платит за... за ущерб, в общем! А ты — немедленно на аборт, пока не стало поздно!

— Дорогой, ты что, у нее после этого вообще детей может не быть!

— Да не пойду я на аборт, мам, — говорит Лора. — Вы что? Конечно, с одной стороны, мне всего шестнадцать, с другой — к сроку будет почти семнадцать, нормально, со всеми случается...

— А делать-то ты что будешь одна с ребенком?! Еще и учебу бросишь!

— Одна? — У Лоры давно продумана стратегия. — М-да, ну, если вы меня выгоните из дому, тогда... Найду какую-нибудь работу. Здоровье у меня крепкое, смогу пахать до самых родов, потом как-нибудь протяну на пособие...

— С ума сошла?! Кто тебя выгонит?!

— Ну вот, я в вас не сомневалась, — улыбается она. — А еще я, пока придется сидеть дома, подучусь, уж на среднее образование меня хватит. А там и правда работать пойду. Из меня домохозяйка, как из... короче, никакая.

— Господи, первые разумные слова, которые я сегодня услышал! — восклицает отец.

— Ладно, пускай... А что соседи будут шептаться... Дочка, ты ведь поколдовать можешь? Ну, чтоб ничего не заметили?

— Нет, мам, пока не могу. Мне же нет семнадцати.

— Ну что ж, — философски вздыхает та, — и это переживем...

— Ну вот и вся история, — сказала Лорейн.

— Не вся, — упрямо сказал Люциус. — Как ты оказалась здесь? Я так понял, вы жили в собственном доме, разве нет?

— Нет. Снимали коттедж. Потом умер отец — переволновался на службе и схлопотал инсульт. Дом мы себе позволить уже не могли, перебивались на квартирах, а с маленьким ребенком не везде пускают... — Она вздохнула. — Я только начала работать, денег было в обрез. Ну, как-то крутились, а потом с матерью будто что-то случилось, наорала, мол, полжизни положила сперва на меня, потом моего щенка, хлопнула дверью и ушла. Вроде у нее хахаль какой-то был, она ж еще довольно молодая... Ну так мы и остались вдвоем. Да, в общем, нормально живем...

Он обвел взглядом убогую обстановку, прислушался к шуму из-за стены...

— И учти, никакой благотворительности, — тут же произнесла Лорейн. — Я нормально зарабатываю, уж голодать и чувствовать себя хуже сверстников Ориону не приходится.

— А кем ты...

— Бухгалтером в одной небольшой конторе, вряд ли ты слышал — "Граннингс". Начальник засранец, платят, может, не так много, но на мелкие радости хватает. А отсюда мы не съезжаем в местечко получше, потому что у Ориона тут рядом школа, все его друзья-приятели, короче, он против переезда. А мне так вообще без разницы, — усмехнулась она. — Домой придешь, брякнешься без сил, так этот поросенок и пожрать приготовит, и приберется... если наорать как следует. Это сегодня он дурит сильно, потому что у меня выходной, а у него каникулы.

— Послушай, — осторожно спросил Люциус. — А откуда такое имя взялось?

— Собаку у меня так в детстве звали, — отрезала Лорейн. — Короче, ты ночевать останешься или нет? Давай решай уже, я спать хочу, мне на работу завтра.

— Где мы тут поместимся? — усмехнулся он.

— Не поверишь, здесь как-то десять орионовых одноклассников поместилось! Не считая нас с ним. Ори... Тьфу ты...

Она подошла к двери спальни, сунулась внутрь и что-то произнесла командным голосом. Телевизор стих, раздалось ворчание, шуршание, грохот...

— Сойдет на ночь, — решила Лорейн, которой недовольный Орион всучил ящик от комода, и перевела взгляд на Люциуса. — Что ты так смотришь? Куда я еще ребенка положу? На кровать рядом с собой — не рискну, я верчусь, а тебе тем более не доверю... Ну что?!

— Ничего! — того разбирал смех при мысли о том, что наследник рода Малфой будет спать в ящике от комода. — Все в порядке.

— Орион, собери свои шмотки и вали на диван, — велела тем временем Лорейн.

— Мам! — выступил тот. — А тебе не кажется, что прежде чем тащить мужика в нашу спальню, ты могла бы нас хоть познакомить, что ли? То есть я не против твоей личной жизни, но хаметь-то зачем? Мало того, что ты раньше не водила сюда хиппи с мелкими детьми...

— О черт... — хлопнула она себя по лбу. — Замоталась и забыла. Короче, это Орион, а это Люциус Малфой. Мы когда-то в одной школе учились.

— А-а-а, — понимающе протянул тот. — Че, встретились два престарелых голубка?

— Я тебе сейчас такую престарелую покажу... — угрожающе произнесла Лорейн.

— То есть насчет мистера ты не возражаешь? — лучезарно улыбнулся тот, мотнув длинной челкой, как жеребенок.

— Мне некогда было пороть его в детстве, — печально сказала она Люциусу. — А теперь уже поздно.

— Я бы не сказал, — заметил тот. — Мой отец вполне успешно воспитывает меня до сих пор. Палкой.

Он непроизвольно потер плечо.

— Так ведь ты ему сдачи не дашь, а этот засранец меня запросто валит на диван и щекочет до истерики, — обиженно произнесла Лорейн. — Так! Орион! Проследи за мелким, я покажу Люциусу, что у нас тут где.

— Чуть что, так Орион... — буркнул тот, но бдительно уставился на пристроенный на сдвинутых стульях ящик, где на импровизированной постельке устроили Драко.

Лорейн протащила Люциуса в крохотную ванную.

— С маггловской техникой обращаться умеешь? Смотри, тут холодная вода, тут горячая, с последней проблемы бывают. Зубную щетку я тебе новую выдам... А вот спать придется в одежде, у меня ничего мужского нет, а мой халат тебе по колено будет.

— Трансфигурирую.

— А, точно! Только утром обратно не забудь... а то ввалится Орион меня будить и увидит дяденьку в полосатой пижаме...

— Он как-то странно спокойно отреагировал на то, что мы учились в одной школе.

— Так я ж не сказала, в обычной или в Хогвартсе, — фыркнула Лорейн. — Да-а, Люциус Малфой, престарелый хиппи с ребенком на руках! Дивно!

И она залилась искренним смехом.

— Не обращай внимания, — добавила она потом. — Орион редкая скотина, он от меня всех мужиков гоняет. Не нравится ему никто, отчима он не хочет.

— А ты?

— А что я? По мне так уж лучше вдвоем с Орионом, чем втроем с каким-нибудь чужим парнем. Впрочем, они сами разбегаются, как только познакомятся с моим сыночком...

— Странно, ты ведь красивая, — улыбнулся Малфой. — И тогда была, и теперь...

— Ага, а еще я мать-одиночка с трудным ребенком, не очень большим доходом и без собственного жилья. Забей, Люциус, — сказала она. — Это меня не волнует. И, кстати, на мой лексикон тоже внимания особо не обращай, это я от Ориона нахваталась, а он с улицы и из школы натащил... Тс-с-с! Слышишь?

— Что? — испугался он, а Лорейн медленно убавила напор воды. — Драко смеется?

— Идем, глянем потихоньку, что там...

От двери ванной до спальни было ровно два шага, и в полуоткрытую дверь было прекрасно видно, как проснувшийся Драко весело пытается ухватить мерцающие в воздухе голубые и серебристые пушистые шарики, похожие на маленькие шаровые молнии.

— Ну, ты, чувак, крут, — приговаривал Орион, — почти поймал! Давай еще разок, на этот раз точно получится!

— Значит, говоришь, твой сын не волшебник? — произнес Люциус, наверно, слишком громко, потому что мальчик вздрогнул и обернулся. Яркие огоньки, правда, не погасли.

— А я что? — удивленно спросил он. — Это фокусы такие. В школе научился.

— Орион! — прорычала Лорейн. — А ну марш в гостиную! Стой!

— Так мне стоять или идти?

— Сперва скажи, вот это, — указала она на миниатюрные шаровые молнии, — твоих рук дело?

— Ну, моих... — поняв, что отпираться бессмысленно, мрачно ответил сын. — А че? Он хныкать начал, а вы там заперлись, и я откуда знаю, чем занимаетесь? Решил развлечь... Да вы, мистер, не бойтесь, они неопасные. — Орион поймал на ладонь сразу десяток. — Я че, дурак, мелкому настоящий огонь подсовывать?

— Ты мне... ты мне сколько лет врал?! — прошипела Лорейн. — Ты же говорил, что никогда ничего не было! Гаденыш!

— Тише, — взял ее за плечи Люциус. — Давайте поговорим в гостиной.

— Мистер, мне кажется, это чисто наше с маман дело, — сощурился на него Орион. Глаза у него оказались красивые, серые, как у матери, но этот недобрый прищур сильно его портил. — Даже если вы вместе учились.

— А я уже не так в этом уверен, — спокойно ответил Малфой, — хотя бы потому, что твоя мама давно не практиковалась и, если ты сделаешь что-то не так, может не успеть принять меры. Раз уж я здесь, позволь помочь.

— Ну ладно... — нехотя буркнул тот и сунул руки в карманы. Мотнул головой — сияющая гирлянда над головой Драко погасла, и тот обиженно хныкнул. — Пошли, побазарим.

В гостиной Орион прошелся взад-вперед, покачался на пятках, потом мрачно зыркнул на мать.

— Ну и че?

— Это ты мне скажи, че? — рявкнула та. — Почему врал?! Ты ж дом мог спалить!

— Так ты думаешь, чего бабка-то сбежала? — фыркнул тот. — Я занавески поджег. Нарочно. Я уже тогда умел. А она всей этой паранормальщины боится до смерти, вот и...

— Люциус, держи меня, я его сейчас точно убью... — проговорила Лорейн. — Ты... А почему она ничего мне не сказала?

— Так она не была уверена, что это не от газовой плитки полыхнуло, — довольно улыбнулся Орион, — и что ей вот это не померещилось.

— Мама! — по-девчачьи взвизгнула она, схватившись за Малфоя, да тот и сам попятился: рука мальчишки вспыхнула ярко-голубым огнем от локтя до запястья. — Прекрати немедленно!

— Да ладно, это прикольно, — фыркнул тот и потушил огонь, показав совершенно чистую ладонь. Одежда тоже не пострадала. — Знаешь, сколько бабла за такие фокусы отваливают?

— Ах вот откуда у тебя деньги... А говорил, в карты выиграл!

— Карты — детский сад. И неинтересно, когда насквозь все масти видно. Правда, — самокритично добавил Орион, — один идиот недавно попытался мой фокус повторить. Я всем говорил, что там особая горючая смесь, как у циркачей, бла-бла, палиться ж нельзя... Ну и увезли в больницу идиота, хорошо, жив остался.

— Стоп, — прервал увлеченную дискуссию Малфой. — А бабушку ты зачем из дома выжил?

— А фиг ли она меня постоянно воспитывала? — снова сощурился мальчишка. — Бойся боженьку, не то накажет, ее-то типа наказал уже — нами с мамой, исчадьями адскими...

— Она что, правда такое говорила?

— Зачем мне врать-то?

— Затем, что ты все время врешь, — произнесла Лорейн и упала на диван. — Ужас. Ладно, насчет мамы я еще соглашусь, она порой становилась невыносимой... с этими ее экстрасенсами и прочей дрянью. Но мне-то ты почему ничего не сказал?!

— А, — Орион ковырнул ковер мыском. — Ну, сперва, значит, я не умел. Не в смысле с огоньком побаловаться, а объяснить. Но быстро дотумкал, что за такие дела меня живо военные заберут или еще кто — бабушка-то постоянно при мне эту муть по телику смотрела. И начал ныкаться. А тебя ж никогда дома не было. А когда была — думаю, блин, а вдруг ты тоже напугаешься и меня разлюбишь? — Он вздохнул. — Потом... это мне вроде пять было, да? Ты мне рассказала про волшебство, школу вашу, спрашивала, не было ли со мной чего странного. А я решил, что если скажу — было, ты меня в эту школу запихнешь, раз так положено. А нафига? Мне с тобой лучше. Вырасту, бабла заработаю, купим дом, тачку там зачетную... Вот. Вроде все сказал.

— Однако, — только и смог вымолвить Малфой после долгого молчания.

— Сволочь ты, а не сын, — добавила Лорейн. — Иди сюда, скотина.

— Бить будешь? — опасливо спросил тот.

— Непременно буду. Вон как Люциуса отец лупит: найду в парке дубину покрепче и ка-ак врежу! Или шваброй вломлю, чтоб далеко не ходить.

— Лорейн, — настойчиво окликнул Малфой. — Письмо ведь ему все равно придет! А он явно волшебник одаренный, если научился справляться со своей силой так рано!

— Ну и что?

Он выразительно промолчал.

— Ч-черт! — она схватилась за голову. — И что мне, прятаться с ним? Или в другую школу его отдать? В Америку драпать? Так у меня денег столько нет...

— Э, да вы о чем вообще? — нахмурился Орион.

— О том, что в Британии сейчас крайне неспокойно, к сильным волшебникам присматриваются самые разные силы, и... лучше не выделяться. Особенно полукровным... — Люциус покосился на его мать.

— Я вообще магглорожденная, — огрызнулась она, но про отца Ориона по-прежнему не сказала ни слова.

— Тем более.

— А, помню, ты говорила... — Орион вздохнул. — А вообще в эту школу нельзя не ходить? Ну придет письмо, выкину! Мне ж одиннадцать вот-вот стукнет... на-афиг!

— Нельзя. Ты будешь становиться сильнее, а это уже не фокусы... Я одного не понимаю, как служба по надзору за несовершеннолетними не отреагировала на выходки твоего сыночка, — фыркнул Малфой.

— Здравствуй! Он же со мной живет, а я зарегистрированная волшебница. А Орион палочкой не пользовался!

— Пользовался, — с видом смертника, идущего на казнь, сознался тот. — Ты вышла куда-то без нее, я и взял попробовать.

— И? — с видом, не сулящим ничего хорошего, спросила Лорейн.

— Ну че... сперва окно выбил, потом вставил. Я ж помню, как ты тарелку битую чинила. А если б не сумел, сказал бы, что мячом пульнул, схлопотал по шее, вот и все...

— Это же была твоя палочка, они отслеживают их, а не волшебников, — сообразил Люциус. — Тогда все в порядке.

— Да уж, порядочек... — пробормотала Лорейн. — Наверно, моя мать так же ошалела, когда узнала, что я волшебница. Но я-то хоть морально была к этому готова, а она того... немного...

— Мам, — позвал Орион, — может, спать, а? Завтра договорим! Тебе ж на работу!

— Да какая тут работа...

— А жрать мы на что будем?!

— А фокусы показывать кто мастер?.. — Лорейн выдохлась. — Все, правда, давайте по койкам. Пойду гляну, как там мелкий...

— Вот, блин, свалились вы нам на голову, мистер, — буркнул Орион, укладываясь на диван. — Не было печали! Так, может, никто и не узнал бы.

— Узнали бы. Письмо, помнишь?

— Все равно еще время оставалось. А теперь маман психовать будет... Ладно, я сплю...

— Спокойной ночи, — пожелал Люциус и отправился умыться, потом тихо вошел в спальню. Лорейн, видимо, отключилась, едва коснувшись головой подушки, Драко тоже сладко спал. Собственно, ему самому ничего другого не оставалось делать, кроме как улечься на каменной твердости кровать и постараться уснуть.

Проснулся он до рассвета, бесшумно поднялся, взял на руки начавшего возиться и похныкивать Драко (кажется, Лорейн вставала к нему посреди ночи, но Люциус не сумел заставить себя проснуться). Сама Лорейн еще спала — головой в подушку, как давным-давно, только ворох спутанных рыжеватых кудряшек наружу, одеяло, как водится, поперек, голые ноги видны во всей красе: спала она в одной футболке и трусиках. Он хотел было укрыть ее из соображений приличия, но побоялся разбудить.

Люциус вышел в гостиную, осторожно подошел к Ориону, разметавшемуся на продавленном диване: ноги на спинке, голова чуть ли не на полу, одеяло скомкано где-то под боком, — заглянул ему в лицо... и вздрогнул.

Когда мальчишка не корчил рож, сходство было особенно заметным. Те же черты лица, тот же цвет волос, а глаза он вчера еще рассмотрел...

"Побоялась, что заберут, — сразу понял Малфой. — Кто она такая? Никто, нищая магглокровка, а... А, собственно, теперь-то что?!"

Он пригляделся: на свесившейся руке Ориона — вот теперь, кажется, понятно, откуда взялось это имя, — виднелась полузажившая ссадина. Этого будет довольно, чтобы удостовериться...

Люциус аппарировал раньше, чем мальчишка успел продрать сонные глаза. Правда, тому было не до гостя, — он глянул на часы и кинулся в спальню.

— Ма-а-ать! Подъем! Работа!

— Твою ж... — Лорейн подскочила, огляделась. — А эти где?

— А хрен знает, свалили, так нам же лучше, — философски ответил Орион. — Давай в душ, ма, я пойду твою колымагу раскочегарю.

— Тапки-то надень, кочегар!..

Глава вторая, в которой выясняются шокирующие подробности

— Значит, Нарцисса сюда не вернется, — произнес Абраксас Малфой, глядя на нервно расхаживающего по кабинету сына. Тот сдал Драко на попечение домовикам и тут же отправился к отцу с отчетом. — Интересный расклад...

С невесткой у него сложились достаточно прохладные отношения, они старались не встречаться лишний раз, кроме как в столовой, что в громадном мэноре было не так уж сложно осуществить.

— А этот твой лорд как отнесется к разводу?

— Сложно сказать, — пожал плечами Люциус. — Может осудить, конечно, но у меня есть для него версия. Нарцисса боится его до смерти и вряд ли побежит оправдываться, да и поверит он скорее мне, чем ей.

И он изложил свой план на крайний случай. Абраксас благосклонно кивнул в ответ.

— А теперь объясни-ка, сынок, где ты пропадал всю ночь, чей это был патронус с совершенно неприличным посланием, и что на Драко за непонятное тряпье?

— Я промахнулся при аппарации, — неохотно ответил тот. — Угодил в маггловский квартал и каким-то невероятным образом натолкнулся на девушку, которую помню еще по школе. Кажется, она с Рэйвенкло, училась курсом младше...

— Избавь меня от перечисления твоих любовных побед, — отмахнулся Абраксас. — Я и без того знаю, что ты переспал с половиной Хогвартса. Значит, это была какая-то из твоих прежних пассий?

— Верно. Она и затащила меня к себе: Драко был мокрый, голодный... я не рискнул еще раз с ним аппарировать прямо в тот же момент. Мне нужно было сосредоточиться и...

— Кобель ты у меня, сынок, — ласково сказал Абраксас.

— Клянусь, папа, между нами всю ночь стояла кроватка Драко, — честно произнес Люциус, — а вещи она вроде бы у соседей взяла. Неприятно, конечно, но иначе не получалось.

— А о чарах вы оба забыли?

— Нет, но я ведь говорю — это маггловский квартал. У них техника начинает барахлить, это очень приметно.

— Ладно, принимается... — кивнул Абраксас и прищурился. — Ну что ж, прикажи поверенному готовить документы на развод. Дело это не быстрое и неприятное, чем раньше начнем, тем лучше.

— Я, с твоего позволения, сам наведаюсь в "Гринготтс", — улыбнулся Люциус. — Такие вещи лучше контролировать лично. К тому же, у меня есть там еще одно маленькое дельце.

— Что ж, отправляйся, — кивнул тот. — Не забудь рассказать, во что выльется это твое... дельце.

Люциус молча кивнул и постарался исчезнуть до того, как отец задаст еще какой-нибудь вопрос. Ему ведь толком не соврешь!

Правда, вечером все равно пришлось выдержать тяжелый разговор с родителем.

— Значит, говоришь, все сходится... — Абраксас смерил сына тяжелым взглядом.

-Да, — Люциус снова зашагал по кабинету взад-вперед. Предсказать реакцию отца он не брался. — И по срокам — она исчезла аккурат в середине шестого курса, и... вот.

Он протянул отцу выписку из "Гринготтса".

— М-да, — крякнул тот, ознакомившись с нею. — Ну, сынок, и натворил ты дел!

— Папа! — воскликнул он. — Клянусь, она мне ни словом не обмолвилась, просто испарилась на рождественских каникулах, и с тех пор от нее не было ни слуху, ни духу! А тут вдруг случайная встреча...

— Таких случайностей не бывает, — подумав, произнес Абраксас. — Ты ведь искал Драко по крови? А когда нашел, аппарировал, не подумав перестроиться, вот тебя и вынесло на другого, близкого по происхождению... Ты бы, сынок, — прищурился он, — попробовал еще разок-другой, может, у меня еще с десяток внучков в Британии обнаружится? А то и по всему миру?

Люциус молча опустил голову, чтобы не было так заметно, как полыхает у него лицо.

— И откуда эта грязнокровка взяла такое имя, интересно? — вслух подумал Абраксас.

— Кажется, я ей когда-то рассказывал, что в одном семействе у многих имена даны в честь звезд и созвездий. Но не уточнял, в нашем или нет...

— Угу, это было, когда вы любовались звездным небом на Астрономической башне, не иначе, — хмыкнул тот.

— Должно быть, так, я уже не помню... Что делать дальше?

— Хороший вопрос... — Абраксас поднялся и тоже принялся бродить взад-вперед по кабинету, огибая сына, словно некий столб. — С одной стороны, это все-таки наша кровь. С другой — мать... гхм... У тебя могут возникнуть проблемы.

— Это всегда можно списать на грехи юности. Я тогда еще не примкнул... ты сам знаешь, к кому, а завалить хорошенькую однокурсницу никто никогда не отказывался. Роковая случайность, и...

— И у тебя появился сынок, который намного старше Драко, — кивнул тот. — А впрочем... Это решаемо. Майорат в любом случае наследует Драко. А вот второй... второй станет узаконенным бастардом, так делали в старые времена, и ты можешь что-то завещать ему, если захочешь. Но, — добавил он, — в любом случае, сперва нужно взглянуть на мальчика. Если он мне понравится, можно будет говорить о том, чтобы ввести его в род. Если нет...

— Подозреваю, что он тебе не понравится, папа, — буркнул Люциус. — Внешнее сходство, конечно, поразительное, но манеры... Манер у него нет вообще.

— Неудивительно, с таким-то воспитанием, — вздохнул Абраксас. — Приведи его.

— А мать? Она ведь его одного не отпустит.

— Ну что ж, пускай и она придет. Взгляну, на что ты там польстился, — недобро прищурился Малфой-старший.

— А вот щурится он в точности как ты, папа, — не удержался Люциус и аппарировал, благо место запомнил.

Ему хватило такта не перемещаться сразу в квартирку Лорейн, которая могла совершенно не обрадоваться такому вторжению, а подождать у подъезда. Интересно, когда она заканчивает работать? И сколько придется подпирать фонарный столб на виду у любопытных прохожих?

Грохнула дверь подъезда, прошлепали шаги и раздалось громкое:

— Э, да это опять вы, мистер!

— Орион? — развернулся тот.

— Кого поджидаете? — продолжал тот, даже не подумав поздороваться. — На мою маман запали, что ли? Так не парьтесь, на семейного она не польстится...

— Я почти в разводе, — мрачно ответил Люциус.

— Все так говорят, — философски заметил Орион. — Почти, почти, а потом — бай-бай, милая, у меня жена и трое детей, куда ж я от них денусь...

— Я не шучу. И у меня несколько иная тема для беседы с Лорейн, — как можно более спокойно проговорил Малфой. — Ты не подскажешь, когда она вернется?

— Без понятия, — ответил тот. — Начальник их держит сверхурочно, козел... но жрачку готовить все равно надо, так что я пошел за продуктами.

— Ты не возражаешь, если я прогуляюсь с тобой? — осторожно спросил Люциус. — Думаю, разговор имеется и к тебе.

— Да гуляйте, улица не купленная, — милостиво разрешил тот. — Только балахон ваш дурацкий снимите, а то народ пялится. И ко мне руки не тяните.

Люциус недоуменно приподнял брови.

— Первое: могут счесть залетным педофилом, потому что вас тут сроду не видели, а я личность известная, — начал перечислять Орион, загибая пальцы. — Второе: маман рассказывала про эту... короче, схватите и переместитесь со мной, и фиг она меня найдет. Не знаю, правда, на кой это вам может понадобиться, но лучше не пытайтесь.

— Хорошо, — кивнул Малфой и зашагал рядом, стараясь соразмерять широкий шаг с поступью мальчишки. Разговор как-то не задался с самого начала. — Скажи, тебе известно что-нибудь о твоем отце?

— Не-а, — беспечно ответил Орион, пиная консервную банку. — Маман не говорит, ну так и на хрена он сдался? Раз кинул ее со мной одну, так мне такой папаша не нужен. Типа поматросил и бросил, у нас тут половина улицы таких девчонок!

— Может быть, он и вовсе не знал о положении Лорейн? — обтекаемо спросил Люциус.

— Ага, они, как о залете узнают, сразу незнайками прикидываются, — фыркнул тот. — Не, ну, может, если случайно перепихнулись, и она сама не в курсах, кто это был, тогда понятно... Но мамашка у меня не из таких!

Малфой помолчал.

— Мистер, вы тут подождите, я жрачку куплю по-быстрому, а то вы для этого местечка слишком шикарно выглядите, — сказал Орион и нырнул в магазин.

Отсутствовал он где-то с четверть часа, и Люциус успел известись: мальчишка запросто мог выбежать через черный ход, и что, снова прикажете караулить его около дома?

— Пардон, там очередина — во! — сказал рядом Орион. — Народ со смены идет, так что...

— Ты не надорвешься? — невольно спросил Люциус, оценив размеры пакетов.

— Кто, я?! — засмеялся тот. — Они у меня... м-м-м… невесомые. Ну, вы поняли. Удобная все-таки штука эта ваша... опять же поняли. Ага?

— Ага, — невольно ответил Малфой. — Идем обратно?

— Ага! — повторил Орион со смешком. — Так вы чего от меня хотели-то, мистер?

— Ничего особенного... Кстати, как у тебя успехи в школе?

— Вам зачем?

— Интересуюсь из вежливости.

— А... Ну, нормально, — подумав, ответил мальчик. — Я не так чтоб заучка, но вообще никто не жалуется. Да тут вообще несложно учиться.

— Ты какой-нибудь иностранный язык знаешь? Я обратил внимание: "пардон", "маман"...

— По-французски немножко балакаю. В школе его учить бесполезняк, а вот там дальше по улице живет булочник, вроде бы эмигрант. Я у него подрабатываю, так что нахватался, он потрепаться большой любитель! А в школе от латиносов набрался всякого, могу и на испанском объясниться... А что?

— Ничего, очень даже хорошо, — на душе у Люциуса чуточку полегчало. Но именно что чуточку. — Скажи, пожалуйста, а если бы выяснилось, что у тебя есть... м-м-м... состоятельный родственник, который завещал тебе кое-что?

— А че он раньше-то не проклюнулся? — Орион нахмурился и поудобнее перехватил пакеты.

— Он о тебе не знал.

— Ой, блин, ну просто латиноамериканский сериал! — захохотал тот. — Меня потеряли или там украли во младенчестве, маман мне не родная, а где-то далеко есть ранчо, где меня прям заждались, чтоб пригреть и обласкать обретенного наследничка! Натуральное кино!

Люциус промолчал.

— Мистер, вы че, не шутите, что ли? — настороженно спросил Орион.

Тот покачал головой.

— И кто этот родственничек?

Люциус тяжело вздохнул, помолчал и негромко спросил:

— Ну а если — я?

— Бля! — сказал Орион и выронил пакет. Тот, правда, не рухнул на мостовую, остался висеть в воздухе, и мальчишка поспешил подгрести его к себе. — Че, блудный папаша объявился, да? Твою-у-у ж мать...

После этого он еще с полминуты экспрессивно выражался на всю улицу, обильно уснащая речь испанскими ругательствами.

— Ну и канай, откуда пришел... п-папаша, — презрительно сказал он наконец, развернулся и зашагал к дому. — Мне ужин еще готовить, вон материна колымага гремит, ее за два квартала слышно...

— Орион! — Люциус не удержался, догнал мальчика, схватил его за плечо и тут же отдернул руку.

— Предупреждал же — не тяните руки, мистер, — оглянулся тот.

— Могу поклясться, Лорейн мне ни словом ни о чем не обмолвилась! — стоять посреди маггловской улицы и оправдываться перед сопляком было неприятно. — Хочешь, спроси у нее самой!

Тут рядом с лязгом затормозила древняя машина, Лорейн грохнула дверцей так, что та едва не отвалилась, даже не подумала ее запереть (впрочем, автомобильчик явно был зачарован от угона и мелких воришек) и быстрым шагом направилась к ним.

— Что это за сцена? — мрачно спросила она. — Орион, марш в дом!

— Фигу, — ответил отпрыск и отпрыгнул подальше. — Тут сериал в прямом эфире дают!

— А тебе что нужно? — неприветливо поинтересовалась Лорейн у Люциуса. — Поблагодарить явился? Не за что, рада была видеть, прощай. И не смей больше приближаться к моему сыну!

Малфой невольно вздрогнул — сцена почти полностью повторяла позавчерашнюю, с Нарциссой.

— Да лан, мать, — встрял Орион. — Не парься. Я сразу догадался, что это мой папаша.

Оба взрослых уставились на него, как на привидение.

— Каким образом? — спросила Лорейн, явно готовясь рухнуть в обморок, и Люциус поспешил поддержать ее под локоть.

— Ха! Ты сказала, что училась вместе с мистером, а потом все дергалась и старалась, чтоб я ему на глаза не попался. То в магазин пошлешь, то вещички искать, то еще чего... И ты ненавидишь, когда я то шоу смотрю, а тут вдруг разрешила, — довольно перечислял Орион. — Не, ну я понимаю, взрослые разговоры, но велела бы включить чего другое, боевик или там ужасы... Потом, я че, не вижу, что у нас с мистером морда лица как под копирку сделана? А мелкий — так вообще вылитый я года в полтора, ты ту фотку в бумажнике держишь.

— Скотина! — только и смогла произнести Лорейн. — Почему не сказал?!

— Нафига? Ты молчишь, значит, и мне лучше язык за зубами держать, — рассудительно не по годам ответил тот. — Видно, значит, опасаешься чего-то. Да про этих... жрунов... ты мне рассказывала, а у мистера татушка на руке. Оч-чень такая... не идет, короче, к его прикиду.

— Это-то ты как углядел?! — взвыла она.

— А он когда вечером умывался, рукава поддернул, — довольно ответил Орион. — А в зеркало на комоде в гостиной прекрасно видно зеркало в ванной, если дверь плотно не прикрыта. Ну, это мне повезло, я типа спать лег... И да, мам, за тобой я тоже подглядывал… пару лет назад.

Люциус молча хватал ртом воздух. "Отец, — подумал он, — может, Орион тебе и не понравится, но оставлять это чудовище на произвол судьбы просто опасно!"

— Так что, маман, — продолжил мальчик, — ты тогда явно смылась из этой вашей школы... Почему — сама скажи.

— И скажу! — повысила та голос. — Потому что вот он, — она ткнула пальцем в Люциуса, — богатый знатный засранец, и его предки меня бы со свету сжили, если б решили, что я пытаюсь его на себе по залету женить! А еще хуже — тебя бы забрали, а меня убили, потому что я грязнокровка! А скрыть бы хрен получилось, вы ж правда на одно лицо, и все знали, что я именно с ним гуляла!

— Да лан, чего ты завелась, — пожал плечами Орион. — По мне так даже лучше вышло... Только мистера, кажется, пора откачивать. У тебя там в машине в аптечке нашатырь есть? Принести?

— Н-не надо... — выговорил Люциус, опершись о капот автомобиля. — Все верно.

— Круто! — сказал мальчишка, свалив свои пакеты на тот же капот. — Точно как в сериале! А чего теперь? У меня там есть... м-м-м... вторая мама?

— Уже нет, — сощурился Малфой. — Есть дедушка, мой отец. И Драко, твой сводный брат.

— И че? Деньжат на бедность подкинете, а, мистер?

— Лорейн... — простонал тот. — Ну почему отношения надо выяснять прямо на улице, на виду у соседей?

— Какое тебе дело до наших соседей? — буркнула она. — И вообще, говори, зачем пришел и проваливай! Я устала, как собака, едва на ногах стою... Но сразу учти: Ориона я не отдам! Лучше и правда в Америку уеду, уж займу денег, не пропадем...

— Я в цирке могу работать, — вставил тот. — А че! Прикольно, колеси себе по стране, фокусы показывай, на жизнь всяко хватит!

Люциус помолчал, собираясь с мыслями.

— Отец хочет увидеть Ориона, — сказал он негромко, — и решить, достоин ли он того, чтобы принять его в род.

— Вау! — произнес тот. — А нафига, мистер? Жили вы без меня почти одиннадцать лет, так и дальше проживете!

— Род — это защита, — вздохнул Малфой. — Долго объяснять, но... Хорошо бы ты сумел понравиться отцу. Ты можешь хотя бы не употреблять жаргонные словечки?

— А то...

— Вообще-то, я еще не дала своего согласия, — желчно произнесла Лорейн. — И вот еще: сегодня я точно уже никуда не иду. Посмотри на меня! Я на пугало похожа!

— Тогда завтра утром?

— А работа?

— Ты не можешь... м-м-м... — Люциус мучительно пытался вспомнить, как это называется у магглов.

— Нет, я не могу взять отгул, — помогла ему Лорейн. — Я же сказала, что начальник — редкий говнюк. И если его я еще могу немножко зачаровать, то остальные тут же заметят, что меня не было по непонятной причине. И что мне оказывают преференции. Спасибо, не надо. — Она подумала, вздохнула и добавила: — Ладно, скажусь больной.

— Тогда утром, в одиннадцать... подойдет? Только, — поспешил предостеречь Малфой, — пожалуйста, не надо аппарировать отсюда невесть куда! Никто не собирается силой отнимать у тебя сына. Да и все ведь равно я сумею его найти.

— Да это ж прикольно, можно попыриться, как богачи живут! — жизнерадостно добавил Орион и увернулся от руки Люциуса, машинально потянувшегося потрепать его по голове. — А вот этого не надо, мистер!

— Извини. И, пожалуйста, оденьтесь...

— Консервативно, — снова помогла Лорейн. — Ладно, школьная форма сойдет? Я про Ориона... А у меня только деловые костюмы, мантий давно нет.

— Пусть так, — кивнул тот, преисполняясь самых худших предчувствий. — В одиннадцать я прибуду за вами.

— Чао, мистер! — сказал Орион и помахал вслед исчезнувшему Люциусу. — А прикольно, мать!

— Куда прикольнее, — мрачно ответила она. — Бери покупки и пойдем домой. Поедим и посмотрим, как вырядиться... поприличнее. Сдается мне, твоя школьная форма годится только на половые тряпки! И ради всего святого, выражайся прилично! Это Люциус ошалел от неожиданности, а вот его папаша...

— Да брось, прорвемся, — легкомысленно махнул рукой отпрыск. — Или, может, правда в бега подадимся?

— На какие шиши? У нас с тобой еще за квартиру не уплачено...

— А! О! — Орион принялся выгребать из карманов мятые купюры и монеты. — Во! Я заначку распотрошил, хватит? А то если этот ваш морж усатый опять зарплату вовремя не дает, так чего сидеть?

— Хватит, — коротко ответила Лорейн, подумав о том, что старшего Малфоя может ждать крайне неприятное разочарование.

Глава третья, в которой знакомство перерастает в нечто большее

Люциус не находил себе места. Кажется, так он не нервничал, даже когда рожала Нарцисса, что уж говорить о собраниях Пожирателей!

К его облегчению, Лорейн с Орионом собрались к назначенному сроку, оставалось задействовать портключ и оказаться в мэноре.

— Предупреждать надо, что эта хрень кишки выворачивает, — буркнул Орион, отдышавшись. — Я б тогда завтракать не стал!

— Идемте, — нервно сглотнул Люциус, постучал в высокую дверь кабинета и сообщил: — Отец, они прибыли.

— Пригласи, — раздался в ответ хрипловатый голос.

— Не вертись... — прошипела Лорейн, с уважением кланяясь старшему Малфою, устроившемуся в кресле с высокой спинкой. Руки тот сложил на набалдашнике тяжелой трости, которой наверняка не раз поколачивал сына.

— И не думал... — шепнул в ответ Орион, отчаянно косясь по сторонам.

— Мисс Лорейн Абрамс с сыном Орионом, — все сильнее бледнея, продолжил Люциус. Его отец продолжал мерить взглядом гостей.

...Женщина оказалась довольно привлекательной, сероглазой, с непослушной копной рыжеватых кудрей, почти не накрашенная, в строгом маггловском деловом костюме, из украшений — только крохотные сережки. И фигура недурна, заключил Абраксас, немудрено, что сын не сумел пройти мимо. И держит себя подобающе: не смотрит прямо, не заговаривает первой. Словом, на вульгарную дешевку не похожа.

А вот мальчик... Мальчик смущаться даже не думал, с большим интересом поглядывая по сторонам. Люциус не ошибся — похожи они были невероятно, но вот вели себя совершенно по-разному. В Орионе не было (да и взяться неоткуда было) надменности и чопорности отца. Держался он не то чтобы развязно, но совершенно непринужденно, бояться ничего не боялся, затянувшейся паузой не тяготился...

— А мы так и будем стоять перед вами навытяжку? — спросил вдруг он и почтительно добавил: — Сэр!

Люциус зашипел, но мальчишка только улыбался ангельской улыбкой и щурился — ну верно, в точности как сам Абраксас.

— Предложи гостям присесть, — кивнул тот сыну и продолжил рассматривать внука.

Осанка недурная, хотя поработать есть над чем, руки неухоженные, со сбитыми костяшками, но это мелочи. Одет тоже не бог весть как, что понять легко. Причесан со всем старанием, но сразу видно — так он ходит только во время торжественных мероприятий. С первого взгляда ясно — своевольный мальчишка, с таким, пожалуй, намучаешься... С другой стороны, сильная воля тоже немало значит.

Задав все полагающиеся вопросы и убедившись, что изложенная Люциусом версия, по меньшей мере, правдоподобна, Абраксас напрямую обратился к Ориону:

— Послушай, мальчик... В этом году тебе предстоит пойти в школу, и очень многое будет зависеть от того, станешь ты считаться магглорожденным волшебником или же полукровным древнего рода...

— Дискриминация и сегрегация по признаку рождения, — выдал тот и добавил неизменное: — Сэр! Кошмар. В двадцатом веке!

Люциус закрыл лицо рукой и не знал, куда бы ему деться. Лорейн сидела спокойно и попыток одернуть отпрыска не делала, понимая, что толку от этого будет ноль.

— У нас более закостенелое общество, — усмехнулся Абраксас. — И чем раньше ты с ним познакомишься, тем лучше для тебя же. Ты вульгарен, невоспитан, вырос в абсолютно неподходящей среде, но...

— Но почему-то это начало вас колыхать только сейчас, сэр, — перешел Орион на привычный жаргон, и Люциус понял, что сейчас сгорит со стыда. — Можно покороче, а? Я уже понял, что вы тут живете как... ну... лет двести назад, электричества нет и кофемолки у вас на ручном приводе, а там футбольный матч по телику вот-вот начнется... Чего вы от меня хотели-то, сэр?

У Лорейн задрожали плечи, и только пару минут спустя Малфой-старший понял, что это не от слез, а от сдерживаемого смеха.

— Люциус может признать тебя сыном. Вернее, бастардом, рожденным до законного брака. Такое практикуется. Ты получишь его фамилию, но не титул... И, возможно, что-то унаследуешь в будущем.

— Понимаете, сэр, — совсем уж нагло ответил Орион. — “Абрамс” — это танк такой. А что такое Малфой — я не знаю!

Тут уже раздалось сдержанное рычание Лорейн, и мальчишка огреб полновесный подзатыльник, от которого чуть не грохнулся со стула.

— Извините, сэр, занесло, — буркнул тот, проверив, цел ли череп.

Абраксас с определенным уважением посмотрел на женщину, поднялся и протянул руку мальчику.

— Идем-ка... танк. Я покажу тебе, что такое семья Малфой...

— Обалдеть! — высказался через некоторое время Орион, глядя на семейный гобелен. — То есть очень впечатляет, сэр! И это все предки?

— Предки, побочные ветви, да.

— Значит, это жутко престижно?

Люциус прошептал что-то на ухо отцу, и тот кивнул:

— Именно.

Орион задумался.

— В общем, я, конечно, не против, — сказал он. — Я так понял, в ту школу мне идти по-любому, так пусть лучше шарахаются от одной фамилии... Только, сэр, а маман моя как же?

— Хм... — этот вопрос, к стыду своему, Абраксас не продумал. — Положим, она получит хорошее жилье и содержание, ни в чем не будет нуждаться...

— Э, нет! — Орион взмахнул руками. — Это как в книжке будет!

— Какой еще книжке? — нахмурился тот.

— Обычной, в школе читали. Называется "Маленький лорд Фаунтлерой", — ядовито произнес мальчишка. — Не знаете, нет? Там у старого лорда старшие сыновья померли бездетными, только у младшего сын остался. Ну он его к себе и выписал из Америки с матерью заодно. Пацана к себе забрал, чтоб наследника вырастить, а мать отдельно поселил, видеть ее не мог, потому что младший сын самовольно женился. Там, правда, хорошо все кончилось, но мне таких приключений даром не надо!

— А ты и не наследник, — подала голос Лорейн. — Наследует майорат Драко, а ты, если согласишься, будешь признанным бастардом, ты же слышал объяснения!

— Да пофиг мне на ваш майорат, — непосредственно отозвался Орион. — Все равно без маман я жить не стану. И вообще, у вас тут телика нет!

Люциус закрыл лицо обеими руками.

— Но ведь вряд ли твоя матушка согласится оставить работу и существовать приживалкой в мэноре? — изогнул бровь Малфой-старший.

— Не согласитесь — сожгу дом, — ответил тот. — Я могу, папаша порукой.

— А почему мне нужно оставлять работу, сэр? — удивилась Лорейн, задвигая наглого отпрыска себе за спину. — Что мешает мне туда аппарировать? Еще и на бензин можно не тратиться... Вы правы, без дела я скоро с ума сойду от скуки, а так... Не подумайте, будто я напрашиваюсь на роскошные апартаменты в вашем поместье, но с сыном я не расстанусь, можете хоть в сторожке меня поселить!

Абраксас помолчал.

— Я верно понимаю, что речь идет о принципиальном согласии, и мы уже оговариваем детали? — вкрадчиво спросил он.

— В сложившейся ситуации Ориону лучше считаться полукровным Малфоем, чем полукровным Абрамсом, — вздохнула она. — Но как еще на это посмотрит... ну, вы понимаете, кто.

— Он сам полукровка, — фыркнул Абраксас. — И при нем еще немало таких. Итак, Орион, что скажешь?

— Ну... — тот поковырял драгоценный паркет мыском ботинка. — Сутки на раздумья, я так понимаю, мне не дадут, так что... Согласен, но при условии.

— Каком же?

— Ну а шмотки-то собрать?! — поразился тот. — У нас там всякие памятные штучки, фотки, дипломы мои из школы, документы... И вообще, должен я с пацанами проститься или как?

— А как ты им объяснишь, куда подевался?

— Скажу, что маман предложили работу получше, и мы сваливаем из этой дыры, — непосредственно ответил он. — Это нормально, никто и искать не станет. Ма?

— Да, сэр, мне хотелось бы забрать из квартиры кое-какие вещи, — кивнула Лорейн. Она знала, что разговор с Малфоем-старшим не потянет, захотят, так отберут Ориона, несмотря ни на какие обещания, поэтому плюнула и передала инициативу в руки сына. Не прогадала, похоже. — Орион верно сказал, там фотографии, ну и одежда, в которой я, уж простите, намерена ходить на работу. Не денег ради, а...

— Понимаю, — кивнул тот. Похоже, мальчишка характером удался больше в мать, чем в отца, такой же несгибаемый. С другой стороны, что не гнется, то ломается... С третьей — она ведь не сломалась? — Люциус, отправь их обратно и дай двух домовиков, пусть помогут с багажом. До завтра вы управитесь? Я не желал бы тянуть, мисс.

— Постараемся, сэр, — кивнула она.

— А тебе, молодой человек, — Абраксас властным движением взял Ориона за подбородок, — придется за оставшийся месяц подтянуть манеры и научиться обращаться с твоим даром.

— Как вам будет угодно, милорд, — выдал тот самым мерзким своим тоном и изобразил что-то вроде поклона. — Ежели вам угодно знать, то даром своим я овладел в возрасте практически младенческом, чем гнусно и воспользовался, чтобы выставить престарелую бабушку восвояси...

— Это он кино насмотрелся, сэр, — грустно вздохнула Лорейн. — Про куртуазные времена.

— Да, насмотрелся. И без телика будет грустно, — согласился Орион. — Ну че, так пока сойдет, сэр?

— Нет. Люциус, проследи, чтобы твой отпрыск научился правильно кланяться. Что он тут за морскую звезду изобразил? Могу одолжить трость...

— Спасибо, папа, у меня своя есть, — кисло ответил тот. — Да только бить его позволяется только матери. Он, видишь ли, оч-чень больно жжется.

Орион улыбнулся во весь рот. В общем, он был и не против сменить их пригород на это роскошное поместье. Наверняка тут есть, где бегать, рыбу ловить, купаться, а может...

— М-м-м... сэр, — потрогал он Абраксаса за рукав. — Разрешите спросить?

Тот приподнял брови.

— А вы собак держите?

— Разумеется. Там, — он махнул рукой, — псарни и конюшни. Полагаю, верхом ты ездить не умеешь?

— Только на велике! — в полном восторге выпалил тот и повернулся к Лорейн. — Все, мать, я остаюсь! Всю жизнь мечтал о собаке!

Та только посмеивалась в кулак, а вот на Люциуса было жалко смотреть.

— Вот домовики, — проинструктировал он. Орион вытаращился на них и осторожно потрогал одного за длинное ухо, напугав до полусмерти. — Они доставят вас на место, помогут собрать все необходимое, а как вы управитесь с делами, вернут сюда. Покои для вас уже будут готовы.

— Спасибо, — искренне сказала Лорейн, повернулась и сдержанно поклонилась Абраксасу. — Благодарю, сэр, что просто не отобрали сына.

Тот только вздохнул. Следовало бы так и поступить, да только мальчик вовсе не шутил, обещая спалить мэнор. Люциус многое рассказал... Пускай полукровный, такими способностями разбрасываться просто преступно! Лишь бы этот их лорд не узнал правды... Надо предупредить ребенка, чтобы не слишком выделялся в школе, вот что! Он сообразительный, поймет...

Абрамсы отбыли. Люциус выдохнул, вытер испарину со лба и махнул домовику, чтобы принес бренди.

— Папа...

— Ужасные манеры, отличный потенциал, — отреагировал тот. — Первое можно привить, второе — развить. В конце концов, этот ваш лорд поступил именно так.

— Значит...

— И не похоже, чтобы девица заранее спланировала, как через десять лет предъявит тебе плод вашей страсти, чтобы сорвать большой куш, — перебил Абраксас. — Видно, и правда сбежала. Пускай живет здесь, невелика обуза, а мальчик без нее начнет тосковать и, чего доброго, удерет или натворит бед.

— Значит, принятие в род состоится?

— Разумеется, только попозже. Я Ориона и на гобелен внесу. Мало ли, что...

Люциус уронил бокал.

Глава четвертая, в которой бастард обозначает свою жизненную позицию

— Ма, ты чего? — сунулся в комнату Лорейн Орион. Он уже вполне освоился в мэноре, постоянно удирал на псарню, лазал по деревьям, ненавидел уроки этикета и частенько бегал поиграть с маленьким Драко, приводя в ужас домовиков. — Ты почему не на работе?

— Нет больше работы, — усмехнулась она. — Уволили. Вроде как сокращение, но...

Орион понятливо кивнул, залезая к ней на кровать. Слишком дорогие костюмы ("Даже если ты носишь маггловские вещи, пусть они выглядят достойно", — непререкаемым тоном заявил Люциус), слишком независимое поведение... В Лорейн всего стало слишком, и начальник фирмочки ее выставил. Или его женушка, ревновавшая мужа к любому столбу, на этом настояла.

— Ума не приложу, чем мне теперь заняться, — сказала она с досадой. — С магией у меня так себе... Искать новое место, что ли?

— Мать! — осенило вдруг Ориона. — Я тут случайно услышал...

— Подслушал.

— Неважно. Короче, папаша страшно ругался, что ничего не может понять в этой... как ее? Ну финансовой?

— Отчетности?

— Да! Что-то ему там такого управляющий понаписал, вроде итог сходится, но он чует, ворует тот чувак. А самому разбираться некогда, у него и так всякие фабрики-шмабрики и прочие биржи. Может, ты этим займешься? Все дело!

— Ну... — Лорейн подумала. — Я здешней системы не знаю совсем.

— Чего там знать? Сама говорила — дебет и кредит, а еще это... сальдо, во! Циферки-то везде одни и те же, разберешься.

— Хм... Ладно! — улыбнулась она. — Ты у меня голова!

— Я у тебя в основном задница! — фыркнул в ответ Орион. — Чуть что, так по ней и прилетает... Иди давай, папаша там в кабинете ковыряется, мат стоит до небес! Вот, пока он горяченький, можешь выбить себе хорошее местечко!

— Убью!!!

— Я ж не сказал — в постели, — сказал мальчишка, ловко откатившись подальше по необъятной кровати. — Хотя... Что-то мне кажется, он был бы и не против...

— Орион!.. Стой, мерзавец, я тебя урою!

В стенах Малфой-мэнора такие слова отродясь не звучали, домовики в ужасе кидались по углам, а в итоге Лорейн, пропустившая какой-то хитрый поворот, влетела прямо в очень недовольного Люциуса.

— И что это за тарарам, позволь узнать? — спросил он мрачно, удержав ее от падения.

— Это я сына ловлю, — улыбнулась она, — чтобы выдрать за его нелепые предположения и мерзкие выходки.

— Какие предположения? — заинтересовался тот.

— Что мы с тобой любовники.

— Так это правда. Были же.

— Ну, были! Сколько тому лет-то... Не считается. Через твою постель уже полк девиц прошел, если не дивизия.

— А через... — Люциус вовремя умолк, поняв, что может вот-вот получить по физиономии. — Извини. Орион сказал, у тебя какие-то неприятности?

— Это когда он успел? — сощурилась Лорейн.

— Только что, когда мимо пробегал.

— Нет, точно убью засранца... — выдохнула она. — Да. Неприятности. Меня уволили.

— Поговорить с работодателем? — вскинул бровь Малфой.

— С ума сошел?! Нет... Этот же поросенок сказал, что ты ужасно ругался, разбираясь в финансовой отчетности, что тебе некогда, а я... — Лорейн опустила голову.

-Я помню, ты бухгалтер... — протянул он и вдруг потащил ее за собой. — Иди сюда! Лорейн, если ты сумеешь разобраться в этом бардаке, — кивнул он на залежи бумаг, — я буду обязан тебе... не знаю, чем.

— Ладно, тогда хоть выйдет, что я тут не задаром живу... Покажи только, с чего начинать и на что нужно обращать особенное внимание. И где у вас справочники?

Выйдя из кабинета, Люциус вдохнул воздух свободы. Он мог играть на бирже, разбирался в делах своих фирм, но домашние финансовые дела повергали его в ужас. Отец давно от этого самоустранился, самому было недосуг, и выходило, что громадные суммы вылетают в никуда, а поймать вора за руку некому. И если теперь этим займется Лорейн...

— Ловко я ее пристроил? — высунулся из-под лестницы Орион, и Люциус вздрогнул. Но не только поэтому... — Папаша, что такое? Эй?

— Никуда не удирай, — приказал тот таким тоном, что даже наглый отпрыск не осмелился не подчиниться. — У нас гость... с большой буквы. — Он оглянулся, добавил шепотом: — Если что, хватай мать, она умеет аппарировать, да и порт-ключ до работы у нее остался, и бегите.

"А Драко?!"

— А мелкий?! А дед? — возмутился Орион.

— Отец сам о себе позаботится... А Драко...

— Ла-адно, на себя возьму, — фыркнул мерзавец. — Папаш, вы уж поосторожнее там...

Люциус только мотнул головой, почти бегом отправляясь навстречу гостю. И почему это Орион звал его исключительно "папашей"? Спасибо, не "мистером"... И никогда не подходил с лаской. Впрочем, ему простительно, он вырос безотцовщиной, и думать сейчас нужно о другом!..

Подумав, Орион ринулся в кабинет.

— Мать! Живо собирайся!

— Отстань, я уже работаю, — пробурчала она, проглядывая документы. — Ну кто так делает?!

— Мать, я не шучу! Приперся тот, кого не ждали, папаша сказал, чтоб были готовы драпать!

Лорейн спала с лица.

— Да что ж такое! — в сердцах сказала она. — Сперва срывают с места — ой, нашли нашего мальчика. Сейчас окажется: гребите отсюда, нахрен нам такой мальчик! Дед-то в курсе?

— Думаю, да, — неуверенно ответил Орион, и тут перед ними появился домовик.

— Хозяин Люциус требует господина Ориона в нижнюю гостиную, — пробормотал он, прикрылся ушами и исчез.

— Так-то, они хозяева, а мы просто господа, — фыркнула Лорейн и сгребла мальчишку в охапку. — Ради бога, веди себя прилично. Я достаточно наслушалась, за косой взгляд и убить могут, а если там не один этот...

— Мать, когда ты не могла на меня положиться? — высокомерно спросил Орион, кое-как пригладил волосы и улетучился.

"Если с ним что сделают, своими руками убью этого лорда", — подумала Лорейн, сжимая кулаки...

— О, милорд, как рад я вашему визиту, — рассыпался в любезностях Люциус, стараясь не глядеть в лицо Волдеморту.

Что-то он еще скажет о старшем сыне своего приближенного! И откуда пронюхал, сволочь? В мэноре мало прислуги, занимается с мальчишкой сам Люциус... но не может же быть, чтобы домовики донесли!

— Вижу, вижу, — произнес тот. От красивого мужчины, каким его когда-то увидел Люциус, уже ничего не осталось, — однако новости меня удивляют! Стоит отлучиться ненадолго по делу, как у моего ближайшего соратника вдруг появляется незаконнорожденный сын!

— Грехи юности, милорд, — опустил голову Люциус. — Еще в школе... довелось пошалить.

— Что же без предосторожностей? Как говорил один мой приятель, бывает, и палка стреляет...

— Видимо так, милорд, — поджал губы Люциус. — Я и понятия не имел о его существовании, и если бы не стечение обстоятельств... Должен отметить, несмотря на полукровность, мальчик весьма... А вот и он!

Высокие двери распахнулись.

— Звали, папаша? — поинтересовался Орион, потом перевел взгляд на Волдеморта, шарахнулся, выдал длинное непечатное ругательство и только потом добавил: — В смысле, здрасьте, мистер, не знаю, как вас там.

Люциус похолодел.

— Приветствуй милорда! — прошипел он, понимая, что оба сейчас нарвутся на Круциатусы, и если ему это не впервой...

— Так я сказал "здрасьте", какого вам еще хрена? — совершенно искренне удивился Орион и добавил светски: — Вы очень паршиво выглядите, мистер... милорд, короче. Вам говорили? Хотя вряд ли, зассали, поди...

Люциус понял, что сейчас провалится сквозь землю. И, видимо, там и останется.

— Приветствуй милорда! — повторил он из последних сил. — Простите, манеры его...

Волдеморт протянул руку. Орион без малейших колебаний ее пожал, чем поверг в шоковое состояние уже обоих мужчин.

— Я че-то не так сделал? — удивленно спросил он.

— Преклони колени, — прошелестел Люциус. — Поцелуй руку!

— Вы охренели, что ли, со своими ролевыми играми? — возмутился тот и отошел на пару шагов назад, независимо сунув руки в карманы (мантии он принципиально не носил) и начав раскачиваться на пятках. — Да я сроду ни перед кем на колени не становился и не встану по доброй воле! А руки, — добавил Орион ядовито, — у него не очень чистые. Вам надо, папаша, вы и целуйте.

От обморока Малфоя спасло только одно: Волдеморт засмеялся сухим шелестящим смешком, от которого мороз подирал по коже. Впрочем, Ориона и это не пробрало: он глядел, прищурившись, в безносое лицо, брезгливо морщился, и только.

— Прошу простить, милорд, мальчик вырос с магглами, он понятия не имеет о вас, о нашей борьбе... — заторопился Люциус.

— Ничего, ничего, мне нравятся дерзкие мальчишки, — процедил тот.

— Педофил, что ли? — ожидаемо отреагировал Орион. — Ну, папаша, и знакомства же у вас!

— Из него, чувствую, еще выйдет толк, — предсказал Волдеморт, не обратив внимания на последние слова. — Ему ведь в школу осенью? Ну, за ним стоит приглядеть... ты сам знаешь, полукровки бывают талантливы, а у нас каждый человек на счету! А теперь мне пора.

Он снова протянул руку, и Люциус, низко опустив голову, преклонил колено, чтобы поцеловать сперва край мантии, а потом и перстень господина. Взметнулся темный вихрь, и кресло опустело.

"Слава Мерлину, обошлось без пыточных..." — промелькнуло в голове, и Люциус с трудом поднялся, опираясь о ручку кресла, и не сразу понял, что с другой стороны его поддерживает Орион. Это было странно: на физический контакт тот в принципе не шел, еще терпел, когда его трепал по плечу Абраксас, мог потискать Драко, но от отца неизменно уклонялся. (Матери, разумеется, это не касалось.)

— Вы, папаша, сейчас белее стенки, — заметил Орион, подумал и добавил: — Правда, стенки тут голубенькие в цветочек...

— Ты с ума сошел?.. — выдохнул тот, кое-как придя в себя. — Он же мог тебя убить на месте! Что тебе стоило?..

— Ха, — ответил тот. — Была мне охота перед такой образиной на карачках ползать! На себя бы посмотрели... тьфу, смотреть противно! Весь из себя наследный лорд, как есть, чего уж тут скажешь...

Кровь бросилась Люциусу в лицо, он уже занес руку, но поймал спокойный взгляд Ориона.

— Ну давайте, чего там, — сказал тот. — Маман говорила, это у чистокровных заведено, и дед вас колотил, вы сами сказали, да и она меня лупит почем зря. Приступайте. Только мазь от ожогов или че у вас там, приготовьте, а то вам дюже больно будет.

Малфой осел в кресло, в котором только что сидел Волдеморт.

— Спасибо, он был в хорошем настроении. Иначе убил бы, — повторил он. — Или запытал.

— То-то дед его так не любит, — фыркнул Орион. — А вы боитесь, да? Ну и правильно, такого психа поди не забоись...

Люциус молча прикрыл глаза и вдруг с удивлением ощутил прикосновение детской ладони к своей щеке. В кои-то веки без ожога (следов не оставалось, но больно всегда было неимоверно), просто шершавые мальчишеские пальцы.

— Знамо бы дело, я б отказался от всех этих ваших родовых гобеленов и прочего, — развеял голос Ориона приятную иллюзию. — Нужны мне эти войны, не дай бог, еще и маман рикошетом прилетит... Теперь велят татушку поставить, поди?

— Нет, несовершеннолетним не ставят... — машинально отозвался Люциус.

И правда, на что он шел, втягивая мальчика в войну, в которой и сам-то уж перестал понимать, где чья сторона? Мальчика, который даже не знает, кто за что воюет, а главное, которому на это наплевать? И его мать, которую уже за одно то, что она магглокровная, могут попросту убить?

— Да ладно, папаш, и не такое переживали, — хмыкнул ему в ухо Орион, устроившийся на ручке кресла и даже позволивший осторожно придержать себя, чтобы не свалился. — Дело фигня. Прорвемся.

— А ты не мог бы не называть меня папашей? — поинтересовался тот.

— Не-а. Не мистером же. А папой, извините, не могу пока. Ну как-то не выходит, — даже чуточку виновато ответил мальчик.

— Ладно. Переживу, — усмехнулся Люциус. — Но моего-то отца ты дедом называешь?

— Угу, просто я всегда хотел такого деда, чтоб — ух! Чтоб всю семью построил и спуску не давал... Родного-то я не помню, — сказал Орион. — Ну, маминого отца. А тут прям воплотились мечты!

— Я, значит, на воплощенную мечту никак не тяну?

— Не-а, — ответил мальчик. — Пока нет.

— Ну, спасибо за честность...

— Да всегда пожалуйста... папаша.

Заглянувшая в дверь Лорейн застала идиллическую картину: задремавшего в кресле Люциуса, которому Орион с присущей ему изобретательностью заплетал косички.

— Тс-с... — шикнул он на мать и вытолкал ее за дверь.

— Это что было вообще? — спросила она.

— А! Ну, тут приперся этот лорд, напугал папашу до полусмерти, пришлось все же поговорить с ним по душам...

— С отцом или лордом?

— С обоими, — лаконично ответил Орион.

— Люциуса я вижу, лорда нет, ты его развоплотил, что ли?

— Не, насмешил... А с папашей мы имели долгий разговор на тему образа идеального отца. Ну как в умных журналах пишут.

— Я вижу... — процедила Лорейн. — Сгинь лучше отсюда, пока он не проснулся, визажист хренов! Там к тебе сова прилетела, письмо принесла, держи...

...— Де-ед! Деда! — разносилось через пару минут под сводами Малфой-мэнора. — Пришло это драное письмо! Глядите!

Абраксас Малфой уже не в первый раз задумался над тем, а верно ли он поступил, приняв этого мальчика в род. Потом подумал еще немного, покрепче перехватил трость и отправился навстречу внуку со словами:

— А ну-ка, покажи письмо... А я тебе сейчас тоже покажу кое-что интересное!

Глава пятая, в которой начинается повержение авторитетов и сотрясение устоев

Распределение в Хогвартсе шло своим чередом.

— Абрамс, Орион, — проговорила Минерва МакГонагалл, но из рядов первокурсников никто не вышел. — Абрамс!

Она переглянулась с директором, пожала плечами: странно, письмо мальчику ведь ушло, а самого его нет. Может, опоздал на поезд или не сумел пройти барьер на платформе? Если не объявится, нужно будет наведаться к нему домой, но это потом.

Ученики уже закончились, остался только один, в расстегнутой мантии — руки в карманах брюк, раскачивается на пятках, — со взъерошенными белобрысыми волосами и неприятным прищуром. Лишних тут не должно было быть, и по всему выходило...

— Юноша, это вы — Орион Абрамс? — раздраженно спросила МакГонагалл.

— Не совсем, мадам, — ответил он. — В смысле, имя вы угадали — я Орион.

— А почему не отозвались на распределении?!

— Может быть, потому, что я не Абрамс, а Малфой? — еще сильнее прищурился тот, проходя к Распределительной Шляпе. — Ошибочка у вас там вышла, госпожа профессор.

— Невозможно!..

— Да ладно, с кем не бывает, — отмахнулся мальчишка. — У меня вот на письме адрес: "Малфой-мэнор, Ориону Абрамсу". И хоть бы кто подумал, откуда в Малфой-мэноре взялись Абрамсы!

МакГонагалл снова переглянулась с директором. Тот пожал плечами: о том, что у кого-то из Малфоев есть взрослый сын, он тоже слышал впервые.

— Это у вас техника сбой дала, — авторитетно заявил тот, вертя в руках Шляпу. — Потому как письмо, кажется, отправили раньше, чем я на гобелен попал. Ну, приступим, помолясь!..

И он напялил Шляпу, как наполеоновскую треуголку.

— Ну-с, поглядим... — забубнила та. — Хитрость и целеустремленность — явно в отца, помню я вашего папашу, юноша, это вам на Слизерин. Храбрость, порой неуемная — и Гриффиндор подойдет...

— У меня что, мозгов вообще нету? — грубо осведомился Орион.

— В избытке, — обиделась Шляпа.

— Тогда давай, гони меня на Рэйвенкло и завяжем уже с этой хренью. Охота мне была бодаться с теми или с этими...

— Как хочешь, — окончательно оскорбилась та и провозгласила: — Рэйвенкло!

— Весь в мамочку пошел! — мерзко улыбнулся Орион, снял Шляпу и крепко ее расцеловал, заставив плеваться, после чего занял место за факультетским столом.

— А кто у тебя мама? — поинтересовался кто-то постарше.

— Бухгалтер, — рассеянно ответил тот, прислушиваясь к речи директора. — Во пургу несет!

— Но ты же Малфой!

— А что, Малфои и бухгалтерия несовместимы? — поразился Орион.

— Не сходится... — пробормотала какая-то девочка. — Тебе одиннадцать, это, выходит, твой отец еще в школе учился, когда... Но он потом женился... Второй брак, да?

— Не-а! — ответил тот. — Про ранний залет слышала че-нить?

Та поперхнулась.

— Во, имей в виду на будущее, — покровительственно сказал Орион. — На парня надейся, но и сама не плошай! А то сперва нагуляешься, а потом получишь кого-нибудь вроде меня в награду.

Тут уж покраснели почти все девочки.

— Короче, забили на это, ладно? — попросил он. — И это, чтоб сразу пресечь всякие там поползновения... я не наследник, бабла нет, нихрена нет, одни только обязанности. Ну там, задницу младшему подтереть, с собаками погулять и все дела. Так что — дайте дослушать речь и пожрать!

Когда начался пир, староста факультета впечатленно пробормотал:

— Тебя не кормят дома, что ли, Малфой?

— Кормят, но я привык впрок наедаться, — фыркнул тот. — А то за столом сюси-пуси, двадцать разных вилок на каждое блюдо, салфетки, много не ешь, неприлично... Нафиг. Я пожрать люблю.

— Заметно...

— Угу... Ты вот, которая с косичками, передай горчицу...

— Меня Мэри зовут, — обиделась та.

— Пофиг, я все равно не запомню. Горчицу передашь или мне через весь стол за ней лезть?

Девочка с косичками бросила в него горчичницей, Орион ловко поймал ее и залил половину тарелки приправой.

— Кетчупа нету, блин, — проговорил он, — дожили...

— Есть, лови! — крикнул кто-то с того края стола, где обосновались старшекурсники, и еще одна посудина полетела в наглеца. Тот ловить ее не стал, справедливо полагая, что после этого обзаведется роскошными пятнами на мантии, уклонился, и сосуд с кетчупом красиво разлетелся на каменном полу, забрызгав особо неудачливых, в основном гриффиндорцев.

— Вау! Прямо убийство во время пира! — оценил красное пятно Орион и продолжил наворачивать ужин.

За первые десять лет своей жизни он привык потреблять какие угодно полуфабрикаты в любых количествах (потому что Лорейн попросту некогда было готовить), лопать недозрелые яблоки и сливы в чужих садах, печь в золе картошку, сворованную из мусорных баков позади супермаркета (гнилые места можно было и вырезать), как-то раз на спор съел живую гусеницу, но никогда не страдал даже расстройством желудка. Вкусовые пристрастия у него были странные с точки зрения чистокровного волшебника, но домовики в мэноре уже смирились с полуночными требованиями притащить пиццу.

Наконец пиршество окончилось (директор и профессора взволнованно шептались, решая, кому из них предстоит отправлять письмо Люциусу Малфою... или все же Абраксасу, вдруг это он погулял на стороне, он ведь еще совсем молод для волшебника, да и больше это похоже на правду), и первокурсников погнали по спальням.

— А ничего так, миленько, — оценил Орион комнату и занял ближайшую к окну кровать. — Вот ведь повороты судьбы...

— А что? — спросил кто-то из новых соседей. Имена Орион пока не запомнил, поэтому нарек его Ушастым.

— Сперва живу с маман в одной комнате, потом у меня апартаменты из пяти комнат, теперь, блин, я в общежитии, — пояснил тот. Про апартаменты он, конечно, приврал, но не испытывал по этому поводу ни малейших угрызений совести.

— Ты можешь рассказать, если хочешь, — осторожно предложил еще один мальчик. — Мы выслушаем...

— Слушай, иди в жопу, психоаналитик нашелся!

Тот, кто знал Ориона, мог бы с точностью предсказать, что оставаться этому мальчишке Психоаналитиком (спасибо, если не Психом) до окончания школы...

Орион завалился на кровать, широкую и мягкую (с той, что в мэноре, не сравнить, но уж получше его старой!) и принялся писать письма родителям. Забавно было думать, что у него есть оба родителя, пускай даже папашу он еще не воспринимал всерьез.

"Маман! — начал он. — Все путём. Как ты меня довезла до вокзала, так я без проблем зашел на нужную платформу, отжал себе зачетное купе и дрых всю дорогу. Ну там ломился кто-то, но я их послал далеко и надолго. Одного не пойму, хрена ли не выдать вместе с письмом по порт-ключу, чтоб не пилить по железке целый день? Дальше... Замок крутой, конечно, прям как из кино. Учителей пока не заценил. Распределился на Рэйвенкло, как ты, Шляпа жутко обиделась. Познакомиться толком ни с кем не познакомился, запомнил какую-то Мэри-с-косичками, Ушастого и Психоаналитика (это два моих соседа по спальне), потом разберусь. Кормят тут зашибись просто, наших бы ребят из школы за стол пустить, смели бы все вмиг! А, да, койку я себе тоже хорошую занял, у окошка, там далеко видать, красота...

Телика, конечно, и тут нет. Придется жить без него, помню, ты всегда мечтала его выкинуть. Вот, аккуратнее мечтать надо! А то желания твои, а страдаю я!

Короче, будет что интересное, напишу еще. Целую и хлопаю по попе... а ты не можешь мне сдачи дать! Драко привет.

П.С. Веди себя хорошо, вернусь — проверю!

Твой ненаглядный сынуля."

Удовлетворившись содержанием и формой первого послания, Орион покусал ручку и взялся за другое письмо.

"Привет, папаша, — написал он. — Надеюсь, вы не очень обиделись, что я попал на Рэйвенкло. В смысле, я туда нарочно попал. Как по телику говорят, в свете текущих политических событий... Короче, так, наверно, будет безопаснее. Ко мне пока никто не лез, я тоже еще никому не начистил пятак, даже непорядок какой-то. Правда, половину гриффиндорцев заляпало кетчупом, которым кинули в меня, так что, думаю, это дело поправимое, в смысле мордобития. В общем, буду держать руку на пульсе... опять же, как говорят по телику.

П.С. Я маленько похулиганил на распределении, так что ждите маляву от директора или профессора какого-нибудь. Кажется, они заподозрили, что я не ваш сын, а дедушкин. Умора!

Орион."

С удовлетворением отложив и этот лист, Орион снова погрыз ручку и написал как можно аккуратнее:

"Здравствуйте, дедушка!

Хочу сообщить вам, что добрался я благополучно. Шляпа отправила меня на Рэйвенкло, и я этому даже рад, поскольку там училась мама. Видимо, поскольку я вырос с ней, то и склад характера у меня оказался такой же. Надеюсь, это вас не огорчит. Я постараюсь держаться подальше от всяческих интриг, как вы предупредили. Если что-то покажется мне подозрительным либо я узнаю нечто важное, немедленно сообщу.

С уважением, ваш внук Орион."

Покончив с этим тяжким трудом, он выдохнул, тщательно запечатал все три письма и огляделся. Идти в совятню было уже поздновато, но, по идее, до отбоя он еще успевал, поскольку не должен был заплутать: Люциус подробно описал все ходы и выходы, благо был когда-то старостой и ничего еще не забыл, да и Лорейн хорошо помнила, как кратчайшим путем добраться из башни Рэйвенкло в нужное место.

— Смотри, не перепутай, — напутствовал он большую неясыть. — А то жрать не дам, ясно? Вали, чтоб утром был ответ!

Сова, ухнув, улетела, Орион потянулся, повернулся и шарахнулся, врезавшись в насест.

— Вашу мать, разве можно людей так пугать?! — выпалил он. — Я чуть башку себе не проломил!

— Прости, мой мальчик, я не подумал об эффекте неожиданности, — улыбнулся в бороду директор Дамблдор. — Просто отбой уже был, староста не нашел тебя в спальне, а соседи сказали, что видели, будто ты писал письма. Я и решил сам отвести тебя назад, чтобы ты не получил отработку в первый же день...

— Вот за это спасибо, сэр, — сказал Орион, стараясь изобразить вежливость. Интересно, с каких это пор директор лично провожает заблудших первокурсников? Ясное дело, с тех самых, как таким первокурсником оказался неучтенный Малфой! — Ну че, идемте, что ли? А то правда поздно уже!

— Идем, идем, — директор мягко подтолкнул его к выходу. — Ты писал домой?

— Нет, блин, в Организацию Объединенных Наций, — буркнул тот, а громче добавил: — Разумеется!

— Сразу три письма с одной совой?

— Разумеется! — повторил Орион.

— Мой мальчик, мне хотелось бы поговорить с тобой...

— А вы что делаете? — невинно удивился тот.

— Гм... Я имел в виду...

— Вам жуть как охота узнать, откуда я взялся, — поморщившись, прервал словоблудие Орион. Проще было отвязаться сразу.

— Можно сказать и так, — чуточку сдал назад Дамблдор.

— Короче, дело было так: папаша погулял с маман где-то на шестом курсе, она залетела и свалила подальше, чисто на всякий случай, — выдал уже проверенную версию мальчишка. — Десять лет ни слуху, ни духу, и вдруг — вот-те нате, хрен в томате! Является блудный отец! Понятия не имею, как он нас нашел, я в этом не секу ни разу, но... Дальше опять же кино: хватают меня за шкирман, тащат в мэнор, тычут носом в родословную и заставляют учить всякую хрень... пардон. Потом дед че-то там похимичил с палкой, и я появился на гобелене, как полукровный. Ну а потом уж и письмо пришло. Больше ничего не знаю, мать тем более. Мы ж у магглов жили.

— А! — глубокомысленно произнес Дамблдор. — Видимо, твоя матушка скрывалась... Она ведь полукровная?

— Не, грязнокровка, — намеренно сказал Орион, чтобы посмотреть на реакцию. — Я так понял, что папаше в молодые годы было абсолютно пофигу, кого валить и трахать. Дед его так кобелем и называет.

Директор деликатно откашлялся. С Абраксасом Малфоем связываться не стоило, но...

— А ты знаешь, мой мальчик, с кем имеет дело твой отец?

— Конечно, знаю, — пожал тот плечами. — Я этого ихнего лорда видел вот как вас сейчас.

— Что?!

— Ага. В гости приперся, гость нежданный... — фыркнул Орион. — Говорит, о, еще один Малфой! И давай лапы тянуть, приветствуй, типа. Не, ну грабку я ему пожал, конечно, с меня не убудет... руки, правда, долго потом отмывал. Вот папашу не сразу в чувство привели...

— Пытал?.. — горестно спросил Дамблдор, тщетно пытаясь представить себе это зрелище.

— Не, это у него шоковое было, — рассеянно ответил мальчишка. — А лорд поржал и свалил. Ну и все.

— Мальчик, ты же понимаешь, насколько опасны эти игры, а твой отец...

— Слушайте, господин директор, — мрачно сказал Орион. — Я этой образины раньше не видел и больше видеть не желаю. Я полукровный, мать — магглорожденная, тут все ясно? И отвалите от меня с пропагандой, очень вас прошу! И про папашу с дедом не спрашивайте. Если у них какие дела и есть, то меня в них не посвящают. Да если б и посвятили, хрена я чего кому чужому скажу.

— Гхм... Мы уже пришли. Вот твоя гостиная, — вывернулся Дамблдор. — Иди-ка спать!

— Ага, и вам спокойной ночи, — фыркнул тот и добавил: — Сэр!

Он скрылся в гостиной, а директор невольно утер испарину со лба. Доводилось ему видать трудных подростков, но этот был не просто трудный, это был выросший с магглами Малфой, а более гремучую смесь сложно и представить!

Отца своего он никогда не знал, и вряд ли за прошедшее с момента знакомства время Люциус успел вложить мальчишке идеалы Пожирателей. Да и Волдеморта Орион, судя по всему, не очень испугался. Нет, у этого мальчика еще есть шанс, решил Дамблдор и устремился в свой кабинет.

*

Наутро в Большом зале все было как обычно: гомонили студенты, совы приносили почту...

В большом конверте с гербом Малфоев, который принес надменный филин, очутилось три записки.

Первая гласила: "Убью!!! П.С. Поздравляю! Твоя маман."

Вторая: "Здравствуй. Я не обиделся. Ах да, письмо от директора уже пришло, будь осторожнее. Люциус".

И третья: "Приветствую, внук. Вижу, учение все же пошло тебе на пользу. Внимательно смотри по сторонам. Лорд Абраксас Малфой".

— Офигеть, до чего многословные родственнички, — пробормотал Орион, накладывая себе еды и обдумывая, как бы покрасочнее описать беседу с директором, и тут за плечом у него раздалось громкое:

— Эй ты, Малфой!

После чего говоривший моментально оказался лицом в тарелке с пудингом, а сам Орион стоял уже шага за три от него с вилкой и ножом в руках.

— Забавно, — фыркнул он, видя, что все таращатся на него, как на психопата, и бросил на стол нож, толку от него все равно не было. А любимую заточку и выкидушку поди достань, они в кармане брюк, под идиотской мантией. — Пацаны, говорить мне "эй ты" никто незнакомый не может, ясно? Иначе будет вот так же. Скажите спасибо, это был не горячий суп. Гнилые предъявы типа "а пойдем, познакомимся" не канают. Усвойте это и идите жрать за свой стол.

Галстуки Слизерина он опознал мгновенно.

— Гм... извини, видимо, мы действительно начали не с того, — примирительно произнес приятный паренек в очках. — Мы просто хотели поговорить.

— Тут, что ли? — кивнул Орион на полный народу зал. — Забавно!

— Нет, конечно... Выходи во двор после занятий.

— Один против всех? Не-е, не на того напали, пацаны, — хмыкнул тот. — Давайте, выберите делегата, с ним побазарю, где угодно... А пока выньте этого вашего приятеля из моей тарелки и дайте пожрать спокойно!

— Что это такое?! — встряли деканы. — Учебный год еще не начался, а тут уже драка! По баллу с каждого участника!

— Ну, я-то был один, — довольно ответил Орион и уселся обратно за стол. — Не беда.

Мэри-с-косичками и еще одна, которую он назвал Рыжулей, отодвинулись от него подальше...

Тем же вечером он подробно описал и разговор с Дамблдором, благо на память не жаловался, и неожиданный подкат слизеринцев. Тем, оказывается, просто нужно было узнать, почему это Малфой оказался на Рэйвенкло, но кто же знал, что тот сперва бьет, а потом расспрашивает? Конфликт более-менее уладили, но всем профессорам стало ясно: с появлением Ориона Малфоя на Рэйвенкло тот перестал быть одним из самых тихих факультетов...

Ровно через две недели после начала занятий к профессору Флитвику пришла делегация первокурсников.

— Пожалуйста, сэр, — наперебой просили они, — уберите Малфоя из нашей спальни! Или нас оттуда уберите, очень просим!

— А что такое? — всполошился маленький профессор.

— С ним невозможно жить! Он допоздна не тушит свет, шуршит, читает, громко смеется, ест что-то, его одежда по всей спальне раскидана! — загалдели те наперебой. — Утром из душа его не выгонишь! А если сделать замечание, так он дерется! Староста пытался его приструнить и в больничное крыло попал с ожогом... Если не верите, пойдите сами взгляните, Малфой сейчас там!

Флитвик тяжело вздохнул: Орион был лучшим учеником на первом курсе, несмотря на маггловское воспитание, и ущемлять его не хотелось. Но и жалобы остальных оставлять без внимания не годилось! Пришлось вставать и идти с проверкой.

Как и доложили несчастные соседи Малфоя, спальня была полностью разгромлена. Окна настежь ("Парни, тут море свежего воздуха, я еще не нанюхался, я у такой речки-говнотечки вырос! А кому холодно, второе одеяло возьмите"), одежда раскидана не только по смятой и скомканной постели Ориона, но и по всем остальным ("Ну а че, домовики приберут, я дома задолбался шмотье складывать! А если тебе мешают мои носки, выкинь их в окошко, у меня еще есть"), на тумбочке у Ориона громоздятся книги, причем явно маггловские, с грудастыми красотками и мужчинами с пистолетами на обложках, а сам он валяется на кровати в одних трусах в веселое сердечко, читает одну из этих книжек и жизнерадостно ржет, причем так, что потолок того и гляди рухнет!

— Что за беспорядок! — сказал Флитвик, покачав головой.

— А мы говорили! — хором добавили первокурсники.

— Где беспорядок? — оторвался от книжки Малфой и ловко запулил огрызком яблока в окно. — Я не вижу.

— Но он есть, — мягко заметил профессор.

— Мне не мешает, сэр, — улыбнулся Орион и поджал под себя босые ноги. — Пардон за неглиже, я после душа. А че случилось-то?

— Ваши соседи жалуются на ваше поведение.

— Их проблемы, — фыркнул тот. — Мне, может, тоже не нравится, что этот вот храпит, а тот — сортир занимает по полчаса. И ваще, у меня дома были пятикомнатные апартаменты с личным домовиком, и че? Я ж не жалуюсь!

Флитвик тяжело вздохнул, понял, что добром с Орионом не совладать и вывел других мальчиков в гостиную.

— Ну вот что, — сказал он. — У нас достаточно свободных мест, выбирайте любое. Но, может, кто-то угодит к старшекурсникам, а вы привыкли быть вместе...

— К кому угодно, только не к Ориону, сэр! — дрожащим голосом выговорил один из мальчиков. — Он нам вслух читал про ухающих марсиан и боевые треножники, такой ужас, вы бы знали!

— Насильно читал, — поправил второй. — На ночь.

— И правда, ужасно, — согласился, хихикая, Флитвик.

Довольно наблюдая за собирающими вещи сокурсниками, Орион писал очередное письмо домой.

"Привет, маман! И месяца не прошло, а я уже отжал себе всю комнату на четыре койко-места. Ты ж сама говорила, девочки к мальчикам ходить могут, так что подрасту и стану устраивать оргии для близких друзей, ну, ты понимаешь... И нет, мам, я не буду таким разгильдяем, как мой папаша!

П.С. Готовься. Начинается хрень с большой буквы. Чмокни Драко и собери шмотки на всякий пожарный случай.

Твой сынуля."

— Ну почему ты пишешь на обычной бумаге, а? — спросил, остановившись рядом, один из "соспальников", как их звал Орион.

— Удобнее, — ответил тот, — да и не умею иначе, не обучен-с высокому искусству корябания пером из гусиной жопы по телячьей шкуре...

"Добрый день, папаша, — продолжал он. — Надеюсь, у вас все более-менее, а то тут начали ходить странные слухи. Я вас ни о чем никогда не просил, но сейчас попрошу: дайте маман порт-ключ в какую-нибудь жопу мира, чтоб ее сразу не нашли, если что. Она и мелкого может спрятать, меня же прятала... И еще: у нее самой бабла нет совсем. Конечно, случись что, я брошу этот ваш идиотский Хогвартс и опять пойду почту разносить и тарелки мыть, потому как жить-то надо... Сечете? Я не попрошайничаю, сами мы перебьемся, это я на тот край, если придется и мелкого тащить с собой. В общем, сумбур вышел, переписывать некогда, надо успеть на совятню до вечера.

П.С. Вы, в общем, извините, если шибко хамил. Натура у меня такая.

Орион."

Покончив и с этим многотрудным делом, Орион взял другую ручку и снова принялся строчить.

"Уважаемый дедушка!

Учусь я хорошо, правда, взыскания мне назначают, но это ничего, я честно отрабатываю..."

Тут Орион хихикнул и припомнил, как профессор МакГонагалл, назначившая ему отработку у завхоза Филча, отправилась искать запропавшего студента и обнаружила его как раз в комнате завхоза. Малфой и Филч азартно шлепали засаленными картами по потертой столешнице, горка спичек-ставок росла, миссис Норрис зорко следила, чтобы Орион не жульничал, но в его собственность уже перешла некоторая часть давно хранимых у завхоза артефактов и просто интересных вещиц. Разумеется, подельники друг друга не выдали.

Собственно, и дело-то сладилось легче легкого. Просто Орион оглядел фронт работ, почесал в затылке и спросил:

— Мистер Филч, а вы в карты играть умеете?

Тот от неожиданности кивнул.

— Тогда давайте я тут живо волшебством приберу, да и пойдем перекинемся в картишки разок-другой, а? А то скучно, тут никто толком играть не умеет.

Завхоз сглотнул, но согласился. В общем, и не пожалел: ему было одиноко, а наглый полукровка Малфой скрашивал его вечера, заглядывая на партию-другую в подкидного...

"...Ничего хорошего я не услышал, — продолжал Орион письмо. — Дедушка, я мало что в этом понимаю, но думаю, все папашины деньги надо срочно переводить на вас или кого-то доверенного, наслышался о таком от ребят. Если что, пригодятся, а если все будет нормально, так вы же вернете, семья есть семья. Не то, чтобы я его успел полюбить, но есть же еще Драко, а он-то ни при чем. А так вообще все отнимут, и у него ничего не останется. Нет, дедушка, я не паникую, я отходные пути пытаюсь найти. Вам виднее, конечно, но все же... И очень вас прошу: маму не бросайте. Финансово я сам могу о ней позаботиться, а вот физически — вряд ли. Вы понимаете, о чем я.

П.С. Кажется, за совятней следят. Я, однако, теперь обитаю в отдельных апартаментах, может быть, есть способ связаться иначе?

Благодарю заранее, ваш внук Орион".

Покончив с этим, он отправил письма и прибрался в спальне (из двух сдвинутых коек получился недурной диван), потому что вообще-то такого жуткого кавардака сроду не разводил, иначе живо бы получил от матери. Просто постоянно быть на виду у троих однокурсников надоело, пришлось идти на крайние меры...

Ответные письма не заставили себя ждать: на рассвете в окно влетел знакомый филин.

— Как круто жить одному, — улыбнулся Орион и почесал птице шею. Филин недовольно угукнул и нахохлился на подоконнике. — Ну, что тут у нас... Погоди, парень, может, еще ответ понесешь...

"Засранец ты, сын. Весь в отца. Намек поняла.

Твоя маман."

"Все ясно, просьбу твою выполню.

П.С. Я не обижался. Я был в шоке. Да я и сейчас в шоке.

Люциус."

"Поучи еще деда, мерзавец! Без тебя знаю, что делать! Но за информацию благодарю, это началось раньше, чем я предполагал.

П.С. Связь только через этого филина, учти. Это наш, семейный, чужим письмо не отдаст. Если не будет другой возможности оповестить тебя срочно, пришлем патронуса.

Лорд Абраксас Малфой."

Орион вздохнул, взял ручку и накарябал: "Слушайте, если вы там только и делаете, что письмами меняетесь, может, я уж не буду выпендриваться и стану писать всем сразу? Нет, если вы зачитываете избранные отрывки, то я не против, но иначе — нафига так париться? У меня рука уже устала!"

— Держи, неси домой, — велел он филину, посмеиваясь. — Вот ведь спелись! Ладно... лишь бы обошлось.

Не обошлось. Через полтора месяца грянуло...

Глава шестая, в которой начинается страшное

Казалось, еще только вчера все ухохатывались, глядя на Ориона, чуть не сорвавшего урок полетов: он привязал подушку к метле, заявив, что ему жестко и вообще выглядит все это как-то на редкость похабно, недаром магглы изображали ведьм летающими голыми на помеле... после чего за ним безуспешно гонялся весь женский состав Рэйвенкло и Хаффлпаффа, заработав по двадцать баллов каждому факультету. Еще вчера он крепко подрался с двумя гриффиндорцами: те попытались выхватить палочки, но Орион был быстрее, поскольку вырос на улице и привык к тому, что если противник тянется в карман или рукав, — бей на поражение, может, у него там нож или заточка... Еще вчера он флиртовал с Мэри-с-косичками и Рыжулей со своего курса и Кудрявой и Стриженой с Хаффлпаффа, подкатывал и к Беленькой со Слизерина...

А вот сегодня все смотрели на него как-то странно. Да и на некоторых других тоже.

— Че случилось? — спросил Орион, плюхнувшись на скамью и по обыкновению навалив себе гору еды. — У меня крылья выросли?

— А ты что, почты не получал? — осторожно спросила староста. — А и верно, давно не получал... С самого Хэллоуина.

"Правда. Несколько дней... Но я и сам не писал, мало ли, чем они там заняты", — сообразил Орион, но, привыкнув держать лицо, только хмыкнул:

— И че?

— А газеты ты вообще не читаешь?

— Не-а. Охота была такую галиматью мусолить!

— Тогда ты ничего не знаешь, — вздохнула староста и протянула ему несколько номеров "Ежедневного пророка". — Держи, за всю неделю.

Орион сунул в рот кусок сосиски (чтобы физиономию перекосило вне зависимости от того, что он увидит), развернул газетный лист и скрылся за ним целиком. И правильно сделал.

Лорд сдох?! Вот чудно-то! Неважно, как, главное, помер... А это что? Орион сглотнул и потянул в рот булочку.

Аресты... Аресты... Допросы... И на большой колдографии — его отец в растерзанной мантии, в наручниках...

А это уже судебное заседание, холодное осунувшееся лицо Люциуса Малфоя и приговор — Азкабан. Звенящее слово. Убийственно звенящее. Наслышался он уже об этом местечке...

— Блин, дожил, — мрачно произнес Орион, опустив газету и хлебнув сока, чтобы проглотить вставший в горле ком. — То у меня вообще папаши не было, теперь — папаша-уголовник. А вы тоже хороши, могли бы сказать, че за буча была на Хэллоуин! Я-то проспал...

Проспал, признаться, намеренно: у них с матерью никогда не было денег на отмечание всякой ерунды, только Рождество и справляли, и то скромно. Веселиться по непонятному поводу Орион не умел и не желал, поэтому послал всех к Моргане и завалился спать пораньше. Еще удивился, чего все так шумят... Но, поскольку жил он отныне один, про него, кажется, просто позабыли.

Но мать-то почему не написала?! И дед? Не прилетал филин, он бы точно разбудил: окно было открыто, а этот гад навострился щипаться. И патронуса не было, мать-то наверняка бы послала, обещали же для экстренной связи…

"Стоп. Раз письма не приходили, значит, или их не было... но в газете ни слова о деде и маман, их не арестовывали, — начал соображать Орион. — Или почту перехватили. Убью!"

— Ты куда, Малфой?! — подхватилась староста, когда он поднялся с места и решительно направился к профессорскому столу.

Мальчик пропустил ее слова мимо ушей, подошел к директору и с размаху шарахнул кипой газет по столу перед ним.

— Где мои письма? — спросил он прямо.

— О чем ты, мой мальчик?! — поразился Дамблдор.

— Где. Мои. Письма? — раздельно повторил Орион. — Начиная с первого ноября. Где мой филин?

— Как ты смеешь так разговаривать с директором? — вскинулась МакГонагалл.

— Так и смею, — Орион подобрался. — Я еще раз спрашиваю, где моя почта и мой филин? Почему обо всем этом, — он хлопнул по газетам, и по залу поплыл явственный запах гари, — я узнаю только сейчас, а?!

Он обернулся, увидел несколько растерянных лиц и угадал: это тоже дети Пожирателей.

— Че, чуваки? — спросил Орион пренебрежительно и облокотился о профессорский стол. — Кинули нас? Бати уже нары давят, а мы тут деликатесы наворачиваем... и ни слухом, ни духом!

— Ты чего, Малфой?! — подал голос мальчишка со Слизерина, тот самый Очкарик. — О чем ты?

— О том! Почту давно получали? Нате газетки, почитайте, поищите папаш... — он швырнул ворох бумаги в зал, там началась свалка. Сам Орион развернулся к директору и прошипел: — А я, мистер Дамблдор, требую немедленно отправить меня домой.

— О чем ты говоришь, мальчик?! — ужаснулась МакГонаггал.

— Я говорю о том, что там моя мать, маленький брат и старый дед! — возвысил голос Орион. — И какие-то козлы наверняка уже шарят по мэнору, раз отец арестован! И я не прошу, я именно требую — отправьте меня домой, иначе я сам уйду, а тогда кому-то точно не поздоровится...

— И меня! — закричал еще кто-то. — Я же не знал! У меня мама больная, она совсем одна...

— И меня! Там мои братья и сестры!.. Я же теперь глава рода, раз отца приговорили к поцелую... Вы что, не понимаете?! Мне нужно...

Кто-то разрыдался. Зал загудел, как растревоженный осиный улей: кто-то ничего не понимал, кто-то, напротив, понимал слишком хорошо.

— Но ведь середина семестра, идут занятия... — пискнул Флитвик, прекрасно понимавший, что этого ученика не удержать даже силой, но знавший еще, когда нужно внести свою лепту.

— Клал я с прибором на эти занятия, не в обиду вам, профессор, будет сказано, — искренне ответил Орион. — Семья важнее. Потом, может, вернусь второгодником. Хрен с ним! Вы откроете камины, мистер, или мне силой прорываться?

Дамблдор взглянул в серые глаза, в которых начало разгораться нехорошее ледяное пламя, и понял, что условно уничтоженный Темный Лорд — еще не самое страшное. Очень может быть, что этот Малфой — очередное его воплощение...

— Разумеется, открою, мальчик мой, — ласково сказал он и увидел, как перекосило Ориона от этого обращения. — Школа была полностью закрыта на время спецоперации...

— Ага, во имя общего блага, — фыркнул тот, поняв, почему не было материного патронуса. — Слышал, знаю. Говно это ваше благо.

Пока Флитвик пытался отпоить поперхнувшуюся МакГонагалл водой, Орион повернулся к залу:

— Э, чуваки, кто по домам — за мной. Шмотки бросайте нахрен. Не до того.

К нему подтянулась кучка ребят самых разных возрастов — от здоровенного семикурсника до нескольких одногодок, зареванных, но решительных.

— Ведите, мистер, — сказал Орион Дамблдору. — Пора валить из этой дыры...

— Ты откуда такой взялся? — спросил семикурсник-слизеринец (ему пришлось согнуться чуть не вдвое). — Ты же бастард!

— И че?

— Ты по матери полукровка!

— И че?!

— Так ведь... Малфой... ну...

— Шаблон потом склеишь, — покровительственно похлопал его по локтю Орион, сам уже державшийся на последнем пределе. — Папаша у меня еще тот фрукт, но родной же. Говном я буду последним, если сейчас зассу и останусь тут отсиживаться и конфетки кушать, вместо того, чтобы батю с кичи выручать!

Речь эта, как говорили впоследствии, вошла в анналы "Хроник Хогвартса", в закрытый раздел. Но, возможно, это просто школьные легенды...

Глава седьмая, в которой приходится брать дело в свои руки

Орион выбрался из камина в знакомый холл Малфой-мэнора и поразился тишине и какому-то запустению.

— Эй! — позвал он, слыша гулкое эхо. — Эй, вы куда все продолбались?! Мам? Дед?

Наверху что-то грохнуло, покатилось, и на лестничную площадку выскочила Лорейн.

— Ма-а-ать! — Орион вихрем взлетел по ступеням, повис на ней, чуть не уронив. За ее спиной в детской расплакался Драко. — Слава богу, мелкого не забрали!

— Я не отдала, — глухо ответила она, уткнувшись сыну в волосы. — Говорят, ребенок преступника, в приют его... А я говорю: я при нем нянька, у меня приказ хозяина, его никто не отменял, так что заберете мальчишку только через мой труп... Ну а на кой им такой потасканный труп? Так и ушли... Ты почему пропал, уродец?! Я чуть не рехнулась тут одна!

— Это вы пропали! Вы не писали с Хэллоуина, филин не прилетал, патронуса не было! Я сегодня только просек, что какая-то сука письма тырит... и вообще узнал обо всем. Оказывается, школу прикрыли ото всех. А птичку жалко, — огорченно сказал Орион. — Наверно, зашибли... Стой, мать! Как одна? А дед где?

— В Мунго, — нехотя ответила Лорейн. — Ну, клиника такая. У него с сердцем плохо стало. Сперва — когда узнал, что Люциуса забрали, потом — когда за Драко пришли. Вот во второй раз пришлось госпитализировать. Представляешь? А он ведь не старый совсем…

— Ч-черт! — мальчишка ударил кулаком по перилам. — А когда выпишут? Говорят чего-нибудь?

— Через пару дней, наверно. А ты-то как вырвался, угробище?

— Как-как... шантажом и угрозами, конечно, — довольно улыбнулся тот. — Пропущу много, ну да и хрен с ним, нам надо дела порешать... Ма? Мам, ты чего, плачешь, что ли? Мам!..

— Ага, — сказала Лорейн, а Орион вдруг с удивлением заметил, что она изменилась. Волосы выпрямила, что ли? Вместо химической копны кудряшек — мягкая волна, лицо как-то посвежело, несмотря на усталость и слезы...

"Да блин, просто она не так выматывается теперь, — понял он. — С одним мелким, на всем готовом, да еще с домовиками на подхвате проще, чем на работе да со мной и пустым кошельком наперевес. Ну и супер! С остальным разберемся..."

— А ну не реви! — велел он. — Не реви, говорю! Пойдем сядем и потрещим. Пока дед в больнице, один фиг ничего не сделаешь, я несовершеннолетний, а ты не родственница типа.

— Угу... — Лорейн вытерла глаза рукавом. Слава богу, Орион вернулся, с ним ей было не страшно. Никогда не было страшно, даже когда он лежал в пеленках, орал диким голосом и писался что ни час, а денег не хватало даже на еду, не то что на стиральный порошок. — Пойдем в детскую. Я там сейчас ночую, боюсь просто уходить.

— Идем, — потащил ее сын за собой, правда, тут же отпустил и начал делать "козу" Драко. — У-у-у, ну ты вымахал! Конь просто! Давай-ка, не хнычь, займись делом! Ни разу ведь еще не поймал, лошара...

Он закрутил привычную уже карусель цветных огоньков над головой Драко, которые тот и принялся радостно ловить, а сам сел на диван рядом с матерью.

— Слушай... отца забрали из дома или с места преступления? — спросил он, а Лорейн с изумлением отметила, что Орион впервые назвал Люциуса отцом, а не "мистером" или "папашей".

— Из дома, — ответила она, решив поудивляться потом. — Налетели... Он только вернулся с какого-то совета директоров, что ли, даже переодеться не успел. Схватили — ну а Метка-то у него есть, и доказывать ничего не нужно, — и утащили. Он только крикнуть успел, мол, позаботься о Драко, и всё...

— Мать, ну не реви! Я и так понял, что ты отца до сих пор любишь, — буркнул Орион. — Ай-й, ну зачем по затылку, у меня шишка там, на квиддиче навернулся... А дед что?

— А он пока дошел, уже всё кончилось. Они умеют как-то защиту каминов взламывать, — всхлипнула Лорейн. — Я ему все объяснила, уложила, дала таблетку, он немного в себя пришел... Пытался разузнать по своим каналам, но все глухо. А потом пошли эти статьи в газетах... Орион, я знаю, что Люциус участвовал в этом... в этом...

— Дерьме, — подсказал тот, напряженно раздумывая, — но, мам, номинально. Да, я и это слово знаю! Он у них был по связям с общественностью, потому что морда представительная и связи есть. А еще за бабло отвечал, я так думаю. Не в смысле — общак держал, а в плане чего подкинуть... Ты глянь, ты же занималась бумажками! Это ж легко: шантажируют маленьким ребенком и отцом, он и делает, что велят, вкладывает бабло, куда скажут... А?

— Где ты этого набрался, а?

— Детективы читаю, — ответил тот. — И твои справочники, если слова какие-то не понимаю. Посмотри, правда, это же сильно будет! А что Метка... Ну сдуру... Я вон этого ихнего лорда видел, ручкался с ним, так у меня ж нету татушки!

— Еще Нарцисса предъявляет права на сына, — скривилась Лорейн. — Раз муж... бывший... в тюрьме, откуда не выходят, а Абраксас в больнице, так она хочет сама воспитывать наследника.

— А х... хрен ей, — вовремя придержал язык Орион. — После деда и отца кто глава рода?

— Драко.

— А если он несовершеннолетний?

— Тогда опекун.

— Значит, я, — удовлетворенно кивнул Орион. — Вернее, сперва дед. Слушай, мам, надо его выцарапать из больницы поскорее. Давай свезем в нормальную клинику, пара капельниц — и он как новый будет!

— Я сама об этом думала, — вздохнула Лорейн, — но Драко оставить не могла. Да и дед у нас... норовистый.

— Ради отца потерпит, — хмыкнул тот. — О, гляди!

Драко радостно прихлопывал ладошками один огонек за другим, отчего те меняли цвет, и забава эта ему явно не надоедала.

— Моя школа, — гордо сказал Орион и подумал вдруг о том, что прежний опыт ему ой как пригодится.

Кто, в конце концов, был единственным мужчиной в их крохотном семействе все эти десять лет? Ну, может, Лорейн с кем и встречалась на стороне, но дома... дома распоряжался он. Даже если мать думала, что хозяйка — она.

— Ма, — сказал он. — Значит, защита мэнора взломана? Ну, раз эти уроды сумели ввалиться?

— Думаю, да. Я в этом ничего не понимаю, — печально ответила она. — Потому и сижу тут безвылазно, боюсь, как бы не уволокли мелкого. Сам понимаешь, если он будет у них, на Люциуса станет куда проще давить!

— Ага... — Орион покусал губу. — Я пойду домовиков допрошу, а ты пока побудь тут. У меня мысль одна есть...

Лорейн только вздохнула: Орион очень быстро повзрослел и уже теперь был невыносимо похож на юного Люциуса. Что же ему на ум-то пришло? Наверняка что-то пакостное!

Она улыбнулась и посмотрела на Драко: тот утомился мельтешением огоньков и задремал. Знать бы, как убрать эту карусель... Руками лучше не трогать, это Орионово творение, так шарахнет, что мало не покажется... Да и пусть кружится, решила она, раз ребенок спит, значит, ему ничего не мешает. А ей тем более.

— Через камины, значит, сволочи... — пробормотал тем временем Орион и засучил рукава. — Защиту, значит, взломали... взломщики хреновы…

Он уже узнал от домовиков, что заблокировать камины и восстановить родовую защиту в отсутствие главы рода не сумеет, нет у него такого права.

— Ладно, значит, будет моя собственная, от фирмы "Орион лимитед!" — произнес он вслух и бросил в камин горсть дымолетного порошка.

Пламя сделалось зеленым. Теперь нужно было вызвать нужный адрес, но Орион поступил с точностью до наоборот — сунул руку в огонь, прикрыл глаза и постарался сформулировать желание. Это было очень тяжело, но с огнем он научился разговаривать года этак в два, а может, и раньше, поэтому вскоре понял, что переламывает чужую волю... Ну, еще немного...

Орион упал на ковер, тяжело дыша, взглянул: пламя в камине сменило цвет с зеленого на яркий бело-голубой.

— А вот суньтесь теперь, суки, — произнес он, не без труда поднимаясь на четвереньки. — Хотя бы камины я закрыл...

По его замыслу, открытыми те оставались только для членов семьи Малфой, ну и матери, конечно. А вот остальные в лучшем случае отделались бы тяжелыми ожогами... Это в идеале. Если он что-то сделал не так, от чужака останется горка пепла. Да туда им и дорога! Главное, самим не пожечься, ну да это он вроде бы предусмотрел.

Весь дом Орион защитить не мог, это ему было ни по силам, ни по статусу.

— Ты чего зеленый такой? — встретила его мать.

— Ничё, дом хоть немного прикрыл от этих уродов, так что каминов не бойся, — ответил он. — Но устал, как собака... И сама пока туда не суйся, огонек может оказаться... не того... Пусть сперва кто другой опробует.

Лорейн подвинула мгновенно уснувшего сына, погладила по взмокшим белокурым волосам, укрыла потеплее, сама пристроилась рядом, чтобы дремать вполглаза, не забывая о Драко. Не то чтобы она не доверяла домовикам, но мало ли...

Наутро Лорейн как раз закончила причесываться, когда внизу раздались чьи-то уверенные шаги. Странно, домовики не предупредили о гостях, а Орион уверял, будто что-то нахимичил с каминами... хотя что он там мог сделать, ему всего одиннадцать! Но от аппарации это не спасало. А так нагло расхаживать могли только...

Лорейн схватилась за палочку. Конечно, против авроров ее сил было маловато, но когда за спиной двое детей, тут уж не до раздумий!

Она осторожно вышла на лестницу, посмотрела вниз. В холле стояла и осматривалась стройная белокурая дама в безупречной мантии. Нарциссу Лорейн признала сразу, благо, учились на одном курсе, а изменилась та мало, разве что похорошела еще больше.

— Вы кто, милочка? — приподняла бровь Нарцисса. — Я полагаю, нянька?

— Пожалуй, мадам, можно и так сказать, — спокойно ответила Лорейн.

Конечно, та не узнала скромную девушку с Рэйвенкло, она ее и не замечала, скорее всего, к тому же, как ни крути, а жизнь крепко потрепала мисс Абрамс. — Что вам угодно?

— Мне угодно забрать моего сына, — высокомерно сказала та.

— Простите, мадам, это никак не возможно, — вежливо произнесла Лорейн, быстро прикидывая пути отхода. Лучше всего было метнуться в комнату, схватить детей и аппарировать. Пока еще Нарцисса поднимется наверх!

— Отчего же?

— У меня есть распоряжение присматривать за ребенком, я не имею права передать его в чужие руки.

— С каких это пор материнские руки стали чужими?! — возвысила голос Нарцисса. — Немедленно принесите мне Драко!

— Мадам, вы ведь уже не супруга господина Люциуса Малфоя, я не ошибаюсь? А я выполняю только его приказы и приказы лорда Абраксаса Малфоя, — спокойно и твердо сказала Лорейн.

— Их обоих нет! — притопнула ногой та. — Люциус сгинул, Абраксас умирает! Как я могу бросить ребенка на попечение какой-то невежи?! Вот что, милочка, довольно препираться, я заберу сына, а вы можете быть свободны...

Лорейн подобралась. Уж с Нарциссой она как-нибудь совладает, если не с помощью волшебства, так врукопашную!

— Ма-ать... — на лестничную площадку выбрался зевающий Орион, помятый со сна, взъерошенный, в футболке и спортивных трусах, босиком, как обычно. — Ну че за ор с утра пораньше? Че это за чикса? Какого хрена ей тут надо?

— Кто это? — ледяным голосом проговорила Нарцисса. Лохматый подросток кого-то ей напоминал, но...

Орион продрал глаза, поморгал, посмотрел на красивую блондинку, быстро сопоставил ее неожиданное явление, напряженную позу матери, намертво зажавшей в руке палочку, и выдал:

— А, бывшая леди. Привет.

— Няньки таскают в Малфой-мэнор своих отпрысков? — прошипела Нарцисса. — Очень мило! Свекор был бы в восторге... Я долго буду ждать, пока мне отдадут моего сына, или прикажете подняться за ним самой?

— Маман, она че, серьезно? — спросил Орион. — Хочет, чтоб мы Драко отдали?

— Вполне серьезно, — ответила Лорейн. — И не лезь вперед, она сильнее меня...

— Тьфу, мать, ты еще скажи "я закрою тебя собой!", потом не забудь пустить пену, подергаться и захрипеть... короче, как в кино, — фыркнул он. — Хрена ей лысого, а не Драко. Его нам поручили, значит, никому его и не отдадим...

Нарцисса внимательно вглядывалась в мальчика. Неухоженный, кое-как одетый, он так был похож на... Нет, быть не может!

— Без Драко я не уйду! — выпалила она.

— Ну, сидите там под лестницей, — великодушно разрешил мальчишка. — Может, мы вам даже пожрать дадим. Только сюда не суйтесь.

— Это мой дом!

— Это раньше был ваш дом, да весь вышел, — ответил он. — А теперь — гуляйте. Пацан на моем лично попечении, и я вам его не отдам.

— Да что ты себе позволяешь, щенок! — выпалила выведенная из себя Нарцисса.

— Назад! — успела крикнуть Лорейн, отталкивая сына, но ее палочка тут же полетела в сторону: противница и впрямь была намного сильнее. — Только тронь его, я тебе глаза выцарапаю безо всякой магии!

— Мать, уймись, — Орион отодвинул ее в сторонку. — Мадам... может, добром уйдете?

— Только вместе с сыном, ты, ублюдок!

Орион почесал в затылке.

— Хы, — сказал он, — а так и выходит. Я такой и есть. То есть, мадам, вы мне просто-таки комплимент сделали!

— Что?..

— Да ничё, долго объяснять... Короче, к мелкому вы, мадам, подойдете только через мой труп, — сказал он, и Лорейн ахнула, потому что Нарцисса подняла палочку и улыбнулась так...

Вот только Орион улыбнулся тоже, и луч заклятия разбился о ревущую стену пламени, взметнувшуюся и тут же пропавшую. Нарцисса с ужасом смотрела на обуглившийся кончик палочки.

— В следующий раз не только без палочки, а и без рук останетесь, мадам, — сказал Орион и с удовольствием почесался пониже пояса. — Валите поздорову.

— Да кто ты такой?!

— Я-то? Малфой моя фамилия, а что, не похож? Я ж вылитый папаша, — удивленно произнес тот, с удовольствием наблюдая округлившиеся глаза Нарциссы. — Да, да, вы все правильно поняли. Я старший брат Драко, но, если выразиться культурно, а не как вы недавно, незаконнорожденный. Ну че вы так вылупились?

Нарцисса шумно вздохнула. Выходит… стоило ей покинуть дом, как ее место заняла какая-то гулящая девка со своим сыночком?

— И… Абраксас это допустил?!

— Ну а че? Дед нормальный мужик, фишку рубит. Я даже на гобелене есть, можете пойти глянуть, — фыркнул Орион. — Ну, полукровный, подумаешь! Папаша-то у нас тот еще ходок...

Нарцисса посмотрела в холодные серые глаза мальчишки, такого нелепого в этой футболке и широких трусах, лохматого... Такие знакомые серые глаза... Только во взгляде Люциуса, когда он забирал у нее сына, читался гнев и презрение, а во взгляде мальчишки — ничего, кроме вежливого любопытства и сдержанной угрозы. Этот бой Нарцисса проиграла.

— Я ухожу, — сказала она, — но я вернусь, попомните мое слово!

— Ага, валите, — раздалось вслед. — Скатертью дорожка…

Только когда Нарцисса исчезла, Лорейн смогла выдохнуть с облегчением и подобрать свою палочку.

— Ну и напугалась же я, — искренне сказала она.

— А че бояться-то? — недоуменно спросил Орион. — Как пришла, так и ушла. Хреново только, что камины-то я прикрыл, а вот аппарировать сюда все равно можно. Но тут уж я ничего сделать не могу…

— Ну, значит, будем начеку, — вздохнула Лорейн.

— Угу, постоянная бдительность и все в том же роде… Ма, там мелкий вроде ревет, ты б глянула? На этих ушастых положиться нельзя...

— Ага. А ты иди штаны надень. Выперся, блин… ты б еще голым выскочил!

— Ну, тогда эта тетка б точно в обморок рухнула! — довольно ухмыльнулся Орион. — Говорят, эти благородные ужас какие застенчивые!

— Я тебе сейчас врежу за тетку! Мы на одном курсе учились, между прочим!

— Ну а мне-то откуда было знать?! — прокричал Орион, спасаясь бегством. — И вообще, ты намного моложе нее выглядишь! И не бросай в меня тапками, все равно не попадешь, а еще расколотишь чего-нибудь ценное!

Портреты на стенах мэнора неодобрительно переглядывались и время от времени пытались делать замечания или читать нотации, но Лорейн от них просто отмахивалась, а Орион начинал передразнивать, чем доводил до бешенства.

— Чудовище, — сказала Лорейн с чувством, обулась и отправилась успокаивать Драко.

Сколько им еще предстояло быть одним? Сильнее всего выматывала неопределенность…

...— Мать! Подъем! Работа! — раздалось над ухом, и она подскочила, напрочь забыв о том, что уже не работает. — Хы! Получилось!

— Ах ты засранец! — Лорейн сгребла Ориона в охапку и попыталась опрокинуть, но не тут-то было. В итоге оба загремели на пол. — Очумел?!

— Нет, — неожиданно серьезно ответил тот, потирая ушибленный зад. — Дел дохренищи. Кстати, мелкого уже покормили, он опять дрыхнет... Я такой же был?

— Ага, сейчас! Тебя заткнуть невозможно было, ты вопил сутками, нас ни на одну квартиру не пускали! — ответила Лорейн. Ну что ж, Драко и впрямь сладко спит, уже хорошо.

— Тогда, мам, мне надо к деду, — серьезно сказал Орион. — Нельзя так сиднем сидеть. Сколько мы тут кукуем? Три дня уже, да? И никаких новостей… Так что надо брать дело в свои руки!

— Ты возьмешь, пожалуй…

— Не, ну а че? Хоть посоветоваться… Меня одного к деду пустят, как думаешь?

— Да, наверно... — ответила она растерянно. — А не пустят, ты ж прорвешься!

— Про бумажки помнишь, че я сказал? Займись, пока этот дрыхнет, — сказал сын. — А я в Мунго. Бай-бай!

— Бай! Засранец, бумажки ему подавай, вырастила на свою голову...

...— Простите, но посещения строго ограничены, — бубнил служитель.

— Чувак, ты явно не догнал, — терпеливо повторил Орион. — Я. Вырвался. Из Хогвартса. Ровно. На. Сутки. Чтобы, бля, повидать деда!!! Какие, нахрен, ограничения?! Я тебе щас покажу ограничения! Ты у меня до смерти по ночам с перепугу ссаться будешь!

Тот смотрел на странного малолетку со смешанным чувством страха и удивления.

— Ну ладно, я уточню у самого мистера Малфоя, готов ли он принять...

— Принять он всегда готов, а уточню у лорда Малфоя я сам, — отрезал Орион и шмыгнул мимо дежурного.

Уж не тому было ловить парня, признанного самым умелым и быстрым в общем зачете по воровству в универмагах по итогам прошлого года.

— Ага. Вот где... Привет, деда!

Судя по выражению лица Абраксаса, тот готов был увидеть аврорат в полном составе, но только не старшего внука.

— За мной погоня, можно, я укроюсь под вашей койкой? — заговорщицки спросил тот, и тут погоня и впрямь ворвалась в палату.

— Простите… сейчас уведем... немедленно... безобразие! — слышалось вокруг.

— Оставьте моего внука в покое, — прозвучал повелительный голос лорда, и суета мигом стихла. Кто-то даже отряхнул Ориону штаны. — Пошли вон... отр-ребье...

Воцарилась тишина.

— Ты откуда взялся? — спросил наконец Абраксас.

— Из дома, откуда еще... Как узнал, так и ломанулся... — невесело вздохнул Орион.

— Тебя выпустили из Хогвартса?

— Попробовали бы не выпустить, — был ответ. — Деда, вы только не волнуйтесь! Драко в порядке, но вот об отце я ничего не смог узнать кроме того, что в газетах пишут, а там галиматья какая-то. Я прикинул, куда можно бы сделать запрос, но мне не ответят, я несовершеннолетний, а мать вообще, считай, никто. Вам надо вставать. Маман предложила закинуть вас в маггловскую клинику, вас там живо в порядок приведут... А то это... — Орион наморщил лоб. — Промедление смерти подобно, вот! Дед, я как подумаю, что отец там... в этом... Алькатрасе...

— Азкабане.

— Да один хрен!

— Знаешь, внучек...

— А трости при вас нету, так что это — до дома, — ядовито улыбнулся Орион. — Вставайте. Я кое-что придумал, хоть оно из книжек и кино, но может сработать, а вы наверняка знаете серьезного адвоката... Кстати, бабло на него есть?

— Ну еще бы, — усмехнулся тот. — Надеюсь, министерство очень огорчилось, обнаружив счета моего сына пустыми...

— Класс! — подпрыгнул Орион. — Тогда мы их сделаем! Маман уже шуршит бумажками, дело за вами! Ну, деда?!

Абраксас Малфой прислушался к боли в груди, не обнаружил ее и решительно сел в постели, держась за крепкую руку внука.

— Прикажи прислать врача, — приказал он.

— Момент, сэр! — ответил тот, высунулся в коридор и гаркнул: — Врача к лорду Малфою!

Сама выписка заняла минут пять, не считая причитаний главврача (или как он там звался в этой клинике), медсестер, и гневной отповеди Абраксаса, который наотрез отказался от кресла-каталки и намерен был покинуть больницу своими ногами.

— Деда, я там в камине чутка поправил, — предупредил Орион. — Если обожжет, вы не пугайтесь, следов не будет. А вот чужака спалит...

— Какой ты добрый мальчик, — погладил его по голове Абраксас и решительно шагнул в бело-голубое пламя, чтобы через секунду очутиться в собственном холле. Следом вывалился Орион.

— Чего-то я не рассчитал, — задумчиво сказал он. — Но чего? Вроде бы эксперименты на людях запрещены, но...

— Орион! — высунулась на лестницу Лорейн. — Господин Абраксас! Рада видеть вас в добром здравии!

— Не такое уж оно и доброе, но еще поскриплю, — буркнул тот, глядя, как вихрем взлетевший наверх мальчишка обнимает мать. — Что у вас там за бумажки, а? О чем речь?

— Я вам все расскажу, только давайте сперва вы присядете...

— Лет на десять, — ляпнул Орион, трогая перила. — Деда, а можно, я по ним съеду?

— Шею свернешь! — воскликнула Лорейн.

— Да не, не сверну, ма... первый раз будто! Просто эти такие гладкие, классные... Можно?

— Давай, — кивнул Абраксас. — Будто я по ним не катался...

— Вау! Серьезно?

— А отчего они тогда, по-твоему, такие отполированные?

Орион с радостным воплем съехал по перилам, вовремя притормозив.

— Кла-асс... — выговорил он. — Драко подрастет, его тоже научу.

— Люциус тебя за это... — начала Лорейн, но осеклась.

— Идем, поговорим о Люциусе, — кивнул Абраксас. — Что там за бумажки и о каком плане твердил твой сын?

Глава восьмая, в которой происходит невозможное

Лорейн спала, вымотавшись до полного изнеможения. Орион, гаденыш, предложил привлечь к делу не только местного адвоката, но и парочку маггловских, молодых, борзых и бедных. Абраксас скрипнул зубами, но согласился при условии, что встречи будут проходить на нейтральной территории.

Брайн и Сторм (кажется, Орион выбрал их только за фамилии) вцепились в дело зубами и когтями. Их, конечно, пришлось посвятить в некоторые подробности и подучить, чтобы могли сойти хотя бы за сквибов, но они, похоже, достаточно гибко мыслили... И еще подсчитали курс галлеона к фунту, после чего решили, что поверить могут в кого угодно, хоть в пришельцев с Марса, хоть в розовых летающих слонов и изучать их право, если те платят такие деньги! (Надо было, конечно, еще и легализовать их в магическом мире, но это Абраксас провернул легко, и маленькая контора "Брейнсторм" моментально прописалась на Диагон-аллее.)

Вот только время шло, а Люциус оставался в Азкабане. Миновали уже и рождественские каникулы; на письма от Дамблдора Абраксас отвечал предельно вежливо и вместе с тем предельно хамски. Дескать, внука не вернет, пока не увидит сына...

— Сегодня слушание дела, — сказал Орион, потыкав мать пальцем в бок. — А нас не пустили, скоты.

— Не ругайся... — пробормотала она, прижимая сына к себе.

Сам-то по себе план был неплох: молодые адвокаты нарыли уйму прецедентов, когда преступник действовал под Империо, ну а Метка — насильно поставили, шантажируя жизнями родных и близких, и куда ты денешься? Старый маг-адвокат вместе с Абраксасом накатал такую речь, что и крокодил бы прослезился… Правда, если верить старшему Малфою, заседали в суде далеко не крокодилы, а куда более мерзкие твари. Так что оставалось только ждать и надеяться на лучшее.

— Ма, а ты че, правда до сих пор любишь папашу? — спросил вдруг Орион.

— Ты ж вроде начал называть его отцом? — не среагировала она на подначку.

— Ну я так… Так че?

— Не скажу. Отстань, дай поспать. Мало ли, деду плохо станет на заседании, придется с ним ночь сидеть...

Орион вздохнул, признавая ее правоту, и пошел вниз. Только бы вышло... Не любил он отца, он его просто не успел узнать, но сейчас болел за него всей душой. Может, потому, что вырос среди ребят, у которых кто из родных отбывал срок, кто уже отбыл, кто готовился сесть... По их рассказам он хорошо представлял, что это такое, но одно дело — обычный мир, в магическом все обстояло намного хуже...

Спустился он как раз вовремя: камин полыхнул бело-голубым, и навстречу вышел Абраксас, тяжело дышащий, опирающийся на трость.

— Деда, что? — кинулся к нему Орион. — Плохо? Позвать кого?

— Никого не надо... ур-роды... Убил бы на месте!

— А... — надежда повисла на волоске.

— Скоро будет. Я не смог на это смотреть, — Абраксас повернулся и пошел к себе, совершенно по-старчески шаркая ногами. — Мерлин, какое унижение...

— Так оправдали все-таки?! — шепотом спросил Орион, не веря своим ушам.

— Да... Ко мне не заходите. Домовика я и сам могу вызвать.

— Хорошо, как скажете...

Орион уже извелся от ожидания, когда в бело-голубом пламени камина появился Люциус, но в таком виде, что сын его сперва не признал.

— Па... — негромко выговорил он, двинувшись навстречу мужчине, упавшему на колени. — Папа...

Наверно, такому ребенку трущоб, как Орион, нужно было увидеть Люциуса не в блеске бриллиантов, не в парадной гостиной, а вот так — в грязной рваной мантии, с замурзанным лицом, чтобы признать в нем отца.

— А ты... ты почему здесь?.. Какой сегодня день? — очнулся вдруг тот.

— Ну, спохватился, — улыбнулся Орион. — Пошли к тебе. Мать только уснула, дед к себе ушел, и я никого звать не стану, учти!

— Не дотрагивайся до меня! — Люциус выставил ладони перед собой. — Какой только я мерзости не собрал на себя... Что за вонь...

— Пап, забей, а? — с чисто детской непосредственностью тот. — Был на нашей улочке бомж один, Джонни, ну, его все подкармливали... А зимой заболел чего-то. Ну мы с пацанами его доперли до бесплатной больницы, и ничего, а вонял он уж похуже твоего, а чем он болел, я даже вспомнить боюсь. А вшей... — Орион бесцеремонно поворошил когда-то роскошные, а теперь тусклые и слипшиеся волосы отца, — у тебя нет. Блох, думаю, тоже, но это мелочи. Ну, куснут пару раз… Давай, вставай!

— А отец?..

— Сказал, до утра не трогать, — отрапортовал Орион.

— Драко?

— Дрыхнет с маман. В смысле, наверху они. Пап, ну поднимайся уже, ты же здоровенный! Я, конечно, пьянчугу Дэви таскал на второй этаж, но он хоть как-то ногами перебирал...

Люциус закрыл лицо руками.

— Какой стыд... — проговорил он, почти как его отец немного раньше.

— Стыд глаза не выест, — ответил Орион, посмотрев на него с искренней жалостью. — Это че, тебя прям в таком виде на заседание вытащили?

Тот молча кивнул.

— Ну козлы-ы-ы… — протянул мальчик. — Блин… Парни рассказывали, у нас по тюрягам, когда кто-то на суд идет, собирают им все лучшее. Чтоб выглядели хорошо, доверие типа внушали. Помытые, побритые, одетые чистенько… А тут, блин… — Он пощелкал пальцами. — Эй! Кто там сегодня дежурный? Тилли, Дилли, Вилли?

— Трикки, господин, — появился домовик.

— Быстро горячую ванну хозяину, — кивнул Орион на отца. — И все, что положено, ты лучше знаешь.

— Будет исполнено! — домовик со страхом взглянул на Люциуса и испарился.

— Пап, хватит страдать! Пошли! Я тебя по лестнице не взопру!

— Пойдем...

Люциус даже после вынужденной голодовки был тяжелым, но Орион упорно дотащил его до ванной.

— Скидай барахло, папаша, — фыркнул он.

— Уходи.

— Хрена с два, еще утопнешь! Не, я прослежу. Давай, скидай, а то резать придется... — Орион щелкнул неразлучной выкидушкой.

— Отвернись хотя бы... — измученно попросил Люциус.

— Ой, какие мы стеснительные, — покачал головой мальчик, но все же отвернулся.

Слух у него был отменный, и ничего хорошего он ему не поведал.

— Можно повернуться? — спросил Орион, услышав плеск.

— Да... Ты, значит, один тут все это время?..

— Не все, — качнул тот головой. — Только как узнал. Тогда и сдернул из школы — тут мать с мелким и дед... и ты вот влип.

— Так мне тебя благодарить нужно? — Люциус криво улыбнулся и протянул сыну руку.

— Походу, меня, — без тени смущения ответил тот, руку принял и взялся рассматривать так и сяк. — Пап... Что у тебя с пальцами?

— Какими пальцами?

— Вот и вот. И здесь. Так бывает, когда сильно бьешь, не подумавши, а бывает... — Орион сощурился, — когда ботинком придавят. Тут больно? Блин, я так и думал...

— Что ты там еще думал?

— Что по роже тебя бить не станут, заметно, а по другим каким местам...

Судя по тому, как дернулся Люциус, Орион угодил в цель.

— Точно, — сказал мальчишка, присмотревшись сквозь воду. — У тебя на ребрах здоровенный кровоподтек, и пониже тоже. С-суки... Ну понятно, заклинания отследить можно, а тут фигу… типа сам упал, да? Чего ж это они не подстраховались, следы не убрали?

— Не знаю, — сквозь зубы ответил тот. — Может, не успели.

— Ну, это нам по-любому на руку, — сказал Орион. — Эй, Тилли-Вилли... как там тебя?

— Трикки, сэр! — появился домовик.

— Будете отзываться мне на "дежурного", ладно? — попросил тот. — Есть тут колдомедик? Такой, который может снять побои.

— Что?! — вытаращились на него сразу Люциус и домовик.

— Блин! Зафиксировать травмы! Описать! И свидетельствовать в суде! — выпалил Орион. — Тьфу, ладно, не надо. Я сам у деда спрошу, он лучше знает. А ты, пап, не парься на эту тему. Тебе под это могут еще и компенсацию выплатить и вообще публично извиниться… Ну это уж к нашим адвокатам...

— А с каких пор я тебе папа, а не папаша?

— Да, видать, с тех самых, как мою маму того-сего, — фыркнул тот. — Я же говорил, я сразу не смогу...

— О, мне надо было посидеть в Азкабане, чтобы сын меня признал, — горько сказал Люциус, тут же понял, что сморозил чушь, и виновато улыбнулся.

— Да забей.

Люциус понял, что сейчас уснет, но Орион непосредственно спросил:

— Жрать хочешь? Ой, да че я спрашиваю, хочешь, конечно... Дежурный! Тащи пожрать хозяину. Че-нить легкое. А мне пирога вчерашнего, ну ты помнишь, с шоколадной глазурью... и чаю. Обоим. Только не сюда, в спальню к хозяину! — Он вздохнул и встал. — Ты тут не гробанешься? Я выйду просто, чтоб... ну, не смущать.

— Не беспокойся, — тот потянулся в теплой воде. — Сейчас буду.

Когда он, счастливый донельзя после горячей ванны, отмытый до скрипа, вошел в свою спальню, вытирая мокрые волосы полотенцем, его уже ждал ужин. К ужину прилагался Орион с чашкой чая и пирогом.

— Пап, — жалостливо спросил тот, наблюдая за Люциусом, — тебя там вообще не кормили?

— Знаешь, лучше бы не кормили, — содрогнулся тот, припомнив тюремную баланду и неизбывный тягучий, сосущий голод. И это ведь всего ничего отсидел! А каково прочим? — Не напоминай. Что у нас тут происходит?

— Всё путем, — ответил Орион. — Живы-здоровы, только защита поместья взломана. Мне это, сам понимаешь, не починить. Я только камины... хы... подправил.

— И защиту восстановим, — ответил Люциус. — Я только немного...

— Да спи уже, блин, — буркнул Орион. — Нанялся я, что ли, нянчиться со всеми? Одного успокой, другого укрой... А че я маюсь-то?! Дежурный!

— Слушаюсь! — появился домовик.

— Переодень хозяина Люциуса в ночное... чего тут положено, и уложи как следует. И это вот убери, — кивнул он на остатки трапезы.

— Слушаюсь! — снова взмахнул ушами домовик, а Орион пошел прочь.

Хотелось зайти к деду, но тот велел не беспокоить, так что...

— Ма... — поскребся он к Лорейн под бок. — Ма!

— Уйди, животное! — велела она сквозь сон, отбирая одеяло.

— Ма, папаня вернулся.

— Что? — Лорейн села.

— Ага. Он уже умыт, накормлен и согрет. Дрыхнет без задних ног, — доложил довольный Орион. — Абсолютно беспомощный. Ну, ты поняла. Можешь этим воспользоваться.

— Ур-рою, чудовище...

— Не уроешь, спорим? Иди уж, мать... Только осторожно, у него все ребра — сплошной синяк, — предостерег он. — Это завтра медик придет побои снимать, сечешь? Сама не лечи, потерпит, че он, не мужик?

— Какой ты у меня умный... — Лорейн нежно подержала сына за ухо, отпустила и начала нашаривать халат. — Слушай, присмотри за Драко, а? То есть за ним и домовики смотрят, но мало ли?

— Я только что собирался это предложить, — ухмыльнулся Орион, укладываясь на диване. — С тебя че-нить вкусное. Спи... м-м-м... сладко! Блин, ну за что тапком по заднице-то?!

— За твою вредность, — ответила Лорейн и решительно закрыла за собой дверь. Правда, тут же открыла и тревожно спросила сына: — Слушай, а ты думаешь, он польстится на старую кошелку вроде меня?

— Не старую, а опытную, — сонно ответил тот и тут же огреб еще раз. — Мать! Я не знаю, на кого у него стоит, иди и поэкспериментируй, ты ж ведьма! Хотя от шока, по-моему, он даже мать Терезу трахнет!

Тут Орион огреб в третий раз и решил с советами больше не соваться.

— Иди, не буди ребенка, — сказал он. — Сама разберешься, ты уже большая девочка. Так что нефиг!

Лорейн рыкнула, потом признала его правоту и закрыла дверь.

Правда, стоило Ориону задремать, как она вернулась.

— Ты че, мать? — удивленно спросил он, открыв один глаз. — Неужели послал?

— Нет… — Лорейн села рядом. — Я просто заглянула, посмотрела… Не стала будить. Пусть выспится. Ну и вообще, это нечестно!

— Ага, ты так не можешь, — Орион перевернулся на живот, подперев подбородок кулаком. — Понятно все с тобой!

— Слушай, ты…

— Слушаю я! Погоди, не дерись!.. Я по делу хотел сказать, — вполне серьезно произнес он.

— Ну?

— Я так думаю, расспрашивать его ни о чем нельзя. Он не ответит. Ну, может, только деду чего скажет, и то еще неизвестно. Он же гордый до усрачки, а по всему выходит… — Орион замолчал. — И тут, маман, случается у нас жопа.

— Почему? — нахмурилась она.

— Потому что у меня был план. Отца там здорово покоцали, в тюрьме этой. По-простому, по-нашенски. Я думал, под это дело можно замутить еще один процесс, типа, издевательства над заключенными и все дела, но тогда выйдет, что ему придется обо всем рассказывать. Или это… — он почесал в ухе, — дед говорил, можно воспоминания просмотреть. Ты прикинь, каково отцу будет, если комиссия или там суд присяжных все это увидит?

— Да он скорее повесится, чем на такое пойдет, — убежденно сказала Лорейн.

— Так и я о чем… Дед, конечно, может его заставить, но, думаю, не станет. И так вон… позору натерпелся, — Орион вздохнул. — Походу, на то и был расчет: отец в жизни не скажет, что там было! Ладно… Надо еще че-нить придумать будет.

— Ты уж придумаешь, — фыркнула Лорейн, потрепав его по голове.

— И придумаю! Хотя… — Он снова почесал в ухе. — Зафиксировать это дело все равно нужно. Сейчас соваться не будем, а через какое-то время, когда все поуляжется, можно и выступить. Мол, а че, я ниче, мне пальцы ломали, признание выбивали, а я невиновный! Но пока не будем, ага?

— Не будем, — согласилась Лорейн.

— Ма, — сказал Орион. — Мне, наверно, придется вернуться в школу. Так ты тут пригляди за всеми. И не вздумай с отцом сюсюкаться! Не было ничего, и все тут, ясно?

— Ты меня сейчас поучишь!..

— Поучу! Мужик я или кто?!

— Ты пацан сопливый!

— И все равно мне лучше знать! Э, мать, ну че ты опять ревешь? Ну жив он, условно здоров, и слава богу, мелкого не отняли, бабло тоже… — Орион тяжело вздохнул и по-взрослому погладил мать по голове. — Дожили, блин. Один закрылся и сидит страдает, второй дрыхнет, один я тут, понимаешь, рулю! И не хихикай! Может, я и не наследник, но, походу, все-таки Малфой. И я никого и ничего никому не отдам!..

— Высказался? — спросила Лорейн. — Тогда спи, наказание мое!

— Ага-а… — ответил Орион, зевнул, повернулся на другой бок и тут же уснул.

Глава девятая, в которой бастард ищет свое место в жизни и налаживает бизнес-процессы

Проснувшись поутру, Орион долго думал, чем бы ему таким заняться, потом решительно поскребся в дверь к деду. Тот так и не выходил с прошлого вечера, как доложили домовики.

— Дед! — позвал он. — Деда! Можно? Дело есть!

— Ну заходи уж, от тебя не отвяжешься, — раздался ответ после долгой паузы.

Абраксас, сидя в кресле, изучал свежий номер "Пророка" и, судя по выражению лица, боролся с желанием немедленно бросить газету в камин, предварительно изорвав на мелкие клочки.

— Че там? — любопытно сунул нос в газету Орион. — Бля! Козлы! Поубивал бы нахрен! Только не сразу, а чтоб помучились!

Судя по тому, что ему не прилетело даже подзатыльника, дед был с ним абсолютно солидарен.

— Р-репортеришки… — прорычал он, отбросив «Пророк». Орион немедленно завладел номером, быстро проглядывая передовицу. — Мр-рази!

— На них в суд надо подать, — деловито произнес Орион.

— А?

— А че? Дело о защите чести и достоинства, — пожал тот плечами. — Обычная практика, я слышал. И еще компенсацию за моральный ущерб стребовать. Охренели совсем, на весь разворот такую фотку печатать!

Колдография и в самом деле была крайне удачной с точки зрения репортеров, но вот для запечатленных на ней могла оказаться ударом ниже пояса. Был там и прямой, бледный как воск Абраксас, до белизны стиснувший пальцы на набалдашнике трости, и измученный Люциус в абсолютно непотребном виде (он, кажется, толком не понимал, чего от него хотят, и хорошо еще, что адвокату удалось прорваться к нему до суда и дать инструкции), и вся тройка юристов — чопорный солидный маг и двое молодых и явно очень злых магглов (о чем упоминать не следовало)… Словом, кадр дня: судилище молодого Пожирателя.

— Кстати о компенсации и ущербе, — вспомнил Орион. — Дед, тут такое дело…

Он коротко описал, что именно вчера увидел, свои соображения по этому поводу… и испугался, как бы деда не хватил удар.

— Дожили, — горько сказал тот. — Мало позора на всю Британию, еще и это… Но ты прав, зафиксировать нужно. Я знаю надежных людей...

Он быстро написал несколько строк, запечатал письмо и вызвал домовика, приказав передать по адресу.

— Ну и устроил же мне сынок веселую жизнь… — добавил Абраксас мрачно. — Репутация летит в тартарары, половина знакомых сидит, остальные трясутся от страха… И все из-за каких-то кретинских идеалов! Борьба у них! Война за чистоту крови!

— Деда, а я думал, вы тоже… ну это… считаете полукровок и магглорожденных людьми второго сорта, — осторожно сказал Орион.

— Внучек, одно дело — считать и даже озвучивать свое мнение, другое — устраивать бойню, в которой вдобавок положили немало чистокровных! — буркнул тот. — Сам посуди: Блэк, последний мужчина в роду, в Азкабане. Братья Лестрейнджи там же. Лонгботтом лишился рассудка, хорошо хоть у него сын остался... Поттер, тоже последний в роду, погиб, его ребенок — полукровка, так что... И не смотри на меня так! Я помню, что и ты полукровка, но ты-то не наследник рода.

— Ага... А моя маман — вообще магглорожденная, — хмыкнул Орион. — Жуткая ситуация, согласитесь?

— Прежде мне такое бы и в страшном сне не приснилось, — сознался Абраксас и вдруг прищурился: — А знаешь что, внучек, нам ведь это очень на руку…

— Что именно? — заинтересовался тот.

— То, что я принял полукровного внука в род, то, что позволил его магглорожденной матери жить в своем доме… Смекаешь?

— А как же! — довольно ответил Орион. — Типа, встали на путь исправления?

— Где ты таких выражений набираешься?

-Да у нас половина улицы уголовников была, — непосредственно заявил мальчик. — Там и не такого наберешься. Но ваще тема зачетная! Только надо ее как-то подать покрасивее. Чтоб слезу вышибало! И чтоб народ поверил: отца правда шантажировали, а на самом деле он белый и пушистый, вот, не бросил родную кровиночку… — Он покосился на деда и добавил: — И вы тоже не настолько зацикленный на вопросах чистоты крови, да? Просто всегда так говорили, потому что принято и все такое…

— Придется врать, — тяжело вздохнул Абраксас. — Врать и выкручиваться… Знал бы ты, до чего меня это утомило!

— Хочешь жить — умей вертеться, — философски ответил Орион. — Это я давно усвоил. Не, я понимаю, вам не очень-то приятно, что моя маман здесь живет, меня-то еще перетерпеть можно, а ее…

— Тебя? Перетерпеть?! — невольно усмехнулся дед. — Ты себя недооцениваешь!

— Никак нет, — хмыкнул тот. — Я себя как раз очень… м-м-м… объективно оцениваю!

— Сам себя не похвалишь?..

— Никто тебя не похвалит, — завершил Орион. — Не, ну я серьезно, дед! Че я, не понимаю? Вваливаемся мы такие с улицы…

— Перестань, — поморщился тот. — Конечно, манеры твои оставляют желать много лучшего, и я опасаюсь, как бы Драко не перенял твою неповторимую манеру общения, но в целом… В целом могу отметить, что мальчик ты целеустремленный, небесталанный и весьма… хм… деятельный. Но абсолютно невоспитанный.

— Маман некогда было, так что я в основном на улице воспитывался, — честно сказал Орион.

— Ничего, это поправимо, — заверил Абраксас и покосился на свою трость.

— Я так и понял, — хмыкнул тот. — Ниче, переживу… Ладно, пойду я. А газеты не читайте, ну их, врут всегда…

— Орион! — окликнул дед внука, когда тот уже взялся за ручку двери. — Я так и не поблагодарил тебя.

— За что? — удивился тот.

— За Люциуса. Может, и так бы обошлось, но благодаря твоей бурной деятельности и идеям…

— Деда, ну че вы, в самом деле, — поморщился Орион. — Нафига за такое благодарить? Я че, должен был сидеть на… гм… заднице ровно и ждать, пока все само собой рассосется? Любой нормальный пацан для своих родителей то же самое бы сделал!

— Ну, положим, не любой, — фыркнул Абраксас. — Очень многие так и остались сидеть, как ты выразился, ровно и ждать у моря погоды.

— Струсили, поди, — пожал мальчик плечами. — Да и потом, не у всех есть связи вроде ваших и бабло. И, — добавил он с ухмылкой, — детективы они, поди, тоже не читают!

— Это верно, — согласился дед. — Кстати, не снабдишь ли ты меня каким-нибудь современным образчиком этого литературного жанра? Любопытно знать, что еще ты можешь оттуда почерпнуть…

— Не вопрос, — кивнул Орион, подумав, что придется, чего доброго, еще и маггловские слова объяснять, потом решил, что это будет очень забавно и ухмыльнулся. — Приволоку!

*

— Я пойду гляну, как там отец, — сказал Орион матери, та молча кивнула.

Орион на цыпочках вошел в комнату, посмотрел: Люциус спал мертвым сном уже сутки, и так было даже лучше. Медик, которого вызвал дед, явился рано поутру, старательно описал все травмы, документ заверили, приложили воспоминания свидетелей (Орион впервые увидел, как их извлекают, и это зрелище ему очень понравилось), потом залечил все, что мог, и испарился. А будь отец в сознании, непременно начал бы сопротивляться...

— Эх, батя, натворил ты дел, — сказал он, присев на край кровати, — как выкручиваться будем? Хотя это-то еще ладно, прорвемся… Но как тебя избавить от этой пакости?

Он приподнял рукав, чтобы посмотреть на потускневшую татуировку, потрогал ее — она ощущалась чем-то чужеродным, пальцы легко скользили по коже вокруг и цеплялись за нее.

"А если ее прижечь? — спросил себя Орион. — Не идет она отцу, он все же чувак стильный, а тут такая похабель! Ну, на крайняк, будет у него ожог, велю домовику принести зелье, и все. Никто и не узнает... И вообще, лучше уж шрам, чем эта гадость. Поехали!"

Он накрыл ладонью Метку, и ему показалось, будто ладонь что-то щекочет.

"А теперь давай! — сказал Орион сам себе и окунулся в собственный огонь. — Сгинь, пропади, мерзость!"

Если бы он мог увидеть, что творится под его ладонью, то, наверно, удивился бы: распяливал в беззвучном крике челюсти череп, извивалась змея, теряя плоть, истаивая в безумном бело-голубом пламени...

...— Орион! — встряхнула его Лорейн. — Ты что? Что с тобой?

— А че? — протер он глаза и понял, что лежит под боком у Люциуса.

— Да я тебя обыскалась, зову-зову, нет нигде, а ты тут дрыхнешь!

— Ну я это... Пошел, присел и че-то задремал, видать, — показательно зевнул Орион. Он-то понял, что вырубился, когда силы вышли, но говорить об этом матери было необязательно. — Устал, ма, со всем этим...

— Ну еще бы не устал, носишься, как заведенный, все чего-то придумываешь! — погладила она его по спине, а он успел взглянуть на руку отца.

Чистая. Совершенно чистая, никаких похабных картинок. Неужели вышло?!

— Жрать хочу, сил нет! — честно сказал он.

— Ну так позови домовика!

— Ой, мать, обленилась ты, сил нет! То меня гоняла, теперь домовиков... — Орион умело уклонился от подзатыльника. — Эй, дежурный! Притащи мне пожрать в мою комнату!

— Слушаюсь, хозяин Орион, — поклонился тот и исчез.

— Не понял... — сказал тот.

— Я тоже не поняла. Они хозяевами только деда и Люциуса зовут, — произнесла Лорейн. — Ты ничего такого не делал?

— Ничего, — помотал головой Орион, скрестив за спиной пальцы. — Может, глюки? Проверим... Дежурный! Извини, что дергаю, мне чаю еще!

— Как прикажете, хозяин Орион! — отозвался лопоухий домовик и пропал.

— Ма, я ничего не понимаю, надо у деда спросить, — сказал он.

— Ну, это терпит... Давай, иди и поешь как следует, — сказала Лорейн, посмотрела на Люциуса и спросила: — Слушай, как думаешь, стоит его будить?

— Батю? Не. Пусть спит, — решил Орион. — Сутки — фигня. Напоить его всякой этой дрянью смогли, значит, выживет. У него шок просто. Я бы сам охренел от всего этого!

— Ты-то бы не охренел, — усмехнулась Лорейн. — Не удивлюсь, если бы ты дементора насмерть зацеловал...

— То я, — философски сказал мальчишка. — А то он. Ты прикинь, где рос я, а где отец.

Лорейн протянула было руку к Люциусу, но Орион сощурился:

— Ма, повторяю, не сюсюкай с ним. Не вздумай жалеть. Сама потом плакаться будешь! А он мужик сильный, сам справится.

— Много ты понимаешь!

— Много, — отрезал Орион. — Навидался и наслышался. Мать, я не шучу. Расклеится — пиши пропало, пусть лучше собирает себя в кучу и работает!

— Добрый ты у меня, сынок, — вздохнула Лорейн. — Что, и приласкать нельзя?

— Можно, — милостиво разрешил тот. — Но только когда на ноги встанет. А вставать ему нужно срочно, потому что... сама сечешь, финансы, все дела, семья, дед вон приболел вдобавок. Вот тогда хоть обласкайся, но нюни разводить не позволю!

— У меня такое ощущение, что это ты — глава семьи, а не Абраксас, — буркнула она.

— Если считать только нас с тобой, то ты верно мыслишь, — ухмыльнулся сын и осторожно вызвал на ладони язычок пламени. Получилось, слава всем святым, а то он уж опасался, что выгорел дотла... С одной стороны, для отца не жалко, с другой... привык уж как-то жить с огоньком, отвыкать было бы тяжело!

"Ниче, на что-то мы еще сгодимся!" — подумал Орион и улыбнулся зловеще.

— Кстати, — протянула Лорейн, вытаскивая сына в коридор и волоча в его комнату, — ты, случайно, не в курсе, почему дед сегодня интересовался у меня, что такое "пистолет с глушителем", "оптический прицел", "селекторное совещание", "окружной прокурор" и в чем состоит принципиальное различие между понятиями "пришить", "замочить" и "кокнуть"?

— Э-э-э… это он, наверно, книжку читает, — вздохнул Орион. — Про Перри Мейсона.

— Он?! Маггловскую книгу?!

— Ну а че? Сам попросил! Ему интересно стало, откуда я всяких разных идей нахватался… Ну вот, оттуда. Там, конечно, про американского адвоката, но правовая система-то похожая! Правда, тут всяких замшелых законов еще полно, но главное — принцип, угу?

— О господи, — сказала Лорейн, глядя, как Орион уписывает вторую отбивную. — У меня это в голове не укладывается: чтобы Абраксас Малфой читал детектив Гарднера. Ты б ему лучше Конан-Дойля дал, Кристи или там Честертона!

— Там не то, — отмахнулся сын. — Там чисто расследования и всякие личные терки между народом. А тут про суды и всякое такое.

— Только не ври мне, что ты в этих книжках все понял!

— Не, не все, конечно, — помотал тот головой. — Там иногда заморочено очень. Но вообще… Ну и на улице у нас много чего слышал, и по телику видел…

— Я боюсь, что если ты предложишь деду как-нибудь заколдовать телевизор и смотреть детективные сериалы, он тебя пошлет далеко и надолго!

Орион уронил вилку.

— Ма-ать! — протянул он. — Ты гений!

— Чего?!

— Гений, говорю! Смотри! — Орион оставил недоеденную отбивную и вскочил. — Когда я закончу школу, мне надо будет чем-то заниматься, так? Мелкий — тот еще когда-а дорастет до того, чтоб отцу помогать… Значит, это буду я.

— Какие мы самонадеянные! — фыркнула Лорейн.

— А что? Башка у меня варит, — пожал тот плечами. — Придется, конечно, подучиться всякой финансовой премудрости, но это ты меня натаскаешь. Ты ж уже разобралась?

— Ага…

— Ну и отлично! Ну там нужно будет въехать, что к чему и почему, разберемся по ходу дела… А потом надо замутить новый бизнес!

— Какой еще бизнес?! — простонала Лорейн.

— Такой! Гляди, волшебное радио есть! Значит, и волшебный телик можно сделать!

— Орион, у тебя жара нет, случайно? — озабоченно спросила мать.

— Нету у меня ничего, отстань… — Тот возбужденно заходил по комнате. — Слышь, маман, ты можешь выбраться в обычный мир и добыть мне книжки по физике и прочему? Ну про то, как наши телики работают? Я знаю, сходу не разберусь, но че время-то терять? Про волшебное радио я у деда спрошу… А если я сам не сумею, так у отца бабла хватит, чтоб рабочую группу нанять! Ты прикинь, это ж какая золотая жила!

— О господи, — повторила Лорейн, но и сама уже прикинула, что жила и впрямь золотая. И если дельце выгорит, то… — Ладно. Найду я тебе книжки.

— Ну ты это, сперва че попроще… — почесал в затылке Орион. — Учиться еще долго, времени покумекать хватит. Та-ак… Как вариант, можно зачаровывать обычные телики. Но это, блин, штучная работа получится. И брать их не будут.

— Почему это? — поинтересовалась она.

— Потому что дорого. И по карману только таким, как вон дед с отцом. А им оно нафиг не надо. Тут эта… ща, как его… о, вспомнил, маркетинговая ниша другая: всякие домохозяйки, которые со скуки дуреют! В основном полукровки и магглорожденные, они-то от телика шарахаться не станут, — развивал идею Орион. — Значит, цена должна быть подъемной. И чтоб производить не по одному, а хоть десятками, сколько тут покупателей-то наберется?.. Дальше по накатанной — новые модели, то-се, но это потом. Может, и до видиков дойдем.

— Ну ты разлетелся! — хмыкнула Лорейн. — Идея хорошая, спору нет, только ты об одном забыл…

— Че?

— Показывать-то что будут? Волшебные радиостанции есть, ага. А телеканалов — во! — она скрутила фигу и ткнула ее под нос сыну.

— Значит, организуем, — пожал тот плечами. — А че? Прикинь, будет у меня своя теле— и кинокомпания! И ваще, эти колдоаппараты же как-то работают? Работают, картинки двигаются, значит, наверняка можно соорудить что-то типа кинокамеры! Новости крутить, квиддичные матчи, артистов показывать, они ж тут есть, я узнавал! Или вот распределение в школе, наверняка ж предки захотят в прямой трансляции посмотреть, куда дитятко угодит, а не ждать сову... А за отдельную плату, — вредно улыбнулся он, — будем давать подключение к маггловским каналам. Как тебе мой дьявольский план?

— Чудовищно, — честно сказала Лорейн. — Охренеть какой полет фантазии! Тебе не в бизнес, тебе в литературу надо идти.

— Литературой тоже нужно заняться, — серьезно сказал Орион. — Маман, ты представь, в школьной библиотеке нет ни хрена почитать! В смысле, интересного. Ну сказки там какие-то, легенды, еще что-то, но они такие унылые, что жуть берет. А современного чтива, ну типа наших детективов, у них нет! Любовные романчики есть, у девчонок видел, ну и все.

— Да ладно? — не поверила она. Признаться, Лорейн в последнее время было совершенно не до развлекательной литературы, приходилось верить сыну на слово.

— Зуб даю! Я думал, только в школе так, пошел тут по библиотеке пошарил… Ни-че-го. Трактаты, заклинания, ритуалы — этого хоть жопой жуй, а чтоб мозги расслабить — фиг.

— И что ты тут затеял?

— Ну че… Смотри, — Орион оседлал стул, — по одной только заварушке с этим их лордом можно таких книжек наклепать! Или той, давнишней, с Гриндевальдом. Тут тебе и ужастики, и мемуары, хоть бы и липовые, типа "Как я сражался с Дамблдором", и альтернативная история, и какие-нить любовные драмы, и вообще… Или там боевики какие-нибудь из будней аврората. Опять же — что-то типа Гарднера…

— А писать-то кто будет? — поинтересовалась Лорейн.

— Ха! Мать, ты будто не в двадцатом веке живешь! Нанимают писак, и дело в сторону.

— Их тут столько не наберется!

— А почему — тут? — ухмыльнулся Орион. — Ты че, ма? В нормальном мире знаешь, сколько их? Там им не пробиться, конкуренция потому что. А тут будут бестселлеры издавать! И пофиг, что они не Диккенсы, поначалу суперское качество и не потребуется, так схавают…

— Стой! — осадила сына Лорейн. — Но как же факты? Им придется показывать этот мир! А Статут о секретности?

— Нафиг, — ответил он. — Мне один чувак рассказывал, как это делается. Нанимают кого-то, дают ему типа… ну как это… Ну план, короче! Имена, характеры, примерный сюжет... как называется?

— Техзадание.

— Во, точно! А дальше автор все это украшает финтифлюшками. Ну там диалоги пишет, прочую хрень… Типа фантастика. О!

— Что еще?! — простонала Лорейн.

— Так под это дело можно и там и тут издавать, — улыбнулся он. — Там как фэнтези, а тут — по мотивам реальных событий! Как тебе? И все в шоколаде. Не, ну понятно, нужны будут еще редакторы, чтоб поправить косяки и имена поменять, типа все совпадения случайны, но это мелочи… Как тебе?

— Ужас, — сказала она. — Кого я вырастила?!

— Будущего олигарха, — ответил Орион. — Ну а че? Если идеи как на дереве растут, че ж не хапнуть? Я только удивляюсь, почему раньше никто до этого не додумался?

— А может, запрещено такое?

— Хм… А тогда надо законы менять.

— Только не говори, что ты еще в этот… как его… Визенгамот собрался!

— Не-не, ты что! — испугался Орион. — С моим-то лексикончиком… Туда отец хорошо впишется. С дедом заодно. Семейный подряд, гы… А еще вот чего...

— Боже!!!

— Погоди, ма, не паникуй. Ты про сериалы сказала — вот это тоже тема! Че-нить из жизни большого семейства, ну помнишь, крутили что-то такое... А! "Санта-Барбару"!

— Сценаристов где брать?! Опять на стороне?

— Да тут левой пяткой можно писать, — снисходительно ответил сын. — Или вообще делать, как индусы.

— В смысле? — нахмурилась Лорейн.

— А я читал, у них есть Болливуд, типа Голливуда. Они тырят сюжеты у всех подряд, местным колоритом приправляют и снимают кино! — гордо сказал Орион. — Можно так и сделать. Берем "Санта-Барбару"... Ой, только сперва придется найти героя, который ее посмотрит... Ну ладно, что-нибудь другое берем, не такое длинное, можно про начало века, лучше даже, классика точно проканает, добавляем магию — и готово! Уж найдутся энтузиасты... Знаешь, как раз из магглорожденных, которым работать негде. М-м-м... интересно, а иллюзию заснять можно? Тогда и грим не нужен, спецэффекты, опять же...

Лорейн тихо зарычала.

— Так, это все надо записать, — серьезно сказал Орион, хватая блокнот и карандаш, — а то перезабуду половину гениальных идей и не стану миллионером. — О, а еще можно снимать опять же в нормальном мире. Типа фэнтези! Там дешевле...

Он засунул в рот остаток отбивной и принялся строчить.

— Про запреты у деда спроси, — напомнила Лорейн.

— А как же... — пробубнил Орион с набитым ртом. — Ща допишу и сбегаю... Все равно, пока я в школе кукую, надо уже начинать раскручивать дельце. Даже если с кино не выгорит, с книжками-то уж точно должно получиться... Но людей уже сейчас нужно начинать искать.

— М-да, — вслух произнесла Лорейн. — Воспитала на свою голову. Придется быть при тебе бухгалтером…

— Отличная идея, маман! — воскликнул он и добавил пункт в свои записки. — Ты у меня будешь заведовать финансами!

Глава десятая, в которой в жизни бастарда происходит очередной крутой поворот

Проснувшись и увидев знакомую спальню, Люциус сперва чуть не расплакался от счастья, потом задумался, а не мерещится ли ему все это, и только затем догадался позвать домовика.

— Хозяин Люциус спит третьи сутки, — лепетал тот. — Приходил колдомедик, лечил хозяина, но хозяин все равно спал.

— До того что было?

— Не было никого... Только госпожа Лорейн с сыном и маленький хозяин Драко. Приходила госпожа Нарцисса, хотела забрать его...

— Что?! — приподнялся на локте Люциус. — Эта... эта... За моим Драко?!

— Простите, хозяин... — съежился домовик. — Госпожа Лорейн не может отдать нам приказ не впускать госпожу Нарциссу... Камины закрыты, но госпожа Нарцисса аппарировала, а защита поместья взломана...

— Ладно, что дальше?

— Хозяин Орион выгнал госпожу Нарциссу... Очень грубо выгнал, простите, господин...

— Туда ей и дорога, — мрачно сказал Люциус и вдруг дернулся. — Хозяин? С какой стати? А ну, отвечай!

— Хозяин Орион защитил мэнор, как сумел, и закрыл женщину и маленького хозяина Драко собой, — пролепетал домовик. — Простите... мы иначе не можем...

— Ничего, я не гневаюсь, — выдохнул тот. Собой, значит, закрыл? Да и с каминами что-то сделал, теперь поди разберись, как вернуть все назад! Точно, рэйвенкловец, пытливый ум...

— Пап, ты че, очнулся? — вломился в комнату Орион. — Ну круто, мать с дедом уже извелись! Встать сможешь? Или нет, лучше лежи пока! Там все путём, без тебя обойдутся!

— Что? — снова приподнялся Люциус. — Трикки, быстро одежду мне!

— Пап, ты побрейся хотя бы, потом уже жрать приходи, а то ведь чучело чучелом! — ласково сказал сынок и испарился. Тот потрогал колючий подбородок, коротко хохотнул и велел домовикам привести себя в порядок.

Слабость еще давала о себе знать, но дышалось легко, и в родном доме было так уютно...

Одеваясь, Люциус глянул на руку и замер. Метки не было. Он, не веря своим глазам, провел пальцами по предплечью. Ничего. Чистая гладкая кожа; руку немного саднило, как после ожога, но никаких следов не оказалось, тем более, выжечь Метку можно только Адским огнем, ну, или драконьим. Но рука-то цела и невредима!

— Чудеса... — пробормотал он, застегивая запонки, и решил, что разберется в этом позже. Не сгореть бы только со стыда, посмотрев в глаза отцу!

— А, проснулся, — сказал тот, коротко глянув на сына, и продолжил что-то оживленно обсуждать с Орионом. — Ты сюда поди, послушай, что этот твой отпрыск сочинил, пока ты в себя приходил!

— Что?.. — растерянно произнес Люциус, присаживаясь с другой стороны.

— Бизнес-план, который нас озолотит, даже если сработает хотя бы наполовину, — ответил Абраксас. — И если верить Лорейн, придумал он это минут так за пять.

— Неправда, больше! — встрял Орион.

— Ты рассуждал вслух, я помню, — кивнул дед. — Но важен результат. Итак... изложи-ка еще разок, внучек. С учетом моих корректировок.

Люциус, внутренне приготовившийся к тяжелому разговору, постепенно расслабился, слушая немного путаный рассказ Ориона.

— Вложения потребуются немалые, — задумчиво сказал он наконец, — в принципе, книжный бизнес можно запускать уже теперь, но для этого придется поискать в маггловском мире... как ты их назвал?

— "Литературных негров", — напомнил Орион и показал Лорейн за спиной отца большой палец. Та кивнула. Сын был прав, таких, как Люциус, мариновать в заботе нельзя, это им хуже соли на кровавую рану. Пускай работает, отойдет немного, потом осмыслит произошедшее уже спокойно...

И еще — Лорейн видела руку Люциуса, на которой так уютно прикорнул Орион. Не было там никакой Метки. Раньше точно была, а теперь — нет. Только спросить сына, причастен ли он к этому, она так и не рискнула. Да и что спрашивать, и так ясно, этот мерзавец опять что-то учинил...

— Верно. Нужно искать людей, связанных с издательствами, полагаю, там должны быть целые списки желающих напечататься.

— Так у нас Брайн со Стормом есть, — напомнил Орион. — У них адвокатская практика пока не так чтоб богатая, пускай этим подработают. Тем более, они про нас все равно знают, а, дед? Зачем еще кого-то левого брать?

— Предлагаешь им переквалифицироваться из честных адвокатов в частные детективы? Устроить конкурс "мы ищем таланты"? — прищурился Абраксас, успевший прочесть несколько книжиц из собрания внука.

— Ну а че? Какая им разница? Деньги-то платят, — фыркнул тот. — Парни вроде ничего так, ушлые, так что...

— Погодите вы об этом, что с техникой? — вклинился Люциус. — Можно перекупить специалистов из радиокомпании, пусть разбираются в принципах работы маггловского телевизора и думают, как это применить у нас.

— Не просто перекупить, а посулить перспективы, — заметил Абраксас. — Дескать, разработка телевизоров позволит им прославиться...

— Ну разумеется! Только, боюсь, название это...

— Может, телик? — предложил Орион.

— Ни за что.

— Тогда просто тиви! Коротко и понятно!

— Сойдет как рабочая версия.

— Чур, модель будет называться "Абрамс"! — потребовал Орион.

— Да как угодно, это все равно пока только слова... — Люциус побарабанил пальцами по столу. — Однако специалистов мало, об этом сразу станет известно... А хотелось бы сохранить монополию.

— Пап, а кто мешает поискать работничков на континенте? — поинтересовался тот. — Че, у вас там связей нет? Ну, во Франции, еще где? Немцы вроде с техникой на "ты", а можно вообще извратиться и сунуться в Китай... О! Там и рабочая сила дешевая! Я читал, китайцы почти всю маггловскую технику клепают по лицензии или вообще левак гонят. Они и тайваньцы. В Корее еще это дело хорошо идет. А вот у японцев все очень крутое, но дорогое...

— Бизнесмен растет, — фыркнул Абраксас.

— Ну а че?! — возмутился Орион. — Я че, не дело говорю?

— Дело, дело... — потрепал его по макушке дед. — Только это покамест лишь идея, и ее надлежит тщательно проработать.

— Угу, а мне еще семь лет в этом драном Хогвартсе куковать, — обиженно сказал тот, а Абраксас вдруг замер ненадолго. Потом вдруг поднялся и посмотрел на сына.

— Пойдем-ка, Люциус, — сказал он. — У меня к тебе серьезный разговор.

Орион переглянулся с Лорейн, которая вообще старалась помалкивать. Ну обсуждают мужчины новую затею, пусть их! Люциус совсем ожил, когда начал что-то там просчитывать, пропала недавно приобретенная манера вздрагивать от любого движения собеседника. Правда, за Абраксасом он пошел понурившись, явно ожидал выволочки, но ведь за дело, не так ли?

— Интересно, че это вдруг дед? — сказал Орион. — Пойду послушаю.

— Нет уж, посиди, — приказала Лорейн и пояснила: — Боюсь, папаше твоему сейчас прилетит, и не нужно тебе этого слышать. Сболтнешь потом, не дай бог...

— Понял, понял, не нужно ему свидетелей позора, — фыркнул тот. — Ладно, тогда я еще чаю выпью...

...В кабинете Абраксас не предложил сыну присесть, сам тоже не сел, прошелся взад-вперед, заложив руки за спину.

— Отец... — вдохнув поглубже, произнес Люциус, понимая, что это молчание может длиться вечно. Была у отца такая неприятная манера: доводить собеседника до исступления не словами, а именно выразительным молчанием. — Я...

— Ты идиот, — серьезно произнес тот. — Прекрати. Слава Мерлину, ты жив и на свободе, в отличие от большинства твоих дружков, и будет об этом. Не забудь сказать спасибо сыну, если б не пара его идей, ты бы до сих пор сидел в Азкабане.

Люциус невольно вздрогнул, но спросил все же:

— О каких идеях ты говоришь?

— Да... — Абраксас махнул рукой. — Мальчик начитался маггловских книг об одном очень ушлом адвокате, кое-что нам пригодилось. Расспроси его потом, если захочешь.

— Обязательно. — Тот сглотнул. — Папа... мне нужно...

— Я тебя уже простил, можешь не утруждаться, — поморщился старший Малфой. — Правда, будь ты чуть поздоровее, трость бы я об тебя сломал. Хотя, полагаю, тебе и без того хватило с избытком.

— Папа, я не об этом! — быстро проговорил Люциус, чувствуя несказанное облегчение. — Послушай! Вернее...

Он дрожащими пальцами выдернул запонку, завернул рукав, показал руку недоуменно приподнявшему брови отцу. Казалось бы, выше им ползти уже некуда, ан поди ж ты!

— Как так? — Абраксас присмотрелся получше, недоверчиво коснулся руки сына.

— Я не знаю, — покачал тот головой. — Она ведь осталась, потускнела, но никуда не делась. Я ведь прекрасно помню, на суде мне приказали ее предъявить, и... Метка была на месте. И когда я вернулся домой, тоже была. А когда я очнулся — она пропала.

— Очень интересно... — Малфой-старший зашагал по кабинету. — Я слыхал, такие отметины пропадают со смертью того, кто их поставил.

— Тогда бы она исчезла сразу. Но он не умер окончательно, ты же знаешь.

— Ну мало ли... Ну-ка, вызови какого-нибудь из своих приятелей, кто на свободе, спроси, что у него, — кивнул Абраксас на камин. — Ну хоть этого, зельевара твоего.

— Хорошо...

Люциус бросил в камин горсть порошка, в очередной раз подивился изменившемуся цвету пламени (впрочем, он был куда приятнее мертвенно-зеленого), вызвал адресата.

— Кто? — испуганно спросил тот. Его не тронули, вроде бы сам Дамблдор заступился, но вид у него был совершенно больной. — Люциус?! Ах да, тебя же выпустили...

— Северус, потом поговорим, — отмахнулся тот. — Скажи мне, что с твоей Меткой?

— Ничего, — удивленно ответил собеседник. — На месте. Потускнела, но... А что?

— Нет, ничего. Позже свяжемся.

Пламя погасло. Люциус оглянулся на отца.

— Оригинально, — сказал тот. — Ну ладно... Ты что-нибудь чувствовал?

— Нет. Я же проспал все это время... Нет, я иногда слышал, как кто-то входил, зельями, опять же, поили, но потом я снова отключался, — ответил Люциус. — Правда...

— Ну?

— Мне снились звезды, — медленно произнес он. — Знаешь, папа, такие яркие бело-голубые звезды, и они все приближались и приближались, только пламя не обжигало, даже когда встало передо мной стеной... Потом все пропало. А когда я очнулся, то ощущение было, как от ожога, да только следа-то ведь не осталось! И...

— Люциус! — окликнул его отец. — Люциус, что ты замер?

— Я только сейчас сообразил, — сказал тот. — Те звезды были в точности того же цвета, как пламя в камине. Кстати, что это с ним?

— Так ведь это Орион что-то там подправил, пока нас не было, — фыркнул Абраксас, — чтобы чужие не пробрались. Орион...

Он переглянулся с сыном.

— Все-таки имена с потолка не берутся, — произнес он спокойно. — Знаешь, Люциус, я считаю, что мальчика нужно забрать из школы.

— Что?

— Будет учиться дома. Вообще-то, — Абраксас снова прошелся взад-вперед, — я думал оставить его там до конца этого года, но теперь переменил решение. Нечего ему зря терять время.

— Но папа!..

— Что — папа?! — тот резко развернулся. — У твоего отпрыска сильнейший потенциал, и нечего мальчику делать в этой дыре! Особенно рядом с Дамблдором... О нет, я не думаю, что тот сумеет задурить Ориону голову, он слишком недоверчив и здравомыслящ, но тем не менее... Все, Люциус, Орион переходит на домашнее обучение, и это не обсуждается! Полагаю, мы с тобой сумеем натаскать его по основным предметам в рамках школьной программы.

— Пожалуй, — кивнул Люциус.

— И прекрасно. Историю выучит по книгам, уход за магическими тварями ему даром не сдался, равно как полеты и прорицания... Маггловедение ему не понадобится, он этих магглов лучше любого преподавателя знает. Астрономия — это несложно, да и всегда можно нанять учителя. Гербология — опять-таки исключительно в теории, еще не хватало ему в земле возиться! На себя я возьму трансфигурацию, руны и нумерологию, а ты займешься с ним чарами, защитой от темных искусств и тем, что афишировать не принято. А знакомый зельевар у тебя есть...

— Папа, он же совсем мальчишка!

— Ну и что? Ему деньги не нужны?

— Очень нужны, — вздохнул Люциус и тут же понял, что это хороший шанс немного поддержать Снейпа. Просто так тот денег не возьмет, а вот за репетиторство....

— Ну вот! — удовлетворенно сказал Абраксас. — Хогвартс он окончил? По школьной программе обучить сумеет? Большего от него и не требуется, а Мастера зелий из Ориона делать не нужно, экзамены сдаст, и все. Аппарировать его тоже ты научишь...

— А чарами пусть лучше Лорейн занимается, — сказал тот. — Она же с Рэйвенкло, и я помню, она была одной из лучших на курсе.

— Прекрасно. И она же займется с ним маггловскими предметами. Как я понял, она закончила какой-то финансовый колледж. Если он намерен делать бизнес, то ему понадобится экономика и... что там еще у них? Сама разберется, неважно.

— Я вижу, папа, ты уже составил план, а мне остается только следовать ему, — ядовито сказал Люциус.

— Именно так, — твердо сказал Абраксас. — Хватит с меня того, что ты семь лет балбесничал в школе, задирая юбки каждой смазливой девчонке!

— Не каждой...

— Хорошо, через одну. А Ориону не нужно тратить время попусту, если он действительно хочет создать свою компанию.

— Да, папа, ты прав, — подумав, кивнул Люциус и улыбнулся. — Собственно, его сразу надо было зачислять курс на третий, разве что зелья подтянуть и кое-какие мелочи. Помнишь, я говорил: когда мы второй раз повстречались, он преспокойно левитировал несколько пакетов с продуктами, чтобы руки не оттягивать, и это без палочки, заметь, и без обучения! А сколько времени он тщательно скрывал свой дар? И как искусно...

— Вот именно, — произнес Абраксас. — Да, чтоб его, полукровка! Но с такой силой, что ей грех разбрасываться! Удачно ты выбрал девицу.

— Гм... Случайность. Их у меня тогда было три или четыре.

— Может, еще разок попробуешь? — приподнял бровь Малфой-старший.

— О чем ты, папа?! — поразился Люциус.

— Да мы тут с Орионом посидели, подумали... — хмыкнул Абраксас. Сын ужаснулся: если тот спелся с внуком, пиши пропало! — Решили, что чистокровные нас, конечно, осудят, но в образ исправившихся наличие в семье полукровки и его магглорожденной матери очень даже вписывается.

— Нет, папа. Ни за что, — поднял тот руки. — Не думай даже. Скажи лучше, что там дальше с Орионом?

— Собственно, и всё. Мальчик останется дома. Тем более, что хорошим манерам его в Хогвартсе уж точно не обучат, — скривился Абраксас. — А это тоже дело не последнее. Повторюсь: нечего ему терять время на всякую чепуху вроде драк с однокурсниками, мы найдем, чем его занять.

— А общение со сверстниками?

— Переживет. Да и, полагаю, скоро к нам снова потянутся твои разбежавшиеся приятели. А у многих тоже есть дети примерно возраста Ориона.

— Хм... Ну, допустим. Папа, а Драко?

— А что Драко? — тот вздохнул. — Он еще совсем кроха. Думаю, поступим так же: полгода отучится — и заберем... Главное, чтобы он не вырос этаким маленьким принцем... как там Орион таких называет? А! "Мальчик-мажор", кажется. Магглы, как я понял, зовут так сыновей богатых родителей, которым все дозволяется, все сходит с рук, а любая прихоть немедленно исполняется... — Абраксас перевел дыхание. — Но на этот раз я своих ошибок не повторю и буду колотить его собственноручно, понял, сынок? Хотя, впрочем, с этим и Орион справится, а вот ты слишком слабохарактерный.

— Я?! — возмутился Люциус.

— Ну хорошо, хорошо, ты слишком любишь Драко, чтобы надрать ему задницу, — смилостивился Абраксас и усмехнулся: — Удивительно, матери разные, а внешне мальчишки похожи, как две капли воды... интересно, какой у младшего окажется характер?

Снаружи раздался какой-то вопль, потом грохот, женский взвизг, затем шипение, а следом громкий мат Ориона.

— Эт-то еще что? — нахмурился Люциус и щелкнул пальцами.

— Слушаю, хозяин Люциус! — появился домовик.

— Что там случилось?

— Хозяин Орион играл с маленьким хозяином Драко, а тот поджег портьеру, — отрапортовал домовик. — Госпожа Лорейн испугалась, но тут же потушила огонь, а хозяин Орион ужасно ругается...

— Мерлин великий, рановато ему еще для таких выбросов, — пробормотал Люциус. — Позови сюда Ориона.

— Слушаюсь!

— А с каких это пор он стал "хозяином"? — поинтересовался Абраксас, усевшись в кресло.

— Домовик сказал, что Орион защищал мэнор, насколько хватало сил, а потом закрыл собой Лорейн и Драко... во время визита Нарциссы, — припомнил Люциус. — И почему-то это заставило их изменить обращение. Видимо, есть какие-то нюансы в магии, связующей нас и домовиков, но я, честно признаюсь, в недоумении.

— Я тоже. Нужно будет покопаться в архивах, это интересно... — кивнул тот, и тут в дверь просочился Орион.

— Звали? — спросил он, пытаясь оттереть копоть с носа.

— Звали... — иронически произнес дед. — Что у вас там полыхнуло? Все целы?

— Целы! Ниче такого... Я мелкому карусельку повесил просто, как обычно, чтоб он занялся, — Орион привычным движением закрутил сияющие огоньки. Люциус уставился на них. — Он играл, играл, ну, ловит он их... А потом, походу захотел словить какой-то определенный, а не вышло! Обозлился — и тут ка-а-ак шарахнуло! Занавески пылают, я в шоке по колено, ну чисто дракон на меня пыхнул, аж жаром обдало, мелкий ревет, мать пожар тушит... Не семейка, а зоопарк какой-то!

Абраксас переглянулся с сыном.

— Да-а, — сказал он с намеком, — вот уж точно, имена с потолка не берутся.

— Эт вы про че? — живо заинтересовался Орион.

— Драко назван в честь созвездия Дракона, — сказал Абраксас. — А ты, выходит, в честь созвездия Ориона. И огонек у вас... соответствующий.

Он выразительно покосился на руку Люциуса.

— Твоя работа?

— Вы о чем?

— О Метке, паршивец! Что ты с ней сделал?

— Да понятия не имею, — буркнул Орион, потупившись. — Она мне не нравилась. Я просто посмотреть хотел, дотронулся, а она... ну блин, как сказать-то? Чужая какая-то. Не место ей там было, я ее и сжег. Пап, не больно было?

Тот только мотнул головой, во все глаза глядя на сына.

— Правда, я отрубился потом, — продолжал тот. — Меня мать растолкала, мол, че ты дрыхнешь... Ну, я походу вымотался просто. Потом пожрал, поспал, и как новенький!

— Люциус... — выговорил Абраксас.

Тот молча встал, налил им обоим бренди и сел на свое место, продолжая разглядывать сына.

— Вы че? — удивился тот.

— Отмечаем, — буркнул дед. — Ты тоже можешь отметить... соком. В школу ты вернешься разве что за тем, чтобы собрать вещи. Но можешь и оставить, если у тебя там не было ничего ценного.

— Было, — сказал тот. — Там письма, это раз, и еще пара книжек. Я их из городской библиотеки стырил, жалко будет, если пропадут. Стоп! Я че, там больше не учусь?! Исключили за прогулы, что ли?

— Нет, мы тебя забираем, — сказал Абраксас. — Будешь учиться дома. И не думай, поблажек не дождешься!

— Ой, блин, а я уж испугался! — улыбнулся Орион. — Здорово, дома лучше! Тут маман и вы оба, и мелкий! А учиться я ж не против, только чему поинтереснее, а то в этой школе скука смертная...

— Вот именно. Займешься вещами посерьезнее, мы сами тебя выучим. И репетиторов наймем.

— Круто, я буду прям такой... — Орион мечтательно зажмурился. — Пафосный? Не, не то... Аристократичный? Не, тоже не то, какой из меня аристократ... Крутой, короче! Спасибо, дед, пап! Ну нахрен эту школу! И я еще хотел у маман подучиться по финансовой части, чтобы...

— Стоп! — поднял руку Абраксас. — Всему свое время. Успеешь.

Воцарилась тишина, которую нарушил Орион.

— Деда, ну ладно, нас с мелким назвали в честь созвездий, мать не считается, а вы? Вроде нет таких небесных тел, хы...

— Внучек, позволь мне не демонстрировать то, к чему у меня имеются врожденные способности, — усмехнулся тот, — это не очень приятное зрелище. Да и сил у меня сейчас немного. Просто почитай соответствующую литературу...

— Ладно... А ты, пап? Чем владеешь?

— Слово "Светоносный" тебе о чем-нибудь говорит? — буркнул тот, дождался кивка и продолжил: — Ну вот, демонстрировать и я не стану, потому что сил у меня тоже нет. Выглядит это как материализованный луч света, который режет... что смешного?!

— Ы-ы-ы... — закатился Орион от хохота. — Блин, теперь деду надо так засипеть и сказать пафосно "Люк, я твой отец!" Ай, мамочки... Ой, не обращайте внимания, это из маггловского кино, если получится, покажу... уф. Простите, не сдержался.

— Да. Воспитывать тебя еще и воспитывать, — тяжело вздохнул Абраксас.

— Давайте я сперва заберу шмотки из школы, а потом уже приступайте, — предложил тот. — А то если я весь в синяках приеду, меня не поймут.

— Никаких приездов, — отрезал дед. — Я напишу Дамблдору, чтобы для тебя открыли камин. И чтобы живо туда-обратно!

— А то! Была мне охота там торчать! — улыбнулся Орион, которого отец как-то незаметно подтянул к себе и теперь осторожно обнимал. — Ой, пап, ну хватит телячьих нежностей! Деда, а вы когда напишете этому старому... гм... директору?

— Немедленно. Время еще не позднее, успеешь до отбоя, — решил Абраксас. — Иди переоденься. Ты похож на пугало.

— Неправда, я красивый в любом шмотье, так маман говорит, — фыркнул тот и убежал.

— Ужасный мальчишка, — буркнул старший Малфой, покрывая лист убористыми строками.

— Совершенно верно, — кивнул его сын, улыбаясь.

— Невоспитанный.

— Абсолютно.

— Грубый.

— Невероятно.

— Непослу... Люциус, ты издеваешься?!

— Нет, папа, как ты мог подумать? — очень натурально удивился тот. — Позволь, я пойду проверю, во что именно переоделся этот невыносимый... отпрыск. А то ведь с него станется явиться в школу в майке и джинсах!

— Лишь бы грязь с носа стер, остальное уже не имеет значения, — буркнул Абраксас, заканчивая письмо размашистым росчерком и вызывая домовика. Совам он не слишком доверял...

...Альбус Дамблдор прочел письмо и не поверил своим глазам, однако камин все-таки разблокировал. Не прошло и нескольких минут, как пламя полыхнуло отчего-то бело-голубым, и в директорский кабинет выбрался Орион Малфой. Без мантии, в маггловском джемпере и штанах, руки в карманах, как водится, волосы дыбом...

— Мой мальчик, что случилось? — ласково спросил директор.

— Че? — ожидаемо отреагировал тот. — Да ниче, все путем, мне б шмотье свое забрать, и только.

— Но твой дедушка пишет, что ты оставляешь школу...

— Ага, — кивнул тот и улыбнулся во весь рот. — Ой, блин, счастье-то какое!

— Он изгнал тебя из рода?! — с ужасом спросил Дамблдор, уже подумывая, как бы прибрать к рукам такое сокровище. Мальчик был очень одарен, совсем как Том, даже сильнее, а приручить его — дело времени...

— Вы че, офигели... сэр? — покосился на него Орион. — Не. Просто деда решил сам меня учить. Говорит, нефиг мне тут с детишками дурью маяться. А с ним спорить — что против ветра... гм... плевать. Ну так я пойду? Я еще с народом хотел попрощаться. Я ж на ужин поспеваю?

— Да, он только начался... — начал было директор, но мальчишка уже сбежал.

В Большом зале все шло как обычно до тех пор, пока за рэйвенкловским столом не появился мальчик в маггловской одежде, которого, однако, прекрасно помнили.

— Малфой! Ты куда пропал? Ты как наверстывать будешь?! — накинулись на него с нескольких сторон.

— Ай, идите в задницу, я не буду ничего наверстывать, — отмахивался он. — Я попрощаться пришел.

За столом притихли.

— Это... это из-за отца, да? — тихо спросила Мэри-с-косичками. — Я читала... ужас такой... Я, может, дура, но мне его так жалко было, на том последнем заседании, когда его оправдали...

Орион посмотрел на нее с интересом.

— Че это вдруг? — спросил он. — Ты же магглорожденная, таких, как ты, его приятели в фарш превращали.

— Ага, только в газетах фотографии не печатали! Вот такой-то и такой-то, а вот их кишки!.. — Мэри уткнулась в тарелку. — Извини. У тебя отец красивый очень, я его фотки из газет даже вырезала. А тут увидела после Азкабана...

— Вообще нелюди какие-то, — высказался еще кто-то из магглорожденных.

— Ха, ребятки, это вы еще подробностей не знаете, — невесело усмехнулся Орион. — И не надо вам, живите спокойно. У нас вроде устаканилось маленько, жить можно, но учиться тут я не буду.

— Тебя переводят?

— Не, дед решил, что нафиг мне эта школа, — потянулся Орион. — Да не хнычь, Рыжуля, я экзамены сдавать буду, появлюсь так и так.

— Ты после ужина поосторожнее, слизеринцы на тебя так и зыркают, — сказала Мэри-с-косичками. — У них же много кто... ну, ты понял.

— Знаю, — кивнул он. — Не переживай. Давай, удачи тебе. И ты не болей, Рыжуля, свидимся еще.

— Иди ты, — буркнула она, но снова пустила слезу.

Орион, насвистывая, направился к себе и тут же нарвался на слизеринцев, как и предрекала Мэри.

— Все, парни, — сказал он, оглядев приличных размеров группу. — Я покидаю эти гостеприимные стены, давайте пожмем друг другу руки и разойдемся миром.

— Настоящий Малфой, они всегда легко отделываются! — сказал кто-то, но Орион его заметил, схватил за галстук и подтащил к себе.

— Легко, говоришь?! — прошипел он. — А ты долбался один со всем мэнором, больным дедом и годовалым братом, когда вообще никакой защиты не осталось и бабла нет? Ты продирался к деду в Мунго, чтоб заставить его встать и через силу что-то сделать?! Придумывал, где найти адвокатов?! Ты полуживого от побоев отца на себе таскал?! Да я тебя сейчас...

— Тихо-тихо-тихо... — растащили их старшекурсники. — Давайте без драк. И так наш факультет в заднице, не хватало, чтоб баллы сняли!

— Нашли, о чем переживать, — фыркнул Орион. — Баллы! Тьфу!

Он помолчал, порылся в карманах и добыл пачечку визиток.

— Держите. Хорошие адвокаты. Наши, — добавил он со значением. — И берут недорого, и врут красиво.

— Это они твоего отца... гм... — сделал выразительную паузу старшекурсник.

— Не одни, там еще был МакДональд, но без них ничего б у него не вышло, — ответил Орион. — Ладно, бывайте, не поминайте лихом, на экзаменах свидимся...

Он быстро промчался к себе, сгреб самое ценное в сумку (в самом деле только книги и письма, пес с ней, с одеждой), и отправился обратно к директору.

— Орион, мальчик мой, быть может, ты передумаешь? В школе безопасно... — завел тот.

— Дома безопаснее, — отрезал тот.

— Но я слышал, авроры взломали защиту...

— Снова поставим, дел-то куча. Да и при отце с дедом нечего бояться.

— А твоя мама?

— А что моя мама?

— Как она себя чувствует?

— Прекрасно, — честно ответил Орион. Признаться, ему было ужасно смешно наблюдать за тем, как двое взрослых переглядываются украдкой, но лезть в их дела он не собирался. Пока.

— Неужто такой приверженец чистоты крови, как Абраксас и Люциус, бывший Пожиратель, терпят у себя в доме магглорожденную? Видимо, только ради тебя, мой мальчик?

— Видимо, только ради нее, — грубо ответил Орион. — Если вам охота знать, так дед всеми вечерами с ней болтает. А что до отца, так это не ваше дело.

Он немного приврал по привычке: Абраксас временами спрашивал у Лорейн, что означает то или иное маггловское понятие, вел себя предельно корректно, но на болтовню это никак не походило.

— Можно, я пойду уже? — спросил он.

— Ну что ж, жду тебя летом на экзаменах, — вздохнул Дамблдор. — Доброго пути!

— И вам не хворать, — ответил Орион и нырнул в камин.

Директор посмотрел на взметнувшееся бело-голубое пламя, осторожно коснулся его... и долго еще шипел, дуя на обожженные пальцы.

Какой... необычный мальчик! Сильный, независимый... Но Абраксас Малфой успел первым и заграбастал джокера. Оставалось разыгрывать другую карту...

Глава одиннадцатая, в которой бастард вполне уже освоился

Северус Снейп не понравился Ориону с первого взгляда. Со второго тоже. Да и вообще, он едва не испортил отношения с зельеваром раз и навсегда в момент знакомства, когда спросил с присущей ему непосредственностью:

— Мистер, а вы голову мыть не пробовали? Или не помогает, через месяц опять грязная?

Снейп тогда зашипел, что твоя гадюка, и обратился к Люциусу:

— Пожалуйста, избавь меня от необходимости терпеть выходки твоего сына!

Тот только вздохнул и сказал:

— Извини. Орион абсолютно неуправляем. Принудить к чему-то его может только мать, а для нее такое обращение в порядке вещей. И вообще, Северус, я что-то не понял, ты намерен мне помочь, или прикажешь поискать другого специалиста?

Тот сник. Денег не было, на плечи тяжким грузом давило данное обещание, а Люциус платил щедро, и, право, выносить одного Ориона было куда проще, нежели целую толпу малолеток в Хогвартсе. Тем более что мальчишка, которому влетело за хамство от деда, иначе как по делу больше со Снейпом не разговаривал. Спрашивал, если чего-то не понимал, выполнял порученные для самостоятельной работы задания, и всё. Правда, в его обществе все равно было неуютно; может быть, сказывалась не такая уж большая разница в возрасте (вдобавок Орион вел себя слишком взросло для своих лет), а может, играло роль то, что они со Снейпом были очень похожи. Оба выросли в неблагополучных кварталах, оба не обладали великосветскими манерами, но если Орион это попросту игнорировал и даже чуточку бравировал своей невоспитанностью, то его новый наставник изо всех сил пытался угнаться за тем же Люциусом.

А еще противно было то, что Дамблдор каким-то образом узнал, кому Снейп дает частные уроки, и теперь частенько зазывал своего нового преподавателя на чашечку чая. И, разумеется, расспрашивал о Малфой-мэноре, о том, что там творится... И нужно было постоянно контролировать себя, чтобы не проговориться: Орион, несмотря на сложный характер, небесталанный мальчишка, Мастера из него не получится, но экзамены он сдаст без труда; у него оказалась отличная память и недурная интуиция, ингредиенты он подготавливал так, словно рагу готовил, насвистывая сквозь зубы, испачкаться не опасался, вообще ничего не боялся. И еще ни в коем случае нельзя было упоминать о подозрительно быстро оправившемся после Азкабана Люциусе, развившем бурную деятельность... впрочем, об этом директор и сам мог узнать. И о Абраксасе, который хмыкал, завидев тощую фигуру Снейпа, но как-то... доброжелательно хмыкал. И о матери Ориона, по злосчастному стечению обстоятельств оказавшейся чем-то похожей на Лили — волосы не рыжие, рыжеватые, но если на солнце, то можно и спутать, а глаза не зеленые, а серые, но все же, все же...

...— Ма, ты че, шефство над Снейпом взяла, что ли? — спросил за обедом Орион.

— В смысле?

— Ну а че ты постоянно нам то чай, то пожрать присылаешь?

— Так пока там чего-нибудь готовится, надо ж вам чем-то заняться, — пожала она плечами, а Орион только хмыкнул.

Люциус и Абраксас обменялись понимающими взглядами: видимо, у любой женщины при взгляде на Снейпа просыпалось желание если не пригреть его, так хоть накормить досыта. Они, собственно, и не возражали.

— Дед, пап, — снова завел Орион. — У меня дело есть...

— А обязательно за обедом об этом говорить?

— Ага. Потому что потом вас фиг вдвоем выловишь, ну и маман тут, опять же, — хмыкнул он.

— Ну, изложи суть своего дела, — разрешил Абраксас. — Да не сутулься!

— Не сутулюсь я... Короче, я подумал, что раз я один хрен... Блин, мать, ну зачем по уху-то?!

— Не ругайся за столом, — приказала она. — Изложи все то же самое, но нормальным языком, будь добр!

Абраксас с интересом посмотрел на Лорейн.

— Ладно... Раз я все равно на домашнем обучении, можно мне еще заниматься по обычной школьной программе? — сформулировал Орион. — Ну, маггловской.

— Зачем это тебе? — нахмурился Люциус.

— Пап, слушай, я в этом Хогвартсе пообщался с ребятами постарше на пару курсов, — мрачно ответил тот. — Даже если кто и ходил в маггловскую школу, так и те к третьему курсу таблицу умножения забывают! А если я хочу заработать первый миллион к совершеннолетию, мне дофига всего нужно знать... Не забыли мой план? Так что придется учить физику там, химию, математику... Ну, по иностранным языкам вы репетиторов мне наймете, но прочее-то надо как-то освоить! По учебникам не особо выходит...

— Я полагал, дети ненавидят учебу, — фыркнул Абраксас.

— А я будто люблю! — сказал Орион и сощурился. — Но есть такое слово — "надо"! Деда, я ж не наследник рода, так что мне нужно самому пробиваться. А тут или в криминал лезть, но это я пас, в Азкабан не хочу, или прогрызать себе дорогу. И я не я буду, если лет через десять ко мне чистокровные невесты в очередь не выстроятся!

— К тебе, пожалуй, выстроятся, — выговорил Люциус, откашлявшись: поперхнулся от неожиданности.

— Ну а че? Я красивый, в тебя удался, — непосредственно ответил Орион, схлопотал по шее от матери и хихикнул: — Ладно тебе, ма, я зато умный — в тебя!

Тут он оценил выражение лица отца и быстро добавил:

— И в деда!

Абраксас засмеялся, Люциус нахмурился.

— Ну а че, пап? — спросил Орион серьезно. — Неправда разве? Был бы ты умным, не дал бы себе эту татушку поставить. Ну что ты на меня глазами сверкаешь? Ты ушлый и дошлый, если кого облапошить надо — мастер на все сто, но тут все равно, уж прости, лоханулся как последний дурак.

Лорейн выронила вилку, Люциус пошел красными пятнами, а Абраксас расхохотался так, что выступили слезы на глазах.

— Я тебя убью сейчас... — прошипела Лорейн сыну.

— Нифига, дед не даст, — хладнокровно ответил тот. — Правда, деда?

— Не дам, — весело сказал тот. — Люциус, ты, может, как-нибудь отреагируешь? Только учти, если встанешь и молча уйдешь, это будет означать, что ты проиграл.

Тот только зубами скрипнул.

— И что ты предлагаешь? Я имею в виду обучение, — проговорил он. О том, что Люциус в бешенстве, мог сказать только очень хорошо знающий его человек. Отец, например.

— Есть же эти... как их... экстернаты. Походу, волшебству я тоже так учусь, в маггловских школах наверняка похожее имеется. Короче, чтобы рулить тем, о чем я вам рассказал, мне не только магические науки потребуются, — серьезно произнес Орион. — Может, маман подыщет мне какой-нибудь колледж? То есть сперва школу.

— А ты потянешь, внучек? — прищурился Абраксас.

— А че нет-то? — фыркнул тот. — Тут особо учить нечего, вот разве зелья, а остальное — это ж чисто техника, натренируюсь. Времени навалом! Уж не надорвусь... А че посложнее, всякие страсти там — это я еще не дорос, разве нет?

— Лорейн, — старший Малфой посмотрел на нее. — Найди ему школу с экстернатом. Лучше частную. Насчет оплаты не беспокойся.

— Хорошо, — кивнула та. Похоже, сын принялся гнуть в бараний рог не только окружающих, но и членов семьи. Или именно поэтому и принялся? Малфой он или нет, в конце концов?

— Круто, — улыбнулся Орион. — Не, деда, я не ботаник. Я не люблю учить всякую заумь просто так, но если я точно знаю, для чего мне эта заумь нужна... — он выдержал театральную паузу. — Я горы сверну.

— Я отчего-то даже не сомневаюсь, внучек, — ответил тот совершенно серьезно. — Десерт?..

...— Пап, — привязался к Люциусу Орион, — ну пап, блин! Ты поговорить можешь?

— Чуть позже, — сдержанно ответил тот.

— Пап, ты че, обиделся? — прямо спросил Орион.

— Это тебя волнует?

— Не то чтоб волнует, но непонятки надо сразу решать, — серьезно ответил мальчик. — А то потом из них такое вырастает, что мама не горюй!

Люциус предпочел промолчать.

— Пап, — зашел с другой стороны Орион. Он прекрасно понимал, что здорово обидел отца, но, с другой стороны, ощущал свою правоту и извиняться не собирался. — Слушай, я че подумал... насчет Снейпа...

— Что? — обернулся тот.

— У него ж тоже Метка, — серьезно сказал мальчик. — Я засек. Он рукава засучил, чтобы руки отмыть, я и заметил. Он аж покраснел, когда понял, что я ее видел. Пап, как он умудрился не влететь в Азкабан? Я так понял, что у него ни кната нет, но и по судам его не таскали...

— Личная протекция Дамблдора, — скривился Люциус.

— Не понял... Пап, ну расскажи, а? А то вдруг я че ляпну не то... Тебе трудно, что ли?

— Нет. Идем в беседку, — сдался тот и в течение получаса отвечал на въедливые вопросы сына: кто, как, зачем и почему.

— Жалко его как... — сказал Орион, дослушав историю и выяснив подробности. — Надо извиниться. Я ж не со зла, а от чистого сердца!

— Знаешь... — начал Люциус, но не закончил фразу, рассмеялся и привлек сына к себе. Против ожиданий, тот не наградил его очередным ожогом. — Лучше не извиняйся. Хуже будет.

— Слушай, пап, а если мне попробовать ему Метку выжечь? — спросил тот серьезно. — Я тут почитал, по идее, это на кровной родне работает, а вдруг не только?

— Нет, — сразу сказал Люциус. — Я запрещаю. Мало ли... Да и не поможет это, он все равно привязан намертво, не к Лорду, так к Дамблдору. Орион, мне самому жаль его, но пока он не решится на что-то, делать за него выбор мы не можем. Понимаешь?

— Не-а, — мотнул головой сын. — Походу, парень запутался. Там поклялся, тут поклялся, оказался между молотом и наковальней... Ну че ты так смотришь? Это я в книжке вычитал, красиво звучит! Короче... Пап, если он тебе нужен, решай за него. Нет — ну тогда хрен с ним. Хотя все равно жалко...

— Он тебе нравится?

— Ни разу. Характерец хуже моего! Но из него бы какое-нить светило получилось, это точно! А так он будет сидеть у старика под бородой и делать все, что тот велит. Я таких историй начитался, — выдал Орион.

Люциус запустил пальцы в ухоженную шевелюру. Мальчик был прав: Северус — гений, терять его нельзя, а он намертво привязан к Дамблдору! Причем привязан не симпатией, не любовью, куда хуже!

— Пап, слушай, я че-то туплю, — произнес Орион, подумав. — А хрен ли того пацана отдали на воспитание магглам?

Люциус моргнул, не сразу поняв, о ком речь.

— Он же им там может веселую жизнь вот прям щас устроить, — продолжал сын, — ты че, не помнишь, как Драко недавно выступил? А это он просто расстроился! А если его нашлепать, так он дом спалит за нефиг делать! У нас-то хоть домовики присматривают… А я так думаю, тот мелкий тоже ой какой неслабый колдун, если ваш лорд его прибить не смог... да хоть и слабый, поджечь че-нить сможет. Это как-то...

— Безответственно, — кивнул отец. — Но нет, опеку над Поттером мы оформлять не будем! Никто не позволит, это раз, все же я бывший Пожиратель, хоть и оправдан, а два — я лучше удавлюсь, чем возьму в дом этого мальчика!

— Ой, а будто тебя кто-то заставляет! Мало нам Драко! — фыркнул Орион. — Ты, пап, просто этот вопрос провентилируй на собрании... че там у вас? Ну или просто среди мужиков. У Поттеров же куча родни, че бы им мелкого не отдать?

Люциус снова притянул сына к себе. Да, он был старше, образованнее, но только Орион обладал такой житейской смекалкой, которая чистокровному волшебнику и не снилась. Взять Снейпа: тот обязан Дамблдору, но у него Метка. И вдобавок он обещал позаботиться о младшем Поттере, которого ненавидит заочно... Но если мальчика воспитать достойно, а самому Северусу вправить мозги, то и не будет никаких конфликтов!

— Ну, ты это... — сконфуженно спросил тот. — Не сердишься больше?

— А? Ты о чем? — спросил Люциус.

— Ну, за обедом...

— Не сержусь, — коротко ответил тот и протянул сыну руку. Орион шлепнул по ней ладонью и замер в ожидании. Люциус недоуменно моргнул.

— Ну, пап, ты нифига не знаешь, — засмеялся тот. — Давай... Так, так и вот так! Отлично! Слушай... это...

— Что? — терпеливо спросил Люциус.

— Да я про маман...

— С ней что-то не так? — нахмурился он.

— С ней все так, мне просто интересно, ты ее трахнешь уже наконец или нет? — прямо спросил Орион, и Люциус понял, что неудержимо краснеет. — Ну то есть я понимаю, что ты тогда гулял не с одной девицей, но сейчас-то чего тупишь? Вроде у тебя постоянной бабы нет... Пап? Ты чего?

— Ничего, — ответил тот, отвернувшись.

Непосредственность сына иногда его просто убивала. А Лорейн... Лорейн была очень хороша, как и одиннадцать лет назад. Но просто...

— Не, ну я понимаю, что маман Драко красивее, — развивал мысль Орион, — ну и что? В темноте-то...

— Дурак, — сказал Люциус, чувствуя искреннюю потребность выговориться, пусть даже перед малолетним сыном. — К Нарциссе я приходил в лучшем случае раз в неделю, и это было...

— Она закрывала глаза и думала об Англии? — прекрасно понял его Орион. — Блин, как это вы умудрились Драко родить? Я еще поражался: поженились вы вон когда, а мелкому всего годик!

— Сам не понимаю. Не иначе, чудом, — мрачно ответил тот. — Она не хотела портить фигуру. Думаю, пила зелья...

Воцарилась тишина.

— Пап... Ну пап, ладно тебе, — Орион сунулся под руку Люциусу. — Что было, то прошло. Мелкий при тебе, а тут еще я нарисовался... Забей. Еще и этого вашего лорда прибили... Но только ты уж с матерью реши, а?

— Что я решу?! — шепотом вскричал тот. — Отец чуть не убил меня за то, что я тебя... состряпал, как бы ты выразился.

— Так не убил же, — спокойно сказал Орион. — Да и меня вроде нормально воспринял. Не дрейфь, пап. Только помни, что мы с маман неразделимы. Куда она, туда и я, и наоборот!

— Я уже понял.

— А она тебе нравилась? — с интересом спросил мальчик. — Или ты так, чисто из спортивного интереса?

— Она была красивой, да и теперь очень недурна, — осторожно подбирая слова, ответил Люциус. — А я...

— Кобель, — фыркнул Орион.

— Именно. Как тебе объяснить... — он брезгливо поморщился. — Скажу прямо: я вынужден был жениться на девице, которая меня не привлекала. Ни умом, ни статями.

— Династический брак, — ляпнул сын.

— Угу. Причем мы оба были противны друг другу. Внешне — красивейшая пара, посмотри колдографии в архиве, если захочешь, а так... — Люциус прикусил губу. — Ты прав. Она закрывала глаза и думала... Не знаю, о чем, может, и об Англии, но точно не обо мне. О, Мерлин, с тобой еще рано разговаривать о таких вещах!

— Ничего не рано, — заверил Орион. — Откуда дети берутся, я уж давным-давно знаю, про это на улице живо растолковывают. Так что не парься.

— Ладно... — тот вздохнул. Странно было говорить о подобном с одиннадцатилетним мальчишкой, но что делать, если больше не с кем? Не с отцом же… — Нарцисса — урожденная Блэк. Две старшие сестры были горячие штучки, наслышан, а эта не удалась. То ли комплекс какой-то, то ли что-то еще, но... гм... интимные отношения вызывали у нее омерзение. Супружеский долг есть супружеский долг, но на большее я и рассчитывать не мог.

— Может, у нее кто на стороне был? — поинтересовался сын.

— Нет, что ты, — покачал головой Люциус. — Я бы заметил.

— Да ну конечно... Ты такой приметливый, что охренеть можно!

— Не знаю, — сдался он. — Что она досталась мне девицей — это точно. Могу допустить несчастливую влюбленность или невозможность воссоединиться с возлюбленным, как пишут в тех дрянных книжках, что ты таскаешь деду...

— А ты тоже читал? — обрадовался Орион.

— Заглядывал, — буркнул Люциус. — Словом, от меня Нарциссу в буквальном смысле слова тошнило.

— Даже странно, ты мужик красивый, наверняка умелый, мать иногда как задумается, так в глазах туман... — сказал Орион серьезно, и отец понял, что снова краснеет. — А это она тебя в школьные годы вспоминает, потом-то, поди, ты еще наблатыкался!

— Лорейн мало тебя бьет, — устало сказал Люциус. — Хватит об этом. Я тебе и так рассказал слишком много.

— Ты, батя, кажись, расстарался, раз уж Драко получился, — фыркнул Орион, ничуть не смутившись.

— Я был тогда не в себе, вернулся с собрания Пожирателей, сорвал злость на Нарциссе...

— А она не успела заранее выпить зелье, — кивнул мальчик. — Да пофиг, пацанчик классный вышел! Только, пап, ты опять ушел от темы.

— Которой?

— О моей маман. Она тут кто? Экономка? Не, что финансы она уже привела в порядок, это ясно, а дальше? — Орион недобро сощурился, потом вдруг расслабился, улыбнулся и сказал: — Пап, ты не пугайся так. Знаешь, как она ревела, когда ты после Азкабана лежал без сознания?

— Правда? — зачем-то спросил Люциус.

— А то! Драко укачивает — плачет, к тебе зайдет — плачет, к деду заглянет, вроде крепится, улыбается, а вернется — опять падает мордой в подушку, — вдохновенно соврал Орион. — Пап, ну я понимаю, что она магглорожденная, ну так жениться-то ж тебя никто не заставляет!

— Знаешь, что! — опомнился тот. — Я тебе сейчас по шее дам!

— Ух ты! — восхитился мальчик. — Прям как маман! Слово в слово! Пап? Ты что?..

— Ничего. Видишь ли, — Люциус решил, что с сыном нужно говорить как с взрослым, тот вполне уже дорос до этого. — Есть два пути, и оба ведут в тупик.

— Ну? Какие?

— Первый, как ты сказал, просто... гм... сойтись с Лорейн. Но это... — Он покачал головой. — Я буду думать о том, что она делает это ради тебя, ради того, чтобы ее не выставили из дома, а она, полагаю, сочтет это унижением для себя...

— Пап, ты средневековый какой-то, — сказал Орион. — Какое нафиг унижение?

— Мне так кажется. Не перебивай. Второй путь — женитьба. Но тут воспротивится отец, и я не уверен, что не станет возражать твоя мать. Опять же, она может решить, что я это делаю из милости или ради того, чтобы хоть как-то исправить свою репутацию...

— Ой, как все запущено-то... — произнес мальчик, подумав. — Ладно. Страдай дальше. А я пошел, скоро Снейп припрется, а у меня еще не готово ничего. Ты про него тоже подумай, ладно? Потому что я придумал теле-шоу!

— Какое еще шоу?

— Кто быстрее и лучше приготовит зелье, передача в прямом эфире!

— О Мерлин... — простонал Люциус, но Орион уже испарился.

"Думать надо было, с кем гулять", — мрачно подумал он и отправился по своим делам.

*

— Де-ед, — протянул Орион, сунувшись в дверь. — Можно?

— Угу, — ответил тот, не отрываясь от книги. — Кстати, что такое "коктейль Молотова"?

— Химическая смесь, — ответил внук. — Не знаю, почему так назвали, надо в энциклопедии посмотреть. Ее наливают в бутылки, поджигают и кидают, она и бабахает. Используют в уличных боях и даже против танков, я вроде читал.

— Ага... а "напалм"?

— Тоже что-то химическое. Выжигает все нафиг. Им джунгли поливали во время вьетнамской войны, — просветил Орион, — чтоб партизан выкурить. Деда, а что это вы читаете? У меня вроде ничего такого не было...

— Так, военные мемуары времен Гриндевальда, — ответил тот, захлопнув книгу. — Лорейн принесла по моей просьбе.

— Э... а зачем? — не понял мальчик.

— Затем, что твоя затея со средствами массовой информации хороша, но одной ее мало, — задумчиво ответил Абраксас. — Ты многое рассказал о том, как это устроено у магглов, я над этим размышлял. Полагаю, кроме тиви и книг, нужна еще своя газета или журнал.

— Можно и то, и то, — обрадовался Орион. — Или несколько журналов! Например, один чисто про политику и экономику, другой гламурный, ну для теток, мода там, актеры, репортажи с приемов и все такое, третий про спорт... ну... еще развлекательный, анекдоты, кроссворды, гороскопы, а можно еще для детей! Рассказики про животных, про мир вообще, хохмочки, комиксы, интересные задачки, чтоб к школе готовились... У магглов этого всего дохренищи, можно упереть!

— Пожалуй, — кивнул дед, в очередной раз с большим интересом поглядев на внука. — Но я немного о другом. Речь о вооружении.

— Э?.. — не понял тот.

— Судя вот по этому, — Абраксас постучал по обложке мемуаров, — магглы обогнали нас в гонке вооружений уже задолго до войны с Гриндевальдом.

— Ваще-то да, — хмыкнул Орион. — Еще в Первую мировую... иприт пустили бы — и готово. Пока еще волшебник смекнет, че это за хрень, уже помрет. Стойте... Деда, вы что, хотите еще и стрелялками-пулялками заняться?

— Именно, внучек. Потому как, опять же судя по этому, — он снова коснулся книги, — в случае чего, магглы попросту задавят нас числом. Ну а то, о чем ты говорил... Наверняка можно создать и ядовитый газ, и многое другое. Искренне надеюсь, что использовано это никогда не будет, но запас иметь стоит.

— Деда, а я как раз сегодня думал о Снейпе, — вспомнил Орион разговор с отцом. — Он же в зельеварении будь здоров как сечет! Так что наверняка может состряпать что-то убойное! Только ж он в этом Хогвартсе постоянно, а его б на волю, в пампасы, он бы такое изобрел!

Дед с внуком переглянулись.

Участь Северуса Снейпа была предрешена.

— Там проблема, походу, только в мелком Поттере, — продолжил Орион. — Я уж с отцом про это говорил, но он как-то не проникся. Я в том смысле, что пацана отдали магглам, вы слышали?

— Ты серьезно? — нахмурился Абраксас.

— Мне Снейп сказал. Мелкого тетке подкинули, сестре матери, типа родная кровь защищает от хрен знает чего...

— Какой невероятный бред! — покачал головой старший Малфой. — Для такой защиты требуется сложнейший ритуал, причем далеко не... гм...

— Светленький, — подсказал Орион. — Я уж догадался. Все, что на кровь завязано, сейчас считается темномагическим. Может, старший Поттер такое и умел, но не его жена! Она ж вообще магглорожденная! А после ее смерти такое уже нельзя провернуть, да?

-Нельзя... — Абраксас задумался, потом улыбнулся крайне пакостно, почти как внук. — Как Дамблдор любит лгать... Ну да ничего, мы обернем его ложь против него же. Ребенка нужно забрать у магглов, это никуда не годится, что там из него вырастет?!

— Че-то типа меня, — скромно сказал внук. — Но не уверен. У меня родная маман — волшебница, а тут воспитывает не пойми кто. Еще Снейп сказал, тетка эта магию ненавидит, так что... сами понимаете.

— Так... Нужно связаться с МакДональдом, чтобы подобрал список прецедентов и нашел подходящих опекунов для мальчика, — начал размышлять вслух старший Малфой. — О, кстати... Прекрасно подойдет Августа Лонгботтом. Если не ошибаюсь, ее внук всего на день старше Поттера, а где один мальчик, там и второй. Вместе им и веселее будет, и с магией Поттер познакомится вовремя, вдобавок они хоть и дальние, но родственники... С нами мальчишка ближе по крови, но...

— Отец сказал — только через его труп, — вставил Орион. — И все равно не позволят.

— Именно. Ничего, я хорошо знаю Августу, она сумеет достойно воспитать обоих, — сказал Абраксас. — В случае чего, мы поможем. Ей вряд ли откажут, ее сын и невестка были на стороне Дамблдора.

— Деда, а ведь у Поттера еще крестный есть, тоже Снейп сказал, — напомнил мальчик. — Только сидит теперь... Там ваще какое-то темное дельце. Этот мужик же совсем близкий родственник, мог бы воспитывать, а его упекли! Прям странно, то с его папашей не разлей вода, а то вдруг предал, не бывает так! А его бац — и в тюрягу! Может... это самое...

— МакДональд и твои приятели займутся и этим, — подумав, кивул Малфой. — Все-таки последний Блэк. — Он покосился на внука и усмехнулся: — Нет, все же иногда свежая кровь в семействе жизненно необходима! Мы тут немного... закоснели.

— Ну так! — без тени смущения произнес Орион. — Кстати о свежей крови... Я с другой темой пришел, только вы про оружие начали, я че-то забыл...

— Слушаю.

— Деда, если отец женится на маман, вы их убьете? — прямо спросил тот, и Абраксас потерял дар речи.

— А ты у них самих спросил? — выговорил он наконец.

— Фиг ли спрашивать? Мать хоть сейчас готова, я ее не знаю, что ли? А отец вас боится, — выдал внук. — Ну и там общественное мнение, бла-бла... Ну просто че... Кого ему еще искать? Вы прикиньте, приведет он очередную чистокровную, мачеху для Драко. Меня она точно гнобить будет, тут и к гадалке не ходи. Мать тем более — она ж тут на птичьих правах. Я никуда от матери, она от меня, а тут еще незнакомая девица... Будет чисто змеиный клубок, а оно нам надо?

— Гм... — произнес Абраксас. В словах внука был резон. Но магглорожденная в качестве невестки! Нонсенс!

— Ну и мы с вами говорили насчет становления на путь исправления, — добил Орион. — По мне, так это уж полный набор будет! Деда, да ладно вам, переживете... Плодить полукровок же необязательно, Драко вон есть, и хватит, а я, как вырасту, свой род осную, вы как на этот счет? Малфой-Абрамс или там Абрамс-Малфой, пока не решил... Блин, за что по шее-то?!

— За то, что я тебя в род принял! — рявкнул тот. — Ты Малфой! И изволь соответствовать!

— Ладно! А что маман? — живо поинтересовался мальчик. — Вы не думайте, она Драко никогда не обидит...

— Да знаю я, как вы тут выживали втроем... — тяжело вздохнул Абраксас. — Но что скажет Люциус?

— А че он может сказать?

— Может быть, он против.

— Не, деда, он не против. Маман ему до сих пор нравится, — уверенно сказал Орион. — Вы че, не видели, как они переглядываются? Может, там не какая-то великая любовь, но они хоть друг друга понимают. А после того, что отец мне рассказал про мамашу Драко...

— А что он рассказал? — насторожился Абраксас. О своей жене Люциус почти никогда не говорил.

— Да ниче такого. Он ее не любил, она его не выносила, так, наследника сделали, вот и все, — выдал тот, подумал и добавил: — Да и то, походу, случайно. Вы вот жену любили?

— Гм... нет, — подумав, честно ответил дед. — Уважал, ценил, но не любил.

— Но вас от нее не воротило?

— Нет, — нахмурился тот. — Но если ты, внучек, о том, что происходит в спальне, то там у нас все было в порядке. Может, я и не стал мужчиной ее мечты, но и разочарованной супругу не оставил. И она всегда была мне верной подругой. К чему ты об этом?

— К тому, что отцу не так повезло, — буркнул Орион. — Спасибо, заранее нагуляться успел.

— Ах вон оно что... — Абраксас побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. — Ладно. Дальше падать уже некуда. Дозволяю.

— Ура! — подскочил внук.

— Стоять! Я сам скажу сыну. А ты умолкни, ясно? И, кстати, про оружие тоже пока помолчи.

— А кому я расскажу-то? — удивился Орион. — Тут из посторонних только адвокаты бывают и Снейп, но ему этого точно знать не надо. Вы, главное, деда, выцарапайте его из школы, а он на радостях такого наизобретает, что магглы от одной зависти помрут!

— Сперва Поттера от магглов надо выцарапать, — буркнул тот и мрачно улыбнулся. — Ну да это мне еще по силам... Иди отсюда, позови отца и... гм... принеси еще пару книжек.

— Детективов?

— Нет, лучше что-нибудь вроде этих мемуаров...

— Не вопрос, найду!

Орион улетучился, а Абраксас уставился в огонь. Да, дать позволение сыну жениться на магглорожденной — это плевок в лицо всем чистокровным. Если вернется этот их лорд, мало никому не покажется. С другой стороны — министерство умилится и сделает поблажки, а они для развития бизнеса жизненно необходимы...

— Папа? Ты звал? — осторожно спросил Люциус, приоткрыв дверь. Уж очень пакостное выражение лица было у Ориона, передавшего приглашение.

— Звал, — кивнул тот. — Заходи и садись.

Сын устроился напротив.

— Тебе нужно жениться, — прямо сказал Абраксас. Люциус вытаращил глаза. — Не строй мне рожи. Я сказал, значит, женишься.

— На ком, интересно? — прошипел тот. — Кто пойдет за бывшего Пожирателя, да еще с двумя сыновьями, из которых один — полукровный? Вдовушка какая-нибудь? Спасибо, папа!

Тот промолчал.

— И как эта новая супруга отнесется к детям? Нет, ясно, Драко-то обласкает, он наследник, но Орион!.. Это же будет война, и я уверен, что победит в ней именно сын, — закончил мысль Люциус. — Он такой, ради матери что угодно сделает, и, если честно, я побаиваюсь его силы...

— Ну а что ты тогда мучаешься? Бери в жены Лорейн, — хладнокровно сказал Абраксас.

— Что?!

— Женись на Лорейн, — повторил отец.

— Она магглорожденная!

— Ничего, это нам на руку. Тем более, у вас общий сын.

— Папа, нас не поймут...

— Это проблемы непонятливых, — фыркнул Абраксас. — Прекрати. Орион сказал, что ты до сих пор заглядываешься на его мать. Я и сам признаю, что она очень привлекательная особа, ума у нее тоже довольно, все-таки Рэйвенкло... Итак, дорогой сын, или ты женишься на ней, или я тебе сам невесту найду, но тогда у нас здесь начнутся боевые действия... Ты сам сказал: разве моя новая невестка потерпит пасынка? Ну, пусть пасынка и потерпит, но его мать — уж точно нет!

— А если она не согласится? — уныло спросил Люциус.

— Орион уговорит.

— Когда прикажешь делать предложение?

— Это на твое усмотрение. Но лучше бы не тянуть.

Люциус вышел из кабинета отца, не зная, что бы лучше сделать — убить кого-нибудь или пойти посидеть в одиночестве.

И как нарочно, навстречу ему попалась чем-то озабоченная Лорейн.

— Ты Ориона не видел? — спросила она.

— Нет, — мрачно ответил он и тут же предложил, поймав ее за талию: — Слушай, выходи за меня замуж!

За что тут же и огреб полновесную оплеуху.

— Совсем охренел? — поинтересовалась Лорейн и ушла прочь, оставив Люциуса держаться за скулу и думать, что же он сделал не так...

Ужин проходил в зловещем молчании. Орион с интересом пялился на отца, тот прикрывал почти рассосавшийся синяк под глазом, Лорейн вообще не смотрела по сторонам, глава семьи был безмятежен.

Только за десертом Абраксас поднял взгляд и произнес:

— Лорейн, мой сын хочет жениться на тебе. Я не стану возражать.

— А если возражать стану я? — огрызнулась она.

— С какой стати? Ты желаешь зла своему сыну?

— Нет, конечно!

— Тебе неприятен Люциус?

— Н-нет...

— Тогда не противься неизбежному, — сказал Абраксас, а Орион победно улыбнулся. — Не скажу, чтобы я мечтал о магглорожденной невестке, но ты хотя бы ведешь себя, как подобает, и сумела вырастить достойного отпрыска... Или у тебя есть кто-то?

— Нет у нее никого, — брякнул Орион. — Разве б я позволил?

— Тем лучше. Люциус, я не понимаю, почему ты до сих пор сидишь и молчишь?

Орион с искренним восторгом наблюдал за тем, как отец делает официальное предложение его матери. Оба старались смотреть в стороны, лишь бы не друг на друга. Вот ведь, подумал он, взрослые, а такие дураки!..

...— Я так сразу не могу, — произнесла Лорейн после бракосочетания. Было оно коротким, гостей не приглашали, не до праздников.

— Я и не настаиваю, — ответил Люциус, но погладил ее затылок. Потом припомнил кое-что и фыркнул: — Ты и раньше так говорила.

— Одиннадцать лет — не шутки, — серьезно сказала она. — Знаешь, я пыталась найти мужа, но никак не выходило.

— Орион сказал, мужчины сбегали после знакомства с ним.

— Не только. Я сама выгоняла.

Люциус глубоко вздохнул.

— Они... — Лорейн помотала головой. — У меня не вышло. Фаллоимитатор, и то лучше. Какое-то физическое удовлетворение есть, лишь бы без контакта...

— Чего?!

— О! — обрадовалась она. — Еще одна сфера бизнеса! У вас нет секс-шопов?

— Н-нет... — выговорил он.

— Круто, надо Ориону сказать! Гм... Короче, в койку я к себе пускала двоих. И ни черта не получилось. После этого мы с ними больше не виделись, — Лорейн тяжело вздохнула. — С тобой тогда было так классно, помнишь, боялись, что застукают: то на башне, то на лестнице, то в пустом классе, адреналин зашкаливал...

— Я сам с ума сходил, — тихо сказал Люциус.

— Да с тобой-то ясно, гормоны, все дела, молодой же парень, — улыбнулась она. — У девочек чуточку посложнее. Но после тебя я ни с кем уже не могла... Противно было. У одного руки потные, у другого изо рта пахнет, небритый... Не выходило.

Люциус промолчал, но осторожно поцеловал ее.

— В шею, помнишь? — спросила она, закрыв глаза, и он коснулся губами сперва ее век, потом щеки, шеи, затем двинулся ниже, к ключице, а уж там...

...— Не, ну я понимаю, брачная ночь, но че так хаметь-то? — проворчал Орион за обедом. — Будто первый раз увиделись!

Абраксас только усмехнулся. Судя по всему, сын решил наверстать все годы сожития с бледной Нарциссой. Да и пусть его! Это ему самому повезло с супругой, она, может, и не демонстрировала каких-то чудес, но и не лежала бревном.

— Отстань от родителей, — сказал он. — Давай-ка пойдем посмотрим, что у нас выходит по проектам.

— О! Это дело! — подскочил внук. — Идем, деда!

Пока все шло неплохо. Августа Лонгботтом после пары писем напряглась, посетила маггловский пригород, ужаснулась тому, в каких условиях воспитывается наследник Поттеров, и сама возбудила дело о передаче опекунства. Она была дамой деятельной, далеко не бедной, а при поддержке рекомендованных адвокатов дело можно было считать выигранным заранее. Конечно, Дамблдор упирался изо всех сил, ставя на кровную защиту, но МакДональд разнес это доказательство в пух и прах. Он сам происходил из древнего рода, много о чем знал, так что версия Дамблдора оказалась ему на один укус. Визенгамот скрипнул зубами, но передал малолетнего Поттера на попечение дальней родственницы — Августы Лонгботтом. Тут уж можно было хоть не беспокоиться, что мальчик вырастет бестолочью!

С Блэком дело обстояло хуже: слишком серьезное обвинение, много свидетелей, но и нестыковок масса, так что работа продолжалась.

— Дед, я вот чего подумал... — проговорил внук. — Надо бы этого Поттера и мелкого Лонгботтома приглашать к нам. А то я видел его бабку — это ж ужас кошмарный! Она их затравит хуже всякого Волдеморта! Можно? Они ж ровесники Драко, всем вместе идти в школу, так пусть заранее познакомятся!

— Не возражаю, — кивнул Абраксас. — Ты проконтролируешь.

— Кто ж еще, — заворчал Орион, — чуть что, так я... Сделаю, ладно. А предки...

— А их оставь в покое! — отрезал тот. — Мальчик, ну ведь у них и вправду медовый месяц, а ты лезешь!

— Знаете, деда, если к ним не полезть, они такого наворотят, — фыркнул тот, — но ладно, если вы сказали, то я не сунусь.

— Вот и не суйся, — серьезно сказал Абраксас, успевший заметить шалый взгляд сына, который явно не собирался покидать спальню в ближайшее время. — За Драко присмотрят домовики, ты тоже наведывайся. А про этих двоих забудь.

— Да я против будто! — Орион ухмыльнулся. — Я так и сяк матери мужа искал, чтоб и мне по душе, и ей. И никак. А вон чего вышло!

Старший Малфой только вздохнул. Мерлин с ней, с магглорожденной невесткой, переживет, тем более, Лорейн женщина приятная и воспитанная. Но вот внук — это ведь ужас какой-то!

— Ну а пока они с Люциусом заняты друг другом, я займусь тобой, — сказал он. — Давай-ка посмотрим, что ты успел усвоить касаемо защиты от темных сил...

— Не вопрос, деда! — обрадовался тот. — А оборотня у вас нету? Чтоб попрактиковаться?

— Увы. Вот боггарта еще, пожалуй, найду...

— Круто! — воскликнул Орион. — Давайте!..

Глава двенадцатая, в которой бастард пробует силы

— Орион, что ты задумал? — поинтересовался Люциус у сына.

— Почему ты решил, будто я что-то задумал? — удивился тот.

— Потому что такой загадочный вид ты приобретаешь, когда измысливаешь очередную пакость.

— О пакостях даже не думал, честное слово, — сказал Орион серьезно.

Ему уже исполнилось шестнадцать, он почти догнал ростом отца, на него заглядывались девушки, даже те, что постарше, а он продолжал изобретать все новые и новые способы отъема денег у населения магического мира. Книжный бизнес пошел отлично, и мечте Ориона стать миллионером к совершеннолетию явно суждено было исполниться. Телекомпания тоже постепенно развивалась, дело набирало обороты…

— Тогда выкладывай.

— Может, я просто о девушке замечтался!

— Ты о девушках не мечтаешь, ты их в кусты затаскиваешь, — фыркнул Люциус. — Кто на прошлом приеме чуть не оскандалился?

— Я не нарочно! — честно сказал Орион. — Я понятия не имею, как это попало ко мне в карман, я же не фетишист, такие вещи не коллекционирую... Наверно, машинально сунул. Но, конечно, это сильное впечатление — полезть за платком, а вытащить красные кружевные трусики Анжелы… Тьфу ты!

— Ах, значит, это была Анжела… — протянул отец. — Скажи спасибо, я успел тебя загородить. А то доказывал бы ты присутствующим, что в нынешнем сезоне модны именно красные кружевные платки, как голубые батистовые в прошлом... Кстати, ведь она тебя года на три-четыре старше!

— И че? — не понял Орион. Люциус только вздохнул: отчего-то девушки были падки на грубоватое обаяние его старшего сына, а кобелем тот оказался почище отца. — Ровесницы-то почти все в школе, я их только на экзаменах вижу. А мне какая разница?

— А если ее отец потребует, чтобы ты на ней женился?

— Да конечно, щас, он чистокровный, а я?

-А ты Малфой, и ты уже сейчас богат, — вкрадчиво произнес Люциус. — Вдобавок она может заявить, что ты отец ее отпрыска.

— Не, пап, — отмахнулся Орион. — У меня всегда презерватив в кармане, потому как магия магией, зелья зельями, но, как тогда сказанул этот ваш лорд, бывает, и палка стреляет. Помнишь, ты говорил? И не парься по этому поводу.

— Ну что ж... Продолжай в том же духе. Надеюсь, ты не заключил с кем-нибудь пари на то, что перепортишь всех благородных девиц в Британии до своего совершеннолетия?

— Ты что! Во-первых, в данном конкретном случае портить там было уже нечего... А во-вторых, разве бы я мог так бездарно составить условия пари? Всех — это, получается, и страшненьких, и малолетних, и восьмидесятилетних старых дев… Я себе не враг! Я по хорошеньким в основном... Надо еще разок во Францию смотаться, вот что...

— Орион, не уводи разговор в сторону! Что ты задумал?

— Ладно… — со вздохом сказал тот. — Только, пап, надо это вместе с дедом обсуждать. Он лучше в таких вещах разбирается. Пошли к нему?

— Ну, идем…

В кабинете Абраксаса Малфоя все оставалось по-прежнему, только теперь взад-вперед расхаживал Орион, а не Люциус.

— В общем, дело в следующем, — начал он. — Помните шрам на лбу у Поттера?

— Конечно, — ответил Люциус. — Ходят слухи, что это след от Авады… той самой.

— Пап, по-моему, ты сам мне как-то говорил, что от Авады никаких следов, кроме мертвого тела, не остается, — съязвил отпрыск. — Не в том суть. Я тут мелкого по башке потрепал и случайно дотронулся до шрама…

— И?.. — насторожился Абраксас.

— И это было очень странное ощущение. Я не сразу вспомнил… Пап, с твоей Меткой было почти то же самое. Но… — Орион задумался, подбирая слова. — Она мне показалась шершавой. Чужеродной. Как если бы тебе на руку кусок наждачки приклеили: вокруг и около пальцы свободно скользят по коже, а за это место подушечками цепляются.

— Я никогда ничего подобного не ощущал, — сознался Люциус. Таких подробностей сын ему прежде не рассказывал. — А шрам?

— А это тоже что-то чужеродное, но оно не снаружи, там не в шраме дело. Такое ощущение, что где-то внутри засело нечто… не знаю даже, как описать, но мне это очень не понравилось, и оно определенно живое, — завершил Орион. — А сам шрам — это так, отметина. Может, пацан лбом об угол долбанулся, бывает...

— К чему ты клонишь?

— Я могу попытаться это что-то вытащить наружу, — спокойно ответил юноша. — Даже представляю, как это проделать. Но в одиночку не рискну, хрен знает, что это за чертовщина такая! Пап, дед, вы че, меня слушаете или в гляделки играете?

Люциус встряхнул головой. Не может быть!

— Орион, ты помнишь, что лорд не погиб по-настоящему? — спросил Абраксас. Тот кивнул. — Про хоркруксы читал?

— Читал, конечно… Погодите, деда, вы что, хотите сказать, что этот лысый хрен каким-то образом умудрился впендюрить кусок себя в лоб Поттеру?!

— Очень на то похоже… — протянул тот, не обратив внимания на изысканные выражения внука. — И если это действительно так, то мальчика нужно избавить от этой дряни, и поскорее!

— Да, только, если я верно запомнил, уничтожить живой хоркрукс можно только вместе с носителем, — ядовито заметил Люциус.

— Так я ж сказал, я могу попробовать выгнать эту фигню наружу, — напомнил Орион, оживившись. — А дальше уже дело техники. Меча Гриффиндора у нас нет, но, может, клык василиска удастся найти?

— Есть кое-что получше. Впрочем, сперва еще нужно заручиться согласием Августы, — вздохнул Абраксас. — Но это я беру на себя…

Неделю спустя в доме Лонгботтомов собралось все семейство Малфоев, не считая маленького Драко, сама Августа Лонгботтом также присутствовала: было решено, что никакая поддержка лишней не будет.

— Так. Если только почувствуешь, что дело неладно, немедленно остановись, — инструктировал Абраксас внука. Природы его силы он до сих пор не мог понять, просто принимал как должное, что Орион не просто играет с огнем, он им управляет.

— Гарри, малыш, возможно, будет немного жечься, — говорила тем временем Лорейн маленькому Поттеру. — Потерпи, тогда у тебя больше не будет этого шрама, и на тебя перестанут показывать пальцами. Ты же доверяешь Ориону?

Тот кивнул, глядя, однако, с некоторой опаской.

— Вот и прекрасно… Приступим?

Орион подошел ближе, подумал, потом почему-то решил действовать левой рукой и положил ладонь на лоб Гарри.

— Не дергайся, большой парень, — велел он. — А то вся работа пойдет насмарку… И зажмурься на всякий случай.

Остальные встали вокруг с палочками наизготовку. Собственно, наблюдать было не за чем: Орион просто прикрыл глаза, но судя по тому, как напряглось его лицо и задрожала рука, было видно, что ему приходится очень тяжело.

— Цепляется, сука, — выдохнул он и накрыл левую ладонь правой. Гарри сидел тихо, зажмурившись и вцепившись обеими руками в диван, но боли явно не испытывал. — Упрямая тварь! Но уж я тебя выкурю, гадина...

По побледневшему лицу Ориона уже градом лился пот, и Абраксас открыл было рот, чтобы приказать прекратить это, как вдруг присутствующих на мгновение ослепила бело-голубая вспышка, и Люциус едва успел подхватить потерявшего сознание сына и бережно опустить его на ковер.

— Вот! — вскрикнула Лорейн.

— Вижу! Щит! — Абраксас и сам различал темное облачко, явно собиравшееся вернуться к носителю. Медлить было нельзя, благо Лорейн поняла его абсолютно верно и выставила щит между непонятной тварью и Гарри. — Адеско Файр!

Взревело пламя, черное облачко растворилось в нем, и старший Малфой не без труда погасил Адский огонь, спасибо, сын пособил... чтобы тут же кинуться обратно к Ориону.

— Пап, да отстань ты, нормально все… — послышался с пола хрипловатый голос. — Деда, ну вы, блин, круты! Че, получилось?

— Похоже на то… — Лорейн выдохнула и осторожно провела пальцами по гладкому, без малейших следов зигзагообразного шрама лбу Гарри, из зажмуренных глаз которого текли слезы. — Глаза уже можно открывать, кстати.

— Ты, внучек, тоже… гхм… крут, — сказал Абраксас Ориону. — Встать-то сможешь?

— Смогу… — тот поднялся на четвереньки. — Хотя нет, еще маленько посижу, пожалуй, че-то ноги не держат...

— Немудрено, — поежилась Лорейн.

— Да лан, мать... Тогда-то я вообще вырубился, но мне ж всего одиннадцать было. Сейчас я посильнее. Но и эта падла тоже… будь здоров!

— Орион! Прекрати сквернословить! — ожила Августа. — Сколько можно повторять?! Дети с тебя пример берут!

— Ой, ну простите, у меня шок! — хмыкнул тот. — Слушайте, а жрать-то как охота...

Августа щелкнула пальцами, вызывая домовика, и приказала подать на стол.

— Гы, а может, нам агенство открыть? — продолжал веселиться Орион, сидя на ковре по-турецки. — А че? Отлично звучит: Орион Малфой — прожигатель жизни и выжигатель Меток! Спорим, я теперь это запросто сделаю?

— С тобой спорить — себе дороже, — буркнул Абраксас, подумав о том, что многие приятели сына и впрямь дорого бы заплатили, чтобы избавиться от Метки. Только вот афишировать способности Ориона не стоит, потому как верные сторонники Волдеморта такому точно не обрадуются. Только если потихоньку, для проверенных людей, с принесением Обета, не раскрывая личности... гм... специалиста...

— Деда, а не прилетит за огонек-то ваш? — внезапно посерьезнел внук.

— Не прилетит, — ответил он. — Все живы, все здоровы. Гм... Августа, прошу извинить, кажется, я попортил потолок в вашей прекрасной гостиной.

— Переживу, — проворчала та, поглядев на оплавленную люстру и закопченную лепнину. — Ради такого-то дела хоть весь дом можно спалить...

— Вставай, — Люциус потянул сына за шиворот. — Держись за меня.

— Пап, иди нафиг, я не инвалид, — фыркнул тот и действительно поднялся на ноги самостоятельно. — Ниче, жить буду, так, башка слегка отъезжает и жрать хочется, а в остальном нормально. Гарри, ты как?

— Хорошо, — ответил тот, с интересом ощупывая лоб. — Бабуля, а можно мне теперь челку состричь? Я хочу, чтоб как у Ориона!

Августа схватилась за голову. Орион был стрижен по-маггловски, какими-то немыслимыми вихрами, что, однако, очень шло к его образу великосветского хулигана. И, как он говорил, по утрам можно не тратить время на то, чтобы причесаться: прошелся по макушке пятерней — и готово.

— Когда вырастешь, тогда и делай с собой, что угодно, — сурово сказала она, но все же добавила: — Но без челки тебе и впрямь будет лучше.

— Ура! — подскочил Гарри.

— Послушай-ка, мальчик, — наклонился к нему Абраксас, — а что ты чувствовал или, быть может, видел?

— Ну... — Поттер задумался. — Сперва ничего, я же зажмурился. А чувствовал только руку Ориона. А потом... потом появились огоньки.

— Какие огоньки?

— Ну такие... как он нас развлекал, когда мы совсем маленькие были!

— А, я догнал, — сказал Орион, вызывая карусель ярких огоньков. — Такие?

— Да! Их все больше было... Вот. Еще немножко жглось, но не больно, а так, чуть-чуть щипало. А потом... — Гарри поежился. — Потом там внутри что-то начало скрестись, противно так... Как будто это большой паук, его тянут, а он всеми лапами цепляется...

На этот раз передернулась Лорейн.

— А огоньки слились в один большой, — продолжал мальчик, — прямо светло стало, я даже испугался, что случайно глаза открыл... А паук все равно цеплялся. И вдруг ка-ак полыхнуло! Только не жаром, как из камина, а светом, ярким таким, бело-голубым... И я чуть не оглох, — неожиданно добавил он.

— От света? — удивился Абраксас.

— Не-ет, это паук завизжал, лапы отпустил, его наружу потащило. Вот тогда ужасно больно было, — сознался Гарри. — Прямо до слез.

— Но ты все равно не шелохнулся.

— Ну так Орион же велел сидеть смирно!

— Вот интересно, — сказал Абраксас Люциусу, — отчего это дети беспрекословно слушаются твоего сына, но не взрослых?

-Это потому, что я авторитетный и харизматичный чувак, — подал голос Орион, подумал и добавил: — И вломить могу. Миссис Лонгботтом, а поесть-то уже дадут или как? А то я щас в голодный обморок грохнусь!

— Идем, идем, — засуетилась та. — Гарри, позови Невилла!

— Сейчас, бабуля! — подскочил тот и убежал.

— Очень похоже на то, что описывал ты, — негромко сказал Абраксас Люциусу.

Тот кивнул, глядя на Ориона с некоторой опаской.

— Не понимаю, откуда это у него, — сознался тот. — Драко тоже любит пошалить с огнем, но здесь... что-то запредельное. Порой я его боюсь.

— Не бойся, — усмехнулся Абраксас. — Тех, кого он любит, он не тронет.

— Полагаешь, нас Орион любит?

— Конечно. Просто вслух никогда не говорит, не привык и не умеет... Да даже если и не любит, ответственность перед семьей чувствует. Да-а, сынок, ну и чудо ты... гм... сделал.

— Я нечаянно, — в который раз буркнул Люциус.

Лорейн подошла и крепко обняла сына.

— Шатает тебя, наказание мое, — сказала она. — Не выпендривайся, возьми отца под руку, я тебя уже не удержу, если что, на карачках поползешь!

— Ла-адно... — фыркнул тот. — Ну че, пошли отмечать?

— Да, пожалуй, есть что отметить, — согласился Абраксас, поглядев на внука и сына.

Конечно, младшего сына Люциус обожал, и при иных обстоятельствах тот точно вырос бы избалованным донельзя и капризным... но только не в присутствии Ориона, который на любые капризы реагировал однообразно — хорошим пенделем. Никакие "дай, хочу!" на него не действовали, а поскольку Люциуса целыми днями не бывало дома, то воспитание наследника рода легло на плечи его старшего брата и мачехи. Ну а у тех разговор был коротким: чуть что, капризнику прилетало по заднице или по шее, вот и все дела, хнычь там, не хнычь. Как говорится, не можешь — научим, не хочешь — заставим. Там и дедова трость не потребовалась... Конечно, у отца Драко мог что-нибудь выклянчить, но очень быстро усвоил: лучше этого не делать, потому что Орион ему это припомнит. Не из зависти, нет, смешно уже совсем взрослому парню завидовать ребенку, а из принципа. Сказано — нельзя, значит, нельзя, а если ты действуешь в обход запрета, то либо делай это так, чтобы не попадаться, либо получай сполна!

А вот к Ориону Люциус относился совершенно иначе. Так, словно это был не просто его внебрачный сын, а, скорее, младший брат, или, точнее даже, верный товарищ. В общем, так оно и было: если бы не Орион, все могло повернуться иначе. Правда, тот никогда не упоминал о своих заслугах. "Забей, пап, — всегда отвечал он Люциусу на попытки поговорить о тех страшных днях. — Что было, то прошло". Пожалуй, только он сам да Лорейн знали, каково им тогда пришлось, но рассказывать не желали. Между собой тоже вряд ли обсуждали, зачем, если мать с сыном привыкли понимать друг друга с полувзгляда и, собственно, всегда только тем и занимались, что пытались выжить? Для них, скорее всего, это ничем особенным и не было, дело привычки...

Абраксас только усмехнулся: вот расфилософствовался! Наверно, от усталости: Адский огонь — это вам не простенький Люмос.

— Ура-а! Жратва! — раздался голос Ориона. — В смысле, спасибо, миссис Лонгботтом, а то б я щас подох!

-Ты невыносим, — начала та привычную нотацию, которые от Ориона отскакивали, как от стенки горох, — когда ты возьмешься за ум? Люциус, отчего ты не обращаешь внимания на манеры сына?

— Бесполезно, — посмеиваясь, ответил тот. — Когда ему надо, он само обаяние, а в тесном кругу не считает нужным разводить политес.

— Не считаю, — подтвердил Орион с набитым ртом. — Нафиг? Все свои. Так мы че, отмечать будем, нет? Деда, вы че тормозите?

Абраксас снова усмехнулся и присоединился к компании за столом... Пожалуй, можно позволить себе рюмочку бренди, он у Августы очень хорош. Все-таки большое дело сделали...

Глава двенадцатая с половиной, в которой оказывается, что бастард уже нашел свое место в жизни, но не намерен останавливаться на достигнутом

Нарцисса медленно шла по Диагон-аллее. Медленно потому, что ей не хотелось обратно в поместье, да еще на руке висел пасынок. И тут она вздрогнула: навстречу ей шел Люциус! В точности такой, как много лет назад...

Однако солнце спряталось, и стало ясно, что это не Люциус. Тому должно быть уж под сорок, как и ей, а этому двадцать, не больше, стриженые волосы, совсем другая осанка и походка, но до чего же похожи лицом и фигурой!

— Мать! — гаркнул этот незнакомец. — Ну че ты копаешься?!

— Я вас жду! — отозвался женский голос.

— Не пойду я в этот занавесочный рай, нафиг! Я ж тебе уже излагал свою концепцию...

— Идиот, это традиция!

Рослого светловолосого юношу нагнала женщина с рыжеватыми волнистыми волосами, симпатичная, улыбчивая. Ровесница Нарциссы, выглядела она куда как лучше, за ней вприпрыжку следовала белокурая девочка лет пяти-шести.

— Я тебе по шее надаю! — сказала она, юноша в ответ просто поднял ее и подержал на весу. — Ну и все равно надаю! Вот к мадам Малкин зайдем, там табуреточки есть, мне в самый раз будет...

— Ма, бро, че вы? — просунулся между ними мальчишка лет одиннадцати. — Опять ругаетесь?

— Мы никогда не ругаемся, — сказала женщина, с удовольствием потрепав его за вихры. — А ну идем к Малкин!

— Ни за что! — хором ответила мужская часть компании.

— Гады и изверги... — вздохнула она. — Ладно, денег у вас хватает? Валите к Олливандеру, а я кое-что хочу заказать... нагоню потом. Орион, не потеряй этого засранца! Я ушла. Лира! Идем!

— Да его хрен потеряешь! — засмеялся юноша ей вслед. — Липнет, как... Засранец, куда ты делся?! Убью, мелкий!..

Нарцисса затаила дыхание. Не может быть…

— Стой тут, — велела она пасынку, слабому и рыхлому мальчишке. Тот молча кивнул и покорно остался стоять, где оставили.

После войны замуж пришлось выходить за кого попало, ей достался вдовец с маленьким сыном, и это еще повезло! Пасынок вырос рохлей и мямлей, единственная дочь постоянно болела, выводила Нарциссу из себя вечным хныканьем... А какой был у нее мальчик! Загляденье!

— Драко, животное, урою!!! — рявкнул на всю Диагон-аллею юноша, и она удостоверилась, что ошибки точно быть не может. Вот оно, вот ее потерянное счастье...

— Че ты орешь, как потерпевший? — отозвался высокий стройный белокурый мальчишка. — Я гоночные метлы смотрел!

— Я тебе эту метлу знаешь, куда засуну с проворотом?

— Ой-ой, какие мы страшные...

— Блин, ты давно по заднице не получал?!

— А не догонишь, большой бро! — мальчишка отскочил на другую сторону улицы и смотрел с вызовом, но юноша и не думал за ним гоняться, молча сунул руки в карманы брюк и пошел дальше. — Эй! Ну Орион! Ну стой!..

Нарцисса преградила ему путь.

— Мадам? — юноша приподнял бровь. — С кем имею честь?..

— Не узнаете? — прищурилась она.

— А! — сказал он, и Нарцисса уже ждала, что он скажет "та чикса!", но юноша произнес только: — Какая неожиданная встреча! Врать, что рад видеть, не стану.

— Взаимно, — фыркнула она. — Я хочу поговорить с сыном!

— Да не вопрос, — ответил Орион и рявкнул: — Драко!

— Ну ладно, большой бро, че ты взъерепенился-то? — тут же вцепился в него мальчишка, явно поджидавший за углом. — Пардон, мадам, не заметил сразу...

— Драко... — дрогнувшим голосом произнесла Нарцисса.

— Ну да, меня так зовут, — тот отступил за спину брата, в глазах которого полыхал уже знакомый ледяной огонь, соваться в который без нужды не стоило...

— Я... Я твоя родная мать! — выпалила она.

Драко переглянулся с Орионом. Тот пожал плечами, мол, сам выкручивайся.

— И че? — спросил Драко с недоумением. Рядом с братом ему ничто не было страшно.

— Ну... тебя же отняли у меня, когда тебе был едва год!

— И че?

— Я без тебя жить не могу!

— Так десять лет прошло, че ж вы еще не померли? — с интересом спросил Драко и пискнул, когда его поймал за ухо Орион. — Бро, прекрати! Нам еще дофига всего покупать, а куда я с таким ухом?!

— Я тебе второе накручу для симметрии!

— Иди ты! — Драко вывернулся и посмотрел на Нарциссу. — М-м-м... мадам, я че-то не пойму, чего вам от меня надо.

— Я твоя мать!

— У нас тут мелодрама "моя вторая мама"? Прям сериал!

— Что?..

— Драко, идиот, не все знают, что такое сериалы! — прошипел Орион, подумал и добавил: — Пока.

— Тьфу! Ладно... Мадам! Ну там вы родная мать и все такое, но ваще-то у меня теперь другая маман. Лет десять уже... А у вас вон собственный пацан стоит и ревет, занялись бы им, че я-то сразу?

Еще одна фигура появилась в переулке и, казалось, заняла его целиком.

— Па!!! — завопил Драко и набросился на отца.

— Какая неожиданная встреча, — процедил тот, оглядывая Нарциссу, — миссис Фицморган, если не ошибаюсь? Рад, рад... Орион, где Лорейн?

— Да походу зацепилась языками с мадам Малкин, ей опять платье понадобилось, — фыркнул юноша. — А, вон она! Ма! Мы тут!

— Да иду я! — раздалось в ответ, и веселая раскрасневшаяся Лорейн оказалась в объятиях Люциуса, следом тот поднял на руки ту самую девочку. — Ну, задержалась чуть-чуть... А кто обещал с Драко все магазины обойти сегодня? Нет, у нас заседание, совещание, партсобрание... О, миссис Фицморган, добрый день!

Та вяло улыбнулась и повернулась к своему плаксивому пасынку. Страшно было даже представить, на какой факультет он попадет.

— Ну, что могу, то сделаю, — вздохнул Люциус. — Что у нас там дальше? Палочки? Идем к Олливандеру.

Проходя мимо Нарциссы, он раскланялся, но больше не обмолвился и словом.

— Ма, — услышала она веселый голос Ориона, — а ты заметила, как батя красиво обошел процесс выбора мантий и прочей хренотени?

— Скотина, ты в него удался!

— Только мне-то деваться некуда!

— А мне будто есть куда! — встрял Люциус.

— А нам с дедом так и вообще некуда, — добавил Драко, и компания захохотала на всю улицу.

— Эй, Невилл, Гарри! — завопил вдруг Драко. — То есть, здрасьте, миссис Лонгботтом!

— Здравствуй, — немного раздраженно произнесла пожилая дама. — Какой шум...

— Давайте, мы возьмем этих двоих с собой, — предложила Лорейн, — а вы отдохните, миссис Лонгботтом. Нам несложно, у нас вон... Орион есть, он их живо приструнит!

— Была бы вам крайне признательна, деточка, — ответила та. — Мне и впрямь уж не по возрасту...

— Ну что вы, миссис Лонгботтом, вы любой молодой даме фору дадите!

— Ай, ну не льстите мне! — довольно усмехнулась старуха. — И не давайте Невиллу мороженого! Ему нельзя!

— Да все ему можно... — пробормотал второй мальчик.

— Гарри, я кому сказала?!

— Да-да, бабушка, нельзя — значит нельзя!

Орион захохотал.

— Мадам, — нежно приобнял он Августу Лонгботтом, — не переживайте. Мы вашу малышню не потеряем и в обиду не дадим. Вон там чудное кафе, выпейте чашечку чаю, а мы пока докупим мальчишкам все необходимое... Неужто вы думаете, что я не сумею за этим проследить?

— О, в тебе я не сомневаюсь! — фыркнула она. — Мальчики! От Ориона — ни на шаг!

— Да, бабушка! — вразнобой отозвались Невилл и Гарри и тут же уставились на того в ожидании.

— Щас бабка свалит, пойдем мороженое жрать, — сказал тот шепотом. Драко захихикал. — Ушла... Погнали, пацаны!

— Орион! — окликнул отец. — Не переусердствуй!

— Пап, забей, — ответил тот, — когда это парень мог съесть больше мороженого, чем в него влезает?

Люциус рассмеялся.

— С Августой сам будешь объясняться, если что, — сказал он. — Дорогая, а что ты заказала у мадам Малкин?

— Платье на бал, — пожала та плечами. — Маггловский фасон, но я тебя уверяю, дамы удавятся от зависти...

Орион в окружении трех мальчишек — высокого белокурого, худенького черноволосого и полноватого шатена, — прошел к следующему магазину. Судя по всему, мальчишки были прекрасно знакомы, пихались локтями, смеялись и чувствовали себя прекрасно. Лонгботтома Нарцисса признала, но черненький-то кто? Неужто Поттер?! Вот еще новости...

— Смотри-и-и... — восторженно пролепетала рядом какая-то девчонка лет четырнадцати. — Да смотри же, вон он пошел!

— Кто? Где? — заозиралась вторая.

— Не туда смотришь, вон там!

— О-о-о, какой красавчик! А кто это, Лиз?

— Ты что, с ума сошла, Надин?! — возмутилась первая. — Не узнала?! Ты вообще журналы не читаешь?

— Нет, мама говорит, это мусор, — сконфузилась вторая.

— Ну так вот, это самый завидный жених в Британии, — с придыханием произнесла первая и приложила руку к сердцу. — И самый молодой миллионер...

— Да ладно тебе!

— Клянусь! Ты что? Это же Орион Малфой!

— Погоди, погоди, что-то знакомое... — нахмурилась Надин. — Малфой... это же в Визенгамоте кто-то?

— Это его отец! Дед чем-то военным владеет, а сын — хозяин этого... как его... медиахолдинга "Орион". Ну как ты можешь этого не знать?!

— Ой, все, вспомнила! — подскочила та. — Это которые кино снимают, да? "Орион-фильм"?

— Ну! Ты смотрела "Бедную Луизу"?

— Да-а-а, потом два дня плакала, мама даже грозилась выкинуть этот "ужасный ящик", — хихикнула Надин, — но папа не позволил, потому что начался Чемпионат мира по квиддичу, ну и новости он всегда смотрит... А потом был повтор, она сама посмотрела и тоже обрыдалась! Ждет вторую часть... Как думаешь, Луиза выйдет за Эшли?

— Надеюсь, хотя мне больше нравится Дерек, пусть он и магглорожденный, — вздохнула ее подружка.

Нарцисса окончательно перестала что-либо понимать.

— Лиз, слушай, а издательский дом "Орион" — тоже его? — сообразила вдруг Надин.

— Ага! Я же говорю, медиахолдинг! Там все-все, и книжки, и кино, и шоу, и журналы... — просветила та. — Они сами книги издают и сами их... это... экранизируют, вот. Кстати, а у вас какой тиви?

— "Абрамс-12", — ответила та, — старенький уже, но на новый пока денег не хватает... Говорят, новые могут даже маггловские каналы показывать, если за отдельную плату.

— Могут! Папа маме на юбилей свадьбы купил "Абрамс-24", там такая коробочка приделана, когда плата внесена, можно смотреть всякое... Правда, это дорого.

— А что там, что? — загорелась Надин.

— Ну, во-первых, спорт, он очень-очень странный, но папе нравится смотреть скачки и бильярд... и футбол еще, это вроде квиддича, только на земле. Ну ты же знаешь, папа у меня магглорожденный. Еще всякие шоу с песнями и танцами... Передачи про моду, макияж... Ой, надо тебя к нам затащить, показать, какие у магглов дикие наряды! Кино тоже бывает, только там не все понятно, папа маме половину слов объясняет... ну да она немножко привыкла уже.

— А, я тогда, наверно, вообще ничего не пойму, — вздохнула та.

— Да поймешь! О, еще про природу есть. Очень интересно! А мальчишки говорили, ходят слухи, будто придумали какую-то штуку, чтобы можно было кино сколько хочешь раз смотреть.

— Это как?

— Ну как колдография, она же никуда не девается... А тут, я так поняла, кино как-то записывается. Наверно, тоже что-то нужно будет подключить к тиви.

— И заплатить, — фыркнула Надин. — Дорого.

— Ну а что делать... Я бы вот "Бедную Луизу" или там "Унесенную вихрем войны" еще разок посмотрела, а их не повторяют. Как папа говорит, за удовольствия надо платить... Кстати, — спохватилась вдруг Лиз, — как это я забыла? У них сейчас акция — принеси старый тиви и получи на новый скидку! Это специально к началу учебного года, вроде как дети уезжают в школу, и родителям скучно, вот... До первого сентября действует.

— Я еще успею родителей уговорить! — обрадовалась та. — А это только в центральных магазинах или как?

— Каких центральных, Надин, опомнись? У них же сеть! Везде все одинаково, ужасно удобно, а если чего-то нет, можно доставку заказать, это бесплатно...

Оживленно переговариваясь, подружки удалились под ручку, а Нарцисса только вздохнула. Значит, самый молодой миллионер? Полукровка, угодивший из грязи в князи... Щедро удобренная деньгами Малфоев, сорная трава вымахала в настоящее дерево, иначе не скажешь!

— Идем! — сказала она, дернув зареванного пасынка за руку. — К Олливандеру!

*

— Распределение смотреть будешь? — спросил Орион отца.

— Непременно, — кивнул тот и уселся рядом. "Ящик", как называл его сын, показывал Большой зал Хогвартса. Во сколько влетела установка там камер, лучше не упоминать, но дело было выгодным... — Должен же я увидеть, куда угодит Драко!

— На Рэйвенкло, — ответил старший сын. — К гадалке не ходи.

— С чего это вдруг?

— Они наверняка поспорили, — хмыкнул Абраксас, подходя сзади. — Так что, Люциус, вторично спорить не рекомендую. Этот малолетний засранец кого угодно обставит!

— Папа, ты и такие слова... — поморщился тот.

Дед с внуком переглянулись и рассмеялись.

— Я тоже буду смотреть! — заявила девочка, забираясь на диван к отцу. Тот усадил ее к себе на колени.

Собственно, никаких дочерей они с Лорейн не планировали, но пятилетний Драко категорически потребовал сестричку. Никакие уговоры, никакие посулы в духе "вот Орион вырастет, женится..." не действовали. Драко вполне здраво рассудил, что к тому времени, когда Орион вырастет и женится, он сам уже будет большим, так что пусть родители не отбрыкиваются, а что-нибудь предпримут. Люциус хватался за голову, Лорейн рычала, а Орион ржал, как молодой конь, и ясно было, что на этот ультиматум подбил брата именно он, правда, непонятно, с какими целями.

Пришлось идти к Абраксасу, потому как еще одна полукровка в семье... А тот только пожал плечами, хмыкнул и сказал: "Я только одного не пойму, чего вы столько времени тянули? Вам разве Орион не сказал, что я не возражаю? Он еще когда спрашивал..."

Люциус лишился дара речи, потом обрел его и обругал старшего сына провокатором и пригревшейся на сердце змеей. Тот, вместе с Драко подслушивающий под дверью, развеселился еще сильнее, а на путаное объяснение отца младшему сыну, что, мол, они постараются, конечно, но может родиться не сестричка, а братик, вспомнил неприличный маггловский анекдот: "девочка, голубоглазая, блондинка... ну это уж как получится!" Драко милостиво согласился с аргументами отца, но намекнул, что если сразу не выйдет, придется еще попробовать. А то брат у него уже есть, его и одного слишком много...

В итоге родилась Лира, Драко был счастлив, а Лорейн долго смеялась: "Вот убейся, получаются одной масти, в отца! Хоть девчонка бы на меня оказалась похожа, так нет же! Опять белобрысая!"

Немного погодя Драко сказал, что, конечно, один брат хорошо, а два — все же лучше... Люциус схватился за голову и вскричал, что он уже слишком стар для таких испытаний. Абраксас смеялся так, что даже закашлялся, а в итоге заявил, что в большой семье жить веселее. Правда, решили обождать, пока Лира немного подрастет...

— Пап, а долго еще? — спросила она.

— Тише! Смотри, уже начинается! — шикнула неслышно подошедшая Лорейн.

Распределение началось.

— Лонгботтом, Невилл! — произнесла профессор МакГонагалл.

Долгое ожидание и вдруг:

— Рэйвенкло!

— Малфой, Драко!

— Рэйвенкло!

— Сговорились, — убежденно произнес Абраксас. Лорейн кивнула.

— Поттер, Гарри!

Долгое молчание, потом обреченное:

— Рэйвенкло...

— Йес! — подскочил Орион. — Они это сделали! Что вы на меня пялитесь? Мы с Драко забились на его карманные деньги за год, что он протащит всех приятелей на Рэйвенкло! А он же весь в папу, так что... сами видели! Вот ведь жадный говнюк, — весело добавил он.

— Я не понял, это я, что ли, жадный говнюк? — процедил Люциус.

— Не, Драко!

— Но ты сказал, что он весь в меня, следовательно...

— Да брось ты, лучше смотри!

Показали стол Рэйвенкло. Драко неожиданно повернулся и помахал прямо в камеру: негодяй прекрасно знал, где они расположены... а если не знал, так Орион подсказал. Остальные тоже радостно замахали.

Камеры показывали крупным планом недовольно улыбающегося Дамблдора и прочих профессоров.

— Дедулька, походу, озверел, — констатировал Орион. — Кстати, если кому интересно, то мелкий Фицморган угодил на Гриффиндор. Это, скажу я вам, песня...

— Давай без грубостей, — потрепала его по плечу Лорейн. — Мальчик ни в чем не виноват.

— Он-то не виноват... — протянул тот. — А, ладно. Слушайте, ведь бородач наверняка подкатится и к нашему младшему, и к Поттеру, и к Лонгботтому?

— Вероятно, — кивнул Абраксас, любуясь старшим внуком. Да, осанка могла бы быть и получше, но в нем столько гибкой силы, звериной грации, что и мантией не скроешь. И Драко вырос похожим на брата, брал пример с него во всем, тут уж ничего не поделаешь...

— Нашего я проинструктировал, — без лишней скромности сказал Орион.

— Я надеюсь, ты не рекомендовал ему послать Дамбдора Запретным лесом? — прищурился Люциус.

— Э-э-э... Если честно, так я и сказал, — сконфуженно ответил сын. — Ну, велел выражаться помягче как-нить, он все же лучше моего воспитан... Бабка Лонгботтома примерно так же своим велела. Дед, пап, но фигня-то в другом...

— А?

Орион выразительно похлопал по предплечью левой руки.

— Я со Снейпом балакал тут на досуге, — начал он...

Северус Снейп, узнавший, что ему нет нужды надзирать за малолетним Поттером, потому что с этим с успехом справится миссис Лонгботтом, сбежал из Хогвартса с такой скоростью, будто его наскипидарили (как выразился Орион). Правда, он готов был жить под калиткой Августы, каковая вскоре просто предложила юноше стол и кров в обмен на заботу о детях, дескать, самой не по силам. Тот с облегчением согласился и терпеливо учил Поттера обуздывать его дар, а Лонгботтома, наоборот, не бояться проявлять свой, а заодно успел наполучать каких-то там премий, наизобретать новых зелий и, в общем, прославиться.

С Орионом Малфоем Снейп старался лишний раз не встречаться, но если тому хотелось пообщаться, то спасти жертву не могло ничто.

— Темнеет Метка, — сказал Орион, и Люциус переменился в лице. — Говорил же, давайте, выжгу... С другой стороны, тогда б мы ничего не узнали. И еще, пап, ты обещал узнать, что может быть Снейпу за то, что клятву нарушил. Он же Дамблдору наобещал всякого...

— Я узнавал, — Люциус поудобнее пристроил дочь на коленях. — Пока условия не нарушены: Снейп приглядывает за Поттером, всячески оберегает его. А что это не в школе, то уж другое дело. Но вот сейчас там за ним некому присмотреть.

— Знаешь, пап, лучше пусть он полгодика один побегает, чем десять лет с магглами жить! — фыркнул Орион. Абраксас кивнул. — Ничего с ним не случится, он же с Драко. А Драко никого в обиду не даст, ни его, ни Невилла.

Люциус только усмехнулся: нерешительный внук Августы под далеко не благотворным влиянием Драко и Ориона вырос не в пухленького застенчивого мальчика, чего следовало ожидать, а в крепкого рослого хулигана. Ну... что значит хулигана? Он никогда не начинал драку первым, он до последнего уговаривал противника образумиться... Но если уж бил, то в полную силу, а сил у этого мальчика было хоть отбавляй. Щуплый подвижный Гарри мог язвить неприятеля со всех сторон, а сам Драко, небрежно сунув руки в карманы, просто отгораживался стеной огня, которую поди еще пробей... У братца нахватался.

— Лорейн, прикажи подать чаю, — рассеянно сказал Абраксас.

Та щелкнула пальцами.

— Дежурный! Чаю на всех.

— Слушаюсь, хозяйка Лорейн, — кивнул тот и исчез.

По тиви начались новости. Следом анонсировали квиддичный матч между командами Британии и Франции, потом передачу о румынском драконьем заповеднике, затем концерт, далее — познавательные истории из жизни магглов. Придумка Ориона работала, и еще как!

— У Гринграсса нет метки и у Лавгуда тоже, — сказал Абраксас, подумав. — Я побеседую с ними. Как-то ведь они избавились от внимания этого вашего лорда! Хотя они постарше тебя будут, сынок, голова на плечах имеется...

Люциус фыркнул.

— Подозреваю, они его просто не интересовали. У Лавгуда с головой плохо... либо это он так талантливо прикидывается, чего я не исключаю. А с Гринграсса особенно взять нечего, не то что с нас!

— Так, значит, надо объединяться, — подал голос Орион. — Тем чистокровным, кто без метки. Бабка Лонгботтом и в одиночку кому хочешь жару задаст. Жалко вот, с Блэком дело туго продвигается, прям будто нарочно кто тормозит...

— Наверняка так и есть, — буркнул Люциус. — Но я тебе скажу, этот тип плохо управляем.

— Тем лучше, если выпустить его в поле, он там половину Пожирателей за свою загубленную молодость порешит... Ну и еще ведь есть люди, и немало. А может, кто мечтает от Метки избавиться, можно и пособить... втихаря. А, дед?

— Да, я об этом уже думал. Но только ни в коем случае нельзя, чтобы кто-то узнал, что выжигателем работаешь ты.

— Ясное дело! Я дурак, что ли, так светиться? — фыркнул внук. — Масочку напялим, болтать не будем, вот и все дела. Э-эх... — Он со вкусом потянулся. — Ладно! Пора на променад!

— Кто сегодня? — ядовито поинтересовался Люциус. — Иветта, Жаннетта?..

— Не угадал, просто Мария! — ухмыльнулся Орион и удрал на очередное свидание.

Глава четырнадцатая, в которой бастард берется за дело всерьез

— Мелкий пишет, что директор их всех уже вызывал, — сказал Орион, наворачивая завтрак. Ночные подвиги никак не сказывались на цвете его лица, но вызывали неудержимый аппетит, который, в свою очередь, не сказывался на фигуре.

— Мы в курсе, сова прилетела, — кивнул Люциус. — Правда, пишет он очень скупо...

— Ха! Это вам он пишет скупо, потому что всем сразу, прилично и ленится вдобавок... Ща... — Орион полез по карманам. — Вот, нашел. Один момент...

— Так... — нехорошим голосом произнес отец. — Ты где взял эту тетрадку?

— Да там в библиотеке валялась, — удивленно ответил тот. — А что? Она же пустая была.

Люциус закрыл лицо рукой.

— Пап, ты чего? — участливо спросил Орион.

— Это вещь лорда, — ответил он.

— А-а-а! — чему-то обрадовался сын. — То-то, думаю, чего она такая непослушная, зараза...

— Что ты опять сотворил?!

— Да я почуял, что там внутри какая-то пакость, ну, почти как у Гарри в шраме была, помнишь? Ну и выжег ее нафиг. Мне чистая тетрадка понадобилась, а в магазин лень тащиться...

— Выжег. Ага. — Люциус залпом осушил бокал воды, жалея о том, что это не бренди, и переглянулся с Абраксасом. — Чем выжег, чудовище?! Адским огнем?!

— Да нет, я так, припек маленько своим, оно и смоталось, — удивленно ответил Орион. — Не парьтесь, короче, это теперь обычная тетрадка. Ну, кроме того, что я там подколдовал.

Люциус закрыл лицо обеими руками. В шестнадцать Орион смог вытащить хоркрукс из живого носителя, не прикончив того, правда, при этом ненадолго грохнулся в обморок. В двадцать один, судя по всему, задавил хоркрукс сам, не особо при этом напрягаясь. Что из него получится в итоге, сказать было сложно... и даже страшно.

Судя по выражению лица, Абраксас думал о том же.

— Так это ты всю кладовую обожрал! — подала голос Лорейн. — Мне домовики жаловались!

— Ну а че, я виноват, что мне после такого есть охота?! — возмутился Орион. — И вообще, вы будете письмо читать или нет?

— Ну давай уже, — проворчал дед. — Показывай.

— Ща! — Тот тронул страничку, и по ней побежали огненные строки. Они быстро угасали, будто выжигая на бумаге черные слова, написанные старательным ученическим почерком Драко. — Прикольно, а? Мелкий придумал! Обожает спецэффекты...

— Да, я в курсе, — мрачно ответил Люциус. — Ну, что там?

— "Привет, большой бро, — начал Орион читать вслух. — Как ты и говорил, БМ"...

— Что за БМ? — нахмурился Абраксас.

— Бородатый м... м-м-м... нехороший человек, условное обозначение директора, — выдал внук. — Так короче писать, а то мелкий ленится. Так вот... "БМ по очереди таскал нас к себе в кабинет. Сперва Невилла, а ты его знаешь, он с перепугу тормозит. Пришлось перед тем, как он ушел, воткнуть ему в жопу булавку, он озверел, как укушенный туда же носорог, чуть фингал мне не поставил, так что беседа с БМ прошла просто зашибись. В смысле, Невилл сказал, что у него все замечательно, мы его лучшие друзья, а без бабушки он разговаривать больше ни о чем не будет. На том его и отпустили, он ведь упрямый, сказал — не будет, и все тут. А его бабушки, по-моему, и БМ боится. Потом был я. Ну ты знаешь, на меня где сядешь, там и слезешь, твоя наука. Не знаю, не был, не привлекался, и ваще, где мой адвокат? На адвокате БМ как-то скис и меня отпустил. Походу, очень хотел что-то узнать про Метки, но я не рискнул дальше болтать, потому что, сам прикинь, какой у него опыт, а какой у меня! Фиг его знает, чего вычислит..."

— В кои-то веки Драко мыслит здраво, — буркнул Люциус.

— Это у него чувство ответственности проснулось, — хмыкнул Орион и продолжил читать: — "Последним пошел Гарри. Вернулся пи..." гм, тут неразборчиво... Вот! "Вернулся странным, долго лежал носом к стенке, а потом сказал, что БМ допрашивал его насчет шрама. Ну он сказал, что не помнит ничего. Был вроде, потом не стало, а как, хрен знает. Тогда БМ начал втирать ему про родаков: и такие они были, и сякие, просто рахат-лукум в шоколаде. Ну ты ж знаешь, Гарри на это ведется только так! И тут БМ на лорда перешел. А наш разозлился и ляпнул, мол, вертели мы этого вашего лорда на..." — Он прервался и кашлянул. — В горле что-то пересохло. Ма, водички дай, а? Дальше... "Ну, БМ и пристал, как это мы его там вертели. Вернется, выдай ему пенделей: он сам не знает, как, но сказал, что это ты сделал. Клянется, чем хочешь, что ничего не брал, не пил, не ел, в глаза не смотрел! Он знал, что говорить нельзя, и все равно сказал! Нет, ну ты прикинь? Мы промолчали, а он не смог. Я не знаю, что и делать. Твой брат-дебил."

Орион поднял голову и посмотрел на родственников.

— Такие дела, — сказал он.

— Если... если он что-то сделал с ребенком... — у Люциуса пополз вниз левый угол рта, а это означало, что он не просто в бешенстве, а уже почти себя не контролирует. — Я его сам убью!

— Тихо! — прикрикнул Абраксас. — Тихо. Очень странно... Почему-то Драко и Невилла это не коснулось, они четко выдержали линию поведения. Что случилось с Гарри? Если он в самом деле ничего не ел и не пил?

— Нюхнул, — сказал Орион серьезно. — Че вы смотрите? Магглы ж наркотики нюхают и курят. Ща спрошу Драко, не было ли там чего-нить типа курильницы, и еще пусть Гарри расспросит, какие запахи в кабинете были... С директора сталось бы возжечь чего-то... раскрепощающего!

Он накорябал вопрос, ненадолго замер, потом тетрадка снова вспыхнула.

— Пишет, что в кабинете столько всякой поебени, что понять, курильница это или ночной горшок, нереально. А запашок стоял, но совсем слабый. Может, не настоялось еще? — задумчиво произнес Орион. — А, во! Гарри говорит, действительно пахло чем-то, сладковато, очень приятно. Вроде как в кондитерской лавке. Деда, что это может быть?

— Не представляю, — пожал тот плечами. — Люциус, вызови-ка Снейпа, уж кто может понять, чем Дамблдор мог окурить мальчика, так это он!

Поднятый по тревоге Снейп, оторванный от чего-то крайне интересного, мрачно выслушал историю, задал несколько наводящих вопросов, которые Орион исправно транслировал Драко, а тот Гарри, после чего вздохнул и разразился потоком малопонятных непосвященным терминов.

— Северус, среди нас Мастеров зелий нет, так что говори, пожалуйста, нормальным языком, — поморщился Люциус, мало что уловивший в этой мини-лекции. — Если я правильно тебя понял, могло быть задействовано одно из перечисленных тобой снадобий, которые объект может принять как внутрь, так и...

— Все равно внутрь, — хмыкнул Орион. — Надышаться, короче. Да, сэр?

Тот молча кивнул, подумал и добавил:

— Это не обязательно должна быть курильница. Вполне можно использовать что-то вроде аромалампы, которую легко убрать с глаз долой.

— Но если так, почему на первых двоих это зелье не подействовало?

— Во-первых, с Невиллом и Драко директор разговаривал не так уж долго, — завел Снейп. — Оно просто не успело подействовать, мальчики сразу пресекли попытки расспросить их. А в случае с Гарри, он, очевидно, нарочно тянул время, благо у него имелось надежное средство для того, чтобы задержать его подольше, — рассказ о родителях. А зная Дамблдора, уверен, говорил он очень долго и очень...

— Короче, трындел, как заведенный, — заключил Орион, привычно уклонившись от подзатыльника Лорейн. — Знаю я эту его фишку. Делать-то что? Теперь этот старый хр... Мать, я имел в виду — старый хрыч, хватит руками размахивать!

— Угу, конечно, — фыркнула та. — Ладно, договаривай.

— Теперь он знает, что я... м-м-м... не так-то прост. Хотя он это с самого начала понял, — усмехнулся Орион. — Я помню, как он ко мне приглядывался, чуть ли ручонки не потирал, все думал, с какого бы боку подъехать. Ан фиг, не на того напал! А теперь все заново...

— Однако ты, внучек, теперь совершеннолетний, — усмехнулся Абраксас. — Что он может предпринять в отношении тебя?

— А вот не знаю, деда, — задумчиво ответил тот. — Походу, у него были какие-то виды на Гарри, помнишь, как его отдавать не хотели? Однако обломилось. И тут снова возникаю я... Подозреваю, он скоро с нами свяжется и начнет уговаривать примкнуть к делу добра и света, бла-бла-бла, ну, вы в курсе... Хотя бы потому, что я действительно могу творить черт-те что, хотя понятия не имею, как это у меня выходит!

— Ну так не соглашайся.

— А если нас придавит правительство? — приподнял тот бровь. — Отец, конечно, в Визенгамоте человек не последний, но там ведь полно старых ко... гхм... консерваторов, которые от радио-то шарахаются, не то что от тиви! А Дамблдор на них влияние имеет... Кстати, и ваши, деда, предприятия могут пострадать. Жахнут каким-нибудь законопроектом о запрете.... чего попало или налоги поднимут, и хана бизнесу! — Он нахмурился. — Правда, что ли, производство в Китай выводить? Тогда пошлину платить придется...

— Орион прав, — подал голос Люциус, сосредоточенно о чем-то размышлявший. — Мне всякий раз приходится преодолевать такое сопротивление при внесении усовершенствований в законодательство, что... — Он махнул рукой. — Помните, я с сорванным голосом вернулся? Не сумел перекричать собрание даже с Сонорусом!

Лорейн вздохнула: тогда супруг пару дней мог только шептать, никакие зелья не спасали, а уж зол он был неимоверно.

— Тогда и впрямь надо выходить на импортные рынки, — серьезно сказал Орион. — Во Франции и Германии завязки уже есть, развернуть там производство быстро не получится, если что, так что определенные убытки мы понесем, конечно. Зато публика, в принципе, уже готова принять и тиви, и все прочее. Переводчиков найти не проблема. Если здесь начнут дожимать, просто перекинем капиталы на континент, и пусть утрутся!

— Перекинуть капиталы лучше заранее, — сказал Абраксас задумчиво. — В нейтральную страну.

— У нас и так минимум половина в Швейцарии заначена, — фыркнул внук. — Ладно, что мы все о деньгах да о деньгах... Пап, что с мелкими-то делать будем? Хрен знает, на что они еще могут нарваться!

— Я считаю, нужно немедленно забрать их из школы, — ответил тот мрачно. — Отец?

— Согласен. Воспоминания о разговоре с директором, пожалуй, заинтересуют Отдел тайн, — улыбнулся тот.

— Э! — возмутился Орион. — Еще и там обо мне узнают?! Тогда весь наш подпольный бизнес насмарку!

— М-да, это я погорячился, — подумав, согласился Абраксас. — С другой стороны, сколько еще осталось меченых, желающих расстаться с прошлым?

Он покосился на Снейпа. Тот нахмурился.

— Сэр, да хватит вам уже маяться, — сказал Орион. — Давайте руку, дел на две минуты... И забейте нафиг на этого вашего лорда, возрождается он там или нет!

— А Гарри? — желчно спросил тот. — Лорд ведь станет охотиться за ним, или ты о пророчестве забыл? И как я должен узнавать о его планах, оставшись без Метки?

— Я думаю, для начала, возродившись, этот чувак сперва охренеет от того, что сторонничков заметно поубавилось, на вызов не являются и вообще... Хы, кстати, а прикольно было бы добыть пропуск в Азкабан и добровольно-принудительно выжечь Метки Лестрейнджам!

— Подозреваю, в этом случае Беллатрикс повесится на собственных волосах, — предрек Снейп.

Люциус подумал и неприятно усмехнулся.

— А что, сынок, — сказал он. — Отчего бы тебе и впрямь не послужить делу добра и света? Хотя бы раз? Мне нравится твоя идея с Лестрейнджами!

— Мне тоже, — кивнул Абраксас. — Конечно, Метку и во второй раз поставить можно, но хватит ли у этого их лорда сил сперва вытащить слуг из Азкабана либо самому проникнуть туда, а потом проделать это? Так или иначе, лишние проблемы врага нам на руку.

— Пап, сможешь выбить мне разрешение на посещение Азкабана? — прямо спросил Орион. — Или нет, не так! Я думаю, что забирать пацанов мы с тобой отправимся вместе. Пока ты их отловишь, я нарвусь на задушевный разговор с директором... и выражу искреннее желание помочь заблудшим душам, как тебе?

— Пойдет, — кивнул тот. — Только, Северус, составь нам антидот от этой пакости, а то тоже надышимся, чего доброго...

— Составлю, — буркнул тот. — Комплексный, а то мало ли, что у директора в запасе есть... Кстати, как у Ориона с окклюменцией?

— А ты проверь, — фыркнул Абраксас, и Снейп уставился в смеющиеся серые глаза Ориона... чтобы тут же отшатнуться с невнятным ругательством.

— Это что было?..

— А это он так встречает непрошеных гостей, — ответил старший Малфой. — Может, у Дамблдора и хватит сил, чтобы пробраться через этот огонечек, но там ведь наверняка еще немало неприятных сюрпризов, а, внучек?

— Ага, — довольно кивнул тот. — Не вести директору космические корабли через фотосферу звезд, увы... Гм. Это не отсюда. Короче, я все равно почувствую. Он сильный маг, конечно, но я ведь могу и в глаз дать!

— Интересная методика защиты разума, — сухо сказал Снейп.

— Так, — пристукнул тростью Абраксас. — Довольно болтовни. Люциус, пиши директору. Северус, займись антидотом. Сколько тебе нужно времени?

— Часов пять, — прикинул тот.

— Ладно... Люциус, тогда договаривайся на завтрашнее утро. Орион, а ты прекрати ухмыляться и пойди, порепетируй перед зеркалом невинный взгляд. Когда оно перестанет трескаться от ужаса, считай, у тебя получилось...

— А ты что будешь делать, деда? — с интересом спросил тот.

— А я пойду смотреть "Пуаро", — с удовольствием ответил Абраксас. — Как раз время. Лорейн, ты идешь со мной?

— Непременно! Только Лиру позову, ей ведь тоже нравится, хотя не знаю, что она там понимает...

Орион захохотал, Люциус со вздохом прикрыл глаза: судя по всему, его мнение в этом доме совершенно не учитывалось! Но отец прав — в большой семье куда веселее...

Глава пятнадцатая, в которой бастард затевает новую авантюру

— Пап, слушай, а что в итоге с компанией тех, кому мы... гм... помогли? — негромко спросил Орион, дожидаясь, пока откроется директорский камин. — Я с этим бизнесом немножко выпал из темы.

— Большинство предпочло убраться подальше, — ответил тот, поигрывая тростью.

Для этого выхода отец с сыном приоделись, как на торжественный прием. Собственно, Люциус и в обычные дни щеголял дорогими нарядами (и даже согласился с сыном, что стильный костюм лучше носить с распахнутой мантией, а иначе кто ж его увидит?), но сегодня превзошел самое себя. Орион же сменил привычное невозможное одеяние на строгую деловую тройку и даже причесался.

— Ну и сколько у нас наберется в итоге человек, если что? Нет, есть, конечно, авроры, у Дамблдора сколько-то народу в запасе тоже имеется, но конкретно с нами сколько?

— Не так уж много, — вздохнул Люциус. — Десяток-полтора. Правда, если к ним присоединятся жены и старшие дети, тогда наберется побольше.

— Ну, с учетом дедовых наработок — уже неплохо, — удовлетворенно кивнул Орион и хихикнул, вспомнив, как Абраксас торжественно нарек какую-то жуткую горючую смесь, выжигавшую все, на что попадала, не хуже Адского пламени, "коктейлем Снейпа". Тот даже обижался поначалу... — О, кажется, нас приглашают.

Люциус придирчиво поправил сыну галстук, как обычно, съехавший набок.

— Идем.

Кабинет директора ничуть не изменился с тех пор, как Орион побывал тут в последний раз. Все те же непонятные безделушки, феникс в клетке, ну и сам хозяин, конечно.

— Господин директор, — церемонно раскланялся Люциус, но руки не подал, даже лайковых перчаток не снял.

— Господин директор, — в тон отцу повторил Орион, изобразив вежливый поклон. Они всегда выходили у него расхлябанными, но тут уж он расстарался.

— Люциус, Орион, рад, очень рад видеть, — ласково улыбнулся им Дамблдор, — присаживайтесь, прошу... Признаюсь, ваша просьба оказалась несколько неожиданной, ведь учебный год только начался, и...

— Это не просьба, господин директор, это требование, — резковато произнес Люциус, протягивая руку сыну. Тот немедленно вложил в нее конверт. — Прошу. Доверенность от миссис Лонгботтом: она поручает мне забрать ее внука и подопечного. И скажите спасибо, что состояние здоровья не позволяет ей прибыть лично.

— Не понимаю, о чем вы! — искренне удивился Дамблдор, но конверт взял.

Орион тем временем шарил взглядом по кабинету, выискивая что-нибудь похожее на аромалампу или курильницу. Драко-то точно бы не заметил, а он еще не растерял навыков, приобретенных в маггловском квартале. Там в супермаркетах тоже нельзя было крутить головой, привлекая к себе излишнее внимание, нужно было, скажем, делать вид, будто внимательно изучаешь этикетку на банке консервов, но в это время сканировать взглядом окрестности. И прикидывать, что бы половчее спереть и как побыстрее удрать. В этом искусстве Ориону не было равных среди местной шпаны. Вот и пригодилось...

Пока отец обменивался колкостями с Дамблдором, Орион успел насчитать минимум три штуковины, подходящие для... гм... возжигания зелий. Может, имелось и больше, но откровенно развернуться, чтобы осмотреть другую половину кабинета, он не мог. Кстати, в одной из штуковин тлел огонек: как знать, не подготовился ли директор таким образом к встрече дорогих гостей? Орион прищурился, огонек на мгновение полыхнул бело-голубым и бессильно опал. То-то же... Да и все равно оба под антидотом, а Снейпу в таких делах можно доверять.

— С вашего позволения, я лично заберу детей, — проговорил Люциус. — Не беспокойтесь, я еще не забыл, где находится башня Рэйвенкло, провожать меня не нужно. Заодно я, как член Попечительского совета, взгляну, в каких условиях живут ученики. — Он повернулся к сыну. — Орион, обожди меня здесь, я ненадолго.

— Конечно, папа, — почтительно ответил тот, склонив голову.

С уходом Люциуса воцарилась тишина, нарушаемая только возней феникса.

— Ты так изменился, мой мальчик, — сказал наконец Дамблдор.

— Разумеется, сэр, мне ведь уже не одиннадцать лет, — спокойно ответил Орион.

— Как я слышал, ты пошел по стопам отца и занялся предпринимательством?

— Совершенно верно, сэр.

— И как идут твои дела?

— Неужели, сэр, вы не слыхали о том, что я — самый молодой миллионер в Британии? — усмехнулся Орион. — Об этом трубили все газеты. Правду сказать, — добавил он без ложной скромности, — первый миллион я заработал еще до совершеннолетия.

"Ага, а глазки-то загорелись, — отметил он. — Да, дедуля, по сравнению со многими чистокровными я очень богат и стану еще богаче, если ты не будешь ставить палки в колеса..."

— Должно быть, ты уже помолвлен? — не отставал директор.

— Пока нет, — улыбнулся Орион. — Среди моих ровесниц я достойной партии не нашел, подожду, пока подрастет следующее поколение. Я считаю, жена должна быть лет на пять-семь моложе мужа, это оптимальное соотношение, его и маггловские исследования подтверждают.

— Гм, однако твоя матушка, если мне не изменяет память, всего на год моложе Люциуса...

— Ну так она и не первая его жена, — спокойно ответил тот. — В их возрасте такая разница уже непринципиальна.

Дамблдор вздохнул.

— Что же это мы стоим, — спохватился он. — Присаживайся, мальчик мой. Желаешь чаю?

— Нет, благодарю, я завтракал, — отказался Орион.

— А как поживает Абраксас? — пытался поддержать светскую беседу директор. Юноша наблюдал за ним с садистским удовольствием. Условлено было, что отец задержится минимум на час, инспектируя общежития, а если понадобится еще время, сын изловчится послать ему патронуса. Учитывая то, что патронусом Ориона был москит (у деда чуть дыхание от смеха не остановилось, когда он его увидел), это не составило бы особого труда. — Я слыхал, он приболел?

— Да, немного, — вежливо отвечал Орион, по-прежнему улыбаясь. Если бы не его наблюдательность, отточенная годами жизни в криминальном квартале, он сроду бы не заметил подозрительных красных пятнышек на руках деда, и того бы просто не успели спасти: в его возрасте драконья оспа запросто могла привести к летальному исходу. А сам Абраксас на недомогание не жаловался, не привык... — Но он уже полностью оправился, благодарю за заботу.

Директор помолчал. Орион потянул носом: чувствовался странный запашок, видимо, та лампа, которую он испортил, была не единственной рабочей. Кстати, вон у феникса в клетке какая-то плошка стоит, оттуда тоже может что-то испаряться, птица-то огненная!

— Орион, мой мальчик, — уже серьезно произнес директор. — Могу я задать тебе немного странный вопрос?

— Конечно, сэр, — ответил тот и приготовился. Видимо, Дамблдор решил, что до возвращения Люциуса времени осталось мало и решил форсировать события. А может, счел, что концентрация вещества в воздухе уже достаточна для того, чтобы разговорить собеседника.

— Я помню тебя несколько неотесанным мальчиком, — неожиданно произнес тот, — не в обиду тебе будет сказано, ты ведь вырос в такой среде... А теперь вижу перед собой юного джентльмена! Что за волшебное преображение?

— О, никакого волшебства, сэр, — мило улыбнулся Орион, — просто у отца очень тяжелая рука. У мамы тоже, я уж молчу о дедушке. Я, конечно, не наследник рода, но вести себя обязан достойно, чтобы не посрамить фамилию.

Тут он некстати вспомнил трусики Анжелы и чуть не испортил всё громким фырканьем.

— А разделяешь ли ты взгляды Люциуса и Абраксаса на привилегированное положение чистокровных в обществе? — напрямую спросил Дамблдор.

— Попробуй не раздели... — Орион выразительно потер шею и коротко взглянул на директора. Ага, заинтересовался! — Разумеется, я считаю, что не следует жениться на ком попало, вдобавок существуют политические браки. С другой стороны, среди магглорожденных и полукровок встречаются весьма одаренные люди, и такой потенциал упускать просто глупо, с этим соглашается даже дедушка... Взять хотя бы меня! Моя мать — магглорожденная, не очень сильная волшебница, а я, полукровка — совсем другое дело, — воодушевленно говорил он, стараясь имитировать симптомы отравления зельями, о которых рассказывал Снейп. Давай, старик, клюй на наживку! — Или вот Снейп — тоже полукровка, но ведь гений!

— О да, Северус невероятно одаренный молодой человек, — кисло улыбнулся Дамблдор. — А ты действительно поражал способностями еще в детстве, а теперь...

— Да, я заметно прогрессировал с тех пор, — самодовольно произнес Орион.

— Гарри сказал мне, — решился наконец директор, — что от шрама избавил его именно ты. Каким образом, скажи? Я сгораю от любопытства! Ведь его не могли удалить даже колдомедики!

"Как бы тебе просто не сгореть", — невежливо подумал юноша, вслух же произнес, скомпилировав оба случая с хоркруксами:

— Да там сидела внутри какая-то непонятная сущность, я ее и выжег. А шрам сам пропал, тут я ни при чем, я же не пластический хирург!

Дамблдор занервничал и заерзал.

— Но каким образом ты это сделал, не понимаю?

— Да вот таким... — Орион поднял руку, и на его ладони заплясали языки бело-голубого пламени. — Это несложно. Отцу я Метку еще на первом курсе стер. Нечего клейменому ходить, стыдобища ведь...

Директор потянулся за стаканом с водой. Теперь важно было не затянуть паузу, но и не переиграть.

— Я вот думаю... — задумчиво произнес Орион, помолчав немного. — Сколько еще людей раскаялись в том, что примкнули к этому их лорду? Скольким поставили Метку насильно? Что им, до конца жизни нести этот позор? А если тот действительно вернется, они ведь и противиться не смогут!

— Ты прав, так прав, мой мальчик! — воскликнул Дамблдор, и Орион понял, что находится на верном пути. — Ведь многие встали на путь исправления, но это ужасное клеймо...

Юноша чуть не засмеялся, вспомнив, как говорил такие же слова деду, но сдержался.

— Я бы мог помочь, — произнес он серьезно, — но не знаю, быть может, эта моя способность работает только на кровных родственниках? Отец — понятно, Гарри нам родня... А как проверить, сэр? Ведь есть же Пожиратели в Азкабане? Может, на них попробовать? Конечно, — добавил Орион самокритично, — в случае неудачи я могу сжечь их самих, а не Метку, но тут уж выбирать не приходится.

Директор схватился за бороду. В нем явно происходило внутреннее борение.

— Ну а кого ты предлагаешь? — спросил он наконец.

— Я слышал, там сидят трое Лестрейнджей, — деловито начал юноша. — Можно начать с той, которая урожденная Блэк, она по крови родственница, вроде как проверку устроим. Если получится, тогда попытаемся с ее мужем и его братом. Вот с ними уверенности никакой нет, но опыт есть опыт, верно, сэр? Всегда нужно быть готовым пойти на необходимые жертвы... Зато мы узнаем, могу я это делать с чужими или нет! На раскаявшихся я эксперименты ставить не хочу, а этих, уж простите, совсем не жалко... Вы согласны?

— О да, мой мальчик... — выдохнул тот, сияя глазами. Наконец-то Орион начал мыслить, как подобает, вот что читалось в его взгляде. — Замечательная идея! А когда ты сможешь попробовать?

— Хм-м... Мне нужна пара дней для подготовки, — сказал тот задумчиво. — Скажем, в среду? Только ведь нужно еще разрешение на посещение Азкабана, ну и на сам опыт... И если с первым может помочь папа, то второе...

— Второе оставь на меня, — взмахнул руками Дамблдор. — Я все устрою! А... тебе придется посещать тюрьму ради каждого из них или?..

— Постараюсь управиться за один раз, — сумрачно ответил Орион. — Но только нужно прихватить провизии. Сил это дело сжирает столько, что я в обморок падаю. Голодный.

— О, разумеется... — Директор так разволновался, что опрокинул на себя чашку чая. — Все будет! Все!

— Хорошо, — с решимостью в голосе проговорил юноша, выпуская патронуса, пока Дамблдор отвлекся на мокрую мантию. — Я буду готов! Но, — тут он позволил голосу дрогнуть, — что, если я действительно их убью?!

— Мой мальчик, все будут знать, что ты хотя бы попытался избавить их от страшного клейма! А если вдруг... — Дамблдор вздохнул. — Что ж, сгореть — это быстрее и легче, чем годами угасать в Азкабане.

Орион сильно сомневался в том, что сгореть заживо — легкая смерть, но возражать не стал, покивал в ответ. К счастью, тут явился Люциус с тремя мальчишками.

— Мы готовы, — надменно произнес он. — Дети, попрощайтесь с директором.

Те вразнобой пожелали тому всего хорошего. Орион отметил: Невилл держался спокойно и явно радовался возвращению домой, Драко от прыжка на шею брату удержало только то, что тот успел исподтишка показать ему кулак, а вот Гарри откровенно жался к Люциусу, который покровительственно держал руку у него на плече.

— Счастливо оставаться, господин директор, — церемонно наклонил голову Люциус, одного за другим отправил мальчиков в камин, следом отправился сам.

— До встречи, мой мальчик, — прошептал тот, явно намереваясь пожать руку Ориону, но тот быстро поклонился и тоже нырнул в камин.

В холле Малфой-мэнора бесновались дети, Драко накинулся на брата с громким воплем, пришлось отбиваться от него с помощью грубой силы и незлого матерного слова.

— Ну что? — с трудом перекричал их Люциус.

— Похоже, проканало! — ответил Орион. — В среду идем ставить опыты на Лестрейнджах!

— Ты их точно не убьешь?

— Да я чего, первый раз это делаю, что ли? — хмыкнул Орион. — Нет, если хочешь, я кого-нибудь поджарю, мне не сложно, но… Драко, блин, я тебя сейчас урою! Думаешь, на свободу вырвался?! Да ты у меня мечтать о школе будешь, понял, говнюк? И вы двое тоже!

Люциус улыбнулся: в вопросе воспитания детей на Ориона вполне можно было положиться...

Глава шестнадцатая, в которой бастард встречает девушку своей мечты

Орион, снова одетый чрезвычайно благопристойно, появился в кабинете Дамблдора. Вид он имел сосредоточенный и преисполненный чувства ответственности.

— Ты готов, мой мальчик? — ласково спросил Дамблдор.

— Готов, — кивнул тот, отчаянно стараясь не заржать.

Директор открыл было рот, чтобы разразиться напутственной речью, но тут, на счастье Ориона, в кабинет ворвалась МакГонагалл, волочившая за собой растрепанную девушку.

— Альбус! — воскликнула она. — Это уже выходит за всякие рамки!

— Что такое? — заинтересовался тот. — Мисс Донован? Что произошло?

Девушка уставилась в пол и тяжело вздохнула. По щекам ее потекли слезы, закапали на мантию... Орион невольно восхитился мастерской инсценировкой и задумался, что такого она могла закапать себе в глаза, чтобы настолько натурально рыдать. С другой стороны, у многих девушек это легко и непринужденно выходит и без посторонних средств…

— Ну-ну, не надо плакать, — прожурчал директор, протягивая ей свой платок. Донован смачно высморкалась и продолжила всхлипывать. По мнению Ориона, актерского мастерства ей было не занимать. — Минерва, что опять натворила ваша подопечная?

— Альбус! — всплеснула та руками. — Из-за ее выходки три девушки оказались в больничном крыле! Она им что-то подлила, но что именно, не говорит, а Поппи затрудняется определить…

— Хм, а что с пострадавшими?

МакГонагалл зашептала что-то на ухо директору, заливаясь краской.

Орион с большим интересом посмотрел на девушку. Та, прикрывшись директорским платком, гадко улыбалась.

— И хуже всего, — добавила МакГонагалл, — что это были такие же гриффиндорки, как она сама! Ох, мисс Донован, ну почему от вас всегда столько неприятностей?!

Девушка закрыла лицо руками, плечи ее затряслись.

— Они меня обижа-а-ают! — расслышал Орион сквозь всхлипывания.

— Мисс Донован, но вам уже не одиннадцать лет, вы взрослая девушка, могли бы поговорить с ними, выработать какое-то решение…

— Они не хотя-а-ат!

— Неудивительно, Минерва, если учесть, что на первом курсе мисс Донован оттаскала двоих из девочек за волосы и поставила третьей синяк под глазом… Я уже молчу про заклеенную дверь спальни на втором курсе и дымовую шашку на третьем.

Орион заинтересовался еще сильнее.

— Мисс Донован, вы понимаете, что я вынужден вас наказать? — спросил Дамблдор.

Та закивала и как бы машинально сунула платок в карман. Судя по всему, у нее имелось что-то в запасе.

— Десять часов отработки у мистера Филча, — подумав, решил директор. — Баллы, так и быть, снимать не стану, не то ваши однокурсницы окончательно ополчатся против вас!

— Спасибо, профессор Дамблдор, — пролепетала она, а Орион успел заметить победную ухмылку. — Вы так добры! Ах, вот ваш платок, простите, он немножко мокрый…

"И немножко в соплях", — мог бы добавить Орион, но не стал.

— Идите, мисс Донован, и как следует подумайте о своем поведении, — напутствовал директор, и МакГонагалл вывела девушку из кабинета. — Мой мальчик, извини за задержку, но, сам видишь…

— О, сэр, — сказал тот серьезно. — Неужто я был таким же… несносным?

— Гм… Мне не довелось тесно общаться с тобой в твои шестнадцать, — обтекаемо ответил Дамблдор. — Ну а мисс Донован — известная нарушительница спокойствия. У нее, видишь ли, не сложились отношения с однокурсницами, и они постоянно воюют…

— Со слизеринками? — спросил Орион, делая вид, будто ничего не слышал.

— Если бы! — Директор тяжело вздохнул. — С софакультетницами. Со слизеринками она как раз очень неплохо ладит, и я не удивлюсь, если окажется, что зелье, которое она подлила соседкам по комнате, добыли именно они. Впрочем, это не имеет отношения к нашему делу. Мне нужно связаться с министром, он обещал передать мне порт-ключ, а затем мы с тобой отправимся… по нашему делу!

— Может быть, мне выйти, господин директор? — поинтересовался тот.

— Если тебе не сложно, обожди меня снаружи, — ухватился за это предложение Дамблдор. — Это недолго!

— Разумеется, сэр, — сказал Орион и покинул кабинет.

Как он и ожидал, преступница обнаружилась возле окошка. Держа перед собой маленькое зеркальце, она внимательно рассматривала то один глаз, то другой.

— Глицерин, — сказал Орион.

— Что?.. — обернулась девушка.

— Я говорю, из глицерина получаются отменные следы слез на физиономии, и в глаза никакую дрянь капать не нужно. Кстати, че это было?

— Лимонный сок, — фыркнула она. — Запах убирается на раз-два, а щиплет так, что ой-ой-ой…

— Донован, значит? — Малфой обошел вокруг нее. Ничего себе, симпатичная, темноволосая, глаза зеленые.

— Ага… — девушка настороженно следила за ним взглядом. — А что?

— Да ниче… А звать как?

— Арабелла, — ответила она. — Можно Дон. На Беллу не откликаюсь.

— Чистокровная?

— Не-а.

— Полукровка?

— Без понятия, — пожала она плечами. — Мать точно не ведьма, а папашу я сроду не видела.

— Фамилия материна, что ли?

— Ага. А это что, допрос?

Орион ухмыльнулся.

— Не, это я так знакомлюсь. Арабелла, значит… — проговорил он, описав еще один круг. — Арабелла…

— Хоть одна шуточка про капитана Блада, и я за себя не ручаюсь, — предупредила она. — Знаете, как я была счастлива попасть туда, где почти никто не читал эту книжку? Мать со своим любимым Сабатини мне всю жизнь испортила!

— Хы, — сказал Орион. — Прикольно, я об этом даже и не подумал… Кстати, я Орион Малфой.

— Я узнала, — фыркнула девушка. — М-м-м… а автограф можно?

— Без проблем, — согласился он. — На чем тебе расписаться? На руке? На мантии? На нижнем белье?

— Ага, сейчас, мечтать не вредно… — Арабелла зарылась в потрепанную сумку, выудила оттуда глянцевый журнал, перелистала страницы и раскрыла его на развороте. — Вот тут!

Орион взглянул: это был очередной репортаж с очередной презентации, редкий выпуск обходился без его колдографий.

— Ну-с, — сказал он, вынимая из нагрудного кармана золотое перо, — кому адресовать? Не тебе же, а?

— А как…

— Ты не похожа на девиц, которые гоняются за мной с визгом и просьбой расписаться хоть на чем, — пояснил он. — Ну, я жду!

— Лавинии Брукс, — сказала та.

— Ага… Значит, "очаровательной"… Кстати, она симпатичная? — удержал Орион руку.

— М-м-м… да я бы не сказала, — задумчиво произнесла Арабелла.

— Тогда обойдемся без эпитетов. "Лавинии Брукс от Ориона Малфоя", — вывел он и размашисто расписался. — Держи.

— Спасибо! — искренне произнесла девушка. — Двадцать галлеонов у меня в кармане!

— Дешево же стоит мой автограф! — хмыкнул Орион.

— Да просто это вся наличка Лавинии, — вздохнула Арабелла. — И она ее выложит, иначе этого журнала сроду не увидит…

— Э! — произнес он. — Мелко мыслишь. Надо было брать автограф без посвящения, тогда с кого побогаче ты могла бы срубить и побольше!

— Ч-черт, и правда… — пробормотала она. — Вот я овца…

— Неопытная просто. Но ход твоих мыслей мне нравится.

Девушка смерила его любопытным взглядом.

— Знаете, мистер Малфой…

— Можно по имени и на "ты", — поморщился он.

— Ага… Знаешь, я тебя совсем иначе себе представляла.

— А как? — заинтересовался Орион.

— Ну-у… этаким пижоном, — честно ответила Арабелла. — Весь из себя модный, наглый, на каждой фотке с новой девицей, короче, натуральный мажор!

— Кто, я мажор?! — до глубины души поразился он и захохотал. — Ну ты выдала! Знала бы ты, где я вырос, не порола бы такую чушь!

— Ну так я и говорю, я в жизни бы не подумала, что ты такой…

— Ну какой, какой?

— Нормальный, — подумав, сказала девушка. — Если б я не знала наверняка, кто ты есть, запросто бы приняла за парня из своего квартала.

— Это прекрасно, — улыбнулся Орион. — А то я уж было испугался… Слушай, а что ты директору в платок насыпала?

— А ты откуда… — дернулась Арабелла.

— Ну ты ж этот платок сунула в карман, а судя по выражению лица, у тебя там что-то заныкано… Че прячешь, колись?

— Да так… ерунда одна на основе красного перца, — ядовито улыбнулась она. — Если я правильно рассчитала концентрацию, то эту смесь даже очищающее заклинание не возьмет. Сколько-то да останется…

— Не любишь дедульку?

— А с какой стати мне его любить-то? — фыркнула Арабелла. — Дура я, вот что. Надо было упираться и не идти на Гриффиндор. Авось на другом факультете не хуже было бы…

— Чем тебе Гриффиндор не угодил? — с интересом спросил Орион.

— Да ну… — поморщилась она. — Восторженные идиоты какие-то. Вечные шуточки, подколы, один за всех и все за одного, а на поверку выходит с точностью до наоборот, сдают друг друга только так. Надо было проситься куда-нибудь еще. Не на Слизерин, ясно, куда мне с такой анкетой, но два других факультета вроде ничего себе… А ты с Рэйвенкло, да?

— Ага, как мать. Тебе б там неплохо было, с такими-то талантами… У тебя что по зельям?

— Превосходно, — довольно улыбнулась Арабелла.

— Я так и подумал. Кстати, что ты тем троим подлила, а?

— Слабительное, — без тени смущения ответила она. — Со снотворным. Эффект — во! Я летом на соседке проверила, на редкость мерзкая тетка… Ну так ей пары капель хватило, чтоб сутки с толчка не слезать… не приходя в сознание. Эти дня три промаются. Ничего, не помрут, а я от них хоть отдохну немного! Не могу, задолбали своей трепотней… — Тут девушка с опаской посмотрела на Ориона и спросила: — Не заложишь?

— С чего бы? — пожал он плечами, веселясь от души. — Я в свое время еще и не так отжигал, чтоб от соседей по спальне избавиться. Правда, мне повезло, меня через полгода домой забрали.

— Да уж, это точно, повезло… — вздохнула Арабелла. — Хм… сама не знаю, чего это я с тобой так разоткровенничалась!

— Это потому, что я обаятельный, — серьезно сказал Орион. — И внушаю безотчетное доверие девушкам и котятам.

— Насчет котят не уверена, — фыркнула она и вдруг спохватилась: — Ой, я побегу, а то звонок уже…

— Беги, беги, — хмыкнул он, глядя ей вслед. — Далеко не убежишь, Арабелла. Капитан Блад — никто рядом с Орионом Малфоем!..

Глава семнадцатая, в которой бастард придумывает новый бизнес

Вернувшись к себе, Орион немного побездельничал, подумал, прикинул кое-что и уселся писать письмо...

Ровно через неделю без десяти шесть вечера Орион аппарировал на задворки заведения мадам Розмерты, укрылся в тени и принялся ждать. Он подозревал, что ждать придется долго, но ровно в шесть в переулке показалась невысокая фигурка. Двигалась она не то чтобы с опаской, но очень осторожно, то и дело останавливаясь и прислушиваясь, а освещать себе дорогу вовсе не собиралась.

— Э, я тут, — сказал Орион, выйдя из глубокой тени.

— Блин, напугал! — сердито произнесла девушка, пряча палочку. В другой руке у нее что-то блеснуло.

— Че там у тебя, нож? — заинтересовался он.

— Не, какой нафиг нож? Кастет, — вздохнула Арабелла и сунула его в карман.

— Ты на все встречи с кастетом ходишь?

— Ну а че? Откуда мне было знать, что это правда от тебя записка? Может, наши мне отомстить решили и заманивают… Местечко-то то еще!

— Угу. А кольцо на лапе у филина, такое, с фамильным гербом они у моего отца свистнули. И мою печать тоже где-то раздобыли.

— Да я не приглядывалась к филину-то… — потупилась девушка. — Он у тебя суровый такой, записку отдал и сразу улетел. А мне ж никто писем не присылает, мать не может, сам понимаешь, а больше некому. Я и растерялась. Еще и написано на листочке в клеточку!

— Ну, ниче страшного, — ухмыльнулся Орион. — Но прийти все же не струсила.

— Если струшу, так мне вообще жизни не дадут, — буркнула она. — Ты это, написал, что у тебя ко мне какое-то дело…

— Ага, — довольно ответил он и сунул руку в карман. — Посвети-ка… Ага, так. Вот, держи.

— Что это? — нахмурилась Арабелла, разглядывая конверт.

— Ну смотри, смотри… — Орион с большим удовольствием наблюдал, как округляются зеленые глаза. — Короче, вот эти, маггловские, неподвижные, можешь загнать по пятерке, я думаю. Обычные, типа той, что в журнале была, скинь по двадцатке. Ну а это… — он вытянул из пачки колдографий ту, на которой красовался с обнаженным торсом, в низко спущенных джинсах, развратно улыбался и откровенно подмигивал, — не меньше, чем по полтиннику. Как думаешь, будут брать?

— Еще как! — кивнула Арабелла, выйдя из ступора. — Тут же целый фан-клуб есть! Вернее, два, и у них постоянная война на тему того, кто правильнее поклоняется Ориону Малфою!

— Вау… — искренне произнес он. — Тем более, нельзя упускать такую возможность сшибить чуток бабла!

— Ты же миллионер!

— И че? Думаешь, деньги сами на деревьях растут? Не-ет, дорогуша, не в моих правилах упускать даже паршивенький галлеончик, если он сам плывет мне в руки… — мерзко улыбнулся он. — Поглядим, как дело пойдет. А прибыль поделим… Ну, с пробной партии мне пойдет четверть, а там видно будет. Идет?

— Идет, — кивнула она, перебирая колдографии. — А чего так мало фоток?

— Ты про перенасыщение рынка слышала когда-нибудь? Ну вот. Те, что подороже, считай, эксклюзив. Вот увидишь, за них драться будут!

— О-о-о, я с удовольствием на это посмотрю! — улыбнулась Арабелла, пряча конверт с фотографиями в сумку. — Круто ты придумал!

— Я на такие штуки вообще мастак, — самодовольно произнес Орион. — Кстати, как насчет сходить в кино?

— В Хогсмиде же нету…

— Причем тут Хогсмид? Мне здесь светиться совершенно не с руки, меня ж на сувениры разберут! Я Лондон имел в виду.

— Ну, это, конечно, круто… — протянула Арабелла с явным сомнением в голосе. — А до отбоя я успею вернуться?

— Успеешь. А нет, я тебе покажу, как пробраться в замок по-тихому.

— Да я и сама эти ходы знаю, — вздохнула она. — Просто вдруг МакГонагалл меня хватится! Хотя ладно. Плевать. Я согласна.

— Ну и отлично, — хмыкнул Орион. — Тогда скидай мантию.

— Это зачем еще? — попятилась Арабелла.

— Блин! Затем, что я хочу наведаться в нормальный, не волшебный Лондон!

— Так бы сразу и сказал! — обрадовалась она и живо сняла мантию. Под ней обнаружилась самая обыкновенная маггловская одежда: джинсы, свитер и кроссовки. — А то развел секреты…

— Давай… — Орион забрал у нее мантию, уменьшил небрежным движением и засунул девушке в сумку. — Руку! А то ты не знаешь, куда аппарировать.

Вечерний Лондон был шумен, весел и красив.

— Так… Где этот чертов кинотеатр? Там второго "Терминатора" крутят… Ты как насчет боевиков?

— Отлично, — отозвалась Арабелла. — Во всяком случае, я их больше люблю, чем всякие слезы с соплями.

— Наш человек, — удовлетворенно произнес Орион.

— Слушай… — сказала она, поглядывая снизу вверх. — У тебя же своя киностудия, верно? А ты по маггловским кинотеатрам ходишь! Как так?

— Ну, должен же я следить за новинками и знать, что интересненького появилось, — хмыкнул он. — Жаль, того же «Терминатора» для волшебников не перепрешь, не поймут нифига… А вот мелодрамы — запросто.

— Так ты, получается, воруешь эту… интеллектуальную собственность?! — засмеялась Арабелла. — Вот это номер! Знаменитый Орион Малфой — обычный воришка!

— Детка, — наставительно сказал он, посмеиваясь, — обычные воришки не становятся миллионерами в шестнадцать лет. Я ведь не шоколадки в супермаркетах тырю, мне уж не десять лет. К нынешнему делу нужен творческий подход!

— Н-да… выходит, правду говорят, что маги паразитируют на магглах, — вздохнула она.

— Ну а я виноват, что магическое сообщество ничего путного выродить не в состоянии? — фыркнул Орион. — Народу-то мало, писателей и изобретателей — и вовсе хрен да маленько! И вообще, хватит о делах, мы уже пришли…

Протолкавшись к кассе, он выбрал билеты, пояснив:

— Я на верхний ряд взял. Терпеть не могу, когда сзади кто-нибудь мое кресло пинает или над ухом хрустит. И целоваться там удобнее.

— Гм… — только и произнесла Арабелла, с искренним интересом наблюдая за Орионом.

Она читала, что он — не наследник рода, поскольку появился на свет не в законном браке, была там какая-то романтическая история в духе сериалов: мать бежала, потом нашлась, отец растрогался и признал бастарда… Но, судя по всему, Орион и в маггловском мире не пропал бы. Сейчас он ничем не напоминал отпрыска блистательного Люциуса Малфоя (доводилось видеть того, когда он являлся с инспекцией в школу), был похож на самую обыкновенную уличную шпану из бедного квартала. Не испорченного богатством и вседозволенностью юношу, каким мог показаться на фотографиях из светской хроники, а парня, который вполне мог бы жить с Арабеллой Донован по соседству. И общаться с ним было на удивление легко: говорил он по-простецки, не чурался крепкого словца, словно чувствовал, что девушку это не заденет и не шокирует, а разница в возрасте почти не ощущалась. И, черт побери, ей приятно было сознавать, что взрослый уже Орион ведет себя с ней как с ровесницей, а не какой-то несмышленой школьницей!

— Попкорн будешь? — деловито осведомился он и, не дожидаясь ответа, купил изрядное ведерко. — Колу?

— Ага. И чипсы, — решила она. — Я попкорн не люблю.

— Ну и отлично, мне больше достанется, — фыркнул он. — Пошли, начинается уже.

В зале Орион развалился в кресле, бесцеремонно закинув руку на плечи Арабелле, и захрустел попкорном.

— Я это кино уже смотрел, — пояснил он. — Но все равно тащусь. Надо себе мотоцикл купить, вот что! И косуху!

— Я тоже смотрела, — ответила она. — И тоже тащусь. Хочу быть как Сара Коннор! Умела б я так драться, не пришлось бы изобретать всякую пакость, дала в глаз разок, и дело в сторону… Еще и спалиться боюсь, так-то я из подручных средств варю зелья, но иногда приходится кое-что тырить…

— Ну, раз до сих пор не застукали, то и дальше обойдется, — философски заключил Орион. — Кто там у вас сейчас зелья ведет?

— Слагхорн, кто ж еще?

— А-а-а… Ну, этот не заметит, даже если ты у него всю кладовку обнесешь, — авторитетно сказал он. — Это мне еще Снейп говорил. Кстати, надо вас познакомить, подучишься у него. Глядишь, Мастером станешь. Прикинь, возвращаешься ты лет так через десять-пятнадцать в школу, чтобы прочитать факультативный курс по продвинутым зельям…

— Погоди, тот самый Снейп?! — поразилась Арабелла. — Ты его знаешь?

— Знаю, конечно, отец с ним дружит. А меня он обучал. Ну, ты ж слышала, наверно, что я дома учился? Теперь вон Драко на очереди. Так че, хочешь, договорюсь, Снейп и с тобой позанимается?

— А взамен что? — нахмурилась девушка. — Денег-то у меня нету…

— Там видно будет, — расплывчато ответил Орион. — Хорошие зельевары всегда нужны, а нам особенно. Все, не отвлекай! Прусь от этой погони на грузовике!..

Арабелла вздохнула и захрустела чипсами. Ей тоже нравилась эта сцена.

— Ты че намерена после школы делать? — спросил вдруг Орион.

— Еще не знаю. Работу буду искать, ясное дело. Правда, куда меня могут взять, ума не приложу… Может, попробую ассистенткой в аптеку устроиться или еще куда, — мрачно ответила она. — Только выпускников-то дохренищи, а мест мало. На крайняк, пойду полы мыть… в обычном мире. Куда еще без образования-то?

— Поломойка нашлась! — засмеялся он. — Ладно, я придумаю что-нибудь…

— А тебе-то что за печаль? — Арабелла вывернулась из-под его руки и попыталась разобрать выражение лица. — Ты меня второй раз в жизни видишь!

— Ну и че? Я же с улицы, детка! А там, если не умеешь сходу понять, кто перед тобой… Да че я тебе объясняю, сама же знаешь!

— Ну а я-то причем?

— Люблю творческих личностей, — изрек Орион, набил рот попкорном и умолк.

Фильм окончился, шумная толпа высыпала из кинотеатра, растеклась по улицам…

— Ну че, пошляемся еще? — спросил Орион. — Перекусим где-нибудь.

— Ты после такого ведра попкорна еще голодный?

— Ты даже не представляешь, сколько я сожрать могу, — хмыкнул он. — Давай хоть по мороженому!..

Девушка ему нравилась, она не шугалась его манер, как аристократки, а вдобавок не лезла из кожи вон, чтобы казаться похожей на чистокровную, чем грешили многие магглорожденные. Просто-таки родственную душу встретил! А главное, она не вешалась ему на шею…

Правда, Арабелла относилась к нему с явной настороженностью, но это и понятно: все-таки взрослый парень, богатый, да еще из такой семьи… Ему за какую-нибудь провинность даже пальцем не погрозят, а ей может здорово нагореть. С другой стороны, на его приглашение она согласилась, хотя и это объяснимо: судя по всему, девушка просто озверела в этом Хогвартсе, не имея возможности хоть словом переброситься с кем-то близким по духу. Подруг у нее нет, приятеля, судя по всему, тоже… То ли характер очень уж крутой, то ли еще что, непонятно. Плюс происхождение… хотя, казалось бы, на Гриффиндоре на это внимания не обращают. Значит, изначально поставила себя так, что к ней никто не суется… Вот только Орион Малфой мог вести себя дерзко — за ним была влиятельная семья, да и сам он мог за себя постоять, — а магглорожденной такого бы не спустили…

— Отбой скоро, — с явным сожалением произнесла она.

— Тогда будем поспешать, — серьезно ответил Орион. Они как раз стояли на мосту через Темзу, и оказалось очень удобно обнять девушку, прижать к перилам и…

— Отпусти! — Арабелла изо всех сил упиралась ладонями ему в грудь. — Не трожь меня, скотина!

— Я ж еще ниче не сделал, — удивленно произнес он, разжимая руки.

— Но собирался! — Зеленые глаза в полумраке сверкнули кошачьим огнем. — Привык, что только пальцем помани, и любая за тобой вприпрыжку поскачет?!

— Ваще-то да, — честно ответил Орион, ухмыляясь. — Есть такое дело. А че, я тебе не нравлюсь?

— Ну… нравишься, — подумав, ответила Арабелла. — Правда, похоже, ты жуткий говнюк, но вообще…

— Вообще ты выражаешься в точности, как моя маман, — заключил он. — Именно так она меня обычно и называет любя, и это еще в лучшем случае. Ладно. Давай руку, верну тебя к школе, а то и правда опоздаешь.

— Погоди… — Ее руки сжались на его джемпере. — Если ты не пошутил… В общем, если уж начинать целоваться, то лучше с таким, как ты, а не с каким-нибудь однокурсником, который трясется с перепугу, заикается, а еще вдобавок он прыщавый и руки у него потные…

— Это на третьем курсе, — проинформировал Орион. — На седьмом уже не трясутся и не заикаются, а вовсю по углам трахаются.

— Ну, тебе виднее!

— Нифига мне не виднее, я же не учился в школе. Это я от отца знаю… Иначе, как думаешь, откуда я такой красивый взялся?

— Ах вон оно что…

— Ну вот, теперь ты сама трясешься с перепугу, — фыркнул Орион. — Скверный первый опыт?

— Нет, — мрачно ответила Арабелла. — Совсем никакого. Потому как нескольких я отшила, как ты и сказал, еще на третьем курсе, а потом уже никто и не подходил. Такие дела. Правда, я особо и не расстраивалась.

— Тем лучше, — сказал он. — Начинать что-то с нуля намного проще, чем править испорченное. Да не бойся ты меня, я же не сексуальный маньяк, одежду с тебя срывать не начну! Не понравится, так и скажешь, перестану…

Арабелла Донован навсегда запомнила свой первый настоящий поцелуй — с привкусом попкорна, соленых чипсов, шоколадного мороженого, речного ветра и — почему-то — дыма.

— Бог ты мой… — сказала она, чуть отстранившись, чтобы отдышаться. — Это что, всегда так?

— Понятия не имею, о чем ты, — легкомысленно ответил Орион. — Так — это как?

— Ну… аж искры из глаз посыпались, — произнесла девушка. — Белые-белые, прямо фейерверк…

— Хм… Раньше вроде никто не жаловался, — хмыкнул он. — Ну, мне продолжать мастер-класс? Или как?

— Пока хватит… А то я в обморок хлопнусь, — честно сказала Арабелла. — Как-то это… не похоже на то, о чем девчонки трепались.

— Так и я на твоих однокурсников не похож, — самодовольно сказал он. — Ладно, ты и впрямь что-то перепсиховала… Давай-ка обратно в школу, пока тебя не хватились. В следующую субботу буду ждать тебя в то же время на том же месте, идет?

— Ага, — кивнула она. — Если я ничего не натворю, и мне не запретят выходить из замка. Хотя пофиг, я сама выйду или Филча попрошу выпустить.

— О! — восхитился Орион. — Так отработки тебе, похоже, только в радость?

— А то, — усмехнулась Арабелла. — Старикану скучно до жути, мы с ним в карты режемся… Я ж из простой семьи, школа тоже была та еще, на деньги только так играли! Не говори никому, ладно? А то нам обоим нагорит!

— Детка, — сказал Малфой серьезно. — Если б ты знала, сколько часов я провел в его каморке за этими самыми картами, не просила бы меня о подобном… Кстати, передавай ему привет от меня. Тогда точно выпустит.

— Класс! — обрадовалась Донован. — Передам, конечно!

Она еще постояла на задворках заведения мадам Розмерты, когда Орион исчез. Возвращаться в школу не было ни малейшего желания. Только вот холодный ветер быстро выдувал остатки легкого хмеля, навеянного этим странным вечером, впереди ждала очередная унылая учебная неделя, ненавистные однокурсники и придирчивые преподаватели, а дальше — экзамены и так называемая взрослая жизнь, в которой еще нужно как-то устраиваться. Малфой сказал, конечно, мол, придумает что-то, но он ведь запросто может об этом позабыть, а напоминать Донован уж точно не станет.

"Но хоть одну фотку я точно себе оставлю, — подумала она угрюмо. — Просто на память. Должно же быть в жизни хоть что-то хорошее?"

Глава восемнадцатая, в которой бастард выходит на тропу войны

В следующую субботу Орион явился на место точно вовремя: он уже понял, что Арабелла — девушка пунктуальная, а ему было очень интересно узнать, как продвигается их маленький бизнес. Не то чтобы его действительно интересовали именно эти деньги, но опыт есть опыт, а под сувенирную продукцию, он точно знал, можно отжать у поклонниц очень недурные средства (собирают же карточки от шоколадных лягушек, чем хуже продукция компании "Орион"?). Можно сказать, это был тестовый запуск, и результаты следовало проанализировать, экстраполировать на общую аудиторию и выбросить в продажу… Да что угодно. Сожрут. Это Орион давно понял: волшебная публика была не настолько избалована, как маггловская, древние пиар-технологии сходили за новинки, и он намерен был пользоваться этим на полную катушку. Потому что если люди настолько зашорены, то кто ж им доктор?

Донован, однако, задерживалась, причем довольно сильно, а когда появилась, вела себя как-то странно, на приветствие не отреагировала, стояла, опустив голову, словно внимательно рассматривала что-то у себя под ногами.

— Ну че, как продажи? — поинтересовался Орион, решив, что девушка просто стесняется: позволила в прошлый раз лишнего, вот теперь и мается. Поди разбери, что на уме у девиц!

Та еще ниже опустила голову и ссутулилась. Это движение было Малфою прекрасно знакомо, видел он тех, кто вел себя именно таким образом, знал, из-за чего, но…

— Ты че? — настороженно спросил он, подходя вплотную. — В чем дело?

Донован ничего не ответила, но молчание ее было настолько красноречивым, что Орион понял — дело не просто неладно, дело пахнет керосином.

— Та-ак… — произнес он, решительно беря девушку за руки. — Здесь мы разговаривать не будем. На раз-два…

В Лондоне у Ориона имелась квартирка, завел нарочно как для интимных (не тащить же очередную пассию в мэнор!), так и для деловых встреч, туда он и аппарировал. И только там, в нормальном освещении, смог разглядеть, как скверно выглядит Арабелла: затравленный взгляд настолько не вязался с ее прежним поведением, что на некоторое время Орион впал в задумчивость. Это, однако, не мешало ему доставать бокалы и разливать по ним легкое вино: глядишь, девушка чуть расслабится, успокоится и сама расскажет, что это с ней такое.

— Че случилось? — серьезно спросил он, сев напротив. — Торговля не пошла?

Она только вздохнула.

— Ну и хрен с ней, подумаешь… Жалко, конечно, что тебе не удалось бабла срубить, но тут ведь не угадаешь…

— Не в этом дело, — подала голос Арабелла.

— А в чем?

Она снова промолчала.

— Слушай, если ты не расскажешь, что там у тебя за хрень приключилась, то я точно ничем не смогу помочь, — серьезно сказал Орион. — Че ты молчишь-то? Боишься чего-то?

Девушка медленно кивнула.

— Ага, вот это уже интереснее… Пообещали, если вякнешь, устроить че-нить? Или директору стукнуть?

Арабелла помотала головой.

Орион задумался, потом спросил:

— Фотки-то где?

Девушка развела руками.

— Деньги я верну, — тихо сказала она. — Только не сразу. Нету у меня…

— Ты сдурела, что ли? — оторопел Орион. — Сама же говорила, я миллионер, это для меня — тьфу!

— Все равно, — упрямо ответила Арабелла. — Я виновата, я и…

— Посеяла, что ли?

— Нет.

— Отобрали? — проявил прозорливость Орион. Девушка не ответила, и тут его осенило. — А-а, понял, кажется… Те три девки, которых ты проучила, должно быть, уже вышли из лазарета, верно? И наверняка решили отомстить, только ты не желаешь говорить, как именно… — Он почесал в затылке. — Вряд ли били, а вот проклясть могли, а?

Донован только вздохнула.

— Блин, не нравится мне, как ты молчишь, — сказал Малфой. — Ты не хочешь говорить или не можешь? На пальцах покажи — первое или второе? А, ну я так и думал… Рассказывал мне кто-то давным-давно про такую хрень: типа, если расскажешь, с тобой что-то случится. Лицо там поуродует или превратишься в че-нить непотребное…

Орион снова почесал в затылке, глядя на девушку.

— Давай, рассказывай, — велел он наконец и увидел, как расширились от испуга ее глаза. — Да ладно, не парься ты так! Это ж я. Что мне какое-то школьное проклятие!

Арабелла помотала головой и, кажется, собралась расплакаться.

— Бли-ин… — протянул Орион. — Слушай, ты знаешь, что такое Метка? Ну, которые у Пожирателей смерти?

Девушка кивнула.

— У моего отца такая имелась, в курсе, нет? Ну вот знай: имелась, но я ее стер, когда мне всего одиннадцать было. Потом я тоже здорово пошалил, и это были вещи посущественнее девчачьего заговора. Так что рассказывай! Даже если с тобой что случится, я расколдую, — уверенно сказал он. — А если мне не понравится то, что произойдет, то я устрою тем троим такую веселую жизнь… Они до конца жизни от собственной тени шарахаться будут!

Арабелла глубоко вздохнула и сказала:

— Фотки отобрали.

— Это я и так понял, — поморщился Орион. — Хрен с ними. Ты мне лучше скажи, что сделали с тобой?

— Не могу, — глухо ответила она.

— Боишься? Я ж сказал…

— Нет. Просто стыдно.

— Та-ак… — в тоне Ориона зазвучали крайне нехорошие нотки. — А ну выкладывай немедленно, пока я тебя под Империо не взял! А я могу, учти! Выпей вон для храбрости и говори…

Арабелла глотнула вина, поперхнулась, откашлялась и все-таки заговорила. В общем, ничего неожиданного она не рассказала: верно, три ее соседки вернулись из лазарета, сжигаемые жаждой мщения, пару дней вели себя тихо, но, видимо, составили план и тщательно подготовились к его осуществлению. Одним словом, когда одним далеко не прекрасным вечером Арабелла вошла в спальню, ее уже поджидали. Петрификус тоталус — и готово дело… Пока Донован стояла в той позе, в которой ее настигло заклятие, девицы обыскали ее сумку, обнаружили колдографии Ориона и поняли, что им достался клад.

— Они входили и выходили несколько раз, — тихо говорила Арабелла. — Должно быть, решили сбыть все сразу, чтобы не спалиться потом. Даже себе ничего не оставили. Я даже не знала, сколько времени прошло, в спальне настенных часов нет. Видела только, что за окном уже темно, потом слышала, как все ушли на ужин… Их долго не было, но наконец эти сучки вернулись и начали строить догадки, откуда бы у меня взяться твоим фоткам с автографами. — Она вздохнула. Орион неотрывно следил за тем, что происходит с ее лицом, стараясь не выдать себя взглядом. — Хотели даже снять заклятие, чтобы допросить, но, похоже, побоялись. Я же и просто так могу залепить, безо всякого волшебства…

— Это по-нашему, — одобрил он, чувствуя, что вполне может прямо сейчас отправиться в Хогвартс, задрать тем троим подолы и… а, черт, ну почему он не носит трость? Придется обойтись розгами, у Филча наверняка найдутся!

— Они очень долго болтали, уже совсем стемнело… — Донован закусила губу. — Потом стали решать, как бы еще меня проучить. Ну, они ж понимали, что та шуточка — моих рук дело, кому еще-то?.. Тут одна вспомнила о какой-то хитрой порче, ну и… предупредили — если я хоть полслова кому-то скажу, ходить мне всю жизнь изуродованной. Еще придумывали, что бы такое посмешнее…

Она осеклась и уставилась на Малфоя. Видимо, у того был очень неприятный взгляд, поскольку девушка невольно отодвинулась.

— Уже, да? — тихо спросила она, поднося руки к лицу, пошедшему мерзкого вида фурункулами, сложившимися в буквы.

— Почему именно это слово? — ледяным тоном спросил он, проигнорировав вопрос.

— Потому что не вытерпела, — хмуро ответила девушка. — Спасибо хоть, мантия, джинсы… Но все равно заметили…

— Ну… — Орион грязно выругался. — Я этого так не оставлю! А пока иди-ка сюда, поближе. Не шевелись и глаза прикрой…

Он притянул девушку к себе, осторожно провел ладонью по ее лицу. По сравнению с удалением Метки и тем более разрушением хоркрукса это было все равно, что паутину со стены смахнуть. Мгновение — и ни следа мерзкой порчи, наведенной противными девицами.

"Маловато будет! — гадко ухмыльнулся Орион. — Надо бы добавить огонька, чтоб не совались больше! Но как? Просто так его не передашь, фиг знает, чем это для Арабеллы обернется? Хотя…"

— Готово, — сказал он. — Вон зеркало, если хочешь, убедись.

Девушка осторожно потрогала лицо и улыбнулась.

— Орион Малфой, лучший косметолог Европы, к вашим услугам, леди! — фыркнул он. — Обращайтесь, если че!

— И… и больше не повторится? — спросила она.

— Не-а, — ответил Орион, недобро щурясь. — Никогда. Забудь, это теперь мое дело. А пока… Ты это… есть хочешь?

— Ну так… немножко.

— Я тогда пиццу закажу, не возражаешь? Неохота из дома выгребаться. Не, ну если хочешь, сходим куда-нить…

— Не хочу! — выпалила Арабелла. — У меня коленки трясутся… Я как подумала, что у меня это на всю жизнь останется…

— Я ж тебе сказал, что мне это снять — раз плюнуть, — снисходительно улыбнулся Орион. — Не парься по пустякам. И это… оставайся у меня до завтра, что ли? Стоп! — поднял он руки. — Никакой ереси про долг, оплату и прочую хрень! Хочешь — останься, не хочешь — возвращайся в школу.

— Вот в школу точно не хочу, — буркнула она.

— Ну и отлично. Места тут предостаточно, я тебе в гостевой спальне постелю… если других идей нету, — коварно сказал Малфой.

— Если даже пока и нет, ты ж придумаешь, — ответила оживающая на глазах Донован.

— А че тут думать-то? Дело житейское… Но сперва, — торжественно объявил Орион, — я хочу пожрать! А ты иди умойся и сними этот балахон! Терпеть их не могу, блин…

*

На следующий день после полудня Хогсмид всколыхнулся: на самую оживленную улочку аппарировала крайне необычная парочка.

— Это он! — тут же послышался девичий писк. — Малфой!.. Орион Малфой!..

Через пять минут толпа, состоящая преимущественно из барышень возрастом от тринадцати и старше, осаждала заведение мадам Розмерты, куда зашел юный секс-символ магической Британии. Правда, те, кому повезло пробиться внутрь или хотя бы к окнам, так и норовили протереть глаза: Малфой-младший с явным удовольствием целовался с Арабеллой Донован, которую терпеть не могли на старших курсах за дерзость, злой нрав и обыкновение делать всё наперекор остальным. Да не просто целовался: рука его периодически ложилась то на ее коленку, то еще куда-нибудь, но Донован это совершенно не смущало — она и сама распускала руки.

— Походу, клюнули, — прошептал Орион, в очередной раз дотянувшись до уха Арабеллы. — Которые?

— Слева стоят, две шатенки — одна с косичками, другая с кудрями, и рыжая с хвостиком, — ответила она, с удовольствием вдыхая запах его одеколона.

Рядом с Орионом Арабелла не испугалась бы и дракона, что уж там однокурсницы! И пускай даже все это закончится прямо сейчас, воспоминания-то никуда не денутся…

— Засек, — усмехнулся он. — Ну-ка, свали в сортир минут на пять, я с ними потолкую.

Донован кивнула, выскользнула из-за столика и исчезла за перегородкой.

Малфой, с удовольствием потянувшись, поднялся и подошел к обозначенной троице.

— Ну что, цыпочки? — ласково произнес он, и девицы обомлели. — Где мои полторы штуки галлеонов?

— Что?.. — вымолвила та, что с косичками.

— Я говорю, бабло где? — повторил Орион уже жестче. — Я че, не знаю, кто у Арабеллы спер фотки, которые я ей дал на продажу? Гоните золотишко, милочки, не то на счетчик поставлю!

— У… у нас столько нет, — прошептала рыжая, переглядываясь с остальными. Судя по всему, они недоумевали, откуда это Малфою известны такие подробности: никаких следов на лице Донован не наблюдалось. Вот на шее — да, сколько угодно, но не более того.

— Ищите бабло, где хотите, детки, — фыркнул он. — А еще раз протянете лапки к добру Арабеллы, я их вам лично повыдергиваю. И прыщиками вы не отделаетесь, солнышки, изуродую так, что вас ни один колдомедик не спасет.

Он щелкнул пальцами, и перед лицами перепуганных девиц взметнулся язык бело-голубого пламени.

— Усвоили? Тогда пошли прочь, — мотнул головой Орион и вернулся на прежнее место. Через минуту к нему присоединилась Арабелла. — Я их шуганул. Какое-то время не полезут, а там я решу, как быть.

— За меня решишь?

— Да, а че? Ты против, что ли?

— Я даже и не знаю… — задумчиво произнесла Донован. — Вроде и обидно, а вроде и приятно…

— Вот забей на "обидно" и получай удовольствие, — отрезал Малфой. — Доела мороженое? Пошли, прогуляемся чуток, а потом мне надо в мэнор. Дела, понимаешь ли…

*

— Орион, — сказал Люциус Малфой, посмотрев на сына, задумчиво попивающего чай. — У тебя опять чрезвычайно загадочный вид. Какую еще пакость ты замыслил?

— А? — очнулся тот. — Да я женюсь. Осенью, пожалуй, в самый раз будет.

Люциус едва не сел мимо стула.

— Прелестно. Отчего же я узнаю об этом только сейчас?

— Так я только сегодня решил, — фыркнул Орион.

— Хм… И кто же твоя избранница, позволь поинтересоваться?

— Да там одна… — тот помахал кистью руки в воздухе.

— И где ты ее встретил? — не отставал отец.

— Ну помнишь, я мотался в Хогвартс по нашим делишкам? — сдался сын. — Там и познакомились. Вот окончит школу, я и женюсь. Не переживай, пап, она уже совершеннолетняя, последний курс.

— Зовут-то ее как? — тоскливо протянул Люциус.

— Донован. Арабелла Донован.

— Симпатичная?

— Вылитая маман, — честно ответил Орион. — На первой же свиданке обозвала меня говнюком.

— Стоп! — произнес Люциус. — Не хочешь же ты сказать…

— Да, папа, она, кажется, магглорожденная, — терпеливо ответил тот, — как и мама. И тоже из бедного квартала, но это круто, потому что мы с ней говорим на одном языке.

— А что скажет…

— Дед? — предвосхитил вопрос Орион и схватился за затылок. — Он мне врежет для начала… Деда, ну зачем со всей силы-то?! А потом благословит. Да?

Абраксас Малфой устроился на своем месте и посмотрел на внука.

— Магглорожденная, — процедил он. — Опять! Рэйвенкло?

— Не-а, Гриффиндор, — легкомысленно ответил Орион. — Но она там как-то не ко двору. Ее тамошние девчонки не выносят. А так она умная, в зельях сечет отменно, по Снейпу тащится, со слизеринками нормально общается…

— Снова какой-то жуткий гибрид… — пробормотал Абраксас. — Но ты вроде бы планировал обождать с женитьбой еще года три-четыре?

— Ну так если подвернулась подходящая краля, чего ждать-то? — удивился тот. — Пока уведут? Ну и потом, деда, сами понимаете, ей после школы вообще деваться некуда. В клерки или секретарши она не годится, а к приличному зельевару в ассистенты еще поди устройся!

Малфой-старший кивнул.

— Только тут есть одна проблема, — посерьезнел вдруг Орион. — Я же сказал, что остальные девчонки Арабеллу не выносят? Так вот, у них затяжная война еще с первого курса. В последний раз дошло до… Нет, я не буду говорить. Это личное. Захочет — сама скажет. Короче, боюсь, после того, как нас увидели вместе, ей вообще проходу не дадут.

— Ты на что намекаешь, внучек? — ласково спросил Абраксас.

— Я хочу забрать ее из школы, — ответил тот. — Выпускные она хоть сейчас сдать может, но лучше не торопиться. Деда, вы и сами говорили, что в Хогвартсе хорошим манерам не научат, а у нее с этим проблемы, как у меня были… Ну вы поняли, да? Неплохо было бы, если б маман с ней маленько позанималась всей этой фигней типа этикета, сама-то уж наблатыкалась…

— Орион, это уже чересчур! — нахмурился Люциус. — Мы могли забрать мальчиков, я и миссис Лонгботтом — их законные представители. Но посторонняя девушка…

— Че это она посторонняя? — возмутился Орион. — Мы, может, уже помолвлены! И это, деда, папа, я же не говорю, что ее надо в мэноре поселить, у меня своя квартира в Лондоне есть.

Старшие Малфои переглянулись.

— Судя по твоему тону и недоговоркам, с ней сделали что-то нехорошее, — медленно произнес Люциус.

— Очень нехорошее, — подтвердил Орион. — Пап, повторяю, я не стану рассказывать. Могу только отметить, что… гм… парни в этом не участвовали. Только девки.

— Придержи язык!

— А я не могу иначе их называть, — преспокойно сказал тот. — Папа, ты мне поможешь? Я тебя очень редко о чем-то прошу, но… Иначе мне придется ее похищать, а скандалов как-то не хочется.

Люциус посмотрел на отца. Тот посмотрел на Ориона. Судя по прищуру, сдаваться младший Малфой не собирался, а вставать у него на дороге было себе дороже, это все давно усвоили.

— Хорошо, — неохотно произнес он. — Будь по-твоему. А то ведь ты возьмешь школу штурмом, знаю я тебя…

— Зачем штурм, если есть потайные ходы? — фыркнул Орион. — Ну не смотри так, пап, ты будто впервые о них услышал! Когда там у тебя очередная инспекция-то?

— Очень скоро, — понимающим тоном ответил Люциус.

— Красивая хоть девчонка? — спросила Лорейн, даже не пытавшаяся встрять в мужской разговор.

— Ну... ниче так, — оценил Орион. — Ноги — во! Сиськи — во!.. Мать, ну че ты опять по шее, я же образно... Короче, по мне — классная девица, а кому не нравится, его проблемы, не ему ее трахать. Блин... Деда, а вы не могли бы не брать за стол эту вашу трость, а?! Я задолбался синяки сводить!

— Скажи спасибо, что я кнут не взял, — ответил Абраксас. — Мерлин с тобой, тащи свою девицу, я твоему чутью доверяю. И не в квартиру свою, а сюда! Иначе как Лорейн будет с... Арабеллой, да? Как она будет с ней заниматься?

— Спасибо, деда, — лучезарно улыбнулся Орион. — Мы все сделаем в лучшем виде! Пап, ты когда соберешься в Хогвартс, меня свистни, ладно?

— Да куда же я без тебя, — вздохнул Люциус и покосился на супругу. Та только плечами пожала: дескать, разбирайтесь сами, господа Малфои!

— Ну супер! Ладно, пойду погляжу отчеты на тему комиксов для детишек, — потянулся Орион. — Тема-то хорошая, но пока в нее не все въехали. Что-то там не так с рекламой, не можем заинтересовать покупателя! Ослы, чтоб им, опять в обычном мире спецов нанимать, что ли?..

Люциус только вздохнул: хватка у старшего сына была мертвая, и хоть Орион и изображал светского щеголя, затаскивал в кусты девиц и всячески развлекался, о деле не забывал никогда. Слабые попытки конкурентов сделать хоть что-то подобное юноша задавил на корню, ну а потом и вовсе никто не рискнул соваться в этот бизнес. Все уже поняли, что Орион Малфой — это серьезно...

Глава девятнадцатая, в которой воплощается принцип -quot;спрячь за высоким забором девчонку, выкраду вместе с забором-quot;

— Господин директор, — раскланялся Малфой-старший. Младший тоже вежливо поклонился. — Рад видеть, рад...

— Я смотрю, сын всегда с вами... Обучаете его, чтобы передать впоследствии полномочия? — не удержался от шпильки Дамблдор.

— Обучаю Ориона? — Люциус искренне засмеялся, Орион едва удержался от того, чтобы не заржать в голос. — Его учить — только портить. Но мы к вам по иному вопросу...

— Альбус! — будто по заказу ворвалась в кабинет МакГонаггал, волоча за собою девушку. — Ну это же невыносимо!

Малфой-младший потыкал отца в спину и сделал страшные глаза. Малфой-старший понимающе кивнул и с интересом посмотрел на жертву деканши.

— О, привет, Донни, — сказал Орион, шагнул вперед, отобрал оторопевшую девушку у МакГонаггал и смачно поцеловал. — Че опять отмочила? Пап, эт она, ну, я думаю, ты догнал...

— Вроде бы ты сказал, что ее зовут Арабеллой? — сориентировался тот.

— Донни — уменьшительное от Донован, — пояснил юноша, не выпуская подругу из цепких рук. — Мне так больше нравится, ей вроде тоже, а?

Девушка кивнула. Судя по ее взгляду, она ничего не понимала.

— Короче, это очень круто, что мы тут все разом собрались, — продолжил Орион, — все дела заодно и порешаем. Пап?

— Да, господин директор, — произнес тот с нескрываемым злорадством, — мой сын сообщил, что с этой девушкой, по ее словам, обошлись... дурно, и кто! Ее же однокашницы! Я не могу этого допустить...

— Но где доказательства?! — возмущенно спросила МакГонаггал. Хотя, вероятно, ее смущало то, что Орион не только гладил Арабеллу по руке или там по плечу, а откровенно хватал за задницу, чему юная мисс совершенно не противилась.

— Слова не котируются, понимаю, — сказал Малфой-младший и обратился к девушке: — Дон... короче, это — мой отец, я ему доверяю. Не хочешь, не показывай, но... иначе я не смогу тебя забрать.

— Забрать?!

— Ну а ты че думала, я так просто, в гости приперся? — удивился Орион. — Мне больше заняться нечем, что ли?

— Ну... — Арабелла подумала, вздохнула и глянула на Люциуса. — Да пускай. Девкам из нашей гостиной твой отец уж точно ничего не сболтнет! Смотрите, сэр!

Орион наблюдал за ними со стороны и был приятно удивлен, когда Люциус, удерживавший зрительный контакт и медленно бледнеющий, вдруг словно ощетинился, встряхнулся и коротко приказал:

— Немедленно забери отсюда девушку. Вещи пришлют потом. А мне еще нужно побеседовать с господином директором и с госпожой деканом...

— Па-ап, куда мне ее забирать-то? — развязно спросил Орион. — К себе?

— В мэнор, забыл разве? — ответил тот. — Сдай на руки матери, понял?

— Да я не тупой, пап, — ухмыльнулся тот. — Деду че-нить сказать?

— Я сам скажу. Проваливай.

— Не прошло и десяти лет, — доверительно сказал Орион Арабелле, — как папаша освоил мой лексикон. Дед, и тот быстрее вкурил!

— Орион!

— Все, мы свалили! Всего доброго!..

...— Это ваш мэнор? — почему-то шепотом спросила Арабелла.

— Ну, — ответил Орион и гаркнул: — Мать! Ма-а-а-а!.. Блин, ну неужто по магазинам рванула? Ладно, пошли, я тебя сам устрою, а шмотки правда потом пришлют. Да иди, не бойся!

— А ты... как это вообще?

— В смысле похищения? — правильно понял ее юноша. — А! Ну я сказал старшим, что невесту нашел, только в школе у тебя полная жопа. Ну и манерам все же подучиться надо, но ты не бойся, мать натаскает. Она ж у меня сама из бедного квартала, так что вы общий язык найдете.

— Невесту?! — выговорила Арабелла, явно прослушав все остальное. — А если я не согласна?!

— А ты не согласна? — удивился Орион. — Нифига себе девушки пошли, их замуж зовут, а они...

— Но я же не собиралась так вот сразу, после школы...

— Забей. Я зато собрался. Увидел и решил — женюсь, — сказал он. — Не, ну если ты совсем против, то просто поживешь у нас, экзамены сдашь, а дальше уж как хочешь... Хотя я бы не советовал. И вообще, мы тогда круто оторвались!

— Ох, да... — наконец-то улыбнулась девушка.

— Так идешь за меня или нет? Я хоть и бастард, но, знаешь... — Орион мерзко ухмыльнулся. — С дедом мы приятели, отец до сих пор никак не поймет, любить меня или избить, а мелкие... а, вот один!

— Большой бро!.. — Драко с разбегу напрыгнул на старшего брата, а тот подкинул мальчишку в воздух и повертел. — Быстро ты! А папа где? А это кто? Здрасьте, мисс!

— По порядку: папа в Хогвартсе ругается с директором, а это моя невеста.

— Эй, я еще не сказала, что согласна! — сказала Арабелла растерянно.

— Фигас-се! — восторженно произнес Драко, обойдя ее кругом. — Чтоб девчонка не согласилась идти за тебя замуж?! Бери ее, большой бро, хоть силой! Таких еще поискать!..

— Она магглорожденная, — сказал Орион.

— Пофиг, мать тоже магглорожденная, она что, хуже от этого стала?

— Ах ты мой цыпленочек! — мерзко хохотнул старший брат. — Вали нахрен отсюда, а я гостье мэнор покажу. И скажи там домовикам, чтобы приготовили комнату рядом с моей и пожрать че-нить соорудили.

— Ага! — ответил Драко. — Так это, большой бро, надо всего вкусного побольше, а? Тортик там, фрукты, детям мороженое, взрослым шампанское...

— С чего это?

— Отметить, блин! Ты же в первый раз свою девчонку в мэнор приволок! — Драко, не дожидаясь подзатыльника, подмигнул Арабелле и испарился.

— Мать магглорожденная... а разве она не чистокровная? — растерянно спросила девушка.

— Это его — чистокровная, а моя — магглорожденная, я же бастард, — пояснил Орион. — Драко привык мачеху называть мамой, мы ж сюда ввалились, когда ему чуть больше года было. И не парься, даже дед уже забил на такие мелочи! А мордой лица мы с Драко удались в отца, мамашки у нас совсем разные. Мелкую мать, наверно, с собой взяла, так-то она за Драко хвостом ходит...

— А он за тобой.

— Точно, детка. Пошли, глянем, что тут и как, а то заблудишься еще!

— Иди ты! Я топографическим кретинизмом не страдаю!

— О! Тогда идем в лабиринт, знаешь, такой, из живых изгородей. Там, — Орион понизил голос, — трахаться офигенно удобно. На каком-то повороте я оставил туристическую пенку, надо поискать, на ней лучше, чем на траве-то...

— Ты меня что, в сексуальное рабство взял? — мрачно спросила Арабелла.

— А ты что, меня смертельно оскорбить хочешь? — в тон ответил он и сощурился. — Я сказал: не желаешь за меня замуж — не надо. В школу мы тебя все едино не вернем, отец что-то сильно завелся... Поживешь гостьей, а экзамены и так сдашь. А что до прочего: мне показалось, нам с тобой тогда было круто, но если не хочешь... принуждать не стану, я не из таких. Могу клятву дать, если не веришь. Даже Непреложный обет. Э, ты чего?!

— Ничего... — девушка вытерла нос рукавом, потом вздохнула и уткнулась лицом в плечо Ориона. — Я тебе верю. Я... устала. Все время эти дрязги, сплетни, и вдруг — ты. Шебутной такой, но с тобой спокойно, парадокс, да?

— Конечно, я один сплошной парадокс, — довольно ответил он. — Ну не реви ты, не умею я плачущих девушек утешать, так вот начнешь — а в кармане вместо носового платка чьи-то трусики... Девушка, само собой, плакать перестает, но я-то получаю по морде! И хорошо, если просто рукой...

— Если я найду у тебя в кармане чужие трусики, ты у меня не рукой по роже получишь, — внезапно успокоившись, произнесла Арабелла, — а как минимум сковородкой. Ясно?

— А как же, — хмыкнул он, — но это только если ты согласна на помолвку, иначе нет у тебя никакого права бить меня сковородкой, особенно фамильной, я волен гулять, как захочу!

— Старшие-то твои согласятся? — спросила она. — Ну, на помолвку?

— А че? — удивился Орион. — Мать точно против не будет. Отец вроде тоже. А с дедом мы договоримся. Дел-то куча! Не бойся, они не страшные, только выпендриваются со страшной силой...

— Это кто у нас выпендривается со страшной силой, внучек? — ласково спросил неслышно подошедший со спины Абраксас Малфой.

— Ну разумеется, я, деда, — ответил тот, не моргнув глазом. — Познакомьтесь, это вот моя невеста, Арабелла Донован. Ну, я рассказывал.

Старый Малфой кивнул девушке, та судорожно изобразила что-то вроде реверанса.

— Она не отзывается на Беллу, — добавил Орион, — ее лучше называть Дон. Настоящее имя она тоже не любит из-за некого капитана Блада, верно?

— Да... — ответила Арабелла.

— Чем вам не угодил капитан Блад, ума не приложу, — ворчливо сказал Абраксас. — Знавал я одного... а нет! Он был полковником. Полковник Патрик Блад, разведчик, прекрасный человек, хоть и маггл...

— А мне ты не рассказывал, — вставил Орион.

— Расскажу позже. А ты, когда Лорейн вернется, скажи, чтобы переодела девочку, — велел Абраксас. — В этом Хогвартсе не имеют никакого понятия о том, как следует одеваться юным леди.

— Я не леди, сэр, — вставила Арабелла.

— Станете, мисс, — парировал он, — начинайте учиться заранее. Орион, ты меня слышал?

— Да скажу я, скажу... Только, деда, я не понял насчет леди, — произнес тот. — Наследник у нас Драко, и я не...

— Ты достаточно богат, чтобы купить себе титул, тем более, ты признанный бастард, — улыбнулся Абраксас. — Я тут вспомнил наш давнишний разговор, ты еще спрашивал, как назваться: Абрамс-Малфой или Малфой-Абрамс... Тогда я вспылил, но потом подумал: фамилию унаследует Драко, а ты и впрямь можешь основать свой род, пусть даже это будет считаться боковой ветвью нашей семьи... И невеста у тебя недурна, немного подучится манерам и будет вполне достойной леди. Только усади ее, внучек, и прикажи подать чаю, не то она в обморок грохнется!

С этими словами лорд Малфой величественно удалился, а Орион небрежно подхватил и впрямь пошатнувшуюся Арабеллу за талию, а свободной рукой почесал в затылке.

— Круто! — сказал он, подумав. — Я тоже стану лордом, и намного раньше засранца Драко! А ты, будущая леди, приходи в себя да пошли поместье смотреть!

— Но...

— Я думаю, дед с отцом меня отсюда не выгонят, тут же полк солдат можно поселить, — хмыкнул Орион. — Да и куда я от матери! Идем, идем... Гляди, тут вот розовая аллея...

Глава двадцатая, в которой происходит знакомство с родителями и не только

— Орион, за каким чертом ты так перепугал бедную девочку? — спросила Лорейн, вернувшись и оценив состояние Арабеллы.

— Во-первых, ма, привет, — тот подставил щеку для поцелуя. — Во-вторых, это не я, а дедушка. А в-третьих, она сама напугалась.

— Ну конечно! — фыркнула та, для порядка подергав великовозрастного отпрыска за ухо. — Причем до полной потери дара речи, как я вижу.

— Н-не совсем, — выдавила Арабелла, на которую Малфой-мэнор произвел неизгладимое впечатление. — Извините. Здрасьте, миссис Малфой...

— Добрый день, мисс, — вздохнула Лорейн.

"Ну никаких же манер!" — говорил ее взгляд, брошенный на сына.

"У меня их тоже нет, я же не парюсь", — таким же взглядом ответил Орион.

— Мать, — сказал он развязно, — дед сказал, чтоб ты, как вернешься, переодела Дон во что-нибудь приличное. Ну типа как у тебя, а то сама ж видишь, что на ней за шмотье.

— Дорогой сын, — сказал она, — если бы ты предупредил меня чу-у-уточку раньше, мы бы успели заказать для твоей девушки полный комплект одежды. А теперь придется подгонять то, что имеется! Кстати, а что имеется?

— Я откуда знаю? Я к ней в чемодан не заглядывал, — фыркнул Орион и щелкнул пальцами. — Эй, дежурный!

— Слушаю, хозяин Орион! — появился домовик.

— Багаж мисс Донован из Хогвартса уже доставили?

— Конечно, хозяин Орион!

— Все-все вещи? Даже те, которые почему-то оказались в чужих сундуках?

Домовик затрепетал.

— Н-не могу знать, хозяин Орион...

— Так проверь, — приказал тот. — И поживее, не то уши оборву. Одна нога здесь, вторая чтоб через минуту тоже была тут!

Арабелла тронула его за рукав.

— А почему ты решил...

— А я будто не знаю, как народ в общежитиях горазд тырить что-нибудь симпатичненькое, — усмехнулся Орион. — А уж девчонки — тем более.

— Откуда, если ты в школе не учился?

— Ну, немного все же проучился, мне хватило впечатлений, — сказал он. — Маман, так ты че, возьмешь шефство над будущей невесткой? Гы, а она заодно со свекровью познакомится...

— Интересно, и почему я не задушила тебя подушкой во младенчестве? — задумчиво спросила Лорейн.

— Потому что ты меня обожаешь, причем полностью взаимно! — выдал Орион, подхватил мать и подержал на весу, взамен получив подзатыльник. — Ну че ты, ма, это так прикольно!

— Не сын, а наказание, — доверительно сказала та Арабелле, поправила костюм и добавила: — Пойдем наверх, посмотрим, что у тебя с одеждой. Можешь звать меня по имени, кстати, мне так привычнее...

— Х-хорошо, — выдавила девушка и в панике оглянулась на Ориона.

Тот только подмигнул: на мать он мог положиться всегда и во всем, и выбор одежды лучше всего было доверить именно ей, сам он в этих тряпках разбирался только в той мере, какая требовалась, чтобы оценить их стоимость и качество, ну и еще прикинуть, как их ловчее снимать. А вот отчего Арабелла, деловая и бойкая девчонка, так перепугалась? Надо будет прояснить этот момент, решил он, поймал за шиворот Лиру, кинувшуюся было за матерью и серьезно сказал:

— Не лезь.

— Ну а че?! — возмущенно спросила сестра, унаследовавшая, как и Драко, неповторимую, по выражению Абраксаса Малфоя, манеру общения Ориона.

— Ниче! Девчонка и так напугалась насмерть, а тут еще ты мельтешить будешь. Потом познакомишься, а пока брысь отсюда! Иди вон Драко найди, ему скучно.

— Он опять драться будет! — наябедничала Лира.

— Сдачи дай, — посоветовал старший брат. — Я ж тебе показывал, как.

— Так он маме жалуется!

— А мама занята, — гнусно улыбнулся Орион. — Так что иди... и наваляй этому поганцу, если опять будет руки распускать. А если че, сама пожалуйся, только не маман, а мне. Усекла?

— Усекла! — выпалила Лира и умчалась, только хвост светлых волос мелькнул.

"Дети на какое-то время заняты", — философски подумал Орион и отправился инспектировать кухню. Он подозревал, что в застольном этикете Арабелла не сильна, поэтому будет чувствовать себя о-о-очень неловко, угодив в такое общество. Следовательно, на обед следовало подавать что-то не слишком замысловатое. Ну, хотя бы сегодня... Его-то такие мелочи не смущали, но одно дело будущий лорд Малфой-Абрамс, а другое — девочка из бедного квартала...

...— Ну че, ма? — спросил он, отловив Лорейн немного позже. — Безнадега или как?

— Шансы есть, причем существенно отличные от нуля, — сказала та, успевшая переодеться в скромное домашнее платье. — Просто девчонкой сроду никто не занимался, а так она схватывает на лету. Ее чуток подучить, приодеть, от чистокровной вообще не отличишь! Стой! — Лорейн поймала сына за рукав, совсем как он Лиру. — Не лезь к ней, дай отдохнуть. Ее и так колотит, успокоительным отпаивать пришлось.

— Мать, а че она так напугалась, ты не выяснила? — поинтересовался Орион. — Она же вроде нашего... в смысле, нашего с тобой круга, в школе ни перед кем не робела, так фиг ли?..

— Отходняк, думаю, накрыл, — пожала она плечами.

— В каком смысле?

— Не тупи, Орион! Она почти семь лет держится на одной силе воли, я ее разговорила немножко... — Лорейн помолчала. — А тут вдруг ты, красивый такой, прямо принц на гоночной метле!

— Ненавижу метлы, — вставил он.

— Сама знаю... В общем, вышло все, как в этих дурацких сериалах, которые твой канал крутит с утра до ночи...

— А если они дурацкие, зачем ты их смотришь? — задал резонный вопрос Орион.

— Натыкаюсь изредка... — прошипела Лорейн, поманила рослого сына поближе и сказала страшным шепотом: — Дедушка обожает "Страсть и ненависть в большом Лондоне".

— Офигеть!

— Я тоже была в шоке. Только сознайся, паршивец... — женщина прищурилась, — ты нарочно устраиваешь вечерние посиделки с дедом, чтобы выпытать у него еще парочку пикантных историй?

— Ну-у-у... — Орион не выдержал и заржал на весь дом.

— Я так и знала, — печально сказала Лорейн. — Скотина ты, а не сын. А он так искренне узнает знакомые мотивы и рассуждает о том, что все судьбы в разных семьях чем-то да похожи!

— Именно, что чем-то, — совершенно серьезно произнес Орион. — Я же не идиот, мамуля, мне судебные иски от узнавших себя в киношных героях даром не сдались. Так что я делаю микс из этих офигенных дедовых историй, а потом...

— Та-ак... — вкрадчиво произнес за его спиной Абраксас. — Значит, "деда, давайте-ка еще по рюмочке, вспомните боевое прошлое, мне так интересно, я же с магглами рос и ничего не знаю"? И себе-то ты, мерзавец, не подливаешь, только мне!

— Но сериал-то вам нравится, — хмыкнул Орион, отступив на всякий случай подальше.

— Этого не отнять, сценарист у тебя хороший... — вздохнул старший Малфой, посмотрел на расплывшегося в улыбке внука и повторил: — Та-ак!

— Да-да, деда, такие вещи я на откуп наемным специалистам не оставляю, сам пишу, — еще шире ухмыльнулся тот. — Память у меня хорошая, потом наши штатные специалисты маленько финтифлюшек добавляют — и вуаля!

— Мерлин великий, и чем я все-таки думал, когда принял это чудовище в род? — спросил у потолка Абраксас. — Всё! Хватит с меня! Чтобы немедленно купил титул и... и...

— И свалил подальше, — уныло произнес Орион. — Я так и думал, что вы просто хотите от меня избавиться... выгнать из дома... лишить любимой матушки... Блин, ну зачем опять тростью-то?!

— Лорейн, — совершенно серьезно сказал старший Малфой. — Должен признать, у тебя ангельское... или, в данном случае, дьявольское терпение. Я бы такого сына задушил подушкой еще во младенчестве! — Он недоуменно посмотрел на согнувшихся от смеха внука с невесткой и спросил: — А что такого смешного вы услышали? Я говорил абсолютно серьезно!

— Ы-ы-ы... — простонал Орион, обнимая Лорейн. — Деда... просто маман буквально пару минут назад жалела, что не придушила меня... подушкой...

— Это не мэнор, это сумасшедший дом, — поджал губы Абраксас, и в этот же момент в холл с диким воплем влетела Лира. — Это еще что?!

— Орион, помоги! — Девочка запрыгнула на брата, как обезьяна на пальму.

— Ты врезала Драко? — поинтересовался тот, перехватывая ее поудобнее.

— Я ему крапивы в штаны насовала, — гордо сказала та. — А на крапиве почему-то были муравьи, так что на метле он лететь не может, но сейчас просто так прискачет... и вот тогда спасай меня!

— Лорейн... — Абраксас взялся за голову. — Сделай с ними что-нибудь!

— Увы, — пожала она плечами. — Бесполезно. Орион вложит обоим ума, конечно, но...

— Деда, вы сами говорили, что в большой семье жить веселее, — вставил тот.

— И кто меня за язык тянул? — покачал тот головой. — Мог ведь обойтись всего двумя внуками, а теперь вас трое, и от вас некуда деваться!

— Пятеро... — пробубнил Орион, но Абраксас услышал.

— Что-что?!

— Тихо, деда, это сюрприз... В смысле, папа еще не знает, гы...

— Лорейн?!

— Это сюрприз, Орион ведь сказал, — невозмутимо ответила та.

— Прикол! — взвился вдруг тот. — А если я прям щас женюсь на Дон, то, деда, у вас внуки и правнуки будут ровесниками, я уж расстараюсь! Представляете такую хохму?! Идут, значит, в школу мои братья или сестры, кто уж там получится... и мои же дети! Директор офигеет! Блин, я должен это устроить... Деда, а как там титул-то покупать и почем они нынче?

— Идем, объясню, — убитым голосом произнес тот, — я уже все выяснил. Процедура довольно сложная, но тебе...

— ...мне достаточно отсыпать маленько бабла, и процедура моментально упростится, — заключил Орион и посадил Лиру себе на плечо. — Ма, когда тот покусанный свинтус примчится, к нам его не пускай, ладно? Мы там за серьезное дело перетирать будем.

— Ну разумеется, — улыбнулась Лорейн и направилась к себе — отдохнуть перед торжественным обедом... Не тут-то было. — Драко, стоять!

— Ма, она мне!..

— Ты не сумел справиться с девчонкой почти вдвое моложе себя? Ну, знаешь ли!

— Мам!.. — взмолился Драко, почесываясь.

— Ладно, пойдем, посмотрю, что там у тебя. А Лире потом по заднице надаешь, она сейчас с Орионом и дедом, так что...

— Возмездие откладывается, — грустно констатировал мальчик.

...Арабелла Донован, тихонько выбравшаяся из своей комнаты (размером никак не меньше общей гриффиндорской спальни, а то и побольше, с личными удобствами, балконом и прочими прелестями), устроилась на галерее и по привычке подслушивала.

Мать Ориона и вправду оказалась очень милой женщиной, особенно когда перестала изображать леди и начала командовать Арабеллой точно так же, как делала ее собственная мать. Это было привычно и понятно, но избавиться от страха девушке так и не удалось. Мало ли, зачем ее похитили из-под носа у директора с деканом! Арабелла Донован никогда и никому не доверяла, потому и продержалась так долго, но только с этой семейкой все явно было не так уж просто!

Вот лорд Малфой, его она уже видела... и он вот так общается с невесткой и внуком? А Орион при этом гнусно ржет на весь особняк и над чем-то еще прикалывается? Девчушка, влетевшая в дом с диким воплем, наверно, его младшая сестра, но разве так положено вести себя детям в благородном семействе? Ладно, Орион с дедом ушли, обсуждая что-то по деловой части, но тут же ворвался еще один мальчишка, обиженный и обозленный — этого увела Лорейн. Ну а самой девушке оставалось только вернуться в комнату и попытаться осмыслить все, что она только что видела. Правда, толком ничего так и не вышло...

*

— Э, ты там уснула? — стукнул в дверь Орион.

— Нет.

— Ну и зря, надо было вздремнуть, — фыркнул он. — Пошли жрать, вся семья уже в сборе!

— Я... — Арабелла открыла дверь. — Может, я не пойду, а?

— А че это? — поразился Орион, взял ее за плечи и повертел так и сяк. — Клево выглядишь, вкус у маман всегда был отменный. Тебе идет, зуб даю!

Классическая блузка зеленого — в тон глазам — цвета и скромная темная юбка чуть ниже колена и впрямь были девушке к лицу. Обычно зачесанные в хвост или собранные в пучок длинные волосы Лорейн заплела ей в сложную косу, получилось очень даже ничего. Далее начались проблемы: если чулки Лорейн выдала из своих запасов, то туфли пришлось трансфигурировать. Ну не носила Арабелла ничего подобного! Поди удери на каблуках от неприятеля, да и неудобно же... Юбкам она тоже предпочитала джинсы, поэтому чувствовала себя крайне неловко.

— Вполне слизеринские цвета, — заключил Орион и потащил ее за собой. — Так. Не парься, не пугайся и не смущайся. Сегодня будет скромный обед, никаких там ста вилок слева и ста ножиков справа, я специально распорядился.

— Спасибо...

— Говорю, не парься. С маман ты познакомилась, мелкие... ну, они мелкие и есть. А отец с дедом выглядят, конечно... м-м-м... слово забыл, блин! Короче, круто, но на самом деле они очень понимающие мужики. Выпрямись — и пойдем. Сейчас будет самое страшное...

— Что?! — шепнула Арабелла.

— Ну я же должен тебя представить собравшимся, даже если ты неофициально с ними уже знакома. Привыкай, крошка, аристократы живут по таким вот правилам!

— Я даже реверанс делать не умею!

— Какой, к черту, реверанс в такой юбке? Поздороваешься, и ладно, — сказал Орион и распахнул двери в столовую. — А вот и мы!

— Опаздываешь, — произнес Абраксас.

— Я никак не мог оторвать невесту от зеркала, она хотела предстать перед вами во всем блеске, — заявил тот и мерзко захихикал. — В общем, знакомьтесь: это Арабелла Донован, можно называть ее Дон, гриффиндорка, талантливый зельевар и моя невеста. Думаю, как только титул куплю, так и поженимся, фиг ли до осени ждать?

Лорейн молча вздохнула и покачала головой.

— Да, маман, ты права, я хочу позырить на рожи экзаменаторов, — довольно сказал Орион. — Мы скромненько поженимся... для начала...

— Что значит — для начала? — отмер Абраксас.

— Это значит — регистрация брака. Слухи пойдут, конечно, всем рот не заткнешь даже кошельком с галлеонами, но это мелочи. А торжество мы как раз осенью и устроим... или летом, как настроение будет, — пояснил внук. — Но я че-то отвлекся, мы же знакомиться начали. Короче, Дон, это мой дедушка, лорд Абраксас Малфой. Мой отец — Люциус Малфой. Маму ты знаешь, Лорейн Малфой. Это вот белобрысое недоразумение — Драко Малфой, а это белокурое чудо — Лира Малфой.

— Очень приятно... — прошелестела Арабелла. — А... а обращаться-то как, если вы все Малфои?

— Да, верно, — совершенно серьезно сказал Абраксас, — вопрос нетривиальный, но вполне разрешимый. Допустим, ко мне, юная леди, вы можете обращаться "милорд" или "лорд Малфой". К Люциусу — "мистер Малфой". Ориона вы называете по имени, с Лорейн проблем не возникает, ну а детей, опять же, можно называть по именам.

— Зря! — высказался Орион. — Было бы прикольно: "лорд Малфой, старший мистер Малфой, средний мистер Малфой, младший мистер Малфой", хы... Ладно, присаживайся, Дон, а то жрать охота — сил нет!

Он чуть ли не силой усадил ее между матерью и Лирой, сам уселся напротив, между отцом и Драко (Абраксас, разумеется, возвышался во главе стола) и весело подмигнул.

— А жить вы вместе будете? — непосредственно поинтересовался Драко, за что тут же огреб подзатыльник от брата.

— После обеда мог бы спросить, — сказал тот. — Заткнись и ешь.

— А все же? — не унимался тот, ерзая на стуле: видимо, филейная часть все еще чесалась. Лира довольно улыбалась.

— Драко... — ласково произнес Орион. — Закройся, а то урою. И метлу твою сожгу по прутику у тебя на глазах!

— А я тогда, большой бро...

— Не обращай внимания, — сказала Лорейн немного опешившей Арабелле. — Ешь спокойно. Они всегда так собачатся.

— Я думала, в таких семьях не принято...

— В обычных аристократических семьях, мисс Донован, — проявил недюжинную остроту слуха Абраксас. — А у нас вышло черт знает что, как выражается мой старший внук! Хотя обычно он выражается куда крепче.

Орион отвесил Драко еще один подзатыльник и набросился на жаркое.

— Удивительно, как ты ему еще мозги не вышиб, — произнес старательно пытавшийся не засмеяться Люциус.

— Было б шо вышибать... — с набитым ртом ответил ему сын. — И ваще, пап, если я его за столько лет не убил, то и дальше ему ничего не сделается!

— Может, последствия накапливаются?

— Ага, ща, накапливаются они... — фыркнул Орион. — У него башка тверже той стенки, в которую он позавчера впаялся! Упс...

— Орион?!

— Драко!

— Лира?! — вскричали взрослые мужчины. Лорейн абсолютно индиффирентно доедала салат и не забывала подкладывать гостье лакомые кусочки.

— А че Лира-то? — невинным взглядом посмотрела девочка. — Я ниче не знаю!

— Не знает она... — прошипел Люциус. — Ты всегда таскаешься за Драко! Куда он там врезался?

— Я ниче не видела, — решительно сказала та и сунула в рот внушительный кусок мяса, так что разговаривать бы точно не смогла.

— Орион?!

— А че сразу Орион?! Меня даже близко не было! Я только шишку этому придурочному сводил, он к матери боялся идти!

— Драко... — ласково произнес Люциус. — Видимо, крапивы тебе оказалось недостаточно?

У того мгновенно сделались настолько несчастные глаза, что даже Арабелла на мгновение прониклась жалостью к бедному мальчику.

— Хватит рожи корчить, — хладнокровно сказала Лорейн, знавшая все эти гримасы наизусть. — Не убился, и ладно. Хотя, говорят, естественный отбор — штука хорошая...

Орион засмеялся и чуть не подавился.

— Зачем тебя понесло в стену? — допытывался Люциус. Ему приходилось перегибаться через старшего сына, а поскольку тот был с ним одного роста, то выглядело это уморительно.

— Я поспорил с Гарри, что смогу свернуть за фут до нее, — обреченно произнес Драко.

— Судя по шишке, ты не успел, — заметил Орион, пригибаясь, чтобы отцу было удобнее распекать наследника. Или чтобы ему самому было удобнее наворачивать деликатесы: на манеры за семейным столом он чихать хотел.

— Успел! Шишка — это я в старый дуб врубился, не сумел чисто выйти из виража, а дерево прямо у стены растет, вот я за ветку и зацепился, — пояснил мальчик, подумал и добавил: — Надо еще потренироваться.

— Что ты там говорила про естественный отбор, Лорейн? — с интересом спросил Абраксас.

Арабелла смотрела на них и никак не могла понять, это она сошла с ума, или же Малфои, ревнители и хранители традиций чистокровных (так говорили слизеринцы, бастард, мол, одно, с кем не бывает, но нравы, нравы!), сейчас препираются при совершенно незнакомой девчонке, как обычная семейка из пригорода?

— Ты че не ешь? — спросила ее Лира, потыкав локтем в бок. — Держи запеканку с грибами, офигенно вкусная!

— Спасибо, — потерянно произнесла девушка. Запеканка в самом деле оказалась выше всяких похвал, но...

— Мало того, что ты Драко испортил...

— Я испортил?! — взвился Орион. — Неправда, он сам испортился! Или вообще бракованный был... Пап, ну опять по шее?! У меня там скоро мозоль будет!

— Убил бы, да...

— Денег жалко, — ядовито закончил юноша. — Так что там, деда, насчет "испортил"?

— Еще и Лира принялась повторять твои жуткие словечки и фразочки, а она ведь девочка из благородной семьи!

— Нифига подобного. Не в том смысле, что не из благородной, а насчет повторения... Лира? — Орион подмигнул сестре и что-то показал ей на пальцах.

— Дедушка, как вы могли так дурно подумать обо мне? — тоном оскорбленной невинности произнесла та. — Я знаю, чья я дочь и внучка, и уж поверьте, на людях я никогда не позволю себе ни единой позорящей семью выходки! Ну а пока мы тут все свои, — добавила она уже другим тоном, — че ж не поприкалываться? Орион, гони пять галлеонов!

— О Мерлин великий и милосердный, за что мне это испытание?! — простонал Люциус, закрывая лицо руками. Орион успокаивающе похлопал отца по спине.

— За твои гулянки, батя, не иначе, — сказал он без тени иронии. — Да не парьтесь вы, эти двое вполне дрессированные, на публику их выпускать можно. Авось не сожрут никого...

— Ты не обращай внимания, — негромко сказала Лорейн Арабелле. — Они не всегда такие буйные. Просто мужчине непременно нужно распустить хвост перед любой более-менее симпатичной особой женского пола, а ты более чем симпатичная. Так что Орион сейчас в ударе, а отец с братом у него на подпевках.

— А... а милорд Малфой?

— А он забавляется. Не бойся, они не страшные, — хихикнула та. — Честное слово. Дедушка у нас очень любит маггловские детективы. Почти уже перестал спрашивать, что означает тот или иной термин. Мой муж больше по части политики, ну а о бизнесе Ориона ты и сама знаешь...

— Ну вот чем ты занят за столом? — громыхнул Абраксас. — Убери немедленно, посмотришь после обеда!

— Деда, я вполне могу одновременно есть и думать, — парировал тот, — для этого не нужно быть Юлием Цезарем.

— А че там? — сунулся Драко.

— Да комиксы эти треклятые! Не идут, хоть застрелись... Все остальное нормально проканало, а тут — барьер. И никак не пойму, в чем затык...

— А можно посмотреть? — шепотом спросила Арабелла. Она еще не видела ничего из продукции медиахолдинга «Орион», просто не интересовалась, ей маггловских книг и фильмов хватало.

— Держи, — Орион передал ей тоненькую книжечку.

Девушка посмотрела на обложку: дизайн вполне привычный, только на Супермене не традиционные красные плавки поверх синего трико, а более-менее традиционная мантия.

— Что-то он тут на Бэтмена похож, — честно сказала она.

— Это гибрид. Один фиг оба эти типа со злом борются, так чего ж? А костюмчик со Снейпа срисовали, у него слабость к развевающимся черным мантиям... Только ему об этом не говори! — спохватился юноша. — А вот фраза "я ужас, летящий на крыльях ночи" — это вообще из мультика. Но так в тему пришлась, я не удержался...

— Вроде симпатично. — Арабелла перелистала комикс. — А почему картинки не двигаются?

— Что?.. — Орион уронил вилку. — Ну-ка повтори, что ты сказала?!

— Ну... Я когда в школу приехала, очень удивлялась, что фотографии и вообще картинки движутся, потом привыкла. А тут обычные... А что такое-то?

— Ой я деби-и-ил... — простонал Орион, хватаясь за голову. — И отдел маркетинга — поголовно идиоты! Уволю всех нахрен!

— Какие-то новые веяния, внучек? — поинтересовался Абраксас, посмеиваясь.

— Старые, деда! Для вас — старые, а я, блин, как завяз в этой вашей магии, так начал чутье терять... Ну точно же, таким комиксом магглорожденного не удивить, у него у самого кипа похожих найдется. А полукровки и чистокровные удивляются, почему картинки не движутся... Вот в чем дело-то было! — Орион уставился на Арабеллу горящими глазами. — И вот что значит свежий взгляд!

— Да я же ничего...

— Очень даже чего! Осталось придумать, как рисовать, может выйти дороговато... Один портрет обходится хрен знает во сколько, а тут целая книжка...

— А как мультики рисуют? — неожиданно спросила Арабелла.

— В смысле?

— Ну, те мультики, которые показывают по твоему каналу? Их же делают, как маггловские, или нет? Сколько-то там кадров в минуту, я не помню, двадцать четыре, вроде?..

— Ну да, а что? Мы там колдоаппарат доработали, им потом и снимаем.

— А может, и тут так сделать? Вот, например, кадр: Супермен вылетает из окна, машет своей девушке и все, характерный жест, погнал убивать врагов... Три картинки, да? А если эти три картинки соединить? Так и объем сократится, и рисунок неподвижным не будет... Это вашим колдоаппаратом снять можно?

— Не вопрос! — загорелся Орион. — Гений, блин! А еще можно бонусы снимать, крутые такие, кадров на двадцать-тридцать... Или вклейку делать, или спецвыпуски для особо упоротых...

Лорейн тяжело вздохнула. Старшие Малфои переглянулись со значением.

— Слушай, а помнишь, мы смотрели кино, и ты сказал, что "Терминатора" никак не выйдет перепереть для магов, потому что они нифига не поймут? — выдала вдруг Арабелла, но тут же осеклась, вспомнив, где находится, и произнесла: — Простите, пожалуйста...

— Деточка, мы в состоянии пережить "нафиг", — заверил Абраксас, ухмыляясь в усы, — и даже куда более скверные слова. Это, разумеется, не означает, что их следует употреблять за столом, но вас извиняет, во-первых, происхождение, во-вторых, дурное гриффиндорское влияние, а в-третьих, то, что, пообщавшись с Орионом, любой начинает говорить в его духе.

— Неправда, папа, я не начал, — заметил Люциус.

— Почти любой, — поправился тот. — Но тебя воспитывал я, так что ты более закален морально, чем кто-либо еще, верно?

— О да!

— Так че ты начала говорить-то? — вклинился Орион, с искренним удовольствием наблюдавший за этой сценой. — Ну, про кино. И не обращай внимания на предков, они всегда такие занудные, им положено. Пап, блин, опять по шее?! Я сковородку туда привяжу скоро!

— Не надо, ты и так непробиваемый. Продолжайте, мисс Донован, — любезно сказал Люциус, потирая ушибленную руку.

— А... — Девушка собралась с мыслями и посмотрела на Ориона. — Ты сказал, что чистокровные и большинство полукровных не поймут, и я стала думать, почему. Решила, что из-за робота... или киборга, не помню. Так вот, а почему вместо робота не взять... голема, например? Это-то будет понятно?

— Та-ак, мне нравится ход твоих мыслей, — напрягся Орион. — Только там было два киборга, помнишь? Один крутой, второй попроще...

— Ну... вот который крутой — тот пусть будет голем, можно же придумать, из чего он сделан, чтобы те штуки проворачивать? А второй... второй... — Арабелла задумалась. — Ожившие доспехи, во! Можно в них чью-нибудь душу вселить, прежнего хозяина, например!

— Супер! А сюжет ты как намерена перестраивать? — искренне забавлялся юноша.

— А зачем перестраивать?! Смотри: вот живет у приемных родителей пацан, который может уничтожить великое зло, назовем его Главным Злодеем. Но Главный Злодей узнает о том, что может пацан, только когда тот вырастет. Ну и пошлет в прошлое того голема-убийцу, чтоб разобраться с парнем, пока тот мелкий... А силы добра тоже узнают... надо только придумать, как, и тоже пошлют эти вот ожившие доспехи! Как тебе?

Люциус с Абраксасом снова переглянулись.

— Молодые люди, — произнес Малфой-старший, — а что это вы такое сейчас интересное обсуждаете?

— Маггловский фильм, деда, думаем, как его к нашим реалиям присоба... — Орион замолк. — Мать его так, тут ничего и присобачивать не надо. Ну, кроме голема и доспехов, но это-то фигня...

— Это вы о чем? — не поняла Арабелла.

— Потом расскажу, погнали дальше, — отмахнулся он. — Тут вроде все срастается, а что насчет путешествий в прошлое?

— Так хроноворот же! — радостно выпалила девушка.

— Твою мать... мать, не пинайся! Забыл! Забыл о такой офигенной штуке! Точно, магия мозги отшибает... Годится, Дон! Только, блин, придется всю технику порезать... Ну стрелялки — ладно, из палочки тоже можно садить, как из помповухи, я пробовал, плюс еще рубилово на мечах или топорах каких-нибудь устроить. Побег матери героя из психушки... фигня вопрос, арендуем корпус в Мунго на вечерок, не проблема. А можно разориться на азкабанские декорации, тут вообще все прозрачно будет... А погоня?! Как же наша любимая погоня на грузовике?

Лорейн тяжело вздохнула и хотела было отослать детей прочь. В запале Орион порой ругался вовсе уж непристойно, и хотя она сомневалась, будто его брату с сестрой эти слова неизвестны, приличия следовало соблюдать. Впрочем, дети подобрались те еще, и знаки матери проигнорировали, отец же с дедом с интересом наблюдали за мозговым штурмом.

— Ща, ща, дай подумать... — Арабелла растеряла большую часть застенчивости, глаза загорелись азартом. — Смотри, тут надо что-то верткое и относительно легкое, как мотоцикл...

— Метлу! — вставил Драко.

— Ну... пусть метлу, — кивнула девушка. — Только выходит ерунда... Если наши доспехи спасают пацана верхом на метле, то причем тут грузовик? И почему именно метла?

— Доспехи старые! — включился Орион. — Ну или заключенная в них душа старая, один хрен. Пап, ну не дерись, ты срываешь творческий процесс!.. Короче, до них тупо не доходит, что можно тот же мотоцикл спереть, ну либо они просто не знают, как с ним обращаться.

— А до голема доходит, что можно угнать грузовик?

— Стоп! — поднял тот руки. — Не туда ушли. Мы же в волшебном мире, какие, на... нафиг, грузовики? Метла — годно, молодец, Драко! А на чем за этой метлой можно гнаться? Чтобы оно было большое, опасное и тяжелое?

— На драконе! — ляпнула Лира.

— Ага, вот прям по всему Лондону припаркованные драконы стоят... — заржал Орион. — И фиг ты его заставишь слушаться... Так... кто у нас еще из летающих зверюг есть? Пап? Деда?

— Гиппогрифы, — с тяжелым вздохом ответил Абраксас, — и фестралы.

— Фестралы не годятся, их не снимешь толком, а спецэффекты дорого обойдутся, — забраковал идею юноша, — а вот гиппогриф — то, что надо! Можно нашего Лютика взять, он старенький уже, послушный и сравнительно безопасный... Сэкономим, опять же.

Лорейн начала хихикать.

— Декорации — не вопрос, — продолжал вещать Орион, — подсунем Хагриду какую-нибудь кусачую редкость, он нас в Запретный лес пустит. Ну ты поняла, да, Донни?

— Ага, городские лабиринты меняем на лесные. Там еще холмы есть, горушки даже какие-то, можно крутые виражи закладывать!

— А давай ты меня возьмешь на главную роль, большой бро? — встрял Драко. — Я с метлой клево управляюсь! И я видел то кино, ты ж меня водил, там пацан — мой ровесник! Ну а доспехи в той сцене будут декоративные...

— Очень мило, — сказал Люциус, тоже с большим трудом сдерживая смех. — Продукция «Орион-фильм». Режиссер — Орион Малфой. В главной роли — Драко Малфой. Спонсор...

— Папа, спонсор мне, слава богу, не нужен, — хмыкнул тот. — Но ты ошибся. Режиссер — лорд Орион Малфой-Абрамс. Технический консультант — леди Арабелла Малфой-Абрамс. А насчет Драко я еще подумаю...

— Это не мэнор, это сумасшедший дом, — печально произнес Люциус, — причем совмещенный с киностудией.

— Деда, папа от вас эту фразу подцепил? — спросил Орион совершенно серьезно.

— Подцепить, внучек, можно триппер от портовой шлюхи. А фразу он просто запомнил, — ответил Абраксас. Детей он не стеснялся, при нем самом, помнится, еще и не такое говорили. Ну а благодаря тиви дети и без того просвещены — дальше некуда!

— Шикарно сказано, — одобрил тот. — Так! Это все надо записать...

— А то забудешь половину и не заработаешь свой первый миллиард, — хмыкнула Лорейн.

— Именно, маман! Дон, пошли!

— А десерт? — спросил хитрый Драко.

— Мой — тебе, ее, — Орион указал на Арабеллу, — Лире. Подеретесь — обоих урою, ясно?

— Гм... — произнес Абраксас.

— А! Ну, типа, извините, что так быстро покидаем застолье, производственная необходимость, — выдал тот. — Потом еще наобщаетесь. Идем, Донни!

— Орион! — донеслось уже с лестницы. — Хроноворот!

— Что — хроноворот?

— Так "Назад в будущее" же! Неужто не смотрел?

— Ма-а-ать-мать-мать! Там такой паровоз зачетный! Интересно, нам Хогвартс-экспресс напрокат дадут? Ладно, пошли скорее, мы щас такое сочиним... такое...

Наверху грохнула дверь.

— Они явно нашли друг друга, — меланхолично произнесла Лорейн, отпив чаю.

— И кто это сказал, что противоположности сходятся? — ядовито произнес Люциус.

— Слышал когда-нибудь о статистических погрешностях? — не менее ядовито спросила она, но тут же улыбнулась. — Милорд, как вам девушка?

— Красивая, — ответил тот, — но неотесанная, конечно.

— Я в ее годы была не лучше.

— Я узнал тебя в более зрелом возрасте, — усмехнулся Малфой-старший. — Так вот, девушка далеко не дурочка. И не из тех, что гонятся за титулом...

— Когда они с Орионом познакомились, у него даже намека на титул не было, — напомнил Люциус.

— Зато были честно... или не очень честно заработанные миллионы. Лорейн?

— Вы правы, милорд, она не обделена умом, очень осторожна — ну, судя по рассказам о ее житье в гриффиндорском общежитии, я этому не удивляюсь... Поэтому же крайне недоверчива, чужих людей опасается. Старается не одалживаться: когда я предложила ей кое-что из своих вещей, отказалась наотрез, пришлось трансфигурировать ее старые... Вкус тоже имеется. В зачаточном состоянии, правда: у нее не было ни денег, ни возможности, чтобы развить его, но за этим-то дело не станет, — задумчиво произнесла та. — Вероятно, она магглорожденная, но тут ничего не поделаешь.

— Люциус?

— Девушка красивая, — подтвердил тот. — Явно неглупая, но, соглашусь с Лорейн, воспитания никакого. Причем она это прекрасно осознает: я наблюдал за ней во время обеда. Бедняжка страшно стеснялась и старалась повторять все за мной или Лорейн. Но она не просто стеснительна, она горда и честолюбива, не хочет быть посмешищем, так что быстро обучится всему необходимому. В творческом мышлении и чувстве юмора ей не откажешь, и это хорошо. Подозреваю, любая другая в разгар брачной ночи убьет Ориона канделябром за его шуточки.

— Какой еще брачной ночи, пап? — буркнул Драко. — Он ее давно трахнул. Ой, бли-и-ин... Ну за что?!

— Еще одно такое выражение за столом, и ты будешь обедать в своей комнате весь месяц, — спокойно произнес Люциус. — Если ты берешь пример с Ориона, будь добр, делай это по части его способности зарабатывать деньги, договариваться с нужными людьми... но не ругани!

— С нужными людьми иной раз без ругани не договоришься, — вздохнул мальчик, потирая затылок. — И я ведь правду сказал! И в лабиринт они ходили, а у Ориона там туристическая пенка заныкана...

Лорейн не выдержала и засмеялась.

— Он метлу-то терпеть не может, а я ему сколько раз говорил — мне сверху видно все, ты так и знай! — самодовольно добавил Драко.

— Орион был таким же в этом возрасте? — спросил Люциус у жены.

— Что ты! Намного хуже, вы ведь тогда как раз познакомились, забыл?

— А, верно... С ним что угодно забудешь, — вздохнул тот. — Ну, Лира, а ты что скажешь о нашей гостье?

— Мне она понравилась, — серьезно ответила девочка. — Она только психует ужасно и боится, что мы ее в жертву принесем или что-то в этом роде.

— Маггловское воспитание и предрассудки, увы, — вздохнул Абраксас. — Ну что, леди и джентльмены, голосуем?

— Папа, а ты уверен, что Ориона волнует результат голосования? — спросил Люциус весело.

— Нет, но порядок-то должен быть! — хмыкнул тот. — Единогласно? Ну и отлично. Раз мой старший внук покупает себе титул и формально отделяется от нашей семьи, то никаких претензий к его невесте я не имею. Только, Лорейн, умоляю, научи ее прилично одеваться и держать себя в обществе! Это мой внук может вытирать нос рукавом и таскать в кармане кружевные трусики, и то пока он не женился, а с девушки спрос будет побольше...

После длинной паузы Люциус спросил:

— Папа... А откуда ты знаешь про кружевные трусики? Красные, верно?

— Да о них весь Лондон знает, — отмахнулся Абраксас, откровенно ухмыляясь. — И красные кружевные, и черные шелковые, и хлопковые в цветочек... Это же... как ее, Лорейн?

— Пиар-акция, — подсказала та.

— Именно. Орион подогревал интерес к себе. А вот теперь ему придется как-то избавляться от этого интереса... Полагаю, твой отпрыск намерен перейти в амплуа надежного семьянина, так что ты помоги уж ему, сынок!

— Да, папа. Конечно, папа... — проронил Люциус. — Извини, мне нужно выйти из-за стола.

— Ты прав, с трапезой пора заканчивать, — согласился Абраксас, прислушавшись. Со второго этажа доносились азартные выкрики, явно не имевшие никакого отношения к интимным занятиям. — Идемте...

— Я пойду гляну, че там у них, — выпалил Драко и удрал прежде, чем его успели остановить хотя бы словом.

— А я тоже хочу! — вставила Лира и пулей умчалась вслед за братом.

Крики сделались намного громче.

— Хорошо, что близнецы еще даже не шевелятся... — задумчиво произнесла Лорейн.

Вставший было Люциус взглянул на нее и начал медленно оседать на стул.

— Поаккуратнее с ним, — предостерег Абраксас, налив сыну полстакана виски. — У него и так перманентный стресс...

— Нежные вы, мужчины, — улыбнулась Лорейн. — У меня вот от Ориона сколько лет стресс — и ничего! Одно удовольствие! А Люциус — сразу в обморок падать... И вообще, милорд, вы испортили сюрприз!

— Кто бы говорил! Так, все, идите оба отсюда, у меня от вас голова разболелась: сперва дети визжат, потом Орион с подружкой вопят, теперь вы еще...

— Как скажете, — серьезно сказала она и потянула мужа за руку. — Пойдем! Вставай, Люциус, я тебя не подниму! Мне нельзя напрягаться, а ты вон какой здоровенный...

— Я живу в сумасшедшем доме, это правда, — неожиданно отчетливо выговорил он, встал, сгреб жену в охапку и понес наверх.

— Ну так ведь веселее, — резонно ответила Лорейн.

Глава двадцать первая, в которой появляется новая леди

— Ну почему их нельзя выключить, как тиви?.. — простонал Люциус, зажав ухо подушкой.

— Хочешь, я в потолок чем-нибудь постучу? — предложила Лорейн. Ее, много лет прожившую в малогабаритных квартирах, шум наверху даже не раздражал. — Чтоб утихли?

— Так ведь не поможет...

— А палочка у тебя под подушкой не лежит, заклятия ты позабыл и вообще... что бы еще придумать?

— Орион определенно удался в тебя, — приподнялся на локте Малфой. Со взъерошенной шевелюрой он выглядел настолько забавно, что Лорейн негромко засмеялась. — Кошмарное чувство юмора и... и... что бы еще придумать, а?

— Редкие способности к выживанию, — серьезно сказала она. — Отстань от детей. У них весь вечер шел мозговой штурм, девчонку вдобавок сильно тряхнуло — не каждый день из Хогвартса похищают... Пусть расслабятся.

— Да пускай! Но могли бы и заглушающие заклятия поставить...

— А у тебя что, палочка переломится?

— Нет, но им нужно сделать это в одной комнате, а мне — во всем мэноре!

— Не во всем. Твой отец живет в другом крыле, дети достаточно далеко, им не слышно... хотя...

Они тихо посмеялись.

— Не удался сюрприз, — вздохнула Лорейн, — Орион разболтал, твой отец подхватил...

— А я чуть было концы не отдал.

— Фи, Малфою не пристало так выражаться!

— Это после Орионовых-то выступлений?!

Помолчали.

— Ты не рад?

— Я в шоке, — честно сказал Люциус. — Нет, мы хотели... Но возраст все-таки...

— Ой, ну и дурак ты, — ласково ответила Лорейн. — Какой возраст?! В такие годы и магглы, бывает, в первый раз рожают, а я уж вроде как дама с опытом, это раз, и довольно молодая, это два. Или ты опять подумал, что полукровок плодить...

— Ой, ну и дурочка ты, — в том же тоне ответил Малфой. — Я... Да ну его к Моргане! Тебе можно?..

— Запросто. Хочешь проверить, кто кого перекричит?

— Не понял...

— Ну, мы детей или дети нас?

— Орион однозначно удался в тебя, — с тяжелым вздохом произнес Люциус. — От меня там только внешность.

— И любовь к деньгам, — улыбнулась Лорейн.

— Не самые худшие качества, — согласился муж.

*

Девушка по имени Арабелла, откликающаяся на "Дон", но ни в коем случае на "Беллу", заняла свое место среди экзаменующихся. Специально села позади, но на нее начали оглядываться: вредная гриффиндорка исчезла посреди семестра, а теперь вот объявилась, но выглядела как-то иначе...

"Туфли!" — первым делом отметили девушки. Донован никогда не носила туфли, ну разве что на низком каблуке, страшненькие такие... и очень тяжелые, если пнуть обутой в них ногой. А тут вдруг изящные лодочки! Мантия из очень дорогой ткани, под ней... что, платье?! Платье на Донован?! Вдобавок причесана она не как обычно, вкривь и вкось, а... очень красиво, длинные темные волосы уложены сложной короной. Вдобавок она была едва-едва подкрашена, в ушах мерцали маленькие золотые сережки без камней — все верно, до вечера даже замужним дамам не положено надевать бриллианты.

Она даже не взглянула на бывших однокашниц, взяла листок и приготовилась писать ответы на экзаменационные вопросы...

...Это были полгода жесточайшей муштры, и не взвыть Донован смогла только потому, что по сравнению с ее каторгой на Гриффиндоре все эти занятия были сущим праздником. Запомнить, что какой вилкой есть? Да ерунда! Какие украшения можно надевать в какое время суток? Как одеваться по какому поводу? Запоминается влет! Курс продвинутого зельеварения у специально приглашенного Снейпа... Дайте еще! Два... нет, три раза!!!

Правда, Орион сказал, что если она еще раз ночью назовет его Снейпом, он сделает что-нибудь нехорошее с ними обоими. Но это он так пошутил, не называла она его Снейпом, разве что во сне, в котором варила сложное зелье, а Ориону в это время взбрело в голову поприставать...

И фильм уже почти досняли, тот, о котором спорили столько времени. И старшие Малфои оказались совсем нестрашными, к тому же Люциуса почти никогда не было дома, а Абраксас редко выходил из своих покоев. Вот младшие... Впрочем, Драко был таким же хулиганом, как Орион, а с Лирой оказалось несложно сладить: девчонка и девчонка, не злая, не подлая, очень похожая на братьев.

Больше всего, правду сказать, Арабелла опасалась будущей свекрови. Однако Лорейн оказалась веселой и шебутной не по годам, у нее девушка научилась очень многому. Та честно сказала: мол, я была вроде тебя, когда попала в мэнор, только старше, уже поработать успела и Ориона вырастить. Давай, учись, тебе проще, ты совсем юная! Арабелла и училась...

И еще она узнала, как именно эта жизнерадостная женщина вытаскивала Ориона... Да и вытащила бы, если б не случай, занесший на их улицу Люциуса Малфоя! Впрочем, Орион мог позаботиться и о себе, и о матери, даже когда ему было всего десять.

...Арабелла улыбнулась: наступал ее звездный час. Дома — черт возьми, она начала называть Малфой-мэнор домом! — ее все называли Дон, так короче, ну и ей привычней... А настоящего дома у нее не осталось. Мать вышла замуж — это Орион выяснил, когда оказалось, что письма остаются без ответа, — и дочку-ведьму видеть как-то не жаждет. Муж у нее человек простой... Ну и счастья им!.. Правда, Арабелле было обидно: Лорейн за своего сына стояла насмерть, а ее мать выбрала какого-то чужого мужика... Да и ладно! Теперь у нее другая семья. И, честно признаться, она скорее Лорейн назовет мамой, чем ту, которая от нее отказалась... по сути, выходит, еще когда узнала, что дочь — ведьма.

Итак, здесь выкликают по фамилии. Ну-ну!

— Донован, — занудно произносил преподаватель. — Донован...

— Нету, что ли? — спросил другой.

— Наверно. Доркин!

Повторялась история многолетней давности: список закончился, но студентка осталась.

— Мисс?.. — неуверенно обратился к ней экзаменатор. Тут были какие-то приглашенные, видимо, чтобы избежать предвзятости.

— Миссис, — ледяным тоном ответила Арабелла: научилась у Лорейн. — А вернее — леди.

— Э... — того заклинило.

— Леди Арабелла Малфой-Абрамс, — негромко представилась девушка, с огромным удовольствием глядя на бледнеющих и зеленеющих бывших однокурсниц. — У вас, должно быть, списки давно не обновлялись. Я могу идти отвечать?

— Д-да, разумеется, — выговорил преподаватель. — Прошу вас...

Сдать экзамены Арабелла могла и полгода назад, но новая родня попросила обождать, чтобы не привлекать внимания. А вот замуж выйти было можно, полных семнадцать ей исполнилось в начале декабря, и...

Она не знала, любит ли Ориона. Он был невозможен, пропадал сутками, являлся в три часа ночи, уверял, что работает (и, главное, ему нельзя было не поверить!), иногда приползал усталым донельзя и мог только бормотать что-то о финансах, целевых группах и ослах-маркетологах.

Он не изменял.

Арабелла не понимала, как она это чувствует, но могла поклясться чем угодно: Орион ей не изменял. Все эти его кретинские шуточки о трусиках в кармане, все похабные фотографии — полная чушь. Он выбрал себе женщину — значит, ему нет смысла бегать по каким-то там... чужим девицам. Или нет?!

Она мучилась довольно долго, а потом пошла к Лорейн. Ну а к кому еще, если родная мать фактически выставила ее за дверь, а подруг нет и не было?

— Да я и сама не понимаю, люблю ли Люциуса, — неожиданно сказала та, выслушав сбивчивый рассказ.

— Но вы же с ним...

— Так в школе — это одно, — задумчиво произнесла Лорейн. — Молодые, веселые, взяли да и перепихнулись. А потом... потом, Донни, нас связала не любовь.

— А что? — тихо спросила та.

— Боль, — ответила женщина. — Причем не общая, нет... Я растила сына одна, но я не жаловалась — это был мой и только мой выбор, думаю, ты меня поймешь.

Арабелла кивнула.

— А он выставил жену и тоже пытался растить сына в одиночку. Ее он не любил, а Драко — обожал, это было какое-то болезненное чувство... Знаешь, Орион всегда закрывал меня собой, — задумчиво произнесла Лорейн, — А Люциус прикрывал Драко. Ну, пока мы сюда не вперлись, ясен пень!

— Вы весь пафос испортили, — недовольно сказала девушка.

— Да и черт с ним. Мы же не с того начали. А с чего, кстати?

— С того, что вы не понимаете, любите ли мужа, — отбарабанила Арабелла.

— Хватит философии, вот что, я ее ненавижу, — сказала Лорейн. — Я забрела в такие дебри, что не выпутаешься! Главное вот что: я была с Люциусом много лет назад чисто по приколу, а потом осталась с ним по собственной воле. Ну и вон Лира бегает, неясно, кто еще будет... — Она посмотрела девушке в глаза. — Я не люблю своего мужа. Я не была в него влюблена, когда мы сделали Ориона, Лиру и прочих.

— Но... как же...

— Я без него жить не могу, дурочка, — улыбнулась Лорейн. — Как и ты без моего идиота-сына, верно?

— Точно, — шмыгнула носом Арабелла. — Как вы и сказали: я в него не влюблялась, я его не люблю... а жить без него не сумею!

— Ну а плакать-то зачем? Он у меня дурень еще тот, но из тебя получится такая леди... все обзавидуются!

— А из вас? — дерзко спросила девушка.

— Только после смерти дедушки, а я желаю, чтобы он жил как можно дольше, — серьезно сказала Лорейн.

— Простите, я не подумала...

— Думай почаще. У нас такие мужчины, что за ними глаз да глаз!

— Договорились! — улыбнулась наконец Арабелла. — И еще... ну... кажется, я того...

— Залетела? — не моргнув глазом, спросила Лорейн. — Подумаешь, дел-то на пару минут. Тем более, Орион обещал постараться, а он слово держит!

— Куда я попала? — вслух подумала девушка.

— В Малфой-мэнор, мэм, он же сумасшедший дом, совмещенный с киностудией, — фыркнула та. — Да не бойся ты, я была куда моложе тебя, когда Ориона рожала. Идем, я тебе все объясню, расскажу и покажу лучше всякого колдомедика...

...Под мантией ничего не было заметно, рано еще. На любой вопрос Арабелла До... то есть леди Малфой-Абрамс отвечала безупречно, натаскали ее прекрасно. Да, в общем, ее и не особо волновали оценки, другое было важнее.

Орион, когда узнал, чуть не подорвал мэнор от радости. Потом прикинул сроки, заявил, что он так и планировал — ну, что внуки и правнуки Абраксаса пойдут в школу вместе, — и унесся на очередную съемочную площадку. Даже взял с собой Драко на пробы... Драко вернулся в слезах — он оказался совершенно не киногеничным, поэтому в роли спасаемого мальчика утвердили Гарри (явно не без злого умысла Ориона, поменявшего-таки в сценарии клинику Мунго на Азкабан, а мать героя на крестного отца). Расстроенного Драко поймали, затеребили, расцеловали и сказали, что его и так все любят, нечего выпендриваться и нервировать маму и... кем там ему приходится Арабелла? Он хлюпнул носом и сказал, что Гарри-то при полете в стену свернул раньше, но теперь кинозвездой будет!..

"Выходит, они стали моей семьей, — Арабелла смотрела в пустой листок, сегодня сдавали историю магии, писать ответ не хотелось. — Дедушка Абраксас, малышка Лира, хулиган Драко, про Ориона лучше вообще молчать... Лорейн мне как подруга. Люциус держится на расстоянии, но он со всеми такой... Хотя Лорейн говорила, он с ней, как мы с Орионом. А любовь... К черту любовь. У меня теперь семья есть! Большая настоящая семья! И... да, я этого придурка все-таки люблю... по-своему. Если бы он еще дома почаще бывал... Только я никогда этого не скажу. Никогда..."

Глава двадцать вторая, в которой бастард выбирает себе место под солнцем, а мнение прочих его не интересует

-Ну что, дамы и господа, — радостно заявил Орион за очередной семейной трапезой, — мы тут придумали еще один способ отъема денег у населения!

-Честный? — ухмыльнулся Абраксас.

-Как ни странно, да, — ответил тот. — Мы с Дон покумекали и сообразили: имеются у нас волшебные сладости, в просторечии именуемые шоколадушками. По мне так это сплошное безобразие, потому что лопать то, что еще недавно прыгало...

-Французам скажи, — вставил Люциус.

-Ну так они лягушачьи лапки сперва готовят! — возмутился Орион.

-А устриц?

-А устриц не готовят, — не дал тот загнать себя в ловушку. — К тому же они не шевелятся. Так вот, к чему я клоню... А! В упаковки с этими шоколадушками вкладывают карточки с портретами всяких там великих, ну да это вам известно. Однако великих хоть и много, но наверняка у каждого школьника уже по два-три комплекта таких карточек собралось, как ни меняйся.

Абраксас с интересом внимал очередному плану.

-А у магглов, — продолжал Орион, — имеется гениальное изобретение: полое шоколадное яйцо, внутри него — пластиковая капсула, а в капсуле — ма-а-аленькая прикольная фигурка. Их целыми сериями выпускают: крокодильчики, львята, бегемотики, прочая фауна и не только, машинки там, самолетики. Я проверял: за некоторые редкие фигурки коллекционеры платят бешеные деньги!

-Правда-правда, — подтвердила Дон. — Целые обменные пункты есть, там в определенные дни народ собирается, меняется этими игрушками либо покупает недостающие.

-Я всегда считал коллекционеров людьми странными, — пробормотал Люциус.

-Да-да, ты предпочитаешь коллекционировать деньги, — ядовито сказал Абраксас.

-И предметы искусства.

-В общем, мы решили перенести это на нашу почву, — завершил Орион. — Наладить выпуск этих шоколадных или карамельных штуковин — пара пустяков, там технология простейшая. Тем более, многие покупают их только ради игрушки, а не ради шоколада. Несколько серий игрушек мы уже придумали. Причем, — поднял он палец, — они тоже будут волшебными. Дон, дай блокнот...

-Держи.

Орион полистал блокнот, прокашлялся, встал в лекторскую позу и начал:

-Например, для мальчишек — серия «Гоночные метлы», открываешь капсулу, а внутри такая крохотная метелка, которая может летать вокруг твоего пальца. Или серия «Квиддич сквозь века» — знаменитые игроки, судьи и прочая братия. Тоже, скажем, могут взлететь или показать пойманный снитч. Для девочек — какие-нибудь феи, волшебницы и принцессы в нарядах разных веков и стран. Опять же «Волшебные существа и растения» — тут вообще серия с драконами отдельно напрашивается, чтоб могли огоньком фукнуть и крыльями пошевелить. Ну там единорог на дыбы встанет, все дела... И непременно существа из других стран, в том же Китае полным-полно такой нечисти, о которой у нас и не слыхали, я уж молчу про Индию! — Он перевел дыхание. — Затем какие-нибудь достопримечательности, артефакты — пускай разыскивают игрушечные Дары Смерти, например... И, разумеется, «Великие волшебники». Представляете, все будут гоняться за уж-жасно редким шоколадным яйцом с черной-черной капсулой: ее открываешь, а оттуда лордова метка выплывает — пш-ш-ш! С запахом корицы, да-с. А сам Вольдеморт-с-пальчик — бац-бац зеленым мятным спреем из палочки! И мимо!

Тут Орион разразился демоническим хохотом, после чего предсказуемо закашлялся, выпил воды и оглядел собравшихся. Люциус посмотрел на него в упор, поморгал, как будто старался избавиться от ночного кошмара, и налил себе и Абраксасу вина.

-Да, злодейский смех мне пока не удается, — самокритично произнес Орион и сел на место. — Но как вам концепция в целом?

-Богато, — сказала Лорейн. — Но, насколько я понимаю, работы тут еще непочатый край.

-Да ну, — махнул рукой ее отпрыск. — Говорю ж, технологию изготовления шоколадок берем маггловскую, хотя проще купить у них технологическую линию, так дешевле обойдется. Какие-нибудь призовые шоколадки можно делать штучно, чтоб они сами открывались, как на Турнире, я читал... ну да это потом. А клепать игрушечки и накладывать на них минимальные чары — вообще фигня. Тем более, эти фигурки опять же можно заказывать у магглов, в том же Китае, только следить за качеством и соответствием эскизам, ну а потом партиями зачаровывать. А незачарованные сбывать тем же магглам.

Люциус подумал и налил себе еще.

-Мне нравится, — сказал Абраксас, разгладив усы. — Безобидное детское увлечение вполне способно встряхнуть рынок.

-Да, мы еще альбомы с наклейками вспомнили, — довольно ухмыльнулся Орион.

-Это что еще за звери? — поинтересовался Малфой-старший.

-А это сопутствующий товар, — пояснила Дон, уже вполне освоившаяся в семействе и бизнесе. — Например, в каждом выпуске журнала или комикса есть самоклеющаяся картинка — фрагмент большой. Собери их все, наклей на специальную подложку с номерами — и у тебя будет здоровенный плакат с очередным героем. Движущийся, разумеется.

-Это стимул не пропускать свежие номера, — вставил Орион. — Ну и гоняться за недостающими. Еще вариант: большой альбом все на те же темы — животные, достопримечательности, герои, волшебники... Познавательные статейки и пустое место вместо иллюстрации, на него надо вклеить картинку. А картинки продаются наборами по шесть штук в отдельных пакетиках, причем тасуются случайным образом, так что даже в одном могут оказаться повторные. — Он хмыкнул. — Ну и начнется: «даю за замок Гриндевальда два Шармбаттона!» или «у меня три лишних Дамблдора и ни одной венгерской хвостороги, сменяй, а?». А за целиком заполненные альбомы полагается приз...

-Но неужто человек не поймет, что покупка энциклопедии в итоге обойдется дешевле, чем набор твоих журналов, пусть и с приятными бонусами?

-Взрослый — поймет, и то не каждый. А у детей на роскошный фолиант денег не хватит, ну а процесс обмена ништяками — вообще кайф.

-О, а можно еще делать выпуски об истории всяких волшебных замков с детальками, — добавила Дон. — Сегодня рассказывают о том-то, в пакетик вложен флюгер. В следующий раз — двери. Ну и так далее. Такую модельку можно годами собирать. Или комплект волшебных шахмат. Или игрушечный набор юного зельевара. Ой, да что угодно, собирательство, кажется, у людей в крови!

-Еще паззлы и конструкторы, бро! — добавил Драко. — Я видел, клевая штука! И мозги развивают.

-Да, точно, там вообще поле не пахано, — фыркнул тот. — Ход твоих мыслей мне нравится... Может быть, я даже возьму тебя в холдинг младшим партнером.

Абраксас переглянулся с сыном. Остановить взявшего разгон Ориона возможным не представлялось. Немного притормозил его выход на европейские и особенно азиатские рынки — следовало учитывать значительную разницу менталитетов, — но это только раззадорило молодого предпринимателя.

-Словом, бизнес-план у нас, считай, есть, — завершил речь Орион, — надо только бабки подбить. Ма, займешься?

Лорейн тяжело вздохнула, мол, куда ж я денусь?

-По-моему, ты еще не закончил, — заметил Абраксас, раскуривая трубку, и Орион посерьезнел.

-Да, деда, — сказал он. — Я считаю, что пора валить.

-Не понял, — нахмурился тот.

-А чего тут непонятного? — удивился тот. — У меня осведомителей хоть жопой ешь... блин, больно! Дон, ты у матери нахваталась? Учись лучше хорошему... Гм, так вот, эти осведомители в один голос твердят: лорду быть. В смысле, объявится он, его последователи в этом убеждены, как один. Особенно Лестрейнджи: хоть метки-то я им постирал, за что они меня теперь нежно любят, полагаю, только поставить-то их заново — плевое дело. И я думаю, что если лорд ухитрится вернуться, то первым делом вытащит из тюряги самых верных своих последователей. Смекаете?

-А поконкретнее? — попросил Люциус.

-Куда конкретнее, пап?! Тебе налет этих полудурков на мэнор нужен?! Мне — нет, у меня тут мать с женой беременные и дети! Мы с тобой и дедом можем за себя постоять, но хрен знает, сколько может оказаться боевиков с той стороны! И когда явятся авроры, если вообще явятся? Они нас как-то недолюбливают, — вздохнул Орион. — А нет тела, как говорится, нет дела.

-Н-да, жить на осадном положении — приятного мало, — протянул тот. — Тем более, защиту могут и взломать, это мы уже проходили.

-Ну, положим, мою сходу не взломают, — ответил сын, — но рисковать что-то не тянет. Говорю, пора сматываться.

-И куда ты предлагаешь уехать? — спросила Лорейн. — На континент? Или в твой разлюбезный Китай?

-На континенте нас слишком легко найти, — ухмыльнулся Орион, — а в Китае климат не очень. Я уже присмотрел дивное местечко... ну, как присмотрел...

-Купил, — пояснила Дон. — Но местечко впрямь роскошное.

-И где этот рай земной расположен? — поинтересовался Абраксас, дымя трубкой.

-В Канаде, — ляпнул Орион. — Около Больших Озер. Если конкретнее, прямо на берегу. Красотища! Сосны вековые, клены, вода чистейшая, вокруг ни души! Но, — добавил он, — если кому захочется погреть старые косточки... черт, я же фигурально высказался, зачем тростью-то сразу? Короче, если захочется погреться, то в нашем распоряжении бунгало в Калифорнии или на Гавайях. Или океанская яхта.

-Не ближний свет, — протянул Люциус. — Да и глухомань...

-Папа, если тебе вдруг захочется блеснуть в высшем обществе, то в Квебеке и Монреале его... гм... довольно, я проверял, — ядовито сказал ему сын. — Деда, я верно помню, что предки ваши из Франции? Ну так французов в Канаде предостаточно, можно крепить трансатлантические связи... И еще — рукой подать до Штатов, а там маги давно завязали бизнес на магглов, я опять-таки проверял. Они там ушлые, конечно, ну да на всякую хитрую задницу найдется... да-да, деда, я вижу вашу трость. Словом, есть, над чем поработать. Ну как вам?

-В принципе, звучит достаточно перспективно, — подумав, произнес Абраксас. — А жить ты предлагаешь в вигваме на берегу озера?

-Ну зачем такие экстремальные решения? — Орион гадко улыбнулся. — Службы там уже отстроены, пара коттеджей для желающих уединения и спутниковой связи — тоже. А с основным строением придется поработать.

-И когда ты намерен заняться переездом?

-Да как соберетесь, — пожал тот плечами. — У меня все готово, дела в порядке, гоблины и там, и сям одинаковые, а руководить я могу хоть с Плутона. Хотя нет. С Плутоном еще связи нету...

-Орион, а свадьба? — напомнила Лорейн. — Вы с Дон ведь хотели устроить пышное торжество...

-Да ну его в жопу, — высказался сын.

-Мы передумали, — перевела на человеческий Дон, дав мужу символический подзатыльник. — Я себя как-то не представляю в свадебном наряде и с километровой фатой в брильянтах, а меньшим Орион не обойдется. Вы же с мистером Малфоем поженились без церемоний?

-Тогда время другое было, — пожала плечами Лорейн, — не до праздников.

-Ну и теперь тоже не до них, — серьезно сказала девушка. — Лучше заняться переездом без особенной спешки, пока мы с вами еще... гм... достаточно мобильны. Мужчинам ничего доверить нельзя!

Лира захихикала. Драко показал ей язык.

-Н-да, — глубокомысленно произнес Абраксас, отложив трубку. — Тогда и мне следует ускориться со своими матримониальными затеями.

На этот раз бокал выронил не только Люциус, но и Орион. Дамы недоуменно переглянулись.

-Папа... — неверящим тоном произнес Люциус. — Ты же не хочешь сказать, что... что...

-Дед жениться решил, — просветил Драко, ухмыляясь во весь рот. — Ну а чё, какие его годы?

-Папа, но на ком?! — шепотом вскричал Люциус.

-Сынок, ну на ком я могу жениться в... гм... мои годы? — усмехнулся тот в усы. — Уж всяко не на какой-нибудь юной профурсетке...

-Драко, говори, а то лопнешь, — велел Орион брату. Тот помотал головой и ответил:

-Сам угадай!

-На что спорим, что с первого раза попаду? — тут же спросил Орион.

-Не угадаешь — возьмешь меня в партнеры прямо сейчас! А выиграешь... не возьмешь до моего совершеннолетия, — грустно добавил Драко.

-Идет, — как-то слишком легко согласился тот. — Все слышали... Ну во-от... Значит, дед сделал предложение... сделал предложение... Хм, ну кому, к примеру? Нет, нет, ну не МакГонаггал же! А может... нет, не верю! Короче, — сказал он, устав валять дурака, — это миссис Лонгботтом.

Люциус второй раз уронил бокал.

-Ты знал! — завопил Драко и полез в драку. — Или Лира рассказала!

-Не-а, — Орион легко перехватил брата и взял подмышку, отойдя подальше от стола, чтобы тот ничего не сшиб. — Элементарнейшая логика: возраст, общие интересы и... твои приятели. Уверен, это ты деда подбил. А, деда?

-Он, он, — покивал тот. — Весь в тебя, паршивец малолетний... Что ты так смотришь, Люциус? Мальчикам нужна мужская рука, а твой Снейп на воспитателя не тянет, у него самого еще молоко на губах не обсохло.

-Мальчикам нужна тяжелая палка, — пробормотал тот.

-Именно. Словом, — закончил Абраксас, — мы с Августой посоветовались и решили, что такой союз будет взаимовыгоден для нас обоих и для детей тем более.

-Надеюсь, это будет для тех двоих сюрпризом, — вздохнул Люциус. — Ну, в таком случае, папа, тебе в самом деле лучше поспешить. Я вижу, Орион ждать не намерен.

-Не намерен, — подтвердил тот. — Деда, я так полагаю, миссис Лонгботтом сына с невесткой тут не оставит?

-Разумеется, нет. Места, я думаю, на всех хватит?

-С лихвой, — гнусно ухмыляясь, пообещал Орион. — А я, может, разживусь чем-нибудь у местных шаманов, вдруг да получится им рассудок просветлить?

Абраксас хмыкнул.

-Кстати, — добавил тот, — вот вам будет заодно и свадебное путешествие! Очень романтично — встречать рассвет в тумане над озером... главное, радикулит не схватить.

-Гхм... — выразительно произнес Абраксас.

-В общем, — подытожил его старший внук, — собирайте все самое ценное, вытрясайте сейфы и волоките сюда. Ну и там кого с собой берем, Снейпа, Лонгботтомов — тоже. А я приготовлениями займусь... Дон, идем!

Старшие Малфои переглянулись и молча развели руками. Переделать Ориона они отчаялись уже давно...

Глава двадцать третья и последняя, в которой бастард решает возникшие проблемы привычным способом

Через месяц семейный совет заседал уже в расширенном составе. Новоиспеченная леди Малфой, ради такого случая даже сменившая неизменное платье с горжеткой на новое, новомодного оттенка состаренной слоновой кости с отделкой цвета осенних листьев, снявшая жуткую шляпу и сделавшая прическу, вроде бы даже помолодела лет на десять.

-Как теперь все запутано, — посетовала она.

-Ага, — вставил Гарри. — Невилл теперь дядя твоему папе, Драко! А я и так твой дядя, так что ты самый младший!

-Самая младшая - я, дяденька, — ответила Лира, показав ему язык, — и то ненадолго. И не выпендривайся, не то глаз подобью!

-Помнится, — с легкой ностальгией произнес Абраксас, — я когда-то сказал, что в большой семье жить веселее. То ли я погорячился, то ли переборщил…

-Да ладно, деда, зато не скучно, — хмыкнул Орион и поднялся. — Итак, дамы и господа, теперь мы в сборе. Вещи, я надеюсь, приготовлены, никто ничего не забыл? Ма?

-Мы с Дон уже десять раз все проверили, — ответила Лорейн. — Из сейфов выскребли все до последнего кната. Я только не понимаю, почему нельзя было оформить перевод?

-Потому что у гоблинов и люди служат, и о таком транше, в особенности о пункте его назначения, быстро стало бы известно не тому, кому надо, — пояснил он. — А куда подевалась наличка, отследить сложнее. Кому я объясняю, в самом деле?! Правда, что ли это самое… действует на мозги… уй-й-й…

-Я тебе сейчас еще не так на мозги подействую, — грозно пообещала она.

-Привыкайте, Августа, — светски сказал Абраксас. — Здесь всегда так. Я поражаюсь одному: как мой сын до сих пор не спился — он хватается за бокал всякий раз, как Орион что-нибудь учудит.

-Как и ты, папа, видимо, я просто удался в тебя, — не остался в долгу Люциус. — Хорошо, Орион. Мы в сборе, багаж уважаемой Августы перевезли. Псарню и конюшню, как я понял, ты поручил домовикам?

-Ну да, чтоб не мотаться лишний раз. Они там уже все обустроили, я ж говорил, — ответил тот. — Службы, коттеджи для желающих уединиться, можем даже вигвам организовать… Остаемся мы.

Он выдержал театральную паузу.

-Жаль, нельзя забрать все это с собой, — тяжело вздохнула Августа, оглядев старинную столовую. — Потрясающе красивый мэнор! Я буду скучать по своему дому, но это все же не родовое поместье…

-Почему ж нельзя? — Орион яростно почесал за ухом. — Можно. Собственно, потому я всех и собрал в одном месте. Чтоб, значит, два раза не гонять и лишний раз аппарацией не светить. Ща присядем на дорожку, да и рванем.

Воцарилось молчание.

-Только не говори, что намерен аппарировать со всем поместьем и его обитателями, — выговорил Люциус, откашлявшись.

-Нет, конечно, я ж не псих, — оскорбился Орион. — Во-первых, сил не хватит, во-вторых, аппарация легко отслеживается, да еще такая масштабная.

-Ну и что ты тогда задумал?

-Порт-ключ, пап, — ухмыльнулся тот, — банальный порт-ключ!

-На всех разом?

-Ну да.

-А ничего, что на создание порт-ключа требуется разрешение Министерства? — поинтересовался Абраксас.

-Ну так я не спрашивал, — пожал плечами Орион. — Сделал, и все.

-Дон, твой супруг в своем уме? — осторожно спросил Люциус.

-Вполне, — ответила та и, подумав, добавила: — Это-то и пугает.

Абраксас, помолчав, спросил:

-Ну хорошо, допустим чисто теоретически, что подобное возможно, и британские власти не обратят внимания на испарившийся невесть каким образом мэнор. Но канадские?! У нас что, границы теперь открыты?!

-Нет, конечно, — хладнокровно ответил Орион и взглянул на часы. — Но с ними все давно чики-пики, дело на мази. В смысле, я им отсыпал столько бабла, что можно было половину этой Канады скупить совершенно законным путем. И еще подкинул идейку конкурирующей фирмы «Онтарио». Онтарио — Орион, очень созвучно, а лохам будет невдомек, что это одна и та же контора под моим чутким руководством… Там ребята выгоду чуют, так что согласились прикрыть глаза и забить на границу. Поэтому готовьтесь, коридор откроют уже вот-вот.

-Орион, а ты нас не угробишь? — кротко спросила Августа. — Ладно мы, старики, но дети?

-Я на коттеджах тренировался, — пояснил тот. — А дети принимали живейшее участие, как добровольцы. Приносили, так сказать, жертву во имя науки… Ну, правда, уже после собак и лошадей. Как видите, все живы и вроде бы здоровы.

Лорейн тихо зарычала. Правда, успела поймать за рукав мужа, явно потянувшегося за палочкой, чтобы применить к отпрыску пару пыточных заклятий. Ну, чтобы неповадно было экспериментировать на детях! Дети, что характерно, живо попрятались кто за Августой, кто за Абраксасом, кто за Снейпом. Что еще более характерно, последним был Гарри.

-Время, — постучал себя по часам Орион. — Пять минут.

-Внучек, последний вопрос, — поднял руку Абраксас. — Каким образом мы все ухитримся коснуться порт-ключа одновременно, особенно Фрэнк с Алисой, и как ты намерен уволочь за собой мэнор?

-Это же элементарно, деда, неужто вы не догадались?! — поразился тот. — Вы и так уже его касаетесь.

-То есть…

-Я сделал порт-ключ из мэнора, — мило улыбнулся Орион. — А виновата в этом, кстати, Дон. Не надо было рассказывать при мне ребятам сказку о девочке из Канзаса и ее летающем домике!

Привставший было Люциус с грохотом обрушился обратно на стул и со стоном закрыл лицо руками.

-Пап, давай ты потом понервничаешь, — потыкал его в плечо Орион. — Вставай. У одного меня сил может не хватить, так вот потеряем левое крыло, жалко… Деда, мадам Августа, мистер Снейп да мы с тобой, должно хватить. Детей и женщин в положении трогать не будем…

-Ну что ж, по меньшей мере, это интересно, — согласилась Августа, поднимаясь. Мужчины встали следом. — Давайте руку, Абраксас, и вы, Северус. Как раз пятеро.

-Дежурный! — окликнул Орион, взяв за руки отца и деда. — Закрой окна и задерни шторы. Мало ли, осколки полетят… И давайте все во второй круг!

-Люциус, я знал, что твой сын чудовище, но что такое… — пробормотал Снейп, нервно сглотнув. — Не зря его Дамблдор обхаживал. Этот и лорда может случайно заавадить…

-Да-с, — услышал Орион, — но с лордом пусть сам разбирается, а у нас обратный отсчет пошел. Маман, зафиксируйся как следует вон хоть в кресле и мелких зафиксируй, можно Ступефаем для надежности. Дон, давай нашу красную кнопку — и тоже в кресло! И щитами прикройтесь, чтоб люстрой по башке не долбануло, если сорвется…

Девушка положила в центр стола самую банальную хрустальную пирамидку и отскочила подальше.

-Приготовились? Сейчас я скажу волшебные слова, и вот тогда держитесь, — замогильным тоном произнес Орион. — Эйн… цвей… дрей… Активация!

Дом вздрогнул. Где-то что-то с грохотом посыпалось, рухнуло, раздался душераздирающий треск и скрежет, вибрация нарастала, хрустальная пирамидка вспыхнула всеми гранями, слепя окруживших стол волшебников непереносимым бело-голубым огнем…

И мир померк.

-Апчхи! — громко сказал Орион, встав на четвереньки и по-собачьи тряся головой. — Все живы?

-Кажется, — ответил Абраксас, помогая подняться на ноги Августе и отряхивая пыль с ее платья. — Девушки?

-Мы в порядке, — отозвалась Лорейн, — дети тоже. Люциус? Северус?

Первый вместо ответа непристойно выругался, второй явно подавил подобное желание.

-Н-да, тряхнуло здорово, — самокритично сказал Орион, оглядывая разрушения. — И встало кривовато, где-то я вектор недокрутил. Ну да это ерунда.

-И где мы? — спокойно спросила Лорейн.

-Ща… Дежурный, шторы раздвинь!

Домовик кинулся выполнять приказ.

За лишившимся всех стекол высоким окном, повисшим на одной петле, расстилалось ослепительно-синее озеро, гладкое, словно зеркало, в котором отражались белоснежные облака. Дальнего берега было не разглядеть, а по сторонам высились то ли холмы, то ли горы, сплошь укрытые золотыми и багряными осенними кленами, кое-где разбавленными темными соснами.

Люциус осторожно подошел к окну, шагая по битому стеклу.

Мэнор стоял на высоком скалистом уступе, окруженном лесом, вниз вели извилистые тропы, а от простора захватывало дух.

-По-моему, ничего местечко, — сказал Орион, отряхиваясь. — Дежурный, доложи о повреждениях!

-Слушаюсь, хозяин Орион! Выбито много окон и витражей, в нескольких комнатах упали люстры и мебель, в библиотеке высыпались книги из стеллажей, вывалились вещи из шкафов, сломалась лестница на третий этаж и две балки, прохудилась крыша, потрескалась штукатурка, отвалилась лепнина…

-Хватит, некритично, — отмахнулся он. — Идите займитесь ремонтом и уборкой. И это, я вижу, пары розовых кустов не хватает и фонтана, сгоняйте кто-нибудь за ними! А заодно выровняйте там местность, вроде как никогда никакого дома не было, поляна и поляна. Задача ясна?

-Да, хозяин! — отозвались несколько домовиков и испарились.

-Мы наружу! — завопил Драко и, не дожидаясь разрешения, умчался во главе всей ватаги прочь из слегка покалеченного мэнора, издавая индейские вопли.

-Потрясающе красиво… — выговорила Лорейн, глядя на озеро.

-Это ты еще заката не видела, — хмыкнул Орион. — А какие тут грозы! А какие сугробы по пояс…

-А какие тут школы? — приподнял седые брови Абраксас.

-Какие школы? — удивился внук. — Зачем? Домашнее образование — наше всё!

-А Фрэнк с Алисой?! — дернулась Августа.

-Не переживайте, я велел домовикам их подстраховать, — успокоил Орион. — Мало ли, вон, мебель попадала! Тс-с-с…

Остальные затихли.

-Невилл… — очень тихо раздалось из дальней части дома. — Невилл…

И другой голос:

-Ма-ма…

-Мерлин и Моргана! — вскрикнула Августа и унеслась с неожиданной для ее возраста и комплекции скоростью.

-Вообще-то Фрэнк и Алиса, но это мелочи, — задумчиво произнес Орион и получил символический подзатыльник от деда.

-Ты это задумал?

-Нет. Я только предполагал, что этакая встряска может что-то сдвинуть у них в мозгах, — честно ответил внук.

-А сам не лазил, значит? — поинтересовался Люциус, подходя с другой стороны.

-Немножко, — сознался Орион. — Но ничего не вышло. Это, знаете, не как метки или даже та хреновина у Гарри, те-то убрать легче легкого. А это было вроде темной занавески — ее рви, не рви, а она все равно срастается, ну либо мотыляется такими лоскутами вроде паутины… Я пробовал ее поджечь - не, почти не горит, едва тлеет, а в полную силу я шарахнуть опасался. Так и оставил подожженный фитилек…

-Угу, а когда сработал порт-ключ, видимо, и полыхнуло, — вздохнул Абраксас и потянулся за бутылкой, но она, увы, оказалась пуста. — Ладно, пойду к Августе, быть может, ей помощь нужна.

-А я ремонт проконтролирую, — кивнул внук. - Дон, идем порядок наводить! Маман?

-Сами, сами, — отмахнулась она. — Я хочу посмотреть, что тут вокруг! Пойдем, Люциус?

-Да уж, поглядим, куда затащил нас этот неугомонный отпрыск и что осталось от мэнора, — невольно улыбнулся он и помог супруге спуститься с покореженного крыльца. — Н-да, работы тут непочатый край. И газон несколько не вписывается в окружающий ландшафт.

-Ничего, через год-другой его забьет местная трава, — отмахнулась Лорейн. — Гляди, до чего красиво! Интересно, тут можно ходить под парусом?

-Везде можно, был бы ветер.

-А зимой тут офигенно на санках с горки кататься! — сообщила подскочившая сбоку Лира, перемазанная ягодным соком. — И на коньках, тут лед - во!

-Ну-ка, стой… — отец поймал ее за шиворот. — Значит, Орион давно уже все спланировал?

-Конечно, — ответила девочка. — Тут расчетов не на один день и даже не на месяц. Они с Дон сидели и думали сутками, чтоб правильно все перенести. Потом проверяли, как это работает, а мы все помогали. Ну и вот! Правда, тут здорово? Ночью — вообще класс, если ясно и тихо: все звезды в воде отражаются! И лосей мы видели! ..

Она с гиканьем унеслась к мальчишкам, а Люциус покрепче прижал к себе Лорейн.

-Ну что ж, — философски начал он, хотел было сказать что-нибудь приличествующее случаю, но вместо этого предложил: — Давай спустимся к озеру?

-Давай, — улыбнулась Лорейн и подала ему руку.

*

-Господа, у меня для вас пренеприятнейшее известие, — мрачно произнес Министр Магии и выдержал театральную паузу. Если бы кто-нибудь из присутствующих был обременен знанием зарубежной классики, то не преминул бы вставить реплику, но увы, таковых не обнаружилось. — Пропал Малфой-мэнор.

-То есть как — пропал? — опешил кто-то.

-Исчез. Испарился, — развел руками Министр.

-В смысле, разрушен? — нахмурился Дамблдор.

-Нет, его словно никогда и не было на прежнем месте. Ничего нет, ни хозяйственных построек, ни оранжерей, даже розарий исчез. Пруд, правда, остался, но зарос так, словно его отроду не чистили. Пустое место.

-На темные искусства проверяли? — спросил тот.

-Первым делом, — буркнул глава аврората. — Чисто. На Фиделиус тоже не похоже.

-Ну не улетел же он прочь! — воскликнул Дамблдор, даже не зная, насколько сейчас близок к истине. — Кстати, а сами Малфои?

-Старший заявил, что уезжает в свадебное путешествие, его делами сейчас ведают гоблины, а они никому ничего не скажут, — вздохнул Министр.

-Постойте, как… свадебное?!

-Вот так. Седина в бороду, как говорится…

-И на ком же он… женился?

-На Августе Лонгботтом, — мрачно ответил Министр, и Дамблдор едва не подавился чаем. — Да-да, у меня была такая же реакция. Люциус Малфой недавно заявил, что устал и уходит, сложил с себя полномочия члена попечительского совета, вышел из состава Визенгамота — ну да это вам должно быть известно, — и тоже бесследно испарился вместе с супругой и детьми.

-А Орион? — с надеждой спросил Дамблдор.

-А его найти попросту невозможно, его носит по всему миру. Может, он в Китае, или в Африке, или в Австралии, или вообще на Луне… Делами он руководит через своих управляющих. Но, к слову, — добавил Министр, — это все неспроста! Кое-что в «Гринготтсе» узнать все же удалось… от верных людей.

-И что же? — заинтересовался тот.

-Перед исчезновением Малфои опустошили свои сейфы. Не перевели деньги другие отделения банка, а попросту забрали наличность.

-Собрали манатки и смылись, — заключил аврор. — Но куда, чтоб им пусто было?! Нет, рано или поздно они объявятся, младший точно не усидит на месте… Но мэнор-то они куда подевали?

-Дом Блэков на Гриммо тоже хорошо спрятан, — напомнил Дамблдор.

-То дом, а то целое поместье! Надо разбираться, — покачал тот головой. — Что-то не нравится мне все это!

-Вот и займитесь, — кивнул Министр и добил: — Лонгботтомы тоже пропали из Мунго. Сын их, разумеется, с бабушкой, как и Гарри Поттер. Да и Снейпа вашего, директор, найти не удается. Как-то все это… попахивает…

«Жареным», — тяжело вздохнул Дамблдор.

-Будем искать, — сказал он, подумав о том, что для роли спасителя мира уже староват. Но что делать?

А в это время на берегу одного из Великих Озер, где алые и золотые кленовые листья уже уступили место зелени и серебру покрытой изморозью хвои, а в синей воде отражались золотистые камни, сидели двое.

-Не холодно, Дон? — спросил Орион.

-Маги мы или нет?

-Кто-то постоянно об этом забывает, — улыбнулся он. — Смотри, еще светло, но звезды уже появляются, отражение видно.

-Ага…

-Дон, как первенца-то назовем?

-Как тебе угодно, — улыбнулась она.

-Ладно, я придумаю, только потом не жалуйся, — серьезно сказал он. — Правда, мне кажется, звездных имен в этой семейке пока что более чем достаточно!

Content

Hoshi_Murasaki
Дурная кровь

Шапка фанфика

Глава первая, в которой творится сущее непотребство

Глава вторая, в которой выясняются шокирующие подробности

Глава третья, в которой знакомство перерастает в нечто большее

Глава четвертая, в которой бастард обозначает свою жизненную позицию

Глава пятая, в которой начинается повержение авторитетов и сотрясение устоев

Глава шестая, в которой начинается страшное

Глава седьмая, в которой приходится брать дело в свои руки

Глава восьмая, в которой происходит невозможное

Глава девятая, в которой бастард ищет свое место в жизни и налаживает бизнес-процессы

Глава десятая, в которой в жизни бастарда происходит очередной крутой поворот

Глава одиннадцатая, в которой бастард вполне уже освоился

Глава двенадцатая, в которой бастард пробует силы

Глава двенадцатая с половиной, в которой оказывается, что бастард уже нашел свое место в жизни, но не намерен останавливаться на достигнутом

Глава четырнадцатая, в которой бастард берется за дело всерьез

Глава пятнадцатая, в которой бастард затевает новую авантюру

Глава шестнадцатая, в которой бастард встречает девушку своей мечты

Глава семнадцатая, в которой бастард придумывает новый бизнес

Глава восемнадцатая, в которой бастард выходит на тропу войны

Глава девятнадцатая, в которой воплощается принцип -quot;спрячь за высоким забором девчонку, выкраду вместе с забором-quot;

Глава двадцатая, в которой происходит знакомство с родителями и не только

Глава двадцать первая, в которой появляется новая леди

Глава двадцать вторая, в которой бастард выбирает себе место под солнцем, а мнение прочих его не интересует

Глава двадцать третья и последняя, в которой бастард решает возникшие проблемы привычным способом