Михаил Март

Красавицы для Шейха

Глава первая

1

Слово «доверие» в тюрьмах не использовалось. Когда Коптилин перешагнул порог кабинета Кума, он впервые услышал это слово. Заместитель начальника колонии слыл человеком жестоким, грубым и никогда не смотрел людям в глаза. Впрочем, заключенных за людей здесь не считали. Скотина живет лучше.

Тюрьма считалась тихой. Тут не бунтовали, обходились без спецназа и спецсредств. Тех же, кто лез на рожон, потихоньку убирали. Их просто находили убитыми за сараями, в которых хранился рабочий инвентарь.

— Осужденный номер 371 по вашему приказанию прибыл!

— Шапку сними, проходи и садись, — приказал Кум.

Коптилин выполнил приказ. Перечислять свои статьи он не стал — не привык. К начальству его вызывали крайне редко.

— Тебе, Андрей, «доктор» десятку выписал.

Он так давно не слышал своего имени, что даже не понял, к кому майор обращается.

— Отсидел ты шесть. Больше половины. Пиши заявку на досрочное освобождение. Сейчас начальство доброе, я ее за три дня проведу. У меня там свои людишки есть. Срок тянул по понятиям, замечаний нет, от работы не отлынивал. Хорош, посидел и хватит. Тебе можно доверять.

Он достал два листа бумаги, положил ручку.

— Это образец, с него и сдувай. Имя только свое поставь и статью. Остальное мое дело.

Андрей Коптилин сделал все, что требовалось. Эта новость свалилась ему на голову как сугроб. Что тут скажешь? Он силился понять, что же произошло, но мозги не работали. Только смутно чувствовал — здесь что-то не так. Его с кем-то перепутали.

Так и не сказав ни слова, он вернулся в барак. Пусто. Все на работе. К Куму его доставили с котлована, так что назад не повезут. Его соседом был Жора Моркляк, который сейчас дремал на койке. Не простой мужичок, в возрасте, недавно за пятьдесят перевалило.

Жору считали самым крутым авторитетом в колонии. Он был единственным зеком, который не ломался в каменоломнях. Жора служил в штабе. Ходили слухи, будто он выполняет негласные приказы Кума в качестве палача — убирает за сараями неугодных. Проверить это было невозможно, поэтому слухи оставались слухами. Однажды один из «авторитетов» решил Моркляка прощупать. И что же? На следующий день его разорвали овчарки при попытке к бегству. Охранники не стали отзывать псов.

С Андреем Жора вел себя корректно. Остальные ходили перед ним на цирлах.

Не успел Андрей прилечь на нары, как Жора очнулся.

— Ну что, Андрей Ефимович, можно поздравить с освобождением?

Раньше он называл соседа по фамилии. Коптилин сразу понял — тут плетется какая-то интрига. Андрей считал себя мастером интриги, на второе место ставил следователя, который его сюда упрятал. Но он сам виноват. Написал чистуху в умышленном убийстве и за явку с повинной получил десять лет. Об этом деле он не вспоминал. Все ошибаются, даже люди с его умом и талантом.

— И что дальше, Андрюша? Тебя теперь даже в охранники на рынок не возьмут. Денег-то у тебя нет. В бомжи пойдешь?

— А тебе что за дело? Какой у тебя интерес? Не темни, Георгий Филиппович.

Тот почесал свой мясистый нос и достал дорогие сигареты. Остальная зековская братва радовалась махре и курила только в сортире на дворе. Жора курил и в бараке, и на работе, и там, где ему заблагорассудится.

— Головастый ты парень, Андрей! Я давно к тебе приглядываюсь. Понял — лучшей кандидатуры мне не найти. Потому и похлопотал за тебя.

Он хотел выглядеть царем и богом. Может, в зоне Жора и был таковым, но только не на воле.

— Хорошо платите Куму?

— Не то слово. На какие шиши начальство машины и квартиры покупает? Я же сижу за растрату, а не за мокруху. Через четыре месяца и меня воля ждет. Но я отсидел от звонка до звонка.

Он ждал реакции, но Андрей промолчал.

— За свободу надо платить, Андрюша. Ты мужик с мозгами. Я читал твое дело. Женушку пришил так, что не подкопаешься. Мне только непонятен самодонос. Но это не мое дело. Слушай и запоминай.

На воле меня ждут четверо. Их деньги у меня, отдавать не собираюсь. Убить их собственными руками тоже не могу, пожизненное не входит в мои планы. Все они выступали на суде в качестве свидетелей. Мне осталось сидеть четыре месяца. Так что у меня будет железное алиби. До моего выхода ты уничтожишь всех. По одному в месяц. За каждый труп получишь полмиллиона долларов. Разумеется, аванс, накладные расходы и все такое прочее… К моему выходу у тебя будет не только свобода, но и пара миллионов зелени. Уверен, что ты с делом справишься. Головорезы в таком деле бесполезны. Их попросту уничтожат. Эта четверка — люди состоятельные и осторожные. К таким с топором за спиной не подойдешь.

Жора замолчал. Он ждал вопросов, но не услышал их.

— Я дам тебе гарантии, — продолжил он, закурив новую сигарету. — Мое признательное письмо. Я был заказчиком, ты — исполнителем. Укажу все имена. Короче, еще один самодонос.

— Письмо могут перехватить.

— Ты получишь его на свободе вместе с авансом. Мой почерк многие знают, в том числе и ты. Есть в Москве на Сухаревке кофейня «Дымок». За барной стойкой стоит Анфиса, моя сестра. Она и станет твоим путеводителем. Баба она толковая, пока я сидел, времени зря не теряла. Ты можешь быть с ней абсолютно откровенным.

— У меня будет время подготовиться. Если эти четверо — люди известные, то о них печатают в газетах, и даже снимки их рож в желтой прессе появляются, — спокойно согласился Андрей.

— Не начинай с ошибок. Я организую тебе справку о нетрудоспособности, так что никто к тебе цепляться не будет. А если будешь мелькать в библиотеках и шерстить газеты со знакомыми именами, обязательно засветишься. В розыске не лохи сидят. Тем более весь библиотечный материал фиксируется. Когда, кому и что выдано.

— На одном из четырех я точно засыплюсь, — неожиданно обронил Андрей.

— Тогда вышка или пуля в лоб. Второе предпочтительнее. Ты свою баланду уже съел, начинай думать! Собери мозги в кучку. А кумекать ты умеешь. Кандидат наук все же.

Задание было получено.

Конечно, Андрей не так хотел выйти из тюрьмы. Из всего сказанного его грела мысль о возвращении в Москву. Он не был там больше дюжины лет. О совершенных им убийствах он не думал и вовсе не раскаивался в содеянном. Он химик высшей квалификации, и все, чем он занимался, — это экспериментировал с ядами, которые другие опробовали на людях. В живых никого не осталось. А сколько существовало подопытных, он даже не подозревал. Он занимался наукой, а людей травило начальство. Все так бы и продолжалось, если бы не его влюбчивость. Сначала он в порыве страсти отравил мужа любовницы, а потом и собственную жену. Сейчас все это казалось ему смешным и глупым. Люди перестали его интересовать. История с его досрочным освобждением не потрясла Андрея, а заказ Моркляка не напугал. Зато в черном тоннеле пробился луч света.

— Мне понадобятся чистые документы, — неожиданно сказал он, глядя на матрас верхнего яруса нар.

— Будут, потом их уничтожишь. Жить должен под своим именем. Ты не должен таиться, потому что ни в чем не виноват. Сечешь?

Жора был прав. За такими типами, как он, всегда наблюдать будут. Тем более его лишили профессии и любой деятельности, связанной с химией. Как профессионала, делающего бомбы. Или врача, занимающегося подпольными абортами. Одним словом, света в окошке не видно, а ему еще сорока нет.

Убить четверых? Андрей к смерти относился философски. Он всегда интересовался результатами своей работы, к которой относился фанатично. Сама смерть Андрея не интересовала. Даже собственная.

Сейчас ему предложили выход из тупика. Довольно сложный, но хорошо оплачиваемый. Ладно, пусть так. Нужна лишь аккуратность, чтобы не сесть на пожизненное. Это пугало его куда больше смерти.

Больше они не разговаривали. Жора Моркляк — трус. Он никому не доверяет. Имея столько денег, мог бы давно нанять киллера. Профессионалов больше чем достаточно. Но он боится. Ему нужен тихий и неопасный дурачок. Он его нашел. Но даже если он читал его дело, то ни черта в нем не понял. К тому же за шесть лет Андрей не получил ни одного письма и не удостоился ни одного посещения, не считая визитов адвоката. Редких визитов. О своих подопытных, снявших пробу с его «творений», он ничего не знал и знать не хотел. О результатах работы ему докладывал сам начальник, он предоставлял и анализы, взятые уже у трупов. Дело Андрея — корректировать ошибки.

Да, когда-то у него была чертовски интересная жизнь. Сейчас он смотрел на нее как на ночной кошмар. Но, видимо, судьба для него ничего неожиданного не приготовила.

2

Андрей вышел на свободу через неделю. На дворе стоял ноябрь, и зима давала о себе знать. Моркляк дал ему денег на первое время. Он купил себе теплую одежду и билеты на поезд.

До Новосибирска ехал сутки.

Дело Андрея Коптилина имело большой резонанс, его еще помнили. Отнеслись к его освобождению спокойно. Паспорт обещали сделать через неделю, спросили, где будет жить.

— У меня есть однокомнатный клоповник. Надеюсь, его не отняли. Он приватизирован.

— Цел твой клоповник. А работу ищи сам. Тут мы тебе не помощники. А лучше завербуйся на какую-нибудь стройку и сваливай, где тебя не знают. Только тут же встань на учет, чтобы тебя не искали с собаками.

— Все понял, начальник.

Одну галочку поставил. Дошла очередь до следующей. Он всегда шел от простого к сложному.

Дверь ему открыл пожилой мужчина лет семидесяти. Он его не узнал. Андрей пришел в телогрейке, небритый, сильно похудевший, с тусклым взглядом. Ничего не осталось от красавца, от которого женщины когда-то не сводили глаз.

— Здравствуй, Илья Федорович. Не узнаешь? Я Коптилин. Вышел досрочно, и первый визит к тебе как надежному человеку.

Хозяин еще долго приглядывался к позднему гостю, потом распахнул дверь и коротко прохрипел:

— Заходи.

Квартирка скромная, старомодная. Бывший полковник милиции мог бы жить и лучше. Но казалось, он плюнул и на себя, и на собственное благополучие.

— Бобылем живешь? — спросил Андрей.

— Доживаю. А как адресок мой добыл?

— Я адвокату хорошие деньги когда-то платил.

Прошли на кухню. Старик достал водку из холодильника и скромную закуску. Сели за стол. Выпили без тостов.

— Есть вопросы, которые до сих пор не дают мне покоя, — начал Андрей. — Я написал чистуху в убийстве своей жены. У меня был шанс. Физическая смерть должна была наступить через двенадцать часов после приема препарата. Времени оставалось вагон, жену еще можно было поднять из гроба. Я знал, что противоядие есть в лаборатории. Ты и Белухин знали, где его найти. Я разбудил бы Лену от летаргического сна, а суд не обвинил бы меня в умышленном убийстве. За покушение дали бы от силы два года плюс чистосердечное признание. Все к тому и шло. Следователь забрал мое признание, а потом выложил факты. В лаборатории противоядие не нашли, ты и Белухин скрылись в неизвестном направлении. Купили билет, сели на самолет и улетели в Израиль. Всё: жену спасти не удалось. И только через год отсидки адвокат мне сказал, что ты и Белухин живете в Новосибирске и никуда не уезжали. А это значит, что следователь Ильин умышленно убил мою жену. Вот такая каша варится в моей башке.

Хозяин опять налил водки в стаканы.

— У следователя имелся зуб на тебя?

— Имелся, — не задумываясь, ответил Андрей.

— Этим все сказано. Ты как ученый мог бы все свалить на начальника института — бывшего мужа твоей жены. Ты пахал на него ради Лены. Одним словом, за руку тебя никто не поймал. Сам себя посадил, а Ильин только корректировал твои ответы. Я старый мент, мне такие фокусы известны. Меня и Кешу Белухина взяли в тот же день. Нас вечером, тебя ночью. Продержали в камере сутки, а выпустили, когда тебя отправили в изолятор. Никуда мы не сбегали, противоядия в лаборатории не было. И твоего препарата тоже. Грешить на нас нечего. Институт закрыли на ремонт, но он так и не открылся. Сейчас там госпиталь. Что касается твоей жены, то я не думаю, что Ильин убил ее. Возможно, она ждала, когда ты ее отравишь, возможно, сама дала следователю противоядие. Или Ильин его нашел. Ты дал ему описание пробирки с противоядием и номер и сказал, где все лежит. Тут вариантов много.

— Но если эта сука жива, то за что меня судили?

— Труп в зале суда не предъявляют. Достаточно свидетельства о смерти, которое тебе выдали сразу. А потом они состряпали акт медицинской экспертизы с признаками отравления плюс твое чистосердечное признание.

— Жаль, что я не подумал об этом шесть лет назад.

— Я тоже не сразу расчухал, в чем дело. Мы хотели попасть на твой суд, но в этот день нас с Белухиным снова арестовали. Без всяких причин. Потом извинились, мол, спутали с другими. Я тогда понял, что дело шитое. А теперь сюрприз для тебя.

Он достал со шкафа пыльный журнальчик «Огонек» пятилетней давности и открыл одну из страниц. На фотографии шикарная высотка. Ковровая дорожка, ведущая к зданию. По ступеням поднимаются улыбающиеся люди. Неожиданно Андрей вздрогнул. Среди цветущих дам выделялась его жена, Елена Сергеевна Подрезкова. Она сверкала своей ослепительной улыбкой, держа под руку солидного мужчину лет шестидесяти.

— Как видишь, она своих привычек не меняет. Зяме, ее первому мужу, тоже было шестьдесят, когда она от него избавилась. Может, и этот уже гниет в земле. Черная вдова. Паучиха. Пожирает своих самцов после спаривания.

— Где это?

— Физико-химическая конференция в Москве. На нее со всей страны ученые слетелись. Так что среди толпы не только москвичи. И Леночка твоя жива.

— А как же ее состояние? Где недвижимость, счета в банке? На меня она ни копейки не записала, ее завещание оказалось липовым. При мне оформила завещание, а на следующий день написала отказ от него, нотариально заверила и передала адвокату. Он предъявил его в суде. Это и стало дополнительным мотивом: свою жену я убил из-за наследства. И тут она меня обыграла.

— Свои деньги она вернула. Загородный дом и квартиру в центре Москвы продала ее подруга, Оксана Лебеда. Твоя любовница, которая спала и с первым мужем Лены. Оксана работала на Лену много лет. Не знаю, что их связывало, но что-то очень крепкое, если Лена переписала завещание на нее.

— Постой. Оксана же умерла в поезде Москва — Новосибирск. Ее Ленка отправила в Москву.

— Тебе все наврали. Я проверял. Ни одного трупа по этому маршруту не проходило. У Оксаны мог быть полный комплект лекарств, так как она выполняла указания Зямы, первого мужа Лены, который и травил своих клиентов.

— Черт! Все живы и здоровы. За что же я сидел?

— Я думаю, следователь сказал тебе об этом. Ильин. Его сын и жена погибли в автокатастрофе. За рулем сидела Лена, пьяная. Но это было давно. Но Ильин — человек терпеливый, так что она свое еще получит. Сейчас я работаю егерем в заповеднике МВД, всё тех же генералов обслуживаю. Они ко мне хорошо относятся. Еще бы, я им таких дворцов понастроил. Попытаюсь чего-нибудь нарыть, правда, в Москву придется съездить. Но меня никто на привязи не держит.

— Отлично. Мне тоже надо в Москву. Свободу отрабатывать.

Рука Андрея потянулась к бутылке.

3

Столица встретила их холодом. Андрей первым делом отправился в парикмахерскую, побрился и подстригся, затем купил себе вещи. Не очень дорогие, но элегантные. Он всегда хорошо и со вкусом одевался. Теперь он уже не походил на вонючего зека. К нему вернулась былая привлекательность, он это понял по взглядам девушек. Немного прибавить в весе и разжиться деньжатами на первое время, большего пока не требовалось.

Кафе «Дымок» он нашел легко. Милая шарашка с опущенными шторами и красивыми светильниками на столах. Днем здесь посетителей было мало, зато в баре подавали коньяк.

За стойкой стояла приятная женщина лет тридцати пяти с глубоким соблазнительным декольте. Ничего общего со своим братом она не имела. Андрей даже поначалу засомневался. Слишком шикарная для такого барыги, как Жора.

Он подошел к стойке, заказал сто пятьдесят коньяку и почувствовал приятный аромат женщины. Скоро все они станут примерно на одно лицо: чуть лучше, чуть хуже. Обычная зоновская тоска, когда все бабы кажутся тебе королевами.

— Привет тебе от братишки из Туруханского края.

Она поставила перед ним тонкий стакан с коньяком.

— Какой у него номер?

— А-320.

— А твой?

— А-371.

— Поговорим вечером у меня дома.

Вместе со сдачей она подала ему бумажку с адресом. Андрей выпил свой коньяк и тут же ушел.

Весь день он прогуливался по местам своего детства, увлекся воспоминаниями, пешком добрел до университета, где учился, посидел на лавочке. Хотел увидеть знакомые лица, заметил одного солидного мужчину с портфелем, но тот его не узнал. Когда-то он работал лаборантом на кафедре органической химии, теперь, поди, в профессора выбился. Подходить к нему не стал. Сказать нечего.

К десяти вечера прибыл по указанному адресу. Дверь открыла девчонка лет четырнадцати, хорошенькая, но яркая косметика ее только портила.

— Анфиса дома?

— Заходите, она вас ждет.

Чистота, порядок, две комнаты, современный интерьер. Деньги в доме водятся, хозяйка чистюля.

Она ждала в комнате с накрытым столом. Так только хороших друзей встречают.

— Снимай пальто, мой руки и садись за стол.

Он молча подчинился.

Анфиса не отводила от него взгляда.

— Выпьем, закусим, потом и о делах поговорим.

Анфиса гостя не стеснялась. На ней было надето очень коротенькое платьице, подходящее больше дочери. Но с такой фигурой можно что угодно на себя напялить. Вела она себя тоже свободно, будто ее навестил бывший любовник.

Выпили, закусили.

— Георгий с чего-то решил, что ты способен за четыре месяца грохнуть четверых. И деньги за каждого заплатил. Вперед. Полмиллиона за первого лежит в той черной сумке, что на гвоздике висит. Они твои. Но если честно, я в тебе не уверена. Теперь эти четверо стали солидными людьми со связями. Они уже не бандиты, а предприниматели, на кривой козе к ним не подъедешь. Телохранители, адвокаты, прочая защита. Живут в загородном особняке с трехметровыми заборами и собаками. Машины бронированные. Перед тем как сесть, Жора дал каждому по сто тысяч. Один из них оказался очень умным, сумел несколько раз обернуть деньги и создать приличный бизнес. Друзей тоже не забыл. Теперь они все в масле купаются, но между собой общаются только в экстренных случаях. Но если кому-то из них будет грозить опасность, то на защиту встанут остальные. Они поймут, с какой стороны ветер дует. Начать надо с самого умного и хитрого. Зовут его Остап Зухра. Остальные умишком не вышли. Но и с ними надо быть начеку. Их Жора муштровал, а он — человек опасный.

— Твой брат сам воспитал подельников, потом сел в тюрьму, а его дружки жируют на свободе?

— Вот именно. Но это его решение. Так было безопасней. К тому же все четверо уже сидели. Жора никогда не попадался. Он умышленно сел. Дело того стоило. Но тебе об этом ничего знать не нужно. Ты деньги заработаешь, а потом исчезнешь. Если выживешь, конечно. Досье на Остапа лежит в сумке с деньгами. Сегодня переночуешь у меня, а завтра — за дело. В сумке есть мобильник. Чистый. В кафе ко мне не ходи. Возможно, за мной тоже следят. Если понадобишься, я сама тебе перезвоню на этот телефон.

— Задача ясна.

— Люблю понятливых.

Андрея начало клонить в сон. Тут он понял, что ему что-то подмешали. Только какой в этом смысл…

Смысл стал ясен наутро. Рядом с ним в постели лежала абсолютно голая дочка Анфисы. Он приподнялся на локте, и тут же раздался щелчок, потом его ослепила вспышка. Кто фотографировал, он не разглядел. В глазах поплыли красные и желтые круги. Человек с фотоаппаратом исчез, а девочка вскочила, взяла платьице и убежала в соседнюю комнату, где и заперлась.

Он оказался в постели один. Анфиса сидела за столом, будто и не вставала из-за него.

— Не дергайся, Андрей. Снимков много. Статья за малолетку тебе светит, дружок. Я из тебя сперму выкачала для дочуркиного платья, а она заявление в ментовку написала. Правда, еще не отправила. Девочке только четырнадцать, малолетка. Ничего личного, как говорится, обычная страховка. Тебе полмиллиона в руки дают под честное зековское слово. Нарушишь — вся коллекция компромата ментам уйдет. Они тебя быстро найдут. Ну ладно, побаловались и будет. А теперь о деле. Сфотографируешься на паспорт, снимок принесешь мне в кафе. Конверт отдашь швейцару. Жить будешь на Седьмой Парковой, дом десять, квартира четырнадцать. В сумке ключи от машины. Ключи от квартиры вот они, на столе. Там найдешь все, что тебе надо. А теперь — свободен.

Она продолжила свою трапезу.

Андрей не сказал ни слова, так его ошеломил напор этой дамы. Пора бы ему привыкнуть к подставам. Один-единственный человек считал его умным и хитрым — он сам. Хотя другие, похоже, так не думали. Базару сегодня не верят. Главное — дело. Вот почему он стал таким молчаливым в последнее время.

Он встал, оделся, взял ключи со стола, снял сумку с вешалки и ушел.

4

Его не обманули. В сумке лежали деньги, «досье» и ключи от машины «Пежо-407» синего цвета. Даже адрес стоянки был. Похоже, на него серьезно рассчитывают, хотя спектакль с дочкой Анфисы ему очень не понравился. Крючок, на который он якобы попался, имел сомнительную прочность и не очень его пугал.

Первым делом он сфотографировался и отнес снимки в кафе, оставив швейцару. Деньги у него пока были. Квартиру он поменяет, но не сейчас. Андрей позвонил бывшему полковнику и дал ему данные из досье на клиента. Тот через своих друзей узнал все, что требовалось. Еще Андрея интересовали события шестилетней давности. Когда Жора Моркляк сел в тюрьму.

Затем Андрей опять поехал в университет. Бывшего лаборанта ждать пришлось долго. Похоже, он и впрямь стал профессором.

— Привет, Лущенков!

Тот немного прищурился и тут же улыбнулся. Узнал.

— Андрей Коптилин?

— Он самый. Сейчас в Москве, в командировке. Может, по рюмочке за встречу?

— С удовольствием..

Они нашли забегаловку подальше от университета и устроились за отдельным столиком.

— Смотрю, ты с портфелем ходишь. В начальники выбился?

Лущенков улыбнулся.

— Время-то идет. Деканом стал.

— Растешь, Боря.

— А ты, поди, уже докторскую защитил? Самый талантливый студент и вдруг на периферию уехал.

— Зато сам себе хозяин. Сейчас мне нужно достать кое-какие редкие материалы. Поможешь? Будешь в доле, деньги хорошие.

Выпили по рюмке, закусили, закурили.

— Возможности у меня есть, если ты, конечно, цианид не попросишь. А деньги всегда нужны.

— Цианид мелочь. Мне нужен тетродоксин.

— Небелковый яд? Он же страшнее цианида. Такие вещи заказывают под опыты за полгода, если они стоят в плане.

— У тебя наверняка есть свои люди на Дальнем Востоке. Креатинин я могу сделать сам, а с остальным — проблемы.

— Зачем тебе все это? — удивился Лущенков. — Тетродоксин — страшное оружие. Он закупоривает натриевые каналы, и нервные волокна теряют способность пропускать импульсы. Паралич дыхательных мышц и как говорится — ку-ку. Смерть.

— Ты прав. Человек становится неподвижен. Тело иглой проткнешь, но он ничего не почувствует. Однако зимой не только медведи спят, но и рыбы. Им не нужна еда. Все это благодаря тетродоксину. Ритм активности падает на девяносто процентов. Пульс не прослушивается, дыхания нет. Труп. Однако мозг работает и слух тоже. Я уже сделал такой препарат. Человек остается живым в течение двенадцати часов. Так поступали жрицы Вуду. Их на день зарывали в могилы, а потом они оживали и становились божествами. Я нашел противоядие. Если его ввести в течение двенадцати часов, организм человека проснется. Я вышибаю пробки, созданные тетродоксином, и натриевые каналы начинают работать в обычном режиме. Но все надо делать вовремя. Противоядие у меня в башке сидит. При наличии материалов я могу изготовить препарат за неделю. Если ты все мне достанешь по списку, твой гонорар составит сто тысяч долларов. Сразу и наличными. К тому же я открою тебе секрет самого мощного раствора в мире. А это тянет на докторскую. Что скажешь, Боря?

У Лущенкова заблестели глаза.

— С таким открытием в академики пролезть можно.

— Я практик, Боря, вопросы карьеры меня не интересуют.

— Костьми лягу, Андрюша, но все достану. Пиши список.

Андрей облегченно вздохнул. Он нашел нужного человека, да еще с первой попытки.

5

Адвокат Илья Федорович Гальперин успел сделать немало в своей жизни. К тому же он нашел себе приличную квартиру в центре Москвы и жил как король.

На столе у него валялось несколько папок и вырезки из старых газет.

— Давай к делу, Андрюша. Начнем с твоего сокамерника. Георгий Филиппович Моркляк. Это первая его отсидка. Работал в банке «Винтаж» старшим менеджером по денежным хранилищам. Человек имел дело непосредственно с наличностью. При неожиданной проверке Центробанка обнаружилась крупная недостача. Моркляк отвечал за сохранность денег. Возможно, их переслали в офшоры, но документов не нашли. Начальство оказалось, как всегда, ни при чем. Фактов сделки нет. Вынести деньги из банка Моркляк не мог чисто физически, поэтому следствие шло около года. Он даже бежать не пытался, ходил с подпиской о невыезде. Его арестовали в марте. Все грехи свалили на него. Дали шесть лет. В зону он попал за месяц до тебя. За четыре дня до его ареста происходит ЧП. Ограблена инкассаторская машина. Грабителей было четверо, работали профессионально. В перестрелке были убиты трое инкассаторов и один налетчик. Его не опознали, пальчиков в архиве нет. Унесли сорок миллионов долларов. Скрылись на «Скорой помощи». Были в масках. Такую крупную сумму перевозили раз в месяц. При этом всегда меняли маршрут, одной дорогой не ездили. Машина была бронированная, сделанная в Германии. Инкассаторы сами открыли дверь. Похоже, что сообщником бандитов был шофер инкассаторской машины. Только из его автомата не было сделано ни одного выстрела. Значит, под сиденьем лежал второй автомат, который унесли. Из него и стрелял шофер по охранникам. Потом шофера убрали. Слишком много знал, да и живым оставлять его было нельзя. Налетчики скрылись.

У Моркляка было железное алиби на этот день. Ходил в цирк с сестрой и племянницей. Но его никто и не подозревал. Через четыре дня сел за растрату. Ограбление не раскрыто, дело сдано в архив.

— К чему ты все это рассказал?

— А откуда у Моркляка миллионы? Он скромный клерк. А если он кинул своих подельников и те ждут его возвращения? Сорок миллионов баксов — не шутка. Они шкурой своей рисковали.

— Жора из тех, кто способен на любые чудеса, — вздохнул Андрей.

— Первое и главное. Моркляк отлично знает систему перевозки денег. Подготовить план — для него семечки. Водилой пришлось пожертвовать. Снаружи машины нет ни одной дырки от пуль. Стрельба шла в салоне, стреляли точно. Ни одного промаха. У инкассаторов остались полные обоймы, они даже не успели среагировать. Стрелял водила. Значит, автомат унесли с собой вместе с отпечатками. На месте остались только гильзы.

— Но почему шофер? Убийцей мог быть инкассатор.

— Пули, полученные инкассаторами, смертельные. Они дверь открыть не могли, это сделал шофер. У него был ключ. Возможно, он и деньги помогал таскать. А убил его кто-то из четверых грабителей. Возможно, для отвода глаз. Итак, Жоре нужно убрать четверых. Именно четверо грабителей остались не пойманы. Твоим первым клиентом назначен Остап Зухра. Бывший майор, спецназовец. Нынче в отставке. Открыл свое охранное агентство, специализируется на охране высокопоставленных лиц. Немало с этого имеет. Клиент сложный, у него в отряде опытные стрелки. Он нашел двух спецов из Девятого управления, которые тренируют его ребят. Постоянного маршрута не имеют. Любят рестораны, но любимых нет. Машина у Остапа бронированная. Связь с Жорой не установлена. Шел на дело по рекомендации кого-то из банды. Жоре он не нужен, как и остальные. Он весь куш хочет забрать себе. Во всем этом деле не ясно одно: почему они не поделили деньги сразу, а доверили такую сумму Жоре. Деньги наверняка запрятаны в разных местах. Сестра ему возит столько, сколько нужно, но из одного тайника. Не зря же он купил начальству колонии дома и машины. Поиздержался. Хотя лысым Жора не останется. Теперь я уверен: налет на инкассаторов — его рук дело.

— Общий рисунок мне понятен. Жаль, я не знаю имен остальных. Мы смогли бы иметь полную картинку, а не кусочек.

— Что ты намерен делать?

— Стрелять я не умею, с мокрушниками не вожусь. Мне нужен мой раствор.

— Не мечтай. Все документы, журналы и записи давно лежат в ФСБ под грифом «Секретно».

— Все, что нужно, я держу в голове. А противоядия у них нет, я его создавал пять лет. Слишком сложный механизм. Американцы до сих пор до него не добрались, а у них институты над этими проблемами работают. Гениальные идеи приходят раз в тысячелетие.

— А зачем тебе противоядие? Ты должен убивать, а не оживлять.

— Тебе выделили приличную квартиру. Найди и мне пару таких. Одну для жилья, другую под лабораторию. Лучше последний этаж. Чтобы вонь к потолку не лезла, а то соседи меня за самогонщика примут. Аванс за первого я уже получил.

— Продешевил, — махнул рукой Гальперин, — Жорка цапнет сорок миллионов, а ты два за четырех клиентов.

— Он меня на волю выпустил. А это дороже денег.

6

Поездка в Новосибирск, как и предполагала Наташа, никакой пользы не принесла. В отделении милиции ей объяснили: бывший заключенный Коптилин у них был. Ему выдали паспорт со штампом судимости и отпустили. Когда он найдет работу, то принесет справку в отделение. Но скоро они его не ждали. В милиции вежливо отсылают судимых куда подальше. Как правило, они идут в бомжи, многие попадаются опять. Зона для них — дом родной, там им комфортней. Живешь на всем готовом, с крышей над головой. А так ищи-свищи. Где найдешь? По адресу его нет. Квартиру он продал, там жили посторонние люди. Наташа опять поехала в Омск к Татьяне.

На ее кабинете висела новая табличка:

«Следователь по особо важным делам Татьяна Павловна Ильина».

Пришлось постучать для приличия.

В свои двадцать семь лет Татьяна выглядела на двадцать. Вот только погоны майора юстиции портили всю картину.

Они расцеловались, как положено при встрече старых подруг.

— Он на свободе. И наверняка уже в Москве с фальшивыми документами. Освобожден досрочно.

Таня ничуть не удивилась.

— И что ты к нему приклеилась? Пусть гуляет.

— Его жена жива. Она главная виновница. Он найдет её и отомстит. Коптилин — опасный преступник.

Татьяна усадила ее на кожаный диван и принялась варить кофе в хитрой машинке с паром.

— Я тебе так скажу, Наташка. Преступница — я. Это я подтолкнула Андрея на убийство жены. Не скрою. Я действительно была в него влюблена. Но понимаешь, он не настоящий убийца, каким мы себе его представляем. Андрей с ножом или пистолетом выглядел бы смешно. Я хотела бросить его и так ему отомстить. Он по-настоящему меня любил, я это чувствовала. Но за моей спиной стоял отец, он давил на меня. И я сделала Андрея убийцей. Оказалось все очень просто. Он со своими коллегами изготовил яд из каких-то рыб и лягушек. Яд не убивал сразу, и человека можно было спасти в течение суток. Он сумел сделать такую сыворотку. Но не все открытия принадлежат ему. Его дед руководил двенадцатой лабораторией, что находилась в Варсонофьевском переулке рядом с Лубянкой. Руководил ею Григорий Майранович Моисевич с двадцать второго по пятьдесят первый год. Потом его арестовали. Но не за шпионаж, а за то, что яды хранил дома. Лабораторию закрыли. Позже была открыта лаборатория под тем же номером, и обозвали ее Институтом специальных исследований МГБ. Такое открытие имело большой смысл. Из восьми миллионов химических веществ сто тысяч пригодно для изготовления ядов. Ими убивали неугодных, таких как болгарский писатель Георгий Марков, Степан Бандера, и прочих. Внуку Андрюше достались тетради деда — огромный архив, и мальчик с детства бредил химией. Мы даже отмечали его успехи. Конечно, он не рассказывал мне подробностей, потому что сам в опытах участия не принимал. Делом командовал Зяма, директор института и первый муж Елены. Я знаю только об одном случае. Они поймали очень «крупную рыбку» — какого-то богатенького толстосума. Сделали ему укол. Вопрос был поставлен просто: миллион на бочку, и ты получишь сыворотку либо сдохнешь. Жертва была настоящим трупом, но все понимала и слышала. Жена жертвы отдала деньги. Покойник ожил, и они молчали. Откроют рот — и в компоте или рагу появится новая доза. Сколько таких экспериментов было проделано — неизвестно. Но после смерти первого мужа, а я думаю, его отравила Лена, она стала вдовой-миллионершей. Через месяц она вышла замуж за Андрея, а через девять лет он встретил меня. История повторилась. Но мы с отцом были уже готовы к ней и расписали сценарий. Главной жертвой для нас была Лена. Это она сидела пьяная за рулем джипа и сделала из нашей машины лепешку. Погибли мама и мой брат. Я вступила в игру. Но кто же знал, что мы по-настоящему друг в друга влюбимся.

Таня разлила кофе по чашкам.

— И ты считаешь Андрея безопасным? — спросила Наташа.

— Он не мстительный. Иначе в первую очередь пришел бы к моему отцу. Адрес тот же, охраны нет. Пять с лишним лет зоны за спиной. Их поединок напоминал мне шахматную партию. Они равные соперники, и все же отец выиграл.

— Ты забываешь о том, что Андрей знал, для каких опытов он создает яд, — повысила голос Наташа.

— Потому и сделал противоядие.

— Им могли бы и не воспользоваться, как в случае с первым мужем Лены. Наконец, он умышленно убил свою жену ради тебя. И в-третьих, святыми после стольких лет пребывания в зоне не возвращаются. Это уже не тот Андрей, и у него наверняка есть план.

— Свою бывшую жену он не найдет. К тому же он уверен, что она мертва. Ее могила есть на кладбище. Даже я со своими полномочиями Лену не найду. На что он может рассчитывать? Никаких прав на эксгумацию мне не дадут. Дело закрыто и сдано в архив. Срок давности истек.

— Вот это мне и надо знать, — резко обрезала Наташа.

— Допустим. Ты его нашла. Что ты скажешь ему при встрече?

— Скажу, что ты до сих пор любишь его.

— Стерва! — крикнула Таня, вскочила, и весь кофе оказался на ее юбке.

Пять минут молчали.

— Он никогда не простит мне моего предательства. Я просто сделала свое черное дело и сбежала. А отец ему сказал, что такой женщины, как я, не существует и он все врет. Я же не назвалась ему настоящим именем. Тогда ему едва стукнуло двадцать семь, а Ленке — тридцать пять. Он встретил ее в восемнадцать. И они прожили девять лет. Меня тогда все радовало. Вернувшись в институт, я начала понимать, что потеряла Андрея навсегда. Он же мог просто развестись…

— Не мог! — возмутилась Наташа. — Тогда отравили бы его, и он это понимал, зная практику жены. Такие не уходят, хлопнув дверью. Им вслед летит топор. Гордая Леночка не могла себе позволить быть брошенной. В итоге у вас с отцом получился сговор. Лена играла роль мертвой. Ты убежала, будто тебя и не существовало вовсе. А твой отец под предлогом выдать ему сыворотку заставил написать самодонос. Андрей один во всем виноват. Только Лена с сообщницей унесли все препараты из института. Она получила свою дозу противоядия от Оксаны и сбежала из морга. Все! Дело закрыто. Все довольны, все смеются. Убийца продолжает гулять на свободе, а наивный дурак сидит в тюрьме. И после этого он выйдет на свободу пай-мальчиком? Ты знаешь, зачем он квартиру продал? Чтобы рассчитаться с адвокатом, который играл роль частного сыщика, пока он сидел. И я думаю, что за пять лет парень нарыл немало важных фактов.

Таня помолчала, потом тихо сказала:

— Я помогу найти Андрея. Но учти, я в эти игры больше не играю. Захочет убить меня? Его право. Прятаться не стану. Ленку искать не буду. Мне она не нужна. Все, мне работать надо.

Наташа вышла из кабинета.

7

Квартиру от полковника Андрей получил. Числилась она служебной, но ею никто не пользовался. Прослушку сняли, привели в божеский вид и даже мебель завезли. Вторая квартира пошла под лабораторию. К ней относились очень аккуратно. Вытяжки, обычные колбы, химическая посуда, и ничего подозрительного. Подъезды сквозные, чердаки открыты, первый этаж пустовал. Местные потихоньку разъезжались, получив отдельные квартиры. Раньше тут были коммуналки, сейчас дом решили расселить.

Пришло время повидаться со своим лаборантом.

Как это ни странно, но Борис Лущенков обрадовался, увидев своего коллегу, сделавшего ему весьма странное предложение.

— Я уже думал, ты меня забыл. Так, поболтали и разбежались.

— Я не болтун, Боря.

— И это я помню. Достал все. Правда, фуга свежемороженая. Живую здесь днем с огнем не найдешь. Для японских ресторанов поставляют. В двух из них фуга есть в меню. Ходят туда в основном японцы. Их не обманешь, туфту не подсунешь.

— Ясно. Я тебе дам адресок. Туда отвезешь весь товар. Квартира пустая. Ключи тоже получишь. Правый холодильник на кухне для лекарств, левый — для еды. И главное, Боря, виляй хвостом. Слежка для нас — это смерть. С улицы зайдешь во второй подъезд, тот, что ближе к метро. За лифтом дверь во двор. Она всегда открыта. Сразу за тобой не пойдут. Пройдешь дальше и зайдешь в четвертый подъезд. Последний этаж. Лифт не вызывай, пешочком и на корточках.

— Все сделаю, шеф.

— Надеюсь. А теперь глянь-ка на эту газету. Съезд физиков и химиков в Москве. Ты этого толстяка раньше не видел? Вот он, с красивой дамочкой. Может, встречался?

— Это руководитель Института химических соединений из Питера. Женщину эту я никогда не видел.

— А как его зовут?

— Айвар Луцис. По-моему, латыш. Я слышал о его шикарной даче под Ригой. Но при его занятости он мотается туда только в отпуск.

— Иностранец на таком посту?

— Он еще в советские времена в Питере обосновался. Менделеевский в Москве кончал. Так что иностранец он только по паспорту.

— Ладно, забудь.

— Его институт научными разработками занимается. Вот у него есть все, что нам нужно.

— Хорошо. Попробуй закинуть удочку. Обо мне ни слова. Ты сам по себе. Попробуй узнать кое-что о его дамочке. Но только не дави. Эти люди легко на контакт не пойдут. Их может заинтересовать только противоядие. Другим ты их не заинтересуешь.

— Я сделаю пробную ходку в Питер. Присмотрюсь. Повод найти не трудно.

— Одобряю. Но ты должен знать главное. Эта красотка — моя бывшая жена. О растворе под номером 805 она знает много. Даже на себе пробовала. Знает, кто его разработал, но о противоядии ей ничего не известно. Стоит тебе заикнуться, они тут же поймут, откуда ноги растут. Тогда тебе крышка. Но сначала они выжмут тебя как лимон. И я уверен, что такое оружие очень нужно НАТО, а Прибалтика вся вошла в альянс.

— Дело серьезное.

— Осторожность — половина успеха. На рожон не лезь. Пусть сначала они тобой заинтересуются. Начни с раствора, убивающего живые клетки редких организмов. Я напишу тебе конспект. С ошибками, разумеется. Главное — путь, по которому ты двигаешься. Вот это их заинтересует.

— Когда же я узнаю правильный путь?

— Когда мы приступим к работе. Кристаллы я сделаю за два дня. Они будут меньше соли. Эту операцию я отработал до автоматизма.

— Сплошные тайны, Андрюша.

— До правды ты еще не дозрел. Всему свое время. Я должен проверить твои способности. Мне нужен очень надежный партнер, надежней самого себя. Газетку возьмешь?

— Нет. Его я узнаю, а такие женщины не забываются.

8

Через два дня полковник Гальперин знал все ответы на поставленные вопросы. На удивление Андрея, вся операция проходила очень быстро. Старый мент подобрал для работы нужных людей с нужными связями. Гальперин не только был «из бывших», но и строил дачи генералам, а теперь и в преферанс с ними играл. Лазутчика в нем никто не видел. Чем бы ни интересовался полковник, все валили на его профессиональное любопытство. Он и без того много знал, сидя за столом на домашних обедах и ужинах. При этом Гальперин умел пользоваться своими знаниями. Будучи начальником снабжения химического института, где с Андреем и познакомился, он доставал любые химикаты. Не останавливался даже перед шантажом. На нужных людей заводил досье с весомым компроматом. Пользовался материалами редко, только в крайнем случае, говорил мало, но по делу. В основном помалкивал. Мог и в тюрьму угодить вместе с Андреем, но выскользнул, а Коптилин его не сдал. Одним словом, они понимали друг друга.

— Ну, как тебе квартира?

— Отличная. Но жить я пока буду на Парковой. Ее для меня Анфиса сняла. Играет роль смотрящего на воле, а подробности докладывает Жоре в зону. Свою работу я сделаю, но не хочу, чтобы они в мои дела лезли.

— Отпустишь парня с сорока миллионами?

Они вновь расположились в гостиной у накрытого стола.

— А ты думаешь, за этими деньгами охотников нет? Жора Моркляк на зоне, он видит только четверых, с кем придется делить добычу. А я думаю, их намного больше. И каждый хочет подстраховаться. Лучше в это дело не лезть. Мы свое организуем. И доходы будут.

— В тебе-то я не сомневаюсь. Что до меня, то я уже стар. Одно могу сказать с уверенностью: дело твое — дрянь. Если даже ты выполнишь заказ Жоры, он исполнителя в живых не оставит. Я сужу по практике, четверть века среди ментов крутился. Повадки таких, как Жора, мне известны. Они примитивны. Играют в умных, но мерка у них одна. Ну, потеряет он пару миллионов, зато все остальное сохранит. Уверяю тебя, он и сестру свою не пожалеет. Она ведь знает об одном тайнике. Имела бы информацию о других, ее бы здесь не было. За шесть лет можно все концы спрятать. Но она смирно ждет своей доли. Думаю, ей он обещал половину или около того. Будь с ней поосторожней. Для таких, как она и ее брат, ничего не существует, кроме денег. Сейчас большинство на деньгах помешаны. Разочарование приходит потом, когда начинаешь понимать, что из обычного человека ты превратился в мишень. Человек с деньгами обязан оглядываться, хитрить, выскальзывать и трястись за свою шкуру. Даже во сне. А главное, эти люди делают много глупостей. Поэтому и не доживают до старости.

— Есть сермяга в твоих словах. Анфиса уже подстраховалась. Уложила малолетку в мою постель и сделала снимочки. Пугает, конечно. Одно я понял: у нее есть сообщники. Она готовится к встрече с братом. Другое дело — тайники. Не получив денег, она в атаку не пойдет. Тут у Жоры есть преимущество. Секрет тайников не знает никто, кроме него.

— Согласен. Но если Анфиса сумеет оценить твой талант, то переманит тебя на свою сторону. Ей нужна поддержка. Человека с нужными качествами сейчас трудно найти. Тем более заставить его работать на себя. В обещания никто не верит. И еще одно. Зная, где находятся тайники, она наняла бы киллера, но к ним сейчас относятся с опаской — профессиональный убийца непредсказуем. Вот почему Жора нанял тебя.

— Я ему обязан свободой. Главное, чтобы он меня не нашел, выйдя на волю.

— Ну, это проще простого. Он же тебя предупредил, что ты должен жить легально, под своим паспортом. Ты на учете.

— Поживем — увидим.

Андрей вздохнул и задумался. Старый мент ему не мешал.

9

За две недели Андрей восстанавливал свой знаменитый препарат в одиночку, пока Лущенков ездил в Питер на разведку. Мало того, и операцию по ликвидации Остапа Зухры провернул виртуозно. Использовал театральный грим. Брюнетом стал с помощью копирки для печатной машинки. Наклеил усы и превратился в кавказца неопределенной национальности.

Ресторан он не выбирал, а пошел в тот, куда привел его «смертник номер один». Остап предварительно заказал столик на троих. Трое и сидели за столом. Кем они были, Андрея не интересовало. Он тут же вычислил официанта, обслуживающего стол с дорогим гостем, и отвел его в сторону.

— Слушай меня внимательно, бедолага. Через пятнадцать минут в зале прозвучит взрыв. Я останусь, а ты смывайся. Вернешься через час. Мол, по личному делу вызывали. Кто обслуживал твои столы, ты не знаешь. Но алиби тебе потребуется. Лишнее сболтнешь — тебе каюк. А теперь пойдем, переоденемся. Я приму заказ, ты отдашь его повару, потом получишь его, всё поставишь на столик с колесиками и мотай. Остальное не твое дело.

Официант ничего не ответил — потерял дар речи.

Андрей принял заказ. Клиенты даже не взглянули на официанта. К счастью, вкусы у гостей были разными. Остап Зухра попросил себе вырезку с кровью. Здесь это блюдо называлось «мясо по-суворовски».

Заказ был передан официанту, тот отнес его повару, и через пятнадцать минут поставил полные тарелки на сервировочный столик.

Андрей разбавил свой препарат в соусе и полил им «мясо по-суворовски». Поставив тарелки перед гостями, он прошел через переполненный зал в раздевалку. Надел пальто прямо на униформу официанта и незаметно ушел через центральный вход. Никто не обратил на него внимания. Тут стоял обычный ресторанный гул. Все пытались перекричать оркестр, который не создавал уютного фона, а оглушительно гремел, как канонада. Через полчаса Остап Зухра почувствовал, как каменеют его руки. Но вслух успел лишь сказать: «Опять сердце шалит».

Из окна своей машины, стоящей на другой стороне улицы, Андрей видел, как к ресторану подъехала карета «Скорой помощи». Теперь можно было поехать домой и выспаться.

10

На следующий день в радионовостях сообщили о смерти предпринимателя Остапа Зухры от сердечного приступа. Такой диагноз поставили врачи. Следственные органы согласились с диагнозом, но допросов не учиняли и, судя по всему, собирались спустить дело на тормозах. Андрея же беспокоил другой вопрос: Зухра потерял сознание через пятнадцать минут, а не через полчаса, как он рассчитывал. Снадобье действует на всех одинаково, без скидок на возраст и здоровье. Неужели он ошибся в расчетах? Было над чем подумать.

Он ждал в квартире Анфису и знал, что она обязательно придет. Андрей умел терпеть, а вот она нет.

Так и произошло. Анфиса явилась в первом часу ночи. Как он и предполагал, она открыла дверь своим ключом. Комната тут же наполнилась благовониями.

— Валяешься в постели. А как же работа?

— Мне дали месяц на каждого. Я не тороплюсь.

Она скинула норковую шубку и уперла руки в бедра. Возразить нечего. Так она простояла минуты две, потом резко начала раздеваться.

Еще через минуту она, обнаженная, легла к нему под одеяло.

— Я должна с тобой расплатиться за шутку с моей дочерью.

Андрей не ожидал такого шага, но отказываться не стал. Тем более Анфиса ему нравилась.

Это была незабываемая ночь. Для него, во всяком случае. Женщины умеют притворяться, и Андрей, как никто другой, знал эту простую истину. Все беды и горести жизни принесли ему женщины. Но в те времена он копал слишком глубоко. А с Анфисой у него ничего серьезного не получится. Андрей знал, зачем он ей нужен. В следующий раз она придет сюда после второго заказа. И если он опять проявит прыть и удивит ее, тогда она возьмется за него всерьез.

Анфиса так и не спросила, каким образом он добился успеха.

— Деньги и досье на следующего я тебе принесла. В спортивной сумке в коридоре. Там же новый паспорт и права на машину. Кажется, ты уже подобрал ключик к клиентуре. Со вторым будет проще?

— Если хочешь, могу прийти завтра. Мне у тебя понравилось.

— А не проще ли переехать сюда жить?

— Спасибо за приглашение. Одному, конечно, неуютно. А в тебе много тепла.

— Жара, — поправила она. — Просто с другими мужчинами я напоминаю ледышку. Но тебе об этом не обязательно знать. И я не против продолжить нашу связь. Вот только совместных планов строить не нужно.

Она оделась и ушла, а он все еще думал о ней.

11

Досье на вторую жертву Андрей принес полковнику.

— С этим типом все просто, — сказал он. — Его зовут Юрий Пилюгин. Имя известное. Главный редактор журнала «Закат звезд». Пишет исключительно о VIP-персонах. Льет помои на всех без исключения. У него врагов половина Москвы. Но журнал на том и держится. Кто с кем переспал, кого загребли в ментовку, кто пьяный садится за руль. И все с именами и фамилиями. Псевдонимы пишет в скобках.

— Но пишет он не сам, — усмехнулся полковник, — с его четырьмя классами много не напишешь. Враги — это хорошо. Надо бы выбрать пяток подозреваемых и лишить их алиби. Убийство должно быть примитивным. Никаких ядов и хитростей.

— Боюсь, я не смогу убить человека. Не мой профиль.

— Дело стоящее, можно и попробовать…А убийцу найти не трудно. Нужны подозреваемые. Они и будут козырями. Смешное дело получается, Андрюша. Остап Зухра сидел вместе с нынешним клиентом. Освободились одновременно. Полагаю, Жора набрал всю команду из Владимирского централа и за один месяц. Налет совершен через месяц после освобождения из зоны Зухры. Нетрудно выяснить, кто еще освободился в течение одного-двух месяцев. Однако сам Жора на тот момент не сидел.

— Ты можешь узнать подробности? — спросил Андрей.

— Элементарно. Даже киллера подобрать смогу. А пока нам нужен хороший подвал и пять-шесть отморозков за умеренную плату.

— Значит, у тебя есть план?

— Примитивный, но сработает.

12

Борис Лущенков приехал из Питера со странными новостями. Коллеги встретились в тихом ресторанчике.

— Ты знаешь, Андрюша, Айвар Луцис женат на Елене Сергеевне Луцис. Ее девичья фамилия не известна. Но это та девушка, что изображена на фотографии. Моложе Айвара лет на тридцать. Я выучил твой конспект почти наизусть. Обмолвился, что будто работаю над темой антитетродоксина. Он тут же начал набиваться мне в друзья. У мужика свой институт в центре города, великолепный трехэтажный особняк восемнадцатого века. Хитрый товарищ, слова из него не вытащишь. Но однажды прокололся. Упомянул препарат 805. А ведь этот индекс ты присвоил яду, и только твои люди могли о нем знать. Я всего лишь дал ему понять, что яды нейропаралитического свойства теряют свое действие в щелочной среде. Я понял, что его в большей степени интересует противоядие, а не сам препарат. Он предложил мне переехать в Питер и работать у него. Квартира, зарплата и все прочее на высшем уровне. Я обещал подумать. За несколько дней командировки он не отходил от меня ни на шаг. Так я познакомился с его женой. Она не работает. Содержит салон элитных услуг. Гражданка Латвии, прописана в Риге, а значит, иностранка по нынешним меркам, имеет шенгенскую визу.

Однажды мы посетили ее салон. Я бы назвал это клубом с хорошим обслуживанием и с хорошим ужином. В этом заведении отдыхают высокопоставленные клиенты и юные девушки, одна другой краше. Но посидели мы там недолго. И вот тут произошло самое странное. Его жена спросила о тебе, Андрюша. Выкручиваться я не стал. Такие вещи легко проверяются. Я ей сказал, что мы вместе учились, но потом ты уехал в Новосибирск и с тех пор я тебя не видел. Дал ей подсказку. Мол, ты когда-то интересовался противоядиями, и я тебе подал несколько стоящих идей. Вроде бы ты украл у меня основы крупной разработки. Но она перевела разговор на другую тему.

У меня сложилось такое впечатление, будто Айвар ходит под каблуком своей жены. И меня он привел к ней, чтобы она дала оценку: стоит ли со мной связываться? Очевидно, Айвар получил добро, потому что не отлипал от меня. Даже на вокзал проводил.

— А может, и слежку установил и ты таскаешь за собой хвост?

— Я хороший ученик. Помню все твои инструкции. Но он знает, где я работаю.

— Проверим. Но без полной уверенности связываться с тобой он не станет. Уж больно ты смахиваешь на засланного казачка. Придется тебе, Боря, согласиться на работу в институте Айвара. Но все же поторгуйся. Он возьмет тебя в любом случае.

— А как же наша работа в лаборатории?

— Я буду держать тебя в курсе дел. Решу свои проблемы в Москве и сам приеду в Питер.

Глава вторая. Полтора года назад

1

Антон Ульянович Загряжский занимал свою должность со времен Собчака. Профессионал высокого ранга, он заведовал в мэрии недвижимостью, где творился полный бардак. С его появлением путаницы стало еще больше, словно он перетасовал колоду. Он прекрасно знал город и по памяти помнил, какое здание кому принадлежит. А главное, умел выполнять все пожелания губернатора. Жалобы от населения здесь уже давно никого не интересовали. Из них можно было издать собрание сочинений.

Появление Елены в мэрии могло показаться удивительным. Секретарша молча пропустила, а помощник мэра даже встал, будто ждал дорогого гостя, когда увидел шикарную женщину в короткой юбке. В свои тридцать пять Лена могла дать фору двадцатилетним. Разговор начался непринужденно.

— Чем обязан?

— Речь пойдет о взаимных обязанностях. Вы даете мне хорошее здание в центре города. Не для удовольствия. Для химического института во главе с академиком Луцисом. Трех этажей мне хватит. Взамен можете требовать что хотите.

Она тут же определила зама как хапугу. Деньги для Лены не были проблемой, а захочет с ней переспать — получит лишний компромат. Она долго готовилась к этой встрече и все, что нужно знать об Антоне Загряжском, узнала. Он на крючке. Им давно уже занимается ФСБ, но пока губернатор его держит, никто зама не трогает. В любом случае веревочка оборвется.

Загряжский тоже сумел ее оценить. Властная хваткая женщина, не обделенная умом. Такая ему и нужна.

Он осмотрелся по сторонам, показывая этим, что в кабинете могут стоять прослушки.

— У меня есть идея. Я покажу вам зимний сад.

Она его поняла.

Они поднялись по винтовой лестнице и попали в огромное помещение, заросшее экзотической зеленью, со стеклянным куполом.

— Для прослушки есть более уютные места, здесь бесполезно ставить микрофоны, — сразу приступил к делу Загряжский. — Лабораторию вашему мужу я найду. Останетесь довольны. Арендная плата вас может удивить: одна молодая красивая девушка в месяц. И не на день или два, а навсегда.

Лена была ошарашена. Она слышала краем уха о пропавших красотках. Пропала певичка из бара, на которую кто-то из «авторитетов» положил глаз. Но шум быстро замяли.

— Вам девочки нужны в упаковке, в коробочке?

— О коробочке есть кому позаботиться. Их надо усыпить примерно на сутки и доставить в нужное место.

— Я должна знать все подробности, мне понадобится помещение и десяток рабочих рук.

Он на нее долго и пристально смотрел. На такие откровения человек идет только в безвыходном положении. Она уже поняла это. Своим людям он не доверяет. Слишком много у него врагов, строчащих доносы в ФСБ. Один неверный шаг, и он сгорит.

— О помещении не думайте. Все остальное возьмете на себя. Для вас это пустяки. Я знаю, сколько ротозеев вьется возле жены академика Луциса. Многими вы пользуетесь время от времени. Вы, Елена Сергеевна, для меня не открытие. Я вас частенько видел в мэрии, мне о вас много рассказывали. Думаю, вы пришли сюда не с пустыми руками. Получить помещение в Питере практически невозможно.

— Не будем торговаться, сделка взаимовыгодная. В этом деле требуются только подробности, детали и доверие. Каков мой гонорар?

— Тысяча евро за приличный экземпляр. Много? Да, немало. Себе я не беру ничего, весь куш ваш. Мое дело, чтобы машина работала безотказно.

— Куда вы их отправляете? В Эмираты или Судан?

— От вас ничего не скроешь. Мне нравятся люди, все схватывающие на лету. Есть корабли, которые перевозят товар на Ближний Восток. Они работают на постоянной основе. Если судно придет пустым, то капитану снесут голову. Он об этом знает. Эти люди по пустякам грозить не будут. О влиянии этих черномазых говорить бесполезно. Их президент — больше чем царь. У него и в нашей стране агентов хватает.

— Почему вы взялись за это дело? — холодно спросила Елена.

— Вы будете работать?

— Да, если на первом этапе вы ее профинансируете. Я должна составить план, просчитать все риски, чтобы не засыпаться на первой же девчонке. А потом выставлю вам счет за три месяца вперед. В дальнейшем, когда я подзаработаю, сама буду оплачивать свою компанию, если вы мне отдадите весь куш. Но мне нужны детали. Я втемную не играю. Партнера, как и врага, надо знать в мельчайших подробностях. Он же обо мне ничего знать не должен. Меньше знаешь — крепче спишь. А как вы угодили в эту трясину?

Он опять на нее внимательно посмотрел. Лена умела скрывать эмоции и великолепно справлялась с любой ролью. Она во всем была человеком одаренным. К тому же умела нравиться кому нужно. О ее жизни можно написать книгу, и она будет не хуже приключенческих романов Дюма.

— Полтора года назад я ездил в одну азиатскую страну. Меня как высокого гостя принимал Шахиншах лично. Вы знаете, кто такой Шахиншах? Это имя переводится как «царь царей». Встретиться с ним — большое везение. Мы поставляем в некоторые восточные страны обогащенный уран и строим там плотины. Я взял с собой секретаршу, девочку девятнадцати лет. Умна, красива, с точеной фигуркой. Сказка. И вот Шахиншах влюбился в мою секретаршу. Он выплатил мне миллион долларов, чтобы я уговорил девчонку. Сумма была столь солидной, что я сломался. К тому же мне позарез нужны были деньги для покрытия крупной недостачи. Сделка состоялась. Сначала мы вернулись домой, потом напоили девочку снотворным, уложили ее в ящик, чтобы она не шумела, и вместе с оборудованием для станции отправили Шахиншаху. Груз приняли специальные люди. Весь ужас заключался в том, что я прислал восточному владыке труп. Девчонка задохнулась в ящике.

Через неделю ко мне на дачу явились шесть человек. Уникальные типы. Всю мою охрану связали, как пучок редиски. Меня эти люди не тронули. Они передали письмо от Шахиншаха и фотографии мертвой девушки. Денег от меня не требовали. Да их у меня уже не осталось. Раз в месяц с приходом танкера в порт я обязан был присылать ему одну красавицу. Забракованных убьют и выставят огромный штраф. Он требует прислать ему не меньше двадцати девушек. В противном случае мне не сносить головы. И я ему верю. Пришлось попотеть. Сейчас я в отпуске, попросил отсрочку на два месяца. Но это ничего не меняет, я лишь отодвинул сроки. Положение мое безвыходное. За мной следит ФСБ, они знают о каждом моем шаге. Эту работу должен продолжить кто-то другой. Шахиншах человек не жадный. Его можно понять. Женщины в его стране страшнее атомной войны, к тому же он предпочитает только блондинок с голубыми глазами. Вот вам ситуация вкратце. Вы хотели детали? Вы их получили. Продать меня вы не сможете, доказательств у вас нет.

У нас за год исчезают около семидесяти тысяч девушек. Маньяков не перечесть. Многие сами сбегают. Лучший товар — украинки, прибалтийки или белоруски. Около года назад я видел вас на вечере в окружении нескольких красавиц. Вот тогда мне в голову и пришла шальная мысль: привлечь вас к делу. Но у меня все шло чисто, успешно, и эту мысль я отбросил. Сейчас вы словно услышали мой зов и явились с предложением. Как тут не верить в судьбу?

— Я помозгую. Мне нужен план, а потом обсудим детали. Задача мне понятна. Напишите мне ваш мобильный телефон, который постоянно с вами, и не для служебных разговоров. Я зайду к вам через день.

2

Молодая красивая женщина с необычным острым умом. Третий раз замужем. Муж чуть ли не на тридцать лет старше. Тут и дураку понятно, что у нее есть любовник. А может, и не один. Ее муж знаменит, и по четвергам они устраивают обеды на съемной вилле под Питером.

Лена встретилась со своим бывшим любовником Вольдемаром Шестопалом. Они остались хорошими друзьями. Она его не бросила, как многих. Ему сделали не очень удачную операцию, связанную с простатой. В итоге он превратился в импотента и потерял вкус к женщинам.

Но Леночка для него оставалась чем-то бо́льшим, чем просто женщина. Ему нравились ее склад ума и необычное мышление. Вольдемар числился в больших авторитетах в основном в криминальном Петербурге и области. Сам он в делах не участвовал, только планировал, а потому в тюрьме не сидел и в картотеках МВД не значился. Ни один бандит его не сдал. Такой человек нужен на свободе. Врагов тоже не имел. Помогал всем. Но никогда никого не натравливал друг на друга. Человек необычный. Имел свою долю с каждого дела, но не наглел — довольствовался предложенным. Не торговался, но и не отвечал за провалы. Он находил в них ошибки и учил других, как их избежать.

С Леночкой они встретились в ресторане.

— Не верю, чтобы ты меня захотела повидать вот так запросто, — улыбнулся он, целуя ей ручку.

— Хочу совместить приятное с полезным.

— Посмотрим, что у тебя получится.

Она присела и сама себе наполнила бокал шампанским.

— Извини.

Он понял свою промашку. Это и понятно — с женщинами Вольдемар встречался редко.

— У меня есть на примете дело, — начала разговор Елена, — но нет средств. Спонсор мало чем поможет. Но главное — мне нужны надежные люди с приличной внешностью, которые могли бы себя выдавать за дипломатов.

— Люди — не проблема. У меня полгорода ходит в должниках.

— Я должна выбирать красивых блондинок не старше двадцати лет и отправлять их за рубеж. Торговля живым товаром.

— Знаю я одно агентство по этой линии. Очень быстро погорим. Обмануть девчонку не трудно, если она не раструбит о своем отъезде раньше времени. Каков вид транспортировки?

— Грузовое судно.

— Грубо и ненадежно. Вот если бы ее пригласили на круиз по южным морям, то подозрений не возникнет.

— Там требуется загранпаспорт, виза. И сопровождающий обязан вернуться на родину. Выкрасть можно, но дело на поток не поставишь. Перевозка меня не очень волнует. Где брать товар?

— Из окон машины ничего не видно. Ты по улицам пройдись. Красоток море. У меня была в свое время чудная цыпочка. Мой возраст ее не смущал. Ей есть хотелось. В театральный институт приехала поступать из Омска или Томска, уже не помню. Набирают там тридцать человек, а экзамены сдают триста. Все надеются поступить на следующий год. Домой не возвращаются. Пишут родным, будто поступили. А где жить? Где работать? У нас сейчас дворником не устроишься. Гастарбайтеры Северную столицу заполонили. Работают за гроши. Так что девочкам приходится идти на панель. Я покажу тебе нужные места. Товар не проблема.

— Ну нашла я девочку. А дальше что?

— Тебе нужна завлекалочка. И не для одной девочки, а минимум для пятерых, которые всегда были бы под рукой. Тебе нужен клуб знакомств. Так, чтобы они к нему прилипли.

— Что-то подобное и крутилось у меня в голове.

— Мужиков я найду. А хозяином клуба стану сам. Это усилит контроль. Я слишком разленился в последнее время, надо бы встряхнуться. Зарплату тебе никому платить не придется, но хорошая закуска и выпивка нужны каждый день.

— Хорошо, встретимся здесь же послезавтра и закончим разговор. А пока ищи «дипломатов» и охрану. А я займусь женщинами.

— Увлекательная может получиться история, — ухмыльнулся Вольдемар. — Только Загряжского надо одурачить. Я сам на него выйду, а ты останешься в стороне. Ничего не знаешь, мы не знакомы. И получится, будто всем заправляет он, а ты лишь менеджер.

Лена чмокнула его в щеку, взяла сумочку и ушла.

3

Эта неделя выдалась суетной. Она уже отвыкла от активного образа жизни. Первый разговор состоялся с мужем. Тот не привык спорить с супругой. Ее слова были для него законом.

— Я нашла тебе помещение под институт. Нам понадобятся деньги. К тому же я устроилась на работу. Ненормированный график. Возможно, придется работать ночью. Меня интересует главное: ты добился результатов? Мне срочно требуется противоядие. Буду испытывать его на людях. Нужны гарантии. Мы почти достигли результатов, но девять собак сдохли, выжила только одна. Но мы идем к намеченной цели. Вся проблема заключается в препарате 805. Я не могу понять, что Коптилин в него подмешивал. Тетродоксин должен выглядеть как соль. Мелкие белые кристаллики. А у него он похож на марганцовку. Действует безукоризненно и не оставляет следов в крови, тогда как тетродоксин можно обнаружить, если его искать. Значит, и противоядие работает вкупе с примесями. Одно завязано на другом, что вызывает определенную реакцию. Я работаю методом тыка. Если через месяц не получу результата, ты получишь развод, — раздраженно сказала Елена.

— Не говори глупостей, Лена. Я бросил ради тебя все свои исследования…

— Это твой выбор. Я гражданка Латвии, дом под Ригой записан на мое имя. Уеду, а тебя на порог не пущу.

Она замолкла. У мужа прихватило сердце. Третий инфаркт может стать последним. Сейчас она не хотела его терять. Еще не время.

4

Вольдемар Шестопал встретил Лену с улыбкой.

— Ты выглядишь усталой, — сказал он, подставляя ей стул.

— Отвыкла играть в активисток, но приходится.

На этот раз шампанское налил официант.

— Кофе и шоколад принесите. Есть я не хочу.

Официант откланялся и исчез.

— Идея с элитным клубом не выходит у меня из головы. Я нашел подходящих ребят с мозгами. Они умеют пустить пыль в глаза. Все холостые, красивые. Есть на что посмотреть. Мы их называем танцорами. В принципе это их главная работа. Всем около сорока. Работать будут на совесть. Сейчас отрабатываем для них легенду. Первый — дипломат. Ему предлагается зарубежная поездка в одну из капиталистических стран. Но холостяка не выпустят. Вот он и ходит на званые обеды ко мне. Я хозяин. Такой, как есть. Обожаю молодых девочек, вот только сделать с ними ничего не могу, но женские ножки сводят меня с ума. Ты хозяйка — жена владельца дома. Обожаешь вечеринки. Может быть, лесбиянка, но не афишируешь этого. Второй танцор — продюсер. Любит находить и снимать молодые таланты. Как это принято, все актрисы проходят через его постель. Но он может и влюбиться. Третий танцор — банкир. Самый ненадежный, но в деньгах не нуждается. Проститутками не пользуется, боится подхватить заразу. У него есть все, кроме жены. Мечтает о молодой и красивой. Четвертый танцор — богатый адвокат с большими связями. В том числе и в полиции. Из любой передряги может вытащить. Ну а теперь скажи мне, какая дура откажется от таких знакомств? Дур надо искать у театрального вуза, театров, Дома актеров, у музыкальных салонов для элиты, где вход по пропускам. Девочки, которые нам нужны, тоже в поисках проводят свой досуг. Будут еще два типа. Один — шофер, другой — официант и дворецкий. Головорезы высшего уровня. Будут следить за публикой. Остается найти клуб. Лучше бы в пригороде, с гаражом. Нужны две машины, микроавтобус и представительский лимузин. Ну, и мебель соответствующая. У девочек должны гореть глаза. Об остальном подумай сама. Тебе понадобятся помощницы. Женщины, которые должны делать рекламу клубу. Ну, к примеру, помощница режиссера, которая запросто сможет подойти к любой кукле на улице и предложить ей сняться в кино. Вторая — парикмахерша, ну а третья — портниха-надомница. Шьет платья на заказ. Портниха хорошая. Такая у меня есть. Она на нас поработает полгода, потом найдем новую. И главное: надо всегда хорошо мыть посуду и вытирать ручки. Пальчики всей команды есть в уголовке. И еще один вопрос. Одну из красоток надо как-то нейтрализовать и на фургоне отвезти в порт. Над этим ты сама должна поломать голову. Теперь твой ход.

План Лене понравился. Крючок хороший, но пока без рыбы.

* * *

На этот раз встреча состоялась в машине. Заместитель губернатора подхватил Лену на автобусной остановке. Он приехал на работу на личном транспорте и не воспользовался охраной. Они катались по городу, и он показал ей особняк, стоящий почти в центре.

— Документацию получите официально. Ремонт сделают за счет города. Вы довольны?

— Думаю, муж будет доволен. А у меня для нашей общей работы есть другие требования.

— Готов их выслушать.

— Начну с особняка. Можно поскромнее. И где-нибудь в ближайшем пригороде. С мебелью. Мне нужен дом-клуб для девушек. Я хочу иметь не одну и не две куклы, а хороший задел. План у меня уже есть.

— Отлично. С особняком с мебелью проблем не возникнет. Полгода назад одному крупному чиновнику дали десяточку. С государством он расплатился своим домом вместе с содержимым и машиной. Теперь дом находится на балансе госсобственности, но руки до него еще не дошли. Возможно, и не дойдут. Он стоит на отшибе и не относится ни к одному поселку. Возможно, по этим причинам и забыт. Я обдумаю варианты, и вас не будут беспокоить. Доверенность на машину сделать не трудно. Вам понадобится надежный и не болтливый шофер, а также фургон. Девушек надо будет перевозить в порт. Детали и денежные проблемы обсудим позже.

— Клуб должен быть действующим и с приличными условиями. Нужен пропуск на причал. Всегда чего-то забывают. Тем более когда речь идет о деталях в ящиках. Ящики должны быть фирменными и нумерованными. Остальное мое дело. Завтра же покажу вам особняк. И приедете один, как сегодня.

— Вы уверены, что ваш план сработает?

— Я дам вам возможность проверить. И пригоните к утру фургон и пару ящиков. Встретимся в пять у метро.

— Ладно. Я вам позвоню и назову номер машины, в какую вы сядете.

Лена с улыбкой взглянула на нового партнера и вышла из машины.

5

Это произошло более пяти лет назад. Елена Подрезкова легко открывала сейф мужа. Она знала код. Из его документов было известно, что творится в институте мужа. Обычно жена не лезла в его дела, но тут она наткнулась на невероятное открытие. Талантливый ученый, молодой красивый парень создал яд. Скорее всего, без злого умысла. Яд на основе тетродоксина. Без должного присмотра человек погибает в течение двенадцати-четырнадцати часов от паралича дыхательных путей. Но ни одно медицинское светило не могло обнаружить яд в крови. Еще живого человека считали покойником. Пульс не прослушивался, дыхание тоже. Температура тела падала. Примитивно говоря, помогли медведи. Как они спят в берлоге всю зиму без пищи? Потом открыли тропических рыб, уходящих в спячку. Но те обходились без кислорода. И тут Лена нашла статью американского химика. Оказывается, таитянские зомби пользовались своими фокусами более двухсот лет назад. Жрец умирал, его хоронили, а через сутки откапывали, и он оживал. Все зависело от дозы. К тому же Андрей Коптилин работал над противоядием. Можно сказать, он уже сделал его. Лена решила взять институт в свои руки. Главным шпионом в ведомстве мужа была ее ближайшая подруга Оксана Лебеда. Лена забрала ее с московской панели и сделала из бездомной хохлушки настоящую леди. Оксана была не очень умной, но очень хорошенькой, с природной хитростью. Хозяйка использовала ее как хотела. Сначала подложила Оксану в постель к мужу. И девчонка была допущена к секретным документам. Все новости Лена узнавала первой. Трудностей не возникало. Главным в деле оказался молодой парень, холостой, который был жутким бабником. Когда яд и противоядие были опробованы на клиентах мужа, Лена уже знала, что это такое и как действует. План Зямы, мужа Лены, был примитивно прост. Сначала он давал клиентам это зелье, доводил их до состояния беспомощности, практически смерти. Каждый клиент понимал, что с ним происходит, но полный паралич не позволял им адекватно реагировать на шантаж Зямы. Понимая, что они могут не вернуться к жизни, — соглашались на все. Так он выкачивал деньги из своих клиентов, после чего им кололи противоядие. Второй раз никто не решался уходить на тот свет. Отдавали последнее.

Теперь Оксана докладывала о муже и об Андрее со всеми подробностями.

Жена директора устроила в ресторане сцену с дракой. Рыцарь Коптилин тут же полез в бой на защиту незнакомки. Так состоялось их знакомство.

За окнами стояла ночь и шел дождь. История кончилась в постели его дома. Он вновь влюбился до беспамятства. Она для этого приложила все старания. Однако женщина оказалась замужем. И за кем? За его шефом. Андрей для себя все решил. Когда Зяма со своей секретаршей уехал в командировку, где Оксана должна была отравить своего любовника и мужа Елены — пылкого старичка, вдруг от Лены приходит странная телеграмма: «Операция отменяется, ничего не делай, Андрей сам все устроит. Он ночным поездом уехал к вам».

Все так и вышло. Коптилин отравил мужа Лены и к утру вернулся в город. Даже на работу успел.

Прошло еще два месяца, и они поженились. Так начиналась их счастливая жизнь. Лена к тому же стала богатой. Муж оставил ей все. Вилла, институт, деньги, яхта, несколько машин. Она ни в чем не нуждалась. Но самое главное, что она сама влюбилась без ума. Ее это даже напугало. Она привыкла, что мужчины падают к ее ногам. Теперь в ее сознании все перевернулось. О разводе или расставании не могло быть речи. Она лучше бросится в омут, чем потеряет своего Андрюшу. В крайнем случае убьет его. На куски разорвет. Он же ради нее убил ее мужа и никогда не пожалел об этом. Ее интересовали только разработки Андрея, на которые она имела свои планы. Но тут произошло непредсказуемое. Началось все с глупого случая. Оксана застала у себя дома в своей постели Андрея с молодой девчонкой. Он так и не вернул ей ключ после женитьбы. Бывшая любовница и секретарша новой директрисы начала следить за влюбленной парочкой. Через месяц она доложила жене проходимца:

— Полагаю, что он тебя убьет. Ты постарела, а у него есть молодая.

— Неужели я стала ему не нужна? Предатель! Он так безнадежно влюблен? — спросила Лена. — Я не думаю, что его интересуют деньги. Он может брать их с моего счета. Однако за несколько лет он брал только мелочь, и та уходила на химикаты.

— Девчонка его не любит. Речь идет о мести. Она дочь следователя Павла Михайловича Ильина. Он разыскивал вас несколько лет. Вы с мужем по пьяни расколошматили его машину. За рулем сидела ты. Погибли его жена и сын. Дочь чудом осталась живой. Вы уже не помните таких мелочей. Но он вас никогда не забывал и не забудет. Девчонка вынудит его убить тебя. А его посадят за убийство. Это и будет вашей расплатой за безнаказанность.

— Как я поняла, если меня не убьет мой муженек, то до меня дотянется Ильин. Я в ловушке.

— Я знаю код сейфа, где лежат ампулы с противоядием.

Лена походила по комнате, потом твердо сказала:

— Ладно, я умру. А когда меня увезут в морг, ты вколешь мне противоядие. Сегодняшний раствор рассчитан только на двенадцать часов. Опоздаешь — мне конец. Я умру по-настоящему от паралича дыхательных путей. Ильину придется наткнуться на труп. В конце концов, Андрей мог противоядие перепрятать. Он испугается вскрытия раньше времени. Ведь все органы будут работать, пусть даже в замедленном темпе, как в стиле рапида в кино. Вот что напугает Андрея. Организм жив. И этому нет объяснений.

— Но медики могут поторопить следователей со вскрытием, — возразила Оксана.

— В морге должен быть удобный тайник. Надо подумать, куда Андрюша может спрятать меня. И еще. Ты должна узнать весь состав 805-го и противоядия.

— Сразу поймут, кто это сделал, — возразила Оксана.

— Не поймут. Ты уедешь в Москву и по дороге умрешь. Нам вышлют телеграмму, а на опознание поеду я. Фактически я вернусь без документов. Якобы их вышлют в МВД после экспертизы. Это логично. Важно, чтобы обыватель в городе знал, что ты мертва. И Андрей в том числе. Иначе он поймет, кто тебя отравил. Пусть следователь ломает голову, куда делись все препараты. В первую очередь они арестуют Гальперина и всех лаборантов. Но в институте ничего не найдут. Тогда мой труп уйдет на второй план. Меня уже некому оживить. Андрей будет сидеть в сизо. Спасателей не останется. Сам Ильин меня спасать не будет. Тогда ему не за что сажать Коптилина. Тут все продумано. На всякий случай мы подбросим ему второй труп. Труп человека, который мог помешать Коптилину в его планах. В деле будет поставлена жирная точка. А потом задним числом я перепишу на тебя виллу и больницу. Ты все продашь как наследница. Документы о твоей смерти так и не придут в МВД. Ты жива. Находилась в Москве, куда тебя и посылали. Сделала все свои дела и вернулась. А тут такое творится. Об изменении моего завещания будет знать только адвокат, он надежный парень. А ключи и пароль от банковской ячейки, где будут храниться все бумаги, я передам тебе как своей секретарше. Там же и будет лежать завещание.

— Картинка из фильма ужаса.

Елена резко загасила сигарету.

— Главное, чтобы Андрей ничего не понял. Он слишком умен для его возраста и профессии. Надо четко соблюдать план, и тогда мы выиграем. Все сделаем, когда он будет уже сидеть.

Лена оказалась умнее своего мужа. Конечно, ей помогли обстоятельства и обычное везение. Андрей отравил свою жену, и она в течение двенадцати часов находилась на краю гибели. В ее смерти никто не сомневался, выписали свидетельство, а труп отправили в морг.

Андрей все еще чувствовал себя спокойным. Но во всей этой заварухе обнаружился один нюанс. На утро было назначено вскрытие. Чтобы его избежать, он проник в морг, перепрятал труп и подал заявление в полицию.

Из общего зала в подвале он забрал труп жены и перенес его в подсобку зала прощания, этажом выше. Отдел ритуальных услуг не был связан с моргом. Там стояло полно пустых гробов и венков. Некоторые были готовы к выносу.

Он положил Лену в гроб, накрыл крышкой и установил на каталку. На гроб положил бумажку: «Вынос в 12 часов в один из свободных залов». Таким образом труп из морга исчез, и о вскрытии не могло быть речи. Все эти манипуляции Андрей провел ночью.

Вот только он не знал одной детали. Оксана Лебеда не спускала с него глаз. Когда он ушел, она принялась за дело. Сначала ввела противоядие, и оно привело покойницу в сознание. Девушки поехали в институт и конфисковали все пробирки с ядом 805 и противоядием, опередив на час полицию, которая делала обыск в лаборатории и ничего не нашла.

Девушки сумели добраться до вокзала и уехать в Москву. На этом была поставлена вторая жирная точка.

Андрей во всем признался. Он хотел переманить следователя на свою сторону, а главное, успеть сделать Лене укол противоядия. Тогда его могли обвинить лишь в покушении на жизнь, а не в умышленном убийстве.

Ничего не получилось. Противоядия не нашли, а труп из морга исчез. Но для суда хватило и свидетельства о смерти, и наспех написанного акта о вскрытии. Хоронили пустой гроб.

Рука следователя Ильина так и не дотянулась до главной обвиняемой. Может, ее труп покоится в земле, а может, она гуляет на свободе жива и здорова.

* * *

Так, если не касаться деталей, прошло шесть лет. Андрею осталось сидеть около пяти. Следователь Ильин ушел в отставку, так и не узнав судьбы Елены Подрезковой, которая сотни раз могла сменить фамилию. Химией он тоже не интересовался, в сказки про мертвую и живую воду не верил.

Но тут подвернулся случай. Случай не простой, а в интересах Елены Сергеевны. Правда, теперь она значилась как Элен Луцис, подданная одной из прибалтийских республик, где у нее имелся свой шикарный загородный дом. Вот туда уже никто не сможет сунуть свой нос.

Верная ее раба Оксана Лебеда все еще выполняла все ее поручения. Елена ценила верных людей. С продажи лаборатории и особняка она отвалила ей добрую половину. Правда, это не касалось наличных, которых хватило бы на пять таких особняков. Деньги ее мало трогали. А вот пощекотать себе нервы, так же, как и риск, она любила. Лена никогда не оставалась в проигрыше. На любой случай у нее имелись проходные дворы, лазейки и куча хитроумных трюков. Сейчас настал период застоя. Она скучала. И тут поступило предложение от помощника губернатора. Деньги по ее меркам пустяковые, но риска хоть отбавляй.

С этой идеей она и явилась к Оксане. К тому же они давно не виделись. Оксана была невезучей в личной жизни. Недавно разрушился ее пятый брак, с которого она ничего не поимела. Правда, хорошая четырехкомнатная квартира ей все же осталась после третьего мужа. Она его попросту отравила, а родственников у бедолаги не нашлось.

Итак, на звонок открывается дверь, а за ней стоит Лена. Пауза длилась несколько секунд, затем подруги обнялись и даже прослезились.

— Что-то задумала? — спросила Оксана.

— А ты как догадалась?

— Ну, на коньячок тебя в два часа ночи не заманишь. Да и твои прекрасные глазки блестят, как елочные шары на освещенной площади.

Они уселись на шикарный угловой диван, накрытый белыми шкурами. Коньяк пришлось все же достать. Лена выглядела усталой.

— Что ты знаешь об Антоне Загряжском? — Лена прищурила свои огромные глазищи.

— Неуловимый Антоша? В мэрии его ценят. Для своих он выкладывается по полной. С генералами из МВД дружбу поддерживает, дает обыгрывать себя в карты. Но ФСБ держит его на коротком поводке. Из казны много ворует. Пока губернатор прикрывает его своим крылом, Загряжского не трогают. Но стоит перетасовать колоду, и его тут же в наручники упакуют. Лучше держаться от этого парня подальше, — сделала вывод Оксана.

— Правильно мыслишь, подружка. Но обстоятельства нас объединяют. Вопрос второй: сколько ампул у тебя осталось из запасов института? Только не ври мне.

— Две полные пробирки 805-го элемента. Но я не знаю дозировки. От пяти граммов твой муж сдох через десять минут. Противоядий пять пузырьков. Знаю только, что требуется длинная игла. Укол делается в сердце. Тебе я вколола половину. Пузырек запаян и закрыт резиновой пробкой. Вскрывать его нельзя. Иглу протыкают сквозь пробку, иначе препарат потеряет свои свойства. Вопрос с противоядием очень сложный. О нем всё знает только Андрей. А ему еще сидеть пять лет. Да и вряд ли он что-нибудь скажет. Это же открытие нобелевского масштаба. Против тетродоксина нет противоядий. Смерть неизбежна. Так в чем твоя задумка? Хочешь полгорода отправить на тот свет?

— Нам предлагают особняк для клуба, где будут завидные женихи, нужно собирать периферийных блондинок первого класса и переправлять к арабам. Поштучно, по одной в месяц. Судно есть. Но девочки по своей воле не поедут. Вот тут мне и пришла идея с препаратами Коптилина. Их надо вырубать на сутки, затем оживлять и сдавать поставщику. Деньги неплохие. Клуб обеспечивается всем необходимым.

Оксана закурила, подумала и кивнула головой.

— Игра стоит свеч. Тем более при нашей занятости. Одна деталь меня смущает. Кому-то придется сопровождать девчонок. Матросам укол не доверишь. Да они и не в курсе, что везут в ящиках.

— Я подумала, можно использовать твоего мужа.

— Интересная задумка. Но тебе придется раскрыть карты.

— Он пять лет бьется над противоядием. Но я впервые слышу о вакуумной упаковке. Значит, там присутствуют летучие вещества. Я дала ему одну ампулу. Он до сих пор над ней колдует, а результата нет. Собиралась уже от него избавиться. Сколько можно терпеть? — раздраженно сказала Лена.

— Летучим веществом может быть газ. Вот он и проталкивает вещество в сосуды. Ампулы противоядия герметично закрыты резиновой пробкой. Набор раствора в шприц происходит протыканием пробки иглой. Элементарные вещи я знаю, но я не химик и не фармацевт. Тут помимо знаний нужен талант.

— Хорошо. Мы пойдем на эксперимент.

Они ни словом не обмолвились о будущих клиентках, как будто этот вопрос был решен.

6

Встреча состоялась в субботний день. Лена села в «Мини-Вен». Пришла она не одна, а с мужем. За рулем сидел сам Загряжский. Он не стал интересоваться, кто ее спутник, но Лена сама представила мужа:

— Айвар Луцис, мой муж. Химик. Лаборатория готовится для него. Он в деле. Подробности потом.

Муж явно не подходил жене. Он был лет на двадцать старше, но общее впечатление оставил приятное. Солидный человек с холеным лицом и руками. Невооруженным взглядом видно, что он подкаблучник. Машина тронулась с места.

— Этот фургон для работы. Мы оставим его на даче. Обратно машину поведете вы: «БМВ» седьмой серии. Отличный лимузин.

Усадьба находилась рядом с Пушкино и выглядела достойно, как особняк восемнадцатого века. С двух сторон к крыльцу вели две мраморные лестницы, великолепная площадка перед двухстворчатой дверью с мозаичным полом, дубовые ставни.

На звонок вышел дворецкий. Вполне приличный пожилой мужчина в черном фраке, с гвоздикой в петлице и в белых перчатках.

— Этого парня зовут Кондрат Дудич. Фальшивомонетчик на покое. Будет изображать дворецкого, следить за домом и кухней. Работу свою знает. При необходимости может быть на подхвате. Оружием не владеет.

Приезжие прошли в хоромы. Кругом висели картины, на полу великолепный паркет, деревянная лестница на второй этаж с резными перилами, канделябры со свечами.

— Здесь жили любители живописи и старины! — восхитилась Лена.

— Подделки. Я знаю автора. Он один из обслуги. Но работал мастерски. Это же видно, — улыбнулся хозяин. — На первом этаже кухня и помещения для прислуги. На втором — зал для танцев, столовая и четыре спальни, а также курительная, она же боевой склад. Есть потайная дверь. Она ведет прямо в гараж, где стоит «Мини-Вен» для транспортировки девушек в порт. Посты ГАИ куплены, машину не тормознут.

Они поднялись по ступеням наверх и прошли в танцевальный зал. Несколько мужчин, очень приличных на вид, вежливо встали.

— Позвольте познакомить вас с обслугой.

Загряжский подошел к ближнему мужчине и положил ему руку на плечо.

— Это Вольдемар Шестопал. В свое время был лучшим мошенником и аферистом. Сейчас в опале. Будет разыгрывать твоего мужа и хозяина дома.

По возрасту Шестопалу перевалило за пятьдесят. Выглядел он солидно и добродушно. Эдакий добрый дядюшка, готовый всегда помочь. Интеллигенция криминального мира.

Следующим стоял Тимур Литвак. С трехдневной щетиной, с беспорядком на голове, но лицо обычное. Такие встречаются на каждом шагу.

— Хороший медвежатник в прошлом. Но оставил столько следов, что за новые дела не берется. Возьмут в два счета. Будет играть роль продюсера, благо имеет небольшой опыт в кинематографе. Голову может замусорить в два счета. Переходим к третьему танцору. Аким Полторанин. Если Тимуру сорок, то этому только тридцать три. Он самый красивый. На него точно рыбка клевать будет. Недавно освободился, обычный налетчик. Занимался киднеппингом. Сейчас притих. Мы дали ему роль холостого дипломата, подыскивающего себе жену для командировки в капстрану. Четвертый танцор Игорь Шнейдер. Налетчик другого масштаба, грабил магазины. Потом купил себе гараж и вот уже шесть лет дает машины напрокат. Не беден, но и не богат. Коммерческая жилка отсутствует. Мы представим его адвокатом. Уголовный кодекс знает лучше таблицы умножения.

Следующего мы в танцоры не пригласили. Федор Черных рожей не вышел. Будет работать шофером и официантом. Говорит коряво, но отлично владеет всеми видами оружия. Работал киллером на некоторые группировки. Дело свое знает туго.

Женщин я не нанимал. Это твое дело. Особняк готов к приему, холодильники заполнены, можем начинать в любой день. Ближайший дом в миле отсюда. Сад с полгектара, забор больше трех метров, территория оборудована видеонаблюдением. Все это нам досталось на тарелочке с голубой каемочкой. Девушек будем транспортировать в ящиках. Достал пока пять заводских ящиков. Эти пропускают без досмотра в порт, прямо к причалу.

— Итак, шофер, дворецкий и четыре танцора. Хозяин дома Вольдемар Шестопал. Я его жена. Картинка понятна. Есть лимузин и фургон.

— Гараж с правой стороны. К нему можно выехать через флигель, — добавил Загряжский.

— Отлично. Позже обсудим. А теперь можете освободить ребят. Манерам я их позже научу. Сейчас нам надо поговорить о деле.

Загряжский похлопал в ладоши, и все как по команде разошлись. Елене понравилось. В таком деле дисциплина имеет большое значение. Остались Елена с мужем и Загряжский.

— Мы всех выгнали, а кто нам будет подавать закуску? — удивился губернаторский любимчик.

— Я привезла с собой «Бордо» двадцать четвертого года. Такое вино грех закусывать.

Айвар сидел на диване молча и безучастно, словно его здесь не было.

Бутылку открыли и выпили по бокалу, вот только Лена к своему стакану не притронулась, отвлеклась на телефонный звонок. Разговор длился недолго, но гости к этому времени выпили, хрустальные фужеры скатились на пол, а мужчины замерли на диване с открытыми глазами.

— Это называется экспериментом, господа. Через двенадцать часов я вас оживлю. А пока мне надо проверить, как вы сможете перенести ночь в ящиках без воздуха. Или практически без воздуха. Вы меня слышите, все понимаете, но мышцы вас не слушаются. Завтра мы все обсудим.

Раздался звонок в дверь. Елена открыла. На пороге стояла Оксана.

— Я не рано?

— В самый раз. Дорогу сразу нашла?

— Конечно. Я вчера весь день ездила следом за Загряжским, ни на шаг не отставала. Когда он пересел в свою машину, я поняла, куда он едет.

— Сейчас мне понадобится твоя помощь. Надо эти тела упаковать в транспортировочные ящики и через двенадцать часов их откачать. Без этого эксперимента нет смысла браться за работу.

— А если они подохнут?

— Черт с ними. Нас никто не знает. А партнеры Загряжского носа не высунут. Все они меченые. Закопаем их на участке. Антон не зря намекнул на его размеры. Откроем здесь филиал городского кладбища.

Женщины принялись за дело.

* * *

Что могло случиться за ночь, их не беспокоило. Они на двух машинах вернулись в город. Для алиби посетили известный ночной ресторан, где их знали. Гуляли до рассвета, потом поехали к Лене и поспали пару часов, чтобы твердо стоять на ногах. Вернулись на дачу в два часа дня. Судя по обстановке, здесь никто не появлялся.

С некоторым волнением женщины принялись за дело. Первый укол противоядия Оксана сделала Айвару. Он долго приходил в себя, но все же очнулся. К сожалению, ничего не помнил. Просто потерял сознание, и все. Ему объяснили суть эксперимента, и если бы не утренние газеты, которыми запаслись девушки, то он не поверил бы в то, что больше двенадцати часов провел в гробу.

— Сознание не сразу к тебе вернется, Айвар, — пояснила жена, — но через пару часов ты полностью восстановишься. А теперь мы займемся шавкой губернатора. Он в этом ящике под соломой, как деталь от механизма. Несколько дырок в ящике недостаточно для нужного организму воздуха. Но он потребляет его так мало, что может прожить еще какое-то время, но рисковать нельзя. Сейчас мы вколем ему противоядие, то, над которым ты пять лет безнадежно работаешь. Один флакон ты вскрыл. Но это тебе не помогло. Секрет вот в чем: запаянный пузырек с резиновой пробкой открывать нельзя. Иглу вводят через пробку. А значит, там есть летучие вещества, которые тут же испаряются и противоядие не действует. Этот газ гонит состав по жилам. Даю тебе еще месяц на разработку. Не успеешь — пеняй на себя. Я и так слишком много времени потратила на тебя.

Муж не возмущался, он приходил в себя и очень отчетливо слышал голос Елены.

Вскрыли второй ящик, выгребли солому. Загряжский напоминал покойника. Цвет кожи стал восковым. Труп он и есть труп. Лена вколола шприц ему в сердце. Через несколько минут его веки зашевелились. Она облегченно вздохнула.

— Сработало!

С помощником губернатора пришлось долго объясняться. Он возмущался. А главное, он все слышал, и понимал, и знал, в какой ящик его кладут.

— Послушай, Антон, — Лена резко перешла на «ты», — это самый надежный и лучший способ переправки товара за море. Разбудить их придется посреди пути, вот только сбежать им будет некуда. Вопрос в другом. На той стороне у нас должен быть свой гарем. Отстойник для девушек. Ведь ты отдаешь только одну куклу. А перевозить мы должны две. Вся проблема в противоядии. Оно стоит дороже золота, и пока у нас его мало. Один флакон рассчитан на две инъекции. Если не сделать второй укол, флакон придется выбросить. Через неделю он бесполезен.

— А кто их будет охранять? Помещений там уйма. Арабы за молодую блондинку горло перегрызут. Тут нужно взвод нанимать или полк. Да и девочки молча сидеть не будут. Бить их нельзя. Товарный вид потеряют.

— Придется все переиграть. Место встречи изменить. Что касается охраны, то арабы достойные сторожа. Вся загвоздка в том, что нам нужны враги Шейха. Они будут не белых женщин охранять, а лазутчиц. Заговорщиц, чья задача уничтожить Шейха, попав в его гарем. С твоими мозгами можно такой план состряпать! Я так, навскидку, с потолка идею взяла, но можно что-то и похитрее придумать. Это первое. А второе заключается в том, что мы должны отправить своего сопровождающего. Кто-то должен девчонкам делать уколы. Морячкам такую операцию не доверишь. Не дай бог кто-то по глупости что-то ляпнет.

Загряжский обхватил голову руками.

Глава третья

1

В кабинет главного редактора звонили только особо приближенные, а мобильный телефон знали единицы. И вот он позвонил. Пилюгин машинально взял трубку. Голос он не узнал.

— У меня есть «бомба» для твоего журнала. Гонорар всего-то двадцать тысяч. Речь пойдет о суперзвездах. Встретимся на нейтральной территории. Ты отдашь мне деньги, если статья тебе подойдет.

— Я лично материалом не занимаюсь. Придет мой зам.

— Не придет. Я никому не доверяю. К тому же меня могут сдать. Тебя я не боюсь.

— Ладно. Завтра в одиннадцать на самой маленькой площади в Москве, возле памятника. Знаешь, где это?

— Самая маленькая площадь в Москве — площадь Воровского.

— Соображаешь. Все. До завтра.

* * *

На следующее утро на работу не вышел шофер одной из крупных звездных пар, а также куда-то пропал администратор. Впрочем, их особо не искали. Звезды сегодня отдыхали и ждали к вечеру гостей. Поездки по магазинам пришлось отменить.

Редактор приехал на встречу вовремя. На площади он никого не увидел, но у обочины посигналила машина. Он заметил неприметный «жигуленок». Пришлось оставить свой «Порше» и пойти на сигнал. За рулем сидел незнакомый человек.

— Это вы мне вчера звонили?

— Да, присаживайтесь. Пока вы будете читать, я покружусь по соседним переулкам.

Шофер передал редактору пухлый пакет и тронулся с места. Статья увлекла Пилюгина. Сенсация оказалась громкой. Где-то в районе Трубной площади под левое ребро ему что-то воткнулось. Сначала было больно, потом он замер. Тонкая, как спица, длинная заточка пронзила ему сердце. В переулке машина остановилась, шофер сложил статью в конверт и убрал его в бардачок для перчаток. Он незаметно покинул машину и исчез.

Примерно через час шофер знаменитой пары, о которой шла речь в статье, очнулся в подъезде старого выселенного дома. Он долго пытался понять, что с ним произошло. Утром он помыл машину, как тут объявился этот тип. Лица его он не запомнил. Пообещал десять тысяч, чтобы съездить на старую квартиру за комодом. Приехали на Сретенку в развалюху. Согласился помочь, зашли в подъезд, и вдруг он потерял сознание. Часы на месте, деньги тоже. Он провалялся три часа без памяти. Надо срочно ехать к хозяевам. Те уже бесятся. Вышел на улицу. Машина стоит на месте. Не стал заморочивать себе голову, сел и поехал к хозяевам.

Администратор тоже попал в передрягу. В солидном многоэтажном офисе он подписал контракт на гастрольную поездку для своих подопечных. Торопился их обрадовать, но, как назло, села батарейка в мобильном телефоне. Зашел в лифт, но тот почему-то поехал наверх. Черт. Тут шесть лифтов, почему он выбрал этот? Да потому, что кабина стояла на этаже. Лифт остановился на цифре 28, и свет погас. Это последний этаж. А три последних еще не достроены. Стучать бесполезно. Сегодня суббота, рабочие выходные. А тремя этажами ниже его не услышат. Кнопки мертвые. Нет питания. Курил, сидел на полу, ныл, стучал кулаками, но все бесполезно. Только в два часа дня свет неожиданно зажегся, и лифт поехал вниз. Идиотская история.

2

Крутой переулок шел вниз к Неглинной улице. У парня подвели тормоза, и он шандарахнул по заднему бамперу стоящего у обочины «жигуленка». Уже темнело, шел седьмой час вечера. Пакостный день, да еще дождь со снегом. В «жигуленке» сидел только пассажир, но он даже не среагировал на удар. Удирать Клуцкий не стал. Номер могут запомнить. Он вышел и направился извиняться. Сказал много слов, пока не понял, что пассажир мертв. Открыл дверцу, а тот вывалился на тротуар. Перепуганный Клуцкий вызвал полицию. Те в свою очередь — оперативную бригаду из убойного отдела. Оперативно у нас ничего не делается. Приблизительно через час врач не очень уверенно заявил, что убийство совершено около двенадцати часов дня. Труп отправили на вскрытие. Врач доложил руководителю группы майору Дергачеву: «Речь идет об убийстве. Ударили шофера шилом под ребра. Вероятно, лезвие достало до сердца. Вскрытие покажет».

Подошел капитан с целлофановым пакетом, полным вещей.

— Из карманов трупа изъято: ключи от машины «Порше». Значит, где-то она стоит. Похоже, он пересел в «жигуленок» под каким-то предлогом; письмо в конверте, ключи от квартиры; удостоверение главного редактора журнала «Закат звезд» на имя Юрия Пилюгина. По фотографии это покойничек; бумажник с деньгами. Денег много, убийца их не тронул; пакет с двадцатью тысячами. С надписью «Гонорар» тоже на месте; телефон и прочие мелочи. Похоже, его не обыскивали. Киллер сделал свое дело и ушел.

— Проверь, на кого «Жигули» записаны, обшарь машину, и поехали в управление.

Бригада приехала с Петровки. Им здесь рядом, и есть мобильный вспомогательный состав. Особенно они живо реагируют, когда речь идет о трупах.

Майор Дергачев составил рапорт и один пошел к полковнику. Начальник отдела хорошо относился к майору. Думающий, несуетящийся, уравновешенный парень с пятнадцатилетним стажем. Пора повышать, да все руки не доходят.

— Своими словами, Коля.

Майор начал не торопясь:

— Заточка зоновская. Выточена из напильника. Он ее унес. Но мы с таким уже встречались. Жертва не сопротивлялась. Скорее всего, Пилюгина заманили в машину. Я просмотрел насколько номеров журнала Пилюгина. Красит весь цвет нашей эстрады в черный. Киношников тоже не щадит. Возможно, очередным компроматом на кого-то его и заманили в ловушку. Желающих заткнуть ему рот немало. Одним подозреваемым дело не закроешь. Если речь идет о семье Каравайцевых, то думаю, что их подставляют.

— Певица Юля и ее муж, продюсер Александр. Так?

— Именно. Ходят слухи об их разводе, хотя они это опровергают. Пилюгин немало страниц посвятил этой семейке. В бардачке машины у него нашли отчет о личной жизни Каравайцевых. Причем со снимочками. Постельными.

Майор достал из папки два конверта и положил на стол.

— В одном — компромат на Каравайцевых, в другом — с подписью «Гонорар» двадцать тысяч рублей. Такой компромат стоит в десять раз дороже. И если этот пакет передал ему убийца, то почему не взял гонорар? Или это был только повод. Но такие конверты на дороге не валяются. Статья с подробностями, написана остро, а фотографии мог сделать только профессионал. Вероятно, Пилюгин получил его в другом месте.

— Убийца не профессионал. Обыкновенный криминальный червь. Работал без посредников. Такие стоят дешево и не вникают в суть. Но почему он не обшарил карманы жертвы? Такой поворот меня смущает.

— Или профессионал, работающий под лоха. «Жигули» он угнал из ракушки заранее. Владелец в выходные дни машиной не пользуется, а значит, пропажу не заметит. Не так прост наш киллер.

Полковник кивнул головой.

— Нам не оставили выбора. Придется вплотную заняться звездным семейством и его окружением. О письме с компроматом помалкивай. Узнай имена тех, с кем развлекаются звезды. И насколько серьезны их отношения. С них и стоит начать.

— Задача понятна. Разрешите идти?

— Удачи тебе, Коля.

3

Как он и ожидал, она опять пришла в первом часу ночи. С каждой встречей Анфиса выглядела лучше и лучше, будто перерождалась. Баба-хамелеон из буфетчицы превращалась в царицу. Новый запах духов, обтянутое короткое платье под шубой. Чулки в сеточку. Он молчал. Сказать нечего. Она присела на кровать, где он лежал, и поцеловала его. Потом на пол полетело платье. Они занимались любовью всю ночь и разговаривать начали лишь под утро, когда оба выдохлись.

— А я не думала, что ты такой ловкий. О гибели Пилюгина почти не пишут. Он многим был костью в горле. Похороны прошли тихо. Его место занял тот, кто писал все эти статьи. Он и стал главным подозреваемым. Но следствие плавало. Ни одна из версий не годилась на сто процентов.

— Пройденный этап. Кто следующий?

— Деньги и досье в сумке в коридоре.

— Значит, когда мы закончим с четвертым, я тебя больше не увижу?

— Не знаю. Я уже прилипла к тебе. Меня сюда тянет. Но стоит Георгию выйти на свободу, все кончится. Я от него завишу. Он не позволит находиться нам вместе. Это исключается.

— Вероятно. И не захочет оставлять меня в живых. Я слишком много знаю. И как исполнитель больше ему не нужен. Два миллиона — мелочь в сравнении с личной безопасностью.

— Сам придумал?

Она закурила, и было видно, как Анфиса нервничает.

— Я тебе действительно нужна? — спросила она после паузы.

— Мне кажется, я влюбился. Если вообще способен на какие-то чувства.

— Со мной разговаривали о чем угодно, но только не о любви. Идея быть с тобой мне нравится. Это может вернуть меня к нормальной жизни. Ты себе не представляешь, как я устала. Но мы еще вернемся к этому разговору. Если не передумаешь.

Андрей уже догадывался, о чем будет предполагаемый разговор. Но предпочитал не забегать вперед. Всему свое время. По тому пути, который он выбрал, надо идти, соблюдая равновесие, как канатоходец, а не прыгать, как воробей по лужам.

4

В этот же вечер он посетил старого полковника Гальперина, который и устроил последнее покушение на редактора. Суть истории Андрей не знал. Он знал срок, и если Анфиса пришла к нему, значит, дело сделано.

Старик встретил его с улыбкой.

— Ну что, следующий тебе известен?

— Только имя. Михаил Кравец.

— Проходи, будем вычислять твоего подопечного.

Они устроились на своем любимом диване, но пили чай вместо водки. Значит, предстоит подумать.

На столике перед диваном лежала папка. Гальперин открыл ее и пробежал взглядом список.

— Есть такой. Михаил Кравец. Моя версия подтвердилась. Все они одновременно освободились из Владимирского централа. За месяц вышли девять человек. Естественно, они знают друг друга как облупленные. У всех сроки были немалые. Остап Зухра и Юрий Пилюгин — пройденный этап. В списке есть и Михаил Кравец. С ним тоже все ясно. Четвертым будет один из шестерых. Гадать бесполезно. Но одного из них я точно знаю. Живет в Питере, завсегдатай клуба «Лилия». Некий Игорь Шнейдер. Я ничего о нем не знаю, как и об остальных. Досье на Кравца мы найдем быстро.

— Меня другое смущает, Илья. За полгода до выхода Жоры Моркляка его сообщники начинают гибнуть. Это может их насторожить, если шагать нашими темпами.

— Сомневаюсь. Остап Зухра умер в ресторане от сердечного приступа на глазах своих близких друзей. Уголовного дела никто не открывал. Что касается Пилюгина, то его убили за дело. Слишком много болтал. Я думаю, у следствия должны быть подозреваемые. Например, администратор звездной пары Каравайцевых. Во время убийства он просидел в застрявшем лифте три часа. Свидетелей нет. В доме шесть лифтов и пять из них работали бесперебойно. Он так торопился, что даже жалобу на плохой сервис не подал. Позвонить не мог. Батарейка села. Важен и другой факт. У погибшего есть записи, в них администратор много чего наболтал на звездную семейку. Боясь разоблачения, он мог хлопнуть редактора, передав ему самый крутой компромат. И еще. Убили его фирменной заточкой. Такие делают во Владимирском централе. Это еще один след в прошлое Пилюгина. Машину угнали из двора Заботкина, с которым Пилюгин сидел. Врагами они стали еще в зоне. Третье. Шофер звездной пары тоже вызывает подозрение. У него нет алиби. Он его проспал в заброшенном доме. Хотя утром должен был приехать по адресу. Мотивы непонятны. Но убитый журналист докопался, на кого работал шофер до Каравайцевых. И это никому не понравилось бы. Следствие в тупике. Ну и, разумеется, сидящий на зоне Жора подозрений вызвать не может. И прикинь сам. Чем меньше участников, тем больше доля каждого. Если они и забеспокоятся, то будут думать друг на друга.

— Если уже не думают. Ну, а мне работу придется выполнять. Я дал слово. Жора мне поверил, платит вперед. Впрочем, полмиллиона для него мелочь. Но стоит ему выйти на свободу, как первой мишенью стану я. Тем более если задание будет выполнено. Мне кажется, он не верит в мои возможности. Вероятно, нанял еще кого-то. Ну, грохну я одного, в лучшем случае двух, но не четверых же. Кто-то окажется умнее, и мне крышка. Тут в дело вступит дублер. Он может меня не знать. Суть не в этом. Жора — человек очень предусмотрительный. Ему бы в уголовке подошвы лизали. Талант. А он терпеливо отсиживает за ерунду и не хочет выходить раньше времени. Недавно прошла амнистия по экономическим статьям. Всех выпустили, даже Ходорковского, а Жора сидит. Он все продумал и просчитал. У него есть свой план. И мне он непонятен.

— Твоя идея по поводу дублера мне понравилась. Мы слишком быстро работаем. Надо сделать паузу, а тебе лечь на дно. Пусть в ход пустят дублера. Если он есть, конечно. Но нельзя глаз спускать с третьей жертвы. Мы ее быстро найдем. Но близко подходить не будем.

— Возможен и другой вариант. Живых налетчиков осталось двое. Значит, каждый думает на другого: «Если убивал не я, значит, ты!» Может, они сами захотят свести счеты с живым. Зачем ждать пулю в затылок?

— И эта идея мне нравится, Андрюша. В любом случае нам надо выждать. Ну, а теперь и выпить можно.

— Пожалуй.

5

Игорь Шнейдер никогда не увлекался девушками. У него не хватало смелости ухаживать за слабым полом. Тем более ему уже было за сорок, внешностью он не блистал. Интеллигентен, аккуратен и точен. Из их компании раз в неделю одна девушка исчезала. Что происходило с ними, он точно не знал. О ней быстро забывали. Хозяйка всех убеждала, будто они нашли свое счастье с ее помощью. Он на это не обращал внимания, продолжая разыгрывать роль денежного адвоката-холостяка. Однажды и ему пришлось оправдываться. Тогда-то он и заподозрил неладное. Но идти против организации, созданной одним из видных чиновников города, он не мог. Имея деньги, на все можно плюнуть. Через несколько месяцев он исчезнет навсегда. Тем более он заранее купил домик на Кипре и имел постоянную визу. Одна из его пассий однажды не явилась на вечеринку. Елена, истинная хозяйка клуба, дала ему сценарий, который он зачитал гостям.

— Верочка меня бросила. Вероятно, я уже стар для нее. Познакомил ее со своим приятелем, тоже холостяком, так она тут же переметнулась к нему. Сейчас они уже едут в Вену, думаю, как муж и жена.

Никого он ни с кем не знакомил. А задавать лишние вопросы — себе дороже. В этот же вечер появилась Алена. За ужином девушку посадили рядом с ним. Замена оказалась намного интересней. У него даже пульс участился. Уж больно молода. Лет девятнадцать. Но она оказалась открытой и очень милой девушкой. К тому же красавицей. Время шло. Через три недели Алена не исчезла в отличие от некоторых. Они даже начали тайком встречаться вне клуба, хотя расписание соблюдали и танцевальные вечера не пропускали.

Хозяин виллы Вольдемар Шестопал играл роль наблюдателя. Ходили слухи, будто он импотент, а главным действующим лицом была Елена Сергеевна. И опять же, по слухам, относилась к клану лесбиянок, оттого и устраивала эти чудные богатые вечеринки.

Однажды, возвращаясь домой, Игорь заметил человека на темной площадке своего подъезда. Интеллигентный адвокат только выглядел таким. В его кармане всегда лежал заряженный пистолет.

Мужчина подошел к нему и заговорил:

— Не стоит нервничать. Я приехал к вам из Москвы для разговора, который будет полезен нам обоим.

«Человек из Москвы» — это насторожило Шнейдера.

— Хорошо, перед домом есть скверик, мы можем там посидеть и поболтать.

Они вышли из подъезда. Шел второй час ночи.

Прошли в скверик, сели на лавочку. Молодой человек, которого никогда не видел Шнейдер, выглядел вполне приличным. Правда, Шнейдер тоже не похож на дворового пса.

— Что вы можете мне сообщить?

— Я не следователь, но знаю гораздо больше. Остап Зухра убит, Юрий Пилюгин убит. Вы следующий. Чем меньше останется в живых, тем больше достанется выжившим.

Это был удар ниже пояса.

— Хотите сказать, работает Миша Кравец?

Вот так легко, без всякого напора Шнейдер себя выдал. Четвертого искать не нужно. Он здесь, рядом. Коптилин мог его убить, не прилагая больших усилий. Но он не хотел болтать лишнего. Заказа на Шнейдера ему не поступало.

— Суть простая. Чем меньше вас останется, тем большую долю получит тот, кто встретит Жору из тюрьмы. За счет покойника.

— Уже понял.

— Езжай в Москву, Игорь, и опереди Кравца. Он только начал тебя искать, и ему потребуется на это время. Михаил Кравец живет в Останкине. Адрес я тебе дам, когда увидимся в Москве. И место работы найду. Но его смерть должна быть случайной. В этом сложность. Он обеспечил себя хорошей охраной. Вопрос стоит о жизни и смерти. Решать тебе.

Шнейдер подумал и взглянул на незнакомца:

— А тебе что за интерес в этом деле?

— Ты мне заплатишь пять миллионов с доли. Меня нанял Кравец, но ему я не доверяю, а ты от меня далеко не уйдешь.

— Но за такие деньги ты и сам можешь его хлопнуть.

— Могу, но не хочу. У Жоры кругом глаза. Он должен знать, что ты сам отработал свою долю. Твое дело слушать меня и выполнять мои приказы. Тогда живым останешься. Не забывай о Жоре. Он отсидел шесть лет не для того, чтобы деньгами сорить. А вы здесь жировали, пока он на зоне маялся.

— Жора личность неприкосновенная. Никто не знает, где он спрятал деньги. Пока они в тайнике, к Жоре не подступишься.

— Отлично. Я все уже обдумал. Твое дело — выполнять. Завтра же возьмешь билет на «Стрелу» и отправишься в Москву.

Мужчина встал и исчез в ночи, словно растворился. Никого. Только Игорь Шнейдер на скамейке в ночном садике.

6

Когда они танцевали, от них глаз невозможно было оторвать. Одна другой краше. Созвездие принцесс. Где хозяйка находила таких красавиц, уму непостижимо. Игорь танцевал со своей Аленой. Никто не знал, что они встречаются. Кавалерам было категорически запрещено заводить романы. Этих девушек к чему-то готовили, учили не только танцам, но и этикету, и почему-то арабскому языку, да еще на разных диалектах.

За это время, пока он здесь торчал, сменилось много девушек, всех их Лена пристроила в надежные руки, а не к фальшивым дипломатам и продюсерам. Некоторые не проходили конкурса, слишком были амбициозными, но такие больше одного раза не появлялись. Некоторые девушки задерживались, если ими заинтересовалась хозяйка или хозяин. Что он с ними делал — непонятно, мужских силенок Вальдемар не имел. Билет до Москвы Игорь уже купил. Сейчас для него разборка с убийцей была главным делом. Если его так легко вычислил наемник, то и Кравец его найдет. А он уязвим, несмотря на свой спецназовский опыт. Игорь был единственным, кто воевал в горячих точках. Стрелял он без промаха, но его всегда прикрывали. В чистом поле он даже с винтовкой не опасен. Обычная мишень, не более того.

Во время разноса шампанского он подошел к хозяйке.

— Елена Сергеевна, мне надо отъехать по личным делам, так что послезавтра, в пятницу, меня не будет. Беру отгул.

— Я не против, но в последний раз. Мы и так работаем через день. Вот только боюсь, что Алены ты уже не увидишь. Она и без того слишком долго задержалась в нашем кругу. Зря продукты переводит.

Шнейдер ничего не ответил, откланялся и отошел. А что он мог сказать?

Выпили шампанского и опять принялись за танцы. Все вечера проходили весело, с юмором, никакого хамства. Даже самые скромные девушки очень быстро расслаблялись, а в некоторых случаях доходило до стриптиза и игру «в бутылочку». Карты здесь не приветствовались.

Во время очередного танца Игорь очень сильно прижал Алену к себе.

— Послушай, малышка, сегодня я должен уехать на пару дней. Патронесса говорит, что я тебя больше не увижу. У меня билет на «Стрелу» до Москвы. Поезд отходит в десять. А вечер раньше двенадцати не закончится. Со мной удрать ты не сможешь.

— Ясно. Меня кому-то хотят спихнуть, как и остальных девчонок. Все зависит от тебя. Если я тебе нужна, останусь с тобой. Ты мне нравишься.

Таких слов от женщин Игорь еще не слышал. Он привык пользоваться услугами проституток. А те не очень разговорчивые, деньги и секундомер — это все, что их интересовало.

— Ты мне тоже нравишься. Я не хочу тебя терять.

— Тогда так. В Москву я поеду с тобой. Здесь они меня найдут. Они знают мое общежитие, и у меня нет ни одной подруги с квартирой, я поеду со всеми в лимузине до центра. Развозят нас в полночь. По твоему билету кто-то должен ехать в поезде. Наверняка проверят. Достань машину. Лучше не свою, а по доверенности. Жди меня на десятом километре Московского шоссе. К часу я приеду, к утру мы будем в Москве. Ну, а там видно будет. Сейчас мы свои проблемы не решим.

— Я все сделаю. Ты умница.

В Москве у него имелась лазейка. Зимой его приятель не жил на даче. Там есть печка, а вопрос с ключами он решит.

7

Ровно в час Алена приехала на место. Смелая девушка. Такси не пользовалась, добралась на электричке, а потом через лес шла пешком. Вырядилась грязным бомжом. Такая «красавица» не могла привлечь к себе внимания. Переоделась в машине уже на ходу, тряпье выбросила в окно.

— Значит, следующая на очереди буду я? Ты хоть знаешь, Игорек, куда нас сбагривают? Может, в богатый притон?

— Притон? Нет. Вы обходитесь слишком дорого хозяевам. Неделями пьете французское шампанское, вас одевают, обувают. Лена на каждую тратит не менее тысячи долларов. И ради чего? Притон больше трех тысяч не дает.

— Смотря какой. Такие девочки, как мы, могут тысячу баксов за ночь сделать. И большие чиновники платят. Они те же мужики, только без одежды. Пока мы далеко не уехали, я тебе кое-что расскажу. Когда меня завербовала Оксана, я притворилась невинной овечкой. И живу я в общежитии текстильной фабрики. Правда, комната у меня отдельная. Наличными плачу коменданту. На фабрике я не работаю, а работаю девушкой по вызову.

Машина вильнула. Для Игоря эта информация была неожиданностью.

— Обслуживаю очень богатых клиентов. Не так много у меня их было, я ведь меньше года в Питере. Если тебя это успокоит. Клуб меня заинтересовал возможностью выйти замуж за нормального мужика с деньгами. Работаю каждый день. День в клубе, день на заказах. Иногда отказываюсь от хороших денег, чтобы повидаться с тобой. Наши свидания длятся до утра. А днем я не работаю. Ну, а теперь можешь вышвырнуть меня из машины. Морочить тебе голову уже не имеет смысла, а врать я больше не могу.

Машина не остановилась, а прибавила ходу.

— Я ведь тоже не адвокат, Алена. Клуб — чья-то фирма. Куда исчезают девушки, никто не знает. Девушки появляются взамен тех, кто исчезает.

Мы, понятно, пешки. Я имею в виду женихов. О моей профессии мы говорить не будем. В Москву я еду, чтобы убить одного ублюдка. Он уже двоих завалил, я последний. Оставшийся в живых получит долю мертвого. А это большие деньги. Ждать осталось недолго. Мне плевать на твою профессию. О принцессах я никогда не мечтал. Да и капризные они слишком. Денег у меня мало. Я на двадцать лет тебя старше. Если хочешь, я разверну машину и отвезу тебя в Питер.

После продолжительной паузы Алена спросила:

— Ты меня любишь, или это постельный бред?

— Люблю. Как умею. Я ведь впервые узнал, что это такое.

— Тогда едем в Москву. Я буду с тобой до конца.

* * *

От майора ждали большего. Полковник его слушал, крутя ручку в пальцах. Плохой признак.

— Убийцу, то есть исполнителя, мы вряд ли найдем. Речь идет о заказчике. Один шофер Каравайцевых в субботу на работу не явился. Нарисовался в три часа. Алиби нет. Его могли нанять сами Каравайцевы. Я бы не стал делать из них невинных овечек. Очень много левых доходов. И потом компромат, найденный в машине Пилюгина. Мало того что никаких отпечатков пальцев на конверте и содержимом. Такие бумаги имеют особый статус.

В кабинете Пилюгина сделали обыск. Нашли пару имен, написанных рукой администратора звездной пары. Он на своих же компромат собирал. Но там пальчики на месте. Алиби у администратора нет. Несет всякую чушь про лифт. Мол, застрял. Проверили. Все работает, мастеров не вызывали. Есть еще одна версия. «Жигули». Их украли из ракушки во дворе, где живет Заботкин. Рецидивист. Полгода на свободе. Десятку оттянул. Но дело в том, что покойник Пилюгин сидел в той же зоне. И они там могли схлестнуться. Старые связи. Но это пока все. Нож тоже зоновский. Заточка сделана во Владимирском централе. Сомнений нет. Фирма.

— Работал профессионал, Коля. Удар точный, тренированный. Администратор и шофер на мокруху не пойдут ради чужого благополучия. А вот зона — дело серьезное. Займись Заботкиным. И хорошенько проверьте следы в «Жигулях». Нельзя ездить на машине и не оставить следов.

— Понял. Разрешите исполнять?

— Действуй.

8

Это произошло случайно. После трех дней блуждания по Москве, где людей больше, чем деревьев в тайге, Наташа решила заглянуть в Менделеевский институт. На то нашлось две причины. Андрей не может работать один. Ему понадобится химик или обычный помощник. Вторая причина — потеря всех связей. Он не был в Москве более пятнадцати лет. Наверняка его сюда тянуло. Он же коренной житель столицы. Здесь и затеряться проще. Правда, его никто не искал. У Андрея размах и амбиции. Он в глушь не поедет после долгой отсидки. Ему нужен простор. И главное, Наташа была уверена, что он ищет свою бывшую «мертвую» жену. Не зря же к нему в зону приезжал адвокат-детектив. Тот наверняка все вынюхал.

Так оно и случилось. Она его увидела у Менделеевского. Он долго сидел на заснеженной скамейке, потом вдруг встал и подошел к полному мужчине лет пятидесяти, может, и меньше. Полнота его старила. Через две минуты они уже обнимались. Значит, старые друзья. Потом куда-то пошли вместе. Пили в небольшом кафе на Новослободской. Раскатывались весело. Значит, встреча не последняя. Знать бы, о чем они говорили, но то, что мужчины заключили сделку, — несомненно.

Весь день она посвятила Андрею. Наташа была очень осторожна. Она знала, что такие люди имеют третий глаз на затылке и видят, кто идет за ними. К тому же она была хорошенькой, и на нее обращали внимание. Со следующего дня она оделась хуже некуда. Ей только телогрейки не хватало. Девушка ни на миг не упускала свою жертву из виду. Мало того что Андрей ей нравился, с каждым днем ее симпатия к нему росла. Втайне она завидовала Татьяне. Год прожила с таким парнем с целью посадить его в тюрьму! Отчасти она была права. Этот человек виновен в гибели ее матери и брата. Но тогда ей было семь лет, а нашли его, когда ей уже стукнуло семнадцать. Да и можно ли его винить во всем? За рулем сидела его жена.

Ее мнение резко изменилось после того, как в ресторане умер Остап Зухра. Она видела Андрея, выходящего из ресторана. Из-под короткого пальто видна была униформа официанта. Но при чем здесь Зухра? Значит, у него изменились планы? Он стал обычным наемником? Жену не ищет. Завел себе буфетчицу из бара, которая каждые третьи сутки посещает его по ночам. У нее скрипнули зубы, будто он ей изменил.

Так она и путешествовала за Андреем. Но у нее не было улик для задержания. Впрочем, Наташа и не хотела его задерживать. Хватит! Он свое отсидел за другие грехи. В большей степени ее интересовала Лена. Ей стало казаться, что она сама себя отравила, чтобы разойтись с мужем. Ведь к тому времени она знала все секреты и рецепты. И был у нее надежный человек, способный вывести ее из смертельной комы. Бутафорский реквизит и улики были заготовлены заранее. А тут еще сопливая любовница под ногами путается.

Но Наташа решила эту задачу. Она уже не думала о других делах. Наверняка люди Андрея ее уже заметили. Как она выяснила, он дружил с отставным полковником милиции. Бывшим главным снабженцем управления. Пусть не оперативник, но его связям можно только позавидовать. Вторым был декан Менделеевского института. Понятно, для чего он ему нужен. Еще у него был свой адвокат. Но виделись они редко. Главной фигурой в компании оставалась Анфиса Моркляк. Где-то эту фамилию она уже встречала. Женщины такого возраста и яркой внешности с неба не падают и на улице с ними не знакомятся. Вот о ней она и решила узнать в первую очередь.

9

При содействии бывшего полковника Гальперина на въезде в Москву дорогу перегородили железным штакетником, оставив лишь одну полосу для въезда. Машины проверяли выборочно. Мол, поступил сигнал, что из Ленинграда должны перевозить оружие.

Главное не в этом. Очередь образовалась огромная. Можно было все машины просмотреть, пока они стояли. Коптилин оказался прав. Шнейдер на поезде не поехал. Он приехал в десять утра с красивой девицей на «Мазде-7» синего цвета. Номера пробили, выяснили имя хозяина. Его машину пропустили без проверки и посадили ему два хвоста. Миновав город, он выехал на Щелковское шоссе и добрался до лесной дачи километрах в десяти от города.

Тем же вечером на встречу с Коптилиным Игорь Шнейдер пришел один. Его подружка осталась на даче. В принципе Коптилину было все равно, кто кого убьет. Оба клиента находились в его списке. Правда, задание на уничтожение Шнейдера он еще не получал.

Мужчины поздоровались и сели за дальний столик.

Коптилин тихо сказал:

— Михаил Кравец живет по адресу Кривоколенный переулок, дом пять, квартира двадцать два. Ровно в девять утра выходит на пробежку. Один круг по Чистопрудному бульвару с женщиной. Очевидно, женой. Возвращается домой. В десять его ждет машина у подъезда. Шофер поднимается за ним на пятый этаж. Пользуется только лифтом. Едет на работу в Главное управление гидравлики. Он зам управляющего. Врагов нет. Со всеми ровен. Дача, где он проводит выходные, принадлежит адвокату Алексею Рипуну. Рипун — их семейный адвокат. Через него проходят все сделки и взятки. Кравец не беден. Но есть одно «но». Он взял долгосрочный кредит в пять миллионов, и ему, как это ни странно, дали. При его доходах-то. Банк непременно вмешается в следствие. Это следует учесть. Будь осторожен.

— Один выстрел с крыши, и вопрос решен.

Андрей возразил:

— Тогда начнут искать причину. Мотив. А его нет. Значит, начнут копать. Вам этого не нужно. Есть одна брешь в вашем деле. Все вы сидели во Владимирском централе в одно и то же время. Менты уже этот факт взяли на вооружение. Арестован Заботкин. Это в его машине был убит Юра Пилюгин. Но Заботкин этого сделать не мог. Во-первых, Заботкин «желтую прессу» не читает, звезды его не интересуют. А во-вторых, он сидит в лагере. Машиной по доверенности пользуется сын.

— У Заботкина имелся свой отряд. Продержи нас в зоне еще полгода, и они всех порешили бы, — злобно произнес Шнейдер. — Мы враждовали за колючкой.

— Ладно. Решать тебе. И все же постарайся в пятницу вечером быть в клубе. Так оно спокойнее будет.

— Клуб мне не защита. Там свои дела делаются. Мы лишь артисты. Это не алиби. Я просто наведу ментов на очередное осиное гнездо.

— Хорошо. Я тебя найду, когда придет время.

Коптилин встал и вышел из зала.

10

Коптилин пришел в лабораторию и, не раздеваясь, уселся на табурет. Дела там шли полным ходом. Помощь Бориса Лущенкова принесла пользу. Он был талантливым химиком и славился трудолюбием. Иногда ночевал в лаборатории.

— Что с отпуском? — спросил Коптилин.

— Дали месяц плюс еще один за свой счет.

— Тебе срочно надо выезжать в Питер. Меня очень заинтересовал клуб Елены. Это прикрытие. От чего и зачем, я не знаю. Там все во что-то играют. Мне нужна суть.

— Я знал, что клуб тебя заинтересует. Но этот дом висит на балансе города. Был когда-то конфискован судом в пользу города. Год пустовал, потом попал в руки Елены. Но он так ни за кем и не числится. Стоит людям из него уйти, и концов не найдешь.

— Значит, в деле замешана мэрия. Вечеринки — это фарс. Тут надо глубже копать. Собирайся. Сегодня уезжаешь. Телеграмму Айвару отошлешь с вокзала.

Лущенков не привык задавать ненужных вопросов. Он точно следовал заданиям хозяина.

* * *

Он не сомневался, что одним выстрелом сшибет башку легкоатлету. Но инструктор Жоры, имени которого никто не знал, делал нужные подсказки Моркляку. Об этом нетрудно догадаться. Жора до многого сам бы не додумался. Достаточно того, что всех своих подельников он взял из Владимирского централа одновременно. В том месяце они четверо вышли на волю. Двое уже в могиле. Убийство третьего точно может навести на след. В живых останется только он и еще один, о котором никто ничего не знает, кроме Жоры. Скорее всего, он занимал высокий пост и по тюрьмам не шлялся. Жора не назвал ему исполнителей налета. Здесь он проявил хитрость. Жора взялся за дело. Тем более он знал толк в банковских вопросах. В итоге главный напарник не знал исполнителей и мог ждать выстрела из-за любого угла, к тому же он даже не догадывался, где Жора спрятал деньги. Контролировать его он не мог. На данный момент Жора Моркляк — хозяин положения. И ему за себя беспокоиться нечего. А исполнителей, недолго думая, он нанял при выходе из тюрьмы. Глупо. Но у него оставалась неделя до суда. Торопился.

Сейчас главная цель — Миша Кравец. К этому типу на близкое расстояние не подойдешь. Есть хорошая идея. Но она могла поломать их отношения с Аленой, чего он опасался больше всего. Игорь хорошо знал проституток, только с ними и общался. Многих жизнь вынуждает прибегнуть к такому заработку, как и его последнюю подругу. Алена приехала в Питер из украинского села поступать в институт. Провалилась. Домой возвращаться испугалась. Ей на дорогу все село деньги собирало. Теперь врет, будто учится. И таких тысячи. Нет такой яркой внешности, но вполне милые девчонки. Теперь мерзнут в капроновых чулках на проспектах, отдавая половину заработка сутенерам. Алена индивидуалка, она работает без сутенеров, через Интернет. Однако все еще цепляется за надежду. Для того и в клуб пришла. И сколько еще таких ловушек?

Игорь ломал голову, как подобраться к Кравцу. Он даже хотел взорвать лифт, чтобы тот вместе с кабиной рухнул вниз. Но нет уверенности, что Кравец погибнет. Всего-то пятый этаж. А потом преступление налицо. Спецы быстро определят, в чем дело. А шум ему не нужен. Пока он думал, Алена все решила.

Она напечатала письмо в интернет-кафе, вывела его через принтер и отправилась в Главное гидрологическое управление. Оно не охранялось. Кроме металлоискателей и двух секьюрити на входе никого не было.

Алена без труда нашла кабинет заместителя, немного потолкалась вдоль длинного коридора в ожидании, когда из приемной выйдет секретарша, а потом юркнула в кабинет.

Ей повезло. В этот момент Кравец находился один. Он даже рот приоткрыл. Таких красавиц в его конторе не было.

Она молча подошла к столу и положила конверт перед носом хозяина. Он все еще не мог оторвать от нее глаз. Высокая брюнетка с голубыми глазами и божественной фигурой, с белой бархатистой кожей.

— Прочтите при мне. Я должна передать ваш ответ на словах.

— А вы кто?

— Курьер, и не более того. Мне заплатили двести долларов за доставку и ответ. Я очень нуждаюсь в деньгах.

Кравец открыл обычный почтовый конверт, бросил его в корзину, а записку прочел:

«Встреча и распределение дивидендов состоится очень скоро. Я хочу, чтобы ты проверил наше гнездо. Нам сюрпризы не нужны. До скорого».

Никаких подписей, текст напечатан.

— Кто вам передал это послание?

— Женщина с улицы. Внешность ее не запомнила.

Он свернул бумагу и убрал в карман.

— Значит, в деньгах нуждаетесь? Меня просят проверить один объект. Если вы будете моим сопровождающим, я заплачу вам пятьсот долларов. Работы часа на два.

— Хорошие деньги, почему я должна отказываться?

Он встал, надел пальто и указал ей на дверь.

— Прошу, мадам. Вот только ключи из сейфа возьму.

Алена надела дымчатые очки.

Как она и ожидала, адрес объекта был засекреченным. Хозяин попросил своего шофера погулять, а сам сел за руль. Водительские права не имели значения. Машины с такими номерами не останавливают. Главное управление гидрологии приравнивается к министерству.

Они сели в машину и поехали. И опять Алена отгадала. Гнездышко находилось за городом. На участок заезжать не стали, снега выше колен. Проехали вперед, чтобы не светиться у калитки.

— Я в машине подожду? — спросила она.

— Нет уж. Ты все должна увидеть своими глазами. Для отчетности.

— Но я в туфельках.

— Ничего. Я тебя на руках донесу. Ты же легенькая.

Таким образом, следов девушки на снегу не осталось.

Он донес ее до крыльца и поставил перед дверью. В доме стоял устойчивый холод. Хозяин растопил камин. Дрова лежали рядом у стенки. Значит, тут есть еще запасы топлива. И еще она заметила у входа три пары валенок большого размера. Тут все подготовлено к встрече гостей.

— Надо бы согреться. В холодильнике есть запас шампанского и водки.

— Я бы выпила глоток шампанского, а на водку у меня аллергия.

— Без проблем. Потом возмещу. Ну, как видишь, здесь чисто, посторонние здесь не ходят. Мы даже собак не заводим. За ними уход нужен и кормежка. А у нас все люди занятые.

Алена скинула шубку, и ее коротенькая юбочка еще больше возбудила хозяина. А главное — тишина. Здесь резать будут, никто не услышит. Один лишь сторож ходит по ночам, замки проверяет. Но разве можно отказаться от такого лакомого кусочка? На столе появилось шампанское. Михаил немного выпил, и его подкосил сон. Тем временем девушка действовала.

Алена достала из сумочки скотч и обмотала пленника, как ребенка в пеленки, связав руки с ногами. Пошевелиться он не мог. Рот она ему тоже запечатала. Получилось что-то наподобие мумии.

Сначала Алена пошла на разведку, следы пришлось оставить от валенок сорок четвертого размера. Сарай она нашла за домом. Замка на нем не оказалось. Замком стала заваленная снегом дверь. Пришлось откапывать. Час ушел на работу.

Самое неприятное было впереди. Бесчувственное тело она до сарая довезла на санках, но пришлось разбирать три штабеля дров. К ее ужасу, место оказалось занятым. Там уже лежал сгнивший труп мужчины. Кости примерзли к стене. Только по одежде и по уцелевшим волосам она смогла определить, что перед ней мужчина. Он не был связан. В черепе в районе переносицы зияла дыра от пули. Его застрелили. Валялся он здесь давно, остался один скелет в телогрейке. Алену стошнило. Но она собрала волю в кулак и обшарила карманы уцелевшей ветоши. В телогрейке пусто, а в заднем кармане брюк она кое-что нашла: старый сотовый телефон, листки бумаги с какой-то схемой, помеченной красными крестиками, квитанцию с заправки. Все это она сложила в сумочку. Уснувшего Кравца она положила рядом. До утра ей пришлось складывать дрова в штабеля. Если он не замерзнет и очнется, то пошевелиться не сможет. Скотч был намотан в несколько рядов. Весь рулон ушел.

Дверь сарая она заперла и выплеснула на нее пару ведер холодной воды. Пускай примерзнет насмерть.

В седьмом часу утра, надев валенки, она по старым следам вернулась к машине. Обула туфли, когда села за руль. Теперь надо отогнать машину к аэропорту или на вокзал. Пусть считают, будто Кравец уехал. Можно билет по его паспорту купить куда-нибудь в Уфу. Секретарши всегда покупают боссам билеты.

Очками она загораживала свои чудные глаза, а черный парик менял ее внешность. Она всем примелькалась своей русой косой толщиной с руку и никогда не пользовалась косметикой. Это придавало ей нежности и девственности. Грим и черный парик делали ее вульгарной, чего она и добивалась.

Машина долго разогревалась и наконец тронулась с места.

Алена тоже не все рассказывала Игорю. Сутенер у нее был в бюро спецзаказов. Звонила ей женщина-диспетчер. Не со всеми клиентами надо было спать. Некоторых приходилось нейтрализовать, забирать бумажник или деньги из сейфа, если ей говорили код, иногда некоторые предметы со стола. Себя она тоже не обижала. Так у нее появилась квартира в Питере, несколько револьверов, золотишко и прочая мелочь. А жила она и вправду в общежитии. О ее квартире никто не знал. Свое она заработала. Хотела уходить из профессии, для того и в клуб пошла. Тоже купилась на приманку. Игорь ей сразу понравился. Она со своим опытом стала хорошим партнером. Ей сразу стало ясно, что он не адвокат. А парочка татуировок на спине убедила ее, что он сидел. Почему бы не использовать этого парня в своих аферах. Характер у него покладистый, деньги его мало интересовали. Эдакие Бони и Клайд в современном мире. В Москву напросилась, чтобы парня как следует прощупать, а он убийство наметил. Значит, парень с хваткой. Вот только ей не очень хотелось его терять. Она решила сама сделать за него работу. Пустяковое дело, а он места себе не находил.

* * *

Возвращение Алены ночью напугало Игоря.

— Что случилось? Я уже не знал, что и думать. Может, ты решила меня бросить? Оно понятно. Я не тот человек, что тебе нужен. — Он обнял ее и прижал к себе.

— Клиента подцепила. Он отвез меня на дачу, там я его споила клофелином. Переборщила. Дядя умер. Я его спрятала в сарае за дровами для камина.

— Ты хочешь сказать, что Мишка Кравец мертв?

— Да, Игорь. Я понимала, что это дело ты все равно сделаешь. Но у тебя не было плана. Ты терялся. Вот я и решила помочь, чтобы не подвергать тебя смертельному риску. Ты мне живым нужен. Все могут доложить полиции, что хозяин подцепил симпатичную брюнетку в дымчатых очках, освободил шофера и уехал с ней в неизвестном направлении. Дача в Бердяевском заповеднике. Кроме нас, там за зиму не было ни одного человека. Сугробы по уши. Я сделала все как надо. Моих следов не осталось. Машину отогнала в Шереметьево. Мужика не найдут. Но в сарае за дровами лежал еще один труп. Возможно, несколько лет. Опознанию не подлежит.

— Я догадываюсь, кто это. Но тогда картинка имеет другую сторону. Шесть лет назад мы одновременно вышли из тюрьмы. Нас было четверо. Автобус до города шел только вечером. Тут подъехал санитарный «уазик-буханка» и предложил нас подвезти. Мы согласились. Шофер был только один. Подвоха мы не ждали. Когда отъехали, шофер заговорил с нами. Всех знал по именам и статьям. Очевидно, он готовился к нашей встрече. Не каждый день по четыре человека выпускают. Речь шла об ограблении инкассаторской машины. План у него уже был. Безукоризненный план. Условие одно: деньги тратить не раньше, чем через пять лет. Налет через месяц. Мы согласились. Но я заметил одну закономерность. У нас и самих были неплохие идеи. Мы их выдвигали. На это он всегда отвечал: «Мне надо подумать». А на следующий день разбивал наши идеи в пух и прах. Тогда я понял: у него есть консультант. И он не главный, а всего лишь посредник. Мужик он, конечно, грамотный и в банковском деле смыслит. Речь шла о больших деньгах, но сумма не оговаривалась. Короче говоря, через месяц мы совершили налет. Оказывается, шофер тоже принимал в нем участие. Это он убил инкассаторов внутри машины. Потом Жора, наш главарь, его пристрелил. Так это и планировалось, поэтому он нас с ним не знакомил. Машина бронированная. Такие набеги без своего внутри не совершают. Удрали на «Скорой помощи», перетащив туда мешки с деньгами. В этом и заключалась наша работа. На базе мы пересчитали деньги. Сорок миллионов долларов. Жора выдал каждому по сто тысяч. А по десять миллионов обещал дать каждому после того, как он выйдет из тюрьмы. Он «ходил» под подпиской о невыезде. На нем висела статья за растрату. Уверен, деньги он спрятал в надежном месте. Тайник мы сами не найдем. Через несколько дней состоялся суд. Жора получил шесть лет. Мы купили дачу, где все планировали собраться после выхода Жоры из тюрьмы. Вот тогда и произвели бы дележ. Всем поровну. Сидеть ему осталось два с лишним месяца. Но месяца полтора назад умирает Остап Зухра. Сердечный приступ. Тут не придерешься. Следом убивают Юрку Пилюгина. Врагов у парня хватало. И тут появляется киллер и говорит мне, что всех нас заказал Мишка Кравец. Он готов отдать инициативу мне за половину доли. Я согласился. Он дал мне его адрес в Москве. За все шесть лет мы ни разу не встречались. Что я уехал в Питер, никто не знал. Однако киллер нашел меня. Человек очень осторожный и опасный. А главное, он знает все имена налетчиков и все адреса. Теперь я остался один. Больше бояться некого. Деньги Жора будет делить на двоих.

Алена походила по комнате с сигаретой в зубах.

— Не все так просто, Игорек. Кто составлял план налета? Не тот ли труп, который я нашла за дровами? Почерк, во всяком случае, не Моркляка. Я видела его некоторые записи, пока обыскивала дом адвоката.

— Возможно. Если от него остались только кости, то его пришил Жора перед судом. Он свое дело сделал, и в нем больше нет нужды.

Алена продолжила:

— К счастью, я догадалась обыскать остатки одежды, нашла мобильный телефон и несколько бумажек, похожих на схему.

Она выложила на стол листок со схемой.

Игорь внимательно посмотрел на листки:

— Эти крестики мог видеть и покойник. И он свидетель. Жора от него ничего не таил и не прятал. Схему будем считать настоящей. Жора знал, какая участь ждет его напарника. О пятой доле не было и речи. Судьба партнера заранее была предрешена. Свою тайну он унес в могилу. Но тот ли это человек?

— Легко проверить. Когда был совершен налет? — спросила Алена.

— Двенадцатого ноября.

— А суд над Жорой?

— Пятого декабря.

Алена выложила квитанцию с заправочной на стол.

— Машину заправляли первого декабря. Деньги были уже спрятаны. Бумажника и документов при нем я не нашла. Значит, Жора его обыскал. Все это я нашла в заднем кармане брюк. Туда он заглянуть не удосужился. Или торопился.

— Тут я с тобой соглашусь, Алена. Но мне кажется, Мишка Кравец не был заказчиком и не нанимал киллера. Это Жора решил всех нас положить, чтобы ни с кем не делиться.

— Понятно, — усмехнулась Алена. — С трупов сняли отпечатки, и стало ясно, что люди из зоны не могли составить такой план за месяц, не зная нынешней банковской ситуации. И водитель с зеками не стал бы сотрудничать. На него надавили авторитеты его порядка, а не уголовники. Вы — след. И вас бросать на дороге нельзя.

— Мы можем достать Жору в колонии, — задумчиво произнес Игорь. — Там многие попадают под нож ни за что ни про что.

— И что дальше? Вы же не знаете, где спрятаны деньги. Остались бы ни с чем. Столько трудов коту под хвост, — удивилась Алена.

— Увидим. Но с киллером я должен встретиться. У нас уговор. Попробую из него выудить правду.

— Я тебя подстрахую, — сказала она.

— Не вздумай. Он профессионал. Просчитывает все в секунду. Я готов отдать ему половину. Если сам ее получу.

— Надо попытаться восстановить мобильный телефон. Мастеров на Митинском рынке полно. Хотя бы узнаем имя убитого. И еще схема. — Алена достала еще один листок и положила его рядом. — Это лес. Найти место по схеме нетрудно. Надо знать лишь шоссе. Оно обозначено, но названия нет. Это какой-то тайник или схрон. Не думаю, что там спрятаны деньги, но наверняка что-то важное.

Алена постучала по схеме пальцами:

— Чертеж оказался грамотным, но названия на нем никакого. Тут не только шоссе. Тут еще километр знать надо. В углу стоит цифра сорок семь. Я думаю, речь идет о километре. Число ни к чему не привязано. Дальше все измеряется в шагах по стрелкам.

— Как я догадываюсь, возвращение в Питер откладывается. Схема привязана к Москве, — твердо заявил Шнейдер.

— Подождут. На нашу Елену тоже нужен компромат. Появись мы в клубе, с нами тут же разберутся. По-своему.

— Похоже, мы решили погулять по канату над пропастью.

— Жизнь так и строится, Игорек.

11

Чудо-мастера сумели починить телефон, а главное — снять данные сим-карты. Правда, все телефоны были семизначными и к ним пришлось подбирать коды, а потом искать в Интернете имена. Сам телефон принадлежал некоему Сергею Семеновичу Твердохлебу. Как выяснилось, он работал в банке заместителем. Объявлен в розыск. Связан с инкассаторской машиной, которую ограбили шесть лет назад, тогда же и пропал без вести. До сих пор не нашли. Подозревают в соучастии в ограблении. Доказательств нет. Во время налета находился на работе. Ушел в седьмом часу и пропал. Труп не найден. С сим-карты переписали все номера телефонов. Среди них был и Георгий Филиппович Моркляк, заведующий финансовой частью банка, куда направлялись деньги. Он даже в число подозреваемых не входил. Связи с Моркляком не обнаружено. Возможно, они пользовались рацией или таксофонами. Записали еще несколько фамилий, как говорится, на всякий случай. Эти люди имели непосредственное отношение к деньгам и перевозкам, а значит — могли располагать кое-какой информацией. Выбрали одного пенсионера. Его Алена и решила посетить в качестве журналистки.

Старик жил один и очень плохо видел, но девушку принял.

— Я хочу поговорить с вами, Виктор Петрович, о деле шестилетней давности. Помните налет на инкассаторский фургон? Так вот, точно так же обчистили инкассаторов в Питере. Там тоже шофер уложил сопровождающих из автомата. Вам не кажется, что почерк один и тот же?

— Кажется. Копайте сверху. Без начальства такие дела не делаются. Вот и у нас пропал заместитель директора Твердохлеб. Думаю, он уже давно сгнил в земле. Найти его не смогли. Он был человеком доверчивым и мягкотелым. Плясал под чужую дудку. Сам бы он ни за что не сбежал. Его никто не подозревал и доказательств не имелось. Побег ему все испортил. И потом, он грамотный парень. Все деньги были новенькие, серии ЕG. Американцы расплатились с нами за ракету-носитель, что их спутник вывела на орбиту. За долларами внимательно следили. Такой серии в России еще не появлялось. Прямо из-под станка. Но деньги тоже пропали. Ими можно было воспользоваться за границей, но не у нас. Сейчас-то, конечно, их полно в обороте. Только что это меняет? Дело закрыли.

— А кто мог руководить Твердохлебом?

— Вас интересует мое личное мнение? Георгий Моркляк. Он из другого банка. Правда, следователи мне не поверили, даже слушать не стали. А через неделю Жору посадили.

— А почему Моркляк?

— Он жесткий, волевой, отличный работник. Голова. Банк кучу денег потратил на адвокатов. Все равно ему шесть лет впаяли, деньги-то везли в его банк. Но главное другое. Моркляк никогда к суду не привлекался. У него было железное правило: хороший свидетель — мертвый свидетель. Вот и Твердохлеб исчез. Сыскари уверены, что он с деньгами махнул за кордон. Так ведь доказательств нет. Такие планы создаются на самом верху. Маршрут машины меняется каждый раз. Шофер его получает, только садясь за руль. О налетчиках с улицы и думать нечего. Деньги-то нешуточные.

— Пожалуй, я с вами соглашусь.

Милая брюнетка выключила диктофон, поблагодарила ветерана банковского дела и ушла.

Теперь она была уверена, что заказ исходил от сидящего в зоне Моркляка. А значит, и до Игоря дойдет очередь.

* * *

Они встретились в том же кафе. На этот раз Игорь пришел с красивой девушкой. Коптилин даже немного растерялся. Свидетели ему ни к чему. Он уже заказал столик на двоих. Пришлось принести третий стул.

— Это Алена. Моя ассистентка. У нее талант загонять мужиков в угол. Мишу Кравца завалила она.

— Присаживайтесь. Давайте выпьем что-нибудь без клофелина. От меня вам будет трудно избавиться.

Они сели. Заговорила девушка:

— Ты получил задание всех завалить? Включая Игоря? Предлагаю свой вариант. Мы должны объединиться. В противном случае Моркляк и тебя завалит. У него кредо: хороший свидетель — мертвый свидетель. А ты, как я догадываюсь, много знаешь. Деньги нужны ему одному, и делиться он ни с кем не собирается. Он мать родную убьет за доллар.

— Какие вы умные, — улыбнулся Коптилин.

— Кравец отвез меня на дачу, где у них назначен сход после освобождения Жоры из тюрьмы. Судя по его поведению, он не собирался меня отпускать. В сенях стояли лом, ледоруб и лопата. Одним словом, похоронные принадлежности. Дачей пользуются редко. Дом неухоженный. Там никто постоянно не жил. Огромный сад и территория завалены снегом. Между домами огромное расстояние, стены толстые, кирпичные. Да и нет там никого. Тем более я назвалась курьером, который за деньги непонятно от кого принес ему записку. Я ткнула пальцем в небо и угадала. В записке написано: «Приведи сход в порядок. Скоро встретимся». Никому Жора не даст ни гроша. Ты же это понял, когда принимал заказ?

— Выкладывай дальше, — предложил Коптилин.

— Надо заставить Жору отдать деньги любым способом. И останется змея без жала. Труп, который я нашла в сарае, выбыл из игры. Остались лишь кости и одежда да дырка от пули во лбу. Думаю, его пришил Жора перед тем, как уйти на нары. Я землю копать не стала. Спрятала еще живого Мишу в сарае за дровами. А там уже скучал один жмурик. В его кармане лежала схема и старый мобильник. Мы сотовый восстановили. Убитым оказался заместитель директора банка, из которого вывозили деньги в тот день, — Сергей Семенович Твердохлеб. В тот же вечер он исчез, и больше его никто не видел. Он объявлен в розыск через Интерпол. Сыскари уверены, что он с деньгами рванул через кордон. По логике вещей они правы. Но Твердохлеб не собирался никуда удирать. Он хотел следовать задуманному плану. Доказательств против него нет. Все свидетели мертвы, а он ни на шаг не покидал банк, когда пришили инкассаторов. Я думаю, что Твердохлеб — настоящий составитель плана. Кстати, будь он сейчас жив, он никого убивать не стал бы. Он не знает имен налетчиков. Их набирал Жора. Второе. Деньги они прятали вместе, а значит, доверие между ними было железным. И вот третий листок, последний. — Алена положила на стол клочок бумаги. — Это шоссе, сорок седьмой километр. Остальное — стрелки и крестики. Найти можно, если знать, о каком шоссе идет речь. Жора подстраховался. Он убил Твердохлеба, правда, забыл его обыскать. Но в первую очередь ему нужен подозреваемый номер один, на которого свалят всю вину. И им стал Твердохлеб. Дача куплена за полгода до ограбления. Значит, свой план они вынашивали давно. Ждали случая. Теперь Жора Моркляк решил очистить себе дорогу и получить все деньги один. Но свидетелей в живых он не оставит. Это и тебя касается. Ну, а теперь давайте вместе подумаем, что нам делать?

Андрей закурил, долго думал, потом сказал:

— Игорь должен умереть, его должны похоронить. Я знаю, как это сделать. Но он будет жить. В дальнейшем из нас может получиться хорошая команда. Возвращайтесь в Питер. Только в клуб не ходите. Это ловушка. Клубом мы займемся позже. Через неделю я к вам присоединюсь.

Он написал на бумажке адрес в Питере и сверху положил ключ.

— В этой берлоге вас никто не найдет.

12

Все свои открытия Коптилин рассказал бывшему полковнику Гальперину.

— Тебе надо ехать в Питер. Я проверю все сорок седьмые километры. Но это то же самое, что искать иголку в стоге сена. Но может, и повезет. Начинать надо с мест, к которым годами не подходят. Тут надо думать. В схеме много обманок. Лист весь заполнен ненужными знаками. Смахивает на заброшенное кладбище. А что, место надежное.

— Таких кладбищ тысячи.

— Но есть и давно заброшенные. Таких сотни. И не на каждом сорок седьмом километре есть кладбище. Во всяком случае, есть с чего начинать.

— Ладно, ты мужик умный, Илья. Тебе и флаг в руки. Я же беспокоюсь за Анфису. Она Жоре больше не нужна. Значит, и ее он приговорил.

— Несомненно. Она слишком много знает.

Коптилина четверо суток не было дома. Он следил за своими подопечными, и они его удивляли: как эта юная красотка без всяких проблем решила весьма непростую задачку.

* * *

На этот раз он застал Анфису у себя дома. Женщина выглядела прекрасно, но вместо платья на ней был надет черный прозрачный пеньюар и туфли на шпильках. Она очень хотела ему понравиться.

— Ты сделал работу, но трупа никто не видел.

Стол был накрыт, в углу валялась обычная спортивная сумка. Именно такую она приносит с деньгами и досье.

— Я сделал свою работу. Труп Миши пришлось спрятать. О его смерти знать никто не должен. Цепочка легко развязывается. Все клиенты в один месяц вышли из тюрьмы. Как я догадываюсь, четвертым должен стать Игорь Шнейдер? Я знаю, где его искать.

— А я самое сложное оставила тебе на закуску. Мне не удалось определить местонахождение Шнейдера. В сумке только его фотография и паспортные данные. Ну, и деньги, разумеется. Честно говоря, ты меня удивляешь. Жора на тебя не очень-то рассчитывал. Даже дублера прислал. Но я ему никаких заданий не давала. Болтается без дела.

— Дублер ему понадобится, когда он захочет завалить меня и тебя. Мы оба очень много знаем.

— Меня? — Она побагровела. — Свою жену?

Теперь настала пора удивиться Коптилину.

— Так ты его жена? А как же наши мечты о будущем?

— Когда он вернется, он меня бросит. Жора мне не верит. И правильно делает. Он по натуре собственник, а я за шесть лет пояс верности ни разу не надела. А когда тебя увидела, то у меня сердце оборвалось. Но я отправила ему твои фотки с нашей дочкой в постели. Он считает, что прижал тебя к стенке.

— Ерунда. Меня нельзя прижать к стенке. Но пусть так думает.

— А с чего ты взял, что он на меня руку поднимет?

— Скорее, не руку, а нож. В личном деле Жоры нет ни сестры, ни жены. И живешь ты не по месту прописки. Он проживает с престарелой матерью на Якиманке. Туда и явится после освобождения.

— У меня штамп в паспорте стоит. Мне по нему свидание давали.

— И не только тебе. Начальство его любило, а свиданий у него было достаточно и с другими женщинами. Он все начальство купил. В списке свиданий ни одно из них не значится. Вопрос не в этом. Перед судом он убрал главного. Того, кто весь план придумал. Сделал это с умом. Труп спрятал. Так что в деле подозревают того. Мол, он все деньги сцапал и пустился в бега. Жора выйдет на свободу чистым, как лист бумаги. А главное, что он никого не боится. Покушения он ждать не будет, без денег он никому не нужен, а язык ему не развяжешь. Он знает, чем это кончится. Сорок миллионов долларов запрятаны надежно.

— Сколько? — Анфиса присела на стул.

— Второй тайник он оставил тебе, чтобы расплачиваться с такими, как я, и дачи начальникам строить. Там не Москва, там все гроши стоит. Ты была его ангелом-хранителем, пока он сидел. Свобода имеет обратную сторону. Он должен выйти из зоны на чистое место. Останутся он и тайник. Ты исчезнешь с дочерью, а дублера придется убрать, после того как он нас уничтожит. Но что делать волку-одиночке, да еще с такими деньгами? Валить за бугор — единственный способ уцелеть.

Анфиса зарыдала как ребенок. Она верила Андрею. Он был проницателен, в этом она успела убедиться. Для нее была отвратительна одна мысль: Жора вернется, и с ним придется ложиться в постель. У них дочь, семья. Анфиса понимала, что Андрей прав. Жора не терпит свидетелей. И о том, что Андрея убьют, она тоже знала. Убийца и его подельники не могут остаться живыми. Но она ни разу не задумывалась о себе. А теперь поняла, что и она мужу не нужна. Баб вокруг хватает. Найдет себе матрешку из хорошей семьи, заморочит голову, рванет за кордон. Начнет с Прибалтики, а потом и дальше. С такими деньгами все двери открыты.

— И что нам делать, Андрюша? — спросила она.

— Ужин стынет. Выпьем, поедим, ляжем в постель, а потом будем думать. Утро вечера мудренее.

Глава четвертая. Полтора года назад

1

Девушка без недостатков. Такие по улицам не ходят. Точеная фигурка, длинноногая, естественная блондинка с длинными, ниже плеч волосами. Оксану аж током ударило. То что надо. Девушка не торопясь шла по Невскому проспекту. Мужчины все до одного оглядывались на нее, но никто не решался подойти. Слишком гордая. Она знала себе цену. Вот только одета скромненько.

Оксана прошла за ней целый квартал. За такой и на край света пойти можно.

В какой-то момент она нагнала красотку и заговорила с ней. Оксана тоже неплохо выглядела, но одета была шикарно. Шел июль, и женщины ходили легко одетыми, не пряча свои прелести. Их раздевали взглядами. Для этого не требовалось много фантазии.

— Я отниму у вас пару минут. Тем более что вы никуда не торопитесь.

— Это верно, — улыбнулась девушка. — Меня сегодня выгнали с третьей работы за восемь последних месяцев. Я хорошо знаю компьютер, и везде меня брали секретаршей. У начальства на приличное поведение хватало не больше недели. А потом начиналось задирание юбок. Как они все похожи.

— Обычный рефлекс. Я не лесбиянка и юбку вам задирать не стану. Итак, вы остались без работы. У меня есть временная. Но деньги вам заплатят приличные и приставать не станут. У нас работают красивые блондинки. Каждая хороша по-своему. Мы снимаем рекламу для фирмы «Гуччи». Пробы проходят все девушки. Режиссер молодой, талантливый, но никому ничего не обещает. У итальянцев свой вкус. Лицом фирмы может стать только одна девушка. В нашей компании она будет идеалом, а заказчик назовет ее дворняжкой. Здесь без обид. Одна проба — тысяча долларов. Проб может быть много, а может ни одной. Все решает художественный совет. Ну как? Рискнете?

— А почему нет? Во-первых, это интересно, во-вторых, я получу деньги, которых у меня нет. В-третьих, я свободна.

— Тогда так. Для начала и отведу вас к портнихе. У нее уникальный вкус. Она сошьет вам платье и выдаст туфли. Все это бесплатно. Вы ее отблагодарите, если пройдете конкурс. Многие девушки до сих пор пользуются ее услугами. Потом я вас познакомлю с режиссером. Он днем занят, а по вечерам посещает ночной клуб «Белая лилия». Окраина города. Там собираются девушки и богатые холостяки из элиты. Они под юбку не лезут. Интеллигенция. Но, попав в клуб, четыре девушки вышли удачно замуж. Клуб им больше не нужен. Эти женихи доверяют клубу. Они понимают, что девушки там не случайные, а с амбициями, и думают о своей карьере. Хозяин клуба академик, импотент. Любит женщин вприглядку. Его жена — хозяйка. Очень строгая женщина и видит людей насквозь. Ни одна шалава в ее дом не проскользнет, но ее надо слушаться. Она имеет большое влияние.

— Я не шалава. И горжусь этим. Ну а замуж мне пока рановато. Через полгода девятнадцать исполнится.

— Меня Оксаной зовут. Давай без церемоний.

— А меня Илона. Это настоящее имя. Илона Калиновская.

— Ты местная?

— Нет. Из Твери. Матери нет. Отец пропивает все, что осталось в доме. Я ему даже писем не пишу. Провалилась в институте, но домой возвращаться не стала.

— Ты точная копия всех наших девушек. Ни одной местной. Все приезжие. Но находят себя в этом мире. Договоримся так. В шесть часов у памятника Екатерине, мимо которого мы прошли. Я отведу тебя к портнихе. Не будем терять времени. Конкурс есть конкурс.

— Спасибо, Оксана.

Они расстались с улыбкой.

2

Она стояла возле кухонного стола, резала лук и плакала. Но не от лука, а от злости и обиды. Ирина понимала, что потеряла все надежды на свое будущее. Выронила из рук, так выскальзывают очень хрупкие и дорогие предметы, падают на пол и разлетаются вдребезги, так что уже не склеишь.

За спиной открылась кухонная дверь, и она услышала шаги. Это был он. Хромающую походку нетрудно узнать. У Ирины застучали зубы. Она так крепко сжала ручку ножа, что у нее побелели фаланги пальцев. Ненависть сотворила с ней невероятное. Она вытянула руку с ножом и крутанулась вокруг собственной оси, резко выставив оружие вперед.

— Не подходи ко мне, ублюдок! — крикнула она осипшим голосом.

Острое лезвие просвистело в воздухе и рассекло горло подошедшему к ней мужчине. Удар оказался слишком сильным, а нож чрезвычайно острым. Она едва не отрубила ему голову. Фонтан крови облил ее с ног до головы. Мужчина упал на пол и замер, и лишь кровь еще пульсировала, заливая кафельный пол.

Ирина выронила нож и замерла. Она этого не хотела делать. Все вышло само собой. Кровь коснулась ее босых ног. Она вздрогнула, словно очнулась, и тут же убежала с кухни. На ней, кроме комбинации, ничего не было. В квартире, где она находилась, было четыре комнаты. Кругом стояли фото- и видеоаппаратура, штативы, прожектора. Она бегала из комнаты в комнату, оставляя кровавые следы за собой, пока не добралась до ванной. Встав под душ, девушка включила только холодную воду и начала смывать с себя кровь.

Постепенно дыхание выровнялось. Голова начала соображать. В первую очередь ей надо уйти из этого притона и где-то спрятаться. Но они ее все равно найдут. Надо уехать из Питера. Не важно куда. Сегодня суббота. Труп обнаружат только в понедельник. У нее есть время. Ирина перестала суетиться. Надо взять себя в руки и точно спланировать свое время и действия.

Девушка накинула на себя шелковый халат, висящий в ванной, и начала осмотр квартиры. Здесь она находилась уже третий день. На работе ее не ищут, уже пятый день Ирина в отпуске. Дома тоже все спокойно. Она жила с отцом, а тот находился за границей в командировке. Она привыкла общаться с ним по телефону гораздо чаще, чем видела его воочию. О днях заключения, что она провела в этой квартире, она почти ничего не запомнила: ей кололи какие-то наркотики. все было как в тумане. Этот зверь, которого она убила, был слишком силен, и ее сопротивление выглядело смехотворным. Он ее насиловал и снимал всю мерзость на пленку. Фотографировал ее обнаженной и в разных эротических нарядах. Бил, если она не слушалась. Бил умело. Бамбуковыми палками по пяткам, тело и лицо не трогал. Ирина заглянула в платяной шкаф. Женской одежды много, но она пригодна только для шлюх и секс-моделей. В другом отделении горы видеокассет и компакт-дисков. Искать свое изображение не имело смысла. В каждой комнате по компьютеру. Она включила один из них, но машина требовала пароль. Не то. Ненужная возня. Свое платье она нашла разорванным на мелкие кусочки, а свою сумочку она так и не нашла. Этот тип, который ее сюда затащил, прихватил сумочку с собой. А там паспорт, ключи от квартиры, машины и удостоверение МИДа. О деньгах и говорить нечего. Она так и не вынула из сумочки отпускные. Пора уходить.

Перебрав все женские вещи в шкафу, Ирина выбрала для себя самые скромные, но даже в таких она никогда не вышла бы на улицу. За окном стоял день. Ее все увидят и уж точно запомнят. И не только по одежде. Она запоминалась своей красотой и фигурой. На нее оглядывались. Она уже к этому привыкла. Глядя на себя в зеркало, девушка понимала, что в таком виде даже к подругам зайти нельзя. Все они замужем за солидными людьми. Светские львицы. Сегодня выходной, и их мужья дома. Ее появление шокирует любого, а оправдаться она не сможет.

Ирина направилась к выходу. Не тут-то было. Дверь заперта на надежные замки. Скорее всего снаружи. Так надежней, никто не сбежит.

Пришлось искать выход через окно. Седьмой этаж. Не шутка. Метром ниже шел карниз, обитый жестью, с небольшим загибом на самом краю. Через три окна проходила водосточная труба, в нее и упирался карниз. Подоконники тоже обиты жестью. Прибиты крепко, за них можно держаться, но во всем этом был один минус. Расстояние между окнами не меньше метра. А за гладкую стену не схватишься. Ноги непременно соскользнут.

Ирина считала себя смелой девушкой, но не безрассудной. Она обратила внимание на форточки. Все они были раскрыты. Ей в голову пришла идея.

Она вновь начала обходить комнаты. Ничего подходящего. Но тут ее внимание привлек штатив на металлических ножках. Один штатив она разобрала, на что ушло немало времени. Одну из ножек Ира при помощи отопительной батареи согнула, и получился крюк. Потом она нашла простыню, скрутила ее и сделала узлы через каждые тридцать сантиметров. Крюк привязала к одному из концов. Фиксатор положения на ножке оказался хорошим крепежом. Перекинув спасательный трос через плечо, она смело вылезла в окно и уперлась ногами в карниз. Жестяной слив держался крепко. Так она добралась до конца окна и глянула вниз. Окна выходили во двор, где был разбит скверик. Прохожих никого. Выходной, все на дачах. Ясная солнечная погода. Грех дышать городской пылью. Она принялась за работу. Крюк зацепился за раму с третьей попытки. Она дернула за простыню. Держит надежно. Ирина резко оттолкнулась и перескочила к следующему окну. С минуту она не шевелилась. Сердце выпрыгивало из груди. Передохнув, она сняла крюк с рамы и пошла дальше. Еще два окна. Пустяки. Только бы сточная труба выдержала. Выдержит. Она девушка изящная. Все шло по плану. Так она добралась до третьего окна. Ирина чувствовала себя решительно, но тут и произошло то, чего она никак не ожидала. С первого броска крюк разбил окно. Посыпались стекла. Беглянка замерла и глянула вниз. Ни души. Она ждала. Но из разбитого окна тоже никто не выглянул. Она вновь бросила крюк, и на этот раз он зацепился. Прыжок, и она на месте. В окне никого. Ирина влезла в квартиру. Пусто. Скромная обстановка, чисто. Она постояла минут пять и начала делать обход.

Начала с холодильника. Он пуст. Хозяева на даче. Таков был самый примитивный вывод. Еще она нашла в серванте семь тысяч рублей.

— Простите, дорогие, но они мне сейчас нужнее. Я их обязательно верну.

Ирина сунула деньги в лифчик и ушла. Здесь с замками проблем не было. И вот наконец она оказалась на улице. Простыню с крюком выбросила в мусорный бак.

Район оказался тихим. Окраина города. Встретившаяся ей девушка объяснила, как пройти на вещевой рынок. Там она купила себе дешевое легкое платьице, туфли без каблуков и сумочку, в которую нечего было положить, кроме расчески, на которую у нее остались деньги. Потом трамвай, автобус и небольшой скверик, где она села на лавочку и задумалась. Сейчас она ушла далеко от места преступления, но домой возвращаться нельзя. Да и ключей у нее не было, а лбом она стальную дверь не откроет. Ирина окончательно успокоилась. Долго она не пробегает. День, максимум неделю. Перед глазами возникла кошмарная картина убийства. Кровь, нож. Она же его бросила, и на нем остались ее отпечатки пальцев, к тому же кровавые следы от босых ног тридцать шестого размера. Порез на шее убитого. Она же левша, и рана подтвердит это. В квартире полно ее отпечатков. А если они еще найдут ее последние фотографии, то общая картина станет понятной.

С Денисом она познакомилась случайно. Ловила такси. Но остановилась иномарка. Богатый «Мерседес». И парень в нем сидел симпатичный, с обаятельной улыбкой. Предложил подвезти. Ирина поздно ехала со дня рождения подруги и была навеселе, иначе в машину не села бы. А тут расслабилась. Парень оказался веселым, болтливым, и у нее тоже развязался язык. А скорее, он ей его развязал. Расхвасталась.

— Работаю в МИДе синхронным переводчиком. Английский знаю в совершенстве. Я родилась в Лондоне и жила там до семи лет. С папой и мамой. Отец у меня дипломат. Сейчас уехал в Эмираты на три года. Мама, к сожалению, умерла от рака, когда я училась в десятом классе. Так что я абсолютно самостоятельная…

Болтала, болтала, а он привез ее совсем в другое место.

— Где мы? — спросила она.

— Тут живет мой друг, художник. Мне надо забрать у него картину. Это быстро. Хочешь, зайдем со мной. Увидишь незабываемую красоту. Он очень талантливый. Можем выпить по бокалу шампанского для знакомства.

И Ирина сдуру согласилась.

Как только дверь открылась, она увидела перед собой монстра под два метра ростом с кошмарной рожей. В ней все похолодело. Денис толкнул девушку в спину. Она влетела в квартиру прямо в объятия страшилища.

— Очередной подарочек, Рябой. Работай на совесть. На такой картинке можно хорошо заработать. Буду в понедельник.

Это все, что сказал Денис, и дверь захлопнулась. За спиной она услышала щелчки замка. О сумочке, которая осталась в машине, не вспомнила до последней минуты. Возможно, он уже побывал в ее квартире, адрес есть в паспорте, и он знает, что богатая берлога пустует.

А потом начался этот кошмар. А еще уколы.

Кто-то тронул Ирину за руку. Она вздрогнула. Рядом сидела приятная интеллигентная женщина лет под сорок.

— Я любуюсь вами уже десять минут, а вы меня даже не видите.

— Что вам нужно?

— Вижу, что попала не под настроение. Тогда буду краткой. Я ассистент продюсера. Меня зовут Оксана. Мы снимаем кино. Ваш типаж то, что нам надо. Гонорары у нас высокие. Не пожалеете.

— Мне сейчас не до мелодрам. У меня свое кино с кошмарным концом.

— Отлично. Смените обстановку, новые люди, новая страна, и вы уже другой человек.

— Новая страна? — Ирина ожила.

— Съемки проходят на море в Турции.

Девушка опять сникла.

— Ничего не выйдет. У меня украли сумочку, а в ней все документы. В том числе загранпаспорт.

— И здесь выход найдется. Поедете грузовым кораблем. Спрячем вас в ящике с деталями. А в Турции во время съемок пойдете в полицию и заявите о краже сумочки. Наша группа подтвердит, что вы приехали вместе с нами на легальных условиях. Там нас уважают. Мы с ними уже третью картину делаем. И не раз пользовались услугами моряков. Некоторые актеры вообще на один день приезжают. А морока с документами отнимает много времени. Вечером следующего дня они этим же кораблем возвращаются в Питер. Давайте я познакомлю вас с нашим продюсером. Удивительная женщина и с очень большими связями. Она умеет решать любые проблемы.

— Продюсер женщина? — переспросила Ирина.

— А что тут удивительного? Увидите ее и поймете. Этот человек умеет обходить все острые углы и всегда приходит на помощь. Тем более что вы нам очень подходите.

— Когда?

— Если есть время, то хоть сейчас.

Ира кивнула и встала со скамейки.

3

Старикашка вел себя слишком настойчиво. Дежурный по отделению пытался сбагрить его участковому, но тот настаивал на встрече с оперативником. Наконец дежурный сдался.

— Ладно, дед, иди на второй этаж, комната номер тринадцать. Только шавку свою оставь здесь. У нас с собаками не положено. Привяжи ее к скамейке.

— Это не шавка, а пудель. И привязывать его не нужно, он все понимает.

Повернувшись к собаке с умными глазами, старик сказал:

— Артамон, жди меня здесь. Я недолго.

Старик направился к лестнице, а собака осталась сидеть на месте, с тоской глядя на уходящего.

В небольшой комнате под номером тринадцать сидели трое в штатском и играли в домино.

Пожилой мужчина немного опешил.

— Тебе чего надо, дедуся? — спросил один, не вынимая сигарету изо рта.

— Я тебе не дедуся, а полковник авиации в отставке. И зрение у меня получше твоего будет. Очков не ношу.

Игра остановилась, все уставились на сердитого пенсионера.

— Ну хорошо, — сказал тот же. — Что вас сюда привело?

— Я живу на Белинского двадцать один. Собаку выгуливал. Двор у нас тихий, слышимость хорошая. Во дворе скверик. Около девяти утра на седьмом этаже окно открылось. Тридцать пятая квартира. Прямо надо мной. кто там живет, не знаю. Скорее всего, квартиру арендуют. И вдруг из окна девушка вылезает. Одета как шлюха. Встает на карниз и пробирается вдоль стены дома к другим окнам. На плече у нее скрученная простыня с крюком на конце. Она кидала крюк и цепляла его за форточку соседнего окна, потом перепрыгивала на соседний карниз. Я онемел от страха. Даже опытные акробаты на такой трюк не решатся. Это сверхсмелость. Но, скорее всего, бегство. На такой трюк может пойти только человек, которому жизнь не дорога. Или слишком дорога и она себя спасала. Один раз она промахнулась и разбила окно. В него она и влезла впоследствии. А минут через десять вышла на улицу и скрылась. Окно она разбила в тридцать седьмой квартире. Там никого нет. Мария Ивановна живет с внуками на даче все лето.

Слушали его с открытыми ртами. Старик был очень убедителен и сильно волновался.

Старший погасил сигарету, встал и подал ему руку.

— Капитан Сутягин.

Полковник в отставке пожал ему протянутую руку.

— Трофим Николаевич.

— Что вы знаете, Трофим Николаевич, о тридцать пятой квартире?

— Думаю, что там притон. Сам хозяин из квартиры не выходит. Но к нему раз в два дня приезжает приятель на серебряном «Мерседесе» и с девушкой. Уходит почти сразу же, но уже без девушки, потом из квартиры доносится музыка. Ее пускают на полную катушку. Выходящих девушек я не видел. Очевидно, они уходят ночью, когда все спят.

— Что ж, собирайтесь, ребята. Надо проверить таинственную квартиру.

Все встали. До дома ехали на «Форде» старшего лейтенанта Тучкова, чтобы не использовать полицейскую машину с мигалками.

На седьмой этаж поднялись пешком. Остановились перед бронированной дверью с четырьмя надежными замками.

— Да, ребятки, такую калитку плечом не выбьем, — покачал головой капитан. — Тут нужен профессиональный инструмент и команда МЧС.

Он нажал на кнопку звонка. Тишина. Еще раз. Ответа не последовало.

— И что будем делать? — спросил лейтенант Тучков.

— Ждать друга на «Мерседесе». Только бы его не спугнуть. Либо у того есть свои ключи, либо особый сигнал. Значит так, переходим на круглосуточное дежурство. Тучков поднимется на один пролет выше. А ты, Сеня, иди в скверик и жди гостя там. Парня не трогать, пока не откроется дверь. Я еду в прокуратуру. Нам нужен ордер на обыск и разрешение на взлом, иначе МЧС к делу не привлечешь. У меня плохое предчувствие.

— И я о том же, — сказал полковник в отставке. — Оттого и пошел к вам.

— Не будем терять времени. К делу! — приказал капитан.

4

Красивый особняк, очень обаятельная и симпатичная хозяйка. Увидев Ирину с Оксаной, она стала еще приветливее. К счастью, в доме больше никого не было. Они прошли в огромную гостиную. Елена села в кресло.

— А ну-ка, душечка, покрутись передо мной. Я хочу тебя разглядеть получше.

Ирина повернулась в профиль, встала спиной, ее густые каштановые волосы едва не доставали до талии, а голубые белки глаз подчеркивали ярко-зеленые зрачки. Девушка была очень красива и ни на кого не походила. В ней чувствовались индивидуальность и характер. С такими на улице не знакомятся. Гордая и независимая. И это читалось с одного взгляда на нее. Такие не ломаются. С ней придется держать ухо востро.

— У нас несколько проблем, Елена Сергеевна, — заговорила Оксана. — У Ирочки украли сумочку со всеми документами и ключами от квартиры.

— До отъезда она может пожить у меня. А за это время мои друзья поищут ее сумочку. Невелика проблема. Меня интересует главное: ты согласна сниматься в кино, Ирина?

— Да. Но как я попаду в Турцию?

Оксана не успела предупредить Лену о съемках в Турции. Но она умела быстро соображать, и такой оборот упрощал ей ситуацию.

Елена встала.

— Идем со мной, я тебе кое-что покажу.

Оксана подмигнула Ирине, и они отправились в другую часть дома и через второй этаж спустились в гараж, служивший пристройкой к дому.

Тут стояли две машины и лежали ящики, похожие на гробы, где вполне могли поместиться два человека. Только они были выкрашены в цвет хаки и на них стояли номера и другие знаки.

Елена сняла крышку с одного из ящиков. Внутри он был набит соломой.

— Попробуй лечь.

Ирина послушно легла. Крышка захлопнулась.

Ощущение было не из приятных. Странно и душно. Через минуту крышка поднялась.

— Вот так ты станешь обычной заводской деталью. Ни таможня, ни пограничники эти ящики не проверяют.

— Но я здесь задохнусь!

Ирина быстро выскочила наружу, отряхиваясь от соломы. Елена Сергеевна достала из багажника мини-фургона баллон с маской для лица.

— Здесь воздух, которым ты будешь дышать. Баллона хватает на два часа. На корабле у нас есть свой врач. Он будет менять тебе эти баллоны. А чтобы тебе не было страшно, выпьешь снотворное и будешь крепко спать всю дорогу. Дорога не долгая, а потом месяц на море и интересная работа. Но есть одно небольшое условие. Мы перекрасим тебя в блондинку. Все должно соответствовать сценарию.

— Переживу как-нибудь.

— Сейчас и начнем.

— Значит, вы меня утвердили?

— А ты сомневалась?

Взялись за дело. Ирину превратили в блондинку. Хуже она не стала. Потом ее отвели в одну из спален второго этажа.

— У тебя усталый вид, Ирочка. Тебе надо хорошенько выспаться, а заодно мы проверим, как твой организм выдерживает снотворное и какое лучше применять.

— Я и без снотворного засну как убитая.

— Нет. Мы должны проверить твою реакцию, пульс и дыхание. Ты человек, а перевозить тебя собираются как железку.

Ирина выпила таблетку и тут же уснула. Подруги спустились вниз. Там уже попивал коктейль Вольдемар Шестопал.

— Ты сегодня рано, — сказала Елена. — У нас уже есть кандидатка на послезавтрашний рейс. Девочка явно от кого-то хочет сбежать. Мы ей поможем.

— Сегодня у меня свидание еще с одной, — гордо заявила Оксана.

— Только приведи ее завтра, а не сегодня.

— Как прикажете, мамочка! Хорошо, что ты здесь, Вольдемар. Я хочу, чтобы ты эту девочку проследил. Зовут ее Илона. Но я уверена, что у нее есть парень. Попробуй его вычислить и, если нужно, убрать. Не сам, конечно. У тебя полгорода под пятой. Весь криминалитет. Все, что нужно, сделают твои люди. На все про все тебе сутки. Завтра Илона будет здесь, и она должна быть свободна, как птица.

— Не проблема. Где у вас свидание?

5

Илона ничего не сказала парню, у которого жила. Этот ревнивый псих мог что угодно испортить, как делал уже не однажды. Она старалась ему ни о чем не рассказывать. К тому же он был женат и ушел от жены ради Илоны. Но она поставила перед ним ультиматум. Когда он разведется, тогда и будет требовать от нее отчет. Она знала, что Кирилл не разведется. У него двухлетний сын и две работы, чтобы жить на две семьи. А теперь она заподозрила его в торговле наркотиками. У него начали появляться деньги. Они жили на квартире его матери. Свою большую квартиру он оставил жене. Неплохой, симпатичный парень, но бесперспективный. Илона ушла бы от него, но некуда, и к тому же она его боялась. Такой псих на все готов. Он по натуре собственник и считает, что Илона принадлежит ему и никому больше. Но у нее был свой жесткий характер. Другими словами, жили как кошка с собакой. Если она заработает денег, то непременно сбежит от него и снимет квартиру.

Вечером она пришла на свидание. Оксана приехала на шикарной машине и отвезла ее к портнихе. Тут Илона немного пооткровенничала и рассказала ей о Кирилле. Но Оксана не среагировала. Мол, это твои проблемы.

Клуб пополнялся красавицами, и у каждой были свои проблемы. Некоторые удавалось решать Елене. С ее хваткой мужчины не могли соревноваться.

Портниха оказалась очень пожилой дамой, одетой в кружева из девятнадцатого века. Мерку она не снимала, записывала размеры на глаз. И еще на ней очень смешно выглядело пенсне. Мадам из чеховской пьесы, не иначе, но голос мягкий, добродушный. Илона попала в другой век, учитывая старинную мебель. Она многого не знала и не понимала. И совсем не знала жизни, хотя считала себя умной и современной девушкой.

6

Долгое ожидание принесло свои результаты. Оперативник, сидящий в скверике, получил сообщение по рации: «Серебристый ”Мерседес” едет по улице по направлению к дому. Брать будем при выходе, я вызываю оперативную бригаду».

Оперативник встал и спрятался за дверью. По рации он сообщил лейтенанту Тучкову, дежурившему возле квартиры:

— Пропустите парня в квартиру, брать будем при выходе. Он едет. Не светитесь.

Шикарный «Мерседес» въехал во двор.

Денис весело рассказывал своей попутчице о гениальных картинах своего друга, а потом предложил зайти к нему и выпить кофе. Немного подумав, девушка согласилась.

Машина остановилась у подъезда. Кавалер вышел, осмотрелся, обошел капот, открыл дверцу пассажира и подал девушке руку.

Обычная картина. Милая пара зашла в дом. Возле квартиры с тридцать пятым номером Денис достал ключи и открыл все замки.

— Заходи, Жанночка. Тебя ждет сюрприз.

Оба зашли в квартиру, и дверь тут же захлопнулась.

— Что за кошмарный запах? — спросила девушка.

Денис напрягся. Приятель его не встречал, хотя он трижды нажал на кнопку звонка. Он начал обходить комнаты. В одной из них увидел сломанный штатив и гору женского белья, выброшенного из шкафа. Он двинулся дальше. Сюрприз ждал его на кухне. На полу в огромной луже крови лежал его напарник Дучи с перерезанным горлом. Он подошел ближе. Из лужи крови торчало острое лезвие. Кровь уже частично запеклась.

За его спиной послышался истошный женский визг. Он обернулся. Жанна с ужасом смотрела на труп. Из джентльмена Денис превратился в монстра. Он с силой ударил девушку в челюсть. Та упала замертво.

Он снял с плеча свою спортивную сумку, достал из нее скотч и наручники. Заклеив девушке рот липкой лентой, он перевернул ее на живот, завел руки за спину и надел на запястья наручники, после чего отнес в одну из комнат, бросив на кровать. Ею он займется позже. В первую очередь надо избавиться от трупа. Ничего сложного. Не впервой. Он глянул на часы. Двадцать минут второго ночи. Время подходящее. Он вернулся на кухню и открыл чулан, дверь которого была оклеена кафелем и сливалась со стеной. В чулане лежало все, что требовалось для подобных случаев. Денис надел резиновый фартук, медицинские перчатки и достал черный полиэтиленовый мешок на молнии. Крепкий и надежный. Такими пользуются в моргах. Потом надел на ноги бахилы. С большим трудом ему удалось впихнуть труп в мешок, застегнуть молнию, оттащить его в сторону и мокрой тряпкой протереть мешок от крови. Труп оказался невероятно тяжелым. Обычно они казались ему пушинкой. Скинув с себя фартук и все прочее, он опять стал чистеньким и опрятным.

Свою сумку он решил оставить здесь, а за пояс брюк сунул только сумочку Жанны.

Огромных трудов ему стоило взвалить мешок с трупом на плечо. Но Денис был крепким парнем. Он открыл входную дверь и вышел на площадку. Спускаться пришлось на лифте, чего он никогда не делал. Внизу можно выйти и на кого-то напороться.

На улице стояла тишина. Денис открыл багажник и скинул в него мешок.

Вот тут они и выросли, как грибы. Их было человек восемь. Трое в полицейской форме. Из подъезда вышел еще один.

— Ключи от квартиры у него в правом кармане.

Денис похолодел. У него отнялись ноги. На сопротивление не хватало сил. Бежать он тоже не мог.

— Кого принес? — спросил капитан Сутягин.

— Труп хозяина квартиры. Только я его не убивал. Он уже холодный.

— Ну, убить ты мог его и раньше, а сейчас приехал, чтобы вывезти тело. Документики есть?

Он хотел полезть в карман, но его тут же скрутили и обыскали. Нашли и женскую сумочку, и ключи от квартиры.

— Так, — сказал капитан. — Двое проверяют машину, четверо поднимаются в квартиру, ну а мы, — он глянул в права задержанного, — ну а мы с Денисом Алексеевичем поедем в управление. Надо вызвать еще одну бригаду и обыскать жилище нашего подопечного, а заодно и его гараж. Вряд ли он такую машину бросает на улице. К утру жду доклада. И надо вызвать следователя из прокуратуры.

Дениса тут же посадили в камеру без допроса. Он мучительно придумывал себе легенду. Лучший вариант — прикинуться курьером, доставлявшим девушек боссу. Оплата — сумочки жертв. В его доме найдут полно женских побрякушек. Об убийствах он ничего не знает.

* * *

Время подходило к утру. Доклад всех бригад выслушивал начальник райотдела и прокурор города.

Отчитывался криминалист:

— Наша общая справка с медэкспертом: убитый Давид Кохабидзе имел три судимости. Находился в розыске после последнего побега. Сидел за изнасилование, сутенерство и в последний раз за грабеж. Бежал. Убит кухонным ножом. Убил его левша. Удар невероятной силы чуть ли не снес ему голову. Женщина такого сделать не могла. Отпечатков на рукоятке обнаружить не удалось. Она полностью утонула в крови. Убит вчера около семи утра. Точно определим после вскрытия. Мы просмотрели некоторые пленки, найденные в квартире. Сплошная порнография. На некоторых эпизодах есть сам Кохабидзе. Девушек он насиловал, а доставлял их ему Денис. Девушка, найденная в квартире живой, но связанной, рассказала, что ловила такси на улице. Подъехал Денис и предложил подвести. Приятный интеллигентный, умный. По пути заехал к другу художнику за картиной. Уговорил ее зайти вместе с ним, выпить кофе и посмотреть картины. Она согласилась. Так он вылавливал девушек. Сам Кохабидзе из дома не выходил. Его квартира представляла собой студию. Из отснятого материала он делал фильмы и записывал их на диски с помощью компьютера. Когда-то Кохабидзе работал кинооператором.

— Одну секундочку, — вмешался капитан Сутягин. — В телефонной записной книжке Дениса есть несколько телефонов под общей рубрикой «клиенты». Имена только мужские. Поначалу я их принял за мертвецов. Дело в том, что Денис работает в морге санитаром, иногда помогает врачам, делающим вскрытия. Теперь я понял, что клиентами могут быть покупатели порнографии. В доме Дениса очень много дисков с музыкой. Мы их не проверяли. Но этикетки одно, а содержимое другое. Надо проверить.

— Можно сделать еще одно открытие, — вмешался лейтенант. — Мы обнаружили в квартире Кохабидзе чулан, там полно мешков для трупов. Такие в магазине не купишь. Но если Денис работал в морге, тогда понятно. И я думаю, что всех девушек убивали после съемок. Кохабидзе на это способен. Потом приезжал Денис, скорее всего, ночью, и забирал мешок с трупом, ценности, снятые с девушек и их сумочки. Своего рода гонорар. Золота у Дениса в доме полно. И если он еще торговал порнофильмами, то понятно, откуда взялся «Мерседес» у санитара морга. В его гараже под половиком мы нашли тайник, а в нем двадцать четыре женских паспорта. Все девушки молодые и в основном иногородние, которых некому искать.

Лейтенант достал из портфеля стопку паспортов и положил на стол.

— Зачем он их хранил? Идиот! — пробурчал полковник. — Возникает один вопрос: кто из этих девушек вылез из квартиры в окно и сбежал?

— Возможно, ей удалось спрятаться в квартире, когда приехал Денис за ее трупом. Вроде как исчезла. Это и вызвало конфликт между сообщниками, и Денис его убил. За трупом решил приехать ночью. Такой бизнес не бросают. Он привез с собой очередную жертву и связал ее. Оставалось избавиться от трупа, потом вернуться и самому стать оператором. Возможно, такая идея давно гуляла в его голове. Зачем делиться с уголовником, который ничего не делает? Денис может работать один. После убийства Кохабидзе парень ушел, заперев за собой дверь. Девчонка вылезла из укрытия, но дверь открыть не смогла. А увидев труп, решилась на бегство через окно. Она понимала, что ее ждет та же участь. Уж лучше свалиться с седьмого этажа, чем сдохнуть как собака. Но ей повезло. Она выжила. Но найдем ли мы ее?

— Вряд ли, если Денис не расколется. А он этого не сделает, — уверенно заявил капитан.

* * *

Вечером задержанного доставили в кабинет следователя. Разговор начался неожиданным образом.

— Вам надо расписаться в протоколе об изъятии у вас вещей при аресте, — следователь протянул ему листок бумаги и ручку.

Денис взял в левую руку перо и расписался.

— Вы левша? — спросил следователь.

— Да, а что тут необычного?

— Нет, ничего. Начнем наш разговор со странного вопроса. — Следователь достал из стола кучу паспортов. — Меня прежде всего интересует вопрос — где находится могильник всех этих девушек?

Арестованный сел, у него подкосились ноги.

— Чистосердечное признание вам зачтется в суде.

Денис понял, что ему уже не отвертеться и надо говорить. Только не об Ирине. Из ее сумочки он взял только деньги, остальное выбросил в реку. В этой куче ее паспорта нет. А сама она в полицию не пойдет. Работник МИДа все же. Такой позор.

И Денис заговорил.

7

Платье было готово на следующий день. Оно восхищало своей элегантностью и изяществом. Сидело, как на манекене. Ни одной ошибки и ни одной правки. Потом Оксана отвезла Илону к парикмахерше. Та тоже умела творить чудеса. В итоге Илона превратилась в настоящую принцессу.

— Ну, а теперь нам пора в клуб, — сказала Оксана.

— Я ужасно волнуюсь. И еще. Этот идиот едет за нами на мотоцикле. Он следит за мной. Впрочем, я в этом не сомневалась. Меня ждет очередной скандал.

— Не думай о дурном. Для тебя начнется праздник.

Дорогу в клуб Илона не запомнила. Районы Петербурга она плохо знала. Оксана словно прочитала ее мысли.

— В центре девушек забирает лимузин, привозит на место, а потом отвозит назад. На метро вы успеваете, но вам будут давать деньги на такси. Вечеринки длятся с восьми до двенадцати. Некоторые наши джентльмены отвозят девушек на своих машинах.

— Садиться в машину к незнакомцу?

— Ты сначала посмотри на них. Это порядочные люди. Все увидишь сама.

Илоне очень понравилось в клубе. Благородные лица, богатая мебель, покрытый белой скатертью стол.

Мужчин было семеро. Но двое — из обслуги. К Илоне подошла элегантная дама с красивым породистым лицом.

— Рада нашему пополнению. Надеюсь, тебе у нас понравится. Это слуги: Савелий и Федор. Сегодня они уйдут, я дала им срочное задание. Ну, а эти господа сядут за стол. Вольдемар Шестопал — мой муж, Тимур Литвак — один из талантливейших режиссеров кино и телевидения. Холост. Впрочем, женатых мы на наши вечера не приглашаем.

Елена водила девушку от одного кавалера к другому, а те как истуканы, но полные достоинства, стояли на месте и только кланялись. Все казались ей стариками. Самому молодому было около тридцати.

— Аким Полторанин. Будущий посол в Австрии. Уедет не скоро, сначала должен жениться. В капстраны отправляют только семейных. А это Игорь Шнейдер. Великолепный адвокат. В основном занимается уголовниками, но с момента появления в клубе успел оформить три развода. С тех пор женатых мы не приглашаем. Ну а вот наши красавицы, их три. Ты приехала кстати. Каждому мужчине будет партнерша для танцев. Четвертая нас покинула вчера. Игорь имел глупость познакомить ее со своим приятелем, а тот собирался ехать в Лондон. Заманчивая перспектива. Полагаю, Катя сопровождает его в туманный Альбион в качестве жены. А начинала обычной продавщицей. Вот такие сюрпризы преподносит нам жизнь. Девушки, как видишь, у нас симпатичные, каждая со своим шармом. Но подругами их не назовешь. В первую очередь они конкурентки. Тимур всем будет делать фото- и кинопробы. Но придется ждать своей очереди. Художественный совет своих кандидаток пропихивает вне очереди, а больше одной кандидатуры в день они не используют.

Итак, перед тобой Эвелина, Дарья и Бажена. Имена подлинные, красавицам они подходят. Я даже видела их паспорта.

Девушки в действительности были яркими и непохожими. Илона впервые засомневалась в своей красоте. Она постоянно косилась на Тимура, и он с нее глаз не сводил. То ли оценивал, то ли она ему понравилась. Впрочем, новички всегда привлекают к себе внимание. Остальных он уже изучил вдоль и поперек. А еще она могла гордиться своим платьем. Оно выглядело самым красивым.

Елена подошла к Оксане.

— Эта кукла дорого стоит. Отправим ее завтра же вместе с Ириной. От таких красоток падишах потеряет дар речи. И мы избавимся от опасной ситуации, которая может возникнуть.

— Непременно вляпаемся. У Илоны есть парень, с которым она живет. Он сейчас в лесу, на мотоцикле.

— Хорошо. Какие есть задумки?

— Кирилл торгует наркотиками. Есть тип, который ему задолжал большую сумму. Отдать ее он не сможет. Надо бы все решить. Парня зовут Гера, им уже занимаются люди Вольдемара.

— Действуйте прямо сейчас. Он не должен увидеть ее в новом платье. Ознакомь с положением дел Савелия и Федора. Наше спокойствие — их забота.

Через некоторое время Савелий и Федор вышли из дома.

* * *

Злость доводила Кирилла до слез. К тому же он замерз. Забор, отделяющий дом, похожий на замок, был слишком высок. Ворота на цепи. Искал лазейку, но не нашел. Он окончательно замерз, когда увидел двух охотников, возвращавшихся с промысла.

— Какой же псих загнал тебя в лес на мотоцикле? — спросил один. — Ты же по колесо в снегу стоишь.

Им легко было рассуждать, они на лыжах.

— Черт попутал. Сейчас уже тачка не заводится.

— Шоссе рядом. У нас там фургончик стоит. Довезем тебя до города. Мы домой возвращаемся.

Парень с трудом пошел сам. Он уже не чувствовал ни рук, ни ног. Мужики помогли вытащить мотоцикл. Фургон оказался просторным. Мотоцикл влез между сиденьями по центру салона.

Машина ехала долго. Окон в ней не было. Обычная железная коробка. Кирилл предполагал, что его добросят до города и высадят. Все оказалось не так. Остановились в темном старом дворе с пошатнувшимися постройками. Без особых усилий его затащили в подвал, включили тусклую лампочку под потолком. Один тип там уже валялся. Он был связан пожарным шлангом.

— Узнаешь приятеля? Он тебе сто пятьдесят тысяч задолжал.

Кирилл онемел. Герку он узнал, но тот был под кайфом. Дозы две себе вколол.

— Вот так и происходят разборки, — сказал второй.

— С ним и без меня разберутся, — прохрипел Кирилл.

Больше он ничего сказать не мог. Нож впился в его печень. Умер он не сразу. Что-то видел, но ничего не понимал. В резиновых перчатках из его карманов вынули все деньги, а заработал он сегодня немало, и переложили их в карман Геры. Потом сделали ему еще один укол. Наверняка смертельный. На шприце и ноже специально оставили отпечатки потерпевших.

Все выглядело просто и примитивно. Кирилла оттащили к лестнице. Будто он хотел уйти, но уже не смог.

Потом охотники ушли. У Кирилла кружилась голова, он пытался встать, но сил не было. Он потерял много крови, хотя удар ножом вряд ли был смертельным. Кирилл пробовал кричать, но из горла доносился только хрип. Силы покидали его. Он думал только об Илоне. Ведь он так мечтал о семье с ней. Дурак! Только отпугивал девчонку, а кроме нее, ему никто не нужен.

Он тихо произнес ее имя и замер навсегда.

* * *

Илона по-настоящему была счастлива, как Золушка на своем первом балу. Столько внимания, столько обхождения. Ей совсем не хотелось возвращаться домой.

К Илоне подошла Елена и тихо спросила:

— Хочешь остаться? У нас на втором этаже четыре спальни, а по утрам кофе подают в постель. Кстати, твоя подружка тоже остается. Места всем хватит.

— Да. Я хочу остаться. Тем более мне не нужно идти на работу.

— Дыши свободой. Большего счастья я тебе не желаю.

Все танцевали, пили, веселились, но пьяных не было, никто не хамил. Приглашая на танец, целовали руку. Точно девятнадцатый век. Как всё окружающее убожество ей надоело!..

Илона весело рассмеялась.

Елена подошла к Оксане и тихо сказала:

— Девочку отправляем завтра же. Посиди с ней в четвертой спальне и поболтай. У нее должно быть хорошее настроение. Пусть повитает в облаках. Дорога ей предстоит тяжелая.

— Я все сделаю, как надо. А ты уверена, что ее встретят нормально?

— Команда в моих руках.

Елена отошла в сторону, присела на диван и задумалась. Не так все просто оказалось, как она думала. К тому же у нее кончилось лекарство.

* * *

Без дела люди не сидели. Со всеми не разберешься, а тут новое подкатило.

Капитан Сутягин докладывал:

— Картинка достаточно ясная. Эти ребята были у нас в разработке. С поличным взять их не могли. Хитро работали. Из банды нашли двух в подвале дома в Харитоновском переулке. Один убит ножом. Удар точный. В кармане нашли только мобильник и пыль от героина. Вероятно, от фасованных доз. К сожалению, мы не знаем, где он брал зелье. Звали его Кириллом. Очевидно, это он и принес товар. Его напарником был Гера, который показал ему деньги. Мол, все в порядке, но вместо денег всадил в Кирилла нож. Деньги с героином забрал, но, уходя из подвала, задел дверной косяк, на нем весь потолок держался. Слабая крыша тут же обрушилась ему на голову. Но он оставался все еще живым. Для облегчения боли Гера сделал себе укол из переданного ему героина, но переборщил. Умер от передозировки. Героин оказался чистым, а банда торгует разбавленным. Вот и получилась передозировка. Один вопрос остается неясным: зачем они пошли в подвал? У них для обмена существуют специальные точки, а подвал и вовсе в другом районе находится. Эта зона им не принадлежит.

— Да, похоже на правду, — кивнул криминалист, — следы на коже и шприце принадлежат Гере. Укол он делал себе сам. Это тоже верно. Потолок меня смущает.

— Ладно, — махнул полковник, — тут и так все ясно. Чего мы будем из пальца высасывать. На две сволочи меньше станет.

8

Первая встреча с арабами у Лены состоялась два месяца назад.

Махмуд его звали или Али, она уже не помнила. А главное, что вот эта страна ей очень не понравилась. Не дай бог жить в такой, где люди напоминают заводных кукол. Тягостное впечатление у нее осталось после визита, и больше ничего.

Елена очень устала. На сухогруз она пришла еще днем. Капитан ей понравился. Этого человека, кроме денег, ничего не интересовало. Он был ветераном и все маршруты на Восток знал как свои пять пальцев, умел обходить опасные места, заходя в территориальные воды других государств. Коршунов тут хватало: патрули в нейтральных водах, американцы. Он даже глубины знал, чтобы не напороться на подводную лодку или отмель. Таких моряков высоко ценят. Раньше старик перевозил оружие, теперь товар сменился. Ни одного прокола за двадцать лет. Команда у него тоже состояла из морских волков. Удивило другое: таможенники и пограничники судно не осматривали. Значит, всё договорено и всё куплено. Перевозили секретный груз. Детали для атомного реактора. У причала стояли военные машины и солдаты. С капитаном разговаривал человек в штатском. Потом началась разгрузка. Никаких кранов, все вручную. Елена сидела в каюте, которую ей выделили, похожей на санчасть. Полтора суток пути. Немало. Часа через два к ней зашел капитан. Может, он был и не очень стар, но все лицо покрыто морщинками и южным загаром.

— Не укачало? — спросил он, не вынимая трубки изо рта.

— Нет. Я привыкшая.

— С погодой повезло. Не дай бог шторм, наизнанку вывернуло бы.

— И что дальше, Захар Митрофанович?

— Причал скоро опустеет. Ребята пойдут в город за барахлишком. Здесь очень дешевое золото. Они в нем толк знают. Фальшивок много. Один мой парень проводит вас до места. Оденетесь под местную. Чадра и прочее. Европейцев здесь практически нет, а если и встречаются, то привлекают к себе внимание. С человеком, к которому вас приведут, разговаривайте, не показывая лица. Он относится к военной оппозиции. Шах для него — враг. В действительности дело обстоит так: вы собираете лазутчиц для гарема шаха, которые в дальнейшем его убьют. Ваших девиц будут хранить как зеницу ока. Это не женщины, а оружие. Только так вы их убережете. Когда настанет срок передачи, он должен на машине отвезти девушку на площадь Свободы. У памятника пересадить ее в машину Шаха и уйти.

— И все же где мы?

— Не имеет значения. Весь Восток на одно лицо. Для нас во всяком случае. За вами придет ваш гид.

Он встал и ушел. Гид появился через час. Молодой, лет тридцати, симпатичный, но в тюрбане, так что цвет волос его она не видела. Он принес национальную одежду, положил на топчан.

— Я вас в коридоре подожду.

Он очень внимательно осмотрел Лену. Она была эффектной женщиной, а эти люди месяцами не касаются женского тела. Взглянув на полную пепельницу окурков, он спросил:

— Нервничаете?

— Есть немного.

— Только никто не должен этого заметить. Вы здесь хозяйка. Вы диктуете условия.

— Я поняла.

Он не стал ей мешать и вышел. Она переоделась. Сейчас на ее лице была черная сетка и белый балахон до пола. Ни груди, ни талии. Арабские женщины умели прятать свои прелести.

Лена открыла дверь и оказалась в узком коридоре. Они спустились на нижнюю палубу и сошли на берег. Их никто не задерживал и не осматривал.

Улицы были разными. Некоторые переулочки метр шириной, другие имели четыре полосы для проезда машин. Шли долго, болтали ни о чем, но очень тихо, чтобы до чужих ушей не доносилась русская речь.

— Значит, вы в курсе моей миссии?

— Конечно. И не только я. Вся команда знает. Капитан ничего не скрывает. Тем самым он держит команду в кулаке. Невероятная личность.

— А вот вы совсем на моряка не похожи, — сказала она сопровождающему.

— А я не моряк. Судовой врач. Закончил Пироговку, работал в Склифе. Коренной москвич. Нашелся повод бежать от уюта и семейного тепла. Теперь болтаюсь в море. Здесь меня никто не найдет.

— Откровенно, — удивилась Лена.

— Большая часть команды такие же. Те, кому на земле тесно.

— То, что вы врач, это хорошо. Мне не придется самой лично сопровождать своих куколок. За услуги будете получать доплату. Одну поездку я сделаю с вами. Небольшая практика.

— Я не против. Если команда во что-то ввязалась, я должен следовать ее курсу. Деньги вы платите капитану. Если он сочтет нужным, то возьмет меня в долю. Отдельно мне ничего платить не нужно.

— Как знаете. Вам виднее.

Ни по рекламе, ни по строениям Лена так и не поняла, в какую страну они приехали. Район, куда они пришли, выглядел вполне прилично, не с общими дворами, а с индивидуальными домами.

На звонок им открыл вполне мирный араб с бородой, но за спиной у него висел карабин.

— Мы к хозяину с корабля, прибывшего в четырнадцать тридцать пять.

Тот, словно понимая русский, пропустил их.

В доме с окнами, прикрытыми жалюзи, сидел еще один мужчина с бородой. Молодой и богато одетый, если вообще так можно сказать. Елена наблюдала за публикой и видела, кто как одевается.

— Я учился в Москве и по-русски говорю свободно, — начал он, — рад видеть в своем доме дорогих гостей. Меня зовут Махмуд Али Сарби. Запоминать не обязательно. Мы рады помочь русским друзьям. Так что от нас требуется?

— Несколько комнат. В каждой из которых вы должны содержать наложницу. Их будет доставлять один и тот же корабль. Забирать девушек будете вы. Раз в месяц вам следует отвезти девушку на площадь Свободы и пересадить в машину с номером 031. Это машина Шаха. Приезжать за товаром будут слуги, так что никаких покушений бояться не надо. Девушек не калечить. Выглядеть они должны идеально. Это лазутчицы. Их цель — Шах. Корабль приходит по расписанию раз в месяц. В ящике будут две девушки. Но Шаху доставлять только одну. Вторая будет ждать следующего заказа. Таковы наши договоренности. Решение принималось на самом верху, оно засекречено. Если поднимется шум, то вы за него и отвечать будете.

— Задача понятна. Но и у нас свое требование есть. Охрана и работа будут стоить два автомата Калашникова с патронами. Мы давно не получали оружие из России. Нам тяжело бороться с приспешниками Шаха, вооруженными с головы до ног американскими винтовками.

— Этот вопрос я решаю, — перебила его Елена, — ваше пожелание я услышала.

Они мило допили чай и разошлись.

За ними проследили. Это Лену не смущало, они возвращались на свой корабль.

— Противоядие вы будете колоть через двенадцать часов. Оно восстанавливает жизненные циклы. Девушек будете получать в закрытых ящиках. Им практически не нужно воздуха и всего прочего. Они питаются внутренними запасами организма. Находятся в искусственной коме. Но они очнутся на полпути. Вот тут им и воздух понадобится, и вода, и еда. Теперь нам стоит подумать, как их везти вторую половину пути, не привлекая к ним внимания, и как разгружать?

— Обычное снотворное.

— Плохая идея. Их организм слишком слаб. Может не выдержать сердце.

— Вколем адреналин. Не беспокойтесь. Я подумаю, что можно сделать. Но мне надо знать, как вы их выводите из комы.

— Тетродоксином в определенных пропорциях. Колдуны Вуду нас этому научили. Только давайте без подробностей.

— И вы хотите сказать, что против тетродоксина есть сыворотка? За нее Нобелевская премия полагается.

— Или большой срок.

— Хорошо. Я замолкаю.

— Кстати. Как вас зовут?

— Герман.

— Меня Лена. Так вот, отныне вы мой сообщник, доктор Герман.

9

Илона впервые почувствовала себя пьяной. В таком виде ей домой возвращаться нельзя. И потом, она не могла придумать оправдания. В общежитии этот дурак наверняка уже побывал. На подруг не свалишь. Уж лучше вообще домой не приходить. Потом на трезвую голову что-нибудь придумает. Перед ней мелькали лица кавалеров. Все симпатичные, тактичные и милые. Но вот замуж она ни за одного не пошла бы. Илоне хотелось страстей. Эти паиньки ей не по вкусу. Лена отвела ее в спальню на втором этаже с шикарной кроватью.

Она даже не почувствовала, как ей сделали укол. Больше она не шевелилась. Вероятно, это был глубокий сон, хотя она слышала отдельные обрывки фраз.

Голос Лены:

— Девочек в лимузин и по домам. Эту в ящик.

— В ящике уже одна лежит больше трех дней. Напоили ее коктейлями, до сих пор в себя не придет.

Этот голос принадлежал слуге: то ли Федору, то ли Савелию.

— Что со следопытом? — спросила Лена.

— Ушел на вечный покой со своим партнером. Работа выполнена чисто.

— Ладно. Делайте укол Илоне, кладите к той, что уже лежит в ящике, засыпайте соломой и на корабль. Пропуск у вас есть. Вас встретит капитан и врач. На палубу не поднимайтесь. Ящик оставите у трапа. Капитан никого не должен видеть. Так всем спокойней будет. Все поняли? На выход.

Илона не чувствовала своего тела. Она понимала, что ее куда-то несут, и даже то, что лестница ведет вниз. Потом она заснула.

10

Укол в сердце был очень болезненным, но Ирина не могла пошевелиться. Мышцы ее не слушались. Прошло не меньше минуты, как она начала чувствовать прилив крови. Сначала появились колики в ногах и в кончиках пальцев на руках. Веки сначала отяжелели, потом в них появилась сила, и она открыла глаза. Перед ней сидели двое мужчин. Один в белом халате, второй в фуражке с морским крабом. Они разговаривали, глядя друг на друга. Она лежала в ящике на соломе, а рядом лежала другая девушка. Ирина тут же закрыла глаза. Она прислушивалась.

— Девушка справа очнется, а та, что слева, уже нет. Очевидно, задохнулась, — говорил мужчина в белом халате.

Ирина лежала слева и поняла, что это ее приняли за мертвую. Мужчина в фуражке с крабом ответил хриплым голосом:

— Живую оттащи в санчасть. Ее надо привести в божеский вид. Хватит и одной Шаху. А дохлую выбросим за борт, когда выйдем в открытое море. Мы за их жизни не отвечаем.

Она почувствовала, как ее соседку вытаскивают из ящика. Потом крышку закрыли. Наступила полная темнота. Ира вновь открыла глаза. Теперь она поняла, на какие съемки ее привезли. Интеллигентная хозяйка Елена Сергеевна и ее подруга Оксана торгуют живым товаром! Блестящий, продуманный ход. И она им поверила. Правда, в ее положении не было выбора. Куда бы ее ни занесло, она должна бежать. Ей вовсе не хотелось быть выброшенной в открытое море или доказывать работорговцам, что она жива.

Прилив сил к ней возвращался, ей стало душно. Она потихоньку сдвинула крышку в сторону. В гроб проник слабый свет. Она прислушалась. Тишина. Ирина сбросила крышку и вылезла наружу. Тело ее плохо слушалось, в таком состоянии о побеге думать рано. Надо прийти в норму. Она положила крышку на место и осмотрелась. Это было машинное отделение, здесь горел только дежурный тусклый свет. Огромные поршни двигателя стояли на месте. Значит, корабль на рейде. Сейчас главное — не нарваться на кого-то из команды. Она осмотрела себя. Ее вырядили в красивое белое платье. Яркое пятно, которое трудно не заметить. Надо уходить. И опять она попала в ситуацию, где ей не предлагали выбора.

Железная лестница вела на галерею, где находились двери. Всего две. Они должны выходить на палубу. Вот там она обязательно на кого-то нарвется. Знает ли команда о транспортировке женщин в ящиках? Вряд ли. Такие вещи делают под большим секретом. Хотя моряки народ пьющий, могут и сболтнуть по пьянке о необычном грузе.

Она поднялась по лестнице и приоткрыла одну из дверей. Все верно, перед ней раскинулась широкая палуба и борт корабля. Она не знала, который сейчас час, но на улице было темно. Это не вечер, а, скорее, ночь. Такая мысль ей пришла в голову потому, что ее соседку унесли в санчасть, не боясь засветиться. Ирина вышла на палубу. Ее белое платье светилось в темноте. Она подошла к бортику. Корабль стоял на рейде. Берег, залитый огнями, находился в полукилометре. Очевидно, ждал своей очереди и свободного места, чтобы причалить и разгрузиться. Положение усложнилось. Она еще слишком слаба, чтобы проплыть такое расстояние. И прыгать в воду опасно. Высота палубы метрах в пяти от воды. Нырять Ирина умела и плавала прекрасно. Но при такой тишине сильный всплеск будет слышен. Ее найдут прожекторами. Она тихо двинулась вдоль палубы к носу корабля. И тут ей повезло. Она наткнулась на шлюпки, висящие на кронштейнах и накрытые брезентом. Ей стоило неимоверных трудов забраться в одну из них и исчезнуть из поля зрения. Девушка легла на дно и стала глубоко дышать. Ей надо набираться сил перед заплывом.

Так Ирина пролежала несколько часов. Небо начало светлеть. Силы к ней вернулись. Пора, пока ее не застиг рассвет. Сейчас все спят, вряд ли она кого-то встретит. Она приняла правильное решение. Дошла до носа корабля, перемахнула через перила, ухватилась за выступ на полу и достала ногами якорную цепь. По ней она медленно спустилась до воды и нырнула. Вода ее освежила, море оказалось теплым, и девушка медленно поплыла к берегу. Надо беречь силы. Она не знала, что ее ждет. Идея с кражей сумочки ей нравилась, но как она попала в чужую страну, она еще не придумала. До берега девушка добиралась долго и выбралась на песок, когда взошло солнце. Что-то похожее на пляж, метрах в тридцати высокая каменная стена. Есть лестница, а наверху перила. Очень похоже, что она выплыла на набережную. Вот только дома странные. Людей она не видела, возможно, еще не проснулись. Во всяком случае, это не Турция, где она бывала. Ирина подошла к стене, чтобы ее не видели с набережной. Подниматься не стала. В первую очередь надо высохнуть. Белое платье походило на свадебное. Слишком длинное и пышное. Сохнуть будет долго. Она терпеливо ждала, когда платье приобрело свой первоначальный вид, и решила выйти в город. Она была в шоке, увидев местных женщин в чадре и с закрытыми лицами. Она попала в мусульманское государство, где живут по правилам Корана! Ей нужно срочно переодеться. Надо найти рынок. Возможно, кто-то обменяет ее платье на чадру.

До рынка она не добралась. Ее остановили полицейские на джипе. Еще бы, она выглядела жар-птицей среди вонючих болот.

У нее потребовали документы.

Она плохо понимала арабский в отличие от отца и заговорила по-английски.

— У меня украли сумочку. Я иду в английское посольство с заявлением. Мой муж дипломат.

Они ничего не поняли, усадили ее в джип и увезли. Конечной точкой оказалась женская тюрьма. Здесь сидели только женщины в ужасающих условиях. Ее посадили в отдельную камеру, которую лучше не описывать. Ирина впервые в жизни увидела живых рыжих крыс.

Через некоторое время к ней пришел мужчина в военной форме. Он говорил по-английски.

Ирина повторила ему легенду о краже и муже-дипломате. Он выслушал ее и ушел. Вернулся через час.

— Английское посольство от вас отказалось. У них все на месте. А английских туристов в нашей стране не бывает. Но на шлюху вы не похожи. Вы будете находиться в тюрьме, пока не скажете правду. Как заключенную мы вас содержать не будем. Нам позарез нужна переводчица. Условия не сахарные, но придется терпеть, пока вы не образумитесь. Это все, что я могу для вас сделать, мадам.

Он распахнул дверь камеры и посторонился, давая ей возможность выйти.

Ирина еще не понимала, что произошло. То ли наступил конец, то ли это начало новой жизни.

Глава пятая

1

Борис Лущенков приехал из Москвы неожиданно. В командировку. Давно обещал другу навестить его.

Они сидели на диване в клубе. Айвар, Борис и Оксана. Лена изображала из себя хозяйку, подавала напитки как положено, подносила зажигалку курящим и изредка вставляла некоторые фразы.

Первым заговорил Борис. Он практически не врал. Коптилин предупредил его о прозорливости Лены и как она чувствует фальшь.

— Авторство идеи с тетродоксином принадлежит моему другу.

После паузы он продолжил:

— Один грамм тетродоксина может убить пятьдесят человек.

Его новые друзья лишь ухмыльнулись.

— Давайте начистоту. У вас не чистый препарат, — раздраженно сказал Борис. — Этот раствор носит индекс 805. Автор опытный химик. Его зовут Андрей Коптилин. Я его наставник. Знаю о его разработках. К сожалению, он сидит в тюрьме и нескоро из нее выйдет. Лично я с ним не общался. Но нашлись люди, которые передали мне его конспекты. Мне это дорого обошлось. Пришлось попутешествовать по Сибири. В детали вникать не будем. Вы получили 805-й препарат, но у вас нет противоядия. Я взял отпуск на месяц и еще один за свой счет. Попробую вам помочь. Все зависит от зарплаты. Если не получится, то я уеду домой продолжать работать на кафедре. Если получится, буду работать на вас, но открытие оставлю за собой. Тетродоксин вызывает паралич нервной системы, и человек становится неподвижным. Он умирает от остановки дыхания через пару часов. Один японец, чтобы добыть грамм тетродоксина, изрезал тонну рыбы фуги. Вещь дорогая. Нам нужны свои люди в южных морях. При отравлении падает тонус сосудов и возрастает токсикологическая активность. Происходит блокировка нервного импульса. Это и принимают за смерть. Главное — это блокировка ионов натрия.

Он достал из кармана два пузырька. Один был наполнен фиолетовыми кристаллами.

— У вас такой есть. К тетродоксину добавляем адреналин для поддержки сердца и специальную натриевую соль, которая не дает ему быстро распространиться. Однако действие тетродоксина не меняется. Второй пузырек — противоядие. Вы его уже изучали. Все бесполезно. Обычное усиливающее лекарство. Но вы не обратили внимания на флакон. Он герметично закрыт резиновой пробкой. Внутри газ. Кровь не потечет по закупоренным сосудам. Ей нужен толчок, который вышибет пробки. Если я открою этот пузырек, газ тут же улетучится. Но такой газ безвреден для организма. Пусти кислород в кровь — человек умрет. А этот газ может свободно гулять по организму. Вот почему у вас ничего не получалось. Вы исследовали жидкость, а она имеет минимальное значение. Укол должен вводиться с летучим веществом наподобие газа. Исключается лишь кислород.

— Так все просто? — спросила Лена.

— У нас тысячи вариантов, только нужен правильный. А до этого придется делать эксперименты с летальным исходом.

— У нас полгорода наркоманов. Можно экспериментировать на них. Если препарат не подействует, будем делать передозировку героином. Их сотни сдыхают на улицах.

Борис встал.

— Я вас озадачил, теперь думайте. Я в «Астории», номер 312. Через четыре дня не придете — я уеду домой. И помните: наркоманы мне не нужны. Нужен здоровый человек с хорошим сердцем.

Он ушел.

— Что делать, Леночка? Я с такой задачей не справлюсь, — сказал Айвар.

— Сколько у нас противоядия?

— Семь флаконов.

— Придется еще одним флаконом пожертвовать. Бориса отпускать нельзя. Он и без нас слишком много знает.

— Не сейчас. Его знания нам пригодятся. А если у него получится? У нас полно яда, но нет противоядия. Он должен работать. Когда мы выжмем его как лимон, тогда и на помойку выбросим. Я его не буду знакомить с коллективом, — сделал вывод Айвар.

Лена с ехидством посмотрела на мужа.

— В институте о Борисе говорить ничего не надо. Приехал из Москвы профессор для консультаций. Так, проходящая фигура. Но в клуб я его приглашу. Нам мужчины нужны. Там его и прощупать легче. Мужики любят болтаться вокруг красоток. И новая девочка на подходе. Будет ему парой, а в постель я положу его к Оксане. Та мастерица своего дела. Это шанс. Не справится с противоядием — найдут неопознанный труп в канаве. Сегодня нам необходим гений. А вдруг это он?

Айвар промолчал. А Лена подумала: «От Айвара пора избавляться». Он был ей нужен, когда она бежала из Москвы. Вот он и встретился на ее пути. Профессор, химик, то что надо. Однако директором института он стал еще при советской власти. Вылез по партийной линии. Теперь она от него устала. Бездарь, и ничего путного от него не дождешься. Айвар стал подкаблучником, делал все, что ей требовалось. Оттого и прожил так долго. Борис тоже долго не протянет, если его талант окажется фикцией. Но в кого-то надо верить!

2

Анфиса отослала письмо в зону с известием о смерти Игоря Шнейдера. Кто его прикончил, в письме ничего не говорилось. Достали Игоря в Питере. Работа хорошего сыщика. Вряд ли Жора доверял Андрею. Оттого и дублера нанял. Вернувшись на свободу, он переоценит ситуацию. Сейчас он один и без оружия, но с его опытом он становится страшнее африканской кобры. И все же один лучше, чем двое. Дублера придется убрать.

Андрей очень боялся за Анфису. Попади она в руки Жоры, он разорвет ее на куски. Тем более что она стала ему не нужна. Баба сделала все, что он приказывал. Теперь она лишняя, да еще знает все подробности. Выяснение отношений с Еленой Андрей решил приостановить. Игорь его успокоил: с ним все в порядке, и он с Аленой отправился в Москву. Это насторожило Андрея. Он спрятал их в Питере в надежном месте и велел не дергаться, а они что-то опять задумали. В этом он довольно быстро убедился.

3

В дверь постучали. Резкий мужской голос ответил:

— Войдите.

В проеме появилась милая женщина лет тридцати пяти и тихо сказала:

— К вам делегация из четырех человек.

— От кого?

— Полагаю, иностранцы. Темнокожие.

— Пропусти их. На дверь повесь табличку «Обед», сама можешь пойти прогуляться. У меня деловая встреча.

Он еще не знал темы разговора. Но представители Шаха из-за ерунды не приедут. В работе Лены он не сомневался. Баба умная, хитрая, и все ей по плечу. Речь пойдет о чем-то другом.

Через пару минут в кабинет вошли четверо арабов. Они мило улыбались.

Двое подошли к столу и заломили помощнику мэра руки за спину. Третий заклеил ему рот скотчем, а потом и всего обмотал.

— Этот скотч очень крепкий, но прекрасно горит, не оставляя следов.

Четвертый воткнул вилку электрических часов в розетку и поставил их на камин, подложив под часы принесенное длинное шелковое покрывало.

— Час расплаты наступил, дорогой Антон Карлович. Вы в качестве издевки присылали шаху Ахмеди трупы красавиц. А он вас предупреждал.

Загряжский мычал что-то нечленораздельное, но скотч не позволял ему произнести ни слова. Потом они обрезали провода коммутатора и телефона, после чего ушли, оставив на двери табличку «Обед» на месте. Не обращая внимания на табличку, сюда мог зайти только губернатор. Но тот был в Москве на важном совещании.

Загряжский не мог пошевелиться. Он сидел и ждал. Через полчаса в розетке произошло короткое замыкание. Покрывало тут же загорелось, а следом остальное. Загряжский вспыхнул как спичка. Скотч начал таять как воск, стекая на пол, но он уже не мог встать. Подошвы его ботинок были приклеены к паркету.

Когда приехали пожарные, спасать оказалось некого. В кресле Загряжского сидел обугленный труп. Его опознали по золотым коронкам и швейцарским часам. О визитерах никто не вспомнил. Тем более на двери по-прежнему висела медная табличка «Обед».

4

Майор Дергачев сидел в кабинете полковника, понурив голову.

— А может, он сам себя поджег?

Полковник покачал головой.

— Даже если он сидел спиной к вспыхнувшей занавеске, то учуял бы запах гари. Загряжский был человеком трусоватым. Он не стал бы гасить огонь, а пулей вылетел бы из кабинета. Но он даже не шелохнулся. Следов веревки не нашли. Его никто не держал. Тут палец обожжешь, хоть криком кричи, а он словно заснул или был отравлен.

— Врачи не обнаружили яд. Кровь и желудок чисты. ФСБ он не боялся, пока губернатор сидит на своем месте. И в делах он толк знал. За городом числится более трехсот зданий, на некоторых даже адреса не указаны. В аренду сдавались сто двадцать. Эти деньги шли в казну города, остальное — ему в карман.

— Это тебе секретарша доложила?

— Да.

— Она ненавидела его. А после того, как он сдох, на ее лице наконец появилась улыбка. У нее двое детей и придурок муж. Загряжскому очень нравилась ее красивая попка. Он запирал и драл её в своем кабинете с большим удовольствием.

— А что она думает по поводу убийства?

— Она ничего не знает, в это время была на обеде. К Загряжскому приехала делегация из четырех человек. Это были дипломаты. Я бы на них не думал. В основном арабы. Вероятно, по поводу ремонта. Все дипломатические особняки перекосило.

— Их проверяли?

— Да. У всех дипломатические паспорта. Пожар начался минут через сорок после их ухода. На секретаршу я не думаю, хотя свою неприязнь она не скрывала. Обедала с девчонками из бухгалтерии в кафе. Поджечь кабинет она никак не могла.

— Ты уверен, майор, что речь идет об убийстве?

— Да. В деле замешаны большие деньги. Но, по сути, Загряжский не был вредным человеком. Немало полезных дел сделал. Открытых врагов у него не было. В ФСБ есть полное досье на него. Они сами предложили с ним ознакомиться.

— Ознакомься. Одно дело, когда в городе убивают журналистов, но зама губернатора — это уж слишком. Москва теперь не слезет с нашего загривка. Заклюют. Надо срочно что-то делать.

«Неприятности начались», — подумал майор.

Глава шестая

1

Ящик привезли в полночь. С проверкой и таможней проблем не возникало. Государственный груз и маркировка на месте, заглянули в машину, и всё.

Четверо матросов оттащили ящик в машинное отделение. Там у капитана имелся свой тайник. Ни одна таможня его не обнаруживала. Когда все лишние ушли, в машинном остался капитан и судовой врач.

Что касается старого морского волка, более полувека утюжившего океан и знавшего все фарватеры, то его интересовали только деньги. Его дочь жила без мужа, внучка болела какой-то неизлечимой болезнью, а лечение мог потянуть только миллионер. Герман любил старика и был врачом от Бога. Любого мог поставить на ноги. Но вот незадача: он находился в международном розыске и прятался на борту старого корыта под видом фельдшера.

Итак, ящик стоял на своем месте. С двумя замками. У капитана и врача свои ключи. Того требовал порядок, придуманный стариком. Возить трупы Шаху он не хотел. Тот и без башки оставить может. Сабли у него острые, из дамасской стали.

Ящик вскрыли, солому выкинули. Лежат две покойницы, как в сказке о спящей красавице. Инструкции от Лены Герман получил. Он знал, что делать.

Полфлакона ввел одной красотке, полфлакона второй. Одна ожила, вторая нет.

— Что за дела? — возмутился старик. — Зачем нам мертвечину подсунули?

— Потому что эти засранцы в медицине ни хрена не петрят. Смотри, как у девчонки зоб раздулся. Она не для экспериментов. У нее астма. Задохнулась.

— И что будем делать? — растерялся капитан.

— Девчонок за борт. Груза мы не дождались. У борта собралось начальство завода, так что ничего постороннего на палубу занести было нельзя. Мы тут ни при чем.

— В следующий раз Шах потребует две куклы. А наш гарем пуст. У нас нет запасных вариантов, Герман.

— Не думай об этом, старик. Давай мне второй ключ и не лезь больше в эти дела. Я сам придумаю, что делать.

Капитан раскурил трубку, надвинул фуражку с кокардой и бросил врачу второй ключ.

— Действуй. А я знать ничего не знаю. Ящик помочь выбросить?

— Справлюсь. Нижняя палуба пуста. Если там кто-то болтается, найди ему работу на носу. Выносить тела я буду через корму, пока они еще не пришли в себя.

Капитан ушел.

Если все получится, то это уже будет четвертая девушка, которую он спасет. Одна мысль о том, что нашими красавицами пользуются черномазые миллиардеры с золотыми башмаками, сводила его с ума.

Табуны красавиц отправлялись ублажать Шаха. К сожалению, многие из них погибали в пути. Живых он, как мог, спасал. У него тоже имелся свой тайник. Герман запасся резиновыми лодками с веслами, водой, пистолетами и компасами. Большего он сделать не мог. Приведя девушку в чувство, он тут же зажимал ей рот.

— Меня зовут Герман. Я судовой врач. В клубе вас усыпляют и отправляют на этом корыте в Судан, и вы остаетесь там до конца дней в качестве заложниц. Вас попросту продают. Есть единственный шанс спасения. Он настал. Резиновая лодка наготове. В рюкзаке вода, пистолет от акул, нож и немного еды. По веревке с кормы спустишься в воду. Лодка уже там. Греби по компасу. Число 330 справа от стрелки. Через сутки, быстрее не получится, окажешься на крохотном островке. Два на три километра. Там растут фрукты, есть пресная вода. Остров весь зеленый и необитаемый. Моя задача — забрать вас оттуда живыми и здоровыми. Ты уже пятая, кого я отправил на остров. Выжить можно только при несгибаемой силе воли. Соберись с силами. К судам не приближайся. На них могут быть арабы. Они все заодно. Из порта выплывай левым бортом. Там стена и мелководье. Патруль туда не ходит. Найдешь просвет, это и есть лазейка. Все, в путь. На твои вопросы отвечать некогда. Иди за мной, но тихо.

Девушка оказалась понятливой. Он стоял у кормы, пока ее лодка не скрылась в предрассветном тумане. Труп второй девушки он оставил в ящике и запер его. Еще один сюрприз Шаху, будь он проклят.

2

Елене Сергеевне все же удалось напоить Бориса, и она отвезла его к Оксане. Та умела обращаться с мужчинами, и вряд ли он пожалел о визите.

Айвар пил вино и слушал классическую музыку. Сегодня Лена вернулась немного позже обычного. Он давно привык к ее свободе и не задавал лишних вопросов. Она рассказала ему, как подложила Бориса в постель к Оксане. Он даже возмутился. Вокруг столько красавиц, а она ему сорокалетнюю бабу в качестве презента подарила.

— Ну, и он уже не мальчик.

Посмеялись и забыли, однако Лена между разговорами сыпанула ему заветного порошочка в вино и засекла время. Вскоре он отрубился. Конечно, она не верила в чудо-сыворотку Лущенкова, но ей пора быть готовой к отрыву. Документы в порядке, завтра муж ее умрет, она похоронит его на фамильном кладбище под Ригой. Слишком долго она его терпела. Теперь все имущество записано на нее, да и паспорт иностранный в наличии. Катер готов к отплытию. Только вот залив еще замерз. Ничего, можно и на поезде. Мороки, правда, больше. Одного Лена не решила: возвращаться ей в Питер или нет. Теперь, когда Загряжский уже в могиле, она может ничего не бояться. Президент, Шахиншах и визири о ней ничего не знают: ни имени, ни адреса. С ними можно еще и поторговаться. Слишком дешево Шаху достаются принцессы. К тому же у нее выросли затраты на их подготовку. С другой стороны, это настоящий бизнес, и не с кем попало, а с богатейшим человеком в мире. Уж он от своего не откажется. Надо брать все, что лежит под ее ногами, а уехать она всегда успеет. Придется ориентироваться на ситуацию.

Она всю ночь не сомкнула глаз.

Утром к ней приехала Оксана.

Эксперимент начался. Укол в сердце, и о чудо! Айвар начал приходить в себя.

У Лены от злости заскрипели зубы, так сильно она их стиснула. Она уже похоронила его, он ей не нужен. Лена схватила подушку, положила мужу на лицо и легла сверху. Ослабший Луцис ничего сделать не смог. Оксана наблюдала за этой картиной, уперев кулаки в бока. Все кончилось очень быстро.

— И что мы теперь с этим будем делать? — спросила Оксана.

— Ничего.

Лена подошла к телефону и вызвала «Скорую помощь». Все уже знали, что у ее мужа был сердечный приступ. Ночью он уткнулся в подушку и задохнулся.

Доказательств никаких. Следов борьбы тоже. Если человека душат, то он рефлекторно сопротивляется, а тут этого не было. Составили протокол.

Семейная пара жила очень хорошо. О бумагах на собственность за границей никто не спрашивал. Квартира в Питере принадлежит Лене. Деньги общие, лежат в сбербанке на двух карточках. Мотива нет. Человек немолодой, болезненный. Больше Лену не беспокоили.

— Что ты сделала с Борисом? — спросила Лена.

— Ничего страшного. Парень просто спит, а завтра ты его представишь людям как нового директора института, раз наш бессменный руководитель скончался.

Как это ни странно, но женщины чувствовали себя уверенно.

Похороны устроили с помпой. Даже члены клуба пришли попрощаться с хозяином и очень милым человеком. Вдова обливалась слезами. Вот только одна девчушка была всем незнакома, ни с кем не общалась, тихо стояла в стороне. Эту девушку звали Наташа.

3

Эту девушку звали Наташей. Она объездила полсвета в поисках Елены и Андрея, пока ей на глаза не попался журнал с фотографией Айвара и Елены. Кто такой Айвар и где его искать, подсказал один журналист, химик по образованию. Она уже и речь подготовила, чтобы пообщаться с Луцисом, но до живого так и не добралась. В Питер приехала за два дня до похорон, а наутро в новостях передали трагическую новость. Но она достигла главного: своими глазами увидела Елену и ее подругу Оксану. Их фотографии крепко засели у нее в голове. Только бы не забыть их. Пришлось нанять мальчишку-беспризорника. Сто рублей ему пообещала за адрес Оксаны. Тот тут же согласился. Наташа заранее взяла машину напрокат, так как понимала, что Лена с похорон уедет не на трамвае. Фотоаппарат ей тоже пригодился. Снимала всех, кого надо и не надо. Разбираться потом будет.

Удивительно, но на нее никто не обращал внимания.

К вечеру у нее было уже три адреса. Два домашних и один клуба, где поминали покойника. Но зайти в дом она не решилась. Наташа хоть и не считала себя красавицей, но что-то запоминающееся в ней было.

Ночью она позвонила отцу Тани, тому самому следователю, который считал труп Елены пропавшим. Он даже ругать ее не стал за поздний звонок, а только слушал.

Наташа торопливо рассказывала:

— Леночка в Питере. Живет на широкую ногу. Сегодня похоронила своего очередного мужа, умершего от сердечного приступа. Многие называли ее госпожой Луцис. Судя по табличке на могиле, это фамилия ее покойного мужа. Он обрусевший латыш, имел два гражданства. Я думаю, она тоже через границу может летать как птица. Это пока все. Буду держать вас в курсе дела.

4

Наташа вглядывалась в окна вагонов поезда, прибывшего из Москвы. В одном из вагонов заметила знакомую фигуру и побежала за поездом, замедляющим ход.

Встреча выглядела радостной.

— Вот уж не думал, что ты начнешь копать дело шестилетней давности, — сказал Ильин.

— Меня как током дернуло, когда я увидела в одном из журналов фотографию Елены Подрезковой. В это время ее муж сидел в тюрьме за умышленное убийство жены. А она жива-здорова, да еще жизни радуется. Рядом с ней был солидный мужчина, которого она держала под руку. Найти такую парочку очень непросто. Но тут мой приятель, увлекающийся химией, подсказал, кого я увидела. Это Айвар Луцис с женой. Он директор одного НИИ в Питере. Здесь я их и нашла. Невелик труд.

Они отправились по перрону к выходу в город.

— Я ехал сюда и думал: «Зачем мне это нужно?» — заявил Ильин.

— Елена убила вашу жену и сына. Вы с дочерью остались живыми случайно. Огромный джип смял вашу малолитражку, как конфетный фантик. За рулем джипа сидела пьяная Елена. Вы решили простить ей этот грех?

— Прошло больше двадцати лет. Свидетелей нет. Я не в счет, так как являюсь заинтересованным лицом. Сейчас у нас нет оснований для задержания Елены. А ее муж сел за дело. Он хотел отравить свою жену, потому что влюбился в мою дочь. Если честно, то и она была к нему неравнодушна. Но это отдельная история. Меня другое беспокоит. Яд и противоядие из института пропали. Лену на ноги поднял ее сообщник. Кто он, мы не знаем. Все это кошмарное зелье находится в руках Елены. А если судить по ее кровожадности, то она пользуется препаратами. Это единственное, на чем ее можно поймать с поличным. Хуже другое. Ни одна экспертиза не сможет достоверно выяснить причину смерти. Яд можно обнаружить в крови в течение двенадцати часов. А любое вскрытие раньше, чем на следующий день, не делают.

Они сели в машину, которую Наташа взяла напрокат.

— Вам надо отдохнуть с дороги. Я сняла вам номер в гостинице. Потом поговорим более обстоятельно.

Но Ильин не успокаивался:

— Как ты узнала, что Коптилин вышел на свободу?

— Случайно. Поехала к нему в колонию, показать снимочек жены, но его там не застала. Он отсидел только полсрока. Я уверена, Коптилин где-то здесь. Он хочет разобраться с Еленой и понять, как она сумела выжить.

— С этим я, пожалуй, соглашусь. Если только он знает, где ее искать.

— Найдет. Он умен и расчетлив. Против этих двоих только вы можете быть соперником. Важно скрыть ваш приезд.

— Я полагаю, они меня уже не помнят. Эпизод из прошлой жизни.

— В городе сгорел помощник мэра Загряжский. Он отвечал за недвижимость. В ФСБ на него есть дело, но при губернаторе его не трогали. В кабинете произошло короткое замыкание. В здании никого, кроме него, не было. Почему он не выбежал из горящего дома, а так и остался сидеть в своем кресле?

— Может, он уже был мертв?

— По углям, что от него остались, экспертизу не сделаешь. За день до этого умер третий муж Лены, Айвар Луцис, от сердечного приступа. Ночью, когда все спали. Хотя раньше на сердце он не жаловался. Директорское место в институте занял москвич. Декан органической химии из Московского университета. Елена не работает. Возле города Пушкино у нее свой клуб для элиты. Там собираются около десяти человек. Имена засекречены. Красивые девушки. Раз в месяц они меняются. Вроде как замуж выходят. Я в этом не уверена. С трудом узнала имя одной из них. Но и она пропала. Причем исчезла с концами. Бесследно.

— А это уже интересно. Надо бы установить наблюдение за клубом. У меня есть здесь приятель. У него свое охранное агентство. Попрошу его помочь. Лена не из тех женщин, кто любит развлечения. Она попусту времени не теряет. Значит, клуб ей нужен с определенными целями.

— Я не рассказала о главном. Лена встречается с Оксаной. Та когда-то работала секретаршей ее первого мужа, потом перешла к ней по наследству. Была любовницей Коптилина до знакомства его с Еленой. Вдруг в командировке умирает Зяма — ее первый муж. И опять сердечный приступ, а через месяц Лена выходит замуж за Андрея. Они прожили девять лет, пока Андрей не встретил вашу дочь. Оксана уезжает в Москву, и на этом след ее теряется, а потом умирает Елена. Понарошку. Ее труп исчезает, но свидетельство о смерти остается, и Андрею дают десять лет за умышленное убийство. Ну, эту историю вы лучше меня знаете.

— Я собрал все документы по этой истории и привез их с собой. Начнем разбираться вместе. У меня уже глаз замылен.

Машина затормозила возле гостиницы.

5

По протеже друга Ильин встретился со следователем по особо важным делам Сухининым. Они поздоровались и представились друг другу. Ильин вел себя очень скромно. По сути, он же пенсионер.

— Странный случай, — сказал Сухинин. — Вы даже не работник прокуратуры, а консультант.

— Ничего лучшего придумать не могли. Я занимался похожим делом в Новосибирске. Это последнее дело, которое я вел. Руководство решило, чтобы именно я его закончил. У меня не было ни одной промашки за двадцать пять лет работы. Я буду краток. Есть женщина, у нее есть яд в больших количествах. Через двенадцать часов яд уже не определяется в организме человека. Она очень опасна, и думаю, что продолжает травить людей. Есть противоядие, но его, как я предполагаю, у нее нет. Сейчас она в Питере, и моя задача — поймать ее с поличным. Недавно умер ее муж. Я думаю, она его отравила. Диагноз всегда один: острая сердечная недостаточность. Врачи еще не умеют вовремя обнаружить яд. Как правило, приступ наступает в полночь. Врачей вызывают днем или чуть раньше. Но те не торопятся со вскрытием. Человек мертв, куда торопиться.

— Здесь все понятно, — сказал Сухинин. — Но мне генерал говорил, что вас интересует Загряжский. Тут, как ни крути, яд не применяли. Секретарша разговаривала с ним перед уходом на обед, а пожар случился через полчаса. К нему приезжали дипломаты из Судана. Мы строим для них атомный реактор. И что удивительно, при пожаре он не тронулся с места, будто спал, и дым ему не мешал. Времени ему хватило бы выскочить из горящего помещения. Однако его гости не пострадали. Значит, они ушли до начала пожара. Это уважаемые люди, дипломаты, мы с ними в хороших отношениях. Загряжский курировал стройку. Он для арабов был царь и бог.

— Извините, я разговаривал с его секретаршей. За последние два месяца Елена посещала губернатора шесть раз. У меня к вам просьба: узнайте, для кого в это время Загряжский арендовал или просто дарил жилплощадь, с широкого плеча. Загряжский распоряжался госимуществом как своей собственностью. На два адреса прошу обратить особое внимание: Гоголевский бульвар, дом пять в Москве и в городе Пушкино по Садовой семь. Отдайте срочное распоряжение: любой свежий труп тут же на вскрытие. Часть из них можно будет откачать.

Из всего сказанного Ильин ничего не понял.

6

Наташа тоже пыталась вести расследование.

Секретарше будто по секрету девушка сказала, что она журналистка, и показала ей из-под полы удостоверение. А та вроде как поверила.

— Эта стерва не сможет сидеть спокойно. Наверняка она занимается чем-то криминальным. Я была у помощника губернатора. Там все в соплях и слезах. Возможно, он давал заработать своим людям, иначе откуда такая скорбь? На похоронах поговорила с его секретаршей. Знает она намного больше, чем говорит. Заявила, что его убили. Наташа представилась племянницей Загряжского. Мне она сказала: «Хочешь отомстить за дядьку — ищи арабов из Судана. Когда делегация появилась, я ушла на обед. На сердце у меня было неспокойно. И еще. Охранников в офисе десять человек, а в этот день в здании было человека три, которых наверняка подкупили, и те разбежались во время пожара, начавшегося после ухода делегации. Но вряд ли арабы в этом замешаны. Электропроводка здесь тоже ни при чем, везде стоит защита. При малейшем задымлении вырубается электричество и включается «душ». Значит, защита была выключена. Но никто ни в чем разбираться не хочет. Лена Луцис часто посещала Загряжского. Всегда без очереди проходила. Возможно, гибель Загряжского и с ней как-то связана».

— Он для нее что-то делал? — спросила я.

— Институт для мужа. Имение купцов Рогозиных. Оно пошло для Елениного клуба «Белая лилия». По документам эти объекты не проходят. Скорее всего, он их приватизировал на посторонних лиц. Тут дело техники, я знаю, что такое возможно, но как — мне не понятно.

— До Лены мы доберемся. Начнем с Загряжского. ФСБ в курсе моего приезда, они помогут. Начальник местного управления учился вместе с нашим прокурором. Они старые друзья.

— Тогда вперед. А я займусь клубом. Елена не из тех, кто будет тратить время на ерунду. Тут глубже копать надо.

Задачи распределили, к делу приступили.

7

На следующий день Елена Сергеевна привела в институт покойного мужа, который теперь принадлежал ей, Бориса Лущенкова и объявила его директором. Никто не спорил. Институт был частной шарашкой. Люди тут работали за зарплату, отделы не вмешивались в дела соседей. Перед каждым ставилась задача, он ее выполнял, а дирекцию видели лишь на собраниях или если поступал срочный заказ от руководства.

Так ближайший соратник и сообщник Коптилина приблизился к женщине, за которой шла охота. Но она ничего об этом не знала. До нее очередь не дошла. Коптилину надо было срочно избавляться от Моркляка. Сделал он уже немало, хотя вопрос с дублером висел в воздухе. Он потерял из виду Алену и Игоря. На арендованной квартире они больше не появлялись. Если у них что-то получилось, то они свалили в Питер. Он знал, где их там искать. Квартиру он подобрал им уникальную. Если они не оставили следов, то их никогда не найдут. Второй вариант был худшим. Дублер их раскусил и отбился. Значит, нельзя спускать глаз с Анфисы. За ней он придет первым. Надо увозить ее в Питер. Там легко затеряться. Времени в обрез, через неделю Жора выходит на волю. О его планах можно только догадываться. Дублер и деньги.

С такой суммой даже дурак разберется, что делать. Кроме адвоката, у Моркляка никого не осталось. Дублер под вопросом. Борис звонил из Питера. Он сумел влезть в доверие к Леночке. Это важно. Придется сделать ему еще пару сывороток. Иначе она потеряет к нему интерес. Это недопустимо. Сейчас он на коне. Утром он, полковник и Анфиса уехали на загородное кладбище. Женщина ему была не нужна, но Анфису в одиночестве оставлять нельзя. Сейчас может произойти любая неожиданность. Хуже всего, что он не знал, с какой стороны ждать опасность.

Выходили из дома через чердак, обошли дом и спустились вниз. Через последний подъезд, где их ждал полковник на военном «козлике». В телогрейках и сапогах они мало походили на городских жителей. Анфиса повязала на голову деревенский платок и надела очки. Слежки за собой не заметили.

Кладбище находилось на сорок седьмом километре. На шоссе стоял указатель. Дорога покрыта снегом. Сюда давно никто не приезжал. Свернули. Еще через пару километров уперлись в полукруглые каменные ворота со сломанными, поржавевшими петлями. Взяли инструменты и пошли пешком.

— Здесь недалеко, — сказал Гальперин.

Пришли быстро. Склеп был заперт на ржавый замок. Открывали осторожно, чтобы потом так же закрыть. Через решетку был виден памятник ангелу, как он и был изображен на рисунках. Наконец-то проникли внутрь. Пол был выложен гранитной плиткой, так что следов не оставалось. Пять надгробий. Начали с того, где стоял ангел. «Болгаркой» спилили надгробную доску, сняли. Под ней лежало два алюминиевых чемодана с цифровыми замками. Ломать нельзя.

— Тут должно быть все просто. Ночью разбуди, и вспомнишь. По четыре цифры на замке. Скорее всего, это год рождения кого-то из близких.

Начали гадать. Так все и получилось. Первый чемодан открылся быстро. Набрали год рождения Моркляка и Анфисы. Распахнули чемодан, он был набит до верха деньгами.

— Так. Тут требуется осторожность. Купюры новенькие. Придется состарить. Намочить, высушить, помять, погладить, но все это мелочи.

Андрей перебрал несколько пачек, потом выдернул сотню из пачки и внимательно изучил ее.

— Деньги фальшивые. Обычный ксерокс.

Он послюнявил палец и потер купюру. Краска осталась на его пальце.

— Как, — удивилась Анфиса, — я же ими расплачивалась.

Андрей сел на приступок и задумался.

— Тебе для расчетов дали настоящие, а где-то лежат остальные, подлинные. У этих серия другая, а номер на всех купюрах один и тот же. Копию снимали с одной бумажки.

— Может, во втором чемодане настоящие?

— Сорок или тридцать миллионов в один чемодан не влезут. Тут должна быть другая хитрость. Самое главное, что Моркляк об этом ничего не знает, — сказал Гальперин. — Друзья не доверяли друг другу, только делали вид. Жора знал, что все равно его убьет. Смерть Твердохлеба повернет все стрелки на него же. Тем более деньги везли из его банка. Он их видел еще до погрузки. Я думаю, Твердохлеб не был наивным парнем. Тем более, как мы считаем, он план придумал. Но где-то мы ошиблись. А если Моркляк спрятал деньги во временном хранилище? Не везти же ему их домой. А Твердохлеб тем временем подменил настоящие на фальшивки, а заодно всех пугнул, что серия новая и тратить их нельзя. Чемодан забит полностью. Вот только Твердохлеб не догадывался, что Жора может его убить. Он знал, Жора сядет в тюрьму, а он за это время сумеет распорядиться настоящими деньгами. Когда и каким образом он подменил чемоданы, мы уже не узнаем. Но где-то пылятся настоящие купюры. Возможно, Моркляк видел фальшивки, если замки на свои коды запирал. Но ему и в голову не пришло, будто он хоронит макулатуру, которой грош цена. Они все делали вместе. Друзья же. Только один обчистил напарника, а второй его убил. И тем самым еще глубже зарыл клад. Мало того, Моркляк всех своих подельников уничтожил. Правильно. Они того стоили. Эти отщепенцы трех милиционеров завалили во время налета. Теперь Бог их наказал.

— Ладно. Мы нашли два чемодана фальшивок. На них Моркляк и погорит, — сказал Андрей. — Мы с Анфисой уедем в Питер. Моркляк выжидать не будет. Розыск меня и своей жены — дорогое удовольствие. Он начнет с тайника. Даже если дублер жив, ему нечем с ним расплатиться. Правда, поймет он это не сразу.

— А что мы знаем о Твердохлебе? Одни лишь разговоры, будто он сбежал с деньгами. Но от него тянется веревочка. Надо бы потянуть за нее. Деньги где-то на виду. Он должен быть готов в любую секунду сорваться с места, — задумчиво произнесла Анфиса.

— Дача, где назначался сход, куплена на его имя. Причем в своих декларациях он ее не указывал. Хорошее местечко. Вот только он не знал, что там найдет свою смерть. А так все чисто. Никто из налетчиков туда не ездил. Моркляк в тюрьме. Ключи у него есть.

Андрей взглянул на рассуждающего полковника.

— В твоих словах есть резон, Илья Федорович. Москва под носом, рядом с домом. Дача в собственности. И никто туда носа не сунет. Как это ни странно, но менты на дачу не обратили внимания. В ней даже обыска не делали.

— Он оплатил земельный налог на шесть лет вперед с учетом инфляции, — добавил к сказанному Гальперин.

— А если нам еще разок туда съездить? Алена там ничего не искала. Но она помнит кирку, лопату и лом в сенях. Кто бы их там оставил? — возбудился Андрей.

— Ты прав, — кивнула Анфиса. — Начнем с дачи, а потом на машине махнем в Питер. Мне страшно в Москве.

Общее согласие было найдено.

8

Снег на даче был ровным и очень глубоким. Искать клад на огромной территории не имело смысла. Тут одних яблонь росло больше полусотни. Следы Алены давно занесло, а дверь в сарай примерзла так, что она скорее сломается, чем откроется. Решили передохнуть в доме и уносить ноги. Сюда мог приехать и Жора. Вряд ли он будет отсиживаться в своей квартире в ожидании Анфисы. Ситуацию он раскусит быстро. Дублер подскажет, если жив. А денег он все равно не найдет. Фальшивые примет за настоящие. Без денег ему нечего делать на свободе. Как в сказке: «А король-то голый!»

Разлили купленную по пути водку. Выпили. Все молча.

— По-моему разумению, последними здесь были Твердохлеб и Жора. После убийства Жора умотал с чемоданами в склеп с ангелами, где и спрятал свое добро, — медленно заговорила Анфиса. — Труп Твердохлеба Жора спрятал в сарае за досками. При этом кирка и лопата ему не понадобились. Почему они стоят в сенях?

— Чемоданы в земле, — сказал полковник. — За сколько времени до налета была куплена дача? Да еще на имя Твердохлеба, который скрывал собственность в декларациях.

— За пять месяцев, — уверенно заявил Андрей. — И сход был назначен здесь после выхода Моркляка из тюрьмы. Я думаю так: ограбление им удалось. Они пропетляли по городу, переложили деньги в обычные мешки и в каком-нибудь дворике остановились у неприглядной машины. Быстро перекинули туда мешки и уехали. У метро «Скорую помощь» бросили, уничтожив следы. Так написано в деле. Было бы странно видеть четверых бугаев с мешками, идущими к метро. Они были с пустыми руками и уже без оружия. Не придерешься. Жора поехал на дачу к партнеру.

— А почему они купили не новый дом? — продолжал Андрей. — В апреле сарай дровами не набивают. Они лишь место занимают. Заготовка нужна ближе к зиме.

— К чему все это? — спросил Гальперин.

— Пойдем на террасу и продолжим рассуждать.

Накинув одежду, они вышли.

— Лопата, лом, багор, кувалда, коловорот, ледоруб. Полный комплект инструментов, которые в саду не нужны. Инструменты старых хозяев, брошенные за ненадобностью. Хочу обратить ваше внимание на багор. Двухметровая палка, к которой скотчем примотаны крюки с острием солидных размеров. Такими удобно рыбу вытаскивать из воды, не сорвется.

— К чему ты клонишь? — спросила Анфиса.

— На каждом участке есть водопровод и сортир. И на старом участке обычно выгребные ямы заполненные, а на участках с новым домом — нет.

Он подошел к багру и обнюхал его.

— А этот пересохшим говнецом попахивает.

— Надо твою идею проверить. Благо идти недалеко.

— А возле сортира проходят водопроводные трубы и есть кран для полива грядок. Чемоданы быстро можно отмыть. Итак, у Твердохлеба было время. Протокол читали невнимательно. После налета и перестрелки все начальство поехало на место происшествия. Всех опросили, но фамилии Твердохлеба среди них не было. Он не приезжал на место трагедии. Вместо этого он поехал в тот самый дворик, где налетчики сгрузили деньги в обычные «Жигули» и уехали. Он наблюдал за ними из окна подъезда. Как только те уехали, он сел в машину с деньгами и рванул на дачу. Здесь он и занялся чемоданами и рюкзаком для Анфисы. В рюкзак он положил настоящие деньги. Они будут гулять по свету, и рисковать нельзя. Триста тысяч фальшивых были уже уложены в чемоданы. Остальные он сложил в другие чемоданы и опустил их в выгребную яму. На все это ему не понадобилось много времени. Тут приезжает Жора. Он отдает ему рюкзак для Анфисы и показывает полные чемоданы денег. Мол, запирай сам. Замки надежные, и вези деньги в свое хранилище. Мне необязательно знать, где оно находится. Я тебя дождусь вместе с ребятами. Их имена меня не интересуют, так же как их — моё.

Жора согласился и выстрелил в лоб сообщнику. На одного стало меньше. Теперь надо было от остальных избавиться. Жора берет чемоданы, рюкзак и везет их в склеп. Надгробные крышки сажает на цемент. Рюкзак передает жене с четкими инструкциями. До суда оставалось два дня. Второпях и на радостях он наделал много ошибок. Не проверил деньги и прочее.

— Идем в сортир, — предложил полковник.

Верхний слой покрылся льдом. Пришлось долбить ломом. Потом с помощью багра они в течение получаса выловили оба чемодана, после чего там же утопили.

— А ведь ты гений! — сказал Гальперин Коптилину.

— Обычная логика. Если Твердохлеб обманул Жору, то деньги у него. Семья его живет бедно. Деньгами не сорит. И третье. Деньги должны лежать под рукой на случай срочного побега. Все сошлось на даче, о которой никто ничего не знает. Жора не в счет. Ему предстояло шесть лет отсидеть. И он спокоен. Своих подельников он поодиночке уберет. Но Твердохлеб забыл про себя. Он ничем не лучше других. Просто умнее и хитрее.

— Ладно. С Жорой покончено. Надо ехать в Питер. Мы еще успеем на последнюю «Стрелу».

Анфиса взяла Андрея под руку и прижалась к нему.

— Какой же ты у меня умный.

— Рано хвалишь. Нам предстоит задачка посложнее. Если до сих пор мы с котятами играли, то теперь нас ждет встреча с пантерой.

Они опять вернулись на первую дачу, но уже измотанные.

9

Этот день для Елены Сергеевны был перенасыщен событиями.

Утром вернулся корабль. Боцман принес подарок. В перевязанной тряпьем корзине лежала голова старого капитана.

— Срезана точно бритвой. Он уехал к Шаху. По его приказу он должен был привезти ящик с девчонками. Вернули только его голову. Обшманали весь корабль. Врачу удалось каким-то образом удрать. Думаю, он знал, что происходит. Наш посыльный ходил в гарем. Ни души. Все разрушено. Значит, за ними следили. Не трогали, пока дело шло своим чередом. Но, очевидно, появился новый труп и Шах оскорбился не на шутку.

— Вы пришли в порт на сутки позже. — Голос Елены звучал металлически.

— Нас не выпускали из порта.

— Очень плохо, Кузьма. С руководством я договорюсь. Ты из моря лет сорок не вылезал. Найди хорошего капитана. Сильного, рискового и авторитетного. Врача я сама подыщу. А Шаха придется поставить на место. Слишком много берет на себя.

— За ним стоят люди. Бандюги настоящие. Страну разворуют.

— Передай ему напрямую: пусть ищет наследника. Вчера его люди сожгли Загряжского, так что мы остались без финансовой подпитки. А если этот особняк висит на его шее, то мы и без него останемся. Убийцы Загряжского из России не уйдут. У меня есть их снимки, я знаю их имена. Иди к Шаху смело. На второй выпад у него сил не хватит. И головы этих отморозков ему принеси в корзине.

— Ты, матушка, совсем спятила? Толкаешь меня на самоубийство.

— Не пойдешь — я тебя здесь захороню. Территория у нас большая.

Боцман потряс обвисшими щеками, но возражать не стал.

После его ухода Лена подумала: пора бежать. Но это успеется. Сначала надо подготовить катер к отъезду в Прибалтику. И повод найти. Похороны мужа. С этого идиота все равно никакой пользы. А приезд Бориса Лущенкова обещал хоть какую-то надежду. Вот если бы Андрея вернуть. Она все еще любила его. Но он-то ее давно похоронил, да еще отсидел ни за что. Итак, сегодня же она пригласит Бориса на вечеринку. Он заменит умершего Луциса. А завтра она назначит его директором института в связи с болезнью мужа. Пока ей бояться нечего. Ни одна из ее кукол не числится среди пропавших. А клуб для себя открыл Загряжский. Всем известно, каким он был бабником. Ее нанял следить за порядком. А ей надоело жить с мужем-импотентом.

Все эти мысли пролетели пулей в голове Елены. Но главное, она пыталась себя успокоить.

10

Следователь Ильин понимал, что делает что-то не то. Разговаривая с архивариусом, он не находил нужных вопросов, а играл от «балды».

— Лена Луцис часто посещала Загряжского. Всегда без очереди проходила. Возможно, его гибель и с ней как-то связана.

— Он для нее что-то делал? — спросил Ильин.

— Институт для мужа ей подобрал. Имение купцов Рогозиных. И уточните в Пушкино, кажется, речь идет об усадьбе князей Мамонтовых, которая была предоставлена для клуба «Белая лилия». По документам эти объекты не проходят. Скорее всего, он их приватизировал на посторонних лиц. Тут дело техники, я знаю, что такое возможно, но как — мне непонятно.

— До Лены мы доберемся. Начнем с Загряжского. ФСБ в курсе моего приезда. Они стараются мне помочь. Начальник местного управления учился вместе с нашим прокурором. Они старые друзья, — добавил Ильин.

— Тогда вперед. А я займусь клубом. Елена не из тех, кто будет тратить время на ерунду. Тут глубже копать надо.

11

В клубе, как всегда, шло веселье. Девушки были счастливы, кавалеры учтивы. Борис Лущенков появился здесь во второй раз и уже тайно влюбился в свою партнершу. Лена это чувствовала, но не реагировала. Это входило в ее планы на первом этапе. Из него она сделает такого же прислужника, как из мужа. Правда, Борис на взаимность не рассчитывал. С его грузной внешностью, двойным подбородком и оспинами на лице он не мог рассчитывать на многое.

Лена отвела химика в сторону, и они устроились в одной из спален второго этажа. Борис не знал, что ему ждать. Общий принцип схемы ему был понятен. Включать его в дело еще рано. Сыроват. Но он ничего не знал о связи Загряжского с клубом, о том, на кого Лена работает, если только не на себя, и как она пошла на такой риск. И уж, конечно, он не знал о корабле. Для него эта тема вообще казалась сказочной.

Произошло то, чего он меньше всего ожидал от Лены.

— Я вижу, как у тебя текут слюнки, глядя на девочек. Я немного постарше их, но в фигуре не уступаю. К тому же у меня опыт.

Он не мог оторвать от нее глаз. Она в действительности казалась ему богиней.

— Со мной тебе понравится больше, чем с Оксаной. Она простушка.

Скинув с себя все, она принялась раздевать Бориса и делала это очень нежно, с лаской.

— А потом мы перейдем с тобой к делу. Теперь ты директор института и заменишь моего мужа. Включая постель.

Они остались нагими и завалились в постель. Когда полоса удовольствий закончилась, она опять заговорила:

— Твой друг Андрей Коптилин нашел себе другую, молоденькую. И решил отравить меня препаратом 805. Но у него не получилось. Вмешалась Оксана и вколола мне противоядие. У нас есть 805-й препарат, но срочно нужно противоядие. Этих девочек мы отправляем в гарем к высокопоставленному лицу. Здесь мы их отключаем, но только на двенадцать часов. Дальше в нейтральных водах их оживляют, но сделать они уже ничего не могут. У нас осталось шесть ампул. А мы должны переслать еще около полусотни красоток, иначе арабы с нами поступят как с Загряжским. И никто следов искать не будет. К нашему счастью, на той стороне ничего не знают о клубе. Все можно свалить на Загряжского и несуществующую команду. Он уже два года не занимается девчонками. Все дела отдал мне. В том числе клуб и институт. Женщин переправляем в ящиках для деталей. Ясное дело, деталей там нет. Мы минуем таможню и пограничников. Рейс засекреченный. Детали носят гриф «секретно». На таможне уже привыкли, что груза бывает больше на один-два ящика. Мелочь. Мне нужно, чтобы ты сделал противоядие, иначе тебя похоронят, как Айвара. Ты уже слишком много знаешь.

Борис почесал свою волосатую грудь.

— Над противоядием придется еще поработать. Надо не меньше недели. Мне нужны опытные химики и очень хороший отдел снабжения. Я сделаю все, о чем ты просишь.

12

Сегодня день у Лены сложился не так, как она намечала. С самого утра ее разбудила делегация с корабля. Она не разрешала приходить к себе никому, кроме капитана. Но капитана среди них не было.

— Леночка, прости за беспокойство, — сказал боцман. — Наше положение ухудшается с каждым днем, и мы считаем, что во всем виноват Шейх. Ты должна вмешаться. Иначе мы откажемся от маршрута. Шейха надо поставить на место. Он наглеет с каждым днем.

Матросы загудели.

— Нам международные скандалы не нужны! — резко ответила Лена.

— Побойся бога, Леночка. Выскажемся, как надо, и отчалим. С русскими моряками надо бы вести себя повежливее.

— Он вам бошки отрубит, и я ничего уже сделать не смогу.

— Сделаем проще. Пойдут рулевой, боцман, главный моторист, инженер. Без этих людей сухогруз с места не двинется. Они будут вынуждены выпустить нас из порта.

— Пошлют пиратов в море, — сказал кто-то.

— А мы свяжемся с Черноморской эскадрой. Если их затормозят на Босфоре, пустят пару подводных лодок.

Толковали еще долго, но арабам решили отомстить. Моряки — народ строгий и решительный.

Елена выслушала их и лишь кивнула головой.

Глава седьмая

1

Встреча состоялась в уютной квартирке на Васильевском острове. История убийства киллера потрясла присутствующих. Ее поведали собравшимся Алена с Игорем.

Полковник вытер пот со лба. Помимо него, еще присутствовали Андрей и Анфиса. Вся компания была в сборе.

— Теперь Жора точно будет знать, чья это работа, — сказал полковник.

— Конечно. Убийца — женщина. Золотая булавка в горле. Но что это меняет? Жора вышел на свободу сегодня. О дочери и жене ему ничего не известно. Про Алену и Игоря он понятия не имеет. Кто виноват в бойне? Может, сам дублер. А почему нет? Ведь Андрей выполнил все задания. Он больше не нужен. Просто Андрей подстраховался и исчез. И это нормально, — убеждала всех Анфиса. — Себя я тоже не стала бы связывать с Андреем. Ему что, баб не хватает?

— И это еще вопрос, платила Анфиса ему или нет, — добавил полковник. — Настал момент принимать ей решение. Анфиса дала дублеру знак: «Все кончено — ты свободен!» Разумный ход. Жора слишком опасен для совместной жизни. У нее ребенок. Она сбежала. Тоже разумный ход. Я бы так и сделал. Труп дублера он найдет быстро. Для этого у Жоры есть сыщик-адвокат. Мы дурили его, как могли, но сейчас надо затихнуть. Первый выпад должен сделать Жора. Злости у него на всех хватит. Хватит и ума.

— Ум тут ни при чем, — покачал головой Андрей. — Он должен со всеми расквитаться. В долгу не останется никто. Он многого не знает и этим себя погубит. Сам удавку на своей шее затянет. Но Анфиса права. Нам остается только ждать.

Они стали командой.

2

Официально он числился президентом. Но в мусульманских странах так представляли его только дипломатам. Шахиншах был в расцвете сил. Язык жестов заменил ему речь. Так проще общаться на расстоянии.

Команда корабля вырядилась в белую форму. Достали кортики и приготовились к приему. До этого было послано правителю вежливое послание. Мол, руководство команды имеет к падишаху особый разговор. Всё как положено. Их даже встретила машина. На прием поехали шесть человек.

К великому сожалению, Шахиншах был занят, и делегацию принял визирь. Тоже человек не маленький.

Говорил боцман в мундире помощника капитана:

— Ваше высокопревосходительство, ситуация резко изменилась. К сожалению, мы не знаем, кто привозит ящики с грузом, но на днях ваши люди отрубили голову помощнику губернатора, и кто и за какие деньги будет иметь с вами связь, нам не известно.

Он поставил на мраморный пол корзину, накрытую покрывалом.

— Что это?

— Ответный подарок. Наши люди в крематории отделили голову губернатора и прислали ее вам в обмен на голову капитана.

— Лестный подарок.

Кровь закипала в жилах боцмана.

Тут вмешался визирь:

— А вы знаете, господа, что вместо девушек Шахиншах получил шесть ящиков трупов. Красивых, как и положено, но мертвых. В соответствии с договоренностями губернатор получил свою плату. Я не думаю, что девушек умерщвлял он сам. Но у него есть враги. Мы и до них доберемся. Всему свое время. Сейчас идет обыск на вашем корабле. Найдено пять килограммов героина. Найдут еще. Судно мы задерживаем на сутки. Пока договор остается в силе. Больше я вас не задерживаю.

— Зато я вынужден вас задержать, — сказал боцман уходящему визирю. — Убийц мы поймали. Корзина с четырьмя головами лежит у порога. Не стали осквернять святое место.

Визирь с достоинством ушел из золотого шатра, не обронив ни слова.

Матросов посадили в ту же машину и отвезли в порт.

— Вам стоит подумать о замене команды, кто-то на вас очень обозлен. Или не хочет честно делить деньги. Мы не можем выкладывать целое состояние за бессловесных кукол. Это все, что я могу вам сказать. Прощайте, — сказал араб и величественно ушел.

У боцмана не нашлось слов.

Трагедия произошла через сутки в Средиземном море. Сухогруз взлетел на воздух, и от него остались только плавающие доски. Следствие не вели. Слишком большая глубина. Боцману и еще троим удалось выжить. Они на катере отошли на большое расстояние проверить сети с рыбой, и в это время прогремел взрыв…. Ну что тут скажешь — повезло!

Глава восьмая

1

Отъезд команды к Шахиншаху очень насторожил Германа. Такие визиты ничем хорошим не кончаются. Тут надо соображать быстро. Еще пограничники и таможенники на борт пожаловали. Вели себя корректно, но Герман знал, чем такие любезности кончаются. Судно с четырех сторон окружили катера. Он спустился в свою каюту, быстро достал рюкзак, забил его всем необходимым, вплоть до кухонного ножа и медного пестика. Оружия у него не осталось.

Наименее опасное место находилось у кормы, куда он и направился прогулочным шагом. Там стоял только один катер с двумя полицейскими. Герман осмотрелся и быстро перемахнул через перила. Недолгий полет и погружение в воду.

Когда он вынырнул, катер стоял возле него.

— Эй, ребята, там бунт. Меня выкинули за борт.

— Видим, — сказал офицер по-русски. — Я в Москве учился, страну вашу знаю. И таких, как я, у нас немало.

Он подал Герману руку.

— Ну, вылезай, может, выживешь.

Герман взобрался на борт и тут же оглушил второго полицейского медным пестиком, при этом моментально выхватив у него пистолет.

— Молчи. Теперь твоя жизнь в моих руках. Пистолет на пол двумя пальчиками.

Тот выполнил приказ. Испуга в его глазах он не увидел, а скорее, безмерное удивление.

Забрав второй пистолет, Герман лег на пол, чтобы его не заметили с соседних катеров, направил ствол на пленника.

— Судя по звездам, ты у них старший?

— Так оно и есть.

— Становись к штурвалу и под ветер уходи в сторону. Нам нужно выйти в море.

— Меня же повесят!

— Ничего. Ты счастливчик. Выполняй, не то свинца огребешь.

Мотор лодки взревел и сдал назад. Полукругом он объехал все посты. В их сторону никто даже не взглянул. При выходе из порта на полицейский катер тоже не обратили внимания. Бесчувственное тело второго полицейского Герман взвалил на себя, будто тот спит, зажав в правой руке пистолет.

Когда берег превратился в узкую полоску, он приказал остановиться. Катер замер. К этому времени второй полицейский пришел в себя.

— Сколько миль до нейтральных вод?

— Мили две.

— Отлично! Раздевайтесь догола и в воду. Другого пути у вас нет. Когда доплывете до берега, я буду уже далеко.

Раздетые полицейские прыгнули в воду.

Так он остался один с полной лодкой провизии. Теперь на остров — спасать девчонок!

Герман взялся за штурвал, тронулся вперед и облегченно вздохнул. Он еще не знал, что на сухогрузе все ищут судового врача.

Жил бы себе и жил, так нет! Черт его голову в петлю сунул!

2

За два дня до свободы Моркляка дважды вызывали на свидание. Невиданный случай. За столько лет пребывания в зоне люди увидели на его лице удивление. Он никого к себе не звал, ни с кем не встречался. Похоже, все вопросы были им решены. Теперь, спустя шесть лет, он выйдет королем из каталажки и начнет новую жизнь со своей верной и надежной подругой. Он уже десятки раз проигрывал эту встречу. Он богат, свободен и чист перед законом. Экономическое преступление даже за судимость не считали. Так, мелочь. Человек споткнулся, с кем не бывает.

Его вывели из барака и повели в дом свиданий. Все его встречи проходили там, в общую клетушку с решетками его не отсылали.

Невиданная молодая красавица предстала перед ним. Конвоиром оказался майор.

— Извините, красавица, я не успел объясниться. Это Федор, лучший друг Коптилина. Он знает о нем больше. Покумекайте, может, общий язык найдете.

Майор со смущением вышел из камеры.

Они долго молчали, не зная, с чего начать. Их встреча была слишком неожиданной.

— Здравствуйте. Меня Наташа зовут. Я журналистка.

— А я Федор, — подтвердил слова майора Моркляк.

«Влипла!» — подумала Наташа. Зачем она решила ехать к первоисточнику?! Вряд ли Наташа рассчитывала на откровенность, она уже всех проверила. Коптилин остался последней надеждой. Но он заключенный, а не свидетель. И все же правда на его стороне. Но тут случилось непредвиденное! Проехав сотни верст, убедиться, что свидетель гуляет на свободе. Это Таня послала ее к черту на кулички искать Андрея. Неужели она не знала, что его выпустили на волю?

— Я по делу. Свое удостоверение я предъявляла на входе, — холодно сказала Наташа.

Похоже, другу Андрея было на это наплевать. Он лишь не спускал с нее пристального взгляда.

— Должен вас разочаровать, дорогуша. Коптилина две недели назад освободили за примерное поведение. Он отсидел больше половины срока без единого замечания. Мы тоже не звери, людей лечат добром.

В каждом его слове звучала фальшь. Он и выглядел как оловянный солдатик, прямой, неподвижный, с единой маской на лице.

Девушка встала.

— Я — Наталья Климчук из «Новосибирских ведомостей». Тут произошло убийство, по почерку — Коптилин. Я понимаю, что такие тайны не раскрываются. Но я хотела бы знать о врагах Коптилина. Их должно быть немало.

На свидание к журналистке пришел сам Жора Моркляк. Он хотел знать, кому и зачем понадобился ее протеже.

Только сейчас она заметила, что на груди зека нет наклейки с номером.

Явная подстава. Но и она полезна.

Федор сел на табурет и закурил, сигареты у него были не из дешевых. Тут явный подлог. Ее за дурочку принимают. Придется принять игру.

— Андрюша сидел за убийство жены, — заговорил Моркляк — Почерка я его не знаю. Он никогда не говорил мне о способе убийства. К тому же он вышел на днях. Кого-то убить просто не успел бы. Да и Андрей не такой парень. Сидел зазря. Убийство по случайности вышло, а не умышленно. Вроде бы она хлебнула какой-то гадости из его пробирки. А он химиком был. Мог ее откачать. Менты не дали. Сразу под замок посадили. Более дурного случая я не встречал. Начальство его тут уважало, не зря же до срока на волю выпустили. Одно могу сказать: Андрей — не убийца и никогда им не был. Все свободное время в зоне не в карты играл, а карате и боксом занимался. Физическая форма у него лучше, чем у наших чемпионов, врезал двоим по зубам. Удар мощный, профессиональный. А потом к нему подходить боялись. Гордый парень, и воля есть. Но на мокруху он не пойдет. Убийцу за версту видно.

— Но киллеры не все атлеты.

— А вы им в глаза посмотрите. Бегают, как мыши по головке сыра. Суетливы. Опасливы. Через шаг оглядываются. Да вы сами их увидеть можете. Куда вам экскурсию по колонии устроить?

— Что вас сблизило, Федор? Вы такие разные.

— Я за растрату сижу. По сути, тоже не настоящий зек. А тут есть фрукты — от одной рожи воротит. И мы были только двое с высшим образованием. Остальные до сих пор в школу из-под палки ходят… Так что за убийство у вас произошло?

— Думаю, вы правы. Коптилин здесь ни при чем. Тем более он в Новосибирск уехал.

— А как же иначе? Паспорт получать надо, а не со справкой по России шастать. Найдет работу — уедет. Городов много. Работы полно. Он решил с чистого листа начать.

Больше у Наташи не было вопросов, и время свидания подошло к концу.

— И последнее. У него был адвокат? Может, он что-то добавит?

— Приезжал пару раз. По вопросам жены. У Андрея нет денег содержать этих дармоедов. Мы сами лучше их Уголовный кодекс знаем.

Наташа ушла. Ничего она так и не узнала. Татьяна с Андреем два года встречалась, и то в нем не разобралась. Ее целью была месть за мать и брата, погибших в машине. Это чудо, что она и отец выжили. Но в аварии виновата Елена Подрезкова, тогда еще числившаяся женой Андрея. Он ее убил ради Танюхи. Только ничего из этой истории не получилось. Коптилина освободили, а Леночка упорхнула с концами и деньгами.

Где теперь их искать? И что им можно предъявить?

3

У него уже не осталось сил. Катер где-то имел щель, и дно постоянно покрывалось водой. Ему приходилось делать вторую работу — вычерпывать воду. На секунду он замер. Огромный блин заходящего солнца имел неровные края снизу. А это могло значить только одно: светило заходит не за горизонт, а под ним что-то есть. Скорее всего, горы. Но берега он не видел, слишком темно. Герман взялся за работу из последних сил. В какой-то момент он просто потерял сознание. Ему повезло с течением. Он очнулся у берега при свете дня. Лодка наполовину врезалась в песок, а заросли водорослей не давали ей уйти в море. Он выбрался на берег, но подняться не смог.

К нему кто-то подходил. Он это чувствовал. Если это людоеды, то он рано радуется. Но гадать он не хотел. Его мучила жажда. Он и не думал прожить так долго. Двое суток его болтало по волнам. С тяжелым катером непросто справиться, тем более когда он подтекает.

Герман долго не шевелился, но, слегка приоткрыв глаза, улыбнулся, увидев красивое, но лохматое девичье лицо.

— Это же наш спаситель! Он нас не обманул. Он пришел за нами.

Девушки походили на дикарок. Их шикарные платья превратились в тряпки, из тростника они сплели юбки, похожие на солнце-клеш. На груди ничего не было. Такое только во сне присниться может. Все четверо, которых он усадил в лодки, нашли дорогу и попали на этот райский остров. У Германа было мало надежды на их спасение. Просто он не хотел отдавать русских красавиц иноземцам. Оказывается, они не только собой хороши, но имеют силу воли и целеустремленность. Они его не стеснялись и грудь руками не загораживали. Им было весело. Горел костер в глубине чащи, куда они его отнесли, висели веревки, на которых сушилась рыба. Одним словом, они прижились.

— Ты тоже сбежал, Герман? — спросила самая высокая.

— Пришлось удирать. Меня вы знаете, а теперь представьтесь вы.

— Я Дарья из Ярославля.

— Меня зовут Вероника, я из Твери.

— Бажена из Подмосковья.

— Кристина из Челябинска.

Он приподнялся на локтях и разглядел их.

— Судя по тому, что вы живы, значит, я все правильно делал. Но Шаху от этого не легче. Только две девушки ему перепали. Тут есть вода?

Его напоили. Бажена жила здесь больше двух лет. Это был его первый удачный опыт.

— Клуб, куда вы ходили, — ловушка. Туда приглашают самых красивых девушек, потом чем-то хитрым травят, кладут в ящик, забивают и, как детали, отвозят в порт на сухогруз. Через двенадцать часов я делал им укол в сердце, и они оживали. К сожалению, только половина. Девушек подбирали по внешности. Высоких, красивых блондинок. Таковы вкусы Шаха. Ключи от ящика с некоторых пор у меня. Но, как правило, одна, а то и две оказываются мертвыми. Лежащая рядом с Вероникой девушка в том числе. Она страдала астмой и задохнулась. Веронику я посадил в лодку, а ящик с мертвой отправил Шаху. Все проходило тихо до последнего дня, пока арабы не устроили облаву на корабле. Мне удалось сбежать. Угнал полицейский катер.

Девушки сели по кругу.

— Ты молодой и красивый, Герман. Значит, теперь мы будем твоим гаремом. Ты спас нам жизнь, — глядя в землю, сказала Кристина.

— Надо думать, как отправить вас на родину. А гарем мне не нужен. Я привык к одиночеству. Мог стать хорошим врачом, но леший попутал. Стал по карманам зевак шарить в центре Одессы. Попался. Получил три года. Чудом сбежал. Теперь в розыске. Вот и пошел служить на это корыто. Знакомый за меня поручился, помощник начальника порта. Мы с ним с детства дружим. Да и диплом не помешал. Взяли. Но если бы я знал, куда попал! Капитан давно уже торговал живым товаром. Но он не из болтливых. Ничего толком я так и не узнал. Просто решил положить этому конец. Я не думаю, что вас усыпляли смертельными уколами. Мне давали противоядие. Я оживлял, кого мог. Пять девушек погибли. Их здоровье никого не интересовало. Не каждая вынесет такую нагрузку. Две девушки выбросились за борт. После чего за всеми следили. Но я и их обманул. Моряки все пьющие, вот я и устроил склад водки. Делал все, что мог.

— А как же мы будем выбираться с острова?

— Придется думать вместе. Из нас получится хорошая команда. Мы не одиночки, и случай обязательно подвернется. К слову сказать, я прихватил с собой бинокль. Полезная вещь.

Девушки вновь повеселели.

4

Все прошло гладко. Моркляк выбрал нужный момент и запрыгнул в открытый багажник Кума. Никто этого даже не заметил. Из ворот колонии он выезжал без досмотра. Начальство здесь не проверяли. Трясло его долго, пока машина не остановилась за торговыми палатками возле вокзала. Майор осмотрелся по сторонам и открыл багажник. В руках он держал рюкзак и ключ.

— Третья палатка справа. Там никого нет, она заперта. В рюкзаке гражданская одежда, пистолет с двумя обоймами и паспорт с твоей фотографией. Плюс пять тысяч на дорогу. Билет купил в общий вагон. Там тебя не приметят. Ну, а дальше как знаешь. Жду твоего курьера с деньгами. Я своей шкурой рисковал. Во время вечерней проверки придется вызвать тебя в штаб. Хотя это против правил. И выпускать придется завтра кого-то вместо тебя. Сплошная головная боль. Попадусь — сам вместо тебя сяду. Рви когти, Жора, и больше не попадайся. За побег тебе на полную катушку отмотают. Поезд на Москву через час. Не мельтеши на публике.

Майор сел в машину и тут же уехал.

5

Корабль стоял в миле от берега. Компания налетчиков-островитян под руководством Германа приготовилась к атаке. Судя по канистрам, четверо моряков шли к берегу за пресной водой. Девушки попрятались по кустам с самодельными луками. Свое оружие они испытали на животных. Стреляли точно. Голод заставил. Им приходилось есть даже змей. Рыбы у берега было мало, да и вода слишком прозрачная. Посторонние предметы отпугивали рыб, а акулы так близко к берегу не подходили. Флаг на корабле развевался испанский. Так или иначе, но через Гибралтар он не пойдет. Придется опять рискнуть. Были бы весла…

Девочки сработали профессионально. Не успели матросы выкатить бочки на берег, как четыре амазонки с луками их окружили. Языка никто не знал. Действовали молча. Среди русалок был и мужчина. Лодку затащили на песок, сняли с нее веревку с якорем и привязали матросов к дереву. Оружие отняли в первую очередь. Обычные карабины, но лучше, чем луки. Одну бочку наполнили водой, набрали сушеной рыбы и поставили лодку на воду.

— Мы должны обойти остров и пропасть из поля зрения корабля. Дальше идем на северо-восток. Там Турция. С ними я сумею договориться. Меня смущает, что вы почти голые. Турки падки на женщин. Нам нужна какая-то рыбацкая деревня. Весла есть, так что выберемся.

Никто не спорил. Герман стал для девушек непререкаемым авторитетом. Одна в него даже влюбилась. Ночью забралась к нему в постель. Он тоже не был железным парнем. Роман проходил тихо. Но в таком обществе трудно что-то скрыть. Все уже давно все знали. Просто помалкивали.

Лодка отплыла на милю, потом они включили мотор. Испанцы слишком поздно заметили исчезновение своего корыта и подняли тревогу. Первым делом они отправили на остров второй катер. Но слишком поздно. Беглецы были уже далеко. Хуже всего то, что у них не было конкретного плана. Один плюс: имелся бинокль и компас, а дальше — куда судьба выведет.

6

Моркляк вздохнул воздухом свободы и направился в указанную палатку. Планов он нагородил больше, чем мог выполнить. Но у него не было ни одного помощника. В одиночку такие дела не делаются. В первую очередь надо проверить обстановку. Адвокат мог что-то напутать. А если нет? Тут даже его деньги не помогут. Их не достанут, но что ему с ними делать? О побеге он не думал. Жора должен перечеркнуть всю старую жизнь, новую начать с чистого листа. А значит, из старой жизни не должно остаться свидетелей. Надо вычистить двор, сделать клумбы, а потом посадить цветы. Жизнь должна перевернуться до неузнаваемости.

Билет у него был, спасибо Куму. Сел у окошка общего вагона и задумался. Проблем у него хватало. С чего начинать?

Сначала они посидели в ресторане и хорошо поели. Жора, прибывший в Москву, не шиковал, хотя у него в кармане лежала толстая пачка с долларами.

Все скромно, народу мало, подозрительных лиц нет. Говорили о пустяках, потом резко встали и ушли.

Разговор продолжился в небольшой квартире на Патриарших прудах. Тут для Жоры был приготовлен небольшой чемоданчик типа кейса. Это тот, что ему передал Кум при отъезде. Моркляк вскрыл чемодан. Там лежали два ножа, на их языке заточки, два пистолета, немного денег и три паспорта на разные имена.

— Почему так мало денег? — возмутился Моркляк.

— Не думаю, что ты нуждаешься в деньгах. — Феликс пожал плечами.

Адвокат старался мягко стелить. Жора был сильно обозлен и мог наделать глупостей.

— Ладно, не переживай, Феликс Давыдович. Деньги достанем на днях, — успокоил его Жора.

— Я сделал все, но Анфису с дочерью найти не смог. У родственников их нет. Проверял. Яшка, твой брат, убит. Его закололи ударом в горло. Била не мужская рука. Квартира незнакомая. Скорее всего, его туда заманили. Нашли только утром, когда кровь запеклась. Выводы делать не буду. Но дублера знала Анфиса. Скорее всего, она его и сдала. Она же знала, что Яшка должен пришить Андрея. Но думаю, она в него влюбилась и перешла на его сторону. Что касается мужа, то она давно забыла о тебе. У нее и раньше были мужики. Просто я о них молчал.

— Я знаю, что ты ее любишь. Но торт принято делить пополам.

— Андрей — очень ловкий парень. И хорош собой. Привыкни к правде, выброси эту бабу из головы. А с Андреем надо быть поосторожней. Теперь о его ошибках. Основная его промашка — что он вернулся к химии. Работа тяжелая. Ему нужен помощник. Деньги у него есть. Он нашел старого дружка. Некий Лущенков. Зам декана Менделеевского института. Колдуют вместе. Думаю, у них большие планы. Есть еще один дружок, но очень хитрый, на крючок мне не попадался. Дядя-невидимка. Но даже не это главное. Лущенкова он отправил в Питер. Работает в частной химической лаборатории. Директор института неожиданно умирает, дело переходит к его жене, а она назначает Лущенкова директором института.

— Лущенков знал раньше эту парочку? — спросил Жора.

— Нет, я думаю, их свели. Он хороший химик, а ее муж был бездарем. Что ей от него надо, нам неизвестно. По сути, ничего. Она ведет праздный образ жизни и вряд ли вообще знает, что такое химия. Но обрати внимание: первый ее муж был химиком, Андрей, второй муж, — доктор химических наук и третий муж — химик-прибалт. Возможно, между ними существует какая-то связь. На данный момент у Елены свой клуб возле Пушкино. Она дама видная и позволяет себе жить, как ей взбредет в голову. Никаких интересующих нас связей за ней не замечено, кроме того, что она была женой Коптилина. Но у меня создалось впечатление, что она не знает, что Коптилин на свободе. Он ни разу в Питере не появлялся. Чем его заинтересовала эта фифочка, я не знаю, но все мужья были химиками.

— Меня другое интересует. Как он ее нашел? Слишком быстро. И не под носом, а у черта на куличках. Если сравнивать с Новосибирском.

— Ты хочешь сказать, что Лена была его женой? — удивился адвокат. — Тогда она может быть спокойна. Ему сидеть еще пять лет. О его неожиданном освобождении знают единицы.

— Андрей ничего не боится. Он знает о моем выходе, и это его не пугает. Смелый мальчик.

— Брось его, Жора. Он для тебя безвреден.

— Я не оставляю свидетелей.

Адвокат вздрогнул.

— За себя ты можешь не беспокоиться, дружок. Ты слишком мало знаешь. Речь идет о больших деньгах. Допустим, Андрея они не интересуют. Но у него есть жена, которая упекла его на десять лет за умышленное убийство, которого он не совершал. Вот что его интересует. Но поскольку знает он очень много, таких свидетелей не оставляют. Рисковать я не могу. Тогда мне крышка. Я хочу, чтобы ты поехал в Питер и узнал все детали о ней и Лущенкове. Ты парень умный, пронырливый, тебе и карты в руки. Я к тебе приеду через недельку, а пока мне нужно сделать важные дела.

— Хорошо, Григорий Ефимыч, я сделаю все, что от меня зависит.

— Сегодня я переночую у тебя, а завтра займусь своими делами. Только не делай промашек. Если мы напоремся на его жену, то это очень коварная женщина. Андрея она обыграла в два счета. А он не дурак. Я на него рассчитывал, но всерьез не воспринимал, поэтому и Яшку подключил. Андрюша жив, остальные гниют в земле. Даже такой профессионал, как мой брат. И еще. Андрей тебя видел. На глаза ему не попадайся. Действуй, Феликс Давыдович. Удачи тебе.

Казалось, что задание не сложное. Надо лишь соблюдать дистанцию, а это адвокат умел делать.

Но жизнь дает другие подсказки.

7

Катер причалил в тихом месте. Берег покрыт камышом, кругом тихо. Удобное место для отдыха. Но все оказалось наоборот. Они попали в лагуну, где жили рыбаки-курды. Им повезло, народ оказался добрым, и они быстро договорились.

Герман выскреб все свои деньги и отдал часы взамен лодки.

Рыбаки достали широкую рыбачью лодку с веслами. Весла были закреплены на определенном расстоянии. Ширина рук в размахе смогла подойти только Герману. Девушки, как ни тянулись, до ручек не доставали. Пришлось «нарастить» весла палками, но они слишком хлипкие, долго не выдержат быстрого течения пролива. К тому же по закону женщин в лодку брать нельзя. Спасли широкополые шляпы, под которые девушки спрятали волосы. Срезать такую красоту никто не решился.

Тронулись в путь, собрав кое-какую снедь на дорогу. Течение должно ослабнуть ближе к середине. Так они думали. У них был опыт по плаванию по морским просторам. Босфорский пролив казался им мелочью. Но он был наводнен катерами, лодками, баржами и прочей плавучей мелкотой, не считая крупных судов.

Герман точно все рассчитал, и они пришли на другой берег на десять градусов к западу. Рисковать им никак нельзя. Турки любой закон повернут в свою пользу. А что касается красавиц, то за них горло перегрызут. Девочки здесь шли дороже золота.

Дорога заняла два часа. С поврежденной спиной Герману бы лежать на рыхлом песчаном берегу, но ему приходилось лежать на дне лодки после долгой работы на веслах. Иногда его подменяли девушки, но у них это плохо получалось.

— Мы в Европе! — крикнула Даша, увидев противоположный берег Босфора, и захлопала в ладоши.

Герман приподнялся на локтях, осмотрелся и сказал:

— Причаливайте к высокому кустарнику. Сейчас вода градусов пятнадцать. Собирайте сушняк, будем жечь костер, чтобы не замерзнуть. Помимо ветра, здесь перепады температуры. Только сейчас я понял, в какую аферу втянул вас. На острове, где мы жили, стояло пекло. А главное, мы горели желанием выбраться на свободу. Длина Босфора больше тридцати километров. Ширина везде разная: от 700 метров до 2,5 километра. Искать удобные места рискованно. Каждый наш шаг должен быть продуман. Сейчас нас выбросило в удобное место. Как стемнеет, разожжем костер и будем спать. Помните, девочки, до дома еще очень далеко!

— И помножь путь надвое, — раздраженно добавила Бажена. — Сам же говорил: зигзагами плыть надо, а это не 30 километров, а все 100. Ширина-то везде разная. Нам один переход с берега до берега обошелся в два часа. Посмотрите на Германа. Он же стоять на ногах не в силах. А холод, голод. Зима же. Даже здесь она чувствуется. Это не безымянный островок в море с пальмами и ананасами. Все мы тут передохнем.

Бажена упала на землю и зарыдала. Остальные молчали. Ни у кого из девушек она не вызывала сочувствия.

8

Жора не любил помех и лишних людей. Он посетил клуб Лены в качестве водопроводчика. Осмотрел дом и даже кое-что починил. В доме никого не было, кроме охранников, которые представились как Степан и Федор. Он вслушивался в их слова, пока на камине не заметил групповую фотографию ошеломляющих красавиц. Во втором ряду стояли мужчины. Один из них его очень удивил. Это был Вольдемар Шестопал, смотрящий по Питеру. Они враждовали давно. У Шестопала было погоняло Князь. Между ними были даже ножевые разборки. Жора тогда выиграл, и Шестопал свалил в Питер, а Москва осталась за Жорой. Теперь он сам напросился в гости. Но здесь он не хозяин, и если Князь его встретит, то выпустит кишки. Значит, он любитель девочек?

В первом ряду стояла Елена — хозяйка притона. Что она за птица? Значит, Коптилин где-то рядом. Он ее вычислил. А если он наметил отомстить жене сегодня, то завтра его след простынет. У него два миллиона, не считая миллиона Анфисы. У них было время на подготовку. Надо Коптилина отпугнуть. Его нельзя сюда допускать, пусть придумывает новый план. А если в это гнездышко запустить легавых? Тогда Андрей на пушечный выстрел сюда не подойдет.

— А когда здесь вечеринки начинаются? — спросил он у Степана.

— Не раньше восьми вечера. Как правило, через день. Народ собирается солидный, продюсеры, банкиры, адвокаты.

— По снимкам вижу, что не дворняжки.

Степан подошел к стоящей на камине фотографии. Вряд ли он понял, что произошло. В горло ему вонзилась тонкая и очень острая спица.

Степан вздрогнул и при поддержке Жоры начал сползать на полированный пол. Федор находился в соседней комнате и мыл фужеры. Степан еще был жив, но лишь моргал глазами и вздрагивал, как в приступе эпилепсии. Жора знал, что ему конец. Переступив умирающего, он прошел в соседнюю комнату.

— Как я понимаю, у вас есть свой тамада? — начал он весело. — Обычно Князь заправляет компанией. Он умеет держать порядок. Но я вижу, что парень бездельничает, если у него есть время на шлюх.

Даже такой опытный волчара, каким был Федор, замер от неожиданности. Он потянулся к автомату, лежащему у раковины, но финка Жоры его опередила, угодив ему в висок.

Вопрос решился быстро. Десять минут, и два трупа. Остальная шпана его не интересовала. Князь даже не подумает на Жору. Последний раз они виделись семь лет назад. Даже их наивные территориальные споры сейчас выглядели смешно.

Жора сделал тщательный обыск. Все нормально. Притон он и есть притон. Не хватало только презервативов и плакатов с голыми девочками.

Его заинтересовала обычная бумажка. Лист, написанный корявыми русскими буквами. На обычной бумаге, но странно сложенный. У нас письма так не складывают.

Он начал читать.

«Шейх терпелив. Он дает вам возможность продолжить работу, но присылать живой товар. Ваш транспорт не годится. Со следующего месяца мы будем присылать свое судно. Его название Nargiz. Ящики вполне подходят для транспортировки. Врача наймете своего. Наш бизнес может процветать, если к нему подходить серьезно. Желаю вам удачи».

Подпись неразборчива, конверт отсутствовал, бумага была с водяными знаками, похожими на арабские каракули.

Жора прихватил письмецо с собой. Авось пригодится. Такие вещи принято сжигать. Значит, письмо ей еще нужно.

Жора быстро соображал, и вывод напрашивался сам собой: Лена переправляет на Восток молодых девушек. Вряд ли она сама это придумала. Значит, она работает под чьим-то прикрытием. Шаповал тоже не по этой части. Он выполняет роль охранника, следит за порядком. Но кто же главный? На кого они все работают? Тут пахнет политикой.

Осмотрев дом, Жора наткнулся на железную дверь. Он толкнул ее и попал в обычный гараж, но уровнем ниже. Вниз вели ступеньки. В гараже стоял «Мини-Вен». В углу сложены ящики с номерами и знаками, в таких обычно хранят военное оборудование. Кроме соломы, в ящиках ничего не было. На ветровом стекле машины был прикреплен специальный пропуск в грузовой порт.

Картинка стала окончательно ясна. Но что ему до всей этой катавасии? Ему нужен Коптилин. А тот в такие игры не играет. И вряд ли она знает, что он уже на свободе. Это его козырь. Значит, Андрей что-то делает за ее спиной. Но что? В тюрьму ее уже не посадят. Срок давности преступления истек. К тому же прокуратура перемудрила. Невиновный отсидел. Так что он может сделать ей сейчас? Только убить. Прошел месяц, а она жива. Или он решил на нее плюнуть? Тогда Жора попросту теряет время. Коптилина здесь нет.

Никаких выводов Моркляк не сделал. Придется тешить себя наблюдениями.

* * *

Полицию вызвал Тимур Литвак и тут же смылся. Он понимал, что, кроме Лены, с полицией никто связываться не будет. Все они меченые.

На место прибыли майор Дергачев с бригадой криминалистов, сам полковник, и пришлось вызвать следователя из прокуратуры. Так полагалось, если речь идет о двойном убийстве. Лена в этот вечер так и не появилась. Возможно, тот же Моркляк ее предупредил.

Дом был не убран с прошлой вечеринки. Уборщики были мертвы. Зато сюрпризов хватало. На каждом шагу отпечатки пальцев известных рецидивистов.

Пришли лишь две девушки, но их оставили на веранде. Они с ужасом узнавали, что их продюсер — обычный взломщик, а уважаемый хозяин дома — вообще бандитский авторитет. Убитые охранники не лучше, а двое других в международном розыске.

Большую роль сыграла фотография на камине. Там были изображены три девушки, которые исчезли, и их никто давно не видел, плюс мужчины, а главное, хозяйка дома Елена Сергеевна Луцис. Этот снимок очень заинтересовал следователя Сухинина.

— Пожалуй, я возьму этот снимочек и приколю к делу.

Никто его даже не услышал.

Вечером Ильин и Сухинин долго колдовали над снимком.

— Я был убежден, что Лена не успокоится. Она человек действия. К сожалению, с криминальным уклоном.

— Черт! Дотошный ты мужик, Павел Михайлович. Но с чем ты к ней придешь? Завела притон для бандюков? Ну, на год-два ты ее посадишь, и что дальше? Как я понял, у тебя большие планы на эту красавицу. А брать ее не с чем. Даже этот особняк принадлежит городу и официально сдан в аренду госпоже Луцис. Она гостей принимает и первая разведет руки в сторону и ужаснется тому, что принимала бандитов за порядочных людей. Убийство произошло не на ее глазах. Утром она уехала в город на своей машине. Соседи видели. И не возвращалась. К ним пришел водопроводчик. Всё. Как он уходил, никто не видел. По всей видимости, наемник. Но кто был его целью — неизвестно. Не Лена, во всяком случае. Она ходит без охраны. Я все понимаю и знаю, с кем мы имеем дело. Но такую дамочку можно взять только с поличным. И обрати внимание, она практически не делает ошибок. Комар носа не подточит. Куда ни плюнь.

— Убийство напугало ее. Она скроется в Латвии, и мы ее больше не увидим.

— Наберемся терпения, Павел Михайлович. Ты двадцать лет терпел. Еще шаг-два, и ты у цели. А этих субчиков мы всех возьмем. Вопрос в другом. Заткнутся они или станут свидетелями? Вот тут и понадобится твой талант.

9

Ни споры, ни слезы не помогли. Герман стал суровым и не терпел возражений. Похоже, он только один знал, что им всем надо. Скорее всего, так и было.

Но зигзаги по проливу никто не отменял. С закатом солнца они вновь сели в лодку и поплыли на турецкий берег, срезав еще десять градусов. Лодка оказалась крепкой, но и она давала течь. Девушки сделали совки из найденного на берегу куска жести. Черпать приходилось без перерыва и подменять Германа на веслах. Девушки боялись поднять голову, чтобы он не видел их слез.

На этот раз путь оказался короче. Или они уже привыкли к титаническому труду, или пролив в этом месте был уже. Причалить оказалось делом сложным, берег — сплошное болото. Нашли небольшой заливчик, туда и заплыли. Лодку пришлось вытаскивать на берег. Кругом темнота и высокий кустарник. Первой в сети попалась Вероника, следом Даша. Земля под кустарником была покрыта тонкой капроновой сеткой. Порвать ее было невозможно. Искатели приключений запутались в ловушке. Скорее всего, так здесь ловили мелких грызунов. Значит, где-то рядом посевы. Вскоре послышался лай собак, а уже через десять минут ловушку окружили здоровые бородатые мужики. С одним из них Герман заговорил по-арабски:

— Где мы?

Бородач ему ответил:

— Вы в плену, как и мы. Нас всех воруют с мелких суденышек. Накидывают сетку и стаскивают в воду. Эта земля изидов. Они сами выращивают чечевицу. Их мало, им нужны работники. Тем, кто сюда попадает, обратного пути нет.

— Вы русские? — спросил один почти без акцента.

— Русские, — ответил Герман. — Отстали от круиза.

— Значит, вас ищет полиция?

— Этого мы не знаем. Курды дали нам лодку. Мы хотим добраться до Черного моря. Хотя бы до болгар.

— Ладно. Я вас отпущу. Через неделю. А пока вы на меня поработаете. Плохо будете работать — утоплю. Якорь на шею, и прощай.

Спорить не имело смысла. Их заперли в сарае. Поднимали с рассветом и до заката пленники пололи землю, убирали камни, корчевали пни. Герман заметил немало круизных кораблей, идущих в Черное море. Если подцепить к одному из них лодку, то можно проскочить весь Босфор. Лодки здесь не проверяют.

Каторжный труд отнял все силы, тем более их почти не кормили. Старая хозяйка оказалась доброй. Под утро она приносила полведра молока, похожего на козье. Это придавало сил. Девочки стали молчаливыми. Птичье щебетание закончилось. Но и характер у них стал тверже. Теперь они Герману ни в чем не перечили, делали все, что он говорил. Но хозяином он себя не чувствовал. У Бажены остался револьвер. Они им ни разу не воспользовалась. Его лентой прикрепили у самых трусиков. Кто знает, как сложатся обстоятельства. Им дали черные робы с белым кругом на груди и на спине. В темноте круги светились. Это была каторжная форма с прицельными точками на случай побега.

Они уже потеряли счет времени. Им казалось, что здесь они провели целую вечность. И вдруг в один из вечеров пришел хозяин с мужиком, говорящим по-русски.

— Вчера мы видели полицейские машины. Возможно, ищут вас. Уходите. Я дам вам бухту веревки, нож и крюки. С одиннадцати вечера в Черное море пройдет четыре лайнера. Постарайтесь уцепиться за один из них. Ночью одного качка хватит, чтобы лодку разнесло в щепки. Тогда вы пропали. А теперь идите за мной.

Мужик, стоящий рядом, снял замок с цепи, на которую пленников заковывали на ночь.

Шли хитрым путем, потом увидели контур лодки.

— В лодке есть все, о чем я говорил. Дальше думайте сами. Дело опасное, но другого выхода у вас нет. Вперед.

И они поплыли. Лодка оказалась узенькой. Они с трудом там поместились.

— Нам надо держаться метрах в тридцати от берега, — сказал Герман. — Как увидим судно, идем прямо на него. Привяжите пару крюков к веревке. Метров двадцать надо отмотать и обрезать. Нам важно зацепиться. Потом мы перебазируемся к корме и отстанем на длину веревки. Нельзя попасться им на глаза. К судну вплотную не подходить. Возьмите весла и отталкивайтесь от него.

Прошло около часа. Появился белый лайнер, на трубе был прикреплен греческий флаг.

Герман перекрестился.

— Православные. Авось не сдадут.

Начало шло по плану. Они кинули веревку, и крюк зацепился за носовой кнехт. Веревка натянулась и начала притягивать лодку к борту. Пароход шел на приличной скорости. Пришлось привязывать еще кусок веревки. В какой-то момент узел развязался, и они резко начали отставать.

У самой кормы, когда уже можно было попрощаться с греками, Даша увидела трап со ступенями, который был наполовину выдвинут с нижней палубы.

Не задумываясь, Даша швырнула крюк и зацепилась им за трап. Уникальная точность. Но трап оказался не привязанным и пополз назад, нависая над лодкой.

Надо было бросать веревку. Но Даша еще крепче вцепилась в нее. Лодка зачерпнула воды, все покатились назад. Лодку как следует качнуло, и трап улетел вниз. Течение потянуло его под воду, лодку отбросило в сторону, и, черпанув воды, она тоже затонула. С палубы раздались голоса. Слишком громкие и резкие. Похоже, часть команды находилась на борту. Барахтающихся в воде заволокли на палубу. Первой не повезло Веронике. Она уперлась головой в чьи-то сапоги.

Такие случаи уже были. На европейскую часть немало охотников перебраться. Та же участь ждала Дашу. Их двоих подняли на борт и обалдели. Красивые девушки, белокурые, и на турчанок не похожи.

— Отведем девчонок к капитану, — сказал старший с окладистой бородкой.

— И нас тоже, — появился Герман из-за колонны.

Он говорил по-английски, и его понимали.

— Сколько вас?

— Пятеро. Я и четыре пленницы. Я их вытащил из рабства. Сам едва ноги унес. История долгая.

— Ладно. Всех к капитану. Он решит ваши проблемы.

Стояла ночь, никого вокруг. Пленных повели на допрос.

В каюте капитана шла вечеринка с танцами и коктейлями. От распахнутой двери и сквозняка все вздрогнули. Мокрые, грязные, в водорослях девушки походили на водяных. Тут вовремя зашла очаровательная брюнетка в белых мехах.

— Мы ловим водяных?

— Тебя бы на мое место! — возмутилась Вероника по-русски.

— Русский я тоже знаю. Прожила в Москве десять лет с первым мужем.

— Они были в лодке с веслами, пересекали залив. Контрабанда, мадам, — доложил боцман.

— Лодка, естественно, утонула.

— Что с ними делать? Сдадим полиции или за борт?

— За борт! — рявкнул капитан.

— Не торопитесь. Это же женщины. Они могут заменить сбежавших засранок. Вот что, позовите мою горничную, пусть она отмоет этих папуасок и оденет. А потом я выскажу свое мнение.

Девушек отмыли и приодели. Но они постоянно прятались за спину Германа. Когда их привели в каюту, мужчины ахнули. Ничего подобного они еще не видели ни в одной стране.

Дама в белых мехах и блестках вышла вперед:

— Куда путь держите, красавицы? — Тон ее смягчился, и в нем прослеживались нежные нотки.

— В Россию, — уверенно заявил Герман.

— С тобой, мальчик, я поговорю позже. Ты мне тоже пригодишься. Я предлагаю два варианта: сдать вас полиции или продать янычарам. Они хорошо платят за достойный товар. Есть третий путь. Будете танцевать на моем судне и даже деньги получать.

— Речь о свободе может идти только сейчас. Через год вы никого никуда не отпустите. Это наложницы Шаха. За нами идет погоня. Танцевать на публике — то же самое, что голову положить на плаху. И в первую очередь нам нужны документы.

Говорил только Герман.

— Так ты у них вожак? — спросила дама. — Тогда пройдем в мою каюту.

Девушка заперла дверь. Герман немного смутился, но не подал виду.

— Круизный лайнер мой. Он остался после третьего мужа в наследство. Капитан разыгрывает моего супруга, чтобы другие не приставали. Ему разрешается даже хамить гостям. Небольшому количеству судов удается пройти в Черноморский бассейн. Люди на редкость любопытны. Их волнует Одесса, и они в восторге от Ялты. Вы попали туда, куда надо. С русскими бесполезно спорить, а делать им что-то назло — себе дороже обойдется. Я сумею спрятать вас до Одессы и спустить на берег. С условием. Все четыре птички подпишут со мной контракт на следующий год. Одна самоволка, и я объявлю их в розыск через Интерпол. У меня там крепкие связи. Работать будут как лошади. Пощады от меня не ждите. Мне нужно зарабатывать деньги на круизы, которые очень дорого обходятся.

— Девушки в контракте могут указать, что их исчезновение с корабля было насильственным, и они просят вернуть их на место для продолжения работы. Ради Одессы мы подпишем любые бумаги, но бумаги я передам вам на берегу. И еще. Мне нужно пять русских паспортов, фамилии я впишу сам.

— Не пойдет. Тогда неясно, с кем я заключала сделку. Есть ход хитрее: мы вместе впишем имена или оставим старые. Многие здесь теряют документы. Остается только фотографии переклеить. Но учтите, месье Герман, если девушки сойдут на берег, вы останетесь в качестве залога. Если они не явятся, вас найдут на дне привязанным к якорю, к примеру. Фантазий у нашей команды много.

— Считайте, что наш договор заключен, — заявил Герман.

— Тогда зовите своих девочек. Надо их разглядеть получше.

Что-то Германа тревожило. Но лучшего выхода из сложившегося положения он не видел.

10

Дом под Пушкино таинственно молчал уже несколько дней. Андрей решил сходить на разведку, но сначала запустил туда Алену. В крайнем случае ее там знают. Все продумали, каждый вопрос и каждый ответ. Не исключена была и бойня. Полковник ждал их на шоссе в машине. «Покойный» Игорь залег в кустах со снайперской винтовкой. Еще одна машина стояла в стороне, где нервничала Алена.

Дом оказался заклеен ленточкой прокуратуры. Алена ее сорвала. Дверь оказалась открытой. Пусто. Алена обошла весь дом, заглянула в гараж. Там стоял запыленный «Мини-Вен» и несколько ящиков у стены. Именно эти ящики предназначались для девушек. Теперь она в этом была уверена.

Когда Алена выходила, Андрей подошел к дому. Никакой угрозы со стороны он не видел. Но тут появилась белая машина, которая буксовала. О зимней резине шофер не подумал. Они пошли навстречу автомобилю. В крайнем случае пройдут мимо.

Поравнявшись с окном шофера, Андрей спросил:

— Заблудились? У нас зима, на таких шинах не ездят.

— Я ее с теплохода сгрузил.

— А русские номера?

— На выезде из порта дали. Я ищу Елену Сергеевну.

Андрей сделал знак Алене, чтобы она отошла.

— Я вместо Елены Сергеевны.

— Мы прибыли вчера на своем сухогрузе «Nargiz». Мы ждем товар.

— Когда уходите?

— Завтра в полночь с минутами.

— Хорошо. Товар подвезут к трапу к этому времени. Ну, а теперь давайте вас выталкивать на шоссе.

По ходу дела Андрей задал только один вопрос:

— У вас есть на борту хороший врач? Укол придется делать в сердце. Я помечу место крестиком на груди. Тела запрете после укола и до прибытия на место ящики не вскрывать. Не забудьте насверлить дырок для воздуха.

— Мы знаем, что делать. У нас опытный врач. О доставке и сохранности можете не беспокоиться.

Машину выкатили на шоссе, и полковнику не требовалось подсказок, чтобы он поехал следом. Остальная команда села в машину Анфисы.

— Так, задачка номер один. Нам нужно найти Лену. Думаю, она залегла в квартире Оксаны, если только у нее нет другой тайной квартирки.

— Возможно, и у Оксаны, — сказала Алена. — Ее адрес я знаю, но думаю, никто его больше знать не может. Об Оксане вообще никто ничего не знает, кроме имени. С ходу ее не найдешь. И с каким паспортом она живет, мы тоже не знаем. Она могла уехать в Прибалтику.

— Есть одна странная вещь. За мной следит Наташа. Это подруга Тани из прошлой жизни. Она считает, что я ее забыл. Пусть так и будет. Но я нашел человека, который следит за Наташей. Так вот, не я ее интересую, а Елена. Думаю, через меня она предполагает выйти на нее. Несколько дней назад она встретила на вокзале Павла Михайловича Ильина. Это отец Тани и следователь, который меня посадил. Моя персона его тоже не интересует. Он следит за Леной, но она о нем давно забыла. От прокуратуры в деле работает опытный сыщик Сухинин. Они очень часто контактируют. Ильин на глаза Лены не показывается. Я думаю, что мужик приехал доделать свое дело и упечь Лену за решетку. Это своеобразное извинение передо мной за промашку шестилетней давности. Посадить он ее не сможет. А теперь, когда она затихла после убийства двух уголовников, он к ней на кривой козе не подъедет. Он теряет время. А Лена не уедет, пока не продаст институт. Земля под институтом приватизирована на ее имя. К тому же у нее дорогая квартира. А главное, что она себя считает чистой и незапятнанной. Единственным свидетелем является Алена. Да и то ее никто никуда не отправлял. Леночка чувствует себя на все сто процентов невинной овечкой. Сейчас ей не до побега. Что мне нужно? Знать все о Елене. Над этим мы работаем два дня. Жаль Ильина. Он только время теряет. Поможем ему, чем Бог послал.

Посыпались предложения со всех сторон. Но Андрей для себя все уже решил.

* * *

События развивались очень быстро. Пришлось прибегнуть к старым трюкам. «Покойный» ныне Игорь с небольшим количеством грима столкнулся с Оксаной в дверях магазина. Оба извинились и разошлись, только ключи от Оксаниной квартиры оказались в кармане Игоря.

Следующее действие происходило ночью. Все уже спали. Дверь квартиры открылась, и четыре фигуры в черном проникли внутрь. Аромат духов подсказал, кто в какой комнате спит. Темно. Пришлось включить фонари и опустить лучи света в пол. Оксана успела проснуться, но Игорь прижал ее к кровати и сделал укол. Лене укол сделал Андрей, как много лет назад. Но дважды за одно и то же преступление не посадят.

Две очаровательные девицы превратились в покойниц. Их выносили на носилках в белых халатах люди, похожие на санитаров. Однако среди ночи им никто не встретился.

На улице их ждал знакомый «Мини-Вен». Он их и отвез на дачу-притон, с которой давно сняли наружное наблюдение.

Ящики набили соломой, насверлили дырок и подготовили к транспортировке.

К утру все было готово.

Все шло нормально, только Андрей вздрагивал от каждого шороха. Он ждал и дождался. Жора великолепно прочувствовал ситуацию и проник в дом через гараж.

Его планы провалились. Он встретил Андрея, но убить его не смог. Тот оказался проворней, но хуже всего то, что Андрей прострелил ему ногу. Жора выронил пистолет, и его отбросило на ящики.

— Дорогая промашка, Жора. Я выполнял твой приказ, а ты решил меня завалить. Это было ясно, когда мы еще на нарах философствовали. Жадность фраера сгубила. Надо было забирать деньги и уматывать в какой-нибудь Хабаровский край. Ты же умеешь терпеть. Шесть лет ждал своего часа. Переждал бы еще пару лет, а потом начал бы раздавать долги.

Жора пытался дотянуться до своего пистолета, но Андрей отбросил его ногой в другой угол.

— Убивать я тебя не буду, Жора. У ворот стоит машина. Бензина в ней километра на три. Это фора, которую я тебе даю. — Он кинул ему эластичный бинт. — Перевяжи ногу, чтобы кровь остановить и следов не оставлять, а через час я выйду на охоту. Сумеешь сбежать — твое счастье. Завязнешь в пути — прострелю тебе голову. Как ты говаривал: промахнешься — пуля в лоб. Это ты для себя такой выбор сделал. Ну а теперь время пошло. Час, не больше.

Андрей из гаража поднялся в спальню и лег спать. Играть в охотника он не собирался.

* * *

Машина сорвалась с места. Жора точно знал, что до вокзала он доедет, а там ему любой поезд подойдет. До платформы не дотянул несколько десятков метров. Бросил машину и побежал, волоча за собой ногу. Как он ни старался перетянуть рану бинтом, кровь все же просачивалась. Но главное то, что не задета кость. Рана заживет, вот только пулю надо вытащить. Поезд дальнего следования тронулся с места. Что он здесь делал — непонятно. На станции останавливаются только электрички. Очевидно, авария или что-то в этом роде.

Из последних сил он прыгнул и схватился за поручень. Дверь была еще приоткрыта, но ему перегородил дорогу проводник.

Жора торопливо заговорил:

— Слушай, мужик, срочно, опаздываю, сын родился. Вы же в Москву едете?

— Нет, в Санкт-Петербург.

— Черт, все время путаю. Ты не думай, я не обижу.

Он достал деньги, выдернул из пачки триста долларов и отдал проводнику.

— Это ребятишкам на гостинцы.

— Идем. У меня есть одно свободное купе. До города ехать меньше часа. Авось пронесет.

Проводник провел хромающего пассажира в свободное купе, потом вернулся в свое. Опытный человек, работает с людьми и хорошо их знает. Поначалу он подумал, будто пассажир вышел покурить и отстал. Но тут другой случай. Окровавленная нога, перевязанная бинтом прямо на брюки. Бешеный испуганный взгляд и целая пачка долларов, а вид затравленный, как у бродяги.

Проводник достал купюры и рассмотрел. Никаких водяных знаков, сделано здорово, но это фальшивки. Он даже растерялся, а потом решил идти к начальнику поезда.

* * *

На перроне Жору уже ждали. Целый наряд. Он даже застрелиться не мог. Не из чего.

В отделении врал, будто деньги нашел, но как объяснишь, что у тебя в запасе три паспорта с твоей фотографией на разные имена да еще какая-то записка. Очевидно, адресованная женщине.

В первую очередь решили установить личность гражданина с тремя именами. Судя по наколкам, он недавно вернулся из зоны, а может, и того хуже — сбежал.

Жору перевели в отдельную камеру. Похоже, они поймали не пустышку. Все лишь поражались: такой матерый тип и попался на обычной ерунде.

* * *

Ближе к вечеру Андрей сделал женщинам уколы противоядия. Обе очнулись.

— Это ты? — поразилась Лена.

— Да. Выпущен досрочно. Освободил место для тебя.

— Меня не за что сажать, я чиста перед законом.

— Возможно. А поэтому тебя ждет совершенно другой суд. Оксана останется твоей подругой до конца жизни. Вы обе виноваты перед девушками. Ваша мужская компания уже дает показания. Но большого греха за ними нет. Не думал, что мне посчастливится увидеть тебя живой. Ты все так же красива и, разумеется, талантлива. Жаль, но здесь тебе места не осталось.

Он вновь сделал ей укол. Женщин уложили в один ящик, переложив соломой и прикрыв лица. Открытыми оставил только грудь, на которой фломастером нарисовал крестики.

— Кто повезет?

— Я! — вышел вперед полковник. — Вчера я до самых ворот проводил нашего гостя на летних шинах. Я видел их корабль. Пропуск висит на ветровом стекле «Мини-Вена». Товар заводской, проверке не подлежит.

— Отлично. Я только Шейху напишу сопроводительное письмецо. Так, чтобы он не удивлялся и не пугался. Девушкам под сорок, а не шестнадцать.

— Пиши. Я пока подготовлю машину.

Ровно в полночь ящик стоял на нижней палубе. Врачу дали футляр с флаконом и шприцем, а также указали время укола.

Белый корабль покинул территорию России вовремя, по расписанию.

11

Хозяйка теплохода собрала все фальшивые паспорта и отдала их помощнику капитана.

— Предъявишь их, когда потребуют. Кордебалет ушел на лодке. Репетиция. Опаздываем.

Анна Анисимовна Кернер была умной и расчетливой женщиной, а море было для нее домом родным. Она еще в детстве с отцом обошла все водные просторы Земли.

Перед заходом в порт, еще не минуя маяк, она приказала опустить быстроходный катер на воду. Он тут же отчалил от борта и рванул вдоль берега к «Большим фонтанам». В лодке сидели четыре девушки и Анна. Герман, как и оговаривалось ранее, остался на судне в качестве заложника, прикованный наручниками к трубе.

Милиция даже не обратила внимания на катер. Они добрались до Аркадии. Анна высадила девушек прямо на пляже.

— Ну все, голубушки, вы дома. Больших запросов у вас нет. Так что жду вас здесь через год. Я сделаю из вас настоящих звезд. Кроме зависти, вы у людей ничего вызывать не будете. Паспорта получите у помощника капитана в шесть вечера у памятника Ришелье. Вот вам удостоверения. Вы группа кордебалета тихоходного лайнера «Злата ветвь». И если захотите выйти замуж, то муж должен знать: семь месяцев в году вы в море. Могу нанять их матросами.

— А Герман? — спросила Вероника.

Анна улыбнулась.

— Он уже стар для тебя. Я оставлю его себе. За год, в ожидании вашего появления, он ко мне привыкнет. Ну вы получили то, что хотели? Вы на родине. Гуляйте.

Катер отошел от берега и быстро ушел в море.

— Нам нужно идти в консульство и все им рассказать. Лена не успокоится. Она до бесконечности будет отсылать девчонок к Шейху. Стерву надо остановить.

— У нас нет доказательств, Вероника.

— А судно, на котором нас переправляли в ящиках от деталей?

— Прокуратура этим делом заниматься не будет, надо идти в ФСБ. Мы уже отдохнули, можем еще поработать. Но так дело оставлять нельзя, — сказала Бажена.

— Хорошо, будем искать ФСБ. И еще. Нам понадобится свидетель. Он у нас есть. Мы Германа из лап Анны вызволим! — азартно добавила Вероника.

— Кто о чем, а она о своем Германе.

— Не о своем. Он самый порядочный человек на свете.

— Согласны.

Как это ни странно, но в ФСБ их приняли и даже выслушали.

Начальник тут же связался с Москвой.

12

Ильин вошел в свою комнату и оторопел. В кресле напротив окна сидел Андрей Коптилин с пистолетом в руке.

— Не обращайте внимания на оружие, Пал Михалыч. Оно мне понадобится, если вы захотите меня задержать. Я свое отсидел. Выпустил меня досрочно Георгий Моркляк. Он всю колонию купил. Помните ограбление инкассаторской машины шесть лет назад? Эту операцию придумал Твердохлеб, Моркляк нанял отщепенцев и совершил налет. Чтобы деньги были целы, их доверили Жоре. Логика простая. Он садится в тюрьму, и деньги будут целы. Тут все логично и просто. Налетчики практически не знакомы друг с другом и на сговор не пойдут. В первую очередь Моркляк убил и закопал труп Твердохлеба в лесу. Потому он и числится до сих пор главным подозреваемым. Перед выходом Моркляк решил отделаться от остальных, чтобы не устраивать дележку денег. Вот тогда он, пользуясь своими связями, и выпустил меня. Я выполнял его поручения. Трех налетчиков уничтожил. Они того стоили. Схему и все фамилии я положил вам в папку, которая лежит рядом. Моих отпечатков на документах нет и на оружии тоже. Я в хирургических перчатках.

— Хорошо. Минуточку. Во-первых, рад вас видеть живым и здоровым. Рад, что вас выпустили. О вашей ликвидации бандитов я ничего не слышал, и вряд ли вы оставили следы. Вопрос: почему миллионер Моркляк расплачивался фальшивыми долларами?

— Все только выглядело гладко. Твердохлеб не собирался делить деньги с Жорой. Он дал ему для адвокатов и на всякий пожарный случай настоящих десять миллионов. Жора в колонии всему начальству дачи построил. Потому и жил там как хотел. Остальные тридцать миллионов Твердохлеб отксерил и вручил Жоре. Но, правда, он не знал, что тот его убьет в качестве «спасибо». Четыре алюминиевых чемодана. Два с фальшивками, которые Жора спрятал в склепе, и два с настоящими, которые Твердохлеб утопил на своей даче в сортире. Схему я нарисовал. Так что дело с миллионами раскрыл я. Пусть это мне зачтется. Ну хотя бы лабораторию дадут, а я вам взамен — Нобелевскую премию. С ядом дела покончены. Кто захочет есть фугу, пусть покупают у России патент сыворотки. В деле о миллионах я написал целый отчет, похожий на роман. При таких доказательствах Жора расколется.

— А как же ваша выжившая жена?

— Пусть ее судит Шейх Судана. Это она посылала ему мертвых девушек.

— Не всех. Один смельчак спас четырех красавиц. Мы его сняли с теплохода и всю компанию везут в Москву. Парень — настоящий герой. Но тоже с судимостью. Мы отменили его розыск и сняли судимость. Он талантливый врач, а не боевик и не спецназовец. У него в запасе не менее интересная история, чем ваша. Но доказательств против Лены у них нет.

— Вряд ли вы когда-нибудь о ней услышите или увидите. Она пошла тем же путем, куда отправляла девушек.

Ильин встал.

— Приношу вам свою благодарность и благодарность от прокуратуры.

Именно в этот момент в квартиру вошли Наташа и прилетевшая Таня.

Обе девушки молча и с восторгом смотрели на Андрея.

Андрей не любил пауз. Он взял кепку и вышел из квартиры.

Внизу в машине его ждала Анфиса. Она сгрызла все ногти вместе с маникюром.

Он сел в машину.

— Ты без наручников?

— Я подарил им тридцать миллионов долларов.

— У нас свои есть. У тебя два и у меня один. Что будем делать?

— Весна на носу. Махнем в теплые края. Пора устроить себе отпуск.

— Ты читаешь мои мысли.

* * *

Одни люди верят в надежду, другие нет. Некоторые умеют читать чужие мысли. В вагоне-ресторане встретились три пары. Без всякой договоренности. Андрей и Анфиса, Глеб и Вероника, Игорь и Алена. Знакомиться пришлось заново.

* * *

Переводчик читал письмо. Перед Шейхом на коленях стояли две изможденные женщины.

«Милостивый государь, перед вами две мегеры, которые хороший бизнес превратили в кошмар. Елену вы уже видели. Змея с ядом фугу. Рядом с ней Оксана, ее подручная и помощница во всех грязных делах. Прошу прощения за недостойный подарок, но обращаюсь к вам не как к государю, а как к судье. Они умышленно травили девушек, которые ехали к вам с открытым сердцем. Шесть смертей — еще не всё. Они убивали в Санкт-Петербурге тех, кто им не нравился. Только вам, как пострадавшему лицу, дано осудить их!»

Подпись неразборчивая. Женщины не поняли ни одного слова.

— Найдите в городе самую грязную женскую тюрьму. Они там будут жить безвылазно. Их работа — убирать нечистоты за преступницами, недобитыми камнями. Но этого мало. Придумаю наказание пострашнее. А сейчас убрать эту пакость из дворца.

Скованных одной цепью женщин за волосы поволокли к выходу.

* * *

Ирина никогда не теряла надежды. Она решила войти в доверие к тюремному начальству. Однажды она избила одну осужденную, уличенную в воровстве. Арабка сидела за убийство своего мужа в самой кошмарной женской тюрьме Судана. После такой выходки Ирину назначили старшей надзирательницей, помимо того, что она работала переводчицей. Ей даже жалованье положили, а еще через полгода начали выпускать в город. Ну понятное дело, в чадре с закрытым лицом. Она любила гулять в порту, пока, наконец, не пришел корабль, следующий из Судана в Арабские Эмираты, где в посольстве работал ее отец. Корабль принадлежал Голландии, но все моряки знали английский язык. Одному симпатичному матросу она и передала свое письмо, адресованное российскому посольству. Парень обещал его бросить в почтовый ящик посольства.

Ирина написала отцу всю правду и где она находится. Она не сомневалась, что письмо дойдет до адресата и что МИД ее вытащит из пожизненной ловушки. Судан не будет портить отношения с Россией. Оставалось только ждать…

И вот однажды, придя с прогулки, ее вызвала начальница тюрьмы. В ее кабинете на коленях, скованные цепями, стояли две избитые женщины. Она их тут же узнала. Это были ее так называемые «крестные тетки». Елена Сергеевна и Оксана. Им она обязана поездкой в Судан.

— Мисс Ирэн, этих двух баб привезли из дворца с приказом устроить им красивую жизнь. Так, чтобы они мучились до конца своих дней. С твоей фантазией и жестокостью ты подберешь им занятие.

— Конечно. С большим удовольствием, — усмехнулась Ира.

Оксана и Елена узнали ее и поняли, какая жизнь их ждет. Они лишь не понимали, как их подопечная попала сюда.

— Ползите за мной, голубушки, — сказала Ирина по-русски.

* * *

Кто-то верит в судьбу, кто-то нет, но как объяснить, что Моркляк попал в ту же самую колонию?

И опять перед ним выросла фигура Кума.

— Я тебя, Жора, предупреждал, чтобы ты мне на глаза не показывался. И про должок забыл. Сгинул, и ладно. Нет, поганая харя, теперь ты загремел на пятнадцать лет. Здесь столько не живут. Но твой остаток жизни я превращу в ад! Для начала пойдешь парашу мыть к «петухам». Это после карьера, где тебе дадут сломанную тачку. Нога быстрее заживет.

— Согласен. Только ты, Кум, этого не увидишь. Жди от меня сюрприза. Я делаю хорошо две вещи: не умею отдавать долги и оставлять живыми свидетелей.

Кум натянул перчатки и нанес обидчику мощный удар в челюсть.

У всех жизнь началась по-новому.

Content

Михаил Март
Красавицы для Шейха

Глава первая

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

Глава вторая. Полтора года назад

1

2

3

4

5

6

Глава третья

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

Глава четвертая. Полтора года назад

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

Глава пятая

1

2

3

4

Глава шестая

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

Глава седьмая

1

2

Глава восьмая

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12