Операция Мстя

Татьяна Адмиралова

Глава 1

— Ниточка, сестричка! Ты даже не представляешь, что этот гад задумал сделать! — кричала мне в ваканар Анна.

— Что? — спросила я, уже предчувствуя, что ничем хорошим для меня это не обернётся.

— Он хочет выдать тебя замуж, и уже начал переговоры по пунктам брачного договора! И даже уговорил маму, чтобы она приняла его сторону, — продолжала вещать сестра.

А у меня не то, что слов не было, даже мысли куда-то убежали, и от таких новостей я чуть на пол не грохнулась, сама не знаю, как на ногах удержалась. Я конечно понимаю, что он мне не родной отец, который погиб когда Анна была совсем крохой, и что он вырастил и воспитал нас, но… Он же обещал! Он клятвенно заверял, что не пойдет против моего желания выбирать свой путь самой. А тут такое…

— Нит, ты еще тут? — спросила сестра.

— Тут, тут. Только от таких новостей чуть в обморок не упала. Я скоро приеду, и тогда посмотрим, что он мне пропоет. А что по этому поводу говорит мама?

— Она полностью его поддерживает и даже слова против не говорит. Я, если честно, не понимаю ее поведения. — грустно проговорила в трубку Анна.

От слов сестры стало больно. В этот момент я не понимала бездействия своей матери. Я просто не ожидала, что она пойдет у него на поводу. У меня в голове не укладывалось, что же такого могло случиться, что она так себя ведёт.

— Спасибо что предупредила.

— Ну, я же твоя сестра! И не могла поступить иначе, — ответила Анна. — Приезжай поскорее, я буду ждать.

Отключив ваканар, я невидящим взором уставилась в окно, пытаясь переварить услышанное. Я никак не могла поверить что моя мама, мой самый родной и дорогой человечек, не считая сестры, могла вот так со мной поступить. Моя любимая, нежная мамочка, которая осталась молодой вдовой с двумя дочерьми на руках. А ведь она сирота, и в жизни ей никто никогда не помогал, и она всего добивалась сама, пока не встретила папу. Когда мы с Анной были маленькими, она часто рассказывала нам про папу и показывала его фотографии, Анна знает его только по ним, а я немного помню. Каждый раз, как мама заводила разговор о событиях своей молодости и об отце, я замечала, что глаза ее светятся от счастья. Я знаю, что родители очень сильно любили друг друга и тоже мечтаю о такой любви, поэтому мне сейчас так больно. А ведь она обещала всегда защищать меня и отстаивать мои интересы. А раз так — то что-то здесь не чисто, и мне нужно скорее попасть домой и разобраться в ситуации. Может, ещё не поздно все исправить? На этой утешающей мысли я и провалилась в беспокойный сон без сновидений.

Отпрашиваться не пришлось. Утром меня вызвали в деканат и вручили увольнительную с открытой датой.

— Студентка Штар, на ваше имя пришло прошение от высшего руководства о предоставлении вам свободных дней, — сказал декан, видя мой вопросительный взгляд. — Я не в курсе того, что у вас происходит, но хотел бы надеяться, что вы решите все свои дела и вернетесь в академию в течение суток. Хоть дата возврата и не указана, не нужно пользоваться этим как поводом для прогулов. Не забывайте что у вас на носу выпускные экзамены. Я надеюсь, вам все ясно?

— Да, сэр!

— Не смею вас больше задерживать. Можете быть свободны.

Выйдя из академии, я поймала бот и отправилась в космопорт. Лететь до моей родной планеты два часа, и у меня есть время хорошо обдумать линию моего поведения, но прежде всего, нужно поговорить с мамой.

Пройдя контроль и купив билет, я направилась в зал ожидания. У меня было еще пятнадцать минут до вылета и можно было вполне спокойно попить кофе. Пригубив горячий напиток, я задумалась о положении вещей. Так, из академии отпустили без вопросов и возражений, а у нас с этим строго. Невольно улыбнулась, и, вспомнив свой первый год обучения, я словно опять вернулась на шесть лет назад. Сколько себя помню, я бредила космосом.

Мой погибший отец был капитаном звездолета, который атаковали в мирное время пираты, он спас практически всех, но погиб сам. Мама рассказывала, что он был добрым и справедливым, не мог отказать друзьям в просьбе, и за это его все любили. Скорее всего, именно поэтому я решила, что когда вырасту, то тоже пойду учиться в космическую академию на пилота. Мой отчим был против этого. Сколько споров и скандалов пришлось выдержать по поводу моего поступления, он грозился оставить меня без попечения, если я не покорюсь его воле. Если бы не мама, и её поддержка, то я, наверное, все-таки сдалась. Она поддержала мое стремление, и я поступила в академию. Однако отчим вмешался и тут. Вместо пилота, я учусь на гражданском отделении на культуролога. Видите ли, у него в академии связи, и он подсуетился, гад.

Но и здесь я ему утерла нос и прошла спецкурс по пилотированию. Правда зачет чуть не провалила, а все благодаря этому противному Алексиасу Кроссу. Он был в тестирующей комиссии и заявил, что девушкам, особенно на должности пилота, в космосе не место. Как вспомню эту его противную улыбочку, так передергивает всю. Но я отличилась и здесь, доказав этому снобу что девушки тоже умеют управлять сложной техникой и делают это не хуже мужчин.

Объявили начало посадки, и я вынырнула из воспоминаний, чтобы тут же натолкнуться на заинтересованный взгляд парня, направленный в мою сторону. И чего вылупился? Стоит, улыбается, как будто мы с ним давние друзья. Зайдя в звездолет, заняла свое место, и вот надо же было такому случиться, что тип, нагло разглядывавший меня в зале ожидания, уселся в кресло напротив.

— «И чего уставился», бухтела про себя я, — «совести совсем нет, сидит и в упор разглядывает». Вот не люблю таких наглых молодых людей.

— Молодой человек, — не выдержала я, — А вас не учили, что такое пристальное внимание указывает на вашу невоспитанность?

— Простите, но я вообще-то не на вас смотрю, — ответили мне с улыбкой.

— Хотите сказать, что у меня галлюцинации, и я не вижу, куда устремлен ваш взгляд? — не унималась я.

— Милая девушка, как бы вам объяснить… У меня просто косоглазие, и взгляд устремлен не на вас, а в сторону, вы не первая, кому так кажется. Вот так и мучаюсь, — произнес он, тяжело вздохнув.

— Простите, — ответила, краснея, — я не хотела вас обидеть.

— Да ничего, я уже привык, — отозвался парень с грустью в голосе.

Вот блин, вечно я так. Было очень стыдно, и я отвернулась к окну. А там… Там были мои любимые звезды. Мы жили в доме за городом, и часто с сестрой по ночам убегали в сад, и, расстелив покрывало, рассматривали звездное небо. В конце лета были такие красивые звездопады, столько желаний можно было загадать! Мы с сестрой постоянно спорили, кто насчитает больше падающих звезд, и я всегда выходила победительницей. Но что-то я отвлеклась. Так, что же меня ждет дома? То, что отчим опять будет ходить передо мной павлином и распускать хвост, кичась своей важностью, я не сомневалась и морально была готова. Больше всего меня волновало поведение матери. Но, чего гадать, пока не поговорю с ней лично, ничего не пойму. Скорее бы уже приехать!

Опять покосилась на парня, а он ничего. Сидит с закрытыми глазами, наверное, чтобы больше меня не смущать, нос с горбинкой, скорее всего, был сломан, полноватые губы, верхняя чётко очерчена, и волевой подбородок. Да, характер-то, наверное, не сахар. Прошлась взглядом по фигуре: стройный, фигура подтянутая, я бы сказала, что он спортсмен или военный, но меня смущало его косоглазие. Подняла взгляд к лицу, хм, а стрижка-то у нас тоже как у военных. И вот, присмотревшись, поняла, что он мне кого-то напоминает, вот только не могу понять кого. Ну и ладно, мне с ним за одним столом не сидеть.

* * *

За всеми раздумьями не заметила, как прилетели. Выйдя из космопорта, поймала бот и отправилась домой. Отчим уже ожидал меня. Стоило только открыть двери, как я сразу же была направлена в его кабинет. Зайдя, увидела там и маму.

— Здравствуй милая, мы ждали тебя, — сказала с улыбкой мама и раскрыла мне свои объятия.

Недолго думая, я кинулась к ней.

— Мамочка, как же я соскучилась! А где Анна?

— Она ещё в школе, но скоро придет, и тогда поболтаете, — сказала мама, поправляя мне волосы. — Какая же ты уже большая у меня, совсем невеста.

Вот после этих слов я и насторожилась. Отойдя от матери, я в упор уставилась на отчима, который снисходительно смотрел на наше приветствие.

— Здравствуйте, господин Отор, — обратилась я к нему, — могу я узнать, по какому поводу вы выдернули меня из академии прямо перед выпускными экзаменами? Неужели у вас такое срочное дело, что не терпит отлагательств? — пошла я в наступление.

— Во первых, здравствуй, — заявил мне этот… этот, — а во вторых, сбавь тон и обороты милочка, я тебе не маленький мальчик. С котом своим так будешь разговаривать!

— Прошу, не ссорьтесь, — попросила мама. — Отор, будь с ней помягче, пожалуйста.

— Хорошо милая, я постараюсь, но это зависит не только от меня, — и с такой гаденькой ухмылочкой посмотрел в мою сторону, что я начала закипать.

— Я все еще жду объяснений! — заявила я, успокаивающе погладив маму по руке.

— Ну, что же, тогда перейду сразу к сути дела. На прошлой неделе мне поступило предложение о заключении брачного союза на твое имя от…

— И кто же это такой умный его сделал? — оборвала я отчима. — Кого вы прочите мне в мужья?

— Предложение поступило от семьи Кросс, — заявил отчим. — И я намерен его принять, не зависимо от того, согласна ты или нет!

— От кого? — спросила я в шоке.

— От семьи Кросс, если быть точнее, то от Алексиаса Кросса, — добил меня отчим.

— Что?… — возмущённо завопила я во весь голос. — От этого, этого… — у меня даже не было слов, в таком я была шоке. А отчим, пользуясь произведенным эффектом, продолжал.

— Я тебе уже сказал, и повторяю еще раз, мы примем это предложение, а иначе…

— Что, что вы мне сможете сделать? Если будете угрожать лишением денег, то мне стипендии хватает. Какие-то другие козыри у вас еще имеются? — распсиховалась я.

— У меня есть, как ты выразилась, «козыри». И если ты откажешься, я их применю, — начал угрожать отчим. — И даже твоя мать ничего не сможет тут сделать.

— Мама… — с дрожью в голосе я обратилась к ней, — Он что, серьезно рассчитывает на то, что я соглашусь?

— Понимаешь доченька, — начала она, опустив глаза. — Тут такая ситуация, что я и не знаю, как тебе все объяснить…

— Да что ты тянешь кота за хвост! — заорал отчим, — Не можешь сама сказать, так я объясню. Твой папаша был лучшим другом Эдварда Кросса, — начал он, — и когда родилась ты, они договорились объединить семьи, когда их дети вырастут. В то время у Кросса уже был наследник, и эти два идиота, принесли клятву крови…

— Не смейте обзывать моего отца, — тут же возмутилась я. — Вы не имеете никакого права выражаться о нём в таком тоне!

— А как еще можно говорить о человеке, который совершил такую глупость? — взорвался отчим. — Это благодаря ему ты оказалась в таком положении.

— Ты была в курсе? — спросила я у матери.

— Да. И я была против этого, но он меня не послушал, и поступил по-своему.

— Неужели ничего нельзя сделать? — спросила я потерянно. — Мне не верится, что нет выхода из этого положения.

— Почему же, есть, — сказала задумчиво мать, — Только если сам Эдвард Кросс откажется от этой клятвы.

Я с надеждой посмотрела на маму.

— Так как твоего отца уже нет в живых, клятва частично теряет силу. И если Эдвард откажется, то и ты тогда свободна. Но тут вот в чем дело. Они прислали брачный договор, и это говорит о том, что он придерживается клятвы.

— А если я сама откажусь от брака? — спросила я. — Или мое согласие здесь большой роли не играет?

— Доченька, как бы я хотела, чтобы все было по-другому, и ты не оказалась в такой ситуации. Но все зависит только от Эдварда, — сказала мать, разведя руки.

Ну, раз зависит от этого Эдварда, с усмешкой подумала я, то уж постараюсь, чтобы он отказался.

— А если я все же откажусь? — спросила я ее.

— Откажешься?! — отчим не просто кричал, он орал так, что у меня было ощущение, будто сейчас разлетятся все стекла в его кабинете. — Откажется она! Да ты хоть понимаешь, чем может обернуться твой отказ для нашей семьи? Мало того что на нас наложат штраф в пятьсот тысяч, которые мы будем должны выплатить семье Кросс, так мы еще будем исключены из местного общества и от нас все отвернутся. Последствия будут такими, что твоя сестра не сможет поступить, куда собиралась, мать может вылететь с работы, а мои деловые партнеры разорвут со мной все сделки. И что ты думаешь? Тебе после всего этого дадут нормально закончить академию? Если и да, хоть я в этом сильно сомневаюсь, то куда ты попадешь по распределению? Хорошенько подумай над этим. Откажется она!

Я в шоке смотрела на отчима, о таких последствиях я как-то не задумывалась. Имею ли я право так поступать со своей семьей и лишать Анну будущего? Раз такие последствия ожидают меня, то я сделаю все, чтобы Эдвард Кросс отказался сам.

— Кстати, — сказал отчим, отдышавшись, — они сегодня всей семьей придут к нам на обед. Надеюсь, мне не придется за тебя краснеть, и ты произведешь на них хорошее впечатление? — и это было скорее утверждение, чем вопрос.

— Конечно, я постараюсь произвести неизгладимое впечатление, можете не волноваться, — ответила я отчиму, строя в уме план действий.

— А я вот почему-то волнуюсь, — ответил он, задумчиво глядя на меня.

Пока мы были в кабинете, из школы пришла Анна, и мы поднялись в ее комнату.

— Рассказывай, — сказала мне сестра. — А то я совершенно не в курсе происходящего, владею только той информацией, что удалось подслушать.

Вкратце обрисовав ситуацию, мы вдвоем задумались над моими дальнейшими действиями. Анна предлагала одно, я отказывалась, я предлагала другое, отказывалась она, пока мы не пришли к единому мнению. За всеми этими действиями не заметили, как пролетело время и до обеда осталось совсем чуть-чуть.

Я побежала готовиться к выходу, а Анна направилась разведать обстановку. Мы договорились встретиться уже в столовой.

* * *

Готовилась к обеду я тщательно, ведь мне нужно произвести неизгладимое впечатление, и я его произведу. Мы с Анной договорились, что я выряжусь в неформалку, и буду вести себя соответственно образу.

От природы я брюнетка, и здесь как раз подошел белый парик Анны, так как мама ей не дала осветлить волосы до желаемого тона, вот она его себе и купила. Его-то я и нацепила. Скажу я вам — белый, это совершенно не мой цвет. Так, теперь макияж. Думаю, что ядовито-зеленые тени будут как раз, и чуть не забыла — стрелки. Теперь, ко всему этому великолепию светлая пудра, что бы быть похожей на мертвеца и коровьи накладные ресницы. О да, не хватает только синей помады, оставшейся от увлечения Анны неформальной культурой. Хорошо, что это она уже переросла, но как вовремя всё пригодилось. Ну, с макияжем закончила, теперь одежда. Майка, такая мятая, будто ее вынули из одного места, рваные джинсы, кроссы и конечно цепи. Цепи были везде, куда их только можно было нацепить, и еще браслеты с шипами на руки и ошейник на горло.

После всех усилий, из зеркала на меня смотрела такая страшилка, что если бы встретить в темном переулке, то на всю жизнь заикой можно остаться. Полностью довольная собой, я направилась в гостиную.

Еще на подходе услышала голоса и решила немного подслушать, о чем же таком интересном они говорят.

— Наша Нита такая приятная, скромная и послушная девочка, что вы будете ей просто очарованы, — распевал соловьем отчим.

Ну-ну, усмехнулась я.

— Это прекрасные качества для будущей супруги, особенно принимая во внимание, какое положение занимает наша семья в обществе. — было сказано в ответ.

— Можете не волноваться, она прекрасно воспитана и умеет вести себя в обществе, — продолжал хвалить меня отчим.

О да, ты даже не представляешь, как прекрасно я умею себя вести, мстительно подумала я.

— А как она отнеслась к известию о будущем замужестве? — спросил мужской голос. Наверное, это Эдвард Кросс, подумала я.

— О, она восприняла эту новость с достоинством и полностью согласна на ваше предложение, — продолжал самозабвенно врать отчим. — Да скоро вы и сами в этом убедитесь.

— Так, где же она? — интересно, а чей это голос?

И я поняла, что настало время моего выхода.

Толкнув дверь, я влетела в гостиную и выпалила:

— Хай, чуваки!

В ответ мне была гробовая тишина, и только громкое сопение отчима и удивленный вскрик мамы, дали знать, что желаемый эффект я произвела. Взглянув на гостей, я заметила перекошенные лица, кроме одного. Гости пытались прийти в себя и не ударить в грязь лицом.

— О, да у нас тут новенькие? Кого принесло на нашу семейную тусу? Хай, я Нита. — направилась я в их сторону и тут заметила того парня с космолета.

А что косоглазик тут делает? Присмотревшись, увидела семейное сходство между тремя мужчинами. Так как Алексиас Кросс мне был знаком, а тот, что постарше, это Эдвард, то это значит младшенький.

— О, косоглазик, вот так встреча, не ожидала, — мстительно сказала я, и по еле сдерживаемой улыбке парня поняла, что он поддержит мою игру.

— Привет, я Кейн, — представился он, подмигивая мне, — А это мои родственники. Эдвард Кросс — мой отец, Алексиас Кросс — мой брат и Сабрина Кросс — моя мать.

— А они у тя чё, немые штоль, или больные какие? Чаво молчат? — играла я дальше свою роль.

— Да нет, просто они под впечатлением, — принял игру парень. — Сейчас придут в себя и проявят знаки внимания, — проговорил он, пытаясь подавить смех.

И тут отошел от ступора мой отчим.

— Нита, — заорал он. — Это что за вид? Ты что, из нашего разговора ничего не уяснила?

— Ой, ну че ты так голосишь, я чуть жвакой не подавилась, — на отчима было страшно смотреть. — Я все уяснила, но будущим родственничкам надо привыкать к моему стилю и образу. Нам ведь жить вместе, ходить на общие тусы, — подмигнула я Кроссам. — Что бы для них потом сюприза не было, а то будут панты кидать по этому поводу.

На Алекса я принципиально не смотрела, мне было более интересно реакция их родителей. А как оказалось зря.

— А что мам, смотри, сколько простора для твоего творчества, превратишь ее в настоящую леди, а то ты постоянно жалуешься, что тебе скучно, — произнес с улыбочкой мой женишок.

Ах так! Ну, ты сам напросился.

— Лекс, котик, ну подойди, поцелуй свою невесту, — начала я свою речь, идя в его сторону. — Или ты не рад меня видеть?

Во время моей речи на лице Алекса не дрогнул ни один мускул. Эта скотина с наглой улыбочкой приобнял меня за плечи и запечатлел поцелуй на лбу, брр, прям как покойника поцеловал. Ах так! Я не унималась, и полезла обниматься к родителям.

— Мама, папа, дайте же я вас обниму! — заголосила я, раскрывая объятия.

На Сабрине Кросс не было лица. Она отскочила от меня как от чумной. А вот Эдвард Кросс поступил неожиданно. Он прижал меня к себе и по отечески похлопал по спине. Я заглянула в его глаза и увидела столько тепла, заботы и непонимания, что почти растеряла свой боевой дух. Нет, одернула я себя, у меня есть план, и я буду его придерживаться. И только Кейн с Анной угорали от этой ситуации, усердно подмигивая мне.

Тут пришла в себя моя мама.

— Прошу всех к столу, обед подан, — сказала она, и направилась в столовую.

Все со спринтерской скоростью рванули вслед за ней. «Ну что, спектакль продолжается, акт второй», подумала я и поплелась вслед за всеми.

Как назло усадили меня напротив женишка, но я и из этого извлекла свою выгоду. Первым делом я демонстративно достала изо рта жвачку и со словами — Потом дожую, прилепила ее к своему бокалу. Отчима и Сабрину передернуло.

После того, как был разлит суп, и все принялись за еду, я пнула под столом ногой Алекса. Не ожидавший такой подлянки, он расплескал суп и со злостью уставился на меня. А что я? Я невинно на него взглянула и произнесла:

— Ну у тя и манеры дорогой, даже хавать нормально не умеешь.

На что он только сжал зубы и заиграл желваками, но ничего мне не ответил.

И тут за суп принялась я. О, как самозабвенно я его уплетала, не забывая при этом чавкать и комментировать.

— Не, ну я не понимаю, собрались по такому поводу и даже рюмашки не хряпнем. Мам, можно мне грамм двести коньячка? — глянула я в растерянные глаза матери и продолжила: — Ой, да успокойся ты, я обещаю, что не буду набираться, как в прошлый раз.

— А как было в прошлый раз? — невинно спросил меня Алекс, при этом, чуть не согнув ложку.

— Как, как, — начала сочинять я. — все тоже началось с нескольких рюмашек, а проснулась с бодуна в кровати с незнакомым мужиком, непонятно где. — и такие глаза невинные.

Мать Алекса подавилась супом и вопросительно посмотрела на своего мужа. Тот, со злостью отбросил салфетку и, глядя на моего отчима, заявил: — Думаю нам нужно серьезно поговорить.

— Да, конечно, — промямлил он, — прошу в мой кабинет.

И пока все изваяниями сидели за столом, я тихонько шмыгнула в двери и прокралась к кабинету отчима. А там, о, какой ор там стоял! Эдвард Кросс орал так, будто ему на одно место соли насыпали. Из всей какофонии звуков я уловила для себя самое главное. Договор разрывается, и брак заключен не будет. Семья Кросс отказывается от клятвы, к счастью, без последствий для нас.

— Йесс! — осчастливленная такой новостью я радостно подпрыгнула.

Я все-таки добилась этого и теперь могу быть свободна. Окрыленная таким поворотом дела, рванула к себе в комнату переодеться и смыть косметику. Думаю, мама меня поймет и простит, а отчим — ну, побесится и успокоится, ему не впервой. Но я не успела смыться, и этот гад, все же, вызвал меня на разборки.

— Как ты могла?! — орал отчим на весь кабинет. — Как ты могла нас так опозорить перед этими людьми? Ты хоть понимаешь, что они о нас подумали? Ты даже не представляешь, как меня отчитывал этот Кросс, как какого-то нашкодившего мальчишку. Меня… — не унимался отчим.

А я стояла, смотрела на маму, которая улыбалась мне, и была счастлива. Я была рада, что она все поняла и не отчитывает меня как отчим. А он распалялся все больше и больше, краснея как перезревший помидор, казалось, того и гляди — лопнет.

— Вон! Вон из этого дома, и чтобы не смела появляться тут до тех пор, пока я не разрешу! — закончил он свою отповедь и указал мне на дверь. — И денег я тебя тоже лишаю! — решил добить меня он.

Ха, не на ту напал. Я уже давно насобирала приличную сумму, так что меня этим не запугать. Сделав испуганное лицо и смиренный вид, я вышла из кабинета, и, попрощавшись с Анной, отправилась назад в академию. Там меня еще ждали выпускные экзамены, вручение диплома, выпускной бал, и распределение.

* * *

Я был зол, не просто зол — а в бешенстве. И это состояние даже близко не сравнить с тем, когда отец вызвал меня домой и огорошил сообщением о предстоящей женитьбе. Сообщение отца ввело сначала в ступор, сменившийся тихим бешенством. В свои тридцать лет я уже был капитаном звездного крейсера и впереди у меня ответственная миссия, от которой многое зависит. Поэтому я и не привык, чтобы мне указывали.

Но узнав все подробности и имя невесты, понял своего отца, и не смог его осудить, ведь неизвестно, как бы я сам поступил на его месте, и дал отцу согласие на составление брачного договора. Мне сразу же вспомнилась она. Аданита Штар, это та выскочка, которая так зацепила меня на экзамене, который я принимал по спецкурсу. Было в ней что-то еще, что не давало покоя, и заставляло раз за разом воскрешать в мыслях ее образ. Если подумать, то мать уже давно просит меня жениться и подарить внуков. Насчет женитьбы я и не возражаю, а вот насчет внуков ничего ей обещать не буду. Я был в предвкушении сегодняшнего обеда и уже представлял себе образ молодой невинной скромницы. Но, то, что, увидел в реальности, повергло в шок.

К ним в гостиную выскочило чучело, по-другому это назвать нельзя. Мало того, что обозвала брата косоглазиком, так еще полезла целоваться, и я бы поцеловал её и не только, но вот это — ни за что. Родители были в шоке, особенно было жалко смотреть на мать. Не такую невестку она себе представляла.

Но самое интересное началось тогда, когда мы сели за стол и приступили к обеду. И эта разукрашенная пигалица пнула меня ногой, да так, что я расплескал суп, и с невинным видом ткнула меня носом в манеры. Так захотелось пнуть ее в ответ, даже сам не ожидал от себя такого, как сдержался — не представляю. Но когда она заявила, что проснулась с бодуна в постели с незнакомым мужиком, у меня аж в глазах потемнело.

Но зато не выдержал отец, удалившись в кабинет с ее отчимом, а потом незаметно исчезла и она. Извинившись и выйдя из-за стола, я решил найти ее и поговорить наедине, только вот не успел. Зайдя в коридор, я услышал повышенный голос отца и увидел как это чудо с возгласом «Йесс!», вприпрыжку поскакала по ступенькам. И у нее был такой счастливый вид, что у меня закрались невольные подозрения. Но я просто не успел разобраться в ситуации и прояснить для себя кое-какие детали, так как в коридор выскочил отец, громко хлопнув дверью кабинета, и мы всем семейством отправились домой.

— Я отказался от твоего имени от брака с этой, этой… — кипел отец, не находя слов. — И отозвал брачный договор.

— Дорогой, — обратилась ко мне мать. — Это было ужасно. Эта девушка, у меня даже язык не поворачивается так ее назвать, совершенно тебе не подходит, — заявила она с серьезным видом.

— А мне она понравилась. Прикольная девчонка, — огорошил всех своим заявлением Кейн.

А я не мог разобраться в своих чувствах, чего раньше со мной никогда не случалось, и решить, как быть дальше. Ну, вот никак она у меня не ассоциировалась с тем образом, что прочно засел в памяти. Та, другая Аданита из академии, представала передо мной дерзкой, упорной, умной девушкой, которая может постоять за себя и не отступится от своей цели. О цели. И тут до меня начало кое-что доходить, но мои догадки нужно будет проверить. А поможет мне в этом выпускной бал в ее академии, куда мы приглашены всей семьей. Если она действительно неформалка, то и на бал явится как пугало, а если нет…

Попрощавшись со всеми и обняв мать, я отбыл на службу, где повседневные дела меня втянули с головой, а еще готовящийся новый проект, за который я был ответственен, требовал пристального внимания. Так что, пока мне было не до мыслей о Ните и ее поведении, но в подсознании я держал этот вопрос под контролем и решил выяснить, что и как. Не люблю, когда меня выставляют идиотом.

Глава 2

Я готовилась к выпускному балу с особой тщательностью, ведь я так долго его ждала, целых шесть лет. Мама с отчимом и Анной приехали ещё вчера, и вот-вот мы все должны были встретиться в гостиной и отправиться в академию, где произойдет вручение дипломов, а затем и бал, на котором будут танцы. А я так люблю танцевать! Только одно меня расстраивало и немного волновало. Произошла путаница с моим дальнейшим распределением, и до сих пор было не ясно, куда же все-таки я должна отбыть после коротких выходных. Надеюсь, что в понедельник мне об этом скажут. Но я решила сегодня не забивать себе этим голову, и, улыбнувшись своему отражению, поскакала в гостиную.

— Какая же ты у меня красавица! — сказала мама, увидев меня. — Твой отец гордился бы тобой.

Отчим на слова матери только хмыкнул, а Анна, комкавшая от нетерпения подол своего платья, услышав слова матери, надулась и спросила.

— А я что, не красавица?

— Конечно же, красавица, — улыбнулась в ответ мать.

А вот я себя красавицей не считала. Девушка я обычная, среднего роста, с полноватой фигуркой и выпуклостями в положенных местах, на мой взгляд, даже слишком… Я очень похожа на папу. Лицо обычное, серо-голубые глаза, меняющие цвет в зависимости от фона и настроения, курносый нос и пухлые губы. Моей гордостью были волосы, густые, черные, немного вьющиеся и достающие струящимся водопадом почти до талии. Только вот в академии их постоянно приходилось заплетать в косу или хвост. Там ведь только попробуй прийти с распущенными, сразу обкорнают.

А вот Анна была похожа на маму, такая же стройная, тонкая блондинка невысокого роста с нежными чертами лица. Вот они у меня обе красавицы, а я так, на их фоне — провинциалка. Но сегодня, возможно, и меня можно было назвать красавицей, с прической, легким макияжем и в обалденном бирюзовом платье, которое словно морская волна струилось по моей фигуре, обнимая ее в талии и расширяясь к низу подола. Платье мы с мамой выбирали вместе, когда я его увидела — просто влюбилась и даже не захотела смотреть на другие варианты, а мама и не уговаривала.

И вот, наконец, мы отправились в академию. Она нас встретила столпотворением людей, шумом голосов, и тихой музыкой. Ненадолго оставив родных, я пошла к своей группе, и мы начали ожидать начала церемонии вручения дипломов. Ребята были в прекрасном настроении, и всем не терпелось поскорее получить дипломы и преступить к торжественной части. Мы стояли и тихо переговаривались, когда на трибуну во главе с ректором начали выходить преподаватели. Они расселись за длинным столом, и началась церемония вручения. Первым с речью выступил ректор, говоря быстро, кратко и по существу, за что я его всегда и уважала. Потом слова взяли несколько преподавателей, отмечая, что в этом выпуске есть и диплом с отличием. Вот с этих отличников и началась церемония. Пока дождалась своей очереди, чуть не заснула.

— Аданита Штар, — произнес с трибуны ректор, и я рванула в его направлении, улыбаясь до ушей.

— Поздравляю, Аданита, — сказал ректор, пожимая мне руку и протягивая диплом.

— Спасибо господин Шторф! — просияла я в ответ.

Сойдя со сцены, я подошла к своим родным, и мы вместе стали ждать окончания церемонии. И вот теперь время полетело с бешеной скоростью. Я даже не запомнила, как окончилось вручение, да и банкет пролетел, как одно мгновение, потому что в ожидании танцев есть особо и не хотелось. Если что, потом будет стол с закусками, вот и перекушу.

Все! Дождалась! Танцы!

Первый танец пришлось танцевать с отчимом. Он был так горд и так задирал нос, что мне было просто смешно и так хотелось пройтись по ногам, еле себя сдержала. Потом меня стали приглашать одногруппники, и понеслось… И вот, когда я была полностью расслаблена и неимоверно счастлива, возле моего уха отчетливо произнесли:

— Хай, чувиха…

Я застыла изваянием, а передо мной нарисовался, кто бы мог подумать, Кейн Кросс…

— А тебя не узнать, — продолжил он, — И куда делась та чумовая неформалка?

Издевается, подумала я, а глянув в его глаза, поняла — точно издевается.

— Простите. Вы меня, наверное, с кем-то перепутали? — решила пойти в несознанку я.

— Ага, как же, перепутал, — улыбался парень и так сочувственно закивал мне, мол ври, ври деточка, а я постараюсь сделать вид что поверил. — Побольше ври, лапуля, — продолжил он, — и возможно я поверю. — Но вот только за дипломом ты выходила, а вызывали Аданиту Штар, — и щелкнул меня по носу…

— Ты здесь один, или с кем? — спросила я, видя, что притворятся бесполезно, и почему-то начала нервно оглядывать зал.

— Или с кем… — прикалывался надомной парень, а увидев вопросительный взгляд, сжалился и сказал. — Мы тут всем семейством. А вот, кстати, и они, пришли поздороваться с твоей маменькой, — а это уже прошептал на ухо и развернулся, вместе со мной в их сторону.

Черт, черт, черт… И чего их принесло? Не сидится некоторым дома. Но увидев удивленные взгляды, направленные в мою сторону, улыбнулась и сказала.

— Здравствуйте.

Три пары глаз рассматривали меня с удивлением и недоверием, и я могла их понять. Мне стало так стыдно, что я опустила глаза и не знала куда деться. Выручил меня Кейн.

— Пойдем, потанцуем, — сказал он и протянул мне руку.

Я ухватилась за нее как за спасительный якорь и рванула на танцпол, протащив парня на буксире за собой.

— Полегче, — ухохатывался он, — это я вообще-то должен тебя тянуть, а не ты меня, я же пригласил.

— Да мне все равно, ты или я, — возразила ему, — лишь бы подальше от твоих родственничков.

— Ты их так боишься? — задал он вопрос, тут же становясь серьезным, и увидев, как я покраснела, с улыбкой выдал. — Да тебе стыдно!

— Да, — психанула я. — Мне стыдно. Надеюсь, пока мы танцуем, они отойдут и забудут о моем существовании.

— Я бы на твоем месте на это не рассчитывал, — произнес он, глядя куда то поверх моей головы. — Мой братик сделал на тебя стойку, как только ты вышла за дипломом, и все это время не выпускал из виду, что для него не свойственно, — задумчиво произнес он.

Я в недоумении уставилась на Кейна, но этот паразит только мне загадочно улыбался и томно вздыхал. Когда закончился танец, он проводил меня к матери, рядом с которой стояла вся его семейка и мило болтала.

— Нита, деточка, а куда тебя распределили после академии? — задал мне вопрос Эдвард Кросс.

— Я не знаю. Произошла какая-то путаница с моими бумагами и мне сказали, что сообщат и пришлют документы только в понедельник, — ответила я ему. А он посмотрел на сына и ухмыльнулся. И тут как назло зазвучал вальс.

— Разрешите? — протянул мне руку Алексиас Кросс. Мне было неудобно отказаться и пришлось ее принять.

Мы вышли на танцпол, и он, положив свою руку на талию, повел меня в танце.

— Нита, я удивлен, — произнес он. — Такие радикальные перемены, и за такое короткое время. Я, признаться, поначалу вас и не узнал. Та разряженная кукла, которая была на обеде и то, что я вижу сейчас, — совершенно разные люди, — продолжил он вкрадчиво. — Что такого могло случиться, что изменило вас таким коренным образом? — задал он вопрос, на который мне нужно было ответить.

— Что… я… ну… — начала мямлить я, не зная, что ему ответить. Но как, оказалось, отвечать, и не пришлось.

— А я знаю что, — прошептал он мне на ухо, прижав вплотную к себе. — Там, на обеде, это ведь было представление, направленное на то, чтобы оттолкнуть мою семью от тебя, — скорее утверждал, чем спрашивал он. — И дай угадаю. Ты так не захотела выходить замуж, что сделала все, абсолютно все, что бы мой отец отказался от клятвы крови и отозвал брачный договор. — и уставился на меня.

— Как вы узн… — шокировано начала шептать я, глядя в его злые глаза.

— Как?! Да никак! — зло продолжил он, сжимая меня в своих объятьях так, что причинял боль. — У меня были только догадки, которые ты только что подтвердила.

Я не знала, что ответить ему и как вести себя дальше.

— Нам нужно поговорить. Наедине. — заявил он, и потащил меня к выходу из зала.

Протащив на буксире меня по лестнице и выведя в сад, он начал в него углубляться. Я попробовала притормозить, но мои попытки были проигнорированы, и мне пришлось почти бежать за ним, чтобы не упасть. Зайдя в беседку, он буквально бросил меня на лавочку и склонился, глядя в мое испуганное лицо. Таких действий по отношению к моей персоне себе ещё никто не позволял, и я была в полнейшем шоке. Отойдя от меня и запустив руки к себе в волосы, портя при этом свою идеальную укладку, он повернулся ко мне и задал один единственный вопрос.

— Почему?

Я молчала, смотрела на него, такого взбешенного, и молчала. Ну, вот как ему объяснить, что я жду большой и светлой любви, такой, какая была у моих родителей. Что я не против самого брака, но только не с незнакомцем и не из-за какой-то там клятвы крови, данной моим отцом. Вот что ему сказать, чтобы он успокоился?

— Молчишь?

— А что мне вам сказать? Какого ответа вы от меня ждете? Что вы хотите услышать? — начала распаляться я, и куда только страх подевался? — Да. Я разыграла вас, и вашу семью. Да. Я сделала это специально. Да. Я хотела, чтобы ваш отец отказался от клятвы и отозвал договор. Да, да, да… — уже кричала я.

А он схватил меня и со злостью прижал одной рукой к стене беседки, а второй взял за подбородок, задрав его вверх и глядя мне в глаза.

— Неужели я тебе так противен, что ты так себя унизила, выставив полной дурой, только чтобы не выходить за меня замуж? — спросил он, пытаясь что-то найти в моих глазах.

— Нет. Я… — попыталась оправдаться я, но он, перебив меня, заорал.

— Нет?! Ну что же, тогда я делаю тебе повторно брачное предложение, — сказал он более спокойно и добил вопросом, — Ты выйдешь за меня замуж?

— Нет, — ответила я, и зажмурила глаза. Подождав немного, и ничего не услышав в ответ, кроме сердитого сопения Алекса, я приоткрыла один глаз, и тут же второй, чтобы увидеть, как он не сводит зачарованного взгляда с моих губ.

— Ты уверена в своем ответе? — спросил он, не отрывая от меня взгляда.

— Да, — прошептала я, уже не так уверенно, как до этого.

— Ну что же… — ответил тихо он и… и…

Поцеловал. И это был не просто поцелуй. Он в жестком захвате сминал мои губы, не давая мне не то что пикнуть, а даже вздохнуть. Одна его рука прижимала меня за талию к его крепкому телу, а вторая зарылась в прическу, надежно фиксируя мою голову. Мне стало не хватать воздуха и я, протестующе замычав, попыталась вдохнуть, чем он и воспользовался. Его язык ворвался ко мне в рот, одновременно лаская и хозяйничая, как у себя дома. И мне вдруг стало так хорошо, что я, сама того не замечая, ответила на поцелуй. Мои руки зарылись в его волосы, вытворяя там что-то невообразимое, и я покрепче прижалась к нему. Наше дыхание смешалось, а языки продолжали свой сумасшедший танец, не выдержав такого напора, я застонала. И этот стон, будто его отрезвил.

Алекс оторвался от моих губ и посмотрел в глаза. Его дыхание было учащенным, а грудь ходила ходуном.

— Я прошу тебя все же подумать и дать завтра свой окончательный ответ. Я приду за ним вечером к вам домой, — сказал он и, выйдя из беседки, скрылся в саду.

А я буквально рухнула на скамейку, так как ноги отказались меня держать.

Я не могла понять своих ощущений. Ведь давно уже не девушка и опыт постельных утех с мужчинами имеется, хоть и не очень большой, но имеется, да и целовалась я много раз. Но этот поцелуй полностью выбил меня из колеи, и я никак не могла прийти в себя. Я сидела и бессмысленно пялилась в темноту сада. Ну и как вот это всё понимать? И чего он так в меня вцепился со своим предложением? Девушек ему, что ли, мало? Допустить мысли о том, что Алексиас в меня влюбился, я не могла даже и близко. Мне казалось всё происходящее нереальным сном, вот, кажется, сейчас закрою глаза, потом открою их, и ничего не было. Блин, не получается. Как только глаза закрываю, так сразу вспоминаю поцелуи, и все чувства обостряются, и хочется ещё. Ещё… Это и вывело меня из ступора, да и гром, который раздался так не к стати, вот если ещё и дождь пойдёт, то это будет полный капец.

Я выскочила из беседки и понеслась к академии. Мне оставалось каких-то метров двадцать, когда хлынул дождь, да не просто дождь — ливень. В зал я влетела уже промокшая насквозь, радовало только то, что я была не одинока, таких мокрых цыплят как я было много. Подойдя к своей семье и, не поднимая на Алекса глаз, смущённо улыбнулась матери. В таком виде о продолжении бала не могло идти и речи, и дружненько попрощавшись с Кроссами, мы всем семейством поехали домой.

— Милая, мне так жаль что ты вымокла и нам пришлось покинуть бал, — с сочувствием сказала мать и взяла меня за руку.

— Ничего страшного мама, ведь он практически подошёл к своему концу, и всё равно нужно было уезжать, — сказала я, сжимая руку матери в ответ.

— Что от тебя хотел Кросс? — тут же влез со своими вопросами отчим. — И где ты так долго с ним пропадала? Вы отсутствовали пятнадцать минут, и он вернулся буквально за пять минут перед твоим приходом, — выразил он своё недовольство.

— Мы беседовали в саду, — ответила я ему.

— Так чего же он хотел? — не унимался отчим. И я решила сказать правду, ведь всё равно узнает.

— Он сделал мне повторное предложение о браке. — тихо ответила я.

— Что!? — воскликнули одновременно Анна с мамой.

— Как повторное? — подпрыгнула на месте Анна и метнула на меня полный неверия взгляд. — Ты что, прикалываешься? Ты же ему уже раз отказала. Что он от тебя ещё хочет? — продолжала она заливать меня вопросами.

— Вот неугомонный, — улыбнулась мать, — его отец был точно таким, и в своё время сделал Сабрине целых три предложения, после третьего она сдалась и согласилась.

— Не будь дурой. Соглашайся, — вставил свои пять копеек отчим.

— Отор… — возмутилась мать. — Как ты можешь так говорить! Ведь тебе прекрасно известно, что Нита хочет стать пилотом!

— Да кто её возьмёт пилотом? — по-хамски фыркнул отчим. — Пусть не дурит, и идёт замуж. Мне надоело её содержать.

Мать возмущённо задохнулась и начала хватать ртом воздух, Анна сидела и молча хлопала глазами, а я надулась как хомяк и уставилась в окно. А за окном шёл дождь, капельки сбегали по стеклу, по улицам уныло брели одинокие промокшие прохожие и мир потерялся в черно серых красках.

Приехав домой, мы пожелали друг другу спокойной ночи и разбрелись по своим комнатам. Впереди у меня два выходных в кругу семьи и неизвестность в распределении. Что же они могли там напутать с документами? Странно как-то.

Зайдя в свою комнату, я сняла мокрое платье, надеюсь, оно не сильно пострадало, и после стирки будет снова выглядеть как новенькое, и поплелась в душ. Странно, я не чувствовала усталости, но сейчас, под струями воды меня неимоверно клонило в сон, и было лишь одно желание — скорее бы в постель. Наспех высушив волосы и надев короткую ночную сорочку, я упала в кровать. И вот черт, ну что за гадство, опять… Стоило мне только закрыть глаза и опять вспомнился поцелуй. Блин, а ведь он ещё припрётся сегодня за ответом. И вот что мне ему сказать? В том, что отвечу «нет», я ни капельки не сомневалась. Да кто он мне такой чтобы я согласилась на брак с совершенно чужим мне человеком, вот просто так, спонтанно решившим, что он может мне указывать. Мне даже отчим не указ, не то, что некоторые. Всё, не хочу больше об этом думать, хочу спать. Я начала уплывать в царство сна, но то ли я слишком много думала перед сном, то ли переволновалась, сон получился какой-то беспокойный, словно урывками, и я всю ночь провертелась с боку на бок. Утром я встала разбитая, злая и с чувством того, что если меня сейчас зацепить — то я и покусать могу. И в таком состоянии я просидела до обеда, практически не выходя из своей комнаты.

* * *

Собравшись всем семейством на обед, что у нас получалось крайне редко, мы сидели и молча ели. Ко мне никто не лез с расспросами, за что я была им благодарна. Подымаясь из-за стола, отчим огорошил меня сообщением.

— Кстати, Нита, по вопросу твоего распределения, — я вся обратилась во внимание и слух. — пришло два предложения на выбор — и замолчал, глядя на меня с издевательской ухмылочкой.

— Какие предложения? — я застыла, так и не донеся ложку с десертом до рта.

— Первое предложение, — начал отчим, — служить вторым пилотом на звездолёте Камея, — и я чуть ли не подпрыгнула от счастья. Сбылась моя заветная мечта. Как долго я к ней шла!

— Второе предложение, — продолжил он, хоть мне уже было и не до него, но я всё равно прислушалась, — должность культуролога-консультанта в посольской миссии, которая через неделю отправится на звездолёте Химера к дальним галактикам. А сейчас мы с тобой пойдём в мой кабинет, и обсудим эти предложения. — заявил отчим и я, окрылённая свалившимся на меня счастьем, полетела вслед за ним.

Войдя в кабинет, отчим указал мне на кресло напротив своего стола и сам уселся в своё. Он смерил меня пристальным оценивающим взглядом и заявил:

— Я думаю бесполезно спрашивать, какое из этих предложений ты выберешь, ведь и так очевидно — что первое. — Больше утверждал, чем спрашивал он.

— А вы сомневались, что я откажусь от должности второго пилота? — удивилась я.

— Я надеялся что ты выберешь второе, но видимо как всегда ошибся. — задумчиво проговорил он. И так мне не понравилась эта задумчивость, ни к чему хорошему, по крайней мере, для меня, она не приведет.

— Да, как всегда, — проговорила я, и между нами повисла тишина.

Мы сидели и смотрели друг на друга. Вот не понимаю, и что мама в нем нашла? Не красавец, среднего роста, коренастая фигура, да и характер — не подарок. И с ним она живет уже пятнадцать лет. А я с ним никогда не ладила, не задалось у нас с первого раза и по сей день никак не наладятся отношения, мы просто терпим друг друга и все. Что-то молчание затянулось, не к добру это, попой чувствую, что будет мне какое-то западло, и попа не ошиблась. Смерив меня ещё раз задумчивым взглядом, отчим спросил.

— Какой ответ ты дашь сегодня Алексиасу Кроссу? — и лицо такое равнодушное, что сразу закрадываются подозрения, особенно если учесть наш разговор в машине этой ночью.

— Я говорила ночью и повторю сейчас, мой ответ — нет, — вскинула голову, и, глядя ему в глаза, произнесла я.

— И его ничто не может изменить? — спросил он, заставив меня насторожиться.

— Нет, — тихо произнесла я.

— А я предлагаю ответить тебе согласием. — улыбаясь, продолжал уговаривать он.

— Вы что, издеваетесь? — чуть не подскочила на месте и уставилась гневным взглядом на него.

— Я не предлагаю, я настаиваю, чтобы ты ответила да, — продолжил он, — а иначе…

— Что иначе?

— Никакого распределения в пилоты тебе не видать. — заявил он и довольно улыбнулся.

— Как это не видать? — взорвалась я, — Предложения пришли на мое имя, мне и решать, какое распределение и куда выбрать, не вам! — я бесилась, глядя на эту улыбающуюся сволочь.

— Ошибаешься деточка, — заявил отчим. — В них черным по белому указано, что требуется мое письменное согласие, так что, тебе со мной лучше дружить, — и победно выгнул бровь.

— И в чем проявляется эта дружба? — осторожно спросила я.

— В согласии на предложение Алексиаса Кросса, — заявил он мне.

— Нет, — уперлась я, и глянула на него исподлобья.

— Ты хорошо подумала? Не пожалеешь? — а в словах столько мёда, что противно становится.

— Хорошо. Не пожалею, — и такую же улыбочку.

— Ну что же, — начал он, — Я хотел по хорошему, но ты не оставила мне выбора. Можешь забыть о карьере пилота и собираться в экспедицию, а я буду счастлив тем, что не увижу тебя целый год, — подытожил он.

— Вы не имеете права! — попыталась возмутиться я. — Вы знаете, как я об этом мечтала!

— Имею! — сказал, как отрезал. — А сбудется твоя мечта или нет, зависит полностью от тебя. Выбирай. Или ты выходишь замуж заКросса и попадаешь в пилоты, или летишь на год с посольской миссией! — выдвинул он мне ультиматум.

Скотина, как же я его ненавижу, вот сейчас бы как прыгнула и разодрала эту улыбающуюся морду! Я еле сдерживала себя и четко понимала, что моя мечта помахала мне хвостиком. Даже если я соглашусь на брак с Кроссом, должность пилота мне не светит. Поэтому собрав все силы в кулак, я улыбнулась и заявила.

— Ну что же, миссия, так миссия. Но не забывайте о том, что через год я вернусь, а там…

— Не пугай меня деточка, и не такие пугали, и как видишь ничего, — заявил счастливо улыбающийся отчим, и протянул документы для подписи. Стиснув зубы, я не глядя что там написано, расписалась, и пошла на выход.

— А я не пугаю, я пока только предупреждаю, — улыбнувшись, заявила я на выходе из кабинета. И вспомнив кое-что, добавила:

— С Кроссом разбирайтесь сами, мне всё равно, что вы ему скажете, — и хлопнула дверью.

* * *

Пролетев в бешенстве по коридору и лестнице, я ворвалась в свою комнату. Хлопнула со всей дури дверью, и, упав на кровать, принялась со всей силы пинать подушки, представляя на их месте ненавистного отчима. Это помогло немного выпустить пар, но злость все равно так и бурлила, требуя выхода. И тут мне позвонили. Схватив ваканар, я с радостным удивлением увидела входящий от моей лучшей подружки Евы, уехавшей месяц назад на курорт.

— Аллё… — весело ответила на входящий и тут же отодвинула вак от уха, услышав радостный писк Евы.

— Ниииииииита! — визжала она в вак, — Я вернулась, я приехала и мне нужно тебе столько рассказать… — начала вещать она похлещи ультразвука.

— Ева, прекрати орать, а лучше приезжай к нам, вот и поговорим, — ответила я ей.

— Нет, нет, нет… Какое домой? Ты диплом получила? Получила! Я вернулась? Вернулась! И это нужно обязательно отметить. Мы идём в клуб и никаких отговорок, — заявила мне подружка.

Мне сейчас, если честно, не хотелось никаких клубов, но подумав, решила согласиться, как раз и пар в танцах выпущу.

— Хорошо, в клуб так в клуб, — ответила я ей. — И на какой клуб пал твой взор в этот раз? — поинтересовалась я.

— Мы с тобой сегодня пойдём в «Парарадайз», и прошу тебя, — заговорщицки продолжила она, — побудь сегодня плохой девочкой, — удивила она своей просьбой.

— Да запросто, у меня как раз соответствующее твоей просьбе настроение, — уже улыбалась я, предвкушая вылазку. Кожа пойдёт?

— Да! — взвизгнула счастливая Ева. — И боевую раскраску, пожалуйста, поярче, я тебя с такими мальчиками познакомлю, закачаешься… — томно задышала в трубку Ева.

— Всё милая, чмоки, чмоки… В девять я заеду за тобой, будь готова. Поверь, ты не пожалеешь, что пошла со мной, проговорила она и отключилась.

Так, время у меня ещё есть, подумала я, глянув на часы, и решила пойти нажаловаться на отчима мамочке. А то, что ему за это перепадёт, я не сомневалась. Мамочка у меня хоть и кажется хрупким и нежным цветочком, но мстить умеет тонко и так, что не подкопаешься. А я буду мстить — и мстя моя будет страшна!

Подходя к дверям гостиной, я услышала мамин голос и ещё один, который показался мне смутно знакомым. Прокравшись и заглянув, обнаружила у нас в гостях Саманту Кросс. Интересно, что ей у нас нужно, вроде вчера только виделись.

— Прошу, Саманта, не обижайся на Ниту за ту выходку на обеде, просто она так выражала свой протест отчиму, — говорила моя мама.

— Знаешь, — сказала гостья, — я не обиделась, сначала я оскорбилась, а потом, посидела, подумала, вспомнила свою ситуацию и поняла девочку. Не известно ещё как бы я повела себя на её месте.

Ну, раз такое дело, то я решила явить себя публике, может ещё чего интересного узнать удастся.

— Здравствуйте, — сказала я, заходя в столовую. — Простите, не знала что у нас гости.

— Здравствуй, Аданита, — ответила гостья, — это я должна извиняться, что пришла без приглашения, а не ты.

— А вы пришли просто так, или с какой-то определённой целью? — решила разведать я обстановку.

— Ну что ты деточка, — заулыбалась она, — я просто пришла поболтать с твоей мамой, мы с ней давние знакомые, только вот из-за занятости моего мужа видимся очень редко.

— Нита, ты ничего не хочешь сказать? — сделала намёк мне мама, и я её поняла.

— Я бы хотела попросить прощения за мою выходку и поведение на обеде, — начала покаянно я, опустив голову, — мне очень стыдно.

— Да, — сказала задумчиво Саманта Кросс. — Я ведь тогда всё приняла за правду, и поведение и образ, и стиль жизни. Как вспомню… — и её действительно передёрнуло.

Я сидела, смотрела на неё, и никак у меня не складывался образ той Саманты, которая была на обеде, и той, которая была здесь и сейчас. Это были совершенно разные женщины. Ту я бы без зазрения совести назвала бы зарвавшейся снобкой, а эта была такая интересная, общительная и улыбчивая женщина, что с ней хотелось общаться и общаться.

— Ну что же Сабрин, как ни жаль, но мне уже пора, — вырвал меня из раздумий голос Саманты. — До встречи, — сказала она и, поцеловав на прощание маму, повернулась ко мне.

— Нита, солнышко, я в свое время сильно потрепала нервы отцу Алекса и заставила его побегать за мной, — сказала она, обращаясь ко мне. — Не будь лёгкой добычей для моего сына, — и, подмигнув мне, направилась к выходу.

Я в полнейшем шоке и с открытым ртом осталась стоять в гостиной и тупо пялиться на дверь, а мама глядя на меня начала смеяться.

— Нита… — хохотала она, — доченька, сделай лицо попроще и присядь, — предложила она, устраиваясь на диване.

— Что тебя так удивило? — спросила она.

— Мам, — сказала я, всё ещё не отойдя от шока, — а это правда была Саманта Кросс, или это её подделка?

— Правда, правда, — продолжила смеяться мама. — Что так впечатлила, что до сих пор не можешь отойти? — спросила мать.

— Да, — ответила я, — как будто две совершенно разные женщины. Прям не вериться.

— А ты поверь, — сказала она, и тут же став серьёзной спросила: — Почему ты вылетела из кабинета отчима с таким видом, будто сейчас возьмёшь топор и начнёшь крушить всё вокруг?

И тут я поняла — пришёл мой звездный час, сейчас этот гад своё получит, и нажаловалась на него маме, ещё в придачу и слезу пустила, и глаза такие несчастные, и губка такая дрожащая, и голосок срывается. Короче, отыграла на славу.

— Пойду, разберусь, — сказала мама и направилась в кабинет. А я так сразу преобразилась, улыбочка хитрющая, глазки зажмурила и стала ждать, развалившись на диване. Долго ждать не пришлось, из кабинета начали раздаваться громкие крики, и через пять минут мама вылетела и гневно хлопнула дверью.

— Прости доченька, — грустно сказала она, присев ко мне на диван, — но он уже отправил ответы, и я не могу ничего сделать, как и ты. Но он ещё своё получит, и поверь, мало ему не покажется! — тут же гневно ответила она и сжала кулаки в бессильной злости. А я, понурив голову, поплелась в свою комнату и стала готовиться к походу в клуб.

* * *

Я был совершенно спокоен, волнение, которое ощущалось после поцелуя, было где-то глубоко внутри, и по моему виду вообще нельзя было сказать, что я как-то реагирую на происходящее. А тогда, в беседке, еле сдержал себя чтобы не продолжить начатое поцелуем, и, собрав все силы в кулак, ушел от Ниты, сделав ей повторное предложение. И на что я только надеялся, получив мгновенный отказ, что подумав до сегодняшнего вечера, она передумает и согласится? Действительно дурак, и что на меня нашло? Я задавал себе этот вопрос снова и снова, и не находил на него ответа, но все равно был уверен что поступил правильно. И вот теперь, стоя у дверей дома Ниты, я ни капельки не сомневался в своих действиях.

Нажав решительно на звонок, подождал, пока мне откроют дверь. Войдя, увидел, что меня встречает сам Отор, а девушки нигде не видно. Проследовав в кабинет и усевшись в кресло, вопросительно уставился на отчима Ниты.

— Понимаете в чём дело, — начал свою речь Отор, — Ните к вечеру стало плохо, и она не сможет с вами поговорить.

— А что с ней? — спросил я, не сводя своего проницательного взгляда с Отора. — Она заболела?

— Нет, — тут же ответил тот. — Просто переутомилась и переволновалась, такое бывает, — поспешил успокоить гостя Отор. — И она попросила меня отказать вам от её имени.

— Значит, отказать? — спокойно спросил я, хотя у меня внутри всё бурлило и кипело. — А причину отказа она озвучила? — я решил не сдаваться, и выяснить хоть что-то.

— Увы и ах, — попробовал отшутиться Отор. — Кто поймёт, что твориться в голове у этих женщин, — угрюмо добавил он, думая о своем наказании и отлучении от тела на неопределенное время. Ну ничего, у него есть та, что и приласкает, и утешит.

— Что же, мне всё ясно, — ответил я, сжимая кулаки, — Пожалуй, я пойду. Нет. Не нужно меня провожать, — сказал это, видя, что Отор собирается встать с кресла. — Я сам прекрасно найду дорогу. Всего доброго.

— Не смею вас задерживать. И всего доброго! — попрощался Отор и облегченно выдохнул, когда гость вышел из кабинета. «Ну, вот и всё», подумал он, проведя рукой по лбу и удивленно вытирая пот.

Я был рад, что не встретил никого в доме. Спокойно выйдя на улицу, сел в свою машину. Окна были тонированы, и никто не мог увидеть, с каким бешенством я несколько раз ударил по рулю и расслабил галстук, показавшийся мне сейчас удавкой.

И тут мой взгляд привлекло движение возле дома. На крыльцо вышла девушка, в которой я не сразу узнал Ниту. Её аппетитная фигурка была затянута в черные кожаные штаны и корсет, облегающие как вторая кожа, и только ярким пятном выделялась алая рубашка, верхние пуговицы которой были расстегнуты, и, судя по образовавшемуся вырезу, давали простор воображению. Её длинные волосы были выпрямлены и забраны в высокий хвост, а макияж был в стиле роковой красотки. Туфли на высоком каблуке визуально удлинял ноги, и делал её стройнее.

Мой взгляд блуждал по аппетитной фигурке, а руки так и чесались потрогать все выпуклости… и не только. Я еле сдерживал себя, чтобы не выскочить из машины и не затянуть в неё Ниту, распластав на заднем сидении. Но тут к дому подъехал кар, и девушка, радостно рассмеявшись, кинулась к нему и запрыгнула на заднее сиденье. Кар тронулся и укатил по направлению к городу.

«Так, значит, приболела! Переутомилась! Переволновалась! Ну, так я тебе покажу, как меня игнорировать» — подумал я в бешенстве и тронулся вслед за такси.

Глава 3

Клуб встретил нас яркой неоновой вывеской и толпой возле входа. Выйдя из такси, я засомневалась в том, что мы сможем пробраться ко входу и попасть внутрь. Но Ева подмигнула мне, и, взяв за руку, решительно потянула к контролю.

— Приветики котик, — сказала она здоровенному бугаю у входа и чмокнула того в щёку. — Мы с подружкой пойдём, оторвемся, — подмигнула она и потянула меня дальше, помахав тому ручкой. А бугай что, бугай улыбался, смотрел нам вслед и тоже махал.

Вот я всегда ей удивлялась. И как она находит и заводит эти нужные знакомства? У меня так не получается. Я вроде бы и общительная и парням нравлюсь, но то, что вытворяет с ними Евка, я проделать не могу.

Войдя в клуб, мы утонули в громкой музыке и криках диджея, призывавшего к чему-то разномастную толпу. Вот только к чему именно он там призывал, я так понять и не смогла. Мы начали протискиваться к бару, где, по словам Евы, нас должны ожидать потрясные парни, с которыми она познакомилась во время отдыха и перелёта, и которые по её словам очень сильно хотят, наконец-то, со мной пообщаться. На мой вопрос, почему наконец-то, она ответила что прожужжала им все уши про свою клеевую подружку, и вот теперь они не успокоятся и не оставят в покое её, пока не увидят меня. И это всё она сообщила мне в такси, пока мы ехали в клуб, с таким воодушевлением и невинным выражением на лице, что я передумала с ней ссориться и даже не думала обижаться, хотя такое положение дел не сильно меня устраивало.

Наконец-то мы добрались до бара, и Евка с радостным визгом бросилась на шею к парню, раскрывшему ей свои объятия. А ничего так парень, высокий брюнет со смуглой кожей и спортивной подтянутой фигурой. Чёрные курчавые волосы доставали до плеч и завивались ухоженными локонами, пухлые губы, гордый римский нос и чёрные, как ночь, глаза, которые с интересом шарили по моей фигуре. «Мачо» — был тут же вынесен вердикт.

— Зая, — заявила Ева надув губки, а я чуть не прыснула со смеха, ага — зая, зайчище такое кучерявое. — Я соскучилась, — продолжала ныть она, и тут вспомнила про меня. — О, я же с подружкой, про которую так много рассказывала, — и взяла под ручку ещё одного парня, стоящего рядом.

— Мальчики знакомьтесь, это Нита, моя самая лучшая и любимая подружка! — весело заявила Ева, подмигивая мне. — А это Крис и мой Марио. — она сразу же обозначила территорию.

— Привет, — ответила я и посмотрела на Криса.

Блондин. Я конечно больше люблю брюнетов, но этот блондин мне понравился. Высокий, стройный, я доставала ему где-то до уха, а была на высоких каблуках. Фигурка — отпад, под майкой проступают такие рельефы, что воображение начинает рисовать непристойные картины. Пробежавшись по фигуре, перешла к лицу. Симпатичный. Не такой брутальный, как мачо — Марио. Решено, буду про себя теперь его так называть. Блин, только бы не перепутать и не сказать наоборот, а то я могу.

Но, так, ничего, он мне понравился. Строгие черты лица, тонкие губы, сейчас растянутые в лёгкой улыбке, такой правильный нос и голубые глаза, с такими искорками смешинок, которые внимательно следили за моим оценивающим взглядом, что я чуть не покраснела, но быстренько передумала это делать и вперила в парня наглый, вызывающий взгляд. Он сразу же начал улыбаться и, пройдясь по мне таким же оценивающе наглым взглядом, подмигнул. Подружимся, поняла я и улыбнулась в ответ. Мы стояли, и как два идиота, улыбались друг другу.

— Ну, тут всё ясно, — заявила улыбающаяся Ева, висящая на Марио, — любовь с первого взгляда! — подколола эта приколистка, и, склонившись к моему уху, прошептала: — Да, Нитка, то, как ты смотришь на Криса, выводит Алекса из игры, бедняжке Кроссу ничего не светит.

Я с недоумением уставилась на неё. Вот блин, теперь от подколок не отделаешься, эта язвочка жизни не даст.

— А с чего ты взяла, что ему должно что-то светить? — спросила её я.

А она с таким понимающим видом посмотрела на меня и закивала, что я и сама задумалась, а что должно светить Алексиасу Кроссу? Вроде бы ничего.

— Ну, знаешь, подружка, — продолжила подкалывать меня Ева. — Ты когда мне о нём рассказывала, у тебя глазки светились и щёчки краснели, а это о чем-то, да говорит. А про описание поцелуя я вообще молчу, — решила полностью смутить меня она и так понимающе посмотрела, что я начала беситься.

Всё, сегодня я напьюсь, оторвусь по полной, и полностью выкину из головы малейшие мысли о противном Кроссе. И вообще, чего это я о нём думаю, когда рядом со мной такой потрясный парень как Крис, явно проявляющий ко мне интерес. Всё, Алексиас Кросс забыт. Надеюсь, что в моей жизни он больше не появится, решила так, и переключилась полностью на Криса. Ох, знать бы мне наперёд, как ошибаюсь, может я много чего и не натворила бы в будущем.

Снова обратив свой взор на парня, заметила, что он всё это время, пока мы с Евой строили свои разборки, с интересом наблюдал за мной. Увидев, что я вновь смотрю на него, он жестом пригласил сесть рядом у барной стойки и поинтересовался:

— Что будешь пить?

— А что-нибудь вкусное и алкогольное, — улыбнулась ему я. — Хочу, чтобы стало хорошо и весело, — и уселась рядом с ним.

Крис о чем-то пошушукался с барменом, и тот с понимающей улыбкой поставил передо мной стаканчик с бирюзовой жидкостью.

— Что это? — спросила я, с подозрением глядя на стакан.

— Коктейль, как вы и заказывали, — ответил мне бармен. — Называется «Улётный».

— А действует так же? — поинтересовалась я, и получила в ответ загадочную улыбку бармена.

— Ну что ж, попробуем, — сказала, делая первый глоток. — Мммм…, вкусненький.

Коктейль был действительно вкусный. С тонким привкусом мяты, клубники и ещё чего-то, никак не могла уловить чего. Но главное, что вкуса алкоголя совсем не чувствовалось, я даже засомневалась что он там есть. Пока сидела и потягивала коктейль, Крис о чём-то успел переговорить с Евой и теперь с ещё большим интересом разглядывал меня.

— Ева сказала, что ты только закончила звездную академию, — начал разговор он. — И если не секрет, куда распределили? — задал вопрос на больную тему. Я поморщилась и, вздохнув, ответила:

— В посольскую миссию на Химеру, — и тяжко вздохнула ещё раз.

— Да! — радостно произнёс парень. — Так я тоже там служу. Я сейчас в отпуске, но через три дня уже выхожу на службу. Тебе у нас понравится, — продолжил восторгаться он. — У нас очень классный капитан, строгий, но справедливый. Но не буду тебя пугать, — улыбнулся он. — Скоро сама всё увидишь и узнаешь.

— Ой, только не начинайте про свой космос и звездолёты! — возмутилась Евка, а Марио согласно закивал. — Пойдёмте лучше танцевать! — сказала она, стягивая меня со стула и таща к площадке с танцующими. А я сильно и не сопротивлялась.

* * *

Влившись в толпу, мы начали танцевать. Настроение сразу же подскочило до небес и все неприятности разом забылись. А почему бы им не забыться, если рядом со мной танцует такой парень как Крис? Мы выплясывали как сумасшедшие и в перерывах, чтобы утолить жажду, бегали к бару выпить по коктейлю.

Ева, совсем захмелев, повисла на Марио, обвившись вокруг него как змея. И как только не шипела на девиц, танцующих рядом? Глядя на их парочку, и мне захотелось попроказничать, тем более что коктейль полностью оправдывал своё название, а выпила я их уже штуки три. Меня всё больше и больше тянуло на шалости.

Я придвинулась ближе к Крису, и, глядя в его глаза, положила ладонь на грудь. Зрачки парня чуть расширились, и он заграбастал меня в свои объятия. Ах, вот значит как! «Ну не буду тебя разочаровывать», — подумала я и начала плавно изгибаться в такт музыке, при этом касаясь всем телом парня. И результат не заставил себя ждать. Крис притянул меня ещё ближе, практически впечатывая в своё тело, и тяжело задышал мне в затылок. Ой! А что это такое в меня упирается и мешает нормально двигаться? Вот блин! Довела парня. Решив дать ему передышку, я начала пробираться сквозь толпу в сторону бара.

Окликнув бармена, заказала ещё «Улетного», удобно устроилась на стуле у стойки бара, и начала оглядываться по сторонам. Но долго находиться в гордом одиночестве мне не дали. Кто-то подкрался сзади, и положил руки мне на бёдра. От неожиданности я подавилась коктейлем и закашлялась. Резко развернувшись назад, увидела довольного произведённым эффектом Криса.

Воспользовавшись моментом, он развел мои ноги и устроился между них, прижав меня к барной стойке. Мы оказались в двусмысленном положении, но, как ни странно, никто не обратил на это внимания. Руки парня поползли вверх с моих бёдер, одна задержалась на талии, а вторая продолжила своё движение, пока не оказалась на шее. Всё это время Крис смотрел мне в глаза. Он прижал меня ещё ближе, хотя куда уж ближе я не знаю, и дал понять чего ему хочется, потёршись об меня бёдрами. То, что парень возбуждён, я знала ещё на танцполе, но прислушавшись к отклику своего тела, поняла, что меня это заводит. Положила руки ему на плечи. Он, простонав, схватил рукой мои волосы и, запрокинув мою голову, провёл языком по шее, приближаясь к губам.

— Детка. Ты даже не представляешь, как я тебя хочу, — выдохнул он мне в губы.

Хм, почему не представляю? Очень даже представляю, если это «представление» так в меня и упирается. Тут и ходить далеко не надо, чтобы понять.

— Да, — простонала я, и закрыла глаза в предвкушении поцелуя. А в том, что он будет, я не сомневалась, и более того, даже хотела его.

* * *

— А ну быстро убрал от неё свои лапы! — услышала я рык возле себя и резко распахнула глаза.

Криса оторвали от меня, и метким ударом в лицо отправили в толпу танцующих. Повернув голову, я увидела Алексиаса Кросса. Ой, мамочки… Таким бешеным я его ещё не видела, а лучше бы и не видела вовсе. Схватив меня за локоть, Алекс дёрнул так, что я со всего маха слетела со стула и врезалась в него.

— Мы уходим! Сейчас же! — не дал он мне и рта открыть, и потянул за собой с такой скоростью, что я на высоких каблуках еле успевала переставлять ноги.

Только и успела повернуть голову, чтобы заметить склонённого над Крисом Марио, и Еву, растерянно смотревшую мне в след.

Протащив через весь клуб и выйдя на улицу, Алекс впихнул меня в машину и с бешенством хлопнул дверцей. Я не поняла — а что это было? Обойдя машину, он уселся в соседнее кресло и повернулся ко мне. Посмотрев ему в лицо, я изваянием замерла на сидении и боялась пошевелиться. Ибо ничего хорошего для себя я там не увидела. Губы плотно сжаты, глаза сощурены, а между бровей залегла тяжёлая складка.

— И как это понимать?! — пошла я в наступление. А что? Наглость — это второе счастье. — Вы мне, между прочим, отдыхать мешаете! — и попыталась открыть дверцу машины, которую тут же заблокировали. Я возмущённо повернулась к Алексу и уставилась на него гневным взглядом.

— Откройте! Меня там ждут друзья! — начала пьяно командовать я. — Вы не имеете никакого права удерживать меня в своей машине! — продолжала возмущаться. — И вообще, меня там Крисик ждёт! И у нас поцелуй должен был быть! А вы всё испортили! Вот! — на последнем дыхании выдала я и умолкла, чтобы отдышаться.

Алексиас во время моего выступления сидел молча, и только скривился, когда я упомянула Криса. А вот когда я завела тему поцелуя — произошёл взрыв.

— Ты, маленькая, неблагодарная др… — сдержал он себя. — Скажи спасибо, что я вырвал тебя из лап этого развратника! — разбушевался Алекс, и продолжил: — А может я зря это сделал, и ты хотела продолжить ваши шалости?

— Да! Хотела! — выкрикнула я, и нагло уставилась на него.

— Ну что ж, — прошипел он, — ты получишь продолжение, но только не здесь, и не с Кристофером, — и завёл машину.

— Что! — ахнула я. — Куда вы меня везёте? — заволновалась, пытаясь хоть что-то рассмотреть через стекло автомобиля.

— За добавкой, — процедил он сквозь зубы, и прибавил ходу.

— За какой добавкой?.. — опешила я, опьянение мешало сосредоточиться и вникнуть в суть происходящего.

Но в ответ была лишь тишина.

Я сидела как на иголках и не могла поверить в происходящее. Машина неслась на бешеной скорости по городу, Алекс так крепко сжимал руль, что костяшки пальцев побелели.

«А он красивый» — пришла ко мне неожиданная мысль. И хотя я видела лишь его профиль, иногда высвечиваемый в темноте фарами встречных машин, всё равно не могла оторвать взгляд.

У меня будто пелена с глаз спала, я сидела и никак не могла налюбоваться мужчиной рядом со мной. Такое чувство, что вижу его впервые. И почему я никогда не обращала внимание на то, какие у него черные шелковистые волосы? Он был пострижен по военному, коротко, это совершенно не портило его образ, а наоборот, очень ему шло. Вот не могла я представить его с длинными волосами, не его это, совершенно.

Даже не заметив, как машина остановилась, я перевела взгляд на лицо, а Алекс как раз повернулся ко мне, и, затаив дыхание, я с жадностью впилась в его черты. Полные, чётко очерченные губы, резкие скулы, с уже пробившейся щетиной и римский нос. Переведя взгляд выше, я натолкнулась на внимательные бирюзовые глаза, пристально смотрящие на меня, и, смутившись, тут же потупилась. Ох. Лучше бы я этого не делала, потому как, перед моим взором предстала его грудь, обтянутая чёрной рубашкой. В вырезе виднелась смуглая кожа, и мой взгляд вновь пополз вверх, прошёлся по шее, и упёрся в губы, которые не давали мне покоя с того самого поцелуя на выпускном балу. Эти воспоминания не привели ни к чему хорошему, так как я, не сводя глаз с его губ, непроизвольно облизала свои и шумно вздохнула.

— Вот чёрт… — ругнулся Алекс, и впился в мой рот жадным поцелуем.

И это был совсем не тот поцелуй, который я помнила. Сейчас мои губы сминали в жёстком, захватническом поцелуе, подавляя волю к сопротивлению и пробуждая желание ответить и покориться мужчине, сидящем рядом со мной. Я даже не заметила, как перебралась на колени к Алексу, и, оседлав его, обвила шею руками. Наши тела льнули друг к другу, и мне хотелось больше, чем просто поцелуй. Простонав в рот Алекса, я игриво прикусила его нижнюю губу, и вступила в игру языков со всей самоотдачей и страстью. Ответ не заставил себя долго ждать. Рыкнув, Алекс дёрнул мой корсет вниз и рванул в стороны полы рубашки, открывая доступ к груди, и тут же властная рука взяла в плен одну из них. Это немного привело меня в чувство, и, всхлипнув, я оторвалась от его губ. Мой пульс зашкаливал, а тело горело как в огне. Затуманенным взором я смотрела на мужчину.

Мой! Пришла шальная мысль. Мой? Удивлённо спросило сердце. Ты что дура? Не видишь кто перед тобой? Включился в процесс разум, и я попыталась высвободиться из рук мужчины. Но это оказалось не так-то просто. Алекс, убрав руку с моей груди, властно сжал бёдра, и поудобнее устроился подо мной. Я снова попыталась выбраться из его захвата, но он вернул меня на место, и, сжав голову руками, завладел ртом в ещё более страстном и глубоком поцелуе. И по моим венам хлынула огненная лава, сосредотачиваясь внизу живота.

— Нет… Пожалуйста… — простонала я на миг оторвавшись от него, иизо всей силы упёрлась руками в его грудь. — Лекс… Прошу… Не надо…

Его глаза оставались закрытыми, он убрал руки с моего тела и позволил соскользнуть на соседнее сидение. Я пристыжено запахнула рубашку на груди и кое-как натянула корсет. Обхватив себя руками, отвернулась к запотевшему окну, и уткнулась в него лбом, пытаясь привести мысли и чувства в порядок. Оправдания своим действиям я не находила. Ну да, я была пьяна, но не настолько же чтобы так себя вести. Да и с кем! С Алексиасом Кроссом! Я хочу домой и забыть всё, что произошло в этой машине, и не вспоминать как страшный сон. «Только бы он ничего не спросил» — молилась про себя я. Но мои молитвы не были услышаны.

— Почему ты не отвечаешь мне взаимностью? — спросил он. — Ведь я вижу, что тебя ко мне тянет. Твои поцелуи и тело отвечают на мои ласки, но ты всё время говоришь мне нет, — горько усмехнувшись, сказал он. — Нита, почему ты отталкиваешь меня? Ведь ты хочешь меня, как и я тебя. Так в чём дело? Почему всегда нет? — начал заводиться Алекс.

Закрыв глаза, я сидела и не могла понять, почему он так упорно меня добивается, и что ему вообще от меня нужно. Повернувшись к нему, и глядя в это злое лицо, я поняла, что от меня ждут ответа.

— А почему я должна сказать тебе да? — спросила я.

— Потому что я уже два раза предлагал стать моей женой! — в бешенстве прорычал он.

— Это ничего не значит! — заявила я, и, заметив, что он собирается возразить, подняла руку, призывая к молчанию, продолжила. — Мы совершенно не знаем друг друга, тем более чтобы вступать в брак. Ты даже не ухаживал за мной, а пришёл как варвар на завоеванную территорию, и считаешь, что все должны беспрекословно подчиниться тебе и делать только то, что захочешь ты! — начала распаляться я. — А я хочу ухаживаний, романтики, узнавать друг друга постепенно, а не становиться женой совершенно чужому мне человеку. Алекс, я не имею ничего против тебя, и не скрою, ты мне очень нравишься и притягиваешь, но не такими методами.

— А если у меня нет на это времени и я хочу всё и сразу! — возразил он. — Что тогда?

— Твои проблемы! — зло бросила я, и, отвернувшись к окну, попросила. — Отвези меня домой. Пожалуйста.

Этот бессмысленный, на мой взгляд, разговор, отнял у меня последние силы, и я почувствовала, как сильно устала и хочу спать. Когда мы подъехали, я попрощалась и пошла в дом, не услышав тихих слов Алекса. Еле доползла до комнаты, смыла макияж, и, завалившись в постель, мгновенно уснула. А приснилась мне: Евочка-змейка, обвивающаяся вокруг Марио-зайки, с такими большими заячьими ушами и пушистым хвостиком сзади. А рядом с ними, как изваяние стоял Крис, и гордо вскинув голову, освещал всё вокруг светом, лившимся из фингала под его левым глазом. «Бред какой» — подумала про все это и окончательно провалилась в темноту без сновидений.

* * *

Подъехав к клубу, я увидел как Нита с какой-то девушкой, видимо подругой, заходит в него.

«Так, если я хочу попасть туда, то нужно переодеться», — пришлось поехать домой. Зайдя в квартиру, решил, что раз они приехали в тот клуб, то задержаться надолго, и у меня есть время. Приняв душ, я поменял свой костюм на более удобные, для такого случая, штаны и надел чёрную рубашку. Глянул на своё отражение в зеркале, и остался доволен. Назад ехал не спеша. Та злость, которая душила меня, пока я следовал за ботом, увозящим Ниту, немного угасла, и моё настроение стало понемногу подниматься.

Я подъехал к зданию с большой неоновой вывеской «Парадайз». «Ну-ну, посмотрим, оправдывает ли оно своё название», — подумал я, и пошёл ко входу.

Пройдя фейс контроль, зашёл в клуб и окунулся в грохот музыки. Постояв немного, и, сориентировавшись в окружающей обстановке, двинулся в сторону бара. И только пройдя несколько метров, краем глаза заметил её. Нита была на танцполе и отплясывала под задорный мотив. Рядом с ней я увидел девушку, с которой она приехала и двух парней. Один из них показался мне знакомым, и, присмотревшись, я узнал в нём пилота своего звездолёта.

Интересно, а как в её компании оказался Кристофер Ламбер? И почему это он её лапает? Начал заводиться я, и как только присмотрелся к ним повнимательнее, всё моё хорошее настроение вылетело в трубу. То, что они начали вытворять с Крисом у барной стойки, вывело меня из себя, и, врезав Крису, схватив Ниту, я вытащил её из клуба и запихнул в машину.

Я так хлопнул дверцей, что она чудом осталась цела, и сел за руль. Повернувшись к перепуганной девчонке, увидел, как её испуг начал переходить в злость. Ещё через миг она окончательно взбесилась и более того, стала предъявлять мне претензии. Я сидел и молча смотрел на неё, слушая гневные высказывания. В моей крови бурлила такая злость, что кажется, поднеси спичку, и будет взрыв. И он не заставил себя долго ждать. Как только она упомянула Криса и несостоявшийся поцелуй, мои глаза заволокла пелена гнева.

«Ах ты, маленькая дрянь!» И как только сдержался, чтобы не обозвать, не знаю. «Я тебе сейчас покажу и поцелуй, и продолжение начатых шалостей, и все прелести отношений мужчины и женщины, но только со мной!», — в бешенстве решил я и завёл машину.

Я решил поехать к себе, но по дороге, видя с какой жадностью она меня рассматривает, съехал на обочину и остановился. Её взгляд, пробежавшись по моему лицу, задержался на губах, и томно вздохнув, она облизала свои. Всё! Я пропал! Я накинулся на неё с поцелуем.

Нита оседлала меня и обвила шею руками. Прикусив мою губу, она даже и близко не представляла, какую бурю эмоций вызовет во мне. «Моя! Вся моя! Не отпущу!»- решил я. До меня не сразу дошло, что она начала сопротивляться, а услышав её просьбу отпустить, не мог поверить в происходящее. Закрыв глаза и опустив руки, я позволил ей перебраться на соседнее сиденье.

Моё тело кричало и молило о продолжении. «Почему? Почему нет? Почему всегда это чёртово нет?» — спрашивал я себя и не мог найти ответа. «Ведь она хочет меня. Её тело отзывалось и трепетало в моих руках. Так почему опять нет?» И я спросил всё, что волновало меня в данный момент. И получил ответ. А потом она устало попросила отвезти её домой, что я и выполнил.

Пока мы ехали, я обдумывал её слова.

Не так уж она, в сущности, неправа, любая девушка хочет романтики, конфетно-букетного периода, и ухаживаний. Вот только дело в том, что на всё это, до сегодняшнего дня, у меня просто не было времени. Но, всё изменилось буквально после обеда. Я с удивлением и какой-то затаённой радостью узнал, что она приняла предложение о распределении в посольскую миссию, и полетит вместе со мной на Химере. У меня появилась надежда на то, что я смогу повернуть ситуацию в свою пользу. Ведь на корабле у неё не будет места, куда она может спрятаться от меня. А у меня впереди целый год, чтобы сделать её своей. Правда есть ещё Кристофер, с которым она сегодня была в клубе, и чуть не поцеловалась, но я не считал его конкурентом.

Когда подъехали к её дому, Нита попрощавшись, вышла из машины и побрела к крыльцу.

— Ну что же, будут тебе и ухаживания, и романтика, и узнавание друг друга, — тихо пообещал я ей в след, но она этого уже не услышала и скрылась за входной дверью.

Вернувшись домой, я принял душ и завалился в кровать.

— Год. Впереди целый год рядом с Нитой, — с улыбкой прошептал себе под нос. — Ну, милая, держись. Я всегда добиваюсь того, чего хочу. А сейчас я хочу тебя, и получу!

Все ещё счастливо улыбаясь своим мыслям, я заснул.

Глава 4

Утром меня разбудил звонок ваканара. Ну и кто звонит в такую рань? Кому не спится? Увидев, что это Ева, я ответила.

— Алло… — сонно пробормотала ей. — Тебе что? Не спиться? Сама не спишь и др… — но она не дала мне продолжить отчитывать её, и прервав спросила:

— Нитка, а мужчина, который ударил Криссика и утащил тебя из клуба, был он?

— Кто он? — не поняла я её вопроса.

— Как кто! — возмутилась Ева — Конечно же, Алексиас Кросс! — не унималась она, и заявила. — Это мог быть только он, и никто иной.

— С чего ты решила, что это он? — решила уточнить я.

— Ну-у-у… — протянула Евка. — Потому что именно таким я его себе и представляла.

«Ничего себе» — подумала я, — «услышала о нём только вчера, а уже представляла она»!

Я начала сердиться и раздражённо поинтересовалась:

— У тебя же есть зайка. Так чего ты другим мужчиной интересуешься?

— Какой зай…, а, ты про Марио? — спросила Ева, и, усмехнувшись, продолжила. — Ну, Марио, это Марио, а вот Алексиас Кросс… — мечтательно протянула она. А я поняла, что начинаю беситься.

— Так, прекращаем этот нелепый разговор, и дай мне наконец-то поспать. Хочешь поболтать, часика через три, милости прошу к себе, — как отрезала я, и разорвала вызов.

Зная Евку, и то, что терпения у неё совсем нет, я полностью вырубила телефон и залезла с головой под подушку. Но, мне совершенно расхотелось спать, и начали одолевать воспоминания о моём поведении в клубе, да и потом, с Алексом. Я с удивлением осознала, что про себя, уже спокойно называю его Алексом, и, покраснев, вспомнила, что в машине, вообще сократила на Лекс. «Всё! Хватит мыслей. А то додумаюсь ещё до того, чего на самом деле нет» — решила я и вылезла из кровати. Доплелась до ванной комнаты и полезла принимать контрастный душ.

Взбодрившись, почувствовала голод, и пошла завтракать. Идя в кухню, с удивлением отметила, что признаки того, что вчера я употребляла алкоголь, полностью отсутствуют. Я чувствовала себя прекрасно, голова не болела, жажды, которая обычно бывает после употребления алкоголя, тоже нет. Вот если бы ещё и воспоминания убрать, да и вообще, клуб и поездку домой, то было бы всё прекрасно. Я уж было начала хандрить и заниматься самоедством, но подумала: «а, где наша не пропадала!» и занялась завтраком.

В кухню вошла мама, чмокнула меня в щёку, и так загадочно на меня посмотрев, спросила:

— Как было в клубе?

— Нормально, — ответила я, и, растянув рот в улыбке, принялась самозабвенно рассказывать. Не всё, конечно, а так, поверхностно.

— Ой, мам, ну ты же знаешь Евку, сначала она повосторгалась своим отдыхом, пожаловалась на условия, описала всех парней, с которыми познакомилась, показала на ваканаре все свои фотки, я еле от неё отбилась. А потом, приехали в клуб, а там музыка, танцы, ну мы и оторвались, по полной. Ой, ну что я тебе буду рассказывать. Как будто ты в своё время на танцы не ходила, — выпалила я и перевела дыхание.

— Я-то, ходила, — подтвердила мать, — но вот так как вы не отдыхала.

— Как, так…? — растерянно спросила я.

Мне в голову сразу же полезли подозрения: «Что ей известно? На что она намекает? А может она видела, кто меня привёз?». Перевела взгляд на мать, и вопросительно уставилась на неё.

— А вы там с Евой были одни, или с мальчиками отрывались? — контрольный выстрел, и я чуть не подавилась кофе. Сделав вид, что мне нужно прокашляться, я судорожно начала соображать, что ответить.

«Ладно, не буду врать» — решила я, и смело посмотрела на мать.

— Может и с мальчиками! — возмущённо начала я, — и вообще, я уже взрослая, а не маленькая девочка, которую нужно опекать! Что это за вопросы?! — продолжила возмущаться я.

А мама, подняла руки в жесте «всё сдаюсь, сдаюсь», и расхохоталась. Она смеялась так задорно, что и я начала подхихикивать. Промокнув рукавом уголки глаз, она посмотрела в сторону входа на кухню, и, махнув рукой, сказала:

— Анна, вноси!

Я недоумённо перевела взгляд на дверь, и увидела Анну, с огромным букетом цветов, открыла рот от удивления и спросила:

— А… это кому…? — и снова посмотрела на мать.

— Как кому? — хмыкнула Анна. — Тебе!

Я снова посмотрела на букет, и счастливо улыбнулась. Это были герберы, мои любимые герберы, которые я так обожаю. Не нужны мне розы или орхидеи, а дайте мне букетик гербер, и я буду счастлива.

Анна подошла ко мне, и сунула в руки букет. Я тут же зарылась в него носом и блаженно вздохнула.

«Кто бы ни был даритель — спасибо. И не просто спасибо, а огромное спасибище!»

— Нит, — вернула в реальность меня сестра, и загадочно улыбнувшись, сказала, — а тут ещё и карточка есть.

Анна протянула мне карточку, и с нетерпением, стала пританцовывать, пытаясь в неё заглянуть.

— Ну, Нит, ну что там написано? — нетерпеливо спросила она.

А я, смотрела на карточку, и не решалась её открыть. Так и не дождавшись никаких действий, Анна выхватила её из моих рук, и, открыв, прочитала:

— Спасибо за прекрасно проведённый вечер, — томно вздохнула она, и протянула мне её назад.

— А от кого? — растерянно спросила я.

— От анонима… — прошептала Анна, и мечтательно закатила глаза.

— От какого анонима? — продолжала тупить я.

— Ну, карточка же не подписана, — как маленькому ребёнку начала объяснять Анна, — значит это аноним.

А я смотрела на неё, и не понимала. Схватив карточку, открыла, и уставилась на текст: «Спасибо за прекрасно проведённый вечер» — гласила надпись, и всё.

— Интересно, от кого же букет? — пробормотала я, не заметив, что сказала это вслух.

— Вот и мне интересно, — сказала мама, глядя мне в глаза, и улыбаясь, — с кем же ты так отрывалась, что с утра такие букеты? И как?

А я спрятала лицо в букет, и не знала, что ответить.

«А что я ей скажу, когда сама не знаю, от кого букет. И как этот кто-то, узнал, какие цветы я люблю».

Сбежав из кухни под предлогом того, что мне нужно поставить цветы в воду, а то они могут завянуть, я поспешила к себе в комнату и принялась размышлять.

«Так, интересно, и кто же мне прислал такой шикарный букет? И откуда узнал, что я люблю герберы?»- думала я, глядя на цветы.

На ум приходило только два варианта: Алекс и Крис.

«Если рассуждать логически, то, скорее всего Крис, он же мог спросить у Евы, каким цветам я отдаю предпочтение. Но ведь это мог быть и Алекс. И пусть спросить ему не у кого, мог просто угадать. А вдруг он решил начать за мной ухаживать?» — Эта догадка меня немного испугала. «Да нет, вряд ли. Если до предложения не начал, то зачем сейчас начинать. Тем более, что я скоро на год улечу с посольской миссией. Хоть отдохну от этой ситуации», — утешала себя, но если быть честной… Я уже даже не пыталась отрицать того, что он мне очень нравится. О влюблённости речи и близко нет, но если бы у нас было время, и мы узнали друг друга получше, то возможно, всё могло бы сложиться иначе.

«Так, прекращаю думать об Алексиасе Кроссе и возвращаюсь к нашим баранам…, тьфу ты… Какие бараны? Это я вообще о чём?» — задумалась я, взъерошив волосы.

«Аааа… О моих любимых цветочках! Ну что ж, продолжим», — решила я и взяла в руки карточку.

Хм, а вот к чему тогда эта благодарность за «прекрасно проведённый вечер»? Если подумать, то прекрасным он был только у Евы с Марио, и то, до того, как Алекс врезал Крису и уволок меня из клуба.

Я улеглась поудобнее, и продолжила свои размышления. «Вот если бы я была на их месте, вообще бы цветы мне не дарила. А зачем? Один из-за меня по физиономии получил, а второму не дал… кхе-кхе-кхе…» Даже подвилась от своих рассуждений. «Ладно, приедет Евка, вот у неё и спрошу. Может она в курсе».

Но долго побыть в одиночестве мне не дали. Дверь распахнулась без стука, и в комнату влетела запыхавшаяся Ева.

— Фух, до тебя пока доберёшься, так все деньги на такси потратишь! — возмутилась она и бесцеремонно плюхнулась на кровать.

— Так ты чего на такси-то летела, ведь есть и общественный транспорт, а у тебя, чтобы добраться ко мне, в запасе было целых три часа. — подколола её я.

Евка взвилась и возмущённо уставилась на меня.

— Ты что, думала, что после того как отключишь мобильник, я от тебя отстану? Не на ту напала! — сказала она и вздёрнула нос.

Ага. Я не думала, даже не надеялась. Наша Евочка только с виду сущий ангелочек: такая стройненькая блондиночка с невинными голубыми глазками. Прям уси-пуси. Но обладала стальным характером и бульдожьей хваткой. Не завидую я тому, кто решится связать с ней свою жизнь. Если что-то будет не по ней, она же его просто слопает, и не подавится. А то, что останется, прикопает, холмик выровняет и сделает вид «что и близко здесь не стояла, и вообще просто мимо проходила» Но было в ней ещё что-то такое, буд-то безумие, проскакивало в её взгляде, и меня от этого бросало в дрожь, и возникал вопрос о её нормальности. Но я старалась на этом не зацикливаться, и воспринимать её такой, кокая она есть.

— Ну? — спросила, Ева, вопросительно глядя на мена.

— Что ну? — пошла в несознанку я, прекрасно зная, что она хочет от меня услышать.

— Как это что? Ты прекрасно знаешь, о чём я! — начала возмущаться она.

— Даже понятия не имею о чём ты? Давай подсказку, — продолжала упорствовать я, улыбаясь.

Я прекрасно видела, что Ева начала беситься ещё больше, и знала, что она от меня не отстанет до тех пор, пока не вытянет всё в мельчайших подробностях. Но так легко и просто сдаваться и выкладывать ей всё на блюдечке с голубой каёмочкой я не собиралась, и поэтому продолжала упорствовать.

— Нииииииита… — протянула Евка и стала с хищной улыбкой подползать ко мне.

Я сделала вид что «ой боюсь, боюсь», и со смехом спрыгнула с кровати. Евка кинулась за мной, и мы начали носиться по комнате как сумасшедшие и весело визжать.

— Стой! — орала Евка, пытаясь поймать меня, — От меня ещё никто не уходил! И ты не уйдёшь! Я сказала, стой зараза!

Но на это я только показала ей язык, и ловко уворачиваясь, начала дразнить:

— Я от бабушки ушла, я от дедушки ушла, я от зайчика ушла, — и мне сразу вспомнился образ Марио-зайки из моего сна, и я расхохоталась ещё больше и добавила: — и от тебя Евочка-припевочка, уйду.

От такой наглости моя подружка немного опешила, а я, воспользовавшись моментом, врезала ей подушкой. В этот самый момент в комнату влетела Анна, и застыла на пороге. Её появление немного меня отвлекло, чем и воспользовалась Ева.

— Ах, значит так! — возмутилась она и бросилась ко мне, и, повалив на кровать, начала щекотать.

Больше всего на свете я боюсь щекотки. Однажды, когда у меня заболела спина, и нужно было ходить на процедуры, которые делают трубочкой Дансер…, Дрансер…. короче какой-то там Валь, я оказалась пятиминутным развлечением всего процедурного кабинета. Сначала мне предложили делать процедуру сидя, но я так извивалась и хихикала, что посмотреть на это сбежались все. Мне предлагали расслабиться, подумать о чём-то другом, но это не помогало. На завтра, предложили делать процедуру лёжа, но всё повторилось снова. Только в этот раз я упиралось головой в подушку, угорала в неё, прикусывала, пытаясь заглушить звуки, и дрыгала ногами. На все остальные процедуры меня уже радостно встречала группа поддержки из медсестёр. Так вот, те ощущения, и то, как меня щекочет Ева, это небо и земля.

Анна, видимо сообразив, чего от меня хочет Евка, решила примкнуть к её лагерю, и, недолго думая, кинулась к ней на помощь.

— Я из тебя всё вытяну! Ты мне всё расскажешь! — пыхтела Евка, продолжая меня щекотать.

— Да, да, да… — вторила ей Анна, помогая измываться надо мной, — ты даже расскажешь то, чего не было, — пригрозила она.

Я смеялась так, что из моих глаз полились слёзы. Не в силах выносить и дальше эти пытки, подняла руки в жесте капитуляции и сквозь смех выдавила:

— Сдаюсь…

— Вот, это другое дело, — пропыхтела Евка и, отпустив меня, повалилась рядом, а с другой стороны улеглась Анна.

— Уууууууу… Противные, сговорились, — попыталась надуться я.

— Не-а, — сказала Анна, — не противные, а настойчивые, и добивающиеся своих целей любыми средствами. Вот!

Мы с Евой дружно повернули головы в сторону Анны и удивлённо уставились на неё.

— И когда это ты научилась так добиваться своих целей? — спросила у неё Ева, и задумчиво добавила: — Ты же ещё совсем малышня.

— А вот и ни какая я не малышня! — обиженно засопела Анна, и заявила. — Мне, между прочим, скоро будет семнадцать лет!

— Вот я и говорю — малышня, — настаивала на своём Ева.

— Так, девочки, не ссорьтесь, — попыталась примирить их я. — Анна, по сравнению с нами ты конечно малышня, но уже достаточна взрослая, чтобы отвечать за свои слова и поступки. И если цель стоит того, чтобы добиваясь её, ты применяла любые методы, то пусть так и будет.

Анна счастливо заулыбалась и бросилась ко мне обниматься, а Ева лишь недовольно фыркнула, и, повернувшись ко мне с хитрющим выражением на лице, спросила:

— Так это был всё-таки он? Да? Алексиас Кросс.

— Да, он, — вздохнув, сдалась я.

— Ну и… — продолжила Ева, а Анна навострила ушки.

Поняв, что отвертеться от разговора не получится, я вздохнула и начала рассказ. Естественно не упоминая поцелуев и своего бесстыдного поведения, сведя всё к тому, что утащил, отругал и доставил домой. Всё это время Анна восторженно охала и ахала, а Ева подозрительно щурила глаза.

— И это всё? — спросила она, как только я закончила рассказывать и посмотрела на меня в упор.

— Всё, — солгала я и даже не покраснела.

Вот не хотелось мне рассказывать про поцелуи и ласки Алекса. Всегда всё ей рассказывала, а сейчас решила, что не буду, и никакими пытками из меня этого не вытянут. И посмотрев на Евку невинными глазами, спросила:

— А что вы делали после того, как Алекс утащил меня?

— Ой, а там потом такое твориться началось, что без ста грамм и не расскажешь, — заулыбалась Ева.

А я, вспомнив, что у меня есть бутылка шампанского и коробка конфет, достала их и метнулась за бокалами. Поставив три бокала, я наполнила их и подала один Анне. Она удивленно посмотрела на меня.

— Аааа… разве мне мож… — начала она, даже не сделав попытки взять бокал в руки.

— Можно, — перебила её я, и, видя немой вопрос в её глазах, пояснила, — я тебе налила немного и лучше ты выпей дома с нами, чем где-то в подворотне и непонятно с кем.

Анна улыбнулась и приняла бокал. Ева уже сидела с шампусиком в руках и нетерпеливо ждала момента, когда же можно приступать к рассказу. А делать она это очень любила, да и рассказчиком была хорошим, не только описывая сами моменты, но и иногда показывая их в действии.

Чёкнувшись, мы отхлебнули из бокалов и с нетерпением уставились на Еву, а она, обведя меня с Анной царственным взглядом, приступила.

— Ну, значит то, что было до того как Алекс врезал Крису и утащил тебя из клуба, нам уже изв…

— Нет! Кто, кого ударил? — удивлённо воскликнула Анна и вопросительно посмотрела на меня.

— Потом расскажу, — пообещала я ей, но она, конечно же, не поверила, но промолчала.

— Ладно, — сказала Ева, — с этим разобрались, поехали дальше.

— Когда Крисик влетел в толпу, то наткнулся на какого-то бугая, который взревел как раненый бык, и с таким же выражением лица повернулся к нам. И только Крис попытался извиниться, как опять получил, только в левый глаз.

Ева глянула на нас, и принялась маленькими глоточками пить шампанское, мы ее, конечно же, поддержали. А у меня ещё успела промелькнуть мысль о том, что мой сон оказался вещим.

— Ну так вот, драка развития не получила и мы пошли с танцпола к барной стойке. У Криса настроение было испорчено окончательно, и он, приложив к глазу лёд, принялся методично напиваться.

— А откуда у него лёд появился? — спросила Анна, прихлебнув из бокала.

— Не тупи, малявка, — фыркнула Ева, — бармен дал, он оказался его знакомым, — и призывно взмахнула уже пустым бокалом, призывая наполнить его шампанским. — Но это ещё не всё, — продолжила Ева, — самое интересное началось потом, — и, загадочно посмотрела на нас — интриганка.

— Так. Раз уж начала, рассказывай всё, а не играй как на сцене в театре. Будешь перед другими выпендриваться, а нам давай всё и в мельчайших подробностях, — отчитала её я, и залпом осушила бокал.

Глянув на Анну, поняла, что ей больше не наливаем. Вон как глазки блестят и глупая улыбка на лице. А Ева продолжила:

— Оказывается, в этот день в клубе праздновали день рождения доченьки владельца. И эта кошка драная, положила глаз на моего Заю. И пока я отвлеклась на Криссика, она начала строить ему глазки. А этот кролик облезлый и поплыл. Стоит весь такой загадочный, улыбается ей в ответ. А я заметила, и с ехидной улыбкой наблюдаю, за этой картиной. И как только Марио просёк, что я всё вижу, он тут же весь подобрался, грудь колесом, плечи расправил, волосы со лба отбросил, ну прям весь мачо такой, только наоборот. А потом бросает на неё такой мученический взгляд, мол: «прости детка, но я занят, а так бы мы с тобой и-го-го, — перевела дыхание Ева и отхлебнула.

— А, может о-го-го? — покраснев, спросила Анна.

— Да нет, с таким жеребцом как Марио, можно только и-го-го, да и то не долго, — вздохнув, ответила ей Ева.

А я снова наполнила бокалы и представила себе этакого кудрявого Зайца, бьющего копытом, и расхохоталась.

— Это ещё цветочки, ягодки были потом, — усмехнулась Ева и продолжила. — Видя, что стрельба глазками прошла впустую, эта пигалица пошла к шесту у бара и начала на нём извиваться. Видела бы ты эту картину! О, как она по нему ползала, как извивалась, прям как червяк на крючке! — заводилась Ева. — И как только раздеваться не начала! А Марио стоит, глазки масляные, рот открыл, и чуть ли слюна на пол не капает. Я ему перед носом пальцами пощёлкала, а он чуть не подпрыгнул, и заявляет: — Прости, о работе задумался. Ну- ну, знаю я его работу. Только хотела устроить ему скандал, как вырубили свет и с криками: «с днём рожденья тебя» и так далее, вынесли огромный шоколадный торт с фейерверками. И водрузили его, прямо на стойку бара. Я как была в руках с апельсиновым соком, так и отскочила, мало ли вымажут ещё, — скривилась она, делая передышку.

Мы с Анной прекрасно знали, что Ева сладкое не любит. Во-первых, им можно вымазаться, а во-вторых: оно портит фигуру, а наша Евочка фигуру берегла, холила и лелеяла. Допив шампанское, Ева продолжила:

— И вот, после того, как этот шоколадный монстр занял своё почётное место, виновница торжества поворачивается к Марио и таким елейным голосочком вопрошает: — Вы мне не поможете? — и протягивает нож. И этот петух жареный, берёт его, и, зажав её лапку в своей, помогает его резать. Ну, ты же знаешь меня? — вопросительно посмотрела на меня Ева, и я кивнула в ответ. — Я такого не потерплю! Если пришёл со мной, то и будь только со мной, а остальные побоку, а если нет, то и вали на все четыре стороны!

Ева тяжело вздохнула и посмотрела на нас. А мы с Анной сидели, раскрыв рты, и ловили каждое слово, в надежде на продолжение. Видя, что мы полностью погрузились в её рассказ, она хитро улыбнулась и продолжила.

— Вот я и решила, что так этого не оставлю. Похлопала Марио по плечу, и когда он повернулся, сделала вид, что меня пихнули, и вылила остатки апельсинового сока на его светлые брюки. Я метила именно в то место, чтобы ни у кого не возникло сомнений, что это не сок, и, конечно же, попала. Надо было видеть моську Марио. Я думала, его паралич хватит, так он орал, а именинница, кинулась протирать платочком причинное место, — выдала Ева и победно улыбнулась.

Представив эту картину, мы покатились со смеху и упали на кровать. Смеялись до колик, до слёз и не могли остановиться. Ева хохотала вместе с нами, видя, что её призывы успокоится, на нас не действуют.

— И это ещё не всё, — проговорила она сквозь смех, мы тут же навострили уши. — Оказывается, что кто-то уронил на пол кусок торта, и когда Марио собрался отчалить в комнату для мальчиков, то поскользнулся, и плюхнулся попой на пол, прямо в торт. Представляешь, шоколадный торт, с красноречивыми разводами на светлых штанах и на таком месте! — расхохоталась она вместе с нами.

У меня уже болели бока от смеха, но успокоиться было не в моих силах. Немного полежав и отдышавшись, Ева продолжила:

— Я бы ещё удержалась и состроила сострадательную мину, если бы не Криссик. Он до этого не обращал на нас никакого внимания, а тут повернулся, и, сфокусировав пьяный взгляд на Марио, поинтересовался: «У тя чё, недержание, до тубзика не добежал?» Марио возмущённо отвернулся от него, а Крис хмыкнул, выгнул бровь и выдал: «Мля, ещё и аба………ся!»

Мы с Анной уже не смеялись, а истерично похрюкивали в подушку и дрыгали ногами.

— Вот тебе смешно, — вспыхнула Ева, — а мне противно было, и обидно. Поэтому я развернулась и пошла на выход. Марио кинулся за мной, что-то причитая и жалуясь, но я уже не обращала на него внимания. Выйдя на улицу, взяла такси, а этот зайчище перемазанный, открыл мне дверь и начал обходить такси, чтобы сесть с другой стороны, но когда таксист увидел его вид, то с воплем: — «Засранцев не возим!», рванул с места.

Всё, уже и хрюкать даже не могли, а только дрыгали ногами и стонали. Я ещё никогда столько не смеялась. Ох, только бы не вылился мне этот смех слезами. Успокоившись, мы втроём лежали на кровати и приходили в себя.

— Короче, я с Марио порвала! — заявила Ева, а мы с Анной удивлённо уставились на неё, и я спросила:

— Почему? Он же тебе так нравился.

— Нравился да разонравился! — заявила она. — Я теперь хочу совершенно другого мужчину.

— Кого? — спросили мы одновременно, а Ева улыбнулась и выдала:

— Алексиаса Кросса!!!

— Что!!! — я чуть слюной не подавилась, так она меня шокировала своим заявлением.

Оно вывело меня из себя и подняло такую бурю эмоций, я просто не знаю, как смогла себя сдержать, чтобы не броситься выцарапывать ей глаза. Я перевела взгляд на Анну, но она вообще сидела в полнейшем ступоре. Посмотрела на Еву, сидящую с мечтательным выражением на лице, и спросила:

— Почему именно он?

— А почему нет? Я так понимаю, что тебе он не нужен? — невинно поинтересовалась Ева. — Или я ошибаюсь?

Я не знала, что ей ответить и как поступить в такой ситуации, и решила схитрить.

— Может, нет, а может да, — пробурчала я.

— Нууу… Ты подруга как собака на сене, и сама не гам, и другому не дам, — посмотрела на меня с укором Ева. — Ты ему уже два раза отказала?

— Отказала, — ответила я.

— И что это значит? — задала вопрос Ева.

— Что? — с недовольным видом буркнула я.

— А то, моя милая подруженька, что ты не хочешь с этим мужчиной иметь ничего общего. Если бы он был тебе нужен, то ты ухватилась бы за него ручками и ножками, и не отпустила ни за какое золото мира. А раз ты этого не сделала, значит, он тебе не нужен. А посему, я забираю его себе, — и потёрла ручки, улыбаясь каким-то своим мыслям.

Я не знала чем ей возразить, и, опустив голову, старалась привести мысли в порядок и хоть что-то ответить. Мне даже стало жаль Алекса, если Евка за него возьмётся всерьёз, то я ему не завидую.

Но от ответа Еве меня спасла мама, войдя к нам в спальню, она посмотрела на нас, улыбнулась и погрозила пальцем.

— Нита, Отор просит тебя зайти к нему в кабинет, — сказала она и, видя моё удивлённое лицо, добавила: — Пришел твой вызов по распределению, и он хочет вручить его лично.

— Ой, ну и мне пора, — засуетилась Ева и, чмокнув нас всех на прощание в щёки, томно добавила. — Пойду готовиться к военным действиям. Ой, блин, уже так поздно, — посмотрев на часы, заторопилась Ева. — А мне нужно ещё так много успеть!

Выскочив за дверь, и, напевая себе под нос, она поскакала по коридору на выход. Как только хлопнула входная дверь, мама повернулась к нам.

— Чего это она? Что за военные действия? — удивлённо спросила она.

— Анна расскажет, — сказала я и пошла в кабинет.

Отор встретил меня как всегда высокомерно, изображая из себя короля, принимающего холопа. Развалившись в кресле за столом, он величественно кивнул мне на кресло напротив своего. И как только ручку не протянул поцеловать?

— Аданита, я рад, что ты приняла предложение полететь в качестве культуролога-консультанта с посольской миссией, — напыщенно начал он свою речь. — Мы с твоей мамой гордимся тобой, особенно я, воспитавший и вырастивший тебя как родную дочь. За что ты мне должна быть очень благодарна, и отплатить хорошим поведением и манерами, а не позорить моё имя своими выходками! — воодушевлённо продолжал он — Я приложил к этому столько сил, и потратил столько денег, что мог бы… бла… бла… бла…

Одно и то же на протяжении стольких лет. Так надоело слушать этот напыщенный бред, который я знала практически наизусть. Но я приняла смиренный вид и кивала. А сама в это время вспоминала зайку, у которого недержание, и представляла отчима на его месте. Ах, как жалко, что мне скоро улетать, а то бы я ему устроила веселье на каком-нибудь приёме, где он как всегда ходил бы как напыщенный индюк. Ну, ничего, я же вернусь через годик, а отчим, я думаю, никуда не денется. Зато у меня будет время всё тщательно продумать и спланировать, ведь всё должно быть сделано так, что бы комар носа не подточил. Я даже и представить себе не могла, что возможность отомстить отчиму мне выпадет в самое ближайшее время, а пока, сидела и делала вид, что я всё понимаю и за всё ему благодарна.

Отчим наконец-то закончил и протянул мне конверт. Вздохнув, взяла его и, не раскрывая, вышла из кабинета.

Придя к себе в комнату, увидела, что мама с Анной никуда не ушли, а сидят и ждут меня.

— Да доченька… — задумчиво протянула мать, — ну у тебя и подружка. И видя, что я не совсем поняла, о чём она, пояснила: — Я говорю о Еве, и её стремлении заграбастать себе Алексиаса Кросса.

Я смутилась, и, покраснев, опустила голову. Так как письмо было ещё в руках, то начала машинально крутить его.

— Так он тебе всё-таки не безразличен? — больше для утверждения спросила она.

— Нет, — почти прошептала я, и покраснела ещё больше.

Мне казалось, что мама сейчас начнёт осуждать. А она подошла, обняла и сказала:

— Так не отдавай его.

— Мам, но ведь он не мой, — смутилась я. — Может он сам захочет быть с Евой, тем более, что я скоро улетаю, а они останутся здесь, — загрустила я.

— Ну, тогда я думаю, что тебя ждёт сюрприз, — загадочно улыбнулась она.

— Какой? — вскинула голову я.

— А ты предписание прочти, — намекнула мама.

Разорвав конверт, я начала читать: «Аданита Штар, двадцать пятого июня две тысячи сто тридцать третьего года вам надлежит явиться к десяти ноль-ноль в Управление Содружества Миров Звёздного флота в Отделение Посольских миссий с данным предписанием. Вы будете обязаны пройти первоначальный инструктаж и получить дальнейшие распоряжения по вашим обязанностям.

Просьба не опаздывать, и явиться вовремя.

С уважением. Куратор миссии. Адмирал Э.Кросс»

Шок! Вот как я себя почувствовала, когда увидела кто куратор миссии. Подняв глаза, и ошарашено посмотрев на мать, не зная, что сказать. Но слов и не понадобилось.

— А этот мальчик упорный. Я что-то такое подозревала, но не знала наверняка. Это предписание только подтвердило мои догадки, — серьёзно проговорила мама. — Саманта говорила о том, что они всей семьёй скоро полетят куда-то с миссией. Но я и не могла предположить, что в эту миссию попадёшь и ты.

Всей семьёй! А это значит, что я буду с Кроссами на одном корабле целый год. Ой мамочки… А с другой стороны, там не будет Евы, и если Алекс будет делать попытки к сближению, то я не буду ему мешать.

Улыбнувшись, я посмотрела на маму с Анной. Мама видимо всё поняла и, не задавая лишних вопросов, подхватила Анну под руку и потащила из моей комнаты.

— Пойдём Анна, уже поздно, а Ните нужно хорошо отдохнуть. Всё-таки у неё завтра первый день на службе, — и закрыла дверь.

Я глянула на часы. Стрелка показывала уже десять вечера, и действительно пора было ложиться спать, тем более что завтра рано вставать. Приготовившись ко сну, я залезла в кровать, обняла подушку, и вспомнила что забыла спросить у Евы не интересовался ли у неё Крис какие цветы я люблю, ну и ладно. Только собралась помечтать, прикрыла на минуточку глаза и не заметила, как уснула. Наверное, это шампанское так подействовало.

Мне снился прекрасный сон: я кружила по залу в шикарном алом платье, под приятную, расслабляющую музыку, а вокруг меня, стояли мужчины в масках и протягивали мне руки. Остановившись, я стала всматриваться в них, и не могла никак выбрать, пока, не увидела ЕГО. Почему-то, я знала, что это именно ОН, тот, кто необходим мне как воздух. Но кто он — мне было неизвестно, а маску мужчина не снимал. Подойдя к нему, я протянула руку, и он шагнул ко мне, и, схватив в объятия, закружил по залу. Мы кружились всё быстрее и быстрее, пока меня не поглотила темнота и спокойствие. «Значит, всё будет хорошо» — подумала я, и, перевернувшись на другой бок, провалилась в сон без сновидений.

* * *

Сегодня у меня был выходной. Хорошо выспавшись, я попивал кофе и лениво щёлкал пультом переключения каналов. Но сенсорная панель не сильно меня интересовала, скорее это было просто от скуки и бездействия, к которому я не привык. То, что можно вот так расслаблено посидеть никуда, не торопясь, и предаться безделью, было для меня дико. Такие дни выпадали редко, и я не знал, чем себя занять, пока не щёлкнул канал, на котором показывали передачу про цветы. Это натолкнуло на мысль, что раз уж вчера я принял решение начать ухаживать за Нитой, то неплохо было бы послать ей букет. Торопливо допив кофе, схватил ключи от машины и выбежал на улицу.

Я никогда ещё не выбирая букет с таким предвкушением и затаённой радостью, как делал это сейчас. Но дело было в том, что я не знал, какие цветы она любит, и не хотел ошибиться и расстроить девушку. Увидев герберы, которые мне почему-то сразу же напомнили о Ните, позвал продавщицу, и заметил, что она с интересом разглядывает меня. Раньше бы мне польстил интерес симпатичной девушки, и возможно я бы даже немного пофлиртовал, но сейчас мне это было безразлично.

— Можно вас?

— Конечно, — сразу же ответила девушка, и подошла.

— Сделайте мне букет из тридцати трёх гербер.

Продавщица удивлённо глянула, но ничего не сказала, а принялась за работу.

— Может, пока букет составляется, вы бы хотели написать к нему карточку с пожеланиями или благодарностью? — предложила она, в тайне завидуя той, кому предназначается букет от такого мужчины.

— Спасибо, с удовольствием, — улыбнулся, и принял протянутую карточку.

Раздумывая, что бы такого написать, я вспомнил начало вчерашней ночи, и ту Ниту, которая была в моих объятиях и страстно отвечала на поцелуи. Улыбка непроизвольно появилась на моих губах, и, счастливо вздохнув, написал: «Спасибо за прекрасно проведенный вечер». Погружённый в свои мысли, даже не услышал грустного вздоха продавщицы.

Когда всё было готово, я чирканул адрес Ниты, и оплатил букет с доставкой. Выйдя из магазина, я и не заметил, с каким восхищением и завистью меня проводили взглядом.

Настроение сразу же подскочило, и я решил съездить к родителям. Они всегда были рады меня видеть, особенно Кейн.

— Есть кто живой? — спросил, приоткрывая дверь.

— Лекс, — выскочил с гостиной брат и став в стойку, принялся наступать на меня.

Это была традиция, заведённая ещё с детства, и я всегда был рад подурачиться с братом. Жаль только не часто такое случалось. Мы в шутку начали мутузить друг друга, пока на шум не выбежала мать.

— А ну- ка быстро прекратите это безобразие! — строго сказала она, но при этом улыбалась.

Кейн от неожиданности замер, и я воспользовавшись моментом, скрутил его и потащил в гостиную. Сгрузив брата на диван, подошёл к матери и поцеловал её в щёку.

— Какими судьбами? — удивлённо спросила она.

— Да… Просто так. Захотелось вас увидеть, — улыбнулся ей.

— А я смотрю у тебя прекрасное настроение. Не скажешь, кто сотворил с тобой такое чудо? Я хочу её отблагодарить, — подтрунивала мать.

— Мама! — возмутился я.

— Что мама, что мама! Что мать не может поинтересоваться? То, что в твоём прекрасном настроении виноват не мужчина — это и ёжикам понятно! — заявила она, и ласково улыбнувшись, поинтересовалась. — Сыночек, кто эта волшебница?

— Как кто! — влез Кейн, и, засмеявшись, выпалил — Магичка Аданита Штар, помагичила над моим братом.

— Я сейчас придушу тебя мелкий, — я запустил в Кейна диванной подушечкой.

Но тот, увернувшись, продолжил:

— У нее, наверное, волшебные уста, которыми она вдохнула в нашего Лекса приятное настроение. А может и ещё чего!

— Мелкий! Я предупреждал! — с рыком бросился на него.

Но Кейн отскочил за мать, и, встав так, чтобы я не смог до него добраться, продолжил издевательства:

— Ах, моя волшебница, подарите мне свой поцелуй хорошего настроения, — проговорил он басом.

— Ах, нет. Что вы. Я не могу, вы же чудовище! — пропищал он.

— Но, я заколдованное чудовище, а ваш поцелуй, вернёт мне мой настоящий облик, и сделает меня самым счастливым. Я больше не буду рычать, а только глупо улыбаться! — пробасил он снова.

— Ах, если это так, то я согласна! — опять пропищал он и состроил такую рожицу, изображая поцелуй, что я не смог удержаться и расхохотался. А Кейн выпятил губы, и начал воспроизводить характерные звуки.

Мама от хохота повалилась на диван, я, махнув на Кейна рукой, приземлился рядом с ней. И тут, в гостиную зашёл отец, и застыл на пороге.

— Что за шум, а драки нет? — весело спросил он.

— А мы папочка, обсуждаем увлечение Лекса некоторыми волшебницами, творящими чудеса, — наябедничал Кейн.

— А, так вы тут Ниточку обсуждаете? — улыбнулся Эдвард, и обратился ко мне. — Сын, пойдём в кабинет, нам нужно серьёзно поговорить.

— Что-то случилось? — я сразу же подобрался.

— Ничего срочного, но не нужно это откладывать в долгий ящик, а лучше решить сейчас, — ответил отец.

Извинившись перед матерью и пригрозив кулаком Кевину, я пошёл в кабинет к отцу.

— Так в чём дело? — спросил, удобно устроившись в кресле.

— Мне пришло прошение от Адама Портана, о включении его в состав посольской миссии, — сказал серьёзно отец и нахмурился.

— Так ему же предлагали, и он отказался? Почему передумал? — удивился я.

— Вот и мне интересно, почему? — задумался отец.

— Может у него появилась причина поменять своё решение? — поинтересовался у отца.

— Скорее всего. Только мне она не понятна. В любом случае, я собираюсь удовлетворить его просьбу, но есть одно но, из-за которого я решил с тобой посоветоваться, — ответил Эдвард

— Какое? — спросил, и замер в ожидании ответа.

— Он просит разрешение взять с собой дочь. Как ты на это смотришь? — вновь спросил Эдвард.

— Честно отец, мне всё равно, возьмёт он с собой дочь или нет. Если он так важен для нашей миссии, то пусть берёт, кого хочет, хоть любимую собачку, — дал добро отцу на любые его действия в этом вопросе.

— Ну, тогда, я отвечу ему согласием, и на этом будем считать вопрос закрытым, — улыбнулся отец.

Поговорив ещё на темы, не касающиеся миссии, и поужинав у родителей, я уехал домой.

Устав за день, а особенно после шуточек Кейна, улёгся в кровать и, закинув руки за голову, уставился в потолок. Мне не спалось. Завтра. Завтра я увижу Ниту снова. Скорее бы это завтра, а потом… Потом сон сморил меня, забрав в свой плен.

Глава 5

Поднялась я утром довольно рано. Волнение, несмотря на то, что сегодня мой первый рабочий день, почему-то отсутствовало. Может, сказался хороший сон, а может то, что я не сама выбрала эту должность, а мне её навязали чуть ли не шантажом. Но ничего не поделаешь, надеюсь, что год в этой миссии пролетит очень быстро, да и сама миссия, о которой я ещё совершенно ничего не знаю, будет интересной и захватывающей.

Позавтракав, и перекинувшись парой слов с Анной, которая спешила на учёбу, я начала собираться в управление. Собрала волосы в строгий пучок и нанесла на лицо не броский макияж. Одела рубашку, строгий брючный костюм, который приготовила ещё со вчерашнего вечера, и посмотрелась в зеркало. Из него на меня смотрела молодая девушка, по виду напоминающая строгую секретаршу, не хватает только очков и папки, а так — один в один. Оставшись вполне довольной своим внешним видом, я взяла предписание, положила его в сумочку, и решительно направилась к выходу.

Времени до назначенного часа, у меня было предостаточно, но я решила не рисковать и взяла кар. Лучше я приеду пораньше, и внимательно всё осмотрю, чем опоздаю, и получу взбучку.

Подъехав к управлению, я вышла из кара и отпустила его, оказавшись перед большое здание в тридцать этажей, построенное из серого гранита. На него в своё время установили очень хитроумную защиту, и было известно, что при угрозе нападения, она срабатывает, и в здание никто не может войти, да и выйти тоже. А на вид здание как здание, как и все, обычное, только на самом верху, выведенная серебряными буквами сверкала вывеска УСМЗФ. Войдя в здание и пройдя контроль, проверивший мою личность, я очутилась в просторном холле. Мне всегда было любопытно, что же внутри этого здания? И вот, я удовлетворила своё любопытство. На всю стену, так чтобы было видно всем входящим, красовалась картина звёздного неба, с нарисованным на нём космическим кораблём и надпись:

«Сквозь космос,

Сквозь космос,

В великий астрал.

Нас манят планеты,

Где ты не бывал.

Нас манят туманности,

Звёзды зовут,

И ты никогда

Не устанешь от пут.

От тех, что накинули

Эти планеты.

Ты помнишь о них,

Не забудешь ты это.

Как там оставались

Друзья и враги.

И громко кричали:

— От сюда беги!

Но мы покоряли

Пространство и время.

В прыжок уходили,

Друзьям своим веря.

И если ты с нами

В мечтах улетал

Тогда улыбнись –

Тебя манит астрал!»

Эта надпись была похожа на какой-то гимн, а может просто стихи, я так и не поняла. В то время когда я ни о чём не думая рассматривала эту картину, на моё плечо неожиданно опустилась чья-то рука, а у самого уха спросили:

— Нравится?

Голос показался смутно знакомым, и, повернувшись, я увидела Кристофера.

— Привет, — сказал он улыбаясь.

— Привет, — улыбнулась в ответ.

— Ну как тебе тут, нравится? — снова поинтересовался он.

— Очень. Я всегда мечтала здесь побывать и вот моя мечта сбылась, — ответила я, снова окидывая взглядом холл.

Я хотела поинтересоваться у него про букет, и не знала, как лучше мне это сделать. Но подумав, решила спросить прямо.

— Кристофер, скажи, а букет вчера, это ты мне прислал?

Парень на минуту задумался о чём-то своём, а потом нагло посмотрел на меня, и кивнул. А я почему-то расстроилась, что цветы были не от Алекса.

— Да, детка, я.

— Спасибо. А какие цветы я люблю, у Евы узнал? — снова спросила я.

— Да, у неё, — улыбался уже во всю Крис, и поинтересовался. — Надеюсь букет тебе понравился?

— Очень. Это мои любимые цветы, — ответила я.

— Не хочешь меня за него поблагодарить? — и в его тоне проскользнули мурлычущие нотки.

У меня возникло чувство, что передо мной стоит такой здоровенный кот, с улыбкой чеширского, из известного мультика, и скорее всего, нагло врёт. Я решила ему подыграть и посмотреть, что же он будет делать дальше.

— Поблагодарить? И в чём должна выражаться моя благодарность? — спросилая с придыханием, коснулась его руки, и, прикусив нижнюю губу, подалась навстречу.

У Криса аж дыхание перехватило. Он оттеснил меня в угол, и, опёршись правой рукой о стену, промурлыкал:

— Нита, ты такая большая девочка, а не знаешь в чём выражается благодарность женщины мужчине? — и, приподняв второй рукой моё лицо, добавил: — Для начала подойдёт и поцелуй.

Моему возмущению не было предела. «Ах ты кот помойный! Ну, я тебе покажу поцелуй!». Прикрыв глаза, и потянувшись к губам парня, я клацнула зубами возле его носа так, что он шарахнулся от неожиданности, недоумённо посмотрев на меня.

— Обойдёшься! — гаркнула я, и направилась к лифтам, гордо подняв голову и повиливая бёдрами.

Внутри меня всё бушевало. Этот… Этот… Котяра плешивый, знает меня всего два дня, а ведёт себя так, что создаётся впечатление, будто мы с ним уже неделю из кровати не вылезаем! Кое-как успокоилась пока ехала на нужный мне этаж.

Зайдя в крыло, где располагалось посольство, я подошла к секретарю и поинтересовалась к кому мне нужно обратиться. Она направила меня в актовый зал, вручила кучу каких-то бумажек, оказавшихся анкетами, и попросила заполнить их прямо сейчас, тем более что времени до собрания у меня ещё много.

Я сидела и добросовестно отвечала на вопросы когда хлопнула входная дверь. Подняв голову, увидела Алексиаса Кросса. Он направился прямиком ко мне, а я растерялась, и не знала, что делать. С одной стороны, очень хотелось подскочить, и убежать, потому что при одном взгляде на него, мне становилось жарко, и сразу же вспоминалось наше безобразие в машине. Но с другой стороны я понимала, что бежать глупо, поэтому заставила себя остаться на месте. Только склонила голову над анкетой, делая вид, что старательно её заполняю, и не обращаю внимания на вошедшего. Подойдя ко мне, Алекс остановился.

— Здравствуй Аданита. Прекрасно выглядишь. — спокойно поздоровался Кросс.

Мне пришлось поднять голову и посмотреть на него.

— И тебе не хворать, — и прикусила язык.

Ну вот почему я не могу вести себя с ним нормально? Вечно меня тянет на непонятно что. Алекс внимательно посмотрел на меня, и, улыбнулся.

— Я надеюсь, герберы тебе понравились? — прищурившись, спросил он.

— Какие герберы? — удивилась я.

— Букет, который я отправил тебе вчера с запиской? — нахмурившись, сказал он.

— Так это ты мне прислал цветы? — продолжала глючить я. — А я думала что…

— Что кто? — жёстко спросил он.

— Уже не важно, — ответила я и пришла в бешенство.

Сейчас я убедилась в том, что Крис мне всё же солгал. Этот кошак блохастый присвоил себе чужой поступок. Ну, он у меня ещё попляшет! Яему покажу. Говорил, что на Химере пилотом служит, так он у меня уже долетался. Я ему ещё устрою.

Алекс смотрел на меня всё это время с лёгким недоумением на лице.

— Прости, задумалась, — сказала я ему и улыбнулась. — Это мои самые любимые цветы. Большое спасибо за букет.

Он улыбнулся мне в ответ и взял за руку. Перевернув её ладонью вверх, он начал пальцем очерчивать все линии, а у меня мурашки по спине побежали. Но долго побыть одним нам не дали. Открылась дверь, и в актовый зал начали входить люди, и, здороваясь с нами, рассаживаться. Когда вошёл отец Алекса, он со вздохом сжал мою ладонь и отпустил.

— Прости, мне нужно идти к отцу. Но я не прощаюсь, — сказал он, и отошёл.

А я удивлённо смотрела ему вслед и не могла понять, «а что это вообще было»?

Когда все заняли свои места и наступила относительная тишина, Эдвард Кросс поднялся, и окинул собравшихся внимательным взглядом.

— Я рад приветствовать вас всех на этом собрании. Хочу сказать спасибо, что вы откликнулись на предложение принять участие в нашем проекте. Не многие знают, в чём он заключается, но, предупреждая ваши вопросы, хочу сказать, что сейчас всё объясню, и пока я буду рассказывать, прошу меня не перебивать и все вопросы задать потом. — Начал говорить он.

Мы активно закивали в полном молчании. Я посмотрела на Кросса, и, достав ручку с блокнотом, приготовилась слушать, и попутно делать себе пометки, если конечно они возникнут. А Эдвард Кросс продолжил, и с первых его слов, в актовом зале установилась гробовая тишина.

— Я надеюсь, что все хотя бы слышали что-то о планете Рустран, которая находится в созвездии Джурдан в отдалённой галактике, которую открыли три года назад. Об этом много говорилось и писалось в прессе. Но не всем известно, что жители этой планеты вышли с нами на связь всего один раз, чтобы отказаться от какого-либо контакта вообще, и даже не позволили войти в атмосферу планеты. Насколько нам стало понятно, это враждебно настроенная раса, которая не подпускает никого к себе на близкое расстояние и нехотя идёт на контакт. При попытке проникнуть на их планету, чтобы узнать хоть что-то, звёздный разведчик был полностью уничтожен, — после его слов по залу прокатился взволнованный ропот и Эдвард Кросс поспешил успокоить собравшихся. — Не беспокойтесь, никто не пострадал, так как это был беспилотник. Больше попыток проникновения мы сделать не пытались, чтобы не вызывать большей агрессии, и в итоге, были вынуждены покинуть тот сектор.

Эдвард Кросс перевёл дыхание, и налив в стакан воды, выпил её.

— До недавнего времени от рустранцев не было ничего слышно, мы думали, что так и не войдём с ними в контакт, чтобы посетить планету. Но, два месяца назад, от них пришло приглашение, о приёме посольской миссии от нашего содружества. Они сами, первые, предлагают нам посетить их планету, для налаживания дружеских контактов, и вступления в Содружество миров Звёздного флота, — он снова перевёл дыхание, и, поднявшись, начал идти вдоль стола, продолжая говорить. — Для нас это стало полнейшей неожиданностью, тем более, если вспомнить их приём три года назад. Но вы сами прекрасно понимаете, что упустить такой шанс мы не можем. Ведь планета и коренные жители совершенно не изучены и вызывают глубокий интерес у правительства Содружества. Поэтому и была создана посольская миссия, в которую вошли лучшие из лучших. Позже, я всех представлю, да и вы сами перезнакомитесь в процессе полёта.

Он глубоко вздохнул, и задумчиво продолжил:

— Если кто-то хочет отказаться от этой мисси и выйти из состава посольства, прошу сказать об этом сразу, а не тянуть до последнего. Не бойтесь, ваш отказ ни коим образом не повлияет ни на вашу дальнейшую карьеру, ни на положение в обществе. Силой мы заставлять никого не будем. Если кто-то откажется, то на его место не трудно будет найти другого специалиста. Поэтому, ещё раз прошу долго не думать, а сообщить о своём решении как можно быстрее, так как миссия отправляется в полёт через неделю. А сейчас я готов выслушать ваши вопросы и ответить на них, — закончил он и посмотрел на нас.

Ой, что тут началось: все начали кричать, перебивать друг друга и спорить, кто спросит первым. А я сидела, как мешком пришибленная, и пыталась переварить услышанное. Почему именно мне выпало учувствовать в этой почётной миссии? Чем же я так хороша, что попала в их состав? Я ведь не специалист, а так, выпускница, только окончившая учебное заведение, и вот вам, сразу посольская миссия. А Кросс старший, видя, что так ни до чего хорошего не дойдёт, поднял руки, призывая всех к тишине.

— Прошу вас успокоиться. Думаю, мы поступим иначе. Я вижу, что вам всем не терпится узнать то, что его волнует больше всего. Предлагаю сделать так: я начну представлять каждого по порядку и если у него есть вопросы, он задаёт, я отвечаю и так далее. Возможно в процессе, те вопросы, которые возникли у вас, будут уже освещены и не придется повторять их дважды. Так мы сэкономим время, а заодно и познакомимся. Все согласны? — спросил Эдвард Кросс.

Все закивали, и мужчина еле заметно кивнул.

— Первый посол — Пол Никс. Прекрасный человек и мой друг, очень тонкий политик и мастер своего дела. Пол уже в курсе текущей ситуации с экспедицией, и думаю, вопросов у него нет, — начал представлять членов посольства он.

Никс поднялся, и, кивнув всем, улыбнулся. Это был интересный мужчина, лет пятидесяти, может немного больше. Высокий рост и стройная фигура, облачённая в строгий костюм стального цвета и белую водолазку, наводили на мысль, что он явно частый посетитель тренажёрного зала. Строгие черты лица и проницательные серые глаза выдавали в нём человека умного и проницательного. Скорее всего, он очень интересный собеседник, тем более при такой должности.

— Ты прав Эдвард, вопросов у меня нет, — сказал Никс, и уселся назад в кресло, а Кросс продолжил.

— Со вторым послом мы познакомимся попозже, он сегодня не смог присутствовать. Поэтому, помощница первого посла — Мария Эллар. Милая, скромная девушка, и, со слов посла, очень исполнительная и ответственная, — отрекомендовал он покрасневшую девушку лет двадцати пяти. — Мария у вас есть вопросы?

Мария поднялась, скромно поздоровалась и, пискнув, что вопросов у неё нет, быстренько села на место. Я почему-то представляла себе помощницу посла совсем иной, а не такой серой мышкой. Девушка была стройная блондиночка, не высокого роста, и, как я поняла по её поведению, очень скромная.

— Военный эксперт нашей миссии и куратор по безопасности полковник Тиций Карт, — представил Кросс мужчину в военной форме.

Полковник поднялся со своего места, и я непроизвольно подняла голову. Это был мужчина лет сорока, очень высокий, ростом примерно метра два, я не удивлюсь, если и больше, широкие плечи, узкие бёдра, на голове ёжик чёрных волос и чёткие черты лица. Но на него было приятно смотреть, и сразу же на ум пришли слова песни: «А я люблю военных, красивых, здоровенных». Скорее всего, писали про него. Поздоровавшись, он обвёл всех присутствующих таким взглядом, что лично мне захотелось встать по стройке смирно и тут же отдать честь.

— Нет, мне всё ясно. Я надеюсь, что все пройдут инструктаж и будут соблюдать технику безопасности, — сказал, как отрезал он, и сел на место.

— Далее у нас Николас Зарк — заместитель полковника Карта и эксперт по боевому оружию, — поднялся ещё один военный.

Он был тоже высокий, но не такой как полковник. На вид я бы дала ему лет тридцать, фигура спортивная, черты лица не приметные, одним словом, обычный. Но когда он улыбнулся, то совсем преобразился, и казалось что после полковника-тучи, к нам заглянуло солнце. С таким человеком, скорее всего, весело и интересно было бы побывать в одной компании. Не переставая улыбаться, он произнёс:

— Очень приятно, можете звать меня Ником. Я рад, что полечу в эту экспедицию, и рад знакомству со всеми вами. Вопрос у меня только один. Нужно ли будет обучать всех владению оружием, и каким? — и присев обратно, он вопросительно посмотрел на Эдварда Кросса.

— Да, Николас. Я хочу, чтобы все, кто будет участвовать в миссии, научились владеть оружием, хотя бы лёгкими бластерами. Неизвестно, какая ситуация может сложиться, а такое умение может пригодиться всегда, а иногда и спасти чью-то жизнь. Но я надеюсь, что всё будет хорошо, и никакие неприятные сюрпризы нас не ожидают, — ответил ему Кросс, и, внимательно осмотрев собравшихся, добавил: — Надеюсь, ни у кого нет предрассудков насчёт владения оружием и все согласны учиться, тем более что лететь нам месяц, или чуть больше, и в дороге нужно будет чем-то себя занять.

Все дружно закивали, и тут очередь дошла до моей соседки, а значит, следующей буду я.

— Наш эксперт по культуре и изучению других рас — Эллаиза Мэлоу, — представил он мою соседку.

Я повнимательнее пригляделась к женщине. На вид, приятная леди в возрасте, навскидку я дала бы ей лет пятьдесят, пятьдесят пять. Вся такая правильная, невысокого роста, полненькая, с доброй улыбкой и голубыми глазами, в которых светился ум и искорки смешинок. Получается, она моя непосредственная начальница, и скорее всего мы с ней сработаемся, если она конечно не чопорная и сварливая ханжа.

— Эллаиза, у вас есть ко мне вопросы? — поинтересовался Кросс.

— Нет, Эдвард, вопросов нет. И от своей роли в этой миссии я отказываться не собираюсь. Ты же знаешь, я с юности любила всё новое и неизведанное, а тут такая возможность. Только, надеюсь, что ты подобрал мне хорошего и интересного помощника, а не какого-нибудь лентяя или книжного червя, с которым и поговорить будет не о чем? — и, прищурив глаза, посмотрела на Кросса.

— Эллаиза, обижаешь, разве я мог тебя подвести, знакомься, твоя помощница рядом с тобой, — и, взглянув на меня, представил:

— Наш культуролог-консультант — Аданита Штар. Девочка молодая, только окончившая учёбу, но перспективная. А зная тебя Элла, я уверен, ты из неё сделаешь грамотного специалиста, — и посмотрел на меня.

— Здравствуйте. Очень приятно познакомиться, — сказала я, вставая, и опережая вопрос Кросса, добавила. — Вопросов у меня нет, — и тут же плюхнулась обратно.

Я всё время ощущала на себе взгляд Алекса, но упорно не смотрела на него, делая вид, что очень занята знакомством с теми, с кем придётся провести столько времени. Но присаживаясь назад в кресло, всё же украдкой бросила на него взгляд. Он улыбнулся, и подмигнул мне. Ошалев от такого, я по инерции перевела взгляд на Николаса Зарка, и увидела, что он очень серьёзно смотрит на меня. Снова взглянула на Алекса, и заметила, что он почему-то хмурился… И тут рядом со мной послышался сдавленный кашель, подозрительно напоминающий смех. Повернувшись к своей соседке, которая грозила пальцем Алексу, я опешила ещё больше. А она, хитро глянув на меня, прошептала:

— Деточка, не обращайте внимания, мужчины, они такие. Если им кто-то нравится, то готовы дыру прожечь своим взглядом, не думая, что это может не понравиться женщине. Не давайте слабины, а то не заметите, как будите сидеть дома, обвешанная детьми, и ждать его со службы, — и тоже мне подмигнула. А потом сделала вид, что ничего не было, и посмотрела на мою соседку слева.

Эдвард Кросс продолжал дальше представлять присутствующих. Соседка оказалась Камилла Йен, врач вирусолог. Она начала задавать свои вопросы по медицине, потом был хирург Алан Крэйн и другие, но я уже не слишком прислушивалась, главное, что я уже знаю, кто моя начальница, и она мне понравилась. Мои мысли блуждали где-то далеко, пока я краем уха не уловила чей-то возмущённый голос.

— Простите, но я отказываюсь лететь неизвестно куда и непонятно зачем! Это сомнительная миссия, про которую мы совершенно ничего не знаем и во что она выльется, можно только предполагать. Найдите себе другого дурачка, а я умываю руки, — после этого мужчина встал и гордо удалился.

Им оказался историк, доктор наук — Морис Жодэ. Ну и хорошо, что он отказался, мне он сразу не понравился, слишком напыщенно он себя вёл, и смотрел на всех свысока. Лучше бы его заменили кем-то молодым и интересным.

Когда знакомство было закончено и, кажется, все удовлетворили своё любопытство, Эдвард Кросс сделал заявление.

— Уважаемые дамы и господа, я хотел бы пригласить вас, и ваших родных, на званый ужин, посвящённый нашей миссии, который состоится в эту субботу в шесть часов вечера в актовом зале не первом этаже. Приглашения должны прийти к вам завтра, или, в крайнем случае, послезавтра. Прошу всех быть безоговорочно, потому как будет присутствовать президент, и он хочет лично сказать напутственное слово. Если кто-то всё же прийти не сможет, то предупредите об этом заранее, и прошу всех не опаздывать. А теперь всего хорошего и до скорой встречи.

Зал начал потихоньку пустеть. Я видела, что Алекс собирается подойти ко мне, но тут меня аккуратненько взяли под локоток, и увели буквально из-под его носа.

— Пойдём деточка, чайку попьём, познакомимся поближе, — проворковала Эллайза Мэлоу и потянула меня на выход.

Я еле успела отдать заполненные бумаги секретарю, и попрощаться с Эдвардом Кроссом. Протянув меня на буксире до лифта, и спустившись в нём на несколько этажей ниже, она впихнула меня в кабинет и сразу же пошла в наступление.

— Значит так, милочка! Я не знаю, почему на тебя так смотрит Алексиас Кросс, и что у вас с ним, но мальчика в обиду не дам! Только попробуй его обидеть, и жизнь сахаром тебе не покажется! — наступала она на меня, уперев руки в бока.

Я пятилась от наступающей на меня женщины, пока не врезалась во что-то мягкое, и плюхнулась на это что-то попой. Оказалось кресло.

— А ну, быстро выкладывай, что у вас происходит! — нависла она надомной, как инквизитор на допросе.

И я, запинаясь и краснея, выдала почти всё, что у нас с Алексом происходит, упустив щекотливые моменты. И сама не поняла, как у неё это получилось. И куда девался тот божий одуванчик из актового зала? Когда я закончила, она выпрямилась, и, прищурившись, спросила:

— Это всё? Ничего не утаила?

— Всё… — промямлила я.

Эллайза отошла от меня, и я смогла перевести дух, и вытереть пот со лба. Она, задумавшись, уселась за свой стол и, подперев рукой подбородок, начала задумчиво рассматривать меня.

— Вот это Лексика зацепило, что он тебе аж два раза предложение делал, — сказала она, улыбаясь, и продолжила. — В своё время его папашка тоже за Самантой долго бегал, пока она согласилась выйти за него.

— Я слышала, что он делал ей предложения целых три раза, и она дала согласие только в третий, — робко сказала я и, потупившись, попросила: — а вы не расскажите мне эту историю?

— Нет. Попросишь об этом саму Саманту, она тебе в этом не откажет, да и сторонний наблюдатель, вроде меня, не сможет передать тебе всю гамму чувств, что сможет сделать непосредственный участник, — уже во всю улыбалась она. А потом опять подозрительно сощурилась, и спросила: — Так ты точно ничего дурного против Алекса не затеяла?

— Нет, не затеяла. Но, вот моя подружка Ева, решила его заграбастать себе всеми правдами и неправдами. Но, радует одно, что за неделю до отлёта, она вряд ли успеет предпринять что-то действенное, — нажаловалась я.

— Поверь моему опыту деточка, — фыркнула она, — если Алекса замкнуло на тебе, то пусть эта Ева, хоть голая перед ним ложиться, он мимо пройдёт, и даже не оглянётся. И вообще, зови меня Эллой, а я, если ты конечно не против, буду звать тебя Нитой, — предложила она с улыбкой. — И чтобы я не слышала от тебя ни каких вы, я ещё не настолько старая! — добавила она.

— Конечно не против, и раз никаких вы, значит так тому и быть, — согласилась я.

А после мы пили очень вкусный чай с печеньем и болтали. За разговорами не заметила, как начало темнеть, и уже было пора возвращаться домой.

Спустившись в холл, и направляясь к выходу из здания, не удержалась и ещё раз взглянула не картину. Засмотревшись, я налетела на кого-то и, наверное, упала бы, если б сильные руки не подхватили меня и не прижали к горячему телу. Вдохнув такой знакомый, и дурманящий запах, я поняла кто мой спаситель.

— Осторожно, Нит… — выдохнули мне возле уха, и по телу сразу же побежали мурашки.

Так хотелось прижаться к нему в ответ и зарыться лицом в ложбинку между шеей и плечом. Но я сдержалась, и, отстранившись, севшим голосом произнесла:

— Извини, засмотрелась.

— Ты ведь здесь сегодня первый раз? — спросил Алекс и предложил: — Хочешь, устрою тебе экскурсию и всё покажу?

— Нет, Алексиас. Спасибо. Может быть в другой раз. Уже поздно, я очень устала, и хочу домой, — ответила я.

— Тогда, давай я тебя хотя бы подвезу до дома, а то общественным долго добираться, — предложил он.

— Наверное, не стоит. Я лучше на такси, — попыталась отказаться я.

— Но за такси нужно платить, а я бесплатно, — не унимался он, и, сжав мою ладонь в своей потащил на выход.

Я решила не сопротивляться, и потопала следом. Усевшись в машину и пристегнувшись ремнём безопасности, я отвернулась к окну.

Алекс Сел рядом, и заведя машину, тронулся. Мы полетели по городу, сверкающему цветными вывесками и рекламными щитами. И только когда выехали из города, я поняла что уже практически ночь. Алекс молчал. Я тоже сильно не горела желанием вести какие-либо беседы и, сделав вид, что задремала, прикрыла глаза, и не заметила, как действительно уснула.

Сколько я спала — не знаю, но проснулась, будто от толчка. Не совсем понимая, где я, повернула голову и встретилась с нежным взглядом Алексиаса Кросса.

— Прости, я уснула, — прошептала я.

А он, погладив меня по щеке, и пройдясь лёгкими касаниями пальцев по губам, начал склонятся ко мне. Я смотрела как завороженная на его приближающиеся губы, и не знала, как мне быть. С одной стороны, я очень хотела его поцелуев, но с другой, не слишком ли часто мы начали целоваться? Но каких-то действий, чтобы остановить это приближение я так и не сделала. Когда его губы коснулись моих, я прикрыла глаза, и приготовилась к продолжению. Но, он только коснулся их в лёгком поцелуе и отпрянул.

— Уже поздно, а ты очень устала. Так что спокойной ночи, — услышала я, и потрясённо открыла глаза.

Алекс смотрел на меня с интересом и каким-то сожалением, а потом отвернулся, и положил руки на руль.

— Спокойной ночи… — ошарашено произнесла я.

Вышла из машины, и, закрыв дверцу, не оборачиваясь, пошла к дому. И уже взойдя на крыльцо, услышала визг колёс не удержавшись, обернулась. Машина Алекса сорвалась с места на такой скорости, будто за ним кто-то гнался, а я стояла и ещё долго не могла оторвать взгляда от того места, где она только что была.

А дома меня ждал допрос с пристрастием. Поужинав, и сославшись на усталость, я пошла к себе в комнату и, приняв душ, улеглась в постель. Сон сморил меня, стоило только голове коснуться подушки. И мне приснился поцелуй. Такой жаркий, страстный, горячий… Именно такой, как я хотела, и именно с тем мужчиной, с которым я хотела его совершить. Не стоит и говорить, что утром я встала в прекрасном настроении.

* * *

Скоро, скоро я увижу её. Смогу подойти, вдохнуть её дурманящий запах, коснуться. Ты хотела ухаживаний девочка? Ты их получишь. Я буду действовать медленно, и приручать тебя постепенно, но ты всё равно будешь моей. Аданита Кросс — а что, звучит.

Я еле дождался того момента, когда нужно было идти на собрание. Придя пораньше, зашёл в актовый зал и увидел Ниту, она что-то сосредоточенно писала, и я направился прямиком к ней. Поздоровавшись, поинтересовался, понравился ли ей букет, и, узнав, что она подумала, будто это от другого, не на шутку разозлился, но взяв в руку её ладошку, и обводя каждую линию пальцем, хотел, чтобы на месте моего пальца был язык. Я бы провёл им свой след по каждой линии, каждому изгибу, поцеловал бы каждый её пальчик, так, чтобы она застонала от удовольствия. Но не остановился бы на этом, а уложил на стол и прошёлся горячим языком по всем изгибам такого желанного тела. Я бы заставил её стонать, извиваться в моих объятиях и кричать моё имя. Только моё, и ни чьё другое, и я уж точно не ограничился бы только поцелуями. Но нам помешали.

Во время выступления отца я не сводил взгляда с Ниты, но она упорно делала вид, что не видит меня, до тех пор, пока после того как представилась не села обратно в кресло. Вот тогда я снова был замечен, и, улыбнувшись ей, подмигнул. Мне не понравилось, как она посмотрела на Зарка, да и он вёл себя подозрительно. Взяв это на заметку, я продолжил любоваться Нитой, а в это время Элла погрозила мне пальцем, и начала о чём-то говорить с ней. Вот чувствую одним местом, что эта шутница ещё повставляет мне палок в колёса. И как в воду глядел. Когда все начали расходиться, я направился к Ните, но её увела из-под моего носа эта взбалмошная старушенция с командирскими замашками. Но препятствовать им не стал. Я знаю Эллу с самого детства, ведь она кузина моего отца, и мы с родителями были частыми гостями в её доме, до тех пор, пока меня не затянула сначала учёба, а потом и служба.

Я смотрел вслед растерянной Ните и улыбающейся Элле, которая тащила её на буксире к лифту. Видя, что она понравилась Элле, и, зная, что с ней ничего плохого не случится, за исключением только допроса с пристрастием, отправился дальше по своим делам, и ушёл в них с головой.

Я уже собирался выходить из здания, когда увидел идущую через холл Ниту, и остановился её подождать. Она засмотрелась на картину на стене, и ничего не замечая вокруг себя, налетела на меня. Прижал её к себе и вдохнул такой дурманящий запах…Мне не хотелось её отпускать. Я бы стоял так и дальше, сжимая её в своих объятиях, но не здесь. Уговорив отвезти её домой, потащил на улицу и усадил в машину. Мы ехали и молчали, мне совершенно не хотелось о чём-то разговаривать, хватало и ощущения того, что она рядом со мной, и я украдкой поглядывал на неё, чтобы убедиться, что это правда. А она уснула, вот просто взяла, и уснула. Да, видимо вымотал её этот день.

Мы подъехали к её дому, и я, заглушив двигатель, повернулся к Ните. Она спала. А мне представилась картина, что мы не в машине, а у меня дома, в постели, уже раннее утро, а моя девочка спит рядом со мной, после бурно проведённой ночи. И так захотелось, чтобы это было правдой, и что вот сейчас я разбужу её ласками и поцелуями и мы продолжим то, что когда-то начали в этой машине. Но я решил, что лучше начатое закончить в постели, на прохладных шёлковых простынях, чтобы в полной мере ощутить под собой упругость девичьего тела и насладиться им в полной мере. В машине не слишком-то разгуляешься, да и дома нам никто не сможет помешать.

Я с нежностью посмотрел на Ниту, и легко коснулся пальцами её лица, но она проснулась, и резко распахнув глаза, первое время не могла сообразить, где она находится, а потом смутилась. Я очертил пальцами её губы и начал склоняться для поцелуя. Когда мои губы коснулись её, Нита замерла, а потом закрыла глаза, словно дала мне молчаливое согласие на дальнейшие действия. Но я лишь легонько коснулся её губ и, пожелав спокойной ночи, положил руки на руль.

Нита смотрела на меня с таким удивлением и разочарованием, что я уже сто раз пожалел о своём дурацком благородном порыве. Она пожелала спокойной ночи, и, выйдя из машины, пошла в сторону дома. Я костерил себя на чём свет стоит, и готов был кусать локти от того, что так нелепо упустил свой шанс. Нужно было хватать девчонку в объятья и показать, кто здесь хозяин положения, а я повёл себя как сопливый дурак, а не тридцатилетний состоявшийся мужчина.

Глянул ей вслед, и увидел, что она зашла на крыльцо, взялась за ручку двери, и, повернувшись, посмотрела на машину. А я завёл двигатель, и рванул с такой скоростью, что завизжали покрышки. Доехал до дома быстро, но всё ещё не мог успокоится, злясь на себя и своё поведение. Но ничего, в следующий раз я не упущу такого шанса, и не увижу в глазах Ниты разочарование, а только желание.

Сняв нервное напряжение расслабляющим душем, завалился спать. Если она сейчас вызывает во мне такие порывы и желания, то, что же будет на корабле, когда она будет постоянно рядом? На этой мысли я и уснул. А с утра служба затянула с головой так, что мне было не до Ниты, требовалось решить важные вопросы, и проблемы, возникшие с ними. Увидел я её только на званом ужине в субботу.

Глава 6

Почти вся неделя пронеслась в сборах, походах на работу, выполнении указаний Элы и подготовке документов, необходимых для работы в миссии. С Элой у нас сложились прекрасные отношения, можно сказать, что она опекала меня и потихоньку вводила в курс дела. Мама с Анной грустили и вздыхали, но при мне старались этого не показывать. Я же всё видела и понимала. Мама ещё захотела обновить мне гардероб, и мы в обеденный перерыв бегали по магазинам. И только Отор ходил по дому распушив павлиний хвост, и задирал меня своими насмешками. Он прямо весь сиял как золотая монета, когда узнал об ужине и присутствии на нём президента. А у меня перед глазами, когда я смотрела на него, вставала картина, как он лобызает ручку президента и смотрит на него преданным взглядом щенка готового бежать за брошенной палкой. И всё бы было хорошо, но не давал он мне спокойно ужинать, да и завтракать, кстати, тоже. Вскоре он довёл меня до такой степени, что я вся кипела и решила показать ему, где раки зимуют, ещё до отъезда, а не ждать целый год.

Придя к такому решению, стала думать, что же ему такое устроить, чтобы и опозорить, и спесь сбить. Надо нашему павлину выщипать его хвост. Он так кичится своими манерами и положением в обществе, постоянно задевает меня едкими замечаниями по поводу моего несоответствующего, на его взгляд, поведения, что я решила показать его манеры всем. «Значит ты покажешь свои манеры по полной программе!»- зло подумала я. Вспомнив наши студенческие проделки и розыгрыши, купила всё необходимое заранее и стала ждать субботы. Теперь я и сама очень надеялась на то, что президент там всё-таки будет, и в полной мере оценит манеры моего отчима.

И вот она — долгожданная суббота. Зная, что перед отбытием на мероприятие отчим пойдёт в душ, а одежда с бельём как всегда будут лежать на кровати, зашла в его комнату, и приступила к подготовке своей хорошо продуманной мести. Только закончила задуманное, как услышала, что из ванной прекратили доноситься звуки текущей воды. Довольная тем, что успела сделать то, что хотела, я вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь.

В гостиную я вошла с улыбкой, очень счастливого человека, полностью довольного жизнью. Мама посмотрела на меня с нескрываемой подозрительностью.

— Интересно, и чего это ты такая довольная, как кошка, нализавшаяся сметаны?

— Да так, просто весело. — улыбнулась я в ответ.

В гостиную вошёл Отор, осмотрел нас внимательным взглядом и не найдя к чему придраться, вздохнул. А придраться действительно было не к чему. Все нарядные, в вечерних платьях, причёски, макияж, всё, как и положено для такого мероприятия.

— Ну что же, раз все готовы, можем отправляться. — Дал он разрешение и пошёл к дверям.

Мы отправились следом за ним, и, усевшись в такси, которое уже ожидало нас, отправились на званый ужин. Нужно сказать, что такси с водителем, в отличие от кара или бота, могли позволить себе не все, и, передвигаясь на нём, ты показывал, что принадлежишь к привилегированному классу общества. Ехали молча, каждый думал о своём, а я только скрещивала пальцы, чтобы всё прошло по плану.

Актовый зал в управлении встретил нас яркими огнями и гулом голосов. Отор, попав в свою среду обитания, оставил нас одних практически на входе, и неспешно пошёл по кругу, здороваясь со знакомыми и переговариваясь с ними. Я увидела Эллаизу, и только хотела подойти к ней и познакомить её с мамой, тем более, что она меня о ней расспрашивала, как та подошла сама.

— Добрый вечер. Нита, не познакомишь меня со своими родственниками? — улыбнулась она, и, повернувшись к матери, протянула ей руку. — Эллаиза Мэлоу, начальница Аданиты.

— Добрый вечер, — поздоровалась мама, и, пожав руку Эллы, представилась, — Сабрина Штар, мама Ниты.

— А это моя сестра Анна, — указала я на Анну.

— Добрый вечер. — пискнула Анна, и присела в подобии реверанса.

Эллаиза рассмеялась, и, погладив Анну по руке, заметила:

— Девочка, на будущее, приседают только перед особами королевской крови, а так, достаточно простого кивка. — И оглянувшись, поинтересовалась: — А где ваш великий и ужасный?

Мама с Анной устремили на неё непонимающие взгляды, а я улыбнулась.

— Пошёл заводить новые знакомства и связи. — Пошутила я, а Анна с мамой наконец поняли о ком идёт речь.

Вскоре к нам всей семьёй подошли Кроссы. Поздоровавшись, мы начали вести непринуждённую беседу. Я остро ощущала присутствие Алекса рядом со мной. Но, он не делал никаких попыток приблизиться или коснуться, а просто стоял рядом. А мне хотелось, чтобы он подошёл, дотронулся до меня… Хотелось почувствовать тепло его тела и запах, такой особенный, только его. Нам поднесли шампанское, и когда Алекс передавал мне бокал, моё желание исполнилось. Наши пальцы встретились, и, коснувшись друг друга, замерли. Мы стояли, и не замечали никого вокруг, пока рядом, как гром среди ясного неба, не раздалось томное мурлыканье:

— Нита, подружка, не представишь меня собравшимся? — попросила она меня.

Я никак не ожидала увидеть её здесь, и не могла отвести удивлённого взгляда от её наряда. А эта лиса улыбалась во все тридцать два, и не сводила томного взгляда с Алекса. Судя по внешнему виду Евы можно было сделать вывод, что подготовилась она к этой встрече основательно. Красное платье струилось по её фигуре и выгодно подчёркивало все прелести. А прелести, можно сказать, были открыты по максимуму, так как вырез декольте заканчивался практически у пупка. Да и откровенный разрез на юбке платья заканчивался почти у пояса, оголяя всю ногу Евы. Я хлопала глазами и не могла прийти в себя. То, что Ева хищница, мне было известно давно. Но от одной мысли, что объектом своей охоты она выбрала Алексиаса Кросса, меня охватывало бешенство.

Непроизвольно сжав кулаки, я перевела взгляд на Алекса, и застыла, не веря своим глазам. Он рассматривал меня с какой-то загадочной улыбкой, вместо того, чтобы не сводить голодного взгляда с Евы, как большинство молодых людей рядом. «Подруга» тоже обратила внимание на объект своей охоты и такая реакция Алекса ей явно не понравилась. Надув губы, она снова обратилась ко мне:

— Нит, ты что, дар речи потеряла? Что-то я не помню, чтобы такое случалось, — и, стрельнув глазками, представилась сама: — Евангелия Портан.

— Вы дочь Адама Портана? — спросил Эдвард Кросс, и посмотрел на Алекса. Тот лишь нахмурился, но промолчал.

— Да, мой папочка очень рад, что вы не отказали в его маленькой просьбе и просил меня поблагодарить вас от его имени. — улыбалась Ева.

— А я вот уже начал сомневаться в своём решении — задумчиво сказал он, но Ева нагло перебила.

— А правда, что сегодня здесь будет президент? — она изобразила живейший интерес, словно и не слышала слов Кросса.

— Правда-правда, я уже всё уточнил, и с нетерпением жду встречи. — Подошедший к нам Отор не уступал Еве в наглости и не дал развиться разговору. — Ева, как всегда прекрасна. — облобызал он её ручку.

Он поздоровался с Кроссами и Эвой, а потом повернулся назад к Еве. Пройдясь по ней сальным взглядом, упёрся в зону декольте и так там и остался. Но долго созерцать её прелести ему не светило, так как всех пригласили за стол.

Найдя табличку со своим именем, я начала усаживаться и обнаружила, что Ева будет сидеть рядом с Алексом, который был чем-то недоволен. Во время ужина я пыталась как можно реже смотреть в их сторону, но всё равно изредка бросала взгляды. И вот в один такой раз, у меня даже вилка чуть не выпала от той картины, что я увидела. Правая рука Евы и левая Алекса были под столом, она склонилась к нему так, что грудь чуть ли не выпадала из платья, и с таким томным выражением смотрела ему в глаза, что у меня в раз испортился аппетит. Но Алекс видимо сказал ей что-то такое, от чего она с недовольным выражением лица отвернулась от него и, фыркнув, принялась за еду. Алекс бросил взгляд в мою сторону, но я успела отвести глаза и сделать вид, что очень занята десертом. А десерт действительно был вкусным, и от этого моё настроение вновь поползло вверх, я и сама не заметила, как начала улыбаться, предвкушая расправу с отчимом.

Вскоре ужин закончился и явился президент. Он произнёс длинную чопорную речь о том, как гордится всеми добровольцами, отправляющимися в эту миссию. В завершение он пожелал нам удачи. Потом выразил желание лично познакомиться со всеми участниками миссии и их родными, пожать этим храбрецам руку и вручить памятный презент.

Нас выстроили в ряд, и в полнейшей тишине, президент неспешно подошёл к Кроссам, стаявшим первыми, и что-то начал им говорить, а после продвигаться далее. Эдвард Кросс двигался вместе с президентом и представлял ему всех членов миссии. Вскоре он дошёл и до нас.

— Аданита Штар господин президент, она летит с нами в посольской миссии в качестве культуролога-консультанта, — он представил меня первой и продолжил: — её мать Сабрина Штар, сестра Анна Штар и отчим Отор Моран.

— Очень приятно мадмуазель Штар, вам не страшно такой молодой, можно сказать, лететь в неизвестность? — спросил президент.

— Нет, что вы господин президент, неизвестность всегда манит. — скромно ответила я, а он повернулся к маме.

— А вы не боитесь отпускать дочь в такой непростой полёт?

— Я доверяю её в надёжные руки. — Ответила мать и посмотрела на Эдварда Кросса.

Тот незаметно ей кивнул и улыбнулся. Президент уже собирался отойти к милому старичку по соседству как влез Отор.

— Господин президент, — начал он, — я не могу передать словами, как я счастлив личной встрече с… — и не успел договорить, потому, что я нажала на первый активатор.

Пууууууууууууу… раздалось в полнейшей тишине, и добавило: пуууууу, пууууууу… И аж дымок из штанов пошёл.

Тишина, стоявшая в зале до этого, оказалась вовсе и не была тишиной, а так. Вот тот вакуум, который наступил после выступления отчима, он был настоящей тишиной.

Я решила, что этого мало, и незаметно нажала на второй активатор, при этом стараясь сохранить удивлённое выражение лица.

Пуууууууууууууу, пууу, пууу, пууу… и под конец, пффффффффффффф…… И опять дымок.

— Вот это мужик жжёт, — крякнул дедок по соседству.

Его слова были как гром среди ясного неба. Президент хмыкнул и пошёл дальше. Мама с удивлением смотрела на Отора, а мы с Анной еле сдерживали смех, соседи повально подавились воздухом и усердно кашляли, но кое-где, сквозь кашель, прорывались и истерические смешки. Отор стоял ни жив, ни мёртв. На него было жалко смотреть, но он стоически держался и пытался сделать вид, что ничего не произошло. Это ему удавалось ровно до тех пор, пока шутник, в лице дедка, не склонился к нам, и, сделав серьёзное лицо, поинтересовался:

— Он там ж…пу от натуги не порвал? Я бы на его месте проверил, мало ли. — и подмигнув мне, стал на своё место.

Отор тенью метнулся на выход из зала, а мы остались стоять, так как президент шёл мимо нас обратно. Поравнявшись в нами, и встретившись с моим взглядом. Он подмигнул. Потом ещё раз пожелал нам удачной миссии, и попрощавшись со всеми, отбыл.

Как я всё это время сдерживалась, чтобы не расхохотаться во весь голос, сама не знаю. Когда приём подошёл к концу, мы направились на выход, и, так как в нашем такси укатил Отор, вызвали кар. Мы не гордые, можем и на нём домой вернуться. Только он тронулся и начала набирать скорость, мы посмотрели друг на дружку и захохотали так, что слёзы полились.

— Пуууууууууу… — сказала я сквозь смех.

— Пууууу, пуууу… — вторила Анна.

И вот кажется уже всё, насмеялись так, что бока болят, но всё равно, стоит только хихикнуть одной, как начиналось всё сначала. Только подъезжая к дому, мы немного успокоились.

Зайдя и пожелав друг другу спокойной ночи, разошлись по своим комнатам. Я довольная, что всё так гладко получилась, улеглась в кровать и счастливо вздохнув, закрыла глаза. Даже поведение Евы не портило моё настроение в такой момент.

Всё воскресенье я провела вместе с мамой и Анной. Мы абсолютно ничем не занимались, так как все мои вещи уже были собраны, упакованы и отправлены на корабль, осталось только то, что я не брала с собой и то, что надену завтра утром.

Чтобы проводить меня мама взяла на работе выходной и отпросила Анну из школы. Отор ещё со вчерашнего вечера заперся у себя в кабинете, и за весь день так и не показался. Но нам он был и не нужен. За все свои обиды я ему отомстила, и была довольна. Огорчало только одно, что на такой долгий срок расстаюсь с мамой и сестрой, ну ничего, будем держать видеосвязь и общаться по стрейджику. На такой грустной ноте прошёл весь день, и мы разошлись по комнатам.

Уснула я на удивление быстро и мне снились звёзды. Я летала между ними, пропускала их свет сквозь пальцы и была счастлива.

* * *

Я уже не сдерживал себя, а во всю хохотал вместе со своими родными сидя в гостиной их дома.

— Ой, у меня уже всё болит от смеха, — простонала с дивана мать, — но как вспомню выступления Отора, никак не могу успокоиться.

— Да, — хохотнул Кейн, — действительно он зажигал.

И мы снова рассмеялись. Даже отец, каким бы он не был серьёзным, не мог успокоиться. В таком весёлом настроении и разбрелись спать.

Я лёг на кровать, закинул руки за голову и начал вспоминать сегодняшний вечер. Всё так хорошо шло, пока не явилась эта противная Ева, и не принялась меня охмурять. А ведь Ните это совершенно не понравилось, даже хмуриться начала. Мне польстила её реакция, значит не так я ей безразличен, как она хочет показать, но мне не понравилось то, что эта Ева летит с нами в экспедицию. Если она и дальше собирается заигрывать со мной и так откровенно предлагать себя, то её ждёт большой облом. Я не собираюсь ей отвечать взаимностью, а буду просто игнорировать, и уделю всё свое внимание Ните. Ведь я надеюсь вернуться из экспедиции уже не холостяком.

Нита за ужином должна была сидеть возле меня, но кто-то поменял карточки, и рядом оказалась Ева, всячески стараясь привлечь моё внимание. Я даже догадываюсь, кто поменял карточки, но ничего не высказал этой нахалке. Обед превратился в полнейшую пытку, и я с нетерпением ждал, когда же всё это закончится, что бы опять быть рядом с Нитой. А эта противная Ева присосалась ко мне как пиявка и демонстрировала все свои прелести. Я терпел, не обращая на неё внимания до тех пор, пока она не положила руку на мою ногу, и не стала поглаживать, продвигаясь выше. Быстро схватив эту наглую конечность, убрал её со своей ноги и ответил девушке так, чтобы стало понятно, что ей ничего не светит.

— Милочка, вы мне не интересны, а ваши прикосновения неприятны, прошу оставлять свои руки при себе. — холодно сказал я, и с радостью увидел, как недовольно скривилось её личико и она отвернулась. Посмотрев на Ниту, которая увлечённо поедала свой десерт, только понадеялся, что она ничего не видела. Мне не хотелось, чтобы Нита подумала, будто я поощряю действия её подруги.

Когда прибыл президент, и началось знакомство, я скучал до тех пор, пока не произошёл конфуз с Отором. Как успел зажать рот Кейну, собиравшемуся заржать на весь актовый зал, сам не понял. Наверное, реакция, выработанная за столько лет. Да и самому было очень тяжело сдержаться, но я всё-таки устоял, а потом уже дома со всеми нахохотался от души.

Только жаль, что с Нитой больше не пообщался, они уехали почти сразу же после отъезда президента, скорее всего утешать страдальца. Но ничего, через день мы уже будем лететь на корабле, и она будет рядом. С этими мыслями я уснул, даже не представляя насколько близко от меня будет находиться Нита в этом полёте.

Глава 7

Я стояла в зале космопорта и прощалась с родными. Мама смотрела на меня глазами полными слёз и держалась из последних сил, чтобы не разрыдаться при всех. Я была уверена, что дома она даст волю слезам, и не будет сдерживаться. Ведь она знала, что если заплачет сама, то следом не удержусь я и Анна. До этого момента я и не думала, что будет так тяжело.

— Мам, да не расстраивайся ты так, — пыталась успокоить её я, — ты и не заметишь, как пролетит год, и я вернусь.

— Я всё понимаю доченька, — грустно вздохнула она, — но прощаться всегда тяжело.

— Сестричка, обещай, что будешь мне звонить и писать. — Шмыгнула носом Анна.

— Конечно милая. — Пообещала я, обнимая её, и прижимая к себе.

Мама обняла нас. Так молча мы втроём и стояли, пока сзади не послышался знакомый голос.

— Сабрина, ну что вы так убиваетесь, ты же её не на войну отправляешь, да и о твоей просьбе я помню. — Сказала Саманта Кросс.

Мы сразу же повернулись к ней и поздоровались.

— О какой просьбе речь? — спросила подозрительно у мамы, но она виновато опустила глаза и промолчала.

— Твоя мама попросила меня присмотреть за тобой, — ответила Саманта за маму, и приобняла меня за плечи. — Ты будешь жить в нашем семейном блоке, в своей личной комнате.

— Мама, — пискнула я, — но я же уже взрослая, а ты…

— Нита, не обижайся на маму, она хотела как лучше, и мы считаем тебя почти дочерью, — перебила меня Саманта, и продолжила, — да и мне, как и тебе, будет не так одиноко, когда наши мужчины будут заняты своими делами.

— Ниточка, для меня ты всегда будешь маленькой девочкой, которую нужно холить и лелеять. — Грустно сказала мама.

К нам подошёл Эдвард Кросс, он сегодня руководил посадкой на «Химеру», и приобнял маму с Анной.

— Да не переживайте вы так, всё будет хорошо, и я прослежу за тем чтобы Нита выходила на связь с вам почаще, — и чмокнув их в щёки, добавил: — Прощайтесь, нам уже пора, через десять минут отстыковка и старт.

Мы обнялись, и, попрощавшись, направились к посадочным шлюзам корабля. Эдвард Кросс нёс мой багаж, а Саманта взяла под руку, легонько поглаживала её. Уже поднявшись на корабль, перед тем как войти я не выдержала, и обернулась. Мама рыдала на плече Анны, которая сама тихо вытирала слёзы. Мне так захотелось побежать к ним, обнять и никуда не лететь, но Саманта потащила меня за собой, а Эдвард отдал приказ задраивать шлюзы. Оказывается, все уже были на борту, и мы прибыли последними.

Идя к жилому блоку, где мне предстояло жить во время полёта, я с интересом смотрела по сторонам, а Эдвард знакомил меня с расположением отсеков на корабле. Вот мы прошли мимо столовой, тренажёрного зала, чьих-то кают и командного отсека. Я с такой тоской посмотрела туда, где располагались большие приборные панели с множеством кнопок и рычажков, что Эдвард рассмеялся и предложил:

— Нита, ты не хотела бы понаблюдать за стартом с командного отсека, чтобы увидеть всё глазами пилотов?

Я от такого предложения просто понеслась следом за ним, и буквально потащила на буксире Саманту. Она начала посмеиваться.

— Да муж, умеешь ты заинтересовывать. — Весело сказала она.

Мы зашли в жилой блок, он был не очень большим, но показался мне уютным и каким-то родным. Хотя, как он может казаться мне родным, если я здесь впервые? Несколько кресел и такой удобный на вид диван были расположены вдоль одной из стен комнаты, а большая плазма висела на противоположной стене. На полу был постелен мягкий ворсистый ковёр тёплых оттенков кофе с молоком и стоял небольшой журнальный столик. Вот всё это и вызывало у меня чувство комфорта и уюта. На диван так и хотелось плюхнуться с разбега, и почувствовать, как он спружинит.

— Эта наша гостиная, — сказала мне Саманта, — здесь мы любим собираться вечерами и отдыхать всей семьёй. Надеюсь, теперь и ты будешь частым гостем. — Добавила она.

— Надеюсь, — проговорила я озираясь.

— Пойдём, покажу твою каюту. — Она повела меня по направлению к одной из дверей.

И только сейчас, присмотревшись внимательнее, я увидела в дальнем углу неприметную дверь. Оказалось, что за дверью был ещё один коридор, по обе стороны которого располагались четыре двери, находящиеся на равном расстоянии друг от друга.

— Эта наша комната, — начала показывать мне Саманта, — это Алекса, Кейна и твоя. Надеюсь, ты не обижаешься, что твоя оказалась последней?

— Нет, что вы, конечно не обижаюсь. — Улыбнулась я и направилась в свою комнату.

Коридор здесь был такой ширины, чтобы двое человек могли спокойно разойтись, не тесня друг друга. Осмотрев своё жилище на ближайшее время беглым взглядом, бросила вещи и поспешила к Эдварду Кроссу, ожидающему меня в гостиной. Я не хотела опоздать к старту, и мы поспешили в командный отсек, чтобы успеть к отстыковке корабля.

Подойдя к отсеку, я увидела Алекса. Он стоял ко мне спиной и был одет в военную форму, которая ему очень шла. Я замешкалась, не зная как поступить, но тут Алекс повернулся и увидел меня. Видимо, догадавшись, что я сомневаюсь в своих дальнейших действиях, он улыбнулся и молча протянул мне руку.

Я приняла её, и, не спуская с него глаз, зашла в отсек. Алекс, только крепче сжал мои пальчики, и, притянув поближе к себе, скомандовал:

— Мера, минута до старта. — После его команды пошёл обратный отсчёт приятным женским голосом.

Я как завороженная смотрела на мониторы, и мечтала о том, что когда-нибудь и я смогу пилотировать вот такой космический корабль. Отстыковка и старт прошли так мягко, что я даже не почувствовала, и только когда корабль начал набирать скорость, я пришла в себя и поняла что Алекс так и не отпустил моей руки.

Сбоку кто-то хмыкнул, и я повернулась на звук. Неподалёку в кресле пилота вальяжно развалился Крис, а рядом с ним сидело двое мужчин в одинаковой форменной одежде. Он нагло улыбнулся и подмигнул, заметив, что я смотрю на него.

— Здравствуй Нитуля, — заявил он с ухмылкой, — прекрасна, как всегда.

И только я собралась отчитать нахала и вруна по полной программе, почувствовала, как напрягся Алекс.

— Лейтенант Ламбер, что за неуставное поведение? — прошипел он, — Вы хотите заработать трое суток ареста за нарушение устава?

— Никак нет. — ответил Крис подскочив, и вытянувшись по струнке. — Прошу простить, более такого на рабочем месте не повторится.

— Можете садиться и приступать к своим обязанностям.

Он так и не выпустил мои пальцы, и у всех, кто находился на мостике, это вызвало живейший интерес, а мне стало стыдно. Дёрнув руку, и освободившись от его хватки, я начала отходить к выходу и проговорила:

— Простите, пойду, поищу Эллу, вдруг я ей нужна, а она не может меня найти.

— Мера, где сейчас находится госпожа Мэлоу? — задал вопрос Алекс.

— Госпожа Мэлоу находится с госпожой Кросс в гостиной вашего жилого блока. — был дан ответ.

Алекс посмотрел на меня и кивнул, отпуская. Уже поворачиваясь, я заметила взгляд Криса, и было в нём столько наглости и предвкушения чего-то, не совсем понятного мне, что меня передёрнуло, и я поспешила уйти.

Я направилась в наш жилой блок, но, не дойдя, остановилась у большого окна с видом на космос. Как завороженная прилипла к стеклу и не могла оторваться. Так меня и нашёл Кейн Кросс.

— Привет. — поздоровался он, — ты что здесь стоишь одна?

— Привет, — ответила я, — на звёзды любуюсь. А что это разве запрещено?

— Нет. Я тоже люблю так делать, — улыбнулся Кейн, — пойдём, я проведу тебя к месту проживания.

Он галантно предложил мне свою руку, которую я приняла, и мы неспешно пошли по коридору.

— А знаешь волшебница, я очень рад, что ты летишь вместе с нами, и особенно живёшь в одном блоке. — Сказал он с улыбкой.

— Почему волшебница? — Удивилась я.

— Потому что после того, как ты появилась в жизни Алекса, начали твориться чудеса. — Подмигнул мне Кейн с улыбкой, втолкнул в гостиную, и закрыл за мною дверь. Я даже не заметила, как мы дошли.

Прибывая в шоке, я натолкнулась на два очень любопытных взгляда, и, сглотнув, сказала:

— Здрасьте.

— Ну, здрасьте. — Передразнила меня Элла, и похлопала рукой по дивану рядом с собой. — Проходи милая, не стесняйся, сегодня работы никакой не будет, так что можешь не волноваться. Этот день предназначен для обустройства на корабле, и для того, чтобы мы все могли познакомиться поближе. — Сказала Элла, улыбаясь мне.

— Нита, будешь чай? Я только что заварила. — Предложила Саманта.

— Да, спасибо, — настороженно ответила я, присаживаясь возле Эллы на диван, — не откажусь.

При мысли о горячем чае, сразу же вспомнился дом, и то, как мы с мамой и Анной любили поболтать во время чаепитий.

— А хотите пирожков с вишней, мне мама в дорогу испекла. — Предложила я.

— А вот и не откажемся, давай, бери вон там тарелку и тащи свои пирожки, — сказала Саманта, махнув рукой в сторону, как оказалось ещё одной комнаты, — а я пока налью тебе чая.

Я вошла и застыла на пороге от удивления. Комната оказалась кухней, со всеми положенными приспособлениями.

— Удивлена? — спросила подошедшая ко мне Саманта. — Просто я люблю готовить, особенно печь, вот Алекс, когда проектировал корабль, и сделал специально для меня эту кухню. Это был сюрприз, но очень приятный. — она улыбалась.

Было видно, что Саманта Кросс невероятно гордится своим сыном.

— Не знала, что он ещё и корабли проектирует. — Задумчиво сказала я.

Хотя, если подумать, а что мне известно об Алексиасе Кроссе? Да практически ничего. Вот и нужно будет потихоньку узнавать, ведь жить будем рядом, что-то само выяснится, а что у Эллы спрошу, она не выдаст, да и думаю, ей самой будет интересно рассказать мне о нём.

Саманта начала показывать мне кухню и рассказывать где что стоит. Потом взяла кружку, дала мне тарелку, и отправила за пирожками, а сама начала наливать мне чай.

Сбегав в свою каюту, я быстренько выложила пирожки с пакета на тарелку, и вернулась в гостиную. Аккуратно взяв предложенную чашку, присоединилась к чаепитию.

— Сам, — сказала прихлебывая Элла, — а ты не хочешь рассказать Ните, как Эдвард добивался твоего согласия на руку и сердце, — и хитро заулыбалась.

— Ой, да было бы что рассказывать, — засмеялась Саманта, и махнула рукой. — Мне казалось, что все уже давно об этом знают.

— А вот не скажи, Ните не известно. — Заявила Элла и посмотрела на меня.

— Да, мне намекали, что он делал вам предложение несколько раз, и вы согласились только с третьего, но поподробнее так никто и не рассказал. Так что мне было бы очень интересно услышать эту знаменитую историю, так сказать, от первого лица. А то Элла отказалась, сославшись на то, что она только сторонний наблюдатель.

— Ничего себе сторонний! — возмутилась Саманта, — Да эта подстрекательница сама и затеяла из всего этого целое представление, по другому и назвать нельзя!

— Ну, я же его кузина, — начала смеяться Элла, — не могла же я спокойно смотреть на его мучения.

— Как кузина? — удивилась я, и посмотрела на Эллу.

— Ну да, кузина. А разве я тебе об этом не говорила? — сказала она, удивлённо посмотрев на меня, и добавила, — ой, ну значит, хотела, или думала что сказала, а сама просто забыла. Ты же понимаешь, что в моём возрасте это простительно.

«Вот это лиса! Да, мне до неё далеко. И ведь знает, что не говорила, а придраться не к чему. Такого человека нужно держать в союзниках, а не во врагах» — решила я.

— Ну, хорошо. Раз ты этой истории не знаешь, и она тебе интересна, то так и быть, сейчас я тебе её расскажу. — Согласилась Саманта.

— А можно и я послушаю мамуля? — спросил, улыбаясь Кейн, заходя в гостиную и усаживаясь рядом со мной на диван.

— Сыночек, так ты её уже раз двадцать слушал, если не больше.

— Мамуля, ну ты же знаешь, что это моя самая любимая история ещё с детства, и я готов слушать её бесконечно, — заявил он, потягиваясь, и закинув руки, положил правую на спинку дивана за моими плечами.

Мне не очень понравились его действия, и я повернулась, чтобы на него шикнуть, но натолкнулась на такой шаловливый взгляд и хитрющую улыбку, что решила оставить всё как есть.

Саманта посмотрела на нас, улыбнулась, и начала рассказывать:

— Я в своё время училась в Академии искусств, до окончания оставалось ещё полгода, когда у нас объединили уроки танцев с выпускниками военной академии. И было решено, что выпускной бал у наших академий пройдёт совместно. Почему они так сделали, никто не знал, было объявлено, что это новшество, и если оно себя оправдает, то так будет каждый год, а если нет, то это так и останется экспериментом.

Она отпила чая с удивительно мечтательным выражением лица. Я уже видела, что она далеко от нас, где-то в своих воспоминаниях.

— И вот наступил тот день, когда к нам на занятия танцами пришли они. Ах, какие это были парни! Все как на подбор: стройные, высокие, с военной выправкой, не мальчики — а конфетки. Девчонки у нас сразу же слюнками давиться начали, и такой перекрестный огонь глазками устроили, что того и гляди, не зевай, а то попадёшь ещё под шальные пули. — Сказала Саманта и отпила чай.

— А парни что, тоже отстреливаться начали? — не удержалась от подколки я.

— О, парни делали вид, что ничего не замечают, и стояли, гордо вздёрнув носы. Даже не обращали внимания на наши выпады. У них был такой вид, что просто смех разбирал. Мол: — «детка, не старайся, я в бронежилете, и мне твои обстрелы до одного места». И пришлось временно сворачивать военные действия. Нас разбили на пары, и мне достался Эдвард Кросс, весь такой важный, гордый, и неприступный как скала. Мы с ним за весь урок даже словом не обмолвились, только представились друг другу и всё.

— Неужели девчонки сдались и больше ничего не предпринимали? — поинтересовалась я, когда Саманта замолчала.

— Какое сдались, после уроков мы устроили совещание и разработку плана под кодовым названием «Завела и не дала», и решили пускать в бой тяжёлую артиллерию, — улыбнулась она.

— А почему вы решили так поступить? — мне были интересны мотивы их действий.

— Понимаешь Нит, нам просто было интересно, сможем мы пробиться через эту броню холода и отчуждения, да и щёлкнуть их по носу хотелось очень сильно. Чего мы только не предпринимали: и декольте поглубже, и юбки покороче, и вздохи томные, и взгляды призывные, уже недели три прошло, а они ну ни в какую. И Эдвард, как стена кирпичная, только глазами на меня сверкает и молчит. Ну, тогда мы и решили последний козырь использовать, и надушились духами с феромонами. Вот тогда-то крепость и пала к нашим ногам. О, что это был за урок! — томно вздохнула она и замолчала, хитро глядя на нас.

Мы тоже молчали, глядя на неё во все глаза, и ждали продолжения. Я видела, что не только одну меня полностью захватил рассказ, но и Эллу с Кейном, которые слышали его уже не один раз. Хотя, Элла и сама участвовала в этом действе, но тоже с интересом слушала Саманту.

— Мам, ну не томи, давай дальше, ведь сейчас самое интересное начнётся. — Не выдержал Кейн, и только сейчас я заметила, что его рука уже лежит на моём плече, как бы приобнимая. И когда только успел? Я даже ничего не заметила, и только собралась возмутиться, как Саманта продолжила, а мне уже было не до руки и всего остального.

— Дальше, так дальше. В тот раз мы явились в танцкласс в образе скромных недотрог, а главное, надушенные. А там уже кавалеры наши стоят, и с интересом наблюдают, какие же мы действия дальнейшие принимать будем. А мы вошли, скромно глазки потупили, вздохнули, стали каждая напротив своего партнёра, в приветствии присели, ручку подали и всё внимание на преподавательницу. А на парней, совсем не смотрим, будто и нет их. Те в ступоре стоят, понять ничего не могут. И в классе тишина такая стоит, что сама преподавательница в шоке, а потом опомнилась и говорит:

— Так, вальс мы с вами выучили, а сегодня приступим к изучению танго. Нужно всё уметь танцевать. — А по классу только то ли полу стон, то ли полу вздох от парней прошёл, ферамоны то действовать начали, и не только я это ощутила. Так твой папенька меня к себе ещё ни разу не прижимал и на ухо не сопел. А я стою, и делаю вид что ничего не происходит. — И она замолчала, дав нам время представить себе эту картину.

А я как представила, так меня сразу на хихиканье потянуло. Глянула на Кевина с Элой, те тоже улыбаются. А Саманта налила себе ещё чая, и только тут я у себя в руках тоже заметила кружку. Вот заслушалась, что и про чай совсем забыла.

— Как мы в этот раз с девчонками танцевали, наверное и профессионалы позавидовали бы. А вот парням туго пришлось, да и мешало хорошим танцорам кое-что. Сами поговорку знаете, догадаетесь что, — подмигнула она и продолжила: — а преподавательница на них лишь ругалась, то слонами их обзовёт, то бегемотами. Только долго они сопротивляться не могли, и под конец урока началось банальное тисканье. Вот тут мы с девчонками своё я и показали, оплеух им досталось не меряно. А Эдвард меня к себе прижал и на ухо шепчет:

— Саманта, ты мне очень нравишься, и я по тебе с ума схожу, — и как выдаст на весь зал, — Будь моей женой!

Я тогда чуть не упала. Смотрю на него, а мальчик то поплыл, глазки бегают, сопение как у ёжика, руки дрожат и по моему телу шарить пытаются, да ещё и целоваться полез. Вот после этого я его отпихнула, нос гордо задрала и говорю:

— Я вас не знаю и ближе знакомиться не собираюсь. А с незнакомцами дел никаких не имею, и на ваше предложение мой ответ нет. — И гордо пошла из класса, а девчонки за мной следом. Только я далеко отойти не успела, как он мне вслед крикнул:

— Всё равно моей будешь, я от своего не отступлюсь!

Я, конечно же, проигнорировала, и даже не обернулась, а на следующем уроке парни объявили о капитуляции и попросили мира. Мы потом все перезнакомились и нормально общались. Только вот Эдвард о своём обещании не забыл и такую осаду мне устроил, что все девчонки обзавидовались. И давай он меня цветами с конфетами заваливать, мы тогда всей группой так сладким объелись, что потом долго на него смотреть не могли. Да только я не сдавалась и игнорировала его во всю. — И Саманта замолчала.

— Так это первый раз предложение было, а второй когда? — спросила я, мне было очень интересно, и очень хотелось узнать, что же было дальше.

— Второй, — засмеялась Саманта, — второй раз смешно получилось. Моя подружка Мара с парнем встречалась Леоном, а он был соседом Эдварда по комнате. И вот у неё было день рождение, а Леон её не поздравил, и не пришёл, и даже не позвонил. Вот она с горя и напилась, а я за компанию с ней, так сказать в поддержку. И что в наши пьяные головы стукнуло, не знаю, но мы пошли на разборки. Как мы до их общежития добрались, это отдельная история. Благо они на первом этаже жили, так как нас комендант внутрь не пустил, вот мы под окнами разборки и устроили. Стали с ней, руки в бока упёрли, и как начали орать:

— Леон, подлый трус, выходи!

И так у нас слажено и хорошо получалось, да вот только результата ноль, даже света ни в одном окне не загорелось. Так мы покричали минут пять, чуть голос не сорвали, а в ответ тишина, даже собак местных не слышно. Марке ещё обиднее стало, что её так игнорируют, да и выпитое своё действие дало, у неё пьяная истерика началась. Она голову мне на плечё положила, да как завоет:

— Саманта, он меня не люююююююбиииииит…. Я емууууууууу не нужнааааааааааааа…..

Тут собаки местные не выдержали, и видимо такпрочувствовались моментом, что устроили нам группу поддержки. А Марка продолжает:

— Я емууууууууууу…. Совсем, совсем не нужнаааааа….

И только она своё емууу затянет, как хор уууууууууу тоже затягивает. И так грустно, жалобно, будто не Марка никому не нужна, а их всех с дома выгнали, и они своё горе нам изливают.

Вот только долго концерту быть не суждено было. Из-за поворота группа парней вышла, да так и застыла, глядя на нас. Леон к Марке подбежал, обнял и говорит:

— Дурёха, я про день рождения твой не забыл, мы на секретном задании были, и связь отсутствовала, вот только вернулись, я собирался в душ и к тебе. Ну, раз ты сама здесь, то пошли за подарками.

Мы и пискнуть даже не успели, как парни нас под ручки подхватили, да и в комнату заволокли. Ну а там уже торт, шампанское, подарки. Шампанское мы конечно сразу же открыли и за примирение влюблённых и день рождения Мары пить начали. А дальше что было, не помню. Открыла глаза только утром, и сразу упёрлась взглядом в голую мужскую грудь. — Сказала Саманта, и поднявшись пошла на кухню.

Я только зачаровано проводила её взглядом. А дальше? Я хочу узнать, что было дальше. И тут меня Кейн напугал так, что я чуть не подпрыгнула. Этот паразит взял, и дунул мне в ухо. А я так увлеклась рассказом, что совсем забыла, что он рядом сидит. Вот придушила бы его, если бы не было столько свидетелей, а так, только диванной подушечкой по башке треснула. Так он упал на пол и давай причитать:

— Ой, люди добрые, спасите, помогите, убиваююююююють….

— Кейн, прекращай, Нита не привыкла к твоим шуточкам. — Пожурила его Саманта, снова присаживаясь в кресло.

— Ой, мам, ей с нами столько жить, что пусть уже привыкает, а не шарахается. — Заявил этот наглец, опять усаживаясь на диван рядом со мной.

— А дальше что? — нетерпеливо спросила я, забыв про Кейна.

— Ну как что, смущение, — порозовела Саманта. — Я когда глаза вверх подняла и увидела довольно улыбающегося Эдварда, от стыда чуть под землю не провалилась. А он на меня смотрит, и нагло так спрашивает:

— Ну что, солнышко, а после этой ночи замуж за меня пойдёшь? Мы теперь с тобой знакомы, я бы сказал, что даже очень знакомы, больше знакомиться то и не куда.

А я лежу, смотрю в эту наглую моську, и понимаю, что ничего после шампанского не помню, вот совсем ничегошеньки. И что ему ответить не знаю. Знаю только то, что он мне нравится, очень сильно, но только замуж я пока не готова, да и вообще, мне погулять хочется. Ну, я яму и ответила:

— А я замуж не хочу. Может ты как любовник и хорош, да вот только я ничего не помню, а если не помню, то ничего и не было. А раз не было, то мы и не знакомы, тем более близко.

А у Эдварда только глаза вспыхнули, он на меня сверху навалился, к кровати прижал, и зло так говорит:

— Значит, не помнишь? Так я тебе вспомнить помогу. — Ну и помог, и вспомнить и познакомиться.

Мы после этого встречаться начали, но о браке он больше не заговаривал, а потом познакомил с этой интриганкой. — И посмотрела на Элу.

— А что чуть что, так сразу я? — надулась она.

— Так ты и есть интриганка, это же ты устроила, чтобы я ему да сказала. — Высказалась Саманта.

— Так как это было? Что она сделала? — я от нетерпения чуть с дивана не свалилась, так подалась в сторону Саманты.

— Эллачка, может ты про свой грандиозный план Ните расскажешь, — предложила она Эле, но та только головой замотала. — Ну что же, раз не хочешь, то я сама расскажу. — И посмотрев на меня, продолжила:

— Мы с Эдвардам встречались уже месяцев пять, скоро должен был быть и выпускной бал, как их опять отправили на задание в боевую точку. Не было их недели две, я вся испереживалась от неизвестности, когда ко мне в комнату влетела растрепанная Элла, вся в слезах и выпалила:

— Саманта, Эдвард ранен. Он в больнице, в тяжёлом состоянии, сделали операцию, но врачи не знают, выживет он или нет!

А у меня в глазах потемнело, чуть сама в обморок не грохнулась, только схватила её и говорю:

— Веди меня к нему, я должна его увидеть.

В больницу мы прилетели быстрее ветра, медсестра только меня в палату пустила, и то не надолго. Я зашла, а он лежит весь перебинтованный, бледный, к аппаратам подключенный. Увидел меня, и слабым голосом шепчет:

— Саманта, я так тебя люблю, ты даже себе представить не можешь, как, но только об одном жалею.

— О чём?

— Что так и не смог женой назвать, да кольцо на палец надеть. Только видимо не судьба. — И смотрит так жалостливо, чуть не плачет.

Я не выдержала, обняла его, и говорю:

— Почему не судьба? Вот поправишься и всё успеешь.

А он с такой надеждой на меня посмотрел и опять спрашивает:

— Так ты согласна стать моей женой?

— Согласна.

— Тогда скажи Элле чтобы она главврача позвала, он знает что делать нужно.

Я вышла из палаты и передала его слова Элле, а она так хитрющее улыбнулась и ушла, только я тогда внимания на это не обратила, а в палату вернулась. Эдвард руку протянул и спрашивает:

— Любишь меня?

— Люблю. — Потупилась я.

— Тогда не откажешься прямо сейчас стать моей женой, что бы я хоть перед смертью тебя так назвать мог, ведь не известно выживу или нет.

Я только на него недоумённо посмотрела и спрашиваю:

— А как?

— Нас главврач распишет, у него есть такие полномочия, а кольца у меня при себе, я их давно купил, и всегда с собой ношу, надеясь на твоё согласие.

Я только кивнуть успела, как в палату зашёл мужчина.

— Доктор, она согласна, выполните, пожалуйста, то, о чём я вас просил.

— Правда, согласна? — спросил главврач.

— Согласна. — Закивала я.

Сама церемония прошла как во сне, только когда мы в бумагах расписались, Эдвард кольцо мне на палец надел и поцеловал не как умирающий, а сгорающий от страсти мужчина, во мне начало закрадываться подозрение.

Ну а когда он бодренько простыню откинул и с кровати спрыгнул, я вообще в ступор вошла. А он бинты поснимал, меня за руку взял и потянул по коридору со словами:

— Ну что жёнушка, пошли, не здесь же нам первую брачную ночь проводить.

Я когда поняла, как меня провели, упираться начала и руку из захвата вырывать, так он усмехнулся, меня через плечо перекинул и пошёл к стоянке каров. Привёз меня в отель, в номер молодожёнов. Внутрь занёс, а номер весь лепестками роз усыпан, ну, я немножко и оттаяла. Правда потом подулась и покапризничала для вида, но простила.

Вот такое Ниточка у меня было третье предложение руки и сердца, после которого я замужем оказалась, а потом ещё выяснилось, что это всё Эллка устроила, а главврач оказался их дядей. — Закончила свой рассказ Саманта.

— А вы потом не спрашивали его, почему он так поступил? — мне стало интересно, чем он мотивировал свой поступок.

— Спрашивала, — вздохнула Саманта. — Понимаешь, им уже направления на распределение выдали, и Эдварду нужно было лететь в дальний сектор на три года, а так как я прерывала его всякий раз, когда он начинал заводить тему брака, то он подумал, что не нужен мне и я его не дождусь. Это его представление в некотором роде было ещё и проверкой моих чувств к нему. Он подозревал, что я к нему не равнодушна, но хотел убедиться. Если бы его подозрения не оправдались, он бы разорвал со мной все связи и улетел страдать в одиночестве. По крайней мере, это он мне так объяснил. — Улыбнулась она.

— А вы сами о его поступке что думаете? — не унималась я.

— Я? — удивлённо переспросила Саманта, и задумалась. — Я думаю, что он прекрасно понимал то, что я просто упрямая и мне нужен толчок для принятия решения, да и сильно не рассчитывал на согласие. Я могла просто взбрыкнуть, и, как говорится, махнув хвостом у него перед носом исчезнуть, вот он и пошёл на этот обман. Ведь знал, что вариант беспроигрышный. И я ему за это сейчас даже благодарна. Я же действительно могла из-за чистого упрямства лишить нас друг друга.

Может мы и продолжили бы и дальше развивать эту тему, но в гостиную вошёл Алекс, согнал с дивана Кейна, потом уселся на его место, и притянув меня к себе обнял рукой за талию и опёрся подбородком о моё плечо. Я от его действий смутилась, и попыталась отодвинуться. Но он притянул ещё ближе и прошептал мне на ухо:

— Привыкай, теперь так часто будет.

У меня от такой наглости перехватило дыхание. И что самое интересное, все делали вид, что так и должно быть, и в упор не замечали моего растерянного взгляда. Все, кроме Кейна, который хмыкнул, и на всю комнату заявил:

— Ну, я же говорил вам, что она волшебница. Вот и доказательства уже есть.

После этого все с интересом уставились на меня. А я… а что я? Я невинно улыбнулась, скромно потупилась, и поинтересовалась:

— А может, пойдём обедать?

Все быстренько взглянули на настенные часы, засуетились, и начали подниматься с мест. Уже действительно было время обеда, а мы и не заметили, что заболтались.

По дороге в столовую Кейн наклонился ко мне и прошептал:

— В следующий раз так легко стрелки не переведёшь.

— Ах ты паразит, — так же зашептала я, — я ведь тоже подкалывать умею, давай лучше союзниками будем, и найдём другой объект для внимания, а не будем изводить друг друга.

Моё предложение было быстро обдумано, и, кивнув, Кейн протянул мне руку для рукопожатия.

— Союзники. — Уверенно и совершенно серьёзно сказал он.

— Союзники. — Кивнула я пожимая в ответ его руку.

* * *

Вот и настало то время, когда я буду видеть Ниту каждый день, ведь с самого утра мне преподнесли такую новость, что настроение просто зашкаливало от радости. Она будет жить в нашем семейном блоке, и её комната напротив моей.

Настроение такое прекрасное, что хотелось петь, но до старта нужно всё проверить ещё раз, и я занялся работой. Потом, потом у меня будет время всё хорошо обдумать и приступить к активным действиям.

До отстыковки оставалось всего несколько минут, и в командный отсек вошёл отец, а на пороге нерешительно застыла Нита. Я протянул ей свою руку, приглашая не только в отсек, но и в мою жизнь, и она её приняла. Скомандовав Мере начинать отсчёт времени, мы произвели отстыковку и старт. Я, наверное, так и не отпустил бы Ниту, если бы не досадное происшествие с Ламбером. Эта сволочь таким голодным взглядом смотрел на неё, что я готов был его придушить, но Нита среагировала иначе, и быстро ушла, оставив меня закипать от злости.

Продолжив управление и отдавая приказы, я больше не ждал посторонних в командном отсеке, но тут явилась она.

— Туки, туки капитан, — пропела Ева противным голосом. — Можно к вам?

— Простите мисс Портан, но я занят и не могу уделить вам должного внимания, а нахождение посторонних в командном отсеке возможно, но не желательно. — Холодно ответил я.

— Так я тогда к котику а не к вам. — Настаивала она на своём.

— Блохастых не возим, — ответил на автопилоте я, а потом добавил: — животные на корабле запрещены.

— Так Крисик не блохастик! — возмутилась она.

Я с интересом посмотрел на лейтенанта Ламбера, и кивнул Еве, разрешая войти в командный отсек. Она направилась прямиком к нему, и они стали шушукаться. «Интересно, о чём? И куда это она так вырядилась? У нас здесь вроде бы не бордель и не клуб, а если она и дальше будет разгуливать в таком виде по кораблю и портить дисциплину среди командного состава, придётся поговорить с её отцом». Ещё раз взглянув на девушку, я всё же не выдержал.

— Мисс Портан, я бы хотел сделать вам замечание. Вы находитесь на боевом космическом корабле, и ваш внешний вид здесь не уместен. Я бы попросил вас одеваться скромнее.

— Да вы ханжа, Кросс, — зло прошипела она, и добавила: — Теперь я понимаю, почему вы не нравитесь Ните.

Это её высказывание очень задело меня, но я сдержался, и не предал ему особого значения, ведь Нита сама совсем недавно призналась, что я ей нравлюсь, да и её поцелуи говорили об этом очень красноречиво. Но промолчать и не уколоть её в ответ я уже не мог.

— А вы уверены в этом? — поинтересовался я. — Возможно, она поменяла своё мнение, а вы просто не в курсе?

— Может я и ошибаюсь, может она и поменяла своё мнение, — вспыхнула Ева, — Но я уверена, что права. — Гордо заявила она, попрощалась с Крисом, и удалилась.

Мне даже дышать свободнее стало. До обеда я был занят делами, а после пошёл к своим, перед этим уточнив у Меры где они находятся. Войдя в гостиную, согнал с дивана Кейна, и, притянув к себе Ниту, вдохнул такой родной запах. А она застеснялась, да и Кейн, внёс свою лепту. Зато мама с Эллой подыграли хорошо, и не смущали ещё больше мою девочку. Ну, ничего, пусть привыкает, я теперь собираюсь проделывать такое каждый день, а может ещё и поцелуй украдкой удастся сорвать с таких манящих меня губ.

По дороге в столовую я наблюдал за Нитой с Кейном, которые о чём-то договаривались, и видимо придя к согласию, обменялись рукопожатием. Да, не хотел бы я стать объектам их сделки.

В столовой пообедали спокойно, пока не заявилась Ева, устроившая из своего появления целое представление, и не увела Ниту с собой. Хорошо, что она хотя бы поесть успела, а то так и утащила бы голодную.

Вернувшись в командный отсек, я снова занялся своими делами. Но не унывал, ведь скоро вечер, дежурные заступят на вахту, моё присутствие будет уже не нужно, и я пойду к ней, к моей Ните.

Глава 8

За обедом к нам присоединился Эдвард Кросс, и мы спокойно переговаривались и шутили. Алекс оказывал мне знаки внимания, которых я уже почте не смущалась. Кейн, помня о нашем соглашении, меня не трогал, а только сверкал хитрым взглядом. Мы уже практически закончили, я сидела и пила компот, когда в столовой наступила полнейшая тишина, а потом увидела, как округлились глаза Кейна. Повернув голову, чуть не подавилась компотом. Ева! Как?! Откуда?! Что она делает на корабле? В мыслях был такая каша и полнейший шок, что я так и замерла с открытым ртом и компотом в руках.

Обведя всех надменным взглядом, Ева заметила меня с Алексом и хищно улыбнувшись, направилась к нам походкой от бедра. Я слышала, как падают и ударяются об стол челюсти находящихся в столовой мужчин. И я бы уронила, если бы была мужиком. Затянутая в кожу фигура манила и влекла, я, конечно, понимала, ради кого она так вырядилась, и не слишком осуждала её, сама виновата, нужно было давно поговорить с ней, может быть тогда, она перестала бы охотиться на Алекса, но сейчас, я всё ещё прибывая в шоке, не могла найти подходящих слов, чтобы отозвать её на этот разговор. Как оказалось, слова мне и не понадобятся, так как Ева сама хотела того же.

Подойдя к нам, она бросила томный взгляд на Алекса, который его полностью проигнорировал, и обратилась ко мне:

— Нита, подружка, мы так давно не виделись и не разговаривали по душам, — и опять взгляд на Алекса, — надеюсь, никто не будет против, если я тебя украду. — Это выглядело не как вопрос, потому что тон Евы не терпел возражений.

Даже не удосужившись дождаться хоть какого-то ответа, она подхватила ошарашенную меня под ручку и потащила из столовой. Быстро пройдя по коридору, буквально затолкала меня в свою комнату, пихнула в кресло и уперев руки в бока, зашипела:

— И как это понимать подруженька, я тут лечу в какую-то тьму тараканью только ради того чтобы захомутать Кросса, а он мне заявляет что у вас мир и жвачка? — Ева вперила в меня злой взгляд.

Я была ошарашена её тоном, потому что никогда она так со мной не разговаривала. Мне конечно была известна и вторая сторона характера Евы, но вот столкнулась я с ней впервые. Я уже собиралась ответить, но у подруги, видимо, накипело, и она решила выговориться…

— Это правда, что ты передумала держаться от него подальше, и принимаешь его ухаживания? — и, видя, что я продолжаю молчать, рявкнула: — Я тебя спрашиваю или стенку?

Ну, вот на такую наглость я не смогла промолчать, и, подскочив с места, тоже взорвалась.

— Да, правда, он мне очень нравится, и если предложит, то я буду с ним. И вообще Ева, что за тон? Ты не следователь, а я не на допросе!

— Но ты же мне говорила, что не примешь его предложения? — не унималась Ева.

— Говорила, но передумала! И прошу тебя не мешать нам, и не лезть к нему. — Подытожила я, плюхнувшись назад в кресло, и отвернувшись от неё.

— Ну, знаешь ли… — засопела обиженно Ева, и замолчав уселась напротив меня. Я видела, какая злость в ней кипит, и что она пытается сдержать её и успокоиться, и постепенно ей это удалось.

Так мы и сидели каждая в своём кресле и дулись друг на дружку. Я вообще не могла понять претензий Евы. Насколько я знаю, Алекс ей ничего не обещал и знаков внимания никаких не оказывал. Вот с чего она решила взять его в оборот, и какими мотивами при этом пользовалась? Мне это было совершенно не понятно.

— Ладно, давай поговорим спокойно и разберёмся кто прав, а кто виноват. — Предложила ей я.

— Давай. — Сверкнула глазами Ева.

— Какие у тебя ко мне претензии? — задала я вопрос.

— Претензии? — переспросила она, — Да такие Ниточка, что ты знала, что я заинтересовалась Алексиасам Кроссом, и у меня были на него планы. Я даже уговорила отца принять должность второго посла, и лететь в эту экспедицию взяв меня с собой. А ведь он отказался, когда ему предложили в первый раз, и лететь совершенно не хотел, но ты же меня знаешь, если я чего-то захотела, то меня трудно остановить в достижении цели, и папочке пришлось сдаться. — Теперь она смотрела на меня в упор.

— Я этого не знала, да и ты толком не удосужилась со мной поговорить, а просто рванула претворять свой план по завоеванию Алекса в действие, полностью пропав. И вообще, ты была всё это время недоступна. Как ты думаешь, я должна была тебе сообщить об изменениях в моих отношениях с Алексом? — стала опять заводиться я. И мы снова замолчали.

— Ладно, не горячись, — через какое-то время начала она. — Я понимаю, что сама в этой ситуации во многом не права и вела себя не красиво, надеюсь, ты меня за это простишь, и не будешь обижаться. — Примирительно сказала Ева, а потом огорошила: — Нит, ты что, влюбилась в него?

— Ев, я не обижаюсь, честно. Просто я сама не могу себя понять, — задумчиво сказала я, — но то, что он мне очень нравится, и меня к нему тянет как магнитом, а от его поцелуев я схожу с ума, это да. А вот влюблена я или нет, я пока не знаю. — Призналась я краснея.

— Да, милая, по ходу ты влюбляться начала, — полезла ко мне обниматься Ева, а потом так хитро посмотрела и спросила: — Нит, а ты в нём уверена?

— В смысле? — спросила я, не совсем понимая её вопроса.

— То, что ты испытываешь к нему определённые чувства, я уже поняла, а он, что испытывает к тебе он? — пояснила она, видя моё недоумение.

— Ев, я знаю что нравлюсь ему, что он хочет меня, и его поведение изменилось, — улыбнулась я, думая об Алексе, не заметив как при моих словах она резко сжала кулаки, а потом разжала их, и призналась: — он мне букет прислал на следующий день после клуба с запиской.

— Да, — заинтересовалась Ева, делая заинтересованный вид, — и что написал?

— Спасибо за прекрасно проведённый вечер. — Смутилась я.

— Ах, так ты нам с Анной тогда всё таки соврала что между вами ничего не было. — показушно надулась она.

— Ев, я не врала, просто не договорила. — И рассказала ей о том, что было в машине.

— Да, — задумчиво почесала голову Ева, — я бы тебе после такого облома точно цветы не послала, а он молодец, уважаю. Значит он к тебе не равнодушен. — Подвела она итог, а потом подскочила и схватив меня за руки, начала кружить по комнате.

Я кружилась и смеялась вместе с ней, понимая, что я не потеряла лучшую подружку, и совершенно не обижаюсь на неё. Просто вот такая она у меня, и нужно принимать её такой, какая она есть, и не обижаться, ведь насколько я поняла, мешать она мне не собирается.

— Ниточка, я так рада за тебя! — полезла опять обниматься Ева, а потом так хитрющее глянула, и предложила: — Нит, а давай мы его проверим! Ну не могу же я лучшую подружку отдать в руки того, в ком я полностью не уверена.

— Как проверим? — опешила я, застывая на месте.

— Давай я попытаюсь его соблазнить, и если ничего не получится, то со спокойной душой буду только за тебя радоваться, а если он клюнет, то спать с ним я конечно не буду, но тебе не нужен тот, кто может соблазниться на другую. — пояснила она.

И мне так захотелось согласиться на её предложение, что не было никаких сил устоять. Ведь если подумать, то в том, что я начинаю чувствовать к Алексу, я абсолютно уверена, а вот в нём. Я не знаю его мотивов, и не все его поступки мне ясны, а разговора по душам у нас вроде бы не предвидится. Может я ему и правда нужна лишь для того, чтобы просто развлечься, а я влюблюсь и мне потом будет больно. Да и на ком я действительно могу его проверить, если не на Еве. Пускай у нас с ней на этот счёт и возникли недомолвки, но в ней я была уверена как в себе. Приняв решение, я согласно кивнула, а потом задумавшись спросила:

— Ев, а ты к Алексу чувствуешь что-нибудь?

— Знаешь Нит, — задумалась она, — сейчас, да и после нашего разговора, я понимаю что ничего не испытываю, а так, просто азарт завоевания, и всё. Конечно, как мужчина он меня привлекает, но не на столько, чтобы становиться между вами. Так что подружка, тебе не о чем беспокоиться. — И подмигнув, спросила: — Ну так как, проверим?

— Проверим. — кивнула я и захихикала.

Мне почему-то было уже смешно от предстоящего действа, да и возникла какая-то уверенность, что Алекс не поддастся на чары Евы, а вот посмотреть на всё это очень даже интересно, да и Кейна можно подключить. Как я уже поняла, этот приколист не прочь подшутить над братом. Дура, знала бы к чему это всё приведёт, бежала бы от Евы как от чумы. Но сейчас у меня было такое прекрасное настроение, что я предложила:

— Ев, а давай я тебя и с Кейном, братом Алекса познакомлю.

— Давай. — Согласилась она.

— Ты знаешь, а я думаю он не откажется помочь нам в проверке брата, а будет за это руками и ногами. — предложила я.

— Мне нужно самой в этом убедиться, прежде чем вводить его в курс дела. — Было мне ответом.

— Хорошо, я сведу вас вместе, — сказала я, и спросила: — а ты знаешь, что я живу с Кроссами в одном жилом блоке, и моя комната расположена напротив комнаты Алекса?

— Вот это новости, — сказала ошарашено Ева. — Смотри, чтобы он ненароком комнаты не перепутал. А то будет весь такой усталый возвращаться с дежурства, и случайно перепутав двери завалиться в твою кровать. А там ты такая сонная, тёплая, сладкая. Ну и мало ли, что может случиться. — Она злорадно посмотрела на меня. Её взгляд мне совершенно не понравился, в нём промелькнуло что-то такое, что заставило меня насторожиться. Но буквально через минуту передо мной сидела всё та же Ева, которую я знала всегда. «Наверное, показалось» — решила я.

Ещё раз внимательно присмотрелась к ней, и ничего странного не заметила. Передо мной сидела та Ева, которую я знала столько лет и любила как сестру. Я была просто счастлива, что мы с ней не в ссоре, и остались подружками, но какая-то смутная тревога всё равно не покидала меня. А потом она меня огорошила так, что я забыла про всё на свете.

— Нит, а ты в курсе, что Крисик запал на тебя, и строит планы на твой счёт?

— Не поняла? С чего ты это взяла?

— Так мне и брать не нужно, я сегодня в командном отсеке была и с ним немного поговорила. Так все вопросы только о тебе и были. Я бы на твоём месте вела себя с ним поосторожнее, мало ли что. — Посоветовала она.

— Да я себя с ним вообще никак вести не хочу. Не нравится он мне. У меня от него холод по спине, а от тех взглядов, что он бросает в мою сторону, так вообще мороз по коже. — Ответила я.

— Ну смотри, я тебя предупредила. — Сказала она, а потом задумалась о чём-то, и видимо что-то для себя решив, тряхнула головой. Заметив, что я внимательно смотрю на неё, сладко улыбнулась и пропела:

— Так когда же ты меня познакомишь с братом Алексика? — ох как не понравилось мне её это каверканье имени, но я сдержалась.

— Скоро. — Пообещала я.

Мы ещё немного посидели и поболтали ни о чём, в основном вспоминая наши детские проделки, и как нам за них попадало, и не заметили, как пришло время ужина. Ева переоделась, и уже не выглядела той секси-леди, которой была до этого, но всё равно оставалась нежной и соблазнительной. «Да, трудновато придётся мужикам на корабле» — подумала я, и мы пошли в столовую. Сегодня я планировала познакомить Кейна и Еву поближе, и если она согласится, то и ввести его в курс нашего будущего розыгрыша. А в том, что эти двое споются, я не сомневалась. Во-первых: мы втроём одногодки, а во-вторых: мы очень любим шалости. А ничто так не сближает людей, как общая тайна и задуманная проказа.

В столовую мы вошли улыбаясь и подшучивая друг над другом. Так как время было ещё раннее, в ней было немноголюдно. Мы с Евой взяли еду и присели за ближний столик, рассчитанный на четверых. После чего приступили к ужину. Буквально через несколько минут в столовую вошёл Крис, и, осмотрелся в поиске свободных мест, затем взял свой поднос с ужином и направился в нашу сторону.

— Девчонки, не помешаю? — игриво поинтересовался он.

— Да нет, места хватает. — Ответила Ева, я просто промолчала и продолжала спокойно есть, не обращая на него никакого внимания.

— Нит. А ты не хочешь прогуляться после ужина? Я могу показать тебе корабль. — Предложил он. И только я собралась ему отказать и уже открыла рот, как за меня ответили.

— Она не может. — Сказал Кейн, и усевшись за наш столик взял меня за руку. — Милая, ведь ты же не передумала, и мы с тобой идём на свидание. — И этот интриган подмигнув, начал целовать мои пальчики.

— Конечно нет, дорогой, как я могу отказать такому кавалеру как ты? — я улыбнулась ему и решив подыграть, взъерошила его волосы. А он склонился ко мне, и зашептал на ухо так, чтобы слышала только я.

— Нита, держись от него подальше, а то «Химера» лишиться своего пилота.

Видя, что Ева с Крисом не сводят с нас злого взгляда, я томно вздохнула и сказала так, чтобы услышали и они.

— Ах ты, шалунишка, разве можно такое предлагать даме, — и прикусив губу, добавила: — но, я подумаю над твоим предложением.

— Детка, если ты согласишься, то обещаю, что ни о чём не пожалеешь. — Продолжил свою игру Кейн. Но тут не выдержала Ева.

— Хочу напомнить, что вы находитесь здесь не одни, шушукайтесь у себя в комнате, а не демонстрируйте свои чувства при всех. — Недовольно прошипела она.

— Хм, а это мысль, — Кейн приподнял бровь и соблазнительно предложил: — малыш, а может ну её, эту прогулку, пошли ко мне и я сделаю так, что ты увидишь звездопад.

Ну, вот как на него обижаться? А никак. Если бы я воспринимала его всерьёз, то точно не смогла бы удержаться и согласилась бы на его предложение. А сейчас и подавно соглашусь. Обязательно соглашусь, ведь мне нужно дать понять Крису, что ему ничего не светит, а то вон как сопит, как ёжик обиженный.

— Звездопад? — томно спросила я и подалась к Кейну. Наши губы разделяли всего-то несколько сантиметров, и, глядя на нас со стороны, ни у кого не возникало сомнений, что сейчас будет поцелуй.

Может он и произошёл бы, но тут как гром среди ясного неба раздался голос Алекса:

— Что здесь происходит? — и так как ответом ему была только тишина, он кажется начал злиться, — Я вас спрашиваю? — уже почти шипел Алекс, буквально испепеляя нас взглядом.

Мы как два нашкодивших котёнка отпрянули друг от друга и уставились на него. А он, не долго думая, схватил меня за локоть и потащил прочь из столовой. Я только успела расслышать слова Евы, брошенные нам вслед.

— Сейчас ей придёт полный пипец.

Протащив меня по коридорам, Алекс втолкнул в какую-то комнату, оказавшуюся оранжереей, и зло спросил:

— Нит, я тебя совершенно не понимаю! Сначала ты чуть не целуешься с Ламбером, теперь с Кейном, как это вообще понимать?

— А что тут такого! — возмутилась я. — Я девушка свободная, с кем хочу с тем и целуюсь! Кто ты мне такой чтобы качать права и предъявлять претензии. Я тебе не жена, не невеста, не любовница! — уже распалилась я. Просто накипело, сначала разборки с Евой, а теперь он со своими нелепыми претензиями. Но мне было мало, и я добавила: — и вообще, я очень люблю целоваться!

— Значит, любишь целоваться? — Алекс сделал шаг ко мне. Его глаза зло сверкнули, и я боязливо отступила от него, да и запал уже весь прошёл.

А он сделал очередной шаг ко мне, а я опять шаг назад, так и передвигались, пока я не упёрлась поясницей во что-то металлическое. Скосив глаза, увидела, что это перила, и мы как бы находимся на балконе, а под нами бассейн, с такой манящей голубой водой, которая просто-таки звала меня, словно уговаривая нырнуть. Пока я всё это разглядывала, не заметила, как Алекс подобрался вплотную, и, схватив меня за талию, посадил на перила. Я качнулась, и интуитивно обхватила его бёдра ногами, а руками вцепилась в плечи. Подняв голову и посмотрев в его глаза, находящиеся напротив моих, я пропала.

— Значит, любишь целоваться? — повторил он свой вопрос, и…. поцеловал.

Жёстко, страстно, требовательно, сминая мои губы своими и всё сильнее прижимая к себе. Я и сама не ожидала от себя такой ответной страсти, и, впившись в его рот всё пила, пила, и не могла насытиться. Наши языки переплетались в бешеном танце, а его руки ласкали меня, пробегая по всему телу. Я даже не заметила, как оказалась снятой с перилл и плотно прижата к стене. Руки сами потянулись к мужчине, и я начала стягивать с Алекса рубашку и прижиматься к его горячей коже. Оторвавшись от его губ, стала безумно целовать шею, лаская её языком, и мне так захотелось поставить ему засос, чтобы всякие там Евки знали, что он мой, и даже не строили себе никаких иллюзий, но удержалась, и вместо этого прикусила мочку уха.

Алекс застонал, схватил меня за волосы, и запрокинув мою голову, глядя в глаза, сказал:

— Ты моя, запомни это раз и навсегда. Я тебя никому не отдам. И не дай Бог я увижу тебя ещё раз в такой ситуации, что наблюдал в столовой. Я не для того сделал всё, чтобы ты оказалась на Химере, чтобы сейчас отдавать тебя кому-то другому.

Алеск снова приник к моим губам в обжигающем поцелуе, но до меня сквозь страстный туман стали доходить его слова. Получается, это его я должна благодарить за то, что моя мечта быть пилотом помахала мне хвостиком? И как только до меня это дошло, я как будто действительно окунулась в тот бассейн, что находился под нами. Меня словно обдали холодной водой, возвращая возможность трезво мыслить. Я начала вырываться из его объятий, и как только мне удалось прервать поцелуй, дрожащим голосом спросила:

— Что ты сказал? Что всё это значит?

— Что ты моя. — Ответил Алекс непонимающе глядя на меня, а его рука в этот момент сжала мою грудь. И когда только успел?

— Нет, — уже более требовательно сказала я, — про то, что ты сделал, чтобы я оказалась на Химере. — И попробовала убрать ноги с его бёдер. Но он тут же сильно обхватил меня руками и ещё сильнее прижал к стене, так, что у меня вырвался невольный стон.

— Милая, давай мы с тобой потом обсудим этот вопрос. — Предложил он и попытался снова меня поцеловать, но я увернулась и упёрлась руками в его грудь, изо всей силы пытаясь оттолкнуть его от себя.

Меня охватила такая злость, что вся страсть, бурлившая до этого в крови, моментально испарилась. Значит вот благодаря кому пришло это предложение о посольской миссии? А я ещё гадала, почему именно я, почему такую ответственную миссию не предложили специалисту высшего класса? Почему выбрали меня, простую выпускницу без опыта работы в этой сфере. Вот значит, как получается! Это он настоял на моей кандидатуре. Он лишил меня самого дорогого, что у меня было, он отнял мою мечту.

— Так это тебя я должна благодарить за то, что мне пришлось лететь к чёрту на кулички, неизвестно куда, не зная, что нас там ждёт? — зло спросила я. — Мне пришлось отказаться от должности пилота только потому, что ты решил, что я должна быть рядом с тобой. Ты даже не соизволил поинтересоваться, хочу ли я! — я уже не говорила, я кричала.

— Нит. — растеряно начал Алекс, но я не дала ему договорить.

— Отпусти меня, и убери свои грязные лапы! — у меня банально начиналась истерика.

Алекс выпустил меня из своих рук и отступил на шаг. А меня понесло.

— Ты даже представить себе не можешь, как я хотела стать пилотом. Мне уже пришло распределении на эту должность, и нужно было всего-то получить одобрение Отора, поставить подпись в документах и всё! И вдруг появилась эта посольская миссия, подвернувшаяся так не кстати и поломавшая все мои планы и мечты. — Я уже не могла успокоиться, так горько было осознавать, что человек, который, за это короткое время стал мне дорог, своими руками разрушил мои мечты.

— Зачем, зачем ты это сделал? Зачем влез в мою жизнь и поменял её так, как удобно тебе? Неужели так трудно было отпустить меня после моего отказа и заинтересоваться другой. Да при твоей внешности и положении любая была бы рада, если бы ты обратил на неё внимание. Но нет, ты же Алексиас Кросс, и кто-то посмел тебе отказать! Ты- эгоист, думающий только о себе!

— Да! — взорвался Алекс. — Я сделал всё, всё что смог, чтобы это предложение поступило тебе! Думаешь, так легко было убедить комиссию, что ты именно та, кто нам нужен?

— Но ты даже не поинтересовался, хочу ли этого я!

— Да, не поинтересовался, но ведь ты могла его не принимать! Могла отказаться. Но ты приняла! А теперь ищешь виновных. — Уже более спокойно сказал он.

В том-то и дело, что не могла. Как бы мне горько не было это осознавать, но кое в чём он был абсолютно прав, но всё равно, это его не оправдывает. И в данный момент я была так зла, что здраво мыслить не могла, да если честно, и не хотела. Я уже открыла рот, чтобы ответить, как нас прервали.

— Ну вы, блин, и орёте, пол корабля вас слышит. — Повернув голову, я увидела Кейна с Евой. Оказывается, они уже давно стояли тут и слушали нашу перепалку.

— Нит, чего ты так бесишься? — поинтересовалась Ева. — Любая на твоем месте была бы просто счастлива, если бы такой мужчина обратил на неё внимание, и сделал всё от него зависящее чтобы быть рядом.

— Особенно ты? — запальчиво поинтересовалась я.

— Ну да. — не растерялась Ева.

— Так вот. Я — не любая! А если ты им так восхищаешься, то и забирай себе! — зло бросила я, и, развернувшись, рванула в свою комнату.

Как пронеслась по коридору — не помню, хорошо, что в гостиной никого не оказалось, и никто меня не остановил. Вбежав к себе, заблокировала дверь и упала на кровать, обливаясь слезами злости и обиды.

Мне было плохо, очень плохо, я всё никак не могла успокоиться и рыдала, рыдала… Ну зачем он это сделал? Зачем? Я всё не могла понять, да и не хотела. Я нашла виновника своих бед, который был рядом в отличии от отчима, злиться на которого на расстоянии не имело никакого смысла, и лелеяла свою обиду. Но долго мне быть одной не дали.

— Нит. — Позвал Алекс, входя в мою комнату.

Я смотрела на него сквозь пелену слёз и не могла понять, как он вошёл, ведь я заблокировала дверь.

— Убирайся! — зло крикнула я.

— Нита, давай ты успокоишься и мы поговорим. — Предложил он пытаясь приобнять меня.

— Не трогай меня! — истерично завизжала я. — И вообще, что ты делаешь в моей комнате? И как ты вошёл, ведь я заблокировала дверь?

— Если ты забыла, то напомню: это мой жилой блок и у меня есть к нему доступ.

— Ну так пересели меня в другой блок, туда, где живут остальные, потому что я не хочу тебя видеть, и тем более разговаривать! — подскочила я и бросилась собирать вещи.

— Свободных комнат нет! — сообщил он. — И куда ты собралась? — он задержал меня, когда я пыталась выбежать из комнаты, — я же сказал что свободных комнат нет!

— Сама найду того, кто меня приютит!

— Да? — насмешливо сказал он. — К подружке попросишься?

— Зачем к подружке, — съехидничала я, — к Крисику попрошусь, он мне уж точно не откажет.

— Что?! Да ты… — и Алекс сжал меня причиняя боль. Не известно, что случилось бы дальше, если бы нас не прервали.

— Хватит! — грозно сказала Саманта, стоя в дверях моей комнаты, а рядом с ней переминался взволнованный Кейн. — Прекратите сейчас же. Алекс, выйди из комнаты и дай Ните остыть, а то наговорите сейчас друг другу гадостей, а потом не будете знать, как помириться. А в том что рано или поздно вы помиритесь, я не сомневаюсь.

Алекс развернулся и резко выскочил из моей комнаты, за ним вышла и Саманта оставив меня одну. Кейн видя моё состояние молчал, и только смотрел с каким-то осуждением, но я не обратила на него никакого внимания. Примерно через минуту из комнаты Алекса послышался глухой удар. Я вздрогнула, и только сейчас осмотрелась. Мама моя, что же я тут натворила. Покрывало на пастели перевёрнуто, одежда разбросана, везде кавардак. Глянула на себя в зеркало и испугалась. Из него на меня смотрела растрепанная зареванная страшила, с опухшими и красными глазами. Решила, что первым делом нужно пойти умыться, а потом уже прибраться в комнате. Когда вышла из ванной, наступила такая апатия, что было лень что-то делать. Кое-как прибравшись, разделась и легла в постель. Видимо сегодняшний всплеск эмоций сказался на мне как снотворное, и я мгновенно провалилась в сон без сновидений.

* * *

Я уже предвкушал, как проведу с Нитой прекрасный вечер, хотел погулять с ней по кораблю и показать свои любимые места, но зайдя в столовую, увидел такую картину, что меня охватило бешенство. Нита с Кейном чуть ли не целовались. Я не мог в это поверить, такого от брата я не ожидал. И тут пришла мысль, что Кейн не вписывается в эту картину, ладно бы Кристофер, который, кстати, сидел с ними за одним столиком, но никак не Кейн. Бешенство немного спало, но тут же начал точить червячок сомнения и ревности, намекая на то, что брату она, судя по всему, тоже нравится. Собственно, почему бы и нет? Тем более, как я вижу, она и сама не против. Да с чего я вообще решил, что она должна целоваться только со мной? Но внутренний голос тут же дал мне ответ на этот вопрос. «Она моя. Моя! Никому не отдам!» — кричало всё во мне, и я направился к столику.

Задав свой вопрос, хотел получить ответ, но, не дождавшись, схватил Ниту за руку и потащил прочь из столовой. Затащив её в оранжерею, я решил серьёзно поговорить с ней, чтобы наконец-то расставить все точки над «и». Но то, что она мне выдала, перевернуло все мои чувства с ног на голову. Зато после её заявления о том, что она очень любит целоваться, я просто был счастлив, и в предвкушении двинулся на неё. Она отступала до тех пор, пока не упёрлась в перила, и, скосив глаза в сторону, с интересом разглядывала бассейн. Я знал, что он ей понравится, поэтому и пришёл именно сюда. Воспользовавшись моментом, подхватил за талию, и посадил на перила. Я рассчитывал на то, что она испугается, и не прогадал. Обвив мои бёдра ногами, и уцепившись за плечи, она повернулась и посмотрела на меня.

— «Ну, держись, малышка, в этот раз я не отступлю. Ты будешь моей» — решил, переходя к действиям. Я целовал её со всей страстью, которая бурлила в моей крови, и она мне отвечала. О, да! Моя девочка, оказывается ещё та страстная кошечка. Сняв её с перил, сделал несколько шагов, чтобы прижать к стене, усиливая контакт наших тел. Нита оторвалась от моих губ и начала страстно ласкать языком и губами мою шею, попутно стягивая рубашку с моих плеч. В тот момент, когда она укусила меня за мочку уха, у меня сорвало крышу от неконтролируемого желания.

А потом я сказал ей то, что думал. Я просто хотел, чтобы девочка уяснила раз и навсегда, что она только моя, но как всегда всё вышло не так, как я планировал. Ну, вот кто меня за язык тянул? Зачем я проболтался? Просто тогда, под действием момента, я не мог промолчать, я должен был утвердиться в своих правах так, чтобы у неё больше не возникало сомнений в том, что я её уже не отпущу.

Ниту словно подменили, из страстной кошечки она превратилась в бешеную истеричку, которая начала вырываться, выдвигая нелепые обвинения в мой адрес. Да откуда я мог знать, что она мечтала быть пилотом, и не хотела лететь в эту посольскую миссию? Я столько сил потратил на то, чтобы взяли именно её, о чём и сообщил. В ответ она заявила, что я, видите ли, не узнал её мнения по этому поводу. Но ведь она могла отказаться! Зачем, зачем тогда приняла это распределение когда могла выбирать? Но как на зло нам помешали. Оказывается, Кейн с Евой стояли здесь, слушая нашу перепалку. Я думал Нита успокоится, придёт в себя, но ни тут-то было, наговорив ещё кучу глупостей, она почему-то отдала меня своей подружке, которая тут же бросила в мою сторону заинтересованный взгляд, и убежала. Я естественно бросился следом, но был остановлен Кейном.

— Брат, стой. Не трогай её сейчас, если не хочешь поругаться ещё больше. Ты же видишь в каком она состоянии. — Попросил он, удерживая меня за плечи.

— Давай лучше я поговорю с ней. — Тут же предложила Ева, но я не обратил на них совершенно никакого внимания. Вырвавшись, направился следом за Нитой.

— Вот дурак! — раздосадовано сказал Кейн мне в след, но мне было наплевать на его слова, я хотел только одного. Мне нужно было разобраться до конца в этой ситуации и снять с себя эти глупые обвинения.

Её дверь была заблокирована, но ведь это мой корабль, поэтому я приказал Мере снять блокировку и открыть дверь. Нита лежала на кровати и плакала. Никогда не любил женских слёз, тем более, если их причиной являюсь лично я. Я попытался её обнять, но видимо она ни капли не успокоилась, а наоборот, разошлась ещё больше. Продолжая скандалить, она попросила себе другую комнату, начав собирать вещи. Услышав мой отказ, заявила, что пойдёт жить к Крисику! Я думал, что придушу её прямо в этот момент. Я сжал её руки, плохо контролируя себя в этот момент, но тут вмешалась мама. Честно, я был ей очень благодарен, что она не дала натворить глупостей мне, и разом прекратила истерику Ниты.

Зайдя к себе в комнату, я начал метаться по ней, и со всей дури ударил кулаком об стену. Боль от удара, и кровь, выступившая на содранных костяшках, привела меня в чувство, и я немного успокоился. Мама попросила позволения зайти в мою комнату, и, получив его, закрыла за собой дверь. Пройдя, она присела на кровать и похлопала рядом с собой, приглашая сесть. Я послушался. Она обняла меня и тихо попросила:

— Рассказывай.

Да что тут рассказывать, когда я и сам толком не могу понять, почему у Ниты такая истерика. Вкратце обрисовав ситуацию, посмотрел на мать. Да ещё эти её непонятные обвинения в том, что я украл её мечту.

— Ты сам хоть что-то понимаешь? — серьёзно спросила она.

— Честно? Нет.

— Тогда я сейчас позвоню Сабрине, и постараюсь прояснить ситуацию. — Предложила мать, и вышла из комнаты.

Её не было минут двадцать. Когда она вернулась, то рассказала, что ей поведала Сабрина о распределении, и это помогло разобраться в ситуации. Мама дала мне время осмыслить услышанное, и спросила:

— Алекс, что ты чувствуешь к Ните?

Я не ожидал такого вопроса, и, задумавшись, не знал, что ей ответить. Я и сам толком не могу понять, что к ней чувствую. Иногда, мне хочется придушить её, потом поцеловать, но то, что меня к ней тянет, это факт. Вот что ответить матери?

— Мам, я ещё сам толком не разобрался, в своих чувствах к ней, но скажу тебе только одно. Она будет моей, я не остановлюсь, и добьюсь желаемого, только вот как, я подумаю.

— Всё ясно. — Хитро блеснула глазами мама.

— Ничего ещё не ясно. — Возразил ей.

— Сынок, я только прошу об одном — дай девочке время. — Мягко попросила она.

— Я постараюсь. Но ты же сама знаешь, что я не умею терпеливо ждать.

Мать хмыкнув, ушла. Я, оставшись один, стал готовиться ко сну. Ну что же милая, я попробую дать тебе время, только самую малость. Я уже знаю, чем тебя можно покорить. Улыбаясь своим мыслям, и строя планы по дальнейшему покорению Ниты, спокойно уснул с предвкушающей улыбкой на губах.

Глава 9

Ранним утром меня разбудил звонок ваканара. Кое-как открыла глаза, и даже не посмотрев кто звонит, приняла вызов, и хрипло ответила.

— Ало.

— Ниточка, доченька, что у вас там произошло? Мне вчера звонила Саманта и расспрашивала про тебя. — Взволнованно сообщила мама.

От таких новостей я проснулась мгновенно, и подскочила на кровати. Осмотрев в недоумении бардак, творящийся в моей комнате, я сразу вспомнила вчерашний вечер, и со стоном повалилась обратно. Мало того, что я орала на весь корабль, поругалась с Алексом, предстала не в лучшем виде перед Самантой, так теперь ещё и мама обо всём этом знает!

— Ой, мама, — простонала я, — мне так стыдно.

— Доченька, объясни пожалуйста, что там у вас произошло? — попросила она, — Саманта не вдавалась в подробности, сказала только, что произошло недоразумение и ты поругалась с Алексом.

Я застонала ещё больше и накрыла голову одеялом. «Недоразумение»- как же она права! Я действительно истеричное и нервное недоразумение!

— Мамулечка, я вчера сорвалась. Истерила, и наговорила Алексу столько обидного, что он теперь наверное в мою сторону даже и не посмотрит. — Пожаловалась я.

— Нитуля, расскажи всё в подробностях и по порядку, мне со стороны будет виднее. — Попросила она. И я рассказала, под конец даже начала шмыгать носом, когда на глаза навернулись предательские слёзы. Не удержавшись, нажаловалась на Алекса. Опять пыталась обвинить его в том, что из-за него я не пилот, но мама прервала меня.

— Нита. — строго сказала она. — Скажи, Алекс заставил тебя принять это предложение?

— Нет! — возмутилась я. — Ты же знаешь что это не он, а Отор!

— Тогда почему ты обвиняешь его? — недоумённо спросила мама.

— Мам, — растерялась я, — но, это же он сделал так, что меня взяли в миссию.

— Нита! — голос мамы не терпел возражений. — Он только уговорил комиссию направить тебе предложение, это не одно и то же.

— Мам… — я действительно была в растерянности. Если подумать, то мама права. Алекс не заставлял меня принимать это предложение, и думаю, если бы не оно, то Отор всё равно нашёл бы предлог, для того чтобы я не стала пилотом. От осознания этого стало ещё хуже. Теперь я представила себе, как выглядела со стороны. И что подумал обо мне Алекс? Взъелась не понятно из-за чего, хотя по-хорошему винить мне положено только себя. Сама ведь согласилась! А когда в памяти всплыли воспоминания о том, чего я ещё успела натворить, стало уж совсем не хорошо…

— Ой, мам… — всхлипнула я.

— Нита, судя по твоему голосу, это не всё. А ну, давай, выкладывай, что ещё ты натворила.

— Мамуль, а я в запале Алекса Еве отдала. — Щёки просто горели, это же надо было так разойтись.

— Доченька, а он что, твоя собственность? — строго спросила она.

— Нет. Но… — договорить мне не дали.

— Нита, он взрослый мужчина, сам разберётся, что к чему. А ты в этой ситуации сглупила, тем более, если учесть что Евка твоя на него облизывается.

— Мам, — возмутилась я, — мы с Евой на этот счёт уже поговорили. Она сказала, что лезть в наши с Алексом отношения не станет.

— И ты в это веришь?! — могу поспорить, она сейчас руками всплеснула.

— Ну, да. — Не очень уверенно ответила я.

— Посмотрим-посмотрим. — Мама, видимо, о чём-то задумалась, так как в телефоне наступила тишина.

— Мам, ты тут?

— Доченька, я хочу тебе дать совет. Не стоит на сто процентов доверять подруге, когда дело касается мужчин. Даже если это самая лучшая твоя подруга.

— Я поняла. — Червячок сомнения был поселен, и как он будет вести себя дальше, зависит только от меня.

— Значит так, ничего непоправимого не случилось. — Подвела итог мама. — Сегодня же извинишься за своё поведение. И чтобы больше такого не вытворяла. — Дала она команду.

Попрощавшись, вылезла из кровати, посмотрела на часы, и потопала в душ. Взбодрившись, высушила волосы и собралась идти к Эле. Отдыхать, конечно, хорошо, но и от своих обязанностей отлынивать тоже не нужно. Выйдя в гостиную, увидела всех Кроссов, они сидели кто где, и стоило мне только появиться, сразу уставились на меня.

Я стояла, ни жива, ни мертва. Было так стыдно, но понимая, что действительно нужно извиниться, я уже собралась с духом, но меня прервали.

— Нита, ты как? — спросила Саманта.

— Спасибо, я нормально. — Сказала, опустив голову. — Я хочу извиниться за вчерашнюю истерику. Мне очень стыдно за своё поведение. — Собралась с силами я подняла голову и посмотрела на Алекса. — Алексс, прости, я вчера наговорила тебе кучу гадостей, мне очень жаль. Я была во многом не права. — И снова опустила голову.

— Деточка, — обняла меня Сабрина, а я снова чуть не расплакалась, — мы не обижаемся на тебя. Твоя мама смогла многое прояснить. Ну же, всё нормально. Алекс! — она строго посмотрела на сына.

— Извинения приняты, — сухо сказал он, — прошу меня простить, я не смогу с вами позавтракать, служба зовёт. — И развернувшись, ушёл.

Обиделся. Вот точно обиделся. Простит он меня или нет? Я надеюсь, что простит, ведь он мне действительно стал не безразличен. А вот я ему?

Кейн подошёл, и, подмигнув, предложил свой локоть.

— Мадемуазель, разрешите провести вас на завтрак, и составить компанию за столом? — ему бы только шутить да смеяться.

Улыбнувшись, взяла его под руку, и мы пошли в столовую. Настроение потихоньку начало улучшаться, если брать в расчёт то, что Кроссы вели себя так, будто вчера ничего не произошло, то всё было нормально. Я была им за это очень благодарна. Оставалось только решить как мне себя вести с Алексом дальше.

После завтрака встретилась с Эллой, и мы пошли на наше рабочее место. Конечно, рабочим его можно было назвать с трудом, оно больше походило на комнату отдыха с удобными креслами, диваном и журнальным столиком.

— Ну что, давай уже рассказывай о своих вчерашних свершениях. — Хитро улыбнулась мне Элла.

— Как вы узнали? — удивлённо выдохнула я.

— Как, как. Места знать нужно. — Весело ответила она.

— Да, нечего как-то рассказывать. — Смутилась я.

— Ничего себе нечего, её вчера пол корабля слышало, а ей рассказывать нечего! — возмутилась Элла. — А ну быстро выкладывай всё как на духу. Я уже в курсе, что ты вчера Лексика обидела. Хочу знать подробности.

Ну как такому командиру отказать? Пришлось рассказать всё. Элла слушала внимательно, не перебивала, и меня прорвало. Рассказав и про мечты, и про отчима, и про Алекса, и про Еву, выдохнула и посмотрела на неё. Мне стало намного легче, будто гора с плеч свалилась.

— Мда. Нелегко тебе пришлось девочка. — Задумчиво сказала она. — Но я надеюсь, ты понимаешь, в чём была не права.

— Угу.

— Ругать я тебя не буду, скажу только одно. С Евой будь осторожнее и не доверяй ей так слепо. Ну что, — резко сменила она тему, — давай пройдём в кабинет, и начнём составлять каталоги, которые нам могут пригодиться.

— Я думала, что наше рабочее место здесь. — Удивилась я.

— Ха-ха-ха, Нита, ну рассмешила. Нет, сюда я тебя привела поговорить, а наш рабочий кабинет находится дальше по коридору, рядом с кабинетом первого посла. — Она опять засмеялась.

Вот блин, ошиблась. Как я могла подумать, что это кабинет? Совсем расслабилась, нужно становиться серьёзнее. Подойдя к нужной двери, мы вошли. Осмотревшись, пришла к выводу, что мне здесь нравится. Комната была выдержана в тёплых персиковых тонах, с двумя рабочими столами, на которых стояли сэнсорики, удобными креслами, журнальным столиком и стеллажом с книгами. Вот он и привлёк моё внимание. Подойдя к стеллажу, осторожно провела кончиками пальцев по корешкам книг. Всегда их любила, и если была возможность, предпочитала читать их в печатном виде, а не в электронном. Бумага казалась мне более живой, чем холодный свет монитора.

— Нит. Вот твое рабочее место. — Указала Элла на стол, стоящий у окна. Какое это было окно! Во всю стену, открывающее вид на космос, было такое чувство, что ты находишься не на корабле, а плывёшь сквозь звёзды. Прильнув к стеклу, зависла на несколько минут. Вздохнув, уселась в кресло. Теперь этот кабинет нравился мне ещё больше, и я готова была работать со всей самоотверженностью.

Усевшись на своё место, Элла начала давать мне задания. Ничего сложного в них я не видела, за время учёбы переделала их столько, что страшно вспомнить. Хорошо, что я это знаю и умею почти на уровне профессионала. Уйдя с головой в работу, не заметила, как пролетело время, пока не раздался робкий стук в дверь. Элла разрешила войти, и в дверь просунулась смущённая мордашка Марии Эллар. Помощница первого посла, вспомнила я девушку, и посмотрела на неё с интересом.

— Здравствуйте. — Поздоровалась девушка, мы ответили. — Простите, что потревожила, но уже пришло время обеда, и я хотела поинтересоваться, не откажитесь ли вы составить мне компанию. — Не вооружённым взглядом было видно, что девушка смущается.

Я кивнула на вопросительный взгляд Эллы, дав своё согласие, и улыбнулась девушке. Мы пошли по коридору к столовой, Элла о чём-то тихо разговаривала с Марией, я особо не прислушивалась, пока она не обратилась напрямую ко мне.

— Аданита, а вы не составите мне компанию на уроках по владению оружием? — и так мило покраснела. Я ей улыбнулась, она заинтересовала меня. Такое милое безобидное создание, и уроки по владению оружием… Похоже эта чудная девушка не так проста как кажется.

— Во-первых на ты, и зови меня Нитой, а во-вторых, конечно составлю, и мне не будет так одиноко. — Ну, просто чудо, а не Мария.

Так мы и пришли в столовую. Взяв себе еду, уселись за столик и принялись обедать. Кроссы пришли попозже, и, поздоровавшись с Эллой и Марией, уселись за свой столик. За весь обед Алекс так и не появился. Вернувшись в кабинет, договорились с Марией, что пойдём на урок по стрельбе завтра, она обещала, что известит об этом Никаласа Зарка и уточнит время урока. Потом я снова принялась за работу. Работа увлекала, и я снова не чувствовала времени. Иногда отвлекалась, чтобы посмотреть на космос за окном, и снова работала. С Эллой мы почти не разговаривали, она, так же как и я, обложилась бумагами со всех сторон и что-то сосредоточенно печатала на сэнсорике. Ужин прошёл точно так же как и обед. За нами снова зашла смущённая Мария и сообщила о том, что уже довольно поздно.

После ужина в кабинет мы уже не возвращались. Устало плетясь в свою комнату, я надеялась, что меня никто не задержит, и я смогу сразу лечь отдыхать. Сама не заметила, как сильно умаялась. Мои надежды, как ни странно оправдались, и до комнаты я дошла без приключений. Пройдя прямиком в спальню, переоделась, и после посещения ванной комнаты улеглась спать. Сон сморил мгновенно.

В таком темпе прошла неделя. Алекса я уже не видела даже по утрам, и не знала как он, а разговаривать о нём с тем же Кейном, мне не хотелось. Завтра должен состояться праздник единения, вот там и встретимся. С Евой я тоже почти не виделась, и даже не общалась. Я не понимала, это простое стечение обстоятельств, или она меня избегает. Да я и сама после той истерики не горела большим желанием общаться с ней. У меня сложились очень тёплые отношения с Марией, она оказалась приятной собеседницей, и мы всё свободное время проводили вместе. Мы всё же пошли не урок по владению оружием и мне там понравилось! Стрельба отвлекала, требовала полного сосредоточения, и мои грустные мысли уходили на второй план. Вскоре, я так втянулась, что почти прописалась в спортивном зале с мишенями, где проходили наши занятия.

После работы мы с Марией быстро ужинали и бежали на занятия к Николасу. Я видела, какими влюблёнными глазами смотрит на него Мария, да и ему похоже она стала не безразлична. Я радовалась за них, видя, как потихоньку возникают и крепнут их отношения. Да, на сегодняшнем празднике Мария будет в паре с Николасом, а меня пригласил Кейн, хотя я до последнего надеялась, что это будет Алекс. Но когда поняла, что надеяться смысла нет, и приглашения от Алекса уже не поступит, согласилась идти с Кейном. Всё же лучше с ним, чем одной.

Как полагается, для праздника я сделала макияж и простую причёску. Так же надела платье, которое приготовила специально для этого праздника и нанесла на запястье несколько капелек духов. После чего без особого интереса взглянув в зеркало. Оттуда на меня смотрела грустная девушка в шикарном синем платье. Оголённые плечи прикрывала шаль в тон платью, корсет, украшенный камнями, облегал грудь, и делал талию тонкой. Но больше всего в нём мне нравился подол: широкий, пышный, расшитый понизу узором из камней, он был из многослойного шифона и ниспадал широким колоколом. Немного повертевшись перед зеркалом, я грустно улыбнулась, подмигнула своему отражению, и вышла в гостиную. Здесь уже собрались почти все Кроссы, не хватало только Алекса.

— Нита, какая ты хорошенькая. — Саманта улыбалась.

Я поблагодарила, и вернула ей комплемент. Потом улыбнулась и посмотрела на Кена, который всё это время восхищённо рассматривал меня. Увидев в моих глазах вопрос, он нахмурился, и, махнув рукой, что-то пробурчал. Я не разобрала что, но слово «дурак» там явно присутствовало. Эдвард Кросс глянул на часы и предложил Саманте руку.

— Так, все в сборе, пора идти, — и только я подумала, что не все, как он добавил: — Алекс со своей спутницей присоединятся к нам в зале празднования.

От его слов я чуть не споткнулась. Интересно, кто его спутница? Желание идти на праздник и так было не очень сильным, а теперь совсем пропало. Но ведь это один из моих любимых праздников. Ведь в этот день был заключён союз, который объединил все планеты, принявшие приглашение о вступлении в него, и подписавшие договор о мире и сотрудничестве. Именно в этот день мы из просто землян стали ардархарцами (жителями союза). Мы теперь делились только на расы, и могли свободно проживать на любой планете союза и заключать межрасовые браки, что до этого было запрещено.

Когда я училась, наша группа всегда делала сценические постановки, готовясь и репетируя за месяц до праздника. Мне всегда выпадала роль помощника капитана в группе исследования, которая летала с миссией от планеты к планете по всем известным на то время созвездиям и предлагала создать союз и заключить мир, который будет объединять наши расы. Каждый раз постановка менялась. В сценах часто участвовали представители других рас, которые учились у нас в академии. Но нам, землянам, отводилась главная роль в этом действии, и мы старались, тем более, что были в восторге от самой постановки и нашего участия в ней. Теперь, вспоминая всё это, я только грустно улыбалась. Жаль, что сейчас всё это повторить уже не возможно, потому что я бы не отказалась поучаствовать в подобном шоу снова.

Войдя в зал, который был украшен и полностью подготовлен к празднику, осмотрелась. Вокруг, собравшись в кучки, беседовали люди. Некоторые из них были специально одеты в костюмы и маски других рас. Вот возле нас прошествовал урганец, ведя под руку марсирку, они чинно склонили головы, здороваясь с нами. Когда мы заняли место у одного из окон, к нам подошла Элла. Поздоровавшись, она начала беседовать с Эдвардом и Самантой, к ним присоединился уржунец и верниец, отвлекая Эдварда какими-то вопросами. Мне не хотелось ни с кем разговаривать, и я отвернулась к окну, разглядывая пейзаж. А он был величественным. Мы как раз пролетали мимо спутника планеты Урганос. Он был интересен тем, что его кольца, сверкали всеми цветами радуги, создавая такую путаницу цветов, перетекающих друг в друга, и постоянно меняясь местами, что захватывало дух. Я так увлеклась созерцанием этого чуда, что пришла в себя только после того, как Кейн выругался рядом со мной.

Резко повернувшись, я увидела направляющегося к нам Алекса с…. Евой! Я смотрела, и не верила своим глазам. Алекс с Евой! Они что, вместе? Не верю! Не могу! Не хочу! Я еле сдержалась, чтобы не выбежать из зала, только уцепилась в ладонь Кейна покрепче, и сжала зубы. Мне хотелось кричать, ругаться, бушевать и раскидывать всё вокруг себя, но я стаяла и мило улыбалась подошедшим, делая всё, чтобы никто не смог понять, что творится у меня в душе. Ева улыбалась и выглядела довольной, словно кошка, поймавшая мышку. Уцепившись в Алекса мёртвой хваткой, она бросала на меня победные взгляды и ухмылялась. Я не реагировала. Мне было так обидно и больно от того, что она предала меня. Та, которой я доверяла практически всё, и так поступила со мной. Правы были мама с Эллой, когда говорили, что ей не следовало доверять, ой как правы.

Хорошо, что буквально через несколько минут начались танцы, а то неизвестно, сколько я бы смогла ещё продержаться и не разреветься на глазах у всех. А плакать хотелось, очень сильно, и слёзы уже готовы были политься, но Кейн очень вовремя подал мне руку, приглашая на вальс. Закусив губу, и опустив голову, я бросала по сторонам косые взгляды, стараясь чтобы этого никто не заметил. Видеть, как Алекс, обнимая Еву, кружит её по залу и мило улыбается, было сущей пыткой. Может я терпела бы дальше, но после танца мы вернулись на свои места, и они начали о чём-то перешёптываться. Ева, прильнув к Алексу, бросила на меня победный взгляд, и что-то шептала ему на ухо, а он, улыбаясь, стоял и слушал её. Но окончанием моей выдержки послужил поцелуй, который Ева запечатлела на шее Алекса.

— Простите, что-то я себя неважно чувствую, — пробормотала я, — мне лучше вернуться к себе и лечь спать.

Я направилась на выход из зала, практически ничего не видя перед собой из-за стоявших в глазах слёз. Сама не знаю как, но ноги привели меня в оранжерею. Пройдя по ней на балкон, где мы были с Алексом, я села и заплакала. Слёзы рисовали влажные дорожки на моих щеках, оставляя на них разводы от потёкшей туши, но мне было всё равно. Больно. Очень больно от предательства и лжи. Не знала, что такие сильные чувства я испытываю к Алексу. Если бы было просто влечение, то, наверное, так больно не было бы, и было бы наплевать на то, что он флиртует с Евой. Осознание происходящего, не утешало. Я влюбилась, и видимо безответно. А самое главное, что я разрушила это своими руками, и добровольно отдала Еве Алекса. Слёзы, которые уже перестали течь, полились с новой силой.

— И чё ревём? — наглые слова заставили вздрогнуть. Подняв голову, разглядела Криса, и он явно был не трезв. Шатаясь, он подошёл ко мне, и, дыхнув запахами спиртного, заржал.

— Так ты из-за того, что этой др….. — сдержал ругательство Крис, и продолжил: — Еве удалось осуществить свой план по охмурению Алексиаса Кросса? Фи, малышка, так она сильно постаралась, и даже обошлась без моей помощи, хотя вначале планировала всё совсем иначе.

— Крис, ты пьян. — Возмутилась я. — И вообще, о каком плане Евы ты говоришь?

— Как о каком, — усмехнулся он, и сделал глоток из бутылки, я её до этого даже не замечала. — Евочка попросила меня помочь поссорить тебя с Алексом, чтобы потом выразить солидарность и поддержку пострадавшей стороне, но это не понадобилось, детка, ты сделала всё сама. — Он вновь присосался к бутылке.

— И что был за план? — поинтересовалась я. Слёзы уже ушли, и мне стало любопытно, как она с Крисом собиралась сорить меня с Алексом.

— План был прост. Я соблазняю тебя, а Ева в самый ответственный момент приводит Алекса, чтобы он это увидел. — Сказал Крис, подходя ко мне ближе.

— И вы были уверены, что у вас это получится? — возмутилась я.

— Конечно, а ты сомневаешься, что Ева не смогла бы привести Алекса в самый ответственный момент? — самодовольно спросил Крис.

— Нет! Я сомневаюсь, что хоть что-то получилось бы у тебя! — в Еве я уже почему-то не сомневалась, а вот в том, что у Криса ничего бы не получилось, была уверена на все сто процентов.

— А зря детка. — Он двинулся на меня, оттесняя к перилам. Я попыталась увернуться, но он схватил меня за руку и больно дёрнул на себя. Прижав меня к перилам, Крис попытался поцеловать. Я уворачивалась, как могла, но эта скотина больно схватил меня за волосы, прекращая этим все попытки. Его губы прижались к моим. Приятного ничего не было, наоборот, мне было противно и больно, а он начал пытаться засунуть мне в рот язык. Я крепко сжала зубы, и тогда он рванул меня за волосы так, что от боли потемнело в глазах, и я невольно вскрикнула, язык Криса тут же ворвался в мой рот, вызывая приступ тошноты, и я его укусила.

— Дрянь, — рявкнул Крис, прекращая поцелуй, и схватив за талию, усадил на перила, пытаясь задрать подол моего платья и развести ноги в стороны. Я отбивалась, как могла, тянула за волосы, царапалась и лягалась.

— Скотина, отпусти меня! Ненавижу!

Силы были не равны. Я значительно уступала ему, но всё равно не сдавалась. Просто не могла. Мне казалось всё это каким-то сном, нереальным кошмаром, происходящим не со мной. Вот закрою сейчас глаза, открою, а я в своей кровати, и это просто ночной кошмар. Но чтобы я себе не придумывала, это всё происходило наяву, и если мне никто не поможет, то Крис меня точно изнасилует. Мои мольбы были услышаны.

— Ламбер, отпусти её! — Алекс ворвался ураганом, сметающим всё на своём пути. Он так резко оторвал Криса от меня и отправил в нокаут, что я, лишённая опоры, только нелепо замахала руками, и, издав дикий вопль, ухнула вниз.

Удар о воду оглушил, а платье, мгновенно намокнув, потянуло вниз. В глазах потемнело, и я камнем пошла ко дну. Не знаю, сколько я тонула, но тут крепкие руки схватили меня за талию, и потащили наверх. Вынырнув я начала кашлять, и хватать ртом воздух.

— Девочка моя, ты как? — открыв глаза, увидела тревожный взгляд Алекса. Он плыл мелкими гребками к бортику, таща меня на буксире. Выбравшись из бассейна и вытащив меня, Алекс усадил нас на кушетку, находящуюся рядом, и стал растирать мои холодные ладони.

— Милая, если бы ты только знала, как я испугался. Когда ты упала, я думал, что потерял тебя навсегда. — Он притянул меня к себе, и стал укачивать как ребёнка, а меня начала бить мелкая дрожь, и слёзы хлынули рекой.

— Не плачь, Ниточка, пожалуйста, не плачь. — Пытался успокоить меня Алекс, но у него это плохо получалось. Подхватив меня на руки, он двинулся на выход из бассейна. Пройдя по коридору, и оставляя за нами мокрый след, он зашёл в наш жилой блок, направляясь прямиком в мою комнату. Пройдя через неё, зашёл сразу в ванную, опустил меня на пол, и принялся стягивать мокрую одежду. Стащив платье, туфлей уже не было, скорее всего, они остались в бассейне, принялся за нижнее бельё. Я не сопротивлялась, меня била такая сильная дрожь, что я еле держалась на ногах, и если бы не поддержка Алекса, то давно бы уже упала. Занеся меня в душ, и прислонив к стене, Алекс быстро разделся сам и присоединился ко мне. Прижав к себе, включил горячую воду, и, взяв мягкую губку, выдавил на неё гель. Аромат ванили поплыл по воздуху. Лёгкими, движениями Алекс начал намыливать меня, нежно лаская и нашёптывая на ухо приятные слова. Я млела в его руках и потихоньку успокаивалась. Смысл происходящего начал доходить до моего сознания, но я не сопротивлялась его ласкам, а наоборот начала в ответ ласкать его руками и подставила губы для поцелуя. Он не заставил себя ждать. Сначала его губы чуть коснулись моих, но тут же отстранились, будто чего-то испугавшись.

Алекс взял моё лицо в ладони, и, посмотрев в мои глаза, спросил:

— Нита, ты понимаешь, что если мы вот так продолжим, то я уже не остановлюсь?

Я смотрела на это любимое лицо, и мне было уже всё равно, что он может не остановиться, я сама этого не хотела. Я хотела этого мужчину, хотела, чтобы он своими ласками и поцелуями изгнал жуткие воспоминания о Крисе. Я хотела именно его, и мне было наплевать, что на празднике он был с Евой, я потом разберусь с этим, потому что именно сейчас, в этот момент он со мной. Он мой, и я ей его не отдам, даже если придётся объявить войну и действовать её методами. Придя к такому решению, я посмотрела на Алекса и тихонько прошептала:

— Да…

Губы Алекса без промедлений накрыли мои и захватили в плен жадного, страстного поцелуя. Его руки крепко прижали меня к сильному мускулистому телу, так, что казалось, ближе быть уже не возможно. Я отвечала со всей страстью, на которую только была способна. Мне сейчас не нужны были нежные ласки. Хотелось жаркого безудержного напора, даже где-то немного грубого и жестокого. Будто почувствовав это, Алекс подхватил меня на руки и понёс прочь из душевой.

— Сушка, — обронил он, когда мы выходили из кабины, и на нас тут же дунуло одновременно несколько сильных струй тёплого воздуха.

Когда мужчина моей мечты опускал меня на постель, даже мои волосы уже были совершенно сухими.

Моей кожи коснулось прохладное, шёлковое покрывало. Но Алексиас не спешил ко мне присоединяться. Вместо этого он стал с жадностью рассматривать моё тело. Я хотела большего и прямо сейчас, поэтому потянулась к нему руками, но он перехватил их, и, прижал к постели над моей головой, зафиксировав их одной рукой, а второй принялся ласкать мою грудь. Я выгнула спину, словно прося о большем.

— Такая нетерпеливая. — Прошептал он и склонившись над грудью лизнул, и накрыл губами мой сосок. Я заёрзала, пытаясь устроится поудобнее, и вырвать руки, чтобы впиться ногтями ему в спину и притянуть к себе для получения желаемого. Ухмыльнувшись, он взглянул на меня потемневшим взглядом и приник к другой груди, дразня и посасывая. Мне хотелось большего, намного большего, и я опять попыталась освободить руки.

— Лекс… — всхлипнула, от переполнявших меня ощущений, и мелкая дрожь удовольствия пошла по всему телу.

Отпустив руки, Алекс схватил меня за ноги, и, разведя их, резко вошёл.

— Ах… — Казалось, что мы выдохнули одновременно.

Алекс замер, давая время привыкнуть к ощущениям его внутри меня, и когда я сама повела бёдрами, в предвкушении наслаждения, начал двигаться. Медленные, сводящие с ума толчки начали ускоряться. Я стонала и металась под ним, царапая и кусая за плечи. Мне было хорошо, волны удовольствия расползались по всему телу, пальцы на ногах поджались, и с протяжным стоном я зажмурила глаза. Это было нереально, волшебно… Такого наслаждения я не испытывала ещё никогда. Сделав ещё несколько сильных толчков, Алекс, взорвался во мне, и, застонав, впился в мои припухшие губы. Отстранившись, он несколько минут просто смотрел на моё счастливое лицо.

— Теперь ты понимаешь, что ты моя, и я тебя никому не отдам? — и снова жадный поцелуй, и я понимаю, что он всё ещё во мне, и что это только начало.

Да. — Шепчу в ответ, и закрываю глаза, делая движение ему на встречу. И мы снова теряемся в ласках и стонах друг друга.

Через какое-то время мы уставшие, но довольные, приняли душ и улеглись в кровать. Прижав меня к себе, Алекс поцеловал в волосы, и шепнул:

— Спи. Завтра предстоит серьёзный разговор. — И это было обещание.

Блаженно прикрыв веки, я незаметно погрузилась в сон. Мне снилось, что я взбираюсь по гладкому тёплому стволу дерева, постоянно пытаясь устроиться поудобнее, и не соскользнуть, а какой-то сучок, всё время мне мешает, то в живот упрётся, то ниже. И когда он меня уже порядком вывел из себя, я недовольно открыла глаза и столкнулась взглядом с Алексом, в глазах которого бушевала страсть. Оказывается, я лежала полностью на нём, обвив руками и ногами.

— Теперь понятно, что за дерево мне снилось, — пробормотала я, и, хмыкнув, продолжила: — да и что за сучок, тоже.

Алекс мгновенно перекатился, и подмяв меня под себя, поинтересовался:

— Дерево? Это ты меня сравниваешь с деревом? А самое главное достоинство с сучком? — в его глазах плясали смешинки. — Думаю, стоит доказать, что я вовсе не деревянный. — Склоняясь для поцелуя, шепнул он, и доказал. Ммммм…… Ещё как доказал!

Позже, прижавшись к нему, и блаженно закрыв глаза, я поинтересовалась:

— Лекс, а тебе что, сегодня не нужно на службу?

— Нет, — ответил он, поглаживая меня по спине, — у меня сегодня выходной, который я хочу провести с тобой. Ты же помнишь, я говорил, что нам нужно серьёзно поговорить, и мы это сделаем, чтобы не было никаких недомолвок между нами. — Горячий поцелуй обжёг губы.

— Если мы и дальше так продолжим, то боюсь, что разговора не получится. — Промурлыкала с улыбкой я.

— Да, ты права. — Он снова потянулся к моим губам.

Увернувшись, я соскочила с кровати, и попыталась завернуться в покрывало. Как-то быть перед Алексам голой мне не очень хотелось, а вот он наоборот, развалился на кровати, и, не стесняясь, дал себя рассмотреть. Да, полюбоваться было на что, фигура что надо, рельефы мышц, так и перекатываются, когда он двигается, кубики пресса, и дорожка из чёрных волосков, убегающая вниз и прячущаяся под резинку домашних спортивных штанов, наводили на шальные мысли. Где, а самое главное, когда, он успел одеть штаны? Мысль была только одна, и я её озвучила:

— Ты что, успел побывать у себя, пока я спала?

— Нет, их принёс Кейн. — Я начала краснеть, а Алекс улыбнулся, быстро соскочил с кровати и прижал к себе. — Ты чего? Вроде не маленькая девочка, а краснеешь?

— Так стыдно. — Я спрятала лицо у него на груди.

— Почему тебе стыдно? Ты же моя невеста, а невестам можно.

— В смысле невеста? — растеряно захлопала глазами.

— Невеста. Не сомневайся, на другое после всего даже и не рассчитывай, а вот прилетим домой, так и св… — я закрыла ему рот рукой не дав договорить.

— Алекс, но я ведь не соглашалась. — Попыталась возмутиться.

— Нит, — мою ладонь поцеловали, — почему?

И я вспомнила все его почему, которые он мне задавал с момента знакомства. А действительно, почему? Почему я сопротивляюсь, если вчера было так больно видеть его с Евой? Ведь поняла что люблю, да и у него видимо ко мне что-то есть, раз бросил её и пошёл на мои поиски. Вот это и нужно выяснить в первую очередь, прежде чем соглашаться.

— Я сейчас, только сбегаю в ванную, приведу себя в порядок и мы поговорим.

Выйдя из ванной, увидела, что он опять разлёгся на кровати, и наблюдает за мной. Взяв расчёску, стала медленно расчёсывать свои волосы, делая вид, что его нет.

— Можно я? — Алекс подошёл ко мне сзади. Отдала ему расчёску, и окунулась в ласку рук. Он медленными движениями стал расчёсывать мои волосы, распутывая каждую прядку и приглаживая. Я чуть ли не мурчала от удовольствия, а когда он уткнулся в мою шею и лизнул, заставив дёрнуться от неожиданности.

— Мммм… Вкусная. — Алекс прижал меня к себе. — Ну, давай поговорим, спрашивай, я отвечу на все твои вопросы. — Предложил он.

Я стояла и решала как мне лучше спросить о Еве, и не могла начать. Мне было стыдно спрашивать об этом, но с другой стороны, не спросить я просто не могла.

— Алекс, — решилась я. — Что у тебя с Евой?

Таких удивлённых глаз я у него ещё не видела.

— Ничего. — Ответил он. — С чего ты взяла что у меня с этой… этой… слов нет как её назвать, что-то есть?

— Но ты её позвал на праздник, а не меня! — возмутилась я. — А теперь говоришь, что у вас ничего нет.

— Так я и позвал бы тебя, но ты уже согласилась идти с Крисом! — возмутился он в ответ. — Кстати, а почему ты оказалась на празднике с Кейном? — недоумевал Алекс.

— Как с Крисом! Да кто тебе такую чушь сказал! Я всю неделю ждала приглашение от тебя и только потому пошла с Кейном, чтобы не идти одной.

Мы растеряно уставились друг на друга.

— Подожди, после нашей ссоры, ты не давала согласия идти на праздник с Ламбером? — я отрицательно помотала головой.

— Значит она мне соврала. — разозлился Алекс.

— Кто?

— Ева!

— Расскажи, что произошло за ту неделю, что мы не виделись? — попросила, прижавшись плотнее к его телу. Алекс задумался, а потом вздохнув, начал:

— На следующий день после нашей ссоры Ева явилась ко мне в командный отсек с приглашением на праздник. Я ответил, что хочу пойти с тобой, поэтому не могу дать ей своего согласия. Она сказала, что ты утром согласилась пойти на праздник с Крисом, а она без пары, и я могу выручить её. — Алекс замолчал, и, подняв мою голову пальцами за подбородок, поцеловал.

— Я был так зол, что согласился. Только потом, понял, что ошибся, и сделал неправильные выводы.

— А почему ты позволил ей поцеловать себя в шею? — ревниво пробурчала я.

— Понимаешь Нит, она уже и раньше пыталась зародить в моей душе сомнения в том, что я тебе не безразличен, и я просто решил это проверить, вызвав твою ревность. Если бы я был тебе безразличен, то ты на выходку Евы не обратила бы никакого внимания, а если нет, то последовала бы реакция. И она была. — От его довольного вида и слов, мои щёки запылали.

— Так не безразличен? — поинтересовался Алекс у смущённой меня.

— Нет. — Прошептала, не поднимая головы.

— И теперь невеста?

— Невеста, — смутилась, — Но пока, только невеста. — Тут же поправилась я.

— Хорошо. — Поцелуй был страстный, обжигающий, и не известно куда бы он нас завёл, если бы не стук в дверь, который заставил нас прерваться.

— Эй, сладкая парочка, если вы сейчас не выйдите, то родители что-то да заподозрят. — Раздался из-за двери голос Кейна.

— Мы сейчас. — Крикнул Алекс, и опять припал к моим губам в поцелуе.

— Это ладно, — продолжил Кейн, — но Нит, там твоя мама до тебя не пробилась по ваку, и вышла на родителей по стрэйджику. — Вот это известие нас отрезвило быстро.

Схватив ваканар, стоявший на беззвучном режиме, я увидела пять пропущенных от мамы. Мы с Алексам поспешили на выход, чуть не затоптав Кейна, стоявшего под дверями. Я на всех парах понеслась в гостиную, чтобы поговорить с мамой, а Алекс зашел к себе надеть майку. Кейн только хмыкнул нам вслед, и ретировался в свою комнату. Зайдя в гостиную, поздоровалась с Кроссами, и усевшись поближе к гало экрану, увидела маму.

— Мамуль привет! — радостно воскликнула я. — Как вы там? Как Анна? Что у вас нового? — и если бы мама меня не остановила, то я, наверное, так и сыпала бы вопросами.

— Ой, Нита. Да успокойся ты, сейчас расскажу тебе все новости. — Засмеялась она от моего напора.

— Ну мы тогда пойдём, чтобы не мешать вам общаться. — Сказала Саманта, и они с Эдвардом покинули гостиную.

— Ну. — Я подпрыгивала от нетерпения.

— Значит по твоим вопросам: мы нормально, Анна замечательно, у неё уже закончился учебный год, и начались каникулы. Она ждала их с нетерпением, и выпросила у меня разрешение съездить с подружками на море.

— И ты отпустила? — удивлённо перебила маму.

— Да. — Улыбнулась она.

— Мне ты таких поблажек не делала. — Укорила её я.

— Так много чего за эту неделю случилась, и изменилось. — сказала задумчиво мать, а потом огорошила меня окончательно: — я ушла от Отора.

Между нами повисла тишина. Я удивлённо смотрела на гало экран стрэйджика, который показывал улыбающуюся маму, и пыталась переварить только что полученную информацию. А потом как завизжу от радости.

— Аааааа….. Мам! Ну, наконец-то! Да неужели ты решилась уйти от этого… этого… да не важно, главное что ты ушла! — а потом посерьёзнев, спросила:- Мам, что-то произошло? То, чего я не знаю? Да? А иначе ещё неизвестно, сколько бы ты жила с ним.

— Да. — Ответила она, а потом счастливо добавила: — мне предложили очень хорошую работу и ведущую должность главного консультанта на Урганосе, и соответственно обеспечили жильём и хорошей зарплатой, так что мы с Анной через две недели уже будем жить там.

Я была очень рада за неё, но мне была очень интересно реакция Отора на такое событие, и я спросила:

— Мам, а что Отор? Как он на это отреагировал?

— О, Нит, — закатила она глаза, — Отор устроил мне такой скандал. Он кричал: какие мы неблагодарные, сколько он на нас потратил, что загубил из-за тебя свою карьеру и потерял уважение в обществе, и что он не собирается ехать на какую-то непонятную планету только из-за того, что мне там предложили должность, и под конец даже выдвинул ультиматум.

— Да! Интересно какой? — мне стало смешно.

— Заявил — или я отказываюсь от должности и остаюсь, или он меня бросает, при этом грозился не оставить мне ни копейки. Мы с Анной в течении недели должны выехать из дома. Видите ли ему не хочется жить под одной крышей с такими неблагодарными. — Мама рассмеялась. — И я, конечно же, выбрала второй вариант, а так, как мне уже заплатили подъёмные для нового места, мы с Анной пока переехали в гостиницу.

— Да, он в своём репертуаре, его жизнь ничему не учит. — Покачала головой я.

— Но и это ещё не всё, — продолжала удивлять меня мама, — оказывается, они уже давно хотели предложить мне эту должность, но кто-то в верхах не давал этого сделать. — Заинтриговала меня мама.

— Интересно, и кто это мог быть? — спросила я. Мне было непонятно: кому это могло быть нужно, и зачем.

— Не знаю Нит. — Ответила она, а потом сменила тему. — А как у тебя дела с Евой?

Я сначала растерялась такому вопросу, а потом рассказала как у меня с Евой. Правда про ночь, проведённую с Алексом, и инцидент с Крисом, умолчала.

— А я тебя предупреждала доченька, что не стоит ей во всём доверять, вот она себя и показала во всей красе. — Упрекнула мама.

— Мам, не ты одна. — Тяжело вздохнула я. Мне до сих пор было непонятно поведение Евы.

— А как у тебя с Алексом? — поинтересовалась мама.

И только я собралась ответить, как меня обняли крепкие руки, и, положив мне голову на плечо, Алекс ответил:

— А у нас всё хорошо, и здравствуйте Сабрина. — А потом чмокнул меня в щёку, и, улыбнувшись маме, добавил: — Поздравьте меня, сегодня ваша дочь согласилась стать моей невестой. — И подмигнул.

Мама расплылась в улыбке чеширского кота.

— Ну наконец-то. Поздравляю. Я думала, что не дождусь, а моя дочь сглупит и проворонит своё счастье. — И подмигнув в ответ, добавила: — Теперь мне понятно, почему она не ответила по ваканару.

— Мам! — начала возмущаться я, но мне не дали. Прижав меня к себе, так, что я не могла и пикнуть, Алекс хитро улыбнулся и заявил:

— Да кто бы дал ей совершить такую глупость! — и с такой нежностью посмотрел на меня, что я сразу передумала дуться на него.

— Ну тут всё ясно. — Сказала посмеиваясь мама. — Желаю вам счастья. И смотри Алекс, за Нитой нужен глаз да глаз, чтобы она опять чего не выкинула.

— Спасибо Сабрина. Я постараюсь.

— Нит. — позвала мама. — Мы с Анной в следующий раз свяжемся с тобой уже с Урганоса, точно не знаю когда, так что не скучай доченька и не беспокойся за нас.

— Ну что ты мам, я наоборот очень рада и счастлива за вас. — Улыбнулась я.

— Ну тогда до связи. — Улыбнулась в ответ мама.

— До связи. — Ответила я отключая стрейджик. Гало экран погас, а Алекс развернул меня к себе лицом, и потянулся к губам, но тут со стороны входа послышалось деликатное покашливание.

— А нам ничего сказать не хотите? — поинтересовалась с улыбкой Саманта, а Эдвард вопросительно приподнял бровь.

— Мам, пап, — начал Алекс, — не выпуская меня из своих объятий, — Аданита согласилась быть моей невестой, и на сегодняшнем ужине мы объявим о помолвке.

— Ну что же сынок, молодец. — Одобряюще улыбнулся Эдвард и пожал Алексу руку, а меня по отечески потрепал по волосам. — Я очень рад за тебя девочка.

— Ой, ну наконец-то тебя кто-то прибрал к рукам сынок, а то я думала, что так и не понянчу внуков! — заявила Саманта, обнимая нас и целуя в щёки, а мы с Алексом шокировано уставились друг на дружку. Дело в том, что о предохранении мы-то совсем не подумали!

— Эй, вы чего? — спросила она удивлённо глядя на нас.

— А это они мам дату рождения твоих внуков в уме высчитывают. — Вот придушила бы сейчас эту заразу собственными руками.

Видимо не одна я была готова это сделать, так как Алекс бросился к Кейну, а тот рванул из гостиной, я ломанулась следом. Нет, а почему это я должна оставаться и отдуваться? Ага, нашли сумасшедшую, тем более, что Саманта так подозрительно на нас посмотрела, что я даже ускорилась, только бы не попасть к ней на допрос. Вот Алекс с Кейном её сыновья, пусть и отдуваются сами.

— Нита, спаси меня от него! — верещал на всю свою комнату Кейн, скача как заяц от Алекса. По крайней мере, такая картина мне открылась, когда я вбежала в комнату вслед за ними. Он тут же воспользовался этим моментом, и, отгородившись мной как щитом, пихнул меня в руки Алекса, да пихнул так, что мы с ним свалились на кровать. А эта зараза демонстративно вытер лоб и смылся.

Я посмотрела на Алекса, и, покраснев, заявила:

— Объясняться со своей мамой будешь сам. А в том, что вопросы будут, я не сомневаюсь.

— Хорошо, — согласился Алекс, и резко перевернувшись, подмял меня под себя.

Упершись руками ему в грудь, я посмотрела прямо в глаза Алекса.

— Мне нужно кое в чём признаться тебе, и это касается Евы. — Сказала я.

Я видела, как скривилось его лицо при упоминании имени моей бывшей подруги. По моему виду Алекс понял, что к шуткам я сейчас не расположена, и, отпустив меня, помог подняться с постели.

— У тебя или у меня? — мрачно спросил Алекс.

— Давай у меня. — Попросила я, и мы вышли из комнаты Кейна, которую я даже не удосужилась рассмотреть.

Я думала, что мы сядем отдельно друг от друга, но Алекс направился прямиком к кровати и притянул меня в свои объятия.

— Ну давай, признавайся, — тяжело вздохнув произнёс он, — но что-то мне подсказывает, что это признание может мне не понравиться… Тем более если оно касается твоей подруги.

— Увы, уже бывшей подруги. — Поправила его я.

Я сидела молча, опустив голову и не знала, как мне объяснить Алексу о договоре с Евой, и какой реакции ожидать после такого сообщения.

— Нит, что бы там не произошло, я обещаю, что не буду сердиться, — я попыталась повернуться в его руках, чтобы видеть лицо, но он не дал, и продолжил: — если, конечно, это не что-то из ряда вон выходящее.

Вздохнув, и зажмурив глаза, я спросила:

— Помнишь, Ева утащила меня из столовой, и нас не было долгое время?

— Да. — Потёрся носом о мою макушку Алекс.

— Ну, мы тогда с ней поговорили по душам, — продолжила я, — и она меня заверила, что у неё нет на тебя никаких планов. Она пообещала, что не будет вмешиваться в наши отношения. — Алекс хмыкнул, и так как я замолчала, он поинтересовался:

— И, что тут такого?

— Это ещё не всё, — пробормотала я, и набравшись смелости, выпалила: — она предложила тебя проверить. — Руки Алекса напряглись, и он сжал меня крепче.

— Как? — резко спросил он.

— Она собиралась тебя соблазнить. — На одном дыхании произнесла я, и втянула голову в плечи.

Мне было стыдно. Отчётливо чувствовала, как горят уши, а сердце замерло в ожидании ответной реакции.

— Дальше. — Твёрдо произнёс Алекс.

Это не было просьбой, он буквально приказал мне говорить. Но я молчала, не зная, что сказать.

— Нита, это ты собралась признаваться, я тебя за язык не тянул, а теперь что, мне каждое слово из тебя клещами вытаскивать? — судя по всему, Алекс начинал всерьёз злиться, и я решилась продолжить.

— Ева мотивировала свое предложение тем, что не уверена в твоих чувствах ко мне, и решила попробовать тебя соблазнить. Если бы ты клюнул на неё, то думаю сам догадаешься, что бы было, а если бы удержался и не повёлся, то, как она выразилась, отдала бы свою подругу тебе в руки с чистой совестью и не переживала за меня. — Теперь загорелись не только щёки, но и уши, и я с силой зажмурила глаза.

— А в постель ко мне она запрыгнуть не собиралась? — зло спросил Алекс.

— Нет. Она сказала, что до этого не довела бы.

— Хочу тебя разочаровать, — Алекс сжал меня ещё сильнее. — Она пыталась, но меня не заинтересовало её предложение.

Я так и замерла не в силах вздохнуть, моё состояние можно было назвать шоком. Как она могла? Почему она врала мне всё это время? Было обидно, очень обидно, и такое чувство, что в душу плюнули. Я даже не могла толком понять своих чувств, и злость на Еву, и ощущение, что меня предали, даже обида на саму себя! Всё смешалось… Но внутренний голос настойчиво повторял одну и ту же фразу: «сама виновата». И ведь действительно. Все говорили, что не стоит доверять Еве, предавший раз, предаст снова. И зачем я вообще на это согласилась? Как теперь смотреть в глаза Алексу? Когда попыталась поставить себя на его место, стало совсем плохо.

— Лекс, ты простишь меня за эту глупость? — тихо спросила я, надеясь, что он сможет меня понять, и не обидится.

— Да. — Тяжело вздохнул он. — Просто тебя очень хорошо обвели вокруг пальца, и если бы не вчерашнее происшествие, неизвестно когда бы мы смогли поговорить и выяснить всё между нами. Надеюсь, что больше таких глупостей ты не натворишь? — Когда я утвердительно кивнула, его рука скользнула под мою майку, и сжала грудь.

— Лекс… — ахнула я.

— Ммм… — поинтересовался он, целуя мою шею.

— Лекс, мы и так не предохранялись, я не хочу рисковать и дальше, ещё неизвестно чем нам обернётся прошедшая ночь и сегодняшнее утро.

— Хорошо, действительно не будем больше рисковать, а завтра я пойду в медитекс и сделаю временную стерилизацию. — Я повернулась, и шокировано уставилась на него.

— Да милая, — улыбнулся Алекс, — и после этого ты уже не отвертишься. — Губы обожгло страстным поцелуем, от которого все мысли разом выскочили из головы.

— Капитан Кросс, — раздался мягкий голос Меры, заставив разомкнуть объятия, — вы просили сообщить, когда лейтенант Ламбер придёт в себя.

— Нит, прости мне нужно уйти, но я зайду за тобой перед ужином. — Извинился Алекс.

— Лекс, что его ждёт? — спросила я, когда Алекс уже поднялся с постели и чмокнул меня в макушку.

— Ничего хорошего. — Нахмурился он и вышел из комнаты.

* * *

Для меня эта неделя прошла как в тумане. После нашей ссоры с Нитой я был очень зол. Сослуживцы старались обращаться ко мне только по необходимости, чего не скажешь о Еве. Когда она пришла на следующий день со своей просьбой, быть её спутником на празднике и сообщением о том, что Нита согласилась пойти с Ламбером, настроение стало ещё более паршивым. Сам не знаю, почему на тот момент я дал Еве согласие, может от злости на Ниту, а может просто для того, чтобы она увидела меня с другой, но всё же согласился. Я думал, что после этого Ева оставит меня в покое до пятницы, но она начала каждый день приходить в командный отсек и приставать ко мне с разными глупостями. Я старался не беситься, и был холоден, хотя и предельно вежлив, но она словно не замечала того, что неприятна мне. Точкой кипения стал тот вечер, когда Ева заявилась в мою комнату в одном халате, под которым больше ничего не было, и открыто предложила себя. После этого моё терпение лопнуло… Естественно я выставил её, но на следующий день, она, как ни в чём не бывало, снова заявилась в командный отсек! Не выдержав, я доходчиво объяснил ей, что дал согласие только сходить вместе на праздник, но не подписывался развлекать её каждый день! Что у меня много других дел, которые требуют моего личного внимания, а её предложение меня вообще не интересует, и попросил оставить в покое. Я видел, что ей это не понравилось, и, психанув, она наконец-то отстала.

Ниту я не видел до тех пор, пока не пришёл на праздник. Я очень удивился, когда увидел её в паре с Кейном, а не с Ламбером. Такого я не ожидал, и сначала опешил, но потом решил устроить маленькую проверку. Я подыграл Еве в её стремлении привлечь моё внимание хоть мне и не нравились её прикосновения. Зато она была рада, и не упускала возможности лишний раз дотронуться до меня. Я тайком наблюдал за реакцией Ниты. Если я ей безразличен, то она никак на это не отреагирует, и тогда оставлю её в покое, но если она даст хоть малейшую, хотя бы самую крошечную реакцию, то сделаю всё, чтобы она была моей. Мне было всё равно, что говорила Ева, я даже не слушал её, а только делал вид, и всё время наблюдал за Нитой. Ну же девочка, не подведи. Вот! Дождался! Когда Ева поцеловала меня в шею, это было последней каплей, и как оказалось, не только для меня, но и для Ниты. Она не выдержала. Я видел, как дрогнули её плечи от судорожного, нервного вдоха. Видел, как губы прошептали неловкое «извините», так же как и то, что моя девочка очень быстро направилась к выходу. А я попытался отделаться от Евы, но эта пиявка никак не хотела меня отпускать. Пришлось сослаться на то, что меня срочно вызывают в командный отсек, и наконец-то уйти.

Кейн бросился следом за мной. Узнав у Меры, где сейчас Нита, я поспешил в оранжерею. То, что я там увидел, привело меня в бешенство, и я кинулся на Ламбера. Наверное, если бы Нита не упала в бассейн, то я бы его убил. Он приставал к ней! Эта тварь, лапал мою девочку! Но из-за триумфального погружения моей любимой в бассейн, убийство Ламбера пришлось отложить.

Прыгнув следом за Нитой, я вытащил её из воды и понёс в комнату. Её била дрожь, и я видел, что она никак не может успокоиться и согреться, поэтому раздев её, занёс в душ. В мои планы входило только согреть и успокоить её, поэтому сам не заметил, как мои движения переросли в ласки, и когда она мне ответила, был просто счастлив. Моя девочка ответила мне, а последовавшая за этим ночь утвердила в том, что она моя, и я уже не отпущу её, и никому не отдам. Потом эта проказница обозвала меня деревом и пошутила над достоинством мужчин. Пришлось доказывать, что я не Буратино… Я бы и дальше доказывал, сколько угодно, пусть даже всю жизнь, только бы она была рядом. Она ещё хотела о чём-то со мной поговорить, но появился Кейн с известием, что по стрэйджику звонит её мама, и нам пришлось оторваться друг от друга.

Нита убежала разговаривать, а я довольный пошёл надевать майку. Поговорив с её мамой и объяснившись с моими родителями, мы уже собрались идти назад в её комнату, но тут влез Кейн со своими подколками. Я бы придушил этого гада, но он сбежал к себе, а мама видимо что-то заподозрила… Кейну удалось смыться от моего возмездия, а Нита же напомнила о разговоре, предупредив о том, что он будет касаться Евы. Мне не очень понравилось то, в чём она призналась, но я представил себя на её месте и решил, что возможно в такой ситуации поступил бы так же, да и вспомнил о своей маленькой проверке. Да, подружка у неё настоящая интриганка, а Нита доверчивая глупышка. Я не буду упрекать её в этом, она сама осознала свою ошибку и надеюсь, что больше не будет заниматься такими глупостями, да и то, что Ева уже бывшая подруга, тоже радовало.

Я не мог оторваться от своего наваждения, и сжал в руке её грудь, целуя шею, ахнув, она попросила меня остановиться и больше не рисковать. Я остановился, не то чтобы я был против ребёнка, особенно, если его мамой будет Нита, но не в этой ситуации. Неизвестно, что ждёт нас на Рустране, я и так буду переживать, а если к тому времени она будет ещё и беременна, то переживать придётся не только за неё, но и за ребёнка. Поэтому я принял решение о временной стерилизации. Так будет спокойнее нам обоим, ведь быть рядом с Нитой и не прикасаться к ней, это выше моих сил. Она была удивлена моим решением, но не высказала ничего против. Я страстно поцеловал её, и мне ответили с такой же страстью, не знаю, сколько бы мы ещё целовались, но Мера сообщила о том, что Ламбер пришёл в себя, и мне пришлось оставить Ниту, пообещав, что зайду за ней перед ужином.

Придя в командный отсек, приказал привести Ламбера, и приготовился к разговору. Он будет не из приятных, и мне нужно сделать всё, чтобы не сорваться и не придушить этого гада. Когда он вошёл, я приказал всем выйти, и не глядя на него, поинтересовался:

— Надеюсь, ты понимаешь, что после произошедшего твоя дальнейшая служба на Химере невозможна?

— Понимаю. — Сухо сказал он. — И что вы хотите мне предложить, капитан?

— Через три дня мы сделаем остановку на базе Гелеон, и я хочу, чтобы ты подал рапорт о переводе на Трэтикс, им как раз нужен пилот, с его командиром я уже поговорил, он согласен. — Я выжидающе посмотрел на Ламбера.

— Но ведь тогда вы останетесь с одним пилотом. — Уже более нагло заявил он.

— Это уже не твои проблемы, и волновать они тебя не должны. — я резко оборвал его.

— А если я не согласен. — Это был вызов.

— В таком случае, я подаю рапорт о нарушении тобой устава Содружества, нахождение на служебном месте в нетрезвом виде и попытке изнасилования. — Я не собирался его жалеть, и давать шанс остаться на моём корабле. — Надеюсь, ты понимаешь, что тебе светит в таком случае?

— Понимаю. — буркнул он. И куда только делась та наглость, которая сквозила во взгляде всего несколько минут назад. — Я могу подумать?

— В твоём распоряжении сутки, а после я хочу знать, какое решение ты принял. — Я посмотрел ему в глаза и предупредил: — Ещё. Ламбер, только попробуй подойти к Ните, и выбора у тебя уже не будет. Ясно?

— Ясно. — Зло сказал он.

— Можешь быть свободен. — отвернувшись от него, глянул на мониторы.

Услышав, как закрылась дверь, я сжал кулаки. Как мне хотелось ударить по этой наглой роже. И он ещё собрался думать, переводиться ему или нет? Надеюсь, он примет правильное решение и мне не придётся переходить к крайним мерам, всё-таки мы с ним летали не один год вместе, и не хотелось бы портить ему карьеру. Ещё бы убрать с корабля Еву, и вот тогда всё будет замечательно. Личный состав попросил разрешения вернуться на свои места, и я, выйдя из отсека, направился к себе в комнату. Не успел пройти и трёх метров, как меня перехватил Николас Зарк.

— Алекс, я могу с тобой поговорить? — решительно спросил он.

— Конечно. — Мне было интересно, что заставило этого весельчака стать таким серьёзным.

— Мы с Марией хотим заключить брачный союз, и просим тебя, как капитана корабля, совершить его регистрацию. Это же входит в твои обязанности как капитана? — с волнением спросил Ник.

— Конечно. — С улыбкой сказал я, и пожал его руку. — Поздравляю, и очень рад за тебя. Мария хорошая девушка, тебе повезло.

— Знал бы ты, как я рад, что она согласилась. — Ник просто сиял. — А как у тебя обстоят дела с Нитой?

— Она сегодня согласилась стать моей невестой, и мы объявим об этом за ужином. — Довольно ответил я и предложил: — Хочешь, распишу вас прямо сегодня?

— Нет, сегодня не нужно. Пусть этот вечер принадлежит только вам, а мы с Мари хотим скромную церемонию в кругу друзей в следующие выходные. — Я видел как он был счастлив и немного завидовал ему. Ведь если бы Нита согласилась выйти за меня, я бы тоже попросил отца расписать нас прямо на корабле, но она даже не хочет и слышать о браке, но я упрямый и терпеливый — подожду.

— Хорошо друг, значит, в следующие выходные я заключу брак между вами.

Ещё раз пожав друг другу руку, мы разошлись каждый по своим делам. Я пошёл просить поваров приготовить праздничный ужин. Хочу сделать Ните сюрприз.

Глава 10

Одевшись в строгое платье зелёного цвета с чёрным узором, сделав лёгкий макияж и причёску, я расхаживала по комнате, ожидая пока Алекс зайдёт за мной. Я немного переживала, как прошёл разговор Алекса с Крисом, и ни как не могла успокоиться, плюс ещё предстоящий ужин, который тоже заставлял волноваться и переживать. Тихий шелест двери, и я оказываюсь в тёплых объятиях своего мужчины.

— Какая ты у меня красивая. — Он прижал меня сильнее.

— Алекс. — Попыталась возмутиться я, но мои губы накрыли страстным поцелуем, вытесняя из головы все мысли и переживания.

— Ладно, пойдём уже на ужин, и пусть мне сегодня все завидуют. — Улыбнулся Алекс и предложил мне руку.

— Идём. — Я слегка покраснела от его слов.

— Нит, ты чего? — он пальцами поднял мою голову за подбородок и погладил по пылающим щекам.

— Лекс, я стесняюсь, может лучше не нужно объявлять при всех? — спросила его затаив дыхание.

— Нет. Я хочу, чтобы все знали, что ты теперь моя, и ни у кого не возникало даже тени сомнения. — Жёстко сказал он.

— Хорошо. — Не стала возражать, и, поднявшись на цыпочки, нежно поцеловала его. Быстро отстранившись чтобы не дать Алексу затянуть поцелуй, двинулась на выход из комнаты. Но меня тут же поймали, и, притянув к себе за талию, Алекс шепнул на ухо:

— Не переживай, всё будет хорошо, о помолвке объявит отец.

Мы прошли по коридору, и зашли в столовую. Я увидела, что столы сдвинуты в одну линию, и все места, кроме двух, были уже заняты. Присутствующие тихонько переговаривались, переводя удивлённые взгляды друг на друга. Оглядев присутствующих, я не увидела Евы, и остановила взгляд на Марии, которая счастливо мне улыбалась, прижимаясь к довольному Никаласу. Я улыбнулась ей в ответ и слегка кивнув, направилась к нашим местам. Алекс помог мне сесть и расположился справа от меня. По другую сторону сидел Эдвард Кросс, а напротив Кейн с проказливой улыбкой на лице. Да, повара потрудились на славу и накрыли шикарный стол с разнообразными блюдами. Я удивлённо посмотрела на Алекса.

— Это я попросил. Хотел сделать тебе сюрприз. — Шепнул он.

— Спасибо. Сюрприз удался. — Шепнула в ответ. И тут поднялся Эдвард.

— Дорогие друзья и коллеги, я вижу ваше удивление и недоумение по поводу того, зачем мы здесь собрались, и хочу сделать заявление. — На него устремились внимательные взгляды, и наступила полнейшая тишина. — Мы собрались по счастливому поводу, чтобы отпраздновать помолвку моего старшего сына Алексиаса Кросса и Аданиты Штар. Сегодня она наконец-то дала согласие стать его невестой, и я очень счастлив, что в нашей семье появилась такая очаровательная девушка. Буду рад вскоре назвать её и дочерью. Надеюсь что и вы рады за молодую пару. — Он подал мне руку заставляя встать. Алекс поднялся следом за мной, и, взяв меня за руку, достал из кармана коробочку.

Когда он открыл крышку, я ахнула. Колечко было сделано из белого золота, и украшено драгоценными камнями в виде капельки, такое красивое и милое, что у меня перехватило дух. Алекс надел мне его на палец и поцеловал. Странно, и с размером угадал. Вокруг нас раздались аплодисменты и поздравления, мы, оторвавшись друг от друга, уже собирались присесть за стол, как кто-то внезапно ехидно произнёс:

— Поздравляю! — Это была Ева, и, приглядевшись, я поняла, что она пьяна.

— Ну что же ты молчишь Ниточка, — продолжила она, — подцепила себе такого мужика, вот даже и помолвку устроили, а всего какое-то время назад кричала, что он тебе и даром не нужен.

— Ева, вы пьяны! Хотите поговорить — протрезвейте и приходите, мы вас выслушаем. — Зло сказал Алекс.

— Ну уж нет! Вы выслушаете меня сейчас, повторяться я не намерена! — развернувшись, она зло посмотрела на меня. — Ты думаешь, я дружила всё это время с тобой просто так? Нет. Я притворялась и была рядом потому, что мне это было выгодно, да и моему отцу было так нужно. У него были какие-то взаимовыгодные дела с Отором, и я должна была быть рядом. Для этого как раз ты и понадобилась. Не спорю, с тобой было весело и интересно. Но дело в том, что я не потерплю конкуренции, а ты её создаёшь. Вон, даже он, — она посмотрела на Алекса и вздохнула. — Даже он предпочёл тебя, хотя я ему предлагала себя полностью и без остатка. — И она истерично расхохоталась.

Может она и дальше бы устраивала представление, но в столовую вошёл Адам Портан.

— Ева! Ты что творишь?! — рявкнул он.

— О, папочка пожаловал, — повернулась к нему Ева. — Вот Ниточка кому скажи спасибо за то, что твоя маман не могла устроиться на хорошую работу. Он вместе с Отором не давали ей это сделать. — Уже кричала Ева, указывая на отца. — А знаешь почему?

— Почему? — прошептала я, но она меня услышала.

— Потому что Отору это было невыгодно. Он любил её до безумия, а она им просто пользовалась. И он обернул это в свою сторону, и воспользовался тем, что женился на вдове героя с двумя детьми. В обществе на него смотрели с уважением, и это было ему на руку. Он знал, что без жилья и хорошей работы она с вами никуда не денется, и оказался абсолютно прав. А то, что не дополучал от неё в постели, ему с лихвой компенсирова…

— Ева! — подлетевший Адам, зажал ей рукой рот не дав договорить, но мне и так было понятно, кого она имела в виду. Так вот почему Отор всегда так хорошо относился к Еве, и всё время ставил мне её в пример. Но она! Как она могла опуститься до того, чтобы спать с ним? Я не могла этого понять и принять. Вечер, который должен был стать таким прекрасным — был полностью испорчен. Алекс сжал меня в своих объятиях и что-то ласковое шептал на ухо, я же не могла оторвать от Евы глаз и поверить в случившееся.

События развивались и набирали оборот. Ева начала выяснять отношения со своим отцом, который попытался применить к ней силу. Тут из дверей повар вынес торт, и в это же время Ева толкнула Адама, который, не удержавшись, полетел на повара и лицом как раз впечатался в поварской шедевр. Когда он поднялся, его лицо представляло собой месиво из теста и глазури. Видимо от этого вида, Еву на него ещё и стошнило… Это было унизительно настолько, что Адам схватил всхлипывающую дочь и потащил на выход из столовой. Не знаю как ей, но мне бы на её месте, после того, что произошло, было бы просто стыдно показаться на глаза всем, кто здесь присутствовал. Но я не удивлюсь, если завтра она с гордым видом будет расхаживать по кораблю, и делать вид, что ничего не случилось.

После того как они удалились, я без сил упала в кресло и невидящим взглядом уставилась перед собой. В голове была каша. Есть совершенно расхотелось. Да и настроение что-то праздновать совсем пропало.

— Вот видите, что случается, когда переберёшь с алкоголем. Такие скелеты из шкафов лезть начинают, что просто жуть. — Философски произнёс Кейн, пытаясь сгладить инцидент. Я ему благодарно улыбнулась и сжала руку Алекса. Оказывается, я непроизвольно уцепилась в неё, ища поддержки и защиты.

— Друзья, мы собрались здесь по другому поводу, и хотя вечер попытались испортить, давайте забудем о произошедшем, и продолжим праздник. — Предложил Эдвард Кросс. Я была ему за это очень благодарна.

Гости были полностью согласны с предложением Эдварда, и дружно подняв бокалы, осушили их. Я выпила вместе с ними, и моё настроение чуть улучшилось. Но всё равно, осадок остался. Мне ещё нужно подождать неделю, и тогда я смогу поговорить с мамой и рассказать ей о произошедшем. За столом уже царило веселье, я попыталась присоединиться к нему, и только Алекс с Кейном видели как мне тяжело. Еле дождавшись, когда этот вечер закончится, я вместе с Кроссами ушла в наш жилой отсек корабля. Я видела, что Алекс не хотел отпускать меня спать одну, но поцеловала его в коридоре, и, зайдя в свою комнату, закрыла дверь. Мне нужно подумать и переварить случившееся, а Алекс будет только отвлекать.

Сон не шёл ко мне как я не старалась. Я уже много чего передумала и вспомнила. Осталось только сопоставить факты, как вся картина сложилась передо мной. От предательства Евы было очень больно, и я тихонько заплакала. Даже не заметила, как Алекс зашёл ко мне, и сильные руки прижали к горячей груди.

— Девочка моя не плачь, — прошептал такой родной голос. — Она не стоит твоих слёз.

— Я знаю, — шмыгнула носом, — но всё равно очень больно и обидно.

— Нит. Всё пройдёт, и обида забудется. — Он начал осушать мои слёзы поцелуями. Стало так тепло и приятно, что я сама обвила Алекса руками и теснее прижалась к нему.

— Спи, и ни о чём не думай, я буду рядом. — Прошептал мне он, и через несколько минут тихо засопел в шею. Я разомлела в его объятиях и тоже тихонько заснула.

* * *

Проснувшись утром, я стал тихонько наблюдать за Нитой. Моя девочка ещё спала, не знаю, что ей снилось, но она иногда хмурила брови и кривила губы, в такие моменты мне хотелось сделать всё, чтобы она побольше улыбалась. И я уже знал, что сделаю. Пусть для Ниты это будет ещё одним сюрпризом, о котором она вскоре узнает.

— Капитан, — тихонько произнесла Мера, — ваш отец просит присоединиться к нему в гостиной, у вас гость. — Она исчезла, а я невесомо поцеловав Ниту в уголок губ, и встал с кровати. Мне не хотелось оставлять её, такую тёплую и желанную, но раз отец попросил моего присутствия, то наверняка случилось что-то важное. Ничего, моя милая, я сегодня схожу в медитекс, и все ночи мы будем проводить вместе. От этих мыслей у меня поднялось настроение, и я с улыбкой пошёл в гостиную. Остановившись в дверях, увидел Адама Портана.

— Алекс, входи, мы ждали тебя. — Сказал отец. Войдя, я пожал Адаму руку, и сел в кресло напротив него. Я подозревал, что речь пойдёт о Еве, и надеялся, что этот разговор порадует меня, а не наоборот.

— Эдвард, Алексиас, — начал Адам, — я хотел бы извиниться за вчерашнее поведение дочери. Я не прошу простить её, а просто понять. Сейчас я вам кое-что расскажу, и надеюсь, что это останется между нами, и теми, с кем вы захотите поделиться.

Мы согласно кивнули, и Адам продолжил.

— У Кристины, матери Евы, было генетическое заболевание, которое передалось по наследству дочери. Они маниакально добиваются того, чего хотят, не смотря ни на что, и идя к цели любыми путями. Так было с Кристиной, когда она захотела меня. Хорошо, что я отвечал ей взаимностью, а то не знаю, что смогло бы произойти. Она умерла при родах, и я надеялся, что у Евы не проявится этот ген, но ошибся. Впервые он проявил себя, когда она ещё училась в школе, и это привело к плачевным последствиям. Девочка, которая стаяла на её пути к достижению цели, чудом осталась в живых. Мне пришлось забрать дочь, и год она была под наблюдением врачей. Потом, вроде всё наладилось, и с домашнего обучения она пошла в другую школу. Там она познакомилась с Аданитой и они начали дружить. Я видел, что девочкам хорошо и весело вместе, и не препятствовал этой дружбе, но всегда был начеку.

— А как же слова Евы о том, что вы попросили её следить за Отором? — не удержался от вопроса я.

— У меня действительно были дела с Отором, и я просил Еву присмотреться к нему, — замялся он, — но я не просил дочь спать с ним. Для меня самого её вчерашнее признание стало шоком, как и для всех остальных. Я спросил её сегодня об этом. Она ответила, что захотела почувствовать себя взрослой, и ей было мало денег, которые давал я, а Отор был очень щедр на подарки. Хотя я ей ни в чём не отказывал! — опустил голову он.

— Я не думал, что у неё снова случится обострение. — Продолжил Адам. — Если её срочно не отправить в больницу, может произойти срыв, и я не знаю, чего ожидать в таком случае. Поэтому прошу вас высадить меня с дочерью на базе Гелеон, и освободить от дальнейшего участия в миссии. На базе как раз находится Натан Эскос, который может меня заменить, если вы не будете против. — Попросил он.

— Я хорошо знаю Натана, — сказал отец, — и если он согласится, то я только за. А как ты Алекс? — спросил он глядя на меня.

— Согласен.

— Хорошо, тогда я сейчас свяжусь с Гелеоном и поговорю с Натаном. Адам, мне очень жаль, что с твоей дочерью происходит такое, — он сочувственно посмотрел на Адама, — а что говорят врачи?

Меня тоже интересовал этот вопрос, и я сосредоточил всё своё внимание на его ответе.

— Они не дают утешительных ответов, только разводят руками и каждый раз отправляют её в клинику снимать приступы. Я уже почти потерял надежду, что лекарство когда-нибудь будет найдено.

— Держись Адам, и, конечно же, лети лечить дочь. — Похлопал его по плечу отец и вышел из гостиной. Адам поднялся следом за ним, а потом остановился, словно что-то забыл и повернулся ко мне.

— Алекс, если можешь, расскажи об этом Аданите, я не хочу чтобы она думала о Еве совсем плохо, всё-таки они столько лет были подругами, и если бы не её болезнь, думаю, дружили бы и дальше.

— Хорошо. Я расскажу ей. — Пообещал ему, и, пожав на прощание руку, пошёл к себе. У меня ещё есть дела, которые не требуют отлагательств. Но, сначала медитекс, а потом разговор с Ламбером.

В медитексе всё произошло довольно быстро, мне сделали укол, который будет действовать ровно месяц, потом, если понадобится, продлю. После я направился в командный отсек. Приказав вызвать Ламбера, приготовился к разговору. Надеюсь, он уже всё обдумал и примет верное решение, в противном случае ничего хорошего его не ждёт. Когда он пришёл, я решил перейти сразу к сути разговора.

— Какое решение ты принял?

— Я согласен на перевод. — Угрюмо сказал он.

— Хорошо, — выдохнул с облегчением я. — Все необходимые документы для твоего перевода уже подготовлены, тебе осталось только подписать их. — И, взяв со стола подготовленные бланки, протянул ему.

Ламбер молча подписал все документы и вопросительно посмотрел на меня.

— Завтра мы прибываем на Гелион, можешь идти и собирать вещи, от службы ты уже освобождён. — Холодно произнёс я.

— Спасибо, — благодарность Ламбера была неожиданной, — спасибо за то, что позволили перевестись, другой уже давно подал бы рапорт о том, что я натворил, не предлагая мне других вариантов. Но вы… Вы всегда были справедливым командиром, и мне жаль, что так получилось.

— Я считаю, что на исправление ошибок нужно давать шанс. Надеюсь, на новом месте службы ты покажешь себя с лучшей стороны, а теперь можешь быть свободен. — Я отвернулся. Не хотелось больше разговаривать с этим человеком, даже видеть его не хотелось.

Ламбер вышел, а я стал улыбаться, завтра мою девочку ждёт большой сюрприз. Интересно, она уже проснулась, или ей нужно в этом помочь? Оказалось, что Нита не только проснулась, но и убежала на своё рабочее место. Я знал, что они с Эллой уже всё подготовили и просто ещё раз перепроверяют, поэтому решил, что зайду к ней позже, и расскажу про Еву. Занявшись своими непосредственными обязанностями, я с предвкушением ожидал ночи, ведь её она проведёт в моих объятиях. Настроение взлетело вверх, и на моём лице периодически появлялась улыбка, что заставляло удивлённо коситься в мою сторону тех членов экипажа, которые её замечали.

* * *

Я проснулась одна, Алекса уже не было рядом, но подушка хранила его запах, и я потискала её. Быстренько приняв душ, оделась, и, позавтракав, поспешила на своё рабочее место. Мы с Эллой уже всё подготовили, и теперь не торопясь проверяли каталоги и болтали с Марией, которая часто забегала к нам. Это утро не стало исключением, и через несколько часов после начала рабочего дня Мария снова заглянула к нам. Она выглядела так, как будто хотела что-то рассказать, но при этом очень стеснялась.

— Мария, и что за тайну ты хранишь? — улыбаясь, поинтересовалась Элла.

— Ну… — замялась девушка, — эта не такая уж и тайна. — А потом, вздохнув поглубже, выдала: — мы с Никаласом в эту субботу сочетаем браком и хотели бы пригласить вас на нашу свадьбу.

— Мария! — радостно вскочила я, и, подлетев к девушке, обняла. — Я так рада за вас! Поздравляю!

— Поздравляю. — Вторила мне Элла, и, устремив хитрый взгляд на меня, поинтересовалась: — А когда уже и ты осчастливишь Алекса своим согласием?

— Элла! — возмутилась я.

— Ну что Элла? — пробурчала она, а потом махнула рукой. — Эх, молодёжь.

— А у тебя платье уже есть? А фата? А букет? — начала я засыпать вопросами Марию.

— Нет, — смутилась она. — Но я хотела попросить тебя пройтись со мной на Гелионе завтра по бутикам и купить всё необходимое. Ты не против?

— Я только за, — улыбнулась я, — мы сделаем из тебя самую красивую невесту.

— Спасибо. — Мария пожала мне руку и счастливо улыбалась. И только мы собрались углубиться в обсуждение свадьбы, как раздался стук в дверь и вошёл Алекс.

— Всем привет. — Улыбнулся он, и подойдя ко мне, поцеловал. Это меня смутило, ведь мы были не одни, но Элла только фыркнула, а Мария зардевшись, отвернулась.

— Что-то случилось? — вот не верилось мне, что со всей его ответственностью он мог просто так прийти ко мне среди рабочего дня, чтобы поцеловать. Хотя, я ведь всё ещё его так мало знаю, думаю, что нужно исправлять это побыстрее.

— И да и нет. — Загадочно улыбнулся он.

— Так да, или нет? — нетерпеливо спросила я, чуть ногой не притопнула от нетерпения.

— Нит, ну что ты у меня такая нетерпеливая? — сжал он меня в своих объятиях. — Давай присядем, и я кое-что расскажу. Кстати, Элла, Мария, я надеюсь что то, что я сейчас расскажу, не выйдет за двери этого кабинета.

— Конечно. — Заверила его Элла, а Мария согласно кивнула. Мы удобно уселись на диван и с ожиданием вперили взгляды в Алекса.

— Это касается Евы. — Начал он, и увидев, как скривилась Элла при упоминании этого имени, продолжил: — Ко мне с отцом сегодня утром приходил Адам Портан, и кое-что рассказал про свою дочь. — И он пересказал то, что им поведал Адам.

Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать. Я была в шоке! Мне с трудом верилось в болезнь Евы, ведь я столько времени провела рядом с ней, неужели бы я ничего не заметила странного в её поведении? Хотя, в последнем нашем разговоре что-то странное в её поведении проскальзывало, но что-то здесь не то.

— Не верю! — категорично заявила Элла. — Не верю не единому его слову. Я считаю, что он всё это придумал, чтобы выгородить дочь и обелить себя. Мол, пожалейте меня несчастного! — она была так возмущена, что чуть не пыхтела как самовар.

— Я вот тоже сомневаюсь, что Ева больна. — Задумчиво сказал Алекс и посмотрел на меня. Я кивнула, соглашаясь с ним и Эллой. Мария так вообще сидела в лёгкой прострации, и только хлопала глазами.

— Как бы то ни было, правда это или нет, но они завтра покидают нас и сходят на Гелионе, место Адама займёт Натан Эскос, отец уже переговорил с ним и он согласился. — Алекс посмотрел на меня, и спросил: — Нит, ты прогуляешься завтра со мной по Гелеону?

— Лекс, — закусила я губу, — понимаешь, тут такое дело. Я уже пообещала Марии, что помогу ей приобрести покупки к свадьбе, но если ты согласен пойти с нами и таскать пакеты, то я буду только за, да и Мария, наверное, будет не против. — Я вопросительно глянула на неё.

— Нет, я не против. — Согласно закивала она.

— Ну, вот и договорились, — улыбнулся Алекс вставая, — не проведёшь меня?

— Провожу. — Улыбнулась ему. Мы вышли в коридор, и не успела я даже пикнуть, как Алекс прижал меня к стене и закрыл рот жарким поцелуем.

— Нит, — засопел он мне в ухо, — я уже побывал в медитексе и думаю, что тебе не нужно объяснять, где и с кем ты проведёшь эту ночь.

— Лекс, — покраснела я, тая в его объятиях, — поговорим об этом позже.

Оттолкнув его, я рванула к двери кабинета и быстро скрылась за ней, в ответ только услышала смех Алекса. Мои щёки горели огнём. Подняв глаза, я встретилась с заинтересованными взглядами Эллы и Марии.

— Что? — возмутилась я.

— Ничего, — расхохотались они, — из вас вышла прекрасная пара.

Я только фыркнула, и, усевшись на своё рабочее место, уткнулась в сэнсорик, делая вид, что очень занята. Эти кумушки пригнулись друг к другу и стали о чём-то шептаться, периодически косясь в мою сторону. Не знаю, насколько бы меня хватило, но пришло время обеда, и мы пошли в столовую. Алекса на обеде я не видела, видимо он был чем-то занят. Встретились мы только уже вечером, он тихонько прокрался в мою комнату, когда я была в душе, и юркнул в постель, сбросив с себя не только майку. Когда я вышла из душа и увидела, как он развалился в моей кровати, закинув руки за голову и устремив на меня жаркий взгляд, я чуть не завизжала от неожиданности.

— Алекс, ты что, сума сошёл? — зашипела я. — Напугал так, что я чуть в обморок не свалилась. — Этот наглец только коварно мне улыбнулся и похлопал по кровати возле себя.

— Иди ко мне, буду спасать тебя от обморока. — Промурлыкал он.

А я, а что собственно я? Пошла. Меня сразу же сграбастали сильные руки, и властные губы завладели моими губами. Ночь слилась в одно сплошное удовольствие и страстные стоны. Проснулась утром я в объятиях Алекса и долго не хотела открывать глаза.

— Нит, если ты и дальше будешь претворяться что спишь, то я продолжу то, что мы начали вечером, и на Гелион ты вообще не попадёшь. — От его слов я вскочила как ужаленная и понеслась бегом в ванную. На Гелион я хотела попасть, очень сильно хотела, тем более что обещала помочь Марии с покупками, а её подводить мне не хотелось.

Я надела удобную одежду и балетки. Скорее всего, нам придётся много ходить пешком, а удобная обувь это самое главное. Мария уже ждала нас у парковочных шлюзов, я видела, что она волнуется и очень напряжена. Рядом с ней стаяла довольная Саманта Кросс, и приветливо улыбалась мне.

— Я решила, что моя помощь вам не повредит, и вы не откажетесь взять меня с собой? — поинтересовалась она. — Мария уже согласилась. Я тоже не была против её присутствия, и согласно кивнула. Видя, что Мария нервно переминается с ноги на ногу и никак не может успокоиться, я подошла к ней.

— Мари, не переживай, всё будет хорошо. Мы всё найдём и купим, — я приобняла её за плечи, — Алекс, ведь правда, что на Гелеоне можно приобрести всё что угодно? — я повернулась к Алексу и ласково погладила его плечо.

— Да, — улыбнулся он беря меня под руку, — Мария, не переживайте, это раньше Гелион был чисто военной базой, а теперь это больше похоже на базу торговую, на которую съезжаются продавцы и покупатели со всех планет. — Начал рассказывать он. — Можно сказать, что для многих это то место, где ты найдёшь всё, чего нет на нашей планете. Здесь огромный выбор экзотических товаров, очень много салонов красоты и увеселительных заведений. К сожалению, здесь можно встретить и пиратов, и жителей дальних секторов с тех планет, которые не входят в содружество. Так что я попрошу вас быть предельно осторожными и держаться всё время рядом со мной.

— Хорошо, милый. — Согласилась я, а Мария кивнула в ответ и стала по другую сторону от Алекса, Саманта же пристроилась рядом со мной.

— Я распорядился, чтобы нам наняли кар, на нём доедем до нужного места, а потом, когда вы совершите все необходимые покупки, я отвезу вас в один чудесный ресторан и проведу небольшую экскурсию по базе. Согласны? — ну как можно было отказаться от такого заманчивого предложения? Правильно — никак!

— Согласны! — ответили ему одновременно и рассмеялись. Настроение от позитивных планов Алекса стремительно поднялось в гору. Даже Мария уже не выглядела такой взбудораженной и испуганной. А мне не терпелось поскорее оказаться на базе и увидеть всё собственными глазами.

Сойдя с Химеры, мы уселись в роботизированный кар, Алекс ввёл в панели управление нужные параметры и мы взмыли над базой. Я уткнулась носом в окно и как маленький ребёнок принялась рассматривать развернувшийся под нами пейзаж. А посмотреть было на что. Сама база по форме напоминала осиное гнездо, только как будто изрешеченное туннелями и шлюзами для стыковки. Верхняя её часть была закрыта прозрачным воздушным куполом, и там, как в муравейнике суетились люди, были разбиты искусственные парки и пруды. Я заметила, что не только Химера пристыковалась к базе, но и ещё несколько кораблей, которые я не узнавала не из одной известной мне конструкции.

— Алекс, а чьи это корабли? — привлекла я его внимание.

— Не знаю, — нахмурился он, — я раньше не встречал таких конструкций.

— Интересно, надеюсь, что они принадлежат к дружественным расам, раз припарковались на Гелеоне. — Выразила я общие мысли, и быстренько переключилась, так как мы нырнули в один из тоннелей. В глазах зарябило от огней, мы летели на приличной скорости и не сбавляли темп. Потом кар вынырнул из тоннеля и завис над площадкой у какого-то здания. «Всё для невест» гласила вывеска над входом.

— Это самый известный и модный свадебный салон на Гелионе. — Пояснила нам Саманта. Алекс открыл дверцу кара, и помог нам выбраться из него.

— Нит, я слетаю ненадолго в одно место, и быстро вернусь, вы и не заметите моего отсутствия. — Он чмокнул меня в нос и уселся в кар.

Мы вошли вовнутрь и у меня разбежались глаза от многообразия товаров и великолепия, которое нас окружало. Я как завороженная двинулась к свадебному платью, висевшему на манекене. Оно было волшебно: такое тонкое и воздушное, что было страшно даже просто дотронуться до него, не то, чтобы надеть, и такого безупречно-белого цвета, как только что выпавший снег. По подолу и корсету шла восхитительная, просто сказочная вышивка и отделка из камней. У меня даже перехватило дыхание от восторга. Подняв глаза вверх, я увидела предложенною к нему фату и тихо ахнула.

— Ну, что девочка, не хочешь его примерить? На тебе оно будет смотреться просто великолепно. — Послышался тихий женский голос. Я как завороженная кивнула, а потом до меня дошёл смысл этого предложения.

— Эээ… Нет, спасибо, — смутилась я, — Невеста не я, а она, — я указала на Марию, — это ей нужно платье.

— Жаль, что не хочешь, оно будто создано для тебя, — огорчилась женщина, — да и размер, я думаю, подошёл бы тебе идеально. — Не теряла она надежды. А мне и самой уже так хотелось его примерить, что зачесались кончики пальцев, но я одёрнула себя и повернулась к Марии.

— Лучше помогите нам сделать из неё самую красивую невесту. — Я даже не оборачивалась в сторону платья, чтобы не расстроиться ещё больше.

— Женщина перевела взгляд с меня на Марию, и, видя, что та тоже смотрит как завороженная на моё платье, усмехнулась.

— Нет, милая моя, вам это платье совершенно не подойдёт, но я знаю то, что будет идеальным. — Она скрылась за занавесью, а мы уселись в удобные кресла дожидаясь её возвращения. Нет-нет, но мой взгляд снова возвращался к платью. Закрыв глаза, я даже представила, как бы оно на мне смотрелось, и пришла к выводу, что великолепно. Мне просто до безумия хотелось купить его для себя, но, зачем? Что я буду делать со свадебным платьем, если в ближайшее время не собираюсь выходить замуж? Покупать его только для того, чтобы оно пылилось в шкафу, я не хотела, пусть лучше остаётся в салоне, и ждёт своей невесты, которой оно действительно будет нужно.

— А вот и оно. — Вынырнула женщина из-за занавеси, неся в руках ещё один шедевр. Я видела, как загорелись глаза Марии, и она в нетерпении подалась навстречу женщине.

— Можно его примерить? — чуть ли не шёпотом поинтересовалась она.

— Конечно милая, я думаю, оно будет смотреться на тебе волшебно. — Улыбнулась женщина и указала Марии на дверь примерочной. — Вам помочь?

— Нет. Нит, может, ты мне поможешь? — смутилась Мария, глядя на меня.

— Конечно, помогу, — я встала из кресла, и аккуратно взяв платье, поспешила в примерочную, — идём, — сказала я застывшей подруге.

Мы справились довольно быстро, и вот передо мной уже стояла девушка из волшебной сказки. В отличие от моего, платье Марии было жемчужного цвета, который так выгодно оттенял её бледную кожу, и было выполнено в стиле «русалки». На тонкой фигурке Марии оно смотрелось великолепно, а вот мне такой фасон совершенно не подошёл бы, и выглядела бы я в нём просто смешно. Платье было отделано жемчугом и таким тонким кружевом, которое смотрелись как паутинка. «Классное» — решила я. «Но моё всё равно лучше! Стоп! Какое моё? Совсем с ума сошла!» — я дала себе мысленный подзатыльники снова сосредоточилась на замершей от восторга подруге.

Когда мы вышли из примерочной, я увидела что Саманта о чём-то шушукается с владелицей, и загадочно улыбается. Я совершенно не придала этому значения, потом оказалось, что зря.

— А вот и мы. — Воскликнула я, чтобы привлечь внимание.

— Ах, Мария, ты выглядишь как принцесса из волшебной сказки! — воскликнула Саманта, глядя на неё. — Тебе очень идёт это платье. А вы просто волшебница, что способны создать такую красоту. — Обратилась она к женщине.

— Спасибо, — смутилась та, — я просто смотрю на невесту, и сразу вижу какое платье сделано для неё. — Пожала она плечами.

— И что, ещё ни разу не ошиблись с выбором? — поинтересовалась я.

— Ни разу, — улыбнулась она, — Ну что берёте его? — обратилась она к Марии, и когда та утвердительно кивнула, подошла к ней с кружевной фатой в руках и накинула на голову. — Вот эта будет идеальна.

Я смотрела на Марию и была полностью согласна с женщиной. Мы удалились в примерочную, где я помогла Марии снять платье. Выйдя, отдала его хозяйке и направилась к Саманте. Когда Мария вышла, мы приобрели ещё несколько необходимых для невесты вещей, расплатились за покупки, и, попросив, чтобы всё это доставили на Химеру вышли из салона. Я на прощание ещё раз взглянула на моё платье, и, вздохнув, шагнула в дверь.

Алекс уже ждал нас. Мы быстренько погрузились в кар, и направились в обещанный им ресторан. Потом, когда пойдём прогуляться, заодно пройдёмся и по бутикам. Мне тоже нужно кое-что приобрести.

Ресторан оказался тихим и спокойным. Интерьер был выдержан в тёплых жёлто-оранжевых тонах и создавал атмосферу домашнего уюта. Нежная музыка лилась из динамиков, словно призывая расслабиться и помечтать. Мы спокойно обедали и вели неторопливую беседу. Я не экспериментировала, и как все остальные заказала вполне знакомые блюда, чтобы просто насладиться их вкусом. Хотя на Химере повара готовили хорошо, но шеф-повар этого ресторана явно стоил тех денег, которые ему платили. Еда просто таяла во рту и была великолепна. Десерт вообще затмил собой всё, что я пробовала до сих пор. Когда мы уже собирались выходить, Алексу пришёл по ваку вызов, и он, извинившись, покинул нас, попросив быть предельно осторожными. Не смотря на то, что в этой части базы всегда было спокойно и уютно, Алекс всё равно просил нас быть внимательнее. Я видела, что он из-за чего-то переживает, и скорее всего, это было связано с незнакомыми кораблями. Казалось, что он просто не хочет портить нам прогулку, увозя с собой на Химеру. Пообещав ему быть осторожными, мы направились по бутикам. Вот тогда-то я по-настоящему обрадовалась тому, что выбрала балетки.

Мы уже побывали везде, где хотели, и собирались возвращаться на Химеру, когда наше внимание привлёк нарастающий гул. Я немножко отстала от Марии с Самантой, и, повернувшись, увидела, как на меня на всей скорости несётся бот. Я даже не успела сообразить, что происходит, не говоря уже о том, чтобы хоть что-то предпринять. Просто замерла в растерянности на пути бота, и в этот момент меня схватил какой-то мужчина и отпихнул в сторону. Бот крутануло, и он, задев по касательной незнакомца, вильнул в бок, следом сразу же раздался вой сирены, и я почувствовала, что падаю. Для меня всё происходило словно в замедленной съёмке. Свалившись сверху на мужчину, я наконец-то пришла в себя. У меня ничего не болело, в отличие от незнакомца. Он тихо застонал подо мной, и я поспешила подняться. Скатившись, присела возле него на колени, и дотронулась рукой до его лица.

— С вами всё в порядке? Как вы? — взволнованно спросила я, и только увидела, как по его лицу пошла судорога. Мужчина резко распахнул глаза, в которых, как мне показалось, вспыхнуло пламя, но я не придала этому значения, сославшись на то, что от перепуга чего только не померещится.

— Шийи… — удивлённо прошептал он, не отводя от меня взгляда. — Моя шийи.

— Нита, Катара. — Одновременно со словами мужчины в сознание ворвались голоса, и мы повернулись в сторону кричащих. Всё произошло так быстро, что я не успела сильно испугаться, и, увидела, как в нашу сторону бегут Мария с Самантой, и какие-то мужчины в необычных одеждах. Скосив глаза на своего спасителя, я увидела, что он был одет так, как эти странные мужчины. Весь в коже, как удалось рассмотреть, кожаная жилетка была одета на голое тело, кожаные штаны, длинные плащи и армейские ботинки на шнуровке. Он всё ещё не отрывал от меня взгляда, и было такое чувство, что мой образ хотят запомнить навсегда.

— Нита, ты в порядке? — воскликнула подбежавшая Саманта, и помогла мне встать.

— Да, всё хорошо, — произнесла я на автомате, — вот только, наверное, спасителю моему крепко досталось. — Посмотрев на него, увидела, что он тоже встал и разговаривает со своими товарищами.

— Не переживайте, со мной всё в порядке. — Улыбнулся он. Да, мужчина-то красавец! Только сейчас удосужилась его рассмотреть. Высокий, крепкого телосложения, волосы тёмно-русые, но в них проглядывали красные, рыжие и белые пряди. Было такое чувство, что он сделал колорирование. Гордый профиль, полные губы, орлиный нос и пронзительно-серые глаза, которые опять рассматривали меня с интересом.

— Кто-то видел, кто управлял тем ботом, что попытался сбить эту девушку? — обратился он к собравшейся вокруг нас толпе.

— Её уже задержали и отконвоировали в ближайший участок правопорядка, — сказал страж порядка, подходя к нам. — Прошу вас пройти со мной, для дачи показаний.

— Да, конечно, — согласилась я, — мне нужно знать кто она, и зачем пыталась меня сбить.

— Это какая-то сумасшедшая, — ответил страж. — Она или под наркотиком, или действительно не дружит с головой.

Мы все направились за стражем, и вошли в здание охраны правопорядка. Зайдя в комнату, где вёлся допрос, я увидела сидящую с ограничителями на руках Еву, и застыла столбом.

— Ева? — я не верила своим глазам.

— Ты. — Прошипела она. — Жаль, что мне не удалось сбить тебя. Если бы не этот, — она махнула головой в сторону моего спасителя, — ты была бы уже мертва, а я получила того, кого хочу больше всего.

— Значит, вы признаёте то, что пытались убить эту девушку, а не просто не справились с управлением ботом? — обратился к Еве страж.

— Да. Я хотела её убить! — прокричала она и кинулась на меня. Только ей это не удалось, так как ограничители сработали, и Ева получила разряд тока. Упав на пол, она стала кататься по нему и дико хохотать, потом вперила в меня безумный взгляд и оскалилась. Вот сейчас в её глазах я действительно видела безумие.

— Что с ней теперь будет? — я хотела знать, какая судьба её ожидает, и если раньше я сомневалась в рассказе Адама, то теперь была склонна полностью поверить в него.

— Её отправят на психиатрическое освидетельствование, и если признают невменяемой, то запрут в психушке, а если нет, то будет суд и наказание. Не переживайте, зла она вам причинить больше не сможет. А теперь прошу пройти за мной и дать показания. — Только мне стоило выйти вслед за стражем из кабинета, как тут же подбежали с вопросами Мария и Саманта.

— Кто она? — спросила Саманта.

— Ева. — Только это успела ответить, как ко мне подошли с протоколом и начали задавать вопросы. Ответив на все интересующие их вопросы, я расписалась в протоколе и пошла на выход. Спасителя моего я больше не увидела. Вызвав кар, мы отправились на Химеру, Алекс уже ждал нас у входа в парковочный отсек, и как только мы вышли из кара, подбежал ко мне и сильно сжал в своих объятиях. Вот сейчас, видимо, сказался тот стресс, который я испытала, потому что я просто позорно разревелась. Подхватив на руки, Алекс быстро понёс меня в наш жилой отсек. Саманта с Марией рванули следом, и как только мы все оказались в нашей гостиной, Алекс опустился со мной на диван, и, укачивая как маленькую, приказал:

— Рассказывай.

Я, сбиваясь и всхлипывая, рассказала ему, как всё произошло, и как я узнала, кто пытался это сделать. Слёзы лились неиссякаемым потоком, а я всё ни как не могла успокоиться. Саманта подошла ко мне и протянула стакан с водой, который я послушно осушила.

— Я связалась с медитексом и они попросили доставить её туда. — Тихо сказала она Алексу. Он кивнул, и, не выпуская меня из рук, направился в медитекс.

Алан Крэйн поместил меня в камеру диагностики и включил программу. От размеренного гудения и приглушённого света, начало клонить в сон, но тут открылась крышка, и Алекс вытащил меня из камеры.

— У неё просто стресс, — сказал Алан, — я сейчас введу ей успокоительное со снотворным, и она уснёт, а утром всё будет хорошо. Сделав мне укол, он отпустил нас, хотя я уже могла и идти сама, но Алекс всё равно подхватил меня на руки и понёс. В комнате он помог мне переодеться и лечь в постель. Лекарство подействовали быстро, и я отключилась, едва голова коснулась подушки.

* * *

Пока Нита спала, я сходил к маме и попросил её прогуляться с нами по Гелеону, объяснив, зачем мы туда направляемся. Она согласилась, и тогда я попросил её приобрести в свадебном салоне платье для Ниты, если ей, конечно, какое-то понравится. Я надеялся, что она не будет долго противиться и вскоре всё-таки согласится стать моей женой, а платье пусть будет, ведь о нём ей будет неизвестно, и, если поводом для отказа в свадьбе будет его отсутствие, то её будет ждать сюрприз. Я улыбнулся, представив при этом её лицо. Прогулка началась хорошо, но меня насторожили незнакомы корабли, которыми заинтересовалась Нита. В салон я не пошёл, а поехал в ювелирную лавку и приобрёл пару колец, пусть будут. Подождав у салона своих дам, я повёз их в ресторан, только мы закончили трапезу, как мне по ваку пришёл вызов на Химеру. Извинившись, я попросил их быть осмотрительными и осторожными, и отбыл.

— Отец, зачем ты так срочно вызвал меня? — спросил я, входя в командный отсек.

— Сейчас к нам прибудет делегация от рустранцев, они хотят о чём-то поговорить. — Взволнованно ответил он, и тут дежурный доложил, что гости уже прибыли, и ждут разрешение взойти на Химеру. Мы вышли к шлюзам и увидели делегацию из пятерых мужчин, ждущих нашего появления.

— Здравствуйте, я капитан Химеры Алексиас Кросс, а это мой отец и куратор миссии Эдвард Кросс. — Представился я и представил отца.

— Здравствуйте, я октан огненных земель Джэррард Тартон, а это мои сопровождающие. Мы можем взойти на ваш корабль и поговорить?

— Конечно, прошу вас. — Мы прошли в зал совещаний, я предложил им присесть, и сам опустился в кресло.

— В чём причина вашего появления так рано? Что-то случилось? — поинтересовался отец у Джэррарда.

— Не переживайте, наши планы и договорённости в силе. Просто в нашем секторе сейчас творятся небольшие беспорядки, и мы прибыли не Гелион чтобы встретить вас и проводить до нашей планеты. — Объяснил он причину своего появления, а я вздохнул с облегчением и посмотрел на отца.

— Что-то серьёзное? — нахмурился он.

— Нет, просто немного разбушевались пираты, но это почти решённый вопрос, а мы в качестве подстраховки. — Улыбнулся рустранец.

— Тогда мы принимаем вашу помощь и будем рады такому сопровождению. — Наконец-то свободно вздохнул отец, и поинтересовался: — Что-то ещё?

— Нет, — ответил Джэррард, — отбываем сегодня в двадцать один ноль-ноль, рад был знакомству. — Он поднялся и склонил голову в знак прощания, мы повторили его жест, заверив, что тоже рады, и проводили с Химеры.

Только делегация покинула нас, как позвонила взволнованная мать, и рассказала о том, что произошло с Нитой. Я думал, что в тот момент у меня сердце остановится, и уже хотел рвануть к ним, как она сказала, что в этом нет необходимости, и они уже возвращаются. Я остался ждать у шлюзов и ходил туда сюда не находя себе места от волнения. Только Нита вышла из кара, я бросился к ней и обнял. Моя девочка была жива и на первый взгляд невредима, но когда она разрыдалась в моих руках, я понял что стресс начал давать знать о себе. Подхватив её на руки, понёс сначала в нас жилой блок, а потом в медитекс. Пока она была в камере диагностики, я чуть не довёл до нервного припадка Алана Крэйна, постоянно спрашивая, что с Нитой и как она. Получив заверения, что это просто шок, и ей нужен хороший сон и успокоительное, достал её с камеры, дал сделать Алану укол, и понёс в комнату. Нет, я не дал ей идти самой, и мне было совершенно не тяжело, просто не хотелось выпускать её из рук, мне казалось, что как только я это сделаю, она может опять попасть в переплёт.

Я помог ей переодеться и уложил в постель. Она уснула мгновенно, а я пошёл выпытывать у мамы подробности произошедшего. Разговор мне помог всё разъяснить. Опять Ева! Да когда она уже оставит нас в покое?! Надеюсь, что она получит по заслугам. Зайдя в комнату Ниты, я разделся, и, забравшись под одеяло, притянул её к себе. Моя малышка мирно посапывала в моих объятиях, и я был очень этому рад. Завтра, завтра моя хорошая тебя ждёт приятный сюрприз, я хотел сделать тебе его сегодня, но обстоятельства помешали этому, поэтому я сделаю его тебе завтра. С этими мыслями я и уснул, крепко сжимая Ниту в своих объятиях.

* * *

— Дядя, я сегодня встретил свою шийи, и потерял её. — Грустно сказал я.

— Как это произошло? Катара, ты уверен, что она твоя шийи? — поинтересовался он, и я рассказал ему всё, что произошло со мной сегодня на Гелеоне, и тяжело вздохнул.

— Ты хоть знаешь, где её искать? Хоть что-то? — поинтересовался он у меня.

— Нет. Только имя — Нита. — Признался с грустью.

Глава 11

Проснулась я от сладких поцелуев Алекса. Хм… А такой метод пробуждения мне нравится.

— Нит, Нита… — мурлыкал он мне на ухо, покусывая шею. — Вставай, а то своё счастье проспишь. — Даже не открыв глаза, я уже представляла, как он довольно улыбается. Ну что же… Давай поиграем…

— Какое счастье? — удивлённо посмотрела на Алекса.

— Как какое? — наигранно возмутился он. — Вот оно, перед тобой! — и довольно указал на себя, пытаясь изобразить святую невинность.

— Да? — изумилась я, — Ааааааа…. Ну-ка отодвинься.

— Зачем? — теперь удивился Алекс.

— Так ты мне счастье загораживаешь. — Рассмеялась я, и нырнула под одеяло. Но меня тут же выловили, и, сжав в жарких объятиях, смяли губы властным поцелуем. Руки Алекса начали блуждать по моему телу и сжали грудь. В живот мне упёрлось доказательство моего личного счастья, притом ещё и голого, и я со всем жаром ответила на поцелуй, зарывшись руками в волосы Алекса. После, стоя в душе, я с улыбкой вспоминала наши страстные и торопливые ласки, и экстаз, который затопил всю меня в конце, заставив разлететься на миллиарды осколков. Алекс убежал к себе в душ, потому что совместный я принимать отказалась, мотивируя тем, что на завтрак и так осталось совсем мало времени, а с такими сборами недолго и на службу опоздать. Хотя он и капитан, и его никто не накажет, но дурной пример заразителен. Если он станет опаздывать сам, то подчинённые подумают, что и им можно, и дисциплина полетит в тартарары. Но он всё же вырвал у меня согласие вместе позавтракать и умчался. Я стояла с радостной улыбкой на губах, и была абсолютно счастлива. А потом меня привлекла боль в пальцах. Рассмотрев их, я увидела следы похожие на ожоги, но так и не могла понять, откуда они могли появиться.

Только я успела одеться, как зашел Алекс и потащил меня не в столовую, а на нашу кухню. А там: на столе уже стояли тосты, блюдечка с мёдом и джемом, творог, яичница с беконом и распространялся умопомрачительный запах кофе.

— И кто всё это приготовил? — поинтересовалась я.

— Я. — он довольно улыбался.

— И в честь чего? — не унималась я.

— Ну… Хочу чтобы этот день тебе запомнился на долго. — чмокнув в щёку, он усадил меня за стол и наполнил наши чашки горячим кофе.

— Налетай. — Задорно подмигнул мне Алекс, и я только сейчас поняла, какая я голодная. Тосты были с хрустящей корочкой и таяли во рту, кофе восхитительным, я и не заметила, как умяла и яичницу с беконом. Наевшись, довольно вздохнула и развалилась на стуле.

— Ну и какая мне сейчас работа. — Простонала я.

— Самая обыкновенная, — сказал счастливый Алекс, — давай, не ленись, вставай, я проведу тебя до кабинета.

— Ладно. — Пробухтела я. Пришлось вставать и тащиться на работу. У кабинета Алекс поцеловал меня, и, подтолкнув к двери, ушёл. Элла только глянула на меня и хмыкнула. Ну что мне оставалось делать? Правильно — работать. Я уселась за сэнсорик, и полезла в каталог. Перепроверила ещё раз данные по нему, поняла, что он полностью сделан и работы у нас как таковой нет. Только я пришла к мысли, что можно побездельничать, как раздался голос Меры.

— Аданита Штар вас вызывает в командный отсек капитан Кросс.

Пока шла, передумала много чего, но причина вызова в голову так и не пришла. Войдя, остановилась в дверях и вопросительно взглянула на Алекса. Он жестом пригласил меня пройти. Подошла к нему, и стала в ожидании причины, по которой я здесь.

— Уважаемые коллеги, прошу немного вашего внимания. — Начал он и когда все присутствующие обратили на него внимание, продолжил: — Вам всем известно, что от нас перевёлся Кристофер Ламбер, и освободилась вакансия пилота. Так как миссия у нас очень ответственная, а все члены экипажа давно летают со мной, и я знаю, как трудно без третьего пилота, позвольте вам его представить — Аданита Штар. С этого дня она назначается на должность пилота, пока мы не прилетим на Рустрам. — Он посмотрел на меня, а я, я не могла и слова вымолвить. Неужели сбывается моя мечта?! Я буду пилотом? Нет, не так. Я буду пилотом! Я буду летать!

— Спасибо. — Только и смогла выдавить я из себя. Меня переполняло такое счастье, что позови Алекс меня сейчас замуж, не раздумывая сказала бы «да». — Спасибо, этот день я действительно запомню на всю жизнь как самый счастливый. — прошептала, и поцеловала его на глазах у всех, кто находился в отсеке.

— Нит, — сказал Алекс когда я оторвалась от него, — всю эту неделю ты будешь приходить сюда каждый день и стажироваться, а со следующего понедельника, начнутся дежурства. Элла уже в курсе.

— Хорошо. — Мне не терпелось поскорее приступить к стажировке, и познакомившись с пилотом, который дежурил сегодня, я принялась расспрашивать у него про всё, что меня интересовало. Я так увлеклась, что чуть не наорала на Алекса за то, что он меня потащил в столовую на обед, но вовремя успокоилась и одумалась.

Придя в столовую, мы сели за один столик с родителями Алекса, и Кейн, не упустив момента, поинтересовался:

— Ну что Нит, сбылась твоя мечта?

— Да, — ответила ему на автопилоте.

— И ты счастлива? — продолжил он, а родители только улыбались. Выходит, они уже всё знали, и только одна я не была в курсе. Но так как я до сих пор летала в облаках счастья, то не обиделась, и не сильно прислушивалась к тому, что выпытывает у меня Кейн. Я во всю представляла себя за пультом управления кораблём и даже ела на автопилоте, не чувствуя вкуса еды. А Кейн не унимался, и мне бы прислушаться к его болтовне, но…

— Так ты рада, что полетела с Алексом в эту миссию? — тем временем продолжал он.

— Да.

— И ты теперь будешь пилотом, как и твой отец?

— Да.

— И у тебя неделя стажировки?

— Да.

— А со следующего понедельника начнутся дежурства?

— Да.

— А ты хочешь поуправлять кораблём самостоятельно?

— Да, — и даже глаза зажмурила от счастья.

— И ты хочешь поблагодарить за это Алекса?

— Да, — и улыбка до ушей.

— И ты согласна выйти за Алекса замуж?

— Да, — говорю же, автопилот.

— Правда выедешь за меня? — а это уже Алекс, и столько ожидания и надежды в его глазах.

— Да. — Улыбаюсь я, замечая краем глаза как Кейн ударяет брата по плечу и подмигивает ему, а потом до меня доходит, на что я дала согласие. — Что?!.. — выражение моего лица словами было не передать, его нужно было видеть.

За нашим столиком грянул взрыв хохота, а я была готова придушить Кейна на месте, совсем не таким я представляла своё согласие на замужество. Посмотрев на Алекса, я хотела всё свести к шутке, но у меня ничего не вышло.

— Не отвертишься, — сказал с улыбкой он, — сама да сказала, за язык никто не тянул.

— Это всё Кейн, — начала возражать я, — это он меня запутал.

— Что? — возмутился незаслуженно обиженный, — я тебе просто вопросы задавал, ты сама на них отвечала. — Я попыталась опять возразить, но тут вмешались родители Алекса.

— Ну и когда? — поинтересовалась Саманта.

— Что когда? — решила косить под дурочку я. Не прошло.

— Свадьба когда? — решил вступить Эдвард.

— Мам, пап, дайте Ните отойти от шока. Она только дала согласие выйти за меня замуж, а вы уже про свадьбу, — притянул он меня к себе, — мы обговорим этот вопрос и сообщим вам. Правда, милая?

— Да. — Промямлила я. Ну чего теперь уже отбрыкиваться. Пусть это случилось не так, как я мечтала, но забирать свои слова обратно я не хочу и не буду. Улыбнувшись Алексу и погладив его по щеке, пообещала: — Мы вечером об этом поговорим, когда вокруг не будет столько народа.

Я видела, как счастливо вспыхнули его глаза, и улыбка озарила лицо. Всё равно это произошло бы рано или поздно. Я люблю его, он любит меня, пусть не говорил мне этого, но я чувствую. Это сквозит в его жестах, словах, поступках. Если подумать, то я рада, что так получилось, а то не известно, сколько бы ещё я запрещала ему поднимать тему брака. Мы вернулись в командный отсек, и я до вечера опять проболтала с пилотом, он оказался очень интересный собеседник, очень простой в общении и мы с ним быстро нашли общий язык. Звали пилота Максимусом Фрэйном, но он сразу же попросил звать его Максом. Мы бы так и болтали, но рабочий день, да и его смена подошли к концу, и нам пришлось распрощаться. А когда я зашла в наш жилой отсек, то меня ждал ещё один сюрприз. В моей комнате был Алекс с шикарным букетом моих любимых гербер.

— Нита, — встал на одно колено передо мной Алекс и протянул цветы, — я знаю, что не таким ты представляла предложение руки и сердца, поэтому здесь и сейчас я спрошу тебя ещё раз — ты окажешь мне честь став моей женой?

— Да! — счастливо засмеялась, зарываясь лицом в цветы, а Алекс подхватил меня на руки и закружил по комнате.

— Любимая, ты не пожалеешь что согласилась. — Сказал нежно он и поцеловал меня со всей страстью и любовью, которые испытывал на этот момент, а я ответила ему тем же, и букет выпал из моих ослабевших рук.

— Хм, любимая? — вопросительно глянула на Алекса, когда оторвалась от его губ и перевела дыхание.

— А ты сомневаешься? — уже серьёзно посмотрел он. — Ты думаешь, я бы добивался с таким рвением ту, которую не люблю? Нет, Нит, я тебя люблю, даже сам не знаю когда и как это произошло, но в один прекрасный момент я осознал, что люблю тебя больше своей жизни, и, что никто другой мне больше не нужен. Может это случилось тогда, когда ты так красиво меня обломала на экзаменах по лётному вождению, а может когда упала в бассейн, я сам не могу понять, но я рад этому, и ни о чём не жалею. А ты? — он смотрел на меня с такой нежностью, что я плавилась словно мороженное под солнечными лучами от его взгляда, а в таких надёжных и в то же время нежных руках хотелось растаять.

— Да, — кивнула, пряча лицо у него на груди.

— Что да? — видимо, такой ответ Алекса не устаивал.

— Я тоже люблю тебя, и тоже не знаю когда и как это произошло, но в том, что люблю, уверена на все сто процентов. — В подтверждение сказанного, я обвила его шею руками и притянув к себе страстно поцеловала. В этот поцелуй я вложила всю нежность и всю свою любовь, ласку и доверие. — Теперь для меня существуют три самых дорогих мне человека, — сказала я, глядя в его глаза, — ты, мама и Анна. Вы всё, что у меня есть.

А дальше нам не нужно было слов, за нас всё сказали наши тела. Не обращая внимания на то, что можем растоптать букет, мы начали срывать друг с друга одежду и через несколько мгновений оказались в постели, нас туда завела страсть, бурлившая в крови. Не помню, сколько раз занимались любовью, но проснулась я с ощущением абсолютного, безграничного счастья. Алекс ещё спал, и я решила его не будить, приподнявшись на локте, стала рассматривать лицо моего мужчины. Да, именно мужчины, не мальчика, не юноши, а мужчины. И кто бы мог подумать, что я в него влюблюсь, да ещё и замуж соглашусь выйти? Ведь так сопротивлялась, так хотела свободы, самостоятельности, космоса. Вот он космос, самостоятельность, а свобода, да зачем мне она, если в ней не будет его. Нет, спасибо, не нужно мне такой свободы.

Я решила немного пошалить и стала кончиками пальцев нежно очерчивать скулы Алекса, потом перешла к губам, очертив их контур, и двинулась дальше вниз, путешествуя по его телу. К моим пальцам присоединились шаловливые губы. Я игриво куснула Алекса за ухо и поцеловала в шею, потом прошлась поцелуями ниже и легонько прикусила сосок. Алекс немного дёрнулся и засопел, я взглянула в его лицо. «Ага, проснулся, вон, как ресницы подрагивают, но усердно делает вид, что спит. Хорошо, посмотрим милый, насколько тебя хватит» — я улыбнулась своим мыслям и приступила к дальнейшему изучению его тела. Ещё немного поиграла с соском и переместилась ко второму, удостоив и того порцией ласк. Поцелуями начала медленно опускаться вниз, добравшись до пупка, нырнули в него языком, и двинулись дальше. По участившемуся дыханию Алекса я поняла, что действую в правильном направлении и продолжила ласки. Долго Алекс не выдержал, и со стоном зарылся пальцами в мои волосы. «Хм… Вот мы и проснулись» — снова ухмыльнулась я, даже не думая останавливаться. Но увлечься мне не дали.

— Нита, — выдохнул Алекс, и рывком подтянув вверх, подмял под себя. Я даже ахнуть не успела, как Алекс уже был во мне и его движения начали возводить меня на пик экстаза, который обрушился на меня бурным потоком.

Отдышавшись, мы счастливые и удовлетворённые лежали в кровати. Я умастила голову на груди Алекса, а он перебирал мои волосы, пропуская их через пальцы.

— Знаешь, мне понравилось такое доброе утро. — Задумчиво сказал он. — Только вот с чего это вдруг ты сама проявила такую инициативу?

— Ну, можешь считать, что это такое своеобразное спасибо за вчерашние подарки. — Ответила я краснея. Вот же, умеет он меня в краску вводить, нет, чтобы просто промолчать, а не задавать лишних вопросов.

— Да… — протянул Алекс, — тогда я буду стараться делать тебе подарки почаще. — Ууу противный! Я-то думала, что шутник у них в семье только Кейн, и от Алекса, таких подколок не ожидала… Хотела даже возмутиться, но мне не дали.

— Нита, давай быстренько в душ, завтракать и на службу, а то опоздаешь и получишь от меня наказание, — опять прикалывается! — А я придумаю, какое оно будет. — У меня мурашки по коже побежали от обещания, прозвучавшего в его голосе. Стыдно признаться, но мне действительно захотелось опоздать. Сразу такие пошлые мысли в голову полезли про наручники, наказание и всякую ерунду, что я пулей метнулась в душ, чтобы охладиться и избавится от них.

На служебное место я не опоздала, войдя, с вызовом посмотрела на Алекса, и с гордо поднятой головой прошла к месту пилота. Сегодня там находился не Макс, а совершенно другой мужчина.

— Здравствуйте, я Аданита Штар, новый пилот. — Поздоровалась, и с улыбкой протянула руку для приветствия. Он пожал мне руку и предложил присесть рядом.

— Привет. Наслышан, о том фуроре, что ты произвела вчера в командном отсеке, — улыбнулся он. — Я Самуэль Прайтон, можно просто Сэм. Ну что, приступим к твоей стажировке? — подмигнул мужчина. Я с усердием закивала и приземлилась рядом в предложенное кресло. Опять я была занята тем, что интересовало меня больше всего, и опять чуть не пропустила обед. Вспомнила о нём только благодаря Алексу. После обеда снова зависла возле пилота, и он даже дал мне несколько минут самой управлять кораблём. А что, мне же нужно практиковаться, тем более, что через несколько дней мне заступать на самостоятельное дежурство. Вечером по стрейджику пришёл вызов от мамы с Анной.

— Мамочка! — завизжала я от радости, когда они появились на экране, — Анна.

— Привет дорогая, мы тоже очень рады тебя видеть, — улыбались они. — Как ты, как у тебя дела? — я видела, что мама волнуется, и постаралась её поскорее успокоить.

— Мам, не переживайте, у меня всё хорошо, даже замечательно. — Мечтательно улыбнулась я.

— О, глядя на твою довольную мордашку, думаю, за твоё прекрасное настроение мне следует благодарить некого Алекса? — подколола меня Анна.

— Да, его, — улыбалась я, — но сначала всё по порядку. — Я рассказала им о том, что произошло за время, которое прошло после нашего последнего разговора. Когда озвучила события, связанные с Евой, мама даже побледнела, а у Анны вообще глаза были с блюдца. Но потом я ошарашила их другой новостью.

— Мам, а замуж выхожу, я согласие Алексу дала.

— Ну, этого и следовало ожидать. — Улыбнулась мама.

— Так он всё-таки добился своего? — поинтересовалась Анна.

— Да, и ему в этом Кейн помог. — Наябедничала я, и рассказала в подробностях, как это было. Они хохотали до слёз.

— Ну и молодец! Кейн- это чудо, — восхитилась им мама, — это ж надо было так тебя провести.

— Да, Кейн действительно чудо. — Согласилась с мамой Анна.

— Да ладно, я на него не обижаюсь, но ему об этом не скажу, пусть думает, что я на него дуюсь. — Усмехнулась я. — Мне интересно, как он будет выкручиваться. Ладно, всё про меня и меня, а вы как? Как устроились на новом месте жительства? Как на новой работе? — меня интересовало абсолютно всё.

— У нас всё хорошо, не переживай. Устроились мы прекрасно, на работе тоже всё хорошо. С коллегами мне просто повезло, да и соседи очень отзывчивые. Не успели мы переехать, как они сразу же пришли знакомиться и интересоваться, не нужно ли нам чем помочь. Так что всё просто замечательно. — Рассказывала мама. По её счастливому взгляду, и улыбке на лице Анны, было видно, что у них действительно всё хорошо, и яне могла за них не порадоваться.

— Анна, ну а ты как? — поинтересовалась я у сестры.

— О, я от Урганоса просто в восторге, и уже завела себе несколько новых подружек. Конечно же, мне было жалко расставаться со старыми, но я не жалею. Вот через три дня съезжу на отдых с девчонками, а потом буду готовиться к знакомству с новой школой. — Рассказывала мне о своих планах Анна. Ещё немного поболтав, мы разъединили связь. Алекс сегодня ко мне не пришёл, я знала, что у него будет ночное дежурство, поэтому легла спать пораньше, всё-таки бессонная ночь дала о себе знать. И мне приснился сон, от которого я подскочила в холодном поту.

Начинался сон очень необычно, я видела перед собой незнакомую планету, разделенную на сектора, и направлялась я почему-то в красный сектор. Оказавшись на земле стала осторожно продвигаться вперед, пока не почувствовала за спиной чьё-то присутствие. Повернувшись, увидела клубившийся сзади туман и в нём чью-то тень, движущуюся ко мне. Присмотревшись, различила мужской силуэт и горящие огнём глаза. От них шла такая угроза, что вскрикнув, я побежала вперёд. Туман клубился уже вокруг, и было плохо видно, куда ступают мои ноги. Я бежала, что было сил, но мужчина приближался, и не было никакой возможности спрятаться. Я знала — он всё равно найдет меня. Вот он схватил меня за руку, и я почувствовала дикую боль там, где он прикоснулся ко мне. Закричав, я попыталась вырваться, и мне это удалось. Я понеслась вперёд, и даже не заметила, как земля под ногами закончилась, и я полетела вниз навстречу лаве плещущейся на дне обрыва. Закричав, я проснулась. Меня знобило и трясло. Действия, происходящие во сне, так и стояли перед глазами, а в ушах звенел мой крик. Может я кричала только во сне — не знаю, но от этого легче не становилось. Вот и сейчас всё всплыло перед глазами, и я как будто заново пережила этот кошмар. Вынырнув из него, я обхватила себя руками, чтобы тут же ойкнуть. Посмотрела на свою левую руку и ужаснулась. На ней красным следом как от ожога проступал след руки.

— Мамочки… Что же со мной такое происходит? — прошептала сама себе и разрыдалась. Мне было страшно, очень страшно, и я не знала, что мне делать.

Отревевшись, пошла в медитекс чтобы убрать этот след. Мне не хотелось говорить об этом никому, тем более Алексу. Если он об этом узнает, то запрёт меня в комнате и хорошо, если охрану не приставит. Поэтому, залечив ожог, я пошла обратно к себе и попробовала снова уснуть. Удалось мне это с трудом, но больше ничего страшного не приснилось, и, после сна, никаких увечий я на себе не обнаружила. Немного успокоившись, пошла завтракать и на место стажировки, а там, вновь увлёкшись любимым делом в компании Макса, я напрочь забыла о ночном кошмаре, тем более, что больше они меня по ночам не беспокоили, и спала я в объятиях любимого мужчины. Так прошло несколько дней, пришла суббота, а значит сегодня, будет свадьба Марии и Никаласа.

* * *

Утром я будил свою девочку сладкими поцелуями, а она делала вид, что спит, и не хотела открывать глаза. Но я знал, что мне нужно сделать, чтобы она проснулась, женское любопытство ещё никто не отменял, вот на нём я и сыграл. И надо же, она приняла игру и ответила, а то, что произошло дальше, привело нас обоих на пик экстаза. Но расслабляться не стоит, ведь я готовил для Ниты день сюрпризов, а время идёт. Отправив её в душ, ополоснулся сам и приготовил нам завтрак. Завтрак ей понравился, и аппетит у неё хороший. Мне никогда не нравились женщины, вечно сидящие на диетах и считающие каждую калорию. Проводив её на рабочее место, пошёл в командный отсек решать текущие вопросы. Позже, вызвал туда же Ниту, и назначил на должность пилота. Нужно было при этом видеть её: шок, неверие, надежда, сменившаяся радостью — все эти чувства промелькнули за несколько секунд на её лице. Я ещё ни разу не видел её такой счастливой, и был счастлив сам, что смог осуществить заветную мечту моей малышки. Она так увлеклась с Максом, что я чуть не приревновал, но прислушавшись к их разговору, и немного понаблюдав, понял, что с этой стороны моему счастью ничего не угрожает. Утащив её на обед в столовую, я и не подозревал, что сюрприз сегодня будет не только у Ниты, но и у меня. То, что вытворил Кейн, и как он это ловко провернул, заставило меня присмотреться к брату получше, и понять, что его поведение в стиле бесшабашного парня, это только прикрытие. Я был признателен брату, ведь именно благодаря его хитрости и смекалки, я получил согласие на брак от Ниты, а ведь как только я сам пытался заговорить об этом, она сразу обрывала меня, и переводила тему. Но всё равно, хоть она и согласилась, я решил сделать вечером предложение руки и сердца как положено. И сделал. Она опять согласилась. Вот тогда я решился и признался ей в любви, и просто не поверил своим ушам, когда Нита ответила мне взаимностью. А прошедшая за этим ночь, прогнала все мои сомнения прочь.

Даже если бы после нашей ночи, какие-то сомнения у меня на счёт её чувств и оставались, то тот способ, которым Нита меня разбудила утром, добил бы их окончательно. Ах, какая моя девочка сладкая, а эти губы, ласкающие моё тело и сводящие сума, просто не дали мне спокойно притворяться спящим, и я со стоном подмял Ниту под себя и вошёл в это желанное тело. После, она стеснялась моих расспросов, и чуть не краснела. Отправив её в душ, попросил поторопиться, и пригрозил обещанием наказания. Ох, что это у нас такое промелькнуло в глазах? Только хотел её об этом спросить, как она сбежала. А потом меня вызвали в командный отсек, рустранцы вышли на связь. Зайдя в отсек, ввёл код соединения.

— Капитан Кросс, слушаю вас. — Ответил глядя на гало экран.

— Здравствуйте капитан, — произнёс уже знакомый мне рустранец, — как у вас обстановка? Всё в порядке?

— Здравствуйте. Да, всё хорошо. — Ответил ему.

— Мы через два чала будем входить в сектор повышенной метеоритной активности, это один из нескольких, будьте пожалуйста внимательнее и осторожнее. — Предупредил он.

— Спасибо. Мы усилим внимание. — Поблагодарил я.

— До связи. — Ответили мне, и отключились.

Нита пришла вовремя, и с вызовом посмотрев на меня, прошла к месту возле пилота. Хм. Так моя девочка бросает мне вызов? Ну что же, поиграем и посмотрим кто кого. А потом служебные вопросы заняли всё моё свободное время. Да ещё и это ночное дежурство, будь оно неладно. Я так хотел снова провести эту ночь с Нитой, но не мог. Пусть ночью ничего и не случилось, но утром она выглядела как-то странно. Я не стал у неё ничего выспрашивать, захочет, расскажет сама, а лезть в душу для выяснения тайн и подробностей я не любил, да и сам не позволил бы никому этого делать. Потом всё немного вошло в колею, пока не пришли выходные и долгожданная свадьба друга, на которой я должен был их расписать. Это привело меня к решению поговорить с Нитой о нашей свадьбе и хотя бы определиться, когда она будет. То, что будет, я не сомневался, ведь она уже дала согласие, но ведь из природной вредности она могла и затянуть это ожидание на долгий срок, а я так люблю конкретику. Но не буду её пока трогать, пусть повеселится, а уж потом не упущу своего. С таким решением я и начал готовиться к торжеству.

* * *

— Ну что, ты смог соединиться и поговорить со своей шийи? — Поинтересовался дядя, когда я вышел из эндосна.

— Нет, — покачал головой я. — Только прикоснуться к ней и почувствовать, что она где-то рядом.

— Плохо Катара, очень плохо, — вздохнул дядя. — Как ты себя чувствуешь? Тебя беспокоит что-то.

— Нет дядя, пока всё хорошо. — Я был огорчён, что мне не удалось вступить в контакт с моей шийи в эндосне. — Но ты же знаешь дядя, что это только начало.

Глава 12

Проснувшись утром, встретилась с Эллой и Самантой. Мы дружно позавтракали, и, прихватив с собой Кейна пошли украшать зал, где состоится свадьба. Нам хотелось сделать сюрприз Марии и поэтому всё это происходило тайно. Знал только Алекс, ну и ещё несколько человек из команды, которые помогали нам. Не знаю где Алекс достал такое количество цветов, но мы украсили ими весь зал, который после наших манипуляций приобрёл по-настоящему праздничный вид. Так как время уже подходило к обеду, и до церемонии оставалось всего несколько часов, мы разбежались по комнатам приводить себя в порядок. А мне ещё нужно было помочь одеться Марии и сделать ей причёску.

Я не собиралась сильно выделяться, поэтому надела своё любимое платье в сиреневых тонах, сделала лёгкий макияж, а волосы оставила свободно струиться по спине и плечам. Надев босоножки в тон платью, побежала к Марии. Надеюсь, что наша невеста не в панике. Мария была спокойна как удав, но неестественно бледна. Как только я вошла в комнату, Мария оживилась.

— Нита, я боюсь, — простонала она и зачастила: — я не уверена, что поступаю правильно. Я не знаю, что мне делать. Я боюсь, что перепутаю всё, что нужно делать. А если я буду идти, зацеплюсь за что-нибудь и упаду? А если…

— Так. Спокойно. — Перебила её я. — Мария, так дело не пойдёт, тебе нужно успокоиться. Присядь. — Я указала ей на стул, и она послушно села.

— Ты Ника любишь? — спросила я.

— Да. — Уверено, и даже возмущённо ответила она.

— Ты хочешь, чтобы он был только твоим?

— Хочу. — И на губах девушки расцвела мечтательная улыбка.

— Ты готова прожить с ним бок обок всю оставшуюся жизнь?

— Готова. — Кивнула Мария и решительно сжала кулачки.

— Так почему тогда ты сомневаешься и паникуешь? — поинтересовалась я, с улыбкой глядя на неё.

— Не знаю, — растерялась она, — наверное, это так случается у каждой невесты в день свадьбы. — И вопросительно взглянула на меня.

— Я не знаю, я замуж ещё ни разу не выходила. — Ответила я на её немой вопрос, и мы рассмеялись.

— Ну вот, совсем другое дело. Садись, будем делать тебе причёску. — Указала ей на стул перед зеркалом и приготовила всё необходимое. Под шикарную фату Марии я не собиралась делать что-то сложное. Просто красиво уложила ей волосы сверху, а остальные пряди завила, и сколов заколкой, переложила на плечо. Получилось очень нежно и красиво. Так, теперь макияж.

— Повернись ко мне лицом и закрой глаза. — Дала команду я. Кожа у Марии оказалась нежной и без изъянов, так что я не видела необходимости ни в тональном креме, ни в пудре. Только из-за бледности решила нанести румяна на скулы, чтобы чуть оттенить и выделить их. Взяв светло-серые тени, я растушевала их по векам, создавая эффект дымки, и принялась за ресницы. О, это были не просто ресницы — а мечта. Длинные, с загнутыми вверх кончиками, хватило всего несколько мазков кисточки, чтобы сделать их угольно чёрными. Если добавить больше туши, то они станут похожи на лапки паучка, и испортят весь вид. И вообще, не люблю я заштукатуренных девчонок, я больше за естественность и минимум косметики. Нежно-розовый блеск на губы, чтобы придать им более пухлый вид, и невеста готова. Повернув Марию к зеркалу, я поинтересовалась:

— Ну что, нравится макияж?

— Да. — Я видела, что она довольна. Могу гордиться собой, угадала и угодила, а это самое главное.

— Так, теперь давай платье и фату, — дала команду я глядя на часы, — я понимаю, что невестам свойственно опаздывать, но не хотелось бы заставлять Никаласа ждать.

Мария согласно кивнула, и мы принялись аккуратно надевать платье. Застегнув последнюю пуговку на спине, я усадила Марию на стул, и принялась закреплять фату. Только закончила, как раздался стук в дверь.

— Можно войти? — послышался приглушённый вопрос. Я поспешила открыть дверь перед Полом Никсом, и впустила его. Мария попросила его быть на свадьбе посажённым отцом, и он согласился с превеликим удовольствием.

— Мария, какая же ты красавица, — восхитился он, — был бы я лет на двадцать моложе, у Никаласа не было бы шансов. Я бы тебя не упустил. — Подмигнул он, заставив невесту смутиться и покраснеть.

— Ну что, последний штрих, — поторопила их я, подовая невесте букет, — не будем заставлять жениха нервничать.

Я ушла вперёд, предупредить, что невеста уже готова, и церемонию можно начинать. Посмотрела на Алекса, который гордо стоял возле Ника, такой серьёзный и сосредоточенный, не смогла не восхититься им. Он сегодня был одет в парадную военную форму тёмно-синего цвета, и выглядел строго и элегантно. Я не могла отвести от него глаз. Заметив, что я смотрю на него, он ободряюще улыбнулся и кивнул. Ещё раньше Мария попросила меня быть свидетельницей, и я согласилась. Пройдя и заняв своё место, кивнула Тицию Карту, он был в роли свидетеля со стороны жениха. Ник хотел позвать в свидетели Алекса, но проводить церемонию и одновременно быть свидетелем жениха, не положено, и поэтому он выбрал Тиция.

Заиграла музыка, и в открытую дверь вошла невеста под руку с Полом. Они медленно и чинно двинулись по проходу, и все с восхищением смотрели им вслед. Сама церемония прошла для меня как в тумане. Я не особо прислушивалась к словам Алекса и ответам молодых, глядя на это всё как бы со стороны, и пришла в себя только тогда, когда нужно было идти за праздничный стол. Повара постарались на славу и не только приготовили вкуснейшие блюда, но и украсили их так, что разбегались глаза, и ты не знал, что попробовать первым, а что вторым. А после обеда были поздравления и танцы. Алекс приглашал меня на все медленные танцы и страстно прижимал к себе, шепча на ухо все те непристойности, которые собирался проделать со мной этой ночью. Я млела и таяла в его руках, с предвкушением ожидая окончания торжества. Ну а под конец торжества, Мария бросала букет, который я не сильно-то и хотела ловить, но он сам почему-то прилетел ко мне в руки. Ну а подвязку, конечно же, поймал Алекс, хотя Кейн в шутку попытался создать ему конкуренцию, но у него ничего не вышло. Гости подшучивали над нами, и намекали, что не прочь погулять ещё на одной свадьбе, но мы стоически отбрыкивались, а кое-где и отмалчивались. Наконец-то проводив молодых с напутствиями и пожеланиями первой брачной ночи, все потихоньку начали разбредаться по своим комнатам.

А ночью, ночью Алекс выполнил все свои обещания, которые нашёптывал мне весь вечер, и даже больше. Довольные и счастливые, мы заснули, так и не выпустив друг друга из объятий. Но потом снова случилось странное. Уже глубокой ночью, во сне снова пришёл он. Он не пытался прикоснуться ко мне, а только смотрел. Я не могла нормально рассмотреть его черты, так как они были размыты, и только глаза, одни глаза с полыхающим в них огнём. Мы стояли, и молча смотрели друг на друга, пока он не спросил:

— Шийи, где ты?

— На корабле, — ответила я.

— Куда ты летишь? — с волнением спросил он.

— На Рустран.

— Что! — он дёрнулся, и резко шагнул ко мне, протягивая руку и пытаясь коснуться лица. Но я отшатнулась от него как от огня, помня о последствиях его прикосновений, и проснулась. Было уже позднее утро, но так как все поздно легли, видимо, ещё никто не проснулся, даже Алекс сопел рядом со мной, и только дежурные заступили на свои посты.

Зону повышенного скопления метеоритов мы миновали ещё вчера вечером, полёт проходил плавно и спокойно. Мы занимались ничегонеделанием, и только у меня из головы не выходил сон, в котором опять приходил он. Я снова промолчала, и ничего не рассказала Алексу, может быть зря — не знаю, жизнь покажет. Мы развалились на кровати, Алекс лёг щекой на мой голый живот, и выводил пальцами какие-то узоры на моей ноге, а я просто перебирала его волосы.

— Нита? — спросил Алекс с ленцой в голосе, — а когда будет наша свадьба?

У меня дыхание перехватило, я не думала, что он опять поднимет эту тему, тем более, что нас и так достали подобными вопросами на вчерашнем празднике. Но, видимо, этот вопрос его очень сильно волновал, раз он решил его озвучить.

— А когда ты хочешь? — поинтересовалась я.

— Сегодня! — оживился Алекс и даже пытался приподняться, но я дёрнула его назад.

— Алекс, я спрашиваю серьёзно. — Укорила его.

— Нит, — ему всё-таки удалось оторвать голову от моего живота и приподняться на локтях, — я серьёзен как никогда. Чем быстрее официально ты станешь моей, тем лучше. — Он потянулся за поцелуем к моим губам, и я ответила ему.

— Алекс, неужели тебе мало того, что я уже и так твоя? — спросила, когда поцелуй прервался, и посмотрела ему в глаза.

— Мало, я хочу, чтобы любой, глядя на тебя и видя обручальное кольцо на твоём пальце, знал, что ты не свободна. — Серьёзно сказал он. — Нита, я не потерплю никаких посторонних мужчин рядом с тобой.

— Лекс, — я нежно обхватила его лицо ладонями, — мне не нужен никто кроме тебя. А свадьба… Понимаешь, я всегда мечтала, что моя свадьба будет происходить летом, на природе, когда ярко светит солнышко, дует ласковый ветерок, и конечно же множество цветов вокруг нас. Чтобы мама с Анной были рядом и улыбались нам своими неповторимыми улыбками. А не на корабле в окружении космоса и людей, которые мне практически чужие, не считая той горстки, что стали близкими. — Я смотрела в его глаза, и видела, что он понимает меня. — Если я попрошу тебя подождать до тех пор, пока мы не вернёмся с Рустрана домой, ты согласишься?

— Да, — тяжело вздохнул Алекс, — но как же долго ещё этого ждать. А жизнь порой преподносит нам такие сюрпризы… Я не хочу потерять тебя. — С болью в голосе сказал он, словно что-то предчувствуя.

— Я тоже. — Прижалась к его губам, чтобы закончить этот разговор, который заставил меня нервничать.

Так как завтра мне нужно было заступать на дневное дежурство, мы легли спать пораньше. Ведь мне предстоит такой ответственный день: мой первый самостоятельный полёт, и я должна быть отдохнувшей и собранной. Но, я боялась закрывать глаза. Вдруг мне опять приснится таинственный незнакомец? Я не хочу, чтобы он приходил ко мне во сне, я боюсь его, и мне не нравится это чувство. Но физиология оказалась сильнее, и я провалилась в объятия сна.

Встав утром бодрая и выспавшаяся, я облачилась в форму, которую перед этим мне принёс Алекс, и пошла заступать на своё первое дежурство. Меня уже ждал Сэм, и, пожелав удачи, покинул отсек, а я уселась на место пилота и приступила к исполнению своих служебных обязанностей. Алекс находился неподалёку, и вместе с остальными членами команды, занимался своими непосредственными обязанностями. Это придавало мне ещё больше уверенности, и я спокойно следила за тем, чтобы Химера не сбилась с проложенного курса. Я как раз рассматривала корабль рустранцев, когда неожиданно увидела яркую вспышку и нас ощутимо тряхнуло. Хорошо, что я была пристёгнута, иначе вылетела бы с кресла.

— Мера, вывести на панель картину происходящего. — Крикнул Алекс. Мы увидели, что на нас и рустранцев напало несколько незнакомых кораблей, с применением огнестрельного оружия. Рустранцы уже вступили в бой, и, судя по тому, как начал отступать противник, довольно удачно. Мы не могли ответить огнём, потому что во время первого удара, который пришёлся по нам, заклинило автоматику, и произошла аварийная блокировка некоторых отсеков. К нам в отсек никто не мог зайти, да и выйти тоже.

«Мамочки, вот тебе и мечта и долгожданное первое дежурство, вот попала, так попала!» — не успели эти мысли промелькнуть в моей голове, как я увидела, что к нам движется другой корабль, который до этого был невидим и не вмешивался в бой.

— Нита, маневрируй и попытайся уйти от него! — дал команду Алекс. — Тиций, что с оружием?

— Нам нужно ещё минут десять, самое большее пятнадцать, чтобы произвести перезагрузку и настройку на ручное управление, автоматика отказала полностью. — Услышала я неутешительный ответ.

— Нита, слышала? — я только кивнула. — Действуй!

— Есть! — крикнула я. У меня всё тряслось, и слёзы подступали к глазам. Я понимала, что сейчас от меня зависят все наши жизни, и это вгоняло в ещё большую панику, но, взяла себя в руки, и начала совершать манёвры. Да, на практике, у нас были корабли намного меньше, и управлять ими было проще. Сначала у меня получалось не очень хорошо, но никто и слова не сказал, а потом я вошла в некое подобие транса и стала управлять практически на автопилоте. Сколько прошло времени не знаю, пришла в себя только тогда, когда Алекс положил руки на моё плечо.

— Нита, всё. Всё хорошо мая девочка, всё закончилось. — Оторвал он меня от панели. — Ты молодец, ты всё сделал правильно, у тебя всё получилось, ты справилась. — Он прижал меня к себе и погладил по голове.

— Правда? — прошептала я, уцепившись за него.

— Да, — ответил Алекс. — Я тобой горжусь. Ты сделала всё, что смогла. — Он легко поцеловал меня в губы и прижал к себе ещё крепче.

— А как рустранцы? — задала я интересующий меня вопрос, почему-то меня он очень волновал. Не хотелось, чтобы кто-то пострадал.

— У них без потерь. Пираты разбиты, пленных взять не удалось, — подняв моё лицо Алекс посмотрел в глаза и прошептал: — через три дня мы будем на Рустране.

— Хорошо, — вздохнула я. Я боялась этой планеты, ещё ни разу не увидев её, я уже боялась ступать на эту планету. — Я приступлю к дальнейшему дежурству. — Выпуталась из его объятий.

— Уверена? — поинтересовался Алекс. Я видела волнение в его глазах. Он переживал, что после пережитого я не смогу дальше выполнять свои обязанности.

— Да. — Твёрдо сказала я, и уселась в кресло пилота. Я тоже думала, что не смогу сделать это после пережитого, но на меня снизошло такое спокойствие и умиротворение, что я спокойно продолжила управлять кораблём. Да, сегодня, за это непродолжительное время, когда произошла стычка с пиратами, я повзрослела на несколько лет, и приобрела крепкий внутренний стержень, который, как потом оказалось, мне очень пригодился в ближайшем будущем. Меня отвлекло сообщение Меры, и я прислушалась к тому, о чём говорили.

— Капитан, рустранцы запрашивают связь с нами. — Сообщила Мера.

— Выводи. — Дал команду Алекс, выводя их на общий экран, чтобы видели все.

— Капитан, у вас всё в порядке? — тревожно поинтересовались с экрана.

— Да, спасибо, мы уже убрали практически все неисправности, и идём в обычном режиме. А как у вас? — ответил Алекс.

— У нас всё хорошо, повреждений нет, но мы думали, что потеряем вас, когда не смогли связаться, и видели, что вы не отвечаете на бой. Что у вас случилось? — взволнованно спросил рустранец.

— Первым выстрелом нам повредили некоторую электронику, поэтому не было связи с вами и оружие вышло из строя, мы не смогли принять бой, — пояснил Алекс, — но сейчас все неисправности устранены.

— Тогда вам крупно повезло, — ответили с экрана. — Если бы не ваш пилот, и его манёвры, всё могло закончиться печально. — Сказал рустранец с некоторой долей уважения в голосе.

— Спасибо Джэррард. — ответил Алекс улыбнувшись. — Приятно слышать такие слова, особенно если взять в расчёт, что наш пилот девушка и сегодня было её самое первое дежурство.

— Девушка? — удивился тот, кого Алекс назвал Джежардом. — Интересно. А можно с ней познакомиться. — Попросил он.

— Можно. Нита, подойди, — подозвал меня Алекс. Я поднялась с кресла и стала рядом с ним. — Вот, это Аданита Штар, наш пилот и моя будущая супруга, — представил он меня, — а это октан огненных земель Джэррард Тартон.

— Очень приятно познакомиться. — Улыбнулась я необычному мужчине, а потом позади него увидела своего спасителя, но он исчез так быстро, что я подумала, что мне просто показалось.

— Взаимно девушка, взаимно, — задумчиво проговорил рустранец. — Что же, желаю удачи и до связи. — Метнув в сторону тревожный взгляд, он нахмурился и быстро отключил связь, мы даже не успели ему ответить. Посмотрев друг на друга, и пожав плечами, мы с Алексом разошлись по своим местам. Остаток моего дежурства прошёл тихо и спокойно. Когда Макс пришёл меня сменить, то принёс мне в подарок маленький кулон в форме крылышек.

— С боевым крещением тебя, — улыбнулся он, протягивая подарок. — Ты просто молодчина, если честно мы от тебя не ожидали такого мастерства.

— Спасибо, — улыбнулась я его похвале. — Хоть я и была лучшей на курсах, но в реальной обстановке было совсем не так, как на практике. Спасибо адреналину, который бурлил в моей крови в тот момент, и не дал удариться в панику. — Отшутилась я.

Попрощавшись со всеми, я сходила в столовую поесть, и пошла в свою комнату. Алекс был занят чем-то срочным, и я решила принять ванну с пеной, как хорошо, что при планировке корабля была сделана не только душевая кабина, но и ванна, в которой можно полежать и расслабиться. Погрузившись в горячую воду, застонала от полученного удовольствия. Я только сейчас начала ощущать как устали мои мышцы, и позволила телу полностью расслабиться, откинув голову на бортик. Я уже почти уснула, когда пришёл Алекс, и, вытащив меня из ванной, понёс смывать пену в душевую кабинку. Ох, а медленный и нежный секс под струями тёплой воды — это всё-таки что-то. Я разомлела окончательно, пока Алекс вытирал меня пушистым полотенцем. Подхватив меня на руки, он отнёс и уложил в кровать и устроился рядом, взяв в кольцо своих рук.

— Устала? — заботливо поинтересовался он. Я не ответила, потому что уже спала, уткнувшись в его ключицу.

Оставшиеся до прибытия три дня прошли в обычном режиме, и вот утром мы уже подлетали к Рустрану. Планеты ещё не было видно, но моя тревога возрастала, и я с ужасом и нетерпением ждала, когда же она появится перед нами.

* * *

Вот она суббота. Сегодня я должен совершить церемонию бракосочетания своего друга и его любимой. Это очень ответственный момент, браки на корабле в открытом космосе были очень редки, но не теряли своего романтизма. Решив до церемонии все текущие дела и вопросы, я стал готовиться. Ниту сегодня я ещё не видел, да у неё наверное и дел по горло, нужно украсить для торжества зал, нарядиться самой, да она ещё что-то говорила о том, что должна помочь Марии. Поэтому встречи с ней я не искал до самой церемонии. Одевшись в парадную форму, я зашёл за Никаласом и мы пошли в зал, где будет проходить свадьба. А они молодцы, зал украсили так, что не скажешь, что ты находишься на корабле. А вот и Нита пришла. Я смотрел на неё и не мог налюбоваться. Это платье и распущенные волосы так шли ей и создавали образ нежной воздушной феи. Засмотревшись, чуть не пропустил начало церемонии. Хорошо, что Ник пихнул меня в бок. Церемония прошла как по маслу, молодожёны обменялись кольцами, и началась торжественная часть. Притянув Ниту в танце, я нашёптывал ей на ушко всё то, что хочу сделать с ней в постели, и ласкал шею с ключицами нежными прикосновениями пальцев. Она так мило краснела и млела под моими руками, что я еле дождался момента, когда можно будет уйти. Ночь была жаркой, я выполнил все свои обещания, а моя девочка отвечала лаской и стонами на каждое моё прикосновение. Я пил её страсть и ни как не мог утолить жажду, у меня было какое-то предчувствие, что её могут от меня забрать, и в такие моменты я ещё сильнее сжимал её в своих объятиях и гнал от себя это чувство.

В воскресенье мы просто отдыхали, и я решил поговорить с Нитой насчёт нашей свадьбы. Выслушав её я понял, что, как бы быстро, я не хотел назвать её полностью своей, всё равно не хочу лишать её той свадьбы, о которой она мечтала, и, скрипя сердцем, согласился подождать. Но смутная тревога надвигающейся беды не хотела оставлять меня в покое. Вечером меня вызвали неотложные дела. Мы должны были войти в зону повышенной активности пиратов, но с таким эскортом только сумасшедшие могут напасть на нас. Оказалось, что я сильно ошибался, и эта наша невнимательность чуть не привела к трагическим последствиям. Когда нас неожиданно тряхнуло от попавшего выстрела, я понял, что пираты всё же напали. Не растерявшись, тут же принялся отдавать команды, но когда увидел, что у нас полетела электроника и неисправно оружие, вот тогда мне стало действительно страшно. Но не за себя, а за Ниту, и всех тех, кто находился на корабле под моей ответственностью. Нам пришлось попотеть, восстанавливая неполадки, и маневрировать и уклоняться от противника. Нита приятно удивила и порадовала меня. А моя девочка не так проста, как кажется на первый взгляд. Если бы она запаниковала, всё могло бы окончиться плачевно. Я видел, как она напряжена и сосредоточена, как стиснуты её зубы и как тяжело ей даётся контроль над собой. Позже, когда пираты были уничтожены, и мы с отцом переговорили, я сжимал её в своих объятиях и говорил слова благодарности и восхищения, чтобы поддержать и дать понять что она не одна, а у неё есть я. А похвала от рустранца приятно удивила и порадовала. Когда закончилась смена Ниты она ушла, мне хотелось пойти вместе с ней, но были ещё неотложные дела и я задержался в командном отсеке. Разобравшись с возникшими вопросами и сдав смену моему заму, я пошёл к моей девочке.

Она лежала в пенной ванне с закрытыми глазами и выражением блаженства на лице. Я видел что она практически спит, и понимал что это последствия того стресса, что она получила во время стычки с пиратами. Достав её с пены, понёс в душ, и начал обмывать плавлеными ласковыми движениями, лаская всё её тело. Она ответила на мои ласки, и нежный медленный акт любви вознёс нас обоих на вершину блаженства, но почти полностью лишил Ниту сил. Она заснула в моих объятиях, так и не ответив на вопрос. Но я не обиделся, а наоборот, сжал покрепче в своих объятиях и постарался уснуть.

Мне приснился кошмар. Проснувшись в холодном поту и убедившись, что Нита рядом, и всё спокойно, я попытался вспомнить, что же мне такого приснилось. Но память упорно отказывалась восстанавливать детали сна, и всё, что я помнил — это только огонь, бесновавшийся вокруг меня и крик Ниты. Я не придал большое значение сну, списав всё на игры подсознания, которые вылезли после вчерашних происшествий, и тихонько встав, пошёл в душ.

Дни и ночи проходили спокойно, и кошмары больше не беспокоили. Завтра утром мы уже прилетим на Рустрам. Что же принесёт нам эта планета? Вопросы возникали, но ответов на них не было.

* * *

После того как я узнал у своей шийи о том, что она летит на мою родную планету, то немного успокоился и начал ждать встречи. Я уже предвкушал, как зов крови соединит меня с ней, и мы станем истинной парой, но немного пугала неизвестность: как она может отреагировать на это? А потом эта стычка с пиратами, и моё волнение, когда их корабль не смог ответить огнём, чуть не отобрали у меня несколько лет жизни. Но их пилот на отлично справился со своими обязанностями, и мы уничтожили тот последний корабль, который их преследовал. Дядя вышел с ними на связь и захотел познакомиться с пилотом, особенно когда узнал что это девушка. Мне тоже стало интересно и я с любопытством уставился на экран, а когда услышал как зовя её, их капитан сказал Нита, стал сзади дяди. Да, это была она, моя шийи. Но следующие слова, заставили меня похолодеть и в гневе метнуться из отсека к себе.

— Нет, нет, нет… — бил я кулаком об стену. — Ты не можешь быть его невестой, ты моя шийи. — прошипел я, а в моих глазах полыхнул огонь. Вот на этих словах дядя и залетел ко мне.

— Катара! — воскликнул он. — Эта девушка, это она? — мне не нужно было уточнять, что он имеет в виду.

— Да, это мая шийи. — ответил спокойно я.

— Мальчик мой, а ты не мог ошибиться? — взволнованно спросил он, и я увидел в его глазах тревогу.

— Нет, я уверен, — возмутился я, — почему ты меня об этом спрашиваешь? — дядя побледнел, но ничего не ответил, а только о чём-то сильно задумался. Хоть я от природы и спокоен, но эта его задумчивость начала выводить меня из себя, и я начал медленно закипать.

— Дядя, ты можешь мне объяснить, что происходит? — процедил я сквозь зубы, и сам не узнал своего голоса.

— Катара, спрошу ещё раз, — дядя очень внимательно смотрел на меня. — Она точно твоя шийи, ты в этом полностью уверен? — мне было непонятна его дотошность, но я ответил.

— Да! Точно!

— Только не отрицание, может отсрочка, — прошептал дядя побледнев ещё больше, и подойдя ко мне обнял. — Мне очень жаль мой мальчик, но я не заметил на ней метки шейнара. Ты сам знаешь, что это значит. Держись, и не теряй надежды, что это просто отсрочка, так как она не рядом с тобой. — Когда он отстранился от меня, я увидел грусть в его глазах. Да, я знал, что это для меня значит, и мне стало не по себе. «Но может всё же отсрочка?» — попытался успокоиться я.

— Дядя, я очень хочу верить, что это не то, о чём я думаю, потому что если мои мысли, окажутся правдой, меня уже ничего не спасёт. — почти прошептал я.

Глава 13

Я хотела посмотреть на приближающуюся планету и боялась это сделать. А вдруг она та, что приснилась мне? Что тогда делать? Отказаться сходить с корабля? Но меня не поймут, и тогда придётся рассказать Алексу про сны. А я не хочу этого делать, сама не знаю почему, но очень не хочу. Вот сидела и пыталась убедить себя, что это просто сны, и даже если это та планета, что я видела, то ничего страшного не случиться. Но уговоры это одно, а встать, пойти в командный отсек, и посмотреть на мониторы, это совсем другое. Но наконец-то пересилив себя и решив: была, не была, я пошла в командный отсек к Алексу.

Вошла, взглянула и замерла на месте. Это была она — та планета, которую я видела в своём сне. Я стояла, и не могла сдвинуться с места, а мой взгляд буквально приклеился к монитору с её изображением. В голове стучало только одно слово — беда. В себя меня привёл вопросительный взгляд Алекса. Видимо он что-то спросил и ждал моего ответа.

— Что? — сиплым голосом поинтересовалась я.

— Я тебя спросил: правда так красиво и необычно, что захватывает дух? — хмурясь, повторил он свой вопрос.

— Вот и у меня дух перехватило так, что я и пропустила твой вопрос. — попыталась отшутиться я, но у меня это не очень получилось, потому что Алекс продолжал хмуро сверлить меня взглядом.

— Нита, что происходит? — спросил он. — Ты в последнее время стала какая-то дёрганая, и у меня такое чувство, что ты что-то скрываешь от меня.

Ну вот, что мне ему ответить? Да и смотрит таким взглядом, что просто нет сил врать, но и правду сказать тоже не могу. Значит, нужно отделаться полуправдой, и убрать из любимых глаз тревогу. Подошла к нему, обняла и начала успокаивать:

— Алекс, всё нормально. Просто я волнуюсь. Планета нам не знакома. Жителей мы не знаем, обычаев тоже. Я просто боюсь сделать что-то не так. Боюсь что-то нарушить или совершить непоправимую ошибку. — это было почти правдой, но больше всего я боялась того, что мой сон может быть всё же пророческим, и на этой планете со мной случиться что-то страшное.

— Нит, не переживай. — выдохнул Алекс, и я почувствовала как уходит из его тела напряжение. Видимо его тоже что-то волнует, раз он начал задавать такие вопросы.

Отстранившись, я вновь взглянула на монитор. Да, действительно красивое и необычное зрелище. Планета была разделена на сектора, и преобладали только четыре цвета: красный, с оттенками огненного, зелёный с переходами от светлого до тёмного, почти чёрного, жёлтый с вкраплениями белого и песочного, но самый красивый и завораживающий был голубой, с оттенками бирюзового. Смотрелось это так необычно, что сразу в голове возникала уйма вопросов, но рядом не было того, кто сможет на них ответить. Вид из космоса был, конечно же, прекрасен, но хотелось рассмотреть и то, что находится на самой планете. Природу, их архитектуру, быт, увидеть, во что здесь одеваются, и какие причёски носят женщины. Я сама не заметила, как ушло моё волнение, и на его смену пришёл интерес и азарт. Мера зависла на орбите планеты, где у них был построен стационарный космопорт, для приёма кораблей. На саму планету нас должны были доставить небольшие сверхскоростные шаттлы. Но до этого, нужно было ещё согласовать наши действия, поэтому сейчас должны были прибыть рустранцы из сопровождения. Когда Мера доложила, что они уже здесь, и дежурный ведёт их в зал переговоров, мы с Алексам направились туда. Остальные участники миссии были уже там, и я видела, с каким нетерпением они ждут этой встречи. Когда открылась дверь, и рустранцы вошли в зал, я замерла. Значит тогда, по видеосвязи мне не показалось, и я видела его, моего спасителя. Рустранец впился в меня взглядом так, что мне стало просто неудобно, и я поплотнее придвинулась к Алексу. Он вопросительно взглянул на меня, и, приобнял за талию.

— Тебя что-то волнует? — шепнул Алекс мне на ухо.

— Нет. Всё хорошо. — ответила шёпотом, чувствуя, что меня просто прожигают взглядом.

Потом началась церемония представления, которая мне не была интересна, пока не прозвучала имя этого странного рустранца. А я и забыла, что его зовут Катара. Хотя, мне не должно быть до него никакого дела, ну только если поблагодарить за спасение и всё. Поэтому я старалась не смотреть на него вовсе, и слушать повнимательнее, потому что стала обсуждаться наша высадка, и размещение на планете.

— Для вас было приготовлено два отдельных здания, одно для проживания, а второе для работы. — тем временем говорил рустранец. — Мы предлагаем сейчас провести официальное представление делегации и знакомство с остальными октанами. Они с нетерпением ждут этой встречи. А в это время вашим женщинам, и тем, кто не будет участвовать в встрече, помогут с расселением, а вечером состоится торжественный приём и церемония представления в уже более неофициальной обстановке.

— Пожалуй, так будет лучше всего, — согласился с ним Эдвард Кросс, — а наши женщины заодно устроятся и начнут готовиться к вечернему приёму. Нам нужно знать о каких-то ограничениях, чтобы не совершить ошибок? — поинтересовался он.

— Нет, мы не слишком отличаемся в культуре и отношениях полов от вас, и у наших мужчин и женщин равноправие, да скоро вы и сами убедитесь в этом. — ответил он и немного повысив голос, позвал: — Катара.

— Слушаю дядя. — тут же подошёл к нему рустранец.

— Я хочу чтобы ты помог разместиться нашим гостям и объяснил основные правила поведения, — дал ему наказ Джэррард и предложил Эдварду: — пусть остальные занимаются обустройством, а вас прошу пройти за мной. Нас уже ожидает аркар, и остальные октаны.

— Лекс. — тихонько позвала я, когда все закивали, соглашаясь с предложением рустранца. Я как-то растерялась, и не знала, что мне делать, поэтому и поинтересовалась: — А что делать мне?

— Нит, не волнуйся, свяжись с мамой, и перемещайтесь на планету. Выбери нам самую удобную комнату. — прошептал он мне на ухо и быстро поцеловал.

— Катара, я надеюсь, вы позаботитесь о наших женщинах, и поможете им устроиться? — обратился он к рустранцу. А я стояла и смотрела на Алекса, с таким чувством, что мы больше не увидимся, мне совершенно не хотелось, чтобы он уходил. Какая-то непонятная тревога бушевала внутри. Любимого не хотелось оставлять даже на секунду и это пугало. Нужно как-то справляться с собой.

— Конечно. — был дан сдержанный ответ. — Можете не волноваться, я позабочусь о них. — Это было сказано таким тоном, что меня невольно пробрала дрожь. Может из-за волнения я начала видеть подвох во всём, но тон рустранца мне не понравился.

Алекс ещё раз поцеловал меня, и вышел вслед за остальными. А мы с рустранцем остались один на один. Я не знала как мне вести себя с ним и поэтому решила проявить дружелюбие, и первой нарушить молчание, которое повисло между нами.

— Я Аданита, можно просто Нита, — представилась я, — хочу поблагодарить вас ещё раз за то, что спасли меня на Гелионе.

— Не за что. Я бы помог любому, кто оказался бы на вашем месте. — ответил он не сводя с меня пристального взгляда. — И давай на ты, если не против. — предложил он.

— Давай. — согласилась я, и стало как-то полегче, даже рустранец перестал казаться таким угрожающим. Но я всё равно не знала о чём мне с ним разговаривать. — Ну что, пошли за остальными, и будем грузиться в шаттлы?

— Веди. — дал он своё согласие.

— Мера, — обратилась я к кораблю, — попроси всех, кто будет спускаться на планету собраться в общем зале.

— Хорошо. Все будут оповещены и собраны через десять минут. — тут же прозвучал ответ.

Мы с Катарой направились в общий зал и присев в кресла стали дожидаться остальных. Меня нервировало присутствие этого странного рустранца, я чувствовала себя не в своей тарелке и хотела поскорее избавиться от него.

— Нита, а что у тебя с капитаном Кроссом? — внезапно заданный вопрос заставил меня вздрогнуть.

— Он мой жених, и по прибытии домой мы собираемся пожениться. — честно ответила я, не понимая по какому праву он задаёт вопросы личного характера, и удивляясь, что я вот так спокойно отвечаю на них.

— И ты любишь его? — опять полез не в своё дело рустранец. Ну тут я не выдержала, и возмутилась:

— А какое тебе до этого дело? Это личное, и задавать такие вопросы неэтично! Тебя вообще это ни каким боком не касается, и отвечать я не собираюсь. — завелась я.

— Я понимаю, что неэтично, — чуть зло ответил он, — но я должен знать это.

— И по какому праву, интересно, ты должен это знать? — не унималась я.

— Просто ответь на мой вопрос и всё. — он встал с кресла и начал медленно, но неумолимо надвигаться на меня.

— Да, я люблю его, а он меня! — зло выкрикнула я.

— А ко мне. Что ты чувствуешь ко мне? — последовал очередной странный вопрос от рустранца.

— К тебе? — я опешила от этого вопроса и растерялась. Вся мая злость куда-то испарилась, и я недоумённо смотрела на него, не понимая, причём здесь он.

— Да, ко мне. — он приблизился вплотную и навис надо мной. — У тебя есть какие-то чувства ко мне? Интерес, притяжение. Хоть что-то.

— Н-нет… — растерянно начала я, и увидев, как побледнело лицо парня, удивилась еще сильнее, с чего бы такие эмоции. И только хотела поинтересоваться, но не успела. Саманта вошла в зал и направилась в нашу сторону, что заставило Катару сесть обратно в своё кресло. Хорошо, что нас прервали, а то я не знаю, чем мог бы закончиться этот разговор. А через несколько минут все, кто собирался спускаться на планету, уже были в сборе и в полной готовности прослушать инструктаж перед спуском на Рустран. Собралось нас человек десять, и думаю, что мы поместимся в один шаттл, и будем все вместе, а не разделены.

Я поднялась с кресла, и подойдя к Саманте, стала рядом с ней, стараясь быть как можно подальше от Катары. Возле неё я ощущала себя более защищённой. Мне не понравился разговор с ним, а его выяснения про чувства к нему и Алексу просто пугали. «С чего он вообще решил, что я должна к нему что-то чувствовать? Не пойму. А то слово, как он тогда меня назвал, странно как-то. Не то ши, не то шийи, не помню точно, интересно, что оно обозначает? Нужно будет потом поинтересоваться, но не у него, это точно». Мои размышления прервал, голос рустранца.

— Я знаю, что вам практически ничего не известно о нашей планете, и поэтому хочу немного рассказать о ней. Думаю в шаттле, пока мы будем спускаться на поверхность, это будет удобнее, чем здесь, тем более, что я смогу не только рассказать, но и показать. — начал он. — А теперь прошу вас послушать меня хорошенько, и запомнить некоторые вещи. Сейчас мы пройдём в шаттл, когда спустимся на планету, то пересядем в легкоскоростные аркары и полетим туда, где вам предстоит жить и работать. Прошу вас не отходить от меня, обо всём, что вас заинтересует и будет не понятно, задавайте вопросы, и я постараюсь на них ответить. — Прошу всех за мной. — сказал рустранец и бросив на меня грустный взгляд, направился к выходу. Мы все двинулись следом за ним. Погрузились в шаттл настолько быстро, что я не успела толком рассмотреть ничего вокруг.

— Рассаживайтесь и пристегнитесь, — было отдано нам распоряжение. — Задраить шлюзы, — а это уже приказ пилотам. Отстыковка была произведена, и мы направились к планете.

— Как вы видите из окна, — начал Катара, — планета как бы разделена на секторы, они называются октанары, и у каждого октанара есть свой правитель — октан. Всего у нас четыре октанара: огненные земли, их октан Джеррард Тартон, песчаные земли, их октан Айдж Бэргор, водные земли, их октан Джэт Варг, и воздушные земли, и их октан Витар Логмэр. С ними вы познакомитесь на сегодняшнем приёме, организованном в вашу честь.

— А почему у вас такое территориальное разделение? — спросил кто-то из заднего ряда, я не успела рассмотреть кто, но мне тоже это было интересно.

— Мы, рустранцы, всегда были разделены на четыре октанара. Каждому жителю, в зависимости от того октанара, в котором он проживает, подвластна своя стихия. Тем, кто проживает в огненных землях, подвластен огонь, кто в песчаных землях — земля, песок, камни, про остальных я думаю, вы поймёте, но всего я вам рассказать не могу. Потом, живя здесь, вы сами всё постепенно узнаете.

— Получается вы маги? — услышала я удивлённый голос Марии.

— Нет, — ответил Катара. — Мы не маги, стихии присутствуют в нашей крови и иногда управляют нами, особенно в выборе своей шийи, но они не подвластны нам. Только высшие жрецы способны управлять ими. — Я дёрнулась, услышав знакомое слово.

— А что такое шийи? — опять спросила Мария. Я напряглась готовая услышать ответ, но меня постигло разочарование.

— Не что, а кто, — поправил её Катара, и с такой болью посмотрел на меня, что стало трудно дышать, — и это очень личное, я не могу ответить на ваш вопрос. — грустно сказал он опустив голову. Может вопросы ещё и были бы, но все видели как рустранец ушёл в себя, и больше никто ничего не спросил.

Когда мы спустились на планету и вышли из шаттла, нас окружили несколько рустранцев и повели, как я поняла из объяснения Катары, загружаться в аркары. Я вертела головой из стороны в сторону, пытаясь разглядеть как можно больше всего. Сказать что окружающая обстановка меня удивила — ничего не сказать. Всё было отделано каким-то неизвестным мне материалом в огненно-рыжем цвете. Сам проход, через который мы шли, был похож на обычный коридор, только отличался яркими всполохами на стенах. Было такое ощущение, что пробегает искра, и очень хотелось потрогать. Но я не прикоснулась к стене, не зная, как этот материал отреагирует на моё прикосновение. Из этого странного коридора нас вывели на площадку под открытым небом, где стаяли агрегаты, похожие на наши боты.

— Это аркары, — снова начал объяснять Катара, — мы передвигаемся на них по планете, эти, рассчитаны на пять человек, но есть ещё и другие. Можно, конечно же, и на вьючных животных, но не думаю, что вы захотите этого. Прошу. — Он сделал приглашающий жест в сторону аркаров.

Мы уселись в аркары и взлетели. Я с любопытством прильнула к окну и стала рассматривать город, к которому мы подлетали. Он был похож на наши города, но отличался чистотой, обилием зелени и не очень большими строениями. Не было высоток и огромных зданий как у нас, а вокруг царил какой-то уют и спокойствие. Пролетев по городу к центру, мы остановились у небольшого здания, и вышли из аркаров.

— Здесь вы будите проживать, а вот здесь, — Катара указал на противоположное здание, — будет размещаться ваша миссия, где вы сможете вести свою деятельность. Но это будет не сразу, а тогда, как вы устроитесь, немного обвыкнитесь, и познакомитесь с нашей культурой и традициями. Прошу, проходите в жилой корпус, выбирайте себе комнаты и можете пока отдохнуть. — предложил он, и мы прошли внутрь.

На первом этаже был расположен холл с зоной отдыха. Всё было отделано в оранжево-золотых тонах, но смотрелось не кричаще, а тепло и уютно. Расставленные мягкие диваны и кресла так и манили присесть. Журнальные столики дополняли интерьер, и на них что-то лежало. Я не стала сильно присматриваться, потом утолю жажду своего любопытства, когда рустранцы покинут нас. Пройдя на второй этаж, мы увидели множество дверей. Помещение не было разделено на блоки, как у нас на корабле, а скорее напоминало гостиницу. Множество комнат и длинный коридор. Мы начали выбирать комнаты, и, помня о просьбе Алекса, я начала смотреть двухместные. Саманта уже выбрала комнату себе с Эдвардом и вошла в неё. Кейн, стоял со мной рядом и с тревогой смотрел на Катару. Я его сегодня не узнавала, он был очень молчалив и сосредоточен. Такого Кейна я ещё не видела. И куда только делся забавный весельчак и приколист? Значит, я всё-таки была права, это просто маска, а вот сейчас, передо мной тот Кейн, каким он является на самом деле. Высокий, симпатичный, умный и серьёзный молодой человек, который невольно вызывал уважение. Если бы я не любила Алекса, то увидев Кейна таким, как сейчас, была бы полностью покорена.

— Вот одноместная. — предложил Катара, открывая передо мной очередную дверь.

— Но мне нужна двухместная, — ответила я, глянув на него в упор. Я видела, как заходили желваки на его лице и сжались кулаки.

— И с кем ты собираешься там жить? — зло спросил он.

— Не ваше дело. — перешла на вы, хотя мы и договорились с ним обращаться к друг другу на ты.

— Она будет там жить со своим женихом. — вмешался в разговор Кейн, оттесняя меня себе за спину.

— Они являются официальной парой и закрепили свои отношения? — нагло спросил рустранец. — Насколько мне известно, они только жених и невеста, а если так, то не имеют права проживать вместе. — стоял он на своём.

— Вас не должно касаться с кем я живу! — возмутилась из-за спины Кейна.

— Должно, и касается! — было отчётливо видно, что он разозлился, и двинулся в мою сторону. — Ты моя шийи и я не допущу, чтобы ты жила в комнате с другим мужчиной. — но добраться до меня ему помешал Кейн. Я думала, что сейчас начнётся драка, и уже собралась вмешаться, как в коридор выскочила Саманта.

— Что здесь происходит? — грозно спросила она, приближаясь к нам. — Кейн?

— Всё нормально мам, думаю мы с достопочтенным рустранцем поняли друг друга и больше спорных вопросов у нас не возникнет. — улыбнулся он матери не сводя настороженного взгляда с Катары.

— И всё же, я хочу знать причину конфликта. — настаивала она.

— Мам, — взяв Саманту под руку, он повёл её в комнату, — просто не сошлись во мнениях по поводу цветовой гаммы комнаты, вот и всё. — слышала я его удаляющийся голос, но всё это время он бросал тревожные взгляды в нашу сторону.

— Во-первых, — зашипела я на рустранца, — я не твоя шийи, хоть и не знаю, что означает это слово. — и загнула палец. Меня всю трясло от злости. — Во-вторых — у меня есть мужчина, с которым я буду жить в одной комнате, не спрашивая ни у кого разрешения, особенно у тебя! — я загнула второй палец. — И в-третьих — ты не имеешь никакого права мне указывать, что и как делать. Я взрослый человек и принимаю свои решения сама. Наши законы не запрещают помолвленной паре жить совместно. А если у вас по-другому, то не забывай- я к вашим законам никакого отношения не имею, и подчиняться им не обязана. — загнув третий палец я с вызовом посмотрела ему в глаза. А там… Там бушевал такой огонь, что если бы он был реален, то я давно бы уже сгорела заживо.

— Нит, всё нормально? — вернулся Кейн.

— Да. Думаю, господин Катара всё понял, и претензий больше не имеет. — я снова зло посмотрела на рустранца. Я видела, как гневно он сжимает и разжимает кулаки, как сильно сжаты его зубы, того и смотри, раскрошатся, но сдавать свои позиции не собиралась.

— Да. Понял, — сказал он сквозь зубы. — Можете занимать комнаты, какие пожелаете и жить с кем хотите. До встречи на приёме. — Бросил он и, обойдя нас с Кейном, ушёл. Мы в растерянности смотрели ему вслед.

— Нита, мне не понравилось, как этот рустранец смотрел на тебя, и то о чём он говорил, — задумчиво сказал Кейн. — Думаю, Алекс должен узнать об этом инциденте.

— Я сама расскажу ему, — заверила я и успокаивающе погладила Кейна по руке, — мне тоже многое из этого не нравится и не понятно. Плохо, что мы не знаем их традиций, очень плохо.

— Обещай, что будешь держаться от него подальше. — Кейн вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула. Мне самой не хотелась быть поближе к этому Катаре, тем более, что он заявляет на меня какие-то права.

— Ну что, — сказал Кейн, улыбаясь, — давай выбирать вам комнату.

— Давай. — Согласилась, и мы принялись осматривать оставшиеся свободными комнаты. Пока мы чинили разборки с Катарой, некоторые комнаты уже были заняты, и мы понеслись по коридору, в поисках свободных.

— Выбирай подальше от родителей, — советовал Кейн, — а то будут лезть к вам со своими советами. Но так, чтобы рядом была свободная одноместная. — заявил он, а на мой удивлённо-вопросительный взгляд, ответил: — а что ты думала, если подальше от родителей, то совсем без контроля? Нетушки, я вас буду контролировать, и подслушивать через стакан, чем вы там занимаетесь, а если нужно, то и советы давать через стенку. — захихикал он. А потом, посерьёзнев, сказал: — Нита, я буду жить рядом ещё и из соображений безопасности, ведь Алекс не всегда сможет находиться рядом с тобой. А от этого странного рустранца, мне кажется, можно ожидать чего угодно. И я не прощу себе, если с тобой что-то случиться, да и Алекс, думаю, тоже.

— Спасибо Кейн. Ты настоящий друг. — Растрогалась я и поцеловала его в щёку. А этот противный паразит попытался подставить губы, и поцелуй пришёлся в нос.

— Эх… — разочаровано вздохнул Кейн, а я только рассмеялась. Ему всё-таки удалось поднять мне настроение. А тут и нашлась комната, которая соответствовала всем моим требованиям.

— Спасибо Кейн. — поблагодарила я его, и когда он принёс с первого этажа мои с Алексом вещи, начала обустраивать новое место жительства.

Комната, которую я выбрала, делилась на несколько секторов. Большая двуспальная кровать находилась в нише справа, отгороженной ширмой, и не бросалась в глаза. Посередине было довольно просторно и этот «сектор» вполне мог сойти за гостиную, в которой стоял диван, несколько кресел и журнальный столик. Чуть подальше, с левой стороны находилась кухня. В ней были развешаны шкафчики, в одном из которых я обнаружила посуду, стояла плита, шкаф для хранения продуктов и стол с несколькими стульями. Но больше всего мне понравилась цветовая гамма этой комнаты. Она была отделана в бежевых тонах: от тёмного, до светлого, что выглядело по-домашнему тепло и уютно.

Распаковав наши походные сумки, я принялась искать шкаф, и обнаружила его встроенным в стену возле кровати. Он открывался нажатием на панель, и был совершенно незаметен. Стыков было совсем не видно, и если бы не сама панель, то, скорее всего, я бы его не обнаружила. В нём были удобные полки и вешалки, куда я и начала раскладывать одежду. Я выложила платье, которое собиралась надеть на приём, и парадный костюм Алекса. Думаю, не ошибаюсь, и он собирается идти именно в нём. Разложив их рядом на кровати, залюбовалась. Меня отвлёк робкий стук в дверь, и, открыв её, увидела Марию.

— Можно? — поинтересовалась она. Я видела перед собой уже не ту робкую девушку, которая была в самом начале нашего полёта, а вполне уверенную в себе молодую женщину, и меня это радовало. Да, замужество пошло Марии только на пользу. Николасу повезло, что ему досталась такая жена.

— Конечно проходи. — Улыбнулась ей, пропуская в комнату.

— Нита, я хотела тебя кое о чём попросить. — Улыбнулась она в ответ.

— Я слушаю тебя.

— Ты меня так красиво накрасила на свадьбу, — начала она, немного покраснев, — а я сама не очень в этом разбираюсь, и хотела тебя попросить, чтобы ты научила меня наносить макияж. Если тебе конечно не сложно. — Тут же добавила она.

— Конечно, нет, — мне это было не то что не сложно, я и сама хотела предложить ей в свободное время научиться пользоваться косметикой. А раз она сама пришла с такой просьбой, то тем более не откажу. — Проходи, бери стул и усаживайся перед зеркалом.

— Спасибо Нита! — Мария порывисто обняла меня, повиснув на шее.

— Да, пожалуйста, я сама хотела тебе предложить научить, но ты опередила меня. — Весело подмигнула я.

Взяв стул, Мария устроилась перед зеркалом, и, достав свою косметичку, начала выкладывать её содержимое на журнальный столик, стоящий рядом. Косметика у неё оказалась дорогой и хорошего качества. Я удивлённо посмотрела на неё, а она, смутившись, пояснила:

— Я покупаю косметику постоянно, но не умею ею пользоваться.

— Понятно, — я подошла к столику и начала перебирать коробочки и баночки. — Что ты решила одеть на приём?

— То красное платье, которое мы купили на Гелеоне. — она посмотрела на меня.

— Я поняла, о каком платье ты говоришь. — И потерев руки, стала выбирать и отлаживать то, что нам понадобиться, попутно рассказывая и показывая Марии, что и как нужно наносить, чтобы добиться желаемого результата. В таких разговорах мы не заметили, как провели время, пока нас не прервал Алекс, позвонивший на мой ваканар.

— Нита, я сейчас уже буду, — промурлыкал он, — надеюсь, что ты уже начала собираться на приём? До него осталось не так много времени.

— Уже собираюсь. — Ответила ему и отключила вак.

— Ой, я побегу, — подпрыгнула Мария, и чмокнув меня в щёку, понеслась из комнаты. — Спасибо! — крикнула она уже из коридора.

Я улыбаясь, закрыла дверь, и поспешила в душ. Быстренько помывшись и высушив волосы, уселась возле зеркала и занялась причёской. Что-то сложное и броское делать не хотелось, поэтому я уложила волосы, немного их завив, и заколов шпильками с синими камнями в тон платью. С макияжем тоже не заморачивалась, а просто карандашом и тенями выделила глаза, нанесла на скулы румяна, а на губы блеск. Посмотрев в зеркало и оставшись довольной результатом, направилась к платью, разложенному на кровати. От платья я была в восторге. Ярко-синее, длинное на столько, что почти не было видно туфель, с драпировкой на груди и рукавами фонариками, оно приводило меня в чистый восторг. А то, что парадная форма Алекса была тёмно синего цвета, вообще радовало. Мы должны смотреться вместе очень красиво и дополнять друг друга. Только я успела надеть платье и уже собралась ждать Алекса, чтобы застегнуть молнию на спине, как он появился в комнате.

— Милая, я соскучился. — Направился он сразу ко мне и потянулся за поцелуем.

— Лекс, у меня блеск на… — но договорить мне не дали, и даже наличие блеска не помешало ему страстно поцеловать меня.

— Накрасишь ещё раз, — проговорил он, оторвавшись от моих губ. — Я в душ и скоро буду готов, — поставил меня в известность Алекс. — А, кстати, где он?

— Вот, — показала я, нажав на панель на стене. — И пока ты не там, застегни мне пожалуйста платье. — Я повернулась к нему спиной.

— Я бы лучше стащил его с тебя, — пробормотал он, сражаясь с замком, — ну ничего, после приёма так и сделаю.

Наконец-то справившись, он направился в душ, а я пошла к зеркалу, подправить макияж. Мне нужно было только стереть остатки блеска, и нанести его снова, так что много времени это не заняло, и быстренько справившись, я присела на диван в ожидании Алекса. Он долго ждать себя не заставил. Выйдя из душа и высушившись, начал надевать парадный костюм. Я сидела и не могла отвести от него взгляда. Плавные движения и игра мышц завораживали и приводили в восторг. Очень хотелось подойти и провести по всему этому великолепию кончиками пальцев и не только. Я так увлеклась, картинами того, что я с ним сделаю после приёма, что не заметила, как Алекс уже был готов.

— Нита, если ты и дальше будешь на меня смотреть таким голодным взглядом, то ни на какой приём мы не попадём. — Хрипло прошептал он, подходя ко мне вплотную.

— Что? — растерянно спросила я, а он только рассмеялся, и, чмокнув меня в кончик носа, повёл на выход из комнаты.

— Идём, моя ненасытная, — подколол он меня, — родители с Кейном уже ждут нас в коридоре.

Присоединившись ко всем, кто уже собрался в гостиной на первом этаже, мы уселись в присланные аркары и направились на приём.

* * *

Мне не хотелось уходить знакомиться с октанами и оставлять Ниту с этим непонятным Катарой, будь он хоть самим правителем Рустрана, но долг превыше всего. Вот не нравился он мне, совершенно не нравился, и те взгляды, которые он бросал на Ниту, думая, что я их не замечаю, выводили из себя и заставляли беситься. Но пришлось взять с него слово, что он позаботиться о наших женщинах и поможет им устроиться. Мне пришлось всё же оставить Ниту, и уйти вместе со всей делегацией. Я надеюсь, что он человек слова, и с моей девочкой, мамой, да и другими всё будет хорошо. Но всё равно набрал по ваку Кейна и дал наказ не спускать глаз с Ниты и присмотреться к этому Катаре.

Мы все спустились на Рустран на шаттле и, рассевшись по аркарам, полетели по городу. Я не смотрел по сторонам, мне было не до этого, какое-то тревожное чувство не покидало меня и я всё время отвлекался, теряя нить беседы отца с Джэррардом. Отец видел это и с тревогой поглядывал в мою сторону.

— Алекс, что-то не так? — тихо спросил он, склонившись ко мне.

— Нет, вроде бы всё хорошо, просто какое-то странное чувство тревоги не отпускает, — ответил я, и решив успокоить, добавил: — Наверное, просто волнение. Не обращай внимания, скоро пройдёт.

Я попытался успокоиться и сконцентрировался на беседе. Оказывается, сейчас мы направлялись в дом советов, где должны будем познакомиться с октанами остальных трех октанаров. Потом обсудим планы по выполнению миссии, а вечером состоится приём, на котором уже будут присутствовать другие рустранцы, и все наши, кто входит в состав посольства. В принципе меня устраивал такой расклад, и я немного расслабился. Хотел было осмотреться вокруг, но мы уже подлетели к невысокому зданию, разделенному четырьмя цветами. Я вспомнил то, что октана всего четыре, и у каждого своя стихия. Это упомянул Джэррард во время поездки, сказав, что когда мы с ними познакомимся, тогда нам подробнее и расскажут о жизни Рустрана. Рассмотрев поближе здание, поразился его архитектурному изяществу и красоте. Высокие стены были украшены причудливой лепниной, опорой служили белоснежные витые колонны, а крыша напоминала облако. Войдя во внутрь, мы оказались в просторном холле, с ведущими из него четырьмя коридорами разных цветов.

— А почему цвета разные? — на автомате спросил я.

— Каждый цвет означает свой октанар, — начал объяснять Джеррард. — Красный — огненные земли, синий — водные земли, коричневый — песчаные земли, а белый — воздушные земли. И, предвидя ваш следующий вопрос, поясню: каждым землям подчиняется своя стихия, думаю, что из названий земель, понятно кому какая. Мы не можем управлять стихиями, только верховные жрецы могут призвать их в своё подчинение, но стихии присутствуют в нашей крови и влияют на выбор нашей шийи. — закончил он и пригласил нас пройти в зал, оформленный в четырёх цветах.

— Здесь у нас проходят собрания и встречи сразу всех октанов, и здесь же мы проводим переговоры с представителями других рас. — Он кивнул рустранцам, уже ждавшим нас там, и началась церемония представления. — Это октан Воздушных земель ВитарЛогмэр. — представил он стройного, белокожего, светловолосого мужчину с серыми глазами. Тот склонился в почтительном поклоне, и мы тоже ответили ему поклоном.

— Рад приветствовать посольскую миссию на нашей планете. Надеюсь, что наше сотрудничество будет плодотворной и взаимовыгодным. — Сказал он тихим, шелестящим, чем-то неуловимо напоминающим порывы ветра, голосом.

— Взаимно. — Склонил голову мой отец, и тут же место Витара занял другой мужчина. Он был высокий и широкоплечий, как гора. Смуглая кожа, чёрные глаза и золотистые волосы, похожие на песок пустыни, помогли мне без труда угадать, что передо мной стоит октан песчаных земель. И я не ошибся.

— Это октан песчаных земель Айдж Бергор. — представил его Джэррард и мы снова склонились в ответном поклоне.

— Добро пожаловать на Рустран. — пробасил мужчина. Как я и думал, голос у него оказался раскатистый и басовитый.

— Спасибо. — снова склонился отец.

— Это октан водных земель Джет Варг. — Представил Джэррард последнего октана, как только он встал перед нами. Мужчина выглядел несколько необычно. Высокий, гибкий, кожа светлая с лёгким, едва заметным голубым оттенком. Но вот волосы… На первый взгляд они казались тёмно-синими, но присмотревшись, я понял, что они чёрные с насыщенным синим оттенком. А вот глаза были яркого бирюзового цвета и приковывали внимание.

— Приятного вам времяпрепровождения на нашей планете, — пожелал он. Голос мужчины чем-то напоминал журчанье воды в текущем ручейке.

— Спасибо за оказанную честь и доверие. — Ответил отец и начал представлять всех, кто присутствовал в зале с нашей стороны. Когда церемония представления была закончены, Джэррард пригласил всех за стол переговоров, чтобы обсудить некоторые детали и основные моменты нашей деятельности. Нас никто не заставлял начинать работать прямо сейчас, просто мы решали вопросы первой необходимости. Меня больше всего волновали вопросы: куда разместили наших женщин и как они устроились. Хоть рядом с Нитой и мамой был Кейн, я всё равно не был полностью спокоен, и удивлялся выдержке отца. Но, видимо, его спокойствие было напускным, потому что как только мы расселись, он сразу же спросил:

— Можно узнать, где и как разместили наших женщин? — оказалось, что интересует этот вопрос не только меня, но и Николаса Зарка, который тоже переживал за молодую жену.

— Не переживайте, с ними всё в порядке, — ответил Джэррард, — нами было приготовлено два корпуса, один под посольство, а второй, жилой, где сейчас, ваши женщины выбирают себе комнаты, в которых будут проживать и обустраиваются.

— Что ж, это хорошая новость. Спасибо. Вы успокоили нас. Тогда давайте приступим к выяснению тех вопросов, которые нужно решить прямо сейчас, и не будем оттягивать. — Предложил отец. Так как возражений ни от кого не поступило, мы начали отвечать на вопросы октанов и попутно задавать свои. В итоге, время обсуждения затянулось, и уже скоро нужно было собираться на приём. Но, хорошо то, что мы всё-таки договорились, что нам даётся неделя на обустройство, привыкание, ознакомление с планетой, и только потом наше посольство начнёт свою деятельность. Уже практически в конце переговоров в зал влетел Катара. Он, извинившись, сообщил, что все размещены и обустраиваются, потом откланялся, и вышел, но я успел заметить тревожный взгляд, который бросил на него Джэррард, и как недовольно нахмурился, покачав головой. Мне это всё не понравилось, но я решил подождать и присмотреться к этому молодому рустранцу немного лучше. После, довольные достигнутым результатом, мы уселись в аркары и полетели к жилому корпусу, где нас ждали наши женщины.

Где комната, которую выбрала для нас Нита, мне подсказал Кейн. Он же и рассказал про то, что произошло при этом выборе.

— Брат, будь осторожен, и не спускай глаз с Ниты, а я всегда буду рядом. Мне не нравится, как этот Катара смотрит на неё, а его возмущение по поводу того, что вы будете жить вместе, просто бесит, — раздражённо высказывался Кейн, уже полностью одетый для вечера. — Я не доверяю ему. И буду следить. Но и ты тоже ворон не лови.

— Спасибо, братишка, — я пожал его руку, — я буду на чеку.

Войдя в комнату, увидел Ниту, такую красивую, что перехватило дыхание. Подлетел к ней и поцеловал, даже не смотря на её возражения. А моя девочка взяла и попросила застегнуть ей платье. О, с каким бы удовольствием я его не то что не застёгивал, а стянул с неё. Но, пришлось застегнуть и идти в душ. Быстро помывшись и высушив волосы, начал одеваться. А моя маленькая нахалка стала рассматривать меня такими взглядами, что я еле смог застегнуть пуговицы на кителе.

— Нита, если ты и дальше будешь смотреть на меня таким голодным взглядом, то ни на какой приём мы не попадём. — хрипло прошептал, подойдя к ней вплотную. Такого растерянного личика я у неё давно не видел, и рассмеявшись, чмокнул в нос, только ради того чтобы ей не пришлось опять наносить блеск на губы, и повёл на выход. Встретившись с родителем и Кейном в коридоре, мы спустились в гостиную, и присоединились ко всем остальным. Отец дал краткую инструкцию о том, как вести себя на приёме и мы вышли из здания. Усевшись в аркары, полетели на приём. Но тревога меня не покидала, и я решил мало того что не спускать глаз с Ниты, так ещё никуда её от себя не отпускать. Да и Кейн обещал всегда быть рядом.

* * *

Я был весь в предвкушении. Сейчас я увижу свою шийи, смогу быть рядом с ней, и, может быть, мой внутренний огонь хоть немного перестанет меня жечь. Я ждал этого, с того момента, когда узнал, что она летит к нам на Рустран и увидел её по монитору. Но то, что она была рядом с другим мужчиной, и он называл её своей невестой, сильно бесило и нервировало. Она моя! Моя шийи, и я её никому не отдам. Если только у неё не отрицание. «Дух огня, прошу, пусть это будет только отсрочка, а не отрицание!» — мысленно взмолился я. Когда мы оказались на их корабле и вошли в зал, где должна произойти встреча и первоначальное знакомство, я сразу же нашёл её взглядом и уже не сводил с неё глаз. Мои кулаки сжались в слепой ярости, а огонь в крови стал жечь сильнее. Я должен выяснить, что у неё с другим, и что она чувствует ко мне, или я просто сойду с ума. А тут подвернулась такая возможность поговорить с ней один на один. Спасибо дядя и тебе Кросс, вы даже не представляете, какую услугу мне оказываете, оставляя с ней и поручая именно мне помочь с расселением. Я на это даже не надеялся, но, видимо, дядя всё же что-то понял, и решил мне помочь.

И вот я остался с ней наедине. Я видел, что она нервничает и бросает на меня осторожные взгляды. Я молча смотрел на неё и боялся спугнуть. Тогда она взяла инициативу в свои руки, и, представившись, даже разрешила называть её Нитой. Для меня было бы самым большим счастьем, если бы я смог называть её шийи. Но с этим пока не понятно, хотя огонь в моей крови принял её и послал зов. Мы прошли с ней в другую комнату и начали ждать тех, кто решил спуститься на Рустран. Я не мог упустить своего шанса и задал вопрос, который в данный момент волновал меня больше всего.

— Нита, а что у тебя с капитаном Кроссом?

Я видел, как она удивилась, но всё же ответила на вопрос. Я подумал, что раз она отвечает на столь откровенные и личные вопросы, то можно спросить ещё кое-что. Но на вопрос любит ли она его, я получил такую бурю негодования и возмущения, что не знал, что и думать. Однако, мне нужно это знать, очень нужно, поэтому я настаивал, даже от злости приблизился вплотную и навис над ней. Спросив, есть ли у неё хоть какие-то чувства ко мне, увидел на её лице столько недоумения и удивления, что мне уже не нужны были её слова, я и так всё понял, но не смог удержаться, и всё же настоял на ответе. Её тихое и растерянное «нет», вызвало во мне такую боль, что сам не знаю, как удержался, и не начал крушить всё подряд от ярости и огня, взметнувшегося в моей крови. Хорошо, что нас прервали, и я смог немного успокоиться.

Когда все собрались, мы погрузились в шаттл и полетели на Рустран, по дороге я рассказал им немного о нашей планете и предложил задавать вопросе, если им что-то не понятно или интересно. Но лучше бы я этого не делал. Вопрос про шийи, заставил меня задуматься о той ситуации, что происходит у меня с Нитой, отговорившись тем, что это очень личное, я полностью погрузился в себя.

Для нас, рустранцев, шийи — это наша половинка, наша душа, и избранная. Если наша кровь признала её своей, то уже нормально жить без неё мы не сможем. Если она откликается на зов крови, то происходит принятие, и на левой скуле женщины появляется маленькая татуировка в виде молнии. Так, как я житель огненных земель, то татуировка у моей шийи будет красного цвета, для воздушных жителей — белого, для пустынных — жёлтая, а водных — синяя. То, что татуировка не появилась, может иметь две причины: первая — если отклик крови происходит сразу, но по какой-то причине принятие не происходит, и его нужно ждать. Тогда русстранец будет чувствовать дискомфорт и не более, а вот если вторая — вместо принятия идёт отрицание, то рустранцу не жить. Его уничтожит его собственная стихия, но перед полным уничтожением придётся испытать такие муки, что сам не захочешь жить. Конечно, можно избежать смерти, но для этого нужны особые условия, и не всегда они есть. Я надеялся, что у меня с Нитой просто отсрочка, а не отрицание. За такими невесёлыми раздумьями, даже не заметил, как мы прилетели к месту их жительства. Придя в себя, проводил их в жилой корпус, и предложил выбирать себе комнаты.

Ох, и как же она меня разозлила, заявив, что собирается жить в одной комнате со своим женихом. Да я просто был готов придушить её на месте! А ещё этот противный надоедливый малолетка, возомнивший себя её защитником. Если бы мы встретились с ним на поединке, я бы не оставил от него и мокрого места. Но сейчас мне пришлось просто в бешенстве сжать зубы и терпеть все её высказывания и загибания пальчиков. Лучше бы она ласково провела ими по моему лицу, чем загибала перед моим носом. Я взбесился, кровавая пелена встала перед моими глазами, и чтобы не наделать глупостей, я ушёл. Как добирался до дома советов — не помню, но огонь начал жечь меня всё сильнее. Немного успокоившись, зашёл в зал советов, и, сообщил о том, что все расселены и обустраиваются. Дядя, видимо, что-то заподозрил, потому что я увидел, как он хмуриться. Я пошёл в его кабинет, и стал мерить его шагами, не находя себе места. Я был как тиаран, мечущийся по клетке. Когда дядя вернулся, я был уже на той грани, которая у нас считалась последней перед потерей контроля.

— Катара! — он бросился ко мне. — Мальчик мой, да что с тобой такое твориться? — я увидел столько боли в его глазах, что стал понемногу возвращаться в себя.

— Дядя, я боюсь, что мне не повезло и у Ниты идёт отрицание. — Прошептал я, глядя в одну точку.

— Ты проверял? — строго спросил он.

— Нет. — Только покачал головой я.

— Тогда не смей так говорить! Слышишь меня! Не смей даже думатьоб этом, пока мы не будем знать наверняка! — дядя с силой потряс меня за плечи.

— Я проверю, — тихо сказал я, и добавил: — сегодня на приёме я точно узнаю, что меня ждёт.

Глава 14

Пока мы летели на аркарах, я пыталась вызнать у Алекса как об их встрече с остальными октанами. Он не спеша рассказал мне всё, намекнув на то, чтобы я не сильно удивлялась их внешнему виду, потому что они отличаются друг от друга как небо и земля и у каждого октана свои особенности. Но подробностей так и не поведал.

— Скоро сама увидишь, я не хочу портить тебе сюрприз, — мы остановились, и он подал мне руку помогая выбраться из аркара.

— Ну ладно, я тебе ещё припомню, — попыталась надуться я, но он чмокнул меня в щёку и, взяв под руку, повёл к входу в здание.

Войдя в зал, я сразу стала вертеть головой, пытаясь рассмотреть всё, что только возможно. В глаза сразу бросалось то, что зал был разделён на четыре сектора, оформленные в разных цветах, и в каждом из них находились, как я поняла, представители соответствующих октанаров. Здесь всё было не так как у нас, когда на различных мероприятиях все перемешиваются в одну толпу и весело общаются. Может постепенно и здесь тоже так произойдёт, но сейчас смотрелось всё непривычно. К нам навстречу уже шёл Джэррард Тартон, рядом с ним шёл Катара, их сопровождали высокая стройная женщина и милая миниатюрная девушка.

— Приветствую вас, — склонился он в величественном поклоне, и мы поклонились в ответ — Моего племянника Катару вы уже знаете, а это моя шийи Анника и дочь Алейдис. — представил он своих спутниц, при этом тепло взглянув на них и улыбнувшись.

Я старалась не смотреть на Катару, и вообще решила его всячески игнорировать. А вот спутницы Джэррарда меня заинтересовали, и я во все глаза стала их рассматривать. Обе не очень высокого роста, стройные гибкие, с тёмно-русыми волосами, в которые были, как будто вплетены пряди разных оттенков: от кроваво-красных и рыжих, до огненно-золотых. Это смотрелось так красиво и захватывающе, что мне мои чёрные волосы, которыми я так гордилась, показались обычными и непривлекательными. Переведя взгляд на их лица, восхитилась ещё больше. Пухлые алые губы улыбались, потом шёл тонкий аккуратный нос, высокие скулы и глаза цвета янтаря, рассматривавшие меня с не меньшим интересом, чем я их. Я хотела смутиться, но мне так тепло и солнечно улыбнулись, что не возможно было не улыбнуться в ответ. Я сразу же почувствовала, что мне будет очень легко с ними общаться, если представиться такая возможность, а с дочерью Джэррарда, я вообще захотела познакомиться поближе. Она мне понравилась с первого взгляда.

— Я думаю, вам бы хотелось представить своих спутниц и другим октанам. Давайте я вас проведу к ним, — внёс предложение Джаррард и мы двинулись в сторону белого сектора. Когда мы подошли ближе, к нам навстречу вышел мужчина со своей спутницей. Они очень отличались от Джэррарда и выглядели необычно. Они были высокими, стройными, с неестественно белой кожей, тонкими чертами лица, серыми дымчатыми глазами и светлыми волосами. В их образе присутствовало что-то лёгкое и воздушное. И их окружали точно такие же спутники, только отличались чертами лица и оттенками волос, от светло-серого, до кристально-белого.

— Октан воздушных земель Витар Логмэр. — представился мужчина, склоняясь в приветствии, — а это моя шийи — Сарина. — улыбнулся он женщине, с интересом рассматривающей нас. Обменявшись ещё несколькими фразами, мы пошли к следующей группе, которая располагалась в жёлто-золотом секторе.

— Октан песчаных земель — Айдж Бэргор, — перед нами склонился в приветственном поклоне не просто мужчина, а гора мышц и мускулов, — и моя шийи — Джэрда. Они оба выглядели непривычно и занимательно. Высокие, широкоплечие, со смуглой кожей чёрными глазами и золотистыми волосами, которые смотрелись очень необычно. У женщин волосы были длинные, завитые в мелкие спирали и очень пышные. Выглядело это просто великолепно, как расплавленное золото. Не дав мне налюбоваться такой красотой вволю, нас повели в синий сектор.

— Октан водных земель — Джет Варг, — представился мужчина, — и моя шийи Ариадна, — они, как и остальные рустранцы были необычны, особенно их голос, который завораживал и покорял. Он напоминал журчание воды, и с первого звука захватывал всё внимание. Я стояла и с интересом рассматривала рустранцев водного октанара. Таких чёрных волос, с необычным синим оттенком я ещё никогда не встречала. Я очень люблю синий цвет, но этот оттенок… Он меня просто покорил. Нет, зависти у меня не было, ну может только совсем чуть-чуть, я просто не могла отвести от них взгляд и наверное забыла как дышать, а потом разом выдохнула, чем привлекла к себе внимание.

— Вас что-то заинтересовала юная леди? — обратился ко мне октан водных земель, и я посмотрела в самые необыкновенные глаза бирюзового цвета. Пробежавшись быстро по нему взглядом, увидела гибкую фигуру и кожу, которая оттенялась лёгким голубым оттенком. Можно сказать, что из всех рустранцев, которых нам сегодня представили, представители водного октанара были самыми необычными и притягательными.

— Простите, что так разглядываю, — смутилась я, и покраснев отвела взгляд, — просто я ещё никогда не встречала такой необычный оттенок волос, и он меня очень заинтересовал.

— Понятно. Вы нам тоже кажетесь диковинными и необычными, потому что вы отличаетесь от нас, но думаю, как только вы привыкните к нашему виду, то уже не будете так восхищаться. — сказал он с притворным вздохом и добавил: — а жаль, внимание молодой девушки всегда приятно. — и засмеялся, разряжая обстановку.

— Дорогие сородичи, — выйдя в середину зала и подняв руки вверх, призывая всех к тишине, Джэррард начал свою речь. — Сегодня мы с вами приветствуем на своей земле представителей Содружества миров звёздного флота. Думаю, что все, как и я, радуются, что вступаем в Содружество и становимся их участниками. Мы долго оставались в стороне от всего, что происходит вокруг нас, и пора уже и нам принять в этом участие. Я знаю, как наша молодёжь желает вырваться с планеты, попутешествовать, посмотреть миры, а некоторые даже хотят поступить в разные учебные заведения и обучаться там. Я думаю, что никто не будет против таких изменений и сегодня мы делаем первый шаг на встречу переменам. Я уверен, что они все будут к лучшему и принесут только хорошее. Да свершаться перемены! — неожиданно громко произнёс он, и хор голосов вторил ему.

После своей речи Джэррард подошёл к нашей группе и пригласил пройти в обеденную залу. Мы последовали за ним к нашим местам, на которых уже стояли именные карточки. Только когда я уловила запах блюд, что стояли на столе, поняла, как голодна. Усевшись за длинный стол между Алексом и Кейном, я принялась тихонько изучать присутствующих, а то во время представления октанов, только внешний вид и рассмотрела.

Сейчас же я принялась рассматривать причёски и то, во что представители октанаров были одеты. Они отличались друг от друга не только внешностью, но и стилем одежды. Представители воздушных земель, были облачены в одежду из лёгких, воздушных тканей, исключительно светлых оттенков. Большинство предпочтение отдало белому цвету, но были и те, кто был облачён в одежды тёмно-серых, дымчатых цветов. Женщины же были одеты в основном в лёгкие, летящие платья, которые развивались от малейшего дуновения ветерка с открытого балкона. Это смотрелось очень красиво и полностью гармонировало с их образом. А вот представители огня предпочитали ткани более плотные и тяжёлые, на мой взгляд, чем-то напоминающие бархат, и так и манящие прикоснуться к ним и проверить действительно ли они такие мягкие на ощупь, как выглядят. Наряды женщин были пышными и напоминали бальные платья дам прошлых столетий. Но смотрелись очень красиво и величественно. Мужчины предпочитали строгие костюмы в тёмно-красных тонах, а вот дамы были все как огонь и только подтверждали своё происхождение. Я перевела взгляд на представителей песчаных земель и начала рассматривать их наряды. Было видно, что они отдают предпочтение металлу и коже. Наряды их женщин чем-то напоминали мне наряды древних амазонок, так и казалось, что дай им меч, лук со стрелами, и ты сможешь окунуться в прошлое, и увидеть, как там всё было. Мужчины были одеты в рубахи и свободные штаны, и смотрелось это как-то просто, но в то же время и элегантно, и необычно. Цвета они предпочитали от тёмно-коричневого, до золотистого и не отказывали себе в драгоценностях. Я ещё ни на одном представителе этой расы не видела столько побрякушек и украшений, как на представителях песчаных земель. Я перевела свой взгляд на водников. Мои любимчики были облачены в одежды из струящихся тканей, от тёмно-синих, до ярко-бирюзовых и смотрелись волшебно. Платья женщин облегали их как вторая кожа и струились по фигурам. При движении мне казалось, что я действительно вижу, как течёт вода, и это завораживало.

Оторвавшись от созерцания представителей этой расы, я заметила, что рустранцы-то уже сидели не по секторам, а вперемешку и все тихо переговаривались, бросая в нашу сторону заинтересованные взгляды. И тут я наткнулась на Катару. Он не сводил с меня взгляда, и было в нём что-то такое, что заставило меня вздрогнуть, и поскорее отвести свой взгляд, и в последствии стараться не смотреть на него, и не находиться близко к нему.

— Прошу поднять наши бокалы и начать праздничный ужин в честь наших гостей. — встал Джэррард и поднял свой бокал. Я видела, что все подымаются, и, взяв свой бокал, тоже встала и приподняла его в приветствии, после пригубив нечто, что было в него налито, опустилась обратно на стул. Этим чем-то оказалось вино, с приятным вишнёвым ароматом и горьковатым послевкусием. Но эта горечь не была неприятной, наоборот, она манила пригубить ещё, и удостовериться, действительно ли это вино такое вкусное, как тебе показалось в первый раз. Я и не заметила, как опустошила весь бокал, но мне его тут же наполнили, и только сейчас, я заметила, что в зале, помимо гостей, находился ещё и обслуживающий персонал. После вина у меня проснулся зверский аппетит, и я вспомнила, что после завтрака, у меня и маковой росинки во рту не было. Попробовав то, что было у меня в тарелке, и, убедившись, что оно вкусное, я приступила к трапезе. Как бы сильно я не была голодна, но не буду же набрасываться на еду как зверь, поэтому немного сдерживаясь я спокойно ела и наблюдала за окружающими.

— Милая, о чём задумалась? — поинтересовался Алекс, склонившись ко мне.

— Да так, просто они такие необычные, что не вериться что я в реальности, а не в сказке. — улыбнулась ему. Пока мы тихонько переговаривались, произошла смена блюд, и я приступила ко второму блюду. Я уже утолила первый голод, поэтому ела не спеша и запивала всё вином.

— Детка, будь с вином поосторожнее, я ещё помню, какая буйная ты во хмелю. — смутил меня Алекс.

— Лекс, милый, не подкалывай, а то возьму, и специально напьюсь. — пригрозила я.

— Ага, а потом как тогда. — влез в разговор Кейн.

— Это как? — переспросили мы с Алексом одновременно, удивлённо глядя на Кейна.

— Как-как? Начнёшь с нескольких рюмашек, а потом проснёшься с бодуна в кровати, с незнакомым мужиком, непонятно где. — припомнил мне обед у нас дома этот паразит. И надо же запомнил, и всё-таки поддел!

— Ну Кейнчик, — зашипела я, но Алекс уже тихо похрюкивал рядом, стараясь не рассмеяться в голос, и весь мой запал пропал. — Прекрати, — пихнула я его в бок, — а то на нас уже косятся.

— Ну брат, ну молоток, — пропыхтел Алекс и пожал Кейну руку. А тот раздулся от гордости и задрал нос. Ах так! Мстительно сощурив глаза, я потянулась за третьим бокалом, но меня остановили сразу с двух сторон. Решив не заморачиваться, я принялась за десерт, который уже стоял передо мной, а я и не заметила, когда его успели поменять. Вот это обслуживание!

Через некоторое время, когда с десертом уже было покончено, Джеррард встал, и пригласил пройти всех в зал, где уже звучала тихая музыка, и должны были начаться танцы. Мы поднялись, и прошли в зал. Рустранцы уже не кучковались в своих секторах, а разбились по группам и вели неспешные беседы.

— Разрешите пригласить вас на первый танец? — повернувшись, я обнаружила, что меня приглашает Джэррард.

— Простите, смутилась я, — но я не знакома с вашими танцами.

— Милая Аданита, сегодня на вечере будет звучать в основном ваша музыка, но и конечно же наши традиционные танцы, которые мы вам продемонстрируем. А первым будет вальс. Думаю, его вы умеете танцевать? — склонился он в поклоне. Я бросила вопросительный взгляд на Эдварда Кросса, и он мне тихонько кивнул, намекая принять приглашение.

— С удовольствием. — вложила свою ладонь в его руку. Алекс был вынужден пригласить шийи Джэррарда, и мы парами вышли в центр зала. Зазвучала музыка вальса, и я отдалась мелодии. Джэррард вёл на удивление умело и уверенно, чему я была крайне удивлена. Увидев это, он поинтересовался:

— Аданита, вас что-то смущает?

— Нет. — поспешно бросила я. — Просто не ожидала, что и у вас танцуют вальс.

— Когда мы договаривались о прилёте к нам вашего посольства, то задались целью получше вас изучить. Вашу культуру, музыку, танцы и всё остальное. Благо, что во всемирном геройте можно найти любую информацию. — начал объяснять он. — и мы разучили ваши танцы, чтобы вы не чувствовали себя у нас некомфортно.

— Логично, — согласилась с ним я, — жалко, что в геройте нет информации о вас.

— Мы закрытая планета. И информацию о нас вы вряд ли где найдёте. — улыбнулся он. — Но надеюсь что эта ситуация изменится после того, как мы вступим в Союз. — с его словами прозвучали и последние аккорды вальса, и Джэррард проводил меня на место, поблагодарил за прекрасный танец, и отошёл от нас.

Следующая мелодия была мне не известна, но с первых же аккордов увлекла и заставила прикрыть глаза от удовольствия. Барабанный ритм звал за собой, а звуки неизвестного мне инструмента, манил начать движения, закрыв глаза и забыв обо всём. Это была традиционная музыка песчаных земель. Она и была похожа на них, такая же дикая, необузданная, и я впервые увидела, традиционный танец рустранцев. Потом опять несколько наших танцев, которые я протанцевала с Алексом и Кейном, и опять мелодия Рустрана, но в этот раз воздушных земель. Рустранцы двигались волшебно, будто парили в воздухе, и мелодия была такой нежной и щемящей, как будто плакала флейта. Я смотрела как завороженная, и не могла оторваться. Потом опять наши танцы и тихая, журчащая мелодия заполняет зал. Гибкие жители водных земель показывают нам свой традиционный танец, и такое ощущение, что ты находишься в бушующем море и взбесившаяся стихия так и норовит утянуть тебя за собой. И вот схлынула последняя волна, и по залу разлилось море спокойствия. И снова наши танцы, которые мы пропустили, выйдя освежиться и утолить жажду.

Когда мы снова вернулись в зал, на его середину выходили представители огненных земель, я замерла в ожидании чего-то чудесного и необычного. И оказалась права. Эта была просто феерия. Звуки, движения, сплелись в один завораживающий поток и так и манили присоединиться к ним и сгореть в этом неистовом пламени. Я сама не заметила, как непроизвольна начала повторять движения рустранок. А потом я выхватила из этого бушующего пожара горящий взгляд. Катара. Он смотрел на меня, и плавно, под музыку, начал приближаться ко мне, не отрывая своего взгляда. Подойдя очень близко, мужчина опустился на одно колено, склонив голову, протянул ко мне руку, и замер в ожидании. Я видела, что все взгляды были устремлены на меня, и не знала, как поступить. С одной стороны мне не хотелось поступать некрасиво, и при всех отвергнуть его протянутую руку, а с другой, я опасалась танцевать с ним и не очень этого желала. Если бы на его месте был кто-то другой, то я бы не раздумывая подала свою руку, а так… Со всех сторон начали шептаться, и чтобы не показаться невежливой, я осторожно протянула ему свою руку. Как только я это сделала, Катара резко поднял голову, и я увидела, как в его глазах полыхает огонь, а губы растягиваются в счастливой улыбке. И только его руки накрыли мою, как ладонь пронзила дикая боль.

— Аааааа… — я попыталась вырвать свою руку, которая просто горела огнём, но он не отпускал её. Я дёрнула сильнее, но этим лишь причинила себе ещё больше страданий.

— Катара, мальчик мой, отпусти её, — это просил Джэррард, склонившись над ним. И тогда я посмотрела на Катару, и сквозь пелену слёз, которые во всю лились по моему лицу, увидела столько боли в его глазах, что мне стало ещё хуже.

— А ну быстро отпусти её! — взорвался рядом Алекс. — Или я тебя придушу собственными руками, — он кинулся на Катару, отпихнув его, и наши руки наконец-то разъединились. Всё это произошло буквально в считанные секунды, но на моей руке был отчётливо виден ожёг в том месте, где меня касались его пальцы. Рука болела ужасно, и от нарастающей и пульсирующей боли, мне становилось ещё хуже. Сквозь начавшее уплывать сознание, я видела, как кинулся ко мне Алекс и подхватил на руки.

— Детка, что с тобой? — послышалось его взволнованный голос. И сквозь ускользающее сознание, я только успела шепнуть:

— Рука… Больно… — и меня поглотила темнота.

* * *

Мы летели на аркарах, и Нита пыталась вызнать у меня подробности встречи с октанами. Но отговорившись тем, что не хочу портить ей сюрприз, и скоро она всё увидит сама, стал с предвкушением ждать нашего прилёта на вечер, и её реакции на рустранцев разных октанаров. А в том, что она будет, я не сомневался, и не ошибся. Очень интересно было смотреть с каким азартом, а иногда и удивлением она рассматривает рустранцев. Я уже видел их, и теперь полностью был погружён в наблюдение за Нитой и сменой эмоций на её лице. За Кейном тоже было интересно наблюдать, но он вёл себя сдержано, и не высказывал ни грамма любопытства, хотя я прекрасно знал, что если бы можно было, он из всего этого устроил бы такой стёб, что мы надорвали бы животы от смеха. И брат не разочаровал меня. Видя, как Нита уже опустошила два бокала вина, он подколол её. Ай да братик, ай да молодец! Это же надо было так подколоть Ниту её же шуткой, которую она же сама провернула с нами на ужине у них дома. И запомнил же. Она так умильно возмущалась и пыталась дуться, что это вызывало ещё больший смех, и я еле смог остановиться и не засмеяться в голос. Но когда эта проказница потянулась в отместку за третьим бокалом, я остановил её, и оказалось что не я один. Брат был полностью со мною солидарен в том, что ей уже хватит, и остановил её движения с другой стороны.

В это же время, я незаметно наблюдал за Катарой, который бросал такие взгляды на мою девочку, что у меня сжимались кулаки, и было огромное желание расквасить его физиономию. Но я сдерживался из последних сил, и старался отвлечься на Ниту. Хорошо, что обед уже закончился, и Катара скрылся с моих глаз. А то не знаю, чем всё это могло закончиться.

На первый танец Ниту пригласил Джэррард, и мне не осталось иного выбора, как пригласить его шийи. Но я весь танец не сводил с Ниты глаз, на что моя партнёрша усмехнувшись, сказала:

— Не переживайте. С вашей шийи всё будет хорошо. Мой шейнар ничего ей не сделает.

— Я не переживаю, просто не хочу выпускать её из виду. Как бы хорошо вы нас не приняли, но мы ещё плохо вас знаем, чтобы полностью доверять.

Хорошо, что танец уже закончился, и я оказался опять рядом с Нитой, и потом уже не выпускал её со своих объятий, и отпускал потанцевать только с Кейном и отцом. Танцы рустранцев были необычны и завораживали. Я, как и Нита, восхищался ими и не мог оторвать глаз. Они чередовались с нашими, и давали отдохнуть, и насладиться зрелищем. Мы вышли немного передохнуть и освежиться, а когда вернулись, то пришла очередь танца огненных земель. Что это был за танец, огонь экспрессия, ритм захватывал. Я, как и все, смотрел и не мог оторвать взгляд. Нита даже стала непроизвольно подтанцовывать. И вот в самый разгар этой феерии, к ней начал танцуя приближаться Катара. Мне сразу стало не по себе, но я ничего не успел сделать, как он припал перед Нитой на одно колено, склонил голову и протянул к ней руку. Я видел каждую эмоцию, пробежавшую по лицу Ниты, и как она не хотела принимать его руку, и как переборов себя всё-таки сделала это. Но то, что последовало за этим, было полной неожиданностью, и как оказалось не только для меня.

Как только рука Ниты оказалась в руках Катары, она дико закричала и стала пытаться вырвать её из его захвата. Но Катара не отпускал, я видел как сначала радость, а потом удивление, недоверие и боль проскользнули на его лице. Я не мог понять, что происходит, и от этого становилось не по себе. Даже просьба Джэррарда на него не подействовала, и я кинулся на него.

— А ну быстро отпусти её! Или я тебя придушу собственными руками! — взревев раненым зверем, я врезал ему что есть мочи, и только тогда он отпустил руку Ниты. Я хотел его просто убить, но сейчас то, что произошло с моей девочкой, было для меня важнее, чем разборки с этим рустранцем. Видя, как Нита пошатнулась, и начала оседать, я быстро подхватил её на руки, и взглянул на любимое лицо, залитое слезами.

— Детка, что с тобой? — я видел боль, отразившуюся на её лице, и перепугался ещё сильнее.

— Рука… Больно… — только и смогла прошептать она, теряя сознание. И тогда я обратил внимание на её руку. На нежной коже был страшный ожог, в виде отпечатка руки. Я шокировано уставился на него, и в моей голове не укладывалось, что такого можно было сделать с ней, чтобы от обычного прикосновения были такие последствия. Я убью эту инопланетную сволочь! Как только помогу Ните, и уверюсь, что с ней всё в порядке, я размажу его по стенке, и скажу, что так и было. Никому не позволю обижать и причинять боль той, которую я люблю больше жизни. Я уже не обращал внимания на рустранцев, которые стояли вокруг нас и шокировано смотрели на происходящее.

— Кейн, — не успел я позвать, как он уже был рядом. — Быстро аркар и шаттл, нам нужно как можно быстрее попасть в медитекс.

— Сейчас, — брат понял меня мгновенно, и не нужно было разъяснять и ждать, когда тебя поймут. Перехватив Ниту поудобнее, я понёс её к выходу из зала, отец с матерью шли рядом, и с тревогой смотрели на нас. Я был уверен, что как только мы выйдем на улицу, аркар с Кейном уже будут ждать нас у входа, и я не ошибся. Мы быстренько загрузились и полетели в сторону космопорта, чтобы пересесть в шаттл, и как можно быстрее оказаться на Химере.

— Я уже связался с Аланом. Он ждёт нас с готовым медитексом. — сказал отец, ободряюще похлопав меня по плечу.

— Спасибо отец, — мне повезло, что он у меня такой собранный и всегда в любой ситуации остаётся спокойным и рассудительным.

— Сыночек, я не могу понять, что произошло с нашей девочкой, — всхлипнула мама. — Почему на прикосновение этого рустранца, у неё на коже появился такой страшный ожог. Ведь тогда, когда он её спас на Гелионе, и она прикоснулась к нему, такой реакции не было, — покачала задумчиво она головой.

— Я не знаю, но обязательно это выясню, — пообещал я ей. Мы уже подлетели к космопорту, и, выскочив из аркара, чуть ли не бегом неслись в сторону шаттла. Нита за всё это время так в себя и не приходила. Это добавляло ещё больше беспокойства, и заставляло меня нестись вперёд почти на бешеной скорости. Как только мы заскочили в шаттл и уселись на сидения, он задраил шлюзы и произвёл старт. Я знал, что лететь до Химеры нам примерно минут пятнадцать, но для меня они показались несколькими часами. Я устроил Ниту поудобнее на своих коленях, и, гладя её по голове шептал на ухо нежные слова о том, как я люблю свою девочку, и что никому больше не дам её обижать. Как только мы пристыковались к Химере, я рванул в сторону медицинского отсека. На его пороге нас уже встречал Алан и показал, куда положить Ниту. Он начал с интересом рассматривать ожог на её руке.

— Алан, ну что? — я не мог ждать, эта неизвестность просто убивала, и мне нужно было поскорее узнать мнение компетентного врача, которому я доверял.

— Алекс, это просто ожог. У неё ничего смертельного, — попытался он меня успокоить.

— Если просто ожог, то почему она не приходит в себя? — не унимался я.

— Просто у неё болевой шок, и такая защитная реакция организма. Сейчас я введу ей обезболивающие, и мы загрузим её в капсулу медитекса, чтобы залечить ожог, и нарастить повреждённые ткани. Не переживай, через несколько часов твоя Нита будет как новенькая, — успокоил меня врач. Мама помогла мне снять с Ниты платье, и мы с Аланом опустили мою девочку в капсулу, закрыв крышку и запустив программу исцеления.

— Алекс, можешь несколько часов отдохнуть. Я позову тебя, когда её нужно будет вынимать, — предложил мне Алан, но я отказался. Я не хотел оставлять мою девочку одну. Вдруг ещё что-то случится, когда меня не будет рядом. Но ведь то, что произошло на приёме, случилось тогда, когда я был рядом с ней, и я не смог уберечь её. Я корил себя за то, что дал ей дотронуться до руки рустранца, не удержал. А вот до него я ещё доберусь, за то, что он сделал с Нитой, он своё получит. Я сделаю так, что он и на пушечный выстрел не подойдёт к ней. Родители с Кейном хотели остаться и ждать пробуждения Ниты вместе со мной, но я отправил их отдыхать, сославшись на то, что мы и так мешаем Алану, и здесь мало места для нас всех. Нехотя, но они ушли.

Я стоял, и смотрел через стекло капсулы, как исчезает ожог с руки Ниты и его место занимает нежная розовая кожа. Эти несколько часов я не сводил с неё взгляда, и всё ждал, когда её можно будет достать оттуда и прижать к себе, вдохнуть родной запах, и поцеловать любимые губы. Наконец-то, медитекс подал сигнал об окончании лечения, и мы с Алоном достали оттуда Ниту.

— Алекс, не стоит волноваться, она просто под действием снотворного, — начал объяснять мне Алан, — все её показатели в норме, идите, ложитесь спать, а завтра проснётесь бодрые и здоровые.

— Спасибо Алан, — поблагодарил я друга, взял мою девочку на руки, и понёс в свою комнату. Уложив её на постель, я быстро принял душ, и нырнул к ней под одеяло. И только прижавшись к желанному телу, и в полной мере ощутив рядом её тепло, я смог спокойно уснуть.

* * *

Я ждал этого вечера с предвкушением. Ведь сегодня я проверю, что у Ниты ко мне, и молил всех богов о том, чтобы это была просто отсрочка принятия, а не отрицание. Я еле дождался приёма, но до танцев так и не смог приблизится к ней. Она пришла под руку с Алексиасом Кроссом, в окружении всей его семьи и была такая красивая, что у меня невольно перехватило дыхание. Я смотрел, и не мог на неё налюбоваться, но Кроссы окружили её и не подпускали меня и близко, хотя в открытую идти я и не пытался. А потом ещё этот обед, который мне пришлось просто терпеть. Как я хотел оказаться на его месте, сидеть рядом с ней, прикасаться, шутить, шептать что-то на ушко, и видеть, как от этого шёпота розовеют её щёки. Но у меня пока нет такой возможности. Но это только пока. Если проверка покажет что у Ниты отсрочка принятия, то я сделаю всё, чтобы она прошла поскорее, и она стала моей. Она для меня как наваждение, как огонь, который выжигает меня изнутри, и уже которое время не даёт мне спокойно спать и дышать. Я вдали от неё начинаю потихоньку терять контроль и сходить с ума.

Наконец-то начались танцы. Я так надеялся, что покружу её в своих объятиях под их вальс. Когда мы разучивали этот танец, то я в него просто влюбился, а после встречи с Нитой, мечтал, как буду его с ней танцевать. Но и здесь мне не повезло. Алекс с Кейном и их отец, не отходили от Ниты ни на шаг, и никого не подпускали к ней. Я даже удивился, как дяде удалось пригласить её на первый танец, и ему это позволили. Но ничего, скоро у меня будет шанс, и эти Кроссы не смогут мне помешать. Когда начался танец наших земель, я специально вышел вместе со всеми, и улучив момент, склонился перед Нитой и протянул к ней руку. Если она примет её, и ничего не случится, то она моя истинная шийи и я буду самым счастливым. А если нет…. Я не хочу даже думать об этом. Я ждал, ждал и надеялся, что она вложит свою ладонь в мою. И она это сделала. Я поднял на неё радостный взгляд, и улыбнулся от счастья, которое было тут же омрачено. О, как она кричала! Это было ужасно и для меня означало только одно — у неё непринятие. Я понимал, что ей больно, и она пытается вырвать свою руку, но вошёл в такой шок, что просто не мог её отпустить. Моё сердце и душа разрывались от боли. Нет! Нет! Не может этого быть! Я не хочу в это верить! Но ожог, который появился у Ниты после моего прикосновения, был тому доказательством. Всё, для меня всё кончено, я скоро умру, но перед смертью пройду все круги ада, такого не пожелаешь и врагу. Поэтому, когда Алексиас Кросс налетел на меня, и начал избивать, я даже не пытался отбиваться. Мне уже было всё равно. Дядя пытался что-то говорить, но я его не слушал, а поднявшись, и вытерев кровь с разбитой губы, вышел из зала и отправился сам не знаю куда. Мне не дали далеко уйти. Дядя перехватил меня буквально на ступеньках, и, затащив силой в аркар, повёз домой.

Глава 15

Я выныривала из приятного сна, ощущая, что нахожусь в крепких объятиях моего мужчины. То, что это был Алекс, ни капли не сомневалась. Мне было так хорошо и спокойно, пока не пришли воспоминания о вчерашнем вечере. Дёрнувшись, открыла глаза, и с недоверием уставилась на свою совершенно здоровую руку. Я смотрела, и не могла поверить, что от вчерашних ожогов и боли не осталось и следа. Нет, знала о чудесах нашей медицины, но вчера мне казалось, будто умираю, такая боль была в руке. Мои манипуляции, конечно же, разбудили Алекса, и, подскочив, он тревожно стал всматриваться в моё лицо.

— Ты как? — спросил мой любимый мужчина ещё хриплым после сна голосом.

— Хорошо, — улыбнулась ему в ответ, и, взяв в ладони его лицо, нежно поцеловала.

Страсть вспыхнула моментально, и уже через мгновение я обнимала за шею Алекса и жарко целовала, пытаясь повалить его обратно на кровать. Не разрывая поцелуя, уселась на него верхом и начала ласкать руками. Он отвечал мне с не меньшей страстью, но не пытался сменить позицию, а полностью подчинился, только слегка постанывая от моих неистовых ласк.

— Нит, солнышко, вчера был последний день временной стерилизации, — прошептал он мне в губы, как только я прервала поцелуй, чтобы поласкать ему шею и прикусить мочку уха.

— Мне всё равно, — ответила, целуя и прикусывая его сосок, спускаясь поцелуями ниже.

Но Алекс не дал мне осуществить задуманного, а мгновенно подмял под себя, ворвавшись в меня одним резким толчком. Он начал медленно двигаться, вызывая волны сладкого наслаждения, постепенно ускоряя ритм. Мне казалось, что я хожу по краю обрыва, готовая в любой момент сорваться в эту бездну наслаждения. Но мой мужчина каждый раз останавливался на грани удовольствия, заставляя умолять его о большем. Сколько длилась эта пытка, сказать не берусь. Но когда уже стала думать, что лучше быть не может, Алекс сделал последние движения, входя в меня так глубоко, на грани боли, что я не сдержалась, и мой вскрик, наверное, был слышен вне каюты.

— Лекс… — выдохнула, ещё сильнее обхватывая его ногами, и вонзила в спину ногти. Мне было так хорошо, что не хотелось выпускать его из своих объятий. Алекс, видимо, понял моё состояние, только приподнялся на локтях, чтобы не слишком наваливаться, и посмотрел на меня с нежностью.

— Ты даже не представляешь, как я вчера испугался, — прошептал он, ласково гладя меня по щеке. — Думал, что поседею, пока мы добирались до медитекса, где Алан уверил, что с тобой всё будет хорошо.

Я сжала его ещё крепче и потянулась за поцелуем. Алекс не заставил себя ждать, завладев моими губами, стремительно ворвался в рот языком и зарылся руками в волосы. Перевернулся, и я снова оказалась сверху, чувствуя, как он, оставаясь всё это время во мне, опять готов к продолжению. Я приподнялась на нём и вопросительно посмотрела в его глаза.

— Да, — прошептал он, в ответ на мой немой вопрос и сделал первый толчок.

Откинув голову, я сама начала медленно двигаться на нём. Он сжал мне груди и начал играть с сосками, но мои размеренные движения его не устроили, и, оставив мою грудь в покое, его ладони опустились на бёдра, ускоряя ритм. Алекс сам стал приподниматься мне на встречу, делая яростные толчки и даря нам ни с чем несравнимое удовольствие.

— Да… — простонала я на пике наслаждения, и обессилено упала ему на грудь.

Сколько мы так пролежали, не знаю. Мне было так лень вставать, куда-то идти и что-то делать, что я, разомлев, просто лежала на Алексе и мурлыкала от удовольствия, когда он перебирал мои волосы.

— Нит. — тихонько позвал он.

— Ммм… — говорить тоже было лень.

— Пошли в душ, и вернёмся на Рустран. — предложил Алекс.

— Нет, — подскочила я, — не хочу на Рустран.

— Нита, не бойся. Я всегда буду рядом, и больше не допущу, чтобы с тобою случилось что-то плохое, — попытался успокоить меня Алекс. Но, от мысли, что нам снова нужно вернуться туда, моя паника нарастала, а тело начала бить мелкая дрожь. Алекс тут же сжал меня в объятиях и стал укачивать как маленькую.

— Чего ты боишься? — спросил он, не разжимая рук.

— Ни чего, а кого. Я боюсь его, — и мне не нужно было объяснять, кого имею в виду.

— Он больше не подойдёт к тебе. Я этого не допущу, — заверил меня Алекс.

— Обещаешь? — я верила ему, но всё равно боялась. Он взял моё лицо в свои ладони, и нежно проведя большими пальцами по скулам, поцеловал.

— Обещаю. — И я поверила. Поверила, что он действительно сделает всё, чтобы меня никто больше не обидел.

— Хорошо, идём в душ, а потом на Рустран. — согласилась я, и мы встали с постели.

Освежившись, высушившись и одевшись, мы вышли из комнаты, чтобы пойти в столовую и позавтракать. Войдя в гостиную нашего жилого блока, мы наткнулись на Кейна, который подскочил, как только увидел нас.

— Как ты? — он подошел ко мне, и схватив за руку, на которой вчера был ожог, стал её рассматривать.

Убедившись, что со мной всё хорошо, мы пошли завтракать. Быстро поев, прошли к стыковочному отсеку, и, перейдя в шаттл, полетели обратно на Рустран. Боялась, и в то же время хотела на эту планету. Мне понравилось то, что я видела, жители, с которыми столкнулась, кроме одного, и я была без ума от их танцев, особенно танцев водных и огненных земель. Если будет такая возможность, то обязательно научусь их танцевать.

— А где Саманта с Эдвардом? — поинтересовалась я.

— Они ещё рано утром вернулись на Рустран. — ответил Кейн. Надо же, а я и не знала, что они тоже были на Химере. — Отец сказал, что хочет очень серьёзно поговорить с Джэррардом насчет поведения Катары, и мать его полностью поддержала. Так что не удивляйся, если по прилёту тебе будут принесены официальные извинения, — кивнула, и повернув голову стала рассматривать приближающуюся планету.

— Я этому Катаре намылю шею, пусть только попадётся в поле моего зрения, — сказал Алекс, сжимая кулаки.

Успокаивающе погладила его по рукам и, придвинувшись ближе, положила голову на его плечо. Мне было хорошо и спокойно рядом с ним, и страх ушёл. Мы прилетели на Рустран, и как только оказались в нашей комнате, как в дверь постучали. Алекс пошёл открывать, и впустил в комнату Саманту.

— Ниточка, девочка моя, — она подошла ко мне и обняла, — ты как?

— Спасибо, всё хорошо, — мне всё больше и больше нравилась эта женщина, и я была просто уверена, что она будет мне замечательной свекровью. — Эдвард только что связывался со мной по вакару, и сказал, что Джэррард попросил разрешения поговорить с тобой, и они летят сюда. Надеюсь, ты не против?

— Нет. Мне самой интересно, что он мне хочет сказать, — ответила я.

— Я буду присутствовать при разговоре, — тут же заявил Алекс.

— Алекс, не переживай, вся наша семья будет присутствовать при разговоре, — успокоила Алекса Саманта, и вышла из комнаты. — Я позову вас как только они прилетят, — сказала она уже из коридора.

Мы с Алексом, оставшись одни, обнявшись, сели на диван, и просто молчали. Каждый думал о своём, но была уверена в том, что Алекс, так же как и я думал о том, что хочет сказать Джэррард. Уже хотела спросить, что он думает по этому поводу. Но пришла Саманта, и позвала нас к ним в комнату. Когда выбирали комнаты, я не обратила внимания, какую комнату выбрала Саманта, а теперь, оказавшись в ней, начала с интересом рассматривать.

Комната была чем-то похожа на нашу, но более просторная, и спальня была отделена, точнее, скрыта за панелью в стене. Мы сейчас находились в гостиной, и уселись с Алексом на мягкий диван, с другой стороны от меня сел Кейн, и места больше ни для кого не осталось. Саманта присела в кресло, а два ещё остались свободны.

— Они уже должны вот-вот прийти, — сказала Саманта, и посмотрела на дверь, которая начала открываться.

— Здравствуйте, — поздоровался с нами Джэррард, войдя в комнату, он прошёл к креслу и присел в него.

Мы ответили и с ожиданием посмотрели на него. Всех снедало любопытство, но никто не задавал вопросов, а ждали, когда он сам начнёт говорить.

— Первым делом я бы хотел попросить у вас Аданита прощение за то, что вчера произошло на вечере, — начал он. — Никто не думал, что так получиться, да и никто не хотел, чтобы так получилось.

— Вам не за что просить прощения, — ответила я, — ведь это не вы обожгли мне руку.

— Понимаю это, но если бы я был внимательнее, то такого могло бы не случиться.

— Вы хотите сказать, что ваш племянник специально сделал так, чтобы у Аданиты появился ожог на руке? — возмущённо спросил Эдвард Кросс.

— Нет, он не специально, — заверил его Джэррадрд, и в его глазах появилась такая боль, что мне стало жалко этого рустранца. — Я сейчас вам всё объясню.

— Мы вас внимательно слушаем, — холодно произнёс Алекс, не выпуская меня из объятий.

— Вы уже у нас столкнулись с таким словом как шийи, — обвёл нас взглядом рустранец, — но вы ведь не знаете и не понимаете значение этого слова, так? — спросил он, и мы утвердительно кивнули.

— Когда вы на вечере представляли нам свою шийи и дочь, я думала, что так у вас называют супругу, — сказала Саманта.

— Это одно из значений этого слова, — сказал Джэррард и тут же продолжил: — Шийи для рустранца эта та, кого признала твоя стихия и послала ей зов крови. Эта твоя единственная, твоя половинка, душа и избранная без которой рустранец, не может жить, когда находит её.

— Подождите, — прервала я его, — а как вы понимаете, что она ваша шийи?

— По прикосновению, — ответил он. — Когда женщина сама прикасается к нашей коже, если она твоя шийи, то по телу проходит дрожь, и появляется огонь в крови. Это касание запускает необратимые изменения в теле рустранца и он уже не может без неё.

— А как женщина понимает, что это её… ну, если она шийи, то, как у вас называют мужчин? — снова спросила я.

— Шейнар. — ответил Джэррард.

— Так как она понимает, что он её шейнар?

— А вот здесь самое главное, — ответил он, и начал объяснять: — Если женщина откликнулась на зов крови рустранца, то происходит принятие, и на левой скуле женщины появляется маленькая татуировка в виде молнии. Если её шейнар уроженец огненных земель, то татуировка будет красного цвета, для воздушных — белого, для пустынных — жёлтая, а водных — синяя. Появление этой татуировки и означает что она его шийи.

— А если татуировка не появилась? — вновь поинтересовалась я.

— Если татуировка не появилась, то для этого может быть две причины: первая — если отклик крови происходит сразу, но по какой-то причине принятие не происходит, и его нужно ждать. А вторая, если идёт отрицание, — ответил Джэррард.

— А при этом есть какие-то последствия?

— Да, — кивнул он. — Если принятие нужно ждать, то рустранец будет чувствовать дискомфорт и только, а вот если идёт отрицание, то ему не жить. Его сожжёт его собственный огонь, но перед полным выгоранием придётся испытать такие муки, что сам не захочешь жить.

Мы все сидели в полнейшем шоке от слов Джэррарда, а потом Алекс спросил:

— А при чём здесь Нита?

Джеррард тяжело вздохнул, и, посмотрев на меня спросил:

— Нита, помните, Катара спас вас на Гелионе?

— Да, — кивнула я.

— Вы прикасались к его коже?

— Да. Коснулась его щеки, когда он лежал, и думала, что он был без сознания, — припомнила я. — Хотела убедиться, что с ним всё в порядке.

— Вы были в перчатках?

— Нет, — мне не нравились эти вопросы и я начала волноваться.

— В момент вашего касания, у Катары прошла дрожь по всему телу, и появился огонь в крови, — вздохнул Джэррард. — Он принял вас как свою шийи.

— Но у меня ведь ничего нет! — воскликнула я. — Имею в виду, что у меня к нему нет совершенно никаких чувств, кроме благодарности. Да и татуировки тоже никакой не появилось. Только… — прошептала я.

— Только что? — мгновенно спросил Джэррард.

— У меня потом на пальцах был ожог, и начали сниться странные сны, — шокировано сказала я.

— Мы не знали этого, но до последнего надеялись, что у вас отсрочка принятия, — сказал он, опустив голову. — Пока не произошёл вчерашний инцидент, мы ни в чём не были уверены. Но вчерашний ожог от прикосновения Катары расставил всё по своим местам. У тебя отрицание зова, и от этого такие последствия.

— И… Что теперь с ним будет? — спросила я, уже зная ответ наперёд.

— Он умрёт, — сказал Джэррард надломленным голосом. — Но перед этим… — и из глаз сильного мужчины потекли слёзы. — Он сын моей родной сестры и лучшего друга. Они погибли, когда Катара был совсем маленьким, и мы с Анникой растили его как своего родного ребенка. Я души ни чаю в этом мальчике. Он никогда не чувствовал себя лишним в нашей семье и был всегда окружён теплом и заботой, — рассказывал Джэррард. — Я собирался сделать его своим приемником. А теперь…

— Но неужели ему нельзя ничем помочь? — взволновано спросила Сабрина, и я увидела, что у неё глаза на мокром месте, впрочем, как и у меня.

— Можно, но нужна родная кровь. — Тяжело вздохнул Джэррард. — У нас редко происходят отрицание зова, практически никогда. На моей памяти было только два случая. При первом — отрицание было перебито родной кровью и всё закончилось хорошо, а при втором — родной крови не было, и всё закончилось печально. И я знаю, что ожидает моего мальчика.

— Что такое родная кровь? — я уже понимала, что это значит, и с волнением ждала ответа Джэррарда.

— Родная кровь, это твоя родная сестра, если она у тебя есть, — ответил он. — Катару можно спасти, если она добровольно, через касание ответит на его зов крови.

— А по-другому никак? — мне было очень жалко Катару, но я не могла и не хотела так поступать с Анной. И не дам на это согласие, тем более, что сестра ещё несовершеннолетняя.

— Нет. Наши учёные уже давно бьются над этой проблемой, но никак не могут найти панацеи от этой беды, — был дан мне ответ.

— У меня есть сестра, — начала говорить, и увидела, какой надеждой загораются его глаза, добавила: — Но я не дам согласие на то, чтобы она прилетала сюда, и касалось его. А так как Анна несовершеннолетняя, то думаю, что и мама тоже не разрешит ей этого делать.

— Почему? — жёстко спросил он.

— Анне только семнадцать лет, и я не имею права так с ней поступать, пусть это даже и спасёт чужую жизнь, — я была непреклонна. С одной стороны понимала его, и хотела помочь, но Анной рисковать не собиралась.

— Если бы я сама могла ему чем-то помочь, то обязательно бы сделала всё от меня зависящее, а так… Мой ответ на родную кровь — нет.

— Аданита. — попробовала что-то сказать Саманта, но я перебила её:

— Саманта, даже не пытайтесь меня уговаривать. Я так понимаю, если Анна коснётся его, и произойдёт принятие, то она станет шийи Катары? — посмотрела на рустранца, и когда он утвердительно кивнул, ответила:- Нет!

— Милая, — прижал меня к себе Алекс, — не руби с плеча, тебе нужно успокоиться и обдумать всё ещё раз, — и когда я кивнула, он обратился к Джэррарду: — Мы просим прощения, но Нита переволновалась, и нам необходимо уйти. Я передам вам её окончательный ответ, — мы поднялись и направились к выходу из комнаты. Джэррард встал, и склонился в прощальном поклоне.

— Спасибо, — сказал он Алексу и посмотрел на меня с надеждой. Но я старалась вообще не смотреть на него. Мне и так было не по себе, а тут ещё его взгляд, который проникал в самую душу и просто умолял.

— До свидания, — буркнула я, и мы вышли в коридор.

Я собиралась связаться с матерью и обсудить сложившуюся ситуацию. Но не смогла сделать этого сразу. У них на Урганосе что-то там произошло в лабораториях, какое-то открытие, и мама полностью зависла на работе. На автоответчике было записано её голосом, что она очень занята и перезвонит всем желающим только через две недели, как освободится, и мне осталось только ждать связи с ней. А потом произошло то, что кардинально изменило моё желание связываться с матерью и о чём-то просить Анну.

* * *

Я резко проснулся от того, что Нита дёрнулась в моих объятиях, и подскочил. Она сидела и недоверчиво рассматривала свою руку, на которой вчера был страшный ожог. Я видел удивление в её глазах, сменившееся радостью. Моя девочка взяла в свои ладони моё лицо и нежно поцеловала. Ответил, и страсть забурлила в крови, как пожар. Нита сама углубила поцелуй, и, завалив меня на кровать, уселась сверху. Я не сопротивлялся, наоборот, поощрил её инициативность. Но потом вспомнил, что вчера был последний день стерилизации, на что она ответила, что ей всё равно. Ну, раз она не против того, что могут быть последствия, то я только за. Она ласкала меня руками и губами, продвигаясь всё ниже по телу, но я уже не мог больше ждать, и, подмяв её под себя, резким толчком вошёл в желанное тело, ускоряя движения. Несколько раз подводил её к краю и не давал получить наслаждение, заставляя меня умолять о нём. Но вскоре понял, что и сам уже больше не выдержу, и, сделав самый последний толчок, взорвался в ней. Разрядка была фееричной. Наши стоны слились в один. Нита обхватила меня руками и ногами, сжав в объятиях и царапая спину. Я был не против, но когда хотел встать, она меня не отпустила. Ну, что же, мне так даже больше нравится. Приподнялся на локтях, чтобы не давить на неё своим весом, и стал рассматривать мою девочку. Я так вчера за неё испугался, думал, что потеряю, и теперь, держа её в объятиях, был неимоверно счастлив. Потянулся за поцелуем, и ответ Ниты не заставил себя долго ждать. Чувствуя, что готов продолжить наши постельные забавы, я толкнулся в ней, вызвав вздох удивления и удовольствия одновременно у моей малышки. Увидев её вопросительный взгляд, только ответил:

— Да…

Второй раз был даже лучше, чем первый. Перевернулся на спину и позволил ей проявить инициативу. Она поняла меня без слов и стала двигаться. Мне было этого мало, и, перестав ласкать её грудь, взял за бёдра, перехватывая контроль и ускоряя свои движения, приводя нас обоих к кульминации. Простонав, Нита упала на меня, и так и осталась лежать. Я ласково перебирал её волосы, а она мурлыкала от удовольствия.

Но стоило мне только напомнить о Рустране, как Нита сжалась и отказалась возвращаться на планету. Но я убедил её в том, что сделаю всё от меня зависящее, чтобы ей никто там не причинил вреда. Помывшись и одевшись, мы вышли из комнаты и столкнулись в гостиной с Кейном. Я видел, как он переживает, и был ему признателен за помощь и поддержку, оказанную вчера. Узнав, что родители уже вернулись на Рустран, мы позавтракали, и направились к шаттлу, чтобы тоже спуститься на планету. Всё это время я не выпускал Ниту из своих объятий. Мне казалось, что только стоит это сделать, как с ней опять может что-то случиться.

Как только мы появились у себя в комнате, пришла мама и сообщила, что отец с Джэррардом едут сюда, потому что рустранец хочет о чём-то поговорить с Нитой. Я сразу же сказал, что буду присутствовать при разговоре, чтобы потом никто не говорил, что не предупредил. Но мама успокоила, заявив, что при разговоре будет присутствовать вся наша семья, и как только отец с рустранцем прибудут, она нас позовёт, так как разговор решено проводить в комнате родителей. Мы с Нитой просто сидели на диване и думали каждый о своём. Сжимал в объятиях свою девочку, и понимал, что как бы я не хотел избежать разговора Ниты с Джэррардам, он неизбежен. И понимал, что этот разговор будет касаться Катары. Мне просто нужно настроиться заранее, и чтобы не произошло проявлять хладнокровие и осторожность. Всё же мы находимся не на своей территории, а на незнакомой планете, и пока полностью зависим от её жителей.

Когда пришли в комнату родителей то сразу же с Кейном сели по обе стороны от Ниты, тем самым давая понять, что она находится под нашей защитой, и мы никому не дадим её тронуть или обидеть. Отец зашёл вместе с Джэррардом и тот, поздоровавшись, и принеся Ните извинения, сел в свободное кресло. Я понимал, что разговор будет долгим и тяжёлым, и волновался, как Нита это всё воспримет.

Когда речь зашла о Катаре, я напрягся. Но то, что поведал нам Джэррард, повергло в шок и заставило задуматься над поведением его племянника. Честно, после всего услышанного мне было жаль рустранца. Ещё неизвестно как бы я сам поступил на его месте. Джэррарда было жалко, никому бы не пожелал такого. Сначала потерять сестру и лучшего друга, вырастить их ребёнка как собственного, а теперь знать, что он умрёт, смотреть на его мучения и знать, что ты не можешь ничем помочь — этого не пожелаешь и врагу. Но оказалось, что спасение от этой беды всё же существует, и будет жить Катара или нет, зависит от Анны. Но тут Нита проявила своё упрямство, и категорически отказала Джэррарду в помощи. Я не знаю, как бы поступил на её месте, но не был бы столь категоричен. Попытаюсь с ней поговорить, и убедить хотя бы связаться с матерью, и обрисовать сложившуюся ситуацию. Мне кажется, что Сабрина с Анной должны знать об этом, и высказать своё мнение. Решив, что очень серьёзно поговорю с ней по этому поводу, и попытаюсь переубедить, мы распрощались со всеми, и пошли к себе. Я видел, что моя девочка полностью погружена в свои мысли и не стал трогать её. Пусть сама решает, как быть. Узнаю, а потом посмотрю по обстоятельствам, как мне поступить.

* * *

Мне было больно, очень больно Огонь выжигал меня из нутрии, и от этого не было никакого спасения. Я не знал, сколько может длиться эта агония, у каждого она была по-разному. Это зависело от того, насколько сильный огонь в твоей крови. Мой, по словам жреца, был достаточно высок, и это означало, что мои мучения могут растянуться на месяцы. А я не хотел этого, ведь это было только начало. А что будет дальше? Насколько хватит моих сил? И как не сойти с ума от всего этого? Вопросов было много, но на них не было ни одного ответа.

Мне было известно, что дядя поехал поговорить с Нитой, и ждал, когда он вернётся. Я не знал, о чём он хочет с ней поговорить, но было интересно. Пусть у неё и пошло отрицание моего зова крови, но мне всё равно было нужно знать как она. И пусть Нита с момента нашей встречи, стала ядом в моей крови, который выжигает меня, заставляя пылать, всё равно хотел, чтобы она была рядом со мной. Я нуждался в её присутствии, её взгляде, улыбке, голосе, и пусть не могу прикоснуться к ней, чтобы не причинить боль, хотел, просто желал, чтобы она была рядом. Мне казалось, что это облегчит мою агонию и придаст сил. Но это было невозможно, она была с другим, и у нас нет будущего. Вернее, будущее есть только у неё, и, видя, какие чувства пылают во взгляде Кросса, когда он смотрит на неё, я знал, что будущее её будет счастливым. А вот у меня его нет. И от этого хочется в бессильной ярости бросаться на стены и всё, что попадет под руку, и крушить в бессильной ярости, чтобы потом упасть без сил, с разбитыми в кровь руками, и забыться в кошмарном сне. Когда дядя зашёл ко мне, я не встал с кровати, а только спросил:

— Ну, как всё прошло?

— Не так как я хотел. Но надежда на твоё спасение есть.

Его слова заставили меня встрепенуться, и я с неверием вперил в него взгляд.

— Какая надежда? Дядя, о чём ты говоришь? Разве спасение от отрицания зова крови существует? Почему ты никогда не говорил мне об этом? — я спрашивал, и не мог поверить, что есть способ прекратить мои мучения, и остаться при этом в живых.

— Не говорил, потому что никогда не думал, что с тобой может такое произойти, — ответил дядя. — Но надежда на спасение есть, — он подошёл ко мне и усадил назад на кровать, а потом сел на кресло напротив меня.

— Дядя, не томи! — хотел подскочить и заметаться по комнате, но взгляд дяди пригвоздил меня к месту, и я остался сидеть на кровати.

— Я тебе сейчас всё расскажу, — спокойно ответил он. Слушая рассказ дяди о родной крови, не мог в это поверить. В моей душе начала зарождаться надежда на то, что я останусь жив, и всё-таки смогу обрести своё счастье, пусть и с той, которую никогда не видел, и совершенно не знаю. Мне сейчас было абсолютно всё равно какая она, я готов был принять её любой, лишь бы отделаться от того огня, что бушует внутри. Но в словах дяди звучала какая-то недоговорённость и скрытая боль. Я посмотрел в его глаза и спросил:

— Это всё хорошо дядя, но?

— Что но? — он сделал вид, что не понял.

— Есть какое-то но, я прав? — видел, что он не хочет мне этого говорить, но я настоял: — Что? Что ты мне не договариваешь?

— Нита против, — только и ответил он.

— Почему? — спросил с болью в голосе.

— Сказала что Анна ещё несовершеннолетняя, и она не может так с ней поступить. И, что если бы сама могла помочь тебе чем-то, то сделала бы это, не задумываясь, а через сестру не согласна, — был дан мне ответ.

Я в один миг обрёл надежду на спасение, и тут же её потерял. Не винил Ниту в нежелании помогать мне, но и в то же время не мог спокойно принять её отказ. Ведь из-за него обрывалась чья-то жизнь, в конкретном случае моя.

— Алексиас Кросс обещал поговорить с ней. И я думаю, что он попробует изменить её решение, — добавил дядя. Я кивнул ему, и, улёгшись на кровать, повернулся к стенке.

Мне очень хотелось побыть одному, и, поняв это, дядя встал, коснулся моего плеча и вышел из комнаты.

Я никогда бы не подумал, что смогу совершить то, что сделал спустя буквально две недели. Но как говорят: «Захочешь жить — не так раскорячишься», и они абсолютно правы.

Глава 16

После разговора с Джэррардом меня сморила такая усталость, что я легла спать ещё засветло и мгновенно уснула, проспав до утра. Видимо, слишком сильно устала и переволновалась, поэтому организм среагировал таким образом. Я даже не почувствовала как ночью в кровать улёгся Алекс и притянул меня в свои объятия. Но утром, проснувшись именно в них, мне было так хорошо, легко и спокойно, что вот так и пролежала бы весь день.

Я видела, что Алексу тоже нравится просто лежать, ничего не делая, и ни о чём не думая, просто наслаждаться тишиной и покоем. Но долго побыть в состоянии блаженного спокойствия нам не дали, и по ваку пришло сообщение от Саманты, о том, что они все ждут нас на завтрак, и, что прибыли представители от рустранцев, которые проведут нам экскурсию по планете.

Оказалось, что весь день уже распланирован, и ждут только нас. Казалось бы, нужно смутиться, но смущения не было, а спокойствие переросло в азарт и интерес. Алекс отправил меня в душ первой, и быстро сполоснувшись и высушив волосы, я влезла в удобные широкие штаны, майку и сандалии на плоской подошве. Следом в душ пошёл Алекс, а мне осталось только ожидать пока он оттуда выйдет, и мы пойдём завтракать вместе со всеми. С макияжем решила не мудрить, а только нанесла тушь на ресницы и взяла солнцезащитные очки, видя, что день обещает быть светлым и солнечным. Алекс вышел с ещё влажными волосами, и, решив их не сушить, стал одеваться. Я залюбовалась прекрасным мужским телом, которое быстро скрылось под джинсами и белой футболкой. Обув удобные мокасины, он приблизился ко мне и нежно поцеловал. Вложив в поцелуй всю свою ласку, любовь и заботу, от чего мне стало ещё светлее и радостнее на душе. Схватив его за руку, потянула в столовую на завтрак.

— Доброе утро, — войдя в столовую, поздоровались со всеми, и пошли к раздаче.

Мы вчера не выясняли, как будем питаться, и кто будет готовить, но оказалось, что рустранцы предоставили для этого наёмных рабочих и вот один из них предлагал нам на выбор блюда. Передо мной стояли оладьи, к которым предлагалось несколько сиропов, творог, омлет с сыром, вареные яйца и бутерброды с колбасой. Видя мой удивлённый взгляд, рустранец, предлагающий нам блюда пояснил, что завтрак максимально приближен к нашему, земному, но имеются и их национальные блюда. Из напитков он предложил мне чай, кофе, и какой-то национальный напиток, называемый аршей, который я и решила попробовать, а к нему взяла оладьи с клубничным сиропом. Сгрузив всё это на свой поднос, я посмотрела, что выберет себе Алекс. А вот он выбрал что-то из их национальной кухни, своим видом напоминая мне овсяную кашу и кофе. Взяв подносы, мы прошли за общий стол, и, усевшись за него, приступили к завтраку. Есть пришлось быстро, потому что все уже позавтракали и ждали только нас.

— Нита, да не спеши ты так, а то ещё подавишься, обмусолишься в сироп и придётся идти переодеваться, — подколол меня Кейн, видя с какой скоростью я поедаю оладьи.

— Не мушай ешть, — огрызнулась с набитым ртом и чуть не подавилась, на что этот гад только рассмеялся и смылся под неодобрительный взгляд Алекса.

Запила всё аршей, которая мне понравилась и чем-то напоминала напиток из нашего шиповника и чего-то ещё, названия чему я дать не могла. Позавтракав, мы вышли из здания, и уселись в большой пассажирский аркар. Нам обещали экскурсию по планете, и я была полна энтузиазма и нетерпения. Рустранцы сказали, что сегодня слетаем к башне сосредоточения всех стихий, а это незабываемые впечатления. Нас предупредили, что экскурсия займёт целый день, но волноваться о том, как мы его проведём, и беспокоиться об обеде, не стоит, потому что всё предусмотрено и спланировано заранее.

Вылетев из города, мы окунулись в зелень леса, через который летели примерно минут пять, а потом приблизились к пескам. Рустранц, который сопровождал нас в пути, сказал, что наш аркар приближается к песчаным землям и мы будем лететь через них около часа, но к столице этих земель не приблизимся, а пролетим в стороне и попадём в водные земли.

— А почему мы не залетим в столицу? — поинтересовалась я.

— Потому что экскурсии в столицы октанаров у вас назначены на следующие четыре дня. На каждый день по столице, — получила в ответ и мысленно потёрла руки от предвкушения.

Очень хорошо, что нас повозят и всё покажут, а то от танцев на вечере я до сих пор под впечатлением. Положив голову на плечо Алекса, устремила взор на бескрайние пески пустыни, и потерялась в этом золоте. Пейзаж сменился очень резко, и вот мы уже летим над водной гладью, и куда не посмотри, везде чистая прозрачная бирюза, а на горизонте возвышаются массивные горы. Подлетев к горам, поднялись так высоко, что нырнули в облака и какое-то время летели сквозь них. Я только удивлялась про себя, как пилоту удаётся что-то разглядеть в этом белом пуху, а потом догадалась что он, скорее всего, летит по навигатору.

Мы начали снижаться, и я с интересом прильнула к стеклу. Перед нами открылся вид на величественную равнину, посередине которой возвышалась огромная башня с проёмами на четыре стороны света. Внизу нас встретили рустранцы, в одеждах стихий и предложили располагаться на пледах, расстеленных прямо на земле под тенистыми деревьями. Наш гид пояснил, что это жрецы и сейчас мы увидим призыв и единение всех четырёх стихий Рустрана.

— Я бы попросил вас не подниматься со своих мест и не передвигаться пока действо не будет закончено, — обратился он к нам и мы все согласно закивали.

Вход в храм был перед нами как на ладони. Вот из здания вышли четыре женщины, совершенно разные и в то же время чем-то похожие между собой. Я не могла оторвать взгляда от действа, что происходило передо мной. Они начали делать пассы руками, потом соединили их перед собой на уровне солнечного сплетения, и застыли. Несколько секунд ничего не происходило, а потом в руках у каждой появилось по шару определённого цвета, в зависимости от стихии жрицы. Они начали с ними играть, как бы лаская их, а потом в один момент подбросили шары, которые слились в один большой, состоящий из четырёх цветов, и застыли с возведенными вверх руками. Шар повисел в воздухе и рванул к вершине башни, и только он её достиг, как из проёмов выбились лучи разных цветов.

Было такое чувство, что лучи понеслись вокруг планеты и встретились где-то там, как бы обнимая её и укутывая в кокон. Такой красоты и волшебства мне ещё никогда не приходилось видеть, и я сидела как зачарованная в объятиях Алекса. У меня было такое чувство, что это действо заняло всего несколько минут, но оказалось, что прошло несколько часов и время перевалило за обед.

Нам на плед выставили корзины с едой и мы пообедали вкусными блюдами, состоящими в основной из кухни Рустрана и нескольких наших блюд. Подкрепившись, я поинтересовалась у гида:

— Скажите, а можно зайти в саму башню, и посмотреть что там внутри?

— К сожалению, вам туда нельзя. — И увидев моё обиженное лицо, пояснил: — в башню сосредоточения стихий можно только жрицам, потому что они связаны со стихиями, а простому рустранцу, или вообще иномирцу туда вход закрыт. — Я поняла, и моя обида из-за отказа сразу же ушла. — Надеюсь, вам понравилось действо? — поинтересовался у нас гид.

— Да, очень. Всё так необычно и захватывающе, что дух перехватывает. — Думаю, сейчас я выразила ощущения не только свои, но и каждого, кто сидел на поляне. Все согласно закивали и начали вставать, чтобы размять ноги.

— Тогда предлагаю вам пройтись немного возле храма, чтобы размяться, и полетим назад. — Предложил гид, и ни у кого не возникло возражений.

Мы с Алексом решили обойти вокруг башни и рванули поближе к ней. Не хотелось упускать такой момент, раз уж нельзя вовнутрь, то хотя бы окрестности обследовать, когда ещё сможем сюда попасть, неизвестно. Обойдя вокруг башни и полюбовавшись на виды с других её сторон, вернулись ко всем, и начали грузиться в аркар. Дорога к месту жительства заняла несколько часов, и мне даже показалось, что мы возвращались совершенно другим маршрутом, не тем по которому прилетели к башне, но ведь мне могло и показаться. Когда прибыли, и спустились с аркара на землю, наш гид предупредил:

— Завтра мы полетим в столицу песчаных земель — Туарэк. Оденьтесь, пожалуйста, во что-то лёгкое, и обязательно что-нибудь на голову. Там очень жарко.

— А сейчас мы находимся в столице огненных земель? — поинтересовалась я.

— Да. Она называется — Магмар. Экскурсия по ней будет самой последней, а потом, в процессе вашего проживания здесь, вы и сами познакомитесь с ней поближе.

— Хорошо. Спасибо за предупреждение, — мы с Алексом развернулись, и, взявшись за руки, пошли в здание. А гид улетел на аркаре.

Большинство из наших собралось в зале, и завели беседу о впечатлениях от действий жриц и башне сосредоточения стихий. Мне не хотелось в этом участвовать. Вроде бы я ни чем таким не занималась, но устала. Было острое желание принять душ и завалиться с интересной книжкой на кровать, но судя по взглядам, которые в мою сторону бросал Алекс, спокойно полежать мне не дадут.

Любимый присоединился ко мне в душе, и, сделав невинное лицо, говорившее о том, что он только спинку потереть, начал меня нежно гладить мочалкой. Постепенно эти нежные поглаживания переросли в страстные ласки с поцелуями, и закончились незабываемой ночью любви. Утром мы проснулись счастливые и довольные.

Следующие четыре дня пронеслись как один сплошной ураган, сметающий накалом эмоций и восхищения. Мы побывали в трёх столицах Рустрана и прошлись с экскурсией по той, где жили, и располагалась наша миссия. Из каждой столицы я привезла себе сувенир. Очень приятно было узнать, что у них в обороте участвует та же денежная единица, что и на всех планетах содружества.

Я не упустила возможности этим воспользоваться и из Туарэка — столицы песчаных земель привезла себе украшение из золота с какими-то жёлтыми камнями. Из Аквитона — столицы водных земель, бирюзовое платье, обтягивающее и струящееся по моей фигуре как вода. Когда я его примеряла, то сначала решила не покупать, уж слишком откровенным оно мне показалось, но Алекс уговорил меня и даже сам оплатил эту покупку. Сначала пыталась возмутиться, но потом смирилась с его собственническими замашками и решила быть мудрее, и не спорить. Если ему так этого хочется, то я не буду сопротивляться.

Когда мы были в Бриазе — столице воздушных земель, приобрела себе шаль, похожую на дымку тумана во время рассвета. Не серая, но и не белая, а такого непередаваемого оттенка, что так и не смогла понять к какому цвету мне её отнести. Но смотрелась она бесподобно, и я уже представляла, как буду носить её в ветреную погоду, и она будет развиваться и лететь по ветру. Когда мы направились с экскурсией по Магмару, то меня покорили их обувные магазины, и не смогла удержаться, чтобы не приобрести себе пару туфлей и босоножек на шпильке. Я осталась очень довольна экскурсиями, и тем впечатлением, что произвели на меня столицы.

На ближайший день, который у нас будет последним свободным перед началом работы посольской миссии, я уже спланировала его, и предвкушала, как мы с Марией пройдёмся по бутикам и приоденем её. Потому что тот деловой стиль, преобладающий в её гардеробе, не очень шёл к образу молоденькой замужней барышни. Утром в воскресенье мы с ней позавтракали, и еле отмахавшись от сопровождения наших мужчин, наняли платный аркар, и поехали по бутикам. Прогулявшись уже так часа два, и накупив много обновок не только Марии, но и себе, решили зайти в кафе и перекусить. Когда мы расположились за столиком, и официант принял наш заказ, я и Мария повернулись к окну, и начали рассматривать куда-то спешащих прохожих.

— Нит, смотри, а это случайно не Катара? — отвлекла меня Мария, указывая рукой куда-то на противоположную сторону улицы. Я повернулась, но никого, похожего на парня не увидела.

— Где? Я не вижу его.

— Извини, мне, наверное, показалось. Но я почти на сто процентов уверена, что это был он, — пробормотала Мария.

— Да? И что он делал? — решила пошутить немного я.

— Он очень пристально смотрел в нашу сторону, и взгляд был такой, что меня пробрала дрожь, — её слова заставили занервничать, и пристальнее всмотреться в толпу на той стороне улицы.

Мне тоже показалось, что вижу кого-то, похожего на Катару, но с уверенностью сказать не могу, а потом нас отвлёк официант, принёсший наш заказ. После, как я не вглядывалась, никого подозрительного не обнаружила.

— Наверное, показалось, — произнесли мы одновременно с Марией и рассмеялись. Напряжение спало, и, утолив голод, отправились дальше по бутикам.

Что и говорить, в комнату к себе я ввалилась уставшая, не чувствуя ног, но довольная, как кошка, объевшаяся сметаны. Алекс смотрел на меня с укором.

— Неужели нельзя было справиться с покупками побыстрее? — недовольно пробурчал он.

— Малыш, не дуйся, я так устала, что не чувствую ног, — плюхнулась рядом с ним на кровати. — Ах, если бы мне ещё кто-нибудь сделал расслабляющий массаж — мечтательно произнесла я и игриво глянула на Алекса.

Больше просить не понадобилось. Меня разули и раздели до белья, откуда-то вытащили массажное масло, я даже и не знала, что оно у него есть, и принялись разминать моё тело как профессиональный массажист.

— Где ты так научился делать массаж? — блаженно простонала, млея от его рук.

— Это моё хобби, — удивил меня Алекс, — Нравится?

— Безумно! — выдохнула я под его руками.

Меня перевернули и начали массажировать спереди. Ну и что сказать, потом мне самой захотелось сделать ему массаж, и всё переросло в чувственные ласки, и медленный нежный секс… Хорошее окончание выходного дня!

А утром…утром был наш первый рабочий день на Рустране, и встретившись за завтраком с Эллой, принялись за обсуждение организации трудовых будней. Алекс с отцом уехали в дом совещаний, а мы пошли в кабинет, который нам отвели под рабочий, и принялись его обустраивать так, как будет удобно нам. Завтра или послезавтра слетаем на Химеру, и привезём каталоги, которые подготавливали для работы здесь.

Вот уже две недели, как я спокойно трудилась в нашей посольской миссии, а вечерами возвращалась в нашу жилую комнату, и проводила все вечера и ночи с Алексом. За это время не видела ни Джэррарда, ни Катару, и ничего не слышала о них. Я всё это время пыталась связаться с мамой, но она по-прежнему пропадала в своих лабораториях и не выходила на связь. Еще успела о многом подумать и решила, что мама с Анной должны знать о сложившейся ситуации и не только я одна должна ломать голову над тем, какое решение принять и как быть. Я видела, что Алекс хочет поговорить со мной на эту тему, видела вопрос в его глазах, но он не лез ко мне с этими вопросами и не пытался давить. За что и была ему очень благодарна.

Сегодня утром Алекс ушёл раньше меня, и я всё никак не могла подняться с кровати. Меня охватила такая слабость, а ещё стала накатывать тошнота, что сперва решила, будто чем-то отравилась. Едва добежав до унитаза и склонившись над ним в рвотных позывах, не знала, что и думать. Желудок был совершенно пуст, и, попив воды, мне стало немного легче. Присев на кровать, начала вспоминать, что же такого могла съесть на ужин, что мне стало так плохо.

От раздумий меня отвлёк стук в дверь. Я знала, что это была Элла, и, открывая дверь, начала уже извиняться, что ещё не готова, но тут моего носа почувствовала запах её духов. Всегда ненавязчивый аромат мне нравился своей лёгкостью и вызывал желание улыбаться, но сейчас, он обдал меня таким тяжёлым дурманом, что желудок снова скрутило спазмом, и я побежала обнимать белого друга. Когда мне стало легче, вышла в комнату и опустилась на кровать.

— Нита, что с тобой? — озабоченно спросила Элла.

— Не знаю, но меня тошнит с самого утра. Я, наверное, вчера съела что-то не то, — ответила, тяжело дыша.

Элла посмотрела на меня с подозрением и с улыбкой поинтересовалась:

— Деточка, а тошнить тебя начало только сегодня? — я кивнула.

— А солёненького или кисленького тебе не хочется? — задумавшись, я на мгновение представила перед собой солёные огурчики и чуть не захлебнулась слюной, так мне их захотелось. Неуверенно посмотрев на неё снова кивнула.

— А критические дни у тебя когда были последний раз? — а вот этот вопрос выбил меня из колеи.

Я пыталась, и не могла вспомнить. Расширенными от шока глазами уставилась на неё и ничего не могла сказать.

— Что солнышко, не помнишь? — я кивнула как китайский болванчик и рухнула на кровать.

— Ну что же милая, поздравляю, думаю этак месяцев через восемь с половиной, ты станешь мамой, — добила она меня.

— Думаете? — спросила я её, надеясь, что она ошибается.

— Уверена! — поставила она точку в моих сомнениях. — Значит так. Ты сейчас одеваешься, и летишь на Химеру к Алану или Камилле, пока они там, и делаешь анализ. Если ошибаюсь — то у тебя действительно отравление, а если нет… — и она так хитро и самоуверенно ухмыльнулась, что у меня отпали все сомнения. Кивнув, я начала одеваться.

— Элла, я бы хотела попросить вас…. — замялась, не зная как лучше сформулировать просьбу, но она поняла меня и без этого.

— Я буду нема как рыба, — улыбнулась она и вышла из комнаты.

Собравшись, на автопилоте вышла в ангар, и, взяв одноместный аркар, направилась в сторону космопорта. За неделю, что мы летали на Химеру и обратно, чтобы перевезти все каталоги, я изучила её наизусть. Как только вылетела за пределы города и отлетела метров на пятьсот, мой аркар тряхнуло с такой силой, что, ударившись головой о панель, провалилась в темноту. Последней мыслью, которая мелькнула в уходящем сознании, было то, что хорошо, что я пристегнулась и о ребёнке, только бы с ним ничего не случилось. И всё, темнота, которая поглотила меня, и долго не выпускала из своих объятий.

* * *

С каждым днём становилось всё хуже и хуже. Огонь, который пожирал мои разум и тело толкал на безумства. Казалось, что если Аданита будет рядом, то станет легче, и если она привыкнет ко мне, узнает получше, то примет мой зов крови и эти мучения прекратятся. Я не верил в рассказ дяди о родной крови, которая может меня спасти, и считал это сказкой, которую он выдумал, чтобы дать надежду на спасение и помочь не сойти сума.

Но день за днём становилось всё хуже и хуже, и я вовсе потерял надежду, что какая-то призрачная Анна, которую я ни разу в глаза не видел, может меня спасти. А может она мне не понравится? Может моя кровь не признает её как мою шийи? Может она не откликнется на зов моей крови? Вопросы, вопросы, вопросы… и ни на один из них нет ответа. Мне надоело их задавать самому себе. Зачем мучиться если рядом есть та, которая может реально помочь стоит ей только захотеть, и признать меня. А что для этого нужно? Нужно чтобы она постоянно была рядом. Нужно её украсть у этого ненавистного Кросса, и тогда она вдали от него забудет о нём и будет моей, только моей.

Дядя навещал меня каждый день, но это только злило и выводило из себя, из последних сил я сдерживался, чтобы не наброситься на него с кулаками, и не выгнать пинками за дверь. Я понимал, что превращаюсь в зверя, что ещё немного, и переступлю ту черту, после которой мне уже не будет возврата, и поэтому старался взять контроль над своим телом и разумом. Но это было тяжело, очень тяжело и больно.

Я видел только один выход, и начал потихоньку приводить его в действие. Начал издалека следить за Нитой и всеми её передвижениями, но всегда рядом с ней оказывался этот несносный Кросс и я не мог подобраться поближе. В тот день, когда она с подругой ходила по бутикам, и сидела в кафе, чуть не попался на наблюдении. Я был просто уверен, что та другая, меня заметила, а когда она что-то сказала Ните, и та быстро повернулась и начала осматривать улицу, то понял, что сегодня удача изменила мне. Можно было бы, конечно, и сейчас выкрасть её прямо с улицы, но мне не нужны свидетели, особенно которые могут подсказать, у кого её искать. А то, что та, другая, знает кто я такой, не сомневался. Ничего, подожду, я — настойчивый и всегда добиваюсь своей цели. Никуда ты от меня милая не денешься, я стану твоей тенью и буду везде следовать за тобой.

И вот спустя две недели удача улыбнулась мне. Нита улетела одна на аркаре, и если не ошибаюсь, то направляется она в сторону космопорта. Я был счастлив и уже предвкушал, как буквально через несколько минут она окажется в моих руках. Как только Нита вылетела за пределы города и немного удалилась от него, протаранил её аркар, смяв обшивку и заставив остановиться. Подбежав к нему, увидел, что она лежит в кресле без сознания, а в районе лба и виска кровь. Отстегнув её, перенёс в свой аркар, и аккуратно положил на сидение пассажира, зафиксировав ремнём, сняв и подложив ей под голову свою куртку, чтобы было удобнее.

После этого подошёл к её аркару, и запустил программу самоуничтожения, пусть всё выглядит так, что Нита погибла. Нет, я не надеялся, что все поверят в её смерть, но изначально это собьёт со следа и даст мне время надёжно нас спрятать. Как только мы отлетели на приличное расстояние, сзади прогремел взрыв. Сменив маршрут, и на всей скорости погнал к горам. Там у меня было убежище, которое сделал ещё мой отец, а я случайно нашёл и усовершенствовал. Там есть всё необходимое для жизни, и даже капсула медитекса, которую я тайно купил и переправил на Рустран. О моём секретном убежище не знал никто. Одно время я хотел его показать дяде, но так и не сделал этого. Просто не было времени, а теперь был очень этому рад. Ведь как только выяснится, что Ниты в аркаре не было, её начнут искать и сразу же её исчезновение сопоставят с моим отсутствием и всё поймут, а если и нет, то заподозрят.

Подлетев к горам и сбросив скорость, я начал маневрировать, пока не увидел скрытый вход в одну из пещер. Если не знаешь, что он там должен быть, то никогда его не найдёшь. Влетев в пещеру и замаскировав аркар, я достал из него Ниту и понёс внутрь — она так в сознание и не пришла. Положив её на кровать возле медитекса, я начал подготавливать капсулу к загрузке, не хотел, чтобы Нита истекала кровью, и поскорее загрузил её туда, запустив программу исцеления и диагностики всего организма.

Вот она наконец-то рядом и мне от этого легче. Я чувствовал, как огонь немного унимался в крови, и безумие отступало. Значит мне действительно нужно время, чтобы она приняла меня. А здесь, где рядом буду только я, это пройдёт быстрее. Смотрел, как у Ниты исчезала рана со лба, и сходили кровоподтёки, но в себя она так и не приходила.

Достав её из капсулы, перенёс и уложил на кровать. Я склонился над ней и хотел провести рукой по щеке, но побоялся причинить ей боль. Мне так хотелось сжать её в объятиях и поцеловать, но это отрицание, которое вызывает ожоги на коже Ниты, останавливало меня. Тогда я решил: если не могу поцеловать, то поставлю знак шийи, хоть это меня успокоит.

Быстро провёл по её левой скуле пальцем, вычерчивая знак молнии, и он сразу же проступил ожогом на её нежной коже. Но не обратил особого внимания на ожог, теперь на ней был знак, мой знак, знак моего приятия и я был на седьмом небе от счастья.

Весь день не отходил он неё, и понял что что-то здесь не так. Быстро просмотрев отчёт медитекса, и чуть не взвыл от горя. Осознание того, что она так никогда и не будет моей, чтобы для этого мне не пришлось сделать, ударило как молотком по голове, и я взвыл раненым зверем.

«Она беременна! Беременна от другого!» — стучало в голове набатом и заставляло крушить всё вокруг. Ну и что! Моя! Не отдам! Признаю ребёнка, но её не отдам. Но почему она не приходит в себя? Вчитавшись в отчёт, увидел — сильнейшее сотрясение мозга с последующей комой. Требуется подключение и погружение к медитексу на шесть суток с перерывом в одни.

Побушевав ещё минут десять, тяжело вздохнул, и понёс её назад к медитексу. Ничего. Я подожду. Я терпеливый. Для меня эти трое суток тянулись как год. Вот, ещё пять минут, и я смогу коснуться ей, и провести рядом сутки, а потом ещё трое суток ада и она моя. Достав и положив на кровать, снова нарисовал на скуле знак шийи и лёг рядом, вдыхая её аромат, и не заметил, как вырубился. Всё-таки бессонница и усталость дали о себе знать. А потом, потом свершилось то, чего так боялся. Сломался медитекс, полетел один из генераторов, а у меня не оказалось запасного, и я стал перед выбором — жизнь или смерть Ниты. И как бы я не желал, чтобы она была только моей, мне всё же пришлось вернуть её Кроссу.

* * *

Мы с Нитой сближались всё больше и узнавали друг друга всё лучше и лучше. Во многом этому поспособствовало совместное времяпровождение и экскурсии, что нам организовали рустранцы. Да, было интересно, особенно представление жриц у башни сосредоточения стихий, но и в столицах мне тоже понравилось. Особенно те моменты, когда Нита выбирала себе сувениры, я даже купил ей платье, которое она будет одевать только для меня, и только когда мы вдвоём, потому что если она захочет его одеть куда-то, то из комнат её точно не выпущу.

Но самые потрясающие это были не дни, а ночи, что мы проводили в жарких объятиях друг друга. Мне всё время не хватало Ниты и каждая ночь была такой, как будто она последняя. Да и Нита не отставала от меня и сама с охотой дарила и принимала все мои ласки. Я был счастлив, просто счастлив и ни о чём не жалел. Если бы она только ещё согласилась выйти за меня замуж, то, наверное, я был бы саамам счастливейшим мужчиной на свете. Но ведь обещал ей подождать, и сдержу своё слово.

В воскресенье она пошла с Марией по бутикам, и я весь день не находил себе места. Хоть и не видел Катару после того случая на приёме, но мне почему-то казалось что он не успокоится так легко, и что-нибудь предпримет. Я весь день провёл как на иголках и под вечер не находил себе места. Так хотелось рвануть на её поиски, найти, и не отпускать от себя, что еле сдержался. А когда она такая довольная и уставшая завалилась в комнату и упала на кровать, думал, отшлёпаю. Но моя девочка попросила массаж, и я сделал его, а потом она мне, и пусть она делала его не профессионально, но хотел бы, чтобы она мне делала его каждый день. А утром наша миссия начала осуществлять свою деятельность, и я смог быть с Нитой только по ночам, но какие это были ночи…

Утром ушёл пораньше, Нита ещё спала, но отец ждал меня. Сегодня должны были быть подписаны документы о присоединении к Содружеству, и мы хотели ещё раз всё проверить. Поэтому с отцом закрылись в кабинете, и закопались в бумагах. Попозже, мы поехали на встречу и начали само заседание, когда в кабинет без стука влетел взмыленный Кейн.

— Алекс! — прокричал он. — Нита пропала, мы не можем её нигде найти, она полетела на Химеру ещё утром, но так и не долетела, а за городом нашли груду покорёженного метала. Это всё, что осталось от того аркара на котором она летела, — закончил он уже более тихо.

После его слов у меня как будто воздух выбили из лёгких, и потемнело в глазах. Я подскочил и бросил злой взгляд на Джэррарда.

— Если он к этому причастен, я его убью, — зло бросил, направляясь к выходу.

Рустранец понял меня без слов, и вместе с отцом рванули следом, отец даже успел перед всеми извиниться. Мне же было не до извинений, вскочив в аркар, я скомандовал Кейну:

— Вези! — он понял, куда мне нужно и после того, как в аркар заскочили отец с Джэррардом, рванул с места.

Когда мы вылетели за город и отлетели метров на пятьсот, я увидел воронку, окружённую людьми, а подлетев к ней, действительно груду покорёженного металла.

— Ты уверен, что это тот аркар, на котором летела Нита? — спросил я у Кейна, а когда он утвердительно кивнул, поинтересовался: — почему такая уверенность, может это другой?

— Взрыв услышали с города, и сразу же прибыли на это место. Начали проверять все аркары, и обнаружили, что отсутствует только аркар с нашего ангара, а видео показало, что его взяла Нита, начали искать её, но нигде не нашли. И ещё… — замялся Кейн.

— Что?

— Дети гуляли недалеко от этого места, и видели, как один аркар протаранил другой, а потом мужчина вынес на руках девушку без сознания, и занёс её в свой. Потом вернулся к подбитому аркару, и что-то сделав с ним, улетел. Они сразу же побежали домой рассказать обо всём родителям, как прогремел взрыв, — объяснил Кейн.

«Жива» — билось в голове. Я бросил взгляд на бледного растерянного Джэррарда и глядя в его глаза сказал:

— Думаю, что не нужно говорить, кто это совершил. И когда я найду его, ему не жить, — он ничего не ответил мне, а только нервно кивнул.

Но вся беда состояла в том, что я не знал где его искать. Эта была его родная планета, его дом, и он мог находиться в любом места. Хоть Джэррард и оказывал содействие, но мы так и не смогли их найти.

Шёл уже четвёртый день с того момента, как пропала Нита. Я не находил себе места, и метался как тигр по клетке. Нита с Катарой как сквозь землю канули. Джэррард говорил, что если Катара сам не откроется, то мы его никогда не найдём. Я уже готов был смириться с тем, что Нита с ним, только бы знать, что она жива и здорова. Что с ней всё хорошо и этот псих не мучает её. А я…я смирюсь, буду всегда поблизости готовый оказать помощь и поддержку, только бы увидеть её, и убедиться что с ней всё хорошо.

— Алекс! — услышал взволнованный крик брата, и поспешил к нему.

Как только я выскочил на улицу, то сразу же увидел Катару, держащего на руках Ниту. Она была без сознания, и я подбежал к ним. Ах, как мне хотелось его ударить и бить до тех пор, пока он не перестанет дышать.

— Что ты с ней сделал скотина? — спросил я, вырывая Ниту из его рук.

— Ей нужно срочно в медитекс, у неё сильное сотрясение и кома. Три дня она уже была в капсуле медитекса, сегодня был день перерыва, ей нужно туда ещё на три дня, чтобы она пришла в себя, — объяснил он и вручил мне какие-то бумаги. — Это отдашь вашему врачу, — пояснил он, и добавил: — тебе нужно поспешить.

— Кейн. — крикнул я. — Запри его в комнате и не выпускай до тех пор, пока я не вернусь, — дал указания я и повернулся чтобы подойти к аркару.

— Не нужно. Никуда не денусь, и буду ждать здесь, — в его голосе было столько обречённости, что я не выдержал и обернулся.

То, что увидел на его лице, заставило меня дёрнуться. Это было лицо человека, приговорённого к смерти, и смирившегося с этим приговором.

— Катара! — к нему бежал Джэррард. — Мальчик мой ты как?

— Дядя. Тебе лучше убить меня, пока я опять чего-нибудь не натворил, — он сказал это очень тихо, но я услышал.

Джэррард повернулся ко мне с умоляющим взглядом, и я кивнул, давая разрешение ему забрать его.

— Сделайте всё, что посчитаете нужным. Но если он опять попытается подобраться к Ните, я выполню свои угрозы, — рустранец кивнул мне в ответ и повёл племянника к аркару. Больше Катару я не видел.

— Кейн. — позвал застывшего брата. — Полетели на Химеру, быстро.

Брату не нужно было повторять дважды, и вот мы уже несёмся на всей скорости к космопорту. Загрузившись в шаттл, полетели к Химере. Всё это время я не выпускал Ниту из рук. Мне казалось, что только стоит это сделать, и она опять исчезнет. Я до сих пор не верил что моя девочка рядом. После четырёх дней мучений и неизвестности она опять рядом со мной. Я вдыхал её аромат и не мог надышаться.

Как только прибыли на Химеру то сразу же рванули в медицинский отсек. Я отдал встречающему нас Алану бумаги, что дал мне Катара и начал укладывать Ниту в капсулу медитекса. Алан быстро ознакомился с бумагами, и, кивнув каким-то своим мыслям, подошёл к панели программирования, и начал вводить данные. Капсула с шипением закрылась, но я так и остался стоять возле неё, и не мог отвести взгляда от любимого лица.

— Алекс! — позвал меня Алан и я повернулся к нему. — С Аданитой всё хорошо. Через три дня она будет как новенькая, не переживай, — и он так загадочно улыбнулся.

— Ты точно от меня ничего не скрываешь? — поинтересовался с недоверием я.

— Ничего, — и снова улыбка. — Алекс, тебе самому нужно отдохнуть, на тебя страшно смотреть, так ты вымотал себя.

— Нет, — ответил более резко, чем хотел. — Я подожду, пока она проснётся.

— Алекс, — продолжал убеждать меня Алан, — ты хочешь, чтобы Аданита испугалась когда тебя увидела?

— Нет.

— Тогда тебе нужно отдохнуть, потому что ты сейчас выглядишь так, что она точно разволнуется, стоит ей только взглянуть на тебя. А ей сейчас нельзя волноваться, — загадочно произнёс он и снова улыбнулся.

— Ладно, я отдохну, — нехотя согласился. Мне действительно не хотелось пугать Ниту своим видом.

— Тогда прошу вас капитан вот в эту капсулу, — сделал Алан приглашающий жест. — Я поставлю программу оздоравливающего сна, и через несколько часов вы будете как огурчик, — прикалывался он. Ох, как не понравилась мне эта лукавая улыбка. Но я улёгся в капсулу и строго сказал.

— Только на несколько часов.

— Как скажите капитан, — козырнул мне Алан.

И я заснул. Вот так и знал, что он отмочит какой-нибудь фортель. И не ошибся, этот хитрюга достал меня из капсулы буквально за полчаса до пробуждения Ниты, продержав там трое суток.

— Я тебя придушу, — были мои первые слова, когда он открыл капсулу.

— Ну что вы капитан, не нужно прибегать к таким крайностям. Вы отдохнули, а то сидели бы тут и пялились на Ниту, а так и сами отдохнули и девочка скоро проснётся. А вы к её пробуждению как раз успеете всё осмыслить и осознать, — загадочно ответил он на мою угрозу.

— Что осознать? — растерялся я.

— Мера, твой выход, — улыбнулся Алан и щёлкнул пальцами.

— Общее состояние Аданиты Штар характеризуется как удовлетворительное, — начал звучать механический голос, — состояние плода тоже удовлетворительное. Угроз жизням не обнаружено. Примите мои поздравления капитан Кросс.

До меня не сразу дошли слова Меры, но когда я понял о каком плоде идёт речь, то, не веря своим догадкам, уставился на Алана, чтобы тот или подтвердил, или опровергнул их.

— Нита бе… — прошептал я в шоке.

— Да, и срок уже четыре недели, — сказал он с улыбкой.

Осознав, что скоро стану отцом, я чуть не подпрыгнул от счастья. «Я буду отцом! У нас с Нитой будет ребёнок! Я буду папой!» Меня захватил такой шквал эмоций, что я подлетел к Алану и сжал его в крепких объятиях.

— С ними точно всё в порядке? — взволнованно переспросил я.

— Да. И сейчас мы уже будем доставать Ниту из капсулы, — высвободился он из моего захвата, и пошёл к капсуле медитекса, набирая код на панели и открывая крышку.

Я достал Ниту с капсулы, и, взяв на руки, уселся на кушетку, не отпуская свою девочку. Вот её ресницы дрогнули, и она ещё не совсем осознанным взглядом посмотрела на меня.

— Привет, — прошептал улыбаясь.

— Привет, — она улыбнулась в ответ, а потом оглянулась вокруг и непонимающе нахмурилась. На её лице вспыхнуло осознание, и она напряглась. — Как я оказалась на Химере?

— Милая, это не важно. Важно то, что и с тобой и с малышом всё в порядке, — я ласково коснулся её губ в поцелуе.

— Ты уже знаешь? Но как? — ахнула она удивленно.

— Я потом расскажу. А теперь я тебя спрошу, а ты мне ответь, хорошо? — когда она согласно кивнула, я задал вопрос, который волновал сейчас меня больше всего: — Ты согласна сыграть свадьбу в ближайшее время, а не через год? — и в моих глазах было столько ожидания и надежды, что моя девочка, посмотрев в них, согласно кивнула.

— Моя?

— Твоя.

— Навсегда?

— Навсегда.

Эпилог

Спустя шесть лет.

Я счастливая и довольная сидела в гостях в саду у родителей Алекса и наблюдала, как дедушка Эдвард играет со своим внуком Александром. Глядя на них, мне не верилось что прошло уже шесть лет с того момента, как мы с Алексом вернулись с Рустрана. Тогда, в медицинском отсеке Химеры, Алекс рассказал всё, что произошло. Мне было жалко Катару, но я была рада, что сейчас не с ним, а с Алексом. Это потом, немного позже, мы узнали, что Джэррард погрузил его в криосон, чтобы остановить процессы изменений в теле. И лучшие умы Содружества, а не только Рустрана, начали искать решение этой проблемы. Я знала, что до сих пор ничего не найдено, но надеялась на лучшее.

Потом перевела свой взгляд на любимого мужа. Да мужа, потому что мы с Алексом поженились буквально через несколько дней, как прилетели к моей матери на Урганос. Так как рустранцы уже подписали документы о вступлении в Содружество, то послы и все остальные остались в посольской миссии, а мы с Кейном и родителями Алекса смогли улететь. И вот там, на Урганосе будущая свекровь мне преподнесла сюрприз. То, моё платье с Гелиона. Уже и не думала, что когда-нибудь ещё увижу его, но как оказалось, мечты сбываются, а ведь я так мечтала о нём. И я была самая красивая и счастливая невеста.

Не рассказала маме с Анной про Катару, а только строго настрого приказала сестре никогда не появляться на Рустране. Очень надеюсь, что она меня послушает, а не поступит по-своему. Она в этом году заканчивает свою учёбу и у неё впереди распределение на практику. Я, конечно же, попросила Алекса с Эдвардом поспособствовать тому, чтобы Анна получила распределение поближе, но уже как получится.

Я гордилась сестрой. Если я всегда мечтала о космосе и полётах, то Анна была полностью погружена с головой в биологию и генетику. Она и по учёбе выбрала направление, более схожее с работой матери, она у меня врач биолог-генетик. Сестре это очень нравится, а я в этом ничего не понимаю, ну да мне это и не нужно, ведь осуществила одну свою мечту из нескольких. Я пилот на Химере, и от этого очень счастлива. Когда мы с Алексом улетаем в космос, на Урганосе присматривать за Александром остаётся Саманта. Из неё вышла замечательная и очень добрая бабушка, которая всегда выручает в незаменимых ситуациях.

Но что-то я отвлеклась. Повод, по которому мы сегодня все собрались у родителей Алекса был просто ошеломляющим. Кейн вёз свою жену, с которой он познакомился на Карантусе, ещё одной планете, в прошлом году присоединившейся к Содружеству, знакомится с нами. Я не вдавалась в подробности, почему мы не были приглашены на свадьбу, потому что надеялась вытянуть из него это лично при встрече и тоже с нетерпением ждала их. Саманта была как на иголках, и всё проверяла, ничего ли она не забыла выставить на стол.

— Саманта, успокойтесь и присядьте. Вы ничего не забыли. Всё будет хорошо, — попыталась я её успокоить.

— Ах, Нита, я так волнуюсь. Вдруг мы не понравимся Эитре, и она не захочет больше встреч с нами, — чуть не всплакнула она.

— Обязательно понравитесь, — успокоила её я. — А вот и они сами, — указала ей на пару, что шла по саду на встречу к нам. Еле удержала её, чтобы она не кинулась им на встречу. — Терпение Саманта, они сейчас сами сюда подойдут вместе со всеми.

Она кивнула, и во все глаза уставилась на сына с его женой. Я тоже начала её незаметно рассматривать, и с первого взгляда она мне понравилась.

«Интересно, а какой у неё характер? Ну, скоро узнаем.» — подумала я с улыбкой, и, увидев, как поговорив с Эдвардом и Алексом они направляются к нам на встречу, встала со своего кресла приветствуя их.

— Мам, Нит, позвольте представить, — начал смущённо Кейн. Мда, Кейн и смущение это что-то новое, — это моя жена Эитре. Прошу любить и жаловать.

— Здравствуй, девочка, — сказала, улыбаясь, Саманта и обняла девушку, которая покраснела, и скромно опустила глаза. — Я очень рада, что мой сын нашёл свою пару, и надеюсь, что мы подружимся с тобой и станем родными.

— Спасибо, я тоже надеюсь, что так и будет, — ответила эта прелесть, и посмотрела на меня.

— Привет. Я Нита, — улыбнулась я и протянула руку.

Она нерешительно её пожала, и тоже робко улыбнулась, взглянув на Кейна, и как бы ища его одобрения. Он улыбнулся ей в ответ и обнял. Я видела, с какой любовью они смотрят друг на друга, и была за них очень рада.

— Ну что же мы стоим, вы с дороги, голодные, уставшие, проходите за стол, — засуетилась Саманта, и все стали рассаживаться.

Мы сидели, ели вкусности и вели непринуждённую беседу о том и о сём, пока я не поинтересовалась:

— Кейнчик, солнышко, а почему ты не пригласил нас на свадьбу? — А сама вспомнила, как он запутал меня и добился моего согласия на свадьбу с Алексам.

— Ну, Нит, понимаешь тут такое дело…. — замялся он, а мы все удивлённо уставились на него. И где та язва, которая никогда не лезла за словом в карман?

— Это я виновата, — вдруг подала голос Эитре, и начала рассказывать, слегка запинаясь и краснея: — У нас на Карантусе есть обычай сражения за невест. Выставляются девушки, которые попали в невесты, и мужчины заявляют на них права. Когда Кейн был у нас, я как раз попала в отбор, и на меня заявил права Мердок. Он очень сильный и жестокий воин, я его боялась и не переносила с детства, а он постоянно преследовал и добивался меня. Все знали его жестокость и побоялись бросить ему вызов за право взять меня в невесты. Он знал это, и уже упивался своим триумфом, а я думала, что умру от горя, но тут ему вызов бросил Кейн, которого увидела впервые, как и он меня. И он победил Мердока, а после мы поженились, — она опустила голову и тяжело вздохнула.

— Милая, — Кейн обхватил её лицо ладонями, и, подняв вверх, поцеловал, — я говорил тебе это уже не один раз, и повторю ещё. Я ни капли не жалею что победил его и женился на тебе, потому что как только увидел тебя, такую маленькую и бледную, со слезами и отчаяньем на лице, моё сердце пропустило удар, и теперь бьётся только для тебя. Я люблю тебя, и знаю, что ты тоже любишь меня. Ведь это так?

— Да, — кивнула Эитре, и на её лице засияла такая счастливая улыбка, что я поняла, почему Кейнбыл покорён ей с первого взгляда.

Саманта сидела, и тихонько вытирала слёзы счастья, лившиеся по её щекам. У меня тоже, глядя на них, глаза были на мокром месте. Я взглянула на Алекса, и увидела в его взгляде, такую же любовь и обожание, с которым его брат смотрел на свою жену, но этот взгляд предназначался только мне, и больше никому. Хоть и прошло шесть лет после нашей свадьбы, но наши чувства разгорались с каждым годом всё сильнее и сильнее. Я ответила мужу таким же взглядом и улыбнулась. И тут у меня завибрировал в кармане ваканар. Анна. Выйдя из-за стола, и зайдя на кухню, я ответила:

— Да сестричка.

— Нита, сестричка, а я на Рустран лечу! — радостно сообщила мне Анна.

— Анна, я же тебе сколько раз говорила, что тебе туда нельзя! — прокричала я, начав нервно метаться по кухне.

— Прости, знаю. Но мы уже подлетаем. Не волнуйся, всё будет хорошо, — и отключилась.

— Нет… — простонала я в ваканар. — Что же ты натворила дурёха…

Content

Операция Мстя
Татьяна Адмиралова

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог