Антон Демченко

Дилогия «Проснувшийся»

Проснувшийся

ПРОЛОГ

Старому избитому космическим мусором спутнику не суждено было пережить очередное попадание метеороида. Мчавшийся сквозь пустоту, космический скиталец размером с грецкий орех пробил и без того дышавшую на ладан силовую защиту и угодил аккурат в коррекционный двигатель… как раз в этот момент пытавшийся исполнить свою задачу и удержать старую железяку на прежней орбите. Случись подобное ещё лет пять назад, когда на спутнике были целы четыре корректора из восемнадцати положенных по нормативу, и всё бы обошлось, но как не пытался процессор компенсировать последствия удара метеороида, двух оставшихся движков просто физически не хватало, чтобы удержать убитый спутник на нужной орбите. В конце концов, до полусдохшего блока его интеллект – схем дошла вся бессмысленность этой затеи, и процессор, отправив, как и положено по протоколу, отчёт, подтверждения получения которого можно было и не ждать ввиду давнего разрушения ЦОК[1], попытался сделать последнее, что было прописано в его протоколах безопасности. Расчёт интеллект – блока позволил запустить иную процедуру коррекции и увечный старый аппарат начал падение на планету. Согласно программе, сделав два витка, спутник должен был войти в плотные слои атмосферы и совершить посадку в районе запасного полигона Службы Планетарной Безопасности… О том, что ни полигона, ни самой СПБ на планете давно нет, а значит некому будет позаботиться о древних, но по – прежнему секретных потрохах железяки, интеллект – блок естественно не знал. Но ему уже было откровенно всё равно. Последняя эволюция спутника не прошла бесследно, и он, получив мощный разряд, закономерно выгорел вместе с основным вычислительным модулем и управляющими системами.

Последний расчёт траектории вышел точным, но время, проклятое время, и всё те же пресловутые корректоры сделали своё дело.

Обломки спутника упали не в заданном квадрате, а рядом, буквально в сотне километров. Взметнув к небу столбы пыли и пластобетонного крошева, которые тут же снесло стоковым ветром, стекающим с недалёких гор и набирающим бешеную скорость на равнине, спутник рухнул наземь, и разлапистая, обгоревшая, но не утратившая своих запредельных характеристик, штанга, торчавшая несуразным рогом из его шарообразного корпуса, пробив и так уже основательно растерзанный пластобетонный короб, вонзилась точно в линию энергоснабжения. Пахнуло горелым пластолитом, по спрятанным в коробе шинам пробежало несколько искр и… тишина. Только вездесущие долинные суслики, которых здесь иначе как пустынными грызами не величают, заинтересовались происшествием. Любопытные твари, не способные сожрать разве что тот самый пластолит, довольно быстро отыскали место падения спутника и, следуя своей природе, тут же ринулись исследовать недоступные им прежде подземные ходы.

А их тут было немало. Военные любят закапываться в землю, пожалуй, не меньше тех самых грызов и достигли в этом деле немалых успехов, превратив грунт под седьмым наблюдательным пунктом, в запутанную систему галерей и переходов. Впрочем, это было давно. Ещё в те времена, когда над планетой царил ЦОК Третьего Флота Королевских Военно – космических сил Ронда, а на ней самой проживало больше восьмисот миллионов человек, из которых четверть носила знаки различия всех возможных родов войск. Здесь безраздельно правила военная администрация. Когда‑то… Да только сейчас от былой роскоши остались лишь ошмётки, по каким‑то причинам не выжженные орбитальными бомбардировками. Флот? Ну, раз дело дошло до обстрела из космоса военных баз, систем ПКО и административных центров, можно с уверенностью предположить, что и доблестный Третий Флот призванный защищать систему, постигла та же незавидная участь. И это будет правдой. Точнее, стало таковой… лет двадцать назад, когда два больших и суровых государства решили вдруг, как настоящие добрые соседи, померяться силушкой молодецкой за одну небольшую, но очень удобную систему Агора. Легко догадаться, что её частью и была вот эта самая планета, где бывший хозяин организовал настоящий плацдарм, который, как небезосновательно полагал его сосед, мог служить только опорным пунктом для рывка на его системы. А это ж не по – соседски, правильно? Вот и завертелось. Да быстро закончилось. Пока соседи пыхтели да силой мерялись, пришли к ним «зареченские»… на огонёк заглянули, ага. И пошла потеха да такая, что про систему Агора и планету с незатейливым названием Агора Третья забыли прочно и надолго. Ну, право, какое дело до межи, когда «зареченские» уже у печи горшки вовсю колотят?

Или казалось, что забыли? Через заблокированные кольца гиперпереходов сообщения нет, но небольшие корабли с опознавательными знаками фронтира в системе появляются. Аккуратно, незаметно, но регулярно. И на планету присаживаться не забывают. Наверное, потому что больше некуда. Все пустотные конструкции в системе раздолбаны в хлам. А на Агоре Третьей продолжают жить люди… выживают, если точнее. И здесь грызам не досталось первого места, хотя, казалось бы, уж кто‑кто, а они – идеальный образец самого живучего млекопитающего. Ан нет, упёртые людишки их и тут обошли.

– Гар, слышал? – Затянутый в потрёпанный комбез сбоящей камуфляжной расцветки, молодой парень с выгоревшими на солнце волосами сдвинул на лоб огромные очки, защищающие его глаза от секущего пыльного ветра, и повернулся к напарнику, копающемуся во внутренностях малого транспортника. «Пустынник», как называют здесь эту высокую трёхосную машину, больше похожую на бронированный от большого ума багги – переросток, то и дело скрипел и время от времени покачивался на длинноходной подвеске.

– Ты что‑то сказал, Тим? – Бородатая физиономия старшего напарника показалась над люком мехвода, и маленькие глазки испытующе уставились на младшего, сидящего на капоте и внимательно шарящего взглядом по сторонам.

– Да… там, у Двойного Рога что‑то конкретно бахнуло. Может, глянем?

– Ага, сейчас. – Хмыкнул Гар. – Вот всё бросим и поедем смотреть. Башкой думай, малой! Мы на территории Сухого, и его люди уже наверняка в курсе, что там что‑то ё… кхм. Или сами же это дело и устроили. В общем, что так, что эдак, если мы туда сунемся, попадём либо под их разъезд, либо под их же экспедицию. На их территории. Жить надоело?

– Да ладно тебе. – Буркнул Тим. – Я ж просто предложил, так… не всерьёз.

– Не всерьёз будешь Витку у Хромого в ночлежке валять. Обсос. – Вызверился рыжий Гар и скрылся во внутренностях пустынника. Но тут же вновь высунул патлатую голову. – По сторонам смотри, дурило! Нам гости не нужны!

– Да смотрю я, смотрю… вот же пенёк старый. – Последние слова блондинистый договорил уже себе под нос, поудобнее перехватил игольник и, вновь нацепив на запылённую физиономию защитные очки, сосредоточил своё внимание на окружающем пространстве.

– Я может быть и старый, но не настолько глухой, чтоб не услышать тебя в гарнитуре. – Неожиданно рявкнул прямо в ухо Тиму голос его напарника, и белобрысый еле сдержался, чтоб не сплюнуть. В сухих долинах жидкость лучше поберечь даже с учётом скорого наступления сезона дождей.

А в подземных переходах у того самого Двойного Рога, где рухнул спутник, стало оживлённо. Пустынные грызы, рванувшие в открывшийся проход, столкнулись со своими «городскими» собратьями, давно считающими эту территорию своей вотчиной, и в тёмных сухих штреках началась своя война. Визг первых столкнувшихся нос к носу «разведчиков» привлёк внимание их товарищей. Так что уже через несколько минут в переходах послышались шорохи и цоканье сотен когтистых лапок по пластобетонному полу, и в заброшенных людьми переходах закипела битва. В воздухе повис тяжёлый запах крови. Нынешние обитатели базы, совсем не желая отдавать свою территорию пришлым, бились отчаянно… и с умом. Они вовсю использовали своё превосходное знание местности, обходили и брали агрессора в клещи, пробирались по трубам над местами схваток и падали на головы противников… Так что, в конце концов, выжившие в бойне пустынные грызы отступили туда, откуда пришли, а пространство вокруг места падения спутника и образовавшегося пролома отошло под контроль «городских». Их острые заляпанные кровью мордочки с тёмными быстрыми глазами и покрытые гладким мехом вытянутые тела замелькали вокруг медленно остывающих обломков спутника. Всё, граница на замке.

Эта часть военной базы, расположившейся прямо под НП, когда‑то находилась в ведении Службы Планетарной Безопасности, пожалуй, единственной военизированной структуры на Агоре Третьей, не входившей в вертикаль подчинения военного ведомства.

Что здесь хранили безопасники, армейцы не знали. Командование сектора получило приказ обеспечить им изолированные помещения с собственным энергоснабжением и выполнило его, отведя под размещение отдела СПБ часть заброшенной военной базы и подключив её системы к одной из ниток резервного питания, сотни которых были проложены в разных направлениях от «медленного» реактора в недрах Синих гор. Это было проще и дешевле, чем установка полноценного блока автономного питания, избыточного для выделенного СПБ комплекса, или чем подключение к давно дышащим на ладан автономникам законсервированной военной базы. Собственно, именно поэтому, когда вырубились основные генераторы, в брошенном комплексе, отведённом Службе Планетарной Безопасности, продолжали тускло светить панели аварийного освещения, и установленная техника всё так же помаргивала зелёными огоньками готовности к работе… а кое – какая аппаратура и вовсе продолжала отрабатывать заложенный цикл.

Такая как, например, подключённая к малому вычислительному модулю, стазис – камера. – эдакий высокотехнологичный пластобетонный гроб, верхняя крышка которого, выполненная из очень прочного и довольно дорогого типа пластолита с изменяемой светопроницаемостью, позволяла рассмотреть содержимое камеры во всех подробностях.

Так было. До момента падения спутника и разрушения питающего кабеля. Прекращение подачи энергии вызвало короткий сбой. В лучшие времена, когда на базе и в помещениях СПБ ещё было полно народа, это не стало бы проблемой. Сработали бы стабилизаторы, и малые автономники моментально взяли бы на себя всю нагрузку, но… двадцать с лишним лет без обслуживания и присмотра сказались на технике не самым лучшим образом. Из четырёх миниатюрных генераторов, установленных здесь параноиками из СПБ, сработали только два, да и те с небольшим опозданием, которого хватило на то, чтобы вычислительный модуль раздражённо пискнул и перезагрузил систему. А в следующую секунду прозрачная крышка стазис – камеры потускнела, и исходивший от конструкции тихий, почти неслышный гул, стих.

В воцарившейся в помещении тишине тихо щёлкнули замки, и крышка камеры неслышно отъехала в сторону.

ЧАСТЬ I

ШЕСТЬСОТ ЛЕТ – НЕ СРОК

Глава 1

С добрым утром, Агора

Всё‑таки, не получилось… Последнее воспоминание – трап к верхнему люку межсистемника… и темнота. Значит, там и взяли, не иначе. А ведь, казалось бы, всё продумал до последней мелочи, не должны они были хватиться пропажи ещё сутки, как минимум!

Слуха коснулось странное жужжание… Эх, глаза бы открыть, да тело не слушается. Дроид, что ли? И судя по издаваемым им звукам, на диво ушатанный. Руки бы оторвать тому технику, что его обслуживает…

Дроид действительно был «ушатан»… временем. Гравиплатформа, служившая ему средством передвижения, гудела от напряжения и чуть заметно подрагивала, манипуляторы, которыми дроид освободил камеру от содержимого, скрипели и подвывали приводами.

А содержимое было весьма примечательным. Юноша, лет семнадцати на вид, хорошо развитый физически, черноволосый и бледный, с заострившимися чертами лица, одетый в серый облегающий комбинезон без каких‑либо намёков на карманы и с пустыми разъёмами поясных держателей. На ногах высокие ботинки, а на запястье левой руки медленно проступает узкая ленточка неприметного серого браслета…

Подняв тело над стазис – камерой, дроид, выполняя заложенную в него когда‑то программу, крутанулся на месте, отчего руки и ноги юноши мотнулись из стороны в сторону, и покатил к стоящему в углу комнаты цилиндру медкапсулы. Оказавшись рядом с ней, дроид пискнул, обозначив поданный на капсулу сигнал, и цилиндр, зашипев приводами, медленно открылся. Несмотря на разболтанный механизм, дроид довольно ловко поместил юношу в некое подобие кресла внутри капсулы и, издав ещё один писк, откатился в сторону. Створка медкапсулы закрылась, и комната вновь погрузилась в тишину.

«Запрос… идентификация… отклик. Информаторий первого уровня… связь отсутствует. Информаторий второго уровня… связь отсутствует. Обнаружено сорок восемь устройств открытых к подключению. Подключение… отклонено. Неизвестный формат данных… идёт анализ… время окончания процедуры… шестьдесят семь минут. Найден блок протоколов… коррекция временного интервала… тридцать две минуты до окончания процедуры…»

Прикрытые веками глаза считывали поступающую информацию, а в голове запертого в медкапсуле юноши зрели вопросы. Что за бред? Как может отсутствовать связь с верхним Информаторием?! Это… так не бывает! Доступ к первому уровню обеспечивается в любой точке обитаемой части галактики, даже у ксеносов! Да у последнего приговорённого с колонизируемого мира имеется возможность подключения. Пусть связь открыта только на приём, но… она есть! А здесь… И что за неизвестный формат данных?

«Внимание… объём памяти недостаточен для продолжения анализа… рекомендуется увеличение объёма минимум в… сорок два раза… Отдать команду на приращение объёма?»

Сколько?! Да что он там анализирует, а?! Это же… это же… не понял. Тьфу, он же на каждое устройство свой процесс поднял.

«Подтверждение… до окончания процедуры… 3:22. 3:21. 3:20. 3:19… 0:01. 0:00. Формирование массива завершено. Структура данных определена. Протокол 1. Запрос… Отклик. Есть доступ… устройство, наименование на интерлине: МЕДКОН «Лекарь», персональный номер 421222. Внимание, анализ текстового материала справочных формуляров модуля «Лекарь» свидетельствует о языковом дрейфе. Вероятность смещения ввиду изоляции популяции – 36 %, вероятность временного дрейфа – 57 %, вероятность иных причин изменения языка – 7 %…»

Ого… если допустить временной дрейф, то… это ж сколько времени‑то прошло? Впрочем, что гадать… Запрос на синхронизацию.

«Принято. Планетарное время… синхронизировано. 18:25, день 5, месяц 8, цикл 845.» Хм, 15 месяцев в году… лето в разгаре, да? Или наоборот, зима? Хм… не важно. Позиционирование «на местности» отложим на потом… «Системное время… синхронизировано. 12:25 5/25 оборота»… Ага, скорость вращения здешнего светила почти классическая… «Галактический стандарт… синхронизировано. 0,0062… уточнение 14384 год от Начала» Сколько – сколько?!!! Шестьсот лет? Да чтоб его… шестьсот двадцать два года в стазисе. Как вообще такое могло произойти?!

Медкапсула, уловив возбуждение пациента, тут же полыхнула предупреждающими сигналами и впрыснула в объём успокоительный раствор… Минута – другая и, закончив работу, цилиндр распахнул створку.

Юноша, наконец, смог открыть глаза и, глубоко вздохнув, перешагнул высокий порог «Лекаря». Высокие, плотно облегающие лодыжки, ботинки с толстой, грубо рифлёной подошвой глухо ударились о пластобетонный пол комнаты, и взгляд молодого человека зашарил по сторонам, не преминув отметить казённую скудность обстановки и общее запустение царящее в плохо освещённом помещении.

– Вот это я попал… – Хриплым голосом протянул юноша и растрепал влажные после медкапсулы волосы. – Так ещё никто со службы не дезертировал. Это точно. На другой край Галактики сбегали, было дело, сам слышал… но чтоб убежать во времени… Поздравляю, Ким, ты и тут отличился…

Молодой человек огляделся по сторонам и, заметив застывшего в углу дроида, уставился на него. Прошло несколько минут, и старый бот, скрипя манипуляторами и вибрируя гравиплатформой, подплыл ближе.

– Значит, это ты меня вытащил из стазиса, да? Дебер-12МУ… Будешь Бычком. Кстати, о мясе… может, ты мне и поесть чего‑нибудь найдёшь, а? – Протянул Ким. На взлом последних протоколов безопасности дроида у него ушла одна минута, по истечении которой бот полностью подчинился юноше и, пискнув в очередной раз, покатил на выход из комнаты, показывая дорогу своему новому хозяину. А тот, следуя за дроидом, не прекращал взламывать все обнаруженные его системой устройства по очереди. И напоровшись на вычислительный модуль, тихо выматерился, прочитав данные о последнем обращении к машине. Двадцать лет назад… иными словами, последние два десятка лет здесь никого не было. Законсервированная база? Или брошенная?

Ответ на этот вопрос нашёлся всё у того же вычислительного модуля. Запись последних действий персонала в логах машины чётко свидетельствовала – подземный комплекс его сотрудники покидали в спешке, но не по тревоге. Ушли и больше не вернулись. По крайней мере, ни один из люков комплекса с того момента ни разу не открывался. Отработав протокол, не дождавшаяся хозяев база перешла на энергосберегающий режим, в котором и пребывала до недавнего времени.

Ким хмыкнул. Весело. Очнулся на брошенной базе СБ, чужой СБ! через шестьсот лет после попытки сбежать со службы… и был принят системами этой самой базы как родной. Хм… в этом, конечно, есть свои плюсы. Вариант очнуться в тюремном блоке Корпус Сервус был бы куда менее приятным. Можно сказать, что Киму удалось‑таки сбежать от перспективы воевать против родного мира самым радикальным способом. Сейчас же он жив, здоров и свободен. Уже три эти факта позволяют смотреть в будущее с оптимизмом. Ну а странности… хм, у него полно времени, чтобы с ними разобраться.

Например, с удивительной адекватностью и… доброжелательностью систем базы. Здешняя техника принадлежит планетарному СБ и, по логике, опережает его морф – систему на сотни лет… но взламывается с такой лёгкостью, словно это не защищённая аппаратура специального назначения, а… домашняя кофеварка!

Нет, морф – система в организме юноши была довольно продвинутой… для своего времени, всё‑таки разрабатывалась она не абы для кого, а для операторов разведмодулей, но даже с учётом этого факта вскрытие защищённых каналов связи и взлом вычислителей, тем более аппаратуры СБ, с такой скоростью… это что‑то странное. Надо разобраться… стоп.

Ким остановился перед низким, но широким порталом и, покосившись на зависшего рядом дроида, уставился на замок. Сигнал на открытие прошёл моментально, и тяжёлые створки складского комплекса с тихим скрежетом разошлись в стороны. М – да уж… какое громкое название: «складской комплекс», и не подумаешь, что на самом деле за массивными дверьми располагается помещение площадью чуть больше ста квадратных метров. Правда, забит он был, что называется, под завязку. Стеллажи ломятся от контейнеров, ящиков и капсул, и только в дальнем углу склада, ограждённом низким бортиком – пусто. Хм. Оружейка?

Морф – система отправила запрос на складской вычислитель, и тот, в очередной раз удивив Кима своей покладистостью, выдал всю необходимую информацию. Да, оружейка. Силовые щиты отключены в виду отсутствия единиц хранения и для экономии энергии. Значит, оружия нет. А что есть?

Номенклатура всего имущества, находящегося на балансе склада, «упала» Киму, едва он сформировал и отправил запрос. Хм… вот почему дроид притащил его именно сюда. Сухпай… ничего другого на брошенной базе всё равно не найти, правильно?

Сухой паёк, одно название. Да и то неточное. ИРП – СН. Индивидуальный рацион питания. Суточная норма. Почти не изменились за прошедшее время. Немного другой нагреватель, иные нормативы питательных элементов, явно привязанные к условиям Агоры Третьей. В остальном всё то же. Саморазогревающийся обед, галеты, тоник… и пара плиток «перебиватора». Сладкие и очень питательные смеси. Всё знакомо, всё стандартно…

Для перекуса Ким устроился в том же помещении, где очнулся. После пребывания в медкапсуле, основательно почистившей его организм, пустой желудок юноши требовал еды со страшной силой. Собственно, именно поэтому, убедившись, что он на базе один, Ким и решил отложить её исследование до тех пор, пока не утолит голод. Но кое‑что он узнал во время похода за едой. А именно, что «ирпов» на складе ровно тысяча восемьсот штук. Учитывая, что год на Агоре Третьей, как он выяснил из общения с вычислителями базы, длится ровно триста суток… Шесть лет он может прожить здесь, не нуждаясь в пище и воде. От перспективы шесть лет питаться исключительно «ирпами», пусть даже офицерскими, Кима ощутимо передёрнуло. Нет, задерживаться здесь настолько, он не станет.

Вот, разберётся в происходящем, решит вопросы с покладистостью интеллект – системы базы… и на свободу с чистой совестью, как говаривал один давно сдохший следователь Корпуса, расписывая Киму перспективы его дальнейшей жизни…

Горячую кашу, несмотря на её довольно посредственные вкусовые качества, юноша срубал в один момент. Ему не привыкать. В трущобах Нижнего Салема и позже в учебке с разносолами было туговато. Так что, на голодный желудок и «ирп» за деликатес сойдёт. Вот как сейчас. Ким запил кашу тоником и, довольно ухмыльнувшись, покосился на терминал вычислителя.

– Вот, совсем другое дело. А теперь за работу. – Юноша поднял руку, и от закреплённого на запястье браслета в ладонь скользнул тонкий проводок с ниточками – усиками на конце, шевелящимися, словно живые. Универсальный шунт. Ким перехватил его пальцами и подвинулся поближе к терминалу. – Ну‑ка, друг мой, подставляй разъём. Попробуем прощупать тебя на аппаратном уровне…

Глава 2

Не хватает… деталей не хватает

Ким удручённо смотрел на раскуроченный вспомогательный модуль вычислительной системы и бездумно крутил в ладони ластящийся к пальцам универсальный шунт.

– И что с этим делать? – Вздохнул юноша.

– Запрос не ясен. Уточните. – Раздавшийся в комнате голос заставил Кима раздражённо отмахнуться.

– Помолчи, железяка.

– Перехожу в виртуальный режим. – Булькнул интеллект – комплекс базы и замолк. Молодой человек скривился, закрывая развернувшуюся перед его внутренним взором консоль связи с ИК.

– Ну, зато хотя бы стало понятно, почему они так легко открываются. – Вздохнул он. – Ничего странного, учитывая отсутствие пси – модуля. Вопрос в другом… а почему ни в одном вычислителе этой базы его нет? Куда делись? Сотрудники пропили? Или…

Взгляд Кима упал на застывшего в углу комнаты «Бычка», и молодой человек, прищурившись, поманил дроида пальцем.

– А иди‑ка ты сюда, друг разлюбезный… а ещё лучше, катись прямо на склад… так, где тут у нас это… не то, не то… вот! Полевой вычислитель исследовательской группы… Его и принесёшь. Проверим практику статистикой, хм… – Пролистав файл номенклатуры склада, Ким отдал приказ дроиду, и тот поплыл прочь из комнаты…

Вот и замечательно. А пока одна железяка ищет другую, самое время пройтись по закуткам базы СПБ, окинуть их… хозяйским взглядом, так сказать. Сенсоры сенсорами, отчёты отчётами, а собственные глаза ничто не заменит, это ещё сержанты в учебке вбили накрепко. Решено.

Ким поднялся с жалобно скрипнувшего пыльного кресла и, подхватив со стола вытащенный со склада фонарь, двинулся на выход. Замелькали полутёмные коридоры, пустые помещения и переходы… База СПБ оказалась невелика. Всего два уровня, и лишь на втором, том самом, где он очнулся, Ким нашёл оставленные сотрудниками вещи. Первый уровень был вычищен под ноль. Ничего… ни обрывка проводка, ни разбитого кристалла памяти… только сырость и звуки капающей где‑то в тех – переходах воды.

И так по всему уровню, кроме одного – единственного места. Ким подал приказ на открытие дверей, но створки даже не дрогнули. Не зашипели приводы, не зажёгся сигнал открытия… ничего… кроме коротко моргнувшей алой подсветки, на миг очертившей абрис стандартной стальной двери. И тишина.

Юноша в недоумении приподнял бровь и обратился к плану – схеме базы, выкачанной им из интеллект – комплекса. Хотя какой там интеллект?! Откуда? Без пси – модуля и, соответственно, «возможности ситуативного анализа в условиях наличия неполных и искажённых данных», как это называлось тогда, здешний вычислитель… тьфу ты, вот же заноза в башке засела… Ким тряхнул головой и принялся изучать схему, в поисках обозначения заинтересовавшего его объекта. Есть синхронизация… Помещения на карте окрасились ровным жёлтым цветом, сигнализируя об открытом доступе. А вот искомое помещение с непокорной дверью на схеме оказалось окрашено чёрным, да ещё и обозначено как «Чёрный блок». Хм… ну да, понятно, почему при первом просмотре карты юноша пропустил это исключение из правила. Чёрным блоком в учебке звался карцер, а это было не то место, куда бывший курсант Ким Дрём пошёл бы по доброй воле. Шестьсот лет как с куста, а воспоминания свежи, будто всё вчера было… И это нежелание сыграло с Кимом дурную шутку. Не обратил внимания на то, что «карцер» разместился среди жилых помещений базы.

Ну уж сейчас‑то он эту ошибку исправит. Юноша предвкушающе улыбнулся и, в азарте потерев руки, скомандовал морф – системе «фас»… но тут же дал отбой и чуть не отвесил себе подзатыльник. Идиот! Кто знает, что там за дверью? А если активная система обороны? Или просто штурмовой дроид «в спячке», запрограммированный на атаку при открытии двери?!

Ким огляделся по сторонам и вздохнул. Да, кажется, у кого‑то за прошедшие столетия окончательно протухли мозги. Проверил базу по отчётам и решил, что раз здесь никого нет, а вычислители ломаются от одного тычка шунта, можно спокойно шататься, где вздумается… Придурок…

Юноша ожесточённо потёр лицо и, развернувшись, отправился на нижний уровень, поближе к своей колыбельке… и складу. Там, кстати, можно попытаться отыскать что‑нибудь для самообороны на случай вот таких вот «вылазок», да и вообще… определиться с ситуацией. В самом деле, с мозгами у Кима что‑то не в порядке… точнее с реакциями. Заторможено действуют, нелогично. Вместо того чтобы в первую очередь определиться со своим местонахождением и разобраться в ситуации, зачем‑то полез разбираться с необычной покладистостью местной системы безопасности, а потом и вовсе принялся курочить вычислитель… не иначе, как по привычке… Говорят, бывает такое, что в экстремальной ситуации человек начинает делать не то, что нужно для выхода из неё, а то, что лучше всего умеет. Хрен его знает, так это или нет, но в случае Кима очень похоже на правду.

Молодой человек скривился… Происходящее с ним явно выбивалось из нормы, а значит… значит, прежде всего, нужно попытаться привести себя в порядок, а потом, если процедура не займёт много времени… вот опять! Гадство! Нет, положительно что‑то не то с головой творится… Сначала надо отыскать оружие… нет… разобраться с отсутствующими пси – модулями. Это здесь стандарт или случайное совпадение… Ужин?… Так ведь ел недавно… Или давно?… Нет, давно, он завтракал… шестьсот двадцать лет назад, а обедал недавно… Ар – ргхх!

Ким сделал шаг… другой… и, потеряв сознание, кулем свалился на пластобетонный пол. Именно там, спустя несколько минут, его и обнаружил «Бычок». Сервисный дроид замер на миг перед распластавшимся на полу телом, но буквально через секунду у него сработал один из штатных протоколов и, подхватив человека манипуляторами, дроид, значительно прибавив ходу, помчался к медкапсуле.

Дежа вю… Так кажется, называл подобное состояние один из однокурсников Кима… Юноша вывалился из цилиндра «Лекаря», взъерошил вновь ставшие влажными волосы и, окинув взглядом спешно залатывающий прорехи комбез, вздохнул. С другой стороны, из головы словно свежим ветром вымыло всю муть. Чувствовал себя Ким не в пример лучше, чем после первого пробуждения… хотя тогда ему казалось, что всё неплохо. Но сейчас он понимал, что именно «казалось». Всё‑таки стазис на такой долгий срок, то ещё испытание…

Ким покрутил головой, повёл плечами и, оглянувшись на медкапсулу и вызвал отчёт автодока, благо, хоть после второго посещения капсулы, он, наконец, был сформирован. Перед внутренним взором юноши побежали строчки информации… не сказать, что он понимал всё, но в подготовку оператора разведывательного модуля входило и обучение началам полевой медицины, так что шансы разобраться с выводами «Лекаря» у него были неплохие… Да, у будущих операторов была очень разносторонняя программа, и сейчас Ким мог только благодарить её составителей. Впрочем, вспомнив методы, которыми наставники – сержанты вбивали знания во вчерашних уличных шакалят, ставших курсантами, юноша решил придержать свои благодарности… и потратить время более продуктивно.

Вот. Вот оно… Ленивые умники, исследовавшие его тело, совершенно не озаботились выводом из него продуктов разложения тех медикаментов, что они пичкали, дабы Ким во время отключения стазиса оставался без сознания. Естественно, что эта гадость накопилась в организме, и когда он таки выбрался из «заточения», тут же дала по мозгам… Медкапсула? Без оператора эта тупая штука просто действовала по программе, приводя Кима в чувство. И только когда он рухнул в обморок, вычислитель «Лекаря» провёл диагностику для определения причин. Вот тогда автодок и занялся ликвидацией скопившейся в организме пакости… М – да… а был бы в медкапсуле пси – модуль, и этой ерунды можно было бы избежать. Но увы…

Ким покосился на вплывшего в комнату «Бычка». Дроид остановился у стола и опустил на него узкий пластолитовый ящик.

– Ага… это, я так понимаю, мой заказ со склада… Ладно. – Ким отщёлкнул замки и, откинув крышку, уставился на содержимое ящика, аккуратно уложенное в мягкие гнёзда. – То, что надо… Если и здесь нет пси – модуля, значит, это не чудачество здешних СПБшников, а общее правило. Хотя я представить себе не могу, какой должна быть причина, чтобы люди отказались от такой вещи, как использование пси в технике. Хм… ладно, что мы здесь имеем?

Юноша вытащил из ящика коробку полевого вычислителя, пять «шайб», широкий металлизированный браслет на мягкой подложке, такое же кольцо, шириной почти в фалангу указательного пальца, и небольшую, величиной в полладони, пластинку.

Так… ну, вычислитель, понятно, а «шайбы» и бижутерия здесь при чём?

Ким пробежался взглядом по короткой «сопроводиловке» на внутренней стороне ящика и хмыкнул. «Бижутерия» оказалась рекомендованным для офицеров тактического уровня наручным коммуникатором со сканером и считывающим устройством. Часть инструментария для работы с вычислителем. А вот шайбами прикинулись шестилапые дроиды – исследователи.

– Ну что… начнём обследование с коммуникатора? – Усмехнулся Ким, перехватывая пальцами выброшенный его собственным браслетом нетерпеливо ёрзающий шунт. Ниточки – усики моментально отыскали гнездо подключения на считывателе, и через секунду по матово – серой металлической поверхности «проснувшегося» коммуникатора побежали мелкие черные строчки сервисной информации. Морф – система забралась в военный браслет с той же лёгкостью, с которой недавно потрошила СПБшные вычислители.

Накатившее было разочарование от отсутствия искомого модуля в коммуникаторе и вычислителе Ким задавил… и после недолгого размышления нацепил на себя изученную морф – системой гарнитуру. Браслет на правую руку, кольцо, как и сказано в инструкции, на противоположную. А пластина считывателя оказалась на поясе, к которому прилипла без всяких усилий со стороны носителя. Неплохо.

Вообще‑то наличие морф – системы делало коммуникатор лишним… если бы не одно «но». Нынешние системы связи, протоколы и форматы, мало походили на то, что имелось в памяти Кима, а процессы эмуляции всего этого «счастья» занимали немалый объём кластеров морф – системы. Учитывая, что перестраивать её юноша не хотел категорически, не желая лишаться отлаженного инструмента, подключение военного браскома в качестве буферной прокладки между собственной морф – системой и внешними устройствами показалось ему очень неплохой идеей. Тем более что коммуникатор с радостью принял своё подчинённое положение в отношении «нейрокоммуникатора неизвестной модели», как он определил морф – систему. Кроме того, в комплексе коммуникатора находился сканер – детектор с огромной базой справочных материалов по сотням тысяч устройств разного типа и назначения. Очень полезная вещь… хм. Остаётся только надеяться, что здесь существует хоть какое‑то подобие Информаториев, и базу данных этого сканера можно будет обновить до актуального состояния.

Ну а исследовательский модуль… посмотрев на кубик вычислителя и сложенные стопкой шайбы дроидов, юноша махнул рукой. Пусть будет. Может и пригодится для чего‑нибудь этот самый модуль «Археолог». Например, для исследования Чёрного блока…

Глава 3

Не всё так славно, как хотелось

Вот так. Один вопрос в минус. А теперь, вперёд на поиски оружия.

Ким прошерстил номенклатуру склада, но, увы… никакого стрелкового вооружения там не оказалось. Было, да вывезли, очевидно, когда покидали базу. Тем не менее, юноша не оставил идею разжиться чем‑нибудь стреляющим и всю дорогу по пути на склад в сопровождении «Бычка» упрямо листал списки хранящегося там оборудования.

Есть! Ким довольно ухмыльнулся. Личное оружие, это, конечно, здорово… но личный боевой дроид, ещё лучше. А они на складе имеются. Не военные штурмовики, правда, а полевые охранники, но сути дела это не меняет. Вообще, чем больше молодой человек узнавал о хранящемся на складе имуществе, тем чаще ему казалось, что весь этот комплекс СПБ на самом деле одна большая база археологов. Хорошо устроились исследователи прошлого, надо сказать. Тут вам и исследовательские комплексы с мощными сканерами и походными лабораториями, и дроиды любой направленности, от мелких «паучков» – исследователей до летающих геодезистов и охранных «крабов»… и документы – «вездеходы», и даже техника для доставки оборудования. Правда, последняя как раз отсутствует. Очевидно, забрали с собой, когда сматывались… в общем, богато жили господа «археологи».

Добравшись до нужного отсека склада, Ким пробежал взглядом по массивным ящикам, стоящим на полу, и, выбрав три из них с соответствующей маркировкой, попытался отдать команду на активацию дроидов. Не тут‑то было…

Морф – система, обработав приказ, выдала отрицательный результат. Взлом приведёт к полному уничтожению программного обеспечения дроидов, и вместо охранников у Кима в этом случае останется три неподвижных жестянки. Не пойдёт… но ведь вычислители‑то ломались без проблем? Так в чём дело?

Юноша хмыкнул и… полез разбираться. Разобрался, конечно… спустя час. Разница проста. Сравнив «мозги» найденных на складе дроидов типа «Егерь» с вычислителями базы, Ким пришёл к выводу, что последние – чисто гражданские машины, чья система безопасности сводится к крикам «караул, грабют!». Иными словами, в случае обнаружения взлома они могут только подать сигнал на контур защиты, сейчас отключенный, и не более того, а дроиды, как изначально мобильные системы, работают только при наличии у оператора военного идентификатора, не получив который, моментально уничтожают своё ПО.

Придя к такому выводу, Ким ухмыльнулся. Идея о том, что на этой базе работали гражданские, а не кадровые служащие СПБ, получила ещё одно подтверждение. Хм… А ведь по этой логике исследованный им недавно коммуникатор тоже должен быть параноиком? Но нет, никаких требований «специальных» идентификаторов во время подключения от браскома не поступало. Как и от полевого вычислителя и дроидов – исследователей. Включились, как миленькие, и фырчали, только в путь! Хотя морф – система не просто их активировала, но и прошерстила вплоть до программных кодов, взломав по пути не один десяток закрытых производителем протоколов. И ни одного предупреждения подобного тому, что она выдала сейчас касательно «Егерей». Логи… логи… Есть.

Ким почесал затылок, рассматривая то, что упустил во время первого включения браскома. Даты. По ходу, с ним поступили именно так же, как сам юноша только что чуть не вляпался с охранными дроидами. То есть включили без военного идентификатора, а когда браском «слился», уничтожив содержимое своих банков памяти, ему заново поставили те же программы. Но уже без «стопора». М – да, ход простой, как топор. Одна проблема: нет у Кима программного обеспечения для заливки в «мозги» дроидов типа «Егерь». А значит, повторить эту процедуру не получится… хм… Но это же не повод, чтобы отступать, правильно? Иначе какой он, к драным джошам, орм, если не сможет справиться с тупым дроидом – охранником?

Вот тут Ким и убедился, что казавшаяся лёгкость, с которой ему удавалось вскрывать вычислители базы, не распространяется на действующую военную технику. Нет, с помощью морф – системы, использующей его мозг, как своеобразный пси – модуль, ему‑таки удалось расколоть «Егеря» на низком уровне и мягко заблокировать блок идентификатора. Но на это ушло больше трёх часов объективного времени. Тем не менее, он справился. Морф – система, встроившись в структуру дроида, активировала его и тут же отослала подтверждение верификации от имени заблокированного узла. Ядро «Егеря», в полном соответствии с протоколами, тут же сформировало новый ключ, отправив его… узлу безопасности, то есть морф – системе Кима, под «присмотром» которой тот обработал поступившие данные и отправил новый идентификатор на браском оператора… то есть опять же морф – системе взломщика. Всё. Осталось перезагрузиться для проверки.

Метровой высоты, похожий на краба с поднятыми «клешнями» кинетических орудий или на скорпиона с обрезанным хвостом, первый «Егерь» приподнялся на мощных и прочных металлопластовых лапах и, чуть покачавшись из стороны в сторону, мигнул подсветкой.

«Юнит-3 системы охраны «Егерь» готов к работе». Прочитав это уведомление, поступившее на браском и переправленное ему морф – системой, Ким довольно улыбнулся. Первый.

Оставшихся двух «Егерей» он сумел «привести к присяге» всего за час, благо система уже была отработана, и на обратном пути в медблок базы его сопровождал уже не только подвывающий гравиприводом «Бычок», но и дробно цокающая многосуставными лапами по пластобетону, объединившаяся в единый кластер, тройка дроидов – охранников, вооружённая скорострельными автоматами. Шесть стволов, способные разогнать сверхтугоплавкие малокалиберные снаряды до гиперзвуковых скоростей, пусть даже управляемые довольно тупыми машинами, вселяли в Кима некоторую уверенность в себе, тем более, что при необходимости он вполне мог перейти на прямое управление дроидами, благо морф – система изначально создавалась для решения задач распределённого единовременного контроля. Фактически, при желании, Ким мог бы заменить собой весь экипаж малого межсистемника. Собственно, нечто подобное он и рассчитывал проделать, дезертируя из Корпус Сервус. Но на корабль, судя по всему, так и не попал. По крайней мере, воспоминаний об этом этапе побега у него не сохранилось.

Перекусив одним из прихваченных со склада «ирпов», наугад выбранным из десятка одинаковых упаковок, Ким покосился на пыльную кушетку в углу медблока… Спать особо не хотелось, но вот у тела явно было своё мнение на этот счёт. Кажется, вне стазиса он провёл несколько больше времени, чем думал… иначе с чего бы так устало ныли мышцы?

Выходит, придётся заняться возвращением физической формы. И тут никакая медкапсула не поможет. Хотя – а… можно было бы поиграть с гравиприводами, но… нет, браться за настройку этой медкапсулы для создания необходимых условий тренировок, он не станет. Знаний в медицине не хватит, да и соответствующих встроенных систем здесь нет.

После недолгих размышлений Ким всё‑таки решил отправиться на боковую и, выставив дроидов на стационарный охранный режим для сбережения ресурса реакторов, принялся устраиваться на высокой и, как оказалось, очень неудобной кушетке.

Проснулся молодой человек спустя восемь часов и тут же столкнулся с проблемой. Вычислитель базы, перешедший в «вирт – режим», прислал сообщение об истощении систем аварийного питания и, соответственно, о грядущем отключении энергоснабжения.

Ким удивлённо перечитал «жалобу» вычислителя и, покачав головой, отправился разбираться с проблемой. Оказавшись в соседнем помещении, куда вели толстенные, змеящиеся кабели, явно когда‑то брошенные, что называется, «наживую», молодой человек остановился перед парой тихо гудящих, переносных генераторов и тяжело вздохнул. М – да, ставить полевые генераторы, предназначенные для питания небольшого временного лагеря, в качестве аварийных автономников в куда более энергоёмкой, пусть и довольно маленькой подземной базе, это, конечно, верх разумности… Да здесь одна стазис – камера жрёт столько, что… хм, ну, собственно, он же и предполагал, что вышел из стазиса именно из‑за обрыва линии питания. Да и вчерашние исследования показали именно такой ход событий.

Но вот то, что аварийная система завязана на это… мра – ак. Придётся что‑то делать, если нет желания остаться на базе без банального освещения и… санузла. Поскольку это важное устройство тоже жрёт энергию и в немалых количествах. Что утилизатор, что так называемый «сухой» или пустотный душ. Про привод дверей и вовсе можно не упоминать. Хм.

Счастье, что на складе нашлись запасная пара генераторов и дроид – бурильщик с довольно мощным реактором. Это позволило Киму заменить выдыхающиеся автономники и поставить их на зарядку от ненужной железяки. Всё равно ни бурить шурфы, ни устанавливать сейсмодатчики и подземные сканеры он не собирается. Но всё это меры временные. И вскоре придётся выбираться из‑под земли и идти к людям… если они здесь ещё есть.

От последнего варианта Ким поёжился и постарался выкинуть его из головы. Нет, надлежащей подготовки этот факт не отменит, но думать о том, что за пределами базы его ждёт выжженная орбитальными бомбардировками пустыня, юноше совсем не хотелось. До жути. Поскольку для него это будет означать только одно: медленную смерть в одиночестве. Рассчитывать на нахождение запрятанного где‑нибудь корабля в этом случае было бы полной наивностью. Это только в лихих боевиках ушлые и дошлые «единственные выжившие», обнаружив свою «единственность», радостно ломятся к ближайшему посадочному полю, расстреливая по пути кучу мутировавших тварей, благополучно загружаются в стоящий наготове челнок и бодро улетают в небесную высь. А в реальности этот самый челнок был бы уничтожен второй волной зачистки вместе с посадочным полем… а если бы каким‑то чудом и пережил этот момент… для того чтобы вывести даже такую малявку из гравитационного колодца планеты, одной «педали в пол», как говаривал однокурсник, недостаточно. Не зря же суборбитальники запрещены к продаже лицам без лицензии… кхм, ну, были запрещены, по крайней мере… шестьсот лет назад.

Временно решив проблему с энергопитанием и отключив «ненужные» системы, Ким, вздохнув, всё‑таки решился на доведение до конца обхода базы. Вот только теперь впереди него по коридорам и переходам неслись миниатюрные, чуть больше ладони величиной, но шустрые дроиды – разведчики, те самые «шайбы». Благодаря шести многосуставчатым конечностям и установленным в «брюшках» дроидов шарикам гравикомпенсаторов, упрощённым и маломощным аналогам гравитационных платформ и приводов, вроде того, с помощью которого передвигался «Бычок», разведчики плевать хотели на то, по какой поверхности передвигаются. Вертикальная, горизонтальная… им по барабану. Вот и мельтешили «пауки» впереди, а за ними двигался первый из тройки «крабов» – охранников. Ещё один шёл непосредственно перед Кимом, а третий держался в арьергарде. Такой себе отряд членистоногих с шестисотлетним юнцом – гуманоидом в качестве командира и управляющего тактического вычислителя в одном лице. Как же плохо без пси – модулей!

Обход пустой и запертой на все замки базы Ким закончил у давешнего Чёрного блока. Пока «паучки», отправленные на поиски какой‑нибудь щели, через которую можно проникнуть в помещение, не открывая двери, пытались найти проход, «крабы» – охранники, повинуясь приказу, подобрались поближе и, заняв позиции с двух сторон от двери, замерли в ожидании приказа…

Глава 4

Привет из недавнего прошлого

Обычный жилой модуль, двухкомнатный… От остальных помещений на уровне отличается лишь тем, что был заперт, и выглядит так, будто хозяин вышел из него на несколько минут и вот – вот вернётся. Очень аккуратный и чистоплотный хозяин, поскольку в модуле нет никакого бардака… нет даже пыли. Это за двадцать‑то лет?!

Вещи аккуратно сложены в закрытых шкафах – нишах, на столе в центре первой комнаты – гостиной готовый к работе голопроектор, рядом пара кристаллов памяти и информ – ключ от сейфа. Точно такой же Ким видел в медблоке, только там он был вставлен в распахнутую дверцу пустого сейфа. Потому и узнал…

Юноша окинул комнату настороженным взглядом и дал запрос на поиск активных устройств. Мало ли? Но ответ морф – системы успокоил, а заодно и объяснил странную чистоту в модуле. Дроиды – уборщики. Два мелких устройства ежемесячно наводящих порядок в комнатах. Больше никаких действующих устройств в модуле нет. Ким расслабился и, выставив двух из трёх «крабов» у входа, принялся за археологические исследования… Хм, обстановка располагает, да.

Первым делом юноша двинулся осматривать шкафы – ниши и их содержимое. Вот тут‑то он и понял, что первое впечатление о модуле было неверным. Да, на полках ниш действительно нашлось некоторое количество одежды… но лишь самый минимум. Пара технических комбезов – обычный планетарный и станционный, с защитой на случай разгерметизации, три запечатанных комплекта нижнего белья. Крепкие, тоже так называемые «станционные» ботинки со встроенными шариками гравикомпенсаторов в подошве. Удобная вещь… по потолку в них, конечно, не походишь… но пробежаться по стене, если умеючи, не проблема, а можно и по полу прокатиться, как на коньках. М – да, во времена учёбы Кима такого не было. «Гравики» тогда, даже самые компактные, разве что в качестве платформ для тяжёлых дроидов использовали… А здесь их не только в мелких «разведчиков» втиснули, но даже в обувь встраивают. Интересно, а что у них с питанием?

Ответ на этот вопрос Ким обнаружил на той же полке. Жёсткий ремень техника с многочисленными элементами для крепежа инструментов красовался небольшой плоской пластиной, опознанной сканером браскома, как увеличенный блок питания носимого оборудования. Восемнадцать подключаемых элементов, при полной нагрузке время работы – семь стандартных суток. Время восстановления заряда – полчаса. Не кисло!

Юноша покачал головой и, недолго думая, приспособил ремень на пояс. Чуть помедлил и принялся переобуваться. Ботинки с «гравиками» чуть поёрзали, словно устраиваясь поудобнее, и ужались по размеру, плотно обхватив ступни и щиколотки. Активировавшаяся обувь тут же была опознана браскомом, и морф – система передала от него информацию о стопроцентном заряде. Значит, пластина в шкафу, на которой стояли эти ботинки, держала их элементы питания «в тонусе»… хм. Это, конечно, здорово, но неплохо было бы подключить обувь к блоку питания на ремне… Морф – система, откликаясь на мысль хозяина, сформировала запрос, и через секунду от браскома пришёл ответ, прочитав который, Ким хмыкнул и, наклонившись, потянул легко поддавшиеся боковые «ушки» – выступы на ботинках. Выпрямившись, юноша защёлкнул их крепёж на ремне, и вытянувшиеся из обуви чёрные узкие ленточки энерговодов сами собой прилипли к боковым швами комбеза. Эдакие лампасы. Браском тут же вздрогнул и сообщил о подключении к обуви дополнительного источника питания. Замечательно…

Менять сам комбез Ким не стал. Никаких преимуществ у лежащих на полках образцов перед его собственной одеждой не было. Функция спасательного скафа? Так она имеется и у его комбеза, да и отдельного питания не требует, в отличие от найденного на полке. Комбезу Кима достаточно той энергии, что вырабатывает его носитель… заодно, эта одежда маскирует в псидиапазоне. Так зачем менять лучшее на хорошее?

Притопнув ногой, юноша убедился, что обувь сидит на ногах, как влитая, и принялся оглядываться в поисках других интересностей. Мародёрка? Не фига. Археология. Да и вообще, выходцу из трущоб Нижнего Салема на Гнозисе не привыкать к подобным изысканиям. Тем более, что содержимое этой базы за давностью можно признать ничейным. Клад, короче говоря. А это всяко лучше, чем подламывать продуктовые склады на окраине жилого сектора, чтобы добыть пару десятков солдатских «ирпов»…

Ким скривился, вспомнив давние события, и непроизвольно дёрнул плечом, в которое во время одного из таких «налётов» угодила шальная пуля. Рваный шрам от неё оставался с молодым человеком до самого поступления в учебку, в медблоке которой его свели вместе с остальными отметинами жизни в Салеме. Ну, негоже будущим ормам иметь такие характерные отметины на теле. Хоть и техническая разведка, но всё же разведка… традиции.

Голопроектор на столе в гостиной Кима не заинтересовал, а вот лежащие рядом кристаллы памяти и ключ от сейфа, ещё как. Но стоило ему коснуться этого самого ключа, как голопроектор тихо щёлкнул, и в воздухе над столом соткалось изображение моложавого человека, одетого в точную копию одного из найденных Кимом комбезов.

– Ну, здравствуй, предок… Удивлён? А как мне ещё к тебе обращаться? – Голограмма задорно улыбнулась. – Нет – нет, не пугайся. Ты мне не родственник никаким боком. Наши генные линии не пересекались. Просто шесть сотен лет между нами… ну ты понимаешь, да? Считай это шуткой.

Ким облегчённо вздохнул. Высокий, чрезмерно худощавый человек на голограмме, с костистым, словно состоящим из одних острых углов лицом, в качестве потомка был бы слишком… экстравагантен.

Юноша махнул голопроектору рукой, и умный агрегат возобновил воспроизведение.

– … шуткой. – Улыбка исчезла с лица человека на голограмме. – А если серьёзно, то меня зовут Логан Дейм. Техник археологического отдела СПБ Агоры Третьей. Ладно, оставим это… кстати, после просмотра, советую уничтожить эту запись. Во избежание, так сказать… Думаю, ты сам поймёшь, почему. А теперь к делу. Сегодня, второй день четвёртого месяца 823 цикла по стандарту Агоры Третьей. Это, как ты понимаешь, название и номер планеты в одноимённой системе. Впрочем, общие данные ты сможешь найти в вычислителе базы. Доступ к нему, конечно, закрыт, но это гражданская версия, и её привязку к владельцу я уже убрал. Так что, тебе будет достаточно обратиться к вычислителю, и он предоставит полный доступ к своим данным… правда, там их не так уж много. Всё‑таки большая часть сведений принадлежит СПБ… хм… службе планетарной безопасности, к которой наша база формально относится. Именно поэтому все данные под грифом уже удалены. Ну да они тебе и ни к чему. Да… Таким образом… хм… В общем, как ты понимаешь, база теперь твоя. С чего такая щедрость? А мы, в смысле СПБ, драпаем из системы, и уже вряд ли вернёмся в эти места. Война, предок. Не наша, чужая война. М – да… Консервация базы будет завершена через три дня. По моим расчётам твоя стазис – камера должна выйти из рабочего режима сразу после нашего отлёта. Мой тебе совет, не спеши уходить на поверхность. Атаковать базу вряд ли станут, хоть она и является частью старого военного комплекса, который армейцы отдали СПБ специально под наш проект. Скинули ненужный хлам, так сказать. Мы в старые переходы базы на охоту ходили… на грызов. Мелкие, кусачие твари, но мех замечательный, да и на вкус очень даже… хм, извини, увлёкся. Люблю охоту. Ладно, возвращаюсь к теме. На базе остаётся склад. По условиям консервации забирать с собой неприкосновенный запас мы не имеем права. А это значит, что там ты сможешь найти еду и кое – какие нужности технического характера. Кстати, учти, рационы на складе собраны из расчёта на год жизни для пяти человек, плюс «аварийный» запас на всякий случай. Срок хранения… хрен его знает, честно говоря. Во Фронтире, например, и военные рационы столетней давности идут в пищу без всяких последствий. Так что, имей в виду. По поводу технических «нужностей». Часть из них должна быть в неприкосновенном запасе по инструкции, другая часть, это собственность нашего археологического отдела. Утащить её с собой мы всё равно не сможем. Лимит на массу груза не позволит, а тебе может пригодиться. В крайнем случае, продашь кому‑нибудь. Только военный идентификатор не забудь перепрошить. Как? Ответ в сейфе, инфоключ к нему, рядом с голопроектором. И да, не удивляйся найденному. Я хоть и имею должность всего лишь старшего техника, но всё‑таки работаю в СПБ, так что, кое – какие возможности имею. Ха. Считай это подарком на день рождения… Не веришь? Может, ты и прав, предок… А если серьёзно, то мне просто стыдно. Стыдно оставлять семнадцатилетнего пацана на пустой базе, фактически, обрекая его на смерть, только потому, что в карго – листе отдела не нашлось места для археологического объекта N12–б… то есть, для твоей стазис – камеры. Именно поэтому я сделал так, чтобы она отключилась после нашего ухода…

Картинка вдруг погасла, оборвавшись на полуслове. Ким протянул руку к лежащему рядом с голопроектором ключу, но тут изображение появилось снова. На этот раз техник археологического отдела выглядел изрядно взъерошенным и обеспокоенным.

– Ещё раз приветствую, предок. У нас тут возникли некоторые сложности. Короче говоря, из‑за одного высокопоставленного идиота, мне пришлось свернуть все приготовления и перенести предназначенные тебе вещи, в свой жилой модуль. Надеюсь, ты выживешь и доберёшься сюда без проблем. Я сделал всё для того, чтоб у тебя была возможность это сделать. И мне остаётся надеяться только на твоё любопытство. Единственный реальный минус в том, что я теперь не знаю, когда именно отключится стазис – камера. Пришлось поставить этот момент в зависимость от перехода базы на аварийный режим питания… А когда оно будет задействовано, только звёздам известно. Как бы то ни было, я верю, что ты выживешь, и хочу пожелать тебе удачи. На кристаллах рядом с проектором – история работы нашего отдела по объекту 12–б… думаю, тебе это будет интересно. И ещё раз… прости. Удачи тебе, предок.

На этот раз голопроектор отключился окончательно. Запись кончилась. Ким выудил из аппарата кристалл памяти и, чуть подумав, отложил в сторону. Уничтожить его, он всегда успеет. А пока, нужно разобраться с наследством совестливого техника.

Инфоключ словно сам собой прыгнул в руку юноши, и Ким направился к сейфу, по пути размышляя над полученной информацией. Как ни странно, но мысль о том, что для здешних сотрудников он был всего лишь археологическим объектом, не вызвала у молодого человека никакого удивления. Что‑то такое он подозревал с того самого момента, как определился с принадлежностью этой базы. А вот действия техника удивили. В своей жизни Ким редко сталкивался с бескорыстным желанием помочь. Разве что в детстве, когда ещё были живы родители… но это было… давно. И последующая жизнь на улицах Салема, а потом в приюте и учебке Корпус Сервус, старательно доказывала ему, что бескорыстие и сочувствие в этом мире вещь очень и очень редкая…

Тяжёлая дверца встроенного в стену сейфа, получив команду с инфоключа, подалась в сторону, и взору Кима открылось содержимое «сокровищницы» бывшего техника. Там он нашёл небольшой полупрозрачный бокс с нумерованными кристаллами памяти, коробку с чем‑то стреляющим, пластиковую карточку, похожую на анонимные платёжные чипы, имевшие хождение шестьсот лет назад, и… идентификатор на имя Кима Дрёма, зарегистрированного на Агоре Третьей в восьмой день первого месяца восемьсот семнадцатого цикла…

Глава 5

Подарки на день рождения

Если бы не удивление от увиденного, то Ким, как и любой мальчишка на его месте, первым делом ухватился бы за ствол. Но собственные имя и фамилия на голографической поверхности идентификатора сдвинули приоритеты.

Прямоугольная карточка размером пять на восемь сантиметров из дорогого, шелковистого на ощупь пластолита, материала, ставшего универсальным задолго до рождения Кима. Длинный шестнадцатизначный номер, имя, фамилия… и дата рождения, глянув на которую юноша фыркнул. Ну да, если судить по карточке, то в день регистрации на Агоре Третьей ему было десять лет, на момент консервации базы должно было исполниться шестнадцать, а сейчас, соответственно, тридцать восемь. Учитывая семнадцатилетний биологический возраст и шестьсот двадцать два года объективного времени, проведённого в стазисе, кавардак с возрастом получался тот ещё.

Ким покрутил карточку в руках и поднёс её к сканеру. Браском тут же вздрогнул и прислал морф – системе уведомление о полученном файле. Ну‑ка, ну‑ка… и что у нас в расширенных данных?

Имя: Ким.

Фамилия: Дрём.

Статус: Свободный поселенец Агоры.

Гражданство: Отсутствует.

Сведения о биологических родителях: Отсутствуют.

Индекс интеллектуального развития: Не указан.

Место рождения: Сектор М Свободного Космоса, станция Брейв.

Дата рождения по галактическому стандарту: 68 день 14346 года от Начала.

Дата регистрации в системе Агора по системному стандарту: 8/25 оборота 817 цикла.

Идентификатор выдан Первым сектором системной администрации Агорийского Наместника Его Величества короля Ронда Нимира Второго в соответствии с коронным законом Ронда о развитии периферийных систем…

М – да, кажется, придётся задействовать легенду о Ромери. Она, конечно, не для того была придумана, но… такое несоответствие возраста и внешности, оправдать иначе не получится.

«Идентификатором предоставлен пакет нормативных документов, адресованный генетически верифицированному носителю браскома. Принять?»

Получив переданный морф – системой запрос от браскома, Ким вздохнул и согласился. А в следующую секунду перед внутренним взором юноши развернулся файл с присланными чипом идентификатора документами.

«Внимание, браском предлагает прямую загрузку пакета в память носителя. Ментальные закладки не выявлены. Возможное воздействие на пси – модуль – не выявлено.» А это уже подала голос морф – система… Хм. Прямая загрузка в память? Насколько Дрём помнил, подобные действия в его времени были возможны только в медкапсуле… Интересно… Возможные проблемы?

«Ответ отрицательный. Процедура признана стандартной и безвредной. Загрузка из неверифицированного банка данных будет отслежена по протоколу «Бин – прим»…

Замечательно. Это значит, что сведения будут передаваться под прямым контролем морф – системы, и при обнаружении нетипичного для этого процесса изменения любого из трёхсот параметров мозга, она «откатит» загрузку пакета данных. Параноидально? Ну так, для того протокол «Бин – прим» и существует.

Ким не раз сталкивался с прямой загрузкой информации, пусть и в медкапсулах учебки, и сравнивая сейчас оба способа, не находил в них разницы. Да, появился в памяти некоторый объём ранее неизвестных сведений, в данном случае юридического характера, и Дрём теперь знал немного больше, чем раньше… но и только. Впрочем, было одно отличие. Вылезая из медкапсулы после очередного сеанса теоретической подготовки или загрузки ещё одного справочного материала, юноша первым делом отправлялся в столовую. Сейчас же дело обошлось без голодного урчания желудка. И это радовало.

Дрём пробежался по полученной информации и хмыкнул. В его распоряжении оказались общие данные по юридической системе королевства Ронд для свободных поселенцев… и подданных короны. Последнее явно было приложено с этакой ненавязчивой рекламой положения подданных в королевстве и описанием их преимуществ перед лицами, имеющими статус свободных поселенцев. Но учитывая ситуацию Кима и отгремевшую в системе Агоры войну, молодому человеку пока эта реклама была не особо интересна. Вот выберется на поверхность, тогда и разберётся, стоит ему оставаться поселенцем, или есть смысл начать работать на получение статуса подданного.

А пока у него есть и более насущные дела. Рука Кима ухватила карточку, так похожую на привычные ему анонимные платёжные чипы, и уже отработанным жестом поднесла её к сканеру. Браском вновь заработал и честно сообщил результат сканирования.

На чипе полторы тысячи кредитов в некоем межбанковском стандарте. Это много или мало? Молодой человек задумчиво потёр подбородок и, так и не решив этот вопрос, отправил чип в карман следом за идентификатором. В любом случае стоит сказать спасибо тому технику за его заботу…

Пообещав себе при случае отблагодарить Логана Дейма, Ким оглядел вытащенные из сейфа «сокровища» и хмыкнул. Вот про что говорил техник, упоминая о перепрошивке военной техники. Рядом с оружейной коробкой лежал инфоключ на металлической цепочке с ясно различимой символикой СПБ Агоры Третьей. И не надо больше мучиться со взломом дроидов на складе… Ким повесил инфоключ на шею и взялся за коробку с оружием. А теперь, самое вкусное!

Игольник… классический игольник, разве что, помимо магазина на две сотни игл, здесь имеется возможность установки небольшого резервуара с какой‑то то ли жидкостью, то ли гелем. Впрочем, сканер быстро прояснил ситуацию. И если верить выданной им справке, в руках Кима сейчас оказался снятый с производства пятьдесят лет назад миллиметровый автоматический игломёт «Минор-10». Хорошая скорострельность, мощный заряд, с возможностью селекции типа игл без смены «магазина», и фактически, без задержки.

Дрём внимательно вчитался в список и, удивлённо хмыкнув, выудил из коробки, где хранился игольник, небольшую призму, лежавшую в отдельном гнезде рядом с пустыми резервуарами. Судя по описанию, это была узкоспециализированная фабрика нанитов, способная к производству в любой жидкости, превращая её в гель, из которого и создаются иглы. Боеприпас с обратной связью. Интересная вещь. Ким хмыкнул. Шестьсот лет назад даже представить себе использование нанитов в подобном ключе было невозможно. Да та же морф – система, по сути являвшаяся самовозобновляемой колонией нанитов и устанавливавшаяся каждому будущему орму, как с готовностью сообщали в учебке всем курсантам, стоила столько же, сколько малый внесистемник! А тут… фабрика нанитов, пусть узкоспециализированных, а значит, тупых, используется для производства боеприпаса… Весело. Но есть у этого боеприпаса и очевидный минус. Жидкость. Если на планете стандартного типа найти жидкость для заправки опустевших резервуаров – не проблема, то в космосе, на станции или корабле, да вообще, в условиях жёстких лимитов расходования воды, это может стать непреодолимым препятствием для пополнения боезапаса. О чём тут говорить, если даже здесь на базе единственный доступный сейчас источник воды, это тоник из «ирпов». Душ здесь, и тот только пустотный, то есть, сухой… Нет, есть, конечно, ещё медкапсула, но тот вязкий бульон медсредств, что наполняет её операционный объём, вряд ли подойдёт для заправки резервуара игольника.

Ким повёл плечами… насчёт душа, это он вовремя вспомнил. Было бы неплохо привести себя в порядок. Хоть медкапсула и постаралась, очищая тело, но вот психологическое желание помыться никуда не делось. Впрочем, душ, тем более пустотный, подождёт. Сначала надо разобраться с подарками на «день рождения». Что у нас следующее? Коробка с кристаллами памяти. Базы? Что за базы?

Дрём нахмурился и отправил первый из кристаллов в считыватель браскома, одновременно дав команду морф – системе на отслеживание потоков данных. Не хотелось бы столкнуться с какой‑нибудь вирусной гадостью. Но тут и сам браском не подкачал. Его военное ПО быстро прошерстило подсунутый массив информации и с готовностью отчиталось об отсутствии вирусов или подозрительного содержимого. Итак, что у нас тут?

Информационная база «Политическая астрография. Общие сведения.». База «История Ронда. Общий курс.». «История человечества. Общий курс.»… Хм, школьные предметы, надо понимать… Интересно будет почитать, как изменился мир за шестьсот лет, да… Что там ещё? «Информация. Хранение и защита. Общий курс». Ну да, учитывая необходимость перепрошивки некоторых устройств, логичный выбор. «Энергетика. Общий курс». «Энергетика. Обслуживание и ремонт». Это предусмотрительный потомок позаботился о том, чтобы Ким мог разобраться с питанием базы. «Грависистемы»… без уточнений. Тоже интересно, хотя и не понятно, зачем Логан его сюда засунул. Хм… да и остальное тоже сплошная сборная солянка. Тут и археологические справочники и наставления по управлению и ремонту оборудования, в том числе и специализированных комплексов, типа того, что сейчас координирует работу «паучков» – разведчиков, разбежавшихся по всему уровню, и даже невнятно – общие названия типа «Техника. Ремонт и наладка». «Двигательные системы. Обслуживание и ремонт»… Какая техника? Какие двигатели? Очевидно, Логан просто собрал все имевшиеся у него в наличии кристаллы со справочной информацией. Впрочем, не в положении Кима жаловаться. Это и без того многократно больше, чем он рассчитывал вообще найти на базе.

Решив полюбопытствовать, он попытался загрузить одну из баз в браском, и тут же получил предупреждение, от которого глаза полезли на лоб. Что значит, «невозможно прервать обучение», и как понимать «разрушение информационного носителя»? Зачем? Какой в этом смысл?

Отказавшись от загрузки базы, Ким повертел в пальцах вынутый из считывателя кристалл с базой «Стрелковые комплексы» и положил его обратно в коробку. Подождёт. Хотя… ведь не зря же Логан подсунул кристалл «Информация». Там наверняка должно быть объяснение этого бреда…

И оно действительно нашлось. Правда, чтобы понять это, Дрёму пришлось прождать добрых восемь часов, пока медлительный браском под пристальным присмотром морф – системы загружал содержимое базы. А когда молодой человек, наконец, разобрался с полученными массивами данных, то долго – долго плевался на «кривую» систему обучения, бытующую в этом времени.

Глава 6

Какой день рождения без гостей?

По нынешней логике получается: загрузил пару баз, сдал сертификационный тест… сугубо теоретический или, если речь идёт о тех же пилотах, с применением симулятора – и готов сертифицированный специалист! Без практики… без базовых знаний, в смысле, настоящих базовых знаний, а не информации из этих вот справочников! Спрашивать ремонтника о том, почему для силового набора межсистемника подходит только композит типа «А», и почему нельзя применить композит типа «Б», бесполезно. Он НЕ ЗНАЕТ! Потому что в его «базах» этой информации нет. Точнее, она там может быть и есть… разнесённая по спецификациям композитов. Но вот ответа, из‑за какого конкретного свойства в силовом наборе должен применяться именно композит «А», нет. Да и не должно быть, ведь все эти «базы», по сути своей, справочники! Но учиться по справочникам нельзя. А здесь учатся, и получается, что вместо, например, толковых техников, сертифицирующие центры выпускают… продвинутых дроидов – сборщиков и не более. Да и те будут запинаться даже при простом разборе полетевшего устройства, пока не наберут достаточно практики. Ну, бред же!

Ким покачал головой. Ну, вот изучит он справочник под названием «Стрелковые комплексы». И что? Станет снайпером? Да нет, конечно. Без наработанной моторики, без привычки к оружию, знание как целиться и куда нажимать, так и останется голой теорией. И даже симулятор, каким бы продвинутым он ни был, не научит его правильным приёмам обращения со стволом. И даже если он изучит рекомендованную тактику применения оружия, это не спасёт в боевой ситуации. Просто потому, что правильно натасканный противник, опередит такого горе – стрелка ещё в самом начале боестолкновения. Опередит, поскольку знает и умеет правильно и быстро, что называется на автомате, обращаться с оружием. А добиться этого без долгих выматывающих тренировок и многочасовых монотонных вбиваний последовательности правильных действий в подсознание невозможно.

Тем не менее, разочарование от полученной информации не помешало Дрёму загрузить все имеющиеся «базы» – справочники в морф – систему и, выкинув остатки разрушившихся кристаллов памяти в утилизатор, начать изучение полученной информации, одновременно приводя археологический комплекс в жилой вид и разбираясь с имеющимися у него активами. Всё‑таки намерения поселяться здесь навечно у юноши не было, а значит, стоило определиться со списком необходимых в предстоящем путешествии вещей и перечнем годного к продаже имущества. А заодно и прикинуть возможный маршрут движения. Благо карты местности в вычислителе имелись, пусть и устаревшие на добрых двадцать лет.

Кима не пугала даже возможность того, что на месте выбранного им в качества конечного пункта города Вейн вполне могла оказаться выжженная пустыня или руины. Агора Третья – немаленькая кислородная планета, пригодная для жизни вне куполов. И такой кусок никто не оставит без внимания. А значит, рано или поздно Дрём выйдет к людям… Главное, толково экипироваться.

Вот этим он и занялся. Прошерстив склад, отыскал всё мало – мальски подходящее для продажи. Главным критерием стали компактность, вес и… высокая технологичность, а значит, и стоимость. Во вторую часть груза пошли вещи необходимые для жизни. Одежда, «ирпы», инструменты и ЗИП для комплекса дроидов – разведчиков, оружие и палатка. А вот самой массивной получилась третья часть, включавшая в себя ЗИП для «крабов» и универсального Дебера – близнеца Бычка, найденного на складе, который должен был стать носильщиком всего собранного добра, а также генератор на солнечных панелях для зарядки энергоёмкого имущества Кима.

На сборы у юноши ушло два полных дня, и всё это время морф – система укладывала в голову носителя всё новые и новые пласты информации, обогащая его знания об окружающем мире… пусть и в довольно специфических областях.

Но не всегда полученные сведения повисали мёртвым грузом. Так, например, Ким с облегчением узнал, что государство, чуть не отправившее его воевать против планеты, на которой он родился, благополучно ею подавилось и было уничтожено всего через несколько лет после попытки захватить родной мир Дрёма, оставив после себя только несколько строчек в курсе истории человечества. А потом последовало странное сжатие сектора галактики, подвластного человечеству. Причём следов внешней агрессии не было. Просто многочисленные внутренние конфликты и войны между государствами привели к тому, что человечество оставило около тридцати процентов занимаемых территорий. Естественно, те недолго оставались пустыми и вскоре в них уже хозяйничали расы ксеносов, среди списка которых Ким с неудовольствием отметил джошей… Эти «почти люди», попортившие немало крови человечеству, и здесь оказались первыми, благополучно и бескровно оттяпав у людей половину оставленных систем. И постоянные конфликты с ними тут же сошли на нет… или были заретушированы. Такого тоже исключать нельзя, тем более, что в благие намерения джошей Ким не верил ни на грош. Не те ребята. Да, генетически они с людьми не совместимы, хотя и очень похожи. Да так, что в своё время Информатории ломились от историй о несчастной любви человека и джоши и наоборот. Но похожесть не ограничивалась возможностью заниматься сексом с представителями джош. Нет, сходство было гораздо глубже. Такие же хитрые и вероломные, как люди, эти ксеносы были достойным соперником человечеству. И именно поэтому Дрём отказывался верить в благостную картинку, нарисованную общим курсом истории. Зная людей и джошей так, как знал он, это было бы форменной глупостью. А юноша, несмотря на свой фактический возраст, глупцом не был. Не выживают в Салеме глупцы, да и ормами они не становятся…

Самым трудным в подготовке к выходу оказалось… найти воду для снаряжения игольника. Наверху‑то почти пустыня. Тратить на боеприпас тоник из «ирпов» Ким не желал, к медкапсуле было не подступиться, да и имеющийся в ней раствор мало подходил для этих целей. Зато у капсулы есть подключение к водопроводу. Раствор‑то одноразовый, и его нужно менять! Но вот подобраться к трубам оказалось настоящей проблемой. Киму пришлось демонтировать «Лекаря» и, отключив его от посадочного гнезда, перетащить в другой угол комнаты, а потом ещё и вытаскивать блок посадочного гнезда из пола. И всё только для того, чтобы добраться до водовода. Нет, первоначально он рассчитывал, что будет достаточно убрать капсулу в сторону. Но посадочное гнездо, в котором был размещён первичный фильтр, ни в какую не желало разблокировать клапан. Так что, пришлось снимать его целиком вместе с фильтром и утилизатором.

Несмотря на существенную помощь Бычка, молодой человек основательно умаялся, пока завершил работу и наполнил двадцатилитровый походный анкерок технической водой. И закончив с этой работой, юноша посчитал, что заслужил награду.

Разворотить вытащенное посадочное гнездо оказалось проще простого, так что уже через полчаса в распоряжении Кима был работающий насос с фильтром и сливом. Осталось найти подходящую ёмкость для ванны и подключить полевой водонагреватель из походного комплекта археологов. Ну а гигиенические принадлежности имеются и на складе, и среди «подарков» Логана.

Ванну, точнее небольшой надувной бассейн, Дрём отыскал на том же складе. Кому мог понадобиться в походе этот лишний груз, он не стал размышлять, только мысленно поблагодарил неизвестного сибарита и потащил будущую ванну в медблок.

Но забраться в уже подключённую ванну ему не удалось. Морф – система напомнила о прекращении карантинного периода после стазис – камеры и безжалостно погнала на тренировку. Как говаривали в учебке, нет страшнее сержанта, чем тот, что сидит в твоей голове. И мечтой всех учащихся по утрам было скорейшее окончание учебки и получение званий… хотя бы потому, что с момента выпуска орм мог перенастроить морф – систему по своему желанию и отрубить к чёрным дырам этот выбешивающий план – график тренировок!

А вот Ким об этом просто забыл… Точнее, тогда он просто не успел отключить этот кошмар курсанта, поскольку свидетельство о выпуске получил уже на базе флота, за два дня до отправки на работу по специальности. Потом был неудачный угон межсистемника… и стазис – камера. А после того как очнулся, и разобрался со всеми навалившимися новостями, он действительно забыл о план – графике. И морф – система о нём не напомнила, поскольку в её протоколах нахождение носителя в стазисе или медкапсуле автоматически означает карантин до окончания процедур или распоряжения лечащего врача.

Валяясь в горячей ванне, впервые за фиг знает сколько лет, юноша лениво вспоминал всё, что успел узнать из справочников – «баз» об Агоре Третьей и, параллельно, обкатывал в голове осторожную мысль о том, что можно было бы и оставить план – график в действии. Всё‑таки почему‑то ни один из известных курсантам ормам не отключал этот «тренировочный пакет»… и все они только ухмылялись, заслышав стенания своих будущих коллег на эту тему. Вот и Ким, балдея в горячей воде, начал склоняться к мысли, что хоть сам по себе план – график явное изобретение отъявленного садиста и мизантропа, но в нём имеется свой смысл. Правда, искать его лучше после тренировки, например, вот так, лёжа в бассейне и потягивая через трубочку кисловатый тоник из «ирпа»…

Неожиданно проснувшийся вычислитель базы чуть не заставил юношу утопить тубу с напитком.

– Внимание, неизвестные у второго шлюза!

От этого заявления Ким самым натуральным образом остолбенел. За эти несколько дней он успел сжиться с мыслью, что местонахождение базы никому неизвестно, и тут на тебе… Впрочем, не прошло и пары секунд, как юноша взмыл над водой и, оказавшись на полу медкабинета, принялся одеваться, заметно перекрывая нормативы учебки по скорости. Защёлкнув кобуру с игольником на поясе и на ходу отдав «крабам» приказ о готовности к отражению возможной атаки, Дрём подлетел к терминалу основного вычислителя комплекса и затребовал картинку с сенсоров внешнего обзора. Правда, когда перед ним развернулась мутная голограмма, до молодого человека быстро дошло, что вторжение идёт не снаружи, а из старой военной базы. По крайней мере, второй шлюз находится именно там, да и тёмная картинка свидетельствует о том, что изображение поступает из какого‑то помещения, поскольку на поверхности сейчас должен быть день.

Ким поблагодарил свою почти профессиональную паранойю, запретившую ему ради экономии отрубать от питания внешнее кольцо сенсоров, и переключился на ночной режим. Изображение в голограмме тут же выцвело, став чёрно – белым, но приобрело чёткость и резкость. Среди нагромождения серых теней в коридоре за замаскированным шлюзом проявились яркие белоснежные пятна людских силуэтов и чуть сероватые очертания дроидов. Последние замерли вокруг пятерых «исследователей», стоящих посреди коридора и, судя по жестам, о чём‑то яростно спорящих друг с другом. Точнее, спорили только двое. Ещё двое поддерживали оппонентов, что было заметно по их кивкам, а пятый вроде бы стоял и внимательно слушал доводы сторон. Старший?

Звук… звук… Ким пробежался по настройкам, в два движения активировал звукосниматели и прислушался к разговору «гостей».

– А я говорю, здесь пусто! – Чуть ли не во весь голос орал один из спорщиков.

– Ну да… людей здесь, скорее всего, нет. – Взмахнув рукой, вроде как согласился его оппонент и тут же добавил, – но это не значит, что мы должны прекратить обыск.

– У нас есть график… и мы уже отстаём от него на сутки. – Прорычал первый под кивки стоящего рядом с ним напарника.

– Думаешь, Сухой нас по головке погладит, узнав, что мы задержались из‑за этой базы да ещё и бросили её обыск на полпути?

Глава 7

А счастье было так возможно

Ким следил за ходом этих странных переговоров и никак не мог избавиться от зудящего чувства неправильности происходящего. И лишь когда один из спорщиков шаркнул ногой по полу, до юноши дошло… Следы! Его собственные следы на полу у второго шлюза, оставшиеся там со вчерашнего дня, когда он «выглядывал на улицу». Из любопытства. Вот и долюбопытствовался. Сомневаться в том, что рыскающие по коридорам заброшенной базы люди не заметили этих самых следов, было бы просто глупо. А теперь вопрос. Какого хрена они так расшумелись?

– Вним… – Вот и ответ. Дрём выматерился, чего не позволял себе очень давно. Вычислитель заткнулся, и голограмма продемонстрировала погасший квадрат третьего шлюза на схеме. Есть проникновение. Пока эти пятеро отвлекали Кима, остальные просочились к другому шлюзу и, вырубив системы наблюдения, вскрыли двери. Добрые люди так в гости не ходят. Что ж, если они рассчитывали на тупой сдохший вычислитель или идиота – сталкера, они ошиблись. И Ким это им докажет. Тем более, что рассчитывать на добрую беседу за чашкой травяного сбора здесь явно не стоит.

Дрём отдал короткий приказ «крабам» и те, моментально перейдя в боевой режим, прижав тела к полу, метнулись к выходу из комнаты. Игольник в руку, и вперёд. Вход на этот уровень только один. Есть ещё подъёмник к складу, но он обесточен. Так что, никуда они не денутся. Придут сюда сами, и бегать по подземельям не понадобится.

Морф – система «присоседилась» к вычислителю базы, и моментально отыскав движение в комплексе по сети сенсоров, не заглушенных гостями, подсветила местонахождение целей на развёрнутой перед внутренним взором хозяина схеме. Благо после вскрытия шлюза они перестали скрываться. Идут голубчики… медленно, аккуратно… Опытные. Эти точно учились не по «базам»… но и не у специалистов. Самоучки. Потому и идут хоть осторожно, но криво. Иначе с чего бы им при движении оставлять без присмотра целые сектора? А вдруг там скрытая турель или злой дроид притаился?

Но относиться снисходительно к гостям, только потому что они не показывают сноровки штурмовиков Корпус Сервус? Вот уж на фиг… Недооценка противника – последнее дело. А значит, и встречать их надо со всем респектом, как тех самых штурмовиков.

Ким зло усмехнулся и, расставив «крабов» в выверенных с помощью морф – системы точках, отошёл за ведущий к складу пандус, чтоб не оказаться на виду у «гостей», когда те спустятся по лестнице и выйдут в главный коридор нижнего уровня.

Попытка взять под контроль систему наблюдения… отбита. Морф – система полыхнула предупреждающей надписью и, в свою очередь, атаковала вычислитель взломщика. Откуда‑то сверху потянуло злостью и раздражением, и Дрём довольно ухмыльнулся. Получилось. Хм… кажется, для его пси шестьсот лет стазиса не прошли даром. Радиус чувствительности явно увеличился и, судя по тому, что Ким сумел уловить чувства человека, отделённого от него добрыми двумя метрами пластобетона и сотней метров расстояния, чувствительность увеличилась неслабо. Как бы ни в несколько раз… Запатентовать что ли этот способ раскачки пси? Ха… вот только вряд ли среди живущих найдутся люди, желающие достичь результата таким способом…

Так, размышляя и краем глаза отслеживая передвижения противников, уже успевших закончить обыск на верхнем уровне и двинувшихся в сторону лестницы, ведущей к берлоге Кима, молодой человек занял позицию чуть поодаль и, отбросив мелькнувшее сожаление о том, что не успел приноровиться к оружию, приготовился к бою.

Вот только вместо ожидаемых силуэтов нападающих первым на этаж бесшумно вкатился серый полуметровый шар. Молодой человек втянул носом воздух, в котором ему почудились нотки озона, и, повинуясь взвывшей морф – системе, мгновенно скрылся за пси – щитом, выставленным навстречу неизвестному дроиду. От прокатившего в следующий миг вдоль коридора волне электромагнитного импульса Ким охнул. Ощущение было такое, будто по металлическому щиту в руках кто‑то со всей дури саданул кувалдой.

Что ж, приветствие принято. Ким поднял игольник, и в сторону крутящегося на полу шара ушло добрых три десятка игл. И если первый десяток только высек на поверхности дроида бессмысленные и безобидные искры, то следующий умудрился неплохо расковырять его корпус. Вот что называется здесь боеприпасом с обратной связью… или сокращённо БОС – гелем. Автоматическая селекция боеприпаса игольника происходит на основании потока данных, получаемых от выпущенных игл, уже соприкоснувшихся с целью. И уже руководствуясь этой информацией, наниты подстраивают боеприпас для наиболее эффективного поражения конкретного типа брони. Неплохо. Жаль только, что расстояние, на котором действует такая селекция, невелико. Не больше тридцати – пятидесяти метров. Да и защита… впрочем, об этом потом.

Дроиду явно не понравилось, что его «шкурку» начали дырявить, и он, уклоняясь от третьего десятка игл, откатился в сторону, спрятавшись в нише одной из дверей в самом начале коридора.

– Эй, одинокий! Кончай палить. – Раздавшийся из лестничного тамбура голос заставил Кима напрячься. Они знают, что он здесь один? Откуда? – Слышь! Опусти ствол, поговорим!

– С чего вы взяли, что я здесь один? – Откликнулся парень, не сводя ствола с дверного проёма.

– Ха… желторотый. – Эти слова «переговорщик» произнёс куда тише, явно только для своих. Вот только не учёл чувствительности морф – системы, подключённой сейчас к наблюдательным сенсорам подземного комплекса.

– На верхнем уровне только твои следы, больше там никого не было. – Крикнул «переговорщик». – Давай, парень, не страдай хернёй. Опусти ствол, я выйду, и мы поговорим. Решим наше дело миром…

– Какое «наше»? Я по своему краю хожу, вы по своему. – Не прекращая отслеживать перемещения «гостей» на лестнице, спросил Ким. – Я вас сюда не звал, так что, никаких «наших» дел тут нет и быть не может.

– Не гоношись. Нашёл базу – молодец. Но нашёл ты её на нашей территории, а значит, это дело всё‑таки немного и наше. Не находишь? – Переговорщик попытался высунуться в коридор, но тут же отпрянул. Пяток игл дробно простучал по пластобетону. – Значит, не хочешь по – хорошему, одинокий? Ну, ты попал.

На этот раз в голосе говорившего всё‑таки прорвалась сдерживаемая злость и… предвкушение. А в следующий миг воспаривший над полом дроид – шар полыхнул очередным импульсом… и, отчаянно заискрив, рухнул наземь, прошитый добрым десятком игл. Хм… надо запомнить, чем удобнее всего «крошить» такие вот «шарики».

Повинуясь невысказанному приказу хозяина, морф – система тут же отдала распоряжение через браском на интеллект – блок игольника и, получив ответ, отрапортовала о фиксации типа боеприпаса, не забыв добавить, что расчётное количество зарядов в резервуаре уменьшено до двухсот пятидесяти трёх. Вот такие мощные иглы нужны, оказывается, чтобы расковырять здешний пластобетон…

Эти мысли тенью промчались в голове Кима, пока тело, автоматически, как в тире, расстреливало небольшой рой мелких дроидов, влетевших в коридор из лестничного тамбура. От попадания слишком мощных игл стремительных малявок, поливавших коридор маломощными зарядами плазмы, разносило на части. А их собственный огонь не причинял защитившемуся пси – щитом юноше никакого вреда. Будь заряды мощнее, да… ему бы пришлось туго… Вот только на таких мелких машинках даже пехотный плазмобой не установить…

Очевидно, задача дроидов была в том, чтоб отвлечь на себя внимание Кима. И им это почти удалось. Вот только ворвавшиеся в коридор нападающие никак не ожидали, что у противника тоже имеются дроиды. Расположенные наискосок друг от друга, двери по обе стороны коридора мгновенно открылись, и на гостей тут же обрушился вал огня из четырёх «клешней» дроидов – «крабов».

Силовые щиты, предусмотрительно выставленные «гостями», не помогли. Они защищали лишь по фронту, то есть, только от возможной атаки Кима, сейчас разбирающегося с остатками летающей мелюзги, и в результате фланговый огонь одного из «Егерей» прошёлся по нападающим без всяких помех, сходу уложив двоих и основательно контузив ещё трёх человек. Их спасли только навороченные личные грависистемы и тот факт, что разогнанные до трёх махов пули прошлись по ним вскользь. От прямого попадания даже встроенные в комбезы щиты не уберегли бы. Повезло.

Надо отдать должное нападавшим, они не растерялись и, подняв сразу два силовых щита, попытались тут же откатиться обратно, под прикрытие стены лестничного тамбура. Вот только рухнувшая, опять‑таки в аварийном режиме, бронестворка двери не позволила им отступить. Поняв, что пути назад нет, налётчики с рёвом устремились к вновь спрятавшемуся за пандусом Дрёму, успевшему к этому моменту расстрелять всех летающих дроидов. Двое «щитоносцев», прикрывающих фланги, на ходу сместили щиты так, чтобы «крабы» не могли вести эффективный огонь, «оголив» тем самым фронт. И в ту же секунду атакующие открыли бешеную пальбу, прижимая Кима к полу. В помещения с «крабами» полетели гранаты… и отскочили от захлопнувшихся по команде морф – системы дверей. Взрыв! Огонь стих и, пока Ким не начал стрелять, щиты моментально переместились вперёд, прикрывая фронт. Кажется, нападающие решили взять «одинокого» живьём.

Юноша буквально почувствовал захлестнувший атакующих адреналиновый шторм и, выждав, пока они окажутся в десятке метров от него, отдал очередную команду, одновременно ныряя в приоткрытую дверь склада. Вентиляционная решётка над головами нападавших буквально испарилась, уничтоженная ураганным огнём третьего «краба»… «Щитоносцы», взятые на прицел дроидом, упали первыми, изрешечённые доброй сотней пуль, выпущенных практически в упор. Следующим стал «переговорщик». Он даже успел развернуться в сторону опасности, но пуля дроида просто снесла ему череп. Двое последних нападавших попытались разойтись в стороны… может быть, у них что‑нибудь и получилось, если бы стрельбу вёл человек. Но охранный дроид типа «Егерь» снабжён парой стволов, а это значит, что он способен отслеживать несколько целей одновременно и вести по ним эффективный огонь. В чём и пришлось убедиться оставшимся в живых налётчикам. Выйти из зоны видимости спрятавшегося в вентиляционном коробе «краба» этим двоим не удалось. Две одновременных очереди перечеркнули их тела, перегружая гравищиты… а следом, в затылок каждому прилетело по игле от высунувшегося из‑за двери Кима, к которому они так неудачно повернулись спиной.

– Вот так… – Молодой человек вышел в коридор и, окинув взглядом оставшееся за ним поле боя, довольно хмыкнул. Но тут же вынужден был отвлечься на очередной сигнал от браскома, проигнорировать который на этот раз морф – система не позволила.

«Код красный. Последнее предупреждение персоналу. Контур самоликвидации запущен. Активация самоподрыва будет произведена через 6:38… 37… 36…»

– Твою красивую! Почему сейчас?! – Ким зарычал и помчался в медблок. Пусть не всё, но забрать самое необходимое он успеет!

Глава 8

Кто к нам с чем зачем

Шесть минут тридцать секунд, это много или мало? Для обывателя – ничто. За это время он успеет разве что встать с дивана, надеть тапочки и, дойдя до кухни, заказать в синтезаторе чашку кофе. А вот курсант Корпус Сервус старшего курса за это время успеет прыгнуть в пустотный скаф, после чего, став на добрый центнер тяжелее, доберётся до своего разведмодуля и шестую минуту встретит уже в пустоте, готовый к любой вводной.

Ничего удивительного в том, что к исходу той же шестой минуты Ким оказался у пресловутого второго шлюза, нагруженный словно ишак «выживальной» частью давно собранного для похода груза, а вот вещи, приготовленные «на продажу», пришлось оставить. У Кима просто не хватило рук, чтобы прихватить с собой всё, что он собрал на складе. Исключение составил лишь полевой исследовательский комплекс с дроидами – «пауками». А вот от «крабов» и, соответственно, от ЗИПов к ним Дрёму пришлось отказаться. Почему? Всё просто. Нагруженный Бычок движется со скоростью пешехода. Учитывая время, необходимое на разблокирование складского подъёмника, с помощью которого он только и может подняться на верхний уровень, дроид физически не успеет добраться до шлюза, ведущего в старую военную базу. Пытаться же отправить его к штатному выходу из комплекса на поверхность так же бессмысленно. Взрыв накроет поднимающийся лифт на полпути. А раз вытащить Бычка, несущего те самые ЗИПы, не удастся, то и заморачиваться с «крабами» смысла нет. Без запасных деталей и боезарядов они не более чем мёртвый груз. Да, дорогой. Да, высокотехнологичный, но… И времени, чтобы принайтовать ЗИПы и боеприпасы к самим «крабам», у Кима тоже нет.

А всё из‑за того, что он отмахнулся от первого предупреждения комплекса о вторжении. Стоило ему просмотреть уведомление до конца, мог бы и избежать грядущего взрыва. Всего‑то и надо было поставить отметку об отражении атаки силами базы, и вычислитель даже не заикнулся бы о самоликвидации… Идиотский протокол. Хорошо хоть последнее предупреждение морф – система не позволила проигнорировать, хотя кому оно вообще предназначалось? По нормативу, эвакуация персонала проводится либо до введения в действие протокола самоуничтожения, либо… не проводится вообще. В общем, повезло… криво, по – дурацки, но повезло.

Дрём вывалился из неработающего шлюза прямиком к тому месту, где недавно стояла группа, отвлекавшая его от попытки их друзей – товарищей скрытно проникнуть в комплекс.

Оглядевшись по сторонам, благо морф – система позволяла видеть даже в полной темноте, Ким поправил висящий за плечами раздувшийся рюкзак и, вздохнув, постарался убраться как можно дальше от комплекса археологов, ориентируясь по следам оставленным нападавшими. Он успел отойти на несколько сотен метров по коридору, когда за его спиной послышался будто тяжкий вздох. А потом пол под ногами дрогнул, и до Кима докатился тихий, но закладывающий уши грохот. Вот и всё. Кончилась база СПБ. Была и не стало.

Юноша покосился на трещины, зазмеившиеся по пластобетонным сводам и полу коридора, и прибавил ходу, внимательно присматриваясь к следам, оставленным его недавними «гостями», одновременно, стараясь оставлять как можно меньше следов сам. Что, впрочем, было не так уж сложно для тренированного орма с активным пси. Пыль, поднимавшаяся с каждым шагом, закручивалась смерчиками и вновь ложилась на пол ровным слоем, будто её никто не тревожил. Если бы ещё Ким вспомнил об этом, когда выходил из комплекса в прошлый раз… Но кто же знал, что на заброшенной базе вдруг объявятся гости? Там, как минимум, двадцать лет никто не бывал!

Дрём отмотал уже не один километр по тёмным переходам бывшего военного комплекса, изрядно попетляв по пустым залам и комнатам, разматывая цепочку следов. Пару раз ему довелось столкнуться с теми самыми грызами, об охоте на которых с таким удовольствием отзывался Логан. Шустрые мохнатые существа с вытянутыми приземистыми телами старались убраться с пути человека, но далеко не уходили. Забивались в какие‑то щели или забирались в переплетение труб и внимательно следили за ним, пока Ким не скрывался за очередным поворотом.

Наконец, Дрём оказался у какого‑то пролома, ведущего в длинный прямой туннель, низкий настолько, что даже невысокому в силу своего возраста Киму пришлось наклонять голову, чтобы не удариться о пластобетонный потолок. Успокаивало только одно, впереди, метрах в трёхстах от начала хода, виднелось пятно света, а значит, идти, согнувшись, придётся недолго.

Но не дойдя нескольких метров до пролома в потолке, парень замер. Послышалось?

– Долго они ещё там?

– Брог, заткнись. Достал уже своим нытьём!

– Ну да, не тебе же приходится жариться на этом солнцепёке…

– Сиди и смотри!

– Да кто здесь может быть?! Всем известно, что это наша территория!

– Ага, думаешь, Сухой – один такой босс на всю Агору? Или о беспредельщиках забыл? – В ответ на эту сердитую реплику со стороны неизвестного Брога раздалось какое‑то невнятное бухтение.

Не послышалось. Ким вздохнул и попытался ощутить количество людей, расположившихся рядом с проломом. Говорят‑то двое, но где гарантия, что им не составил компанию какой‑нибудь заядлый молчун?

– Рун, новости есть? – Вновь пробухтел «сидящий на солнцепёке».

– Брог, не нервируй меня. – В голосе его собеседника явно послышались нотки злости. – Если бы что‑то было, я бы уже сообщил. Следи за горизонтом.

– И чего они коммами не пользуются…

– Ты идиот? Сам же слышал старшего. Под нами военная база, э – кра – ни – ро – ван – ная.

– Она ж давно брошена! Там и генераторы‑то поди сдохли.

– Точно, идиот. Экранировка в стенах не требует энергии. Так что, связь возможна только через сейсморетранслятор… впрочем, кому я объясняю…

Дослушивать ворчание знатока связи Ким не стал. Вместо этого он тихо вернулся назад к пролому в стене, ведущему на базу и, сняв со спины рюкзак, нашарил в нём одного из «пауков» – разведчиков. Пытаться атаковать вслепую Дрём не собирался…

Повинуясь приказу морф – системы, маленький дроид выкинул из корпуса шесть многосуставчатых лапок и шарик сенсора над ними, закрутился на месте и, получив указание, взлетел по стене на потолок, благо небольшой гравикомпенсатор, установленный в «шайбе» корпуса, позволял мелкому «пауку» без напряжения передвигаться по любым поверхностям, и помчался по коробу в обратную сторону.

Краем глаза отслеживая движение разведчика, Ким пристроил рюкзак у стены и двинулся следом за «пауком», который к этому времени уже успел добраться до ведущего на поверхность пролома и выбросить вверх сенсор на тонком подвижном щупе. Перед внутренним взором Дрёма появилась картинка с поверхности, смоделированная морф – системой на основе данных, переданных дроидом – разведчиком.

И первым, что увидел Ким, оказался мощный транспортник с явно военным прошлым, стоящий в десятке метров от пролома. Огромные колёса с глубоким протектором, довольно изношенные, если учесть сверкнувшую под лучами солнца косую сетку армирующих нитей, потрёпанный, выцветший тент – явная самоделка, заменившая штатный короб, широкий приплюснутый «нос» с подвешенной под его острой кромкой «люстрой», прикрытой мощной трубчатой конструкцией отбойника… Солидный агрегат, явно приспособленный для долгих поездок по пересечёнке. Хотя и изрядно устаревший.

Один из охранников, чьи голоса Дрём слышал недавно, стоял на крыше транспортника, осматриваясь по сторонам и не выпуская из рук охотничий игольный карабин, а второй, судя по звукам, возился в отсеке под тентом. Чем он там занимался, Ким не знал, но в том, что кроме этих двух «гостей», поблизости больше никого нет, был уверен, тем более, что улучивший удобный момент «паук» успел выбраться наружу и аккуратно обежать окрестности. Так что, если среди заглянувших в гости бандитов не было профессиональных диверсантов, Ким мог быть уверен, что в округе, кроме двух оставшихся охранников и пары сотен пустынных грызов, нет ни одной живой души.

Оказавшись прямо под отверстием в потолке, Ким глубоко вздохнул и, дождавшись пока стоящий на крыше транспортника охранник повернётся к пролому спиной, с резким выдохом оттолкнулся от пола. Усиленные морф – системой мышцы ног подбросили его на добрых три метра.

Стрелять из игольника Ким начал ещё до того, как подошвы ботинок коснулись сухой выжженной земли. Охранник вздрогнул и, выронив карабин, скатился наземь.

– Брог, с тобой всё в… – Выглянувший из‑под тента на звук напарник не успел даже схватиться за оружие. Игольник в руке подбежавшего к машине Кима тихо фыркнул, и на лбу «связиста» словно нарисовали красную точку.

Готов. Ким подошёл по очереди к обоим охранникам и, убедившись, что те уже не встанут, облегчённо вздохнул. Жалость? С какой стати? Не он к ним «в гости» пришёл… с горячим приветом. А значит, и переживать не о чем.

Но расслабляться рано, а потому, окинув взглядом окрестности и удостоверившись, что никаких неожиданностей не предвидится, юноша бегом отправился за своим имуществом, оставленным в подземелье. На всё про всё у него ушло несколько минут, так что вскоре он погрузил вещи в транспортник, запихнул туда же тяжеленное тело скатившегося с крыши охранника и, затерев оставшийся на земле кровавый след, полез в кабину, разбираться с управлением транспортника. Оставаться здесь дольше необходимого Ким не собирался. Не ровен час, нагрянут коллеги наглых гостей… или неизвестный Сухой решит отыскать своих нерадивых подчинённых… оно ему надо?

На то, чтобы разобраться с примитивной системой управления машины, у Кима ушло едва ли больше получаса. Так что, вскоре одинокий транспортник уже катил по пустой равнине в сторону далёких холмов, темнеющих у горизонта, навстречу надвигающимся, тяжёлым от непролившегося дождя тучам. Вот тебе и пустыня… в сезон дождей.

Ливень застал Кима в пути, когда до холмов оставалось всего несколько километров. Но ни размокшая земля, ни холодные порывы ветра юношу расстроить не могли. Дождь смоет все следы происшедшего у пролома, и это не могло не радовать…

Глава 9

Археология как основа благосостояния

Идиотский дождь! Насколько Ким был ему рад днём, настолько же он возненавидел падающую с неба воду к вечеру. Ливень, какой ему доводилось видеть лишь на Фари, в джунглях, долбил в землю до самого вечера и, кажется, собирался идти всю ночь. Нет, в кабине, несмотря ни на что, было сухо и тепло, но в транспортном отсеке валялись два завёрнутых в найденные там же одеяла трупа, и Киму совсем не улыбалась мысль возить их с собой до скончания веков.

Но, в конце концов, звёзды всё‑таки вняли его молитвам, и, оказавшись у поросших рыжей травой холмов, Ким отыскал подходящее место для ночёвки, достаточно неприметное, чтобы машину невозможно было рассмотреть издалека. А к тому моменту, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, дождь, вопреки пессимистичным расчётам Дрёма, наконец, закончился, и он получил возможность избавиться от тел горе – охранников. Правда, копая раскисшую землю найденной в машине лопатой, ничуть не изменившейся за тысячелетия, прошедшие с момента её изобретения, Ким вымазался в грязи не меньше, чем если бы он пытался проделать тоже самое под дождём. Вот когда парень пожалел об отсутствии Бычка, функционал которого был рассчитан не только на транспортировку, но и на земляные работы. Куда ж археологам без такого дроида? Эх… Жаль машинку.

Разбор трофеев юноша отложил на следующий день. Он слишком вымотался и устал, чтобы заниматься этим сегодня. А потому, забравшись под тент и включив старенькую, натужно сопящую климат – систему, Ким скинул мокрые вещи и, развесив их над дефлектором, полез в спальник.

Утром Дрём проснулся с первыми лучами солнца, и тут же желудок напомнил ему о том, что парень ничего не ел со вчерашнего утра. Потянувшись, Ким бросил взгляд на развешенную одежду и, секунду подумав, решил всё‑таки сначала заняться высохшим, но измазанным в грязи комбезом и обувью, а уж потом уделить внимание завтраку. Благо на то, чтобы запихнуть закаменевшую одежду в «сухой» душ, много времени не нужно. Другое дело, что само наличие такого приспособления в транспортнике стало для Кима большой неожиданностью… весьма приятной.

Вообще, трофей оказался на диво интересным. В прежней жизни, то есть лет эдак двадцать – тридцать назад, этот четырёхосный монстр на архаичных пневматиках полутораметрового диаметра явно числился среди техники какого‑то подразделения планетарных войск, но руки умельцев изрядно над ним потрудились, переделав до неузнаваемости, причём относительно недавно. В результате транспортник «Рокот» превратился в довольно оригинальный мобильный жилой модуль с большой автономностью, рассчитанный на восемь человек, если судить по количеству спальных мест. Собственный довольно мощный генератор на солнечных панелях, санблок с «пустотным» душем и универсальным утилизатором, пищевой синтезатор и даже капельный конденсатор для добычи воды, способный выдавать до сорока литров в сутки… правда, последнее возможно только на стоянке. Разворачивать девятиметровое полотнище конденсирующей плёнки на ходу тяжело и… бессмысленно. Зато у конденсатора имеется функционал, позволяющий работать даже в условиях пустыни, для чего в ящике с ЗИПом хранятся четыре дроида – коптера, способных утащить конденсатор на высоту до трёх – четырёх километров и удерживать его там до тех пор, пока плёнка не напитается влагой до предела. Вот только, судя по всему, этой системой ни разу не пользовались. По крайней мере, логи дроидов чисты, как слеза младенца. Впрочем, неудивительно, учитывая, что активировать их Ким смог, только воспользовавшись идентификатором, подаренным Логаном. Военные не любят, когда их игрушками пользуются гражданские. Так было и так будет всегда.

В одном из рундуков Дрём обнаружил добрую сотню картриджей для пищевого синтезатора и, покрутив их в руках, поморщился. Самопал… качественно исполненный, но явно не общего стандарта, знания о котором Ким почерпнул из имеющихся в его распоряжении «баз». То же самое сообщил и сканер, выдав вместо описания картриджа и его содержимого: «информация недоступна, отсутствуют идентификационные маркеры». Местная кустарщина? Ну и звёзды с ним. Во время тренировочной заброски на Фари приходилось ещё и не таким питаться.

Обследуя доставшийся ему трофей, Ким, как самый настоящий гурман, самое вкусное оставил напоследок. Оружие и оснащение охранников. Повздыхав, вспоминая снаряжение «гостей», оставшихся в комплексе, которое он физически не успевал забрать с собой, Дрём развернул одеяло, на которое скинул всё снятое с охранников транспортника. М – да… негусто. Пара ручных игольников «Треск», рассчитанных на обычные иглы, погрубее и попроще, чем его собственный «Минор», потёртый плазмобой с подвывающим генератором, способный выдать не больше десятка выстрелов одной очередью, после чего на добрых полминуты превращающийся в тяжёлую бессмысленную железку, и ещё один игольник… оказавшийся оружием совершенно иного уровня. Это не грубые ручники, типа того же «Треска», и не изящный, хотя и давно снятый с производства «Минор», оставленный Киму Логаном. В руках юноши оказался высококлассный охотничий карабин с отличной адаптивной оптикой и возможностью синхронизации прицельного комплекса с личными интеллект – устройствами, типа браскома и имплантов, о чём с готовностью сообщил сканер. Замечательное оружие для любителей трофейной охоты, не желающих портить излишне шкуру зверя. Раздельная ложа из натурального дерева, украшенная лаконичной резьбой, эргономичная пистолетная рукоять, хорошая точность и обеспеченное встроенным гравиком полное отсутствие отдачи, в отличие от известных Киму ручников… Штучная работа. Даже странно, что такая вещь попала в руки его недавних «гостей». Ну не похожи они на богатых охотничков, что могут позволить себе заказное оружие с русских заводов.

Отстреляв пару магазинов, Дрём просто влюбился в этот ствол. Единственный минус – отсутствие автоматического режима огня, но… это ведь охотничье оружие, а не штурмовой комплекс. С другой стороны, там, где на расстоянии в полкилометра требуется вести массированный огонь, приличный орм смазывает лыжи. Не дело операторам разведмодулей участвовать в масштабных боях… если, конечно, речь не идёт о космических сражениях, но там даже от такого замечательного карабина толку не будет. В космосе используются совсем другие средства уничтожения… Зато на планете, в качестве снайперского оружия этот карабин, с идеально подходящим ему именем «Точный», будет просто незаменим.

Погладив цевьё трофея, Ким довольно улыбнулся и, аккуратно сложив его в найденный в одном из рундуков «родной» кейс, порадовавший наличием пустых магазинов и сменным, удлинённым стволом калибра 0.2[2], переключился на «небоевые» трофеи. Ими стали два потёртых браскома, один из которых оказался под завязку забит порнухой, зато половина банка памяти второго была отведена под технические справочники по системам связи… Хорошая находка.

Наскоро прошерстив память браскомов, Ким отдал команду морф – системе и та, пользуясь его собственным коммуникатором, как инструментом, перенесла на него всю тех. документацию. Ежедневник пополнился записью с напоминанием о необходимости изучить полученную информацию, браскомы с «зачищенными» банками памяти отправились в ящик, а Дрём занялся обыском салона машины.

Ох и тяжкая это работа… впрочем, Ким не жаловался. Разворошив имущество налётчиков, он получил некоторое количество интересных вещиц. Например, рундук «связиста» принёс ему весьма оригинальную установку, явно собранную чуть ли не на коленке, зато позволяющую связаться с доброй сотней ретрансляторов, разбросанных по всему материку. Идентификаторы станций и целый список номеров абонентов он нашёл в браскоме «связиста». Это, конечно, не Информаторий… но хоть что‑то… Кстати, позже, копаясь в записях этого технаря, Ким наткнулся на упоминания системы связи, схожей по своему функционалу с памятными ему Информаториями. Галаком. Галактическая коммуникационная сеть… Вот только доступа к ней, похоже, у Агоры Третьей нет. Судя по записям, единственный существовавший в системе ретранслятор грохнули едва ли не за сутки до начала вторжения, да потом так и не восстановили. Некому…

Вообще, исходя из найденной информации, Ким пришёл к выводу, что ситуация на Агоре сложилась аховая. Вторжение флота и армии «соседей» Ронда, если можно так выразиться о звёздных государствах, привело к полному уничтожению инфраструктуры периферийной системы. Орбитальные бомбардировки добили производства на планете, а затем… затем флот внезапно ушёл, и об Агоре попросту забыли. Оставив на планете, кстати говоря, всю первую волну десанта. В результате забытая планета ещё три года вела войну, разрушая то немногое, что уцелело после бомбардировок. Постепенно, конечно, боевые действия сошли на нет, поскольку и перед обороняющимися отрядами партизан, и перед захватчиками встала общая проблема… выживание. Хотя для того, чтобы прийти к общему взаимопониманию, местным жителям и агрессорам понадобилось пять лет. Пять лет, чтобы осознать, что об Агоре забыли, и на помощь не придёт никакой флот. Ни рондесский, ни алавийский… С тех пор прошло ещё пятнадцать лет, и планета, фактически, откатилась до уровня фронтирных систем. Отсутствие общей власти, технических и пищевых производств обернулись городами – государствами, частными фермами – крепостями и кустарными мастерскими. Как ещё в феодализм не рухнули?!

О причинах, по которым Агору Третью забыли, ни в одном источнике информации, включая планетарную сеть, в которую Ким‑таки умудрился выйти, не было никаких сведений. Лишь редкие упоминания о некой войне, в которую ввязались оба государства, да и то без конкретики. Кто воюет, с кем и зачем… полный ноль. И это, несмотря на то, что свидетельства о появлении здесь инопланетников были. Событие это было довольно редким, но регулярным. Раз – два в год к Агоре Третьей подходили корабли, брали груз и уходили, оставляя взамен заказанное оборудование или иную плату. Но что интересно, среди прилетающих «купцов» не было ни рондессцев, ни алавийцев. Только «вольники» Внешнего Космоса, то есть те же жители Фронтира, повадившиеся заглядывать в заброшенную систему ради добывавшегося в здешних океанах коралла. Что интересно, производства по добыче этого самого «стратегического» сырья во время орбитальной бомбардировки не пострадали, в отличие от перерабатывающих комплексов, расположенных на суше. Так что, подводные «фермы» пережили вторжение без особых проблем, и теперь их объединившиеся в общины работники слыли чуть ли не богатейшими людьми на Агоре Третьей. «Куркули – подводники», как называл их в своей переписке «связист».

Впрочем, вот кому – кому, а ему было грех жаловаться. Всё‑таки сам недавний гость принадлежал к другому, не менее обеспеченному сословию планеты, окрещённому жителями «археологами»… Поисковики, занимавшиеся розыском старых военных сооружений, законсервированных или оставленных во время эвакуации баз и комплексов, они поставляют, как минимум, половину всей техники в города Агоры. Естественно, не бесплатно. А учитывая прежний «полувоенный» статус системы, баз и захоронок, рондесские вояки оставили здесь очень немало, да и не только они… В общем, «археологи» могли бы посостязаться в богатстве с «подводниками».

ЧАСТЬ II

НА ВОЛЮ, В ПАМПАСЫ!

Глава 1

Цивилизация, чтоб её…

Ким потянулся и, зевнув, поднялся из‑за куцей полки, приваренной к полуборту транспортника и служившей ему по необходимости то верстаком, то, как сейчас, обеденным столом. По тенту снова бешено колотил дождь, так что от идеи выбраться на охоту молодому человеку пришлось отказаться. Опять. А жаль… Как Ким успел выяснить на практике, Логан был прав, и грызы действительно оказались довольно вкусными зверьками. За последние две декады Дрём уже не раз выбирался в холмы, чтобы разнообразить своё меню… ну и потренироваться в стрельбе из карабина, не без того. А готовка… ну, не зря же он в своё время на отлично сдал норматив по добыче и приготовлению дичи в полевых условиях? А ведь тогда у него не было ни соли, ни специй, в отличие от нынешней ситуации.

Но сегодня явно был день, неудачный для вылазки. Дождь зарядил с самого утра, и у Кима остался невеликий выбор – повозиться с дроидами и их программной начинкой, настраивая их для наиболее эффективной работы в связке с морф – системой, или же вновь окунуться в здешний планетарный эрзац Нижнего Информатория… Был ещё вариант с загрузкой в память справочников, которые «потомки» громко именуют обучающими базами, но этим можно заняться ближе к ночи. Всё равно разницы между загрузкой в бодрствующем состоянии и «изучением баз» во сне никакой.

После недолгого размышления Ким всё‑таки решил вопрос в пользу сети. Несмотря на отвратительную скорость связи и довольно скудный, точнее, откровенно утилитарный контент, за две декады, прошедшие от момента ухода с базы, он уже успел нарыть в сети немало интересной информации, в основном на открытых форумах. А вчера вечером и вовсе умудрился забраться под идентификатором убитого «связиста» в инфоветку «Сухих»… довольно большой компании поисковиков, получивших своё прозвище по имени их предводителя. Разумеется, пробираясь через фильтры и отслеживающие программы системы контроля закрытой ветки, Ким остался невидимкой для неё. Иначе какой он к тёмным звёздам орм? Было ли это опасно? Не слишком. Как и в случае с вычислителями базы, в сети отсутствовали интеллект – системы, снабжённые пси – модулями, а без них любая программа остаётся только программой и не больше. Обходить и ломать такие он научился ещё до того, как попал в училище Корпуса. В любом случае Ким не мог прошляпить возможность попытаться узнать что‑нибудь о друзьях недавних «гостей», и… ни ищут ли они некий транспортник.

Выяснил: ищут. Но не машину, принадлежавшую лично командиру уничтоженной Дрёмом группы, а самих бойцов. Впрочем, и поиск, кажется, вёлся спустя рукава. Одно сообщение в общем доступе о поиске и напоминание о награде за решивших «уйти в свободное плавание» без выплаты отступных.

Вообще, первоначальное впечатление Кима о поисковиках за это время сильно изменилось. Он‑то поначалу посчитал «археологов» такой же общиной, как и «подводников», но… схожими они оказались лишь в одном – в обеспеченности. Да и то, среди команд поисковиков, как выяснилось, разброс в доходах бывал очень и очень внушительным. Но даже не в этом дело. «Подводники», окопавшиеся на своих океанских фермах, как на пустотных станциях, действительно представляли собой спаянные общины, тогда как вольные в передвижениях «археологи», не привязанные к своему источнику дохода, как «подводники», были куда более аморфной группой. Ни о каком серьёзном взаимодействии между ними и речи не было, зато конкуренция процветала. И если в пределах одной команды или группы, объединявшей несколько поисковых команд, эта конкуренция была вполне… цивилизованной, то с представителями других команд и одиночками господа «археологи» не церемонились. Собственно, пример их действий в случае столкновения с «коллегой» Ким и сам наблюдал не далее, как две декады тому назад. И не только наблюдал…

Ким окинул взглядом внутренности транспортника и, вздохнув, решил посвятить образовавшееся свободное время приведению в порядок изрядно ушатанной машины. Нет, лезть в силовую установку Дрём не собирался, несмотря на то, что среди изученных им справочников, именуемых здесь обучающими базами, имеются и материалы по техническому обслуживанию и ремонту планетарной техники. Толку‑то от этих «баз», если весь ремонт они сводят к банальной замене вышедших из строя узлов? Ким, может, и рад был бы заменить те же гребенчатые фильтры гравипривода, да вот незадача… на ближайшие триста километров вокруг нет ни одного магазина или склада запчастей, где их можно было бы приобрести.

А потому, только чистка и приведение в порядок тех узлов, что не требуют серьёзного ремонта… впрочем, от осмотра основных агрегатов транспортника Кима это решение не избавило.

«Инспекцию» транспортника Дрём закончил только после заката всё под тот же неумолчный шум дождя. Благо «пауки» – разведчики избавили его от необходимости ползать по грязи под брюхом машины. Итог осмотра был довольно обнадёживающим. Несмотря на почтенный возраст, транспортник «Рокот» оказался в очень приличном состоянии, хотя электросеть не мешало бы подшаманить… Но этим делом Ким решил заняться на следующий день. Пусть у него не хватит запасов, чтобы полностью переложить всю систему энергоснабжения транспортника, но уж заменить несколько самых «убитых» шин он сможет. А потом… потом можно и выбираться поближе к цивилизации.

Двигатель транспортника низко зарокотал, оправдывая название, и машина тронулась с места, сминая колёсами непокорную остистую рыжую траву и размётывая в стороны чавкающую грязь. Белёсое небо низко нависло над холмистой равниной, грозя обрушить на и без того напитанную влагой землю очередной многочасовой ливень, а тяжёлый транспортник, подвывая чуть рассинхронизированным гравиприводом, пожирал километр за километром, словно по ниточке двигаясь на восток к ближайшему городу… ближайшему, если не считать Тирон, в котором, судя по данным, выуженным из местного подобия Информатория, обосновались поисковики некоего «Сухого».

Но ехать туда Ким не пожелал хотя бы из‑за того, что кто‑то из местных мог узнать его машину. А отвечать на вопросы людей Сухого Дрём желанием не горел. Потому сейчас транспортник катил по размокшей равнине в сторону совершенно другого города – Вейна, который Ким изначально планировал сделать целью своего путешествия. Да и информация, имеющаяся в местной сети, вроде бы подтверждала правильность такого решения. Из найденных сведений Ким сделал вывод, что Вейн, несмотря на небольшие даже по местным меркам размеры, является торговым узлом… и именно там находится один из трёх общеизвестных портов, куда время от времени наведываются гости из космоса. Там же расположена одна из резиденций «подводников», что, в свою очередь, подразумевает наличие хоть каких‑то законов и определённую меру безопасности, с которой на Агоре Третьей вообще‑то большие проблемы, даже в городах. Неудивительно. Фронтир, пусть и планетарный, располагает к росту количества людей, презирающих чужое право собственности.

К городу Ким прикатил на исходе третьего дня и… уткнулся в самый натуральный блокпост, ощетинившийся парой лёгких плазменных орудий, чьи почерневшие от окалины раструбы моментально навелись на замерший перед шлагбаумом транспортник.

– Кто таков? – Хриплый голос раздался из пустоты. Хозяева блокпоста не торопились выбираться из‑под прикрытия стационарных силовых щитов.

– Поисковик. Одинокий. – Откликнулся Ким, выбравшись на крышу кабины и отправив данные идентификатора со своего браскома. Поиск в сети убедил его, что такое объяснение будет наилучшим. Поисковики – перекати – поле, сегодня здесь, завтра там…

– С хабаром? – Голос чуть потеплел.

– Есть немного… но так, по мелочи. – За прошедшие две декады Ким под воздействием морф – системы приноровился к изменившемуся за столетия языку, так что сейчас мог говорить на нём не хуже местных.

– В Вейне бывал? Правила знаешь? Впрочем… судя по идентификатору, твоя тачка здесь впервые.

– Как и я сам. – Кивнул Ким. – А правила… они чем‑то отличаются от инфы в сети?

– Да нет… – Говоривший, кажется, убедился, что появление Кима не является прелюдией к атаке и тоже выбрался из модуля блокпоста. Впрочем, стволы плазмобоев так и остались наведёнными на транспортник, а «сторож» не отнимал ладони от мощного «кинетика», наподобие тех, что были встроены в «клешни» уничтоженных вместе с базой дроидов – охранников. Рослый детина в потрёпанном военном комбезе пнул тяжёлым ботинком придорожный камень и, окинув сидящего на крыше кабины Кима взглядом, усмехнулся. – Правила те же, да не все…

– О как. – Крякнул Ким и, почесав кончик носа, хитро прищурился. – И у кого бы я мог получить юридическую консультацию?

– Ну… с юристами‑то у нас тут не очень. – Улыбнулся охранник. – А уж социальных и вовсе нет.

– Намёк понятен. – Кивнул Дрём. – Цена вопроса?

– Договоримся, одинокий. – Улыбка охранника и вовсе чуть не выползла за пределы, назначенные ей природой.

Спустя полчаса, довольные беседой Ким и охранник расстались почти друзьями. При этом на руке начальника караула появился новый браском, а Дрём разжился неплохой картой города наполненной метками, обозначавшими самые разнообразные точки. От местонахождения резиденции «подводников» до продуктовых лавок и борделей. Последние, правда, были представлены единственным заведением в городе, но, как отметил новый знакомый по имени Трой, хозяева следят за тем, чтобы «меню» не приедалось, и каждые полгода обновляют персонал заведения.

– За счёт чего? – Удивился Дрём.

– А, ты ж западный, не знаешь… За счёт девчонок из других городков. У брима Роуза целая сеть заведений на восточном побережье. Так что, каждые полгода «феи» меняются. К нам везут из Липпо, от нас в Брайт… и так далее. – Пояснил Трой и ухмыльнулся. Он вообще оказался чрезвычайно улыбчивым типом. – И за здоровье можешь не переживать. Сеть клиник тоже принадлежит Роузу, так что с этим делом у его «фей» проблем не бывает. Даже если и подхватят чего, автодок тут же вылечит.

– Так то их вылечит, а не клиента. – Хмыкнул Ким.

– Не скажи… – Покачал головой Трой. – Если клиент чего подхватит… ну, мало ли? Всяко бывает… Так вот, такого невезучего в роузовской клинике бесплатно лечат. Всё по уму… Но я даже не слышал, чтоб кто‑то хоть раз на «фей» жаловался.

В разрекламированное и явно любимое заведение Троя Ким решил пока не соваться. Куда больше он хотел сейчас выспаться, отдохнуть, а там уж можно будет и местные достопримечательности осмотреть…

С этой мыслью Дрём попрощался с охранником и, дождавшись, когда поднимется шлагбаум, покатил в город.

Глава 2

Гостеприимство по – вейнски

Вейн действительно оказался очень маленьким городом… по сравнению с теми мегаполисами, что помнил Ким. Да и по здешним меркам, довоенным, разумеется, он не тянул даже на региональный центр… но то было до войны и орбитальных бомбардировок. А сейчас Вейн с его двухэтажной застройкой вполне себе оживлённый торговый городок средних размеров, расположившийся на берегу океана, у устья широкой Вагды.

Здесь не было домов из вездесущего пластобетона, как не было и общественного транспорта. Над улицами не проносились со свистом глайдеры, а об орбитальном лифте и вовсе можно было промолчать. Зато каменные дома утопают в зелени, а крыши сверкают отражённым от солнечных панелей светом. По широким улицам разъезжает колёсная техника, по большей части представленная юркими двухместными квадрами, а вот на мощные машины вроде кимова «Рокота» местные поглядывают с неудовольствием. Но об этом Дрёма просветил Трой, так что, едва оказавшись на улицах Вейна, Ким свернул к ближайшей стоянке, указанной на послушно высвеченной браскомом карте, и уже через несколько минут транспортник застыл посреди полупустого ангара.

А вот стоимость стоянки, объявленная пропустившим его в ангар худощавым стариком с гривой заплетённых в хитрую косу, седых волос и крючковатым носом на смуглом морщинистом лице, неприятно удивила.

– Сорок кредитов?! В сутки? – Юноша окинул взглядом старика, невозмутимого, словно выходец с Топаканы. Впрочем… почему «словно»? Если учесть косу, общий абрис лица и худощавое телосложение, Хрон вполне может оказаться выходцем с этой самой планеты.

– Именно. Сорок кредитов в сутки. – Проговорил тот.

– Уважаемый Хрон, а вам не кажется, что цена несколько… м – м… завышена?

– Молодой человек, если бы Трой не сообщил о тебе, цена была бы пятьдесят кредитов. – Старик скривил тонкие бесцветные губы в намёке на ухмылку.

– Поня – атно. – Протянул Ким. Теперь всё стало ясно. Браском убитого поисковика, который он с такой лёгкостью отдал охраннику у блокпоста, тянул на полторы сотни кредитов, так что, ушлый Трой скорее всего решил сделать доброе дело и помочь своему старому знакомому нажиться на лопушистом новичке… Или обнаружил, что браском полностью пуст… то есть, в нём даже операционки нет. Тогда это можно считать своеобразной местью охранника. А программы пришлось снести, чтобы их метки не засветились в местной сети. Было бы странно, если бы исчезнувший поисковик вдруг начал ползать по информационным веткам, не так ли? А ну как его занесёт в информационное пространство подконтрольное людям Сухого?

– Уважаемый Хрон, у меня есть подозрение, что если бы Трой не сбросил вам сообщение обо мне, цена могла бы оказаться не сорок и не пятьдесят кредитов, а пятнадцать. И то при условии, что мой транспортник действительно простоит здесь только один день. А если бы я оставил его тут хотя бы на пять дней, можно было бы рассчитывать и на десять кредитов в сутки. Не находите?

– Кто знает… кто знает… – Хрон покачал головой и кивнул на выход. – Но о чём спорить? Можешь пробежаться по моим соседям. За те полчаса, что твой транспорт простоит у меня в гостевой зоне, я не возьму ни единого кредита.

Ким присмотрелся к старику и вздохнул. От того так и веяло уверенностью в своих словах.

– Полагаю, едва я выйду за ворота стоянки, вы сообщите им о моём визите. – Медленно проговорил Ким. Старик в ответ только пожал плечам.

– В этом нет необходимости, Трой уже сделал это за меня.

– Ясно… – Дрём хмыкнул. Чего‑то в этом роде и стоило ожидать. – Стоп. Вы сказали, в гостевой зоне? Не поясните, в чём соль?

– Хорошее выражение. С моей родины… – Кивнул старик и, чуть помедлив, договорил. – Я давно его не слышал. Очень давно… думаю, за такое напоминание о Топакане, я могу сделать тебе небольшую скидку. Скажем, в пять кредитов.

– Это весьма щедрое предложение, тай Хрон. – Так же медленно проговорил Ким. – Но я надеюсь, что вы удовлетворите мой интерес и ответите на вопрос о гостевых зонах?

– Хах… какой умный юноша… – Протянул тот. – И уважительный. Тридцать кредитов в сутки, тин Ким.

– Ваша цена высока, как пик Ветров, тай Хрон.

– Уж не знаю, чем ты так расстроил нашего бравого лейтенанта, но Трой – идиот. – Покачав головой, протянул старик. – Юноша, если ты сейчас скажешь, что прыгал с этого пика, цена упадёт до двадцати кредитов. Обещаю.

– Если бы я прыгнул с этого пика, ваши соотечественники содрали бы с меня шкуру. – Проворчал Ким, и Хрон гулко, на весь ангар, расхохотался. От его прежней невозмутимости не осталось и следа.

– Верю. Вот теперь действительно верю, что ты бывал на Топакане. – Хлопок по плечу чуть не сбил Дрёма с ног. К счастью, он вовремя увидел движение старика и смог удержать равновесие. А это было довольно непросто, учитывая, что сила притяжения на Топакане в полтора раза выше стандарта, и её жители отличаются огромной силой и выносливостью, которые совершенно не вяжутся с их субтильным видом. – Десять кредитов, если твоя машина простоит здесь больше пяти дней…

– По рукам, тай Хрон. А что по поводу моего вопроса? – Улыбнулся Ким.

– Настырный, да? – Старик прищурился. – Ладно, отгоняй свой «Рокот» в левый дальний угол и приходи в бытовку. Выпьем клемы, заодно расскажу о кое – каких обычаях этого городка. А ты, в свою очередь, поведаешь, чем так обидел Троя, что он не поленился устроить тебе эту каверзу.

Бытовка оказалась небольшим пустотным модулем с выдранной начинкой. Ни системы жизнеобеспечения, ни собственного энергоснабжения. Пустая коробка, присобаченная к стене ангара на высоте трёх метров для экономии пространства.

Поднявшись по гулкой лестнице из архаичного стального сплава, Ким оказался в небольшом помещении, обставленном настоящей деревянной мебелью… впрочем, юноша тут же себя одёрнул. Это в пустоте почти невозможно встретить подобную роскошь, а на планетах, тем более фронтирных, такое встречается сплошь и рядом. Да и не только на них. Русские, вон, до сих пор почти на всех своих терраформированных планетах строят загородные дома целиком из дерева. Традиция, повергающая зелёных так называемого «цивилизованного мира» в дикий шок. Не иначе, как от зависти…

К тому моменту, как Ким вошёл в «бытовку», Хрон уже успел разогреть обещанный напиток, и по комнате поплыл терпкий, чуть горьковатый аромат отвара из сбора топаканских трав. Где старик сумел найти на Агоре этот сбор, загадка. Впрочем, не такая уж и большая, если учесть, что сюда порой заглядывают пустотные бродяги.

– Присаживайся, тин Ким. – Старик указал гостю на плетёное кресло у низкого столика и, поставив на столешницу небольшой поднос с классическим набором для клемы, уселся на стоящий рядом диван.

Разговор получился интересным. Правда, начался он не с рассказа старика, а с заявления, изрядно покоробившего Кима.

– Знаешь, увидев твой идент, я грешным делом решил, что ко мне в гости заглянул натуральный джош. – С усмешкой заметил старик и, заметив, как скривился его собеседник, кивнул. – Вот – вот. По иденту твой возраст – тридцать восемь стандартных лет, а на вид больше шестнадцати – семнадцати не дашь. Но джошам дорога на Топакану закрыта… а в том, что ты там бывал, у меня сомнений нет. С другой стороны, чтобы попасть на мою родину, ты либо должен был родиться ещё до здешней войны, о чём, кстати говоря, свидетельствует твой идент, либо сюда ты попал уже после войны. А это… довольно странно. Кем нужно быть, чтобы пожелать осесть на планете, где цивилизация стремительно регрессирует? Не пояснишь этот момент?

Собственно, чего‑то в этом роде Дрём ожидал, ещё когда планировал свою вылазку, но вот того, что ему зададут этот вопрос в первый же день, Ким не предполагал. Впрочем, отмазка у него была, причём придумывал её не он, а специалисты Корпус Сервус. Морф – системы, которыми снабжали его сотрудников, довольно сильно выбивались из ряда имплантируемых интеллект – систем, так что на случай проверки со стороны вероятного противника у них всегда была наготове отработанная до мелочей легенда. Вот сейчас она Дрёму и пригодится…

– Наследие Ромери. – Словно нехотя, буркнул Ким, и старик присвистнул.

История Ромери была известна ещё до рождения Дрёма… Одно из карликовых моносистемных людских государств, заигравшееся с геномом настолько, что в один далеко не прекрасный момент его просто уничтожили, а богатая система отошла корпорантам. Часть жителей осталась, другая разбежалась, но отголоски действий исследователей и евгеников Ромери существуют до сих пор. Потомки изменённых очень не любят вспоминать историю своего происхождения, да и обычные люди частенько относятся к ним с опаской и недоверием. Мало кому хочется, чтобы его дети привнесли в чистую генетическую линию «мусор Ромери». И небезосновательно, ведь учёные уничтоженного государства были не настолько гениальны, чтобы их творения не имели никаких минусов, так что сбои в наследственности у выходцев из Ромери дело обычное.

– Извини, тин Ким. – Чуть помолчав, проговорил старик. – К нашему брату относятся не намного лучше, чем к вам. Так что, понимаю. Ещё раз, извини.

– Да ничего страшного. – Вздохнул юноша. – Я уже привык. Одно время хотел поменять идент, но здесь и сейчас это проблема из разряда неразрешимых.

– Ну уж… – Хмыкнул Хрон, но заметив, как его собеседник покачал головой. – Уверен?

– Для местных условий сменить данные не проблема, со здешними‑то системами контроля это ерунда… Но выбравшись с Агоры, с «палёным» идентом я тут же попаду в «неблагонадёжные», планета‑то, считай, натуральный Фронтир. А делать запись о рождении вне Агоры бессмысленно. Не со здешними возможностями.

– Это да… учитывая отсутствие на Агоре галакома, синхронизировать данные даже при наличии соответствующей аппаратуры не удастся… – Задумчиво проговорил старик и испытующе глянул в глаза собеседнику. – А ты, значит, надеешься унести ноги с планеты?

– Ну, не жить же здесь вечно, правда? – Развёл руками Ким.

– Тоже верно. – Усмехнулся Хрон. – Ладно, оставим это… тебя же, вроде бы интересовал вопрос гостевых зон, не так ли?

Глава 3

Внутренний монолог, как способ анализа

Судя по всему, в своей социальной политике власти Вейна решили идти по пути бывшего сюзерена Агоры, то есть по стопам королевства Ронд. Суть проста. Все жители города делятся на три категории. Собственно, постоянные жители города, так сказать, аналог подданных королевства Ронд, городские работники, как подобие вольных поселенцев в королевстве, имеющие право заниматься предпринимательством, но не имеющие права работать в администрации или иным способом участвовать в формировании внутренней политики, и гости города – аналог подданных других государств. Никакого права работать на территории города или подконтрольных ему территориях, иначе как на неквалифицированных работах или батраком на фермах, никаких политических прав и довольно серьёзный перекос в сторону «местных» при разборах возможных споров. Но вот система перехода из одного состояния в другое, в отличие от детально расписанных процедур в королевстве, в Вейне была запутанна и неопределённа. Ввиду небольшого количества жителей и… нежелания городского Совета бездумно увеличивать их число, по каждому случаю смены статуса решения принимаются отдельно малым составом совета, в который входят торговый советник, маршал и глава городского Совета, он же – мэр города.

Ну а в том, что при такой политике цены на товары и услуги в городе зависят от статуса покупателя, и вовсе нет ничего удивительного. Правда, затея Троя с «местью» за пустой браском всё же была некоторым перебором. Обычно разница в стоимости товара для городского работника и жителя города не составляет более двадцати процентов, а статус гостя добавляет ещё столько же к начальной стоимости товара или услуги. А заявленные ушлым стариком при встрече сорок кредитов за суточную аренду стояночного места превысили стандартный ценник почти втрое.

Но что самое интересное, в сети не было ни одного упоминания о таком вот дифференцированном подходе Вейна. Жалобы на высокие цены встречались, особенно в инфоветках поисковиков. Но о том, что это, так сказать, официальная политика городского совета, упоминаний не было. Ни одного.

– И как же мне сменить статус? – Тихо проговорил Ким.

– Тебе это так необходимо? – Чуть приподняв бровь, поинтересовался старик, медленно прихлёбывая клему из классической круглой чашки, сделанной из плода маниоба, ореха, скорлупа которого не уступает по твердости алмазу. Точно такая же чашка стояла и перед Кимом. Сделав из неё глоток ароматного взвара, юноша кивнул.

– Я хочу убраться отсюда. А для этого мне нужно поселиться поблизости от порта, чтобы не пропустить появление пустотников. Но с такими ценами у меня просто не хватит средств, чтобы прожить здесь хотя бы полгода… Можно, конечно, продать машину. Но она – мой билет отсюда. Я просто не могу позволить себе жить на деньги от её продажи.

– Да, а ждать придётся долго… расписаний у пустотников нет. Прилетают, когда хотят, но обычно не чаще одного раза в год. А бывает, что и пару лет не заглядывают. – Задумчиво протянул Хрон и, чуть пожевав губами, словно решая что‑то для себя, вздохнул. – Знаешь, я не могу тебе что‑то посоветовать прямо сейчас. Разве что… наведаться к нашим искателям. У них вечная нехватка людей, и ты со своим транспортником можешь прийтись им ко двору. Стандартно, гость города должен отработать год, чтобы получить право подать прошение Малому совету о смене статуса. Но во всяком правиле есть исключения. И если глава искателей, как один из членов Большого Совета, замолвит за тебя слово, то вопрос может решиться и раньше… наверное. Опять же, работая на городских жителей, можешь рассчитывать на небольшие скидки, да и общее отношение к тебе будет получше, чем к «залётным». Кстати, а что у тебя с техникой?

– В каком смысле? – Не понял Ким.

– В прямом. Ремонт, обслуживание…

– Ну, есть пара изученных сп… баз, но без сертификатов. – Пожав плечами, проговорил Дрём. Старик еле слышно фыркнул.

– Можно подумать, у кого‑то из здешней молодёжи имеются эти самые сертификаты. – Хрон отставил чашку в сторону. – Эх… поступим иначе. Один из моих приятелей… такой же старый пень, ищет толкового помощника. Не хочешь попробовать наняться к нему? Деньги, конечно, так себе, учитывая, что официально ты будешь чернорабочим, но угол и бесплатный гараж для твоего «Рокота»… плюс стол… неплохой вариант, в общем. Что скажешь?

– А говорил, что не можешь дать хорошего совета. – Ухмыльнулся Ким.

– Хех… ты сначала с ним сработайся. – Отразил улыбку гостя Хрон. – К тому же, когда я говорю о небольших деньгах, именно их и имею в виду. Больше, чем десяток – полтора кредитов в день, он тебе платить не станет. Так что, думай, тин Ким. Думай.

– Подумаю. Пару дней. – Согласно кивнул Дрём, парой демонстративно мелких глотков, чтобы не обидеть хозяина дома, допил свою порцию клемы и, перевернув чашку донышком кверху, поставил её на поднос. От Хрона плеснуло явным довольством с лёгким оттенком ностальгической грусти, и Ким в очередной раз удивился своей поднявшейся пси – чувствительности. В прежние времена таких оттенков настроения собеседников он бы просто не разобрал.

В этот момент браском в восьмой раз дёрнул руку Дрёма сигналом… и затих. Ну и замечательно, а то достал уже…

Вполне по – дружески попрощавшись со стариком и получив от него напоследок чип с подписанным файлом гарантии безопасности оставляемого в транспортнике имущества, Ким, наконец, покинул ангар – стоянку и, оказавшись на широкой улице, кольцом опоясывающей городок, медленно побрёл в сторону центра, одновременно просматривая логи вновь включённого браскома.

Вот же ушлый дед… и настырный! Восемь попыток взлома коммуникатора. Шесть из которых браском героически отбил сам, одну атаку отразила морф – система, а после восьмой просто отрубила браском, изобразив его экстренное отключение. Весело. Это что же за вычислитель такой у Хрона, что способен загонять морф – систему? Неужто нашёлся образчик с пси – модулем? Хм… Какое интересное знакомство получилось, однако. Непрост старик, ой, не прост. Впрочем, как и большинство топаканцев. Их ведь не за повышенные физические кондиции не любят, а за непредсказуемость. В прежние времена ходили байки, что топаканец может убить за косой взгляд. По крайней мере, с кулаками набросится, точно. И это при том, что народ этот чрезвычайно сдержанный и хладнокровный. Можно сказать, что сдержанность у топаканцев возведена в культ. Странно, противоречиво? Ничуть.

Топаканцы удивительно чувствительны к эмоциям окружающих, и вся их древняя цивилизация строилась с учётом этой особенности. Умение держать свои чувства в узде для топаканца так же естественно, как для чистоплотного человека умывание по утрам. Без этого качества житель Топаканы рискует не дожить до старости, погибнув на дуэли за «оскорбление чувством». Раздражение, пренебрежение, ненависть… любая из этих эмоций, это повод для их адресата вызвать обидчика на бой. А ребята они суровые и никаких поединков «до первой крови» не признают. Только до невозможности продолжать бой… или до смерти.

На этом‑то и горели юные выходцы с Топаканы, покинув родную планету. Прежде всего, доставалось «пустотникам», многие из которых до сих пор отличаются некоторой фанаберией в отношении «земляных червяков». Адресованное топаканцу презрение, замешанное на чувстве собственного превосходства и толике обычной зависти к «планетарникам», моментально включало у последнего вбитый с детства рефлекс, потом следовали краткий вызов на бой и… собственно, доведение гордеца – «пустотника» до состояния отбивной. Естественно, со стороны это выглядело странно. Топаканцев стали опасаться, а потом слухи об их странностях докатились до исследователей, благо к тому времени уже накопилась солидная статистика по чудачествам выходцев с одной из заштатных систем, включавшая в себя не только разборы драк и убийств с их участием, но и некоторые более… хм… курьёзные случаи, вроде тех, когда топаканец запросто подходил в баре к незнакомой женщине, брал её за руку и уводил прочь без всякого сопротивления со стороны выбранной им подруги на ночь и без единого слова. И никакие вопли присутствовавших при этой «краже» ухажёров не могли ничего изменить. Зато стоппер действовал безотказно. В пустоте даже шутка появилась: «Познакомился с красавицей? Меняй игольник на стоппер». Топаканцы действительно обладают отменным вкусом. Ну а отсутствие сопротивления со стороны понравившихся им женщин смогли обосновать гораздо позже, когда вплотную занялись исследованием Топаканы и живущей на ней ветви человечества.

Заподозрив в некоторых случаях пси – воздействие и сравнив количество причастных к ним топаканцев с общим числом расползающихся по космосу выходцев с их планеты, исследователи с радостным писком ринулись на Топакану, рассчитывая, что уж теперь‑то они смогут открыть секрет наследственной передачи пси – способностей, до сих пор остававшейся тайной за семью печатями. И это при том, что генокод человека во всех его вариациях, как казалось, был исследован вдоль и поперёк.

Благодаря Топакане, исследователи действительно смогли серьёзно продвинуться в своих изысканиях, правда, попутно пришли к выводу, что хоть сами аборигены, и обладают кое – какими способностями, но дар их довольно ограничен. Только эмпатия и проистекающие из неё способности, вроде чувственного резонанса. Собственно, именно благодаря последнему, любая женщина, посмотревшая на топаканца с сексуальным интересом, рисковала проснуться на следующее утро не в своей постели и не в обнимку с любимым мужем, а в чужом доме с приглянувшимся вчера выходцем с Топаканы. А вот не фига было использовать «приглашение чувством»… Кстати, топаканки тоже не чурались подобных приглашений со стороны мужчин, но реже. Всё‑таки с выносливостью у пустотников, по сравнению с выходцами с Топаканы… не очень.

В общем, отношение к топаканцам было сложным. Конечно, со временем, пообтесавшись в разношёрстом обществе выходцев с разных систем, подчас отличающихся друг от друга больше, чем ксеносы, эмпаты отказывались от привычных шаблонов действий, не дикари всё же… но общественное мнение, при всей своей изменчивости, порой обладает такой инерцией, что только диву даёшься. Вот и с топаканцами оно сыграло дурную шутку. Почудить ребятки успели немало, да и выходки молодёжи порой подогревали прежние слухи, так что в памяти межсистемного общества топаканцы так и остались абсолютно непредсказуемыми типами, с которыми никогда не знаешь, что они отмочат в следующую секунду. Но обыватели, это обыватели, а были структуры, которые очень заинтересовались умениями топаканцев. Корпус Сервус, например, готовил из них идеальных снайперов и дознавателей. А что? Ведь топаканец, это почти готовый специалист. Почуять внимание врага для эмпата – выходца из общества, где всё взрослое население промышляет охотой, это же плёвое дело. А умение расположить к себе собеседника, отследить по его эмоциям правдивость или, при необходимости, раскачать «закрывшегося» допрашиваемого? Чем не сладкие перспективы?…

Ким покосился на браском, вспомнил ангар – стоянку, старика, попивающего клему, и хмыкнул. Ну – ну… паранойя цветёт и пахнет. Из тай Хрона такой же дознаватель, как из дерьма – пуля. Уж это‑то орм может заявить со всей уверенностью.

Глава 4

Город, а за городом закат

После заката Вейн и вовсе превратился в живую декорацию к историческому видео. На улицах тихо, прохожих почти нет, даже вездесущие квадры, недавно шмыгавшие без всякого порядка по дороге и успевшие испортить Киму настроение по пути на стоянку, и те исчезли. По крайней мере, так было в той части города, через которую шёл Дрём в поисках гостиницы. Полагаться на карту Троя он больше не собирался, а потому забрался в местную сеть и, довольно быстро отыскав адреса имеющихся в городке отелей, решил посетить их все по очереди…

Конечно, Ким мог бы переночевать и в «Рокоте», как обычно, но желание комфорта и мечты о горячем душе перевесили бережливость и расчёт. В конце концов, в прежней жизни ему чаще всего приходилось довольствоваться пустотным душем… когда вообще была возможность воспользоваться хоть каким‑то душем.

Только оказавшись в сотне метров от первого отеля, Ким понял, что не весь город засыпает сразу после заката. Ближе к центру жизнь продолжала бить ключом и сейчас. И судя по звукам, доносящимся из подворотни, некоторых она била по голове.

Глянув по сторонам и не обнаружив поблизости ни одного прохожего, Дрём уже собрался было пройти мимо разбирающихся в тёмном углу личностей, но… всегда находится это идиотское «но»!

Раздавшийся из подворотни приглушённый взвизг явно не принадлежал взрослому человеку. И ноги Кима сами понесли его навстречу неприятностям. Почти мгновенно сформированные нанитами морф – системы активные линзы разогнали и без того не слишком густую темноту, краски выцвели, зато картинка тут же обрела чёткость и контрастность.

В глаза бросилось сжавшееся в комок на грязном пластобетоне маленькое тело, вздрагивающее от ударов обутых в тяжёлые ботинки ног… и тихий гогот трёх уродов. Били несильно, явно не желая быстро распрощаться с «игрушкой», но и этого было достаточно, чтобы свернувшееся в позу эмбриона тело ребёнка подлетало от каждого удара, распространяя вокруг волны боли…

Ким мотнул головой, прогоняя воспоминания о своей жизни в Нижнем Салеме… и рванул вперёд. К игольнику он даже не прикоснулся, незачем оставлять такие следы. Беззвучно, в лучших традициях ормов, преодолев тот десяток метров, что отделял его от веселящихся отморозков, Дрём впечатал кулак в основание черепа стоявшего ближе всех урода и, тут же сменив направление, резким и хлёстким ударом пробил второму, аккурат под приподнятую руку. Хруст рёбер и тихий хрип. Третий противник, заметив падающее тело своего товарища, на одних инстинктах попытался отскочить в сторону и тут же получил сокрушительный удар открытой ладонью в нос. Хлынула кровь, и неудачник, дёрнувшись от скрутившей его судороги, рухнул наземь. Хм… а сержант в учебке уверял, что убить таким ударом можно только при большой удаче…

Двое в минусе, остался один. Ким развернулся к хрипящему от боли, но находящемуся в сознании уроду и, смерив его коротким взглядом… добил. Где двое, там и третий…

Жёстко? Наркоши, обдолбавшиеся какой‑то синтетической дрянью и решившие ради подогретого дурью интереса запинать ребёнка, жить не должны.

Ким осторожно подошёл к скрючившемуся на земле телу и уже протянул было к нему руку… но тут же отвёл её в сторону.

– Эй, ты как? – В ответ на этот идиотский вопрос ребёнок только тихо что‑то простонал. Ким дёрнулся. Перед внутренним взором заскользил список доступных для синтеза препаратов. Не то… не то… снова не то… Да где же?!

Есть! Вот этой вещицей в учебке разрешали пользоваться даже на первом курсе. Правда, это больше стимулятор и болеутоляющее, созданный только для того, чтобы боец мог добраться до медика… но ничего более подходящего и быстрого для создания у Кима всё равно нет. Эх… головная боль завтра обеспечена!

Вытянутый из браслета шунт ловко скользнул к тонкой руке ребёнка и, окутавшись на миг пси – полем, вошёл под кожу. Теперь, подождать пару секунд и можно… идиот! Сначала надо проверить на предмет сломанных костей… может его и с места трогать нельзя без силового корсета!

Ким сосредоточился, избавляясь от проецируемой ребёнком боли, и попытался провести простейшую диагностику. Минута… слава звёздам! Кроме перелома руки и пары трещин в рёбрах, только гематомы. Так… кажется, дитё приходит в себя. Девочка, возраст… лет десять – одиннадцать. Хотя по виду не скажешь. Слишком маленькая и худенькая…

– Эй, ты меня понимаешь? Слышишь? – Никакого ответа, ребёнок только сжался ещё больше. – Они тебя больше не тронут.

– …шли? – Тихо, на грани слышимости…

– Я их прогнал. Где ты живёшь, скажи. Я тебя отнесу. Позволишь?

– Д – да. – Голос чуть окреп, явно сказалось действие стимулятора. Да и болью ребёнок стал фонить чуть поменьше. Уже хорошо.

– Тогда держись за меня. Будешь показывать дорогу. – Ким протянул руки и осторожно подхватил девочку, одновременно укутывая её в своё пси. Так будет вернее, да и «пассажир» будет меньше страдать от боли. Все‑таки боевой коктейль, пусть и рассчитанный на юные организмы, полностью погасить болевые ощущения не в состоянии.

Оглядевшись по сторонам, Дрём убедился, что рядом нет глазастых свидетелей, и двинулся вглубь переулка, повинуясь тихим указаниям обхватившей его за шею девчонки. Чумазая, одетая явно с чужого плеча… но вещи аккуратно перешиты… вручную! И нет того застарелого запаха грязи и ночлежек, что так долго снился Киму в приюте, после трущоб Нижнего Салема.

А идти пришлось далековато. Попетляв по узким переулкам, Ким миновал через трубу ливнестока уже знакомую кольцевую дорогу и, внимательно выслушав тихие объяснения девчушки, стал осторожно спускаться в овраг. Пять минут быстрого шага вдоль ручья, стремительно несущегося по каменному ложу, пересечь небольшую рощицу молодых деревьев и…

Руины… те самые, остатки прежнего Вейна. Когда‑то здесь был огромный город, раскинувшийся на многие километры вдоль побережья океана, а теперь только тонны и тонны вездесущего пластобетона, раздолбанного, громоздящегося гигантскими терриконами, да кое – где виднеющиеся пеньки обрушившихся зданий. Вот только люди неохотно уходят оттуда, где жили. И здесь, в этом с виду мёртвом, давно уничтоженном городе ещё теплилась жизнь. Пусть и совсем не похожая на ту, что царила за холмом.

– Что значит, ты не знаешь? Какого харга, Мик! Ты же обещал за ней присмотреть!

– Да что у меня десять глаз, что ли?! Я на секунду отвернулся, а её уже на месте нет!

– Кхм… Извините, что вмешиваюсь в вашу беседу… это не вы девочку потеряли?

Немая пауза… и оба спорщика медленно развернулись в сторону непонятно откуда возникшего в подвале незнакомца, на руках у которого с любопытством сверкала глазами их пропажа.

– Тина… – Стройная, скорее даже худая девушка с огненными волосами, одетая в старый потёртый комбез техников, метнулась к незнакомцу, но, не дойдя всего пары шагов, застыла, будто наткнулась на стену.

– Тихо – тихо… не торопитесь. Девочка избита. – Покачав головой, гость огляделся и решительно шагнул вперёд, явно нацелившись на застеленный топчан, уже занятый собеседником рыжеволосой валькирии. Парень окинул хмурым взглядом приближающегося к нему невозмутимого незнакомца с девочкой на руках и… освободил место.

– Как избита?! Что с ней?! – Рыжеволосая заметалась по комнате, заполняя её своим волнением, но едва «гость» опустил свою ношу на топчан и, развернувшись, приложил палец к губам, замерла на месте.

– Успокойтесь и прекратите кричать. Ребёнку нужно отдохнуть и хорошо выспаться, а с вашей беготнёй это будет невозможно.

– Но… но… – На лице девушки проступила растерянность, а в глазах мелькнули слёзы. – Вы же… она… с ней всё в порядке?

– Утром будет. – Уверенно кивнул незнакомец и добавил, – если я её немного подлечу. Но вы мне будете мешать.

– А…

– Просто оставьте нас на четверть часа. Я проведу диагностику и восстановительные процедуры. А потом мы с вами поговорим.

– Да какого харга! – Наконец очнулся Мик, но был тут же схвачен подругой за руку и утянут в соседнюю комнату. Молча и без слов. Замечательно.

– Ну что, малышка… будем приводить тебя в порядок? – Спросил Ким. Девочка неуверенно кивнула. – Не бойся. Это не больно. Ну‑ка, вытяни руку…

Второй вброс нанитов прошёл как по маслу. Пока Ким добирался до места обитания девочки, морф – система получила отчёт от первой колонии и сумела в аварийном режиме состряпать вполне вменяемый «коктейль». Так что, сейчас Дрём внимательно следил за тем, как вторая колония добирается до сломанных и треснувших костей. Ким напрягся, одновременно воздействуя пси – полем на сломанную кость и снимая болевые ощущения девочки… точнее, принимая их на себя. А через минуту шустрые наниты уже принялись латать повреждённые ткани. Процесс, конечно, не такой быстрый, если сравнивать с лечением в нормальном медблоке, но где его тут взять? Вряд ли в мёртвом городе имеются свои клиники. А восстановление без нанитов будет куда как более долгим. Так что, пусть лучше так, чем никак. К тому же, теперь девочка сможет обойтись без лубков и шин, а значит, ей не придётся мучиться с одной действующей рукой, хотя поберечься, конечно, придётся. Зато мелкие лекари надёжно зафиксировали кости, так что смещение им не грозит. С гематомами намного проще… для их рассасывания вполне достаточно обычной восстанавливающей колонии. А уж этот «коктейль» у Кима, как и у любого курсанта учебки Корпус Сервус, отработан на «ять», как говаривал один из его однокурсников.

– Ну как, не болит? – Улыбнулся Дрём, и девочка покачала головой. – Вот и замечательно. А теперь, спать.

– Спокойной ночи. – Тина заразительно зевнула и, одним движением завернувшись в старое одеяло, закрыла глаза. Поразительное послушание.

Ну вот. С этим делом закончили. Теперь можно и с рыжеволосой пообщаться… Хм… интересно, у них здесь лишнего топчана не найдётся? А то, возвращаться в город за холмом в ночи, да по местным оврагам – буеракам, как‑то очень не хочется. А там ведь ещё и гостиницу искать придётся… или обратно под тент «Рокота» забираться… М – да уж.

Ким потянулся и, бросив взгляд на затянутый какой‑то тканью дверной проём, вздохнул. Из соседней комнаты явно тянуло любопытством, нетерпением и беспокойством. Ну ни минуты отдыха у бедного орма…

Глава 5

Ностальгия – отвратительное чувство

Странная ситуация складывается в здешних местах. Вот вроде бы есть за холмом вполне приличный городок… ну, по послевоенным меркам. Живёт себе, торгует… жители работают, развлекаются… на карте Ким не только бордель, но и театр видел. Улицы освещённые, каждый дом солнечными панелями сверкает. Порядок, опять же, какой‑никакой, хм… А перейдёшь через холм и будто в другой мир попал. Руины, разруха… люди живут в подвалах, шарахаются от каждого шороха. Какое энергоснабжение?! Они даже воду с ключей или реки берут. А у кого имеется даже плохонький генератор, тот молчит. Потому как иначе, сопрут, и хорошо, если самого бывшего гордого владельца в живых оставят. Стрельба и поножовщина не исключение, а правило. В общем, жизнь в лучших традициях Нижнего Салема, каким его запомнил Дрём.

Как так получилось? Только тёмным звёздам известно. По крайней мере, Мику и его огневолосой подруге Нари, по их утверждению, причины такого отношения были неизвестны. Но они были искренне убеждены, что в Вейне выходцам из Старого города совсем не рады. Местных не нанимают на работу, не позволяют селиться в городе… хотя найденные ими в руинах «осколки прошлого» покупают, но, опять‑таки, не все торговцы согласны работать с такими «поставщиками». Повезло ещё, что у Мика были неплохие завязки на базе поисковиков и в паре магазинчиков на окраине Вейна, иначе их компании пришлось бы совсем туго.

– Мы бы может и ушли отсюда… но куда и как? – Развела руками Нари. – Нас здесь десять человек. Мы с Миком старшие, остальные ещё совсем дети. Двое ровесников Тины, остальные чуть постарше… И какой караван возьмёт с собой такой «детский сад»? Да если и возьмут… слишком велика вероятность попасть в рабство. А у нас из оружия только один старый убитый игольник, да…

– Нари. – Одёрнул её Мик, и девушка чуть растерянно ему улыбнулась. Похоже, она совсем недавно оказалась в нынешних условиях, иначе не была бы так откровенна.

Долгой беседы не получилось. Нари замкнулась в себе и больше молчала, чем говорила, а Мик, умудрившийся потерять Тину во время похода в город для продажи собранного хабара, и без того угрюмо зыркал на Кима и изначально не был настроен на разговор. Тем более после того, как Ким стал свидетелем взбучки, устроенной рыжей по поводу «потери» в городе Тины. И никакие отмазки, что, дескать, девчонка не раз уже ходила в город в одиночку и вообще не такая уж беспомощная, Мику не помогли.

Ну, не то, чтобы Нари на него кричала, нет… она скорее шипела, тихо, но угрожающе, как песчаная вампа[3]. А уж когда её собеседник заикнулся о том, чтобы выпроводить Кима прочь, дескать, «спасибо за помощь и до свидания», и вовсе отвесила приятелю мощного леща, звук которого Дрём услышал, несмотря на то, что находился в тот момент в другой комнате, куда ушёл, чтобы проверить состояние Тины… и подальше от спорящей парочки.

К счастью, в этот момент в подвал стали возвращаться с «ночной охоты» остальные его жители, и стычка Мика и Нари тут же закончилась, сменившись деловитой суетой. На усевшегося в углу Кима дети не обращали никакого внимания, лишь бросали короткий взгляд, входя в комнату, и устремлялись к длинному столу, где принимались выкладывать на него из сумок и рюкзаков свои находки, разбором которых тут же занялась Нари. И в её действиях явно прослеживалась немалая сноровка. Достаточно было взглянуть, как сноровисто она управляется с битыми блоками и ловко вскрывает заклинившие от удара корпуса приборов.

– Мик, взгляни, я не знаю, что это такое. – Девушка нахмурилась, рассматривая лежащее перед ней устройство в чёрном, изрядно поцарапанном, но на удивление крепком пластолитовом боксе. Довольно массивный и тяжёлый контейнер, надо сказать.

Парень хмыкнул и, лениво поднявшись с топчана, на котором тут же устроились двое детей, подошёл к подруге. Взяв в руки прибор, он попытался включить древний сенсорный экран на верхней крышке, но тот отозвался лишь тусклой вспышкой…

– Хлам. – Коротко констатировал Мик, толкая коробку с округлым дном, и та тяжело закачалась, словно древняя игрушка «неваляшка». Притащивший этот контейнер мальчишка расстроено вздохнул и отошёл в сторонку. Надо думать… на своём горбу же пёр.

Ким бросил взгляд на заинтересовавшее парочку устройство и удивлённо присвистнул. Однако, везучие ребята, что ни говори…

Взгляды Мика и Нари скрестились на Дрёме, и тот после недолгого размышления решил «сдать» им найденное. А почему бы и нет? Ему оно без надобности, а ребятам, глядишь, и пригодится…

– Не скажи, Мик… – Улыбнулся Ким, отвечая на безмолвный вопрос приятеля Нари. – Это не просто хлам, а очень древний хлам. Не удивлюсь, если дети умудрились найти часть коллекции какого‑нибудь историка или просто богатого оригинала…

– Ты знаешь, что это? – Удивилась Нари, как‑то по – новому взглянув на Дрёма. Тот в ответ пожал плечами.

– Скажем так: предполагаю. Но если я прав, то у вас, возможно, появился шанс решить проблему с нехваткой средств защиты… или, по крайней мере, немного поправить ситуацию.

Вот тут встрепенулся и Мик.

– А поподробнее?

– Можно и подробней. Это комплект выживания. Лет пятьсот назад их пихали в любое военное транспортное средство. От планетарных танков до малых внутрисистемников и спаскапсул. Смотри. – Ким взял в руки тяжёлый бокс, пробежался пальцами по потухшему сенсорному экрану, демонстративно хлопнул ладонью по браскому, и… морф – система, определив устройство в руках хозяина, повинуясь приказу, отправила стандартный ключ опознавателя Корпус Сервус. Пластолитовый короб еле слышно щёлкнул, и его верхняя крышка слегка приподнялась.

– Как это? – С явным недоумением в голосе спросила Нари.

– У меня когда‑то был приятель, увлекавшийся такими вот вещицами… – Хмыкнул Ким. – И стандартные военные коды – опознаватели у него для подобных случаев тоже имелись. Вот он со мной ими и поделился как‑то в обмен на небольшую помощь.

– Военные коды пятисотлетней давности? – Скривился Мик. Услышав о возрасте найденной вещицы, он явно потерял к ней интерес. – Где он их взял?

– Я не спрашивал. – Отмахнулся Ким. – Но ты зря считаешь это чем‑то странным. Сейф какого‑нибудь древнего генерала такими кодами не откроешь, они всего лишь идентифицируют пользователя, как военнослужащего, и позволяют пользоваться армейским имуществом. Собственно, это и сейчас так же.

– А ты откуда знаешь? – Прищурился Мик.

– Я поисковик. – Ким пожал плечами. – Мне необходимо знать подобные вещи… Так вы будете смотреть, что вам досталось?

– Будем – будем… Арни! – Нари повернулась к притащившему контейнер мальчишке, успевшему разжиться «ирпом» и теперь хмуро ковыряющемуся в разогретой каше. Услышав огневолосую, тот выжидающе взглянул на неё. – Иди, посмотри, что ты принёс.

Мальчишка, светловолосый и вихрастый, радостно сверкнул глазами и тут же оказался рядом со столом, не забыв прихватить с собой недоеденный ужин. От недавнего расстройства не осталось и следа.

– Нари, этому хламу пятьсот лет. Ну что там может быть интересного? – Вздохнул Мик, тем не менее, подвигаясь поближе.

– Не скажи… – Протянул Ким, раскладывая увесистый бокс на шесть частей. Опершись на откинутые боковины и крышку, тот сразу перестал изображать «неваляшку». Дрём извлёк из полукруглого отсека матовый чёрный цилиндр и, установив его на торец, прихлопнул по верхнему срезу ладонью. – Маяк с текстовым передатчиком…

Мик фыркнул.

– Межсистемным. Активным. – Договорил Ким, и лицо его оппонента вытянулось. А теперь, немного горечи… – Вот только воспользоваться им в нынешнем виде у вас не получится.

– Почему? – Удивлённо протянули оба, но Нари тут же спохватилась.

– Ну да… пятьсот лет прошло. Каналы связи, формат передачи данных, тип шифрования…

– И самое главное, блок питания. – Кивнул Дрём. – Всё тобой перечисленное, не больше чем программные проблемы, а вот состряпать приемлемый передатчик для этой штуки вам будет проблематично.

– Не поняла… – Покачала головой рыжая. – У него что, собственного питания нет? И зачем он тогда нужен?

– Есть. Но встроенного блока хватит только на передачу сигнала маяка с предустановленным циклом. Или на пару месяцев работы в режиме обычного передатчика. Потом он просто сдохнет. Но если подключить реактор, вроде устанавливаемых на тех. дроидах…

– Понятно… Я же говорил, что это хлам. – С явными нотками удовольствия в голосе протянул Мик. – Проблему совместимости программного обеспечения нам не решить, про генератор или реактор для дроидов и вовсе говорить нечего. Шлак.

– Ну, положим, с решением первой задачи я могу помочь. – Протянул Ким. – А второе… вам, или вашим младшим есть с кем связываться вне Агоры?

Мик с Нари, переглянувшись, покачали головами, а следом за ними и внимательно прислушивающиеся к беседе дети.

– Мне тоже. Значит, вопрос личной заинтересованности в передатчике можно считать исчерпанным. Отсюда следует простой вывод: его можно продать тому, кому есть с кем поболтать на другом краю галактики. – Заключил Ким. – Заодно и денежек поднимем.

– А причём здесь ты? – Прищурился Мик.

– Ха, ты думаешь, я стану бесплатно заниматься перепрошивкой этого агрегата? – Усмехнулся Дрём. – Нет, если у вас есть наличные, чтобы оплатить мою работу, пожалуйста. Буду рад помочь. Но что‑то мне говорит, что это не так. Я не прав?

– Прав. – Кивнула Нари, вновь принимая сторону Кима. – Мик, не ерунди. Эта вещь стоит огромных денег, ты же понимаешь. А теперь подумай… даже если мы справимся с перепрошивкой сами, во что я не верю, уж извини… какова вероятность того, что нас не кинут, когда мы попытаемся её продать?

– Тридцать процентов. – Посверлив сердитым взглядом подругу, буркнул тот. – И ни кредом больше.

– И продажей занимаешься ты, Ким. – Уточнила Нари. Дрём кивнул, и девушка улыбнулась. – Замечательно. Тогда, раз мы разобрались с этим вопросом, давай показывай остальное, а то Арни сейчас помрёт от любопытства.

Глава 6

Врёт, как очевидец

Как Ким и предполагал, набор оказался полным. В принципе неудивительно, если вещь раньше принадлежала понимающему человеку. Взломать замок с пси – модулем можно, только имея подходящую аппаратуру, оснащённую не менее мощным пси – модулем или сверхмощным вычислителем без такового, а при попытке разбить или иным образом уничтожить корпус из специального пластолита содержимое самоспаса просто разрушится до состояния пыли… во избежание попадания в цепкие руки представителей юных цивилизаций… мало ли, куда может зашвырнуть военную спасательную капсулу или десантный бот? Вот и получается, что за прошедшие сотни лет этот контейнер никто не открывал…

Следующим подарком для обитателей подвала стал прикреплённый к одной из боковин самоспаса футляр.

– Автоматический игольник «Дырокол». – Откинув крышку коробки, провозгласил Дрём. – Две сотни игл в магазине, неубиваемый пневматик с запасными баллонами и мощным насосом. Штатный боекомплект – тысяча игл в наборе. Калибр ноль точка четыре. Прицельная дальность пятьдесят метров. Скорострельность – до пяти выстрелов в секунду. Одного баллона хватает на двести выстрелов.

– Это ж монстр какой‑то… зачем оно нужно? – Удивлённо протянул Мик.

– На некоторых планетах водятся такие твари, что им обычная игла, даже разрывного типа нипочём. Отсюда и такой вот «убойный» калибр. – Пояснил Ким, одновременно снимая с другой боковины массивный, плоский контейнер. – Кстати, предупреждая вопросы о неходовом калибре и проблеме поиска боеприпасов… иглы для «Дырокола» можно «испечь» в обычном пищевом синтезаторе… но лучше использовать вот этот, универсальный. Там и соответствующие программы имеются.

– Это пищевой синтезатор? – Удивилась Нари. – И куда здесь вставляются картриджи?

– Они ему не нужны. – Хмыкнул Дрём. – Достаточно запихнуть в лоток любую органику. Даже если она токсична, прибор её очистит, переработает и создаст необходимый набор белков, жиров, углеводов и витаминов. На вкус гадость жуткая, но от голода не помрёте. В совсем уж экстремальных ситуациях можно развернуть плёнку – сборщик: она будет забирать необходимые элементы из окружающей среды, и синтезатор преобразует полученное в питательный бульон… Времени, правда, на создание такого вот эрзац – питания будет уходить очень много. От получаса до половины стандартных суток для получения стандартного дневного рациона.

– А энергии? – Тут же сообразила Нари, и в её эмоциях плеснул самый искренний интерес.

– С энергией… всё сложно. – Вздохнул Ким. – В синтезаторе имеется встроенный генератор, но я нигде не нашёл описания принципа его действия. Такое впечатление, что никто не знает, как он работает. И самое паршивое то, что этот генератор функционирует только в штатном оборудовании. Мы несколько раз пытались поменять местами два вроде бы идентичных модуля, установленных в разных аппаратах, и эффект нулевой. Они просто не желают работать.

Рассказывать о пси – модулях и особенностях их работы Дрём не стал, хотя девушка явно интересуется «древними» технологиями. На всякий случай. Очень похоже, что по крайней мере на Агоре Третьей о них не имеют никакого понятия… и пусть так остаётся и дальше. Хуже от этого никому не будет, а Ким гарантировано будет избавлен от головной боли, связанной с возможным интересом поисковиков. Наверняка же они в своих поисках натыкались на приборы из времени Дрёма… В общем, ну его на фиг.

– А что с иглами? Их тоже нужно ждать по полдня?

– Зачем же… Печь иглы можно хоть из пластобетона, хоть из необработанной породы. В последнем случае, правда, выход будет невелик, примерно два – три десятка игл на килограмм исходного вещества, но это если уж совсем не повезёт с породой…

– А если меня занесёт на газовый гигант? – Прищурился парень.

– Тогда, скорее всего, воспользоваться самоспасом тебе уже не светит. На такой экстрим он всё‑таки не рассчитан.

– Ты бы ещё про корону звезды спросил. – Тихо фыркнул молчавший до сих пор Арни и, ловко увернувшись от подзатыльника Мика, спрятался за спиной Нари.

Дрём вздохнул. Скепсис приятеля огневолосой уже начал утомлять, хотя Ким и понимал прекрасно его истоки. Ещё бы! Припёрся в ночи этакий герой – спаситель, исправивший его собственный косяк, и мало того, что уходить не желает, так ещё и выпендривается… и подругу уводит!

Вот ревность, исходящую от парня, Ким, пожалуй, чувствовал даже лучше, чем любопытство всех детей, сидящих в комнате тихими мышками и жадно ловящими каждое слово их беседы… Единственное, чего Ким не мог понять, так это отношение девушки к Мику.

Человеческие эмоции – не фонтан, постоянно бьющий с одной и той же силой, они скорее похожи на костёр, который горит тем ярче, чем больше в него подкидывают дров внимания. Иными словами, пока человек концентрируется на некоем объекте, эмоции в его отношении становятся чётче и ярче. Когда же предмет уходит из зоны внимания, эмоции притухают. У женщин же всё куда сложнее. С их способностью делать одновременно сотню дел чувства, испытываемые в отношении объектов их внимания, часто перепутываются до такого состояния, что уже невозможно определить, не только к какому конкретно действию, событию, предмету или человеку относятся те или иные эмоции, но даже их превалирующий тип. А если добавить к этому способность женщин испытывать одновременно несколько совершенно разных чувств по отношению к одному и тому же объекту… бр – р-р… Так и «утонуть» можно. Недаром в Корпусе работу с женским контингентом предпочитали поручать либо сотрудникам женского пола… либо топаканцам.

– А это что? – Прервал размышления Кима высунувшийся из‑за спины Нари мальчишка, ткнув пальцем в бокс, прикреплённый к другой боковине контейнера. Арни так и фонил гордостью. Оно и понятно, такая полезная находка в глазах остальной ребятни здорово поднимала его репутацию и, соответственно, позволяла занять более высокое место в иерархии группы. По крайней мере, до чьей‑то следующей находки…

– Аптечка с универсальным инъектором. Эту вещь я вам продавать не советую. – Ответил Ким, откладывая в сторону футляр с игольником, тут же оказавшийся в руках Мика. – Подобную, только куда более простую, я использовал, чтобы привести в порядок Тину. Завтра осмотрите её и убедитесь сами. Ни синяков, ни ушибов не найдёте… лучевая кость и рёбра восстановятся в течение пяти – десяти дней, но рукой она может двигать и сейчас, если не перенапрягать, конечно.

– Ты говорил. – Улыбнулась Нари и кивнула на аптечку. – Эта так же может?

– Лучше. У неё есть встроенный анализатор, и она способна проводить местные операции. Извлечь осколки иглы, например. А может и позвоночник «починить», правда, при условии, что с момента повреждения прошло не больше нескольких часов. Про отравления и прочие радости, вроде поноса от некачественной еды, я и вовсе молчу. Может нейтрализовать яд и вывести любой токсин, но опять же, не позднее чем через шесть часов после их попадания в организм. Никаких специальных знаний для управления не требует. Очень полезная вещь в ваших условиях.

– Да уж… У нас же что ни день, то новая травма… – Нари мечтательно зажмурилась, но тут же встрепенулась и уставилась на Кима своими синими глазами. – Кстати… а как её заправлять?

– Стандартными аптечными блоками синтезатор «накормите», он все исходные вещества сам вытащит. Это ж единая система, в одной связке работает. Только вам придётся к старому интерлину привыкать. Язык‑то порядочно изменился за эти столетия.

– А в остальных боксах что? – Снова влез неугомонный Арни.

– Плёнки – сборщики. Для воды, для питания синтезатора… и палатка из универса. Точнее, малый кокон. В принципе, всё.

– А это зачем? – Мик выудил из кармана в одной из боковин контейнера какой‑то продолговатый чехол.

– Не стандарт. – Покачал головой Ким. – Очевидно, самоспас был установлен в чьём‑то персональном транспорте. Вот владелец и запихнул в него что‑то… сверх комплекта, так сказать.

– Нож… – Мик открыл клапан чехла и, ухватившись за рукоять, вытащил на свет тёмно – серый матовый клинок, увидев который, Ким еле сдержал удивление. А вот приятель Нари недовольно скривился. – Тупой…

Клинок действительно выглядел невзрачно, больше походя на муляж, чем на оружие. Невзрачный серый материал с имитацией двусторонней заточки, того же цвета пластолитовая слаборазвитая гарда – упор… разве что рукоять, обтянутая каким‑то упругим и шершавым на ощупь чёрным материалом, производила удовлетворительное впечатление.

– Ну не скажи. – Хмыкнул Дрём, одновременно пытаясь подтолкнуть собеседника эмпатией. – Вполне приличный тренировочный муляж… наверное, талисман бывшего владельца этого самоспаса.

– Раз он тебе так понравился, забирай. – Ухмыльнулся парень. – В качестве компенсации за консультацию.

– Мик! – Воскликнула огневолосая, явно недовольная его выходкой. – Как ты можешь?!

– Тише, тише, Нари. – Ким примирительно улыбнулся, внутри ликуя. Получилось! – Я прекрасно понимаю шутки и совсем не в обиде. В конце концов, мы же уже договорились об оплате моей помощи, не так ли?

– Извини, Ким… иногда кое‑кто просто не умеет держать язык за зубами. – Вздохнула девушка.

– Да ладно, Нари. Всё в порядке. – Дрём махнул рукой и повернулся к Мику. – А за муляж спасибо. Я его заберу… как компенсацию.

Мик недовольно скривился в ответ на эту подколку, но глянув на сурово нахмурившуюся подругу, всё же взял себя в руки.

– Да, пожалуйста. Нам он всё равно ни к чему.

– Вот и славно. А то я на утренних тренировках всё время какими‑то эрзацами вынужден обходится. – Убирая нож в чехол, проговорил Ким.

М – да, если бы не раздражённое состояние собеседника и его крайне слабое пси, Дрёму бы ни за что не удалось сподвигнуть Мика на подобный ход. А так… удачно получилось, ничего не скажешь. Вот если бы пришлось договариваться с Нари, Ким не рискнул бы влиять на её эмоции. Во – первых, он не специалист по эмпатическому манипулированию, а во – вторых, учитывая её довольно мощное от природы пси и известные проблемы, возникающие при работе с женскими эмоциями, ничего хорошего из этого всё равно не вышло бы.

Глава 7

Утро вечера мудренее… или замудрёней?

Доверить Киму приводить в порядок передатчик на своей территории ни Нари, ни Мик не решились, а потому ближе к полудню следующего дня, выспавшийся, но отказавшийся от завтрака и заменивший вожделенный душ коротким купанием в ручье, Дрём отправился в Вейн налегке. Ну, не считать же грузом болтающиеся на бедре ножны с невзрачным муляжом?

Ким без проблем добрался до кольцевой дороги, опоясавшей городок, но едва он пересёк узкое дорожное полотно и сенсорную завесу, как за спиной раздался тихий свист приближающегося транспорта, а ещё через несколько секунд рядом с Дрёмом затормозил двухместный квадр.

– Стоять, босота! Куда намылился? – Резкий окрик водителя квадра, затянутого в старый, но ухоженный боевой комбез планетарной пехоты, заставил Кима остановиться. И едва он замер на месте, как пассажир квадра, одетый в точно такой же костюм, навёл на него станнер.

– Простите, это вы мне?

– Глянь, Той, какой вежливый грыз нам попался. – Со смешком заметил водила, поднимая забрало шлема. Но тут же, скривившись, рявкнул. – Какого хрена ты здесь делаешь, грыз?

Грызами, как Ким узнал из разговора с Нари и Миком, жители Вейна прозвали людей, обитающих в руинах старого города… и прозвище это было оскорбительным. По крайней мере, тот же Мик утверждал, что в Вейне назвать оппонента грызом означало нарваться на драку… или на выстрел, если дело происходило в каком‑нибудь злачном месте невысокого пошиба.

Если бы морф – система не опознала идентификаторы здешней маршальской службы, Ким, наверное, уже положил обоих идиотов наземь, чтоб не тыкали стволами куда ни попадя… Впрочем, позволить себя оскорблять Дрём всё же был не намерен.

– Вообще‑то, я гость города Вейн. – Спокойно проговорил Дрём, сделав шаг, и оказался на расстоянии вытянутой руки от беспечного охранника. Его пассажир чуть отклонился в сторону, не сводя с Кима ствол станнера… неудобно, да. Так на то и был расчёт. А вот сам водила даже не насторожился. Ну как же, он же хозяин положения! Зря. Тоже что ли по «базам» учился?

– Гость города, говоришь… интересно. А идентификатор ты, конечно, потерял вчера в баре, да?

– Почему же? – Ким улыбнулся и щёлкнул пальцем по браслету. – Ловите.

– Хм… – Водила бросил взгляд на собственный браслет, и над тем развернулось мутное для окружающих облачко голограммы. Охранник несколько секунд всматривался в видимую только ему самому картинку и, наконец, свернув её, цыкнул. – И какого харга гость города шляется по буеракам, а не занимается своими делами?

– Это запрещено? – Удивлённо поинтересовался Ким.

– Не приветствуется. Особенно, когда гости уходят гулять в сторону старого города. – Водила хмыкнул, смерил взглядом Дрёма с головы до ног и неожиданно усмехнулся. – А вообще, сдаётся мне, что никакой ты не гость, а грыз с поддельным идентом. Так что, давай‑ка по – хорошему, мордой в пол, руки за голову.

– Повторю. Я гость города… и если ты, господин неизвестный, ещё раз меня оскорбишь – ляжешь прямо тут… Обещаю.

– Той, я ошибся, это не вежливый… а очень наглый гры… – А вот не надо быть таким беспечным. Шаг вперёд, удар по выставленному пассажиром стволу и тут же ещё один, локтем, прямо под поднятое забрало шлема водителя. Ещё пара ударов завершает дело, и оба горе – охранника распростёрлись на пыльной дороге.

– Я предупреждал. А теперь отошлём уведомление в офис маршала о том, что на гостя города напали двое неизвестных. Пусть присылает своих людей и пакует голубчиков. – Проговорил Ким в пустоту и тут же исполнил свою затею, приложив к посланию сделанную морф – системой запись происшествия.

Как‑то не везёт Дрёму в этом городе на прогулки. То на наркоманов напорется, то на ещё на каких неадекватов… С другой стороны, и на интересные знакомства эти сутки оказались так же богаты. Вот, например, тай Хрон… Стоило Киму связаться по браскому со стариком и извиниться, что не сможет прийти на встречу с возможным работодателем по причине пребывания в тюремном блоке, как топаканец примчался в офис маршала, и… проблема оказалась решена. Для этого хватило подтверждения стариком того факта, что «Рокот» Кима со вчерашнего дня стоит у него на стоянке, и записи беседы Дрёма с помощниками маршала, из которой вдруг стало неожиданно понятно, что те повели себя в корне неверно. Не представились, усомнились в честности, оскорбили… в общем, как таких идиотов Агора носит, маршалу абсолютно непонятно. А ведь когда получали значки помощников, казались такими благонадёжными людьми… Цирк. Театр… Зато Ким на свободе и при своём имуществе. Правда, без компенсации, но тут тай Хрон так взглянул на заикнувшегося о ней Дрёма, что стало понятно: дохлый номер. Ну и хрен бы с ним. Зато до ангара топаканца добрались с ветерком на личном краулере очень злого маршала.

– А ты везучий, тин Ким. – Заметил Хрон, выставляя на стол поднос с клемой.

– Да? Ну, если только на знакомства. – Ответил Дрём. – Если бы не твоё появление, дело могло затянуться надолго. Спасибо за помощь, тай Хрон.

– Не за что, тин. Я ведь тоже имею свой интерес в этом деле. Должок у меня перед приятелем, тем самым, с которым я обещал тебя свести. Эх, знал бы ты, как трудно найти в городе приличного техника…

– Хм? И откуда такая информация обо мне? Помнится, я говорил, что имею всего несколько неподтверждённых… «баз».

– Здесь всё просто. Мой вычислитель подсказал.

– В смысле? – Не понял Дрём.

– Тин Ким, не стоит изображать непонимание. Я говорю про попытку прочесть твой браском вчера вечером. Не заметить её ты не мог. Но уж прости старику маленькую слабость. – Хрон спрятал улыбку за ореховой чашкой. – Мой вычислитель настроен таким образом, чтобы снимать максимум информации с клиентских профилей и идентов. Мера безопасности… иногда очень хорошо помогает от молодчиков, промышляющих… всяким… в общем, а твой браском оказался удивительно устойчив к неавторизованному съёму информации…

– То есть к взлому. – Усмехнулся Ким, а старик даже не сделал вид, что смущён. Впрочем, с его невозмутимой физиономией такая попытка всё равно не принесла бы никакого результата.

– Ну, законы о неприкосновенности частной информации у нас, как ты понимаешь, не действуют, так что, да… мой интеллект – комплекс взламывает браскомы клиентов. И нет, я не выскребаю банки памяти до донышка. Мне вполне хватает их контакт – листов. Гарантия, конечно, не абсолютная, но иногда одно знакомое имя в контактах клиента позволяет избежать больших проблем… А я не люблю проблемы и людей их доставляющих.

– Понятно. Старые дела, да?

– Именно. Я прожил весьма долгую и активную жизнь… и как у всякого деятельного человека, недоброжелателей у меня хватает.

– Понятно. Что ж, разумная предосторожность… вот только, сказанное никак не объясняет, с чего вдруг ты, тай Хрон, решил, что я «приличный» техник.

– Ну, то, что ты понимаешь «железо», было заметно по «Рокоту». Следы недавнего обслуживания и ремонта от человека с моим опытом не скрыть. Аккуратно сделано, с толком… А твои познания в интеллект – системах, как я уже сказал, перестали быть секретом с того момента, как мой вычислитель не смог взломать твой браском.

– Военная модель. – Пожал плечами Ким. – Что тут странного?

– Мой комплекс, знаешь ли, тоже не в сим – клубе нашли. – Проговорил Хрон. – И уж алгоритм защиты твоего браскома он всяко должен был «поймать», но… не вышло. А следующий анализ показал, что противодействие взлому не было автоматическим. Ну и кто мог управлять программами защиты твоего браскома, кроме тебя самого? Я уж молчу о том, что занимался ты этим во время нашей беседы, и я ничего не заметил. Значит, у тебя имеется нейроподключение к браскому… не знаю, как сейчас обстоят дела с подобными «игрушками» в большом мире, но до войны подобную роскошь могли себе позволить либо богатые бездельники, либо люди, серьёзно занимающиеся интеллект – системами, их разработкой, ремонтом и обслуживанием. А после войны установить подобный имплант на Агоре стало невозможно. Не ошибусь, если предположу, что отец прочил тебе большое будущее в этой сфере, не так ли?

– Спалился. – Сохраняя каменное выражение лица, проговорил Ким. Отвечать на последний вопрос Хрона он и не подумал. Смысл? Создал себе старик правдобподобную легенду, ну и замечательно, Дрёму она подходит. Главное теперь, не выбиться из её канвы.

– Именно. – Так же невозмутимо кивнул старик. – Отсюда и мой вывод о твоей квалификации.

– Полагаю, тебе очень нужен хороший техник, а, тай Хрон? – Прищурился Ким.

Старик отхлебнул клемы и уточнил.

– Моему хорошему приятелю нужен хороший техник. И учти, нужен настолько, что он готов закрыть глаза на статус гостя города и платить этому самому хорошему технику хорошие деньги.

– Хм… а вчера речь шла о десятке – другом кредитов в день… неужели мои таланты так восхитили твоего приятеля? Или всё дело в редком импланте? – Медленно проговорил юноша, крутя в руках свою чашку с горячей клемой.

– Скажем так… он доверяет моему мнению, тин Ким. И нет, имплант его не интересует. Ему просто очень нужен толковый техник. – Качнул головой старик. Дрём смерил его долгим взглядом, подумал и… кивнул.

– Ну что ж, ему нужен техник, соображающий в интеллект – системах, а мне нужна работа и деньги, чтобы покинуть Агору. Думаю, нам есть о чём поговорить с твоим приятелем, тай Хрон.

– Вот и замечательно, тин Ким. Просто замечательно. – Дёрнул уголками губ топаканец… улыбнулся, вроде. – Тогда я отошлю ему приглашение на встречу. Скажем, в заведении Ли, через часок?

– Там можно заказать хороший обед? – Поинтересовался Дрём. Старик кивнул. – Что ж, тогда пусть так и будет… только, через два часа.

– Договорились. Ещё клемы?

Глава 8

Za zdorov'e…

Вздохнув, Дрём окинул взглядом небольшую, изрядно замусоренную площадку за гаражом, где теперь располагалось его рабочее место, спальня и, возможно, стоянка «Рокота», правда, лишь после того, как удастся расчистить угол огороженного пространства, где сейчас высился целый террикон какого‑то технологического мусора… и истечёт время аренды стоянки в ангаре Хрона.

Переговоры в баре «У Ли» прошли без сучка и задоринки. Владелец магазина и по совместительству ремонтной лавки действительно оказался ровесником топаканца, по крайней мере, на вид ему было не меньше сотни лет. Брим Ром, так он представился. «И давай без фамилий, парень, да?»

Высокий, массивный, и явно ещё не ослабевший от старости, щеголяющий полированной лысиной и роскошными длинными усами, явно являющимися предметом его гордости, мужчина со старым электроскорчером на бедре вызвал у юноши странное ощущение, будто они где‑то уже встречались. Но такого не могло быть, и Дрём выкинул эту сумасбродную идею из головы.

В результате теперь у Кима имеются бесплатная крыша над головой, стол, заранее нежно любимая ванна с нелимитированным расходом воды и работа за двадцать пять кредитов в день… при учёте ненормированности этого самого рабочего дня. Но этот минус перевешивал довольно серьёзный плюс, а именно, обещанная щедрая оплата за ремонт устройств, приносимых в лавку брима Рома на продажу, и возможность брать частные заказы, но исключительно вне территории работодателя.

Оглядев грядущий фронт работ, Ким покачал головой и отправился осматривать предложенное жильё, виденное пока лишь мельком. Дрём вошёл в огромный гараж, рассчитанный, как минимум, на пять «Рокотов» и превращённый владельцем в довольно просторную мастерскую, миновал мощный подъёмник, обогнул длинный верстак и, оказавшись в углу немаленького помещения, отослал с браскома выданный Ромом инфоключ. Металлизированная стенная панель бесшумно отъехала в сторону, пропуская жильца в недра огромного строения, раскинувшегося почти на самой окраине Вейна, недалеко от стоянки Хрона.

За этим «секретным ходом» и располагалось новое жильё Кима. Небольшая комната, совмещавшая в себе функции гостиной, спальни и кухни, с минимумом мебели. Кровать, стол, пара стульев и встроенный в стену шкаф, справа от которого расположилась дверь в санблок, если и уступавший по размерам комнате, то не намного. Впрочем, за огромную ванну, обнаружившуюся в санблоке, Ким готов был закрыть глаза на такую несуразность. Тем более что, несмотря на невеликий объём, чрезмерно тесной комната не казалась. Кубрик в учебке Корпуса, рассчитанный на четырёх человек, был едва ли больше. И там точно не было собственного пищевого синтезатора.

Правда, когда Ким ради эксперимента попытался заказать у автоповара небольшой перекус, то оказался несколько разочарован результатом… судя по всему, отвечающие за вкусовые качества сенсоры синтезатора давно вышли из строя, поскольку вкус получившегося блюда… хм, в общем, ирп лучше.

– Уже работаешь? – Пророкотал Ром, заглянув в мастерскую и застав Кима у верстака, сосредоточенно следящим за суетой одного из «пауков». Разведчик, он разведчик и есть, для мелких манипуляций его конечности подходят идеально. Вот и сейчас «паучок» стремительно разбирал корпус пищевого синтезатора, затрачивая на снятие каждого винта не больше секунды.

Дрём обернулся и кивнул.

– Да, синтезатор барахлит, решил разобраться с причиной.

– Хех… м – да, как‑то я позабыл об этом. Со времени ухода последнего помощника прошло больше года… А я своим пользуюсь… да… – Ром огладил длинные усы и, потоптавшись на месте, кивнул. – Там… детали в хранилище, под тем же ключом. Бери, что понадобится, только запись оставить не забудь. Учёт, в первую голову…

– Понял, брим Ром. – Откликнулся Ким. – Сегодня заказы будут? Или я могу заняться приведением в порядок рабочего места?

– Эка… да вроде бы ничего срочного нет, ну а по моим делам… вечером поговорим, за ужином. Так что, мастерская в твоём полном распоряжении. – Чуть помедлив, ответил тот и, чуть помявшись, потопал обратно в лавку.

В течение всего дня, возясь в мастерской и выглядывая во двор под дождь, чтобы погонять пару древних раздолбанных дроидов, разбирающих хлам, занимающий место будущей стоянки «Рокота», Ким размышлял о том, как удачно сложился его визит в Вейн… и не мог избавиться от нетерпения, с которым ожидал ужина. Должен же Ром рассказать, зачем ему действительно понадобился техник? Нехватка рабочих рук? Да неужели? Судя по состоянию инструмента в мастерской и способу сортировки деталей в подсобке, хозяин лавки и сам очень недурно соображал в «железе», а отсутствие «горящих» заказов позволяло сделать вывод, что запарки с их исполнением у Рома не наблюдается. Значит что? Работодателю нужен исполнитель для какой‑то весьма специфической работы… А учитывая местные особенности, Дрём предположил, что работа эта будет связана с так называемой археологией.

Чистое предположение, конечно. Никаких доказательств, как и объяснений, почему Ром не желает обратиться за решением своей проблемы к местной бригаде поисковиков, у Кима не было… но потому‑то он и горел нетерпением услышать предложение из уст своего нанимателя. В конце концов, чем гадать, лучше получить информацию, что называется, из первых рук. А потом… потом можно будет аккуратно наведаться в старый город. Раз уже есть возможность брать подработки на стороне, и уже имеется заказчик, то почему бы и не воспользоваться удачей.

Ким и сам не заметил, как безликий образ «заказчика» трансформировался в огневолосую девушку с застенчивой улыбкой и стальным взглядом. Хмыкнул удивлённо, тряхнул головой и, получив сигнал от дроидов со двора, ринулся на улицу под хлещущий ливень выяснять, что ещё умудрились натворить эти косорукие создания пьяных троглодитов со справочниками вместо мозгов.

К великому сожалению Дрёма, ужин начался в молчании. В отличие от Хрона, Ром явно не был любителем поболтать за чашкой клемы или чего‑нибудь подобного. Зато на столе вместо продукта из синтезатора стояли блюда, приготовленные вручную, и источали просто божественный аромат, а сам хозяин дома трескал их с таким наслаждением, что Ким невольно заразился его аппетитом и сам не заметил, как смёл содержимое огромной тарелки. Дрём отодвинул опустевшую тарелку и окинул стол ищущим взглядом.

– Грибы попробуй, с нашей фермы. Сам солил. – Ткнув вилкой в сторону плошки, заполненной какими‑то сероватыми кусочками в тягучей слизи, проговорил Ром. Ким недоверчиво уставился на хозяина дома, и тот фыркнул. – Да – да, когда я впервые увидел это блюдо, у меня была такая же реакция. А теперь я уже и не представляю себе хороший стол без грибочков.

Дрём немного поколебался и неловко наколол слизистый кусок на вилку. Понюхал и, получив успокаивающий сигнал от морф – системы, решительно отправил странный продукт в рот. Вопреки ожиданиям, гриб не расползся медузой, а оказавшись на зубах, ощутимо хрустнул. Как ни странно, но солоноватый привкус оказался скорее приятным, а с чёрным, явно самодельным хлебом, так и вовсе замечательным.

– А теперь так. – Заметив довольное выражение лица Кима, Ром хмыкнул и, подхватив неровную квадратную бутылку из настоящего стекла, набулькал её прозрачное содержимое в маленький неудобный стаканчик на тонкой ножке, стоящий перед Дрёмом. – Выдох. Глоток. Вдох. Закуска.

На этот раз морф – система задумалась и после некоторой паузы выдала информацию об условно – безопасном содержимом стаканчика и рекомендацию по очистке организма в случае, если доза продукта превысит сто пятьдесят миллилитров… Алкоголь… да ещё и не ароматизированный, судя по резкому запаху. Ну, на этот счёт у Кима и сомнений не было. Хорошо, что не какая‑нибудь другая дурь. Не хотелось бы напрягать морф – систему созданием сложной цепочки веществ, выводящих синтетическую дрянь из организма.

– Не нюхай. Пей. Залпом. – С ухмылкой проговорил Ром и, дождавшись пока Ким поднимет ёмкость с алкогольной жидкостью, стукнул её краем своего стаканчика. – Твоё здоровье, работничек.

Горькая жидкость огненным комком прокатилась по пищеводу. И только тот факт, что Дрём точно исполнил указание хозяина дома, удержал организм от спазматического кашля. Гадость какая…

– Закусывай, орёл. – Фыркнул Ром, кивнув в сторону плошки с грибами. Ким опомнился и метнул в рот сразу пару солёных ломтиков… вкусно.

Пока Дрём оценивал разницу вкусовых ощущений, брим Ром успел снять крышку с большого блюда, стоящего по центру стола, и, подвинув пустую тарелку, накидал в неё пару десятков странных шариков.

– Отморозь техническая, ты что, пельменей никогда не видел? – Удивился хозяин дома, когда увидел, с каким подозрением косится Ким на поставленное перед ним блюдо.

– А ты, брим Ром, когда‑нибудь джиг пробовал? Морского червя с чёрными водорослями? – Прищурился Дрём и с удовольствием отметил, как передёрнулся его собеседник.

– Не порть аппетит. – Нахмурился тот, сосредоточенно наливая ещё по одной порции алкоголя. – Червей пусть рыбы едят. А пельмени… ничего, сейчас попробуешь, потом сам извинишься.

– А можно я их без этого… – Кивнул на вновь наполненный стаканчик Ким. Ром хмыкнул.

– Ну уж, нет. Пельмени без водки жрут только собаки. И вообще, у Хрона ты от клемы не отказывался? Не отказывался, значит, вежество знаешь. Так чего ж от моего угощения нос воротишь? Обидеть хочешь?

Такой интерпретации и аргументов Ким не ожидал… и сам не заметил, как влил в себя несколько «стопок» водки подряд, под короткие пожелания – поговорки Рома. В ушах зашумело, а настроение поползло вверх. Накатило какое‑то благодушие… усиливающееся похожими эмоциями хозяина дома. Мозг юноши, непривычный к алкоголю, резко отреагировал на небольшую в общем‑то порцию, и если бы ни работа морф – системы, то после ещё двух – трёх стопок под прибаутки – «тосты» неугомонного, раскрасневшегося от выпитого Рома наверняка ушёл бы в астрал, как после порции дури. Но ничего… справился. Пусть и с помощью нанитов, Ким всё‑таки удержался на грани эйфории и даже смог вести внятную беседу, сохраняя определённый контроль над собой. Жаль только, что как и всякий наркотик, нейтрализовать уже ударивший по мозгам алкоголь оказалось куда сложнее, чем только что упавший в желудок. Иначе Киму не пришлось бы прилагать столько усилий, чтобы удержать собственный язык за зубами и не начать рассказывать истории из своей жизни в ответ на байки, посыпавшиеся из неожиданно разговорившегося Рома.

А посидели хорошо, да…

Глава 9

Чаепитие, как способ времяпрепровождения

В старый город Ким отправился уже глубоко за полночь. Он бы, может, и хотел выйти раньше, но пока привёл себя в порядок после попойки, отчего‑то названной Ромом ужином, пока собрал необходимые вещи, время неумолимо утекало, как вода сквозь пальцы. Вот и получилось, что до знакомого подвала Дрём добрался, когда ночь уже давно вступила в свои права. Хорошо ещё, что не пришлось идти под дождём, хотя размокшая земля, особенно на спуске в знакомый овраг, и без льющей с неба воды добавила Киму хлопот.

Тем не менее, до места обитания Нари, Мика и их подопечных Дрём дошёл без проблем, хотя ночные руины жили своей жизнью. Тихой, осторожной… но от этого не менее опасной, судя по тем отголоскам эмоций, что улавливал Ким, пробираясь через пластобетонные завалы. По крайней мере, пару раз рука Дрёма словно сама собой нащупывала на бедре игольник, а пси наполнялось тем, что тренеры в учебке именовали чувством хищника или, коротко, «яростью». И ведь действовало. Пара ночных обитателей руин, подобравшихся к Киму слишком близко, получив по мозгам «яростью», моментально потеряли всю свою уверенность и… спокойно пропустили его, так и не осмелившись напасть. Напоследок Дрёма окатило их удивлением собственной реакции, но преследовать юношу несостоявшиеся грабители не стали. И правильно… чувство хищника невозможно транслировать, если нет готовности подкрепить эмоции действием. То есть, если не готов убивать, то даже пытаться напугать оппонента не получится. Любое живое существо, будь то человек или ксенос, разумный или зверь, поддельную «ярость» распознают с лёгкостью, а то и вовсе не заметят.

В знакомом подвале, расположенном на западной окраине старого города, в северной его части, отделённой от Вейна молодым лесом и цепочкой холмов, к легкому, даже удивившему разочарованию, Кима встретила не Нари, а Тина. Увидев Дрёма, девочка радостно улыбнулась, но тут же нахмурилась.

– А наши все ушли на промысел. – Вздохнула она после обмена приветствиями.

– А тебя оставили на хозяйстве. – Понимающе кивнул юноша, и Тина снова вздохнула.

– Я говорила, что со мной всё в порядке, но Нари… она такая… – Девочка с комичным недовольством покачала головой.

– Наверное, она просто хотела, чтобы ты потренировалась хозяйствовать и встречать гостей. – Предположил Ким, на что Тина смерила его долгим и таким снисходительным взглядом, что парень не удержался от улыбки.

– Ну что ж, будем считать, что именно так оно и есть. – После недолгой паузы проговорила девочка и, потеребив заплетённые в косу чёрные волосы, махнула рукой. – Ужинать будешь? Правда, у нас ничего, кроме ирпов, нет. Мик с мальчишками давно не ходили на охоту… Но теперь‑то точно сходят, с новым‑то игольником.

– Да нет, спасибо, Тина. Я сыт. – Отказался Ким. – А на кого Мик охотится? На грызов?

– В старом городе их почти нет. Если только в подземельях, но там опасно. Зато барок по руинам бегает много. И в лесу они есть. – С охотой начала рассказывать девочка, но тут же сама себя перебила. – Ой, Нари же сказала, чтобы я показала тебе, где лежит передатчик! Идём!

С этими словами Тина ухватила Дрёма за руку и потащила его в соседнюю комнату, где указала на стул у верстака.

– Вот. Садись, можешь пользоваться инструментами Нари, они в ящике под столом. А я сейчас принесу передатчик. – И исчезла. Не девочка, а метеор какой‑то!

Усмехнувшись, Ким проводил умчавшуюся Тину взглядом и, скинув рюкзак, принялся искать в нём действительно нужный инструмент. К тому моменту, когда он вытащил из сумки пару шайб незаменимых «паучков», девочка как раз вернулась в комнату с цилиндром передатчика в руках.

– Держи. – Она водрузила устройство на верстак и, нашарив под ним табуретку, устроилась напротив Кима, явно приготовившись наблюдать за его работой.

– Спасибо, Тина… – Кивнул Дрём, активируя дроидов. Глаза девочки тут же загорелись от любопытства, так что ему пришлось несколько раз повторить свой вопрос, прежде чем она отвлеклась от созерцания приплясывающих на столе «паучков» занятых самодиагностикой. – Так что это за барки такие?

– Барки? Ну, маленькие такие пушистые зверьки. Вкусные, и мех у них тёплый. Говорят, их раньше в домах держали, вроде как ради забавы, но я не уверена. – Пояснила девочка, не сводя взгляда с дроидов, успевших заняться съёмом корпуса будущего передатчика. Перенастроить его без физического доступа к встроенному вычислителю было невозможно, потому‑то и суетились «пауки», старательно высверливая «мёртвые» крепления оболочки. – Раньше Мик частенько ходил на охоту, но недавно у него кончились заряды к игольнику, и пришлось перейти на ловушки. Вот только за ними глаз да глаз нужен. Не успеешь обернуться, как добыча исчезает. Да и барки в них не так часто попадаются. Пришлось нам перейти на сухпайки, ирпы эти самые. Их‑то всегда купить или обменять можно… было бы на что.

– А что, воруют добычу?

– Ещё как. – Кивнула Тина. – Здесь многие охотой промышляют. Один выстрел из игольника, всё‑таки дешевле ирпа.

– А что же Мик не стал менять их на иглы? – Удивился Ким, краем глаза наблюдая за работой дроидов.

– У него игольник необычный, я видела. Родер калибра ноль точка ноль три. Их только в Соединённом королевстве производят, а у Ронда не было с ними контрактов на поставку оружия. Мик говорил, иглы такого калибра здесь не найти. Вот так.

– Ну да, был один редкий калибр, теперь будет другой. Судьба, не иначе. – Хмыкнул Ким, и Тина улыбнулась.

– Зато здесь хотя бы недостатка в боеприпасах не будет. – Довольно проговорила девочка. – Мы уже с синтезатором разобрались… кстати, Нари удивилась, что в отличие от самого кофра, там не было никакого пароля.

– Правильно. – Кивнул Дрём. – А зачем? При открытии самоспаса во всех его агрегатах прописываются данные открывшего его армейца. Соответственно, если где‑то впоследствии всплывёт хотя бы один из предметов, всегда можно определить, кто именно последним открывал самоспас и, соответственно, толкнул военное имущество «налево». Это и сейчас так.

– Что, правила совсем не изменились? – Удивилась Тина.

– А зачем менять то, что и так хорошо работает? – Пожал плечами Ким и, получив сигнал от дроидов, сосредоточился. – Так… извини, хозяйка, но теперь мне нужно работать. Дальше «пауки» без меня не справятся.

– Всё – всё. Не мешаю. – Кивнула девочка и, чуть помявшись, попросила. – А можно я рядом посижу, посмотрю?

– Можно, конечно. Только ничего интересного ты не увидишь. – Честно предупредил Дрём. – Я буду работать через браском.

– Ла – адно. – Протянула Тина. – Тогда пойду, займусь делами. Скоро наши должны прийти… М – м… а может тебе травяной взвар сделать? Логи с Марой собирают хорошие травы, из них вкусный напиток получается. А если ещё и с ягодами роха…

– Не откажусь. Спасибо, Тина. – Улыбнулся Ким, разворачивая над браскомом облачко голограммы, нужное ему на самом деле только для маскировки реальной работы с маяком через морф – систему. Девочка кивнула и снова умчалась в соседнюю комнату.

Дрём тут же выудил из‑под браскома универсальный шунт морф – системы и, удерживая его так, чтобы со стороны не были заметны шевелящиеся тонкие усики контактов, поднёс к инфопорту маяка, только что освобождённому дроидами от заглушки. Шунт скользнул в отверстие, и морф – система почти тут же подала сигнал о подключении. Замечательно. Вот теперь можно попробовать договориться с древним аппаратом.

И Ким окунулся в круговерть протоколов и шифров. Заставить сотрудничать интеллект – систему, оснащённую пси – модулем, будет посложнее, чем взламывать нынешние вычислители. С другой стороны, допуск орма позволял многое, в том числе и использование, так сказать, недокументированных возможностей различных устройств… если таковые имелись, конечно.

* * *

– Ну, что скажешь? – Спросил топаканец, дождавшись, пока его собеседник пригубит ароматную клему из ореховой чашки и, утерев седые усы, поставит её на стол.

– Интересный паренёк. – Чуть помолчав, неторопливо ответил тот и усмехнулся. – Банку держит.

– Твои идиомы… – Чуть дёрнул краем губ Хрон, в свою очередь, делая глоток горячего, но не обжигающего напитка.

– Не хуже твоих. – Как ни в чём не бывало пожал плечами Ром и, заметив пристальный взгляд, брошенный на него топаканцем поверх чашки, хмыкнул. – Ладно – ладно, не сверкай глазами, старый. Говорю же, интересный мальчик. Язык за зубами держать умеет, себя даже во хмелю контролирует. Как техник… хм, синтезатор, он, положим, отладил в два счёта, и программные, и «железные» недочёты нашёл и ликвидировал без особых проблем.

– И что, никаких странностей ты не заметил? – Поинтересовался Хрон.

– Ну почему же… – Протянул Ром. – Кое‑что нашлось, хотя стоит ещё понаблюдать, но… уже сейчас могу сказать, что с аппаратурой он работает несколько необычно. Некоторых общеизвестных приёмов техников не знает и действует по шаблону, зато там, где любой из нынешних рукосуев от схемы и на миллиметр отступить побоится, он импровизирует… но явно с расчётом. По крайней мере, после его починки синтезатор стал куда экономнее при тех же затратах продукта. И без потери качества.

– И это всё?

– А что тебе ещё надо, старый? – Удивился Ром. – Мозги у парня есть, практики маловато, но какие его годы… точнее, не так. Практика у него есть, только явно не на базах наработанная. Моторика, приёмы… кто‑то его учил и учил вживую. Думать и делать, а не тупо следовать рекомендациям баз, высчитывая проценты повышения эффективности от замены одних узлов на другие. А вот работать по шаблонам он явно не привык. Как‑то так… зато дроиды под его управлением просто летают. Я даже не думал, что мои старички могут так работать… Представляешь, они за полдня умудрились растащить свалку на моём заднем дворе, к которой я год не знал как подступиться, всё боялся, что дроиды просто сдохнут на ней в разгар работы. А он справился, и справился неплохо.

– Значит, головастый? Да ещё и дроиды… хорошо. Очень хорошо. – Медленно кивнул Хрон и, обратив внимание, что чашка собеседника опустела, подлил в неё горячей клемы из стоящего на подносе керамического сосуда. Немного, на пару глотков…

Покосившись на ореховую чашку с плещущимся на донышке напитком, Ром вздохнул. Кажется, разговор будет долгим.

ЧАСТЬ III

ВСЁ ТЕЧЁТ, НИЧЕГО НЕ МЕНЯЕТСЯ

Глава 1

Как тесен мир…

Договориться с упрямым цилиндром у Кима получилось только к утру. Зато теперь можно было с уверенностью сказать, что вместо стандартного маячка из самоспаса на верстаке стоит полноценный межсистемный передатчик с полностью актуальными протоколами связи, честно слямзенными укрощённой интеллект – системой из пространства. Благо, как и всякая звезда в освоенном космосе, светило системы Агора тоже участвовало в ретрансляции сигналов межсистемной связи, а уж вычислителю, установленному в бывшем маяке, при наличии активного элемента и мощного пси – модуля, да при активной помощи морф – системы Кима просканировать и распознать проходящие через систему сообщения, было не так уж сложно.

Отвалившись от верстака, Ким потянулся и, широко зевнув, улыбнулся. Что может быть лучше хорошо выполненной работы? Только её оплата и… крепкий, долгий сон.

– Ну как? Получилось? – Голоса Тины и Нари слились в один тихий, но удивительно слаженный возглас. На этот звук в комнату заглянул и заспанный, но явно заинтересовавшийся происходящим Мик.

– Да. – Дрём довольно кивнул, оборачиваясь к ним. – Передатчик готов к работе. Все протоколы обновлены, опознаватели приведены к нынешним стандартам, теперь к передатчику можно подключиться с обычного браскома… если есть инфоключ, конечно.

– А сам инфоключ? – Поинтересовалась Нари. Ким ухмыльнулся и постучал указательным пальцем по виску.

– Здесь. – В ответ Мик неопределённо хмыкнул, и Дрём ему кивнул. – Ну да, должен же я подстраховаться, правильно? В конце концов, мы друг друга толком не знаем…

– Думаешь, мы тебя кинем? – Прищурился Мик. Нари же только вздохнула, поджав губы, но ничего не сказала.

– Вовсе нет. – Покачал головой Дрём. – Всего лишь мера предосторожности. У вас само устройство, у меня инфоключ. Гарантия, что никто из нас не останется без своей доли. Возражения?

Нари с Миком переглянулись и одновременно покачали головами. Тина же, внимательно прислушивавшаяся к беседе, только фыркнула.

– Вот и замечательно. Сегодня я закину удочку насчёт продажи передатчика…

– Мы тоже можем заняться поиском покупателей. – Буркнул Мик, но Ким нахмурился.

– Не советую. Вряд ли среди здешних жителей найдётся хоть кто‑то, способный купить подобную вещь. А если и найдётся… то не факт, что заплатит.

– А эти из‑за холма, значит, все честные, да? – Прищурился приятель Нари.

– Сомневаюсь. Но там есть возможность провести сделку без обмана. За пять процентов от цены договора служба маршала обеспечит защиту при обмене товара на кредиты. И в этом случае попытка кинуть контрагента, от какой бы стороны она ни исходила, обеспечит обманщику немалый штраф и «чёрную метку», то есть запрет на торговлю во всех городах восточного побережья. – Не зря же Ким целый вечер убил на разговоры с Ромом? Успел расспросить работодателя о правилах торговли в городе…

– И чьи пять процентов ты предлагаешь отдать маршалу? – Поинтересовалась Нари.

– Я предлагаю вообще их не учитывать при дележе. – Ответил Дрём. – Проще считать их накладными расходами и не забивать себе голову ерундой.

– Но пять процентов это… это… – Тина попыталась возмутиться, но слишком громко, так что огневолосая тут же на неё шикнула, чтоб та не разбудила спящих.

– Мы пока не знаем стоимость передатчика, так что гадать, сколько кредитов составят эти пять процентов, не получится. – Положив руку на плечо девочки, проговорил Мик. – Единственное, что можно сказать с уверенностью, полная сумма потянет не на одну тысячу кредитов.

– Скорее, здесь речь идёт о десятках тысяч. И именно поэтому так важно, чтобы слухи о передатчике не пошли гулять по округе, понимаешь? – Поддержала приятеля Нари, и Тина, секунду подумав, вздохнула.

– Понимаю. За такие деньги нас просто вырежут. – Невозмутимым тоном проговорила она. Вот только сомневаться в том, что одиннадцатилетняя девочка действительно прекрасно представляет, о чём говорит, не приходится. В трущобах Нижнего Салема дети тоже взрослели быстро…

Нахмурившись, Ким постарался отогнать не вовремя накатившие воспоминания шестисотлетней давности и улыбнулся.

– Не волнуйся, Тина. Мы постараемся провернуть дело так, чтобы никто не пострадал. – Заверил он девочку, и та, внимательно и серьёзно посмотрев ему в глаза, сосредоточенно кивнула.

– Смотри, ты обещал. – Заявила она и тут же, с детской непосредственностью спросила. – Взвару хочешь?

– Не откажусь.

Потягивая горячий терпкий напиток, оценённый морф – системой как слабый, но практически безвредный стимулятор, Ким выбрался из подвала и, усевшись в глубокой тени под нависающей пластобетонной плитой, образовавшей своеобразный «козырёк» над входом в подвал, уставился на тонкую огненную полоску, прочертившую горизонт там, где серо – зелёная масса воды сходится с наливающимся розовым светом небом.

Того, что кто‑то может высмотреть его здесь, Дрём не боялся. «Пауки», расползшиеся по округе, создали вокруг места обитания Нари и её друзей плотное поле внимания и держали непрерывную связь с вычислителем, а через него и с браскомом, контролируемым морф – системой Кима, так что о приближении незваных гостей он узнает заблаговременно. Да и рассмотреть его в довольно узкой щели в тени плиты было задачей не из простых.

Допив взвар и бросив взгляд на выплывший из‑за горизонта солнечный диск, Ким поднялся на ноги, потянулся и, созвав дроидов, отправился собираться. Впереди долгий день, а он опять толком не выспался… придётся снова воспользоваться стимуляцией через морф – систему…

Как назло, по возвращении в Вейн, на этот раз, хвала звёздам, без эксцессов в виде встреч с очередными наглыми охранниками, Ким тут же оказался загружен невесть откуда взявшимися заказами, так что за весь день у него не нашлось и минуты, чтобы поесть, не говоря уж о времени на поиск необходимой информации в местной сети. В результате, к вечеру, Дрём еле волочил ноги и сразу после ужина, наскоро приняв душ, завалился спать. Морф – система – штука хорошая, и в боевом режиме наниты способны очень долго снимать симптомы усталости, поддерживая и стимулируя организм. Одно «но»: после такого номера Киму пришлось бы отправляться в медкапсулу на чистку, а здесь это удовольствие не из дешёвых… да и по вымываемым продуктам распада толковый медик может слишком многое понять, зачастую неправильно, но… от этого количество проблем у Дрёма вряд ли уменьшится. А потому прошедшие двое суток ему пришлось провести, пользуясь лишь распространёнными на Агоре «естественными» стимуляторами. От клемы Хрона и тоника из «ирпов» до кофе Рома и взвара Инги.

Следующий день стал почти полной копией предыдущего: Ром просто‑таки завалил Кима различным переломанным хламом, определить происхождение которого порой затруднялся даже сканер. Но ничего, отменно выспавшийся и сытый, Дрём довольно скоро приноровился к потоку сломанной техники, а к обеду и вовсе выработал простенькую схему сортировки поступающей в ремонт аппаратуры.

А после короткого перекуса поток заказов как‑то неожиданно иссяк, и Ким получил возможность заняться собственно тем, для чего его наняли. Ремонтом всего того, что натащил в его мастерскую Ром.

От работы над очередным, убитым в хлам голопроектором с поцарапанными линзами Дрёма отвлёк визит работодателя.

– Ты тут ещё в дроида не превратился, Ким? – Голос Рома разнёсся по мастерской, заставив юношу выглянуть из‑за массивной холодильной установки, привезённой этим утром из заведения «У Ли».

– А что? Ещё заказ?

– Да нет. Откуда? После заката магазин закрыт, так что до завтра никакие клиенты нам не грозят.

– Уже вечер? – Удивился Ким, кинув взгляд на браском. – Ох ты… заработался.

– Вот – вот, а я о чём. – Кивнул Ром. – Ужинать будешь?

– С удовольствием.

– Вот и замечательно. Тогда через полчаса заходи. Заодно с сыном моим познакомишься. – Констатировал Ром и, насвистывая какой‑то незатейливый мотивчик, потопал к себе.

Закончив со шлифовкой линз голопроектора и установив их на место, Ким погонял отремонтированный аппарат в разных режимах и, удовлетворившись результатом, довольно хмыкнул. Вот теперь можно и отдохнуть… Кстати, и оговоренные работодателем полчаса уже истекли… почти. Так что, Ким как раз успеет привести себя в порядок, прежде чем садиться за стол.

– О, ты вовремя. – Ром крякнул, водружая на деревянный стол массивную и явно нелёгкую кастрюлю странной формы. Интересно, из чего она? Морф – система тут же отреагировала на интерес владельца, и сканер, подумав, выдал результат…

– Чугун? – Не сдержал удивления Ким, рассматривая причудливую кухонную утварь. Хозяин дома усмехнулся.

– Он самый. Приятель подарил… лет сорок назад. Привет с родины.

– Однако… – Протянул Ким. В его голове с трудом укладывалась мысль о том, что кто‑то будет тащить с собой через пустоту пятикилограммовый кусок примитивного высокоуглеродистого железа в качестве подарка.

Хозяин дома оглянулся на звук открывающейся двери и широко улыбнулся.

– О, а вот и мой вечно всюду опаздывающий сынок. Знакомьтесь, Влад, Ким…

Оглянувшись, Дрём воззрился на вошедшего в комнату мужчину. Хм, а он думал, что «Влад» это фамилия…

– Да мы, вроде как, уже знакомы. – Протянул здоровенный детина в комбезе планетарных войск, почесав пятернёй затылок.

– Добрый вечер, брим маршал. – Кивнул Ким, поднявшись с табуретки.

Глава 2

Мужские игрушки

– А потом этот гений продемонстрировал запись разговора с моими людьми. Собственно, уже одного этого факта было достаточно, чтобы я освободил Кима из‑под стражи, но тут примчался твой приятель и устроил в участке форменный скандал… Те два идиота, что решили подзаработать деньжат на «глупом мальчишке», теперь не раз пожалеют о сделанном. – Закончил маршал свой краткий пересказ отцу истории о знакомстве с Дрёмом.

– Почему? Неужели владелец стоянки в Вейне такой влиятельный человек? – Поинтересовался Ким, и отец с сыном переглянулись.

– Во – первых, он владеет всеми стоянками в городе. – Медленно проговорил Ром, и Дрём хмыкнул, вспомнив момент знакомства с Хроном…

– А во – вторых, ему принадлежит единственная мастерская по ремонту транспортной техники и тяжёлых дроидов. – Закончил за отца Влад и добавил, – правда, у поисковиков имеется своя рембаза, но чужих они туда не пускают ни под каким видом. Так что, у моих накосячивших подчинённых возникла весьма серьёзная проблема с ремонтом личного транспорта. Цену старик будет ломить… пустотную.

Надо же, время течёт, всё меняется, но некоторые вещи остаются такими же, как и шестьсот лет назад… Цены в пустоте, особенно на ремонт оборудования и планетарные продукты, всегда отличались немилосердностью и, судя по словам маршала, так оно остаётся и по сей день.

– Однако… – Протянул Ким.

В этот раз ужин не превратился в попойку. Хотя отец с сыном и не отказались от пары рюмок водки, но усугублять не стали. Зато после ужина… Ким глянул на Рома, вытащившего из холодильника литровую бутыль с тёмным, почти вишнёвого цвета содержимым, и решил откланяться. Ни отец, ни сын удерживать его не стали. Дрём поднялся из‑за стола, чуть брякнув кобурой с игольником, которую по примеру здешних жителей не снимал даже в доме, и тут же поймал заинтересованный взгляд маршала.

– Хм… а в тот раз я и внимания не обратил на твой игольник. – Медленно проговорил Влад. – «Минор», да?

– Десятый. – Кивнул Ким.

– Ну, началось… – Вздохнул Ром, покачав головой. Но Влад даже внимания на него не обратил.

– Серьёзный калибр. Военная версия, редкость в наших местах. Тысячи на полторы кредитов потянет, если с обвесом.

– Две с половиной. – Уточнил Дрём, вспомнив информацию, выуженную из сети, и, заметив приподнявшуюся бровь маршала, пояснил. – Офицерский вариант в комплектации для полевых сотрудников СПБ. Снят с консервации перед самой войной и до недавнего времени хранился в герметичном сейфе. Фактически, новьё.

– Повезло. Хм… Ким, я смотрю, ты в оружии понимаешь. А пострелять не хочешь? У нас тут имеется очень приличный тир. – Осведомился Влад, явно имея в виду возможность уговорить Кима позволить ему испробовать «Минор» в деле.

– С удовольствием. – Кивнул Дрём.

– Замечательно. – Улыбнулся маршал. – Тогда завтра вечером подходи к заведению Ли, а оттуда двинемся на стрельбище.

– Хм… Влад, а как насчёт больших дистанций? – Поинтересовался Ким.

– Есть открытая площадка с двухкилометровым полем и подсветкой, но если будет дождь… сам понимаешь. – Пожал плечами маршал. – А что, у тебя имеется ещё что‑то?

– Карабин «Точный». – Отозвался Ким, и глаза Влада сверкнули…

– Установим тент. – Решительно проговорил маршал под насмешливым взглядом отца. Подумал и добавил, с энтузиазмом потерев ладони. – Я, пожалуй, тоже вытащу кое‑что из своей коллекции… для сравнения, так сказать.

– Договорились. Тогда, до завтра?

– До завтра, Ким. – Пожав руку юноше, ответил Влад. Ким кивнул на прощание отсалютовавшему ему рюмкой Рому и отправился к себе.

Уже ложась в постель, Дрём вспомнил об одной из причин, что сподвигла его на предложение своих услуг по превращению древнего маяка в межсистемный передатчик и, недолго думая, отправил запрос на подключение. Благо, связь с маяком из любой точки планеты была одной из его встроенных возможностей.

Информация. Местная сеть просто физически не могла предоставить ему доступ к межсистемной связи за полным отсутствием такового, а Киму было интересно, что творится в мире, и как он изменился за прошедшие века. Кроме того, если, выбираясь из подземелья, он беспокоился только о выживании, то теперь следовало озаботиться дальнейшими планами, что называется, «на послезавтра». То есть тем, что он будет делать, выбравшись с Агоры Третьей. Куда отправится и чем займётся… А для этого необходимо знать о происходящим за пределами системы несколько больше, чем представлено в справочнике – «базе» из школьного курса, оставленном ему Логаном. Ну и, кроме того, хотелось бы узнать, сколько может стоить сам передатчик в условиях, когда его приобретение не является проблемой. Так хоть можно будет сориентироваться в ценах, поскольку найти что‑то подобное в сети Агоры Третьей Киму так и не удалось. Никаких упоминаний. Даже в архивах нет информации о том, что подобные вещи когда‑либо выставлялись на продажу. Конечно, это не показатель, ведь большая часть сделок с найденным оборудованием совершается на Агоре, так сказать, в живую… но не насторожить такое отсутствие информации не могло. В то, что до сих пор никто не находил ни одного межсистемного передатчика и не пытался его продать, Дрём не верил. Хоть где‑то, хоть краешком, незначительным упоминанием, но инфа о передатчиках должна была просочиться в сеть, но её не было. А это значит, что либо её затёрли, либо подобные сделки действительно проводились только вживую… Но и тот, и другой вариант говорит об одном. При продаже бывшего маяка следует быть предельно осторожным и внимательным.

Получив отклик передатчика, Ким отдал команду на подключение к межсистемной связи и погрузился в круговерть информации, непрерывным потоком несущейся через систему «на гребне гравитационных волн»… как выражались некоторые романтики в незапамятные времена.

Утро принесло свежесть после ночного дождя, солёный ветер с океана… и смутную идею, навеянную Киму долгим сёрфом по галакому и пришедшим перед самым рассветом сном о давнем, почти забытом времени, когда он ещё не знал ни гниющих трущоб Нижнего Салема, ни государственного приюта зверёнышей на Гнозисе… ни выматывающей душу учебки Корпус Сервус. Двенадцать лет и шесть столетий… Мозг плавится, когда подумаешь об этой прорве времени.

За работу Ким взялся, пребывая в довольно раздраенных чувствах. Накатило, что называется. Впрочем, не в первый раз уже, так что метод борьбы с этим дурным состоянием Дрём освоил ещё в холмах… Занять себя делом, и через полчаса от хандры не останется и следа.

Так вышло и на этот раз. Увлёкшись ремонтом, в основном сводившимся к чистке домашней аппаратуры и замене сгоревших узлов, он чуть не пропустил обед, за которым узнал, что его рабочий день уже закончился.

– Выходные, Ким. – Пояснил Ром, пожав плечами. – Мне не нужны загнанные до смерти работники, так что, сегодня и завтра можешь спокойно отдыхать. Сходи, прогуляйся по городу, развейся… Сегодня, кстати, будут гуляния в центре, загляни, не пожалеешь. Может, с какой девчонкой познакомишься. Хотя – а… ты же на стрельбище собрался? Хех, тогда совет о девчонках можешь забыть. Там они точно не водятся.

В этом Ром оказался абсолютно прав. В тире женщин не было, зато вооружённого народа хватало. Выходной день, он и есть выходной. На стрельбище выбрались даже те, у кого скорчер, станнер или игольник в обычные дни мирно покрываются пылью в кобуре или являются не более чем аксессуаром, без которого просто неприлично выйти на улицу.

Но несмотря на довольно большое количество людей, пришедших в тир, чтобы продырявить десяток – другой мишеней, проблем со свободной огневой точкой у Кима не возникло. Спасибо Владу, он просто открыл пару «линий», отведённых для подготовки его службы…

И, кстати, не только Дрём удивил его своим трофеем, но и у сына Рома нашлось чем вызвать интерес Кима. Пара ручных игольников калибра ноль точка ноль пять, явно выполненных на заказ и способных поспорить с его собственным «Минором» за счёт использования зарядов с кумулятивным эффектом. По крайней мере, лёгкую броню они прожигают весьма эффективно. Да и в руке близнецы – «Хищники» производства рондесского ВПК – сидят очень комфортно. Небольшие и очень удобные машинки. Но вот универсальности «Минора» у них нет. И каждый тип зарядов приходится размещать в отдельном магазине или чередовать. Впрочем, это преимущество своего игольника Ким изначально решил не открывать, а потому призма с нанитами так и осталась в кобуре, а резервуары с уже готовым гелем так и не покинули кармашков на поясе Дрёма.

А потом пришёл черёд испытания «Точного», в который Влад вцепился мёртвой хваткой. Киму даже не нужно было быть эмпатом, чтобы понять, какие чувства испытывает маршал к этому изделию русских оружейников. Его даже начавший мелко накрапывать дождь не удержал от испытания. Впрочем, с обещанным тентом полившая с неба вода большой проблемой не стала, тем более с учётом наличия в открытом тире автоматической транспортировки мишеней, благодаря которой не было никакой необходимости месить грязь, мотаясь к целям, чтобы оценить результаты стрельбы или заменить продырявленную мишень.

Киму же довелось вволю пострелять из автоматического рельсовика, небольшой и очень удобной машинки, способной выпускать до пятнадцати зарядов в секунду. Одна проблема… энергию жрёт едва ли не быстрее, чем стреляет. Поэтому нет ничего удивительного в том, что вместо магазинов с боеприпасами стрелку приходится обвешиваться энергоячейками…

* * *

Влад проводил взглядом уходящего вниз по улице работника отца и жестом подозвал к себе стоящего невдалеке владельца клуба.

– Возьми мишени с наших линий и прошерсти библиотеку «отстрела». Посмотрим, что за птицу занесло к нам в гости.

– Будет исполнено. – Кивнул тот и, блеснув значком помощника маршала на груди, исчез в здании.

– Имя именем, но так оно вернее будет. – Пробормотал маршал себе под нос, доставая из портсигара самодельную сигарету.

Глава 3

Деловое свидание

В следующий визит в старый город, через пару дней после пострелушек в тире с маршалом, Ким не поленился прихватить с собой пару дешёвых браскомов, валявшихся в «трофейном» ящике «Рокота», не забыв предварительно их почистить, оставив только голую операционку с минимумом функций и подключив через доставшуюся от «связиста» станцию к планетарной сети. Теперь в случае необходимости Нари или Мик могли с ним связаться, не мотаясь в город и не дожидаясь, пока он сам заявится к ним в гости.

Ну, а кроме того, по пути он заглянул в продуктовую лавку, где прикупил десяток «ирпов», отдав за них дневной заработок, пару тушек пустынных грызов, обошедшихся ему в пятнадцать кредитов, ну и сласти для детей. Итого, минус пятьдесят кредитов. Натуральный грабёж. Но, увы, так везде. Покупая одежду для себя, ему вообще пришлось выложить сотню кредитов. Это за два технических комбеза без коннекторов, три футболки и нательное бельё! А куртка из кожи морского драйка за пятьдесят кредитов? Бр – р…

Ким вздохнул. Статус гостя города давал о себе знать. Будь он хотя бы «работником», цена на любую покупку оказалась бы процентов на двадцать ниже. С другой стороны, ждать, пока совет примет положительное решение по этому вопросу, и ходить всё это время в одном и том же комбезе было бы глупо. Вот и пришлось раскошеливаться.

Хорошо ещё, что Ром согласился взять у него несколько «трофеев» по вменяемой цене, не цепляясь к статусу. Так, Ким вполне удачно пристроил оба «Треска» за пятьсот кредитов и потрёпанный плазмобой за сотню. Остальное Дрём пока решил придержать, хотя Ром довольно прозрачно намекал, что готов выкупить у него «пауков». Но тут уж Ким сделал вид, что в упор не понимает, о чём идёт речь. Расставаться с дроидами – разведчиками, показавшими себя толковыми универсальными помощниками, незаменимыми для мелких работ, он не собирался. Вообще. Пришлось работодателю отступить.

Как бы то ни было, но ситуация с деньгами подталкивала Кима к необходимости чуть поступиться осторожностью и поторопиться с продажей передатчика. Гости из космоса могут прибыть в любой день, и оказаться в этот момент без средств для оплаты перелёта парень не желал. Правда, была у него надежда на «Рокот», вот только были и подозрения, что если станет известна причина продажи, нормальной цены за машину ему не дадут. Тем более, что один осведомлённый человек в городе уже имеется… Хрон.

А передатчик… как выяснил Ким из своих «заплывов» по галакому, даже за пределами системы он стоит около пятидесяти тысяч кредитов, так что, учитывая закрытость Агоры и урывочные контрабандные поставки продуктов отсутствующих здесь технологий, можно смело рассчитывать на трёхкратное увеличение стоимости. По крайней мере, среднее соотношение цен примерно такое.

Сто пятьдесят тысяч… весомая сумма даже для вейнских поисковиков, второй по обеспеченности группировки в городе. Да и «подводники», чья резиденция находится на центральной площади, тоже не раз подумают, прежде чем выложить такие деньги.

Хотя убить ведь могут и за меньшее. Например, за те три с половиной тысячи кредитов, что сейчас имеются на чипе у Кима, благодаря щедрости Логана, трофеям с «археологов» Сухого и жалованью, получаемому у Рома, где‑нибудь в старом городе его запросто грохнут… раз пять. Да что там… обитателям бывшего курортного города и сотня кредитов уже богатство.

Собственно, именно о деньгах Ким и шёл разговаривать с Нари и Миком. Видел он недавно, как Ром принял у «гостя из‑за холмов» старый пищевой синтезатор, заплатив за него десятку. Ремонт этого устройства, найденного где‑то в руинах, заключавшийся в замене пары шин и треснувшего корпуса, стоил максимум пяток кредитов, а продавать отремонтированный аппарат Ром собрался, минимум, за пятьдесят кредитов. И это цена для полноправных горожан, а не «работников» или «гостей», вроде самого Дрёма. Не кисло?

Вот Ким и решил немного подзаработать на поставке… хотя бы деталей для ремонта. А если выгорит, то можно будет и кое – какую мелочёвку из найденного в руинах хлама попытаться пристроить на полках магазина Рома.

– А в чём твоя выгода? – Подозрительно прищурился Мик, когда ребятня утихла после бурной радости от полученных в подарок сластей, и Дрём выложил своё предложение старшим.

– Всё довольно просто. – С готовностью принялся объяснять Ким. – Я – «гость города», это значит, что цены на любой покупаемый товар для меня выше на восемьдесят – сто процентов от той цены, за которую его могут приобрести горожане. И, соответственно, сбыть собственные находки я могу с той же разницей в цене, но уже в минус. Работать по основной… специальности, то есть поисковиком, мне в этом случае просто невыгодно. Не отобью даже накладные расходы… если, конечно, не повезёт наткнуться в поиске на что‑либо равноценное нашему передатчику. С другой стороны, сидя в мастерской и работая техником, я могу продавать отремонтированные устройства через магазин своего работодателя. Он вменяемый человек и цену сильно занижать не будет.

– Почему? – Тут же встряла Нари.

– Потому что ему нужен соображающий техник. А какой нормальный специалист пойдёт на жалованье разнорабочего? Так что, Рому проще выплачивать мне десять – двадцать процентов от стоимости восстановленной техники, выставленной на продажу в его магазине, и не иметь проблем с кучей неремонтируемого хлама в мастерской. Но для того, чтобы я мог нормально работать, мне нужен объём. То есть та самая поломанная техника и запчасти. Если я сам буду бегать по руинам в поисках хабара, то времени на работу в мастерской у меня не будет. А вот если поставкой займётесь вы, то все будут довольны. У вас появится надёжный канал сбыта найденного, у меня будет достаточно материала для работы, а Ром сможет пополнить ассортимент своей лавки. И все довольны.

– Хм… – Мик с Нари переглянулись и… кивнули. Заговорил юноша. – Интересное предложение, думаю, мы сможем договориться…

– Замечательно. Тогда перейдём к частностям. – Улыбнулся Ким, вытаскивая из рюкзака браскомы. – Держите. Они подключены к сети и… невидимы в ней. Если, конечно, вы не попытаетесь влезть в закрытые инфоветки, тогда их анонимность я гарантировать не смогу, учтите.

– Эм… это же сотня кредитов, не меньше… – Протянула Нари, крутя в руках браском и явно не решаясь его надеть.

– И что? Нам нужна постоянная связь. Не бегать же мне к вам каждый раз со списком требуемых запчастей или оборудования, правильно? Да и я сильно сомневаюсь, что вы сбежите с этими приблудами или толкнёте их кому‑то. Ну а если у вас всё‑таки возникнет необходимость в деньгах, надеюсь, вы сообразите сначала связаться со мной. Уж сотню – другую кредитов для своих партнёров я точно смогу выкроить.

– Кстати, а если мы не сможем найти необходимое? Всё‑таки старый город это не склад. – Проговорил Мик.

– Тогда вам будет достаточно сообщить мне об этом. Желательно, хотя бы за сутки до поставки. – Произнёс Ким. Нари звонко и заразительно рассмеялась.

– Можно подумать, что здесь сидят директора корпораций и обсуждают условия контракта. – Пояснила она свою неожиданную весёлость. Дрём отвёл взгляд от заворожившей его улыбки.

– В какой‑то мере, так оно и есть. Разве что у меня, по сравнению с вами, должность «пожиже». – Проговорил он, стараясь не обращать внимания на неожиданно нахмурившегося приятеля Нари. – Всего лишь директор производства.

– Идея понятная. – Подвёл итог Мик. – И думаю, стоящая. Осталось только два вопроса. Первый: ты будешь забирать хабар здесь, или кто‑то из нас должен будет лезть в Вейн, рискуя попасться на глаза охране? И второе: цена. Хотелось бы получить надбавку к стоимости тех запчастей и оборудования, что мы найдём. Иначе какая нам разница, куда сдавать найденное?

– Отвечаю по порядку. – Выслушав вопросы приятеля Нари, заговорил Ким. – Забирать заказанное я буду сам. Лучше, конечно, на нейтральной территории, чтоб не вызвать излишнего интереса со стороны охраны и поисковиков Вейна или здешних обитателей. Ну, тут не мне вас учить, сами всё понимаете. Что касается цены… я готов обсуждать стоимость ремонтопригодной техники, но не запчастей. Они пойдут по той же цене, что предлагают скупщики в Вейне.

– Почему? – Вклинилась Тина, до этого тихой мышкой сидевшая рядом.

– Потому что по договорённости с хозяином мастерской, с продажи «моей» техники он будет брать только свои комиссионные, а запчасти пойдут к нему на склад и будут использоваться при выполнении заказов горожан.

– Тина, Мик, это нормально. – Чуть подумав, согласилась Нари. – Вспомните, когда в последний раз мы сдавали скупщикам какую‑то аппаратуру? Года полтора назад, не меньше. Да и то, если они её берут, то только на разбор и по цене запчастей.

– А почему? – Тихо спросила девочка. Вот ведь, «почемучка» какая…

– Потому что технику вейнские торговцы покупают на базе «поисковиков», и она обычно в куда лучшем состоянии, чем та, что можем добыть мы. А «археологам» лень заморачиваться с откручиванием всякой дешёвой мелочёвки. Поэтому запчастей на их развалах мало. – Пробурчал Мик и взглянул на Кима. – Кстати, имей в виду, они очень не любят, когда кто‑то лезет на их делянку. Нас‑то они не отыщут, а вот тебя прижать могут, особенно если в Вейне появится в продаже слишком дешёвая техника. Так что, будь осторожнее.

– Не дурак, понимаю. – Кивнул Дрём. – Но за совет, спасибо.

– Да не за что. Не о тебе беспокоюсь, а о возможных доходах. – Фыркнул Мик, и Нари огорчённо вздохнула.

– Кстати, о доходах. Полагаю, в стоимости отремонтированной техники вы не разбираетесь, так что предлагаю наведаться в Вейн, глянуть в лавках порядок цен, чтобы потом не было никаких обвинений в обмане. – Заметил Дрём, пропуская колкость Мика мимо ушей.

– А с чего ты взял, что мы не знаем цен? – Прищурился тот.

– У вас торговцы технику не покупают, а значит, и стоимость этого товара раньше вам была не интересна. Разве не так?

– Умник. – Хмыкнул парень. – А если мы любопытные?

– Излишнее любопытство в трущобах – вредно для жизни. – Заметил Ким и резко закончил пикировку, не дожидаясь вопросов о своей осведомлённости. – Так что, кто из вас пойдёт в Вейн? Желательно, перед следующими выходными…

Старшие переглянулись, а глаза Тины тут же заблестели.

– Нари, а ты меня с собой возьмёшь? – Не удержала язык за зубами девочка.

– С чего ты взяла, что в город пойду я? – Деланно удивилась рыжая, стрельнув глазами в сторону Кима. – Может, Мик…

– Ага, днём его первый же патруль скрутит, обчистит и вышвырнет за кольцевую… или «археологи» отметелят. – Ответила Тина.

И ведь не поспоришь. Девушку охранники могут и не заметить, а вот хмурого Мика точно примут, просто «для порядка»…

Глава 4

Работа по профилю

Ким вряд ли признался бы в этом вслух, но слова Тины пришлись ему по душе. Возможность прогуляться с Нари по городу отозвалось теплом в душе… и предвкушением. Влюбился? За пару встреч в полутёмном подвале? Ерунда… но не признать, что огневолосая девушка ему симпатична, Дрём не мог. Как не мог и не отметить тот факт, что Мик неровно дышит к своей подруге. Ничем иным оправдать раздражение и язвительность, время от времени прорывавшиеся у последнего при общении с Кимом, было невозможно. Да и эмоциональный фон Мика при общении с Нари выдавал бедолагу с головой. Именно бедолагу, поскольку никаких признаков ответных чувств к нему со стороны девушки Ким не обнаружил. А вот интерес к самому Дрёму прослеживался. Лёгкий, ни к чему не обязывающий, но довольно устойчивый. И это радовало.

От размышлений и воспоминаний о недавней встрече с Нари юношу отвлёк голос вошедшего в мастерскую Рома.

– Эгей, Ким, ты здесь?

– Здесь, брим Ром. – Дрём вынырнул из‑под верстака, где рылся в ящике с расходниками, и махнул рукой хозяину дома. – Что, новый заказ?

– Вроде того. – Ухмыльнулся тот и, повернувшись к открытым настежь створкам ворот, заорал, – затаскивай потихоньку!

Во дворе взвыл двигатель, и через несколько секунд под заинтригованным взглядом Кима в помещение мастерской вкатился квадр, волоча за собой серый матовый куб контейнера на низко осевшей под его весом гравиплатформе.

– Это что? – Обойдя по кругу отцепленный от квадра груз, поинтересовался Ким, после того как сканер отказался опознавать привезённое.

– Мой личный заказ… – Усмехнулся в усы хозяин мастерской. – Сможешь заставить работать?

– Кхм… – Дрём недоумённо взглянул на Рома. – Знать бы ещё, что это такое, и как оно функционирует… или хотя бы для чего нужно…

– Разберёшься. Считай это экзаменом. – Ответил работодатель и, махнув рукой привёзшему этот «подарок» водителю, вышел во двор…

Эказамен, да? Интересно. Ким бросил взгляд вслед ушедшему Рому и, хмыкнув, принялся за тщательный осмотр контейнера. Повинуясь мысленному указанию, незаменимые «пауки» ринулись в бой, моментально облепив металлопластовый куб, пытаясь «просветить» его во всех доступных диапазонах. А морф – система, тем временем, принялась сканировать все возможные частоты, отыскивая возможный сигнал «ящика». А что делать? Ни сварных швов, ни крышек на кубе найдено не было, вот и пришлось идти окольными путями. Вообще, судя по той картинке, что передал сканер, весь куб есть не что иное, как цельный неразборный корпус для вплавленного в него устройства.

«Пауки» опередили морф – систему, отчитавшись о нахождении физического порта подключения, расположившегося на стыке трёх граней куба. Хорошо ещё, что разъём оказался в верхней части куба, и не пришлось заморачиваться с его переворачиванием… судя по тому, как просела гравиплатформа, ящичек весит никак не меньше трёх тонн. Тут, пожалуй, и с дроидами Рома повозиться пришлось бы. Надорвутся же «старички», тягая такую тяжесть, они и с кучей хлама во дворе еле разобрались… Нет, потом, Ким их конечно подшаманил, но… чинить технику, выходившую по пять – шесть гарантийных сроков, дурное дело, она же от малейшего толчка сыплется!

Шунт морф – системы скользнул в найденный «пауками» разъём… и Ким неопределённо хмыкнул. Ну да, всё как всегда. Как там пишут в инструкциях? Если прибор не работает, проверьте подключение к сети. Иными словами, у неизвестного агрегата просто «сел» внутренний источник питания, и теперь он, естественно, не реагирует на сторонние раздражители. Но вот чтобы это понять, морф – системе пришлось высосать немало энергии из своего носителя.

Дрём поёжился от холода, сопровождающего любой серьёзный расход личной энергии, окинул куб подозрительным взглядом и, вздохнув, отправился к верстаку, ладить подходящий штекер для подключения агрегата к домовой сети энергоснабжения.

Тонкий витой штырь с хитрой контактной сеткой, сделанный по образцу, определённому универсальным шунтом, с лёгкой натугой вошёл в почти незаметное отверстие разъёма и, щёлкнув, зафиксировался. От куба донеслось лёгкое гудение, и сканирующая его во всех доступных диапазонах морф – система тут же вывалила перед внутренним взором Кима приглашение к подключению.

Военный идентификатор… запрос на статус… верификация…

«Комплекс Варта-12 серийный номер 122246–В-12 приветствует старшего техника. Процесс самодиагностики запущен. Внимание! Отсутствует штатный носитель. Отсутствует сигнал старшего управляющего модуля. Отсутствует связь со штабом округа. Отсутствует связь с орбитальной группировкой… Включен автономный режим. Есть питание через аварийный канал… Готовность системы к работе: 12 %. Расчётное время выхода на рабочую мощность: 46 минут 12 секунд… 11… 10…»

И ни слова о том, что это за хрень, эта самая Варта-12…

Ким почесал пятернёй затылок и, в очередной раз сделав круг почёта вокруг куба, принялся шерстить систему, доступ к которой только что получил.

Нашёл. Дрём присвистнул и окинул контейнер уважительным взглядом. Внутри этого ящика, как оказалось, прятался штабной вычислительный модуль дивизионного уровня. Богатая машина… по местным меркам. В смысле, не Агоры Третьей, а этого времени вообще. Интересно, где Ром смог добыть такую интересную вещь? И где всё остальное, что к ней должно было прилагаться? Ну, тот самый «штатный носитель», например, или батальон дроидов огневой поддержки, которым эта штука, помимо прочего, должна управлять…

Попытка влезть в управляющую систему модуля закончилась вполне ожидаемо: «Предъявите военный идентификатор… Внимание! Старшему технику Дрёму в доступе к управлению отказано. О попытке несанкционированного подключения будет доложено по команде».

Логично. С подобным агрегатом должен работать офицер, а не какой‑то там техник. Ким вздохнул. Ломать или не ломать, вот в чём вопрос… С одной стороны, возня с «Вартой» была обозначена Ромом, как некий экзамен… на профпригодность, ага. С другой стороны, показывать, что Дрём способен в лёгкую взломать военный вычислительный модуль, было бы, по крайней мере, неразумно. Хм…

После недолгого размышления Ким махнул рукой и, чуть повозившись с «пауком», прикрывавшим его возню с разъёмом от возможных систем наблюдения в мастерской, вызвал своего работодателя через браском.

– Брим Ром, не могли бы вы подойти? – Вежливо попросил Дрём, когда тот соизволил ответить на вызов.

* * *

– Значит, говоришь, он смог заставить эту штуку работать? – Ореховая чашка беззвучно опустилась на поднос, и топаканец поднял взгляд на сидящего в кресле усатого приятеля.

– Скажем так, почти. – Ром в свою очередь отхлебнул клемы и, покрутив чашку в ладони, словно любуясь незатейливым узором на ней, поставил её рядом с заварочником.

– То есть? – Хрон приподнял бровь.

– Как мы и предполагали, у блока просто закончилась энергия во внутреннем источнике питания. Один из дроидов Кима нашёл разъём аварийного подключения и снял с него карту контактной сети. Так этот харгов вычислитель во время теста умудрился высосать из «паука» энергию, да так, что у того чуть вся сенсорика не полетела.

– И? Вычислитель‑то включился? – Поинтересовался Хрон.

– О да… вычислитель включился. А я лишился пяти сотен кредитов за ремонт дроида. – Буркнул Ром.

– Ясно. И теперь ты полагаешь, что я должен возместить тебе затраты, так? – Ни один мускул не дрогнул на лице топаканца, но его собеседник был просто уверен, что в душе тот просто покатывается со смеху.

– А хотя бы и так. – Запальчиво вскинулся Ром, дёрнув себя за ус.

– Половину. – Невозмутимо покачал головой Хрон. – Не больше. А будешь настаивать, я вспомню о том, кто именно положил глаз на этот вычислитель, когда делили трофеи.

– Так ведь договорились же, что делёж откладываем до окончания проекта. – Нахмурился Ром.

– О да… Тебе перечислить всё, что ты посулил остальным участникам, если они откажутся от вычислителя в твою пользу? – Чуть подавшись вперёд, вкрадчиво проговорил Хрон.

– Не надо. – Буркнул его собеседник. Вот чего он не ожидал, так это того, что старик заметит эти попытки договориться за его спиной.

– Не надо, так не надо. – Топаканец примирительно кивнул и откинулся на спинку кресла. – Ладно, оставим эти мелочи. Что с Кимом?

– Да ничего. Всё в порядке. Подходящий штекер для аварийного питания он сделал, так что модуль готов к работе. А вот с дальнейшим – облом. Имеющийся у Кима военный идентификатор недостаточен для управления вычислителем. У того в протоколах прописано, что оператором может быть только офицер. И взломать систему, парень не смог.

– Я бы удивился, если бы у него это получилось. – Качнув головой, проговорил Хрон. – Военная техника, всё‑таки, да не абы какая… Но с проблемой включения Ким разобрался, уже хорошо.

– Да что хорошего? Работать‑то с модулем нельзя. Или у тебя офицерский идентификатор имеется? – Возмущённо фыркнул Ром.

– Имеется. – Невозмутимо согласился Хрон, и уголки его губ тронул намёк на улыбку. – Так что, придётся тебе договариваться ещё и со мной.

– Ну, ты жу – ук. – С каким‑то даже восхищением протянул хозяин мастерской и магазина, рассматривая сидящего напротив старика.

– Какой есть, друг мой. Какой есть. – Хрон наполнил чашку клемой и протянул её Рому. – Но об этом мы с тобой можем переговорить и после. По завершении дела. А пока давай ещё немного потолкуем о Киме. Твой сын узнал о нём что‑то интересное?

Глава 5

Романтика… чтоб её

Встретив Нари в оговорённом месте, Ким невольно залюбовался девушкой, ради выхода в город сменившей удобный, но не очень‑то презентабельный технический комбез на короткое белое платье, довольно свободное, но открывавшее изумительный вид на стройные ноги. Очевидно, юноша как‑то выдал себя, потому как в эмоциях огневолосой на миг мелькнуло довольство.

Спохватившись, Дрём поприветствовал «гостью» и, вспомнив давние уроки соцархитектуры, поспешил вслух выразить своё восхищение. Нари выслушала комплименты с благосклонной улыбкой и, поблагодарив Кима, тут же подхватила его под руку.

– Сначала дело, потом всё остальное… – Негромко проговорила она, едва касаясь уха юноши губами, отчего беднягу обдало жаром.

– Остальное? – Справившись с собой, Ким покосился на девушку, и та мечтательно улыбнулась.

– Мне нечасто удаётся погулять по городу, так что я не намерена упускать такой шанс. – Ответила она и, бросив на Кима короткий взгляд из‑под приопущенных ресниц, осведомилась. – Ты же позаботишься о безопасности своего делового партнёра?

– С удовольствием. – Улыбнулся Ким. – А после… имеем же мы право немного отдохнуть в свой законный выходной?

– Именно. – Кивнула Нари и, втянув носом напоенный после дождя свежестью и ароматами луговых трав воздух, потянула Дрёма в сторону центра города. – Идём. Разделаемся побыстрее с официальной частью нашей встречи.

– Звучит замечательно. – Согласился Ким, прибавляя ходу и жалея только о том, что не догадался одеться во что‑нибудь менее затрапезное, чем его старый верный комбез. Рядом с наряженной в лёгкое воздушное платье Нари он смотрелся несколько чересчур… брутально… Впрочем, кажется, сама огневолоска, ничуть не была разочарована видом своего сопровождающего, а потому Ким выкинул из головы неоправданные сожаления.

Хорошая солнечная погода, тёплая рука красивой, проявляющий яркий интерес девушки на предплечье и долгий день впереди. Что может быть лучше?

Подобное настроение посещало Кима разве что во время отпуска в учебке, когда их роту, как победителей в соревновании, отправили на один из курортов Корпус Сервус. Это были самые славные пятнадцать дней в жизни Дрёма. И даже тот факт, что все приключения курсантов на курорте, включая встречи с озорными «местными» девчонками, как оказалось впоследствии, были тщательно спланированы службой эмоконтроля учебки, не смог испортить эти воспоминания.

Правда, «официальная часть» прогулки, как назвала их поход по магазинам техники Нари, несколько затянулась. В общей сложности им пришлось обойти полдюжины лавок, где девушка умудрялась вмиг разговорить любого продавца. Правда, сбросить цену на тот или иной товар ей, если и удавалось, то ненамного. Тем не менее, она старательно фиксировала в своём браскоме все расценки, скрупулёзно отмечая даже малейшие расхождения. И такой подход Ким оценил. Отдых отдыхом, но работу никто не отменял… если бы ещё этих харговых магазинов было поменьше… Кстати, неплохо было бы узнать, что это за харги такие…

Казалось бы, политика Вейна в отношении чужаков должна плохо влиять на торговлю, но нет. Город пользовался своим привилегированным положением, а именно, наличием космопорта. Здесь можно было найти продукцию, которую не могли предложить другие города, и именно это условие обеспечивало постоянный приток гостей. А потому даже с учётом довольно высоких цен в магазинах городок процветал.

Покинув очередной магазин, Нари демонстративно отключила окно записей в браскоме и, сладко потянувшись, отчего ткань платья обрисовала все изгибы её тела, довольно вздохнула. Приняв из рук Кима банку с освежающим тоником, девушка кивнула и, поблагодарив своего спутника, с наслаждением глотнула холодную жидкость.

– Уф. Устала. – Констатировала она.

– Может, зайдём в кафе? Отдохнём, перекусим… – Предложил Дрём… а девушка неожиданно смутилась.

– Я… извини… я не голодна и…

– Нари… Мы же собирались устроить выходной, не так ли? Погулять по городу и так далее… – Покачав головой, заговорил Ким, моментально поняв, отчего его спутница вдруг засмущалась.

– Ну… да. – Осторожно кивнула огневолосая.

– А гулять на голодный желудок – последнее дело. Поэтому мы идём в кафе. – И пока девушка не успела придумать какую‑то отговорку, подхватил её под руку и повлёк к ближайшему заведению, сияющему лёгкой изморозью на вершине охлаждающего купола, растянутого над открытой верандой. По нынешней погоде, удивительно жаркой для сезона дождей, самое то…

– Ким… – Укоризненно произнесла Нари, едва они уселись за угловой столик.

– Даже не думай. Мы отдыхаем, у нас есть деньги, всё остальное побоку. – Чуть резковато проговорил Дрём, и девушка отступила, сопроводив согласный кивок лёгким вздохом. Впрочем, скоро её настроение выправилось, и уже через несколько минут они с Кимом увлечённо болтали обо всём и ни о чём в ожидании заказа.

– Ким, расскажи о себе? А то Тина меня со свету сживёт, если я не открою ей все тайны её спасителя. – В какой‑то момент попросила Нари, кивком поблагодарив дроида, прикатившего тележку с блюдами. Дрём хмыкнул.

– Кстати, как тебе удалось отвертеться от её компании в этом походе? – Осведомился он.

– Маленькие женские хитрости. – Улыбнулась девушка, но тут же погрозила собеседнику пальцем. – Не увиливай.

– Да я и не собирался. – Деланно возмущённо открестился Дрём и пожал плечами. – Но в моей жизни нет ничего удивительного или таинственного. Жил с родителями. Их убили. Остался один. Подался в поисковики… Теперь вот надеюсь выбраться с Агоры.

– Коротко, но ёмко. – Заметила Нари, но выспрашивать подробности не стала. – А куда хочешь податься?

– Не знаю… есть кое – какие мысли, но сначала хочется просто убраться отсюда. – Чуть помедлив, проговорил Ким, бросив взгляд в ту сторону, откуда почуял какой‑то странный интерес. Пусто. – А ты?

– Почти та же история. – Бледно улыбнувшись, ответила Нари. – Родители дали мне неплохое начальное образование, насколько это было возможно в нынешних условиях. Я сносно разбираюсь в технике, так что, оставшись одна, довольно быстро нашла применение своим умениям. Если бы ещё не жизнь в руинах…

– А как ты там оказалась? – Поинтересовался Ким.

– Сбежала из каравана работорговцев. – Чуть помолчав, тихо проговорила девушка. – Думала устроиться в городе, но меня не приняли. Денег, чтобы жить в статусе гостя, не было, а первая же попытка устроиться работать чуть не привела меня в местный бордель. Еле ноги унесла…

– Извини.

– Ничего страшного. Это было довольно давно. – Отмахнулась Нари.

– А как ты оказалась в этой «детской» команде? – Спросил Дрём, отметив, что девушка действительно не особо расстроена воспоминаниями.

– Сначала я познакомилась с Миком. К тому времени он со своим младшим братом Маром и его приятелем Рони уже полтора года жил в руинах без родителей… Помогла им починить пару вещиц, у Мика от отца остался неплохой инструмент… Потом мы нашли Тину… а там… ну, оно само как‑то так получилось. – Нари чуть помедлила, размазывая мороженое по тарелке, и грустно вздохнула. – Руины – небезопасное место, люди гибнут довольно часто, и дети остаются одни… А деваться им некуда. Вот они и прибиваются к бандам. Сквады малолеток, та ещё беда. Тянут всё, что под руку попадётся, иногда даже друг у друга, да и попавшегося одиночку забить не постесняются. Мы‑то в нашей компании такого паскудства не допускаем, добычи из развалин хватает, чтобы не голодать…

– Это я понял, иначе бы и меня попытались угробить. – Усмехнулся Ким. Нари хмыкнула.

– Думаешь, у нас могло бы получиться?

– Кто знает. – Пожал плечами Дрём. Девушка прищурилась и ткнула в его сторону черенком ложки.

– Ага, рассказывай… У отца был приятель из бывших военных. Я помню, как он двигался. Если бы не разница в возрасте, я бы подумала, что ты заканчивал то же учебное заведение, что и он.

– Ну уж. Сравнила самоучку со специалистом. – Фыркнул Ким, мысленно отвесив себе подзатыльник. Выходит, не только в Вейне нужно держать контроль тела, но и в руинах? С другой стороны… сколько там таких вот всё замечающих девушек водится?

– М – да? В таком случае ты очень талантливый самоучка. – Улыбнулась Нари.

– Не смущай меня. – Проворчал Дрём под тихий смех девушки.

За тихой беседой вечер подкрался как‑то уж очень незаметно. Раз, и на улице зажглись фонари, а предметы неожиданно обзавелись длинными тенями. Переглянувшись, парочка с неохотой выбралась из‑за стола и, оказавшись вне прохлады купола, медленно направилась прочь из центра, начавшего заполняться праздным людом.

По дороге в мастерскую, Ким несколько раз ловил заинтересованные взгляды прохожих, обращённые на его спутницу, и всякий раз в душе его начинала ворочаться какая‑то странная мутная смесь из гордости и… злости. Такого с Дрёмом прежде не бывало. Никогда. Он настолько удивился этим эмоциям, что в какой‑то момент даже умудрился выключиться из разговора с Нари, полностью потеряв нить беседы. И очнулся только в тот момент, когда девушка, замерев на месте, одновременно заставила остановиться и его самого.

– Ким, всё в порядке? – Настороженно спросила она. Дрём тряхнул головой и, легко улыбнувшись, кивнул.

– Извини, просто задумался кое о чём…

– Надеюсь, о чём‑то важном? – Отразив улыбку, поинтересовалась Нари, внимательно глядя в глаза своего спутника.

– О да… – Протянул тот и, вспомнив всё ту же соцархитектуру, договорил… – об одной очаровательной рыжеволосой особе.

– Это достойная причина. – Преувеличенно серьёзно покивала Нари и неожиданно оказалась очень… просто очень близко. Юношу обдало жаром, когда тело спутницы прижалось к нему, тонкие девичьи руки обвили его шею… а в следующий миг изумлённая Нари была жёстко впечатана в землю, и над её ухом раздалось сердитое стаккато заработавшего игольника…

Глава 6

И опыт – сын ошибок трудный…

После встречи с неудачниками – наркошами, Ким убил несколько часов, но, в конце концов, добился слаженной работы морф – системы и фабрики нанитов «Минора», в результате чего прежде исключительно военный ствол получил почти «гражданский» парализующий боеприпас. «Почти», поскольку в отличие от обычных парализаторов, собранные под присмотром морф – системы иглы оказались способны пробить даже лёгкую броню планетарной пехоты, столь любимую жителями Агоры Третьей, от одиноких «археологов» до службы маршала Вейна.

Именно поэтому, когда на прогуливающуюся парочку из‑за угла вылетели двое отморозков, Дрём, ни секунды не сомневаясь в своих действиях, открыл по ним стрельбу из игольника. Правда, перед этим пришлось уложить Нари наземь, но девушка, кажется, была не в претензии. Особенно, когда увидела, что вырубленные Кимом нападавшие были вооружены отнюдь не «безобидными» станнерами – стопперами, а вполне себе боевыми рельсовиками.

– И что теперь? – Заторможено поинтересовалась девушка, когда Ким освободил нападавших от оружия и сложил его аккуратной стопкой чуть поодаль. Всё‑таки иглы – парализаторы он использовал впервые и, закономерно опасаясь сбоя, решил обезопасить себя и свою спутницу от возможных эксцессов.

– А теперь, я советую тебе пойти домой, если, конечно, ты не горишь желанием общаться с маршалом и его присными. – Вздохнув, ответил Ким, одарив девушку многозначительным взглядом… и тут же отправил на её браском короткое сообщение. Нари вздохнула и, наградив Кима коротким поцелуем в щёку, кивнула.

– Я свяжусь с тобой…позже. Должна же я отблагодарить своего спасителя, верно? – Улыбнулась девушка и, махнув рукой, исчезла за углом.

Дрём потёр щёку, которой коснулись девичьи губы, и, глупо улыбнувшись, вздохнул. Но стоило ему бросить взгляд на валяющиеся в отключке тела, как юноша пришёл в себя. А тут ещё и невесть откуда взявшиеся любопытные… Харг!

И в этот раз люди маршала примчались на сигнал в считанные минуты. Да не одни, а вместе со своим начальником.

– Брим Влад. – Кивнул Ким, едва заметил слезающего с квадра маршала.

– Ким… Опять? – Оценив открывшуюся его взору картинку, вздохнул тот. Один из его подчинённых, кажется, уже набравший в грудь воздуха, чтобы проорать что‑то типа: «лежать, руки за голову»… поперхнулся и удивлённо покосился на спокойного, словно слон, начальника.

– Снова, господин маршал. Запись скинуть? – Пожав плечами, ответил Дрём и, получив в ответ укоряющий взгляд маршала, развёл руками. – Ну да… у меня свидание было, вот и записывал.

– Брим Влад, это же… – Подал голос один из помощников, успевший осмотреть выключенных нападавших.

– Вижу, Бердин, вижу… что поделать, идиотизм, как выяснилось, неизлечим. – Вздохнул маршал, бросив взгляд на тела. – Два раза проколоться на одном и том же… Точно, идиоты. Грузите их на квадры и дуйте к доку. Значки обоих мне на стол.

– Но…

– Помощник. Я что, неясно выразился? Или ты считаешь, что нападение на гостя города представителями моей службы, это нормально? – Вдруг вызверился Влад и заикнувшийся подчинённый, побледнев, замотал головой.

– Никак нет, господин маршал. – Гаркнул он.

– Тогда, почему ты ещё здесь? Исполнять!

После крика маршала, его помощники засуетились, затаскивая тела на квадры и загружая туда же снятое Кимом оружие, а редкие любопытные, кружившие неподалёку, предпочли исчезнуть.

Всё это время Влад смотрел короткую запись, предоставленную Дрёмом.

Вот парочка идёт по улице, почти доходит до перекрёстка, из‑за угла доносится скрип тормозов, и через секунду навстречу Киму и его пассии вылетают двое с изготовленными к бою рельсовиками. Картинка дёргается, девушка летит наземь, и в руке Дрёма оказывается знакомый удивлённому маршалу «Минор». Пять выстрелов, и оба нападавших оседают на землю, выронив из рук оружие.

Короткий обрывок, но… даже если эти два придурка смогут доказать, что они не пытались нападать на Кима и его неизвестную подругу, а просто бежали мимо, обвинить в чём‑то гостя города не получится. Агрессия налицо, да и в радиусе сотни метров от места нападения нет ничего, чем можно было бы оправдать такой торопливый бег с оружием наизготовку. И ладно, если бы эти двое были, что называется, при исполнении, но у них выходной, а значит, шляться по городу, размахивая боевыми стволами, им запрещено так же, как и любому другому жителю города. Принцип: первый обнаживший оружие виновен, в действии.

– А остальное где? – Поинтересовался маршал, трижды отсмотрев присланный Дрёмом ролик.

– Не дам. Это – личное. – Насупился Ким. Ну, в самом деле, не признаваться же, что морф – система включила запись лишь в тот момент, когда Дрём насторожился, услышав скрип тормозов за углом? Да и то лишь потому, что начиная с посиделок в кафе, Ким чувствовал чужой интерес?

Влад смерил молодого человека нечитаемым взглядом и… махнул рукой.

– Харг с тобой, Ким. Но учти, ещё одна подобная выходка, и я запру тебя в участке. Просто на всякий случай. Усёк?

– Так точно. – Вытянувшись во фрунт, гаркнул Дрём. Маршал скривился и, развернувшись, потопал к своему квадру. Но уже усевшись за руль, вдруг замер.

– Ким, а что за девчонка с тобой была? – Поинтересовался он.

– Просто девчонка. – Пожал плечами тот. – Сегодня познакомились.

– Я – асно. – Протянул Влад и вдруг подмигнул. – Ну, ты хоть номер комма у неё взял, надеюсь?

– Не успел. – Улыбка Кима померкла. – Ваши горе – мстители помешали.

– Жаль. Девчонка хороша. – Цокнул языком маршал. – Ну, ничего, если ты ей глянулся, она тебя найдёт. Наши девки, они такие, своего не упустят.

– Надеюсь. – Вздохнул Ким, отворачиваясь от улыбающегося Влада. Тот хмыкнул и, кивнув, провернул рукоять мощности на руле. Квадр загудел и, плюнув грязью из‑под колёс, укатил вниз по улице.

Проводив взглядом удаляющийся транспорт, Дрём стёр с лица недовольное выражение и, получив от морф – системы указание на сигнал браскома Нари, решительно направился на её поиски. Благо, судя по указанному морф – системой расстоянию, та прочла полученное сообщение и не стала уходить из города, а значит, дожидается, пока Ким справится с непредвиденными проблемами и присоединится к ней.

* * *

– Тебе удалось что‑нибудь узнать? – Ром поставил перед сыном кружку с ароматным взваром из местных трав, и тот, с наслаждением потянув носом терпкий аромат, кивнул.

– Кое‑что. – Медленно произнёс Влад, и, сделав глоток взвара, довольно кивнул и повторил. – Кое‑что.

– А подробнее? – Ром подался вперёд.

– Можно и подробнее. Итак. У «соседей» информации по применению схожего оружия нет. Иными словами, такая роскошь, как «Точный» Кима, там не светилась. А вот на западе кое – какие следочки нашлись… в разборках «археологов» подобная двухмиллиметровка использовалась не раз. Сам понимаешь, связей с «западниками» у нас немного, но кое‑что узнать удалось. За последние пару лет подобный ствол довольно часто мелькал в Тироне и его округе. Совершенно точно можно утверждать, что хотя бы однажды это оружие использовалось в интересах одного из тамошних боссов «археологов» – Ранта по прозвищу Сухой.

– Тирон? Сухой? Это ж харг знает где… – Нахмурился Ром. – И что могло понадобиться человеку Сухого в Вейне? У нас даже торговые интересы не пересекаются.

– А кто сказал, что Ким – человек Сухого? – Усмехнулся Влад и, с удовольствием глянув на удивлённую физиономию отца, кивнул. – Некоторое время назад Сухой начал поиск одной из своих команд, пропавшей на пути из Дойта в Тирон, во владении которой как раз и был замечен этот самый «Точный» или очень похожее на него оружие.

– Подготовил легенду для подсылов? – Катнув желваки, процедил Ром.

– Отец, какие шпионы из заштатной команды рядовых поисковиков, не очень‑то удачливых, между прочим, иначе бы их не поставили на банальную доставку груза? Самому не смешно? Тем более, что у нас всплыли только один ствол и человек, которого в той команде и близко не было. Кстати, машина его, похоже, оттуда же. Но в последнем я не уверен, поскольку таких «Рокотов» по Агоре раскатывает не тысяча и не две.

– Поня – атно. – Ром побарабанил пальцами по столешнице, а его сын, понаблюдав за отцом, вдруг фыркнул. – Что?

– Хочешь, я подкормлю твою паранойю? – Улыбнулся Влад и, дождавшись кивка отца, заговорил. – Сегодня Ким в очередной раз столкнулся с моими помощниками и отправил их в долгий и глубокий сон. Идиоты решили отомстить ему «за унижение» и не придумали ничего лучшего, чем напасть на твоего техника аккурат в разгар его свидания с одной симпатичной рыжеволосой девушкой.

– Рыжеволосой? Дочка Митана, что ли? – Удивился Ром.

– Да нет. Какая‑то совершенно неизвестная особа. Думаю, она вообще из руин. По крайней мере, мои имбецилы в этом убеждены. Собственно, они утверждают, что если бы не этот факт, они бы и не подумали нападать на Кима. Дескать, проблемы с городом им не нужны. М – да… – Вздохнул Влад. – Я бы проверил её идентификатор, но Ким вежливо отослал свою пассию домой сразу после столкновения, и только после этого он прислал мне известие о случившемся.

– Шустрый паренёк. – Заметил хозяин мастерской и нахмурился. – Вот только я не понял, причём здесь моя паранойя.

– А это самое интересное. За какие‑то доли секунды Ким успел не только сориентироваться в ситуации и положить нападавших раньше, чем те смогли хоть что‑то сделать… он, как оказалось, ещё и само нападение записал. Опять. – Ухмыльнулся Влад.

Глава 7

Выйдем, поговорим

Проводив дождавшуюся его девушку домой и одарив «детский сад» заранее купленными сластями, Ким получил в качестве благодарности недовольный фырк Тины, обиженной, что её не взяли в город, подозрительно – ревнивый взгляд Мика и радостный гвалт довольных детей. А когда Дрём собрался уходить, Нари подловила его на выходе из подвала и закончила‑таки действо, прерванное нападением охранников в Вейне. Так что, в мастерскую Ким возвращался взбудораженный подаренным огневлаской долгим и жарким поцелуем. Впечатление от прощания с Нари было таким, что даже когда юноша собрался ложиться спать, он всё никак не мог избавиться от мечтательной улыбки, не сходившей с его губ всю дорогу до мастерской.

Уснуть сразу он не смог, слишком велико было возбуждение, и Ким решил прошвырнуться по галакому, чтобы поискать информацию об интересующих его системах… ну и сбить накал эмоций. Но не успел он развернуть для удобства голоэкран браскома, как шарившая по планетарной сети морф – система сообщила о письме, пришедшем на один из анонимных адресов, организованных Дрёмом для связи с возможными покупателями передатчика.

Открыв послание, Ким быстро пробежал по нему взглядом и довольно хмыкнул. Заинтересовавшийся товаром, потенциальный покупатель явно правильно понял, что имел в виду Дрём, выставляя в сети объявление о продаже «специализированной системы связи планетарного базирования». А вот цена… ну, на то и торг, чтобы покупатель и продавец могли договориться, не так ли? Ким выставил цену в сто восемьдесят тысяч, покупатель предложил сто двадцать. Осталось сойтись где‑то посередине… ну и не влететь на подставу. Впрочем, здесь поможет маршальская служба…

Вспомнив недавнюю беседу с Владом, Ким поморщился. Вопросы об идентификаторе Нари были совсем… «не в кассу», как говаривал однокурсник Дрёма во времена учёбы в Корпус Сервус.

С этими мыслями юноша и уснул, чтобы проснуться через девять часов от стука в дверь. Подивившись такой активности брима Рома в выходной день, Дрём поднялся с кровати и, натянув штаны, пошлёпал к выходу.

Но за дверью хозяина мастерской не оказалось. Зато там стоял совершенно хмурый мужик со знакомым лицом, затянутый в форму маршальской службы.

– Брим Трой? – Удивлённо протянул Ким.

– Узнал? Замечательно. – Скривившись, проговорил тот, смерив юношу презрительным взглядом. Вот только в эмоциях первого знакомца Дрёма в Вейне не было и намёка на то самое презрение. Скорее, уж, там было лёгкое, совершенно постороннее недовольство с оттенком неприязни. Вот последняя как раз была направлена на Кима, но учитывая особенности их знакомства, ничего удивительного в этом не было.

– Проходи, брим Трой. Будь как дома. – Посторонившись, Дрём пропустил раннего гостя. Тот помялся, но всё‑таки перешагнул порог. Оказавшись в небольшой комнате, Трой покрутил головой, без особого интереса рассматривая обстановку, но едва Ким открыл рот, чтобы узнать о причинах столь раннего визита, охранник заговорил, отрывисто, чётко и монотонно.

– Вчера, брим Ким, ты напал на моих людей. Маршал считает, что ты был в своём праве. Я с ним не согласен. Вы, гости города, в последнее время слишком много на себя берёте, и нам это не нравится.

– Хм… – Удивлённый Ким хотел было задать какой‑то вопрос, но сотрудник маршальской службы ему этого не позволил.

– Не перебивай меня. – Всё так же, без каких‑либо интонаций произнёс Трой. – Сегодня на закате жду тебя на стрельбище.

– Поединок?

– Именно. Оружие – игольники. Без брони. Поединок официальный, попытаешься сбежать, догоним и вернём. – Трой договорил и, не проронив больше ни слова, вышел за дверь, не преминув с грохотом захлопнуть её за собой.

– И что это было? – Свой вопрос Дрём адресовал низкому потолку.

Как бы то ни было, но такие новости лучше переживать на сытый желудок… да и с Ромом стоит поговорить, хотя бы об условиях проведения поединков. А потому Ким не стал рассусоливать и, сменив домашние штаны на привычный неубиваемый комбез, отправился к владельцу мастерской, чтобы поговорить о происшедшем, а заодно и позавтракать. Благо, кулинарный талант брима Рома был вне конкуренции, особенно по сравнению с ирпами и столовой учебки. Про приютскую кухню и говорить нечего.

– Значит, поединок, да? – Ром снял с плиты сковороду и, водрузив шипящую железяку на стол, задумчиво хмыкнул, глядя как его собеседник потянул носом заманчивый аромат жареных овощей с тонкими ломтиками мяса…

– Именно, брим Ром. – Кивнул Ким. – Трой отчего‑то решил, что я был не прав, вырубив его подчинённых.

– Ну, тут ничего удивительного. Гарвиц – мстительная скотина. И ты дал ему шанс поквитаться за тот финт с пустым браскомом.

– А он что, за пару советов рассчитывал получить полностью функциональный браском стоимостью в полторы сотни кредов? – Фыркнул Ким.

– Я же говорю… мстительная скотина. – Покачав головой, произнёс Ром, продолжая заставлять поверхность стола закусками.

– Хм, а можешь рассказать о правилах поединка? – Поинтересовался Ким.

– Запросто. Но только после завтрака. А пока, вилку в руку и налетай. – Ром кивнул на скворчащую сковороду, а когда Дрём принялся метать еду на свою тарелку, уточнил. – Заодно расскажешь, что у тебя там вчера вышло с его людьми.

– Как будто сын тебе не рассказал. – Фыркнул Ким.

– Ну, так он рассказал свою версию, а теперь я хочу услышать твою. – Пояснил Ром. – Согласись, вполне нормальное желание для работодателя?

– Не буду спорить. – Вздохнул Ким…

Разговор с Ромом вышел весьма познавательным. Владелец мастерской довольно подробно рассказал о принятой в городе традиции поединков и правилах их проведения, так что к завершению беседы Ким был вполне уверен, что их не нарушит.

Ну да, сам поединок Кима не пугал совершенно. Спасибо всё той же учебке, где подобные вещи были не просто в порядке вещей, но и всячески поддерживались администрацией, являясь серьёзной частью учебного процесса. Можно было бы поспорить, дескать, соревнования, это одно, а поединок насмерть, это совсем другое дело. Если бы не одно «но»… несмотря на возможности медицинского блока учебки Корпус Сервус, в среднем за год заведение теряло до десятка курсантов именно в таких «учебных» поединках. Десять из тысячи. Сотая часть курсантов списывалась в необратимые потери, и ещё десятая часть ежегодно по той же причине вынуждена была проходить полный курс регенерации, частенько включавший в себя восстановление утраченных конечностей или внутренних органов, что называется, с нуля. В общем, предстоящий поединок Кима совершенно не пугал, хотя осторожности тоже не убавил. Забывать о том, что один – единственный удачный выстрел в голову может сделать бесполезными все медкомплексы мира, даже невзирая на наличие морф – системы, Дрём не собирался.

Тем не менее, спокойствие техника изрядно удивило Рома.

– Ким, ты уверен, что правильно всё понял? – Осведомился владелец мастерской. Дрём кивнул.

– Бой на закрытой площадке с возведённой по случайному принципу системой препятствий и укрытий. Боеприпас – тысяча игл без ограничений по поражающему принципу. Время от заката до рассвета. Бой до невозможности продолжения. Ничего не упустил?

– Хм… верно. Коротко, но в принципе, точно. – Кивнул Ром и, смерив Кима взглядом, покачал головой. – И ты так спокоен…

– У меня немалый опыт боёв в закрытых помещениях с неизвестной планировкой. – Пожал плечами Дрём.

– Где ты его мог получить? – С явным недоверием протянул его собеседник, и Ким усмехнулся.

– В голоиграх. – От такого ответа Ром аж рот раскрыл. Но заметив ухмылку Дрёма, тихо, с чувством выматерился.

– Идиот легкомысленный. Издеваться он надо мной вздумал! – Проворчал в усы хозяин мастерской.

– Брим Ром, ну сам подумай, я – поисковик, одиночка. И по подземным базам походил немало. Думаешь, там без стрельбы обходилось? То старые защитные системы, то конкуренты… Так что, поверь, опыт у меня имеется, и немалый.

– Да что у тебя того опыта, малолетка!? – Хлопнул кулаком по столу Ром, и Ким смерил его недоумённым взглядом, заметив который, его собеседник осёкся. – Что?

– Разве Хрон тебе не говорил? – Осведомился Дрём.

– О чём? – Нахмурился Ром.

– О моём происхождении… – Уточнил Ким.

– Хм… нет. А что с твоим происхождением не так?

– И на мой идентификатор при заключении контракта ты не смотрел, так что ли?

– Да кому здесь какое дело до идентификаторов?! Я с тобой контракт заключал, а не с чипом сдристнувшего государства! – Вызверился Ром. – И какое отношение этот никчёмный кусок пластика имеет к твоему происхождению?!

– Ох… я‑то думал, ты знаешь. – Покачал головой Ким и, заметив опасный блеск в глазах собеседника, вздохнул. – Я из Ромери, брим Ром. И думал, что тай Хрон сообщил тебе об этом, когда предлагал мои услуги.

– Ромери… ромери… Стоп, это не те ли дефект… извини.

– Ничего страшного. Дефективные, да. Это про меня. – Кивнул Ким. – И мой… «дефект», это замедленное развитие тела. Мне тридцать восемь лет, брим Ром.

– От ни хрена ж себе новости… – Хозяин мастерской как стоял, так и сел. Впрочем, никакой злобы в его эмоциях не было. Только безмерное удивление… и разгорающаяся ярость, но явно не направленная на Кима. – Ну, старый хрыч… любитель дозированной информации! Я тебе это припомню. Шутить он вздумал! «Возьми мальчонку на работу, помоги юному дарованию»… Нос сломаю гаду! В клеме утоплю мерзавца!

Догадаться, о ком именно говорит Ром, Киму не составило труда… Ну, хоть «происхождение» техника его не волнует…

Глава 8

Вышли…

Стрельбище встретило Кима шумом и гулом. Как ни странно, но поглядеть на поединок собралось немало любопытных. Впрочем, какие странности? Ни театров, ни виртсалонов в городе нет, так что удивляться такому стечению народа не приходится. Вон сбились тесной компашкой охранники из маршальской службы, а чуть левее, у барной стойки, собрались завсегдатаи стрельбища, лениво потягивая алкоголь и стим. Ловят момент, наверное. Обычно здесь подобные напитки не продаются, но сегодня хозяин стрельбища явно решил сделать исключение. Его можно понять, ввиду предстоящего действа, заработать на продаже боеприпаса и аренде «дорожек» ему не удастся, вот владелец стрельбища и переключился на другой способ заработка.

Ким покосился на прогуливающиеся под длинным навесом веранды парочки и поморщился, услышав разговор двух затянутых в камуфляж черноволосых девушек, щеголяющих нашивками здешних «археологов» на рукавах и тяжеленными скорчерами в открытых набедренных кобурах. Пари на результаты поединков претили Дрёму ещё в учебке, но даже там шалеющие от отсутствия новых впечатлений курсанты не доходили до такого маразма, как ставки на ранения участников, оторванные конечности или вероятность смертельного исхода. Здесь же это, кажется, было в порядке вещей. Нет, положительно, если сегодняшний бой пройдёт так, как Ким и рассчитывает, он обязательно продаст Рому идею об открытии виртсалона.

Поймав на себе оценивающие взгляды тех самых девушек, Ким вздохнул и, покачав головой, двинулся на поиски распорядителя. Обращать внимание на этих адреналинщиц он не собирался. А в том, что девушки как раз из этой когорты, сомнений не было. Достаточно чуть прислушаться к их эмоциям. Предвкушение и возбуждение, явно усиленные каким‑то стимом… их парням можно только посочувствовать.

Передёрнув плечами, Ким скрылся от преследующих его взглядов зевак в фойе, где был тут же пойман распорядителем и, по совместительству, владельцем стрельбища… со значком помощника маршала на груди. М – да…

– Готов?

– Готов. – Кивнул Дрём.

– Тогда идём к старту, а по пути я тебе объясню кое – какие моменты. – Кивнул распорядитель и повёл Кима знакомым маршрутом к закрытому тиру.

У каждого из поединщиков своя точка старта, находятся они в противоположных сторонах «поля», размеры которого сто пятьдесят на восемьдесят метров. Высота потолка восемь метров. Учитывая выстроенные на поле в хаотичном порядке преграды и укрытия, по большей части представляющие собой разновеликие старые контейнеры и разбитую технику, задача типа «опереди противника» переходит в разряд «найди и убей». Любая техника запрещена вплоть до браскомов. Разрешены только нейрокоммуникаторы… на этом слове распорядитель окинул Кима долгим взглядом и хмыкнул. Ну да, откуда у юнца на разорённой войной Агоре возьмётся такой имплант, правильно? Так вот, разрешены они лишь, поскольку извлечение нейрокоммуникатора из головы носителя без автодока невозможно. Но преимущество обладателя такого импланта можно свести к нулю, сняв все коммутируемые устройства, включая прицельную систему игольника, и закрыв доступ к внешней связи временным паролем.

Гонг. Получив хлопок по спине от распорядителя, Ким шагнул в открытую дверь и… тут же замер. С освещением на «поле» было туго. Из сотен осветителей на потолке горел едва ли каждый десятый. Яркие пятна света перемежались с глубокими угольно – чёрными тенями, отчего окружающая обстановка превратилась в причудливую графическую фантазию, нагромождение сверкающих под светом ламп полированных граней и непроглядно – чёрных провалов…

Морф – система подала сигнал, Ким скривился и, тихо втянув носом пропитанный запахом смазки воздух, медленно двинулся вперёд, напрягая пси. А что? Как с ним, так и он. К тому же формально никаких запретов и правил поединка, он не нарушает… в отличие от противника. Но вот с распорядителем, только что наградившим Кима маячком, он ещё поговорит. При случае…

Чувствительность увеличилась скачком, мгновенно расширив восприятие. Сейчас Дрём в буквальном смысле чувствовал каждый выступ, каждую грань и угол препятствий в радиусе добрых пятидесяти метров.

Медленно продвигаясь вперёд вдоль длинного и высокого контейнера, явно успевшего послужить не только на планете, но и в пустоте, судя по многочисленным кавернам и следам ударов на корпусе, Ким старался производить как можно меньше шума и старательно вслушивался в пространство вокруг себя. Наконец, он почувствовал движение противника и замер на месте, пытаясь определить, куда тот пробирается… вдоль стены тира, по часовой стрелке. Очевидно, решил показать «честную» игру… Что ж, Киму такой подход только на руку. Мимолётно улыбнувшись сам себе, Дрём двинулся прочь от противника, так же, как и он, начав обход «поля»… в ту же сторону.

На то, чтобы обойти весь зал по периметру и выстроить в голове примерный план «поля», Киму понадобилось около часа. Целый час игры на нервах противника, знающего, где находится цель, идущего за этой самой целью по пятам, но не смеющего к ней приблизиться, чтобы не вызвать подозрений наблюдающих за ходом поединка зрителей. Ведь оба изображают исследование территории, и метания из стороны в сторону в ходе такого действа будут выглядеть слишком… внезапными, скажем так. Впрочем, долго так длиться не может…

Ким услышал короткую очередь игольника, громко протарабанившую по корпусу пустого контейнера, и тихо хмыкнул. Молодец, Трой. Теперь, сделав вид, что засёк противника, охранник совершенно спокойно может совершать любые манёвры, не боясь раскрыть своё знание о местонахождении Кима. Но в эту игру тоже можно играть вдвоём!

Бросок, шаг в сторону… Дрём подтянулся и забросил своё тело на очередной контейнер. Глухо грохнул по металлопласту ремень…

Трой сверил указатель маячка, транслируемый ему старым боевым нейрокомом, с направлением, откуда послышался стук, и улыбнулся. Замечательно. Несмотря на то, что этот мальчишка изрядно попортил ему крови своим хождением вдоль периметра, техник остаётся техником, и не ему тягаться с бывшим штурмовиком.

Игольник прочертил ещё одну короткую очередь по какой‑то бочке, а сам охранник легко скользнул в сторону, обходя цель по крутой дуге. Ага, а вот и контейнер, где должен прятаться мальчишка.

Трой перекатился с пятки на мысок и, опустившись на колени, аккуратно заглянул в тёмный зев за распахнутыми створками дверей огромного металлопластового ящика. Того, что противник может его заметить, он не боялся, не зря же зашёл с теневой стороны. Шорох?

Пусто. Но маячок показывает, что цель здесь… Трой поднял взгляд на крышку контейнера и покачал головой. Ну, конечно… улёгся сверху и думает, что там его не видно. Техник…

Охранник предельно тихо сдал назад и, откатившись за покорёженный погрузчик, воздевший свою стрелу к потолку, принялся максимально осторожно взбираться вверх по мятому корпусу, в кабину. Маячок перед внутренним взором Троя продолжал указывать на ту же точку. Миг, и, высунувшись из окна, охранник наводит на цель игольник, чтобы тут же тихо выругаться… очень тихо.

Только что лежавший на крыше контейнера, мальчишка, словно почувствовав опасность, соскользнул вниз, так что Трой заметил лишь мелькнувшую тень. Опоздал… Ну, ничего… теперь уже можно совсем не скрываться.

Охранник спрыгнул наземь и, метнувшись в сторону, выкатился из‑за контейнера. Очередь игольника впилась в тихо загудевшую ёмкость для жидкого топлива, едва не достав свернувшую за неё цель. Бегом!

Азарт… до Кима докатились отголоски чувств преследователя, и он улыбнулся. О да, это ему знакомо. Охота, преследование… главное, не дать чувствам взять верх над разумом…

Прыжок! Перемахнув через очередную преграду, Ким нырнул вниз и ормом ввернулся под колесо гигантского, раздолбанного в хлам транспортника, стоящего в каких‑то двух метрах от предыдущего препятствия.

Дважды… дважды на одну и ту же удочку! С этой мыслью Трой прянул в сторону, скрываясь за выступом какого‑то ящика от прочесавшей в считанных сантиметрах очереди. Позади фыркнул и раскололся плафон светильника, и охранник убедился в своей правоте. Угол выстрела говорил о том, что мальчишка снова наколол его. Только на этот раз рассчитывавший догнать противника, когда тот будет перебираться через тушу старого транспортника, Трой чуть не напоролся на очередь игольника стрелявшего из‑под гигантского колеса машины.

Маячок сместился… парень меняет позицию… Что ж, пора и Трою показать, что он умеет работать в трёхмерном пространстве. В конце концов, ему доводилось штурмовать не только планетарные базы, но и пустотные станции с отключенными гравиками! Если бы ещё собранная нейрокоммом карта была трёхмерной… но чего нет, того нет. Без дополнительных модулей о такой роскоши можно только мечтать.

Трой осторожно взобрался на террикон из ящиков, так удачно прикрывший его от стрельбы противника, и, выглянув из‑за них, довольно ухмыльнулся. Кажется, мальчишка напуган… вон как крутится на полутёмном пятачке меж транспортником и двумя контейнерами. Что, некуда деваться, да? А вот думать надо было, куда несёшься, те – ехник…

Сначала охранник хотел просто расстрелять цель из укрытия, но попытавшись вытянуть руку, понял бессмысленность попытки. Террикон почти подпирал потолок тира, и на его крутом «склоне» даже просто стоять было неудобно. А уж о прицельной стрельбе и речи быть не могло. Придётся сместиться в сторону, на открытое пространство… а это опасно. Свет из‑за спины сделает из него идеальную мишень, которую даже такой лопоухий не заметить не сможет. А вот если его отвлечь…

Трой на миг задумался и, сняв с груди значок маршальской службы, взвесил его в руке. Вот и обманка… Медленно и осторожно сдвинувшись в сторону, охранник метнул значок в один из контейнеров, а едва тот застучал по металлопластовой крышке, выпрыгнул из укрытия… Вот только отвлечь мальчишку не удалось. Зрачки Троя расширились, когда он уже в полёте увидел наведённый игольник… а в следующий миг, очередь иголок пробила его тело насквозь. Глухой удар о капот транспортника… и темнота.

Тихо щёлкнув, зажглись светильники, и из‑за открывшихся дверей до Кима докатился гул голосов зрителей. Конец боя.

Юноша опустил руку с зажатым в ней игольником и моргнул. Надо же, казалось бы, не один поединок за спиной, были победы и проигрыши, один раз даже руку заново отращивать пришлось, а мандраж бьёт, как в первый раз…

Глава 9

Недомолвки как особенность коммуникации

– Хороший поединок. – Констатировала Лими, толкнув подругу в плечо, и выключила голопроектор. Сидящий за столом напротив них седой мужчина в дорогом костюме смерил похожих словно сёстры девушек долгим взглядом и, затушив самокрутку, усмехнулся.

– Интересный, я бы сказал. Молодость против опыта…

– И опыт на этот раз проиграл, а? – С подколкой мурлыкнула Нора, стрельнув глазками в сторону собеседника.

– Скорее, победила удача. – Отмахнулся тот, но помолчав, добавил. – И реакция. Кроме этих двух плюсов, у паренька ничего нет. Ни знаний, ни подготовки. А вот Трой банально лопухнулся.

– Ты уверен, Моран? – Прищурилась Лими.

– На все сто. Уж поверь специалисту. – Кивнул тот. – Паренёк спортивный и, должно быть, талантливый «пастух». Обычно им присуща такая скорость реакции, иначе за двумя – тремя дроидами сразу никак не поспеешь. Слишком большой поток информации…

– Он, кстати, техник, числится разнорабочим у старого Рома. – Вставила Нора.

– О чём я и говорил. – Развёл руками Моран. Он хотел было сказать что‑то ещё, но в этот момент рядом со столом нарисовался внушительный бугай с точно такой же нашивкой на рукаве, с какими красовались сидящие за столом подруги, и, склонившись к уху начальника, что‑то тихо прогудел. Моран его внимательно выслушал и, кивнув, поднялся из‑за стола. Уже шагнув к выходу из фойе, он оглянулся на девушек и подмигнул им. – А хорошие техники нам пригодятся, да…

– Это разрешение? – Протянула Лими в пустоту и тут же схлопотала тычок локтем в бок от подруги.

– Это приказ. – Усмехнулся Моран и, махнув рукой, устремился к выходу. Девушки переглянулись и расплылись в одинаковых и, надо признать, довольно хищных улыбках.

– Такие приказы дядюшки я готова исполнять хоть всю жизнь. – Констатировала Нора.

– Аналогично. Охота? – Отразила улыбку подруги Лими.

– Хм… вдвоём. – Уточнила Нора, и девушки скрепили договорённость крепким рукопожатием. А потом ещё и по коктейлю накатили, для полного взаимопонимания, заодно уточняя программу грядущей «охоты». Вот только за обсуждением планов они совершенно не заметили, что их внимательно слушает усевшийся за соседний стол старик – топаканец. Впрочем, он недолго «грел уши» и, едва рядом оказался Ром, вместе с ним покинул стрелковый клуб. У них тоже имелась тема для обсуждения, но в отличие от шебутных племянниц главы местных «поисковиков», они не собирались разговаривать на виду у всех. Опыт…

* * *

А вот Киму на всю эту возню было откровенно плевать. Сразу после того, как медики брима Роуза погрузили Троя в стазис и уволокли из клуба, Дрём воспользовался запасным выходом и слинял в мастерскую Рома, решив избежать встречи со зрителями… и охранниками маршальской службы. Но если первые ничего, кроме досадной помехи, для него не представляли, то вторых он закономерно опасался. Не считая самого маршала, отношения со службой охраны Вейна у него как‑то не складывались. И ведь не сказать, что он старательно наживал себе врагов среди подчинённых маршала, вовсе нет. Но начиная с Троя, его просто‑таки преследовали неудачи при встречах с охраной. Невезение? Может быть и так, но на результат это не влияет.

Рассуждения на эту тему Ким оставил, только добравшись до дома и погрузившись в ванну. Хех… надо же было провести шестьсот лет в стазисе и очнуться на пережившей войну планете, постепенно скатывающейся в дикость, чтобы получить в своё распоряжение такую роскошь, как полная горячей воды, самая настоящая ванна, а?

Ким довольно зажмурился и, пригубив тоник из ирпа, подключился к местной сети. А уж когда он прочёл ответ потенциального покупателя на своё последнее письмо, настроение Дрёма и вовсе взлетело до небес. Сто шестьдесят семь тысяч пятьсот кредитов!

Кажется, пора назначать дату встречи. Но вот тут Ким вдруг сообразил то, о чём должен был подумать сразу, как только пришёл к выводу о нереальности планов насчёт мирного сосуществования с некоторыми представителями маршальской службы… О какой защите сделки может идти речь, если господа охранники устраивают одну подлянку за другой? Где гарантия, что после проведения сделки они не решат облегчить кошелёк Кима на всю сумму? Сто шестьдесят тысяч… для любого человека здесь это огромный капитал. И завалить за него какого‑то юнца, тем более, доставившего столько неприятностей… Хм, мрачная, но вполне реальная перспектива.

Настроение, ещё несколько минут назад парившее в заоблачных высях, резко упало, и Ким, несмотря на усталость после поединка, решил отложить вожделенный сон и хорошенько обдумать возможные варианты.

Морф – система скрипела и насиловала пси, пока Дрём прокручивал идеи одну за другой. Спать он завалился уже под утро, причём для того, чтобы уснуть, пришлось задействовать медблок всё той же морф – системы, чтобы купировать накатившую головную боль… но кое – какие намётки у него появились, а это главное. Нужно только проверить пару моментов…

Сон навалился неожиданно, и сопротивляться ему у Кима не было никаких резонов, так что он со спокойной душой проспал до самого полудня. Благо день был выходной, и работодатель не стал будить своего подчинённого.

– Проснулся, великий воин? – Поприветствовал Ром вошедшего на кухню Кима. – Садись обедать… или завтракать?

– Хорошее настроение? – Поинтересовался Дрём, устраиваясь за столом и наблюдая за насвистывающим какой‑то весёлый мотив Ромом. Тот оглянулся на юношу и подмигнул.

– Ага. Благодаря тебе, я вчера поднял полсотни кредитов… а ещё… помнишь, я говорил тебе об экзамене?

– Да… – Протянул Ким.

– Так вот, спецы с нашей базы поисковиков подтвердили квалификацию твоей работы с тем вычислителем, и у нас имеется к тебе одно небольшое предложение.

– У нас, это у «поисковиков»? – Удивился Ким.

– Не совсем. – Усмехнувшись, проговорил Ром. – Через полчаса придёт один человек, он тебе всё объяснит. А пока, ешь.

На столе перед Кимом оказалась сковородка с ещё шипящей от жара яичницей, и юноша не стал отказываться от предложения.

– Приятного аппетита, тин Ким… – Голос раздался за спиной юноши аккурат в момент, когда тот поднёс вилку ко рту.

– Полчаса, да? – Со вздохом поинтересовался он у работодателя, на что Ром только плечами пожал.

– Присаживайся, Хрон, ты как раз вовремя. Яичницу будешь? – Поинтересовался владелец мастерской. Топаканец бросил взгляд на Кима, успевшего подвинуть к себе сковородку, и, улыбнувшись, покачал головой.

– Обойдусь взваром, Ром. Боюсь, этот бой мне не выиграть.

Вот только несмотря на беспечный тон старика, Ким ясно почувствовал его серьёзность. А значит, разговор предстоит не из простых. Хм, кажется, реализацию пришедшей ему вчера в голову идеи придётся немного отложить. Или нет?

Топаканец не стал тянуть время и нервы и довольно сжато изложил предложение, ради которого явился в дом своего старого приятеля. Выслушав его, Ким побарабанил пальцами по столешнице и, переведя взгляд с работодателя на Хрона, задумчиво хмыкнул.

– Спрашивать, почему вы не стали сотрудничать со своими поисковиками, я не стану. Ваше дело. Но почему именно я? – Спросил Ким.

– Две причины, тин Ким. – Знакомым ровным тоном заговорил Хрон. – Ты, действительно, толковый техник… и способен постоять за себя. Работа всё‑таки предстоит тихая, но на дальнем выходе, а значит, каждый ствол будет на счету.

– Хм… я ведь не случайно повстречал тебя на той стоянке, да, тай Хрон? – После недолгого размышления, поинтересовался Дрём.

– Три причины, тин Ким. Ты неглуп. – Отсалютовав юноше кружкой со взваром, ответил топаканец. – Да, по моему настоянию Ром просил своего сына сообщать ему о въезжающих в город техниках и поисковиках – одиночках.

– А как же история с мстительным Троем? – Прищурился Дрём.

– Одно другому не мешает. – Безразлично пожал плечами топаканец. – Случайное совпадение, не больше.

– Понятно… – Протянул Ким. Были у него на счёт Троя свои подозрения, но озвучивать их… Впрочем, почему бы и нет? – Полагаю, экзаменом был не только тот вычислитель, но и вчерашний поединок?

Топаканец даже не моргнул, а вот Ром зло засопел.

– Парень, ты не прав. – По – медвежьи переваливаясь с ноги на ногу, проговорил владелец мастерской. Но старик – эмпат поднял руку, и Ром остановился, неверяще глядя на приятеля. – Хрон?

– Нет. Я не устраивал этого поединка. – Покачал тот головой. – Но твои выводы, Ким, понимаю и поддерживаю. Трой не выглядел человеком, искренне желающим «отомстить» за тех двух идиотов. Очевидно, не только мы с Ромом заинтересовались твоей личностью.

– И кто это может быть? – Нахмурившись, спросил Дрём, глянув на Рома. – Маршал?

Владелец мастерской дёрнулся, но тут же покачал головой.

– Сомневаюсь, но… я с ним поговорю. – Вздохнул он.

– Было бы неплохо. – Медленно проговорил Хрон. – А я попробую узнать, не было ли это затеей Морана.

– Хозяина базы поисковиков? – Зацепившись за знакомое имя, встречавшееся ему в здешней сети, уточнил Ким.

– Именно. – Кивнул топаканец и, задержав взгляд на Дрёме, поинтересовался. – Я вижу, тебя совсем не радует такой жгучий интерес, а?

– Я бы относился к нему легче, если бы не тот факт, что организованный кем‑то для «проверки» поединок был откровенно грязным. – Буркнул Ким, решив‑таки чуть приоткрыть карты. Под удивлёнными взглядами собеседников Дрём выудил из кармана пакетик со снятым с комбеза маячком и бросил его на стол.

ЧАСТЬ IV

ГДЕ ПРИБЫЛО, ГДЕ УБЫЛО

Глава 1

Паранойя? Трезвомыслие

– Я слышал, Барри ногу сломал? – Протянул Ром, разливая по бокалам ароматную наливку темно – вишнёвого цвета. Сын в ответ задумчиво кивнул. – Говорят, он споткнулся в тире о дроида – уборщика. Это правда?

– Не совсем… – Вздохнул Влад. – Поскользнулся у себя дома на полу, который этот самый дроид только что чистил.

– Угум… Понятно. – Ром усмехнулся.

– А с чего такой интерес к моему помощнику, отец? – Поинтересовался маршал. – Боишься, что он предъявит претензии твоей мастерской? Это ж вы с Кимом того дроида чинили?

– Ким. Не я. – Уточнил тот, не стирая улыбки с лица. Сын насторожился.

– Отец? – С многозначительной интонацией проговорил Влад. Ром фыркнул.

– Поделом идиоту. На! Передашь своему подчинённому. – На колени маршала шлёпнулся запаянный прозрачный пакетик с неразличимым чёрным пятнышком внутри.

– Это то, что я думаю? – Взяв пакетик двумя пальцами, Влад присмотрелся к его содержимому. Отец кивнул.

– Знаешь, сынок, солидарность штука хорошая… но вот за такие приколы в моё время можно было и в пустоту прогуляться… с билетом в один конец. – Тихо произнёс Ром. – Короче, пусть Барри скажет спасибо, что Ким не настолько кровожаден и не любитель болтать. Я бы на его месте просто грохнул идиота без всяких поединков. А вообще… сдаётся мне, что тебе пора завести хорошего кадровика. Уж больно много швали ты набрал в свою службу.

– Погоди – погоди, бать. – От волнения маршал даже перешёл на родной диалект интерлина. – Ты вообще сейчас о чём?

– Владик, не строй из себя идиота. Этот маячок Барри подсадил Киму на спину, перед тем как выпустить на поединок. Вот только о шифровке сигнала не подумал и не учёл, что у парнишки тоже нейроком имеется, а обращаться с ним Дрём, как техник, умеет получше, чем бывший штурмовик. Иначе Трой нашёл бы его в первые же минуты поединка.

– Грязная игра, значит… – Влад стиснул зубы, рассматривая злосчастный пакетик. – Поня – атно.

Отец смерил сына долгим взглядом и облегчённо вздохнул. Ром, конечно, не так проницателен, как старый Хрон, но уж сына‑то своего он знает…

– А причём здесь дроид – уборщик? – После недолгого молчания, кое‑как переварив новости, спросил невпопад маршал.

– Ну, я ведь предупреждал Барри, что не могу дать гарантию на работу смесителя моющего средства в его старье. – С улыбкой пожал плечами Ром. – Так что, надо было заранее наводить раствор, а не заливать концентрат и воду по отдельности, как он привык…

– Так это… ты… вы… – Дошло до Влада.

– Что? – Сделал непонимающее лицо Ром, и его сын со свистом выдохнул воздух сквозь сжатые зубы.

– Отец!

– Ты, главное, передай своему подчинённому его имущество и обязательно скажи, что я очень интересовался его здоровьем. Я ясно выразился? – К концу фразы в словах Рома явно послышались стальные нотки.

* * *

Как бы Ким ни надеялся, что давешние зрители удовлетворятся одним лишь поединком, с наступлением рабочих будней в мастерскую потянулся поток посетителей. Впрочем, Ром был этому только рад, поскольку мало кто заглядывал в его владения внаглую: большинство приносило какую‑то мелочёвку на ремонт, прикрывая таким образом свой интерес к одному «разнорабочему».

Особенно старались две юных особы, которых Ким видел перед поединком обсуждавшими ставки. Эти стрекозы нарисовались в лавке едва ли не через пять минут после того, как Ром её открыл в первый же рабочий день, и с упорством лантийских носорогов принялись ломиться в мастерскую. Впрочем, работодатель Кима не особо стремился их выпроводить. В конце концов, его мастерская вовсе не секретный бункер, а Дрём не специалист «под грифом»… потому Ром лишь понимающе фыркнул, когда девушки после десяти минут препирательств со вздохом признались в своём интересе к его работнику, и кивнул им на дверь, ведущую в мастерскую.

– А он симпатичный… – В просторном помещении шёпот Лими прозвучал достаточно громко, чтобы его услышал Ким. Оторвавшись от разбора фильтрующей системы, Дрём поднял голову и с удивлением уставился на стоящих у дверей девушек. Черноволосые, с тонкими чертами лица и гибкими фигурами в лёгких платьях, их можно было бы назвать сёстрами. Несколько секунд Ким не сводил с них взгляда, вспоминая, где он их мог видеть. Долго думать не пришлось. Это были те самые особы, что перед его поединком спорили о ставках.

– Добрый день. Чем могу помочь? – Ровным тоном спросил парень.

– И вежливый. – С улыбкой поддержала родственницу Нора, окинув Кима долгим изучающим взглядом.

– А мы нет. – Ткнула подругу кулачком в бок Лими и, в свою очередь, улыбнувшись нахмурившемуся юноше, приложила ладошку к груди. – Извини. Я – Лими, а это моя подруга Нора. И нет, мы не сёстры… просто похожи.

– Ким Дрём. – Стараясь не вестись на излучаемый девушками интерес, ответил с кивком Ким. – Итак, чем могу помочь?

– Вот. – Лими в несколько стремительных шагов оказалась рядом и протянула парню блок миниатюрного голопроектора.

– И что с ним? – Поинтересовался Дрём.

– Ты же техник. Вот и скажи, что с ним не так. – Фыркнула Нора, присоединившись к подруге.

– Я имел в виду, что с ним случилось? – Вздохнув, поправился Ким.

– Он вдруг задымился и выключился. – С готовностью пояснила Лими. Дрём недоверчиво покосился на девушку, и та отвела взгляд… – Ну, он сначала упал в воду, а когда мы его вытащили и включили…

– Понятно. – Дрём собрался было отложить блок голопроектора в сторону, но поймав выжидающие взгляды девушек, переменил решение. Проще разобраться с проблемой сразу… иначе они явно не отстанут.

Осмотрев аппарат, Ким не удержался от ещё одного взгляда в сторону стоящих рядом девушек, на этот раз весьма подозрительного. И было отчего. Голопроектор был опознан сканером, как военный образец, а значит, «купание» ему ничем не грозило. Так с чего бы ему сгореть? Ладно, посмотрим. Может быть, нарушена целостность корпуса… тоже вариант. Игрушка всё‑таки не новая…

Повинуясь мысленному приказу, один из «паучков» пробежал по верстаку мимо девушек и под их заинтересованными взглядами начал кружить вокруг голопроектора.

– Это же разведчик… разве нет? – Удивлённо проговорила Лими.

– Угум. – Кивнул Ким, просматривая телеметрию поступающую с дроида… и поёжился от накатившего со стороны подруг любопытства. Не отвяжутся… харг! Надо было их сразу выгнать… – А куда деваться? Ремонтника такого класса днём с огнём не сыщешь, а эти ребятки вполне универсальны, чтобы выполнять тонкую работу. Достаточно было адаптировать их программы…

– Понятно. – Девушки переглянулись, и Лими попыталась взять в руки одного из дроидов. – Ай! Он меня укусил!

– Не укусил, а ударил током. И поделом, не будешь хватать чужие вещи без спроса. – Индифферентно пожав плечами, произнесла Нора и улыбнулась занятому работой Дрёму. – Извини, Ким. Она не специально.

– Угум. – Получив финальный отчёт от занятого разборкой и осмотром голопроектора дроида, юноша вздохнул и, выудив из стоящего рядом ящика аналог сгоревшего чипа, явно недавно вляпанного в схему аппарата абы как, отдал его «пауку». Тот аккуратно, в два движения, извлёк дефектную деталь из голопроектора, зачистил контакты и поставил полученный от Кима чип на освободившееся место, тут же прихватив его моментально затвердевшим гелем. – Готово. С вас пять кредитов.

На этот раз в интонациях Дрёма не было и намёка на дружелюбие. Может быть, если бы не давешние события и признание Хрона, он и потешил бы своё самолюбие тем, что две очаровательные девушки нашли такой «оригинальный» способ для знакомства… но сейчас ничего, кроме настороженности, их действия у Кима не вызывали.

Лими с Норой переглянулись. От их внимания явно не укрылся похолодевший тон собеседника.

– Спасибо, Ким… – Наконец проговорила Нора, извлекая из сумочки платёжный чип и явно собираясь уйти. Но Лими, тряхнув забранной в хвост иссиня – чёрной шевелюрой, перехватила чип у подруги и улыбнулась недовольному технику.

– Ким, не обижайся. Извини, что заняли твоё время, но… не могли же мы просто подойти к тебе на улице? Это было бы просто неприлично. Согласись? – Пропела девушка и, хлопнув длинными ресницами, на миг прикрывшими омуты чёрных глаз, договорила. – Прости нам эту маленькую хитрость. Пожа – алуйста.

Это было… искренне… ну, насколько мог судить Ким, не рискуя углубляться в водоворот девичьих эмоций. И Дрём кивнул.

– Я не в обиде, Лими, Нора… был рад с вами познакомиться. А сейчас, извините, но мне действительно нужно работать. – Оглянувшись на хлопнувшую дверь мастерской и наблюдая за катящимся к верстаку нагруженным дроидом, произнёс Дрём.

– Конечно – конечно! – Подруги просияли и, неожиданно взяв Кима в «коробочку», наградили его двойным поцелуем, каждая в «свою» щёку, после чего со смехом отпрянули в стороны. – Пока – пока! Мы ещё зайдём!

Проводив взглядом упорхнувших за дверь девушек, Ким покачал головой.

– Хм, а познакомиться на улице, значит, неприлично, да? – Пробормотал он. Перед внутренним взором Дрёма вдруг возникло грустное лицо Нари, и он тряхнул головой. – Вертихвостки.

За три рабочих дня эти черноволосые кометы успели трижды побывать в лавке Рома и дважды прорывались в саму мастерскую, чтобы пофлиртовать с Дрёмом, одновременно устраивая в помещении совершенный беспорядок. Что показательно, они ни разу не появились в «форме» с нашивками и при стволах. Только платья с коротким подолом и глубоким декольте… и то, и другое открывало ошеломительные виды, вот только Киму было не до того… по крайней мере, он очень старался не обращать внимания на выкрутасы Лими и Норы, не отвлекаться от работы и… от размышлений о предложении Хрона, к принятию которого всё больше и больше склонялся.

Глава 2

Услуги и оплата

В гости к Нари и Мику Ким отправился лишь перед следующими выходными, зато с хорошими новостями. Покупатель передатчика найден, и маршал обещал обеспечить безопасность сделки.

Вспомнив беседу с Владом, Дрём усмехнулся. При встрече в доме Рома маршал с минуту молча сверлил Кима взглядом, а потом махнул рукой.

– Спасибо, что не убил моего помощника. – Буркнул он, указывая Дрёму на свободное место за накрытым столом.

– Это привело бы к проблемам. – Пожал плечами Ким. – А мне не улыбается перспектива потерять возможность спокойно дожить до прилёта пустотников.

– Хм… ладно. Я говорил с Барри, и он уверил меня, что сам предложил идею с маячком Трою. Тот не был особенно доволен затеей, но помощь принял. – Помолчав, хмуро проговорил Влад. – Говорю это на тот случай, если ты вдруг решишь доискиваться ещё каких‑то виноватых. Мне не нужны лишние эксцессы в городе.

– Понимаю. – Кивнул Ким, бросив взгляд на колдующего у плиты Рома. Он ни на секунду не сомневался, что только расположение владельца мастерской удерживает его сына от того, чтобы выкинуть Дрёма из города. А это уже говорило о том, что Хрон действительно очень заинтересован в помощи человека, никак не связанного с местными поисковиками.

– Я рад, если так. – Фыркнул Влад и, задумчиво почесав кончик носа, вздохнул. – Харг! Я не дипломат и не умею вилять. Ладно. Давай начистоту. Мне совсем не хочется, чтобы информация о действиях Барри начала гулять по городу. Такие слухи могут неслабо ударить по репутации моей службы и, соответственно, по моему влиянию в Малом Совете. Отец уверял, что ты не болтлив, но… сам понимаешь, этого мало.

– Предложение? – Подобрался Ким, готовясь к любому возможному исходу событий, вплоть до иглы в лоб.

– Услуга. – Выдохнул Влад. – Одна услуга. В пределах разумного, конечно.

– Личная или служебная? – Не расслабляясь, поинтересовался Дрём и получил в ответ одинаково долгий, изучающий взгляд и от отца, и от сына.

– Ким, не наглей. Закон я нарушать не буду. – Процедил маршал и добавил. – И за грызов можешь не просить, каких бы сисек у них не было. Это понятно?

– Даже если их будет три? – Невинным тоном осведомился Ким.

– Чего три? – Не понял Влад.

– Сиськи. – И честный – честный взгляд.

– Тьфу на тебя! Нашёл время для шуток! – Под хохот отца вызверился маршал, и Дрём поднял руки в жесте сдающегося.

– Ну, извини, брим Влад. Я же не виноват, что ты всё превратно понял.

– Превратно, да? – Резко втянув носом воздух, процедил тот. Чуть помолчал и, немного успокоившись, продолжил уже куда более ровным тоном. – Ладно. Объясняй.

– Хорошо. – Кивнул Ким. – У меня есть один предмет, который я хотел бы продать. И есть покупатель, который хотел бы этот предмет получить. Но я опасаюсь за чистоту сделки.

– Хочешь провернуть её под защитой маршальской службы. – Догадался маршал. – И в чём проблема? Для этого вовсе не нужна моя помощь.

– Проблема в людях, вроде твоего помощника Барри, Троя… и им подобных. Цена вещи достаточно велика, чтобы узнав о сделке, у них возникло искушение сорвать куш.

– Я не могу провернуть подобное тайно. – Покачал головой Влад. – Такие действия обязательно отражаются в отчётности. А сама сделка должна проводиться в помещении с банковским терминалом, находящемся на территории «подводников». Заставить молчать их представителей, я также не смогу.

– И не надо. – Пожал плечами Ким и повернулся к внимательно наблюдающему за происходящим Рому. – Главное, чтобы в сделке не фигурировал я сам.

– Хех, решил подключить к своей афере ещё и меня? – Усмехнулся владелец мастерской.

– Ну, брим Ром, я думаю, ты не откажешься помочь сыну? – Вопросом на вопрос ответил Ким. – К тому же ни о какой афере речь не идёт. Обычная сделка. Годный товар в обмен на кредиты. Ничего больше.

– Стоп. Я правильно понимаю, что ты хочешь провести сделку, выставив его продавцом? – Влад кивнул в сторону отца.

– Именно. – Согласился Ким.

– И не боишься, что мы можем… кинуть? – С небольшой заминкой уточнил Ром.

– Ну, вам ведь по – прежнему нужен хороший техник, не так ли? – С улыбкой ответил Дрём. Маршал приподнял в удивлении бровь, но заметив согласный кивок отца, не стал ничего уточнять. Их дела…

– Подробности. Что за товар, сумма сделки… – Перешёл на деловой тон Ром, абсолютно правильно поняв слова Кима, как завуалированный, но определённо положительный ответ топаканцу… или непременное условие принятия его предложения. Хм.

– Цена – сто шестьдесят тысяч. – Проговорил Ким, и его собеседники замерли, неверяще глядя на юношу.

– И кто‑то ещё говорил, что у него нет денег на билет с Агоры… – Разорвал тишину хриплый голос Рома. Дрём пожал плечами.

– На тот момент так оно и было. Этот предмет я нашёл в ваших руинах.

– А я думал, ты там себе пассию нашёл… – Усмехнулся Ром, немного оправившись от новости.

– Неужто ты отыскал действующий десантный бот? – Чуть помолчав, спросил маршал.

– Вовсе нет. Всего лишь работающий межсистемный передатчик. – Развёл руками Ким.

Отец и сын переглянулись, и Ром покачал головой.

– Я думал, больше меня ничем не удивить. – Проговорил владелец мастерской и, помолчав, добавил. – Но Ким абсолютно прав. Продавать такую вещь без прикрытия маршальской службы не просто трудно, а зверски трудно… и опасно. Выставил через сеть?

Последний вопрос был явно адресован Дрёму, и тот кивнул.

– М – м… хорошо. Я буду представлять твои интересы на сделке. А Влад обеспечит её защиту. – Заключил Ром. Они обменялись рукопожатиями и одновременно взглянули на Влада. Маршал только вздохнул.

– Харг с вами. Сделаем. – Кивнул он.

Вечером того же дня Ким связался с потенциальным покупателем, и они назначили дату встречи. А вот теперь он пробирался в старый город, чтобы поделиться новостью с командой Мика и Нари… Нет, можно было бы, конечно, связаться с ними по браскому, но тогда Киму не удалось бы встретиться с рыжеволосой, а хотелось… очень. И не только увидеться, что было неудивительно, учитывая постоянно крутившихся в мастерской и отчаянно флиртовавших Лими и Нору, не забывавших этак невзначай демонстрировать достоинства своих фигур… весьма достойные достоинства, надо заметить… мда. Если бы ещё морф – система не отказывалась подавлять гормональные «взрывы» Кима, поскольку «подобные действия не рекомендованы для растущих организмов». Эту фразу система транслировала голосом штатного медика учебки, крайне язвительной и ехидной особы, попасть в руки которой было страшным сном для любого курсанта. Но дело даже не в голосе или характере медика. Подобный тип сообщения означал, что обойти запрет не получится. Медицинские ограничения у морф – системы в безусловном приоритете. Вот и мучился Ким, отводя взгляд от стройных ножек и глубоких декольте… одновременно вспоминая синеглазую и рыжеволосую красавицу. Зацепила, да.

* * *

– Твои деньги, болезный. – Прямоугольник чипа упал на кровать, и Трой поморщился. Гость, как всегда, нагрянул внезапно. И опять в своём идиотском плаще с глубоким капюшоном. Конспиратор… – Не кривись. Всё прошло не так плохо, как ты думаешь. Так что двадцать процентов сверху ты честно заработал.

– Двадцать процентов? – Прищурился Трой, брезгливо подцепив кончиками пальцев лежащий на покрывале чип. – Да только лечение у медиков Роуза встанет мне в пятьсот кредов!

– Уже оплачено. – Гость поправил выглядывающую из‑под капюшона маску – респиратор. – Готов получить следующее задание?

– Хм… смотря какое. – Не стал сразу отказываться охранник, внимательно глядя на гостя.

– Тебе понравится. – Собеседник Троя издал тихий смешок, но тут же перешёл на серьёзный тон. – Прошёл слушок, что ваш маршал собирается провести защищённую сделку. Между своим отцом и кем‑то со стороны…

– Э – э, нет. Сразу говорю. – Трой даже не дослушал гостя. – Соваться под этот бульдозер? Ищи других идиотов.

– Идиотом будешь ты, если откажешься. – Голос его собеседника лязгнул сталью. – Мы уверены, что участие Рома в сделке – фикция. Получателем, наверняка, будет тот мальчишка, что так лихо раскатал тебя на поединке.

– С чего бы это?

– Башкой своей подумай. Ни сам Ром, ни один из его дружков, в последнее время из города носа не казали. И вдруг, у них появляется на продажу лот стоимостью в полторы сотни больших. Откуда?

– Да мало ли? Грызы притащили, а Ром их кинул. Редкость, что ли? – Выдал Трой.

– Дебил. Ром слил бы вещицу городу или даже Морану, но уж точно не стал бы заморачиваться с выставлением лота в сети. – В голосе гостя послышались недовольные нотки. – Короче. Сделка назначена на двадцатое. Твоя задача – по маячку взять курьера на выходе из города и привезти на нашу базу. Ясно? Он будет один, так что проблем тебе и твоим людям не доставит.

– А где гарантия, что этот самый курьер будет без охраны? – Вздохнув, спросил Трой.

– Тебе уже недостаточно моего слова? – Осведомился гость… и его собеседник отрицательно покачал головой. – То‑то же…

Глава 3

Не всё так гладко…

Несмотря на ставшее уже привычным недовольное сопение Мика и носящуюся вокруг ребятню, Ким был очень доволен вечером, проведённым в старом городе. Правда, пришлось пообещать Тине прогулку по Вейну в качестве «возмещения морального вреда», так сказать, но это не то, что могло расстроить Дрёма. Шустрая весёлая девчонка, любопытная, как пять кошек, она напоминала Киму одну из однокашниц по приюту, мелкую такую кнопку, тем не менее, бывшую безоговорочным авторитетом для своих одногруппников… и первой заводилой всех их проделок. Головная боль для обычно индифферентных воспитателей и администрации…

Тина была такой же. В команде Мика и Нари она по праву занимала место этакого «заместителя» рыжей. В моменты отсутствия Нари эта малявка командовала всем «домашним» хозяйством, и остальные обитатели подвала слушались её беспрекословно… ну, по большей части. При этом сама Тина никак не выпячивала своё «превосходство», при необходимости не чуралась грязной работы и с удовольствием участвовала в проказах ребятни, частенько выступая их организатором.

Вот и сегодня, заглянув в подвал, Ким оказался в центре урагана. Мик носился за визжащими и хохочущими детьми, а Нари сидела за своим верстаком и тихо всхлипывала от смеха. Здесь же, прямо на крышке стола, устроилась и Тина: болтая ногами и невозмутимо прихлёбывая взвар из огромной кружки, она всем своим видом демонстрировала полную непричастность к царящему вокруг бедламу. Если бы ещё не пальцы, заляпанные той же краской, разводы которой красовались на лице Мика, превращая его в гротескную маску… Ким фыркнул.

Пока заметившие его присутствие дети наперебой здоровались, а Мик оттирал с лица краску, Дрём успел указать Тине на её упущение, и кнопка, катастрофически покраснев, умчалась в закуток санузла.

На этот раз Ким притащил своим «партнёрам» не только сласти, но и кое‑что иное. А именно, целый ворох одежды для детей, обошедшийся ему в довольно круглую сумму, и хорошие новости для Мика и Нари.

– Четыре дня? – «Предводители» переглянулись. – Всего?!

– Да. Сделка назначена на вечер двадцатого. – Кивнул Ким. – И мы подходим к вопросу дележа.

– В смысле? – Подозрительно нахмурился Мик. – Мы же вроде бы договорились о долях?

– Я не о том. – Покачал головой Дрём. – С долями всё ясно. А вот каким образом и где мы будем производить делёж, это вопрос… я бы даже сказал: вопрос доверия.

– Логично. – Протянул Мик. – Я тебя понял. Хотя, не скрою, очень удивлён тем, что это предложение поступило от тебя…

– Ну, вы же не стали поднимать эту тему. – Усмехнулся Ким, заметив, как переглянулись Нари и Мик. – Итак. Что я могу предложить…

Ким изложил своё видение процесса дележа, и после недолгого размышления оба «предводителя» поддержали его идею. А вот с запланированной на следующий день прогулкой в обществе Нари Дрёма ждал облом. Нет, девушка была не против, но тут же рядом оказалась внимательно прислушивавшаяся к беседе Тина и напомнила об обещании, данном ей Кимом не далее как час назад. В результате намеченное свидание моментально превратилось именно что в чинную прогулку в её компании. Ким и Нари вздохнули, но отказать шустрой «кнопке» не смогли, к вящему удовольствию Мика…

Правда, в итоге встречу пришлось перенести ещё на день. Город вновь залили потоки воды, так что ни о какой прогулке и речи быть не могло. Зато следующий день оказался солнечным и тёплым, и прогулка удалась на славу… ну, почти…

– Ким, ты не знаешь, почему эти две девушки так пристально смотрят в нашу сторону? – Тихо поинтересовалась Нари, когда они втроём устроились за столом в заведении у Ли.

Дрём оглянулся, чтобы посмотреть, куда указывала взглядом его рыжеволосая подруга, и еле слышно вздохнул. Ну да, Вейн это большая деревня… точнее, небольшая. Мог бы и предусмотреть возможность встречи с Лими и Норой. А это были именно они. И сейчас девушки не щеголяли в лёгких платьях, а были наряжены точно так же, как в вечер поединка. Как готовые к выходу поисковики. Впрочем, Нари с Тиной тоже были одеты по – походному. Всё‑таки не на свидание пришли… м – да.

– Кто это, Ким? – Стрельнув взглядом в сторону подружек, с улыбкой спросила Тина.

– Мои знакомые. – Честно ответил Дрём, с настороженностью наблюдая за тем, как Лими с Норой, явно заметившие, что их обнаружили, поднимаются из‑за стола. Была, была у него надежда, что девушки просто пройдут мимо. И она, конечно же, не оправдалась.

Лими с Норой оказались рядом… и два коротких поцелуя в щёку стали негласным объявлением войны. Ким чуть ли не хребтом почувствовал воцарившееся за столом напряжение… и совершенно не заметил тишины, опустившейся на зал ресторанчика.

Тем временем подруги подхватили по стулу из‑за соседнего столика и, поставив их по разные стороны от Кима, невозмутимо уселись на них… зажав Дрёма между собой так, что тому и плечами стало не шевельнуть. Близко, слишком близко!

– Привет, Ким. Познакомишь со своими подружками? – Улыбнулась Лими, кивнув Нари и Тине, которые сверлили гостей подозрительными взглядами.

– С удовольствием. – Старательно удерживая на лице улыбку, кивнул Дрём, но представляя дам друг другу, решил несколько сместить акценты. Помнится, преподаватель психологии говорил, что женщины чувствительны к таким… мелочам. – Нари, Тина, знакомьтесь. Это Лими и Нора, знатные поисковики и первые помощницы брима Морана.

– Ну уж, не смущай нас так, Ким. – Погладив Дрёма по лежащей на столе ладони, промурлыкала Нора. Один – один. – Мы пока не настолько важные птицы. А ты, Нари, да? Чем ты занимаешься?

– Я техник. – Ровным тоном, словно нехотя, проговорила рыжая, бросив на Кима предупреждающий взгляд.

– Она с сестрой только сегодня приехала в город. – Указав кивком на Тину, поддержал Нари Дрём. Подруги переглянулись, но комментировать эти слова не стали.

– Уже нашли место, где остановитесь? – Спросила Лими.

– Надолго в Вейн? – Тут же поддержала подругу Нора.

– Пока осматриваемся. – Спокойно ответила Нари. – Думаю, дней десять мы здесь точно пробудем. Отдохнём, погуляем, а потом двинемся дальше… может быть.

– Оставайтесь. У нас хороший город. – Улыбнулась Лими. – А уж с таким охранником, как Ким, вам и вовсе нечего опасаться. После поединка с Троем за ним закрепилась репутация серьёзного бойца, так что будете как за каменной стеной.

– А может, им не по душе такие мирные места, как Вейн? – Подала голос Нора. – Да и с техниками у нас всё очень неплохо. Так что новым работникам будет трудно вклиниться на этот рынок. С другой стороны, с такими физическими данными, как у… Нари, да? Проблем с работой в городе у тебя точно не будет.

Разговор, завязавшийся между девушками, со стороны казался вполне мирным, но напряжение не отпускало Кима до тех пор, пока изрядно рассердившие его своими намёками Нора и Лими не попрощались и не покинули их компанию. Только тогда юноша смог перевести дух и облегчённо вздохнуть. Правда, взглянув на Нари и Тину, понял, что поторопился.

– Поединок, Ким? – Нахмурившись, проговорила рыжеволосая. – Почему ты не рассказал?

– Когда? – Пожал в ответ плечами Дрём. – И зачем? Было и было. Все живы, здоровы. Разве что Трою пришлось раскошелиться на лечение, но тут он сам виноват. Не я его вызвал на бой…

– А обойтись без поединка нельзя было?

– Нет. – Отрезал Ким, недовольный претензиями рыжеволосой. Нари скривилась.

– Мальчишки. Всё бы вам друг другу морды бить! Как будто нет других способов решения проблем. – В голосе девушки послышались покровительственные нотки.

– Иногда именно так и бывает. – Дрём постарался взять себя в руки и эту фразу произнёс довольно спокойным тоном. Хотя замечание Нари его задело.

– Да ну? – Фыркнула та. Ким смерил её долгим взглядом и неожиданно обратился к Тине, внимательно прислушивающейся к их разговору.

– Тина, как ты думаешь, если бы я попросил тех наркоманов, они бы прекратили тебя избивать?

– Нет. – Не раздумывая, ответила та и повернулась к Нари. – Ким прав. Иногда нужно просто драться…

– Но это… это неправильный пример! – Возмущённо воскликнула рыжая. – Совершенно разные ситуации!

– Думаешь? А что ты вообще знаешь о причинах нашего с Троем поединка? – Медленно проговорил Дрём и заключил. – Ничего. Но тем не менее, абсолютно уверена, что этот бой был мальчишеством и не более. Тебе не кажется, что это немного нелогично?

Нари фыркнула, насупилась и замолчала. Отдых был испорчен… Нет, Ким понимал, что скорее всего, девушка просто хотела отыграться за Лими с Норой, но легче от этого не становилось.

И Тина, явно почувствовав неправильность происходящего, притихла… и только когда пришло время прощаться, «кнопка» неожиданно повисла у него на шее.

– Не переживай. Она просто ревнует. Вот увидишь, через пару дней остынет, и всё будет в порядке. – Прошептала она на ухо Киму и, задорно улыбнувшись, спрыгнула наземь.

– Спасибо, Тина. – Улыбнулся в ответ Ким и, бросив взгляд на Нари, дожидающуюся пока ее подопечная попрощается с ним, вздохнул. – Надеюсь, что ты окажешься права.

– Эй, я всегда права! – Комично нахмурившись, девочка ткнула Дрёма кулачком в пресс. – И не вздумай ухлёстывать за этими фифами! Обижусь.

– Обещаю. – Рассмеялся Ким, но тут же посерьёзнев, наградил рыжеволосую долгим взглядом. И та, явно совершенно точно поняв, кому на самом деле предназначалось это обещание, недоверчиво хмыкнув, ухватила Тину за руку и с самым независимым видом двинулась прочь.

Глава 4

Поторгуем…

– Опять ему пишешь? – Мик подошёл к освещённому «ночником» верстаку, за которым устроилась Нари, и девушка, вздрогнув, резко выключила облако голографического экрана, мягко светившееся над браскомом.

– И что? – Во взгляде девушки, брошенном на приятеля, мелькнула настороженность.

– Да ничего… твое дело, конечно, но… – Мик пожал плечами и, чуть помявшись, продолжил уже другим, куда более мягким тоном. – Ты же понимаешь, что это ненормально, Нари?

– Что именно? – Деланно безразлично произнесла та.

– Всё это… Не отгораживайся от меня, подруга. Мы уже два года друг друга знаем. Пропасть времени по здешним меркам, разве нет? – Мик хотел было коснуться плеча девушки, но отдёрнул руку. – Поговори со мной. Пожалуйста.

– Мик, что ты хочешь от меня услышать? – Со вздохом спросила рыжеволосая.

– Услышать? Я хочу поговорить. Ты понимаешь, что делаешь? Мы жили тихо – спокойно, работали, с голоду не помирали. И вдруг появляется какой‑то мутный тип, влезает в нашу жизнь и дела… начинает таскать сюда еду, одежду… как будто мы нищие! И не прошло месяца, а ты уже готова скакать вокруг этого парня на задних лапках, словно прирученная барка…

– Так вот что тебе покоя не даёт, да? – Вдруг резко мотнув головой, процедила Нари, с прищуром глянув на напарника. – Что Ким оказался лучше? Спас Тину, исправив твою ошибку… ошибку, чуть не стоившую ей жизни! Заботится о малышне, «таская» им то, о чём ты ни разу даже не подумал… и не заставляет их по ночам ползать по руинам с ежесекундной опасностью быть удавленными за сумку, набитую хламом…

– Ты… – Мик задохнулся от гнева…

– Что? Что я?! Ну скажи, скажи! – Воскликнула Нари. – Дрянь? Сучка? Что молчишь?! Он мне просто нравится. Понимаешь? Он, а не ты!

– Заткнись, дура. Детей разбудишь. – Глухо проговорил парень и, резко развернувшись, двинулся прочь из комнаты. Желание поговорить… объясниться… пропало напрочь.

– Кретин. – Тихо произнесла Нари себе под нос.

В ответ Мик только дёрнул плечами и окончательно скрылся за занавеской, ведущей в соседнюю комнату.

* * *

Тина оказалась права. Действительно, не прошло и двух дней, как Нари остыла, и они с Кимом вновь стали каждый вечер болтать по браскому. Встретиться лично мешали дела. Мик где‑то откопал богатые «залежи» техники, и у рыжей стало дел невпроворот, а на Дрёма навалил заданий Ром. Как он сам признался, набрал заказов перед отъездом на «промысел», обещание участвовать в котором Ким недавно «обменял» на помощь с проведением сделки.

В результате увидеться им удалось только в день, когда должна была состояться та самая сделка. Правда, на встрече присутствовала не только Нари, но и Мик, но это не помешало рыжеволосой кинуться Киму на шею и наградить долгим, очень долгим и жарким поцелуем. Сказать, что Дрём был ошарашен, значит, ничего не сказать… Нет, они с Нари, разумеется, успели помириться, но такого приветствия он от неё точно не ожидал… И тем удивительнее была реакция Мика. Парень, полыхнув яростью, вдруг резко задавил свои эмоции и только горько усмехнулся, глядя на подругу.

Ким перевёл взгляд с Нари на Мика, нахмурился, но… время! До встречи осталось не больше получаса, а им ещё нужно добраться до резиденции «подводников», причём сделать это желательно незаметно, чтобы не напороться на патрули. Это браском Кима подаёт сигнал о том, что он гость города, и его статус может защитить Нари, но Мик… взрослый вооружённый парень без идента совсем не то, что желают видеть в своём городе сотрудники маршальской службы. Ну хоть в гостях у «подводников» встречи со служащими брима Влада или с ним самим Мику опасаться не нужно. Экстерриториальность, называется… А за небольшие деньги «подводники» могут и вывезти клиента за пределы города, что тоже радует. Нет, они могут отвезти и дальше, куда скажет клиент, но ни Мику, ни Нари дальше пригорода уезжать не требуется. Главное, выбраться за пределы юрисдикции маршальской службы…

До резиденции добрались без проблем и даже с небольшим запасом по времени. Охранники «подводников», громилы в экзоскелетных скафах десантников, недоверчиво покосились в их сторону, но получив опознаватель с браскома Кима, всё же пропустили трёх гостей на территорию резиденции. Единственное… прямо в холле просторного здания рядом с ними очутился один из клерков отделения банка, под чьим патронатом проходят защищённые сделки, и непреклонно потребовал сдать оружие… у Мика.

Парень засопел, но подчинился. А вот к Киму служащий с таким «предложением» обращаться не стал. Статус гостя города сказывается. Про Нари и вовсе говорить нечего, у барышни просто не было при себе оружия, вообще. Да и про рюкзаки за спинами рыжей и её смурного товарища служащий даже не заикнулся. Хм… хорошие сканеры стоят у господ «подводников». Полезные.

Запечатав внушительный ствол в одной из ячеек у стены, клерк скинул на браском Мика инфоключ и, улыбнувшись, предложил компании проследовать в переговорную, где «свидетелей» уже ожидают брим Ром и маршал.

– Так это и есть твоя пассия, Ким? – Усмехнулся Влад, увидев входящих в комнату гостей. Дрём поморщился… одновременно с Ромом.

– Знакомьтесь, это мои партнёры. – С ударением на последнем слове отозвался Ким. – Брим Мик Ройс и бримма Нари Тавал.

– Маршал Влад. – Кивнул переглянувшимся жителям старого города тот.

– Брим Ром. – В отличие от сына, его отец даже с кресла встал, приветствуя визитёров.

– Очень приятно. – Ответила рыжая. Мик же ограничился коротким кивком и, оглядевшись по сторонам, принялся деловито доставать из снятого с плеча рюкзака цилиндр передатчика.

– Проверим работу системы перед появлением покупателя? – Предложил Дрём Владу и Рому. Те степенно кивнули. Владелец мастерской вернулся на своё кресло и кивнул стоящим перед низким журнальным столиком молодым людям.

– Присаживайтесь и начнём проверку.

Инфоключ, как обычно, без проблем активировал передатчик, Ким отправил ему запрос на подключение браскомов, и уже через несколько секунд оба родственника вовсю шарили по галакому.

Впрочем, долго лазать по сети у них не вышло. По комнате разнёсся голос клерка, предупредивший о приходе покупателя, и дверь переговорной отъехала в сторону, пропуская высокого и плотного, почти толстого, широкоплечего мужчину в самом невообразимом наряде, который Ким когда‑либо видел… ну, почти. У старейшины Паики, хозяина одного из небольших городков на Топакане, костюм был побогаче… бахрома на рукавах подлиннее, куртка потолще… но это, наверное, лишь потому, что сшита была не из выделанных шкурок пустынных грызов, как у покупателя, а из кожи топаканского летающего ящера. В остальном, очень похоже. Даже шляпа такая же…

От Нари плеснуло настороженным удивлением, Мик презрительно хмыкнул, а вот Ром и маршал вообще никак не прореагировали на наряд гостя. Впрочем, неудивительно. Наверняка, они не раз видели национальную одежду Хрона…

– Бримы, бримма… – Прогудел покупатель, сохраняя на лице фирменное невозмутимое выражение лица… этакая визитная карточка топаканцев. Взгляд мужчины на миг замер на девушке, но тут же скользнул дальше и обратился к стоящему на журнальном столике цилиндру передатчика.

– Полагаю, это и есть та самая «система связи планетарного базирования»? – Осведомился он. – Не похожа.

– Можете проверить. Блокировка снята. – Предложил Ким. Топаканец внимательно посмотрел на юношу, огладил одинокую косичку у виска, переплетённую несколькими цветастыми ленточками, и, хмыкнув, развернул голоэкран своего браскома. Весьма внушительного, надо отметить… ну, по крайней мере, морф – система, бодренько просканировав этот аппарат, тут же причислила его к верхнему сегменту качества.

И опять проверка не затянулась надолго. Топаканец отправил некое внесистемное сообщение и уже через несколько секунд получил ответ. Удовлетворённо кивнув, покупатель выложил на стол рядом с передатчиком прямоугольник платёжного чипа.

– Контракт? – Услышав вопрос, Ром кивнул, и на вновь заклубившемся голоэкране топаканца мелькнули цветные пятна присланного документа. Покупатель пробежал взглядом по невидимым окружающим строчкам контракта и совершил рукой какое‑то замысловатое движение. Подписал.

– Сто шестьдесят семь тысяч пятьсот кредитов. Инфоключ? – Произнёс он.

– Сначала терминал. – Откликнулся Ром. Маршал тут же поднялся со своего кресла и, взяв в руки банковский сканер, приложил чип к его считывателю.

– Всё верно. Ким…

Инфоключ, предусмотрительно скинутый Дрёмом на кристалл памяти, скользнул по столику и был тут же подхвачен толстыми, но цепкими пальцами покупателя. Миг, и его браском «съел» полупрозрачный носитель. Ещё секунда, и морф – система сообщила об отключении доступа к галакому. Вот и всё.

– С вами приятно иметь дело, бримы. – Покупатель растянул губы в намёке на улыбку и, подхватив со стола передатчик, стремительно поднялся. – Всего хорошего. Будет ещё подобный товар – обращайтесь. С удовольствием приобрету.

– Взаимно, брим. – Кивнул в ответ Ром, поднимаясь с кресла. Топаканец и владелец мастерской обменялись короткими поклонами, и покупатель исчез за дверью. На всё про всё ушло меньше пяти минут.

– Ким, ты позволишь? – Указав на чип, спросил Влад. – Пять процентов…

– Разумеется. – Дрём подхватил оплату со столика и, выудив из кармана ещё пару таких же прямоугольников, сложил все три тонкой стопкой. Браском вздрогнул, показав, что транзакции проведены, и Ким протянул один чип маршалу, а второй Мику. – Пять процентов маршальской службы, брим Влад. Ваша доля, брим Мик… Контракт закрыт.

Глава 5

Всем нужен Ким…

Несмотря на явную неприязнь, которую Мик испытывал к Киму, он всё‑таки воспользовался советом своего «соперника» и заказал у хозяев резиденции «такси». Правда, когда он уже садился в небольшой четырёхместный «пустынник», Нари проигнорировала его выжидающий взгляд и… демонстративно подхватила Кима под руку. Её напарник дёрнул щекой и, не говоря ни слова, захлопнул дверь.

– Вы поссорились? – Спросил юноша, когда они с Нари остались вдвоём на площади перед резиденцией.

– Он ревнует. – Коротко ответила рыжеволосая, недовольно поморщившись, и тут же попыталась улыбнуться. – Пойдём, погуляем, а Ким?

Влезать в ссору двух старых знакомых Ким посчитал идиотизмом, а потому вместо расспросов только коротко хмыкнул.

– Идём. – Проговорил Дрём и, махнув на прощание ехидно ухмыляющемуся маршалу, появившемуся на пороге резиденции в компании отца, потянул девушку в сторону центральной улицы. Ещё не хватало выслушивать комментарии этих двоих…

Прогулка удалась на славу. Очевидно, тёмные звёзды в кои‑то веки сжалились над парочкой, и их свидание не было омрачено дождём или ненужными встречами… с подругами – поисковиками, например. А вечером Ким впервые по достоинству оценил тот факт, что живёт не в доме Рома, а в задней комнате его мастерской, обладающей такими достоинствами, как отдельный вход и… неплохая звукоизоляция.

Правда, едва рассвело, Нари выскользнула из постели и, с трудом отбившись от приставаний Кима, сбежала в ванную. Дела – дела…

Дрём посмотрел вслед продефилировавшей через комнату обнажённой красавице и довольно улыбнулся. Это была очень долгая и очень приятная ночь…

Впрочем, уже через несколько секунд он задвинул воспоминания подальше и поднялся с постели. Ему тоже особо некогда было разлёживаться. Ещё во время вчерашней прогулки с Нари Киму на браском пришло сообщение Рома о скором выходе команды тай Хрона в поиск… Очень скорого выхода, сразу по окончании выходных. А это значит, что у него остался только один день на подготовку «Рокота». Благо, каких‑то особо сложных работ не предвиделось, поскольку за то время, что транспортник простоял во дворе мастерской, Ким успел привести его в порядок, частично отремонтировав, а частично и заменив слишком изношенные детали, как раз в преддверии грядущей поездки. Так что, он был уверен, что оставшегося времени ему хватит и на закупки, и на сборы… если не лениться, разумеется.

Эх, а с каким удовольствием он забил бы болт на предстоящий поиск и остался с Нари… Но слово есть слово, а тай Хрон обещал неплохой заработок в виде доли от дохода экспедиции. Правда, насчёт цели похода старый топаканец что‑то темнит, но тут Ким не мог его не понять. Это остальные члены команды – люди проверенные и надёжные, а он сам просто приблудный техник, о котором достоверно топаканец может сказать только одно: Дрём очень неплохо разбирается в компах и вычислительных комплексах. Точнее, в их взломе и защите. А это именно те качества, что требуются компании Хрона. Не зря же он придумал заворачивать к себе на стоянку всех заглядывающих в город поисковиков. Знал, где искать нужные кадры…

Любой «археолог» – одиночка просто обязан хоть немного разбираться как в защите, так и во взломе информационных систем, или обладать мощным вычислителем, «заточенным» на подобный взлом, иначе ему просто нечего делать в поиске. Нет, конечно, есть искатели, что специализируются на иных вещах. Например, на физической защите, технике или системах энергоснабжения. Но они работают в группах. Постоянных, входящих в сообщества типа вейнского, возглавляемого Мораном, или временных, как компания Хрона. Собственно, и специалисты по интеллект – системам тоже входят в такие группы, но топаканцу они были не нужны. Как он сам объяснял, таких спецов очень трудно переманить, тем более для разовой работы. Да и портить отношения с «археологами», даже чужими, ему было совсем не с руки, а потеря подобного кадра гарантирует проблемы с коллегами «перебежчика». На вопрос Кима, зачем вообще Хрону мог понадобиться такой специалист, если он и сам неплохо наловчился ломать интеллект – системы, топаканец только печально вздохнул.

– Если бы, Ким… если бы. Я ни бельмеса не соображаю в этих вещах. А взлом твоего браскома, так и не удавшийся, к слову, вёл не я, а мой вычислитель. Но его с собой в поиск не возьмёшь, поскольку он встроен в жилой модуль, и выдрать вычислитель оттуда просто не представляется возможным. Можно, конечно, было бы разжиться мобильным интеллект – комплексом, но за аренду такой игрушки Моран возьмёт такие деньги, что никакой поиск не окупится. В общем, ты пожаловал в Вейн как нельзя кстати.

Именно поэтому, проводив Нари, Ким рванул в вояж по лавкам Вейна. Подготовка к выходу та ещё морока. И Дрём желал разделаться с ней как можно быстрее… а может просто выделенные Хроном средства жгли ему карман? Как бы то ни было, спустя четыре часа Ким вернулся в мастерскую, нагруженный словно ослик, и тут же полез в свой транспорт, чтобы распихать покупки по местам.

Офицерские ирпы забили один из рундуков по самую крышку, в другом разместились коробки с боеприпасом для «Точного», обошедшиеся Киму в пять сотен кредитов, и то только потому, что в лавке всё того же Барри имелся полевой синтезатор, позволявший «печь» иглы любого калибра. Да и тут не обошлось без проблем. Охотничьи иглы, использующиеся в «Точном» – преднапряжённые, они созданы специально для поражения крупной дичи. Попадая в цель, такая игла раскалывается на пять частей, увеличивая тем самым поражающий эффект. В результате возрастает останавливающее действие без опасности разнести цель в клочья. Но полевой синтезатор не рассчитан на «охотничьи» требования, и единственная альтернатива, которую он мог предложить, это разрывные иглы. При должном импульсе они запросто пробивают даже тяжёлые десантные скафы и, взрываясь внутри, превращают их содержимое в фарш. В принципе, поскольку Ким не собирается охотиться, вариант, предложенный ему в лавке, должен был устроить Дрёма как нельзя лучше, но… должен же он был за счёт чего‑то сбить цену, правильно? И ему это удалось. Апеллируя к тому, что результатом охоты с таким боеприпасом будет мясо, ароматизированное взрывчаткой и нашпигованное мельчайшими осколками игл, Киму удалось сбросить цену на четверть… и никакие правила «только для гостей города» помехой не стали. Впрочем, возможно, тут сработал ещё и тот момент, что Барри до сих пор не забыл историю с дроидом – уборщиком… Как бы то ни было, охотиться с «Точным» Ким если и собирался, то лишь с «родными» охотничьими боеприпасами, а купленные у помощника маршала сойдут для той дичи, что ходит на двух ногах и вместо когтей и клыков предпочитает использовать игольники и плазмобои.

Разобравшись с оружием и питанием, Ким взялся за имеющиеся в его распоряжении тех. средства. Проверка генератора и водосборника не заняла много времени. Убедившись, что и то, и другое находится в рабочем состоянии, Дрём сложил устройства в штатные кофры и взялся было за осмотр всякой мелочёвки, как предполагалось по составленному им плану, но раздавшиеся во дворе голоса заставили его отвлечься.

– Ким! Ты где?

– Лими, Нора… – Выглянув из «Рокота», со вздохом кивнул девушкам Дрём. Те переглянулись и, моментально преодолев несколько метров, отделявших их от борта машины, оказались в салоне рядом с Кимом. Огляделись…

– Далеко собираешься? – Поинтересовалась Нора, бесцеремонно усевшись в единственное кресло у рабочего стола.

– В поиск. – Пожал плечами Ким.

– В по – оиск… – В унисон протянули девушки, и глаза у них заблестели. Лими прижалась горячим бедром к Дрёму и заглянула ему в глаза эдак снизу вверх. – Без нас?

– Эм – мм, ну… – Протянул Дрём.

– А если мы попросим? – Оказавшись рядом, Нора обвила руками Кима за шею.

– Очень попросим… – Тёплые губы Лими коснулись уха Дрёма. Тот вздрогнул… но тут же взял себя в руки.

– Вперёд. Просите. – Кивнул он.

– Что прямо здесь? – Нора огляделась по сторонам, и её взгляд остановился на узкой койке, сейчас пристёгнутой к борту.

– Зачем же? – Усмехнулся Ким. – Идёте в мастерскую, от входа повернёте налево. Увидите дверь…

– В твои апартаменты? – Мурлыкнула Лими.

– Нет. – Покачал головой Дрём. – В магазин.

– А зачем нам магазин? – Не поняла Нора и, отстранившись от Кима, внимательно на него посмотрела.

– Сам магазин вам ни к чему. Но за прилавком стоит его хозяин – Ром. Подходите к нему и проситесь в команду. Всего делов.

– Так ты не один идёшь в поиск. – Протянула Лими…

– Именно так. Я работаю на Рома. Он отправляется в экспедицию, я, соответственно, отправляюсь с ним. – Развёл руками Ким.

– Значит, повернуть налево, да? – Переспросила Нора, обменявшись улыбками с подругой. – Хорошо. Так мы и поступим.

* * *

– Что, вот так запросто пришли и потребовали? – Хмыкнул Хрон, наблюдая за расхаживающим из стороны в сторону Ромом.

– Именно! Просто подошли и потребовали! – Рыкнул Ром.

– А ты? – Поинтересовался старик.

– А я отбоярился тем, что это не в моей компетенции, и велел им подождать пару часов. – Буркнул владелец мастерской.

– И как? Ждут?

– А то. Вон, Кима на прогулку уволокли, «чтобы развлёк дам, пока они томятся в ожидании». Тьфу! Моран их научил, что ли?

– Может быть. Всё‑таки бывший профессор философии, в столичном университете преподавал. – Кивнул топаканец и, помолчав, договорил. – Ладно. Возьмём их с собой. Пара дополнительных стволов лишними не будут.

– Эй, а как же делёж? – Возмутился Ром.

– А они хоть что‑то говорили о деньгах? – Деланно удивился Хрон и тут же еле заметно усмехнулся. – Думается мне, девочки вовсе не в погоне за кредитами в команду напрашиваются… Но если откажутся, нам же проще, не так ли?

– И как ты себе представляешь участие людей Морана в нашем походе? – Вздохнул Ром.

– Нормально. Пока они ничего не знают, а в поиске заглушим связь, и всё. До самого возвращения ничего и никому не скажут…

Глава 6

Цели и возможности

Вопреки мечтам Кима, провести вечер в компании Нари ему не удалось. Связавшись с девушкой, он узнал, что та с самого возвращения в старый город, не желая встречаться с Миком, забурилась в какие‑то отдалённые руины и будет занята разведкой, как минимум, дня три – четыре. Грустно… А если учесть, что поиск самого Кима должен продлиться около двух декад…

В общем, предупредив Нари о том, что и сам будет занят в ближайшие дни, Дрём попрощался с подругой и, отключив связь, покосился на уложенные под рабочим столом в салоне рюкзаки Норы и Лими… м – да, это будет непростая поездка!

А он так надеялся, что Ром и Хрон им откажут… Собственно, они и попытались, объявив, что не смогут включить девушек в делёж дохода от поиска, поскольку все доли уже распределены и заверены контрактом, и вряд ли кто‑то из поисковиков согласится на уменьшение своей части прибыли. Но Лими и Нора ничуть не смутились от такого поворота и, ничтоже сумняшеся, объяснили свой интерес необходимостью практики. Дескать, Моран воли не даёт, и под его крылышком о серьёзной работе даже мечтать не приходится. А тут такая возможность… И Ром, бросив короткий, нечитаемый взгляд в сторону Кима, махнул рукой.

Практика, практика… Девчонки, судя по всему, действительно не особо нуждаются в средствах, но вот так вот сорваться, хрен знает куда, без какой‑либо оплаты, что называется, лишь за кров и стол… это было выше понимания Кима. Тем не менее, факт есть факт. И даже глава вейнских археологов, их прямой начальник, оказавшийся к тому же опекуном, которого Нора с Лими называли не иначе как «дядя Моран», не стал противиться решению девушек. Зато сделал Киму серьёзное внушение, пообещав оторвать все выступающие части тела, если с его «племянницами» что‑то случится. Во время этого разговора Лими с Норой старательно делали вид, что они тут вовсе не причём, а Моран не менее старательно игнорировал их присутствие. Хотя беспокойство в его эмоциях ощущалось, да. А потому сомневаться в том, что глава вейнских поисковиков исполнит своё обещание, если с его подопечными что‑то случится, не приходилось.

И вот теперь вещи этих двух стрекоз лежат в салоне «Рокота», а Ким ломает голову над тем, как они смогут разместиться в салоне, довольно просторном, конечно, раз уж в нём спокойно уживался неполный десяток поисковиков, но точно не рассчитанном на совместное проживание разнополых «сокомандников». Впрочем, если поставить вот такую перегородку здесь… и там, как раз получится небольшое купе на двоих… Верхние полки принайтовать намертво, и вполне можно жить… А сам Ким сможет разместиться за дальней перегородкой, у самой кабины. Конечно, в таком случае, чтобы попасть в «общую» часть салона, ему придётся либо вылезать из транспортника, либо проходить через «купе» девчонок, но это проблема невеликая.

Эх, и вот чего стоило тому же Рому определить Нору и Лими в транспорт к Ирен? У неё достаточно просторная машина, и проблем с «разнополостью» обитателей не было бы. Но нет…

– Ты их притащил, ты с ними и живи. – Отрезал Ром, когда Ким, познакомившись с будущими сокомандниками, заикнулся о своём предложении. Трое габаритных братьев Лой, похожих друг на друга как бильярдные шары, особенно причёсками, завистливо вздохнули, и младший из них, по имени Тарн, тут же попытался предложить поселить Лими и Нору в их транспорте, на что девушки только презрительно фыркнули и теснее прижались к плечам Кима, заставив последнего покраснеть.

Ирен – высокая смуглая женщина, спортивного телосложения, щеголяющая гривой белоснежных волос, довольно странно сочетающихся с тёмным цветом её кожи, заметив действие Лими и Норы, приподняла не менее белоснежную, изящно очерченную бровь и, насмешливо улыбнувшись, покачала головой.

– Не выйдет, мальчик. Даже если ты попытаешься силой их выгнать… уж я‑то вижу. – Тихим, чуть хрипловатым голосом проговорила Ирен. – Так что смирись… и наслаждайся.

– Ну да… расслабься и думай о Корпусе… – Тихо, себе под нос, пробурчал Ким, вспомнив шутку, ходившую среди девчонок учебки. Кажется, до него только что дошёл истинный смысл этого выражения.

– Ким, неужели ты не рад? – Прощебетала Лими, хлопнув ресницами. – Это же так романтично! Равнина, море травы от горизонта до горизонта, синие холмы вдалеке… и мы втроём… М – м…

– Дождь, грязь и очередь к утилизатору. – Откликнулся Дрём под общий смех присутствующих. – Р – романтика, конечно… А вы ещё и готовить, наверное, не умеете. А значит, к остальным прелестям плюсуем две декады на ирпах. Класс.

Судя по тому, как девушки переглянулись, с кулинарией у них дела действительно обстояли не очень.

– Ничего, Ким… приличный стол нам Ром обеспечит. А уж дичь для этого дела, братья Лой добудут. Так ведь, Хинт, Онто? – Заметил, как всегда невозмутимый, топаканец, и братья Тарна солидно кивнули. – Вот и замечательно. А теперь о серьёзном. У нас есть трое новичков, не знакомых с особенностями команды и её членов, и это надо исправить. Этим и займёмся. Ким мотай на ус… и вы тоже, вертихвостки. Итак. Братья Лой – наша силовая поддержка и охотники. Могут работать как против живых целей, так и против дроидов, вплоть до тяжёлых подавителей. Предпочитают плазму и рельсовую кинетику. Охраной отряда в поле заведует Ирен: на ней защитные системы, и она же занимается инженерными работами, а в команде с Ромом разбирается с техникой, как трофейной, так и нашей собственной. Ром – наш каптенармус, штатный повар и… оператор тяжелого плазмобоя «Корна-77». На случай больших проблем…

– И неподражаемый Хрон. – Завершила за топаканца Ирен. – Глава отряда. Его мозг и нудная заноза в заднице всех присутствующих.

– Я тебя тоже очень люблю, милая. – Отозвался Хрон. – А теперь о пополнении. Ну, насчёт Кима вы в курсе. Взломщик, он взломщик и есть.

– А также неплохой ремонтник и шустрый стрелок. – Дополнил владелец мастерской.

– Мы видели бой с Троем. Опыта, конечно, маловато, но да… стрелок шустрый. Что касается взлома и ремонта, положимся на мнение Рома. – Подал голос Тарн. Кажется, из трёх братьев за всё время встречи только он и говорил. Эдакий голос семьи…

– Ну и наше нечаянное приобретение. – Хрон смерил девушек долгим взглядом, а когда Нора уже собралась что‑то сказать, заговорил, – Стрелки, быстрые, точные. Наиболее эффективны в городских условиях на коротких дистанциях. Лими – подрывник и взломщик, Нора – защитник и ремонтник… Предпочитаемое оружие: скорчеры и игольники. Подготовка достойная, но практического опыта маловато. Я ни в чём не ошибся?

Девушки полыхнули удивлением и, молча уставившись на Хрона, медленно покачали головами.

– Ха, готовый отряд поисковиков из двух человек… Сильно! – Подал голос Онто… или Хинт?

– Откуда вы знаете? – Справившись с удивлением, спросила Лими, исподлобья взглянув на топаканца.

– Девочка, неужели ты думаешь, что я взял бы в отряд совершенно неизвестных мне людей? – Осведомился тай Хрон, демонстративно не замечая руки Лими, скользнувшей к рукояти скорчера на бедре. А вот Ким бездействовать не стал и мягко перехватил ладонь девушки. Топаканец раздвинул губы в подобии улыбки. – Спасибо, Ким. А чтобы не было недопонимания, поясню. С вашим опекуном, милые девушки, я знаком куда дольше, чем вы живёте на свете. И, естественно, я навёл справки у старого друга, прежде чем принимать вас в свою команду. Можете связаться с ним и убедиться в этом сами.

Лими с Норой переглянулись и, кивнув друг другу, расслабились.

– Мы непременно так и поступим, брим Хрон. – Пропела Нора, улыбнувшись. Напряжение, повисшее в комнате жилого модуля топаканца, исчезло, будто его и не было. Ну и хорошо.

Вечер в компании команды Хрона прошёл неплохо. Познакомились, поговорили, выпили немереное количество клемы, от которой братья Лой поначалу скривились, но отказаться от напитка и не подумали… да и разошлись по домам. Выход назначен на раннее утро, и перед ним желательно хорошенько выспаться, чтобы потом не заснуть за рулём в караване.

– Ким… – Нора с Лимой замерли перед воротами своего дома, куда их Дрём как вежливый человек препроводил. Всю дорогу девушки легкомысленно щебетали ни о чём и обо всём и, лишь дойдя до дома, посерьёзнели.

– Да?

– Извини нас. – Проговорила Лими без малейшей игры и флирта.

– Не понял. – Протянул Ким.

– Ну… прости нас, что так навязались… нагло. – Поддержала подругу Нора. Дрём вздохнул и девушки принялись наперебой объясняться. – Нам действительно нужна практика. Дядька привязал нас к дому и никуда не отпускает. В лучшем случае, в короткие рейды на два – три дня в составе штатных групп. Мы там просто лишние! К тому же, подчинённые Морана трясутся над нами и не допускают до реальной работы.

– Всё боятся, что мы поранимся, и дядька сдерёт с них шкуры. – Язвительно заметила Лими и, вздохнув, закончила грустным тоном. – И как мы чему‑то научимся в такой ситуации?

– А очень хочется, да? – Спросил Ким.

– Хм… да, хочется. – Решительно заявила Нора. – Нам противно сидеть на шее у дядьки. Нет, ты не подумай, он хороший человек и нас любит, но…

– Когда‑нибудь ему придётся отдать руководство базой кому‑то другому. – Жёстко проговорила обычно смешливая и легкомысленная… по сравнению с подругой, Лими. – Будем это мы с Норой или кто‑то из его помощников, не суть. И в том, и в другом случае нам жизненно необходимо наработать опыт. Если Моран отдаст руководство нам, то не зная, что такое настоящий поиск, мы просто развалим дело, а если он решит отдать бразды правления кому‑то другому, то следующий глава вряд ли станет содержать нас так, как Моран, и перед нами встанет вопрос собственного заработка, и, опять‑таки без практических навыков с большой вероятностью мы можем просто не вернуться из первого же самостоятельного поиска…

– Понимаю. – Протянул Ким и… улыбнулся. – Что ж, никаких обид, девушки. Только одна просьба. В следующий раз, когда дело будет касаться не только вас, но и меня, прежде чем действовать, посвящайте меня в свои планы. Хорошо?

– Хорошо. – В унисон откликнулись подруги и, звонко чмокнув Дрёма каждая в «свою» щеку, скрылись за воротами.

– И почему мне кажется, что это не единственная причина, по которой они так рвутся в поход? – Буркнул себе под нос Ким.

Глава 7

Дорога, дорога…

Утро выдалось дождливым и пасмурным, но даже через шум дождя, гулко колотящего по крыше, можно было услышать мерное гудение, наполнившее ангар. Три мощных военных транспортника, снабженных длинными тентованными прицепами, выстроившись куцей колонной, медленно потянулись к воротам. Первым шёл трёхосный пустынник «Магна», приземистый, на широких, далеко выступающих за пределы ниш, колёсах, с боевым коконом на плоской крыше, вооружённый «Корной», хищно поводящей из стороны в сторону спаренными стволами с почерневшими от окалины раструбами. Это Ром в очередной проверял работу плазменной установки. Следом за ним негромко урчал гибридным двигателем такой же старый и заботливо ухоженный тяжёлый транспортник «Борей» с подозрительными выступами на опалённых огнём бортах, явно скрывающими нечто опасное. А если учесть, что Ирен была единственным членом экипажа четырёхосного монстра, Ким небезосновательно предположил, что за этими самыми выступами прячутся ракеты. Например, тот самый «Рой», по поводу которого Ром так долго вчера возмущался. Точнее, не по поводу самих ракет, а об их стоимости. Самонаводящиеся, мелкие и очень юркие. По пятьдесят штук в комплекте. Отбиться от такой стаи можно, лишь имея скорострельную автоматическую установку, а это счастье не каждый поисковик может себе позволить… как и сами ракеты, впрочем. От двадцати тысяч кредитов… не хухры – мухры.

Ну а замыкающим стал «Рокот» Дрёма, красующийся новеньким жестким тентом вместо того убожества, что было установлено на нём раньше. Нет, бывших владельцев транспорта тоже можно было понять. Чем раскошеливаться на восстановление системы кондиционирования, проще было установить мягкий съёмный тент и разместить в салоне пяток вентиляторов. Но Кима такой расклад не устраивал, и первое, что он сделал, когда начал приводить в порядок машину, заменил тряпки нормальным жёстким верхом, на который пустил валявшийся без дела во дворе мастерской облегчённый пластолит и… найденные там же куски керамоброни от лёгкого атмосферника. Откуда взялся этот хлам во владениях Рома, не знал даже его хозяин, но Киму эти находки пришлись как нельзя кстати. Их как раз хватило на добронирование машины и ещё осталось на боевые жалюзи в кабине.

Так что, к моменту, когда Хрон втянул его в затею с поиском, Дрёму оставалось только покрасить «надстройку» в подходящий цвет… Что он и сделал, не преминув полностью обновить цвет машины. И теперь «Рокот» красовался серо – буро – зелёным камуфляжем, как нельзя более подходящим для местных условий. Хотя сочетание, конечно, было то ещё. Зато незаметность машины повышалась в разы. А учитывая вставки в двигательном отсеке из всё той же керамоброни, великолепно поглощающей тепловое излучение, Дрём мог не опасаться и некоторых ракет, вроде того же «Роя». Навестись на реактор «Рокота» им всё равно не удастся… по крайней мере, Ким на это надеялся.

Пока в кабине Дрём осваивался с движением в колонне, Лими и Нора возились в салоне, устраиваясь сами и распихивая по углам свои вещи. Надо было видеть, как они отреагировали на появление в ещё вчера «однообъёмном» салоне двух отдельных спален…

– Кажется, это будет сложнее, чем мы думали. – Протянула Лими, обозревая переделки…

– Точно. Но мы ведь не отступимся, а? – Кивнула Нора.

– Ни за что. – Фыркнула её подруга.

Ким предпочёл сделать вид, что не услышал этого короткого диалога и, бегло показав девушкам, где что находится, удалился в кабину. Благо, по ангару в тот момент разнёсся сигнал к отправлению, и Дрём поспешил занять место за рулём, позволив спутницам самим разбираться с заселением…

Маленькая колонна поисковиков успела удалиться на полторы сотни километров от Вейна, когда браском Кима подал сигнал о потере связи. Юноша выругался и заработал пару удивлённых взглядов от Лими и Норы, которым уже через полчаса езды надоело сидеть в салоне, и они присоединились к Дрёму в кабине.

– Что‑то случилось?

– Обрыв связи. – Кивнул Ким, и в тот же миг браском подал ещё один сигнал, на этот раз запрос на подключение к локальной сети. Судя по тому, как девушки завозились со своими гаджетами, они тоже получили такое же сообщение. Ким вздохнул и дал разрешение на подключение.

– Вот так. Замечательно. – Голос Хрона зазвучал в ушах Дрёма. – Ким, ты меня слышишь?

– Да. Что со связью? – Опять же через морф – систему поинтересовался тот, не открывая рта.

– Я её заглушил. Точнее, Ирен… – Поправился топаканец, услышав тихий фырк в канале. – Собственно, хочу предупредить, что до конца поездки никакой возможности связаться с кем бы то ни было у нас не будет. На всякий случай. Лими, Нора, прошу не воспринимать это как недоверие. Но Моран мог снабдить ваши вещи маячком просто ради безопасности. А я не настолько доверяю старому лису, чтобы делиться с ним сведениями о конечном пункте нашего путешествия. Да и активный мощный сигнал может навести на нас какую‑нибудь шваль, чего мне очень не хотелось бы.

– Мы поняли. – В унисон протянули подруги. И судя по спокойствию, они действительно всё поняли правильно. Никаких обид.

– Вот и хорошо. Итак. Ирен, твой выход. Объясни новичкам, что и как…

– Не вопрос. – Отозвалась весёлым голосом Ирен. – Итак, молодёжь, слушайте внимательно. Связь я заглушила надёжно, работают только циркулярка нашей компании и приват – каналы, но тоже лишь в рамках группы. Связаться с кем‑то ещё вам не позволит моя глушилка. Далее. На вечерней стоянке я пройдусь с детекторами по машинам, поищу возможные маячки. Так что, как только остановимся, советую выключить браскомы, чтоб не мешали мне в поисках. Потом проверим и их… Ким, Ром говорил, что видел у тебя ретранслятор?

– Ну, раз Ром говорит, значит, так и есть. – Согласился Дрём с лёгким вздохом.

– Это хорошо. Позволишь объединить его в одну сеть с моим? – Осведомилась Ирен, и в её голосе послышалось предвкушение.

– А зачем? – Осторожно спросил Ким.

– Ну, мой ретранслятор работает как глушилка, а из твоего может получиться очень неплохой сканирующий комплекс на случай если в округе появится хоть один незарегистрированный в нашей сети источник сигнала… а заодно поработает станцией нашей циркулярки.

– Понял. – Кивнул Дрём и после недолгого размышления произнёс. – Позволишь присутствовать при сборке?

– И мне! – Лими аж на сиденье подпрыгнула.

– Договорились, молодёжь! У меня всё. Отбой связи. – И отключилась.

– Тай Хрон… – После недолгого молчания, заговорил Дрём.

– Слушаю, тин Ким. – Отозвался топаканец. Девушки удивлённо взглянули на юношу, но тот не обратил никакого внимания на их реакцию.

– Надеюсь, больше сюрпризов не будет?

– Обещаю, это был первый и последний. – Проговорил Хрон. – Отбой связи.

На ночь колонна остановилась, лишь миновав гряду пологих холмов всего в трёхстах километрах к юго – востоку от Вейна. Учитывая среднюю скорость движения по равнине в шестьдесят километров в час, изрядно упавшую, когда колонна втянулась в пойму разлившейся от непрерывных дождей реки, и затейливые петли, закладываемые Хроном во избежание ненужных встреч на оживлённых маршрутах, это был очень неплохой результат.

– Интересно, мы и завтра будем тащиться, словно пьяный поисковик от бара до борделя? – Проворчала Лими, когда «Рокот» замер рядом с «Бореем» Ирен.

– Лучше так, чем попасться на глаза беспредельщикам или заинтересовать кого‑то из конкурентов. – Заметила Нора. Её подруга в ответ только фыркнула.

– А я бы постреляла. – Почти мечтательно протянула она.

– Завтра у тебя может появиться такая возможность. – Буркнул заглянувший в окно кабины Ром и, заметив вопросительные взгляды новичков, вздохнул. – Выбирайтесь. Поужинаем в машине Ирен, там Хрон и объяснит, что к чему.

И топаканец объяснил. Как выяснилось, маршрут движения был разработан им не просто так, и основная часть сегодняшнего пути, проложенного по пойме реки, и потому прошедшая в брызгах воды и грязи, фонтанами летевшей из‑под огромных колёс транспортников, была предназначена специально для того, чтобы сбить со следа возможных любопытных. Глубокая колея в грязи, в которую превратилась равнина, была слишком приметной, чтобы остаться незамеченной, тем более, что их путь пролегал в стороне от обычных маршрутов. Именно поэтому Хрон направил колонну в пойму разлившейся реки. Вода великолепно скрыла все следы…

– Мне показалось, что только чудом кто‑то из нас не сел там на брюхо. – Проговорил Ким.

– Я учёл такую возможность. – Кивнул топаканец. – Именно поэтому мы двигались не по самой пойме, а непосредственно по каменному руслу реки… и именно поэтому ещё в Вейне я настаивал, чтобы ты загерметизировал днище «Рокота».

– М – да. Если бы не это, все наши вещи сейчас плавали по салону. – Вздохнул Дрём. – А если бы уровень воды поднялся выше?

– Я бы сообщила об этом заранее. – Покачала головой Ирен. – Мы же не первый раз идём этим маршрутом. И у нас было время, чтобы расставить метки вдоль всего русла. Оказавшись на расстоянии уверенного приёма, я подала сигнал, и датчики, оказавшиеся над водой, откликнулись на него. Ну а дальше…

– Ты просто составила по ним карту движения. – Понимающе кивнул Дрём.

– Умница. – Кивнула Ирен и повернулась к девушкам. – Берегите его, где ещё найдёте такого догадливого жениха?

От такого заявления Ким крякнул, а Лими с Норой одновременно поперхнулись тоником под смех присутствующих…

– И долго мы будем добираться до места? – Поинтересовался Ким, когда окружающие отсмеялись.

– Ещё пару дней, если не будет приключений. – Пожал плечами топаканец и, помолчав, добавил. – А они могут быть. Завтра выходим за пределы территорий, подконтрольных городам побережья. Там на тысячи километров вокруг ни ферм, ни нормальных поселений. Зато полно беспредельщиков и диких… И последнее хуже всего. Эти уроды отстреливают всех, в ком заподозрят алавийца, и плевать сволочам, что война давно закончилась… Идейные, понимаешь ли… Были такие в твоих родных местах, Ким?

Глава 8

Глаз за глаз и сердце вон

Невозможность поболтать с Нари, оставшейся в старом городе, сказалась на настроении Кима, так что, вернувшись в «Рокот» после превращения его ретранслятора в сканер в компании Лими и под руководством Ирен, он ещё долго ворочался на узкой койке, непроизвольно прислушиваясь то к шуму дождя за бортом, то к тихой возне и шёпоту никак не желающих угомониться девушек, обосновавшихся за тонкой переборкой в выделенном им «купе». Но, в конце концов, усталость от целого дня, проведённого за рулём тяжёлого транспортника, взяла своё, и юноша провалился в глубокий сон.

А утро началось с конфуза. Продрав глаза, Ким натянул штаны и, выбравшись из машины через дверь кабины, потопал к санблоку, установленному ещё вчера вечером по настоянию женской части команды. Открыл лёгкую складную дверь, шагнул внутрь… а через миг чуть не оглох от визга. Следом в лицо не успевшему продрать со сна глаза юноше прилетела мочалка, потом тюбик с мылом, щетка, тряпки… Из санблока он вывалился под хохот выглянувшей из окна своей машины Ирен. Смахнул с уха болтавшуюся на нём какую‑то кружевную тряпочку и, рассмотрев её, катастрофически покраснел.

– Ким, какой ты нетерпеливый, это что‑то. – Прыснула неведомо как оказавшаяся за его спиной Нора и, пока Дрём не успел ничего сказать в ответ, выхватила у него из рук чёрное бельё подруги и метко зашвырнула тряпочку обратно в санблок. – Да ещё и фетишист…

Нора вдруг придвинулась вплотную к охреневающему от происходящего Дрёму и, демонстративно облизнув губы, провела кончиками пальцев по алой от смущения щеке юноши.

– В следующий раз просто попроси… милый. Можешь поверить, у меня бельё ничуть не хуже… и не только бельё. – Выдохнула девушка и упорхнула прочь, оставив Кима стоять столбом. Очнулся он, только услышав смех, доносящийся из санблока и салона «Рокота». Смешно им…

Помотав головой, Дрём тихо выматерился под нос и, развернувшись, потопал к вздувшемуся от дождей ручью, протекающему в десятке метров от стоянки. Вода в нём, конечно, куда холоднее, чем в санблоке, зато её не нужно экономить, и никто не помешает привести себя в порядок.

– Тебе не кажется, что не стоило ломиться в санблок, когда тот занят? – Спросила Лими, когда Ким вернулся от ручья, вымытый, успокоившийся и окончательно проснувшийся.

– Хм… если ты не желала компании, могла бы запереть дверь на щеколду. – Холодно ответил Дрём. – Или это устройство для тебя слишком сложно?

– Он обиделся. – Констатировала Нора.

– Ну да, рассмотреть‑то ничего не успел. – Улыбнулась Лими и, поймав на себе демонстративно оценивающий взгляд Кима, приняла картинную позу. – Нравлюсь? Жалеешь, что не был осторожнее, открывая дверь?

– Неплохо смотришься. – Кивнул Ким и после недолгой паузы договорил. – В одежде. Хорошо скрывает недостатки.

– Недо… – Аж задохнулась от возмущения девушка. – Ты… Ты!

Лими вдруг развернулась к молча взирающей на происходящее Норе и принялась срывать с неё и с себя одежду.

– Недостатки! Я тебе покажу… нет, это… – Бормотала она, а когда Нора всё же попыталась воспротивиться, хлопнула её по рукам. – Да не дёргайся ты! Сейчас мы ему покажем! Недостатки! Да он слюной захлебнётся…

Читать женские эмоции трудно, но вот воздействовать на них… нет, в учёбке Ким не рискнул бы, но пребывание в стазисе довольно сильно повлияло на его пси, так что… ну, небольшая шалость в стиле «топакана». Можно сказать, маленькая месть.

– Был не прав. – Поднял руки Дрём, когда обе девушки остались в одном нижнем белье. – Вы очаровательны. Обе. Я в восхищении.

Лими довольно улыбнулась, услышав эти слова. А вот Нора, попавшая с её лёгкой руки под раздачу, нахмурилась…

– Одного понять не могу… зачем было визжать там, в санблоке, если вам настолько нравится, когда посторонние мужчины рассматривают ваши обнажённые тела? – Всё тем же искренним тоном проговорил Ким. И с каждым его словом улыбка на лице Лими становилась всё напряжённее и бледнее.

– Молодец, парень! – Раздавшийся рядом голос заставил всех троих подпрыгнуть на месте и обернуться к распахнутым настежь задним дверям транспортника, чтобы обнаружить сидящую на бортике Ирен, весело наблюдающую за происходящим. – Выехал кривовато, но за себя постоял. Хвалю. А теперь, если вы не думаете довести действо до логического завершения на кушетке прямо сейчас, одевайтесь и вперёд на завтрак. Через сорок минут выезжаем… артисты. – Ирен фыркнула и, спрыгнув с бортика машины, исчезла из виду.

Лими и Нора, алые от смущения не меньше, чем Ким четвертью часа ранее, тут же принялись судорожно приводить себя в порядок, старательно отводя взгляды от отрешённо наблюдающего за ними парня. А когда они оделись и уже собрались покинуть салон транспортника, вздрогнули от холодного, без намёка на насмешку голоса Кима.

– В следующий раз просто попросите… милые. И я с удовольствием удовлетворю вашу тягу к эксгибиционизму. Только без криков, пожалуйста.

– Сволочь. – Тихо пробормотали в унисон девушки, спрыгивая наземь.

– Стервы. – Бросил им вслед Ким. Вот чего – чего, а удовлетворения эта пикировка ему не принесла. Права Ирен. Устроили тут представление…

На завтрак он не пошёл. Ограничился ирпом, уничтожив его за пять минут, после чего решил потратить свободное время на осмотр машины. Пара «паучков» резво рванула обследовать днище и ходовую, а ещё один скользнул в технический отсек. Как раз к тому моменту, когда остальные члены экспедиции расправились с завтраком, дроиды закончили с осмотром «Рокота», а Ким собрал злополучный санблок и упрятал его в грузовой отсек под салоном до следующей стоянки. Проверив салон на предмет наличия незакреплённых вещей, Дрём сложил закончивших работу дроидов в кофр к вычислителю и, забросив его в рундук, отправился в кабину.

Девушки в машину так и не вернулись, решив продолжить путь в транспортнике Ирен, о чём она ему и сообщила по циркулярной связи, не скрывая смешливых ноток в голосе. Жизнерадостная особа… Что ж, оно и к лучшему. Разговаривать с этими вертихвостками у Дрёма не было никакого желания. А ведь перед отъездом они показались ему вполне вменяемыми особами, хм. Нет, всё‑таки насколько с Нари всё проще и понятнее… Ким вздохнул, вспомнив подругу, и бросил тоскливый взгляд на браском, но почти тут же встряхнулся и вернул своё внимание на дорогу. Точнее, на корму впереди идущего тяжелого «Борея». И этот вид напомнил ему об одной вещи… а именно, о сканере, в который Ирен, сидящая сейчас за рулём этого самого «Борея», превратила его ретранслятор.

Подключиться к системе, имея инфоключ, не составило никаких проблем. Браском, повинуясь команде морф – системы, вывел показания самопального сканера на голопроектор транспортника, вообще‑то совсем не созданного для подобных экзерсисов… но с другой стороны, какая ему разница, какую именно картинку транслировать, правильно?

Пусто… ну, почти. Тусклое пятно из нескольких засветок точно в центре облачка голоизображения, это их караван, и больше никаких отметок. Что ж, оно и к лучшему. Если верить словам Хрона, добрых попутчиков здесь днём с огнём не сыщешь…

* * *

– Ну, облажались? – Поинтересовалась Ирен, искоса поглядывая на девушек, устроившихся рядом с ней на широком диване в кабине «Борея». Сидевшая ближе к ней Лими передёрнула плечами, Нора же не отреагировала вовсе, продолжая сосредоточенно вглядываться в расстилающийся за окном пейзаж. – Так и будете молчать?

– А что говорить? – Наконец, вздохнула Лими. – Гад он.

– О… есть реакция. Пациент скорее жив, чем мёртв. – Усмехнулась женщина. – Значит, он гад?

– Конечно. Или у тебя другое мнение? – Прищурилась девушка.

– Другое. – Кивнула Ирен, поправив выбившийся белоснежный локон. – Глупость вы сделали, так цепляя паренька. Он, конечно, мальчик неопытный и смущается очень забавно, но подобных шуточек не поймёт и терпеть не станет. Ударит наотмашь и не раскается, уж поверьте. Я таких, как он, знаю. Навидалась. Да, собственно, он уже ответил. Вон как легко на стриптиз вас развёл. И заметьте, без серьёзных усилий. Всего‑то и надо было, что надавить на чьё‑то самомнение. А как проехался… нет, грубовато, конечно. Но ничего, с опытом и нужные слова подбирать научится и действовать потоньше… вот тогда я вам даже близко к нему подходить не советую. Да он и сам постарается держаться от вас подальше…

– Почему? Что в нас не так?! – Вспылила Лими, и даже Нора прекратила демонстрировать, что ей неинтересна тема разговора.

– О, всё так. Попки – грудки, ножки – глазки… красота и свежесть молодости! – Уже почти издевательски рассмеялась Ирен, но тут же осеклась и, бросив на девушек короткий взгляд, проговорила абсолютно спокойным тоном. – Как он вас там обозвал, не напомните?

– Стервами. – Нехотя ответила Нора, пока Лими недовольно сопела. Ирен кивнула.

– О да. Звание, которое многие женщины почему‑то воспринимают, как признание ума… А на самом деле… русское словцо. Знаете, что оно означает, нет? Стервь, стерво. Мертвечина с запашком. И с точки зрения мужчин, все интриги, манипуляции и «изящные» способы унижения окружающих, которыми мы так гордимся, пахнут именно так. Падалью, гнусностью. Вообще, нормальный мужчина заведёт отношения со… точнее не так, заведёт себе стерву только в том случае, если ему вдруг захочется разнообразия… на остренькое потянет, ага. Бывает. Вот только много остренького, тоже плохо. А потому, долго такие отношения не длятся.

– И что теперь? Клушей ради него становиться? Напялить передничек и тапочки ему в зубах таскать? – Скривилась Лими.

– Клушей? Совершенно необязательно. Ты тоже человек, и у тебя тоже есть свои интересы… но первое, что ты должна дать своему мужчине, это дом и тепло. Тот самый дом, куда он с гордостью будет тащить каждого убитого им мамонта. И плевать, что в холодильнике их уже десяток лежит, тобой лично забитых. Похвастаешься при случае, если муж не дурак – оценит и гордиться тобой будет. А если дурак, то вы друг друга стоите… Но вообще… ответьте мне на вопрос девочки: как вы Кима‑то делить собираетесь?

Глава 9

Кулинария, как политический аргумент

Вопреки многочисленным предупреждениям Хрона, за всё время поездки их маленький караван ни в какие неприятности не попал. Не встретились им ни банды беспредельщиков, ни рыскающие в поисках алавийцев и поживы «дикие»… Так что, спустя два дня, колонна из трёх транспортников оказалась у южных отрогов Синих гор, и скорость передвижения упала до двадцати километров в час. Ехать быстрее по каменным осыпям было невозможно. Удивительно было то, что они вообще умудрились проехать так далеко. Впрочем, присмотревшись к окружающему пейзажу, Ким сделал вывод, что их колонна не просто петляет меж всё выше вздымающихся круч, а едет по высохшему руслу горной реки, из которого получилась пусть тряская, но вполне сносная дорога. А если учесть попадающиеся чуть в стороне огромные валуны, до сих пор сохранившие следы пребывания в воде, то можно сделать вывод, что кто‑то когда‑то изрядно потрудился, чтобы сделать русло реки проходимым для транспорта. И было это сделано не год и не два назад, а гораздо раньше…

Собственно, в правоте этих выводов Ким убедился спустя всего несколько часов, когда куцый караван поисковиков втянулся в зев огромной пещеры с ровными, явно обработанными стенами… и теряющимися в полутьме мощными шлюзовыми створками, врезанными в дальнюю стену.

– Приехали! Пересылочная база «Ревело». – В тишине пещеры при заглушенных двигателях транспортников голос Хрона, раздавшийся по циркулярной связи, показался Киму слишком звонким. Юноша поморщился и, откинувшись на сиденье, с наслаждением покрутил головой, разминая затёкшую шею. Глубоко вздохнув, Дрём распахнул дверь кабины и спрыгнул на ровный, хотя и изрядно запылённый пол пещеры.

– Дамы, на выход. – Хлопнув ладонью по корпусу «Рокота», проговорил он и почти тут же услышал, как завозились внутри машины его пассажирки. Не дожидаясь, пока они соизволят выбраться из салона, Ким развернулся и потопал к головной машине колонны, где в свете фар уже мелькали силуэты остальных участников этого похода. Не то, что бы Дрём был обижен на Лими и Нору, вовсе нет. Но после недавней ссоры они сами резко сменили линию поведения и постарались максимально дистанцироваться от Кима… правда, «переезжать» в машину Ирен окончательно не стали. Или она их не пустила? Тоже вариант… Как бы то ни было, с момента размолвки они не обменялись и десятком реплик. Если бы ещё не дурная привычка подруг сверлить взглядами его спину. Видеть этого он не мог, да, но чувствовать чувствовал, и это раздражало… Но взглядами дело и ограничивалось. Никаких попыток сближения ни Лими, ни Нора не делали, и, честно говоря, Ким не имел ничего против такого положения дел. Вновь становиться объектом насмешек и терпеть их постоянный щебет он не желал, а потому был вполне доволен сложившимися «отношениями».

– Может, теперь ты расскажешь, что это за место? – Осведомился Ким, оказавшись рядом с явно довольным Хроном, внимательно рассматривавшим запертые ворота, освещённые фарами его «Магны».

– Старая военная база. – Деланно небрежно пожал плечами топаканец.

– Не дури мне голову, тай Хрон. – Вздохнул Ким. – Если это военная база, то где внешний охранный контур? Или хотя бы системы непосредственной обороны?

– Базы, Ким, они разные бывают. – Проговорил старик. – И защищают их тоже по – разному. К одним не подберёшься без полноценного штурма, а защита других больше рассчитана на скрытность и подготовку личного состава. Хотя, конечно, без автоматических защитных систем и здесь не обходится…

Явно повинуясь приказу топаканца, левая фара «Магны» вдруг развернулась и высветила груду железа в углу пещеры.

– Четыре газовых установки и две турели со станнерами. В прошлый раз пришлось изрядно повозиться, прежде чем удалось их нейтрализовать.

– И это всё? – Удивился Ким.

– Основную защиту должен был осуществлять личный состав базы, но его тут давно нет. А внешний контур наблюдения и контроля мы вывели из строя в прошлый раз. – Пожав плечами, пояснил Хрон и повернулся к подошедшим братьям Лой. – Так, господа мои, что делать, вы знаете. Через четверть часа охранный периметр должен быть готов. Ирен!

– Здесь я, здесь. – Проворчала та, с пыхтеньем подтаскивая к их компании тяжёлый кофр. – Что уставились? Могли бы и помочь! Онто, Хинт, берите детекторы. Где устанавливать, знаете. Вперёд, мальчики! Или я заставлю работать сенсорами вас самих…

– Уже ушли. – Вместо братьев, как всегда, отозвался Тарн и, послав сердито нахмурившейся Ирен воздушный поцелуй, ухватился за кофр.

– Паяц! – Фыркнула та и, оглядевшись по сторонам, поманила пальцем остановившихся чуть в стороне Лими и Нору. – Девочки, потом осмотритесь, а пока помогите мне с развёртыванием периметра… Ким, надеюсь, ты не полезешь сразу к воротам?

– А что?

– Ближайшие пятнадцать минут я бы не хотела, чтобы здесь фонили активированные дроиды. – Пояснила Ирен.

– Не вопрос. – Кивнул Дрём, и устроившийся на капоте «Магны» Ром хохотнул.

– Во! И у меня нашёлся помощник. Идём, Ким. Займёмся приготовлением обеда.

– Тебе бы только пожрать. – Покачал головой Хрон.

– Не только. Ещё и приготовить то, что потом можно будет сожрать. Спроси экипаж, они только «за». – Ухмыльнулся владелец мастерской. – А значит, ты в меньшинстве. Так что, поаккуратнее с критикой, а то не заметишь, как окажешься смещён с должности командира! Уж на это‑то моих кулинарных талантов точно хватит.

– Ну, началось… – Вздохнул топаканец. Ирен взглянула на недоумевающих девушек и Кима и хмыкнула.

– Не берите в голову. Побесятся и успокоятся. – Произнесла штатный техник отряда. – Это у них веселье от удачного рейса ещё не прошло. Девушки, за мной. Ким, надеюсь, у тебя, как и у твоего работодателя, тоже есть кулинарный талант? Не хотелось бы давиться подгоревшей едой.

Подхватив Лими и Нору под руки, Ирен слиняла в свою машину. Ром с Хроном переглянулись.

– Как всегда. – Покачал головой Ром. – Надавала указаний и смылась. Ладно… Идём, Ким. Обед ждать не будет.

Вопреки ехидному замечанию штатного техника команды, обед получился вполне себе съедобным, а если сравнивать его с ирпами, так и вовсе шедевральным. Что, впрочем, не помешало Ирен подозрительно покрутить носом над тарелкой, но никаких комментариев не последовало…

А после обеда, переговорив с Хроном и Ирен, Ким, наконец, смог приступить к тому, для чего его и зазвали в команду… правда, лишь после того, как инженер и техник отряда выставила у ворот целую сенсорную сеть.

– Думаешь, поможет? – Осведомился Ким.

– Надеюсь. – Протянула Ирен, не сводя взгляда с голоизображения, передаваемого вычислителем. – Других способов распознать шевеление за этой заслонкой у нас всё равно нет. Готово. Можешь приступать…

Ким кивнул и подошёл к панели управления ворот. Небольшая металлизированная пластина недолго сопротивлялась занявшемуся ею дроиду – «пауку» и со звоном отлетела в сторону, обнажив начинку замка… точнее, его внешней управляющей части. Шунт, извлечённый из‑под браскома, привычно скользнул в ладонь Кима и, пробежав по шинам и энерговодам, скользнул вглубь системы. Есть контакт…

Морф – система прикрыла рабочую область дроидом – разведчиком, так что со стороны шунт был совершенно незаметен. Но уже через десять минут Ким смог оставить свой «пост». А что? Инфоключ распознан, правда, о том, что работа уже сделана, остальным членам команды лучше не знать. Именно поэтому Ким оставил «паука» на распотрошённой панели.

– Ты что, уже закончил? – Удивлённо протянула Ирен, оторвавшись от объяснений Лими каких‑то особенностей работы своего сенсорного комплекса.

– Если бы. Я только закончил подключение дроида к системе. Сейчас раскочегарю вычислитель, и начнём вскрытие.

– Понятно… – Протянула техник, бросив взгляд на изредка помаргивающего красным огоньком «паука», зависшего над панелью управления. – Ким, а сможешь вскрыть замок так, чтобы не всполошить «охранку»?

– Постараюсь, но обещать не могу. Распознать тревожные «закладки» отсюда почти нереально. – Вздохнул Дрём. И сейчас он не лгал. Инфоключ, конечно, гарантирует открытие дверей, но кто знает, какие действия гости и хозяева базы должны предпринять после того, как отомкнутся замки шлюза. Разобраться в этом можно, только получив доступ к внутренним терминалам, и хватит ли на это времени, большой вопрос.

Хрон, очевидно, тоже понимал ситуацию, поскольку стоило Киму показаться ему на глаза, как топаканец тут же отдал команду на сбор.

– Я же ещё не закончил. – Попытался угомонить старика Дрём, но тот только отмахнулся.

– Лучше посидеть лишних полчаса в полной боеготовности, чем получить залп в упор из‑за открывшихся шлюзовых ворот. – Проговорил он, и возражать ему никто не стал. Хотя Ирен явно не понравился тот факт, что ей пришлось затаскивать свою аппаратуру обратно в «Борея».

Затягивать дело Ким не стал. Так что, уже через пятнадцать минут после того, как команда заняла места в машинах, а Ром занял свое место в боевом коконе, ворота шлюза дрогнули и медленно поползли в стороны. В ту же секунду, дроид – «паук» сорвался с панели управления и засеменил к «Рокоту».

– Внимание. Маски надеть. Начинаем движение. – Лязгнул в «циркулярке» приглушённый респиратором голос Хрона, и три машины, тихо загудев двигателями, осторожно тронулись вперёд. Шлюз оказался достаточно велик, чтобы в нём поместились все транспортники. Более того, он без проблем мог бы вместить ещё пару машин вроде «Рокота».

Дроид – разведчик соскользнул с обшивки машины и устремился к панели управления расположенной на створке внутренних ворот. На этот раз он справился и сам, резво набрав на тускло светящейся плоскости восемнадцатизначный цифробуквенный код. Тихо лязгнули внешние створки, отрезая команду поисковиков от пещеры, и в слабо освещённой трубе шлюза воцарилась напряжённая тишина.

ЧАСТЬ V

НА МЯГКИХ ЛАПАХ

Глава 1

Родные всё места

К облегчению поисковиков за внутренними воротами базы было тихо, спокойно и темно. Лишь несколько тусклых фонарей освещали оранжевым светом огромную подъездную площадку, да по гладким каменным стенам скользили лучи фар замерших в центре зала транспортников. Вот мелькнули в стене напротив шлюза опалённые, вывернутые причудливым цветком ворота… Хм. Здесь был бой?

– У меня чисто. – После недолгого молчания проговорила Ирен. Вот и замечательно. Значит, выскакивающих из самых неудобных мест дроидов и турелей можно не опасаться.

– У меня тоже. – Прогудел из боевого кокона Ром. Тоже хорошо. Это значит, что сканер орудия не обнаружил поблизости бронированных целей.

– Тарн, Хинт, пробегитесь по периметру. Проверьте визуально и отыщите терминал. Маски не снимать. – Отрывисто приказал Хрон. – Онто, прикрой их. Особое внимание на пролом!

Ким следил за происходящим снаружи через сенсоры всё того же «паука» – разведчика, устроившегося на крыше «Рокота», и отчётливо видел, как братья Лой, облачённые в штурмовые, судя по их массивности, скафы, выбравшись из «Магны», двинулись исследовать помещение.

– Ким, скоро твой выход, будь готов. – Голос Хрона вывел Дрёма из задумчивости.

– Всегда готов. – Откликнулся он и тут же услышал какой‑то неопределённый хмык Рома. Впрочем, юноше было уже не до того. Руки сами заскользили, проверяя крепления рюкзака и оружия, наличие боеприпасов и состояние инструментов.

– Чисто. – Все трое братьев рявкнули в унисон, и Дрём понял, почему Хинт и Онто предпочитают отмалчиваться. По ушам врезало неслабо.

– Парень, твой выход. – Тут же произнёс топаканец. – Лой, проследите, чтобы обошлось без сюрпризов.

– Сделаем. Ким, терминал в правом дальнем углу рядом с воротами номер три. – Не дожидаясь приказа, подсказал Тарн и почти тут же нарисовался рядом с «Рокотом». – Вылезай, сопровождение уже на месте.

– Спасибо. Иду. – Отозвался Дрём. Распахнул дверь кабины и, поправив маску, спрыгнул на твёрдое пластобетонное покрытие.

Взлом терминала прошёл куда проще, чем он ожидал. Во всяком случае, это оказалось не сложнее открытия шлюзовых створок… Правда, и в этот раз Ким постарался немного потянуть время и… смухлевать. Иными словами, сообщать о том, что убогие интеллект – системы базы перешли под его управление, Дрём не стал.

– Ром?

– Да? – Немедленно откликнулся тот.

– У меня здесь та же проблема, что и с тем модулем… помнишь свой «экзамен»? – Медленно проговорил Ким. – Для полного контроля требуется офицерский инфоключ. У меня такого нет.

– Что можешь предложить? – Тут же вклинился в их диалог Хрон.

– Как вариант… – Дрём немного помолчал и, вздохнув, продолжил. – Собственно, их всего два. Первый, сейчас получаем гостевой доступ и вскрываем склады сами. Противодействие системы обеспечено. Второй – опять же, получаем гостевой доступ и ищем блок особого отдела. Там я смогу попробовать поднять свой ключ до нужного ранга… и взять базу под контроль, как единственный действующий офицер.

– А сформировать такие ключи для нас сможешь? – Осведомился топаканец.

– Почему нет? – Пожал плечами Ким.

– Замечательно. Ограничения по времени имеются?

– Трое суток. После чего гостевой доступ будет аннулирован автоматически.

– Тогда действуем по второму варианту. – Заключил Хрон. – Лучше потратить трое суток и получить базу в собственное распоряжение, чем рисковать жизнью под огнём здешних дроидов.

Сформировав пропуски для «гражданского персонала», то есть попросту вбив иденты браскомов своих спутников в нужную форму, предоставленную ему системой, как экспедитору колонны, Ким за две минуты получил от системы гостевой доступ и даже карту базы с указанием помещений, куда прибывшим соваться не рекомендуется, и гостевым сектором, выделенным зелёным цветом. Правда, для того, чтобы активировать полученные допуски, Киму пришлось немного напрячься и поработать не только за «гостей», но и за «хозяев» базы, без чьего подтверждения выданные инфоключи были не более чем бессмысленным набором цифр и букв.

Причины, по которым Ким стал городить этот «огород», были просты, и их, как и предложенных Хрону вариантов действий, тоже было две. Во – первых, Дрём совершенно не стремился демонстрировать окружающим все свои способности. Хватит и того, что топаканец считает его хорошим взломщиком. А во – вторых… доверие это такая хрупкая и ненадёжная штука… В общем, юноша решил оставить при себе пару козырей, что называется, на всякий пожарный. Хотя какие там козыри! Судя по вытащенному описанию, эта база была обычным, хоть и хорошо спрятанным складом военного подчинения. И охрана здесь вовсе не походила на навороченные системы засекреченных объектов. А значит, никаких сотен ловушек, скрытых плазменных турелей и батальонов боевых дроидов здесь нет. Почти…

Вот для того, чтобы получить полный контроль над этим самым «почти», Ким и завернул идею насчёт проникновения в блок особого отдела базы. Очень хотелось плотно «оседлать» систему защиты базы, а не просто заставить её игнорировать действия гостей, а для этого Дрёму требовалось время, свободное время, когда его никто не будет дёргать. Нет, Ким не планировал ничего эдакого и вовсе не собирался ссориться с командой. Но обеспечить себе хоть какую‑то защиту на случай непредвиденных проблем считал необходимым. Да и возможность увести с базы несколько рабочих штурмовых дроидов или дроидов – охранников дорогого стоила. В конце концов, это тоже деньги, и Ким даже не собирается их утаивать. Наоборот, если всё пройдёт хорошо, он с удовольствием присоединит «машинки» к общей добыче, увеличив тем самым свою долю. Ну, а кроме того, активная, не подчинённая система безопасности просто нервировала. Это остальные поисковики могут считать, что получив коды доступа, они стали кум королю, и творить всё, что вздумается. А Ким помнил, как во время практики в Корпус Сервус защитная система, вроде бы уже считавшая захватчиков «своими», взбеленилась только потому, что один из диверсов, пробиравшихся в тот момент через медблок объекта, активировал плазмобой, что в «мирных» условиях, без объявления осадного положения или боевой тревоги, категорически запрещалось уставами.

Тогда Киму с Нолом, двум будущим ормам, «державшим» системы захватываемого объекта, пришлось на минуту полностью уйти в пси, чтобы угомонить «возмущённую» нарушением устава интеллект – систему объекта и не дать той сообщить о нарушении охране. Минута работы «на форсаже» стоила обоим недели в медкапсуле, а поддерживаемые ими диверсы по возвращении получили нахлобучку за забывчивость. Пункт о запрете активации тяжёлого вооружения на военных объектах в небоевой обстановке существовал не только в уставе противника…

– Я правильно понимаю, что в прошлый раз вы каким‑то образом попали внутрь базы? – Поинтересовался Ким у Хрона, вскрывая замок двери, ведущей в блок особого отдела.

– Да. – После недолгого молчания подтвердил топаканец. – Ты же видел выжженные ворота напротив шлюза…

– Видел. Странно, что в памяти терминала не сохранилось ни одного следа от вашего проникновения. – Тут Дрём слукавил. В журнале интеллект – системы имелась запись о вторжении, но сообщать Хрону об этом знании? Показав тем самым, что давно забрался в потроха основного вычислителя? Нет уж.

– И не могло… – Вздохнул Хрон. – Грега, нашего взломщика, накрыло газовым облаком, ещё в пещере. Дыхательными масками в тот раз мы не озаботились. Архаика же, даже для такой дыры… да и в документах упоминаний о нём не было. В общем, шлюз Грег открыть успел, а дальше… дальше нам пришлось идти напролом. Без него.

– Почему? – Удивился Ким. – Неужто газ был смертельным?

– Для него, да. – Кивнул топаканец. – Чёрная реакция. Анафилактический шок и смерть. В результате мы дошли только до крайнего складского бокса. Похватали, что можно, и ходу обратно, еле успели уйти от дроидов. Штук восемь нас преследовало до самого внешнего периметра наблюдения. Но что мы могли с лёгкой плазмой и игольниками против их рельсовиков и пустотной брони?

– М – да, неудачно сложилось. – Вздохнул Дрём. Замок щёлкнул, и дверь послушно ушла в сторону. Тут браском Кима вздрогнул, и юноша нахмурился. – Хрон, скажи нашим, чтоб не уходили из зелёной зоны. Пусть подождут с поисками…

– Что‑то случилось? – Отправляя приказ, спросил Хрон.

– Система насторожилась. Не понравилось ей, как я дверку вскрыл. – Объяснил Ким, входя в просторное помещение, обшитое пластолитовыми панелями и заставленное столами с терминалами, что делало его похожим на какой‑то дешёвый офис. Впрочем, а какая ещё обстановка должна здесь быть?

Проскользнув меж столами, Ким устремился к распахнутой двери, явно ведущей в кабинет начальника. Послушный приказу терминал на широкой столешнице ожил, развернув над выполненной «под дерево» поверхностью облако голоизображения.

– Не скажешь, откуда ты узнал про это место, Хрон? – Поинтересовался Ким через несколько минут и, подняв взгляд на топаканца, качнул головой. – Впрочем, можешь не отвечать…

– Догадался? – Еле заметно усмехнулся тот. На что Дрём неопределённо хмыкнул.

– Не совсем. – Ким сделал голооблако видимым собеседнику и ткнул в одну из строчек текста. – Подпись командира роты охраны базы «Ревело» Хрона дай Таика под свидетельством о консервации объекта.

– Ну да. – Кивнул Хрон. – Именно так оно и есть. Когда‑то мне довелось командовать полусотней самых раздолбанных раздолбаев во всём военном контингенте Агоры, громко именуемых «ротой охраны» этой дыры.

– Долго же ты ждал…

– Хватало других дел. – Пожал плечами тай Хрон. – А вот теперь… не ты один хочешь улететь с этой харговой планеты, Ким.

Глава 2

Народ он всё помнит

– Но у тебя же должен быть офицерский допуск, разве нет? – Просил Ким, не переставая изображать активную работу с терминалом, вновь скрывшим изображение от топаканца.

– Он и есть. Иначе как бы мы, по – твоему, смогли тогда дойти до склада? Одно «но». Даже в мою бытность командиром роты на этой базе у меня не было доступа к управлению дроидами. По логике, они должны были висеть на ротном «головастике», вот только даже в лучшие времена в роту такие не попадали. А единственный на всю базу настоящий «головастик» сидел на твоём месте и держался за свои полномочия так, что краном не оторвёшь! И я его понимаю. Когда тебя подставляют так, что остается выбор либо служить в самой глубокой дыре Агоры, либо идти под трибунал за подделку документов и взлом интеллект – систем интендантской службы Седьмого флота, поневоле станешь подозрительно относиться к окружающим. Вот и Грег был таким… недоверчивым. Да… если бы не его паранойя, из‑за которой этот придурок при взломе умудрился сменить внутренние коды доступа и замкнуть всю систему базы на себя, мы бы ещё тогда вывезли эти склады подчистую. А так, трёх человек на отходе потеряли, не считая самого Грега, и вся техника в решето, как до Вейна добрались, сам не понимаю… Одни потери. – Впервые на лице топаканца промелькнули настоящие эмоции.

М – да, вот это и называется тотальным невезением. Если бы не аллергия подельника Хрона, бывшего начальника особого отдела базы «Ревело» на усыпляющий газ… если бы не его недоверчивость к компаньонам, вполне возможно, что приехав в Вейн, Ким бы не познакомился ни с Ромом, ни с Хроном и его командой. Ну, уж с топаканцем‑то, точно.

Рассказ о неучтённом средстве защиты в виде нервнопаралитического газа Кима удивил. Но после недолгого изучения доступной документации… Ха, здесь ещё и не такое могло быть. Прав Хрон. Это не складской комплекс пересылочной базы, а самая натуральная дыра! Ни один «хозяин» с неё не ушёл переводом. Запас, отставка… выбытие по болезни или смерти. Сводная информация по личному составу и того веселее. Залётчики и штрафники… сводка просто пестрила красными предупреждающими надписями. Короче, не база, а отстойник для отребья и неугодных. Да ещё и древний, как… нет до самого Дрёма складу далеко. Сто пятьдесят лет не шестьсот, но тоже немало… Нет, в начале своей жизни это была замаскированная горная база снабжения, один из двадцати шести узловых плацдармов тогда ещё скрытой военной инфраструктуры, разбросанных по всей Агоре. Но чем больше проходило времени, тем меньше необходимости испытывали военные в подобных «тайниках», и спустя тридцать лет, когда скрывать военный потенциал планеты стало бессмысленно, «Ревело» и ей подобные «ушли за штат». Какие‑то базы были законсервированы, какие‑то превратились в «отстойники», финансировавшиеся по остаточному принципу. А где нет денег и пригляда, всегда расцветает бардак. Нет ничего удивительного, что так произошло и с «Ревело», превратившейся в обычный узел пересылки, через который шли в метрополию второстепенные военные грузы. Нет, немногочисленные техники наверняка знали своё хозяйство, иначе харга лысого газовые патроны в пещере вообще сработали бы, тем более, спустя двадцать с лишним лет после консервации базы, но где те техники?

– Я закончил. – Ким откинулся на пыльную спинку жалобно заскрипевшего кресла и облегчённо вздохнул.

– Вижу. – Кивнул Хрон, явно получив сигнал браскома, на который Ким только что сбросил сформированный инфоключ, и тут брови старого топаканца полезли вверх. – Группа расконсервации? Капитан дай Таика?

– Я бы тебя, тай Хрон, и полковником не постеснялся бы назначить, но должных сигнатур не знаю. А придумывать её самому… уж извини, слишком велика вероятность ошибки, а с ней и конфликтов в системе. Оно нам надо? – Развёл руками Дрём, одновременно мысленно пробегая по доступным к управлению дроидам, взятым им под контроль. Двенадцать единиц из двадцати восьми. Работоспособные… шесть штурмовых, шесть заградителей. С уловом, Ким!

– Ну, хорошо, что в лейтенанты не разжаловал. – Проворчал топаканец, вновь возвращая своему лицу привычно невозмутимое выражение. – Полагаю, теперь мы можем без опаски вынести хоть весь склад подчистую?

– Именно. Сейчас сформирую приказы на изъятие, и можно начинать. – Кивнул Дрём.

– Это ещё зачем? – Не понял Хрон.

– Чтоб не тратить взрывчатку на вскрытие хранилищ и уничтожение силовых щитов специальных единиц хранения. – Ухмыльнулся Ким. – Система сама откроет все двери, снимет защиту и активирует необходимую технику для разгрузки – погрузки.

– Волокита… опять волокита. – Вздохнув, проговорил тай Хрон. – Вот скажи мне, Ким, почему каждый человек, оказываясь в таком кресле, тут же превращается в отъявленного бюрократа?

– Я, что ли, виноват, что здешняя система на каждый чих приказ требует? – Нахмурился Дрём.

– Ладно, не обижайся. Это я так, ворчу по – стариковски. – Махнул рукой Хрон. – А что за изъятие‑то?

– На, читай. – Браском топаканца пискнул и развернул над проектором голографию полученных документов.

– Списание, изъятие для проведения гарантийного осмотра, изъятие для модернизации… – Забормотал Хрон, пробегая взглядом по строчкам присланных документов. – Ловко. Вот только… А что, скопом это всё на вынос никак?

– Для этого нужен приказ от вышестоящего командования, а у меня…

– Да – да. У тебя нет нужной сигнатуры. – Вздохнул топаканец и хлопнул себя ладонями по коленям. – Ладно. И так сойдёт. Главное, не забудь прибрать за собой, когда мы здесь закончим. Сомневаюсь, что я действительно последний житель Агоры, знающий об этой базе. А даже если это не так… не хотелось бы, чтобы через несколько лет, когда рондессцы опомнятся и вернутся, меня объявили в розыск за кражу военного имущества.

– Не беспокойся, тай Хрон. Всё будет в лучшем виде. – Заверил его Ким, уже сам не слишком довольный своим враньём. С другой стороны… двенадцать дроидов. Нет, положительно, оно того стоило!

– Тогда оставлю тебя здесь. Готовь документы, а мы займёмся делом. – С еле заметной улыбкой проговорил топаканец, поднимаясь с такого же пыльного и скрипучего кресла, в котором обосновался Ким.

Юноша покосился на цветное облако голоизображения, вздохнул… и кивнул.

– Я отправил Ирен инфоключ для погрузчиков… но боюсь, что из двух десятков дроидов в рабочем состоянии лишь половина. Да и те, прежде чем нагружать работой, не мешало бы проверить. – Проговорил Дрём в спину уходящему Хрону, а когда тот замер в дверях, договорил. – Склад «Единица – А», полный доступ. Документы на вашем браскоме, брим капитан.

– Хлам. – Констатировал топаканец, пробежав взглядом по полученным от Кима спискам. – Ты бы хоть отслеживал, что именно вносишь в проект приказа. Зачем нам, например, две тысячи картриджей для полевого инженерного синтезатора? Мосты строить будем или ДОТы?

– У нас есть инженер, двое профессиональных поисковиков, владелец магазина техники и весь их совокупный опыт. – Улыбнулся Дрём. – Вот с ними и разбирайся, что нужно, а что не нужно. А я буду штамповать документы… Тай Хрон, я серьёзно говорю. Ты представляешь, сколько времени у меня займёт разбор всей номенклатуры по степени ценности? А вы всё равно будете смотреть, что именно берёте, правильно? Так может, незачем грузить меня лишней и, самое главное, ненужной работой?

– Бюрократ! – Обвиняюще ткнув пальцем в сторону Кима, провозгласил Хрон и исчез из виду, оставив юношу возиться с той самой пресловутой номенклатурой. Ну и ладно. Всё лучше, чем крутиться под носом у Ирен. Эта мигом припашет, а Кима совсем не радовала перспектива заменить собой один из неработающих дроидов – погрузчиков. Как бы то ни было, сидеть без дела было бы совсем нехорошо. И пусть в «приказах» не было никакой насущной необходимости, но раз уж взялся блефовать, так иди до конца… Заодно и с содержимым складов ознакомится, не вставая с кресла. Выбор, правда, здесь оказался не так уж богат, но и не чета выметенным полкам базы археологов, где оставался только НЗ, да та аппаратура, что не уместилась в лимиты эвакуации. В «Ревело» же, кажется, эвакуация и вовсе коснулась лишь персонала базы. По крайней мере, почти все складские хранилища здесь полны более чем наполовину. Можно, конечно, предположить, что вторую половину как раз и эвакуировали, оставив на полках лишь всякий хлам, но номенклатура говорила о другом. Нет, хватало и мусора, что неудивительно, учитывая статус базы, но и серьёзной техники было более чем достаточно.

Оп – па! Несоответствие. В основном списке складских помещений меньше, чем в том, что просматривал Ким с терминала особиста. И в чём разница? У обитателей этого блока был собственный неучтённый склад? Или просто пара нычек в тёмном чуланчике, о котором даже кладовщик не знает? Впрочем, последнее – из области фантастики. Чтобы кладовщик что‑то не знал о своём хозяйстве? Ха! Это для проверяющих у них бардак и разгильдяйство, в котором можно эсминец потерять, а в реальности, подними хозяина склада ночью с постели, он тебе всю номенклатуру оттарабанит без запинки и с любого конца… если, конечно, найдёшь, чем его заинтересовать. Хм… надо будет заглянуть на склады, поискать эту «неучтёнку». А что? Интересно же…

С документацией Ким закончил лишь спустя час, аккурат к тому моменту, как Ром прислал на браском приглашение на обед. Потянувшись, Дрём поднялся с кресла и, сверившись с картой, устремился в зону отдыха под поторапливающее бурчание пустого желудка. И ведь что интересно, вроде бы за работой Ким особо и не напрягался, тяжестей не таскал, так когда же он успел так проголодаться?

– Значит, это ты нас гражданским персоналом окрестил? – Осведомилась Ирен, едва Ким оказался в рекреационной зоне. – Да ещё и неквалифицированным!

– А что, у кого‑то из присутствующих имеется военный контракт? – Осведомился Дрём, справившись с удивлением от стремительного наезда. Ирен хмыкнула под одобрительные смешки братьев Лой. Юноша улыбнулся. – Значит, не – ету. А сертификаты подтверждающие квалификацию? Тоже нет? Так кто вы после этого, как не гражданские работяги?

– А сам‑то! – Фыркнула Ирен.

– Так я от коллектива и не думал отрываться. – Пожал плечами Ким. – Это вон тай Хрон у нас выделился. Так что, с классовой ненавистью, пожалуйста, к нему. А я здесь не при делах.

– Какой – какой ненавистью? – Протянула Ирен, на что Дрём только отмахнулся.

– Это из доначальных времен. У Рома спроси, он лучше знает. Это его предки придумали.

– Немцы это выдумали. Немцы! Вот так всегда. Сами накосячат, навыдумывают всякой ерунды, а виноваты доверчивые русские. – Пробурчал Ром и, указав молчаливым Лими и Норе на стопку тарелок, внезапно рявкнул. – Садитесь есть уже. У нас дел по горло!

Глава 3

Любишь кататься? Люби и катайся

Лими взглянула на Кима, о чём‑то оживлённо спорящего с иронично усмехающейся и явно не согласной Ирен, и, решительно кивнув собственным мыслям, ухватила Нору за руку. Оттащив пискнувшую подругу в соседнее помещение, пыльное и обшарпанное, Лими отпустила её и, отступив на шаг, сердито заговорила.

– Мне кажется, твой план провалился. Ему просто плевать на то, что мы с ним не разговариваем.

– Считаешь, лучше вешаться ему на шею? Не напомнишь, благодаря чьей идее, Ким так себя повёл? – Едко отозвалась Нора, сложив руки на груди.

– О, как будто ты в этом не участвовала! – Прищурившись, Лими ткнула в выставленную грудь Норы тонким пальцем. Та взвизгнула и хлопнула подругу по руке.

– Вы ещё подеритесь. – Голос, раздавшийся от дверей, заставил девушек подпрыгнуть на месте. Ирен обвела смутившихся подруг долгим взглядом и, покачав головой, неожиданно хлопнула в ладоши. – Так. Отставили делёж юноши. Вы от него далеки, как накануне дуэли с Троем. Но!

– Мы не дел… – Попыталась вклиниться в речь инженера Нора, но под взглядом Ирен замолчала.

– Так вот… У вас есть шанс исправить ситуацию.

– Как? – Встрепенулись подруги.

– Ким только что рассказывал байки о каком‑то неучтённом складе. – Заметив реакцию девушек, с улыбкой протянула снежноволосая. – Разумеется, Хрон только посмеялся над этим заявлением, и честно говоря, у меня нет оснований ему не верить, учитывая, что когда‑то он отслужил на этой базе добрых полтора десятка лет. Но паренёк хочет проверить…

– Отпускать взломщика бродить по заброшенной военной базе в одиночестве – не дело. – Рубанула воздух ладонью Лими.

– Именно. Вижу, Моран вбил в вас основы. – Кивнула Ирен. – Вот и присмотрите за нашим любопытным. У вас есть десять минут на подготовку. Браскомы не выключать. Связь должна быть постоянной. Всё ясно?

– Ясно. – В унисон выдали подруги и умчались прочь – только пыль столбом.

– Хм… и все мысли о дележе парнишки как ветром выдуло. Трещотки… – Пробормотала себе под нос инженер и, поправив выбившийся локон белоснежных волос, отправилась к любимым железкам. Пусть Хрон составляет список вывозимого оборудования на первый рейс, но ведь кто‑то должен заниматься и подготовкой к погрузке, не так ли? Проверить дроидов, подлатать, если что… дел невпроворот.

Но по пути к вычислителю и походному стенду, развёрнутому в самом большом помещении рекреационной зоны, Ирен немного задержалась. Шустрые девчонки успели снарядиться всего за пару минут и теперь, прижав Кима к стене своими выдающимися достоинствами, что‑то оживлённо с него требовали. Впрочем, гадать, что именно, не приходится. Дрём явно не желает, чтобы барышни сопровождали его в блужданиях по переходам базы… Ну да, там темно, тихо… интимная обстановка, можно сказать… Хах!

Ирен покосилась в сторону деловито возящегося со старым потёртым скорчером Рома и, тряхнув головой, поспешила скрыться за массивным коробом реактора, подключённого к ремонтному стенду. Иначе, не ровен час, Ким поймёт, кто подкинул Лими и Норе эту идею… интуиция у мальчишки, не хуже чем у Хрона.

* * *

Вот ведь прицепились, а? И чего им вдруг так приспичило идти на «экскурсию» вместе с ним? Опасность? Ха! После того, как Ким взял под контроль все защитные системы базы? Чушь какая. Ну ладно, пусть об этом никто не знает, но ведь вся их команда вполне официально прописана в протоколах интеллект – системы «Ревело», как временный персонал с полным допуском! О какой такой опасности здесь можно говорить?!

Дрём бросил короткий взгляд на идущих следом за ним девчонок, уже принявшихся о чем‑то шушукаться, и вздохнул. Охраннички, ага. Их самих охранять впору…

Унылые серые стены, слабо освещённые редкими фонарями аварийного освещения, тянутся на километры в толще Синих гор на нескольких горизонтах, иногда они раздаются в стороны, превращаясь в огромные, тонущие во мраке, помещения. Реакторный зал, ремонтный цех, грузовой терминал с металлопластовой открывающейся крышей вместо шлюза, вроде того, через которые поисковики попали на базу… Ворота огромных складских комплексов, за которыми тысячи и тысячи стеллажей с военным имуществом самого разного назначения. От полевой формы для доброго десятка родов войск до походных жилых модулей и ремонтного оборудования. Вот оружия здесь не было. Никакого… даже боевых дроидов, подобных тем, что так хорошо подыграли Киму на базе археологов от службы безопасности, в здешних складских лабиринтах не нашлось. Неужто начальство настолько не доверяло личному составу базы «Ревело», что опасалось оставлять в его распоряжении хоть сколько‑нибудь серьёзное вооружение? Зато того что солдаты разбегутся из этой дыры, командование точно не опасалось. Иначе бы не оставило на складе такое количество транспорта. Здесь даже гравиплатформы нашлись самого разного назначения. Вот только толку от этих высокотехнологичных машин в нынешних условиях очень немного. Энергию они жрут, как не в себя, а реактор, работающий на том же принципе, в них не запихнёшь, наводки обеспечены… отсюда необходимость подключения к стационарным энергостанциям или хорошо экранированным от возможных наводок реакторам, сродни тем, что устанавливаются на пустотных кораблях. Но если со станциями вопрос худо – бедно решаем, да и то лишь в городах вроде Вейна, то в поиске – с зарядкой полный швах. Солнечные панели будут заряжать аккумуляторное нутро такого транспортника о – очень долго. А экранированный реактор… где его взять? Подобные «игрушки» уничтожались захватчиками с орбиты чуть ли не в первую очередь. Мало ли? Может, это какой‑нибудь пустотник притаился, а потом ка – ак прыгнет, ка – ак сбежит от бравого алавийского флота… Находили и били, невзирая ни на какую экранировку.

Вот и стоят гравиплатформы никому не нужные, всеми позабытые. Хм… с другой стороны, поисковикам, конечно, такие машины ни к чему, да и вообще для путешествий меж поредевшими городами Агоры они не подойдут, но ведь здесь есть не только огромные транспортники…

– Зачем тебе эта ерунда, Ким? – Поинтересовалась Лими, когда Дрём, тихо матерясь себе под нос, выволок на приёмный пандус паллету с сорситом, именно так именовалось это транспортное средство, согласно книге учёта. Двухместный открытый флаер, до боли похожий на памятные Киму байки. Только здесь вместо двух колёс три каплевидных гравика. Один – побольше, позади, аккурат под сиденьем пассажира, а два других, размерами поменьше, вынесены вперёд на мощной «вилке». Горб перед водительским сиденьем прикрывает преобразователь, а аккумуляторы расположились в нижней части машины – для снижения центра тяжести, очевидно. Высокий руль обеспечивает удобную посадку, ничуть не похожую на позу эмбриона, которую вынуждены были принимать водители скоростных байков во времена оны… Хорошая машинка должна быть.

– А что? – Пожал он плечами, придирчиво осматривая свою добычу. – Маленький, лёгкий. Хоть по городу катайся, хоть с собой в поиск бери. Удобная вещь!

– Энергию для этой удобной вещи ты где возьмёшь? – С лёгким превосходством в голосе поинтересовалась Нора.

– Ну, это же не транспортник вроде вон того «Бронто». – Не обращая внимания на тон собеседницы, произнёс Ким и кивнул в сторону распластавшегося на полу транспортника с гравиприводом. – Аккумуляторы можно и от обычной сети запитать, а в поиске солнечные панели их за час забьют.

– Не спорю. – Согласилась Нора. – Но ты хоть представляешь себе цену гравика? Сломается один из этих трёх, и всё. Ищи пару тысяч на новый.

– Зачем искать? – Фыркнул Ким. – Секции А с сороковой по семидесятую. Тридцать запасных комплектов гравигенераторов для сорситов типа «Линкс». Не знаю, как вам, а мне хватит… лет эдак на шестьсот, если верить гарантийному талону.

– Инерция мышления, подруга. – Развела руками Лими, заметив ошеломлённый взгляд Норы.

– Это точно. – Поддержал её Дрём.

– А… а там ещё такие есть? – С надеждой в голосе поинтересовалась Нора, и тут же поспешила добавить. – Ты не думай, мы их выкупим, честь по чести.

– Десяток найдётся. – Протянул Ким. – Но обсуждать стоимость будете не со мной, а с Хроном и Ромом. Это их епархия.

– А Ирен? – Спросила Лими.

– Харг его знает. – Почесав затылок, признался Ким. Окинул подруг взглядом и усмехнулся. – А – а, ну да, понял. Женская солидарность и тому подобное… что ж попробуйте, может, что‑нибудь и выйдет.

– Ки – им… – Нора на миг замялась, прикусив губу, но ей на помощь тут же пришла Лими.

– Если у нас не получится договориться о выкупе, ты не мог бы взять пару сорситов в счёт своей доли? А в городе мы рассчитаемся. Внакладе не останешься. Обещаем.

– На ходу подмётки режете. – Вздохнул Ким. – Ладно. Но только в том случае, если у вас ничего не получится с выкупом!

– Договорились! – Девушки расцвели улыбками и, моментально оказавшись рядом, наградили Дрёма поцелуем в щеку. Каждая в «свою». Как будто и не было этих двух дней отчуждения…

Дрём вздохнул и, отстранившись от довольных Лими и Норы, связался с Хроном.

– Это что вам, супермаркет, что ли? – Проворчал топаканец, услышав предложение Кима. Но помолчав, договорил. – Ладно, вернётесь, обговорим. А пока… Ким, ты же хотел что‑то там найти? Вот и ищи. Не теряй время, у нас и так дел по горло.

– Хм… вернусь, займусь починкой неработающих погрузчиков. – Ухмыльнулся юноша.

– Хитрован. Ладно, я сообщу Ирен, что у неё грядёт пополнение дроидов. Но ты всё‑таки не затягивай там. Не время для романтики, сам понимаешь. Отбой. – И Хрон отключился, так и не услышав сердитого фырканья Кима.

Глава 4

Пусто – пусто…

Любопытство… Это хорошо. Орм[4] должен быть любопытен по определению, но никогда не должен забывать, чем чревато чрезмерное любопытство, как неизменно добавлял сержант Харго, расхаживая перед строем курсантов, пока очередная жертва этого воспеваемого сержантом чувства ползала на коленях по полу, старательно оттирая поверхность примитивной зубной щёткой. Ну да, наказание. Как говаривал всё тот же Харго: бьют не за то, что полез, а за то, что попался. Пара залётов на замену дроидам – уборщикам, и до курсанта непременно доходил смысл выспренных сентенций куратора. А вот Ким попал на чистку пола в актовом зале лишь однажды… и, наверное, именно поэтому до сих пор не усвоил вбивавшееся сержантом правило… Иначе бы не прятался сейчас с двумя девчонками за коробом испарителя, укрываясь от стрельбы сошедших с ума дроидов – охранников этого харгового склада особистов! Хорошо ещё, что в этом помещении полно всякого хлама, за которым можно укрыться, иначе эти бронированные дуры давно превратили бы всю компанию в фарш. Но это был единственный плюс в этой ситуации. А вот минусы… Минусов было куда больше. Начать с того, что оба охранника были вооружены спаренными кинетичками, а их шестиногие тела мало того, что были почти неуязвимыми из‑за мощной брони, так благодаря гравикам, эти твари умудрялись довольно шустро передвигаться, причём по любым поверхностям. Хоть по потолку! Но самое паршивое, что Ким никак не мог их «оседлать». Харговы дроиды действовали автономно, не опираясь на какой‑то общий управляющий центр, и, соответственно, не нуждались в какой‑либо внешней системе связи. Правда, между собой они вели довольно интенсивный инфообмен…

– Ким, отходим за тот ящик! Испаритель вот – вот превратится в решето! – Голос Норы ворвался в уши Дрёма в тот самый момент, когда тот, кажется, поймал за хвост идею… В другой момент, он бы вызверился, но не сейчас. Девчонки и без того старались, отвлекая на себя внимание дроидов, пока Ким пытался подчинить эти злобные железяки…

– Иду!

Бросок и там, где только что пролетело ускоренное морф – системой тело юноши, противно взвизгнула об пол очередь из кинетика. Испаритель за спиной Дрёма жалобно скрипнул и разъехался грудой изрешечённого в хлам сталепласта.

– Что с дверью? – Коротко спросил он у скрючившейся рядом девушки. Та хмыкнула.

– Глухо. Лими говорит, что подача энергии прекращена, а вручную створку не сдвинуть. Там тонны две, не меньше…

– Я почти добралась до распределителя. – Голос подруги Норы раздался в наушнике Дрёма в ту же секунду. – Ким, если ты не очень занят, помоги Норе отвлечь от меня этих мерзких пауков…

– До распределителя? – Ким попытался отследить местонахождение девушки и глухо выматерился. – Уходи оттуда! Немедленно!

Поздно! По залу разнёсся грохот очереди и визг рикошетов, следом раздался крик боли, и Лими, кубарем скатившись по узкой и крутой лестнице, сломанной куклой распласталась на полу.

– Ли – ими – и!!! – Нора попыталась вскочить, но Ким навалился сверху, не давая ей пошевелиться.

– Да тихо ты… Жива она. Телеметрия идёт. Ранена, но жива. Слышишь?

– Пауки… – Прорычала – простонала девушка.

– К ней не подойдут. А вот к нам запросто… Да не дёргайся ты!

– Скинь телеметрию. – Неожиданно прекратив вырываться, тихо потребовала Нора.

– А… да. – Дрём дал браскому девушки разрешение на получение информации и вдруг замер… – Телеметрия. Ну, конечно!

– Что? – Не поняла Нора, с беспокойством глядя в загоревшиеся злым восторгом глаза юноши. – Ты в порядке, Ким?

– О да… я в полном порядке, а вот наши пауки… Сиди здесь. Теперь я буду их отвлекать…

– Сдурел?! – Ошеломлённо воскликнула Нора и… замолчала, во все глаза наблюдая за выскочившим из укрытия Кимом.

Парень вихрем пролетел над ящиками с каким‑то грузом, перекатился по полу, пропуская над собой очереди сразу двух спарок, и закрутился по залу на неимоверной скорости, заставляя дроидов раз за разом промахиваться. Зал наполнился грохотом очередей, гулом от попаданий пуль в пустые контейнеры и визгом рикошетов. Несколько раз Норе казалось, что Кима зацепило, но тот, как ни в чём не бывало, продолжал свой безумный танец меж двух дроидов, то и дело исчезая за контейнерами и вновь взмывая над ними, поливая дроидов иглами из своего «Минора».

Минута, другая, и машины начали ошибаться. Невероятно, но создавалось впечатление, что они устали от бешеного темпа, заданного их вёрткой целью… Вот один из дроидов скользнул в сторону и, как‑то неловко развернувшись, рухнул со стены, на которой его удерживал гравик. Удар!

Стрелять в харговы машины из игольника, даже такого навороченного, как у Кима, было почти бесполезно. Разве что бить по сочленениям манипуляторов, но шанс попасть по ним был очень мал. Железяки просто не давали времени прицелиться. Именно поэтому, когда Ким метнулся навстречу рухнувшему с высоты пауку – охраннику, Нора было решила, что он собирается расстрелять харгову железку в упор… Но нет, оказавшись рядом с дроидом, Ким, уклоняясь от очереди второго охранника, нырнул вниз и, скользнув над самым полом чуть ли не на четвереньках, вдруг словно вбил что‑то в центр распластавшегося на полу корпуса жужжащего повреждёнными конечностями дроида. Сверкнуло, полыхнуло, и Ким исчез из виду. А ещё через секунду единственный уцелевший охранник вдруг замер на месте, пискнул и, опустив оружие… заглушил реактор.

Ким несколько секунд всматривался в неподвижное тело дроида и, очевидно убедившись, что тот не собирается нападать, со стоном осел на пол. Но почти тут же встрепенулся и, обведя мутным взором зал, кивнул осторожно выглянувшей из‑за ящика Норе.

– Всё. Выключил. – Хрипло с присвистом произнёс он и попытался улыбнуться. Учитывая бледное до синевы лицо с просвечивающей через кожу сеткой лопнувших капилляров и алые, по той же причине, белки глаз, смотрелась его улыбка довольно жутко. Ким перевёл взгляд на лежащую у подножия лестницы фигурку Лими и покачал головой. – А она везучая…

– Что? Лими! – Опомнившись, Нора метнулась к подруге и замерла рядом с ней, не зная, что делать.

– Говорю же, везучая. – Девушка обернулась. Ким успел подняться с пола и теперь довольно медленно ковылял в её сторону, припадая на левую ногу и держась за бок. Грудь парня часто вздымалась, словно он никак не мог надышаться, но голос был уверенным… Остановившись рядом с Норой, Дрём с кряхтением опустился на колени и, выудив из поясной кобуры аптечку, поместил её на спину лежащей без сознания Лими, даже не потрудившись разрезать одежду. – Во – от. Сейчас вкатим ей обезболивающее, наложим повязку на руку, и можно приводить в себя… Легко отделалась, надо сказать.

– Что с ней? – Выдавила из себя Нора.

– Ранение в руку. Кость не задета. Очевидно, дёрнулась от моего крика, и дроид промахнулся. Повезло. Сотрясение мозга… лёгкое. Это результат падения. Опять повезло. Ну, и то, что сознание потеряла, трижды повезло. Иначе дроиды её добили бы. Согласно алгоритму.

– То есть с ней всё будет в порядке? – Уточнила девушка.

– Разумеется. Полчаса под присмотром походного автодока, и будет как новенькая. – Кивнул Ким. – Я там у входа тележку видел, притащи, а? Погрузим на неё Лими и отправимся назад… получать нагоняй от Хрона.

– А дверь? Как мы отсюда выйдем? – Нора немного повеселела, узнав, что с подругой всё будет в порядке. А тут и аптечка тихо свистнула, подавая сигнал об окончании первичной обработки. Дрём снял её со спины девушки, оголил повреждённую руку и, проверив переливающуюся серебристыми тонами повязку, сформированную лечебными нанитами, кивнул Норе.

– Сходи за тележкой, а я пока разберусь с дверью.

– Справишься? – Нахмурилась девушка. – Выглядишь не очень.

– Не впервой. – Криво усмехнулся Ким. – Особенность происхождения, за которую приходится платить. Иди, я в порядке.

– Ну… если ты так говоришь… – Нора бросила взгляд на сидящего рядом с её подругой парня и, покачав головой, двинулась к двери, у которой, как говорил Ким, он видел тележку.

Поднявшись на ноги, Дрём покосился на крутую лестницу, уходящую вверх под самый потолок склада, и, тяжело вздохнув, ухватился за поручни. Там, наверху, в кабине управления складскими механизмами должен находиться распределитель, автоматически отключивший привод дверей и ворот, едва в зале появились люди, не имеющие права здесь находиться. В обычной ситуации вычислитель должен был бы запросить своего «коллегу» в блоке особого отдела, но Ким, на свою голову, выключил его, когда закончил работу с документами. Не получив отклика, вычислитель склада автоматически перевёл помещение в «осадный» режим и отдал команду на нейтрализацию вторгшихся на его территорию людей. Что и попытались сделать два дроида – охранника.

– Так как ты справился с этими чудовищами, Ким? – Поинтересовалась Ирен, когда Хрон закончил разбор полётов, а Ром прекратил ворчать о том, что сделал бы со всей их командой Моран, если бы его подопечных прибили два паукообразных сумасшедших дроида. Одной Ирен, кажется, было плевать на опасность, с которой столкнулись трое новичков в своём поиске. Зато способ, которым Ким вывел дроидов из строя, её определённо заинтересовал. А тут ещё и Лими любопытством фонит на всю зелёную зону…

– Телеметрия. – Коротко ответил Ким, прожевав кусок очередного шедевра Рома, уведённый им прямо с тарелки молчаливого Хинта. Но поймав укоряющие взгляды дам, вынужден был пояснить. – Связи с управляющим центром у этих железяк не было. Получили команду действовать, и на этом всё. Мера безопасности, своего рода. Но! Координировать действия им всё равно как‑то нужно было… они же парные и алгоритмы боя строят на взаимодействии. А о каком взаимодействии может идти речь, если информация поступает только с сенсоров? Должной скорости и слаженности таким образом не добиться…

– И ты влез в канал передачи телеметрии между ними… – Присвистнула Ирен, с уважением глянув на Кима. – Взломал шифры, не прекращая вести бой?

– Нет, в основном помехи ставил. – Покачал головой Дрём. – Я не настолько гениален, чтобы одновременно уворачиваться от пуль, вести огонь по цели и взламывать вычислители. Внимания не хватает. Реально, шифр дроида удалось расколоть только после того, как из‑за помех грохнулся первый паук. Там такой вал инфы пошёл, только успевай собирать и фильтровать. Я успел…

Глава 5

Жёсткость дружеского плеча

– Откуда там вообще взялись эти дурацкие дроиды? – Сердито проговорила Нора. – И почему они на нас напали?

– Охранники склада особого отдела. – Пробурчал Ким. – То, что нечто подобное там могло быть, я предполагал, но вот то, что эти дроиды не входят в общую систему безопасности… не подумал. Хотя должен был!

– Ким, расслабься. Всё предусмотреть невозможно. Тем более в таких вещах, как охрана секретов некоторых хитровымудренных структур. – Хрон отвлёкся от просмотра списка оборудования и, отложив в сторону планшет, сладко потянулся. – Просто запомни эту ситуацию, и в следующий раз ты сможешь предусмотреть гораздо больше возможных вариантов. Это называется – опыт.

– Спасибо, тай Хрон. Ты меня утешил… – Отозвался Ким.

– Хм… а вы там что‑нибудь интересное видели? – Вдруг поинтересовался Тарн, переглянувшись со своими молчаливыми братьями, но заметив, как напряглись Лими с Норой, тут же замахал руками. – Не – не – не! Я понимаю, что вам было не до того, но мало ли, может краем глаза заметили что‑нибудь… интересное, а?

– Пусто там. Куча раздолбанных контейнеров и больше ничего. – Передёрнув плечами, буркнула Нора.

– Точно? – Погрустнел Тарн.

– Да. Я успела включить сканер перед началом этой заварухи. Если хочешь, можешь взглянуть на логи. Там только куча хлама.

– Ничего удивительного. – Пожал плечами Хрон. – У особистов лимиты на эвакуируемый груз были больше, чем у кого бы то ни было. Помню, мои раздолбаи ещё над складскими смеялись, дескать, «тихушники» умудрились их обставить в профессиональном виде спорта кладовщиков.

– Это в каком? – Приподняла белоснежную бровь Ирен.

– В скоростном выносе военного имущества. – Пояснил Ром. – Армейский юмор. Штатским не понять…

– Сказал наш повар. – В пустоту заметила инженер под общее фырканье.

– Сладкого лишу! – Припечатал в ответ Ром, и Ирен капитулировала.

Наблюдая за этим коротким спором, Ким одновременно запустил перед внутренним взором повтор записи недавнего боя. Было там кое‑что, отмеченное Дрёмом, по меткому выражению Тарна, «краем глаза», но настолько мимолётное, что парень был даже не уверен в том, что это «кое‑что» действительно имело место быть. Вот и терзал теперь запись, просматривая её чуть ли не покадрово. А это долгая и кропотливая работа, с которой никакая морф – система справиться не сможет… разве что помочь немного.

– Ирен, твои датчики на поверхности работают? Или есть смысл выставлять на ночь охрану? – Вдруг спросил топаканец.

– Обижаешь. Мальчики хорошо поработали, так что к нам и грыз не проберётся без того, чтобы не поднять тревогу на всю эту долбанную базу. – Откликнулась инженер.

– Замечательно. Но дежурного всё же лучше оставим на всякий случай. Очередь дежурств скидываю на ваши браскомы, и учтите, обсуждению она не подлежит. А сейчас давайте‑ка сворачиваться. Вечер уже, а у нас был долгий и богатый на события день. И завтра работы предвидится немало. В общем, отбой по команде. – Хлопнув ладонями по коленям, объявил Хрон. И у присутствующих не нашлось возражений.

– Хм… девушки, отведите‑ка вашего спасителя в постельку. А то он уже с открытыми глазами спит… – Заметила Ирен, обратив внимание на уставившегося в пустоту Кима.

Лими с Норой переглянулись, вздохнули и… отправились выполнять приказ инженера. Правда, стоило им коснуться рук юноши, как тот встрепенулся.

– Я не настолько обессилел. – Заявил он и, чуть помедлив, договорил. – Но за беспокойство спасибо.

Девушки кивнули и, улыбнувшись, исчезли из виду… чтобы первыми попасть в душ! В результате гигиеной Ким смог заняться только перед началом собственного дежурства. Благо, его очередь, как выяснилось, была первой. Что ж, оно и к лучшему. После столь активной работы морф – системы, во время боя чуть не вывернувшей его наизнанку, лучше было разделаться с двухчасовым дежурством сразу, чем издеваться над измученным организмом, поднимая его посреди ночи. Заодно появится возможность доделать начатую работу… и отвлекать никто не будет. Наверное. По крайней мере, Ким очень сильно надеялся, что гипотетические гости, если и заглянут на огонёк, то не в тот момент, когда он будет работать. Нет, прозевать опасность Дрём не боялся. Морф – система будет работать на полную, а с ней можно не беспокоиться о возможности прозевать «гостей»… ну, если выставить соответствующее оповещение, разумеется.

Спать в рекреационной зоне отказались все участники похода, и Ким их понимал. Привычная обстановка знакомого транспортника кажется безопасней, чем стылые и пыльные помещения заброшенной военной базы. И пусть в ней точно не осталось ни одного «непокорённого» дроида или автоматического орудия, спокойствия это не добавляло. Да и невелико удовольствие спать на жёстких складных койках в грязных, годами не убиравшихся кубриках.

Удобно устроившись за столом с установленным на нём вычислителем, сидя в разложенном на манер шезлонга кресле, вытащенном Ирен из собственной машины, Ким «насторожил» морф – систему и взялся за просмотр записи. Ведь было там что‑то… было…

– Не заскучал? – Хозяйка кресла старалась не шуметь, чтобы не разбудить спящих…

– Да не особо. – Улыбнулся Ким и, глянув на часы, кивнул. – Ну что, «пост сдал, пост принял»?

– Именно. Иди спать. Твои девчонки тебя заждались. – С ехидцей ответила Ирен. Ким вздохнул.

– «Моя» девчонка ждёт меня в Вейне. – Укоризненно произнёс он. На что инженер ухмыльнулась.

– Тогда не морочь бедняжкам головы. Они и так не знают, как тебя поделить…

– Я им головы морочу?! – Изумился Ким. – Это они меня доводят!

– Ой, а теперь ты морочишь голову мне. – Притворно возмутилась Ирен, демонстративно прикладывая указательные пальцы к вискам. Но тут же посерьёзнела. – Иди уже спать, ловелас доморощенный. И прими добрый совет: разберись, наконец, со своими многочисленными пассиями, пока они тебя на клочки не порвали… поровну, чтоб никого не обидеть. Всё. Спокойной ночи, Ким.

– Спокойного дежурства, Ирен. – Кивнул Ким и, поднявшись с кресла, устремился к «Рокоту». Спа – ать…

А утром сразу после завтрака топаканец пригласил Дрёма в свою «Магну» для приватного разговора…

Хрон задумчиво прокрутил список оборудования с отметками Ирен и Рома о примерной стоимости позиций и, вздохнув, перевёл взгляд на Кима.

– Сорситы для подопечных Морана я возьму. О выкупе мы с ними уже договорились, так что можешь не заморачиваться с погрузкой их будущих машин в свой прицеп. Но не это главное. Я хотел бы поговорить о том сорсите, что ты выбрал для себя…

– А что с ним не так? – Удивился Ким.

– Всё. – Коротко отрезал топаканец.

– Уточни? – Прищурился Дрём. – Я собираюсь взять машину не просто так, а в счёт части моей доли. В чём проблема?

– Хм… ладно, вижу, ты не понимаешь. Объясню. – Чуть помедлив, проговорил Хрон. – Сорситы и без того займут немалый объём в машине. Объём, который можно забить куда более компактными, но ценными вещами. И если с техникой твоих подруг всё ясно, они, фактически, участвуют в нашем поиске без оплаты, и к тому же предложили вполне вменяемую цену… А в твоём случае…

– Понял. Ты хочешь сказать, что готов взять на борт мой сорсит при условии, что я оплачу не только его стоимость, но и… «недополученную прибыль», так?

– Именно, Ким. – Кивнул топаканец. – Видишь ли, я хочу загрузить наши машины самым компактным и дорогим содержимым этих складов, снять сливки, так сказать. Поскольку у нас нет никакой гарантии, что удастся прийти сюда ещё раз, по крайней мере, в ближайшее время.

– Я так понимаю, что сорситы Лимми и Норы это ещё и реверанс в сторону Морана? Своеобразный откуп от возможного интереса, нет? – Осведомился Ким. Тай Хрон неопределённо качнул головой.

– Не совсем, но где‑то рядом. Моран – мой друг, и не станет ставить палки в колёса, но он не единственный человек в Вейне, интересующийся «археологией». «Подводники» тоже не дураки половить рыбку в мутной воде, и ими список не исчерпывается. И тут мы подходим ко второй части нашего разговора. Такой караван, как наш, волей неволей привлечёт внимание многих заинтересованных лиц, уж больно велик куш, а значит, повторять рейс в ближайшее время будет верхом идиотизма. Выследят, сядут на хвост, и хорошо, если просто заставят провести на базу. А могут ведь и грохнуть… ты же в курсе, как ведут себя некоторые поисковики за пределами городов, а?

– Что ты имеешь в виду, тай Хрон? – Напрягся Ким, внимательно глядя на старого топаканца. Тот в ответ растянул губы в холодной неживой улыбке.

– Никаких укоров, Ким, просто дружеский совет и предупреждение. Каждый вправе защищать свою жизнь и имущество любыми доступными способами, а учитывая, что законы за пределами городов не действуют, способы защиты приобретают весьма агрессивные, если не сказать, радикальные черты… Но в том‑то и дело, что археологи работают именно в таких условиях. Ты, я, Ром и Ирен, Моран… Сухой из Тирона… – Топаканец откинулся на спинку кресла и, смерив замершего напротив него юношу долгим взглядом, вздохнул. – Повторяю, это не угроза, Ким. Я просто хочу, чтобы до следующего рейса или же до твоего отлёта с Агоры ты постарался не соваться за город, чтобы не нарваться на неприятности и не стать невольным проводником наших возможных конкурентов.

– Я тебя понял, тай Хрон. – Медленно произнёс Ким и неожиданно усмехнулся. – Я буду паинькой, честное слово. А сорсит… что ж, обходился без него раньше, обойдусь и впредь. В крайнем случае, заберу его отсюда в следующий раз.

– Я рад, что ты меня правильно понял, Ким. Меньше всего мне хотелось бы настроить тебя против нашей команды. – С явным облегчением в эмоциях, ответил топаканец и, заметив недоумённый взгляд Дрёма, пояснил. – Нора не преминула поделиться со мной записью твоего боя с дроидами. Мне не нужны такие враги, Ким. Поверь.

Можно бы и поверить, но «дружеский совет» топаканца, вкупе с напоминанием об опасности загородных поездок, да в сочетании с именем Сухого, больше похож на приказ, подкреплённый недвусмысленной угрозой. А друзьям не приказывают и не угрожают…

Глава 6

Собачья верность

Закончив с приведением в порядок последнего из дроидов – погрузчиков, ещё способных выполнять свою работу, Ким устало потянулся и, поднявшись на ноги, хлопнул «работягу» по дискообразной коробке с сенсорами, венчающей его корпус.

– Готово, Ирен! – Окликнул он инженера, занятую тестированием одного из дроидов. – Принимай работу.

– Отправь его к остальным и скинь мне коды. – Отозвалась женщина, не отвлекаясь от своего занятия. Дроид фыркнул, приподнялся над полом и, тихо гудя гравиплатформой, поплыл в сторону уже выстроившихся у стены «собратьев».

– Какие планы, Ким? – Поинтересовался Ром, едва юноша вошёл в общий зал рекреационной зоны.

– Хочу немного прогуляться по базе. – Пожал плечами Ким, подхватив со стола тубу с тоником.

– Прошлого раза не хватило? – Усмехнулся владелец мастерской.

– Да ну тебя… я просто прошвырнусь по жилой зоне. Поищу заначки личного состава. – Отмахнулся Дрём и, оглянувшись на полыхнувших интересом Лими и Нору, поспешил уточнить. – Хочется немного побыть одному, знаешь ли… а то у меня уже голова гудит от воя разболтавшихся сервоприводов дроидов. Устал.

– Хм… ладно. Только Хрона предупреди и постарайся не найти ещё один пустой склад особистов.

– Даже не сунусь на складской уровень. Обещаю! – Улыбнулся Ким, одновременно отправляя сообщение топаканцу. Ответ не заставил себя ждать. Браском Дрёма коротко вздрогнул: «Не больше трёх часов. Работы по горло, может пригодиться твоя помощь при погрузке»…

Но тем не менее, перед уходом Ким прихватил с собой не только набор инструментов в рюкзаке, но и рельсовик из запасов «Рокота»… на всякий случай. А удалившись от зелёной зоны, свернул в один технических коридоров, ведущих к лестнице и, притормозив на секунду, вытащил из кармана шайбу. В ту же секунду дроид в его руке выбросил в стороны складные конечности и, крутанув сенсорным блоком, повинуясь приказу, плотно обхватил ими предплечье хозяина Универсальный шунт, выскользнувший из браслета морф – системы, коснулся корпуса дроида и, оставив на нём почти незаметное чёрное пятнышко «маячка», вернулся на место.

Добравшись до лестничной клетки, Ким отпустил дроида, и тот, соскользнув на пол, весело побежал вверх по ступеням к жилому офицерскому блоку. Проводив взглядом «паука», Дрём довольно кивнул и… отправился по лестнице вниз к складскому комплексу. После недавнего разговора с Хроном он пришёл к выводу, что отдавать добрым дядям найденное в якобы пустом складе особистов имущество ему совсем не хочется… А потому прежде чем наведаться к находке, следует обезопасить себя от возможного наблюдения. Чем, собственно, Ким и занялся.

Второй дроид отправился исследовать галерею, ведущую к складу, старательно сканируя стены, пол и потолок, не пропуская никаких ниш и технических проёмов. Вряд ли, конечно, за прошедшее время кто‑то из спутников успел установить здесь свои сенсоры, но бережённого бог бережёт, как говаривал однокашник Кима по учебке.

Убедившись, что никаких детекторов «паук» не обнаружил, Дрём скользнул вперёд, стараясь производить поменьше шума. Мало ли кого занесёт на этот уровень?

Короткий код замкнул вычислители базы на морф – систему. Теперь даже если Ирен или Хрон взглянут на логи, они увидят лишь записи об открытии дверей в офицерском блоке, а на складах… тишина и покой. Не было тут никого, честно – честно…

Знакомая, ничем не примечательная дверь, мало похожая на ворота основных складских помещений, почти бесшумно скользнула в сторону, пропуская Дрёма внутрь.

Так… первым делом нужно разобраться с выключенным дроидом – охранником. Ким обошёл по кругу замершего посреди раздолбанного в хлам помещения дроида, попинал мощные многосуставчатые конечности, крепящиеся к шарообразному корпусу, и, остановившись напротив погасшего сенсорного блока, уважительно покачал головой. Чуть подумав, Ким выпустил ещё одного разведчика – паучка, похожего на стоящего перед ним полутораметрового дроида, словно младший брат, и, отдав несколько приказаний, отправился осматривать второго охранника.

Объясняя Хрону, каким образом он вывел из строя рухнувшего на пол дроида, Ким слукавил, а узнав о записи сделанной Норой, не раз поблагодарил тёмные звёзды за то, что уничтожая дроида, удачно повернулся к девушке спиной. Ведь на самом деле не было никакой заполошной стрельбы в упор из «Минора», а было… Дрём крутанул в руке выхвыченный из ножен «муляж», уведённый у Мика и Нари во время разбирательства со спаснабором, и тот, полыхнув белоснежными разрядами по поверхности, тут же выбросил вверх зыбкое полупрозрачное марево пси – деформатора. Псевдонож. Уставное оружие пилотов – псионов и пустотного десанта, как кортики у морских офицеров в давние времена. Десантники, кстати, особо ценили псевдоклинки за их способность вскрывать любую броню. Полезная вещь в тесных переходах кораблей, учитывая, что пробить пустотный скаф штурмовика задача не из простых. С тяжёлым стрелковым вооружением в узких извилистых коридорах пустотников особо не развернёшься, а игольники ему не страшны. Так что, частенько столкновения бойцов в скафах превращались из перестрелок в поножовщину… хм, ну если можно назвать ножом устройство, способное создать пси – деформатор длиной до полуметра. Ким полюбовался на призрачный клинок в своей руке и, вздохнув, погасил его. Не время для ностальгии. Окинув взглядом «тушу» охранника, Дрём отправил псевдонож обратно в кобуру и, почесав затылок, принялся потрошить убитый аппарат. Вскрыть несопротивляющегося дроида оказалось куда проще, чем он думал, так что уже через несколько минут Ким вытаскивал из шарообразного «чрева» охранника неповреждённые в бою блоки. К удивлению Дрёма, их оказалось немало… и это хорошо. Не хочется платить Хрону ещё и за запчасти для дроида – охранника, которого Ким твёрдо решил увезти с собой. Собственно, и за неповреждённый трофей он платить тоже не собирался… и пусть кто‑нибудь что‑нибудь попробует возразить или потребовать возмещение за перегруз и «упущенную выгоду», как это было с сорситом. На фиг! Ким его в кабине расположит, на пассажирском сиденье…

От потрошения дроида юношу отвлёк настырный писк браскома. Это его «паук» – разведчик закончил своё «чёрное дело». Просмотрев отчёт, Дрём довольно кивнул и, оставив разобранного охранника, подошёл к его «коллеге». Универсальный шунт привычно скользнул в ладонь, и уже через несколько секунд дроид особистов покорно принял новые управляющие коды, переданные ему морф – системой. Вот так будет лучше. В виду дружеских советов Хрона, такой помощник явно не будет лишним.

А теперь… теперь можно заняться тем, ради чего, собственно, Ким и пришёл сегодня на этот склад. Помнится, девушки сказали, что здесь ничего нет. Сканер‑де не обнаружил ни одного ценного устройства или дроида, за исключением двух охранников, что так потрепали им нервы. Но если Ким не ошибся, то сканер банально прошляпил одну очень интересную вещь. Правда, никакой вины хитроумного устройства здесь нет…

Подхватив на ходу «паука» – разведчика, Ким махнул рукой дроиду – охраннику, и тот, повинуясь команде, интерпретированной для него морф – системой, двинулся следом за хозяином.

Обогнув огромный пустой контейнер, за которым он вчера укрывался от огня, Дрём сделал несколько шагов и замер, рассматривая предмет, во время боя замеченный им лишь краем глаза. На лице юноши мелькнула еле заметная улыбка…

Матово – серая призма, покоящаяся в самом углу склада, словно прикрылась от нескромных взглядов тем самым огромным контейнером. Весьма удачно, надо сказать. Стометровый контейнер надёжно спрятал древнее устройство. А сканер? Ну, что может обычный полевой детектор против аппаратуры, когда‑то созданной для того, чтобы её не могли засечь флотские системы обнаружения? Да ровным счётом ничего…

Ким медленно подошёл к распластавшейся на полу махине и осторожно провёл ладонью по шероховатой поверхности, уходящей на шесть метров вверх. По губам Дрёма скользнула улыбка, когда от агрегата пришёл отклик на его пси. И в нём было столько всего… Радость, ожидание, жалобы на долгое отсутствие и скуку… Горин… узнал, бродяга!

С тихим шипением по нижней части корпуса скользнул белоснежный луч и, очертив ровный прямоугольник в высоту человеческого роста, пропал, оставив за собой лишь тёмную линию. Секунда, и прямоугольник ушёл в сторону, приглашая Кима войти.

Сидя в кресле в небольшом полусферическом помещении, Дрём пролистывал страницу за страницей историю найденного устройства… и, просматривая записанные машиной эпизоды немногочисленных попыток её взлома, всё больше поражался тому, насколько много знаний утратило человечество за каких‑то шестьсот лет.

Нет, будь у горе – исследователей больше возможностей и инструментов, они, наверное… когда‑нибудь… может и вскрыли бы машину, но то ли времени не хватило, то ли желание захапать себе все славу вскружило головы, а справиться своими силами здешние археологи не смогли, но в результате аппарат перевезли сюда для последующей доставки в метрополию. А археологам осталась только стазис – камера с Кимом… дескать, по ней результаты были, а значит, и передавать кому‑то «материалы для дальнейшей работы» надобности не было. Эту информацию выудила из окружавших интеллект – систем сама машина и теперь с готовностью делилась ею с Кимом, словно жалуясь на годы бездействия и месяцы «истязаний», когда горе – археологи её только что из плазмобоев не обстреливали.

– Ничего, приятель. Придёт наше время… Эх, узнать бы ещё, как мы вообще могли в такой ситуации оказаться? Где Корпус Сервус и где Агора! Выкрали нас с тобой что ли? Стоп… стоп! Все записи потом. Пиши мой идент, связь будем держать через твой передатчик. Договорились? А сейчас, извини, мне пора… Скоро встретимся снова.

От пси – модуля пришла волна радости, и Ким невольно улыбнулся. Конечно, машина, она машина и есть, даже оснащённая пси – модулем, и ни о каком искусственном интеллекте, этой мечте изобретателей всех времён, здесь и речь не идёт. Но… разумность на уровне домашнего питомца, вроде вечных спутников людей – собак, это тоже очень немало.

Вообще, общение со знакомой до последнего винтика машиной было… словно встреча двух старых знакомых, волей судьбы встретившихся в чужом мире. Впрочем, если подумать, примерно так оно и есть. Что такое время, как не расстояние? Расстояние, которое можно пройти только в одну сторону…

И покидая склад, Ким будто расставался с этим самым знакомым. Было грустно и… светло. Грустно от накатившего в очередной раз осознания полного одиночества, и светло от маячившего на краю сознания и послушно транслируемого морф – системой клубка эмоций пси – модуля машины, прошедшей с Дрёмом все годы учебки Корпус Сервус.

Глава 7

И кто кого?

Подобрав на обратном пути «гулявшего» по офицерскому жилому блоку дроида – разведчика, Ким вернулся в зелёную зону, чтобы тут же попасть под раздачу.

Нет, никто не заметил его похождений и никаких претензий не выставлял. Но в хозяйстве Ирен произошёл затык. Три дроида – погрузчика из тех, что вроде были на ходу, едва их нагрузили работой, задымили один за другим и вырубились. Хорошо ещё, что их платформы имели автономное питание, как раз на подобный случай, и не рухнули наземь, рассыпав груз. Но ввиду того, что сама Ирен и без того зашивалась с добрым десятком работающих погрузчиков, отвлечься на ремонт сломавшихся дроидов она физически не могла. А Ром был занят приготовлением обеда…

В общем, стоило Киму появиться в рекреационной зоне, как Хрон в приказном порядке бросил его на ремонт полетевших погрузчиков, а после обеда Дрём уже по собственной воле взялся помогать братьям Лой в погрузке, таская со складов всякую «неформатную» мелочёвку, сведённую Ирен и Ромом в отдельный список.

Сам владелец мастерской стоял на приёмке, сверяя притащенное погрузчиками с номенклатурой, и контролировал размещение груза в машинах. А вот Лими и Нора отдыхали… сидя за голопроектором, демонстрирующим данные системы наблюдения, размещённой на поверхности. На всякий случай… Не при делах оставался только Хрон, но он сидел с таким задумчивым видом… сразу видно: командир!

Перешедший в походный режим, сложивший конечности дроид – охранник, превратившийся по виду в металлопластовую сферу, прикатился в зелёную зону совершенно самостоятельно и… незаметно для систем наблюдения. Точнее, Ким заставил их не заметить визит убийственной машины. А потом Дрём смог запихнуть дроида в специально освобождённый для этих целей инструментальный контейнер под пассажирским сиденьем. Ну а зафиксироваться в нём, чтобы не выдать своё местонахождение стуком о стенки контейнера, дроид может вполне самостоятельно. Для этого ему понадобилось просто немного «раскрыться» и встать враспор. Толковая механика, универсальная.

Сообщать о своём приобретении команде Ким не стал. А что? Хрон же советовал поберечься, вот он и обеспечивает свою безопасность, как может. Кража? Крысятничество? Ну уж нет. Крысятничать значит обирать своих, а топаканец чётко показал, что «своим» он Кима не считает. Или можно расценивать его угрозы как‑то иначе? Вот – вот… Про попытку содрать с Кима кучу денег за доставку сорсита на его же собственном транспортнике и вовсе можно умолчать. Хотя это уже попахивает крохоборством. В конце концов, машинку можно было бы закрепить на крыше «Рокота», благо тяги у агрегата вполне хватило бы, и на добавочный вес даже с учётом загруженного под завязку прицепа можно было бы не обращать внимания. Но… нет так нет. Доверие вообще штука очень хрупкая.

Взять, к примеру, Лими и Нору. Нормальные девчонки… вроде бы. И к Киму никаких негативных чувств не испытывают… вроде бы. Но это не помешало им без какого‑либо предупреждения слить запись боя с дроидами тому же Хрону. С одной стороны, в этом нет ничего страшного, с другой же… Ким ведь не требует, чтобы у него спрашивали разрешения, но хотя бы предупредить можно было? Ладно, к харгам всю эту муть! Впредь будет умнее… и осторожнее.

В конце концов, он же не полевой агент, а орм! Его задача – сидеть в разведмодуле, собирать информацию об интересующей флот системе или обеспечивать подавление систем контроля противника, глушить системы связи и наблюдения… обеспечивать информационное прикрытие диверсов, наконец! Но уж точно не скакать по лесам, полям и горным кручам, изображая из себя супершпиона из голопостановки!

Ким закончил упаковывать вытащенные из контейнера инструменты в один из кофров и, вздохнув, отправился в душ. Время его дежурства закончилось, девчонки давно спят, так что можно будет немного расслабиться… Конечно, полевой санблок это не роскошь ванной комнаты при мастерской Рома, но покайфовать можно и в том подобии сидячей ванны, что имеется в душе… в горячей воде с тубой холодного местного пива в руках.

Дрём заглянул в холодильник и фыркнул. Размечтался. Лими с Норой, очевидно, тоже по достоинству оценили это удовольствие… и вылакали всё пиво, что он заложил в холодильник! Вот ведь… оторвы!

– Ирен…

– Не спится? – Откликнулась инженер, коротавшая дежурство за просмотром какой‑то документации. Должно быть, прикидывает, что будем грузить в ее машину.

– Можно и так сказать. Хотел принять ванну… – Вздохнул Ким.

– И? Нужна компания? – Подколола Ирен. – Так у тебя в машине целых две красавицы томятся. Только свистни, они тебе с удовольствием спинку потрут… а может и ещё что‑нибудь. Но это уже будет зависеть от твоего красноречия.

– Вот… опять ты за своё. – Покачал головой Дрём. – Я же уже говорил, у меня есть девушка, и она ждёт меня в Вейне.

– Пф… где мы, а где Вейн. – Фыркнула инженер и лукаво улыбнулась. – И ведь никто ничего не скажет… особенно, если ты догадаешься заглушить пишущую аппаратуру. В объёме санблока или даже твоего «Рокота» это несложно. Даже я смогу…

– Хм. На самом деле я просто нацелился на тебя. – Прищурившись, абсолютно серьёзным тоном ответил Ким, отчего только что зубоскалившая инженер подавилась тоником, тубу с которым только – только поднесла ко рту.

– Кха… кхем… удивил. Честно. – Выдала она, справившись с кашлем, и, обозрев фигуру стоящего перед ней юноши долгим изучающим взглядом, развела руками. – Но извини, мальчик… меня интересуют мужчины постарше.

– Уверена? – Ким наклонился к сидящей в кресле женщине, так что его физиономия оказалась в считанных сантиметрах от её лица, и тихо, почти шёпотом прошептал, – много теряешь. Да и слухи о моей молодости несколько преувеличены… Хм?

Последние слова без малейшей доли пси он буквально выдохнул, почти касаясь приоткрытых от удивления губ Ирен. В её глазах мелькнула неуверенность, разбавленная толикой страха. Женщина попыталась отстраниться, но в результате только вжалась в кресло. Ким же, неожиданно подмигнув, резко отстранился и заговорил совершенно обычным тоном без капли флирта.

– Я, собственно, пришёл спросить, у тебя не найдётся тубы холодного пива? А то мой запас в холодильнике был нещадно разграблен двумя наглыми малолетками, а так хочется посидеть в горячей ванне с пивком…

– Ким… ты… ты… мелкий паршивец! Харгов Ромери! – Выдавила Ирен и внезапно расхохоталась. – Уел, поганец!

Вскочив с кресла, женщина потянулась, отчего моментально натянувшийся рабочий комбез тут же обрисовал её тело до последнего изгиба, и, бросив на Кима насмешливый взгляд из‑под опущенных белоснежных ресниц, Ирен скрылась в своём «Борее».

– Лови! Заслужил. – Высунувшись из салона, улыбающаяся женщина бросила Дрёму связку из четырёх холодных, покрытых изморозью туб.

– Спасибо. – Искренне поблагодарил её Ким. – Но мне хватит и одной.

– Бери – бери. По себе знаю, в ванну лучше забираться, имея при себе небольшой запас… Главное, не переборщить. – Отмахнулась инженер.

– Ещё раз, спасибо. Я уже положил пять штук в холодильник, так что, к концу твоего дежурства оно как раз охладится. Тогда и верну. Идёт?

– Ким, не морочь мне голову. Еще не хватало нам пивом считаться. Не порть впечатление. – Ирен не сдержала смешка и договорила. – И вообще, кто знает, может кому‑то ещё захочется отдохнуть в горячей ванне с холодным пивом… а у тебя уже всё готово!

– Снова начинаешь? – Прищурился Ким.

– Всё – всё – всё. Больше никаких намёков на твоих пассий. – В притворном испуге замахала руками Ирен и усмехнулась. – Иди уже… не мешай мне дежурить.

– Понял, осознал, исчез. – Кивнул Дрём, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

Кто не провёл пять лет, живя по расписанию учебки Корпус Сервус, где на личную гигиену курсантом отводилось три с половиной минуты, а вместо обычного водяного душа к услугам был только сухой «пустотник», тот никогда не поймёт этого блаженства… Лечь в горячую воду, почувствовать, как она смывает усталость и напряжение после долгого дня, нежно обволакивает тело, погружая его в расслабленную негу… ощутить на плечах маленькие, но сильные ладони, разминающие мыш… Стоп! Что?!

Ким вздрогнул, открыл глаза и невольно выматерился шёпотом на русском, увидев перед собой тёмные омуты глаз, полные губы, изгибающиеся в о – очень соблазнительной улыбке, и завесу белоснежных волос…

– Ирен? – Тихо выдохнул он, глядя в глаза склонившей над ним женщины.

– Я же предупреждала, что кто‑то ещё может захотеть отдохнуть в горячей ванне с пивом. – Мурлыкнула она, явно наслаждаясь тем, что загнала Кима в то же положение, в котором была сама всего десять минут назад. Правда, тогда они оба были одеты, а сейчас…

– Ты… ты что де… – Поняв, что скользнувшая к нему в ванну женщина одета ничуть не больше, чем он сам, выдавил из себя ошарашенный Ким, не сводя заворожённого взгляда с гибкого смуглого тела…

– Проверяю твою взрослость. В конце концов, у меня никогда не было настоящего Ромери… – Ответила Ирен раньше, чем он смог сформулировать вопрос. – Или ты думаешь, что можно так просто меня подразнить и… в кусты? Не выйдет, милый… Сказал «а», будь добр, скажи и «б»… а потом «в» и все остальные буквы алфавита… и может быть не раз. До утра ведь ещё до – олго…

– Но… но… у меня… – Договорить Дрёму не удалось, пальчик «гостьи» лёг на его губы, заставляя замолчать.

– В Вейне девушка. Я знаю. – Кивнула Ирен, руки которой как‑то незаметно переместились с плеч Кима и принялись «гулять» по его телу. – И как я уже сказала… она там, а ты здесь. И никакие гипотетические сенсоры сейчас здесь ничего не видят и не слышат. А там… кто знает, может, мы с ней подружимся… а может, даже не увидимся и пойдем каждый своим путём. Понимаешь?

– Да, но… а – а… там Лими с Норой… – Ухватился за соломинку Ким, но в этот момент его взгляд «споткнулся» об обнажённую грудь Ирен, и договорить он не смог.

– А им нужно было быть поактивнее. Нечего клювом щёлкать… я успела первой. А они опоздали. – С довольной улыбкой проговорила «гостья» и, наклонившись к уху Кима, тихо – тихо уточнила. – Ведь успела же, правда?

– Правда. – Ответил Дрём и послал всё и вся к тёмным звёздам…

Глава 8

Методы лечения

– Может быть ты и Ромери, но ведёшь себя, как обычный влюблённый мальчишка. – Проговорила Ирен рано утром, наблюдая за метаниями хмурого Кима. Парень замер на месте и обернулся к сладко потягивающейся женщине. – Что? Терзают угрызения совести?

Дрём подумал и неуверенно кивнул.

– Всегда подозревала, что мужчины умнеют только к полувеку… да и то не все. – Покачала головой Ирен. – Глупый. Ты что, намерен её бросить? Нет. Ну и в чём проблема? Мучаешься, сомневаешься, выматываешь себе нервы… или ты никак не можешь решить, кто из нас лучше? Так могу успокоить. Я – точно лучше.

– Ирен, ты опять морочишь мне голову.

– Это призвание женщин, милый. Заморочить мужчине голову, закружить, заворожить. Привязать и не отпускать… Но с последним у нас частенько бывает облом. Перебарщиваем. Вы, мужики, полигамны от природы. Встречаются, конечно, уникумы, но они, к сожалению, скорее исключение, чем правило. А это значит, что умная женщина должна время от времени позволять мужчине ходить «налево».

– Странное рассуждение.

– Всё‑таки ты ещё мальчик. – Грустно улыбнулась Ирен. – Несмотря на своё происхождение и возраст. Наверное, тоже особенности Ромери, взрослеете медленнее… Впрочем, я не о том. Запомни, Ким. Настоящая женщина не та, ради которой можно бросить любую другую, а та, к которой хочется вернуться, невзирая на прелести остальных.

– И как эта мудрость поможет мне в моих «метаниях»? – Угрюмо осведомился Дрём.

– Ну, вообще‑то, никак. – Пожала плечами Ирен. – Зато сейчас ты можешь спросить себя, чего тебе больше хочется, остаться со мной или вернуться к своей вейнской пассии. И ответив на него, на какое‑то время определиться с тем, какая женщина для тебя «настоящая».

– На какое‑то время? – Переспросил Ким.

– А ты думал? – Развела руками Ирен. – Как говорил один древний мудрец, «ничто не вечно под луной». Всё течёт, всё меняется. И чувства человека, его мировоззрение тоже меняются, а соответственно, и предпочтения. Так что, реально ты можешь определить лишь, что важно для тебя сейчас. Кого ты любишь сейчас. Кого ты ненавидишь сейчас… и никогда, Ким… слышишь, никогда не обещай ничего «навсегда». Это обман. Самый сладкий и самый горький… от такого, бывает, умирают, знаешь ли… – К концу своего короткого монолога женщина говорила зло и резко, сверкая глазами, словно дикая кошка. И это… откровенно пугало. Уж очень быстрым оказался переход от ленивой неги к холодной ярости.

– Ирен…

– Иди, Ким. Выспись, приведи себя в порядок… и готовься к отъезду. Думаю, сегодня ночью мы сможем покинуть эту харгову базу… Стой… стой, Ким… нет… усл… м – мм…

Наверное, было бы лучше, если бы он действительно послушался Ирен и покинул её постель сразу, как она этого потребовала, но… Дрём просто побоялся оставлять её в том раздрае, в который женщина сама себя загнала в считаные секунды, и воспользовался единственным пришедшим ему в голову способом. Лезть в её пси он не рискнул. От Ирен шибало такой смесью чувств, что даже топаканскому профи из Корпус Сервус могло крышу сорвать!

– Я опять ошиблась… с вами, Ромери, оказывается, это так просто… – Расслабленно проговорила женщина, когда они угомонились. – Спасибо, Ким. А теперь тебе действительно пора идти, если не хочешь познать на себе всю силу ревности двух женщин… уточню, юных, глупых и чрезвычайно импульсивных женщин, которые вот – вот должны проснуться.

– Ты откуда знаешь? – Удивился Ким.

– Всё просто, через час их дежурство. – Улыбнулась Ирен.

– Дежу… харг, нас же наверняка было слышно!

– Опомнился. – Потягиваясь, фыркнула довольная инженер, но заметив взгляд Дрёма, покачала головой. – Успокойся. Хинт и Онто не будут болтать. К тому же, они мне должны…

Как ни странно, но эта утренняя вспышка страсти завершилась тем, что успокоилась не только неизвестно отчего взбеленившаяся Ирен, но и сам Ким. Плохо это или хорошо… как знать? Но засыпал Дрём спокойным и довольным… Почему? Бог весть, человек до сих пор остаётся самой плохо изученной скотиной на свете…

А вечером того же дня тай Хрон в самом деле объявил, что погрузка окончена и в полночь группа выдвигается в обратный путь.

Глухо урчали нагруженные двигатели, тихо скрипели под колёсами камни и короткая, но очень тяжёлая колонна медленно катила вниз по осушённому руслу реки, нащупывая путь сенсорными комплексами и ПНВ. Правда, выделенный ему прибор ночного видения, в отсутствие в кабине Лими и Норы, Дрём бросил на пассажирское сиденье. Ему хватало и того, что предоставляла морф – система. А учитывая, что он шёл замыкающим и впереди маячил прицеп «Борея», он, наверное, мог бы ехать и вовсе без каких‑либо приспособлений для ночного видения. Вот только Хрон предупредил, чтобы группа следила не только за дорогой, но и за окружающим пространством. На всякий случай.

– Ким… – Едва за бортом рассвело, в кабину пробралась заспанная Лими и протянула Дрёму тубу с тоником. – На.

– Спасибо… С чего вдруг такая забота? – Поинтересовался Ким.

– Привычка. – Пожала плечами девушка, но тут же спохватилась. – А чем ты, собственно, недоволен?

– Почему, доволен… – Откликнулся Ким. – И даже спасибо сказал, если ты не заметила… Эй, Лими?

– Я тут посплю, ладно? – Сонно отозвалась та и, не дожидаясь ответа водителя транспортника, свернулась калачиком на пассажирском сиденье. Ким фыркнул и, выудив со своего спального места одеяло, укрыл им сладко засопевшую девушку.

– Спа – аси – ибо. – Сквозь сон пробормотала Лими.

Возвращаться, следуя тем же маршрутом, Хрон не стал и, едва колонна, поливаемая мелким противным дождём, добралась до знакомых болот, свернул в совершенно другую сторону.

– Идти тем же маршрутом опасно, поэтому пойдём через перевал. – Разнёсся голос топаканца по «циркулярке», и на миг притормозившие машины вновь тронулись вперёд, мешая колёсами грязь и воду. Ким передёрнулся. М – да, это не горячая ванна… От ночных воспоминаний щёки юноши резко запунцовели, так что пришлось даже чуть приоткрыть боковое окно, в которое моментально ворвался холодный влажный воздух. Бр – р… Ну, хоть в себя пришёл…

На ночь остановились на самом краю поймы всё той же бурлящей реки, по ступице в воде, но на твёрдом грунте, лезть в центр этого месива не рискнули, да и куда, если даже на стоянке просто выбраться из машин, чтобы размять ноги, было нереально. Но выход нашёлся… на крышу. Ужинали ирпами, хотя Ром предлагал и Ирен, и Киму с подругами перебраться в «Магну», прыгая всё по тем же крышам, чтобы поесть «человеческой пищи». Но дождь усилился, и лезть под стену из холодной воды никто не пожелал.

Обиженных не было. Все прекрасно понимали, что возвращаться тем же путём, которым добирались на базу, было бы слишком рискованно, тем более, что уйти от преследования на тяжело груженых транспортниках шансов нет.

В путь выдвинулись затемно, дрожа от пробирающегося даже в салоны машин влажного холода, продирающего до костей… или это так только казалось из‑за раннего подъёма? Как бы то ни было, просветы среди туч, ещё недавно плотно обложивших небо, все встретили с радостью. «Циркулярка» тут же наполнилась голосами, и только грозный рявк Ирен заставил людей примолкнуть.

– Вышли в Моррейн. Молчание в эфире. – Хватило одного этого замечания, чтобы гомон стих окончательно. Ким хмыкнул и, развернув панель с клавиатурой под голопроектором в сторону сидящей рядом Норы, кивнул на прибор.

– Второй канал, закрытая линия с её передатчиком – сканером. Спроси у Ирен, что это за Моррейн такой…

– Это я тебе и сама могу сказать. – Фыркнула Нора.

– Слушаю.

– Моррейн, это условное название территории, находящейся под влиянием города Морн. У них одна из самых мощных станций слежения – накрывает территорию радиусом в восемьсот километров. И их внимание нам лучше не привлекать.

– Что, настолько мощная станция, что может отслеживать даже переговоры в группе? – Удивился Ким.

– Ходят такие слухи. – Пожала плечами Нора.

– А у Вейна…

– Очень натянутые отношения с Морном и его жителями. – Даже не дослушав вопрос, девушка подтвердила догадку Кима.

– Поня – атно. – Протянул он. – Что ж, будем надеяться, что нам удастся миновать их территорию без шума и пыли.

И им действительно это удалось. Возможно, потому, что маршрут движения колонны, проложенный Хроном, цеплял земли Морна лишь самым краешком, так что уже через сорок километров колонна свернула в сторону и втянулась в узкую долину меж двух отрогов Синих гор, надёжно прикрывших их от чуткой станции «злых моррейнцев».

Дорога, если можно так назвать направление, по которому двигалась колонна, постепенно забиралась всё выше и выше в горы, так что к вечеру они остановились на ночную стоянку посреди снежных наносов. Машины покрылись коркой льда, а грязь, килограммами налипшая на их борта, промёрзнув насквозь, превратилась в натуральный камень. Холод… здесь царят только снег, лёд и холод!

Ну, хоть поужинать по – человечески удалось, и то хорошо. А Ром расстарался, словно извиняясь за пропущенный вчера ужин, и накормил всю группу чуть ли не праздничным обедом. Такого Ким даже в его доме не едал… Правда, в этот раз пришлось обойтись без алкоголя, но вздыхал по этому поводу разве что сам Ром при молчаливой поддержке Тарна. Остальным и так было хорошо…

А следующим утром отчаянно буксовавшая в снежниках колонна, спасавшаяся только выведенными на рабочий режим дроидами, с натугой вытаскивавшими транспортники из заносов, наконец, добралась до перевала. Задерживаться в седловине меж двух горных вершин они не стали и, сверкнув солнечными бликами на обледенелых бортах, тут же начали спуск вниз – снова к дождям и грязи…

Глава 9

Дроиды как веский довод в споре

– Повезло ещё, что прошли в солнечный день. Могли бы застрять на несколько суток из‑за ледяного бурана. – Заметила Ирен, когда вечером на стоянке Ким заглянул в её «Борей». – Отвратительная штука, знаешь ли… Град лупит не хуже пуль из кинетички, из машины без шлема нос не высунуть… Дождь куда лучше… даже как‑то уютно… слышишь?

За бортом действительно шёл уже привычный дождь, после мороза на перевале казавшийся тёплым и, в самом деле, привычно уютным. Ирен завозилась в объятиях Кима, устраиваясь поудобнее, улыбнулась и, прикрыв глаза, тихо заговорила.

– Неужели я тебя действительно заворожила, а?

– Кто знает, Ирен. Кто знает… – Ким и сам уже не знал, что думать. Его тянуло к этой странной, взбалмошной и нежной женщине, необычной… и дело не в смуглой коже, удивительно сочетающейся с белоснежными от природы волосами… Как объяснить то, чего не понимаешь, но… жаждешь? Когда от одного взгляда в груди разливается тепло, а в голове начинают вспыхивать самые сумасшедшие мысли… Страсть? Любовь? А Нари? Ким тряхнул головой… от одного воспоминания о рыжеволосой девушке на губах появлялась глупая улыбка, а сердце… начинало выбивать суматошную дробь. Дурдом!

– Не мучайся, Ким. Разберёмся потихоньку. Вот вернёмся в город… – Как‑то даже мечтательно протянула Ирен и, неожиданно открыв глаза, усмехнулась такой знакомой насмешливой улыбкой. – Увидишь, всё устаканится. Так или иначе. А пока… обними меня покрепче… поцелуй… и иди к своим цербершам, пока они не начали поиски и дознание. В этом случае целостность твоей шкурки я гарантировать не могу.

Нехотя Ким выбрался из кресла в салоне «Борея» и, взяв обещанный поцелуй, нырнул в сырую морось за бортом машины. Добравшись до «Рокота», Ким распахнул люк кабины, укрывшись под ним, как под зонтом, и лишь дождавшись, когда умный комбез освободится от дождевой воды, забрался внутрь машины под ворчание Лими и Норы. Холода он, видите ли, в салон напустил… Можно подумать, что сидеть в мокром комбезе очень приятно?! А холод… так через минуту снова станет тепло. Благо, с обогревом машины проблем нет.

Слушать трёп спутниц Киму быстро надоело, и он решил пошарить по циркулярке, перекинуться парой слов с Ромом, например, или выудить из Тарна одну из его охотничьих баек… но вместо этого нарвался на совсем другой разговор, явно не предназначенный для посторонних. Заметив, что случайно ворвался в приватный канал, Дрём собрался уже отключиться, но услышал своё имя и… перевёл его на свой браском. Волноваться о том, что его засекут, причин не было. В конце концов, работа ведётся через его собственный передатчик, приспособленный Ирен для связи внутри группы, так что основные коды доступа и логи все равно не доступны никому, кроме него самого…

– Когда?

– Завтра… может, послезавтра.

– Ты уверена?

– Не уверенной можно быть, когда видишь сотни равнозначных вероятностей. Но когда не видишь ни одной, уверенность, это единственное что остаётся. – Глухо проговорила Ирен и почти прошептала… – Я просто не хотела… так. Хоть немного… понимаешь, Хрон?

– Понимаю… – Внезапно топаканец напрягся. – Ирен, проверь канал, немедленно!

Морф – система, повинуясь невысказанной команде Кима, тут же отключила его от линии, а парень, моментально поняв в чём дело, попытался взять эмоции под контроль. Запереть… чтобы, не дай тёмные звёзды, хоть что‑то просочилось за щиты. Поздно, конечно. Захлестнувший вал чувств от мелькнувшей в голове Кима догадки уже докатился до старого топаканца, и определить их источник Хрону не составит проблем. Но Ирен… Кто бы мог подумать, что рядом всё это время находится такой уникум?! В Корпусе их называют… называли Мастерами Вероятностей. Люди, чьё пси развивалось по совершенно особому пути. Люди, видящие сотни и тысячи вариантов событий и развития ситуации. Монстры аналитики, по сравнению с которыми системный кластер интеллект – систем, не более чем убогий калькулятор! Сколько легенд о них ходило… сколько баек! И при этом они всегда оставались тайной за семью печатями…

Успокоившись, Ким и сам не заметил, как погрузился в воспоминания. Учебка не была самым лучшим временем в его жизни, но там он хотя бы не был занят только вопросом выживания, и приятных моментов хватало… а тут ещё и Горин подключился, почуяв внимание хозяина. Тот самый найденный на складе особистов агрегат… Вместе вспоминать общие приключения, тренировки и испытания было куда веселей. Полуразумная машина то и дело подкидывала выуженные из своей абсолютной памяти моменты, неизменно вызывавшие у Кима улыбку. Нет, Горин не способен сам определить, что смешно, а что грустно, чувство юмора, к сожалению, прерогатива только разумных, зато он может ориентироваться на эмоции своего хозяина и предоставлять ему «воспоминания» с соответствующими маркерами.

Вообще, эта система была придумана вовсе не для развлечения или комфорта пользователя. Просто одной из самых частых проблем людей, работающих с потоками данных, было перенапряжение, порой вызывавшее амнезию. И такие вот насыщенные эмоциями личные воспоминания, сохранённые машиной, были лучшим способом поставить мозги переработавшего специалиста на место.

– Ким, ты в порядке? – Озабоченный голос Лими вырвал юношу из раздумий. Он непонимающе огляделся и, наткнувшись на обеспокоенные взгляды девушек, помотал головой.

– А что случилось? – Спросил он.

– Ничего. Показалось… – От голоса Хрона, раздавшегося из салона, Ким вздрогнул.

– Ты точно в порядке? – Нахмурилась Нора. Ну да, настырности девушке не занимать.

– Да, точно. Точно. – Подруги переглянулись, смерили сердитыми взглядами маячившего у самой перегородки топаканца и, что‑то одновременно пробурчав, вернулись в «свою» часть салона. В последнее время, будто что‑то почуяв, Лими и Нора старались свести общение с Дрёмом к минимуму… нет, отчуждённости не было, но и прежней непосредственности в их отношении к нему поубавилось. Причин Ким не понимал, но сам факт его радовал… точнее, дарил спокойствие. Ему и шуточек Ирен хватало за глаза… Ирен… хм, было ведь что‑то про видения мастеров вероятностей… нет, не вспомнить. В учебке и без того хватало информационной нагрузки, и к бессмысленным, на взгляд Дрёма, байкам он старался не прислушиваться. Зря, как выясняется. Сейчас, глядишь, лучше понимал бы свою нечаянную любовницу…

Утром колонна тронулась в путь, и вновь мимо понеслись пустоши, поросшие бурой травой, подсвеченные неожиданно расщедрившимся солнцем.

Машины как раз обогнули небольшой холм, когда по «циркулярке» на общем канале разнёсся предупреждающий крик Ирен, а в следующую секунду её «Борей» вдруг вспух гигантским огненным шаром. Остановившимся взглядом, будто в замедленной съёмке Ким наблюдал, как кокон кабины взлетает вверх и огненным болидом врезается в землю. Время замерло…

Вой, раздавшийся в кабине, заставил Лими и Нору сжаться от накатившего животного ужаса, а потом в рычании бьющегося о стенки кабины Кима послышались членораздельные звуки… и стало ещё хуже. Безумный истошный крик – вой «УБЬЮ!!!» был наполнен такой болью и жаждой крови, что сердце начало сбоить, а в глазах потемнело от страха… Как не описались ещё, вопрос!

А в следующую секунду прицепы всех трёх машин затрещали и их двери лопнули, выплюнув три десятка боевых дроидов из бывшей охраны базы, которые неожиданно быстро сориентировались в обстановке и, тут же открыв шквальный огонь по выскочившим из оврага пустынникам бандитов, устремились в атаку, поразительную в своей слаженности и чёткости. Загудела, зарявкала «Корна» Рома, завизжали рельсовые кинетики… Лими с Норой переглянулись и, опомнившись, включились в бой. Точнее… в добивание.

* * *

Когда наблюдатель сообщил Норману о появлении на перевале тяжело груженой колонны из трёх транспортников с прицепами, бывший «археолог» только потёр в предвкушении руки и велел готовить машины к выходу. Три транспорта, это добыча как раз по силам их команде. Главное, вовремя их тормознуть и сходу вышибить самый вместительный. Чем меньше людей останется в самом начале боя у противника, тем лучше… Нет, лучше, конечно, было бы снести сразу пару машин, вот только заряд к «Морису» остался лишь один. А значит, бить надо так, чтобы сходу нанести максимальный ущерб живой силе…

И всё вроде бы началось, как задумывали. Но только началось. Стоило вспыхнуть огромному «Борею», как от остановившейся колонны дохнуло смертью. А потом этот вой… Можно было бы подумать, что это голосит зверь. Дикий и кровожадный. Бешеный!

Впрочем… лучше бы это действительно был зверь. От накатившего ужаса команда просто не успела начать действовать по плану. И в тот миг, когда задержавшиеся «пустынники» выскочили из оврага, им навстречу уже неслись невесть откуда взявшиеся дроиды. Три десятка боевых дроидов, непрерывно палящих из всех стволов. Правда, часть из них вместе с каким‑то мальчишкой зачем‑то начала тушить горящую кабину взорванного транспортника, а остальные, в отличие от харгова плазмобоя в боевом коконе «Магны», несмотря на шквальный огонь, вроде бы не убили ни одного человека, зато остановили все шесть «пустынников»… а потом… потом начался ад!

Норману не привыкать смотреть в глаза смерти, но когда все дроиды одновременно прекратили огонь и, опустив оружие, рванули к остановленным «пустынникам», он подумал, что их управляющий вычислитель коротнуло. И пребывал в этой уверенности ровно до того момента, как первый дроид добрался до машины Хромого. Полутораметровое паукообразное тело в один миг пробило тонкую обшивку лёгкой машины, и манипуляторы дроида принялись рвать экипаж на части. И это была только первая ласточка! Тяжёлые штурмовики, более медлительные, чем их паукообразные «собратья», добрались до «пустынников» позже всех, но и им хватило работы. Когда Норман услышал, как голова водителя его машины трещит, словно спелый арбуз в лопатообразных манипуляторах штурмовика, сознание оставило бандита… С начала атаки на тот момент прошло меньше трёх минут.

– Пастух. – Меланхолично проговорил владелец мастерской, глядя на творимый дроидами беспредел. – Я думал, их не осталось.

– Сейчас один такой несуществующий тушит кабину Ирен. – Рявкнул Хрон. – А вы чего замерли? Особое приглашение нужно?!

– Чем орать, лучше бы постарался парня в порядок привести. – Заметил Ром. – Он же сейчас с катушек съедет… если ещё не…

ЧАСТЬ VI

ПРИЗРАЧНО ВСЁ

Глава 1

Сорвав маски, не забудьте надеть очки

Тай Хрон дай Таика стоял чуть в стороне от круживших вокруг обгоревшей кабины «Борея» дроидов и… не мог заставить себя подойти к только что вырвавшему голыми руками ещё пышущий жаром металлопласт люка Киму, склонившемуся над телом Ирен. Запах горелой плоти бил в нос, но парня это, похоже, не волновало. Его сейчас, кажется, вообще ничто не волновало. По крайней мере, на месте уже ставшего привычным беспокойного моря эмоций Кима топаканец «видел» лишь чёрную дыру. Пустое поле выжженных чувств. Перегорел…

– Ким. – Тай Хрон наконец решился окликнуть юношу, но тот только дёрнул плечом. Топаканец перевёл взгляд на возникших неподалёку Лими и Нору и поморщился. От них так шибало страхом…

В этот момент Ким осторожно выбрался из потрескивающего от жара остова «Борея» и, развернувшись, пошагал куда‑то в степь, бережно прижимая к груди обгоревший обрубок, ещё десять минут назад бывший взбалмошной и весёлой Ирен…

– Не ходите за мной. – Бросил Дрём, и Хрон отступил, провожая удаляющуюся фигуру долгим взглядом. Вот силуэт мелькнул у оврага… исчез… А через секунду в удивительно чистом, без единого облачка небе прокатился грохот. Гром?

Ким вернулся лишь через четверть часа, один. В чистом, будто новеньком комбезе, словно ничего не произошло. Впрочем, чтобы убедиться, что это лишь кажется, даже не нужно быть эмпатом. Достаточно было взглянуть в лицо юноши. Бледная, каменная маска с пустыми глазами…

– Эгей, здесь живой! – Это подал голос Тарн, вместе с братьями обыскивавший «пустынники» бандитов. Замершие на месте с уходом Кима, дроиды вдруг одновременно встрепенулись. И двое тяжёлых штурмовиков двинулись на возглас Лая.

– Он мой. – Одновременно выдали дроиды, и Тарн не стал с ними спорить. Точнее, с Кимом, под чьим контролем явно находились эти железяки. Отреагировав на приглашающий жест охотника, штурмовики в два движения извлекли тело из покорёженного «пустынника» и, очевидно, что‑то ему сломали, поскольку «клиент», приходя в сознание, явственно застонал от боли. Но кажется, эта мелочь «пастуха» не интересовала. Дроиды подтащили тело к стоящему в стороне Киму и, бросив его наземь, придавили сверху тяжёлыми бронированными конечностями.

Норман рискнул открыть глаза и… увидел перед собой того самого мальчишку, что во время атаки суетился вокруг горевшей кабины «Борея». Попытался презрительно усмехнуться, но наткнулся на взгляд возвышающегося над ним паренька и… воздержался.

– Око за око, так говорили древние. Я добавлю. Боль за боль. – Равнодушный, холодный тон, которым была сказана эта фраза, заставил Нормана дёрнуться.

Дроидов как‑то неожиданно стало вокруг слишком много. Они начали деловито суетиться, выламывая что‑то из покорёженных машин бандитов и тут же мастеря из добытых деталей нечто странное.

– Что они делают? – Тихо спросила Лими у внимательно наблюдающего за процессом, хмурого Рома.

– Инструмент для казни… – Тут один из дроидов подтащил к растущей на глазах конструкции реактор, выковырянный из «пустынника», и, отодрав от него часть системы, заполненную хладагентом, расположил аппарат так, чтобы раструб теплоотводной трубы реактора был направлен точно вверх.

Штурмовики рывком подняли застонавшего Нормана и развернули его лицом к получившемуся устройству. У бывшего археолога ушло меньше десяти секунд, чтобы понять, что именно он видит… и над равниной разнёсся вой, мало уступавший по силе тому, что недавно издал Ким.

– Что это… – Лими дёрнула Рома за рукав комбеза, но ответ пришёл от подруги, глядящей на конструкцию, построенную дроидами, с нескрываемым ужасом.

– Гриль.

– Не надо! Прошу! Я всё сделаю! Не надо! Не – ет! – Крик Нормана оборвался, когда перехватившие его у штурмовиков, более ловкие паукообразные дроиды ткнули в рот вопящему кусок какой‑то ткани.

– Что? – Не поняла Лими, но заметив, как железяки примотали пленника к конструкции, побледнела. Реактор взвыл, переходя в режим сброса тепла, тело бандита над раструбом дёрнулось и принялось медленно вращаться в дрожащем от жара воздухе.

Хрон покосился на наблюдающего за экзекуцией Кима и, попытавшись коснуться его чувств, отпрянул. Чёрной дыры больше не было. Вместо неё только огонь мрачного удовлетворения и боль… Жуткое чувство.

Словно почувствовав взгляд топаканца, Дрём повернулся к нему.

– Я вспомнил. Мастер вероятностей перестаёт видеть варианты, когда находится на пороге смерти. – Шагнув к Хрону, тихо проговорил Ким. – Ведь так?

– Да. – Хрипло ответил топаканец. Они словно поменялись местами. Сейчас от невозмутимости Хрона не осталось и следа, а к лицу Дрёма словно приросла маска равнодушия и отрешённости.

– Ты знал это… и промолчал. Не предупредил. Не перевёл отряд в повышенную боевую готовность. – Ткнув пальцем в грудь топаканца, проговорил Ким. – Значит, в её смерти есть и часть твоей вины.

Хрон похолодел, машинально оглядываясь на суетящихся вокруг дроидов, занятых сбором разбросанного на месте боя имущества…

– Может быть, ты прав. Я командир, и это моя вина.

– Частично. – Уточнил Ким, не обращая никакого внимания на собравшихся за его спиной братьев Лай, сжимающих в руках оружие. – По возвращении в Вейн мы расторгнем контракт. Я не могу работать с человеком, не берегущим собственных людей. Долю Ирен положишь на её счёт в банке.

– Но она…

– У неё есть наследники. Ты же не станешь их обманывать? – В глазах Кима на миг блеснула искорка интереса, но тут же погасла.

– Разумеется. – Кивнул Хрон, постепенно возвращая себе самообладание. – Что будем делать с трофеями?

– Дроиды разберут и упакуют. А дальше, что хотите. Я свой уже взял. – Отозвался Ким, кивнув в сторону хрипящего на «вертеле» бандита, и, развернувшись, потопал к своей машине. Стоявшие в метре от его линии движения, Лими и Нора шарахнулись в сторону, едва он поравнялся с ними. Дрём остановился, бросил на девушек долгий изучающий взгляд и, словно не найдя ничего интересного, пожав плечами, двинулся дальше.

Железяки действительно довольно скоро ликвидировали все последствия боя и даже умудрились заделать бреши в прицепах, которые сами же и проделали, подчиняясь приказу Кима. Прицеп «Борея» дроиды присобачили на жёсткую сцепку к «Рокоту». Более миниатюрная «Магна» просто не справилась бы с такой нагрузкой… Так что, спустя час, машины готовы были тронуться в путь.

Ким проводил взглядом забирающихся в «Магну» Лими и Нору и, неопределённо хмыкнув, откинулся на спинку водительского кресла. Прикрыв глаза, Дрём попытался сосредоточиться, но мысли предательски разбегались, а в ушах всё нарастал какой‑то неопределённый шум. Тело ныло, словно он только что выдержал ещё один бой с охранниками склада особистов, покрасневшие руки, немного пострадавшие от жара даже под защитой пси, дрожали, а перед глазами плавали цветные пятна. Поняв, что вести «Рокот» в таком состоянии он не сможет, юноша вздохнул и включил «циркулярку».

– Тран, если не сложно, подмени меня за рулём, будь добр. – Проговорил он, и из уже готового тронуться с места транспортника выпрыгнул… Ром.

Потеснив Кима с водительского сиденья, владелец мастерской устроился за штурвалом и, покосившись на бледного Кима, покачал головой.

– Я подменю. Тран будет в коконе. Поехали?

– Спасибо, Ром. – Кивнул Дрём, закрывая глаза, и… вырубился.

Проснулся Ким, когда укороченная колонна уже остановилась на ночную стоянку. Потянулся, поморщившись от боли в мышцах, и, вздохнув, собрался было перебраться в салон, когда услышал приглушённые голоса, доносящиеся из‑за перегородки.

– Дуры, ему помощь нужна… – Тихо бухтел Ром, явно недовольный Лими и Норой… других особей женского пола в их компании нет… теперь нет. Ким вздрогнул.

– Нужна! Помощь психокорректора ему нужна! Маньяку харгову! – Зло прошипела Лими.

– Не собираюсь оставаться здесь ни одной лишней минуты. – Вторила ей Нора. – Находиться рядом с этим монстром? Ну уж нет. Я жить хочу.

– Именно. Брим Хрон разрешил нам разместиться в его машине, туда мы и переберёмся. А с этим… – Брезгливые нотки в голосе Лими были бы идеальны, если бы не страх в эмоциях. – С этим пусть вон братья Лай путешествуют. Этим громилам всё равно, и шансов скрутить придурка, если его опять накроет, у них будет куда больше, чем у нас.

– Вот не думал, что Моран вырастил таких трусливых сук. – Разочарованно проговорил Ром, и от девушек пахнуло изумлением, переходящим в бешенство.

– Че – его?! Ты на кого… – Взбеленилась Лими, но Ром её перебил.

– Собирайте ваши манатки и мотайте в «Магну». – Рявкнул владелец мастерской.

– Да я… да мы… – Запыхтела Нора.

– А ну убрала грабки от ствола, сопля! Ишь чего удумала! Ремня давно не получала?! Так я тебе сейчас устрою…

– Моран…

– Моран не дурак, только спасибо скажет, что уму – разуму вам в задние ворота вбил. Забрали сумки, и вон отсюда! Ну!

Хлопнула задняя дверь, и в салоне воцарилась тишина.

Глава 2

Критерии «нормальности»

За руль Ким не садился до самого Вейна. Сил вести машину просто не было. Спасибо Рому, этот двужильный не только сменил боевой кокон и любимую «Корну» на кабину «Рокота», но умудрялся всю дорогу травить какие‑то байки, которые полусонный Ким почти не слышал, да ещё и продолжал заниматься ежевечерней готовкой на всю команду. Правда, Ким предпочёл питаться в своей машине, во – первых, из‑за собственной физической слабости, а во – вторых… оказалось, что он совершенно не может есть, когда рядом кого‑то трясёт от страха… и отвращения. А есть хотелось. Жутко и постоянно. Причём настолько, что к моменту возвращения в Вейн у Кима не осталось ни одного запасённого в дорогу ирпа.

Зато в день, когда машины замерли на стоянке Хрона, он уже вполне оклемался. Морф – система, последние три дня ударными темпами восстанавливавшая свою мощность, наконец вышла на рабочий режим, и усталость от одновременного управления тремя десятками дроидов ушла, отступила, притаившись где‑то в районе затылка, напоминая о себе лишь редкими приступами головной боли.

– Ким, можно с тобой поговорить? – Топаканец распахнул дверь жилого блока, приглашая юношу войти. Тот оглянулся на остальных спутников и, не заметив никакой реакции, пожав плечами, вошёл внутрь. – Присаживайся.

– Я бы не хотел задерживаться, тай Хрон. – Покачав головой, проговорил Дрём, остановившись за спинкой предложенного кресла.

– Хм… ладно. В принципе я просто хочу уточнить пару деталей. – Чуть помолчав, согласился топаканец. – Первое. Ты твёрдо решил не идти с нами в следующий рейс?

– Да. Своё мнение я высказал. Но если ты считаешь, что этого недостаточно, могу добавить следующее. В моём присутствии в команде больше нет смысла. Все коды вскрыты и переданы на твой браском. Никаких скрытых систем защиты на базе больше нет. А работать обычным перевозчиком я не хочу. – Заложив руки за спину, проговорил Ким, глядя поверх головы собеседника.

– Что ж. Резонно… и звучит лучше, чем первая причина. Возразить нечего. – Задумчиво произнёс Хрон. – Тогда поступим следующим образом. Большая часть груза уйдёт городу и поисковикам Морана, за них рассчитаемся в течение двух дней. Остальное, это примерно четверть, должно быть подвиснет на какое‑то время. Те же полевые интеллект – системы, например. В таких количествах их просто невозможно продать быстро…

– Я не против. Время у меня есть. – Безразлично заметил Ким.

– Хм… тогда, ещё один вопрос. Ты говорил о наследниках Ирен. Мне они неизвестны… но зная ваши отношения, могу представить, что она тебе о них что‑то говорила… возражать не буду, тем более, что меня просто не поймут поисковики, если я поступлю иначе. Её доля будет перечислена на счёт, но! В присутствии маршала и с твоей подписью душеприказчика.

– То есть я буду хранить коды доступа, не имея права воспользоваться ими, правильно?

– Именно. Снять или перевести кредиты на другой счёт сможет только человек, чей идент содержит её генокод или в чьём распоряжении имеется её завещание, опять же, подтверждённое генокодом. – Уточнил Хрон. Ким невозмутимо кивнул.

– Не вопрос. Я не претендую на эти деньги.

– Понял. Что ж. Тогда… все вопросы улажены… и Ким, я ещё раз прошу тебя быть осторожнее и не высовываться некоторое время из города.

– Извини, тай Хрон. Обещать не могу, но постараюсь быть максимально осторожным. – Вот только в голосе Дрёма топаканец явственно услышал требование не соваться к Киму с советами. И он не стал настаивать… напрямую.

– Смотри. Ты взрослый мальчик… сам понимаешь, чем может быть чревата небрежность.

– Не надо на меня давить, тай Хрон. – Холодно ответил Ким.

– Так я и не давлю. Ладно. Было приятно работать с тобой, тин Ким. – Топаканец отвесил короткий церемониальный поклон. Ким ответил ему таким же поклоном и, вздёрнув подбородок, растянул губы в намёке на улыбку.

– Даже несмотря на мою выходку с тем бандитом?

– Скорее, благодаря ей. – Поправил его Хрон. – Я знал Ирен больше десяти лет, она была моим другом и очень хорошим человеком, что большая редкость в нашей дыре. И могу сказать честно, моё сердце радовалось, когда я слушал хрипы того грыза.

Ким понимающе кивнул и, распрощавшись с топаканцем, вышел за дверь, чтобы тут же попасть в лапы Рома.

– Так, давай за руль, и поехали в мастерскую. Впереди три дня отдыха, и я не хочу потерять ни единого мгновения из них.

– Вечером, у Ли! Ром, Ким… слышите? – Голос Тарна догнал их уже на выезде со стоянки, и штатный повар завершившейся экспедиции махнул им в окно рукой. Дескать, услышали, будем…

– Ты как, не против, Ким? – Вдруг спохватился Ром и добавил, – после случившегося тебе нужно расслабиться… Полегчает.

– Такое впечатление, что все без исключения прекрасно знали, какие отношения связывали нас с Ирен. – Со вздохом проговорил Дрём, но тут же слабо улыбнулся. – Я буду только «за»… ты прав, развеяться не помешает.

– Я рад, что ты это понимаешь. – Облегчённо вздохнул его спутник и, помолчав, произнёс. – А насчёт ваших отношений… скажем так, по – моему этого не заметили только подопечные Морана. Да и они наверняка всё поняли… после…

– Угум. – Кивнул Ким, и разговор умолк сам собой.

Лишь оказавшись в знакомой комнате при мастерской, Ким смог расслабиться. С лица ушло отрешённое выражение, а закованные в щиты эмоции наконец были выпущены на волю. Дрём тяжело вздохнул и, с силой потерев рукой лоб, решился обратиться к морф – системе.

Строки отчёта побежали перед внутренним взглядом, и чем дальше Ким читал, тем спокойнее становился. Всё работает, сбоев нет, и даже Горин нарисовался эдакой неосязаемой тенью, посылая эмоции скуки и нетерпения в ожидании новой встречи.

– Ничего, бродяга… скоро увидимся, обещаю. – Улыбнулся Дрём, толкнув соответствующий образ маячащему на краю сознания клубку эмоций. И тут же получил ответную волну радости. Ну, хоть кто‑то его ждёт…

Кстати об ожидании! Он ведь так до сих пор и не связался с Нари… Вызов ушёл с браскома в один момент, но… ответа не было. Выключила связь или до сих пор исследует те самые загадочные, но перспективные руины?

Ким недовольно глянул на браском, но прикинув так и эдак, махнул рукой. Информация о его попытке связаться до Нари всё равно дойдёт, рано или поздно… и лучше, позже. Меньше всего на свете он сейчас хотел выяснять отношения по поводу долгого молчания. Было, было у него подозрение, что никакие оправдания тут не помогут… и его всё равно признают виновным по всем пунктам.

А кроме того, прежде чем отдыхать, нужно разобраться с машиной. Отмыть её от грязи, отремонтировать вывороченный дроидом особистов люк, снять ненужные теперь перегородки и залатать немногочисленные «ранения», полученные транспортником во время той неудачной атаки бандитов… Да и ходовую неплохо было бы осмотреть…

Прикинув так и эдак, Дрём поднялся со стула и решительно направился во двор, приводить в порядок «Рокот». Заодно и от дурных мыслей избавится… наверное.

* * *

Выслушав доклад подопечных, Моран, поначалу весьма довольный, к завершению изложения Лими и Норой их приключений в поиске явно помрачнел. Окинув взглядом своих воспитанниц, старый «археолог» потарабанил пальцами по резной столешнице своего необъятного стола и, вздохнув, заговорил.

– Итак, подводя итог вашей эпопеи, я делаю следующий вывод… – Тихим голосом начал Моран. Подруги поёжились. Обычно такой тон свидетельствовал о грядущей взбучке. – Этот самый Ким, шустрый юноша, умудрившийся разделать Троя на поединке и весьма благосклонно настроенный в отношении моих подопечных, в поиске сумел всего за час вскрыть защитный периметр законсервированной военной базы, а после и вовсе подчинил её этому старому топаканскому лису. А во время ликвидации единственной накладки уничтожил одного штурмового дроида и взял под свой контроль его собрата, когда те пытались превратить вас в дуршлаг. Я ничего не упускаю?

– Нет. – Коротко ответила Нора, переглянувшись с подругой.

– Замечательно. Идём дальше… – Протянул Моран. – После «битвы титанов» парень показал себя толковым техником и на этой почве свёл тесное знакомство со штатным инженером группы, Ирен. Так? А вы, решив наказать его за то, что стал оказывать посторонней барышне знаки внимания, наоборот постарались свести своё общение с этим юношей к минимуму… Ладно, могу понять… хотя в вашу задачу не входило ни влюблять его в себя, ни влюбляться самим! Чего я действительно не понимаю, так это того, почему, узнав, что он прирождённый «пастух», способный контролировать и эффективно управлять тремя десятками дроидов, тремя, девочки! Когда флотский минимум – всего пять штук! Вы вместо того, чтобы поддержать парня, только что похоронившего свою женщину, подставить плечо и показать себя его друзьями, вдруг взбрыкнули и вообще отказались с ним общаться? Это что за саботаж, я вас спрашиваю?!

– Но, дядя Моран! – В унисон воскликнули подруги, умолкли на миг, и дальше уже говорила только Нора. – Мы же рассказывали, что он сделал…

– Убил бандита и не одного. И что? По мне, так очень правильный поступок. Этих тварей нужно давить без жалости. – Холодно осведомился тот. Девушки переглянулись.

– Не просто убил. – Нахмурилась Нора. – Последнего остававшегося в живых бандита он оставил поджариваться над включенным на сброс температуры реактором.

– То есть отомстил за сгоревшую подругу. Я понял, повторять было необязательно. – Кивнул Моран. – И что?

– Живьём! Нам нужен маньяк на базе?! – Попытались достучаться до разума опекуна девушки, но тот только вздохнул.

– Повторю: и что? Убийц ваших матерей я лично скинул в утилизатор. И что характерно, тоже живьём. Думаете, их смерть была легче или быстрее? Так заверяю вас, нет. Уроды мучились долго и качественно. – От такого заявления Морана его подопечные опешили. Заметив их изумление, глава вейнских поисковиков покачал головой. – Меня вы тоже в маньяки запишите?

Глава 3

На ловца и зверь

Вечер в заведении у Ли начался вполне достойно… да и завершился тоже неплохо. Хотя будь на то воля Кима, завтракать он предпочёл бы домашней едой на кухне у брима Рома, а не просроченным ирпом в тюремном блоке маршальской службы. И судя по мату доносящемуся из камеры напротив, владелец мастерской придерживался того же мнения.

– Батя, кончай шуметь! – Появившийся в коридоре меж камерами, маршал моментально определил личность буяна. Что было несложно, учитывая, что матерился Ром на родном языке, сильно отличающемся от интерлина. – Набарагозил, получи!

– Какое «набарагозил»?! – Рыкнул владелец мастерской. – Кто набарагозил? Я?! Да я вообще ничего не сделал! Сидел себе пил пиво с креветками, а тут…

– Стоп – стоп – стоп. – Оказавшись напротив решётки, отделявшей камеру Рома от общего коридора, замахал руками Влад. – Вот давай ты не будешь мне сейчас по ушам ездить! Сам знаешь, у Ли запись никогда не отключается. Так что, как ты там сидел и спокойно пил пиво с раками…

– С креветками. – Уточнил Ром со вздохом.

– Да хоть с морскими змеями! – Вспылил маршал. – Ты ж, медведь старый, одних зеркал в заведении на пять сотен кредитов наколотил!

– А что, мне надо было позволить себя отметелить каким‑то залётным?! – Удивился Ром, выпрямляясь во весь рост и становясь вплотную к решётке.

– О… да! Как я мог забыть?! Ещё полштуки за лечение у Роуза этих самых «залётных», чьими головами ты и расколотил харговы зеркала! Ну и в довершение, для полного комплекта, ещё тысяча кредитов штрафа. – Ничуть не смутившись угрожающим видом растрёпанного отца, проговорил Влад и добавил язвительно. – Итого, две тысячи с тебя… па – апа!

– Ни хрена себе, погуляли. – Пробурчал ошеломлённый Ким, на автомате переходя на русский, чем весьма удивил спорщиков. Настолько, что те замолчали и уставились на сидящего на жёсткой койке Дрёма. Поймав их взгляды, юноша слабо улыбнулся и кивнул. – Доброе утро.

– Все чудесатее и чудесатее. – Совершенно непонятно для Кима, хотя вроде бы и по – русски, проговорил маршал, разглядывая юного «сидельца», словно неведому зверушку. Но почти тут же Влад спохватился. – О, брим Дрём. Поздравляю, ты тоже задолжал городу тысячу кредитов.

– За что? – Со вздохом спросил Ким. – Вроде бы я особо не буянил.

– Тогда я не хотел бы видеть, что в твоём понимании означает «буянить». – Фыркнул маршал, тоже не торопясь переходить на интерлин.

– Заходи вечером, покажу в записи. – Нахмурившись, отозвался Ром.

– М – да? – Заинтересовано протянул Влад.

– И всё‑таки, что я такого натворил, что мне впаяли тысячу штрафа? – Настойчиво повторил свой вопрос Ким.

– Скажем так, тяжёлый охранный дроид, танцующий канкан в кабаке Ли, это несколько больше, чем нарушение общественного порядка, не находишь? – С ухмылкой заявил маршал, но тут же поспешил успокоить собеседника. – Так что можешь сказать спасибо, что я квалифицировал твои действия именно так, иначе одним штрафом ты бы не отделался.

– О! – Ким вздохнул. – Понятно. А я надеялся на благодарность от маршальской службы…

– Ну ты ха – ам. – Изумился Влад.

– Между прочим, Ким не так уж и не прав. – Задумчиво пробурчал Ром. – Если бы не его сумасшедший дроид, разрушений могло быть намного больше. Залётные к тому моменту уже берега потеряли, ещё немного и в баре началась бы пальба.

– Какая жалость, что при принятии решения о взыскании не было таких адвокатов, как ты, отец. – Покачал головой маршал.

– Кстати… а, действительно, почему нас не вызвали в суд?! – Изумился Ром. – Ладно Ким, но ведь половина участников – жители города!

– О да, я тоже хотел бы посмотреть на судью, зачитывающего собственный приговор со скамьи обвиняемого. – Рассмеялся Влад, но тут же посерьёзнел. – Ваше счастье, что брим Гаун, как лицо, участвовавшее в потасовке, официально делегировал мне свои полномочия на время разбирательства по этому делу. Хм… кстати, не знаете, кто так смачно влепил ему в челюсть? На записи этот момент практически не виден.

– И зачем тебе это, брим Влад? Ещё тысячу штрафа хочешь слупить? – Спросил Ким.

– За свёрнутую челюсть этого старого козла?! Да я благодарность герою объявлю!

– Вот видишь, Ким… не за восстановление общественного порядка, так за сам мордобой, но награду ты, кажется, всё‑таки получишь! – Расхохотался Ром. Маршал взглянул на изрядно поникшего Дрёма и крякнул…

– Вот ведь попал… – Грустно заключил Ким. – И что теперь, бежать? Свёрнутую челюсть судьи мне точно не простят.

– Не кипеши, Ким. – Усмехнулся Влад. – Судья не помнит, кто ему врезал, на записи этот момент не разобрать, спины других «весельчаков» закрывают. А им самим тогда было совсем не до того.

– Уже легче. – Воспрянул духом Дрём и, чуть замявшись, спросил, – м – м… ну, если всё решено, то… когда нас выпустят?

– Вообще‑то я за этим и пришёл. – Пожал плечами маршал.

– Так какого хрена мы всё ещё за решёткой?! – Взревел Ром. – Отцу нервы мотать вздумал? Вот я вспомню твоё детство, да за дедов ремень возьмусь!

– Ну всё, разошёлся. – Доверительно сообщил Киму Влад. – Может его и впрямь здесь оставить на пару дней? Всё‑таки угроза здоровью сотрудника маршальской службы… да ещё при исполнении… А так, посидит, подумает. Успокоится…

– Сомневаюсь. – Покачал головой Дрём. – Только злее станет…

– Думаешь? – Маршал окинул набычившегося отца долгим взглядом и кивнул. – Наверное, ты прав.

Щёлкнули замки, ознаменовав окончание этого театра абсурда, и архаичные решётки, заменяющие в тюремном блоке силовые щиты, разошлись в стороны, выпуская Рома и Кима на свободу. Отец ткнул Влада кулаком в плечо.

– Вечером заходи, обещал. – Успокоился владелец мастерской моментально… и тут же устремился на выход.

– Похмелье. – Пожал плечами в ответ на невысказанный вопрос Кима маршал. – А ты как, в порядке?

– Вполне. – Ответил Ким, забирая со стойки пакет со своими вещами, и тут же, проверив игольник, начал прилаживать кобуру на поясной держатель комбеза. Браском занял своё место поверх временно ушедшей под кожу ленточки интерфейса морф – системы, кольцо на палец, мелочёвку по карманам… Дрём крутанул в пальцах платёжный чип. – Хм, куда штраф платить?

По кивку маршала охранник за стойкой протянул Киму считыватель, и юноша, недовольно вздохнув, скинул нужную сумму в казну города.

– На свободу с чистой совестью, а? – Усмехнулся Влад, подталкивая Дрёма к выходу, и, уже оказавшись на крыльце офиса, резко сменил тон. – Всех участников вчерашней потасовки я уже выпустил… в том числе и залётных. Ким, будь осторожнее, мутные они какие‑то. Мои ребята говорили, когда они подъехали, «гости» как раз пытались утащить несколько человек с собой… и тебя тоже.

– Подожди, брим Влад. А разве это не твои помощники нас стопперами обработали?

– К тому моменту, ты и ещё пара человек, включая моего отца, уже были без сознания. – Развёл руками маршал.

– Поня – атно. – Нахмурившись, протянул Ким. – Спасибо за предупреждение.

– Не за что. Отец тебе доверяет, да и я гнили не вижу. Так почему не помочь хорошему человеку, а? – Усмехнулся Влад и добавил, – Но ты особо не обольщайся. Против Совета и города я не играю. Усёк?

– То есть все разборки за пределами Вейна, да? – Уточнил Ким.

– Правильно понимаешь. – Маршал резко развернулся и, не прощаясь, скрылся за дверью своего офиса, оставив Кима в довольно смурном состоянии.

Новости не радовали. Но самое главное, Ким не понимал, зачем он мог понадобиться вчерашним гостям Ли… Неужели обещанные Хроном охотники за хабаром? Да нет, как‑то слишком уж оперативно они нарисовались. Или услышали что‑то где‑то об успешном поиске местных и решили сымпровизировать? Половить рыбку в мутной воде, так сказать… Хм.

Вообще как‑то всё очень неприятно складывается. Ирен, подозрительное молчание Нари, теперь эти молодчики… Ким побарабанил пальцами по кобуре игольника и, хлопнув себя ладонью по лбу, решительно направился домой. Почему он сразу не подумал!

Ведь под шумок драки похитить намеревались не только его, но и Рома! Да, можно допустить, что это было сделано из интереса к добыче с базы «Ревело», но с тем же успехом «гости» могли прибыть и по другой причине! Ведь именно Ром изображал продавца межсистемного передатчика, и если допустить, что кто‑то заинтересовался этой сделкой… Надо предупредить хозяина мастерской, чтоб держал ушки на макушке и… осторожно, очень осторожно заглянуть в гости к компании Нари и Мика. Ведь если эти гипотетические любопытные смогли докопаться до участия в сделке Кима, то они могли узнать и о его друзьях из руин!

В свете этого предположения молчание Нари становится и вовсе зловещим… Ким прибавил шагу, потом ещё и, в конце концов, чуть не перешёл на бег. Он, может быть, и побежал бы, да в этом отпала надобность. Дрём затормозил у ворот мастерской и, глубоко вздохнув, отправился на поиски её владельца, спеша поделиться с ним своими опасениями.

Ворвавшись в мастерскую и не обнаружив там Рома, Ким запустил сушку комбеза и, опомнившись, уже нормальным шагом двинулся в магазин. Пусто. Дома? Ким поднял взгляд к потолку и, отпустив пси, прислушался к пространству. Есть отклик… двойной. У Рома гости? Хм… вроде всё спокойно. Эмоции не хлещут…

Взлетев вверх по лестнице, Дрём распахнул дверь.

– А, Ким! Ты вовремя. Я уж думал, вы с Владом до обеда на крыльце застрянете. – Кивнул ему Ром и указал на сидящего у стены гостя. – Знакомься, командир поискового отряда «Зан», Кер Тандо. Это с его людьми мы вчера развлекались…

Глава 4

Открывай ворота

Первой мыслью Кима было: «Попал!». И либо этот кряжистый и лысый Кер Тандо имеет очень развитое пси, либо эмоции слишком ярко отразились на лице Дрёма… Потому как поднявшийся со стула поисковик, выставив руки ладонями к Киму и всей своей мимикой выражая миролюбие, заговорил низким басом, как нельзя лучше подходящим для его комплекции.

– Брим Ким, успокойся, я не собираюсь на тебя нападать. Собственно, я пришёл, чтобы извиниться перед вами за поведение моих людей.

– Ким, он говорит правду, расслабься уже и опусти игольник. В конце концов, это просто невежливо! – Усмехнулся хозяин дома. Ким смущённо хмыкнул.

– Извините.

– Ничего страшного. – Отмахнулся Тандо, тем не менее, внимательно проследив за тем, как Дрём убирает «Минор» обратно в кобуру. Усевшись на прежнее место, командир поисковиков приложился к стоящей перед ним на столе кружке и, вытерев усы, с улыбкой заметил. – Хотя, конечно, в контексте нашей беседы с бримом Ромом такое поведение выглядит странно.

– Как посмотреть. – Пожал плечами хозяин мастерской, в свою очередь, с видимым удовольствием пригубив пиво из огромной кружки. – Мы только что вернулись из весьма прибыльного поиска, и его результаты могли заинтересовать некоторых менее удачливых «коллег». Да и поведение твоих людей, пытавшихся вчера умыкнуть нас с Кимом, тоже не располагает к доверию, согласись?

– В таком разрезе… м – да. Понимаю… – Тандо покачал головой. – Ещё раз прошу прощения за происшедшее недоразумение в баре. Иногда мои люди слишком непосредственны и часто не думают о последствиях. Но они хорошие парни, и у них и в мыслях не было причинить вам реальный вред.

– То есть они пытались нас похитить, чтобы предложить партию в кости? – Язвительно уточнил Ким.

– Нет, они просто решили, что это хороший способ вас разговорить. Видите ли… – Тандо скривился. Мужику явно было не по душе всё происшедшее. – Мы ищем одного человека. Своего человека. И я полагаю, что вы можете знать что‑то о нём.

– Хм… я много о ком чего знаю. Можно конкретнее? – Оторвавшись от кружки с пивом, прогудел Ром.

– Не так давно, мой подчинённый сообщил, что нашёл интересное предложение в сети…

– Системы связи наземного базирования, да? – Вздохнул Ким.

– Именно. – Кивнул Тандо. – Потом он доложил, что выкупил лот и направляется к нам на базу… Это был последний сеанс связи. Больше о нём нигде ничего не слышали. Харг с ним, с передатчиком, но Дорк дай Талаика был в моей команде со времён вторжения! Как и остальные ребята. И мы очень хотим знать, куда он делся… и кто в этом виноват!

Тандо стукнул по столешнице здоровым кулаком, и крепкий тяжеленный стол подпрыгнул.

– Ясно. – Медленно проговорил Ром и перевёл взгляд на Кима. – Что думаешь?

– То же, что и ты. Учитывая, что покупателя мы видели лишь во время совершения сделки, я не могу даже утверждать, что он был тем, за кого себя выдавал. В конце концов, подделать идент в настоящих условиях – не проблема. Но если предположить, что покупателем был дай Талаика, то вывод может быть только один. Сделку слили.

– Маршальская служба? – Напрягся Тандо.

– Исключено. О предстоящей сделке знал только сам маршал, как раз во избежание возможной утечки информации. А ему самому подобное было просто не нужно.

– Уверены? – Прищурившись, проговорил командир поисковиков.

– Если только он не решил получить наследство раньше времени. – Усмехнулся Ром и пояснил, увидев недоумение, написанное на лице собеседника. – Он мой сын.

– По сообщению Дорка, при совершении сделки присутствовали ещё трое. – Медленно проговорил Тандо, переводя взгляд на Кима. Тот кивнул.

– Я и мои компаньоны, нашедшие этот самый передатчик в руинах старого города. Собственно, это была наша сделка, а брим Ром просто согласился помочь с её проведением.

– И к чему были такие сложности? – Не понял Тандо. Это не было попыткой давления. Мужик действительно не понимал смысла таких ухищрений и просил объяснений. Именно поэтому Ким так спокойно и воспринял его расспросы.

– Я сам гость города и потерял бы на сделке огромные деньги. Особенности законодательства Вейна. Кроме того, подобный шаг грозил оглаской. А я совсем не хочу, чтобы за мной или моими знаниями начали охоту. Что же до моих напарников, то они, как здесь говорят, «грызы». То есть живут в старом городе и не пользуются доверием жителей Вейна. Проще говоря, они здесь вообще не могут находиться, официально, по крайней мере. Почему, не спрашивайте. Этого даже брим Ром не может объяснить. Внятно, по крайней мере.

– Может быть, это они? – Размышляя вслух, предположил Тандо. Ким прищурился.

– Ни Нари, ни Мику не было никакого смысла сдавать вашего друга. – Заявил Ким. – Для их команды это просто неприемлемый риск. И ладно бы речь шла только о них самих, но на шее моих компаньонов висит целый выводок детей, заботу о которых они взвалили на себя сами. Как думаете, станут они так рисковать? Особенно учитывая, что любой грыз предпочёл бы вытрясти кредиты из них самих, а не ловить призрачный шанс с покупателем передатчика, который, к тому же, ещё харг знает, как продать!

– А что между жителями руин и городскими нет никаких связей? Вообще? – Осведомился Тандо.

– Почему же? Есть. – Усмехнулся Ром. – Например, с такими же владельцами тех. магазинов, как мой. Но проворачивать такую затею только для того, чтобы срубить сотню кредитов?

– Почему сотню? – Не понял Тандо.

– Потому что большие суммы грызам не платят. Ни. За. Что. Даже если те притащат целёхонький десантный модуль, получат сто кредитов. И никакие «солидные» предложения от грызов не рассматриваются. Единственный возможный вариант… грызам могли заказать вашего человека сами городские. Только в этом случае они могли бы рассчитывать на более серьёзное вознаграждение… Но опять же, для этого гипотетический заказчик должен был откуда‑то узнать о сделке. Вернулись к тому, с чего начали.

– Если отбросить идею о том, что информацию слили мы, то остаётся только один вариант. – Вздохнув, проговорил Ким. – Подводники. Именно на их территории проходила сделка.

– Бред, Ким. Подводники не стали бы так подставляться ради одного – единственного передатчика. Не их уровень. – Отмёл предположение юноши Ром.

– Хм. Мои люди вчера высказали предположение, что вы очень удачно уехали из города, аккурат после сделки. – Как бы нехотя заметил Тандо. – И я не могу не отметить некоторого… резона в их словах.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Обвинение брошено…

* * *

Девочка вздрогнула, услышав шорох, и, сжавшись в комок, застыла на месте, стараясь слиться с тенью. В щели она увидела протопавшие мимо ноги в тяжёлых «пустотных» ботинках и затаила дыхание. Но нет, незнакомцы прошли мимо, не заинтересовавшись узкой трещиной в разбитом пластобетоне. Переведя дух, малышка облизнула сухие потрескавшиеся губы и, прождав для верности ещё несколько минут, осторожно, стараясь не шуметь, двинулась дальше.

Час, другой… щели завалов и руин сменились грязью забитой канализации под старым городом, темень которой едва разгонялась тусклым светом, проникающим сквозь забитые решётки ливнестоков. Рядом прошмыгнул деловитый грыз, блеснул бусинками глаз в сторону пробирающейся куда‑то по разваленной канализации девочки, но не посчитал её достойной своего интереса и побежал дальше, тихо цокая когтями по полу. Собственно, и самой девочке не было до него никакого дела. Сейчас её не интересовал ни тёплый мех, ни мясо… ей нужно было только одно: без проблем миновать центральную часть старого города и не попасться в руки местных обитателей. Никакого оружия у неё при себе не было, даже завалящего ножа, а значит, не было и тени шанса отбиться в случае обнаружения. Уставшая малышка могла рассчитывать только на собственную внимательность, зрение и слух. И пока у неё получалось.

Девочка замерла перед огромным завалом, перекрывшим ей путь. Оглянулась назад… плечи, прикрытые изодранным грязным комбезом, опустились, в глазах мелькнули слёзы… но уже через секунду она закусила дрожащую губу, выпрямилась и, справившись с минутной слабостью, принялась карабкаться наверх по обломкам пластобетона, не обращая никакого внимания на острые края и арматуру, цепляющуюся за одежду. Там, выше, виднелся просвет, а значит, был и шанс пробраться.

Разбив руки и колени в кровь, ободрав бока, малышка всё‑таки проползла через узкую щель пролома и, оказавшись по другую сторону завала, облегчённо вздохнула. Утерев пот с лица… точнее, размазав по нему пот вперемешку с кровью, сочащейся из ладоней, она кое‑как забралась по скобам наверх к решётчатой крышке очередного ливнестока и, осторожно выглянув на улицу, слабо улыбнулась. Это место ей знакомо! Окраина, совсем рядом с их домом. «Бывшим домом», уточнил внутренний голос, и настроение малышки снова упало. Да… дома больше нет… кончился.

Девочка выбралась на поверхность через подвал одного из разрушенных зданий и, не теряя времени, поспешила к границе города. Насколько это позволяли её невеликие силы. Но… несмотря на усталость и боль, она упорно шла туда, к оврагу. Там можно будет сделать небольшой привал, умыться и напиться холодной свежей воды, хоть немного привести себя в порядок, а потом… потом нужно продолжить путь. Ведь осталось так немного. Совсем чуть – чуть…

К искомому дому она подошла крадучись, старательно скрываясь от взглядов возможных наблюдателей. Здесь не любят таких, как она. Никто… почти. Вот! Вот он этот дом! Девочка шмыгнула в щель меж неплотно прикрытых ворот. Осталось найти хозяев. Наверху? Да… точно, наверху. Она осторожно прошмыгнула через мастерскую и принялась подниматься по лестнице. Скрипнула дверь…

– Тина?! Милая, что с тобой?! – Услышав этот голос, девочка остановилась и, осев на пол… расплакалась от облегчения. Дошла!

Глава 5

Гонор гонору бьёт по гонору

С неожиданным появлением Тины, Дрёму стало плевать на угрозу командира поисковиков. Девочка была в ужасном состоянии. Нет, никаких переломов, но общее впечатление… Усталая до полного изнеможения, оборванная и грязная, в кровавых разводах… да она в первую их встречу выглядела лучше, чем сейчас!

Подлетев к плачущему ребёнку, Ким поднял её на руки и, бормоча что‑то успокаивающее, понёс к себе, не обратив никакого внимания на удивлённые взгляды выглянувших в коридор Тандо и Рома. Плевать!

Тина обхватила его руками за шею, вцепилась так, что не оторвёшь, и всю дорогу до комнаты Кима пыталась что‑то рассказать, несмотря на слёзы, чудовищную усталость и боль от многочисленных ушибов и ссадин. Поначалу Дрём почти не слушал её лепет. Но упрямая малышка не замолчала даже в ванной. В конце концов, Ким всё‑таки вынужден был к ней прислушаться. Правда, для этого Тине пришлось укусить его за ухо в тот момент, когда Дрём обрабатывал её бесчисленные ссадины.

– Так, стоп, кнопка. Давай договоримся. – Вздохнул он. – Я заканчиваю твоё лечение, потом ты обедаешь, и только потом… слышишь? Потом я тебя выслушаю. Не раньше!

– Хорошо. – Поняв, что Ким не намерен отступать, нехотя кивнула Тина под урчание пустого желудка, напомнившего, что последний раз она ела два дня назад…

Рассказ девочки пришлось услышать и обеспокоенному Рому, и не понимающему происходящего Тандо. Но обоим совершенно не понравилось то, что они услышали. Как и Киму.

На подвал команды Мика и Нари напали через три дня после отъезда Дрёма в экспедицию к базе «Ревело». И ворвавшиеся не были из местных. Хорошо экипированные бойцы в считанные секунды перестреляли отдыхающих после очередного ночного выхода детей. Мик попытался отстреливаться, но его буквально изрешетили из кинетички. Тина видела атаку со стороны, она как раз возвращалась от ручья, когда налётчики напали на её дом…

– Они ушли сразу. Ничего не искали, ничего не взяли… – Маленькие кулачки сжались, впиваясь ногтями в ладони до крови. Закутанная в махровое полотенце, девочка мотнула копной мокрых после ванны волос. – Я спряталась в соседнем доме, боялась, что они будут меня искать. Они не стали. Погрузились на два квадра и укатили за рощу. Тогда… тогда я пошла внутрь. Я думала, может там кто‑то остался в живых… Никого…

Сердце пропустило удар. Никого. Дрём вздрогнул, побледнел, руки сами потянулись, чтобы встряхнуть Тину за плечи… но тут же одёрнулись. Нельзя! Но узнать… спросить можно. Аккуратно. Осторожно…

– И… Нари? – Глухо спросил Ким.

– Нет. Нари была где‑то в руинах, на разведке. Она предупреждала, что её долго не будет… – Покачав головой, тихо сказала Тина. Лицо Кима смягчилось, мышцы расслабились. Рано. – Нас поймали потом… Я не уходила далеко от дома. Похоронила ребят, как смогла… и стала ждать. Дождалась.

Девочка замолчала, борясь со слезами, под ошарашенными взглядами трёх взрослых мужиков.

– Потом? Поймали? – Ким опустился на колени рядом с Тиной и, осторожно стерев пальцами слезинки с её щёк, попросил, – расскажи, Тина. Пожалуйста.

– Нари… Нари вернулась четыре дня назад. Я её сразу увидела… специально выбрала такое место, откуда виден вход в подвал. Внутри жить я не могла… там тяжело и… кровью пахнет. Сильно. Она вернулась, я подошла, а потом… всё. Темнота.

– Стоппер. – Кивнул хмурый Тандо. – Сильно приложили, на полную… раз сознание потеряла.

– А когда пришла в себя? – Не обратив никакого внимания на слова командира поисковиков, продолжил расспросы Ким.

– Мы были в какой‑то комнате. Пустой. Подвал, наверное. Сплошной пластобетон. Кран в стене, дырка в полу. Никакой мебели, ничего. И холодно. Ким, там было так холодно! Потом Нари куда‑то увели… А вчера меня вытащили наружу и велели идти искать… – Девочка умолкла.

– Что искать, Тина?

– Тебя… Они сказали, что за ней ты точно придёшь… – Малышка вдруг обхватила сидящего рядом Кима руками. – Ты ведь спасёшь её, Ким? Пожалуйста! У меня больше никого не осталось. Только ты и Нари. Ким!

– Спасу. Обязательно, Тина. Обещаю.

Дрём осторожно подхватил на руки вновь заплакавшую девочку и, ни слова не говоря, понёс её обратно в свою комнату. Старательно возводя щиты, загоняя эмоции в глубокий и тёмный колодец, Ким дошёл до своего обиталища и, усевшись на кровать с тихо плачущей девочкой на руках, застыл.

Опомнился он только, когда вымотанная, уставшая Тина уснула, уткнувшись носом в его шею. Дыхание девочки обожгло кожу, и Ким вздрогнул. Осторожно разжав даже во сне не ослабевшие объятия, он уложил Тину на кровать и, укрыв одеялом, поднялся на ноги.

В голове били барабаны, в ушах слышался надсадный гул, а в висках стучала мерзкая пульсирующая боль. Морф – система уже даже не ехидничала голосом штатного медика учебки, она выла, выдавая одно критическое предупреждение за другим, синтезируя и впрыскивая в кровь носителя препарат за препаратом, пока Ким вдруг не рухнул на пол, словно подрубленное дерево. Умная система посчитала сопротивление организма хозяина сбоем и поспешила перевести его в медицинский сон. Впрочем, долго он не продлился. Уже через четверть часа Ким очнулся и, мотнув головой, поднялся на ноги. Сейчас не было ни барабанов, ни звона в ушах… только холод и боль, медленно, но верно переплавляющиеся в тяжёлую клокочущую ярость. Где‑то далеко, реагируя на состояние хозяина, очнулась древняя машина. Горин почувствовал боль своего напарника и приготовился откликнуться на его зов.

Успокоив Горина, Ким ответил на эту готовность волной благодарности, но полученный от машины отчёт предпочёл отложить на некоторое время. Сейчас у него появились более насущные дела, требующие немедленного решения.

Впрочем, не совсем. Время есть. Надо дать отдохнуть Тине, а расспросить её о месте, где их держали, можно будет чуть позже. А пока, пока нужно сходить в магазин, купить одежду для девочки, обувь… что там ещё необходимо? Хм… интересно, почему они её отпустили? Нет, это хорошо… но… почему нельзя было связаться по браскому? Ведь именно так они определили, что Ким снова в городе? По его сообщению, отправленному Нари…

– Возможно потому, что они не собираются ни о чём разговаривать? Им просто нужно, чтобы ты пришёл туда, куда она скажет. Думаю, говорить о том, что идти туда тебе предписано одному, и вовсе не стоит, не так ли? – Послышался голос Рома. Ким вскинулся. Оказывается, за своими размышлениями он не заметил, как добрался до кухни хозяина мастерской… и заговорил вслух?

– Я что, вслух это сказал?

– Ну да. – Переглянувшись с по – прежнему сидящим здесь же Тандо, кивнул Ром. – Я думал… Ким, ты как вообще?

– Нормально. – Отозвался тот и, заметив недоверчивый взгляд хозяина дома, заверил. – Честное слово, Ром, я в полном порядке. Насколько это возможно, конечно… Но глупости делать не собираюсь, не волнуйся.

– Что думаешь делать? – Осведомился Ром, явно приняв слова Кима к сведению.

– Сначала схожу за покупками. Нужно приобрести вещи для Тины. Её тряпки я выкинул, их даже в руинах носить стыдно. А потом, когда она проснётся, расспрошу о том месте, где их держали. – Честно ответил Ким.

– Собираешься туда идти? Надеюсь, не один? – Нахмурившись, спросил Ром.

– Не один. Это точно. – Согласился Дрём, растянув губы в широкой улыбке, больше напоминающей оскал.

– Хм… прошу прощения, что вмешиваюсь. Понимаю, что у вас какие‑то ещё проблемы появились… но что насчёт моего вопроса, брим Ром, Ким? – Вмешался в их разговор командир поисковиков. Дрём повернулся к Тандо, смерил его долгим изучающим взглядом и, стерев с лица оскал, покачал головой.

– Ни я, ни брим Ром не причастны к пропаже твоего человека. Не веришь? Твои проблемы. Нужны доказательства? Ищи их сам. Я доступно излагаю?

– Парень, я уже понял, что у тебя проблемы, но вот хамить не надо. – Набычился Тандо.

– Проблемы? Нет. У меня есть дело, которое нужно завершить, как можно быстрее, и совсем нет времени на благотворительность для команды взрослых, битых жизнью мужиков. – Договорив, Дрём кивнул Рому и вышел из комнаты.

* * *

– По – моему этот юнец слишком много себе позволяет. – Заметил Тандо. – Но ничего, и не таких обламывали. Брим Ром, надеюсь, с тобой у нас получится нормальный диалог? Или ты тоже сейчас начнёшь психовать, как беременная девка?

– Хм… брим Тандо, рекомендую следить за языком. Не ты один потерял друга. – Окинув взглядом сидящего напротив него поисковика, Ром отставил кружку в сторону и продолжил со вздохом. – И не ты один имеешь право на дурное настроение. Не далее как четыре дня назад, Ким уже лишился одной близкой подруги. А сейчас, как ты сам слышал, может потерять ещё одну. Так что, у него не меньше поводов психовать, чем у тебя.

– Ладно – ладно. Я понял. Мы оба погорячились… но парень мог бы быть и повежливее, не находишь? – Сдал назад Тандо.

– Как и ты сам. – Пожал плечами Ром.

– Пф. Может быть, я не специалист в ведении переговоров, но уж понять, когда мне вешают лапшу на уши, я точно способен. Или ты можешь как‑то иначе назвать предположение мальчишки о том, что в исчезновении моего человека виновны подводники?! – Откликнулся командир поисковиков.

– Согласен. Такое предположение попахивает абсурдом. – Признал Ром. – Но вот что я тебе скажу. Непогрешимых не бывает, это раз. И два… может быть я, конечно, и ошибаюсь, но есть у меня ощущение, что история этой девочки… Тины, напрямую связана с исчезновением твоего человека.

Глава 6

Железные рекруты тоже бегают от военкомата

Вернувшись из ближайшего магазина, где он обзавёлся целым ворохом одежды и всяких нужностей для Тины, Ким с удивлением застал Рома в компании всё того же поисковика. И, кажется, эти двое, несмотря ни на что, умудрились‑таки найти общий язык. Что ж, тоже неплохо, одной проблемой меньше.

Сложив покупки на столе рядом с кроватью, на которой тихо посапывала Тина, Ким окинул взглядом закутавшуюся в одеяло фигурку девочки и, покачав головой, тихо вышел из комнаты. Одно дело сделано. Пора заняться другими. Визит в гости к похитителям Нари требует подготовки… и немалой.

Хрон нашёлся там, где Дрём и ожидал его встретить. То есть в своём жилом модуле при гостевой стоянке у внешнего городского кольца. Ким притормозил у ворот ангара. С лёгким неудовольствием он заметил, что прицепов с грузом на стоянке уже нет, но это ведь ещё ни о чём не говорит, верно?

Когда Ким обещал Рому, что не сунется к похитителям в одиночку, он не лгал. Боевые дроиды с базы «Ревело» уже успели неплохо показать себя в столкновении с бандитами, и хотя при работе с ними Ким не чувствовал и тысячной доли того единения, что давало управление машинами, оснащёнными пси – модулями, они могли бы стать очень хорошим козырем в переговорах…

– Извини, Ким. – Развёл руками Хрон, выслушав просьбу Дрёма. – Но ничего не получится. Я, честно говоря, сам поначалу удивился той скорости, с которой их расхватали. Но потом понял…

– Что именно? – Нехотя спросил Ким, уже прикидывая, как обойтись без помощи вытащенных с базы боевых машин.

– Фактически, все покупатели были из поисковиков Морана. – Ответил топаканец и, заметив недоумённый взгляд собеседника, пояснил, – думаю, запись боя с бандитами, которую Лими и Нора передали своему отцу, стала той рекламой, благодаря которой дроидов расхватали, как горячие пирожки.

– Значит, дроиды у поисковиков? – Уточнил Ким.

– Часть у команд, часть в собственности базы Морана. – Кивнул Хрон.

– Хм… и какие именно машины он взял для своей… организации?

– Восемь охранников и шесть тяжёлых штурмовиков. – Ответил топаканец. – Хочешь попробовать арендовать их у Морана?

– Наверное. – Пожал плечами Дрём.

– И зачем тебе эта железная «армия»? Если не секрет, конечно.

– А зачем нужны армии, тай Хрон? – Переспросил у него Ким. – Для войны, разумеется. Маленькой войны в старом городе.

– Э – э, Ким… – Топаканец нахмурился. – Ты же не всерьёз?

Отвечать Дрём не стал. Просто кивнул хозяину стоянки и, не проронив больше ни слова, ушёл. Хрон проводил взглядом уходящего юношу и, чуть подумав, решительно набрал на браскоме номер Рома. Конечно, после происшествия с Ирен парень выглядел куда хуже, но сейчас… словно его пластобетонной плитой придавило. И непохоже, что это только следствие недавних событий в поиске. Больше похоже на то, что у него ещё что‑то стряслось…

Дождь моросит… Кажется, с того момента, как Ким выбрался из стазис – камеры, количество солнечных дней можно было пересчитать по пальцам. Сезон дождей кажется вечным. Хотя если верить календарю и прогнозам, до его окончания осталось всего несколько дней. Ким задрал голову вверх и, окинув взглядом тяжёлые чёрно – серые тучи, медленно ползущие по небосклону, закрывая его от горизонта до горизонта, хмыкнул. Непохоже.

Стерев с лица капли дождя, Дрём встряхнулся и зашагал вниз по улице, в центр города, туда, где расположилась база поисковиков города Вейн. Была у него мысль попробовать связаться с главой «археологов» через его подопечных, но вспомнив, с каким отвращением Лими и Нора реагировали на его присутствие после недавних событий в поиске, отказался от этой идеи.

Просторный холл здания, громко именовавшегося базой поисковиков, больше подошёл бы какой‑нибудь торговой компании. Длинная стойка, офисная мебель и неизменные растения в кадках… Разве что сидящие за стойкой работники в полевых комбезах выбивались из этого ряда. Хотя девушки симпатичные… да.

– Добрый день. Чем я могу вам помочь? – Обратилась к подошедшему Киму одна из сидевших за стойкой девушек, сверкнув дружелюбной улыбкой. Ну да, любой поисковик это потенциальный клиент базы, а клиент должен быть доволен обслуживанием…

– Здравствуйте. Я бы хотел встретиться с бримом Мораном. – Кивнул Дрём в ответ.

– Вам назначено? – Прощебетала девушка.

– Нет. – Честно ответил Ким, уже понимая, что встретиться с главой вейнских «археологов» будет несколько сложнее, чем он рассчитывал. И словно в подтверждение этих мыслей, улыбка собеседницы угасла.

– Ваше имя, пожалуйста. Я попробую помочь. – Переглянувшись с соседкой, проговорила она.

– Ким Дрём.

– Благодарю. Одну секунду, брим Дрём.

Уже готовый к тому, что сейчас ему заведут старую песню об отсутствии, совещании или просто большой занятости главы базы, Ким был неожиданно удивлён происшедшим через минуту. Собственно, как и девушка, судя по тому, как приподнялась её бровь, после того как она прочла что‑то в облаке голоизображения.

– Извини за ожидание, брим Дрём. Глава Моран ожидает тебя в своём кабинете. Тебя проводить? – Справившись с удивлением, произнесла девушка.

– Буду благодарен. – Кивнул не менее удивлённый Ким и, дождавшись, пока собеседница выйдет из‑за стойки, последовал за ней.

Поднявшись на второй этаж, девушка провела Дрёма по длинному и широкому коридору и, открыв тяжелую двойную деревянную дверь, сделала приглашающий жест рукой. Хмыкнув, Ким последовал приглашению и оказался в большой квадратной комнате. Честно говоря, столкнувшись со здешними порядками и общим оформлением, он ожидал, что окажется в приёмной с длинноногой секретаршей, охраняющей покой большого начальства, и ошибся.

– Глава Моран… брим Дрём. – Пропела сопровождавшая его девушка и, одарив Кима улыбкой, закрыла дверь, оставшись снаружи.

– Доброго дня, брим Дрём. – Седовласый хозяин кабинета первым прервал молчание. – Прошу, присаживайся, и через минуту мы поговорим о том, что привело тебя ко мне.

– Благодарю.

Пока Ким устраивался поудобнее в огромном кресле, Моран успел закончить набирать текст и, смахнув облако голоизображения, с интересом взглянул на гостя.

– Итак, если я не ошибаюсь, ты хочешь арендовать моих дроидов. – Проговорил хозяин кабинета с лёгкой улыбкой. Понять, что Хрон успел зачем‑то связаться с главой поисковиков и поведать ему о возможном визите Дрёма, было несложно.

– Это так. – Кивнул юноша.

– Что ж. Я готов рассмотреть это предложение… – протянул Моран. – При определённых условиях.

Беседа затянулась надолго. Сначала хозяин кабинета пытался узнать, где и против кого Ким предполагает использовать боевую технику… «Ну ты же понимаешь, брим Дрём, что я должен оценить все риски? Всё же дроиды, тем более боевые, штука недешёвая, не хотелось бы лишиться таких денег…». В ответ Ким предложил залог, равный стоимости всех арендованных машин, и вопрос был снят. Потом Моран затребовал гарантий, что действия Кима не будут направлены против Вейна и его жителей.

– Неприемлемо. Могу лишь гарантировать, что не стану применять дроидов в черте города. А что происходит за его пределами, Вейна не касается. Или правила успели измениться? – Ответил Ким.

– Правила не изменились. Но сам посуди, брим Дрём… допустим, за городом ты столкнёшься с кем‑то из горожан, вы устроите побоище, а потом вскроется моё косвенное участие. Ты – пришлый, гость. А я местный житель, более того, весьма уважаемый житель Вейна, и мне не нужны проблемы в родном городе, тем более репутационные потери.

– Похоже, брим Моран, ты просто не желаешь заключить сделку. – Вздохнул Ким.

– Ну почему же… – Усмехнулся тот. – Я не против, но сделка подразумевает равную оплату. Тебе, как я вижу, очень нужны дроиды. А мне очень нужен хороший «пастух» и взломщик.

– «Пастух»? – Не понял Ким.

– Именно. – Кивнул Моран и, заметив недоумение собеседника, произнёс, – ты знаешь, брим Дрём, почему поисковики в большинстве своём не любят работать с боевыми дроидами? Я не говорю о нашей базе, мы скорее исключение в этом плане…

– Полагаю, не хватает квалификации… – Буркнул Ким, которому очень не понравился намёк хозяина кабинета.

– Именно. – Моран даже пальцами прищёлкнул. – Нет, с управлением одним дроидом средний техник справится без проблем, но с тем же успехом он может взять в одну руку силовой щит, в другую – кинетичку и заменить этого самого дроида собой. И зачем тогда нужна эта тяжёлая и дорогая железка? А вот две машины обычному технарю уже не потянуть. Внимания не хватит. Ты же, насколько мне известно, спокойно управлял тремя десятками. Одно это делает тебя чрезвычайно интересным кадром. А ведь ты не только пастух…

– Но ещё и техник, и взломщик, да? – Кивнул Ким. – Теперь я понимаю, зачем ваши подопечные так настойчиво пытались прыгнуть ко мне в постель. Решили обзавестись карманным спецом? А теперь, когда этот вариант пролетел, с удовольствием давите на обстоятельства? Хотите обменять аренду ваших дроидов на мою службу?

– Мои подопечные не девочки брима Роуза, парень. – Неожиданно посуровел Моран. – И если, как ты говоришь, они пытались прыгнуть к тебе в постель, значит, ты им очень понравился. Я им ничего подобного не приказывал. Ясно?

– Ясно. Извини, что отнял твоё время, брим Моран. Всего хорошего. – Ким поднялся и шагнул к двери.

Глава 7

Кто о чём…

Зря поверил старому хитрецу… Моран откинулся на спинку кресла и передразнил топаканца… «Ему действительно нужно, пользуйся моментом!» Тьфу! Или?

Хозяин кабинета включил запись на повтор и, досмотрев короткий ролик, хмыкнул. Сам тоже хорош, передавил. Понадеялся на то, что у парня действительно безвыходная ситуация, поверил Хрону… а в результате… Моран перевёл взгляд на недавно опустевшее кресло и… развёл руками. Облом. Чуть подумав, Моран щёлкнул ногтем по браскому.

– Ну что, старик… доволен? – Поприветствовал он Хрона, едва почувствовал контакт.

– Полагаю, сделка сорвалась… – Ничуть не удивился тот.

– Как ты и хотел, старый лис.

– Не вали с больной головы на здоровую. Я тебе дал информацию, ты не сумел ей правильно распорядиться. И кто виноват в том, что переговоры провалились? – Отозвался Хрон.

– Давай ты не будешь пудрить мне мозги, а? – Поморщился Моран. – Лучше признайся, зачем тебе это было нужно.

– Не понимаю, о чём ты.

– Хрон! – Хозяин базы поисковиков еле сдержался, чтобы не выматериться… но ведь сдержался. – Не выводи меня из себя.

– Ладно – ладно. Не будем ссориться. – Согласился топаканец и, помолчав, заговорил. – Я действительно не собирался делать того, в чём ты меня обвиняешь. Но рад, что ваша сделка сорвалась.

– Почему?

– Поверь, были причины. Но я о них пока умолчу.

– Как всегда… – Скривился Моран.

– Друг мой, просто поверь. Если дело обстоит так, как мне кажется, то лучше всего нам с тобой – сейчас – тихо постоять в стороне.

– Хрон… старый облезлый лис… Опять эти твои игры, а?! – Хозяин базы поисковиков осёкся и махнул рукой. – Харг с тобой! Поверю и в этот раз. Но если…

– Если я не прав, то в следующий раз обещаю заранее всё объяснить. – Согласился Хрон.

– Я бы предпочёл, чтобы следующего вообще не было. Но с твоей тягой к сюрпризам и интригам это, наверное, несбыточная мечта и только. – Проворчал недовольный Моран. – Отбой.

* * *

Жаль, не получилось договориться об аренде дроидов… придётся вытаскивать туза из рукава, но на это нужно время. До окончательного вывода из консервации основного реактора Горина остаётся чуть больше двадцати часов. Если бы не отвод энергии от вспомогача, можно было бы рассчитывать часов на восемь, но… в том‑то и дело, что отключать периферию сейчас нельзя… И ждать тоже нельзя. Кто знает, как отреагируют похитители Нари, если им покажется, что Ким слишком уж медлит. И как они решат его поторопить…

Скрипнув зубами, Дрём резко развернулся и, миновав резиденцию подводников, свернул на одну из радиальных улиц. Десять минут быстрого шага, и вот он уже в мастерской. Заглянув в свою комнату, Ким убедился, что Тина по – прежнему спит, и, поправив одеяло, сползшее с плеч разметавшейся во сне девочки, отправился во двор.

Глухо стукнул о землю тяжёлый кофр, вытащенный Кимом из «Рокота». Щёлкнули замки, удерживающие крышку, и, окинув взглядом содержимое ящика, Дрём довольно кивнул. На сборку летающих дроидов у него ушло чуть более четверти часа. Но крепить к ним плёнку – водозаборник Ким не стал. Сейчас у юрких машинок была другая задача.

Морф – система легко приспособилась к управлению, и через несколько минут дроиды уже метались в небе, выделывая всё более и более сложные фигуры. Замечательно…

Спустив машинки наземь, юноша проверил их на предмет поломок и, убедившись, что «игрушки» в полном порядке, подключил их к реактору «Рокота» для зарядки. Вот и всё. Через полчаса можно будет отправлять их в полёт, пусть исследуют территорию вокруг той башни, в подвале которой держали Тину и Нари. Жаль только, внутрь их загнать не получится. Хм…

– Эм… Ким… – Привлекая внимание кружащего вокруг дроидов юноши, произнёс Ром. Вышедшего во двор хозяина мастерской Дрём почуял, ещё когда он шёл через мастерскую… но зачем ему об этом говорить?

– Да? – Откликнулся парень.

– Разговор есть. Не уличный. – Коротко сообщил тот. – Как закончишь, поднимись ко мне. Ладно?

Прислушавшись к эмоциям Рома, Ким тихонько хмыкнул и кивнул.

– Пять минут.

На кухне у Рома, как всегда, что‑то кипело, шкворчало на сковороде и томилось в духовке. И как всегда, несмотря на все сомнения, терзающие Кима при виде гор наготовленной снеди, всё приготовленное будет непременно съедено. Хотя сегодня, кажется, еды будет значительно больше, чем обычно. Впрочем, присмотревшись, за стеклом архаичного духового шкафа Дрём увидел подрумянивающийся пирог, и вопрос, для кого старается хозяин дома, отпал сам собой. Запах выпечки с лёгким сладким привкусом уже полз по дому, невзирая на все усилия вытяжной вентиляции. А какой ребёнок не любит сладкого?

– Что за разговор, брим Ром?

– Оставь ты уже этих «бримов», парень. – Нахмурился владелец мастерской и, чуть замявшись, вздохнул… – Тут вот какое дело… Хрон звонил… ну, ты же его знаешь.

– Вытянул историю Тины? – Понимающе кивнул Ким.

– Вроде того. Я не особо болтал, так, описал ситуацию в общих чертах. Но это же Хрон! Что услышал – сопоставил, чего не узнал, о том догадался… В общем, он сказал, что ты ищешь дроидов… а договориться с Мораном, скорее всего, у тебя не получится. – Чуть помявшись, сообщил Ром. Ким неопределённо хмыкнул. Ну конечно, как здесь могло обойтись без длинного носа старого топаканца… Владелец мастерской тем временем продолжил. – Короче говоря… у меня есть четыре машинки. Конечно, не охранники или штурмовики с базы, но тоже очень неплохие агрегаты. Штука кредитов за сутки аренды, и они в твоём распоряжении. Ну и залог, само собой.

Ким удивлённо воззрился на хозяина мастерской. Такого предложения он совсем не ожидал.

– Кхм… а что за дроиды? – Спросил Дрём, одновременно пытаясь понять, с чего вдруг Ром решил так расщедриться.

– Два парных «Егеря» восьмой серии в комплектации «Саванна», вооружены тяжёлыми кинетиками, но вместо гравиплатформы восемь лап и лёгкий гравик для увеличения времени автономки, и пара полевых разведчиков типа «Скалолаз». Тоже на гравиках. Один снабжён плазмобоем «Тугра-2», на втором установлен автоматический гранатомёт «Вой», до восьми выстрелов в секунду. Хорошая штука, мощная. Я к нему старый артиллерийский вычислитель присобачил, ну и над механикой немного поработал. Пришлось, конечно, помараковать над регулятором скорости выброса гранат, зато теперь этот скалолаз не только прямой наводкой бить может, но и навесом, вроде миномёта. Одной очередью площадь сто на сто метров под ноль зачистит… Ну, если цель, конечно, не танк прорыва. Зато силовые щиты перегружает любо – дорого посмотреть. Трёх гранат прямой наводкой хватит, чтобы смести даже стационарную «Пелену». Про десантные скафы вообще молчу. Проламывает влёт. Правда, есть и минус. Система получилась довольно громоздкой, так что, для ближнего боя пришлось всучить ему обычный скорострельный игольник.

– Это ж готовая штурмовая группа, Ром! – Удивился Ким, выслушав собеседника. Тот в ответ пожал плечами.

– Ну, я же не всегда магазин здесь держал. Было дело, и с поиска кормился… «одиноким», реже в паре с сыном. Вот и остались «игрушки» с тех времён. Продавать жалко, вот они и стоят на складе… пылятся. – Проговорил Ром.

– Поня – атно. Стоп. – Дрём нахмурился. – Их же коммутировать надо.

– Ну да. Но для тебя‑то это не проблема, верно? – Усмехнулся хозяин мастерской.

– Ошибаешься, Ром. – Покачал головой Ким. – Те три десятка дроидов были прописаны в бортовом вычислителе «Рокота», через него я ими и управлял, но я не собираюсь тащить транспортник в руины! Ро – ом…

– Ким, ты понимаешь, что за аренду полевого вычислителя я возьму с тебя не меньше, чем за всех четырёх дроидов?

– Хм, интересно… а если бы не я, на ком бы ты обкатывал эту схему? Сомневаюсь, что в городе найдутся достаточно богатые поисковики, чтобы позволить себе такие инструменты…

– Не дави на меня, парень. – Нахмурился Ром. – Я эту идею три года вынашивал…

– А ты не забыл, кто этот самый полевой вычислитель привёл в рабочее состояние? – Прищурился Ким.

– Три четверти. Без военного идента Хрона, он всё равно не заработал бы.

– Вспомни о предках, Ром. Они тебя проклянут! Пятьсот кредитов.

– Не трожь предков. Шестьсот пятьдесят.

– Пятьсот семьдесят пять. – Откликнулся Ким.

– И двойной залог. Сорок пять тысяч. – Подумав, выдвинул своё предложение Ром. Дрём подумал… и согласился, несмотря на то, что это была почти вся имеющаяся у него наличность, включая прибыль от продажи передатчика и изрядно подтаявшие сбережения. А до получения доли с продажи злосчастных трофеев ещё нужно дожить. Но… мертвецам деньги ни к чему, ведь так? Хотя – а…

– При одном условии, Ром. – Дополнил Ким. – Ты станешь моим душеприказчиком.

– Речь пойдёт, я так понимаю, об этой девочке… Тине, да? – После недолгого молчания спросил Ром. Ким кивнул. – Хм… ну смотри, твоё решение… А вообще, уважаю. Хочешь оставить ей «Рокот»?

– Всё, включая мою долю с поиска. – Ответил Дрём. – А заодно проследи за наследством Ирен, хорошо?

– Ла – адно. – Ром почесал кончик носа и махнул рукой. – Вечером придёт Влад, тогда всё и оформим, как положено… А пока скидывай мне деньги, и идём на склад, будешь принимать машинки.

Глава 8

Предложение, от которого невозможно отказаться

Трой закинул слабо пискнувшую рыжую девчонку в грузовой отсек тяжёлого флайера, только что приземлившегося на небольшом пятачке рядом с временной базой, и тут же вынужден был отпрыгнуть в сторону, чтоб не получить по шлему закрывающейся крышкой. Вейнский охранник попытался найти взглядом пилота, чтобы на пальцах показать ему всё, что думает об уроде, но затемнённый блистер кабины не дал ему такой возможности. А корчить рожи и демонстрировать неприличные жесты собственному отражению Трой не пожелал. И правильно сделал, потому как спустя три минуты распахнулась пассажирская дверь, и на потрескавшийся пластобетон спрыгнула знакомая фигура в плаще с глубоким капюшоном. Заказчик молча махнул рукой, и тяжёлая грузовая машина свечой ушла в темнеющее небо, вспугнув пару каких‑то любопытных птиц, тут же шарахнувшихся в стороны.

Оглядевшись по сторонам, гость неопределённо хмыкнул и, кивнув Трою, зашагал в сторону возвышающегося рядом почти не пострадавшего от давней атаки низкого двухэтажного дома с разбитыми в хлам панорамными окнами. Когда‑то это был довольно дорогой особняк с великолепными видами на океан. Виды остались, а вот дом, несмотря на почти не пострадавший внешний вид, давно пришёл в негодность. Зато винные подвалы уцелели, чего, правда, не скажешь об их содержимом. Но нынешних временных обитателей дома этот факт ничуть не смущал.

– Ну что? – Голова в низко надвинутом капюшоне повернулась в сторону вошедшего в комнату боевика. Блеснули в тусклом свете временного освещения линзы маски.

– Он в городе. Девчонка уже с ним. – Коротко ответил вошедший, снимая шлем, и попытался пригладить стоящие дыбом волосы. Но с этим у Троя вечные проблемы, вот и сейчас непокорная шевелюра вела себя, как ей вздумается. Надо постричься…

– Это хорошо… – Заказчик кивнул. – Подробности.

– Пожалуйста. – Трой присел было на край длинного лабораторного стола установленного вдоль стены, но тут же вскочил. Вот как у него это получается, а? Лицо за маской не разглядишь, положения тела не меняет… но не почувствовать его недовольство просто невозможно. Заказчик его будто излучает! – Кхм… двое моих людей подстраховали девчонку, чтоб без проблем добралась до города. Они же и вели юнца.

– Он покидал мастерскую? – Осведомился заказчик. Трой кивнул.

– Именно. Сначала направился к старому Хрону… Подслушать, о чём они говорили, к сожалению, не удалось. Старик – настоящий параноик. Но вышел парень от него недовольным. И тут же направился на базу Морана.

– Вот как? – В глухом, явно специально искажаемом маской голосе заказчика послышались нотки интереса… и недовольства. – Значит, не получил помощи от бывшего нанимателя и прямиком отправился к его противнику в Совете, да?

– Похоже, что так. – Пожал плечами охранник.

– И?

– Сожалею, у меня нет информации о том, что именно обсуждал мальчишка с Мораном. Поисковики с нашим братом не очень ладят, знаешь ли…

– Плохо! Очень плохо. – Заказчик хлопнул затянутой в перчатку ладонью по подлокотнику старого раздолбанного кресла, довольно странно смотревшегося в ухоженной комнате, заставленной чистенькой и не менее ухоженной аппаратурой. – А если он нашёл там команду?

– Вот это вряд ли! – Усмехнулся Трой. – Мимо маршальской службы такой найм не пройдёт. С Морана тогда весь Совет будет стружку снимать. Не – ет, не выйдет. Да и шевелений никаких среди «археологов» не наблюдается. То есть даже в частном порядке… хранилище закрыто, и никаких визитёров туда мои люди тоже не засекли. В общем, всё, как и предполагалось.

– Предполагалось… – Заказчик дёрнул головой. – Ладно. Сейчас он где?

– Хм… а вот тут самое странное. Сидит в мастерской. – Чуть смущённо отозвался Трой и, почуяв удивление собеседника, развёл руками. – Точно говорю. Буквально минуту назад Той сообщил, что парень прогуливается по двору с этой малявкой. Что‑то ей рассказывает…

– Бред какой. Надо его поторопить. – Заказчик выудил из кармана плаща простенький браском.

– И зачем было так мудрить с девчонкой? – Пробурчал Трой себе под нос, но его собеседник услышал.

– Это психология, Трой. Тебе не понять, так что не напрягайся. – В голосе заказчика послышались насмешливые нотки. – Опасности Тина не представляет. Кто станет слушать грыза, и кому какое дело, сколько ещё здешних обитателей подохнет, верно? А вот Кима она к нам приведёт. Мальчик добрый, сентиментальный… даже удивительно, что такие ещё остались в этой дыре…

– Не хочу тебя разочаровывать, но не далее как два часа назад список гостей города пополнился новым идентификатором. – Медленно проговорил Трой. – Тина Ройс…

– У – умный мальчик. – Протянул собеседник вейнского охранника и, чуть помедлив, добавил, – и как я уже сказал, очень сентиментальный. Дал девочке фамилию того парня из подвала… хм. Но это ничего не меняет. Проблемы гостей города вейнцев колышат едва ли больше, чем смерти грызов. Тем более, когда эти проблемы лежат за пределами территории их славного и уютного городка… Так что, действуем по прежнему плану. Иди, проверь посты, а я пока потороплю нашего чересчур медлительного друга…

– Хоть бы эту рыжую здесь оставили для приманки… – Пробурчал Трой, вспомнив, как запихивал дрожащую от страха девку в приведённый заказчиком флайер. – Не пришлось бы сейчас извращаться с программными подделками.

– А вот это уже не твоего ума дело. – Лязгнул разом посуровевший заказчик. – Иди…

* * *

В очередной раз помянув невесть с чего привязавшегося и так до сих пор оставшегося неизвестным «харга», Ким резко увёл дроидов в сторону от взлетающего флайера и, убедившись, что старые стрекоталки не привлекли ничьего внимания, переключился на сенсоры сброшенных ими ранее «паучков». Вот и нашлась им работа по профилю…

Хотя… какая это работа?! Прогулка да и только. Нынешние обитатели дома, похоже, понятия не имеют, что такое серьёзные системы наблюдения и контроля. Периметр обозначен лишь парой десятков сейсмодатчиков и чуть большим количеством аудио и видео сенсоров. Ни тебе датчиков электромагнитного излучения, ни грависенсоров… зато добрых полдюжины охранников «сидят в засаде». Ну, они так считают… Ким вздохнул. Любительщина. С другой стороны, а чего ещё можно ожидать от непрофессионалов? Это ведь даже не поисковики, вечно опасающиеся, что их накроют конкуренты или беспредельщики равнин. Откуда этому подобию полиции знать, как правильно организовывается защита периметра? А в том, что они из маршальской службы, Ким не сомневался. По крайней мере, двоих из этой тёплой компании он узнал наверняка. Трой и Той, два «брата – акробата». И судя по тому, как панибратски общается последний со своим напарником по дежурству, можно предположить, что и остальные члены этой гоп – компании тоже из подчинённых брима Влада. Определённо, маршалу стоит обратить пристальное внимание на подбор кадров…

Вызов со знакомого номера пришёл в тот момент, когда Ким с помощью «паучков» приступил к исследованию дома. Перепоручив контроль над дроидами морф – системе, Дрём ответил на звонок, и руки сами собой сжались в кулаки.

– Ким… пожалуйста… – Разбитое в кровь лицо привязанной к стулу девушки выражало такую боль и надежду…

– Приходи, поговорим. – Лязгнул совсем другой голос… и связь оборвалась.

Дрём было дёрнулся отдать приказ дроидам, но усилием воли задавил порыв и нахмурился. Вид был явно из дома, что сейчас обыскивают «пауки», но… он же своими глазами видел, как Нари погрузили во флайер! Харг! Надо проверить…

Разведчики зашуршали по дому в два раза быстрее. Прячась в тени, скользя по вентиляционным коробам, шестилапые дроиды проникли‑таки в подвал и принялись исследовать его немногочисленные помещения. Вот оно! Та самая комната, что он только что видел. А вот и стул… пустой. Зато рядом стоит человек, что затеял всю эту адскую игру. По крайней мере, именно он вышел из флайера и отдавал приказы Трою и его людям. Длинный плащ, капюшон и маска… м – да, маскировка из плохого боевика. Ну, прямо олицетворение зла… Если бы не происходящее, Ким с удовольствием бы посмеялся над этим опереточным злодеем. Вот только ситуация к смеху совсем не располагает. Хм… А ведь похоже, ему всё‑таки придётся идти к этому уроду в гости. Дроиды вполне могут освободить заложника, когда он есть. Но вот допрашивать пленных с их помощью Ким бы не рискнул. Слишком велик шанс перестараться и грохнуть «пациента», до того, как удастся его разговорить. Всё‑таки пси – модулей в этих машинах нет, а значит, и обратной связи тоже нет… Доставить пленного сюда? Тоже не просто. Это всё‑таки не заложница, у которой никакого желания бежать от освободивших её дроидов не возникнет… Эх, ну вот ещё бы пару часов, и Горин выйдет на режим. А так…

Хотя… Дрём зло усмехнулся. Кто сказал, что он должен ломиться в дом вместе с дроидами? Уж на то, чтобы покрошить всё лишнее и взять пленного, так удачно спрятавшегося в подвале, их возможностей должно хватить. Ну и придержат его до прихода Кима. А там… Улыбка переросла в оскал, и юноша погрузился в расчёты, честно поделив эту работу с полевым вычислителем. Карты, снимки, рельеф… точки охраны… На создание плана атаки у них ушло полчаса. Вычислитель, созданный для расчёта и координации боевых действий вплоть до дивизионного уровня, оказался весьма толковой машинкой, да и морф – система Кима тоже не лыком шита. А учитывая, что одной из специализаций любого орма является техническая поддержка диверсионных групп…

Ким откинулся на спинку кресла и, окинув взглядом мастерскую, довольно улыбнулся. Дело за малым… вывести дроидов на точку. А для этого нужно кое‑что сделать. Юноша отдал приказ, и единственный оставшийся при нём «паук» – разведчик, соскользнув со стола, ринулся прочь из мастерской. Проводив его взглядом, Ким подхватил прислонённый к верстаку «Точный» и отправился на чердак дома. Спустя четверть часа дроид отозвался. Есть засветка. Один… два… всё? Вроде бы да. Сенсоры наблюдения, установленные противником, дроид уничтожил, а значит, сейчас появятся всполошённые наблюдатели, что весь день таскались за Кимом по пятам.

Ха! На ловца и зверь бежит. Вон он взбирается на крышу дома напротив. Проверяльщик, чтоб его!

Щелчок, и крупнокалиберная «охотничья» стрелка вошла точно в висок цели. Минус один. Остался ещё один…

Глава 9

Война как форма дипломатии

Завывая, гравиплатформа неслась по окраинам старого города на предельной скорости, то и дело взмывая над завалами. На одном из таких «прыжков» от неё оторвалась какая‑то смутная тень и с влажным шмяком впечаталась в полуразрушенное покрытие бывшей транспортной хорды, когда‑то проложенной вдоль всего вытянувшегося по побережью курортного города.

Редкие свидетели стремительного полёта сошедшей с ума тележки старались побыстрее убраться подальше с её пути, справедливо полагая, что никакими приятными последствиями это явление точно не грозит. Нет, разумеется, нашлись среди обитателей руин и рисковые головы, решившие проследить маршрут движения свихнувшегося агрегата, и кое‑кто из них даже подоспел к месту падения той самой странной тени… чтобы в следующий миг шарахнуться от двух распластавшихся на пластобетоне трупов. Впрочем, уже через несколько минут тела убитых исчезли с разрушенного полотна дороги, чтобы быть обобранными до исподнего… и исчезнуть где‑нибудь в завалах мусора. А вот любопытным, подоспевшим к месту приземления платформы, не так повезло. Коснувшись земли, платформа взвыла гравиком и, пропахав два десятка метров, замерла на месте, а в следующую секунду закреплённый на ней пластолитовый короб разлетелся сотней осколков, и на крошащийся пластобетон соскользнули четыре боевых дроида. Хищно поводя стволами, они взяли «в коробочку» безоружный с виду странно куцый и горбатый сорсит с затянутым в чёрный комбез седоком, и вся группа решительно направилась вглубь руин. И даже самым отмороженным обитателям старого города, наблюдавшим движение этого «отряда», не пришло в голову «пощипать» странных гостей. Эти сами кого хочешь ощиплют и суп сварят. Не добыча – охотники.

* * *

Когда Трой получил очередной заказ от давнего знакомого… пусть лица этого самого знакомого он в жизни ни разу не видел, он и не предполагал, что порученное задание будет лёгким. Не тот человек – его работодатель, и за каждый кред приходилось вкалывать от и до… Впрочем, количество этих самых кредитов было вполне достойным, и Трой никогда не жаловался на скаредность заказчика. Но вот сейчас ему впервые пришло в голову, что в этот раз он катастрофически продешевил… либо работодатель сильно промахнулся с оценкой сложности задания. И то, и другое радовать не могло по определению.

Невдалеке раздался уже знакомый вой, и Трой попытался ещё больше вжаться в склон насыпи, ещё недавно бывшей коробкой гостевого домика. Десяток взрывов громом прокатился по территории, поднимая в воздух огненные вихри и тучи пыли и дыма. Браском охранника характерно пискнул. Ещё минус один. Осталось четверо…

Назойливый визг кинетичек… ещё двое. Трой выругался и, оглядевшись по сторонам, с тоской покосился на громаду разрушенного города. Кажется, решение организовать базу среди особняков курортной зоны было ошибочным…

Огненный всплеск ярким пятном отпечатался на сетчатке глаз охранника, подключенный к браскому комбез, целую секунду сопротивлявшийся нестерпимому жару, выкинул сообщение об опасном повышении температуры, но прочесть его Трой уже не успел.

Дроид приподнял ствол плазменного орудия и, переступив чуть в сторону, застыл на месте. Но уже через несколько секунд чуть присел и одним огромным прыжком взлетел на вершину насыпи. Выстрел. Последний противник, не выдержавший обстрела и попытавшийся удрать, вспыхнул и… осыпался на землю почти невидимым в ночи жирным чёрным пеплом.

Получив новое указание, дроид ловко сбежал вниз и, уже не стараясь таиться, помчался к входу в дом. Но оказавшись рядом с ним, вдруг резко сменил направление движения. Взлетев по стене, машина совершила ещё один гигантский прыжок и скрылась в зарослях когда‑то ухоженного, а ныне густо разросшегося парка. И судя по треску ломаемых кустарников и молодых деревьев, остальные дроиды двигались в том же направлении.

Царившую на небольшой поляне с изящной каменной беседкой и маленьким болотцем у её подножия, когда‑то бывшим красивым прудом, ночную тишину разорвал скрежет сдвигаемой плиты. Из проёма, открывшегося в центре пола беседки, выскользнула тёмная фигура, гибкость которой не мог скрыть даже просторный плащ… и застыла на месте, оказавшись под прицелом выкатившихся на поляну дроидов.

Послышался тяжёлый, искажённый маской вздох, и беглец поднял руки. Тут же откуда‑то со стороны послышалось тихое гудение, и на поляну вкатился сорсит, за спиной седока которого высился объёмистый короб с армейской маркировкой.

* * *

Ким ощерился. Разведчики сработали на все сто, и удрать явно недавно пробитым подземным ходом «главному злодею» не удалось. Взглянув на транслируемую одним из «Егерей» картинку, Дрём увидел, как выбравшийся из люка противник поднял руки и, облегчённо вздохнув, тронул машину вперёд. Пора идти общаться…

– Так ты не только техник, но и «погонщик»? – Раздался голос из‑под маски, едва Ким спешился рядом со своими дроидами.

– «Погонщик», «пастух»… что за убогая фантазия. – Вздохнул Дрём, но тут же посерьёзнел. – Девушку верни, гений.

– Хм… не вопрос. Ты идёшь со мной, девушка идёт куда хочет. Как тебе вариант? – Склонив голову к плечу, отозвался несостоявшийся беглец, делая короткий шаг вперёд. Но тут же замер, заметив, как угрожающе качнулся ствол орудия одного из дроидов.

– И зачем я тебе нужен? – Нахмурился Ким.

– Глупый маленький мальчик. Техник, «пастух», знаток старых технологий… что вообще уникальный случай! Как такой может быть не нужен? – Из‑за искажения смех собеседника показался Дрёму каким‑то уханьем. Впрочем, сам говоривший тоже, кажется, остался не в восторге от этих звуков и осёкся. – Итак?

– Знаешь, если бы ты обратился ко мне по – человечески, может быть, я и согласился поработать на тебя. Но… увы. Ты не с того начал. Поэтому встречное предложение. Ты возвращаешь девушку.

– И? – Без единой ноты беспокойства в голосе спросил собеседник.

– И всё. – Пожал плечами Ким.

– Не пойдёт. Не вижу выгоды. – Несостоявшийся беглец покрутил головой и неожиданно хмыкнул. – Хоть бы жизнь пообещал оставить. Хотя – а… понимаю. Эти железки рядом придают тебе уверенности в своих силах, да? А если так?

Интуиция Кима взвыла, и парень рухнул наземь раньше, чем разошедшееся от противника кольцо света успело его коснуться. А вот дроидам не повезло. Странная атака просто аккуратно разрезала их пополам… и угасла, не докатившись даже до ближайших деревьев.

– Вот это другое дело. – В эмоциях противника мелькнули нотки удовлетворения. – Глупый мальчик, не хватайся за оружие. Поверь, я успею выстрелить раньше. Впрочем… можешь попытаться. Или нет?

На Кима неожиданно навалилась страшная тяжесть, вдавливая в землю, не позволяя шевельнуть даже пальцем… Пси? Он давит пси?! Знакомо… харг! Дрём сконцентрировался, формируя защитный кокон. А противник, тем временем преодолев разделявшее их расстояние, опустился на корточки. Рука в перчатке опустилась на затылок юноши.

– Ким Дрём… а знаешь, у меня есть для тебя хорошая новость. Помнишь предложенный мной вариант? По – омнишь, молодец. Можешь не отвечать, я и так чувствую, что ты хочешь сказать. Ты пойдёшь со мной, девушка пойдёт куда захочет… да – да… но знаешь, в чём прелесть? В то же время она останется рядом с тобой. Нет – нет… никакого принуждения, никакого давления. Сама пойдёт, обещаю. Не веришь? Зря… – Рука в перчатке ухватила Кима за волосы и резко приподняла его голову.

Откинув капюшон свободной рукой и содрав с лица маску, противни…ца улыбнулась знакомой лукавой улыбкой.

– Правда, хорошая новость, милый? – Мурлыкнула Нари.

– Тварь… ну какая же тварь! – Ужас осознания накатил удушливой волной, Ким захрипел. – Детей‑то за что убила, су – ука?!

– Ну, милый, это просто работа, ничего личного. – Всё с той же улыбкой ответила рыжеволосая. – После «изъятия» передатчика мне всё равно нужно было менять прикрытие. А дети… ну да, жалко было. Но ведь ненужных щенков всегда топят, правда? А чем эти беспризорники лучше? Опять же, вопросы безопасности никто не отменял…

Ким содрогнулся от отвращения, что не укрылось от Нари.

– Да, милый. Вот такой это злой и неприятный мир. А что делать? – С деланным сожалением вздохнула она и… отлетела в сторону, сметённая раздавшейся из леса очередью из кинетички. В тот же миг ошеломлённый Ким почувствовал, как с него слетели пси – путы… и, отбросив чувства в сторону, взмыл в воздух.

– Стоять! Всем стоять! – Показавшиеся у кромки зарослей фигуры в тёмном камуфляже замерли, получив подтверждение от командира. Ким обернулся к тихо матерящейся Нари, снесённой очередью на одного из уничтоженных ею дроидов. – Мощное пси. Я должен был догадаться… не допёр, идиот. Сколько у тебя зубов, ми – ла – я? Тридцать два или тридцать шесть, как и положено всякой порядочной джоше?

– Это точно. Идиот и есть. – Поднимаясь на ноги и зло зыркая по сторонам, согласилась девушка. Губы скривились в неприятной усмешке, и всё очарование и красота куда‑то ушли, словно растворились в темноте. Остался только сильный, жёсткий противник, защищённый активным пси – полем, слишком мощным для природного… Ким присмотрелся к костюму девушки и удовлетворённо кивнул.

– Хороший щит. А если так? – В руке юноши материализовался псевдонож, и мутное марево активированного клинка скользнуло вперёд. Девушка даже не стала защищаться, уверенная в своём снаряжении. А зря. Клинок прошил щит без малейшего сопротивления и вонзился в блок генератора на поясе. Полыхнуло, и противница рухнула наземь, спелёнутая тем же приёмом, что всего минуту назад применила к самому Киму. Удар в голову она не увидела… и моментально отключилась. А Ким, ничуть не стесняясь, принялся её раздевать. Мало ли, какие ещё сюрпризы имеются у этой… Дрём вздохнул.

– Выходит, я был прав, брим Ким, а? – Подошедший к парню командир так вовремя появившихся бойцов, поднял забрало шлема и кивнул в сторону раздетой до исподнего Нари.

– Брим Тандо… ну да, можно было догадаться. – Вздохнул Ким, узнав собеседника. – Но на ваш вопрос я пока ответить не могу. Допросим… эту… узнаем.

– Допросим. – Поисковик махнул рукой, и отделившиеся от его команды два человека тут же рысцой направились в их сторону.

– Э, нет. Допрашивать буду я. – Отрицательно покачал головой Ким, а когда Тандо попытался возразить, перебил его. – Вы просто не сможете её удержать. Поверьте, даже голая, она вооружена… Не справитесь.

– А ты? Справишься? Всё‑таки бывшая пассия. – Один из подошедших бойцов, в свою очередь снял шлем, и Ким вздохнул.

– Интересно, а братья Лай тоже здесь… Хрона охраняют… А, Ром?

– Не… они ещё от попойки не очухались. – Усмехнулся тот, но моментально стерев улыбку с лица, кивнул в сторону Нари. – Так что, Ким? Уверен, что рука не дрогнет?

– Не дрогнет. – Ким на миг замер и, взглянув на лежащую у его ног девушку, повторил, – точно не дрогнет…

ЭПИЛОГ

«Внимание, зафиксирована попытка активации протокола «Спящая Тень». Требуется подтверждение ключом безопасности сектора медслужбы. Требуется подтверждение ключом безопасности сектора «Н». Есть доступ. Начинаю активацию протокола. Внимание, различие исходного генокода и генокода строительного материала приведёт к итоговому расхождению в пределах сорока процентов от исходного кода. По завершении процедуры, необходимо провести повторную верификацию пациента в Информатории. Подтверждение получено. Процедура репликации тела начата. Предположительное время работы комплекса – шестьдесят два часа сорок шесть стандартных минут».

Ким откинулся на спинку такого удобного и привычного кресла в кабине Горина и облегчённо вздохнул. Больше всего он боялся, что система не даст доступа к протоколу. Но… спорить с ормом, конечно, можно. Но любая железка знает, что это чревато полным сносом всех её систем… а потому предпочтёт подчиниться насилию. Потом, конечно, настучит куда надо… если сможет.

Ну – ну… пускай попробует. Если найдёт куда «стучать», он этой медкапсуле только спасибо скажет. Дрём покосился на камеру, в одном из быстро темнеющих отсеков которой ещё можно было рассмотреть рыжие волосы джоши Нари Тавал, и усмехнулся. Второй отсек изначально был затемнён, чтобы не пугать присутствующих видом пребывающего в стазисе опалённого огнём обрубка тела.

Кто бы мог подумать, за подобные фокусы с геномом когда‑то была уничтожена целая система… И к представителям её, до сих пор относятся… с опаской. Хм… вот интересно, а если бы это произошло там… ну, в Корпус Сервус… его бы наградили за идею репликации пострадавшего мастера вероятностей на основе тела джоша? Или отправили бы на психокоррекцию? М – да уж… наверное, это зависело бы от результатов… эксперимента.

– Ки – им, Ки – им… ну, КИМ!!! – Тина дёрнула задумавшегося парня за рукав комбеза, и он только порадовался, что додумался затемнить медкапсулу. То, что происходит сейчас внутри, заставит блевать даже брутальную десантуру… что уж тут говорить о маленькой девочке.

– Да, кнопка? – Улыбнулся он.

– Ты по ней скучаешь?

– Нет. – Покачал он головой. – Нельзя скучать по тому, кто причинил тебе зло. Разве нет?

– Правильно. Дядька Хрон точно так же говорит. – Кивнула Тина. – А он у – умный!

– Это точно. – Улыбнулся Ким и вздохнул. Он до сих пор не знал, как ему относиться к старому топаканцу. С одной стороны, харгов старик на пару с Мораном, благодаря полученной от На… джоши информации, буквально вывернул наизнанку «подводников», заставив тех сдать три из четырёх мест в совете Вейна, отдать городу передатчик и признать «некомпетентность сотрудников вейнского представительства, приведшую к репутационным потерям города перед лицом сообщества уважаемых археологов». То есть благополучно загрёб жар руками Кима, не потратив ни одного кредита. Ну хоть возместил Дрёму затраты на дроидов Рома. С другой же стороны, топаканец, наблюдая из дома Рома транслируемую тем картинку с места событий, очень качественно погасил ломку сознания Тины, подсмотревшей благодаря его «безалаберности» всё происходившее на той харговой поляне…

– Опять потерялся. – Проворчала девочка и, вздохнув, потянула Кима за нос. Тот возмущённо хрюкнул, и малышка, отпустив его пострадавший шнобель, погрозила Дрёму пальцем. – Брим Ким, крайне невежливо с вашей стороны игнорировать даму!

Интонации девочки так живо напомнили ему Ирен, что он непроизвольно оглянулся на медкапсулу, мерно отсчитывающую время до окончания процедуры. В голове мелькнула странная мысль.

– Слу – ушай, кнопка, а тебе мама нужна? – Осведомился он, и Тина замерла на месте с открытым ртом. – А что? Хорошая мама, умная, как Хрон, красивая… как ты. Добрая… временами.

– Ты… ты… как это маму? – Выдавила девочка. – С ума сошёл, да?

– Нет, ну а что такого? У меня есть одна безмамная дочка и одна бездочечная мама. Да сами звёзды вас свели! – Улыбнулся Ким. Идея ему нравилась всё больше и больше. А вот Тина начала хмуриться.

– Так не бывает. – Буркнула она. В глазах девочки мелькнули слёзы.

– Эй – эй, кнопка, ты чего? – Забеспокоился Ким.

– Ты решил меня бросить. – Всхлипнула она…

– Что за глупость? – Опешил парень. – Ты с чего это взяла?

– А почему ты тогда хочешь отдать меня какой‑то тётке? Чтобы удрать подальше и забыть об обузе, не так?

– И мысли такой не было. – Отозвался Ким. – Чем хочешь, поклянусь, Тина!

Неожиданно девочка приложила ладонь ко лбу Дрёма, напряглась и… расцвела довольной улыбкой.

– Не врёшь. – Констатировала она и тут же спросила. – А какая она, моя мама?

– Ещё один Хрон на мою голову. – Тихо вздохнул Ким, и Тина кивнула.

– А это он меня такому фокусу научил. И сказал, чтобы я как можно больше тренировалась. Тогда смогу знать, кто врёт, а кто говорит правду, даже не прикасаясь… и вообще, не уходи от темы!

Тим застонал. Две! Две язвы на его голову. Молодец, орм…

– Ки – им…

– Тина, а давай полетаем? – Спросил он. А что, самый лучший способ прочистить мозги…

– На Горине? – Топнув ногой по настилу, спросила та.

– А на чём же ещё? Только не в атмосфере. Хочешь увидеть Агору из космоса? – Заметив, как загорелись глаза Тины, Ким хмыкнул. Ну да, мог бы и не спрашивать.

– Когда?

– Да прямо сейчас. – Улыбнулся парень и заткнул уши от радостного визга девочки.

– Тогда держись.

Рядом с креслом Кима прямо из пола выросло ещё одно, поменьше, куда Тина с готовностью и забралась. Дрём положил руки на подлокотники…

– Горин, слияние.

– Принято. – По желанию Кима машина перешла на звуковой режим. Ладони Дрёма обволокло отливающей металлом плёнкой, он подмигнул с любопытством наблюдающей Тине и… провалился в слияние.

Собственное тело будто выросло и сильно потяжелело. В этом не было ничего необычного, просто сейчас Ким и Горин стали одним целым, и тело машины он ощущал, как своё собственное. От «кожи» покрытия на корпусе до маршевого двигателя и гравипривода. Сенсоры Горина стали для Кима глазами, ушами, обонянием и осязанием… и ещё добрым десятком недоступных обычному человеку чувств. Привычным, почти неосознаваемым усилием он запустил тестирование и через несколько секунд понял, что готов к взлёту. Ничего «не чешется» «не болит» и «не зудит», значит, системы в норме. Готово! Легко опершись на стартовые движки, словно присев перед прыжком, орм послал тело вверх одним чётко выверенным усилием. Взлёт!

Оказавшись в километре над поверхностью, орм ускорился, заставив маршевый двигатель взреветь, и по округе будто прокатился раскат грома. Есть режим… выход на орбиту. Для того, чтобы оторваться от «липкой» поверхности, как она ощущалась ормом, он на миг активировал гравипривод, и планета словно сама оттолкнула его тело, отпуская его в пустоту… Нет, это для обычных людей вокруг пусто, а для прошедшего слияние пилота, космос – это океан. Со своими течениями в межзвёздном пространстве, формируемыми тёмными звёздами и бухтами звёздных систем – то спокойными, словно сонная лагуна, то бурливыми от изливающейся в них силы местных светил…

Ким улыбнулся, чувствуя внутри себя, орма, маленький огонёк восторга. Кажется, не ему одному по душе путешествия в пространстве. Дрём мягко коснулся сознания Тины и получил в ответ такой вал радостных эмоций, что…

* * *

– Ну, что скажете, господа? – Худощавый высокий полковник в чёрной форме остановил запись и оглянулся на коллег, сидящих за длинным пустым столом.

– Интересная вариация. И кто же догадался подсунуть такое в качестве финального психотеста? – Раздался язвительный голос единственной дамы среди присутствующих. Сейчас в этой подтянутой женщине в форме майора можно было только по интонациям узнать медика учебного центра.

– Доктор Дайго, что скажете? – Игнорировал замечание подчинённой полковник. Седой, полноватый доктор улыбнулся краешком губ и кивнул.

– Работа Лима, не иначе. На этот раз наш мастер вероятностей превзошёл самого себя. Толково, очень толково… Думаю, юноша заслужил свой допуск.

– Согласен. – Тут же откликнулся сидящий рядом с ним офицер с профессионально неприметным лицом контрразведчика. – Но не мой кадр. А вот тактикам он придётся ко двору. Что скажете, капитан?

Самый молодой из присутствующих за столом усмехнулся и довольно потёр руки.

– Ручаюсь, я сделаю из него спеца. И помяните моё слово, через десять лет стратеги будут локти себе грызть от досады, что упустили этот кадр. А мы ещё поду – умаем, отдавать им его или себе оставить. – Капитан сверкнул глазами и изобразил комичный поклон в сторону сидящего рядом с медиком невозмутимого топаканца в звании майора.

– Может быть… может быть. – Протянул топаканец. – Ладно, допуск. Посмотрим, как покажет себя этот ваш будущий такт.

– Значит… мед – майор Талаан… Ваш вердикт? – Обратился к медику полковник.

– Допуск. При условии, что этот харгов… тьфу ты, вот привязалось же! Короче, по завершении церемонии, Лима должен поставить парню мозги на место! Иначе вместо такта или страта получите шизофреника! – Заключила мед – майор.

– Что ж, решено. – Полковник кивнул, и по коридору за дверью кабинета прокатился его голос. – Курсант Дрём!

Чеканя шаг и глядя куда‑то в пустоту, в кабинет вошёл юноша в уставном чёрном мундире, отличающемся от формы находящихся здесь офицеров, лишь отсутствием наградных планок да пятью курсантскими «нашивками» на рукаве, немедленно оплывшими и исчезнувшими, едва он переступил порог.

– Курсант Дрём, поздравляю с первым офицерским званием. Ваш идентификатор, такт – лейтенант!

Связующий

ПРОЛОГ

С пронзительным свистом флаер заложил крутой вираж и, промчавшись по каньону, ушёл к горизонту, оставив за собой долгоиграющее эхо. Стоящий на обрыве мужчина провёл рукой по сверкнувшим сединой волосам, взметнувшимся от промчавшегося порыва ветра, и, глянув вслед скрывшемуся с глаз флаеру, покачал головой. Мальчишки! Всё бы им носиться…

Постояв ещё немного, мужчина вдохнул сухой перегретый воздух и, развернувшись, направился к сверкающей в лучах солнца белоснежной полусфере исследовательского комплекса, расположившейся в нескольких сотнях метров от Пролома.

При приближении мужчины двери комплекса распахнулись сами собой, пропуская хозяина внутрь. А стоило ему войти в просторный, светлый и, казалось бы, пустой холл, как рядом очутился молодой человек в военном мундире с офицерскими знаками различия. Несмотря на то, что хозяин комплекса был одет в штатское, военный явно относился к нему, как к вышестоящему начальству. Прямому начальству.

– Доктор Лима!

– А-а, Грэм! Ты уже здесь. Извини, не заметил. – Протянул седой хозяин комплекса, отвлекаясь от своих размышлений. – Ты что-то хотел?

– Так точно. – Кивнул тот, вытягиваясь по стойке «смирно». Его собеседник поморщился.

– Грэм, прекрати. Ты же знаешь, как я не люблю эти ваши военные заморочки. – Усталым голосом попросил Лима. Но тот и глазом не повёл, продолжая изображать стойкого солдатика.

– Доктор Лима, гости уже прибыли. – Отчеканил Грэм. – Я провёл для них экскурсию по комплексу, они пообедали в нашей столовой и сейчас знакомятся с вашей коллекцией…

– Какой же ты зануда, Грэм. – Вздохнул доктор, смерив своего подчинённого долгим взглядом. – Ну задержался я немного. На обрыве очень хорошо думается, знаешь ли.

– Осмелюсь напомнить, что среди гостей присутствует участник вашего последнего эксперимента. – Не обратив никакого внимания на слова начальства, всё с той же каменной физиономией проговорил офицер. Лима тут же просиял.

– Что ж ты раньше не сказал, Грэм! – От избытка чувств доктор даже хлопнул своего собеседника по спине и, не дожидаясь, пока тот хоть как-то отреагирует, устремился к лифту. – Значит, говоришь, смотрят мою коллекцию? Замечательно, замечательно!

– Я сообщал вам об этом четырежды, доктор. – Произнёс тот, но Лима его уже не слышал. Прозрачные пластолитовые створки лифта захлопнулись, и платформа стремительно рванула вверх, унося доктора на третий этаж исследовательского комплекса.

Молодой офицер, два года назад получивший назначение на свою нынешнюю должность, уже привык к поведению своего патрона, а потому, проводив взглядом взмывшую вверх платформу, только вздохнул… и отправился на рабочее место. У него ещё своих дел по горло, и они поважнее будут, чем сопровождение гостей доктора Лимы по его владениям…

Хозяин исследовательского комплекса «Зейтам», доктор Чамбер Лима, ворвался в огромную, заставленную витринами комнату и, оглядевшись по сторонам, решительно направился к небольшой группе гостей, внимательно слушавших хранителя здешних сокровищ. Впрочем, насчет «внимательно» доктор явно поторопился. К повествованию коллеги прислушивались лишь трое из пяти визитёров, затянутых в знакомые чёрные мундиры Корпус Сервус. А вот двое их спутников явно только делали вид, что им интересна тема лекции. Осунувшийся и бледный молодой человек, можно сказать, юноша с новенькими блестящими нашивками такт-лейтенанта и… Лима поморщился. Ну конечно, как же дело могло обойтись без мед-майора Талаан?

– Господа, доброго дня. Ирген, извини, что вынужден прервать твою лекцию. – С улыбкой проговорил доктор Лима, обводя взглядом присутствующих. Коллега только молча кивнул, одновременно скинув на интеллон[5] начальника короткое сообщение. А вот гости оживились… по крайней мере, та троица, что внимательно слушала рассказы Иргена. Присмотревшись к ним, доктор легко узнал представителей комиссии, под надзором которой проходил один из его недавних экспериментов, и их интерес был ясен и понятен. Перспективные исследования, проводимые в центре Лимы, при удачном результате могли солидно повысить и их собственный служебный рейтинг. А вот на лицах мед-майора и такт-лейтенанта эмоции прочитать совершенно невозможно, как и почувствовать их отражение в пси. Корпус Сервус… что с них взять? Да и морф-системы, установленные у обоих, явно не облегчают попытки чтения. По крайней мере, даже продвинутый интеллон доктора здесь пасует…

Лима ради интереса попытался взглянуть на ближайшие ветви вероятностей и… тут же был вынужден отказаться от этой идеи. По пси ударила волна совершенно непонятных возмущений, размывая и дёргая «картинку», а по нервам стегнуло болью. И виной этому был стоящий в двух шагах бледный такт-лейтенант с отсутствующим взглядом. Дела-а! С таким эффектом Чамбер Лима ещё никогда не сталкивался… и это было очень, нет, чрезвычайно интересно! Эх, почему же он раньше так и не выбрал время, чтобы встретиться с этим юношей вживую? Сколько времени зря потеряно!

Справившись с досадой, доктор широко улыбнулся и, глянув на юношу, словно кот на миску со сметаной, предложил всем присутствующим пройти в его кабинет. Конечно, ему хотелось бы заняться делом немедленно, но… представители комиссии просто не поняли бы этот порыв. А сам доктор, хоть и был увлекающейся натурой, но что такое «фонды», «бюджет» и «освоение средств» знал очень хорошо. И прекрасно понимал, насколько финансирование его комплекса зависит от нынешних гостей. А значит, с началом работы придётся немного подождать…

Троица представителей заказчика осталась довольной проведённой Чамбером Лимой презентацией, хотя, кажется, они не поняли как минимум четверти объяснений. Но результат-то, результат!

Дождавшись, пока Грэм проводит членов комиссии на площадку для флаеров, где их уже дожидался транспорт, доктор повернулся к оставшимся гостям, за всё время встречи так и не проронивших ни слова, и, широко улыбнувшись, довольно потёр руки.

– Ну что ж, с ерундой закончили. Займёмся делом? – Лима тряхнул гривой седых волос.

– Давно пора. – Фыркнула мед-майор Талаан, поставила высокий бокал с тандо[6] на столик и поднялась с кресла. – Ким?

– Слушаю. – Безразличным тоном проговорил такт-лейтенант, по-прежнему подпирающий спиной стену кабинета, и женщина метнула в доктора Лиму недовольный, очень недовольный взгляд.

– Э, да юноша совсем расклеился, я смотрю. – Не обратив ровным счетом никакого внимания на недовольство медика учебного центра, протянул доктор. – И это гордость учебного центра, можно сказать, будущий герой Корпуса и галактики! Ай-яй, как нехорошо!

– Доктор, вам зубы жмут? – Всё тем же ровным тоном, так что даже вопрос в предложении лишь угадывался, проговорил лейтенант.

– О, пациент скорее жив, чем мёртв. Керна, видишь? – Фыркнул Лима.

– Вижу. – С холодной улыбкой согласилась мед-майор. – Но не советую продолжать в том же духе. Вчера его смогли остановить только три штурмовика в полном боевом. А ведь речь шла лишь об одном незадачливом шутнике. Ты же не хочешь узнать, насколько мой подопечный сердит на виновника своих злоключений?

– М-гм… – Чамбера Лиму можно было назвать увлекающейся натурой, гением и даже самовлюблённой скотиной, считающей окружающих лишь немногим умнее слизней. Но с чувством самосохранения у доктора всё было в полном порядке. – В таком разрезе я эту ситуацию не рассматривал. Что ж… хм… м-да, тогда идёмте в лабораторию и постараемся вернуть юноше радость жизни, а?

Лима шагнул к двери и поманил гостей за собой. Керна Талаан только покачала головой. Этот старый… неисправим.

Белоснежные пустые коридоры привели доктора и следующих за ним офицеров Корпуса к лифтовой платформе, совершенно непохожей на ту, что располагалась в основном холле комплекса. Никаких блестящих поверхностей, никакой прозрачной трубы лифта, только решётчатый пол и невысокое ограждение по периметру. Никакой эстетики, чистая утилитарность и практичность.

Дождавшись, пока гости окажутся рядом с ним на платформе, Лима отдал приказ, и лифт пошёл вниз. Замелькали металлопластовые стенные панели, послышался нарастающий свист, а волосы «пассажиров» взъерошил невесть откуда взявшийся ветер. Правда, длился спуск недолго. Уже через полминуты платформа замедлилась и остановилась напротив массивных двойных створок, больше похожих на небольшие бронированные ворота, чем двери лифта.

– Предъявите идентификаторы. – Глухой голос разнёсся по шахте и отдался эхом в головах визитёров. Офицеры Корпуса переглянулись и, одновременно пожав плечами, выполнили указание. И в ту же секунду интеллект-система комплекса вновь подала голос. – Гостевой доступ подтверждён. Ответственный – доктор Чамбер Лима.

Тяжёлые створки разошлись в стороны, пропуская хозяина комплекса «Зейтам» и его гостей… в шлюз. И лишь пройдя санобработку, они оказались в сердце исследовательского центра, спрятавшегося на глубине почти сотни метров под землёй. Как и лифтовая платформа, ведущая сюда, обстановка внизу ничуть не соответствовала дорогим и строгим интерьерам наземной части комплекса. Не было здесь ни белоснежных стенных панелей, ни шикарной мебели… Только обшитые металлопластом широкие коридоры, освещаемые неяркими световыми блоками, немаркие керамитовые полы, исчерченные линиями неизвестного назначения, да врезанные в стены редкие «сейфовые» двери без единой таблички. Вот у одной из таких безликих дверей доктор Лима и остановился.

– Добро пожаловать в мои владения, господа офицеры. – Чамбер повёл рукой, и дверная створка с еле слышным шипением скрылась в стене, открывая вид на огромное помещение с довольно низким потолком.

ЧАСТЬ I. К РОДНЫМ ПЕНАТАМ

Глава 1. Не нужно справляться, нужно задолбаться

Открыв глаза и оглядевшись по сторонам, я поначалу даже не понял, что именно вижу. Лишь через несколько долгих, как бесконечность, мгновений до меня дошло, что я нахожусь не в кабине «Горина», а в медблоке… обстановка которого кажется смутно знакомой.

«… Курсанту Дрёму явиться в третий сектор, блок «Д». Время исполнения – 12:00, 11:59, 11:58…».

Отогнав от внутреннего взора выведенный морф-системой приказ, я сорвался с жесткой койки и, метнувшись к встроенному в стену шкафу, принялся облачаться, одновременно мысленно выстраивая оптимальный маршрут.

И лишь оказавшись у шлюза ведущего в нужный сектор, я осознал, где именно нахожусь. До боли знакомая обстановка не давала ни единого шанса на ошибку. Учебный центр Корпус Сервус. Тот самый, из которого я сбежал на расстояние в шесть сотен лет… стоп!

Повинуясь приказу, морф-система вывела перед моим внутренним взором календарь и часы… мгновение, и показания, соответствующие времени и дате Агоры Третьей, мигнув, исчезли, сменившись сообщением морф-системы об их синхронизации с данными Информатория. Ого! Неужели? Информатории открыты? Оба? Впрочем, о чём это я?.. Если уж я неведомо как снова оказался в Корпусе, логично было бы ожидать, что и инфосистемы работают. Кстати!

Мысленно пробежав по ключам и протоколам безопасности, я убедился, что мои прежние идентификаторы вновь активны и, прислушавшись к себе, закрыл личным кодом все данные, имеющиеся с момента  «воскрешения» на Агоре, после чего скинул весь массив в автономный банк, послушно созданный морф-системой, и прибавил ходу.

Мелькали мимо переходы и повороты учебного центра, лица курсантов и преподавателей, а я летел вперёд, не обращая ни на что внимания и повинуясь лишь коротким указаниям системного «поводка». Мысли же мои были очень далеко отсюда. На Агоре.

– Курсант Дрём, вы вовремя. – Поднявшийся из-за стола лейтенант окинул меня коротким взглядом и кивнул на складную скамью у стены. – Присядьте, курсант. Ожидайте вызова.

Коротко кивнув, сажусь на предложенное место и замираю. Как всё знакомо… и безлико. Равнодушный тон, серо-стальные стены и стальная же мебель без намёков на изыски. Всё грубо, жёстко и функционально. Ничего лишнего.

До времени, указанного в приказе, ещё две с половиной минуты. Прорва времени, когда в голове бьётся сумасшедшим пульсом вопрос – было или не было?!

Ответ я получил спустя всё те же две с половиной минуты, когда открылись двери незнакомого кабинета, и вновь поднявшийся из-за стола лейтенант рявкнул во весь голос, изображая беспримерное рвение.

– Курсант, встать. Смирно! – От металлического эха, ударившего по ушам, меня чуть не передёрнуло. Но вбитые навыки помогли удержать лицо. Стоило оказаться в знакомой обстановке, чтобы заработали старые рефлексы, однако. Лучше бы они мне на Агоре помогли…

– Вольно, Дрём. Проходите. – Появившийся на пороге куратор нашего курса мотнул головой и, смерив недовольным взглядом шумного адъютанта, вновь скрылся в кабинете, где помимо самого куратора я обнаружил пару яйцеголовых в форменных кителях Исследовательского центра Корпуса… со смутно знакомыми физиономиями. Но вот где именно я их видел? Без понятия. И морф-система не помогает.

«Данные недоступны»

Вот спасибо, а то я сам не догадался! Впрочем, «недоступны» и «отсутствуют» вещи разные. Спасибо за подсказку.

– Что, не узнаёшь, парень? – Словно прочитав мои мысли, ухмыльнулся один из учёных, молодой парень, с форсом поблёскивающий лысиной, точнее тонкой сеткой интеллона на ней, слабое сияние которой не мог приглушить даже тонкий слой эпидермиса. – Ничего, сейчас вспомнишь!

– Ругер, прекрати. – Его старший товарищ, такой же лысый и… куда более «научный» с виду, одёрнул молодого коллегу и указал мне на тихо гудящий в углу кабинета кокон рабочего кресла, довольно странно смотрящийся вне ОРМа. – Устраивайтесь, курсант. Процедура не займёт много времени.

Бросив короткий взгляд на застывшего у стены куратора, я вздохнул и решительно шагнул к кокону. И уже чувствуя, как руки и ноги обвивают тонкие щупы контактов, заметил, как младший яйцеголовый с недовольной миной шваркнул на стол блеснувшую характерным золотистым отблеском кредикарту, которую куратор тут же и забрал. Неучтённые финансовые операции на территории Корпуса? Однако… Интересно, на что они спорили?

– Как вы и говорили, дар Уно, без единого вопроса. – Усмехнулся старший научник… и моё сознание потухло.

А когда я очнулся… Это было странно. Я помню, как готовил побег из Корпуса, но одновременно  помню и подготовку к погружению в стазис-камеру, и объяснения вот этого самого улыбающегося Ругера и его начальника Клиффа о сути выпускного стресс-теста. Я помню обжигающий ветер сухих долин Агоры, тёплые губы Ирен, но помню и лекцию доктора Лимы о тонкостях работы всё той же стазис-камеры и принципах преобразования разума в информационно-энергетический поток. Помню улыбку смешной, слишком много пережившей девчонки и сухие голоса научников, рассуждающих о плотности древа вероятностей, когда над моей головой опускалась крышка саркофага.

– Ты как, Дрём? – Я недоумённо взглянул на куратора, в голосе которого мне послышался намёк на сочувствие. Это у Пустотного Призрака-то?! Что-то где-то сдохло, не иначе.

– Странно. – Честно ответил я, сообразив, что слишком долго молчу. Настолько долго, что оба научника, отвлёкшись от чтения мелькающих на огромном настенном экране графиков, в ожидании уставились на меня.

– Ощущение раздвоенности сознания? – Прищурился Клифф.

– Не совсем. – Честно ответил я. – Просто некоторый излишек воспоминаний.

– Ну, это не страшно. – Улыбнулся научник. – Привыкайте, дар Дрём. Пережитое в стазисе теперь такая же неотъемлемая часть вашей жизни, как и прочие события, участником или наблюдателем которых вы были.

– То есть это было на самом деле? – Я наконец задал тот вопрос, что волновал меня с момента пробуждения в медблоке Корпуса. Научники переглянулись.

– Для вас, да. – Кивнул Клифф и, очевидно заметив реакцию показателей, выводимых на экран с датчиков кресла, тут же поднял руки в успокаивающем жесте. – Тихо-тихо, дар Ким. Я говорю о субъективном восприятии происходившего во время психотеста. На самом деле, всё, разумеется, зависит лишь от точки зрения. В конце концов, что такое окружающая реальность, как не наши ощущения, верно?

А потом я просто утонул в потоке мыслей этого научного светила и, наверное, вконец бы спёкся, если бы не слова его помощника, прервавшие двадцатиминутный спич доктора Клиффа.

– Профессор, по-моему, вы забыли первую заповедь лектора. – Со смешком высказался Ругер, с интересом разглядывая очередной график.

– Какую? – Непонимающе нахмурился Клифф.

– Не грузите и не грузимы будете. – В голос рассмеялся его помощник и тут же поморщился, явно задрожав всем телом.

– Впредь будешь думать, как рушить мой авторитет при посторонних. – Удовлетворённо кивнул Клифф, наблюдая, как Ругера колотит всё сильнее и сильнее. Наткнулся на взгляд помощника и растянул губы в широкой улыбке. – Протоколы безопасности нужно обновлять своевременно, а не только перед заплывами по «серым» порталам. У тебя есть полторы минут на поиск дыры.

Сияющие полоски интеллона на лысине Ругера засветились ещё ярче, явственно проступая под кожей, но через десять секунд интенсивность свечения спала, и помощник профессора перестал дрожать. Справился?

– Молодец. А теперь за работу, Ругер. Доклад сам себя не напишет.  А вы, дар Дрём, можете выбираться из кокона. А то ваш куратор, наверное, уже заскучал…

Упоминание исчезнувшего из кабинета куратора подействовало отрезвляюще. Тело автоматически, одним привычным движением стряхнуло с себя неохотно отползавшие щупы нейроконтактов и выскользнуло из объятий рабочего кресла. Окинув взглядом одежду и поправив перекосившийся ремень, непременный, хотя и бесполезный атрибут любой военной формы, я кивком попрощался с научниками и выскользнул за дверь.

Куратор нынешнего выпускного курса ормов Корпус Сервус, дар Уно Гирен, штурм-майор Пустотный Призрак не скучал. Он был занят любимым делом, то есть строил рядами и шеренгами первый подвернувшийся под руку личный состав. Сейчас эта незавидная роль досталась сидевшему в приёмной лейтенанту. Строиться рядами и шеренгами в одиночку было тяжело и неудобно, так что мед-лейтенант страдал. А штурм-майор наслаждался.

– А, Дрём… выполз, наконец! – Обернувшись на тихий шелест закрывающейся двери, проговорил куратор, лишая своего внимания стремительно меняющего окраску лейтенанта. Белый-красный, белый-красный. Ну, чисто второй контрольный в пустотном слоте перед стартом. – Так, чего замер, курсант? «Поводок» не видишь? А ну, бегом!

Перед моим внутренним взглядом высветился приказ-указатель, и я, повинуясь, сорвался с места, постаравшись запихнуть свои переживания поглубже. Будет ещё время разобраться, что к чему, а пока… вперёд, курсант. Время не ждёт и начальство тоже. А в том, что куратор погнал меня именно к начальству, я ни на секунду не сомневаюсь.

«Второй сектор, блок «А», время исполнения – 3 стандартных минуты». Ну, это место известное. Административный комплекс. Стоп. Три минуты? Призрак совсем озверел!

Крутанув перед внутренним взором испещрённую чёрными пятнами закрытых периметров карту, я попытался выстроить подходящий по времени маршрут… Бесполезно.

Так, а кто вообще сказал, что я должен блуждать по коридорам и шлюзам? Внешняя карта… Вот сектор три, а вот и нужный мне второй. По прямой между внешними шлюзами всего сто сорок метров. Замечательно. Проверив форму на работоспособность, я припустил к ближайшему шлюзу. Ранец из ниши запасника  на плечи. Закрыть створки. Пустотный режим. Расчёт коррекции… Готово. Выход? Прыжок!

Загоняли. К условному вечеру на станции я еле волочил ноги от усталости. Не физической, нет… при необходимости я мог бы и сейчас норматив на «пересечёнке» сдать, но вот психологически… я был на пределе. Целый день мне просто не давали сосредоточиться на себе. Тесты, проверки, собеседования… И как завершение этого суматошного дня, в казарме, куда я по привычке заявился, чтобы завалиться спать на свою койку, дежурный указал мне на выход. Пришлось подавать запрос интеллект-системе базы и, получив очередной «поводок», переться через весь учебный центр в тот же медблок, где я проснулся утром.

Так что, нет ничего удивительного в том, что следующий «день» я начал на добрых два часа позже, чем мои сокурсники, ни одного из которых, кстати говоря, я после своего пробуждения в саркофаге так и не видел. Проспал, умудрившись отвыкнуть от жёсткого графика учебки за время этого непонятного, странного «психотеста».

Почему странного? Так были у меня сомнения в словах Клиффа. Как и причины для них. Точнее, одна причина, мелкая, но напрочь выводившая меня из состояния равновесия. Если всё, что происходило со мной на Агоре, не более чем эмуляция интеллект-системы учебного центра Корпус Сервус, то откуда у меня на ремне взялся тот самый псевдонож, которым я вскрывал защиту рыжей джоши? Подложили в заблокированную стазис-камеру? Тогда меня сейчас бы и в живых не было. Открывать работающий сакофаг, значит, гарантированно убить того, кто в нём находится. Тот разогнанный до сверхсветовой скорости, псевдоматериальный инфопоток, в который превращается в стазис-камере человек, просто физически не может существовать вне пространства саркофага. А если меня выводили из стазиса, то морф-система была обязана зарегистрировать эти моменты. После разблокировки собственной памяти и получения кодов доступа к закрытым на время теста банкам данных морфа, я это могу утверждать точно. Тем более, что такие остановки и извлечения моего тела из стазиса действительно проводились. Все они зафиксированы морф-системой, и никакого псевдоножа у меня при себе в те моменты не было. А теперь, внимание, вопрос: откуда в моей стазис-камере взялось пси-устройство, если его туда никто не клал? В последнем я имел возможность убедиться только что, запросив в Нижнем Информатории записи фиксаторов в лаборатории, где проводился этот… «стресс-тест». Благо, допуск участника у меня никто не отнимал.

Идиотский приказ-«поводок» снова замаячил перед моим внутренним взором, едва я вышел из санузла. И начался второй день марафона. Снова тесты с полной загрузкой морф-системы или полным же запретом на её использование, сдача нормативов по физическому состоянию и тесты пси-возможностей… Проверка навыков пилотирования транспортныйх средств, астронавигационные расчёты и тесты на управление группами дроидов, от однотипных разведчиков типа «Рой» до смешанных рейдерских отрядов.

На третий день к этому кошмару добавились тактические задачи на «захват флага» и «оборону флага» с использованием как мех. поддержки, так и разнообразных по составу «живых» отрядов. С последними было хуже всего. Уж не знаю, кто придумал такую гадость, но иногда интеллект-система, эмулирующая живых вояк моего отряда, принималась жутко тупить, перевирать исполняемые приказы, а однажды и вовсе «сдалась» в плен противнику! Я чуть кокон не разнёс от ярости!

А когда рядом со мной проявилось чьё-то довольно ощутимое чувство удовлетворения и злой радости, я просто вывалился из кресла. От такт-лейтенанта, «корректировавшего» работу системы «для внесения большей достоверности в процесс выполнения задачи», меня оттаскивали два штурмовика в полном боевом, весьма кстати оказавшиеся в имитационном центре. Для лейтенанта «кстати».

– Блокируй морф! Кому сказал!!!

Я попытался дёрнуться в захвате, но куда там! Штурмовики в экзоскелетной броне это даже не дроиды, у них дури, как у проходческого щита. А тут ещё и кулак майора в челюсть прилетел. Я тряхнул головой и, глянув на рычащего куратора, всё же смог задавить свою ярость настолько, чтобы услышать и исполнить приказ. Майор кивнул, и в руку мне впился инъектор. Мышцы сразу расслабились, хорошо хоть не все… И штурмовики, повинуясь указанию куратора, аккуратно опустили меня на шершавый пол зала. Ярость, бурлившая в крови, спала, словно вода, уходящая с отливом, и я смог, наконец, более или менее связно мыслить. Помотав головой, поднял взгляд на куратора и бледного такт-лейтенанта, столь неожиданно попавшего под раздачу… и вздохнул.

– Ну и что это было, курсант? – Осведомился Призрак, рассматривая меня, словно энтомолог невиданный экземпляр бабочки. Того и гляди на иголку наколет…

– Харг его знает, дар майор. Накрыло, словно я без псиблокады на гладиаторские бои припёрся. – Прохрипел я и, машинально почесав плечо, в которое пришлась инъекция успокоительного… недоумённо уставился на Призрака. А зачем было требовать отключать морф-систему?! У Призрака же высший приоритет, он сам её мог вырубить! Да и меня вместе с ней.

Очевидно заметив мои трепыхания, майор сверкнул глазами и перед моим внутренним взором всплыло сообщение с его идентом: «Не вздумай болтать! Потом объясню». Пришлось кивнуть в ответ. Куратор на миг успокоено прикрыл глаза и тут же разразился приказами.

– Образно, курсант! Но понятнее твоё поведение не стало. Конвой, в медблок его. Палату под охрану. Выполнять! – Штурмовики цапнули меня за локти и понесли. Ну, хоть марафон этот харгов закончился…

Глава 2. Чемодан без ручки

Я жаловался на загруженность? Зря… вот за следующие десять суток я узнал, что такое настоящая нагрузка. Ни секунды покоя, ни малейшей возможности разобраться в себе. Всё бегом, без остановки… и ведь, самое главное, непонятно, зачем?

Все мои однокурсники уже получили свои лейтенантские нашивки и разъехались к местам дальнейшей службы, а меня продолжали гонять, словно сопливого первокурсника. Это притом, что по всем документам учебного центра я прохожу как окончивший обучение и благополучно выпустившийся лейтенант. Кстати, именно в этом была причина странного поведения Пустотного Призрака, когда у меня сорвало тормоза. Он, оказывается, лишился доступа к моей морф-системе и просто не мог отдать ей приказ на применение успокоительных средств. В принципе, логично. Если уж я выведен из личного состава учебного центра, то и доступ преподавателей к моей морф-системе должен быть ликвидирован. Инструкции на этот счёт однозначны. С момента выпуска курсант неподотчётен командирам учебного центра, и доступ к его морф-системе передаётся главе сектора «Н» по месту дальнейшей службы. И только после назначения на должность «молчи-молчи» передаст коды доступа непосредственному начальнику, да и то лишь в объёме компетенции последнего. Вот такая система. Одно «но»… я до сих пор не прошёл распределение и, несмотря на то, что в банках данных учебного центра числюсь выпустившимся лейтенантом, до сих пор не получил ни своих нашивок, ни приказа следовать к месту службы. Были бы силы, давно бы взбесился от этой неопределённости.

– Подъём, курсант Дрём. – Вот, нарисовался, хрен сотрёшь. Я мысленно вздохнул, но вскочил с койки и уставился на майора Уно.

– Одевайся, Ким. Комиссия не будет ждать. – Окинув меня взглядом, кивнул куратор, и морф-система тут же выдала уже опостылевший мне приказ-«поводок».

«Второй сектор, блок «А» – время прибытия 45:00, 44:59, 44:58…» Что за харг?! Сорок пять минут? Да я за это время успею к местному светилу сгонять и обратно вернуться.

Удивление не помешало мне исполнить приказ покинувшего медблок, странно подобревшего куратора, так что через пять минут я уже был умыт, одет и готов к продолжению… мучений. Но вместо этого у меня обнаружилось больше получаса свободного времени. Это было настолько необычно, что на миг я просто завис, пытаясь осознать сей факт и понять, на что можно потратить нежданно привалившее «богатство». В результате выбор пал на завтрак в столовой преподавателей. А что? Если формально я уже лейтенант, как следует из моего нового идента, то мне совсем не обязательно давиться и без того надоевшей курсантской кашей. И чего я раньше об этом не подумал? Впрочем, когда бы? Последние десять сутое мне было совсем не до деликатесов, лишь бы кинуть что-то в воющий от голода желудок… и завалиться спать. Я бы и сейчас не отказался вздремнуть, честно говоря. Да боюсь, что в этом случае гарантированно опоздаю на комиссию. Интересно ли мне, что сегодня задумали мои мучители? Нет. Совсем неинтересно. Тем более, что и так это скоро узнаю, вне зависимости от наличия или отсутствия желания.

За медленными и вялыми размышлениями я и сам не заметил, как добрался до преподавательской столовой, путь к которой мне услужливо подсветила морф-система. Кивком поприветствовав редких утренних гостей столовой, стараясь не обращать внимания на удивлённые взгляды, направленные на пять моих курсантских нашивок, я прошёл через зал, набрал на допотопном сенсорном экране список из желаемых блюд и, подхватив выданный заказ, потопал к столу. И чего они все пялятся, спрашивается?  Подумаешь, форма. Хотя… учебный цикл закончен, до вручения нашивок новому пятому курсу ещё четыре декады… может в этом и причина? Я скривился, почуяв возмущение одного из присутствующих

– Я не понял, курсант… ты ничего не перепутал? – Тех-лейтенант, явно не из нашего выпуска, возник рядом с моим столом и уставился, словно на инсектоида какого-то. И откуда столько гонора, а?

– Нет.

– Что «нет»? – Вызверился тех, на миг скосив взгляд на соседний столик, за которым расположилась пара его приятелей. Решил за мой счёт авторитет поднять? В дупу тебя, как говорил Ро… Харг, а был ли тот выходец из русского сектора вообще? Я скривился… и это не ускользнуло от внимания тех-лейтенанта. Кулак здоровяка с грохотом опустился на хлипкий столик, отчего еда в лотках подпрыгнула, обдав мой китель каплями соуса. Весьма вкусного, между прочим. – Я тебя спрашиваю, курсант!!!

– На оба вопроса ответ «нет», тех-лейтенант. – Ответил я, очищая форму. – Я уже не курсант и ничего не перепутал.

– Встать! – Заорал тот, одновременно попытавшись зарядить мне в ухо. Таким-то кулачищем! Попадёт – голову снесёт!

Выскочив из-за стола, я на миг замер перед отчего-то перевозбудившимся тех-лейтенантом, но тут морф-система подала сигнал. Нашли всё-таки!

Вздохнув, аккуратной двойкой, изрядно сдобренной волной пси, я «сложил» разбушевавшегося лейта. Пусть лучше конвой, обнаруженный морфом у входа в столовую, тащит этого идиота в медблок, чем шляется за мной по пятам, распугивая персонал учебки.

От удара подскочившего приятеля разоравшегося технаря, я ушёл вниз и, решив больше не размениваться на рукомашество, от души двинул ему ментальным ударом. Бедолага покачнулся и рухнул на колени, прижимая ладони к вискам. Не боец… третий не успел ничего сделать. Влетевшие в столовую штурмовики, всю декаду таскавшиеся за мной по пятам, непонятно от кого охраняя, резво уложили беднягу на пол и, спеленав его вместе с товарищами, молча потащили всю тройку прочь, напоследок наградив меня короткими взглядами, значение которых я всё равно не мог опознать. Поляризованные защитные маски оставляют простор для воображения… Собственно, я и сами-то взгляды смог определить только потому, что на миг эти маски развернулись в мою сторону. Да и харг с ними, за погляд денег не берут.

Беспокоиться о возможных неприятностях мне  не с чего. Запись любого фиксатора, в том числе и с моего морфа, с лёгкостью покажет зачинщика драки. Если бы на моём месте был курсант, дело другое, наш брат летает от пинков персонала и по куда менее значимым поводам, так что, никто не стал бы даже смотреть на показания фиксаторов, но в данном случае лейт нарвался.

Морф показал сообщение от системы безопасности, и я, шагая на встречу с комиссией, слабо улыбнулся. Что и требовалось доказать. Отреагировав на стычку, интеллект-комплекс «безов[7]» считал иденты и выдал решение о немотивированном нападении на «гостя» учебного центра. И прислал мне предупреждение об отправке по месту службы замечания о несоответствии моей одежды форме установленного образца. А вот тех-лейтенанта и его спутников ждёт выговор… Интересно, а куда именно интеллект-комплекс собрался отсылать своё замечание? По какому-такому месту службы? И если уж на то пошло, то какой именно образец формы он считает установленным для меня, учитывая, что я до сих пор не прошёл распределения?

Ответ на этот вопрос я получил спустя всего несколько минут.

– Курсант, можете заходить. – Невыразительный голос, раздавшийся в приёмной, выдернул меня из размышлений… точнее, отвлёк от очередной попытки привести свои мозги в порядок. И как всегда, мне не просто не дали времени на то, чтобы хоть как-то устаканить путающиеся воспоминания.

Стоило мне пройти в открывшиеся двери, как нашивки, отмечавшие каждый цикл проведённый в учебке, поплыли и исчезли с чёрного кителя, будто их и не было. Я взглянул на сидящих за столом офицеров, взирающих на меня с вялым интересом, сделал три уставных шага и, замерев перед комиссией, собрался уж было доложиться, но меня опередили. Глава учебки, полковник Зейд заговорил первым, тем самым невыразительным голосом, что я слышал, стоя в приёмной.

– Курсант Дрём, поздравляю вас с первым офицерским званием. Ваш идентификатор, такт-лейтенант! – Вот так, ни тебе построения, ни торжественного марша Корпус Сервус… просто и обыденно.

Обидно? Да нет, без разницы вообще-то… Хотя если бы подобное произошло до «теста», я бы непременно расстроился. Всё же пять лет мечтал о выпуске, и хотелось, чтобы он стал праздником. А сейчас… что-то во мне изменилось, а я даже не могу сказать, к добру это или к худу. Не разобрался пока… Вот и сейчас не дадут подумать спокойно. Заметив ожидание в глазах полковника, я спохватился и выдал положенное по уставу: «Служу Федерации!».

Руководитель учебного центра кивнул и указал на поднимающегося из-за стола теперь уже моего коллегу, такт-капитана. Судя по знакам отличия, не орм. Жаль, хотелось бы попасть под командование «своего».

– Поступаешь в распоряжение капитана Арно, лейт.  – Мы с тактом обменялись короткими взглядами и кивнули друг другу. Убедившись, что расшаркиваться далее мы не собираемся, глава учебки чему-то хмыкнул. – Свободны, господа офицеры.

И в ту же секунду морф прислал уведомление о присвоении второй символики идента, после чего вдруг сообщил о перехвате файла с личными данными носителя. Странно, раньше за ним такого своеволия не замечалось. Впрочем… может, оно и к лучшему?

Уточнив адреса, я выяснил, что передача шла по короткому протоколу и была направлена полковником моему новому командиру. Теперь понятно, с чего вдруг морф-система проявила такое своеволие. Файл был помечен моим новым идентом, вот морф и «запараноил» по агорской привычке. Кхм… привычка, да? Откуда бы ей взяться, если все имевшие место события были лишь детальной эмуляцией? Хотя морф-система во время моего стазиса, тоже пребывала в псевдоматериальном состоянии… Ну да, и записи сохранились… Зря кипеш поднимаю, получается? Ладно, разберёмся.

– Значит так, лейт Дрём. – Остановившись у входа в одну из кают, такт-капитан вдруг резко обернулся. – Внимай и исполняй. Завтра к девяти ноль ноль по среднему федеративному жду тебя в восьмой стартовой секции. В десять ноль пять транспорт «Чудра» уходит в прыжок. За доставкой твоей машины к кораблю и её стыковкой проследишь сам. Приказ ясен?

– Так точно.

– Свободен. – Кивнул капитан и, когда я уже развернулся, бросил, – И как тебе эмуляция в стазисе, лейт?

– Это было… познавательно, дар капитан. – Медленно обернувшись, ответил я. Такт на секунду завис, явно ожидая продолжения, а не дождавшись, резко развернулся и скрылся за дверью каюты. И чего он ждал?! Я вообще ещё не осознал толком происшедшее. Мне всё время кажется, что я вот-вот проснусь и увижу Кнопку, тянущую своё излюбленное «Ну-у, Ки-им», или запищит автодок «Горина», сообщая об окончании процедуры репликации… Хм, может быть, поэтому меня и гоняли так всю декаду, чтобы не оставалось времени на рефлексию?

Что ж, надо признать, если это так, то у психологов учебки почти получилось. По крайней мере, выть от бессилия меня уже не тянет. Но и принять тот факт, что всё происходившее было лишь мудрёной и чрезвычайно дорогостоящей эмуляцией, проводившейся в качестве эксперимента в стазис-камере, я пока не в состоянии.

И псевдонож на ремне, органично и незаметно заменивший собой в ножнах тупую железку церемониального кортика, с которыми таскался весь наш пятый курс, нисколько не помогает смириться с «выдуманностью» тех событий. Прямо скажу, скорее уж он действует противоположно. Но лезть с расспросами к яйцеголовым и тыкать им артефактом под нос я не собираюсь. Во-первых, отберут и не вернут, а вещь уж больно хорошая, во-вторых, наверняка навешают на уши абсолютно бесполезной лапши объяснений, а в-третьих… да кому я вру?! Просто боюсь лишиться зримого подтверждения реальности всего со мной случившегося. Харг! Я хочу поверить, что это был просто психотест, но одновременно я желаю, чтоб всё происшедшее было на самом деле… и меня корёжит от одной только мысли, что всё это могло быть лишь выдумкой. Долбаные яйцеголовые с их экспериментами! Чтоб они солдатские ирпы всю жизнь жрали, уроды!

«Вот ведь, уроды!» – Такт-капитан Сезар Арно швырнул простенький планшет на койку и, сделав шаг к пищевому синтезатору, привычно быстро набрал нужный код. Аппарат недовольно погудел, но выдал запрошенный бокал с алкоголем, не забыв сбросить предупреждение о вредности заказанного. Капитан, как обычно, это объявление проигнорировал. В конце концов, должно же быть и небоевое применение у такой вещи, как морф-система? Вот пусть и трудится.

При мысли о морфе лицо Сезара перекосило, и он, бросив злой взгляд на планшет, с которого по старинке предпочитал читать объёмные тексты, залпом высадил бокал с синтезированным виски. Вопреки традициям и тщательно лелеемым обычаям малой родины, коньяк выходец из французского сектора Федерации не признавал. Терпеть не мог, если уж называть вещи своими именами. А вот продукцию заклятых островных друзей своих предков с полулегендарной Терры, наоборот, очень даже жаловал. За честность и отсутствие необходимости изображать великого ценителя…

Правда, именно сейчас вместо пахнущего дымом виски Сезар Арно предпочёл бы стопку водки от сумасшедших жителей полуденного сектора внешнего кольца. И у него были веские причины для такого желания. А именно, личное досье такт-лейтенанта Дрёма. Точнее, пара строчек в нём…

«Невалидный мастер-код. Доступ к интеллонуАЛ-4618-Сигма-9 закрыт.»

«Ментальные реперы не определены. Отклик закладок положительный.»

И кому, скажите на милость, нужен орм без возможности гарантированного контроля его лояльности?! Пусть даже ментальные закладки и отзываются как должно? Это сейчас они выдают правильную реакцию на запросы, но кто скажет, что так оно и будет через декаду, месяц… год, в конце концов!

То-то от него и «страты», и «тихушники» так легко отказались. Наверняка ведь первые просчитали возможные риски ещё на стадии демонстрации ролика, а вторые, просто по привычке, попятили резюме научников! А ему-то, к радости полковника забравшему этот неликвид с шеи учебки, что теперь делать?!

Чёртовы яйцеголовые! Чёртов Лима! Намудрили с психотестом, так что у парня опорные императивы ушли к дьяволу на рога. И ведь это не поправить. Псиблокада, устанавливаемая всем курсантам без исключения после определения реперных точек основных императивов, просто не даст быстро выявить сместившиеся акценты мировосприятия. А значит, не удастся и поправить мотивацию методами прямого вмешательства. Ломать жёстко? Так, от орма-овоща пользы будет ещё меньше, чем от ненадёжного агента.

Вторая порция виски ухнула в желудок, а следом за ней и третья. Тут уж заволновалась морф-система самого такт-капитана, но Арно от неё отмахнулся точно так же, как и от предупреждения синтезатора. Алкоголь мягко ударил в голову, смывая злость на хитрых коллег, так подставивших его с этим ормом.

– Ладно, ещё сочтёмся… – Почти благодушно буркнул капитан Арно, наслаждаясь последними мгновениями опьянения. Вот морф выдал ещё одно сообщение, на этот раз о начале очистки организма от вредных веществ, и, спустя минуту, чувство лёгкости исчезло, будто его и не было. Сезар печально вздохнул и, вновь помянув недобрым словом всех яйцеголовых скопом и одного конкретного доктора Лиму персонально, взялся за планшет. Надо же ознакомиться с ним до конца? А там, глядишь, и удастся придумать, что делать с доставшимся ему по оказии «чемоданом без ручки».

И ведь придумал же! Правда, для этого пришлось изрядно поломать голову. Всё-таки Корпус Сервус не та служба, где легко пристроить к делу подобного кадра. Секретность, чтоб её, требования к лояльности… и прочая мура, раньше казавшаяся Сезару абсолютно естественной, теперь встала на его пути чередой неприступных бастионов. Но он справился и нашёл выход из ситуации, да ещё и с прибытком для себя. Хех.

Глава 3. Что такое хорошо и как бывает плохо

Спасибо, полковник, за щедрый «подарок». А я-то голову ломал, с чего это вокруг меня такую суету затеяли. Грешил на психологов… зря. И действия куратора по моей нейтрализации привязывал к лейтенантскому иденту тоже зря. Точнее, неверно определил причину и следствие. Всё оказалось просто и незатейливо. Перемудрили подчинённые доктора Лимы со своими экспериментами, да так, что подопытный «сломался». Точнее, не столько я сам, сколько небольшая часть, морф-системой именуемая… хотя и мозгу досталось. Но больше всё-таки морф-системе. После стазис-камеры она с какой-то стати перестала воспринимать коды доступа высшего приоритета. Вообще. Иными словами, ни парализовать, ни отравить, ни убить меня непосредственному начальнику или тем же «молчи-молчи», с помощью штатных кодов доступа к морфу не удастся. Вот меня и произвели в лейты… особым порядком, без одновременного назначения места службы и отсылки мастеркода в сектор «Н».

Ну и мои личные заморочки, точнее выверты мозга. Лёгкие ментальные закладки, устанавливаемые всем курсантам без исключения, те самые, что во время службы обрастают целыми «кустами» позднейших установок, у меня теперь закрыты. В смысле, они есть и никуда не делись, но из-за резко сместившихся императивов, то есть личных жизненных принципов, опираясь на которые, как на реперные точки, вообще-то и выращивают в мозгах офицеров Корпус Сервус целые «сады» ментальных установок, в моём случае влепить что-то сверх уже имеющегося невозможно, пока не будут определены те самые реперы. А опознать их, чтобы заново привязаться… нереально. Для этого придётся либо пару лет держать меня под плотным контролем специальных интеллект-систем, которые будут разбирать каждый мой шаг, слово или действие, как это, собственно, и делается в учебке перед первоначальной установкой основной базы-закладки, либо жёстко ломать возведённую специалистами Корпуса псиблокаду, как раз и призванную защищать разум офицера от поползновений поживиться в его мозгу страшными военными тайнами. Но жёсткий слом в девяноста девяти случаях из ста превращает человека в овощ. Смысл?

Казалось бы, мне радоваться надо, что избавился от всех возможных ошейников Службы, да не тут-то было. По логике и установленным правилам меня, как «потенциально нелояльного специалиста», должны были бы списать, вляпать в мозг грубый стопор на «неразглашение» и, обрезав функционал морфа, выкинуть на «вечный» гражданский контракт, по которому я должен был бы отработать все потраченные на моё обучение средства. А это рабство, поскольку разрыв такого контракта не предусмотрен. Вообще. И пахать бы мне на каком-нибудь заштатном ретрансляторе смотрителем без прав, но с кучей обязанностей до самой смерти, не имея возможности даже временно покинуть свой пост. Нерадужная перспектива. А уж сколько радости такой неудачный и наверняка не совсем официальный эксперимент, точнее, его результат, должен был принести командованию учебки? Вот-вот… потому и говорю полковнику Зейду большое человеческое спасибо. Он ведь не только статистику выпуска поправил, да свою напортачившую задницу прикрыл, отправив меня на службу, пусть и с низшим уровнем допуска, вместо того, чтобы на контракт скинуть, но и эдак ненавязчиво подкинул жизненно важную для меня информацию. А как ещё можно объяснить сброс такт-капитану Арно открытого файла моего досье по короткому протоколу, да ещё и с названием в виде части моего же идента? Идеальная завлекалочка! Уж собственный идентификатор, пусть и обрезанный до восьми знаков, в чужой открытой передаче даже простейший интеллон не пропустит. Про то, что файл оказался открытым для моего морфа, но явно был «зашифрован» для всех окружающих, можно и промолчать. Как и про короткое сообщение с объяснением перспектив перехода на гражданский контракт и почти издевательским пожеланием «служить честно и достойно», полученное моим морфом с закрытого номера, спустя два часа после прощания с капитаном Арно. Такой намёк и идиот поймёт.

Эх, спасибо-то, оно, конечно, спасибо… А ведь дела-то аховые. Командование своими вывертами и экспериментами на корню зарубило мою так и не начавшуюся толком карьеру. С «вечным» низшим допуском мне выше капитанского звания не подняться, да и то, если только в какой-нибудь дыре, куда обычного офицера Корпус Сервус разве что в ссылку отправить можно. Весело? Обхохочешься. М-да. Ох, встречусь я с доктором Лимой, и загремит он у меня в автодок с множественными переломами. А что? Неплохая мечта… Хах!

Я оборвал откровенно нервный, злой смешок и взглянул в зеркало, появившееся на двери гардероба в «моём» медблоке. Оттуда на меня смотрел бравый, подтянутый юнец в форменном чёрном кителе Корпус Сервус с лейтенантскими нашивками и всеми положенными знаками различия… и отличия, курсантам к ношению запрещёнными, хотя в досье вносимыми. Берета не хватает, а так, хоть сейчас на плакат. Тьфу!

Отвернувшись от медленно исчезающего зеркала, я послал к харгу вбивавшиеся годами правила и улёгся на идеально заправленную по всем казарменным канонам койку. Добрые дяди… подобрали беспризорника, накормили, научили, сказку показали… да и вышвырнули нахрен. Лучше бы я в стазис-камере сдох.

Ладонь непроизвольно сомкнулась на чёрной ребристой рукояти псевдоножа… и меня неожиданно отпустило. Вместо вязкой, совершенно несвойственной мне жалости к самому себе в груди вспыхнула ярким костром ярость и тут же сменилась лютым холодом. Так я не ненавидел даже ту проклятую джошу!

Постепенно ураган эмоций сошёл на нет, оставив вместо себя отрешённое спокойствие, и я… заснул. Сказались десять дней сумасшедшего напряжения и откровения дня сегодняшнего. Мозг просто решил, что пришло время отдохнуть, а умная морф-система ещё и подыграла, порадовав меня перед самой отключкой сообщением о синтезированных ею релаксантах. На этот раз предельно мягких, в отличие от предыдущих дней, когда мой вскипающий от напряга, усталый мозг отключался лишь после ударной дозы тяжёлых транквилизаторов. Впрочем, это я понял лишь вечером, когда проснувшись, привёл себя в порядок и решил ознакомиться с логами начавшего «своевольничать» морфа.

На проверку и установку сбившихся настроек системы я убил добрый час реального времени. Зато теперь, пусть голодный и злой, я мог быть уверен в том, что в самый неожиданный момент морф вдруг не решит отключить своего хозяина или не совершит чего похуже. И лишь убедившись в полном соответствии настроек прежним условиям, я отправился на ужин, после которого снова завалился спать.

Утром я поднялся выспавшимся, отдохнувшим и… спокойным, как слон. Ни следа от вчерашний истерики. Конечно, настроение не фонтан, но жить и работать не мешает. И… да к харгу всё! У меня начинается новая жизнь. Пусть стартовые условия не ахти и впереди полная неизвестность, это вовсе не повод опускать руки. В конце концов, на Агоре Третьей я очнулся в куда менее комфортных условиях!

Вопреки приказу, в восьмую стартовую секцию я прибыл не к девяти утра, а на добрый час раньше, как только Горин прислал сообщение о начале его транспортировки.

Так что, в тот момент, когда выплывшая из-под пола платформа с модулем оказалась рядом с «Чудрой», кораблём, на котором мы с капитаном Арно должны были покинуть станцию учебного центра Корпус Сервус, я уже стоял у пустотного слота, обозначенного на присланной мне такт-капитаном схеме, как док для Горина.

Модуль встал в крепления, тихо щёлкнули байонеты, зафиксировав его положение, прожужжали шунты, входя в разъёмы бортовой сети, и Горин, получив доступ к интеллект-комплексу «Чудры», тут же засыпал меня ворохом сервисной информации и отчётов, сдабривая этот вал сведений радостью от встречи. Я тоже рад тебя видеть, напарник. Очень рад…

Дожидаться капитана Арно на стартовой площадке, путаясь под ногами забивающих трюм грузчиков и технарей, заканчивающих последние приготовления к вылету и оттого злых и нервных, я не стал и, подхватив сумку со своими немногочисленными вещами, потопал к пассажирскому шлюзу, хотя ноги так и норовили свернуть к грузовой аппарели по привычке, воспитанной добрым десятком десантов, через которые прошёл наш курс во время учёбы.

Отметившись на входе в шлюз и получив от интеллект-комплекса корабля пакет информации для пассажиров, я сверился со схемой и двинулся на поиски каюты. Пользоваться «поводком» не стал принципиально. За последние дни эти указатели маршрутов меня окончательно достали… ну и пройтись по доступным переходам корабля, присмотреться к «окрестностям» будет не лишним. Без всякого злого умысла, просто на всякий случай. Мало ли что? Правда, забредать в «запретные» зоны я всё же не рискнул. Кто его знает, какие системы безопасности действуют на «Чудре»… А в том, что одними парализующими игольниками и станнерами здешняя защита не ограничивается, я почти не сомневаюсь, всё же рядовой гражданский лайнер или грузовоз во владения Корпус Сервус не пустят. Не тот уровень секретности.

Умудрившись пару раз нарваться на сообщения-предупреждения с весьма настойчивыми пожеланиями изменить маршрут, я всё-таки добрался до своей каюты. Скажу честно, после кубрика в учебке она показалась мне настоящими апартаментами, правда, это ощущение размывалось воспоминанием о моей комнате в мастерской Рома… Тряхнув головой, чтобы избавиться от уже становящегося привычным чувства раздвоенности, я забросил сумку во встроенный шкаф и, не теряя времени, активировал консоль, экран которой послушно развернулся перед моим внутренним взором. Кто бы знал, какое это наслаждение вновь пользоваться полным функционалом морфа!

Перед взглядом сверкнула сложная вязь корабельной эмблемы. Идентификация… есть вход.

Цель, с которой я влез в частную сеть «Чудры», была проста. Мой новый командир не пожелал сообщить, куда именно мы отправляемся, вот я и решил посмотреть, какой маршрут предстоит кораблю. Конечно, рассчитывать на то, что таким образом мне удастся точно определить конечную точку нашего пути, не приходится, но и знание направления движения может дать очень немало информации, заметно сократив возможные варианты.

Не в этом случае. Маршрут «Чудры» среди сведений, доступных гостям для просмотра, не числится. Карго-лист? Тем более. Не с моим допуском. Но ведь интересно же… Так, стоп!

Я запустил поиск по банкам памяти морфа за последние полчаса и улыбнулся. Вот момент, когда я проходил мимо грузовой аппарели корабля, а вот и погрузчик, с тихим гулом затаскивающий в трюм очередную партию контейнеров. Масштабировние… есть пластина с визикодом.

Выделяем адресную строку… Мондэго. Вот и есть один из пунктов маршрута. Но… маловато будет. Та-ак, а где находится это самое Мондэго, и что оно вообще из себя представляет? Судя по личному имени, скорее всего – звёздная система. Искусственные астробъекты в большинстве своём несут цифробуквенные наименования. Ладно, посмотрим. Запрос в Верхний Информаторий…

Чёрта с два! Это тот самый вариант, когда личное имя присвоено пустотной станции. А в каких случаях это делается? Вариант первый: личное имя может быть дано военной станции в качестве награды. Вариант второй: частный владелец может назвать свою станцию, как угодно, но владение подобными объектами частным лицам разрешено лишь во внешнем кольце Федерации.

В списке военных объектов «Мондэго» не значится. Значит, идём в пограничную зону? Интересно…  Я отключился от корабельной сети и вновь полез в Верхний Информаторий. Отыскать сетевой адрес станции, расположившейся в малой дуге нижней трети полночного сектора, оказалось несложно. А уж пройти защиту маленькой частной станции в пограничье и вовсе не составило труда. Ещё бы! Судя по всему, её интеллект-системы отстают в развитии, как минимум, на три поколения. А вот и лист ожидания… ввожу визикод груза… Есть. А ждут наши контейнеры на Мондэго аж через две недели.

Запас времени большой, куда больший, чем требуется для прыжка к системе, где обосновалась станция. Значит, на пути нас ждёт ещё не одна остановка. Стандартный срок стоянки для погрузки-разгрузки, определённый протоколами государственных транспортников, таких как «Чудра» – не менее стандартных суток. Посчитаем возможные маршруты на пути к станции?

Отбросив самые затейливые и «кривые» из них, сосредоточившись на расчёте лишь экономически оптимальных, я пришёл к выводу, что на пути к Мондэго у нас будет лишь четыре возможных точки схода, из которых две лежат на одном маршруте.

И одна из этих четырёх точек точно наша. Почему? Потому что никто не отпустит служащего Корпус Сервус в незапланированный двухнедельный отпуск, отправив его за пополнением в виде одного-единственного зелёного лейта. А значит, добираться до учебки от места службы капитана Арно никак не более пары-тройки суток. Да и не стал бы полковник Зейд звать «покупателей» из дальних краёв, чтобы сбыть образовавшийся благодаря экспериментам яйцеголовых «неликвид». А вот порадовать неожиданным пополнением соседей, пусть и не лучшим… в условиях вечной нехватки кадров на местах, решение вполне естественное. Дарёному коню в зубы не смотрят, верно?

Но в радиусе двух-трёх стандартных суток пути от учебки находится порядка полусотни объектов, требующих постоянного внимания Корпус Сервус. А благодаря проведённому поиску и расчётам, мне удалось сократить количество возможных вариантов места дальнейшей службы всего до четырёх. Неплохой результат для получаса работы… Итак, что у меня получилось.

Вариант первый, база «ИМРАН». Основное назначение – охрана добывающе-перерабатывающего комплекса «Бала-7» в астероидном кольце звёздной системы Рада-Прима и контроль федеральных грузов. Рудники… Муторно, грязно, но охрана караванов даёт возможность летать, пусть и в конвое. О том, чтобы полюбоваться голубым небом терраформированных планет, можно забыть до отпуска. А он будет не раньше, чем через два стандартных года.

Вариант второй, Центр реабилитации КС[8] Федерации. Наземная служба по обеспечению безопасности. Курортная планета… были мы там. Места классные и девчонки хороши, но звёзд на погонах у отдыхающих больше, чем ночью в небесах. Для моей специальности не служба, а синекура, но о пустоте придётся забыть прочно. Максимум, на который можно рассчитывать, облёты стационарной сети контроля пространства в звёздной системе Торвальд, на четвёртой планете которой и расположен этот курорт.

Вариант третий, мобилизационная база всё тех же КС. Группа астроконтроля в охране флотского складского комплекса, в три раза превосходящего по габаритам своего «соседа», транзитную станцию, болтающуюся на орбите одного из трёх газовых гигантов звёздной системы Нимра-Секонда. Опять же, о долгих выходах в Пустоту можно забыть. Зато споров с охраной гражданской станции будет хоть отбавляй, гарантировано. А если учесть вечно норовящих залететь не в ту степь транзитников… веселое место службы, что тут скажешь.

Ну и четвёртый вариант, расположенный на том же маршруте, что и моб. база КС… Система Нимра-Трио. Домашняя база Шестого Флота КС Федерации, корабли которого все как один относятся к классу «Исследователь» и созданы для дальних автономных походов. Чем и занимаются, разведывая те уголки галактики, в которые неугомонное человечество ещё не успело сунуть свой нос. Самое место для ормов. Недаром же ежегодно в Шестой Флот направляется до двух десятков выпускников нашей учебки. И наименее вероятное место службы для меня. С индексом лояльности, едва достигающим нижней планки допуска, и перекособоченной системой контроля морфа… ха!  Я удивлён, как такт-капитан Арно вообще не пошёл на попятный, едва прочитав заключение в моём досье.

А вот, кстати, и он… Перед внутренним взором выплыло сообщение, и я, отключившись от Информатория, отправился к пассажирскому шлюзу.

– Такт-капитан. – Вытянувшись по стойке «смирно», рявкнул я.

– Вольно, лейт. – Окинув меня взглядом, кивнул Арно и махнул рукой. – Следуй за мной.

Стоящий здесь же у входа корабельный без попытался было «прочитать» идущий между нашими морфами поток данных, но получил лёгкий псиудар от такт-капитана и, покачнувшись, отступил в сторону.

– Не надо наглеть, Смайт. – Неожиданно весело ухмыльнулся Арно и, хлопнув мотающего головой беза по плечу, уверенно зашагал в сторону лифта. Кажется, моему командиру уже не раз приходилось ходить на «Чудре». Интересно… так, а какой у нашего транспортника порт приписки?

Глава 4. Согласиться нельзя отказаться

Оказавшись в своей каюте, расположенной, вот сюрприз-то, по соседству с моей, капитан осмотрелся, не глядя швырнул полупустую сумку в шкаф и… морф неожиданно подал сигнал о полной блокировке всех систем наблюдения в каюте.

– Итак, лейт. – Заговорил такт-капитан, но заметив моё беспокойство, ухмыльнулся. – Не напрягайся. Мне просто нужно кое-что тебе сообщить… без надзора со стороны безов или служб учебки. Так что, перестань мандражировать и слушай внимательно.

– Есть, не мандражировать. – Откликнулся я.

– Парень, кончай дурака изображать. – Вздохнул такт-капитан, указывая на стул. – Садись. Вчера ты получил копию собственного досье. Прочёл?

Я кивнул. А что? Отрицать этот факт глупо. На моём месте так поступил бы любой орм.

– И на строки о мастеркоде не обратить внимания ты не мог. Твои выводы, Дрём?

– Меня выкинули в вечные лейты с минимальным индексом, чтобы прикрыть косяк… яйцеголовых.

– И полковника Зейда, разрешившего проведение эксперимента над курсантом. При удаче он мог бы рассчитывать на награду, но случившееся с твоим морфом и ментальными закладками удачей не назовёшь, согласись? – Без намёка на веселье усмехнулся такт-капитан. – А ведь с твоими показателями в учёбе ты мог бы претендовать на очень неплохие места службы. Хороший старт – большое дело… Вот только тебе он уже не светит. Не с минимальным индексом, впаянным учебкой.

Стоп, мне не нравится в какую сторону идёт наша беседа. Он что, хочет утопить полковника? Так меня уберут раньше, чем начнётся расследование. Такт-капитан покачал головой.

– Что ж ты такой нервный, лейт? Не собираюсь я играть против Зейда. Мы с этой старой задницей знаем друг друга не один десяток лет. Иначе бы он и не подумал приглашать меня для «покупки» такого «неликвида». Более того, я должен Зейду, сильно должен. И не деньги, а собственную жизнь. Полагаю, и остальные участники комиссии подбирались им по тому же принципу. Короче! Идея такова, как специалист по работе с кадрами, менталист и твой временный командир, я могу внести правку в досье в части, касающейся закладок и мастеркода, последний же отдаю тебе, чтобы в случае проверки у «молчи-молчи», твой морф мог имитировать исполнение их приказов.

– А что взамен? – Спросил я. В глазах такт-капитана мелькнуло веселье.

– Вза-амен. – Протянул мой собеседник, но тут же посерьёзнел и жёстко договорил. – Взамен ты подписываешь прошение об уходе в запас… с открытой датой, отдаёшь его мне и тихо служишь там, куда я тебя отправлю. Пока не придёт приказ об удовлетворении твоего заявления.

– Там же пятимиллионная неустойка! – Ошарашенно проговорил я. – И… мой морф, его обрежут!

Мало мне замаячившего рабского контракта… так я ещё и морфа лишусь?! Мне же потом никакой интеллон не установить, уничтоженная на девяносто процентов морф-система с ним законфликтует, а это верная смерть!

– Во-первых,  для обрезки морфа нужно знать мастеркод. – Заметил такт-капитан. – Что в твоём случае… Ну ты понял, да?

Я невольно улыбнулся. Забыл… совершенно забыл со всеми этими перипетиями! С такой новостью даже долг в пять миллионов кредов становится не так страшен. Хотя… рабский контракт… бежать от него во внешнее кольцо? Эх…

– А во-вторых? – Спросил я, решив подождать с горестными воплями.

– Во-вторых…  – Капитан Арно смерил меня взглядом. – Во-вторых, до ухода на гражданку, у тебя будет года три-четыре. Немного, конечно, и до ценза не хватит лет шесть-семь, но учитывая предполагаемое место службы, думаю, к моменту подписания приказа ты сможешь накопить средства, достаточные для перевода долга в разряд ограниченных обязательств. Как ты понимаешь, дальнейшее не моя забота. Я всё-таки не благотворительная контора, так что о выплате остатка долга тебе придётся позаботиться самому.

Это не так уж и плохо. А если смотреть объективно… Ограниченные обязательства означают, что должнику никакой рабский контракт не грозит. Но для получения такого послабления нужно либо выслужить до ухода на гражданку ценз в десять лет, то есть половину срока военного контракта, либо выплатить не меньше пятой части долга сразу после получения приказа. Конечно, двадцать процентов годовых, которые будут капать по такому «ограниченному» долгу, это тоже не сахар. Но уж всяко не рабство, верно?

Пока я раздумывал над предложением такт-капитана, он молчал. Но, очевидно, терпение было не самой большой его добродетелью. Или капитан Арно решил, что пряников он выдал многовато и пора показать кнут.

– Ты, конечно, можешь попытаться искать правду в ССБ Корпуса, но как они отнесутся к человеку, который принёс им на блюдечке возможность безболезненно блокировать закладки на верность? – Тихо спросил такт-капитан. – Как думаешь, долго ты проживешь в их исследовательских лабораториях?

– Где я буду служить? – Собственно, этот вопрос уже можно было считать ответом. Ну да, интересно же, где можно заработать миллион за три года! А именно столько мне нужно будет, чтобы перевести долг в разряд ограниченных обязательств. Учитывая, что жалованье лейта составляет чуть больше пятнадцати тысяч кредов в год со всеми надбавками, доплатами, отпускными и прочими премиями, вопрос немаловажный.

– Узнаешь по прилёту. – Расслабленно улыбнулся такт-капитан. – Я рад, что ты согласился. А сейчас лови мастеркод и вали в свою каюту. До отлёта меньше часа.

Получив обещанный код, я кивнул и потопал к себе, размышляя на ходу над состоявшимся разговором.

Согласился… можно подумать, у меня была возможность отказаться? Выбор-то на самом деле невелик. Двадцать лет службы в заштатной дыре с маячащей перспективой разбирательства по поводу неудачной «обрезки» морфа по выходу на гражданку, если раньше не возьмут за горло в связи с косяком Зейда и не спишут в рабы. Или несколько лет службы в той же дыре, но с возможностью уйти на вольные хлеба без проблем, с целым морфом… и внушительным долгом за спиной.

Бояться, что такт-капитан меня банально кинет, пока не приходится. В этом случае под трибунал загремят и он сам, и полковник Зейд, поскольку молчать во время разбирательства я не стану. Они не идиоты и тоже это понимают. Сомневаюсь, что такая перспектива им понравится.

Убийство? В этом случае ССБ начнёт рыть носом землю ещё больше и не угомонится, пока не перетряхнёт всё грязное бельё. Насколько Корпус Сервус наплевательски относится к жизням курсантов, настолько же он не любит терять в мирной обстановке своих действительных офицеров, к которым теперь отношусь и я. Так что, копать в случае моей смерти на службе будут очень основательно. Конечно, случайности в Пустоте неизбежны, но случайность случайности рознь. И если смерть офицера Корпуса во время службы, скажем, на находящейся в боевом походе эскадре Шестого Флота может и не привлечь внимания ССБ, особенно, если случится во время выхода означенного орма в поиск, то гибель того же орма в насквозь мирной обстановке, совсем другое дело! Учитывая же, что к реальной работе меня никто не подпустит, с моим-то индексом лояльности, ха…

Остаётся денежный вопрос. Капитан Арно довольно прозрачно намекнул, что если я «буду хорошо себя вести», то есть все шансы выйти на гражданку с ограниченным долгом. Сильно сомневаюсь, что такт-капитан просто так, «за красивые глазки», отстегнёт мне миллион, нужный для снятия угрозы рабства . Взятки? Смешно. Запрет на подобные вещи прошит у всех офицеров Корпуса в тех же самых закладках. Да и какие взятки могут быть у орма?! За что ему платить? За пропущенную пиратскую эскадру? Так на них не написано, что они пиратские. И голова об этом болит не у Корпуса, а у безов.

Частные заказы? Хм, может быть. Очень даже может быть. Такая работа и на гражданке оплачивается очень даже прилично. А если учесть, что никто не озаботился тем, чтобы отобрать у меня Горина, хотя если постараться, то найти такую возможность для Зейда не составило бы труда… интересный вариант. И формально не попадающий под запреты Корпуса. При условии, что работа не будет идти в ущерб исполнению непосредственных обязанностей офицера или будет осуществляться в ходе исполнения тех самых обязанностей, а полученные данные будут переданы в банки памяти Корпуса, конечно. Правда, насколько я помню, в правилах был ещё пункт о внесении амортизационных платежей за используемое в подобной «левой» работе оборудование  и, при необходимости, ремонте его за свой счёт…

От размышлений меня отвлёк баззер, звуковая волна предупреждающего сигнала прокатилась по всем палубам и помещениям «Чудры». Затем последовала куда более тихая трель, и на морф пришло сообщение о взлёте. Учитывая отсутствие на корабле такой роскоши, как иллюминаторы… кто бы их ставил на пустотниках… в общем, пришлось довольствоваться стандартным текстовым предупреждением. От вывода на экран консоли изображения с доступных гостям оптических датчиков на корпусе «Чудры» я отказался. Ничего особенно интересного всё равно не увижу… если не считать прорыва плёнки защитного поля, накинутого на зев стартовой площадки, но и этот процесс я видел уже не раз и не два.

Окинув взглядом скудную обстановку каюты, я порылся в данных, полученных на входе в корабль, и, отыскав там пару подходящих кафетериев, расположенных неподалёку от нашей палубы, бегло просмотрел их меню. Цены… Мне, конечно, как и всякому новоиспечённому лейтенанту, выдали подъёмные в шестикратном размере от среднего жалованья за декаду. Но… без надбавок и прочих радостей, высчитывающихся по основному месту службы и напрямую зависящих от условий работы, два месячных жалованья это лишь чуть больше тысячи ста кредов, из которых у меня уже изъяли триста за билет на «Чудру». Подъёмные, они подъёмные и есть. Так что, платить за проезд к месту службы приходится самому. Крохоборы! А вот если бы я выпустился одновременно со своим курсом, то платить за перелёт не пришлось вовсе. Военный борт со «своих» денег не берёт.

Хорошо ещё, что за перевозку Горина платить не пришлось, да и то лишь потому, что силовая установка моего модуля уже включена в питание бортовых систем «Чудры». Иными словами, Горин сам оплачивает свою доставку к месту дальнейшей службы. И хорошо. Моих подъёмных не хватило бы даже на транспортировку машины в соседнюю систему. Если только своим ходом… Хм, кажется, жизнь на Агоре и тут оказывает своё влияние. До тех приключений я как-то не заморачивался над денежным вопросом. Вот что значат годы, проведённые в учебке на всём готовом.

Вздохнув, я выбрал заведение подешевле и вышел из каюты, на ходу формируя заказ. С завтраком я сегодня пролетел, так хоть пообедаю поплотнее.

Пятнадцать кредов небольшая сумма за хороший обед. Пусть даже готовит его синтезатор, а не живой человек. Конечно, до блюд Рома еда в недорогом кафетерии не дотягивает. Но, между прочим, она всё равно лучше, чем даже в столовой преподавателей учебки! Хотя, казалось бы, и там, и там готовит один и тот же синтезатор! Нет, ну я понимаю, когда речь идёт о курсантском пайке, там экономия на первом месте. Но ведь преподаватели и персонал станции оплачивают обеды в столовой из собственных средств! А вкус еды отличается так же, как вкус блюд в кафетерии от того, что готовил Ром…

Отвалившись от стола, я сыто вздохнул и, окинув ленивым взглядом довольно просторное, хотя и полупустое помещение кафетерия, нехотя поднялся со стула. Впрочем, пришедшая спустя несколько секунд идея, заставила меня ускорить шаг. Пора наведаться к Горину!

Запрос интеллект-системе «Чудры» на допуск к пустотным слотам…

«Доступ на стартовую палубу разрешён. Доступ к слоту Дельта-два разрешён. Внимание! Запуск маршевых систем МКМ[9] «Горин» запрещён.»

Ну и ладно. Я всё равно не планировал на нём куда-то лететь. Да и… надо быть идиотом, чтобы стартовать с уходящего в прыжок или уже прыгнувшего корабля!

На этот раз я не стал рыскать по палубам, пытаясь самостоятельно найти путь, а как законопослушный пассажир, вызвал «поводок» и отправился петлять по отсекам.

Горин встретил меня, как пёс встречает хозяина. Был бы у него хвост, вилял бы, как сумасшедший, наверняка! Это так напомнило мне события на базе «Ревело», что я на миг замер от наплыва эмоций, только усугублявшихся пси-модулем машины. Помотав головой, я кое-как пришёл в себя и, сделав шаг к шершавому серому боку Горина, коснулся обшивки. Миг, и по стенке пробежал белоснежный луч, очертив прямоугольник входа, люк ушёл в сторону, и тёмный провал за ним осветился мягким светом. Поднявшись по ступеням, я прошёл по кольцевому коридору и, остановившись у одной из переборок секции, приложил к ней ладонь. Матовая поверхность на секунду сменила цвет с фисташкового на тёмно-зелёный и, вновь посветлев, мгновенно ушла в пол, открыв проход в полусферическую рубку с единственным креслом, установленным на небольшом возвышении в самом центре помещения. Вот я и дома…

У меня ушло немного времени на тестирование систем Горина, жутко довольного вниманием хозяина. А я был благодарен машине за то, что отвлекла меня от снедавшего беспокойства. Я сам не знаю, что хотел обнаружить, просматривая логи Горина. То ли надеялся найти какие-то подтверждения своему путешествию в будущее… то ли, наоборот, боялся обнаружить таковые. Но за время, потребовавшееся для проведения первичных тестов систем машины, я немного успокоился. А потому полное отсутствие в рабочих и технических журналах даже мало-мальских намёков на искомую информацию я встретил с явным облегчением… и ноткой разочарования. Проверку автодока я проводил уже без всяких надежд и опасений просто потому, что это часть стандартного теста машины. И тем больше было моё удивление, когда я обнаружил, что в боксах с бионанитами, являющимися основным рабочим инструментом медкапсулы, недостаёт, как минимум, четверти заряда кассеты.

Пролистав логи, я нахмурился. Работа медкапсулы там была зафиксирована… полгода назад. Помню, тогда после очередного тренажа «в поле» мне пришлось «чиниться» прямо на ходу, одновременно сбрасывая со следа «собачек» противника. Это был феерический опыт. Ни до, ни после мне не доводилось управлять Горином, находясь в медкапсуле. И не просто управлять, а вести бой, в то же самое время контролируя работу автодока, латающего моё продырявленное тело. Одно «но»! После возвращения в учебку машины ормов в обязательном порядке уходят на профилактику, где им, с той же обязательностью, не только проводят необходимый ремонт, но и пополняют все «расходники», к каковым относятся и кассеты с бионанитами.

Запрос вызвал у Горина недоумение, но неисполнение приказа просто не предусмотрено его интеллект-системами, так что мой напарник тут же закопался в первичные отчёты. А я решил взглянуть на расходники, так сказать, в живую, и отправился на обход.

Полчаса спустя, Горин скинул сводный отчёт, и я смог сверить его с результатами своей инспекции. Без расхождений. Все расходники пополнены до установленного максимума. Жидкостные и газовые резервуары полны, продуктовое хранилище забито под завязку, вооружение в порядке, даже кассеты с «одноразовыми» миниботами, использующимися для «посева» инфополей в Пустоте, на месте, хотя почему-то именно эти простые устройства в нашей учебке были в жутком дефиците. А ведь классная вещь. Их и обнаружить-то можно только жёстким излучением, использовать которое сенсоры не любят. Ресурсы поисковых систем такой режи работы жрёт со страшной силой.

Итог меня успокоил, хотя и не объяснил непонятки с медкапсулой. Правда, оставался вариант, что кое-кто просто забыл заправить боксы новыми кассетами. Ничего странного, если учесть, что эта задача лежит на персонале медкрыла учебки, где, в основном, работает гражданский вольнонаёмный персонал, заслуженно называемый офицерами и нижними чинами Корпуса: «ШРС», то есть штатными раздолбаями станции. В общем, пришлось списать этот казус именно на них… больше-то всё равно не на кого.

Глава 5. Подарок – это сложно

– Дар полковник. – Арно привычно подобрался, хотя видеть этого Зейд, разумеется, не мог. Разговор шёл через морф и Верхний Информаторий, так что вместо фигуры такт-капитана перед внутренним взором полковника маячило лишь его лицо. Правда, мимика, благодаря возможностям морфа, передавалась с потрясающей точностью… но лишь старшим по званию. В беседах с равными по званию и подчиненными, носители интеллонов и морф-систем предпочитали отключать передачу мимики, на всякий случай.

– Расслабься, Сезар. – В «голосе» полковника Зейда послышалась лёгкая насмешка. – Ты уже давно не мой подчинённый.

– Полковник всегда старше капитана. – Ровным тоном откликнулся Арно, тем самым исполнив приказ и подтверждая собственные же слова.

– Ладно-ладно. Как тебе мой подарок?

– А это был именно подарок? – Уточнил Сезар. – Вроде бы потенциальных приобретателей было больше одного человека…

– Ну уж прости старику этот маленький спектакль. – Вот только в голосе полковника не было и намёка на извинение. – Между прочим, для тебя же старался! Мне пришлось целую декаду ждать, чтобы собрать такую представительную компанию. Парня за это время вусмерть замотали всякими проверками и тестами.

– Хотите сказать, что все они съехались в Центр только для того, чтобы вы могли вручить мне свой подарок? – Неподдельно удивился капитан. – Не верю.

– И правильно делаешь. Они приехали по своим делам, а спектакль стал маленьким дополнением. К тому же… согласись, если бы не их участие, ты бы всеми силами отбрыкивался от моего дара.

– А если бы узнал о его проблемах заранее, то даже присутствие гостей не смогло бы заставить меня принять его. – С долей язвительности проговорил Арно. Но полковник даже не смутился.

– Вот-вот. – Согласно покивал он. – Кстати, ты уже сделал юноше своё безотказное предложение?

– Полковник Зейд? – Настороженно, с вопросом в голосе произнёс Арно.

– Да не волнуйся ты так. Мы оба находимся вне Центра, так что можно говорить спокойно. – Всё тем же беззаботным тоном успокоил его собеседник. Чуть помолчал и добавил, – Или ты думал, что я не узнаю о вашей затее? Капитан, ты меня разочаровываешь.

Сезар еле удержал лицо.

– Извините, дар полковник, я не очень понимаю… – Начал было он, но Зейд его перебил.

– Не юли, Сезар. Всё ты прекрасно понимаешь. Мои люди засекли блокировку каюты на «Чудре» как раз в тот момент, когда вы оба в неё вошли. Капитан, ты всерьёз думаешь, что можешь меня надуть?

– Я…

– Не трясись, Сезар. – Явно вздохнул полковник. – Я не зря говорил про подарок. Мастеркод уже у него?

– Да. – Ответил такт-капитан, словно в омут с головой нырнул. А что ему оставалось, когда морф развернул целый доклад, только что сброшенный полковником. Обширный такой документ, подробный. В нём только что имён не доставало, зато все схемы и основные пункты плана группы были расписаны от и до… Так что, можно не сомневаться, в случае чего пропуски на месте имён и званий моментально заполнятся нужными буквами, а пустые адресные строки данными систем, баз и складов. Куда уж тут вилять?

– Это хорошо. Работай, как наметил, Сезар. А я, со своей стороны, гарантирую расширение клиентуры для твоей затеи. Не одни такты подозревают всякое, знаешь ли. И все хотят быть готовы. – К безмерному удивлению капитана проговорил Зейд и после недолгой паузы добавил. – Ты только не вздумай слить парнишку. Ему ещё жить да жить.

– «Свояки[10]»? – Выдохнул Арно.

– Не при делах. – Покачал головой полковник. Нахмурился. – Эй, Сезар, по-моему, ты слишком нервничаешь. Напомнить, с кем говоришь?

– Прости, командир. – Невесело улыбнувшись, повинился тот. – Просто слишком неожиданно это всё.

– А когда было иначе? – В тоне полковника послышался злой смех. – Работа наша такая, Сезар. Состоит сплошь из неожиданностей. Ладно, я, собственно, связался с тобой только для того, чтобы предупредить о пареньке… и позаботиться о нашем дальнейшем сотрудничестве.

– Объёмы? – Тут же встрепенулся Арно.

– Большие, Сезар. Всё не закроем, но запасы твоего объекта наполовину освоить сможем, точно. – Усмехнулся полковник и, замолчав на секунду, закруглил разговор. – Ладно, капитан. Уходим в прыжок, так что связь держать больше не могу. По конкретным цифрам, жди весточки.

– Скоро?

– Месяца три-четыре. Будет время вашим на раздумье. Бывай. – Полковник отключился.

А такт-капитан Сезар Арно, утерев со лба холодную испарину, поднялся с койки и, кое-как приведя себя в порядок, отправился в ближайший кафетерий. Сегодня никакого виски. Только водка!

Опрокинув в глотку первую стопку, Сезар обвёл взглядом наполняющийся гомонящим народом кафетерий и, поморщившись от резкого вкуса, лениво забросил в рот нечто, что должно было быть ломтиком солёного огурца, но на означенный продукт походило разве что формой. Что поделать, дешёвый пищевой синтезатор, установленный в этом заведении, даже с переданными морфом данными о вкусовых качествах и химии продукта справился с задачей лишь с пятой попытки.

Мысли о закуске уступили место размышлениям о недавнем разговоре с полковником, и Арно вновь скривился, без всякой водки… А ещё этот лейт… Вот что теперь с ним делать? Как относиться после слов Зейда? И ведь не уберёшь его теперь. Мало того, что документы о назначении уже ушли в секторальное управление, так, что гораздо важнее и полковник предупредил, а он слов на ветер не бросает. Хм… а может… пусть идёт, как идёт? Зейд, конечно, акула та ещё, но своих никогда не сдавал, а зная, что и для чего делает их команда, он, вроде бы, должен быть на их стороне, да и… деваться-то всё равно некуда! Решено. Он продолжит работать по плану и… доложит о происшествии куда надо. А уж что решат «мыслители»… не его проблемы. Не от него ушла информация, не ему и ответ держать. Ну а если вдруг там придут к выводу, что один такт-капитан оказался слабым звеном… значит, так тому и быть. Арно своё отбоялся давно и прочно. Как там древние говорили? Жребий брошен… Рубикон перейдён… и Аве Цезарь, да? Ну, как-то так…

Сезар налил себе ещё стопку и, отсалютовав ею пустому месту перед собой, грустно усмехнулся. Вот не думал, что окажется в ситуации того же лейта, да ещё и так скоро! Впрочем, Дрём сейчас, в куда лучшем положении. У него, по крайней мере, есть гарантия, что в ближайшее время он останется жив, чего нельзя сказать о капитане.

Мысленно отметив время до следующего прыжка «Чудры», как раз становящейся на курс к следующему кольцу перехода после короткого захода на очередную точку маршрута, Арно поднялся из-за стола и, дошагав до синтезатора, сделал новый заказ. До места назначения остался один переход, и капитан не намерен был терять ни секунды свободного времени.

К моему удивлению, мы сошли с «Чудры» совсем не там, где я рассчитывал. Ни один из четырёх пунктов не совпал, правда, два из них и без того отпали сами по себе, едва я узнал вторую точку на пути нашего корабля. Но ведь оставались ещё две, те самые, что лежали на одном маршруте. Обидно тем более, что до первой из них остался всего один прыжок.

Я попытался через Информаторий получить информацию об объектах, расположенных в системе, где мы покинули «Чудру»… бесполезно. Здесь, похоже, кроме небольшого внутрисистемного флота безов и пары сторожевых крейсеров Флота, вообще нет ни одного мало-мальски военизированного объекта. Но ведь зачем-то мы спускаемся на поверхность?

Капитан был мрачен, молчал и фонил перегаром, так что рисковать и спрашивать о чём-либо я пока не стал. Так и топал на полшага позади него, прикидывая от нечего делать, сколько же надо было выпить, чтобы даже морф-система не справилась с выхлопом… Получалось, много. Пожалуй, даже Ром с сыном столько не пили на моей памяти. Эх… память моя, память. И что же мне с ней делать? А ведь Ром далеко не лучшее, что случилось со мной на Агоре. А Ир… стоп!

С трудом подавив воспоминание о беловолосой девушке, я с силой втянул носом воздух и, заметив короткий всплеск внимания от такт-капитана, постарался успокоиться. Вроде бы получилось…

Командир притормозил у стоянки флаеров и, покрутив головой, высматривая свободную машину, недовольно хмыкнул. Впрочем, уже через минуту на пластобетон дорожного покрытия прямо перед нами опустилась довольно обшарпанная на вид машина и приглашающе распахнула широкие двери. Мы забрались внутрь, и управляемый интеллект-комплексом, автоматический флаер, поднявшись в воздух, резко набрал скорость.

– Так и будешь молчать, лейт? – Покосившись на меня, поинтересовался капитан.

– Следую приказу. – Произнёс я в ответ, на миг отвлёкшись от рассматривания расстилающихся за окном городских пейзажей. Трана одна из старейших освоенных планет региона, так что кроме, собственно, города на ней больше ничего толком и нет. Один огромный мегалополис с дичайшим наслоением архитектурных стилей разных эпох.

– Э? – По лицу моего собеседника скользнула тень недоумения.

– При выходе из шлюза я спросил, как быть с Горином. Вы потребовали, чтобы я замолчал. – Пояснил я. – Вот и исполняю приказ.

– Ну ты и злопамятный, Дрём. – Вздохнул капитан, покачав головой. Я пожал плечами. Меня действительно беспокоила ситуация с модулем, но спорить с начальством? Ну на фиг. Поэтому я ограничился лишь приказом для Горина о переходе в режим готовности и последовал за командиром.

– Мы вернёмся на «Чудру», максимум, к девяти вечера, так что можешь не волноваться о своём напарнике. – Наконец соизволил хоть что-то объяснить Арно. Я кивнул в знак того, что услышал, и отправил Горину соответствующее сообщение. Значит, у меня ещё есть шанс на то, что расчёт окажется верным?

– А куда мы летим, дар капитан?

– Просто «капитан» или «командир». – Поправил меня он и замолчал, но когда я уже решил, что мой вопрос так и останется без ответа, Арно продолжил. – В пятнадцать ноль ноль нас ждут в комплексе «Вита».

– О? – Чтоб я ещё знал, чем занимается эта самая «Вита»!

– Мед-майор Талаан, тебе о чём-нибудь говорит это имя? – Спросил командир.

– Разумеется. Мечта всех курсантов с начала пубертатного периода и до выпуска из Центра. – Я невольно улыбнулся.

– Так вот, мед-майор настояла на том, что ты должен пройти психологическую реабилитацию, прежде чем приступить к работе. К сожалению, мы не можем позволить себе столько ждать. Поэтому сегодня ты пройдёшь экспресс-тесты в комплексе «Вита» и встанешь у них на учёт. А править тебе мозги они будут удалённо.

– Поня-атно. – Ошарашено протянул я, добравшись в Информатории до сведений о комплексе. Оказывается, это один из крупнейших медицинских центров сектора, специализирующийся на психологии и психиатрии. Более того, у них имеется лицензия на ментальные вмешательства! А для гражданской организации её получение не просто сложно, а сверхсложно! Вот только мне совсем не нравится идея, что в мои мозги будет лезть кто-то чужой… я и менталистов Корпуса не очень-то переваривал. Но их-то связывали многочисленные подписки, подкреплённые всё теми же закладками, а что связывает спецов этой «Виты»?

– Не волнуйся. – Совершенно верно поняв мой взгляд, произнёс капитан. – Никто не позволит здешним мозголомам лезть в твой разум. Да и пси-блокада не позволит. Придётся им обходиться более классическими методами. Ну и эмпатией, разумеется.

– А как быть с секретностью? – Этот вопрос я задал командиру посредством морфа.

– Там есть специалисты с соответствующими допусками. – Отмахнулся Арно. Ну что ж… проверим.

Проверил, называется. Действительно, есть среди личного состава комплекса такой человек. К нему меня и провели, едва мы с капитаном перешагнули порог этого заведения.

Седой, высокий и худой, как щепка, безымянный врач… прошу прощения, доктор, как он потребовал себя называть, устроил мне блиц-опрос, после которого просто-таки завалил кучей тестов. К концу нашей встречи у меня в глазах рябило от всяческих картинок, как на листах пластика и в виде голограмм, так и транслировавшихся на морф, а в ушах стоял звон от непрерывной трескотни доктора, кажется, не замолкавшего ни на секунду.

Из кабинета седого я вывалился взмыленный и злой. Капитан, дожидавшийся меня в фойе, наслаждался каким-то горячим напитком и беседой с чрезвычайно милой девушкой в куцем белоснежном халате, глядя на который, я отчётливо понял, почему врачи так старательно держатся за этот пережиток древних эпох. Собственно, только присутствие дамы и не позволило мне выматериться в ответ.

– О, ты уже здесь? Быстро… – Заключил он. Убил бы гада!

Девушка мило улыбнулась и предложила мне чашку того же сбора, что пил мой командир. Я глубоко вздохнул и, попытавшись улыбнуться в ответ, вежливо отказался.

– Увы, но нас ждёт корабль. – Закончил свои извинения я. Такт-капитан наградил меня о-очень добрым взглядом, но поднялся с кресла и, в свою очередь, попрощавшись с дамой, направился к выходу.

Теперь, я так понимаю, Арно решил, что настала его очередь отмалчиваться. Ну и ладно. Так мы и добрались до порта в тишине и покое. Я был почти счастлив.

Поднявшись на челноке к висящей на парковочной орбите «Чудре», мы также молча разошлись по каютам. Правда, капитан-таки соизволил скинуть мне на морф предупреждение о том, что на следующей точке маршрута мы покидаем корабль окончательно… а я получил повод порадоваться. Всё-таки мой расчёт оправдался. Жаль только, что верен оказался именно этот расчёт.

Но к тому моменту, когда корабль встал в док и мы сошли на орбитальной базе с зубодробительным многосимвольным номером, болтающейся на стационарной орбите у дальнего газового гиганта в системе Нимра-Секонда, я успел смириться с тем фактом, что мне предстоит несколько лет сидеть на закрытой военной станции-складе и делить своё время между скукой и руганью с гражданскими, норовящими влезть в запретную зону под турели корабельного калибра, способные с одного выстрела размазать их посудины по пространству на пару астрономических единиц.

Мобилизационная база КС НФ ждёт своего сотрудника.

– И зачем я там нужен? – Вздохнул я, когда такт-капитан наконец раскрыл мне великий секрет моего следующего места службы. Сезар Арно смерил меня странным взглядом.

– Об этом мы поговорим на станции. – Наконец проговорил он.

Возражать я не стал. В конце концов, обсуждать подобные вопросы в ресторане транзитной зоны гражданской орбитальной базы было бы действительно глупо. Конечно, защита морф-систем, учитывая динамические системы шифрования передаваемых ими данных, достаточно хороша, чтобы не беспокоиться о возможности прослушки со стороны гражданских или даже безов, но кто сказал, что здесь могут быть только они? Пусть это сложно до безумия, муторно и чрезвычайно накладно, но, как говорится, что один разумный построил, другой всегда может разломать. Уж кому, как не мне, орму, это знать! Да и в конце концов, работу «соседей» и конкуренцию между структурами никто не отменял. А у Флота, кстати, на базе которого мне предстоит работать, имеется своя собственная разведка, и неплохая.

Глава 6. Не нервируй меня

И это называется «поговорим»? Я… в охренении, честное слово!

Миновав шлюз, ведущий в сектор безов, мы с такт-капитаном протопали через весь «внешний» дуговой коридор и остановились перед внушительной бронестворкой, красующейся голографической эмблемой Корпуса: широко открытым глазом в перевёрнутой пирамиде, на основании которой скромно покоится схематичное изображение галактики в виде четырёх переливающихся радужными цветами, изогнутых эдаким водоворотом линий-рукавов. Дверь, ведущая в офис Корпуса, внушала, что тут сказать!

Тем больше было моё разочарование, когда за величественно уехавшей в стену бронестворкой обнаружился кабинет размерами шесть на шесть метров, пустой до стерильности. Белоснежные стены, пол и потолок и ни единого предмета обстановки… если не считать таковым потоки режущего белого света, льющегося из стыков шести плоскостей. Жуть какая-то…

А тут ещё и морф принялся засыпать меня предупреждающими сообщениями о повальном отключении линий связи, всех типов и диапазонов.

– Лейтенант Дрём, перед принятием должности представьтесь. – Прогрохотал эхом голос стоящего в двух шагах от меня командира.

– Такт-лейтенант Ким Дрём, идентификатор: дельта ноль девять восемьдесят два ноль один двадцать семь а эл сорок шесть восемнадцать сигма девять. Представляюсь по случаю прибытия к месту службы. – Произнёс я.

– Принято и подтверждено. – Голос Арно не изменился ни на йоту. – Такт-капитан Сезар Арно, идентификатор: альфа ноль четыре одиннадцать десять бэ эм пять ноль три мю два, представление сотрудника закончил. Передаю ключ мастеркода. Передаю досье. Подтверждаю передачу. Есть получение. Такт-лейтенант Дрём, приказом секторального управления Корпус Сервус от шестнадцатого дня второго месяца тринадцать тысяч семьсот шестьдесят второго года от Начала вы назначены представителем управления в системе Нимра-Секонда. Примите инструкции и протоколы безопасности. Место базирования представителя определено в соответствии с действующими приоритетами служб федерального подчинения. Примите адрес. Поздравляю с назначением, такт-лейтенант.

Пока я пытался усвоить всю ту муть, что скинул мне интеллект-комплекс… в отрезанном от всей вселенной объёме, между прочим! Морф сбросил очередное сообщение о попытке подключения с помощью невалидного мастеркода. Хорошо, что настроить «ответ» на эту проверку по совету такт-капитана я успел ещё в полёте. А потому едва я проговорил: «Служу Федерации», как меня скрутило мощнейшей судорогой, швырнувшей моё тело на пол. Чтоб их с такой проверкой! Я чуть зубы в крошку не перемолол!

К счастью, этот ад продлился всего несколько секунд, по истечении которых такт-капитан помог мне подняться на ноги. А я всё мотал головой, пытаясь прийти в себя от удара, вала новых сообщений интеллект-комплекса Корпуса и коктейля лёгких релаксантов, впрыснутых морфом.

А стоило мне окончательно оклематься, как свет в комнате начал гаснуть, и за нашими спинами открылась бронестворка. Вежливо, что тут скажешь?

– Здесь где-нибудь подают водку? – Прохрипел я, едва мы покинули сектор безов. Арно покосился на меня с явным сочувствием и, кивнув, схватил за плечо. Вовремя. Если возвращаясь из офиса Корпуса по дуговому коридору, я ещё мог вышагивать, изображая бравого офицера, то сейчас, у меня просто кончился завод, и ноги предательски подкосились.

Такт-капитан дотащил меня до ближайшего и полупустого по той же причине кабачка и, усадив за стол в дальнем углу, тут же принялся вбивать на консоли заказ.

Вот тут-то мне и пришла в голову мысль о разговорах и о том, как по-разному некоторые люди понимают это слово!

– Ким, ты меня слышишь? – Арно потряс меня за плечо, и я встрепенулся, только в этот момент заметив, что сижу, уставившись на заваленный закуской стол, а в руке у меня стеклянная (!) стопка с холодной водкой.

– Д-да. – Выдохнул я. Арно кивнул на рюмку.

– Залпом, парень. Полегчает. – Следуя указанию начальства, я опрокинул рюмку в рот и огненный комок промчался по пищеводу. Бр-р…

Не знаю уж что больше помогло, работа морфа или алкоголь, но уже через пару минут я почувствовал себя значительно лучше. Руки перестали дрожать, и слабость ушла из тела, будто её и не было.

– Так, лейт. Отсюда до твоего нового дома и места службы мы доберёмся на твоём Горине, но перед этим нам нужно будет основательно закупиться. – Заговорил такт-капитан, заметив, что я пришёл в себя.

– Закупиться? – Не понял я.

– О, да. Во-первых, тебе желательно пополнить гардероб, если не желаешь ходить весь срок службы во флотской робе, и докупить гигиенические принадлежности, если не хочешь пользоваться казёнными. Поверь, через полгода они тебе осточертеют. С едой то же самое. Но тут можно ограничиться рецептами для синтезатора, если ты не гурман, конечно. Учти, на моб.базе ничего лучше офицерских ирпов ты не найдёшь. Про алкоголь… вижу, ты не любитель… – Арно бросил красноречивый взгляд на до сих пор не опустошённую мною вторую стопку и почти опустевший его собственными усилиями полулитровый графин. Я пожал плечами. Ну да, одно дело, стресс сбросить, а нажираться… это не моё. Такт-капитан понимающе кивнул. – Это хорошо, конечно, но и его прикупить придётся. Лучшая валюта на базе, уж поверь. Или, хотя бы, купи побольше пищевых картриджей, думаю, как обойти запреты синтезатора, ты сообразишь. Раз уж даже косорукие гражданские справляются с этой задачей, то для орма…

Мы одновременно улыбнулись и принялись собираться. Хорошо, что для закупки всего названного не придётся бегать по магазинам. Достаточно влезть в нижний Информаторий и заказать всё необходимое с доставкой к уже выгруженному с «Чудры» модулю, стоящему на выделенной ему временной стартовой платформе.

На всё про всё ушло чуть больше двух часов… и четырёхсот кредитов. Таким макаром я до места службы доберусь полным банкротом. Одно радует, до получения первого жалованья осталось всего семь дней. Главное, их пережить. Ну, в крайнем случае, буду разорять пищевой склад Горина, хм…

Обещанный разговор о делах, мне предстоящих, у нас с такт-капитаном всё же состоялся, пока модуль нёс нас к расположившейся чуть ли не в гелиопаузе мобилизационной базе. Все четыре часа полёта Арно делился со мной особенностями житья-бытья на моём уже настоящем месте службы, так что к моменту захода на посадочную площадку я уже был немного осведомлён о том, в какой именно дыре мне доведётся коротать ближайшие несколько лет жизни. И честно говоря, новости меня откровенно не радовали.

И лишь в тот момент, когда интеллект-система базы наконец дала «добро» на посадку, такт-капитан, как о чём-то незначительном, сообщил, что мне стоит внимательнее следить за пространством вокруг флотского хозяйства и «отправлять на профилактику штатные системы наблюдения до того, как они «увидят» подходящий к базе за грузом корабль. Коды я тебе перешлю позже.» При этом, несмотря на лёгкость тона, такт-капитан очень внимательно отслеживал мои реакции. Точнее, ту единственную реакцию, что я позволил себе показать.

– Что?! – Честно говоря, мне даже не пришлось играть изумление. Другое дело, что связано оно было скорее с идиотизмом предложения, чем с неприятием подобного… хм… нецелевого расходования средств, скажем так. Вежливо и обтекаемо.

– Хех, видел бы ты своё лицо, Ким… – Искренне рассмеялся такт-капитан и покачал головой. – Не бери в голову. Это старая шутка здешних старожилов. Потом поймёшь смысл. А если серьёзно, то о делах, которые помогут тебе избавиться от «вечного» контракта, мы поговорим в другой раз. Пока не время.

– Но… дар… командир! – Взвился я.

– Потом, Ким. – Веско припечатал такт-капитан и, неподдельно вздохнув, развёл руками. – Видишь ли, пока мы сюда добирались, кое-что изменилось в планах. Нет, нашей договорённости эти изменения не коснутся. Лишь твоих обязанностей.

– Надеюсь, из меня не собираются делать какого-нибудь идиотского «слухача» для пиратов. – Вздохнул я следом за капитаном. Тот фыркнул.

– Я подумаю над этим предложением, обещаю. Как только ты покажешь мне хоть одну пиратскую лоханку, что осмелилась сунуться во внутренние сектора Федерации. – Пообещал Арно.

На этом и закончился наш «серьёзный» разговор, из которого я вынес лишь два бесспорных факта. В пути действительно что-то произошло, из-за чего такт-капитан и тянул резину… Ведь в противном случае мы могли бы переговорить на Горине в любой момент нашего путешествия в систему Нимра-Секонда. А вторым фактом стало признание, что мы оба довольно фиговые актёры. Ни на секунду не сомневаюсь, что в моё изумление и недовольство Арно не поверил так же, как я в его откровения. Ну, разве что, за исключением той части рассказа, что касалась образа жизни мобилизационной базы, циклопические конструкции которой несколько минут назад заслоняли весь экран рубки без какого-либо масштабирования.

Как только перестали мерцать радужные разводы защитного поля, закрывающего зев посадочной площадки, и Горин опустился на рифлёное покрытие в центре пульсирующего синеватым светом круга, рядом тут же возник боевой дроид. Штурмовой монстр-инсектоид с длинным многосегментным телом, опирающимся на восемь довольно коротких «лап»,  с угрожающе поднятым «хвостом» тяжёлого плазмобоя и характерным матовым экраном на «морде», прикрывающим мощный сенсорный блок.

И всё бы ничего, вполне нормальный встречающий для богатой, но очень малолюдной, если не сказать хуже, станции… если бы не еще десяток его «коллег» рассыпавшихся по ангару. И как-то добротой от них не веяло, если честно. Образно говоря, разумеется, ни о каких развитых пси-модулях тут говорить не приходится. Зачем боевым машинам эмоции?

– Ким, подключи Горина по седьмому протоколу. – Неожиданно попросил такт-капитан. Да не вопрос.

Отдав указание своему модулю, я вывел на основной экран рубки транслируемую картинку.

– О! Теперь вижу. – Седобровый, абсолютно лысый старик с сухим исчерченным густой сетью морщин лицом оскалился, глядя на нас с экрана. – Значит, привёз-таки заместителя, а Сезар?

– Привёз, Клод. – Кивнул капитан.

– А больше никого ко мне в гости не притащил? – Прищурился дед, демонстративно поправляя закреплённый на поясе мощный ручной игольник, как бы не из набора, печально знакомого мне по Агоре самоспаса. Мы одновременно покачали головами, и старый Клод, фыркнув, договорил с откровенно глумливой улыбкой на губах. – А если найду?

Вот ведь старый лысый пень! С него не то, что песок, пыль и прах сыплются, а всё туда же, малолетнего бандита играть лезет. У нас тут и так театр двух актёров! Куда третьего девать?

Примерно в таком духе я и выразился, напрочь позабыв от злости, что пресловутый седьмой протокол подразумевает конференц-связь через морф-системы, коммутируемую интеллект-комплексом, в качестве которого сейчас выступает Горин.

Молчание прервалось диким хохотом сразу с двух сторон экрана. И это офицеры, гордость Федерации… Звезды! Куда я попал?!!!

И ведь всё бегом, ни секунды на раздумье, но… верно же размышлял-то! Тут либо к Тёмным звёздам дымом, либо на «вечный» контракт… и вдруг третий выход. Дурак… да? Может быть, вот только не было четвёртого, и пятый не просматривался. Хорошая загонная охота вышла, или место такое удачное «охотникам» подвернулось. К харгу!

Выпрыгнуть из этого круга мне пока не по силам. А значит, буду ждать. На Агоре хуже бывало, да и иная практика в учебке тоже не сахар. Решено. Выкручусь.

Спокойно дождавшись пока мои собеседники отсмеются, перевёл взгляд с одного на другого…

– Так что, дед, идёшь гостей искать? – Спросил я старика. Тот приподнял кустистую бровь.

– Какой я тебе «дед», мальчишка? Субординацию забыл?

– А харг тебя знает, какой? Знаков различия, формы, головного убора нет. Впрочем, волос тоже не вижу. Пропил?

– Лейт, ты как со старшим по званию разговариваешь?! – Зло прошипел опешивший Арно.

– Прошу простить, дар такт-капитан, но я обращался вот к этому престарелому уличному бандиту, а не к вам. – Доложил я. У моего коллеги и командира задёргался глаз.

– Как-как ты назвал полковника Борье? – Выдавил он.

– Хм. А он полковник? Не знал… Да и откуда? Говорю же, формы нет, знаков различия нет. Идентификатор он мне не предъявил…

– Лейт, заткнись! – Рука капитана зашарила по поясу явно в поисках отсутствующего ствола. Не нашла, зато отыскался церемониальный кортик, который он и вытащил из ножен. А старик взирал на происходящее с явным интересом. Научным…

– Дар такт-капитан, позвольте напомнить, что вы находитесь на моём корабле и должны подчиняться корабельному уставу. Протокол «угроза жизни капитана» забыли? – Улыбнулся я. Старик присвистнул от удивления… А Сезар, наконец, догадался обернуться… и замер, увидев направленный ему в лоб покрытый окалиной раструб лёгкого плазмобоя, закреплённого в боевом слоте малого охранного бота.

Пока взбешённый такт судорожно пытался втянуть ноздрями воздух, я повернулся к экрану.

– Я прошу прощения за этот срыв, дар полковник. У меня была очень, просто невообразимо тяжёлая декада, и окружающие меня люди совсем не делали её легче. Не возражаете, если мы начнём сначала?  – Дождавшись короткого кивка от наблюдающего за происходящим старика, я встал по стойке «смирно». – Такт-лейтенант Ким Дрём, наблюдатель от секторального управления Корпус Сервус в системе Нимра-Секонда, представляюсь по случая прибытия к месту службы. Мой идентификатор, подтверждающие протоколы и допуски отправлены с соответствующим индексом безопасности на интеллект-комплекс мобилизационной базы КС ФН номер 4612-2209-12/А. Прошу подтвердить получение.

– Командующий базы КС ФН номер 4612-2209-12/А, гард-полковник Клод Борье. Приём данных подтверждаю. Полномочия наблюдателя подтверждаю. Поздравляю с прибытием, такт-лейтенант.  – Старик, серьёзный, как главный калибр, кивнул… Гард-полковник, чтоб его! Генералов и адмиралов в Федерации, как собак нерезаных, больше миллиона, а вот гард-полковников всего полторы тысячи человек. Это на двадцать семь миллиардов населения! Куда я опять вляпался, а?

– Благодарю, дар гард-полковник. – Откликнулся я на автомате. Старик усмехнулся.

– Сынок, ты бы командира своего, бунтовщика этого недоделанного, отпустил, а? А то с кем я тут пить буду? – Совершенно неофициальным тоном попросил гард-полковник. Я оглянулся на застывшего, совершенно убитого происходящим такт-капитана, кажется, уже готового отобрать у бота плазмобой и застрелиться. Шарообразный дроид, повинуясь моему приказу, попятился, спрятал оружие и, откатившись в угол, нырнул в открывшуюся нишу.

– Дар такт-капитан? – Спросил я молча глядящего куда-то в пустоту Арно.

– Командир.

– Что? – Не понял я.

– Либо обращаешься ко мне «такт-капитан Арно», либо «командир». Забыл? – Блёклым, совершенно равнодушным тоном произнёс он и перевёл взгляд на экран. – Говорила же мед-майор Талаан, что он сумасшедший. А я не верил, дурак. Зря.

– Хех, значит, одним сумасшедшим здесь будет больше, только и всего. – Гард-полковник неожиданно ткнул в мою сторону пальцем. – Параноик? В технике понимаешь? – Я кивнул, и хозяин базы весело усмехнулся. – Сработаемся, лейт. Выбирайтесь из своей жестянки и топайте в ЦАК. Малыши вас проводят.

Глава 7. Общие недостатки, как залог взаимопонимания

Такт-капитан Сезар Арно пребывал в унынии, от которого не спасал даже впаянный наглому лейту выговор и трое суток карцера. На первый он только фыркнул, напомнив, что является «вечным» лейтенантом и повышение ему не грозит, даже если рейтинг будет как у главы Корпуса. А с карцером и вовсе чушь приключилась. Парень без всяких возражений принял наказание от своего командира, едва они покинули борт Горина, и после очного знакомства с хозяином станции послушно отправился в карцер под конвоем одного из штурмовых «малышей». Оказавшись в камере, лейт просто и незатейливо раскочегарил морф-систему, улёгся на голый пластобетонный пол, подложил под голову руки… и уснул! Просыпался он лишь трижды за всё время, благополучно уничтожал послушно выдаваемые лотком ирпы и снова заваливался спать. Внаглую! Вот когда такт-капитан Арно по-настоящему понял, какая на самом деле важная и нужная вещь – рабочий мастеркод к морфам подчинённых.

А пока лейтенант отдыхал в карцере, его командир с высунутым языком носился по станции, проводя сверку, которой пренебрёг перед отлётом. И кто кого наказал, спрашивается?

– Что вздыхаешь, юноша бледный? – Поинтересовался Борье, присаживаясь за стол Арно и автоматически кивая в ответ на приветствия собравшейся в столовой, только что закончившей работу первой смены технарей. Весьма странных технарей, учитывая, что ни в одной бригаде не было нижних чинов. Сплошь офицерский состав, который и прищучить нечем за подначки и смешки: у большинства техов звания как бы не повыше, чем у Арно. А всё от того, что история с прибытием нового борзого наблюдателя разлетелась по небольшому коллективу со скоростью света. В общем, куда ни кинь, всюду клин бедному такту! Ну не его это дело, кем-то руководить в мирной обстановке, не его! Ладно ещё в бою, там всё ясно и понятно, но вот эта административная канитель с её параграфами, пунктами и подпунктами… Да провались она пропадом! А если ещё вспомнить подкинутую прежним командиром Зейдом плюху, так вообще, туши свет… Он же ни разу не аналитик-мозгокрут. Такт-капитану, с его прямыми, как монорельс, мозгами, все эти интриги и подковёрные игры, что древняя письменность джошей: намалёвано может быть и красиво, да ведь хрен поймёшь, что именно.

Вот примерно в таком духе и высказался такт-капитан хозяину базы. Можно сказать, душу излил.

Гард-полковник внимательно выслушал жалобы раскисшего от мирной жизни когда-то лихого рубаку и настоящего боевого офицера, отобрал у него бокал с виски… и, сняв невесть когда поставленный вокруг стола купол приватности, отправил  бедолагу в тот же карцер. Отсыпаться.

– Дурдом какой-то. – Тихо вздохнул гард-полковник, провожая взглядом удаляющегося в компании пары «малышей» изрядно захмелевшего Арно.

Потерев ладонями лицо, старик на миг застыл с закрытыми глазами и, решительно поднявшись из-за стола, отправился к себе. Нужно поговорить с новым наблюдателем… по-человечески. И разузнать, что там за история приключилась.

Сегодня не было никаких клоунад и, попав из карцера в кабинет гард-полковника, я чётко понял, что кормить плюшками меня тоже никто не собирается. Собственно, именно так и получилось. Старик сходу дал понять, что в общих чертах знаком с историей моего появления на его базе и потребовал подробностей.

Сомневаться в том, кто именно поведал ему обо мне, не приходится. Пьяный в хлам Арно, сидя в камере напротив, довольно долго и нудно пытался мне объяснить, что гард-полковник здесь главный, и вообще ему, как человеку полному достоинств, следует доверять. Я одного понять не могу. КАК можно было так ужраться с морф-системой «на борту»? Хотя, если предположить серьёзный нервный срыв, плюс гормональный дисбаланс, думаю, это будет вполне возможно. Помнится, в учебке один кадр с уже установленным морфом умудрился не просто нажраться, а упиться до тяжелейшего отравления: как потом выяснилось, удалось ему это исключительно на волне предэкзаменационного стресса и несчастной любви. Правда, тогда же и преподы и «химики» сошлись во мнении, что этот курсант был просто уникумом, умудрившимся просквозить со своей великой любовью мимо всех сетей психокорректоров. Или же это результат внешнего воздействия.

Впрочем, после разговора со здешним хозяином всего и вся из двух возможных вариантов ответа на этот вопрос остался только один. Уж не знаю, каким образом, но кажется мне, что у гард-полковника имеется пресловутый мастеркод к морфу Арно. А с ним можно создать какой угодно химический коктейль, который система пропустит по умолчанию, просто по причине более высокого приоритета. Тот самый приказ, что не обсуждается.  Осталось понять, зачем именно старику понадобилось это шоу с сорвавшимся с нарезки наблюдателем.

– Всё просто, Ким. – Усмехнулся он в ответ на мой прямой вопрос. – Сезару необходимо убраться не только из системы, но и из сектора. Производственная необходимость. И небольшой нервный срыв от перевода на административную работу, с отправкой в отпуск для поправки здоровья будет очень кстати. Или ты думаешь, что находящиеся на службе твои коллеги обладают хоть какой-то свободой передвижения? Так ты ошибаешься.

– Отчего же. Я прекрасно это понимаю. – Покачав головой, ответил я. – Но ведь можно было решить вопрос как-то иначе? Это мне на служебный рейтинг чихать, а такт-капитану такой «срыв» на пользу точно не пойдёт.

– Не поверишь, парень, но сейчас очень многим резко стало не до рейтингов и карьеры. – Как-то грустно усмехнулся гард-полковник. – И Сезар Арно как раз из таких. Впрочем, о причинах этого уникального для нашего общества отклонения в сознании мы можем поговорить в другой раз. А сейчас давай вернёмся к твоей персоне.

И снова здорово. Разговор затянулся на добрых два часа, по завершении которых старик посмотрел на меня долгим и очень задумчивым взглядом и вздохнул.

– Интересные вещи творятся в Корпус Сервус. Мне даже кажется, что мы пытаемся решить одну и ту же проблему, только подбираемся к ней с разных сторон. Ким, а ты уверен, что происшедшее с тобой было всего лишь психотестом… и не более?

– У меня нет способностей мастеров вероятностей, если вы об этом, дар гард-полковник. – Покачал я головой. Точнее, я боюсь в них поверить. Но никогда в этом не признаюсь.

– В твоём личном деле такие данные тоже не указаны. – Кивнув, медленно произнёс он. – Но всё же, что-то тут не так… или мне уже в любом вопросе о будущем мерещится решение нашей проблемы. М-да. Впрочем, даже если твой «психотест» не был неудачным экспериментом, то полковник Зейд всё же ищет решение и даже смог обнаружить тех, кто бьётся над этой задачей параллельно с ним и его людьми… иначе зачем бы ему устраивать столь оригинальное приглашение к диалогу?

Чем дальше, тем страшнее. И даже спросить в очередной раз, во что я ввязался, не у кого. Борье ведь отвечать точно не станет. Эх. Ладно, раз нет возможности разобраться с глобальными вопросами, а на ерунду такие люди, как мой собеседник, не размениваются, попробую начать с частностей.

– Дар гард-полковник, а что по поводу нашей договорённости с такт-капитаном? – Проговорил я, нарушая воцарившуюся в аскетичном кабинете тишину.

– Уточни, лейт, о какой договорённости речь? – Встрепенулся старик.

– Срок службы… ограниченные обязательства… И мои обязанности, благодаря которым я решу эти две проблемы. – Намекнул я.

– Хм, что ж, договор есть договор. – Протянул Борье. – Нарушать его нет смысла ни мне, ни тем более такт-капитану. Полковник Зейд очень настаивал, знаешь ли. А ссориться с таким человеком не хотелось бы даже мне. Гард-полковников в галактике много, а вот глава учебной части Корпус Сервус только один, да…

– Мне кажется, или все самые высокие должности в Федерации занимают полковники? – Пробормотал я себе под нос, но, казалось бы задумавшийся о чём-то, собеседник услышал эту реплику.

– Интересное наблюдение. Не самые высокие, но самые значимые… определённо. – Усмехнулся хозяин станции. – Впрочем, речь не о том. Тебя же интересовали условия исполнения договора, не так ли?

– Именно. – Уверенно кивнул я.

– Что ж, здесь всё просто. Ты исполняешь свои обязанности наблюдателя, шлёшь доклады в управление сектора и не замечаешь проводящихся на моей базе работ. Учитывая, что никакие материалы, инструменты и прочие единицы хранения не покидают склады станции, а в этом я тебя могу заверить, задача несложная, согласись? И полностью укладывается в твои должностные обязанности.

– И всё? – Удивился я. Ведь действительно, согласно возложенным на меня обязанностям, я должен лишь  следить за законностью вывоза хранящейся на складе продукции и контролировать окружающее пространство, чтобы на базу не шастали всякие подозрительные корабли. А уж что делают флотские со своим имуществом на самой базе, меня совершенно не касается.

– И всё. – Совершенно невозмутимо кивнул старик.

– То есть вот для этой ерунды вам понадобилось вытаскивать меня из учебки?!

– Нам понадобилось?! Нет, тебя нам элегантно подсунули, лейт, точно в тот момент, когда твоему предшественнику на этом посту стало жизненно необходимо сменить место службы, а заодно ещё и убрали тебя подальше от отдельных любопытствующих личностей, как я полагаю. – Усмехнулся Борье. – Считай, что ты стал всего лишь пригласительной карточкой к беседе от одного удивительно осведомлённого о нашем проекте человека. Да-да, того самого полковника на очень значимой должности. Надеюсь, твое чувство собственного достоинства не сильно пострадало от такого сравнения?

– Да нет. – Пожал  я плечами. – Скорее уж, я благодарен вам за такую честность. Это куда лучше, чем заведомо лживые уверения в моей исключительности или чьём-то несуществующем бескорыстии. Полагаю, для вас потеря одного миллиона кредов не слишком большая цена за возможность спокойно продолжать работу над своим проектом, не так ли?

– Торгуешься? – Прищурился старик.

– Да нет. – Недоумённо ответил я. – Просто мне был обещан выход с ограничениями обязательств. Учитывая пятимиллионную неустойку, которую я должен буду выплатить за прекращение контракта до достижения десятилетнего срока службы, чтобы не загреметь на «вечный» гражданский контракт, мне необходимо будет погасить пятую её часть сразу по подписании приказа о моём увольнении со службы, то есть ровным счётом миллион кредов.

– Вот как… что ж, это совершенно точно не проблема. И ты прав, миллион не та сумма, которую я пожалел бы ради сохранения происходящего на базе… в тени. – Гард-полковник кивнул. А в следующую секунду дверца сейфа за его спиной распахнулась, и на столе, будто по мановению руки, появилась аккуратная стопка анонимных платёжных карт.

– Десять карт на предъявителя. На каждой сто тысяч. Можешь проверить. – Подвинув стопку ближе ко мне, проговорил Борье. Я смерил деньги долгим взглядом и… сделал шаг назад.

– На что они мне здесь? – Задав этот вопрос, я кивнул на экран, изображающий огромное панорамное окно, за которым царила кромешная тьма Пустоты. – Да и договор ведь пока не исполнен, не так ли?

– Хех. – Старик прищурился и, чему-то кивнув, произнёс. – Ты прав, тратить креды здесь негде… Что ж, тогда пусть лежат в сейфе до окончания действия нашей договорённости?

– Это было бы идеально. – Согласился я и постарался перевести тему. –  А что вы говорили о паранойе и технике, не напомните?

– Ты орм, а значит, должен знаться с железом, не так ли? – Протянул Борье. Я кивнул в ответ. – Замечательно. Видишь ли, у меня здесь жуткий кадровый голод, притом что работы просто море… И ещё одна пара рабочих рук при хорошо соображающей голове лишней точно не будет. Я пытался привлечь к работе Арно, но такт-капитан – типичный штурмовик и десантник. Что-нибудь разломать, взорвать или сжечь, это пожалуйста, но подпускать его к созидательному труду категорически не рекомендуется.

– Понял. Буду рад, если моя помощь пригодится. Терпеть не могу скуку. А что насчёт паранойи?

– Всё просто. Только настоящий параноик будет с пониманием относиться к молчанию коллег по цеху о предмете их общего проекта и не станет лезть с расспросами, куда не надо. – Улыбнулся гард-полковник.

– Оригинальная трактовка. – Заметил я и добавил. – И интересное предложение. Но ведь всё имеет свою цену, не так ли?

– А вот цена будет зависеть от степени твоих умений, лейт. Впрочем, к этому разговору мы можем вернуться позже, когда ты немного освоишься на станции. Лови схему и ключ к блоку Корпуса.

Поняв, что разговор окончен, я поблагодарил хозяина базы за уделённое мне время и уже отправился было обживать свой новый временный дом, как голос гард-полковника заставил меня замереть на месте.

– Кстати, о паранойе. Видишь ли, я не зря говорил, что с твоим прибытием сумасшедших здесь стало на одного больше. Первым же почётным параноиком на этой базе считаюсь именно я. Не могу сказать, что этот недуг так уж сильно меня мучает, чаще от него страдают другие, но тем не менее…

– Предупреждаете на случай рецидива? – Я позволил себе улыбнуться, хотя старик сохранял полную серьёзность.

– Можно сказать и так. Кстати, можешь считать, что очередной приступ у меня начнётся через сутки.

– Э? – Не понял…

– Ровно через сутки прибывает борт с вызванным мною психокорректором-менталистом, который займётся проверкой тех сведений, что такт-капитан Арно стёр из твоего досье. Да-да, тех самых, что свидетельствуют об отсутствии у тебя действующих ментальных закладок. Согласись, я не был бы параноиком, если бы не проверил этот факт. Жаль, что мастеркод морфа проверить невозможно.

– Почему это? – Удивился я.

– Потому что у нас нет гарантий того, что переданный Сезару ключ был настоящим. – Как маленькому, объяснил гард-полковник, но тут же вернулся к предыдущей теме. – В общем-то я просто хочу тебя предупредить, лейт Дрём, что послезавтра тебя ждёт долгое обследование у мозгокрута. У очень хорошего мозгокрута, так что, если не уверен, что пройдёшь проверку, лучше беги. Так и быть, я даже отключу главный калибр базы. А потом мои люди смогут вволю повеселиться, гоняя твой модуль по всей системе. Некоторые, знаешь ли, очень соскучились по собачьим свалкам в Пустоте.

– Не стоит беспокойства, дар гард-полковник. – Я выдавил из себя улыбку. – Мне и самому хотелось бы узнать, насколько реальны сведения, представленные в моём досье.

– Что, и ты совершенно не боишься доверить содержимое своей черепной коробки абсолютно незнакомому мозголому? – Пришла очередь моего собеседника удивляться.

– Сильно сомневаюсь, что ему удастся меня прочитать. Определить закладки и подтвердить или опровергнуть диагноз, поставленный в учебке, может быть. Но добраться до воспоминаний или мыслей без моего разрешения у него совершенно точно не получится. Даже, если ваш человек сможет обойти пси-блокаду Корпуса.

– Активное пси, да? А в досье об этом ни слова, между прочим. – Почти моментально догадался Борье. Вместо ответа я поставил простенький кинетический щит. Мой собеседник коснулся его мыслью аккуратно, почти нежно… и чуть не раздавил к харгам! Жуткая мощь. Что неудивительно, если вспомнить, какой должен быть индекс активного пси у человека, способного единолично управлять космической крепостью. Гард-полковники могут. Вот такие, как сидящий за столом лысый, задумчиво кивающий старик.

– Насколько мне известно, эта информация уже десять лет как не вносится в личные дела курсантов. Приказ главы учебки. – Ответил я на его последний вопрос, когда оправился от удара.

– Десять лет, говоришь… интересно. – Старик о чём-то задумался, но тут же встрепенулся и проговорил с улыбкой. – Ладно, лейт. Можешь быть свободен… до послезавтра.

– Благодарю, дар гард-полковник. – Кивнул я и выскочил за дверь.

ЧАСТЬ II. В ПУСТОТЕ ДА НЕ В ОБИДЕ

Глава 1. Полёты и пилоты

Предложи мне кто-нибудь подобную работу до «психотеста», я бы, наверное, сразу сдал такого умника «своякам», но… очевидно, приключения на Агоре действительно сильно повлияли на моё мировоззрение. Куда только подевался пиетет и вера в службу?!

Сейчас я готов работать на предложенных условиях, по факту вводя в заблуждение Корпус, притом что формально ни одна инструкция не нарушается. Особенности работы со смежными структурами, не входящими в вертикаль подчинения Корпуса. Флотские могут делать на своей базе что угодно, и наша служба не имеет права вмешиваться в их деятельность. Исключением может быть лишь прямое нарушение закона. Но даже если вдруг флотские начнут скопом вывозить содержимое складов моб. базы, на которой мы сейчас находимся, всё что я могу сделать, это доложить о таком факте в секторальное управление. И лишь получив от него полномочия, буду вправе запросить у командования базы подтверждение законности вывоза имущества.

Правда, как раз в этом пункте у нас всё в порядке. Более того, складские комплексы базы постоянно пополняются. Военные транспортники снуют туда-сюда чуть ли не каждую неделю, забивая один ангар за другим. А грузовые боты впоследствии умудряются растащить имущество по всей базе. Вообще, то, что происходит на станции, я могу назвать только одним словом – реконструкция. Грандиозная перестройка объёмов базы не затронула пока что только управляющий модуль и основной силовой блок. В остальном же…

Многочисленные пустующие склады в «нижней» полусфере станции превращаются в жилые зоны, обрастая всей необходимой инфраструктурой, детали и комплектующие которой извлекаются из забитых под завязку ангаров. Во втором внутреннем кольце станции вырос огромный медицинский комплекс, оснащённости которого позавидовал бы любой государственный мед. центр. И половину этого комплекса по плану должна занять стазис-секция, в которую можно будет запихнуть жителей целого городома[11]. А это около ста тысяч человек, между прочим. Для обеспечения энергоснабжения растущей базы многочисленные строительные боты, кстати, изъятые с тех же складов, строят ещё один силовой блок, в конструкциях которого я с нескрываемым удивлением насчитал добрых два десятка объединяемых в одну систему энергоустановок «А»-класса. Одной такой хватит, чтобы обеспечить работоспособность линкора, собственно, именно для этого они и предназначены. Говорить о том, что энергоустановки были взяты со складов базы, и вовсе не стоит, наверное.

В первом внутреннем кольце, где уже демонтировали блоки вспомогательных служб, перенесённые в выстроенный под ним «дубль», боты подводят коммуникации для будущей парковой зоны. А гидропонные поля? Всё третье внутреннее кольцо станции планомерно превращается в одну большую теплицу! В промежутке между ним и вторым кольцом возводятся блоки ближней ПКО, оснащение которых пугает своей параноидальностью. А главный калибр скорострельных турелей внешнего кольца, куда, кстати, также планируется вынос большей части стартовых площадок, способен напугать и флот линкоров. Но самое поразительное не это… В «верхней» полусфере станции, объёмы которой пока используются по назначению, то есть в качестве складов, по увиденному мною плану должны быть размещены два производственных и два перерабатывающих комплекса, между которыми будет расположен совершенно гигантский, никогда не виданный мною прежде прыжковый двигатель.

– Проект «Странник». – Пояснил гард-полковник, наблюдая за моей реакцией. – Был создан пятьдесят шесть лет назад на волне последней экспансии Федерации в нижние сектора. К сожалению, его заморозили после объявления «стратегии стабильного развития». И ни один из кораблей-колоний так и не отправился исследовать неизвестные пространства.

– А вы уверены, что станция не развалится при прыжке? – Проговорил я, когда отошёл от шока.

– Уверен. Собственно, то, что сейчас именуется мобилизационной базой, и есть бывший корпус корабля проекта «Странник». Мы просто восстанавливаем его в изначальном виде.

Странно? Не то слово. Такое ощущение, что гард-полковник готовит убежище… но зачем? От кого он собрался прятать такое количество народа? Ответа нет. Задавать же этот вопрос самому Клоду Борнье или его технарям… нежелательно. Я прекрасно помню предупреждение хозяина станции о нежелательности расспросов.

– Так какую задачу вы хотите поставить передо мной? – Спросил я.

– Производственный завод номер один. Я отдам тебе две сотни ботов и проект комплекса. Сейчас, зона строительства изолирована, все складские объёмы перераспределены, так что, можешь начинать сразу, как закончишь с мозгокрутом.

– Уже. – Вздохнул я. Представленный гард-полковником менталист, действительно, вот уже сутки, как отстал от меня, и я искренне наслаждался его отсутствием. Ну хоть один отвязался. Второй – доктор из «Виты», по-прежнему достаёт меня своими беседами каждый вечер. И конца-края этому бреду пока не видно. Впрочем, тут я, пожалуй, лукавлю. После целого дня беготни по перестраиваемым секциям в поисках принципиально не желающих соваться в блок Корпуса технарей расслабленная болтовня с психологом иногда бывает весьма кстати. По крайней мере, от него не шибает на сотню метров недоверием и холодом, как от большинства служащих этой базы. Не переваривают меня подчинённые гард-полковника. Почему? Ну так флотские и своих «контриков» терпеть не могут, несмотря на всю свою кастовость. Что уж тут говорить о зелёном новичке из Корпуса.

– Значит, можешь приступать немедленно, лейт. – Усмехнулся Борье, но тут же спохватился. – Да, по поводу оплаты…

– Мы же договорились. – Я отрицательно покачал головой. Гард-полковник смерил меня долгим взглядом и пожал плечами.

– Ладно, твоё дело. – Проговорил он. – По твоей линии какие-то вопросы, проблемы… имеются?

– Ничего такого, с чем я не мог бы справиться. – Ответил я. Ну, правда, не жаловаться же мне командиру станции на слишком много мнящих о себе подчинённых… его подчинённых.

– Добро. – Протянул Старик и кивнул на дверь. – Тогда свободен, лейт. Хорошего дня.

– Хорошего дня, дар гард-полковник. – Кивнул я, выходя из кабинета.

Этот разговор состоялся между нами ровно месяц назад, через неделю после моего прибытия на базу и, соответственно, через два дня после отъезда в отпуск повеселевшего и довольного такт-капитана Арно.

За этот месяц я трижды выводил в Пустоту Горина. Первый раз, чтобы проверить систему астроконтроля и предупреждающие буи на границах запретной для полётов зоны, во второй, когда обнаружил на складе Корпуса столь дефицитные в учебке боты для засева инфополей. Через два дня после этого события дальние подступы к базе были взяты мною под плотный контроль. Сами боты, входящие в комплекс, тупы как пробки, но вместе образуют огромные облака сенсоров, способные замечать и классифицировать объекты объёмом от пары кубических сантиметров и до… планетарных величин, причём по сотням различных параметров, и передавать полученную информацию на огромные расстояния. Проскочить мимо них незамеченными задача не из простых. Конечно, всю звездную систему такими сенсорными полями не перекрыть, но и трёхсуточного предупреждения порой достаточно, чтобы успеть подготовить достойную встречу гостям.

А вот крайний мой вылет состоялся позавчера и совсем не по необходимости. Работая на базе, я не раз поминал добрым словом технарей учебки, благодаря которым мы, курсанты, могли особо не волноваться за работоспособность наших машин. Но здесь при тотальной нехватке техников заботиться о Горине я вынужден был самостоятельно. Хорошо ещё, что никаких проблем с ботами, комплектующими и запчастями для модуля на складе Корпуса, единственном, кстати, к которому здешние обитатели даже не суются, нет. Но обслуживание машины в одиночку, пусть и при помощи полноценного комплекта сервисных дроидов, оснащённых довольно развитым интеллект-комплексом и пси-модулем начального уровня, дело небыстрое. В отличие от складов и офиса, своей стартовой площадки в секции Корпуса нет, потому и мой модуль стоит в одном из малых доков, правда, ближайшем к офису и каюте. Вот именно в тот момент, когда я был занят работой с Горином, в доке и появился один из технарей станции. Уж не знаю, что ему тут понадобилось, я вообще впервые за месяц видел, чтобы кто-то сюда заглядывал, кроме меня, разумеется.

– Интересный кирпич. – Заметил тех-капитан, внимательно рассматривая серую махину Горина с опущенной аппарелью, по которой то и дело сновали сервисные боты. Я мельком глянул на визитёра и вернулся к работе. Два дроида как раз занялись переборкой шин второго резерва и без контроля могли что-нибудь напортачить. Маловероятно, конечно, но лучше в таких случаях не спускать с них глаз. Очевидно, технарю не понравилось моё молчание, поскольку он подошёл ближе. – Эй, парень, а он летать-то умеет? Или только падать?

Когда так и не дождавшийся ответа гость протянул руку, чтобы тряхнуть меня за плечо, я сделал шаг в сторону, а по аппарели скатились три шара ботов-охранников. Моментально развернувшись в боевое положение, зависшие над полом дроиды навели плазмобои на визитёра.

– Оу. Стоп-стоп-стоп. Не надо так нервничать. – Поднимая руки, с улыбкой проговорил он. – Я же просто спросил.

– Внимание, вы находитесь в зоне ответственности Корпус Сервус. Немедленно покиньте периметр. Внимание, у вас есть пятнадцать секунд, четырнадцать, тринадцать…

– Что? – Не понял тех, недоумённо взирая на заговорившего охранника, но назад попятился.

– Пять шагов назад, тех-капитан. Иначе дроиды вас нейтрализуют. – Пояснил я, убедившись, что сервисные машины управились с подключением резервных шин. И щёлкнул пальцами. – Харг! А я-то думаю, что забыл! Капитан, настоятельно рекомендую отойти на пять шагов! Очень настоятельно.

Тех открыл рот, но в этот момент первый охранник закончил отсчёт и выстрелил прямо ему под ноги. Капитан отпрыгнул назад и, не удержавшись, рухнул на пятую точку.

– Ты чего творишь, а? Лейт! – После короткой матерной тирады завопил тех.

– Извините, тех-капитан. Я забыл подключить нелетальное вооружение у ботов. – «Повинился» я.

– Ты-ы… – Уже не проорал, а просипел тех-капитан.

– Не волнуйтесь, первый выстрел, по стандартному протоколу, всегда предупреждающий и на минимальной мощности. – Я вежливо улыбнулся и, сделав шаг в сторону охранника, похлопал его по верхней крышке. Дроид качнулся, словно воздушный шарик. – Молодец-молодец, хороший охранник.

– Спасибо за сотрудничество. – С моей подачи прогнусавил дроид, вгоняя и без того ошалевшего теха в ступор. А вот нехрен моего Горина обзывать!

– Горин, отмена охранного протокола. Режим два. – Произнёс я вслух, вновь хлопнув дроида по крышке, и тот, крутанувшись вокруг своей оси, укатился обратно в модуль, забрав напарников. Я повернулся к визитёру. – Всё, дар тех-капитан, можете не беспокоиться, больше они вас не потревожат. Итак… чем я могу вам помочь?

Очевидно, слишком расслабившейся в «камерной» обстановке базы, где даже гард-полковник предпочитает общаться неформально, тех-капитан помотал головой и, поднявшись на ноги, окинул меня внимательным долгим взглядом. Кивнул в сторону смывшихся ботов-охранников.

– У них настолько продвинутая интеллект-система? – Поинтересовался пришедший в себя гость, как ни в чём ни бывало.

– Не у них, у модуля.

– М-м… впервые вижу МКМ с чувством юмора.

– С этим у него туговато. – Усмехнулся я. – А вот с обидчивостью всё в порядке.

– Не понял. – Помотал головой тех-капитан.

– Горин знает, что такое кирпич. – Пояснил я.

– О-о… Кхм. – Гость почесал затылок и развёл руками. – Прошу прощения.

Я обернулся, чтобы посмотреть на Горина, потом перевёл взгляд на гостя… Сюр. Полный сюр. Технарь, извиняющийся перед разведывательным модулем. Первый раз в жизни вижу что-то подобное. Хотя, если верить слухам, технари учебки тоже отличаются особым отношением к малым пустотникам. Но никогда не думал, что это отношение может быть настолько особым. Что ж, как говаривал Ром, век живи, век учись… всё равно дураком помрёшь.

Тех-капитан Алекс Роун оказался вполне вменяемым парнем, старше меня на добрых двенадцать лет. Закончив Звёздную Академию, он оказался распределён в Четвёртую оперативную бригаду, где десять лет гонял пиратов и контрабандистов по внешнему кольцу, а потом, заботой Борье, попал на «Странник».

– Постой, Алекс. Ты же тех-капитан! – Изумился я. Тот тяжело вздохнул.

– Все мы здесь техи… волей гард-полковника. – Пояснил он… И до меня дошло. Я ведь смотрел личные дела состава базы! И у каждого было, как минимум, две учётных специальности. Ничего удивительного или странного в этом нет. У меня самого в учётке открыто три квалифицированных специальности, для Корпуса это норма. Но вот чего я не заметил… Морф моментально создал список личного состава базы и, разбив его по направлениям, выдал итог. Каждый человек на станции имеет, помимо тех. специальности, боевую, и таким нехитрым способом гард-полковник не только обеспечил станцию необходимым для заявленных «ремонтных работ» тех. персоналом, он ещё и получил в своё распоряжение хоть и сильно урезанный, но вполне боеспособный экипаж, способный защитить базу от нападения, а после окончания реконструкции доставить её в нужную точку пространства. Здесь артиллеристы и двигателисты, группа истребителей и минёры, энергетики-щитовики и спецы СПИБ[12]. Даже штурмовики имеются. Полный набор, в общем.

Разговорившись с техником-истребителем Алексом, я сам не заметил, как этот неугомонный уговорил меня на тренировочный бой в Пустоте. Хотя вру. Почуяв, к чему клонит мой собеседник, я даже не стал пытаться перевести тему. Всё-таки последний раз я по-настоящему резвился в Пустоте харг знает когда… даже если не учитывать времени, проведённого на Агоре. Так что, когда Алекс прямо предложил устроить тренировочный поединок, я даже не стал отнекиваться. Едва дроиды закончили обслуживание Горина, мы отправились к гард-полковнику просить разрешения устроить тренировочный полёт. И получили положительный ответ.

– Хорошая идея. Будет вам разрешение. – Покивал Старик, когда мы с Алексом изложили свою просьбу. Естественно, лично. Можно было бы отправить заявку через частную сеть «Странника», но… как сказал Роун, «ноги не отвалятся, язык не засохнет, а электронное общение Старик не жалует». Что ж, пришлось поверить старожилу. В конце концов, он работает под Борье уже не первый год и лучше знает своё начальство. Так оно и вышло.

– Благодарим, дар гард-полковник. – Рявкнули мы в унисон. Старик скривился, но тут же хмыкнул.

– Не спешите, господа. Один тренировочный полёт это хорошо, но у меня тоже есть идея…

А на следующий день вышел приказ о боевом тренаже всех секций на их постах. Экипаж технарей взвыл, а мы с Алексом тихо порадовались, что озвучили свою просьбу устно. На станции ведь и пара профессиональных системных взломщиков имеется. А сопоставить нашу заявку на ТРЕНИРОВОЧНЫЙ полёт и последовавший за ней приказ по базе сможет даже полный идиот. Повезло, что тут ещё скажешь…

Глава 2. Лёд тронулся…

– А-два, видишь его? – В этом выходе Алекс, внимательно наблюдавший за боями коллег, решил немного схитрить. Предыдущие две группы, как он понял, проиграли просто потому, что не смогли вовремя обнаружить противника, подкрадывавшегося к ним в скрыте. Не хватало мощности сенсорного комплекса. Именно поэтому его группа «сдвоила» поисковые системы, распределив наблюдаемое пространство на две полусферы. Нижнюю ведёт «двойка», верхнюю – «тройка». А «четвёртый» работает только на огневом контакте, закачивая импульсники до предела. Из-за этого ему даже маневрировать приходится медленно и величаво, будто не вёрткий истребитель ведёт, а разожравшийся монитор. Да, собственно, «четвёрку» и охраняют так же, как пресловутый монитор.

– Пусто, командир. – Откликнулся на запрос Алекса ведомый.

– А-три? – Роун нахмурился. Ведь сенсоры точно дали засечку именно тут. И где противник, спрашивается?

– По нулям. – Напряжённо ответил тот.

– Расходимся в конус. Берегите четвёрку. – Алекс решил проверить мелькнувшую в голове идею.

– А-два, понял.

– А-три, понял.

Кажется застывшие на месте, а на самом деле стремительно несущиеся в Пустоте, истребители начали расходиться в стороны.

– А-четыре, по… сбит, командир. – В голосе «четвёрки» послышался обречённый вздох.

– Белый? – Удивился Алекс, решив, что ведомый «тройки» каким-то образом засёк исчезнувший МКМ Дрёма.

– Нет, я. – Зло рявкнул «огневик».

– А-два, там же. – Устало рапортовал ведомый Роуна.

– Да где он?!! – Алекс взвыл, а заметив вылезшее на консоли сообщение с наблюдательного пункта, отключил связь и громко матерно выругался.

– А-первый? Здесь А-три. А-первый? Тьфу. И я сбит.

– Группа, возврат на базу. – Алекс вновь включил связь и вздохнул. Чёртов Дрём! Третью группу щёлкает, как орехи. А самого даже засечь не удалось. Ни одного раза! Как будто и нет его рядом. Ну да… самого рядом нет, а вот отметки о поражении цели выставляются интеллект-комплексом, словно по истребителям прямой наводкой долбят. Причём как бы не корабельным калибром! Потому что турели любого МКМ, даже истребителя, просто не способны уничтожить своего одноклассника с двух выстрелов. А этому больше и не надо. Два попадания максимум, и истребитель условно уничтожен. Мрак. Прав был Ким, такой модуль грех кирпичом обзывать… разве что уважительно, например, «о Великий Кирпич, упавший на голову куратору в Академии!»

Можно было бы, конечно, решить, что этот МКМ тут вовсе ни при чём, а победа над третьей группой подряд целиком заслуга пилота, но… на истребителе тот же Ким таких успехов не демонстрировал. Да, техника хороша, скорость реакции выше всяких похвал, но видно, что в настоящих боях на истребителях парень не участвовал. И на финты ловится лёгко… первые пару раз, потом уже чёрта с два поймаешь, но какой-то гениальности в бою не демонстрировал. А тут… да уж, это не дуэль на истребителях.

На экране мелькнуло какое-то пятно, и Алекс непроизвольно скосил глаза в ту сторону, где определил его местонахождение сенсорный комплекс. Рядом, в центре построения возвращающейся на базу группы, буквально в паре десятков метров от левого ракетного пилона истребителя, похожего на короткое крыло, буквально из пустоты соткался пресловутый «Великий Кирпич». Повисел секунду, словно издеваясь, и, вдруг прибавив скорость, снова растворился в темноте Космоса. Иф-капитан Роун хотел было сплюнуть, но вовремя вспомнил, что у него на голове шлем… а потому отделался короткой, но очень ёмкой тирадой, искренне поддержанной всей группой.

– Вот как он это сделал? – С тяжёлым вздохом пробормотал в пустое пространство Алекс, сидя за столом в компании своей группы, и, взъерошив растрепанные после душа волосы, вновь поставил запись боя на повтор. Ведомый Роуна, иф-лейтенант Фил Морина покачал головой и, двинув командира локтем в бок, сунул ему в ладонь стакан с выпивкой.

– Алекс, успокойся. – Проговорил Фил. – Через полчаса придёт этот «глазастый[13]», у него и узнаем.

– Нет, но ты посмотри! – Высадив залпом свою порцию, Роун хлопнул рукой по столу. Голоэкран над центром столешницы разделился на две части, закрутив сразу два почти идентичных ролика. Один – построенный за счёт компиляции данных с группы истребителей, второй – запись с наблюдательного пункта. Оба идентичны… почти. На ролике с НП было явственно видно, что вокруг группы истребителей крутится «Великий Кирпич», причём крутится так, чтобы не попасть в переднюю полусферу. Проходит несколько минут, группа распадается, но не успевает закончить перестроение, как  изображения истребителей начинают гаснуть одно за одним.

– А в следующий раз мы его увидели, уже возвращаясь на базу. – Ровным, безэмоциональным тоном проговорил «Тройка», иф-капитан[14] Луис Реджи. – Глазами увидели.

– Точно. – Неожиданно кивнул Алекс. – Сенсоры его в упор не замечают, а вот глазами, значит, рассмотреть можно.

– Почему ты так решил? – Спросил Фил.

– Помнишь, когда он нас бить начал? Как только стали расходиться в конус.

– И? – Лейтенант поморщился.

– Ну это же просто! – Не выдержал до сих пор молчавший «Четвёрка», иф-лейтенант Крис Баи, прищёлкнув пальцами. – При конусе четыре машины имеют полный обзор всей сферы! И мы бы его непременно заметили.

– Да ну, чушь! Не может быть всё так просто. – Запротестовал Фил.

– Сейчас проверим. Эй, вторая! – Алекс махнул рукой, привлекая внимание устроившейся в дальнем углу столовой группы истребителей, также успевшей попасть под устроенный Дрёмом расстрел. Можно было бы, конечно, и через интеллон послать сообщение, но… после третьего бокала хотелось общения.

Собратья по позору, как окрестил их сборище командир второй эскадрильи, сдвинули столы и, загрузившись у пищевого синтезатора, обратились на НП за записями остальных боёв. Операторы обрадовали пилотов сообщением, что четвёртая группа уже идёт к ним и тоже на щите. Пришлось срочно расширять заказ…

В результате к моменту, когда в столовой появился виновник «торжества», его встречало шестнадцать разгорячённых спорами и подогретых алкоголем пилотов, страстно желающих узнать только одно…

– КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ?!!!

Я вздохнул, окинув взглядом окружившую меня толпу. Как-как… ответил бы я им, так ведь они русского не знают. Не поймут!

– Стоп! – Неужто голос разума в этом царстве безумия? Алекс, подтверди мою надежду, пожалуйста… я посмотрел на пилота, одним словом остановившего своих надвигающихся на меня собратьев. – Не здесь. Все допросы в карцере!

Голос разума, да? Хуже злых пилотов могут быть только пьяные злые пилоты. Не дамся!

– А может, лучше за столом? – Раздавшийся откуда-то из-за спин офицеров голос припечатал. – В моём конференц-зале. Быстро! Бегом марш!

Оказывается, гард-полковник бывает страшным. А на вид старик-стариком… Пилотов словно ветром сдуло. Да я и сам, заслышав приказ, со всех ног устремился прочь из столовой, послушно следуя указаниям выскочившего перед внутренним взором «поводка».

Действительно, расслабились господа офицеры. А ведь боевые пилоты, не абы кто. Но стоило на пару лет выпасть из обоймы… и амба. Кто бы из них два года назад мог подумать о том, чтобы после тренажа в Пустоте отправиться не на разбор полётов, а в столовую, заливать горе проигрыша нелицензионным алкоголем?

Именно в этом духе и высказался Борье, когда офицеры расселись по местам. Я чуть не покраснел от стыда. Сам-то тоже первым делом в столовую побежал. Хотя мне простительно, разборы по итогам работы ормов всегда проходят… камерно. Особенности профессии, что поделать.

Вопреки ожиданиям пилотов, разбор начался с первого этапа. То есть с моего собственного позора, когда Алекс со своей эскадрильей гоняли меня вокруг базы, как зайца. Сначала поодиночке, а потом всей четвёркой. Это притом, что я честно предупреждал – истребители, это не моё! Но ведь нет. Усадили в «Умбу», которыми укомплектована истребительная палуба «Странника», и вперёд! Два поединка с Роуном я проиграл в первые же минуты, потом ещё один бой свёл к ничьей и один вытянул, по-моему, исключительно за счёт везения. Но Алексу так не показалось, и он устроил еще две схватки. Первую он провёл в паре со своим ведомым. Этот бой я продул через десять минут, и то, продержался столько времени только за счёт того, что полностью отказался от атак и удирал от прилипшей к моему истребителю слётанной паре. А в последнем бою вокруг станции меня гоняла уже вся третья эскадрилья. Восемь минут я крутился, как уж на сковородке, и всё равно они меня зажали. Алекс был доволен, разумеется… а стоило нам вернуться на базу, как командиры трёх других эскадрилий, наблюдавших эти танцы в Пустоте с НП, тут же загорелись потренировать своих подчинённых… на мне.

Естественно, я не выдержал!  Шесть боёв подряд вымотали меня до предела. Я взмок и устал, но этим сумасшедшим было всё равно. Насели, словно джоши при Тарагоне. Мысль о мести пришла сходу… и я принял их предложение при условии, что вместо «Умбы» буду биться на своём Горине.

Алекс согласился сходу. Собственно, он изначально хотел сразиться именно с моим модулем, но решение Борье перекроило наши планы. Ну, а остальные командиры эскадрилий после согласия Роуна не посчитали возможным идти на попятную.

И вот я сижу в конференц-зале и внимательно слушаю, как пилоты посекундно разбирают наши бои с эскадрильей Алекса. Прав был штурм-майор Гирен, наш куратор: учиться надо у профи. Никакой имитатор не сможет дать того опыта, каким обладают настоящие специалисты. И два часа разбора полётов доказали это не хуже, чем сами бои с пилотами Роуна.

Я и не думал, что навыки, данные мне в учебке, так отличаются от того, чему учат истребителей. Впрочем, по некоторому размышлению, я пришёл к выводу, что всё вполне логично. Если орм почему-то вынужден лететь на истребителе, значит, с его разведмодулем что-то произошло… а потеря модуля верный признак того, что орму надо «сматывать удочки», по выражению Рома. Вот и учили нас не столько тонкостям ближнего боя, сколько способам удрать от погони. Нет, базовая боевая подготовка истребителей входит в программу учебки… но по сравнению с умениями настоящих «ифов», это слёзы! Зато удирать нас учили профессионально. И командиры эскадрилий это заметили. Профи, что тут скажешь.

Зато в бою на Горине я их сделал!

– Ну что ж, с истребителями закончили. Перейдём к следующему этапу. Лейт, поведайте присутствующим секрет своей победы? – С усмешкой подвёл итог гард-полковник, внимательно слушавший рассуждения пилотов и даже предлагавший во время разборов свои варианты действий. Надо признать, некоторые из них заставили удивлённо крякнуть даже командира первой эскадрильи иф-майора Луиса Стальи, старшего и самого опытного из пилотов, к тому же исполняющего обязанности командира истребительной секции базы, и кстати, единственного, кто едва не засёк нас с Горином во время боя.

– Пси-модуль. – Коротко ответил я. От истребителей просто пахнуло недоумением. А вот Борье даже глазом не моргнул. Может быть, я и ошибаюсь, но кажется, этот монстр ещё во время первого моего боя на Горине понял, в чём дело. Вот только объяснять это пилотам он явно не торопится.

– А можно развернуть ответ?  – Поинтересовался Алекс.

– Пожалуйста. – Я кивнул. – Пси-модуль является неотъемлемой частью любого мало-мальски сложного интеллект-комплекса. Есть таковые и в ваших истребителях.

– М-м… ну это прописные истины. – Подал голос Стальи, задумчиво посматривая на голоэкран, демонстрирующий один из первых моих боёв на «Умбе».

– О, да. На Горине, кстати, тоже имеется пси-модуль. Нужно ли говорить, что при подавляющем превосходстве интеллект-комплекса взлом слабого противника не представляет для него сложности?

– Ты взломал «инты» наших истребителей? – Дошло до ветерана. Я кивнул, и Стальи тихо, почти неслышно выдавил. – Охренеть.

– У Горина достаточно развитый пси-модуль и очень мощный интеллект-комплекс.

– Но чтобы взломать интеллект-комплекс, нужно, как минимум, десятикратное превосходство в средствах подавления! – Воскликнул один из пилотов. Кажется, спец «спиб» из эскадрильи Алекса, тезка командира секции Луиса Стальи? Точно, Луис Реджи!

– Не совсем верно. – Покачал я головой. – Для гарантированного взлома чужого инта нужно десятикратное превосходство в совокупности показателей всей «триады»: мощность инт-комплекса, степень развития пси-модуля, индекс воли оператора.

– Хочешь сказать, что продавил мозги «Умбы» за счёт собственной воли? – Недоверчиво проворчал один из пилотов. Я хмыкнул.

– Скорее, за счёт мощи своей машины. – Усмехнулся Борье. – Если не ошибаюсь, модуль Горин заточен на взлом системных интеллект-кластеров, не так ли, орм?

Сдал, га… гард-полковник.

– Орм?

– Оператор разведывательного модуля. – Пояснил Борье. Взгляды пилотов скрестились на мне, и я почувствовал себя о-очень неуютно. Харг, зачем он это сделал, а?

– А что такое, этот самый кластер? – Спросил Алекс, пока специалисты «спиб» эскадрилий обсуждали услышанную новость и косились на меня с явным хищным интересом. Ну да, коллеги же… в чём-то.

– Блок интеллект-комплексов станционного класса, поддерживающий работу Информатриев и грависвязь в одной отдельно взятой звёздной системе. – Пробурчал в ответ «спибовец» и, ехидно ухмыльнувшись, добавил. – Для особо одарённых в технике поясняю: это такой компьютер размером с ту же «Умбу», и жрущий энергию, как главный калибр линкора. А модуль нашего лейта создан для того, чтобы взламывать таких монстров. То есть его интеллект-комплекс должен, как минимум, не уступать системному кластеру в мощности.

– Однако. – Протянул Стальи, смерив меня долгим, очень долгим взглядом. – Орм, значит…

– Пф. – Я оглянулся на довольного Борье и не сдержал ухмылки. Как ты со мной, так и я с тобой. – И чему вы удивляетесь? Наш гард-полковник, например, при необходимости, вообще может взломать системный кластер, используя лишь свой интеллон. Мощность его пси и индекс воли вполне позволяют провернуть подобный фокус, не правда ли, дар гард-полковник?

– Уел, лейт. – Усмехнулся Борье под сдавленный вздох «спибовцев». – Но на этом предлагаю закончить наш вечер откровений.

Глава 3. Здравоохранение, оно такое разное

Нельзя сказать, что после того случая с пилотами мои отношения с личным составом «Странника» сильно изменились. Отчуждение и холод большинства членов экипажа никуда не делись, но у меня, по крайней мере, появилась своеобразная отдушина. Я стал желанным гостем на истребительной палубе, а это уже неплохо. Раньше мне было откровенно плевать на отношение окружающих, что в учебке, что в трущобах Нижнего Салема. После смерти родителей я всегда был сам по себе и относился к окружающим с заметной опаской, не изменилось это и после… «теста», скажем так. Но после рабочего дня, возвращаясь в каюту, я оказывался в пустоте, и в голову начинало лезть… всякое. Воспоминания об Агоре, сомнения… Но если поначалу я мог хотя бы поговорить  с доктором из «Виты», то с окончанием курса такая возможность исчезла. И каждый вечер стал оборачиваться для меня жуткой тягомотиной. Я пытался бежать от скуки и воспоминаний, уматываясь на строительстве завода, порученном мне гард-полковником, собственно, именно в надежде на избавление от сомнений и неуверенности я и согласился с его предложением работы. С радостью… но работая до предела и занимая редкое свободное время изматывающими тренировками, я понимал, что таким образом просто загоняю себя в гроб. И появление на базе людей, с которыми я мог просто поболтать ни о чём или устроить тренировочный бой на истребителях в Пустоте или на имитаторе, позволило мне немного расслабиться.

Вот и сегодня после очередной смены, во время которой мне пришлось вытаскивать рухнувшего в шахту дроида, я принял звуковой душ и, переодевшись в штатское, двинулся на истребительную палубу договариваться об очередном вылете на тренировку в Пустоте. На «Умбе», разумеется. Биться с Горином пилоты не желали. Их можно понять. Состязаться в прямом боестолкновении с Горином затея пустая… для моего модуля, разумеется. Он ведь не способен развить скорость, сопоставимую со скоростью атакующего истребителя, да и по манёвренности несколько отстаёт от тех же «Умб». У Горина установленный досветовой максимум всего две тысячных, выше которого ни о каких манёврах и речи быть не может, а для истребителей это экономичный ход! Нет, на модуле можно уйти от преследования, например, внутрисистемным прыжком, но у него минимальная дальность полмиллиона километров! Это уже не бой. Про сражения на моём «поле» и вовсе можно промолчать. Спецам «спиб» эскадрилий просто нечего противопоставить комплексам Горина.

Правда, они недолго ходили расстроенными по этому поводу. Как-то вечером, условным, разумеется, посовещавшись, четверо спецов вытащили меня из каюты для разговора. Нет, никаких драк, совершенно ничего подобного. Луис Реджи, спец «спиб» из эскадрильи Алекса, усадив меня за уже накрытый стол в кают-компании истребительной секции, выдвинул предложение, изрядно меня удивившее. Пси-модули интеллонов, в отличие от устройств, устанавливаемых в дроидах и интеллект-системах, имеют возможность развития за счёт воли оператора. Собственно, развивая собственное пси, владелец интеллона одновременно увеличивает возможности пси-модуля. И именно помощи в таком развитии просили специалисты «спиб».

– Пилотский минимум можно получить лишь в том случае, если уровень пси кандидата, как минимум, находится в пограничной зоне. То есть практически готов к активации. – Пояснил Реджи свою идею. – Но условия обучения таковы, что на развитие пси просто физически не остаётся времени. И его развитие идёт фоном, как побочная задача. Да, даже при таком подходе во Флоте нет ни одного пилота, не активировавшего своё пси, но…

– Для дальнейшего развития нужно уделять работе с пси очень много времени. – Закончил я за Луиса и тот кивнул.

– Именно. Но это ещё не самое плохое. В конце концов, выделить пару часов в день на тренировки не проблема. Тут дело в другом: большинство пилотов пробуждает пси уже после окончания Академии, когда доступ к обучающим техникам и приёмам уже отсутствует. Немногие умники, догадавшиеся ходить на соответствующий факультатив во время учёбы, поначалу имеют кое-какое преимущество, но на одних базовых упражнениях далеко не уедешь.

– А подать запрос в Академию через руководство? – Нахмурился я.

– Ха. Скорее всего, ответом будет: у вас много свободного времени? Мы это исправим. – Невесело усмехнулся Реджи. – И ведь исправляют.

– Ерунда какая-то! – Воскликнул я. – Но почему?

– Да всё просто. – Пожал плечами пилот первой эскадрильи. – Несмотря на то, что в Академию берут людей с перспективой активации пси, полноценно развивать его никто не собирается. Считается, что истребителю будет достаточно усиленной интуиции, получаемой с проснувшимся даром. А остальное – не важно и не нужно. Да и тратить деньги на «непрофильное» обучение никто не будет.

– И в результате мы получаем псиактивных, но совершенно необученных пилотов. – Понимающе кивнул я… и замер. – Стоп! Но ведь без должного обучения вас уже через двадцать лет придётся списывать! Никакой интеллон не выдержит напора активного пси!

– И списывают. – Невозмутимо кивнул Реджи. – Стандартный пилотский контракт как раз и составляет двадцать лет. Считается, что именно столько мы держим необходимые для истребителей кондиции. А после, либо на командную должность без права полётов, с переустановкой интеллона, разумеется, либо на гражданку, подыхать от инсультов, если, конечно, не накопишь денег на новый интеллон.

И такой обречённостью пахнуло от всей четвёрки… Харг! Ненавижу эмпатию. Но всё же… как мне повезло с морфом! Он таких проблем не доставит.

– Сколько вам осталось до окончания контрактов? – Спросил я. Пилоты переглянулись.

– От четырёх до восьми лет. – Ответил Реджи и пояснил. – Собственно, именно поэтому, получив предложение гард-полковника, никто из нас и не стал отказываться. Возможность не стать калекой… дорогого стоит. Жалованье пилота, знаешь ли, накопить на хороший интеллон не позволяет, а ставить после выхода на гражданку тормознутую дешёвку… лучше сдохнуть! Так что, «Странник» наш единственный шанс на приличную пенсию.

– Вот как… – Протянул я. – Что ж. Думаю, я могу вам помочь. И сразу обрадую. Если не будете отлынивать от тренировок, то вполне возможно, что новые интеллоны вам не понадобятся.

– Как это? – Удивился молчавший до этого пилот второй эскадрильи.

– Просто. Правильно развитое активное пси перестраивает пси-модуль интеллона, а тот, в свою очередь, полностью контролируя работу интеллект-модуля, влияет на развитие всей системы. Для запуска этого процесса на уровне «железа» существует специальная программа и курс инъекций, содержащих колонию нанитов и необходимых для строительства элементов. Попадая в организм, наниты подчиняются интеллону, а тот, в соответствии с установленной программой, уже ведёт фактическую перестройку системы.  – Проговорил я. – Единственное «но», проводить эту процедуру следует под присмотром медика. Он рассчитает оптимальный курс инъекций, опираясь на скорость развития пси, и оптимизирует программу управления нанитами для интеллона. Вопрос в том, имеется ли на базе достаточно квалифицированный медик и работает ли медицинский синтезатор. Впрочем, даже если возникнут проблемы с медицинской частью, это не так страшно. В крайнем случае, вам придётся смириться с падением эффективности интеллона процентов на двадцать пять – тридцать, которые сожрёт пси-модуль для постоянного контроля давления пси. Но это всё же лучше, чем покупка дешёвого интеллона или инсульт, не так ли?

– Ну да, особенно учитывая, что дешёвое «железо» не дает и четверти мощности пилотского интеллона. – Подтвердил Реджи и хитро ухмыльнулся. – А что с тренировками?

– Сначала нужно определиться с медиком или, хотя бы, с комплексом препаратов.

– И какого уровня медик нам нужен? – Спросил молчаливый пилот.

– Боюсь, что довольно высокого. Среди персонала базы, я таких не знаю. – Пожав плечами, ответил я. – А разработка программы поддержки и индивидуального набора препаратов штука непростая.

– То есть без него не обойтись, так? – Поскучнел Реджи.

– Ну, почему… если здесь имеется синтезатор, то можно просто заказать необходимое исследование в стороннем мед. центре. Другое дело, что это будет недёшево…

– Недёшево, это сколько? – Прищурился пилот четвёртой эскадрильи.

– Понятия не имею. – Честно ответил я. – Мне, как вы понимаете, ничего подобного заказывать не приходилось. Но что мешает узнать это в Информатории?

– Оп. Извини, Ким. – Смущённо развёл он руками. – Увлёкся.

– Ничего страшного. – Отмахнулся я. – Так что решим?

– А что тут решать? – Удивился Реджи. – У нас есть шанс разобраться с проблемой, от которой воют все пилоты, да при этом ещё и получить какие-никакие навыки в манипуляциях пси. От такого не отказываются. Вопрос в другом… что мы будем должны за твою помощь?

– А сколько стоит новый интеллон… начального уровня? – Спросил я. Идея подзаработать денег не прошла мимо. Тысяча тут, тысяча там… глядишь, и с долгом разберусь, а?

– Около пятидесяти тысяч. – Вздохнул Реджи. Ого!

Я вызвал верхний Информаторий и, добравшись до инфора «Виты», убедился в правоте собеседника. Однако. Теперь понятно, почему у пилотов это больной вопрос.

– Тогда, на десятке сойдёмся? После окончания курса тренировок. – Предложил я. Пилоты переглянулись и, заулыбавшись, одновременно кивнули. А через минуту мне на морф «упал» договор, который я и подписал, после проверки, разумеется. За это время пилоты успели разорить накрытый стол и вновь пополнить тарелки у стоящего в углу пищевого синтезатора. Но прежде чем присоединиться к ужину, я выполнил свою часть контракта. Реджи замер с недонесённой до рта вилкой. Глаза его на миг словно остекленели, а когда он моргнул, приходя в себя, положил на стол прибор и взглянул на меня.

– Лицензионная?!

– Разумеется. – Кивнул я, не понимая причины его изумления. Разумеется, перед передачей программы тренировок пси, поставленной в учебке, я снял с неё предохранительные маркеры Корпуса, иначе она просто уничтожилась бы, попав на «чужой» носитель. Но лицензионные стопоры не убрать даже мне. Зато есть гарантия, что дальше моих получателей программа не уйдёт.

Удачно получилось, что тут скажешь… Правда, на следующий день морф выдал целый список сообщений, присланных, похоже, всей истребительной секцией разом. Просьбы были одинаковые, разве что изложены по-разному. Ну а я… а что я? Мне не жалко. Денежку на программе я уже заработал, так что, вскоре все пилоты получили от меня копии тренировочного комплекса. Пожалел ли я о том, что не предложил им купить эту программу так же, как купили её спецы «спиб»? Да нет. Я вообще считаю, что получил деньги не за комплекс, а за консультацию. Ну а программа… мне она досталась бесплатно. Так почему я должен брать за неё деньги с людей, которым могу просто помочь решить их проблему? Тем более, что эти люди, пусть и не осознавая того, помогают мне справиться с моей собственной бедой.

Тем больше было моё удивление, спустя месяц после этого разговора. Вернувшись с уже завершающегося строительства завода, я принял душ и, переодевшись, уже размечтался о плотном ужине… но вынужден был отвлечься на трель предупреждающего сигнала от входа в блок Корпуса. Глянув на картинку с видеофиксатора, я открыл дверь, и в блок вошла делегация из шестнадцати человек. Истребительная секция в полном составе.

– Добрый вечер, Ким. – Кажется, за весь отряд решил говорить его командир.

– Добрый, дар иф-майор. И вам, господа. – Проговорил я, безуспешно пытаясь угадать, зачем ко мне нагрянула такая представительная компания. Но вовремя спохватился и, открыв дверь в офис, жестом предложил гостям входить. Ну, а что? Каюта у меня слишком мала, чтобы там поместилось полтора с лишним десятка человек.

Иф-майор Стальи кивнул на моё молчаливое предложение пройти в кабинет, но садиться в кресло не стал. Так мы и остались стоять.

– Ким, месяц назад ты сделал моим ребятам знатный подарок. Пусть сам я давным-давно решил эту проблему, но знаю, что такое быть пилотом, считать каждый кред и с ужасом ждать того момента, когда интеллон пойдёт в разнос, а кадровик пришлёт приказ об увольнении.

– Но… – Начал было я. Стальи остановил меня одним-единственным жестом.

– Помолчи и послушай. – Проговорил он. – Тебе, наверное, покажется это странным, но сообщества псиоператоров очень закрыты. Будь ты постарше, сам бы это заметил. Они сторонятся обычных людей и, честно говоря, имеют для этого все основания. В Федерации довольно настороженное отношение к вашему брату. Но ввиду этой обоюдной настороженности, мы, пилоты, и для тех, и для других являемся чужаками. С одной стороны, все мы обладаем активным пси, с другой – не имеем возможности его развивать. Псиоператоры не очень-то делятся своими наработками с окружающими.

– Профессиональная болезнь, как я понимаю. – Кивнул я, вспомнив нашего гард-полковника. Надо сказать, что монолог майора меня сильно удивил. Я и представить себе не мог, что разделение между псиактивными и обычными людьми настолько… явно.

– Паранойя? Да, похоже. – Усмехнулся Стальи, но тут же нахмурился. – Так вот. Ты сделал для моих ребят то, на что вряд ли решился бы любой твой коллега. Не спорь. Я лучше знаю.

С этими словами иф-майор протянул мне небольшую поясную сумку, открыв которую, я охнул. Ровные золотистые кредикарты ровной стопкой лежали внутри. Шестнадцать анонимных карт, и на пятнадцати из них по десять тысяч кредов. И пятьдесят на шестнадцатой.

– Стоп, дар иф-майор… Луис… здесь слишком много! – Воскликнул я. – Мы договаривались на десять тысяч… всего на десять!

– Знаешь что, лейт… здоровье моих людей стоит дороже какой-то паршивой десятки! – Рыкнул Стальи, но тут же усмехнулся. – Как договаривались, так и получил. А пятьдесят тысяч это от меня, в качестве премии. Договоры читать надо, прежде чем подписывать.

– Я читал… – Проблеял я, опуская задницу на стол.

– Значит, плохо читал.

– А я заметил, под вино, вообще, юридические документы, как-то не так читаются. – Театральным шёпотом заметил Реджи, и кабинет потонул в хохоте. Гады… но, приятно, харг его дери!

Гард-полковник Клод Борье поднялся из-за стола, покосившись на внезапно огласивший кабинет переливчатой трелью цилиндр активного гравипередатчика. Одно мысленное усилие, и комната окуталась непроницаемым пси-щитом.

– Слушаю. – Развернувшийся над передатчиком экран выдал мутноватое изображение… и гард-полковник неопределённо хмыкнул. – Зейд…

– Полковник. – Откликнулся его собеседник тем же тоном. – Прошу прощения, что не дождался ответа и связался первым. Обстоятельства.

– Настолько серьёзные, что не боитесь показаться просителем? – Приподняв кустистую седую бровь, осведомился Борье. Его собеседник еле заметно улыбнулся.

– Представьте себе, не боюсь. – Проговорил Зейд и тут же подобрался. – Гард-полковник, у меня есть информация, которая будет вам полезна. Данные будут переданы по протоколу двенадцать. Гарантия достоверности – мой идент. Принимаете?

Пауза… кивок. Передатчик пискнул, принимая массив данных. И Борье тут же углубился в чтение.

– Буду должен, дар полковник. Благодарю. – Через пару минут произнёс он, поднимая взгляд на собеседника. Зейд скупо кивнул, и голоэкран погас.

Глава 4. Шабашка на шарашку

Вызов от Борье пришёл за полчаса до подъёма по станции. И как-то сразу стало понятно, что зовёт дар гард-полковник совсем не на пироги. А явившись в кабинет, только хмыкнул. Судя по тому, что здесь собрались командиры всех секций, чутьё не подвело. Что-то назревает.

– Утро, господа офицеры. – Голос Клода Борье был как никогда сух и холоден. Моментально поняв, что обычной обстановкой «в гостях у деда» здесь и сейчас не пахнет, присутствующие подтянулись, стихли шепотки, пропали с лиц улыбки. Офицеры насторожились. – Итак. У меня для вас две новости. Первая. Ввиду изменившейся обстановки, пополнение прибудет не через два месяца, а через три недели. Второе… В течение сорока восьми часов все работы по второстепенным направлениям должны быть прекращены. На завершение неотложных задач у вас есть сорок восемь часов. По их истечении вступает в силу директива «Гладь». Вопросы?

Офицеры молчали, а я листал материалы, сброшенные гард-полковником всем присутствующим. Кажется, переходим на военные рельсы. К второстепенным направлениям отнесены работы по гражданской подготовке станции. Гидропоника, парки, жилые и производственные зоны. Всё в стоп-лист. А согласно директиве «Гладь», все имеющиеся на станции силы должны быть брошены на приведение боевой части в полную готовность. В принципе, огневая мощь и так была в приоритете, но, похоже, теперь мы будем заниматься только ей. Что-то грядёт. Ну не верю я, что Борье решил просто так перекроить планы. Да и не пускают от нечего делать в производство то, что загодя было разработано явно на случай каких-то неприятностей, . По крайней мере, за гард-полковником такого самодурства точно не водится, насколько я смог разобраться за четыре месяца жизни на станции. Он может прикидываться хоть добрым дедушкой, хоть шлангом со склонностью к паранойе, но с пониманием целесообразности у Клода Борье всё в порядке.

Пока я читал присланную информацию, гард-полковник успел раздать распоряжения командирам секций, и те, нагруженные новыми впечатлениями и перспективами, разбежались, явно горя желанием поделиться полученным счастьем с подчинёнными.

– Лейт! – Окликнул меня глава станции. Пришлось временно отложить ознакомление с ворохом документов.

– Слушаю, дар гард-полковник. – Откликнулся я.

– Что по заводу?

– Завершён на девяносто процентов. Работ, требующих срочного окончания, нет, так что…

– Не стоит. Ты должен закончить работу в течение десяти дней. – Мотнув головой, потребовал Борье.

– Двадцати. – Тут же вскинулся я.

– Хорошо, пятнадцать суток. К началу шестнадцатых завод должен быть введён в строй. У нас возможны перебои с поставками некоторых устройств, и я хочу иметь возможность восполнить недостачу продукцией этого завода. Ясно?

– Полагаю, под устройствами нужно понимать номенклатуру седьмого порядка? – Со вздохом спросил я. Гард-полковник на миг замер, смерил меня взглядом… и покачал головой.

– Вечная беда всех стариков. Мы так склонны недооценивать пытливость молодых умов. – Протянул Борье и неожиданно усмехнулся. – Ты прав. Мне нужны ракеты системы «Гомаут».

– А… м-м-м… КАН[15]> у вас есть? Потому как без них это всего лишь мелкие и скрытные, но совершенно бесполезные петарды. – Проговорил я. Гард-полковник улыбнулся.

– Представь себе. На этой базе есть многое. В том числе и оружие, запрещённое международными конвенциями. Надо же было его где-то складировать, правильно? Или ты думаешь, что подписанты тех конвенций действительно уничтожали то, что сами же и запретили?

– Да нет. – Пожал я плечами. – Наивностью не отличаюсь. В Корпусе её выбивают раньше, чем воспоминания о гражданской жизни. Но всё же… «Гомаут»? Они же жрут вообще всё. Вам так нужна гигантская колония нанитов на месте этой звёздной системы?

– Не переживай. Во-первых, это всего лишь страшилка для обывателей. На испытаниях уже при мегатонных массах колония не могла поддерживать своё существование, так что никакого вечноживущего всепожирающего монстра не будет.

– Очень успокаивающе звучит. – Проворчал я, на что Борье только усмехнулся.

– А во-вторых, у нас на складе КАН второго поколения, созданные как раз на использовании того самого эффекта саморазрушения. После набора критической массы в восемь килотонн эти наниты просто рассыпаются в пыль… вместе с преобразованной массой.

– Кхм, а ничего, что вы мне вот так об этом рассказываете? – Осторожно спросил я.

– Лейт, ты меня удивляешь. Даже если бы я был уверен, что ты сольёшь эту информацию, почему я должен молчать? – Деланно изумлённо проговорил Старик. – Какая мне разница, каким образом эта информация окажется у возможного противника, если так или иначе это гарантирует мне очень осторожное обращение с его стороны. А может быть, таким образом противник и вовсе превратится в соратника, а?

Ну, определённая логика в его словах есть. Правда, докладывать кому-то об имеющемся на базе «сверхтяжёлом» оружии я не собираюсь. О чём и сообщил гард-полковнику. Тот спокойно кивнул.

– И хорошо. Тем более, что в случае распространения какой-либо подобной информации я просто вынужден буду позаботиться о том, чтобы обезопасить базу от слишком болтливых… членов экипажа.

– Намёк понял. – Вздохнул я, и Старик довольно рассмеялся.

– Вот и хорошо. Занимайся заводом, а я передам заместителю, чтобы тебя не дёргали по пустякам. Может быть, и пустотный тренаж пока отменить?

– Не надо! – Вскинулся я. Ещё бы, это один из немногих способов досуга на станции. Поболтать с пилотами да поиграть с ними в догонялки на истребителях. Больше здесь развлечений и нет. Отнять у меня полёты, и что останется? Бухать с теми же пилотами? Так я не любитель алкоголя.

– Ну, смотри. – Протянул Борье, совершенно верно поняв мои эмоции. – Только учти, если вдруг выяснится, что из-за твоих покатушек срок сдачи завода отодвигается хотя бы на час…

– Дар гард-полковник… – Я укоризненно покачал головой. Смешно? А мне не очень. Обидно, что объясняют прописные истины, как какому-то несмышлёнышу!

– Ладно-ладно. Свободен, лейт. – Фыркнул Борье, а едва я оказался на пороге, напоследок всё-таки припечатал. – Но о предупреждении помни.

Забудешь о нём, как же… Я вздохнул и, не теряя времени, подключился к сети дроидов, в моё отсутствие наводящих порядок в уже возведённой части завода. Пора за работу…

Наверное, вопреки ожиданиям Борье, вечером после окончания смены я не отправился на истребительную палубу или в имитационный центр, чтобы устроить очередную тренировку с пилотами. Вовсе нет. Любопытство пересилило, и я, поужинав, закрылся в своей каюте… и нырнул в Верхний Информаторий. А где ещё были шансы обнаружить следы тех происшествий, что заставили дёргаться нашего гард-полковника? Учитывая, что закрытые источники для меня недоступны… по крайней мере, на данном этапе, Верхний Информаторий стал именно тем полем чудес, где у меня была надежда отыскать крохи нужной информации. Были у меня, конечно, определённые сомнения в том, что я смогу выбрать «правильные» новости, но даже десяток версий лучше, чем их полное отсутствие. Почему десяток, а не сотня? Потому что происшествие, заставившее поволноваться такого человека, как Клод Борье, не может быть мелким, а громких новостей такого уровня обычно много не бывает даже в том океане информации, каким является Верхний Информаторий, объединяющий все человеческие государства и звёздные системы… Да и пяток ареалов ксеносов он тоже захватывает.

Фильтр, поиск, результат… Итак, что у нас имеется?

«Отзыв посольства расы Джош из Фелта, столицы одноимённого моносистемного герцогства»… Хм, помню такую. Находится в нижней части сектора Роннт, во внешнем кольце. Оригинальное герцогство, надо сказать. Тамошние герцоги, как и положено по конституции Федерации, избираются всеобщим голосованием подданных системы, но почему-то вот уже четвёртую сотню лет все они происходят из одной и той же семьи… Фелт. Но ведь законно избранные же. Ха. Отложим. Вряд ли ссора джошей с Фелтами могла так повлиять на гард-полковника. Не тот калибр у гордых герцогов, уж признаем честно. Следующая новость…

«Найдены следы Древних… По утверждению известного исследователя Х. Брелоу, сенсорная гравиустановка «Блик», собранная под его руководством в университете Нового Бирмингэма, обнаружила артефактное излучение в системе Брио 6/12-4447…» О да. Где же ещё, как не в тёмных пространствах за пределами освоенной части галактики, нужно искать следы мифических Древних, Предтеч, Сеятелей… и прочих выдумок мечтателей о великом Прошлом! И конечно, честь обнаружения доказательств существования этих мифов должна принадлежать именно доблестным последователям английских учёных. Они ещё на Терре славились на весь мир. Опять мимо…

«Тектонический сдвиг на единственной кислородной планете системы Анда, спровоцированный, по данным исследовательской группы, неудачным опытом, проводимым научно-исследовательским институтом Лонгина, привёл к активизации вулканической деятельности на планете-полигоне. Прогнозы специалистов неутешительны, использование планеты в ближайшем будущем представляется невозможным. В противоположность официальным коммюнике, наш источник в военном ведомстве Федерации Нод сообщил, что закрытым заседанием Учёного совета института эксперимент был признан удачным, а его результаты планируются к представлению на рассмотрение комиссией перспективных вооружений.»… Красота… да не та.

«Открытие первого гражданского учебного заведения для псиактивных граждан под патронатом общественного комитета «Пси» вызвало большой резонанс в обществе. На открытии присутствовал Президент Федерации Нод Леонард Ронд, и Полномочный и Чрезвычайный посол расы Джош Тани Даман. В своей речи президент высоко оценил действия известного международного общества в области реабилитации военных псиспециалистов, гуманизации и развития мирного применения способностей псиактивного контингента и был всецело поддержан Его превосходительством послом Тани, отдельно отметившим выдающуюся роль, которую сыграло правительство Нод в популяризации идей гуманизма в среде псиактивного контингента Федерации…» Однако. А кто у нас нынче глава государства-то? Президент или Его превосходительство посол?  Весело. Особенно радует словечко «контингент». Не граждане, даже не население Федерации, просто контингент. А если учесть, что псионы имеют гражданские права только на военной или военизированной государственной службе, вкупе с указанным словцом новость об открытии гражданского ВУЗа для нашего брата звучит особенно бредово, не так ли? Вот когда скажешь спасибо Зейду за отмену отметок о псиактивности в личном деле. Умный дядька наш полковник… м-да. Ну да это моя личная головная боль… как, впрочем, и для Клода Борье. Мог он так взъерепениться по этому поводу? Вряд ли, причём здесь станция-то? Идём дальше?

«Взрыв…», «Открытие…», «Саммит глав государств…», «Вопросы таможенного контроля в условиях…»… Чушь. Чушь, чушь… Хм. Всё не то. Я потянулся и, отключив инфор, глянул на часы. Ёж твою медь! Половина четвёртого утра! Вот это я зачитался. Всё, баста. Спать, спать, спать. Иначе завтра я точно где-то накосячу, и будет мне полный абзац с тренировками и полётами. Нафиг.

Не без трудностей и проблем, но я уложился в указанный срок, так что через пятнадцать суток гард-полковник официально принял у меня универсальный производственный комплекс, способный, при наличии материалов и технологических карт, клепать что угодно, от чайных ложек до интеллект-систем среднего уровня. О летающей, ездящей и плавающей технике я вообще молчу. Впрочем, прыжковый двигатель этот завод построить не сможет, просто потому что его строительство требует слишком высоких технологий и такой чистоты, которую имеющийся комплекс обеспечить не в силах.

Как бы то ни было, работу я закончил, и замотанный гард-полковник пополнил мой «депозит» доброй полусотней тысяч кредов. Итого, у меня есть уже двести пятьдесят четыре тысячи сверх миллиона… из которых двести мне достались от пилотов, семимильными шагами осваивающих базовые пситехники, пятьдесят заплатил Борье за восстановление завода и… четыре тысячи моего личного жалованья от секторального управления Корпус Сервус. Хм… может в строители пойти? Эх, мечты-мечты. Это здесь я могу заработать полсотни тысяч за четыре с половиной месяца, работая начальником стройучастка. Когда под рукой две сотни инженерных дроидов, строительство завода не вызывает сложностей и особых проблем. А кто мне на вольных хлебах обеспечит такую рабсилу?

– Что, лейт, ждёшь заказа на второй завод? – Поинтересовался гард-полковник с лёгкой усмешкой.

– Было бы неплохо. – Вздохнув, честно признался я.

– Увы, но как ты понимаешь, сейчас это направление не в приоритете. – Развёл он руками. – Хотя твоей работой я доволен и с удовольствием поручил бы возведение любого из трёх оставшихся комплексов. На инженеров вас в Корпус Сервус учат, что ли?

– Вот уж нет. – Открестился я. – Чертежи читать умею, это да. Особенности подготовки. Но без технокарт на строительство, которые вы предоставили, я бы не справился.

– Ну-ну. – Борье покивал и вдруг сменил тему. – А что, отыскал ты в новостях, из-за чего я здесь такой шум поднял?

– Да как сказать… – Замялся я. Если Старик пытался меня удивить своей прозорливостью, то ему это не удалось. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы воспользоваться открытыми источниками информации для поиска возможных причин творящегося на станции «шухера». Но жаль, конечно, что за прошедшие пятнадцать суток мне так и не удалось нарыть что-то стоящее, хотя инфоры каждую ночь просматривал, и не только федеральные, но и секторальные. Пусто. Тыкаюсь во все стороны, словно слепой… м-да, хреновый из меня орм, наверное.

– Да ты не печалься, лейт. – Хохотнул Борье. – Даже если где и наткнулся на ту самую новость, всё равно не понял, наверняка могу сказать. Ничего. Скоро сюда твоё начальство пожалует. Его и расспросишь.

– Как-кое начальство? – Изумился я. Как-то привык уже, что всё моё командование вот этот старик да приемный блок служебного инфора Корпус Сервус, куда я ежемесячные отчёты отсылаю.

– Ох, извини… бывшее начальство, конечно же.

– Такт-капитан Арно?

– Бери выше. – Ткнул пальцем в потолок гард-полковник. – Через неделю прибывает страт-полковник Корпус Сервус, дар Септим Зейд. В том числе и по твою душу, между прочим.

– Зачем? – Я насторожился. Встречаться с человеком, с чьей подачи вся моя жизнь пошла кувырком, как-то не хотелось.

– А я знаю? – Беззаботно пожал плечами гард-полковник, в очередной раз изумляя своим поведением, совершенно неподходящим для человека такого положения, ну, по крайней мере, в моём представлении. – Приедет, поговорите… потом сам расскажешь. Ведь расскажешь, а?

– Если… кхм… – А что «если»? Если информация не будет засекречена? Дак я здесь и так уже наворотил дел, за которые, по логике, меня должно ждать «неполное служебное» со всеми вытекающими.

– Успокойся, лейт. – Посерьёзнев, покачал лысой головой Борье. – Не дадим мы тебя в обиду никаким страт-полковникам. Нам такие строители самим нужны. Ха!

Он ещё издевается! У-у, перечница старая… лакированная. Тьфу!

Глава 5. Правила гостеприимства

Никаких новых «строительных» назначений я так и не получил, хотя и прошла уже неделя с момента нашего последнего разговора с Борье, а болтаться без дела по станции, мозоля глаза бешено, до чёрных кругов под глазами, работающему экипажу, у которого от такой несправедливости вскоре, наверняка. забродили бы мысли о «чёртовом глазастике», мне не хотелось.

Выбор был невелик, либо закрыться в каюте и терзать инфоры в поисках хоть каких-то зацепок в попытках решить не поддающуюся задачку, заданную мне гард-полковником, либо… отправиться туда, где меня всегда встречали с неподдельной радостью. К пилотам истребительной секции. У бедняг, правда, тоже дым коромыслом, и на тренировочные вылеты они теперь отправляются куда реже, зато всегда готовы припахать маящегося от безделья и дурных, а порой и вовсе фантастически удручающих мыслей орма.

Здесь не бывает скучно, и всегда можно напроситься в очередной вояж вокруг станции с пострелушками… когда он предполагается по сильно урезанному в последнее время расписанию, или поучаствовать в разборке «Умбы», пилот которой решил модернизировать очередной узел.

Вообще, надо сказать, что в заводской комплектации малые пустотники пребывают лишь до тех пор, пока не обретают своего хозяина. А как только у машины появляется постоянный пилот, тут же начинаются модернизации, улучшения и изменения всего, до чего могут дотянуться шаловливые руки владельца. И истребители Военного Флота не исключение. Пусть возможностей для модернизации своих машин у военных пилотов несколько меньше из-за требований унификации, за соблюдением которой следят, в том числе и штатные интеллект-системы самих пустотников, зато в их распоряжении находятся лучшие комплектующие из возможных. Особенно по сочетанию таких характеристик, как надёжность и качество. Понятное дело, что в таких условиях для меня, как человека любящего возиться с «железом» и летать, истребительная секция стала уютнейшим местом на этой грёбаной базе.

Вот и сегодня я решил скоротать вечер в компании пилотов и истребителя Алекса Роуна, для которого мы с Горином придумали весьма интересную схему оптимизации интеллект-комплекса. Зачем? Эффективность системы зависит от мощности её компонентов, то есть той самой «триады», и… скорости их взаимодействия. Пилоты, благодаря той истории с базовыми техникам «приручения» пси, изрядно продвинулись в этом направлении, и если пси-модули их машин, в силу своего устройства, успели «подтянуться» к возросшим возможностям людей и приноровиться к изменившимся условиям работы, благо этот процесс изначально закладывается в их архитектуру, то расчётные центры пустотников просто не в состоянии повторить подобный фокус. Как результат, имеем рассинхронизацию. Интеллект-комплекс машины просто не успевает обработать рывком увеличившийся вал поступающей информации, что, разумеется, уменьшает эффективность работы самой связки пилот-пустотник. И ведь мощности расчётного центра более чем достаточно, вся проблема только в заложенной схеме его взаимодействия с пси-модулем, через который идёт поток данных. Понятно, что схема эта изначально упрощена, можно сказать, урезана, чтобы с машиной мог работать любой пилот вне зависимости от степени его псиактивности. Но если возможности пилота превышают обычный уровень, а машина закреплена за ним «намертво», то почему бы и не модернизировать систему, подогнав её под возросшие возможности хозяина? Вот этим мы с Горином и занялись. С разрешения иф-капитана Алекса Роуна,  которому и принадлежит вот этот конкретный истребитель, конечно. Но как обещал командир секции, иф-майор Стальи, если этот эксперимент удастся, то дело дойдёт и до остальных машин истребительной секции. Ха! Он ещё сомневается. Ну ничего, вот закончим с этим пустотником, посмотрим, что тогда скажут его испытатели… Они ещё упрашивать будут, чтобы я и их машины «прокачал».

– Ну что, Ким, закончим сегодня? – Спросил Алекс, наблюдая, как пара дроидов устанавливает на место кусок обшивки в носовой части пустотника. Я кивнул.

– Закончим. У тебя, вижу, уже всё… а у меня осталась только юстировка комплекса. Так что, готовься, через четверть часа полезешь в кабину, будем синхронизировать твои мозги с интом истребителя.

– Уверен, что это необходимо? – Каким-то обречённым тоном проговорил Роун. Я недоумённо приподнял бровь.

– Алекс, мы же договаривались. Или тебе двадцатипроцентный прирост плотности контакта уже не нужен?

– Да я не о том. – Помялся пилот и, глубоко вздохнув, признался. – Свидание у меня через час.

– Во-от оно что. – Протянул я. – То-то ты так в медблок зачастил. А я, дурак, беспокоился, думал, может, приболел чем мой приятель, или какие-то осложнения с нанитами у него образовались. А оказывается, он в контактный центр бегает. Алекс, я, конечно, рад, что ты хотя бы в виртуале нашёл себе девушку, но как специалист в области информационных технологий, не могу не предупредить, что очень часто за аватарами симпатичных девочек в контакт-зоне Информатория прячутся толстые бородатые дядьки.

– Да ну тебя, Ким! – Иф-капитан отмахнулся, старательно отводя взгляд в сторону. Неужто уже сталкивался с подобным?

Вообще, коллектив на станции подобрался чисто мужской. Гард-полковник в силу определённых причин настоял именно на таком варианте комплектации личного состава, и я его понимаю. Уж не знаю, как он обосновал это официально, но с точки зрения целесообразности и эффективности работы коллектива станции, ход был абсолютно верный. С учетом слишком малого количества персонала все работы на базе ведутся, фактически, в условиях близких к авральным. Тот ещё стресс для личного состава. Конечно, пустотники куда более эмоционально устойчивы, и им не привыкать к существованию в замкнутом социуме, но ведь человеческие силы не беспредельны, и такой фактор, как присутствие на станции женщин, запросто может взорвать коллектив. Личные конфликты на фоне постоянного стресса, это тот ещё коктейль! История знает немало примеров, когда такое положение дел приводило к самым катастрофическим последствиям… и погибший экипаж корабля в дальнем поиске не самое страшное из них.

Вот и снимают офицеры напряжение в контакт-зоне Информатория, точки подключения к которой установлены в регкапсулах медблока станции, благо, технологии позволяют передавать не только видео и аудиосигнал, но и ощущения, от тактильных до вкусовых и запаховых. Точнее, не столько передавать, сколько формировать нужные сигналы, которые интеллон преобразует в понятную для мозга носителя форму. Во избежание лишних проблем, возможность такого сенс-подключения была ограничена на аппаратном уровне, так что, официально, войти в контакт-зону можно, только находясь в регкапсуле медблока. А неофициально… боюсь, если бы пилоты знали, что их пустотники могут предоставить те же возможности, они бы поселились в своих модулях. А ведь действительно могут. Иначе каким образом пилот во время полёта смог бы ощущать машину, как своё собственное тело?

– Интересно, ты именно поэтому не суёшься в контакт-зону? – Усмехнулся Алекс.

– Что, прости? – Я вынырнул из размышлений, но поняв, о чём речь, покачал головой. – Нет, друг мой. Мне религия не велит пользоваться этим суррогатом.

– Чего? – Изумился Роун, но я только отмахнулся. Захочет, найдёт в Информатории сведения о религиозных культах.

Естественно, на самом деле религия здесь ни при чём. Просто, я… ну не мог я себя заставить лезть в контакт-зону. Противно. Хотя раньше такого не было, и возможность расслабиться подобным образом никогда не вызывала у меня отторжения. Но вот подишь ты…

Мой собеседник явно хотел сказать что-то ещё, но в этот момент Горин прислал предупреждение, и я поспешил вылезти из кабины истребителя.

– Извини, Алекс… кажется, на сегодня закончили. У меня появилась срочная работа… по специальности, так сказать.

– Что-то срочное? – Нахмурился Роун.

– Может быть. Пока не знаю. – Ответил я, устремляясь на выход.

Вообще, вопреки моим первоначальным ожиданиям, какие-то неприятности с незваными визитёрами к станции случались довольно редко. Тут сыграло свою роль и расположение базы в стороне от системных маршрутов, и аккуратность диспетчеров гражданской станции, крутящейся на орбите одного из газовых гигантов. Да и транзитники по большей части были вполне вменяемыми и, что неудивительно для внутреннего сектора Федерации, законопослушными. Так что, ситуации, когда приходилось заворачивать заплутавших пустотников, случались довольно редко.

И если верить данным, полученным Горином с инфополей, «посеянных» мною на дальних подступах к «Страннику», сейчас нас с ним ждёт именно такой вот… заблудившийся.

Если следовать инструкциям, то я вовсе не обязан предупреждать гард-полковника, как о мерах, принятых мною для исполнения своих обязанностей, так и о том, что обнаружили или не обнаружили мои боты в миллионах километров от его станции… не обязан, но предупрежу. Потому как если гости действительно пожаловали к нам с агрессивными намерениями, надеяться на то, что меня не уничтожат вместе с базой, не приходится. Даже если это будут свои же коллеги из Корпус Сервус. Зачистят просто ради того, чтобы избежать лишних проблем.

Сообщение от гард-полковника, последовавшее за моим докладом, настигло меня уже на входе в модуль. Никаких вопросов, никаких «уверен ли?», только одна короткая просьба, даже не приказ, хотя в текущей ситуации я бы его исполнил не кочевряжась. Ну а так придётся вежливо ответить на эту самую просьбу и «сбегать, посмотреть, кто к нам пожаловал», если следовать формулировкам Старика. Всё равно, больше некому. Истребителям расстояние даже в одну а.е. не преодолеть без трёх-четырех дозаправок, а Горин может просто прыгнуть к приближающемуся кораблю, снять нужную информацию и незамеченным уйти обратно. К тому же «Умбы» не могут похвастаться хоть сколько-нибудь серьёзными системами маскировки… Впрочем, я могу сделать даже больше.

– Дар гард-полковник…

– Слушаю, лейт.

– Судя по данным с инфополей, к нам идёт малый межсистемник. Военный, класса «Гонец» или «Наказующий», точнее определить пока не представляется возможным.

– Твои предложения? – Поинтересовался Борье, явно понявший, что я не просто так вышел на связь.

– ТТХ Горина позволяют взять пару малых модулей на внешние слоты… – Начал я, но Старик поднял руку и, на миг о чём-то задумавшись, кивнул.

– Согласен, хорошая идея. Если идёт чужак, двух «Умб» КС ФН ему за глаза хватит, чтобы заставить одуматься и не наделать глупостей, а если это свои… кстати, лови опознавательные коды… и приказ на двух сопровождающих. «Умбы» третьей эскадрильи будут ждать тебя в третьем «северном» секторе. Организуем почётный эскорт для нашего гостя, если это тот, о ком я думаю.

– А если нет? – Поинтересовался я.

– Стандартное предупреждение нарушителю периметра, если не прислушается… уничтожить. Впрочем, это уже задача для «Умб».

– Понял. Третий северный, да? – Переспросил я, падая в кресло рабочего кокона в рубке Горина. Борье кивнул и отключился. Что ж, полетаем!

«-А-один, А-два, швартовочные точки обозначены. Присаживайтесь, халявщики!» – Я продублировал текстом и звуком схемы, сброшенные на инты дожидающихся меня в пустоте «Умб».

«А-один. Принял. Начинаю стыковку. Узел первый.» – Ответ Алекса не заставил себя ждать. Горин подсветил заходящий на стыковку истребитель Роуна и тут же отметил вираж его ведомого.

«А-два. Принял. Стыкуюсь.» – Голос вечно молчаливого, в отличие от коллеги, «спибовца» прозвучал сухо. Он вообще малоэмоциональный тип… и этим похож на полковника Зейда. Пожалуй, я лишь однажды видел на лице Фила Морины следы каких-то чувств, это было после того, как мне удалось обыграть на Горине эскадрилью Роуна, а следом посадить в лужу и их товарищей из четвёртой группы.

Приняв «на подвеску» истребители, инт модуля внёс необходимые поправки в расчёты, и ушёл во внутрисистемный прыжок, чтобы через час оказаться почти вплотную к ожидаемому гостю, по пустотным меркам, конечно. Но выпускать «Умбы» сразу не стал, и Алекс с этим решением согласился. Именно поэтому вместо того, чтобы связаться с визитёрами напрямую, я отдал приказ на частичную перестройку того самого инфополя, что засекло приближение корабля к границам бесполётной зоны, и отправил запрос об идентификации гостя через сформированный его ботами передатчик. Перестраховался, можно сказать. И то, не выдавать же своё местоположение неизвестному кораблю, от которого не знаешь чего ожидать?

– Дар капитан, идентификационный запрос от станционного представителя Корпуса. – Проговорил оператор систем связи, прервав царящую на мостике тишину. Командир корабля обернулся, оторвавшись от созерцания проекции окружающей пустоты на огромном экране-дуге.

– Вот уж действительно «глазастики». Морн! Откуда пришёл запрос?

– Квадрат д-12, удаление шестьсот тысяч, прямо по курсу. – Доложил командир секции СПИБ.

– И? – Приподнял бровь капитан. – Что там? МКМ, эсминец, крейсер?

– Ничего, дар капитан. – Лейтенант, командующий сенс-системами «Верного», не позволил проскользнуть в голосе и тени эмоций. И хозяин корабля даже думать не хотел о том, у кого его подчинённый почерпнул такую манеру поведения. Ответ и так очевиден. За время полёта пассажир, с которого командир СПИБ «Верного» брал пример, попортил ему немало нервов.

– Что значит «ничего»? – Вкрадчиво поинтересовался командир корабля.

– Сенсоры не регистрируют в указанном районе сколько-нибудь значимых объектов. – Всё тем же ровным тоном проговорил лейтенант.

– Опять штучки Корпуса. – Вздохнул капитан, потерев ладонью лоб, и вдруг рявкнул. – Оператор! Дайте идентификатор и запросите протоколы защищённой связи.

– Доброго дня, господа офицеры. – Обернувшись на звук, капитан скривился. Правда, обладатель этого невыразительного голоса не обратил на гримасу хозяина корабля никакого внимания. – Я слышал, с нами на связь вышел станционный представитель Корпуса. Это так?

– Раз уж вы слышали… – Ядовито процедил капитан. Глубоко вздохнул и договорил уже обычным тоном, без намёка на издёвку. – Да, это так.

– Замечательно. Тогда прошу присоединить к затребованному им идентификатору вот этот код. Поверьте, это заметно облегчит нам прохождение контроля. – С этими словами визитёр сбросил на интеллон капитана длиннющую цепочку символов, которую тот тут же передал оператору связи.

– Идент принят. Коды приняты. Приветствую, дар страт-полковник. Капитану «Верного»: примите протоколы связи и карту маршрута. Настоятельно не рекомендую уклоняться от указанного курса. Сопровождающие вышли. Подлётное время – восемь минут.

Офицеры на мостике начали недоумённо переглядываться. Откуда здесь взяться каким-то сопровождающим?! Пустота! Тут не то что в восьми минутах, в сорока нет ни одного более или менее серьёзного объекта, с которого могли бы стартовать эти самые сопровождающие.

– Есть засечка. Две цели! Высокоскоростные, манёвренные. Курс шесть, шестнадцать, сто. Приближаются… Идентификация… модули «Умба» истребительной секции базы КС ФН 4612-2209-12/А.

– Что за чёрт?! Откуда они здесь?!– Рявкнул командир секции СПИБ, разом растеряв всё своё спокойствие от одного вида появившихся  из ниоткуда истребителей, стремительно приближающихся к кораблю. И было от чего вспылить. Радиус действия тех же «Умб» не превышает и десятой части а.е., так что обнаружить таких гостей на вдесятеро большем расстоянии… Это, как минимум, странно

– Эскорт прибыл. – Констатировал страт-полковник и, кивнув капитану, поспешил покинуть мостик.

Глава 6. Почётный караул, по нечётным конвой

Сменяясь каждые семь часов для дозаправки на Горине и небольшого отдыха, Алекс с напарником довели сенсорную секцию «Верного» чуть ли не до истерики. Ещё бы, как только подходило время, одна из «Умб» просто исчезала с экранов СПИБ, а ей на смену тут же, буквально из пустоты, приходила другая. Есть от чего истерить. Понятно, что на эсминце почти сходу догадались о присутствии в конвое третьего модуля, исполняющего для «Умб» роль авиаматки, но тот факт, что флотские сенс-системы не могли его засечь, расстраивала специалистов СПИБ донельзя.

Но вот мы вышли на финишную прямую. Умотавшихся Алекса и его ведомого сменила вторая эскадрилья в полном составе, и Роун, попрощавшись с постом связи «Верного», увёл обе «Умбы» на посадочные площадки базы. Отдыхать. А следом, отключив системы маскировки, подался и я.

– «Великий кирпич», приветствую. – Не успел я выйти на привычный курс, как на связи прорезался НП «Странника».

– Здесь «Великий кирпич». – Со вздохом подтвердил я приём. Чёртов Алекс! Это с его подачи моему Горину присвоили такой позывной! Мелкая месть истребителей за давний разгром.

– Посадочная площадка девять второго сектора, лейт. – Сообщил НП, и я удивлённо хмыкнул. Странно. Гостевой сектор? С чего бы вдруг? Но задать вопрос я не успел. Оператор связи меня опередил. – И поторопись, Старик ждёт, что ты будешь встречать визитёров вместе с ним.

– Понял, НП. Площадка девять, сектор два. – Откликнулся я.

– Даю подсветку. Курс… есть привод. Сажай машинку, лейт, ковровая дорожка и трап уже поданы! – Весело сообщил оператор, а я скривился. Вот мне сейчас совсем не до шуток. Так хотелось отдохнуть после полёта, а теперь вместо заслуженного выходного я получу только головную боль.

Собственно, что и требовалось доказать. Едва подошвы моей обуви коснулись керамитового покрытия стартовой площадки, как на морф упало сообщение от гард-полковника. Пришлось нестись по переходам, сломя голову, чтобы успеть добраться до места встречи, назначенного Стариком. И кто бы сомневался, что им окажется посадочная площадка для прибывших гостей.

Оказавшись перед малым техническим входом, я окинул взглядом свой мешковатый серый комбез орма и со вздохом сменил настройки. Миг, и на мне снова уставной повседневный чёрный мундир Корпус Сервус со всеми положенными знаками различия… и отличия, заработанными мною на выходах «в поле» во время учёбы. Неприязненно покосившись на планку с этими свидетельствами моих учебных успехов, притушил её жизнерадостный блеск и, открыв дверь шлюза, шагнул на площадку.

Да, а страт-полковника встречают не в пример лучше, чем двух тактов! Вон, выстроилась целая компания старших офицеров за спиной командира базы… и ни одного любимца Старика в поле зрения. Я имею в виду его «малышей» – штурмовых дроидов, изображавших встречающую группу во время моего прилёта на базу почти полгода назад. Хотя если присмотреться… М-да, поторопился я с выводами, забыв про фирменную сумасшедшинку Борье. Просто на этот раз все его «малыши» удобно расположились под потолком посадочной площадки, на высоте добрых полусотни метров. И ведь если не знаешь, что именно искать, ни за что их не увидишь. Мимикрировали, что те хамелеоны… если, конечно, бывают хамелеоны, притворяющиеся техническим устройствами… насквозь мирного назначения.

Пройдясь за спинами выстроившихся в ожидании гостей офицеров, я занял своё место… и оказался в моментально образовавшемся вокруг меня пустом пространстве, благо, никто не заставлял нас строиться рядами и шеренгами, всё же не президента Ронда встречаем. Ну да, большая часть состава базы до сих пор шарахается от меня, как от прокажённого. А кое-кто ещё и всякую хрень Старику нашёптывает.

Как я хохотал, когда один из таких вот недоверчивых на полном серьёзе предложил Борье устроить полную проверку возведённого мною производственного комплекса… вроде как, «мало ли, каких закладок понаставил там этот глазастый!»… мда, хохотал, после того как справился с гневом. Зато услышав потом эту историю из уст самого Старика, а не через системы наблюдения Корпуса, как это было в первый раз, я смог удержать эмоции в узде. Но кто бы знал, как меня достали эти шараханья экипажа при виде эмблемы Корпуса! Одни пилоты да операторы станционного контроля ведут себя по-человечески. Ха, вот интересно, как перекосит этих псевдо-«техов», когда они увидят, кого именно собрались здесь встречать.

Радужные всполохи потревоженного силового щита отвлекли меня от сумбурных размышлений, а Горин тут же загрузил линию связи кучей сообщений… и чувством тревоги. Не особо сильным, но… в последний раз что-то подобное было перед внеплановой проверкой готовности, устроенной учебке Корпуса прибывшей «в гости» комиссией из Федерального управления. Многозвёздные «шишки» тогда решили развлечься, напрочь забыв о том, что подавляющее большинство курсантов имеет самую натуральную чуйку на неприятности, а у ормов таковой могут похвастаться даже их разведмодули.

Правда, впервые на моей памяти Горин начал мандражировать раньше своего хозяина. Интересно, с чего бы это? В вариант, что пси-модуль машины развился до такой степени, что превзошёл по уровню мои способности, можно отмести, как нереальный. Тогда в чём дело?

Так и не придя к каким-то выводам, я уставился на зев посадочной площадки, из темноты за которым вдруг вынырнула не менее чёрная тень. Отблески станционного освещения и блики искажающейся плёнки силового щита скользнули по серо-чёрным матовым плоскостям эсминца, «ломаясь» на его гранях, а спустя минуту, трёхсотметровая туша, имеющая вид трёхосного эллипсоида, медленно и величаво опустилась вниз и, едва не коснувшись керамитового покрытия площадки, зависла в гравизахвате. Резко полыхнули алые предупреждающие огни в нижней части эсминца, а потом он словно разделился надвое. Верхняя часть корабля приподнялась и застыла, обнажив закрытые на данный момент створки внутренних стартовых слотов для автономных модулей и заблокированные орудийные платформы.

Вблизи эсминец выглядел куда внушительнее, чем казался на обзорном экране в рубке Горина. Огромная махина, занявшая больше половины ангара, полыхнула белоснежным лучом, очертившим прямоугольный абрис в нижней половине носовой части, и на пол опустилась тяжёлая аппарель. Словно рот гигантской рыбы распахнулся. Хищной, несомненно. Нет, зубов у неё не было, но их с успехом заменил целый отряд охранных ботов-инсектоидов, шустро выкатившихся из чёрного провала трюма и выстроившихся вдоль аппарели, настороженно поводя сенсорными блоками.

Похоже, страт-полковник с некоторых пор стал относиться к своей безопасности с не меньшей ответственностью, чем старик Борье. Заразился, что ли? По крайней мере, раньше за ним таких предосторожностей не водилось, точно.

Вопреки моим ожиданиям, долгих расшаркиваний в лучших флотских традициях не получилось. Просто две многочисленные группы офицеров довольно шустро перемешались между собой, и окружённые толпой гард-полковник и страт-полковник, кстати, единственный здесь мой коллега, потопали к выходу. Ну и я следом, разумеется.

Офицеры, к моему удивлению, оказались по большей части неплохо знакомы друг с другом, так что, между встречающими и прилетевшими моментально завязалась дружеская беседа. Правда, рядом со мной «местные» и «пришлые» шли молча, предпочитая не только держаться на некотором расстоянии, что было проблематично в такой-то толпе, но и общаться друг с другом исключительно через интеллоны, как я понял, отметив скачком возросший инфообмен в ближайшем окружении. Тьфу! Можно подумать, если мне будет необходимо, я не смогу взломать их протоколы безопасности? Люди, ау! Я – орм! Взлом защищённых линий связи это часть моей работы! Идиоты.

За обедом, устроенным Стариком в собственном конференц-зале, где с трудом уместились все приглашённые, ни сам Борье, ни Зейд не поднимали серьёзных тем, ограничившись светской беседой. И ведь понимаю, что сейчас не лучшее время и место для разговоров о делах, а всё равно… бесит. А уж когда я последовательно огрёб по шее, виртуально, разумеется, сначала от Старика, а потом и от главы учебки Корпуса за то, что попытался прочесть поверхностный слой их инфообмена, совершенно нешифрованный, между прочим, настроение и вовсе упало до точки замерзания. Как-то за время учёбы и вылазок «в поле» привык считать себя достаточно ловким ормом, а тут такая оплеуха.

Впрочем, плеснув недовольством, я утешил себя тем, что не пытался «подобраться» к главе станции и его гостю действительно всерьёз, и, списав свою неудачу на допущенную при работе небрежность, успокоился до тех пор, пока к концу обеда на мой морф не пришло сообщение от страт-полковника, выполненное по всем правилам разборов практических работ в учебке. Двенадцать пунктов ошибок, за допущение трёх из которых я сам себя за уши оттаскал бы… если бы не сделал их намеренно. Правда, были здесь указаны и ошибки, моим наглым планом не предусматривавшиеся, то есть на самом деле мною совершённые, что обидно.

Ладно, впредь буду умнее и аккуратнее. Зато добился своего и, когда остальные гости покинули конференц-зал, следуя за сопровождающими их командирами секций «Странника», взявшимися показать визитёрам их каюты, мне пришлось притормозить у выхода из зала по нагнавшему меня сдвоенному приказу Борье и Зейда. Какая синхронность, кто бы мог подумать.

– Лейтенант, проводите коллегу в его каюту. – Дождавшись, пока я прошагаю через весь зал и остановлюсь перед поднявшимися из-за стола полковниками, усмехнулся Борье. Ну вот, а я-то губу раскатал, думал поприсутствовать на их переговорах.

– Есть, дар гард-полковник. – Откликнулся я. На морф упало указание местонахождения выделенной Зейду каюты… – Прошу прощения, дар гард-полковник…

– Слушаю? – В деланном удивлении приподнял бровь Старик.

– Согласно внутренней инструкции, представитель Корпус Сервус, находясь при исполнении служебных обязанностей, в официальной поездке или командировке может останавливаться лишь в апартаментах представительства Корпуса, если таковое имеется в месте его пребывания. – Оттарабанил я. Полковники переглянулись.

– И всё же, лейт, я бы не хотел обижать дара Борье своим отказом, а потому остановлюсь в каюте, великодушно предоставленной нашим гостеприимным хозяином. И ответственность за этот шаг будет лежать лишь на мне. – Тихо произнёс страт-полковник, сохраняя невозмутимое выражение лица. Но вот глаза… Кажется, мне даже не намекают, а прямым текстом сообщают, что страт-полковник Корпус Сервус, дар Септим Зейд находится на «Страннике» неофициально.

– Не смею настаивать. – Кивнул я и, сделав паузу, слабо улыбнулся. – Тем более, что апартаменты, предложенные уважаемым гард-полковником, куда удобнее, чем всё, что может предоставить блок Корпуса на этой базе.

– Вот и замечательно. Раз с этим разобрались… – Борье кивнул страт-полковнику. – Жду вас завтра в любое удобное время. Лейтенант, надеюсь, вы сопроводите дара Септима, когда он решит меня навестить?

– Так точно, дар гард-полковник.

– Благодарю за гостеприимство и славный стол, дар Клод. – Ответил ему таким же кивком Зейд и, развернувшись, потопал на выход. Ну и я за ним. Куда деваться-то…

Мы молча шагали по переходам станции, соревнуясь в выразительности хмыканья при встрече с обитателями базы, старательно, по большой дуге обходившими наш окружённый пятёркой охранных ботов дуэт, но длилось это недолго. В какой-то момент полковнику явно надоело молчать.

– И как тебе первое место службы, лейт? – Поинтересовался он.

– Сносно, дар страт-полковник. – Честно ответил я. – Если не считать некоторых деталей, я бы даже сказал, что оно очень даже неплохо.

– И одна из этих вещей, конечно, чин, а? – По-прежнему невыразительным тоном произнёс полковник. – В отсутствие подчинённых очень трудно строить карьеру, конечно…

– Честно говоря, не думал над этим аспектом, дар страт-полковник. – Ответил я. – Меня больше беспокоит странное подвешенное состояние, в котором я нахожусь с момента прибытия на эту базу.

– Ну… лейт, подобным может похвастать каждый второй офицер Корпуса. И поголовно каждый из тех, что несут службу в отдалённых точках без непосредственного контакта с управлением. – Раздвинув тонкие губы в еле заметной улыбке, покачал головой Зейд. – А что, это, действительно, единственное, что не устраивает тебя в нынешней должности?

– Почему же не устраивает? – Оскорбился я. – Я вполне доволен своим назначением. Просто хотелось бы чуть больше определённости.

– Будет тебе определённость, лейт. – Кивнул страт-полковник. – Не сейчас, чуть позже… но будет. Играть втёмную тебя никто не собирается. Поверь.

– Но и спрыгнуть мне не удастся, не так ли? – Проговорил я, и поймал короткий оценивающий взгляд.

– Ты же не хочешь, чтобы я повторял прописные истины о службе в Корпусе и ответственности? – Вопросом на вопрос ответил Зейд и, заметив, как я дёрнул головой, вновь слабо улыбнулся. – Впрочем, кое-какие твои страхи я могу развеять. Никаких противоправных действий от тебя не требуется. Ни на этой станции, ни в дальнейшем. Скорее, наоборот… Но об этом, как я и обещал, мы поговорим позже.

Тут мы остановились перед входом в выделенные полковнику апартаменты, и он, кивнув, исчез за дверью в сопровождении трёх из пяти охранных ботов. Оставшиеся двое замерли истуканами перед дверью и как-то очень плотоядно уставились на меня своими сенс-блоками. Жуть, вот не думал, что работа с этими болванчиками может так развить их пси-модули! Впрочем, учитывая мощь пси Зейда… это неудивительно.

Хмыкнув, я ударил по наглым железкам предвкушением разборки их интеллект-систем. От такого садизма ботов качнуло, а из-за двери каюты, где скрылся Зейд, донёсся отголосок удивления. Ну а что? Не бить же ботов ненавистью или страхом? Первого они не понимают, а второй… уж очень страхи у них специфичные и конкретные. Зато вот такие удары правильно понимают даже боты, оснащённые самыми простыми пси-модулями. Проверено неоднократно.

Подняв себе таким образом настроение, я развернулся и потопал в истребительную секцию. После всего этого официоза, шараханий гостей и командиров секций, после сказок страт-полковника, очень хотелось просто расслабиться в хорошей компании. А где это можно сделать без риска хлебнуть полной ложкой неприязни от соседей? Только среди пилотов. Вот к ним я и направился.

Кают-компания встретила меня дружным хохотом. «Водители» истребителей, оказывается, весело проводят время, пока я там на официальных мероприятиях загибаюсь! Гады. И Стальи тоже гад! Сбежал с треклятого ужина, ещё до того, как подали десерт. Видите ли, у него неотложные дела в секции. Мог бы и меня с собой прихватить.

Но сообщить своё мнение окружающим, я не успел. Коротко вякнул в голове сигнал тревоги, и я сорвался с места. Горин просто так поднимать панику не будет. А значит…

В гостевой ангар второго сектора, где сегодня прописался модуль, я вкатился через технический люк на верхнем уровне с игольником наизготовку, готовый рвать покусившихся на Горина в клочья. Но рассмотрев происходящее внизу, на стартовой площадке, немного расслабился. Трое флотских, наворачивающие круги вокруг модуля, вряд ли смогут что-то ему сделать. По крайней мере, мощности их интеллонов на серьёзные пакости не хватит. А системного интеллект-кластера поблизости не видать.

Присмотревшись к крутящимся вокруг модуля людям, я неслышно хмыкнул и приказал Горину активировать первый протокол безопасности. Тишину ангара нарушил звук выкатывающихся из тех. люка шаров охранных ботов, тут же взвившихся в воздух и окруживших застывших в неподвижности гостей.

– О, традиции остаются неизменными. – Голос Алекса, раздавшийся от входа в ангар, заставил визитёров обернуться. – Великий Кирпич вновь взял в плен очередных пилотов. Поздравляю, коллеги, можете считать, что прошли процедуру знакомства с нашей секцией.

Глава 7. Переговоры и переговорщики

Пока привели в порядок слегка ошарашенных «спибовцев» с эсминца, решивших поближе познакомиться с Горином, увидеть которого за всё время полёта они смогли, лишь когда я уже заходил на посадку. Пока перезнакомились… время пролетело незаметно. А если учесть, что мне весь вечер пришлось отбиваться от наседающих специалистов СПИБ «Верного», пытавшихся «раскрутить» меня на ТТХ Горина и в своём профессиональном любопытстве откровенно наплевавших на все флотские заморочки в отношении Корпуса, было удивительно, как я вообще уследил за ходом времени.

Помня каверзность страт-полковника, у меня было скромное подозрение, что едва на станции наступит условное утро, как мне придётся сопровождать Зейда к Старику, а потому, увидев, что время перевалило за полночь, я попрощался с пилотами и гостями и отправился к себе в блок. Спать.

Хотя можно было бы и не спешить. Страт-полковник, как оказалось, совсем не торопился на встречу с хозяином базы и предпочёл переговорам долгую экскурсию, тянуть на которую меня никто не стал. Ну и замечательно. У меня ещё отчёт для секторального управления не написан, да и Горина стоит перевести на обычное место. По крайней мере, туда точно не сунутся любопытные спецы с «Верного» с их маниакальным желанием разобрать Горина на запчасти.

Получив отчёт от сервисных ботов, закончивших плановое послеполётное обслуживание модуля, и сравнив его данные с полученной от Горина телеметрией и показателями износа оборудования, я переправил машину на привычное место стоянки и… отправился обедать, уж очень жалобно урчал желудок.

Вот, кстати, на «Страннике» уже два месяца, как запущена первая очередь гидропонных установок, но зелени в столовой не прибавилось. Приходится по-прежнему довольствоваться витаминными смесями и коктейлями. Нет, я знаю, что большая часть получаемого в гидропонике продукта уходит на пищевые склады, но ведь если судить по отчётам базы, то есть и меньшая часть, которая направляется в столовые… но почему-то до них не добирается. А вот к праздничному столу для старших офицеров базы и гостей с «Верного» зелень нашлась. Свежая, одуряюще пахнущая… Проверку, что ли, устроить? А что? От меня здесь всё равно девяносто процентов экипажа шарахается, так пусть хоть повод приличный будет!

Помечтать о выведении интендантов на чистую воду мне не дало упавшее на морф сообщение от страт-полковника. Вот и закончились мой обед и отдых. Эх… Ну, может быть, в сказках Зейда была хоть доля истины, и мне удастся узнать, что эти господа полковники готовят для одного «вечного» лейта?

Узнал. Правда, скорее вопреки желанию собеседников, нежели благодаря таковому. Уж если они чего и хотели, так это навешать мне на уши первосортной лапши. А как иначе расценить получасовую лекцию Зейда о подготовке на базе «Странника» своеобразного убежища, в котором им со Стариком нужен вменяемый наблюдатель от Корпуса, «адекватно воспринимающий происходящее, а не карьерист, ищущий в каждом действе подвох и заговор, и ставящий личные амбиции выше безопасности добропорядочных граждан Федерации, ради спасения которых и создаётся комплекс «Странник». Было ещё много всяких слов, и не могу сказать, что страт-полковник так уж перебарщивал с пафосом, но за всем этим потоком сознания не было ровным счётом ничего конкретного. Нет, Зейд не врал, уж понять это моей эмпатии хватало, но и ничего нового или хотя бы просто конкретного он мне так и не сообщил. А судя по тому, с каким выражением лица слушал его Старик, время от времени кивая… при особо удачных пассажах страт-полковника, Борье ни словом не обмолвился своему гостю о состоявшемся между нами разговоре и заключённых соглашениях. Нет, я, конечно, не зубр из ССБ или интриган из политического управления, но это же не значит, что я идиот, правильно?! Причём, судя по всему, в моём слабоумии уверены оба полковника. Только первый, который «страт», разливаясь соловьём и убеждая в сугубой необходимости моей нынешней работы, попутно старается вбить мысль, что деваться-то мне особо и некуда, а второй, который «гард», очевидно, решил воздержаться от реплик во время речи Зейда, чтобы потом «от души» посочувствовать тому, каким «гадом» оказался пудрящий мне сейчас мозги начальник учебного центра Корпуса. Если я, конечно, не ошибаюсь в его эмоциях. Зачем? Да чтоб доверял больше.

Не могу понять, на хрена вообще нужны эти танцы с бубном вокруг одного несчастного лейта?! Харг! Как же просто всё было на Агоре, а?! Тут свои, там враги. Своих беречь, врагов под нож. А здесь…

Нет, желание дать в морду полковнику, испоганившему мне своими экспериментами все перспективы, я подавил, хотя и с трудом, но как же меня бесит эта его манера взывать к лучшим чувствам. Где он их нашёл?! У меня в жизни осталось всего пара человек, к которым я испытываю эти самые «лучшие чувства», да и те, похоже, были не более чем сном, электронным мороком! Что Кнопка, что Ир… Не думать!

В общем, кое-как разобраться в происходящем удалось, лишь когда Зейд торжественно меня «продал» Старику… официально, так сказать. Хотя о какой официальности тут может идти речь? Тем не менее, в конце своего выступления страт-полковник на полном серьёзе заявил, что отныне для меня существует только один непосредственный начальник, и зовут его дар гард-полковник Клод Борье. Удивил, называется. И это по сути была единственная конкретика за время всей его речи. Потом, добавилась ещё пара нескромных намёков на то, что если я вдруг совершу нечто, идущее вразрез с приказами Старика, то в исследовательский отдел Корпуса тут же уйдёт отчёт о некоем эксперименте по слому закладок, в котором я, якобы, выступал главным подопытным… уточнять, что вслед за докладом яйцеголовые затребуют и фактический «материал», включая носителя сбитых установок, было не нужно. В общем, «продажа» состоялась официально, и меня благополучно услали прочь из кабинета Старика. Причём сам хозяин станции напоследок наградил меня сочувствующим взглядом. Мол, понимаю, парень, противно, но что делать? Потерпи немного, поговорим предметно…

После этого представления можно сделать вывод, что между двумя полковниками вовсе не царит то доверие, что они демонстрируют друг другу, факт. Но что мне это даёт? Ничего, кроме настойчивого желания оглядываться на каждом шагу и старательно взвешивать любое предполагаемое действие, чтобы не оказаться меж двух жерновов. Столь лелеемая Стариком паранойя млеет от счастья. Хм.

Выкатившись за дверь, я облегчённо вздохнул и… активировал собственную систему слежения. Не то, чтобы я не доверял установленным на базе комплексам сбора информации Корпуса… хотя, кому я вру? В вотчине Старика работают лишь те системы наблюдения и контроля, которым он позволил существовать, а остальные пишут абсолютно левые данные. Зато установленный мною комплекс работает безотказно. Ну, почти… иногда приходится «сдавать» техам станции некоторые закладки, но это вынужденная мера. Меня бы стали опасаться ещё больше, если бы их не обнаруживали вовсе. А так, выловят пару «блох» и рады, что облапошили «зелёного глазастика».

Вот и пусть радуются. Настоящую сеть им всё равно не найти. Почему? Да потому, что сделать это можно, лишь просветив станцию системами СПИБ корабельной мощности в режиме жёсткого излучения, чего не станет делать ни один вменяемый специалист по сенсорике, если речь, конечно, не идёт о вражеской станции, в случае с которой можно плевать на самочувствие персонала. Хорошая штука – кассеты с ботами типа «Посев». Инфополя ведь можно формировать не только в Пустоте, но и в закрытых объёмах, например, в вентиляционной системе мобилизационной базы КС ФН. И пусть восемьдесят процентов  возможностей такого поля будет недоступно ввиду мощной гравитации на станции, мне и оставшихся двадцати хватит за глаза и уши. И плевать, что срок службы «Посева» сократится до полугода. Возможность получать данные, пусть и зашифрованные, но с любого передатчика, включая интеллоны, дорогого стоит. Нерационально? Дорого? А мне-то что? Я эти самые кассеты не покупаю, а беру на складе. И часть из них, кстати говоря, расходую по назначению. Иначе харга лысого я засёк бы приближение эсминца Зейда к станции. Конечно, есть здесь и свои проблемы. Например, бессмысленно засевать инфополя в изолированных объёмах, иначе и снимать информацию придётся в каждом объёме отдельно. Именно поэтому я и зарядил большую часть ботов в вентиляцию. Пока отсеки не будут по каким-то причинам заблокированы и, соответственно, переведены на автономное жизнеобеспечение, связь между ботами инфополя будет работать идеально.

На дешифровку долгого и, судя по «тяжести» данных, весьма насыщенного разговора меж полковниками ушло больше десяти суток… Но мы с Горином справились. За это время, правда, страт-полковник успел покинуть станцию, а Старик провёл со мной беседу, точь-в-точь соответствовавшую моим ожиданиям. Но решив не высовываться с вопросами до расшифровки их переговоров, я, как мне кажется, с честью вынес очередной эксперимент с развешиванием лапши на моих ушах и затихарился, окунувшись в рутину официальной работы, изредка прерываемую тренировками в компании истребителей. А уж когда дешифровка была окончена, я и вовсе закрылся в своём блоке на несколько дней, заранее предупредив Старика о том, что буду занят подготовкой сводного полугодового отчёта для секторального управления.

Нет, сам разговор между полковниками не был таким уж… долгим даже с учётом того, что большая часть переговоров шла через интеллоны, но вот насыщенность потока данных, сопровождавших беседу, была такова, что меньше чем за пару-тройку дней во всех переданных документах мне было не разобраться.

Зато когда разбор был закончен… или я чего-то не понимаю, или Зейд действительно прилетал только для того, чтобы договориться с Борье о размещении на станции некоторого количества людей, причём, в основном не находящихся на службе в Корпусе. По крайней мере, в переданных им Старику данных, по большей части содержались сведения о людях с совершенно гражданскими специальностями. Около двадцати тысяч человек в общей сложности. И я никак не могу понять, что их всех объединяет. Специальности? Самые разнообразные и в совершенно разных областях. Возраст? Некоторые прибудут на станцию с семьями, так что есть даже старики и дети… Этнические признаки? В Федерации они давно не играют никакой роли, да и судя по именам и фамилиям, в этом плане разброс тоже огромен. В общем создаётся впечатление, что из «Странника» действительно делают какое-то убежище. Но для кого и от чего? Не понимаю. Одно могу сказать точно, причина для этих действий у полковников одна и та же. Осталось только её найти… но как показали все мои предыдущие попытки, Информаторий здесь не подмога. Может быть там и есть нужная мне информация, но мне явно не хватает исходных данных для эффективного поиска. Точнее, не хватало до сих пор… надеюсь, данных, полученных в ходе переговоров полковника, окажется достаточно для серьёзной работы.

Придя к такому заключению, я откинулся на спинку кресла и, поняв, что начинать поиск сейчас у меня нет ни сил, ни желания, поставил на повтор запись «устной» части разговора полковников. Не то чтобы я рассчитывал услышать там что-то, чего не услышал в предыдущие несколько раз, нет… просто мне кажется, что в речи страт-полковника был намёк… намёк на что-то, понятное только ему самому и, может быть, его собеседнику. И это ощущение никак не давало мне покоя, заставляя раз за разом прокручивать запись в надежде понять, что же именно меня в ней так цепляет…

– Не слишком ли топорно, дар Септим? – Поинтересовался Старик, едва раздался шорох закрывшейся двери. – Всё же мальчик не из глупых. Вашего же Корпуса… птенец.

– Не слишком, дар Клод. – Отмахнулся Зейд. – Именно потому, что «мальчик не из глупых». Из него, конечно, не спеца для политуправления готовили, у ормов специализация совсем иная, но если бы я начал ему петь дифирамбы и прочить великую карьеру, он бы сбежал со станции, невзирая ни на какие последствия, тем более, что смерть от закладок ему не грозит. И был бы прав, на самом деле.

– Ну да, а выслушав весь тот поток общих фраз, он, конечно, воспримет их как должное, да? – Фыркнул Борье, на что Зейд лишь индифферентно пожал плечами.

– Можно сказать и так. – Согласился он. – По крайней мере, глупостей делать точно не станет и никуда не сбежит с перепугу. А мне не придётся его разыскивать по всей галактике, когда настанет время включить его в работу. Нет уж, пусть лучше посидит здесь, в безопасности и временном неведении. Ну а лёгкое недоверие к командирам вообще и одному конкретному страт-полковнику… мне не привыкать, переживу. К тому же для нашего сотрудничества личные симпатии вовсе не обязательны. Скорее, даже наоборот. Согласно составленному после теста психопрофилю, лейт с удовольствием будет работать на принципах взаимовыгодности, а вот попытки использовать его втёмную могут привести к непредсказуемым результатам… А теперь, если я удовлетворил ваше любопытство, давайте оставим эту тему, дар Клод. У нас есть дела поважнее, чем обсуждать младший командный состав, не так ли?

– Если вы настаиваете. – Усмехнулся Старик. – Мне просто было интересно, зачем было устраивать такой хоровод вокруг Дрёма? Что у вас людей не достаёт или иного способа предложить встречу не могли найти?

– Хм… Я скажу так. Если бы не несчастный случай с этим лейтом, его бы стоило придумать. – После недолгой паузы проговорил Зейд, очевидно, всё же решивший изложить некоторые причины своих действий в отношении забракованного курсанта. – Новоиспечённый офицер Корпуса, обладающий всеми полагающимися правами и обязанностями, но лишённый большинства недостатков состоявшихся специалистов, в нашей затее дорогого стоит, знаете ли. А если учесть слом закладок…

– Поясните? – Нахмурился гард-полковник. Вцепился как клещ…

– Что ж, извольте. – Протянул его собеседник, поняв, что тот не собирается менять предмет разговора. Впрочем, Борье можно понять, ему с лейтом ещё работать и работать… – Как вам известно, дар Клод, курсантам моего учебного центра в обязательном порядке устанавливают базовые закладки на верность службе. Заметьте, именно службе, а не государству. Сами по себе, эти закладки не так уж мощны, но их действие на время обучения усиленно собственно организмом курсанта… юношеский максимализм, очень неплохое подспорье в этом вопросе. По завершении учёбы, поступая на действительную службу, офицеры Корпуса постепенно обзаводятся целым комплексом второстепенных закладок, тип и цели которых зависят от места службы и поля деятельности. Основой же им служит именно та, первая базовая закладка, поставленная специалистами учебного центра. У нашего лейта такой проблемы нет. Его присяга сейчас не поддерживается ментально, а также на него не влияют вышестоящие офицеры, втягивая в орбиту собственных интересов. То есть можно не беспокоиться о том, кому на самом деле принадлежит его верность, что в случае с прослужившими даже год выпускниками моего учебного центра могло бы стать немалым препятствием.

– Чистый лист, а? – Понимающе хмыкнул Старик.

– Именно. Жаль, конечно, что вместе с закладками мы потеряли мастерключ к его морф-системе.

– Вот, кстати, мне интересно, как мог повлиять психотест на интеллект-комплекс, пусть и такой продвинутый? Или у него тоже психика имеется? – Спросил гард-полковник. Зейд на миг замер, но кивнул.

– Морф, это весьма сложное устройство с изначально высокоразвитым псимодулем интеллект-комплекса. Большего не скажу, увы, не имею права. Но последствия вы можете додумать  и сами. Это несложно. – Ответил страт-полковник. – К сожалению, в жизни не бывает так, чтобы всё без исключения было хорошо.

– Хотите сделать из парня «отмычку»?

– Можно и так выразиться. Он, действительно, может сделать многое из того, что другим младшим офицерам не позволят совершить закладки. И в нынешних условиях это великолепный козырь, отказываться от которого было бы расточительством. Тем более, что привлечь для подобной работы старший командный состав… увы. Конечно, их уровень и опыт позволяют куда свободнее трактовать установки, избегая ментальных стопоров, но тут возникает другой вопрос. А зачем им это нужно?

– У вас нет союзников среди старших офицеров Корпуса? – Приподнял бровь гард-полковник.

– А у вас много сочувствующих среди коллег на Флоте? – Вопросом на вопрос ответил Зейд. Очевидно, этого замечания было достаточно, чтобы Старик оставил тему.

– М-да… не подумал, извините, дар Септим. – Медленно проговорил посмурневший гард-полковник, но тут же изобразил улыбку. – Что ж, перейдём к более важным вопросам?

А дальше началось обсуждение возможностей базы по приёму людей страт-полковника, сроки их прибытия на станцию и так далее и тому подобное…

ЧАСТЬ III. ПРОЩАЙТЕ СКАЛИСТЫЕ…

Глава 1. Все на улучшение демографической ситуации!

Собственно, я и не сомневался в наличии у полковника Зейда каких-то планов на мой счёт. Надеялся на их отсутствие, да… но ведь не зря же я протирал штаны в учебке Корпуса? А там быстро отбивают желание разбрасываться ресурсами, даже негодными. В моём же случае… не думаю, конечно, что всю историю с экспериментальным тестом полковник затеял только для того, чтобы получить подконтрольного ему лейтенанта Корпуса со снесёнными ко всем тёмным звёздам закладками и неуправляемым морфом. Иначе обставлено всё было бы куда… тоньше. А вот в то, что страт-полковник решил воспользоваться выпавшей возможностью в своих целях, я верю безоговорочно. Собственно, короткое обсуждение моей персоны, предварявшее переговоры полковников, этот факт только подтверждает. Что ж, как сказал Зейд, для сотрудничества совсем не нужно иметь хорошие личные отношения. Но вот о чём позабыл дар страт-полковник, так это о том, что плохие личные отношения между продавцом и покупателем могут весьма серьёзно влиять на цену товаров и услуг. Но ничего, придёт время и я напомню ему об этом… упущении. Благо уроки Агоры, кажется, ещё долго не выветрятся из моей памяти.

На ввод в действие первого и второго оборонительных поясов станции ушло в общей сложности около трёх месяцев, так что, через три недели после визита страт-полковника «Странник» стал «вооружён и очень опасен», причём настолько, что без всяких «Гомаутов» смог бы раскатать небольшой флот, организовав в ближайшем пространстве внушительную свалку из его обломков.

Справившись с задачей по плану «Гладь», техники частично вернулись к приведению в порядок оставленной на время боевых приготовлений гражданской инфраструктуры и её систем жизнеобеспечения, а некоторые занялись доработкой оставшихся «мелочей», вроде системы непосредственной обороны станции и организации дублирования некоторых систем, как говорится, на всякий случай. А что? По-моему, очень верный подход. Если есть средства и возможности, то почему бы ими не пользоваться? Вот экипаж базы и разошёлся при полной поддержке Великого Параноика.

А ещё через две недели на станцию стали прибывать первые её постоянные жители. Правда, это были не люди Зейда, а «гости» Старика. База начала оживать. Если раньше по ней можно было шляться часами без всякого риска наткнуться на живого человека, то теперь… поселенцы начали обживать жилые зоны, в переходах и галереях стало людно, а техам пришлось перекрывать доступ в застраиваемые объёмы, чтобы пресечь возможные несчастные случаи. У меня тоже прибавилось проблем… Всё прибывающая толпа народа начала доставлять определённые неприятности. Количество военных среди «гостей» стремилось к нулю, а потому ни о какой дисциплине и речи быть не могло. Нет, пока люди при деле, особых проблем они не доставляют, особенно, если работают по специальности, но ведь они же ещё и отдыхают! Вот где засада начинается. Что ни день, то драка, что ни час, то жалоба!

Казалось бы, какое мне до этого дело? Сиди себе спокойно на втором производственном комплексе, командуй двумя сотнями инженерных ботов, зарабатывая очередные пятьдесят тысяч на погашение будущего долга перед Корпусом. Так ведь нет. Согласно оглашённому по станции приказу, я вместе с ещё доброй сотней таких же неудачников, частично набранных из костяка экипажа и разбавленных военными специалистами из новичков, был включён в группу обеспечения безопасности и общественного порядка! Хорошо ещё, что меня не заставили бродить с повязкой по станции, разбирать споры и разнимать дерущихся. Нет, назначенный Стариком глава безов, Марек Тоуд, попытался было протолкнуть такую идею, но тут уж я взбеленился. Мало того, что приходится возиться со строительством завода, мало того, что на мне висит проверка всех прибывающих на станцию людей и грузов «на вшивость» по линии родимого ведомства! А тут ещё и это?! В общем, сообщив назначенному из новеньких командиру «безов» всё, что я думаю о его идее с патрулями, и вдрызг с ним разругавшись, я покинул кабинет, а уже через пятнадцать минут получил вызов от Старика.

– Лейт, я считал, что ты заинтересован в нормальном прохождении службы на моей базе… Скажи, я ошибся? Или у тебя просто изменились планы? – Спросил гард-полковник, стоило мне появиться в его кабинете. Сидящий в посетительском кресле у стола, сухой и длинный словно жердь, вновь назначенный «безовец» довольно ухмыльнулся. Ну, с-скотина! Сам напросился!

– Нет, дар гард-полковник… на два последних вопроса. – Медленно проговорил я, одновременно сбрасывая ему на интеллон краткий отчёт о недавних событиях в кабинете нового начальника группы безопасности…

– Тогда в чём дело? Почему ты отказался исполнять мой приказ и заступить на дежурство? – Борье, и глазом не моргнув, задал следующий вопрос. Хотя сообщение о прочитанном им докладе пришло почти мгновенно. Благо там и было всего несколько строчек.

– Я не отказывался, дар гард-полковник. Меня не устроила форма исполнения вашего приказа, которую предпочёл господин начальник группы безопасности. – Ответил я. Указанный начальник недовольно засопел. А я не сдержал лёгкой улыбки. От Старика пришли виза моего доклада и соответствующее распоряжение. Серый рабочий комбинезон на мне, подчиняясь отданному через морф приказу, сменил колер на уставной чёрный, вновь заблестели столь нелюбимые знаки различия… И новоиспечённый глава «безов» резко спал с лица.

– Дар гард-полковник, согласно вашему распоряжению, в подчинение группы безопасности станции было выделено семьсот единиц полицейских дроидов типа «Миротворец». Вместо того, чтобы использовать эти машины по назначению, глава группы безопасности решил привлечь к патрульной службе приписанных к группе людей, в чьи обязанности, согласно изданному приказу и инструкциям, входят лишь контроль за деятельностью дроидов и оперативное рассмотрение споров, решение по которым не может быть вынесено на месте по стандартным протоколам.

– Ин-интенданты отказались выдавать «Миротворцев». – Икнув, проговорил начальник «безов», не сводя взгляда с эмблемы Корпуса на моём нагрудном значке.

– Лейтенант Дрём… кажется мне, проблема по вашей части. Займитесь. – Процедил Старик, бросив короткий, но очень выразительный взгляд на «безовца». Тот скукожился. – А мы здесь пока поговорим… да, Марек?

«Безовец» судорожно кивнул, и я, повинуясь жесту гард-полковника, покинул его кабинет. Хм, оказывается и от моей формы бывает польза? Вот не ожидал!

Не удержавшись, я подключился к доживающему последние дни инфополю. Уж очень хотелось послушать, что происходит в кабинете Старика.

– Марек-Марек… Ты опять за старое?

– Я здесь ни при чём, дар Борье! Честное слово! Интенданты в самом деле отказались выдать положенных по штату дроидов.

– Вот как? И где же доклад на моё имя по этому поводу? – С нескрываемым интересом спросил гард-полковник?

– Я просто не успел его подать! Ты не представляешь, какая у меня запарка со службой! Ведь всё, буквально всё приходится организовывать с нуля! – Воскликнул его собеседник. – В конце концов, дроидов можно получить в любой момент, стоит тебе приказать, а людям требуется защита уже сейчас! Ну нет у меня времени, чтобы ругаться с интендантами. Вот я и подумал, что некоторое время можно будет обойтись наличными силами, а как разберёмся с обустройством, займусь недостающим.

– Знаешь, Марек…  – Задушевным тоном заговорил Старик. – Я бы тебе поверил, если бы дело происходило где-то еще, на какой-то другой станции… подчинённой другому командиру, и с другим экипажем. Но МОИ интенданты не воруют. А знаешь, почему? Не знаешь? А я скажу… развею, так сказать, туман твоего невежества. Они не воруют, потому что продавать ворованное некому и некуда. Не понимаешь, как такое возможно? Всё просто. Любой корабль, оказывающийся вблизи станции, но не имеющий соответствующего идентификатора, получает предупреждение, после чего, в случае если он не прислушался к доброму совету, эскадрилья «Умб» сносит нарушителю маршевые двигатели, а гравитационный буксир даёт «калеке» пинка в сторону транзитной станции. За полгода добултыхает, если раньше спасатели не подцепят. Усёк?

– Да. – Коротко и глухо ответил Марек.

– А теперь, друг мой, плохие новости. – По-прежнему улыбаясь, произнёс Борье. Вот только от этой акульей улыбочки даже меня по спине мороз продрал. А уж реакция беза… М-да, как бы он там не обделался. Тем временем, гард-полковник продолжил. – Так вот, Марек. Лейт Корпуса, которого ты пытался «наказать» моим именем, подчиняется командованию станции лишь номинально. То, что я из-за кадрового голода смог уговорить его на помощь в работе твоей группы, свидетельствует лишь о расположении Корпуса к моим начинаниям и личных симпатиях «болеющего» военной историей, перспективного лейтенанта, искренне желающего помочь в наведении порядка на станции герою войны за Срединный Меридиан. Не подумай, что я о тебе говорю, Марек!

Вот тут даже я икнул. Несмотря на заявление Борье, военной историей я никогда не увлекался. Но о последней крупномасштабной войне с джошами был наслышан. Как и о том, что в битве за Срединный Меридиан участвовали самые большие флоты того времени. Шутка ли? Со стороны Федерации в составе соединений присутствовало четыре мобильных боевых станции! И командовали ими, как легко догадаться, гард-полковники, один из которых, как я понимаю, как раз сейчас распекает своего вороватого подчинённого, с которым они знакомы, похоже, как раз с тех давних времён…

А Старик, тем временем, продолжал накачивать начальника безов.

– Так вот, друг мой. Знаешь, что сейчас будет? – Осведомился Борье. Марек Тоуд дёрнулся. – Не знаешь… ничего, я объясню. Ты своей любимой отмазкой дал нашему «глазастику» замечательную возможность раскрутить дело о хищениях. Ну как же… глава безов заявляет об отсутствии на складах единиц хранения, наличие которых сам лейтенант подтверждал ещё при составлении приказа о формировании группы безопасности. И плевать, что документального подтверждения этому факту нет! Есть устное заявление главы безов, и этого достаточно! Или ты думаешь, я просто решил тебя утопить, выдав разрешение на проведение расследования? Да чёрта с два! У «глазастого» во время службы интеллон всегда работает на запись! Всегда, понимаешь? И ты сам, своим длинным языком выдал ему разрешение трясти моих интендантов!  – К концу тирады Старик уже орал в голос. Талант! Артист! – Как думаешь, как скоро они тебя сдадут? И сколько припишут, чтоб не отправиться следом? А им найдётся, что приписать, уж ты мне поверь. Систему допуска на станцию изменили всего полгода назад, так что… сам понимаешь.

– Клод, я ж не со зла! – Не выдержал Тоуд. – Кто ж знал, что этот… он же только при тебе в мундир вырядился… а до того… Ну откуда мне было знать, что он из Корпуса! Я… я всё исправлю, Клод! Ты же меня знаешь!

– В том-то и дело, что знаю. Обмишулился, старый дурак. Думал, ты свои привычки на службе оставил…– Проворчал, вроде как остывая, Борье. Глянул на приятеля и вздохнул. – В общем, так. Будем решать проблему, пока лейтенант в своём рвении не остановил все работы на станции. Ох, и подставил же ты меня, Марек… ладно. Поступим следующим образом. Лейта я направляю в истребительную секцию, там  как раз удачно пара пилотов драку устроила, пусть разберётся. А пока он занят… я свяжусь с интендантской службой. Пусть напишут для тебя документ о допущенной из-за сбоя инта ошибке. Двигаешь к ним и получаешь этих долбанных «Миротворцев», после чего… Марек, слышишь? После, а не до того, и тем более, не «вместо», сообщаешь о решении проблемы лейту. И обязательно прикрепи к сообщению копию документа со склада. Ясно?

– Так точно, дар гард-полковник! – Просияв, Тоуд подскочил с кресла и вытянулся по стойке «смирно».

– Вольно, майор. Выполняй. – Отмахнулся Старик и, проводив взглядом ускакавшего козликом прочь из кабинета Тоуда, вздохнул. – Марек – птица гордая, пока не пнёшь, не полетит. Эх… Ну, буду надеяться, что хоть теперь он свои аппетиты поумерит. А если нет… то придётся Дрёму поработать пугалом ещё раз… или не раз…

Ну, жук же… ж!

Самое интересное, что сообщение о драке в истребительной секции я действительно получил, а учитывая тот факт, что моего участия в работе «безов» никто не отменял… пришлось идти разбираться, с чего это наши доблестные пилоты устроили кавардак.

Драка… ну да, где-то, как-то… даже в чём-то. Вот только это было не выяснение отношений между двумя отдыхающими после дежурного вылета пилотами, мающимися от безделья или не поделившими благосклонность одной из многочисленных особ прекрасного пола, прибывших на станцию, и уже не первый день обстреливающих бравых летунов такими залпами, что беднягам впору передвигаться короткими перебежками. Нет, как оказалось, вышедшие на базовый уровень псиактивности пилоты, вдруг получившие качественный скачок в развитии псимодулей интеллонов, не нашли ничего лучшего, чем устроить сражение сервисных ботов. Обрадовались открывшейся возможности множественного контроля.

Оказавшись на пустой стартовой площадке, я застыл на пороге шлюза. Три раза протирал глаза, щипал себя за руку и даже сделал запрос морфу на проверку крови и нейросистемы. Но нет, глюками здесь и не пахло. Сто сервисных шестилапых ботов, по пятьдесят штук с каждой стороны, выстроились двумя фалангами напротив друг друга. В передних лапах-манипуляторах прямоугольники щитов, судя по всему, сделанные из термоустойчивых пластин внешней обшивки МКМ, и жезлы-станнеры. Головы-шайбы замерли в неподвижности, грозно сверкая алой подсветкой щелей оптических сенсоров… Миг, и два строя ощетинились, как ежи, высунувшимися меж щитов штангами с закреплёнными на них всё теми же станнерами. Слаженно грохнув «мечами» по «щитам», эти «гоплиты» качнулись навстречу друг другу и… пошли на сближение. Лязг стали, треск разрядов и гудение принимающих удары «щитов» наполнили площадку, а я всё никак не мог отделаться от ощущения сюрреальности происходящего. В голове билась только одна мысль: найду умника, затеявшего это побоище имени Александра Македонского, он у меня в карцере от старости загнётся!

Над моей головой просвистел и впечатался в стену один из «сражавшихся» ботов, и это стало последней каплей. На расчёт удара ушло две десятых секунды. Вскрыть управляющий канал, благо с его шифровкой никто не заморачивался, и циркулярно отправить «стоп-сигнал» под мастеркодом.

Боты замерли в самых причудливых позах, а с возвышающегося над «полем битвы» истребителя шибануло удивлением и разочарованием. Вот вы где, великие полководцы, чтоб вас!

Переподчинённые машины зашевелились, резво выстраиваясь в некое подобие общего строя, и, побросав свое «вооружение», на предельной скорости понеслись к «Умбе», где устроили себе командный и наблюдательный пункт развлекающиеся пилоты.

Не ожидавшие такой подставы, бравые летуны были моментально спелёнаты техническими жгутами для временного крепежа «бород», после чего боты подняли свою добычу над «головами» и потащили через всю площадку к моим ногам.

Окинув взглядом замотанные в жгуты, словно в кокон, тела, выложенные ботами аккуратным рядком, я нахмурился. Короткий приказ, и боты шустро размотали половину добычи. Я помог подняться двум совершенно ошеломлённым происходящим девушкам и, извинившись за доставленные неудобства, попросил их покинуть истребительную секцию. Увидев чёрный мундир, который я просто позабыл сменить на привычный серый комбез, барышни только молча кивнули и моментально исчезли за дверью тех.шлюза.

– А вас, дары иф-офицеры, ждёт увлекательная поездка. – Ответом мне стало недовольное сопение Алекса и его ведомого. Кто бы сомневался, что это была затея шебутного командира третьей эскадрильи! Боты подняли связанные тела, и я радостно улыбнулся. – Ну что, готовы? Тогда поехали сдаваться в карцер!

Глава 2. Летать-копать

С появлением на базе новых поселенцев все работы по её перестройке ускорились несказанно. Но и проблем прибавилось, так что замотанный костяк экипажа уже с некоторой ностальгией начал вспоминать тягучую скуку недавнего бытия, когда работа шла своим чередом, и не нужно было беспокоиться о порядке в своём секторе ответственности. Ни на секунду не сомневаюсь, что выходка Алекса с устроенным для дам представлением была скорее способом расслабиться, чем попыткой пустить пыль в глаза, хотя и последнего в действиях пилотов хватало. Истребители вообще славятся на флоте своей безбашенностью, что неудивительно. Пределы дозволенного, благодаря способностям пробуждённого пси, они чувствуют куда тоньше, и там, где обычный человек скорее будет склонен отступить, пилот МКМ сделает шаг вперёд. Пси даёт более чёткое понимание опасности, отсюда и «рисковость» истребителей. Но и проблем эта черта характера пилотов доставляет немало. Причём не только окружающим, но и им самим. Иначе объяснить их статистически самый медленный рост в званиях на флоте невозможно.

– Ким, а как-то иначе нельзя было решить этот вопрос? – Командир истребительной секции смотрел на меня с неизбывной печалью во взоре.

– По делам и награда. – Буркнул я в ответ, сбрасывая Стальи отчёт о количестве выбывших в реммастерские сервисботах. Понятно, что для огромной станции два десятка таких машин погоды не сделают, подобных ботов по штату только в истребительной секции больше тысячи, из расчёта пять машин на один модуль. Но сам факт!

– Да я же не о том! – Поморщился Луис. – Ты зачем Алекса с Филом через полстанции связанными тащил? Их же теперь иначе, как гусеницами, никто не зовёт. А кое-кто уже и насчёт крыльев интересоваться начал. Слышал?

– Их пример другим наука. – Фыркнул я, вспомнив, как уцелевшие в сражении сервис-боты несли своих замотанных в коконы «полководцев» в карцер. И удивлённые, шокированные лица прохожих, наблюдавших эту изумительную картину. «Гусеницы», да? Ну, я же обещал рассчитаться за «кирпич»? Вот и… пилоты–гусеницы и «крылья» – истребители, к которым их не подпустят до окончания срока наказания… да, месть сладка!

– Значит, слышал. – Утвердительно кивнул Стальи и вдруг перешёл на доверительный тон. – Ким, поговори со Стариком, а? Ребята же взвыли от запрета на полёты! Ну, честное слово, неужели это обязательно?! Ведь глупо держать на привязи командира лучшей эскадрильи, когда диспетчеры седеют, глядя на выкрутасы молодняка в Пустоте.

«Молодняком» истребители прозвали тех прибывших на базу новичков, что имея некоторую подготовку, изъявили желание пополнить число пилотов МКМ и теперь усиленно тренируются по методикам Флота, благо уровень псиактивности у них соответствует требованиям. И всё бы замечательно, нехватку пилотов в истребительной секции, предусматривающей две сотни единиц истребителей, нужно закрывать. Но учитывая, что среди этих самых добровольцев не было ни одного военного пилота, а все их умения в Пустоте ограничиваются рамками гражданского разрешения на вождение внутрисистемных маломерок… диспетчерам НП станции действительно было от чего поседеть, когда очередной доброволец вываливался в Пустоту на практику по боевому маневрированию.

– Ученье свет, а неучёных тьма. – Пожал я плечами. Луис застыл на месте.

– Издеваешься, лейт?! – Прорычал он, но прочитав сброшенное мною сообщение, осёкся. Подумал… и протянул. – Конечно, издеваешься, но идея… Спасибо, Ким.

Стальи хлопнул меня по плечу и смылся, унося на своём интеллоне полученную от меня сводную таблицу расписания хозяйственных работ, назначенных «залетевшим» пилотам во искупление вины, и занятий молодняка на тренажёрах в имитационном зале.

Хм, это, конечно, не заменит им Пустоту, но… пусть скажут спасибо конструкторам сервис-ботов, что ущерб от их действий был минимальным. В реммастерских машинки быстро вернут в строй, благо большая часть их повреждений была чисто механической. Иначе работать пилотам-истребителям операторами утиль-машин до морковкина заговенья, как Ром говаривал.

А вот нечего было пускать пыль в глаза своим подружкам за счёт материальной базы станции. В общем… ну да, добрый я, добрый! Вот и придумал, как смягчить приятелю режим наказания, а заодно и заставить наших суровых летунов заняться этим «детским садом», по их собственному выражению. Пусть молодняк в имитационном зале натаскивают.

Проводив взглядом исчезающего за дверью Стальи, я вздохнул и вызвал на голоэкран документацию по ожидаемым транспортам, поток которых на станцию всё не ослабевал. Грузы, люди… базу захлёстывает нарастающий вал, и от неразберихи спасает только талант администратора нашего Старика.

Корабли, членов экипажей которых я уже знаю если не в лицо, то пофамильно, точно ротируются, словно им сменили порт приписки на нашу базу. Ушёл-пришел-выгрузился-ушёл… и так по кругу без передышки. Экипажи, вымотанные до чёрных кругов под покрасневшими от недосыпа глазами, кажется, держатся лишь на стимуляторах. Но темп не сбавляют, работают на износ, скрипя зубами. Тянут лямку, словно от их действий зависит… что? Жизни? Чьи? Их собственные? Родных и близких?

Морф, отреагировав на почти бессознательный посыл, мгновенно прошерстил списки обитателей станции и тут же выдал ответ, просмотрев который я тяжело вздохнул. Мог бы и сам догадаться. Семьи экипажей всех пяти транспортов, регулярно заходящих на станцию, находятся здесь. И вряд ли их кто-то удерживает насильно. По крайней мере, никаких признаков подобного отношения я не заметил. Ну да будь иначе, и я сильно сомневаюсь, что Старик поставил бы «заложника» на должность старшего инженера контроля систем жизнеобеспечения станции или командиром «бамок[16]». Последний, кстати, оказался одним из немногих офицеров на станции, чья технарская специализация в учётке значилась основной. И именно поэтому тех-капитан Ирвин Босли, муж флот-лейтенанта Линды Босли, первой помощницы капитана транспорта «Мейда», помимо должности командира секции беспилотных перехватчиков станции, выполняет ещё и обязанности главы реммастерских.

К сожалению, капитан относится к той части персонала станции, что на дух не переваривает Корпус, а потому свести с ним знакомство мне не удалось. Точнее… на совещаниях у Старика мы с ним не раз пересекались и в лицо друг друга знаем, но, как и с подавляющим большинством присутствовавших на этих «военных советах», дальше официального общение между нами не шло. А жаль. Доступ на стенды его мастерской был бы для меня не лишним. Да и вообще, почерпнуть что-то у профессионала было бы очень неплохо. Увы… эта возможность для меня закрыта, и биться в запертые двери я не стану.

Правда, даже не желая того, тех-капитан всё же мне помог. Наблюдая за его тренировкой и заметив, как ловко Босли управляется с выведенными в Пустоту «бамками», я не поленился и, отыскав на постепенно истощающихся складах Корпуса комплект из десяти пустотных разведывательных ботов, включил их в секцию непосредственной обороны Горина. Хотя перед этим мне пришлось изрядно поломать голову над вооружением этих лёгких машинок, поскольку их силовые установки позволяли втиснуть в универсальные слоты разве что тяжёлые плазмобои, польза от которых в Пустоте исчисляется отрицательными величинами. Зато заменив сенсорные блоки разведботов на более простые и пожертвовав штатными системами СПИБ, занимавшими почти всё внутреннее пространство ботов и жрущими большую часть энергии, установив вместо них примитивные и куда менее энергоёмкие аналоги с «Умб», я получил возможность вооружить ботов малыми импульсниками. Тоже не фонтан, конечно, но учитывая характеристики ботов, показатели которых не уступают, а в чём-то и превосходят те же в «Умбах»… на роль перехватчиков эти боты подойдут как нельзя лучше, ну а при встрече с чем-то большим… Горину лучше будет вообще смыться, не вступая в бой.

Что же до ухудшихся разведывательных качеств моих самодельных бамок, то об этом я не сожалел. Системы Горина всё равно превосходят штатные возможности разведботов не на один порядок, так что, от превращения разведботов в перехватчики я ничего не теряю… зато приобретаю дополнительную огневую мощь, которой так не хватает моему модулю. Честно говоря, я бы и в Горина запихнул какое-нибудь орудие помощнее, договориться об этом со Стариком проблем бы не составило… Но, к сожалению, для этого пришлось бы менять силовую установку модуля, поскольку нынешняя просто не потянет что-то серьёзное, не хватит мощности. Но даже если бы я нашёл подходящий силовой агрегат, замена его заняла бы не меньше месяца, поскольку для этого необходимо разобрать весь модуль чуть ли не по винтикам. Особенности машины… всё же Горин это не стандартный военный пустотник модульной сборки, выведенные из строя запчасти которого можно менять чуть ли не на ходу, чтобы тут же снова бросать машину в бой. Горин – пустотник совершенно другого типа, ни о какой модульной установке частей и систем в нём и говорить не приходится, да что там! Его не всякий техник разобрать сможет, про остальное я и вовсе молчу. В общем, от идеи довооружения Горина я, скрепя сердце, вынужден был отказаться. Хотя хотелось, конечно… очень.

Так, лениво размышляя о технике, я просматривал документы, одновременно составляя заказ для интендантской службы Корпуса. Пора пополнять ведомственный склад на базе, и проблем с этим я не видел. Использование имущества Корпуса было мной запротоколировано, так что препятствий для восполнения истощающихся запасов или каких-то проблем, связанных с нецелевым расходованием средств, я не ожидал. Да и прибытие корабля корпуса с грузом для склада меня не пугало, поскольку никаких людей на нём всё равно не будет. Задачи по транспортировке в таких случаях исполняют автоматические корабли без экипажа. Опасно? Ничуть. Нападать на транспортник Корпуса не станет даже самый отмороженный пират. Вооружение таких автоматов позволяет размолоть в пыль даже небольшую эскадру. А рой бамок надёжно прикроет корабль от десятка эскадрилий истребителей разом. В общем, вскрыть оборону такого транспортника сможет разве что пара-тройка линкоров, но у идиотов они не водятся, а умники… умники служат на Флоте и не пробавляются пиратскими налётами. Да, такую защиту можно назвать избыточной, и стоит она баснословных денег, но Корпус не коммерческая организация, и беспокоиться о кредах ему не приходится. А вот дарить кому ни попадя свои грузы, подчас весьма опасные, моё ведомство не любит и защищает свою собственность всеми доступными способами. Так что, если для доставки груза в полной сохранности, необходимо впихнуть в километровый корпус бывшей орудийной платформы дополнительные четыре гравитационных орудия линкорного класса, снабдить корабль силовой установкой способной стронуть с орбиты крепостную станцию и подчинить эту мощь двум системным интеллект-кластерам, Корпус это сделает и никакие расходы его не остановят. А потом, как говорится: кто не спрятался, я не виноват!

Впрочем, запредельность стоимости таких транспортников довольно условна. Особенно, если сравнивать не с другими пустотными автоматами, а с боевыми кораблями. Дешевле построить такого вот автоматического монстра, не нуждающегося в системах жизнеобеспечения для экипажа и всей сопутствующей инфраструктуре, позволяющей хрупким комкам органики перемещаться в Пустоте на огромные расстояния. А это очень серьёзная экономия, поскольку именно вопрос жизнеобеспечения для экипажей пустотных кораблей как раз и является самым дорогостоящим в их строительстве. Помнится, в учебке рассказывали, что появление проекта такого пустотного автомата вызвало небывалый ажиотаж у флотских. Ну, как же! Сбылась мечта о полностью автоматических эскадрах, способных сохранить тысячи и тысячи жизней… Облом. Несмотря на все возможности системных интеллект-кластеров, установленных на таких автоматах, в бою они себя показали хуже чем никак. Не спасали ни подавляющая мощь в вооружении, ни чудовищные гравищиты. Против человеческой хитрости инты пасовали. Максимум, на что они оказались способны, это удирать от атакующего противника, используя исполинскую мощь своего вооружения, или безжалостно подорваться в случае захвата. Проект был заморожен ввиду его бесперспективности… но что не годится для Флота, то вполне подошло Корпусу. Вот и бороздят теперь Пустоту эти автоматы, осуществляя доставку грузов в интересах моего ведомства.

Я закончил обработку данных и, составив короткий доклад-заявку на пополнение номенклатуры склада, с наслаждением потянулся. Вот теперь можно и на боковую…

– А я тебе говорил, капитан… Это была плохая идея. – Вздохнул Фил, глядя на голоэкран, где как раз прокручивалась очередная тренировка его командира с эскадрильей новичков в имитационном зале. Алекс отвёл взгляд от стоящих навытяжку у дверей двух сервис-ботов в полном боевом облачении, то есть со щитами, копьями и жезлами-станнерами, закреплёнными горизонтально за «спинами», и повторил вздох своего ведомого. Кто бы мог подумать, что зелёный лейт Корпуса ТАК отреагирует на маленькое развлечение пилотов. Подумаешь, пару десятков ботов раздолбали! Их всё равно больше тысячи, это если не считать запасов на складах! Так ведь не-ет! «Разбазариванье средств», «халатное отношение к службе»…

– Скажи спасибо, что вам «неполное служебное» не вкатали. – Прогудел вылезший из кокона имитатора Стальи.

– Да лучше уж «неполное», чем это позорище! – Буркнул Алекс. – Мало того, что через полстанции связанными на разбор протащили, так что теперь нас с Филом иначе, как гусеницами, и не называют, так ещё и охрана эта идиотская! Вот где справедливость?! Как устроить тактическую игру с применением гражданских ботов, так «халатность и разбазаривание», а как приставить к двум пилотам конвой из этих же ботов, так это «рационализация»!

– А будешь думать в следующий раз, что творишь! – С усмешкой откликнулся иф-майор.

– Радуешься, да? – Прищурился его подчинённый. Тот довольно кивнул. Алекс немного опешил от такой искренности и, переглянувшись со своим ведомым, поинтересовался. – И чему же, если не секрет?

– Не секрет. – Открыв тубу с тоником, проговорил Стальи. Его пилоты поморщились. Полезность тоника они признавали безоговорочно, но иф-майор был, пожалуй, единственным человеком на Флоте, если не во всех вооруженных силах Федерации, кто пил его с удовольствием.

– И? – Спросил Алекс, дождавшись, пока Стальи сделает первый глоток тоника. Зажмурившийся от удовольствия иф-майор ещё немного потянул паузу…

– Скажи мне, вы двое единственные, получившее в наказание такое вот сопровождение?

– Нет. Второй ведущий первой эскадрильи тоже щеголяет подобной «охраной»… вляпался на полёте меж строящихся конструкций внешнего кольца. – Алекс улыбнулся, но улыбка тут же увяла. – Достали эти боты. Они даже в туалет норовят следом пролезть.

– Вот-вот. – Покивал Стальи. – Зато за две декады вашего наказания ни одного залёта в моей секции больше не было. Вот что значит положительный пример.

– Пф! Естественно, кому ж такие конвоиры по душе придутся? – Воскликнул Алекс и осёкся. Переглянулся с печально вздохнувшим ведомым и… – Стоп. То есть…

– Именно. – Усмехнулся иф-майор. – Как сказал наш такт-лейтенант, «их пример другим наука»… И честно скажу, я в восторге от его воспитательных приёмов. Эффект просто замечательный.

– Ну, Дрём… ну… с-скотина! – Змеёй прошипел Алекс. Сервис-боты у дверей недовольно лязгнули щитами. Стальи, проследив опасливый взгляд своего подчинённого, весело расхохотался. Чем дальше, тем больше ему нравились методы странного лейта.

А вот Алекс был совсем не рад. Разряд станнера даже на минимальной мощности штука неприятная. Это Роун успел понять на своей шкуре. Чёртовы «гоплиты», как их обозвал Ким, терпеть не могли нецензурную лексику и оскорбления, а Алекс обычно в выражениях не стеснялся… до недавних пор.

Глава 3. Всё в дом, всё в дом

Прибывший спустя несколько недель транспорт Корпуса порадовал меня не только пополнением израсходованной номенклатуры, но и штатной заменой единиц хранения, чей гарантийный срок подошёл к концу. Учитывая, что до моего приезда блок пробыл в активном состоянии едва ли больше полугода, прошедших с момента расконсервации моб.базы, а такт-капитан Арно даже ни разу не удосужился заглянуть на склад… Получился вполне внушительный перечень ни разу не использовавшегося, то есть по сути совершенно нового, но уже подлежащего списанию, оборудования.

Вообще-то, согласно инструкциям, заменяемые приборы и устройства должны быть утилизированы. Но… я был бы полным идиотом, если бы позволил себе подобное. И плевать, что как только на склад поступила замена, интеллект-комплекс блока, в чьей ответственности и находится всё имущество Корпуса на станции, «обнулил» банки данных всех подлежащих замене единиц хранения, превратив ботов и устройства в бесполезный набор высокотехнологичных композитов. А кое-где этот паршивец, подчиняющийся протоколам безопасности, умудрился даже сжечь некоторые блоки.

Вытащить необходимые программные комплексы из нового оборудования, лишить его всех закладок и стопоров и залить в старую технику было несложно… для орма. Хотя времени эта процедура заняла порядочно, учитывая, что в некоторых случаях пришлось «откатывать» программы до возможностей старого оборудования, отстающего от новой техники, как минимум, на поколение. Вопрос же с сожжёнными блоками помог решить Старик.

– Лейт, ты же понимаешь, что я не могу позволить бездумно расходовать запасы базы… – Протянул Борье, когда я явился к нему со своим предложением.

– Понимаю. – Кто бы сомневался, что гард-полковник отдаст что-то просто так? И он подтвердил мои мысли.

– Но при условии, что это оборудование не покинет станцию, а соответственно, здесь же останутся и заменённые блоки… – Старик приподнял бровь и замолчал, дожидаясь моей реакции.

– Тогда, может быть, просто оставим всё как есть? – Осведомился я. Нет, я понимаю, наглость – второе счастье, но… на кой мне такой расклад нужен? То есть я приведу в порядок технику, и она вольётся в парк станции. А где мой интерес?!

– М-м? – Не понял Борье. Точнее, сделал вид, что не понял.

– Я имею в виду, интеллект-комплексы останутся на складах станции, а мои нерабочие аппараты в блоке Корпуса. – Пояснил я.

– Твои? – Изумился гард-полковник. Я уверенно кивнул.

– А чьи же ещё? Корпуса? Так можете проверить, на балансе склада верификаторы имеющегося в моём распоряжении имущества не значатся.

– Какие ушлые лейты пошли… На ходу подмётки режут. – Вздохнул Старик. – Ладно, что у тебя там есть, показывай!

И я показал. Не всё, конечно, лишь ту часть оборудования, на которую у меня появились определённые планы. По мере того, как гард-полковник читал сброшенный список, выражение его лица всё больше и больше менялось, а кабинет прямо-таки затапливало удивлением… и настороженностью.

– Куда ты собираешься сбыть всё это? – Наконец спросил Старик, и в голосе его не было и намёка на продолжение торга.

– Во внешние сектора. – Пожал я плечами. Догадливость гард-полковника меня совершенно не удивила. Учитывая, что он прекрасно осведомлён о моём положении и маячащем впереди внушительном долге перед Корпусом, сложить два и два и понять, как я намерен поступить с появившимся в моём распоряжении списанным имуществом Корпуса, для Старика не составило проблем. – Попытка продать подобное оборудование здесь моментально привлечёт внимание, в том числе и моего ведомства.

– Ну хоть это ты понимаешь. – Проворчал Борье. Подумал немного и хлопнул ладонями по коленям. – Так, лейт. Вот моё предложение. Я предоставлю тебе «списанные» интеллект-комплексы шестого-седьмого поколения, но при условии…

– Каком?

– В ближайшие полгода твоё оборудование… то, что ты планируешь продать, я имею в виду… так вот, это оборудование не покинет станцию и при необходимости будет использоваться здесь по своему прямому назначению. Считай, что инты станут арендной платой.

– Вы собираетесь воевать на планете? – Удивился я. И было от чего. Список оборудования на продажу я составлял, ориентируясь на сброс техники планетарного применения, необходимости в которой на станции да и вообще в Пустоте не было совершенно. Можно было бы спросить, а что она делает на складе пустотной станции, но… это же Корпус! Положено по штату держать на складе оборудование для возможных действий на поверхности планет, значит, оно непременно найдётся на складе. Отсюда и универсальные ПМП[17] в четырёх модификациях: спасательный и десантный транспорт, мобильный командный пункт и машина огневой поддержки. Что называется, на все случаи жизни. Здесь же несколько типов ботов, как боевых: от разведчиков до охранников и штурмовиков, так и сервисных: от ремонтных до грузовых. Особняком стояли быстроразвёртываемые жилые модули и оборудование, обеспечивающее их жизнеобеспечение в самых экстремальных условиях. Здесь же были и системы планетарной связи, синтезаторы материалов и строительная техника. Про пищевые комплексы и вовсе можно промолчать. В общем, в списке было всё необходимое для создания полноценной планетарной базы в диких условиях. И тем больше было моё удивление, когда Старик предложил взять весь этот бесполезный в Пустоте хлам «в аренду».

– Ким… – Борье нечасто переходит на имена, так что я немного насторожился. – Ким, посмотри внимательно. Боевые дроиды на гравиплатформах и «лапах» можно использовать в качестве последнего рубежа. Быстроразвёртываемый лагерь в случае необходимости может дать до сотни мест размещения, автономные комплексы жизнеобеспечения… и вовсе молчу. Разве что ПМП будет проблематично пристроить, но и тут есть варианты. А тех же ремонтных и инженерных ботов можно использовать для увеличения технического парка и ускорения строительных работ. Вот уж что точно не будет лишним.

– Это же сколько людей вы планируете завезти на станцию? – Пробормотал я, но Старик услышал.

– Порядочно. – Усмехнулся он и пояснил. – У меня нет сомнений, что имеющихся в нашем распоряжении мощностей будет достаточно для размещения всего запланированного контингента, но… запас карман не тянет, согласись?

– Ладно… но хоть машины-то я могу продать? Или вы и их куда-то пристроите? – Спросил я со вздохом. Борье на миг задумался и кивнул.

– Через пару недель мой помощник отправится к нашим «соседям», он может забронировать для твоих платформ блок в транзитной зоне и разместить предложение о продаже во внешних секторах.

– Благодарю. – Кивнул я. – Но с объявлением я справлюсь сам. Сомневаюсь, что ваш помощник сможет безболезненно обойти контрольные «гребёнки» Корпуса в Информатории.  А нам ведь даже малейшее подозрение не нужно, правильно?

– Правильно. – Прищурился Старик и, чуть подумав, согласился. – Что ж, договорились. Готовь платформы к погрузке, размещай предложение… как только Урген соберётся в поездку, тебе сообщат. Сколько планируешь выручить, если не секрет?

– По полсотни за каждую платформу. – Пожал я плечами, на что Старик неожиданно рассмеялся.

– Ох, и зелёный же ты ещё, лейт. Ставь цену в сотню, не ошибёшься. Это же внешние сектора, там любая техника вдвое дороже, чем в центральных системах. А то и больше. – Пояснил он свой смешок. – А ещё лучше, прежде чем размещать предложение, хорошенько прошерсти торговые инфоры, чтобы не прогадать с ценой. Стоимость может очень сильно зависеть от типа и комплектации машин, их интеллект-комплексов и дополнительного оборудования. Не на порядки, конечно, но разница в цене между «голой» платформой и полностью снаряжённой с максимальным обвесом может достигать двухсот-трёхсот процентов. А если предложить к ней ещё и полный комплект расходников… В общем, смотри не прогадай.

Собственно, я и так собирался изучить торговые площадки, прежде чем выставлять машины на торги, но пока физически не успел этого сделать. Но не объяснять же это гард-полковнику? Но спасибо ему, порадовал. Четыреста тысяч, это куда лучше, чем двести…

А пятьсот шестьдесят, за которые в результате ушли четыре ПМП,  ещё лучше. Долг перед Корпусом продолжает уменьшаться, что не может не радовать. А тут ещё я и работы по второму производственному комплексу закончил, и на мой «счёт» в сейфе Старика упало ещё пятьдесят тысяч.

Возведение комплекса я закончил как раз к тому моменту, когда на базу пришёл первый транспорт с людьми собранными по спискам Зейда. Первый из двенадцати запланированных.

Что меня поразило, когда я встречал выходящих из шлюза гостей, это неуверенность. Над ними прямо-таки витала тень страха… и непонимания. Правда, каких-либо доказательств того, что людей доставили на станцию силой, я не нашёл. Но по ним было видно, что из дома наши гости уходили в спешке и налегке, с минимумом вещей. Нервные, оглядывающиеся по сторонам… один взгляд на эту толпу заставил меня серьёзно забеспокоиться. Уж очень новые жители станции отличаются от прибывавших ранее.

– Дарра Иллен? – Я связался с начальником медицинской секции, Иллен Сомерсби.

– Слушаю, лейтенант Дрём. – Сухой голос гражданского специалиста, возглавившего медблок станции… и ведь ничего плохого я ей никогда не делал, но нет… «глазастый» и всё тут. Да и к харгу! Как говорит Зейд, для сотрудничества личные симпатии не обязательны.

– Я скину вам список людей на станции, имеющих патент психокорректора. Потрудитесь принять их под свою руку и обеспечить работу с новыми обитателями. Не могу ручаться за всех, но большей их части явно не помешает помощь. – Сообщил я.

– У меня полно других дел. – Начала было Сомерсби, но я её прервал.

– Приказ гард-полковника Борье, дарра Иллен. Ваши будущие сотрудники уже оповещены, и их согласие на работу получено. Примите пакет подтверждающих документов.

– Хорошо. – После короткой паузы произнесла она. –Я оповещу сотрудников о сборе.

– Благодарю за сотрудничество, дарра Иллен. – Произнёс я и, чуть помолчав, добавил, – недавно склад Корпуса был пополнен до стандарта… и у меня образовался определённый излишек. Вообще-то я обязан его утилизировать, но…

– Зачем вы это рассказываете, лейтенант?

– Затем, что как мне кажется, в наших условиях утилизация ни дня не работавшего автодока восьмого поколения будет полным маразмом.

– Восьмое поколение в заводской упаковке? – В голосе женщины проскользнули нотки заинтересованности. – Откуда?

– Положено по штату, но никогда не использовалось. Гарантийный срок истёк два года назад, так что по инструкции аппарат подлежит замене, которую и доставил автоматический транспорт Корпуса месяц назад. – Пожал я плечами. – Так как, прислать вам его?

– Буду благодарна, дар Дрём. – После небольшой паузы произнесла женщина. Я кивнул и, скинув ей сведения об автодоке, найденные в базе данных склада Корпуса, отключился. Честно говоря, не думал я сдавать в медсекцию этот автодок. Я о нём и Старику не сообщал. Не то, чтобы у меня были на него какие-то планы, но… должно же быть что-то в загашнике?

Тем удивительнее, что повинуясь порыву, я вдруг отдал его Иллене, наплевав на возможную выгоду. Но вот… посмотрел на прибывших и… ладно, что сделано, то сделано!

Благотворительность? Пусть так. Но любой врач скажет, что автодоков много не бывает. Честно говоря, я бы отдал в медсекцию и обновку, привезённую на смену старому оборудованию, но она просто не будет работать вне блока, а на «вытравливание» всех программных и аппаратных закладок в новом автодоке у меня просто нет времени. Я и со старым-то провозился почти неделю, пока не восстановил его работоспособность.

Я не психокорректор, но поговорить с гостями станции посчитал необходимым. Правда, для этого пришлось скрыть все знаки принадлежности к Корпусу, иначе, боюсь, никакого диалога у нас не получилось бы. Видел я, как некоторые из новоприбывших шарахаются даже от флотских мундиров. Что уж тут говорить о «глазастых»?! И не зря скрыл, как выяснилось.

С этой девушкой я познакомился в кабинете помощника Старика, где она обсуждала возможность организовать жилой комплекс для своих подопечных, которых у неё оказалось, ровным счётом, сорок восемь человек! Ну как обсуждала? Выслушивала ответ на свою просьбу высказываемый начальником строительства жилых уровней станции, в котором тот пытался ей объяснить, что планом застройки модули таких размеров не предусмотрены. Поразительная женщина! Только что прибыла, вымотанная долгим перелётом, уставшая, глаза на мокром месте, но беспокоится не о себе, а о психологическом комфорте находящихся под её ответственностью детей!

– Дар Вельди, мне кажется, вы не правы. – Вмешался я в их беседу. Не хотел, честно. Я вообще оказался здесь случайно. Дожидался мотающегося где-то по станции Старика, чтобы получить его личное разрешение на проведение тех самых бесед, и услышал шум из-за открытой двери в кабинет помощника. Ну и… орм я, в конце концов, или нет? У нас любопытство – профессиональная болезнь. Вот и услышал…

– Вот как, дар Дрём? – Прищурился Урген Вельди, здоровенный лысый детина, сверкающий синими отсветами интеллона. Один из немногих людей на станции, кстати говоря, относящийся ко мне вполне радушно. По-моему ему вообще плевать на то, кто какие погоны носит. – У вас есть решение этого вопроса?

– По крайней мере, его наметки. – Улыбнулся я и повернулся к расстроенной девушке. – Прошу прощения, я не представился. Лейтенант Ким Дрём.

– Арисса Ланг. – Попыталась улыбнуться гостья Ургена. Хрупкая, невысокая изящная девушка с короткой стрижкой, тонкими чертами лица и скупыми, но чёткими движениями, присущими лишь хорошо тренированным людям.

– Ким… давай конкретику, а? – Попросил помощник Старика. – Вежливость и разговоры о погоде это, конечно, замечательно, но у нас тут натуральная запарка. Знаешь, чем помочь, говори!

– Говорю. – Кивнул я. – Проблема же, насколько я понимаю, в том, что у нас нет достаточно больших автономных модулей для размещения, так? А делить компанию детишек на два соседних… не вариант. Так?

– Да. – Коротко кивнул Вельди, выразительно глядя на меня, и  я сократил объяснения до минимума.

– Второй уровень, сектор шесть. По плану там должен находиться медблок уровня, но у нас…

– Погоди-погоди… – Урген прикрыл глаза, явно сверяясь со схемой станции, и через несколько секунд довольно улыбнулся. – Хорошая идея, лейт! Там рядом, буквально в соседнем секторе, вход в медсекцию, так что этот блок можно переоборудовать. Да и работы займут всего часа три. Арисса, скажите спасибо этому парню. Через несколько часов мы обеспечим вашему «детскому саду» пристойные условия. А пока… Ким, может быть, примешь наших гостей в своём блоке? Там места больше, да и детишки гарантировано не потеряются. Да и… у тебя всяко лучше, чем в столовой, где они сейчас расположились! А я сейчас отправлю ботов на переоборудование и, как закончу, сразу сообщу. Идёт?

– Не вопрос. – Вздохнул я. Вот почему я стараюсь пореже пересекаться с Вельди. Любит он нагрузить людей проблемами. Повернувшись к Ариссе, кивнул. – Идёмте, дарра Ланг. Я вас провожу в блок, где вы сможете отдохнуть и привести себя в порядок. А при желании и поесть. Да и для детей там место найдётся.

Девушка поднялась с кресла и, благодарно кивнув Ургену, отправилась следом за мной.

Глава 4. Ради жизни

Серый комбез, конечно, не выдаёт во мне офицера Корпуса, а чтобы прочесть в иденте принадлежность к «глазастым», нужно быть самому из той же когорты… но вот символ Корпуса на дверях, ведущих в мой блок, никто не отменял. А потому плеснувший из-за спины страх не стал для меня неожиданностью. Впрочем, волна эмоций Ариссы, ведущей следом за мной выводок детишек, моментально спала, будто её и не было, что навело меня на интересные мысли.

– Прошу вас, дарра Арисса, не стоит так пугаться. – Проговорил я, когда двери блока открылись, и сделал приглашающий жест рукой. Бледная девушка переглянулась со своей напарницей, Ирмой, которая замыкала шествие разновозрастной «мелочи», и, глубоко вздохнув, велела детям проходить внутрь.  Ирма, высокая худощавая девушка, кажущаяся куда старше Ариссы из-за сурового выражения лица и жёсткого взгляда, шагнула через порог, дождавшись, когда все дети окажутся внутри. Следом за ней на территории Корпуса оказались и мы с заметно нервничающей Ариссой .

– Дарры, свободные комнаты находятся по правую руку от вас. – Указал я. – Устраивайтесь сами, устраивайте детей, а я пока закажу обед для нашей компании.

Настороженные воспитатели, кивнув, принялись разводить детей по комнатам, причём так, чтобы в одной «команде» обязательно была пара детей постарше. Умно. Всё же два куратора вряд ли смогут проконтролировать такое количество ребятни, да ещё и находящейся в разных помещениях, а так… и мелкие под присмотром, и для старших урок.

Я вспомнил свой пансион на Гнозисе и, вздохнув, отправился в кают-компанию, на ходу отдав приказ трём сопровождавшим нашу компанию, нагруженным скудными пожитками моих гостей сервис-ботам следовать за Ариссой и Ирмой.

Обед на добрых полсотни человек стал тяжёлым испытанием для пищевого синтезатора. Всё же по максимальному штату в блоке Корпуса предполагалось проживание не более двух десятков человек, считая возможных гостей. Так что, аппарату пришлось поработать до перегрева. Тем не менее, он справился с задачей не хуже, чем обычно, так что недовольных обедом не было. Но судить об этом мне пришлось лишь по ровно-довольному эмофону, наполнившему кают-компанию по завершении трапезы. И был он сравнительно мощным, что меня немного удивило. Дети же вели себя поразительно тихо. Молча поели, молча поблагодарили и… дисциплинированно разошлись по выделенным комнатам. Вспоминая своё детство и недолгое пребывание в приюте, могу сказать, что это совершенно нетипичное поведение для детей, даже оказавшихся в новой, незнакомой обстановке. Ещё один повод для удивления? Что ж, возможно беседа с кураторами детей поможет мне разобраться и с этой непоняткой.

Сбросив девушкам приглашения к беседе и, мимоходом отметив несуразно развитые для их довольно простых и дешёвых интеллонов пси-модули, я прошёл в кабинет, настраиваясь на долгое ожидание, но… уже через несколько минут морф пискнул, предупреждая о подошедших к двери посетителях. Однако быстро…

Ирма и Арисса уселись в кресла… точнее, «отзеркалили» друг друга в одинаковых позах. «Двойной крест», сжатые кулаки… это будет сложный разговор. Впрочем, а чего ещё стоило ожидать от людей при встрече с представителями «Корпуса»?

Вытянуть двух женщин на разговор оказалось очень непросто. А учитывая, что от их эмоций я старался держаться подальше… впрочем, они и сами их неплохо скрывали, что и навело меня на определённые мысли.

– Как давно вы прошли инициацию? – От этого вопроса обе девушки вдруг сжались, а старательно удерживаемый ими эмоциональный щит просто снесло! Чтоб я еще раз…!!!

Кое-как придя в себя от ударившего по мне страха, я помотал головой и, окинув взглядом замерших в креслах собеседниц, тяжело вздохнул.

– Вот ведь, харг! – Рука сама нашарила один из стаканов, предусмотрительно выставленных мною на сервировочный столик, булькнула туба с синтезированным по «рецепту» Арно виски… Залпом! Тёплая волна прокатилась по пищеводу и ухнула огненным комком в желудок. Почувствовав, что, наконец, отошёл от удара, я встряхнулся. – Фух, девушки… больше так не пугайте, пожалуйста.

– Извините. – Тихо произнесла Арисса, переглянувшись с Ирмой. Я махнул рукой.

– Ничего страшного. Просто постарайтесь держать себя в руках и… поймите простую вещь. Здесь у вас врагов нет. – Максимально открывшись, произнёс я.

Не знаю, что повлияло больше, снятие щитов или просто нервная усталость девушек, но несколько секунд спустя плотину прорвало, и на меня вылился целый поток сведений. В два голоса да с чудовищным эмоциональным напором… я уже зарекался лезть в чувства женщин? Повторюсь. Лучше сдохнуть!

Но историю они поведали весьма занимательную…

Две группы воспитанников закрытого пансиона в сопровождении двух же кураторов-воспитателей были неожиданно отправлены в экскурсионный тур на орбитальную станцию. Разновозрастную компанию из пятидесяти человек… уже интересно. Кто додумался до такого идиотизма? Тем не менее, оспаривать приказ начальника приюта, молодые кураторы, специализирующиеся на пси, не могли и, собрав детей, вот совпадение, всех как один проходивших у них первичное обучение пситехникам, послушно погрузились в пассажирский флаер. Машина оторвалась от земли и, влившись в транспортный поток, понеслась вперёд.

Почти до самого порта всё было спокойно, но когда на горизонте показался шпиль наземного комплекса, рядом вдруг появилась тройка чёрных флаеров с характерными эмблемами моих коллег. Дважды потребовав остановиться, разогнавшие большую часть потока машины открыли огонь по полному детей флаеру. Теоретически одного попадания должно было хватить, чтобы обстрелянный транспорт рухнул на землю в облаке огня и дыма, но он выдержал больше десятка попаданий, после чего водитель флаера приказал своим пассажирам «держаться крепче», и машина, врубив гравипривод, взмыла вверх, уходя в стратосферу и выше. Туда, где ни один флаер летать не может по определению!

Не знаю, какие глаза были у диспетчеров орбитальной станции, когда на одну из посадочных площадок село это недоразумение, но подозреваю, что очень немаленькими. А пилот машины, оказавшийся капитаном всё того же Корпуса, чуть ли не пинками выгнав всю компанию из флаера, придавив детей и их воспитателей пси, потащил их куда-то по техническим переходам станции. В конце концов, они оказались у шлюза, ведущего на борт какого-то корабля, где их принял весьма неразговорчивый экипаж.

Сопротивляться давлению профессиональных псиоператоров компания из детишек с едва пробудившимся пси и двух молодых девушек, чьи познания в этой области едва перевалили базовый уровень, не смогла и послушно выполняла все указания, не задавая вопросов. Последнее, что видела Арисса, когда их принимали на борт корабля, это падение на керамитовый пол стартовой площадки привёзшего их на станцию пилота, и растекающуюся под его головой кровавую лужу. Учитывая, что у шлюза в тот момент было пусто, а оружия в руках встречающих не было вовсе, могу сделать вывод, что бедолага был убит собственным морфом. Побег от коллег не прошёл для него даром.

Прежде чем добраться сюда, компанию юных псиоператоров и их кураторов трижды передавали с борта на борт, пока, в конце концов, четверо суток спустя, когда они оказались на транспорте, идущем к станции «Странник», им не объяснили происходящее. В Федерации объявлена неофициальная охота на псиоператоров, и их компанию просто вытаскивают из той… в общем, девушкам предложили считать происходящее спасательной операцией, во время которой уже погиб человек, пытавшийся увести их из-под носа чистильщиков.

Нельзя сказать, что я так просто поверил в рассказ девушек. Дослушав их историю, я проверил полученные сведения самым простым и доступным способом: через инфоры новостных агентств. Уж гонка флаеров Корпуса по одному из крупнейших транзитных центров Федерации не могла остаться незамеченной… И нашёл лишь одну маленькую скупую заметку, проходящую по теме курьёзов, да ещё под таким наслоением всяческой ерунды, что это не могло не укрепить мои подозрения, до рассказа девушек бывшие слишком уж размытыми. Для их проверки я и сделал служебный запрос в Верхний Информаторий, задав поиск словосочетания «смерть псиоператора». И получил триста шестьдесят семь тысяч ссылок на новостные инфоры, только за последнюю неделю. Многочисленные «несчастные случаи», не менее случайные «самовозгорания» домов, квартир, падения флаеров и «жертвы уличных бандитов»… и всё это под вопли об опасности неприспособленного к гражданской жизни псиактивного контингента и необходимости его социализации. Словно мы дикари какие-то и гибнем от неумения обращаться с бытовой техникой!

Морфу понадобилось несколько минут на то, чтобы сделать статистическую выборку, и результат был удручающим. За эту неделю псиоператоров погибло в три раза больше, чем обычных людей… Это притом, что нас в тысячи раз меньше, чем неодарённых!

Ну а полное отсутствие в статьях и репортажах о гибели псиоператоров перекрёстных ссылок и упоминаний о похожих инцидентах, которыми обычно полны любые новостные блоки, говорит только об одном. Информацию глушат на весьма профессиональном уровне, доступном, разве что, государственным структурам. Точнее, даже не глушат, просто не позволяют тем же новостным инфорам провести сбор статистики и открыть полученные данные. Знакомый почерк. Не надо ничего секретить, зачем? Инфомацию проще разбить и подать так, чтобы никому даже в голову не пришло собрать её воедино. Сообщить на одном краю Федерации, что где-то на обеспеченной и сытой планете одного из центральных миров сдох какой-то «высокопоставленный» военный псиоператор… и внешники только плечами пожмут, мол, туда зажравшейся скотине и дорога. Вывесить на инфоре курортной планеты короткую заметку о гибели пары сотен военных в конфликте у какого-то забытого тёмными звёздами куска льда на периферии Федерации, и никто не почешется. А о том, чтобы задаться вопросом, почему все погибшие были псиактивны, и почему большинство гибнущих псиоператоров состоит из недавних отставных военных, и речи не идёт. Страшно и просто… И ведь самое паршивое, что даже если как-то обнародовать эту информацию, ничего не изменится. Большинство промолчит. Кто из зависти, кто из равнодушия, а кто-то… ну, поднимут вой несколько «правозащитных» организаций о «страшной опасности грозящей псиконтигенту», примут под крылышко тех немногих, действительно сочувствующих, и ещё шустрее пойдёт поддерживаемая этими «правозащитниками» программа социализации, превращающая нашего брата в бесправного раба. И всё.

Вот так… ларчик просто открывался. Похоже, девушкам не соврали, и Федерация… или некие силы в ней действительно решили форсировать процесс уничтожения неподконтрольных псиоператоров, отказываясь от тех, кого взращивали сотни лет. Точнее, низвести их… нас… до ранга ручных животных. Отсюда, кстати, и все эти программы «социализации и переориентации активного псиконтингента на мирную жизнь» при полном умолчании вопроса о соответствующем уравнивании «социализированных» псиоператоров в правах с обычными гражданами. Животным права не нужны, верно?

И почему же меня так коробит при одной мысли о причастности Корпуса к этому…. беспределу?

В ответ на просьбу Ирма скинула мне короткую запись со своего интеллона, на которой оказался запечатлён их похититель. Всего несколько секунд мельтешения, но мне хватило… Вечная память тебе, такт-капитан Сезар Арно.

Я с трудом представляю, какой силой воли нужно обладать, чтобы сделать то, что совершил этот человек. Умыкнуть из-под носа пятьдесят приговорённых к смерти, точно зная, что уйти от наказания самому не удастся… наплевать на последствия и выиграть… пусть даже ценой собственной жизни. Это… у меня нет слов.

Молча поднявшись с кресла, провожаемый растерянными взглядами собеседниц, я плеснул в три стакана виски и, не дожидаясь пока девушки сообразят, чего я от них хочу, залпом опрокинул содержимое одного бокала себе в глотку. Пусть тебя примут тёмные звёзды, ка… Сезар!

Ирма поняла первой. Тихо звякнул о крышку стола бокал, её примеру последовала Арисса.

– Он спас. – Проговорил я. – Вас от смерти, а ваших воспитанников… скорее всего, от постановки ментальных закладок и принудительной «социализации». Их ещё не приглашали на какие-нибудь тесты, скажем, в управление образования?

– Нет. – Вздохнула Арисса. – Вроде на следующий год что-то такое планируется… Но это только слухи.

– Повезло. – Констатировал я. Девушки переглянулись, и Ирма не выдержала первой, вежливо, но непреклонно потребовав объяснений. Что ж, хотели? Получат.

Рассказ получился довольно коротким, но ёмким. А на единственный вопрос девушек о месте, где они оказались, я ответил так, как думал. Подсказку для этого ответа мне дал поступок Сезара, а подтверждение своим мыслям я только что получил от Старика, подключившегося к нашей беседе, едва я скинул ему сообщение с новостью о смерти Арно.

– Здесь собираются родственники одарённых. Те, на кого должен был прийтись следующий удар системы. – Вздохнув, проговорил я.

– А… сами одарённые? – После небольшой паузы спросила Арисса. Я пожал плечами.

– Кто-то, лишённый соответствующих ментальных закладок, очевидно, будет прятаться самостоятельно, отвлекая охотников на себя. Те же, кто не свободен в своих действиях, будут продолжать службу. До конца… Может быть, им повезёт, и они закончат её, как знакомый вам такт-капитан Арно. А может быть, попадут под программу «социализации»… В любом случае их родственники, псиактивные они или нет, будут в безопасности.

Честно говоря, это не мои слова, я лишь повторил то, что сказал мне по этому поводу оставшийся на связи Борье. «Не будешь же ты мямлить, словно поплывший на экзамене неудачник? А авторитет надо поддерживать…» Тоже его слова. Надеюсь только, что это не очковтирательство. Иначе, случись что с девушками или их воспитанниками, и мне останется только зарезаться своим псевдоножом. Но честное слово, перед этим я постараюсь отправить Старика на тот свет. Чтоб другим врать неповадно было!

– А если среди них найдётся предатель? – Спросила Ирма.

– Не вариант. Слишком узок круг посвящённых. – Покачал я головой. Сам я такой уверенности не испытывал, но сейчас у меня задача успокоить сидящих напротив женщин… а со своими сомнениями управлюсь как-нибудь позже.

На обсуждение дальнейшей жизни «приютской команды» у нас ушло почти два часа, зато к моменту завершения разговора девушки выглядели куда увереннее и спокойнее, чем в начале нашей встречи. И это хорошо… А потом мне пришло сообщение от Вельди, и мы отправились осматривать результаты переоборудования бывшего медблока в жилой комплекс на пятьдесят человек.

По пути к новому месту жительства юных псиоператоров я отправил запрос интендантам на представление нашему «детскому саду» малого синтезатора. Всё же стремительное бегство, которым обернулась экскурсия, не предусматривало для них возможности прихватить и без того небогатые пожитки, а всё, чем они успели обзавестись за время короткого путешествия, уместилось на трёх малых сервис-ботах, которые в принципе не могут похвастаться хоть какой-то грузоподъёмностью. В общем, и девушки, и их подопечные нуждались в вещах. От верхней одежды и обуви до нижнего белья и предметов гигиены. Попытку хранителей богатств станции сберечь вверенное им имущество я пресёк сброшенным на интеллон дежурного кладовщика приказом Старика. Так что, когда мы вошли в просторный жилой модуль, созданный на месте медблока инженерными ботами Ургена Вельди, в будущем общем зале уже стоял малый производственный дроид, готовый немедленно приступить к созданию в модуле любой необходимой мебели по заказу клиента, а в углу притулился техсинтезатор с огромным вещевым каталогом. Подобные устройства используются спасателями при ликвидации последствий катастроф для обеспечения пострадавших предметами первой необходимости… и не только. В общем, ни одежда, ни игрушки для этого синтезатора не проблема, а о всяких мелочах можно и вовсе промолчать.

Глава 5. Муравейник живёт

– Ну, что скажешь, дар Клод? – Поинтересовался страт-полковник, когда Борье озвучил причины своего внеочередного «звонка» и поделился новостями о прибытии «детского сада» и разговора Дрёма с воспитателями.

– А что я могу сказать? Даже если бы не сегодняшний случай, он бы и сам вскоре разобрался в происходящем. – Пожал плечами Борье в ответ на вопрос собеседника.

– В этом я даже не сомневаюсь. – Хмыкнул тот. – Я спрашивал о другом. Как он себя повёл?

– Хорошо повёл. Правильно.

– Дар Клод, из тебя ответы клещами тянуть надо? – Осведомился собеседник гард-полковника.

– Дар Септим, не морочь мне голову. Вот запись его разговора, и разбирайся сам с вопросами, которые не можешь задать внятно и чётко.

– Солдафон.

– Интриган.

Полковники одновременно фыркнули… правда, совершенно невесело. Иллюстрация той судьбы, что ожидает большинство военнослужащих псиоператоров, как-то не располагала к безудержному веселью.

Просмотрев запись беседы, переданную ему гард-полковником, Зейд нахмурился.

– Значит, Сезар мёртв? – Спросил он.

– Да. – Коротко кивнул Старик.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Мат опустить? – Оскалился Старик. Зейд пожал плечами. – Тогда я промолчу.

– А если серьезно? – Спросил его собеседник после небольшой паузы.

– Я серьёзен, как пастор у свежей могилы. – Ответил Борье, стирая с лица злую ухмылку. – Смерть Арно совершенно не входила в мои планы. А отправка его на спасательную операцию иного итога не предусматривала. При любом раскладе дело кончилось бы его гибелью. Не от закладок, так по мастеркоду. А ведь этого можно было избежать, отправив вместо офицера Корпуса флотских или планетарников. Это ж только вашему брату закладки в мозги вворачивают! Короче говоря, случившееся либо просчёт эвакуаторов, либо… – Договаривать Борье не стал. Идея о том, что кто-то из участников проекта решил таким образом «сдать» заговорщиков, ему претила.

– Может, кто-то из эвакуаторов решил, что потеря одного человека в данной ситуации оправдана? – Медленно проговорил Зейд. – Или просто иных вариантов в том случае не было?

– Именно так всё и выглядит. – Кивнул Старик. – Вообще я далёк от мысли о предательстве. Всех эвакуаторов я знаю лично, и сомнений в их лояльности у меня нет. Зато есть подозрение, что принятое решение было обусловлено обычным недоверием к офицеру Корпуса, уж извини, дар Септим, но ты и сам знаешь, как относятся к Корпусу военные. Вполне возможно, что эта неприязнь вылезла и тут. Дескать, справится – хорошо, а нет, так туда ему и дорога…

В ответ страт-полковник только плечами пожал. Мол, ничего странного, привык.

– Считаешь, решение было ошибочным? – Осведомился Зейд, прервав молчание.

– Разумеется! – Воскликнул Старик. – Даже если, фактически, иного выхода в той ситуации не было, отправка Арно и его смерть были неприемлемы. Гибель офицера Корпуса в насквозь мирной обстановке… тебе ли объяснять, чем это грозит?

– Следовательской группой Корпуса. – Кивнул страт-полковник и, помолчав, добавил. – Как бы в секторе не решили устроить проверку нашему лейту.

– Это не единственное, чего я опасаюсь. – Кивнул Борье. – Рассматривая версии случившегося, следователи наверняка сунутся на последнее место службы такт-капитана, то есть придут ко мне в гости.

– Возможно. Вполне возможно. А тут его преемник. Могут копнуть. Неглубоко… всё же они были знакомы чуть больше декады. – Согласился страт-полковник. – Надо будет дать кое-какие инструкции Дрёму, чтобы он не спалился.

– Да какая разница, глубоко они будут копать или нет?! На твоём лейте, между прочим, свет клином не сошёлся! – Вспылил Борье. –Нам хватит и одного визита проверяющих из Корпуса, чтобы все планы пошли коту под хвост. Или ты думаешь, они не заинтересуются происходящим на базе?

– Не шуми, дар Клод. – Невозмутимо кивнул Зейд. – Да, могут. И заинтересуются. Но… я что, просто так тебе лучшего выпускника-орма отдал?

– Всучил, скорее. – Вздохнул Старик. – Если бы не эта «удача», Сезар продолжил бы службу здесь, глядишь, и нынешних проблем не было бы.

– Не было бы этих, были бы другие. – Пожал плечами Зейд и нахмурился. – Дар Клод, я хочу напомнить, мы не в игрушки играем. На кону судьбы без малого двух сотен тысяч доверившихся нам людей. Мне тоже не нравится, что эвакуаторы допустили ошибку, но это не значит, что мы должны заламывать руки и истерить о несбывшемся. Нужно принять к сведению случившееся и идти дальше. Работать! Думаешь, Арно не понимал, чем закончится порученная ему операция? Прекрасно понимал, но выполнил долг… разменяв свою и без того подходящую к концу жизнь на жизни пятидесяти человек. При других раскладах эти дети сейчас уже сидели бы в карантине в ожидании «социализации». Разве не так?

– Так, дар Септим. Так. – Старик откинулся на спинку кресла. – А теперь я сижу на «Страннике» и жду следователей Корпуса, которые приедут сюда для допроса персонала базы. Как думаешь, сколько времени им понадобится, чтобы посчитать присутствующих на станции? О перестройке её конструкций я и вовсе молчу. Так что ты там говорил об ответственности за жизни доверившихся нам людей? Один против пятидесяти или пятьдесят против двухсот тысяч? Как я скрою от следователей происходящее на базе, ответь?

– Повторю, дар Клод. Я что, зря отдал тебе лучшего орма своего выпуска? Поставь ему задачу, и он даже тебя сможет убедить в том, что станция только что прошла расконсервацию, и никого кроме перегонного экипажа на ней нет.

– Ты так в нём уверен?

– А почему нет? На полевой практике в одном из внешних секторов ему удалось убедить орбитальную крепость пиратов со всеми её обитателями в том, что база подверглась атаке крейсерской группы Четвёртого флота. В результате два эсминца перещёлкали десяток лоханок с удирающими главарями, словно мишени в тире. А всего-то и надо было, что подменить данные с сенсорных блоков… всех сенсорных блоков систем наблюдения и контроля.

– Человек не СПИБ, ему ложные данные не подсунешь. – Прищурился гард-полковник, на что Зейд хищно улыбнулся.

– Это мне будет рассказывать псиоператор, от которого мастера Вероятностей шарахаются? – Осведомился глава учебного центра. Борье на миг отвёл взгляд, но тут же спохватился.

– Не морочь мне голову, дар Септим!

– И не думаю. Если лейт возьмёт на себя техническую часть задачи, а ты обеспечишь «пустую» зону внимания, останется только самый минимум: не дать гостям сорваться с «поводков».

– Нет, ты серьёзно? – Удивлённо протянул Старик. Страт-полковник только вздохнул. Обычно невозмутимое выражение его лица на миг сменилось усталым видом лектора, вынужденного по сотому разу читать одну и ту же тему.

– Абсолютно. Технику он обманет без проблем. Организовать пустой эмофон, не должно стать проблемой для тебя… на случай, если среди «свояков» найдутся псиоператоры, в чём я, честно говоря, сомневаюсь. Лимит доверия нашему брату исчерпан более чем полностью. Ну, а лазить по переходам незнакомой станции без «поводка» не станет ни один пустотник… если он не археолог, конечно… или не тупой планетник, но таких среди сотрудников Корпуса нет в принципе.

– Как же всё просто на войне. – Вздохнул гард-полковник.

– А у нас, что… не война? – Прищурился его коллега. Борье, чуть подумав, кивнул.

– Война, да не та. – Медленно проговорил он.

– Ну уж, извините, дар гард-полковник. Чем богаты, тем и рады. – Развёл руками Зейд и вновь посерьёзнел. – Дар Клод, есть ещё один вариант на случай непредвиденных осложнений со следователями.

– Какой? – Спросил тот.

– Можно дать им ложный след. – Проговорил страт-полковник и, заметив неподдельный интерес собеседника, пустился в объяснения.

– Корпус. – Выплюнул Старик, дослушав Зейда. Тот кивнул.

– Как я и говорил, мы не в игрушки играем, дар Клод. – Хмуро глядя на гард-полковника, произнёс глава учебного центра Корпуса.

– Не надо повторов, дар Септим. – Махнул рукой Борье. – Скажу честно, эта идея мне не по нраву. Но ожидать чего-то иного от вашей структуры всё равно не приходится.

– Кто-то должен делать такую работу, дар Клод. – В голосе Зейда проскользнули нотки недовольства, но он их тут же задавил. – И кто виноват, что большинство боится запачкать руки?

– Это бессмысленный спор, дар полковник. – Холодно проговорил Борье.

– Пусть так. – Не стал спорить его собеседник. – Но в случае…

– Да чёрт с тобой, Септим! – Рыкнул Старик. – Согласен. Но лишь при самом дурном повороте дела.

– Это верное решение, дар Клод. – После небольшой паузы проговорил Зейд. – Я понимаю, что тебе такой подход не по нраву, но…

– Иди к чёрту, а? – Скривился гард-полковник. Собеседник пожал плечами.

– Всего хорошего, дар Клод.

– Тебя туда же. – Произнёс Старик, и изображение страт-полковника, маячившее перед его внутренним взором, исчезло, оставив после себя лишь лёгкое чувство усталости от долгого и довольно напряжённого разговора.

Покрутив головой до хруста в шейных позвонках, гард-полковник Клод Борье поднялся с кресла и, сделав шаг в сторону от рабочего стола, застыл у голографического сфероида карты Федерации. Пальцы привычно коснулись контактного поля, и голопроекция шара из сотен тысяч звёздных систем закрутилась вокруг вертикальной оси. Совсем как древний глобус в доме его давно умершего деда. «Чучело Земли», именно так старик именовал водружённый на стальную подставку пластолитовый шар метрового диаметра, по семейному преданию когда-то вывезенный с полулегендарной прародины человечества. Будучи мальчишкой, Клод любил рассматривать выгравированную на блестящей поверхности крутящегося шара карту. Хитро изрезанные береговые линии, морщины горных хребтов, трещины речных русел и точки городов, подписанные старыми разноязыкими названиями… пунктиры границ древних государств.

Кто бы мог подумать, что когда-то человечество ютилось на одной единственной планете и притом умудрялось делиться на отдельные страны. Дед усмехался и говорил, что ничего не меняется. Он не верил. Ведь со времён Начала прошло не одно тысячелетие! Зря. Сейчас, прожив почти две сотни лет, имея за спиной десяток войн и сотни побед и поражений, выросший и постаревший Клод Борье мог с уверенностью сказать, что его дед был прав. Идут века, а человечество не меняется. И какая разница, носит человек на поясе меч, примитивный телефон, игольник… или таскает в своей голове вычислительный центр, за обладание которым открывшие эпоху Начала учёные продали бы всю Терру с потрохами? Жизнь остаётся прежней. Деньги и власть для сотен, пот и кровь для миллиардов. И смерть неугодным во все времена.

Тряхнув головой, Борье отвернулся от голопроекции и, на миг прикрыв глаза, резко выдохнул.

– Спать. А то уже всякий бред в голову лезет. – Пробормотав это, гард-полковник погасил свет в кабинете и скрылся за дверью, ведущей в личные апартаменты.

Старик вызвал меня к себе на следующий день после нашего разговора с Ариссой и Ирмой. И если до сих пор у меня ещё оставались какие-то надежды на то, что история с давлением на псиоператоров, не более чем череда совпадений или дезинформация… хм, или простое объяснение для людей, подобных кураторам прибывшего на станцию «детского сада», то после беседы с гард-полковником эта надежда приказала долго жить. Подборка доказательств у Старика оказалась не только огромной, но и, практически, пластобетонной с керамитовым напылением. Факты, факты, факты… на разбор полученной информации ушло больше восьми часов субъективного времени при полном напряжении всех возможностей морфа.

Самое паршивое, что политика уничтожения псиоператоров началась не сегодня и была вовсе не сиюминутным решением, о чём говорит и давность создания международного общества «Пси», ратующего за так называемую социализацию псиоператоров, и статистика оказавшихся на «вечном» гражданском контракте псиактивных отставников, согласно которой количество угодивших в рабство псиоператоров зеркально отражает их процентное соотношение с обычными гражданами, проходящими действительную службу в армии, флоте и других военизированных структурах Федерации… И даже тот факт, что вот уже десять лет, как по указанию Зейда из личных дел курсантов исчез пункт об уровне псиактивности, лёг дополнительным кирпичиком в здание доказательств, представленных Стариком. А их, «кирпичиков» этих, было куда больше, чем я перечислил.

Закон об ограничении прав псиконтингента, направленный на «обуздание» поначалу нередко срывавшихся с резьбы первых псиоператоров и предусматривающий для них равные права с гражданами Федерации только в том случае, если псиоператоры находятся на действительной службе, был принят харг знает когда, на самой заре эпохи «пси». Но здесь он сыграл на руку тем силам, что решили уничтожить беспокойный псиконтингент. Под идею «социализации» была подведена солидная база. Дескать, предки видели опасность «этих существ», но не имели возможность ограничить их агрессивность. Хотя реально наука не стоит на месте и за сотни лет нашла вполне эффективные способы «обуздания» таких как я.

В Корпусе, например, уже лет пятьдесят используют ментальные закладки на верность службе и на запрет применения пситехник к неодарённым, если того не требует служебная необходимость. Среди военных… ну, тут достаточно вспомнить форму обучения тех же иф-офицеров. Минимальный набор умений в зубы и вперёд. Тем же джошам, от природы неспособным к оперированию пси без технических костылей, хватало и простейших приёмов, чтобы сливать псиактивному противнику одно сражение за другим.

Но всех этих ограничений кому-то показалось мало… и «псиконтингент», на который ещё сто лет назад возлагались огромные надежды, решили вырезать под корень. Тех, что находятся на службе, уничтожат физически или выпрут под любым предлогом на гражданку, чтобы подвести под «социализацию» вместе с цивильными псиоператорами, после которой все они станут радостно улыбающимися существами с уровнем развития пятилетнего ребёнка, способными лишь на одну заложенную ментальной программой функцию – активировать пси-модули на заводах-производителях. Впрочем, вру. Ещё у них останутся способности к  размножению. Незавидная судьба…

Интересно, что ментальные закладки и программы по-настоящему эффективны только в применении к псиоператорам, причём активным или потенциальным, не суть важно. Но, вот незадача: обеспечить лояльность обычного человека ментальными закладками невозможно. Максимум через полгода после установки она слетит, и хорошо, если человек останется в здравом уме. Если бы не эти «мелочи», население Федерации давно было бы зомбировано властями либо корпорациями. Роботами ведь управлять куда проще, не так ли? А вот псиоператоры… нам в этом плане не повезло, если уж ментальные закладки установлены, изъять их без потерь для носителя невозможно. Обратная сторона могущества, так сказать.

На фоне этих новостей информация о следственной группе Корпуса, наверняка отправленной для расследования смерти Арно, и о возможном визите её представителя на станцию выглядела ерундой. Впрочем, это не повод расслабляться…

Глава 6. Кто там кодит…

– Но ведь это дикость! – Констатировал я, прочитав и прослушав всё, что предоставил мне Старик. Борье усмехнулся.

– Разумеется. С точки зрения офицера Корпуса, любого военного или даже просто сознательного гражданина Федерации, проект уничтожения «псиконтингента» назвать иначе, как предательством, невозможно. – Согласился гард-полковник. – Но если взглянуть на ситуацию под другим углом… Суди сам. Эффективность работы дознавателей того же Корпуса в несколько раз выше, чем у обычных следователей, но вот их цели… скажем так, фигуранты дел Корпуса отнюдь не в подворотнях пьяных грабят. Корпорации, чиновники… они, знаешь ли, не очень рады, когда им ставят палки в колёса. А ведь есть ещё и сообщество псиактивных. Постоянно набирающая вес неофициальная структура, поддерживающая псиоператоров и абсолютно закрытая для иных граждан… Конечно, в масштабах Федерации она невелика, но если сравнивать её с карманными партиями тех же корпорантов, перевес будет не в их пользу. Да, сообщество не заинтересовано в политике, но это знаем мы, а вот власти не могут не подозревать иного. Кстати, именно публичные политики занимают большинство должностей в созданном ими обществе «Пси». Созданном, замечу, в противовес нашему сообществу. В общем, «личных» врагов у псиоператоров хватает. И их неприязнь запросто перевешивает любые государственные интересы. Ну, а кроме того, есть джоши, с которыми у нас в последнее время мир и дружба. Вот кому любой псиоператор, как кость в горле. И я убеждён, что без шаловливых ручек чёртовых зубастиков тут дело не обошлось.

С последним я не мог не согласиться. Джоши, от природы неспособные оперировать пси без технических приспособлений, просто терпеть не могут псиактивных людей, ведь им дано то, чего сами… «зубастики», по меткому определению гард-полковника, лишены напрочь.

– Почему вы не начали работать с Зейдом раньше? – Спросил я, «переварив» ответ Старика.

– А смысл? – Пожал плечами гард-полковник. – Наша задача – спасти близких нам людей. Именно поэтому даже в ситуации со смертью Сезара я не склонен подозревать чьё-то предательство. Ведь в этом случае члены семьи предателя также оказываются под ударом. В случае же с учебным центром Корпуса… да и с Корпусом вообще… Большинство его офицеров – сироты, кому и знать об этом, как не тебе? А процент обзаведшихся семьёй среди вашего брата стремится к нулю. Закладки на верность службе очевидно так влияют… К тому же найти среди офицеров человека, подобного тебе, Сезару или Зейду, почти невозможно. Скорее мы провалили бы весь проект, чем смогли наладить взаимодействие.

– Понятно. Вот, кстати… – Заметил я. – Ну, со мной понятно, закладки снесены напрочь, и беспокоиться о невольном предательстве вам не приходится. А такт-капитан и страт-полковник?

– Во-первых, Арно был свято убеждён, что его действия не только не несут вреда службе, но и направлены на её благо. Он видел в происходящем происки джошей, с которыми сражался полжизни. Для него, зубастики – враги. Были, есть и будут. Издержки ментальных закладок времён войны. И как объяснил дар Септим, только эта уверенность да тот факт, что официально никакого приказа об уничтожении или противодействии псиоператорам по Корпусу отдано не было, позволили ему действовать вопреки системе.

– А Зейд откуда… – Начал было я, но был перебит Стариком.

– А страт-полковник Зейд… как думаешь, кто может знать все особенности системы ментальных корректировок, применяемых Корпусом, лучше, чем человек, создавший эту самую систему? – Усмехнулся Борье. Я на миг завис. Нет, все курсанты знали, что глава учебки находится на своей должности больше полувека, но то, что он стоял у самых истоков центра и создавал систему обучения и контроля… я слышу впервые. Что ж, тогда становится понятной и та лёгкость, с которой Зейд провернул всю мою «историю».

– Интересно… – Протянул я. – Получается, раз нет официального приказа…

– Именно так. И не будет. Никто не станет официально подтверждать подобную грязь собственной подписью. Просто, чтобы не рисковать. – Кивнул гард-полковник и, выдержав паузу, произнёс – Ким, до сих пор ты действовал по приказу либо исходя из собственной необходимости. Но сейчас я хочу задать тебе один вопрос, от которого будет зависеть ход нашего дальнейшего сотрудничества.

– В смысле, будет ли оно вообще, или утилизатор переработает сегодня на восемьдесят килограммов органики больше, чем обычно? – Усмехнулся я. Старик хмыкнул.

– Ну, не всё так страшно. Скорее, речь пойдёт о границах доверия в нашей совместной работе. Ты понимаешь, о чём я, не так ли?

– Понимаю. Но у меня всё равно нет выбора. – Кивнул я. И правда, логика событий в свете сказанного мне сегодня такова, что вариантов почти нет. Либо идти вместе с псиоператорами, спасающимися от давления Федерации, либо… ждать, пока она и меня не раздавит. Я поднял взгляд на молча ждущего моего решения Борье и резко кивнул. – Я с вами.

– Вот и замечательно. – Улыбнулся Старик, и я только сейчас ощутил, как спало давление его пси. Словно из-под воды вынырнул.

– Но это не значит, что я собираюсь отказываться от обещанной платы. – Проговорил я под смешок гард-полковника.

– И не думал ни о чём подобном. – Развёл он руками и подмигнул. – Хотя могу честно сказать, там, куда мы отправимся, эти деньги тебе не пригодятся.

– Пугаете. – Хмыкнул я.

– Чистая правда. – Возмутился гард-полковник. – Адрес, сам понимаешь, назвать не могу, но уж поверь моему слову, креды Федерации в тех местах не в чести.

– И как быть? – Расстроился я. Не то чтобы мне уж так они были нужны, но… сам принцип!

– Зейд был прав. Тебе нужно было в интенданты идти. – Проговорил гард-полковник, покачав головой. – Доля в станции тебя устроит?

– Какая доля?! – Изумился я.

– Двойная от той, что будет причитаться каждому совершеннолетнему обитателю «Странника» по прибытии на место. – Невозмутимо произнёс Старик, явно наслаждаясь моим обалделым видом.

– Станция будет продана? – Кое-как придя в себя, спросил я.

– Нет. Но если кто-то захочет покинуть «Странника», его доля может быть выкуплена командованием станции или другими совладельцами. Естественно, в действующей валюте или, так сказать, в натуре, то есть имеющимся на складах оборудованием эквивалентной стоимости.

– Десять долей!

– Не наглей, лейт. У командиров секций по пять! – Возмутился Старик.

– Девять? – Вздохнул я. – Чем Корпус не секция? А я в ней один тружусь, без помощников!

– Пять и ни долей больше.

– Восемь. Я же еще и в безах числюсь…

– Ле-ейт! Не зли меня. Шесть долей. Последнее слово.

– С половиной. – Предложил я.

– Доли не делятся.

– Возьму техникой, как там… «эквивалентной стоимости».

– Чёрт с тобой. Но список доступного оборудования я ограничу, так и знай. – Старик со вздохом махнул рукой и резко посерьёзнел. – Ладно, лейт. Договор я пришлю тебе сегодня вечером, но это всё дело будущего, а сейчас давай поговорим о ближайших перспективах и текущих проблемах. Дар Септим сказал, что ты каким-то образом можешь помочь скрыть всё, что мы здесь натворили, от внимательных глаз своих коллег, которые вот-вот нагрянут к нам в гости с вопросами о Сезаре. Не представляю, как, но… Зейд говорил, что нечто подобное ты уже однажды сделал.

Я невольно покосился на один из значков на груди и вздохнул.

– Было дело.

– Рассказывай. – Потребовал гард-полковник. Что ж, почему бы и нет? Гриф секретности? Да ну его к харгу в пасть…

Полевая практика после третьего курса учебки предусматривала боевое применение полученных навыков. Мне, как будущему орму, выдали предписание, согласно которому я был прикомандирован к тяжёлому дальнему рейдеру «Омнис», после очередного ремонта возвращающемуся в строй. Впрочем, на базе флота в одном из внешних секторов Федерации, к которой приписан этот самый рейдер, мы пробыли недолго. И уже через пять дней после прибытия адмирал Гевден отправил нас куда подальше… в смысле, в поход. Это был обычный выход по дальним системам с целью демонстрации флага, ну и чтобы пираты не особо наглели. Вот после прыжка в одну из «пустых» систем мы и нарвались. Точнее, нарвался как раз пират, потрошивший какого-то слишком экономного или просто неудачливого «купца». Заметив наш рейдер, затейник попытался бежать, и капитан ему это позволил, хотя «Омнис» мог бы достать это раздолбанное древнее корыто, даже если бы шёл на одном двигателе. Но капитану Джарвису захотелось чего-нибудь посолиднее, чем очередной «крестик за сбитый» на борту рейдера который всё равно никто не увидит, кроме технарей в ремдоке. И мы с Горином были отправлены проследить за удирающим пиратом. Задача простая: неслышно прокрасться следом, вскрыть местонахождение возможной базы и сообщить о нём на рейдер. Не проблема.

Проследил и вскрыл. Кто же знал, что этой базой окажется не что-нибудь, а не менее древняя, чем корабль преследуемых пиратов, орбитальная крепость? Взять такую силами одного, пусть даже тяжёлого рейдера и думать нечего. Но Джарвис закусил удила, что бы это ни значило, и вместо того, чтобы отозвать нас с Горином, потребовал выкурить пиратов с базы. «Подумай, попробуй… если не выйдет, смоешься». Фактически, меня взяли на слабо. Понимать я это понимал, но отказаться не смог. Всё казалось, что если не справлюсь, то до конца практики буду ходить как оплёванный. О том, что будут говорить о неумелом орме офицеры рейдера, и что они наплетут на базе, и помыслить было страшно. В общем, стал думать думу… и надумал.

Скрытно подойти к крепости было нетрудно. Всё-таки это действительно очень старая база, и как её ни модернизируй, некоторые вещи просто невозможно улучшить настолько, чтобы они смогли на равных противостоять современным системам. А дальше было просто. Два десятка разведботов на корпус, и вперёд на поиски. Через сутки системы СПИБ крепости передавали только то, что я им прикажу. Так что, когда на интеллект-комплексы базы поступила информация о приближении крейсерской группы, способной разнести старую крепость на атомы, пираты задали стрекача. Ну а едва их корабли оказывались вне зоны поражения со станции, они тут же получали в борт залп от подошедшего «Омниса». Я бы может и заморачиваться не стал, и уничтожил их сам, но орудийный комплекс оказался единственной частью базы, управляемой автономно и чуть ли не в ручном режиме. Так что, если со СПИБ и системами связи я справился сам, то бить разлетающихся в Пустоте пиратов пришлось «Омнису».

Рассказ не занял много времени, так что спустя десять минут, Старик уже начал задавать вопросы, основным из которых стал…

– С кораблём следователей сможешь провернуть то же самое?

– Не скажу, что это будет просто, но… сделаю. Только этого будет мало. Если вы и в самом деле хотите скрыть изменения, происшедшие на «Страннике», нужно будет озаботиться тем, чтобы заглушить эмофон станции и обеспечить пустые маршруты следования для гостей, чтобы они не наткнулись случайно на следы перепланировки и реконструкций. О людях, живущих здесь, я уже не упоминаю.

– Всё, как говорил Септим. – Пробормотал Старик. – Ладно, с маршрутами и «поводками» для гостей проблем не будет, это просто. А вот с эмофоном, боюсь, так легко не получится. Я, конечно, понимаю вашу с Зейдом веру в моё могущество, сам, бывает, себя пугаюсь. Но поддерживать чистый фон на таком объекте, как наша станция, сколько-нибудь долго я не смогу. Это выше моих сил.

– И не надо. – Пожал я плечами. – Дайте указание интендантам. Для обеспечения необходимого уровня эмофона мне понадобятся пара тысяч псимодулей третьего порядка и двое суток на расчёт карты их установки. Обещаю, после их активации эмофон будет чист, словно Пустота вокруг нас. Гарантирую.

– Это радует. – Кивнул Борье, и на мой морф упало сообщение с приказом для интендантов. – Приступай, лейт. Времени у нас мало.

И началась работа, ради которой мне пришлось забросить все остальные дела. От дежурства у безов, чем Тоуд был несказанно рад, до систематизации данных по прибывающим обитателям станции.

Сначала я обновил базы данных Горина, касающиеся корабельных и системных интеллект-кластеров и комплексов, благо доступа к инфорам Корпуса меня никто не лишал и вопросов по теме: «а зачем тебе на станции такое нужно», задавать никто не собирался. Скорее наоборот. Не удивлюсь, если в моём личном деле, что хранится в секторальном управлении, появилась отметка о «высоком уровне профессиональной мотивации, подтверждаемом изысканиями и наработками по основной учётной специальности». А то, что уточнённые сведения легли в основу прикладного программного комплекса для разведботов типа «Взломщик», это уже мелочи, честное слово.

Затем я занялся обещанной очисткой эмофона. Интенданты смотрели на меня зверями, но предоставили необходимое оборудование. Сориентировавшись по предоставленной Стариком карте маршрутов для будущих гостей, я снарядил на дело две сотни инженерных ботов из «своей» строительной бригады и, распределив между ними объём работ, отправил их устанавливать несколько модернизированные модули в неприметных и труднодоступных местах по всем возможным маршрутам следования моих коллег.

На третьи сутки и эта работа была завершена, а я неожиданно получил возможность увидеть лица практически всех псиоператоров станции. Коридоры будущих маршрутов офицеров Корпуса манили их, как валерьянка котов. В любое время суток здесь можно было увидеть прохаживающихся с блаженными лицами, отдыхающих от мощного эмоционального фона основных объёмов станции, людей. Кстати, надо бы посоветовать Старику создать на базе несколько таких «пустых» рекреационных зон, в целях уменьшения стрессов среди псиоператоров.

Эта мысль пришла мне в голову как раз в тот момент, когда интеллект-комплекс Горина закончил работу по фиксации всех псиоператоров базы. По крайней мере, вот уже сутки как среди постоянных посетителей «пустых» маршрутов не появляются новые лица.

И не появятся, по крайней мере, в ближайшее время. Это я понял спустя несколько секунд, получив сообщение об обнаружении некоего корабля в зоне внимания одного из инфополей.

Сброс данных Старику, и мгновенный ответ – корабль не относится к верифицированным. Одним словом, чужак!

Взревели баззеры, предупреждая обитателей станции о включении протокола «Гроза», но я этого уже не слышал. От звуков меня надёжно отсёк люк Горина. Освещение стартовой площадки полыхнуло алым светом, диспетчер с НП дал минутную готовность, а стоило мне с удобством устроиться в кресле, как модуль, повинуясь приказу, легко оторвался от керамитового покрытия и, прорвав плёнку щита, нырнул в Пустоту.

На этот раз со мной не было эскорта «Умб», нечего им сейчас тут делать. Горин взял разгон… восемь секунд, и внутрисистемный прыжок понёс нас навстречу гостям.

Затормозили мы за пределами обнаружения любой сенсорной системы. Ещё не хватало, чтобы гости «поймали» возмущения от прыгнувшего модуля! Но то, что они не видят нас, не значит, что мы не видим их. Инфополе работает и послушно передаёт всю необходимую информацию о госте. Итак… кто к нам пожаловал?

СКМ Корпус Сервус, тип «Прокуратор»… это точно не транспортник. Скоростной курьер с возможностью планетарного взлёта-посадки. Четыре средних гравиорудия, экипаж восемнадцать человек, продвинутая СПИБ… что ж, сравним их защиту, с той что была в крепости пиратов. Горин, работаем.

Глава 7. Слава, она такая… неоднозначная

Зная, что нужно сделать, имея понятие о том, как это сделать, и обладая всем необходимым инструментом для работы, вопросов вида, «почему не получилось» и «сколько займёт времени переделка», появиться не должно. А если они появляются, значит, работу делал не профессионал.

Я могу гордиться собой, поскольку переделывать ничего не пришлось, а значит, сомнения в моём непрофессионализме, если они у кого-то вдруг возникнут, беспочвенны. Десяток разведботов, слишком мелких для СПИБ «Прокуратора», с лёгкостью вскрыли его системы защиты и принялись «гнать дезу» в  полном соответствии с планом. Так что, когда СКМ[18] завис над стартовой площадкой, его интеллект-комплекс, экипаж и пассажиры были абсолютно уверены, что они находятся на мобилизационной базе КС ФН №4612-2209-12/А. И разубеждать их в этом, естественно, никто не собирался.

Именно поэтому встречающих было только двое. Тех-капитан Алекс Роун и такт-лейтенант Корпус Сервус Ким Дрём. Ну, правда, не Старика же было сюда гнать. Пожалуй, от его свиты у прибывших следователей и заикание случиться может…

Впрочем, никакого недовольства отсутствием начальника базы среди встречающих следователи не выказали. Два молодых лощёных субъекта с характерными значками «вышки» на погонах, то есть выпускники центра, прошедшие курс повышения квалификации в столице, они довольно сухо поприветствовали нас и, дождавшись, пока Алекс выдаст все положенные слова приветствия, потребовали, чтобы я проводил их в блок Корпуса.

– Разумеется, дары капитаны. Но позвольте небольшой совет перед тем, как мы выйдем со стартовой площадки. – Проговорил я. Оба страт-капитана кивнули. Прямо синхронисты…

– И какой же, такт-лейтенант?

– Лёгкие пустотные комбезы и самоспасы. Крайне не рекомендую появляться в общих помещениях базы без них. – Я демонстративно хлопнул по поясной сумке. – База находится в состоянии «перегона», и интеллект-комплекс порой чудит.

– Но у нас нет с собой пустотных комбезов. – Раздражённо заметил один из офицеров.

– Понимаю. Тех-капитан Роун? – Я повернулся к Алексу, и тот махнул рукой. Тут же к нам подкатил один из сервисботов с четырьмя стандартных кофрами в кузове.

– Мы предполагали такую возможность. – Прогудел мой приятель, выставляя перед офицерами. – Правда, думали, что гостей будет несколько больше. Одевайтесь.

– Здесь? – Оглянувшись по сторонам, проговорил второй капитан. Мы с Роуном одновременно кивнули.

– Можете подняться на корабль. – Сухо заметил Алекс. – Мы подождём.

Теперь пришла очередь капитанов переглядываться. Ничего-ничего, это только начало. Вы ещё увидите и прочувствуете, что значит, жить на базе, которую никто не потрудился как следует расконсервировать и укомлектовать!

– Лейтенант, а как-то ускорить наше продвижение можно? – Поинтересовался один из двух приехавших «в гости» страт-капитанов, дар Лиас, через пятнадцать минут хождений по коридорам и переходам станции.

– Не советовал бы. – Покачал я головой. – Несмотря на то, что база снята с консервации уже довольно давно, Флот так и не выделил для неё положенный по штату состав, а привести в порядок её объёмы имеющимися силами, физически невозможно. Так что, если не хотите ухнуть в какой-нибудь технический проём, оставшийся с тех времён, когда единственными здешними обитателями были сервис-дроиды, лучше следуйте рекомендациям указателя.

– Всё так плохо? – Приподнял одну бровь второй капитан, дар Моун.

– Шутите? – Зло хохотнул я. – Это ж дыра… самая натуральная. Здесь половина экипажа – сосланные по второй, а то и третьей учётке! Опальный гард-полковник командует мобилизационной базой. Ну не идиотизм? Иф-пилоты с израсходованным на девяносто процентов ресурсом интеллонов вкалывают в качестве техов, доживая остаток контракта перед вылетом в отставку, страты сидят в интендантах и трясутся над каждым выдаваемым болтом, поскольку до сих пор условно-свободные и находятся под надзором военной полиции. И как вишенка на торте, единственное развлечение здесь, господа капитаны, это контактный центр, поскольку командир не даст опять-таки единственный имеющийся на базе СКМ для полёта в гости к транзитникам на выходные. Весело?

– Однако… – Пробормотал Моун, переглянувшись с напарником. Тот пожал плечами, и до блока Корпуса мы дошли в полной тишине, прерывавшейся лишь стуком подошв по полу.

Следующую плюху они получили, уже оказавшись в месте, где им предстоит жить до самого отъезда… если, конечно, офицеры не пожелают съехать на борт «Прокуратора» раньше.

Вид голых металлопластовых переборок в каютах и узких откидных коек из того же металлопласта заставил капитанов скривиться. А ведь тут были и столы, сияющие полированными металлопластовыми крышками, и стулья с металлопластовыми сиденьями. Всё блестит и сияет не хуже, чем в медблоке. Чистота и порядок. И что им не нравится? Я полтора часа над дизайном размышлял. Даже название этому направлению придумал: «глэмаскеза». Звучит? Немного на название какой-то болезни походит, конечно… но учитывая общий «медицинский» вид этого стиля, ему это только придаёт изюминки… на мой взгляд.

Жаль только, что постельное бельё и матрацы не получилось сделать металлизированными. Мнутся, хрустят, быстро теряют блеск, да ещё и техсинтезатор постоянно матерился на опасный для человека состав. Ну ничего, обойдутся обычными… из карцера. Я это постельное бельё в шкафах сложил, чтобы вид не портило.

К синтезатору в кают-компании капитаны подходили с заметной опаской. И правильно. Усилиями Алекса Роуна, успевшего за время службы побывать на чёртовой уйме кораблей и станций и собравшего там огромную коллекцию рецептов «несъедобных» блюд военного рациона, память пищевого синтезатора пополнилась весьма интересными образчиками. Правда, на то, чтобы полностью убрать обычное меню, совести у меня не хватило. В общем, наш «повар» превратился в натуральный игровой автомат с довольно большим процентом выигрыша. Пятьдесят на пятьдесят, это же совсем немало, правильно?

В этот раз офицерам повезло. Несъедобным, точнее, «невыпиваемым», ввиду откровенно гадостного вкуса, оказался лишь напиток, который я с готовностью заменил тоником из ИРПа, вытащенного мною из встроенного в стену шкафа, забитого офицерскими пайками под завязку, не забыв доверительно сообщить, что это единственная вещь, которую интенданты отдают без проблем. У самих, дескать, та же ерунда с синтезаторами творится.

В общем, знакомство со станцией прошло замечательно, что тут ещё скажешь. А следующим утром, когда первые впечатления офицеров улеглись, их ожидал ещё один сюрприз. Общение со Стариком. Нет, Борье не стал изображать из себя что-то невменяемое. Хватило и двух штурмовых «малышей», встречающих гостей в приёмной, и третьего, изображающего о-очень оригинальную вешалку непосредственно в кабинете начальника станции.

Отчёты, доклады, допросы… вся эта канитель растянулась на целый день. Офицеры лишь пару раз прервались на поход по пустым гулким коридорам с завывающей системой кондиционирования к не менее пустой столовой, радующей глаз изобретённым мною стилем глэмаскезы, где им пришлось вновь испытать на себе все прелести «стандартного меню по нормативам Флота». А в остальное время дары капитаны просто выматывали себя и всех окружающих беседами о Сезаре Арно. И кажется, одним днём эти муки не ограничатся.

Собственно, так оно и вышло. Капитаны ещё трое суток терроризировали экипаж, а станция, в свою очередь, эти же три дня доводила обоих офицеров до белого каления своей неустроенностью и совершенно неожиданными «выходками», вроде сбоя в системе жизнеобеспечения блока Корпуса, приводящего к пляске температуры в рамках от минус пяти до плюс пятидесяти, после которого следовало сообщение системы контроля с принесением извинений «за неудобства», или внезапным изменением гравитационного поля, то прижимающего крякающего страт-капитана, сорвавшегося с «поводка» и свернувшего не в тот переход, то заставляя его напарника в прямом смысле воспарить на многометровой шахтой, внезапно открывшейся за ближайшим поворотом, воспользовавшись которым дар капитан рассчитывал несколько сократить путь от столовой до санузла в блоке Корпуса. Вежливость наше всё…

Зачем такие усилия? Нет, не было у меня никакого желания издеваться над удачливыми офицерами из центральных миров, у которых одна форма стоит, как пятёрка дроидов-охранников Горина, щеголяющими значками «вышки» и капитанскими погонами, при том что сами они старше меня едва ли на два года. Если только самую малость…

Но не в зависти дело. Всё гораздо проще. Как бы псимодули ни чистили эмофон базы, что-то где-то может прорваться. Эмоции полутора сотен тысяч человек так просто не скрыть. Тень, эхо реального эмофона, но и его хватило бы достаточно чуткому сенсору, чтобы заподозрить неладное. И единственным известным мне способом отвлечь возможного эмпата от таких неожиданных проколов с нашей стороны было нервное напряжение. Когда собственные чувства берут верх, «прислушиваться» к окружающей обстановке практически невозможно, именно на этом я и решил сыграть. И надо сказать, в этом плане у меня была полная и безоговорочная поддержка костяка базы. Любят господа офицеры Корпус Сервус… что тут ещё скажешь?

Следствие? А что следствие… идёт. Капитаны выносят мозг всем присутствующим и интеллект-комплексу базы заодно. Пытались затребовать мои отчёты для секторального управления, но были посланы… в то самое управление за соответствующим приказом. Посылать пришлось аж шесть раз подряд, поскольку вежливого отказа они не поняли и решили, что значок «вышки» заменяет мастерство взломщика. Ха! На седьмой раз посоветовал не маяться дурью и не биться головой об стену в попытках обставить орма, а по возвращении к месту службы обязательно проверить интеллоны на наличие всякой вредной чепухи.

– Настоятельно рекомендую, дар Моун. Активная защита, она ведь не разбирает, кому «чёрную пыльцу» отвешивает. Так что, вернувшись в центр, непременно навестите нейроспециалиста. – Пояснил я, но кажется, был неправильно понят Впрочем, высказывать своё «фи» господа следователи не стали и с ворчанием удалились обсуждать свои дела в один из пустующих кабинетов блока Корпуса.

Капитаны покидали станцию с явным облегчением и, кажется, так толком ничего и не нарыв по своему делу. Да и до наших шкафов со скелетами они не добрались.

– Уверен, лейт? – Прищурился Старик, когда я доложил ему свои выводы.

– Насколько это вообще возможно. – Пожал я плечами. – По крайней мере, явных свидетельств того, что они отыскали на базе «нечто», не наблюдалось. В доступной переписке и по итогам наблюдения никаких обмолвок по этому поводу тоже не было. Если они не освоили ментальное общение, можно сделать вывод, что господа следователи вытянули «пустышку» и уехали ни с чем.

– Ментальное общение… да ты шутник, лейт. – Хмыкнул себе под нос Борье и, потерев виски, поморщился. – Но про интеллоны мог бы и не упоминать. У меня ещё дня два голова болеть будет от твоих затей.

– Я же предупреждал, что это будет непросто. – Развёл я руками. – Интеллоны высоких уровней да ещё и в спецкомплектации Корпуса, вообще устройства нежные и грубости не терпят. Так что, без вашей помощи вероятность моего обнаружения при их взломе была слишком высока. Зато все их логи у нас есть. Я даже вытащил кое-какую информацию по расследованию смерти такт-капитана Арно.

– Вот как? – Старик бросил в мою сторону быстрый взгляд и, сложив ладони в замок перед своим лицом, упёр локти в столешницу. – Интересно. Поделишься?

Эге, а ведь, кажется, дар Борье не так уж уверен в отсутствии предателя, как хочет показать. Хм…

– Конечно. – Кивнул я, сбрасывая уже давно подготовленный отчёт по найденной информации. Правда, там было не только то, что я с великими сложностями и не без помощи мощнейшего псиоператора в этой звёздной системе выудил из банков данных интеллонов наших гостей, но и то, что мне все через них же удалось отыскать в сети дознавателей Корпуса и перенести в собственную память. А вот нечего хранить пароли и протоколы безопасности ведомственных сетей в «общей» памяти. Аматоры! И эти люди ещё пытались взломать МОИ банки данных. Эх, куда катится наш мир?

Получив увесистый объём информации, Старик махнул рукой в сторону выхода, мол, свободен, и я, не теряя времени, умчался обратно в блок, отсыпаться! Кто бы знал, как меня вымотали эти четверо суток! Последний раз я так уставал разве что после памятного десятидневного марафона, что устроили мне в учебке после «психотеста». Я вздрогнул, отгоняя мысли об испытании… и ладонь сама собой нашарила шершавую, чуть тёплую рукоять псевдоножа. У меня такое ощущение, что прикосновение к этому оружию дарит мне чуточку спокойствия, не позволяя скатиться в чёрную меланхолию. Вот и сейчас, едва голова моя коснулась подушки на койке в уже ставшей почти родной каюте, как грустные бестолковые мысли уступили место снам… жаль, что они оказались не менее грустными. Память всё никак не хочет выбросить из головы ни Рома, ни Кнопку, ни Ир… а, к харгу всё!

Морф предупредительно пискнул, но вкатил дозу релаксанта, погружая мой уставший мозг в темноту без сновидений.

– И что ты мечешься, словно «попрыгунчик» перед допросом, а? – Лениво поинтересовался Лиас, наблюдая за меряющим шагами небольшую пассажирскую каюту «Прокуратора» коллегой. Тот резко остановился и повернулся к сидящему за столом перед голопроектором страт-капитану.

–   Да, достал меня этот лейт! Сам вошь подзаборная, а хамил, будто мы ему миллион должны.

– Подзаборной, мой необразованный, но экспрессивный друг, бывает собака. Одомашненное животное Терры под названием канис люпус фамильярис, плацентарное млекопитающее отряда хищных семейства псовых. А вошь…

– Лиас, ударю. – Доверительно сообщил капитан Моун, прерывая лекцию старшего приятеля.

– Меня-то за что? – Фыркнул тот. – Хочешь сорвать на ком-нибудь злость, разворачивай «Прокуратора», и вперёд на эту чёртову моб. базу. Твой обидчик именно там, в пятистах миллионах километров от нас.  Хотя я бы не рекомендовал. Он тебя в рукопашке на раз-два сделает.

– Именно. Поступим иначе. – Усмехнулся Моун. – По возвращении в центр я подам рапорт… твой…

– Даже не рассчитывай. – Неожиданно резко отозвался Лиас, мигом растеряв всю свою вальяжность.

– Что? Почему? – Оторопел его коллега.

– Потому. – Лиас побарабанил пальцами по столу. – Как же трудно объяснять прописные истины, а? Я начинаю понимать наших преподов в «вышке»… и уважать. Каждый день талдычить одно и то же куче придурков… какую силу воли иметь надо, а? Это ж подвиг, натуральный!

– Лиас. – Угрожающе протянул Моун. Его собеседник правильно понял интонацию и перестал хохмить.

– Есть неписаное правило: «вечные» контрактники неприкасаемы. – Проговорил он, но не заметив и тени понимания на лице приятеля, был вынужден пуститься в объяснения. Договорив, Лиас взглянул на коллегу. – Понятно? Тронуть такого, что в говно наступить. С ним всё равно уже ничего сделать нельзя, а сам провоняешь!

– Что, ВООБЩЕ ничего? – Изумился Моун. Его коллега пожал плечами.

– Ну, почему же, избить можно. Даже убить, наверное. А больше, действительно, ничего. «Вечный» же.

ЧАСТЬ IV. УХОДЯ, ГАСИТЕ ВСЕХ

Глава 1. Загнанные в угол

Не знаю, были тому виной материалы по делу такт-капитана, выдуренные мною с инфоров дознавателей Корпуса, или у Старика просто начался очередной приступ паранойи, но уже через пару дней после отъезда моих коллег… бывших, судя по всему, Борье начал закручивать гайки, стремительно превращая базу в полноценную боевую единицу. Гражданским было запрещено шляться где ни попадя, так что встретить праздношатающегося на одной из огневых палуб стало практически невозможно. Зато волонтёров там было хоть отбавляй. А что делать? Среди нынешнего населения базы хорошо если сотая часть имеет хоть какое-то отношение к военной службе. Вот и приходится Старику выкручиваться, формируя вахты из гражданских под началом немногочисленного служилого люда.

Впрочем, для пилотов, у которых я, по-прежнему, предпочитал проводить свободное время, ничего особо не изменилось. Как натаскивали цивилов, так и продолжают. Разве что, теперь Стальи стал спрашивать за результаты втрое строже, а так…

Мне тоже нашлось дело. После встречи корабля, доставившего на базу страт-полковника, командир истребительной секции по достоинству оценил возможности Горина… как носителя для его любимых «Умб». Так что, помимо тренировочных полётов на лёгких машинах, я теперь ещё и отрабатываю на Горине взаимодействие с истребительной секцией, играя роль скрытой в рукаве карты. А возможность внезапно вынырнуть из пустоты там, где их никто не ждёт, для истребителей это не просто козырь… это козырный туз! Почему? Да потому что ни один корабль не перемещается в Пустоте с полностью поднятыми щитами. Они же энергию жрут, как сумасшедшие. Вот и получается, что теоретически даже такие мелкие машины, как «Умбы», при удачном раскладе могут изрядно покалечить не только какой-нибудь эсминец, но и крейсер в походе. Правда, для этого необходимо незаметно подобраться к находящемуся на марше кораблю… что в принципе возможно, учитывая размеры «Умб» и наличие на них собственных СПИБ, способных временно обмануть и более мощные системы при условии, что операторами на истребителях сидят не полные профаны. Но расстояние! Истребители не предназначены для дальних рейдов и не могут действовать в отрыве от баз хоть сколько-нибудь долго. А уж засечь такой крупный объект, как корабль-носитель или пустотная станция, для СПИБ любого боевого корабля не проблема, что автоматически будет означать повышенную внимательность и готовность к бою, а значит, и активированные щиты. В общем, ловить малыми силами большие корабли на марше дело почти безнадёжное… если под рукой нет Горина, способного с максимальной нагрузкой взять до четырёх «Умб» и незаметно доставить их в нужную точку пространства. А удара четырёх истребителей по неподготовленному кораблю будет достаточно, чтобы если не уничтожить, то капитально вывести из строя даже крейсер.

Вот отработкой подобных операций по скрытной доставке двух пар «Умб» к точкам атаки, заранее определённым нашими стратегами, как оптимальные для возможного боя, я и занимался по настойчивой просьбе Стальи. Впрочем, когда я отказывался вырваться в Пустоту? А если учесть, что истребители, узнав реальное вооружение Горина, настояли на необходимости участия моей машины и в отработке атак, это было здорово. А лучше всего было то, что возвращаясь после подобных тренировок, я был вымотан настолько, что мне даже не требовалась помощь морфа, чтобы уснуть. Отрубался, едва голова касалась подушки, и даже сны об Агоре не снились. Хотя, если честно, то вообще ничего не снилось… или я просто этого не помню.

Дни летели за днями, я продолжал писать отчёты для Корпуса, работать с безами станции и летать с истребителями. Вроде бы всё просто, понятно и не особо напряжно, но вот ощущения… кажется, на «Страннике» сама атмосфера стала сгущаться. Стали тише разговоры в столовых и реже потасовки между опять незнамо что не поделившими гражданскими, и даже прилёты кораблей, доставляющих очередную партию будущих жителей станции, уже не вызывали такого ажиотажа, как это было поначалу. Напряжение повисло над нами, словно грозовая туча, и, кажется, ощущали его все обитатели станции без исключения. А может, людям просто надоели баззеры учебной тревоги, то и дело вырывавшие их из сна или отвлекавшие от отдыха? Учитывая, что большая часть нынешнего населения станции люди гражданские, я бы не удивился. Впрочем, у меня были свои причины для дурного настроения, так что я могу и преувеличивать. Некоторые новости, найденные в сети Корпуса, и кое-какие сопоставленные с ними факты основательно выбили меня из колеи. Настолько основательно, что я несколько дней не высовывался из блока Корпуса, пытаясь найти хоть какое-то решение возникшей проблемы. Безуспешно. Тысяча с лишним часов мозгового штурма по моему субъективному времени принесли лишь физическую усталость и полное моральное истощение. Вот и весь итог недельных бдений под внутривенным питанием.

Из блока я выполз бледным и разбитым, что не было упущено зорким взором Роуна, без всяких вопросов озаботившигося моим состоянием и взявшего своеобразное «шефство над этим сумасшедшим ормом». Спасибо ему и пилотам истребительной секции, они смогли привести меня в более или менее вменяемое состояние. А ещё большая благодарность нашему «детскому саду» и его воспитательницам. Если бы не их участие… кто знает, чем могло обернуться дело. Таким беспомощным я не чувствовал себя даже после «психотеста», когда мне объявили, что всё происшедшее на Агоре было не более чем крайне реалистичной симуляцией, фактически, сном.

Но ничего… выплыл тогда, должен справиться и сейчас…

Вызов к Старику пришёл как раз в тот момент, когда мы с Алексом устроились за столом с Ирмой и Ариссой, «детский сад» которых как-то незаметно перекочевал под патронат наших иф-пилотов. Случайно получилось, но довольны оказались все. Дети пищали от радости, что им разрешили «летать на истребителях как по-настоящему» в одном из малых имитационных залов, а пилоты вдруг получили кусочек дома среди Пустоты. Не знаю, было ли это проделано специально, или тут поработал случай, но подавляющее большинство офицеров истребительной секции оказались людьми одинокими. Кому-то удалось вырваться из приюта, кто-то потерял семью, уже будучи на службе… И для этих людей визиты в модуль, полный жизнерадостного детского смеха и домашнего уюта, стали отдушиной. Стальи не выматывает своих пилотов постоянной муштрой, но жизнь военного на боевой станции это всегда расписание, тренажи и подготовка. Изо дня в день, месяц за месяцем, год за годом. В обычных обстоятельствах психологическую усталость можно было бы побороть, предоставив пилотам отпуска, но… не на «Страннике». Психокорректоры? Они могут снять симптомы и только. Как, собственно, и контактный центр. А ведь пилотам нужен не «разговор по душам» и не быстрый перепих в контакт-зоне. Усталому организму требуется просто отдых. Такой, чтобы не надо было думать об очередной недоработанной схеме атаки или вновь лажающем новобранце, никак не способном понять принципы командной работы… чтобы не мозолили глаза одни и те же лица, а разговоры не сводились к очередному удачному финту в Пустоте или настройкам систем «Умбы», способными дать трехпроцентный прирост мощности двигателя…

И «детский сад» Ариссы и Ирмы дал им такую возможность. А кое-кто, кажется, и вовсе расслабился настолько, что начал подбивать клинья к младшей из воспитателей. Не знаю, может быть, к Ирме тоже кто-то подкатывает, не видел, но вот взгляды Роуна в адрес Ариссы не заметить просто невозможно. А учитывая, как отводит взгляд и предательски краснеет девушка в такие моменты, думаю, у Алекса есть все шансы на покорение этой вершины…

Я поднялся из-за стола и, поймав укоризненный взгляд Ирмы, вздохнув, возвёл очи горе…

– Увы, друзья, вынужден вас покинуть. Старик зовёт. – Объяснив причины столь скорого ухода, я оставил обеих дам в компании довольного, как слон, Роуна, и отправился к гард-полковнику.

Приказ, полученный мною от Борье, обескуражил и, чего уж там, заставил меня занервничать.

– Есть информация о возможном нападении? – Спросил я, дочитав документ.

– Есть предположение о наличии такой возможности. – Медленно, явно подбирая слова, произнёс Старик.

– И… давно? – Поинтересовался я, на что Борье неожиданно усмехнулся.

– С самого начала всей этой истории. Если где-то кому-то станет известно, куда исчезают семьи псиоператоров и они сами, то наилучшим временем для удара будет момент, когда станция наберёт полный состав. То есть когда все участники этого… «исхода» окажутся на борту «Странника».

– Одним ударом всю заразу… – Пробормотал я. Гард-полковник кивнул.

– Именно, поэтому мы усиливаем меры безопасности. Конечно, с вмешательством Зейда многие планы пришлось перекроить, а кое-какие их пункты отложить. Но и только. – Старик чуть склонил голову к плечу и вдруг спросил. – А что ты так напрягся? В конце концов, внешний астроконтроль это часть твоих обязанностей, как наблюдателя от Корпуса, разве нет?

– Корпуса? – Я криво усмехнулся… – Вы, должно быть, не слышали новости, дар гард-полковник. Впрочем, прошу прощения… и не могли. Это ещё не стало достоянием гласности.

– Ты о чём? – Насторожился Борье.

– О фактическом расформировании Шестого флота, дар гард-полковник.– Проговорил я. Старик недоумённо нахмурился

– Впервые слышу. – Проговорил он. – Поясни.

– Информация прошла по дознавательской части сети Корпуса. – Кивнув, ответил я. – Речь не идёт об официальном расформировании с изъятием флагов и регалий. Просто по результатам негласной проверки, проведённой дознавателями Корпуса, было выявлено большое количество нарушений флотской дисциплины, фактов казнокрадства, нецелевого расходования средств и халатного отношения к службе. Как результат, весь состав ормов, то есть триста шестьдесят два человека, были отозваны Корпусом и официально отправлены на переаттестацию. Больше сорока процентов флотского офицерского состава угодило под трибунал, а девять кораблей из состава Шестого флота выведены за штат и отправлены на разборку, как морально устаревшие и непригодные для ремонта. Из них четыре тяжелых крейсера первой линии класса «Исследователь», флагман «Тора» и четыре однотипных корабля поддержки, по сути те же «Исследователи», только модифицированные для выполнения более узких задач. Офицеры, служившие на них и не пошедшие под трибунал, отправлены в отставку «без претензий».

– Всё ядро Флота… – Неверяще прошептал Старик, глядя куда-то в пустоту потемневшим взглядом. Но через несколько секунд он опомнился и, тряхнув головой, уставился на меня. – Как можно было скрыть эту информацию?

– Это было несложно. – Чуть подумав, проговорил я. – О трибуналах, что у нас в Корпусе, что у вас на Флоте, и так «звенеть» не принято. Я наткнулся на эти сведения, просматривая инфоры дознавателей, доступ к которым нам так любезно предоставили недавние гости. Что же до кораблей, отправленных на разбор, то по документам, фигурирующим в докладах тех же дознавателей, они были заменены более совершенными образцами… вспомогательными крейсерами второй линии. А в неё, в свою очередь, взяты номерные корабли их группы поддержки, естественно, с присвоением имён. В общем, Шестой Дальний превратился в лёгкую эскадру ближнего радиуса действия. Хотя, по документам, флот стал только экономичнее, мобильнее, быстрее и по-прежнему способен ходить в дальний поиск. Правда, непонятно, что он будет делать за внешними секторами без своего самоходного ремдока и кораблей-заводов, которые были приписаны к группе поддержки первой линии.

– Ты много знаешь о Шестом Флоте, Ким… – Задумчиво проговорил Старик. Я пожал плечами.

– Каждый курсант учебки моего направления мечтал попасть именно туда. Так что, среди ормов не найдётся ни одного, кто не мог бы перечислить все корабли Шестого Дальнего со всеми их ТТХ и историей, с поимённым же перечислением командного состава. И я не исключение.

– Вот как… а теперь, выходит… – Пробормотал Борье.

– А теперь чей-то завод, производящий пси-модули, пополнится новыми рабочими. – Хмуро ответил я. – Среди которых будет восемнадцать моих однокурсников. Везунчиков, получивших самое желанное распределение в учебке.

– Однако.

– Самое дурное даже не это. – Помолчав, проговорил я.

– Вот как? – Старик удивлённо приподнял бровь.

– Для того, чтобы получить информацию о своих коллегах, мне пришлось лезть в инфоры под идентом страт-капитана Лиаса. Для орма доступ к этим данным оказался закрыт. Хотя раньше подобное не практиковалось. У каждого направления в учебке был свой собственный инфор, естественно, абсолютно подконтрольный Корпусу, но с его помощью мы могли поддерживать связь друг с другом, минуя общегражданские системы Верхнего информатория. Так вот, теперь все наши инфоры заглушены «в целях повышения уровня безопасности».

– Ну, это логично.

– Закрыты только те инфоры, где общались специалисты, чья деятельность невозможна без активного пси. Ормы, пилоты, мастера ментальных техник…

– Ким, ты же понимаешь, что мы не можем спасти всех? – Старик осунулся.

– Понимаю, и не прошу этого. – Кивнул я. Хотя только тёмным звёздам известно, чего мне стоило то спокойствие, с которым я докладывал Борье о происходящем. – Просто отвечаю на ваше замечание о моих обязанностях, как наблюдателя… Спасать моих однокашников поздно, да и невозможно. Они физически не смогут объективно оценить действия Корпуса, закладки не позволят. В крайнем случае, примут действия организации, как необходимый шаг для защиты общества… и пожертвуют своей жизнью. Легко и просто. Но я… я так уже не смогу. А значит, и называться офицером Корпуса не имею права. Да и не желаю, если честно. Честь имею, дар гард-полковник.

Я щёлкнул каблуками и, развернувшись, покинул кабинет командира базы. Впереди меня ждал долгий полёт в Пустоте. К транзитникам.

Молодой человек в сером невзрачном комбезе без знаков различия вскинул в древнем жесте ладонь к полуприкрытому беретом виску, и чётко, как на плацу, развернувшись через левое плечо на сто восемьдесят градусов, вышел вон. Гард-полковник отвёл взгляд от захлопнувшейся за лейтом двери и, вздохнув, откинулся на спинку кресла.

– И вот таких… в утиль? – Пробормотал он, покачав головой. Рука Старика потянулась к активатору межсистемного передатчика. Миг, другой… и над голопроектором всплыло изображение корабельной каюты, тут же сменившееся фигурой страт-полковника. Окинув Зейда долгим изучающим взглядом, Клод Борье скинул ему запись только что происшедшего в его кабинете разговора.

– И? – Отсмотрев полученное, поинтересовался глава учебки.

– Ты знал?

– Да. – Коротко кивнул Зейд.

– И ничего не сделал? – Резко произнёс Борье. Страт-полковник помолчал, покрутил головой и, сев в послушно подлетевшее кресло, тяжело вздохнул.

– Невозможно ничего сделать. – Медленно проговорил он. – Парень ведь уже сообщил тебе об этом.

– Он – один и говорил за себя. А у тебя…

– А у меня возможностей ещё меньше. – Перебил Старика Зейд. – Думаешь, я не пытался? Три года планирования и четыре системных кластера, списанных на свалку. Ноль! Задача не имеет решения… либо ведёт к уничтожению Федерации.

– Может это и неплохо? – С акульей улыбкой поинтересовался Борье. Его собеседник замер в кресле…

– Для кого? Для джошей? – Тихо, на грани слышимости, проговорил Зейд. Старик зло сплюнул.

– Для человечества, Септим. – Прошипел он. – Для людей. Таких, как ты, как я, как этот лейт…

Глава 2. Не рой другому яму

Приказ Старика был прост и чёток. Сходить в гости к нашим гражданским соседям по системе, забрать у них «посылку» в виде двух орудийных платформ, расконсервировать их вне пределов видимости гражданских систем СПИБ и их астроконтроля и пригнать своим ходом на «Странник». Теоретически, с возможностями Горина можно было бы сократить время пути, как минимум, вдвое, отправившись к транзитникам внутрисистемным прыжком. Можно, но… нельзя. Неожиданное появление в пределах сенсорных систем станции неведомо откуда взявшегося МКМ незамеченным не останется и непременно повлечёт за собой вопросы о том, как в систему попал «неучтённый» внутрисистемник. Тратить время на объяснения или светить перед гражданскими свою принадлежность к Корпусу только для того, чтобы отсечь ненужный интерес к своей персоне… оно мне надо? А выйти из прыжка уже под маскировкой невозможно. Значит, придётся «прыгать» подальше от крайней точки астроконтроля и «блуждающих» буёв и пилить до «соседей» ещё двое-трое суток. Обратный же путь тем более станет куда длиннее. Орудийные платформы вряд ли приспособлены для внутрисистемных прыжков, по крайней мере, я о таких никогда не слышал. Вот и получается, что вместо лёгкой и быстрой прогулки к транзитной станции мне придётся провести в полёте не меньше декады… и кто его знает, сколько времени мы убьём на расконсервацию платформ. Я не жалуюсь, вовсе нет. Любой выход в Пустоту для меня в радость, но сейчас… в нынешних обстоятельствах мне как-то не до радостей полётов, да и беспокойство гложет потихоньку. Всё время кажется, что в мое отсутствие на «Страннике» непременно стрясётся какая-то гадость.

Я бы может и задал вопрос на тему: «почему я?», но смысл? Причины, по которым Старик сделал именно такой выбор, кристально ясны. Во-первых, на «Страннике» нет машин подобных Горину. Конечно, дела обстоят совсем не так плохо, как я описывал своим бывшим коллегам, но увы, особым разнообразием парк здешних пустотных модулей похвастаться не может. И хотя пару-тройку малых межсистемников не особо военного вида найти на здешних складах не проблема, время, требующееся на приведение их в готовность, исчисляется сутками. Они же в большинстве своём запрятаны на складах… вытащить, собрать, протестировать… на всё это нужно время и силы. Так к чему такие ухищрения, если под рукой имеются Горин и его пилот?

А во-вторых… как признался сам Старик, на моём участии в получении «посылки» настоял её фактический отправитель. А страт-полковник Зейд бывает очень убедительным, когда ему это нужно.

Вот так и получилось, что наша тёплая компания, состоящая из Алекса Роуна, его ведомого Фила Морины и меня, уже третьи сутки утюжит Пустоту в зоне действия сенсорных систем транзитников на надувающем щёки и изображающем из себя малый межсистемник типа «Бегущий» Горине. Кстати, надо не забыть дать запрос на внешнюю стыковку, когда прибудем на станцию. А то ведь даже самый дурной техник поймёт, что заявленный в ландлисте межсистемник как-то слишком угловат и маловат для «Бегущего». А поправить данные с сенсоров внешнего стыковочного узла для нас с Горином не проблема… как показывает практика.

– Глаз, я тета-двенадцать сорок шесть сорок. Приветствую, и… принимайте в гости на внешний узел. – Произнёс я, связавшись с НП приближающейся станции.

– Глаз Нимра-2, вас вижу тета-двенадцать сорок шесть сорок. Добро пожаловать в систему. Даю привод на восемнадцатый третьего южного. – Отозвался НП, продемонстрировав над голопроектором изображение довольно симпатичной девушки.

– Принято, восемнадцатый балкон третьего южного узла. Встал на курс. Режим… ловите, падаю в ваши жаркие объятия.

– Тета, у нас здесь строгие правила, так что все обнимашки только после проверки у наших суровых мальчиков! – Отозвался девичий голос с явной смешинкой.

– Надеюсь, речь идёт о безах, а не о санитарах? – Осведомился я, краем глаза наблюдая, как Горин, выписав плавную дугу, заходит на посадочный узел.

– А вот это смотря по поведению. – Фыркнула диспетчер.

– Так, а я о чём?! Давай посмотрим! Вот встретимся, поговорим, а там и решение примешь, нужна ли помощь докторов, или можно обойтись восстановительным комплексом в регкапсуле.

– А регкапсула зачем? – Удивилась моя собеседница, хлопнув ресницами.

– То есть против самого факта встречи и общения с бравым пустотным волком возражений нет, правильно я понимаю? – Улыбнулся я и, пока девушка не успела ответить, договорил. – Год в Пустоте, милая… и ни одной красавицы на десяток а.е. вокруг… Через пару дней ты сама потребуешь провести восстановительный комплекс, уверяю.

– Может, действительно пригласить к шлюзу врачей? У кого-то явная мания величия. – Задумчиво произнесла девушка, окидывая меня изучающим взглядом.

– А может, сначала всё-таки встретимся?

– Тета-двенадцать сорок шесть сорок, стыковка проведена успешно. Всего хорошего… – Неожиданно официальным тоном проговорила диспетчер и, вдруг усмехнувшись, скинула Горину карту станции. – Зону борделей я отметила красным цветом. Позвони мне, когда спермотокзикоз перестанет давить на мозги… бравый пустотный волк.

Связь отрубилась, и я откинулся на спинку кресла, не обращая никакого внимания на поток изумления от моих спутников, валом накрывший рубку.

– Ким, что это было? – Не выдержал Роун.

– Работа, Алекс. – Вздохнул я, потерев ладонями лицо.

– Капитан, я впервые жалею о том, что пошёл в пилоты, а не поступил в учебку Корпуса. – Неожиданно подал голос обычно молчаливый Морина, обращаясь к Роуну. – Восемь минут визуального контакта, и у него уже назначено свидание, а в кармане имеется карта борделей, подаренная той, кого он и пригласил на это самое свидание… Жизнь – боль!

– Да-да… – Алекс отмахнулся от друга и уставился на меня. – Ким?

– М? – Я вылез из кресла-кокона и, потянувшись, вздохнул. Роун явно не намерен был спускать тему на тормозах. Пришлось отвечать. – Алекс, ты же опытный пустотник. Скажи, сколько времени нужно, чтобы посадить корабль на внешний узел станции по приводу от НП?

– Флотский норматив… до двух минут сорока секунд в зависимости от конфигурации станции и точки выхода на посадочный курс. – Ответил он. – Для гражданских обычно предусмотрен вдвое больший срок.

– Как ты думаешь, я мог уложиться в этот норматив?

– Глупый вопрос. – Фыркнул Алекс. – В ином случае кто бы тебе доверил управление пустотным модулем? Стоп… ты просто тянул время, да?

– Именно. «Картинку» излучений «Бегущего» Горин транслирует с того момента, как мы вошли в зону контроля станции, но чтобы обмануть видеосенсоры причальной системы наблюдения, нужно взять под контроль их канал связи, а он «короткий», внутристанционный. Вот я и тормозил, как мог, в ожидании, пока разведбот доберётся до станции и «оседлает» этот самый канал.

– Но почему так?! – Изумился Морина.

– Потому что застрявший без всяких причин на посадочном приводе капитан-неумеха вызовет подозрения даже там, где подозревать нечего в принципе. – Вместо меня объяснил Роун и хмыкнул. – Жаль девочку, не дождётся она своего сумасшедшего гостя.

– Кто сказал? – Удивился я, включая визуализацию нашего разговора с диспетчером на большом экране. Увидев собственную ухмыляющуюся физиономию, вешающую лапшу на уши девчонке с НП, Фил разинул рот. Удивление на его лице быстро сменилось пониманием, а потом по рубке прокатился такой тайфун ярости, что я чуть за креслом не спрятался… под радостный гогот Алекса.

– За что?! – Возопил Морина, когда понял, что добраться до меня ему не позволят выкатившиеся из ниши боты-охранники.

– Не «за что», а «почему». – Подняв указующий перст к потолку, произнёс я. Но заметив искреннее недовольство обоих пилотов, посерьёзнел. – Ну вспомните вы «легенду», дары офицеры! Если кто заинтересуется, то вы отправились в отпуск, воспользовавшись тем, что в бесполетною зону станции влетел частный межсистемник, капитаном которого является ваш покорный слуга. Гражданского всё равно нужно выпереть из военного пространства, так почему бы и не воспользоваться оказией, тем более, что для этого не придётся тратить ресурсы станции. А как должны себя вести в отпуске настоящие истребители?

– Пить всё, что горит, и задирать юбки всему, что эти юбки носит. Ты это имеешь в виду? – Ухмыльнулся Алекс.

– Именно. – Кивнул я. – Вот этим вы и займётесь… можно сказать, уже занимаетесь.

– А капитан межсистемника тем временем… – Понимающе кивнул Роун.

– Как и положено одинокому пустотному волку в таких случаях, будет отсыпаться после долгого выматывающего перелёта. – Закончил я за приятеля. – Он вообще устал настолько, что даже доверил пассажирам вести свою лайбу на посадку вместо себя. Благо пассажиры обладают соответствующей квалификацией и гарантированно не попытаются угнать его корабль.

– А на самом деле? – Осведомился Морина.

– Работать буду. Мне совсем не хочется, чтобы нас взяли за задницу на «горячем» грузе. Так что, нужно осмотреться, пощупать окружение… в общем, возня по профилю. – Ответил я. – Поэтому сравни наши программы действий и радуйся жизни, Фил.

– М-да, я как-то несколько иначе рассматривал нашу командировку. – Признался Алекс и, повернувшись к пристыженному мною ведомому, развёл руками. – Извини, братишка. Но раз для дела надо, будешь пить и задирать чужие юбки.

– Есть, командир. – Вздохнул Морина и, покосившись на меня, не удержался от реплики. – Мог бы и заранее предупредить… о диспетчере.

– Что, не понравилась? – Делано расстроился я. – Ну ничего, если хочешь, я могу с ней связаться и попросить, чтобы она привела на свидание пять-шесть штук подружек. Будет из кого выбрать.

– Ну, пять-шесть, положим, это перебор… – Протянул Алекс. – А вот ещё одну подружку ей непременно придётся привести. Не могу же я отпустить своего ведомого на задание одного!

Слова Роуна разрядили атмосферу, и мы, отсмеявшись, двинулись на выход. Благо, вещей с собой у нас было по полупустой сумке на брата, так что и собирать нечего.

Станция с длинным непроизносимым номером и коротким «местным», то есть действующим в пределах системы, позывным «Нимра-2»  встретила нас суетой и мельтешением, какие только и бывают на больших транзитных узлах и в космопортах при мегаполисах.

Алекс и Фил, сверкая формой и нашивками флотских пилотов, прошли таможенный контроль без проблем, благо, Старик расщедрился для них на отпускные свидетельства. Ну, а я… честно воспользовался одним из общегражданских идентов, комплект которых хранится в интеллоне или морфе любого офицера Корпуса. Понятное дело, что отследить таковой для моей бывшей конторы не составит труда, если им вдруг это понадобится, но для этого нужен повод, которого я постараюсь не давать. А это значит, что мне лучше воздержаться от попадания в неприятности и фиксации данных идента в разделе «происшествия» у безов, что, собственно, и является практически единственным способом попасть на контрольную «гребёнку» моих бывших коллег.

Нет, чисто теоретически я вообще, по прибытии на станцию мог бы отрекомендоваться собственным именем-званием, но тут очень удачно сложились просьба Старика не привлекать лишнее внимание и моё собственное желание почувствовать себя обычным человеком, а не тем пугалом, от чёрного мундира которого до сих пор шарахается большая часть обитателей «Странника»… несмотря на то, что я уже пару месяцев как не ношу форму Корпуса в принципе.

В остальном же мне нет особой необходимости как-то скрываться… сейчас, по крайней мере. В конце концов, никто не запрещал мне временно покидать моб.базу. Не рекомендовано, да… но не запрещено. Впрочем, даже если Корпусу станет известно о моём пребывании на транзитной станции, связать с этим фактом получение груза будет сложно даже для моих бывших коллег. Условия пересылки в режиме «для внешнего кольца» этому не способствуют. Трудно определить получателя, когда от него не требуется ничего кроме номера «посылки». Упущение службы? Возможно, но условия жизни внешников таковы, что у них зачастую вообще нет общего идента. Только так называемые «местные», вбитые в базы данных даже не секторального, а системного уровня и, соответственно, не признаваемые в основной части Федерации за полноценное удостоверение личности. Вот и приходится при пересылке грузов внешникам опираться не на идент адресата, а на коды. Кто знает пароль, тот и является владельцем груза. Всё просто… и практически неотслеживаемо.

С Алексом и Филом мы демонстративно распрощались сразу после прохождения контрольного участка, включавшего в себя таможенный, санитарный и «безовский» посты. И разбрелись в разные стороны. Я, изображая усталого, вымотанного долгим перелётом капитана-одиночку, потащился в ближайший гостиничный комплекс, а куда отправились мои спутники… даже знать не хочу. Чтобы не обзавидоваться.

Жилой модуль гостиницы оказался прост и незатейлив, как спасбот, коим по сути он и является. Спартанская обстановка, минимум мебели, втиснутый в минимум пространства. Пластик, металл и металлопласт. Ничего лишнего. Да и харг с ним. Я сюда не за роскошью интерьеров явился.

Бросив сумку в недра встроенного шкафа, я улёгся на койку и, подключившись к Горину, принялся за работу. Хех, если бы система видеонаблюдения не врала хозяевам, как сивый мерин, они бы имели удивительную возможность понаблюдать, как два десятка разнокалиберных дроидов «просачиваются» на станцию… вот шуму было бы! Так, карта станции… грузовой терминал. Есть адрес…

– Ну и что ты думаешь? – Спросил офицер, обводя взглядом помещение кафе безликого, как и все «портовые» заведения, гражданского сектора.

– В столовке я могу и у нас поесть. – Буркнул в ответ его собеседник, хмуро взглянув на сияющие белизной столы.

– Я не о том. – Мотнул головой первый. – Неужели ты так и оставишь его выходку без внимания?

– О… – Второй офицер растянул губы в широкой ухмылке. – Месть…

– Ну, я бы выразился несколько иначе. – Фыркнул его приятель. – Надо помочь нашему знакомому расслабиться и, заодно, напомнить, как нельзя поступать с друзьями.

– Точно. – Потёр руки Морина. – Карта у тебя?

– Разумеется. – Ответил Роун.

– Ищи самое непотребное место на этой станции!

– Фил! Будь благоразумен… – Покачав головой, пристыдил своего ведомого Алекс. – Знаешь, в одной заумной книжке было сказано: какой мерой меряете, такой и вам будет отмеряно…

– Это где ты такое вычитал? – Изумился пилот.

– Да… Это что-то из доначальных религиозных культов. – Махнул тот рукой. – Дрём навёл. Вот я и…

– Понятно. – Отмахнулся Фил. – Так что ты предлагаешь?

– Ну, он же всё-таки не такое плохое дело сделал, а? – Улыбнулся Алекс. – Значит, и ответ должен быть адекватным. Если не по качеству, то хотя бы по его количеству.

– Знаешь, лучше, наверное, всё-таки ориентироваться на качество. – После недолгого размышления заключил Морина. – Дешевле выйдет.

Глава 3. Утро добрым не бывает, даже в обед

Станционное утро я встретил злым и невыспавшимся. Невыспавшимся, поскольку утро на Нимре Второй наступило всего через шесть часов после нашего прибытия и, соответственно, через час после того, как я закончил первый этап подготовки. А злым, потому как впервые на моей памяти столкнулся с системой защиты, не просто не уступающей военным образцам, но и превосходящей их. Чтобы обойти всё, что наворотили такие опасающиеся воров личности, как станционные безы, мне пришлось изрядно поломать голову. Нет, в конце концов, я все-таки справился… но только за счёт превосходства в техническом обеспечении, как ни прискорбно это признавать. Будь на вооружении у местных спецов что-нибудь получше интеллект-комплекса шестого поколения, и мне вряд ли хватило бы четырёх часов на взлом здешней системы безопасности. А будь у них толковый оператор, попытка проникнуть в комплекс могла превратиться в увлекательную игру в «кошки-мышки»… даже немного жаль, что несмотря на параноидальность системы, безы не поставили хорошего спеца на её постоянный мониторинг. Чуть-чуть.

В результате спать я завалился, когда для большей части станции наступил рабочий день. Так ведь и тут всё не слава богу, как говаривал Ром. Стоило мне только провалиться в сон, как морф подбросил меня на месте, моментально вгоняя в боевой режим. А всё от того, что запертая по идее дверь вдруг отошла в сторону. Я было попытался успокоить себя мыслью, что это нагрянули в гости Алекс с Филом, которым я дал допуск в свой номер, но заслышав тихое хихиканье, был вынужден отогнать эту мысль. Такого игривого смеха за нашими истребителями точно не водится.

Эту мысль я додумывал, уже скатившись с койки и заняв единственное удобное для обороны место, под прикрытием выступа у входа в санузел, прикрывшись щитом и сжимая в руке рукоять псевдоножа.

– Алекс говорил, что нас здесь ждёт донельзя уставший пустотный капитан, а на самом деле… – Пропел женский голос.

– Живчик! – Подхватила вторая… гостья. При этом обе не сводили с меня явно оценивающих взглядов. Говорить, что спать я ложился нагишом и одеться, когда ворвались гости, не успел, не стоит, верно?

На то, чтобы понять смысл происходящего, у меня ушло едва ли больше пяти секунд. Вот не предполагал, что у Алекса такой мстительный ведомый! Но харг! Он мог бы и головой подумать, устраивая такую подставу! А если бы я задавил этих девчонок спросонья?!

Мало того, что сами проблем огребли бы по самую маковку, так и «фей» жалко! Попали бы девчонки в замес ни за что ни про что! А мне потом укорами совести мучаться. Тем более вон они какие ладные, стройные… Хм.

Отправив Роуну и его напарнику короткое, но очень экспрессивное послание и получив от них ехидный ответ с подтверждением личностей присланных «фей», я выбрался из своего закутка и, окинув своих гостий долгим изучающим взглядом, почесал затылок… Дамы ответили тем же самым. Эта молчаливая «дуэль» длилась несколько секунд, а потом, повинуясь команде моего морфа, койка развернулась до максимального размера. А что делать? Уснуть я после такой дозы боевых стимуляторов всё равно не смогу, так… почему бы и нет?

Утром следующего дня я был готов простить двух летучих обормотов за их выходку. Просто потому, что так хорошо я себя не чувствовал, наверное, с того самого вечера на базе «Ревело», на Агоре. А если учесть, что это был почти сон… Сегодня даже воспоминание об Ирен не было таким тяжёлым как обычно. Грусть никуда не делась, но сейчас в ней не было той горечи и боли, с которыми я не расставался с момента, как очнулся в медблоке учебки. И это было… здорово.

Ближе к середине дня, закрыв за сонными «феями» дверь, я сладко потянулся и, смолотив заказанный в синтезаторе завтрак, принялся собираться. Сегодня стоит закончить работу с нашей посылкой, чтобы завтра уже отправиться в обратный путь.

– Надо же, выполз! – Изумился Алекс, когда я опустился за стол напротив пилотов. Бар они для встречи подобрали… кхм, ладно… их дело. Я накрыл наш стол щитом от прослушивания. Ещё не хватало, чтобы всякое отребье рядом уши грело!

– А ты рассчитывал, что они меня заездят до смерти? – Фыркнул я.

– Я? – Изумился Роун и кивнул в сторону сидящего рядом Морины. – Вовсе нет. А вот Фил такую надежду лелеял, а?

– Иди ты к чёрту, капитан. – Буркнул тот.

– Волнуется. – Доверительным тоном сообщил мне Алекс. – Мандраж перед свиданием такая штука… ну, сам понимаешь.

– О да… конечно. – Кивнул я. – Мне вчера было куда проще. Учитывая, что присланные вами девчонки ввалились в мой номер, когда я уже почти уснул, и заставили меня с испугу голышом скакать по комнате, времени на мандраж у меня не было вовсе.

– Хе! А что, неплохой рецепт. Взяли тёпленьким, а? – Рассмеялся Роун. Я вздохнул.

– Алекс, ты вообще понимаешь, что чуть не убил этих «фей» своей выходкой? – Спросил я. Капитан недоумённо приподнял бровь. Не понимает. – Объясняю. У ормов, как и у большинства оперативников,  интеллоны настроены таким образом, что в рабочей, читай в боевой, обстановке, приводят своих владельцев в чувство впрыском боевых стимуляторов мгновенного действия. Что это такое, думаю, объяснять не нужно, да? Так вот, нынешняя наша поездка, как бы вам ни хотелось почувствовать себя обычными отпускниками, есть ничто иное, как боевое задание, и мой интеллон работает в оперативном режиме. А теперь представь, что было бы, если бы в момент визита этих двух блондинок я оказался чуть более сонным или уставшим?

Алекс с Филом переглянулись и резко побледнели. Кажется, дошло.

– Ким, мы присылали блондинку и брюнетку. Жгучую. – Тихо пробормотал Алекс. – Шутили ещё по поводу шахмат… Ну, знаешь, белые начинают, чёрные конч…

– Стоп! – По спине продрало холодом, а мозг уже начал просчитывать варианты. – Я же делал вам запрос за подтверждением личностей моих… гостий. И ответ был положительный.

– Ну да, вот то, что я получил от тебя. А вот их контракт. – Алекс скинул мне на морф сообщение. Иденты, разумеется, полностью совпали с теми, что числятся в закрытом уже контракте, а вот картинка не соответствует. Точнее, соответствует не полностью. Одна барышня совпадает, а вот вторая явно не та, что заглядывала вчера ко мне в гости.

– Та-ак… ну, одним вопросом меньше. – Вздохнул я и, усилив щит до максимума, так чтобы отрубить вообще любую возможную передачу данных не только вовне, но и в пределах накрывшего нас купола, пояснил непонимающим пилотам. – Теперь сто процентов не услышат. Я отсылал вам запрос по внутреннему протоколу, а у вас он зарегистрирован, как пришедший по внешке. Иными словами, кто-то «сел» на ваши интеллоны, дары офицеры. И местным безам это не под силу, говорю сразу. Как и криминалитету. А это значит, что мы заинтересовали Корпус или кого-то из смежников.

– Уверен, что «сели» именно на наши интеллоны? – Глухо спросил Фил. Я кивнул.

– Чтобы взломать мой… нужен либо Клод Борье, либо пара системных интеллект-кластеров под управлением опытного псиоператора. И в этом случае совершенно незачем было играться с протоколами связи. – Произнёс я и, взглянув на собеседников, усмехнулся. – Ну что, други, лечиться будем? Или ещё помучаетесь?

– Издеваешься? – Спросил Алекс. Я пожал плечами.

– А что мне убиваться что ли? Все мы знали, что рано или поздно чем-то таким эта заваруха обернётся. Другое дело, что ни вы, ни я не могли представить, что окажемся на острие удара, да ещё и не в прямом бою, а вот так… в мирной обстановке.

– Не идиоты, понимаем. Но это не значит, что мы должны сидеть и ждать, пока нас возьмут за жабры. Не находишь? – Процедил Роун.

– А кто сказал, что мы будем чего-то ждать? Но и бегать по станции и рвать на себе волосы тоже не следует, согласись?

– Твои предложения. – Подал голос Морина.

– Для начала я бы предложил просканировать ваши интеллоны на «вредные включения». А затем… будем действовать по плану. То есть получим посылку и отправимся в путь, внимательно глядя по сторонам.

– А себя проверить не хочешь? Учитывая, что именно ты контактировал с возможным агентом больше двадцати шести часов, это необходимо. Не находишь? – Спросил Фил.

– Нахожу. – Честно признался я. – Но провести эффективную проверку моего тела можно только на борту Горина, не раньше. Вас, кстати, чаша сия также не минует. Алекс, оставь в покое кобуру. – Я повернулся к Роуну. – Здесь стрелять не в кого. Так что, будь добр, не привлекай к нам лишнего внимания. Щит, конечно, обеспечивает конфиденциальность, но за его рябью вполне можно рассмотреть некоторые характерные жесты. А судя по виду здешних посетителей, в таких нюансах они разбираются.

– Нервы, Ким. – Выдохнул Алекс, оставив в покое оружие. – Только что сидели, отдыхали…

– Ничего страшного пока не произошло. – Пожал я плечами. – Так что и нервничать рано. Если бы нас хотели взять, то не стали бы устраивать мне томный вечер, согласитесь?

– Легко тебе говорить… – Пробурчал Роун.

– Он же орм. – С неопределённой интонацией протянул Морина, скривив губы в усмешке. – Опытный разведчик, понимаешь, Алекс? Нашему лейтенанту не впервой… Так ведь, дар такт-лейтенант?

– У тебя какие-то претензии ко мне? – Спросил я, с интересом глядя на собеседника, явно пребывающего в раздрае.

– О, точнее не скажешь, лейт! – Кивнул он. – Именно к тебе и именно претензии.

– Фил, угомонись. – Роун зыркнул на ведомого. Тот чуть сдулся, но сверлить меня недобрым взглядом не перестал. Алекс повернулся ко мне. – Ким, ты понимаешь, что происходит?

– У меня есть только предположения. Самый худший вариант для нас, если объектом интереса выступает посылка, а к нам приставили наблюдение, как к наиболее вероятным её получателям. Думаю, за орудийными платформами наверняка отправят что-нибудь большое и стреляющее. В этом случае в Пустоте нас могут ждать очень большие проблемы. Самый худший вариант для меня лично, если я сам и являюсь объектом интереса. Не считаю себя такой уж фигурой, но… резвость, с которой наш гипотетический противник навелся на цель, не позволяет сбросить этот вариант со счетов.

– И чем это плохо? – Протянул Морина.

– Тем, что играть против меня может только Корпус. Никому другому зелёный лейт просто не интересен. А ввиду текущей ситуации, коллегам я могу быть интересен только с одной целью… ликвидация очередного псиоператора. И кстати, скорость, с которой на нас вышли, говорит в пользу этого варианта. – Вздохнул я. Алекс недоумённо приподнял бровь, и я вынужден был объясниться. – Только Корпус может вычислить личность своего сотрудника по его гражданскому иденту, под которым тот зарегистрировался. Все удостоверения личности офицеров Корпуса, настоящие или «легендированные», создаются с применением определённых маркеров. Благодаря им любое происшествие, в котором засветится такой идент, гарантированно не пройдёт мимо внимания интеллект-систем Корпуса. Верно и обратное. При определённой настройке системы она может вылавливать нужные иденты из потока регистрируемых в системе… или в секторе.

– А наши иденты? – Буркнул Фил.

– Не понял. – Честно признался я.

– Разве по нашим идентам нельзя вычислить принадлежность? – Пояснил свой вопрос Морина.

– Вот уж вряд ли. – Я покачал головой. – Подобную информацию может предоставить только то подразделение Флота, к которому приписан конкретный офицер или нижний чин. Как думаете, если бы Старик дал кому-то подтверждение о вашей принадлежности к «Страннику», он прислал бы вам сообщение об этом факте… учитывая причины, по которым мы сейчас находимся на Нимре Второй?

Оба офицера уверенно кивнули, радуя меня своей верой в командира. А вот у меня такого доверия к старшему командному составу нет. Профессиональная деформация, наверное. Я точно знаю, что тот же Зейд, до сих пор проявлявший довольно благосклонное отношение к одному зелёному «вечному» лейту, запросто сдаст меня вивисекторам Корпуса, если это вдруг окажется целесообразно!

И кстати говоря, одна из невысказанных мною версий происходящего вокруг нас сейчас как раз и включала в себя такую вот «целесообразность». Думать о том, что страт-полковник по каким-то причинам решил сдать меня вместе с грузом и как бы не всем «Странником», не хотелось совершенно. Но не учитывать такую возможность, как и возможное предательство кого-то из верхушки неизвестных мне «эвакуаторов», так легко списавших со счетов того же такт-капитана Арно, я тоже не могу.

В общем, из всего вышесказанного можно сделать только один вывод… Как говаривал маршал Вейна, брим Влад: а что тут думать, прыгать надо!

– Прыгать? Ким, ты о чём? – Проговорил Алекс. Вот харг! Уже заговариваться начал!

– О том, что выбор у нас не особо велик. Кто бы и по каким причинам ни заинтересовался нашей компанией, вариантов действий у нас немного. – Сообщил я.

– То есть либо продолжать выполнять задание, либо драпать во все лопатки, чтобы потом иметь бледный вид перед гард-полковником, так? – Уточнил Фил.

– Примерно. И как я понимаю, второй вариант нас не устраивает. – Согласился я. – Но это значит только одно. Нужно по максимуму обезопасить себя при выполнении первого. Не так ли?

– Предложения? – Тут же заинтересовались пилоты.

– Во-первых, добраться до Горина и провести тотальную проверку наших тел и интеллонов на подсадки. И желательно, поскорее, поскольку вечно держать щит я не смогу.  – Я заранее поморщился. В отличие от моих спутников, мне не раз доводилось проходить эту процедуру и могу сказать точно, приятного в ней не просто мало… его вообще нет! – Во-вторых, осторожно оформить получение посылки…

– А как мы эту самую «посылку» будем вытаскивать? – Спросил Фил.

– Вот это будет самое сложное. – Вздохнул я в ответ. – Я собираюсь подключить ваши «Умбы», точнее, их управляющие модули, к системам присланных кораблей. Конечно, эффекта слияния в этом случае, скорее всего, не будет, но управлять платформами вы сможете. Как и вести огонь.

– Управлять орудийными платформами пустотного базирования… в одиночку. – Алекс с Филом посмотрели на меня, как на сумасшедшего, и Роун покачал головой. – Ким, ты бредишь.

– Это вы ещё сами платформы не видели. – Хмыкнул я. – Вот же где настоящий бред.

– Стоп-стоп-стоп. Вести огонь… ты с кем воевать собрался, а? – Вдруг встрепенулся Морина.

– С любым агрессором. – Оскалился я. – А что, есть возражения? Или вы считаете, что покушение на имущество флота не должно быть пресечено в зародыше?

– А если это будет корабль нашего же Флота… или Корпуса? – Осведомился Фил.

– Покушение на собственность мобилизационной базы должно быть пресечено без каких-либо условий, если нет иного приказа непосредственного командования базы. – Процитировал я инструкцию. – Вы такой приказ получали? Нет? В чём проблема?

Пилоты переглянулись.

– Трибунал. – Вздохнул Фил.

– Он нам и так светит. – Пожал я плечами. – Причём всем полутора сотням тысяч обитателей «Странника» разом.

– Заочный. С вынесением приговора перед заседанием. – Кивнул Алекс. Истребители помолчали, взглянули на меня и… широко улыбнулись. – Полетаем!

Я никогда не пойму этих адреналиновых маньяков. Честное слово!

Глава 4. Правильная ретирада, не есть бегство

Торопиться с отходом не стали, чтобы не всполошить заинтересовавшихся нашей компанией и не устраивать гонки. Именно поэтому на проверку в меддок Горина мы заглядывали по очереди, растянув визиты на несколько часов. И пока один из нас пребывал в капсуле, выводя из организма «вредные примеси», двое других чинно рассекали по самым людным местам станции. Правда, пока проверку на вшивость проходили пилоты, мне пришлось туго. Работа с закладками, организованными шустрыми неизвестными, оказалась довольно муторной и требовала много внимания, так что большую часть времени, пока истребители находились в капсуле, я сидел за столом в одном из многочисленных станционных заведений просто потому, что одновременно идти и работать с автодоком мне оказалось не по силам. Зато все закладки выловил. Часть, действительно вредную, вплоть до летального исхода, уничтожил на месте, а часть, вроде банальных маячков, «перевербовал», так что по моему приказу они благополучно заблокируются. Но пока удалять их не стал, чтобы опять же не всполошить наших противников.

Из-за сложности проверки мне пришлось отложить окончание работ с «посылкой», так что, принимать её мы отправились лишь поздним вечером. Впрочем, на станции понятие времени суток актуально лишь для штатного персонала, а транзитники и многочисленные развлекательные заведения здесь деление на утро-день-вечер-ночь не признают. Как, собственно, и сервисные службы, к которым относится и «почта», то есть грузовой терминал.

Перед самым визитом за грузом я деактивировал маячки, и нам пришлось ускориться. Оформление документов прошло быстро, но мы всё равно не успели. Уже на подходе к Горину нам навстречу вырулила пара штурмботов, вообще-то на гражданской станции напрочь запрещённых. Не дожидаясь, пока инсектоиды откроют огонь, я выставил перед нами кинетический щит и, ускорившись, швырнул пилотов в техническую нишу. Коротко вякнул попытавшийся протестовать примитивный замок и, обиженно щёлкнув, открыл проход в сервисный коридор. Вовремя. Щит выдержал около сотни попаданий и пропал.

Галерея, в которой мы оказались, низкая и узкая, штурмботам сюда не пролезть. Но есть и минусы, о которых я тут же уведомил спутников. Не вслух, разумеется, а через аудиоканал морфа.

– Прямая, как стрела. Если вскроют вход, будет жарко.

– Порадовал. – Проворчал Морина.

– Могу обрадовать ещё больше, хочешь? – Огрызнулся я. – Этот ход идёт в сторону от нужного нам направления.

Ответить ни Фил, ни Алекс не успели, а мне пришлось вновь задействовать пси. Сформированный щит тут же покрылся рябью попаданий. Дроиды всё же раскурочили дверь в сервисный коридор и тут же принялись поливать пространство из игольников, заставив нас прибавить ходу. Отстреливаться? Из лёгких игольников по штурмботам?! Нет, есть, конечно, и более бездарные способы убить время, но вот самого времени у нас как раз и нет! А потому, бегом-бегом, пока щит держит…

До ближайшего перекрёстка мы всё же добрались без потерь и ранений. Но после четвёртой попытки высунуться из технических в обычные коридоры поняли, что выпускать нас «в люди» никто не собирается. Более того, если судить по карте, нас старательно отжимают от портовой зоны. А это уже совсем нехорошо.

– Так, дары офицеры, у нас есть проблема. – Сообщил я, когда мы отыскали более или менее спокойный уголок в сервисных переходах и решили взять небольшой тайм-аут.

– Удивил. – Фыркнул Морина, аккуратно выглядывая из-за угла и тут же ныряя обратно. – У нас их только на пути аж две штуки, а сколько ещё по другим коридорам полы своими царапками портят, одним тёмным звёздам известно.

– И как их только безы до сих пор не засекли… – Поддержал ведомого Алекс.

– Так же, как и нас. – Ответил я. – Безовская сеть перекрыта наглухо. Но не это главное, пилоты. Нас активно отжимают от портовой зоны и, если я не ошибаюсь, гонят ко второму северному.

– А там что? – Поинтересовался Роун.

– Там до хрена всего. Медблок, спецплощадка для федеральных кораблей… тюремный блок. Выбирай, что больше нравится.

– А может лучше домой? – Проговорил Фил.

– Да кто бы возражал! – Переглянувшись с Алексом, пожал я плечами. – Да вон, видишь те жестянки? Не пускают.

– А если на них какие-нибудь другие жестянки натравить? – Совершенно невинным тоном спросил Морина. – Можешь с Горина охранников своих вызвать?

– Это вряд ли. – Поморщился я. – Охранники – не разведботы, им проход на станцию часов шесть пилить придётся, и то без гарантии, что их не засекут во время проникновения. Они ж для таких операций не приспособлены!

– Жаль. – В унисон вздохнули пилоты.

– Стоп. Фил, ты гений! Пусть охранники не вариант, но кто сказал, что нельзя вербовать сторонников среди нейтралов? – Улыбнулся я.

– В смысле? – Не понял Алекс.

– Ваши тактические игры с сервисботами помнишь? – Я ткнул пилота в плечо, и тот поморщился. Ну да, у него-то та история больше с карцером и «гусеницами» ассоциируется. Но тут до обоих моих спутников дошло, что именно я имею в виду, и усталые после долгого и бессмысленного бега лица посветлели. – Вижу, помнишь. Вот что-то в этом роде я и попробую проделать здесь.

– Безовские? – Предположил Алекс, но Фил покачал головой.

– Не выйдет. Если связь с безами заглушена, то и до их ботов достучаться будет невозможно.

– А что тогда?

– Да те же сервис-дроиды. Знаешь, что может натворить один правильно мотивированный бот-уборщик?! У-у… Ну-ка, сейчас попробуем.

Чем хороши дроиды-уборщики? Своей многофункциональностью. Собственно, их и уборщиками-то называть было бы несколько неверно. Основная их задача это ремонт и восстановление, а также изоляция разгерметизированных объёмов… моментально застывающим пенобетоном. Очень удобная вещь, как выяснилось, когда нужно зафиксировать буйного штурмбота. Нет, минут через десять он выберется, но за это время вполне можно успеть переподчинить дроида прямым подключением к его интеллект-комплексу.

Попытку сменить протоколы безопасности системы управления штатными станционными ботами я пресёк на корню, так что вскоре мы уже уверенно пробирались к Горину под прикрытием пары «перевербованных» штурмовиков, а дорогу нам расчищали сервис-боты. Вот где стоило поблагодарить тягу всех пустотников прятать всю утилитарку за фальшпанелями и в технических нишах. Инсектоиды просто не могли ничего поделать с выскакивающими невесть откуда сервисботами. Парализующие иглы им были по барабану, а более серьёзного оружия на штурмовиках не было. И если пару штук они успевали просто задавить до выстрела, то оставшиеся два-три бота благополучно выполняли свою задачу, «стреножа» штурмовиков пенобетоном. К тому моменту, когда мы оказались у входа в шлюз, на счету станционных уборщиков уже было семь инсектоидов.

А вот у финиша нам пришлось притормозить, чтобы самим не угодить под шквальный огонь боевых игольников, мгновенно уничтоживший рванувшую в шлюзовую волну сервисботов. Поторопились… мда.

– Железок нет, только живые. – Скороговоркой произнёс Фил, моментально выпуская добрую сотню игл в сторону дверного проёма, ведущего в шлюзовой узел, и скрючился за штабелем контейнеров. Мы с Алексом откатились в противоположную сторону, укрывшись за выступом стены.

Я оглянулся на застывших за нашими спинами «угнанных» у противника дроидов и ткнул стоящего рядом Роуна в бок.

– Одного туда для разведки. Ему боевые иглы ручников нипочём. Второй пусть смотрит за тылами. – Мгновенно сориентировался Алекс.

– Есть.

Первый инсектоид почти прижался брюхом к полу, наклонил голову сенсорного блока, выставив вперёд прикрывающий её бронещиток, и резво посеменил к проходу в шлюзовую. Штурмбот в атаке, классика. Эх, если бы ещё вместо игольников с парализующими иглами у него был установлен штатный плазмобой в «скорпионьем жале», было бы вообще великолепно. Но чего нет, того нет. Нападающие явно желают взять нас живьём, иначе объяснить отсутствие летального вооружения на ботах невозможно.

Треск выстрелов, шипенье пневмоклапанов… и взрыв! В наш коридор влетели ошмётки деталей, среди которых я увидел пару оторванных конечностей и искорёженный сенсорный блок штурмбота. Вот как… Значит, серьёзное оружие у них всё же есть. Плохо.

Настроившись, я прислушался к пространству через пси и, покосившись на взбешённого Алекса, рассматривающего обломки только что отправленного в атаку дроида, вздохнул.

– Придётся идти самим.

– Чтобы и нас так же расчленили? – Возмутился он.

– Командир, мы им живыми нужны. Так что, бить плазмой не станут. – Присоединился к нашей конференц-связи Фил.

– Вижу я, какими мы им нужны. – Алекс кивнул на валяющуюся в двух шагах от нас разбитую «голову» дроида. – Ким, он хоть успел рассмотреть, сколько их там и как расположены?

– Это я тебе могу и сам сказать. – Пожал я плечами. – Четверо у нашего, пятого шлюза, ещё двое в нишах второго и седьмого. Прячутся за такими же контейнерами, как тот, что прикрывает Фила.

– Пси? – Коротко спросил Морина. Я подтвердил. – А щит можешь поставить? Как там, в переходах… сил хватит?

– Хватит. – Ответил я. – Но пройти через баррикаду у нашего шлюза он не поможет… разве что прижать противника к стенке, чтоб не дёргался, но если там есть свой псиоператор, то больше трёх-четырёх секунд противодействия я могу и не выдержать.

– Ну, лейт… ладно. – Алекс чуть замялся и, прислав нам с Филом схему построения, резко встряхнувшись, заговорил. – Офицеры, слушай мою команду. Комбезы в пустотный режим, не хватало, чтоб нас приголубили каким-нибудь газом. Проверить боезапас. Идём треугольником. Дрём, ты идёшь замыкающим, на тебе пси-щит, следи, чтоб инсект мог бить поверх него. Морина, правый угол твой, левый мой. Ким, сможешь одновременно держать щит и контролировать штурмовика? Да? Замечательно, тогда ставь дроида в центр треугольника и не вздумай отпустить его в автономку. Если щит просядет или будет снят, он должен дать нам хотя бы три-четыре секунды на ликвидацию боковых. Готовы? Пошли, дары офицеры.

Идея самоубийственная. Расчёт только на то, что противник не станет бить плазмой по дроиду, чтобы не зацепить цели, нас то есть. Ну что ж… будем надеяться на это, а также на то, что у встречающих нет псиоператора или соответствующего оборудования, вроде псигенератора джошей. Иначе, влетев в шлюзовую, мы рискуем оказаться нашпигованными парализатором так, что  он из ушей потечёт.

Комбез, повинуясь приказу, отданному через морф, перешёл в «пустотный» вариант. Руки облепили перчатки, капюшон накрыл голову и, опустившись ниже, стёк прозрачной маской на лицо. Я глянул на Алекса с Филом. Их одежда тоже претерпела изменения. Форма пилотов утратила свой тёмно-синий цвет, стала более мешковатой, за опустившимися поляризованными масками стало невозможно рассмотреть лица. Мы кивнули друг другу, выстраиваясь треугольником. Центр занял инсект… и вперёд, на баррикады!

Сержант Роберт Эймс прищурился. Если расчёт верен, то сейчас цели должны пойти в атаку. И это хорошо. Бой лицом к лицу всегда нравился штурм-сержанту больше, чем игры железяк… и сами «железячники», эти вечно дерущие носы хлюпики, не способные сойтись с врагом напрямую.

«Воевать надо мозгами, а не мускулами», тьфу! Поставить такого самоуверенного хлыща против его же собственного тяжелого штурмбота, обосрётся от страха, немочь бледная. А Робу, как и любому его сослуживцу из Первого Сокрушающего, такой противник на один зуб. Скаф на форсаж, плазмобой на цель и нет штурмбота…

Эймс повёл плечами и вздохнул, не ощутив привычной и приятной тяжести экзоскелетного скафа. А легкий пустотник казался ему таким ненадёжным… Да он и был ненадёжным! Любой выстрел из игольника пробьёт это убожество навылет… но, увы, любимый скаф остался в расположении. Эх, если бы не запрет командования на применение спецсредств на гражданском объекте… не пришлось бы сейчас отсиживаться за этими идиотскими контейнерами, дожидаясь пока цель пойдёт в атаку. Чёрт, да тут даже парализаторы не нужны были бы. Выйти навстречу трём придуркам с табельными пукалками, огреть по голове ладонью и всего делов! Пакуйте заказ.

Сержант встрепенулся, получив сигнал готовности от командира, переданный тому штатным «психом». Почуял что-то мелкий… Ну и замечательно. Сейчас пойдёт потеха.

Эймс покосился в сторону сидящего рядом псиоператора и, вздохнув, аккуратно потянул его себе за спину. От греха и шальной иглы подальше. В отличие от железячников, «психов» Роб уважал. Да, они в большинстве своём тоже не блещут силой и выносливостью, зато могут защитить от того, для чего не станет преградой и любимый Эймсом скаф. А после того, как вот этот конкретный щуплый мальчишка, выложившись до донышка, вытащил их взвод из полной задницы на Грахаре Восьмом, когда свихнувшиеся «психи» устроили натуральную мясорубку в бунтующем городоме, Роб с сослуживцами и вовсе взяли «своего» псиоператора под негласную опеку… сразу, как того выписали из медблока.

– Внимание, атака!

Игольник сам собой навёлся на цель, и Эймс заскрежетал зубами. Мало того, что одна из целей – железячник, у них ещё и свой «псих» есть! Вот дерьмо!

Иглы, выпущенные из ствола, увязли в расходящейся радужными разводами плёнке щита, тот дрогнул, словно встряхнулся, и по полу рассыпался шорох опавших игл. Силы экономит, зар-раза. Ла-адно!

Сержант ощерился, но тут же вынужден был нырнуть под защиту контейнеров, тотчас задрожавших под ударами стационарного игольника, поднявшегося над размытым пятном щита. Рука Эймса сама потянулась к плазмобою…

– Не сметь. – Голос командира в «циркулярке» змеиным шипением ворвался в мозг сержанта, и тот отдёрнул руку. – Зацепишь цель, в утильщиках сгною.

– Понял. – Откликнулся сержант, вновь поднимая игольник. Придётся работать на истощение щита. Ничего, боеприпаса у них более чем достаточно. А удрать противнику не удастся. Уже не удастся.

В подтверждение мыслей Эймса за спинами нападающих раздался грохот упавших в аварийном режиме дверных створок. Всё, пути к отступлению отрезаны! Теперь только огонь!

Неожиданно на сержанта накатила удушающая волна, тело потяжелело и потянуло куда-то назад, прижимая к створкам пятого шлюза. Рядом раздался сдавленный то ли вздох, то ли писк. С трудом повернув голову, Роб увидел сомлевшего псиоператора, из носа и ушей которого сочилась алая кровь. И в ту же секунду сигнал связи с мальчишкой пропал, будто его и не было.

Пси! Опять чёртово пси, как тогда на Грахаре! Сержант, скрипя зубами, потянул вверх ствол, буквально упирая его в накатывающий щит. Палец лёг на спусковой крючок, и игольник задрожал в руках, выплёвывая боезапас одной длинной нескончаемой очередью. Вот погас значок связи с командиром.

Эймс нашарил рукой второй игольник, и ещё один поток игл вонзился в щит. Сержант зарычал, медленно поднимаясь во весь свой немаленький рост. Главное додавить «психа». Вечно такой напор он держать не сможет. А там его дожмут сосе… Удар! И над сержантом сомкнулась тьма.

Глава 5. Прощания и встречи

Ввалившись в модуль и заперев люк за проскользнувшими следом пилотами, я попытался сделать шаг в сторону рубки и почувствовал, что заваливаюсь вперёд. Алекс и Фил успели подхватить меня в самый последний момент.

– Горин, уходим по-английски. Взлёт. – Прохрипел я, утерев текущую из носа кровь, и освободившись из рук пилотов, мотнул головой и обратился уже к ним. – Помогите добраться до рубки.

– Может… – Начал Алекс, но я его перебил.

– Времени нет. Пока безы заблокированы, надо убираться от станции. Горин сможет отойти от стыковочного узла в скрыте, так чтоб диспетчеры его не засекли, но потом…

– Если нас ждут в Пустоте, без пилота МКМ далеко не улетит. – Понимающе кивнул Фил, вновь подхватывая меня под руку. – Идём.

Перенапряжение. Держать щит, управлять штурмботом и противостоять другому псиоператору… нагрузка оказалась слишком велика. Так что, сейчас морф-система занята латанием многочисленных микроразрывов сосудов моего мозга, а впрыснутые ею препараты хоть и призваны привести в порядок мой организм, негативно влияют на его текущее состояние. В другой ситуации я бы, не раздумывая, улёгся в регкапсулу, но… Харгов псиоператор!

Кое-как устроившись в рабочем кресле-коконе, я благодарно кивнул пилотам.

– Алекс, система уже настроена, платформы расконсервированы и выведены из грузового терминала… если это можно назвать платформами.

– А в чём проблема? – Не понял Роун, внимательно следивший за показаниями, выводимыми на дугу экрана в передней части рубки.

– Возьмёшься за управление, сам поймёшь. – Через силу усмехнулся я. – В общем, занимайте места в «Умбах», связь с платформами мы с Горином установили. Так что, за работу, дары офицеры.

– Уже? – Удивился Фил.

– В первую же ночь на станции. – Подтвердил я.

– Ты знал, что нас ждёт? – Резко, всем корпусом развернувшись в мою сторону, задал вопрос Фил. Я покачал головой.

– Морина, ты меня достал со своими подозрениями. – Вздохнул я.

– Действительно, Фил. – Поддержал меня Алекс. – Ты же помнишь, что именно мы должны забрать, и как было обставлено всё дело. Это же не обычная поставка, а считай, самая настоящая контрабанда. Да ещё и военная, а это уже гарантированный трибунал. Логично, что Ким решил перестраховаться. Хотя, как можно было расконсервировать корабли дистанционно, я лично плохо себе представляю…

– Ну, если так… – Протянул ведомый Роуна. И Алекс хлопнул его по плечу.

– Именно так. А теперь идём. Нужно взять под контроль платформы, выставить их в караван и тянуть на базу. – Оба пилота вывалились из рубки, и я облегчённо растёкся по креслу. Головная боль, терзавшая меня от соседства с двумя весьма взбудораженными «генераторами эмоций», потихоньку начала убывать. Переждав несколько минут, я тяжело вздохнул и ушёл в слияние.

Боль и усталость отдалились, почти исчезли, заслонённые ощущением огромного «тела» Горина, МОЕГО тела. Мерная пульсация генераторов, ток энергии по шинам, мощь, скрытая в сердце двигателя, ярким солнцем горящая внутри меня… и Пустота вокруг.

«Прислушавшись» к пространству, я уловил гравитационные возмущения газового гиганта и вплетающуюся в них вибрацию полей станции, находящейся на его орбите. Гул её каналов связи. Заполошные сигналы сбоящих систем и уверенный широкий ток миллиардов бит информации проходящих через межсистемный передатчик Верхнего Информатория.

Чуть расширив спектр восприятия, я «огляделся» по сторонам и, не обнаружив рядом со станцией каких-либо угроз, с удовольствием «потянулся», проводя короткий тест работоспособности систем. Убедившись, что все части Горина слушаются без проблем, я разогнал двигатель до рабочего хода и одним лёгким импульсом вышел с парковочной зоны станции. Скорректировав курс, я обогнул южную полусферу и, оказавшись рядом с нашей «посылкой», связался с пилотами сидящими в кабинах истребителей «притороченных» к внешним слотам Горина.

– А-один на месте. – Голос Алекса ворвался в сознание со всеми шумами его эмоций. Поморщившись от пронзившей моё «меньшее» тело боли, я прикрутил уровень восприятия до минимума.

– А-второй на месте. – Проговорил Фил.

– Освоились с платформами?

– Как сказать… – Вздохнул Роун. – Управление дубовое. Никакой обратной связи, про ощущения я вообще молчу.

– Потому что их нет. – Буркнул следом Морина. – Такое впечатление, будто мне вместо рук и ног протезы приделали… механические. Да и с манёвренностью чушь какая-то творится. То ли юстировка сбита напрочь, то ли на них совершенно сумасшедшие движки стоят. Чуть пожелал сместиться, и едва не унесло к чертям на рога. Не завидую я тому, кто попытается управлять этой дурой, сидя внутри. Размажет.

– Придётся потерпеть, дары офицеры. Пси-модули этих платформ никогда не имели дела с полным коннектом, так что им нужно время, чтобы воспринять новые особенности связи. – Объяснил я.

– Это что же за платформы такие, что никогда с людьми не работали? – Удивился Фил.

– А это и не платформы вовсе. – Внезапно севшим голосом ответил Роун, явно заглянувший в спецификации наших «посылок». – Это межсистемные автономники Корпуса.

– Да ну. – Удивление Морины умудрилось пробить даже установленные мною фильтры.

– Смотри сам. – Ответил Роун.

– Восемь гравиорудий класса «Олимп»… Восемь!!! – Фил аж захлебнулся эмоциями. – Да я ж любую пиратскую эскадру в одиночку раскатаю! А двигатели?! Сорок шестые «РР»… ускорение семнадцать и девять. Я плачу, Алекс! У «Умбы» коэффициент в три раза ниже!

– Ким, нам нужно время, чтобы освоиться с этими агрегатами. – Деловито заметил Алекс, перебив восхищенные стоны своего ведомого. – Как там с окружением, есть что-то?

– Пока чисто. – Ответил я. – Но расслабляться не советую. По выходу сразу ложимся на курс к базе, и будете осваиваться с машинами по пути. Идёт?

– Да, конечно. Снимай блокировку.

– Есть. Блокировка маршевых двигателей снята. Принимайте карту маршрута. – Проговорил я, одновременно скидывая на «Умбы» пилотов необходимые сведения. А спустя секунду, на мой морф упало сообщение… от Зейда, присланное с интеллект-комплексов автономников.

«Здравия, лейт. Удивлён столь странному способу связи? Считай, что я заразился паранойей Старика. Ладно, шутки в сторону. Я не имел возможности связаться с тобой через инфошлюзы «Странника», поскольку у меня есть основания считать, что информация может уйти налево. Борье может это отрицать, но расследование смерти Арно привело меня к одному нелицеприятному выводу. Такт-капитана слили те самые люди, что отвечали за эвакуацию семей псиоператоров на «Странник». Не могу ничего сказать об их мотивах, хотя и полагаю, что действовали они из лучших побуждений и стремились минимизировать риски разглашения информации об их проекте, но ни мне, ни тебе от этого не легче. Доверия к офицерам Корпуса у людей гард-полковника ни на грош, что, как ты понимаешь, грозит нам повторением судьбы Сезара.

В общем-то, это моё сообщение не больше, чем попытка предупредить тебя: смотри в оба. Не буду убеждать, что Старик спит и видит тебя в гробу, старый вояка слишком честен для таких подстав, но о других участниках проекта я такого сказать не могу. Особенно будь осторожен при проводке автоматов на станцию. Здесь у «перестраховщиков» есть реальный шанс уничтожить тебя… без последствий и подозрений, чего не получится на станции с её системами наблюдения и контроля.

Спросишь, с чего вдруг целый страт-полковник так заботится о «вечном» лейте, которому сам же и сломал карьеру своими опытами? Хороший вопрос, лейт. Подумай вот о чём… если о программе уничтожения псиоператоров знают люди, не допущенные к секретам государства, то когда об этом могли узнать те, чьей работой и является раскапывание всяческих тайн, интриг и чужих секретов. Иными словами, я занимаюсь этой проблемой уже больше десяти лет. Не один, разумеется, а в компании с коллегами-псиоператорами, обеспокоенными происходящим в Федерации, в основном, такими же старыми пердунами, как я сам, не связанными установками ментальных закладок. Но есть среди нас и молодые специалисты, правда, по большей части они работают втёмную, чтобы не заклинило те самые закладки. К сожалению, о самом проекте мы узнали слишком поздно, к тому времени он уже находился в стадии реализации, тем не менее работы идут. И ты, Ким, был одной из попыток решения части этой проблемы. Удачной попыткой. Настолько удачной, что я решил… знаешь такое выражение: спрятать лист в лесу? Вот именно это я и проделал. Благо, в нашем проекте работают лучшие Мастера Вероятностей в Федерации, и им просчитать подобные моменты не составило никакого труда.

Ким, я не требую от тебя безоговорочной веры в мои слова. Просто прошу помнить, что люди Борье не единственные, кто озабочен судьбой псиоператоров, и у нашей команды нет никаких предубеждений в отношении активных и потенциальных коллег или антипатий к эмблемам на мундире. В доказательство того, что я не лгу и не пытаюсь сбить тебя с панталыку, посмотри приложенный видеофайл. Он снят с полицейского фиксатора в одном из подготовленных нашей группой убежищ, так что за достоверность можешь не беспокоиться. Впрочем, кому я это говорю? Орм всегда может распознать подделку, не так ли?

Я буду рад, если ты поможешь нам окончательно решить проблему слома закладок и деформации мастеркодов интеллонов и морф-систем. Адрес места встречи с моим агентом приложен к этому файлу. Если же решишь уйти вместе со «Странником», прошу, не поленись, потрать три-четыре декады на отдых в регкапсуле и скинь свой полный ментальный слепок по этому же адресу. Думаю, этого будет достаточно для того, чтобы мы смогли отследить всю динамику изменений твоего организма, сделать на её основе чёткий и однозначный прогноз перспективности проведённой над тобой процедуры и выявить все возможные подводные камни. А это значит тысячи спасённых от закладок псиоператоров Корпуса, таких же как ты и твои однокурсники. Тысячи тех, кто получит шанс избежать судьбы идиота, штампующего пси-модули на частных заводах. Чёрт! Если бы ты знал, как я порой сожалею о том, что вообще участвовал в создании системы ментальных установок… всё время кажется, что можно было найти другой выход. А потом вспоминаю о единственной альтернативе, использовавшейся в то время, и понимаю, что… Ладно, всё это разговоры в пользу бедных. Оставим. Лейт, я надеюсь, что какое бы решение ты ни принял, мне не придётся краснеть за выпускника моего учебного центра. Удачи, Ким Дрём».

Сказать, что сообщение полковника Зейда меня ошарашило, значило бы погрешить против истины. Я был в шоке… Хорошо, что само сообщение я читал в режиме ускоренного восприятия. И то, чтобы прийти в чувство, мне понадобилось больше четверти часа субъективного времени. Потому как, если бы в этот момент кто-то попытался атаковать нас с Горином или автоматы Корпуса, боюсь, отреагировать адекватно я бы просто не успел.

Осознав прочитанное, я с любопытством открыл видеофайл, ожидая увидеть всё, что угодно, но… стройные линии установленных в каком-то огромном помещении сотен регкапсул ввели меня в недоумение. До тех пор, пока снимавший ролик оператор не подошёл ближе к одному из  рядов. Потянулись номера идентов на экранах следящих мониторов, а за прозрачными крышками замелькали лица. Знакомые лица… «Везунчики»! Все восемнадцать человек с моего курса, получившие распределение на Шестой Флот.

Кажется, страт-полковник довольно остроумно решил вопрос с действующими установками в головах «спасённых». Пока они пребывают без сознания, их интеллоны и морф-системы, не получая информации извне, не могут задействовать протоколы безопасности. Никакой информации из них, конечно, тоже не вытащить, но ведь перед организаторами этого… убежища и не стоит такой задачи. Зато люди будут жить… точнее, спать, дожидаясь, пока не будет решена их проблема. Умно.

Я рассмеялся от облегчения. Кто бы знал, как давила на меня та история с расформированием Шестого флота. Не могу сказать, что мы с однокурсниками были такими уж закадычными друзьями, но хороших приятелей у меня среди них хватало. И известие о том, что часть из них скоро превратят в овощ, заставляло скрежетать зубами от бессилия. Спасибо, дар страт-полковник! Хоть одна отличная новость.

Не знаю, соглашусь ли я покинуть «Странник», но Зейд только что заработал немалую толику уважения в моих глазах. И точно знаю, что мой ментальный слепок и четыре декады непрерывного пребывания в регкапсуле это очень небольшая плата за то, что сделал страт-полковник и его люди. Так что, просьбу, изложенную им в письме, я выполню без всяких условий.

– Ким, ты как? – Прорезался Алекс.

– Порядок. Что у вас? – Ответил я, отправляя послание Зейда в автономный банк памяти морфа.

– Всё нормально, встали на курс… диспетчера по-прежнему молчат. Ким, какова дальность связи?

– До двух а.е. Но скорость реакции, сам понимаешь. Так что, далеко отпускать автоматы нам не резон. Тем более, в нынешней ситуации. Пока, вроде бы, охотников не видно, но кто знает, что ждёт нас впереди? В конце концов, расположение «Странника» не секрет, а значит, и засаду на пути организовать не проблема.

– Вот на этот случай и спрашиваю. Нужно же мне знать размеры поля для манёвра в случае неприятностей? – Отреагировал Роун.

– Ну, двух астрономических тебе должно хватить с лихвой, не находишь? – Вмешался Фил.

– Ха! Это для «Умбы» две а.е., действительно, астрономическое расстояние. А для автоматов с их-то двигателями…

– Это да. – Протянул Морина. – Нам о таком только мечтать приходится.

– Дары офицеры, вы бы не разгонялись так, а? – Попросил я, заметив, как начали «финтить» пилоты, осваиваясь с управлением платформами.

– Ким… – Протянул Алекс.

– Я же не в укор говорю. Просто будьте внимательнее. СПИБы ваших автоматов меня не видят, вмажетесь, и размажет нас тонким слоем по обшивке. Удовольствие невеликое.

– А ты чуть подальше держись, и всё будет путём! – Хохотнул довольный Морина. Кажется, у кого-то рвёт башню от эйфории. Пора лечить.

– Эй! В чём дело?! – В унисон заорали пилоты, поняв, что их «игрушки» перестали слушаться команд и теперь уверенно прут генеральным курсом.

В ответ я сбросил обоим истребителям карту нашего движения и пункт флотского устава с описанием санкций за опасные манёвры совершаемые кораблями в составе конвоя.

– Законник. – С чувством протянул Морина.

– Пусть так. – Согласился я. – Зато живой. А если уж вам так хочется повеселиться, отводите корабль на безопасное расстояние… и вперёд.

– Ким, может всё же «подсветишь» Горина? Должны же мы как-то осваиваться с этими мастодонтами. А как прикажешь это делать без активного маневрирования? – Произнёс Алекс,  прочитав сброшенную мною карту эволюций кораблей, и оценив расстояние, на котором Фил недавно проскочил мимо Горина.

– Не могу. Скрыт либо есть, либо нет. – Сухо ответил я.

– А… – Роун на миг задумался, но тут же хохотнул. – Ким, не морочь мне голову. Маршрут движения Горина известен, ускорение тоже. В чём проблема? Вводим красную зону без обозначения машины и всё!

– Уговорил. – Хмыкнул я, но тут же встрепенулся. – Внимание! Фиксирую межсистемный финиш! Даю координаты с уточнением по положению А-один и А-два. Уточнение по финишёрам. Есть инфо. Четыре вымпела. Лёгкие крейсеры без опознавателей… Маркеры проставлены, курс определён… Алекс, что ты там говорил об освоении мастодонтов? Я не я, если эти крейсеры пришли не по нашу душу.

– Безымянные во внутренних секторах? Было бы о чём спорить. – Вздохнул Роун. – К бою, Фил.

Глава 6. Медведь неповоротливый? Ну-ну…

Отличить автомат Корпуса от обычной орудийной платформы, на базе которой он и был создан, можно лишь на марше. Скоростные режимы и, соответственно, картинка излучений у этих машин совершенно разная. Внешне же они почти неотличимы, собственно, именно поэтому «посылка» и была отправлена почти в открытую. Продажа орудийных платформ внешникам не запрещена, вот и…

А сейчас, кажется, пилоты решили воспользоваться этим сходством. Стоило мне сообщить о финишировавшей в системе эскадре, как оба автомата под управлением Алекса и Фила резко сбросили ход, изображая медлительные орудийные платформы. Будь на их месте какой-нибудь другой межсистемник, и подобная маскировка была бы просто невозможна. Но, как и настоящие орудийные платформы, автоматы бронированы и экранированы по полной программе и с большим запасом, так что картинка излучений на сенсорах СПИБ получается очень скупой, и вычислить по ней избыточную мощь двигателей автомата, если он движется не быстрее орудийной платформы, нереально. В общем, остаётся только надеяться, что на пришедшей в систему эскадре нет людей, осведомлённых о том, что именно представляет собой полученная нами «посылка».

Уверенно идут. Либо точно знают, куда мы направляемся, что неудивительно, либо у них очень хорошие СПИБы, которые засекли нас сразу после финиша. Хорошо, что в этот момент пилоты как раз прекратили финтить, иначе выдать автоматы за «орудийки» не удалось бы ни за какие коврижки. Станция? Сильно сомневаюсь, что там могли засечь кульбиты пилотов. А вот информация о том, что на самом деле представляют собой наши орудийные платформы, у них явно отсутствует. Иначе не сунулись бы к нам столь малыми силами.

Ну, а мне и вовсе можно не беспокоиться. От станции Горин отвалил «по-английски», то есть не прощаясь и в скрыте, а в этом режиме «поймать» разведмодуль можно лишь точно зная, что и где искать. Да и то без специального корабля СПИБ Горина можно искать до морковкина заговенья.

В общем, идём своим курсом, изображая полное неведение относительно планов гостей. А то, что гравиорудия уже набрали необходимую для удара энергию, и генераторы готовы в любую секунду развернуть щиты, оставим за кадром.

Дошли. Честно говоря, я рассчитывал, что наши визави хоть словом с нами перекинутся, так ведь нет. Атаковали сходу, с дальней дистанции в две световых секунды, никак не отреагировав на запросы с «орудиек». И честно говоря, у них были все шансы, чтобы накрыть платформы с одного удара. Ну что может противопоставить одинокий перегонщик, пусть даже у него имеется под рукой целая батарея гравиорудий, мощному и слаженному удару небольшой эскадры? Не разорваться же ему, в конце концов?

Если бы это были обычные платформы, требующие подготовленного экипажа для эффективной работы всех систем, дело было бы кончено тут же. Но эскадре противостояли  автоматы Корпуса, и если их вычислителям не хватало ума, чтобы самим вести бой, это не значит, что они не способны эффективно управлять полностью автоматизированным кораблём. Был бы командир с мозгами… у нас был. Даже двое.

А потому атакующие и удивиться не успели, как в ответ на стрельбу их орудий автоматы огрызнулись слаженным залпом всех своих батарей и тут же укрылись за щитами. Половину эскадры как корова языком слизала. Или полизала… если судить по тому, как искорёжило два крейсера гравитационным ударом. Перекрученные жестянки окутались облаками быстро кристаллизующейся жидкости, выплеснувшейся из многочисленных трубопроводов систем жизнеобеспечения, и замерли в Пустоте немыми памятниками собственной наглости.

Надо отдать должное командиру оставшейся части эскадры. Моментально поняв, что все планы пошли коту под хвост, он не стал продолжать атаку, а, развернув оба корабля, попытался встать на разгонный трек для прыжка прочь из системы. Вот только отпускать эскадру никто не собирался. Энергия, накопленная двигателями за тот час, что автоматы притворялись обычными орудийными платформами, нашла свой выход, почти моментально запитав опустошённые первыми залпами накопители гравиорудий. И второй вал гравитационных искажений промчался через Пустоту на околосветовой скорости, чтобы и эти корабли превратились в мёртвое перекрученное, словно выжатая тряпка, железо.

Правда, этот удар вышел менее удачным… или наоборот? Это как посмотреть. Один из выходивших на новый курс, уцелевших после первого удара крейсеров оказался частично прикрыт своим собратом. А потому и пострадал куда меньше, чем подельник, невольно послуживший ему щитом. Нет, продолжить движение он не мог, вся передняя часть эллипсоида, где находятся излучатели маршевых двигателей, оказалась перемолота в хлам, а мощности вспомогательных не хватит, чтобы осуществить прокол пространства. Да что там, у него теперь энергии даже на запитку орудий не хватит… Если, конечно, есть кому этими орудиями управлять.

Теоретически сейчас от крейсера должны брызнуть серебристой россыпью спасботы, но что-то их не видно. Как я ни напрягал системы наблюдения Горина, рассмотреть хоть какое-то движение вокруг крейсера не удалось. А спустя несколько секунд, сенсоры зафиксировали мощный выброс высокотемпературной плазмы где-то в недрах недобитого корабля. Распахнутые пустотные слоты левого борта залило светом, а потом этот борт вздулся и лопнул, словно перезревшая виноградина в пальцах. Вновь вспухло моментально кристаллизовавшееся облако пара и, искрясь в льющемся из недр корабля красноватом свете, запятнало развороченный борт разводами льда.

– Сейчас добью подранка. – Прорычал Фил, и я почувствовал, как гигантский поток энергии вливается в накопители находящегося рядом с Горином автомата.

– Стой! – Я еле успел тормознуть разгорячившегося пилота. От того пришла волна удивления, но Алекс меня поддержал.

– Надо бы сбегать к этому крейсеру, глянуть, что там да как… Может, узнаем, кто это по нашу душу пожаловал.

– Я туда не полезу! – Тут же открестился Морина. – Там же сейчас пекло натуральное! Видели, как рвануло? Наверняка какое-нибудь термоядерное старьё бахнуло.

– И не надо. У меня есть пара ботов для спасработ. Им и в звезду нырнуть не проблема… Проблема потом их выловить. А на радиацию и вовсе плевать. Даже если самому лезть в корабль придётся, скаф прикроет, а потом… комплекс деактивации на Горине входит в штатную комплектацию. – Сообщил я напрягшемуся Филу… и тот моментально расслабился.

– Ну, если меня туда запихивать не будут… можно и сбегать, глянуть. – Протянул он. На том и сошлись.

Идти к останкам кораблей решили всей компанией. Я посадил Горина на плоскость управляемого Алексом автомата, закрепился по-походному, несколько попортив внешнюю обшивку корабля, и два километровых транспортника Корпуса плавненько двинулись на сближение с кучей железа, совсем недавно бывшей неплохой эскадрой лёгких крейсеров. Хорошо хоть догадались не рвать с места на всю катушку, иначе нас троих просто размазало бы по всей длине корабля, к которому был принайтован Горин.

Но и так перегрузка вышла в лучших традициях истребителей. То есть до лопнувших капилляров в глазах и ломоты в теле, на грани потери сознания. Даже морф что-то обиженно пискнул, приводя в порядок тело не ожидавшего такой подляны носителя.

– Алекс, ты охренел? – Выдавил я, справившись с перегрузкой.

– Извини, Ким. Сам такого не ожидал. – Хрипло проговорил Роун под матерок своего ведомого. – Всё-таки отсутствие обратной связи чувствуется.

– Аккуратнее, дар иф-капитан. Мы ещё жить хотим. – Вздохнул я.

– Всё-всё. Больше не повторится. – Хохотнул Алекс. Быстро он отошёл от этого «старта». Или у пилотов какие-то специальные примочки в интеллонах имеются, что они так легко подобные перегрузки переносят? Да ладно, харг с ним. Потом узнаю.

Две световых секунды это порядка шестисот тысяч километров, которые шустрые автоматы Корпуса преодолели за восемь минут, чему я искренне позавидовал. И надо сказать, в этом чувстве я был не одинок. Алекс и Фил тоже мечтательно вздыхали, глядя с какой скоростью корабли пожирают пространство. Ничего удивительного, скорость в четыре тысячных это ровно в два раза больше, чем может развить Горин на досветовом максимуме, и в полтора раза больше, чем боевой скоростной режим истребителей.

– И что ты собираешься искать в этом месиве? – Тихо спросил Алекс, когда оба автомата зависли рядом с искорёженным взрывом бортом последнего, наименее пострадавшего крейсера, только-только прекратившего бессистемное вращение после одного ослабленного, но предельно точного, выверенного гравиудара с автомата Морины.

Надо думать, раньше ни ему самому, ни Филу не приходилось видеть результаты своей работы… так наглядно. А зрелище действительно было жутковатым… Фактически, левый борт крейсера перестал существовать вместе с пустотными слотами, импульсными спарками непосредственной обороны и… большей частью обитаемых объёмов в этой части крейсера. И абсолютно мёртвый эмофон. Живых тут нет, точно. Разве что в двигательном отсеке кто-то мог уцелеть. Обычно там такая экранировка, что даже Борье со всей его монструозной псиактивностью вряд ли сможет определить, есть ли за ней кто-то живой или нет.

– Не знаю, но… хоть что-нибудь да найдём. – Вздохнул я. Перспектива лезть в этот комок сталепласта меня не особо привлекала. Даже если учесть, что пробираться по лабиринтам коридоров уничтоженного корабля придётся не мне самому, а управляемому мною боту. Но деваться некуда…

Тихо зашипел открывающийся люк, и дроид отправился в короткий полёт к висящей в паре сотен метров от нас махине корабля.

Описывать разрушенные внутренности крейсера смысла нет. Потёки сталепласта и непонятно по какой причине не сработавшие бронеставни, так и не заблокировавшие переходы между секциями, плавающие в невесомости трупы и всяческая незакреплённая мелочь в каютах… и тишина. В Пустоте звуков нет, и именно поэтому все пустотники терпеть не могут тишину. Она пугает. Как здесь.

До рубки бот добрался через добрых полтора часа полёта по искорёженным гравиударом и последовавшим за ним взрывом галереям и переходам. И опять никакой блокировки. Створки подняты, заходи кто хочет. Ну, дроид и зашёл.

Честно говоря, по пути на мостик я не заморачивался с идентификацией попадавшихся в коридорах и галереях мертвецов, хотя такая возможность и была. Но зачем ставить в известность о происходящем Корпус? Стоило немного подождать, и вот я уже знаю название крейсера и кто его владелец.

Частная военная компания «Триан»… мне это мало о чём говорит. Разве что могу с уверенностью утверждать, что в число ведущих в своём секторе она не входит, иначе была бы на слуху. Но вообще, таких компаний – море. Пусть большая их часть базируется во внешнем кольце, но и в центральных мирах Федерации хватает наёмников, предлагающих свои услуги любому, кто может их оплатить. Корпоранты, например, любят решать некоторые проблемы с помощью таких вот солдат удачи.

Впрочем, я и не ждал, что наш противник повесит на грудь бэйджик со всеми своими данными для облегчения опознания.

Дроиды-спасатели, такие же, как и тот, что сейчас ползает по внутренностям мёртвого крейсера, на Флоте ещё именуются гробовщиками. Что поделать, если именно они чаще всего занимаются извлечением тел с разбитых кораблей и станций. Но бывает и так, что забрать мертвеца нет возможности или времени, в этом случае бот должен отобрать генетический материал для дальнейшего опознания и… извлечь интеллоны, точнее, их вычислительные центры. Крайне грязная работа, а потому пусть лучше ею занимается дроид, которого потом можно будет просто запихнуть в пустотный «сухой» душ.

– Ким, будь добр, отключи передачу! – Попросил Морина. – Смотреть на то, как твой гробовщик потрошит трупы, совсем не хочется.

– Не хочется, не смотри. – Огрызнулся я. Можно подумать, какие у наших пилотов нежные души и тонкая психическая организация!

– Оставь его, Фил, и просто отключи канал. – Прогудел по циркулярке Алекс. – Благо, в отличие от Кима, у тебя такая возможность имеется.

Вот именно. Дроид, конечно, в состоянии справиться с задачей самостоятельно, но это же не автодок, в принципе не способный накосячить, ковыряясь в человеческом теле. Это полевая машина, тонкие операции которой лучше контролировать лично. Чем я, собственно, сейчас и занимаюсь… Противно и неприятно, а что делать? Штатных патологоанатомов на Горине почему-то нет. Не влезли, наверное, ага…

Потрошение командного состава крейсера «Пила Ардес» дроид закончил спустя полчаса. Восемь тел… восемь интеллонов. Гробовщик упаковал полученные материалы и был направлен мною в поход по уцелевшим жилым отсекам корабля. Мародёрка? Да к харгу. Прежде всего, меня интересовали каюта капитана и его кабинет, но уж никак не личные вещи экипажа. Конечно, шанс найти там какую-то стоящую информацию невелик, всё же сейчас уже мало кто хранит важные сведения на внешних носителях, но раз уж есть возможность, почему бы ею не воспользоваться?

Нужный отсек нашёлся достаточно быстро. Офицеры крейсера явно чтили флотские традиции и предпочитали жить отдельно от основного экипажа, а потому обосновались на верхней жилой палубе, поближе к мостику. В принципе, логично… Ну а отыскать здесь самый большой жилой модуль было и того проще. Правда, добравшись до каюты капитана, я пришёл к выводу, что не все традиции Флота прижились на этом крейсере. Роскошная деревянная мебель, картины и бумажные (!) книги, теснившиеся на полках за стеклянными створками шкафов так, что и в невесомости не сменили своего местоположения, всё это уж очень сильно выбивается из флотских обычаев. Впрочем, крейсер же частный, так что и пинать его капитана за тягу к роскоши никто не стал бы… наверное.

Основные манипуляторы «гробовщика» не очень-то пригодны для тонких операций, это всё-таки не мединструменты, которыми он извлекает интеллоны. Но при определённой сноровке и личном управлении, открывать ими дверцы шкафов и ящиков, извлекая оттуда заинтересовавшие предметы, вполне возможно. Именно этим я и занялся.

Потрошение комодов и ящиков стола принесло куда меньше результатов, чем работа в рубке, но кое-что набрать удалось. Здесь добычей стали россыпь немаркированных инфокристаллов и шкатулка с вензелем, открыть которую силами «гробовщика» мне не удалось. Да я и не особо пытался. Манипуляторы бота скорее раздробят запертый деревянный ящичек, чем смогут его аккуратно вскрыть. А вот с сейфом я церемониться не стал. Дроид легко вскрыл сталепластовую крышку и, максимально аккуратно собрав парящее содержимое сейфа в подставленный пластиковый контейнер, направился к выходу.

Я бы хотел ещё заглянуть в другие офицерские каюты, да и посмотреть, что же рвануло в крейсере после удара Алекса и Фила, тоже было интересно, но в этот момент Горин засёк возрастающую активность наконец проснувшегося станционного СПИБ, и я поторопился увести дроида прочь с разбитого корабля.

Стоило нам отвалить от крейсера и отойти на более или менее приличное расстояние, как Фил влепил в него полный залп из гравиорудий «своего» автомата, напрочь лишив гипотетических следователей возможности найти какие-либо следы нашего пребывания на корабле.

– Ким, пока нас не засекли, может, проведём опыт? – Осведомился Алекс, едва «гробовщик» оказался на борту Горина.

– Какой? – Спросил я, направляя дроида на специальную чистку… формальность, конечно: судя по данным монитора безопасности, уровень радиации не превышает допустимой нормы. Так что, можно было бы обойтись и обычным протоколом очистки, но… правила, есть правила.

– О, это будет очень интересный опыт. И главное, полезный. Смотри, что могут эти монстры. – В голосе Роуна проскользнули восхищённые нотки. Среагировать я не успел. Автоматы прибавили ход и… ушли во внутрисистемный прыжок. Экспериментаторы, харга им в глотку!

Глава 7. Добро пожаловать

Убедившись, что всё ещё жив и цел, а с «Умб», где находятся горе-пилоты, продолжает поступать информация, свидетельствующая, что мои спутники не отправились к тёмным звёздам и даже пребывают в сознании, я тяжело вздохнул и, послав обоих экспериментаторов куда подальше, отключил циркулярную связь, опасаясь за своё психическое здоровье. В противном случае, боюсь, я бы орал на этих идиотов до самого финиша, то есть ещё часов двенадцать – пятнадцать по расчётам Горина. Ну их к харгу!

Поставили опыт? Вот пусть и сидят в кабинах своих истребителей, и ждут выхода в обычное пространство. Всё равно до этого момента Горин не разблокирует шлюзы во избежание всяческих неожиданностей… согласно инструкциям. Нет, я могу обойти этот запрет, но не буду. Пусть помучаются придурки! А я пока делом займусь. У меня вон ещё «трофеи» с крейсера не разобраны… Заодно, глядишь, и успокоюсь немного.

Собственно, вещей для разбора оказалось не так уж много. Интеллоны отправлены в меддок, ими займётся Горин, а вот внешние носители и прочие вещи, вытащенные из ящиков стола и капитанского сейфа… этим я, пожалуй, займусь сам.

Итак… начнём с того, что капитан не считал возможным хранить в столе. Первое, что бросается в глаза, это стопка золотистых кредикарт, как я понимаю, расходный пул на всякий случай. Сто пятьдесят тысяч, без мелочи. Немного, но тут ничего удивительного. Ситуации, требующие подобных анонимных средств оплаты, случаются не так уж часто, если, конечно, речь не идёт о чистом криминале. А так… сунуть на лапу портовым за «правильное» или скорое обслуживание корабля на стоянке… подкинуть наличности диспетчеру за удобную посадочную площадку… думаю, когда заканчивалась вот такая стопка, капитан просто снимал нужную ему сумму со счёта и, обратив её в кредикарты, пополнял запас анонимных средств оплаты. А вообще, сумма хоть и не заоблачная, зато очень хорошо делится на троих. В сторону.

Инфокристаллы. Вот тут сложнее. Большая часть запаролена, а меньшая… там такая сборная солянка информации и программ, что придётся потратить как минимум три-четыре часа на её разбор и отделение шелухи от «зерён» интересных сведений. С другой стороны, времени у меня предостаточно, так что… займусь кристаллами сразу по окончании разбора «трофеев».

Шкатулка. Деревянная. Та самая, которую «гробовщик» чуть не помножил на ноль своими кривыми клешнями. Я покрутил в руках аккуратный, украшенный резьбой ящичек, распространяющий вокруг сладковатый аромат, и, чуть помедлив, откинул миниатюрный крючок, символически запирающий мою находку. Откинув крышку, я поставил шкатулку на стол и недоумённо уставился на содержимое. Я готов был увидеть здесь, что угодно. «Золотые» сертификаты, ювелирные украшения, домашний архив… или какую-нибудь пафосную грамоту на пергаменте, из тех, что любят вручать некоторые правители моносистемных образований, номинально входящих в Федерацию… вроде тех же герцогов Фелт.

Но странная призма, переливающаяся перламутром, это что-то неожиданное… хотя и знакомое. Где-то я уже такое видел, но вот где именно? Хм, это точно было уже в курсантские времена. На Гнозисе ничего подобного быть не могло, я уверен. Но в том-то и проблема, что за время своей учёбы в Корпусе я успел побывать не в одном десятке систем, и вот так сходу вспомнить, где я встречал что-то похожее, хм… вряд ли получится.

Я отложил в сторону шкатулку и, закрыв её, решил заняться инфокристаллами. Раз не получилось вспомнить сразу, оставлю. Само в памяти всплывёт, тем более, что это не к спеху.

На взлом инфокристаллов много времени не ушло. Да там и пароли-то были вполне стандартные, основанные на встроенной в чипы системе… заводские, можно сказать. Вскрыл один, остальные будешь как орешки щёлкать. Вот я и пощёлкал. Два десятка кристаллов за сорок минут… неплохой результат.

Что может храниться на внешних носителях, принадлежащих капитану крейсера частной военной компании? Отчёты о расходах, порнография, отчёты о выполнении «чистых», то есть законных заказов, порнуха, деловая переписка по обслуживанию корабля и его ремонтам, жёсткая эротика, доклады подчинённых и… какой-то озабоченный капитан нам попался. И вроде бы дамы у него в экипаже были, и в контакт-зону доступ разве что заключённым закрыт, а он… М-да, уж. Чужая душа – потёмки.

А вот интеллоны офицеров вскрыть так же легко не удалось. Впрочем, это смотря с чем сравнивать. Будь они по-прежнему в телах живых носителей, и задача взлома усложнилась бы на порядки. Так что пришлось бы снова звать на помощь Старика. А так хватило и одного Горина. Правда, ему понадобилось больше семи часов на взлом всех шести интеллонов, снятых с тел офицеров крейсера. И это при почти отрубившихся без подпитки от носителя пси-модулях!

Зато и результат был, как минимум, интересным. Совмещение общих данных по времени и событиям с разных интеллонов позволило воссоздать полугодовой отрезок жизни экипажа крейсера «Пила Ардес» компании «Триан», по крайней мере, в самых значимых его моментах. Можно было бы заглянуть и дальше «в прошлое» нашего противника, но пока мне хватило и этого.

Первое, за что зацепился морф при разборе вала полученных данных, были списки станций, где побывал «Пила Ардес» за последние месяцы. Очень знакомые списки. На сопоставление данных ушла ровно минута, по истечении которой перед моим внутренним взором оказались два перечня с абсолютно идентичными пунктами. Но если первый был собран из данных вскрытых интеллонов, то второй… второй представлял собой часть списка портов, откуда прибывали нынешние обитатели «Странника». Точнее, станции, где собирались беглецы, чтобы погрузиться на один из транспортов, доставлявших их непосредственно на базу Клода Борье.

Неприятное, крайне неприятное открытие, особенно в свете недавних событий у Нимры Второй. Мысль о том, что кто-то следил за беглецами, мне очень не понравилась.

Но долго переживать по этому поводу, да и вообще хоть сколько-нибудь серьёзно поразмыслить над открывшейся информацией мне не удалось. Горин зафиксировал характерные изменения гравитационных полей вокруг несущего нас автомата, а значит, скоро финиш. Вот и ещё один повод для лёгкой зависти: на прыжок от Нимры Второй до «Странника» корабли Корпуса потратили на шесть часов меньше, чем потребовалось бы на тот же путь Горину… Если, конечно, Алекс не напутал с маршрутом. Всё-таки оба моих спутника – пилоты истребителей, а на подобных машинах прыжковые системы не устанавливаются…

Честно говоря, первое, что я хотел сделать, едва автоматы финишировали в паре а.е. от «Странника», и автоматика разблокировала шлюзы Горина, это хорошенько отрихтовать физиономии чёртовых пилотов. Более идиотского эксперимента, чем внутрисистемный прыжок с неучтённым грузом на внешней подвеске, и придумать сложно. Подчеркну, не просто с  грузом, а с кораблём, на котором не заглушен гравипривод! Нас вообще могло по всей системе тонким слоем размазать! И только тёмным звёздам известно, почему двигатели автомата и принайтованного к нему Горина не вошли в резонанс. Повезло, наверное…

На фоне этого везения даже столкновение на транзитной станции и бой с эскадрой Триана выглядят абсолютно естественными. Одно радует, обвинить нас в той бойне не выйдет. Хотя искать исчезнувшие «орудийные платформы» точно будут. Как угнанные… А что? Предположить, что все шесть крейсеров были уработаны двумя тихоходами без экипажа, было бы глупостью, не так ли? Но это единственный плюс, который перекрывается добрым десятком минусов, проистекающих из одного простого факта… Если ничего не сделать, то скоро нас ждёт повторение визита дознавателей Корпуса. Бои на станции, даже при полностью заглушенных безовских комплексах, так или иначе засветят мой гражданский идент, маркированный службой Корпуса… сработает контрольная «гребёнка», и… здравствуйте, гости дорогие. Коллеги непременно поинтересуются, в какую-такую авантюру ввязался один «вечный» лейт. А это… полный афедрон!

Впрочем, немного остыв, я отказался от идеи набить морду Алексу и его ведомому. Тем более, что у нас, кажется, образовалась другая проблема. Куда более насущная.

– Ким, ты тоже это видишь? – Спросил Роун после долгой, почти минутной паузы.

– Ты хотел сказать, «не видишь», да, Алекс? – Уточнил я, чувствуя, как в душе что-то обрывается. С тонким таким звоном…

– Какого демона! Где «Странник»?! – Возопил по циркулярке Фил. Я поморщился. – Алекс, капитан! Ты куда нас притащил, а? Где станция?!

– Притащил он нас, куда нужно, как это ни удивительно. – Вздохнул я. – Инфополя откликаются, как положено, картина излучений соответствует местоположению «Странника»… так что, вопрос не по адресу.

– В смысле? – Не понял Морина.

– В смысле, этот вопрос нужно задавать Старику. Но его здесь нет, поскольку, судя по всему, он ушёл вместе со станцией. – Объяснил Алекс.

– Как ушёл? А мы? – Опешил Фил.

– А мы остались, как видишь. – С явным сарказмом констатировал Роун.

– Ким, ты что-нибудь понимаешь? – Тихо спросил Морина.

– Пока нет. – Ответил я. – Единственное, что могу сказать точно, станция ушла ещё до того, как мы добрались до Нимры Второй. Иначе здесь до сих пор бушевал бы гравитационный ураган. А от него разве что неразличимые следы остались. Вернись мы не сегодня, а через семь дней, как и планировалось, и следов бы не нашли.

– Ты можешь определить направление прыжка? – Осведомился Алекс, моментально ухватившись за мои слова.

– Нет. – Покачал я головой. – Если бы дело было сразу после их ухода… ну, через сутки, максимум, шансы ещё были бы. А сейчас… дохлый номер. Более того, если бы я не знал, что здесь должна быть боевая станция, решил бы, что это обычная флуктуация гравитационных полей.

– И что делать будем? – Поинтересовался Фил, нарушая повисшую тишину.

– Думать. – Отозвался Алекс. – Собираемся в кают-компании через час. Поедим и переговорим.

Перечить старшему по званию не стали ни я, ни Морина, и, отключившись от циркулярной связи, мы разошлись по каютам. Пилотам нужно время, чтобы привести себя в порядок, а я, оказавшись в своём отсеке, попросту провалился в сон. И спасибо морфу, без его помощи я бы вряд ли смог заснуть.

Еда на столе, едоки за столом, но никто пока даже не притронулся к блюдам, приготовленным не самым худшим пищевым синтезатором.

– Ну что ж… – Начал Алекс, обводя взглядом нашу маленькую компанию. – Аппетита, похоже, нет не только у меня, но… не пропадать же добру? Давайте всё же сначала поедим, а потом уже обсудим происшедшее и решим, что делать дальше.

Честно говоря, на фоне исчезновения «Странника» важность информации, выуженной из интеллонов офицеров «Пила Ардес» не просто померкла, эти сведения, на мой взгляд, утеряли всяческую ценность. Но сообщить о своих выводах Алексу и Филу я счёл необходимым. И к моему удивлению, истребители отнеслись к этой информации несколько… странно.

– «Триан», да? – Переглянувшись с Филом, протянул Алекс. – А ведь они из наших…

– То есть? – Не понял я.

– То и есть. – Буркнул Морина. – «Триан» обеспечивает… точнее, теперь уже обеспечивал безопасность части маршрутов эвакуации гражданских псиоператоров и их семей.

– Вот как… – Я откинулся на спинку кресла и окинул Фила внимательным взглядом. – А скажите мне, дар иф-лейтенант, откуда у вас эта информация?

– Его двоюродному брату в «Триане» принадлежит доля. Он псиоператор, причём высокоуровневый. Не как наш Старик, конечно, но всё же. Собственно, он и похлопотал о том, чтобы нашу секцию в полном составе запихнули на моб.базу. Если бы не Жозе, чёрта с два кто побеспокоился бы о «нулевиках»-истребителях. Скорее, обошлись бы без нашей секции на станции вообще. Бамки ещё никто не отменял, а их на «Страннике» до чёртиков. – Объяснил Роун.

– Откуда такая уверенность, Алекс? Ну, не взяли бы вас, были бы другие истребители. – Пожал я плечами, уходя от темы подозрений… Хватит и того, что сам Фил то и дело в чём-то меня подозревает. Развивать эту линию, обостряя отношения, в данной ситуации было бы глупо.

– Ким, мы, как и большинство пилотов внутрисистемников, «нулевики». – Чуть ли не по слогам произнёс Алекс, но тут же поправился. – По крайней мере, были таковыми до недавнего времени. Отношение к нам в вашем сообществе насквозь снисходительное, если не пренебрежительное. «Ни рыба, ни мясо», что называется. А всю эту тему с побегом организовало именно объединение псиоператоров.

– «Вашем»? – Хмыкнул я. – Алекс, я тебя удивлю, наверное, но о том, что в Федерации Нод существует некое сообщество псиоператоров, я узнал только на «Страннике» от вашего непосредственного командира Луиса Стальи. А до того радостного момента я считал, что кроме международного общества «Пси», никаких других организаций, объединяющих псиактивных людей, не существует.

– Как так? Это ж всем известно! – Изумился Морина.

– А вот так. – Пожал я плечами. – Фил, не забывай, что я меньше года как выпустился из учебного центра Корпус Сервус и сразу угодил на «Странник», а во время обучения у меня, как и у других курсантов, хватало иных дел, так что следить за общественной жизнью Федерации возможностей и сил просто не хватало. Нет, может быть, те же «дипломаты» или «политики» и знали обо всех этих нюансах, даже наверняка знали, их должны были знакомить с положением в Федерации в рамках учебных курсов. Но это «политики» и «дипломаты», а я не специалист в этих материях, у меня другая специальность. Полевая разведка, знаешь ли, в таких эмпиреях не витает.

– Ладно, Ким, не кипятись. – Вздохнул Алекс. – Фил, ты тоже кончай дурью маяться. Давайте о деле… Мне очень не нравится тот факт, что атаковавшие нас крейсеры принадлежат «Триану».

– Я могу попробовать связаться с братом. – Предложил Морина, но тут же скис. – Хотя, наверное, бесполезно. Он предупреждал, что уйдёт на дно, как только исчезнет «Странник». Но если станция уходила в спешке… не по запланированному графику, то…

– А с чего ты взял, что «Странник» ушёл не по плану? – Стоило прозвучать вопросу, как оба пилота недоумённо уставились на меня.

– Поясни свою мысль, Ким. Будь добр. – Проговорил Алекс.

– Ни вы, ни я не знаем, когда именно станция должна была исчезнуть из системы. Так? Но могу вас заверить, к моменту нашего отлёта на Нимру Вторую «Странник» был полностью готов к переходу, и все его пассажиры были на борту. В свете этого я задам один вопрос. Зачем Старику было ждать двух подаренных орудийных платформ, абсолютно бесполезных для охраны вооружённой до зубов станции? Дань вежливости? А она стоит потерь времени и риска завалить дело?

– А мы? – Нахмурился Фил.

– А нас списали в расход. – Зло улыбнулся я. – Как вы там говорите? «Нулевиков» псиоператоры за своих не считают, да? Ну, а к сотрудникам Корпуса, как я успел убедиться, отношение ещё хуже. Учитывая историю с Сезаром Арно, моим предшественником, погибшим при эвакуации Ариссы, Ирмы и их «детского сада», этот вариант кажется мне вполне реальным.

– Какую историю? – Не понял Алекс. Что ж, можно и рассказать. Невелика тайна на самом деле.

– Арно вытащил их ценой своей жизни. Причём в той ситуации варианта действий, при котором он мог выжить, не было вообще. И Старик подозревал, что «эвакуаторы» прекрасно это понимали и просто избавились от того, кто казался им «слабым звеном». С нами могли поступить так же. В смысле, со мной. Нет человека, нет проблемы, как написал один древний автор. А офицеры Корпуса для эвакуаторов, похоже ни с чем другим, кроме проблем, не ассоциируются.

– Думаешь, Старик мог на это пойти? – Недоверчиво протянул Фил.

– Не знаю. – Честно признался я с тяжёлым вздохом. И в каюте снова воцарилась давящая тишина.

ЧАСТЬ V. НА СВОБОДУ С ЧИСТОЙ СОВЕСТЬЮ

Глава 1. Табачок врозь?

Тот разговор с пилотами не дал ничего… почти ничего. Нет, мы подробно обсудили все возможные варианты событий, но к общему мнению о том, почему именно и куда исчез «Странник», так и не пришли. Правда, я умолчал об одном… совпадении, но думаю, если бы Алекс и Фил узнали, кто на самом деле был инициатором «доставки посылки», доверия это между нами не прибавило. Как бы то ни было, но для них Зейд был и останется страт-полковником Корпуса, то есть по определению хитрой «глазастой» змеёй. Так что, виноватого назначили бы сходу. Оно мне надо?

Но и сидеть на месте, выжидая непонятно чего, мы тоже не могли, а потому переговоры перетекли из фазы выяснений, «кто виноват», в стадию, «что делать». А вот тут уже появились варианты. Морина ратовал за то, чтобы мы связались с его братом, в надежде что тот ещё не успел скрыться. Ну не верил он в то, что сын сестры его отца мог вот так вот подставить родственника. И честно говоря, в его словах был определённый резон. Если бы этому самому Жозе было плевать на Фила, вряд ли он озаботился тем, чтобы перетянуть на «Странник» своего брата вместе со всеми его коллегами. В общем, Морина нас почти убедил в том, что его двоюродный брат не мог отдать приказ об атаке. Почти убедил.

– Фил, я не буду с тобой спорить. Просто учти один момент, твой брат мог не знать, кто именно отправился за платформами вместе с наблюдателем от Корпуса. – Заметил Алекс. Морина замер на месте, обвёл нас взглядом и сгорбился.

– И что делать? – Убитым голосом произнёс он.

– Я могу обеспечить закрытую связь, так что любой, кто захочет определить наше местонахождение, будет очень долго мучиться. Безрезультатно, разумеется. – Проговорил я, заметив вопросительный взгляд Роуна. – Но… что вы будете врать Жозе по поводу причин, по которым вы оказались не на «Страннике» в момент перехода, если мы с ним, конечно, свяжемся? Причём врать придётся очень убедительно, иначе, боюсь, у нас могут появиться очень большие проблемы.

– Какие? – Нахмурился оживившийся было Морина.

– Хм… – Я почесал кончик носа. – Я неверно выразился. Проблемы будут не у нас, а у меня. Сомневаюсь, что люди, пославшие четыре крейсера ради уничтожения одного-единственного человека, поверят на слово его спутникам. И никакое твоё заступничество, Фил, меня не спасёт. По крайней мере, я бы на месте этих перестраховщиков точно не стал обращать внимание на чьи-то просьбы и заверения в исключительной белизне и пушистости человека, ради уничтожения которого уже отправил небольшую эскадру.

– Ким, к чему ты клонишь? – Прищурился Алекс. Я вздохнул. Что ж, никто и не говорил, что иф-капитан Роун – не умеющий думать идиот.

– Ты ведь и сам всё прекрасно понял, да? – Развёл я руками. – Если вы намерены выйти на связь с эвакуаторами, то мне лучше убираться куда подальше.

– А если в происшедшем нет вины Жозе? – Глухо произнёс Фил.

– Если удастся выйти с ним на связь, то проверить этот вариант не составит труда. – Заметил Алекс. Мы с Мориной недоумённо взглянули в его сторону. – Что? Достаточно будет назначить встречу, не распространяясь о присутствии Кима. И посмотреть на реакцию.

– Это мысль. – Кивнул Фил.

– Возражать не буду. Но хочу внести одно предложение… – Медленно проговорил я, поймав выжидающий взгляд воспрявшего духом Морины.

– Какое? – Тут же спросил Фил.

– Прежде чем идти на встречу… если она состоится, конечно, нужно избавиться от «орудийных платформ». Они у нас, как гири на ногах.

– Продадим внешникам и поделим доход. – Утвердительно проговорил Морина. Я глянул на Алекса. Тот кивнул.

– Согласен. И по поводу переговоров, и по поводу продажи кораблей. – Произнёс он и неожиданно усмехнулся. – Одна проблема. Я не понимаю, кому и как можно продать автоматические транспорты Корпус Сервус!

– А мы и не будем продавать автоматы. – После недолгого размышления ответил я. – Мы продадим двигатели, орудия и интеллект-комплексы. Может быть, ещё бамки сдать сможем. Думаю, внешники оторвут всё предложенное с руками.

– А остальное? – Возмутился Фил. – Там же одной периферии миллионов на пять, как минимум!

– К харгу! – Резко ответил я. – Вся эта периферия узкоспециализированная, заточенная на использование именно в автоматах Корпуса. Приспособить её для работы на обычных кораблях, конечно, можно, но дело это долгое и чрезвычайно муторное. Я уж молчу о том, что любой, кто попытается продать столь специфический товар, моментально окажется под колпаком у моей родной службы.

– Но ведь маркеры можно уничтожить… – Протянул Морина, которому явно не понравилась идея бросить технику стоимостью в несколько миллионов кредов. – В конце концов, чёрт с ней с периферией, но, Ким, там ведь одних сервисботов больше тысячи штук на корабль!

– И ты предлагаешь мне перепрошить «мозги» двум тысячам дроидов? – Насмешливо хмыкнул я. – Вот спасибо. Фил, я даже не уверен, что у меня хватит сил и времени на чистку вычислителей бамок! А их, в смысле, беспилотников, «всего» пять сотен на два автомата.

Тут я немного преувеличил. Как раз с чисткой БМКМ проблем быть не должно. Снести программное обеспечение – минутное дело, а новое можно взять из тех бамок, что я поставил на вооружение Горина. Благо, они однотипные. Спасибо службе унификации Корпуса. А вот ремботы… с ними так просто не получится. На автоматах они совершенно другой конструкции, так что использовать ПО с ремонтников Горина не выйдет. А тратить время на адаптацию программного обеспечения… бр-р! Проще…

– А может, вычистить их до донышка и выставить на продажу, как есть, то есть «пустыми»? – Задумчиво произнёс Алекс. Говорят, умные люди мыслят схоже… или это сказано о дураках?

– Согласен. Больше половины стоимости в этом случае мы за них не выручим, но и это очень неплохие деньги. – Кивнул я.

– Тогда осталось решить один вопрос. Где именно мы займёмся разборкой автоматов. – Улыбнулся Фил. И куда только подевалась его вечная молчаливость, а? Стоило нам попасть в переплёт, как Морина превратился в чертóвски разговорчивого малого. Или он это от перспективы стать миллионером ошалел?

– Ким? – Повернулся ко мне Алекс. Морф развернул звёздные карты, и через несколько секунд я скинул обоим пилотам несколько возможных вариантов.

– А почему ты скомпоновал возможные варианты парами? – Поинтересовался Роун.

– Из одной системы будем пытаться связаться с Жозе, благо активный межсистемный передатчик у меня есть, а в другой будет вестись разборка автомата. Какого именно, выбирать вам. Второй разберём на месте продажи.

– К чему такие сложности?

– Мне совсем не хочется, чтобы в случае неудачи к нам нагрянули охотники за головами и заставили уносить от них ноги, бросив платформы. – Ответил я. – Хватит и того, что системы я подобрал достаточно близкие, чтобы потерять минимум времени, добираясь до них.

– Что ж… – Роун чуть подумал, и мне на морф упало сообщение с координатами двух пустых систем. Я бы и сам их выбрал. – Работать будем здесь.

– А почему нельзя связаться с Жозе отсюда? – Вдруг спросил Фил.

– Почему же, можно. – Кивнул я. – Перед прыжком и попытаемся. Просто мне кажется, что одним сеансом связи дело не обойдётся.

– Решено. – Хлопнул ладонью по столешнице Алекс. – Становимся на трек, связываемся с Жозе, если получится, и… уходим из этой чёртовой системы.

Что ж, уходим, так уходим. А я очень сильно надеюсь, что дар Жозе уже «лёг на дно», по выражению Фила, и попытки связаться с ним успехом не увенчаются.

Выставлять межсистемный передатчик в закрытый режим я не стал. Вместо этого мы с Горином аккуратно «присоседили» его к стационарному передатчику системы и, немного запудрив мозги интеллект-кластеру Верхнего Информатория, организовали практически необнаружимую линию связи. Одноразовую, правда. Ещё раз этот фокус не прокатит. Во-первых, сам кластер закроет «дыру», через которую идёт неучтённый трафик, а во-вторых, отследить местоположение абонента по повторяющемуся алгоритму не составит труда даже для обычных систем безопасности. Этот метод вообще подавался в учебке, как способ экстренной связи.

Подготовив передатчик и сообщив об этом пилотам, я отправился в трюм Горина. Нужно прикинуть, в каком состоянии находятся мои запасы, и составить список недостающего или заканчивающегося, с тем чтобы пополнить их в какой-нибудь из систем, лежащих на нашем маршруте. Присутствовать при переговорах Фила с братом, если они состоятся, конечно, я не желал. Да и запись Горин всё равно сохранит. А потому, закончив с описью имеющихся запасов, не заходя в рубку, я ушёл в свою каюту. Думал посидеть, поразмышлять над своими дальнейшими планами, а вместо этого уснул, едва приземлившись в кресло.

Но и на этот раз выспаться не удалось. Очередной час истёк, а ощущение было такое, словно на секунду закрыл глаза. Правда, уставшее после всех недавних кульбитов тело, помещённое в кресло, успело основательно затечь. Я потянулся и, поднявшись на ноги, обвёл бездумным взглядом каюту, почти тут же наткнувшись на шкатулку, утащенную дроидом с «Пила Ардес». В мозгу молнией промчалось только одно слово, и я хлопнул себя ладонью по лбу. Ну, конечно! Топакана! Вот где я видел такие же пластины.

Впрочем, радость от накатившего воспоминания, как это часто бывает, тут же угасла, а в голову полезли мысли о насущном. А тут ещё и сообщение от Алекса пришло. Мол, пора отправляться, а капитана где-то носит. Я поморщился. Ну ещё бы. Эти двое… пилотов, понимаешь, пока в прыжке были, выспались, им-то что? А мне… ладно, вот уйдём из системы, тогда и сам спать завалюсь, часов на двадцать. И пусть только какая-нибудь сволочь попробует разбудить. Загрызу.

Как я и предполагал, найти Жозе по известным Филу идентам и адресам инфоров не удалось. Но по какому-то странному выверту логики Морина только довольно улыбнулся.

– Если ушёл раньше, значит, о рейде крейсеров мог и не знать. – Пояснил мне Алекс, когда я попытался аккуратно расспросить его о причинах столь широкой ухмылки на лице Фила. Странный вывод, но… чёрт его знает. Может, родственная кровь играет? Мне это понять сложно.

В отличие от прыжка внутрисистемного, когда энергия маршевого двигателя направляется на создание пространственного туннеля, большую часть времени межсистемного прыжка занимает выход с трека на прокол. В обычных условиях для облегчения этого процесса служат кольца переходов, установленные в каждой обитаемой звёздной системе. Именно они создают необходимое напряжение гравиполя, а экипажу корабля остаётся лишь настроить гравипривод на излучение по нужному «адресу» и, подав энергию на маршевый двигатель, ткнуться в точку напряжения, как иголка в ткань. А дальше, подхваченный гравиволной корабль почти мгновенно окажется у точки финиша, открытие которой обеспечивает остаточный выплеск энергии того самого кольца перехода. Благодаря ему, переход осуществляется в разы быстрее, чем в случае, когда корабль вынужден сам создавать точку напряжения, насилуя свой гравипривод и заставляя работать маршевые двигатели на износ, а потом, оказавшись на финише, повторять процедуру, чтобы ещё раз «проколоть» пространство теперь уже для выхода в трёхмерность. Нам было проще. Мощность двух автоматов, работающих в режиме резонанса, позволила довольно быстро создать прокол, но на выход из прыжка, тот самый финиш, все равно ушло втрое больше времени, чем при проходе через стационарное кольцо. С другой стороны, если бы мы двигались только на Горине, прыжок вышел бы куда как более протяжённым по времени. Тут уж не о трёх-четырёх сутках говорить пришлось бы, а о неделях работы маршевого двигателя. Быстрее достичь околосветовой скорости, на которой только и можно совершить прыжок, на Горине невозможно.

Как бы то ни было, мне хватило и трёх суток, чтобы вдоволь выспаться, привести себя и мысли в порядок и начать готовить пути отхода. Всё равно ведь, рано или поздно, но с Алексом и Филом мы расстанемся. И стоит подумать о том, куда именно я отправлюсь после того, как наши пути разойдутся.

А это тот ещё вопрос. С одной стороны, дорога в Корпус мне закрыта. После столкновения на Нимре и исчезновения «Странника» ничего, кроме служебного расследования, меня там не ждёт. Можно обратиться к Зейду, благо страт-полковник приглашает, но что-то не тянет меня пока лезть к тигру в пасть. Опять ведь припряжёт к каким-нибудь непонятным «тёмным» делам и снова без каких-либо объяснений. Хм… кстати о непонятностях… как-то раньше не было времени, чтобы отметить своевременность его послания. А ведь если подумать, оно действительно пришло очень вовремя. Прямо как знал дар страт-полковник, что ждёт его бедового выпускника.

Да и не горю я желанием вновь обвешиваться какими-то обязанностями. Раньше, в бытность курсантом, только порадовался бы участию в «больших делах» и причастности к государственным тайнам и секретам, а вот сейчас… крепко всё же на меня повлияла Агора, чем бы она ни была, реальностью или сном.

Смешно, но даже уход «Странника» сейчас, когда прошёл первый шок, уже не кажется мне таким уж плохим событием. Да, обидно быть кинутым, и оставшихся на станции денег жалко… с одной стороны. А с другой… Это такое облегчение! Свобода, харг её дери. Лети, куда хочешь, делай, что хочешь. И ни одной командующей сволочи рядом, приказы которой обязательны к исполнению. Проблемы с законом? Во внешнем кольце о таком и не слышали. Охотники за головами? Пусть сначала найдут, я им устрою прятки с ловушками, замаются трупы вывозить. Корпус? Эти, скорее, будут искать «Странник», чем пропавшего вместе с базой «вечного» лейта. Но опять же, внешнее кольцо оно большое. Искать можно до морковкина заговенья. А я сменю идент, обвес Горина, и всё. Был лейт да сплыл. Вместе со «Странником». Пускай ищут.

Наблюдая за тем, как дроиды шустро разбирают один из автоматов Корпуса, я довольно улыбнулся. Идёт работа. Этак, если не будет затыков, они дней за десять управятся. Останется только перетащить всё свинченное в трюм второго транспортника, и дело в шляпе.

– Радуешься привалившему богатству, Ким? – Спросил Алекс, только что вошедший в рубку Горина.

– Хм…. а ты против?– Обернувшись, я смерил взглядом уставившегося на экран Роуна и улыбнулся. – По-моему, лучше быть свободным и обеспеченным, чем мёртвым и бедным. Ты так не считаешь?

– Ну, если в таком разрезе… – Протянул он и неожиданно спросил. – Ким, ты действительно веришь, что Старик мог нас так кинуть?

– Я уже говорил. – Нахмурился я. – Не знаю. А у тебя есть другие варианты?

– Гипотеза. – Вздохнул Алекс и, выдержав паузу, которую я не стал прерывать, договорил. – Что если предположить, что нас атаковали преследователи псиодарённых беглецов, обнаружившие исчезновение «Странника»? Ты же говорил, что станция ушла в прыжок едва ли не сразу, как мы отправились к транзитникам… Значит, время у них было. Немного, но всё же. Да и отследить появление на Нимре двух пилотов с исчезнувшей базы они тоже могли. Наверняка же оставили у транзитников своего наблюдателя. Не могли не оставить. Тогда становится понятным, почему нас не завалили наглухо, а устроили загонную охоту. Им нужна была информация о том, куда исчезла база. Да и пальба крейсеров с дальней дистанции… больше похоже на предупреждение, чем на реальный удар на уничтожение

– Крейсеров, принадлежавших компании, которой владеет один из эвакуаторов. – Указал я на слабое место размышлений Алекса. Тот кивнул.

– Да, это я объяснить не могу. Но может быть сможет Жозе? – Протянул Роун.

– Буду рад, если так. Очень не хочется верить в подлость Старика. – Пробормотал я.

Глава 2. Пишите письма

Связаться с братом Филу не удалось ни спустя сутки, ни по окончании работ по разборке первого автомата Корпуса. Разумеется, на настроении самого Морины эта неудача сказалась не самым лучшим образом, но к моменту завершения демонтажа он всё же пришёл в тонус и больше не пугал нас с Алексом своей угрюмой физиономией. Через декаду, лишившийся большой доли высокотехнологичной начинки, от орудий и двигателей до вычислителей и разнообразных ботов, корпус первого корабля был отбуксирован своим собратом поближе к центру системы и одним мощным импульсом гравиорудий отправлен прямым ходом на звезду… как бы ни сопротивлялась этому варварству моя жадность. Да и Алекс с Филом, ознакомленные мною с предлагаемыми ценами и интересами внешников в отношении пустотного оборудования, тоже были не очень-то рады такому расходу ресурсов. И это несмотря на то, что я выставил снятое с «убитого» нами автомата оборудование на торги в русском секторе внешнего кольца, что сулило нам и без того очень немалый доход.

Теперь наш курс лежал в гости к соплеменникам Рома и Влада из моего… «сна». Путь вышел долгим. Разборка одного автомата и потеря возможности кратного увеличения мощности воздействия для организации прокола, обеспечивавшегося резонансом двух работающих маршевых двигателей сразу, уменьшили дальность возможного прокола почти вчетверо. Конечно, по сравнению с возможностями Горина, и имеющаяся дальность прыжка была на зависть, но… больше месяца в пути! Четыре декады и двенадцать межсистемных прыжков. Одно хорошо, мне удалось «договориться» с интеллект-кластером автомата, так что, оказываясь в очередной населённой системе, он стал выдавать в эфир опознаватель Корпуса, что моментально избавляло нас от любого интереса со стороны местных обитателей. Ни безы, ни таможня нас не беспокоили. А зачем? Какой смысл пытаться отжать что-то у автоматического транспорта? Взятку он не даст, а вот влепить на ходу полный залп надоедливому пустотнику, проявляющему излишний интерес к имуществу Корпуса, параноидальный интеллект-кластер автомата может запросто.

Ну и приятный бонус прохождения колец без очереди тоже был очень кстати. Жаль только, что таковых на нашем пути оказалось всего три штуки. Но рисковать более частыми заходами в обитаемые системы не стоило. Я и эти три заложил в маршрут только потому, что они находятся уже во внешнем кольце Федерации, где присутствие моих бывших коллег столь же редко, как посадка линкора на поверхность терраподобной планеты.

Русский сектор – одна из самых больших и наиболее упорядоченных частей внешнего кольца Федерации. Здесь нет того беспредела, что царит в основной части «внешки», хотя законодательство несколько отличается от общепринятого в центральных мирах стандарта, а некоторые обычаи и ценности вызовут оторопь у любого «просвещённого» жителя центральных миров. Но тут просто не стоит забывать, что несмотря на всю упорядоченность жизни в русском секторе и его обжитость, он всё-таки находится во внешнем кольце, а фронтир он и есть фронтир, витиеватостей здесь не терпят.

Как бы то ни было, но сейчас этот сектор импонирует мне хотя бы тем, что здесь на дух не переносят рабство. Просто до смерти. В прямом смысле этого слова. А под рабством тут понимаются и столь любимые во внутренних областях Федерации «вечные» контракты. Ну как такое место может не радовать?

Да и отсутствие здесь моих бывших коллег тоже очень немалый плюс. Корпус вообще предпочитает не соваться к внешникам без особой надобности и не держит здесь постоянных представительств хотя бы потому, что во внешнем кольце официальные структуры, способные хоть как-то влиять на общее положение вещей, зачастую просто отсутствуют.

Здесь, это немного не так, но стоит ли делать исключение в правилах ради одного исключения в реальности? На это ни один бюрократ не пойдёт, а их в Корпусе как бы ни больше, чем оперативных сотрудников. Да и трудно считать «официальными структурами» насквозь неофициальные и довольно редкие собрания «уважаемых людей». А уважение тут такая же реальность, как индекс воли псиоператора. Пощупать его нельзя, измерить в абсолютных величинах не получится, но можно выразить в сравнении.

Прибытие на станцию пришлось обставить в лучших традициях Корпуса. Вместо того, чтобы внаглую привести орудийную платформу в доки, мы финишировали на границе головной ударной волны нужной звёздной системы, которая замаскировала наше прибытие для систем СПИБ станции. Автомат остался барражировать в этой зоне, а Горин понёс нашу маленькую компанию к единственному пустотному объекту в системе – станции с забавным названием «Кривой Нос».

Внутрисистемный прыжок при небольшом усилии и соответствующих умениях легко выдать за межсистемный, но прежде, чем сделать это, нам пришлось провести несколько дней под маскировкой недалеко от одного из модулей интеллект-кластера Нижнего Информатория. Вообще, мой выбор пал именно на эту систему по одной простой причине. Здесь находится терраформированная планета, на орбите которой как раз и крутится пустотная станция. А терраформированная, значит, населённая. И речь не идёт о паре-тройке закрытых посёлков, нет. Тут стоит говорить о миллионах жителей, увеличение числа которых ещё на трёх человек останется незамеченным.

Получить местные иденты, выбравшись в планетарную сеть через Нижний Информаторий, было не так уж сложно, тем более, что нечто подобное я уже однажды проделывал. Пусть это были «внутренние» секторальные иденты, не принимаемые в качестве удостоверения личности в центральных мирах и даже в соседних секторах, но большего в текущих условиях нам и не нужно. Два дня работы, и на третий на станцию явились не офицеры Флота и такт-лейтенант Корпуса, а вернувшиеся после долгого отсутствия местные… А следом прибыл и запрограммированный должным образом автомат Корпуса, взятый под управление Алексом сразу, едва корабль оказался в зоне внимания диспетчеров станции.

Суетиться и сразу сообщать покупателям о нашем прибытии мы не стали. Вместо этого, оказавшись на станции с несуразным именем «Кривой Нос», где, собственно, и предполагалось провести встречу и передать оборудование приобретателям, мы арендовали один из ремдоков. Это действие моментально ополовинило наши денежные запасы, но зато мы получили возможность заняться единственным уцелевшим автоматом. Загнав в ремдок привёзший нас корабль, с момента прибытия в систему изображавший обычную орудийную платформу, мы натравили на него всю имеющуюся армию сервисботов, которые тут же принялись превращать транспорт в разрозненный набор деталей.

– Ким, а нас здесь не отыщут? – Задумчиво проговорил Алекс, вороша вилкой содержимое своей тарелки. – Всё же не списанную орудийную платформу на торги выставляем, а собственность Корпуса…

– Я проверил оба автомата на активные закладки ещё в ночь после нашего прилёта на Нимру Вторую. – Ответил я. – Да и после Горин постоянно мониторил потоки данных, так что могу с уверенностью сказать, никаких сигналов транспорты никуда не посылали. Может быть, какие-то закладки в них и есть, но… точно не в интеллект-системах. Скорее уж отдельные модули связи, запрятанные где-то в прочном корпусе. Но, во-первых, никаких признаков жизни они пока не подавали, а во-вторых… от одного «тела» мы уже избавились, а на днях скинем и второй корпус. Так что, беспокоиться не о чем.

– Да? – Роун подцепил вилкой солёный гриб и, скептически осмотрев, решительно отправил его в рот. – А отследить выброс на торги оборудования с автоматов невозможно?

– Хм… – Вместо ответа я сбросил приятелю логин к торговым площадкам. Тот приподнял бровь и, судя по ушедшему «в пустоту» взгляду, нырнул в дебри каталогов. Отвлекать я его не стал. Чем больше времени он проведёт в поисках, тем больше грибов мне достанется. Вкусные, их сюда доставляют прямиком с планеты, на орбите которой болтается «Кривой Нос».

– Беру свои слова назад. – Заключил Алекс, переслав мне системное сообщение о завершении нулевой сессии, то есть без покупок и продаж. Вежливый, куда деваться. Можно подумать, я стал бы возражать, если бы он вдруг решил что-то прикупить с моего логина… – С таким количеством предложений ещё одна или две позиции роли не сыграют. Разве что кто-то отследит серийные номера агрегатов.

– Вперёд. – Пожал я плечами. – Не зря же я их выдумывал.

– Как выдумывал? – Опешил Роун. – А… покупатели? Думаешь, они согласятся покупать оборудование, серийники которого не соответствуют заявленным?

– Алекс… мы во внешнем кольце. – Объяснил я. – Поверь, местным откровенно плевать на эту ерунду. Им важен ресурс и мощность. Вот если два эти пункта будут отличаться от заявленных в торговом предложении, тогда да, могут и пристрелить за обман. А номера… кому они здесь нужны?

– То есть можно не опасаться, что за нами придут владельцы транспортов. – Заключил Алекс.

– А кого считать владельцами? – Фыркнул я. – Корпус? Но все верификаторы на кораблях насквозь гражданские. А это не та вещь, которую можно легко изменить без ведома хозяина. Старик Борье? Так он бросил адресованную ему «посылку», заодно позабыв и про «почтальонов». И кстати, не знаю, как обстоят дела с вашим жалованьем, но все мои сбережения улетели вместе со «Странником», харг знает куда. Нет, Алекс. Раз уж так сложилось, что автоматы достались нам, я считаю, что мы вправе распоряжаться ими по своему усмотрению. А вообще… тебе не кажется, что проблемой права собственности стоило озаботиться до того, как мы начали разборку первого корабля, или хотя бы перед тем, как мы спустили его корпус в корону звезды?

– Ким, я просто беспокоюсь. – Отмахнулся Роун. – Напрягает меня эта ситуация, идиотское подвешенное состояние… с одной стороны, раз уж не удалось уйти на «Страннике», следовало бы вспомнить о службе: из списков Флота нас, вроде, никто не вычёркивал. С другой, боюсь, единственное, что нас ждёт при попытке заявить о себе, это долгие допросы на тему, куда подевалось место нашей службы, трибунал и «социализация» в финале.

– Не поверишь, Алекс. У меня та же петрушка. – Язвительно отозвался я. – Вот только вряд ли Корпус отдаст меня на «социализацию». Грохнут во избежание, и вся недолга. В остальном же… один в один. И как теперь жить, чего делать… совершенно непонятно.

– Издеваешься, лейт? – С подозрением взглянул на меня Алекс и кивнул. – Точно. Издеваешься.

– А что ещё делать прикажешь, кэп? – Я развёл руками и, посерьёзнев, договорил. – Вообще, у вас три варианта действий. Первый – попытаться отыскать ушедших на «Страннике», второй – попробовать присоединиться к скрывающимся псиоператорам, вроде этого Жозе. Ну, а третий… забыть о службе, центральных мирах, сделать новые иденты и привыкать к жизни внешников. Благо, после продажи оборудования с автоматов кредов для безбедного существования у вас будет более чем достаточно.

– У вас? – Приподнял бровь Алекс. – А ты что же… какие-то иные планы имеешь?

– Нет у меня никаких планов. – Отмахнулся я. – Вот закроем сделки, тогда и думать буду. А пока… сижу, жду. И никак иначе.

– Я бы предложил держаться вместе и после продажи оборудования. – Пробурчал Роун. Я вопросительно уставился на него. Поймав мой взгляд, Алекс пожал плечами. – А что? Купим носитель с хорошей огневой мощью, подберём секцию истребителей и операторов бамок, вот и готов конвойный корабль с истребительным прикрытием и разведкой. Судя по тому, что я успел узнать из местных инфоров, весьма развитое дело в здешних беспокойных местах.

– Конвой, говоришь? – Я прищурился. А что, идея толковая… по крайней мере, на первый взгляд. Ну в самом деле, не в пираты же подаваться, верно?

– Именно. Мы тут с Филом поговорили и пришли к выводу, что это один из лучших вариантов… ну, если не записываться в планетники, конечно. Но эта перспектива нам не по душе. Мы – пустотники.

– Понятно. А я-то голову ломаю, чего ты вокруг да около ходишь. – Улыбнулся я, но тут же стёр ухмылку с лица. – Идея интересная, но… преждевременная. Давай дождёмся продажи оборудования, а там уже посмотрим, на что можем рассчитывать. Оснастить носитель, знаешь ли, дело недешёвое.

– Хочешь сказать, кредов, вырученных с продажи двух автоматов, может не хватить на покупку одного небольшого корабля? – Деланно удивился Алекс.

– С продажи части их оборудования. – Уточнил я. – Треть от полной стоимости одного автомата, на большее я не рассчитываю.

– Маловато. – Почесал пятернёй затылок мой собеседник. Я развёл руками.

– Ну уж, чем богаты.

– Ладно, подождём результатов торгов. – Вздохнул Алекс. – Но в принципе ты не возражаешь против нашей идеи.

– Алекс… я повторю твои собственные слова. Подождём результатов. Хорошо? – Поморщился я. – Не дави на меня, капитан. Прошу.

– Ладно-ладно. – Роун поднял руки в жесте сдающегося. – Всё. Отстал.

– Не расстраивайся, Алекс. – Заметил я, поднимаясь из-за стола. – До окончания разборки осталось едва ли больше пяти дней. Да ещё дней пять до приезда покупателей. Так что, черед декаду решим, что делать дальше. Не такой большой срок, согласись?

– Ладно. – Махнул рукой Роун и, оглядевшись по сторонам, щёлкнул по кнопке заказа на столе. Обжора!

Ну и замечательно, пусть лопает. А мне нужно решить ещё один вопрос, не имеющий отношения ни к пилотам, ни к демонтажу оборудования с автомата. Попробую заняться решением проблемы отправки материалов исследований, проведённых в регкапсуле для Зейда, так, чтобы не оставить ведущих ко мне ниточек.

Казалось бы, что может быть проще? Разместить массив данных на инфоре да отослать ссылку на указанный страт-полковником адрес. Одно «но». Отследить, с какого именно терминала грависвязи была размещена та или иная информация, невозможно, а вот установить, где находился отправитель сообщения в момент его отсылки… не скажу, что это легко, но вполне возможно. Особенно, если есть соответствующее оборудование и квалификация. А я сильно сомневаюсь, что у Зейда может не быть таких специалистов.

Проще всего было бы решить этот вопрос, «сбегав» в какую-нибудь из систем внутренних секторов и отправив сообщение оттуда. Но время… и расходы. На подобный полёт уйдёт ещё, как минимум, пять-шесть декад, которые исчерпают ресурс стержней гравигенераторов Горина почти до донышка.

Всё же РМ хоть и является межсистемником, но ведь это не корабль дальнего поиска! Нет, он вполне может прыгать на дальние расстояния, но скорость движения и расходы на него оставляют желать много лучшего. Причём сегодня главное даже не время, а расходы на полёт. Сменные блоки систем жизнеобеспечения, регенераторы… еда, в конце концов. Всё это стоит денег, не сказать, что очень больших, так что если бы ими дело и ограничивалось, я бы плюнул на эти потери, но, помимо этой мелочи, есть кое-что ещё… стоимость стержней сердечников это половина цены самого генератора, то есть примерно двести пятьдесят тысяч кредов в случае моего модуля. При нашей с Горином интенсивности полётов в последнее время менять их придётся в среднем раз в пять лет. И можно считать, что две трети этого срока уже прошли.

Честное слово, если бы я знал, чем обернётся авантюра Борье, заменил бы стержни ещё на «Страннике» из запасов Корпуса. Но что уж теперь? Придётся покупать новые за свой счёт. Причём независимо от того, решу ли я лететь в центральные миры или…

Я остановился у шлюзового зала, многочисленные ворота которого вели к внешним посадочным узлам станции, и, окинув взглядом царящую здесь суету, ухмыльнулся. Действительно, зачем тащиться через половину Федерации к харгу на рога, если это может сделать кто-то другой?

Отыскать среди транзитников корабль, гарантированно уходящий в долгий рейс, было несложно. Не пришлось даже изгаляться, как когда-то на «Чудре», чтобы вычислить маршрут возможного носителя моего сообщения. Зачем? Курьер Федеральной службы доставки сам предоставил нам доступ к своему маршрутному листу, и этого было достаточно, чтобы убедиться: сюда он вернётся ещё очень нескоро.

Сложнее было «уговорить» интеллект-комплекс курьера выполнить поручение. Но мы с Горином справились.

Глава 3. Торговать и летать

– Дар страт-полковник? – Тихо обратился к своему бывшему начальнику подтянутый офицер.

– Слушаю, Грэм. – Зейд повернулся к лейтенанту.

– Вы велели сообщить, когда придёт послание на адрес «Вита». – Напомнил тот.

– Вот как… – Ни один мускул не дёрнулся на лице страт-полковника. И если бы не пять лет службы под его началом, Грэм вряд ли бы понял, что полковник удивлён. – Полагаю, отправитель – Ким Дрём?

– Именно так, дар страт-полковник. – Кивнул лейтенант. Его собеседник махнул рукой.

– Оставь, Грэм. Был страт-полковник, да весь вышел. Я теперь обычный отставник. – Произнёс Зейд и, чуть подумав, добавил. – Письмо на мой интеллон и… будь любезен, сообщи доктору Лиме, что я хочу с ним встретиться.

– Есть, дар страт-полковник! – Кивнул лейтенант.

– Грэм. – Обычным невыразительным и сухим тоном проговорил Зейд, но тренированное ухо бывшего адъютанта всё же уловило в голосе полковника укоризненные нотки.

– Прошу прощения, дар Зейд. – Чуть смутился он и, на миг замерев, словно уйдя глубоко в себя, встряхнулся. – Письмо отправлено. Доктор Лима будет ждать вас в шестой лаборатории через полчаса.

– Спасибо, Грэм. Свободен. – Кивнул страт-полковник.

Лейтенант еле удержался от того, чтобы щёлкнуть каблуками, и тихо вышел из комнаты.

– Сумел всё же… а я ведь говорил! Молодец, лейт. – Усмехнулся в пустоту Зейд.

Разборка второго автомата Корпуса на самом деле заняла куда больше времени, чем ушло на демонтаж первого, и это несмотря на то, что процесс шёл в специально оборудованном для подобных работ месте, а не в Пустоте. Точнее, именно поэтому на второй корабль и ушло больше времени. Здесь я не стал ограничиваться демонтажем двигательных систем и орудий. Межсистемник разбирали по винтику, если можно так выразиться. Свора сервисботов сняла с него вообще всё, что можно было снять. А потом начался процесс поиска маркеров Корпуса, способных выдать происхождение демонтированного оборудования. И как ни жаль, но первыми кандидатами на выброс оказались основные интеллект-кластеры автоматов. Нет, в принципе можно было бы вычистить их содержимое и ликвидировать многочисленные закладки Корпуса, но… дело было даже не в том, что результатом такой работы станет полностью «голый» вычислитель, лишённый программного обеспечения вообще, проблема была в самой архитектуре кластера. Уж слишком он отличается от тех систем, что устанавливаются на орудийные платформы. Да что там, он и на станционные вычислители не похож, хотя именно они послужили базой для создания этого монстра.

В общем, пришлось спрятать цилиндры интеллект-кластера в трюм Горина и временно о них забыть. А вот вспомогательные, аварийные вычислители пришлись ко двору. Чистить их от закладок почти не пришлось, так что довольно скоро мы получили неожиданное прибавление в списке предлагаемых к продаже систем. А я пожалел, что демонтируя первый автомат, не озаботился о снятии с него этих самых вычислителей. Ну да что уж теперь.

Правда, при работе с аварийными интеллект-системами пришлось немного пошаманить с программным обеспечением, но результат того стоил. Навигационный, сервисный, артиллерийский и щитовой вычислители, в которые превратились нашими с Горином усилиями аварийные интеллект-системы автомата, добавили в смету почти два миллиона кредов.

А вот гравиорудия отправились на склад для дальнейшей продажи без малейших доработок, в полном сборе. Благо, обнаруженные маркеры удалось снять без всяких проблем и замены узлов. Шестнадцать излучателей класса «Олимп», обычно устанавливаемые на линкоры и станционные орудийные батареи, должны принести нам не меньше восьми миллионов. И ещё шесть дадут двигательные системы «Роллс-Ройс» вместе с гравигенераторами. Вот где пришлось покопаться, прежде чем удалось вытащить все закладки, установленные моими бывшими коллегами.

Многочисленные сервисботы и беспилотники, вычищенные «в ноль», отправились на склад следом за остальным оборудованием, а остов автомата… вытолкнуть его в Пустоту было несложно. Правда, Горину пришлось поработать буксиром-«толкачом», а заодно и гримёром. В результате диспетчеры и операторы СПИБ «Кривого Носа» остались абсолютно уверены, что орудийная платформа «Рада» покинула док станции своим ходом и, неуклюже встав на трек, медленно с натугой разгоняясь, ушла в межсистемный прыжок уже за пределами работы сенсорных полей станции. Ради этого фокуса мне пришлось воспользоваться одним из сгенерированных ранее местных идентов. Но всё получилось как нельзя лучше. Остов автомата закончил свою жизнь в короне здешней звезды, а мы с Горином благополучно вернулись на арендованный для хранения снятого с кораблей оборудования склад. Благо, как и на любой транзитной станции, складские блоки здесь имеют собственные погрузочные шлюзы, чтобы не таскать содержимое через всю базу, а иметь возможность грузить его прямо на корабли.

Чем хороша торговля через инфоры, так это тем, что продавцу совершенно не обязательно встречаться с покупателем. И внешники умеют ценить это достоинство, наверное, как никто другой. Вот и наша торговая операция прошла так же. Вслепую. Заключение станционного арбитра по стендовым испытаниям в обмен на коды доступа к банковской ячейке с оплатой в виде стопки анонимных кредикарт… за вычетом малой доли властей станции. Всё честно, все довольны.

Алекс, правда, был весьма удивлён, когда узнал, что гарантии по сделкам здесь обеспечивают хозяева базы. Пришлось объяснять, что в русском секторе слово станционных властей весит побольше, чем вексель Первого Федерального Банка в центральных мирах.

– Невыгодно им пустотников дурить. Станции живут за счёт транзита, ремонта пустотного оборудования и торговли. И если кто-то из станционных арбитров пойдёт на поводу у какого-нибудь хитрована, решившего наколоть покупателя, то владельцам станции можно паковать вещи, а саму станцию скидывать в корону звезды. – Объяснил я. – Репутация.

– И что, иначе не бывает? – Удивился Роун.

– Ну почему же… случается. Все мы люди, все мы человеки. И станционный персонал тоже не лишён жадности. Но таких ушлых обычно сами владельцы станций в утилизатор живьём спускают, чтоб другим неповадно было. А пострадавшим выплачивают компенсацию. Так что, любителей кинуть ближнего своего здесь не так много, как кажется… Хотя и не везде, конечно. В восходных секторах внешнего кольца я бы на такую сделку не пошёл. Поостерёгся. Но там вообще полный беспредел творится. Впрочем, ты же сам там работал, должен знать, какие нравы царят у «восточников».

– Вот, кстати, Ким. Всё хотел тебя спросить… – Встрепенулся Алекс, едва я договорил. – Откуда ты столько знаешь о внешниках, а? Если из учебки носа не казал?

Заметив, с каким интересом прислушивается к нашему диалогу вновь захандривший Морина, я невольно фыркнул.

– Во-первых, учебка Корпуса отнюдь не монастырь, да и у меня были однокурсники, попавшие в курсанты именно из внешних секторов. А во-вторых, я – орм. А нашему брату обычно приходится действовать в одиночку. Но если в дальнем поиске я могу положиться на спасательную службу, а в центральных мирах достаточно засветить офицерский идент, чтобы получить любую необходимую помощь, то во внешнем кольце полагаться приходится только на себя. Так что, о правилах, обычаях и традициях здешних обитателей нам рассказывали много и подробно. Да и полевая практика у нас проводилась в основном именно во внешних секторах.

– И здесь бывал? – Роун обвёл рукой гостиничный блок.

– В смысле, на «Кривом Носе» или в русском секторе вообще? – Уточнил я.

– Второе. – Хмыкнув, произнёс Алекс.

– Бывал. Дважды. – Подтвердил я. – Один раз в составе рейдерской эскадры, второй – в «тихом» поиске, в одиночку. Экзамен четвёртого курса. Выживание в условно враждебной обстановке. Без Горина было… тяжко. Хорошо ещё, что о месте проведения испытания нам сообщили заранее, да и однокурсник помог, рассказал о жизни внешников русского сектора, благо он сам отсюда родом. Ну и я ему помог, не без того…

– Поделился своими знаниями? – Усмехнулся Фил. Я смерил его взглядом.

– Именно. Его отправляли на Гнозис в Нижний Салем. А о жизни в этой клоаке я могу лекции в университетах читать.

– Удачно получилось. В смысле, совпадение. – Протянул Морина.

– Нас всех направляли на экзамен туда, откуда был родом хоть один из курсантов нашего потока. – Пожал я плечами. – Так что, никаких совпадений. Голый расчёт и проверка умений извлекать информацию из всех доступных источников. Знали бы вы, какими взглядами после этого экзамена мы провожали курсантов с факультета следствия и дознания… особенно, когда узнали о том, что в их расписании имеется такая тема, как «форсированный допрос в полевых условиях».

– Зверское место, эта ваша учебка… была. – Последнее слово Фил произнёс даже с каким-то удовольствием. Опять нервы шалят у бедолаги.

– Была. – Согласно кивнул я в ответ, проигнорировав тон Морины. – Как и сам Корпус. В инфорах мелькнула информация о том, что он проходит реорганизацию. Слышали?

– А то. – Проговорил Роун. – Думаешь, взялись за твоих коллег?

– Пока нет. – Чуть подумав, вздохнул я. – Скорее всего, сейчас перетасуют офицеров, разбросают отделы по периферии, да введут на руководящие должности неодарённых. Вот и половина дела сделана. На первых порах этого будет достаточно.

– Как так? – Не понял Алекс.

– Да просто. У нас же базовая закладка только одна, на верность службе. А всё остальное уже накладывается поверх неё, как на фундамент. И завязаны эти «конструкции» на определённые цепочки взаимодействия и задачи. Ну… обеспечение лояльности подчинённых к начальству, рабочие закладки на неразглашение по непосредственным обязанностям на конкретной должности… и так далее. Разбей цепочку подчинения, запихни офицера в другой отдел, подальше от прежнего начальства и коллег, и мало того, что эффективность работы упадёт, так ещё и добрая половина закладок окажется не у дел. Вот и работа Корпуса приторможена. Вешаем очередную закладку на неразглашение, и бывший начальник или коллега уже не узнают, что творится на твоём новом месте службы. А там… можно и выдёргивать «псиконтингент» по одному. На «обследования перед переводом на новое место службы», на «собеседования» и «переаттестацию». Реорганизация же! Так, постепенно, глядишь, и дело сделано.

– Это ж под миллион человек, Ким. – Нахмурился Алекс. – Геноцид получается натуральный!

– Федерации не привыкать. Вон Ромери вспомни! Их ведь тоже под  корень резали, не взирая на участие и неучастие в экспериментах. Уцелели только те, кто в момент орбитальной бомбардировки оказались вдалеке от родной системы.

– Сравнил. – Пробурчал Алекс. – То когда было… да и пси, это тебе не игры с геномом.

– О да, велика разница. – Язвительно отозвался я и, смерив Роуна долгим взглядом, покачал головой. – Алекс, ты что всерьёз думал, что происходящее это лишь временные неприятности? Почти двухсот тысяч беженцев на «Страннике» ты не видел? Ариссу вспомни, Ирму с их детским садом. Кому они могли дорогу перейти? Кстати, не удивлюсь, если такой вот «Странник» в Федерации не один. И только тёмным звёздам известно, куда они все смылись.

– Откуда такая мысль, Ким? – Подал голос Морина.

– Помимо Старика, есть ещё пять гард-полковников, как-то внезапно исчезнувших из информационного поля. – Ответил я. – Кто-то подал в отставку и скрылся с глаз, кто-то перевёлся на «тихую должность», сам знаешь, таким людям в просьбах не отказывают…

– Так может попробовать отыскать их? – Неожиданно загорелся Фил. Мы с Алексом недоумённо уставились на лейтенанта, и тот запнулся. – Что?

– А ведь в его словах есть смысл. – Задумчиво проговорил Роун. – По крайней мере, если гард-полковники не обнаружатся там, где они должны быть… я имею в виду тех, что ушли на «тихие должности», мы будем точно знать, что Борье ушёл по плану, а не в результате какого-то стечения обстоятельств.

– То есть хочешь убедиться, что нас не кинули, да? – Усмехнулся я. – Извините, дары офицеры, но я вас разочарую. Выяснить наверняка у нас не получится. Почти два месяца прошло, так что, даже если Старик уводил «Странника» под давлением обстоятельств, его подельники наверняка исчезли сразу, как только поднялся шухер вокруг пропавшей мобилизационной базы. А он непременно поднялся. Нашумели мы при отходе изрядно, да и я свой идент у транзитников Нимры засветил, так что Корпус происходящим заинтересовался наверняка и, не дождавшись доклада, просто обязан был отправить проверяющего из секторального управления. Что этот инспектор обнаружил по прибытии к моему месту службы, думаю, объяснять не надо?

– Но попытаться-то можно? – Упрямо произнёс Фил. Я вздохнул. Не отвяжется ведь, упёртый. А с другой стороны… ну, можно же будет и поискать сведения по «гардовским» объектам в сетях, общих и принадлежащих Корпусу, на случай если информация о сбежавших засекречена. Найти и результаты отдать Филу для ознакомления, чтобы тот, наконец, успокоился и перестал рваться на поиски своего исчезнувшего братца! Вот ведь мания у человека появилась. И ведь, что интересно, раньше они годами не виделись, и ничего, разве что с днём рождения друг друга поздравлять не забывали, если верить словам Алекса, а тут… тьфу. Достал он меня!

– Можно. – После недолгого размышления я кивнул Морине… и усмехнулся. – Но если ты думаешь, что пока я буду шерстить базы данных, вы будете развлекаться, то можешь больше так не думать.

– И какую же работу ты нам подыскал? – Заинтересовался Алекс.

– Займитесь подборкой корабля для нашей компании.

– Конвои? – Встрепенулся Роун.

– Они самые. – Кивнул я.

Я и в самом деле, по размышлении, решил согласиться с идеей пилотов. Не то, что бы я так уж мечтал о карьере охранника «купцов», но в нынешней ситуации это не самое плохое решение. Так почему бы и нет?

– Замечательно. – Алекс просиял. Да и Фил оживился.

– А на какую сумму рассчитывать? – Спросил Морина. Мы с Роуном переглянулись.

– С продажи оборудования мы получили девятнадцать с половиной миллионов кредов. – Протянул Алекс и, чуть помолчав, проговорил, – это по шесть миллионов пятьсот тысяч на каждого. Я бы предложил зарезервировать под корабль пятнадцать из них, а остальное оставить на личные нужды… чтоб в случае чего не остаться с голым задом.

– Личные средства – это хорошо. – Улыбнулся Фил. – Но что можно купить на пятнадцать миллионов? В смысле, на какой корабль мы можем рассчитывать?

– Я бы предложил малый носитель. – Проговорил Алекс. – В местных торговых листах их немало. Если не привередничать, то за девять-десять миллионов можно взять неплохой межсистемник с мощной истребительной инфраструктурой, рассчитанной на дюжину машин, как минимум.

– А мне кажется, что идея носителя нам не подойдёт. – Выслушав Роуна, произнёс я. Алекс удивлённо хмыкнул, а следом и Фил требовательно взглянул мне в глаза.

– И почему же ты так думаешь? – Осведомился Морина.

– Пятнадцать миллионов, конечно, большая сумма. Но её не хватит на содержание носителя, рассчитанного даже на десяток машин. – Вздохнув, ответил я.

– Да ладно! – Фыркнул Фил. Головокружение от нежданного «миллионерства»?

Глава 4. Орехи и скорлупки

Пришлось объяснять. Причём не только Морине, но и Роуну.

– Найм истребителей очень недешёвое удовольствие. Алекс, ты же десять лет гонял пиратов по внешнему кольцу. Вспомни, много у них было истребительной техники? – Спросил я.

– Да нет. – Пожал он плечами и, на миг задумавшись, кивнул. – Ты прав, истребителей у них я почти не встречал… в отличие от бамок.

– Правильно. Потому как на креды, необходимые для покупки одного истребителя, можно снарядить десяток беспилотников сравнимой огневой мощи. Стоимость обслуживания которых, кстати, будет раза в три ниже. Про жалованье пилотам и прочие сопутствующие расходы я и вовсе молчу. Эффективность бамок, конечно, куда меньше, чем у истребителей, но проще и дешевле нанять трёх-четырёх операторов беспилотников, которые будут контролировать в бою полторы сотни бамок, чем содержать десяток истребителей, способных разметать эти сто пятьдесят беспилотников по Пустоте. Собственно, именно поэтому в продаже так много носителей. Их просто не берут.

– Так вот почему ты оставил целую сотню беспилотников. – Воскликнул Фил. Я развёл руками. Не то, что бы он был прав. Сохранив некоторое количество бамок и сервисботов с автоматов, я рассчитывал придержать их в качестве неприкосновенного запаса, на всякий случай. Но, как говорил Ром, раз пошла такая пьянка, режь последний огурец.

– Не сотню, а две, причём вместе с управляющей интеллект-системой. – Поправил я Морину. – И не только их. Часть сервисботов я также оставил на складе.

– И всё же я бы не стал отказываться от истребительного прикрытия. – Протянул Роун.

– Во сколько оно нам обойдётся? – Спросил я, подперев кулаком щёку. – Посчитай, скажем, три эскадрильи, по четыре машины в каждой. Причём учти, что об истребителях типа тех же «Умб» можно и не мечтать Шестое-седьмое поколение здесь отсутствует, как класс, поскольку находится на вооружении Флота, а значит, максимум, на что ты можешь рассчитывать при покупке, это машины четвёртого-пятого поколения со всеми их старческими «болячками»… которые придётся лечить за свой счёт.

– Сейчас посчитаем. – Пробормотал Алекс. Морф тут же сообщил о возросшем трафике его интеллона, должно быть Роун полез в Информаторий. Через полминуты от капитана повеяло изумлением и недовольством, а еще через пять минут он открыл глаза.

– Дорого, чёрт! Неимоверно дорого! – Возмутился он. – Здесь цены, как минимум, вдвое выше, чем в центральных мирах!

– Так сколько? – Не выдержал Фил.

– Полмиллиона за вшивый «Рафаль». – Ответил Роун. – Шесть миллионов за три эскадрильи!

– А теперь прибавь к этому расходы на запчасти для повреждённых машин, содержание ремдоков и посадочных площадок, на техников-ремонтников, на пилотов, жилой объём для них же, жизнеобеспечение… – Я начал загибать пальцы, и Алекс поморщился.

– Всё-всё. Понял уже. Нам такая роскошь не по карману. Твои предложения?

– Маленький юркий корабль с большой автономностью, минимальным экипажем и мощным вооружением. Вот что нужно.

– Малявка дальнего радиуса действия, да еще и зубастая? – Удивился Фил. – Где ты такую найдёшь?

– Вот. – Я сбросил Алексу и Филу ссылку. – Семидесятый проект Архангельских верфей. Минимальный боевой экипаж – пять человек. По стандартам Флота – двадцать. Ну, когда Флот их использовал, конечно.

– Но это же древность! Помесь минзага и канлодки! Да ещё и с кинетическим вооружением до кучи!  – Изумился Морина, первым ознакомившийся с материалами инфора. – Их же с вооружения сняли больше двадцати лет назад! И о какой автономности тут вообще может идти речь?

– О большой. – Улыбнулся я. Честно говоря, «семидесятку» я нашёл случайно, когда рылся на торговых площадках «Кривого Носа». И проект мне очень понравился. Особенно, если учесть некоторые его особенности. Я обвёл взглядом молча взирающих на меня пилотов и вздохнул. – Не верите? Зря. Смотрите внимательно. Снимаем обе «кинетички», оставляя питающие гравигенераторы, которых там, кстати, по две штуки на каждую. Вместо снятого вооружения устанавливаем одно гравиорудие питаемое от одного генератора, ему больше просто не нужно. Конечно, это будет не линкорный излучатель, но «пушка» крейсерского класса встанет, как родная, точно, и три-четыре импульсника-спарки непосредственной обороны вместо имеющихся древних рельсовиков. Освободившиеся генераторы подключаем к двигателю, синхронизируем… Получаем тройной прирост мощности, поскольку и для питания кинетичек, и для питания двигателя используются генераторы одной модели. Во славу унификации, так сказать. Конечно, с подключением придётся пошаманить, но… помните, как автоматы уходили в прыжок на резонансе? Здесь будет то же самое.

– А автономность-то откуда возьмётся? – Не понял Фил.

– Оттуда же. При работе в обычном режиме гравигенераторы утроят время работы энергоустановки, а в режиме прыжка они настолько же снизят расход стержней из-за эффекта резонанса. – Пояснил Алекс, куда более внимательно читавший материалы, и повернулся ко мне. – Полагаю, после снятия «кинетичек» на канлодке освободятся снарядные погреба… Трюмы?

– Там три погреба, по одному на орудие и один минный. – Кивнув, уточнил я. – Если демонтировать элеваторы и прочую тряхомудию в первых двух, то можно устроить посадочную площадку и ремдок для Горина и ваших «Умб» в одном, а второй отвести под трюм. Кроме того, на «семидесятке» имеется целый пояс минных слотов с автоматической системой подачи мин из погреба. При минимальной переделке слотов и крепёжных систем в самом погребе там отлично разместятся наши бамки, полсотни в поясе и полторы в погребе. Получится неплохой сюрприз для пиратов.

– Да уж. Ничуть не хуже крейсерского гравиорудия. – Согласился Алекс. – Вряд ли противник будет готов к тому, что выпущенные древним заградителем мины вдруг окажутся управляемыми беспилотниками. Но нужно будет подыскать хорошего оператора, вроде того же Босли.

– Здесь это не такая уж проблема. – Отозвался я. – На инфоре «Кривого Носа» есть раздел найма, где можно найти специалистов-пустотников на любой вкус.

– Нужно будет менять щиты. Кораблик, конечно, юркий, почти как «Умба», но ему же одного удара хватит, чтобы колбаской скрутиться. – Задумчиво протянул Фил. – А может… ограничиться подключением к двигателю только одного дополнительного генератора? А второй отвести под системы защиты?

– В принципе можно. – Кивнул я, мысленно потирая руки. Раз пошла конкретика, значит, принципиальных возражений против этого варианта нет. – Но в этом случае я бы просто снял штатные гравигенераторы, а вместо них поставил новые. «Бодэ» или «Конти», яхтенные трёхсотых серий. И в мощности не потеряем и под щиты без проблем один генератор выделим.

– Это же два миллиона кредов, как минимум. – Вздохнул Фил.

– При стоимости самого корабля в два с половиной это несущественно. – Пожал я плечами. – Любой другой межсистемник сходного класса обойдётся втрое, если не вчетверо дороже. А цены на более крупные корабли только стартуют от восьми миллионов. Купить такой, перебрать, нанять экипаж и оказаться без единого креда в запасе?

– Быстрый, юркий конвойник с минимальным экипажем, способный раскатать в блин любой эсминец… Мне нравится эта идея. – Задумчиво проговорил Алекс и повернулся к Филу. – А тебе?

– Не знаю. Вообще-то хотелось что-то побольше… повнушительнее. – Ответил тот. – Думать надо.

Ну-ну. Или я совсем не знаю этих двоих, или Алекс своего ведомого дожмёт.

Семидесятый проект – тупиковый путь развития малых военных межсистемников. Когда его ставили в серию, доводы заказчиков и конструкторов были просты и понятны. Скоростной, дешёвый, но обладающий немалым вооружением, он должен был стать тем консервным ножом, что будет вскрывать орбитальные крепости. Именно поэтому на корабликах этой серии были установлены «медленные» кинетические орудия, а не боевые гравитационные излучатели, давно и прочно известные, как гравиорудия.

Шансов нанести урон огромной станции последние не имели вовсе ввиду простого факта: гравитационные системы массивных пустотных конструкций в боевом режиме с лёгкостью гасили даже искажения, вызванные излучателями линкоров. Конечно, против слаженного залпа пяти-шести махин ни одна станция не выстоит, но для этого нужен одновременный удар в одну точку, да ещё и выверенный по мощности и векторам, как минимум, до четвёртого знака после запятой, иначе направленные искажения просто взаимно поглотятся, а цель разве что «качнёт на волне». Это если весьма характерный и узнаваемый манёвр линкоров для выхода на позицию огня при подготовке к скоординированному залпу на станции не обнаружат и не сметут собственными гравиорудиями, пятно воздействия которых с гарантией накроет все вышедшие на позицию корабли, разом. А линкор, между прочим, штука довольно неповоротливая, так что шансов уйти из-под такого удара у него немного. Развалиться, конечно, не развалится, но ведь повреждения могут оказаться такими, что корабль стоимостью под миллиард кредов окажется неспособен продолжать бой. А такие потери никому не нужны.

«Семидесятки» же, мелкие и незаметные, вполне способны увернуться от удара. Их даже успели разрекламировать, как «убийц станций». Именно из-за кинетических орудий, чьи полутонные снаряды призваны были сокрушать неуязвимую даже для линкоров защиту тех самых станций. Да, скорость полёта снаряда, по сравнению со скоростью нанесения удара гравиорудием, просто смехотворна. Ну что такое одна сотая световой против девяносто девяти сотых? Но станция это даже не неповоротливый линкор, говорить о её манёвренности не приходится вовсе, так что, при должной сноровке экипажа и чёткой работе вычислителей снаряд кинетического орудия, выпущенный с мелкого корабля, свою цель настигнет. А с его попаданием энергетическим щитам станции не справиться, да и грависистема не поможет. Нет, притормозить снаряд они смогут, но не более. В конце концов, для отсека, в который впилится такой снаряд, нет никакой разницы, влетит в него болванка весом в полтонны на скорости в одну сотую световой или двести кило осколков на скорости в одну тысячную световой. В любом случае от отсека ничего не останется… да и пяти-шести соседних, пожалуй, тоже. В общем, в теории получился не корабль, а конфетка. Мечта военных экономистов. Выстрел на кред, результат на миллион.

Одно «но»… в погоне за дешевизной или просто по недосмотру прочный корпус корабля, призванный гасить те остатки инерции после выстрела, что не смогли поглотить гравигенераторы, оказался лишён пассивных систем СПИБ. А генераторы, выходившие в момент выстрела на пиковую мощность, давали такую засветку во всех возможных режимах, что не обратить внимания на не в меру яркую «блоху» было просто невозможно, и, значит, сделать второй выстрел ей было уже не суждено. Тем более, что перезарядка орудия занимала просто прорву времени, точнее, около двух минут. Ну, а постоянная запись данных мониторинга поля боя позволяла вычислить и ещё не засвеченных «убийц станций», тем более, что те и в обычном режиме фонили весьма характерно.

Вот и стали гореть эти самые «семидесятки» в боях, как спички. А потом и на кинетические орудия управа нашлась в виде выставляемых под очень малым углом энергетических щитов, благо, ничтожная по пустотным меркам скорость полёта снарядов давала возможность их не только засечь, но и провести необходимые расчёты для увода «дурной железяки» с опасной траектории. Так что и установка кинетичек на корабли других типов не помогла. Потому сражения со станциями до сих пор и сводятся к блокадам, стычкам малых кораблей, бамок и банальному абордажу. А «семидесятки»? Проект, не оправдавший ожиданий, был закрыт, а имеющиеся у Флота корабли этой серии списаны и отправлены во внешние сектора. Там всегда рады «большим пушкам».

Собственно, именно по этой причине Архангельские верфи, находящиеся в русском секторе, до сих пор производят комплектующие для этих канлодок. Покупатели на них имеются в достатке, хотя, судя по положению дел на торгах, большая их часть старается избавиться от своего приобретения… рано или поздно поняв, что «большие пушки» это ещё не всё. Но «избавиться» в понимании внешников означает продажу, а подобное действо на количестве покупателей запчастей и комплектующих никак не сказывается.

В отличие от Флота, нашу компанию характерная картинка излучений канлодки совершенно не волнует. Воевать со станциями мы не собираемся, а пираты? Ну, думаю, они очень удивятся, обнаружив на канлодке гравиорудия вместо ожидаемых древних кинетичек. Если успеют, конечно.

Кстати, надо бы побеспокоиться насчёт достойного оператора боевых систем нашего будущего корабля… и не только о нём. Если капитан и операторы СПИБ у нас есть, то остальных специалистов нужно искать. Да, канлодка не крейсер и не требует большого экипажа, но у нас нет даже минимально допустимого экипажа. Мы с Филом можем закрыть секцию СПИБ и тех. секцию, Алекс свободно закроет капитанскую и может быть пилотскую вакансии, хотя подобное совмещение было бы не очень удачным решением, но даже в этом случае у нас нет щитовика, оператора гравиорудий, оператора бамок… Надо искать. Тем более, что Морина после недолгих раздумий всё же согласился с доводами, и покупка канлодки была одобрена всем нашим триумвиратом… как и назначение Алекса нашим капитаном. Почему именно его? Потому что Фил взял самоотвод, а я… слишком молодо выгляжу. Да и хорош был бы капитан, лично отправляющийся в разведку системы финиша сопровождаемого конвоя вместо того, чтобы стоять на мостике своего корабля, как ему и положено.

Кроме того, у Алекса, действительно, несравнимо много больше опыта, как боевого, так и руководящего, что немаловажно. В общем, изначально было понятно, кто именно займёт капитанскую должность, и никаких возражений по этому поводу ни у меня, ни у Фила не возникло. Тем более, что решения, касающиеся общего управления, мы обязались решать сообща. То есть без согласия нашей компании капитан Роун не сможет ни заказ взять, ни распоряжаться полученными в результате его исполнения средствами. Ну и вопросы подбора членов экипажа мы тоже будем решать вместе.

Найти подходящую для нас канлодку в том ворохе предложений, который имелся на торговых площадках внешников, оказалось не так уж и сложно. Выбор пал на «семидесятку» предпоследнего выпуска, то есть тех времён, когда военные ещё не отказались от идеи использования этого проекта по назначению и вовсю модернизировали его в надежде нивелировать или полностью ликвидировать слабые места, обнаруженные в ходе эксплуатации прежних модификаций.

В результате нам удалось купить канлодку с «родным» и довольно мощным комплексом постановки помех, явно призванным снизить характерные особенности излучений корабля в бою. К тому же, один из предыдущих владельцев явно был в курсе «болезни» семидесятого проекта, поскольку поставил на канлодку несколько устаревшую, но очень надёжную СПИБ, которая позволяла не только просматривать окружающее пространство, тут как раз система, в виду своего возраста, не могла похвастаться выдающимися характеристиками, но зато предоставляла возможность очень гибкого управления постановщиком помех.

Впрочем, проблему «слабого зрения» купленной канлодки мы решили за счёт установки системы СПИБ, снятой с одного из автоматов Корпуса. Ну, а что? Продавать его бессмысленно, без мощного вычислителя на борту толку от такого комплекта мало, а у внешников разве что орудийные платформы планетников да клановые межсистемники оснащены достаточно мощными интеллект-системами. А мы всё равно решили сменить «родной» хилый вычислитель приобретаемого корабля дублирующим интеллект-комплексом с автомата Корпуса, так что проблем с работой сенсоров не ожидается. Да, он не такой мощный, как уже проданные нами кластеры транспортников, зато полностью универсальный. И за технической составляющей следит, и штурманские задачи решает… и за окружающей обстановкой присмотрит. Воевать, правда, не умеет, но это и у основной интеллект-системы автоматических кораблей хреново получается. А нам это тем более без надобности, поскольку гравиорудия оснащены собственными вычислителями.

Глава 5. Трудоустройство обещали

На собеседования с будущими членами экипажа я не стремился, полностью погружённый в модернизацию и техническое обслуживание доставшейся нам канлодки, и ограничивался лишь присылаемыми Алексом с переговоров данными, с которыми знакомился вечерами, после того как пилоты вытаскивали меня из ремдока, чтобы отдохнуть и развеяться.

Роун и Морина пошли в загул. Свалив на меня заботы о техническом состоянии канлодки, эти два обормота пустились во все тяжкие. Нет, пили они немного, а наркотики и вовсе обходили десятой дорогой, но вот пассий меняли чуть ли не каждый вечер. Надо отдать им должное, оба пилота и меня пытались вытащить «на поиски приключений», но после случившегося на Нимре Второй я… ну не мог я расслабиться. И «снимать девочек» в многочисленных клубах «Кривого Носа», как и навещать здешние бордели меня совершенно не тянуло. Повторялась ситуация с контакт-центром на «Страннике».

Алекс крутил пальцем у виска, Фил просто молча пожимал плечами, а я… чем дальше, тем больше подозревал, что странным в текущих обстоятельствах было как раз не нынешнее моё состояние, не менявшееся с того момента, как я очнулся в медблоке учебки, а то, как я повёл себя на Нимре. Понятное дело, что рано или поздно организм потребует своё, но… ормы зачастую проводят в одиночном поиске в Пустоте по полгода, а то и по году, и морф-система умеет справляться с подобными «требованиями тела». Весьма эффективно справляться, надо заметить, так что, никакого влияния на работоспособность организма её воздействия не оказывают. Можно, конечно, предположить, что виной всему был тот химический коктейль, что ввёл морф, переводя меня в боевой режим, но… но-но-но…

Осознав проблему, я поднял логи того дня и с головой зарылся в данные морф-системы. Два часа поисков по моему субъективному времени привели к интересному результату. Все показания организма в тот день находились в допустимых под воздействием боевых стимуляторов пределах. Но часть из них  прочно «окопалась» в красной зоне, то есть на самой грани допустимого. Морф, каким бы продвинутым он ни был, всё-таки опирается на сухие цифры и потому не поднял тревоги. Ведь показания не перешагнули за опасный порог… И то, что в сумме эти самые показатели как раз и свидетельствуют о наведённом каким-то образом воздействии, морфу тоже было не ясно. Зато это понятно мне.

Что это было за воздействие, сейчас определить уже невозможно. Химия или псиатака, харг его знает. Одно понятно, воздействие было очень тонким, а значит, профессиональным. Причём уровень атаки говорит о том, что готовилась она не на абы кого, а на владельца, как минимум, очень продвинутого интеллона, способного отслеживать даже минимальные изменения в состоянии носителя. Неприятное открытие, что тут скажешь… и опять не в пользу «эвакуаторов», что бы ни думал по этому поводу Фил.

От невесёлых мыслей меня оторвал Алекс, скинув на морф сообщение о том, что идёт на собеседование с возможным пилотом нашей «Тройки», как после недолгого размышления мы решили назвать купленную канлодку. Ничего необычного, это было не первое собеседование, на котором Роун пытался решить, подойдёт нам очередная кандидатура или нет. Но вот то, что в этот раз Алекс решил позвать на интервью и меня, хм… это что-то новенькое.

– Зачем я там нужен, капитан? Вроде бы решили, что наймом займётесь вы… – Поинтересовался я.

– Он из военных, весьма перспективный кадр. – Тут же ответил Роун. – Лови резюме, читай.

– О… – Ознакомившись с присланным файлом, протянул я. – Пилот межсистемных МКМ. «Нулевик», служивший пилотом сторожевика… значит, как вы?

– Именно. Думаю, если ты сдашь ему ту систему тренировок, он будет ОЧЕНЬ благодарен. – Заметил Алекс. И ведь не поспоришь.

– Ага, думаешь, он выходил ресурс интеллона? – Спросил я.

– Похоже на то. В резюме указано, что военный контракт был закрыт по стандарту. – Ответил Алекс.

– Вижу. И было это пять лет назад. – Я вздохнул. – Возможность привязать пилота развитием его пси штука хорошая… но где гарантия, что он уже не заменил старый интеллон на новый или уже сейчас не является полноценным псиоператором?

– Вот и узнаем на встрече. – Весело парировал Алекс. Кажется, наш капитан возлагает немалые надежды на этого… Павла. Впрочем, его можно понять. Роун провёл уже десяток встреч, но пока мы не наняли ни одного человека. Может быть, сегодня повезёт?

Встреча с возможным пилотом «Тройки» была назначена на восемь часов вечера по станционному времени в небольшой переговорной делового сектора, куда мы пришли за добрых полчаса до назначенного времени. А кандидат в экипаж вошёл в комнату, едва часы показали восемь. Пунктуально.

Павел Белых, вопреки своей фамилии, оказался рыжим. По крайней мере, ухоженная бородка-эспаньолка была именно такого цвета, тогда как макушка сияла лысиной с блёклыми, еле просматривающимися линиями интеллона под кожей. Похоже, вопрос технического обеспечения нашего визави решён в нашу пользу. Новый интеллон светил бы куда как явственнее, а значит, у бедолаги стоит старая, выходившая свой ресурс система… что, кстати, свидетельствует и о низком уровне псиактивности нашего собеседника. В противном случае псимодуль просто не позволил бы довести интеллон до такого плачевного состояния.

Правда, есть и минус. За пять лет Павел так и не сменил выходившее свой ресурс устройство. Пятьдесят тысяч, конечно, деньги немалые, но… большинство пилотов с этой задачей справляются без особых проблем. Накопления за время службы, кредиты… да мало ли способов? Белых же не воспользовался ни одним из них. Почему? Вопрос.

Ладно, разберёмся.

Пока я размышлял об увиденном, Алекс успел разговорить нашего гостя и теперь старательно расспрашивал его о службе. Пилот отвечал, неохотно, но всё же. Было заметно, что тема ему неприятна. Неудивительно, учитывая его, так сказать, «техническое» состояние. Я бы тоже не пылал благодарностью к службе, выжавшей своего офицера до скрипа и выкинувшей прочь.

– Павел, а почему вы до сих пор не сменили интеллон? – Спросил я, когда разговор ушёл от темы Флота.

– Дорого. – Коротко ответил пилот, бросив на меня нечитаемый взгляд.

– Но ведь по завершении контракта, насколько мне известно, выплачивается некоторая сумма, да и сами пилоты обычно копят средства для смены выходившего ресурс устройства. – Не отстал я.

– Я лишился накоплений и выходного пособия почти сразу после выхода в отставку. – Нехотя проговорил Павел.

– Каким образом? – Уточнил я и, заметив совсем недобрый взгляд пилота, пояснил. – Павел, не обижайтесь. Я являюсь совладельцем корабля, на котором вам, возможно, предстоит служить. И естественно, беспокоюсь о судьбе моей собственности. Мне очень не хотелось бы лишиться её из-за того, что я что-то не знал об экипаже или не учёл во время найма. Поэтому настаиваю на ответе.

Наш собеседник помолчал, вздохнул… но, пусть ему и захотелось встать и выйти не прощаясь, он сумел подавить эмоции и заговорил. История оказалась проста и незатейлива. Только что вышедший в отставку капитан в ожидании рейсового корабля решил устроить себе небольшой отдых на планете. Загулял, подрался… в результате всплеска пси зал ресторана, где происходила эта «гульба», был разбит в щепки. Никакие заявления Белых о том, что он «нулевик», местной полицией и судом приняты к сведению не были. На капитана повесили долг в семьдесят тысяч, после выплаты которого он остался, что называется, гол как сокол. Кредов едва хватило, чтобы добраться до родного сектора…

– А того урода, что разнёс ресторан, никто так и не нашёл. Наверное, потому, что это был сынок местного мэра. – Заключил он. – Знатная сволочь… псиактивная.

Несмотря на отношение кандидата к псиоператорам, Алекс всё же принял его на службу. Павел Белых стал первым пилотом «Тройки», что его немало удивило. Сорокалетнего капитана можно понять, он и на собеседование-то пришёл, будучи почти уверенным, что как только работодатель узнает о состоянии его интеллона, разговор тут же закончится. И вдруг такой поворот!

– Капитан, вы же понимаете, что моё нынешнее состояние далеко от идеального? – После небольшой паузы, справившись с удивлением, проговорил Белых.

– Рад, что вы подняли этот вопрос первым, Павел. – Кивнул Алекс, плеснув довольством. Кажется, наш новый пилот прошёл тест на честность. – Думаю, этот вопрос мы можем решить прямо сейчас. Ким, твоё мнение?

– Можно, конечно, заменить интеллон полностью, но… я бы не рекомендовал. – Отозвался я. Благо, этот момент Алекс оговаривал со мной ещё до начала собеседования с Павлом, так что у меня было время, чтобы подготовиться к этой части беседы. – Мало того, что это дорого, нынешние интеллоны несовместимы с устройствами двадцатилетней давности. А это значит, что при замене будет утеряно до девяноста процентов синхронизации. Год потеряем только на восстановлении всех нейросвязей. Да и замена прокаченного за двадцать лет пси-модуля на «нулевой» вариант выглядит чистым идиотизмом.  Гораздо дешевле и… проще провести курс восстанавливающих процедур.

– Универсальные фабрики есть только в центральных мирах, у производителей интеллонов. И их владельцы не горят желанием помогать ближним. – Угрюмо произнёс Павел, заметно упав духом.

– А вот этот вопрос оставьте нанимателям. – Улыбнулся Алекс. – Ким?

– Сделаем. – Кивнул я. – Но курс выйдет несколько более долгим, чем от лаборатории разработчика.

– Сколько?

– Декада-две… в зависимости от сложности установленных устройств. Насколько я понимаю, у интеллонов пилотов имеются некоторые модификации, отсутствующие в гражданских системах, не так ли?

– Конечно. – Кивнул Алекс. – В основном на вестибулярном аппарате.

– Значит, пара декад. – Заключил я и повернулся к удивлённому Павлу. – Но не рассчитывайте, что это будет бесплатно, Павел. Тысяч в пять-семь вам этот апгрейд встанет.

– Сколько?! – Изумился он.

– Что, дорого? – Хмыкнул я и перешёл с интерлина на русский. – А ты походи по рынку, может дешевле найдёшь…

– Нет, я не о том! – Мотнул головой Белых. – Новый интеллон, гражданский, без пилотских модификаций, стоит полсотни «толстых», а вы предлагаете…

– Я ничего не предлагаю, Павел. – Остановил я его. – Нам нужен пилот. Военный пилот, такой, как вы. Но у вас есть проблема. Мы решаем эту проблему и получаем необходимого специалиста. И только. Я понимаю, что сейчас вы подумали о своих знакомых с такой же проблемой и, возможно, решили, что мы готовы оказывать подобную помощь кому угодно. Этого не будет.

– Но…

– Павел, дослушайте. Как вы думаете, почему лаборатории производителей интеллонов не предоставляют услуги по восстановлению всем и каждому?

– Им это невыгодно. – Вздохнул Алекс.

– Правильно. – Кивнул я. – Установка одного нового интеллона приносит производителю от пятидесяти до восьмисот тысяч, тогда как восстановительные процедуры, сейчас применяемые лишь в крайне редких случаях, обходятся на порядок дешевле. Ощутимо поднять ценник производителю не позволит Технический Совет Федерации… а теперь представьте, что сделают эти самые производители, узнав, что кто-то отбивает их хлеб? Я не хочу, чтобы на нас открыли охоту все наёмники внешнего кольца.

– Но ведь можно делать всё тихо… – Проговорил Роун.

– Один раз, два раза. Даже пять. – Согласился я. – Потом информация разойдётся, и на десятом за нами отправят охотников за головами. Потерю в полмиллиона кредов ни один производитель нам не простит.

– Мне же вы не побоялись сделать такое предложение. – Заметил Белых.

– Именно. Вы, Павел, не заинтересованы в распространении этой информации. По крайней мере, до тех пор, пока не пройдёте восстановительные процедуры. А потом… поверьте, разглашение этих сведений не принесёт вам ничего хорошего. Мы умеем заботиться о своей безопасности.

– Поймали, да? – Зло усмехнулся пилот. Я пожал плечами.

– Вовсе нет. Вы можете хоть сейчас подняться и выйти из этого отсека. Можете даже кричать на всю станцию, что владельцы канлодки «Тройка» умеют восстанавливать пилотские интеллоны… Но кто вам поверит?

– А запись интеллона?

– Какая запись? – Деланно удивился я. Белых вздрогнул. Ага, обнаружил, что пишущий режим интеллона блокирован. Полюбовавшись ошарашенным лицом пилота, я кивнул. – Говорю же, мы заботимся о своей безопасности.

– Слышал я о таких вещах. – Медленно произнёс Павел и покачал головой. – Но не думал, что увижу своими глазами. Работа джошей?

– Имеете в виду подавитель? – Дошло до меня. – Нет, пси.

– Вы… псиоператоры? – Неприятно удивился он.

– Как и вы, Павел. – Заметил Алекс.

– Я «нулевик». – Отмахнулся он.

– Пока, да. – Кивнул Роун. – Но если займётесь тренировками, то это очень скоро изменится. А необходимую программу мы предоставим…

Белых, молча и не мигая, несколько секунд смотрел на Алекса, потом перевёл взгляд на меня и, вздохнув, кивнул. Буря его эмоций улеглась, оставив лишь решимость и… тонкие лучи радости, пробивающиеся сквозь тучи недоверия. По крайней мере, именно такие ассоциации вызвали у меня чувства пилота. Что ж, после пяти лет медленного умирания ожидать иного было бы сложно.

Дальше разговор пошёл проще и… предметнее. Оплата, сроки, лечение и компенсации… эти вопросы заняли больше часа, но в конце концов и они были решены.

Павел поднялся с кресла и, уже шагнув к выходу из отсека, вдруг замер на месте. Обернулся и, окинув нас взглядом, решительно кивнул.

– Вы говорили, что не собираетесь заниматься восстановлением выходивших свой ресурс интеллонов… а если это будет член экипажа? Такой же как я?

– Мы не нуждаемся в ещё одном пилоте. – Пожал плечами Алекс.

– А в операторе БМКМ? – Спросил Павел. Мы с Роуном переглянулись.

– Назначьте ему встречу на завтрашний вечер. – После короткого внеголосового диалога со мной, произнёс Алекс. – Но прежде сбросьте резюме кандидата на мой интеллон.

Белых сдержанно улыбнулся, и через несколько секунд на мой морф упал пересланный Роуном файл резюме. Мы попрощались с Павлом, но стоило ему покинуть помещение, как Алекс, тихо простонав, растёкся в кресле медузой.

– Чёрт! Никогда не думал, что контролировать чьи-то эмоции это так муторно! – Пробормотал он и, приподняв голову, взглянул на меня. – Но, кажется, получилось, а?

– Получилось. Дядька, конечно, резкий, но… он не дурной и не озлобившийся. – Согласился я и, подумав, добавил. – Наверное, можно было бы и не «раскачивать» его так жёстко.

– Не, Ким. Нужно. – Покачав головой, ответил Алекс. – Без таких проверок брать людей в экипаж нельзя. Одно «слабое звено», и весь корабль сгинет. Хотя, муторно, конечно… странно только, что об этом тебе, офицеру Корпуса, говорю я – обычный пилот. Было бы логичнее, если б ты мне втолковывал нечто подобное.

Глава 6. На стапеле

Как же меня достали эти стереотипы. Роун, заметив мою реакцию, усмехнулся.

– Чего ржёшь? – Сердито спросил я капитана «Тройки». – Я не дознаватель, не контрразведчик и не «свояк»! Я орм, чтоб вас! Моя забота – техническая, пустотная разведка. Глушение связи, техническое прикрытие спецопераций, эвакуация боевых групп с территории противника, в конце концов! Но не допросы и не игры в шпионов.

– И чего ж тебя на «Странник»-то занесло? – После недолгой паузы спросил Алекс, явно не ожидавший такой бурной реакции.

– Сбой программы во время выпускного теста. – Нехотя проговорил я. – Как результат, провалялся в медблоке всё распределение. Ну а там, что называется, по остаточному принципу. Распределили, куда оказия подвернулась, чтоб не маячил перед глазами и не вызывал ненужных вопросов у возможных проверяющих.

– Каких вопросов? – Не понял Алекс.

– Ненужных. – Фыркнул я. – Это ж учебка Корпуса, любое внештатное событие – ЧП. А чрезвычайку надо обязательно проверять. Думаешь, только у Старика паранойя – профессиональная болезнь? Чёрта с два. В Корпусе это первейшее качество любого сотрудника, от рядового до генерала.

– Ну, проверили бы, выяснили, что ничего страшного не произошло. – Пожал плечами Роун.

– Пф! Ты сам в это веришь? – Рассмеялся я. – Можно подумать, ты погон не носи… л. Любой проверяющий обязательно найдёт какой-нибудь косяк на проверяемом объекте, иначе его начальство не поймёт и заподозрит в некомпетентности. А если не найдёт, так придумает. Один чёрт, проверяемым ничего хорошего не светит. Вот меня и скинули, куда удалось, чтоб глаза не мозолил и комиссию не накликал.

Естественно, рассказывать Роуну об истинных причинах моего назначения и мотивах, которыми руководствовался Зейд, я не стал. Да и… захотел, так не смог бы. Ну не было у меня никакой уверенности в верном понимании этих самых мотивов. Страт-полковник та ещё лиса, это я понял ещё из перехваченного мною разговора Зейда со Стариком.

Впрочем, Алексу хватило и «упрощённой» версии.

– Извини, Ким. – Произнёс он. – Как ты правильно заметил, это просто стереотип. Живучая штука, сам знаешь.

– Знаю. Ладно, проехали. – Махнул я рукой и, получив сообщение от Горина, занимавшегося в моё отсутствие ловлей «блох» в интеллект-системе «Тройки», поднялся с кресла. – Разбегаемся?

– Что, опять в док? – Усмехнулся Роун. Я виновато развёл руками.

– Хочется закончить побыстрее.

– Чёрт с тобой, трудоголик! – Отмахнулся Алекс, а когда я уже шагнул за порог послушно распахнувшейся передо мной двери, добавил, – Учти, в конвое бордели не предусмотрены.

– Иди ты лесом, капитан. – Вздохнул я. Роун расхохотался.

Приглашённый на следующий день кандидат в операторы бамок оказался высоким сухопарым мужчиной, лет пятидесяти, со стянутыми в хвост чёрными, подёрнутыми ранней сединой патлами, бледным тонкокожим лицом «потомственного» пустотника и невыразительным взглядом водянисто-серых, почти белёсых глаз. В отличие от Павла, Иван Дубов оказался профессиональным наёмником, ни дня не носившим погоны. Не такая уж и редкость на самом деле, но тридцать три года опыта с лёгкостью нивелировали этот «недостаток». Остаётся только удивляться, как он мог оказаться не у дел да ещё и с полетевшим интеллоном.

История оказалась не сложнее той, что поведал нам вчера Белых. Был конвойный корабль, был экипаж, состоявший из совладельцев этого самого корабля. И был налёт пиратов на сопровождаемый конвой. Переделанный из малого транспорта корабль охранения, двигавшийся в голове колонны, выбили первым же залпом, только спасботы брызнули… В одном из таких спасботов оказался и контуженный оператор бамок. А все его сбережения остались в каюте, на анонимных кредикартах. Как и многие внешники, банкам Федерации Иван не доверял.

Как спибовцы проморгали атаку, теперь только чертям известно… да пиратам, раздолбавшим весь конвой и изрядно поживившимся трюмными богатствами колонны. От корабля-охранника осталась груда искорёженного сталепласта, а вместе с ним и собственность оператора превратилась в фикцию.

Экипаж распался, и наёмники-банкроты разбрелись по другим командам. Подался в «вольники» и Иван Дубов, а куда деваться? Тем более, что и срок замены интеллона уже замаячил на горизонте. Но заработать за пару лет полсотни тысяч «вольному стрелку», ой, как непросто. Это у постоянных членов экипажа условия найма приличные, так они ведь порой чуть ли не династиями в одной команде служат, а новичку нормальные деньги платить никто не станет. Разве что, только в таких же «новеньких» экипажах. Но у них своя проблема – горят в Пустоте, как спички. Вот и мыкался Иван Дубов, пытаясь наскрести кредов на смену интеллона… Пока до нас не докатился.

– Так ведь и мы новички, Иван. – Усмехнулся Алекс. – И тоже сгореть можем.

– Можете. – Индифферентно кивнул Дубов. – Так ведь и время на месте не стоит. И уж лучше я с вами огнём в Пустоту уйду, чем медленно загнусь в блевотине на обоссаном матрасе, в ночлежке на каком-нибудь комке грязи.

– Жизнеутверждающая позиция. – Тихо пробормотал Фил, на этот раз составивший нам компанию на собеседовании.

– Уж какая есть. – Хмыкнул Дубов.

– Семь тысяч за поход, и мы будем вычитать по половине доли до выплаты кредита на восстановительные процедуры. – Вдруг резко заявил Алекс. Иван удивлённо вздёрнул бровь.

– Берёте, значит? – Тонкие бледные губы чуть изогнулись в намёке на улыбку. – А чем богаты, господа наниматели? В смысле, чем я у вас рулить буду?

– «Гончие» пятой серии. – Сообщил я по кивку Алекса. – Пятьдесят штук в одном «выстреле», всего двести машин. Осилишь?

– Хм… – Иван сверкнул глазами, поёрзал. – Гончие, да? Хорошие «собачки»… спаренные импульсники, малый минный наряд… четыре ракетных подвески класса «борт-борт». Дары, вы ограбили военный склад?

– Подарок делового партнёра… на прощание. – Вежливо улыбнулся в ответ Роун.

– Ох, ярко гореть будем, дар капитан. – С каким-то даже наслаждением протянул Дубов и вдруг резко посерьёзнел. – Когда прикажете явиться на борт?

– Завтра к восьми вечера по станционному времени. – Ответил Алекс, получив моё сообщение. – Пропуск в док я скинул.

– Док? – Удивился Дубов.

– Именно. Канлодка сейчас находится в ремдоке, где проходит модернизацию. Придёте, увидите. Дар Ким – третий офицер, он же наш главный техник и пилот вспомогательного модуля. Он вам всё покажет. – Алекс кивнул в мою сторону.

– И покажу, и расскажу. – Согласился я. – Заодно и каюту подберёте. Канлодка, конечно, не лайнер, но и численность экипажа у нас далека от положенной по штатам Флота. Так что, есть из чего выбрать.

Очевидно, собеседование с Павлом что-то изменило в мироздании, поскольку следующим вечером я принимал на «Тройке» не только оператора бамок и пилота, но ещё и щитовика, то есть оператора систем активной защиты. Для разнообразия это оказалась вполне себе симпатичная светловолосая женщина, статная, подтянутая, но холодная, как айсберг, и спокойная, как… как пластобетонная стена. Эмоций не то что бы ноль, но они настолько лёгкие, что даже я со своей осторожностью и нежеланием лезть в женский эмофон вынужден был при встрече с Анастасией Вельяминовой «прислушаться», чтобы уловить хоть что-то.

В отличие от порывистого, резкого Павла и саркастичного Ивана, невозмутимая Анастасия, которую язык не поворачивался сократить до «Насти», не имела проблем с интеллоном, ввиду полного отсутствия псиспособностей, но она с успехом обходилась и без них. По крайней мере, задумавшего сказать какую-то скабрезность Белых она заставила подавиться недосказанной шуткой одним-единственным взглядом. Мощная женщина!

Новые члены экипажа прибыли на канлодку в самый разгар работ, так что по пути в кают-компанию нам пришлось лавировать меж снующими по кораблю сервисботами, то и дело обходя зияющие чернотой провалы в полу, в глубине которых мерцали всполохи сварки.

– Дым коромыслом. – Прокомментировала Анастасия происходящее вокруг, довольно ловко уклоняясь от несущегося по подволоку шестилапого дроида. Я кивнул.

– Работы уже подходят к завершению. Двигательная система закончена, орудийная тоже. Остались «косметические» изменения… и сопряжение.

– Так много поменяли? – Осведомился Дубов, крутя головой.

– Почти всё. – Подтвердил я, откатывая в сторону разблокированную дверь в кают-компанию. – Прошу, пока это единственный отсек, за исключением личных кают, в котором можно спокойно поговорить, не отвлекаясь на вездесущих ремонтников. Располагайтесь кому как удобнее. Если желаете выпить или перекусить, синтезатор к вашим услугам.

– Хотелось бы ознакомиться с оборудованием, на котором нам предстоит работать. – Усаживаясь в кресло, проговорила Вельяминова. Я кивнул.

– Информация по вашим системам отправлена на интеллоны. Если возникнут вопросы, обращайтесь. С готовностью выслушаю и постараюсь ответить. – Произнёс я. – И не стесняйтесь советовать, если вдруг появятся какие-то идеи по возможному улучшению ваших рабочих… мест, так сказать.

Операторы покивали и, получив из синтезатора заказанные напитки, углубились в чтение присланных материалов.

– Отдельный генератор на щиты? – Удивлённо воскликнула Анастасия, ознакомившись с принципиальной схемой систем защиты. – Не слишком жирно?

– Архитектура корабля позволяет. – Пожал я плечами. – Так почему бы и не воспользоваться имеющимися возможностями.

– Тогда… – Вельяминова на миг задумалась, прикусив губу, и решительно кивнула. – Стоит озаботиться сопряжением гравигенераторов огневых и защитных систем для того, чтобы не допустить выстрела на линии генерации щита. Такой низкоуровневый блок позволит защитить систему от нештатного срабатывания без использования сложных программных операций. Нам же не нужны аварии на корабле… не так ли?

И ведь не поспоришь. Основная проблема всех модернизируемых частных кораблей это использование в них оборудования разных производителей. Конфликты ПО в этом случае порой «съедают» до сорока процентов производительности интеллект-систем. И вариантов решения этой проблемы только два. Либо наращивание «мозгов» корабля, либо его глубокая переборка на уровне «железа». Второй способ сложнее, дороже и муторнее, зато позволяет выжать из корабля все заложенные в его оборудование возможности. И к счастью, в связи с заменой большей части узлов на нашей «Тройке», мы идём именно этим путём. Оставить же без внимания предложение Анастасии я и вовсе не имел права, поскольку оно позволяло решить проблему совместимости систем защиты и нападения канлодки, взятые из очень разных «источников» и потому очень плохо взаимодействующие между собой.

– Разумно. – Согласился я. – Заодно избавимся от возможного конфликта программных обеспечений разных систем. Вопрос только в сигнале… дублировать его для комплексов защиты и атаки при подаче энергии на излучатели?

-Муторно это, на одной обратной связи намаетесь. – Вдруг встрял Дубов. – Проще установить сопряжение на уровне распределительного блока. Направляется энергия на эмиттер трёхчасового сектора нижней полусферы, блокируется подача энергии для генерации щита в той же области. Оптимальный вариант. И тоже никаких проблем с ПО.

Мы с Анастасией удивлённо уставились на оператора беспилотников. Тот заметив наш интерес, индифферентно пожал плечами.

– Что? Это ж логично.

– Ну да… и не нужно заморачиваться с дублированием и предупреждениями. – Протянула Вельяминова.

– Так, господа мои… – После недолгого размышления проговорил я. – Предлагаю вам ознакомиться с оборудованием и составить список своих предложений. Захотите осмотреть корабль лично, нет ничего проще. Допуск у вас есть, милости прошу на борт. А если появится желание, можете сходу занять любую понравившуюся каюту… из тех, что ещё не забронированы, разумеется, и переселиться туда хоть сейчас. Системы жизнеобеспечения корабля работают, синтезаторы заправлены, так что, можете осваиваться. Опять же, никакой платы за проживание с вас никто брать не собирается. Единственное неудобство… корабль закрыт для посещений любых третьих лиц. Так что, никаких гостей. И да… кормовой трюм закрыт вовсе, так что туда лучше даже не ломиться.

– Секреты? – Улыбнулась Анастасия. Я хмыкнул.

– Нет, мне просто не нравятся здешние каюты. А потому я поселился в трюме.

Наши наемники недоумённо переглянулись.

– Шутите, Ким? – Спросил Иван.

– Ничуть. – Покачал я головой. – Кормовой трюм действительно отведён под моё жильё… и посадочную площадку вспомогательного модуля-разведчика. Так, а теперь, раз этот вопрос мы выяснили, предлагаю заняться выбором кают для вас. Кстати, есть возможность переделать их по вашему вкусу, можете составить список необходимых изменений. Личный бассейн не обещаю, но переоборудование стоимостью до десяти тысяч мы можем обеспечить без проблем… и бесплатно. Всё равно флотскую отделку нужно менять.

– Как насчёт личного спасбота? – Ухмыльнулся Дубов.

– Каждая каюта и есть такой спасбот. Особенности семидесятого проекта. – Развёл я руками. Анастасия хмыкнула.

– А я-то думала, что мне напоминает этот корабль… – Вздохнула она. – «Светить» будем на всю систему. Пираты будут рады.

– Вам так жаль пиратов? – Осведомился я.

– Эм? – Не поняла Вельяминова.

– Поясню. Корабль, действительно, довольно заметный, поскольку пассивных систем СПИБ на нём нет. Но, во-первых, мы не намерены притворяться безобидным «торговцем». А во-вторых, у нас имеется очень продвинутый активный комплекс СПИБ, позволяющий в случае необходимости полностью скрыть канлодку от сенсоров противника, пусть и ненадолго. Кроме того, у нас имеется известный вам защитный комплекс «Стена» и гравиорудие «Этна», и то, и другое крейсерского класса. Плюс двести беспилотников «Гончая», шесть тяжёлых импульсников непосредственной обороны и, в качестве последнего довода, три единицы пилотируемых МКМ,  способных одной атакой уничтожить корабль класса эсминец, а в самом крайнем случае –  гарантированно отвлечь противника от спасботов «Тройки». И я не позавидую любому пирату, решившему, что наш корабль станет для него лёгкой добычей.

– Ну, насчёт систем защиты, я уже в курсе. – Медленно проговорила Вельяминова, кажется, немного сбитая с толку горячностью моей тирады. – И с «Этной» я знакома не понаслышке. Мощная штука…

– «Гончие» тоже не подарок. – Довольно поддакнул Иван и тут же сменил тему. – Скажите, Ким, а отделка кают может быть любой? Я бы не отказался от деревянных панелей переборок.

Глава 7. Не злите доктора

К тому моменту, когда Алекс нашёл нам огневика, «Тройка» уже перекочевала из ремдока на постоянную посадочную площадку в гостевом секторе станции. Закончилась продлившаяся почти два месяца модернизация старой канлодки, во время которой по кораблю было протянуто более восьмисот километров шин и проводов, полностью заменена вся гидросистема, все узлы «притёрты» и испытаны на ходу и в имитации боевой обстановки, причём неоднократно. Снятые прежними не в меру рачительными хозяевами корабля «дубли» систем жизнеобеспечения восстановлены по заветам Флота до тройного «перекрытия», а резервуары, что жидкостные, что газовые, «забиты» под завязку. В общем, канлодка готова к выходу в любой момент.

И он настал. Алекс сообщил, что нашёл караван торговцев, и они согласны принять наш корабль в качестве одного из конвойных для проводки по внешнему кольцу в «северный» сектор. Не самое уютное место на свете, но откуда бы взяться уюту у внешников? Русский сектор здесь, скорее, исключение из правил.

Как бы то ни было, долго обсуждать заказ мы не стали. А зачем? Палёным не воняет, подозрений не вызывает… сумма гонорара? Отличается от стандарта лишь в пределах статистической погрешности. Единственное, на чем можно «споткнуться», это обязательное подчинение командиру конвоя. То есть не главе каравана, а капитану, возглавляющему боевые корабли колонны. Этакому конвойному адмиралу.

Но и здесь нет ничего странного. Обычная практика в этих местах, и надо сказать, довольно оправданная. Командование в походе должно быть единоличным, иначе будут разброд и шатания. Ни один нормальный капитан подобного допустить не может. Иначе он не капитан, а идиот. Полный.

Оператором огневого пульта «Тройки» стал Олег Володин, тридцатилетний наёмник из разбежавшегося экипажа нашего «бамковода» Дубова. Иван дал очень неплохую рекомендацию кандидату, и я не почуял в его словах лжи. Так что, к моменту выхода канлодки в поход её штат был полностью укомплектован… хотя и по минимуму. Но нам ведь комплектование по нормативам Флота ни к чему, хотя бы по той причине, что на конвойном корабле десантная секция без надобности. Хотя два десятка боевых дроидов из комплекта непосредственной обороны транспортников Корпуса я всё же стянул. Правда, для того, чтобы иметь возможность их использовать, пришлось изрядно помучиться с чисткой программного обеспечения, но десять вечеров были «убиты» не напрасно, так что теперь на канлодке имеются собственные защитники на случай, если вдруг кому-то придёт в голову взять «Тройку» на абордаж. Может быть паукообразные боты и не выглядят так же внушительно, как «любимцы» Старика, но по огневой мощи и защищённости они вполне могут посостязаться со своими старшими собратьями, а в маневренности эти полуметровые создания и вовсе безоговорочно их превосходят. Мелкие, шустрые и смертельно опасные. Ну как можно было пройти мимо таких милашек?

– Внимание, колонна. – Изображение на изогнутой стене экрана в рубке дрогнуло, и половину его занял вид с мостика флагмана. – Готовность «единица», штурманам принять карту маршрута. Выход на трек по «отсечке».

– Есть готовность один. – Циркулярная связь донесла до нас разноголосицу подтверждений с девяти кораблей каравана. – Карта принята.

– В добрый путь, господа. – Капитан «Филина», флагманского конвойника, кивнул, и картинка из его рубки ужалась до небольшого квадрата, скользнувшего в правый верхний угол экрана. Поехали.

Один за другим корабли каравана становились на трек и уходили в прыжок, и я мог наблюдать их уход с борта «Тройки», поскольку капитан «Филина» отказался в этом прыжке от услуг разведмодуля… может быть не доверяет, может не уверен в скрытности Горина… а может просто знает наверняка, что в финишной системе нам ничто не угрожает. Как бы то ни было, из-за этого решения я оказался единственным бездействующим на данный момент членом экипажа «Тройки». Впрочем, вру… Ивану, нашему оператору беспилотников, тоже нечего было делать, но он не стал зря терять время и сейчас вовсю занимается боевой подготовкой в режиме эмуляции… как, собственно, и Олег, вовсю гоняющий гравиизлучатель канлодки в разных режимах. А вот Анастасия «играла» с щитами в реальности, «вживую», так сказать. Её задача – облегчить прыжок, используя щитовые эмиттеры, и сейчас она занималась расчётом постановки их плоскостей. Фил старательно «шарит» по пространству сенсорными блоками СПИБ, а Алекс… царствует в капитанском кресле и изредка недовольно косится в мою сторону. Точнее, на прыгающего вокруг меня малого сервисбота с Горина, которого я от скуки заставил изображать гоняющегося за бантиком котёнка. Пощёлкивания манипуляторов и стук металлических лап «паука»-разведчика явно выводили Роуна из себя, но пока он молчит.

Но вот настала и очередь нашей канлодки, по распоряжению флагмана размещённой в центре походного ордера. Павел Белых, недвижно замерший в коконе рабочего кресла пилота, слившись с машиной в одно целое, чётким уверенным манёвром вывел «Тройку» на точку старта. Предупреждающе коротко взревел баззер. На миг на плечи экипажа будто бы надавили мягкие лапы какого-то огромного зверя: это гравигенераторы увеличили гравитацию, выходя на марш. Намёк и повторное предупреждение для тех, кто по каким-то причинам смог проигнорировать сигнал баззеров. И канлодка, стремительно ускоряясь, отправилась в свой первый в новой жизни межсистемный прыжок.

Спустя полчаса, когда все системы корабля вышли на режим, а сам корабль, пройдя переходное кольцо, уверенно встал на трек, и можно было не опасаться несанкционированного схода с него, Павел отключился от вычислителя «Тройки» и, откинув купол рабочего кресла, довольно потянулся.

– Машина – зверь! Не знаю, как у неё дела с вооружением, но манёвренность и скорость просто великолепные. – Проговорил он и, похлопав по массивному подлокотнику, выбрался из кокона.

– Можно подумать, ты раньше этого не знал. – Фыркнула Анастасия, сделав лёгкий пасс ладонью, судя по всему, корректируя работу щитов на виртуальном пульте.

– Знал, конечно. – Миролюбиво кивнул пилот. – Но одно дело – тренировочный вылет, и совсем другое –  реальный выход. Тебе ли не знать?

– Согласна. Интересно, почему раньше не нашлось умельцев, что взялись бы за такую переделку «семидесятых»? – Вздохнула Вельяминова.

– А кому это нужно? – Фыркнул я, одновременно заставляя крутящегося вокруг дроида танцевать.

– Как это, «кому нужно»? – Возмутился Павел. – Флоту, наёмникам…

– Ерунда. – Отмахнулся я. – То, что мы проделали с «Тройкой», вывело её из ниши, для которой создавались «семидесятки». Использовать её в качестве средства борьбы со станциями в нынешнем виде уже не получится, а для боя с более вёртким противником у Флота имеются совсем другие корабли. Наёмники же… много вы знаете профессиональных технарей в этой среде?

– Немного, но они есть. – Заметила Анастасия. – Точнее, каждый из нас немного техник.

– Именно, что немного. – Вмешался Алекс. – Ровно настолько, чтобы содержать корабль в порядке и как можно меньше платить специалистам в ремдоках. Но если бы этого было достаточно, то модернизационные и ремонтные мастерские не были бы вторым по прибыльности видом деятельности во внешнем кольце.

– А что они сами? Почему эти модернизаторы не предлагают подобный вариант покупателям? – Нахмурился Павел.

– Потому что покупатель зачастую сам знает, что ему нужно. И считает, что знает это лучше, чем профессиональные техники. – Усмехнулся Алекс.

– А кроме того… – Неожиданно включился в разговор молчавший до этого Фил. – Кроме того, это ещё и вопрос цены. «Семидесятку» не продать дороже трёх-четырёх миллионов, а её модернизация обойдётся, как минимум, в те же деньги. С одной стороны, желающих платить за корабль дважды немного, с другой… доход от модернизации одной канлодки не настолько велик, чтобы заинтересовать серьёзные мастерские. В общем, это просто никому не нужно. Вот такие дела.

– Угу. – Проворчал вошедший в рубку Иван и, оглядевшись по сторонам, усмехнулся. – Но вообще-то, говорить о том, какой славный получился корабль, несколько рановато, не находите?

– Не каркай. – Моментально понял намёк Олег, исподлобья глядя на старого знакомого. Суеверия среди пустотников нередки, и относятся они к ним с редкой серьёзностью. Так что, Дубов почти тут же пошёл на попятную. Даже руки поднял в жесте сдающегося. – Молчу-молчу.

Но надо отдать должное канлодке. На ходу «Тройка» показала себя с самой лучшей стороны, так что в финишную систему мы прибыли даже раньше расчётного времени, весьма солидно опередив на треке несколько транспортов, что ушли в прыжок перед нами.

Опознавшись с флагманом конвоя, прибывшим в точку финиша первым, мы заняли своё место в ордере, а Алекс уговорил капитана «Филина» выпустить разведчик… для испытания, так сказать. Всё равно ждать сбора каравана придётся не меньше двух суток. Да и… нужно же как-то доказать полезность Горина?

Как и следовало ожидать, мощный комплекс СПИБ «Филина» вчистую проиграл разведмодулю. Картографирование системы мы закончили вдвое быстрее, чем флагман, а по степени её детализации и вовсе оставили «Филин» далеко позади, заставив специалистов СПИБ флагмана пережить разнос от капитана. Любви к «Тройке» со стороны слухачей «Филина» это, конечно, не прибавило, но ведь нам с ними детей не крестить, а польза от Горина неоспорима.

Собственно, это, пожалуй, было единственное развлечение, хоть как-то скрасившее скуку ожидания. На третьи сутки караван вновь собрался «в кучку» и… снова встал на трек. На этот раз без всяких колец перехода, просто отсутствующих в пустой незаселённой системе, экипажи отработали прыжок, и снова потянулись долгие часы вынужденного безделья, разбавляемые тренажами экипажей, их боевым слаживанием и отработкой взаимодействия «купцов» и конвоя в возможных нештатных ситуациях. Ску-учно!

На третьем прыжке я даже уговорил Павла уступить мне пилотское кресло и позволить самому вывести «Тройку» на очередной трек, а после финиша с удовольствием «присоседился» к Филу и его СПИБ, благо в системе, куда занесло наш караван в этот раз, были и орбитальные станции, и даже две терраформированные планеты. После скудных на новости циркулярных сеансов связи по каравану информационный шум многих сотен и тысяч пустотников и их передатчиков казался просто живительным потоком. В пустых-то системах межсистемные передатчики никто не устанавливал, а в прыжке межсистемная связь и вовсе недоступна. И тут такое раздолье…

Полированая полисталь мощной двери дрогнула и словно нехотя отошла в сторону, скрывшись в стене. Стоявший за ней худощавый мужчина с неподвижным, словно вырубленным из камня лицом обвёл взглядом открывшееся ему помещение, больше похожее на лабораторию, чем на кабинет, и, заметив расположившегося в дальнем углу белоснежной комнаты, в окружении сверкающих хромом затейливых приборов хозяина помещения, покачал головой.

– Чамбер. – Негромко окликнул он увлечённого работой и не замечающего ничего вокруг учёного. Тот досадливо передёрнул плечами, но и только. Лицо гостя так и осталось бесстрастной маской, но хмык у него получился очень выразительный. – Доктор Лима!

– Я занят! – Огрызнулся доктор, даже не соизволив взглянуть на вошедшего в его кабинет человека.

– Объект восемь. – После недолгого размышления тихо произнёс гость. Чамбер вздрогнул и, наконец, оторвался от изучения показаний своих таинственных приборов. Обернулся и, сняв перчатки, одним выверенным движением, выдающим немалую практику, швырнул их в утилизатор.

– Что там с объектом… и как ты вообще о нём узнал? – Проворчал доктор.

– Понятия не имею. – Пожал плечами гость.

– Септим! – С угрозой в голосе протянул Лима, но тут же замолчал. Одарил гостя долгим изучающим взглядом и расстроено вздохнул. – Не врёшь. Угадал?

– Ну, у тебя вечно какие-то важные исследования и образцов всяческих больше, чем нужно… – Невозмутимо кивнул Зейд. – Вот я и подумал, что какой-нибудь из них обязательно должен иметь номер восемь.

– Уел. – Лима сдёрнул с головы защитный колпак и взъерошил пятернёй гриву белоснежных волос. Чуть подумал и указал гостю на одно из кресел у стены. – Ладно. От работы ты меня отвлёк, теперь можешь рассказывать, зачем явился.

– Посоветоваться хочу. – Устраиваясь в кресле, произнёс Зейд, не обратив никакого внимания на недовольство старого приятеля. – Насчёт мальчишки… Ты же изучил те данные?

– Хм… – Доктор на миг замер, прикрыв глаза, а когда открыл, отрицательно покачал головой. – Рано.

– Уверен? – По лицу собеседника пробежала тень.

– Хочешь, чтобы я полный Круг Мастеров собрал? – Скривился Лима.

– Чамбер. – Укоризненно протянул Зейд, но учёный только отмахнулся, словно от надоедливой мухи.

– Вариантов много. Сейчас большинство ведёт к краху. – Нехотя пояснил хозяин кабинета. – Но если отложить решение вопроса хоть на три-четыре месяца, они отпадут. Останется две-три основных ветви. А это почти гарантированный успех предприятия.

– Как в случае с псиоператорами? – Катнув желваки, вроде бы мимоходом поинтересовался Зейд и невольно отшатнулся от внезапно вскочившего со своего кресла доктора. Сейчас Чамбер был страшен, как только может ужасать неконтролирующий себя одарённый, впавший в пограничное состояние. Черты лица заострились, кожа потемнела до серовато-синего оттенка, длинные волосы встали дыбом, искря пробегающими по ним разрядами, превращая своего хозяина в странный одуванчик… до одури устрашающий одуванчик.

– Ты! Смеешь нас обвинять?! – Прошипел Лима, ткнув пальцем в грудь бывшего страт-полковника Корпуса. – Двенадцать! Двенадцать мастеров ушли за Грань, пытаясь исправить то, что наворотили вы и вам подобные! Псиоператоры! Ха! Сколько людей погубили ваши игры и этот чёртов, ничем не оправданный гонор Общества?! Избранные? Кем вы себя возомнили?! Убийцы… Нагадили и прибежали к нам, чтобы мы убирали ваше дерьмо, а теперь ещё и смеете попрекать тем, что мы не смогли спасти всех?!

– Чамбер, успокойся. – Тихо заговорил Зейд.

– Я спокоен, Септим. – Доктор мотнул головой, и давление пси, прижимавшее полковника к креслу, исчезло, заставив вздрогнуть незакреплённые предметы на рабочих столах. Лима сгорбился, и окружавшая его жуть ушла, будто её и не было вовсе. Улеглись волосы, вернулся естественный цвет кожи… учёный сгорбился и устало рухнул в кресло, из которого вылетел минуту назад. – Ищи вину в себе, а не перекладывай результаты ваших бездумных действий на тех, у кого пришёл просить помощи. Что мешало тебе обратиться к нам пятьдесят лет назад: до того, как была принята та дьявольская программа?

– Прости. Если бы я знал о вашем существовании тогда, непременно бы обратился. – После небольшой паузы проговорил Зейд.

– Не лукавь, Септим. Мы не были признаны, но о нашем существовании ты не мог не знать. А прощение… проси его у тех, кого не смогли спасти те двенадцать мастеров Вероятностей, что погибли, пытаясь найти хоть одну «живую» вероятность. – Сухо произнёс учёный. – Сорок шесть миллионов, Зейд. Округлённо. Именно столько искр дара погасло или ещё погаснет, благодаря вашим играм в безопасность. Можешь начинать составлять программу визитов на пси-заводы. Там и извиняться будешь… перед овощами.

– Чамбер…

– Уйди. Пока я в самом деле не сорвался, и тебе не пришлось строить для меня новый центр. – Глухо проговорил Лима, а когда раздосадованный Зейд уже оказался у дверей, со вздохом проговорил. – Не трогай парнишку. Три-четыре месяца, хотя бы, а лучше пять. Поверь, так будет лучше и для него, и для нас.

ЧАСТЬ VI. СКОЛЬ ВЕРЁВОЧКЕ НЕ ВИТЬСЯ

Глава 1. Учиться у станка

Я и раньше догадывался, что проводка конвоев не самое весёлое занятие на свете. Но только помотавшись в составе караванов, на собственной шкуре понял, насколько это на самом деле скучно! Выход на трек. Разгон. Прокол. Снова долгое ускорение и снова прокол. Торможение. И так раз за разом, от системы к системе. Если бы не постоянные тренировки по боевому слаживанию, на которых настоял Алекс, оказавшийся довольно требовательным капитаном, да довольно частые, к счастью, вылазки на Горине в промежуточные системы на разведку, я бы свихнулся, наверное. А так хоть было чем заняться… да и почувствовать Пустоту вокруг, как может ощущать её лишь пилот в слиянии с кораблём, было приятно. В остальном же – скука, скука, скука…

Может быть именно поэтому, проводя разведку в точке, где должен был финишировать очередной сопровождаемый нашей «Тройкой» караван, и обнаружив нехарактерную для пустой звёздной системы активность, я так обрадовался.

Поймав не в меру упорядоченные сигналы, старательно притворявшиеся частью гравитационных возмущений системных объектов, я увёл Горина в скрыт и занялся тем, на что нас натаскивали в учебке Корпуса, то есть поиском. Логика и опыт подсказывали, что шарить по всей системе в надежде отыскать источник излучения дело затратное и долгое до полной бессмысленности, поскольку срок пребывания разведмодуля в выходе чётко ограничен командованием, а потому я решил не тратить зря время и ресурсы и сосредоточил своё внимание на точках, удобных для финиша… и старта прыжка. А их здесь всего ничего… четыре штуки, если быть точным. Уж очень мала система.

И надо сказать, довольно скоро я был вознаграждён за труд. Чтобы найти источник так насторожившего меня излучения, понадобилось всего трое суток и четыре внутрисистемных прыжка. Для начала я проверил обе возможные точки финиша, где обнаружил несколько довольно продвинутых автономных сенсорных блоков, явно оставленных владельцем с целью отследить прибывающие в систему корабли. Но несмотря на всю «продвинутость», блоки эти так и остались слегка переделанными гражданскими системами, так что «оседлать» их не составило для Горина никакого труда. А уж определить, куда именно уходит собираемая этими наблюдателями информация, было ещё проще. Один минус… мы с Горином определили три точки, куда отсылается собранный сенсорами информационный массив. И в двух из них обнаружили лишь точно такие же сенсблоки. Зато в третьей точке нашёлся хозяин этой минималистической сети. Гадство! И ведь не обойдёшь их никак. Система слишком мала!

Четыре транспортника-толстяка, утыканные импульсниками, словно геритейская жаба бородавками, устроились на орбите здешней звезды, меж двумя планетоидами, чьи гравиполя в случае необходимости смогут дать им замечательного ускоряющего пинка, сокращая время выхода в точку атаки. Удобная позиция. Какой бы из двух возможных треков ни выбрал проходящий через систему корабль для следующего прыжка, они успеют без всяких усилий догнать жертву и подловить её на треке, когда маневрирование в принципе невозможно.

А ещё, гравиполя харговых планет образовали неплохую сферу безопасности вокруг стоянки пиратов. Так что, подобраться к кораблям, не потревожив гравиизлучение планет, наверняка изученное и зафиксированное их системами СПИБ до сотого знака после запятой, почти невозможно. Ну да нам с Горином это и ни к чему, подбираться ближе к сидящим в засаде охотникам мы не собираемся. Для «знакомства» вполне хватит и того канала связи, что перехватил «Горин» при работе с сенсблоком пиратов.

А в том, что перед нами именно пираты, сомнений не было. Достаточно было пошарить в банках памяти вычислителей их кораблей, чтобы убедиться в этом неприглядном факте. Но, собственно, ничего другого я не ожидал и до того, как влез в системы связи этой эскадры. Правда, тот момент, что пираты осели здесь не просто так, а в ожидании именно того каравана, который в числе прочих конвойников сопровождала «Тройка», совсем не радовал. Ведь это значит, что кто-то где-то слил наш маршрут. Учитывая же довольно ограниченный круг людей, допущенных к штурманским картам конвоя, сей факт мог означать только одно: в караване имеет место быть протечка, и солидная.

В принципе, в этом нет ничего удивительного: учитывая, как собираются караван и конвой для него, риск наткнуться на крысу есть всегда. Правда, осознание этого факта ничуть не улучшает настроение…

Вздохнув, я развернул Горина и, не торопясь, увёл его внутрисистемным прыжком на самую окраину системы, где и встал на трек. Добираться до точки рандеву с караваном мне предстоит втрое дольше, чем занял путь сюда. Во-первых, из-за того, что я вынужден уходить в прыжок из очень неудобной точки, чтобы не потревожить сенсблоки пиратов, а во-вторых, здесь некому отвесить Горину ускоряющего пинка, как это было на старте, когда прокол для разведмодуля помогала открыть наша «Тройка».

Четверо стандартных суток спустя, как обычно притворяющийся лёгкой межсистемной яхтой, Горин вынырнул в системе старта и, догнав в три внутрисистемных прыжка уже стоящий на треке караван, скользнул в зев отведённого под его посадочную площадку трюма канлодки. А стоило подошве разведмодуля коснуться керамитового покрытия, как Алекс затребовал доклад.

В отличие от нашего первого конвоя, у нынешнего каравана было всего три корабля охранения, так что Роуну и другим капитанам пришлось изрядно поломать головы над решением столь неожиданно возникшей проблемы. Четыре пузатых транспортника пиратов могли доставить нам немало хлопот, и не было ничего удивительного в том, что принесённые мною новости не вызвали у капитанов особого энтузиазма. А куда деваться?

– Самым простым решением было бы изменить курс конвоя, но это значит, что мы потеряем, как минимум, декаду. – Проговорил Роун, расхаживая перед занявшим всю стену рубки панорамным экраном, с которого на нас смотрели капитаны конвойников «Гедемин» и «Криста». Владелец «Гедемина», капитан Пустин, принявший на себя командование конвоем, посверкивая тщательно выбритой лысиной, лениво наблюдал за метаниями Алекса по мостику, тогда как хозяин «Кристы», капитан Тозов, что-то сосредоточенно набирал на планшете, закреплённом у подлокотника его кресла, изредка поглядывая на коллег. Но вот он отодвинул в сторону терминал и, вздохнув, до хруста крутанул шеей.

– Не выйдет. – Проговорил он. – Короткий обход возможен только через систему Броза, а она уже месяц как заблокирована. «Внутряки» нагнали туда до чёрта кораблей и бьют всё и вся. Обход же через другие системы займет не меньше трёх-четырёх декад.

– Удачно, ничего не скажешь. – Пробормотал Пустин, проведя ладонью по лысине. – Для пиратов.

– И не говори. – Согласился Алекс. – Караванным сообщать будем?

– О засаде? Несомненно. – Кивнул Пустин.

– Нет, о том, что у них «крот» образовался. – Пояснил Роун. На этот раз капитан «Гедемина» задумался всерьёз, но, в конце концов, пожал плечами.

– А смысл? Если сливший караван не идиот, то он вышел из отряда заранее, чтоб не подставляться под «дружеский огонь», а если это кто-то из команд купцов, оставшихся в караване… то это не наше дело.

– Не надо отказывать нашим поднадзорным в уме. – Вставил свои два креда Тозов, скривив полные губы в неприятной улыбке. – Получив инфу о засаде, они с успехом сложат два плюс два и поймут, что их сдал кто-то из своих.

– Или кто-то из конвоя. – Поправил коллегу Пустов. – Ручаюсь, это будет их первая мысль.

– Значит, сообщаем о засаде и о наших выводах, чтобы у купцов было поменьше возможностей для вони и обвинений. Так? – Осведомился Алекс. Капитан «Гедемина» медленно кивнул.

– Сформируйте общий доклад-сводку, без частностей, и отошлите мне. Я сам передам информацию нашим… поднадзорным. – Покосившись на усмехающегося Тозова, договорил капитан Пустин и вздохнул, – Сергей, ты бы завязывал со своей «безовской» терминологией, а? Нервирует.

– Честный человек при встрече с безом нервничать не будет. – Фыркнул тот, но под взглядом командира стушевался. – Ладно-ладно. Молчу.

– Паяц.

– Лучше смеяться, чем плакать, не находишь? – Отреагировал Сергей, но Пустин явно не был настроен на пустопорожнюю болтовню и отмахнулся от подчинённого.

– Алекс, я жду доклад. – Обратился он к Роуну и погасил экран. А следом исчез и Тозов, махнув на прощание рукой.

– Да с удовольствием. – Пробурчал Роун. – Буду только рад, если с этой сумасшедшей тёткой будет разговаривать кто-то другой.

– Что, так достала? – Усмехнулась наш щитовик, развернувшись на своём кресле.

– Не то слово. Это ж не женщина, а адмирал всей вселенной… не меньше. – Буркнул Алекс, передёрнув плечами. И я не мог с ним не согласиться. Глава каравана купцов и владелица доброй трети входящих в него судов, Хелен Кир в общении отличается упёртостью носорога, вспыльчивостью химического детонатора и абсолютно наплевательским отношением к нормам речи. Иными словами, матерится она круче любого абордажира по поводу и без, а чужое мнение готова принимать во внимание лишь в том случае, если оно совпадает с её собственным.

Зато команда её личного корабля своего капитана просто боготворит… и боится больше, чем взрыва сверхновой в пределах пары астроединиц. В общем, неудивительно, что Алекс был рад устраниться от беседы с негласной хозяйкой каравана.

В отличие от капитанов, занятых планированием дальнейших действий каравана и экипажей, работающих по расписанию, у меня появилось свободное время, и я мог им распоряжаться по своему усмотрению. А что? Профилактику систем «Тройки» я закончил аккурат перед разведывательным прыжком, очередной боевой тренаж экипаж прошёл в моё отсутствие, так что, можно и уделить время самому себе и… своему любопытству.  Благо, пока караван не ушёл в прокол, проблем с доступом к межсистемной связи и Верхнему Информаторию у нас нет.

Ех… посмотрим-посмотрим, что за движуха наблюдается в системе Броза, которую пираты так лихо использовали для того, чтобы обрезать нам возможные варианты обхода их ловушки. И начнём, пожалуй, с описания самой системы. Ого!

Броза, в отличие от безымянной системы на маршруте, была просто огромной, и к тому же она оказалась одной из редчайших в обследованной части галактики систем, обладающих сразу двумя терраподобными планетами в своём составе. Точнее, одной планетой, пятой по счёту от двойной звезды, образовавшей эту систему, и одним спутником, вращающимся вокруг раскалённого шара седьмой планеты. Ещё здесь имеются один газовый гигант – восьмая планета, и мощный пояс астероидов за ней. Богатая, очень богатая система! А если учесть огромную, густо засеянную малыми телами сферу внешнего облака… я удивлён, как корпоранты упустили такой лакомый кусочек и не организовали собственный анклав. Они и куда более бедные системы из своих цепких лап не упускают. Впрочем… может быть происходящая там заваруха и есть процесс захвата системы корпорацией в действии? Надо глянуть.

Общие линии связи – глухо. Местные инфоры… молчат. Интересные дела. Значит, блокада полная, да? А что послужило для неё началом?

Поиски в старых логах и архивах инфоров отняли у меня немало времени даже с учётом помощи Горина. Но в этом нет ничего необычного: система населена довольно густо, и информационное поле у неё огромно. Хотя орбитальных объектов не так уж много. Большей частью, это небольшие рудничные станции и одна орбиталка у Брозы Пятой, а вот обжитый спутник Седьмой даже этого лишён. Там только челночный автоматический порт и ни одного жилого объекта, зато на поверхности планеты и спутника инфоров хоть отбавляй. Вот, кстати, интересно, система богатейшая, но разработка её идёт ни шатко ни валко, чуть ли не по остаточному принципу. Возможно, конечно, что местным и на планетах работы хватает, но всё же… такой минимум пустотных объектов для столь большой и плотно заселённой системы это нечто странное. И никаких объяснений – что в Верхнем Информатории, что в местных инфорах. Тишина…

Итак, что мы имеем? Мощных пустотных производств нет, добыча в астероидном поясе и газовая станция у Брозы Восьмой работают лишь на внутренний рынок. Собственный флот. А нет его. Несколько старых межсистемных рефрижераторов, занимающихся перевозкой фруктов, овощей и зерновых культур, выращиваемых на поверхности планет, да пара гражданских курьеров. Называется, приходи, кто хочет, бери, что хочешь… А вот харга лысого! Это в Пустоте у системы нет никакой защиты, а на планетах… Броза Пятая – три пояса ПКО, спутник Брозы Седьмой –  один пояс ПКО, зато экваториальный. Жахнет, мало не покажется. Население планет милитаризовано донельзя, так что пиратам тут ловить точно нечего.

Стоп, но если пустотных объектов у Брозы раз-два и обчёлся, то на кой федеральному флоту нужно было блокировать систему? А судя по имеющимся данным, туда согнали чуть ли не половину оперативного флотского резерва. Против кого там применять такую силу? Против планетников? Не похоже. Без десантных модулей в этом случае дело бы не обошлось. А их, если верить инфорам соседних систем, через которые шёл флот, среди его кораблей не было. Ни одного. То есть высадку на планеты можно исключить. Пришли, просто чтобы организовать блокаду? Так, учитывая имеющиеся или, точнее, НЕ имеющиеся у Брозы пустотные силы, для этого хватило бы и одной крейсерской эскадры. Странно всё это. Одно могу сказать точно, нам лучше держаться от этой системы подальше.

– Ким, ты сильно занят? – Этот вопрос пришёл мне по внеголосовой связи от нашего пилота.

– Нет, а что? – Ответил я, сворачивая свои изыскания и сделав отметку попробовать пошарить на тему Брозы по инфорам дознавателей.

– У меня тут небольшой затык в тренировке. – Чуть смущённо признался Павел. – Можешь помочь?

– Не проблема. – Согласился я. – Встретимся в кают-компании через пять минут.

– Замечательно. И это… не возражаешь, если я нашего бамковода приведу? У него тот же вопрос.

– Приводи, конечно. – Ответил я, выбираясь из кресла. – Мне же проще.

– В чём? – Не понял Белых.

– Не придётся дважды объяснять одно и то же. – Фыркнул я. – Вам, по уму, давно надо было скооперироваться.

Ну да, и Павел, и Иван серьёзно заинтересовались возможностью развития пси, но по каким-то причинам старательно скрывали свой интерес от окружающих и друг от друга. На меня это не распространялось, поскольку именно ко мне обращались оба будущих псиоператора за помощью, но в остальном шифровались эти господа знатно. Зачем? Да харг его знает. Может, считали, что окружающие будут относиться к ним, как все обычные люди относятся к псиоператорам, не осознавая при этом тот факт, что в нашем экипаже разве что Анастасия не владеет пси… условно не владеет. Но об этом я буду молчать, по её же просьбе. А может быть, решили скрывать свои умения по примеру всё той же Вельяминовой. Их дело.

– Итак, в чём проблема? – Спросил я, когда Иван и Павел оказались в кают-компании.

– Кинетический щит. – В унисон ответили пилот и оператор беспилотников.

– Ого! – Удивился я. – Не рановато?

В ответ мои собеседники так же одновременно пожали плечами.

– Обычный искажающий щит мы освоили, а кинетический… сбоит. – Со вздохом пояснил Павел.

– Показывайте. – Кивнул я. И они показали… М-да. – Ну, господа, что я могу сказать… Хреново! Давайте-ка вернёмся на шаг назад и посмотрим, что у вас получается с искажающим щитом.

Переглянувшись, Иван с Павлом сформировали два почти одинаковых простейших щита и почти одинаково отвратительных. Кажется, в моё отсутствие у кого-то случилось «головокружэние от успэхов», как говаривал один полулегендарный правитель доначальной эпохи.

– Да уж… Будем работать. – Вздохнул я, одним посылом ликвидируя это убожество. – Смотрим, вникаем, повторяем.

Глава 2. Профессионалы и дилетанты

Моё любопытство в кои-то веки взяло тайм-аут, и я не стремился узнать, какой план составили наши капитаны, чтобы избежать расставленной на пути каравана ловушки. Не то что это было мне совсем неинтересно… но лезть в разборки начальства? Да ну, к харгу!

А разборки были знатные. Хелен Кир, негласная хозяйка каравана, заставила конвой сойти с трека, после чего устроила шикарнейший разнос своим безопасникам, отзвуки которого добрались даже до «Тройки». Понаблюдав за тем, как лихорадит экипажи купцов, перетрясаемые накрученными хозяйкой безами, один раз сунувшись в рубку «Тройки» во время совета капитанов конвойных кораблей, в котором как раз решила поучаствовать эта темпераментная дама, я пришёл к выводу, что мне совсем не хочется участвовать в ТАКОМ обсуждении. Благо нашлись у меня занятия и поинтереснее. Например, те же тренировки с Павлом и Иваном, которые как раз освоили базовый курс псиоператора и теперь семимильными шагами нагоняли обычных одарённых, развивавших свои способности с малолетства. Странно? Да нет, ничего странного. Давно «притёршиеся» к своим носителям, восстановленные в регкапсуле Горина псимодули их интеллонов старательно, словно тягачи, вытаскивают хозяев на свой уровень, раскручивая маховик их способностей на полную. Так что, Ивану и Павлу остаётся лишь изучать приёмы псиоператоров да нарабатывать практику их применения…

– Рукопашный бой? – Я повернулся к стоящей на пороге кают-компании Анастасии, уже несколько минут слушавшей очередную мою лекцию для Ивана и Павла. Вроде бы серьёзна. Оригинально. Такого вопроса я мог ожидать от мужской части нашего экипажа, но Вельяминова смогла меня удивить. Не в первый раз, кстати говоря. Единственная дама на «Тройке» с самого начала поставила себя так, что ни у кого и мысли не возникло подкатить к ней с… скажем так, нескромными предложениями. Правда, Фил потом ещё четыре часа отлёживался в регкапсуле Горина, но это мелочи, честное слово. Хм, а ведь Анастасия, похоже, большая любительница боевых искусств… Я окинул женщину изучающим взглядом и покачал головой. – К сожалению, дарра Анастасия, даже очень хороший рукопашник не имеет никаких шансов в бою с минимально подготовленным псиоператором.

– Насколько мне известно, наш оператор СПИБ тоже принадлежит к этой «когорте избранных». Разве нет? – С лёгкой полуулыбкой проговорила Вельяминова.

– Можно и так сказать. – Кивнул я. – Но я говорил о подготовленном одарённом, а дара Морину таковым не назовёшь даже при очень большом желании. Пока он находится в самом начале пути, и о боевой подготовке ему сейчас даже мечтать слишком рано. Впрочем, на дальних дистанциях даже он уже может кое-что показать…

– А ты достаточно подготовлен, чтобы «не оставить шансов даже очень хорошему рукопашнику? – Осведомилась Анастасия. От пилота и бамковода плеснуло удивлением.

– Дарра Анастасия, а зачем тебе это нужно? – Переспросил я после недолгой паузы.

– Скучно. – Пожала она плечами. Понимаю, сам от этого страдаю… что ж, достойная причина.

– Предлагаешь спарринг? – Уточнил я.

– Именно. – Довольно кивнула Вельяминова, поведя плечами, отчего ткань комбеза натянулась, очерчивая высокую грудь. – Правда, нужно найти подходящее место. Спортзал тут, к сожалению, не предусмотрен. Может быть, в трюме? На посадочной площадке…

– Зачем же? Лучше здесь. Господа… – Я повернулся к Павлу с Иваном. – Встаньте.

Короткий приказ на вычислитель «Тройки», и встроенная мебель кают-компании скрылась в полу и за переборками, превратив помещение в довольно просторный зал. Потолок, правда, низковат… но нам ведь здесь не акробатикой заниматься, верно?

Дверцы встроенного шкафа, протянувшегося вдоль дальней от входа стены, поблекли, и почти тут же их поверхность стала зеркальной. Режим «спортзал» в действии. Раньше у меня как-то не было повода его активировать, поскольку в Горине имеется свой тренажёрный комплекс, а тренироваться я мог и на самой посадочной площадке, в которую мы превратили трюм «Тройки».

– Это что? Как? – Удивлённо проговорил Дубов, топнув ногой по ставшему упругим полу.

– Инструкции читать надо. – Буркнул я. – Стандартная комплектация малых межсистемников, между прочим.

– Фло-от. – Непонятно протянула Анастасия. Моментально разувшись, она прошлась босиком по пружинящему покрытию пола, покрутила стопой, проверяя сцепление, довольно кивнула и, остановившись в центре зала, перевела на меня выжидающий взгляд. – Ким?

Пришлось и мне разуваться…

Первый спарринг договорились провести «без всяких штучек», как выразилась Анастасия. Иван объявил начало поединка, после чего Вельяминова пять минут методично выбивала из меня пыль и ещё столько же старательно оттирала от неё пол… мною же.

Я видел, как она расправилась с Филом, когда тот к ней подкатил… но и подумать не мог, что Анастасия НАСТОЛЬКО хороша в рукопашном бое, причём не в спортивных единоборствах, а именно в боёвке. Это было видно, когда она брала меня на болевой или с ощутимым напряжением останавливала добивающие удары. Профи. Жёсткая, сильная, быстрая. Я и сам неплох в руконогомашестве, всё же хоть ормы и технари, да готовили нас на совесть, но то, что творила Вельяминова… это было болезненно, как для тела, так и для моего самолюбия. А ещё было чертовски сложно удерживать рефлексы от работы всерьёз, в смысле, с участием псисоставляющей.

Наконец, избиение было завершено. Анастасия, только что зафиксировавшая меня в жутко неудобном положении : «мордой в пол, локоть к уху», осторожно отпустила «пациента» и, убрав колено с моей поясницы, скользнула в сторону. Крутанув шеей, основательно придавленной стальным предплечьем нашего щитовика, поднялся на ноги и я. Потянулся, пытаясь вытряхнуть ощущение скрученного в бублик тела, и, вздохнув, уставился на невозмутимо смотрящую куда-то сквозь меня Вельяминову. Вот только в глазах её нет-нет да и мелькнёт довольство пополам с превосходством. Тут никакой эмпатии не нужно, чтобы понять, что именно сейчас чувствует эта женщина. Эх… и ведь имеет полное право! Основательно меня приложила. И не раз.

– Ну что ж, а теперь то же самое только с пси. – Кивнул я. По лицу Вельяминовой скользнула тень лёгкого недоумения. А ты что думала? Уронишь меня пару раз, и я сольюсь? Ну уж нет. Сама хотела узнать, чем отличается псиоператор-рукопашник от обычного… «контактного» бойца.

– Ты уверен, Ким? – Осторожно спросила Анастасия, мимоходом коснувшись своей левой скулы, вроде как указывая. И что? Сам знаю, что у меня полфизиономии как тёркой драли. Пол, может быть, и упругий, но шершавый, зар-раза…

– Уверен. – Кивнул я с улыбкой и повернулся к внимательно наблюдающим за нами Павлу и Ивану. – Отсчёт.

Анастасия прищурилась и медленно двинулась по широкой дуге. Толково. Хоть и поваляла она меня только что, а настороженности не теряет. Точно, профи… Отпускаю пси. Вовремя.

Блокирую тяжёлый, слишком тяжёлый для женщины удар и, скользнув ладонью вдоль её руки, положив пальцы на затылок, аккуратно закручиваю неподатливое тело противницы вокруг себя. В субъективном времени это несложно, а объективно моё движение вряд ли можно засечь невооруженным взглядом, укреплённым же мышцам запредельные для обычных людей нагрузки нипочём. Выныриваю из транса, чтобы увидеть, как тело Анастасии соскальзывает на пол и, осев у моих ног, распластывается в полной неподвижности. Сейчас она себя не контролирует. Лёгкий удар пси встряхивает противницу, и та, хлопнув ресницами, недоумённо смотрит на меня снизу вверх. Протягиваю руку, за которую Вельяминова с готовностью хватается, и, вздёрнув её на ноги, придирчиво всматриваюсь в глаза. Вроде, порядок.

– Продолжим?

– Это было слишком быстро. – Задумчиво говорит женщина… и кивает. – С удовольствием.

Снова расходимся «по углам». Снова отсчёт и сближение. На этот раз я не собираюсь подпускать её слишком близко и, едва она оказывается в паре метров, резко бью ладонью прямо перед собой, но словно что-то почуяв, Анастасия плавно ушла в сторону. Ещё раз… Харг! Перестарался! Удар пси снёс Вельяминову и протащил по полу да так, что она оказалась практически у ног Ивана.

На этот раз, правда, женщина не потерялась в себе и, моментально очутившись на ногах, вновь ринулась в бой. От женщины потянуло обжигающей яростью. Стоп. А вот этого нам не надо… Кинетический щит возник перед Вельяминовой, когда от меня до неё оставалось метров пять. Анастасия резко замерла перед ним, едва не впилившись в радужную плёнку лбом, и с силой двинула кулаком по препятствию. Как-то она слишком сильно разозлилась…

Щит пошёл рябью, но легко устоял, а следующего удара не последовало. Женщину просто зажало в тисках псизахвата. Для верности я ещё и приподнял её над полом… и противница сразу прекратила дёргаться.

– Анастасия, ты в порядке? – Осведомился я.

– Пф… – Она на миг прикрыла глаза, а когда веки вновь поднялись, за ними не оказалось и намёка на ту ярость, что обожгла меня несколько секунд назад. – Да. В полном. Отпусти… пожалуйста.

Пожав плечами, я аккуратно опустил растрёпанную противницу на пол и тут же убрал щит и захват. Женщина тяжело вздохнула и, чуть подумав, принялась обуваться. Полагаю, спарринг окончен. Ну и ладно.

Нацепив свои ботинки, я отменил команду, и пустой зал вновь превратился в знакомую кают-компанию. Вельяминова скривилась, когда зеркало, у которого она пыталась привести в порядок одежду и причёску, вдруг потемнело, напрочь утратив отражающие свойства. Но я тут же исправил эту оплошность, сотворив перед своей недавней противницей ростовое зеркало из обычного искажающего щита, за что заработал короткую благодарную улыбку. Да пожалуйста, мне не сложно… но как же быстро, оказывается, меняется настроение нашего щитовика! А ведь сразу и не скажешь. Скорее, наоборот, Анастасию при первой встрече, иначе как Снежной Королевой, и не назовёшь. Холодная, отстранённая… а вот подишь ты!

В молчании устроились за столом, в молчании же пригубили изготовленный послушным синтезатором витаминный коктейль… сухой закон в походе, ничего не поделаешь. Любые психостимуляторы и релаксанты, не рекомендованные автодоком, под запретом.

– Собственно, вот это я и имел в виду, говоря, что даже хороший рукопашник не имеет шансов перед минимально подготовленным псиоператором. – Нарушил я тишину, когда бокал с коктейлем наполовину опустел.

– Стенка, захват, мясорубка? – Усмехнулась Анастасия.

– Самый простой вариант действий против неодарённых с минимальной опасностью для самого псиоператора. Даже при малых навыках можно остановить до пяти нападающих. Самое то в тёмной подворотне. – Кивнул я. О да, этот вариант самый действенный, помню по Гнозису. Меня именно так в учебку и «забрили», поймав аккурат после столкновения с шайкой отморози, которую я со страху «тисками» приложил… до смерти. – Или «пушечное ядро» прямой наводкой, если имеется вероятность задеть непричастных, которой нельзя допустить.

– А тот, первый приём? – Подал голос Павел.

– Это уже из разряда борьбы одарённых с одарёнными… если я правильно поняла. – Протянула Вельяминова, посмотрев куда-то в сторону. Пилот с бамководом вопросительно взглянули на меня, и я отсалютовал своему недавнему спарринг-партнёру бокалом коктейля.

– Профи. Именно так и есть. На коротких дистанциях псиоператоры именно так и сражаются. Объяснить сложно, но… в общем, тут дело в непосредственном контроле личного пространства. Кто кого «передавит». И в таком противостоянии любое касание может стать смертельным… да и будет. – Вздохнул я.

– Получается, что неодарённый, каким бы профессионалом он ни был, проиграет псиоператору, так что ли? – Нервным жестом Павел переплёл пальцы, но тут же, словно смутившись, ухватился за бокал.

– Почему же? От снайпера никто не застрахован. Да и щиты перегрузить проблема небольшая. – Покачал я головой. – Просто нужно понимать, что для обычного человека, бой с одарённым всегда должен быть дистанционным, а не рукопашным. Тогда есть шанс на победу. И немалый. Анастасия…

– Настя.

– Что, прости? – Не понял я.

– Забодал ты меня с этой «Анастасией» за три с лишним месяца. – Пояснила повеселевшая Вельяминова. – Зови Настей… но никаких «настюш» и «нюш». Поколо… пристрелю.

– Договорились. – Улыбнулся я в ответ. – Так вот, мой совет тебе персонально, как человеку, не стремящемуся развивать своё пси. Купи генератор.

– Гравик? – Изумилась она. – Зачем?

– Не гравик. Псигенератор. – Пояснил я. Настя удивлённо хлопнула ресницами, а они у неё длинные, между прочим. Выразительные… Эм. Да. – Купи, не пожалеешь. Штучка мелкая, на поясе носить можно, но полезная, хотя о таком его применении мало кто знает.

– Каком применении?

– При столкновении с одарённым он даст тебе время. Немного, но достаточно, чтобы сориентироваться, а то и уделать противника, пока он удивляется, почему его псиатака не прошла. От многого он, конечно, тебя не защитит, но от тех же тисков или разрыва сердца убережёт с лёгкостью. Да ещё и сигнал подаст о направленном воздействии.

– Как? – Изумились все трое.

– Просто. – Пожал я плечами. – Настраиваете его в противофазе псимодулю своего интеллона, чтоб не мешал работе, и выставляете на минимальный генерирующий режим. Всё. В пределах метра от вашего тела любые воздействия будут нивелированы. Ну… насчёт «всех» я, конечно, хватил, но простейшие уж точно не пройдут. Гарантирую.

– Что совсем-совсем не пройдут? – Недоверчиво уточнила Настя. И куда только подевалась Снежная Королева?

– Как сказать, если нарвётесь на кого-нибудь из монстров пси, вроде какого-нибудь гард-полковника… слышали же о таких? Вот, если столкнётесь с одним из них, генератору и с одного удара каюк настанет, а в остальных случаях облом будет у вашего противника.

– А что делать при столкновении с таким… гард-полковником? – Подал голос Иван.

– Сливаться с окружающей обстановкой и не отсвечивать. – Фыркнул вошедший в кают-компанию Алекс. – Тогда есть шанс остаться незамеченным. Слонам плевать на комаров, знаете ли.

– Капитан? – Почуяв исходящий от Роуна нервяк, я нахмурился.

– Решение принято, господа. И как мне ни хотелось бы присоединиться к вашему междусобойчику, вынужден его прервать. – Скривившись, проговорил Алекс. – Караван выходит на трек. Так что, через десять минут чтоб все были на своих местах. Ким, с тебя разведка системы. Пинок для старта обеспечит конвой.

– Что-то мне подсказывает, что решение купцов нам не понравится… – Протянула Вельяминова. Роун кивнул.

– Хелен Кир, как владелец каравана, настояла на обходе ловушки. – Процедил он и после небольшой паузы договорил. – Идём через систему Броза, там есть хоть какой-то шанс проскользнуть, в отличие от маршрутной системы. Так что… «Идём по краешку и с оглядкой», если цитировать итоговое решение.

– Через блокированную систему? – Взвились Павел с Иваном, но тут же сникли под взглядом капитана. Весело…  что тут ещё скажешь.

Хех, а ведь Алекс сумел заработать авторитет у нашего экипажа… Хоть какой-то плюс.

Глава 3. Искать и убегать

После недолгих и, прямо сказать, довольно скупых объяснений выяснилось, что не всё так страшно, как представлялось, когда капитан только озвучил решение Хелен Кир. Вспыльчивая хозяйка каравана вовсе не сошла с ума… по крайней мере, не настолько, чтобы нагло соваться в заблокированную систему, рискуя потерять не только собственность, но и жизнь. Всё же при проведении подобных операций Флот особо не церемонится с нарушителями периметра и сначала предпочитает стрелять, а потом уже интересуется: а что, собственно, понадобилось визитёрам в его зоне ответственности.

Другое дело, что полностью заблокировать звёздную систему типа Броза невозможно чисто физически, в отличие от той же транзитной точки, которую должен был пройти караван, согласно изначальному маршруту. Уж очень велики расстояния. Да, можно демонтировать переходные кольца и выставить патрули в зонах, наиболее удобных для старта и финиша прыжка, можно заполонить систему инфополями и маяками и даже держать наготове эскадру внутрисистемников, готовых прыгнуть к любой точке, где был обнаружен нарушитель… Но цена такой блокады многократно превысит все допустимые пределы, а потому в таких случаях Флот ограничивается тем, что блокирует не систему целиком, а лишь пустотные объекты и обжитые планеты в ней, ограничивая жёстко контролируемый периметр пятью-шестью астроединицами и окутывая подступы к нему инфополями той же глубины. Это куда проще, дешевле… да и эффективнее, чего уж там скрывать.

Присмотреть точку финиша каравана, осмотреться, выстроить безопасный маршрут, прикрыв его при необходимости от систем наблюдения флота… задача не из простых, но кроме меня, выполнить её просто некому. А потому, спустя несколько минут после разговора с Алексом, Горин был готов к вылету.

Обещанный «пинок» для уменьшения времени прыжка разведмодуль получил сразу от трёх конвойников каравана, так что в системе Броза я оказался спустя трое суток. Мы финишировали, фактически, в зоне головной ударной волны, на самой границе звёздной системы, где шанс встретить патрули Флота стремился к нулю.

Соваться к фонящим на полсистемы периметрам охраны я не стал. Пошнырял вокруг внутрисистемными прыжками… попытался сунуться в линии связи, но дальше первого контура не прошёл. То есть патрульные шифры вскрыть удалось без проблем, а вот дальше… Корабельные закрытые системы связи оказались завязаны на мощности целого интеллект-кластера, едва ли худшего по качеству, чем те, что обеспечивают работу Верхнего Информатория. Нет, если бы он работал самостоятельно, проблем с проникновением не возникло бы… ну, почти. Но этот харгов вычислитель явно находился под управлением серьёзного спеца-псиоператора, а это уже совсем другой коленкор… выходит, не всех ещё зачистили. Это, конечно, радует, но в данном случае присутствие «коллеги» чертовски усложняет мою работу. Тратить время на игры в «кошки-мышки» я не могу, корабли каравана уже на треке, так что придётся собирать информацию окольными путями. Кстати! Неплохо бы попробовать влезть в системы связи местных. Это должно быть куда проще, чем взлом флотского информатория.

Ради этого фокуса мне пришлось действовать вопреки первому решению, и Горин прошёл внутрь первого периметра. Не понимаю. Ничего не понимаю… а где, собственно флот? Информационное напряжение говорит, что здесь, в окрестностях Брозы Седьмой находится мощное соединение военных кораблей Федерации, но в реальности… я не вижу не только крейсеров или линкоров, но даже вшивого патрульного!

Набравшись наглости, я подобрался на минимальное расстояние к тому месту, откуда по всем параметрам шёл огромный поток данных, и которое Горин, находясь ещё за пределами периметра, определил как местонахождение одного из тяжёлых кораблей поддержки.

А ларчик просто открывался… многофункциональный буй-обманка. Стрекочет на полсистемы, притворяясь флотским межсистемником. Ну да, пока вплотную к нему не подберёшься, чёрта с два подмену разгадаешь. Не удивлюсь, если и остальные корабли, чьи сигнатуры определил Горин, тоже всего лишь фальшивки. А теперь вопрос: на хрена?! И чем флотские смогли так запугать местных, что те сидят, как мыши под веником, и не дёргаются? Ерунда какая-то…

Второй периметр порадовал той же картинкой. Фальшивки, фальшивки и тишина у местных. Что-то мне это всё перестаёт нравиться. И ещё больше мне не нравится тот факт, что я не могу отыскать даже следы флота, кораблями которого эта система должна просто-таки кишеть. Но их нет. Либо куда-то ушли, либо… затихарились во внешней сфере Брозы. И я бы, честно говоря, предпочёл первое. Потому как второй вариант… в общем, не хотелось бы мне подвести караван под засаду, даже если она была поставлена на совсем другую цель. Было бы сущей дуростью, избегая одной ловушки, угодить в другую.

Обыск системы Броза ничего не дал. Флот словно в чёрную дыру провалился, но ощущение, что он где-то здесь, меня не покидало. А своим ощущениям я привык доверять. К тому же, если бы здесь были одни буи-обманки, взломать их информационные потоки было бы несложно, автоматика она и есть автоматика. Но у меня это не вышло. Значит… значит, где-то работает настоящий флотский информаторий с оператором, а буи лишь транслируют закрытые передачи своих «оригиналов». Да и сенсорные блоки и инфополя никто не отменял. Конечно, их стоимость относительно невелика, но разбрасываться подобными вещами и не собрать или хотя бы не уничтожить их перед уходом… так не поступают не только флотские, но и частники внешников. А раз так, то добавляется ещё один вопрос: где искать этих харговых военных?

Время поиска безжалостно утекало. Пусть караван уходит в прыжок куда медленнее, чем получивший хорошего пинка маленький разведмодуль, но всё же не настолько, чтобы я мог позволить себе неделями и декадами болтаться по Брозе в поисках пропавшего флота Федерации. Пришлось оставить этот зудящий вопрос и заняться прокладкой довольно долгого маршрута во внешней сфере системы. Относительно долгого. Огибать всю Брозу не придётся, удобная для старта точка нашлась в двух астроединицах от точки финиша. Но это для способного к внутрисистемным прыжкам разведмодуля такое расстояние, что плевок… а вот каравану придётся его проползти обычным ходом. Шестнадцать световых минут, для кораблей идущих на двух тысячных света это немало. Впрочем, если выстроить маршрут правильно, то можно будет поставить корабли на разгонный режим, тогда скорость прохода увеличится многократно. Главное, не напортачить с выводом на прямую, поскольку маневрировать в разгонном режиме не выйдет, и не засветить нашу «великую армаду» перед флотской системой обнаружения. Она-то, в отличие от буёв-обманок, вполне настоящая…

Уже по завершении прокладки маршрута и установки маяков финиша и старта, на которые будут ориентироваться пилоты при проколе пространства, а штурманы наводить корабли каравана при переходе через Брозу, мне в голову пришла одна довольно рискованная идея, и, взвесив все «за» и «против», я таки решил воплотить её в жизнь. Тем более, что до возвращения к конвою оставалась ещё пара свободных дней. Ну не даёт мне покоя этот харгов флот, и очень не хочется оставлять неизвестность за спиной.

Идея была проста. «Шумнуть» у одного из сенсблоков, разбросанных флотскими по Брозе, и… посмотреть, кто и откуда придёт на сигнал тревоги. После чего останется только аккуратно проследить за патрулём или тем, кто там будет вместо него. Глядишь, и вскрою местонахождение флота.

Рисковать и шуметь в той же области, где поставил финишный и стартовый маяк для конвоя, я не стал. Вместо этого потратил восемь часов на длинный внутрисистемный прыжок, унёсший меня в противоположную часть системы, и, отыскав один из сенсблоков, «открылся» ему достаточно для того, чтобы аппаратура обнаружила финиш корабля в системе, но не смогла определить его тип и возможности. Это было несложно, главное тут подобрать верную дистанцию, так чтобы мнимая финишная линия уводила корабль из зоны покрытия сенсблока.

И результат не заставил себя ждать. Правда, я не рассчитывал на то, что реакция будет такой стремительной. Стоило Горину окутаться щитами и затихариться, как на той самой, созданной им фальшивой финишной линии появился лёгкий крейсер. Внутрисистемным прыжком пришёл… неплохо. А время реакции и вовсе заставило меня уважительно хмыкнуть. От момента фиксации до прибытия патруля прошло едва ли больше трёх часов. Выходит, что флотские озаботились созданием группы быстрого реагирования…

Второй бросок крейсер совершил, когда его системы СПИБ засекли выход «вторженца» на стартовый трек. Для флотских спецов всё выглядело так, будто неизвестный корабль вторгся в систему Броза и… тут же решил прыгнуть куда-то ещё. На самом деле, конечно, никакого прыжка не было, Горин просто выпустил одну-единственную обманку из своего арсенала, используемую как раз для имитации ухода в прокол. И капитан крейсера повёлся.

Горин едва успел зафиксировать сигнатуру этого корабля, как тот ушёл во внутрисистемный прыжок, где его ждал лишь развеивающийся след покинувшего систему «вторженца». А за крейсером прыгнул и разведмодуль.

Время, за которое патрульный собрал всю возможную информацию на месте «исчезновения» неизвестного гостя, я потратил с пользой и влез в его информационный объём. Это было тем проще, что крейсер использовал уже взломанную мной ранее систему связи первого контура, ту самую, что применяли буи-имитаторы, изображая переговоры и инфообмен патрульных кораблей. Вот, кстати, ещё одно доказательство того, что иллюзия присутствия флота в пределах обоих периметров безопасности создается отображением реально существующих информационных потоков.

Правда, влезть в вычислитель крейсера мне не удалось. Банально не успел. Зато модуль связи крейсера прошерстил знатно. Так что, есть немалый шанс узнать, где заныкался флот. Жаль только, что постоянный сигнал получить не удастся. Более того, после отправки сообщения, которое должно уйти с корабля, как только он встанет на швартовку, интеллект-модуль системы связи должен будет очистить логи и… притвориться, что никому ничего не передавал. Ещё и небольшой технический сбой изобразит для достоверности.

Хех, если бы не инструкции Флота, согласно которым модуль связи должен иметь минимальный контакт с основными вычислителями корабля, вряд ли у меня получилось что-то подобное.

Нет, в принципе всё верно, обособление систем связи от интеллект-комплекса корабля это верный ход для обеспечения безопасности всей вычислительной системы, но если уж на то пошло, то и на сам модуль связи нужно ставить мощный вычислитель, и сажать к нему отдельного оператора, который контролировал бы связь и противодействовал инфоатакам. На линкоре, тяжёлом крейсере или на дальнем рейдере такой оператор имеется в обязательном порядке, но оснащать подобным образом лёгкие номерные крейсера, и обеспечивающие чаще всего патрульные функции, никто не станет, это слишком дорого. А Флот не Корпус и не может себе позволить неограниченные траты. В общем, у меня был немалый шанс на успех, и я его не упустил.

Сигнал с крейсера пришёл спустя шесть часов. Всё это время Горин дрейфовал во внешней сфере, аппаратно минимизировав все «неестественные» излучения и насторожив все сенсоры. Это был самый опасный момент в поиске. Для увеличения чувствительности сенсоров пришлось почти полностью отказаться от технических спецсредств скрыта, а значит… значит, стоило Горину попасть в зону внимания любого флотского сенсблока, и разведмодуль был бы обнаружен. Итог предсказать не трудно.

Это были очень долгие шесть часов. Но результат того стоил. Я нашёл место дислокации флота… или какой-то его части, по крайней мере. И если пеленгатор не врёт, то флотские обосновались в верхних слоях газового гиганта, восьмой планеты системы Броза. Хитро спрятались, ничего не скажешь. Магнитопауза этого монстра служит просто идеальным щитом, скрывающим излучение кораблей.

Вопрос о том, зачем флоту понадобилось так прятаться, я решил оставить за скобками. Разбираться с ним не было ни времени, ни сил. Да, интересно, но… совать нос в чужие дела мне сейчас совсем не с руки. Наличие флота подтверждено? Подтверждено. Безопасный маршрут проложен, маяки выставлены, пора возвращаться на носитель. Конечно, теоретически можно было бы отослать доклад через межсистемный передатчик и спокойно дождаться караван у точки финиша, но вот незадача… Работу чужого передатчика флотские спибовцы засекут на раз, как и несанкционированное подключение к здешнему интеллект-кластеру Верхнего Информатория. В общем, пора в путь…

«Тройка» подхватила меня за сутки до выхода каравана к точке прокола. И первое, что я сообщил Алексу, был не доклад по исследованной мною системе Броза, а…

– Ким, замена стержней это, несомненно, важно и нужно. – Помолчав, вздохнул Роун. – Но меня сейчас интересует совсем другое. И не только меня, как ты наверняка догадываешься.

– Доклад сброшен на вычислитель «Тройки». – Вздохнул я. – Но, Алекс, ещё две-три таких игры в догонялки с караваном на треке, и Горин просто больше не взлетит!

– Хорошо-хорошо. – Поморщился Алекс. – На первой же станции попробуем купить новые стержни.

Я успокоено кивнул. Ну, в самом деле! Кто же знал, что подобные экзерсисы будут жрать ресурс стержней с жадностью вечно голодного свирма? Никогда прежде ни с чем подобным я не сталкивался, так что, вернувшись из поиска, был просто обескуражен таким бешеным расходом стержней силовой установки.

– Дар адмирал… Есть сигнал с восьмого наблюдательного. – Произнёс капитан крейсера, остановившись на мостике рядом с командующим эскадры, сосредоточенно разглядывающим схему расположения кораблей на панорамном экране.

Адмирал, высокий, подтянутый, сухопарый мужчина неопределённого возраста в тёмно-синем наглухо застёгнутом парадном мундире без знаков различия, медленно кивнул. Заложенные за спину, затянутые в чёрные кожаные перчатки ладони сжались в кулаки.

– Источник?

– Сорок восемь вымпелов, перестраиваются в четыре походных ордера. Опознаватели и сигнатуры соответствуют линкорам первого класса «Астра», «Морт», «Гурд» и «Веда» в сопровождении групп поддержки.

– Третий Флот в полном составе… – Пробормотал адмирал и, бросив короткий взгляд на своего подчинённого, так же щеголяющего парадным мундиром без знаков различий, кивнул. – Патрулям приказ на возвращение, СПИБ определить сигнатуры кораблей сопровождения… и объявляйте жёлтый уровень, капитан.

– Есть. – Тот резко развернулся и шагнул к ограждению «ямы» БИЦ. – Внимание. Патрульным – вернуться в расположение. СПИБ – определить корабли поддержки, распределить цели. Эскадре, циркулярно. Боевая тревога. Жёлтый уровень. Доклад по готовности.

Через несколько секунд операторы связи, согласно флотской традиции, принялись голосом дублировать подтверждения исполнения приказа, приходящие с кораблей эскадры. БИЦ линкора «Реер» наполнился гомоном…

Адмирал еще пару минут наблюдал за поднявшейся в яме суетой и, резко вздёрнув подбородок, вновь уставился на панорамный экран, где иконки кораблей эскадры одна за другой стремительно окрашивались в жёлтый цвет.

– Есть сигнатуры кораблей поддержки, дар адмирал. – Доложил капитан и договорил уже менее официальным тоном. – Это, действительно, Третий Флот в полном составе. Идут, как на параде, открыто, походным ордером.

– Тем лучше. Запускайте наш «театр», пора… СПИБ отслеживать маршрут эскадры. Как только встанут на трек, поднимайте уровень до красного и начинайте вывод эскадры.

– Будем бить вдогон? – Тихо спросил капитан. Командующий смерил его взглядом.

– Исполняйте, капитан. – Проронил он и, помолчав, добавил. – Дальше нас они пройти не должны.

Глава 4. Загонная охота

Вернувшись в систему Броза, я понял, что все мои ухищрения и попытки провесить безопасный маршрут так, чтобы не привлечь внимания сховавшегося здесь флота, пошли прахом. В том смысле, что флоту сейчас явно было не до нас. Здесь шло полноценное космическое сражение, и его участники, кажется, были слишком заняты друг другом, чтобы обращать внимание на крадущийся по краешку системы караван.

В принципе, ничего такого уж удивительного здесь не было. Во внешних секторах то и дело кто-то с кем-то воюет… точнее, удивительного не было бы, если бы не одно «но»! Сейчас мы стали свидетелями боя двух военных флотов Федерации. Нет, военные, конечно, ребята задиристые, а порой и вовсе безбашенные, но воевать друг с другом?! Это что-то совсем новенькое… и странное.

Впрочем, мне ли говорить о странностях? Особенно, если вспомнить недавние действия Старика… или того же Зейда. Как бы то ни было, но зрелище было феерическое. Два флота одного государства перемалывали друг друга с ожесточённостью, достойной лучшего применения. «Подранков», даже если те уже были не способны оказать никакого сопротивления, и та, и другая сторона добивали в обязательном порядке… и это наводило на очень нехорошие мысли. Кажется, оставлять свидетелей своего сражения они не собираются.

– Ходу. – Резко приказал Алекс, нервно посматривая на картинку, транслируемую сенсорами каравана на панорамный экран в рубке. Вот, что я говорил… – Павел, держи максимальное ускорение, уходить будем жёстко.

Корабли конвоя на схеме вытянулись в цепочку, устремляясь к активированному маяку, установленному мною в прошлое посещение системы для обозначения точки выхода на трек.

– Думаешь, они пожелают отвлечься от боя ради нас? – Осведомился Фил. Роун скривился.

– Если засекут, то обязательно пошлют погоню. Судя по тому, как старательно они уничтожают недобитков, свидетели ребятам не нужны. Ким!

– Что? – Откликнулся я.

– Давай к двигателям. Головной дал приказ на резонанс. Оттуда тебе будет проще контролировать машину. Частоты я сбросил тебе на интеллон.

– Засекли? – Нахмурился я. Алекс кивнул.

Да, дела. А сейчас ещё веселее будет… Одно дело уходить на резонансе в прыжок, и совсем другое  – отрываться от преследователей в системе, используя тот же резонанс. Это уже из разряда катания на монопеде по проволоке под куполом цирка без страховки. Чуть промахнётся головной, и весь конвой, набирающий скорость перехода, вылетит за пределы системы, как пробка из бутылки. Лови потом координаты для прыжка и попробуй сориентироваться в межзвёздном пространстве без доступа к Верхнему Информаторию. Нет, чисто теоретически это возможно. Автономную астронавигацию никто не отменял, но в реальности для расчёта такого прыжка нам, пожалуй, понадобится объединить мощности всех вычислителей каравана… или задействовать Горина. Но о втором варианте я промолчу. Незачем всем и каждому знать, на что способен мой разведмодуль.

– Ким, головной нащупал трек. – Внеголосовое сообщение от Алекса пришло в тот самый момент, когда я пытался выжать из силовой установки «Тройки» ещё каплю мощности, одновременно удерживая резонанс гравигенераторов.

– Замечательно. Сбрасываем скорость?

– Да. – Роун замолк, и вдруг заговорил снова, холодно и чёткою. – Циркулярная связь! Господа, купцы вывесили свободный контракт «мёртвой руки» и боюсь, наши коллеги его не вытянут. Берём?

– Уверен, капитан? – Спросил Дубов.

– Уверен. Там две переделки из торговцев. Патруль их влёт снимет, а там и до нас доберётся, не выгребемся. – Резко отозвался Алекс. Подождал и, получив ответ от экипажа, вздохнул. – Возражений нет. Мы принимаем контракт. Есть подпись главы каравана и купцов. Получен приказ головного: связать боем преследователей, выиграть время для ухода каравана. Оплата пятидесятой доли от стоимости груза и полный ремонт или восстановление «Тройки» хоть из пепла… если выживем. А теперь, экипаж, внимание! Эстренное торможение. Держитесь за что-нибудь.

Хохмач, его дивизию! Экстренное торможение, когда корабль уже идёт на двух третях световой?! Да мы ж развалимся на ходу!

Управление силовой установкой вновь перешло пилоту. Очевидно, Павел слился с кораблём… и правильно. Пытаться провернуть такой фокус без слияния, это верная смерть для корабля и экипажа.

Я вздохнул, активируя кокон-кресло, и, заполнив весь пост двигателиста своим пси, тихо вздохнул. Буду надеяться, что этого хватит.

Экстренное торможение вылилось для меня в череду сотрясений-ударов, больше похожих на бешеную вибрацию. Следом послышались тяжёлый стон силового набора и звонкий, раздирающий уши свист гравигенераторов, гасящих инерцию. Мигнуло освещение, на миг сменившись тревожным алым светом аварийки, коротко взвыли баззеры, а на морф посыпались сигналы силовой установки, жалующейся на перегрузку её узлов. Чертыхнувшись, я разблокировал кокон и занялся тестами, чтобы подключившись к интеллект-комплексу «Тройки», восхищённо выматериться. У него получилось! Павел – профи.

Скорость канлодки упала до её внутрисистемного стандарта в три тысячных световой, гравигенераторы и двигательная установка вышли на обычный режим, а упрощённый тест систем показал, что вся техника в порядке, насколько это возможно после таких кульбитов. Мелкие неполадки не в счёт. Там разве что кое-какие сервис-системы взбрыкнули, но ими уже занимаются ремботы, да рабочие кокон-кресла экипажа нуждаются в «перезарядке», поскольку их личные компенсаторы исчерпали себя до донышка. Ла-адно. Зарядим, не велика проблема. Но сначала нужно узнать, зачем вообще понадобились такие финты!

– Весело. – Протянул Фил.

– Договор, есть договор. Будет ещё веселее. – Заметил Роун. – Работаем, господа. Фил – картинку на экран. Посмотрим, кто там увязался за нашим караваном.

Я вздохнул. «Прошли тихонько», называется. Ладно… Алекс прав, договор есть договор, и его нужно исполнять. А в нашем контракте, как и у каждого конвойника, подобные условия прописаны жёстко. Трупам деньги не нужны? Оно так. Но отказаться от этого условия в контракте, значит, остаться без работы.

Морф нашарил соединение с вычислителем, контролирующим техническое состояние канлодки, и я погрузился в слияние, взяв под плотный контроль всех ремботов. Есть у меня предчувствие, что скоро для них будет полно работы. Из остальных доступных систем я оставил лишь тонкий канал связи с основным интеллект-комплексом «Тройки», чтоб следить за ходом событий, да связь с Горином, на всякий случай.

Пока преследователи не подобрались достаточно близко для боя, я разослал ремботов осмотреться в отсеках и проверить те части ходовых систем, что выдали предупреждение при экстренном торможении «Тройки». Время есть, так что можно и делом заняться… в ожидании столкновения.

Поправив несколько мелочей и убедившись в том, что все системы с честью пережили финт Павла, я обратил своё внимание на происходящее в Пустоте. Вовремя.

Полыхнули щиты, принимая на себя удар лёгкого гравиорудия одного из пары преследующих нас эсминцев. Олег ответил неожиданно для преследователей целой очередью из трёх «плевков» излучателя, благо гравигенератор поднабрал изрядно мощи на поглощении инерции при торможении. Ответил не по атаковавшему эсминцу, а по второму, решившему обойти канлодку и продолжить преследование каравана. Торопыга еле успел прикрыться щитами, но это не уберегло его от повреждений. Третий удар проломил щит, явно выставленный не на полную мощь. В общем, эсминец поплатился за свою экономию. Выстрел, пусть и ослабленный издыхающим щитом, лизнул носовую проекцию корабля, сминая внешний корпус и превращая пару погонных импульсников в комки искорёженной полистали.

– Иван, четверть часа на сближение. Потом выпускаешь первый залп «Гончих».

– Полный? – Уточнил Дубов. Алекс мотнул головой и, чуть подумав, вздохнул.

– Нет, слишком жирно будет. Хватит и половины. – Наконец разродился он, продолжая наблюдать за эволюциями получивших по носу и поумеривших активность эсминцев, схема перемещений которых высвечивалась на экране. Первое приветствие состоялось, и теперь корабли закружили в танце, пытаясь выйти на дистанцию атаки и при этом не подставиться под удар противника.

Обмениваясь ударами гравиорудий и полыхая срабатывающими от попаданий на малой мощности щитами, эсминцы явно собрались вести бой на истощение. Ну-ну… это они не знают о двух отдельных генераторах, питающих гравиорудие. Олег, поступив по уму, ещё ни разу не вывел излучатели на полную мощность. О! А теперь ещё и начал снижать темп… Ещё немного, и противник будет убеждён, что мы выдохлись. Это будет жестокая ошибка!

Смотреть за кружевом, выписываемым кораблями, было интересно. Хотел бы я сам поучаствовать в ведении боя? Если честно… Конечно, да! Но у каждого свои обязанности, и я вынужден сидеть на посту двигателиста, контролируя работу ходовых систем и дожидаясь неминуемых повреждений, чтобы тут же бросить на их ликвидацию всю армию ремботов.

Очередной выстрел импульсника сблизившегося с «Тройкой» эсминца вспорол обшивку внешнего корпуса канлодки в районе первого трюмного отсека. И не успело исчезнуть мелькнувшее перед моим внутренним взором сообщение о повреждении, как два десятка дроидов из ближайшего бокса кинулись в бой… в смысле, зашивать пробоины, восстанавливая целостность корпуса.

Ну вот, всего на секунду отвлёкся, а Олег уже успел размазать меткого противника выведенным на полную мощность гравиорудием. Эсминец, всадивший в нас очередь из тяжёлого импульсника, скрутился и смялся, выплеснув из своего нутра подсвеченные взрывами облака моментально кристаллизующейся жидкости, а его напарник тут же порскнул в сторону, одновременно замолотив по «Тройке» из всех стволов.

Тихо зашипела Анастасия, на лету меняя конфигурацию щитов, и канлодка, направляемая Павлом, резко подалась вперёд, уходя из-под удара. А в следующую секунду минный пояс выплюнул навстречу атакующему противнику две дюжины «Гончих». Бамки, словно рой разъярённых пчёл, рванулись к эсминцу, и… передаваемая Филом картинка расцветилась множеством огней. Кажется, Иван решил показать, чего стоит ракетный залп двадцати четырёх «Гончих».

Щит противника дёрнулся, пошёл разводами и… лопнул словно мыльный пузырь. А вокруг эсминца и на его корпусе засияли вспышки взрывов прошедших защиту ракет. Часть из них сбили турели малых импульников, но пять «веретён» всё же прошли через заградительный огонь и, разворотив борт корабля, устроили в его внутренностях огненный ад. Неужели мы победили?!

– Не расслабляться. – Голос Алекса, перекрывший восторженные крики экипажа, заставил меня дёрнуться. А ведь я его только через морф слышу… – Фил, что с караваном?

– На треке, капитан. Скорость в две трети световой, их теперь даже внутрисистемным прыжком не догнать. – Звонко отозвался Морина, но тут же посерьёзнел. – Фиксирую финиш. Расстояние две световых минуты. Внутрисистемный прыжок… есть сигнатуры. Три вымпела, капитан! Похоже, игра продолжается.

– Павел, разворачивай «Тройку»! – Зарычал Алекс. – Уходим во внешнюю сферу.

– Мы не будем драться? – С каким-то разочарованием в голосе осведомилась Настя.

– С тремя кораблями?! Фил… ты их можешь опознать? – Роун повернулся к напарнику.

– Лёгкий крейсер и два эсминца.

– Канлодке сражаться с крейсером? Не, дохлый номер. – Пробурчал Иван. Он только что загнал своих «птичек» обратно в брюхо «Тройки» и теперь мог поучаствовать в беседе.

– Именно. Да и нет нам смысла с ними биться. – Кивнул Алекс. – Караван уже не достать, так что, свою задачу мы выполнили. Теперь наш черёд сматываться… Павел, прибавь ходу! У нас есть полчаса форы, пока эти ребятки выйдут из режима прыжка и смогут кинуться в погоню. Я хочу, чтобы к этому моменту мы были как можно дальше от них.

– А может, встанем на трек? – Спросил Олег, пока Павел выполнял приказ капитана.

– Они ускоряются на марше в полтора раза быстрее, чем мы. – Фыркнула Настя. – Пока выйдем на режим, нас трижды догонят… и побьют. Больно будет.

– И как ты это узнала? – Осведомился Олег.

Внутрисистемный прыжок сильно отличается от межсистемного, но у них есть одна общая черта: и для первого, и для второго необходим разгон, а по завершении прыжка требуется некоторое время на торможение. Конечно, затраты времени и на то, и на другое в случае внутрисистемного прыжка на порядки меньше, чем при совершении межсистемного перехода, но… даже пара-тройка часов форы на старте или финише могут решить очень многое… если не всё. Собственно, это и есть причина, по которой внутрисистемные прыжки почти невозможно использовать в бою. Мало кому удаётся двигаться по идеальной прямой под обстрелом, да и догонять прыжками спокойно меняющий курс корабль дело неблагодарное. Пока стартуешь, пока оттормозишься, глядь, а противник уже в другую сторону чешет… а ты и сделать ничего не можешь, поскольку при торможении сменить курс просто физически невозможно. Размажет при маневре.

Вот такими играми в «кошки-мышки» мы и занялись. Точнее, Павел занялся. Повинуясь пилоту, канлодка начала набирать скорость, используя всю мощь новой силовой установки, а едва отправившийся за нами в погоню крейсер со своим сопровождением сошёл с трека и смог разобрать, что к чему, хитрый Павел сбросил ход, изображая, что ползёт на полной тяге. Преследователи кинулись следом, только что не гавкая…

– Настя, прикрой нашу задницу! – Прорычал Павел. Щитовик нахмурилась. – Не тормози! Вывесь щиты на задней полусфере! Мне нужно время на набор скорости!

– Выполняй. – Кивнул Алекс, первый понявший, что именно задумал пилот. Настя пожала плечами, и за кормой «Тройки» развернулось полотнище щита, в которое тут же забарабанили разряды импульсников, заставляя щит мерцать и вздрагивать. Одновременно с этим Павел прибавил ходу.

– Выровняй излучение эмиттеров… – Заговорил Роун, но Анастасия отмахнулась.

– Я поняла. Уже делаю. – Проговорила она, колдуя над щитом, неожиданно начавшим удаляться от кормы. Теперь следующие за нами преследователи не смогут точно определить скорость движения «Тройки», а мы… мы вполне можем успеть встать на трек внутрисистемного прыжка.

И ведь получилось! Преследователи поняли, что их где-то накололи, лишь минут за пятнадцать до того, как канлодка ушла в прыжок. Но нагнать нас даже на коротком треке они не успевали. Один минус. Зная направление нашего движения, они запросто могут продолжить погоню, тем более что, в отличие от Горина, скрывать возмущения во время прыжка «Тройка» не способна.

Крутясь во внешней сфере системы Броза, мы ещё трижды вступали в бой то с самим крейсером, то с эсминцами его сопровождения, и каждый раз стараниями Павла и Насти успешно уходили от охотников, а Олег с Иваном ещё и огрызаться успевали, да так, что один из эсминцев вскоре вынужден был прекратить преследование. Учитывая, что наш бой шёл на слишком большом удалении от места сражения флотов, мы не опасались появления новых загонщиков. И как выяснилось, зря.

Олег с Иваном совместными усилиями умудрились завалить второй эсминец охранения, когда в нескольких световых секундах от нас из ниоткуда, то есть из прыжка, конечно, вывалился ещё один крейсер… и, даже не оттормозившись, принялся палить из всех орудий. Счастье ещё, что точность боя оказалась никудышной, но стоит ему сбавить ход хотя бы до трёх стандартов, и нам придётся туго. Кажется, и Алекс понял, чем нам грозит бой с двумя крейсерами. Приказы посыпались из капитана, как горох из мешка, и рубка наполнилась суетой. Гибнуть в этом бою никто не собирался, но и сдаваться нам тоже было не с руки. Именно поэтому я и согласился с планом Алекса. Хотя «Тройку», конечно, жалко. Ведь и полугода на ней не отходили… эх!

Глава 5. На флажки

Командир лёгкого крейсера «Кобург», флот-лейтенант Эрих Горн, сдавленно выругался на родном верхненемецком, который до сих пор считал более подходящим для экспрессивных выражений, чем безликий интерлин.

И Горну было от чего материться. Мало того, что свинская канлодка уже успела уничтожить три эсминца и лишить хода четвёртый, так этот упёртый частник никак не хотел понять, что ему не устоять перед двумя крейсерами Третьего Флота, и продолжал огрызаться из всех стволов.

Оно бы может и ничего, щиты на крейсерах мощные, но если с огнём импульсников упрямого внешника они справлялись с лёгкостью, то совершенно неожиданные мощность и скорострельность единственного гравиорудия старой канлодки доставляли щитовикам немало хлопот, а после пары попаданий к процессу защиты подключились и пилоты, заставляя крейсера маневрировать, чтобы уйти от мощных, но узконаправленных ударов этого берсерка. Der Teufel! Кто бы вообще мог подумать, что КРЕЙСЕРАМ придётся уворачиваться от ударов одной-единственной древней канлодки?!

И тем не менее, это было. Лейтенант белыми от ярости глазами следил за ходом «охоты», схемами отображаемой на панорамном экране боевой рубки, и ладони офицера флота непроизвольно сжимались в кулаки. На миг по тонким губам скользнула жёсткая ухмылка, когда удар «Либавы» загнал канлодку точно под залп его «Кобурга». Но тут старая калоша, кажется, решила доказать, что её рано списали со счетов…

Канлодка резко ускорилась, выжимая из своей силовой установки всё возможное и невозможное, и, содрогнувшись от ободравшего внешний корпус гравиудара, ответила беглым огнём из всех орудий. Жест отчаяния? Лейтенант довольно хмыкнул, но улыбка тут же сбежала с его лица. Изображение канлодки на экране боевой рубки дёрнулось раз, другой и скрылось за пеленой почти непрозрачных щитов, чтобы в следующую секунду вынырнуть из-за них в окружении десятков искорок, число которых продолжало расти. Канлодка выплёвывала их не переставая… Активный минный наряд?!

– Внимание! Роевая атака! – Голос оператора СПИБ вырвал командира крейсера из недоумения.

– Даю сигнатуру целей. Количество: двести пять. Тип: «Гончие»… активно управляется до двадцати процентов.

– Что остальные? – Рявкнул флот-лейтенант.

– Идут на автомате в режиме «делай как я».

– Значит, у них не хватает бамководов. – Ощерился Эрих. – Беглый огонь по целям, СНО[19] к бою.

Рой – отвратительное создание какого-то сумасшедшего гения. По крайней мере, для кораблей среднего класса, вроде эсминцев и лёгких крейсеров. Впрочем, флот-лейтенант, наблюдая выходящую на дистанцию атаки волну «Гончих», выплюнутую канлодкой, склонялся к мысли, что «рой» – неправильное название. Поведение идущих плотным облаком беспилотников скорее напоминало действия сошедшего с ума косяка сельди, решившего атаковать охотящуюся на него акулу.

Смешно? Страшно! Лупить по ним из гравиорудий бесполезно. Засекут действие излучателей на раз, а манёвренность у них выше, чем у любого истребителя. Выскользнут из-под обстрела с лёгкостью, при этом не сворачивая с генерального курса. Остаётся только полагаться на действие импульсников, но ведь и сами бамки не беззащитны. Две сотни беспилотников, вооружённых импульсниками, направляемых волей толкового бамковода, могут натворить таких дел, что «Кобург» по возвращении придётся, как минимум, отправлять в доки для восстановления внешнего корпуса, а как максимум, списывать в утиль. Дуршлаг в Пустоте бесполезен!

– Командир, часть роя «отвалилась». Двадцать штук. – Сообщил оператор СПИБ. – Кажется, у их бамковода не хватило сил. Не смог удержать волну!

– Не расслабляться! Огонь по готовности. – Рявкнул Горн, проводив взглядом изображение медленно и лениво разлетающейся в разные стороны небольшой части бамок, лишившейся поддержки оператора. Было у него подозрение, что это только уловка, но… искры неконтролируемых беспилотников выпадали из общей волны и в строй возвращаться не собирались, более того, их разносило всё дальше и дальше друг от друга, так что… скорее всего, спибовец прав, оператор просто не смог удержать контроль над таким количеством бамок. Надо думать! Откуда у внешников может взяться спец, способный держать полсотни беспилотников одновременно?

Неожиданно «Гончие» порскнули в стороны и, резко набрав скорость, устремились к «Кобургу», поливая его огнём импульсников. Орудия крейсера заполошно забили по приближающейся волне, окутывая корабль облаком вспышек, и искры бамок начали гаснуть. Медленно, но неумолимо, пока….

Горн довольно кивнул, но тут же понял, что поторопился. Количество атакующих беспилотников рывком удвоилось, утроилось… счётчик сошёл с ума, показывая непрерывное умножение целей. КАК?!

– Внимание, ракеты! – Голос оператора СПИБ дрогнул. В бой включились гравиорудия «Кобурга», размазывая цели десятками, но сотни их продолжили движение. Крейсер, конечно, не эсминец, но и ему трёх-четырёх десятков ракет хватит, чтобы превратиться в кучу бесполезного сталепласта.

Щитовики взвыли. Устанавливаемые ими полотнища останавливали ракеты, но следующие за ними бамки рвали защиту в клочья. Беспилотники влетали в огонь импульсников СНО и гибли, но успевали всадить в турели пару залпов, а следом снова шли ракеты, превращающие обшивку внешнего корпуса в лохмотья. Эрих метался по мостику, скрежетал зубами, но ничего не мог поделать. Чёртова канлодка подложила просто грандиозную свинью. А он даже не мог достойно ответить! Беспилотники продолжали уродовать его корабль, не позволяя отвлечься даже на секунду, чтобы вломить по старой калоше полным залпом.

Неожиданно всё кончилось. Нет, ракеты продолжали рваться к «Кобургу», но беспилотники… бамки просто повисли в Пустоте, будто лишившись управления.

– Командир… флот-лейтенант Тайдл на связи. – Голос подчинённого заставил Горна замереть на месте, как те беспилотники.

– На мой терминал, сержант. – Наконец отозвался командир «Кобурга». Связист кивнул и, дождавшись, пока Горн займёт своё кресло, перевёл вызов на планшет, закреплённый у его подлокотника.

– С тебя ящик коньяка, Эрих. – Довольная физиономия сослуживца заставила флот-лейтенанта скривиться. – Пока ты тут комаров бил, я снял этого упоротого внешника.

– О… – Вот сейчас до Эриха дошло, почему беспилотники так резко прекратили атаку. Он перевёл взгляд на панорамный экран и хмыкнул. Сенсоры «Кобурга» нашарили то, что минуту назад было старой канонерской лодкой, а теперь представляло из себя парящую в Пустоте компактную кучу оплавленных и искорёженных гравиударом обломков. – Я твой должник, Марк. Ещё немного, и бамки превратили бы мой «Кобург» в дуршлаг.

– Нисколько в этом не сомневаюсь. – Довольно кивнул тот. – Возвращаемся к нашим. Там ещё дел невпроворот. Каждый излучатель на счету.

– А как быть с улизнувшими?

– Да чёрт с ними! Во-первых, уже не догоним, они на субсвет вышли. – Отмахнулся Тайдл. – А во-вторых, разглядеть, кто с кем сражается, с такого расстояния они никак не могли, так что, свидетелей из них не выйдет. А у нас приказ.

– Приказ? – Нахмурился Эрих.

– А, извини. У тебя же антенны дальней связи сбиты. – Скривился Марк и, резко посерьёзнев, перешёл на официальный тон. – Флот-лейтенант Горн, примите приказ командующего.

– Протоколы безопасности подтверждены. Приём данных с крейсера «Либава» подтверждён. – Тут же протараторил связист, и на терминале командира «Кобурга», разделив экран пополам с изображением физиономии коллеги, возник текст приказа о немедленном возвращении.

Эрих вздохнул.

– Подтверждаю приём и исполнение приказа. Дары офицеры, возвращаемся к флоту. – Произнёс он, повысив голос так, чтобы его расслышали все присутствующие в рубке.

– И правильно. Нашим там туго приходится. – Кивнул Марк и отключился.

План побега из-под прицельных систем крейсеров предложил Алекс. Было ли это опасно? Да, конечно. Но жить вообще опасно. От этого, говорят, умирают. Так что, после очень короткого обсуждения план был принят всем экипажем единогласно. В обычной обстановке, на флоте, например, можно было бы обойтись и без такой эрзац-демократии, но в данном случае я был согласен с Роуном. План был довольно завирален и требовал досконального понимания происходящего всем экипажем без исключения.

Перетаскивать вещи из кают на Горин пришлось мне одному, как единственному не занятому в непосредственном ведении боя члену экипажа. Впрочем, никто не роптал на то, что посторонний копается в личных вещах. Понимали, что это единственный выход.

Корабль мотыляло, на морф постоянно приходили оповещения о повреждениях, и ремботов стало не хватать. Кое-какие отсеки пришлось даже блокировать, и теперь в них царит Пустота. Тем не менее, спустя час после начала этой свистопляски, я закончил с погрузочными работами, распотрошив все каюты, включая капитанскую. Выгреб всё, благо пустотники, тем более, экипажи кораблей, не особо страдают вещизмом. Довольно стеснённая обстановка на судах просто не позволяет таскать с собой тонны вещей и предметов обихода.

А после погрузки мне пришлось заняться тем же делом, на которое я убил полночи на Нимре Второй. Бросить широкие каналы связи между Горином и вычислителем канлодки, синхронизировать одну из закреплённых на Горине «Умб» с системами управления «Тройки»… это была довольно муторная работа, хотя, если бы не тренировка «на кошках», как говаривал брим Влад с Агоры, чёрта с два я справился бы с этим делом так быстро. Полчаса на всё про всё… несравнимо с шестью часами «приручения» автоматов Корпуса. Ну и плюс тот факт, что предварительные работы с вычислителями и периферией «Тройки» были проведены мною заблаговременно, по требованию всё того же Алекса. Как он тогда сказал: на всякий случай. Вот этот самый «всякий случай» и настал…

После гравиудара, ободравшего борт канлодки и заклинившего большую часть расположенных на этой стороне стартовых слотов бывшего минного наряда, отсчёт пошёл на минуты.

Алекс, вопреки традиции, перебрался на Горин первым. Но того требовала обстановка. Едва проскользнув в люк разведмодуля, он тут же скрылся за шлюзом, ведущим в его «Умбу», и приготовился перехватить управление канлодкой и её системами у Павла и Анастасии. Следующим примчался Олег, пока я, обосновавшись в рубке, подменял его на посту орудийного оператора. Усадив Володина перед экраном и всучив ему в руки планшет, превращённый в пульт управления огнём, я дал сигнал Филу на отход и временно перенял у него контроль СПИБ. Ивану было по фиг откуда управлять бамками, так что, оказавшись вместе с Настей и Павлом на борту никогда прежде не виданного ими Горина, Дубов просто переключился на канал связи разведмодуля и продолжил работу, как ни в чём ни бывало.

И мы начали. Аппарель трюма, превращённого в посадочную площадку для разведмодуля, ушла вниз, и от Пустоты нас отделила лишь тонкая плёнка щита. А в следующую секунду исчезла и она. Одновременно с открытием трюма Настя подняла щиты, и повинующиеся Ивану элеваторы центрального трюма принялись выплёвывать в Пустоту бамки одну за другой, заполоняя пространство вокруг. Горин скользнул в космос на минимальном ходу, старательно притворяясь одним из беспилотников, и пристроился на самом краю образованного бамками роя.

Атакой на первый крейсер руководил Иван. Беспилотники неслись навстречу валу гравитационных искажений и импульсных разрядов, рвали щиты крейсера и сами сгорали во вспышках встречного огня. Под это дело два десятка беспилотников изобразили отключение от общей сети и принялись разлетаться в стороны. Естественно, среди них оказался и Горин.

Алекс, тем временем, дистанционно управляя «Тройкой», крутился под обстрелом со второго крейсера, огрызаясь всё более редкими выстрелами гравиорудия, управляемого Олегом. Но, наконец, момент настал, и Роун, изображая пошедшего вразнос внешника, направил канлодку точно на крейсер. Излучатель гравиорудия вышел на полный максимум и принялся долбить по противнику с бешеной скоростью. Короткая вспышка полыхнула вдоль борта крейсера, командир которого понял, что сумасшедший внешник решил идти на таран. Полыхнули разрываемые щиты «Тройки», и второй залп, поддержанный беглым огнём импульсников, смял канлодку от носа до кормы, словно листок бумаги, превратив старый боевой корабль в груду сталепласта. Тут же замерли «потерявшие управление» беспилотники, атаковавшие второй крейсер… бой окончен.

Мы смотрели, как куча обломков, ещё минуту назад бывшая нашим домом, плавно расходится в стороны… Не знаю, как Алексу с Филом, но мне было жаль этот корабль. Жаль своих трудов и… а, к харгу! Мы живы, а это главное. И если Хелен не обманет, то вскоре сможем обзавестись кораблём, ничуть не хуже «Тройки».

Крейсера дружно развернулись и… заковыляли прочь. Я невольно усмехнулся. Старая канлодка дорого продала свою железную жизнь. Пусть после своей модернизации она поучаствовала лишь в одном-единственном бою, но в этом сражении она уничтожила больше «коробок» противника, чем иные флотские корабли за всю свою службу. И каких! Не одноклассных пиратских лоханок, а действующих флотских кораблей старшего класса. Три эсминца в хлам, один лишён хода… а уж тот факт, что канлодка умудрилась основательно потрепать целый крейсер, пусть лёгкий, но превосходящий её уровнем аж на два класса, это просто удивительно!

– Ким… – Выбравшийся из «Умбы» Алекс нарисовался в рубке Горина спустя десять минут после того, как потрёпанные крейсера встали на короткий трек.

– Да? – Я повернулся к теперь уже бывшему капитану «Тройки», одновременно отметив, как помещение затапливает волной любопытства и ожидания.

– Ты сможешь увести этот корабль в прыжок так, чтобы нас не засекли?

– Разумеется. – Пожал я плечами. – Идём за караваном?

– А смысл? – Хмыкнул Роун. – Как единица охранения, мы сейчас бесполезны. Нет. Пойдём на точку встречи с представителем Хелен. По условиям соглашения это вполне допустимо. Сообщим о себе и… в отпуск. Пока госпожа Кир не выплатит обещанное.

– Скинь на интеллон координаты. – Кивнул я. – И можем отправляться.

– А нас точно не засекут? – Спросила Настя.

– Точно. Недаром же я из этой яхты делал разведчика. – Чуть улыбнувшись, уверил я щитовика.

– Помощь нужна? – Тут же нарисовался Павел. Ну да, понимаю пилота. Неизвестная машина, как такую не опробовать? Любопытно же.

– Извини, Паш. Но Горин слушается только меня и никого больше. – Развёл я руками. – Отдыхайте, господа. Вы меня катали на «Тройке», теперь моя очередь. Правда, того же комфорта, что и на канлодке, обещать не могу, ну да нам и до точки назначения идти всего декаду. Алекс…

– Да? – Откликнулся он.

– Надеюсь, в точке рандеву приличные места отдыха имеются? – Осведомился я.

– На Венето? – Рассмеялся он. – Ким, поверь, чего-чего, а развлечений там хватает. На любой вкус, цвет и кошелёк.

О Венето я слышал. Звёздная система, превращённая в огромный комплекс развлечений. Что ж, оно и к лучшему. После такой работы расслабиться нам точно не помешает!

Глава 6. Это сладкое слово: отдых

За время перехода мы успели оклематься от боя… и даже помянуть «Тройку». Хоть в походе и запрещён алкоголь и прочие психостимуляторы и релаксанты, но тут особый случай.

А по прибытии в Венето экипаж как-то незаметно разбился на две неравных части. Наёмники, получив несколько свободных дней для отдыха, отправились исследовать развлекательные центры и курорты Венето Третьей, кислородной терраподобной планеты, славящейся на весь сектор своим «вечным» маскарадом, ну а мы с Филом и Алексом, немного отдохнув, отправились на встречу с представителем торгового дома, принадлежащего Хелен Кир. Нужно же подтвердить исполнение контракта…

Правда, встретиться с контрагентом сразу нам не удалось. Выходной день сказался, и господин Баччи, которому, по словам Алекса, и следовало доложить о нашем прибытии, изволили отсутствовать. Так что, по результатам переговоров с его секретарём встреча была перенесена на следующий рабочий день. А до тех пор… Ну, Алекс с Филом по пилотской привычке отправились искать приключения в ближайший развлекательный квартал, а я… я отправился на морской пляж. Благо, он находился всего в получасе пешего хода от гостиницы, а погода и время года весьма даже располагали к купанию.

Золотистый песок, белопенные гребни зеленоватых волн тёплого безбрежного моря, вдали от берега окрашивающегося в глубокий синий цвет, яркое голубое небо и белоснежный пух облаков… Последний раз я так отдыхал после полевой практики в учебке, аккурат перед переходом на четвёртый курс. Даже не верится. Кажется, что это было не просто давно, а вообще в другой жизни! Однокурсники, весёлые девчонки из соседней гостиницы, кураж и чудачества…

Взгляд невольно зацепился за устроившуюся под навесом недалеко от меня весёлую компанию. Загорелые, беззаботные… хм, моя бледная, заморенная физиономия на их фоне должна смотреться, как минимум, неуместно. Это надо исправлять! Солнечные и морские ванны мне в помощь.

Понятно, что за день-другой я здешних «старожилов» не догоню. Чтоб так закоптиться, дней пять нужно, если без фанатизма… либо идти в солярий, а это уже полная дурость, на мой взгляд. Но ведь мне торопиться некуда, правильно? Заказ выполнен, пусть и в форс-мажоре, а следующего ещё долго не будет. Да и вообще, имею я право отдохнуть после всех наших приключений? Ведь с самого… выпуска живу, словно кто-то плёткой подгоняет! Так и с катушек слететь недолго, между прочим. Решено. Ухожу в отпуск, и пусть Алекс или Фил только попробуют заикнуться о какой-нибудь работе в ближайшие три-четыре декады. Утоплю к харгу в этом самом синем-синем море… и место позабуду.

Вдоволь накупавшись и повалявшись на песке, довольный и умиротворённый я отправился на поиски еды. После бултыханья в волнах аппетит прорезался просто зверский.

Долго искать кафе не пришлось, благо здесь ими застроена вся возвышающаяся над пляжем набережная Полумесяца, вытянувшаяся крутой дугой вдоль лагуны. Яркие цветастые тенты и зонтики уличных кафе заполонили улицу, так что вопрос поиска еды превратился в проблему выбора. Но и с этой «бедой» я справился. Высмотрев открытую террасу на крыше одного из выходящих к морю домов, усеянную вездесущими зонтиками, я решительно направился к ведущей на неё лестнице. И не прогадал.

Устроившись за небольшим круглым столиком у самого ограждения террасы, я огляделся по сторонам и довольно кивнул. Вид отсюда открывался просто потрясающий. Лазурная чаша лагуны в золотом обрамлении пляжа, многоцветный серп набережной и изумрудные шапки деревьев и кустарников на плоских крышах частных домов, уступами сбегающих к морю.

Еда, приготовленная на открытом огне, это всё-таки нечто! Никакой, даже самый навороченный пищевой синтезатор не сможет создать такие же ароматные и вкусные блюда, как в этой мелкой кафешке на набережной одного из сотен островов архипелага Венето одноимённой планеты. Хотя, может быть, дело в том, что еда здесь не синтезируется, а производится старым дедовским способом? В смысле, выращивается… Не знаю, но стейки, приготовленные здешними поварами из настоящего, ещё недавно мычавшего мяса, куда лучше, чем синтезированные. А морепродукты, а свежие овощи и фрукты? Да ни один синтезатор не сможет выдать ничего подобного. Тут впору позавидовать жителям аграрных планет, имеющим возможность питаться натуральной едой каждый день. Нет, на орбитальных станциях или в городомах тоже можно найти «естественные» продукты, но их цена… м-да, не будем о грустном.

Насладившись плотным обедом на свежем морском воздухе и вдоволь налюбовавшись открывающимися с террасы видами, я решил прогуляться и посмотреть местные достопримечательности.

Заказ катера обошёлся мне недёшево, зато с сопровождающим… оказавшимся курчавым и носатым, вечно улыбающимся типом лет шестнадцати, живым и подвижным, как ртуть. Он тут же развил сумасшедшую деятельность и, бурно жестикулируя, принялся составлять для меня маршрут обзорной экскурсии, чтобы занять остаток дня и вечер. Сопротивляться напору этого мелкого урагана не было никакой возможности… да я и не пытался. Парень показался мне откровенно влюблённым в Венето, а что может быть лучше для экскурсанта, чем знающий и увлекающийся гид?

От казино и развлекательных центров я отказался, но на самом большом архипелаге планеты и без них хватало интересных мест и зрелищ. Мы вдоволь попетляли меж островами курортной зоны, то маленькими с десятком-другим бунгало, разбросанных по пляжу, то большими с огромными, искусно вписанными в гористый ландшафт гостиничными комплексами. А потом выбрались в «городскую» зону. Столица архипелага раскинулась на трёх десятках островов, густо испещрённых сетью каналов и проток. Красиво. Здесь нет небоскрёбов, местная архитектура приемлет исключительно трёх-четырёхэтажные здания с многочисленными галереями, балконами и затейливой резьбой по камню. Никакого пластобетона, только базальт, гранит и мрамор. Как сказал мой сопровождающий, архитекторы столицы вдохновлялись видами древней Венеции, земного города, давно канувшего в небытие. И до сих пор столичным законодательством поддерживаются строгие каноны в строительстве.

– Но это же нерационально, разве нет? – Поинтересовался я.

– Ха, это как посмотреть… – Усмехнулся Паоло, направляя катер в узкий канал, зажатый меж вырастающих из воды домов, соединённых между собой, словно неровными стежками, ажурными изогнутыми мостиками. – Мы можем себе позволить считать красоту рациональной, знаете ли. Но если вы желаете увидеть современную часть города, то она находится в получасе хода отсюда. Хотите взглянуть?

– Нет, благодарю. Современная урбанистическая архитектура меня не привлекает. – Улыбнулся я, и сопровождающий довольно хмыкнул.

– На самом деле и здесь дома выстроены согласно всем современным технормам. – Проговорил он. – Закон оговаривает лишь внешний вид и декор, но никак не может заставить горожан жить в доисторических условиях. Так что… если вы до сих пор не определились с гостиницей, я бы настоятельно рекомендовал вам остановиться в одном из здешних отелей. Поверьте, во Вселенной найдётся немного подобных городов.

– Я подумаю. Благодарю. – Кивнул я. Переезжать из курортной зоны в город, пусть даже такой оригинальный, у меня пока не было никакого желания, но если наш отдых затянется… почему бы и нет? Попозже. – Можете посоветовать хорошую гостиницу?

– Разумеется, синьор! – Растянул губы в широкой улыбке Паоло. – Как раз у пересечения со следующим каналом имеется великолепный отель, его держит мой двоюродный дядюшка Марио. Синьор, вы, пустотники, цените хорошую кухню, я знаю. Так вот, поверьте, там вам подадут лучшие блюда города! Фегато аля венециано, молече, ньокки… Никто не делает их так, как мой дядюшка! Его недаром считают лучшим поваром Венето, я вам точно говорю.

– Постой-постой, Паоло. – Притормозил я разошедшегося гида. – Я не планирую переезжать сюда немедленно. Просто скинь мне на интеллон список хороших отелей… со своими примечаниями.

– Прошу прощения, синьор Ким. Увлёкся. – Вздохнул он, но тут же вновь улыбнулся. – Полчаса, и у вас будет этот список. А пока взгляните направо, видите вот это здание? Это Нуово Палаццо Дукале, а перед ним лестница под названием Золотые Ступени Дожей. По традиции после избрания городом дожа он должен подняться по этой лестнице из пятидесяти ступеней, по одной на месяц его полномочий, и на каждой дать одно обещание горожанам. А после окончания срока его правления каждое выполненное обещание обозначается на лестнице слоем золотого песка, которым город благодарит своего дожа за службу.

– Оригинальный способ обеспечения безбедной старости. А невыполненные обещания как обозначаются?

– Горящей смолой. – С готовностью ответил мой сопровождающий. – И могу сказать, что дож, выполнивший меньше половины данных им на лестнице обещаний, на победу в ближайших выборах может не рассчитывать.

Паоло оказался действительно хорошим гидом, так что я, не колеблясь, обещал, что и в следующую поездку обязательно возьму его в качестве сопровождающего. А в том, что ещё не раз прокачусь по каналам и протокам этого архипелага, я не сомневался ни на секунду. Уж очень мне понравилось такое времяпрепровождение.

В гостиницу я вернулся довольный и уставший. Слишком много впечатлений, слишком много… всего. Вымотался.

Назначенная на следующий день встреча с представителем Хелен Кир прошла как по нотам. Подтянутый, чуть седоватый господин с характерным, как я понял, для Венето чеканным профилем оказался довольно немногословным, по сравнению с тем же шустрым Паоло. Но принял он нас довольно приветливо и, получив по межсистемной связи подтверждение наших идентов от своей работодательницы, искренне обрадовавшейся, кстати, тому, что наш экипаж выжил, без единого звука закрыл контракт и, проверив через Арбитраж «Кривого Носа» заявленную стоимость «Тройки», так же без возражений подписал банковское поручение на выплату гонорара и компенсации за уничтоженный корабль, согласно контракту. Честно говоря, и я, и Алекс с Филом были несколько удивлены такой покладистостью. Помня характер Хелен, мы рассчитывали на серьёзный бой за каждый кред, а тут…

Впрочем, уступчивость предприимчивой дамы вскоре стала понятна. Не успели мы подписать последние документы, как внимательно следившая за процессом через межсистемный передатчик госпожа Кир, улыбнувшись, предложила воспользоваться услугами её личной верфи, расположенной на орбитальной станции… Венето. И ведь уговорила-таки! Харизматичная женщина…

– Тогда я поручаю ваше дело синьору Баччи. – Довольно улыбнулась Хелен и перевела взгляд на стоящего чуть ли не на вытяжку своего представителя. – Леонардо, ты всё слышал?

– Си, синьора. Всё будет в лучшем виде. – Уверил он работодательницу.

– Полагаюсь на тебя. Дары Роун, Морина и Дрём очень много сделали для меня лично и для нашей компании. Так что, не вздумай опозорить  меня перед этими достойными людьми.

Да, на заказе ушлая Хелен Кир с лёгкостью отобьёт, как минимум, половину понесённых расходов. А тот факт, что она из собственных средств погасила всю задолженность каравана перед нами, ещё и даст ей немалое влияние на остальных купцов участвовавших в походе В общем, внакладе дамочка точно не осталась. Умна… акула капитализма, как назвал бы её Ром.

Пока я размышлял над происходящим, хозяйка каравана и Венетской верфи успела попрощаться и, одарив всех присутствующих вежливой улыбкой на прощание, отключилась.

– Господа. – Отведя взгляд от диска проектора, заговорил Баччи. – Можем ли мы приступить к обсуждению условий контракта на строительство?

Мы переглянулись и дружно покачали головой.

– Не сейчас, господин Баччи. – Выразил наше общее мнение Алекс. – Мы бы хотели взять небольшой тайм-аут на размышление. Определиться с типом корабля, его вооружением… вы понимаете?

– Разумеется. Не смею вас торопить. – Отозвался представитель Хелен.

– К тому же, после такого приключения хочется просто немного отдохнуть. Хотя бы пару декад. – Вздохнул Алекс.

– У нас замечательные места для отдыха. Вам понравится. Самый большой курорт во всём внешнем кольце, как-никак. Развлечения здесь на любой вкус и кошелёк. – Понимающе покивав, заверил нас Баччи, и ни у меня, ни у Алекса с Филом не нашлось возражений. Хоть мы и пробыли на Венето всего сутки, но уже успели оценить всю прелесть этого места. Даже удивительно, что оно существует не где-нибудь в центральных мирах Федерации, а в одном из секторов «беззаконного» внешнего кольца.

А спустя четыре часа мы имели возможность полюбоваться на ошарашенные физиономии остальных членов нашего экипажа, собранных нами в отдельном кабинете одного из ресторанов курортной зоны для дележа заработка.

Ещё бы! Груз двенадцати «миллионников» тянет на сумму, которую и писать-то страшно, не то что вслух называть. И пятидесятая часть от него это очень-очень немало. Достаточно сказать, что на причитающуюся мне долю от этого пирога можно запросто снарядить ещё одну «Тройку», и оставшихся кредов хватит, чтобы оплатить мой теперь уже эфемерный будущий – не сбывшийся долг перед Корпусом. Так-то. Разумеется, полную долю совладельца наёмному экипажу никто платить не собирается, но… После недолгого совещания с Филом и Алексом мы пришли к выводу, что подобравшаяся команда в последнем походе доказала право перейти из разряда «наёмников» в статус «участников» и претендовать на долю в прибыли, не становясь при этом совладельцами корабля, разумеется. Собственно, как и принято среди устоявшихся команд кораблей внешников. Есть костяк, владеющий кораблём и имеющий долю в доходах, есть постоянный состав, также имеющий свою долю, но не принимающий участия в разработке планов и в управлении, и есть наёмники на твёрдом жаловании. Чаще всего это десантная или абордажная секция. Именно такую идею мы и выложили нашему экипажу… вместе с кредикартами, золотистые стопки которых ввели наших будущих компаньонов в ступор. Я думаю! Десять карточек стотысячного номинала перед носом кого угодно ошарашат.

– Но мы же на твёрдом жаловании. – Протянул Олег, не прикасаясь к деньгам.

– Были. – Твёрдо заявил Алекс. – Я принял решение взять контракт «мёртвой руки», и вы не высказались против. Не паниковали, действовали уверенно и точно, доверяя командованию «Тройки». Благодаря вам, мы смогли выйти из очень скверной передряги. И это предложение – меньшее, чем мы можем отплатить вам за доверие и отличную работу. Не посчитайте пафосным идиотом, но для меня честь работать с такими людьми, как вы. И Ким с Филом разделяют моё мнение.

Эмоции присутствующих взбурлили так, что мне стало тяжело удерживать ограждающий щит, но вскоре успокоились. Один за одним, члены экипажа молча убрали кредикарты в карманы и выжидающе уставились на Алекса. Есть! У нас есть постоянный экипаж.

– И что теперь? – Осведомилась изрядно повеселевшая Анастасия. – Команда есть, а где корабль?

– Вопрос размещения заказа на строительство корабля уже решён. – Улыбнулся Алекс. – Венетские верфи готовы взяться за него хоть сегодня. Хозяйка верфей и её представитель клятвенно нас в этом заверили. Но мы посоветовались и решили отложить этот несомненно серьёзный вопрос на три декады.

– О как? У вас есть знакомые среди здешних заправил? – Удивился Иван.

– И у вас тоже. – Хмыкнул Алекс. – Венетские верфи принадлежат госпоже Хелен Кир.

– Это… неожиданно. – Переглянувшись с Олегом, протянул Павел. – Но чем мы будем заниматься всё это время?

– Отдыхать. – Просто ответил Алекс. – У нас заслуженный отпуск на три декады. Где и как, пусть решает каждый сам для себя… но завтра. А сейчас предлагаю отключить алкоконтроль интеллонов и как следует отпраздновать нашу победу!

Вот честное слово, хоть и не люблю я алкоголь, но сегодня никаких возражений!

Глава 7. Доброе утро, последний герой

Ох ты ж мати его – йети! Алекс, сволочь… Это ж надо было так нажраться?! Где была моя голова, и зачем я послушался этого харгова истребителя и отключил алкоконтроль?! У-ууу… Болит, зараза. Голова, в смысле… которая вчера неведомо где была. Чёрт!

– О, проснулся! – Радостный голос Фила плазменным резаком впился в мой многострадальный мозг, заставив его вскипеть. Я поморщился, и морф тут же вывалил перед внутренним взором кучу тревожных сообщений. Очистка-очистка… о! Вот оно!

Не реагируя на крутящегося у окна Морину, я дал морфу команду на приведение организма в порядок и застыл в ожидании. Тридцать секунд – полёт нормальный. Головная боль ушла, забрав с собой муть перед глазами, а в теле появилась долгожданная лёгкость. Ох, хорошо-то как… стоп. Я что-то забыл… что… А!

– Посторонись! – Оттолкнув Фила с дороги, я метнулся к двери с характерным знаком и… еле успел добраться до унитаза. Харг! Это ж сколько и какой гадости я выжрал, что меня так полощет?!

Морф попытался составить список… но именно, что попытался. А я, оправившись от последствий чистки организма и умывшись, вдруг замер на месте, глядя в зеркало. Не понял… Как морф мог не определить вещества, попавшие в мой организм? Проверка… Фух. Есть список.

М-да, кто бы мог подумать, что сочетание местного вина с аркадийским тормом может привести к такому результату?

Приведя себя в порядок и несколько успокоившись, я вышел из ванной и, оглядевшись, застыл на месте. На мой номер в гостинице эта спальня совсем не похожа. Да и вид за окном… тут я застыл во второй раз. Вместо курортной зоны из окна открывался замечательнейший вид на пустыню. Рыжую, покрытую редкими пучками высушенной травы, каменистую пустыню. А красноватое небо над ней и двойная звезда в зените напрягали ещё больше, поскольку Венето была системой с ОДНИМ светилом.

– Фил, где мы? – Спросил я.

– Ты бы хоть оделся для начала. – Фыркнул Морина, кивнув в сторону встроенного в стену шкафа за зеркальной плоскостью. Я медленно выдохнул, задавив поднимающееся недовольство, и, отодвинув в сторону дверцу, уставился на свой комбез. Точно свой. Отклик проходит, идентификатор верен. Моё. А вот и псевдонож-талисман. Он? Он… Уже хорошо.

Одевшись и проверив все крепления, я повернулся к ощутимо довольному жизнью Филу.

– А теперь может всё же скажешь мне, что, харг тебя возьми, здесь происходит?

– Всё в порядке, Ким. Поверь. – Небрежно махнул рукой Фил. Харг! Мне уже хочется стереть эту ухмылку с его физиономии. И, кажется, бывший истребитель это понял. Фил отступил на шаг назад и, посерьёзнев, поднял руки вверх. – Стоп-стоп-стоп. Ким, не бушуй! Говорю же, всё в порядке. Идём, поговоришь с Алексом и сам в этом убедишься!

Вдох-выдох. Спокойствие… вдох-выдох… хм, вроде работает.

– Ладно. Идём к Алексу. – Кивнул я, и Фил, вновь усмехнувшись, направился к выходу из комнаты. Нет, меня определённо настораживают и его улыбка, и эмоциональный настрой.

Длинные светлые коридоры с мощными сталепластовыми дверями, стерильная чистота и пустота… странное место. И шагать по ним пришлось довольно долго. Потом были открытая лифтовая платформа и короткий спуск, но явно ниже уровня земли. В конце концов, Фил привёл меня в довольно просторное помещение, больше всего напоминающее столовую. Ну точно, вон и синтезатор с раздаточной стоит.

– Позавтракаем? – Осведомился Морина. Я хмуро взглянул на него. – Да ладно тебе, Ким. Давай поедим, сейчас и Алекс завтракать придёт. Тут и поговорите.

– Почему я не могу связаться с ним через интеллон? – Спросил я.

– У него теперь другой идент. – Как о чём-то незначительном сообщил Морина, набирая на экране синтезатора заказ.

– Другой идент, значит… – Протянул я.

– Слушай, ну не порть ты сюрприз, а? – Поморщившись, попросил Фил.

– Ладно, харг с тобой. – Вздохнул я. Фил ощутимо расслабился и, забрав поднос с заказом, кивнул на синтезатор.

– Заказывай. После чистки хороший перекус – первое дело!

– Что, тоже с утра полоскало? – Спросил я. Морина фыркнул с усмешкой.

– Полоскало.. с утра.

Больше он не проронил ни слова, так что завтрак прошёл в тишине. А стоило мне опустошить банку с тоником, как в зале появился Алекс. Но в каком виде! Нет, ничего не могу сказать, выглядел бывший иф-капитан очень импозантно. И мундир ему шёл. Чёрный мундир без знаков различия, но с планками наград… до боли знакомого фасона. Ничего удивительного, сам такой сколько лет носил!

Фил только сдавленно хекнул, когда мой удар снёс его со стула, и бывший напарник Роуна растёкся по полу бесформенной кучей. Временный паралич. Ничего, пусть полежит, отдохнёт. Ему полезно.

Не теряя времени и не обращая внимания на уже вырубленного пилота, я взмыл над столом, одновременно швыряя в лицо Роуна так и не открытую его напарником банку тоника. Попал! Ускорившись до предела, оттолкнулся ногой от стены и от души врезал дезориентированному противнику кулаком в грудину, не забыв приласкать псиатакой. Тихо охнув, Алекс рухнул на пол. Ещё один удар, и у меня на руках целых два парализованных идиота.

Я рывком вывалился в объективный временной поток, и по ушам тут же ударил рёв сигнала тревоги. А подняв взгляд на лишённый дверей проём, я понял, что проблем у меня не просто много, а… до харговой задницы! По коридору мчались серые тени в экзоскелетных боевых скафандрах, и хоть поляризованные плоскости масок скрывали выражения лиц их носителей, почему-то было кристально ясно, что бегут они сюда совсем не конфетами меня кормить. Правда, оружия в руках не видать, ну так… этим танкам оно здесь не особо и нужно. Мне одного точного удара усиленной экзоскелетом руки хватит, чтоб на тот свет улететь без промежуточных остановок в реанимации.

Псиволна отбросила атакующих на несколько метров, и мне тут же пришлось закрываться от встречного удара. Мощно!

А потом удары посыпались один за другим, так что я едва успевал прикрываться щитами, но ни о какой контратаке и речи быть не могло. «Танки» уверенно играли в паре, отвлекая друг от друга и «раздёргивая» внимание на защиту. В обороне бой не выиграть, чтобы это понять мне хватило тридцати секунд. Жаль только, первая же моя атака показала, что и выйти победителем мне не светит. Мощный удар пси заставил противников попятиться, но возникший у меня за спиной третий боец просто и незатейливо шибанул разрядом «успокоителя»… тройным. Для верности. И моё тело просто перестало подчиняться. Тело, но не разум. Так что, потрепыхаемся.

«Экзоскелетные» подхватили моё тело под руки, а их товарищ, что неизвестно как возник у меня за спиной, почти моментально привёл в порядок Роуна и Морину. Сильный псиоператор, неудивительно, что я не смог его засечь на подходе.

Болтаясь меж двух охранников, словно сломанная кукла, я мог видеть лишь пол под своими ногами, так что пришлось ориентироваться на псиощущения. Правда, вскоре мне любезно предоставили возможность взглянуть на поле боя. Чья-то рука вздёрнула мою голову, ухватившись за короткий ёжик волос… Алекс, с-сука.

– Вот ты резкий, Ким. – Поморщившись, сообщил мне Роун. – Знаешь, терпеть не могу, когда меня бьют. И всегда, заметь, всегда даю сдачи!

Сознание привычно скользнуло в субъективный поток времени, и взгляд отметил, как свободная рука бывшего иф-капитана пошла назад. Решил по морде парализованному съездить? Не мечтай!

Короткая волна пси, и тело Роуна скрючило долгой и мучительной судорогой. Вот так, друг дорогой… А потом был удар чего-то тяжёлого по затылку, и моё сознание погасло.

– Идиоты! Ну какие идиоты! – Это было первое, что я услышал, придя в себя. И первой мыслью было: «я снова в учебке?»

– Ну, Керна! – А вот это голос Фила.

– Для тебя, мед-майор Талаан, засранец! И никак иначе! – Сказала, как отрезала. Узнаю медика учебного центра. Её, по-моему, даже Зейд опасался.

– Так точно, дарра майор. – Откликнулся Морина.

– Пошёл вон отсюда, дебил! – Что-то она сегодня больно ласковая. А где, собственно, матерные конструкции на шести языках?

Хлопнула дверь, рядом что-то прошуршало…

– Давай, лейтенант, открывай глаза. Я же чувствую, что ты уже очнулся. Ну? – Не, в лесу точно что-то большое сдохло! Таких сочувствующих интонаций, могу поспорить, в учебке никто от неё никогда не слышал… Я осторожно приоткрыл один глаз и наткнулся на внимательно рассматривающего меня мед-майора. – Вот, молодец. Ну-ка, сбрось результаты теста на мой интеллон. Идент ещё не стёр?

– Никак нет.

– Ой, да не тянись ты. Не на службе. Ни ты, ни я. – Вздохнула она с намёком на улыбку. Чуть помедлила, явно читая сброшенный мною отчёт, и кивнула. – Надо же, всё в порядке. Крепкая у тебя черепушка, Ким. Просто удивительно.

– Дарра… – Начал я, но был решительно перебит собеседницей.

– Керна, Ким. Просто, Керна. Не «дарра мед-майор Талаан» и даже не «дарра майор». – Помогая мне принять сидячее положение на узкой и жёсткой кушетке, проговорила она.

– Кхм… Керна. А что здесь происходит? Я арестован?

– Пф. Если бы я кого и арестовала, так это твоих дружков-идиотов за их шуточки. – Фыркнула она, но, заметив мой взгляд, покачала головой. – Нет, Ким. Ты не арестован.

– Уже хорошо. Может, вы мне ещё и объясните, что здесь происходит?

– Думаю, есть человек, который сможет сделать это куда лучше, чем я. – Проговорила мед-майор и повернулась лицом к двери, ведущей в соседнее с медблоком помещение. – Заходите уже. Думаю, после устроенного Алексом шоу он уже ничему не удивится.

Я насторожился. Не зря. Когда дверь отворилась и на пороге возник Зейд, я даже не вздрогнул. А вот когда следом комнату затопило ощущение чужого пси, и в медблок вошёл Старик… вот тут меня проняло по-настоящему. По сравнению с появлением Борье, выходка Алекса действительно выглядит всего лишь невинной шуткой.

– Здорово, лейт. – Усмехнулся гард-полковник.

– Здравствуй жопа – новый год. – Вырвалось у меня на русском. Полковники расхохотались, но заметив нахмуренные брови мед… Керны, тут же оборвали смех. Да, не врут легенды…

На то, чтобы прийти в себя, мне понадобилось минут пять. Спасибо морфу, с успехом усмирившему тот бешеный химический коктейль, что оказался выброшен в кровеносную систему глупым организмом.

– Я предлагаю для разговора переместиться в мой кабинет. – Проговорил страт-полковник, окинув меня долгим взглядом. И повернулся к Керне. – Госпожа Талаан?

– Идите, Септим. Надеюсь, шутить в стиле тех двух идиотов вы не станете. – Поджав губы, процедила она в ответ.

– Да уж, постараемся. – Хмыкнул Зейд, пропуская мимо ушей фамильярность женщины. – Не хотелось бы очутиться на соседней с Алексом койке… или восстанавливать убежище после битвы Кима с Клодом.

Шутки шутками, а идея смахнуться со Стариком не вызывает у меня энтузиазма. Так что, в кабинете бывшего, как выяснилось, страт-полковника, я вёл себя предельно корректно.

– Значит так. Если я правильно понимаю, то сейчас мы находимся в некоем убежище, куда меня, предварительно траванув какой-то спецгадостью, доставили мои… якобы друзья, так? – Резюмировал я, выслушав краткое объяснение Зейда. Тот коротко кивнул. – Понятно. У меня только один вопрос… на кой чёрт всё это было нужно?

– Хм… придётся начать издалека. – Пробормотал бывший страт-полковник и, бросив короткий взгляд на Старика, заговорил уже несколько громче. – Когда Роун и Морина обратились ко мне с докладом, что во Флоте начинаются какие-то странные пертурбации, а с должностей уходят зачастую по очень надуманным причинам крепкие специалисты-псиоператоры, мы уже несколько лет работали над проблемой спасения одарённых. Мы видели, что Федерация Нод в вопросе судьбы псиоператоров, по крайней мере, всё больше ложится под джошей. Им же наши одарённые, как нож острый. Джоши до сих пор уверены, что не одержали победы в войне только потому, что у нас имелось такое оружие, как естественные псиоператоры. В общем, собрав всю возможную информацию, нами было принято решение внедрить своих людей в организацию, устроившую перестановки на Флоте. Благо и кандидатуры долго искать не пришлось. А в том, что там действовала сплоченная группа, объединённая некой общей целью, сомневаться не приходилось. Как и просчитать, что такой группой могут быть только псиоператоры. Алекс предоставил достаточно фактов для таких выводов. К счастью, многие одарённые связаны друг с другом через родственников, супругов и друзей семьи, так что, особых проблем с тем, чтобы втиснуть в компанию смутьянов моих «проснувшихся» агентов, не было.

– Сообщество одарённых. – Пробормотал я, и Зейд кивнул.

– Оно самое. В общем, к моменту твоего оригинального выпуска у нас было достаточно информации и о способах решения проблемы гонения одарённых, принятых к исполнению «заговорщиками», и почти полный их список. Одно «но»… мы ведь тоже псиоператоры, и нас точно так же не обойдёт судьба, приготовленная нашим собратьям. Наша группа, не «прошитая» закладками, долго ломала голову, как спасти тех, чьи мозги «прокомпостированы» службой, и при этом не подставиться. И тут такая славная идея «заговорщиков».

– Какая идея? – Не понял я.

– Ты же видел, сколько стазис-камер было установлено на «Страннике». – Пожал плечами Зейд.

– Вы планировали усыпить весь экипаж?! – Повернулся я к Борье. Тот кивнул.

– И отправить «Странник» в межгалактический прыжок. – Уточнил он. – Но весь экипаж усыпить невозможно. Хотя бы тысяча человек должна обслуживать корабль в прыжке. А учитывая расстояние… при прочих равных, и учитывая конструкционные особенности «Странника», за время полёта, как минимум, шесть тысяч человек оказались бы потеряны. Просто умерли бы от старости во время полёта.

– Но сама идея усыпить людей нам понравилась. Если к тому моменту, когда они очнутся, Корпус не будет существовать в природе, все их закладки просто утратят актуальность. – Подхватил Зейд. – А это значит не только жизнь для тысяч одарённых, но и свобода.

– Так… а я здесь причём? – Почесав пятернёй затылок, спросил я. – И зачем нужно было швырять меня туда-сюда, приставлять этих двоих… агентов, чтоб им икалось? К чему вся эта возня? И куда делся «Странник», кстати говоря?

– Хм, ну, на последний вопрос, пожалуй, отвечу я. – Проговорил Старик, и морф тут же сообщил о поступившем запросе на пересылку данных. Соглашаюсь, и в банк памяти падает пакет данных с координатами. – Вот там он и находится с почти двумя сотнями тысяч спящих красавцев и красавиц. Благо, торчать на одном месте, поддерживая работоспособность своих систем, станция может и в полностью автоматическом режиме.

А пока я пытался понять, зачем мне нужны координаты «Странника», слово вновь взял Зейд.

– Что же до остальных вопросов… Ким, скажи, что ты знаешь о мастерах Вероятностей?

ЭПИЛОГ

Я слышал о них. Знал… и даже верил в их прогнозы, отличавшиеся совершенно невообразимой точностью. Но принять тот факт, что всеми моими приключениями, начиная с самого выпуска из учебки и заканчивая боем у Брозы, я обязан предсказаниям одного из этих самых мастеров, было трудно. Очень.

С другой стороны, становится понятным, почему Алекс, этот «коллега», так легко втёршийся ко мне в доверие, без малейшего сомнения повёл «Тройку» в бой, защищая отход каравана Хелен. Ну как же! Мастер же сказал, что это необходимо для успешного завершения дела! Какого? Важного. Уничтоженные нами эсминцы и покалеченный крейсер, оказывается, стали той соломинкой, что переломила хребет верблюда. Иными словами, лишившийся этих боевых единиц Третий флот не ушёл из системы Броза. Правда, и те корабли, что в течение месяца по-тихому концентрировались в этой системе, в ней и остались. Зато они дали время на починку сбежавшей с места постоянной дислокации станции, близнецу «Странника», застрявшей в соседней системе и обнаруженной разведкой флота. Кто бы мог подумать…

– А «Триан» и брат, о котором так переживал Фил? – Спросил я.

– Да не было никакого брата. Были наемники, направленные эвакуаторами для твоего уничтожения.

– Но зачем же тогда нужна была эта галиматья с братом Морины?

– А как ещё Алекс и Фил могли связаться со мной с твоего разведмодуля, не привлекая внимания к своим действиям? – Пожал плечами Зейд.

– То есть они знали, что из похода за «орудийными платформами» мы на «Странник» не вернёмся, так получается?

– Нет. Я лишь оговорил с ними возможность экстренной связи в случае непредвиденных обстоятельств.– Признался бывший страт-полковник. – Иначе у них не было и шанса обмануть тебя, даже с твоей нелюбовью к эмпатии.

– Хм. А что, их не учили имитации эмоций? – Удивился я.

– Нет. Они действительно были нулевиками… были, да. Иначе флотские «молчи-молчи» их моментально вывели бы на чистую воду. И Алекс действительно когда-то провалился на поступлении в учебный центр Корпуса… что не помешало ему стать нашим агентом на Флоте… негласным, разумеется.

– Кстати, об «орудийных платформах»… где мои деньги? – Спросил я.

– Какие деньги? – Переглянулись бывшие полковники. Ненатурально у них получается. Совсем ненатурально.

– Мои деньги. – Я демонстративно хлопнул по пустому карману комбеза. – Кредикарты с навоеванными миллионами. Я, знаете ли, уже как-то привык чувствовать себя обеспеченным человеком. И второй раз лишаться честно заработанных денег не желаю.

– Второй раз? – Не понял Зейд. На этот раз, кажется, действительно не понял.

– Ну да. Заработанное на «Страннике» улетело вместе со станцией в неизведанные дали. А теперь ещё и боевых лишили. Не стыдно?

– Какие наглые лейты пошли, а, Септим? – Вздохнул Старик.

– И не говори, Клод. – Покивал тот с самым серьёзным видом. – Куда катится этот мир?

– Не будет денег, не будет договора. – Пригрозил я. Вот тут оба бывших полковника встрепенулись и уставились на меня с заметным удивлением. – Что? Дураку понятно: раз меня ещё не выкинули в Пустоту без скафа, значит, одним спасением очередной станции с беженцами ваши планы на меня не ограничиваются.

– Хорошо. Предлагаю обсудить этот вопрос чуть позже. Сейчас у нас есть дела поважнее. – Медленно проговорил Зейд и, заметив, как я вскинулся, жестом остановил моё возмущение. – Ким, я обещаю, что мы решим этот вопрос, но позже.

– Я должен верить?

– Ты можешь верить. – Поправил Старик, но, наткнувшись на мой взгляд… скривился. О как? Неужто совесть проснулась? Не верю.

– Ладно. – После минутного молчания согласился я. – Подожду. Вопрос только один: сколько именно?

– До завтрашнего вечера. – С явным облегчением произнёс Зейд. – У нас назначена одна встреча. Вот сразу после неё и решим все денежные вопросы.

– Встреча? Какая встреча?

– Ты уже общался с этим человеком. Заочно, правда. – Улыбнулся Старик. – Доктор Чамбер Лима. Помнишь такого?

– Нет. – Честно ответил я.

– Врач, что вёл тебя после происшествия в учебке. Центр «Вита»… седой… ну? – Произнёс бывший страт-полковник. Я вспомнил. И содрогнулся, что, естественно, не укрылось от моих собеседников. Зейд еле заметно усмехнулся. – Не мандражируй, лейт. Мозг он выносить, конечно, мастер, но с тобой будет мед-майор Талаан, а с такой поддержкой ты точно не пропадёшь.

Ну, может быть… очень даже может быть. Мед-майор, это да. Сила. С ней и преисподнюю штурмовать можно, не то что со всякими мозгокрутами беседовать. Прорвёмся.

Бывшие полковники, что «гард», что «страт», сдержали слово. И после встречи с доктором, изрядно, кстати говоря, выбившей меня из колеи, несмотря на присутствие Керны Талаан, мы вернулись к теме денег. И надо сказать, я им даже благодарен за то, что они настояли на переносе этого разговора. Иначе пришлось бы беседовать дважды. А так… очень даже неплохо получилось. Правда, теперь в морфе прибавилось пустотных координат, но это и к лучшему. Как сказал когда-то Старик, есть места, где креды – просто кусок пластика. А вот материалы и кое-какие технические устройства в цене будут везде. Вопрос в том, смогу ли я воспользоваться своим богатством… Но тут… тут не угадаешь. Так что, остаётся только проверять теорию практикой. Вот этим я сейчас и займусь.

Лежу в знакомом саркофаге стазис-камеры и, глядя, как на меня опускается прозрачная крышка, жутко нервничаю. Рука непроизвольно касается шершавой рукояти псевдоножа, но привычного успокоения нет как нет. Зато перед внутренним взором вновь начинают крутиться воспоминания годичной давности. Ром с Владом, Тина… Ирен… Чёрт! А ведь казалось, я прочно загнал их в самые дальние уголки памяти. Уж Ирен-то с Кнопкой, точно! Ан нет… крутятся в голове картинки… крутятся-крутятся… Почему-то вдруг приходит мысль, что волосы Чамбера вовсе не седые. Они просто такие же белые, как у Ирен. Харг!!!

– Спокойнее, юноша… – Словно наяву звучит голос доктора Лимы, и тут же вспоминается его странная лекция…

– Что такое время, молодой человек? Не знаете? И я не знаю… Скажу больше, этого никто не знает, хотя мы и научились довольно ловко пользоваться его законами и парадоксами. Вот, например, всем известно, что можно отправить человека в будущее. – Доктор еле заметно усмехается и хлопает ладонью по крышке стазис-камеры. – Но никто не может отправить человека в прошлое. Материя не может двигаться против потока времени. Ведь так?

– Так. – Киваю.

– А вот информация и энергия… могут. Не всякие, конечно, и не прямолинейно, но могут. – Вновь улыбается Лима. – Доказано мастерами Вероятностей. Без этой особенности, крайне скудной, кстати говоря, все наши таланты в прогнозировании были бы ничуть не точнее прогнозов какого-нибудь системного интеллект-кластера. Забавно, правда? Курьёз науки да и только.

– Наверное. – Пожимаю плечами, не очень-то понимая, что такого забавного обнаружил мастер Вероятностей доктор Чамбер Лима в этом факте.

– И никто не понимает. Хотя это так забавно. – Кивает доктор, словно читая мои мысли. Впрочем, почему «словно»? С его-то умениями, не удивлюсь, если так и есть. – Вот видишь эту капсулу?

– Конечно.

– Что она делает?

– Преобразует разум человека в информа… – На миг застываю и… окунаюсь во тьму.

* * *

– Ки-им… Ки-им… ну, Ким же! – Маленькая девочка с совсем не детским серьёзным взглядом тянет меня за нос. Хлопаю ресницами. Где… я? Тина?

– Кнопка…

– Опять потерялся, да? – Сосредоточенное личико озаряется улыбкой. Киваю и неожиданно даже для самого себя сжимаю девочку в объятиях. Живая! Настоящая!

Ну, доктор! Ну, мастер Вероятностей! Чтоб тебя харги жрали с пяток да без соли! Разбужу гада, напою к чертям собачьим, до полной отключки!

Возмущённый сдавленный писк напоминает мне об осторожности. Ослабляю хватку и, сняв Кнопку с коленей, аккуратно ставлю её на пол. Взгляд мечется по обстановке не в силах остановиться на чём-то одном и вновь, как магнитом, притягивается к девочке, взирающей на меня с возрастающим недоумением.

– Ты будто сто лет меня не видел. – После недолгой паузы тянет она. Догадливая.

– Меньше, Кнопка. Значительно меньше. Но соскучиться успел. – Вздыхаю я и вздрагиваю от сигнала медкапсулы. Кнопка поймала мой взгляд, метнувшийся к тёмной поверхности капсулы, и… решительно ухватила меня за руку.

– Там мама? Ты поэтому такой странный, да? Она там лечится?

Это не ребёнок, это… телепатический детектор лжи с автоматическим оглашением полученной информации, честное слово!

– Лечится. – Осторожно киваю и, сверившись с таймером, с облегчением отмечаю, что до завершения процедуры еще целых пятьдесят шесть часов.

Морф, словно только и ждавший, когда на него обратят внимание, вдруг выкинул сообщение-напоминалку. Ага. Помню. Скидываю координаты станции «Странник» и бункера Зейда в память Горина, следом, но уже в другой банк памяти, отправляется ещё один пакет координат… мой гонорар за конвой Хелен и предстоящую работу прекрасным принцем для почти двухсот тысяч «спящих красавиц». Не деньги. Кому здесь нужны креды давно развалившейся Федерации? А вот автоматический завод и полная технологическая карта для производства пси-модулей и широкой линейки устройств с их использованием, это вещь в хозяйстве полезная. Очень. А что? У меня, вон, семья образовалась, надо же о её будущем думать…

Примечания

1

ЦОК – Центр Орбитального Контроля

2

Калибр 0.2 (2 миллиметра) – предназначен для охоты на крупную, т. н. «защищённую» дичь. В военных образцах вооружения не применяется, ввиду избытычности… С другой стороны, лучшие образцы «заказного» высокоточного стрелкового оружия средней дальности имеют именно такой «охотничий» калибр.

3

Песчаная вампа – протозмея, водится в пустынных и полупустынных местностях Гнозиса. Обладает ядом нервно – паралитического действия. Укус может быть смертелен для человека.

4

Орм – сокращение от «оператор разведывательного модуля», сленговое прозвище соответствующих специалистов Корпус Сервус, омоним названия мелкой ядовитой змейки на одном из диалектов интерлина.

5

Интеллон – здесь, наименование наиболее распространённого типа нейрокоммуникаторов, строящихся на комплексах узкоспециализированных бионанитов.

6

Тандо – слабоалкогольный напиток из плодов одноимённого растения.

7

Безы – общее наименование служб безопасности пустотных станций и т.н. «городомов», занятых обеспечением общественного порядка на вверенных им территориях. По сути, аналог городской полиции.

8

КС (КС ФН, сокр.) – Космические Силы Федерации Нод.

9

МКМ (сокр.) – малый космический модуль. Общее наименование любых маломерных судов, не обладающих прыжковыми системами, от истребителей до гражданских внутрисистемных яхт. Правда, Горин подходит под это описание лишь по своим габаритам.

10

«Свояки» (сленг.) – так, на арго сотрудников Корпус Сервус зовутся коллеги из службы собственной безопасности (ССБ Корпуса).

11

Городом – слово, образованное от изначального словосочетания город-дом. Гигантская конструкция, объединяющая в себе жилые комплексы, производственные кластеры и сопутствующую инфраструктуру, от магазинов до космопорта. Изначально городома проектировались для освоения газовых гигантов и непригодных для жизни планет в период, предшествующий их терраформированию. Но отлаженное производство позволило значительно расширить возможности применения этих конструкций, и городома стали возводить повсеместно. Редкая планета Федерации Нод обходится хотя бы без одного городома.

12

СПИБ (сокр.) – Сенсорный поиск и информационная борьба.

13

Глазастый (сленг) –прозвище сотрудников Корпус Сервус.

14

«Иф-» – приставка перед званиями пилотов пустотных истребителей-перехватчиков, командиров эскадрилий и истребительных секций, сокращение от «инфайтинг», т.е., ближний бой.

15

КАН(сокр.) – колонии агрессивных нанитов, общее наименование поражающего элемента некоторых боевых систем. Агрессивные наниты могут быть ориентированы как на уничтожение техники или интеллект-систем, так и на поражение живой силы противника.

16

«Бамка» (сленг.) – БМКМ, то есть Беспилотный Малый Космический Модуль. Относится к военному классу дистанционно управляемых внутрисистемных космических аппаратов, круг применения которых весьма широк. БМКМ, в зависимости от оснащения, могут использоваться как автономные модули непосредственной обороны пустотных объектов, выполняя роль группы прикрытия, как постановщики помех, минзаги и даже брандеры.

17

ПМП(у) – Планетарная мобильная платформа (универсальная). Транспортное средство на гравиприводе, грузоподъёмностью в двадцать тонн. Используется для доставки личного состава и проведения различных операций в условиях пересечённой местности.

18

СКМ – средний космический модуль. Аббревиатура применяется в отношении внутрисистемных пассажирских, грузопассажирских транспортови и малых межсистемных кораблей. БКМ, т.е. большими космическими модулями, называются только внутрисистемные лихтеры.

19

СНО (сокр.) – средства непосредственной обороны

Content

Антон Демченко
Дилогия «Проснувшийся»

Проснувшийся

ПРОЛОГ

ЧАСТЬ I ШЕСТЬСОТ ЛЕТ – НЕ СРОК

Глава 1 С добрым утром, Агора

Глава 2 Не хватает… деталей не хватает

Глава 3 Не всё так славно, как хотелось

Глава 4 Привет из недавнего прошлого

Глава 5 Подарки на день рождения

Глава 6 Какой день рождения без гостей?

Глава 7 А счастье было так возможно

Глава 8 Кто к нам с чем зачем

Глава 9 Археология как основа благосостояния

ЧАСТЬ II НА ВОЛЮ, В ПАМПАСЫ!

Глава 1 Цивилизация, чтоб её…

Глава 2 Гостеприимство по – вейнски

Глава 3 Внутренний монолог, как способ анализа

Глава 4 Город, а за городом закат

Глава 5 Ностальгия – отвратительное чувство

Глава 6 Врёт, как очевидец

Глава 7 Утро вечера мудренее… или замудрёней?

Глава 8 Za zdorov'e…

Глава 9 Чаепитие, как способ времяпрепровождения

ЧАСТЬ III ВСЁ ТЕЧЁТ, НИЧЕГО НЕ МЕНЯЕТСЯ

Глава 1 Как тесен мир…

Глава 2 Мужские игрушки

Глава 3 Деловое свидание

Глава 4 Работа по профилю

Глава 5 Романтика… чтоб её

Глава 6 И опыт – сын ошибок трудный…

Глава 7 Выйдем, поговорим

Глава 8 Вышли…

Глава 9 Недомолвки как особенность коммуникации

ЧАСТЬ IV ГДЕ ПРИБЫЛО, ГДЕ УБЫЛО

Глава 1 Паранойя? Трезвомыслие

Глава 2 Услуги и оплата

Глава 3 Не всё так гладко…

Глава 4 Поторгуем…

Глава 5 Всем нужен Ким…

Глава 6 Цели и возможности

Глава 7 Дорога, дорога…

Глава 8 Глаз за глаз и сердце вон

Глава 9 Кулинария, как политический аргумент

ЧАСТЬ V НА МЯГКИХ ЛАПАХ

Глава 1 Родные всё места

Глава 2 Народ он всё помнит

Глава 3 Любишь кататься? Люби и катайся

Глава 4 Пусто – пусто…

Глава 5 Жёсткость дружеского плеча

Глава 6 Собачья верность

Глава 7 И кто кого?

Глава 8 Методы лечения

Глава 9 Дроиды как веский довод в споре

ЧАСТЬ VI ПРИЗРАЧНО ВСЁ

Глава 1 Сорвав маски, не забудьте надеть очки

Глава 2 Критерии «нормальности»

Глава 3 На ловца и зверь

Глава 4 Открывай ворота

Глава 5 Гонор гонору бьёт по гонору

Глава 6 Железные рекруты тоже бегают от военкомата

Глава 7 Кто о чём…

Глава 8 Предложение, от которого невозможно отказаться

Глава 9 Война как форма дипломатии

ЭПИЛОГ

Связующий

ПРОЛОГ

ЧАСТЬ I. К РОДНЫМ ПЕНАТАМ

Глава 1. Не нужно справляться, нужно задолбаться

Глава 2. Чемодан без ручки

Глава 3. Что такое хорошо и как бывает плохо

Глава 4. Согласиться нельзя отказаться

Глава 5. Подарок – это сложно

Глава 6. Не нервируй меня

Глава 7. Общие недостатки, как залог взаимопонимания

ЧАСТЬ II. В ПУСТОТЕ ДА НЕ В ОБИДЕ

Глава 1. Полёты и пилоты

Глава 2. Лёд тронулся…

Глава 3. Здравоохранение, оно такое разное

Глава 4. Шабашка на шарашку

Глава 5. Правила гостеприимства

Глава 6. Почётный караул, по нечётным конвой

Глава 7. Переговоры и переговорщики

ЧАСТЬ III. ПРОЩАЙТЕ СКАЛИСТЫЕ…

Глава 1. Все на улучшение демографической ситуации!

Глава 2. Летать-копать

Глава 3. Всё в дом, всё в дом

Глава 4. Ради жизни

Глава 5. Муравейник живёт

Глава 6. Кто там кодит…

Глава 7. Слава, она такая… неоднозначная

ЧАСТЬ IV. УХОДЯ, ГАСИТЕ ВСЕХ

Глава 1. Загнанные в угол

Глава 2. Не рой другому яму

Глава 3. Утро добрым не бывает, даже в обед

Глава 4. Правильная ретирада, не есть бегство

Глава 5. Прощания и встречи

Глава 6. Медведь неповоротливый? Ну-ну…

Глава 7. Добро пожаловать

ЧАСТЬ V. НА СВОБОДУ С ЧИСТОЙ СОВЕСТЬЮ

Глава 1. Табачок врозь?

Глава 2. Пишите письма

Глава 3. Торговать и летать

Глава 4. Орехи и скорлупки

Глава 5. Трудоустройство обещали

Глава 6. На стапеле

Глава 7. Не злите доктора

ЧАСТЬ VI. СКОЛЬ ВЕРЁВОЧКЕ НЕ ВИТЬСЯ

Глава 1. Учиться у станка

Глава 2. Профессионалы и дилетанты

Глава 3. Искать и убегать

Глава 4. Загонная охота

Глава 5. На флажки

Глава 6. Это сладкое слово: отдых

Глава 7. Доброе утро, последний герой

ЭПИЛОГ

Примечания