Антон Муравьев

Михаил Девин

Летописец: Скрижаль Эльдэриума

© Муравьев, А., Девин, М., текст, 2016

© Тучина, В., художественное оформление обложки, 2016

Дорогие читатели!

Надеемся, что нам удалось описать те необычные события в мире, который рисовало наше воображение.

Будем признательны вам, если вы поделитесь своими впечатлениями.

Нам важно, чтобы вы отметили не только достоинства, но и недостатки произведения. Ваше мнение поможет нам понять, что действительно удалось, а над чем еще стоит поработать.

Пользуясь случаем, выражаем огромную благодарность Барбашову Георгию, Котину Ивану и поддерживающим нас друзьям и близким, без помощи которых эта книга не увидела бы свет. А также спасибо всем читателям просто за то, что вы есть.

С уважением,

Муравьёв А. А., Девин М. Б.

Летописец: Скрижаль Эльдэриума

Предисловие

Пустота… В ней зародились два начала – Порядок и Хаос. Две противоположности, олицетворения созидания и постоянства, разрушения и изменения. Существовали они рядом, пытаясь поглотить друг друга.

Но однажды явился Демиург[1]. Обладая безграничной силой, он разъединил два начала, а между ними сотворил мироздание – Элоен.

Прошли века, Элоен процветал – в нем зарождались миры. Используя искры первоначал, Демиург создал душу – чистую энергию. Но как любой энергии, душе нужен был сосуд. Так и появились Разумные – творения, которые заселили миры Элоена. Одним было даровано бессмертие, в то время как жизнь других ограничивалась годами. Демиург желал, чтобы Разумные сами выбирали жизненный путь, свободно и независимо.

Тысячелетиями миры Элоена развивались по своим законам, сохраняя равновесие. Но однажды внешние границы ослабли, и два первозданных начала, каждое со своей стороны, стали по капле проникать в него и изменять миры и Разумных, что жили в них.

Незаметно, век за веком, Разумные стали меняться. Создатель был против этого. Он выбрал нас, тринадцать первых, и поставил следить за пошатнувшимся равновесием.

Время, однако, было упущено.

В мирах, что были ближе к Порядку, почти угасла частица Хаоса, а Разумные, населявшие их, превратились в ангелов. Они утратили способность к мечтам и фантазиям, и их помыслы были о том, чтобы привести все миры к Порядку.

Другие миры, что были ближе к Хаосу, стали именоваться Инфериумом. Искра Порядка в этих мирах померкла. Обитатели Инфериума – демоны – распространяли власть Хаоса повсеместно.

Видя это, Демиург снова вмешался. Ведь оставались и другие миры, пока еще не тронутые столь однобоким выбором. Чтобы отделить Инфериум и Королевства ангелов от остальной части Элоена, он воздвиг новые границы. Однако эти границы были прозрачны. Они сдерживали влияние первоначал, но не отменяли его совсем. Так как, по замыслу Созидателя, для развития нужен выбор, который Разумные должны сделать самостоятельно.

После усилий Демиурга равновесие вернулось, хотя и оно не было продолжительным. Хаос и Порядок нашли лазейку. Чтобы влиять на миры Элоена, они стали использовать пороки и добродетели Разумных. Тех Разумных, у которых тот или иной порок или та или иная добродетель проявлялись особенно ярко, первоначала превращали в адептов. Живя и проповедуя в своих мирах, адепты шаг за шагом, год за годом пытались открыть путь покровителям.

Вернуть гармонию в Элоен было не просто. Но мы, избранные Демиургом, нашли выход – объединили миры в Рукава и соединили их между собой.

Добраться до миров Рукава было не просто. Чтобы это сделать, силам первоначал пришлось бы проникнуть в центральный мир, открывавший проход во все остальные. Однако не всем их планам суждено было осуществиться. Не все Разумные верили посулам первоначал. Сомневающиеся начинали искать ответы, и некоторых поиски приводили к нам. Узнав правду, многие возвращались в свои миры и всеми силами старались не дать сломать равновесие…

Так было.

Я – Летописец. Я – один из тринадцати избранных, и имя мне – Алексиус.

Я выбрал своей целью наблюдать за Элоеном и писать его историю. Неисчислимое множество лет я слежу за событиями, которые происходят в мироздании, и как каждый из тринадцати принимаю в них активное участие. Я нахожусь в гуще событий в образе обычного смертного историка или сказителя и готов поделиться своими наблюдениями.

Множество интереснейших историй хранит моя память. Возможно, в одной из них вы найдете ответы на свои вопросы.

Сегодня я расскажу историю об Эльдэриуме – центральном мире Рукава Кельзер, за свободу которого сражались и умирали миллиарды Разумных.

История эта началась в Альдрусе – одном из миров Рукава. Красота его была неописуема: просторные равнины, леса, уходящие за горизонт, горы, чьи ледяные вершины прятались за облаками, океаны, реки, пустыни, острова и тропики. В нем было все, кроме спокойствия и мира…

Старейшее из государств людей, Хирум, уже многие столетия вело захватнические войны со всеми соседями. Малые государства не могли сопротивляться ему и быстро поглощались. Их земли отбирались, а жители угонялись в рабство.

Единственный, кто мог противостоять этой тирании, был Империум. Его стальные легионы не раз давали понять хирумским захватчикам, что обратить этот мир в рабство у них не получится.

Но люди не единственная раса, что жила на Альдрусе. Они делили этот мир с эльфами, чьи дома были древними лесами, и дроу[2] чьи предки были изгнаны князем светлых эльфов за те злодеяния, что они сотворили против своего народа. Изменения, которые произошли с ними, отразились не только на их статусе, но и на внешности. Кожа их стала черна, как уголь, а волосы белы, будто сама Смерть прикоснулась к ним. А также жителями Альдруса были гномы – великие мастера молота и наковальни, которые любили селиться в предгорьях вулканов.

Глава 1

Поход на Астрикс

Шла середина дриаса[3]. Распутица, свойственная концу виндериаса[4], закончилась, дороги снова стали проходимы. Самое время для походов. Перед легионом «Элиот» поставили цель – отбить крепость Астрикс. Она была в руках хирумских захватчиков более ста дней.

У хирумцев было много времени, чтобы укрепить позиции. Они ждали жаркой схватки, а имперские легионеры не любят разочаровывать своих врагов.

Летучий отряд эльфов Гальтера[5] обнаружил разведку дроу в двух днях пути от крепости. Командованием было решено зачистить местность и взять крепость в осаду. На марше неожиданностей не было. Разведка не зря ела свой хлеб. Вопреки ожиданиям, дроу не пытались атаковать передовые разъезды, а лишь расставляли на их пути ловушки. Когда до Астрикса оставалось меньше десяти миль, дроу скрылись.

Дойдя до крепости, пехота начала осадные работы, а разведка отправилась прочесывать местность.

Вечером того же дня разведчики доложили об обнаружении входа в тоннель. Судя по всему, этот туннель вел в крепость, иначе не было смысла охранять его столь тщательно. Раньше тоннеля не было, значит, хирумцы прокопали его, пока удерживали объект.

Спустя неделю, когда осадные работы были закончены, командование разработало план штурма. Главные надежды возлагались на сотню Дакара. При поддержке двух десятков светлых эльфов во главе с Астель его солдаты должны были проникнуть в тоннель, через него выйти в крепость, уничтожить по возможности командный пункт противника и с помощью факелов дать сигнал к решающему штурму.

Вернувшись из штаба, Дакар застал своего младшего брата за любимым занятием – правкой и заточкой цепных мечей[6].

– Леон! – громко крикнул Дакар, подзывая его к себе.

– И какое же самоубийственное задание нам предстоит выполнить в этот раз, братишка?

– Пошли кого-нибудь за Астель и другими командирами, нам есть что обсудить! – буркнул сотник, присаживаясь у костра.

Прошло немного времени, и стал подтягиваться офицерский состав. Когда все были в сборе, Дакар коротко посвятил подчиненных в детали завтрашнего дня:

– Идти до входа в тоннель примерно десять миль. Вход охраняют около трех десятков дроу. Хоть их и меньше, чем нас, не стоит терять бдительность: дроу – мастера засад и ловушек.

– Насчет засад можете не волноваться, сотник. Мои эльфы пойдут в авангарде и позаботятся обо всех сюрпризах, что могут встретиться на пути. И еще кое-что: разведка сообщила только о тех дроу, которых видела, но также было замечено множество следов. Не исключено что где-то поблизости таятся хирумские солдаты, – промолвила Астель.

– Надо действовать очень быстро и по возможности тихо. Если кто-то предупредит защитников крепости, они могут завалить ход, как только мы войдем, и тогда никто живым оттуда не выйдет, – изложил свое мнение Леон.

– Можно переодеться в форму убитых солдат и проникнуть в крепость. Эффект неожиданности нам обеспечен!

– Мы не знаем точно, куда ведет ход. Нет смысла переодеваться. Вот что, Нерион, давай сделаем так: твои пойдут первыми, чтобы вырубить охрану выхода из тоннеля, – распорядился сотник.

На какое-то время повисла тишина.

– Если ни у кого нет других предложений, предлагаю разойтись и как следует подготовиться. Задание, как всегда, не из легких, – произнес Леон, вставая.

– Да. Все могут разойтись, – кивнул Дакар. – А тебя, Леон, я попрошу задержаться.

Когда они остались одни, Дакар попросил брата не использовать магию при штурме входа в тоннель. От сырых деревьев слишком густой дым, и его могут заметить в крепости.

Молча кивнув, Леон удалился.

Дакар уже собирался пойти отдохнуть, когда к костру вернулась Астель.

– У тебя вопрос?

– Нет, я просто хотела поговорить наедине.

– Не думал, что эльфийки интересуются людьми, – улыбнулся Дакар.

– Не стану отрицать очевидного: эльфы невысокого мнения о человеческой расе. Но и среди вас встречаются интересные личности. Ты и твой брат, например. Тебе едва исполнилось двадцать пять, а уже командуешь сотней. Не каждый седовласый ветеран может похвастаться таким успехом. И Леон многого достиг.

– Не вижу в этом ничего особенного. Наш отец – ветеран легиона, и он с детства приучал нас к солдатской жизни. Да и магическим даром мы не обделены, а магия, как известно, способствует продвижению по службе.

– Все так, но в вашем возрасте, сколь высокими ни были бы магические способности, можно рассчитывать только на должность подмастерья, а не на звание сотника.

– Я, конечно же, могу рассказать тебе о наших приключениях, но не думаю, что это будет веселая история, – усмехнулся Дакар.

– Расскажи, а смешно или нет, я решу сама! – ответила Астель, нахмурившись.

– Слушать придется долго, – начал Дакар, погружаясь в воспоминания.

Глава 2

Два брата

Мы родились в деревне Айвер, что на северо-западной границе с королевством гномов. Те еще вредные коротышки! В детстве я часто подбивал брата сбегать через границу к гномам, посмотреть на чудеса, что таятся в их столице. Говорят, там до сих пор не ступала нога человека, а нас каждый раз отправляли обратно на нашем же плоту, едва мы пересекали реку и сходили на берег. У меня было такое чувство, что патрули гномов вырастали буквально из-под земли. Так нам и не удалось дойти до Азуриса, «огненного города», как его прозвали гномы. Больше, пожалуй, ничего примечательного из детства я рассказать не смогу. Всякие глупости типа: забраться на сеновал с дочкой старосты, стащить яблоки из общинного сада, кинуть пачку дрожжей в сортир к врагу Бастиру, тебе будут неинтересны.

– Ты прав, ничего, кроме зевоты, это не вызывает. Как я поняла, вы с братом решили стать солдатами из-за отца?

– Не скажу, что авторитет отца был основной причиной, но свою роль в нашем выборе сыграл. Леон и я всегда хотели быть воинами, и мы не скрывали своего желания служить в легионе. Отец был не против, а вот мать категорически этого не хотела. Она находила тысячи причин, почему нам лучше стать фермерами, а не солдатами. Мы и не думали изменять своей мечте, но и она стояла на своем. Однажды у нас состоялся серьезный разговор, после которого мы сильно поругались. Помню, что не разговаривал с матерью пару недель, пока нас не помирил Леон. В отличие от меня он всегда был ближе к матери, а вот с отцом держался настороже.

– Для подростка ничего странного, – промолвила Астель.

– После нашего примирения мать отправила меня и Леона в портовый город Сальдор, купить кое-что, – продолжил Дакар. – Сальдор был единственным крупным городом вблизи нашей деревни. Мать наказала нам вернуться к ужину, но разве могут два подростка, редко покидающие деревню, быстро закончить дела в городе, да еще таком большом! Приехав в Сальдор, мы выполнили наказ и хотели уже возвращаться, когда увидели уличную лавку коротышек. Они выставили на продажу не украшения, не золотые безделушки, что так любит знать, – они торговали оружием, и каким оружием! Не банальные мечи и секиры, а лучшие творения подгорных мастеров. Венцом коллекции были цепные мечи из вулканической стали. Мы хотели подойти к прилавку и хотя бы потрогать их, но из-за толчеи это было невозможно. Полюбовавшись на товар издали, мы отправились в обратный путь, но к ужину уже явно не успевали. И чтобы избежать очередного витка ссор, мы с братом, сверкая пятками, понеслись домой.

– Как я заметила, такие мечи есть у твоего брата, и они подходят ему как нельзя лучше. Я думаю, ты знаешь, что вулканическая сталь усиливает магию…

– Да, нам рассказывали в Академии, но тогда мы еще об этом не знали. А что касается твоего намека на воровство – ведь я правильно тебя понял? – ни я, ни Леон не считали это лучшим способом достигнуть желаемого.

– Ах, какие вы благородные, прямо рыцари, – усмехнулась Астель.

– Ну, поступи мы по-другому, были бы безглавыми рыцарями. Двум подросткам связываться с хирдом[7] гномов, пусть и неполным, было бы неразумно. Но встретиться с ним еще придется, я расскажу об этом чуть позже.

– Ты меня интригуешь, Дакар! Продолжай.

– А дальше мы вернулись в деревню. Но деревни уже не было. Ни один дом не уцелел. Лишь кроваво-красные угли говорили о том, что пожар прекратился совсем недавно. Мы побежали к нашему дому. Умом-то мы понимали, что выжить здесь никто не мог, но безумная надежда все равно теплилась в наших сердцах. Увы, она разбилась, как гномий хрусталь. Сначала мы увидели отца: он лежал во дворе с мечом и щитом в руках. Вокруг него валялось около семи изрубленных тел мужчин в желто-оранжевом военном обмундировании. Эти цвета в Империуме знает любой мальчишка. Оранжевый дракон на желтом фоне – герб Хирума. Мы были в отчаянии: если отец умер здесь – значит, мать была в доме, и… Не зная, что делать, мы стояли у развалин нашего дома и испуганно озирались по сторонам.

Через некоторое время наше внимание привлекли клубы дыма, поднимавшегося за деревьями у реки. Я подумал, что там идет бой и, возможно, кто-то из деревни еще жив и нуждается в помощи. Схватив отцовский меч, я приказал Леону найти безопасное место и не высовываться, пока я не вернусь. Ага, послушался он меня! Молча взяв отцовский щит, Леон помчался за мной.

Когда мы добежали до реки, наша помощь была уже не нужна. Сбившись в ватагу[8], наши мужчины смогли пробиться к кораблям Хирума и поджечь их. Потушить огонь хирумцы не могли – староста деревни владел огненной магией, и тут уж ничего не поможет.

Повсюду были трупы – и наших деревенских, и солдат Хирума. Всматриваясь в них, мы брели по берегу и наткнулись на повозку. У нее подломилась ось, и она была брошена. Потом Леон заметил, что колея на заброшенной дороге, ведущей в сторону Сальдора, стала глубже. Скорее всего, не так давно там проезжали груженые повозки. Мы решили предупредить сальдорцев и со всех ног бросились к городу.

Преодолев половину пути, мы услышали звуки боя. Прибавив скорости, бросились вперед. Как оказалось, дрались гномы – это их караван проехал по заброшенной дороге, так что особой опасности для Сальдора не было, – а дрались они с хирумскими воинами. Гномам явно повезло с местностью: густые заросли не давали их окружить, и при меньшей численности – с полсотни, наверное, – они успешно оборонялись.

Мы кинулись на помощь к гномам и, подоспели вовремя: хирумцы усилили натиск. Но гномы, что ни говори, умеют драться. Хоть и маленькие, а такие храбрецы. Насколько я понял, солдаты хотели захватить молодого, богато одетого гнома, чья повозка была в центре каравана. Нужно отдать ему должное – он не прятался за спины товарищей и ловко орудовал мечом. Леон вытащил меч из рук убитого хирумца и ввязался в бой, а у меня был меч отца. Мне удалось заколоть солдата, атаковавшего молодого гнома, и тут я заметил, что мой брат в опасности. Ударом ноги в щит офицер хирумцев отбросил Леона на ближайшую повозку и занес над ним клинок. Я подскочил к нему, и это спасло брата – хирумец переключился на меня, я едва успевал отражать его удары, настолько он был ловок. И, когда я уже подумал, что мне пришел конец – не отбиться, в тело офицера вонзился клинок. Леон… Он где-то раздобыл цепные мечи. Потом уже я узнал, что они были в одной из повозок каравана. Расправившись с офицером, он нажал на спусковой механизм, и острое лезвие с тихим шелестом пробило навылет живот другого хирумца, пригвоздив того к борту повозки. Еще мгновение, и гном-возница снес солдату голову взмахом секиры.

– Удивительно, я и не знала, что деревенских мальчишек, пусть даже их отец был легионером, учат управлять легендарным гномьим оружием, – покачала головой Астель.

– А нас и не учили. Просто мы видели, как на рынке один из гномов демонстрировал свое мастерство в обращении с оружием. В том числе и с цепными мечами. Особенно нас впечатлило, как одним взмахом он разрубил свиную тушу пополам вдоль хребта.

– Да уж, мальчишек всегда завораживают кровавые зрелища. Но все-таки мне хочется узнать, чем закончился бой и кто был тот богатый гном. Ты ведь не зря его упомянул, так?

– По-моему, ответ очевиден: нас убили, – рассмеялся Дакар, но Астель даже не улыбнулась. – Ладно-ладно, сейчас расскажу, могла бы и не спрашивать. Бой завершился тем, что все хирумцы были перебиты. Мы оказали помощь раненым гномам. Нам повезло, я и Леон отделались ушибами и порезами. Брат спросил одного из караванщиков, где тот богатый гном, а потом мы увидели его – он сам подошел к нам.

«Благодарю вас за помощь, люди, – воскликнул он. – Вы подоспели вовремя. В противном случае мне бы никогда не довелось снова увидеть великие залы Азуриса. Я Гаундрундир, наследник рода Диров, но для вас, друзья, просто Гаудир».

«Спасибо за добрые слова, – поблагодарил я гнома. – У нас с вами общий враг. Хирумские псы сожгли нашу деревню и убили наших родителей. Мы помогли бы любому, кто сражается с ними».

«Прошу прощения, что без разрешения воспользовался вашим оружием. Я увидел в повозке цепные мечи и, не раздумывая, схватил их. Классная штука! Даже жаль расставаться», – Леон со вздохом протянул мечи гному.

Гном молча взирал на Леона, а потом вдруг резко дернул себя за бороду и разразился оглушительным хохотом:

«За полтора года странствий мне довелось пообщаться с огромным количеством людей. Среди них были и обычные, и благородные, и все желали купить мой товар, хотя он стоит дорого. Но не всё в этом мире оценивается золотом. Прими эти мечи в знак моего уважения и благодарности».

Леон дар речи потерял, так и стоял с открытым ртом некоторое время, а потом выдавил:

«Благодарю вас за столь щедрый дар…»

«Будь добр, подойди сюда», – обратился гном ко мне.

Махнув рукой одному из караванщиков, он что-то сказал ему, тот побежал к повозке и, вытащив из ее недр сундук, принес его нам. Гном открыл сундук, и я увидел щит и меч на синем бархате.

«Это оружие выковал мой предок. Он завещал отдать его достойнейшему. Так уж вышло, что за несколько столетий никто из членов моего клана не проявил себя должным образом. Но ты, юноша, дрался как лев, и я отдаю это оружие тебе».

Теперь уже я потерял дар речи, но от такого подарка, конечно же, не отказался.

Наступила ночь. Мы помогли гномам погрузить раненых и тела погибших в повозки. Тела хирумских солдат стащили в одну кучу недалеко от дороги и, полив маслом, сожгли.

Пора было возвращаться в деревню. Добрались мы туда под утро и сразу занялись погребением родителей. Вернее, похоронили только отца – тело матери мы так и не нашли.

К полудню в деревню прибыл отряд гвардейцев из Сальдора. Один из офицеров спросил нас:

«Эй, ребята, вы из этой деревни?»

«Да, – ответил я. – Только деревни уже нет».

«Сочувствую вам, ребята, – смущенно кашлянул офицер. – На старой дороге мы видели обгорелые трупы. Судя по всему, с убийцами ваших односельчан кто-то расправился».

«Да, это так, – кивнул я. – Им не повезло встретиться с гномами. Хирумцы, видно, думали, что легко расправятся с ними и поживятся добром из каравана, но не тут-то было».

«Мы с братом застали конец боя и даже убили пару хирумских псов», – со злостью добавил Леон.

Офицер задумчиво посмотрел на нас, затем перевел взгляд на ряды свежих могил и продолжил:

«Если у вас есть желание посвятить свою дальнейшую жизнь защите справедливости, я напишу для вас рекомендательное письмо. Покажите его Альнору, легату формирующегося легиона „Элиот“. Они сейчас в тренировочном лагере рядом с городом Берност. Это в семи днях пути по южному имперскому тракту».

«Господин офицер, могу ли я задать вам вопрос?» – спросил я.

Офицер кивнул.

«Как так вышло, что корабли хирумцев смогли заплыть вглубь Империума?»

Офицер опустил голову.

«Не знаю, ребята. А что касается боя, в котором вы приняли участие… Мы о нем знали… Торговец, снабжающий нас провиантом, хотел пополнить запасы в деревнях и тоже поехал по старой дороге. Но спустя час он примчался обратно верхом на кобыле, едва не загнав ее. Он-то и рассказал нам, что видел, как хирумские солдаты напали на караван. Я объявил тревогу, но, как назло, большая часть нашего отряда была в увольнении. Пока мы всех собрали, наступило утро…»

Потом гвардейцы отправились прочесывать ближайшие территории – вполне возможно, что недобитые захватчики могли где-то затаиться.

– Да… Теперь понятно, откуда у вас такое оружие, – промолвила Астель. – Гномы всегда были благодарны тем, кто протягивает им руку помощи. И, как я понимаю, вы воспользовались предложением офицера.

– Ты угадала. На следующее утро мы с Леоном отправились в Сальдор, чтобы найти офицера и взять у него обещанную рекомендацию. Связать свою жизнь с войсками мы решили уже давно. Капитана в городе мы не застали, но он, я думаю, предвидел, что мы явимся, и письмо оставил. Больше в этих местах нас ничего не держало, собственно, так и закончилось детство.

Глава 3

В легионе

Путь до Берноста был не из легких. Но дорогу осилит идущий. Несмотря на все трудности, к вечеру шестого дня мы почти дошли. Ночь близилась, и было решено остановиться в придорожном трактире.

Пересчитав деньги, которых было совсем немного, мы с братом сняли комнату, сменили запыленную одежду и спустились в зал поужинать. Все вместе нам обошлось в семь золотых ниалов[9].

Еда была простой, вкусной и сытной, и после нее клонило в сон. Мы уже собрались встать из-за стола, но тут случилось непредвиденное. По лестнице даже не сбежала, а буквально скатилась хорошенькая девушка. Оглядев зал затравленным взглядом, она бросилась к нам.

«Прошу вас, спасите меня от этих негодяев!» – взмолилась она.

Ее преследовали двое мужчин звероподобного вида. «Заткнись, дура! – угрожающе пробасил один из них и схватил девушку за руку. – А вы, мелюзга, не лезьте не в свое дело».

Не успел я и рта открыть, как Леон, вскочив, схватил со стола глиняную кружку и со всей силы запустил ее в гориллу. Лучше бы он этого не делал… Осколки еще не успели упасть на пол, как в челюсть моего брата врезался не хилых размеров кулак. Леон упал навзничь. Выше я сказал «лучше бы он этого не делал», но на самом деле мой брат все сделал правильно. Воспользовавшись моментом, девушка вырвалась и стремглав кинулась к двери. Ее обидчики рванули за ней, но тут я вышел из ступора и метнул им вслед стул. Мой бросок был удачный – он врезался в спину одного из преследователей, и тот полетел на пол. Второй притормозил от неожиданности и я, войдя в раж, зарядил ему ногой в пах. Он взвыл и свалился рядом со своим приятелем.

В зале было довольно много народу, но желающих подраться больше не оказалось. Наоборот, у нас нашелся защитник: хозяин постоялого двора вытолкал обоих громил, пригрозив им, что если те вернуться, он позовет гвардейцев. Не думаю, что эти парни, оказавшись на свежем воздухе, погнались за девчонкой – да и она уже была далеко.

Я помог подняться Леону. Ничего такого особенного с ним не произошло. Скула распухла, да, но зубы оказались целы. Решив больше не испытывать судьбу, мы поднялись в свою комнатушку, хотя сон, признаться, как рукой сняло.

Ночь прошла спокойно, громилы не вернулись, и с рассветом мы тронулись в путь. К обеду мы подошли к лагерю легиона. Место оказалось примечательным. Лагерь окружали высокие деревянные стены. По периметру высились вышки, на которых стояли дозорные.

Мы подошли к воротам, назвали начальнику караула свои имена и сказали, зачем прибыли. Выслушав нас, он попросил подождать и отправил в лагерь одного из солдат с письмом, которое мы ему передали.

Вскоре солдат вернулся и сообщил, что легат Альнор готов нас принять. Мы прошли в лагерь. И я, и Леон с любопытством вертели головой. Лагерь напоминал нам муравейник – так много там было народу. С кухни тянуло запахом готовящейся еды, и я сглотнул слюнку – есть хотелось зверски. Между бараков сновали солдаты, перетаскивающие какие-то ящики, из кузни доносились размеренные удары молота.

Штаб располагался в двухэтажном здании в центре лагеря. У входа был воткнут штандарт. Солдат, сопровождавший нас, перехватил мой взгляд, подмигнул и развернул полотнище. Мы увидели волчью голову, а в пасти – обрывок цепи.

Комната легата обставлена была скромно. В центре – большой круглый стол, на котором лежали карты. У стенки – стол поменьше, за ним сидел офицер и что-то писал под диктовку брутального мужчины лет примерно сорока.

«Приветствую вас, молодые люди, – поздоровался с нами мужчина. – Я – Альнор. Мой старый друг лестно отозвался о вас в своем письме и просил, чтобы вас приняли в легион. Но, надеюсь, вы понимаете, что наш легион не ополчение, всех подряд в него не берут. Вам придется выдержать несколько испытаний. Во-первых, вы должны продемонстрировать свои знания. Идиоты, не способные написать свое имя, нам не нужны. Во-вторых, я должен убедиться в том, что вы умеете обращаться с оружием. В-третьих, мы испытаем вас на выносливость. Как? Да просто – в полном облачении легионера вы, ребята, пройдете дистанцию в десять миль. Если не загнетесь, буду рад видеть вас в наших рядах. А займется вами сотник Дастер».

«Прошу за мной, юноши», – раздался голос у нас за спиной.

Обернувшись, мы увидели молодого мужчину с нашивками сотника.

«Сотник Дастер – это я. И не думайте, что я сделаю вам поблажку».

Дастер провел нас к какому-то дому и объяснил, что здесь живут старшие офицеры.

«А младшие?» – простодушно спросил Леон.

«А младшие живут вместе с солдатами», – улыбнулся Дастер, и я понял, что бояться его не стоит.

Мы прошли по коридору вдоль ряда запертых дверей, поднялись по лестнице на второй этаж и оказались в комнате сотника. Первое, что бросилось в глаза, – оружие, оно было развешено и расставлено буквально везде, не комната, а оружейный склад. На наш невысказанный вопрос Дастер ответил, что это – трофеи, которыми он завладел в боях. Потом он усадил нас за стол, положил два бланка, придвинул пузатую чернильницу и выдал перья.

«Прежде чем вступить в легион, ребята, вы должны заполнить эти бланки. Но сначала, внимательно прочитайте все пункты. Служить в легионе непросто. Не хочу вас пугать, но военная служба есть военная служба, всякое может случиться. Вступая в легион, вы обязуетесь отслужить двадцать лет. Двадцать, повторю, некоторые и не живут столько. За службу вы будете получать ежемесячную плату. Рядовые солдаты у нас получают пятьдесят золотых ниалов, десятники – триста, сотники – тысячу монет и тысячники – три тысячи. Кроме того, вы будете поставлены на довольствие и вам выдадут снаряжение».

Пятьдесят ниалов для начала и бесплатная еда меня вдохновили, и рука уже потянулась за пером, чтобы подписать бланк.

«А что значит „с. п. 1“ в пункте „Несчастные случаи“?» – вдруг спросил Леон.

«Это ссылка на единый для всех имперских легионов Устав. Там говорится, что в случае гибели легионера, даже если он лишится жизни не на поле боя, его семье будет выплачена тысяча золотых монет», – ответил Дастер.

«Не на поле боя? Это как?»

«Я уже говорил: всякое может случиться. Например, испепеление драконом в процессе проведения банных процедур в реке. Иногда наши корабли атакуют морские чудовища, кого-то утаскивают подземные змеи. Некоторых наших офицеров заклевали их собственные ездовые грифоны… не кормили они их, что ли? В целом список длинный, но не переживайте: кому суждено утонуть, тот не сгорит, – обнадежил сотник. – Ну, есть еще вопросы?»

Мы помотали головой.

«Тогда вперед, мальчики. Надеюсь, вы умеете писать».

С заполнением бланков мы справились быстро, и Дастер повел нас на плац – проверить, насколько мы умеем владеть оружием. Выстрелив из лука, и я, и Леон попали если не в «яблочко», то где-то рядом с ним. А когда нам выдали мечи и предложили пофехтовать с кем-то из легионеров, Дастер был приятно удивлен.

«Кто учил вас владеть оружием?» – сразу же последовал вопрос от Дастера.

«Наш отец, Дастиан, ветеран легиона „Эстендер“», – с гордостью ответил я.

– «„Эстендер“? – присвистнул сотник. – Да… Легендарный легион, уважаю».

«А чем он знаменит? – спросил мой брат. – Отец нам почти не рассказывал про свою жизнь, и про легион мы мало что знаем».

«Сорок лет назад, когда хирумцы вторглись в наши земли, легионеры „Эстендера“ атаковали ставку вражеского командования. Мэрил, царь Хирума, погиб. Вскоре после этого хирумцы отступили. Война была кровавой, мы понесли огромные потери. Легион „Эстендер“ пал почти весь, выжило около двух сотен. Наш император высочайшим указом наградил всех оставшихся в живых легионеров орденом „Герой Империума“. Также они получили пожизненное жалованье и небольшой земельный надел. После войны „Эстендер“ был расформирован, а его знамя теперь хранится в зале славы в императорском дворце. Ну а теперь подросли дети героев, – подмигнул нам Дастер. – Ваш отец может вами гордиться, вы хорошо владеете оружием. Правда, немного подучиться все-таки стоит. Это не является военной тайной, поэтому могу сказать: Хирум объявил войну свободным государствам и попытался прорвать морские рубежи на северо-востоке. Большую часть их кораблей нам удалось сдержать. Но несколько кораблей, которым помогли темные эльфы, все же прошли в устье реки Ридия. Признаться, не думал, что эти отщепенцы дроу заключат союз с Хирумом, учитывая, что из всех рас они признают только себя… Гонцы донесли, что прорвавшиеся корабли были уничтожены у деревни Айвер. Но сама деревня была уничтожена, выжили только двое…»

«И теперь эти двое, хотят вступить в легион, – твердо произнес я. – А наш отец… он погиб».

«И мать», – выдавил Леон.

«Сочувствую вашей утрате, но если вы ищите мести, то нам с вами не по пути».

«Вы предлагаете нам все забыть и простить их?!» – выкрикнул брат.

«Нет, прощать нельзя, – спокойно ответил сотник. – Но одна из главных задач легионера – остаться в живых. Тот, кем движет месть, роет сразу две могилы – врагу и себе. А точнее, четыре – врагу, себе и двум товарищам, что сражаются справа и слева от него. Несложная арифметика, правда? Месть лишает рассудка, парни».

Леон сжал кулаки, но промолчал.

«Если у вас нет вопросов, – продолжил Дастер, – то перед тем как приступить к заключительному испытанию, я обязан спросить: есть ли у вас личные вещи?»

Мы молча кивнули и достали из сумок подаренное гномом оружие. У Дастера буквально отвалилась челюсть. Позже я подумал, что и у меня она бы отвалилась: босые, оборванные подростки, и у них вдруг – шедевры оружейного мастерства! Но Дастер довольно быстро пришел в себя. Покачав головой, он сообщил нам, что пользоваться личным оружием мы сможем только после получения звания младших офицеров, а до тех пор оно будет храниться в сейфе, записанное на наше имя.

Спорить было бесполезно, да мы бы и не решились. Дастер проводил нас к человеку, который отвечал за хранение ценностей, и после всех формальностей (опись, расписка в получении) повел меня и брата получать снаряжение. Через десять минут мы были у кладовщика, которого звали Михитон. Тот провозился с нами довольно долго – не так-то просто подобрать для подростков все необходимое, но все же он справился с задачей, и мы – это радовало больше всего – наконец-то получили оружие.

В сопровождении Дастера мы пришли на лесную опушку. Кроме нас, там были и другие желающие вступить в легион. Один из офицеров приказал нам с Леоном занять место в конце строя, так как мы были самыми маленькими по росту.

Дастер громогласно объявил, что это последнее испытание и что после него большинство будут отсеяны. Легион почти укомплектован, и примут всего два десятка человек, а остальным придется ждать, когда появятся свободные места.

«У нас все по-честному. Кто первым придет к финишу, тех и возьмем. Использовать оружие и наносить физический ущерб конкурентам запрещено. За ходом испытания будут наблюдать наши офицеры. Что ж, желаю удачи, пусть победят сильнейшие».

Дастер ушел, а офицеры, оседлав коней, объявили о начале забега.

– И вы, конечно, пришли первыми, – с легкой иронией произнесла Астель.

– Честно говоря, мы были девятнадцатым и двадцатым. Забег оказался труднее, чем мы представляли. Да и забегом это назвать трудно. Там столько было ловушек, что только и гляди. Те, кто помчался слишком резво, ноги переломали. Потом офицеры говорили, что поспешать надо медленно. Мол, поле боя – это не прогулка в парке, привыкайте.

– Интересно, а кто был первым?

– Как кто? Конечно я, красавица! Странно, что ты спрашиваешь, – раздался голос Нериона; он подошел к костру в компании Леона. – Поскольку сегодня у нас вечер воспоминаний, то я тоже, пожалуй, поведаю свою крайне печальную историю. Надеюсь уткнуться в вашу соблазнительную грудь и дать волю слезам.

– И не мечтай, болтун, – засмеялась эльфийка.

– Ну, раз все согласны, я начну! – сказал Нерион, усаживаясь поближе к Астель. Но, увидев, как она нежно поглаживает рукоять кинжала, подвинулся к Леону: – Пожалуй, стоит уточнить, что этих двух неудачников все-таки взяли в легион. Хотя им было далеко до меня!

Глава 4

Судьба, что прокладывает наш путь

Сколько себя помню, я жил один. Скитался по дорогам, перебивался случайными заработками, а когда не получалось найти работу, воровал. Вас это смущает? Да бросьте! Я предпочитаю брать от жизни все, что она может предложить. Тех, кому моя позиция не по нраву, я не осуждаю. Мне бы тоже не понравилось, если б меня обворовали, – засмеялся Нерион. – В общем, все шло отлично. До одного не самого удачного дня.

Однажды я оказался в столице Империума – Эридиуме. Не знаю, зачем я вообще туда приперся. Обычно я старался избегать больших городов. Но меня туда прямо тянуло. Возможно, это судьба, – Нерион подмигнул Астель, но, не дождавшись никакой реакции, вздохнул и продолжил: – Работу там найти было нереально, поэтому я решил просто погулять по улицам, поглазеть на красоты и на следующий день отправиться дальше. Благо, деньги у меня были. Да и выглядел я неплохо. Костюм мой, купленный недавно, хоть и пропылился изрядно, но по-прежнему смотрелся что надо.

Вызывать лишнее внимание к своей персоне я не хотел, и поэтому отправился в квартал ремесленников. Там таких как я полно, никто мою личность не заприметит.

Поиски трактира не заняли много времени. Спросив у прохожих о заведении, где хозяин не дерет лишнего за постой, я отправился в трактир «Пьяный Грифон». Так себе трактиришко, прямо вам скажу, но вывеска была примечательной. На ней был изображен грифон, опрокидывающий в пасть бочонок пива. Передав коня подбежавшему слуге – ах да, совсем забыл, у меня был конь, – я зашел внутрь и, поторговавшись с хозяином, снял комнату на три дня. Это обошлось мне в пять золотых ниалов. Ужинать было рано, и я отправился прогуляться. Столица мне понравилась. Там никто не выливал помои из окон прямо на улицу, да и попрошаек было немного.

Когда начало темнеть, я отправился обратно в трактир. И решил срезать путь через небольшую улочку. Улочка была довольно людная, и я невольно стал прислушиваться к разговорам. Главной новостью был бал, что устраивал граф Валенский в честь совершеннолетия своей дочери Альзы. Бал? Для меня это был отличный шанс поживиться. В карманах у аристократов полно денег, да и стибрить парочку-другую драгоценных цацек для меня не составило бы труда. Самое главное, после бала быстро покинуть город: проблемы с гильдией воров, в которой я не состоял, мне были ни к чему.

Добравшись до трактира, я быстро привел себя в порядок, почистил костюм и отправился на бал. Пройти в замок графа не составило труда – меня почему-то приняли за богатого иностранного купца.

Граф, конечно, жил роскошно. По периметру зала стояли накрытые столы. Слуги разносили изысканные яства на золотых блюдах и наливали лучшие вина в золотые кубки. И все это под пение менестрелей. Поесть я всегда был не дурак и, конечно, дал себе волю. Повара у графа были великолепны, для королей, наверное, так не готовят. Ну, ладно, ладно, не буду возбуждать у вас аппетит.

Пора было приниматься за дело, в конце концов, не есть же я туда пришел. Но не успел я оглядеться, чтобы выбрать подходящий карман, как началось самое интересное. Граф под руку со своей дочерью вышел в центр зала и объявил, что начинаются танцы. Заиграла музыка, закружились пары. Я тоже люблю танцевать и устоять не смог, подождет карман. Найти себе партнершу было не сложно. На такие балы часто приходят одинокие девушки, ищущие неземную любовь. Ну, по крайней мере, они сами так считают, а я-то считаю, что они ищут выгодную партию.

Не танцующие гости собрались в группы по интересам. Одни хвастались выгодной сделкой, другие рассказывали о дорогих жеребцах, а кто-то – о чужих интрижках и своем участии в них. В общем, обычные светские сплетни.

Натанцевавшись, я стал переходить от одной группки к другой и неплохо поживился. Решив, что искушать судьбу больше не стоит, я стал продвигаться к выходу. Но, видимо, судьба решила повернуться ко мне своей пятой точкой. Нежные девичьи руки подхватили меня под локоть, а голосок проворковал:

«Я уже обещала танец этому молодому человеку».

Единственная мысль, которая была в тот момент у меня в голове: «Я попал!»

«Ну что ты стоишь, остолоп, – услышал я другой голос, мужской. – Графиня удостоила тебя чести потанцевать с ней».

Обернувшись, я увидел компанию молодых дворян, не обремененных заботами о пропитании. Если продать вещи, что были надеты на каждом из них, можно было бы купить небольшую деревню. Мне хотелось огрызнуться, сказать что-нибудь эдакое, но это было опасно. Выразив свою благодарность графине и восхитившись ее красотой, я повел ее в центр зала.

«Спасибо, что согласились на эту небольшую игру. Простите, не знаю вашего имени…»

«Младший баронет Нерион, из рода Терции», – брякнул я.

Дослушав хохот собравшихся у костра, Нерион продолжил:

– Представляете, она мне поверила.

«Прошу вас простить меня за навязчивость, – промолвила она, – но этот мальчишка Берсье из рода Дарсенов совсем утомил меня своим вниманием».

«Что вы, сударыня, танцевать с вами большая честь и огромное удовольствие для меня», – я старался двигаться плавно, чтобы в карманах не звенели монеты и прочее.

«Вы мне льстите, Нерион. И пожалуйста, зовите меня просто Альзой. Ни к чему эти светские формальности».

Когда музыка стихла, я собирался незаметно ускользнуть, но у Альзы были другие планы.

«Ах, Нерион, неужели вы уходите? Вечер только начался. Не откажите мне в удовольствии насладиться вашей компанией подольше. Все-таки у меня сегодня день рождения. Будем считать это вашим подарком», – мило улыбнулась Альза.

Выбора у меня не было: незаметно уйти после таких слов я уже не мог. Но, скажу честно, от общения с ней я получил столько удовольствия! Мы говорили и танцевали, танцевали и говорили. Мне казалось, что мы говорим обо всем и ни о чем, и это было здорово! Слушать ее голос мне было невыразимо приятно.

Но все хорошее имеет свойство заканчиваться – подошел к концу и бал. Пришло время расставаться. Раньше я легко сходился и расходился с девушками, но на этот раз сама мысль о том, что мы больше не увидимся, причиняла мне боль.

Поблагодарив Альзу за прекрасно проведенное время, я еще раз поздравил ее и направился к выходу.

«О, Нерион, – неужели это все?» – догнал меня ее голос.

Обернувшись и посмотрев в ее глаза, полные мольбы, я ответил:

«Если судьба будет благосклонна к нам, то мы непременно встретимся вновь».

– Как неожиданно, Нерион… Ты был искренен с ней или просто сказал то, что она хотела услышать? – спросила Астель, ворочая палкой угли в костре.

– Не знаю… По крайней мере, я был предельно честен. Я действительно хотел бы с ней встретиться, но понимал, что эта встреча не принесет нам обоим ничего хорошего. По дороге в трактир, я уже не был так уверен, что покину город, как планировал ранее.

Глядя на огонь, Леон добавил:

– Я помню, как-то в лагере ты уже рассказывал что-то подобное, но конца истории я так и не услышал. Было бы интересно узнать…

Взгляд Нериона стал мечтательным, на его лице блуждала легкая улыбка. Но длилось это недолго. Неожиданно он поднялся и в своей обычной шутливой манере произнес:

– Пусть тайна останется тайной. Возможно, когда-нибудь я и поведаю вам всю историю целиком, но не сегодня. Хоть ночь и длинна, рассвет уже близится, и нам скоро выдвигаться.

– В этот раз наш балагур высказал дельную мысль. Впереди трудный бой, нам следует отдохнуть и подготовиться, – произнес Дакар вставая.

Все разошлись по своим отрядам, но Дакару поспать в ту ночь так и не удалось. Было много дел, требовавших его внимания. Тревожным сном забылись только солдаты, да и то не все.

Глава 5

Тайные тропы

Сотня покинула лагерь за час до восхода солнца. Штурм планировалось начать через четыре часа. Переход был несложный, и это настораживало Дакара. Странно, что по пути на них никто не пытался напасть, да и ловушек было не так много. Но потом Дакар решил, что просто хорошо сработала разведка: враг действительно не ждал атаки с этой стороны.

Вход в крепость охраняли всего полтора десятка хирумцев, меньше, чем они ожидали. Дроу не было видно, но скорее всего это означало, что они засели внутри тоннеля.

По приказу Дакара лучники Астель сняли всех солдат одновременно. Воины из десятка Нериона надели хирумские накидки поверх своих: в крепости не сразу разберутся, кто есть кто. Правда, имперцы мало походили на уроженцев юга, так что разоблачения было не избежать.

Оставив нескольких воинов прикрывать тылы, отряд начал продвигаться вглубь тоннеля. А потом случилось то, что должно было случиться: имперцев взяли в клещи. Авангард вел бой в тоннеле с дроу, а Арьергард в это время атаковали хирумцы, подошедшие неизвестно откуда. Видимо, без магии тут не обошлось.

– Всем продвигаться вперед, постараемся отбиться в узком пространстве, на открытой местности нас сомнут! – крикнул Дакар. – Нерион, на тебя вся надежда, иди, а я попробую сдержать их здесь!

– Десятки Хадмира и Тальнора, за мной! – скомандовал Нерион. Прежде чем скрыться в тоннеле, он повернулся к Дакару: – Командир, держись. Без тебя штурмовать крепость мне не улыбается.

Дакар согнул руку в локте и сжал кулак, показывая, что с ним все будет хорошо. Потом повернулся к эльфийке.

– Астель, вся надежда на твоих лучников, только как бы они в этой сече нас не пристрелили.

– Не шути, сотник. Мои эльфы не страдают косоглазием! – Подтверждая свои слова, Астель пустила стрелу прямо в глаз одному из солдат противника.

Поначалу оборона была успешной. Солдаты Дакара, прикрываясь щитами, заблокировали вход в тоннель. Нападающим было сложно поразить их – стрелы отскакивали от металлической обшивки. Если кто-то приближался слишком близко, в ход шли короткие копья, которыми было удобно защищаться. Лучники Астель стреляли без остановки. Дакар поражался их меткости – они без труда попадали в узкие зазоры между щитами противника. Потери хирумцев были велики. Но они продолжали атаку. Их было так много, что казалось, чья-то невидимая рука рисует все новые и новые шеренги.

Дакар приказал отступить своим солдатам на десять шагов назад. Не потому, что имперцам трудно было удерживать позицию, – перед входом в тоннель выросла гора трупов, и она закрывала обзор. Из легионеров никто не погиб, но раненые были. Место тех, кто не мог продолжать сражение, заняли их товарищи, шеренга сомкнулась еще плотнее.

Но откуда берутся эти чертовы колонны хирумцев? Когда наконец захлебнется атака? То, что происходило перед тоннелем, не нравилось Дакару, и не только ему.

– Дакар, ты тоже считаешь, что без магии здесь не обошлось? – спросила Астель.

– Да, верно. Все это напоминает один из темных ритуалов дроу с обильным жертвоприношением. Другой причины посылать столько солдат на убой я не вижу. Нужно продвигаться вглубь, вслед за Нерионом, пока не поздно.

– Иди, мы прикроем, сотник!

– Отходим в глубь тоннеля! Сохранять строй! – отдал приказ Дакар.

Когда до отряда Нериона оставалось совсем немного, по полу зазмеились трещины, и Дакар понял, что его худшие опасения оправдываются. Магия… С помощью заклинания «гранитного молота» дроу решили обвалить свод.

– Прижимайтесь к стенам, ребята, – прокричал он, но было поздно. Сверху посыпался град камней, земля разверзлась, и легионеры полетели вниз.

Тоннель оказался с двойным дном – те, кому повезло уцелеть, упали на галерею нижнего яруса, где можно было укрыться за выступающими гранитными козырьками.

– Эй, кто живой? Отзовитесь! – крикнул Дакар, поднимаясь.

С разных сторон слышались стоны. Кругом была кромешная тьма, Дакар не мог даже руку свою рассмотреть. В магии огня он был не силен, это конек Леона – поджигать даже то, что гореть не может. И все же он вспомнил заклинание, чтобы из подвернувшегося камня сделать «светляк» – подобие фонарика. Света от него было немного, но все же. Подняв «светляк», Дакар огляделся. Те, у кого были силы, помогали раненым. Эльфы Астель не пострадали, если не считать задетого самолюбия. Леон? – забеспокоился сотник и поискал глазами. Его брат лежал без сознания рядом с большим валуном, из-под которого торчали чьи-то ноги. Дакар хотел подойти и помочь ему, но услышал странные звуки.

– Внимание! – крикнул он. – Всем стать в круг, эльфов и раненых в центр! – Приведите кто-нибудь десятника в чувство, – добавил Дакар, показывая на брата. – Потом выспится!

Астель плеснула в прорезь забрала Леона воды из фляжки. Леон недовольно фыркнул и затряс головой.

Звуки между тем приближались.

– С добрым утром, братишка! Выспался? – с ехидством спросил Дакар, обращаясь к Леону.

– Под такую какофонию не поспишь, – улыбнулся Леон. – Посветить?

Дакар кивнул, и Леон, щелкнув пальцами, сотворил большой огненный круг. Теперь уже ни у кого не было сомнений в том, кто к ним приближался.

– Знакомые зверушки, – сказала Астель, сморщив нос.

– Шанты! И их тут несколько десятков! – воскликнул Леон.

– Готовимся к бою, щиты сомкнуть, держать позиции! Эльфы, стрелять по готовности! – приказал Дакар. – Дадим отпор этим тварям!

Глава 6

Заброшенный город

Шанты были созданы темными эльфами в незапамятные времена. Действительно, твари – что-то вроде помеси гиены и крысы. В длину около двух метров, тела покрыты шерстью, шестипалые лапы, похожие на человеческую кисть, лысый хвост и вытянутые челюсти, способные перегрызть стальной прут. Шанты прекрасно ориентировались под землей. Зрение у них было слабоватым, но этот недостаток с лихвой компенсировался превосходным слухом и обонянием. По одной капле крови они могли найти жертву за многие мили. И они были поразительно живучими – даже с пронзенным сердцем шли в атаку. Сразу убить особь можно было только одним способом – отсечь ей голову.

Как свидетельствуют источники, сотворили этих тварей для развлечения публики в главный праздник темных эльфов – День Зариса. Зарис был первым дроу, вступившим на Альдрус. Хоть про темных эльфов и говорят, что они не любят развлекаться, но День Зариса был всегда исключением. Главное событие этого торжества – бег рабов по лабиринту «Смерти». Все знатные дома дроу выставляли на бега своих рабов. Самым шиком считалось выставить недавно пойманного иноземца. Невольники начинали забег, а через пять минут в лабиринт выпускали шант. Но если бы только это… На пути бегущих поджидали многочисленные ловушки. Однако из лабиринта все-таки был выход, и некоторым рабам удавалось выжить. Счастливчиков нарекали «ведомыми Зарисом» и отпускали на все четыре стороны. Неожиданная гуманность со стороны дроу! Но на самом деле они просто хотели, чтобы о них узнали по всему свету и чтобы их боялись еще больше.

Шанты сразу же окружили легионеров и эльфов. Огненное кольцо сдерживало их натиск, но не сказать, чтобы это была надежная преграда. То одна, то другая тварь перепрыгивала через языки пламени и нападала на обороняющихся. На глазах у Дакара солдату второй линии разорвали горло. Эльфы стреляли без остановки, но число омерзительных созданий не уменьшалось.

– Как же их много, – воскликнула Астель. – Дроу не могли привести с собой такую прорву. Похоже, их выращивают прямо здесь!

– Дакар, рано или поздно нас сомнут, – прохрипел Леон, разрубая ощерившуюся тварь.

– Что за настроение, братишка? Держать позиции!

– Кажется, у меня есть идея! – с энтузиазмом воскликнул Леон.

Дакар и Астель одновременно посмотрели на него.

– Что за идея? – спросил Дакар с нехорошим предчувствием.

– Ну, помнишь тогда…

Не успел Леон договорить, как Дакар перебил его:

– Даже не думай об этом!

– Да ладно тебе! Тогда ведь получилось!

– Ага, если не считать того, что мы с Нерионом чуть голов не лишились!

– Но не лишились же!

– Твой меч зацепился за колонну. Это единственное, что спасло нас от встречи с костлявой старухой.

– Но тут-то нет колонн!

– Вот именно.

– Может, вы уже закончите препираться, – возмутилась Астель.

– Знала бы ты, что он хочет сделать! – произнес Дакар раздраженно.

– Если это избавит нас от этих чудовищ, я готова поддержать его.

Услышав ее слова, Леон засиял, как новенький золотой:

– В этот раз у меня точно все получится! Я усовершенствовал заклинание.

– Очень надеюсь, – ответил Дакар, потирая внезапно занывшую шею.

Очертив рукой круг, Леон превратил огненное кольцо в стену огня. Воспользовавшись секундным замешательством шант, с помощью скачка[10] он переместился на тридцать метров вперед. Вокруг Леона образовался непроницаемый кокон из пламени, и он, вращая в руках клинки, выполнил свой излюбленный прием – «вертушку». Суть этого приема состоял в том, что клинки в его руках создавали вихрь, огненный смерч, втягивающий в себя с помощью магии все, что находилось вокруг, не оставляя шансов на спасение. Зона притяжения была обширной, и Дакар, зная об этом, приказал легионерам воткнуть копья в землю и покрепче держаться за них и друг за друга. А шантам держаться было не за что, и их моментально засосало в огненную ловушку. Всех.

Когда все закончилось, Леон был похож на трубочиста после долгого рабочего дня. Подойдя к Дакару, он хлопнул его по плечу:

– Ну вот, а ты боялся!

Пришло время подсчитать потери, и они оказались огромными. В живых осталось двадцать девять легионеров и семнадцать эльфов. Почти у всех были ранения, но, к счастью, нетяжелые. Павших солдат не было возможности похоронить, и их тела сложили у стены, чтобы потом сжечь.

– Леон, освети-ка местность, – попросил Дакар.

Леон поводил руками, и вокруг загорелись огни.

Открывшаяся картина поразила их. Оказалось, что галерея, на которую они упали, была крепостной стеной города, построенного под землей. Город был огромен. В период расцвета в нем могли проживать более ста тысяч. Теперь он опустел, и время превратило некогда красивые дома в руины.

– Думаю, прошла не одна тысяча лет, с тех пор как этот город опустел. Да, Древние умели строить на века, – тихо проговорила Астель, когда они спустились вниз, обнаружив каменную лестницу со стертыми ступенями.

– Древние? Никогда не слышал о подобной расе. И учителя нам про них не рассказывали, – удивился Леон.

– Нам, эльфам, известно немногим больше, чем вам. Когда-то в нашем мире жила только одна раса. Истинное название ее история не сохранила. Представители этой расы добились огромных высот в технике, да и в магии, надо полагать. Они правили этим миром тысячелетия, а потом исчезли. Это и есть Древние. Спустя сотни лет в этот мир пришли эльфы… – Астель подняла с земли какой-то предмет и стала рассматривать его. – Те, кто жил в этом мире раньше, уходили явно не в спешке. В городах было пусто. Эльфам редко удавалось найти что-то стоящее внимания. Самое ценное, что попадалось, – книги, но плохо сохранившиеся. Перевести их целиком не удалось до сих пор – «Древний» очень сложный язык.

– Это точно! Как наш учитель ни бился, что я, что Леон едва можем связать на нем пару слов.

– Ваш учитель владеет «Древним»? Этим знанием обладают единицы!

– Не знаю насчет единиц, а наш Анисиус Тодорус готов был обучить этому языку каждого своего ученика, – добавил Леон.

– Командир, впереди замок! – доложил кто-то из солдат. – И он кажется целым! Уж нет ли в нем гарнизона?

– Всем боевая готовность. В замке могли засесть дроу. Нам надо быть готовыми ко всему, – обеспокоенно произнес Дакар.

Словно в подтверждение его слов воздух дрогнул, и сверху посыпались камни, но не на легионеров, а на замок, видневшийся вдали.

– Я заметила несколько падающих фигур! – вскрикнула Астель.

– Насколько я понимаю, примерно в той стороне находится выход из тоннеля, – предположил Леон. – Будем надеяться, это были хирумцы или дроу.

– Что-то мне подсказывает, что тут не обошлось без Нериона… Опять! – тяжело вздохнул Дакар.

– Почему опять? И причем тут Нерион? – повернулась к нему Астель.

Дакар промолчал, а Леон засмеялся:

– Долгая история, потом расскажу.

Сотник приказал ускорить шаг. Что-то подсказывало ему: надо быть настороже, а он привык доверять своему чутью. Отец часто говорил им с братом, что интуиция – лучший друг солдата.

Зрение обмануло их, крепостная стена была разрушена. Массивные железные ворота, сорванные с петель, лежали на земле. Выглядели они так, будто побывали в горниле и оплавились. Что это, магия?

– Где-то недалеко проводится темный ритуал. Я чувствую сильные вибрации, – сказала Астель, натягивая тетиву.

– Приготовиться к бою! Враг близко! – крикнул Дакар.

– Он уже здесь! – произнесла Астель, выпуская стрелу.

Послышался гортанный боевой клич, и на легионеров со всех сторон бросились дроу. Но что-то подобное солдаты и ожидали, поэтому внезапная атака захлебнулась. Дроу было не так много. По приказу Астель светлые эльфы одним залпом уложили первую линию нападавших. Легионеры выстроились в фалангу и закрылись щитами. Леон, взяв копье у одного из солдат, произнес над ним заклинание и метнул в строй дроу. Раздался взрыв, и темных эльфов разметало в разные стороны. Но напирала уже новая волна.

– В атаку! – громко скомандовал сотник, выхватил меч и бросился на противника.

Ударом щита он сбил одного из дроу с ног и атаковал следующего.

Леон, как обычно, вырвался вперед и устроил мясорубку воспламенившимися клинками.

Строй врага распался, и легионеры, разбившись на двойки и тройки, вступили в ближний бой. Бежавший на Дакара дроу упал, сраженный стрелой. Второго нападавшего он, присев, принял на щит и перебросил через себя.

Леон, использовав магию ускорения, дрался с тремя темными. Дроу справа и слева пали одновременно, вспоротые острыми клинками, а третьего он оттолкнул ногой, и тот получил в лоб стрелу, выпущенную кем-то из лучников.

Внезапно Дакар заметил, что четверо дроу прорвались к Астель. Он уже хотел броситься на помощь, но Астель, действуя быстро, убила двоих. Уклонившись от меча третьего, она воткнула ему стрелу в затылок, а затем той же стрелой, вытащив ее и вставив в тетиву, прикончила четвертого почти в упор. Дакар в который раз убедился, что эльфийка прекрасно справится и без него.

Его внимание привлекли отрывистые, похожие на лай, крики – командир дроу пытался восстановить боевой строй. Произнеся слово-ключ[11] «эксан»[12], Дакар ринулся вперед. Дроу разлетелись, как соломенные чучела. Но командир темных не отступил и атаковал Дакара. Клинок дроу не смог пробить броню, но она начала покрываться льдом, быстро истончаясь. Скорее всего, темный владел магией воды. Толкнув его, Дакар понял, что его противник облачился в ледяную броню[13]. «Надо быть с ним осторожным, иначе сам заледенею», – подумал он. Они обменялись серией ударов. Стоит отдать должное командиру дроу: он не только отражал удары Дакара, но и контратаковал его, заставляя защищаться.

Подловив соперника на ложном выпаде, Дакар щитом отвел его клинок в сторону. Потом ударом ноги под колено заставил темного потерять равновесие. Этого хватило, чтобы ловким взмахом меча отрубить ему голову. С глухим стуком голова покатилась по земле.

В это же мгновение Дакар уловил какое-то движение за спиной. Обернувшись, он приготовился отразить атаку, но этого не потребовалось. Три дроу лежали, утыканные стрелами, как подушки для булавок.

Потеряв командира, дроу окончательно утратили боевой дух и обратились в бегство. Легионеры безжалостно добивали бегущих. С поля боя ни один темный не ушел.

Хоть бой и был удачным для отряда Дакара, без потерь не обошлось. Они потеряли шесть легионеров и троих лучников. Теперь их осталось совсем мало – тридцать семь. Если отряд Нериона понес большие потери (о том, что он уничтожен, даже думать не хотелось), выполнить миссию будет почти невозможно.

Но мрачным мыслям не место на поле боя. Дакар уже не сомневался в том, что в замке проводится магический ритуал. Это действо надо было прервать.

Сотник дал солдатам немного передохнуть, и они продолжили путь.

Глава 7

Тайна разрушенной крепости

Разрушения внутри крепости были значительными. Большинство перекрытий зияли пустотой. Относительно целой была лишь центральная часть, и отряд Дакара отправился туда.

По пути они несколько раз попадал в засады дроу. В бой темные эльфы не вступали. Обстреляв легионеров из укрытий, они спешили раствориться в лабиринте коридоров. К счастью, потерь отряд не понес.

Войдя под своды замка, Дакар и Астель почувствовали, что опасный магический ритуал близок к завершению. Им не составило труда отыскать место его проведения: бывший тронный зал.

Ворвавшись в зал, Дакар и его спутники ожидали увидеть худшее: горы трупов, беснующуюся нечисть или что-нибудь в этом роде. Однако зал был пуст. Вернее, не совсем пуст. В центре располагался алтарь, а на алтаре лежал… обнаженный Нерион. На нем сидела голая дроуши. В руках она держала нож, явно собираясь воткнуть его в грудь Нериона.

Первой опомнилась Астель. Не раздумывая, она скинула с плеча лук, натянула тетиву и выпустила несколько стрел в дроуши. Леон метнул клинки. Но, ни стрелы Астель, ни клинки, брошенные меткой рукой, не достигли цели. Зависнув на долю секунды в воздухе, они с грохотом упали на пол в метре от алтаря.

Дроуши разочарованно усмехнулась:

– И принесла же вас нелегкая… Пришли бы вы на пару минут позже, я бы спокойно завершила ритуал.

– Обычно в такие моменты я прошу подождать снаружи, но сейчас, друзья, я несказанно рад вашему появлению, – промолвил покрасневший Нерион.

– Что я слышу, милый? Ведь нам было так хорошо вдвоем… Я огорчена… – произнесла дроуши, надув губки. Потом поцеловала Нериона и слезла с него. – Что ж, раз мне не дали закончить, будем работать с тем, что есть.

Она воздела руки к потолку и что-то гортанно прокричала.

В ту же секунду над алтарем вспыхнула огромная пиктограмма, а по другую его сторону выстроились несколько десятков дроу, у ног которых, как верные псы, сидели шанты.

– Не буду делать тайны, я хотела призвать одно очень злобное существо, чтобы быстренько разобраться с вами. Но, видимо, не судьба. Ритуал не был завершен. Но существо, о котором я говорила, все-таки появится здесь, и из-за вашей бестактности оно будет неуправляемым. Приятного времяпрепровождения, мальчики!

Дроуши открыла портал, впустила в него своих солдат с шантами, а затем зашла сама.

Как только портал закрылся, замок содрогнулся. Не желая терять времени, Дакар приказал солдатам освободить Нериона (он был привязан), а лучникам занять позиции подальше от пиктограммы, которая продолжала сиять.

– Что будем делать, брат? – спросил Леон.

– Если я правильно помню уроки нашего старика Тодо, есть два способа изгнать чудовище – убить призывавшего или уничтожить пиктограмму. Боюсь, у нас остался только один вариант, – сказал Дакар, почесав голову.

– Так это мы быстро, – воодушевился Леон, поднимая меч над головой.

– Стой, идиот! – крикнула во всю глотку Астель.

Леон замер.

– Разрушать пиктограмму можно только после того, как призываемая тварь будет здесь, иначе изгнать ее из этого мира мы не сможем.

– Тогда всем приготовиться! Солдатам без приказа в бой не вступать! Как только мы отвлечем тварь, разрушьте пиктограмму! Нерион, я поручаю это тебе.

– И как я это сделаю? – спросил Нерион, прыгая на одной ноге и пытаясь надеть сапог на другую.

– Как хочешь! – крикнул Дакар, повернувшись к порталу, из которого начало выползать нечто.

Огромная трехметровая человекоподобная тварь. Тело ее покрывала костяная броня. Безволосую голову украшали полуметровые, загнутые на концах назад рога. Пасть была открыта и остроте зубов могла бы позавидовать любая акула. На руках и ногах твари были внушительные когти, которые без труда могли бы проткнуть каменный пол. Отвлечь чудовище было равносильно самоубийству!

Но Дакара и его брата перспектива погибнуть не пугала. Наоборот, их глаза загорелись. Им хотелось вступить в бой. Судя по звериной ухмылке Астель, она разделяла их чувства.

– Вот ведь ненормальные! Вечно вас тянет каштаны из огня задом выдергивать! – громко ругнулся Нерион, присматриваясь к пиктограмме и думая, как бы ее разрушить.

Тварь, уже полностью вылезшая из портала, оглядывалась по сторонам, пуская смрадную слюну. Астель отошла назад, выбирая удобную позицию для обстрела. Леон скачком переместился за спину чудовища, в свою очередь готовясь к атаке. Все глаза были устремлены на Дакара. Крикнув «Эксан!», он ринулся вперед, памятуя о том, что лучшая защита – это нападение.

Тварь лениво ответила, пнув Дакара ногой. Удар был настолько силен, что сотника, прикрывавшегося щитом, откинуло почти на пять метров. Поднимаясь, он увидел, как эльфы осыпают чудовище стрелами, но стрелы отскакивали от него, не причиняя вреда.

Подпрыгнув, Леон переместился на спину твари и с силой ударил двумя клинками в спинную пластину брони. Вывернув руку, как будто ей хотелось почесаться, тварь схватила Леона и широко разинула пасть, намереваясь откусить ему голову. Этим воспользовалась Астель и запустила в пасть «стрелу света»[14]. Эффект был слабее, чем она рассчитывала. Недовольно рыкнув, тварь отбросила Леона, как куклу, и прыгнула в сторону эльфийки. В последний момент Дакар успел прокричать «Крон!»[15], и этим заклинанием ударил по чудовищу, опрокинув его наземь.

Леон, отдышавшись, прыжком переместился на тварь, вонзил в пол по бокам от нее клинки и произнес заклинание, чтобы создать плазменный шар. Грохнуло знатно! Еще бы, ведь это было одно из самых сильных атакующих заклинаний Леона, сам он называл его «Падением звезды». Суть в том, что в радиусе десяти метров температура воздуха достигала двух с половиной тысяч градусов. Сам Леон в этот момент находится в защитном коконе, который не позволял ему погибнуть.

Но когда пламя перестало бушевать, все увидели, что тварь жива, хотя ей и крепко досталось.

– Задачка оказалась труднее, чем мы думали, – воскликнул Леон, вытирая пот.

– Нерион! Долго еще ждать?! Что ты там с пентаграммой замешкался? – крикнула Астель.

– Еще чуть-чуть! Уже почти! Продержитесь еще пару минут! – ответил Нерион, кряхтя от натуги.

Увидев, что чудовище поднимается, Дакар приказал:

– Бьем по нагрудной пластине! Она пострадала больше всего!

Астель одну за другой выпускала «стрелы света». Леон, убрав клинки в ножны, прибегал к магии огня. Дакар использовал разрушающую магию. Тварь нервничала. Похоже, она еще не оправилась от «Падения звезды» Леона. Движения ее стали замедленными, она уже не пыталась нападать. Костяные пластины обуглились и местами осыпались.

Одно из заклинаний Дакара привело к тому, что самая крупная грудная пластина чудовища с громким хрустом разломилась. Замерев на секунду, чудовище издало вопль такой силы, что все, кто был в тронном зале, попадали с ног.

– Добьем порождение Тьмы! – крикнула Астель, держась за кровоточащие уши.

Леон выхватил клинки. В глубоком выпаде он собирался поразить левую часть груди твари, где, по его мнению, могло находится сердце. Но клинки встретили пустоту. За считанные мгновения до удара чудовище исчезло. По залу прокатился грохот упавшей статуи, которая разбила алтарь и уничтожила пиктограмму над ним. Спустя несколько минут с балкона спустился довольный Нерион.

– Не мог попозже все это сделать, а? Еще немного и я бы добил ее! – недовольно пробурчал Леон.

– Вам не угодишь: то погоди, то быстрее, быстрее. Вы уж определитесь! – обиженно воскликнул Нерион.

– Нерион, а как ты тут вообще оказался? – спросил Дакар и посмотрел на потолок. – Надо думать, через этот проем, да?

– Понимаешь, угораздило нас нарваться на мага дроу. Он позволил нам изрубить темных в капусту, а сам в это время прятался в нише у стены. Когда мы закончили, он атаковал нас и обвалил свод, – вздохнув, ответил Нерион. – А ведь мы были близки к выходу в крепость, там, наверху. Десятки Тальнора и Хадмира уже выбрались на свет. Весь удар пришелся на мой десяток, который был замыкающим. За мной упали минимум двое, жаль, дроу пленных долго не держат.

– Как бы нам выйти отсюда? – поинтересовалась Астель.

– Я слышал, дроу говорили, что центральная башня подземного замка соединяется с подвалами крепости наверху. Как я понял, темные сами нашли этот замок всего пару месяцев назад и толком не успели обустроиться. Если б мы опоздали со штурмом, все бы тут полегли, – предположил Нерион.

– Опаснее дроу под землей могут быть только гномы! – поморщилась Астель.

– Да, не любит ваш народ гномов, – усмехнулся Леон.

– А за что их любить?! Бородатые карлики, что не расстаются с секирами и алкоголем! Вечно кричат про древность своего рода, хотя все знают, что самый древний род – род эльфов, – гордо произнесла Астель.

– Отставить посторонние разговоры! Сейчас на это времени нет. Нерион, веди нас к башне.

– А чего ж вести-то? Мы в ней и находимся, Дакар. Тут где-то должна быть лестница. Этот зал, как я понял, в башне и находится, – ответил Нерион, ощупывая взглядом стены.

– Сотник, лестница здесь! – вскоре крикнул один из солдат на балконе.

– Всем собраться! Выдвигаемся в крепость Астрикс. Тальнору и Хадмиру без нас там несладко. Да и не сидеть же здесь вечно.

– Да уж, мы ведь не гномы, чтоб в подземелье торчать, – усмехнулась Астель.

Глава 8

Захват крепости

Несмотря на всю простоту плана: «подняться по лестнице», воплотить его в жизнь оказалось сложнее. Несколько пролетов полностью обвалились. Эльфам пришлось лезть наверх и искать, где привязать веревки, чтобы солдаты смогли воспользоваться ими. Так что подъем вымотал всех окончательно. Даже Дакар и его брат с трудом переставляли ноги. Но отдых был недостижимой для них роскошью.

Вход в подвалы – большая дыра в своде, из которой была спущена лестница, – не охранялся: дроу не ожидали нападения с этой стороны.

Первым поднялся Нерион, за ним Леон и Астель, потом эльфы и легионеры, Дакар был замыкающим.

За проход по проклятому тоннелю смерть взяла с них большую плату. Их осталось тридцать восемь. Катастрофически мало для штурма крепости! Оставалось надеяться на то, что десятки Хадмира и Тальнора уцелели.

Место, куда они попали, оказалось винным погребом. Судя по восхищенному бормотанию Нериона, перебирающего бутылки на стеллажах, коллекция была отменная.

Переведя дух (о том, чтобы попробовать вино, не было и речи), отряд двинулся к выходу. В нижнем ярусе крепости располагались кухни и комнаты слуг.

Солдаты продвигались осторожно, заглядывая в каждую комнату и готовясь отразить нападение. Вдалеке слышались звуки боя, усиливая чувство опасности.

В самом начале перед ними была поставлена цель уничтожить ставку командования. Опыт подсказывал, что она должна быть там, где относительно безопасно и откуда хорошо просматриваются окрестности. Такое место было только одно – центральная часть крепости с высокой, хорошо укрепленной смотровой башней. К ней они и направились.

Пока что им никто не встретился. Не было и следов боя. Если Хадмир и Тальнор прошли здесь, то, похоже, без проблем. Скорее всего, солдаты противника занимали позиции на стенах, ну и, конечно, охраняли ставку.

Поднявшись по лестнице и пройдя через небольшой холл, отряд Дакара вышел во внутренний двор.

И тут они увидели то, к чему давно были готовы: двор был завален трупами солдат. Имперцев было меньше, чем хирумцев, что Дакар расценил как хороший знак. Внутренние ворота замка были открыты, это говорило о том, что имперцы успешно прорвались и теперь надо было соединиться с ними.

Отряд беспрепятственно поднялся на стену, чтобы оглядеться, и, как оказалось вовремя, – с внешней стороны к крепости шло подкрепление.

– Занять оборону! – скомандовал Дакар. – Нерион, доберись до надвратной башни и опусти решетку, иначе нам не отбиться от этой толпы!

Нерион устремился к лестнице, ведущей в башню. Преодолев ее в несколько прыжков, он вбежал в комнату, где был установлен подъемный механизм решетки, и увидел, как два хирумских солдата пытаются повредить его. Реакция Нериона была мгновенной. Жизнь одного из солдат прервал точный бросок ножа. Однако со вторым пришлось повозиться. Он даже сумел легко ранить Нериона мечом. Десятника это подстегнуло. Сделав ловкий выпад, он проткнул противнику плечо, а потом добил его.

Выдохнув, Нерион подошел к бойнице, чтобы оценить обстановку. Дела у Дакара шли не очень. Набежавшие хирумские солдаты теснили легионеров. К воротом подступали новые отряды. Нерион незамедлительно убрал стопор, и с жутким лязгом цепей решетка понеслась вниз, отсекая путь подкреплению. Не теряя ни секунды, десятник побежал вниз помогать товарищам.

Хирумцы, отрезанные от основных сил, запаниковали и потеряли инициативу. Воспользовавшись замешательством врага, Дакар восстановил строй для контратаки и моментально уничтожил противника. Но тут возникла новая опасность: маги Хирума. Заметив, что они движутся в их сторону, сотник приказал немедленно перемещаться к центральной башне.

Чтобы подняться наверх, им нужно было пройти через большой зал, что они и сделали, но пройти дальше не удалось. У лестницы бой вела горстка солдат Хадмира и Тальнора.

– А мы уж и не чаяли встретиться с вами на этом свете! – радостно прокричал Хадмир.

Но особого повода для радости не было. Хирумцы, наступавшие сверху, теснили легионеров. Для прорыва наверх нужно было удвоить силы, а их уже не было.

Леон поднатужился и создал огненную стену, отрезав первую линию наступающих от основных сил. Расправиться с оставшимися не составило труда.

Лучники Астель тоже не дремали, выкашивая тех, кто, спасаясь от огня, сбегал по лестнице вниз.

Легионеры перестраивались, готовясь к штурму. Дакар и Леон вышли вперед и приказали солдатам идти вслед за ними, сохраняя дистанцию в три метра.

Дакар произнес «Альфей!»[16], обеспечивая защиту, Леон сделал так, чтобы любой приблизившийся к ним ближе чем на метр, мгновенно сгорел.

Прорыв легионеров был стремительным. Дакар и Леон прокладывали путь, испепеляя всех, кто попадался им на пути. Видя ужасную смерть своих товарищей, хирумцы, до того успешно удерживающие лестницу, обратились в паническое бегство. Офицеры Хирума приказали убивать трусов. Этот отчаянный шаг дал определенный эффект: хирумские солдаты смогли сохранить подобие строя, но это им не помогло: ступенька за ступенькой легионеры поднимались в башню.

От сильного магического истощения Дакар временно потерял силы. Пока Астель восстанавливала их, Леон взял командование на себя.

Войска без поддержки магов уязвимы, и Леон решил воспользоваться этим преимуществом. Короткое слово «Рэй»[17] зарядило его клинки силой пламени. Вращая их перед собой, он храбро двинулся на строй противника. Каждым движением руки он отправлял огненные лезвия в плотные ряды хирумцев. Вращение заставляло пламя на клинках разгораться жарче. Когда жар достиг пика, Леон рывком вклинился в гущу врага и вонзил оба клинка в пол. Пламя, таившееся в металле, вырвалось, сжигая врагов, как осеннюю листву.

Издав боевой клич, легионеры смяли остатки уцелевших хирумских солдат. Бой закончился, толком не начавшись. Уцелевшие хирумцы обратились в бегство.

Но тут в центральном зале появились три исполинские фигуры, рост каждой превышал четыре метра. Хирумцев, что оказались на их пути, они разбрасывали своими булавами, как соломенных кукол. Та же участь постигла и вырвавшихся вперед легионеров. Проявляя неожиданную прыть, великаны крушили все подряд.

Громкий приказ пришедшего в себя Дакара заставил легионеров отступить и встать в строй. Эльфы Астель попытались обстрелять великанов, но грудную пластину их доспехов они пробить не смогли.

– Эко вымахали! Чем же их кормили? – задумчиво пробормотал Нерион.

– Геркулесом, наверное. В больших количествах, – произнесла Астель, присматриваясь к великанам. – Эй, ребята, постарайтесь отвлечь их внимание, а я попробую воткнуть пару стрел в смотровые щели забрал.

Леон и Нерион стали обходить великанов с двух сторон, пытаясь взять их в клещи. Но осуществить задуманное не удалось. Как только имперцы отошли от Астель, один из великанов бросился на нее. Но эльфийка, похоже, была к этому готова. Едва великан занес булаву для удара, она рыбкой прыгнула вперед, подкатилась к его широко расставленным ногам и точным ударом вогнала кинжал в незащищенный броней пах. Великан нагнулся и попытался раздавить ее, но не сумел.

– Похоже, они почти не чувствуют боль, – промолвил Тальнор, задумчиво потирая подбородок. – И как сладить с таким противником?

– В такие моменты мне всегда вспоминается «с.п.1.» в пункте «Несчастные случаи» из договора, – улыбнулся Дакар.

Непривыкшая отступать от своего, Астель решила измотать великана и отвести его подальше от легионеров. Заметив боковой проход, она устремилась к нему. Как и рассчитывала эльфийка, великан, хромая на одну ногу и оставляя за собой кровавые следы, пошел за ней.

Двое оставшихся пытались справиться с Леоном и Нерионом. Те прыгали перед ними как блохи, ловко уворачиваясь от ударов тяжелых булав.

Изловчившись, Леон оседлал одного из великанов (в этом ему снова помогла магия), и стал внимательно осматривать броню в поисках щели. Но броня была цельнолитой, нигде ни миллиметра просвета.

Нериону приходилось тяжелее, чем Леону, так как магией он не владел. Зато у него появилась возможность сполна продемонстрировать свои акробатические способности: он даже несколько сальто сделал. Но перейти в контратаку ему не удавалось: великан проявлял чудеса ловкости, несмотря на свои габариты. Все они размахивали булавами с такой скоростью, что в глазах мельтешило.

Никто не сомневался в неестественном происхождении этих существ. Обнадеживало лишь то, что у них есть кровь, что эта кровь течет, а значит, их можно убить.

Уклонившись от очередного удара, Нерион не успел встать на ноги, как вдруг увидел, что великан, вместо того чтобы продолжить орудовать булавой, пытается схватить его рукой – и уже почти дотянулся. Увернуться десятник не успевал.

Леон тем временем соскользнул вниз, и тут его осенило: зазоры должны быть в сгибающихся частях доспеха. Нацелившись на левую ногу исполина, Леон воспламенил клинок и, рубанув им под коленом, перерубил кольчужную сетку. Рыча от ярости, великан упал. Падая, он задел Леона правой рукой, но удар прошел вскользь, и Леон не пострадал, только потерял равновесие.

И в эту секунду краем глаза он увидел, что Нерион уже близок к встрече со смертью.

Ни секунды не колеблясь, Леон взлетел на шлем готового схватить Нериона великана и, подцепив смотровую щель забрала, закинул в нее огненный шар. Магия! Мгновенно ослепший исполин промахнулся, и Нерион смог избежать гибели. Но вместо отступления он нырнул под ноги врага и в свою очередь воткнул ему под колени камы. Великан рухнул, как подрубленное дерево, и, вогнав оба своих клинка в закопченную смотровую щель, Леон добил его.

Потом вдвоем с Нерионом они направились к все еще пытающемуся подняться великану с подрубленным коленом, но окрик Дакара заставил их обернуться.

– Эй, братец, вы тут не заигрались? Пора задание выполнять. А то хирумские генералы расползутся как тараканы, лови их потом!

Раздался дружный смех легионеров. Леона осенило. Вытянув руку в сторону скрежещущей груды железа, он произнес короткое слово «Ирс»[18], и к шлему охромевшего исполина устремился плотный поток пламени. Спустя секунду все было кончено, лишь густой черный дым клубами вырывался из щелей забрала.

– Гляди-ка, братец, а я думал, у тебя не получится, – усмехнулся Дакар.

– А где же Астель? – забеспокоился Леон.

– Не волнуйся за нее, магией она получше тебя владеет. Справится. Ладно, хватит чесать языками, лучше ноги быстрее переставляйте! – буркнул Дакар и повел строй за собой.

Их ждало очередное препятствие. Выжившие в столкновении у лестницы хирумцы снова попытались дать отпор. Дакар приказал атаковать их, но тут с верхнего яруса на неприятельский строй, с громким воплем «Да умри уже ты!» свалилась Астель верхом на своем изрядно порубленном великане. Ее тело окутывало серебристое сияние, в руках были клинки, сотканные из золотого света, и Дакар подумал, что она похожа на солнечный луч, что пронзает мрак. Повергнутые в шок хирумцы даже не защищались. Окончательную точку в этом столкновении поставили точные выстрелы эльфов.

– Теперь я знаю, кого позвать, когда у меня закончится масло для лампы, – усмехнулся Нерион.

– А я все гадала, что ты сморозишь на этот раз, – вздохнула Астель.

Спрыгнув с великана, она предоставила Леону право разделаться с ним проверенным способом, что он и сделал с большим удовольствием.

– Ну, вот мы и у цели, господа. Слушайте приказ: Нерион и Тальнор, берите людей и попытайтесь зажечь сигнальный огонь наверху. Остальные будут штурмовать ставку. У хирумцев было много времени подготовиться к обороне, так что не обещаю, что победа будет легкой.

Легионеры взбежали по лестнице и остановились у массивной двери. Дверь была блокирована, тарана под рукой не было, и Дакар решил воспользоваться магией. Он громко произнес слово «Крон» и ударил по двери. Как и следовало ожидать, магия сработала.

Выхватив меч, Дакар ринулся вперед, зная, что его легионеры будут драться неистово, ведь от этого боя зависел успех всей миссии. К сожалению, на поддержку эльфийских стрел рассчитывать уже не приходилось. Эльфы израсходовали почти весь свой боезапас, включая трофейные стрелы. Но они отлично владели короткими мечами, гораздо лучше хирумцев, как показали первые же минуты схватки.

* * *

Тем временем Нерион и Тальнор во главе небольшого отряда поднимались на смотровую площадку башни. Одолев два витка лестницы, Нерион выглянул в бойницу и увидел сполохи молний – началась гроза. Он забеспокоился, что огонь, который им предстояло разжечь, будет незаметен. От неприятных мыслей его отвлек толчок Тальнора.

– Эй, ты что застрял! Нам следует поторопиться!

– Поторопиться? – обернулся Нерион и, услышав топот ног в конце лестницы, добавил: – Ну да, надо, а то хирумцы, похоже, решили в догонялки поиграть.

В этот момент снаружи раздался оглушительный грохот. Башня вздрогнула.

– Хирумцы? Мы задержим их! Иди один и дай сигнал, – крикнул Тальнор, разворачивая солдат.

Коротко выругавшись, Нерион побежал по ступеням и, задыхаясь, вбежал на площадку.

То, что он увидел, впечатляло. Огня на башне было предостаточно. Молния попала в лежавшие у катапульты снаряды, и они рвались один за другим, избавив Нериона от необходимости зажигать факел. Выжившие солдаты пытались потушить огонь, но безуспешно.

Не теряя времени, Нерион метнул нож в крупного хирумца и, сделав перекат, успел уйти от удара молотом. К нему подскочил другой солдат и хотел нанести рубящий удар мечом. Но Нерион исхитрился ударить его камой под колено и отпихнул ногой. Бой, однако, есть бой, и от удара молотобойца, пытавшегося достать его горизонтальным взмахом, Нерион уклониться не смог. Десятника опрокинуло навзничь и выбило из рук одну из кам. Для другого это могло бы означать конец, но только не для Нериона. Он приподнялся и воткнул оставшуюся у него каму в живот молотобойцу. Добить он его не успел, так как пришлось защищаться от офицера из расчета катапульты. Нащупав кинжал, Нерион вскочил и приготовился к бою. Но тут сзади на него прыгнул хирумский солдат, тот самый, у которого он выбил меч. Бросив кинжал, Нерион схватил солдата за руки, нагнулся и перекинул его в направлении подбегающего офицера. Офицер не успел уклониться и вместе с солдатом покатился по полу. Пока они пытались встать, Нерион подобрал кинжал. Офицеру под руку подвернулся меч, но воспользоваться им он не успел, так как Нерион метнул в него кинжал. От кинжала офицер уклонился, но пропустил удар в челюсть, который снова опрокинул его на землю. Нерион занес над ним сапог, чтобы добить ударом ноги в кадык. Не вышло – офицер схватил его за мысок и оттолкнул. На ноги они поднялись одновременно. Выплюнув выбитый зуб, офицер встал в боевую стойку.

– А вот это по-нашему! – подмигнул ему Нерион.

Они сошлись врукопашную. Первым атаковал офицер. Проведя серию ударов, он попытался достать Нериона хуком справа. Нерион, заблокировав удар, саданул ему правым коленом в живот и тут же ударил в челюсть слева. Выплюнув второй зуб, офицер атаковал Нериона серией ударов ногами. Последний удар с разворота заставил Нериона потерять равновесие. Воодушевившись, офицер с размаху ударил десятника в челюсть, после чего схватил за загривок и стал бить коленями. Ответив ударом в живот, Нерион заставил разомкнуть захват, вырвался и, схватив обеими руками офицера за голову, ударил лбом в переносицу. Офицер потерял ориентацию и, получив дополнительный удар по ноге, свалился на колени. Нерион вытащил леску от кам, перекатился через спину офицера и, накинув эту импровизированную удавку на шею, начал его душить. Через минуту все было кончено.

Не успел Нерион насладиться победой и перевести дух, как от угла соседней башни отскочил снаряд, выпущенный из требушета[19] легиона «Элиот», и врезался в башню чуть ниже смотровой площадки. Башня не выдержала и стала падать.

* * *

Ворвавшись в зал, где располагалась ставка, легионеры обладали некоторым преимуществом, так как падение двери, хотя и не застало хирумцев врасплох, но заставило отскочить, а некоторые из них получили ранения. Но замешательство было недолгим, четкие приказы восстановили боевой дух и порядок.

Преимущество, однако, осталось за имперцами. Те лучники Астель, у которых еще остались стрелы, не промахнулись ни разу. Сразу шестеро офицеров и несколько солдат отправились на свидание к праотцам.

Разбившись на двойки и тройки, легионеры крушили хирумцев мечами.

Но и хирумцы не оставались в долгу, убитых и раненых становилось все больше.

Дакар, Леон и Астель стали прорываться к высшему командованию. Задача была сложной – штабных охраняли опытные и сильные бойцы. Также существовала опасность, что кто-то из офицеров может уйти через черный выход.

Леон увидел, что его собираются атаковать шестеро хорошо подготовленных хирумцев. Отступать было не в его правилах. Нажав на спусковой механизм и опустив клинки на метр, он подождал, пока враги приблизятся на расстояние удара. Затем хлестким горизонтальным взмахом он попытался зацепить их шеи, но солдаты успели прикрыться щитами.

– Будет сложнее, чем я думал… – недовольно пробормотал Леон.

Уловив момент, когда хирумцы стали опускать щиты, он атаковал другой рукой и все же перерубил троим шеи, слегка задев клинком четвертого.

– Ну, может, и не так сложно…

Раненый солдат, отойдя за спину товарищей, достал из-за пояса мешочек с красным порошком и, взяв щепотку, втер в рану. На глазах у изумленного Леона рана затянулась, и спустя пару секунд о ней напоминал лишь белый рубец шрама.

– Что за чертовщина?! Надо будет прихватить пару мешочков себе…

Дакар и Астель вдвоем отбивались от десятка наседавших на них солдат. Дакар, уйдя в глухую оборону, лишь изредка огрызался колющими ударами, но этот чертов красный порошок сводил его успехи на нет. Если бы не Астель с ее «стрелами света» было бы совсем худо.

Одному из вражеских солдат удалось прорваться к эльфийке. Прикрывшись щитом, он попытался заколоть ее. Астель отразила удар луком, но второй удар перерубил лук пополам. Озверев, Астель прокричала: «Дэнай»[20]. Ее вновь окутало серебристое сияние. Достав магические кинжалы, эльфийка сделала так, чтобы врагам невозможно было на них смотреть – настолько яркими стали их лезвия. Кинжалы пошли в ход. На каждого солдата Астель тратила не более одного удара. Первым пал тот, кто разрубил лук. Элита хирумских войск оказалась бессильна против магии.

Леона окружили трое. Вероятно, они рассчитывали легко справиться с ним, но не тут-то было. Леон подождал, пока «ловушка» захлопнется, и исполнил тройной скачок. Со стороны казалось, что он одновременно появился за спиной каждого из противников и проткнул их мечом. Для этого прыжка он использовал магию, а магия отбирает силы. Теряя сознание, Леон упал на пол.

Дакар и Астель схлестнулись с четырьмя офицерами. Но бой пошел не так, как они планировали. Один из офицеров кинул какую-то склянку в Астель, и та, понадеявшись на магическую защиту, разрубила ее клинком. Это было ошибкой. Вещество, из склянки окутало ее облаком прозрачного дыма. Защита не помогла – спустя секунду эльфийка мирно спала на полу.

– Вот ты ж… – удивленно высказался Дакар.

Выхода не было, пришлось сражаться в одиночку. И опять все пошло не так. Один из офицеров побежал к черному выходу, а трое оставшихся сдерживали Дакара. Судя по всему, тот, что убегал, и был главный.

– Леон! Вставай! – рявкнул Дакар. – Их начальник пытается свалить!

Собравшись с силами, Леон с трудом оторвал непослушное тело от каменного пола и кинулся наперерез убегающему офицеру. Тот, увидев это, кинул в него такую же склянку. Леон отбил ее мечом, и его постигла та же участь, что и Астель. За одним исключением. Падая, он успел выстрелить клинком и не промахнулся.

Дакар за это короткое время смог зарубить офицера, и теперь отражал атаку двоих. Ему удалось отразить удар мечом со стороны одного и закрыться щитом от другого. Не успел он перейти к контратаке, как хирумец хитрым движением отвел его выпад и вогнал меч в бедро. Стиснув зубы от боли Дакар снес ему руку по плечо и, обессилев, упал на колени. Второй офицер уже занес меч, чтобы прикончить воина, но в этот момент потолок с грохотом обвалился. Сверху посыпался дождь из камней и тел солдат. Хирумца раздавило мгновенно. Дакар – он успел прикрыться щитом – бросил взгляд на Астель, из последних сил дополз до нее и закрыл ее своим телом. Упавший сверху камень, вырубил его. Леона спас Хадмир, оттащив в сторону от града обломков.

Глава 9

Возвращение в строй

Как сказал один философ: «Сны, что мы видим, есть не что иное, как отражение наших фантазий, помыслов, страхов». Про вещие сны говорят, что они навеяны самим Провидением. Иногда это действительно так, но бывают и исключения. Сон, что видел Дакар, лежа без сознания в замке, как раз и был таким исключением. Сон этот навеял Архонт, сильнейший ангел Авингдона[21].

Он уже давно искал тех, кто сможет услышать его призыв, но предыдущие попытки были безуспешны. Отчаяние сжимало его душу в липких холодных объятиях. И когда он уже потерял надежду, на его зов впервые за тысячелетия ответили. Не веря в свою удачу, Архонт потянулся сознанием к тому, кто его услышал. Молодой парень, лежавший под завалом в крепости. Он был жив – ранен, но жив. Не теряя более ни секунды, Архонт распахнул свой разум и показал юноше историю появления Эльдэриума.

В голове Дакара как калейдоскоп стали сменяться картинки. Он увидел, что Альдрус входит в состав Рукава Кельзер с центральным миром Эльдэриум. Необычным он был – огромный океан покрывал большую часть поверхности, а сушей было плато, именованное Эходиус. И не было на том плате ничего, кроме горы Аваланч, чья вершина возносилась до небес, а корни уходили глубоко в недра земли. На вершине горы находился город стражей Ардис, где был Источник, что создал сам Демиург. Избранные Разумные из миров Рукава, испив из него, наделялись силой и становились стражами, задачей которых было защищать Эльдэриум от вторжения первоначал и их прислужников…

Поток информации прекратился так же неожиданно, как и начался. И перед тем как погрузиться в забытье, Дакар услышал:

– В познаниях нужна мера…

Спустя некоторое время, он очнулся в полевом лазарете. Болело все тело, но больше всего голова. А вот от чего – от странных видений или от камня, едва не проломившего череп, Дакар понять не мог.

К нему подошел один из медиков.

– Господин сотник, как вы себя чувствуете?

– Паршиво, но жив. Что уже не плохо, – вяло пошутил Дакар.

– Наши доктора и маги-целители сделали все что могли. Вам здорово досталось, – заметил медик, протирая очки.

– Скажите, а мне долго еще тут лежать и, главное, что с моими людьми?

– Есть убитые, многие ранены, но не так серьезно, как вы. Большинство уже поправились. Вы – последний пациент в нашем лазарете. Провалялись без сознания более недели. Предвижу ваш следующий вопрос: крепость мы взяли, плененные хирумцы обживают наши казематы. – Водрузив очки на нос, медик добавил: – Вижу, особого ухода за вами более не требуется, так что можете отправляться в лагерь. Удачного дня, сотник. – Вежливо кивнув, он удалился.

Переварив услышанное, Дакар быстро переоделся в чистые вещи, которые нашел в прикроватном сундуке (у старших офицеров были отдельные палаты со всеми удобствами) и отправился к своим.

На улице был вечер. Те, кому не надо было дежурить, стягивались к кострам. Закипали котлы с нехитрой солдатской похлебкой. У одного из костров Дакар увидел знакомые лица, и у него отлегло от сердца. Его брат что-то втолковывал Хадмиру, нарезая мясо, другие тоже были здесь.

Дакар с улыбкой направился к друзьям. Его приветствовали радостными криками, кто-то хлопал по плечу, кто-то обнимал по-дружески. Нерион в порыве чувств попытался обнять заодно и Астель, но, получив кулаком в бок, отступил, что, однако, не согнало улыбки с его добродушного лица: таково правило войны: если ты выжил – радуйся, ведь в следующий раз может и не повезти.

Усевшись к огню и съев пару ложек похлебки, Дакар задал вопрос, который беспокоил его больше всего:

– Нерион, каковы потери и кто командовал сотней в мое отсутствие?

– Выбрать кого-то одного не удалось, поэтому остановились на совете офицеров. Но, в общем то, это и не важно. После обрушения башни мы не смогли принять участие в бое. Пришлось ждать, когда наши закончат штурм. А что касается личного состава… Ох, Дакар, считай, никого и не осталось. Из нашего отряда уцелело около тридцати бойцов, и это вместе с эльфами. Ранения получили все, кто полегче, а кто и потяжелее. Спасибо медикам – вытащили тех, кто дотянул до лазарета. Но это что касается нашего отряда. Легиону досталось меньше. И все же… В штурме потеряно около тридцати процентов личного состава, и теперь нас ждет переформирование, так что через пару дней отправимся в тыл. Это вкратце. Полный отчет ты потом получишь в письменном виде.

– Сегодня ты язвишь меньше, чем обычно, Нерион, что-то случилось?

Вместо Нериона, с трудом сохраняя серьезное выражение лица, ответил Леон:

– Понимаешь, братишка, как только я пришел в чувство, то вместе с другими стал оказывать помощь раненым. Мы разговорились с одним солдатом, и он сказал, что, когда разверзся потолок, он увидел странный камень. Этот камень не просто летел, а поминал всех богов и не очень-то лестно высказывался в их адрес. В общем, когда над камушком поработали наши хирурги и маги, он превратился в Нериона. И теперь он стал самым знаменитым человеком легиона. Даже поговорка появилась: что ты орешь, как Нерион в полете?

Дакар рассмеялся.

– Что, Нерион, сбылась твоя мечта? Ты же давно мечтал оставить свой след в истории.

– Да уж, наследил, – пробурчал себе под нос Хадмир, споро нанизывая на прут куски мяса.

Дакар, оглядевшись по сторонам, вдруг спросил:

– А где Тальнор, что-то не припомню, чтобы он ужин пропускал.

Повисла напряженная тишина.

– Десятник Тальнор пал в бою, господин сотник, – промолвил Хадмир, печально вздохнув.

– Тяжелая потеря! Мы впятером собирали сотню, через столько боев прошли… Он был нам всем другом и товарищем. Похороны уже состоялись? – спросил Дакар, нахмурившись.

– Да. Вчера на закате. Легат сделал все в лучшем виде. Даже император не побрезговал бы такими похоронами. Жаль, ты в отключке валялся, – сказала Астель, а потом, помолчав, добавила: – Владыка Гальтер прикомандировал меня и моих эльфов к вашей сотне. Пополнение к нам придет позже. Так что мы еще повоюем вместе.

– Отлично, а то я ломал голову, как бы уговорить ваше начальство продлить доблестным лучникам командировку, – грустно усмехнулся Дакар.

Подошел Нерион, который ненадолго отлучался. Усевшись, он стал вытаскивать из мешка бутылки коллекционного вина.

– Из того погреба, полагаю? – спросил Дакар.

– Да! – ответил Нерион, выбил пробку и поднял бутылку. – Давайте выпьем за победу и за павших. Они сделали все что могли.

Когда бутылки опустели, настроение у всех поднялось. Просто у солдат другой взгляд на жизнь. Если твой друг не вернулся из боя, подними кубок за него, а потом радуйся жизни за двоих.

– Мясо готово! – проорал Хадмир так, что его рев услышало пол лагеря.

Дакару вспомнился сон, который он увидел, перед тем как очнулся. На секунду ему показалось, что во всем этом есть какой-то смысл и надо бы рассказывать об этом друзьям, но, посмотрев на веселые лица, он решил промолчать. Мало ли что может присниться, когда получишь камнем по башке.

– До чего же хорошо, когда не надо куда-то бежать и кого-то спасать, – бодро произнес он. – Мы все заслужили отдых. Астель, ты ведь, кажется, интересовалась тем, что с нами происходило, когда мы были юными дурнями? Теперь времени полно, так что, если не передумала, могу еще кое-что рассказать.

– Ну, кое-что я вызнала у Нериона. Однако насколько эти сведения достоверны, не берусь судить. Нерион – мастер травить байки. Мне всегда было трудно понять, шутит он или нет. Так что на тебя да на Леона вся надежда, – рассмеялась Астель.

– Что ж, постараюсь быть объективным, – ответил Дакар, весело косясь на Нериона. – Итак, несмотря ни на что, мы пришли в заветной двадцатке…

Глава 10

Теперь ты в армии, сынок!

Даже после того как мы финишировали, еще долго каждый камень казался нам ловушкой. Но все было позади, и сотник Дастер от души поздравил нас:

«Ну что же, теперь вы можете с гордостью называть себя рекрутами. Носите звание с честью и не позорьте наше знамя. В особенности это касается тебя, Нерион! Слышал, слышал про твои похождения. Уж не хочешь ли ты захватить мир при помощи своего потомства? И ладно бы просто шлялся по бабам, но какого черта ты полез к дочке градоначальника? У нее же на следующий день свадьба была намечена. Сотник комендатуры до сих пор икает, услышав твое имя. Ладно, будем считать, что я тебя предупредил. И так, до вечера все могут быть свободны. А вечером – официальное представление командованию легиона. Не опаздывать! Разойтись!»

Сдав Михитону амуницию, мы пошли осмотреть город. Берност оказался довольно большим и походил скорее на крепость. Все здания были расположены так, чтобы в случае прорыва неприятеля жители могли вести обстрел с крыш, не опасаясь попасть в своих.

Полюбовавшись архитектурой, мы пошли на рынок. Но не успели дойти до него, как из ближайшей подворотни, придерживая штаны, выбежал… кто бы вы думали? Нерион! За ним гнались человек двадцать разъяренных мужчин.

Решив не вмешиваться, мы отошли к стене, но остаться в стороне у нас не получилось.

«Что встали, придурки? Бегите!» – крикнул Нерион, пытаясь застегнуть штаны на бегу.

«Это его сообщники! Держите их!» – всполошился один из преследующих.

Теперь от толпы убегали уже трое: я, мой брат и Нерион. Не сказать, что это была приятная пробежка, ну, может, чуть легче, чем финальное испытание. Но Нериону – хоть бы хны. Со стороны, может, и казалось, что он несется не разбирая дороги, но на самом деле он успевал то веревку с бельем оборвать, то сбить прислоненные к забору доски, то толкнуть под ноги преследователям пустые бочки или сбросить с телеги тюк сена. Все это давало нам фору, и мы оторвались.

Когда мы, взмыленные, добежали до лагеря, охрана нас впустила, а перед преследователями захлопнула ворота. Но те подняли жуткий гвалт, на который сбежались чуть ли не все офицеры.

«Что тут происходит?» – крикнул сотник Дастер, прибежавший первым, но тут он увидел Нериона, и лицо его стало таким, будто он лимон проглотил.

«Послушай, Дастер, может, нам этого парня кастрировать?» – произнес подошедший мужчина средних лет с гравировкой десятника на доспехах.

«Да лучше на кол его посадить!» – возмущенно ответил Дастер.

«Кто бы говорил! Или вы уже забыли, как я вытаскивал вас обоих с гауптвахты?» – это был Хадмир, но тогда я еще не знал его имени.

«Да мы по сравнению с ним ангелы».

«Остынь, Тальнор. Надеюсь, ничего страшного не случилось. Сейчас разберемся!» – сказал Хадмир, выходя за ворота.

«Разберется он, как же…» – недовольно пробурчал Тальнор, следуя за ним.

«Этих троих на гауптвахту!» – приказал Дастер солдатам и тоже пошел за ворота.

Так и вышло, что представление легиону новобранцев мы наблюдали из окна. Но про нас не забыли. В списке мы значились как «и еще трое придурков на гауптвахте».

«Круто мы из-за тебя нарвались. Знали бы, что все так обернется, тоже заглянули бы в гости к какой-нибудь милашке. – Я тогда был мальчишкой, но мне очень хотелось казаться взрослым. – Так хоть за дело было бы, а не за компанию».

«Да ладно вам, было же весело!» – беспечно откликнулся Нерион.

«Ага, а еще веселее будет получить плетей…» – недовольно пробурчал Леон.

«Да каких плетей? Поорут и отпустят. Я, кстати, Нерион, но вы уже, наверное, догадались», – представился наш новый приятель, поудобнее устраиваясь на нарах.

«Я – Дакар, а это мой брат Леон».

Поговорив еще немного о пустяках, мы легли спать, все равно делать было нечего.

На следующее утро за нами пришел Дастер. Вид у него был не очень. Просверлив нас гневным взглядом, он приказал следовать за ним. Тяжело вздохнув, мы подчинились.

Сотник привел нас в дом легата, где был весь офицерский состав.

«Сегодня мы собрались, чтобы обсудить поступок вот этих молодых людей. Думаю, все в курсе, что вчера произошло, – начал Альнор, окинув присутствующих тяжелым взглядом. – Ваше мнение, господа офицеры».

Те стали тихо переговариваться. Как я понял, большинство были за кастрацию, и душа ушла в пятки. Но все кончилось удачно.

Выслушав мнение офицеров, Альнор вынес приговор:

«Поскольку проступок совершен до того, как вас официально приняли в легион, наказания не будет. Но чтобы пресечь подобное, заниматься будете по особой программе. Вечером у вас будет единственное желание – добраться до кровати. Ответственным за ваше воспитание назначаю Хадмира».

«Прошу прощения, господин легат», – добавил один из офицеров с неизвестной нам эмблемой на доспехе.

«Слушаю вас, Ар’Анисиус».

«У этих двоих, – он показал на нас, – сильный дар. Разрешите мне учить их магии – после тренировок, разумеется, в качестве дополнительной нагрузки. Ведь доподлинно известно, что, когда тело утомлено, разум все лучше воспринимает. Как говорил великий Ар’Сихоин…»

«Конечно, конечно! – прервал его Альнор. – Учите. Прошу прощения, что перебил, но у меня много важных дел, поэтому вашу лекцию я послушаю в другой раз».

Легат поспешно вышел, другие офицеры последовали его примеру. В комнате остались мы трое и Хадмир с Ар’Анисиусом.

«Ну что же, не будем терять времени. На плац, юноши», – кровожадно, как нам показалось, улыбнулся Хадмир.

«Когда закончите, вас двоих я жду у себя», – подлил масла в огонь Ар’Анисиус.

Перед тем как начать вытряхивать из нас душу, Хадмир рассказал о пути, который открывается перед молодыми воинами:

«Слушайте и запоминайте, чего можно достичь избрав военную стезю. Все воины делятся на шесть категорий, или вершин, в зависимости от их искусства: Риц, Рекар, Спард, Лерсад, Моксор и Лас Ан Тар, высшая категория. Вы пока никто! Придется, мальчики, приложить все силы, чтобы достичь успеха. Уверен, вы способны шагнуть дальше Рица. Лерсад как минимум, а там посмотрим. Вопросы?»

«А какая категория у вас?» – спросил Леон.

«Спард, – коротко ответил Хадмир. – Чтобы подняться выше, мне нужно овладеть ВИКТУМом, но пока мне это не удалось. Тем не менее я не теряю надежды».

«ВИКТУМ? А что это такое? Я никогда не слышал…» – напрягся Нерион.

«Я вижу, ты заинтересовался, – Хадмир прищурил глаз. – Могу я спросить – почему?»

«То есть как почему? Хочу быть сильнейшим воином и все такое…» – пожал плечами Нерион.

«Не ври, малец. За свою жизнь я выучил воинскому ремеслу больше людей, чем ты видел. Я могу, просто взглянув на человека, определить, из какого теста он сделан. И то, что ты темнишь, я тоже вижу. Спрашиваю еще раз: для чего тебе это надо?»

Нерион молчал, Хадмир пристально смотрел на него. Наконец Нерион сдался:

«Это личное. Чтобы достичь цели, которую я поставил перед собой, я должен в совершенстве овладеть воинским ремеслом. Лерсад меня не устроит. Только Лас Ан Тар! Я искал информацию везде, где мог, знал о всех этих категориях и раньше, но нигде не встречал даже упоминания про ВИКТУМ», – голос Нериона дрогнул.

«Понимаю… Да, ты прав, упоминаний нет. ВИКТУМ – это секрет, который передается от учителя к ученику, и массовой огласке он не предается. Но раз уж вы стали моими учениками, слушайте: ВИКТУМ – это внутренняя энергия тела. Такая энергия есть у каждого. Чем-то она напоминает манну, которую используют маги для сотворения заклинаний. Но если магическую энергию выработать и задействовать легко, то управлять энергией тела могут единицы. А высшей степени мастерства, Лас Ан Тара, за последние три сотни лет не достиг никто… Ну, пока вам этого хватит, – рассказал Хадмир и задумался над чем-то. Спустя пару минут он рявкнул: – Что встали, облезлые снурпы?[22]Живо взяли тренировочные мечи и напали на меня по одному! Хочу посмотреть, на что вы способны!»

Мы с братом не продержались и пяти минут. А Нерион здорово нас удивил. Они с Хадмиром плясали друг перед другом больше пятнадцати минут. Но Хадмир все равно одержал верх.

«Леон, Дакар, даже моя бабушка с веником опаснее, чем вы с мечом! – подвел итог Хадмир. – А ты, Нерион, завязывай со своими дуэльными замашками. Если окажешься на поле боя, получишь мечом в бок, и на этом все закончится. Но в целом неплохо, из вас выйдет толк. Глотнули воздуха? Теперь начнем отработку ударов!»

Тренировались мы до заката. Под конец сил хватало только на то, чтобы удержаться на ногах. А вот Хадмиру – хоть бы что, хотя он был намного старше нас. Отправив нас с братом к магу, он приказал Нериону наматывать круги вокруг лагеря: мол, это способствует выходу дури из тела.

Мага мы нашли быстро, он занимал подвал в одном из домов. Перед нашими глазами предстало что-то вроде лаборатории.

«А вот и мои долгожданные экземпляры… то есть я хотел сказать – ученики, – пошутил Ар’Анисиус и продолжил: – Как вы уже догадались, я буду учить вас магии, ну, или попытаюсь по крайней мере. Обращайтесь ко мне учитель, так проще. Лени на своих занятиях я не потерплю. Я жду от вас…»

Он любил поговорить, и вступительная речь затянулась часа на два.

Наконец прозвучало вожделенное:

«Вопросы?»

«Десятник Хадмир говорил нам про манну и ВИКТУМ. Но мы не совсем поняли», – осторожно произнес я.

«Отличный вопрос, ученик! Манна и ВИКТУМ… Отличие и правда существенное. Главное, вероятно, в том, что ВИКТУМ влияет на внутренние резервы тела. Если резерв будет превышен, есть опасность буквально сгореть изнутри. Конечно же, баланс восстанавливается во время отдыха, а усиленные тренировки повышают резистентность. Я мудрено выражаюсь? Резистентность, это устойчивость к перегрузкам. Что касается манны, то для ее использования нужен дар, который есть не у всех. Манна – это энергия, дающая жизнь всему. Она буквально разлита вокруг нас. В отличие от ВИКТУМа, который напрямую связан с телом, манна связана с разумом и душой. Как и резерв тела, резерв души можно увеличить путем тренировок. С течением жизни, с приобретением опыта он тоже увеличивается. Я считаю, что увеличивать резерв души можно до бесконечности, все зависит от вашего усердия. И еще одно существенное отличие манны от ВИКТУМа: исчерпав резерв души, владеющий манной не умрет, он просто потеряет сознание и будет в таком состоянии, пока минимум не восполнится. И даже с минимальным резервом манны маг все еще может сражаться… как обычный человек».

«То есть нам придется выбрать, кем мы будем: магами или воинами?» – спросил Леон.

«Конечно, нет! Вы невнимательно слушали меня, юноша. Резерв тела никак не связан с резервом души. Исчерпание одного не является исчерпанием другого.

Я бы даже сказал – но, к сожалению, большинство магов со мной не согласятся, – что нам, магам, обязательно нужно совершенствоваться как воинам. Я занимаюсь исследованием влияния физического состояния тела на магический резерв. Пока я не смог облечь свои наблюдения в четкие научные выводы, но могу сказать, что физически развитые маги могут дольше и эффективнее вести бой, чем их коллеги, не утруждающие себя физическими тренировками».

«А что означает „Ар“ перед именем?» – спросил я.

«Это уважительное обращение к магу, не более. Что же, если у вас вопросов больше нет, начнем первое занятие».

Так начались наши трудовые будни. С утра и до заката нас гонял Хадмир, а с вечера и до полуночи – Ар’Анисиус.

Глава 11

Первая вершина

Прошло четыре месяца. Изнурительные тренировки сменялись не менее изнурительной зубрежкой. Все так и шло до одного памятного дня. Началось все с того, что на офицера, который шел проверять ночные караулы, с крыши свалился спящий Нерион. Понятно, что его отправили досыпать на гауптвахту. Но потом сочли, что гауптвахта – это слишком гуманно, и заменили ее дополнительными тренировками у Хадмира.

В тот же день Леон, воодушевленный успехами в магии, попытался во время тренировки достать Хадмира огненным шаром. Но пострадала от этого только челюсть Леона. Не успел он метнуть шар, как Хадмир одним прыжком подскочил к моему брату и отправил его в полет, который закончился в лазарете. Наблюдая это, я решил воздержаться от подобных комбинаций, а то вдруг в лазарете койки закончатся?

Но полежать в лазарете Леону не удалось. На вечернем занятии я обнаружил его привязанным к столу, который смахивал на пыточный.

«Вы как раз вовремя, уважаемый, – промолвил Ар’Анисиус. – Сегодняшний урок будет посвящен полевой медицине. И вот ведь какая радость – у нас есть доброволец!»

Бешено вращающий глазами Леон не производил впечатление добровольца, но я решил не уточнять.

С третьей попытки мне удалось срастить ему челюсть, а ослиные уши, которые появились у меня вследствие неправильно произнесенного заклинания, Ар’Анисиус обещал убрать через пару дней, дабы это стало мне наукой: учи лучше, мальчик.

Да, и на этом сюрпризы не закончились. На выходе из лаборатории мага нас ждали Нерион и Хадмир. Увидев мои уши, оба согнулись пополам от хохота. Нерион даже сделал комплимент, не буду говорить какой. (Я не счел его комплиментом).

Вдоволь насмеявшись, Хадмир приказал нам следовать за ним. Он отвел нас на лесную поляну, расположенную недалеко от лагеря. Там нас ждали Дастер, Альнор и Тальнор.

«Мы собрались здесь, чтобы испытать вас и присвоить квалификацию. Если вы выдержите испытание, считайте, что вершина Риц взята. Готовы ли они, Хадмир?» – спросил Альнор.

«Да, мастер», – решительно ответил десятник.

«Да будет так! – кивнул Альнор. – Испытанием станет бой до смертельного исхода. Вашими противниками будут эти трое, – он указал на связанных мужчин под охраной гвардейцев городской стражи. – Судом Империума они приговорены к смертной казни. Но если кто-то из них сможет одолеть вас, он будет помилован. Вам, чтобы победить, нужно либо убить противника, либо смертельно ранить его, чтобы он не смог продолжать бой. Магия запрещена! Сражайтесь с честью!»

Первым был Нерион. Развязав одного из мужчин, гвардейцы выдали ему кожаный нагрудник и обычный меч легионера. Получив оружие, мужчина кинулся на Нериона, стараясь задавить его натиском. Нерион уклонился от атаки и нанес противнику укол в бедро. Мужчина взревел и снова бросился на Нериона. Подождав, когда тот сблизится с ним и замахнется для удара, Нерион прыжком сократил дистанцию и, схватив свободной рукой руку мужчины, вогнал свой меч ему в сердце.

Вытерев меч травой и убрав его в ножны, Нерион отошел к краю поляны.

Следующим вышел я. Мой противник не горячился. Быстрыми легкими ударами он стал проверять мою защиту. Сразу было видно, что он не новичок, скорее всего – наемник. Когда я собрался атаковать, он отскочил и, вроде бы запнувшись, упал. На долю секунды я растерялся, и мужчина кинул мне в лицо горсть земли. Уклониться я не успел. Пока я протирал глаза, он бросился на меня, уверенный в скорой победе. Но подобный прием для меня был не в новинку: и отец, и Хадмир часто использовали его на тренировках, и только из-за моего разгильдяйства я его пропустил. Моргая, чтобы прочистить глаза, я держал дистанцию, не позволяя мужчине приблизиться для удара. Как только я смог нормально видеть, я перешел в атаку. Мне удалось найти брешь в обороне противника и нанести колющий удар в шею. Рана была смертельной, спустя минуту мужчина умер от потери крови.

Пришла очередь Леона. Выйдя на поляну, он подобрал один из лежавших там мечей. Теперь у него было два клинка! Альнор хмыкнул и распорядился, чтобы оставшийся заключенный сам выбрал себе оружие.

Тот взял кинжал и тут же бросился на моего брата. Леон приготовился обороняться, но мужчина, когда до брата оставалось меньше двух метров, вдруг побежал в сторону. Леон погнался за ним. Мужчина на бегу развернулся, метнул в него кинжал и продолжил бег. Отбив клинком кинжал, Леон прицельным движением бросил меч и попал мужчине в ногу. Тот упал. Через мгновение брат метнул второй меч и пробил ему спину.

Подошедший Хадмир похвалил Леона за находчивость и тут же отвесил подзатыльник, сказав, что он остался безоружным, и если бы это было на поле боя, он был бы уже мертв.

Гвардейцы быстро сложили трупы в повозку и направились в сторону города.

«Ну что же, мы всё видели и считаем вас достойными вершины Риц! – воскликнул Альнор. – Подойдите!»

Свидетельством нашей квалификации стала татуировка на левой груди. С этого дня и начался наш путь воина.

Глава 12

Совет

После получения квалификации прошло два месяца. Хадмир продолжал гонять нас до потери сознания, а потом поднимал пинками под зад и гнал на занятия к Ар’Анисиусу. Но, несмотря на то что у нас не было свободного времени, мы умудрялись под влиянием Нериона искать приключения в городе.

Когда наш выход, а точнее выходки, замечал патруль, после пары дней отдыха на гауптвахте десятник подкидывал нам новые «развлечения» на плацу, мотивируя это тем, что у нас слишком много свободного времени, отчего дурь и лезет в голову. Но мы не жаловались: жизнь била ключом, и мы получали от этого удовольствие.

Однажды вечером мы решили сделать очередную вылазку, но не успели дойти до стены лагеря, чтобы перемахнуть через нее, как услышали голос Хадмира:

«Что, опять за свое?»

Судя по кислым лицам моего брата и Нериона, нас посетила одна и та же мысль: попали. Но предложения прогуляться до гауптвахты не последовало.

«Раз уж вы все равно не спите, проводите-ка меня к легату», – сказал Хадмир.

Переглянувшись, мы решили, что выбора нет, и отправились за десятником.

У дома легата нас встретил Дастер.

«О, да ты со свитой, Хадмир, и свита у тебя из местных знаменитостей», – усмехнулся Дастер.

«А то!» – довольно оскалился наставник.

Продолжая перешучиваться, они зашли внутрь, позвав нас за собой.

У легата собрался весь командный состав легиона. Увидев нас, Альнор вопросительно посмотрел на Хадмира.

«Решил, что лучше их делом занять, чем каждые три дня отправлять на гауптвахту», – пожал плечами десятник.

«Ты в них уверен?» – легат посмотрел на нас с сомнением.

«Бой вести они умеют, а что касается остального, то это будет для них неплохим экзаменом. Уже сейчас они выделяются на фоне остальных новобранцев. Я уже месяц гоняю их по уровню ветеранов легиона», – ответил Хадмир.

Мы начали подозревать, что скоро наша скука, которая и скукой-то не была, будет развеяна.

«Ладно, – кивнул легат. – Сегодня мы собрались в связи с обращением градоначальника. Думаю, все уже в курсе, что в Берносте пропадают люди. Стража делает все, что в ее силах, но тщетно. Более того, ситуация ухудшилась: за последний месяц пропало еще пятнадцать человек. Слои – самые разные. И купцы, и ремесленники, а недавно исчезли две аристократки. Нас попросили разобраться в этом деле. Поскольку это не входит в нашу компетенцию, я обратился с запросом к высшему командованию. Сегодня вечером прибыл гонец из имперской канцелярии. Император дал разрешение задействовать ресурсы легиона для поиска и наказания виновных. Предполагая такой ответ, несколько дней назад я отдал приказ командиру разведывательной сотни Бортесу послать своих на прочесывание местности и установки контактов с „ночниками“[23]. Сотник Бортес, ваше слово».

«Я получил первые рапорты. „Ночники“ сказали, что около полугода назад в Берност прибыли „вольные мечи“ – отряд наемников. Как и положено, они зарегистрировались в канцелярии. Их чуть больше сотни. Занимаются в основном сопровождением караванов к ближайшим городам, охраной складов и прочим в том же духе. Но их командиры, вне сомнения, ведут подпольную деятельность: заказные убийства. „Ночники“ были против, но, когда попытались пресечь это, часть их верхушки настиг „несчастный случай“. Убийства были организованы столь профессионально, что сыскари[24] городской стражи не нашли никаких концов. Мои люди, к сожалению, тоже. Информацию мы получили от бывшего главы гильдии, на которого наткнулись случайно. По информации стражи, он был убит, но на самом деле просто скрывался. В обмен на нашу защиту он согласился на сотрудничество», – закончил свой доклад сотник.

«Что-нибудь ценное он выдал?» – уточнил Дастер.

«Да как сказать… Один неподтвержденный слух. По его словам, он видел несколько оборванцев, которых ночью увели из города эти наемники. В оборванцах он опознал нескольких пропавших граждан. Исходя из этого, можно предположить, что под прикрытием заказных убийств наемники занимаются работорговлей», – ответил Бортес.

«Разумное предположение. Но с чего бы им так наглеть и похищать аристократок?» – заинтересовался Альнор.

«Не могу знать. Возможно, кто-то из наемников решил возвыситься в обход своих командиров. Кстати, в пользу работорговли говорит еще один факт. Одна из похищенных аристократок была магиней, хоть и слабой. Во время похищения она сумела поставить на себя магический маячок, и его сигналы поймали наши маги. Мы прошли по следу и нашли тело. Женщину убили в нескольких милях от города. На руках и ногах были обнаружены следы кандалов. Судя по всему, она носила кандалы более недели».

«Значит, все-таки работорговля… Это плохо. Никто из имперцев на такое не пойдет», – покачал головой легат.

«Да уж. Мало того, что смерть работорговца будет ужасной, так еще и вся его семья, включая отдаленных кровных родственников, отправится на каменоломни без права возвращения. Про клеймо от храмовников я и не говорю. Удержание Разумного против его воли, подобно животному, в клетке, является тяжким грехом и приравнивается к преступлению против Шестерых[25] и Империи», – произнес Дастер.

«Исходя из полученной информации, предпримем следующее: вокруг города организуем патрули, ответственным назначаю Дастера. За наемниками установим постоянное наблюдение, чтобы обнаружить место, где они держат пленников, прежде чем продать их. Скорее всего, прячут их где-то в городе. Этим займется Бортес. Выполнять!» – закончил легат.

Мы вместе со всеми вышли на свежий воздух.

«Хотелось бы уточнить, зачем вы позвали нас на это совещание?» – озвучил общие мысли Нерион.

«Мы решили назначить вас в один из патрульных десятков, – сказал Хадмир. – Вы – единственные из новобранцев, кому можно доверить такую миссию. А на совещание мы вас позвали для того, чтобы вы поняли серьезность миссии и отдали все силы для ее успешного завершения. Надеюсь, вы поняли, чем это может пахнуть?»

Мы переглянулись, а Леон спросил:

«Если это не имперцы, то кто же?»

«Разве так много вариантов?» – улыбнулся Дастер.

Обменявшись тяжелыми взглядами, мы прочли в глазах друг друга один ответ – Хирум.

Глава 13

Первый патруль

Мы были в патруле уже третий день. Облазили все трущобы Берноста, но, как и ожидалось, ничего не нашли.

Тогда мы стали прочесывать леса и вышли на след шайки разбойников. Подошли тихо, они нас не заметили. Грамотно организовав обходной маневр, мы напали на лагерь и почти всех взяли живьем.

Допросив главарей, мы узнали, что и эта шайка и несколько других были посредниками в вывозе людей. Пленников доставляли в определенное место, а спустя пару дней за ними приходил караван. Куда их увозили, никто не знал. Главари получали хорошую плату за отсутствие любопытства.

Командир нашего десятка сообщил об этом в ставку командования. Нам прислали подкрепление. В обмен на быструю смерть разбойники согласились сотрудничать и провели в перевалочный лагерь. По словам главаря, караван должен был прибыть через пару дней.

В лагере мы обнаружили два десятка людей, приготовленных к вывозу. Среди них была одна знакомая нам девушка. Та самая, которой мы помогли в таверне. Тогда ей удалось убежать, но теперь, судя по всему, удача от нее отвернулась.

Подойдя к ней и сняв шлем, я спросил:

«Помнишь меня?»

Широко раскрыв глаза, девушка кивнула. Освободив от колодок, я отвел ее к командиру десятка.

«Кто это?» – поинтересовался он.

«Мы встретили ее, когда шли в Берност, чтобы вступить в легион. За ней гнались двое громил, но с нашей помощью она сумела сбежать. Думаю, она сможет рассказать нам много интересного. Не исключено, что те громилы ее похитили».

«Любопытно… Не согласитесь ли вы ответить на пару моих вопросов?» – повернулся десятник к девушке.

«Да, я расскажу все, что знаю».

Десятник увел ее к костру, а мы продолжили осмотр лагеря.

После разговора девушки с командиром, все встало на свои места. Интерес к ней объяснился просто: она была дочерью князя из рода Дарсов – свободного княжества Дрион. Предки князя и он сам были коллекционерами артефактов, в том числе тех, что остались от Древних. Коллекция считалась самой богатой, ни в имперских сокровищницах, ни даже в эльфийских таких экземпляров и близко не было. Хранилось все это в подвалах замка, а открыть сокровищницу мог только обладатель живой крови рода.

Когда войска Хирума подошли к их границам, князь отправил свою дочь под защитой десятка верных вассалов в ближайший портовый город Империума. Самому князю не повезло – вскоре он пал в битве. Но хирумцы не могли открыть сокровищницу и теперь любой ценой пытались заполучить последнюю представительницу славного рода. Экспедиционный флот Хирума, прорвав блокаду Империума, нагнал корабль, на котором находилась девушка, и сумел подбить его у устья реки Ридия. Но в тот раз все закончилось относительно благополучно. Корабль остался на плаву и сумел уйти от преследователей. Хирумцы были вынуждены вступить в бой с нашим заградительным флотом. И все же под прикрытием магии дроу несколько неприятельских кораблей пустились в погоню. Но из-за боя они отставали на несколько часов.

Юную княжну решено было высадить в лодке на берег. Сопровождали ее два охранника. Судно все-таки захватили. Обнаружив, что девушки на нем нет, хирумцы и высадили десант, который уничтожил нашу деревню.

Княжна с охраной добрались до одного из городов. Когда все успокоилось, они решили продолжить путь, следуя в столицу, но им не повезло. Однажды по дороге на них напали разбойники. Спутники княжны были убиты, а ее взяли в плен. В плену, подслушав разговоры похитителей, она узнала, что хирумцы обещали отсыпать золота по его весу тому, кто найдет ее и доставит к ним живой.

Спустя некоторое время главарь захватившей ее банды повез княжну в Берност, чтобы передать хирумским шпионам. Так она оказалась в пригородном трактире, где остановились мы с братом. Шанс для побега представился ей в тот момент, когда разбойники решили убить шпионов, чтобы завладеть золотом и всем прочим, что при них было. Во время потасовки она выбежала в зал, где и столкнулась с нами.

Но, как выяснилось, после драги в трактире, далеко убежать ей не удалось, ее снова схватили и собирались отправить в Хирум, но активное вмешательство Империума в войну с княжествами привело к закрытию границ, что затрудняло задачу. Хирумцам пришлось спешно организовывать переброску с помощью работорговцев. Узнав, что княжна попалась, они решили приостановить похищения граждан, чтобы не привлекать к себе внимания. Но жадность работорговцев поставила крест на их плане. Непрекращающиеся похищения привели к тому, что в дело вмешался имперский легион.

Осмотрев убитых, мы узнали одного из громил, с которым когда-то дрались в трактире.

«Похоже, вы встречались?» – спросил наш командир.

«Да, господин десятник. Мы с братом немного помяли его и еще одного, помогая княжне бежать».

«Есть идеи относительно их дальнейших действий?»

«Не идея, а скорее предположение, – кивнул я. – Интуиция мне подсказывает, что эти двое работают в паре. Вот я и подумал, что второй должен привести сюда караван».

«Звучит разумно, – промолвил десятник после минуты раздумья. – Нам надо организовать засаду. На всякий случай я отправлю в штаб гонца с сообщением и попрошу подкрепления».

Вокруг лагеря были устроены ловушки, и оставалось дождаться каравана.

Глава 14

Засада

Ждать пришлось недолго. Ближе к полуночи разведчики донесли о приближении двух повозок в сопровождении пятнадцати человек охраны. К встрече все было готово.

Как только караван заехал в лагерь, мы открыли огонь из луков и арбалетов, отрезав ему путь к отступлению. Но паники в рядах прибывших не наблюдалось, видимо, они ожидали чего-то подобного. Охрана сбилась в плотную группу, прикрывшись щитами с одной стороны и повозкой – с другой. От обстрела погибли всего четверо.

Взяв повозки в кольцо, легионеры перешли к наступлению. В пылу схватки троим из каравана удалось вырваться. Лучники попробовали срезать их, но те успели добежать до леса и скрылись в зарослях. Я махнул рукой брату и Нериону, и мы бросились в погоню.

Нерион отлично разбирался в следах, и ему не составило труда определить, в какую сторону подались беглецы. Мы нагнали их у края леса, за которым проходил большой тракт. Заметив нас, они припустили с удвоенной скоростью, но парням не повезло – вдалеке показался конный разъезд легионеров.

Поняв, что им не уйти, разбойники свернули с тракта и устремились к небольшой деревушке среди холмов. Добежав до нее, они укрылись в местном храме.

До храма мы добрались одновременно с конницей и начали штурм. Выбить двери особого труда не составило. Но внутри нас ждал сюрприз. Первыми ворвались легионеры. Их встретили почти два десятка храмовых служащих, вот только они были… зомби. Похоже, кто-то из беглецов был некромантом или же обладал сильным амулетом этой школы, что заставило поежиться – пополнять ряды зомби нам не хотелось.

Пока легионеры сдерживали мертвецов, мы устремились к лестнице. Да, но куда идти – наверх или вниз? Мы решили разделиться: Нерион побежал вниз, а мы с братом – наверх.

Нам с Леоном повезло больше: все трое оказались на крыше храма. На нас сразу напали двое, а третий… мы узнали его – это был тот самый громила из трактира. Как я понял, он был главный среди них, и те двое его защищали. Двигались они уверенно, нападали напористо. Но дрались парни не столь умело, полагаясь больше на физическую силу, и вскоре мы смогли не только сдержать их яростный натиск, но и контратаковать.

Оставляя на полу следы крови, противники начали отступать. Увидев это, громила решил обойти нас и напасть с тыла. Ему это удалось, и все могло бы закончиться плачевно, если бы не Нерион. И, конечно же, наш друг был в своем репертуаре. Выбегая на крышу, он споткнулся о последнюю ступеньку и, потеряв равновесие, врезался в спину громилы. Разгон был хорошим, и оба оказались на полу.

Но громила был профессионалом. Он мгновенно скинул Нериона с себя и отобрал у него меч. Однако и Нерион не растерялся. Он схватил лежавший на полу меч громилы – тот выронил его во время падения. Фактически, они обменялись оружием.

Мы прилагали все усилия к тому, чтобы побыстрее покончить со своими противниками и помочь Нериону. Подоспели мы вовремя – громила сумел подрезать нашему другу руку, и теперь она плетью висела вдоль тела. Драться одной рукой было тяжело, Нерион, истекавший кровью, быстро терял силы.

Зайдя со спины громилы, Леон отвлек его на себя, дав Нериону перевести дух. Громила забеспокоился, но быстро собрался и перешел в решительную атаку. Отразив его очередной удар, мой брат начал отступать, и я отвлек внимание громилы на себя. Он попал в клещи – с кем бы ни дрался, другой всегда был у него за спиной.

Чтобы избежать верной гибели, ему пришлось отступить к балюстраде. Перильца были хлипкие, но он, по крайней мере, знал, что сзади никого нет. Мы нападали на него с двух сторон и, удар за ударом, теснили к краю. Надо отдать ему должное: почти все наши удары он отражал.

«Ничтожества, как вы посмели встать на пути великого Хирума? – в ярости прокричал громила, стоя на краю крыши. – Мы уничтожим вас, втопчем в грязь. Ваши мужчины умрут, а ваши женщины и дети станут рабами. Кто вы такие, чтобы перечить нам?!»

«Мы – Империум!» – крикнул Нерион и с разбега ударил громилу ногой в грудь.

Потеряв равновесие, тот перекувыркнулся через перила и устремился в недолгий полет до земли.

Подойдя к краю, мы увидели, что тело окружили легионеры.

«Еще посмотрим, чьи женщины кому достанутся!» – недовольно крикнул Нерион, придерживая раненую руку.

«Что, задело?» – ехидно спросил я.

«Иди ты, мне просто за родину обидно».

Спускаясь с крыши, мы услышали бурчание Леона:

«Кто о чем, а вшивый о бане!»

После боя на крыше прошла неделя. Мы стояли перед командирами в парадных доспехах. За нами – строй легионеров.

«Сегодня мы собрались, чтобы почтить память павших и воздать должное живым… Последнее задание было выполнено во многом благодаря вот этим трем юнцам. Они достойно прошли испытание, и я досрочно присуждаю им звание легионера. Носите его с честью, и пусть ваша жизнь послужит во благо Империума!» – воскликнул легат Альнор.

«Да здравствует легион!» – многоголосый крик был ему ответом.

Глава 15

Рождение командира

На следующее утро Альнор вызвал меня к себе.

Одного. Что это могло значить, я не знал, поэтому слегка волновался.

Я постучался, вошел и стал ожидать дальнейших инструкций.

Легат окинул меня долгим задумчивым взглядом. «Скажи, почему ты принял решение преследовать беглецов? – спросил он наконец. – Ведь у вас был выбор, вы могли помочь отряду добить оставшуюся охрану».

«Господин легат, я поступил так, потому что считал: если мы не начнем преследование немедленно, то, скорее всего, упустим беглецов и, возможно, навсегда».

«Приняв это решение, был ли ты готов нести за него ответственность в полной мере?» – прозвучал следующий вопрос.

«Так точно, господин легат! Если бы мы не смогли собственными силами справиться с беглецами, то отправили бы одного из нас за подкреплением. При отсутствии такой возможности мы бы все равно приняли бой, невзирая на его исход», – твердо ответил я. Легат тяжело вздохнул:

«Ты еще зелен… Молодости свойственно не дорожить жизнью, поступать опрометчиво. Но ты не деревенский мальчишка, а то, что происходит на поле боя, – не трактирные потасовки. Если ты не ценишь свою жизнь, ты не сможешь ценить жизнь своих подчиненных…»

«Но разве командир не должен выполнять приказ любой ценой, несмотря на жертвы?» – выпалил я, перебив его.

Легат недовольно покачал головой.

«Должен, но хороший командир отличается от посредственного тем, что способен выполнить приказ при минимальных потерях среди солдат».

Смутившись, я опустил глаза. Альнор подошел ко мне и похлопал по плечу.

«Я вижу в тебе потенциал – ты прирожденный лидер. Ты умеешь сплотить людей и вести их к цели. Пока что тебе не хватает опыта выбрать лучший путь, но я уверен, со временем этот опыт придет».

Он вернулся к своему столу, позвал секретаря и добавил:

«Я принял решение назначить тебя десятником. Все бумаги уже подготовлены. У тебя есть три дня, чтобы сформировать десяток из новобранцев. И не забудь забрать личное оружие, которое вы сдали. Соответствующие бумаги возьмешь у секретаря. Свободен!»

Получив бумаги, я первым делом отправился к Леону и Нериону сообщить новость. Впереди предстояло много работы.

Набрать десяток труда не составляло. За время, проведенное в легионе, у нас появилось много друзей. Желающих попасть под мое начало оказалось больше, чем надо, и тех, кому пришлось отказать, я обещал взять к себе, когда стану сотником.

Отведенные для формирования десятка дни пролетели быстро. И тут надо сказать, что не без помощи сотника Дастера нам удалось выбить целых два дня увольнения. Жизнь в легионе хоть и интересная, но довольно однообразная, и планы на вечер у моих ребят были грандиозные.

Первым пунктом был трактир. Расторопные подавальщицы быстро накрыли роскошный стол. Конечно, аристократам мы не соперники, но мяса и вина было в избытке. Праздник начался, тосты в честь нового десятка и его командира следовали один за другим. Спустя пару часов к нам присоединились Хадмир, Тальнор и Дастер. Даже господин Анисиус соизволил заглянуть, но в трактире не задержался – маги не дружат с алкоголем. Кстати, причину этого мы узнали в тот же вечер: порядком набравшийся Леон решил показать огненное шоу, взобравшись на стойку бара. К счастью, его удалось стащить и успокоить.

Вдоволь нагулявшись, мы отправились в заведение госпожи Жозель. Нас встретили девушки на все вкусы. Видя, что мы не в состоянии сделать выбор, они взяли инициативу в свои нежные ручки.

Поднимаясь с двумя прелестницами наверх, краем уха я услышал томный голос хозяйки заведения:

«О, милый Дастер, ты так давно не заглядывал к нам! Я уже начала скучать! – Потом она охнула и добавила: – Я смотрю, ты форму не потерял, надеюсь, ты не дашь мне заскучать сегодня ночью!»

Шедший за мной Нерион пробурчал:

«А еще про меня говорят, что я бабник».

Мы дошли до покоев моих спутниц. Женские руки ловко и умело избавили меня от ненужной одежды. А потом я окунулся в мир ни с чем несравнимых наслаждений.

Однажды мой отец сказал: «Война никогда не меняется, но жизнь всегда возьмет свое!» Теперь я понимаю, что он имел в виду…

Отступление 1

Тринадцать, что редко сходятся вместе

Жизнь кипела не только в мирах Разумных. Сам Элоен пришел в движение, и это не укрылось от наших глаз. Вновь мы собрались вместе. Тринадцать первых, как называют нас во многих мирах. Некоторые считают нас богами, другие – детьми Создателя, а кто-то придумывает совсем уж несуразные истории. Это их право, ведь мы никогда не говорили, кто мы и чего хотим. Мы не держим ответ ни перед кем и не ищем поклонения – лишь совесть является нам судьей и путеводной нитью нашей жизни. Но вам, мои слушатели, я скажу чуть больше: мы не боги, мы действительно дети Демиурга. Мы идем к одной цели, пусть и разными путями. Наш отец считает, что миры должны развиваться самостоятельно и прийти к тому, к чему придут. Наш путь другой: мы помогаем смертным, но не прямо, а через тех, кого избираем. Наша цель сохранить Элоен в балансе. Ведь если убрать что-то, исчезнет и второе: без тьмы невозможно познать свет, а без разрушения невозможно созидание.

– Так вы против того, чтобы в мирах Элоена поклонялись светлым или темным богам? – спросила одна из слушательниц.

– Отчего же? Мы не запрещаем этого, но стараемся не позволить перейти грань, за которой вместо выбора жизненного пути лежит слепое подчинение.

– Мне понятна причина, почему вы недолюбливаете темные культы. Но что вам не нравится в светлых? – спросил другой слушатель.

– Иногда кажется, что пути их различны, но очень часто бывает иначе. Вот один из примеров: когда добро решает, что для победы над злом все средства хороши, оно перестает отличаться от зла, с коим было призвано бороться. И второй: искать пути в жизни и достигать своей цели, несмотря на трудности, – это одно. А идти к цели, невзирая на других, не стесняясь принести их в жертву, оправдывая это высшей целью, – это другое.

Слушатели стали тихо переговариваться между собой. Я не мешал им. Один мудрец сказал когда-то: «В споре рождается истина». И, пожалуй, я с ним соглашусь. Разве что спор не должен перерастать в базарную перебранку.

Но разговор их подошел к концу. Голоса смолки, а я продолжил:

– Как вы уже догадались, Дакар с друзьями были не случайно избраны мной. Они, несмотря на взгляды своих народов и слушая речи богословов и приверженцев темных культов, что таятся по углам, все равно продолжали идти выбранным путем.

Глава 16

Новые времена, старые друзья

Прошел почти месяц, как легион наших героев покинул крепость Астрикс. До базового лагеря оставалась неделя пути. Дакар ехал во главе своей сотни. Оглядываясь на солдат, он становился задумчивым и все больше хмурился, ведь от его сотни осталось чуть более двух десятков. Многих из них он знал еще мальчишками, только что пришедшими в легион. Печалила и потеря старого друга.

От грустных мыслей его отвлекла подъехавшая Астель:

– О чем думаешь, Дакар?

– Да вот, что делать дальше. Новичков то мы наберем, а будет ли время их обучить…

– Согласна, от необученных солдат толку мало, но и выбирать не приходится – война ждать не будет.

– Это полбеды, и в походном строю можно отрабатывать движения фаланги.

– Ну, а вторая половина?

– Вторая… К вечеру мы встанем неподалеку от города-крепости Стельнин. Знакомое место. Когда мы брали его, уцелели разве что стены, да и то большая часть была проломлена. Правда, говорят, за четыре года город успели отстроить. Жителей немного, но пара харчевен точно есть. А где харчевня, там алкоголь, а где алкоголь, там и пьяные солдаты. Вот это и есть вторая половина беды!

Астель неопределенно хмыкнула.

– Хорошо, что эльфы не склонны к пьянству!

– Да уж. После того как мы отметили победу, твои лучники не могли протрезветь три дня, хотя и выпили всего-то по бокалу.

– Просто мы плохо реагируем на спиртное, – возмутилась Астель.

Как и говорил Дакар, к вечеру вблизи Стельнина был разбит лагерь. Завершив обустройство, друзья решили заглянуть к старине Тругору, державшему трактир. Четыре года назад, когда легионы отбили город у хирумцев, Тругор был одним из немногих выживших. В благодарность он обещал до конца своих дней поить легионеров за полцены в своем заведении.

Благодарить было за что. Когда хирумцы поняли, что город не удержать, они согнали всех оставшихся в живых в один из складов и подожгли его. Не подоспей тогда Дакар с Леоном, участь многих была бы незавидной.

Предаваясь воспоминаниям, компания и не заметила, как дошла до трактира. Едва они вошли, как раздался радостный рев.

– Кого я вижу! Четыре года прошло, я уж и не чаял, что увидимся вновь! – прокричал Тругор, выходя из-за стойки навстречу.

– Здравствуй, Тругор! Вижу, годы тебя не пощадили, хоть и не так много времени прошло, но ты все также бодр и весел, да и мясо на костях нарастил, – промолвил Леон, пожимая руку хозяина.

– Вашими заботами, вашими заботами! Что же мы стоим на пороге? Для таких дорогих гостей у меня всегда найдется уютная комнатка, где можно спокойно посидеть, поговорить и отведать лучших яств.

Тругор пригласил их проследовать за ним, но не успели они сделать и пары шагов, как дверь трактира с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель.

– Дерните меня за бороду! Я как знал, что найду вас здесь!

Обернувшись, Дакар увидел знакомое лицо: Гаудир. Тот самый гном, что подарил им волшебное оружие.

– Гаудир! Вот это да! Какими судьбами? Присоединяйся к нам, есть что рассказать и что послушать.

– С удовольствием, друзья мои, а дела подождут! Да и помощников у меня хватает.

– Ну да, там, где выпивка, там и гномы! – негромко произнесла Астель, но так, чтобы Гаудир ее услышал.

– Не волнуйся, светлоликая, здесь и салатик подают! Да и водица колодезная тоже ничего! А то я ведь знаю, эльфы с алкоголем не дружат, прямо как дети малые!

Громкий смех Нериона был прерван звонкой затрещиной, на которую не поскупилась Астель. Перешучиваясь, они добрались до комнаты и сели за богато накрытый стол. Миски были глиняные, а ложки деревянные, зато разнообразие яств впечатляло.

Утолив первый голод, слово взял Дакар:

– Тругор, я смотрю, ты неплохо отстроился.

– Твоя правда, мой друг. И скажу, что отстроился я не без помощи этого уважаемого гнома. У меня теперь трактир, о котором я всегда мечтал, лучше прежнего. Да что мы все обо мне да обо мне? Я лишь скромный трактирщик, ни с кем не воюю, так что рассказать мне особо нечего. Лучше уж вы поведайте, какие приключения выпали на вашу долю, – произнес Тругор, и Гаудир поддержал его.

– У нас много чего случилось, только о последней битве за Астрикс можно рассказывать до утра. Но я постараюсь покороче…

Красноречия Дакара хватило на пару часов. Когда он закончил, Леон поинтересовался у гнома:

– Гаудир, я смотрю, ты расширил свой бизнес. Не припомню, чтобы ты занимался трактирами. Решил попробовать?

– Почему бы и нет? Война войной, а есть хотят все, и по возможности каждый день. Тругор – хваткий мужик, дело свое знает крепко. Так что помог я ему отстроиться всего за десятину с доходов. И не ему одному. Каждый второй ремесленник построил себе лавку с моих средств. Ваш император нанял многие гномьи кланы для работ. Считай, весь город нашими руками и восстановлен.

– А что это император так расщедрился? Без обид, Гаудир, но услуги вашего народа не дешевые, – удивился Нерион.

– Кланы пошли навстречу. Нам хватило одного хорошего пинка, чтобы начать шевелиться.

– И кто же этот пинок дал? – поинтересовалась Астель.

– Хирумцы, кирку им в одно место! Высадились на наши земли и хорошо так прошлись по прибрежным городам. Земли не взяли, но пожгли многое. Так что Совет гномов, недолго думая, дал хорошие скидки и согласился на оборонительный союз. Да и деваться было некуда: зерна у нас после поджогов почти не осталось. А торговцы заломили дикие цены. Монополисты, чтоб их!

Друзья и не заметили, как перевалило за полночь. Тругор ушел – надо было следить за трактиром. А спустя некоторое время откланялся и Гаудир, приглашая всех заглянуть в гости.

Проводив его задумчивым взглядом и дождавшись, когда закроется дверь, Астель промолвила:

– А он отличный малый. Я, конечно, помню, что он подарил вам оружие, но, честно признаться, до конца не верила в его дружелюбие. До сегодняшнего дня, уж точно!

– Ничего удивительного, даже прижимистые коротышки бывают щедры, – произнес Нерион и добавил: – Мне довелось услышать много историй, однако есть одна, которую я не слышал, но очень хотелось бы… – он выразительно посмотрел на Астель.

Она притворно вздохнула:

– Я давно собиралась рассказать вам кое о чем, но та ли это история, я не знаю…

Глава 17

Под кронами древнего леса

Я родилась в Эльтиане, великой столице древнего леса. Мой отец был тельном[26] рейнджеров. У нас, эльфов, детей растят отцы, а матери могут понести только от одного мужчины, и то раз в пятьдесят лет. Но это касается мужчин-эльфов. Видимо, это какая-то насмешка богов, что от человека эльфийки могут рожать почти без ограничений. Правда, жизнь полукровок конечна, а чистокровные эльфы бессмертны. Мне кажется, это та плата, которую мой народ отдает за вечность.

Но на чем я остановилась? Ах да, меня и мою сестру растил отец. С тех пор как мы научились ходить и говорить, нас обучали разным наукам, в том числе и науке войны. У эльфов нет различия в образовании, как у прочих рас. Мы занимаемся тем, что лучше всего получается. Обучают нас вплоть до совершеннолетия, которое наступает в тридцать лет; после этого мы перестаем стареть и при желании можем выглядеть, как захотим: хоть десятилетним ребенком, хоть столетней старухой.

Вопрос Нериона не заставил себя ждать:

– И много обликов ты сменила?

– А у тебя много жизней? – задала встречный вопрос Астель.

– А что? – спросил Нерион с опаской.

– Просто это моя личная тайна, и, когда я тебе ее открою, я буду вынуждена убить тебя. И хотелось бы быть уверенной, что ты не возродишься где-нибудь, – улыбнулась она.

– Какое небо голубое! – громко заявил Нерион и уставился в окно, будто увидел хирумский десант.

Все остальные участники посиделки, посмотрев в то же окно и увидев звездное небо, продолжили слушать.

– Достигнув совершеннолетия, я пошла по стезе отца. Попасть в Академию рейнджеров труда не составило. И спустя десять лет обучения я отправилась на свое первое боевое задание.

Это было еще в прошлую войну с Хирумом, сорок лет назад, за неделю до того, как в нее официально вступил мой народ. Я была счастлива, когда узнала о назначении, ведь на задание отправили только четырех курсантов, лучших.

Прибыв на место, я была удивлена, увидев во главе патрульной сотни своего отца. Судя по всему, он был удивлен не меньше, хоть и не подал виду.

Шесть с половиной дней мы патрулировали границу леса и побережье со стороны свободных княжеств и королевств. Высадка хирумцев не застала нас врасплох, но все же была неожиданной. Их было много – почти два десятка кораблей. Мы отправили вестников еще до того, как корабли причалили к берегу, но все прекрасно понимали, что подкрепление не успеет прийти, а сто воинов не остановят две тысячи.

Хирумцы высадились и лесом пошли в направлении небольшого городка. Он был всего в пятидесяти километрах от берега. Это я сейчас говорю «пошли», а на самом деле они кровью оплачивали каждый свой шаг. Когда заканчивались стрелы, наши маги выращивали новые прямо из деревьев, но наконечников у них, конечно, не было. Некоторые наши воины погибали от хирумских стрел. Хирумцы не видели нас, но когда тысячи стрел летят в разные стороны, хоть одна да найдет цель. И хирумцы были не самой страшной бедой. Как оказалось, их сопровождали наши проклятые братья. Немного, я насчитала всего четырнадцать. И все обладали магическими способностями.

Они сжигали деревья в надежде убить нас. Но мы никогда не пускали больше трех стрел из одного места. И все же жертвы были. Весь этот кошмар длился пять часов. Потом пришло подкрепление, и менее чем за час враг был разбит.

Все праздновали победу, а я проливала слезы, ведь за пару минут до подхода подкрепления мой отец спас мне жизнь, сбросив с дерева, которое загорелось, а сам он погиб.

– Соболезную… – тихо произнес Дакар.

– Не стоит. Мой отец жил как воин и как воин ушел. К тому же эльфы не умирают в принятом у вас смысле – мы перерождаемся в новом теле, в новом мире. Может быть, однажды я встречу Разумного с душой своего отца, – сказала Астель и подошла к окну, у которого стоял Нерион.

– А небо все равно голубое, – упрямо повторил он.

– Верно, – вздохнула Астель. – Просто не многие способны увидеть его цвет, когда вокруг темно.

В комнате повисла тишина. Все думали о своем. У каждого было о ком вспомнить и пролить слезу. И все, конечно же, понимали: как бы ни была темна ночь, как бы черно тебе ни казалось небо, следует помнить, что оно голубое, а рассвет расставит все по своим местам.

Глава 18

Снова в путь

Вопреки ожиданиям легата Альнора, провести полное переформирование легиона не удалось. Людей не хватало. Офицеры нещадно гоняли новобранцев, понимая, что времени на полную подготовку нет. Худшие опасения оправдались спустя декаду.

В этот злопамятный день в офицерскую столовую, где отдыхали герои, вбежал солдат и сообщил, что всех сотников и командиров союзных отрядов немедленно требует к себе легат. Дакар, Астель и еще несколько командиров отправились к нему.

В штабной палатке собрались почти все. Подождав оставшихся, легат встал и объявил цель срочного сбора:

– Господа офицеры, менее часа назад прибыл императорский курьер. Нас срочно отправляют к крепости Астрикс для усиления расквартированных там трех легионов. Разведка донесла, что вторая ударная армия Хирума, пополненная десантными корпусами дроу, выдвинулась на Астрикс. Они достигнут его в течение трех месяцев. Мы находимся ближе всех. Другим легионам потребуется около четырех месяцев, чтобы добраться туда. Но даже с учетом нас враг будет превосходить силы имперцев в три раза. Задача состоит в том, чтобы продержаться до подкрепления и не позволить Хируму прорвать фронт. Ситуация осложняется тем, что менее чем в неделе пути от Астрикса находится захваченный хирумцами портовый город Алинсфол. Имперские корабли не позволят хирумцам забросить десант в наш тыл, но и блокировать порт сил у них не хватит. У меня уже есть пара идей, как нам поступить с этим городом. Но эти идеи нужно согласовать с другими легатами. Поэтому слушайте приказ: немедленно начать подготовку к маршу! Проверить припасы, оружие и личный состав. Выдвигаемся на рассвете следующего дня. Разойтись!

Сборы начались. Интенданты не покидали складов, пересчитывая и перепроверяя вверенное им хозяйство. Младшие офицеры продолжали гонять новичков, пытаясь вбить в них хотя бы еще немного нужных умений.

Несмотря на сжатые сроки, легион двинулся в путь, как и было назначено легатом. И в пути не прекращалась работа: на привалах проходила строевая подготовка, координировалось взаимодействие различных подразделений.

Легион «Элиот» прибыл к месту назначения за полторы декады до подхода второй ударной армии Хирума. Легат Альнор сразу же направился в расположение ставки имперских войск, поручив офицерам заняться размещением солдат. Проблем с этим не возникло – все для размещения было готово.

Вечером того же дня Дакара и Астель вызвали в штаб. В штабной палатке их встретили оценивающие взгляды. Лишь Альнор смотрел с тенью гордости и одобрения.

– Несмотря на юный возраст, сотник, ты уже довольно известен, – произнес один из легатов, сидевших за столом.

– И какого же рода известность я приобрел?

– Положительную, не волнуйся. Многих влиятельных людей заинтересовал молодой офицер, который продвигается по карьерной лестнице не по выслуге лет, а благодаря громким делам, за которые и медаль дать не зазорно.

– Служу Империи! – вытянулся Дакар.

– Отставить официоз, сотник. У нас к вам особый разговор, требующий предельной честности. Слишком многое поставлено на карту, – промолвил Альнор.

Дакар и Астель обратились в слух. Выдержав небольшую паузу, Альнор продолжил:

– Командованием принято решение о превентивном ударе по портовому городу Алинсфол. На вас возлагаются особые надежды. Учитывая твой опыт, Дакар, в руководстве смешанными отрядами, было решено на период этого задания присвоить тебе звание тысячника. Если все пройдет как надо, звание останется за тобой.

– В усиление мы можем предоставить две сотни стрелков. Возглавит их Астель, – добавил эльф из высшего командования.

– Подчиняюсь воле леса! – звонко произнесла Астель.

– А теперь скажите, сможете ли вы, располагая ограниченным контингентом – тысяча двести солдат – захватить и удержать Алинсфол до подхода морских сил? – спросил один из легатов.

Переглянувшись с Астель, Дакар ответил:

– Все зависит от сил, удерживающих город, и тех, кто попытается его отбить.

– В городе расквартировано около трех тысяч хирумских солдат. Были замечены дроу, точное их количество неизвестно. По данным разведки, крупных формирований поблизости нет. Ударные силы идут с армией Хирума. У Алинсфола она будет через день после вашего прибытия туда. К этому времени основные силы легионов уже займут позицию и подготовят оборонительные рубежи. От города нас отделяет лесополоса, так что увидеть нас они не смогут. Когда подойдут основные силы Хирума, мы втянем их в бой и предоставим вам возможность ударить во фланг. К этому времени вы должны не только взять город, но и получить подкрепление со стороны морского десанта. Если все удастся, хирумцы будут зажаты между городом и имперскими легионами. Это существенно увеличит наши шансы на победу, а контроль порта даст возможность получать подкрепления, – ответил Альнор.

Дакар думал пару минут, которые для Астель тянулись подобно вечности. Но ответ был дан. Новая тысяча начала формирование.

Глава 19

Штурм

Тысяча Дакара приближалась к городу. Основные войска Империума должны были прибыть к рассвету. А хирумское войско, по данным разведки, – не раньше чем через день. Флот Империума в полной боевой готовности ждал сигнала для штурма бухты. Сигналом должен был послужить огонь на одной из крепостных башен Алинсфола.

На закате тысяча заняла позицию в получасе от города, надеясь на то, что враг их не увидит. Перед штурмом, под покровом ночи, Дакар, Леон, Астель и Нерион, соблюдая все меры предосторожности, подобрались к стене. Тысяча осталась под командованием Дастера. По сигналу от Дакара (тот же огонь на башне) Дастер должен был начать штурм.

Осмотрев позиции врага, Дакар приказал приступить к операции, детали которой хорошо продумал.

Первый ход в этой сложной и нестандартной партии был предоставлен Леону. Во время марш-броска легиона до крепости Астрикс он оттачивал свои магические способности, уделяя особое внимание массовому перемещению. И сейчас все зависело от того, сможет ли он выполнить поставленную задачу. Осмотрев стену и выбрав точку перемещения, он сотворил заклинание, и все четверо переместились, можно сказать, успешно, если не считать Нериона, который, в отличие от прочих, оказался на самом краю стены. В недолгий полет вниз он не отправился лишь чудом – друзья удержали.

Покрасневшего от ярости Нериона затащили на стену, и Леон понял, что наедине с ним лучше не оставаться. Тем не менее первый ход был сделан. Пришло время следующего.

Друзья разделились. Астель с Нерионом должны были незаметно пробраться в порт, чтобы впустить корабли (вход в порт перекрывали тяжелые цепи, которые надо было опустить). А Дакару с Леоном предстояло устроить грандиозный кипиш в городе, отвлечь внимание от порта, пробраться на башню и разжечь огонь.

Выполняя свою задачу, братья петляли по городу, поджигая все, что может гореть, и, убивая врагов, пытавшихся им помешать. Эффект неожиданности сработал: в городе началась паника. Во всем этом для Дакара был и неприятный момент. Он знал, что в Алинсфоле много пленных имперцев, и не мог найти решения, которое помогло бы обойтись без жертв. Поэтому сейчас он старался не обращать внимания на крики горящих заживо людей. Теперь он понимал слова отца: «Война – это не подвиги и не слава. Война – это боль, кровь и бесконечная ненависть».

Двери в башню, к которой они наконец подошли, были закрыты.

– Ломаем и поднимаемся? – спросил Леон.

– Есть идея получше, братец! Ты же любишь играться с огнем. Попадешь отсюда на площадку?

– Так, чтобы прицельно, – нет. Но могу поджечь весь верх башни, гореть будет ярко! – улыбнулся Леон, сотворяя огненное заклинание.

Спустя пару секунд башня напоминала факел. Сигнал подан. Пора было преступать к третьей фазе.

Пока братья пробивались к башне, Астель и Нерион благополучно добрались до порта. И тут начались проблемы. Хирумцы перешли в боевую готовность, но хуже всего было то, что Астель заметила нескольких магов дроу. Именно они заняли оборону у входа в портовую башню, где был заградительный механизм. Не успели друзья придумать план, как вмешался слепой случай. В горящем городе произошел бунт. Пленники, которым удалось спастись от огня, вооружившись подручными средствами, стали убивать хирумцев. Тем пришлось бросить все силы на подавление восстания. Надеясь на помощь магов, хирумцы оставили у башни лишь одного из них, а при нем – небольшой отряд, не превышающий десяти человек. Так что можно было рискнуть. Успех зависел от того, сможет ли Астель убить дроу раньше, чем он убьет их.

Подобравшись ближе к входу, эльфийка использовала одно из сильнейших известных ей заклинаний, создав с его помощью энергетическую сферу над головами врагов. Солдаты, подчиненные магу, растерялись, а маг, не успев сотворить контрзаклинание, окутался силовым щитом. Астель, не теряя времени, выстрелила стрелой в сферу, и та лопнула, выпустив сотни стрел, разлетевшихся по округе. Почти все солдаты погибли, а те, кто выжил, драться уже не могли. Маг, однако, не пострадал, но он рвался вступить в бой и для этого снял силовой щит. Этим воспользовался Нерион: брошенный нож открыл им путь в башню.

Ворвавшись внутрь, Нерион побежал наверх, где уже заработали баллисты, обстреливавшие подходящий флот. Преодолев две трети пути, Нерион услышал скрип опускаемых цепей и понял, что Астель справилась: путь кораблям был открыт. Осталось нейтрализовать орудийные расчеты. Много времени это не заняло, дополнительной охраны наверху не было. Но оставалась еще вторая башня, с которой продолжали вести огонь.

– Нерион, заряжай! – крикнула Астель, разворачивая баллисту.

Ругаясь, Нерион смог зарядить орудие, хотя для этого требовались усилия троих.

Все-таки правду говорят, что эльфы не мажут, из чего бы ни стреляли. Чтобы покончить с вражеским огнем понадобилось несколько выстрелов, и к тому же помогли штурмующие корабли. Увидев, что из какой башни по ним ведется огонь, тяжелые катапульты линкоров просто разнесли ее. Бухта была открыта, и первые корабли уже высаживали солдат, которые с боем захватывали причалы.

Спустившись вниз, Нерион и Астель присоединились к сражающимся и вместе с ними стали пробиваться в город.

Тем временем у братьев возникли затруднения. Хирумцы попытались окружить их. Оба были ранены, но пока держались. Падение одной из башен и грохот в порту говорили о том, что десант прорвался, а значит, вскоре должен подойти Дастер.

Они стали прорываться к крепостной стене. К ним присоединялись пленники, встречавшиеся на пути. Командовать ими не требовалось: они сами убивали нападающих. Улицы города были завалены трупами.

Снова вся надежда была на Леона. Пока Дакар и пленники сдерживали натиск врага, он готовился к тому, чтобы обрушить стену. Но надо было дождаться сигнала Дастера. Он оглянулся и увидел, что брат держится из последних сил. И тут прозвучал сигнальный рог легиона. Использовав ускорение, Леон врезался в стену, активировав при этом «Падение звезды». Стена была пробита насквозь. Пролом был небольшим, но достаточным для прохода легионеров. Хирумские солдаты, остававшиеся на целой части стены, не смогли помешать наступлению, и их быстро нейтрализовали эльфийские лучники. Спустя полчаса объединенные силы легионеров, эльфов и восставших стали продвигаться к центру города.

Время поджимало, восток уже начал алеть. Но когда солнце взошло над морем, город был взят.

Победа далась дорогой ценой, и если бы не помощь пленников, еще не известно, чем бы все закончилось. Пленникам разрешили покинуть город, однако уйти захотели не все, намереваясь сражаться и дальше.

Крик одного из дозорных эльфов на сторожевой башне прозвучал подобно раскату грома:

– Вторая хирумская армия на подходе!

И это была не единственная плохая новость. Прибежавший из порта солдат сообщил:

– Заградительный флот Империума вступил в бой с флотом Хирума.

Таким образом, войска Империума оказались в ловушке.

– Похоже, наши разведчики сильно облажались, – ругнулся Дакар, перевязывая рану. – Созвать командиров!

Когда командиры прибыли, у Дакара уже был в голове план обороны. Указав на карте позиции для каждого отряда, он отправил офицеров готовиться к встрече врага.

Одна битва была выиграна, пришла очередь следующей…

Глава 20

Надежда, что не умрет никогда!

Пришедшее в ставку командования сообщение о неожиданном подходе врага раньше намеченного срока означало смертный приговор для всех четырех легионов.

Было созвано срочное совещание. Предстояло решить всего один вопрос: встречать армию Хирума на плохо подготовленных позициях или же отступить, пожертвовав Алинсфолом.

Альнор предполагал худшее: остановить Хирум будет невозможно – у противника слишком большое численное преимущество. Но выбора у него не было. Когда штаб был готов отдать приказ об отступлении, прибыл императорский курьер. В послании было всего одно предложение: «Остановить хирумские войска любой ценой».

«Легионы к бою! Враг близко», – раздался клич.

* * *

Дакар поднялся на башню. Он видел, как хирумская армия разделилась на две группы. Большая часть направилась в сторону Астрикса, а меньшая – по предположительным подсчетам, около десяти тысяч – направилась в сторону Алинсфола.

В распоряжении самого Дакара было около пяти тысяч солдат и двести эльфов. Бывших пленных никто не считал.

Утешало лишь то, что хирумцы, как всегда, недооценивали легионеров. Видимо, полагаясь на численное преимущество, они атаковали сразу, с марша.

Маги Хирума не стали экономить силы и превратили стену в решето. Но ворвавшихся в город хирумцев ждал неприятный сюрприз. Все улицы, кроме трех, были завалены, и пройти по ним было невозможно. Но они все равно перли напролом. Имперские стрелки, засевшие на крышах, поливали их градом стрел и арбалетных болтов, в ход также шли большие камни.

Когда хирумцы дошли до площади, они натолкнулись на баррикады. И та, и другая сторона билась за каждый клочок земли. Дакар отдал приказ обвалить часть зданий, чтобы затруднить врагу проход. Он предполагал такой сценарий, и специальные магические амулеты были заложены заранее. Активировали их стрелки Астель. В ловушку попали около тысячи хирумских солдат.

Понеся потери, хирумцы отвели войска обратно к крепостным стенам. Но, похоже, они до конца не верили, что оборону прорвать будет трудно, и это оказалось второй их ошибкой. Два линейных корабля Империума, проникшие в бухту, стали забрасывать занятый врагом сектор подожженными бочками с вином и маслом, которые до этого собирали по всему городу. В рядах атакующих началась паника – горящее масло довольно сложно потушить. Неизвестно, что было бы дальше, если бы не коварство магов дроу. Внезапно по земле поползли трещины, и с диким грохотом город провалился под землю.

* * *

Отряды легионеров постепенно сдавали позиции близ Алинсфола. Хирумские войска накатывали подобно волнам. Первые две линии обороны были смяты. Оставалась еще одна, а за ней – укрепленный лагерь как последний рубеж.

Около половины личного состава было потеряно, эльфам досталось не меньше. Но и хирумцы, по примерным подсчетам Альнора, потеряли около двадцати пяти тысяч.

От раздумий его отвлек крик дозорного:

– Носороги!

На самом деле с носорогами этих тварей связывало только внешнее сходство, маги дроу хорошо поработали над ними. Уничтожить носорогов было сложно: шкура у них была плотной, а кровь вязкой и из ран текла очень неохотно. Убить их можно было только выстрелом в глаз или попаданием из баллисты в область сердца. Ненадежный эффект оказывали волчьи ямы – носороги выбирались из них не сразу. Одна из тварей провалилась в яму недалеко от ставки командования. Выхватив копье у стоящего рядом легионера, Альнор, использовав силу ВИКТУМа (он был Лерсадом), метнул копье с такой силой, что оно пробило череп чудовища насквозь.

Силы легионеров таяли на глазах. Еще одна линия обороны было прорвана, и войска отошли на последний рубеж.

Из четырех легатов выжило только двое. Ведь в отличие от хирумских гельзов[27], которые не вступали в бой, они воевали бок о бок со своими солдатами. Альнор приказал удерживать позицию до последнего солдата. Если их выбьют оттуда, все будет кончено.

Хирумцы бросили в атаку конные силы. За ними шла пехота. Носорогов не было видно – постарались эльфийские лучники. Но это не меняло худшего прогноза.

Неожиданно, когда войска Хирума уже почти вышли на дистанцию удара, прозвучал сигнал остановиться. Вражеские ряды раздвинулись, и легионеры увидели огромную армию всадников шант, во главе которой была Дрина, та самая, которая пыталась провести магический обряд над Нерионом.

Воздев руки к небу, она произнесла заклинание, и над полем нависли свинцовые тучи. Спустя минуту на легионеров обрушились молнии. Едва державшиеся на ногах маги имперцев, собрав все свои силы, смогли поставить щит, сводя заклинание Дрины на нет. Недовольная фурия создала портал и исчезла, а всадники хирумцев и дроу стали набирать разгон для решительного удара. Возглавил всадников мурий[28] дроу. Когда до строя легионеров оставалось меньше сотни метров, яркая вспышка, подобная солнечному лучу, разрезала облака и воткнулась мурию в грудь. А вслед за этим прогремел взрыв, опрокинувший первый ряд наступающих; следующие ряды налетели на него, и атака захлебнулась.

– Кто нам помог?! – изумленно воскликнул Альнор, повернувшись к адъютанту.

Тот указал рукой на холм, где было двое всадников.

– Похоже, мы успели вовремя, мой друг, – сказал всадник на грифоне.

– Ты прав! Эти солдаты не утратили надежду. Так оправдаем их ожидания! – воскликнул всадник на волке, после чего выхватил меч и кинул боевой клич: – Всадники! Все как один! Эльфес Тарил!

Примечания

1

Демиург – Созидатель или Создатель всего сущего.

2

Темные эльфы.

3

Дриас – время года, весна.

4

Виндериас – время года, зима.

5

Гальтер – светлый князь эльфов.

6

Цепные мечи – сложный гномий механизм, сочетающий в себе возможность ведения ближнего боя парными клинками, а также дистанционного боя, отстреливая клинки при помощи цепей и спускового механизма.

7

Хирд – боевой отряд тяжелой гномьей пехоты, численностью в 100 единиц.

8

Ватага – спешно организованный отряд из необученных людей.

9

Ниал – официальная валюта Империума.

10

Скачок – заклинание пространственной магии. Моментальное перемещение в пространстве в пределах видимости прибегающего к заклинанию.

11

Слово-ключ – слово, активизирующее заклинание.

12

Эксан – слово-ключ активирующее магическую броню Дакара. Это барьер, который принимает форму защищаемого объекта и сводит получаемые повреждения, как физические, так и магические, к нулю. Физические тела меньше весом, чем защищаемый объект отталкиваются.

13

Ледяная броня – разновидность защиты. По своим свойствам незначительно уступает броне, которую с помощью магии возвел вокруг себя Дакар. При соприкосновении замораживает атакующего.

14

Стрела света – магическое действие, часто используемое Астель.

15

Крон – магическое заклинание; создает барьер произвольной формы, который сносит все, что встречается на пути, пока не истощится вложенная в заклинание манна – магическая энергия.

16

Альфей – еще одно заклинание, с помощью которого возводится защитный барьер.

17

Рэй – универсальное заклинание. Заряжает предмет энергией; тип энергии зависит от школы магии.

18

Ирс – заклинание, вызывающее огненный поток.

19

Требушет – метательная машина гравитационного действия для осады городов.

20

Дэнай – магическая броня Астель. В отличие от брони Дакара, дает слабую защиту, но увеличивает атакующие свойства.

21

Авингдон – одно из королевств ангелов.

22

Снурпы – животные, живущие в мирах Кельзера. Напоминают лемуров.

23

«Ночник» – представитель гильдии воров или убийц; вне закона в Империуме.

24

Сыскари – контрразведчики.

25

Шестеро – верховные боги в религии Империума.

26

Тельн – воинское звание, аналогичное тысячнику в Империуме.

27

Гельзы – главнокомандующие хирумскими войсками. Как правило, не отличаются подтянутым телосложением и умением владеть оружием.

28

Мурий – главнокомандующий всадниками шант. Высшая должность.

Content

Антон Муравьев
Михаил Девин
Летописец: Скрижаль Эльдэриума

Дорогие читатели!

Летописец: Скрижаль Эльдэриума

Предисловие

Глава 1 Поход на Астрикс

Глава 2 Два брата

Глава 3 В легионе

Глава 4 Судьба, что прокладывает наш путь

Глава 5 Тайные тропы

Глава 6 Заброшенный город

Глава 7 Тайна разрушенной крепости

Глава 8 Захват крепости

Глава 9 Возвращение в строй

Глава 10 Теперь ты в армии, сынок!

Глава 11 Первая вершина

Глава 12 Совет

Глава 13 Первый патруль

Глава 14 Засада

Глава 15 Рождение командира

Отступление 1 Тринадцать, что редко сходятся вместе

Глава 16 Новые времена, старые друзья

Глава 17 Под кронами древнего леса

Глава 18 Снова в путь

Глава 19 Штурм

Глава 20 Надежда, что не умрет никогда!

Примечания