Боровский Сергей

Муха

МУХА

Инспектор «Роспотребнадзора» Захаров Иван Викторович выполнил поставленный начальством план по штрафам к обеду и потому вполне мог позволить себе расслабиться до вечера. Поехать к Люсе, например, или закатиться в «Пантеон» - забрать должок и заодно отведать свою любимую «чурчеллу». Но он не сделал ни того, ни другого, и почему-то отправился по следующему в утверждённом списке адресу. По инерции, наверное. Или от избытка куража.

На фасаде дома номер три по улице Ракитной он без труда отыскал мраморную табличку с названием фирмы и с удовольствием про себя отметил, что деньги у них по всем признакам водятся. На вахте он небрежно показал развёрнутые корочки и сразу прошёл вглубь помещения, не обращая внимания на вытянутого по струнке охранника. Дверь, обитая дорогой кожей, источала запах неучтённых доходов и нарушений техники безопасности. Иван Викторович легко повернул вниз позолоченную ручку и смело ступил на целину.

Комната, представшая его взору, оказалась выполненной в демократических традициях офисного искусства: одно большое пространство, разделённое лишь перегородками, да парочка застеклённых кабинок по бокам - для начальства. У самого входа стоял модерновый сверкающий столик с многочисленными изгибами, а за ним сидела не менее фигурная блондинка с широко раскрытыми голубыми глазами.

«Однако!» - немедленно среагировал «внутренний» Иван Викторович, а «внешний» плотоядно облизнулся.

- Вы к кому? - спросила любезно девушка, демонстрируя приятный грудной голос.

«К тебе», - хотел похулиганить инспектор, но руки сами вытащили на свет божий волшебное удостоверение. Блондинку корочки однако не смутили и не вогнали в краску. Она деловито сверила фотографию с оригиналом, пощупала пальцами печати и даже понюхала(!) обложку, после чего произнесла:

- Всё в порядке. Это плановая проверка или так? - Она неопределённо кивнула головой куда-то в сторону.

- А какое это имеет значение? - включил в себе официальное лицо Иван Викторович. - Закон, он должен исполняться вне зависимости от обстоятельств. И проверяться, соответственно, тоже.

- Вы полагаете? - удивилась блондинка. - Хотите поговорить с кем-нибудь из наших специалистов?

- Специалистов?

- Ну, я имею в виду, что вас, наверное, не удовлетворит общение со мной.

В её тоне не содержалось и намёка на то, что привык слышать в подобных ситуациях Иван Викторович. Тут он впервые отметил про себя, что как-то оно у них не совсем гладко получается. Как бы не пришлось дерзкой девчонке потом раскаяться в проявленном неуважении к представителю власти.

- Вот вы тут ехидничать изволите, - заявил он вслух. - А между тем, я вижу, розеточки-то у вас не по стандарту выполнены. И мониторчик ваш не должным образом установлен. Сами всё, наверное, делали. Родственников вместо профессионалов привлекали. За наличные.

- Хм, - отреагировала блондинка на его справедливые замечания и нажала кнопку селектора. - Гека, тут к тебе пришли.

«Крыша у них что ли железная? - усомнился Иван Викторович. - Так нет же. По нашей базе не пробивается. А у нас ошибок с этим не бывает».

Из стеклянного офиса к нему стремительно приближался человек лет тридцати в гавайке и цветастых шортах. Затемнённых очков на нём только не хватало. Он широко улыбался и, казалось, готов был раскинуть руки для дружеских объятий. Но в последний момент передумал.

- Чем имею? - выпалил он не совсем вразумительную фразу.

Корочки перекочевали в его не знавшие плуга ладони.

- Какая прелесть! - обрадовался он, поглаживая бумагу. - Вы уже определились с суммой?

«Э, не так быстро, приятель, - усмехнулся «внутренний» Иван Викторович. - За кого ты меня принимаешь? Сначала полагается маленький этюд в си-бемоль миноре».

- Вы, я надеюсь, не предлагаете мне взятку? - важно отметился «внешний».

- Почему же? Именно так и обстоят дела. Сколько?

Нет, определённо, что-то здесь не так.

- С уголовным законодательством знакомы?

- Нет. Этим у нас занимается юрист, но он сейчас в отпуске. И если у вас действительно нет больше никаких вопросов, то давайте заканчивать. Мы ведь с вами деловые люди, не так ли?

Он достал из оттопыренного кармана шорт толстый, как гамбургер, бумажник. Отсчитал несколько купюр, явно европейского достоинства, и протянул их Ивану Викторовичу. Тот машинально взял деньги, пялясь на них, будто видел впервые. Блондинка же потеряла к беседе интерес и теперь водила мышкой по коврику, высунув от старательности язык.

- В расчёте? - уточнил «курортник», кивая на бумажник - типа, готов добавить, если что.

Иван Викторович сиротливо осмотрелся по сторонам - решительно никто на них не обращал внимания.

- Вы это, - едва выговорил он, засовывая деньги во внутренний карман пиджака. - Поаккуратней тут.

- Само собой, - отозвался взяткодатель. - Позвольте я вас провожу.

Уже стоя в дверях, он пожал руку ошалевшему инспектору.

- Вы заходите к нам ещё. Не стесняйтесь. Вот вам моя визитная карточка. И да, чуть не забыл! - С последними словами он резко махнул правой рукой в воздухе, будто собрался поймать муху. - Это персонально от меня.

Он разжал кулак, и в нём, к изумлению Ивана Викторовича, действительно оказалась большая чёрная муха. Она вспорхнула к потолку, но тут же спикировала вниз, сев точнёхонько на лацкан пиджака инспектора.

- Что за шуточки! - закричал испуганный чиновник и бросился вон, стряхивая с себя гадкое до тошноты насекомое.

Выбежав на улицу, он не сразу вспомнил, где запарковался. Пришлось напрягать извилины и применять метод дедукции. И только оказавшись за рулём своего служебного «мерина», он смог перевести дух и пролистать коротко в памяти события последних минут. При непредвзятом рассмотрении, удалённый на безопасное расстояние, он нашёл их лишёнными всякой логики и смысла. Теперь только в «Пантеон»!

Он прикоснулся пальцем к кнопке зажигания и услышал отрезвляющий звук двигателя. Нажал педаль тормоза и потянул рукоятку коробки передач на себя. Но тронуться с места не успел. На лобовом стекле, прямо перед его взором, сидела чёрная мохнатая муха.

***

Дипломированная колдунья Роза уже целый час лежала на мягком диванчике в «будуаре», отгороженном тонкой дверью от её основного кабинета. Нестерпимо, жутко болела голова. Она съела уже три штуки этих новомодных дорогущих таблеток - всё без толку. Будто песку под черепушку насыпали и залили каким-то дьявольским киселём, который и бултыхался теперь, причиняя страдания организму.

И что самое непонятное: выпила она вчера всего лишь бокал вина, дорогого итальянского «Кьянти». Ничем после не «полировала». Легла спать ещё до полуночи. Неужели же и в «Пантеоне» стали мухлевать со спиртным? Немыслимо! С другой стороны, может, это к перемене погоды. Какая там на улице погода?

Она собиралась дёрнуть вязаный шнурок, чтобы звуком колокольчика привлечь внимание своей партнерши Вики, но тут дверь в «будуар» распахнулась, и Вика сама возникла на пороге.

«У меня появляются телепатические способности», - вяло пошутила про себя Роза.

- Там к тебе пришли, - сказала Вика, без явного сочувствия рассматривая лежащую пластом подругу.

- Кто?

- Клиент, дорогая. Мы тут с тобой иногда клиентов принимаем. За деньги. Помнишь об этом?

Её колкости были сейчас настолько неуместны, что Розе захотелось швырнуть в неё чем-нибудь тяжёлым. Но руки отказались повиноваться.

- Прими его сама.

- С какой это радости? Ты у нас экстрасенс и всё такое.

- Ты что не видишь, в каком я состоянии? - попыталась воззвать к чувствам подруги Роза.

- Вижу. Меньше бухать надо.

- Не пила я вчера.

- Не пила? А чего тогда колбасой прикинулась? Клиент вроде нормальный. Пиджачок приличный, портфельчик. Нам за аренду через неделю платить.

Вот же напасть!

- Скажи ему, что через десять минут буду.

- Вот это другое дело. Давай, соберись. Не раскисай.

Пока Вика усаживала клиента в кресло и рассказывала ему, что хозяйка недавно вернулась из астрала, Роза проковыляла к умывальнику в персональном туалете и сбрызнула лицо холодной водой. В зеркале отразилась женщина, прошедшая не только астрал, но и несколько парсеков по вакууму босиком.

Мужчина вежливо приподнялся в кресле, едва Роза появилась в кабинете, раздвинув руками плотные тёмные портьеры. Да, «пиджачник» несомненно с деньгами. Похоже, чиновник или «силовик». У Вики глаз намётанный. Портил его лишь бутон белой гвоздики, приколотый к лацкану, делавший из посетителя героя романа какого-нибудь девятнадцатого века.

Роза подплыла к нему и протянула свою жеманную длань. Для пожатия или поцелуя - как ему будет угодно. Мужчина предпочёл схватить её двумя руками и взволнованно потрясти, не заботясь о последствиях. Кисель в голове Розы поднял волну, забулькал, и она едва не потеряла равновесие, заметив мимоходом (вот что значит профессиональный навык) какой-то лихорадочный блеск в глазах своего невольного палача. Может, это и к лучшему. С психами проще.

- Надеюсь, я не слишком долго заставила вас ждать?

Они замерли в положении стоя, поскольку мужнина и не собирался отпускать её руку.

- У меня проблемы, - произнёс он осипшим голосом.

- Вижу, - призналась она, ничем не рискуя. - Может, присядем?

- Да-да! - спохватился мужчина, давая ей наконец-то свободу. - Вы извините меня. Я в последнее время стал немного рассеянным.

Он опустился обратно в кресло, а она выбрала для себя такое же напротив него. Улыбнулась, мысленно призвав на помощь все небесные силы.

- Я вас очень внимательно слушаю.

Мужчина горестно посмотрел по сторонам, как бы набираясь решительности для исповеди.

- Муха! - выдохнул он.

- Что, простите?

- Муха!

Он сделал очень странное движение, как бы поставив щелбан бутону гвоздики. Роза сначала ничего не увидела, а лишь услышала назойливое жужжанье какого-то крупного насекомого, но потом оно уселось ей прямо на лицо, и она завизжала, совершенно не контролируя себя. Как простая смертная.

Вике потребовалось минут пятнадцать, чтобы вернуть подругу к земным реалиям с помощью воды и коньяка. Всхлипывания её почти завершились, и плечи перестали содрогаться. Мужчина, насупившись и отвернувшись, сидел в кресле. Пальцы его правой руки нервно колотили по подлокотнику.

- Вы бы морзянку свою прекратили, - не выдержала Вика. - А то ещё у кого-нибудь приступ вызовите.

- Да. Ведьмы пошли теперь нежные. Надо бы вашу контору тоже...

Муха стала описывать над его головой ровные круги, не дав закончить начатую фразу.

- Всё! Молчу! - испугался он. - Больше ни слова.

Вика усмехнулась.

- А вы прикольный! С насекомыми разговариваете. Она у вас дрессированная?

- Не твоё дело, - огрызнулся клиент. - Лучше посоветуй мне настоящего колдуна. И коньяка налей.

Спустя полчаса они втроём сидели вокруг низкого столика, наспех накрытого десертами. Пустая бутылка «Хеннеси» придавила собой фольгу от шоколадки, а другая, ополовиненная, стояла в сугробах апельсиновых шкурок.

- Колдуны перевелись. Вымерли как класс, - заявила Вика, продолжая разговор. - Вместе с буржуазией.

- Викуля, ты не права, - не согласился с ней Иван Викторович. - Если есть колдовство, то должны быть и те, кто его производит. Логично?

- Не знаю, - томно произнесла Роза, с наслаждением прислушиваясь к отсутствию болей в голове. - Мне кажется, тебе к своему «крестнику» нужно идти.

- Чтобы он мне ещё кого-нибудь прицепил?

- А ты извинись. Бабки верни. Дело житейское. Простит.

- Вы как хотите, девчонки, - встряла Вика. - А меня интересует чисто научный аспект. Должно быть этому какое-то объяснение. Ну-ка, ещё раз визитку покажи.

Захаров с видимой брезгливостью протянул ей кусочек картона. Муха, до этого момента смирно сидевшая на краешке стакана, пошевелила крыльями и издала странный звук - наподобие того, как собака урчит, чуя приближение вора.

- Ишь ты! Сердится! - заметила Роза.

***

Захаров стоял в одних трусах перед раскрытой балконной дверью и пялился на розовеющий горизонт. Он загадал: если не моргнёт до того, как выглянет солнце, то всё будет хорошо, а если даст слабину...

Его почти обожгло первым лучом, но он облегчённо вздохнул, немедленно закрыв глаза и помассировав веки пальцами.

- Против судьбы не попрёшь, верно? -поддразнил он муху, ползавшую по стеклу. - Ты ещё, наверное, не поняла, с кем имеешь дело. Я неделю в засаде просидел, чтобы лося подстрелить. Слышишь? Неделю! И тебя, тварь, выживу, можешь не сомневаться.

Муха не спорила с ним. Мылила мерзкие свои лапки.

Жена Захарова съехала вчера вечером, забрав с собой обоих сыновей. Он её не отговаривал и не винил. Кто бы на её месте не принял всю эту чертовщину близко к сердцу? Да и так даже лучше - в спокойной обстановке, оставшись один, он поймёт, что нужно делать. А жена вернётся. Ведь не разводятся же они, а только разъезжаются «пожить отдельно».

- Разбирайся со своими тараканами сам! - посоветовала она на прощанье.

- Мухами, ты хотела сказать.

- Мухами, тараканами, пауками - мне всё равно! Лишь бы без меня.

На службу он уже неделю не ходил. После той последней планёрки в кабинете у Валерия Оскаровича правильней было сказаться больным. Кассу он сдал, планы не горят. Протекция его пока в силе. Вопрос лишь в том, насколько быстро ему удастся разрешить своё неожиданное затруднение. Может, и впрямь сходить опять в тот офис на Ракитной? Так, мол, и так. Ошибся. Взял на себя лишнего. Организаторы выставок хреновы! Чем они там занимаются? А что, если на выставку?

Он не потратил и двух минут, чтобы найти в Яндексе расписание мероприятий фирмы. Вот оно. Завтра. «Фауна и флора Мадагаскара», Центр Молодёжи. Если поймают с мухой, то можно будет сказать, что она мадагаскарская. Смешно...

- Готовься, - сказал он мухе. - В люди тебя поведём. В приличное общество.

Ночью ему спалось плохо. Снилась, конечно же, всякая гадость: монстры, бомжи, незнакомые какие-то надоедливые типы. Заставили его собирать чемодан. Какой? Куда ему ехать? Он механически складывал вещи согласно списка, который ему вручили эти же гады, но чемодан никак не становился полным. Главным образом потому, что всё, только что уложенное, бесследно исчезало. И времени (он чувствовал это) становилось в обрез. Не успеть! Паника закрадывалась в его сердце и полнейшая беспомощность.

- Помочь? - раздалось где-то над ухом.

- Отвали! - Даже во сне Захаров не собирался быть вежливым, но, увидев лицо, он осёкся. - Ты?.. Вы?

- Узнал, - обрадовался человек в шортах и гавайке. - Как делишки? К нам, я слышал, лыжи навострил?

- Так это, - виновато сказал Захаров. - Сил же больше нет.

- А были?

Что за странные вопросы? Впрочем, чего ожидать от людей, которые мухами командуют?

- Ладно. - Парень потрепал смиренного Захарова по щеке. - Расскажу тебе, как от неё избавиться.

- Здесь?

- Это самое подходящее место. Ты её где-нибудь сейчас видишь?

- Муху? Нет.

- Вот тебе и разгадка: из сна я её вытащил. Поэтому она там, а здесь её нет. Понимаешь?

- Кажется, да.

- Так вот, тебе нужно её обратно сюда вернуть, и дело закончено.

- Мне?

- А кому? Мне она не мешает. Разве что вы уже привыкли друг к другу...

- Нет! - Задача вырисовывалась в голове Захарова предельно ясная. - Спасибо. Что хочешь... Что хотите, у меня можете...

- Да ладно, - успокоил его парень. - Свои люди.

Он вдруг посмотрел на чемодан, поднял пальцами какую-то вещь.

- А это зачем?

- Понятия не имею, - честно признался Захаров. - Дали.

***

Иван Викторович проснулся что называется в холодном поту и сразу же посмотрел по сторонам. Муха, как ни в чём не бывало, возлежала на подушке, где раньше обычно находилась голова его жены.

- Проклятье! - сказал он надоедливой твари вместо доброго утра.

Всё, что ещё минуту назад казалось кристально ясным, превратилось в полнейший абсурд. Вернуть её в сон? Каким образом? Да он просто издевается!

Однако Иван Викторович сумел вовремя остановиться и признать, что претензии его являются, по меньшей мере, странными - ведь они адресованы персонажу его собственного сна. Да и вообще, как можно верить этому проходимцу после всего того, что он с ним сделал?

- Надо выпить, - вслух произнёс Иван Викторович.

- С утра? - уточнил кто-то неизвестный.

- А чем утро хуже любого другого времени суток?

- Тебе виднее.

Иван Викторович покосился на муху, но она сидела на том же месте, демонстративно отвернувшись от него. Значит, это кто-то другой говорил. Что совсем не обязательно считается хорошим признаком в его положении.

- Выпить! И срочно!

Он бросился вприпрыжку на кухню, увлекая неотступную муху за собой.

В холодильнике нашлось шампанское. Он открыл бутылку и выпил её всю в течение минуты, из раза в раз наполняя один и тот же стакан, без всякого перерыва. Голова отозвалась благодарным шумом. Тогда он взял ещё одну бутылку и проделал с ней то же самое. Для мухи он положил на стол кусок лежалой, не очень свежей варёной колбасы, а себе отрезал немного сыра. Муха даже не посмотрела в сторону угощения.

- Ну, извини, - осклабился Иван Викторович, которому вдруг стало ужасно весело. - Дерьма нет.

Руки чесались пришлёпнуть её газетой, но память подсказывала, что делать этого не стоит.

- Теперь, пожалуй, водочки!

Он прошёл в гостиную, где отыскал в баре литровый контейнер с «Путинкой». Открутил пробку и приложился к горлышку коротким, но мощным поцелуем. Когда он делал нечто подобное в последний раз? В шестом классе?

На глаза ему попался старый стационарный телефон, превратившийся в музейный экспонат с тех самых пор, как в человеческую жизнь ворвались мобильники. Ещё не совсем осознавая, что он намерен делать, Иван Викторович взял в руки злополучную визитку, валявшуюся рядом на столе:

Геймовер

Павел Андреевич

А почему Гека?

- Алло! - отозвались в трубке.

- Я могу поговорить, - начал заплетающимся языком Иван Викторович.

- А! - обрадовались ему. - Ванюша! Что же ты сдался так сразу-то? Даже не поэкспериментировал. Лабержа не почитал. И давай названивать. Я был о тебе лучшего мнения, если честно. Ну, не до такой же степени вы там заскорузлые и посконные. А?

- Я исправлюсь! - пообещал смиренный Иван Викторович, прощаясь с опьянением. - Деньги верну! И мамой клянусь: проверок у вас не будет, пока я жив.

В трубке раздался отвратительный смех.

- В тебе чувствуется неисправимый оптимист. Был в Комсомоле?

- Был.

- Я так и подумал. Ну, что с тобой делать?

- Простить!

- Так никто и не обижен. Однако порядок должен быть. Ты же сам знаешь.

Они помолчали примерно с минуту. Иван Викторович мучительно соображал, не будет ли правильным и уместным заплакать.

- В общем так, - наконец, сказал Гека. - У тебя два варианта. Первый: сделать то, что я советовал тебе прошлой ночью. И второй: муха остаётся здесь, а ты сам перебираешься туда.

- Куда?

- Ну, ёшкин клёш! Туда, где мухи нет, конечно. Тут я тебе помогу, без вопросов.

- С семьёй?

- Да с кем хочешь. Хоть с Люськой.

Эти новые перспективы с трудом укладывались в голове бывшего инспектора.

- А если всё-таки решишься на первый вариант, просто дай мне знать. Хорошо? Чтобы путаницы не получилось. Ну, бывай здоров, что ли?

- Паша! - закричал Иван Викторович и...

Проснулся.

Сергей Боровский,

Houston 2016

Content

Боровский Сергей Муха

МУХА