Сьюзен Стивенс

Неотразимый грубиян

Глава 1

Погружая лопату в плодородную и влажную почву Тосканы, Кассандра улыбнулась. Ей очень повезло: она получила работу в Италии. Она обожала работать на открытом воздухе. И делать это приятнее всего под аккомпанемент птичьего пения и журчание кристально чистой речной воды. Касс предстояло подготовить большое поместье к посевному сезону.

У остальных садовников был выходной, как обычно по средам, поэтому Касс находилась в поместье одна. Это помогало ей живо представить себя здешней хозяйкой, несмотря на одежду: грязные сапоги, поношенный жилет, который она порвала о колючую проволоку, потертая бейсболка и шорты.

Поместье располагалось вдали от города. Уединение казалось Кассандре настоящим блаженством, особенно после шумихи в супермаркете. Хорошо, что до сих пор не приехал владелец поместья – Марко ди Фивиццано, итальянский промышленник. Она не торопилась встречаться с человеком, который, по данным прессы, такой же бесчувственный и холодный, как добываемый им каррарский мрамор.

Не нужно о нем думать.

Касс продолжала вскапывать землю. Она не представляла, что человек вроде Марко ди Фивиццано возьмет тайм-аут в своем напряженном графике и в се редине недели приедет из Рима в загородное поместье. Когда Кассандра спросила Марию и Джузеппе – соответственно экономку и мастера на все руки, – увидится ли она с боссом в ближайшее время, те посмотрели друг на друга и пожали плечами.

Ну и ладно.

По натуре Касс всегда была бунтаркой, хотя и молчаливой. Директриса школы назвала ее выскочкой, когда семилетняя Касс отказалась плакать в тот день, когда ее поставили на школьную сцену, а мимо нее гурьбой проходили ученики школы. Таким способом директриса решила пристыдить Касс, ведь ее родителей арестовали за распространение наркотиков. Будучи совсем юной, Касс решила, что больше не позволит над собой издеваться.

Одна мысль не давала ей покоя. Если директриса школы так презирала ее родителей, почему она жаждала получить от них деньги?

Кассандра ненавидела снобов. Ее покойный отец, печально известная рок-звезда Джексон Рич, без проблем оплачивал грабительские школьные поборы, но сотрудники школы презирали и его, и его красавицу жену, и их скромную дочь Касс.

Отмахнувшись от прошлого, Касс решила наслаждаться солнцем Тосканы.

Солнечный свет, проникающий сквозь кроны деревьев, согревал ее кожу, а запах дикого орегано пьянил. Стояла непривычно теплая весенняя погода. Как все-таки здорово, что Касс больше не работает в местном супермаркете.

Закрыв глаза, она улыбнулась, размышляя, что предпочтительнее: нейлоновая узкая униформа, которая наэлектризовывается, или удобная одежда, как сегодня.

Вне сомнения, она предпочтет последнее.

Она любила заниматься растениями и однажды попросила менеджера магазина позволить ей работать в секции садоводства, пообещав ему, что растения в магазине всегда будут выглядеть великолепно. Посмотрев на нее с сомнением, он заявил, что предпочитает, чтобы его продавщицы были чистыми и ухоженными. Она уволилась из магазина в тот же день.

Вытерев лицо тыльной стороной ладони, Касс простерла руки к солнцу, словно желая его обнять. Пели птицы, жужжали пчелы, и она уже видела плоды своих трудов в виде зеленых побегов. Поддавшись импульсу, она вытащила телефон и сделала селфи, чтобы отправить его обожаемой крестной матери, у которой жила после смерти своих родителей. Согласившись работать садовником, Касс решила сэкономить деньги и купить билет на самолет для крестной, чтобы та слетала к сыну в Австралию. Было бы неплохо подгадать момент так, чтобы она успела на его день рождения, но пока это только мечты.

После отправки фото по электронной почте Касс почти сразу получила ответ от крестной матери.

«Похоже, ты здорово проводишь время! Не показывайся никому на глаза, пока не умоешься. Ха-ха-ха».

Счастливо рассмеявшись, Касс махнула рукой, чтобы отогнать пчелу, но потом поняла, что гудит не насекомое, а вертолет. У нее чаще забилось сердце, когда черный вертолет пролетел над деревьями и завис почти у нее над головой. Прикрывая глаза, она попыталась рассмотреть, кто внутри вертолета, но увидела только логотип «Фивиццано Инкорпорейшн». Она решила, что прилетел «хозяин, которого следует слушаться», о котором упоминали Джузеппе и Мария. Он никого не предупредил о своем приезде, иначе Джузеппе и Мария не взяли бы выходной.

Касс решила, что сама со всем справится. Она нередко оказывалась в неловких ситуациях. Ей нужно просто держаться от хозяина подальше.

Ее сердце учащенно колотилось, пока вертолет медленно спускался, словно зловещая черная птица. Трава на лужайке расплющилась, певчие птицы в панике улетели с деревьев. Касс ни разу не встречала никого, кто летал бы на вертолете, с тех пор как была маленькой девочкой и жила в экзотическом мире своих родителей. Воткнув лопату в землю, она поняла, что у нее дрожат руки.

Вытирая руки о шорты, она стояла как вкопанная, пока лопасти вертолета прекращали вращаться. Дверца открылась – на землю спрыгнул одетый с иголочки высокий и властный мужчина. Марко ди Фивиццано был гораздо лучше и красивее, чем на фотографиях в газетах и журналах. На секунду она опешила, когда он пристально на нее посмотрел.

Что происходит? Она не сделала ничего плохого.

Марко еще больше нахмурился. Потом он смутно вспомнил, что его секретарша упомянула о том, что наняла временных работников на летний сезон. Сейчас он не в настроении этим заниматься. Джузеппе и Мария наверняка изложили этой женщине основные правила поведения: никто не имеет права подходить к нему, пока он находится в своем тосканском поместье.

Тихо ругаясь себе под нос, Марко вспомнил, что сегодня у Марии и Джузеппе выходной. Он так спешил покинуть город, что позабыл обо всем на свете. Теперь ему предстоит выяснять отношения с какой-то девицей. Он ожидал, что его новый садовник будет опытным и пожилым.

Подойдя ближе, Марко резко остановился, а незнакомка повернулась к нему лицом.

Она была похожа на грязного ежа. Она без макияжа. В каких-то лохмотьях. Волосы спрятаны под выцветшей бейсболкой.

Длинные стройные ноги, аппетитная фигура, соски упираются в тонкую хлопчатобумажную ткань топа. Ее лицо молодо, раскраснелось от работы и очень привлекательно.

Тело Марко отреагировало на нее бурно и одобрительно. Несмотря на грязь и старую одежду, женщина оказалась очень красивой. Подойдя к ней, он увидел, что она отнюдь не такая юная, как он предполагал.

Незнакомка уставилась на него в упор. Судя по всему, она не из пугливых.

– А вы кто? – тут же спросил он. Она была напряжена и слегка смущена.

– Кассандра Рич. Ваша новая садовница. Внимательно посмотрев в ее васильковые глаза, Марко тут же понял, что женщина умна, дружелюбна и остроумна. Она так удивила его, что он едва сдержал улыбку.

– Я здесь на лето. – Она огляделась.

– Где остальные садовники? – Марко нахмурился.

– Они по очереди берут выходной, – объяснила Касс, пожимая плечами. Она привлекла его внимание к своим ярко-голубым глазам, отведя со лба прядь медово-золотистого оттенка. – Вот почему я здесь, – прибавила она.

Оценив ее непринужденность, Марко задался вопросом, как выглядят ее волосы, скрытые под уродливой бейсболкой. Он уже представил себе, как она распускает их по плечам, а он запускает в них пальцы, запрокидывает ее голову и целует в шею.

– И вы в одиночку обработаете здесь всю землю? – скептично спросил он.

– Мне придется. По крайней мере, пока не вернутся остальные.

– Да, придется, – резко подтвердил Марко, по-прежнему стараясь понять, то ли ее манеры развязны, то ли она в самом деле так непринужденно держится.

Касс смотрела на него, как на необычный экспонат на выставке в галерее.

Возбуждение Марко усилилось, когда она улыбнулась. Ему понравилось, как она изогнула полные губы и слегка наморщила прямой нос.

– Я не так беспомощна, как выгляжу, – заверила она его. – И я обещаю, что не подведу вас.

Ее обещание ему понравилось.

– Вас бы не взяли на работу, если бы вы были беспомощны.

Марко отвернулся. Он должен был чувствовать себя уставшим, но вдруг ощутил прилив бодрости.

Он не спал последние сутки, обсуждая торговое соглашение, которое принесет пользу не только его компаниям, но и всей стране. Информация о его успехе распространилась по Риму как лесной пожар, привлекая к Марко стройных и корыстных женщин, поэтому он с радостью покинул город. Любая из них поехала бы с ним в Тоскану. Женщины были ухоженными и услужливыми, но ни одна из них ему не нравилась.

– Я могу что-нибудь сделать для вас? – спросила Касс.

Говорит ли она о чашке кофе или о чем-то еще?

– Нет. Спасибо. – Он напомнил себе, что сейчас ему не нужна компания.

Марко слишком долго пробыл в городе. Физически крепкий мужчина, вынужденный носить деловой костюм, он провел большую часть трудовой жизни в офисах с кондиционированным воздухом, хотя душой стремился к целинным землям Тосканы. Он хотел побыть один в своем поместье, расположенном между величественными горами. И он определенно не желал общаться со своими временными сотрудниками.

– Вообще ничего? – настаивала она. Догадывается ли она, как странно звучит ее вопрос?

Когда он повернулся к ней лицом, она широко раскинула руки, представляя его взору красивую грудь.

– Ничего. Спасибо, – раздраженно повторил Марко. – Занимайтесь садом.

Сейчас ему не помешало бы расслабиться с женщиной, но Кассандра Рич слишком молода и неопытна, поэтому он не будет тратить на нее время.

Он нетерпеливо стиснул зубы, когда она последовала за ним, и махнул рукой, приказывая ей вернуться. Он не собирался разговаривать ни с кем, кроме Марии и Джузеппе. Эта женщина зачем-то лезла в чужие дела, но, когда она улыбалась, он не мог ей противостоять.

Касс невольно вздрогнула, не понимая, что с ней происходит. Прежде она решила, что безопаснее всего держаться от Марко ди Фивиццано как можно дальше, но теперь она сама начала вести себя иначе. Такое ощущение, что ноги сами ведут ее к нему в дом. Она должна понимать, что Марко – выходец из того же мелочного яркого мира, к какому принадлежали ее родители.

– Осторожно! – огрызнулся он.

– Извините. – Касс вздрогнула, понимая, что едва не налетела на него.

– Вам больше заняться нечем, раз вы идете за мной в дом? – спросил он недовольно. Касс догадалась о том, что он провел трудные переговоры.

– На сегодня я закончила работу, – объяснила она, – поэтому я подумала…

– Что мне потребуется помощь? – сказал он и уставился на нее сверху вниз. – Если вы собираетесь провести здесь все лето, то вам лучше рассказать мне о себе.

Под его гневным взглядом она лишилась дара речи. Что она может ему рассказать?

– Ну, пошли! Откуда вы родом?

– Великобритания. – Касс пришлось бежать трусцой, чтобы не отставать от него. – Регион называется Озерный край. Вы, наверное…

– Я знаю, где это. Семья?

При упоминании семьи на нее нахлынули неприятные воспоминания. Она не просто не хотела говорить о своей семье. Она не желала вспоминать тот день, когда, будучи испуганным ребенком, стояла у семейного бассейна и смотрела на утонувших родителей, перебравших с наркотиками.

– Я живу со своей крестной матерью, – объяснила она.

– А родители?

– Они оба умерли.

– Мои соболезнования.

– Это было давно, – сказала Касс.

С тех пор прошло почти восемнадцать лет. Касс была такой юной, что вряд ли понимала, как оплакивать родителей. По правде говоря, она плохо их знала. Она проводила время то с одной нянькой, то с другой, пока родители гастролировали с музыкальной группой ее отца. Эмоции Касс умерли вместе с ее родителями. Потом приехала ее крестная и увезла с собой в скромный домик в Озерном крае, единственным преимуществом которого была красивая природа и восхитительный сад у дома. Касс жила там до сих пор вместе с любящей ее крестной матерью, ведя безопасную и упорядоченную жизнь.

Теперь Касс думала, что размеренная жизнь лишила ее чего-то важного. Например, эмоциональной встряски, какую она испытала при встрече с Марко ди Фивиццано. Ей не хватало остроты ощущений. Риск – именно из-за него она приехала в Тоскану.

– Вам повезло, что у вас есть крестная мать, – заметил Марко, идя впереди нее.

– Да, мне повезло, – согласилась она, гонясь за ним.

Касс колебалась, когда они подошли к входной двери.

– Заходите в дом, – приказал Фивиццано. Касс никогда не заглядывала дальше кухни. В свою комнату она заходила со двора. Касс была вся в грязи, поэтому не хотела испачкать что-нибудь в доме, который Мария так старательно убирала.

Хотя реальная причина ее сомнений была в том, что она не собиралась оставаться в доме наедине с Марко.

– У Джузеппе и Марии выходной, – объяснила она, оставшись за дверью.

– И? – нетерпеливо спросил Марко.

– Я уверена, что если бы они ждали вас…

– Я не плачу своим сотрудникам за ожидание. – Она вздрогнула, когда он добавил: – Вас что-то не устраивает?

Касс никогда не встречала такого бесчувственного грубияна. Она даже не собиралась входить в его дом.

– Я убеждена, что Мария оставила для вас еду в холодильнике, – произнесла она.

Марко помрачнел.

– Что вы сказали?

Касс пришлось напомнить себе, что она любит свою работу и ей необходимо оплатить поездку крестной в Австралию, поэтому она должна быть с Марко повежливее.

– Так как Марии нет, вам придется поработать, – сказал он, удостаивая ее презрительного взгляда. – Умойтесь и приготовьте обед.

Ее лицо стало пунцовым под его высокомерным взглядом. Касс напомнила себе, что не раз сталкивалась с привередливыми покупателями в супермаркете. Вздохнув и пытаясь успокоиться, она сказала себе, что Марко ди Фивиццано обычный человек.

– Я плохо готовлю, – призналась она, снимая сапоги.

– Приготовьте то, что умеете.

Касс вдруг захотела пожарить ему яичницу со слабительными травами.

Войдя в красивый старинный дом, Касс опешила. Потрясенная его красотой, она в благоговении огляделась. Перед ней был квадратный элегантный вестибюль с высоким сводчатым потолком. В нем была полированная антикварная мебель и множество старинных ковров, по которым Марко ди Фивиццано прошагал в обуви в сторону огромной лестницы из красного дерева.

– Умойтесь в задней кухне, – проинструктировал он, словно Касс была новоявленной Золушкой. – Яичницу вы наверняка умеете готовить.

– Я сорву свежие приправы…

Он ее не слушал, потому что уже поднимался по лестнице.

Все-таки она верно оценила Марко ди Фивиццано. Он невероятно бесчувственный грубиян. Сейчас он голоден, и она должна его покормить.

Потом она вспомнила, что, согласно публикациям в прессе, Марко ди Фивиццано великолепный любовник.

Ох, ей необходимо попить холодной воды, прежде чем она снова его увидит.

Умывшись, Касс сорвала приправы в огороде, вернулась в дом и посмотрела на верхнюю площадку лестницы. Она представила, как обнаженный Марко стоит под душем. У нее всегда было спокойное отношение к мужчинам и сексу, хотя в отдаленном регионе Озерного края молодых мужчин было мало. И если Касс кого-то из них выбирала, то ошибалась. У нее было два неудачных романа. Хотя в этих мужчинах не было ничего плохого, они почему-то ее разочаровывали.

И она оказалась не готова к встрече с таким властным и мужественным человеком, как Марко ди Фивиццано.

Касс провела рукой по затылку и задалась вопросом, будет ли Марко принимать холодный душ после встречи с ней. Она почему-то в этом сомневалась. Она решила, что он относится к ней как к осе, которую хочется прихлопнуть, а не как к красивой бабочке, которой хочется любоваться. Он был воплощением чувственности. Даже дорогой костюм не скрывал его мощной, первобытной энергии доминантного самца. Перед ним наверняка не устоит ни одна женщина.

Однако Касс не похожа на остальных женщин.

Потому что она разумна.

И вообще, пора перестать мечтать и приготовить Марко еду.

Марко принял ледяной душ. Его взбудоражила встреча с самой необычной из известных ему женщин. Он мрачно улыбнулся, намыливаясь и представляя, какой хаос устроит Кассандра на кухне, в которой Мария поддерживает идеальный порядок. Остается надеяться, что перед тем, как готовить, Касс вымоет руки.

Выйдя из душа, он почувствовал себя обновленным. Он с удовольствием бы поел, но после нескольких часов энергичного секса. Марко выглянул в окно и с любопытством прищурился. Возможно, он слишком рано отмахнулся от идеи соблазнить Кассандру Рич. Заметив, как она ловко убирает нож, которым срезала приправы в огороде, он снова почувствовал возбуждение.

Касс яростно разбивала яйца в миску. Ей нужно немного успокоиться перед тем, как на кухню явится Хозяин.

Она вспомнила, как впервые готовила яичницу, вытирая яичные потеки со стены. Ей было шесть лет, и она нестерпимо хотела есть. Теперь она знает, что за жарящейся яичницей нужно присматривать, иначе она станет горькой и несъедобной. Ее первое блюдо сгорело, но она все равно его съела, потому что голод был нестерпимым. К счастью, крестная мать научила ее готовить и подбадривала ее, когда та не верила в свои силы.

Касс перестала верить в себя, когда жизнь ее родителей превратилась в хаос из-за наркотиков, однако крестная помогла ей обрести уверенность, научив готовке и садоводству, любя и поддерживая ее.

Вот так Касс полюбила наблюдать за тем, как растут растения и как меняется жизнь. И именно поэтому она не сомневалась, что справится с Марко ди Фивиццано. Ей не страшен ни его гнев, ни злость… она многое повидала до того, как переехала к крестной.

Приготовив яичницу, Касс поставила тарелку на поднос, а рядом положила свежие листья салата. И в этот момент на кухню вошел Марко.

Глава 2

Казалось, Марко решил, что будет относиться к Касс как к остальному персоналу, но, увидев ее склонившейся над кухонной раковиной и моющей сковороду, он затрепетал от желания. Он посмотрел на ее округлые бедра. К сожалению, она переоделась и теперь была в облегающей футболке. На ее шее красовалась полоска грязи, которую Марко вдруг захотелось слизнуть.

– Я надеюсь, яичница вам понравится, – искренне сказала она.

Он взглянул на удивительно аппетитную еду на столе.

– Выглядит неплохо, – одобрительно произнес он. – А где хлеб?

Глаза Касс сверкнули, но потом она кротко ответила:

– Я сейчас его принесу, сэр. Он внезапно рассердился.

– Ради бога, зовите меня по имени, – произнес он.

– Еда простая, – объяснила она, когда он пробурчал слова благодарности и сел за стол.

Касс подумала, что ее попытка выместить разочарование на куриных яйцах полностью провалилась. Марко ди Фивиццано выглядел еще привлекательнее, чем при их первой встрече. Посмотрев вниз, чтобы убедиться, что футболка не облегает грудь, она увидела, как дерзко торчат ее соски. В деловом костюме, накрахмаленной белой рубашке и сером шелковом галстуке, ее босс был ошеломляюще красив, но в облегающих джинсах и облегающей черной футболке он был просто неотразим.

– Хлеб! – резко напомнил ей Марко.

И еще он самый отвратительный грубиян на свете! Она быстро подала ему хлеб. Ей казалось, что большая кухня вдруг стала меньше.

– Вы уже поели, Кассандра?

Она удивилась его вопросу, потому что не собиралась обедать с ним за одним столом.

– Я не голодна. – Хотя она всегда была голодна после работы на свежем воздухе. – Я поем позже.

– Как хотите, – сказал Марко, кладя на стол столовые приборы. – Вам не помешало бы набрать пару килограммов.

Касс в очередной раз напомнила себе, что любит свою работу.

Глубоко вздохнув, она промолчала.

Марко не мог сдержать интерес к Касс. Она не была похожа на утонченных и холеных римлянок, но, по крайней мере, она умна и по-своему уникальна.

– Вам понравилась яичница? – спросила она, когда он доел.

– Очень, – признался Марко, потом критично взглянул на Кассандру. – Как вы получили работу?

– Меня рекомендовала подруга моей крестной, она тоже опытная садовница.

– Кто вас нанял? – Он нахмурился.

– Вы. Вернее, ваша… – Касс совсем не разбиралась в офисной иерархии.

– Моя секретарша? – произнес он. – Она единственная, кто имеет право нанимать мой личный персонал.

– Должно быть, – согласилась Касс. Она не имела ни малейшего понятия, о чем сейчас говорит. Под пристальным взглядом его неотразимых глаз у нее из головы вылетели все мысли.

– Я не видел вашего резюме, – продолжал Марко, не сводя с нее взгляд. – Где вы учились?

– Я самоучка, – призналась Касс. Она и правда черпала знания в основном из книг по садоводству.

– Ваше предыдущее место работы? – спросил он. Она заметила, как Марко отодвинул в сторону тарелку.

– Я работала кассиром в местном супермаркете и раскладывала товар на полки.

– Образование? – Он сильнее наморщил лоб.

– Я окончила только школу, – призналась она и стала мыть посуду, надеясь избежать неудобных вопросов.

Касс насторожилась, когда Марко встал из-за стола. Если он станет рыскать по кухне, Касс будет не по себе. Но он ушел, даже не посмотрев в ее сторону и не поблагодарив за ужин.

– Грубиян. – Она наблюдала в окно, как он пересекает двор. Красивый грубиян.

Марко не спал всю ночь.

Натянув джинсы, он нахмурился и стал медленно расхаживать по комнате. Он привык находиться в поместье один, но теперь в комнате через двор жила Кассандра.

Его опалило желанием при мысли о том, что окно Кассандры находится прямо напротив его окна. Он порылся в Интернете, отыскивая о ней информацию. Ему неспроста показалась знакомой ее фамилия. Кассандра была единственным ребенком печально известной рок-легенды Джексона Рича и его безвольной жены, Алексы Монро.

Но непонятно, почему Касс работает садовницей? Куда подевались деньги ее отца? Джексон Рич был феноменально успешным музыкантом. Неужели он промотал все, что заработал? Скорее всего, все свои деньги он спустил на наркотики. Марко было совсем его не жаль.

Теперь он взглянул на Кассандру иначе. Судя по всему, она не унаследовала пагубную слабость своих родителей. Но если она охотится за его деньгами, то ее ждет разочарование. Он не собирается привозить в Рим чумазую любовницу. Римлянки умеют красиво одеваться, вести светские беседы и опытны в постели. Он сомневался, что Кассандра обладает хотя бы одним из этих навыков.

Пришло время напомнить себе, что он бежит от проблем, как от чумы. Еще в детстве он понял, что женщинам доверять нельзя, и он не изменит свое мнение. Пусть Кассандра Рич изворотлива и привлекательна, но она его не проведет.

Касс проспала. Выскочив из постели, она спешно стала собирать свои вещи. Все вокруг нее было прежним, хотя казалось другим. И все из-за того, что в поместье появился Марко.

«Забудь про босса! Тебе уже пора работать в саду».

Открыв ставни, она увидела, как Марко шагает по двору. С каждым разом Марко выглядел все лучше и лучше. Мужчины в ее фантазиях всегда были взъерошенными и неуступчивыми, и по сравнению с Марко они выглядели жалкими. Сегодня он был в джинсах и клетчатой рубашке с закатанными рукавами, обнажающими его сильные предплечья.

Касс отскочила от окна, когда Марко поднял голову и посмотрел на нее.

Неужели он почувствовал, что она за ним наблюдает? Она должна быть осторожнее, если хочет сохранить работу.

Приняв душ, Касс обернулась полотенцем и стала решать, что надеть. Она привезла с собой летнее платье – на всякий случай, две пары шорт и шесть футболок. А еще джинсы и флисовую куртку на случай похолодания…

В любой другой день она надела бы чистые шорты и футболку. Ведь ей придется работать с землей, а не соблазнять Марко ди Фивиццано.

А какое же белье ей надеть?

Она оглядела кучу одежды.

Очевидно, то, которое удобнее! Касс выбрала самые большие трусы и спортивный бюстгальтер, который хорошо поддерживал ее полную грудь.

Мария и Джузеппе вернулись и обменялись с ней несколькими вопросами за завтраком. Они почти ничего не знали о планах своего босса на ближайшие несколько дней. Джузеппе упомянул только о том, что Марко собирается посетить виноградники Фивиццано, чтобы отобрать вино для важной вечеринки в Риме.

Прошло несколько дней. Касс почти не видела своего босса. Она продолжала твердить себе, что это здорово – никто не стоит у нее над душой, – хотя постоянно ждала его появления. Она ничего не могла с собой поделать. Марко ди Фивиццано был для нее редким приключением. От Марии она узнала, что он много времени уделяет своему поместью. После этих слов Касс почувствовала себя жалкой прислугой, которая не имеет права интересоваться жизнью хозяина. Но она продолжала тайком о нем мечтать.

Ее мечты были безопасными до тех пор, пока Марко не вышел из дома. Он взглянул на Касс, и ее сердце заколотилось как сумасшедшее. На Марко был деловой костюм. Он собирался куда-то ехать на своем «ламборгини».

Может, у него свидание? А почему ее это беспокоит?

Касс снова принялась копать траншею для защиты всходов от подтопления. Выпрямившись, она принюхалась. В воздухе пахло дождем.

Мария рассказала ей, что, хотя дом и другие постройки выглядят прочными, они уязвимы к погодным явлениям, потому что очень старые. За последнее столетие русло реки постоянно менялось и теперь угрожало дому. Мария также сказала, что во время сильного шторма пару лет назад с корнем вырывало деревья, а река вышла из берегов. После той трагедии даже птицы перестали петь. Касс заметила, что Марко сердито посмотрел на небо.

Кассандра делает это снова. Она сводила с ума Марко своим роскошным телом, закрытым испачканной одеждой. Ни одна любовница так его не заводила. Хотя он сомневался, что кто-нибудь из них держал в руках лопату. Кассандра не просто привлекательна – она интересная и необычная личность. Удивительно, как ей удалось примириться со своим прошлым. Марко прочел все статьи о трагедии с ее родителями. Он знал, что Касс была предоставлена самой себе, пока ее не забрала крестная мать. Журналисты предполагали, что развратная жизнь родителей повлияла на юную девушку. Марко никогда не подпускал близко ни одну из своих женщин, а с Кассандрой Рич ему следовало быть особенно осторожным.

Заведя двигатель автомобиля, он посмотрел на Кассандру, копающую землю. Ее футболка села после стирки и теперь обнажала полоску ее плоского и загорелого живота. Марко представил, как целует ее гладкую, шелковистую кожу и наслаждается ее телом.

Выехав за ворота, он решил отвлечься от мыслей о Кассандре и подумал о других женщинах, которые могли бы его развлечь, пока он находится в Тоскане. Он вспомнил о нескольких милашках, которые смешили его, пока он не устал от их бесконечных колкостей. У него были женщины, которые бросали ему вызов и утомляли заумными разговорами. У него были и красотки, которыми он увлекался только на одну ночь. Всем его любовницам были нужны только его деньги и секс. Некоторые из них могли бы стать идеальными женами, однако они вряд ли занимались бы садоводством.

Почему Марко так пристально смотрел на нее? Касс проводила взглядом автомобиль, на котором он умчался прочь, оставляя позади себя столб пыли и гравия.

Вероятно, Марко просто проверял, как она работает. И больше он на нее не посмотрит.

Ох, у нее просто разыгралось воображение. Многие приличные женщины мечтают о порочных мужчинах, и в большинстве случаев все заканчивается только фантазиями. А Марко ди Фивиццано вообще ей не пара. Она строго напомнила себе об этом, когда его машина, взревев, укатила прочь в сопровождении приглушенного раската грома.

Глава 3

Загадка разрешилась: Марко поехал на обед с мэром. Получив эти сведения от Марии, Касс не понимала, какие эмоции уместны в данный момент: радость или… ревность.

«Сумасшедшая! А ну, марш работать в саду!»

Отведя волосы от глаз, Касс поправила бейсболку и предложила Марии помочь прибраться в доме, чтобы они с Джузеппе пораньше отправились на городской праздник.

– Не попадите под дождь. – Касс посмотрела на потемневшее небо.

Помахав друзьям, она порадовалась возможности работать целый день в саду, где ей никто не помешает. Ее радостное настроение длилось недолго. Ей пришлось уйти с улицы, как только небо прорезала вспышка молнии. Стало небезопасно находиться на открытом воздухе, и Касс отправилась прибираться на кухне.

Быстро стемнело, а воздух стал удушающим. Как только на землю упала первая капля дождя, Касс собрала садовые инструменты и поспешно ушла. Она уже промокла насквозь, когда входила в кухню. Следовало проверить, закрыты ли окна, пока шторм не обрушился на поместье в полную силу.

Касс помчалась вверх по лестнице. Сложилось ощущение, что шторм решил проверить дом на прочность. Раскат грома был таким оглушающим, что Касс испуганно вскрикнула. Несколько раз сверкнула молния. Касс даже попрыгала на месте, чтобы убедиться, что дом по-прежнему стоит на месте.

Включив свет, она сразу почувствовала себя лучше. Но как только она подошла к лестнице, свет погас. Касс прижалась к двери в темноте, а потом приказала себе успокоиться. Нащупав выключатель, она несколько раз попыталась зажечь свет, но все безуспешно. Электричества в доме не было. Она достала свой мобильный телефон – связи не было тоже.

Осторожно спускаясь по лестнице, она закричала, почувствовав, что вошла в ледяную воду. Запрыгнув на ступеньки, она прижалась к перилам, стараясь придумать, что делать дальше. Касс убеждала себя, что дом выстоял несколько веков, а Марко основательно его отремонтировал, поэтому, даже если река изменила свое русло, дом вряд ли уплывет. Она в безопасности и справится с любой проблемой. Раз подобные штормы уже случались, Марко подготовил дом к непогоде. А если река выйдет из берегов и затопит дорогу, и Касс будет отрезана от мира, она найдет выход из сложной ситуации.

В середине дня стало темно, как ночью. Надвигался сильный шторм. Извинившись, Марко пораньше ушел с приема у мэра. Сбегая по ступеням, он посмотрел на небо и понял, что буйство стихии начнется намного раньше, чем ожидалось. Поговаривали, что повторится шторм две тысячи четырнадцатого года. Поэтому Марко позвонил Марии и Джузеппе и предупредил их, чтобы они оставались в городе. Именно тогда они сообщили ему, что синьорина Рич не поехала с ними на праздник и осталась в поместье.

Кассандра Рич приносила ему одни проблемы. Если река выйдет из берегов и власти перекроют мост, Марко не сумеет вернуться в поместье. За дверью кухни, на улице, были разложены мешки с песком. Если Касс догадается, она использует их по назначению. И еще она, возможно, сумеет включить аварийный генератор, если в доме отключится электричество.

Послышался громкий грозовой раскат, зловеще сверкнули молнии, а потом внезапно начался холодный ливень. Запрыгнув в машину, Марко понял, что нельзя терять ни минуты, если он собирается проехать по мосту до того, как его закроют аварийные службы.

Люди в униформе уже предупредили его, что следует повернуть назад. Поблагодарив их, он проигнорировал предупреждение. Марко поморщился, услышав хруст металла, когда проезжал по берегу и резко свернул в сторону, чтобы объехать упавшее дерево. Он наверняка угробит двигатель и тормозные колодки. Уровень воды поднимался, автомобильные дворники не успевали отводить воду от лобового стекла.

Ехать вперед его заставляла единственная мысль: Кассандра осталась одна в темном доме. Несмотря на ее упрямство, она его сотрудник, и он обязан заботиться о ее безопасности.

Марко никогда еще так не радовался приезду домой. Вода уже залила нижние ступени. Остановив автомобиль, он открыл ключом парадную дверь и толкнул ее. Дверь не открылась. Оглядев двор, он крикнул. Кассандры нигде не было.

– Кассандра!

Приложив руки к лицу, он заглянул в окно, но не увидел ничего, кроме черноты. Подняв воротник, он спустился по лестнице. Он усмехнулся, увидев, что траншея, которую вырыла Кассандра, отводит воду от рассады на безопасное расстояние. Марко резко остановился у задней двери, которая была широко открыта. Его сердце дрогнуло при мысли, что Касс могла просто сбежать от испуга куда глаза глядят.

– Вы будете там торчать или поможете мне?

Он обернулся на звук ее голоса. Касс стояла перед ним в обрамлении лунного света. Она находилась в дальнем углу кухни. Касс промокла до нитки, пряди волосы прилипли к ее спине. Она тащила по полу мешок с песком.

– Свечи опять погасли! – крикнула она, отступая в коридор. – Зажгите их!

Злобно выругавшись, Марко снял пиджак и тут же подошел к Касс:

– Свечи зажжете вы, а я возьму мешок с песком.

– Если вы хотите мне помочь, принесите еще один мешок! – заорала она. – Река вышла из берегов.

– Ясно, – сухо сказал он, отнимая у нее мешок с песком. Он положил мешок поверх остальных. Теперь он понял, почему не смог открыть парадную дверь.

Касс скатала в рулон персидский ковер и положила его у двери.

– Помогайте, – нетерпеливо настаивала она. – Вдвоем мы справимся быстрее.

– Вы еще не зажгли свечи? – Он нахмурился.

– А вы еще не научились хорошим манерам? – парировала она и одарила его хмурым взглядом.

Удивившись, Марко выпрямился. Еще никто не осмеливался ему грубить.

Послышался оглушительный раскат грома. Сверкнула молния. Марко увидел, как Касс испуганно округлила глаза.

– Вы в безопасности, – произнес он, когда гром стих.

– Если ливень не прекратится в ближайшее время, мы утонем. В прямом смысле этого слова, – сказала она. – Вот. Держите вот это.

Касс бросила Марко полотенце, чтобы вытереть воду, подтекающую через баррикаду из мешков с песком. Синьорина Рич не сидела в углу, дожидаясь рыцаря-спасителя на белом коне, а уверенно контролировала ситуацию. Она удивила Марко. Несмотря ни на что, она ему нравилась.

– Ну? Вы поможете мне свернуть ковры или нет? – спросила она, оглядываясь на него, когда зажгла свечи на столике в вестибюле.

Проходя по полутемному вестибюлю, она зацепилась ногой за ковер. Марко вовремя схватил Касс, помогая ей сохранить равновесие. Она затаила дыхание, словно ожидая, что он поцелует ее.

– Будьте осторожны, иначе снова споткнетесь, – предостерег он.

Судя по ее взгляду, спотыкаться она хотела меньше всего.

– Продолжим? – многозначительно спросила она. – Я имею в виду ковры.

Касс обнаружила, что они с Марко отлично понимают намерения друг друга. Из них получилась прекрасная команда. Ей было приятно наблюдать за физической работой мускулистого Марко.

– Я уберу вещи с пути, чтобы вы отнесли ковер в столовую, – произнесла она, затаив дыхание, когда Марко положил тяжелый ковер на плечо с такой легкостью, словно это был мешок с перьями. Открыв дверь шире, освобождая ему пространство, она почувствовала, как Марко дышит ей в шею. Их тела соприкоснулись, дыхание смешалось, когда Марко обернулся. Они стояли слишком близко друг к другу.

– Отличная работа, – сказала она, шагая назад. Теперь она поняла, что в спешке вела себя так, словно Марко ее помощник. Ну, уже ничего не исправишь. Она нырнула под его руку и направилась прочь.

– Куда вы идете? – спросил Марко.

– В свою комнату. – Повернувшись, она пожала плечами. – Мы сделали все, что могли. Я приму ванну, чтобы согреться. Электричества нет, но вода в нагревателе по-прежнему теплая. Я обещаю, что не израсходую всю воду.

– Будете принимать ванну в темноте? – произнес он.

– Я возьму с собой несколько свечей. – Она взглянула на кулак, которым Марко прижал дверь. Намерен ли он ее остановить? Атмосфера в комнате вдруг стала невыносимо напряженной.

– Вы так торопитесь уйти, – сказал он.

Его тихие слова насторожили Касс.

– Мне холодно, – ответила она, обхватывая себя руками.

Она сомневалась, что Марко ей поверил, однако он убрал руку с двери.

– Вы сегодня отлично поработали, – заметил он, отступая.

– Но сейчас я продрогла, – решительно напомнила ему Касс. Она была не так далека от истины. – Если бы в доме было электричество… – Она посмотрела на Марко с надеждой.

Марко прищурился, глядя на нее.

– Примите ванну, – посоветовал он. – И не забудьте сказать вашей крестной матери, что вы в безопасности. О таком шторме сообщат в международных новостях. И предупредите того, кто еще о вас беспокоится, – прибавил он.

– Кроме крестной, обо мне некому беспокоиться.

– Вы, очевидно, часто ее вспоминаете.

На Касс нахлынул прилив нежности.

– Моя крестная самая прекрасная женщина на земле. Она взяла меня к себе, когда…

– …ваши родители умерли, – задумчиво подытожил Марко.

– Да. – Касс поджала губы, не желая больше ничего говорить. Ей стало интересно, что еще узнал о ней Марко.

– Почему вы уехали от крестной и стали работать в Тоскане?

– Здесь замечательная работа, – откровенно призналась она. – Крестная нашла для меня эту временную должность через одну из своих подруг, которая тоже работает садовником. Было бы невежливо отказаться от предложенного шанса.

Хотя, возможно, Касс не следовало приезжать в Тоскану. Ее начинало нервировать то, как Марко на нее смотрит.

– Когда я вернусь домой, я буду работать в другом супермаркете. А пока меня идеально устраивает работа садовником.

– Идеально, – сухо повторил Марко. – Не простудитесь, – напомнил он ей.

Касс, не оглядываясь, побежала через двор. Взлетев по лестнице и ворвавшись в свою комнату, она почувствовала себя так, словно за ней гнался дьявол.

Марко молчал, когда Кассандра убежала. Она справилась с последствиями шторма с впечатляющим спокойствием, чем лишь сильнее его заинтриговала. Ему захотелось лучше ее узнать. Она не подчиняется его приказам, но действует на него как глоток свежего воздуха. Поработав с ней бок о бок, он теперь остро ощущал ее отсутствие. Ему пришлось твердо напомнить себе, что не следует ее соблазнять. Он никогда не спал со своими сотрудницами.

Включив аварийный генератор, Марко оглядел сад, чтобы оценить ущерб от стихии. Он тихо фыркнул, увидев, что рассада Касс выжила, а деревья, росшие в поместье веками, сломаны и лежат на земле. Придется заключить с Кассандрой Рич долгосрочный контракт на строительство дренажных каналов.

Проверив, как мешки с песком сдерживают воду, он удивился, что Кассандра сумела их поднять. Она была самой необычной женщиной из тех, которых он знал. Она воплощала в себе все то, чего он так старательно избегал. Она слишком молода, наивна, и ей наплевать на то, что они с ней стоят на разных ступенях социальной лестницы. В жизни Марко было слишком много холуев. А Кассандра честна и естественна. Если бы ему довелось пережидать шторм с женщиной, то он выбрал бы именно ее, а не холеную надушенную куклу.

Марко рассмеялся, взбегая по лестнице. В его жизни осталось так мало сюрпризов, что он почти радовался появлению Кассандры.

Он остановился как вкопанный на пороге своей комнаты. Его ставни были открыты, а окно Кассандры освещалось лунным светом.

Касс отлично понимала, что Марко привлекают изысканные и утонченные женщины, какой она никогда не была. Однако она не переставала о нем мечтать. Работая рядом с Марко, она, безусловно, почувствовала себя свободнее и смелее. Она принялась танцевать по ванной комнате, пока наполнялась водой ванна. В своих мечтах она танцевала для Марко, а он, глядя на нее, пускал слюни.

В реальности он не захочет связываться с садовницей. Но реальность такая скучная! Работа Касс в поместье Марко скоро закончится, а пока она может от души пофантазировать.

Она выглянула в окно. В комнате Марко было темно и пусто. На мгновение она разволновалась, задаваясь вопросом, не наблюдает ли он за ней из темноты. Нет. При свете луны она может безопасно танцевать и дальше на воображаемой сцене.

Марко замер, наблюдая, как раздевается Кассандра. Она стояла к нему спиной и медленно снимала с себя одежду, словно танцуя стриптиз. Когда она сняла бюстгальтер, Марко увидел только часть ее полной груди. Он простонал, предвкушая очередную бессонную ночь.

Она распустила волосы, которые упали ей на спину мерцающим каскадом. Неторопливо двигаясь, она расстегнула пояс джинсов и потянула их вниз, представляя взору Марко аппетитные бедра и ягодицы.

Он застыл на месте, когда она сняла джинсы. Многие женщины пытались его соблазнить, и многим из них это удавалось, но ни одна не пробуждала в нем такого сильного желания. Кассандра коснулась кончиками пальцев своей груди и погладила напряженные соски. Откинув голову назад, она обхватила руками груди, словно приглашая Марко их целовать.

Он напрягся, когда она погладила руками округлый живот, а потом запустила пальцы себе между ног. Он глотнул воздух, поняв, что последние несколько секунд не дышал. Кассандра казалась ему такой невинной, но действовала как очень искушенная и опытная женщина. Она казалась Марко воплощением чувственности. Ему стало любопытно, как она ведет себя в постели. Будет ли она контролировать себя или окажется необузданной любовницей?

Касс ужаснулась тому, что делает.

Она должна лежать в постели и спать. Вместо этого она устроила эротические танцы у открытого окна.

Схватив полотенце, Касс обмоталась им, а затем повернулась и увидела, что ставни на окнах Марко закрыты.

Но разве они были закрыты прежде?

Касс помнила только о том, что в его комнате было тем но. Возможно, ставни были закрыты с самого начала.

Глава 4

Марко был напряжен за завтраком – по очевидным причинам. Кассандра, наоборот, выглядела абсолютно расслабленной, и ее щеки были розовыми. После борьбы с последствиями шторма и стриптиза у окна она была сдержанной, спокойной и сосредоточенной.

– Извините, но я могу предложить вам только яичницу, – сказала Касс, когда Марко простонал вслух, вспоминая ее танец в лунном свете.

– Да, я согласен на яичницу. Спасибо. – Он откинулся на спинку стула и попытался не думать о Кассандре и ее ночных танцах.

– Я готовлю только самые простые блюда, – прибавила она. – Сегодня приедет Мария, поэтому завтра у вас будет полноценный завтрак.

Касс нагнулась, чтобы отставить сковороду в сторону, и выцветшие джинсовые шорты плотно обтянули ее ягодицы. Марко тут же захотел подойти и прижаться к Касс сзади.

– Еще хлеба? Яичницы? Кофе? – выкрикнула она.

– Нет. Спасибо.

Когда Касс повернулась к нему лицом, Марко думал отнюдь не о завтраке. Он фантазировал о том, как займется с ней любовью. Она обхватит его за талию длинными, стройными ногами и, тихо вскрикивая, будет двигаться вместе с ним.

Он выпрямился, когда она прижала руку ко лбу.

– Что случилось?

– Таблетки для посудомоечной машины!

Он моргнул:

– Прошу прощения?

– Они закончились. – Она насупилась.

В мгновение ока Касс разрушила чувственную фантазию Марко. Однако ее изворотливость и непредсказуемость только сильнее распаляли Марко.

Марко ди Фивиццано сводил ее с ума. Он собирался очистить сад после шторма, а Касс решила отправиться по магазинам. Раздетый до пояса, с топором в руке, он был воплощением ее самой смелой фантазии. Ей стало любопытно, кто он на самом деле. Марко настолько богат и могуществен, что сможет легко скрыть свое прошлое. У каждого есть интересное прошлое. Но Марко никого к себе не подпускает, а тем более не рассказывает о себе.

Ну, Касс будет совсем не против того, что Марко с ней разоткровенничается. И она с удовольствием прикоснется к его мускулистым плечам…

Очарование момента ушло, как только из дома вышла Мария и сообщила, что боссу звонят по телефону. Воткнув лезвие топора в пень, Марко вошел в дом.

Размышляя над несправедливостью жизни, Касс криво усмехнулась, наблюдая, как Марко исчезает из поля ее зрения.

Время после обеда Касс провела в деревне, где было тихо и прохладно после шторма. Ей предстояло поработать в саду, поэтому она поспешила в дом. Марко уже ждал ее и нетерпеливо расхаживал по комнате.

– Оставьте это на время, – сказал он, когда она начала раскладывать покупки по местам.

– Что не так? – Касс нахмурилась и выпрямилась.

– Нам нужно поговорить.

Она вздрогнула, решив, что он ее увольняет. Она не хотела потерять эту работу.

– Пойдемте в мой кабинет, – приказал Марко.

Услышав его строгий тон, Касс еще больше разволновалась. Она огляделась, желая что-нибудь узнать о Марко по обстановке в его святилище. Но повсюду царил порядок и строгие линии. Никаких растений на подоконнике, никаких документов, брошенных на стол. Марко не пригласил ее присесть и заговорил напрямик.

– У меня проблема, – сказал он.

– Проблема? – На секунду Касс опешила, сомневаясь, что у Марко ди Фивиццано бывают трудности.

– Мне нужна ваша помощь, Кассандра, – отчеканил он, пронзая ее взглядом.

– Чем я могу вам помочь? – Она сомневалась, что он пригласил ее, чтобы поговорить о садоводстве.

– Меня подвели.

– Простите.

– Это не ваша вина, – нетерпеливо огрызнулся Марко.

Подойдя к письменному столу, он прислонился к нему спиной и сложил руки на груди.

Прищурившись, он оглядел Кассандру с ног до головы, будто кусок пирога в витрине магазина.

– Что я могу сделать для вас? – спросила она.

Марко ответил не сразу, и у нее появилось время, чтобы его разглядеть. Он не брился, находясь в Тоскане. Здесь он в самом деле расслабился. Как и она. Кассандра вздрогнула, заметив, что он уставился на ее губы. Она осознала, что невольно чувственно их поджала. Она выпрямилась и стала держаться более официально.

– Вы понадобитесь мне в Риме, – произнес он.

– Рим? – Касс мгновенно вернулась в реальность. Рим – шумный, сверкающий и элегантный город. Она не может поехать в Италию! Но потом ей в голову пришла гораздо более успокаивающая мысль. – У вас там сад? – При мысли о работе в городском саду у нее потеплело на душе. Она представляла, что это будет огороженная и тихая территория.

– Это никак не связано с садом, – нетерпеливо отрезал он. – Каждый год я устраиваю благотворительную вечеринку.

– Я понимаю, – пробормотала Касс, нахмурившись. Она ничего не понимала. На самом деле она даже предположить не могла, куда он клонит.

– Нас ждет торжественный ужин, – пояснил Марко, словно она должна была знать об этом. – И мне нужно сопровождение.

Касс молчала.

– Организатором благотворительного вечера должна была стать моя партнерша. – Он нетерпеливо взмахнул рукой. – Но она не придет.

– Значит, вы будете на вечеринке один? – Касс хмурилась, будто не веря, что Марко останется без пары.

– Нет, – заверил он ее, – потому что со мной пойдете вы.

– Я? – Она ужаснулась. Всю свою взрослую жизнь Касс избегала публичности.

– Я не понимаю, почему вы так шокированы, – произнес Марко. – Я всего лишь приглашаю вас на вечеринку.

Что за странная женщина! Любая другая на ее месте прыгала бы от счастья, получив от него приглашение. А Кассандра смотрит на него так, будто он зовет ее в камеру пыток или предлагает присоединиться к оргии.

– Благотворительная вечеринка в Риме? Ужин? – Касс побледнела.

– Я не понимаю, что вас смущает. Просто согласитесь. Я обеспечу вам одежду, парикмахера, маникюршу, косметолога и стилиста. Все, что потребуется.

Округлив глаза, Касс поинтересовалась:

– Вы шутите?

– Я говорю совершенно серьезно. – Реакция Марко озадачила ее. – Я только что пригласил вас на мероприятие года.

– У меня не получится, – настаивала Касс. – Я могу наступить на подол платья и опозориться.

– Надеюсь, этого не произойдет, – устало сказал он.

– Вы говорите серьезно, – тихо прибавила она, словно Марко разговаривал с ней на иностранном языке. – Вы хотите, чтобы я пошла с вами на благотворительное мероприятие в Риме?

– Да, именно этого я и хочу, – подтвердил Марко. Сколько еще раз ему нужно это повторить?

Касс покачала головой:

– Мне очень жаль, Марко. Но я не могу появиться рядом с вами в шикарном платье. Это примерно то же самое, что представить вас в грязи в саду.

– Но я иногда копаюсь в земле в саду, – теряя терпение, заметил он.

Ее сердце учащенно колотилось.

– Дело в том, что я принесу больше пользы в саду, – произнесла она. – Я не привыкла к вечеринкам.

– Я оплачу ваше беспокойство.

Она помедлила.

– Вы серьезно? – слабо спросила она, подумав о крестной матери.

После того как Марко озвучил сумму, Касс побледнела.

Как он и ожидал, внушительная денежная сумма заставила Касс передумать. У каждой женщины есть своя цена.

– Что вы будете делать, когда вернетесь в Англию? Пойдете работать в супермаркет, раскладывая товар на полки?

– Почему нет? – спросила она, не реагируя на его презрение. – Это честная работа, и у меня очень хорошие друзья среди работников супермаркета.

– Вы можете обзавестись очень хорошими друзьями в Риме, – изнемогая от разочарования, произнес Марко. – Друзьями со сказочными садами, которые нужно поддерживать в порядке. На вечеринке вам удастся найти клиентов.

Она моргнула и, казалось, передумала.

– Вы представите меня гостям? – сказала она.

– Ну, вас представит мой персонал. Вы получите свои деньги и новых клиентов. Я не вижу в этом ничего плохого.

Она прикусила полную нижнюю губу, обдумывая его предложение.

– Я полагаю…

– Вы это сделаете, – сказал он.

– Если это поможет…

– Это поможет.

– Но я привезла с собой только одно платье…

– Я уже говорил вам, – ответил Марко, пытаясь сохранять спокойствие, – что вам дадут платье.

– Я заплачу вам за него.

– Стоимость одежды и остальные расходы будут частью гонорара. Вы можете оставить платье себе, – великодушно прибавил он.

Касс хмыкнула и нахмурилась.

– У вас будет все необходимое, – пообещал он. – Я об этом позабочусь.

– И вы правда не шутите?

– Кассандра, я никогда ничего не говорю просто так.

Он откинулся на спинку стула, уверенный в том, что на этот раз она согласится.

– Мне нужно время, чтобы подумать.

– Нет, – категорично ответил он. – Отвечайте сейчас.

Касс не могла притворяться, что ее пугает мысль о возвращении в пустой мир изысканности и богатства, который разрушил ее юность, но потом она подумала о покупке билета в Австралию для своей крестной матери. У нее появилась прекрасная возможность подзаработать.

Она напомнила себе об этом, входя в один из самых эксклюзивных отелей в Риме. В глубине души она чувствовала, что Марко просто ее купил. Но, по крайней мере, она утешала себя тем, что ее временный босс может пожалеть о заключенной с ней сделке. В конце концов, она садовница, а не светская львица, и никакие дизайнерские платья ее не изменят.

Однако уже слишком поздно об этом думать. Она в отеле, и один из приспешников Марко ведет ее по вестибюлю.

Касс напряглась, когда к ней подошел менеджер отеля. Детские воспоминания поблекли, но она была уверена, что когда-то стояла на этом месте, будучи маленькой девочкой. Она не помнила, чтобы мать была рядом с ней, но вокруг ее отца постоянно толпились женщины. Он был неотразимым и притягательным мужчиной. Как Марко. Ее отец изменял своей жене, разбив ее сердце.

Касс поклялась держаться подальше от этого мира, и все же она снова соприкасалась с ним.

Касс судорожно сглотнула, когда менеджер склонился над ней, улыбнулся и произнес:

– Я надеюсь, вам у нас понравится, синьорина.

– Я уверена, что мне понравится, – солгала она, ради него.

Это был отель Марко, очень красивый отель. Расположенный на одной из главных улиц Рима, он скрывался от посторонних глаз, как этикетка с размером одежды на платье от-кутюр. Теперь Касс знала достаточно много о высокой моде: с утра она посетила мастерскую дизайнера, который специализировался в платьях, «нравящихся синьору ди Фивиццано».

Когда мастер снял с нее мерки, Касс потребовала, чтобы платье не было слишком облегающим или сильно декольтированным. Он заявила, что не желает выглядеть в наряде как сосиска, и дизайнер пообещал учесть ее пожелания.

– Я оставляю вас, – оживленно произнес работник Марко и слегка поклонился Касс. – Через полчаса приедут ваши помощники.

– Кто-кто?

Загадочно улыбнувшись, ее сопровождающий ушел. На лице менеджера красовалась непроницаемая маска.

– Синьорина? – Он махнул рукой в сторону лифта, почти как танцор балета. – Три парикмахера будут ждать вас в нашем лучшем номере люкс на верхнем этаже.

Три парикмахера? Разве у нее три головы, как у гидры?

– Специалисты подойдут к вам в ближайшее время. – Менеджер распахнул дверь в номер люкс.

Номер был минимум в два раза больше дома крестной матери Касс. Из окон открывался потрясающий вид на Рим, но Касс могла думать только о Марко. Посмотрев на себя в зеркало, она сразу поняла, что он совершает ошибку, решив отправиться на вечеринку именно с ней. Она здесь не на своем месте. Ей поможет не команда косметологов, а только чудо.

И потом, какой мужчина будет тратить огромные деньги на женщину, не ожидая от нее ничего, кроме светской беседы? Фантазии фантазиями, но Касс не имеет права очаровываться своим боссом. Она не желает терять работу.

Касс подпрыгнула от испуга, услышав стук. Широко открыв дверь, она отступила, пропуская входящих в номер людей.

– Где она? – оглядываясь, спросил мужчина с лиловой челкой.

Касс прижалась спиной к двери, робея под его пристальным взглядом. Она могла только вообразить, как сильно он сейчас станет критиковать ее внешность.

Прищурив накрашенные тушью глаза, Лиловая Челка оглядел Касс.

– Вы и есть синьорина Рич? – в ужасе спросил мужчина.

– Боюсь, что так. – Она улыбнулась.

Лиловой Челке было не до смеха. Его тонкие выщипанные брови взлетели вверх, когда он наклонился, чтобы внимательнее рассмотреть Касс. Он едва сдержал стон.

– Что ж. Нам лучше приступить к работе, – сказал он, поджав губы. – У нас много работы.

– Какие вы получили указания? – спросила она, нервно оглядываясь, когда профессионалы стали раскладывать свои приборы.

Лиловая Челка проверил свой телефон и проговорил:

– Сделать все возможное.

Касс подумала, что Марко явно не следует ожидать слишком хорошего результата от попыток ее преобразить.

Глава 5

– И самое важное! Дорогуша, изобрази на лице радость, – произнес Лиловая Челка, которого, как узнала Касс, зовут Квентин. Молодой человек театрально вздохнул. – Если ты произведешь на вечеринке хорошее впечатление, то те, ради кого она устроена, получат приличные деньги.

Касс рассмеялась, когда Квентин взял ее за руки. Он сумел ее успокоить, удивляя и веселя. Каждый раз, когда она беспокоилась, что у нее ничего не получится, новый знакомый прибавлял ей смелости.

– Ты выглядишь прекрасно, – сказал он.

– Почему я тебе не верю? – Она поморщилась.

– Я понятия не имею, – возразил он. – Найджел? Принеси зеркало, пожалуйста.

В комнате наступило молчание. Увидев свое отражение, Касс опешила.

– Ну? Скажи что-нибудь, милочка, – подбадривал ее Квентин.

Касс лишилась дара речи. Ее переполняли эмоции. Ей показалось, что в зеркале она видит не себя, а свою мать, которая всегда прикладывала максимум усилий, чтобы возбуждать интерес своего мужа и конкурировать с его более молодыми поклонницами.

– Милая? – встревоженно спросил Квентин. – Ты в порядке?

– Да. – Касс подняла подбородок и улыбнулась. Квентин и его помощники постарались на славу, и она обязана уважать их труд. – Я не знаю, как вас всех благодарить.

К ее смущению и удивлению, Квентин и его помощники зааплодировали.

– Ну, я не скрою, нам было нелегко, – вздыхая, признался Квентин. – Но на то я и гений, чтобы добиваться лучших результатов.

Где она, черт побери? Марко ждал ее уже довольно давно.

Он взглянул на часы, а затем на дверь. Вечеринка пройдет в его пентхаусе в самом центре Рима. Приедут сто тщательно отобранных спонсоров. Сегодня они соберут много денег на благотворительные цели, и все должно пройти как по маслу.

Скоро начнется ужин, и он не может сидеть за столом один.

Марко перестал возмущаться, как только Кассандра вошла в комнату. Все замолчали и повернулись, чтобы на нее посмотреть. Из его головы вылетели все мысли. Она выглядела сногсшибательно, держалась с непринужденной грацией и улыбалась. Марко привык видеть ее по локоть в грязи, опирающейся на черенок лопаты.

Увидев Марко, она улыбнулась, но огляделась настороженно. Она оказалась не в своей стихии, хотя была хорошей актрисой и уверенно шагнула вперед. Только Марко заметил ее секундное замешательство. Гости продолжали удивленно ее рассматривать. Но почему она одна? Где его люди?

Внезапно Марко почувствовал желание ее защищать и затаил дыхание, когда она подошла к нему. Именно в этот момент он понял, что Кассандре не нужно сопровождение – она легко удерживала на себе внимание.

– Наконец вы пришли, – сухо сказал он, когда она остановилась перед ним.

– И вам добрый вечер, – тихо ответила она, протягивая ему руку. – Я не могла не опоздать. – Вздернув подбородок, она выдержала взгляд Марко. – По-моему, у косметологов было со мной больше хлопот, чем они ожидали.

Он стиснул зубы, восхищаясь ее откровенностью.

– Сомневаюсь.

– Извините, если я заставила вас ждать, – прибавила она. – Подобное преображение отнимает много времени. Вам нравится?

Ее беспокойство было искренним. Нравится ли ему? Нравится настолько, что он хочет остаться с Кассандрой наедине.

– Все отлично, – хладнокровно ответил он. Касс выглядела великолепно. Как королева. Как богиня. На нее смотрели все мужчины в комнате.

– Я выгляжу достаточно хорошо? – с явным волнением спросила она.

– Конечно, – тут же произнес он. – Неужели вы думаете, что Квентин отпустил бы вас, если бы не был полностью удовлетворен своей работой?

Наконец она рассмеялась.

– Я полагаю, нет, – призналась она, приглаживая руками платье.

Платье из мягкой ткани небесно-голубого цвета очень удачно облегало ее аппетитную фигуру. Марко решил приплатить дизайнеру за то, что он создал этот идеальный наряд для Кассандры. Цвет платья подчеркивал оттенок ее глаз. Декольте было довольно скромным, но от этого более соблазнительным. Платье так прилегало к телу Кассандры, что Марко задался вопросом, надела ли она нижнее белье.

А ее волосы! Они ниспадали ей на спину густыми прядями, словно золотистая накидка. Марко заметил глубокий вырез на спинке платья – почти до ягодиц, когда Касс повернулась к нему спиной.

– Сядем за стол? – предложил он, желая увести ее от жадных мужских взглядов.

– Почему нет? – спросила она.

Почему нет? Потому что он хотел прямо сейчас затащить ее в постель.

Сегодня ему предстоит самая ужасная из пыток. Подведя к столу свою спутницу, он отодвинул Кассандре стул. Он решил помочь ей чувствовать себя непринужденно, потому что расслабленность – обязательное условие для соблазнения.

Марко нанял лучших поваров Рима, и ужин был великолепным. Поначалу Кассандра почти ничего не ела, но Марко предлагал ей попробовать различные блюда. В конце концов она успокоилась и стала таскать лакомые кусочки из его тарелки. Она очаровала всех его гостей. У него никогда не было такой партнерши за ужином. Как правило, гости ждали, что Марко будет руководить ужином, представляя гостей друг другу. А Кассандра просто общалась, полагаясь на свое природное обаяние, поэтому под ее чары вскоре попали все, начиная с чопорного посла и заканчивая высокомерным аристократом.

– Вы почти ничего не ели, – заметила Касс в конце ужина.

– Я был слишком занят, наблюдая за вами, – признался Марко.

На щеках Касс выступил румянец. Она повернулась, чтобы ответить на вопрос гостя.

Марко смотрел на нее так, что ей пришлось напомнить себе, зачем она пришла с ним на вечеринку. Она ему помогает, она не его любовница. Ей по-прежнему казалось невероятным, что еще вчера она была садовницей, а сегодня оказалась на пышной вечеринке.

– Хотите потанцевать?

– Что? – Она непонимающе смотрела на Марко.

– Я предложил вам потанцевать, – повторил он. – Хотите потанцевать со мной?

Танец с Марко ди Фивиццано. Вероятно, он сошел с ума, предлагая ей такое. Касс не умела танцевать, и у нее не было чувства ритма. Ей пришлось быстро изменить выражение лица, когда она поняла, что смотрит на Марко открыв рот, будто он предложил ей заняться сексом на столе.

– Вы умеете танцевать? – настаивал он.

– По-своему.

– Мы единственные, кто остался за столом. – Марко огляделся.

– А вас волнует, что скажут люди, если вы не пойдете со мной танцевать?

Усмехнувшись, он выгнул бровь.

Ладно. Марко все равно, что подумают гости, но Касс не все равно. Она была счастлива ему помочь, разговаривая с его гостями. Но танец… Она взглянула на стол, на котором стояло множество зажженных свечей, чье пламя отбрасывало теплые блики на сверкающий хрусталь и серебро. Касс удивлялась тому, что судьба привела ее в сказочный дом Марко ди Фивиццано в лучшей части Рима.

Что бы ее мать подумала об этом?

Касс стало не по себе. Она вновь вспомнила, что была слишком юной, когда умерла ее мать.

– Просто согласитесь, – посоветовал Марко, вставая.

Касс безучастно на него посмотрела. Если она будет и дальше сидеть за столом, то привлечет ненужное внимание. В конце концов, они на благотворительной вечеринке. Поднявшись, она пошла за Марко, будто во сне, на танцпол. Едва он прикоснулся к ней, она решила, что упадет в обморок.

– Расслабьтесь. – Он тихо рассмеялся ей на ухо, и по ее спине пробежала дрожь. – Я не могу танцевать с деревяшкой.

– Мне неловко находиться в центре внимания. Я вас предупреждала. – Она определенно не может танцевать с человеком, который пробуждает в ней такие чувства. Она в любой момент может наступить себе на платье или на ногу Марко.

– Я поведу вас, – тихо и решительно ответил Марко. Прижимая Кассандру к своему мускулистому телу, Марко повел ее в соблазнительном танце, и она успокоилась, вспоминая счастливые дни в Тоскане.

– У вас отлично получается, – сказал Марко. Касс сильно удивилась его признанию, и он прибавил: – Вы должны чаще танцевать.

Сначала по телу Касс распространился приятный трепет, но потом она рассудила, что ей негде и не с кем танцевать. И потом, после Марко любой танцор ее разочарует.

Касс решила насладиться этой волшебной ночью сполна, потому что знала, что она не повторится.

А потом один из спонсоров учтиво подошел к ним. Марко остановился и улыбнулся:

– Вы не возражаете, если я позволю послу потанцевать с вами?

– Вы? Позволите? – тихо спросила она. Посол услышал ее и рассмеялся.

– Похоже, эта молодая женщина хорошо знает вас, Марко. Совершенно верно, моя дорогая. Только вы выбираете себе партнера, – прибавил он, тепло ей улыбаясь.

– Тогда я хочу танцевать с вами, – сказала она, выскользнув из объятий Марко.

Танцуя с послом, она понимала, что Марко наблюдает за ней. Пусть это неразумно, но ей нравилось, что он на нее смотрит.

Марко неохотно уступил послу танец с Кассандрой. Ему нравилось прижимать к себе ее разгоряченное и податливое тело.

Он напомнил себе, что оплачивает ее услуги и не должен строить планы по ее поводу. Однако никто не помешает ему насладиться ее обществом, пока они в Риме.

Он терпел, пока с ней танцевал пожилой посол, но, когда к ней подошел молодой мужчина, Марко был тут как тут.

– Простите нас, посол. Я уверен, вы поймете. – Марко было наплевать, поймет его посол или не поймет. – Скоро начнется аукцион.

Касс одарила Марко свирепым взглядом. Пожилой посол не заслуживал такого грубого обращения.

– Я прошу прощения, что увожу от вас эту молодую женщину, – прибавил Марко, удостаиваясь пронизывающего взгляда своей садовницы.

– Я вас понимаю, – ответил посол, хотя его взгляд был недоуменным. – Я надеюсь, мы еще когда-нибудь увидимся, моя дорогая.

– Я тоже на это надеюсь, – сказала Касс и лучезарно ему улыбнулась.

– На аукционе будут выставлены замечательные вещи, – с энтузиазмом пояснила Кассандра, когда они снова уселись за стол.

– Вам что-то понравилось? – Он решил сделать ставку на аукционе, чтобы отплатить Касс за ее трудную работу.

– Да, – сказала она.

– Что именно? – снисходительно спросил он.

– Тот прекрасный рисунок щенка таксы, сделанный Хокни. Я бы хотела подарить его своей крестной матери. Не волнуйтесь, – произнесла Касс, прежде чем он успел ответить. – Я знаю, он очень дорогой, поэтому не стоит о нем мечтать.

Они оба знали, что работы художника Дэвида Хокни невероятно дорогие. Все лоты на аукционе уйдут за баснословные суммы, их стоимость дополнительно вырастет из-за продажи для благотворительных целей. Отчасти Марко хотелось, чтобы Кассандра участвовала в торгах, а он перекупил бы у нее рисунок. Незаметно для самого себя Марко накрыл ладонью ее руку, словно желая успокоить. Он никогда не был особенно нежным, но рядом с Кассандрой становился другим.

Глава 6

Аукцион закончился, и все встали из-за стола. Касс обнаружила, что большинство очаровательных пожилых людей ушли. Налаживать деловые контакты было непросто, когда часть гостей не хотели разговаривать с Касс, а остальные были слишком вежливы, чтобы обсуждать работу.

Взглянув на Марко, она подумала, что сейчас самое подходящее время попросить его представить ее некоторым гостям. Однако перед ней вновь был отстраненный и холодный миллиардер.

Встав в уголке, она наблюдала за гостями. В какой-то момент она услышала, как Марко произнес:

– Та девушка в голубом платье, которая сидела рядом со мной за столом? Она никто.

Касс показалось, что на нее вылили ведро ледяной воды. Все, что сказал Марко, было правдой. Она никто по сравнению с этими богатыми и влиятельными людьми. Она садовод-любитель, с радостью согласившийся работать летом в загородном поместье Марко ди Фивиццано. Вернувшись домой, она снова будет раскладывать товар на полки в супермаркете.

Слова Марко отрезвили Касс. У нее нет ничего общего ни с одним из гостей вечеринки. Должно быть, она сошла с ума, решив, что сможет наладить с ними деловые контакты.

Но потом Касс рассердилась. Пусть Марко сказал правду, однако он не имел права так отзываться о ней. Продолжая злиться, она ушла к себе и заперлась в ванной комнате, где посмотрела в зеркало на незнакомую женщину с накладными ресницами и нарумяненными щеками. Актриса, исполняющая свою роль.

Вот именно. Она играет роль. Поэтому она сейчас же вернется на вечеринку и сделает то, за что ей платят.

Войдя в комнату, Касс стала прибираться.

– Что, черт побери, вы делаете? – Она замерла, услышав крик Марко. – Оставьте это! – настаивал он, стоя в паре шагов от нее. – У меня есть слуги.

– Вы заставите их работать всю ночь? – спросила она, стряхивая его руку со своего плеча.

– Конечно нет! – выпалил он.

Марко меньше всего ожидал, что она не подчинится. Они свирепо уставились друг на друга.

– Слуги приедут сюда утром, – отрывисто произнес Марко. А тем временем они остались одни. Последний гость уже ушел. – На что вы разозлились, Кассандра?

– По-вашему, вы можете меня оскорблять, а я не имею права обижаться?

– На что вы обиделись? – повторил он.

– Вы так говорите о своих слугах, словно они роботы, запрограммированные вам подчиняться. Вы обещали познакомить меня с гостями. Вы сказали, что у меня будет отличная возможность наладить деловые контакты, но вы игнорировали меня всю ночь. Я не понимаю, зачем я вообще сюда приехала.

– У вас была масса возможностей найти потенциальных клиентов.

– Но я не из вашего мира, – заметила она, – и немногие захотели бы со мной разговаривать. Если бы вы представили меня, ко мне отнеслись бы иначе. – Она сделала паузу. – Вы привели на вечеринку свою дурнушку садовницу и не хотели, чтобы кто-то об этом узнал?

– Не говорите ерунды. А как же посол? Вы разговаривали с ним. При посольстве есть красивые сады. У вас был шанс договориться с клиентом.

– Я разговаривала с послом, потому что я просто хотела с ним поговорить, – произнесла она. – Он очень интересный человек. Разве я должна была воспользоваться этим? По-вашему, я должна была убеждать его дать мне работу?

– Почему нет? – Марко пренебрежительно махнул рукой. – Обычно так и заключаются сделки.

– По-моему, это слишком невежливо.

– Это ваше мнение, – сказал он.

– Да.

– Иногда чрезмерная вежливость утомляет, Кассандра.

– Да? Неужели? Я это не знала. Мне понравился посол. Мы хорошо поладили, но мне в голову не пришло использовать знакомство с ним для налаживания деловых контактов.

– Он мог бы показать вам другой мир…

– Как это сделали вы? – вспылила Касс. – Вы живете привилегированной жизнью, и вам нет никакого дела до остальных.

– Вы не представляете, как вы далеки от истины, – напряженно ответил Марко. – Я отлично знаю, как живут другие люди.

– Неужели? – сердито воскликнула она. – А вы понимаете, как чувствует себя человек, о котором говорят, что он никто?

Марко помрачнел.

– Кто такое сказал?

– Вы это сказали! – бросила она ему. – Вы считаете таковыми всех, кто на вас работает? По-вашему, мы все ничтожества?

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Я слышала. – Марко посмотрел на нее безучастно, и она отчеканила: – Когда один из ваших гостей спросил обо мне, вы сказали, что я никто.

– Ах да. – Марко кивнул. – Позвольте мне объяснить. Мужчина, с которым я разговаривал, главный сборщик денег для моего благотворительного фонда. Он постоянно ищет новых спонсоров…

– И я конечно же для него бесполезна. Я не могу ничего дать вашей благотворительной организации. Верно, Марко? А что вы можете сделать? Выписать еще один чек?

Марко признал, что она права.

– Я уверен, вы могли бы многое сделать для моей благотворительной организации. Если вас обидели мои слова о том, что сборщику средств не стоит тратить на вас свое время, то я прошу у вас прощения. Вероятно, вам не следует быть такой обидчивой.

Касс пожала плечами. Ее лицо пылало. Возможно, она отреагировала слишком бурно.

– Я согласна, что не смогу дать деньги на благотворительность, но я могу уделить ей свое время, например.

– В этом я не сомневаюсь. – Марко едва заметно улыбнулся, удивляя Касс.

Она поняла, в чем причина ее злости. Они из разных миров. Мир Марко напугал ее, потому что она знала его очень хорошо. И хотя Касс вращалась в нем много лет назад, ее по-прежнему мучили неприятные воспоминания.

А Марко… Когда он успокаивался и показывал себя сердечным и заботливым человеком, Касс понимала, что он сильно настрадался в жизни, как и она. Просто он умел скрывать свои чувства. Они никогда не говорили по душам, и она не знала, в чем причина его отчужденности. Да и зачем им говорить? Касс платят за работу. Она его садовница и на короткое время пришла с ним на вечеринку.

– Вы, наверное, считаете меня глупой. Я все принимаю близко к сердцу…

– Совсем нет, – твердо ответил Марко.

– Но я настолько наивна, что позволила вам одеть меня как куклу, а потом решила, что вы заинтересуетесь мной и проведете со мной вечер.

– Вы чрезвычайно откровенны, – заметил он. В его глазах заиграли веселые искорки.

– Да, – согласилась Касс.

– Сегодня вы отлично держались.

– Теперь вы смеетесь надо мной?

– Нет, – тихо ответил Марко, продолжая слегка улыбаться. – Я очень вам благодарен. Я не знаю, кто еще мог бы научиться такому стилю и грации за столь короткий срок. Мне только жаль, что я не помог вам наладить деловые контакты. Я понимаю, что некоторых людей из моего общества трудно расположить к себе.

Касс печально улыбнулась:

– И я полагаю, ваши гости пришли сюда сегодня не для того, чтобы проводить собеседование с садовниками.

– Я должен был подумать об этом, – признался Марко.

– И я тоже.

– Значит, мы оба были не правы, – произнес он и обеспокоенно посмотрел в ее глаза.

– Да, мы оба не правы, – сказала она.

– Мир? – спросил он.

– Да. – Она пожала ему руку.

Касс вдруг стало грустно, когда он отпустил ее руку и отошел в сторону.

– Я кое-что приготовил для вас. – Марко улыбнулся.

– Для меня? – Касс удивилась. – Вы заплатили мне более чем достаточно. – О боже! – в ужасе воскликнула она. – Что вы наделали?

– Пожалуйста, позвольте мне на этот раз воплотить чью-то мечту в жизнь.

Кассандра изумленно уставилась на рисунок Хокни.

– Но он стоит целое состояние, – произнесла она.

– Несмотря на то, что вы думаете обо мне, кое-что я ценю выше денег. Вы сказали, что хотите подарить рисунок своей крестной матери. Передайте его ей.

– Я не могу это принять, – возразила она.

– Рисунок не для вас, а для нее. Вы должны его принять, – произнес Марко.

– Я не знаю, что сказать.

– Ну а я знаю. Должно быть, ваша крестная очень необычная женщина.

– Да.

Марко задумчиво смотрел на Касс, а ее голова кружилась от переизбытка чувств. Прошло еще несколько напряженных секунд, а потом, когда Касс придумала вежливый отказ, она увидела вспышку в глазах Марко. В следующее мгновение он обнял ее и поцеловал.

Потрясенная, она сопротивлялась ему всего секунду. Подобный взрыв чувств и эмоций был лучшим способом завершения спора. От Марко так вкусно пахло, он так здорово целовался! Касс ни разу не испытывала ничего подобного. Она отчаянно прижималась к его мускулистому телу и не могла описать словами свои чувства.

Затаив дыхание, она встала на цыпочки и стянула пиджак с его плеч.

Теперь Марко целовал, лизал и покусывал ее плечо. Кассандра вскрикнула, когда его жесткая щетина коснулась ее шеи. Она вскрикивала и смеялась, стараясь снять с Марко одежду. Распахнув его рубашку, она ахнула, увидев его мускулистую и загорелую грудь.

Страсть вспыхнула между ними, когда Кассандра провела ладонью по его разгоряченной груди. Касс гортанно вскрикнула, когда он обхватил руками ее грудь. Не желая медлить, он разорвал на ней платье.

Касс осталась в тонком нижнем белье телесного цвета, которое абсолютно ничего не скрывало.

– Я подарю тебе незабываемое удовольствие, – проворчал Марко и наклонил голову, чтобы посмотреть в ее глаза. – Я заставлю тебя просить меня о большем.

– Хорошо.

Запрокинув голову, он рассмеялся над ее прямолинейным ответом.

Пусть смеется. Она не хотела быть покорной партнершей. У нее тоже есть желания.

Проведя ладонями по его широким плечам, Касс сняла с него рубашку и бросила ее на пол. Затем она сняла с него брюки и стянула черные шелковистые трусы-боксеры. Коснувшись руками его упругих ягодиц, она внимательно посмотрела на его член. Марко схватил ее за запястья и отвел ее руки в сторону. Надев презерватив, он принялся неторопливо ласкать Касс.

Обхватив рукой грудь, он погладил ее, а потом стал дразнить пальцами ее соски, пока Касс не решила, что сходит с ума от желания. Каждая клеточка ее тела охотно откликалась на его прикосновения. Касс погружалась в приятный и бархатистый океан ощущений.

– Тебе нравится, – заметил он, улыбаясь и наблюдая за ее реакцией.

Касс решила не отвечать. Она вздрогнула, когда он запустил руки под ее тонкий бюстгальтер. Его прикосновения были легчайшими и осторожными, он усмехался, видя, как она стонет от нетерпения. Когда Касс меньше всего этого ожидала, он разорвал пальцами тонкие чашки ее бюстгальтера и отбросил его в сторону. В его взгляде читался триумф, и Касс удивленно вскрикнула.

Она восхищенно ахнула, когда он ущипнул пальцами ее соски, и по ее телу разлилась приятная дрожь. Она нежилась в опытных руках Марко, пав жертвой его мастерства. Когда он наконец коснулся ее стрингов, она облегченно вздохнула. Но Марко продолжал ее дразнить, медленно лаская лоно.

– Еще? – Он лукаво на нее посмотрел.

Касс пробормотала в ответ что-то невнятное. Она выгнула спину и сильнее прижалась к его руке, заставляя его продолжать.

– Ты должна сказать мне, чего ты хочешь, Кассандра, – очень серьезно произнес Марко.

– Тебя. – Она откровенно и страстно посмотрела в его глаза. – Я хочу тебя.

– А как именно ты хочешь меня? – спокойно спросил он.

– Ощутить глубоко внутри меня.

Марко поднял ее руки у нее над головой и прижал Касс спиной к стене. Обхватив за ягодицы, он заставил ее поднять ноги и обернуть их вокруг его талии. Запустив пальцы в его густые черные волосы, она подняла голову. Их губы почти соприкасались, но Марко не стал ее целовать.

Она догадалась почему. Марко не хотел, чтобы она закрыла глаза. Он собирался наблюдать по глазам все, что она чувствует. Он желал контролировать все, что между ними произойдет. Касс тоже этого хотела. Она жаждала видеть, как Марко отреагирует на их близость.

Глава 7

Марко и Касс занимались любовью всю ночь во всех уголках пентхауса. У них был страстный, жадный и даже игривый секс. Они никак не могли насытиться друг другом. Когда Касс наконец уснула в постели Марко, на ее губах играла счастливая улыбка. Она уже не помнила, когда в последний раз была такой довольной.

Марко проснулся на рассвете и сразу, как обычно, подумал о работе. Встав с кровати, он посмотрел на Кассандру. Она крепко спала. Она оказалась такой страстной, как он и предполагал. Но не нужно строить глупых иллюзий. Между ними был только секс.

Его мать лгала ради того, чтобы жить с богачом. Марко не желает совершать ошибку. Мужчину, которого он считал своим отцом, его мать обманным путем заставила жениться на себе и обеспечить ей постоянное содержание. Кассандра на время заставила его усомниться в своем убеждении, будто женщинам нельзя доверять, но, когда он вспомнил, сколько проблем может принести женщина, сразу обуздал свои эмоции.

Приняв душ, он отправился в гардеробную, где оделся. Когда он вышел в спальню, Кассандра только просыпалась, потягиваясь, как ленивая кошка.

– Марко? – Она устало протянула ему руку. – Возвращайся в постель.

Он нахмурился, а потом понял, что необходимо объясниться, чтобы у Кассандры не появилось желание чего-то от него требовать.

– Нам было хорошо, дорогая. – Подойдя к кровати, он наклонился и поцеловал ее в щеку. – Но я должен идти. – Он остановился у двери. – Деньги на столе, в коридоре.

На мгновение Касс опешила, а потом вспомнила, что он обещал оплатить ей поход на вечеринку, и она потратит эти деньги на билет в Австралию для крестной.

Сидя в постели, Касс обхватила себя руками, желая, чтобы ее обнимал Марко. Она хотела сказать ему, как много значила для нее прошлая ночь. Но теперь…

Выбравшись из постели, она завернулась в простыню. Подойдя к окну, она стала ждать, когда Марко выйдет из здания и подойдет к своей машине. На душе у нее было пусто. Как и все остальное в его жизни, поездка Марко в офис пройдет без проблем. Он хотел секса – он его получил. Он хотел машину – лакей подогнал ее к двери. Упорядоченная и размеренная жизнь миллиардера.

На ее глаза выступили слезы. Она отвернулась, злясь на свою глупость. Прошлая ночь была для нее особенной, и она решила, будто для Марко их близость тоже что-то значит.

Касс долго стояла под горячим душем в надежде, что перестанет дрожать. Ей казалось, что она продрогла до костей. Ей было обидно, что Марко отнесся с ней как к проститутке. Оплатив ее услуги, он просто ушел.

Не обращая внимания на разбросанную и разорванную одежду, Касс надела то, в чем приехала в Рим. К счастью, ее вещи перевезли из отеля в пентхаус Марко. Она позвонила в справочную и выяснила, когда ближайший рейс в Великобританию, а потом заказала такси до аэропорта. У нее достаточно денег, чтобы улететь домой. И бессмысленно оставаться в Риме, особенно на условиях Марко.

При одной мысли об этом она рассердилась и сморгнула слезы. Она никогда не была жертвой и не станет ею сейчас.

Когда приехало такси, она огляделась, чтобы убедиться, что взяла все свои вещи, а потом застыла на месте, увидев на столе в коридоре чек, выписанный Марко. Он предлагал ей огромную сумму, которой хватило бы, чтобы отправить ее крестную мать в кругосветное путешествие.

– Кассандра? Кассандра!

Марко оглядел пустой пентхаус. Куда она, черт побери, подевалась? Он ожидал, что она встретит его приветливой улыбкой. Может быть, она по-прежнему в постели?

Его спальня была пуста, а кровать аккуратно застелена. Он постучал в дверь ванной комнаты.

Нет ответа.

Он заглянул внутрь – никого.

Кассандра ушла, даже не оставив ему записки.

В коридоре на столе лежал выписанный им чек.

Он решил ей позвонить, но потом передумал. Должно быть, Касс вернулась в отель. Он набрал номер регистратора отеля, и тот сообщил ему, что синьорина Рич забрала свой паспорт, чемодан и уехала в аэропорт.

Она бросила его?

Марко невесело фыркнул от смеха. Возможно, к лучшему, что она ушла. Влечение к Кассандре начинало его беспокоить.

Но он ее работодатель. Она не могла просто так от него уйти.

Прошагав по комнате, он схватил чек. Сжав его в руке, он позвонил своей секретарше.

– Найдите ее, – приказал Марко и бросил трубку, не желая признаваться самому себе, что не желает отпускать Кассандру.

* * *

Касс постаралась сделать так, чтобы ее не смогли быстро найти. Ее крестная мать улетела в Австралию к своему сыну и по рекомендации Касс сдала в аренду свой дом на время отсутствия, чтобы подзаработать немного денег.

Касс устроилась на работу в другой супермаркет. Ее зарплаты хватило на то, чтобы снять небольшой дом в соседней деревне. Ее новый дом был крошечным, но она его полюбила. Она поместила объявление в местном почтовом отделении, предлагая свои услуги садовника, и, к ее удивлению, у нее вскоре появились клиенты. Касс постоянно работала, поэтому у нее не было времени на сожаления. Однако в один из дней Касс упала в обморок на работе, и пожилая дама, которую она обслуживала, спросила, не беременна ли она.

– Нет. Конечно нет, – возразила Касс, смеясь над абсурдным вопросом. – Почему вы так решили? – Несмотря ни на что, она встревожилась.

– Вы сильная и здоровая девушка, вы определенно не больны. Я родила шестерых детей, поэтому знаю, о чем говорю, – доверительно сообщила старушка.

– Я уверена, вы ошибаетесь.

Касс постаралась отшутиться, а сама хотела выбежать из супермаркета и отправиться в аптеку, чтобы купить тест на беременность.

Это был самый долгий рабочий день в ее жизни. Вернувшись домой, она сделала тест и ужаснулась результату.

Она беременна.

Но Марко предохранялся. Как же такое могло произойти?

Читая инструкцию к тесту, она узнала, что никакое средство защиты от беременности не является надежным.

– Звонит синьорина Рич.

Марко откинулся на кожаное сиденье, глядя на величественный горизонт Рима. Секретарша знала, что Марко следует беспокоить только в случае крайней необходимости. Отсутствие Касс мучило его, но он не мог ей простить, что она ушла от него без единого слова. Они не виделись почти три месяца. С какой стати она звонит ему в офис?

– У меня совещание в десять часов, – рявкнул он, нахмурившись.

Марко перевел дыхание, взвешивая факты. Кассандра вернулась в его жизнь и хочет поговорить с ним. Ему нужно все обдумать.

Здравый смысл возобладал. Они не ждали звонков друг от друга. Между ними все кончено.

– Скажите синьорине Рич, что я слишком занят, чтобы с ней разговаривать. Но я отправлю ей чек.

Мысли о Кассандре преследовали Марко до конца дня и даже время от времени отвлекали от работы. Он думал не только о Кассандре, но и о прошлом. Может быть, потому, что их прошлое очень похоже. Марко не забыл морозный сочельник, когда человек, которого он называл папой, выбросил их с матерью на улицу, оставив без гроша.

Его мать должна была остаться ни с чем. Так решил человек, которого Марко считал своим отцом. Он мстил ей за предательство. Марко сильнее разочаровался, когда мать объяснила, что папа не его отец, а его биологическим отцом был временный работник по дому. Не выдержав суровых условий новой жизни, мать Марко спилась.

Мать Кассандры тоже была алкоголичкой, поэтому Кассандра знает, каково, когда мать предпочитает пить спиртное, а не заботиться о ребенке.

Марко работал еще до смерти матери: выносил мусор в ресторанах за хорошую еду и развозил дрова тем, кто мог их купить. Он поклялся, что в один прекрасный день пойдет в школу и сумеет разбогатеть.

Кассандра тоже была брошена на произвол судьбы и тоже выжила.

Нетерпеливо нахмурившись, он вернулся к работе, запрещая себе думать о Кассандре.

Драгоценное время уходило, а Марко по-прежнему отказывался отвечать на телефонные звонки Касс. Она позвонила своей крестной матери в Австралию, и та разделила ее радость. Она спросила, кто отец ребенка. Когда Касс с энтузиазмом сказала, что вырастит малыша одна, крестная сразу же решила вернуться домой. Касс пришлось настоять на том, что в этом нет необходимости, и попросила свою крестную больше времени проводить с сыном.

Касс устала разговаривать с секретаршей Марко и слышать один и тот же ответ:

– Я сожалею, синьорина, но синьор ди Фивиццано не может вам ответить. Он слишком занят сегодня.

Через десять минут у нее закончится перерыв на обед, и она должна вернуться на работу в супермаркет. Она звонила Марко каждый день в разное время суток, надеясь, что в конечном счете он ей ответит. Она до сих пор не могла поверить, что переспала с таким бессердечным человеком.

Кассандра снова набрала номер компании Марко.

– Мне очень жаль, синьорина…

– Вы говорите, что у него нет времени, чтобы поговорить со мной? – сказала Касс.

– Все верно, синьорина. Извините.

– Но у него было время, чтобы переспать со мной. – Касс сделала паузу. – И у него было время, чтобы сделать меня беременной. Сообщите ему об этом, пожалуйста. Спасибо, – вежливо прибавила она и повесила трубку.

Откинувшись на спинку стула, Касс стиснула зубы. Жребий брошен. Ей не нужны деньги Марко, но она была обязана сообщить ему о ребенке. А теперь пусть делает, что хочет. А она будет думать только о будущем своего малыша.

Марко не сказал ни слова, когда раскрасневшаяся секретарша передала ему слова Кассандры. Мысли в его голове кружились с огромной скоростью.

– Спасибо. – Он кивнул.

Ребенок?

Он зачал ребенка?

Как такое могло случиться, если он всегда был осторожным?

Хотя в ту ночь они оба забыли об осторожности. Марко впервые в жизни потерял самоконтроль. Он уже не помнил, сколько раз они были близки в ту ночь. Он до сих пор не понимает, почему Кассандра ушла от него, не сказав ни слова. Но потом он вспомнил, с чем сталкивался в прошлом, и все встало на свои места.

Эту уловку уже использовали против него ранее. Он помнил признания в ложной беременности и потоки слез. Ни одна из тех женщин не говорила ему правду. Всех их он заставил провериться у врача. И ни одна из них не была беременна.

Неужели Кассандра решила его шантажировать?

Он не хотел обзаводиться детьми. Какой из него получится отец, учитывая его прошлое?

Он боролся с мыслью, что Кассандра забеременела нарочно, чтобы обеспечить себе содержание, как другие женщины. Как его собственная мать. Он ли отец ее ребенка? Касс не была девственницей, когда они познакомились.

Он решил позвонить ей и все выяснить.

Однако судьба сыграла с ним злую шутку: оказалось, Кассандра сменила телефонный номер.

Потом он подумал, что с самого начала Кассандра показалась ему не похожей на других женщин. Она не может его обманывать.

Она сильная женщина. Она не алчная. Она никогда и ни о чем его не просила. Именно он настоял на том, чтобы купить ей одежду для вечеринки, вручить ей рисунок и денежный чек.

Он позвонил в отдел расследований своей компании.

– Я хочу, чтобы за ней круглосуточно следили, – сказал он руководителю отдела.

Человек, с которым он разговаривал, был специалистом в области наблюдения, и Марко не сомневался, что вскоре узнает о Кассандре абсолютно все.

Глава 8

Кассандра больше не пыталась связаться с Марко. Если они встретятся снова, то только на ее условиях. Пусть у нее нет такой власти и денег, как у него, но она не собирается мириться с оскорбительным поведением человека, который, по-видимому, отказался поверить, что она вынашивает его ребенка.

Перспектива стать матерью-одиночкой без денег была безрадостной, однако она многому научила Касс. Например, она поняла, каково жилось ее матери. Если Кассандра на что и жаловалась, так это на одиночество, которое иногда чувствовала в маленьком арендуемом доме. Теперь она знала, что ее мать, вероятно, ощущала себя точно так же в большом особняке, где родилась Касс. Жаль только, что тогда она была слишком юной, чтобы понять материнское одиночество, и не может повернуть время вспять и многое исправить. Ее отец все равно путался бы со всеми своими поклонницами – его вряд ли что-то могло изменить, – но Касс надеялась, что она помогла бы своей матери. Неудивительно, что ее мать была постоянно одурманена наркотиками. Должно быть, она отчаялась, желая узнать, как ей удержать внимание мужчины, который ее больше не хотел.

Касс убедила себя, что на основе уроков из прошлого она сумеет о себе позаботиться. Она крепче сжала в руке сканированное изображение ребенка. Она откажется от Марко ди Фивиццано, если это поможет ей воспитать малыша свободным от вины и обиды. А если Марко воплощает собой богатого и знаменитого человека, то она предпочитает быть никем и жить в бедности.

Упершись рукой в стену, она наклонилась над унитазом. Ее снова стошнило. Врач пообещал ей, что утреннее недомогание должно пройти в ближайшее время.

Касс вымоталась. Обычно она была здоровой и бодрой, но теперь чувствовала себя уставшей с самого утра. Сегодня тошнота была особенно сильной. Цвет лица Касс приобрел непривлекательный зеленоватый оттенок, она горестно разглядывала свое отражение в зеркале ванной комнаты. У нее были воспаленные глаза. Она не была цветущей женщиной, хотя предполагала, что беременные должны чувствовать себя отлично. Ей было так плохо, что она не могла работать. К счастью, у нее понимающий начальник, но его сострадание вряд ли безгранично. Хорошей новостью было то, что, по словам акушерки, ребенок развивался просто замечательно. Поэтому Касс остается терпеть. Что еще она может сделать? И она постарается правильно питаться, если только ей удастся проглотить хотя бы кусочек.

Взяв с собой немного еды, она побрела в постель. Она позвонила менеджеру и попросила перенести ее рабочую смену. Забравшись под одеяло, она стала ждать, когда пройдет тошнота.

Марко позвонил своему пилоту, и тот подготовил самолет к вылету до того, как секретарша успела спросить, не нужно ли боссу еще чего-нибудь. Отдел расследований не разочаровал его, хотя последний отчет о слежке за Касс обеспокоил Марко.

Если Кассандра плохо себя чувствует, то все изменилось. Она его бывшая сотрудница, поэтому он несет за нее ответственность, не важно, от кого она забеременела.

Марко скучал по ней. При одной мысли об этом он нахмурился, не понимая, с каких пор стал таким сентиментальным.

Нет. Он просто делает то, что должно быть сделано. Он обязан сам выяснить, что происходит. Согласно результатам расследования, Кассандра живет скромно. Это не слишком удивило Марко и даже обрадовало. Он хотел, чтобы она сама о себе заботилась. Когда родится ребенок, придется сделать тест ДНК. Марко должен быть уверен, что Касс родила малыша от него. Покачав головой, он выругался. История повторяется. Из-за него еще один ребенок придет в этот мир как объект пристального внимания и подозрений. А затем вполне вероятно, что этот ребенок будет им отвергнут.

Марко остановился перед скромной дверью и проверил адрес. Взявшись за дверной молоток, он резко постучал три раза. Подождав, он постучал снова.

Дверь открылась, и вышла Касс. Все его тело напряглось, когда она удивленно на него посмотрела.

– Марко?

Ее голос был слабым. Марко ужаснулся, увидев, что она подавлена и сильно похудела. Он ожидал, что его встретит энергичная женщина, а не хрупкое существо, которое выглядело так, будто ни на что не способно.

Касс походила на привидение. Сказать, что Марко разволновался, значит не сказать ничего.

– Можно войти? – спросил он.

Промолчав, она шагнула в сторону.

Интерьер небольшого таунхауса был таким же аккуратным, как и его внешний вид. Это было компактное, но функциональное жилье с маленькой кухней в дальнем углу комнаты с видом на улицу. В другом конце была печка и пара потрепанных диванов. Узкая лестница вела, как он предположил, к двум небольшим спальням и простой ванной комнате. Парадная дверь дома выходила на улицу, сада около дома не было. Увидев в доме увлеченной садовницы вянущие горшечные растения на подоконнике, Марко не на шутку испугался.

Он заговорил напрямик:

– Почему ты сразу не сказала мне, что ты беременна?

– Я звонила тебе, но ты не отвечал, – ответила она.

– Ты должна была приехать в Рим.

Она рассмеялась:

– Тебе легко говорить, когда в твоем распоряжении частный самолет.

– Тебе вообще не следовало уезжать из Рима, – настаивал он. – Ты могла отправить мне сообщение, написать электронное письмо.

– По-твоему, я настолько хладнокровна, Марко? Я не такая, как ты. Мне нужно видеть твое лицо и слышать твой голос, прежде чем я сообщу тебе о ребенке. Я не могла просто напечатать тебе новость о своей беременности, словно счет-фактуру.

Он стиснул зубы, зная, что она права.

– Как ты поживаешь? – спросил он. Она пожала плечами. – Ты плохо выглядишь. Ты измотана.

– Я беременна, Марко. Присядешь? – Она продолжала стоять неподвижно, держась от него на максимально возможном расстоянии.

– Спасибо, я постою. Я довольно долго сидел в самолете, а потом в машине, которая привезла меня из аэропорта.

– Мне жаль, что я нарушила твой напряженный рабочий график.

– Перестань, – тихо предупредил он.

– Зачем ты приехал, Марко? Чего ты хочешь?

– Видеть тебя, – сказал он. – Знать, как ты живешь.

– Ты не стал говорить со мной по телефону и вдруг приехал сюда. – Касс покачала головой. – Я никогда не понимала твоей логики. Как ты меня нашел?

– Ты живешь в маленькой деревне.

– И ты приказал за мной следить, – догадалась она. – Как ты смеешь?

– Ты уехала, не обмолвившись словом. По-твоему, это нормально?

– Ты заплатил мне. От меня тебе был нужен только секс.

– Неправда, – тихо произнес он.

Сейчас не время размышлять о его мотивах, но Касс была ему нужна не только для секса. Кассандра научила его смеяться. Она помогла ему расслабиться. Она заставила его чувствовать себя молодым.

– Что тогда? – спросила она, собираясь с силами, чтобы ему противостоять. – Возьмем, к примеру, твою благотворительную вечеринку в Риме, когда ты едва говорил со мной. А потом, как только все ушли…

– Ты прыгнула на меня, – вспомнил он, с трудом подавляя усмешку.

– Я на тебя не прыгала.

– Прыгала, – утверждал он, пожимая плечами. – Мы прыгнули друг на друга.

Она поджала губы и покраснела.

– Тебе принести что-нибудь выпить? – Она избегала его взгляда.

– Я принесу тебе стакан воды, а ты сядь.

– Я должна принести тебе выпить, – настаивала она. – Ты после поездки…

Она умолкла, увидев выражение его лица.

– Сядь, – сказал он.

Касс неохотно подчинилась. У нее не было выбора. Ее шатало, она едва не теряла сознание. Ее состояние было намного хуже, чем он предполагал. Подойдя к раковине, он налил воды в стакан.

– Не время для хороших манер, Кассандра. Я приехал, чтобы забрать тебя с собой. Ты возвращаешься в Рим.

– Что ты сказал? – спросила она.

– Ты не можешь здесь оставаться.

Он огляделся. Посмотрев в лицо Касс, он заметил, что ее щеки пылают. Она понимала, что он прав. Она тяжело переносила беременность. Ее тошнило, мучила слабость. Ей приходилось много работать, чтобы платить арендную плату. Она с трудом содержала себя, а ведь предстояло содержать и ребенка. Марко ни за что не позволит ей остаться в этом доме.

– Много вещей не бери, – сказал он. – Все необходимое мы купим в Риме.

– Я не соглашалась ехать с тобой. – Она вздернула подбородок и посмотрела на Марко с вызовом.

– Но ты согласишься, – ответил он. – Если тебе дорог твой ребенок, ты поедешь со мной.

Она проследила за взглядом Марко, который смотрел на увядающее растение на подоконнике, и подумала, что, вероятно, он прав. Она чувствовала себя ужасно, однако не привыкла сдаваться без боя. Она вынашивала ребенка – ребенка, который ему не нужен, – и она должна использовать все шансы, чтобы малыш жил в благополучии. Ей придется выбирать: поехать с Марко ради своего ребенка или жить самостоятельно, теша свое самолюбие.

– Тебе помочь собрать вещи? – спросил он.

– Нет, спасибо.

Она нахмурилась, не желая торопиться. Она всегда мечтала иметь семью, но не такую, какая была у нее. Теперь она понимает, что ее мечта – очередное доказательство ее наивности. Жизнь сложная штука, и нет такого понятия, как идеальная семья. Но она уверена, что будет защищать своего ребенка, как львица защищает своего детеныша. И если роскошная жизнь в Италии будет вредить ее ребенку, она вернется домой.

– Куда ты меня повезешь? – спросила она и внезапно подумала о его поместье в Тоскане.

– В Рим, как я уже сказал, – энергично повторил Марко. Ее иллюзия мгновенно разрушилась, когда он прибавил: – Там лучшие врачи, поэтому ты отправишься туда. Ты будешь жить в моем пентхаусе. Что? – произнес он, когда решил, что Касс намерена ему отказать. – А куда, по-твоему, я должен тебя повезти?

– Рим, – растерянно пробормотала Касс.

Она знала, что предложение поехать в Рим многим покажется весьма заманчивым. Но Марко вел себя в этом городе совсем иначе, и он ожидал, что она тоже будет действовать по-другому. Что за жизнь будет у нее там? Будет ли Марко рядом с ней, когда родится ребенок? И чем она займется до родов? А что будет потом?

Вопросы сыпались один за другим. Касс плохо себя чувствует. Ее тошнит уже несколько дней. И хотя врач пообещал, что тошнота скоро пройдет, она не может просто наряжаться и участвовать в общественной жизни, которую Марко ведет в Риме. Но, возможно, он не хочет показывать ее своим друзьям и деловым партнерам, а намерен спрятать ее от посторонних глаз. Он не желает, чтобы кто-то видел его беременную любовницу. Ведь она всего лишь его садовница, с которой у него была короткая интрижка. Его коллеги в Риме наверняка думают, что такой человек, как Марко ди Фивиццано, выберет себе в жены богатую наследницу, принцессу или знаменитость. Марко хочет держать ее при себе, чтобы скрыть от журналистов. Ото всех, кто его знает. Он собирается заключить ее в тюрьму в своем римском пентхаусе.

– Кассандра? – позвал он, и она изумленно уставилась на него. – Позвони мне, чтобы я вынес твой чемодан.

– Подожди! – сказала она, когда он отвернулся. – Я не поеду с тобой. Я должна о многом подумать.

Он разочарованно взъерошил пальцами волосы.

– О чем тут думать?

– О моей жизни и о жизни моего ребенка, – сказала она.

– И какая жизнь будет у него здесь? – парировал Марко.

– А что за жизнь у меня будет в твоем римском пентхаусе? Я буду сидеть взаперти. Ты ошибаешься, если думаешь, будто ребенка можно воспитать только во дворце.

На ее глаза навернулись слезы, она отвернулась. Из-за беременности у нее часто менялось настроение, она с трудом сдерживалась.

– Пожалуйста, дорогая, постарайся образумиться. Поедем со мной. Я не стану запирать тебя в пент-хаусе. Я буду обращаться с тобой как с гостьей.

– Гостья? Мы с тобой из разных миров.

– Да, – признался Марко, – но я ничего не смогу изменить, даже ради тебя.

– За тобой постоянно следят папарацци, а я не хочу огласки, – сказала она.

– Ты научишься их игнорировать.

– Ты так считаешь? Мне предстоит много дел. Я должна стать хорошей матерью.

– Раньше ты не убегала от трудностей, Кассандра.

– Раньше я не была беременной.

Касс была смущена и обескуражена. Марко приглашает ее в свой мир, в котором есть все, чего она старательно избегала. Он отец ее ребенка, и она хочет поехать с ним в Рим. Она так давно мечтает о настоящем доме и настоящей семье. Но Марко предлагал лишь временное решение проблемы.

– Тебе нужна помощь, Кассандра, и ты об этом знаешь. Что для тебя важнее: твое благополучие или благополучие ребенка?

– Для меня важнее малыш, конечно. Тебе не нужно об этом спрашивать.

– Тогда прекращай спорить. Поедем со мной, и твой ребенок будет жить в раю. Я тебе это обещаю.

– Дай мне подумать до завтрашнего утра. Я отвечу тебе завтра.

Марко не смог отказать беременной женщине в возможности все обдумать, поэтому снял номер в местной гостинице. Его разочарование и нетерпение усиливались. Он не мог ждать до завтрашнего утра, поэтому набрал ее телефонный номер.

– Я же сказала, что мне нужно больше времени, Марко.

– Чушь. Ты уже все решила. Говори! После долгого молчания она произнесла:

– Ладно. Вероятно, мне в самом деле нужно отдохнуть. Но когда у меня пройдет тошнота, я буду работать вплоть до родов. Я не могу просто приехать в Рим и ничего не делать. Я поеду с тобой, если ты позволишь мне найти работу и не станешь мне мешать. Мне не нужны твои связи и твои деньги, но я согласна, что для ребенка будет полезнее, если его мать будет хорошо себя чувствовать. Если ты согласен на мои условия, то можешь завтра за мной заехать.

Касс ставила условия Марко. Такого в его жизни еще не бывало.

– Это то, чего я хочу, Марко. Ты правильно сказал, что я решительная женщина. Мое предложение кажется мне справедливым для нас обоих. Я не буду докучать тебе и болтаться у тебя под ногами. Ты слышишь меня, Марко?

– Я приник к телефону.

Она проигнорировала его сарказм.

– Ты согласен с моими условиями? – спросила она.

Ее дом небольшой, но уютный, и Кассандра отнюдь не беспомощная женщина.

Ничего не поделаешь. Ради ее здоровья Марко должен ей уступить.

Глава 9

Кассандра была уверена, что все обдумала перед отъездом в Рим, но все оказалось намного хуже, чем она себе представляла. Переезд из крошечного, уютного дома в огромный и безликий пентхаус Марко походил на поездку на необитаемый остров. Едва распахнулась внушительная дверь и Касс вошла внутрь, Марко повернулся и ушел.

Он ничего ей не объяснил. Он работал в полете, а во время поездки из аэропорта в лимузине разговаривал по телефону. Судя по его категоричной речи и суровому выражению лица, Марко обсуждал важные сделки. Они не разговаривали во время путешествия, а после него стали совсем далекими друг другу, как миллиардер и его временная садовница.

Касс съежилась от смущения, когда водитель Марко поставил в коридоре ее потертый чемодан. Как только Касс его подняла, появилась холеная горничная.

– Ваша комната готова, синьорина.

– Спасибо. – У Касс закружилась голова. Все происходило слишком быстро. Она последовала за горничной через анфиладу комнат, которые станут ее домом в следующие несколько месяцев.

Касс не понимала, как согласилась на это. Она бережно закрыла живот рукой. Она знала, что должна заботиться о своем здоровье, но у нее все равно стало тяжело на душе, когда она огляделась вокруг. Она понимала, что может показаться неблагодарной, но ей не нужна была вся эта роскошь. Касс с удовольствием обменяла бы эту благодатную обстановку на несколько спокойных слов от Марко.

– Если вам что-нибудь понадобится, синьорина… Горничная стояла в дверях.

– Не понадобится, но все равно спасибо. – Касс хотела, чтобы ее оставили в покое.

– Если вы передумаете, пожалуйста, позвоните мне по внутреннему телефону.

– Спасибо, – снова сказала Касс, задаваясь вопросом, что думает о ней персонал Марко.

Потом она решила, что не стоит беспокоиться о мнении окружающих. В этом доме наверняка побывало много женщин, которые даже не здоровались со слугами.

Когда дверь комнаты закрылась, Касс медленно повернулась вокруг. Помещения были красивыми, легкими и очень просторными, однако роскошный пентхаус Марко больше походил на эксклюзивный отель, чем на дом. Люди спали в нем, иногда ели, но комнаты были безликими. В них не было ни фотографий, ни трофеев, ни памятных вещей. В доме абсолютно ничего не говорило о том, какой человек в нем живет. Возможно, Марко сделал так намеренно. У него была репутация холодного и отчужденного человека.

Но не в постели.

Касс здраво рассудила, что теперь о близости с ним придется забыть. Она беременна. Он подозрителен. Они оба в тупике.

Горничная принесла ей легкий ужин, состоящий из вкусного салата и свежеиспеченного хлеба. Когда зазвонил телефон, у Касс душа ушла в пятки. Она бросилась к телефону и услышала бесстрастный тон шеф-повара Марко, который спрашивал, что она хотела бы поесть и куда подать ужин. Касс ответила, что хочет оставаться в своих апартаментах. Она не смогла бы ужинать одна в огромном зале или более грандиозной столовой.

Немного поев, она подошла к двери и открыла ее. В коридоре, ведущем на кухню, было тихо. Решив, что персонал ушел домой, Касс взяла поднос, чтобы отнести его на кухню, и обнаружила, что там ужинают повар и горничная.

– О, извините. Я не хотела…

Они уставились на нее, и она попятилась к выходу. Судя по их враждебным взглядам, она вторглась на чужую территорию. В Тоскане Мария всегда приглашала Касс на кухню для дружеской беседы.

Касс пожалела о том, что не может ждать рождения малыша в тосканском поместье Марко, где Мария и Джузеппе относились к ней как к члену своей семьи. Она подозревала, что Марко не отвез ее туда потому, что там ему было бы труднее за ней следить.

Обхватив себя руками, Касс вернулась в свою комнату. Она была расстроена и смущена. Вид из окон во всю стену вторил ее чувствам. Небо стало серым, на гигантские оконные стекла капал дождь. На Рим опускался туман, закрывая потрясающий вид на город. Прижав ладони к холодному стеклу, она смотрела на улицу, понимая, что Марко где-то в городе. Она не знала, вернется ли он домой сегодня вечером.

Ее это не касается.

Касс наполнила водой ванну, в которой поместились бы двое. Приняв ванну, она вытерлась полотенцем и отправилась спать. Она натянула одеяло до подбородка и огляделась. Она никогда не ночевала в такой изысканной спальне, которая почему-то казалась ей тюремной камерой.

Марко пару дней не ночевал дома. Он знал, что за Кассандрой хорошо ухаживают. Его слуги получили строгие инструкции о том, чтобы ее никто не беспокоил.

Кассандре нужно отдохнуть. В этом он не сомневался. Она очень устала и по-прежнему неважно выглядит. Он организовал ей осмотр у одного из лучших врачей Рима. А пока она будет оставаться в пентхаусе. Марко отправил ей сообщение с контактным номером врача и собственный телефонный номер на экстренный случай.

Касс ответила кратким сообщением – «спасибо».

Он не винил ее за резкий тон. Чем меньше они будут говорить, тем лучше. Он так решил, вспоминая пьяные откровения своей матери. Он всегда считал, что ее разговоры сильно повлияли на него в детстве. Когда ему исполнилось восемь лет, его жизнь изменилась в одночасье. Еще вчера у него были два любящих родителя, а на следующий день он остался с матерью-алкоголичкой.

Марко посмотрел на телефон, желая позвонить Кассандре, но потом передумал. Будет разумнее держать с ней дистанцию.

Только непонятно, как долго он собирается ее избегать.

Он улыбнулся, растянувшись голым на кровати. Судя по реакции его тела на воспоминание о Кассандре, их разлука продлится недолго.

Касс услышала, как щелкнул замок на парадной двери, и насторожилась. Горничная и повар – ее надсмотрщики – уже ушли. Она напряглась при звуке приближающихся шагов. Должно быть, пришел Марко. Ее сердце забилось чаще. Она быстро расчесала пальцами волосы и покусала губы, чтобы они порозовели.

– Можно войти? – сказал он.

Зачем он спрашивает, если уже вошел в комнату?

Ее сердце колотилось так сильно, что она не могла произнести ни слова. Она хотела сердиться на Марко за то, что он не предупредил ее о своем приходе. Но она очень по нему соскучилась. При виде него у нее екнуло сердце. В идеально сшитом деловом костюме он выглядел еще суровее и опаснее.

И еще он казался более отчужденным – человеком из другого мира.

– Я не слишком поздно? – сухо спросил он.

«Слишком поздно», – подумала она, откидываясь на подушки, когда он вошел в комнату. У нее перехватило дыхание. Марко был таким красивым, смуглым и притягательным, однако его холодные глаза угрожающе сверкали. Она решила не показывать, как сильно он на нее влияет.

– Я думаю, что еще какое-то время не буду спать. – Касс пожала плечами, будто привыкла к тому, что в ее спальню заходит такой человек, как Марко. Она была взъерошенной и практически обнаженной, а он выглядел так, словно только что сошел со страниц глянцевого журнала. Касс обхватила подушку, держа ее перед собой, как щит. – Я не ждала тебя сегодня.

– Я не сказал, когда вернусь, – признался он.

– Поездка прошла успешно?

– Да, дорогая, – сухо ответил он, давая ей понять, что ее не касается, куда и зачем он ездил.

Она затаила дыхание, когда он подошел ближе. У нее не было возможности сбежать или отступить. И потом, не в ее характере сдаваться. Она приехала сюда по собственной воле, чтобы поправить здоровье. Именно поэтому Марко привел ее сюда. Или не поэтому? Она не понимала, о чем он думает, глядя на нее. Под его взглядом она затрепетала. К нему она стремилась и телом, и душой. Она хотела снова забыться в его объятиях.

У нее голова пошла кругом, когда Марко присел на кровать. Он не разговаривал. Он просто заключил Кассандру в свои объятия.

– Скажи, что не хочешь этого, и я остановлюсь, – хрипло прошептал он.

Она могла бы прижать руки к его груди, слабо протестуя, но не желала его отталкивать. Она не могла игнорировать свои желания. Она жаждала не просто секса и удовольствия, а единения с Марко.

Касс помогла ему снять пиджак, а потом стала смотреть, как Марко ослабляет узел галстука. Она ахнула, когда он резко прижал ее к себе и запустил руку между пуговиц ее пижамы, прикасаясь к ее груди. Его прикосновение было таким знакомым и таким желанным. Касс шумно глотнула воздух, удивляясь тому, что вообще может дышать.

Он слегка поглаживал ногтями больших пальцев ее напряженные соски.

– Твоя грудь округлилась, – одобрительно заметил он и стал раздеваться. – Мне нравится.

Обнаженный Марко ди Фивиццано был великолепен. Сильный и надежный человек, без налета городского лоска, он таскал мешки с песком и колол дрова. Он стал отцом ее ребенка. И, вопреки всем вопросам, критическим замечаниям и жалобам, Касс хотела его.

Она не ожидала, что он опустится рядом с ней, погладит по животу и с благоговением покроет его неторопливыми поцелуями. Потом он уткнулся лицом в ее грудь, взял ее рукой за запястья и поднял их высоко над ее головой. Поцелуями и ласками он довел ее до исступления.

– Тебе нравится? – тихо спросил он, нежно касаясь ее тела кончиками пальцев.

– Да. – Она дрожала от волнения.

Он стянул с нее пижамные штаны, отбросил их в сторону и стал ласкать ее между ног.

– Как хорошо! – задыхаясь, воскликнула Касс.

– По-моему, ты вернула себе разумный подход к жизни и сексу, – сухо заметил Марко. – Тебе лучше?

– Пока нет, – быстро сказала она. – Я хочу большего.

Марко устроился у нее между ног, и она тихонько вскрикнула от предвкушения большего удовольствия. Она чувствовала себя такой одинокой и уязвимой и одновременно безумно возбужденной. Ей нравилось, что Марко за ней наблюдает. Его взгляд усиливал ее желание.

– Я буду осторожен, – пообещал он.

Он сдержал свое слово, и она обнаружила, до чего приятным бывает неторопливый секс. Марко старался максимально растянуть ее удовольствие. Она слышала, как он тихо смеется, когда она, потеряв самообладание, закричала от наслаждения, извиваясь под ним.

Когда Касс наконец успокоилась, он медленно вошел в нее снова, и она опять погрузилась в сладостное забытье. Очнувшись, она обнаружила, что Марко встал с кровати.

– Куда ты идешь? – Она протянула руку, останавливая его.

– Ты должна поспать. – Он поцеловал ее в щеку. – И я тоже. У меня завтра много дел. Но не волнуйся, я приду утром. – Его чувственные губы изогнулись в улыбке, и он голышом вышел из комнаты.

Он был так красив и так сосредоточен! Сегодняшняя ночь была замечательной, эмоции Касс были на пределе. Но что почувствовал Марко?

Она вдруг ощутила себя неуверенной и ранимой, задавшись вопросом, не стала ли добровольной любовницей Марко ди Фивиццано на короткий срок. Ведь у садовницы и миллиардера нет будущего.

Чем больше она думала об этом, тем отчетливее понимала, что тело управляет ее мозгом. Она живет в квартире Марко по собственной воле. Она под его защитой. Совсем недавно он с благоговением целовал ее округлившийся живот. Но теперь даже это начало ее беспокоить. Марко ди Фивиццано нужен наследник. И вероятно, он просто использует ее как подходящую утробу для вынашивания ребенка.

Глава 10

Следующим утром Марко рано отправился на работу и не зашел к Кассандре, как обещал накануне. По идее, Касс следовало радоваться тому, что они не виделись утром. Разве не лучше удерживать Марко на расстоянии, как он удерживает ее? Она больше ни в чем не была уверена.

Из-за беременности у нее разыгрались эмоции, иногда ей было трудно сосредоточиться. Она ни когда ни с кем не откровенничала, кроме своей крестной матери, пока была юной, поэтому ей было невдомек, хочет ли мужчина по утрам заниматься сексом. Если Касс потеряла чувство собственного достоинства до такой степени, то пришло время обуздать свои чувства.

За короткое время проживания в пентхаусе Марко она слишком обленилась. Еще чуть-чуть, и от нечего делать она начнет чистить Марко ботинки и готовить ему ванну. По утрам ее больше не тошнило, поэтому у нее исчез предлог страдать и считать часы до конца дня.

Все должно измениться.

Касс отнесла свой поднос на кухню. Ей было наплевать, что о ней подумают недружелюбная горничная и повар. Поблагодарив повара за завтрак, она извинилась, что не до конца его съела, потому что плотно поужинала накануне.

– Вам что-нибудь еще нужно, синьорина? – спросила ее горничная.

– Ничего. Спасибо.

Касс закрыла дверь, но отчетливо услышала разговор горничной и повара.

– Я что, плохо готовлю? – пожаловался повар.

– Она беременна, – прошептала горничная. – Вот почему она так плохо ест.

– Она беременна от него?

Касс замерла, потом напряглась, когда они рассмеялись.

– Время пришло, – объявил повар, то ли позабыв, что Касс может его подслушать, то ли не заботясь об этом. – Ему нужен наследник.

По спине Касс пробежал холодок. Горничная неодобрительно хмыкнула:

– Я не понимаю, почему он выбрал ее. Вокруг полно богатых женщин, которые родили бы ему наследника. – Помолчав, горничная прибавила: – За такую новость дорого заплатят.

Касс услышала достаточно. Она не имела права ругать персонал Марко, поэтому прикусила язык и ушла. Остается надеяться, что повар и горничная верны своему работодателю и сохранят в тайне все, что знают. Ведь преданность слуг в любом доме – обязательное условие, не так ли?

Новость о предательстве домашнего персонала обрушилась на Марко, пока он был на совещании. Об этом ему написала секретарша, чтобы его не застали врасплох сведения, уже появившиеся в Интернете. Внешне Марко оставался невозмутимым, но в душе кипел от ярости. Сдержанный человек, он не желал, чтобы кто-то болтал о его личной жизни. Он не хотел, чтобы болтали о Кассандре. Именно поэтому он поселил ее в своем пентхаусе. Он решил, что она должна провести последние месяцы беременности в тишине и уединении. Никто не должен говорить о ней, включая его доверенный персонал.

– Моя секретарша составляет перечень потенциальных сотрудников, которых вы обязаны проверить, – ругал он специалистов отдела расследований. – Вы должны быть лучшими в своем деле, поэтому я и нанял вас. Вы уволены. – Он отключил телефон, когда те начали оправдываться, будто повар и горничная были тщательно проверены, но никто не мог гарантировать, что они не проболтаются.

Каждый человек имеет цену, сердито признал Марко, отменяя следующее совещание. Он рвал и метал, не понимая, почему ему так легко заниматься бизнесом, а все, связанное с Кассандрой, приносит ему только проблемы.

Волнуют ли его людские сплетни? Или же он, наконец, признал, что отныне его жизнь изменилась? Она никогда не будет прежней, потому что скоро у него родится ребенок.

Возможно, это будет его ребенок.

Марко задался вопросом, почему не доверяет своим чувствам. Почему он не верит Кассандре? Неужели прошлое всегда будет его преследовать?

Персонал пентхауса уже был уволен к тому времени, когда Марко вернулся домой. Кассандры нигде не было. У него чаще забилось сердце, пока он старался ее разыскать. Он проверил все уголки дома. Куда она ушла? После приезда в Рим она стала лучше себя чувствовать. Он обзвонил все службы такси в городе и выяснил, что ни одно такси не отвозило молодую беременную англичанку в аэропорт.

Марко рассеянно включил телевизор, чтобы посмотреть новости, пока ходит по квартире. Новости шокировали и разозлили его. Журналисты говорили о нем и Кассандре и об их отношениях. На экране появилось его фото – на нем небритый Марко сидел на мотоцикле и выглядел как черт из преисподней. Он не понимал, где журналисты откопали такой снимок. На втором фото была Кассандра – она выглядела как милый и испуганный ангел.

Далее в новостях показали прямой эфир из близлежащего парка. Кассандра гуляла по нему, и к ней со всех сторон бежали папарацци.

Засунув руки в карманы просторных джинсов, Касс опустила голову и пошла вперед, не смотря ни влево, ни вправо. Теперь она понимала, что чувствовали ее родители, находясь под пристальным вниманием прессы. Она не осознавала этого до сегодняшнего дня. А ведь она вкусила публичности только на миг, размышляла она, жуя губу.

В газетах было полно фотографий маленькой Касс, которая играла среди использованных шприцов и пустых бутылок из-под алкоголя. Из-за того что информация хранилась в Интернете очень долго, Касс страдала от насмешек одноклассников. Даже крестная мать не смогла ее защитить от всего этого. В бурные подростковые годы Касс думала иначе о дурной славе своих родителей, считая, что быть в центре внимания здорово и престижно.

Ее родители, одурманенные наркотиками и алкоголем, изо всех сил цеплялись за свою известность. В конце концов они погубили друг друга, подравшись в бассейне из-за бутылки пива.

Кассандра была не из пугливых, но ее насторожило внимание журналистов. Они не старались сделать красивые снимки. Они жаждали сенсации и денег. Они походили на гиен. Они совали ей в лицо микрофоны, мобильные телефоны и фотоаппараты. Им хотелось лучше разглядеть беременную любовницу Марко ди Фивиццано, отыскать все ее недостатки и слабости и сообщить о них миру. Касс чуть не расхохоталась, когда один из папарацци встал на колени, чтобы сфотографировать ее живот.

– Какая нелепость! – воскликнула она, и на нее тут же обрушился шквал вопросов.

– Вы хотите сделать заявление?

– Вы знаете пол ребенка?

– Вы будете жить с Марко, когда родится малыш?

И вдруг, словно из ниоткуда, рядом с ней появился Марко.

– Что, черт побери, ты делаешь? – спросил он, решительно ее обнимая и свирепо смотря на папарацци.

На этот раз она не сопротивлялась, когда он повел ее в сторону.

– А что, по-твоему, я делаю? Я хотела подышать свежим воздухом.

– Это я понимаю. Но почему ты не позвонила мне?

– Я не хотела тебя беспокоить, – призналась она. – И я не могла оставаться в пентхаусе с людьми, которые надо мной смеются.

– Слуги? Они уволены. Я сам виноват, мне следовало лично проверить их резюме.

– Мне не следовало так бурно реагировать, но из-за беременности у меня нервы на пределе. – Она обернулась и обрадовалась, увидев, что папарацци отступили. Они явно не хотели иметь дело с Марко в его нынешнем настроении.

– Ты считаешь, это сделали повар и горничная? – спросила она.

– Кто еще мог оповестить прессу? – Марко поднес карту безопасности к панели на двери дома. Пропустив Касс вперед, он захлопнул дверь.

– Они сказали, что за такую новость дорого заплатят, – вспомнила Кассандра.

– Ну, им недолго радоваться, – сухо ответил Марко, когда открылись двери лифта. – Ни один из них не найдет в этом городе работу. Им никто не будет доверять.

– Значит, их чертовы деньги окажутся обоюдоострым мечом?

– Так и будет, – подтвердил он. – Но меня интересуешь только ты. Ты в порядке?

Посмотрев на него снизу вверх, она увидела его подлинное беспокойство.

– Твои бывшие слуги укрепили мои убеждения в том, что ты используешь меня ради секса и рождения наследника. – Марко сильнее нахмурился. – Мне пришлось выйти из дома, чтобы развеяться. И мне это удалось. Правда, не так, как я ожидала. Я поняла, что чувствовали мои родители, когда их повсюду преследовали папарацци.

– Ты впервые о них заговорила, – сказал он.

– Да. Просто старалась забыть свое прошлое, поэтому мне нелегко о нем говорить. Даже спустя много лет после их смерти я чувствую себя виноватой.

– Ты тоже, – пробормотал он.

– Подростком я была очень категоричной. Я считала, что родители отказались от меня, когда я была маленькой. – Она умолкла, заметив напряжение Марко. – Я тебя расстроила?

Он молчал. На его подбородке пульсировала жилка. Касс догадалась, что Марко испытывает то же самое. После стольких лет молчания невозможно откровенничать сразу.

– Я могу тебе помочь, – сказала она.

– Ты? – Он недоверчиво посмотрел на нее, когда они вошли в лифт и поехали на верхний этаж.

– Тебе некогда заниматься всем сразу, поэтому у тебя и работал такой персонал…

– И что ты предлагаешь? – спросил он. Марко не привык к людям, оспаривающим его мнение. Но Касс все равно скажет все, что думает. Крайне важно, чтобы он доверял людям, работающим в его доме.

– Тебе нужно нанять людей, похожих на Марию и Джузеппе. Если ты мне позволишь, я помогу тебе найти их.

Марко удивленно покачал головой, и Касс прибавила:

– Только представь, сколько свободного времени у тебя появится, если ты переложишь некоторые полномочия на других людей. Вероятно, тебе нужно научиться доверять людям. Ты начнешь с персонала, а затем попробуешь доверять мне.

Она должна была воспринять его взгляд как предупреждение и пойти на попятную, но вместо этого уставилась на Марко в упор.

Марко восхищался ее смелостью. Он думал, что после встречи с папарацци в парке Кассандра раскиснет и будет думать только о себе, однако она заботилась о других людях.

– Мы простоим за дверью весь день? – спросил он.

– Ты не ответил на мой вопрос, – напомнила она ему. – Тебе помочь с подбором персонала?

– Не нужно. Теперь я буду лично проверять каждого человека.

Кассандра наклонила голову набок, чтобы посмотреть на него снизу вверх:

– А мне можно поучаствовать в подборе работников?

Ее вопрос заставил его замолчать. Он смотрел на нее, понимая, что ответит отрицательно.

– Тебе наскучит сидеть в доме весь день. Тебе нужно отдохнуть. Теперь, когда ты лучше себя чувствуешь, тебе можно чем-нибудь заняться. Завтра я наведу справки и выясню, где ты можешь работать неполный рабочий день.

Она покачала головой:

– Очень мило с твоей стороны, Марко, но в этом нет никакой необходимости.

– Что ты имеешь в виду?

– Я звонила в посольство. Вернее, я позвонила послу. Он дал мне номер своего телефона на вечеринке. Я думала о том, что ты мне сказал, и я поняла, что не стану использовать посла в своих целях. У меня есть что ему предложить. Он согласился взять меня на работу в команду садовников при посольстве.

– Ты нашла работу?

– Да, Марко.

Ему сразу захотелось ее защитить.

– И после того, что произошло сегодня, ты будешь с удовольствием ходить на работу каждый день, пока папарацци следят за каждым твоим шагом?

– По-моему, ты собирался подыскать мне занятие. – Прежде чем он успел ответить, она прибавила: – Я буду работать не каждый день и не полный рабочий день.

– Если бы я нашел тебе место, все было бы по-другому.

– Каким образом? – спросила она.

– В первую очередь, я бы убедился, что тебе не угрожает опасность.

– Ты отлично знаешь, что посольские сады охраняются так тщательно, что туда не проскользнет незамеченным даже червяк, не говоря уже о папарацци. Это идеальное решение, Марко. Ко мне никто и на милю не подойдет, – уверенно произнесла она.

– Ты могла бы предупредить меня о своих планах, – заметил он.

– А ты всегда рассказываешь мне о своих задумках? После долгого молчания он напряженно ответил:

– Это не отговорка.

– Да? Я думала, мы с тобой равны. Или у одного из нас больше прав? Я не обязана спрашивать твоего разрешения, прежде чем что-то предпринять. Или обязана? Я очень ценю то, что ты для меня сделал. Когда я приехала сюда, мне было плохо. Но теперь я хорошо себя чувствую и могу опять работать.

– Тебе нужно отдыхать.

– Я в порядке. Мне будет еще лучше, когда я снова стану заниматься садом.

Касс не желала ему уступать. Марко нравились ее дерзости, но они чертовски его раздражали.

– Что ты делаешь, Марко?

Потянувшись, он вытащил заколку из ее волос, и они упали на ее плечи непокорными волнами. Собрав волосы, она снова их заколола.

– Это знак? – спросил Марко.

– Да. Знак того, что я поступлю по-своему и буду работать на свежем воздухе. – Она смерила его взглядом.

– А как насчет сада на крыше?

– Там есть сад? Ты не говорил мне об этом.

– Давай я покажу его тебе.

Он провел Касс через дверь, и вскоре перед ними был один из самых великолепных видов в Риме.

– О боже, – выдохнула она и так растерялась, что не сразу заметила тщательно спланированный сад. – Подумать только, я даже не знала, что здесь есть такое.

– Я хотел сказать тебе, – признался Марко, – но я так редко сюда прихожу. Ты могла бы здесь работать?

– Когда у меня будет время, ты имеешь в виду? – Она пожала плечами. – Сад красивый, но он идеально спланированный и ухоженный. Мне здесь нечего делать, я могу только им восхищаться. Мне нужна настоящая работа.

– А как же ребенок?

– Ты считаешь, для нашего малыша будет лучше, если я стану сидеть здесь сложа руки?

Марко слегка вздрогнул при упоминании «нашего» ребенка, а потом отвернулся, оперся руками о стену и посмотрел на Рим.

– Ты ни за что не смиришься с тем, что я могу облегчить тебе жизнь, да, Кассандра? – спросил он.

– Я просто хочу делать любимую работу. Обернувшись, Марко протянул руку и заправил прядь волос ей за ухо.

– Я бы восторгался тобой, если бы ты меня не бесила, – признался он.

Она усмехнулась и немного расслабилась. Возможно, они оба иногда бывают невыносимо упрямыми.

– Я постараюсь быть достойной твоего восхищения и не так сильно тебя бесить, – пообещала она, и они впервые обменялись улыбками.

Они покинули красивый сад на крыше и спустились в основную часть пентхауса. Напряженность между ними усилилась, когда Марко подошел и встал напротив Касс.

– Пойдем в постель, Кассандра.

У нее перехватило дыхание, когда он посмотрел на нее сверху вниз. При виде его горящего взгляда она затрепетала.

Наклонившись, Марко коснулась губами ее рта.

Прошло несколько секунд. Казалось, время остановилось. Касс позволила Марко провести ее в спальню.

Обняв Касс за плечи, он закрыл дверь, а потом расстегнул пуговицы на ее рубашке и снял ее. Обхватив руками ее грудь, он опустил голову и стал ее ласкать через тонкий кружевной бюстгальтер. Он помог ей снять джинсы, а потом подвел к кровати и осторожно уложил на простыни.

– Повернись на бок, – сказал он, – и подожди меня.

Она смотрела, как он раздевается, ее возбуждение усиливалось. У Марко была великолепная фигура. Касс едва дышала, когда он лег рядом с ней на кровать.

Он коснулся рукой ее спины. Касс выгнулась, радуясь его ласкам. Раздвинув ей ноги, Марко осторожно вошел в нее сзади.

Касс уже не помнила, сколько раз они занимались любовью, но с каждым разом она испытывала больше удовольствия.

– Как ты это делаешь? – тихо спросила она сквозь туман наслаждения.

Она переживала самый невероятный период в своей жизни. Марко был таким опытным любовником, что она теряла голову, как только он к ней прикасался.

Глава 11

Работа в посольских садах понравилась Касс намного больше, чем она предполагала. Она улыбалась, возвращаясь в пентхаус. Ей понравились ее сослуживцы, она быстро нашла с ними общий язык. После любимой работы с растениями на свежем воздухе она начала воспринимать пентхаус – хотя бы временно – как свой дом и не слишком задумывалась о будущем.

Одно Касс знала наверняка: она уже любила своего ребенка и собиралась сделать все, что в ее силах, чтобы у малыша была лучшая жизнь. Кассандра взглянула на свой паспорт в сумке. Она твердо решила вернуться в Англию и рожать именно там. Она не могла рисковать и терпеть неопределенность пребывания в Италии, потому что Марко с каждым днем работал все больше. Он либо старался не привязываться к ней эмоционально, либо пытался примириться с демонами своей души. В любом случае их ребенок родится в ближайшее время. Касс решила, что жизнь ее малыша будет стабильной, в отличие от ее собственной.

Последние несколько дней Марко был в командировке и должен был вернуться сегодня вечером. Мысль об этом взволновала Касс и прибавила решимости рассказать ему о своих планах. Время шло, и ей следовало думать о будущем. Она надеялась, что они с Марко будут вместе воспитывать ребенка, даже живя в разных странах.

В его отсутствие она не сидела сложа руки. Помимо работы в посольских садах она подбирала новых сотрудников в пентхаус. Она хотела отплатить Марко за проживание в его доме. Она хотела, чтобы он знал, что она не собирается сидеть у него на шее.

Ей предстояло сообщить Марко, что она достаточно хорошо себя чувствует, поэтому вернется в Англию, хотя благодарна ему за его гостеприимство.

На ее глаза навернулись жгучие слезы при мысли о расставании с Марко. Отводя от лица пряди волос, она подумала, что начинает в него влюбляться.

Чем больше проходило времени, тем сильнее она убеждалась в том, что влюбилась в очень непростого человека.

* * *

Марко выглядел опустошенным, когда вошел в дверь. На нем был темно-синий деловой костюм, накрахмаленная белая рубашка с расстегнутым воротом и стильный шелковый галстук, свободно висящий на шее. Касс сразу догадалась, что его командировка была тяжелой. Волосы Марко взъерошились, на подбородке красовалась густая щетина, а взгляд был очень хмурым. Но, несмотря на усталость, он просиял, когда увидел Кассандру.

– Дорогая моя, ты прекрасно выглядишь, – сказал он.

Марко впервые назвал ее «своей». Касс не обиделась, а наоборот, обрадовалась больше, чем следовало. Ей пришлось напомнить себе, о чем она собирается с ним поговорить. Касс была независимой женщиной, но ей нравилось чувство единения с Марко. Рядом с ним она не ощущала себя одинокой. Она знала, что выглядит совсем не красавицей. Об этом ей ежедневно говорило ее отражение в зеркале.

Она посмотрела на Марко:

– Ты явно устал. Принести тебе что-нибудь выпить?

Улыбнувшись, он пожал плечами:

– Это я должен о тебе заботиться, дорогая.

– Ну, ладно. – Она усмехнулась. – Будем заботиться друг о друге по очереди.

Он медленно подошел к ней, и она прижалась спиной к стене.

– Вновь вспоминаешь что-то приятное? – спросил он, глядя на нее сверху вниз, слегка улыбаясь.

– Да, – призналась она. Ей хотелось, чтобы он ее поцеловал и крепко прижал к себе.

– Как насчет этого? – пробормотал он, касаясь щетиной ее чувствительной кожи и покрывая жгучими поцелуями ее шею.

– Было еще несколько воспоминаний. – Она усмехнулась, закрыла глаза и ахнула, когда Марко коснулся руками ее груди.

– У тебя самая великолепная грудь, Кассандра. – Подняв голову, он увидел страсть в ее глазах. Обняв руками ее лицо, он очень мягко и нежно поцеловал ее в губы.

– Пойдем в спальню? – предложил он, отстраняясь от нее.

– Если ты считаешь, что там лучше, – прошептала она.

– В твоем состоянии нельзя заниматься этим у стены. Не смотри на меня так разочарованно. Я обещаю тебя порадовать.

– Ты уверен? – шепотом спросила она.

– Как никогда.

Касс ахнула, когда он подхватил ее на руки.

– Тебе придется подождать, пока я принимаю душ, – с неохотой сказал он и опустил ее на кровать.

– Так долго? – пожаловалась она.

Взгляд Марко был полон лукавого обещания. Касс едва переводила дыхание от волнения к тому времени, когда он вернулся в спальню. Одно полотенце он обернул вокруг бедер, а другим вытирал густые, волнистые черные волосы. У него был очень красивый, загорелый и мускулистый торс. Касс была готова вечно любоваться Марко.

Он только посмотрел в ее глаза, и она мгновенно почувствовала желание. Она могла думать только об удовольствии. Он знал, что ей нужно, его желание было таким же сильным, как и ее. Марко взглянул на ее губы. Не испытывая прежде такого сильного возбуждения, Касс дрожала от волнения, когда он подошел и встал напротив нее. Его густые волосы были по-прежнему влажными и цеплялись за щетину. Она едва заметно улыбнулась, увидев, что он не побрился.

Заключив в объятия, он поцеловал Касс в шею. А потом они занимались любовью, неторопливо и осторожно, и Касс в очередной раз наслаждалась так, как никогда.

Кассандра спала так крепко, что Марко решил подать ей завтрак в постель. Он постоянно напоминал ей, что она должна отдыхать. Однако ему самому не следовало об этом забывать. Они занимались любовью полночи. Марко никак не мог насытиться Касс. Он никогда не чувствовал ничего подобного к женщине и ни разу не готовил своим любовницам завтрак. В последний раз он приносил завтрак своей матери, когда та уже окончательно подорвала здоровье алкоголем. Марко отмахнулся от этой мысли, которая разрушала его нынешнее идиллическое настроение.

Священник, который хоронил мать Марко, позаботился о том, чтобы у мальчика была крыша над головой. Чтобы он ходил в школу и хорошо питался. В приюте Марко было непросто, но он выжил. В этом мире он мог преодолеть все, за исключением чувства к Кассандре.

Возвращаясь в спальню, он подумал, что не может предложить ей ничего, кроме сексуальной близости.

Душа Марко давным-давно мертва, и он не желает ни к кому привязываться. Даже Кассандре не удастся его изменить.

Медленно проснувшись, Касс улыбнулась. Ее лицо было по-прежнему прижато к подушке, когда Марко внес поднос с завтраком в комнату.

– Ты приготовил мне завтрак! – радостно воскликнула она.

Поджав губы, он повел плечами:

– В моих интересах, чтобы у тебя были силы.

– Не будь таким жестким, Марко. Ты добрее, чем хочешь показаться. Ты чувствительный человек, но боишься открыться.

– Я боюсь? – спросил он и напрягся, ставя поднос на кровать.

– Я знаю. Ты ничего не боишься. Кроме своих чувств. – Она посерьезнела. – У каждого из нас есть неприятное прошлое.

– Я не знаю, о чем ты говоришь.

Посмотрев на Марко, она протянула ему руку:

– Иди сюда.

– Мне пора на работу, – ответил он.

– Пожалуйста, – настаивала она. – Дай мне руку.

Нахмурившись, Марко сделал, как она просила.

Касс потянула его руку под одеяло:

– Ты чувствуешь? Твой сын с тобой здоровается.

– Правда?.. – Он отшатнулся, но Касс сильнее схватила его за руку и прижала ее к своему округлившемуся животу.

– Не бойся, – прошептала она. – Для нас обоих это новый опыт. Я хочу запомнить каждую минуту из жизни нашего малыша.

Однажды Марко дал слабину и поцеловал Касс в живот. После этого он выжил. Вздохнув, чтобы успокоиться, Марко почувствовал слабое биение ребенка.

– Боже! Я его ощущаю. – Он удивленно посмотрел на Касс. – Это твой ребенок!

Кассандра посмотрела на него в упор и сказала:

– Это наш ребенок.

Касс хотела о многом сказать Марко. Она жаждала сделать так, чтобы он научился ей доверять.

– Марко?

Он торопливо шел к двери и выглядел ошеломленным. Тем не менее Касс знала, что он пережил такой же момент удивления и блаженства, какой испытала она, когда впервые почувствовала, как толкается ее ребенок. Она не понимала, что напугало Марко. Если его волнует, приходится ли он отцом ребенку, то после рождения малыша можно будет сделать тест ДНК. Касс подозревала, что Марко напугало нечто большее. То, что по-прежнему разрушает его жизнь. Она хотела знать, что тревожит Марко, чтобы помочь ему.

Несмотря на тревожные размышления, ее день прошел продуктивно. Ей разрешили перепроектировать крохотную часть посольского сада, и она проработала допоздна. Водитель Марко, пожилой и очаровательный мужчина по имени Паоло, отвез ее домой. Он настоял на том, чтобы проводить ее до двери пентхауса. Пока они поднимались в лифте, он немного рассказал ей о прошлом Марко.

– Он хороший человек. – Паоло повернулся к ней лицом. – Раньше я работал на его отца. Мне было нелегко.

– Его отец? – Касс мгновенно навострила уши, но Паоло тут же напрягся, словно наболтал лишнего. – Вы работали на отца Марко? – повторила она.

– Да, – ответил Паоло.

– А как вы стали работать на Марко? – не унималась она.

Паоло секунду размышлял, будто оценивая свою преданность обоим мужчинам.

– Я отвозил Марко на похороны его отца, – наконец признался Паоло. – Он хотел попрощаться с человеком, который никогда его не уважал, особенно когда Марко был ребенком и нуждался в отцовской опеке. С тех пор я работаю на Марко.

– Спасибо. Спасибо за то, что сказали мне об этом.

Не сдержавшись, она обняла Паоло. Шофер удивился, хотя был итальянцем, которым свойственно бурное проявление эмоций.

– Я сожалею, что не могу сказать вам больше, – прибавил он, пожимая плечами. – Я вряд ли раскрою тайну, если скажу вам, что отец Марко был трудным человеком. Мы никогда не были с ним близки так, как я близок с Марко. Но я преданный человек, и я уже сказал слишком много.

– Я понимаю. Мне не следовало вас расспрашивать. – Однако она радовалась тому, что столько узнала.

– Сейчас вам нужно немного отдохнуть, – посоветовал Паоло, когда двери лифта открылись. – Вы должны быть осторожнее. Не напрягайтесь на таком сроке беременности.

Паоло довел ее до пентхауса. Закрыв за собой дверь, Кассандра прислонилась к ней и погладила руками живот. Она очень хотела узнать о Марко как можно больше. К счастью, Паоло помог ей сделать первый шаг. Остается только надеяться, что в один прекрасный день Марко научится ей доверять и поведает обо всем остальном.

Касс решила дождаться возвращения Марко домой и постараться вывести его на откровенность.

Глава 12

Марко вернулся в пентхаус после полуночи. Он нарочно задержался на работе, чтобы проанализировать свои чувства. Он решил, что Кассандра будет спать, когда он придет. Он не хотел с ней разговаривать, чувствуя сильную усталость. И еще он никак не мог забыть биение своего ребенка. Это ощущение помогло ему осознать, что через несколько месяцев Кассандра станет матерью, а он…

Он еще ни в чем не был уверен. Не получив доказательств своего отцовства, он был обречен ждать, находясь в подвешенном состоянии. И он не был уверен, что хочет стать отцом. Он не справится. Кроме того, у него нет времени на ребенка. Он не готов наслаждаться традиционной семейной жизнью. У него перед глазами не было примера достойного отца. И он вряд ли будет лучше того человека, который отрекся от него. Или лучше своего биологического отца, который не захотел ничего о нем знать. Марко оказался не таким эгоистом, как думал. Если ребенок от него, он не сможет его отвергнуть. И он не в состоянии воспринимать Кассандру как очередную деловую сделку. Ему нужно больше времени.

– Марко?

– Ты еще не спишь?

– Я ждала тебя, – сказала она.

Касс присела в кровати, в которой дремала, положив голову на подушку. Она выглядела очень юной и уязвимой. Подойдя, он поцеловал ее в щеку.

– Ты должна спать, дорогая.

– Я не могу спать. Я должна поговорить с тобой.

– О чем? – Он нахмурился и выпрямился.

– О твоем прошлом, – откровенно сказала она. – Я хочу понять тебя. Но я не смогу этого сделать, пока ты мне не откроешься.

Он отошел от нее на несколько шагов. Прежде никто не вторгался в его прошлое.

– Ребенок, – тихо произнесла она. – Наш ребенок дает мне право лучше тебя узнать. – Она сделала паузу, когда Марко фыркнул. – Если ты объяснишь мне, почему чувства тебя пугают…

Повернувшись, он пронзил ее взглядом:

– Я не боюсь чувств.

– Поверь мне, Марко, я понимаю…

– Ты ничего не понимаешь.

Она помолчала, а потом, совершенно не страшась его резкого тона, сказала:

– Расскажи мне о своем отце.

– О каком именно? – выпалил он, не заботясь о том, что может обидеть Касс. Она задела его за живое.

Вероятно, ее испугало выражение его лица, но он продолжал:

– Человек, которого я называл отцом, отрекся от меня и от моей матери. Он вышвырнул нас обоих на улицу, узнав, что я не его ребенок. Он сделал это в канун Рождества, – с горечью прибавил Марко.

Кассандра побледнела, она была в ужасе.

– А твоя мать? – спросила она. – Что с ней случилось?

Его взгляд напугал бы кого угодно, но не Кассандру.

– Твоя мать, Марко, – настаивала она.

– Она умерла, когда я был ребенком, – быстро ответил он, не желая вдаваться в подробности и сообщать, что его мать умерла в нищете. Он всегда испытывал чувство вины, вспоминая об этом, словно восьмилетний мальчик мог исправить ситуацию.

– А ты? – спросила Кассандра. – Что было с тобой, когда умерла твоя мать?

Его губы одеревенели.

– Меня отправили в детский приют, – ответил он. Помолчав, она спросила:

– Где твой настоящий отец?

Марко горько рассмеялся:

– Ему было на меня наплевать. Он исчез, как только мать перестала снабжать его деньгами.

Касс погрузилась в удивленное молчание. После того, что Марко ей рассказал, у нее защемило сердце. Она жалела маленького мальчика, привыкшего к мысли, что он недостоин любви.

– Почему тот, кого ты называл отцом, открестился от тебя? Разве он не любил тебя?

– Кто знает? – Резкий взгляд Марко стал расфокусированным, когда он уставился перед собой. – Может быть, он какое-то время любил меня. Я думал, что дорог ему. Но как только он узнал правду о моем происхождении, сразу же стал относиться ко мне по-другому. Он выгнал меня с матерью. Паоло сказал мне, что он никогда не простил себя; он стал другим человеком после того, как узнал о прелюбодеянии моей матери. Поэтому он отрекся от меня. Паоло говорит, что перед смертью он сожалел о том, что сделал, но был слишком гордым, чтобы связаться со мной.

– О, Марко.

Его было невозможно утешить. Ему поможет только любовь. И теперь они должны поговорить о будущем, о ней и о ребенке.

Касс впервые прижала руки к его груди, когда он попытался ее обнять.

– Нет, Марко. Нам надо поговорить.

– Говорить? – Он нахмурился. – О чем?

– О будущем, конечно.

– О каком будущем, дорогая?

Его слова ранили ее, но она продолжала:

– Я не могу остаться в Риме навсегда.

– Еще три месяца. – Марко пожал плечами. – Я думал, тебе здесь нравится.

– Мне нравится. И я люблю работать в посольстве, но я должна думать о том, что будет, когда родится ребенок.

Поджав губы, Марко покачал головой, будто не понимая ее беспокойство.

– Тебе не о чем волноваться, – сказал он, снимая рубашку. – Давай отложим разговор, – настаивал он, когда она беспокойно передвинулась в кровати. – Ты устала. Я устал.

– Но так дальше не может продолжаться. – Приподнявшись, она всмотрелась в его глаза, но увидела в них только страсть.

– Почему не может? – спросил Марко, мрачно улыбаясь, когда наклонился и поцеловал ее в губы. – Все отлично, Кассандра.

– Отлично? – спросила она.

– Поспи, – успокаивал он ее. – Я приму душ, а потом приду к тебе.

Закрыв дверь ванной комнаты, Марко почувствовал облегчение. Он не желал разговаривать о будущем, пока не родится ребенок и он не получит подтверждение своего отцовства. Разговор о прошлом всколыхнул неприятные воспоминания; Марко не желал, чтобы ребенок повторил его судьбу. Да, он привез Кассандру в Рим, чтобы она была под его присмотром, вынашивая предполагаемого наследника. Марко будет претендовать на малыша, если тот окажется ему родным. Он обеспечит его финансово, но вряд ли он сможет дать ему должное внимание.

Приняв душ, Марко вернулся в спальню и обнаружил, что Кассандра по-прежнему сидит, опершись на подушки, и ждет его, чтобы поговорить. Ему следовало догадаться, что она не отступит, пока он обо всем ей не расскажет.

– После того, что ты рассказал мне сегодня, Марко, я знаю, как тебе было трудно, – произнесла она.

– Ты ничего не знаешь, – ответил он, бросив полотенце на стул.

Он не хотел кричать на нее, но и не желал обсуждать с ней свое прошлое. Он не собирался бередить старую рану.

Марко почувствовал себя виноватым, когда беременная Кассандра неуклюже встала с кровати.

– Нет, – сказала она, качая головой. – Ты не можешь бегать от прошлого, Марко. Именно прошлое сделало нас с тобой такими, какие мы есть, и мы должны с ним примириться. Я даже не могу представить, как тебе было ужасно, когда тебя отверг твой предполагаемый отец. Тебе было очень нелегко, но, если ты продолжишь отгораживаться от людей просто из-за боязни, что они тоже тебя отвергнут, ты не будешь жить полноценной жизнью. Ты никогда не узнаешь удовольствия от истинной дружбы, не говоря уже о любви. В этом мы с тобой похожи, Марко, нравится это тебе или нет. – Она посмотрела на свой живот. – Это и твой и мой ребенок, и мне необходимо знать, какое будущее ждет нас троих. Это касается не только тебя, – сердито прибавила она, когда Марко покачал головой и отвернулся.

– Я никогда не считал, что это касается только меня, – сказал он, повернувшись к ней лицом. – Мне просто неприятно, что мое прошлое влияет на тебя или на этого…

– Тогда ты слепец, – выпалила она. – Это ребенок, Марко, драгоценный малыш. Поэтому никогда не смей говорить о нашем ребенке в таком пренебрежительном тоне. Твое прошлое влияет на твое нынешнее поведение. Из-за своего прошлого ты не можешь доверять людям. Ты не веришь, что я вынашиваю твоего ребенка. Ты в ужасе от того, что твой ребенок повторит твое детство. Даже когда твое отцовство подтвердится, ты будешь по-прежнему сомневаться в том, что сможешь быть лучше того человека, которого ты считал отцом и который тебя бросил. И лучше своего биологического отца, которому было на тебя наплевать. И вот что я хочу тебе сказать. Я понятия не имею, какая мать из меня получится. У меня не было перед глазами достойного примера, но, в отличие от тебя, я не убегаю от своих чувств. Я сделаю все от меня зависящее ради своего ребенка, и мне все равно, если это не будет соответствовать твоим высоким стандартам!

Если этого окажется недостаточно для моего ребенка, я постараюсь стать лучше. Я не остановлюсь, пока не стану лучшей матерью ради его благополучия.

– Ты не понимаешь…

– О, я понимаю, – решительно возразила она. – Я знаю, что тебе не все равно. Я понимаю, что, как бы ты ни старался это скрыть, я и наш ребенок тебе не безразличны. И я знаю, что ты сделаешь все возможное, чтобы избавить своего ребенка от одиночества, от которого ты пострадал в детстве. Я знаю, что ты хороший человек.

– Не делай из меня святого, потому что я не святой. Даже если ребенок мой, у меня не хватит сил, чтобы его любить.

– Силы, чтобы любить? – недоверчиво спросила она. – Я впервые слышу, что для любви нужны определенные силы. Твоя любовь к ребенку вырастет, как только он родится.

Марко, чувствуя, что не может контролировать ситуацию, испытал гнев и разочарование.

– Как я могу любить, если я вообще не умею чувствовать? – произнес он. Кассандра требовала от него невозможного.

– Я понимаю, о чем ты говоришь, – яростно настаивала она. – Мы с тобой ничего не добьемся, если не изменимся.

– Зачем что-то менять? – потребовал он. – У тебя есть отличная работа, которую ты любишь, и ты живешь в одной из самых красивых квартир в Риме…

– Я живу в тюремной камере с бесчувственным человеком.

Его отрезвил ее грустный смех. Он вдруг осознал, что едва не погубил энергичную и сильную духом Касс.

– Моя жизнь здесь нереальна, – сказала она тихим голосом, который встревожил его сильнее ее гнева. – Я лицедействую.

– А я считаю ее реальной.

– Это потому, что для тебя ничего не изменилось, Марко.

Он отрывисто хохотнул, но Кассандра, отгородившись от эмоций, спокойно описывала происходящее так, как она его понимала.

– Да, я живу здесь, в твоем сказочном пентхаусе, и я задаю тебе сложные вопросы, на которые ты не желаешь отвечать. Но мы с тобой чужие. Нас связывает только секс. Только он у тебя на уме. – Она слегка скривилась.

– По-моему, ты не жаловалась. Что ты хочешь мне сказать, Кассандра?

– То, что я живу и жду рождения ребенка.

– Как и любая другая беременная женщина, – заметил он.

– Любая другая беременная женщина строит планы на будущее, а я не могу этого делать, – объяснила она. – Это не реальная жизнь, и я не живу в настоящем доме. Я обитаю в чужом доме – в твоем пентхаусе, который больше похож на роскошный отель. – Она огляделась. – У тебя здесь нет никаких личных вещей. Повсюду идеальная чистота и порядок. Что произойдет, когда я принесу ребенка домой? Где ты будешь устраивать свои грандиозные приемы?

– Это должно заботить тебя меньше всего.

Касс его не слушала.

– Вернусь ли я сюда вообще? – спросила она, нахмурившись. – Куда я пойду, когда рожу ребенка? – Касс беспокойно посмотрела в его глаза. – Что тогда произойдет, Марко? Я не узнаю об этом, если не буду контролировать ситуацию. Мы это даже не обсуждали. Ты отмахиваешься от разговоров о будущем, словно его не будет.

– Перестань, – пробормотал он и обнял ее. – Ты расстроишься и расстроишь ребенка.

– Да. Ты прав, – согласилась она, высвобождаясь из его объятий. – Я должна отдохнуть. Ради ребенка.

Встав с постели на следующее утро, Касс отдернула штору на окне, посмотрела на город и наконец осознала, что должна делать. Хотя она очень хотела жить с Марко, настало время взглянуть правде в глаза: их отношения ничем серьезным не закончатся. Хватит витать в облаках. Она должна решительно подумать о будущем. Если Марко не желает быть частью ее жизни, пусть поступает по-своему. Если она жаждет перемен, она должна изменить положение вещей. Раз у Марко нет времени, чтобы поговорить с ней о будущем, пока они находятся в пентхаусе, то она поедет к нему в офис и выведет на откровенный разговор.

Подняв телефонную трубку, Касс позвонила Марко на работу. Он, естественно, был на совещании. Она оставила сообщение, прося его перезвонить ей. Однако прошел час, но он ей не перезвонил, поэтому она решилась на следующий шаг.

Скромно одевшись, она вызвала Паоло, чтобы он отвез ее в офис Марко. Она не собиралась намеренно смущать Марко перед его сотрудниками, но их отношения давно не секрет, поэтому ее появление в офисе не вызовет много шума.

Касс немного испугалась, как только автомобиль остановился перед блестящим белым офисным зданием компании Марко. У нее пересохло во рту, когда она увидела строгую табличку с логотипом «Фивиццано инкорпорейшн».

Глава 13

Марко очень удивился, когда секретарша сообщила ему, кто ждет его в приемной. Тихо ругаясь себе под нос, он задался вопросом, что на этот раз затеяла Кассандра. Что такого срочного могло произойти, если она не может поговорить с ним дома?

Он встал, когда она вошла в его кабинет.

Марко выглядел угрожающе в ореоле света, падающего на его спину из окна.

Касс не собиралась отступать, хотя стройная блондинка-секретарша напомнила Марко, что через десять минут у него начнется очередное совещание. Вероятно, так он относился ко всем женщинам, неожиданно появившимся в его офисе. Или такого особого отношения удостоилась только беременная Касс?

– Кассандра?

– Марко?

– Зачем ты приехала?

– Можно присесть?

– Конечно.

Оставалось надеяться, что Марко и дальше будет с ней вежлив.

Однако его вежливость вскоре улетучилась.

– Чего ты хочешь? – резко спросил он. На смену любезному итальянскому любовнику пришел ошарашенный мужчина.

– Мне очень нужно с тобой поговорить, Марко.

– Тебе обязательно было приходить ко мне в офис, чтобы поговорить со мной? Мы живем в одной квартире, – так же холодно прибавил он.

– Где ты постоянно избегаешь общения со мной.

– Я провожу с тобой больше времени, чем кто-либо другой.

«Да. В постели».

Ее щеки стали пунцовыми, когда Марко бесстрастно уставился на ее лицо.

– Верно, – произнесла она. – Но мы до сих пор не поговорили о будущем.

– Ты снова за свое?

– Да, Марко. Снова. – Она встала, чтобы противостоять ему.

Марко подумал, что перед ним не молодая женщина, с которой он познакомился в Тоскане, а львица, защищающая своего детеныша. Кассандра обхватила тонкими руками живот. Она так сильно отличалась от всех женщин, которых он когда-либо знал, что на мгновение он опешил. Когда секретарша осторожно постучала в дверь, чтобы напомнить ему о вымышленном совещании, он был с ней довольно груб.

– Не отвлекайте меня, пожалуйста, – заявил Марко. – Ни с кем меня не соединять, пока я не скажу.

– Да, сэр.

Секретарша осторожно закрыла за собой дверь, почувствовав напряжение между боссом и Кассандрой.

– Итак? – Он посмотрел на Кассандру.

– Мне пора возвращаться домой.

Он повернулся и посмотрел в окно, зная, что, если бы любая другая женщина заявила ему об этом, он испытал бы облегчение. После слов Кассандры он чувствовал все что угодно, кроме облегчения.

– Зачем? – тихо спросил он.

– Твое отношение к будущему говорит мне, что я должна сама спланировать свою жизнь, – настаивала Кассандра, стараясь сохранять спокойствие. Но в конце концов она снова разбушевалась. – И пока ты считаешь, будто моя жизнь в твоей квартире в качестве гостя – это нормально, я хочу, чтобы у меня появился настоящий дом, куда я принесу своего ребенка. Поэтому я возвращаюсь в Англию. Это не импульсивное решение. Я приняла его не потому, что у меня разыгрались эмоции. – Марко молчал. – Я поступаю разумно. Я должна уехать в ближайшее время, пока мне еще разрешено летать. И я должна успеть подготовиться к родам.

– Похоже, ты все просчитала. – Он чувствовал себя ужаленным, обиженным и отвергнутым ее требованиями. Он привык сам принимать решения. Люди подчинялись его решениям, а не наоборот.

– Я просто не могу сидеть и ждать рождения ребенка, – настаивала она, – не зная будущего.

Марко поднял телефонную трубку.

– Синьорина Рич уходит, Паоло, – сказал он. – Ты ждешь ее у главного входа? Да. Спасибо.

Положив трубку, он встретил изумленный взгляд Кассандры.

– Я всего лишь хотел тебе помочь, Кассандра.

* * *

«Холодный, бесчувственный мерзавец!» Касс правильно сделала, что решила уехать. И чем раньше, тем лучше!

Она была шокирована и молча следовала за сдержанной секретаршей Марко к лифтам. Женщина вошла в лифт вместе с ней. Кассандра подумала, что она решила проверить, уйдет ли она из здания. А потом секретарша доложит своему бессердечному хозяину, что ее миссия выполнена.

Прижавшись спиной к холодной стальной стенке лифта, Касс поняла, что все воспринимает слишком близко к сердцу. Она пришла, чтобы сообщить Марко свое решение вернуться домой. Однако он мог ее остановить. Но он ее не просто не остановил, а фактически выгнал.

Касс твердо сказала себе, что снова отреагировала слишком бурно. Всему виной ее беременность и обострившаяся чувствительность. Именно поэтому она запретила себе плакать. Она ожидала от Марко большего – реальных чувств, хотя ей следовало знать, что Марко ди Фивиццано не способен что-либо чувствовать. Касс начала подумывать, не разорвать ли ей с ним все связи окончательно. Марко пугающе противоречивый человек, и она не может поверить, что когда-нибудь он изменится. Он может быть нежным и любящим, а через минуту становится отстраненным и бесчувственным.

Касс быстро доехала до пентхауса – на дорогах почти не было транспорта. Она чувствовала себя лучше и увереннее, приготовившись к новому этапу в своей жизни, не подозревая о том, что ее ждет очередное разочарование. Войдя в дом, она сразу заметила, что в коридоре стоит ее потрепанный старый чемодан. Ей показалось, что на нее вылили ведро ледяной воды, когда она подошла к чемодану и приподняла его. Кто-то сложил ее вещи. Должно быть, горничная, которой Марко позвонил из офиса. Он хотел, чтобы Касс уехала до его возвращения домой.

По какой-то причине она взглянула на столик, на котором Марко оставил ей денежный чек. У нее сильно сжалось сердце, когда она увидела оставленное ей сообщение. Оно не было написано рукой Марко. Вероятно, он продиктовал его горничной. Сообщение было кратким:

«Позвони мне в офис, когда будешь готова уезжать. Ты полетишь домой на моем самолете. Марко».

Касс прислонилась спиной к стене и медленно сползла на пол. Ей не следовало забывать, как легко Марко отгораживается от людей. Слишком поздно думать о том, что она хотела ему сказать. У нее не будет такого шанса.

Почему она не сказала ему в офисе, что Касс не станет его отталкивать и после рождения ребенка позволит ему приезжать к нему в любое время? Касс посмотрела на чемодан, зная, что по-прежнему может позвонить ему, когда родится малыш. Она убедит Марко, что у нее достаточно денег, чтобы содержать себя и ребенка, пока она не устроится на работу. Она хотела рассказать ему о замечательном детском саде и начальной школе в своей деревне. Больше всего на свете она желала сказать Марко о том, что полюбила его. Наплевать, что он думает о ней и как к ней относится. Она все равно хотела признаться ему в своих чувствах.

Опустив лицо на колени, Кассандра скрестила руки над головой, словно отгораживаясь от мира. В глубине души она знала, что уже слишком поздно что-либо менять. Марко показал себя холодным и жестоким человеком. Она должна была догадаться, что мужчина, достигший такого успеха, как Марко, вряд ли станет терпеть неопределенность. Как только он понял, что Касс ждет от него того, чего он дать ей не в состоянии, он решительно от нее отгородился. Это не помешало Касс любить его или вспоминать каждую минуту, когда он был с ней добрым, веселым, сексуальным и нежным. Любовь действительно безгранична, размышляла она.

Касс приняла душ и надела чистую одежду, которую достала из чемодана. Она позвонила в офис Марко, и та же сдержанная секретарша ответила на ее звонок и заверила, что передаст ее сообщение.

Повесив трубку, Касс сказала себе, что правильно по ступает, уезжая в Англию. Так будет лучше для них обоих. Марко должен жить в Риме, а она не желает оставаться с ним, как кобыла, вынашивающая жеребенка.

Но если она приняла правильное решение, то почему чувствует себя такой опустошенной?

Потому что у нее нет уверенности в будущем, а Мар ко постоянно отказывается о нем говорить. Конечно, она чувствует себя опустошенной. Она понятия не имеет, увидится ли с Марко еще когда-нибудь. Но она начинает жить заново. Прошлое негативно повлияло на обоих, и у них нет шансов на счастливое будущее вместе. После рождения ребенка они договорятся, что делать дальше, но их отношения друг с другом обсуждаться не будут.

Касс многое себе нафантазировала. У нее с Марко в принципе не было никаких личных отношений. Она пыталась заставить Марко говорить о будущем, частью которого он быть не хотел. Хотя Касс не привыкла проигрывать, на этот раз ей, возможно, придется признать свое поражение. Она сомневалась, что Марко пожелает продолжить с ней отношения за пределами своего пентхауса. Вероятно, он рад, что она едет домой. Теперь он может жить как прежде. Касс решила позвонить руководителю садоводческой команды при посольстве в Риме по пути в аэропорт и написать сообщение Марии и Джузеппе.

Она замерла, когда входная дверь распахнулась. Однако на пороге появился не Марко, а его водитель, Паоло.

– Вы готовы? – как обычно, по-доброму спросил Паоло и взял ее чемодан.

– Да. Спасибо. – Касс в последний раз оглядела гулкий пентхаус и подумала, что никогда прежде не чувствовала такой душевной пустоты, хотя Марко сделал все, о чем она его просила. Он дал ей свободу, чтобы она навсегда разорвала с ним все связи.

Марко стоял и смотрел, как взлетает его реактивный самолет. Он наблюдал за ним, пока тот не исчез за облаком. Он никогда не наблюдал за тем, как улетают люди. У него не было на это ни времени, ни желания. Кассандра правильно сделала, что улетела домой. Так будет лучше для них обоих.

Но на душе Марко скребли кошки.

Вероятно, была задета его мужская гордость. Еще ни одна женщина его не бросала. Кассандра откровенно заявила ему, что она не была с ним счастлива в Риме.

Кассандра не похожа на других женщин. Она беременна. Возможно, она вынашивает его ребенка. Эта мысль преследовала его, пока он шел по шумному терминалу. До рождения ребенка она должна быть под постоянным наблюдением врача. И она правильно поступает, строя собственные планы на будущее.

Планы, частью которых Марко не является.

Планы, частью которых он не желает быть, пока не будет уверен в своем отцовстве. А тем временем за ней проследят его люди.

Отчетов о ее жизни будет для него достаточно.

– Без комментариев! – прорычал он папарацци, которые преследовали его до двери.

Предвидя суету, Паоло заранее завел двигатель автомобиля. Как только Марко уселся в машину, они уехали прочь. Он взглянул на небо в том направлении, куда улетел самолет с Кассандрой. Марко переполняли противоречивые эмоции. Когда она родит, результаты простого теста ДНК сообщат Марко все, что ему нужно знать. Никто, даже Кассандра, не заставит его согласиться на долгосрочные отношения. Даже если результаты теста окажутся положительными, Марко всего лишь обеспечит Касс и ребенка финансово. Но ни о каких чувствах и эмоциональной привязанности речи быть не может.

Ему не придется долго ждать ответа, а пока он с головой уйдет в работу. Если возникнет проблема с Касс, его люди сообщат об этом. Его отношения с Кассандрой Рич закончились.

Он обдумывал эту идею, стараясь убедить себя, пока не вошел в пустую квартиру, и впервые в жизни ощутил одиночество. Пентхаус был слишком большим для него. Пустым и безликим. Почему он не замечал этого раньше? Он бродил из комнаты в комнату, стараясь отыскать какое-нибудь напоминание о Кассандре. Он должен был помнить, как она скрупулезна. У этой здоровой, энергичной и физически крепкой женщины аналитический ум ученого. Хотя и у нее есть свои причуды. Он усмехнулся, подойдя к окну, чтобы посмотреть на небо. Она не витала в облаках, была естественна, но могла показать себя непредсказуемым, дерзким и воинственным человеком. Она сильная женщина. Она решила уйти от него, и она ушла. Такова Кассандра.

Он медленно повернулся кругом, надеясь отыскать забытую ею вещицу. Если бы он нашел ее шарф, то прижал бы его к лицу и глубоко вдохнул, желая почувствовать ее запах.

Не найдя ничего, Марко в конце концов сдался. Ему стало неуютно. В пентхаусе было слишком тихо. Марко включил музыкальный центр. Он любил музыку, и именно эта джазовая композиция, как правило, его успокаивала, но сегодня она его раздражала, напоминая о танце, которым он наслаждался с Кассандрой на благотворительной вечеринке. Нажав на «паузу», он плюхнулся на диван и потянулся за газетами. Перелистывая страницы, он почти не смотрел на них и уже собрался отложить газету в сторону, как увидел фотографию. Сеть популярных недорогих магазинов модной одежды скопировала платье, которое Кассандра надевала на благотворительную вечеринку. Марко показалось, будто ему на рану сыплют соль, когда он прочел заголовок под фотографией: «Дешево и весело». На снимке была Кассандра, входящая в здание. Она выглядела потрясающе. Над ее фото был следующий заголовок: «Версия для куколок миллиардеров». Далее был текст о высотах, которых может достичь амбициозная женщина, если она наденет копию этого платья.

Бросив газету в сторону, Марко закрыл глаза и впервые обрадовался тому, что Кассандра уехала. Она просто не выдержала бы жизни с ним.

Он по-прежнему помнил, как был шокирован, когда впервые увидел ее в этом платье. Касс полностью преобразилась, став уникальной и очень красивой женщиной. После у них был секс, необузданный и страстный. Вполне возможно, что ребенок был зачат именно в ту ночь. Они оба потеряли голову. Марко никогда не был таким безрассудным.

С отвращением фыркнув, он вскочил и направился к кровати. Все напоминало ему о Кассандре: спальня, кровать, душ. Они занимались любовью во всех уголках пентхауса.

Удастся ли ему избавиться от воспоминаний о ней?

И хочет ли он этого?

Марко не спал. Он полночи ходил по квартире и дремал урывками, постоянно думая о Кассандре. На рассвете он позвонил своим людям и выяснил, что она благополучно добралась домой. Повесив трубку, он огляделся, понимая, что ему предстоит горькая и одинокая жизнь.

Глава 14

Одна неприятность сменяла другую. Казалось, судьба решила испытать Марко на прочность. На работе на него навалилось очень много дел. Когда возникла необходимость поехать в Великобританию, чтобы осмотреть несколько зданий, которые Марко планировал купить, он никак не мог решить, что делать. Он старался держаться от Кассандры на расстоянии. У них нет будущего, и лучше для обоих не возрождать былую страсть.

Кассандра тем временем вроде бы отлично без него обходилась. Она была по-прежнему независимой и, к разочарованию Марко, ни разу ему не позвонила. Его люди сообщили ему, что она проектировала сады и не работала на земле, поэтому у Марко не было никаких оснований для беспокойства. Она хорошо себя чувствует и справляется с делами. Без Марко.

Каждый раз, садясь за компьютер, он читал отчеты о жизни Касс, словно они могли каким-то образом сблизить его с ней. Возможно, отношения на расстоянии полезнее для его каменного сердца, мрачно размышлял Марко, берясь за кучу документов на своем письменном столе. Пока на него влияет прошлое, ему лучше не подпускать к себе Кассандру. И хотя он без промедления возьмет на себя ответственность за ребенка, если результаты теста докажут его отцовство, исполнять свой долг он будет вдали от малыша и его матери. Ведь он ничего не сможет предложить ребенку, кроме своих денег.

Откинувшись на спинку кресла, Марко отмахнулся от мыслей о работе. Он ежедневно получает отчеты о жизни Кассандры, и этого для него должно быть достаточно.

Но этого ему оказалось мало. Он чувствовал, будто теряет что-то драгоценное. Есть ли у него шанс исправиться? Или он из-за собственной гордости повторит ошибки своего отца?

* * *

Невозможно описать словами, как Касс скучала по Марко. Казалось, она лишилась чего-то жизненно важного. Марко страдает, но она не сможет ему помочь, пока он не будет готов помочь самому себе. Как бы ей ни хотелось, но Касс была вынуждена признать свое поражение.

Никогда. Она не привыкла проигрывать. Она печально улыбнулась и погрызла губу, представляя, как Марко сидит, развалившись в кресле, в теплом и современном офисе, пока она морозит свою задницу в заросшем соседском саду, который пытается спасти.

Марко мог бы сильно облегчить ей жизнь.

Может быть. Если она готова продаться ему, но она к этому не готова. Еще неизвестно, как поступит Марко после того, как родится их ребенок. После того как подтвердится его отцовство, он может начать судебную тяжбу за опеку над ребенком. Он захочет убедиться, что рядом с его малышом не будет другого мужчины. Он устроит за ней слежку. В первый же день после приезда в Англию Касс засекла осведомителя Марко в супермаркете. Этот здоровенный детина, поняв, что она заметила, как он за ней наблюдает, схватил с полки упаковку краски и резинок для волос.

Прислонившись к стволу дерева, она посмотрела через его искривленные ветви. Птицы, кружащие по враждебно-серому небу, заставили ее вспомнить тепло и солнечный свет Тосканы. Она очень боялась привязаться к Марко, но, судя по всему, ей предстоит долгое и одинокое Рождество с очень активным малышом в утробе. Она надеялась, что снова увидит Марко, но это произойдет после Нового года, когда она родит.

* * *

Марко просмотрел последний отчет от своих людей в Великобритании. Не было никаких новых событий, беспокоиться было не о чем. Но Марко не находил себе места. Сегодня ему хотелось услышать, как сама Кассандра говорит, что у нее все в порядке. Она – его бывший сотрудник, и он по-прежнему несет за нее ответственность.

Он позвонил Касс, но она не ответила. Вероятно, она игнорирует его звонки.

Он решил сам выяснить, что происходит.

Пилот был в отпуске, поэтому Марко сам полетел в Лондон. Он радовался возможности самому управлять ситуацией, пока не приземлился и не попытался пройти через аэропорт, где его ждал сущий ад. Папарацци обрушились на него с единственным вопросом, поедет ли он прямо в больницу. Марко просмотрел свой телефон. Он пропустил семь звонков от Кассандры и три звонка от своих сотрудников. Он понимал, что это означает. Единственное, чего он не может контролировать, – это роды. Природа сама определяет, когда ребенку появиться на свет.

Но это было не последнее откровение, с которым ему пришлось столкнуться. Марко предстояло узнать, что роды не проходят по заранее запланированному графику, как ему хотелось бы. Кроме того, ему оказалось не так просто попасть в больницу, где его постоянно просили предъявить пропуск. Ни одна из медсестер не говорила ему, где и когда будет рожать Кассандра. Поэтому он решил подняться на лифте в родильное отделение.

С практическими вопросами он справлялся отлично, но с чувствами он иметь дело не привык. Марко был в смятении. Он испугался за Касс. Он вышел из своей зоны комфорта. Его имя и удостоверение личности не играли здесь никакой роли. От него отмахивались, ему приказывали подождать. Он хотел видеть Кассандру. Он должен был ее увидеть. Она ждет его.

– Из того, что мне известно, мисс Рич вполне обойдется без посторонней помощи, – сказала ему свирепая акушерка, когда он по привычке стал действовать напористо. – Ей не нужен дополнительный стресс. – Она встала между Марко и дверью в родильный зал.

– Я здесь не для того, чтобы расстраивать Кассандру, – настаивал он, чуть не сходя с ума от задержки. Ему хотелось проникнуть за плотно закрытую дверь и выяснить, что там происходит.

Сначала проверили его паспорт, потом стали выяснять, кем он приходится мисс Рич. Затем его заставили надеть маску, халат и бахилы. Его сердце замерло, когда он вошел в родильный зал и увидел Кассандру. Она выглядела такой юной. Заметив Марко, она протянулась к нему.

– Марко? Ты пришел. – Ее глаза загорелись, когда она протянула ему руку.

Ее взгляд заставил его замереть на месте. Она смотрела на него с любовью, доверием и благодарностью – ничего этого он не заслуживал, поэтому решил ее не поощрять.

– Марко? – обеспокоенно спросила Касс. Заговорила медсестра:

– Сядьте здесь. Или стойте, если не боитесь упасть в обморок.

Марко сердито посмотрел на медсестру. Кассандра решила разрядить напряженную атмосферу.

– Ему можно держать меня за руку? – спросила она тоном, которым всегда располагала к себе людей.

– Вы этого хотите? – с сомнением спросила Марко одна из медсестер.

Он заметил, какими взглядами обмениваются медработники. Они знали о его напористости. Но им было на него наплевать. Ведь они знают о Марко только то, что пишут в желтой прессе. А теперь, когда рожает его женщина, им вообще нет до него дела.

– Конечно, я хочу. Я должен, – настаивал он.

Он шагнул и встал рядом с Кассандрой. Он понимал, что ей больно. Он понимал, что ее необходимо успокоить. Он осознавал, что новый и пугающий для нее опыт им лучше переживать вместе. Но его испугал взгляд Кассандры. Ему было невдомек, как она может испытывать к нему чувства, если он ничего не может дать ей взамен.

– Чем я могу ей помочь? – спросил он ту самую сердитую акушерку, которая теперь была в маске и халате. Он чувствовал себя бесполезным, просто стоя у кровати.

– Поддержите ее. Это все, что вам нужно сделать. Если она попросит вас уйти, вы уйдете. Если мы попросим вас уйти, вы уйдете еще быстрее. Понятно?

Он стиснул зубы и согласился.

Спокойная работа медперсонала впечатлила Марко. Преобладала аура умиротворения, которую никому не позволялось нарушать. Кассандра была в центре внимания, как и должно было быть. Она держалась молодцом. Она едва пискнула, с силой вцепившись в его руку, а потом в запястье.

А потом закричал ребенок.

Марко почувствовал облегчение.

– Вот ваш сын, – произнесла акушерка и положила ребенка в руки Кассандры.

У Кассандры родился сын.

Она зачарованно смотрела на крошечного морщинистого малыша в пеленке.

– О, Марко…

Она не могла отвести восхищенного взгляда от личика своего ребенка. Марко наблюдал, как она вглядывается в каждую черту лица сына. Марко по-прежнему не до конца понимал, что произошло. Все для него было новым. Выражение лица Кассандры было для него непривычным. Ситуация казалась необычной. Он почувствовал любовь, которая неожиданно накрыла его, как волна. От нее было невозможно скрыться. Любовь поглотила его. Он понятия не имел, что делать дальше.

– Как он тебе? – спросила его Кассандра, по-прежнему глядя на ребенка.

– Он выглядит здоровым, – заметил Марко, стараясь быть не слишком внимательным. – И крепким, – заметил он, когда маленькая ручка ребенка взметнулась вверх, словно малыш хотел схватить Марко за руку.

– Разве он не красивый? – тихо воскликнула Касс. – Я уверена, ты выглядел при рождении точно так же, Марко. – Взглянув на него, Касс улыбнулась, и у Марко потеплело на душе. – Неужели ты не хочешь его подержать?

– Я не уверен, что я должен. – Он вдруг занервничал при виде такого крохотного малыша.

– Конечно, вы должны, – сказала ему акушерка. Взяв ребенка у Кассандры, она положила его в руки Марко.

Обняв сильными руками маленький теплый сверток, Марко испуганно глотнул воздух. Крошечный ребенок показался ему родным. Словно они встретились с ним после очень долгой разлуки. Это был самый волнующий момент в жизни Марко, настоящий шок, стимул для пробуждения, а также непредвиденная дилемма. Он не ожидал, что вообще что-нибудь почувствует, не говоря уже об избытке переполнявших его эмоций. Его сердце не просто забилось чаще. От радости оно было готово выскочить из груди. На глаза Марко навернулись слезы.

– Марко? – взволнованно спросила Кассандра.

Благодаря жесткой выдержке он обуздал эмоции и передал ей ребенка.

– Спасибо, – неуклюже выпалил он. Никакими словами невозможно было объяснить, что он чувствовал.

– Это твой сын, Марко, – произнесла Касс, снова пристально глядя на крошечное личико. – В этом не может быть ошибки.

– Конечно, это его сын, – согласилась акушерка, просияв и нежно смотря на ребенка.

– Мы пока этого не знаем. – Марко вернулся в реальность и отгородился от малыша. Интуиция подсказывала ему, что этот маленький и беззащитный ребенок его сын, и Марко испугался. Сумеет ли он защитить этого ребенка, если не смог защитить его мать? Будет ли он любить своего сына или поведет себя как тот человек, которого он называл отцом? Переполняясь любовью, Марко боялся снова все потерять.

Казалось, все вокруг замерло, когда Марко заговорил. Все в комнате оставались неподвижными, будто они не понимали его слов, не говоря уже о его желании заявлять подобное в самый неподходящий момент. Марко подумал, что время замедлилось, когда в ответ на его грубое замечание все обернулись, чтобы посмотреть на него.

– Мы не можем быть уверены, что он мой, – произнес Марко сдержанным тоном, которым всегда разговаривал о делах. Пожав плечами для большей убедительности, он прибавил: – Только наука ответит на этот вопрос.

Акушерка посмотрела на Марко так, словно хотела закатать его в бетон.

– О, Марко, – пробормотала Кассандра. Передав ребенка акушерке, чтобы та положила его в кроватку рядом с ее кроватью, она потянулась к нему, как сделала, когда он впервые вошел в комнату. – Не бойся, – едва слышно прошептала она.

Он напрягся и взглянул на нее сверху вниз, будто на чужую:

– Я должен идти.

– Разве? – Она взглядом умоляла его остаться.

– Да. Да, я должен. Я не предполагал, что это займет столько времени. У меня совещания…

– Да, я понимаю, – сказала Касс. – Прости, что задержала тебя.

Она извиняется перед ним? Марко стало очень стыдно. Он должен убраться отсюда, иначе разрушит ее жизнь. Ему нужно время, чтобы принять правду о том, что он боится любви. Он в ужасе от этого чувства. И он страшится потерять эту любовь. И Кассандру. Марко запрещал себе любить еще в детстве, а теперь любовь может его просто погубить в тот самый момент, когда Кассандра наиболее уязвима и сильнее всего в нем нуждается.

– Я организую тест ДНК, как только смогу, – сказал он.

– Ты организуешь… – У Кассандры отвисла челюсть.

– По-моему, вы достаточно наговорили, – прошипела акушерка, многозначительно посмотрев на дверь.

Марко не двигался. Кассандра побледнела от шока, но потом ее шок сменился яростью. Привстав с кровати, она гневно крикнула:

– Сначала получи судебное разрешение на проведение теста!

Медсестра бросилась через комнату, чтобы успокоить Касс, а акушерка подвела Марко к двери.

– Уходите, – холодно прошептала она.

Касс права. Он настоящий монстр. Он всегда это знал. Он монстр, не заслуживающий того, чтобы любить и быть любимым.

Марко неподвижно стоял за дверью, едва слыша приглушенные взволнованные разговоры. Он не знал наверняка, чью жизнь он погубил. Возможно, и свою жизнь, и жизнь Касс, и жизнь ребенка. Ему было неприятно слышать, что Кассандра оправдывает его перед медперсоналом. Но теперь, озвучив свое намерение, он готов сделать то, что должен сделать. Он позвонил по телефону. В рождественские каникулы в лаборатории было много работы, но для Марко ди Фивиццано сделают исключение: он получит результаты теста через несколько часов.

Это будут самые долгие часы в его жизни.

Подняв ворот пиджака, он вышел из здания и оказался в толпе папарацци. Он продирался сквозь толпу, не зная, куда идет. Он хотел быть с Кассандрой и ребенком, но понимал, что он не заслуживает того, чтобы с ними остаться.

– Без комментариев! – выпалил он преследующим его фотографам.

– Это мальчик?

– Он будет вашим наследником?

– Вы женитесь на садовнице?

– Что вы подарите ей на Рождество, Марко? Или вы уже сделали ей отличный подарок?

При других обстоятельствах Марко остался бы и ответил на вопросы папарацци, но сейчас у него не было сил на разговоры. Под жестокий смех журналистов он продолжал идти вперед. Было всего четыре часа дня, но на улице уже стало по-зимнему темно. Марко прошел мимо своего автомобиля, не задумываясь, куда направляется. Поняв, что не добьются от него ответа, журналисты отстали от Марко. На улице было полно покупателей, несущих большие пакеты, и если Марко довольно легко их обходил, то папарацци с их оборудованием сделать этого не удавалось. Он решил мыслить практично. И ему вроде бы это удалось. Он должен обеспечить охрану Кассандре и ребенку. Достав телефон, он позвонил, организовал им охрану и пошел дальше. Магазинные витрины были весело украшены к Рождеству, но на душе у Марко было пусто. Внезапно он увидел, как из огромного магазина выскочили парень с девушкой. Парень повязал свой шарф на шею девушке.

– Вот, возьми мой, – настаивал парень, пока они оба смеялись у всех на виду. – Я не хочу, чтобы ты замерзла.

– А как же ты? – спросила девушка, крепче ухватившись рукой за шарф.

Парень притянул ее к себе:

– Он мне не нужен. Меня согревает моя любовь. Марко не мог поверить, что стал свидетелем такой сентиментальной сцены. На мгновение он опешил, а потом на его глаза навернулись жгучие слезы. Он вернулся к магазину. Войдя в ярко освещенное и теплое помещение, он купил самый теплый и самый яркий и цветастый шарф, который попросил упаковать как подарок. Этот шарф стал для Марко жизненно важным связующим звеном между его прошлым и тем, что случилось сегодня. Он жаждал, чтобы Кассандра стала частью его жизни.

Выходя из магазина, он подумал, что Кассандра – единственный человек, который ему по-настоящему небезразличен. Он не мог поверить, что ушел из больничной палаты, оставив Кассандру и ее ребенка на попечение чужих людей. Идя вперед, он твердил себе, что она в хороших руках. Та сердитая акушерка никому не позволит ее беспокоить. Однако он не должен был уходить от Кассандры и ребенка. После родов Касс он повел себя как эмоционально неадекватный человек. Разве ему не пора измениться? Более двадцати лет он отмахивался от прошлого, но теперь, купив шарф, он ощутил связь с прошлым, которая имеет для него смысл. Оставалось только надеяться, что Кассандра его поймет.

На улице было скользко и очень холодно. Падал снег, дул ветер. Марко вспоминал ту ночь, когда его, восьмилетнего ребенка, выбросили на улицу вместе с матерью. Он сильно замерз, и мать остановилась, чтобы снять с себя шарф и повязать его ему на шею. Она заботилась о сыне. Марко крепче сжал в руке купленный шарф, а потом вспомнил, как пялился на дом, где человек, оказавшийся не его отцом, которого он любил всем сердцем, повернулся к нему спиной, даже не попрощавшись.

А ведь Марко только что так же поступил с Кассандрой. Мысль об этом потрясла его. Помня прошлое, он обошелся с ней как холодный и бесчувственный человек.

Марко остановился и увидел, что стоит на мосту. Глядя вниз на воду, он наблюдал, как она неумолимо течет в сторону моря. Подумав, что жизнь продолжается, он решил двигаться дальше. Засунув ладони под мышки, чтобы согреться, он направился к своей машине.

Если роженица и ребенок хорошо себя чувствуют, то их не задерживают в больнице надолго. Роды Касс прошли благополучно. Ее маленький мальчик был здоров. Вскоре она сидела в такси и направлялась домой, держа новорожденного ребенка на руках. Ее ребенок. Ее сын. Ее Люка. Она дала ему итальянское имя, потому что мальчик был очень похож на своего отца-итальянца. Малыш даже хмурился, как Марко. Хотя Люка хмурился скорее от холодного ветра, а не от желания отгородиться от мира.

Касс жалела Марко. Он не позволял себе что-либо чувствовать, даже любовь к своему сыну. Тем не менее Марко способен на чувства. Она видела его слезы в родильном зале, когда он впервые взял на руки Люку. Но Марко очень быстро обуздал свои эмоции и снова стал холодным и чужим человеком, чье сердце не смог растопить даже его малолетний сын.

Когда такси остановилось у ее дома, Касс задалась вопросом, чем сейчас занимается Марко. Он должен быть здесь, чтобы насладиться нынешним моментом. Их сын в первый раз приехал к себе домой. Должно быть, Марко пострадал намного сильнее, чем она предполагала, если лишил себя подобной возможности, а затем постарался скрыть свои чувства. Даже после того, как подержал сына на руках, Марко так или иначе сумел стать отчужденным. Касс так ему сочувствовала. Марко понятия не имеет, чего лишается. Она посмотрела на личико Люки. Ее сердце переполнялось любовью. Она подумала, что маленький Марко любил всем сердцем, но потом его любовь растоптали и уничтожили навсегда. Может быть, поэтому он так и не нашел покоя. Касс размышляла об этом, расплачиваясь за проезд.

– Не выходите сразу, милочка. Я помогу вам, – настаивал таксист. – Я надеюсь, о вас есть кому позаботиться в ближайшие несколько дней?

– Да, конечно, – быстро сказала Касс, видя обеспокоенное лицо таксиста.

Касс вышла, когда таксист открыл для нее дверцу. Поблагодарив его, она попрощалась с ним, зная, что, как только переступит порог, останется по-настоящему одна с ребенком в маленьком домике.

Да, у нее крошечный дом, но он уютный. И Люке будет в нем хорошо. Она с обожанием смотрела на его спящее личико, молчаливо обещая своему маленькому мальчику любовь и заботу, которые она способна ему дать. Но какой бы радужной она ни пыталась изобразить свою новую жизнь, ее шаги гулко раздавались в пустом доме. Каким бы уютным ни было их маленькое гнездышко, она все равно одна с сыном. Касс заставила себя успокоиться и осторожно положила Люку в колыбель. В роддоме предупредили, что у нее будет часто меняться настроение. Акушерка сказала, что так будет продолжаться, пока ее гормональный фон не восстановится. Она пообещала, что каждый последующий день Касс будет воспринимать как новое приключение для себя и сына.

Тогда Касс согласилась с любезной акушеркой, но сейчас она одна. Впереди у нее долгая ночь, и она не знает, что ей делать.

«Включи компьютер, почитай книги, приготовь бутылочки для кормления, подгузники и еще что-нибудь, что может понадобиться ребенку».

Составив план, Касс почувствовала себя лучше. Она ужасно устала и хотела полежать, но сначала нужно сделать все, что она задумала.

Глава 15

– Ты вылитый папочка, – тихо сказала Касс, глядя на Люку, крепко спящего в колыбели. Она осторожно спустилась по лестнице, чтобы взять еще бутылочек.

И Люка, вероятно, вырастет таким же требовательным, как его отец, подумала Касс, включая освещение в доме, чтобы в нем стало повеселее. Она положила поленья в камин и включила отопление. На улице было темно, шел снег. Зимой день такой короткий…

Она отступила в тень комнаты, увидев блестящий черный квадроцикл, припаркованный у фонаря. Возможно, за ней сейчас наблюдает кто-нибудь из людей Марко.

Едва она успела отвернуться от окна, как постучали во входную дверь. Касс подпрыгнула на месте от неожиданности. Подойдя к двери, она посмотрела в глазок и отшатнулась назад.

Марко!

Касс медлила. Поначалу ей не хотелось его впускать. Она не желает повторения драмы в больнице. Но она любит Марко. Разве она может прогнать его? В доме тепло и уютно, а Марко стоит на пороге, топая ногами и согнувшись от ветра и снега.

Она была по-прежнему в смятении, когда отперла замки и широко распахнула дверь.

– Если ты пришел по поводу теста ДНК…

– Я пришел не для этого, – ответил он.

У него за спиной светил фонарь. Лицо Марко оставалось в тени и поэтому выглядело еще более устрашающим, чем когда-либо.

– Как ты узнал, что я дома? – спросила она.

– Инсайдерская информация.

– Твои люди? – Она стиснула зубы.

– Твоя акушерка. Я наконец убедил ее, что желаю тебе только лучшего.

– И как ты это сделал? – с подозрением спросила она.

– Я поговорил с ней. Вероятно, мне следовало поговорить и с тобой.

От его признания она слегка смягчилась.

– Я не хочу проблем, Марко. – Она по-прежнему преграждала ему путь в дом. – Мой ребенок спит…

– Я здесь не для того, чтобы доставлять тебе неприятности, Кассандра. То, что случилось в больнице…

– …непростительно, – подытожила она.

– Да, – мрачно согласился он. – Я признаюсь.

– Итак, зачем ты здесь?

– Я хочу объясниться. Я не хотел тебя беспокоить, но…

Марко выглядел таким обнадеженным и все-таки настороженным. Он биологический отец ее ребенка, но его ужасающее поведение в больнице шокировало Касс. Она уже решила, что он никогда не изменится. Внезапно с крыши упал большой ком снега и приземлился на плечи Марко. Словно очнувшись, Касс решила действовать. Рассмеявшись, он воскликнул:

– Божественное провидение!

Она тоже рассмеялась.

– Входи, – сказала она. – Но сначала избавимся от снега. – Встав на цыпочки, она поочередно смахнула снег с плеч Марко.

– Ты практичная девочка, Кассандра, – сухо произнес он, убедительно глядя в ее лицо. Она так соскучилась по его пристальному взгляду.

Касс шагнула в сторону, пропуская его в дом:

– Я женщина, а не девочка, Марко. И я была женщиной, когда мы с тобой познакомились.

Она похвалила себя за то, что сумела говорить с ним сдержанно. Ей не следовало прикасаться к нему, потому что даже легчайшее и самое невинное касание побуждало ее упасть в его объятия и поцеловать его. В конце концов, не имеет значения, что он сделал или сказал. Она все равно любит его всем сердцем и всегда будет любить.

– Почему ты приехал? – спросила она, как только Марко закрыл за собой дверь, войдя с мороза.

Почему он приехал? Потому что он не может быть от нее вдали.

– Марко? – произнесла Кассандра. – Сними куртку. Иди и погрейся у камина.

Он сильнее сжал пальцами конверт, который принес. Он еще не показал его Касс. Он не открывал конверт, в котором были результаты теста ДНК.

– Где ребенок? – спросил он, оглядываясь по сторонам. Он жаждал увидеть малыша, от которого так бездушно отказался в больнице.

– Он наверху, спит. Ты можешь…

Пригласит ли она его посмотреть на ребенка? Этого Марко никогда не узнает. Кассандра умолкла, будто передумала делать подобное предложение после подлого поведения Марко в родильном зале.

– А ты, Кассандра? Как твои дела?

– Мои дела? – удивленно сказала она. – Я в порядке, спасибо. – Она расслабилась. – Ну, первые дни тяжело.

Он нахмурился:

– Тебе некому помочь?

– Зачем мне помощники? У меня есть друзья, которые обещали меня навещать, но я по-прежнему привыкаю к роли матери, и я сейчас довольствуюсь собственным обществом.

– Разве ты не должна отдыхать в постели?

– Я не знаю, когда проснется Люка. Я прилягу, когда смогу.

– Люка? – спросил Марко.

– Так зовут моего сына.

В ее глазах появился стальной блеск, словно она запрещала Марко с ней не соглашаться и по поводу имени ребенка, и по поводу того, что она называет себя матерью-одиночкой и счастлива от этого.

– Что это? – произнесла она, когда он уставился на конверт в руке.

– По-моему, ты знаешь, – тихо сказал он.

– Результаты теста. – Она встретила его взгляд в упор. – Ты взял анализ ДНК у моего сына без моего разрешения? Знай, что ты поступил подло, Марко. Когда ты сделал анализ? Кто проник в мою палату, чтобы взять кровь у моего ребенка?

– Не было никаких интриг, – спокойно ответил он.

– Твой человек тайком взял кровь у моего ребенка, уколов его в пятку? – Она была в ярости.

– Мне сказали, что достаточно слюны.

– Значит, кто-то засовывал посторонний предмет в рот моего новорожденного ребенка?

Она была великолепна даже в гневе. Если бы ему пришлось выбирать мать для своего ребенка, то лучше Кассандры не было бы никого.

– Ну? – спросила она, и атмосфера накалилась до предела. – Что скажешь?

– Я попросил это сделать акушерку, которой ты доверяешь. Она не хотела этого делать, даже с постановлением суда, но ради того, что она назвала «неизбежным результатом», она согласилась. – Он запустил пальцы в волосы Кассандры, заставляя ее подойти к нему. – Ты меня простила?

Недоверчиво рассмеявшись, она отстранилась от него:

– Нет. Я тебя не прощу. – Она побледнела. – Ну? Ты его откроешь? – Она посмотрела на конверт в руке.

Марко медленно и сознательно разорвал конверт на мелкие клочки, которые упали на пол.

– Мне не нужно смотреть результаты. Я доверяю тебе, и я знаю, что это наш сын, – сказал он.

Пока они смотрели друг на друга, на лице Касс промелькнуло множество эмоций. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она произнесла:

– А кто будет убирать мусор?

Атмосфера разрядилась, и Марко выдохнул. Расслабив плечи, он улыбнулся. Ему хотелось обнять Кассандру, но он встал на колени и, считая себя самым удачливым человеком на земле, подобрал с пола ненужное доказательство того, что спящий наверху ребенок его сын. Ему не нужен документ, чтобы убедиться в том, что он уже знает. Он все понял в тот момент, когда акушерка положила ребенка ему в руки. Он просто не хотел признаться в этом самому себе или Касс. Впервые в жизни он задался вопросом, получится ли из него хороший отец. Не просто хороший, а лучший.

Когда Кассандра спустилась вниз, покормив Люку и уложив его спать, Марко подбросил еще поленьев в камин.

– Присядь, – пригласила она.

– Ты хочешь поговорить? – догадался он.

– Да. – Присев на некотором расстоянии от Марко, она повернулась к нему лицом и обеспокоенно на него посмотрела. – Я уверена, события из нашего детства сделали нас такими, какими мы стали.

– Детство, конечно, учит нас тому, чего мы не хотим, – сказал он.

– И тому, что мы хотим, – мягко возразила она.

– Мы стремимся к одному и делаем все возможное, чтобы избежать другого, – ответил он, пожимая плечами.

– По-твоему, это так просто, Марко? Мне было непросто. Вспоминая прошлое, я, повзрослев, отношусь к своим родителям по-другому. Но мое прошлое хорошо документировано, а твое тщательно скрыто.

– И ты хочешь знать почему? – спросил он.

– Ты отец моего сына, – сказала она. – Было бы странно, если бы я не хотела узнать тебя лучше.

В свое время Касс удивилась бы, увидев, что глаза Марко темнеют от волнения. Но не сейчас. Рождение ребенка изменило Марко на каком-то глубоком и фундаментальном уровне, вскрывая то, что он прятал.

– Расскажи мне о своей матери, – произнесла Касс. – Ты ее помнишь?

– Конечно, я ее помню. – Он нахмурился, вспоминая. – Как ты правильно заметила, теперь я отношусь к ней по-другому, но в детстве я ею тяготился. Сейчас я понимаю, что она на самом деле любила меня по-своему, но она была слабой.

– Ты не должен винить себя за то, что ты чувствовал к ней, пока был маленьким. Ты составил о ней настоящее мнение, когда повзрослел.

– Я обвинял ее во всем. В том, что она забрала меня от человека, которого я считал своим отцом, и в том, что она не осталась с моим биологическим отцом. Позже я узнал, что мой настоящий отец бросил ее, а человеку, за которого она вышла замуж, стало наплевать на незаконнорожденного сына, как только он узнал правду о его происхождении. Я считал свою мать шлюхой и алкоголичкой, которая переспала с другим мужчиной и попыталась выдать меня за сына своего мужа. Я отказывался понимать, что ее алкоголизм и зависимость от наркотиков – результат ее болезни. Ей требовалась помощь, а не обвинения собственного сына.

– А что было с тобой, когда она умерла? – мягко спросила Касс.

– К тому времени я вывозил мусор от ресторанов, и меня кормил повар, который меня жалел. Он приводил меня в теплую кухню, умывал и учил меня готовить. Когда я осиротел, он познакомил меня с местным священником, который нашел мне место в детском приюте и позаботился, чтобы я получил образование. Образование и надежная крыша над головой помогли мне стать таким, какой я сегодня. Но тогда я ненавидел свою мать за то, что она сделала.

– Почему ты изменил свое мнение?

Помолчав, Марко безрадостно фыркнул от смеха.

– Шарф, – ответил он и неуверенно повел плечами. – Выходя из больницы после того, как ты родила, я вспомнил, что погода была очень похожей на ту, что стояла в ночь, когда меня и мою мать вышвырнули на улицу. Я вспомнил, как я дрожал, и мать сняла с себя шарф и повязала его мне на шею. Она заботилась обо мне.

– Конечно, она о тебе заботилась. – Касс импульсивно обняла Марко, притягивая его к себе. – В ее жизни было много страданий, и никто не смог ей помочь.

Марко поднял карие глаза и посмотрел на губы Касс:

– Рождение ребенка помогло мне вспомнить, что моя мать сделала для меня в ту ночь. А потом я вспомнил остальные мелочи, которые она для меня делала, пока не стала совсем больной и ни на что не способной.

– Но ты вспомнил, – заметила Касс. – Нелегко и рискованно научиться любить снова.

– Ты права, – пробормотал он, убирая прядь волос от ее глаз. – Я хочу, чтобы ты отдохнула, – прибавил он. – Тебе понадобятся силы, чтобы ухаживать за нашим сыном.

У Касс потеплело на душе, но она решила выяснить, избавился ли Марко от призраков прошлого окончательно.

– А ты, Марко? Как насчет тебя?

– А что я?

Касс знала, что он никогда не потеряет самообладание.

– Я всегда считала, что только сильный человек готов признаться в своих слабостях. Ты помог мне понять тебя. И ты делаешь все возможное, чтобы помочь мне и нашему сыну. И это убеждает меня, что ты примирился с прошлым, только не хочешь этого признать.

– Я не могу просто щелкнуть переключателем и все исправить.

– Но ты можешь делать это постепенно, шаг за шагом. Сейчас мне нужно, чтобы ты взял на себя определенные обязательства. Если ты откажешься, то тебе придется уйти.

Она подождала, когда до него дойдет смысл ее слов.

– Ты меня вышвыриваешь? – недоверчиво спросил он.

– Со стороны это может выглядеть как традиционная семейная ссора в нашем уютном крошечном доме, но это не просто выяснение отношений, Марко. Нам нужен план. Люка нуждается в безопасности, и я тоже. И прежде чем я стану строить планы на будущее, я должна знать, будем ли мы с тобой вместе или порознь. Мы поговорили о прошлом, и теперь мы должны поговорить о будущем.

– Что ты хочешь, чтобы я сказал? Кассандра почувствовала леденящий страх, зная, что Марко встал на путь изменений, но может в любой момент передумать. Она не могла рисковать и позволять его жестокому прошлому снова на него влиять.

– Ты не единственный, кто рискует своими чувствами, – сказала она. – Я тоже рискую. Но что еще важнее, рискует наш сын. И если ты в самом деле не желаешь, чтобы история повторилась, ты обязан подумать о своем месте в жизни Люки, потому что я не позволю тебе появляться в его жизни время от времени, когда тебе захочется.

Ей было очень жаль Марко после того, что он ей рассказал, но теперь она должна думать о ребенке.

– Рождение Люки изменило тебя, но я должна быть уверена в тебе, Марко. Люка должен быть уверен в тебе.

– Ты не можешь запретить мне видеться с ним. – Марко встал, нависая над ней, словно напоминая о своей угрожающей власти. – Если я захочу, я пойду к нему прямо сейчас.

– Нет, не пойдешь, – сказала она, преграждая путь Марко.

Глава 16

– Образумься, Кассандра. Пусти меня к моему сыну.

– Нет. Ты не можешь получить все сразу, Марко, – сказала Касс, стоя у подножия лестницы. – Ты считаешь, что безусловно нужен каждому, даже матери твоего сына. Если ты полагаешь, что людей в тебе привлекают исключительно твои деньги и власть, то ты очень низкого о себе мнения.

– Ты слишком прямолинейна, Кассандра.

– Потому что я говорю правду! – разочарованно воскликнула она. – Ты можешь руководить «Фивиццано Инкорпорейшн», но здесь моя территория, мой дом, и я по-прежнему жду ответа на мой вопрос. Какую роль ты собираешься играть в жизни Люки?

– Я буду с ним постоянно, если ты вернешься со мной в Рим. Что? – Он нахмурился. – Я не понимаю, почему ты так на меня смотришь. Вы будете жить в роскоши…

Касс в отчаянии покачала головой:

– Если ты не понимаешь, почему мне не нравятся твои слова, то я тебе не помощник. Зачем мне менять мой уютный дом на твой стерильный пентхаус, где я тебя никогда не вижу? И где незнакомцы не дают мне даже пальцем пошевелить. И где на меня набрасываются папарацци, как только я выхожу из дома. Неужели ты хочешь такой жизни для своего сына? Ни ты, ни я не хотим такого для Люки. Я, наверное, первая женщина в мире, которая скажет тебе, Марко: мне ничего от тебя не нужно. В детстве я жила в особняке, который не слишком отличался от твоего дома в Тоскане, но это было самое ужасное место моего проживания. Я была постоянно голодна, я всегда боялась…

– Этого не случилось бы в Риме, – сказал Марко с абсолютной уверенностью.

– Да, – согласилась Касс. – Но я поменяла бы одну проблему на другую: голод на изоляцию, страх на неуверенность. В конце концов, у меня не было бы ни счастья, ни даже прогресса. И я говорю не только про себя. Я думаю о нас троих. Я не хочу, чтобы Люка испытывал постоянную неуверенность, подрастая. Разве нас с тобой ничему не научило прошлое? Ты жаждал другой жизни. Я знаю, потому что сама этого хотела. И ты создал для себя успешную и совершенно другую жизнь, так зачем тянуть своего сына обратно в прошлое? Давай двигаться дальше. Давай воспользуемся шансом двигаться вперед.

– Это все, чего я хочу.

– Но на своих условиях! – раздраженно воскликнула Касс. – Ты стремишься жить на своих условиях.

– Как и ты, – утверждал он.

– Я защищаюсь, – призналась она. – Это мое наследие из прошлого, но теперь у меня есть сын, о котором я должна заботиться. И моя основная обязанность в том, чтобы защитить Люку. Я должна сделать для него все возможное, и я считаю, что будет лучше, если я сделаю это здесь, а не в Риме.

Марко горько рассмеялся.

– Ты хочешь, чтобы я все бросил и переехал сюда? – сказал он.

– Нет. Я реалист. Я знаю, что ты не можешь этого сделать.

– Что тогда? – спросил он. – Что ты решила, Кассандра?

– Я не знаю, – призналась она, качая головой.

Его тронула ее подавленность. Он никогда не видел Кассандру в таком настроении. Неужели он довел ее до такого состояния? Неужели он лишил ее определенности и уверенности? Если это так, то он ни за что себя не простит. Это равносильно тому, если бы он взял и раздавил ногой драгоценное растение, выращенное Кассандрой.

– Я сделаю все, что ты захочешь, – сказал он.

– Все, что угодно? – пробормотала она.

– Я не потеряю тебя. Я не могу, – тихо и сосредоточенно сказал Марко.

Они долго молчали, а потом он вспомнил, что оставил в машине.

– У меня есть кое-что для тебя.

– Для меня? – спросила она.

Марко никогда ничего ей не покупал.

– Рождественский подарок, – пояснил он. – Он не бог весть какой.

Кассандра взволнованно покачала головой:

– А я не приготовила тебе подарок.

Тряхнув головой, он рассмеялся от счастья.

– Ты в этом уверена? По-моему, ты сделала мне самый драгоценный подарок в мире. Ты подарила мне сына, – подсказал он. – Такой подарок бесценен. Ты хочешь увидеть, что я тебе подарю?

– Давай сначала посмотрим на нашего сына, – сказала она.

Выражение лица Марко сказало Касс все, что она хотела бы знать. Он, как и она, думал об их будущем. И хотя они по-прежнему живут в разных странах, им удастся договориться, как решить эту проблему.

Они впервые вместе стояли и смотрели на своего новорожденного сына.

– Ты права, – произнес Марко. – Он красивый.

Светясь от счастья, Касс улыбнулась и потрепала мягкие, пушистые черные волосы сына. Личико Люки было по-прежнему морщинистым и розовым. Мальчик хмурился и озадаченно поглядывал вокруг, привыкая к новой жизни.

– Он похож на меня. – Глаза Марко сияли, когда он улыбнулся Касс.

Она наклонила голову и посмотрела на Марко с насмешкой:

– По-моему, если он будет похож на тебя, это не так уж плохо.

Оставив спящего сына, они спустились по лестнице.

– Ты хочешь, чтобы я принес тебе твой подарок? – спросил Марко.

– Я очень этого хочу.

– Я сейчас вернусь, – пообещал он.

Марко казалось, что он летит к машине на крыльях. С заднего сиденья он взял сверток с подарком для Кассандры. Войдя в дом, он протянул ей сверток.

Она открыла его и ничего не сказала.

– Я тебя понял, – произнес он. – Я не всегда поступаю правильно…

– На этот раз ты поступил правильно, – сказала она, поглаживая шарф.

– Тебе нравится?

– Очень нравится. – Касс достала яркий и цветастый кашемировый шарф из упаковочной бумаги цвета слоновой кости и повязала его на шею. – Спасибо, – прошептала она.

– И тебе спасибо, – сказал он, опустил голову и слегка коснулся губами ее рта.

Кассандра прислонилась к нему и, когда он обнял ее, подняла голову.

– Я люблю тебя, – произнес Марко.

– Я тоже люблю тебя, – сказала она, улыбаясь. – Но иногда мне трудно тебя любить, потому что ты невыносим.

Его глаза сияли.

– Мы с тобой ровня, – заметил он, медленно растягивая губы в теплой улыбке.

– Ты поможешь мне искупать Люку?

– Конечно, я помогу. – Положив руку ей на плечо, он повел Касс наверх.

Держа Люку на сгибе руки и опуская его в теплую воду, Марко осознавал, что без сына и Кассандры он никто. Но удастся ли ему убедить эту энергичную, категоричную и сложную женщину пройти с ним по жизни вместе, зная, что их жизнь никогда не будет легкой?

– А теперь передай его мне. – Касс держала в руках полотенце.

Марко положил сына ей в руки с особой осторожностью, а затем увидел, что Кассандра смотрит на него и едва заметно улыбается.

– У меня такой же сентиментальный взгляд, как у тебя? – спросила она.

– Я не думаю, что ты можешь быть похожа на меня, – ответил Марко, когда она завернула новорожденного сына в мягкое белое полотенце.

– А как я выгляжу? – спросила она.

– Ты напрашиваешься на комплименты?

Она улыбнулась:

– Почему нет?

– Ты выглядишь как влюбленная женщина.

– Как странно. – Она притворилась удивленной. – Я понятия не имею, почему это так.

Прислонившись к двери, Марко преградил Кассандре путь, а потом обнял ее и сына.

– Останься со мной, Касс. Моя жизнь без тебя ничего не значит. Я хочу, чтобы мы трое жили вместе там, где ты предпочтешь. Это необязательно будет Рим… Может, в Тоскане? – тихо произнес он. – Ребенку лучше расти в сельской местности.

– Тоскана, – тихо повторила она, ее лицо просияло.

– Я не знаю, почему я не подумал об этом раньше, – признался он.

– Ты думал о чем-то другом, – предположила она.

– Может быть. – Его взгляд потеплел. Марко улыбнулся ей.

– Как ты думаешь, у нас будут еще дети? – задумчиво спросила она.

– Почему нет? Ты прекрасная мать. Она усмехнулась:

– Из тебя тоже будет неплохой отец.

Марко отвлекся на мгновение, представляя, как играет в футбол с сыном в прекрасных садах, которыми занимается Кассандра в тосканском поместье. Он любил это поместье больше всего на свете.

– Марко?

– Выходи за меня замуж, Кассандра.

– Выйти замуж за тебя? – удивленно воскликнула она.

– Почему нет? Я ни на ком, кроме тебя, не женюсь.

– Ты имеешь в виду, что никто, кроме меня, с тобой не уживется? – спросила она.

Он улыбнулся, а потом посерьезнел.

– Мне не нужна другая женщина. Я люблю только тебя. Меня волнует, чего ты хочешь и о чем ты думаешь…

– Чего я хочу? – мягко сказала Касс. – Я хочу того, чего всегда хотела. Мне нужен ты. Я люблю тебя, Марко. Я влюбилась в тебя, когда мы вместе скручивали ковер во время шторма.

– Поэтому я предлагаю тебе создать настоящую семью, а ковры мы с тобой будем скручивать в свободное время.

– Я сомневаюсь, что у нас будет много свободного времени.

– Ты принимаешь мое предложение? – Внезапно он перестал быть уверенным во всем, а ответ Кассандры стал для него важнее всего на свете.

– Люка должен знать, что любовь вечна, а его родители вместе навсегда, и если ты пообещаешь мне…

– Мне кажется, вечность – довольно короткий срок. – Обняв Кассандру, он неторопливо поцеловал ее в губы. Как только их поцелуй стал страстнее и настойчивее, Люка, возмущенный тем, что родители увлеклись, закричал.

– Запомни, что ты сказал, – потребовала Кассандра и направилась в спальню. – Нам нужно покормить малыша.

– Мне подогреть бутылочку со смесью?

– Нет, спасибо. Я покормлю его сама. Как только ты оказываешься рядом, я забываю обо всем.

– Получается, от меня есть хоть какая-то польза, – поддразнил ее Марко, поднимаясь вслед за ней по лестнице.

– Люка с тобой согласен, – ответила Касс.

Эпилог

Спустя три года

– О чем ты думаешь? – тихо спросил Марко, обнимая Кассандру за талию.

– Прямо сейчас? Или несколько минут назад? Ты должен задать вопрос конкретнее, – поддразнила она его, выгнув бровь и пристально глядя в лицо человека, который хорошел для нее с каждым днем.

– Прямо сейчас? – Марко повел мощными плечами. – Я знаю, о чем ты думаешь прямо сейчас.

– Откуда? – спросила Касс, хотя знала ответ. Она просто хотела услышать, что скажет Марко.

– Я чувствую, как ты обмякаешь в моих объятиях.

– Ничего удивительного! – воскликнула она, дрожа от желания. – Рядом с тобой я становлюсь ненасытной. Как ты это делаешь? – простонала она, прижимаясь к нему.

– Я долго практиковался, – ответил он.

Она улыбнулась и запрокинула голову, побуждая его целовать ее.

– Итак, скажи мне, – уговаривал ее Марко. – О чем ты только что подумала, когда на твоем лице появилось такое мечтательное выражение?

– Я думала, что это было неизбежно, – призналась она, прижимаясь к нему ближе.

– Ты о нас с тобой? – Марко притянул ее к себе.

– Мы вместе и живем в твоем тосканском поместье. – Она подняла глаза. – Квентин и Паоло регулярно нас навещают. Этот сумасшедший визажист, которого ты пригласил, чтобы подготовить меня к вечеринке, оказался очень приятным парнем.

– Квентин и Паоло подружились?

– По-моему, они больше чем друзья. – Касс улыбнулась.

– Они сейчас с малышкой?

– Они и моя крестная мать сейчас с нашей маленькой дочкой и Люкой. – Касс рассмеялась. – В последний раз, когда я их видела, все пятеро дремали.

– Значит, у нас с тобой есть время?

– Нет, Марко, – ответила она. – Времени у нас нет! Куда ты меня ведешь?

Марко крепко взял Кассандру за запястье и повел ее через беседку в сад, который они открыли для публики в прошлом году.

– Марко, я должна выглядеть респектабельно, – запротестовала Касс, когда он уложил ее на траву.

– Ничего страшного, если в волосах моей садовницы будет немного травы, – произнес он, нависая над ней. – Я просто хочу сказать тебе, как сильно я тебя люблю. И я хочу признаться, как мне дорога моя семья, которая у меня есть благодаря тебе.

– По-моему, ты создавал эту семью вместе со мной на равных условиях, – сказала она.

– Если ты на этом настаиваешь, – тихо ответил он и усмехнулся.

– Я настаиваю.

– Я никогда не думал, что у меня будет счастье и семья.

– А я не предполагала, что познакомлюсь с кем-то, вроде тебя. Когда я была по локоть в грязи, а ты спустился на блестящем вертолете, мне хотелось взять вилы и прогнать тебя.

Марко рассмеялся.

– День такой теплый, а травка такая мягкая, – пробормотал он, притягивая Касс к себе. – Но ты права, пора подготовиться к встрече гостей.

Касс проследила за его взглядом в сторону главных ворот и дороги за их пределами. Она увидела вдали, как от колес автомобилей вздымается пыль. К ним ехали первые посетители. В тревоге вскрикнув, она вскочила на ноги.

– Они уже здесь! Ты должен их задержать. Я забыла о времени. Я неподобающе одета!

Марко улыбнулся ей.

– Иди, – сказал он. – Я займусь гостями.

– Из нас получилась хорошая команда! – крикнула она, побежав к дому.

– Лучшая команда, – тихо и радостно ответил Марко.

Трехлетний Люка сидел на плечах Марко, а малышка Кристина спала в тени рядом. Марко горделиво смотрел, как его прекрасная жена и женщина, подарившая смысл его жизни, принимала в поместье местных чиновников и других увлеченных садовников. Она показывала им сад, который сама создала. Ее посевы взошли и уже набрали бутоны.

Марко посмотрел на их маленькую дочь и потеребил ноги обожаемого сына. Их дети росли и хорошели благодаря любви и заботе Касс, которая была прирожденной матерью. А еще она была замечательной любовницей и лучшим другом Марко. Теперь Касс проектировала сады для других людей, поэтому ее жизнь была интересной и разнообразной, однако у нее было много времени на детей. Мария и Джузеппе стали частью их большой семьи благодаря Касс, так же как Квентин, Паоло и крестная мать Касс. Крестная Касс недавно приехала из Австралии, куда она будет возвращаться каждую зиму, чтобы жить там со своим сыном. Марко мог с уверенностью сказать, что примирился со своим прошлым.

Когда гости уехали, Касс покормила детей, а Марко наколол дрова для камина. Уложив детей спать, Касс вышла на улицу и увидела Марко, одетого только в выцветшие джинсы. Она с наслаждением разглядывала его загорелую и мускулистую фигуру. Марко поднял голову и улыбнулся, почувствовав присутствие Касс. Его кожа блестела от пота, он испачкался в грязи. Такой же вспотевшей и испачкавшейся была Касс в день их знакомства.

Отложив топор, Марко подошел к ней.

Они вошли в тихий дом. Дети спали, а из кухни раздавались приглушенные голоса, где все радостно обсуждали события прошедшего дня. Они прошли прямо в свои апартаменты, где Марко пошел в душ. Схватив за запястье, он потащил смеющуюся Касс с собой в душевую кабину.

– Марко, я же одета!

– Ненадолго, дорогая…

Обхватив ее лицо руками, Марко страстно и неторопливо поцеловал ее в губы.

– Ты хотя бы догадываешься, как сильно я тебя люблю? – спросил он.

– Не сильнее, чем я люблю тебя, – ответила она.

Под взглядом Марко она в мгновение ока превратилась в дрожащую и изнемогающую от желания женщину.

Чувственно улыбаясь, он прошептал ей на ухо:

– Жена моя. Мать моих детей. Мой друг. Моя любовница. Моя женщина, которую я люблю больше собственной жизни.

Content

Сьюзен Стивенс
Неотразимый грубиян

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог