Adrialice

Сирена

Глава 1

Ревущие волны, свистящие ветры,

Шипящие скалы и рифы в морях-

Жилища сирен - дев прекрасных, бессмертных,

Коварных и хитрых в морячьих глазах.

Они завлекут и корабль утопят,

Хихикая дерзко, глазами блестя.

Останутся в море обломки да кости,

Останки - под воду, душа - в небеса.

Никто не узнает, что духи морей

Когда - то с людьми проживали.

Что жили, ходили они по земле,

Любя и молясь, и мечтая.

Но предали их дорогие мужья,

Разбили сердца их девичьи.

И грусть дев терзала все день ото дня.

Нарушив законы приличия,

Они обратились к морям и волнам,

К богам и суккубам взывали:

«Сердца, да и души возьмите у нас!»

И небо, звездою мерцая

Открыло ворота не в рай и не в ад -

В морские пучины бессмертных.

Где рыбы и духи про дождь говорят,

Где нет ни врагов, ни неверных.

Отныне слеза не пойдет по щеке.

И сердце тревожно не бьется.

Есть небо и море, корабль во мгле -

Топя его, дева смеется.

Я открыла глаза и потянулась. Вода имела такой красивый оттенок в лучах заходящего солнца, словно играла всеми цветами радуги. Лучи отражались от ракушек на стенах и причудливо переплетались. Водоросли медленно шевелились и не мутили воду. Сегодня штиль.

Так, что-то я замечталась, скоро солнце сядет, а я еще разлеживаюсь.

Подплыв к скале, я посмотрела в зеркало. Это зеркало я когда-то вытащила с утонувшего корабля торговца. В общем - то, утопили его мы с девочками, но это уже отдельная история. Так, и что мы имеем? Ндааа, с таким заспанным лицом только моряков соблазнять. На меня «клюнет» разве что в дупель пьяный матрос.

- Лигейя, ты скоро? - крикнули снаружи.

- Уже плыву, Парфи.

Так, в порядок себя привела, волосы расчесала и вперед. Парфенопа ждать не любит, а разозлить Парфи - это все равно что прищемить кракену щупальце - драпай от нее потом по всему рифу.

Выплыв в пещеру, вижу, что девочки уже собрались и ждут только меня. Девочки - это мои подруги Парфенопа, Левкосия, Аглаопа и Фелксиопа. Ах да, забыла сказать, мы - сирены. Те, про которых в народе говорят: «Девы чудной красоты, с очаровательным голосом. Звуками своих песен они усыпляют путников, а затем раздирают их на части и пожирают, играючи топят корабли». Да, это мы, только мы не раздираем их на части (хотя иногда очень хочется) и не пожираем людей. Мы вообще едим только морскую пищу. Но нам же лучше от того, что люди об этом не знают - больше боятся. А насчет красоты - чистая правда! Парфи была высокой брюнеткой, ее волосы прямыми прядями спускались до талии, темно-зеленые глаза таили в себе множество загадок и были похожи на омуты, прямой нос, пухлые губы и персиковая кожа. Парфенопа не была хрупкой - она была женственной, но подтянутой. Фел тоже была брюнеткой, но ее кудри спускались чуть ниже плеч. У Фелксиопы были широкие скулы, маленький носик, загорелая кожа. Фел была кокеткой, поэтому у нее на лице всегда была игривая улыбка. Леви была одного возраста с Фел, была ее лучшей подругой, но внутренне и внешне была полной противоположностью. Левкосия была миниатюрной блондинкой. Соломенного цвета волосы волнами спускались чуть ниже лопаток. У нее была кремовая кожа, серые глаза, курносый носик и ослепительная улыбка. Леви была ангелом. Агла была еще ребенком, но уже имела внешность красавицы. Длинные почти белые волосы, бледная кожа, на которой выделяются большие серо-синие глаза. У нее был маленький носик и пухлые губы, которые она закусывала, когда волновалась. А я... Я была невысокой, наверное даже хрупкой, шатенкой. Волнистые волосы спускались до бедер, кремовая кожа, розовые губы и карие глаза. Вот это мы.

И вот сейчас время захода солнца, а, следовательно, нам пора наверх. Нужно еще добраться до соседнего рифа, так как около своего мы никогда не показываемся. Во-первых, не хочется, чтобы обломки кораблей завалили наш дом, а во-вторых, люди не оставляют попыток поймать себе сирену. Около рифа они нас, конечно, не поймают, но вот со злости отравить воду могут. Это будет последнее, что они сделают в своей жизни, но ведь вода уже будет испорчена, значит, надо будет искать другой дом.

Между тем, мы уже доплыли до соседнего рифа, который люди называют Пелор. Люди называют это место проклятым из-за нас. Поэтому моряки всегда стараются обойти эти воды на большом расстоянии, чтобы не попасться нам. Но некоторые смельчаки или глупцы все - таки решают сократить путь и проходят мимо наших рифов. Некоторые остаются здесь навсегда, некоторые же выживают... с нашего позволения. Люди не знают о сиренах одной очень важной детали - мы видим души. Если душа моряка или другого человека, повстречавшего сирену, черна как пиратский флаг - ему самое место в бездне морской. А доброго человека мы отпустим. Его душа нам не принадлежит.

- Лигейя, мне кажется или я вижу корабль?

- Не кажется, Фел, это действительно так. Хмм… ночь обещает быть интересной! - с предвкушением ответила я, - Наконец можно развеять скуку.

Взглянув на девочек, я увидела, как их глаза зажглись азартом и предвкушением. Праведники - это, конечно, хорошо, но неимоверно скучно. Хотелось бы уже кого-нибудь напугать, увидеть, как глаза человека затопляет паника, осознание и, наконец, дикий ужас. Мы - не зло, просто такова наша природа.

Тем временем корабль приблизился, а солнце село за горизонт, но ночь еще не вступила в свои права. А мы пока отдохнем на рифе среди камушков. Главное, чтобы с корабля нас не заметили, а то рванут на всех парах и догоняй их потом. Мы, конечно, догоним, но это будет уже не так весело.

- Девочки, хотела рассказать вам кое-что, - сказала Аглаопа, - прошлой ночью я подплывала к берегу и увидела нечто странное. Недалеко от берега вглубь леса было светло. Там что-то горело и доносились звуки, будто там... люди.

- Да? - воскликнула заинтересованно Левкосия, - Надо будет посмотреть!

- Агла! - прикрикнула Парфенопа, - Почему ты ничего не сказала вчера? И почему ты одна плавала туда?

Парфенопа была самая старшая из нас, поэтому беспокоилась. А Аглаопа самая младшая и тут сама плавала к берегу. Есть от чего Парфи разозлиться. Ведь, как я сказала, люди считают это место проклятым, поэтому в здравом уме не стали бы приходить. Если они здесь - значит им что-то очень нужно. В этих местах можно либо попробовать спрятаться, либо попробовать поймать сирену. В любом случае, эти люди - «наши клиенты». Надо будет вместе Парфи сплавать и разведать.

Тем временем стемнело, и на корабле зажглись фонари. Он был уже совсем недалеко. Пора.

- Девочки, только не кидайтесь сразу, давайте поиграем немного, - протянула Фелксиопа, - а то, когда еще следующий может проплыть?!

С этим никто не спорил. Мы плавно спустились в воду, без единого брызга, и, погрузившись на глубину, поплыли к кораблю.

На корабле была напряженная обстановка, видимо морякам самим не нравилось находиться в этих водах, да еще и ночью. Они нервно озирались на воду и покрикивали друг на друга. Разве они не знают, что нас привлекает свет фонарей во тьме? Думаю, знают, но остаться без крупицы света ночью в наших водах было еще страшнее.

Мы действовали как обычно. Давали людям успокоиться и решить, что вот именно их «пронесет» и они нас не встретят. Затем одна из нас с улыбкой всплывала, могла немного даже поговорить с моряками, пособлазнять их. Затем она начинала петь и люди в первый момент пугались, ведь они считают, что наш голос может заставить их прыгнуть в воду. Но с каждой спетой строкой они понимают, что прыгать не хочется и расслабляются. К концу песни на поверхности уже все сирены. Люди замечают это, но не боятся. Это их самая большая ошибка. Поэтому, когда мы начинаем их утаскивать в воду - они беззащитны.

Обычно первой всплываю либо я, либо Фел. У меня более низкий манящий голос, а у Фел он похож на перезвон колокольчиков. У Парфи безумно красивый голос, но внешность более хищная. Фел - кокетка, а у меня образ заблудившейся невинной овечки. Аглаопу не пускаем - она слишком мала еще, а Левкосия смотрит на мужчин, не скрывая хищного блеска глаз, что нередко пугает их.

В этот раз всплыла первая Фел, так как от нетерпения не могла сидеть под водой.

Мужчины на палубе замерли. Они готовы были убегать при первой опасности, но пока сирена не подавала признаков агрессии, хотелось посмотреть на это диво. Видимо, посчитав девушку неопасной, моряки подошли ближе, попытались даже заговорить с ней. Фел отвечала, мило улыбаясь. Хм, они даже попытались узнать у нее, зачем она приплыла и правда ли, что ее песня может их заставить прыгнуть в воду. Фел ликовала, они задавали такие правильные вопросы, ответы на которые приближали мужчин к смерти. Сирена играла с ними, как кошка с глупыми мышатами.

Когда она начала петь, мужчины дернулись, будто хотели убежать или, хотя бы, закрыть уши. Но видя, что ее песнь не приносит вреда, они заслушались и расслабились. Как я и говорила - предсказуемая реакция. Ну что ж - наш выход.

Мы плавно поднялись из воды по пояс и посмотрели на моряков. Они посмотрели на нас и их глаза шокировано расширились. Они явно не ожидали, что Фел здесь не одна, но пока не знали уже пора бояться или еще рано. Мы с томными улыбками и призывными взглядами разглядывали каждого по отдельности, а в уме прикидывали как их лучше вытащить оттуда. Мужчины же приятно удивленные и польщенные таким вниманием пытались в ответ нам строить глазки. Мы потянулись к ним, а они в ответ к нам. Вот оно, прыжок! В миг в наших глазах восхищение сменилось жаждой убийства, улыбки превратились в оскалы, а протянутые руки сжались на частях тела ничего не успевших понять моряков. В следующую секунду моряки уже летели в воду. Лишь окунувшись, мужчины поняли, что произошло и начали отчаянно сопротивляться, понимая, что из воды им уже не выбраться, но до последнего надеявшиеся на чудо. Их крики и плеск воды недолго разносились вокруг, и наконец наступила тишина. Корабль без управления свободно дрейфовал на волнах. Его либо унесет в океан, где возможно на корабль наткнется кто-то другой, кто будет ломать голову, куда делась вся команда, либо отнесет на рифы, где тот последует на дно за командой. Нам не было дела до корабля. Вскоре здесь не останется никаких следов разыгравшейся трагедии.

Мы с девочками молча переглянулись и погрузились под воду.

Глава 2

Решено было оставшуюся ночь просто отдохнуть и поплавать. В следующую же ночь мы с Парфи собирались поближе подплыть к берегу и понаблюдать - обоснованы ли подозрения Аглаопы. Если же там действительно находились люди, то нужно было узнать их количество и причину пребывания. Не оставляло предчувствие, что эта причина нам очень не понравится. В любом случае, оставить все как есть мы не можем и не хотим. А то, глядишь, скоро переселяться сюда начнут.

А пока что заслуженный отдых!

- Девочки, кто чем займется? - поинтересовалась я.

- Мы с Леви поплывем к тритонам, они приглашали, - промурлыкала Фел.

- Я, наверно, сплаваю к Нисе, - ответила Агла.

- Тебе не стоит с ней особо общаться, а то ты скоро и людей начнешь жалеть, - хмуро сказала Парфенопа.

- Ну, с ней хотя бы весело, - воскликнула Агла, - что в этом плохого?

- Она нереида!

- Ну а что мне делать? Ты поплывешь опять злить кракена, а Лигейя отправится либо на затопленные корабли, либо в открытый океан!

- Ну, можешь догнать и затопить этот корабль, если так хочешь, и изучить его содержимое.

- Парфи, ты тиран, ты знаешь об этом? - со вздохом сказала Агла.

- Конечно, милая! - Парфи просто лучилась самодовольством.

На этом наш разговор закончился, и мы отправились каждая в своем направлении.

Агла была права, я направилась к затопленным кораблям. Мне всегда нравилось плавать меж балок, поросших мхом и водорослями, изучать отсеки и представлять каким был этот корабль раньше. Как он плавал, как выглядели каюты, те или иные вещи. Я находила много интересных мелких вещиц и представляла, как люди ими пользовались. Нет, я не жалела о том, что я сирена, а не человек. Не дай, Нептун!!! Просто это так отличалось от нашего образа жизни, что мне было банально интересно. И чем больше я узнавала, тем больше удивлялась, насколько люди усложняют свою жизнь. Они так стремятся к внешней красоте, забывая о внутренней. Они стыдятся своего тела, но не стыдятся своих поступков. Это было так странно и непонятно мне. Их манит богатство, блеск золота, красота материальных вещей, но почти никто из них не замечает красоты ночного неба, блики солнца на поверхности воды, красоты и могущества океана. Это было непостижимо для меня. На дне лежало столько драгоценностей с затонувших кораблей, что в пору не топить моряков, а торговать с ними. Но нам это не нужно. Нам не нужно было ничего из того, что могут предложить люди. Но мы могли отблагодарить моряков за доброе дело или за спетую нам песню. Это мы ценили.

Поплавав в недрах корабля, я решила возвращаться назад на риф. А по пути немного попрыгала над водой. В свете луны вода была так красива. Людям она наверно казалась черной бездной, а для меня это был дом родной, который обещает покой и уют.

Как оказалось, на риф я приплыла почти последняя. Не хватало только Парфи. Наверно, опять от кракена убегает. Ей так нравилось злить его, хоть это и было опасно. Вскоре над водой показалась и Парфенопа. Ее глаза возбужденно горели - ну точно, без кракена не обошлось. У бедного уже скоро выработается аллергия на сирену.

Мы, как всегда, собрались на рифе встречать рассвет. Утренние лучи не приносили нам вреда, зато окрашивали небо и море в прекрасные цвета. Как только солнце полностью вышло из-за горизонта, мы, не сговариваясь, погрузились под воду. Пора на покой.

* * *

Проснувшись вечером, я отправилась в общий зал, где должна была встретиться с Парфенопой.

- Доброго заката, Парфи!

- Доброго заката, Ли.

- Ну что, отправляемся? А девочки где? - поинтересовалась я.

- Леви и Фел хотели поплескаться в закатных лучах, а Агла собиралась опять к нереидам.

- Ну что ж, тогда поплыли! Мне прям хочется посмотреть на этих смертников, которые решились добровольно потревожить сирен.

Плыли мы по-над самым дном, так как вода в этих местах была чистая и прозрачная, да и плыли по направлению к мелководью, а солнце еще не село. Поэтому необходимо быть осторожными, чтоб нас не заметили. Если люди действительно имеют определенные намерения по отношению к нам, то они знают, что мы активизируемся ночью. Еще не ночь, но солнце скоро сядет, поэтому скоро люди станут внимательнее и подозрительнее, и чаще станут смотреть на воду и проверять берег.

Мы не стали подплывать близко, так как нужная нам часть берега, как назло, была прямой, и спрятаться там было негде. Поэтому решили дождаться темноты и тогда подплыть.

- Парфи, как думаешь, что надо людям здесь? - спросила я, чтобы хоть чем-то занять время.

- Знаешь, Ли, мне не нравится все это, - задумчиво ответила сирена, - Добрый человек не пришел бы сюда, так как место проклято. Плохой не пришел бы из страха. Таких, которые не знают о нас, просто нет! Но все равно ведь пришли. Значит, риск оправдан, верно?

- Да. Либо эти люди боятся кого-то больше, чем нас, поэтому прячутся здесь...

- Но ведь много других мест, где можно спрятаться даже лучше, - воскликнула Парфенопа.

- ...либо второй вариант, - я замолчала и посмотрела на девушку. Она догадается.

- Пришли за нами! - устало произнесла Парфи.

- Умница. Что будем делать?

- Для начала, проследим за ними и попытаемся понять каким образом нас собрались ловить. А потом уже решим каким образом будем ловить их, - хищно улыбнулась сирена, глаза которой полыхнули азартом.

Тем временем, солнце село и нам пора было приниматься за дело. Подплыв чуть ближе, мы немного вынырнули из воды, чтобы осмотреться и прислушаться. Действительно, за пальмами в глубине был виден огонь и слышны негромкие разговоры. Но вскоре разговоры стали приближаться, и мы решили отплыть назад, чтобы не выдать себя.

На берегу показались люди, и мы утвердились в своих подозрениях - их души черны. В руках они несли сети, а другие толкали лодку. Люди были нервны, постоянно прикрикивали друг на друга, будто готовы были броситься и перегрызть друг другу глотки. Сети они разложили по берегу и замаскировали пальмовыми ветками, а сами спрятались за ближайшими пальмами. На берегу осталось лишь несколько человек, которые столкнули лодку в воду и залезли в нее. Отплыв недалеко от берега, они остановились и стали ждать. Мы с Парфи могли в любой момент просто перекинуть лодку и утопить людей. Но мы ждали, что они предпримут дальше. Они запели! Переглянувшись, мы решили подыграть людям. Мы всплыли прям около лодки.

Люди явно не ожидали, что мы так быстро откликнемся. Более того, они нервно вздрогнули и заозирались, чтобы понять сколько нас.

- Какие гости у нас! Вы так красиво пели. Редко кто нам поет, а мы это ценим, - с улыбкой воскликнула я.

- Да, и в награду вы можете просить все что захотите, - бархатным голосом с придыханием сказала Парфенопа. На ее лице блуждала дьявольская улыбка, а глаза обещали выполнение всех потаенных желаний.

Сказать, что мужчины растерялись - это не сказать ничего! Они вообще забыли, зачем приплыли сюда. Спустя некоторое время, они все же вспомнили, зачем они тут, хотя в их глазах читалось желание бросить все и буквально прыгнуть в объятия сирены. Они попросили оттащить их лодку к берегу. А вот и ловушка.

- Хорошо, если таково ваше желание, - грустно сказала Парфи, и отвела глаза.

О, она была прирожденной актрисой. Естественно, это не было их желанием, и они были раздосадованы. Но пока они испытывали эти чувства, они не боялись и были не готовы к нападению, что нам и было нужно.

Мы половину пути до берега дотащили лодку, а дальше хотели хвостом ударить по лодке и она сама доплыла. Что бы они ответили на это? Снова выплыли бы в море?

Но тут произошло то, чего мы не ожидали - с другой стороны лодки вынырнула Агла и потащила лодку дальше. Тут с берега, хватая сети, побежали люди. Агла, не ожидая этого, рванулась в сторону. Я быстро плыла к ней, а Парфи тем временем топила всех, до кого могла дотянуться. Люди были очень близко к Агле, и я последним рывком оттолкнула ее в сторону. Но в этот момент на меня набросили сеть. Как не старалась, я не могла выбраться. Девочки метнулись ко мне, но было поздно - меня вытащили на берег и потащили вглубь. Я попалась.

Глава 3

В мокрой сети меня притащили вглубь берега, туда, где до этого мы с Парфи видели огни.

Нечеловеческий вой прорезал ночь. Все люди вздрогнули и заозирались. Некоторые даже перекрестились. Одна я не испугалась. Этот вой, полный злобы, боли и тоски принадлежал Парфи. Да, Агле достанется от нее так, что кракен покажется морской звездой. Правда, я этого уже не увижу. Увижу ли я вообще когда-нибудь их? И как долго я теперь проживу?

Меня притащили к какому-то ящику, который изнутри был отделан стеклом, а на стеклянной крышке были небольшие отверстия. В ящике была вода. Не трудно догадаться для кого он. Меня выкинули из сети в ящик и захлопнули крышку. Интересно, куда меня теперь повезут, и увижу ли я когда-нибудь океан? Ящик накрыли сверху какой-то тканью. Теперь я не видела ничего.

Везли меня примерно 5 дней. Просто в очередной раз повозка остановилась, и я услышала посторонний голос. Неизвестный разговаривал с моей охраной, и по его словам я поняла, что поймали меня для него, а точнее по его приказу.

С моего ящика сдернули покров, и я увидела этого человека. Мда, таких я обычно топила с особой радостью. Это не человек, а кладезь пороков. Видимо, эти мысли он прочитал в моих глазах, потому как вздрогнул и отвернулся к охране.

По его приказу меня потащили на задний двор. Ну что ж, видимо это теперь мое место. Передо мной был искусственный водоем с кристально чистой водой и небольшими камышами по краям и кувшинками, плавающими на поверхности. Вам кажется это красивым? Может быть, но здесь негде спрятаться - меня видно даже под водой, и размер этого водоема не позволяет особо поплавать. Для свободолюбивой сирены это все равно что клетка для птицы. Вроде бы и место есть, но это не небо. Совсем не небо.

Ладно, это обдумаю на досуге. Для начала хотелось бы поговорить с человеком - понять для чего я ему.

Видимо, он тоже хотел обрисовать мне мое положение, поэтому оставив охрану на несколько шагов позади, подошел ко мне.

- Как тебя зовут? - храбрясь сказал он. Но я-то видела страх в его глазах.

- Зачем тебе мое имя, человек? Оно не даст тебе никакой власти надо мной.

Я не хотела очаровывать его, поэтому говорила обычным голосом. Но голос сирены не бывает обычным, поэтому человек немного поёжился.

- Вижу, голос у сирен действительно красивый. Но ты ошибаешься - власть над тобой у меня есть. Убежать отсюда ты не можешь, да что там, ты вообще не можешь убежать. Ног ведь у тебя нет! Так что, ты в моей власти.

- И что тебе нужно от меня?

- О, я хочу, чтоб ты пела. Каждый человек мечтает услышать пение сирены, но знает, какова цена за это - жизнь! А я предложу им услышать пение сирены без риска для жизни. Представляешь, какие деньги они отдадут за это?!

Чем больше я слушала, тем противнее мне становилось. Нет, я люблю петь, и могу петь хоть каждую ночь. НО! Сирены поют песни по настроению. Не уверена, что людям понравится то, что я спою. Я ведь могу спеть так, что они в ужасе будут убегать, и каждую ночь их будут мучить кошмары. А могу спеть так, что они захлебнуться в собственных слезах. Все зависит от меня.

Но человеку я об этом не скажу. Он рассчитывает разбогатеть на мне. Это мы еще посмотрим. Я в несколько раз старше его, я умею ждать.

- Ты не боишься, что другие попробуют выкрасть меня у тебя?

- Я об этом побеспокоился. Всех будут обыскивать, перед тем, как впустить. К тому же, я усилил охрану поместья лучшими наемниками.

- Ну что ж, дело твое. Я пою только по ночам. И только один раз за ночь.

- Этого достаточно!

- Днем я сплю, поэтому меня не трогать. Ем я один раз в сутки. Только дары моря. Рыба, некоторые виды водорослей, моллюски. Если ко мне кто-то полезет в воду - могу и утопить. Мне для этого много воды не нужно.

- Хорошо, условия меня устраивают.

- Когда первые посетители?

- Я предупрежу заранее! За прудом постоянно будут наблюдать, так сказать, для твоей охраны. Если все - можешь отдыхать.

Я развернулась и нырнула.

Я старалась спокойно и уверенно разговаривать с ним, чтобы он решил, что я смирилась со своим положением. Первое время, конечно, будут охранять особенно, а потом расслабятся. Это же люди!

Так, скоро рассвет, значит можно отдохнуть. Все-таки поездка меня вымотала. Опустившись на дно, я подплыла к камышам и, обвив их, заснула.

* * *

Когда проснулась - не сразу поняла, где я. А вспомнив, с досады чуть не зарычала. Солнце уже садилось, поэтому я решила вынырнуть, чтоб осмотреть местность при свете дня.

Поместье было достаточно богатым. Это было понятно по внешнему виду дома и прилегающей территории. Дом был каменный и, судя по всему, располагался буквой П. Мой пруд находился почти внутри этой буквы. Точнее от углов дома шли зеленые насаждения, а между ними аллея, в конце которой и был пруд. Сзади пруда были деревья. Как далеко за ними простиралась территория поместья, я не знала.

Вскоре пришел человеческий слуга и принес мне еду. Покормили меня хорошо. Ну, еще бы, я же должна принести столько прибыли им.

Через полчаса пришел и сам человек. Невысокий, полный, на его лице осталась печать всех его грехов и излишеств.

- Ну что, как устроилась? - немного весело спросил он.

Я медленно подняла левую бровь и внимательно посмотрела на него. Человек осекся, и улыбка спала с его лица. Он стал более серьезным.

- Сегодня я пустил информацию в нужных кругах. Вероятно, следующей ночью будут первые гости.

- Хорошо, я буду готова.

- Отлично. Тогда до завтра.

Он развернулся и пошел в дом. А я смотрела ему в след и думала. Кто придет завтра ночью? Будет ли среди них хоть один человек, достойный жизни? Чтобы отсюда выбраться, мне нужно найти человека, который пойдет против всех и поможет сирене спастись. Знаю, звучит как бред, но другого выхода нет. И я буду ждать такого человека. Я обязательно вернусь в океан.

Глава 4

С наступлением ночи все жильцы поместья легли спать. Не спали только охрана и я. Мне было дико тоскливо. Свой пруд я уже проплыла вдоль и поперек множество раз. Да и что тут плавать то, так, места - чтоб только развернуться. Это оказалось так тяжело - не иметь возможности плыть, рассекая волны, брызги и ветер в лицо, вокруг на мили никого, кто бы мог помешать твоему единению с природой. Над головой сейчас все то же звездное небо, которое я наблюдала каждую ночь в океане. Только вот я теперь не в океане. Интересно, чем сейчас заняты девочки. Фел и Леви, наверно, опять с тритонами развлекаются, а Агла к нереидам поплыла (ей ближайшее время лучше не попадаться на глаза Парфи). Парфи... Она наверно еще сильнее гоняет кракена. Как она там без меня? Она теперь людей будет ненавидеть долго. Не завидую тем, кто осмелится в ближайшее время плыть недалеко от Пелора. Парфи и одной не хватит корабля, чтобы злость выпустить. Я по ней скучаю. Сколько времени уже вместе корабли топим.

- Парфи..., - прошептала я в тишине.

В это время в океане Парфенопа смотрела на небо и думала о Лигейе. Прокручивала перед глазами последний их вечер, когда та бросилась спасти Аглу. Парфенопа привыкла быть старшей, но еще больше она привыкла быть сильной. А в тот момент, когда Ли уже тащили в сетях по берегу, Парфи поняла, что ничего не может сделать. В Ли Парфенопа видела свою более молодую копию. Не внешне - внутренне. Они были схожи характерами, взглядами, привычками. На Ли всегда можно было положиться, поговорить с ней и быть уверенным - она поймет. Люди считали, что сирены - твари, которые созданы, чтобы топить моряков. Но ведь все намного глубже. Мы тоже были живыми существами и заботились друг о друге, ведь нас так мало. И Парфи никогда не думала, что Ли может исчезнуть. Это просто не приходило в голову, казалось невозможным. Но вот это случилось, и Парфенопа не знала, увидит ли она еще, хотя бы раз, Лигейю. Неизвестно, зачем тем людям понадобилась сирена. И неизвестно сколько она проживет. Это было самое тяжелое - ждать, что Ли может погибнуть. Если это случится, Парфи почувствует - это, как вырвать из сердца кусочек. А пока есть хотя бы надежда. Лигейя умная, возможно ей удастся выбраться.

В этот момент порыв ветра разметал волосы сирены, а с ним на грани слышимости, как мираж прозвучало «Парфи...». Сирена улыбнулась.

- Ли..., - таким же шепотом прозвучал ответ.

* * *

Всю ночь Лигейя смотрела то на звезды, то на окружающий ее двор. Было тихо, лишь иногда пели какие-то ночные существа. Хотелось тоже запеть, такую песню, чтоб все, кто услышат, удавились от боли и тоски в голосе сирены. Но нельзя, надо потерпеть. Завтра она споет так, что люди будут валом идти, тогда этот человек будет доволен, а значит, будет невнимателен. С людьми так всегда. А Ли подождет. Когда-нибудь она утопит человека и сбежит. А пока можно повеселиться с теми, кто придет. Обязательно кто-нибудь полезет в пруд. А она предупреждала, так что в своем праве. Человек не расстроится, ему плевать на других, уж это сирена знала точно.

На рассвете Ли отправилась на дно, чтобы быть готовой к вечерней встрече «гостей».

Как только солнце село за горизонт, Ли вынырнула, ожидая человека. Он не заставил себя ждать. В его походке проскальзывало нетерпение. Позади него шел слуга с подносом - ее завтрак. Слуга поставил поднос около воды и ушел.

- Здравствуй. Как ночь?

Ли пакостно улыбнулась, позволяя двусмысленности фразы отразиться в ее глазах. Видимо человек это тоже понял, так как покраснел. Мило.

- Кхм... в смысле, все спокойно, никто не мешал?

- Нет, - не скрывая улыбки ответила сирена.

- Отлично. Этой ночью ждем гостей. Во сколько ты будешь петь?

- Ну, могу с полуночи, не раньше.

- Полночь подойдет. Хотел сказать - сегодня будут важные гости, поэтому веди себя хорошо. Они очень «большие» люди, поэтому их ходатайство было бы мне очень кстати, да и если им понравится - это будет продвижением, все их знакомые придут ко мне!

- Каков их рост? - лениво спросила я.

- За... зачем тебе их рост? - непонимающе спросил человек.

- Ты же сказал, это очень большие люди?

- Эээ... ну, они занимают высокие посты в государстве...

- Значит, это обычные люди, - отвернулась, будто потеряв интерес.

- Почему? - в конец запутавшись, спросил человек.

- Для сирен не имеют значения ни деньги, ни посты, ни знатный род. Это все пустое. Имеет значение лишь душа, - глядя в глаза ему, произнесла я.

Человек от моего взгляда поежился и отвернулся. Хм, конечно, задумался о своей душе. Правильно, только поздно.

- В общем, в полночь мы придем сюда. Все зависит от тебя, так что ты поняла, - скомкано закончил он и ушел.

Полночь наступила довольно быстро. Я времени даром не теряла. Сорвав кувшинку, прицепила ее к волосам, а руку оплела самой веточкой от кувшинки. Получилось довольно оригинально.

Я слышала во дворе звуки разговора людей. В интонациях - скепсис, неверие, нетерпение, ожидание, любопытство, страх. Такой своеобразный коктейль. Вскоре я почувствовала, что голоса приближаются, поэтому нырнула, в темноте вода кажется черной, поэтому меня не видно. Мой выход должен быть феерическим.

Люди остановились в паре метров от воды и затихли. Я с любопытством ждала. Прозвучал голос хозяина этой усадьбы:

- Господа, сегодня уникальная ночь! Вы первые сможете увидеть сирену и услышать ее пение, и при этом остаться в живых. Но предупреждаю, к воде не приближаться, а тем более не заходить в нее.

Послышались смешки. Люди не верили. Зря...

- Это сейчас кажется смешным, пока вы не слышали ее голос. А между тем, все знают легенды, что голос сирен очаровывает, и моряки даже прыгают в воду сами! Это правда, поэтому будьте осторожны. Если вы зайдете в воду - вам конец. Это ее стихия.

После этих слов смешки стихли и воцарилась просто гробовая тишина, в которой громом прозвучали слова «Спой нам». Я не стала портить торжественность момента и медленно вынырнула из воды до талии.

Коллективный пораженный вздох был как бальзам на душу. Я подняла глаза и плавным взглядом осмотрела «гостей». Гробовая тишина вернулась.

Глава 5

На лицах, обращенных ко мне, была гамма чувств. Удивление, шок, недоверие, любование, желание, расчетливость, страх, любопытство, зависть (видимо, к хозяину поместья). Но на всех одинаково горело ожидание. Я, тем временем, тоже рассматривала людей. О, да, это была та категория властьдержащих людей, про которую говорил хозяин поместья. В них смешивались столько пороков, что захотелось перенести сюда море, только не дать им уйти. А такой тип людей очень живучи. Они подставят любого, лишь бы спасти себя. Все их души были черны, как Веселый Роджер. Среди них не было человека, который бы мне помог. Так что, будем их завлекать в воду. Я вдохнула и запела:

Будто всходы страшного посева

Поднялись утесы над водой.

Здесь ты, заколдованная дева,

Стережешь обманчивый покой.

Расплетая золотые косы,

Ты чаруешь пением своим.

Налетают прямо на утесы

Лодки обезумевших мужчин.

Не щадишь ни молодых, ни старых.

Новых жертв пучина моря ждет...

Где же тот, который снимает чары

И тебя с утеса уведет?!

Пока я пела, я как будто перенеслась на утес в песне. Представляла себя сидящей, расчесывающей волосы и поющей. А передо мной - океан, свободный и сильный. Видимо тоска поэтому просочилась в мой голос, так как посмотрев на слушателей, я заметила, что некоторым даже как - будто жаль меня. Надо же. Люди так и стояли молча, и смотрели на меня, не отрываясь. Все они сейчас были немного рассеяны - под гипнозом голоса. Мне захотелось немного пошутить над ними, а то стояли бы они так до того момента, как Нептун пешком по суше пойдет. Я рукой послала волну маленьких брызг в их сторону. Люди аж подскочили!! Их взгляды стали осмысленными, но по-прежнему шокированными. Я засмеялась от души, запрокинув голову. Отсмеявшись, вновь перевела взгляд на них - все смотрели заинтересованно, но так же молча. Ну что ж, поиграем.

Я добавила во взгляд соблазнительности, обещания, а по губам змеилась томная улыбка. Зачерпнув рукой воды, я подняла ее вверх и позволила тонким струйкам и каплям свободно сбегать по руке и мерцать в свете луны. Потом поднявшись из воды до талии, руками отвела длинные волосы назад и наклонилась, чтобы голова до линии роста волос оказалась под водой, и снова выпрямилась. Капли воды стекали порукам, шее, груди, талии и падали в пруд.

После этого перевела взгляд на людей. О, их глаза... они горели! Дыхание сбилось, сердце выскакивает из груди, рот приоткрыт, а глаза пылают желанием.

Тут произошло неожиданное. Ну, я, конечно, ожидала, что так будет, но не в первый же раз! Один из слушателей сорвался с места и быстро зашел в воду по пояс. Никто из присутствующих не успел ничего понять или предпринять, а потом уже было поздно. Мужчина, зашедший в воду, мгновение прожигал меня взглядом, а затем схватил за плечи и попробовал одновременно и обнять и поцеловать. Я извернулась и, наклонившись к его уху, прошептала:

- А ведь я предупреждала...

Он вздрогнул, а я снова взглянула в его глаза - в них отразилось понимание того, что он сделал и страх. Мужчина попытался развернуться и выбраться на берег, но кто ж ему даст теперь. Я усмехнулась и схватила его рукой за пиджак сзади. Человек попытался быстро выбраться из пиджака, но тот был застегнут, а руки даже не дрожали - они откровенно тряслись! Тем временем, я подошла сзади и обняла его со спины - мужчина задергался еще сильнее.

- Ну что ты, так быстро уходишь? Бросаешь меня одну? Но в твоей голове столько интересных идей и желаний бродит..., - проворковала я обольстительным голосом, от которого мужчина сначала замер, а потом начал вырываться изо всех сил. Я усмехнулась уже громче и начала бродить руками по торсу мужчины. Ему казалось, испугаться сильнее он не мог - теперь видимо, понял, что мог. Я наклонилась к его шее и носом провела от ключицы до уха, выдыхая горячий воздух на его кожу. Человек вздрогнул и замер. В следующую секунду он попробовал меня ударить, чтобы я отпустила его. Он не учел одного - я сирена, я намного быстрее. Поэтому он ударил уже по воздуху. Остальные удары тоже попадали лишь по воздуху. Я не выдержала и рассмеялась. Человек уже не испытывал страх - это был дикий животный ужас. Понимание, что это конец.

Все, кто стоял на берегу были в шоке (хотя за прошедшее время они из него похоже и не выходили). Люди понимали, что мужчина погибнет, но не могли пошевелиться или не хотели, а просто зачарованно наблюдали. На жизнь моего пойманца никто не поставил бы и ломаного гроша. Видимо, сам пойманец это тоже понимал, потому, как помощи не просил. Я играла с ним, как кошка с мышкой. Одной рукой зарылась к нему в волосы и, потянув за них, заставила мужчину откинуть голову назад. Другая рука играючи разорвала пиджак и выкинула его в сторону. Кажется, мужчина понял, что ему не выбраться... хмм... или он уже не хочет выбираться?

- Я заплачу любые деньги, принесу все, что хочешь, только не убивай, - попросил он.

- Но мне не нужны деньги, мне ничего не нужно, кроме свободы, - прошептала ему на ухо.

- Я выкраду тебя и освобожу, только пощади!

- Нееееет, я знаю все твои мысли, они написаны на твоем лице, я тебе не верю. У тебя черная душа, - продолжала шептать я.

- Пожалуйста!!!

- Ты ничего не можешь просить у сирены, кроме быстрой и безболезненной смерти.

Он возобновил попытки вырваться, но они были какие-то отчаянные. Я усмехнулась и наклонившись, слегка укусила его за шею, чтоб он почувствовал клыки. Да, у сирен есть небольшие клыки и мы кусаемся.

Мужчина перестал вырываться и заплакал. Хм, такое со мной в первый раз. Обычно, все кричат и матерятся. Мне даже стало чуточку его жалко, но только чуточку. Я видела его насквозь и понимала, что, если бы доверила ему выкрасть меня, как обещал, он бы выкрал. Но! Он бы не отпустил меня, он бы просто замучил, отыгрался за свой страх и унижение. И если сейчас я его просто отпущу, то он не исправится. Он решит, что если уж в такой ситуации спасся, то ему никакая кара не страшна. И все его пороки пойдут по новому кругу, возможно в еще больших размерах. Так что выход один.

Я не стала больше играть с ним, а просто повернула его лицом ко мне и, посмотрев в глаза, начала опускаться под воду. Он задергался, понимая, что я делаю. Но, у обычного человека не хватит силы один на один победить сирену в ее стихии. Мы неумолимо погружались и вскоре полностью нырнули. Некоторое время мужчина дергался от нехватки воздуха, но потом ему пришлось вдохнуть, и вода попала в его легкие. Он недолго мучился. Вскоре все было кончено, и я отпустила его. Человек всплыл на поверхность, где его, видимо опомнившись, достали из воды. Я уже не стала выныривать, а просто заплыла в камыши и закрыла глаза. Сейчас было примерно 3 часа ночи. Сегодня больше не хочу всплывать. И думать ни о чем не хочу. Завтра.

Все, спать.

Глава 6

Проснулась я задолго до заката. Видимо, сказалось то, что я рано заснула. И теперь я лежу в камышах и думаю. Вспоминаю ночь. Эти лица... на них столько эмоций, но такие эмоции могут принадлежать и животным. Хотя, по сути, те, кто стоял передо мной и есть животные. Людьми они перестали быть давно. Хм... наверно, даже слово «животные» для них комплимент. Твари - вот подходящее слово. Животные, если и делают что-то плохое, то не со зла, а по природе своей. Эти же не только отдают себе отчет в своих действиях, но и просчитывают их.

Когда они видели смерть своего собрата, в них ничего не всколыхнулось. Они не пытались помочь ему или спасти его. Да, они знали, что это опасно, но, если бы несколько человек решили ему помочь - я бы не смогла помешать. Они бы спасли его. Но всем было наплевать... Это на самом деле очень грустно.

Да, если человек будет приводить ко мне таких «гостей», то выберусь я отсюда нескоро. Но, как говорится, надежда умирает последней. А пока я буду делать вид послушной.

Вскоре солнце коснулось горизонта и я, наконец, смогла подняться на поверхность. Все было как всегда. Люди работали так же, как и вчера. Охрана все так же посматривала за мной. Интересно, что скажет мне человек по поводу смерти одного из гостей. Долго гадать мне не пришлось, так как я заметила человека со слугой, идущих в мою сторону. Слуга поставил поднос с едой около берега и удалился. Украдкой осмотревшись, я заметила, что охрана немного насторожилась и стала открыто смотреть в мою сторону. Хм... не доверяют. Ну, ничего, ненадолго.

- Здравствуй, - хрипло и немного испуганно произнес человек.

- Здравствуй, - спокойно ответила я. Я была внешне полностью расслаблена, чтобы показать человеку, что у меня нет никаких агрессивных намерений на его счет... пока что.

Видимо, это помогло, потому что человек стал выглядеть более уверенно.

- Я хотел спросить, зачем ты вчера утопила этого человека?

- Ну, я же предупреждала - не прыгать в воду! Иначе назад хода нет.

- Да, но он бы не полез, если бы ты не... эм...

- Соблазнила?

- Да.

- О, я знаю! Но и ты не забывай, я не менестрель! Я сирена! Мне на роду положено это делать! Глупо обвинять розу в том, что у нее колючки!

- А ты можешь очаровывать гостей только голосом? Не нужно соблазнять их.

- Могу, но зачем? Неужели ночным гостям не понравилось, и они не придут снова?

- Нет! Им очень понравилось! Но я не хотел бы, чтобы еще кто-то пострадал.

- Ты приводишь подлецов и негодяев. Я таких топила и буду делать это дальше!

- Но...

- У тебя появятся проблемы?

- ...да.

- Что ж, я готова пойти на компромисс. Я не топлю твоих гостей 4 ночи, а на пятую ночь ты приведешь нормальных людей!

По глазам вижу - не понимает. Видимо, те, которых он приводил, для него и есть нормальные.

- Ты приведешь обычных добрых людей! Не богатеньких уродов, а простых добрых людей!

- Но у них не хватит денег!

- Это уже твоя проблема. Сделаешь им сниженную стоимость или аукцион, или вообще найдешь на улице, но приведи! Добрых, честных, справедливых.

- Где же я их найду?

- О, я знаю, что найти таких для тебя проблема, можешь найти одного хорошего, а он будет тебе подбирать. 5 дней на то, чтоб найти кучку людей - достаточное время.

- Зачем это тебе?

- Не хочу до конца жизни смотреть на ваши черные души. Так можно и камышом удавиться.

- Хорошо.

Человек выглядел, будто я попросила его найти 10 отличий наяд от нереид. Нереальная задача! Ха - ха - ха - ха... пусть побегает, а то жизнь слишком сладка покажется.

Ну что ж, таким образом, вероятность моего освобождения увеличивается, а то ждала бы я, пока он сам приведет хоть одного нормального. Да быстрее Нептун ко мне в гости придет! Теперь, осталось ждать и стараться не утопить этих людишек... дааа, услышали бы меня сирены - засмеяли!

* * *

Время в ожидании первой партии «светлых» потекло со скоростью передвижения морской звезды - очень медленно! Я буквально изнывала от желания перемотать его вперед. Каждую ночь человек приводил группу людей, которым я пела. Пела я конечно хорошо, но «без души», хотя им этого было достаточно. Они и не заслуживали лучшего. Это были прогнившие насквозь люди, и мне частенько приходилось сдерживать свою злость и презрение к ним, а также желание утопить их всех к кракену в пасть!

Каждую ночь, оставаясь одна, я смотрела на небо и думала. О девочках, об океане, о том, как сейчас ветер гоняет волны по поверхности, о кораблях на дне, которые я любила посещать. А потом я просто закрывала глаза и представляла, что я сейчас там, в океане. Ветер перебирает мои волосы, а ласковые волны омывают кожу, океан тихо шепчет о своих тайнах, рассказывает о былых временах, и только я понимаю его, так как вокруг никого! Иногда в своих мечтах я уходила так далеко, что верила в них. Казалось, сорвись и плыви что есть сил по лунной дорожке, высоко выпрыгивая вверх, чтобы слышать свист ветра и чувствовать полную свободу. И когда в эту мечту врывалась реальность какими-либо посторонними звуками, я открывала глаза и понимала где я. В такие моменты было очень больно, словно раз за разом у тебя отнимают твою сущность. В такие моменты я ненавидела людей.

Но каким бы медленным не казалось время, оно двигалось, и настал тот вечер, когда должны были прийти «мои» люди. Я так ждала этот вечер, что в день перед этим не могла нормально спать. Я чувствовала - этот вечер что-то изменит в моей жизни. Надеюсь, то, что мне нужно!

Лучшим вариантом развития событий было, если человек приведет группу не только из мужчин! Я надеялась, что там будут женщины, потому что в женщине проще вызвать чистое сочувствие и желание помочь из женской солидарности. Мужчину же необходимо было очаровать, а в таком случае неизвестно как он поведет себя, когда узнает небольшой мой секрет. А на суше я буду беззащитна как младенец, поэтому, если что, не смогу дать отпор.

К этому выступлению я готовилась так же, как и к первому, только теперь я старалась вызвать не просто желание, а желание помочь, спасти! Ждала я так же под водой. Думала, если вдруг во время песни голос задрожит от волнения - ничего страшного, пусть думают, что я сдерживаюсь, чтобы не заплакать.

Дежавю. Слышу, как подошла группа людей к берегу и замерла. Тишина. Пора! Я медленно вынырнула и с грустью посмотрела на них.

Глава 7

Эти лица... они очень отличались от тех, что я видела до этого. На них не было печати порока. Их эмоции также отличались. Было любопытство, опасения, страх, но не было желания использовать. Среди людей было несколько женщин, но меня заинтересовала лишь одна. Она была в том возрасте, когда ты самостоятельна и уже осознаешь все поступки и отвечаешь за них, но еще не страшишься проблем и не стремишься к покою. Моя ставка была на нее.

Я бросила на нее взгляд полный мольбы и надежды, а потом, будто опомнившись, сделала его потухшим и опустила глаза. Боковым зрением я видела, что она растерянно глядит на меня, не понимая. Сейчас поймешь...

Я сделала скорбное лицо и направив взгляд в пустоту, будто представив, что я сейчас далеко отсюда, запела.

А что осталось от меня?

Я превращаюсь постепенно

В морскую кружевную пену

И высыхаю на камнях.

Сирена... Глупая амфибия

Тогда попалась в эту сеть,

Когда кричала каждой рыбе я

О том, что я умею петь...

Проглоченный крючок царапал

Неподготовленное горло,

Волшебный голос кровью капал,

И даже крики ветром стерло.

Я помню: туповатый ножик,

И вкус питья на языке,

И боль, и отпечатки ножек

На окровавленном песке...

И ведьма в порванных колготках,

Танцуя на моих следах,

Лишь усмехнулась: «Идиотка!..

Ты умерла уже тогда!»

Тишина... Я устало вздохнула и подняла глаза. И встретилась с взглядом. Это был парень... нет, по человеческим меркам мужчина. Около 30 лет. Высокий, крепкий, красивый. Темные, почти черные волосы. Не очень короткие, сантиметров пять. Чувственные губы, идеальная кожа, внимательные зеленые глаза. Он смотрел так пронзительно, словно проникал в самую душу. Было такое странное ощущение, будто он понимает меня и не жалеет, а именно сочувствует. Этот взгляд не описать словами, только я, глядя на этого мужчину, забыла обо всех других людях, стоящих рядом, даже о девушке, которую приметила. А взгляд мужчины тем временем изменился, приобретя какую-то уверенность, будто мужчина что-то для себя решил. Неужели он попытается меня выкрасть?

И тут он сделал то, чего я не ожидала - пошел ко мне!

- Не подходите к воде, сирена может вас утопить, - взволнованно сказал хозяин поместья.

- Я не трону его, - сказала я человеку и, уже глядя в глаза мужчине, - у него светлая душа!

У него действительно была светлая душа. Не идеально, конечно, но ничего страшного он не делал в своей жизни. Я подплыла к берегу и посмотрела в глаза мужчине. Он медленно подошел к самой воде и сел на корточки. Глядя мне в глаза, он поднял руку и тыльной стороной кисти провел по моей щеке и мягко улыбнулся.

- Все будет хорошо, - одними губами прошептал он.

Я смотрела на него с удивлением и надеждой. А он усмехнулся, встал и ушел. И только когда он скрылся из виду, я перевела взгляд на оставшихся. Они смотрели с удивлением, но уже без страха. А девушка, которую я приметила, вытирала слезинки и улыбалась мне.

Тут хозяин поместья позвал этих людей и увел их, а я долго смотрела им вслед.

До самого утра у меня не выходил из головы тот мужчина. Я была удивлена его поведением - он совсем не боялся меня. Еще я думала, как на это отреагирует хозяин поместья и что он завтра мне скажет. Одно я знала точно - у этой истории будет продолжение. Мне остается лишь ждать и быть готовой.

* * *

Вечером ко мне как всегда пришел хозяин поместья.

- Ну что, ты довольна, такие люди тебе подходят?

- Да, вполне, спасибо! Хоть раз пела с радостью, а не по принуждению.

Он смутился и поспешил перевести тему.

- Признаться, я думал ты утопишь того мужчину.

- Почему, я не трогаю добрых людей! Просто ваше и мое понятие добра может различаться!

- А что он хотел от тебя? - с подозрением спросил человек.

- Ничего, утешал. Сказал, что все будет хорошо, - и ведь ни словом не соврала!

- Хм... ну ладно. Сегодня придут мои гости.

- Я поняла.

Он еще немного потоптался и ушел. А я сидела и думала - у меня теперь есть вполне реальная возможность освободиться. Ну и пускай это мужчина - я ясно видела его желание помочь, не думаю, что он попробует сделать мне что-то. Все-таки, душа у него светлая... Ладно, нечего раньше времени переживать. На месте разберемся.

А пока будем готовиться к встрече гостей. Может, порадовать человека своим усердием в пении и он перестанет так подозрительно коситься на меня? Мне надо как можно меньше внимания и как можно больше доверия...

- Черт, Парфи, как же я соскучилась по тебе!, - тихонько произнесла я. Казалось, если я буду хотя бы тихо, но вслух разговаривать с ней, то она услышит меня. Ветер донесет до нее или еще как, но услышит. Это помогало мне пережить каждый день. И, это может показаться бредом, но мне казалось, будто ветер приносит мне ее тихий сочувствующий вздох или тихий смех, если я рассказываю что-то смешное.

Ладно, не будем отвлекаться, мне скоро петь предстоит, еще надо подумать, что бы такое исполнить. Оно должно понравиться, заинтересовать, но не сносить им голову и не вызывать жалость. Они все равно не умеют сочувствовать.

Так в раздумьях и прошло оставшееся до прихода гостей время, и песня была выбрана буквально в последний момент. Но, хоть я и старалась петь, но мысли мои в тот момент были далеко. Я думала, когда я снова увижу океан? Но помимо этого мои мысли не отпускал взгляд того мужчины. И я также думала «Когда я снова увижу его?». При этом мое сердце будто выпрыгивало из груди. Я списывала это на ощущение скорой свободы, потому, что других причин для такой реакции не было... Ведь не было же?

Глава 8

Сегодняшний вечер начинался как обычно, кроме того, что именно сегодня должна прийти вторая партия «моих» людей. Интересно, как пройдет сегодняшняя ночь, и какие придут люди. Не хотелось признаваться самой себе, но я ждала того мужчину. Хотелось хотя бы просто его увидеть. Вскоре я увидела хозяина поместья, который был чем-то обеспокоен.

- Вы о чем-то переживаете. О чем? - спросила у него.

- Я, честно говоря, опасаюсь, что один из моих гостей, слушавший тебя, что-то замышляет.

- А точнее, он хочет украсть меня, - с утверждением сказала я.

- Да, я полагаю, что да.

- И что вы собираетесь с этим делать? У вас же есть соображения.

- Да я и могу-то только усилить охрану. И поставить дозорных рядом с твоим прудом.

Твою мать! Так мне не выбраться отсюда. Надо что-то делать.

- Ну, сегодня ночью можете не выставлять, ведь гости придут «мои». Да, и я могу закричать, если что. Крик сирены еще тяжелее вынести, чем ее песню.

Он удивленно и немного подозрительно посмотрел на меня.

- А почему ты хочешь помочь мне? Ты ведь не в восторге от нахождения здесь!

- Да, вы правы, не в восторге - это мягко сказано. Но я не знаю, что представляет собой тот человек, который хочет меня украсть! Также, я не знаю, что ему нужно и как долго я проживу у него. В каких условиях я буду содержаться у него? Будет ли он меня кормить? Может я должна буду всю ночь напролет петь ему! А тебя я уже знаю достаточно, и меня устраивают все условия. Почему я должна рисковать всем?

Он подумал и уже спокойнее посмотрел на меня.

- И то верно! Для тебя же лучше.

Фуууууух, пронесло, как кильку над акулой. От меня он теперь не ожидает ничего плохого. И ведь опять не соврала. К этому неизвестному человеку я не собираюсь. И если увижу - мой крик услышат даже на окраинах города.

А про другого мужчину сейчас и речи не шло, поэтому на него мое обещание не распространяется. Уточнять надо свои желания, человек!

По моим губам зазмеилась хитрая улыбка, но человек этого уже не видел. Он развернувшись пошел готовиться к приходу гостей. Мне тоже нужно подготовиться и выбрать песню. Может им о любви спеть? Тема среди людей популярная, особенно про несчастную любовь с трагическим концом. Слез река будет.

Вскоре показался свет факела, который нес хозяин поместья. Вместе с хозяином шла группа людей. Ну что ж, мой выход.

Подождав, когда группа подойдет и затихнет, я вынырнула и огляделась. И увидела его. Тот мужчина, который приходил в прошлый раз. Только сейчас он выглядел по-другому. Он как-будто... маскировался, не хотел, чтобы его узнали. Я его узнала бы в любом случае - по взгляду, по душе. Значит, это маскарад для хозяина поместья. Дольше смотреть на мужчину было нельзя, иначе охрана что-то заподозрит. Значит, надо петь. И я даже знаю что.

По синим волнам, что вдали сливаются с небом,

Встречая рассвет, и как свечи солнце гася,

Меж волн бархатистых плыла белокурая дева,

Печаль и разлуку в пучину и мрак унося.

Она одинокие волны хвостом рассекала,

И в небо глядела сквозь тучи с надеждой в глазах,

Она так ждала, так любила и просто мечтала,

И вся ее боль отражалась в жемчужных глазах.

Он в небе парил, разрезая огромные тучи,

И крылья его уносили в кромешный туман,

А горы вокруг становились все выше и круче,

И солнце звало и манило в смертельный капкан.

Дракон и сирена, огонь и вода, все смешалось,

Ее уносил океан, его ветер позвал,

Вот только любовь между ними, как птица металась,

А рок лишь смеялся и нить между ними не рвал.

Он долго кружил, она тихо на небо смотрела,

Он крыльями ветер хлестал и боролся с судьбой,

Вдруг в море упал, подхватив ее нежное тело,

И к солнцу летя, уносил ее вместе с собой.

И вот этот миг, миг надежды и счастья свершился,

Они были вместе и вместе летели к мечте,

Волшебный, сказочный мир, словно дверь им открылся,

И слившись друг с другом, они покорились судьбе.

Он ввысь улетал, приближаясь к палящему солнцу,

Забыв, что она дева моря и там рождена,

По имени звал он и ждал, что она отзовется,

Но слышал лишь ветер - сирена давно умерла.

Огромные крылья от боли его содрогнулись,

Он вниз устремился, ее унося в океан,

Гигантские волны, как тучи над ними сомкнулись,

В подводное царство Нептун двух влюбленных забрал.

Дракон и сирена, огонь и вода, две стихии,

На боль и разлуку любовь их навек обрекла,

Не быть им счастливыми в нашем изменчивом мире,

Возможность быть вместе им только лишь смерть принесла.

Тишина... О, Нептун, плачут даже мужчины... А он, он опять смотрит в мои глаза не отрываясь, и его глаза опять горят решимостью. Что же эта решимость сулит мне?

Тут все словно оживились и пошли обратно. А я по-прежнему провожала взглядом одну единственную спину. И, будто почувствовав это, мужчина обернулся и, глядя мне в глаза, коротко и отрывисто кивнул. И как это понимать? По звукам я слышала, что люди дошли до ворот и вышли. Скоро все стихло, и я снова осталась одна, но нырять на дно не стала. В воздухе будто было разлито напряжение, и я чувствовала это. Что-то должно произойти.

И оно произошло. В доме громыхнуло, и повалил дым. Что-то загорелось. Началась жуткая суета, крики. Слуги забегали. И тут сзади меня хрустнула ветка. Я резко обернулась и не поверила своим глазам. Передо мной в тени стоял тот мужчина.

- Ну что, хочешь выбраться отсюда? - с залихватской улыбкой произнес он.

- А ты как думаешь? - я вернула ему улыбку. - Только как? Я бегать не умею.

- Мне нужно перенести тебя через забор, а дальше есть карета, в которой есть скрытая полость с водой для тебя, только надо быстро двигаться, а то скоро кинутся проверять тебя, а тебя нет. Нам нужно к этому времени успеть скрыться.

- Успеем, - уверенно сказала я и выпрыгнула из воды на берег. И тут произошло то, чего мужчина не ожидал. Мой хвост, перестав соприкасаться с водой, превратился в обычные человеческие ноги. Свою челюсть мужчина подбирал с пола.

- Мы уже никуда не торопимся? - нервозно спросила я.

Он опомнился и сняв плащ, укутал меня в него.

- Только я ходить не умею, поэтому тебе придется понести меня, - предупредила я мужчину.

- Это не проблема, если у тебя есть ноги, то укрыться от погони нам удастся еще быстрее и проще!

Мужчина «расцвел» на глазах. Конечно, девушка с ногами не так подозрительно, как девушка с рыбьим хвостом.

- У тебя в карете нет женской одежды? - поинтересовалась я.

- Нет. К сожалению, я не предусмотрел наличия у тебя ног, поэтому не предусмотрел и одежды.

К этому времени мы уже достигли забора. Мужчина посадил меня на самый верх, перелез сам и снял меня.

- Какой-то слабенький забор. Неужели этого хватит, чтобы охранять поместье? - спросила я у мужчины.

- Нет, это скорее декоративный забор. На самом деле через него проходили потоки силы, которые не позволяли перелезть его. Но, видела, что творится в доме? Вот, охрана периметра была нарушена, и потоки силы отключились.

- Это ты сделал взрыв в доме?

- Нет, это нам дико повезло. Тебя хотели украсть. Какой-то высокопоставленный человек. Вот это его рук дело, а я просто воспользовался моментом. Я собирался тихо умыкнуть тебя. Чтобы хватились только наутро.

- Нужно где-то достать мне одежду и замаскировать меня, как тебя. Тогда мы сможем двигаться без кареты, что будет на порядок быстрее. Во мне никто не заподозрит сирену.

- Да, это мысль хорошая. Что-нибудь придумаем.

Мы добрались до кареты и двинулись прочь от поместья. Спустя полчаса доехали до чьего-то дома и остановились.

- Это твой дом?

- Нет, здесь я брошу карету. Этот дом сдается.

Мужчина взял меня на руки и дальше посадил на распряженную лошадь, а я молилась Нептуну, чтобы нас не заметили. Так мы проскакали еще несколько темных кварталов и остановились на заднем дворе очередного дома.

- А это чей дом?

- Очередной съемный. Здесь мы тебя оденем и замаскируем. Дальше поедем на выезд из города. Сумки собраны, документы на тебя уже есть. Будешь играть роль моей супруги, иначе могут возникнуть ненужные вопросы у стражи.

- Хорошо.

Действительно, довольно быстро мне нашли одежду и загримировали так, что я сама себя не узнала. Мужчина подготовил лошадь и пришел за мной. Проскакав около часа, мы достигли южных ворот. Стража была сонная, но поинтересовалась, почему это мы почти в 3 часа ночи выезжаем из города, да еще на одной лошади. Но мой «супруг» наплел им что-то (я не прислушивалась) и нас выпустили. Скрывшись из виду, мужчина пустил коня в галоп, а я сидела и думала. Неужели это случилось? Неужели свобода?

Глава 9

Мы ехали без остановки несколько часов, пытаясь отъехать подальше от города. Солнце уже поднималось на горизонте, и было так непривычно находиться на суше в это время. Обычно, в это время я опускалась на дно спать, а сейчас я была немного растеряна. Мне никогда не приходилось находиться днем под солнцем, да и вообще, мне раньше не приходилось делать многое из того, что я делаю сейчас. И мне было неуютно, я не чувствовала себя в безопасности. Сейчас я ощущала себя очень уязвимой, какой, впрочем, и была на данный момент.

- А что мы будем делать, когда встанет солнце? - поинтересовалась я у мужчины.

- Нужно будет остановиться. Сами поедим и отдохнем, да и лошади нужен отдых. А потом надо будет двинуться дальше.

- Днем?

- Да, а что? - он заинтересованно посмотрел на меня.

- Просто... яркое солнце губительно для меня. Если бы у меня сейчас был хвост - солнце было бы смертельно, а с ногами - просто могу получить ожоги.

- Хм... и что нужно сделать? Ждать до вечера? Нам нужно как можно быстрее покинуть эти земли.

- Нет, ждать до вечера не нужно. Просто мне нужен будет плащ с капюшоном, чтобы закрыть открытые участки тела и лицо. Если сегодня будет не жарко, то днем можно двигаться, а если жарко - я не смогу.

- Хорошо, мы что-нибудь придумаем. В любом случае, можем двигаться по лесу. Это не так безопасно, но тебе будет легче.

- Спасибо.

На этом наш разговор закончился. Я не могла свободно разговаривать с ним. Обычно у меня нет проблем с общением, но здесь я как - будто смущалась. Может, мне было неудобно от того, что он всем рискует, спасая меня. Мало того, что он меня видит второй раз, так я ведь еще и сирена. Уверена, он знает, чем «славятся» сирены. Но он все равно спасает, ничего не прося взамен (пока что).

Вскоре мы подъехали к лесу, и мужчина спешился и повел коня под уздцы. Было страшновато сидеть в седле одной, ведь если я упаду - пропашу носом. Ноги мне здесь не помогут. По лесу мы шли недолго. Сквозь деревья я увидела поляну, около которой мы и остановились. Мужчина снял меня с лошади и посадил в тени дерева, а сам привязал лошадь и накормил ее. Я, ни о чем не спрашивая, наблюдала за ним. Он не смотрел на меня, а просто занимался делами - собирал ветки, расчищал поляну, доставал из сумки еду. Я уверена, он почувствовал мой пристальный взгляд, но ни слово не сказал об этом. Вскоре над поляной поплыл запах еды, готовящейся на костре (хорошо, что я сидела далеко от костра и жар до меня не долетал). Мужчина взял какие-то продукты и принес мне. И тут, словно опомнившись, спросил:

- А ты ешь это?

Почему-то эта его запоздалая реакция вызвала у меня смех. Я хохотала до слез, глядя как он смутился.

- Я не знаю, я никогда это не ела, - с улыбкой ответила ему.

- Смотри, если нет, мы найдем что-нибудь еще.

Ну да, сейчас в лесу мы найдем морепродукты. С другой стороны, мне же было интересно что это и как его едят, поэтому отказываться я не стала. Это было мясо... вкусное мясо. Уже когда доедала его, почувствовала на себе взгляд. Подняв глаза, увидела, как мужчина смотрит на меня с улыбкой сердобольной мамаши, запихавшей в ребенка порцию каши (откуда я это знаю? Я же в море живу, а не на другой планете!). От этой улыбки я смутилась, а мужчина стал улыбаться еще шире.

- Как тебя зовут? - спросил он.

Я уже более серьезным взглядом посмотрела на него. Он это заметил.

- Если это секрет, то можешь не говорить! Просто скажи, как мне называть тебя, я же не могу звать тебя «сирена».

- Лигейя. Друзья зовут меня Ли.

- А меня Грегори. Друзья зовут меня Грег.

Мы поняли друг друга.

- Грег, сколько мы будем добираться до океана?

- Ну, это зависит от скорости нашего передвижения.

- В поместье меня везли в ящике 5 дней.

- Ну, мы должны добраться быстрее. Дня за 4. На лошади быстрее, чем на повозке, но из-за солнца часть пути придется делать по лесу, а иногда совсем останавливаться.

- Но мы можем двигаться ночью!

- Ночью опасно, но придется иногда и ночью.

Тут он понимающе посмотрел на меня.

- Ты очень соскучилась по океану, да?

- Да... не представляешь как.

- Давно ты у графа?

- У хозяина поместья? Не очень. Двенадцать дней у него и пять в дороге. Но это время кажется мне вечностью.

- И ты каждую ночь пела?

- Да. Приходили гости этого человека и я им пела. Он называл их чем-то вроде человеческой элиты. А по мне, так грязь грязью.

- Ты сказала, что видишь души. Это правда?

- Да. Ты хочешь узнать про свою?

- Ну... ты ведь тогда сказала, что не тронешь меня, потому, что моя душа светлая. Это так?

- Если бы это было не так, ты был бы уже мертв. Я никогда не вру.

Грег поежился, но видимо, любопытство было сильнее боязни.

- А те гости графа... их души...

- Да, они были черные.

- И ты кого-нибудь...

- Одного. В первое же выступление. Он не сдержал себя и прыгнул в воду.

- И что на это сказал граф?

- А что он мог сказать? Я ведь предупреждала. Ему, конечно, не понравилось, это могло привести к проблемам, поэтому я заключила с ним сделку.

- Сделку? - у Грега удивление было так явно написано на лице, словно я предложила ему сыграть в салочки. Это было так забавно.

- Да. Я пообещала не топить его гостей, если на каждое пятое выступление я буду петь для своих гостей. Он должен был выбрать добрых людей для меня. Я не знаю, как он искал, но результаты меня устроили.

- Но зачем тебе это? Топила бы его гостей и все!

- И вскоре сама утопилась, да?

Видя его непонимание, решила объяснить.

- Представь, что ты свободен, как птица. У тебя нет никаких преград. Ты каждую ночь наблюдаешь за звездами, нежишься на волнах, играешь с ветром и любуешься красотой океана. И когда через твои воды проплывает корабль - наблюдаешь за людьми. Если это светлые, добрые люди - можешь спеть им на удачу, а если злые люди - топишь их. Ты очищаешь мир от зла. А теперь представь, что у тебя это забрали. Ты сидишь в «золотой клетке» и поешь для тех, которых должен убить, причем поешь не по своей воле. И каждую ночь ты также смотришь на небо и понимаешь - где-то там по- прежнему дует ветер, плещут волны и шумит океан, но ты этого больше никогда не увидишь. Ты больше никогда не сможешь рассекать волны навстречу Луне, смеяться от души, петь от всего сердца. У тебя это забрали. Что ты почувствуешь? На сколько времени тебя хватит? Теперь ты понимаешь, для чего мне нужно было, чтоб граф приводил ко мне добрых людей? Вы мой единственный шанс вернуться на свободу. Ты - мой единственный шанс! Прости, если считаешь, что я использовала тебя.

- Я так не считаю. Я понимаю тебя и ни в чем не виню. Я помогу тебе.

Глава 10

После этого разговора мы стали вроде как ближе, по крайней мере, неловкого молчания уже не было. Отдохнув еще час, мы решили отправиться дальше. Сейчас было еще не жарко, поэтому можно свободно двигаться, а в обед сделаем привал. Сейчас было важно преодолеть как можно большее расстояние за кратчайшее время. Мы оба устали, потому не разговаривали. Грег осматривал окрестности с целью безопасности, а я делала то же самое из любопытства. Я ведь больше никогда не смогу увидеть все это так близко (надеюсь). В созерцании красот природы под мерный ход лошади я не заметила, как заснула. Проснулась я от того, что меня слегка трясли за плечо и звали по имени. Открыв глаза, я заметила, что лежу на одеяле на земле, а солнце уже начинает садиться к горизонту. Учитывая, что заснула я на лошади часов так в 12, то сколько ж я спала?

- Ли, перекуси и пора двигаться, - тихо сказал Грег, протягивая мне мясо.

- Почему ты не разбудил меня раньше?

- А зачем? Ты устала, и тебе нужно было отдохнуть.

- Но ведь тебе было неудобно ехать и держать меня!

Он слегка усмехнулся, глядя на меня.

- Нормально.

Решив не доставать его вопросами, я поела и кивнула ему на лошадь. Грег понятливо подошел и на руках отнес меня в седло, после сложил одеяло в сумку, и мы тронулись. Отдохнувшая лошадь галопировала, кажется, с удовольствием. Ей наверно не терпелось избавиться от дополнительного ездока. Понимаю, мне наше вынужденное сотрудничество тоже не приносило радости.

- Ли, а у тебя в океане есть родственники? Или у вас все по-другому?

- У меня есть сестры. Но у нас нет родства в человеческом понятии. Сирены не имеют детей.

- Но как вы размножаетесь? - с удивлением спросил Грег, а потом смутился.

- Мы не размножаемся, - улыбнулась я, глядя на его румянец, - мы вершина эволюции морских жителей. Хотя некоторые говорят, что мы просто тупиковая ветвь.

- И вы до сих пор не вымерли? На вас же охотятся издавна.

- Если мы не размножаемся стандартным для людей путем - это не значит, что не появляются новые сирены. Дети появляются у наяд и нереид. Просто иногда у них рождаются будущие сирены. Никто заранее не знает, у какого малька проявится ген сирены. Просто однажды рождается малыш с хвостиком и тогда его отдают нам.

- А не жалко своего малыша отдать чужим...

- Людям? Ты забыл, мы же не люди, не распространяй на нас ваши законы. У нас нет вашего понятия семьи. У нас для того, чтобы завести потомство не выходят замуж, - с улыбкой ответила я.

- А малыша воспитывать...

Я не выдержала и засмеялась. Грег опять смутился.

- У нас все малыши общие. У нас нет понятия собственности. Ты даже не узнаешь какой из них твой.

- Да, мне не понять этого. Твой ребенок - это часть тебя, как можно просто отдать его и не знать, что будет с ним дальше. У нас за своих детей отдают жизнь!

- Я попалась в сеть, спасая молодую сирену.

Грег внимательно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Видимо вопросы о нашей заботе были излишни.

Дальше мы ехали молча. Грег, наверно, обдумывал информацию, полученную от меня. А я вспоминала своих сестер. Как они там без меня? Леви и Фел всегда вместе, Агла привыкла плавать к нереидам, а вот Парфи... Парфи зачастую была со мной, а теперь... как она?

Вскоре стемнело, но мы продолжали двигаться.

Когда вокруг стояла уж совсем непроглядная темень, мы остановились на ночлег. Съехав с дороги недалеко в лес, мы привязали лошадь и быстро поужинав, легли спать. Предстояло рано вставать.

* * *

Грег разбудил меня еще затемно. Быстро поев, мы двинулись в дорогу. Разговаривать не хотелось. Если честно, то очень хотелось спать. Раньше мне не приходилось столько времени быть на суше, поэтому желание добраться до воды просто зудело по коже. Было совсем раннее утро, и звезды по-прежнему были видны на небе. Обычно их вид меня успокаивал, но не сегодня. Сегодня что-то было не так. Может это чувство было вызвано неудобствами, а может и нет... Я старалась всегда доверять своим инстинктам. Сейчас они говорили мне об опасности.

- Грег, ты ничего не чувствуешь? - может он тоже почувствует опасность?

- Нет, а что, должен? - он был заинтересован, но не более.

- Не хочу показаться параноиком, но меня не оставляет чувство, что скоро мы во что-то вляпаемся. И это что-то - неприятности.

- Не знаю, не знаю..., - он начал озираться по сторонам, пытаясь видимо, спрогнозировать что именно нам тут может грозить. Я, конечно, не профи, но нас на дороге может ожидать банальная засада. Мало ли, захотят пошерстить карманы проезжающих зевак.

Не став таить в себе эту «великую» истину, я предложила ее Грегу.

- Знаешь Ли, не хотелось бы повстречать их. Я один с бандой не справлюсь.

- Ну, я могу спеть, конечно, только я не знаю какие результаты это принесет - я никогда не пела на суше. И даже, если получится, нам нужно будет отсюда очень быстро убегать. Так как весть о девушке с удивительным голосом, забирающем разум и пугающем душу разлетится быстро. А в наших условиях это равносильно смерти.

- Хорошо, я понял. Ты будешь планом Б...

- Грег!, -взволнованно позвала я.

- Что?

- ...стало так тихо... природа замолчала.

- Черт.

Грег достал оружие и начал напряженно всматриваться в окружающую темноту. Пути назад нет, в сторону тоже нельзя - везде лес. Эта неизвестность и ожидание беды пугает больше всего.

Тишина разорвалась щелчками заряжаемых арбалетов. Приехали... Из лесу на дорогу высыпали человек пятнадцать. Это были обычные разбойники стандартной внешности. Грязные, небритые, неряшливые, их одежда забыла как вообще выглядит вода, не говоря уже о мыле. Хотя, что там одежда, они сами наверно это уже забыли. На их лицах были похабные щербатые ухмылки... ну это помимо грязи, конечно. Вырваться от них можно было бы без труда, но вот арбалеты. Арбалеты - это плохо. Ржавого болта мне только между ребер не хватает. Что ж вам надо голубчики, денег?

- Э, смотри мужики, какой улов сегодня! Не только денег разживемся, но и бабу получим.

Ну, про бабу, допустим, это он зря. Я такого не прощаю. Вся моя сущность сирены просит упокоить этих молодцов, чтоб землю зазря не коптили. И ей еще «подпевает» женское самолюбие, которое обиделось на «бабу». А это уже гремучая смесь.

- Ты смотри, эти голубки аж голос потеряли от страха. Ты не бойся, девонька, мы тебя не обидим, так, поиграемся чуток, - пробасил их главарь, и все дружно заржали. Даже у Грега конь ржет мелодичнее, я это скажу, как эксперт с идеальным слухом. А то, что молчим - это не страх, это просчитывание дальнейших ходов и вероятности их успеха. Если б разбойник был чуток поумнее, он бы заметил, что наши с Грегом взгляды не испуганные, а расчетливые, но куда уж ему.

- Ли, - шепотом позвал Грег, - план Б.

Ну что ж, спасибо Грег, сейчас я повеселюсь. Робкий взгляд на банду, добавим в голос дрожания.

- А если я вам спою, вы не причините вреда моему спутнику?

- А ты спой сначала, а мы потом решим, стоит ли твоя песня его жизни.

Глаза вниз, чтоб не увидели победного блеска. Ну, ребята, вы сами напросились...

Глава 11

Я решила не выбирать песню, здесь главное не слова, а модуляция голоса. Они должны испугаться, бежать как от смерти. Подняла уже более серьезный и даже опасный взгляд на них. Мои глаза рождали страх, поднимали его из самых глубин их душ. И ребятки попались, они не отрываясь смотрели мне в глаза. И я начала петь. Голос сначала тихий, будто где-то далеко в ночи, потом нарастает, играет. То выше, то ниже, словно плачет скрипка, словно девушка стенает о погубленной жизни. Добавляется глубина голосу, увеличивается его диапазон. Голос начинает проникать в душу, пугая, нашептывая о муках, неведомых живым. Увеличивается громкость голоса, и вот уже девушка плачет не о себе, а о разбойнике, которому осталось так мало жить. Но ее голос не вызывает сочувствия или слез, он вызывает страх, первобытный ужас. Хочется бежать от него без оглядки, но он повсюду, выхода нет. Сердце вырывается из груди, дыхание сбилось, остается только кричать и молить. Эта песня забирает разум, оставляя безумие в глазах. Вокруг поднялся ветер, который бросает в лицо листья и пыль, будто пытаясь ослепить, не дать жертве вырваться и убежать.

Разбойники уже давно побросали оружие и бегают по дороге, крича, и сталкиваясь друг с другом. Некоторые, обезумев, рвут на себе одежду и волосы. Вскоре вся банда, не разбирая дороги, скрылась в лесу. Уверена, половина из них навсегда останутся безумными, часть могут умереть, лишь некоторые придут в себя, но всю оставшуюся жизнь будут вздрагивать от любого шороха. И тут я заметила, что сзади подозрительно тихо. Обернувшись, я увидела Грега. Он обхватил себя так, что кисти побелели, взгляд был полон ужаса и направлен в никуда. Так, это плохо, очень плохо. Надо аккуратно привести его в себя, чтоб не навредить его психике еще больше. Его сознание где-то глубоко и бьется в оковах страха. Мысль пришла мгновенно - клин клином! Вернуть его сейчас сможет песня!

Бурлящие воды стихают, немея,

Струятся, восторга немого полны,

Когда из ночной черноты Лигейя

Выходит в сиянье луны.

Распустит красивые влажные косы,

Из лунных лучей серебра зачерпнет,

И будет ронять изумрудные слезы

Над омутом ночь напролет.

И снова, тоскливо журча, к перекату

Ее отраженье уносит волна,

А дева рыдает - о том, что когда-то

Она не скучала одна.

Пусть много героев могучих и стройных,

Спускалось с тех пор к ней на мягкое дно -

Уста их холодные вечно спокойны,

Им смерть и любовь - все равно.

Заря занялась, на востоке алея,

Затих над рекой горький девичий стон,

А может, любовь - это жизнь, Лигейя?

А ночь и река - только сон?..

Я старалась петь как можно проникновеннее, чтобы добраться до самых дальних уголков сознания, выманить их, показать, что бояться нечего. В слова я вкладывала чувства, эмоции. Песня должна была стать путеводной ниточкой, которая вывела бы его из состояния шока. Голос убаюкивал, обещая, что все будет хорошо. Пока я пела, смотрела вдаль, перед внутренним взором представляя картины, которые рисовала песня. Допев, я посмотрела на Грега. Он смотрел на меня вполне осознанным взглядом. Не успела я облегченно вздохнуть, как заметила кое-что в его взгляде. Я не могла понять, что это? Нежность? Нет, это что-то другое. Гамма чувств. Он смотрел на меня так, будто собирался обнять и больше никогда не отпускать. А я не могла оторвать от него взгляд, просто не могла. Это было странно, на меня так не смотрели никогда, и я не знала, что мне делать. Сердце споткнулось и забилось быстрее. Мы просто сидели и молча смотрели друг на друга. Слова были не нужны. Окружающий мир просто перестал существовать. Это даже пугало. Наконец, я нашла в себе силы оторвать от него взгляд.

- Ты в порядке? - мой голос немного дрожал.

- Да, все хорошо.

- Зачем ты слушал песню? Она предназначалась для них, ты же мог сойти с ума! - накинулась я на него. Лучше так, чем неуверенно переглядываться и ожидать непонятно чего.

- Я просто не ожидал. Хотел закрыть уши, но песня началась и... я не смог.

- А если бы я не смогла вернуть тебя? Черт... Пора ехать, нельзя здесь оставаться.

- Да, ты права, - тихо ответил Грег и тронул коня. Он был сам не свой, будто до сих пор не мог прийти в себя. Но не от песни... по его взгляду было понятно, что он что-то понял и теперь удивляется, будто не веря в это. Такое его поведение, честно говоря, раздражало. Он сейчас нарешает чего-то, а я ни сном, ни духом. А ведь с последствиями его решений иметь дело мне! Ох, чувствую, аукнется еще мне эта песня.

Оказывается, солнце уже взошло, а мы даже не заметили этого. Теперь мы ехали молча, думая каждый о своем. Между нами снова возникла стена. Это как после откровения, не знаешь, как теперь относиться к человеку. Как раньше - глупо, а по-новому - надо сначала понять, принять это откровение. Я не могла понять его, а Грег ничего не говорил и не объяснял. Хотя, не уверена, что хотела бы его объяснений. Боюсь, эти объяснения породили бы еще большую стену - с моей стороны. А молчание было настолько напряженным, что хотелось просто закричать. Блин...

- Спасибо тебе, - в тишине сказал Грег. Если честно, я с перепугу чуть не кувыркнулась с коня. Ощущения, будто к тебе подкрались из-за спины и на ухо так «БУ!». Грег придержал меня рукой за талию.

- Прости, я напугал тебя.

- Да ничего, я задумалась просто, - и чтоб он не успел вставить вопрос о чем я задумалась, - Как ты себя чувствуешь?

- Нормально, благодаря тебе. Как тебе удалось привести меня в чувство?

- Ну, слова там были бесполезны, крика ты испугался бы еще больше. Поэтому нужно было тебя успокоить так, чтоб ты медленно возвращался, чтоб разуму было за что зацепиться. Я решила спеть. Помогло.

- Да, я не осознавал тогда ничего, просто было очень страшно. Будто все твои кошмары ожили и кружат вокруг тебя. А ты пытаешься отбиться, но вокруг тьма и нет выхода. И тут, сквозь них прорывается тихий голос, который успокаивает, отгоняет страхи, делая их мелкими и незначительными. Голос убаюкивает, обещая тепло, уют и безопасность. И я пошел на этот голос, а потом побежал, видя свет. И тут я, словно очнулся. Смотрю, мы снова в лесу, на коне, и ты поешь, глядя в никуда. И ты выглядела не как сирена, а как простая девушка, поющая о своей судьбе. Спасибо тебе.

- Пожалуйста, ты же меня спасаешь, так почему и мне разочек не спасти тебя в благодарность, - сказала и хитро улыбнулась ему.

Он улыбнулся в ответ, понимающе. Хм... Похоже, мы только что прорыли ход под нашей стеной...

Глава 12

Дальше мы ехали, весело болтая о разных мелочах. Рассказывали друг другу смешные истории из детства. Я рассказала, как Парфи дразнит кракена.

- Кракен? Он существует? - Грег был действительно удивлен. Сирен то видели, а вот кракена нет, по крайней мере, если кто и видел - живых свидетелей нет.

- Да, существует. Это такой огромный осьминог. Он очень опасен, даже для нас.

- Но зачем тогда твоя подруга так рискует?

- А зачем люди ездят на охоту?

- Ну как, азарт, адреналин.

- Вот и мы по тем же причинам! Что тут такого странного?

- Но на охоте ты не рискуешь жизнью!

- Да? А если пуля не туда полетит, или хищников окажется больше, чем вы думаете? Вы просто не осознаете весь риск, а мы осознаем!

- А кракен быстрый?

- Скажем так, он сам не очень быстрый, все-таки тушка большая. А вот щупальца быстрые, и сильные, и их много! От них не спрячешься в расщелине - достанут. От кракена вообще в расщелины лучше не прятаться.

- А куда же тогда?

- А зачем? Охота это не предполагает!

- Но... если ты видишь, что не справляешься, что делать?

- Уплывать! Парфи не дразнит его из-за угла, только лицо в ли... эээ... морду.

- Но вы же меньше и слабее! - Грег никак не мог понять и представить себе это. По его мнению, это выходило чистое самоубийство.

- Да, но ты забыл одну вещь - мы маневреннее. Парфи просто уворачивается от щупалец. Это сложно и опасно, но тем не менее, в этом весь интерес. Кракен пытается достать тебя всеми щупальцами сразу, а ты, как искорка уворачиваешься. Он безумно злится и теряет контроль. Это довольно забавно, особенно результат.

- И что в результате?

- В результате кракен запутывается в собственных щупальцах.

Секунда тишины и непонимания, затем секунда, чтобы представить себе это зрелище и на третью секунду Грег захлебывается хохотом. Смеется он долго, держась за живот и вытирая слезы.

- Да, ради такого зрелища наверно можно рисковать.

- Да, только если ты уверен в себе, иначе можешь закончить свои дни в его желудке.

Грег перестал улыбаться.

- А ты когда-нибудь участвовала в этом?

- Дразнить? Да, вместе с Парфи. Было страшно, но интересно. Азарт просто неимоверный. Вокруг все смешивается, ничего не различаешь, вода мутная, вокруг хлещут его щупальца, а ты извиваешься, чтобы не попасться. Один раз даже уронила камень ему на щупальце. Слышал бы ты этот обиженный рев. Я думала, тот камень станет моим надгробным.

- Да, мне не понять этого. Я не понимаю этого риска жизнью. Жизнь и так коротка, умереть всегда успеем.

- У людей, конечно жизнь значительно короче, а вот мы успеваем устать от всего, поэтому ищем приключений.

- Извини, может я спрошу что-то некультурное, но сколько...

- Мне лет? А не испугаешься?

Грег посмотрел мне в глаза и понял, что ошибался. Он увидел во мне молоденькую девушку, которая попала в передрягу. А теперь в моих глазах он читал опыт и мудрость десятков, а то и сотен лет.

- Не испугаюсь, - твердо ответил он. И я поверила. Почему-то это было важно для меня.

- Почти двести пятьдесят.

Его зрачки расширились в удивлении, потом он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Сколько бы он не думал, настоящая цифра оказалась больше. Я хотела увидеть его взгляд, понять, что он думает обо мне теперь. Как будто услышав это, Грег открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде не было страха или отчуждения. Был лишь интерес и уважение. Я вздохнула с облегчением. Он иронично выгнул одну бровь, будто спрашивая «Неужели моя реакция для тебя так важна?». Черт, почему я не могу сдерживать эмоции при нем, и самое главное, действительно, почему мне важна его реакция? Ладно, об этом я подумаю на досуге и без посторонних лиц, а пока нужно уводить разговор в безопасное русло.

- Расскажи мне, чем ты занимаешься в жизни?

- Я герцог. Чем занимаются герцоги? Дела дома делаются и без меня, а я пока путешествую по свету. Взвалить на себя обязанности я всегда успею, а вот посмотреть на мир вряд ли. Тем более, меня ничего не ждет дома, по крайней мере, ничего хорошего.

- То есть? Там плохо или тебе там не рады? Это же твой дом!

- Нет, дело не в этом! Я живу один. Места там красивые, только как-то одиноко. Да и соседи... чтоб их.

- А что с соседями?

- Каждые норовят женить на своей дочурке! - с пылом воскликнул Грег, видимо наболело.

Я рассмеялась от души, а он с досадой посмотрел на меня.

- Тебе смешно, а мне то каково? Культурные причины уже закончились, скоро придется открыто говорить, чтоб катились со своими дочурками к лешему в болото.

- Ты уж определись. А то тебе одиноко, а от дочурок отказываешься, - с улыбкой ответила я на его злобное пыхтение.

- Так если бы там были девушки нормальные, а то..., - он махнул рукой и отвернулся. Это было так забавно. И почему-то радовало. Хотя я и знала, что нам осталось примерно 2 дня пути и все - наши пути разойдутся. Наверно по этому человеку я буду скучать.

- Ты далеко от океана живешь?

- Нет, моя территория примыкает к океану.

- Тогда приглашаю тебя в гости.

- Куда? В океан?

- А почему нет? Захочешь меня увидеть - зови!

- Как? Подойти к кромке воды и кричать во все горло? Боюсь, я не докричу до ваших вод.

- Нет, кричать не надо. Ты знаешь мое имя. Просто ночью подойди к воде, опусти в нее руки, подумай обо мне и позови по полному имени. Я приплыву так быстро как смогу.

- Хорошо.

- И, если нужна будет помощь - тоже зови. Я обязана тебе.

- Ты мне ничем не обязана. Я сам решил помочь, к тому же мы еще никуда не добрались, поэтому рано благодарить.

- Как скажешь...

- И вообще, давай остановимся на привал. Уже времени много, конь устал, да и мы много пережили сегодня.

В такой дружеской атмосфере мы провели весь вечер. Грег, видимо тоже будет скучать по нашей поездке, так как сейчас даже не хочет говорить о том моменте, когда я вернусь домой. Он просто отворачивается или переводит разговор в другое русло. Но я решила не забивать себе голову этим вопросом. Люди существа непредсказуемые, никогда не знаешь, до чего они додумаются. Поэтому я просто подожду, пока он сам захочет мне рассказать. А сейчас я просто буду спать, и видеть во сне океан... хотя бы во сне...

Глава 13

Проснулись мы рано, еще только светало. Стандартные утренние процедуры, еда, и вот мы снова в седле. Сегодня к вечеру мы должны проехать приличное расстояние. Завтра с утра уже подойдем к гряде, а оттуда я увижу океан. Последний день мы будем спускаться с гряды к океану. Нужно быть очень осторожным там, так как путь пролегает рядом с городом, а где люди - там опасность.

- Ли, а расскажи мне об океане, его жителях.

- Что конкретно ты хочешь узнать? Жителей много. Я могу рассказать тебе о жизни креветки, - с улыбкой сказала я. Я, конечно, догадываюсь, о ком он хочет услышать, но так ведь не интересно.

- Нет, о креветке не надо. Расскажи о разумных обитателях.

- Зачем? Эта информация не совсем секретная, но все же, может причинить вред некоторым обитателям.

- Но я никому не расскажу!

- Я знаю. Ну ладно, слушай. В океане помимо сирен живут еще наяды и нереиды.

- А Нептун? - Грег задал этот вопрос с детской непосредственностью и огнем любопытства в глазах. Обычно дети так спрашивают про бабайку. Я не выдержала и засмеялась. Грег смутился и, похоже, обиделся.

- Грег, не обижайся, но сам посуди. У людей есть свои Боги?

- Есть, - буркнул он.

- И что, они ходят между вами, как обычные люди?

Обида ушла с лица Грега, он сам понял, что задал глупый вопрос. И поэтому постарался перевести разговор в другое русло.

- А наяды и нереиды как выглядят?

- Как красивые девушки, и у них есть ноги.

- И что они делают? Ну, в смысле, сирены - топят людей, а те что делают?

- Они ведут спокойную жизнь, играют, поют, водят хороводы под водой и на берегу. Их еще называют морскими нимфами. Они не причиняют вреда людям. Могут даже помочь. Например, если ребенок тонет, они могут спасти его. Или, если на берегу плачет девушка - могут спеть ей, подарить что-нибудь. Бедняку могут со дна моря притащить золото или украшения. Люди почитают их и иногда на берегу оставляют им венки из цветов, или отпускают их в воду.

- А вы с ними общаетесь?

- Общаемся? - я усмехнулась, такое человеческое слово, - Нет, не общаемся.

- Почему? У вас вражда?

- Да не то, чтобы вражда. Просто мы очень разные. Мы топим людей, а они за это считают нас злыми. Парфи считает их бездельниками. Мы хоть мир очищаем, как она говорит, а наяды поют и пляшут.

- А зачем вы...

- Топим? Понимаешь, это заложено в нас изначально. В истории нашего создания.

- Но вы все дети моря! Разве нет?

- А вы - дети земли, но это же не значит, что вы из земли вылезли. У первых людей тоже ведь были родители. Вот и у нас так. У сирен одни родители, у наяд и нереид другие.

- А кто ваши родители? Или вы не знаете?

- Знаем. Наяды считаются дочерьми Зевса. Нереиды - дочери Нерея и океаниды Дориды. Нерей считается добрым, мудрым, справедливым старцем, он олицетворение спокойной морской глубины, обещающей морякам счастливое плавание. А вот сирены...

- Что, неужто так плохо?

- Ну как сказать. Отцом сирен считали морского бога Форкиса, а матерью - богиню Кето. Форкис считается богом бурного моря. Подробнее про него рассказывать не буду - только голову забивать тебе. А вот Кето была богиней морской пучины, а также чудовищ, обитающих в этих пучинах. В некоторых вариантах легенд Кето сама была чудовищем глубин. Так что ты видишь, какие у сирен родители.

Грег похоже немного завис от такой информации. Пусть посидит и поразмышляет. Чувствую, как эта информация уложится - пойдут вопросы дальше. Так и оказалось.

- Дааа, наследственность у вас - не позавидуешь. А кракен может оказаться ребенком Кето?

- Может. По папочке то у нас есть еще сестры.

- Да? Боюсь спрашивать кто они?

- Горгоны, геспериды. Есть еще братик - чудовище какое-то. Слава Нептун, не видели никогда.

- Оказывается морских богов так много. А как в ваших легендах описывают вас?

- Ну, мы олицетворяем собой обманчивую, но очаровательную морскую поверхность, под которой скрываются острые утесы или мели.

- Такое ощущение, что ты сейчас процитировала легенду дословно.

- Это так и есть. Но намного забавнее слушать ваши легенды про нас. Они подчас обрастают такими интересными подробностями, что мы не просто удивляемся - мы в шоке!

- Что же про вас рассказывают? - с любопытством спросил Грег. Почему у меня ощущение, что он потом на старости лет напишет от моего имени «Мемуары сирены. Правда и выдумки».

- Однажды мы на закате выплыли на поверхность и увидели неподалеку корабль. Для нас это развлечение, даже если топить никого не придется. Так вот, с наступлением темноты мы плыли рядом с кораблем, на котором матросы решили попугать молодняк. Начали рассказывать страшные истории. Поскольку проплывали они нашу местность, то естественно рассказы пошли про нас. Один из самых старших моряков начал рассказ: «Говорят, есть в этих водах стая сирен. Свирепые хищницы. Самая старшая среди них вообще жуть (при этих словах мы дружно посмотрели на Парфи). Была она когда-то молодой красивой девушкой, замуж собиралась, но узнала, что жених ее другую любит, а с этой из-за наследства. От горя она утопилась в океане, но и там не нашла успокоения. Стала она сиреной, ненавидящей всех мужчин (мы с любопытством смотрели на Парфи, так как мужчин она и правда недолюбливала). И вот пришел ее жених однажды гулять со своей любимой по берегу. Тут сирена не выдержала и запела, а жених ее бывший не смог противиться песне и как зачарованный пошел в воду, где его сирена и утопила. Но не могла она простить жениху предательства и превратила его в чудище морское - кракена! (На Парфи мы смотрели с еще большим любопытством, а она в свою очередь смотрела на корабль с недоумением и, даже какой-то детской обидой в глазах). И вот с тех пор эта сирена топит всех мужиков, которых может достать. И становятся они ее слугами. Этим она показывает бывшему жениху, что он теперь, дескать, чудище одинокое, а у нее вона скока мужиков! (На Парфи было больно смотреть. Недоумение и обида в ее глазах росли просто с геометрической прогрессией. А мы с девочками, тем временем смеялись от души... Зря...)». Тут другой моряк говорит: «Ага, а есть у нее еще сестра младшая, подруга ее лучшая. (тут девочки как по команде перевели взгляд на меня. Во всех взглядах читалось ожидание новой шутки, и лишь взгляд Парфи сквозил ехидством. Она будто говорила «еще посмотрим, кто последний смеяться будет»). Говорят, та еще змея подколодная (так, вот лично этого моряка, я наверно утоплю). Укус ее ядовитый, и язык раздвоенный (при этих словах любопытство в глазах девочек сменилось на фанатизм. Во взгляде каждой читалось желание проверить слова моряка. Я не стала дожидаться, пока язык мне вырвут, и показала его сама. Девочки расстроились - язык был самый обычный. На ядовитость проверят потом). Эта сирена сначала кусает своих жертв, а потом дожидается, когда начнет действовать яд. Жертвы кричат от боли, а она слушает. Для сирены это как музыка. И вот когда человек погибает, сирена утаскивает его на дно и сжирает (при этих словах девочки с брезгливостью посмотрели на меня и отплыли подальше. Убью моряка)». Но это было еще не все. «А знаете, мужики, есть у них еще самая младшая сирена (Агла аж перепугалась. После таких историй она боялась, что придумают про нее). Мелкая, а уже жестокая (это Агла то?). Она с детства любит коллекционировать части тел людей, особенно ей нравится выковыривать глаза (бедная Агла аж позеленела слегка. По-моему, ее тошнит...)».

Грег смеялся, утирая слезы рукавом. Конечно, ему смешно, не про него же это сказали.

- Боюсь спросить, что вы сделали с этими моряками, - всхлипнул он.

- О, мы вспыли над водой и начали корчить им рожицы, в соответствии с нашим описанием, и тихонько, но ужасно подвывать. В общем, они сами себя напугали, а мы просто сыграли описанные ими роли.

Грег успокоился еще не скоро. Один раз даже попросил показать ему язык. Чуть не треснула его. С таким настроением мы и сделали привал.

Глава 14

На привале мы решили отдохнуть пару часов. Жарко не было, поэтому можно было двигаться дальше. А пока, мне пришла в голову одна идея.

- Грег, научи меня ходить.

Грег чуть не подавился водой и с удивлением посмотрел на меня. Казалось, будто он не уверен правильно ли расслышал меня.

- Зачем?

- Ну как, ноги то есть, а пользоваться ими не могу.

- Ты через день вернешься в океан, - сказав это, он отвел глаза, как будто боялся, что я в них увижу не предназначенное для меня, - а там у тебя снова появится хвост, и умение ходить уже будет не нужно тебе.

- Ну, я смогу выходить на риф. Или ты не хочешь меня учить?

- Мне не трудно, трудно будет тебе. Поэтому, если ты хочешь, я могу попробовать.

Он подошел ко мне и поднял на руки. Затем поставил на ноги, но не отпускал.

- Готова?

Дождавшись моего кивка, он закинул одну мою руку себе на плечи и держал ее, а другой держал за талию.

- Делай шаг.

Я сделала. Когда наступила на ногу, та подкосилась, и я бы упала, но Грег держал крепко.

- Ты точно уверена, что хочешь этого?

- Да!

- Ну что ж, тогда делай следующий шаг.

Я попробовала сделать еще шаг - тот же результат. Таким образом, я час «ходила», а потом просто упала без сил. Но результат был. Под конец часа я смогла делать небольшие шаги с помощью Грега. Это был прорыв.

- Ну что ж, для первого раза вполне приличный результат. Сегодня вечером еще раз попробуем.

- Боюсь, что мои ноги с тобой не согласны.

- Времени у нас не так много, а достигнутый результат потеряется, если не пробовать снова.

Тут я подумала, а так ли мне нужно это умение ходить? Это была предательская мысль, и я поспешно отогнала ее. Я не могу отступить, встретив малейшие сложности. Я перестану уважать себя. Грег, конечно, ничего не скажет, но разочаруется во мне. А я не хочу этого. За эти дни он стал мне другом. Как бы не было удивительно, но я уважала этого человека. Он рисковал многим ради меня, даже зная, что я его использую, как возможность попасть домой. Я даже знаю, как отблагодарю его за эту помощь.

- Хорошо, вечером попробуем еще раз.

Я не ошиблась, он был рад такому ответу. Как-будто мой ответ что-то подтвердил ему.

Спустя час, мы двинулись дальше. Снова дорога, седло, придерживающая рука. Это стало уже таким привычным, словно мы едем не третий день, а третий месяц. Сначала было как-то неудобно, некомфортно, но сейчас этих ощущений больше нет. Я привыкла к этому коню (а он наверно смирился со мной, как с необходимым злом, и больше не косит многообещающим взглядом), привыкла к этим объять... так- так- так... к чему это я тут привыкла? К объятьям? С удивлением и ужасом понимаю, что да, привыкла. О, Нептун, только этого мне не хватало! «Ли, он же человек, о чем ты думала?». Да ни о чем! Само получилось! «Сами даже мальки не получаются». Знаю... И вообще, как привыкла, так и отвыкну! «Ну да, расскажи мне сказку». Раз такая умная, скажи, что мне делать? «Вот еще. Сама впуталась, сама и думай!». Вот спасибо, вот помогла!... Ну не тащить же его в океан за собой?! «Только этого не хватало!».

Мдааа... разговор с совестью не помог. А, ладно, придумаю. Оттолкну как-нибудь.

От таких раздумий настроение испортилось. Грег заметил это, но не рискнул спрашивать. Молодец, хвалю. Тишина между нами опять стала напряженной. Это произошло по моей вине, но я ничего не могла поделать. Объяснить ему это? Как? Я себе это объяснить не могу. Я ехала и понимала, что эта поездка изменила меня. Но вот хочу ли я этих изменений? У меня были знакомые среди людей. Мало, но были. Парочку можно даже назвать друзьями. Но я всегда смотрела на них, как на забавных зверушек. Они вечно суетятся, делают глупые вещи, пытаются хвастаться друг перед другом, точно петухи из соседних курятников. Я вижу мир совсем иначе - не внешнюю оболочку, а саму суть, поэтому их жизнь кажется мне игрой, правда иногда, довольно жестокой. Грега же, я воспринимаю совсем иначе. Я разговариваю с ним, почти как с равным. Он не играет передо мной, и я это ценю. Правда, последнее время его душу что-то тревожит. Будто он мечется между двух огней и не знает, что выбрать. Поэтому часто отводит глаза, избегает некоторых тем. Я даже догадываюсь, что его мучает. Но ничем не могу помочь. Выбрать он должен сам, а я потом сделаю свой ход.

В таких раздумьях мы проехали намеченный на сегодня путь, и остановились на ночлег. Грег молча расстелил одеяло, и ссадил меня. Он предоставлял мне право первой начать разговор.

- Ну что, устроишь мне прогулку номер два?

Он вскинул на меня взгляд. Его глаза потеплели, видимо он думал, что обидел меня чем-то.

- Конечно, если ты все еще хочешь.

- Хочу!

И все по новой. Грег держит, а я норовлю упасть. В этот раз было легче, но больнее, так как ноги еще с обеда болели. Сейчас Грегу хватало держать меня за руку, чтоб я не упала. А как была рада я!!! Я уже не вишу мешком, а могу идти. Когда сил совсем не осталось, я села на одеяло и потребовала ужин. Грег со смехом принес. Напряженная тишина между нами исчезла. Как оказалось, ненадолго.

- Ли, а как устроен голос сирен? Почему он сводит с ума, заставляя многих идти на смерть.

- Это не объяснить словами. Мы видим вас «насквозь», поэтому с помощью голоса можем управлять. Человек не может противиться собственным желаниям.

- Не правда, может! Все зависит от человека!

- Нет, Грег. Все зависит от сирены. Если она захочет - ты ничего не сможешь сделать. В этом смысле ты беспомощен против меня (ой зряяяаа я это сказалаааа).

- Проверим?

- Зачем? Просто поверь! Мне не 17 лет, я не хвастаюсь.

- Я верю, что не хвастаешься. Ты просто недооцениваешь меня!

- Ты пожалеешь потом.

- Нет!

- Сам виноват...

И не успел он ничего ответить, как я наклонилась близко к его лицу, поймала взгляд и зашептала. Он сначала попытался оторвать взгляд от моих глаз, но сдался. Тем временем мои пальцы порхали по его лицу, очерчивая скулы, нос, брови. Когда его взгляд буквально остекленел, я прервала контакт взгляда, наклонилась ближе к уху и продолжила шептать.

- Ты не сможешь противиться мне. Я вижу всю твою душу, все твои мысли и желания. Мой голос проникает в самые потаенные уголки твоей души, которые ты скрываешь даже от себя. Там столько надежд и мечтаний, желаний и страхов. Я могу заставить тебя поверить во что угодно, сделать что угодно. Я могу забрать твои желания, а могу добавить новых... а некоторые даже могу исполнить... Ты пойдешь за мной хоть на край света, хоть на дно, сделаешь все, что я захочу. Сейчас ты слышишь, как участился твой пульс, срывается дыхание, тебя лихорадит. Это потому, что ты полностью в моей власти. Ты ведь сейчас все понимаешь, твой разум пытается сопротивляться, а душа требует подчиниться, отдать власть над телом мне. Это потому, что желания имеют большую власть над человеком. Чтобы избавиться от искушения - нужно поддаться ему. Ты сейчас добровольно откажешься от всего, только бы я не перестала говорить, только бы не покидать это забвение.

Клиент был готов! Его разум выбросил белый флаг. Он сдался. Я села перед ним и хлопнув в ладоши, уже обычным голосом сказала «Есть кто дома?». Спустя минут пять, Грег пришел в себя и понял, что спор он мне проиграл. Но это его не расстроило. В его взгляде, наконец, не было метаний. Он для себя все решил. Ну что ж, ты сделал свой выбор. Жаль... Теперь уж не обессудь, я сделаю свой. Завтра. А пока, побудь в блаженном неведении. Думай, что ты контролируешь хотя бы эту ситуацию. Завтра к вечеру я попаду домой... чего бы мне это не стоило...

Глава 15

Вот и настал последний день нашего путешествия. С самого утра Грег был немного на взводе, но упорно пытался скрыть это от меня... Как будто это возможно... Я делала вид, что не замечаю ничего. А в душе мне было очень жаль, что все происходит именно так. Он не справился, не смог. И отчего то это приносило боль.

- Скоро доедем до гряды. А там спустимся и проедем через город.

- Разве нет дороги в объезд? - я точно знаю, что есть.

- Есть, но мне нужно заехать, чтобы на обратном пути не делать крюк, а сразу ехать домой по тракту.

Ну вот... это началось.

- Хорошо, как скажешь.

Спустя час мы добрались до вершины гряды, и я увидела океан. Мои чувства не передать словами, поэтому я смогла только заплакать. Грег сначала испугался даже, а когда я сказала, что плачу от радости, от того, что скоро буду дома... он смутился и отвернулся. Надо же, не все потеряно.

С гряды спускаться было легче, поэтому скорость передвижения увеличилась. Ближе к четырем часам мы, наконец, добрались до города. Здесь нужно вести себя осторожнее. Грим, который на меня накладывали при побеге, я больше не накладывала. Вряд ли здесь будут люди графа, но осторожность необходима.

- Куда мы сейчас поедем? - интересно же, куда он меня повезет.

- Я хотел заехать на южную площадь. Там можно узнать последние новости и купить некоторые вещи, которые открыто не продаются.

Южная площадь, говоришь... отлично, я не против. Людей там много... разных, вдруг что и получится.

Спустя полчаса мы въехали на площадь. Грег спешился и повел коня под уздцы, а я сверху оглядывала толпу, закрыв лицо платком. Мдаааа... и потом сирен еще спрашивают, зачем мы топим. А что с ними можно еще делать??? Вокруг меня приличных людей (в моем понятии этого слова) можно было пересчитать по пальцам... одной руки. На них я и обратила внимание. Они, к несчастью, находились в разных частях площади, поэтому приходилось вертеть головой. Чем там занимается Грег, с кем разговаривает, о чем - я даже не слушала! Я пыталась сквозь толпу разглядеть этих нескольких человек. Не то, не подойдет, не то... так-так... не может этого быть! Чтоб мне подавиться медузой, это же Лайонел!! Ах ты старый волк, ты то мне и нужен. Только как привлечь твое внимание, не привлекая внимание Грега.

- Грег, а мы можем пройти в ту часть площади, я там кое-что интересное увидела, - ну а что, я ведь не солгала!

- Хорошо, если ты хочешь. А что там?

- Да так, мелочь...

Грег подвел коня к лоткам и посмотрел на меня, ожидая. Я начала бегать глазами по товарам, будто ищу что-то. Есть! Грег отвернулся, чтобы найти то, что заинтересовало меня. Я быстро обернулась в сторону Лайонела и махнула рукой, и тут же повернулась снова на товары. Грега что-то заинтересовало и он уже увлеченно начал разговаривать с торговцем. Пользуясь моментом, я обернулась и снова тихонько махнула рукой. Лай поднял взгляд на меня, а я быстро отвела платок с лица. В глазах Лая мелькнуло узнавание, неверие и удивление. Я сделала просящий взгляд и сложила руки в молитвенном (для людей) жесте. Он нахмурился и перевел взгляд на Грега, а затем снова на меня. Я моргнула в знак согласия и показала жестами, чтобы Грегу не причиняли вред. Лай моргнул в ответ... понял. О Нептун, неужели получится?

- Ты нашла то, что хотела?

От голоса Грега я чуть не сверзилась с коня.

- Нет, мне показалось. Куда мы теперь? - я спросила это специально громче, так как видела, что подошедший Лайонел слушает.

- Наверно в трактир. Отдохнем, поедим и в путь.

- Что за трактир?

- «У русалки».

Честно? Я чуть не засмеялась во весь голос. Фырканье, правда, скрыть не удалось. Судя по названию, хозяин не страдает отсутствием чувства юмора. Грег повел коня под уздцы, а я, обернувшись, увидела, что Лайонел и еще несколько людей следуют за нами. Трактир находился, как оказалось, на соседней улице. Внутри слышался гул голосов (место бойкое, недостатков в посетителях нет), а снаружи почти никого не было. У входа были привязаны пара лошадей, а сама конюшня была чуть дальше сбоку от трактира. Если Грег привяжет коня у входа, то Лайонел ничего не сможет сделать - слишком открытое место, могут увидеть. Значит нужно действовать быстро.

- Грег, ты коня в стойло поведешь?

- Нет, тут привяжу.

- Не нужно, отведи в стойло. Вдруг мы задержимся тут. Я не доверяю людям.

- Но...

- Пожалуйста.

- Хорошо. Ты тут подождешь?

- Нет, я могу упасть без тебя.

Грег, вздохнув, повел коня в стойло. Взгляд мельком назад показал, что за нами идут. Надеюсь, они поймут, для чего их ведут сюда.

Около стойла Грег ссадил меня и повел коня внутрь... а когда обернулся, увидел, что один мужчина стоит около меня, а еще двое перед ним, закрывая меня. Грег нахмурился, нащупывая рукой кинжал.

- Грег, - позвала я, - все в порядке, это мои друзья. Дальше я отправлюсь с ними.

- Почему? - он непонимающе смотрел на меня, как будто я предала его.

- Потому, что я хочу домой... ты же ведь передумал вести меня домой.

Его глаза расширились в удивлении, проскользнуло понимание, а затем сожаление.

- Когда ты поняла?

Он даже не поднимал глаза на меня. Я видела, как его мучила совесть. Он ведь обещал помочь мне, спасти, а сам... это жгло его изнутри раскаленными щипцами.

- Сразу. Даже когда ты только начал думать об этом, я поняла.

При этих словах он вскинулся.

- Почему? Почему ты ничего не сказал тогда? Когда я еще не принял это решение. Только намек, и я бы передумал.

- А зачем? Это твой выбор, твоя жизнь. Ты захотел этого.

- Черт, Ли, прости меня. Пожалуйста, прости. Я приведу тебя к океану.

- Не надо, Грег, меня довезет Лайонел.

- Ты мне не веришь больше, да?

- Верю, просто здесь наши пути разойдутся.

- Ли, можно я хотя бы с вами дойду до океана? Позволь проводить тебя!!

- Нет, не надо. Тебе пора домой.

Грег опустил голову, глубоко вздохнул, и пошел отвязывать коня. Когда он проходил мимо меня, я окликнула его.

- Грег, погоди секунду, - он резко поднял голову, будто надеялся, что я передумаю.

- Я хотела поблагодарить тебя за то, что ты сделал для меня. Ты освободил меня, позаботился обо мне и довез сюда. Это очень много для меня значит, и я не злюсь на тебя. Ты еще молод, просто сбился с пути. Ты очень хороший человек. Я хотела наградить тебя. Подойди ближе. Грег подошел и посмотрел мне в глаза. Я подняла руку, провела пальцами по его щеке и, притянув к себе, поцеловала. Он сначала растерялся, а потом ответил, обняв. Я прервала поцелуй. По моему поцелую он подумал, что еще не все потеряно. Я видела это в его глазах. Но он быстро все понял, всего лишь взглянув в мои глаза. Он решил, что я так прощаюсь с ним. В каком-то смысле это так и было. Но не только.

- Грег, это не просто поцелуй.

- Да, парень, тебе крупно повезло, такого подарка на моей памяти еще никто не удостаивался, - сказал Лайонел. Двое его людей тоже были ошарашены.

- Грег, добровольный поцелуй сирены дает тебе некоторое преимущество... ты никогда не утонешь. Ты теперь можешь дышать под водой.

Сказать, что он был удивлен, значит не сказать ничего. Но это удивление было смазано болью. Он не хотел отпускать меня. Не хотел, чтобы я исчезала из его жизни. Но пора было двигаться дальше.

- Пока... может еще увидимся...

Лайонел поднял меня на руки и понес к своей лошади. Когда все расселись по лошадям и тронулись в путь, я обернулась. Грег провожал меня взглядом, в котором горела всего одна фраза. «Мы еще увидимся. Я обещаю».

Глава 16

- Ли, у меня в порту корабль. Тебя выпустить в эти воды или отплыть к вашим? Мы собирались уже сниматься с якоря.

- Лай, давай наверно в наши. Хочу девочкам сюрприз сделать.

- Расскажешь, как ты тут очутилась?

- О, это долгая история.

- Если вкратце?

- Меня сперли прямо из воды и доставили к какому-то графу - петь по ночам для его гостей.

Лайонел немного завис от этого признания...

- Ладно, черт с ним, рассказывай все!

- Я, защищая сестру, попалась в сети. Вытащили и, как кильку в консервах, в ящике отвезли к графу. Там он отдал мне в распоряжение небольшое озерце, больше похожее на большую лужу. Каждую ночь он приводил людей, которым я пела песню. Он за это удовольствие с людей зарабатывал большую денежку. Кормил меня, правда, хорошо. В первое же выступление утопила одного молодчика. Потом пошла на сделку с графом. Я не топлю его людей, а он на каждое пятое выступление приводит мне нормальных людей, а не то богатое отребье, что обычно. В общем, там и присмотрела Грега. Когда мне второй раз привели нормальных людей, Грег пришел снова... и выкрал меня. Сегодня четвертый день нашего путешествия.

- Даааа, девочка моя, вот это ты вляпалась.

- Знаю, представь, КАК я хочу домой!

- Понял, постараюсь доставить как можно быстрее.

Действительно, к закату солнца мы уже были у берега. Лайонел занес меня на корабль (хотя хотелось наплевать на все и прыгнуть в воду) и мы отплыли. Команда была удивлена, увидев меня, но рада. Мы знаем друг друга уже несколько лет. Помню, тогда мы спасли их во время шторма. Да, мы и спасать умеем. Теперь вот Лайонел помогает мне.

Чувствуя, как корабль качается на волнах, ветер играет волосами, нос улавливает запах океана, хотелось просто закричать от радости. Улыбка не сходила с моего лица. Я вернулась, я дома. По щеке поползли слезы. Считается, что сирены не чувствуют ничего кроме ненависти, злости тому подобных чувств. Не правда! Мы чувствуем, и побольше людей. Сейчас мое сердце буквально разрывалось от переполнявших его чувств. Это была чистая эйфория.

Корабль быстро приближался к нашему рифу. Такие родные места. Никогда бы не подумала, что они мне так дороги. Внутри меня все пело от счастья, и я не выдержала... я тоже запела, своей песней зовя сестер.

Ночь тишиною опустилась,

Под сенью древ сгустилась тьма.

Сияньем нежным озарилась

Краса - волшебница луна.

Волшебный свет летит на землю

Тревожа сон, даря покой.

Мир отдан чуду в подчиненье

Благословляющей рукой.

Луна взглянула в гладь морскую,

Украсив след свой серебром,

И вод прохладных дочь младую

Зовет покинуть сонный трон.

Вздох легкий был лучам приветом;

Душа прервала сна полет,

И, облачившись лунным светом,

Сирена на берег идет.

Ее встречает песнь цикады,

И шелест нимф лесных зовет

Прекрасную дитя наяды,

Войти к ним в дружный хоровод.

Но рок печали был ее судьбою,

Веселью места не дает,

Неясным призраком с собою

К уединению ведет.

И путник, чей удел от Бога,

Шел, привлекаемый бедой,

Пересеклась его дорога

С дорогой девы молодой.

Любовный плен мечты отрада,

Как воплотившиеся сны,

Не дремлющим сердцам награда

На время торжества луны.

С приходом утренней зарницы

Поднялся на море туман,

Ослабив волшебства десницы,

Серебряных лучей обман.

Сирена в дымке растворилась,

Сокрывшися в морской воде;

С любимым с горечью простилась,

Взяв часть души его себе.

И вновь забудет свои слезы,

Во власти тягостного сна;

Любовь останется как грезы,

Которые так ждет она.

Последние несколько куплетов пели уже несколько голосов. Мои сестры пели со мной. Оглянувшись, я посмотрела на моряков. Они были в прострации. Только Лайонел с пониманием смотрел на меня.

- Лай, спасибо тебе, я твоя должница. А теперь, мне пора.

- Удачи, Ли. Не попадайся больше в сети.

Я улыбнулась ему и, раздевшись, прыгнула в воду (а зачем загрязнять океан тряпками?).

Назад я не оглядывалась. Зачем? Я, наконец, дома, все, что мне нужно, находится здесь. «А все ли?»,- шепчет душа. С этим потом разберемся. А пока попробую не утонуть под напором сестер. Я, конечно, понимаю, что они соскучились, волновались, но это же не повод, чтобы топить и душить одновременно.

- Эй, хвостатые, потише! - кричу им, смеясь.

- Кто это тут хвостатый? Нахалка некультурная! А ты у нас тогда какая? Ногатая?

- Рогатая, блин! - они видимо решили меня затискать. - Вот же кильки маринованные!

- Это мы кильки?

Наш хохот разносится, наверно, на милю вокруг. Тут Парфи расталкивает девочек и, подплыв, крепко обнимает меня.

- Никогда больше не пугай меня так! Я думала, от злости всех перебью.

- Это правда, Ли, - смеясь, сказала Левкосия, - от нее даже кракен сбежал. Она его в первую пару дней так достала, что он почёл за лучшее сделать щупальца отсюда.

- Да, место с хорошей экологией - это, конечно, удобно, но вот спокойная жизнь дороже, - Фел лениво улыбаясь, смотрела на Парфи.

Тут мне в голову пришла интересная мысль.

- Парфи, если кракена больше нет, то кого же ты теперь доставать будешь?

При этих словах, Парфенопа перевела заинтересованный взгляд на сестер.

Девочки переглянулись, не будь дурами, поняли весь ужас ситуации.

- А давайте вернем его?

- ...или нового найдем...

- ...в Реальской пустоши, говорят, интересные экземпляры водятся!

Мы с Парфенопой переглянулись и засмеялись.

Глава 17

Жизнь моя вернулась в обычное русло. Вечером просыпалась (хотя первое время тяжело было снова перейти на этот режим), ночью была с сестрами или бороздила океан, потом встречала рассвет и спускалась снова на дно. Проплыла по всем своим кораблям, вспоминая, как плавала здесь последний раз, с Парфи пару ночей посидели на рифе. Она рассказывала мне все, что произошло, когда меня не было. Я рассказала ей все подробности своего путешествия, которые не рассказала сестрам.

- Ли, тебе ведь понравился этот человек. Не отрицай, я слишком хорошо знаю тебя.

- Я не знаю, что сказать... он просто поселился в моей душе. Мне было жаль расставаться с ним. Я скучаю по нему наверно.

- Ли, он человек, а ты сирена, не мне тебе говорить об этом.

- Я знаю, просто... он столько сделал для меня. Рисковал всем, спасая. Он, действительно, хороший.

- Да? Почему тогда он передумал тебя возвращать?

- Частично я сама виновата в этом. Подпустила слишком близко, много позволила.

- Да, и это тоже. Он хоть не знает твоего полного имени?

Я напряженно молчала.

- Ли! Зачем?

- Ну, он не желал мне зла, и он назвал свое полное имя.

- Это неравноценный обмен! Ладно, можно считать, что ты его отблагодарила этим.

- Не этим..., - я боялась поднять глаза на Парфи.

- А чем? - она строго смотрела на меня.

- Ну, я... поцеловала его.

- Лигейя! Ты в своем уме?... Кракен с ним, пусть плавает. Все равно вы больше не увидитесь.

- Увидимся, я уверена. Я видела его прощальный взгляд.

- Ну, мало ли что он там решил. Найти сирену, даже зная ее имя и место обитания не так просто.

Я не поднимала головы... ой, что сейчас будет...

- Или я чего-то еще не знаю?

- Я рассказала ему про ритуал призыва, - прошептала я, ожидая громов и молний.

Парфи издала протяжный стон, полный недоумения моим идиотизмом. Я даже улыбнулась.

- Ли, вот скажи, ты вообще понимаешь, что ты делаешь? Зачем?

- Я не знаю, просто я, наверно, сама захотела, чтобы он позвал меня.

Парфенопа внимательно посмотрела на меня. Она все поняла.

- Ли, милая, он человек, у него своя жизнь, а у тебя своя. Вы из разных миров. Вы разные существа. Так нельзя, это не приведет ни к чему хорошему.

- Я знаю..., - мне было больно, но я понимала, что Парфи права, - я забуду его, отпущу.

- Умница.

Только легче мне от этого не стало, наоборот, будто я оторвала кусок сердца. И когда Грег успел забраться так глубоко.

После этого разговора я стала чаще быть одна. Нет, я не обиделась на сестру, просто я сейчас была не лучшей компанией. Девочки думали, что я просто вхожу в колею, привыкаю к тому, что я снова дома. Лишь Парфи знала, почему я провожу время одна, и давала мне эту возможность. Она понимала, что для меня так лучше, давала шанс забыть, оставить прошлое в прошлом. За это я ее и люблю, она понимала меня без слов, достаточно лишь взгляда.

Я пользовалась этим одиночеством, уплывая далеко в океан. Ночи напролет меня не было на рифе. Моими постоянными спутниками стали ветер, волны и звездное небо. Они все видели, чувствовали, понимали и поддерживали, как бы говоря, что все равно любят меня. Каждый раз, уплывая в океан, я надеялась убежать от воспоминаний, но они были быстрее. Таким образом, мои попытки оказывались бесплотны, и я все больше погружалась в пучину воспоминаний.

- Хватит, я больше не могу смотреть на это! Ты сильная, свободная, решительная, смелая и, пиявка тебе под хвост, тебе 250 лет!

Я горько улыбнулась, Парфи не выдержала моего затворничества.

- И что?

- Как это что? Ты как камбала скоро на дно заляжешь! И это моя подруга! Не стыдно? Сегодня со мной поплывешь!

- Куда?

- Ой, а тебе что, не все равно? - притворная удивленность прямо сквозила в ее взгляде.

- Мне просто интересно, кракена то больше нет? Куда ты еще меня можешь повести?

- Может в Реальскую пустошь? Надо тебя встряхнуть.

- Ну хорошо, давай только с девочками закат проводим.

- Отлично!

Сестры были рады, что я, наконец, не уплываю с первыми закатными лучами, а остаюсь с ними. Мы сидели на рифе, как в старые времена, только с тех пор я изменилась...Тут мне в голову пришла одна ненормальная идея. Поскольку, сидели мы над водой, то у нас были ноги, вместо хвостов. Интересно, получится ли у меня. Под удивленными взглядами сестер, я, опираясь на камни, начала вставать. Постояла немного и, по-прежнему, держась одной рукой, пошла по рифу. Ушла я правда недалеко (сказывается отсутствие тренировок), и решила повернуть назад, пока есть силы. Глаза сестер были размером с блюдца, в каждом взгляде плескался шок, и лишь в одном боль. Я посмотрела на Парфи и опустила глаза. Она все поняла. Девочки наперебой начали спрашивать, как я научилась ходить.

- Да вот, нашелся человек, который научил.

- А это трудно?

- Трудно, больно.

- Сильно больно?

- Терпимо.

- Но зачем тогда?

- Я просто захотела. Ноги ведь есть, а ходить не умею.

- А нас научишь?

- Если захотите, но предупреждаю - это действительно трудно.

Посидев еще несколько минут, мы стали собираться кто куда.

- Ли, ты куда сегодня?, - Фел было интересно, я снова поплыву одна, или все-таки нет.

- Я с Парфи сегодня.

- И куда вы?

- В Реальскую пустошь, - за меня ответила Парфенопа.

Девочки даже замерли, удивленно глядя на нас.

- Зачем?

- Хочу себе шкурку кракена у входа постелить, - с ухмылкой ответила я.

Девочки посмотрели на меня еще удивленней. Такой ответ они могли ожидать от Парфи, но не от меня. Пусть привыкают. Может это, действительно, меня отвлечет?

- Готова? - Парфи уже ждала меня.

- Да, поплыли.

Я надеялась хотя бы эту ночь не вспоминать о Греге.

Глава 18

Плыли мы уже пару часов - пустошь была далеко. Чем ближе мы были к цели, тем сильнее изменялось все вокруг. Стало меньше хищных рыб (здесь своих хищников хватало), обычных рыб почти не было, даже дно было другим - более скалистое, с резкими выступами и глубокими впадинами, провалами подводных пещер. Даже водорослей как таковых не было. Одно слово - пустошь. Эти воды моряки боялись даже больше наших. Здесь всегда была гробовая тишина, неестественная, даже воздух на поверхности был другим, будто ветер обходил стороной это место. Еще ни один корабль не прошел через Реальскую пустошь. Правда, были слухи об одной команде, ставшей свидетелями крушения двух кораблей. Это был товарный караван из трех кораблей, шедших друг за другом. У последнего корабля что-то произошло с корпусом, и они замедлились, а первые два корабля пошли дальше. И тут словно разверзся ад. Прямо из-под воды сквозь корабли с треском проникли щупальца и начали раздирать корабль на части. Нечто, похожее на гигантского змея обвило мачту, и раздался треск. Люди в панике бегали по палубе, некоторые прыгали в воду. Те, кто остался на палубе были придавлены, съедены или размазаны. Те, кто прыгнул в воду, почти сразу с криками исчезали под водой и больше не всплывали. Щупальца утаскивали на дно части кораблей, видимо надеясь найти там еще что-нибудь. Спустя минут пять все было кончено. Поверхность океана снова была спокойна. Пришедшие в себя люди с третьего корабля криком отдали команду поворачивать назад. До самого берега они плыли, как проклятые. По слухам, ни один из них больше не подошел к океану ближе, чем на милю.

А вот мы специально сюда плывем. Сумасшедшие!

Мы чувствовали, как нагнетается все вокруг, стали чаще оглядываться, внимательнее смотреть по сторонам. Мы чувствовали, что здесь есть хищники посильнее нас.

- Парфи, ты уверена, что хочешь сюда? - мне было очень неуютно.

- Нет, но не поворачивать же назад, - Парфенопа сосредоточенно оглядывала окружающие скалы.

- Почему нет?

- Нас с тобой засмеют.

- А мне кажется, они решат, что у нас все еще есть мозги.

- Ли, это всего лишь хищники. Они сильны, но не разумны.

- Понятно, ты не можешь уронить авторитет «бесстрашной» перед сестрами.

Парфи хмуро глянула на меня. Ну да, я права.

- Парфи, я жить хочу еще.

- Я тоже!

- Незаметно, - тихо вздохнула я.

Вокруг что-то изменилось. Мне кажется, нас заметили. Взгляд на сестру - она тоже это поняла. Помоги нам, Нептун!

Из провала в скале выскочила какая-то дрянь и молниеносно кинулась на нас. Мы с Парфи рванули в разные стороны. Эта гадость погналась за сестрой. Не успела я вздохнуть, как почувствовала, что меня сейчас схарчат и резко дернулась вбок. Это меня спасло, так как сзади оказалась пещера, из которой на меня выплыла, обрадованная обедом змея. Длиной эта змейка была метров так пятнадцать, здоровенной головой... про челюсть я тактично промолчу. У меня сложилось ощущение, что это дитёныш... не дай Нептун, его мама недалеко плавает. Пока я уворачивалась от этого милого создания, краем глаза заметила, что к Парфи сзади плывет еще что-то.

- Парфи, сзади! - крикнула я во весь голос.

Сестра рванулась в сторону. Вовремя. Тварь, что плыла сзади, не успела сменить курс и с открытой челюстью врезалась в другую. Может они там друг друга пожуют пока, а мы тем временем уберемся отсюда? Не судьба! Видимо, на вкус та тварь оказалась не очень. И почему у меня ощущение, что это только начало и сейчас подтянутся большие хищники?!

Я вертелась волчком между этими существами. Стать закуской кого-то из них не хотелось.

- Ли, снизу! - крик Парфи был прямо-таки оглушающим.

Я дернулась вверх за выступ. Не знаю, кто был внизу, но выступ он съел и не подавился. Черт, с каждой минутой тут становится все горячее. Скоро всех хищников соберем криками. Я видела, что сестра иногда рискует, чтобы не просто увернуться, а вывести из строя какую-нибудь гадость.

- Парфи, не рискуй. Если хоть одна тебя заденет и в воду попадет кровь - мы не выберемся отсюда, они обезумят.

Кажется, она поняла это и стала осторожнее. Главное мне теперь не подставиться. Итак, мы имеем по две твари на каждую из нас. Уплыть мы не можем - они быстрее нас. Но, мы мельче и маневреннее, значит нужно небольшое место, где тварям будет тяжело развернуться. Но тут другой вопрос. А не задавят ли они нас там массой? Черт!

Так, что-то я замечталась, и это чуть не стоило мне хвоста. Челюсти щелкнули буквально в паре сантиметров. Хвостом по морде ей, и резко вниз. Проскочила под брюхом одной, когтями процарапав траншеи. Чуть без когтей не осталась. Брюхо у этой твари - дай Нептун каждому такой доспех! Вверх по скале... о, свободный булыжник... в дело! Схватив его, развернулась и пульнула прямо в открытую пасть преследующей меня твари. А, это та, которая каменным порожком позавтракала. Тяжело ей бедной наверно. Я бы с такой ношей уже на дно опустилась бы, а она ничего, подавилась только слегка. Разворот (вовремя), а сверху мне улыбается моя змейка, приветливо раскрыв пасть. Оттолкнулась вбок, а в эту приветливую пасть попала другая тварь.

- Парфи, помощь нужна? - крикнула я сестре.

- А что, ты своих уже доела?

Надо же, в такой ситуации сохраняем чувство юмора.

- Они не вкусные, хочешь, тебе отдам?

- Да нет, спасибо, мне своих еще мариновать и мариновать.

Так бы мы и гонялись с четырьмя голодными «красотками», если бы не случилось ЭТО. Приплыла пятая!!! Ну, или пятый. Я не заглядывала... Это был кракен! Парфи обрадуется, наверно, как родному!

- Парфи, ты смотри, кто к нам в гости плывет!

Она посмотрела и... витиевато выругалась. Ну да, нам и так не скучно было. Зато теперь поиграем с ними... или они поиграют в нас. Тут мне пришла в голову сумасшедшая идея (как будто там другие бывают). Места тут мало, а тварей много, и одна из них напоминает катушку ниток. Почему бы этими нитками не связать остальных?

- Парфи...

- Только не говори, что плывет еще одна!!!

- Нет, помнишь, что мы обычно делаем с кракеном?

- Помню.

- Повторим?

- А с другими что делать?

- Они будут мешать не только нам, но и ему! Пусть они запутаются в его щупальцах!

А дальше все смешалось перед глазами. Мы проскальзывали меж щупалец, как вода, старались увернуться от зубов, хвостов. Твари часто застревали, запутывались в щупальцах, пытались откусить их, чтобы освободиться, за что получали другим щупальцем. Наверно прошло немного времени, но нам оно показалось вечностью. Просто в какой-то момент мы поняли, что у нас появился шанс и мы, не сговариваясь, рванули из пустоши. По пути встретилось несколько мелких хищников, которых мы отбивали хвостом и мчались дальше. Только спустя час мы обернулись и, убедившись, что тварей нет, сбавили скорость. Посмотрели друг на друга и расхохотались. Смеялись мы долго - так выходил стресс и адреналин.

- Чтобы я еще хоть раз тебя послушала, - всхлипывая, сказала я Парфи.

- А что, было весело!

- Весело? Я тебе сейчас все чешуйки повыдергаю!

- Да ладно, тебе же тоже было весело! Не отпирайся, я видела твои глаза.

- Вот ненормальная.

Я улыбалась, и Парфи, улыбнувшись в ответ, крикнула:

- Поплыли домой, на сегодня хватит приключений!

Она протянула мне руку и я, смеясь, приняла ее. Так за руку мы и плыли до самого рифа. На вопросительные взгляды девочек мы просто переглядывались и смеялись.

- Ну скажите хоть что-нибудь! - умоляющим голосом попросила Леви.

Я с улыбкой ответила:

- Девочки, даже не думайте туда соваться. Наш кракен по сравнению с тамошними жителями - просто душка.

Лица девочек вытянулись, в глазах поселилось удивление и ужас. А мы с Парфи поплыли по своим пещерам. Адреналин ушел, оставив усталость.

Глава 19

С нашей вылазки в Реальскую пустошь прошла неделя. Все вернулось на свои места. По вечерам мы также собирались наблюдать закат, потом плыли, кто куда хотел, а на рассвете собирались снова. Ночами я также плавала в открытом океане или в своих кораблях, иногда с Парфи катались на акулах. Я снова по ночам смотрела на звездное небо, представляя, что на это небо смотрят еще тысячи человек в разных уголках мира. И, возможно, ОН. Про Грега я старалась не вспоминать. Парфи права - это ни к чему хорошему не приведет.

- Ли, о чем замечталась?

Леви подплыла незаметно.

- Как всегда о вечном, - с улыбкой ответила я, - где Фел?

- Прихорашивается, - улыбнулась она, - Рассвет не может быть красивее Фел.

Я засмеялась... в этом вся Фел. Ее любимая фраза «свет мой, зеркальце...», это кажется из какой-то человеческой сказки.

- А ты почему не с ней?

- Просто захотела побыть с тобой. Поговорить. Пока Парфи нет.

Это меня заинтересовало.

- Говори.

- Ли, ты вернулась с земли другая. От того, что ты рассказала нам, так не меняются. Там ведь было что-то еще. Что? Это связано с человеком?

Я тяжело вздохнула.

- Да, это связано с ним.

- Он что-то тебе сделал плохое?

- Нет, милая, ничего. Он спас меня, но не захотел отпускать.

- Но почему? Он же довез почти до океана!

- Он захотел, чтобы я осталась рядом с ним.

- Зачем? Он тоже хотел использовать тебя?

- Нет, все гораздо проще и одновременно сложнее... люди называют это влюбленностью.

Глаза Леви загорелись при этих словах.

- Правда? Но это же прекрасное чувство!

- Нет. В этом нет ничего прекрасного. Оно заставляет страдать.

- А как ты относилась к нему?

- Вот в этом и проблема. Он понравился мне.

- Но зачем тогда страдать?

Она с детской непосредственностью смотрела на меня и, действительно, не понимала.

- Леви, он человек, а я сирена. Тебя ничего не смущает в этом?

- Но ведь любовь может преодолеть все?!

Эти слова меня добили, и я сорвалась.

- Ты что, человеческих сказок начиталась? Какая любовь? Что преодолеть? Мы из разных миров! Так нельзя! Что ты предлагаешь? Ему поселиться в океане? Или мне бросить океан и выйти на сушу? Это не любовь - это жертва! Жертва, за которую, спустя время, начинают ненавидеть! Или жить он там, а я в воде? Ему нужна нормальная семья! В которой жена будет воспитывать его детей, заметь, не мальков! Она будет обустраивать его дом, принимать гостей. А он будет знать, что дома его ждет покой, уют и любовь. Со мной у него ничего этого не будет. И это тоже жертва, за которую мы тоже будем ненавидеть! За сломанную жизнь, за разрушенные мечты, за опустошенное сердце!

Каждая фраза била плетью. Эта плеть не только разбивала девичьи грезы Леви, но и оставляла кровавые следы в моем сердце. Я словно забивала гвозди в крышку гроба. Никогда этого не делала, но мне кажется, что чувства примерно те же. Боль, опустошенность.

Леви плакала. Я обняла ее и начала гладить рукой по волосам.

- Дорогая, тебе незачем плакать. Тебе не хочется больше жить в океане?

- Хочется, - сквозь слезы ответила она.

- Ты всегда знала, что пути человека и сирены могут пересечься, только если тебе надо его убить. Знала?

- Да.

- Так почему ты плачешь?

- Просто я видела, что у тебя есть друг среди людей. Поэтому я думала, что возможно и что-то большее. Особенно когда ты сказала про того человека, который влюблен в тебя. Почему мы не имеем права на любовь? Мы прокляты?

- Я не знаю, милая. Такова жизнь. Может быть, это плата за все то, что нам дано.

- А что нам дано? Жить в океане и убивать?

- Ты сильная, быстрая, красивая, свободная, ты долгоживущая, одним своим голосом ты можешь свести с ума толпы людей. Какая человеческая девушка может похвастаться этим?

- Зато они любимы! Они проживают жизнь с любимым человеком, у них есть дети, о которых они заботятся...

- И они мечтают оказаться на твоем месте!

- ...правда? Но почему?

- Потому, что у тебя есть то, чего никогда не будет у них. Понимаешь, не всегда у людей все так гладко, как тебе кажется. Часто девушек выдают замуж за нелюбимых, даже незнакомых! И они живут потом с ними всю жизнь. А часто их мужья издеваются над ними, а женщины ничего не смогут с этим сделать - они принадлежат своим мужьям. И так они мучаются всю жизнь, плачут по ночам. Как тебе эта сторона жизни?

Левкосия смотрела на меня, в ужасе расширив глаза.

- Правда? Но это же жестоко!

- Да. А ты свободна, никто не может повелевать тобой, ты сама себе хозяйка. И к тому же, ты красива, сильна, и твой голос способен свести с ума, - повторила я.

- Да, наверно ты права. Спасибо тебе.

Леви успокоилась, а вскоре приплыли наши сестры. Мы вместе встречали рассвет.

Уже находясь в своей пещере, я думала о том, что сказала Левкосии. Я ведь тоже когда-то была такой. Наивная, восторженно глядящая на мир. И мне тоже объясняли, почему нельзя верить этим сказкам. Я плакала, не хотела верить, тогда мне показали. Около побережья остановился караван. В нем были девушки. Я видела, как к ним относятся - подай, принеси, заткнись. Хорошо, если обойдется без ударов. Я бы в тот момент возненавидела всех мужчин, но меня научили смотреть души. И я увидела души этих людей. Белых пятен там почти не осталось. Я тогда спросила, почему эти женщины терпят? Почему не бросят все и не уйдут? Ответ был прост - не имеют права. Они теперь собственность. В тот момент я пожалела этих женщин, и порадовалась, что я сирена. Прошло много времени, и я ни разу не посмотрела на человека, как на равного. Даже Лайонел был просто хорошим человеком, не больше. Так было, пока не появился Грег. Он заставил меня посмотреть на мир немного иначе. И я увидела другие краски. Поэтому теперь, я не могу стать той, которой была раньше. Путь назад заказан. Он показал мне мир, но не сказал, как теперь жить с этим?

Может я была излишне груба с Леви, но я хотела как лучше. Я хотела уберечь ее от этого. Пусть девочка будет счастлива, ведь несчастий на ее долю всегда может хватить.

А я... говорят, время лечит... его жизнь короче моей. Он забудет меня скоро. Начнет новую жизнь и будет счастлив. Он этого заслуживает.

А я буду как прежде мчаться по волнам навстречу ветру и петь.

Глава 20

Незаметно прошла еще неделя. Я вернулась к старой жизни, будто и не было тех дней на земле. Я снова была самой собой (насколько это было возможно), снова получала радость от жизни. Грега я старалась не вспоминать, а когда вспоминала, то представляла, что он там счастлив. Хоть это и отзывалось тупой болью внутри, но я привыкала к этой мысли, это помогало жить дальше. Напряженное ожидание, которое появлялось в газах Парфи при взгляде на меня, исчезло. Все стало как прежде. И я была этому рада. Оказывается, радовалась я слишком рано.

В один из вечеров я решила поплыть в открытый океан. Только мы с сестрами проводили лучи заката, как я отправилась. Проплыв буквально пару миль, я услышала это.

- Лигейя...

Это походило на шепот волн. Я остановилась и обернулась по сторонам. Стоит ли говорить, что вокруг не было ни души. Я уже думала, что мне показалось, как это повторилось. Я всплыла на поверхность, думая, что там этот звук исчезнет.

- Лигейя..., - прошептал ветер.

Почему-то сердце забилось очень сильно. Что это? Откуда? Почему голос так знаком мне? В следующий момент я поняла, почему... это был ЕГО голос!! Он звал меня. Это был Зов! Это понимание будто сняло с меня камень. Куда-то исчезли переживания, боль, на душе стало легко и радостно. Я даже не заметила, как на моем лице поселилась улыбка. Он позвал меня. Раздумий плыть или нет, не было. Я с максимальной скоростью отправилась на Зов. Плыла я совсем не долго. Чем ближе я подплывала, чем отчетливее слышала Зов. И тем больше боялась. Эйфория прошла, оставив за собой страх. Вернулись все те слова, что я говорила себе. Я очень хотела увидеть его, но понимала, что это ничего не изменит. Только причинит боль нам обоим. Но развернуться назад я уже не могла. Подплыв к берегу на расстояние метров пятнадцати, я позволила своему телу мелькнуть над водой, чтобы Грег увидел меня. За это мгновение я увидела его, стоящего на берегу у самой кромки воды. Увидев меня, он зашел в воду. Я вынырнула рядом с ним. Он стоял по грудь в воде и молча смотрел на меня... не отрываясь. Я тоже смотрела и ничего не говорила. Мы были рады видеть друг друга.

- Ты пришла, - прошептал Грег.

- Ты послал Зов - я ответила на него.

- Я не был уверен, что ты ответишь, но собирался ждать тебя до утра. Надежда, знаешь ли.., - тут он грустно усмехнулся и опустил глаза.

- Зачем ты звал меня?

- Хотел увидеть, узнать как ты.

- Тогда давай ближе к берегу. Ты будешь сидеть на суше, а я на мелководье.

Мы приблизились к берегу. Это было опасно для меня, но я улавливала все оттенки настроения Грега и была готова в любой момент скрыться в воде, да и голос мой при мне.

- Ну что, расскажешь? Или это тайна? - Грег с интересом смотрел на меня. Ну что ж, расскажу ему про Реальскую пустошь, попугаю немного.

Рассказывала я в лицах и диалогах, поэтому произошедшее казалось не столько страшным, сколько смешным, но Грег все равно нахмурился.

- Ли, вы ведь могли погибнуть.

- Очень вероятно, что да. Но живы же.

- Вам повезло. Вы же знали об опасности этого места, но все равно отправились. Зачем?

Я опустила глаза. Как тебе объяснить это...

- Парфи хотела развлечь меня, отвлечь от тяжелых мыслей.

- Хорошо развлекла, ничего не скажешь.

- Хорошо! Я тогда, действительно, ни о чем другом не думала, кроме как о том, чтоб не сменить место проживания на желудок одной из тварей, - усмехнулась я.

- Что же за мысли тебя мучили, чтоб отвлекаться от них таким кардинальным способом?

- Это были не только и не столько мысли, сколько воспоминания, - при этих словах я посмотрела ему в глаза. Грег понял, о чем я.

- Ли, я скучал... очень. И тоже вспоминал... каждый день. Не выдержал и позвал тебя.

- Но теперь тебе заново придется забывать меня.

Он помолчал и сказал:

- А если я не хочу забывать тебя?

- Тебе придется...

- Но почему?

- А как иначе? Тебе нужно жить дальше. Если ты забудешь меня - это будет проще.

- Но я не хочу жить дальше, не хочу отказываться от тебя! - Грег почти кричал.

- Ты должен! Ты человек, а я сирена. Здесь даже говорить не о чем.

- Но почему хотя бы не попробовать?

- Как ты себе это представляешь? На берег выходить я не собираюсь, мой дом - океан.

- Но за время нашего путешествия ты чувствовала себя нормально на берегу. Я же не прошу круглые сутки находиться на суше.

- Ты хочешь, чтобы я ради тебя отказалась от того, кто я есть?

- Нет! Ты недолжна отказываться. Я не прошу все твое время, а лишь часть его.

- Это ты сейчас так говоришь. Сначала я должна каждые сутки приплывать к тебе на несколько часов, а затем плыть назад. Потом тебе этого станет мало, и я должна буду разрываться между тобой и сестрами. Потом тебе станет нужно все мое время, вся я. Я не могу тебе этого дать. Тем более, я бодрствую по ночам.

- Но что же тогда делать?

- Все просто... отпустить.

- Я не могу, - прошептал он.

- Можешь. У тебя вся жизнь впереди. Найди хорошую девушку, женись на ней и будь счастлив.

- А ты?

- А я буду разгонять монстров Реальской пустоши и топить корабли.

- Ли..., - горько прошептал он на грани слышимости. Он был подавлен и не поднимал глаз. Так надо, Грег... так надо.

- Я никогда не смогу тебя забыть и отпустить. Даже если разум отпустит, то сердце всегда будет помнить и мучить меня. Я буду сравнивать всех девушек с тобой. И это сравнение будет не в их пользу.

Я видела боль в его глазах, и она разрывала мне сердце. Он не должен страдать. Придется кое-что сделать, иначе он правда не отпустит.

- Хочешь, я спою тебе?

- Хочу.

Он посмотрел мне в глаза, и я запела.

Отчего мои волосы тонки, отчего холодны мои руки?

Отчего в моей песне бездонной горькой болью исполнено счастье?

Отчего я смеюсь беззаботно, а глаза умирают от муки?

Не жалей, не гадай, не влюбляйся, мой милый. Я русалочьей масти.

Не зови, не мечтай, не безумствуй, мой милый - я русалочьей крови.

Мне луна золотая - сестрица, ярким жемчугом звезды застыли.

В горьком сердце рыдают свирели, и душа убита любовью.

И ее воскресить, мой любимый, ты бессилен, бессилен, бессилен...

Грег смотрел на меня стеклянными глазами. Когда он придет в себя, то ничего не вспомнит. Точнее, он вспомнит все, кроме того, что связано со мной. И главное, он сможет спокойно жить дальше. Может, иногда будет смотреть на океан с неясной тоской, но причин этого знать не будет. Подумает, что простая хандра, развернется, и уйдет домой, где его будет ждать любимая.

Я развернулась и нырнула. А на щеках - это брызги воды, а не слезы. Я уже не видела, как взгляд Грега стал осмысленным, он оглянулся по сторонам в недоумении, будто не понимал, что он здесь делает, тем более в мокрой одежде. Затем он встал и, не оглядываясь, пошел домой. Он ничего не помнил.

Глава 21

Полгода спустя.

Я открыла глаза и улыбнулась. Добрый вечер, Ли. Вокруг было так спокойно, настроение было отличное, так что улыбка сама вылезла на лицо. Расчесав волосы, я выплыла из пещеры. Парфи была уже там.

- Я смотрю, у тебя хорошее настроение?

- А почему бы и нет? Вечер отличный.

- А хочешь я порадую тебя? - хитро улыбаясь, спросила Парфи.

- Хочу, хочу, хочу.

Парфи рассмеялась моему нетерпению.

- Я всплывала наверх и увидела кое-что интересное.

- Ну не томи!!

- Сегодняшняя ночь обещает быть веселой. Я видела корабль.

При этих словах хитрая улыбка превратилась в хищную. Я понимающе улыбнулась.

- А чего это вы такие довольные? - подозрительно спросила Леви. Они с Фел плыли вместе, а за ними следом Агла.

- Парфи видела корабль.

Их реакция была ожидаема.

- Ура, ура, ура. Хоть повеселимся, а то нас скоро бояться перестанут. Давненько мы ничего такого не делали, даже скучно стало.

Мы с сестрами отправились на риф погреться в лучах заходящего солнца. Корабль, действительно был, причем двигался он довольно быстро. Неужели они решили, что, двигаясь быстро, они смогут проскочить наши воды, и мы не успеем ничего сделать. Нет, они правда так думают? Дети...

- Девочки, солнце садится... нам пора, - я больше не могла сидеть на месте.

Мы спрыгнули в воду и поплыли к кораблю. На это у нас ушло минут пятнадцать, так как в нетерпении мы двигались быстро. На корабле была суматоха. Люди нервничали, суетились, оглядывались на воду. Дорогуши, если у вас не хватило ума обойти наши воды стороной, то плыли, хотя бы днем. Днем меньше вероятность, что мы нападем. А так, вы будто сами напрашиваетесь на неприятности, так не обессудьте, что они (неприятности) приплыли.

Хм... слишком быстро двигаются... так не интересно. И вообще, мной овладело игривое настроение. Хотелось поиграть с этими людишками, посмотреть на их реакцию. Ну и что, что мне 250 лет и я, вроде как взрослая. Может, у меня детство было тяжелое - нехватка игрушек и все такое. Душа просто умоляла сделать гадость. Ну лааааааадно, раз так просит, то надо сделать. Я подплыла к якорю и, подпрыгнув, схватила его и со всей силы дернула вниз. Где-то что-то хрустнуло. Я дернула еще раз. Снова хруст... пряма-таки предсмертный... мне нравится. Я дернула третий раз - цепь с якорем стала разматываться и опускаться в воду. Я девочкам кивнула на якорь и жестами показала, чтобы они его на дне прицепили. Дно здесь недалеко, поэтому моя просьба легко выполняема. Движение замедлилось, а затем корабль дёрнуло, и он остановился. Какие цветистые выражения я услышала на корабле - заслушаешься. Матросы начали бегать еще усерднее, и стали заглядывать за борт. По крику одного из них я поняла - поломку нашли, а вот причину поломки нет. Еще бы... причина сидела под водой и мерзко хихикала. Матросы попытались достать якорь - не вышло. Я стала хихикать сильнее. Пока они не додумались отцепить якорь и оставить его в море, я решила сделать следующий шаг - я всплыла. Интересно, как скоро меня заметят? Заметили быстро, хвалю. На корабле воцарилась просто гробовая тишина. Они вылупились на меня, а я на них. Капитан был самым разговорчивым:

- Сирена!

Я скопировала его выражение лица (с трудом правда, попробуй так перекосить лицо) и выдала:

- Люди!

Молчим дальше. Капитану надоело первому. Он нахмурил брови:

- Чаво надо?

Че ж ты такой грубый, осмелел? С дамой так разговаривать... эх. Я тоже нахмурилась и чуть ли не басом:

- Куда плывем, чего везем?

От неожиданности капитан чуть не кувыркнулся через бортик. Жалко, что только чуть, а то сделали бы знакомство более близким.

- А мы ничего не везем, так мимо проплывали, - капитан сделал невинное (как он думал) лицо и с ангельской честностью смотрел на меня. Ага, плавали - знаем.

- Значит, так и запишем «Торговый корабль. Контрабанда».

Капитан хотел сплюнуть от досады, но посмотрел на меня (на мой пристальный взгляд, одна бровь приподнята) и передумал. Правильно, дешевле обойдется.

Капитан подумал, похмурил брови.

- Может сделка?

- А что ты можешь мне предложить? - я с удивлением смотрела на него. Не растерялся, надо же.

- Золото!

- Да его на дне столько, что я и сама могу тебе его дать.

При этих словах в глазах капитана заплясали циферки. Видимо, подсчитывал, сколько на дне может быть денег, и слёту ответил:

- Давай! - увидел мои поднимающиеся в удивлении брови, - Ой, я не это хотел сказать! У нас много всякого товара на корабле, можем поделиться.

- Смысл? Мы вас утопим, и все товары и так будут наши.

При слове «мы» моряки стали озираться по поверхности воды в поисках остальных сирен. Мне вот интересно, они в принципе немые или настолько напуганы. До этого ведь ругались, да еще как, так что вероятнее второй вариант. Капитан же в это время обдумывал, как же им спасти свои задницы. Точнее он думал про свою, а остальные входили в комплект.

- А что вы делаете в свободное время?

- Это что, приглашение на свидание? - я игриво стреляла глазками в него.

Капитан покраснел, побледнел, кажется я видела, что даже позеленел. Он думал, как бы потактичнее послать меня в пасть кракена, но так, чтобы это выглядело комплиментом. Бедный, вот удар хватит и что, не молодой ведь уже?!

- Эээ... хмм... (информативно)... Я бы конечно... но... такие дела... вот... так что... это... вот так.

Мне вот интересно, он думает я поняла? Я, конечно, примерно поняла, но поймет ли он, если я отвечу так же?

- А, ну тогда... это... конечно... а то... хммм... вообще... ага.

Смотрим друг на друга, молчим. Разговор двух идиотов. Слышу, девочки утирают слезы смеха. Они решили дать мне развлечься, тем более сами получают удовольствие от этого цирка.

- Я имел в виду, что в зависимости от того, что вы делаете, я бы мог доставить вам то, что вам хочется.

Ух ты, у него голос прорезался, видимо понял, что такими темпами мы не придем к консенсусу.

- Дело в том, что у нас все есть. А единственное наше занятие - топить негодяев.

Капитан просиял, как медный пятак.

- У меня к вам есть предложение! Я могу специально набирать на берегу таких людей и привозить вам!

Я от такого предложения подавилась вдохом. Вот это наглость, вот это желание жить! Такой и свою маму привезет, лишь бы его не тронули.

- Нет, мне не нравится предложение.

Капитан скис, видимо, предложить больше было нечего.

- А что же вы хотите?

- Вас!

При этих словах девочки вспыли за моей спиной.

Моряки даже дышать перестали. Наверно от ужаса, но это не важно. Надо попугать их еще. Это так забавно.

- Агла, тебе нравится корабль?

- Нравится, а что? - она с интересом смотрит на меня.

- Хочешь его? Дарю!

Моряки побледнели еще сильнее.

- Девочки, капитан мой, - подала я пример.

- А мне вон того громилу. Люблю крупных мужчин, - с дьявольской улыбкой сказала Парфи.

- А мне нравится вон тот кучерявенький, всегда мечтала иметь кудри, - Фел.

В этот момент кучерявенький пожалел, что он не лысенький.

- А мне вон того худенького высокого блондина, - Леви. Блондин сгорбился - решил прикинуться ветошью и не отсвечивать.

- А мне... а я хочу несколько, - Агла. При этих словах удивленно посмотрели на нее не только мы, но и моряки. Агла покраснела и опустила глаза. Если учесть, что она выглядит девочкой лет 15, не старше, то такие заявления смутили даже моряков.

- А что делать с остальными, не пропадать же добру? - спросила Парфи, глядя на меня.

«Добро» было бы не против и пропасть, но кто ж им разрешит.

- Придется взять каждой еще по одному. Послышался грохот - кто-то из моряков не выдержал дележки и рухнул в обморок. Впечатлительный какой.

Когда все были разделены, началось самое интересное - песня.

Красавицу вмиг полюбив,

Опасности все позабыв,

Гребцы продолжают свой путь

На них умоляя взглянуть.

Не слышит сирена молитв,

Коварство огнем в ней горит:

«Ценю лишь свою красоту,

Все лодки отправлю ко дну.

Погибнуть, знать, ваша судьба.

Исполниться ж прихоть моя!

Уж коль не могу полюбить,

Топила - и буду топить!»

И тонут влюбленные вновь,

Неведома деве любовь.

Нужно ли говорить, что к концу песни они все были в воде?! Я выловила своего капитана. Окунувшись в холодную воду, он пришел в себя и понял, где находится. Попытался отплыть, но куда там.

- Ты торопишься, мой хороший, - улыбаясь, сказала я.

- Да!

Я рассмеялась. Он мне нравится, такой забавный. Девочки тоже времени зря не теряли, слышалось воркование Фел:

- Нет, я хочу укусить тебя за ушко... Не откусить, а укусить... Нет, конечно, если ты просишь откусить, я могу, но удовольствия это мне не доставит... не хочешь? Молодец, вот и я тоже.

Я рассмеялась громче, Фел знала, как кокетничать.

- А я не тороплюсь, - я решила не обделять вниманием своего капитана, - я уделю тебе все свое внимание. Хочешь рыбку, или медузку? А чего хочешь? Свободы? Так не интересно. А хочешь, я тебя обниму?

И не дожидаясь ответа, поднялась в воде, обняла его за шею и перенесла весь вес на него. Капитан начал опускаться под воду. Под водой ему не понравилось, и он начал дергаться, чтоб выплыть. Я позволила выплыть.

- Я знаю, чего я хочу!

- Чего же? - мне даже интересно стало.

- Поцелуй меня!

Вот же... торговец.

- Я не могу. Так я просто могу тебя утопить, а если поцелую - ты сможешь дышать под водой и тогда, чтобы убить, мне придется отгрызть тебе голову (ну это я конечно утрировано, есть много других способов). Капитан побледнел.

- Тогда покатай меня по волнам.

Нет, он вообще нормальный? Кракен с ним, это его последнее желание.

- Хорошо.

Ну я и покатала, даже один раз подкинула вверх. Он радовался как ребенок. Удивительные существа эти люди. Перед смертью не надышишься? Сейчас я вижу опровержение этому. Он надышался.

После нашей прогулки он больше не сопротивлялся. Я обняла капитана за шею, посмотрела в глаза, улыбнулась и начала опускать нас под воду. Все прошло быстро. Над поверхностью воды было тихо.

- Ли, что это был за романтический заезд по ночному океану? - Парфи подплыла и с интересом смотрела на меня.

- Он попросил покатать его.

Тишина сменилась громким хохотом пяти сирен.

- Агла, корабль твой! - крикнула я.

Девочки остались с Аглой. Они сейчас утопят корабль и будут до утра исследовать его внутренности. А мы с Парфи поплыли назад. Ночь оправдала наши ожидания.

Глава 22

Закат был прекрасен. Желтые тона переходили в оранжевые, а затем в красные. Облака по контрасту были темно-серые. Вода окрашивалась буквально всеми цветами радуги, переливалась, искрилась. Ветер ласково перебирал пряди волос, океан мягко нашептывал о своих тайнах. Я сидела на рифе и буквально растворялась в окружающей красоте. Эта красота настоящая, не поддельная, чистая. Такая не обманет, не скроет ничего. Жаль, что не все могут ценить ее.

- Ты представляешь себя кусочком льда? - Парфи, как всегда, подплыла незаметно.

- С чего ты взяла? - лениво отвечаю.

- Да ты буквально плавишься, того и гляди из тебя водичка потечет.

- Смотри, чтоб из тебя не потекла, - буркнула я, - вот нужно было такую идиллию нарушить!

- Да ладно тебе, мне просто завидно. Ты так улыбалась, словно утопила всех грешников и счастливая отправилась на пенсию.

- Ты в курсе, что говоришь, как человеческие праведники в своих храмах. Это пугает.

Парфи рассмеялась.

-Тебя пугает? Тебя еще что-то может пугать после пустоши?

- Да тогда я даже испугаться не успела.

- Хочешь повторить, для закрепления эффекта?

- Ммм... нет, спасибо. Вот когда жизнь надоест, я тебе скажу, тогда и отправимся.

- Хорошо, а пока не хочешь куда-нибудь отправиться?

- Неееет. И вообще, что ты за сирена? Такой закат, а ты отвлекаешь! Нет в тебе ничего святого.

Парфи рассмеялась еще громче и скрылась под водой. Тишина... Как же хорошо. В такие моменты просто благодаришь Богов за то, что ты сирена. Полежав с закрытыми глазами еще полчаса, я почувствовала порыв ветра... холодного. Я открыла глаза и вздрогнула. Горизонт больше не был прекрасен. Теперь он был кроваво-красный. Ласковый ветерок изменился на более порывистый, прохладный. Может из-за этого, а может по другой причине, появилось неясное чувство тревоги. Как будто что-то должно случиться. Следующие пару часов я пыталась отвлечься от этого ощущения, но оно только нарастало. Да что же это такое? Я не находила себе места. Уже было темно, но привычная темнота не казалась больше уютной. Сидеть на месте больше не было сил, и я поплыла в океан все дальше и дальше. Чем дальше я плыла, тем больше хотелось прибавить скорость... я не успевала. Куда? Ладно, с этим потом, прибавить, так прибавить. Вскоре я поняла, что плыву недалеко от Реальской пустоши, но повернуть назад я не могла. На миг облака разошлись, и я увидела корабль. Что он здесь делает? Этих вод боятся все моряки! Казалось, корабль дрейфовал, но на нем слышались голоса. Может поломка какая. Судя по виду корабля, он просто перевозил людей. Корабль полный людей дрейфует рядом с Реальской пустошью. Я похолодела. Если хоть один хищник заметит - ни один из людей не спасется. И я ничего не смогу сделать.

Я подплыла к кораблю и вынырнула. Люди, находящиеся на палубе, вздрогнули, кто-то даже взвизгнул.

- Тихо! - я говорила тихо, но уверенно, - где капитан?

- Я капитан.

- Что вы, трезубец вам в печенку, здесь делаете?

- У нас сломалась печь, а ветра для парусов нет.

- Почему вы вообще здесь проплываете?

- Мы дрейфуем уже почти полдня.

- Вы знаете где вы сейчас находитесь?

Капитан покачал головой.

- Мы сбились с курса.

- Вы сейчас на границе с Реальской пустошью.

После этих слов на корабле воцарилась гробовая тишина. Люди смертельно побледнели, кто-то потерял сознание.

- Если хоть одна тварь почует вас или увидит - вам конец.

Я говорила как можно тише. Вдруг под водой прошел низкий протяжный гул. Я закрыла глаза. Помоги нам, Нептун.

- Вас заметили.

Люди в ужасе заозирались по сторонам. Вдруг из-под воды с другой стороны корабля появилось щупальце и обвилось вокруг мачты. Начался ад.

Люди закричали, начали бегать по палубе, а кракен поднимался все выше.

Скоро здесь будут и другие хищники. Я уже собиралась уплыть, пока не поздно, но мой взгляд зацепился за человека. На палубе был Грег. Мое сердце споткнулось от ужаса.

- Грег!

Он обернулся. Он был напуган и судя по взгляду уже прощался с жизнью. Не дам!

- Грег, прыгай!

Он качал головой, оборачивался в сторону кракена.

- Прыгай, дурак, быстро! Иначе умрешь!

Он боялся. Не только кракена, но и меня. Он ведь не помнил меня. Черт!

- Грег, я не причиню тебе вреда, пожалуйста, прыгай сюда.

Я чуть не плакала. Каждая секунда промедления уменьшала шансы на выживание. Он снова посмотрел на меня и, видимо, увидел что-то в моих глазах. Он прыгнул. В тот момент, когда он оказался около меня, я почувствовала - хищники пришли.

- Запомни, ты умеешь дышать под водой! Не спрашивай, просто верь!

Обняв его со стороны спины, я рванулась оттуда. На том месте, где мы были, сомкнулись челюсти. Дальше пришлось маневрировать и уходить то вниз, то в сторону, то выпрыгивать наверх. Тварей было много. Рывок, удар когтями по особо наглой морде, хвостом еще кому-то. Большие твари сейчас у корабля, а за нами увязались более мелкие, они же более маневренные. Уход влево, распороть когтями брюхо какой-то рыбине. Черт, заходят со всех сторон, рывок вверх, выпрыгнуть из воды, перелететь через очередную тварь и плыть дальше. Поднырнуть под следующую тварь, распороть когтями и снова максимально ускориться. Некоторые твари предпочитают остановиться и съесть то, что уже ранено, чем догонять то, что можно и не догнать. Минут через десять мы достаточно оторвались. Тварей больше не было. Я обернулась... корабля тоже больше не было. Над океаном стояла тишина. Парфи ведь предлагала сегодня снова сплавать в пустошь, правда в шутку. Когда она узнает, что я плавала, но без нее - убьет меня. Я направлялась к берегу, где мы встречались с Грегом. Грег был без сознания, наверно так даже лучше. Он сегодня пережил страшную ночь. Пусть отдохнет.

Эх, Грег, вот так и забудь тебя. Ты же напомнишь о себе, причем таким оригинальным способом. Даже думать не хочу, что было бы, если б я не поплыла сегодня в океан, если бы проигнорировала чувство тревоги.

Спустя пару часов я была у берега. Стал вопрос как вытащить Грега на берег.

Грег заворочался и начал приходить в себя. Моя умница! Значит выползет сам. Я села на мелководье, все также держа его руками. Он открыл глаза.

- Ли...

Я замерла... Неужели вспомнил?

- Ли..., - теперь он уже сам обнял меня. Я даже растерялась.

- Ли, это ты. Я вспомнил тебя. Ли, это было так страшно. Все эти существа, крики, люди гибнут, везде кровь, вода. Ты спасла мне жизнь. Спасибо. В прошлый раз было также?

- Не совсем. Там были только четыре большие твари, а здесь они остались у корабля, а за нами погнались более мелкие. А в общем нечто похожее было.

- Я боялся прыгнуть. Ты ведь сирена. Но решил, что если и умирать, то лучше от твоих рук, чем в желудках этих.

- А когда ты вспомнил меня?

- Когда потерял сознание. Лучше скажи, когда и почему я забыл тебя?

- Помнишь, ты посылал Зов, а я приплыла, - Грег кивнул, - потом на прощание я пела тебе. Во время песни я заставила тебя забыть.

- Зачем?

- Ты сказал, что не сможешь жить дальше. Я решила помочь.

- Не спросив меня, хочу ли я такой помощи.

- Да, я приняла это решение за тебя. Я видела его в твоих глазах.

- Ли, давай не будем загадывать ничего наперед. Давай просто попробуем. Если не получится, то хотя бы не будем всю жизнь думать «что бы было, если...».

- Нет, Грег. Если хочешь, я могу снова заставить тебя забыть.

Кажется, это его разозлило.

- Я не хочу! Я хочу жить, я не хочу забывать тебя, я хочу жить с тобой! Я хочу быть счастлив с тобой!

- Так нельзя! Я так не могу!

Я резко развернулась и, не оборачиваясь, скрылась под водой. Плыла домой, не останавливаясь, будто за мной снова гнались те твари. И уже около самого рифа вынырнула и прошептала ветру «Прости, Грег...».

Глава 23

Девочки, конечно, заметили, что из меня будто душу вынули. И расспросов избежать не удалось.

- Я сегодня была около пустоши.

Повисла такая тишина, хоть топор вешай. Первой оправилась Парфи.

- Одна? Ты что, издеваешься?

- Одна, нет, не издеваюсь.

- Зачем?

- Помнишь, я лежала на камне и наблюдала закат. Так вот спустя полчаса я открыла глаза и почувствовала, что что-то изменилось. Появилась тревога. Дальше она все нарастала. Я не могла понять причин, но на месте сидеть больше не было сил. Я направилась в океан...

- Ничего нам не сказав и не позвав с собой, - Парфи злилась.

- ...прости, я думала, что все настолько серьезно окажется. Я плыла все дальше и, в какой-то момент поняла, что я рядом с пустошью. Но повернуть назад не могла. Было чувство, что я опаздываю. На миг разошлись тучи, и я увидела корабль.

- Какой дурак будет плыть около пустоши? Ночью!

- Они дрейфовали. Это был транспортный корабль.

Послышались пораженные вздохи.

- Я вынырнула и тихо позвала капитана. У них поломка. Они полдня дрейфуют. Ветра для парусов недостаточно. Они даже не знали где они. Я объяснила. А также пояснила, что с ними будет, если их заметят. Но было поздно... их заметили. Первым появился кракен.

- Ты хоть вовремя уплыла? - Леви волнуется. Поднимаю взгляд на Парфенопу. Она нахмурилась... сильно. Когда она так хмурится, нужно закапываться под риф и прикидываться крабиком... может, пронесет.

- Я собиралась уже уплывать, но кое-что произошло, - поймала взгляд Парфи, - на корабле был ОН. Я не могла его там бросить. Я кричала ему, чтобы прыгал в воду, но он боялся.

- Чего, он же тебя знает?!

- При последней нашей встрече я заставила его забыть. Так что, он не помнил меня.

- А когда была ваша встреча?

- Он посылал Зов.

Парфи хмурилась все сильнее, я ведь не рассказывала ей этого. Придется на ближайший год мигрировать на север.

- Дальше! - хмуро произнесла Парфи.

Я даже сначала подумала, что она мои мысли прочитала, а потом поняла, что она просто хочет услышать мой рассказ до конца.

- В общем, он прыгнул, но... твари уже пришли. Я схватила его и начала прорываться. Их было очень много, но я смогла. Я вернула его домой и приплыла сюда. Но... он вспомнил меня.

- Ты заставила его забыть снова?

- Нет, это не честно по отношению к нему. Он имеет право на свои воспоминания. Такова воля Богов.

- Он просто отпустил тебя? - Парфи уже не так злилась, она выглядела уставшей.

- Не просто. Просил меня изменить свое мнение, дать шанс. Я отказалась и уплыла. Вот и все.

- Ох, Ли, - Парфи обняла меня и погладила по волосам, - чем же ты прогневила Богов, что они посылают тебе такие испытания.

- Я не знаю, может я в прошлой жизни была плохой девочкой.

Мы вместе рассмеялись.

- Ты в порядке, тебя не ранили там?

- Нет, все нормально. Считай, что я развеялась.

- Так не честно, сорвиголовой считаюсь я, а в пустоши два раза была ты.

- Может пора тебе на пенсию? - со смехом сказала я. - Ай! Я же пошутила!

- Еще раз так пошутишь - чешуйки повыдергиваю.

- Я больше так не буду, - протянула я, сделав невинное лицо.

- Как же ты меня напугала сестренка.

- Прости, у меня внутри сейчас такой бардак. Я запуталась. Знаешь, я наверно на некоторое время уплыву.

- Куда?

- Я не знаю. Куда уплывется.

- Может, я с тобой?

- Нет, я одна. Иначе на подумать мне времени не останется.

- Как хочешь. Просто знай, что мы тебя любим и ждем. И, если надо, защитим от всех.

- Да, я знаю, спасибо.

- Когда уплываешь?

- С закатом. Сейчас уже поздно - скоро рассвет. Да и с девочками надо попрощаться.

- Ты так надолго?

- Не знаю, Парфи, я ничего не знаю. Я просто хочу на время сменить обстановку и побыть одна...

На закате я проснулась и осмотрелась. Когда я в следующий раз буду здесь? Какой я буду тогда? Что изменится? Я оглядывалась, запоминая все выступы и впадины моей пещеры. Сколько лет я уже здесь живу? А теперь добровольно покидаю дом.

Я выплыла в общую пещеру, не оборачиваясь назад. Девочки ждали меня. Их глаза светились беспокойством. Они переживали за меня.

- Ли...

- Нет, ничего не говорите. Просто обнимите и отпустите меня. Мне и так тяжело уходить.

Они молча обняли меня, кто-то держал мою руку, кто-то гладил по волосам. Мне большего и не нужно. Парфи ободряюще улыбнулась... обожаю ее. Она всегда знает, когда нужно поддержать, когда промолчать, когда дать совет или просто улыбнуться. Может это мудрость, приходящая с годами, а может это она, Парфи такая.

Поднялись на поверхность и в лучах заходящего солнца отправились на риф. Только девочки поднялись наверх, а я осталась в воде. Улыбнулась им и погрузилась под воду. Я не буду оборачиваться, знаю, что они будут смотреть мне вслед, пока я не скроюсь на горизонте. Ради них я плыла не под водой, а на поверхности, иногда выпрыгивая наверх.

Вскоре стемнело и я снова осталась один на один со звездами. Они будут провожать меня до утра. Только вот куда? Передо мной весь океан, что выбрать? Ничего. Буду плыть наугад. Отдам свою судьбу Богам в руки. Пусть они выбирают и ведут меня.

Ой, звезда упала. Хм... может это знак мне? Что ж, мне как раз по пути с ней.

Так что, вперед!

Глава 24

Месяц спустя.

Здесь тихо, спокойно и безлюдно. Новое место позволило отвлечься. Я просто отдыхала всей душой. Первую пару недель просто наслаждалась красотами этого места, исследовала дно и прибрежные воды. Не знаю, что это за место, но это и не важно.

Потом все-таки начала делать то, зачем я здесь - думать. Ну-ну. Две недели уже пытаюсь что-то решить для себя. И ничего... пустота. Как была на распутье, так и остаюсь. Только подумаю, что нужно отказаться от Грега и вернуться к старой жизни - аж тошно становится. Весь мир сразу теряет краски, тускнеет. Если согласиться и попробовать быть вместе - как представлю, что мы можем возненавидеть друг друга... лучше все оставить как есть. Вот и не могу выбрать. Черт, и сидеть на месте больше не могу!

Я нырнула и поплыла в океан. Недалеко встречала затонувший корабль, может там что интересное есть.

Да, я оказалась права, интересное там было. Я нашла драгоценности... Почему мне всегда на них везет? Девочки находят картины, тряпки, оружие и всякое такое. Я же всегда нахожу драгоценности. Ну что ж, посмотрим, что тут есть.

Мое внимание привлекли несколько вещей. Они были достаточно просты, но именно поэтому красивы. Это был кулон на цепочке, несколько шпилек и кольцо. Я, не раздумывая, надела их на себя, а остальное собрала снова в шкатулку и вернула на место. Я же не дракон, чтобы тащить все драгоценности себе. Больше на корабле не было ничего, что бы меня заинтересовало. Я, недолго думая, отправилась к берегу. Может, полежу на песочке, погреюсь в лучах вечернего солнышка.

На берегу было тихо и спокойно. Я не выходила полностью, а осталась лежать на мелководье. Закрыла глаза и расслабилась, слушая тишину... Не получилось. Я услышала судорожный плеск, который мне очень не понравился. Ощущение такое, будто кто-то... тонет! Я рванулась в ту сторону (хорошо, что я не вышла на берег) и буквально через десяток метров за валунами увидела ее. Это была маленькая девочка пару лет от роду. И она тонула. Быстро поднырнув, я подняла ребенка над водой и осмотрела. Она была в порядке, только сильно напугана... и вот-вот расплачется. Придется действовать быстро. Я тихонько запела.

Я живу на дне морском

Во дворце из лилий

Вместе с сестрами, отцом,

Рыбами чудными.

У меня красивый хвост

И волшебный голос.

И искрится под водой

Золотистый волос.

У меня желанье есть -

Стать земной девчонкой:

Буду бегать, танцевать,

И смеяться звонко.

Девочка уже не собиралась плакать - она заворожено смотрела на меня, распахнув глаза. И она улыбалась. После окончания моей песни она тихонько засмеялась и потянула ко мне ручки. Это было так удивительно и непривычно. Я села на валун, а хвост наполовину был в воде, и посадила себе на руки девочку. Она потянулась руками к моим волосам и начала дергать прядь и смеяться. Я невольно улыбнулась. От девочки шел такой поток добра, тепла и любви, что мое сердце просто растаяло. А малышка, не теряя даром времени, потянула руку к кулону, висящему у меня на шее.

- Тебе нравится? Хочешь, тебе подарю?

Девочка смотрела то на меня, то на кулон и улыбалась. Понятно, хочет. Я сняла кулон с шеи и повесила его на девочку. Она просто засияла от радости. Как мало нужно ребенку для счастья - блестюшка. Держа на руках малышку, я готова была расплакаться от переполнявших меня эмоций. Я держала в руках чудо, и чудо мне улыбалось искренне и без страха. Я представила, что держу на руках свою дочь и тут же испугалась собственной мысли. Я же не человек, у нас все иначе. Но мысль была такая заманчивая, и не хотела уходить из головы. В себя я пришла от испуганного возгласа. Резко подняв голову, увидела молодую женщину, которая с ужасом смотрела то на меня, то на малышку. Это ее мать!

- Не бойся, я не причиню ей вреда. Я увидела, что малышка тонет, и спасла ее.

После этих слов женщина еще больше испугалась.

- С ней все в порядке. Возьми ее.

Я протянула ей ребенка на вытянутых руках. Женщина поборов страх, быстро подошла и взяла девочку.

- Спасибо вам, - тихий испуганный голос.

- Не за что, она у вас просто чудо, берегите ее.

- Конечно, - поспешно ответила женщина, а затем увидела на шее ребенка кулон и посмотрела на меня.

- Это мой подарок ей.

- Спасибо. Как я могу отблагодарить вас?

- Растите ее доброй и чистой. Это будет лучшая награда.

Женщина прижала ребенка к себе и заворковала с ней, гладила по голове, рукам. Глаза женщины светились такой искренней любовью, что я готова была разреветься. Тут мне неожиданно пришла в голову мысль.

- Можете ответить на вопрос?

- Да, конечно, - женщина, улыбаясь, смотрела на меня.

- Ради любви стоит рисковать? Я боюсь, что мы не сможем жить вместе и возненавидим друг друга.

- Почему?

- Мы разные... очень... он человек.

Женщина очень удивилась моим словам, но посмотрев в мои глаза, ответила.

- Если не рисковать из-за любви, то из-за чего? Лучше быть любимой хотя бы недолго, чем всю жизнь думать, что было бы если.

И я поняла ее. И все вдруг стало таким простым и понятным. Какая же я была слепая!

- Спасибо вам! - с лихорадочной улыбкой ответила я и спрыгнула в воду.

Мне больше не нужно было время на раздумья. Я сделала свой выбор и была счастлива. Я плыла домой на максимальной скорости. Точнее, не домой, а к Грегу. Сюда я плыла несколько ночей, но я останавливалась отдыхать. А сейчас я летела стрелой. Это сократит время, но в каком же состоянии я приплыву. Нужно будет остановиться хоть раз отдохнуть. А промедление сейчас кажется чем-то нереальным. Черт! Ладно, посмотрим.

Так я и плыла без остановки двое суток. Чем ближе я подплывала к поместью Грега, тем страшнее мне было. А вдруг он больше не хочет быть со мной? Я же сколько раз отталкивала его! Или он уехал? А может у него появилась другая? Это, честно говоря, было самым страшным. Было уже раннее утро. Солнце еще не встало, но уже скоро оно появится над горизонтом. Я подплыла к самому берегу и, выглянув из воды, убедилась, что на берегу пустынно.

- Грег! - тихо позвала я. Ветер донесет до него мои слова. Грег, наверно сейчас спит. Придется разбудить.

- Грег... Приди на берег.

В какой-то момент я услышала тихое «Ли, это ты?». Он услышал меня.

- Да. Приди на берег, я жду.

Спустя минут десять я увидела невдалеке фигуру, которая приближалась к воде. Это был он. Он увидел меня и стал идти быстрее. До этого он, наверно боялся, что мой Зов ему кажется.

- Ли..., - он осекся, посмотрев в мои глаза. Я знаю, что он там увидел. Все мои чувства сейчас были выставлены напоказ ему. И он их видел.

- Ли..., - судорожный вздох и он зашел в воду и опустился около меня на колени. Мы смотрели друг другу в глаза и не могли оторваться. В какой-то момент я почувствовала, что его руки крепко обнимают меня, - ...моя девочка.

Какое-то время мы так и сидели. Потом я оторвалась от него. Нужно было поговорить.

- Грег, я хотела кое-что спросить. Ты предлагал попробовать быть вместе. Ты все еще хочешь этого? Я просто подумала, может ты уже не хочешь или у тебя есть кто-то - скажи, я пойму, - я начала говорить быстро, потому, что мне было неловко и я боялась услышать ответ. Грег поступил по- своему - он просто рукой закрыл мне рот.

- У меня никого нет и да, я все еще хочу этого. Но хочешь ли этого ты?

- Да, - я смотрела на него и улыбалась, как идиотка.

- Но почему ты поменяла свое решение? Что изменилось?

- Мне помогла человеческая женщина.

- И она не убежала от тебя с криками? - Грег был очень удивлен этим фактом.

- Нет, я держала на руках ее маленькую дочь.

- Ты что, сперла у нее ребенка, чтобы она не убежала? - глаза Грега были, как две плошки. Такие же круглые и большие. Это было так смешно, что я не выдержала.

- Ты за кого меня принимаешь? - я смеялась от всей души, - Я спасла ее ребенка. Девочка тонула, а рядом никого не было. Потом я просто держала малышку на руках и пела ей, даже разрешила подергать меня за волосы и подарила цепочку с кулоном на память.

При словах о малышке, Грег как-то иначе посмотрел на меня. Его взгляд был изучающий.

Потом мы снова посидели в тишине. Первым нарушил молчание Грег.

- Как же теперь быть с теми непреодолимыми препятствиями, о которых ты говорила?

- Не знаю. Плевать. Как наступят, так и будем решать.

Такой ответ ему понравился.

- Где будем жить? - он с интересом ждал мой ответ. Он больше не навязывал мне решения - он ждал моих. Обожаю его. Сделав «каменное лицо» отвечаю:

- У тебя! Не поведу же я тебя к себе! Там сестры, а я слишком ревнивая!

Мы переглянулись и засмеялись. Тем временем солнце поднялось над горизонтом. Пора.

- Грег, сейчас мне нужно будет уплыть домой. Нужно оповестить девочек о моем решении. Да, и отдохнуть не помешало бы. Я двое суток плыла на пределе и без остановки.

Грег нахмурился.

- Почему ты раньше не сказа, что устала? Ты доплывешь до рифа? Может отдохнешь у меня, а потом к сестрам отправишься?

- Нет, я в порядке. Отдохну, поговорю с девочками и вернусь вечером. Готовься к пополнению жильцов твоего дома.

Я последний раз обняла его и поплыла домой. Мне предстоял разговор с Парфи.

Глава 25

Меня встретил дружный визг и крепкие объятия. Они были мне рады.

- Ты вернулась домой?

- Да! Только не совсем домой, - при этих словах я немного покраснела.

Тяжелый вздох Парфи и непонимание во взглядах. Парфи поняла.

- Ты уверена? - она волновалась.

- Да! - я смотрела на нее открыто и улыбалась, - Это то, чего я хочу.

- А нам кто-нибудь объяснит? - потребовала Фел.

- А что вам объяснять? Вас променяли на человеческого мужчину, - сказала Парфи. Я испугалась, что она обиделась на меня, но взглянув в ее глаза, поняла, что она говорила эти слова с ехидством. Она улыбалась мне.

Девочки непонимающе смотрели на меня, только Леви кинулась на меня с визгом.

- Это он, да? Молодец, Ли! Поздравляю!!! - она смеялась и плакала.

- Да, это он, но если ты прекратишь визжать, то я не поплыву к нему. Зачем ему глухая сирена?

Леви испуганно посмотрела на меня, но поняла, что это была шутка.

- Прости, я не буду больше. Фел, Агла, Помните того человека, который спас Ли и доставил почти домой? Так вот, Ли отправляется к нему, - Леви прям светилась, говоря это.

Агла посмотрела на меня с восхищением, а Фел задумалась и произнесла:

- Может мне тоже человека себе найти?

- Я тебе хвост оторву! - Парфи хмурилась, - Ты еще маленькая.

- Вот так всегда. Ладно, вырасту и все равно найду.

Парфи посмотрела на меня. Ее взгляд говорил «Кто-то сейчас получит».

- Когда ты поплывешь к нему? - Леви не терпелось.

- На закате. Днем хочу отдохнуть. Я устала, как креветка переплывшая океан.

Проснувшись на закате в своей пещере, я оглянулась по сторонам. В прошлый раз я тоже прощалась с домом. Так странно и немного боязно знать, что ты теперь будешь жить на суше. Около воды, но все же. А, к черту, сестры будут рядом. Я даже не представляла насколько рядом.

Выплыв в общую пещеру, я увидела всех их в сборе.

- Мы подумали и решили проводить тебя, - Парфи выглядела решительно.

- А точнее вам любопытно посмотреть на Грега, - с улыбкой ответила я.

Они смутились. Ну, я была права.

- Только не угробьте его!

- Да ничего мы ему не сделаем.

- Ага, особенно ты, Парфи.

- Должна же я знать, кому отдаю сестру. Обещаю вести себя примерно.

- Ну, тогда вперед.

Мы все вместе всплыли и отправились. Я плыла первая, так как единственная знала путь.

- Да не гони ты так, успеешь, - с ехидством протянула Парфенопа.

Надо же, я даже не заметила, как ускорилась. Как стемнело, мы приблизились к берегу. Он был уже там. Девочки решили подплыть под водой, чтобы не напугать его. Я же плыла сверху.

- Привет, - смущенно произнесла я. Мне было неудобно. Он же, судя по всему, этим не страдал. Грег просто зашел по пояс в воду и поднял меня на руки. Ой зряяяяяя. Тут, как по команде, всплыли девочки. Грег испуганно обернулся.

- Не бойся, они просто провожают меня. Ну и им было интересно посмотреть на тебя, - я улыбалась, глядя на удивленное лицо Грега.

- Судя по нахмуренному лицу и пронзительному взгляду - это твоя старшая сестра, - сказал он, глядя на Парфи. Она удивилась и смутилась. Я рассмеялась.

- Да, это она.

Остальные девочки рассматривали Грега с любопытством. Только Агла смотрела с восхищением. Грег подмигнул ей, а она в ответ сильно покраснела. Я захохотала, вытирая слезы, а сестры заулыбались. Им понравился Грег. А Грег увидел у меня на запястье шнурок, на котором висел мешочек.

- Что это?

- Мои драгоценности. Приданое, так сказать.

Сестры гаденько заулыбались. Грег удивленно посмотрел на меня. Потом ухмыльнулся и, наклонив лицо ко мне, провел носом по моей щеке и сказал на ушко:

- Тебе не нужно приданое - ты самая большая драгоценность.

Я покраснела, а девочки пытались сдержать смех. Я не выдержала:

- Только попробуйте засмеяться.

Раздался громогласный хохот. Сестры вытирали слезы, выступившие от смеха, а Грег тихонько смеялся, крепче прижав меня к себе. Я покраснела еще сильнее и спрятала лицо, уткнувшись в его рубашку. Первой заговорила Парфи.

- Ладно, мы оставим вас. А ты, Грег, береги ее.

- Обязательно, - Грег улыбаясь, смотрел, как девочки погружаются под воду и уплывают.

- Ну что, пошли домой?

- Пойдем. Только как отреагируют твои люди на то, что ты принес домой с моря обнаженную девушку?

- На берегу одежда для тебя. А дома сейчас никого нет. Я отпустил всех слуг, чтобы ты чувствовала себя комфортно и могла привыкнуть к новому месту.

- Спасибо тебе.

Он не ответил, а просто поставил меня на песок и начал одевать в легкий сарафан. Потом снова поднял на руки и понес в дом.

Как он и сказал, в доме было тихо. Но даже, если бы кто-то и был, я бы не заметила. Дом был великолепен! Большой, из серого камня, оплетенный каким-то растением. Внутри было еще прекраснее. Это не было шикарно, а именно красиво, уютно, тепло. В гостиной был накрыт стол на двоих. Вокруг были свечи и цветы. Это было так красиво, что я расплакалась.

- Это для меня?

- Конечно для тебя. Я так долго ждал тебя, что теперь не могу поверить, будто ты правда здесь, - сказал он, глядя мне в глаза и шепотом добавил, - Я боюсь проснуться и понять, что это был только сон.

И я видела это в его глазах. Он, действительно боялся, что это сон. Боялся выпустить меня из рук. Мое сердце затопила нежность.

- Это не сон, - я отвечала тоже шепотом, но решительно глядя в глаза, - я здесь и я никуда не денусь. Не бойся.

- Мой лисенок, - прошептал он.

Я хотела возразить, что не имею ничего общего с этим пушистым животным, но по его взгляду поняла, что это было ласковое прозвище для меня. Я промолчала и улыбнулась.

После еды мы перебрались на софу и до утра разговаривали. Нам на удивление, было, что рассказать друг другу. Перед рассветом я заметила, что Грег устал. Глаза его периодически теряли осмысленность. Вот я дура. Сама ведь проспала целый день, а он готовился к моему приходу. Но если сказать, что он устал, он начнет сопротивляться. Придется идти на хитрость.

- Грег, я устала, и уже рассвет скоро.

- Ты хочешь спать? Пойдем!

Он отнес меня наверх. В комнате он отодвинул покрывало и вместе со мной залез на кровать. Грег лег на спину и, притянув меня к себе, положил мою голову себе на грудь, укрыл нас покрывалом, и начал гладить меня по волосам.

- Спи, лисенок.

Буквально через пару минут он уже спал. А я лежала и улыбалась. Сердце буквально выпрыгивало из груди и хотелось кричать и смеяться. Наверно, я никогда еще не была так счастлива.

Глава 26

Неделя спустя.

Я проснулась и потянулась. Сегодня ровно неделя, как я живу здесь. И всю эту неделю у меня с лица не сползает улыбка. Грег делает все, чтобы занять меня чем-нибудь. Мы договорились с ним, что он учит меня ходить, а я учу его хорошо плавать. Дышать под водой он теперь умеет, поэтому перед ним открываются новые возможности. Грег также показывает мне свое поместье, устраивая пикники и экскурсии. Во время нашего отсутствия в доме кто-то прибирается и приносит еду. Таким образом, я не контактирую с другими людьми, а просто привыкаю к новой жизни. И она мне нравится. Грег накупил мне одежды. На мое возмущенное «зачем столько?», он просто молчал и улыбался. И я не могла злиться на него. С наступлением темноты мы всегда спускаемся к океану и плаваем. Так было и сегодня. Мы как раз только вернулись в дом.

- Грег, ты все время норовишь всплыть на поверхность, зачем?

- Не могу привыкнуть к тому, что я дышу под водой.

- Нужно что-то с этим делать.

- Что?

- Ну, например, наберу полную ванну воды, окуну тебя и не позволю всплывать.

Он возмущенно посмотрел на меня.

- Ах ты, хулиганка!

Я проказливо улыбнулась и показала язык. Грег рассмеялся и подхватил меня снова на руки.

- Я же о тебе беспокоюсь! Представь только, какое это полезное умение!

Он понес меня на кухню.

- Давай, ты будешь меня топить в следующий раз. А сейчас мы лучше поедим.

Грег сноровисто расставил еду, и мы принялись уплетать за обе щеки. Все-таки плавание сжигает много сил. Наевшись, мы переместились в гостиную. Повалялись немного на софе.

- Сегодня нужно раньше лечь спать, а то ты не высыпаешься. Я-то валяюсь долго, а ты встаешь рано, - я тоном воспитательницы высказывала это Грегу.

- Хорошо, как скажешь, - он поднял руки вверх, сдаваясь.

Мы еще немного повалялись, и Грег поднялся и понес меня наверх. По лестницам я еще не ходила. В комнате я за ширмой переоделась для сна. Я спала в чем-то белом, свободном и длинном. Это было на тесемочках и с кружавчиками. Но Грег сказал, что так нужно, в таком спят все женщины. Ну надо, так надо. Я залезла на кровать и привычно прижалась к боку Грега. И тут мне в голову пришла мысль (о, ужас).

- А хочешь, я спою тебе?

- Хочу!

Ну я и запела.

Вынырнула русалка

Ночью на берег - ложе,

Мокрыми волосами -

По раскаленной коже.

Чарами полнолунья

Правила безоглядно,

Выкрала поцелуи -

И уплыла обратно.

Для меня было неожиданностью, когда Грег перекатился и, нависая сверху, хрипло сказал:

- Уплыла обратно? Не отпущу! - и почти прорычал, - Моя!!

В следующую секунду он уже целовал меня. Нежно, но требовательно, будто своим ответом я должна подтвердить его слова. Ну, я и ответила на поцелуй. Когда Грег оторвался, я прошептала «Твоя!». Он посмотрел на меня каким-то отчаянным взглядом, будто только что проиграл борьбу с собой. Видимо, так и было, потому, что в следующее мгновение меня снова начали целовать. Только теперь в поцелуе было нетерпение, я даже не поняла, когда начала отвечать на него таким же нетерпением. Одной рукой Грег зарылся мне в волосы, а другая судорожно блуждала по моей коже. Мои руки, вне зависимости от моего желания, обвили Грега и притянули еще ближе. Но этого казалось мало, хотелось быть еще ближе, залезть под кожу, течь по его венам. Покрывало, как особо мешающее, полетело на пол. Вскоре туда полетело то кружавчатое, что было на мне. С изумлением увидела, как мои руки без участия моего разума (он видимо ушел в отпуск) сдирают с Грега его одежду. Но обдумать это я не успела, а потом и не захотела. Казалось, что мир вокруг исчез. Был только Грег, его руки, его горящие глаза напротив моих. Сердце давно уже выпрыгивало из груди, дыхание сорвалось. Грег перестал меня целовать, но не успела я протестующее хныкнуть, как почувствовала, что его губы двигаются по моей скуле к мочке уха (за которую меня укусили, тем самым вырвав хриплый возглас), а затем вниз по шее к ключице. Далее они пропутешествовали по груди на живот, а руки тем временем от коленей по бедру и выше. К тому времени я уже не могла держать глаза открытыми. Кожа горела под его губами, внутри бушевало пламя, которое становилось все больше. В животе давно поселились бабочки, воздух с хрипом врывался в легкие. Грег снова поднялся выше, закинул мою ногу к себе на бедро, а затем сжал мои руки и завел их наверх, мне за голову. Он посмотрел пылающим взглядом мне в глаза и прорычал «МОЯ!!!». Мне раньше казалось, что ночью над океаном звезды так близко, что можно рукой достать. Как же я ошибалась, я поняла это по тому, что Грег сделал дальше. Звезды были намного ближе. Я плыла среди них, и Грег был рядом. Здесь мы были одним целым. Здесь я поняла, что сделала тогда правильный выбор. Грег не заберет у меня свободу. Я по-прежнему буду сиреной. Но теперь я буду счастливой. И он будет рядом со мной всегда. И не важно, что человеческая жизнь короче жизни сирены. Я это исправлю, я знаю, как. Теперь я Грега не отпущу, не смогу. Он МОЙ!

- Мой, - прошептала я.

Грег посмотрел на меня пронзительным взглядом.

- Я люблю тебя, лисенок.

- И я люблю тебя.

Эпилог

Пару недель спустя

Мы сидели в гостиной на софе и смотрели через окно на океан. От закатного солнца океан был окрашен яркими цветами. Это было настолько прекрасно, что мы молчали, боясь словами нарушить хрупкую красоту. Как только солнце село, мы поднялись.

- Ну что, пойдем дальше учиться плавать?

- Подожди, посиди, я сейчас приду. Грега не было пару минут, а затем он подошел ко мне и сел на пол у моих ног. Я непонимающе подняла брови, а он просто протянул мне маленькую коробочку. Я взяла и открыла ее... и потеряла дар речи.

- Ты выйдешь за меня?

В моих руках было самое красивое кольцо. Я подняла глаза на Грега. Он смотрел на меня решительно, но я видела его душу, видела, что он боится отказа. Я не могла произнести ни слова, поэтому покивала и, улыбаясь, заплакала. Грег улыбнулся и надел кольцо мне на палец, а затем обнял.

- Лисенок...

Еще неделю спустя

Мы плавали в лучах вечернего солнца. Я была рассеянная, потому, что меня одолевала одна мысль. Этого просто не могло быть, но по ощущениям было именно так. Мне нужна Парфи.

- Грег, мне нужно поговорить с Парфи. Сейчас. Отпустишь меня?

- Нет! - и в ответ на мое удивленное выражение лица, - Я поплыву с тобой!

- Уверен?

- Да!

- Тогда вперед!

Я взяла его за руку и мы поплыли. Через пару часов мы были на месте.

- Парфи!!!

Спустя пару мгновений в пещере были все сестры. Они кинулись обнимать меня, расспрашивать. Пришлось поступить не очень хорошо.

- Вам все расскажет Грег!

Тем временем, я схватила Парфи за руку и потащила в ее пещеру с криком «У нас личный разговор!».

Она была удивлена моему поведению, но ничего не сказала.

- Парфи, милая, у меня вопрос.

И я ей все рассказала. Она шокировано глядела на меня.

- Я не знаю, но очень может быть. Когда тебе надо?

Я прислушалась к себе и с отчаянием:

- Сейчас! Я могу оставить здесь? Вас много, вы сможете присмотреть.

- Конечно, ты говорила ему?

- Нет, я не уверена и не хочу давать ложную надежду.

- Хорошо, я с девочками поговорю потом. Я подожду тебя снаружи.

Спустя еще пару месяцев

- Грег, нам надо поговорить.

- Что, лисенок, я слушаю тебя?!

- У нас будет девочка, точнее маленькая сирена, - выпалила я на одном дыхании и сжалась. Я не знала, как он отреагирует на это.

Грег с минуту ошарашено смотрел на меня, а затем подскочил и подняв в воздух, прижал к себе и засмеялся.

- Лисенок, мой маленький лисенок, как же я люблю тебя. Когда ты узнала?

- Нууу, - сейчас мне влетит, - пару месяцев назад, мы тогда плавали к девочкам. Я не хотела раньше тебе говорить, поскольку не была уверена, и не хотела давать ложную надежду.

Он серьезно посмотрел на меня.

- Я понимаю, маленькая. Спасибо тебе.

После он поставил меня на пол и наклонился к моему животу.

- Привет.

- Эмм... Грег, ты что делаешь?

- Разговариваю с ней.

- Ее там нет.

Он непонимающе посмотрел на меня, а я рассмеялась.

- Ты забыл, что я не человек? У нас дети появляются иначе.

- А где она?

- У Парфи в пещере. Девочки могут охранять ее круглые сутки, а я бы здесь не смогла.

- Я хочу ее видеть.

- Ладно, на закате поплывем в гости.

Полгода спустя

Я держала на руках мою девочку. Грег был напротив и смотрел на малышку с благоговением. Вокруг нас были мои сестры. Мы находились у берега на землях Грега. Мы собирались вынырнуть и посмотреть, исчезнет ли у малышки хвост.

- Хорошо, давайте сделаем это.

Мы все вынырнули и посмотрели на малышку. Как только вода стекла с ее хвостика... тот превратился в ноги. Счастливый визг разрезал тишину. Девочки кидались друг дружке на шею, обнимали, визжали. А Грег подошел ближе и обнял меня.

- Лисенок..., - ему было трудно говорить, Грег буквально сдерживал слезы, - спасибо тебе за дочь, спасибо, что дала нам шанс. Я люблю тебя.

- Шшшш, все хорошо, я тоже люблю тебя.

- И пусть моя жизнь короче твоей...

Грег не успел договорить - я рукой закрыла ему рот.

- Она не будет короче моей. Когда придем домой, я кое-что сделаю и все. Просто верь мне.

- Я верю, маленькая моя.

- Бедная наша малышка, ты же будешь отгонять от нее всех женихов.

Грег, услышав это, нахмурился и задумался. А я рассмеялась. Благодаря ему, я за последний год смеялась столько, сколько не смеялась за всю жизнь. Права была та женщина. Если не рисковать ради любви, то ради чего? Я рискнула... и выиграла. И я никогда не пожалею...

Конец

Content

Adrialice
Сирена

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог