Виктория Александер

В объятиях повесы

Victoria Alexander

The Importance of Being Wicked

© Cheryl Griffin, 2013

© Перевод. М. В. Келер, 2015

© Издание на русском языке AST Publishers, 2016

* * *

Пролог

Март 1887 года

«Все могло быть хуже». Эта фраза вновь и вновь вертелась в его голове как навязчивый припев нелюбимой песни.

Уинфилд Эллиот, виконт Стилуэлл, смотрел на фасад Фейрборо-Холла, стараясь не замечать свинцовой тяжести в груди, – тяжести, возникшей минувшей ночью, когда он сам и все остальные домочадцы были разбужены криками «Пожар!».

– Все выглядит далеко не так плохо, как я думал, – заметил его кузен Грейсон Эллиот, явно рассчитывая на то, что его слова поддержат виконта. – Да, возможно, по краям появились подпалины, но это не так уж страшно.

– Да, все не так ужасно.

Двое мужчин стояли в ярдах десяти от дома, у нижней части круглой подъездной аллеи, ведущей к главным воротам. С этого места, именно под этим углом, в холодном дневном свете действительно казалось, что урон, нанесенный каменным стенам дома, совсем невелик. Конечно, парадная дверь обуглилась и окна в центральной части дома были разбиты, но, похоже, западное и восточное крылья не пострадали. Да и в целом все выглядело не так уж плохо.

– Кузен, внешность обманчива.

Уин смотрел на дом, не замечая свинцово-серые от копоти лужи, грязный, затоптанный снег и лежавшие повсюду деревянные обломки. Он не обращал внимания на сильный запах гари, едкий дым, леденящий ветер и отсутствие теплой верхней одежды.

– Все гораздо хуже, чем кажется.

«Все могло быть хуже».

– К счастью, – продолжал он, – всем удалось невредимыми выбраться из дома. Никто не пострадал в борьбе с огнем.

– Хотя бы за это стоит быть благодарными, – промолвил стоявший рядом с ним Грей.

Толпа людей по-прежнему бродила вокруг здания. Это были в основном слуги-мужчины – садовник и его помощники, конюхи, лакеи. Часы, прошедшие с тех пор как пожар обнаружили, слились в одно бесконечное мгновение, или день, или вечность. Уин потерял счет времени, хотя сейчас явно было далеко за полдень, и уже не понимал, кто находится вокруг него. Пожарная бригада из деревни сделала свое дело, из соседних поместий прибыла помощь, но из-за снега действо замедлилось. Впрочем, благодаря снегу огонь удалось потушить быстрее. Конечно, было холодно, но озеро не замерзло, так что насосная станция поместья смогла качать из него воду, необходимую для борьбы с пожаром.

Переступив порог, Уин жестом пригласил кузена присоединиться к нему. Грей находился в Лондоне, и виконт написал ему, как только рассвело. В конце концов, для Грея Фейрборо-Холл – такой же дом, как и для самого Уина.

Встав позади него, Грей тяжело вздохнул:

– Святой Боже!

– Пожалуй, это дело рук тех, кто находится куда ниже Небес, – пробормотал Уин.

Открывшееся их взору зрелище на самом деле напоминало картину из ада. Или, возможно, это были последствия вмешательства преисподней.

Помещение, которое раньше представляло собой великолепный вестибюль, было завалена грудой почерневших деревянных обломков. Отовсюду к потолку тянулись струйки дыма. Покрытый копотью скелет – все, что осталось от роскошной главной лестницы. Потолок бального зала с замысловатой лепниной и картинами с сюжетами из греческой мифологии обуглился, и былая красота сохранилась лишь в воспоминаниях. Вместо него Эллиоты видели возвышавшиеся над их головами этажи особняка и опаленные огнем балки крыши.

Кузен хотел было войти в дом, но Уин остановил его.

– Осторожнее, Грей! – предупредил он. – Мы еще не знаем, в каком состоянии находится пол, поэтому лишь после проверки его целостности можно будет зайти в особняк, вынести из него обломки и оценить ущерб. – Он устало провел рукой по покрытым сажей волосам. Внезапно повеяло запахом дыма. Это было странно, потому что Уину казалось, что он привык к нему и больше не ощущает.

– Разумеется. – Грей с ужасом оглядывал пепелище. – Поверить не могу, сколько всего утрачено. – Он взглянул на кузена. – Хоть что-то из мебели удалось спасти? Или картины? Книги дяди Роланда?

– Нам удалось вынести семейные портреты и большую часть картин – тех, что висели ниже, благодаря чему мы смогли до них добраться. На самом деле, спасибо матушке. – Уин выдавил усталую улыбку. – Пока отец, я и Прескотт с остальными слугами-мужчинами пытались остановить огонь, матушка велела экономке и служанкам спасать полотна и все, о чем она была в состоянии вспомнить.

В эту минуту ему не хотелось думать о том, сколько всего было потеряно безвозвратно. У него впереди еще много времени на это. Здесь царил настоящий хаос, и то, что им удалось спасти хоть что-то, теперь казалось небольшим чудом.

– Похоже, огонь больше всего повредил центральную часть дома, – заметил Грей, посмотрев на Уина. – Стало быть, библиотека не пострадала?

– Возможно, это нам и так повезло, – сказал Уин. – Восточное и западное крылья дома, похоже, не задело огнем, хотя я опасаюсь, что дым и там многое испортил. Когда-то каменные стены между крыльями дома и центральной частью расширили, из-за чего пламя потянулось к крыше. Отец упомянул об этом, когда мы поняли, что пожар удалось обуздать. Я никогда особенно не задумывался о ширине стен, да что там – я вообще не обращал на это внимания, но именно толстые стены остановили огонь.

– Не был ли один из предыдущих графов свидетелем Великого лондонского пожара 1666 года? Не с тех ли пор наши предки стали бояться пожаров? – высказал предположение Грейсон.

– Что ж, в таком случае нам стоит поблагодарить их за это, – промолвил Уин. Впрочем, ему было трудно представить, как можно отблагодарить давно умершего предка. Виконт был абсолютно уверен в том, что стоит дать волю чувству – пусть даже такому простому, как благодарность, как его поглотит невыносимое отчаяние, на которое у него просто нет времени. – Я всегда считал, что дом не менялся с тех пор, как его построил первый граф. Не помню, когда это произошло.

– В 1592 году, – пробормотал Грей.

– Ты всегда хорошо запоминал даты, – заметил Уин.

– Знаю.

При других обстоятельствах виконт непременно ответил бы что-нибудь саркастическое и остроумное, но сейчас у него не было на это сил. Пожар поднял их на ноги четырнадцать часов назад. Это время показалось ему вечностью.

– Хорошо, что крышу не задело, – вымолвил Грей.

«Все могло быть хуже…»

– Да, это уже что-то.

– Есть предположение о том, как все началось?

– Могло случиться все что угодно. Искра из камина. Непогашенная лампа. – Уин пожал плечами. – Рискну предположить, что мы никогда не узнаем истины.

– А как дядя Роланд и тетя Маргарет?

– Они стойко держатся. А матушка оказалась куда сильнее, чем я предполагал. Мы с ней настояли на том, чтобы отец отдохнул. Я отправил их во вдовий флигель. – Виконт едва заметно улыбнулся. – Матушка не стала возражать против уединения во вдовьем домике, а это явный показатель того, что день выдался непростым и лишь благодаря ей отец согласился пойти туда.

– Как он?

Встревоженный Грей пытался поймать взгляд.

– Думаю, как и следует ожидать, – ответил тот. – Он стареет и все такое…

У Уина перехватило дыхание. Покачав головой, он отвернулся и шагнул в дом. Грей последовал за ним. Его родители умерли, когда он был совсем маленьким, и семья Уина вырастила его как собственного сына. Несмотря на то что Грей уезжал из Англии больше чем на десять лет, он все еще оставался самым близким другом Уина и был ему настоящим братом. Грей схватил кузена за руку.

– Уин…

– Он устал, Грей, вот и все. – Уин глубоко и устало вздохнул. – Мы все устали.

– Надеюсь, он выглядит лучше, чем ты. – Грей внимательно посмотрел на кузена. – У тебя такой вид, словно ты в аду побывал.

– Не понимаю, почему. – Уин опустил глаза. Его одежда испачкалась, на рукаве зияла дыра, а на внутренней стороне руки темнел ужасный ожог. Странно, но он даже не заметил его.

– Итак… – Грей снова перевел глаза на дом. – Что теперь?

– Сегодня ничего больше сделать нельзя. Я оставлю здесь людей на всю ночь – они будут следить за тем, чтобы огонь не разгорелся снова. Завтра мы обойдем восточное и западное крыло, чтобы оценить ущерб. Надеюсь, он там минимален.

«Все могло быть хуже…»

Эти слова то и дело звучали в голове у виконта. Он старался не придавать им значения.

– У большинства слуг есть семьи в деревне, так что они смогут переночевать там, – продолжил Уин. – Матушка, отец и я останемся во вдовьем флигеле, куда позовем и тех слуг, которым негде спать. Дом, конечно, будет переполнен, но мы там уместимся, хотя бы на одну ночь.

– Прескотту это понравится, – с улыбкой произнес Грей. – Хотя он никогда не относился к таким вещам с одобрением.

Даже мысль о том, что их в высшей степени безупречный дворецкий проведет ночь в тесноте рядом с графом и графиней Фейрборо не развеяла мрачные мысли Уина.

– Ты вернешься сегодня в Лондон? – спросил он у кузена.

– Нет, разумеется! – В голосе Грея прозвучало негодование. – Я, конечно, не живу тут много лет, но это все еще мой дом, Уин. Я останусь здесь до тех пор, пока ты, дядя Роланд и тетя Маргарет во мне нуждаетесь. Судя по вашему состоянию, на это потребуется немало времени.

– Но вдовий дом и без того переполнен, – с горькой усмешкой промолвил Уин.

– Я проведу ночь в особняке Миллуорт-Мэнор. – Грей помолчал. – Думаю, тете Маргарет и дяде Роланду там было бы удобнее. Как, впрочем, и тебе. Отсюда туда ехать всего полчаса.

– Об этом мы подумаем завтра, а сегодня останемся здесь, – отозвался Уин. – Не думаю, что мне удастся перевезти отсюда отца. – Уин кивком указал на руины. – Даже не знаю, осознал ли он произошедшее.

Непросто было смотреть на то, как твое наследие – дом, служивший твоей семье почти три столетия, и все хранившиеся в нем сокровища, которые до пожара никто и таковыми не считал, – растаяло в дыму. Разумом Уин понимал, что его отец стареет, но он никогда не видел его таким постаревшим, как в то мгновение, когда огни пламени отражались в его глазах. И еще печаль. Уин прекрасно знал, что однажды станет следующим графом Фейрборо, но прошлой ночью вдруг понял впервые, что этот момент неутомимо приближается.

Виконт отогнал от себя эту мысль. Его отец находится в добром здравии, так что ни к чему будить лихо. У них и без того довольно неприятностей.

– А ты… ты осознал произошедшее? – спросил Грей.

– Еще не знаю… – Уин снова обвел взглядом пепелище. Висевшие над ними тучи добавляли уныния общей картине. Казалось, мир в одночасье лишился всех ярких цветов, остались лишь черный, серый, тоска и тьма. Он не был до конца уверен в том, что все это не страшный сон, вызванный несварением желудка, или давняя неприятная история, которая вдруг выбралась из потайных уголков его разума. – Но, думаю, мне придется это сделать. А ты что скажешь?

Грей долго смотрел на дом.

– Знаешь, у меня была возможность подготовиться, когда я получил твою телеграмму. Я ждал поезда, добирался сюда четыре часа… Да, у меня было время подумать о последствиях случившегося.

Уин направился к дорожке, ведущей ко вдовьему флигелю.

– Тебе надо повидаться с отцом и матушкой. Они будут рады твоему приезду.

– Я не мог не приехать. – Бросив последний взгляд на Фейрборо-Холл, Грей присоединился к кузену. – Думаю, все могло быть куда хуже.

– Об этом и я все время думаю.

Внезапно у них за спиной раздался чудовищный грохот, эхом пронесшийся по воздуху, от которого под ногами содрогнулась земля. Мужчины повернулись и изумленно посмотрели на дом. Над центральной частью особняка повисло облако из пепла и пыли. Уин вздрогнул.

– Господи, это еще что?

– Я абсолютно уверен, – устало промолвил в ответ виконт, – что это была крыша.

Все могло быть и хуже. Хотя так оно и оказалось.

Глава 1

Апрель 1887 года

– …И ты не поверишь, что мне рассказывали о леди… – продолжала миссис Бьянка Робертс, не делая даже паузы для вдоха. Да и зачем ей пауза? Последняя сплетня о леди, о которой все только и говорят, слишком интересна, чтобы держать ее при себе.

При других обстоятельствах Миранда, леди Гаррет, очень удивилась бы отсутствию возможности вставить в разговор хоть слово или почувствовала бы раздражение. Но сегодня она оценила беспорядочную болтовню сестры. Миранда была полностью погружена в собственные размышления, поэтому не обращала на нее никакого внимания, к тому же сестра не умолкала и говорила так сбивчиво, что отвечать ей не было необходимости. Все, что время от времени требовалось Бьянке в качестве ответа, – это кивок, удивленный возглас или цоканье языком. В последние годы Миранда свыклась с этим. Похоже, ей лучше всего думалось, когда Бьянке казалось, что она полностью завладела ее вниманием.

– …Конечно, ты можешь представить мое удивление… Особенно когда я услышала, от вполне надежного источника, можешь не сомневаться, что она уже достаточно…

Сделав глоток чаю, Миранда ободряюще улыбнулась. Она уже давно занималась такого рода обманом. Вреда сестре он не приносил, зато та не слишком вмешивалась в ее дела. Дела, о которых Миранда предпочла бы никому не рассказывать. Кто знает, как ее семья, в особенности ее братья, могут отреагировать на это? Хэдли-Эттуотеры считали себя абсолютно безупречной семьей.

Разумеется, больше всего это не понравилось бы Эйдриану. Ее старший брат, нынешний граф Уоттерстоун, был большим блюстителем морали, хотя, разумеется, и он иногда преподносил сюрпризы. Миранда подозревала, что виной тому его жена Эвелин. И все же нельзя было сказать, что только Эйдриан совершал странные поступки. Второй ее брат по старшинству, Хью, был барристером – адвокатом, имеющим право выступать в высших судах, он тоже обладал безупречной репутацией. Третий брат Миранды, Себастьян, всю жизнь посмеивающийся над традициями, мог бы стать самым большим ее союзником, учитывая, что его жена Вероника являлась борцом за женские права, о которых не принято говорить вслух. С другой стороны, вовсе не обязательно, что то, что мужчине нравится в собственной жене, он оценит и у своей сестры…

Что касается женской половины ее семьи, то никогда нельзя было предугадать, какую сторону в споре займут ее мать или старшая сестра Диана. Мать при желании могла придерживаться на удивление прогрессивных взглядов, а Диана всегда отличалась независимостью характера. Но по этим качествам нельзя было судить об их реакции. Хоть самой Бьянке это и нравилось, но она никогда не была способна хранить что-то в тайне. Именно поэтому Миранда была готова терпеть даже острую боль, лишь бы не показать ничего, что содержало бы намек на ее деятельность. Ничто так не нравилось Бьянке, как выведывание секретов. Ее кузина Порция, которая была словно родная сестра, впала бы от этого в ужас. Боже, одно дело для леди погрузиться в искусство или заняться благотворительностью и совсем другое – увлечься каким-нибудь бизнесом. Хэдли-Эттуотеры не из таких.

И то, что это была именно Миранда, а не какой-то другой член семьи, лишь усилило бы их шок. Семья считала ее самой спокойной из всех, самой сдержанной. Она была младшей, и остальные считали необходимым ее защищать. Это раздражало леди Гаррет, хотя Миранда никогда об этом не говорила. Всегда гораздо проще избегать конфронтации, чем открыто демонстрировать пренебрежение. Джон признавал силу ее характера, восхищался ею, что служило одной из причин ее любви к нему.

– …Учитывая, что все-таки это было ее состояние…

Не то чтобы семья Миранды высказывалась по поводу предпринимательства – не совсем так. В конце концов, ей уже двадцать восемь лет, она финансово независима и к тому же овдовела почти три года назад. Миранда привыкла самостоятельно принимать решения и поступала, как считала нужным. Ко всему прочему ей нравилось – нет, она любила то, что делает. Советы родных леди Гаррет ценила, – поскольку она была младшей из шести детей, то советов всегда было в избытке, – но предпочитала идти своей дорогой. Дорогой, которая началась вполне невинно. Вообще-то, можно было сказать, что Миранда сделала свой первый шаг по ней, когда познакомилась с ныне покойным мужем.

– …И даже не надо говорить, что сначала я была в шоке при одной мысли об…

Знакомство Миранды с Джоном Гарретом, младшим братом виконта Гаррета, состоялось на лекции о влиянии Палладио на английскую архитектуру. Она была одной из немногих женщин, пришедших на лекцию. Ее всегда интересовало проектирование зданий. Миранда всю жизнь рисовала дома – реальные и фантастические. Потому она призвала на помощь свою отвагу, попросила пожилую тетушку сопровождать ее и отправилась на занятия.

Лекция была восхитительной, но она не так заинтересовала Миранду, как энергичный мистер Гаррет. Он был привлекательным, забавным и ко всему прочему из хорошей семьи. Почти идеальным, на ее взгляд. Мистер Гаррет поддерживал интерес Миранды к архитектуре, и большую часть их совместного времяпрепровождения они посещали лекции и выставки. Несколько лет спустя он признался, что его поддержка была поводом для их встреч, как и все остальное. Он буквально сбил Миранду с ног своим напором, и всего через несколько месяцев они поженились. Вскоре после свадьбы Джон открыл собственную архитектурную фирму благодаря финансовой помощи анонимного инвестора, который хотел только возмещения своих затрат и указания имени в названии предприятия. Так и родилась компания «Гаррет и Темпест».

Миранда уже неплохо разбиралась в архитектуре и имела способность к декорированию, так что, когда Джон приносил домой свои чертежи, она нередко вносила какие-то предложения и указывала на проблемы. Вскоре леди Гаррет стала работать с ним. И Джон с гордостью признавался в том, что творческие способности жены превосходят его собственные. За шесть лет брака он научил ее всему, что знал сам, и постепенно Миранда стала выполнять большую часть дизайнерской работы, хотя лицом фирмы для публики все равно оставался виконт.

– …Едва смогла избежать этого сравнения, потому что раздражающе очевидно было…

Когда Джон погиб на стройке вместе со своим производителем работ мистером Уэстом в результате несчастного случая, Миранда унаследовала и компанию, и ее долги, но фирма продолжила полным ходом работать над проектами. Миранда наняла сестру мистера Уэста Клару, которая до этого была помощницей Джона. Но на второй год после его смерти Клара заявила, что фирме не выжить без расширения бизнеса. Для этого им был нужен главный архитектор. До этого Миранда и не понимала, как случилось, что существовавшая в ее жизни пустота заполнилась, когда она начала заниматься дизайнерской работой вместе с мужем.

Теперь коллега мужа мистер Эммет Кларк работал с клиентами, Клара вела дела компании, а Миранда занималась новыми проектами. Было у них также немало помощников. Фирма «Гаррет и Темпест» выжила, и Миранда продолжала регулярно выплачивать деньги финансовым представителям мистера Темпеста. Но хоть их предприятие и процветало, Миранда, Клара и Эммет понимали, что, если об участии леди Гаррет в его делах станет известно широкой публике, компании не выжить, какую бы хорошую репутацию она ни имела. Мир просто не примет тот факт, что женщина выполняет мужскую работу. Но у Миранды были обязательства по отношению к тем людям, которые раньше работали у Джона, а теперь у нее, и помогали ей любой ценой скрывать свое участие.

Держать свое занятие в тайне, даже от семьи, было нелегко, особенно когда дело касалось Бьянки. Девушка была не только сестрой Миранды, но и лучшей подругой. Казалось, Бьянка и не замечает, что леди Гаррет в последние дни занята больше обычного и что сестры все чаще собираются здесь, в дамской чайной комнате книжного магазина «Фенуик и сыновья». Очень удобно, что офис «Гаррет и Темпест» был самым любимым местом жены Себастьяна, Вероники, но для Бьянки более значимым был факт, что здесь часто проводили время светские дамы.

– …Вот я и подумала: если может она, то почему не могу я? В конце концов, это не…

Миранда только что вернулась со встречи с Кларой и мистером Кларком, на которой обсуждали выгодный заказ на восстановление уничтоженного пожаром особняка. Им было сложно принять какое-то решение, но они уже отметили, что выполнить его будет весьма непросто. Фейрборо-Холл находится в часе езды на поезде от Лондона, а работа потребует почти ежедневного присутствия на месте кого-то из сотрудников фирмы. Жена Эммета ждала ребенка, и беременность протекала трудно. У нее уже были два выкидыша, потому доктор настаивал на том, чтобы она постоянно лежала в постели. Эммет не хотел уезжать из Лондона, чтобы быть рядом с женой, если он вдруг ей понадобится. Миранда и Клара не могли винить его в этом, однако пришли к выводу, что если бы главой компании был мужчина, он не стал бы терпеть такого отношения к делу. Поэтому они втроем и приняли решение, что с лордом Стилуэллом встретится Миранда, и если им все же удастся получить этот заказ, именно она покажет ему планы и будет представлять фирму во время стройки. Они пришли к выводу, что имя архитектора раскрывать не стоит.

– …Что, конечно, может оказаться нелегко, потому что я уже больше года не получала от него даже весточки. Не хотела я и…

Если не считать очевидных сложностей, Миранда вовсе не была уверена в том, что ей захочется иметь дело с кем-то вроде лорда Стилуэлла. Он имел репутацию человека, которого можно было бы с уверенностью назвать повесой. Она не была с ним знакома, но видела его пару раз на каких-то светских раутах. Стилуэлл был привлекателен, энергичен и, по слухам, невероятно очарователен. Он много смеялся, и в его глазах всегда горел дьявольский огонек. Миранде казалось, что Стилуэлл был примерно одного возраста с Себастьяном, а в юности имел косвенное отношение к крупному скандалу. Как и ее братья. Однако, хоть она и слышала, что с годами виконт изменился к лучшему и повзрослел, игнорировать его прошлое было невозможно. Подумать только, этот мужчина трижды был обручен, но так ни разу и не дошел до алтаря. Само собой, человек, игравший с сердцами даже не одной, а трех женщин, заслуживает того, чтобы его называли повесой. Одна помолвка еще могла быть расстроена не по его вине, но три?

– …Дел кончится скандалом, в этом сомневаться не приходится. Но мне кажется, что в данных обстоятельствах скандал не меньше…

Миранда действительно никогда в жизни не встречала человека с такой порочной репутацией. Конечно, ее братья в юные годы тоже часто увлекались, но ей следует хорошо подумать, прежде чем отнести хотя бы одного из своих братьев к такому же роду людей. В Джоне не было ни капли безнравственности. Теперь, когда его не стало, поздними ночами Миранда порой раздумывала о том, каково это – быть рядом с порочным мужчиной. В его постели. Она, конечно, никогда не рискнула бы сказать это вслух, признаться кому-то кроме себя, что в распутстве есть немало привлекательного. Так что знакомства с лордом Стиллуэлом она ждала одновременно с тревогой и воодушевлением.

– Так ты согласна?

Конечно же этот человек не бросит Миранду на землю и не овладеет ею при первой же встрече. Не будет он и осыпать поцелуями тыльную часть ее ладони, заключать в объятия или прижимать свои губы к ее губам. Даже мысль об этом абсурдна. В конце концов, он джентльмен. Миранду никогда не соблазняли, хотя это было бы для нее интересным опытом. Разумеется, леди Гаррет не позволит Стиллуэлу соблазнить ее ни во время их первой встречи, ни после. Как бы там ни было, она деловая женщина. И хотя это известно всего нескольким людям, Миранде нравилось так себя называть. А деловая женщина никогда не позволит, чтобы ее соблазнил распутник. Леди Гаррет была полна решимости. Боже, абсурдна сама мысль о том, что она не справится с таким человеком, как лорд Стилуэлл! Миранда более чем готова принять вызов! И все же она не могла отрицать того, что ожидания, касающиеся лорда с дурной репутацией, волновали ее так же, как и…

– Ты согласна со мной? – резко спросила Бьянка.

«Согласна с чем?»

– Тут надо многое обдумать, – осторожно промолвила Миранда.

– Именно это я и делала! – Бьянка прищурилась. – Ты не слышала ни единого слова из того, что я говорила, да?

– Да нет, я слушала тебя.

– Уже не раз у меня складывается впечатление, что ты не обращаешь на мои слова ни малейшего внимания, – возмутилась Бьянка.

– Не говори ерунды! – Миранда опровергла обвинения сестры, хотя в глубине души ее терзало чувство вины. – Ты занимаешь все мое внимание.

– Да? – Бьянка пристально посмотрела на нее. – Тогда скажи мне, ты согласна или нет с моим решением начать дело о разводе?

– О разводе? – невольно вскричала Миранда. Выходит, на этот раз болтовня Бьянки была важной. Кто бы мог подумать?

– Так я и знала, что ты меня не слушаешь. – Девушка обиженно фыркнула. – Это важное решение. Самое серьезное решение за всю мою жизнь, если не считать замужества с этим ужасным человеком. И поскольку я превыше всех мнений ставлю твое, мне бы хотелось выслушать его.

– Ни один из Хэдли-Эттуотеров никогда не разводился, – заметила Миранда.

– Кажется, я это упоминала.

– Мама, Эйдриан да и все остальные будут в ужасе от этой новости, – сказала Миранда.

– И об этом я тоже говорила, – сердито произнесла Бьянка.

– Никто не поддержит твоего решения.

– К этому я готова. – Бьянка встретилась глазами с сестрой. – Но я хочу знать, поддержишь ли меня ты? Если не принимать во внимание шок от этой новости, считаешь ли ты, что я поступаю правильно?

– Да, – быстро ответила Миранда. – Считаю.

– Правда? – переспросила Бьянка, прожигая ее взглядом. – Ты не думаешь, что я поступаю безрассудно или глупо?

– Нет, не думаю. Более того, считаю, что ты поступила безрассудно и глупо, выйдя за него замуж. Твое нынешнее решение куда мудрее. – Миранда покачала головой. – Этот человек едва не бросил тебя.

– Мы не подходим друг другу, – тихо проговорила Бьянка. Конечно, дело было не только в этом, но леди Гаррет предпочла не обращать на это внимания. Сестра была единственной, с кем она бывала откровенной. Отчасти из-за того, что так сглупила при выборе мужа и не хотела, чтобы об этом знали остальные члены семьи, а отчасти – от того, что ее братья захотели бы убить это животное.

– Вы разошлись и живете порознь почти четыре года, и ты уже год или даже больше не говорила о нем.

– Я не знаю, где он. – Губы Бьянки сложились в жесткую линию. – Боюсь, мне придется каким-то образом выследить его, прежде чем я смогу что-либо сделать.

– Ты должна понимать, что общество может никогда не простить тебя, – заметила Миранда.

– Чушь! – усмехнулась Бьянка. – Я уже заметила, что общество готово простить каждого, кто не вовлечен в какой-то крупный скандал или…

– Развод как раз и считается крупным скандалом.

Бьянка предпочла проигнорировать слова сестры.

– Или если у этого человека есть деньги.

– А у Эйдриана и Хью хватило ума принять необходимые меры, чтобы сохранять твои деньги.

– Если ты помнишь, сначала я немного злилась на них, – сказала Бьянка. – Меня обижало, что они не до конца доверяют человеку, за которого я собралась замуж. – Она подавила тяжелый вздох. – Я с сожалением вынуждена признать, что они были правы, а я очень сильно ошибалась. – Девушка поморщилась. – Я терпеть не могу признаваться в своей неправоте.

– Дорогая сестричка, это типичная черта Хэдли-Эттуотеров. Это у нас в крови.

– Надеюсь, они не станут меня попрекать.

– Думаю, все отнесутся с пониманием. Как только оправятся от первоначального шока. – Миранда взяла сестру за руку. – Подозреваю, что они даже не будут злорадствовать некоторое время. Возможно, даже несколько лет.

– Что ж, надеюсь.

Леди Гаррет была не и тех людей, которые считают, что их собственные потребности могут удовлетворяться за чей-то счет. Однако она не могла не обратить внимания на то, что вероятность нарушения правил приличия в ее делах сильно бледнеет в свете решения ее сестры начать дело о разводе. В самом деле, если она правильно определила время, когда Бьянка откроет свою тайну…

Глава 2

– Боюсь, вы поставили меня в неудобное положение.

Взглянув на женщину, представившуюся как леди Гаррет, Уин посмотрел на экипаж, который отправил на станцию за представителем архитектурной фирмы. Экипаж остановился у дальнего конца круглой подъездной аллеи, из него вышла только она, и, кажется, больше никого не было.

– Леди Гаррет… – Уин снова посмотрел на нее, точнее туда, где стояла Миранда мгновение назад. Теперь она быстро шла по направлению к Фейрборо-Холлу.

Виконт поспешил за ней.

– Должен признаться, леди Гаррет, что я не ожидал…

– Вы не ожидали увидеть леди, – бросила она через плечо.

В руках у Миранды была картонная трубка и сумка. Хорошенькая, но не более того. Из тех женщин, на которых можно посмотреть с одобрением, но не дважды. Ее одежда хоть и была хорошего качества, но много лет назад вышла из моды, а цвет и фасон были просто неописуемы. Она была на добрых шесть дюймов ниже Уинфилда, ее волосы оттенка каштана были убраны в строгую прическу, прикрытую чрезмерно легкомысленной шляпкой. Глаза леди Гаррет были ни зелеными, ни карими. «Интригующий цвет, – подумал Уин, – ореховый». Миранда даже не замедлила шага, чтобы он смог определить цвет ее глаз. «Жаль», – заметил он про себя. Уин знал, что именно цвет глаз может при необходимости стать предметом спонтанной лести.

Впрочем, ему тут же пришло в голову, что леди Гаррет окажется невосприимчивой к комплиментам. По правде говоря, она производила впечатление женщины практичной, которая не потерпит шуток, и слегка походила на строгую гувернантку.

– Да, на самом деле не ожидал…

Леди Гаррет остановилась, чтобы осмотреть фасад дома, и Уин едва не столкнулся с ней. Виконт был уверен, что эта женщина будет его раздражать. Он одарил ее одной из своих самых обворожительных улыбок. В прошлом перед его улыбкой никто не мог устоять. Уин почти не сомневался, что леди Гаррет пополнит список его побед.

– Я считал, что лорд Гаррет… – заговорил он.

– Прошу прощения за недопонимание, лорд Стилуэлл. Должна с сожалением сообщить вам, что мой муж умер три года назад. – Она двигалась стремительно и говорила равнодушным тоном, словно смерть ее мужа была тем, с чем Миранда давно свыклась.

Уин вспомнил, что года три-четыре назад слышал что-то о смерти виконта Гаррета и о последующей за ней трагедии: всего спустя несколько месяцев – при несчастном случае, если он не ошибается, – погиб его младший брат и наследник. Но он не был знаком ни с тем, ни с другим. Он считал, что леди Гаррет – вдова младшего из братьев. С другой стороны, он также полагал, что к нему приедет мужчина.

– Примите мои соболезнования, леди Гаррет, и мои извинения.

Уин терпеть не мог неловкие моменты вроде этого, но когда выясняется, что архитектор, которого ты нанимаешь, умер, неловкости не избежать.

– Я должен был понять…

– Ерунда! Вам не за что извиняться, милорд.

Миранда говорила, обращаясь к нему, но ее взор был устремлен на дом. Уин живо представил себе, что моторчики и колесики ее разума крутятся, как механизм хороших швейцарских часов. Впрочем, он тут же постарался выбросить эту нелепую мысль из головы. В конце концов, она всего лишь женщина.

– И тем не менее спасибо.

Было понятно, что леди Гаррет не собирается по своей воле давать объяснение тому, почему именно она представляет бизнес своего покойного мужа вместо мистера Темпеста, партнера, как мог бы решить любой, зная название фирмы. Более того, судя по спокойной уверенности этой женщины, она не считала подобное объяснение необходимым. Она ошибалась.

– Простите меня, леди Гаррет, за резкость…

– Я действительно представляю фирму «Гаррет и Темпест», – проговорила Миранда. – Вы ведь именно об этом хотите меня спросить, не так ли?

– Ну да, но я…

– И поскольку я тут абсолютно одна, то вы можете больше не смотреть с надеждой на экипаж, – добавила она.

– Да нет, я не смотрел, – солгал Уин. Как она поняла это? Ведь леди Гаррет даже не взглянула на него, пока осматривала особняк.

– Поскольку вы до сих пор явно смущены, думаю, мне следует все объяснить, – заявила Миранда.

Леди Гаррет по-прежнему говорила приветливым тоном, но сходство с гувернанткой стало еще более очевидным. Возможно, именно поэтому Уин чувствовал себя провинившимся мальчиком. И еще глупым ко всему прочему. Не самый лучший способ начать деловое сотрудничество, если, конечно, он решит нанять фирму «Гаррет и Темпест» для восстановления дома. По правде говоря, выбор у него был невелик.

– Это было бы замечательно, – вымолвил Уин.

– Мой муж основал фирму «Гаррет и Темпест» вскоре после нашей свадьбы, – начала Миранда. – Он не ожидал, что унаследует титул, хоть это и произошло месяца за три до его смерти. У меня были обязательства перед сотрудниками фирмы, которые я должна была выполнить, чтобы продолжить дело моего покойного мужа… – Наклонив голову набок, она посмотрела Уину в глаза. – Точно так же, как вы, без сомнения, чувствуете себя ответственным за своих арендаторов и за остальных людей, которые на вас работают.

Виконт с пониманием кивнул.

– Когда возникает необходимость, я делаю то, что необходимо для удержания фирмы на плаву. Сейчас как раз такой случай.

В ее голосе зазвучали нотки смирения, каких и стоит ожидать от хорошо воспитанной леди, волею случая втянутой в бизнес. Звучало все это не совсем правдоподобно, хотя, возможно, он ошибался. Зато лорд Стилуэлл был явно озадачен тем, что на нее не подействовали чары его улыбки.

– Наш мистер Кларк обычно встречается с клиентами и сам осматривает здание. Однако в нынешней ситуации он не может этого сделать по причинам личного характера. Именно поэтому я здесь, лорд Стилуэлл. – Вежливо улыбнувшись Уину, Миранда продолжила осмотр особняка. – Вам повезло, что фасад дома остался невредимым.

Обгоревшие обломки уже были в основном убраны, так что со стороны Фейрборо-Холл действительно выглядел почти так же, как обычно. На стенах в некоторых местах виднелись небольшие потемнения, но в целом все выглядело не так уж плохо. Уин в который уже раз вознес про себя молитву Создателю за талант архитекторов и строителей дома.

– Да, чего не скажешь о внутренней части особняка.

– Думаю, в таком случае мне следует осмотреть и ее. – Миранда направилась к двери, и Уин последовал за ней. – Вы разумно поступили, отправив нам рисунки, планы и фотографии особняка вместе с вашими требованиями к фирме. Господи, как вам удалось их спасти?

– Лишь центральная часть дома серьезно пострадала, – объяснил виконт. – Кажется, я писал об этом в своем письме. Ни одно из крыльев особняка не задело огнем, хотя они получили немалый ущерб от дыма и копоти. Те документы, которые я вам отправил, находились в библиотеке, которая, к счастью, нуждается лишь в уборке и в совсем небольшом ремонте. Последние несколько недель мы только и делали, что наводили тут порядок. – Он криво улыбнулся. – Но, кажется, нам удалось сделать не так уж много.

– Когда вы говорите «мы», мне приходит в голову, что вы имеете в виду слуг и нанятых рабочих. Это так?

– И да, и нет. Мы действительно наняли много рабочих, чтобы те помогали слугам наводить порядок в здании, насколько это возможно. Но это мой дом, леди Гаррет, дом моих родителей и моего кузена. Отец разрешает только нескольким избранным работать в библиотеке, причем рядом с ним, должен добавить. Его книги и коллекция редких манускриптов слишком дороги для него, чтобы он доверил их кому-то еще. Моя мать с таким же трепетом относится к произведениям искусства, мебели и фамильным ценностям, уцелевшим при пожаре. В сложившейся ситуации члены нашей семьи не питают отвращения к физическому труду. За долгую историю существования рода в трудные времена Эллиоты всегда делали то, что необходимо в конкретной ситуации. – Уин не был уверен, что должен объяснять ей что-то, но по какой-то причине он это делал.

– Иногда, теряя что-то важное для нас, мы начинаем чувствовать, что оставшееся нам еще более дорого, чем прежде, – заметила Миранда.

– Да, кажется, именно так.

Они подошли к парадному входу и временной двери, которую установили, чтобы не пускать в дом нежеланных гостей – людей и животных.

– Должен предупредить вас, что хоть мы и сделали очень много, в доме все еще полный беспорядок, – сказал Уин. – Мы просили деревенского плотника осмотреть пол. Он сказал, что пол уцелел, но все равно ступайте осторожнее.

Виконт распахнул дверь.

– Будьте так добры подержать это.

Миранда сунула Уину в руки картонную трубу и сумку, и ему не оставалось ничего, как взять их. Она подобрала юбки, переступая через порог. На ней были самые прочные и, возможно, уродливые туфли, какие ему когда-либо доводилось видеть.

– Смотрите на мои лодыжки, лорд Стилуэлл?

– Вообще-то у меня нет привычки разглядывать лодыжки женщины, с которой я только что познакомился, леди Гаррет, – проговорил Уин со всем негодованием, на которое был способен, хотя он всегда считал, что изящная женская лодыжка может быть весьма соблазнительной. Виконт не раздумывал, если появлялась возможность взглянуть на женские лодыжки, независимо от того, был он знаком с их обладательницей или нет.

– Ваша репутация идет впереди вас, милорд, – спокойно произнесла Миранда.

– Не стоит верить всему, что слышите, – отозвался Уин, подавляя желание нагрубить.

Конечно, в юные годы виконт был склонен к дурному поведению, да и сейчас ему нравилось развлекаться в компании джентльменов с такими же пристрастиями, как и у него, и при возможности лорд Стилуэлл поддавался чарам красивых, на все готовых женщин, но он уже не был тем повесой, как когда-то. У него просто не было на это времени. И его раздражало, когда его считали таковым. Ему уже тридцать три года, он заботился о делах и собственности своей семьи, причем весьма успешно. Состояние Эллиотов увеличивалось благодаря его трудам. Даже его отец признавал это и был доволен тем, каким человеком стал его сын. Так что этой чрезмерно разумной женщине с ее прочными туфлями следует…

– Так оно и есть, милорд.

Миранда вошла в дом, не обращая на него внимания. Это раздражало Уина больше всего.

– Как бы ни было неловко признаваться в этом… – Виконт подошел ближе к ней. – Я не смотрел на ваши лодыжки, поскольку не мог это сделать, будучи шокированным видом самых ужасных туфель, какие только можно вообразить.

– Я не собираюсь на бал, – рассеянно промолвила Миранда, осматривая то, что когда-то было центральной частью. Повернувшись к лорду, она открыла сумку – для чего Уину потребовалась немалая ловкость рук, ведь леди Гаррет даже не попыталась забрать ее из его рук, – покопалась в необъятной груде вещей и наконец выудила оттуда блокнот и карандаш. – А эти больше всего подходят для того, чем я сейчас занимаюсь.

– Спаси нас Бог от прочных и практичных башмаков на ногах у красивой женщины, – тихо проговорил Уин.

– Должна сказать, что у Бога много других дел.

Сделав несколько шагов в глубь дома, Миранда остановилась и записала что-то в блокноте. Уин попытался разглядеть, что именно, но она отвернулась и загородила блокнот. Виконт не понял, было это движение нарочитым или случайным. В любом случае, это его раздражало.

– Тут был вестибюль. Главная лестница находилась прямо перед нами. – Виконт посмотрел наверх. – Как видите, огонь поднялся наверх через первый и второй этажи, а потом с чердака перекинулся на крышу.

– Прошу прощения, лорд Стилуэлл, но я в состоянии оценить ущерб от пожара. К тому же ваше описание того, что произошло в особняке, было весьма точным. Вдобавок к этому планы и рисунки помогли мне составить полную картину того, что оказалось утеряно во время пожара. В центральной части особняка был бальный зал, несколько гостиных на первом этаже, большая часть помещений для прислуги на верхних этажах, а также всевозможные кабинеты ваших служащих на цокольном этаже.

– Да, но…

– Так что если вы будете любезны на несколько минут воздержаться от комментариев, то, возможно, я смогу продолжить работу. – Леди Гаррет улыбнулась вежливо, но слегка пренебрежительно.

– Вы предлагаете мне заткнуться?

– Разумеется, нет, милорд. – И вновь Миранда перевела взгляд с него на особняк. – Это было бы грубо.

Уин вопросительно смотрел на нее. Так не пойдет.

– Быть может, мне стоит поговорить с самим мистером Темпестом, – сказал он.

– С кем? – рассеянно переспросила Миранда, записывая что-то.

– С мистером Темпестом. Партнером вашего покойного мужа, – уточнил Уин. – Насколько я понимаю, именно он будет составлять план реконструкции.

– А-а… – Миранда помедлила. – С этим мистером Темпестом!

Уин сердился все больше.

– А о ком, по-вашему, я говорю?

– Подозреваю, что у него есть отец.

– Боже, да почему…

– А может, и брат тоже. Не сомневаюсь в этом, – добавила она.

– А с какой стати мне разговаривать с его отцом или братом? – резко спросил Уин.

Миранда пожала плечами:

– Понятия не имею.

– Так вы хотите сказать…

– Необходимо кое-что уточнить, милорд. Я не хочу, чтобы между нами возникло недопонимание.

Леди Гаррет посмотрела на него с таким видом, словно знала, кто именно из них будет сбит с толку.

– Так как насчет мистера Темпеста?

– А что с мистером Темпестом?

Стиснув зубы, виконт едва сдержал желание, нет, скорее необходимость повысить голос. Или, возможно, следовало перейти на крик. При обычных обстоятельствах Уин не имел обыкновения давать волю эмоциям. К тому же он считал себя веселым и общительным человеком. Таким, который предпочитает смех приступам гнева. С другой стороны, раньше лорд Стилуэлл не имел дела с леди Гаррет. Она стала бы настоящим испытанием даже для самых святых мужчин.

– Думаю, мне следует именно с ним побеседовать о проекте, – проговорил он.

– Боюсь, это невозможно.

Подняв глаза на выгоревший пол и крышу, Миранда еще что-то записала в блокноте.

Уин вздохнул, пытаясь успокоиться.

– Почему? – спросил он.

– Мистер Темпест очень талантлив и считает себя художником. Он никогда не встречается с клиентами. Должна сказать, что он ведет абсолютно затворнический образ жизни и очень редко появляется на публике. Признаюсь, я сама связываюсь с ним только посредством записок. Как ему это удается? – Миранда на мгновение задумалась. – Мистер Темпест считает, что ненужное общение и приземленное изучение объекта, над которым он работает, мешает его творчеству, мыслительному процессу. Да, собственно, и всему миру.

– Приземленное? – переспросил Уин. И сплюнул, хотя никогда не позволял себе подобного. Эта чертова особа заставила его плеваться. – Я бы не назвал восстановление Фейрборо-Холла делом приземленным.

– Я тоже! – поддержала его Миранда. – Так что и не думайте об этом, потому что вам не придется иметь дела с мистером Темпестом, а только со мной или, возможно, с мистером Кларком. – Она замолчала, чтобы сделать еще одну пометку в блокноте, а потом подняла на него глаза. – Это для вас проблема?

– Видите ли, я…

– Вы получили рекомендации, и у нас отличная репутация, – перебила его Миранда. – Думаю, этого достаточно. – Кивнув, леди Гаррет продолжила осмотр сгоревшего дома.

Миранда его обезоружила. Они с Греем наводили справки, но сумели найти лишь блестящие рекомендации, касающиеся работы фирмы «Гаррет и Темпест». Фирма была небольшой, но респектабельной.

Уин последовал за леди Гаррет, походя на собаку на поводке. Ему даже удалось минуту-другую сохранять молчание. Хотя, признаться, он не привык молча ходить следом за женщиной.

– Но, надеюсь, вы понимаете, что я хочу, чтобы Фейрборо-Холл был восстановлен в первоначальном виде?

– Вы упоминали об этом в нашей переписке.

– И что восстановительные работы должны быть проведены как можно быстрее?

– Об этом вы тоже писали.

– Время для нас очень важно, – твердо произнес Уин. – Каждый год в конце июня в особняке проводится бал в честь летнего солнцестояния. Но будет довольно трудно провести это мероприятие без бального зала.

– Полагаю, да.

– А в этом году это особенно важно, потому что мы будем отмечать юбилей королевы. – Уин понизил голос. – У меня есть заслуживающая доверия информация, что, возможно, сама королева Виктория захочет пожаловать к нам.

– Не думаю, что все это ей понравится, – пробормотала леди Гаррет.

– Но вы понимаете, почему нам так важно поторопиться. Другие фирмы… – Едва эти слова слетели с его языка, Уин понял, что совершил ошибку.

Остановившись, леди Гаррет повернулась к нему.

– Другие фирмы?..

Виконт понял, что больше ничего нельзя сделать, кроме как признаться:

– Вообще-то, да, мы наводили справки и о других фирмах.

– Да?

Уин старательно подбирал слова, хотя сейчас в этом уже не было особого смысла.

– Большинство из них заявили, что не в состоянии даже начать работы до конца лета.

– Понятно…

– Эти фирмы не захотели заниматься этим проектом, учитывая, что мы требуем срочного выполнения работ.

Такова цена преимущества в чем-то. В бизнесе никогда не следует сообщать тем, с кем ведешь переговоры, что они не единственные претенденты на выполнение работ. Было видно, что он теряет благоразумие в глазах леди в уродливых туфлях.

– Они не смогли гарантировать, что проект будет выполнен…

– И я тоже не могу дать гарантии, лорд Стилуэлл, – твердо сказала Миранда. – Это серьезная работа, но времени, которое вы выделяете на ее выполнение, недостаточно. – Захлопнув свой блокнот, она подошла ближе к Уину. Он послушно протянул ей сумку: леди Гаррет словно выдрессировала его. – Мы, конечно, воспользуемся всеми нашими ресурсами и сделаем все, что возможно, но я не могу гарантировать, что дом будет полностью восстановлен до конца июня. – Миранда бросила блокнот с карандашом в сумку, забрала ее и трубу из рук Уина и кивнула: – Хорошего вам дня, милорд!

Она направилась к двери.

– Куда вы идете?

– Возвращаюсь в Лондон, разумеется, – бросила леди Гаррет через плечо. – Мне кажется, что бесполезно тратить тут время, поскольку мы не сможем выполнить ваши требования.

– Постойте!

Миранда остановилась. У него действительно не было иного выбора, и она это понимала.

– Я заплачу вдвое больше, чем вы попросите за ваши услуги.

– Конечно же, не включая общей стоимости перестройки?

– Конечно, – поморщившись, согласился Уин.

– И даже без гарантии?

Виконт не видел лица Миранды, но был почти уверен, что ее губы скривились в самодовольной усмешке. Уин покорно вздохнул.

– Да! Да! Даже небольшой прогресс лучше, чем ничего.

Миранда повернулась к нему лицом, в ее глазах вспыхнуло удивление.

– Вы уверены в этом, милорд?

– В данный момент я не уверен даже в собственном имени. – Подойдя к леди Гаррет, он снова избавил ее от сумки и трубы. – Вы ведь отлично справляетесь с такими делами, не так ли?

– Я? – Она снова открыла сумку и вынула оттуда блокнот и карандаш. – Не могу сказать. Я никогда не делала ничего подобного.

– Можете пребывать в уверенности, леди Гаррет, что вам это хорошо удается. – Его голос прозвучал резче, чем он хотел, но Уин больше всего на свете не любил проигрывать. И хотя виконт не до конца понимал, в какую игру они играют, у него не осталось сомнений в том, что он ее проиграл. – Я согласился заплатить вам вдвое больше вашей обычной цены без гарантии того, что вы выполните работу вовремя, вы отдали мне свои вещи и…

– И?..

– И я не произнесу больше ни слова, пока вы меня об этом не попросите.

– Отлично! В таком случае давайте вернемся к насущным делам.

Впервые леди Гаррет наградила виконта искренней улыбкой. Ему удалось рассмотреть ее глаза орехового цвета с легкими вкраплениями золота. Весьма красивые глаза. Миранда снова было направилась в глубь дома, но вдруг остановилась.

– Кстати, благодарю за комплимент.

Уин пожал плечами.

– Я уже сказал, что вам это хорошо удается.

– Да, за этот тоже, но несколько минут назад вы заметили, что либо я, либо мои ноги довольно красивые.

– О! – Уин совсем забыл об этом. – Да, конечно.

– Боже мой, милорд! – Миранда покачала головой. – Комплимент теряет свою эффективность, если это всего лишь слова.

– Буду иметь это в виду.

– А вы ведь повеса, не так ли? – тихо добавила она.

Сдержав стон, виконт покорно поплелся следом за ней, держа рот на замке. Миранда уже составила мнение о нем, основанное лишь на сплетнях, репутации, из которой он вырос, и неискреннего комплимента. Даже если в данный момент леди Гаррет была скорее удивлена, чем рациональна, она показалась ему куда милее, чем в начале их знакомства, и Уин внезапно подумал, что ноги у нее тоже весьма красивы. Не то чтобы он планировал выяснить это. Не то чтобы его это волновало. Ему не интересны ее улыбка, цвет глаз и уж конечно ноги. Однако в ближайшее время эта женщина станет частью его жизни. Ему, в конце концов, придется доверить родовое поместье в руки ее мистера Темпеста.

Следующий час с небольшим виконт ходил за ней словно выдрессированный щенок и без комментариев отвечал на вопросы. Это было на него не похоже: он позиционировал себя как мастер остроумных разговоров. Уин считал это своего рода искусством. Еще одно из его привлекательных качеств, которое он впустую потратит на леди Гаррет.

Уин вынужденно признал, что Миранда была куда умнее, чем он думал. Не то чтобы он вообще не ценил ум в женщинах. Господи, да он ничто не ставил выше дискуссий с умной женщиной. Но тут было что-то иное. Леди Гаррет задавала вопросы по делу и продемонстрировала такие знания архитектуры и строительства, какие произвели бы на него впечатление, обладай ими мужчина. Похоже, эта женщина отлично разбиралась в том, что делает. И хотя она по-прежнему раздражала его, к этому чувству добавилась некая доля любопытства. В леди Гаррет явно крылось больше, чем ему показалось вначале.

В завершение встречи Уин проводил Миранду до экипажа, который должен был отвезти ее на железнодорожную станцию. Там он вернул ей сумку и картонную трубу – она так ей и не воспользовалась. Уин сделал вывод, что в ней леди Гаррет держит рисунки и планы, которые ей отправляли. В конце концов Миранда положила ее на сиденье. Не похоже, что она нуждалась в помощи в этом вопросе.

– У меня есть все, что нужно для начала, лорд Стилуэлл, – проговорила Миранда с очередной вежливой улыбкой. – Завтра сюда приедут рабочие, которые сделают все замеры.

– Но я уже отправил вам замеры и могу заверить вас, что они точные, – сказал Уин.

Миранда приподняла бровь. Виконт заставил себя слабо улыбнуться.

– Но, конечно, вам нужны ваши собственные замеры, – промолвил Уин. – Как там говорят? Семь раз отмерь – один отрежь?

– Совершенно верно. – Миранда кивнула. – Как только я получу их, будут составлены подробные планы, которые я представлю вам на следующей неделе.

– Вы хотите сказать, что мистер Темпест подготовит планы?

– Разве я не так сказала?

Уин хотел было поправить ее, но потом решил не делать этого.

– Да, конечно.

Миранда помедлила, прежде чем занять место в экипаже, и бросила последний взгляд на особняк.

– Вы были правы, милорд.

– Да? – Его лицо просияло. Прекрасно быть правым хоть в чем-то в глазах леди. – В чем же?

– Учитывая все, вам очень повезло. – Ее голос смягчился. – Фейрборо-Холл – замечательный особняк. Это будет делом моей, нет, нашей чести – вернуть ему прежнее великолепие.

– Благодарю вас, леди Гаррет, – просто ответил Уин, дивясь про себя тому, какое удовольствие ему доставил ее комплимент. – В городе у нас, разумеется, есть дом, но Фейрборо-Холл… Он был настоящим родовым гнездом нашей семьи многие поколения. И я надеюсь, что для будущих поколений нашей семьи он останется таковым.

– Мы об этом позаботимся. – Миранда снова заговорила быстро и отрывисто, затем села в экипаж, и Уин захлопнул за ней дверцу. – О! – бросила она, слегка наклонившись к окну. – Кое в чем еще вы были правы.

– Дважды за день? – насмешливо спросил Уин. – Кто бы мог такое представить!

– Только не я. – Второй раз за день ее губы растянулись в искренней улыбке. В глазах леди Гаррет вспыхнул веселый огонек, а в уголках рта появились очаровательные ямочки. – Знаете, какими бы практичными ни были мои туфли, они действительно ужаснее всех, когда-либо сшитых. – Откинувшись на спинку сиденья, она подала кучеру сигнал о том, что можно трогаться с места. – Всего доброго, милорд.

– Хорошей дороги, леди Гаррет, – отозвался он.

Карета покатилась прочь, и Уин задумчиво посмотрел ей вслед. Он действительно хотел знать, с кем имеет дело. В конце концов, будущее Фейрборо-Холла в руках этой леди и ее неуловимого мистера Темпеста. Но он не собирался доверять судьбу родового гнезда человеку, к которому у него больше вопросов, чем ответов.

Уин считал себя отличным знатоком человеческих характеров, однако он уже давно пришел к выводу, что его суждения о них бывают справедливы только в отношении мужчин. Виконт понятия не имел, как правильно оценивать женский нрав: этот болезненный урок он получил после трех разорванных помолвок. Но даже Уин понимал, что в чопорной и рациональной леди Гаррет скрыто намного больше, чем кажется на первый взгляд. Некоторые из ее слов попросту не походили на правду. Эта леди скрывала больше, чем открывала собеседнику. Из этого следовал естественный вопрос: что ей приходится скрывать? И что понадобится сделать для того, чтобы это выяснить?

Глава 3

– Я хочу узнать все, что можно, о леди Гаррет. – Уин мерил шагами пол библиотеки в Миллуорт-Мэноре.

– А я-то думал, что ты хочешь узнать все о фирме «Гаррет и Темпест»? – Спокойный тон Грея не скрыл язвительных ноток в его голосе.

– Это я и имел в виду, – сердито проговорил лорд Стилуэлл, однако тут же взял себя в руки. Вообще-то он не был угрюмым и сердитым человеком. Даже после пожара, когда злость могла охватить самых добродушных людей, виконт сохранил чувство юмора. Но эта женщина походила на пылающую преисподнюю. Уин связывал свое нынешнее настроение с ногами леди Гаррет в грубых башмаках.

– Нет, ты сказал, что хочешь узнать все возможное о леди Гаррет, а не о ее предприятии, – напомнил ему кузен.

Уин отмахнулся от его слов.

– Должно быть, ты не расслышал меня, – сказал он.

– У меня отличный слух.

– Ну тогда я оговорился. Ты не должен винить меня в этом. Мысли об этой женщине застревают в голове, готовые выскочить и наброситься на тебя при первой же возможности.

– Как навязчивая мелодия?

– Скорее, как вкус нового блюда, которое может кому-то не понравиться из-за того, что оно явно очень полезно для пищеварения.

Грей рассмеялся. Остановившись на полпути, Уин посмотрел на кузена.

– Это неудивительно. Мы доверяем этой женщине и ее эксцентричному мистеру Темпесту судьбу Фейрборо-Холла. И если мы все испортим, последующие поколения Эллиотов будут вспоминать недобрым словом именно это время. Они будут говорить: «Ну да, именно тогда это случилось». – Он ткнул в воздухе указательным пальцем в сторону Грея. – «Именно тогда тот виконт-идиот поручил восстановление Фейрборо-Холла той невыносимой леди». Меня навеки запомнят как человека, позволившего женщине погубить родовое гнездо.

Грей едва не подавился от очередного приступа смеха.

– Да что за глупости у тебя на уме!

– Да? Глупости? – мрачно переспросил Уин. – Посмотрим. Знаешь, пророкам часто не верят при жизни.

– Да ты бог знает что выдумываешь! Я надеялся, что ты уже успокоился. После вчерашней встречи с леди Гаррет ты сам не свой.

– У меня было время подумать. Помяни мои слова, Грей, какова на самом деле эта леди, показавшаяся мне невыносимой, высокомерной и слишком умной. – Уин прищурился. – Ты знаешь, что она прислала сюда землемеров и замерщиков, которые работают в холле, даже когда мы тут с тобой разговариваем?

Грей воскликнул:

– О нет, только не это! Так ты хочешь сказать мне, что эта низкая женщина… – он сделал театральную паузу, – рациональна? Компетентна? И, рискну предположить, организованна?

Уин вопросительно посмотрел на двоюродного брата. На мгновение он пожалел, что они больше не мальчишки, что позволило бы ему выволочь кузена из дома и хорошенько поколотить. Или хотя бы попытаться это сделать, потому что они всегда были почти одного роста и телосложения.

– Ты просто раздражен из-за того, что она взяла над тобой верх.

– Это я позволил ей взять надо мной верх, – фыркнув, бросил Уин. – Это часть моего плана.

Грей усмехнулся.

– Нет у тебя никакого плана, – заявил он.

– Нет, но если бы был, то все происходящее было бы его частью.

Уин снова принялся ходить по комнате, однако, против обыкновения, это не помогало ему сосредоточиться. Без сомнения, причина этого в том, что обычно он ходил не в библиотеке Миллуорт-Мэнора.

Его семья взяла особняк Миллуорт-Мэнор в аренду на летнее время, дорога туда из Фейрборо-Холла занимала не более получаса. Владельцы Миллуорт-Мэнора, лорд и леди Бристоу, решили отправиться в путешествие на континент, надеясь наладить отношения после долгой разлуки. Разлуки, во время которой весь свет считал лорда Бристоу умершим, а леди Бристоу мечтала, чтобы так оно и было.

– Я не занимаюсь бизнесом с леди. Леди не должны заниматься бизнесом! – воскликнул Уин.

– Мне казалось, она тебе все объяснила.

– Да, объяснила, но… – Уин покачал головой. – Что-то в ее объяснениях показалось мне… не то чтобы ложью, а, скорее, полуправдой. Эта особа, несомненно, что-то скрывает.

– Ты уже говорил это вчера.

– Такое нельзя повторить слишком много раз.

– И тебе это известно, потому что ты очень хорошо чувствуешь, когда женщина что-то скрывает?

– Да, мне бы уже следовало обзавестись такой чувствительностью, не так ли?

– Кто-то может счесть, что так, – тихо проговорил Грей, даже не скрывая, что намекает на три помолвки Уина.

Грей на долгое время уезжал из страны, поэтому он не был свидетелем неудачных попыток кузена вступить в брак. Они, правда, регулярно переписывались, но Уин никогда не писал ничего плохого о своих несостоявшихся женах. Более того, он вообще не упоминал о них в письмах. С тех пор как Грей вернулся в Англию несколько месяцев назад, кузены долгие часы проводили вместе и с подходящей выпивкой в руках обсуждали разные случаи, да и вообще все, что происходило в их жизни. По иронии судьбы, лорду Стилуэллу попались разные невесты, причины отказа которых были весьма забавны: леди, решившая, что отдаст предпочтение браку с человеком, перспективы которого лучше, чем у него; женщина, считавшая, что он слишком легкомыслен, чтобы стать хорошим мужем, и, наконец, очень милая и совсем юная особа, которая, к несчастью, любила кого-то еще.

– Я всегда считал, что тебе нравятся умные женщины.

– Чаще всего именно так.

Уин замолчал. Он действительно отдавал предпочтение умным женщинам. Которые могли парировать его колкости. Однако виконт давно пришел к выводу, что, возможно, именно это приводило его к ошибкам в прошлом. Ему нужна была менее умная женщина, которая смотрела бы на мир его глазами. С другой стороны – и это тоже подсказывал ему опыт, – глупые женщины были неинтересны. Неужели лорд Стилуэлл действительно хотел провести остаток жизни, сходя с ума от скуки?

– Кто мне не нравится, так это женщины, в компании которых я чувствую себя глупцом, посматривающие на меня с жалостью, словно я ребенок, который едва может понять два слова.

– Ясно. – Грей снова едва сдерживал смех. Хоть одного из них все это развлекает. – Выходит, ты считаешь ее невыносимой, потому что она умнее тебя и даже не пытается это скрыть?

– Да нет, конечно, она ненамного умнее меня, – возразил Уин. «Возможно, она так же умна, как и он, но явно не умнее». – Глупо даже думать об этом! В конце концов, она леди! – Хоть виконт и любил женщин, сама мысль о том, что она умнее мужчин, казалась ему абсурдной.

– Не хотелось бы мне, чтобы леди Маргарет услышала твои слова. – Грей пожал плечами.

– Ну, поскольку я действительно умный человек, то никогда не допущу, чтобы она услышала их, – высокомерно произнес Уин, правда, затем на минуту задумался. – Пожалуй, для меня это оказалось сюрпризом. Леди Гаррет застала меня врасплох. Я просто не был готов ко встрече с женщиной. С ней. Но я лучше подготовлюсь к нашей следующей встрече.

– Так ты все-таки хочешь заключить договор о восстановлении Фейрборо-Холла с фирмой «Гаррет и Темпест»? – Грей внимательно посмотрел на кузена. – Несмотря на необузданную леди Гаррет?

Вздохнув, Уин опустился на стул.

– Я не вижу иного выбора, – сказал он.

– Ну, знаешь, мы можем нанять еще кого-нибудь.

– Еще кто-нибудь не сможет взяться за работу немедленно и выполнить ее быстро. – Уин покачал головой. – Я не хочу, чтобы Фейрборо-Холл разваливался еще в течение полугода. Нужно, чтобы восстановление особняка начали немедленно. – Он бросил на кузена осуждающий взгляд. – Жаль, что тебя не будет рядом и ты не сможешь присматривать за работой вместе со мной.

– Мне очень жаль, Уин, но я действительно должен вернуться в Америку. Мне нужно решить несколько проблем, прежде чем я смогу вернуться и снова поселиться в Англии.

Грей уехал одиннадцать лет назад, чтоб сколотить себе состояние, и ему это удалось. Он вкладывал деньги то в кораблестроение, то в железные дороги, то в импорт и благодаря этому разбогател. Уин следовал советам кузена и тоже удачно приумножил состояние Эллиотов.

– Я приложу все усилия, чтобы завершить там свои дела как можно быстрее, – пообещал Грей. – Я планирую потратить на это не больше месяца, если все сложится удачно.

– Надеюсь, к твоему возвращению мы уже приблизимся к концу реконструкции, так что ты почти все пропустишь.

– Ну да, если повезет, – с усмешкой промолвил Грей. – Но леди Гаррет говорила, что не может гарантировать завершение работ к концу июня, а я собираюсь уже вернуться к этому времени.

– У них отличные рекомендации, – тихо произнес Уин. Он толком не понимал, кого убеждает этими словами – кузена или себя самого.

– Что ж, в таком случае общение с леди Гаррет – совсем небольшая цена за восстановление особняка, – медленно проговорил Грей.

– Да. – Уин кивнул. – Думаю, что да.

Наклонившись вперед, Грей встретил взгляд кузена.

– Что такого в этой особе, Уин? Ты же всегда с легкостью находил общий язык с женщинами! Несмотря на определенное количество совершенных тобою и известных мне проступков, не было на свете гувернантки, которая, побывав в твоем доме, не стала бы утверждать, что получила с тобой самое большое удовольствие в жизни. С возрастом ты научился избегать последствий сомнительного поведения, пользуясь своим чудесным нравом и невыносимо порочной улыбкой. Должен сказать, что это сводило меня с ума.

– Прими мои извинения, – усмехнувшись, проговорил Уин.

– Да будет тебе! Я-то помню, что ты обводил вокруг пальца самых грозных мамаш девственниц со свеженькими лицами. И это несмотря на твою репутацию повесы.

– Что ж… – Уин скромно улыбнулся. Ему нечего было возразить, кузен был прав.

– Искусство обращаться с женщинами было умением… нет, талантом, даром Божьим, который ты получил, будучи еще мальчишкой. Женщины любого возраста всегда плавились в твоих руках, как воск. До тех пор пока ты не делал им предложение руки и сердца.

Глаза Грея озорно заблестели. Уин засмеялся.

– Похоже, это и стало причиной моего падения. – Он на мгновение задумался. – Понять не могу, почему леди Гаррет так раздражает меня. Я сделал все, что мог, чтобы очаровать ее, я даже, кажется, пытался немного пофлиртовать с ней! Но на нее ничего не подействовало.

– Без сомнения, в этом и кроется причина твоего раздражения.

Тут в библиотеку ворвалась леди Лидингем, Камилла, и оба кузена тотчас встали со своих мест.

Родители Камиллы были владельцами Миллуорт-Мэнора. Они пригласили семью Эллиотов погостить в их доме во время их отсутствия, однако отец Уина настоял на том, чтобы вместо этого снять у них особняк. Ему было хорошо известно, во что обходится содержание загородного дома. Камилла и Грей обручились еще на Рождество. Уин был убежден, что за их помолвкой непременно последует свадьба, однако никак не мог понять, почему они решили подождать до осени. Чем больше времени кто-то дает женщине на размышления, особенно о браке, тем больше у нее возможностей передумать. Впрочем, оглядываясь на собственное прошлое, он мог сказать, что порой это даже к лучшему.

– Ты помогаешь Уинфилду прийти к рациональному, взвешенному решению? – Камилла приблизилась к Грею, и Уин заподозрил, что она может самым неподобающим образом поцеловать жениха, поставив его в неловкое положение. Судя по выражению глаз Грея, тому пришло в голову то же самое. – Или его абсурдное, необъяснимое неприятие леди Гаррет подавило все доводы разума?

– Ты так хорошо меня знаешь, Камилла, – с мимолетной улыбкой вымолвил Уин.

– Да ты лихой дьявол, надо отдать тебе должное, – с неохотой призналась Камилла. Надо сказать, до недавнего времени она вообще не разговаривала с ним. – Не могу себе представить, чтобы хоть одна женщина не попала под твое сомнительное обаяние.

– А как же я? – Грей бросил на нее обиженный взгляд. – Разве я не лихой дьявол с сомнительным обаянием?

– Ты всегда таким был, Грейсон, – с чопорным видом проговорила Камилла, словно сейчас, приняв решение выйти за Грея замуж, она была вынуждена соблюдать некоторые светские правила. Однако, судя по блеску в глазах, устремленных на жениха, ее мысли были вовсе не так добродетельны.

– Мне бы хотелось, чтобы ты перестала так смотреть на моего кузена, – сказал Уин леди Лидингем.

– Как «так»? – В голосе Камиллы прозвучали невинные нотки, противоречащие ее озорному взгляду.

– Так, как будто он пирожное. А ты обожаешь сладости, – пояснил Уин.

– А мне нравится этот взгляд.

Грей, в свою очередь, многозначительно посмотрел на невесту.

– Я и в самом деле обожаю сладкое, – с приятной улыбкой произнесла Камилла.

Уин едва сдержал стон. Не то чтобы он не был рад за своего кузена – он был в восторге от того, что Грей и Камилла нашли друг друга после многих лет разлуки. Радовало его и то, что кузен был так раздражающе счастлив. Но, признаться, его задевало, что Грею удалось найти то, чего не нашел он сам, однако сейчас было не время размышлять о том, чего у него нет.

– Она же из семьи Хэдли-Эттуотер, – резким тоном проговорила Камилла.

Грей смущенно нахмурился.

– Кто? – спросил он.

– Леди Гаррет, разумеется. Она младший ребенок в семействе Хэдли-Эттуотеров. – Камилла вопросительно посмотрела на Уина. – Разве ты не дружил с одним из их сыновей?

– С Себастьяном. – Уин кивнул. – Теперь он сэр Себастьян. Мы отлично проводили время вместе, пока не отправились изучать мир. Я не видел его много лет. – Быть может, настало время возобновить знакомство. – А что еще тебе известно о его сестре?

– Да, вообще-то, толком ничего. – Камилла пожала плечами. – Я совсем ее не знаю, при встрече мы лишь киваем друг другу. Берил должна знать больше.

– Разве это не удивительно? – пробормотал Грей.

Уин едва сдержал усмешку. Берил была сестрой-близнецом Камиллы, и Грей ей вовсе не нравился. Если в чем виконт и не завидовал своему кузену, так это в том, что касалось его свояченицы. Не то чтобы Уин и Берил с самого начала не ладили между собой. Возможно, девушка стала бы его невестой, если бы не обстоятельства. Несмотря на то что Уин даже сейчас получал удовольствие от словесных перепалок с ней, они не подошли бы друг другу. Для обоих брак стал бы катастрофой. Один из них непременно убил бы другого.

– Берил может узнать все, что необходимо, – сообщила Камилла. – Иногда это очень помогает. А если ей не удается что-то разузнать, она знает, как это сделать. – Леди Лидингем с любопытством посмотрела на Уина. – Ты действительно хочешь узнать о леди Гаррет все, что можно?

– О фирме «Гаррет и Темпест», – уточнил Уин.

Камилла недоверчиво приподняла брови.

– Да, хочу. И о фирме, и о леди Гаррет, – признался он.

– Что ж, если в этом дело… – Камилла улыбнулась с таким видом, словно они с Уином стали заговорщиками. – В прошлом мы с Берил как-то нанимали отличного сыщика. Буду рада сообщить тебе его имя.

Грей перевел взгляд со своей невесты на кузена.

– Должен сказать, что в вашем соглашении есть что-то, выбивающееся из обычного хода вещей, – заметил он.

– Ерунда! Я очень ценю твою помощь, Камилла. – Подбородок Уина напрягся. – Лишь глупец не старается узнать, с кем он имеет дело. И хотя у меня много недостатков, я не глупец.

Даже если леди Гаррет не согласится с этим.

Глава 4

– Что скажешь?

Миранда обвела взглядом рисунок, который прикрепила на механическую чертежную доску. Эту доску купил еще Джон, когда только начинал дело.

– Что ж… – Клара задумчиво осмотрела изображения Фейрборо-Холла. – Если лорд Стилуэлл действительно хочет вернуть дом в первоначальное состояние, то, по-моему, ты очень близко к этому подошла. Однако… – Наклонившись к доске, она прищурилась. – Есть и отличия, не так ли?

– Невозможно точно продублировать трехсотлетний особняк, – сказала Миранда. – Надо отдать должное и современности, прогрессу. – Она попыталась, но не смогла скрыть гордости в собственном голосе. Несмотря на то что восстанавливать старинное здание в чем-то проще, чем возводить новое, это во многом серьезный вызов. Особенно если в твою задачу входит воссоздание прошлого. – Мы все-таки приближаемся к двадцатому веку.

– А лорд Стилуэлл – человек прогрессивный?

– Лорд Стилуэлл – олух.

– Но в таком случае, может… – Клара едва не подавилась, пытаясь сдержать смех. – Он олух с большим количеством денег.

– Что делает его ценным клиентом, однако от этого он меньшим олухом не становится, – усмехнувшись, промолвила Миранда.

– Мне нравится, как ты выражаешь свои мысли, – радостно проговорила Клара.

– А мне нравится, что ты позволяешь мне это делать.

Миранда ответила девушке улыбкой. Она старалась держать свои мысли при себе, когда их окружали другие люди, особенно члены семьи. Жизнь от этого становилась легче. Однако полная откровенность между Мирандой и Кларой была отличительной чертой их дружбы. Дружбы, которую не могла предвидеть ни одна из них. Они могли бы вообще не познакомиться и уж точно не стали бы подругами, если бы не смерть мужа Миранды. Гибель брата и недавнее открытие, что ее жених вовсе не таков, каким она его себе представляла, привели к тому, что Клара начала искать перемен в жизни. Она сама попросила Миранду нанять ее на работу в фирму «Гаррет и Темпест». И теперь Клара стала единственным человеком, заслужившим полное доверие Миранды.

– Ну хорошо, тебе не повезло и ты выяснила, что он олух. Но каким ты вообще нашла лорда Стилуэлла? – Глаза Клары засияли от любопытства. – Ведь если не считать короткого разговора между нами после твоего возвращения из Фейрборо, ты не приходила в офис, будучи чрезмерно занятой. Так что у нас с тобой не было возможности потолковать об этом.

– Честно говоря, я была полностью поглощена работой… – Взгляд Миранды вернулся на доску с чертежом. Она уже давно пришла к выводу, что всю работу лучше выполнять в уединении собственного дома. Конечно же сотрудники фирмы знали, кто на самом деле был главным архитектором, им это было известно еще до смерти Джона, но по молчаливому соглашению о ее обязанностях вслух не говорили. Через четыре дня после первой встречи с виконтом Миранда разговаривала только с Кларой, да и то совсем недолго.

– Лорд Стилуэлл хочет, чтобы Фейрборо-Холл был перестроен как можно быстрее. И поскольку он платит нам вдвое больше наших обычных тарифов, я бы хотела по возможности приспособиться к нему. – Она покосилась на подругу. – Его блестящие рекомендации пойдут нам на пользу.

– А я ничуть не сомневаюсь в том, что мы их заслужим. Теперь же… – В голосе Клары зазвучало нетерпение. – Расскажи мне о нем. Я просто умираю от желания узнать, каков он на самом деле. Говорят, лорд весьма красив и обаятелен.

– И, похоже, ему это известно, – сухо заметила леди Гаррет. Проскользнув между своим столом и столом Эммета, она уселась на свое место.

Комнатка была слишком мала для двух письменных столов и механической чертежной доски, зато здесь Миранда могла находиться в уединении. Остальные помещения фирмы «Гаррет и Темпест» включали небольшую приемную со столом для Клары и гораздо более просторную комнату с окнами во всю стену, благодаря чему конструкторы работали при ярком свете. Фирма находилась на верхнем этаже коммерческого здания, стоящего на тихой улочке в Холборне. Этот район не был фешенебельным, но не имел и дурной репутации.

– Вообще-то он пытался флиртовать со мной, – сказала Миранда. – Нес какую-то чушь о том, что красивой женщине грешно ходить в уродливых туфлях.

– Боже, только не это! – Клара сложила руки на груди в знак притворного негодования.

– Это не смешно, Клара.

– Да нет, думаю, это как раз было смешно, – возразила Клара.

Миранда несколько мгновений недоуменно смотрела на нее, но потом усмехнулась.

– Ну да, возможно, это действительно было немного смешно, – промолвила она. – Лорд Стилуэлл явно из тех мужчин, которые ждут, что женщина падет к их ногам, как только они посмотрят на нее со своей порочной улыбкой.

– Ого! – Бровь девушки приподнялась. – Так у него порочная улыбка, да?

– Очень хорошо отрепетированная порочная улыбка, – уточнила Миранда. – Бьюсь об заклад, этот человек тренируется перед зеркалом.

Клара рассмеялась.

– Предполагаю, что ты поставила его на место? – спросила она.

– Не слишком многословно, но мне нужно было закончить работу. – Миранда пожала плечами. – Но, вообще-то, он был очень надоедливым, – добавила она.

Конечно, леди Гаррет была резковата с ним, но ей очень хотелось произвести впечатление серьезного и профессионального человека. Не стоило реагировать на его флирт, чтобы виконт не счел ее легкомысленной. Правда, в последние годы она вообще не флиртовала, а если и отвечала кому-то, то без малейшего усердия. Миранде пришла в голову абсолютно нелепая мысль о том, что Стилуэлл мог бы приложить и больше усилий, чтобы привлечь ее внимание. Хотя ей это было безразлично.

– Впрочем, должна отдать ему должное, ведь он не ожидал увидеть перед собой женщину. Мой приезд явно обескуражил его.

Клара нахмурилась.

– У тебя возникли какие-то трудности? – спросила она.

– Нет, трудности возникли не у меня. – На губах Миранды появилась удовлетворенная улыбка. – Он был очень смущен, и мне это понравилось. Мне кажется, что подчинить себе лорда Стилуэлла можно, лишив его уверенности в себе и заставив испытывать некоторую неловкость.

– А мы действительно хотим, чтобы наш клиент испытывал неловкость?

– Этот – да.

– Но все же…

– Мы же не собираемся воссоздать в Фейрборо-Холле Тадж-Махал. Мы дадим ему в основном то, что он хочет. Правда, с некоторыми изменениями, которые улучшат и его жизнь, и его дом. – Миранда на мгновение задумалась. – Все дело в том, чтобы, так сказать, подвести лошадь к воде.

– И что потом? Держать его голову под водой?

– При необходимости. – На лице Миранды появилась мимолетная улыбка, но потом оно стало серьезным. – Но для нас это хорошая возможность, Клара. Над таким большим проектом мы еще не работали. Это могло бы стать моделью нашей работы в будущем! Моделью… модернизации!

– Что возвращает к моему первоначальному вопросу, – настойчиво проговорила Клара, пристально глядя на Миранду. – Лорд Стилуэлл – человек прогрессивный?

– Лорд Стилуэлл…

– Только не говори, что он олух, – перебила ее Клара. – Это мы уже установили.

– Да я и не собиралась, хотя это утверждение заслуживает повторения. Я хотела сказать, что виконт немного старомоден, точнее, он старается казаться таким. Однако надо признаться, что мое мнение основано лишь на его желании воссоздать особняк в его первозданном виде и реакции на мое присутствие. Не исключено, что я ошибаюсь! И тем не менее… – Миранда поморщилась. – Я абсолютно уверена в том, что он тут же отозвал бы свой заказ, если бы только узнал, что проектом занимается женщина. – Она встретилась глазами с Кларой.

– В таком случае нам следует принять меры предосторожности, чтобы быть уверенными в том, что он этого не сделает, – твердо произнесла Клара.

– Именно так и следует поступить, и лорд Стилуэлл сам навел нас на мысль об этом.

– Правда?

– Ну да! – Живот Миранды свело от возбуждения. – Он подал мне отличную идею!

– О, просто обожаю твои отличные идеи! – Наклонившись ближе к Миранде, Клара понизила голос: – Ну не томи же меня! О чем речь?

– Когда я сообщила ему, что Джон умер, лорд Стилуэлл заявил, что хочет потолковать с мистером Темпестом, который, по его мнению, будет работать над проектом восстановления особняка.

– Потому что его именем названа фирма.

– Ну да! – Миранда кивнула. – Не могла же я сказать ему, что никакого мистера Темпеста не существует. Или, во всяком случае, человека с таким именем, которого кто-то видел.

– И что ты ему сказала?

– Я наговорила ему, что мистер Темпест никогда не встречается с клиентами, потому что он немного эксцентричен, считает себя художником, живет в страхе потерять свою музу или что-то в этом роде. Более того, я сказала, что и сама никогда не видела этого человека, это правда.

– И он тебе поверил?

В голосе Клары послышалось недоверие.

– Да каждому моему слову, – заверила подругу Миранда. И, не сдержавшись, она самодовольно улыбнулась. – Поэтому я предлагаю не разубеждать лорда Стилуэлла: пусть по-прежнему верит, что его архитектор – неуловимый мистер Темпест и что…

– И?

– И это самая лучшая часть, – заявила Миранда, наклоняясь к Кларе, решительно глядя ей в глаза.

– Ну так продолжай!

– И нашим будущим клиентам мы будем рассказывать то же самое! – торжествующе договорила леди Гаррет.

– То же самое? – переспросила Клара.

– Ну да, конечно, – быстро проговорила Миранда, слова которой едва поспевали за полетом мысли. – Пока я работала над чертежами, идея, поданная лордом Стилуэллом, постепенно сформировалась в моей голове. И она кажется мне безупречной, я бы даже сказала, гениальной.

– Тогда будь добра объяснить мне, что к чему, – попросила Клара.

– Еще ни разу никто не просил нас назвать имя архитектора. Более того, мистер Кларк выдавал себя за архитектора и не раз приписывал себе нашу работу…

– Твою работу, – поправила ее Клара.

– Работу фирмы, результаты совместных усилий, по сути. Но если мы позволим людям поверить в то, что мистер Темпест – наш главный архитектор, который никогда не появляется в обществе…

– Господи, это же действительно гениально! – воскликнула Клара. Ее глаза широко распахнулись от восторга. – Нам следовало придумать это уже несколько лет назад.

– Поверить не могу, что мы этого не сделали. – Миранда торжествующе улыбнулась. – Если мы сумеем убедить людей в том, что мистер Темпест – наш архитектор, никто никогда ничего не заподозрит.

– Но есть опасность того… погоди-ка! – Клара вопросительно посмотрела на подругу. – А как же настоящий мистер Темпест?

Леди Гаррет пожала плечами.

– А что – мистер Темпест?

– Я бы сказала, что ему это не понравится.

– Он этого никогда не узнает. – Миранда стала перечислять свои доводы, разгибая пальцы: – Ноги этого человека не было в офисе. Джон никогда его не видел. И я тоже его не видела. Кем бы мистер Темпест ни был, в обществе его не знают. Да что там – мы понятия не имеем, кто он такой! Может быть, его имя вовсе не Темпест, откуда нам знать? И сейчас этот человек, как всегда, является молчаливым инвестором.

– Ну да, – кивая, пробормотала Клара.

– А поскольку мы продолжаем ежемесячно выполнять перед ним свои финансовые обязательства, я не вижу причины, которая заставит его вмешиваться или возражать против моей идеи. К тому же, и я считаю это самым важным, единственным условием, при котором мистер Темпест был готов вложить деньги в фирму, не считая наших финансовых обязательств, было упоминание его имени в названии. И это позволяет мне поверить в то, что он не будет против, если весь мир поверит в его архитектурный дар и в то, что он возглавляет фирму «Гаррет и Темпест». Ну, что скажешь? – Миранда затаила дыхание. – Ты согласна?

– Это действительно решит многие проблемы, – задумчиво произнесла Клара. – Наша жизнь стала бы менее трудной, если бы мы могли что-то говорить о мистере Темпесте, чем старательно избегать всех упоминаний его имени.

– Конечно!

– Как бы там ни было, я должна согласиться с тобой. – Клара усмехнулась. – Идея действительно гениальная!

– Я так и подумала. – Встав, Миранда подошла к доске с чертежами, окунула перо в чернильницу и с улыбкой, размашисто подписала рисунок фамилией Темпест. – За это нам надо поблагодарить лорда Стилуэлла.

– Судя по тому, что ты рассказала, едва ли он оценит нашу благодарность.

– О, подозреваю, что лорд Стилуэлл еще не знает о существовании многих вещей, которые ему предстоит оценить.

Клара взглянула на рисунок.

– Ты имеешь в виду холл?

– В большей степени его.

– Следует ли мне напомнить тебе, что кем бы ты ни была, когда мы говорим с тобой наедине, для общества ты остаешься всеми уважаемой овдовевшей леди Гаррет?

– Разумеется, нет, – язвительно ответила Миранда. – Я бы никогда не смогла забыть об этом.

– Тогда что же…

– Мужчины вроде лорда Стилуэлла привыкли считать, что они всем руководят, или они так думают. Он также наверняка привык к тому, что с его предложениями соглашаются.

– И?

В голосе Клары зазвучало предостережение.

– А я никак не отреагировала на его попытки быть очаровательным. Думаю, это огорчило его больше всего.

Клара прищурилась.

– Продолжай!

– Так вот, когда мы с ним встретимся в следующий раз, я дам ему понять, что впредь буду готова поддаться его чарам.

Девушка с удивлением воскликнула:

– Ты хочешь позволить ему соблазнить тебя?

– Не говори ерунды! – Миранда отмахнулась от слов подруги. – Я просто позволю ему считать, что он продвигается вперед в своем флирте. И что его старания вот-вот принесут свои плоды. Я уже давно заметила, что нет ничего проще, чем убедить мужчину в том, что еще совсем немного, и он в моей постели. Мужчина, уверенный в собственном успехе, всегда считает, что именно он управляет ситуацией.

– Но не можешь же ты в самом деле…

– Нет, могу! По крайней мере, мне кажется, что могу. Я такого никогда не делала, но собираюсь сделать. – Леди Гаррет уверенно кивнула. – Ты должна признать, что эта идея почти так же гениальна, как и мысль превратить мистера Темпеста в существующего человека.

– Я полагаю, что этот момент стоит обсудить. – Клара на мгновение задумалась. – Мне не кажется справедливым использовать самонадеянность лорда Стилуэлла в качестве оружия против него самого.

– Возможно, ты и права, но я могла бы тебе возразить, что если бы он не был так самонадеян, то у меня и оружия против него не появилось бы.

– В любом случае будь с ним осторожна. Очаровательным мужчинам с порочными улыбками не стоит доверять.

Жених Клары был именно таким. К несчастью, Клара оказалась не единственной, на ком он испробовал свои сомнительные чары. Выяснилось, что у него есть еще две невесты, к тому же он состоит в браке, в законности которого никто не был уверен.

– О, я никогда не поверю ему! – пообещала подруге Миранда, вновь переводя глаза на чертежи. – Но я очень надеюсь заручиться его доверием. И убедить его принять… нет, использовать достижения прогресса.

– Хорошо бы он использовал только их, – заметила Клара.

– Поверь мне, я не собираюсь использовать лорда Стилуэлла в каком-то ином качестве, кроме клиента.

Впрочем, Миранда была вынуждена признаться, правда, только самой себе, что лорд Стилуэлл действительно привлекал своими темными волосами и голубыми глазами, вспыхивавшими от удивления или досады. И какая женщина не оценила бы высокого широкоплечего мужчину, который с таким волнением и гордостью говорит о своем доме? К тому же не стоило забывать и его порочную улыбку, которая, как заметила леди Гаррет, при определенных обстоятельствах могла оказаться фатальной. Даже для деловой женщины.

– Но я намерена обновить Фейрборо-Холл и добиться одобрения лорда Стилуэлла.

– С помощью пинков и криков, не сомневаюсь.

– При необходимости. – Миранда задумалась. – Если я все сделаю правильно, он решит, что это его идея.

– Может быть. – Клара внимательно рассматривала чертеж. – Рискну предположить, что лорд Стилуэлл согласится с усовершенствованием систем сантехнического оборудования и отопления, но это… – Она постучала по рисунку пальцем. – С этим, думаю, будет труднее.

– Признаюсь, убедить его будет непросто. Однако я не сомневаюсь, что даже человек со старомодными взглядами должен понимать, что если он не движется вперед, то ему придется остаться позади. Такое старинное чудо, как Фейрборо-Холл, должно поспевать за временем, и сейчас у него появилась прекрасная возможность. И я намерена этого добиться, даже если мне придется позволить лорду Стилуэллу считать, что он, фигурально выражаясь, прижимает меня ладонью к столу. Когда мы завершим реконструкцию, имение предстанет в своем первозданном великолепии, однако будет готово к усовершенствованию сантехнических и обогревательных систем, и более того… – Миранда усмехнулась. – И к электричеству, – договорила она.

Глава 5

– Электричество? – Уин и припомнить не мог, чтобы когда-то ему на глаза попадалась обезумевшая женщина. Впрочем, он никогда и не видел женщины, которую на самом деле можно назвать сумасшедшей. До этого мгновения. – Электричество? – ошеломленно повторил он.

– Да, милорд, электричество.

Леди Гаррет говорила абсолютно спокойно, словно это было что-то обыденное, вроде выбора цвета краски для стен в вестибюле – зеленой или голубой. Она опустила глаза на чертежи и рисунки, разложенные на большом письменном столе из древесины грецкого ореха в библиотеке Миллуорт-Мэнора.

– Полагаю, вы уже слышали об электричестве, не так ли?

– Разумеется, слышал, – резко ответил Уин. – Но это естественное явление. Сила природы.

– Примите мои извинения! Конечно, вы слышали. Я просто имела в виду, что, возможно, вам неизвестно о его практическом применении.

Миранда приветливо улыбнулась, будто и не ставила под сомнение его умственные способности.

– Не так уж я и темен, и о подобных вещах мне известно. Да, я считаю себя человеком, хорошо осведомленным о всевозможных новинках и изобретениях вроде этого. Я уже видел всяческие фокусы с электричеством и даже встречал нескольких людей, пользующихся его силой, но это не породило во мне желания провести электричество в свой дом. Как интересно! – пробормотал Грей, глядя на планы.

Родители Уина тоже собрались вокруг стола, чтобы взглянуть на работы, которые Миранда представила их вниманию.

– Человек должен смотреть в будущее, лорд Стилуэлл, – бескомпромиссно заявила леди Гаррет. Она вновь стала походить на строгую гувернантку. – Нельзя увязать в прошлом. Человек должен либо двигаться вперед, либо… – Она снова одарила присутствующих приятной улыбкой, словно общалась с людьми, которые не понимают то ли темы разговора, то ли языка, на котором он ведется. – Отойдите в сторону.

– Не собираюсь я отходить в сторону! – бросил Уин.

Кто-то – его отец или кузен – удивленно фыркнул.

– Я не хотел вас обижать, просто мои слова прозвучали резко. – Виконт бросил яростный взгляд на родных. – Но я действительно считаю себя прогрессивным человеком.

– Это моя ошибка, милорд. – Глаза леди Гаррет невинно распахнулись. – И я еще раз прошу прощения. Но вы наверняка понимаете, почему я могла подумать, что вы плохо осведомлены о современных новинках, ведь вы хотели восстановить дом в том виде, каким его построили триста лет назад. Я решила, что вам просто нравится дом и все, что в нем есть.

– Мне нравится, – твердо сказал Уин. – Мне очень нравится этот особняк, и я хочу, чтобы он снова стал таким, как прежде. Не думаю, что прошу слишком многого.

– Нет-нет, – поспешила заверить его Миранда, – мы сделаем все, что можно, хотя кое в чем это будет непросто. – Она пожала плечами. – Нелегко восстановить устаревшую водопроводно-канализационную систему и несовершенную систему отопления.

– Боже мой! – воскликнула леди Маргарет.

– Чертов водопровод! – пробормотал его отец. – Никогда нормально не работает!

– Мне не нужна устаревшая водопроводно-канализационная система и несовершенная система отопления! Господи, я же не идиот! – Впрочем, именно им виконт чувствовал себя в это мгновение. И в этом полностью ее вина. Это леди Гаррет заставляет его чувствовать себя глупцом, а ему это совсем не нравится. – Понятно, что все механические системы дома должны быть модернизированы.

– Отлично! – Миранда с сияющей улыбкой посмотрела на Уина. – Стало быть, вопрос об электричестве решен?

Уин оторопело посмотрел на нее.

– Я этого не говорил! – сказал он.

– Мне кажется, что возможность проведения электричества мы должны обсудить особенно тщательно, – вымолвил его отец. – Можно почтительно относиться к традициям, но при этом не увязать в прошлом.

Взгляд виконта переметнулся к отцу.

– Да вы самый традиционный человек, которого я когда-либо знал.

– Да, я действительно уважаю традиции, а Фейрборо-Холл являет собой наследие нашей семьи. Но я не считаю, что некоторые улучшения и модернизация окажут на эти традиции пагубное влияние. В конце концов, нам там жить – равно как и последующим поколениям. Однако… – Он посмотрел в глаза сыну. – Я оставляю это на твое усмотрение. Ты – следующий хозяин имения, так что решение за тобой.

– Лорд Солсбери провел электричество в Хэтфилд-Хаус, – пришла ему на помощь леди Маргарет.

– Лорд Солсбери – идиот!

– Который занимает пост премьер-министра, – осторожно вставил Грей.

– Я думаю, что ты меня понял, – сердито проговорил Уин. – Я слышал, что он научил всю свою семью, даже детей, забрасывать подушками электрические искры для предотвращения возможного пожара. Если не ошибаюсь, я также слышал о несчастном случае, который привел к казни на электрическом стуле его садовника.

– О, не хотелось бы мне потерять садовника! – нахмурившись, воскликнула леди Маргарет. – Он так хорошо выращивает розы!

– Я не хочу проводить реконструкцию дома лишь для того, чтобы он загорелся еще раз, – заявил лорд Стилуэлл, глядя в глаза леди Гаррет. – Я достаточно ясно выразился?

– Абсолютно. – Миранда нервно прикусила верхнюю губу. – Я расскажу о ваших сомнениях мистеру Темпесту. Разумеется, ему придется кое-что изменить в своих планах. Но на это понадобится некоторое время…

– Но, леди Гаррет, мы не должны терять время. У нас его просто нет! Работы должны начаться как можно скорее. Вы ведь помните, что мы должны устроить бал? Возможно, сама королева на него пожалует, что было бы замечательно. Люди всегда надеются на визит королевы, хоть он и доставляет множество хлопот. – Леди Маргарет многозначительно посмотрела на Миранду, словно они делили какую-то тайну. Затем она, приосанившись, повернулась к сыну. – А вот я считаю необходимым идти в ногу с прогрессом. Поэтому голосую за электричество.

– Я не призывал к голосованию! – Уину трудно было поверить в то, что женщина, давшая ему жизнь, выступает против него. – Это мое решение. И никакого голосования не нужно!

– Но я тоже голосую за электричество, – вмешался Грей.

– И ты, Брут?

Уин недовольно посмотрел на него.

– Просто я думаю, что она права. – Кузен пожал плечами. – Я считаю, что за электричеством будущее.

Виконт фыркнул.

– Или это будет преходящее увлечение, – заметил он.

– Некоторые районы Лондона и даже Нью-Йорка уже освещаются электричеством, – спокойно промолвил Грей.

– Отец? – Уин повернулся к графу. – Вы тоже будете голосовать против меня? Хотя мы и не голосуем, – добавил он.

Лорд Роланд покачал головой.

– Я не собираюсь голосовать. Я же сказал, что решение за тобой, и я не изменил своего мнения, – заявил он.

– Что ж, это уже что-то. – Уин перевел взгляд с отца на мать, потом на Грея и, наконец, на леди Гаррет. – Хоть я и думаю, что разумнее подождать и посмотреть, к чему приведет электричество… – Он на мгновение стиснул зубы. – Я подумаю над этим и сообщу о своем решении завтра.

– Хорошо. – Лорд Роланд посмотрел на леди Гаррет. – Хочу сказать, что я вполне одобряю предложения мистера Темпеста. Буду с нетерпением ждать воплощения этих планов в жизнь. А теперь мне надо заняться другими делами. До свидания!

Развернувшись, граф вышел из библиотеки.

Уин отметил про себя, насколько бодрее его отец стал по сравнению с тем, каким был после пожара.

– Дядя Роланд! – Грей поспешил вслед за ним. – Могу я сказать вам пару слов? – Остановившись, он улыбнулся Миранде. – Рад был познакомиться, леди Гаррет. Надеюсь, мы еще встретимся, прежде чем будет забит последний гвоздь.

– Без сомнения, лорд Эллиот. Мне тоже было приятно встретиться с вами. – Миранда улыбнулась и, кажется, на этот раз вполне искренне. Господи, он начинает различать улыбки этой мегеры.

Грей кивнул, бросил на кузена уничтожающий взгляд и поспешил за своим дядей.

– Надо же, электричество, как замечательно! – Леди Маргарет так и сияла. – Должна признаться, я его жду не дождусь. – Она доверительно склонилась головой в сторону леди Гаррет. – Знаю, что мой сын называет себя человеком прогрессивным, но на самом деле он, скорее, отсталый.

– Матушка! – возмущенно вскричал Уинфилд.

– Не говори со мной таким тоном! Ты хорошо знаешь, что это правда. – Леди Маргарет фыркнула. – Нет, конечно, я не могу сказать, что не ценю твое отношение к наследию нашей семьи, но, Уин, дорогой, ты должен двигаться в ногу со временем.

Подбородок лорда Стилуэлла напрягся.

– Я иду в ногу со временем, – пробормотал он.

Его мать едва сдерживала смех.

– Что ж, посмотрим. – Она посмотрела на сына с ласковой улыбкой, которая совсем не вязалась с ее недавними словами, задевшими Уина. – Леди Гаррет, я понимаю, что вам надо многое обсудить с Уинфилдом, но не выпьете ли вы со мной чаю перед отъездом на станцию, откуда поедете в Лондон? Я знаю вашу мать, только очень давно ее не видела.

Леди Гаррет подумала, а затем одобрительно кивнула.

– Лучшего и не придумать, – сказала Миранда.

– Вот и чудесно. Стало быть, когда вы закончите. – Леди Маргарет посмотрела на сына. – Постарайся быть любезным.

– Я и так любезен!

– Значит, я ошиблась. Мне показалось, что ты весьма напряжен, нуден и раздражен. И даже слегка разъярен. Уверена, что никто больше этого не заметил.

Обменявшись с Мирандой удивленными взглядами, графиня вышла из библиотеки.

Уин повернулся к леди Гаррет.

– Разве я не был любезен?

– Прошу прощения, милорд, – в то же мгновение промолвила Миранда.

– Что? – Уин вопросительно посмотрел на нее.

– Я извинилась перед вами.

– За что? – прищурившись, спросил виконт.

– Я поставила вас в неловкое положение перед вашими родными, хотя и невольно. – Покачав головой, она вздохнула. – Я и предположить не могла, что вы будете так против идеи модернизации…

– Я не против улучшения чего бы то ни было! И мне бы хотелось, чтобы вы перестали об этом говорить! – выкрикнул он, но затем опомнился и взял себя в руки. Что эта женщина делает с ним? При ней он ведет себя как безумец. Глубоко вздохнув, Уин заставил себя успокоиться. – Это я должен извиниться перед вами. Вы просто застали меня врасплох, вот и все. Я никогда не думал о том, чтобы провести электричество в Фейрборо-Холл.

– Зато сейчас вы над этим задумались?

– Да, полагаю, что так. – Он покачал головой. – Но кое-что меня все-таки смущает.

Миранда кивнула.

– Этого следовало ожидать.

– Нужно принять во внимание возможность возникновения пожара.

Боже, неужели он говорит так высокопарно? Его беспокойство вполне понятно, но тон явно неуместен.

– Я хочу сказать, что мы должны подумать о безопасности.

Это прозвучало гораздо лучше.

– Я не могу гарантировать, что в будущем ничего не произойдет, но могу сказать, что уровень безопасности проводки улучшается ежедневно.

– Это уже неплохо.

– Знаете, обо всем новом всегда будет что-то неизвестно, – заметила Миранда.

– Согласен. – Уина внезапно поразила мысль о том, что леди Гаррет как раз и есть что-то новое в его жизни, о чем ему было так много неизвестно. – Но я не из тех людей, кто вслепую бросается за неведомым.

– Мне это и в голову не приходило!

– Признаюсь, были в моей жизни времена, когда я принимал поспешные решения, хотя должен был более тщательно все взвешивать. Когда я бросался вперед, хотя следовало сначала подумать о целесообразности этого броска. Зато я получил немало уроков о глупости необдуманных решений.

Миранда кивнула.

– Мудрый человек учится на своих ошибках.

– Будем на это надеяться.

Их глаза встретились. Уин был готов поклясться, что у нее карие глаза. Однако сегодня, при освещении библиотеки, они были более светлого, орехового оттенка.

– Но разве нет чего-то нового, неизвестного, что может показаться даже немного опасным, но стоящим риска? Знаете, можно было бы сказать, что именно такие вещи делают жизнь захватывающей, интересной!

– Да, с этим можно согласиться. – Уин улыбнулся, хотя и с некоторым усилием. – Боюсь, я склоняюсь… нет, я уже решил, что мы проведем электричество. И помоги нам Господь!

Миранда рассмеялась. Ее удивило и обрадовало решение виконта.

Он поднял руку, чтобы остановить ее.

– Если вы хотите мне сказать, что у Бога есть более важные причины беспокоиться, чем проведение электричества в мое родовое гнездо, я от всей души не соглашусь с вами. И буду надеяться на то, что Создатель уделит мгновение-другое, чтобы спасти нас от разрушительного действия прогресса.

– Да, пожалуй, он будет склонен к этому, потому что электричество – это одно из его собственных деяний, которое человек хочет использовать себе во благо.

– На словах все это довольно просто, – с усмешкой промолвил Уин.

– Но я еще не закончила свои извинения, – сказала Миранда. – Мне жаль, что из-за меня вы повздорили с остальными членами вашей семьи. Это очень нехорошо, и уж конечно я ничего такого не предполагала.

Казалось, леди Гаррет говорит вполне искренне, но…

– Я вам не верю, – перебил ее виконт.

Ее глаза широко распахнулись.

– Почему?

– Потому что вы произвели на меня впечатление женщины, которая всегда получает то, что хочет, и прибегает ради этого к любым средствам. Которая не изменит своего мнения, если считает, что она права.

В ее взгляде читалось удивление.

– Я такая? – переспросила Миранда.

– Сам факт того, что вы пришли сюда, представляя фирму вашего покойного мужа, служит доказательством того, что я прав.

– Неужели?

– Разумеется. – Уин сложил на груди руки. – Это самое непривлекательное в женщине.

– Да? – она приподняла брови. – Из-за того, что я добиваюсь, чего хочу? Использую те средства, какие считаю необходимыми? Или отказываюсь отступать, когда считаю, что права?

– Во всем!

– И какая же, по-вашему, женщина может быть привлекательной?

– Знающая, что ее место в мире самое подходящее, – самодовольным тоном произнес виконт. Еще не закончив фразу, Уин понял, что совершает ошибку. Что-то внутри него – абсолютно иррациональное и, возможно, невероятно глупое – порождало в нем желание раздражать леди Гаррет так же, как она его.

– Ее место в мире? – повторила Миранда таким тоном, словно она не могла поверить его словам.

Уин и сам не особо верил им. На самом деле, он всегда отдавал предпочтение женщинам независимым и умным, имеющим собственное мнение, продвигавшимся вперед по собственному пути, несмотря на то что общение с ними заканчивалось не лучшим образом.

– И что же это за место? – полюбопытствовала леди Гаррет.

– Это ее дом. Там, где она вместе с семьей. И где не доказывает пользу электричества.

Брови Миранды сошлись на переносице.

– Прошу простить меня, милорд, за то, что я не соответствую вашим стандартам женского поведения.

– Вы манипулировали мною, леди Гаррет. А мне не нравится, когда мною манипулируют. И особенно мне не по нраву то, что вы делали это с помощью моей семьи.

– И за это я уже попросила прощения. Я больше так не поступлю.

– Как не поступите? Не извинитесь или не будете манипулировать?

– Я точно больше не буду извиняться. – И, пренебрежительно отвернувшись от Уина, Миранда стала рассматривать разложенные на столе планы. – Есть еще что-то, что мы можем сегодня обсудить?

Леди Гаррет приняла решение не продолжать спор, выиграть который была не в состоянии. Если бы они вели счет, виконт бы сейчас выиграл очко. Подойдя к Миранде, Уин тоже опустил глаза на рисунки.

– Мне нравится, как мистер Темпест расположил гардеробные и то, что он добавил уборные и ванные комнаты, даже в крыльях дома. Особенно в тех частях особняка, где будут жить члены нашей семьи.

– Даже несмотря на то, что раньше их в доме не было? – тихо спросила Миранда.

– Даже несмотря на это.

– Ему показалось уместным добавить кое-какие удобства, раз уж весь дом будет подвергнут реконструкции.

– Весьма разумно со стороны мистера Темпеста, – промолвил Уин, хотя ему были ненавистны эти слова.

Леди Гаррет взглянула на него.

– Могу я счесть это знаком вашего удовлетворения?

– Можете, – великодушно согласился виконт. – Признаюсь, я не думал о таких вещах, как водопровод, канализация, туалетные комнаты, и уж конечно мысль об электричестве не пришла бы мне в голову. Однако все это кажется мне абсолютно приемлемым.

– Отлично! – Выпрямившись, она твердо посмотрела ему в глаза. – Итак, теперь нам в первую очередь необходимо нанять рабочих – по возможности, местных. Будет замечательно, если вы сможете устроить завтра встречу управляющего вашим поместьем с мистером Кларком.

– Отличная мысль. – Уин кивнул. – Могу я надеяться на то, что мистеру Кларку удалось успешно решить проблемы личного характера?

Миранда внимательно оглядела его.

– Вы это помните?

– Я же не невежа какой-нибудь, леди Гаррет. Большинство людей назвали бы меня весьма вдумчивым и заботливым. И еще искренним.

Миранда улыбнулась с таким видом, словно его слова вызвали у нее сомнения. Ее требовалось убедить в их правдивости.

– Я также могу быть весьма мил и обаятелен.

– Но это совсем не…

– Я никогда плохо не обращался со слугами или с теми, кому меньше повезло. Я поддерживаю немало достойных благотворительных организаций. И еще я неизменно добр с… детьми и животными. Да я могу привести из деревни несколько детей, которые это подтвердят. Я всегда ношу в карманах сладости, чтобы угощать их при встрече.

– Да-да, им повезло.

– И еще собаки. Я очень люблю собак. – Уин огляделся по сторонам. – Всем известно, что даже это мерзкое маленькое и бесполезное существо моей тетки любит лежать калачиком у меня в ногах.

– Не сомневаюсь, но…

– И если вам когда-нибудь доведется увидеть это недоразумение из собачьего мира, вы обязательно поймете, почему добрейшему человеку стоит…

– Лорд Стилуэлл!

– Мои извинения, леди Гаррет. Есть что-то в этой псине… – Он поморщился. – Впрочем, это не имеет никакого отношения к делу. Продолжайте.

– Очень хорошо. Тот самый мистер Кларк, Эммет Кларк, о делах которого вы изволили осведомиться, все еще не имеет возможности осмотреть особняк. Так что этим займется его брат, мистер Эдвин Кларк.

– Эдвин и Эммет? Близнецы?

– Этого я не знаю. Но у них еще есть сестра по имени Элоиза.

– Похоже, у их родителей особое отношение к букве «э».

Уин усмехнулся.

– Понятия не имею. – Миранда взглянула на виконта с таким видом, словно у того на плечах выросли две головы. И все благодаря его попытке внести долю юмора в их разговор. – Как я уже говорила, мы с вами обсуждали услуги мистера Кларка. Он обладает отличными знаниями и прекрасно работает. Мистер Кларк будет присутствовать в Фейрборо каждый день, пока идут работы. Так вот, есть ли в Фейрборо, на территории Миллуорта или где-нибудь в деревне подходящий коттедж, где он смог бы поселиться на это время? Было бы удобно, чтобы он жил здесь во время реконструкции.

– Думаю, мы сможем подыскать что-нибудь подходящее, – кивнув, промолвил Уин.

– Вот и замечательно. Поскольку наши планы вас устраивают, мы сможем начать работы на следующей неделе. – Она помедлила. – Да, я тоже буду находиться здесь.

Уин вопросительно посмотрел на Миранду.

– Вы?

– Да.

Он прищурился.

– Каждый день?

– Мне бы не хотелось видеть, как что-то пойдет не так, а работы существенно замедлятся, если мистеру Кларку придется останавливать их для поездки в Лондон. Смею вас заверить, что я хорошо изучила планы мистера Темпеста. – Миранда холодно посмотрела на виконта. – Так что – да, я буду здесь почти каждый день с первого дня работ и до самого последнего.

– Понятно.

Если леди Гаррет собирается находиться тут каждый день со следующей недели и в течение ближайшего времени, ему необходимо постараться найти с ней общий язык. Снова. Уин с усилием заставил себя улыбнуться ей самой приятной улыбкой.

– Мы с вами начали общаться не самым лучшим образом.

– Вы так считаете? – Ее глаза широко распахнулись от притворного удивления. Уин ни на секунду ей не поверил. – Я этого не заметила, честное слово. Мне казалось, что все идет хорошо.

Виконт долго смотрел на нее изучающим взглядом. Эта женщина для него загадка. А еще она разозлила его своим отказом признать, что их общение едва ли можно назвать сердечным.

– Что ж, выходит, я ошибался. – Независимо от того, признает Миранда это или нет, они цепляются друг к другу с того самого мгновения, когда она вошла в его жизнь. – Вы полагаете, что выиграли сегодня какую-то битву, леди Гаррет?

– Что вы, милорд! Ничего подобного мне и в голову не приходило.

Она говорила приветливым тоном, а ее ресницы кокетливо затрепетали. Уин не обратил на это внимания.

– Хорошо. Поскольку мы с вами хорошо ладим друг с другом, то, думаю, нам удастся пережить следующие несколько месяцев.

– Ничуть в этом не сомневаюсь, – заверила его Миранда.

– Да, и вы сами знаете, что не сделали этого, – твердо сказал он.

Леди Гаррет смутилась.

– Вы хотите сказать, что я не выиграла битву?

– Именно так.

– Нет, нет, конечно! – она замолчала. – Если только мы не вступили в войну, о которой я не знала?

– Нет, насколько мне известно.

Акта о начале военных действий действительно не было, но между ними постоянно ведется перепалка, хочет леди Гаррет признать это вслух или нет.

– Я испытываю большое облегчение от того, что вы не нападаете на меня, как человек, привыкший проигрывать. Битвы или войны – не важно, – добавила Миранда.

– Не нападаю.

– Тогда мы друг друга понимаем.

Леди Гаррет посмотрела на виконта с лучезарной улыбкой, и в это самое мгновение он понял, что ошибается. При обычных обстоятельствах Уин бы разглядел, что она была куда более хорошенькой, чем ему показалось вначале.

– И вы приняли решение об электрификации дома?

– Да, принял, – натянуто вежливым тоном сказал Уин.

– Тогда увидимся на следующей неделе. Всего доброго, милорд.

Миранда улыбнулась, кивнула ему и вышла из библиотеки. Но виконт успел заметить блеск триумфа и радости в ее глазах. Которые все же были карего цвета.

– Всего доброго, – пробормотал виконт. Толика удовлетворения, которое он испытал мгновение назад, исчезла вместе с шуршанием ее юбок и стуком двери.

Черт возьми, Уин ненавидит проигрывать битвы, споры или войны, независимо от того, объявлены они официально или нет.

Глава 6

– Жизнь меняет всех нас, не правда ли, леди Гаррет?

Сделав глоток чаю, леди Фейрборо внимательно посмотрела на молодую гостью.

– Примите мои извинения.

Миранда вежливо улыбнулась графине. Она собиралась вернуться в Лондон как можно быстрее, а вместе этого оказалась в гостиной матери лорда Стилуэлла, и они вели светский разговор, хотя у Миранды возникло странное чувство, что этот разговор какой угодно, но только не светский. С другой стороны, отказаться от приглашения леди Маргарет на чай было бы грубостью. Время было еще не позднее, а мать виконта могла бы при необходимости стать ее лучшим союзником.

– Правда, я не совсем понимаю, что вы имеете в виду.

– В самом деле? А я бы сказала, что вы понимаете куда больше многих из нас, учитывая то, с какой уверенностью вы взяли на себя бразды правления в бизнесе вашего мужа. Для того чтобы поддержать нанятых им работников. – Леди Фейрборо одобрительно кивнула. – Меня это восхищает. Вы действуете в духе времени.

Миранда усмехнулась.

– Подозреваю, что ваш сын с этим не согласен.

– Он вечно с чем-то не согласен. – В голосе графини зазвучали игривые нотки. – Но разве это важно? Важно, что мой сын думает о вас?

– Нет, но для меня важно, что он думает о фирме «Гаррет и Темпест». Я намерена улучшить репутацию компании, а не погубить ее.

Миранда чувствовала досаду из-за того, что этот чертов виконт, известный своими амурными похождениями, похоже, находил ее, скорее, надоедливой, чем привлекательной.

– Однако, поскольку мы, вероятно, будем много времени проводить вместе, я бы предпочла не тратить время на споры с ним.

– Да, но ведь споры с нужным человеком могут быть полезны. Особенно если вы можете указать ему на его ошибки. – Графиня заговорщически улыбнулась Миранде, и та увидела фамильное сходство между матерью и сыном. – Разве вы не согласны со мной?

– Честно говоря, даже не знаю.

Глаза пожилой женщины широко распахнулись от удивления.

– Разве вы не спорили со своим покойным мужем?

– Мы с ним всегда ладили.

В самом деле, вспоминая годы, прожитые с Джоном, Миранда не могла припомнить крупных ссор, хотя, конечно же, иногда между ними должно было возникать недопонимание. Нет, оглядываясь назад, она могла сказать, что их семейная жизнь была безупречной.

– Как интересно, – пробормотала леди Фейрборо.

Впрочем, Миранда вообще редко о чем-то спорила с кем-либо. До тех пор, разумеется, пока ее пути не пересеклись с этим невыносимым лордом Стилуэллом. Она была вынуждена признать, что их стычки встряхнули ее. Правда, она не могла бы назвать его подходящим себе человеком или хотя бы кем-то вроде этого.

– Вы должны простить Уинфилда, леди Гаррет. Обычно он не такой… не такой…

– Непреклонный, нудный, раздраженный и разъяренный? – подсказала ей Миранда.

– Ну да, я ведь это и сказала, не так ли?

Мать виконта подмигнула ей. Леди Гаррет рассмеялась.

– Да, конечно! – воскликнула она. – А еще вы назвали его отсталым.

– Боже мой! – Графиня вздохнула. – Проблема с сыновьями в том, что с возрастом они превращаются в мужчин. Сегодня они милые маленькие мальчуганы, а на другой день внезапно становятся мужчинами, обладающими всеми этими ужасными качествами, особенно если они ответственные. – Она решительно посмотрела на Миранду. – Уинфилд – очень ответственный человек.

– Неужели?

– Да, это так. – Леди Фейрборо уверенно кивнула. – Видите ли, мы планировали, что семейные обязанности всегда будут поровну разделены между Грейсоном и Уинфилдом, но вместо этого первый отправился в Америку зарабатывать состояние. Через некоторое время стало понятно, что всеми делами придется заниматься одному Уинфилду. Лорд Фейрборо несколько лет назад взялся помогать ему, чтобы облегчить выполнение тех обязанностей, которые когда-нибудь в полном объеме лягут на его плечи. Но сейчас мой сын уже полностью принял на себя управление поместьем и вложением инвестиций в бизнес. Уинфилд очень серьезно относится к своим обязанностям.

– Понятно.

– И он отлично со всем справляется. Отец очень им гордится. Так что впервые за много лет мой муж может делать то, что ему нравится. У него есть уникальная коллекция редких манускриптов, и теперь он занимается ими все свободнее время. – Она доверительно склонилась к Миранде. – Подозреваю, что он не просто переписывается с другими коллекционерами, а еще и покупает что-то новое или хвастается перед ними тем, что имеет. У него есть несколько манускриптов на латыни, которые он много лет пытается перевести. – Графиня поморщилась. – Хотя, думаю, это бесполезно: муж никогда не отличался большими знаниями латинского языка. Но жена должна поддерживать увлечения мужа, какими бы нелепыми они ей ни казались.

– Вам повезло, что их удалось спасти от огня.

– О да! – Графиня поежилась. – Я даже думать не хочу о том, насколько мой муж был бы огорчен, если бы пожар уничтожил его коллекцию. Мы и без того многое потеряли. – Леди Маргарет замолчала на минуту, и Миранда подумала, что та вспоминает утраченные при пожаре семейные сокровища. – Вы должны понять, леди Гаррет, Уинфилд после этого несчастья стал другим.

– Подозреваю, что никто из вас не остался прежним, – медленно произнесла Миранда. – Представить себе не могу, как ужасно терять вещи, которые считаешь незаменимыми.

– Но ведь жизнь продолжается, не так ли? И мы должны по-прежнему как можно лучше использовать свои способности.

– Разумеется.

– Мне и в голову никогда не приходило, что я назову Уинфилда непреклонным и нудным. – Леди Фейрборо подавила тяжелый вздох. – Но, похоже, сейчас обязанности стали для него куда тяжелее, чем были до пожара. Полагаю, это вполне ожидаемо, но он всегда был таким беззаботным, забавным, остроумным. Все, и особенно женщины, находили его очаровательным. Так оно и было!

– Я слышала об этом, – сухо произнесла Миранда.

– Вы имеете в виду его репутацию?

– Это не более чем сплетни, имейте в виду. О лорде Стилуэлле ходили всякие разговоры…

Голос Миранды беспомощно затих. Одно дело обсуждать амурные похождения и репутацию человека с подругой и совсем другое – с его матерью.

– Мне известно о них. Точнее, о большинстве из них. Хотя должна сказать, что наверняка есть и не дошедшие до меня сплетни, что, вероятно, к лучшему. – Леди Фейрборо усмехнулась. – Да, скорее всего, его молодость была растрачена впустую, но, с другой стороны, у кого из живых и энергичных молодых людей юность была иной?

Миранда слабо улыбнулась.

– Однако Уинфилд никогда не вел нечестную игру, он не погубил ни одну молодую женщину, ни разу не был вовлечен в какой-то непростительный скандал. Насколько мне известно, это так, а если бы было иначе, я бы знала. – Графиня покачала головой. – Вы бы удивились, узнав, с каким наслаждением некоторые люди рассказывают ужасные истории про ваших отпрысков. Впрочем, самые сомнительные из его поступков теперь позади. – Она слегка прищурилась. – Если только вы не имеете в виду помолвки Уинфилда, которые, должна признать, представляют его не в самом лучшем свете.

Миранда глубоко вздохнула.

– Кто-то действительно хотел бы знать…

– Это вполне естественно. – Губы леди Фейрборо сжались в тонкую линию. – Но иногда вещи бывают в реальности не такими, какими кажутся на первый взгляд.

– Да, по своему опыту могу сказать, что так оно и есть.

– Как замечательно, что вы это понимаете! – Графиня долила чаю Миранде. – Мы с графом много лет не были за границей. И как только тут все проблемы будут решены, мы отправимся в путешествие. – Она передала леди Гаррет ее чашку. – Включая нашего сына.

– Что вы имеете в виду, говоря, «все проблемы будут решены»? – полюбопытствовала Миранда.

– Даже не знаю… Ничего особенного. – Леди Фейрборо пожала плечам. – Грейсон теперь дома, он скоро женится. Я просто хочу, чтобы оба моих сына были устроены и счастливы.

– Этого хочет любая мать, – осторожно заметила Миранда.

– А вам никогда не приходило в голову, что и про повесу можно сказать что-то хорошее?

– Ну… я не… – удивленно пробормотала Миранда.

– Лорд Фейрборо тоже был такого рода мужчиной, когда мы познакомились. – Графиня помешала сахар в чашке. – Должна вам сказать, что нет ничего более забавного, чем иметь дело с повесой.

Миранда поперхнулась чаем.

– А потом… – Леди Фейрборо самодовольно улыбнулась, – я его переделала.

Леди Гаррет откашлялась.

– Простите за бестактность, но зачем вы мне все это рассказываете?

– Зачем? – Леди Фейрборо с невинным видом широко распахнула глаза. – Думаю, нет никакой особой причины. Просто так, для того, чтобы поддержать разговор. Упоминание о помолвках Уинфилда заставило меня вспомнить о его репутации, и вот к чему это привело. – Она пожала плечами. – Мне кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я пила чай с подругой. – Потянувшись к Миранде, графиня похлопала ее по руке. – А я надеюсь, что мы с вами станем подругами.

Миранда облегченно вздохнула.

– Хорошо бы, – кивнув, сказала она.

– Вот и чудесно. – Выпрямившись, леди Фейрборо взяла выпечку. – Попробуйте печенье, оно замечательное! – посоветовала она.

Выбрав себе угощение, Миранда откусила немного. Печенье и впрямь было чудесным.

– Расскажите мне последние новости о вашей семье, – попросила графиня. – Я даже не помню, когда в последний раз виделась с вашей матушкой. Зато я прочитала последнюю книгу вашего брата. Должна сказать…

Пожилая дама продолжала говорить, а Миранда при необходимости ей отвечала. В конце концов, подобную беседу леди Гаррет могла вести с любой подругой или родственницей, однако она не могла отделаться от мысли, что леди Фейрборо задумала довести количество невест своего сына до четырех и по какой-то причине сочла Миранду подходящей кандидатурой. Но этого уж точно не будет.

Во-первых, леди Гаррет ему не особенно нравится. Признаться, когда лорд Стилуэлл делал попытку проявить свое остроумие или обаяние, она обрывала его. Миранда даже не понимала, почему. Хотя причин тому можно было назвать сколько угодно. Несмотря на то что она сообщила Кларе о своем намерении терпимее относиться к чарам его светлости, у нее это никак не получалось. Впрочем, лорд Стилуэлл и не предпринимал попыток очаровать ее. А это раздражало ее еще больше. Однако Миранда очень хотела держаться профессионально, ведь лорд Стилуэлл не стал бы флиртовать с ней, если бы она была мужчиной.

Правда, существовала еще такая вещь, как привлекательность распутников. Миранда не призналась бы леди Фейрборо, что ей всегда хотелось иметь дело с немного порочным мужчиной. Это, конечно, не означало, что такой мужчина когда-нибудь будет рядом с ней. Она не из тех женщин, которые ищут их общества, а те почему-то не падают гроздьями ей в ноги. Миранда не была лишена привлекательности, но считала себя, скорее, обычной, чем хорошенькой. Повесы и мерзавцы обычно не ищут общества женщин с обычной внешностью и со сдержанным поведением. И это на самом деле к лучшему. Леди Гаррет не настолько сильна, чтобы справиться с таким существом, и этот человек обязательно разобьет ей сердце. Лучше избегать подобных мужчин.

Однако его светлость сказал, что Миранда из тех женщин, которые получают желаемое, и для достижения целей прибегают к любым средствам. Она так о себе не думала. Более того, всегда считала себя слабовольной и уступчивой. Его оценка удивила леди Гаррет и польстила ей, несмотря на то что в его устах эти слова прозвучали отнюдь не как комплимент. Может быть, на самом деле она меняется, развивается. Или, возможно, это уже произошло. Такая мысль шокировала Миранду, но, как ни странно, удовлетворила ее.

Наконец леди Гаррет вежливо, но твердо заявила о том, что ей пора уходить, потому что она должна не слишком поздно вернуться в Лондон.

– Мне очень понравилась наша беседа, леди Гаррет. Надо будет повторить подобную встречу. – Леди Фейрборо проводила Миранду до дверей гостиной. – И передайте от меня поклон вашей матушке.

– Леди Фейрборо… – Миранда говорила, тщательно подбирая слова. – Могу я сказать вам кое-что очень важное?

– Секрет?

– Можно и так выразиться.

Леди Фейрборо печально покачала головой.

– Знаете, боюсь, я не слишком хорошо умею хранить секреты. Особенно если они пикантные, скандальные. Эти тайны словно молят, чтобы их передавали кому-то. Это так? Вы хотите рассказать мне что-то пикантное и скандальное, не правда ли?

– Нет, не совсем.

Быть может, если бы Миранда недооценивала значимость секретов, пожилая женщина не рискнула бы делиться с ней своими тайнами. К тому же, по правде говоря, этот секрет был совсем незначительным. По крайней мере, если его сравнить, скажем, с делом о разводе. Не то чтобы это было так уж важно. Дни особых секретов были уже сочтены.

– Нет, они не так уж интересны, – добавила леди Гаррет.

– О! – Лицо леди Фейрборо вытянулось. – Что ж, должна сказать, такого рода тайну я смогу сохранить. Прошу вас, продолжайте!

– Моя мать и остальные члены моей семьи понятия не имеют о том, что я работаю в фирме «Гаррет и Темпест». И что я представляю эту фирму.

– Понятно! – Графиня задумчиво сощурилась. – Вы опасаетесь, что они этого не одобрят?

– Насколько мне известно, в нашей семье никогда не было женщин, занимающихся бизнесом. Я в этом отношении уникальна. И, честно говоря, я понятия не имею о том, какой может быть реакция моей семьи. Теперь, когда я заняла в этом проекте место мистера Кларка, они об этом со временем узнают, но я предпочла бы сама об этом не рассказывать.

– Очень смело с вашей стороны, моя дорогая. – Леди Фейрборо одобрительно кивнула. – Очень нелегко противостоять собственной семье. Но конечно же, прежде вы этого не делали, не так ли?

Приятная улыбка пожилой женщины скрасила горечь ее слов. Миранда улыбнулась в ответ.

– Честно говоря, я не так уж смела, как вы предполагаете.

– Или вы позволяете голове управлять вашим сердцем. Очень разумно с вашей стороны. – Глаза графини встретились с глазами Миранды. – Или очень глупо.

– Отличный расчет, Чапмен. – Закрыв за собой дверь библиотеки, Уин указал своему посетителю на стул, стоявший напротив письменного стола. – Леди Гаррет ушла добрых полчаса назад. – Заняв место за столом, он сделал глубокий вдох. – Вам удалось что-нибудь обнаружить?

– Да, – ответил Финеас Чапмен кротким тоном, который не вязался с его репутацией неутомимой ищейки. Впрочем, виконт не знал, чего он ожидает от этого человека. – Должен заметить, однако, что в этом деле больше вопросов, чем ответов.

Чапмен был сводным братом виконта Биллингсуорта. Он вырос в большой семье Биллингсуортов и был самым младшим из детей. Все считали его очень умным, а начинал он как ученый. Но, судя по всему, жизнь ученого не показалась Чапмену особенно интересной, поэтому он направил свой пытливый ум на раскрытие тайн и поиски пропаж, будь то ценный предмет или человек. Он был удачливым и осмотрительным, за что его высоко ценили нуждавшиеся в его услугах. Услуги нельзя было назвать недорогими. Уин знал об этом до встречи с Камиллой, узнавшей о Финеасе от Берил. Леди Лидингем также сообщила ему, что Чапмен с его темными волосами и пронзительными зелеными глазами весьма привлекателен, что для Уина никакого значения не имело, однако, похоже, помогало сыщику в работе.

– Продолжайте!

– Большая часть того, что мне удалось узнать, известна всем, да и вам, вероятно, тоже.

– Давайте представим, что я ничего не знаю, – предложил Уин.

– Очень хорошо. – Вынув из кармана сюртука небольшой блокнот, Чапмен заглянул в него. – Фирма «Гаррет и Темпест» была основана покойным мужем леди Гаррет. Его брат, в ту пору виконт Гаррет, то ли не мог, то ли не хотел выделить необходимое финансирование фирме брата. И тогда появился частный инвестор, некий мистер Темпест, который сделал крупное капиталовложение в фирму и таким образом субсидировал бизнес.

Уин вопросительно посмотрел на него.

– Так выходит, что мистер Темпест – финансист, а не архитектор?

– Милорд… – Чапмен уверенно встретил взгляд Уина. – Я предпочитаю излагать свою информацию в хронологическим порядке, как бы ни развивались события. Я считаю более продуктивным приходить к логическим выводам. Так я могу продолжать?

– Да, полагаю, что можете. Продолжайте!

– Благодарю вас. Как я говорил, мистер Темпест вложил деньги в фирму около девяти лет назад, поставив условие, что его имя будет упоминаться в ее названии и что, конечно же, со временем деньги будут ему возвращены.

– Долг был возвращен?

Чапмен осуждающе приподнял брови.

– Да, конечно, вы еще дойдете до этого, – сказал Уин.

– Ну а далее дело становится все более сложным, – продолжал сыщик. – В соответствии с первым договором между мистером Темпестом и лордом Гарретом – в ту пору мистером Гарретом – долг необходимо было выплачивать из доходов фирмы. Судя по тому, что мне удалось узнать, были годы, когда после выплаты жалованья и покрытия затрат ни о каких доходах и речи не было, так что мистеру Темпесту денег не переводили. Вдобавок к этому, похоже, что Гаррет продолжал занимать деньги у мистера Темпеста. В результате хоть долг и не стал выше первоначальной суммы, ко времени смерти его светлости он почти не уменьшился. Насколько я могу судить, леди Гаррет понятия не имеет об этом финансовом несоответствии.

Уин хотел было спросить, почему мистер Темпест не потребовал денег, однако вовремя передумал и не стал перебивать рассказчика.

– Прошло не меньше года после смерти лорда Гаррета, когда его вдова начала принимать активное участие в работе компании, благодаря чему возобновились регулярные ежемесячные выплаты. – Чапмен замолчал. – Даже в те месяцы, когда фирма не имела доходов, леди Гаррет брала деньги из собственных средств, полученных ею из фамильного наследия. Это был своего рода кредит, я полагаю, который она использовала на уплату долга. Когда у компании были доходы, она не только выплачивала деньги мистеру Темпесту, но и клала их на счет, открытый для ее служащих на тот случай, если бизнесу придет конец и они лишатся средств к существованию. Кроме леди Гаррет в компании на полную ставку трудятся семь человек, включая очень привлекательную молодую женщину, некую мисс Клару Уэст, которая следит за офисом и управляет счетами. Мисс Уэст – сестра того человека, который был убит вместе с лордом Гарретом.

– А мистер Темпест?

– Он не служащий.

– Понятно, – медленно проговорил Уин, а затем нахмурился. – Нет, я не об этом. Кто такой этот мистер Темпест?

– Пока что… – Чапмен пожал плечами, – я этого не знаю.

– Но он же мой архитектор. – Встав с места, виконт направился к столу, на котором все еще были разложены планы Фейрборо-Холла. – Вот! – Он постучал пальцем по чертежу. – Это его подпись. Должен признаться, он отлично выполнил свою работу, несмотря на то что защищает электричество. Боже! Наверняка где-то должны быть какие-то записи о нем.

– Пока что мне не удалось ничего найти. Этот человек очень хорошо заметает следы. И если его цель – оставаться анонимом, он делает это отлично. Платежи от леди Гаррет проходят через целую череду адвокатов и банковских счетов. – Чапмен восхищенно покачал головой. – Пока мне не удалось установить истину.

– Но леди Гаррет сказала, что он архитектор. По крайней мере, мне так кажется. – Вернувшись к своему стулу, Уин сел. – Хотя, возможно, она просто имела это в виду. – Он стал вспоминать свой разговор с леди Гаррет. – Как бы там ни было, она заставила меня в это поверить. И я точно помню, как она говорила, что мистер Темпест никогда не встречается с клиентами, потому что это мешает его творческому процессу или чему-то, столь же нелепому.

– Несмотря на то что она сказала, у меня нет никаких доказательств ее словам. И насколько я могу судить, никто в фирме «Гаррет и Темпест» никогда не видел мистера Темпеста, включая саму леди Гаррет. – Наклонившись вперед, Чапмен посмотрел Уину в глаза. – Я почти уверен в том, что мистер Темпест не просто не является вашим архитектором, я начинаю подозревать, что его вообще не существует.

Виконт изумленно посмотрел на него.

– Как это может быть? Он же инвестировал в фирму «Гаррет и Темпест»!

– Кто-то сделал капиталовложение в компанию, – выразительно проговорил Чапмен. – Кто-то, имеющий такие неприятности, что ему пришлось сделать все возможное, чтобы никто не догадался о том, кто он. Я не уверен, что эта информация соответствует тому, что вы хотите услышать. Желаете, чтобы я продолжил расследование в этом направлении?

Уин лишь взмахнул рукой.

– Меня не особенно интересует, кто именно тем или иным способом финансировал создание компании «Гаррет и Темпест», но мне необходимо знать, чьим рукам я доверяю будущее имения. Я также хочу выяснить, почему леди Гаррет обманула меня – если она это сделала.

– Так вы хотите, чтобы я узнал имя архитектора?

Уин кивнул.

– Да, хочу, и как можно скорее!

Чапмен внимательно посмотрел на него.

– Могу я полюбопытствовать, зачем? Я не обнаружил ничего, что указывало бы на то, что деятельность компании «Гаррет и Темпест» незаконна. У фирмы отличная репутация. И если вам понравилась ее работа, то неужели так важно знать имя архитектора?

– Возможно, нет, но мне бы хотелось знать, с кем я имею дело. Я не желаю, чтобы меня считали глупцом, а, честно говоря, пока что я чувствую себя таковым.

Все-таки он был прав: Миранда что-то скрывает.

– А что вы можете рассказать мне о леди Гаррет?

– Во всем, что не касается мистера Темпеста, леди Гаррет можно смело назвать открытой книгой. – Чапмен на минуту задумался. – Она младшая дочь лорда Уотерстоуна. Вышла замуж за Джона Гаррета, брата виконта Гаррета, когда ей было девятнадцать лет. Они познакомились на лекции, и выяснилось, что оба интересуются архитектурой. Ее муж унаследовал титул за несколько месяцев до смерти. Он погиб при обрушении лесов во время строительства дома рядом с Лондоном, проект которого разработала его фирма. Леди Гаррет никогда не становилась предметом светских сплетен, – продолжал сыщик, – и ни разу не была вовлечена в какой-либо скандал. Она занимается благотворительной деятельностью, но ее никогда не замечали в поддержке либеральных течений, движения суфражисток или в чем-либо подобном. Более того, по утверждению людей, знакомых с ее семьей, она самая спокойная и сдержанная из всех ее родственников.

– Ха! – бросил Уин.

– Ха?

– В таком случае, она изменилась, Чапмен. – Уин покачал головой. – Описанная вами леди Гаррет – вовсе не та женщина, с которой я имею дело.

– Неужели?

– Знакомая мне леди Гаррет решительна, упряма и ведет себя далеко не так, как подобает благовоспитанной леди. – Он постучал пальцами по столу. – Она вовсе не спокойна, и мне даже в голову не пришло бы назвать ее сдержанной. Леди Гаррет из тех женщин, которые рвутся вперед, отталкивая всех, кто имел глупость встать на пути. И еще она считает меня идиотом.

– Не может быть, милорд!

Виконт предпочел не обращать внимания на тон Чапмена, судя по которому в это мгновение сыщик был склонен согласиться с Мирандой.

– И дело не в личном отношении, мистер Чапмен, а в бизнесе! Я доверил свое родовое гнездо ее фирме, и я должен убедиться, что поместье попало в хорошие руки. Леди Гаррет что-то скрывает, и я хочу знать, что именно. – Уин встал. – Я достаточно ясно выразился?

– Абсолютно, милорд. – Чапмен тоже встал. – Я сделаю все возможное, чтобы найти ответы на ваши вопросы. – Он задумчиво посмотрел на Уина. – Могу ли я кое-что предложить вам?

– Говорите!

– Судя по тому, что я от вас услышал, вы с леди Гаррет не смотрели друг другу в глаза.

– С чего вы сделали такой вывод?

– Не нужно быть сыщиком, чтобы прийти к этому заключению. Однако у вас устойчивая репутация дамского угодника. – В глазах Чапмена промелькнуло какое-то странное выражение, словно он мысленно спрашивал себя, что же такое леди находили в виконте. – Судя по моему опыту, женщины с большей готовностью воспринимают приятное обхождение и шарм, чем прямую конфронтацию.

– Только не эта женщина, – тихо проговорил Уин.

– Возможно, вы не приложили достаточно усилий в этом направлении. Мед и уксус несовместимы, знаете ли.

Лорд Стилуэлл вопросительно посмотрел на сыщика. Чапмен прав, конечно. Это все очевидно, однако…

Да что же на него нашло! Теперь, когда Уин думал обо всем этом, ему стало казаться, что после пожара он начисто утратил чутье. Как будто что-то в нем, часть его души сгорела в языках пламени вместе с домом. Глупо, конечно. Дом, может быть, будет восстановлен. Но он был поглощен проблемами, возникшими в результате пожара. Виконт беспокоился о здоровье отца, о том, чтобы найти пристанище для слуг, временно лишившихся жилья, о реконструкции особняка, о бесчисленном количестве неожиданно возникших сложностей, свалившихся на человека, чей дом сгорел. Но теперь с его отцом все в порядке, а проблемы постепенно решаются. Несмотря на вопросы о леди Гаррет, на которые так и не нашлось ответов, Чапмен подтвердил, что ее компания заслуживает доверия. Нет, сейчас Уин держит ситуацию, как и собственную жизнь, в своих руках. Знакомое чувство уверенности, ощущение, что он сможет справиться с любыми трудностями, которые жизнь держит для него про запас, охватило его.

Чапмен прав и в другом. Уин редко встречал женщин, которые не поддавались его чарам. Он попросту забыл об этом. Одно резкое слово леди Гаррет – и виконт практически спасовал, сдался, как собака, которая хочет, чтобы ее погладили. Но теперь всему этому конец. Он Уинфилд Эллиот, виконт Стилуэлл и наследник титула графа Фейрборо. Он привлекательный мужчина, известный как своим остроумием, так и чисто мужским обаянием. Уин нравится мужчинам, а женщины его просто обожают. И если не считать трех его невест, которые в силу различных причин пришли к выводу, что он им не подходит в мужья, можно было перечислить много женщин, которые сочли бы его подходящим женихом и весьма удачной партией. Да что там – его расположения добивались большую часть его жизни, и виконт всегда получал то, что желал.

– Вы абсолютно правы, Чапмен. – Уин с уверенной улыбкой посмотрел на сыщика. – Пусть это будет мед. Ищите ответов своими способами, а я прибегну к своим.

– Вот и отлично, милорд! – Мистер Финеас кивнул. – Так это все?

– Меня до сих пор гложет любопытство. – Уин посмотрел на записи в руках Чапмена. – С тех пор как вы открыли свой блокнот, вы ни разу не заглянули в него. Скажите мне… – виконт взглянул на сыщика, обаятельно улыбнувшись, – там ведь ничего не записано, не так ли?

Помедлив, Чапмен усмехнулся.

– Нет, милорд, ничего.

– Тогда зачем он вам?

– Мои клиенты ждут, что я буду опираться на что-то еще, кроме собственного ума, но в этом нет необходимости. Блокнот обычно служит в этом подспорьем.

– Очень умно, мистер Чапмен.

Уин усмехнулся.

– Я знаю, милорд.

Через несколько минут сыщик ушел, заверив Стилуэлла, что свяжется с ним, как только узнает что-то важное. Он дал ему богатую пищу для размышлений.

Тот факт, что леди Гаррет беспокоится о благосостоянии собственных служащих, говорит в ее пользу. Независимо от того, что она скрывает, одно это немного успокоило Уина.

Через несколько дней начнется реконструкция особняка, леди Гаррет вернется, и виконт приложит все усилия, чтобы обыграть ее. Теперь он был абсолютно уверен в том, что его положение в этой войне изменится: Уин никогда в жизни не встречал женщину, которой был бы не по вкусу мед.

Глава 7

Миранда стояла посреди лужайки перед особняком Фейрборо-Холл, опираясь руками о грубый, наспех сколоченный стол, представляющий собой козлы для пилки дров, к которым сверху прибили две доски. К ним были приколоты планы восстановления дома. Миранда удовлетворенно огляделась по сторонам – ее взор был полон восхищения и гордости. Не имело никакого значения, что мистер Эдвин Кларк руководил реконструкцией или что воображаемый мистер Темпест имеет хорошую репутацию в области дизайна, – это ее проект. Конечно, это был далеко не первый проект, который она разработала, и Миранда не в первый раз оказалась на стройке, она временами сопровождала Джона, однако на сей раз все было иначе.

Повсюду, куда доставал взгляд, суетились рабочие: они разгружали повозки со свежей древесиной, перетаскивали ведра с инструментами, гвоздями и прочим инвентарем, необходимым для выполнения строительных работ. Эдвин управлял ими с уверенностью опытного дирижера.

Им повезло, что для работ удалось привлечь брата мистера Кларка. Его присутствие было необходимо. Даже если ее люди и были готовы работать на женщину, она все равно не смогла бы в одиночку управлять всей стройкой. Конечно, Миранда понимала, что для этого у нее недостаточно опыта и умения. Однако нельзя было сбрасывать со счетов и тот факт, что рабочие никогда не будут выполнять распоряжения женщины, как бы хорошо им ни платили. Они с Кларой согласились с Эмметом, что лучше всего будет нанять для надзора за строительством его брата. К тому же это позволило Эммету оставаться в лондонском офисе, не беспокоясь о том, что тут может произойти.

Эдвин Кларк был крупным мужчиной, знакомым со строительством и способным держать под контролем всевозможные проблемы, возникающие при подобных работах. Он был дружелюбным и веселым. Это был его первый рабочий день, но уже сейчас Миранда заметила, что около дюжины мужчин, которых Эдвин нанял, доверяют ему и готовы выполнять его приказания.

– Хороший день для начала, вы так не считаете? – раздался позади нее мужской голос.

Выпрямившись, Миранда повернулась.

– Добрый день, лорд Стилуэлл!

– Леди Гаррет! – Уин сделал глубокий вдох, словно хотел насладиться свежим и чистым воздухом. – Нам нужен хороший, нет, восхитительный день! Нет ничего лучше английской весны и более подходящего времени для начала чего-то нового в этот сезон перемен. Вы согласны со мною?

– Да. – Кивнув, Миранда помедлила. – Хотя я ни разу не была весной еще где-то, поэтому мне не с чем сравнивать.

– Что? Вы не путешествовали по Европе? У вас не было большого тура?

– К сожалению, нет.

– Я считал, что в наше время все воспитанные леди из хороших семей совершают большие турне. Я даже заподозрил, что это своего рода требование. Переходный обряд, так сказать.

– Но не для меня. – Миранда задумалась на минуту. – Насколько я помню, такие планы были, но внезапно мой отец умер, и жизнь на какое-то время стала неустроенной. А после замужества мне так и не удалось отправиться путешествовать.

– А вы хотели бы отправиться в путешествие?

Леди Гаррет пожала плечами.

– Возможно, когда-нибудь.

– И куда же? – Уин внимательно смотрел на нее, словно ему был действительно важен ее ответ. – Какую часть нашего огромного мира вы жаждете увидеть, леди Гаррет?

– Вообще-то нет такой… Грецию, – решительно проговорила Миранда. – Я хотела бы увидеть развалины Древней Греции. – В ее голосе зазвучала неожиданная уверенность. – Я хотела бы своими глазами увидеть руины величественных зданий, созданных в те времена, когда остальной мир еще не был цивилизованным. Мне хотелось бы подняться на Акрополь, посмотреть на Парфенон, представить, каким он был, когда его только построили и пока его не разрушили люди и столетия. О, я видела в Британском музее мраморные плиты оттуда, но это… этого недостаточно.

– Как интересно, – пробормотал виконт.

– Вообще-то, полная ерунда.

Выражение ее лица потеплело, и она отвела свой взор от его глаз, чтобы посмотреть на дом. Кажется, она никогда ничего подобного никому не говорила, а потому Миранда смутилась от собственной откровенности. Того, что она продемонстрировала ему что-то очень личное, словно сокровенное сновидение. Правда, до сих пор никто ни разу не спрашивал ее ни о чем подобном. Даже Джон, разделявший с Мирандой любовь к архитектуре, ни разу не поинтересовался, желает ли она увидеть легендарные развалины. Леди Гаррет не могла понять, почему вдруг открылась виконту. Казалось, слова сами сорвались с ее губ.

– Но, какими бы привлекательными ни были мысли о Греции, мне надо думать о работе. – Она снова заговорила решительным тоном. – Солнце светит, небо чистое. Мы должны воспользоваться хорошей погодой.

– Мне нравится ваш оптимизм, леди Гаррет.

Уин одарил ее невероятно заразительной улыбкой. Странно, что она не замечала ее прежде.

– Не вижу причины не испытывать сегодня оптимизма, милорд. – Миранда улыбнулась в ответ, и на его лице появилось недоуменное выражение. Он считал, что леди Гаррет бывает только настороженной, нарочито вежливой и резкой.

За неделю, прошедшую после ее последнего приезда сюда, Миранда много думала. Не только о том, что обманывает лорда Стилуэлла. Это делалось по необходимости и к тому же сослужит ему хорошую службу, ведь он получит то, что хотел. И хотя леди Гаррет не считала себя склонным ко лжи человеком, она стала замечать, что еще до смерти Джона стала прибегать к относительно невинным обманам все чаще и чаще. Тогда Миранда позволяла мужу приписывать себе ее заслуги, а теперь разрешила делать это же мистеру Темпесту. Конечно, ее ложь никому не приносила вреда, тем не менее прибегать к ним было нечестно.

Нельзя было сказать, что она слишком несправедлива и со своим семейством. Дело в том, что в особняке Хэдли-Эттуотеров избежать ненужного внимания не составляло никакого труда, особенно если ты младшая, осмотрительная и умеешь держать рот на замке. Миранда усвоила этот урок еще в юные годы. Это Джон позволил ей вести себя так, как она хочет. Конечно, леди Гаррет не все скрывала от семьи: просто предпочитала не рассказывать о своих делах. Но настала пора, точнее, она настала уже давно, когда ей стоило поведать родным о своей работе. Правда, смелость, которую разглядела в ней леди Фейрборо, куда-то улетучивалась, когда дело доходило до разговора с близкими. И все же Миранда испытывала необходимость признаться во всем родственникам. Чем раньше, чем лучше. Конечно, не сегодня и, возможно, не завтра, но определенно в ближайшее время.

Сейчас Миранда спрашивала себя, почему ей было так комфортно с Джоном и так непросто со всеми остальными? Наверное, все дело в том, что она была единственным непримечательным членом семьи, в которой все остальные были далеко не обыкновенными. Возможно, именно поэтому смелость, о которой говорила леди Фейрборо, куда-то исчезала. И еще, вероятно, для нее настала пора открыть новую страницу своей жизни. Прекратить беспокоиться о том, что могут подумать другие люди. Перестать бояться. И даже если Миранда самый приземленный человек среди своих близких, Хэдли-Эттуотеры никогда ничего не боятся. Настало время перенять эту семейную черту.

А еще, быть может, начать стоит с лорда Стилуэлла, которого сплетники упорно называют распутником. Даже если он действительно такой, как это ни странно, ее это ничуть не пугает.

– Не ожидала увидеть вас здесь сегодня, – заметила Миранда.

– Тут мой дом, леди Гаррет, и меня очень интересует все с ним происходящее. И это несмотря на то, что обязанности не позволяют мне приезжать сюда каждый день. – Виконт с улыбкой посмотрел на девушку. Его глаза глубокого синего цвета мерцали от радости. Почему-то раньше она этого не замечала. – Так что я положусь на вас, мисс Гаррет, и буду надеяться, что вы будете информировать меня о продвижении работ.

– Полагаю, это входит в мои обязанности, – промолвила Миранда. – Я же представитель фирмы «Гаррет и Темпест», – добавила она.

– А это, кажется, мистер Кларк? Эдвин?

Миранда кивнула.

– Похоже, он хорошо управляется со своими обязанностями. – Лорд Стилуэлл обвел взглядом рабочих. – Должен сказать, это производит впечатление.

– Сегодня только первый день, но все действительно идет хорошо. – В голосе Миранды звучало удовлетворение.

– Как давно вы здесь?

– Я приехала утром, первым же поездом.

Поскольку Фейрборо находился всего в часе езды от Лондона, сюда из города ходили несколько поездов в день.

– Нам повезло, что с сообщением не возникает проблем.

Уин кивнул.

– Да уж, благодаря этому гораздо удобнее поселиться в сельской местности. Хоть у нас и есть дом в городе, я предпочитаю жить здесь. – Он осторожно оглядел Миранду. – Вы уже обедали?

– Нет, с утра еще не ела, – беззаботно ответила Миранда, наблюдая за тем, как рабочие начинают сооружать каркас здания.

– Но уже далеко за полдень, знаете ли, – заметил Уин.

– Неужели? – У леди Гаррет было столько дел, что она и не заметила, как пролетело время. – Я не обратила внимания.

– Вам нужно что-нибудь поесть, – серьезно заявил он. – Не хочу, чтобы вы умерли тут от голода.

Миранда рассмеялась.

– Уверена, что этого не случится, – сказала она.

– В этом не может быть уверенности, – парировал Уин, качая головой. – Вы можете себе представить, что произойдет с моей репутацией, если станет известно, что женщины падают в обморок у моих ног?

– Рискну предположить, что такие слухи улучшат ее.

Виконт засмеялся.

– Ну, с положительными изменениями я бы вполне справился, – вымолвил он. – Я ее уже долгие годы не улучшаю.

Миранда удивленно посмотрела на него.

– Неужели? – спросила она.

– Боюсь, что нет. – Виконт с грустным выражением лица покачал головой. – Видите ли, я был занят кое-чем другим.

– Ваша мать тоже так говорит.

– Боже правый! – Уин застонал. – Я даже не решусь спросить вас, что еще говорила обо мне матушка.

– Только самое хорошее.

– Леди Гаррет. – В голосе лорда Стилуэлла зазвучали официальные нотки, никак не вязавшиеся с улыбкой в его глазах. – В попытке спасти вас от голодного обморока у моих ног, хоть это и улучшит мою репутацию, отчаянно нуждающуюся в этом, я спрашиваю: окажете ли вы честь пообедать со мной сегодня?

– О нет, я не смогу присоединиться к вам. – Миранда огляделась по сторонам. – Понадобится слишком много времени на то, чтобы съездить в Миллуорт-Мэнор и обратно.

– Но я и не собирался везти вас туда, к тому же даю вам слово, что ленч не отнимет у вас больше часа, – заверил ее лорд Стилуэлл.

– Да, но я…

– Леди Гаррет, – твердо проговорил Уин, – разве я не самый ценный клиент компании «Гаррет и Темпест»?

– Разумеется, но…

– А разве вы не хотите, чтобы ваши клиенты были довольны?

– Конечно, но…

– Я буду очень рад, если вы присоединитесь ко мне за ленчем. – Виконт снова улыбнулся Миранде, и ее поразило, что его улыбка была не только порочной, но еще и невероятно искренней. Сопротивляться было невозможно. – Обещаю вести себя как можно лучше. Я понимаю, что появиться где-то в сопровождении мужчины с моей репутацией…

Миранда расхохоталась.

– …может показаться неразумным, – как ни в чем не бывало продолжил Уин, – но, поверьте, я не набрасываюсь на умирающих от голода женщин.

«Как жаль!» Господи, отчего эта мысль пришла ей в голову?

– Что ж…

Миранда устремила на него долгий взгляд. Она, конечно, может ошибаться, но если в нем действительно и была какая-то порочность, он все равно очень хороший человек. Так она, во всяком случае, хотела думать. В конце концов, он угощал детей конфетами.

– Признаться, я проголодалась.

– Вот и отлично.

– И вы мне дали слово.

– Дал.

– Но я должна предупредить Эдвина, что ухожу.

Сделав шаг в сторону, Миранда оглянулась. А почему бы и нет? Разве она не говорила Кларе о своем намерении стать более кокетливой? Правда, не похоже, что из этого что-то получится.

– А разве вам не нужно мое обещание?

– Ваше обещание? – ошеломленно переспросил Уин.

– Что я не нападу на вас.

– Знаете что, леди Гаррет, вы меня просто шокировали. – Он прижал руку к сердцу. – О, я бы никогда не взял с вас такого обещания.

На его лице снова промелькнула озорная улыбка, и в животе Миранды словно что-то перевернулось, отчего по телу разлилось тепло, и ее охватило предвкушение чего-то приятного. Словно впереди было начало чего-то чудесного. Это нелепое, но в то же время восхитительное, несмотря на абсурдность, ощущение.

Рассмеявшись, Миранда направилась искать Эдвина. До замужества она никогда не умела флиртовать. А вот ее сестры, в особенности Бьянка, справлялись с этим без труда. Леди Гаррет не могла припомнить, чтобы она кокетничала с Джоном. Они почувствовали себя родственными душами почти в то же мгновение, когда познакомились, так что во флирте не возникло необходимости. Миранда даже не могла вспомнить, как это делать, если она и знала когда-то.

Но сейчас леди Гаррет была другой. Да что там, разве она не решила открыть новую страницу своей жизни? К тому же кокетничать с мужчиной почти так же весело, как и спорить с ним.

Лорд Стилуэлл прав. Это действительно чудесный день для перемен.

Глава 8

– Могу я полюбопытствовать, куда вы меня везете?

– Если я вам скажу, это уже не будет сюрпризом.

Уин улыбнулся леди Гаррет, сидевшей рядом с ним в двуколке, на которой он приехал из Миллуорта. Мысль похитить ее на обед не давала ему покоя с тех пор, как виконт разговаривал с Чапменом. Все это довольно невинно: даже непреклонная Миранда едва ли воспримет это как увертюру обольщения, хотя, признаться, бывали случаи, когда он с этой целью устраивал пикники. Нет, это был первый шаг к подавлению сопротивления леди Гаррет, завоеванию ее доверия и, возможно, даже зарождению дружбы, чтобы в конечном счете выведать ее тайны.

– А мне кажется, что лучше устроить сюрприз.

– Боже, я чувствую себя обескураженной!

– Нет-нет, в этом нет ничего обескураживающего, – заверил ее Уин. Помолчав, он добавил: – Честно говоря, это всегда было одним из моих любимых мест в поместье.

– Теперь я заинтригована.

– И мне кажется, что с вашей любовью к архитектуре вы это оцените.

– С моей любовью к архитектуре? – с опаской спросила Миранда. – Зачем вы это говорите?

– Это же очевидно. По крайней мере, мне. – Виконт взглянул на нее: улыбка на ее лице не погасла, но плечи напряглись. – Как странно! Вы говорите о планах мистера Темпеста не только с пониманием, но еще и разъясняете их всем нам. Никто так не рассуждает о делах, если они не нравятся. В особенности о столь сложных делах! Поверьте мне, леди Гаррет, хоть я и говорю, что считаю себя умным человеком, разбирающимся во многих вещах, глядя на эти чертежи, я ничего не могу понять.

Сидевшая рядом с ним Миранда расслабилась.

– Да, они действительно могут быть сложными, – проговорила леди Гаррет. – Если хотите, я могу более подробно рассказать о них.

– Нет-нет, вы отлично справились с работой! К тому же я считаю, что как представитель фирмы «Гаррет и Темпест» вы должны взять меня за руку и провести по дорожке, ведущей к новому, модернизированному Фейрборо-Холлу.

Миранда усмехнулась.

– Вы на удивление хорошо приспосабливаетесь к этой дорожке, – заметила она.

– Да, кто бы мог такое предположить!

Уин улыбнулся.

– Только не я. В частности потому, что вы не думали о возможности моего присутствия здесь во время реконструкции.

– Я этого не говорил.

– Не дословно. Как вы выразились? – Она на мгновение замолчала. – Ах, да! Вы сказали, что моя роль в качестве представителя фирмы «Гаррет и Темпест» нежелательна. И что мое место дома.

Уин поморщился.

– Неужели я такое сказал?

– Причем весьма убедительно.

– Надеюсь, вы не используете это против меня?

– Непременно!

– А если я извинюсь?

– Если только извинение будет искренним.

– Хочу сообщить вам, что я редко приношу неискренние извинения, – твердо заявил виконт. – Если я пришел к выводу, что ошибался, то мне тем более захочется признаться в этом.

– Понятно. – Миранда кивнула. – Так вы ошибались?

– Я сильно ошибался, когда держался так высокомерно и напыщенно.

– Но вы все равно считаете, что женщине не место в фирме и она должна сидеть дома.

– Я думал… – Уин тщательно подбирал слова. – Все мы, мужчины или женщины, имеем собственные причины для суждений о необходимости совершения того или иного поступка. Или, возможно, желания поступить определенным образом. Мы должны быть довольны своим выбором, когда останавливаемся на чем-то конкретном, правильном, как нам кажется, независимо от того, согласны с этим другие или нет.

Миранда задумчиво прищурилась.

– Какой замечательный ответ, милорд! Правда, вы не ответили на мой вопрос. Однако ваш ответ все равно великолепен.

– Благодарю вас. – Виконт улыбнулся. – Кстати, матушка просила передать вам это.

Вынув из кармана жилета листок бумаги, он протянул его леди Гаррет.

– А вы очень ловко сменили тему разговора.

Миранда взяла у него листок и развернула его.

– Это очень умно с моей стороны, не так ли?

– Да, вы действительно очень умны, – тихо проговорила она. Впрочем, ее слова не были похожи на комплимент.

– Ну и?

– Это очень интересно.

– Матушка снова пригласила вас на чай? – полюбопытствовал Уин. Остановив двуколку, он спрыгнул на землю и обошел экипаж, чтобы помочь сойти леди Гаррет.

– Можно и так сказать…

Миранда снова сложила письмо, взяла протянутую руку виконта и позволила ему помочь ей выбраться из экипажа. Сегодня ее одежда была куда более легкомысленной, чем во время их последней встречи. За исключением ужасных туфель – казалось, они навсегда приклеились к ее ногам. Ее платье всегда выглядело скромным, хоть и модным, сдержанным и абсолютно безупречным. Так было и сегодня. А его покрой был практичным, как будто она собиралась сама взяться за молоток. Но этого Уин не допустил бы. Ее рука, облаченная в перчатку, очень удачно поместилась в его, и виконт даже почувствовал некоторое разочарование, когда она выпустила ее.

Миранда осмотрелась по сторонам.

– Боюсь, я не вижу ничего, что представляло бы архитектурный интерес. Хотя ландшафт производит приятное впечатление.

– Мы еще не добрались до места.

Уин вытащил из задней части двуколки корзину. Миранда удивленно приподняла брови.

– Пикник, милорд?

– Мне показалось нелепым тратить этот чудесный весенний день только на работу, – заявил виконт.

Леди Гаррет несколько мгновений смотрела на него, а затем кивнула и улыбнулась.

– Вообще-то, да, вы правы, – сказала она.

Виконт одарил ее улыбкой в ответ. Все шло намного лучше, чем он надеялся. Хотя, возможно, все дело в том, что леди Гаррет сегодня вела себя как-то иначе. И это было чудесно.

– Надо пройти вниз по дорожке.

Миранда с опаской посмотрела на узкую тропинку.

– Почему бы вам не пройти вперед?

– Отличная мысль! – Ступив на тропинку, Уин оглянулся. – Никогда бы не подумал, что скажу это, но ваши туфли, должно быть, только для подобных прогулок и подходят.

– Они весьма практичны.

– Но это далеко не все, что можно про них сказать. – Виконт усмехнулся. – Примите мои глубочайшие извинения за то, что тропинка не слишком ровная, но по ней редко ходят. А еще несколько лет назад ее здесь вообще не было. И попасть туда, куда мы направляемся, можно было только верхом. Но я решил, что так удобнее.

– Удобнее для чего?

– Вы скоро поймете.

Они шли вперед еще несколько минут, пока тропинка не расширилась. Уин отступил в сторону и дождался, пока Миранда приблизится к нему. А потом затаил дыхание.

– Боже правый! – воскликнула леди Гаррет, устремив взгляд на небольшую постройку посреди поляны.

– Вам нравится?

– Это великолепно! – Ее глаза расширились, и она подошла ближе.

Постройка напоминала греческий храм. Шесть каменных колонн на шестиугольном основании поддерживали куполообразную крышу. Каменные скамьи изгибались между двумя парами колонн. Здание возвышалось над ковром из весенних цветов, пробивавшихся сквозь аккуратно подстриженную траву. Солнечные лучи проникали сюда сквозь кроны деревьев, отчего от белокаменного строения словно исходил свет. Оно казалось безупречным.

– Полагаю, кто-то задумал создать тут греческий храм, хотя сходство с храмом неполное, – промолвил Уин. – В общем, это беседка.

– А мне всегда нравились беседки. – Миранда провела пальцами вверх по колонне. – Мрамор, не так ли?

– Думаю, что да. – Виконт полюбил эту постройку и эту лужайку с тех пор, как мальчиком случайно наткнулся на них. – Здание было возведено около двухсот лет назад.

– Ионические колонны… – пробормотала леди Гаррет. – Да это же просто… – Она подняла на него глаза. – Просто чудо, не так ли?

– Я всегда так считал. – Уин улыбнулся. – Если прийти сюда ночью, то в зависимости от времени года можно увидеть светлячков, которые порхают в воздухе, как феи.

– Какой вы непредсказуемый, милорд!

– Да, я могу быть очень непредсказуемым. – Он замолчал. – Когда я был ребенком, то пребывал в уверенности, что здесь живут Титания с Обероном и остальные феи и эльфы. Я был убежден, что ночами они выходят, чтобы порезвиться на поляне.

Леди Гаррет кивнула.

– И все благодаря стилю этой постройки и из-за того, что действие комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь» происходит в Афинах?

– Не совсем. Возможно, потому, что я надеялся поймать одну их них и верил, что здесь для этого самое подходящее место. – Он доверительно понизил голос: – Видите ли, считается, что они выполняют желания.

– О да! Конечно! – Миранда серьезно кивнула. – Понимаю, для чего это может понадобиться.

Уин театрально вздохнул.

– Но я так и не поймал фею.

– И ваше желание так и осталось неисполненным.

В голосе леди Гаррет звучало сочувствие, однако в глазах ее было удивление.

– Однако я не оставил надежд…

– Поймать фею? – договорила она.

– Исполнить желание.

Виконт поймал ее взгляд, и они рассмеялись. Уину понравился смех Миранды. Более того, ему хотелось смешить ее.

– И чего бы вы пожелали?

– Пожалуй, мои желания меняются день ото дня. – Он движением руки пригласил Миранду в беседку. – Когда я был маленьким, мне хотелось летать.

– Вы хотите сказать, летать на воздушном шаре?

Войдя внутрь, леди Гаррет устроилась на одной из скамеек.

– Нет. – Усмехнувшись, Уин подошел к противоположной скамье. – Мне хотелось иметь крылья. Я думал, что способность летать – очень удобная штука. Ну и поскольку у моего кузена крыльев не будет, я бы смог помыкать им.

– Понятно. А сейчас чего вы хотите?

– Да я и сейчас не отказался бы от крыльев. Правда, сейчас я уже понимаю, что иметь подобные конечности было бы не совсем удобно.

– Выходит, ваши желания стали более практичными?

– Мы все взрослеем, леди Гаррет. – Поставив корзину, он открыл ее. – Например, мне хотелось бы, чтобы мой портной тщательнее снимал мерки.

Миранда засмеялась.

– Поверьте мне, в плохо сидящих брюках нет ничего забавного.

Уин заглянул в корзину. Он понятия не имел, что приготовила ему для пикника кухарка, однако не сомневался в том, что угощения будут великолепными, хоть она и не привыкла готовить на кухне Миллуорта. Виконт был не единственным, кому оказалось нелегко привыкать к переменам в жизни, произошедшим из-за пожара. Но кухарка всегда собирала ему в корзину для пикников что-нибудь особенное, каких бы гостей он ни приглашал. Это был не первый его пикник.

– Ничуть не сомневаюсь в этом. Что-нибудь еще?

– Еще месяц назад я бы сказал, что хочу, чтобы Фейрборо-Холл не сгорел.

– А сейчас?

– Сейчас… – Уин пожал плечами. – Я все еще этого хочу, но сделать уже ничего нельзя, так что это желание пропало.

– Мне кажется неловким тратить желание впустую.

Виконт взглянул на нее.

– Хочу, чтобы вы знали: я не из тех людей, кто даром тратит желания.

– Мне это и в голову не приходило. – Пальцы Миранды скользнули по каменной скамье. – Вы действительно сделали мне приятный сюрприз. Спасибо за то, что привезли меня сюда.

– Вообще-то я хотел привезти вас к озеру, – признался виконт. – Но потом вы упомянули Грецию, и я решил, что это место подойдет больше.

– Даже не знаю, почему я заговорила о Греции, если не считать того, что вы спросили меня. Я никогда никому не рассказывала о своих мечтах.

– Тогда то, что вы поделились со мною, большая честь для меня.

Встретившись с Мирандой взглядом, Уин улыбнулся. Сегодня, в солнечном свете, ее глаза обрели насыщенный зеленый оттенок, словно она была древнегреческой нимфой, привезенной в Англию, или лесным существом, которое любит танцевать с феями.

Несколько долгих мгновений они пристально смотрели друг на друга. Уин не мог оторвать от нее глаз. На один миг ему больше всего на свете захотелось утонуть в этих зеленых глазах.

Наконец, кашлянув, Миранда вежливо улыбнулась.

– Итак, вы много дам привозили сюда?

– Нет! – Взгляд Уина стал резким, и очарование момента исчезло. – Это не такое место, куда бы я стал привозить женщин с тем, чтобы соблазнить их.

– Но я не хотела…

Виконт скептически приподнял бровь.

– Прошу прощения, – пробормотала она.

– Когда я один раз привез сюда леди, она, мягко говоря, не согласилась с вашей оценкой этого места. Некоторые люди, глядя на беседку, видят лишь легкомысленность ее создателя. Поэтому я никому ничего не рассказываю о ней.

– Понятно, – проговорила Миранда. Ее голос прозвучал совсем тихо, но в нем слышалась благодарность.

– Еще пять-шесть лет назад беседка была в ужасном состоянии, почти разваливалась. Боюсь, мы плохо заботились о постройке.

Уин вытащил из корзины большой сверток, завязанный в белую салфетку. Наверное, в нее завернута нарезанная ветчина, да и вообще больше еды, чем нужно. Он отложил сверток в сторону.

– И я решил, что мы не должны позволить ей превратиться в руины.

– И где же стали бы резвиться феи, если бы беседка разрушилась?

– Именно так.

В свертке оказался также хлеб, сыр, пирог и – это Уин отметил с особым удовлетворением – банка с фруктами в меде.

– Поэтому я и приказал отремонтировать ее и провести сюда тропинку, чтобы садовникам было легче пробираться к ней.

Виконт посмотрел на лужайку, видневшуюся между двух колонн. Несмотря на неразбериху, вызванную пожаром, садовники не забыли про беседку, и это его порадовало.

– В этом году я впервые сюда приехал. Они отлично поработали.

– Да, тут действительно очень красиво.

– Я тоже так думаю. – Уин поднял вверх тяжелую, завернутую в кусок ткани бутылку, все еще прохладную из погреба. – Шампанское!

– На ленч?

– Почему бы и нет?

– Потому что шампанское ударяет в голову, а мне хотелось бы иметь ее ясной до конца дня.

– Обещаю вам, леди Гаррет, что как только я замечу, что вы хоть немного опьянели, то отниму бокал из вашей руки и уберу подальше. – Он решительно приподнял подбородок. – Даже если ради этого мне придется самому его выпить!

– Вы слишком добры, милорд. – Миранда одарила его долгим взглядом. – В самом деле, почему бы и нет?

Встав, леди Гаррет подошла к корзине. Тарелки, приборы и бокалы были аккуратно привязаны к внутренней части ивовой тары. Она отвязала бокалы, пока Уин открывал шампанское. Наполнив их, виконт произнес тост:

– За успешное восстановление Фейрборо-Холла и за все, что связано с реконструкцией!

Миранда тоже подняла бокал.

– Включая электричество! – добавила она.

– Включая электричество, – вздыхая, эхом отозвался Уин. – И помоги нам всем Господь!

Леди Гаррет сделала глоток.

– А вы легко не сдаетесь, не так ли, милорд?

– Подозреваю, что в этом отношении мы с вами похожи, – мрачным тоном промолвил Уин. – Ну а теперь, если мы не съедим до последнего кусочка все то, что приготовила нам кухарка, нас ждут всевозможные неприятности. Они придут к нам в виде жестких ростбифов и недоваренной картошки.

– Этого нельзя допустить.

Наполнив тарелки, они уселись на противоположные лавки, чтобы отведать приготовленных яств. Леди Гаррет ела с охотой: она действительно была очень голодна. Еда была великолепной, и лорд Стилуэлл отметил, что нужно будет не забыть поблагодарить повариху.

Почти опустошив тарелку, Миранда откинулась на спинку скамьи и удовлетворенно вздохнула.

– Это было восхитительно, милорд, – сказала она. – Очень вкусно.

– Я передам ваши комплименты кухарке, – пообещал Уин.

– Да, пожалуйста. – Леди Гаррет осмотрелась по сторонам. – Как эта беседка оказалась здесь? Тут ведь довольно неудобное место.

– Ее намеренно тут поставили. – Виконт вытер руки салфеткой и бросил ее в корзину. – Есть лишь одна такая же беседка на территории Миллуорт-парка. Она была построена владельцем для его жены в знак их любви. А эта была возведена в качестве приятного сюрприза его сыном Томасом для дочери владельца Фэрберна. Они очень любили друг друга.

– Какая романтическая история!

– К сожалению, все это нехорошо закончилось. – Уин покачал головой. – Он уехал, и ей позже сообщили, что Томас пропал в море, но девушка так этому и не поверила. Она томилась по нему и умерла всего за несколько дней до его возвращения.

– Боже мой! – Глаза Миранды выражали сочувствие. – Как печально!

– И он умер прямо здесь вскоре после приезда, – продолжал виконт. – Одни говорят, что он покончил с собой, другие – что это было убийство. Они похоронены здесь, рядом с беседкой, правда, никто точно не знает, где именно. Ирония судьбы в том, что в этом месте они собирались пожениться. – Виконт замолчал. Уину всегда нравилось рассказывать эту историю, но сегодня она показалась ему особенно трагичной. – Говорят, что влюбленные воссоединились после смерти и… – Лорд Стилуэлл обхватил себя руками. Когда он в последний раз рассказывал это женщине, она сочла его безумцем. – Люди рассказывали, что их видели здесь и в беседке Миллуорта.

Глаза леди Гаррет широко распахнулись.

– Призраки?

Виконт кивнул.

– Как интригующе! – Она восхищенно смотрела по сторонам. – А вы когда-нибудь их видели?

Помолчав, Уин кивнул.

– Правда?

– Это было несколько лет назад. – Он пожал плечами с таким видом, словно это было совсем не важно, да и вообще такие вещи происходят чуть ли не каждый день. – Мы с кузеном оба видели их.

– Потрясающе! – Миранда наклонилась вперед. – Расскажите мне, как они выглядели? – нетерпеливо попросила она.

– Ну, они выглядели, как… привидения.

– А вы могли смотреть сквозь них?

– Они не были совсем прозрачными, но при этом не скажешь, что они состояли из плоти.

Миранда закивала.

– Да-да, это можно понять, – сказала она.

– Энн была прекрасной молодой женщиной. Один из портретов, которые матушка вынесла из галереи при пожаре, как раз написан с нее.

– Я бы хотела на него взглянуть, – заявила Миранда, задумчиво прищурившись. – Как вы думаете, мы могли бы вернуть их?

Виконт вопросительно посмотрел на нее.

– Что вы хотите этим сказать? Как это – «вернуть их»?

– Я имею в виду, не думали ли вы когда-нибудь устроить спиритический сеанс?

– Здесь?

«И кто из них безумец?»

– Здесь было бы, конечно, лучше всего, ведь именно в этом месте умер Томас и они намеревались пожениться. Неудивительно, что они возвращались сюда. Я хочу сказать, что я бы уж точно вернулась.

Уин недоверчиво смотрел на нее.

– Никогда бы не подумал, что именно вам может прийти в голову этот абсурд.

Миранда удивленно выпрямилась.

– Почему? – спросила она.

– Вы же такая разумная, рациональная.

– Да, думаю, что я именно такая.

– И вам не должна приходить в голову всякая ерунда. Даже если вы не произнесете ни слова, это можно понять по тому, как вы одеваетесь.

– Вы снова намекаете на мои туфли?

– Да нет, даже если забыть о туфлях… – Он поежился. – Ваша одежда в высшей степени практична. Да что там – сразу видно, что вы из тех женщин, которые ценят удобство, а не забивают себе голову такими глупостями, как мода.

– Да?

– Вы хорошо работаете и хорошо знаете свое дело.

– Я стараюсь, – медленно произнесла Миранда.

– Вы напористы. – Уин кивнул. – Вы непримиримы, вы волевая, сильная личность.

– Напористая… – Леди Гаррет прищурилась. – Непримиримая?

– Да, до сегодняшнего дня у меня было чувство, что я нахожусь в компании гувернантки.

Виконт выпалил это, не подумав. Миранда возмущенно втянула носом воздух.

– Гувернантки?

– Мне всегда очень нравились мои гувернантки, – быстро проговорил он, правда, это не изменило ситуацию в лучшую сторону.

Леди Гаррет встала.

– Если не считать нескольких коротких разговоров между нами, вы ничего обо мне не знаете, милорд.

– Я знаю, что вы архитектор.

Уин тоже встал.

– О, это было очень трудно определить, да?

Выпив остатки шампанского в бокале, Миранда собрала тарелки и все, что они разбросали вокруг, и аккуратно сложила в корзину.

– Леди Гаррет…

Миранда захлопнула крышку корзины. Виконту в голову не приходило, что плетеную ивовую крышку можно закрыть с таким звуком, но она это сделала.

– Я не хотел обидеть вас.

– И все же вы это сделали.

– Я не понимаю, что вас так обидело. Я же, к примеру, не сказал, что вы скучная и ординарная.

– О, я, вероятно, должна вас за это поблагодарить! Разумная, рациональная, напористая, непримиримая – это гораздо лучше. Для гувернантки!

– Миранда…

Она резко повернулась к нему.

– Не смейте называть меня по имени!

– Мне показалось, что мы, возможно, становимся друзьями, – с надеждой произнес виконт, хотя было понятно, что он ошибается.

– Друзьями? Неужели? – Она прищурилась. – Вы всегда дружили с вашими гувернантками?

– Я всегда ладил со своими гувернантками. Я был очень симпатичным мальчиком. И все они просто обожали меня.

– А я – нет! – выйдя из беседки, Миранда пересекла лужайку.

Схватив корзину, Уин поспешил за ней.

– Леди Гаррет…

Она так резко развернулась, что виконт едва не налетел на нее.

– Хотите знать, что я до сегодняшнего дня думала о вас?

Огонь пылал в ее глазах, и благодаря этому праведному гневу, он убедился в том, что глаза у леди Гаррет зеленые. Ясные и сердитые. И зеленые!

– Совсем не хочу, – покачав головой, ответил Уин.

Миранда наградила его яростным взглядом.

– Что ж, тогда вы определенно умнее, чем кажетесь.

Повернувшись, она пошла по направлению к тропинке.

– Тогда мне повезло, – крикнул ей след виконт и тут же почувствовал досаду.

Неужели Уин пытается убедить ее в том, что он идиот?

– Да уж, повезло!

Точно. И для этого старается из всех сил.

Леди Гаррет неслась к двуколке, на несколько футов опережая Уина, и заняла свое место, не позволив ему нагнать ее. Лорд Стилуэлл заподозрил, что если бы случилось отстать от нее еще больше, она уехала бы, оставив его на дороге.

Несколько минут они ехали молча.

– Леди Гаррет… – попытался заговорить виконт.

Миранда взглянула на него с таким нескрываемым отвращением, что он решил повременить с извинениями.

Когда они доехали до Фейрборо, Уин остановил коня и вновь осмелился начать:

– Леди Гаррет…

Миранда одарила его приветливой улыбкой, но это не обмануло Уина. Хотя предполагал, что она именно на это и рассчитывает.

– Лорд Стилуэлл, женщине трудно находиться на месте стройки и на глазах рабочих ругаться с хозяином собственности, – сказала леди Гаррет. – Поэтому я предлагаю держаться друг с другом так же любезно, как и раньше.

Уин кивнул.

– Это и моя точка зрения, – сказал он.

Миранда недоуменно покачала головой.

– Ваша точка зрения? – переспросила она.

– Да, если говорить о месте женщины, – твердо произнес виконт, прекрасно понимая, что это не лучшая тема для разговора. Однако это правда.

Леди Гаррет прочистила горло, и у виконта возникла уверенность в том, что если бы они сейчас не находились на людях, ей пришлось бы приложить немалые усилия, чтобы не вцепиться ему в глотку.

– Нечего сказать?

– Нечего, что вы не сочли бы неподобающим.

– Что ж, в таком случае лучше ничего не говорить.

Уин спрыгнул на землю и повернулся, чтобы помочь Миранде. Она позволила ему это сделать с безразличным видом и с той же натянутой улыбкой.

– Мне было очень приятно, леди Гаррет, – промолвил виконт, приветливо улыбаясь и пребывая в полной уверенности, что этот спор он выиграл. Несмотря на то что это не было его целью. Лорд Стилуэлл не получил особого удовлетворения, да и вообще впечатление от спора у него осталось нехорошее. Нет, не от спора, а от того, что заговорил о роли женщины и сравнил ее с гувернанткой. Впрочем, Уин не был до конца уверен в том, что ее рассердило именно это. – Может, как-нибудь еще раз устроим пикник?

– Я бы на вашем месте не стала говорить об этом. Однако… – Она посмотрела на него с сияющей улыбкой, но ее зеленые глаза сверкали от гнева. – Я бы с радостью присоединилась бы к вам за обедом.

Виконт от удивления разинул рот.

– За обедом? – переспросил он.

Наклонившись ближе к нему, она добавила томным голосом:

– И за завтраком тоже.

Виконт с трудом сглотнул.

– За завтраком?

– Да, я очень люблю хороший завтрак после долгой бессонной ночи. Знаете, мне кажется, что я постоянно умираю от голода.

У него перехватило дыхание.

– Леди Гаррет!

– Вы шокированы, милорд? – В ее голосе зазвучали холодные нотки. – Не ожидали разговоров о долгих бессонных ночах от гувернантки?

Уин несколько мгновений молча смотрел на нее, а затем улыбнулся одной из своих самых порочных улыбок.

– Нет, но мне они показались восхитительными, – заявил он. – Такое ощущение, что сбывается мечта каждого маленького мальчика.

Как ни странно, после этих слов ее улыбка засияла еще больше.

– Ничто не доставило бы мне большего удовольствия, чем дать вам пощечину.

Виконт наклонился ближе к ней.

– Еще более восхитительно!

– Или, быть может, задушить вас голыми руками.

– Ничто не доставило бы мне такого удовольствия, как ощущение ваших голых рук на моей шее. – Уин замолчал. – Или на каком-нибудь другом месте.

Ее улыбка почти не дрогнула.

– Надо быть осторожнее со своими желаниями, милорд, – проговорила Миранда.

– О, леди Гаррет, я всегда осмотрителен в своих желаниях, – заверил ее лорд Стилуэлл.

Их глаза встретились. В ее изумрудных глазах читался вызов. И тут Уин понял, что в этой женщине кроется гораздо больше, чем он предполагал. Возможно, к этому виконт не был готов. Впрочем, он всегда был рад принять вызов.

– Что ж, в таком случае завтрак, милорд, – сказала Миранда. – Разумеется, сделав соответствующий перерыв после обеда.

– А каким образом мы заполним этот перерыв между обедом и завтраком?

Будь на ее месте любая другая женщина, женщина, которой он нравится, ответ был бы очевиден. Однако виконт начинал понимать, что, несмотря на все слова этой леди, в отношении Миранды ничего нельзя принимать на веру.

– Полагаю, мы заполним это время тем же, чем обычно его заполняют все мужчины и женщины, – отчеканила она. – Так что до встречи, лорд Стилуэлл.

Кивнув, леди Гаррет направилась к сооруженному собственными руками командному пункту.

«Что за манеры!» Эти слова вертелись у виконта на языке, но впервые за день он не произнес того, что не следует. К тому же, если бы Уин заговорил, ему пришлось бы окликнуть ее, а это некрасиво, в этом леди Гаррет права. Ему не больше, чем ей, хотелось посвящать рабочих в подробности их отношений. Вместо этого Уин придал лицу приветливое выражение, кивнул нескольким рабочим, снова сел в экипаж и направился в Миллуорт-Мэнор.

Все сегодня пошло не по плану. Однако в каком-то смысле так даже лучше. Виконт узнал, что леди Гаррет мечтает побывать в Греции, понял, что она немного эксцентрична. Миранда не усомнилась в его словах о том, что он видел призраки Томаса и Энн, и не сочла его безумцем. Хотя бы в этом случае.

Уин до сих пор не понимал, почему леди Гаррет так рассердилась на то, что он сравнил ее с гувернанткой, но рассердилась она не на шутку. Сам виконт считал свои слова комплиментом. К тому же ему всегда нравились такие дамы. И леди Гаррет произвела на него впечатление именно такой женщины…

И вдруг виконт понял. Внезапная мысль так потрясла его, как будто Миранда и вправду ударила его по лицу. Какой женщине понравится, если ее похвалят за трудоспособность, знания и уверенность в себе? Даже если дама, о которой идет речь, действительно обладает всеми этими качествами? Нет, как показывал его собственный опыт, леди нравится, когда им говорят, что их кожа бела как снег, голос может посоперничать по звучанию с ангельским, а роскошь погожего весеннего денька меркнет по сравнению с их прекрасной наружностью. И эту возможность он упустил.

А ведь сегодня все так хорошо начиналось! Виконт и вправду считал, что они становятся друзьями. В беседке они чувствовали себя непринужденно, и такой легкости в общении с женщиной он даже не мог припомнить. Да, глупости его нет предела.

Что с ним происходит? Лорд Стилуэлл всегда отлично находил общий язык с дамами. Обольщение женщин можно было назвать его природным даром. Талантом. Или, может, этот талант был у него раньше? Неужели три разорванные помолвки искалечили его? Нет, это полная чушь. Не сохранял же он целибат в течение трех лет после разрыва последней помолвки. Правда, в это время ни одна из его интрижек с дамами не длилась дольше нескольких недель, и по правде говоря, он сам был инициатором этого. При этом Уин был уверен, что когда рядом с ним окажется подходящая ему женщина, он сразу это поймет.

Не то чтобы леди Гаррет была таковой. Да он и представить себе не мог более неподходящую для себя партию. И сам тот факт, что это пришло ему в голову, абсурден.

Нет, его интерес к Миранде вызван лишь тем, что она занимается реконструкцией его дома. Исключительно в этом заключается причина его желания выведать все ее секреты. А вот у нее явно нет стремления что-либо узнать о нем. Это очевидно.

И все же он не мог забыть сказанные ею слова об обеде и завтраке. И о долгих часах в промежутке между ними.

Глава 9

– Понять не могу, почему ты такая расстроенная, – осторожно поинтересовалась Клара. – Подумаешь, гувернанткой назвал! Мог бы придумать что-нибудь и похуже.

– Правда?

Миранда вопросительно посмотрела на подругу. Вернувшись в Лондон, она направилась прямиком в офис и все еще испытывала гнев и раздражение из-за лорда Стилуэлла. Подумать только, гувернантка!

– Назови хотя бы два слова.

– Продажная женщина, мегера, потаскуха, ведьма, блудница…

– Я попросила два.

– А я сказала, что можно оскорбить женщину и посерьезнее. – Клара пожала плечами. – Мне кажется, я понятно объяснила.

– Да, но никто никогда не назвал бы блудницу скучной и назойливой.

Клара воскликнула:

– Он назвал тебя скучной и назойливой?!

– И еще ординарной!

– Как грубо! Ты дала ему пощечину?

– Я подумала об этом.

Миранда сожалела о том, что не ударила лорда Стилуэлла, с того самого мгновения, как приняла решение этого не делать. Это бы пошло ему на пользу. Она удержалась, чтобы разочарованно не вздохнуть.

– Вообще-то он прямо не сказал, что я скучная, назойливая и ординарная. Но дал мне это понять, сказав, что не говорил мне этого. Он имел это в виду, – быстро добавила леди Гаррет. – И еще он сказал, что я волевая, разумная и рациональная.

– Вот негодяй.

– А еще непримиримая, что, как известно, то же самое, что упрямая. И этот человек считал, что осыпает меня комплиментами. – Она недоверчиво помотала головой. – Ты представляешь?

– Миранда… – Помолчав, Клара продолжила: – А ты вообще подумала обо всем этом? Ну, о том, что ты разумная, рациональная и непримиримая?

– Не в этом дело, – высокомерно заметила Миранда.

– А в чем?

– Не знаю точно. – Она поморщилась. – Но я поняла, что когда он назвал меня рациональной и напористой, мне это очень не понравилось.

– А тебе не кажется, что эта оценка, может, и не слишком точна, но именно такой ты хочешь казаться людям?

– Да, возможно, так и есть. – Миранда мерила шагами комнату. – Но не это женщины хотят слышать от…

Клара вопросительно приподняла брови.

– От кого? – перебила она подругу.

– От человека с его репутацией.

Миранда с деланым безразличием пожала плечами, как будто это было для нее совсем не важно.

– Понятно. – Клара несколько мгновений смотрела на нее изучающим взглядом. – Стало быть, дело не в тех словах, которые, как мы с тобою решили, весьма точны, а, скорее, в том, кто именно их произнес.

– Да, думаю… можно было бы так сказать.

– Если бы такую же оценку тебе дал кто-нибудь еще… – Клара еще внимательнее посмотрела на нее. – Кто-то, не столь известный своими способностями к обольщению и флирту, своими победами и репутацией повесы, тогда можно было бы удивиться тому, что тебя так огорчило.

– Должна сказать, я…

Глаза Миранды расширились от удивления – похоже, она начинала понимать, в чем дело.

– Нет, не думаю, что я бы огорчилась. Я не осознавала собственной ограниченности. – Она на минуту задумалась. – Но в самом деле, это же унизительно – услышать такое от мужчины с репутацией лорда Стилуэлла, репутацией, которая вовсе не выдает в нем человека предвзятого, который смотрит на тебя как…

– Как на гувернантку? – подсказала Клара.

– Как на кого-то, не достойного флирта, – уточнила Миранда.

Брови девушки снова приподнялись.

– А ты хотела бы, чтобы он начал флиртовать с тобой?

– Не говори глупостей! – саркастическим тоном произнесла леди Гаррет. – Я всего лишь ждала этого, вот и все.

Клара кивнула.

– Да, учитывая его репутацию.

– Ну да.

– Было бы вполне естественно, если бы человек с такой репутацией начал флиртовать.

– Кто-то мог бы подумать и такое. То, что он не счел меня достойной флирта, оскорбительно, – пояснила Миранда.

– И ты из-за этого огорчилась?

– Я действительно подумала… – Она кивнула. – Да, думаю, из-за этого.

– Особенно потому, что ты планировала позволить ему считать, что его флирт оказался успешным, – уточнила Клара.

– Вот что там было. – Леди Гаррет на мгновение задумалась. – Мы хорошо проводили время. Можно было подумать, что мы с ним добрые друзья и знаем друг друга давным-давно. При других обстоятельствах такую встречу можно было бы даже счесть романтической. Не то чтобы меня интересовали романтические истории, – быстро добавила она.

– Почему бы и нет?

– Почему бы и нет? – Миранда посмотрела на подругу. – Не знаю. Вероятно, потому, что я вообще об этом не думала.

– Но ты хочешь когда-нибудь снова выйти замуж?

– Об этом я тоже не размышляла.

– Тогда, возможно, тебе стоит задуматься о новом браке, – твердо произнесла Клара.

– Возможно.

Миранда слишком занята для того, чтобы позволить мыслям о новом браке надолго занимать ее. Конечно, после смерти Джона прошло уже три года, и хоть она скучала по нему и наверняка всегда будет скучать, ее жизнь продолжалась.

Леди Гаррет не переставало удивлять, как сам факт жизни смягчает боль утраты. После того как мужа не стало, она спрашивала себя, можно ли когда-нибудь справиться с этой болью. Но дни сменяли друг друга, и Миранда справлялась. До сих пор мысли о нем лишь немного огорчали ее, напоминая о том, что потеряно и никогда не повторится. Их общим планам, надеждам и мечтам не суждено сбыться.

Без сомнения, леди Гаррет уже дошла до той точки, когда ее мать может начать подталкивать в ее сторону перспективных потенциальных мужей. У леди Уотерстоун был целый список с указанием времени, когда каждый из ее детей должен вступить в брак, поэтому неженатые братья и незамужние сестры Миранды пребывали в постоянном страхе из-за возможности оказаться на его верхней строке. По мнению матери Миранды, три года – достаточный срок для траура. Правда, пока что она не предприняла никаких шагов в этом направлении, однако девушка понимала, что это всего лишь дело времени.

– Мне кажется, сейчас это неуместно, – сказала она.

– Лорд Стилуэлл вполне бы подошел на роль твоего жениха.

– Боже мой, Клара, лорд Стилуэлл вовсе не тот человек, за которого я могла бы выйти замуж.

– Почему бы и нет?

Миранда уставилась на подругу.

– По целому ряду причин. – Она стала загибать пальцы. – Во-первых, у него слишком традиционное мышление. Он твердо уверен, что женщина не должна выходить из дома.

– Большинство мужчин так считают, – спокойно заметила Клара.

– Да, но мнение большинства мужчин меня не так раздражает. Во-вторых, не уверена, что хотела бы жить с человеком, имеющим такой же богатый опыт общения с женщинами, как он.

– Судя по сплетням, да?

– Когда не можешь проверить услышанное, сплетни могут считаться источником информации. Не забывай, что этот человек трижды был обручен. – Миранда замолчала. – Хотя, возможно, нельзя судить его за это. По крайней мере, по словам его матери.

– Никогда не знаешь, что происходит между двумя людьми, состоящими в браке или помолвленными, когда они остаются наедине, – промолвила Клара.

Интересно, говорила ли подруга о лорде Стилуэлле или о себе самой.

Клара никогда подробно не рассказывала Миранде о причинах разрыва своей помолвки. Она упомянула лишь, что ее жених состоит в браке и у него было еще две невесты, каждая из которых так же состоятельна, как Клара. Отец девушки был успешным торговцем и оставил каждому из своих детей приличное наследство. Поскольку ко времени смерти родителя ни один из ее братьев не произвел на свет наследника, Клара получила также и отцовскую долю. Так что в небольшом жалованье, которое получала в фирме «Гаррет и Темпест», она не нуждалась, о чем и сообщила Миранде, когда приняла ее предложение о работе. Клара не собиралась, сидя на месте, дожидаться, пока рядом появится еще один охотник за приданым. Однако внешность подруги привлекала мужчин не меньше ее капиталов. Клара хотела что-то изменить в своей жизни, сделать иное и интересное.

– В-третьих, он мне не нравится, – продолжала Миранда. – Да я едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на него после нескольких минут общения.

Впрочем, стоит признать, что сегодня общество виконта пришлось ей весьма по нраву. Она даже не ожидала этого.

– Верно, я почти забыла, – кивнув, вымолвила Клара. – Этот человек – олух.

– Да, так оно и есть. – Миранда подавила чувство вины, возникшее при мысли о том, что, пожалуй, лорд Стилуэлл был не таким уж олухом, как она подумала вначале. – Ну и, в-четвертых, я ему не нравлюсь.

– Ты так думаешь, потому что он с тобой не заигрывает?

– Я сочла бы это вполне подходящим объяснением, потому что такие мужчины флиртуют с каждой проходящей мимо них женщиной. Но кроме того… – Она отмахнулась от вопроса. – Его ничто во мне не привлекает. Не нравится, что я не сижу дома, как подобает порядочной вдовушке, ему не нравятся мои идеи, не нравится то, как я одеваюсь.

– Те туфли действительно ужасны.

– Дело не только в туфлях, я согласна насчет них. Но он сказал, что я женщина, которая ставит на первое место практичность, а не моду, а я не считаю это плохим качеством. И, поверь мне, это не было комплиментом. – Миранда опустила глаза на платье, которое носила в Фейрборо. Это было простое платье сероватого цвета для прогулок, с узким жакетом поверх лифа, прекрасно подходившее для ее работы на стройке. – Мне вполне нравится этот туалет.

– Оно кажется… – Клара поморщилась. – Удобным… даже практичным.

– Да, в этом есть необходимость, – твердо проговорила Миранда. – И оно довольно модное.

– Возможно, несколько лет назад оно и было модным, – ехидно заметила подруга.

– Нет, оно все еще…

Брови Клары взметнулись вверх.

– Боже правый! – Миранда наморщила нос. – Кажется, я носила его еще до смерти Джона. Господи, если не считать тех траурных платьев, что я заказала, когда его не стало, у меня уже больше трех лет не было нового платья!

– Так, может, пора подумать о покупке?

– Я не собираюсь покупать новую одежду, чтобы произвести впечатление на лорда Стилуэлла, – фыркнув, сказала леди Гаррет.

– В жизни не предложила бы тебе этого, – возмутилась Клара. – Но могу ли я напомнить, что это была твоя идея – позволить ему думать, что ты, возможно, положительно относишься к его вниманию? Ты хотела смутить его, помнишь? Или ты передумала насчет этого?

– Нет, я бы все-таки предпочла его смущение.

– Однако обиженной оказалась ты, потому что он уделил тебе недостаточно внимания…

– Это совсем не важно.

– Нет, конечно, не важно.

– И все-таки мне хотелось бы знать, почему мужчина, преследующий каждую женщину на своем пути, считает, что я недостойна его усилий? – задумчиво промолвила Миранда. – Как будто со мной что-то не так. – Она посмотрела в глаза подруге. – Это так?

– Не говори ерунды, – поспешно отозвалась Клара.

Миранда прищурилась.

– Значит, так?

– Моя дорогая леди Гаррет…

Клара замолчала, без сомнения, для того, чтобы тщательно подобрать слова.

Клара была самой близкой подругой Миранды вне семьи, они обычно, забывая о формальностях, называли друг друга по именам и обращались на «ты». Однако когда речь заходила о вещах деликатных, Клара обращалась к Миранде как к леди Гаррет, а та, в свою очередь, называла подругу мисс Уэст. Очевидно, что сейчас был как раз такой случай.

Миранда собралась с духом.

– Продолжай!

– Вы уверены, что хотите услышать то, что я скажу?

– Да, я определенно хочу услышать это, мисс Уэст. – Она скрестила на груди руки. – Говорите же!

– Очень хорошо. – Приосанившись, Клара уверенно посмотрела в глаза подруге. – У вас густые волосы чудесного темно-каштанового оттенка, и если бы вы не затягивали их в такую строгую прическу, они прекрасно оттеняли бы цвет вашего лица и служили бы ему великолепным обрамлением. Черты вашего лица очень правильные…

– Правильные? – вскричала Миранда. – Ты хочешь сказать, ординарные?

– Нет, и прекрати с такой настойчивостью неверно истолковывать мои слова! – раздраженно произнесла подруга. – Я хочу обратить твое внимание, что когда кто-то смотрит на тебя, он не говорит: «Боже, вы только посмотрите на ее гигантский нос!» или «У нее кривые губы, ее подбородок находится не в центре лица, и, боже, неужели у нее только одна бровь?».

Леди Гаррет едва сдержала смех.

– Нет, вообще-то у меня их две.

– А у некоторых женщин – нет, – твердо произнесла Клара. – Я пытаюсь объяснить тебе, что не существует решительно никакой причины, которая помешала бы тебе, приложив минимум усилий, выглядеть очень привлекательно, даже потрясающе.

– О, я не думаю…

– И еще добавь ко всему этому свои глаза, – перебила ее подруга, качая головой. – У тебя самые замечательные глаза, какие я когда-либо видела. Ты замечала, что они меняют цвет в зависимости от твоего настроения?

– Мне всегда казалось, что это довольно странно.

– Это уникальное свойство глаз, и, уверяю тебя, большинство мужчин сочли бы его не менее восхитительным.

– Я в этом сомневаюсь. – Миранда на мгновение задумалась. – Ни один мужчина, за исключением Джона, еще никогда не говорил о них.

– Ни у одного мужчины не было такого шанса, не так ли?

– Пожалуй, нет.

За годы своей жизни в девичестве леди Гаррет побывала на множестве балов и вечеров, однако она всегда держалась в стороне от веселья.

– А твоя одежда… – Клара глубоко вздохнула. – Честно говоря, ты одеваешься так, словно стараешься спрятаться от мира. Твоя одежда не просто несовременна – она действительно скучна и неинтересна. Ты выбираешь серые тона, и твои платья чересчур свободны. Они совсем не подчеркивают достоинства твоей фигуры.

– Выходит, я одеваюсь, как гувернантка.

– Господи, я думаю, что даже гувернантки нынче одеваются с расчетом на то, чтобы лучше выглядеть.

– Неужели все так плохо?

– Боюсь, что да, – кивая, сказала Клара.

Миранда покачала головой.

– А я и не замечала, честное слово.

– В этом и заключается проблема, друг мой!

– Да, пожалуй. – Миранда с усилием растянула губы в улыбке. – Я ценю твою откровенность.

Подруга улыбнулась в ответ.

– Мы всегда были откровенны друг с другом, – заметила она.

– Тебе надо было раньше сказать мне об этом.

Клара засмеялась.

– Боже, да я бы и сейчас ничего не сказала, если бы в этом не возникло необходимости.

Кто бы лучше подруги мог сообщить ей все это? Со своими светлыми волосами, потрясающими голубыми глазами, простыми, но модными платьями, Клара даже в суровой офисной обстановке являла собою картину недооцененной элегантности. К тому же если Миранда пытается спрятаться от мира, не остается ли она во всех смыслах ее лучшей подругой?

До смерти своего отца Клара управляла домом, выполняла роль хозяйки и даже помогала ему со счетами. После его ухода из жизни она познакомилась с этим никчемным, расчетливым женихом и едва сумела выйти из переделки невредимой. Потом, разумеется, умерла ее мать, и Клара стала работать в компании «Гаррет и Темпест».

Несмотря на совершенно разные жизненные ситуации, подруги были родственными душами. Правда, стоит признать, что Клара имела более трезвый взгляд на их положение.

Но разве Миранда не изменилась? Конечно, она уже не та спокойная, сдержанная и одинокая девушка, какой была когда-то. Леди Гаррет без труда отстаивала свою точку зрения при общении с порочным лордом Стилуэллом. И, возможно, ее внешность должна отражать ее новообретенную и признанную всеми уверенность и силу воли.

– Ты права, Клара, – кивнув, вымолвила Миранда. – Даже если я практичная, рациональная и все такое прочее, неизбежное и нудное, нет никакой необходимости в том, чтобы моя внешность подчеркивала эти качества. В конце концов, с помощью меда можно поймать больше мух.

– Именно так.

– Сегодня я не смогу увидеться с портнихой, потому что меньше чем через час у меня встреча с сестрой, – проговорила Миранда. – Я пойду к ней завтра, хотя едва ли у нее найдется для меня что-то готовое, чтобы я смогла в обновке поехать в понедельник в Миллуорт-Мэнор. Ведь уже четверг.

– В Миллуорт-Мэнор?

– Видишь ли, я была слишком раздосадована встречей с лордом Стилуэллом, чтобы упомянуть об этом. – Леди Гаррет пожала плечами. – Виконт привез мне письмо от своей матери, в котором та приглашает меня поселиться в Миллуорт-Мэноре на время реконструкции. Она написала, что уж коль скоро я буду почти каждый день приезжать в Фейрборо-Холл, то мне будет удобнее остановиться в Миллуорте и при необходимости ездить в Лондон, чем постоянно кататься туда и обратно.

– Как разумно с ее стороны, – задумчиво произнесла Клара. – Ты сказала лорду Стилуэллу о приглашении его матери?

Миранда отрицательно помотала головой.

– Я хотела, но у меня не было такой возможности, – ответила она. – Впрочем, я уверена, что он о нем знает.

– Мда… – Клара оглядела Миранду с головы до ног. – Может, ты могла бы одолжить вещей у своей сестры?

– У Бьянки? – Клара кивнула. – Вообще, она пониже меня, но я уверена, что какие-то ее вещи мне подойдут. Я все еще раздумываю над тем, что ей сказать о моем отсутствии в городе.

– Мне всегда казалось, что если человеку нужно сочинить какую-то историю, которая должна звучать правдоподобно, то лучше всего как можно ближе держаться к правде.

– В этом есть смысл, – согласилась Миранда.

– Стало быть, ты будешь жить в одном доме с лордом Стилуэллом, – задумчиво проговорила Клара.

– Да.

– Это должно быть интересно.

– Мне безумно любопытно узнать, что станет предметом нашего следующего спора.

– Может, настала пора оскорбить его?

– Я никогда не сделаю этого намеренно. – Миранда небрежно пожала плечами. – Но временами происходят случайности.

– А случайность нельзя предвидеть и предотвратить.

– Нет. – Леди Гаррет медленно растянула губы в улыбке. И добавила: – Нельзя.

Глава 10

– …и леди Фейрборо упомянула, как приятно было за городом. Знаешь, она – подруга матушки.

Миранда отлично понимала, что говорит слишком быстро, но не могла совладать с собою. Надеясь на то, что чем быстрее она протараторит, тем больше Бьянка ей поверит. Или, быть может, просто пропустит мимо ушей моменты, смущавшие Миранду.

– Она и ее семья сейчас живут в Миллуорт-Мэноре. А тебе известно, что Фейрборо-Холл сгорел?

Бьянка, сидевшая напротив нее за их обычным столиком в дамской чайной комнате, медленно кивнула.

– Да, я слышала об этом.

– Знаешь, я до сих пор точно не знаю, как это произошло. Потом я услышала, что она приглашает меня, и еще несколько человек, кажется, хотя я точно не поняла, провести с ними весну в Миллуорте. И лето тоже. Возможно, даже пробыть там до самой осени.

Это не было полной выдумкой. Насколько Миранде было известно, леди Фейрборо пригласила пол-Лондона провести остаток года в Миллуорте. Всего лишь еще один обман в череде остальных.

– И я приняла ее приглашение.

Глаза Бьянки широко распахнулись.

– Боже, но почему ты согласилась? Ты же едва ее знаешь!

– Подозреваю, что я узнаю ее куда лучше. Она просто чудесная, и я действительно хочу провести какое-то время в тишине.

– Но ты всегда можешь поехать в аббатство Уотерстоун. Эйдриан и Эвелин с радостью примут тебя. Рискну предположить, что Себастьян и Вероника тоже будут рады твоей компании в их загородном доме.

Миранда посмотрела на сестру с ироничной улыбкой.

– Кажется, ты не услышала слова «тишина», – сказала она.

– О да! Наша семья редко бывает тихой, это уж точно, – согласилась Бьянка.

– Я бы сказала, не редко, а никогда.

– А ты помнишь про семейный обед – у мамы, кажется, в следующем месяце?

– И я не собираюсь его пропускать, – кивнув, произнесла Миранда. – К тому же Лондон всего в часе езды от Миллуорта, поэтому я планирую довольно часто приезжать в город.

– И когда ты собираешься поехать? – поинтересовалась Бьянка.

– В понедельник, – беспечно ответила Миранда, делая глоток чаю.

– Но сейчас же самый разгар сезона!

– Боже мой, Бьянка, ты же знаешь, что мне до этого нет дела. Хотя… – Она сделала театральную паузу. Это или хорошо сработает, или не поможет ей. – Я подумала, что, может, мне пора…

Бьянка воскликнула:

– Ты хочешь снова вернуться в общество?

Миранда усмехнулась.

– Наверное, можно сказать и так. Хотя я не считаю, что не была в нем.

– О, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. – Бьянка отмахнулась от слов сестры. – Я все спрашивала себя, когда же ты вернешься. Я уже даже начала беспокоиться. Я понимаю, как сильно ты любила Джона и каким ударом для тебя стала его смерть, но тебе пора продолжать свою жизнь.

– Я продолжала свою жизнь, – уверенно заявила Миранда. – Но мне бы не помешала твоя помощь.

– Сделаю все, что в моих силах.

– Мне пришло в голову, что настала пора сменить мой гардероб.

– Слава богу! – Бьянка облегченно вздохнула. – Ты никогда особенно не обращала внимания на моду, даже до свадьбы. И, полагаю, в модных туалетах не было необходимости потом, но теперь, когда ты решила вернуться к светской жизни, тебе необходимо выглядеть как можно лучше. Нет, не просто лучше, а превосходно!

Миранда посмотрела в лицо сестре.

– Кажется, я выгляжу пугающе, – заметила она.

– Нет-нет, совсем нет! – Бьянка помолчала. – Хотя слово «пугающе» не такое уж неверное.

– Понятия не имела об этом.

– Знаю. Поэтому нам было неловко говорить об этом.

– Вам?

– Ну да, нам. Мама, Порция, Диана и я не раз обсуждали это. Даже до смерти Джона мы думали, что тебе надо что-то сделать. У тебя всегда был большой потенциал, но ты не пользовалась этим преимуществом.

– Но почему же вы ничего мне не говорили?

– Мы не хотели тебя обидеть, – объяснила Бьянка. – Хотя если бы ты не нашла мужа так быстро, я уверена, что мы просто вынуждены были бы потолковать с тобой на эту тему.

– Должна сказать, что я просто шокирована, потому что ни одна из вас не привыкла держать свое мнение при себе.

– Мы решили, что ты оценишь наш поступок и обратишься к нам за помощью.

Одно дело услышать такое от Клары, с которой Миранда была знакома всего несколько лет, и совсем другое – от члена собственной семьи. Она хотела было сказать что-то резкое, но вовремя прикусила язык, промолчала и с усилием улыбнулась.

– Что, по-твоему, мне надо изменить?

– Ну… – Бьянка обвела ее оценивающим взглядом. – Думаю, все.

– Все? – Миранда едва не поперхнулась. – Но есть же все-таки во мне что-то приемлемое?

– У тебя красивые глаза.

– И это все?

– Красивый цвет волос, – продолжала Бьянка задумчиво. – Хотя тебе следует делать менее строгую прическу. Я бы сказала, не такую, как, скажем, у гувернантки…

– У гувернантки?!

Голос Миранды едва не перешел в крик.

– Не смотри на меня так! У нас было несколько очень милых гувернанток. – Бьянка насупила брови. – Помнишь мисс Дженкинс? Насколько я помню, она была весьма красивой…

– Мисс Дженкинс?

– Может, ты была тогда слишком маленькая. Во всяком случае, она пробыла у нас не так уж долго. – Бьянка на минуту задумалась. – Она служила гувернанткой у овдовевшего графа Дентуика, но потом внезапно ушла от него и стала работать у нас. Она проработала в нашем доме всего несколько месяцев…

– А, теперь припоминаю. Лорд Дентуик приехал к нам и устроил в вестибюле настоящую сцену. Мы за всем наблюдали с верхнего этажа. – Даже теперь, спустя годы, Миранда улыбнулась, вспомнив эту романтическую историю. – Он произнес грандиозную страстную речь о любви и о том, что ему наплевать на то, что думает весь мир, а затем забрал ее и женился. Как я могла забыть об этом? Да она много лет лелеяла наши надежды и мечты!

Бьянка кивнула и произнесла:

– А ведь она была гувернанткой.

– Она была прекрасной гувернанткой, равно как могла бы быть такой же посудомойкой. Даже когда она впервые появилась в нашем доме, мы все пришли к выводу, что она слишком хороша для того, чтобы быть гувернанткой. Мы посчитали ее потерявшейся принцессой, которую кто-то заколдовал. Тем не менее… – В голосе Миранды зазвучали стальные нотки. – Она была исключением. Большая часть гувернанток не похожа на принцесс. И я тоже.

Бьянка удивленно посмотрела на нее.

– Моя дорогая сестра, твоя красота сдержанная, мы все ей завидовали, и она прекрасно тебе подходит. Просто ты ей не пользуешься, – сказала она.

– Но я не уверена…

– У тебя безупречный цвет лица, но ты могла бы использовать чуточку цвета. – Бьянка снова пригляделась к Миранде. – Не думаю, что ты будешь возражать против капельки румян.

– Об этом и речи быть не может! – воскликнула леди Гаррет. – Да у мамы припадок какой-нибудь случится, если она узнает, что ты мне это предложила.

– В таком случае мы об этом маме не расскажем, – резко произнесла Бьянка. – Кстати, могу напомнить тебе, что мы уже взрослые и можем делать то, что считаем нужным, не опасаясь, что нас отправят спать без ужина.

– Мне это известно, но…

– Что ж, очень хорошо, тогда мы с этим справимся.

Бьянка стремительно приблизилась к сестре, перегнувшись через стол, и со звоном хлопнула ее по обеим щекам так быстро, что Миранда не успела ее остановить.

– Ой! – вскричала она, прижимая руки к саднившему лицу. – Зачем ты это сделала?

– Чтобы придать твоему лицу немного румянца.

– По ощущениям совсем не немного, – посетовала Миранда.

– Красота требует жертв. – Запрокинув голову, Бьянка вновь принялась разглядывать сестру. – Ну вот, так гораздо лучше. Кстати, твои глаза начинают блестеть, когда щеки краснеют.

Снова наполнив свою чашку, Бьянка сделала глоток чая.

– Фигура у тебя почти так же хороша, как у меня. – Прищурившись, Бьянка обвела сестру взглядом. – А грудь немного больше моей. Поскольку ты выше, это смотрится замечательно.

– Я так рада, что хоть что-то в моей внешности вызывает твое одобрение, – тихо проговорила Миранда.

– Так вот, если ты просто оденешься в более подходящее платье…

– Я как раз об этом, – заметила леди Гаррет.

– Я не поняла тебя, – нахмурившись, сказала Бьянка. – О чем ты?

– Я как раз хотела с тобой об этом потолковать, – принялась объяснять Миранда. – Теперь, когда я задумала начать все сначала, мне хочется сделать это немедленно. Я уже договорилась встретиться завтра с портнихой.

– Ни в коем случае! – воскликнула Бьянка. – Мы пойдем к моему портному. И я сама с ним договорюсь. Твоей портнихе я не доверяю.

– Очень хорошо. Но, видишь ли, поскольку я еду к леди Фейрборо за город в понедельник…

– Тебе нечего надеть, да? – перебила ее сестра.

– Вообще-то, да, – поморщившись, призналась Миранда. – Так странно, но те вещи, которые еще утром были для меня вполне приемлемыми, теперь кажутся мне серыми и скучными.

– Теперь, когда завеса твоего непонимания приподнята, я чувствую себя так неловко…

– Ты об этом понятия не имеешь.

– Знаешь, у меня более чем достаточно одежды, которой я могу поделиться, и ты можешь взять все, что захочешь. Давай, как только закончим здесь, поедем ко мне и посмотрим в моем гардеробе. Погоди-ка… – Бьянка на минуту задумалась. – Тебе понадобятся всякие платья, туалеты для чайных церемоний, костюмы для прогулок и, если уж ты едешь за город, тебе не обойтись без костюма для верховых прогулок! – Девушка засияла. – Мы с тобой отлично развлечемся. Как будто снова превратимся в девчонок, которые примеряют платья, найденные в сундуках на чердаке. Должна тебе признаться, мне сейчас не хватает развлечений.

Миранда взглянула на сестру.

– Ты намекаешь на дело о разводе, да?

Бьянка кивнула.

– Я разговаривала с адвокатом.

Глаза леди Гаррет широко распахнулись от удивления.

– Не с Хью?

– Нет, нет еще. – Сестра покачала головой. – Все будет долго, сложно и неприятно, но, думаю, результат того стоит. Я хочу заранее знать, во что ввязываюсь, прежде чем я подключу Хью. К тому же если я доверюсь собственному брату, то мне придется попросить его сохранить наш разговор в тайне. Наверное, несправедливо держать остальных членов семьи в неведении относительно такого большого дела, однако я еще не готова рассказать всем.

– Я очень хорошо тебя понимаю.

– Я буду готова… вот, – быстро проговорила Бьянка. – Как только приведу все дела в порядок.

– Если я могу чем-то тебе помочь…

– Я бы очень хотела обратиться к тебе за помощью, но нет. – Подбородок Бьянки напрягся. – Вероятно, в первую очередь мне следует разыскать пропавшего мужа. Он словно испарился.

– И что ты собираешься сделать?

– Есть у меня одна идея, – медленно произнесла Бьянка.

– Звучит многообещающе.

Идеи сестры обычно были блестящими, или катастрофическими, или и теми и другими одновременно.

– Посмотрим, – пробормотала Бьянка.

Миранда внимательно посмотрела на нее. Совсем не в ее духе было что-то держать при себе. Впрочем, Бьянка может то же самое сказать про нее. Леди Гаррет подумала о том, что могут скрывать от остальных другие члены ее семьи. Как бы там ни было, их с сестрой тайны вот-вот раскроются.

– Ты закончила? – спросила Бьянка, хотя на столе уже не осталось ни еды, ни напитков.

Забросив в рот последний кусочек печенья, Миранда кивнула.

– Тогда пойдем. – Встав, Бьянка собрала свои вещи, Миранда последовала за ней, чуть отставая. – Да уж, мы отлично повеселимся. Я не помню, когда мы в последний раз…

– Миссис Робертс! – раздался голос из другого конца комнаты.

Повернувшись, сестры увидели красивую, темноволосую женщину, направлявшуюся к ним. Даже со своего места Миранда видела сияние ее голубых глаз. Такую женщину никто за гувернантку не примет.

– Миссис Хеджес-Смит, – приветствовала ее Бьянка.

– Я так и подумала, что это вы. – Дама одарила Бьянку блистательной и шокирующе безупречной улыбкой. – И мне просто захотелось поздороваться. Прошло довольно много времени.

– Да, действительно. – Губы сестры растянулись в не менее обворожительной улыбке. – Не думаю, что вы знакомы. Позвольте мне представить вам мою сестру, леди Гаррет. Миранда, это миссис Хеджес-Смит.

– Как приятно с вами познакомиться.

Леди улыбнулась и Миранде.

– Миссис Хеджес-Смит и я состояли в одном из маминых благотворительных комитетов, хотя я не помню, в каком именно. Это было несколько лет назад, – пояснила Бьянка, обращаясь к сестре. Потом, повернувшись к даме, добавила: – Кажется, у вас есть общие знакомые.

– Да?

Миранда приподняла брови.

– Правда? – Миссис Хеджес-Смит просияла. – Как замечательно! И кто же они?

– Миранду пригласили провести это лето за городом у леди Фейрборо.

– Леди Фейрборо, понятно… – Целая гамма различных выражений быстро сменилась на лице миссис Хеджес-Смит: любопытство, сожаление и, как ни странно, даже то, что можно было истолковать как легкую зависть. – Вы отлично проведете время. В Фейрборо-Холле потрясающие сады… – Ее брови сошлись на переносице. – Но разве не верны слухи об ужасном пожаре в Фейрборо?

– Боюсь, так оно и есть. – Миранда кивнула. – Поэтому сейчас там ведется реконструкция.

– Рада это слышать. Это величественный особняк. – Миссис Хеджес-Смит с любопытством разглядывала новую знакомую. – Искренне надеюсь, что вы отлично проведете время в компании леди Фейрборо. Должна признаться, она всегда меня недолюбливала. Ну да ладно. Это неудивительно, как выяснилось.

Они обменялись еще несколькими формально вежливыми фразами, а затем дама направилась к своему столику, расположенному в другой части помещения.

Бьянка взглядом проследила за ней.

– Ты ведь понятия не имеешь, кто она такая, не так ли?

– Нет, но она очень красивая.

– Да, красивая. – Сестра Миранды замолчала. – Она была невестой сына леди Фейрборо. Первой, кажется.

Миранда опешила.

– Она была обручена с лордом Стилуэллом?

– Боже мой, да!

Взгляды сестер устремились на миссис Хеджес-Смит и ее друзей.

– И что же случилось, ты не знаешь?

– Ну, судя по тому, что я слышала, а мои источники всегда самые верные, она бросила его ради мужчины с бо́льшими возможностями.

Миранда воскликнула:

– Не может быть!

– Нет, так оно и было. – Бьянка взяла сестру под руку, и они направились к двери. Наклонившись ближе к ней, прошептала: – Она обручилась с мистером Хеджес-Смитом всего через несколько недель после разрыва помолвки с лордом Стилуэллом. Видишь ли, мистер Хеджес-Смит был единственным наследником пожилого герцога Монмута, пока тот не женился на даме намного моложе себя и она не родила ему близнецов.

Миранда едва сдержала смех.

– Боже правый! – воскликнула она.

– О да, кое-кому нравится думать, что в этой истории в свое время поучаствовала некая высокопоставленная особа.

Бьянка усмехнулась.

– А почему я ничего об этом не слышала? – Миранда нахмурилась.

– Не представляю, – покачав головой, ответила сестра. – Может, потому, что ты никогда в жизни не обращала внимания на подобные вещи?

– Ты хочешь сказать, сплетни?

Бьянка фыркнула.

– Я предпочитаю называть их новостями.

– Как ему было неприятно, должно быть, – сказала Миранда. – Я имею в виду лорда Стилуэлла. Быть покинутым женщиной, на которой он собирался жениться, потому что она нашла себе кого-то получше! Вероятно, он был абсолютно сломлен.

– Рискну предположить, что он вполне оправился.

– Не сомневаюсь, – пробормотала Миранда. – Предполагаю, все зависит от того, любил ли он ее.

– Тебе же известно, что никто не женится по любви.

– Нет, конечно.

Миранда бросила последний взгляд на миссис Хеджес-Смит, беседующую с подругами.

Она уже не казалась ей милой, как несколько мгновений назад, а, скорее, жестокой. Как подделка из стекла, которую кто-то ошибочно принимает за бриллиант. Один демонстрирует богатство и глубину, служащую доказательством цены и редкости, другой просто сверкает.

– Ну а теперь мы поищем всякие чудесные вещицы, которые ты будешь носить летом за городом, – сказала Бьянка, пока они ждали экипаж. – Ты наверняка познакомишься там с лордом Стилуэллом.

– Могу себе представить.

– Я сама с ним не знакома, но много о нем слышала. Насколько я понимаю, он очень энергичен, привлекателен и невероятно обаятелен.

Миранда натянуто улыбнулась.

– Я тоже об этом слышала, – сказала она.

– Кажется, он раньше дружил с Себастьяном.

– Как мило!

– Ты же понимаешь, что вероятность того, что леди Фейрборо пригласила тебя не случайно, очень велика. Возможно, она жаждет найти сыну невесту номер четыре.

– Что за глупость! – Миранда рассмеялась.

– Если она подруга мамы, все возможно.

В это мгновение подъехал экипаж Бьянки, и леди Гаррет повернулась к сестре.

– Знаешь, когда я тебе сказала, что леди Фейрборо пригласила меня погостить у нее, ты и словом не обмолвилась о лорде Стилуэлле, – заметила она.

– Нет, дорогая сестрица, не обмолвилась. Только… – Бьянка пристально посмотрела на Миранду, словно видела ее насквозь, – ты ведь тоже ничего о нем не сказала.

Глава 11

Май 1887 года

Уин спускался по главной лестнице, ведущей в вестибюль. У него быстро вошло в привычку ежедневно ездить в Фейрборо, чтобы следить за ходом продвижения работ и, возможно, позлить леди Гаррет. Впрочем, это у него не получалось, потому что она не приезжала с тех пор, как они побывали на пикнике, и это обстоятельство выводило виконта из себя. Уж если она собирается играть тут роль представителя фирмы «Гаррет и Темпест», то ей, черт возьми, лучше здесь и находиться. Хотя, признаться, мистер Кларк хорошо со всем справляется. Так что она могла бы и не возвращаться. Внезапно Уину пришла в голову абсолютно нелепая мысль о том, что он может по ней соскучиться, если уже не скучает.

Спустившись на первый этаж, виконт направился к уже открытой двери, кивнув по пути лакею, который стоял возле нее. К счастью, большая часть прислуги лорда и леди Бристоу переехала в их семейный особняк в Лондоне, пока пожилая чета наслаждалась отдыхом. Так что слуги из Фейрборо-Холла могли выполнять свои обязанности в Миллуорте. Уин предпочел бы не платить сразу двум полным штатам прислуги, когда и одного было более чем достаточно.

Лорд Стилуэлл находился уже в шаге-другом от двери, как вдруг другой лакей, балансируя под тяжестью нескольких чемоданов и тар для головных уборов, спотыкаясь, вошел в дом. Сразу же следом за ним в дверях показались еще двое слуг, державших за ручки небольшой сундук, к которому было привязано еще несколько шляпных коробок. Похоже, кто-то приехал в дом с визитом и намерен остаться тут довольно надолго. В паре шагов за ними четвертый лакей пытался удержать в руках охапку картонных трубок и то, что походило на чемоданчик художника. Уин прищурился. Он знал лишь одного человека, пользующегося картонными трубками.

Где-то далеко за дверью послышался звонкий женский смех. Виконт переступил порог и тут же зажмурился, ослепленный ярким весенним солнцем.

– А-а, вот и ты, Уинфилд! – крикнула его мать, стоявшая на нижней ступеньке. – Иди же сюда, поздоровайся с леди Гаррет!

Виконт яростно заморгал, чтобы привыкнуть к свету, и лишь через мгновение увидел рядом с матерью молодую женщину. Что она с собой сделала? Юбка в голубую и синюю полоску была не просто модной: она облегала ее, как вторая кожа. Украшенная лентами и перьями шляпа, под которой виднелись мягкие каштановые кудри, волной изгибалась у нее на голове. Изгибалась? Леди Гаррет?

– Добрый день, – пробормотал виконт, спускаясь по ступенькам.

– Добрый день, лорд Стилуэлл. – Леди Гаррет понимающе улыбнулась ему. – У вас удивленный вид.

– Слово «шокированный» подошло бы лучше.

– Да?

В ее голосе прозвучало предостережение. Уин был не настолько глуп, чтобы проигнорировать его.

– Не ожидал увидеть вас тут, – поспешно проговорил он. Виконт подошел ближе к Миранде, взял ее руку и поднес к губам. – Вы сегодня чудесно выглядите.

– О! – На ее лице появилось удивленное выражение. – Что ж, благодарю вас. – Миранда склонила голову набок, что, бесспорно, означало кокетство, и понизила голос. – Стало быть, я больше не смахиваю на гувернантку из мечты любого мальчишки?

– Моя дорогая леди Гаррет. – Уин с улыбкой посмотрел ей в глаза. Он тоже начал заигрывать с ней. – Вы как раз та, о какой мечтает каждый мальчишка.

– Боже, милорд, у меня от ваших комплиментов голова вот-вот пойдет кругом!

Леди Гаррет говорила, чуть задыхаясь, отчего у Уина в животе появилось какое-то странное чувство.

– Да что вы! – Он погладил губами ее руку. – Какая интригующая мысль!

– Неужели?

– Конечно!

Несколько бесконечных мгновений Уин смотрел ей в глаза – сегодня, скорее, карие, чем зеленые. У него появилось какое-то непонятное ощущение. Как будто в это мгновение начинается что-то замечательное. Глупость, конечно. Но все же…

Миранда попыталась вырвать у него руку, но он крепко держал ее.

– Позвольте мне еще раз извиниться перед вами, – вымолвил виконт. – Я не хотел вас обидеть.

– Мне это известно, милорд. Да я толком и не знаю, на что именно обиделась. – Она пожала плечами. – Думаю, это всего лишь одна из глупых женских заморочек.

– Подозреваю, что вы обладаете множеством разнообразных качеств, леди Гаррет. – Усмехнувшись, виконт неохотно выпустил ее руку. – Но уверен, что глупости среди них нет.

– Вы сегодня просто очаровательны, не так ли?

– Я пытаюсь быть очаровательным, но… – Странно, но виконт не делал каких-то особых усилий, чтобы очаровать ее. – Я не отказываюсь ни от одного своего слова. В вас нет ни доли глупости, и вы действительно прекрасно сегодня выглядите. Не то чтобы вы выглядели плохо прежде, – быстро добавил он. – Но сегодня вы еще прелестнее, если это вообще возможно.

– Да, но, милорд…

Миранда улыбнулась, и очаровательная ямочка появилась в уголке ее рта. У Уина появилось невероятное желание наклониться и поцеловать ее. И тогда она наверняка его ударит. Хотя он будет того заслуживать.

– Вы еще не видели моих туфель.

Виконт поморщился.

– Тех самых, ужасных и жутких туфель?

Она рассмеялась.

– Нет! – Миранда приподняла в руке сумку – ту самую, с которой она в первый день приезжала сюда. – Но я их привезла. Глупо надевать красивые туфли, направляясь на стройку.

– Как разумно с вашей стороны. – Уин кивнул. – Хотя, возможно, мне следовало сказать «мудро».

– «Разумно» тоже сойдет.

– Уинфилд! – заговорила леди Фейрборо. Странно, но виконт совершенно забыл о том, что она стоит рядом. – У меня возникла потрясающая идея.

– Да? – Отведя взгляд от леди Гаррет, он повернулся к матери. В ее глазах на одно короткое мгновение появилось задумчивое выражение, хотя, возможно, это были всего лишь блики солнечного света. – И что же это за потрясающая идея?

– Я пригласила леди Гаррет пожить здесь, пока идет реконструкция Фейрборо-Холла. – В голосе его матери послышались самодовольные нотки. – Мне показалось, что раз уж есть необходимость в ее регулярных приездах сюда, то ей стоит на время работ поселиться и, если нужно, ездить в Лондон, а не наоборот. Ты со мной согласен?

– Согласен. – Виконт кивнул. – Я должен был сам подумать об этом.

– И вы не возражаете?

Леди Гаррет пристально вгляделась в него.

– Мне кажется, это прекрасная мысль. В таком случае вы сможете без лишних усилий наблюдать за работой и сообщать нам, как идут дела. И хотя ездить отсюда в Лондон совсем несложно, ежедневные поездки могут стать утомительными, особенно для…

– Для женщины? – приподнимая брови, спросила Миранда.

– Я хотел сказать, для человека, который ценит время так же, как и вы, – спокойно договорил Уин, хотя на кончике его языка так и вертелись именно эти слова.

– Отлично! – Леди Фейрборо кивнула. – Я скажу Прескотту, чтобы вам приготовили подходящие комнаты и распаковали ваш багаж. – Она повернулась к Миранде. – И я прикажу подать экипаж, который отвезет вас в Фейрборо.

Леди Гаррет кивнула в знак согласия.

– Я изнываю от желания увидеть, как продвинулись работы за последние несколько дней, – сказала она.

– Я сам отвезу вас, – внезапно заявил виконт. – К тому же я как раз собирался в Фейрборо.

Помедлив, Миранда улыбнулась.

– Это было бы замечательно.

– Тогда увидимся с вами позднее.

Леди Фейрборо одарила улыбкой молодую пару, и Уин заметил, что в ее взгляде промелькнуло нечто большее, чем просто триумф. Он не знал точно, что на уме у его матери, и хотя у виконта были кое-какие подозрения, Уин убедил себя, что лучше об этом не думать.

– Как чудесно, что в доме появится еще одна женщина. Конечно, не считая Камиллы.

Спустя несколько минут лорд Стилуэлл помог Миранде сесть в двуколку, и они поехали в Фейрборо. Теперь, когда они оказались наедине, он не знал, что говорить. Им было так весело во время пикника, пока, разумеется, виконт все не испортил.

– Если вы посмотрите сквозь деревья в сторону вершины того холма, то, возможно, разглядите беседку Миллуорт-Мэнора, – произнес наконец Уин, стараясь не походить на туристического гида. – Она не так далеко от особняка, как беседка в Фейрборо.

– Она ведь и не была построена для того, чтобы сделать кому-то сюрприз, не так ли? – отозвалась Миранда.

– Не думаю, но все равно она, пожалуй, могла удивить кого-то.

– Это мог быть очень приятный сюрприз, если мужчина строил беседку для своей возлюбленной.

– Преподнести ювелирное украшение было бы куда проще, – пробормотал виконт.

Миранда несколько мгновений смотрела на него, а потом засмеялась.

– Не может быть, чтобы вы говорили это серьезно, – сказала она. – Мне кажется, в душе вы романтик.

– Я? – Он приподнял бровь. – Почему вы так подумали?

– Мужчина, одержавший так много побед, не может не быть немного романтиком, – сказала Миранда. – Представить себе не могу, чтобы женщины просто так прыгали вам на колени.

– О, вы были бы удивлены, – мрачным тоном проговорил виконт. – Для того чтобы женщина упала к моим ногам, мне достаточно просто поздороваться с нею. Если их несколько, это весьма неудобно. – Он поежился. – Помню, как-то раз около дюжины леди прогуливались по Гайд-парку. Молодые, пожилые, с фигурами разных очертаний и размеров, одни из них были компаньонками других. Я всего лишь приподнял шляпу и улыбнулся… – Он посмотрел на Миранду со своей фирменной улыбкой. – И тут же земля оказалась завалена упавшими телами. Господи, мне оставалось только обойти их и убежать. Поверьте, я опасался за свою жизнь!

Миранда просмотрела на него.

– Вы все это сочинили, – заявила она.

Лорд Стилуэлл усмехнулся.

– Не все.

– Ну тогда большую часть.

– Возможно.

Миранда залилась смехом. Каждый раз, когда она смеялась, ему казалось, что он выиграл какой-то приз. Уину очень нравилось радовать ее.

– Почему вы изменились? – неожиданно спросил он.

– Изменилась?

– Вы по-другому уложили волосы, и ваша одежда…

– Что не так с моей одеждой?

– Могу я говорить честно?

– Конечно! – Она кивнула. – Я люблю, когда люди честны.

– Вас это не рассердит, и вы не отомстите мне, невинно поедая инструменты?

– Я постараюсь сдержаться, – насмешливым тоном ответила Миранда.

– О, не знаю… – Уин покачал головой с делано скорбным видом. – Боюсь, моя жизнь на волоске.

– Что за жизнь без риска!

– Вы загадочный человек, леди Гаррет. – Он взглянул на нее. – Вы уже во второй раз говорите что-то вроде этого. С одной стороны, вы здесь, потому что взялись за работу, выполнять которую рискнут лишь немногие женщины. Даже если вы сделали это, чувствуя себя ответственной за судьбы ваших служащих.

– А с другой стороны?

– А с другой стороны, у меня есть твердая уверенность в том, что вы не из тех женщин, которые любят рисковать.

– Представьте себе, – тихо произнесла Миранда.

– Неужели?

– Это непростой вопрос, милорд. И, боюсь, мой ответ тоже будет неоднозначным. – Она молчала минуту, потом продолжила: – Я думаю, все зависит от того, что понимать под риском. Например, было довольно рискованно взяться за выполнение на стройке обычных обязанностей мистера Кларка, Эммета Кларка. Заняться работой, которую женщины обычно не выполняют. И да, этот риск мне весьма по нраву. – Миранда ненадолго задумалась. – Можно было бы сказать, что сменить свой стиль в одежде – это тоже своего рода риск.

– А ваши волосы?

– Что?

– Вы и прическу сменили. – Уин улыбнулся. – И вам очень идет.

– А раньше?

– Мы возвращаемся к тому, что уже обсудили, да?

– Я всего лишь настойчива, милорд. – Миранда усмехнулась. – Надо добавить это качество к упорству и самоуверенности.

Виконт поморщился.

– Вы всегда будете мне это припоминать, да?

– На вашем месте я не стала бы удивляться этому.

– Вы же понимаете, что я хотел сделать вам комплимент.

– Мне это комплиментом не показалось, хотя, возможно, в этом столько же моей вины, как и вашей. – Она вздохнула. – Ну а теперь, лорд Стилуэлл, выкладывайте все про мои волосы.

– Вероятно, я буду сожалеть об этом. – Он глубоко вздохнул. – Раньше прическа была очень строгой. Даже под шляпкой было видно, что ваши волосы слишком… стянуты. А ваша одежда…

– Да?

– То, что вы носили до сих пор, давно вышло из моды…

– А вы хорошо разбираетесь в новинках моды?

– Я знаю женщин, которые хорошо разбираются в этом, – мгновенно парировал виконт. – Как я уже говорил, ваше старое платье не то чтобы совсем вышло из моды, но оно было строгим, практичным, серым, немного великоватым…

– Но я и в самом деле не…

– Неописуемым. – Он кивнул. – Вот точное слово! Как будто женщина в таком платье хотела слиться с окружающей обстановкой, чтобы ее не замечали. Как хамелеон. Ваша манера одеваться никак не вязалась с вашим характером. – Виконт уверенно встретил взгляд Миранды. – Вы слишком умны, проницательны и энергичны, чтобы избегать чьего-то внимания.

Ее глаза широко распахнулись.

– Неужели?

– Мне кажется еще более интересным то, что вы, похоже, этого не знали.

– Я младшая из шести братьев и сестер. – Миранда покачала головой. – Мне всегда было проще держать рот на замке, чтобы избегать ссор.

Уин усмехнулся.

– Похоже, вы уже переросли эти страхи…

Леди Гаррет засмеялась.

– Теперь ваша очередь. Я честно сказал, что думаю о вашей одежде. А теперь вы расскажите мне, в чем причина столь неожиданного перевоплощения?

– Наверное, дело в том, что я устала прятаться. – Она пожала плечами. – Я уже три года как вдова, и, возможно, настало время перемен в моей жизни.

– Понятно. – Виконт кивнул. – Стало быть, вы ищете мужа. – Он строго посмотрел на леди Гаррет. – Очень надеюсь, что вы не на мне остановили свой выбор.

Миранда изменилась в лице.

– Боже мой, нет! – воскликнула она.

– Не стоит так бурно на это реагировать.

– Я и не хотела, так что простите меня, пожалуйста. Но мы с вами не подойдем друг другу.

Миранда покачала головой.

– Возможно, нет, – тихо произнес Уин, не обращая внимания на внезапно охватившее его чувство разочарования.

– Но я, вообще-то, не ищу мужа. Это моя семья, точнее, моя матушка… – Леди Гаррет глубоко вздохнула. – Моя мама абсолютно уверена в том, что одинокий человек не может быть счастлив. Она также считает, что трех лет для траура достаточно.

– Это так? – Уин затаил дыхание.

Несколько долгих мгновений Миранда молчала, а затем кивнула:

– Думаю, да. Это так.

– И при этом вы не ищете мужа?

– Нет, не ищу.

– И все-таки вы не исключаете возможности найти его? – поинтересовался виконт. – Надеетесь, что появится подходящий человек.

– Да, полагаю, что так оно и есть. Меня как-то не радует мысль о том, что остаток жизни я проведу в одиночестве. Не так я планировала свое будущее. – Миранда замолчала, и Уин не знал, что ответить. – Моя жизнь продолжается, несмотря на то что мужа больше нет. Я думала, что оправилась после его ухода, но теперь понимаю, что этого недостаточно. Наверное, причина в том, что я делала не целые шаги, а только их половинки. Пора стремительно двинуться вперед. Уже давно стоило это сделать. Не могу жить прошлым и не хочу. Более того, я чувствую, что готова к переменам. – Она с усмешкой посмотрела на него. – Признаться, я как-то особенно и не задумывалась о новом браке или о будущем в целом до последнего времени. До тех пор пока мне не указали, как ужасна моя внешность.

Уин рассмеялся.

– Вовсе она не была ужасной, – сказал он. – Для гувернантки…

Миранда тоже засмеялась, а затем внимательно посмотрела на своего спутника.

– А вы? Вы же явно хотите вступить в брак.

– Вы ведь слышали о моих разорванных помолвках?

– Подозреваю, что в Англии не найдется человека, который не слышал бы о них. – Миранда замолчала. – Из этого я делаю вывод, что вы хотите жениться.

– Да, это неотъемлемая часть моих обязанностей перед семьей, – подтвердил ее слова виконт. – Мои родители, особенно матушка, хотят, чтобы я вступил в брак, и они весьма разочарованы тем, что мне до сих пор не удалось этого сделать. Поверьте мне, я пытался.

– Неужели?

– Не нотка ли сомнения прозвучала в вашем голосе?

– Ну да, возможно, так оно и есть. Я хочу сказать, что одна сорвавшаяся помолвка – это, конечно, нехорошо, но так иногда случается. Но целых три! Это уже привычка.

– Привычка?

Миранда кивнула.

– Плохая привычка, – пояснила она.

– Я готов признаться в том, что у меня немало плохих привычек, однако расторжение помолвок в их число не входит, – более резким, чем намеревался, тоном произнес лорд Стилуэлл. – Я хотел бы, чтобы вы знали: у меня нет привычки делать женщинам предложения наугад, а потом доводить до того, чтобы обещание жениться заканчивалось… ничем.

Миранда нахмурилась.

– Ну вот, теперь я вас обидела.

– Нет, вовсе нет! – У него напрягся подбородок. – Давайте договоримся. Если вы не будете спрашивать меня о моих помолвках, я не стану интересоваться вашим браком.

– Очень хорошо, но мое замужество было вполне удачным. Можно даже сказать, безупречным.

– И все же после каких-то трех лет вы хотите идти вперед!

– Что значит «после каких-то трех лет»? – возмутилась Миранда. – Вы не представляете, какими трудными были для меня эти годы.

– Вы правы, примите мои извинения.

Они надолго замолчали.

– Вы могли бы остановить экипаж? – внезапно попросила леди Гаррет.

– Зачем? – удивился Уин.

– Мне надо переодеть туфли, но я не хотела бы делать это на глазах у рабочих, – объяснила она.

– Очень хорошо.

Виконт потянул поводья, останавливая лошадь.

Она вопросительно посмотрела на него.

– Ну и?

– Что? – не понял виконт.

– Я была бы признательна, если бы вы отвернулись. – Она помахала рукой перед его лицом. – Давайте же!

– Господи! – Застонав, лорд Стилуэлл повернулся к ней спиной и принялся рассматривать открывающийся его взору пейзаж. – Могу пообещать вам, леди Гаррет, что вид ваших голых ног не пробудит во мне страсть.

– Вы уверены? – Он услышал, как она открывает сумку. – А мне говорили, что у меня очень красивые ноги.

– Хоть я и не сомневаюсь, что ножки у вас что надо, я абсолютно уверен, что один их вид не вызовет у меня желания соблазнить вас.

– О! – Все еще было слышно, как она переобувается. – А что вызовет?

Этот вопрос вызвал еще большее недоумение Уина.

– Что? – переспросил он.

– Какого рода соблазну вы не сможете противиться? Я, разумеется, говорю о себе.

– Леди Гаррет! – Уина шокировали не только ее слова, но и его собственная реакция на них.

– Я подумала, что мне следует это знать. На всякий случай…

– Уверяю вас, у меня нет желания соблазнить вас, – заверил ее лорд Стилуэлл.

– Вот и отлично, потому что я не намерена позволить вам сделать это. – Она фыркнула. – Ну вот, я надела туфли, так что можете поворачиваться.

– Слава богу, потому что еще минута – и я не знаю, смог ли бы я дольше себя сдерживать!

– Представьте себе мое удивление, – пробормотала она.

Леди Гаррет была раздражена и начала испытывать легкую ярость. Подумать только, у него нет желания соблазнить ее!

Они продолжили путь и уже приближались к Фейрборо, как вдруг он услышал ее вздох.

– Есть в вас что-то, – проговорила Миранда, – чего я не могу понять.

– Я полагаю, что есть немало вещей, которых вы не можете понять, – заметил Уин.

– Не сомневаюсь, однако я то и дело осознаю, что говорю вам то, чего говорить не собиралась. Более того, я вообще никогда и никому ничего подобного не говорила. – Леди Гаррет покачала головой. – Это приводит меня в замешательство.

– Меня очаровывает ваша искренность, – ответил он.

– Ничего подобного!

Уин остановил двуколку и едва сдержал сердитый вздох.

– Нет, это так, – возразил он. – В общении со мной женщины редко бывают честными.

– А вы всегда честны с ними?

– Не говорите ерунды! – Он язвительно усмехнулся. – Женщины от меня не ждут искренности, а я не люблю разочаровывать кого-то. Но мне известно, где провести черту. Вам следует знать, что я ни разу не просил женщину выйти за меня, не намереваясь жениться. – Виконт умолк, собираясь с мыслями. – К сожалению, женщины обычно видят во мне двух разных людей. Один из них – лихой красавец, как известно…

– Ну да, скромный… – перебила его Миранда.

– …очаровательный негодяй, – не обращая на ее слова внимания, продолжал лорд Стилуэлл, – у которого за спиной, к его чести, было немало побед на любовном фронте.

– К его чести?

Миранда недоуменно приподняла брови. Он снова проигнорировал ее.

– …Беззаботный, склонный к двусмысленным разговорам, иногда даже фривольный. Больше всего ему нравится рассказывать какие-нибудь истории, от которых его слушатели заходятся таким смехом, что он начинает хохотать сам. Никто не ждет от него чего-то серьезного или честного. И он играет свою роль с мастерством опытного актера.

– Продолжайте!

– А еще они видят во мне человека преуспевающего и состоятельного. Нынешнего виконта Стилуэлла и будущего графа Фейрборо. Должен вам сказать, леди Гаррет, что нет ничего более унизительного для мужчины, чем понимание того, что его хотят за то, что у него есть, а не за то, что он из себя представляет.

Миранда вопросительно посмотрела на него.

– Надо же… – промолвила она. – Никогда раньше об этом не думала, хотя, пожалуй, я вполне могу вас понять.

– Думаю, сейчас это не имеет отношения к делу.

Уин быстро спрыгнул с двуколки, отчасти для того, чтобы скрыть собственное смущение. Еще ни разу он до такой степени не был откровенным с женщинами. Даже с теми, на которых собирался жениться. Виконт обошел экипаж, чтобы помочь Миранде.

– Как ни странно, я вынужден признать, что у нас больше общего, чем различий, потому что я рассказал вам то, чего не открывал никому. Надеюсь, что все это останется между нами.

– Разумеется. – Миранда внимательно посмотрела на виконта. – Могу и я попросить вас о том же?

– Конечно! – Уин кивнул. – Позднее я пришлю за вами экипаж.

– Вы не хотите остаться и проверить, как идут дела?

– Предоставлю это вашим опытным рукам, – бросил Стилуэлл.

Миранда смотрела на него несколько мгновений, а затем кивнула, держась, по обыкновению, сдержанно.

– Хорошо.

Сказав это, леди Гаррет повернулась и пошла прочь, а Уин изо всех сил старался не смотреть на то, как полосатая юбка закручивается вокруг ее лодыжек при каждом шаге.

Виконт поспешил направиться обратно в Миллуорт, потому что больше всего ему бы хотелось провести остаток дня в ее обществе. Уже одно это само по себе удивляло его. И дело не в переменах в ее внешности. Более того, Уинфилд уже признался себе, что считает леди Гаррет весьма привлекательной. Все дело в той легкости, с которой они стали общаться друг с другом.

У них действительно было больше общего, чем различий. Лорду Стилуэллу не верилось, что он это произнес. Почему он просто не назвал их родственными душами? Или, хуже того, единомышленниками? Один единомышленник у него когда-то был, но очень давно, еще до того, как у него появились три невесты, каждую из которых он намеревался любить, но так и не полюбил. Именно благодаря этому он пережил унижение, смятение и боль.

Конечно, каждая из предполагаемых невест Уину нравилась. В конце концов, он собирался жить с ними до конца дней. Однако он выбирал их, скорее, как подходящих жен, как следующую графиню Фейрборо. Что, как теперь понимал виконт, было большой глупостью. Сейчас ему хотелось большего.

Уин желал иметь рядом женщину, которая разделит с ним его надежды, мечты и страхи, его глубинные мысли. Даму, которая станет ему не только любовницей, но и другом. Вот с такой спутницей он с радостью провел бы остаток жизни.

Не то чтобы леди Гаррет была такой женщиной. С одной стороны, они не очень нравились друг другу, хотя, похоже, их отношения стали меняться, по крайней мере, виконт прилагал к этому усилия. Но она много времени тратила на то, чтобы намеренно раздражать его. К тому же эта леди была, мягко говоря, непредсказуемой. Он никогда не знал, что Миранда может сказать или сделать в следующее мгновение. Это одновременно сбивало с толку и захватывало. Разумеется, жизнь с такой женщиной никогда не будет скучной, хотя она может и святого довести до безумия. Но при других обстоятельствах она могла бы стать дамой, которую он мог бы…

Сама эта мысль абсурдна и, несомненно, пришла виконту в голову из-за того, что они обсуждали ее брак и его помолвки. Леди Гаррет абсолютно права: они никогда не подойдут друг другу.

Нет, леди Гаррет – это не его женщина. С одной стороны, она явно считает себя умнее него. Уину пришло в голову, что, возможно, так оно и есть, но он отогнал от себя эту мысль. С другой стороны, несмотря на то, что Миранда ему говорила, она по-прежнему скрывала что-то важное о мистере Темпесте и о фирме «Гаррет и Темпест». И он решительно намерен выяснить, что именно. Правда, его несколько разочаровывало то, что он до сих пор этого не сделал. Впрочем, почти каждая встреча с леди Гаррет завершалась его раздражением и разочарованием.

Более того, понял Уин, к настоящему времени он не только не приблизился к разгадке ее тайн, но еще и приоткрыл ей свои собственные.

Глава 12

Миранда рассматривала свое отражение в зеркале, висевшем в покоях, которые ей отвели в Миллуорт-Мэноре, и никак не могла понять, кого она видит. Женщина, смотревшая на нее и одетая в одно из платьев Бьянки, была довольно хорошенькая. Правда, сама она себя хорошенькой никогда не считала, но поскольку это было своего рода магическое зеркало из волшебной сказки, то и дама в отражении определенно казалась ей привлекательной. Лиф был поуже, чем она привыкла, благодаря чему платье облегало ее фигуру, делая грудь более привлекательной. К такому Миранда не привыкла. Она улыбнулась своему отражению. Оно ей нравилось.

Интересно, лорду Стилуэллу ее облик тоже понравится? Впрочем, это, разумеется, не имеет никакого значения.

Миранда последний раз поправила прическу, оставляющую мягкие каштановые кудри свободно обрамлять ее лицо, к чему она тоже еще не привыкла, и направилась в столовую комнату. Странно все-таки действует на нее этот мужчина. Не пожелав ударить его, леди Гаррет захотела… Чего же?

Этого Миранда не знала, и это сбивало ее с толку. Правда, приехав сегодня в Миллуорт-Мэнор, она испытала удовлетворение, увидев выражение его лица. Бесспорно, не такой виконт представлял себе гувернантку. Щеки Миранды разгорячились при мысли о «мечте каждого мальчишки». Этот человек не только неисправим, но и раздражает ее.

В нем оказалось гораздо больше того, что леди Гаррет предполагала узнать. С одной стороны, он… замечательный. Миранда уже знала, что виконт довольно забавный. Было понятно и то, что ей приятно его общество. Однако в компании лорда Стилуэлла она начинает неожиданно для себя говорить совершенно недопустимые вещи и рассказывать то, о чем говорить кому-то неразумно. Даже с Джоном Миранда держалась весьма сдержанно, пока они не прожили вместе довольно много времени. Но с лордом Стилуэллом, к собственному удивлению, делится интимными подробностями своей жизни и своих мыслей. Более того, ей это кажется настолько естественным, что не возникает стеснения.

– Леди Гаррет! – Мать виконта бросилась к Миранде, как только та вошла в гостиную. – Как хорошо, что вы смогли к нам присоединиться.

Девушка улыбнулась.

– Даже не знаю, смогла ли я должным образом отблагодарить вас за приглашение погостить в Миллуорте, – проговорила она.

– Я действовала как эгоистка, – заявила леди Фейрборо. – Должна признаться, я мучилась от мысли, что вы почти каждый день ездите в Лондон и обратно. Мне это показалось бессмысленным. И я горжусь своим разумным подходом.

В другом конце комнаты мистер Эллиот и лорд Фейрборо удивленно переглянулись. Рядом с ними стояла милая белокурая женщина. Лорда Стилуэлла нигде не было видно.

– Сегодня вечером вы особенно хорошо выглядите. – Леди Фейрборо осмотрела Миранду с головы до ног и одобрительно улыбнулась. – О да, вы отлично со всем справитесь!

– С чем справлюсь? – медленно уточнила леди Гаррет.

Глаза пожилой женщины невинно распахнулись.

– С обедом, конечно! – воскликнула она в ответ. – Ну а теперь позвольте мне вас кое с кем познакомить – думаю, вы не всех здесь знаете. – Взяв Миранду под руку, леди Фейрборо подвела ее к остальным. – Разумеется, вы знакомы с лордом Фейрборо и с моим племянником Грейсоном.

– Добрый вечер, леди Гаррет, – с улыбкой поздоровался мистер Эллиот. – Приятно снова видеть вас.

– Мистер Эллиот!

Миранда улыбнулась ему в ответ.

– Грейсон, если не возражаете. – Он выразительно посмотрел на стоявшую рядом с ним женщину. – Позвольте мне представить вам мою невесту, леди Лидингем.

Высокая светловолосая леди Лидингем являла собой воплощение английской красоты. Такой красоты, рядом с которой бледнеет любая, сравнимая с ней. В одно мгновение Миранда почувствовала, как краска отхлынула от ее лица. Стараясь не замечать этого, она улыбнулась невесте Грейсона.

– Добрый вечер, леди Лидингем!

– О, прошу вас, называйте меня Камиллой. – Она тоже с улыбкой взглянула на Миранду. – Мне будет очень неловко жить с вами под одной крышей и так официально обращаться друг к другу. Кстати, несмотря на внешность, Миллуорт никогда не был чрезмерно официальным.

– Я сочту за честь, если вы согласитесь называть меня Мирандой, – сказала леди Гаррет. – Это ведь ваш семейный дом, не так ли?

Камилла кивнула.

– Мой прадедушка купил Миллуорт около ста лет назад. К сожалению, права распоряжения этой собственностью ограничены, а у моих родителей не хватило здравого смысла произвести на свет еще и сыновей, так что мы не знаем, что с ней станется в будущем. – Она обвела взглядом гостиную. – Само собой, и у меня, и у моих сестер есть свои собственные дома, так что Миллуорт нам не нужен. Но все же будет грустно, когда в один прекрасный день эта земля перейдет в руки какого-то далекого, не известного нам родственника. Не исключено, что им окажется какой-нибудь невыносимый глупец, который позарится только на стоимость этих мест, а не на их богатое наследие. Я пока понятия не имею, кто может им оказаться, но уже знаю, что этот человек где-то существует. – Она тихо вздохнула. – Знаете, это может коснуться каждой семьи.

Миранда сдержала улыбку.

– Это же великолепный дом, – сказала она.

– Да, так и есть, – твердо заявил лорд Фейрборо. – Этот дом и Фейрборо-Холл были когда-то построены членами одной семьи примерно в одно и то же время. Но Фейрборо-Холл принадлежал нашей семье с тех самых пор, когда был заложен его первый камень, а произошло это около трехсот лет назад. А Миллуорт то и дело переходил из рук в руки.

– И, вероятно, каждый новый владелец оставлял в нем свой след, добавляя или переделывая что-то, чтобы было удобнее, – добавил Грейсон. – Именно поэтому фасады Фейрборо и Миллуорта совсем не похожи друг на друга.

– Понятно, – сказала Миранда. Она уже в своей первый приезд сюда заметила, что различные архитектурные стили Миллуорта удивительно гармонируют друг с другом. – Как интересно!

– Это было очень давно, – уверенно произнесла Камилла. – Но мне кажется куда более увлекательным то, что сейчас происходит в Фейрборо при восстановлении особняка. – Она бросила на Миранду восхищенный взгляд. – Мне даже не верится, что ты убедила Уинфилда провести электричество.

– Кстати, а где же Уинфилд? – Леди Фейрборо нахмурилась. – Он уже должен был спуститься.

– Ему понадобилось заняться каким-то делом, тетя Маргарет, – ответил Грейсон.

– Боюсь, это не я смогла убедить лорда Стилуэлла изменить решение, – вымолвила Миранда. – Скорее, семья убедила его дать разрешение на проведение электричества, а не мои слова.

– И на усовершенствование сантехнической системы, – добавил лорд Фейрборо.

– Как бы там ни было, я считаю, что сделанное тобой уже заслуживает восхищения, – заметила Камилла.

– Да что же я сделала?

– Ты приехала сюда присматривать за строительством! Женщины редко решаются на такое, хотя мне кажется, что бо́льшая часть женщин смогла бы справиться с такой работой. – Невеста Грейсона кивнула. – Ты весьма… прогрессивна.

– Нельзя сказать, что я взяла на себя контроль за работами, – быстро проговорила Миранда. – Этим у нас занимается один джентльмен. В мои обязанности, скорее, входит обеспечить связь между оригинальной конструкцией и инновациями.

– Невзирая ни на что, замечу, что все это производит впечатление, – заявила леди Фейрборо. – Вы проявили настоящую смелость. Это непросто – быть прогрессивной и смотреть в будущее, а не в прошлое. Но мы приближаемся к двадцатому веку, и я ничуть не сомневаюсь в том, что мир переменится, а вместе с ним изменимся и мы.

– Да, у нас будет электричество, – тихо сказал лорд Фейрборо.

Леди Фейрборо сурово посмотрела на мужа.

– И это, Роланд, только начало.

– Помоги всем нам Господь, – пробормотал пожилой джентльмен, сделав глоток из бокала, который держал в руке. Судя по цвету, это был виски.

Грейсон усмехнулся.

– Что у вас на уме, тетя Маргарет? – спросил он.

– Я пока еще не знаю. – Она задумчиво прищурилась. – Думаю, следующими… – она обвела присутствующих торжествующим взглядом, – будут телефоны!

Глаза Камиллы широко распахнулись от удивления.

– Это больше походит на шутку, – сказала она.

– Неужели? Между прочим, в некоторых районах Лондона уже есть телефоны. – В голосе леди Фейрборо зазвучали ликующие нотки. – Думаю здесь, за городом, будут проблемы с проводами и тому подобными вещами, но как только реконструкция холла будет завершена, я предложу провести телефон в наш особняк в Мейфэре.

– Ну если так, то почему бы нам также не построить стойло для безлошадных экипажей и док для приема летающих машин? – вступил в разговор вошедший в гостиную лорд Стилуэлл.

– Пожалуй, мне хотелось бы иметь безлошадный экипаж. – Леди Фейрборо улыбнулась сыну. – И летающую машину.

– Я бы попросил вас быть осмотрительнее в отношении летающих машин, – сказал лорд Фейрборо. – Человек не создан для полетов.

– Наконец-то мы сошлись во мнении о том, что прогресс все же имеет границы.

Лорд Стилуэлл обратился к отцу, но при этом умудрился одарить Миранду самодовольной улыбкой.

– Быть может, мужчины и не созданы для полетов, но я та самая женщина, которая считает, что звучит все это потрясающе, – спокойно возразила Камилла.

– Конечно, если только считать неминуемую смерть от падения на землю потрясающей, – съязвил лорд Стилуэлл. – Что касается меня, то я предпочитаю твердо стоять на земле.

– Так, может, вас больше волнует механизм для полетов, милорд, – возразила Миранда, придавая своему лицу как можно более приветливое выражение. – Возможно, вы не были бы настроены против летательных машин, если бы были их… скажем, крыльями.

Грейсон усмехнулся. Глаза лорда Стилуэлла сузились.

– Крылья есть у птиц, – заметил он.

– И у насекомых, – добавила Миранда, награждая его милейшей улыбкой. – У раздражающих вредителей и так далее.

– Леди Гаррет…

– Леди Гаррет? – Камилла фыркнула. – Боже правый, Уинфилд, ни к чему быть таким нудным! Да ты и не был таким никогда. Не пойму, что с тобой происходит.

Он посмотрел на нее.

– На мне лежит большая ответственность.

– Это не так просто – стать Уинфилдом Эллиотом, – с усмешкой вымолвил Грейсон.

– О да, и я отважно справляюсь с этим.

Уголки рта лорда Стилуэлла дрогнули, как будто он сдерживал улыбку.

– Мы договорились забыть о формальностях и называть друг друга по именам и на «ты», – заметила Камилла, решительно взглянув на виконта. – Ну а теперь, Уинфилд, могу я представить тебе Миранду? Миранда, это Уинфилд.

– Как приятно с тобой познакомиться, Уинфилд.

Их глаза встретились, и она улыбнулась. Это было глупо, но при этом еще и более чем забавно. Леди Гаррет поразило, что у этих людей было так много общего с ее собственной семьей.

– Как приятно, Миранда…

Подойдя ближе, виконт взял руку леди Гаррет и поднес к губам, не отводя от нее глаз. Он уже во второй раз целовал ее руку, и если в первый у нее появилось непонятное ощущение в животе, то сейчас от прикосновения его губ ее тело заполнило приятное тепло.

– И это только мое удовольствие. – Уин понизил голос, чтобы только она могла услышать его слова: – Ты сегодня восхитительна, Миранда.

– Для каждого мальчишки? – поддразнила она его.

– Нет. – Его взор буравил ее глаза. – Каждого мужчины.

У леди Гаррет перехватило дыхание, ее взгляд не отрывался от его глаз, и на мгновение обоим показалось, что в комнате, да и во всем мире не осталось никого, кроме них двоих. Кроме лорда-повесы и гувернантки. Что-то, очень напоминающее желание, охватило Миранду.

– В конце концов… – откуда-то издалека донесся до них голос Камиллы, – мы все живем в одном доме. И вы с Мирандой долго пробудете вместе.

– Долго? – хором переспросили они. Миранда вырвала у него свою руку и посмотрела на леди Лидингем, и его взгляд тоже устремился на нее.

Грейсон то ли рассмеялся, то ли раскашлялся – не было понятно из-за руки, прикрывающей рот.

– Ну да. – Камилла перевела глаза с Миранды на Уинфилда. – Насколько я поняла, реконструкция продлится несколько месяцев. А мне кажется, что это очень долго. – Она задумчиво прищурилась. – Я же не имела в виду «до конца жизни».

Виконт усмехнулся.

– Это мне и в голову не приходило.

– Нет, конечно. – Миранда выдавила из себя короткий смешок. – Какая нелепость!

– Грейсон сказал, что стройка закончится даже не сразу после нашего возвращения, – продолжала Камилла.

– После чьего возвращения? – Леди Фейрборо нахмурилась.

– Мы вам все объясним. – Беспечно отмахнувшись от вопроса, Камилла направилась к двери. – Кажется, Прескотт пришел пригласить нас к столу.

– Ну что ж, хорошо. – Взяв мужа под руку, леди Маргарет посмотрела на сына. – Уинфилд, будь так любезен, проводи леди Гаррет в столовую.

– Сочту за честь.

Вежливо улыбнувшись, он предложил руку Миранде. Было просто невозможно не принять ее, однако леди Гаррет все же помедлила с этим, но потом совладала с собой. Ее рука проскользнула по его, и вновь это странное ощущение тепла заполнило ее. Одновременно пугающее и захватывающее.

Уинфилд помешкал, пока остальная часть собравшихся прошла вперед до столовой комнаты, а потом повел Миранду следом за ними.

– Это было странно, – тихо проговорил он, приоткрывая только один уголок рта.

Леди Гаррет сразу поняла, что виконт имеет в виду.

– Очень странно, – кивнув, согласилась она.

– Но ты же понимаешь, о чем все они думают.

– Нет, конечно!

– Просто ты еще не знаешь моей матери.

– Зато я знаю свою… – Миранда поморщилась. – Что ж, тогда нам придется переубедить их.

– Каким образом? – Внезапно остановившись, виконт посмотрел на леди Гаррет. – Мы будем отрицать, что… – он замялся, – из-за лишних слов, которыми мы обменялись, их предположения выглядят довольно правдоподобно.

– Правдоподобно? – Она изумленно посмотрела на лорда Стилуэлла.

– Ну да, признание их в данном случае подтвердило бы их выводы. Если бы мы проигнорировали эти слова, то никто бы ничего не заметил, – произнес Уин.

– Ты правда так считаешь?

– Да, – кивнув, ответил виконт.

Миранду охватило разочарование, смешанное с облегчением и еще чем-то, что она не смогла определить. Может, с гневом?

– Отличная мысль, – сказала она. – Давай притворимся, что этого не было.

– Похоже, это самое лучшее, что мы можем придумать.

Они сделали еще несколько шагов, и на этот раз замешкалась Миранда. Определенно это был гнев.

– Хотя…

– Хотя? – переспросил Уин.

– Если мы действительно хотим убедить других, что это не был какой-то особенный момент…

– А мы хотим, – вставил он.

– Само собой, – согласилась Миранда. – Но мне кажется, что в таком случае нам стоит не только сделать вид, что ничего не было.

– Не только? – недоумевал виконт.

– Похоже, у нас с тобой особенно хорошо получается раздражать друг друга. – Губы леди Гаррет снова растянулись в приветливой улыбке, которую она столь успешно изображала. – Быть может, стоит уступить этому естественному желанию.

Уин долго смотрел на нее, а затем кивнул.

– Пожалуй, ты права.

– Да, так и надо поступить.

Миранда стиснула зубы. Очевидно, что этот человек не питает к ней никакого интереса, даже плотского, что почему-то было ей неприятно. Да что там неприятно – это приводило ее в ярость, хотя она и не понимала почему. Ведь он ей даже не нравится! Несмотря на это, меньше чем на мгновение ей показалось, что между ними может возникнуть что-то серьезное. Безусловно, это заблуждение. И абсолютно ничего не значит. Лучше всего будет полностью проигнорировать свои мысли и сделать вид, что их не было. Потому что если это не важно для него, то она ни за что не позволит, чтобы это имело какое-то значение для нее.

– Вот и отлично, Уинфилд! – промолвила Миранда с сияющей улыбкой. – Присоединимся к остальным?

Вечер обещал быть интересным.

– …Вот поэтому я и решила поехать с ним. – Камилла обвела взором сидящих за столом. – Я никогда не бывала в Америке, и кто знает, будет ли у меня еще такая возможность. – Далила… – она посмотрела на Миранду, – моя младшая сестра, согласилась поехать с нами, так что все будет в рамках приличия.

– Не понимаю, зачем тебе вообще туда ехать. – Леди Фейрборо посмотрела на своего племянника. – Ты вернулся в Англию совсем недавно, в декабре, после одиннадцатилетнего отсутствия. А одиннадцать лет, Грейсон, это очень большой период.

– Мне это отлично известно.

Он улыбнулся тете.

– И вот ты снова уезжаешь, – произнесла леди Фейрборо и сердито вздохнула.

– Тетя Маргарет, я уезжаю, чтобы решить все вопросы с бизнесом и сделать необходимые приготовления к возвращению в Англию, – проговорил Грейсон настойчивым, но приветливым тоном, который обычно используют люди, уже много раз объяснявшие что-то своим собеседникам. – Но мне все равно придется время от времени ездить в Америку.

– Бизнес, моя дорогая… – твердые нотки прозвучали и в голосе лорда Фейрборо, – есть бизнес.

– К тому же мы уедем ненадолго, – добавила Камилла. – Грейсон сказал, что путешествие продлится меньше месяца – возможно, около трех недель. Большую часть этого времени мы будем путешествовать, а не сидеть в Нью-Йорке. Хотя, конечно, жаль. Но мы желаем вернуться к балу в честь летнего солнцестояния.

– Быть может, его посетит королева, – пробормотала леди Фейрборо.

– Меньше всего мне нужен визит королевы, – заявил ее муж. – У нас и без монаршего визита, осложняющего жизнь, хватает проблем.

– Жаль, если реконструкция Фейрборо к тому времени не будет завершена. – Леди Лидингем вздохнула. – Я не была в Фейрборо на балу в честь летнего солнцестояния много лет и с нетерпением жду этого события.

– Мне жаль, но… – Миранда покачала головой. – Проект реконструкции очень масштабный. Ущерб зданию нанесен огромный, и реконструкция с пожеланиями лорда… то есть Уинфилда, дело непростое. Мы только что начали, а сейчас почти начало мая. Завершить работы к концу июня почти невозможно.

– Почти невозможно? – Виконт приподнял брови. – Ты же сказала, что просто невозможно! У слов «почти невозможно» совсем другой смысл, означающий, что шанс на завершение работ к этому времени хоть и небольшой, но все же есть.

– Прошу прощения, я оговорилась. – От раздражения леди Гаррет заскрежетала зубами. – Это действительно невозможно. Мы не сможем этого сделать.

Слегка наклонившись вперед, виконт встретился взглядом с глазами сидевшей напротив него Миранды.

– Почему же? – спросил он.

– Я только что сказала, что проект грандиозный.

– Так, может, другая фирма сумеет завершить его до конца июня?

– Ну да, видимо, именно поэтому другие фирмы не захотели даже за это взяться, – парировала Миранда.

Лорд Стилуэлл делает это нарочно, как они договорились, или по обыкновению пытается разозлить ее?

– Возможно, все удалось бы сделать в срок, если бы во главе реконструкции стоял мужчина, – обманчиво небрежным тоном промолвил Уин.

– Или просто было бы дано обещание, держать которое никто не собирается, как часто поступают некоторые мужчины. – Леди Гаррет пожала плечами. – Несдержанные обещания, разорванные помолвки и тому подобные вещи.

Виконт прищурился.

– А мне кажется, что все возможно, если приложить к этому достаточное количество усилий и ресурсов, – заметил он.

– И еще денег, – схватила наживку Миранда. – Мы только начали, а это уже стоило целое состояние. Ты хочешь потратить еще больше?

– Насколько больше?

– Нам придется значительно увеличить количество рабочих. – Она на мгновение задумалась. – Траты на стройку увеличатся по крайней мере вдвое по сравнению с тем, что мы планировали. Возможно, даже в три раза.

– И тогда ты сможешь гарантировать завершение реконструкции к концу июня?

– Нет! Ни в коем случае!

«Неужели этот болван не понимает?»

– Я просто не могу пообещать тебе, что дом будет готов! Я не заставлю людей работать по воскресеньям. Это не обсуждается.

– Понимаю, – кивая, сказал Уинфилд.

– И я не позволю мистеру Кларку принести безопасность в жертву скорости, – резким тоном добавила Миранда. – Я также не допущу низкокачественной работы.

– Я этого от тебя и не жду.

– Даже если ко второй части июня мы доберемся до полов, стен и крыши, отделочные работы завершены не будут. Не забывай, что ты сам пожелал, чтобы дом был восстановлен практически в первозданном виде. Это означает, что надо будет воспроизвести всю резьбу по дереву и лепнину. Мои мастера в Лондоне уже работают над этим, но им потребуется много времени на то, чтобы все было сделано должным образом.

– Я заключу с тобой сделку, – сказал Уин, глядя в глаза Миранде. – Если бал в честь летнего солнцестояния можно будет провести в Фейрборо, как это делалось более ста лет…

– Точнее, сто двадцать семь, – пробормотал кто-то.

– Ты получишь бонус.

Миранда удивленно посмотрела на него.

– Какой еще бонус? – спросила она с любопытством.

– Существенный. – Виконт замолчал. – Я уже плачу тебе вдвое больше твоей обычной комиссии. Я дам тебе бонус в размере твоей первоначальной комиссии.

– При условии, что ваш традиционный бал будет проводиться Фейрборо?

Миранда пристально разглядывала лорда Стилуэлла. Может, он не так глуп?

– Совершенно верно.

Уин кивнул. Нет, он все-таки глуп.

– И ты хочешь потерпеть дополнительные убытки ради ускоренной реконструкции?

– Да.

– Понятно.

Бонус такого размера помимо той суммы, что уже оговорена в контракте, станет для нее чистым доходом, который леди Гаррет сможет вложить в фонд поддержки работников, и тогда обеспечит их безопасность. А сейчас это для нее особенно важно.

Ее присутствие в Фейрборо не останется незамеченным. Миранда, конечно, может воспользоваться тем же объяснением, которое недавно получил Уинфилд: будто она по необходимости заняла место Эммета. Однако леди Гаррет прекрасно понимала, что этот обман долго не продлится. Даже если неуловимому мистеру Темпесту дали право на архитектурную работу, один обман неминуемо приведет к другому и правда обязательно всплывет на поверхность. Карточный домик, который они с Кларой так умно построили, непременно рухнет, а вместе с ним и фирма «Гаррет и Темпест».

– Я сгораю от желания потратить твои деньги, Уинфилд, – сказала Миранда.

– Это слова настоящей женщины!

– Принимаю условия сделки. Я позабочусь о том, чтобы бал проводился в Фейрборо. – Она кивнула. – Я сделаю дополнение к уже подписанному контракту, когда в следующий раз поеду в Лондон.

– О, я не думаю, что в этом есть необходимость. – Виконт пожал плечами. – Полагаю, обычного соглашения между нами будет достаточно. В конце концов, я человек слова. Особенно если дело касается соглашения с прекрасной женщиной.

– Доказательством этому может послужить история твоих слов, данных другим женщинам, – ехидно заметила Миранда.

Кто-то за столом закашлял, и только в это мгновение леди Гаррет вдруг вспомнила, что они не одни. Она обвела взглядом стол и увидела четыре пары глаз, устремленных на нее, полных ужаса, удивления, веселья и недоверия.

– Примите мои извинения.

Пробормотав это, она схватила свой бокал вина и осушила его до дна.

– Думаю, мы… – начал Уинфилд. – Прошу прощения. – Он поспешил последовать ее примеру.

– А-а, да. – Лорд Фейрборо откашлялся. – Вы уже подготовились к отъезду, Грейсон? Могу я предложить…

Разговор за столом перешел на менее опасные темы – путешествия, корабли, то, что Камилла мечтала увидеть в Америке, и бог знает что еще. Мысли Миранды были где угодно, только не здесь, и она считала минуты до того, как можно будет, соблюдая правила приличия, сбежать из столовой. Если в намерение Уинфилда входило продемонстрировать своей семье, что их момент не служил показателем каких-то чувств между ними, а так оно и было, у него это отлично получилось. Никому за столом и в голову бы не пришло, что между ними есть что-то, не имеющее отношение к бизнесу. И если она хотела убедить всех в том, что они друг друга недолюбливают, то лучшего способа сделать это нельзя было и придумать.

В конце концов обед подходил к долгожданному завершению. После него женщины должны были отдохнуть в гостиной, а мужчины – направиться в бильярдную. Миранда извинилась, сославшись на то, что на утро у нее запланировано много дел. Она поспешила к лестнице, ведущей в ее комнату.

– Леди Гаррет, Миранда! – Следом за ней бежал Уинфилд. – Ну, что скажешь?

– Что скажу? – Остановившись на второй ступеньке, она внимательно посмотрела на него. – Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что возможность представилась и я ею воспользовался. – Он усмехнулся, и при этом на его лице промелькнуло выражение, которое можно было принять за гордость.

– О чем ты говоришь?

– Я о возможности поймать подходящий момент. Carpe diem, если хочешь. В переводе с латыни – лови момент!

– Какой момент? – Миранда смотрела на него с возрастающим ужасом.

– Ну как, конечно же я имею в виду момент, когда Камилла спросила о возможности завершить реконструкцию к балу в честь дня летнего солнцестояния! Я же знаю, какая ты решительная. И амбициозная!

– Продолжай! – медленно проговорила леди Гаррет.

– И я знаю, что упоминание другой фирмы не на шутку разъярит тебя, как и логический вывод о том, что женщин здесь быть вообще не должно.

– Логический вывод? – она повысила голос. – Логический вывод?

– Нет, я же на самом деле такого не говорил, я просто подразумевал это.

Миранда попыталась закричать, однако вместо этого из ее горла вырвался какой-то нелепый визг и клокотание. Может, этот человек действительно безумен?

– Хотя я решил, что твои слова о разорванных помолвках были лишними, – недовольно добавил он.

– Да неужели?

– Они как-то не вязались с сутью нашего плана.

– Какого плана?

– Это же была твоя идея! – Виконт долго смотрел на Миранду, а потом его глаза расширились, он все понял. – Так ты не играла, да? Ты имела в виду именно то, что сказала?

– Я понятия не имела о том, что у тебя на уме что-то другое!

– Конечно.

– Но я этого не знала!

– Зато теперь знаешь!

– И?

– И? – Его глаза расширились от ужаса. – Но ты же понимаешь, что вся эта чушь о бонусе была частью игры! Учитывая это, я надеюсь, что ты не заставишь меня выполнять новые условия?

Леди Гаррет долго смотрела на него. Этот человек не просто абсолютно безумен, но еще и глуп к тому же.

– Нет, заставлю.

Уинфилд прищурился.

– Едва ли это имеет значение. Ты все равно не сможешь завершить работу к балу, поэтому и бонуса не получишь.

– Нет, бонус я получу, Уинфилд. – Миранда пошла вверх по лестнице. – Ты можешь на это рассчитывать.

– Отлично, поскольку это означает, что реконструкция будет завершена, – крикнул ей вслед виконт.

– Это означает лишь то, что бал будет устроен в Фейрборо, – сказала она так тихо, что Уин просто не смог ее услышать.

Лорд Стилуэлл скоро поймет свою ошибку. Она ошибалась насчет Уинфилда Эллиота. Все-таки он олух.

И за это ему придется заплатить.

Глава 13

– Обед был очень интересный.

Склонившись над бильярдным столом, Грейсон приготовился ударить кием по шару.

Уин надеялся, что его кузен с отцом поведут себя тактично и сделают вид, что за столом не произошло ничего необычного. Конечно, он ошибался. Грей ждал момента, когда лорд Фейрборо отправится спать. Уин заподозрил, что отец с кузеном договорились о том, что последний обо всем разузнает.

Ударив по шару, Грей удовлетворенно кивнул.

– Было похоже, что мы смотрим пьесу, которую показывают зрителям во время обеда, – сказал он. – Хотя, признаться, кое-кто даже забыл о еде.

– Я рад, что вам было весело, – сухо заметил Уин.

– Вообще-то я не совсем уверен, что кому-то было весело. Если не считать нескольких блистательных реплик Миранды, пьеса в остальном не была удачной. – Грей на мгновение задумался. – Это все было больше похоже на ссору, о приближении которой ты знал, как догадывался, что надо попытаться ее предотвратить. Однако ты этого не сделал и просто наблюдал за происходящим.

– Спасибо тебе за помощь.

– Я решил, что ты справишься. – Грей пожал плечами. – Но, похоже, этого не произошло.

– Нет, я справился.

Сейчас не время признаваться в том, что виконт вовсе не имел в виду то, что сказал, а попросту играл роль, чтобы доказать семье, что у них с Мирандой нет взаимного интереса. Теперь, оглядываясь назад, он понял, насколько плоха была эта идея. Все пошло не так, как он ожидал. Уин до сих пор толком не понимал, что произошло, но у него вновь появилось ощущение того, что он проиграл, не зная о своем участии в игре.

– О да, если ты считаешь, что справился, согласившись дать этой женщине огромную сумму…

– Всего лишь бонус, Грей, – уверенно промолвил Уинфилд. – При условии, что реконструкция Фейрборо-Холла будет завершена ко дню бала. Она с самого начала говорила, что это невозможно, так что это весьма спорный вопрос.

– Понятно. – Грей натер мелом кончик кия. – Я еще ни разу не видел, чтобы женщина с такой легкостью сбила тебя с толку.

– Что за ерунда! – Наклонившись, он произвел удар. Шар отказался быть с ним заодно, хотя этого можно было и не ожидать, учитывая, как прошла первая половина вечера. – И вовсе она не сбила меня с толку.

– Ты понятия не имеешь, на что согласился, не так ли?

– Конечно, имею! Я просто сказал…

– Понадобится точный текст соглашения, бумага, в которой ты обязуешься выполнить обещание, данное тобой в присутствии всех нас. Обещание того, что она получит существенный бонус, если бал будет проведен в Фейрборо.

– И?

– И мне кажется, а возможно, и ей, что бал действительно можно провести в Фейрборо, не завершив реконструкцию.

– Не говори ерунды! – бросил Уин. – Мы имели в виду завершение работ. Это неотъемлемая часть договора.

– И все же, договоренность была такая… – Грей пожал плечами.

Виконт оторопело уставился на кузена.

– Не хочешь ли ты мне сказать, что даже если бал будет проводиться в незаконченном бальном зале или на лужайке перед домом, она все равно получит бонус?

– Думаю, что именно так, – спокойным тоном проговорил Грейсон, как будто его кузен только что не выбросил огромную сумму денег. – Об заклад готов биться, что она того же мнения.

– Черт побери! – выругался Уинфилд. – Я этого не понял.

– Нет, ты был слишком поглощен битвой с прекрасной леди Гаррет. – Лорд Эллиот замолчал. – Хотелось бы добавить, что сегодня она действительно выглядела потрясающе.

– Она всегда выглядит потрясающе, – рассеянно промолвил Уин.

Как виконт мог совершить столь глупую ошибку? Конечно же, он не думал, что к его словам отнесутся серьезно. Виконт понятия не имел о том, что Миранда не играет в ту игру, которую он затеял. И теперь, узнав правду, Уин понял, что ее слова жалят его больше, чем в начале. Он считал, что они становятся друзьями. Неужели возможно, что виконт ей совсем не нравится? И она считает, что его сорванные помолвки – это результат отсутствия у него чести? Что он не человек слова?

– И что ты теперь будешь делать?

Несмотря на слова Миранды о том, что она против нового брака, действительно ли она готова разорвать связь с покойным мужем? Она ведь старалась сохранить платежеспособность его компании. Поэтому вовсе не лишено смысла думать, что все это для леди Гаррет – лишь способ сохранить духовную близость с ним или воспоминания о нем. Виконт не был уверен в своей готовности соперничать с умершим. Да он и не собирался этого делать.

– Уин!

Лорд Стилуэлл перевел взгляд на кузена.

– Что?

– Я спросил, что ты собираешься делать? – Грей прищурился. – Хотя было понятно, что ты вообще не об этом думаешь.

– Я отвлекся.

– Это заметно.

– Я не знаю, как теперь поступить. – Уин пожал плечами. – Думаю, ничего. – Он на мгновение задумался. – Я не против того, чтобы добавить еще денег на реконструкцию для ускорения хода работ. И я даже не возражаю против того, чтобы выплатить ей бонус. Но… она снова это сделала. Манипулировала мною ради собственных целей.

– Она манипулировала тобой? – Брови кузена приподнялись. – Я этого не заметил.

– Она очень ловко и незаметно это делает. – Уинфилд поежился. – Леди Гаррет вообще очень умна. Возможно, она самая умная женщина из всех, кого я знаю.

– Очевидно… – Грей пристально посмотрел на него. – Не похоже, что все это тебя сильно расстраивает.

– Я уже начинаю привыкать, – тихо промолвил виконт.

На самом деле это была ошибка лорда Стилуэлла. В конце концов, Миранда и вправду сбила его с толку. И его жизнь действительно стала более сложной и запутанной с тех пор, как леди Гаррет вошла в нее.

– Какой-то ты сегодня озабоченный, кузен, – заметил Грей.

– Неужели?

– Ты даже не заметил, что я тебя обыгрываю.

– Действительно? – Уин опустил глаза на бильярдный стол. – Да так оно и есть.

Грей недоверчиво покачал головой, поставил кий к стене и взял свой наполовину опустошенный бокал с бренди.

– Ну и? – Грей сел на изрядно потертый кожаный диван, установленный так, чтобы с него можно было наблюдать за игрой или просто вести размеренную беседу. – Хочешь поговорить об этом?

– Поговорить о чем?

– О сегодняшнем вечере? Обо всем? О взгляде, которым вы с Мирандой обменялись перед обедом? О том, что вы и десяти минут не можете провести рядом, чтобы между вами не вспыхнули какие-то искры? О сделке, которую с ней заключил?

– Я не знаю, что случилось. – Уин покачал головой. – Я обычно не…

– Совершаешь глупостей? – перебил его Грейсон.

– Поскольку более подходящих слов мне не подобрать, то можно и так сказать.

– Так что же ты совершил?

– Это прозвучит… – виконт поморщился, – глупо.

– Уже лучше. – Кузен кивнул. – Продолжай.

– Мне показалось, что это лучший способ убедить всех вас, что между мной и Мирандой ничего нет. – Он прошел вдоль стола. – Да и на самом деле ничего нет.

– Нет, конечно.

– Не считая… того момента.

– Того самого, когда вы оба, кажется, перестали замечать окружающих?

Уин кивнул.

– Да-да, именно того. Чтобы доказать, что он ничего не значил…

– И ты захотел это сделать, потому что?

– Потому что, во-первых, ты знаешь, как ведет себя матушка, когда ей приходит в голову, что она нашла подходящую мне невесту. – Он вздрогнул. – Я бы никому не пожелал матушкиной решимости в этом плане, включая Миранду.

Грей кивнул:

– Продолжай!

– Вот мне и показалось хорошей идеей дать волю нашей естественной и взаимной склонности к перебранкам. И, сделав это, доказать всем вам, что между мною и Мирандой действительно ничего нет.

– Ясно… – Грей задумчиво пригубил бренди. – И теперь ты знаешь, что это не помогло.

– Разве?

– Абсолютно. – Кузен умолк. – Если что, имей в виду, что ваш разговор убедил нас в том, что между вами происходит нечто весьма интересное.

– Но это же нелепо!

Грей наклонился вперед.

– Если что и нелепо, так это то, что, выбрав трижды неподходящих женщин, ты не в состоянии понять, что рядом с тобой находится подходящая, – заявил он.

Уин вопросительно посмотрел на него.

– Миранда Гаррет абсолютно не подходит мне! В жизни не слышал ничего смешнее!

– Почему?

– Во-первых, я ей не нравлюсь. Она совершенно мне не доверяет. И считает, что я безнадежно увяз в прошлом. Миранда не согласна с моим мнением о том, что должны и чего не должны делать женщины. А еще я подозреваю, что она до сих пор не полностью оправилась после смерти мужа.

– Однако леди Гаррет изменила стиль одежды и сделала новую прическу, – напомнил кузен. – Мне кажется, это значит, что женщина решила двигаться вперед.

– Хотелось бы сказать, что ты…

– А еще это указывает на то, что женщина хочет, чтобы мужчина ее заметил.

– Я заметил ее! – раздраженно выкрикнул виконт. – Я много чего в ней заметил, и большая часть этих вещей нервирует меня.

– Но не все из них, да?

– Разумеется, нет.

Он заметил, что когда Миранда улыбается, в уголке ее губ появляется ямочка. Обратил внимание на чудесный звон ее смеха. Отметил для себя, что от нее пахнет приближающейся весной и что цвет ее глаз меняется в зависимости от настроения.

– У меня такое ощущение, – медленно проговорил Грей, – что Миранда бросила тебе вызов.

Уинфилд прищурился.

– Вызов? – переспросил он.

– Но это всегда доставляло тебе удовольствие, – заметил кузен.

– Да что тебе известно о вызовах! Что за вызов ты имеешь в виду?

– Ну как же – завоевать руку и сердце прекрасной леди Гаррет, – пояснил лорд Эллиот.

Уин был ошеломлен. Возмущенно глядя на Грея, он произнес:

– Мне не нужны ни ее сердце, ни рука! – Виконт покачал головой. – И она уже сказала, что мы с ней друг другу не подходим.

– В этом и заключается вызов. – Кузен пожал плечами. – Измени ее мнение.

– Не хочу я менять ее мнение! Меня не интересует Миранда Гаррет, да и у нее нет ко мне ни малейшего интереса.

– Очень хорошо.

– Что очень хорошо?

– Это не мое дело.

– Нет!

– В любом случае, я через несколько недель уезжаю в Америку.

– Да, уезжаешь.

– Думаю, это к лучшему. Хотя я с нетерпением жду твоей погибели от рук еще одной женщины.

– Не будет у меня никакой погибели! – огрызнулся Уин.

Грей посмотрел на него с таким выражением, которое можно было истолковать как сочувствие.

– Не будет! – настаивал лорд Стилуэлл. – Уверяю тебя, между мной и Мирандой ничего нет, как и малейшей возможности того, что это возможно.

– Очень хорошо.

– Прекрати повторять одно и то же!

– Как хочешь!

Сдержав улыбку, Грейсон сделал глоток бренди.

– Хочу! – раздраженно бросил виконт.

Впрочем, возможно, кузен знал, что говорит. И даже если он абсолютно запутался или был сбит с толку, ум Грейсона был трезв. И если лорд Эллиот говорит что-то такое, о чем Уин и не думал, разумнее выяснить, в чем дело, а не пытаться проигнорировать его слова. В конце концов, речь идет о его будущем. Если он ничему не научился после трех неудачных помолвок, не было ли это предостережением? Ни к чему бросаться куда-то очертя голову. Хотя вполне возможно, что виконт просто боится совершить еще одну ошибку при попытке знакомства с потенциальной невестой. И тем не менее, не должен ли он попытаться?

Хуже всего, что леди Гаррет может оказаться подходящей партией в супруги, женщиной его мечты. Однако совершенно очевидно, что он ей не подходит.

– Лорд Стилуэлл… Уинфилд…

Миранда замерла на верхней ступеньке невысокого лестничного пролета, ведущего к аллее. Уинфилд стоял возле двух оседланных лошадей, которых конюх держал за поводья. Она не могла не заметить, как виконт хорош и красив в костюме для верховой езды. Миранда прекрасно понимала, что привлекательного в нем находили женщины. Не то чтобы ее это интересовало, пусть прошлой ночью он и был героем ее сновидений. Причем самого неприличного и возбуждающего характера. И все же Миранде сложно было не думать о том, что произошло во сне.

– Не ожидала увидеть тебя так рано.

– Мне сказали, что ты собираешься сегодня в Фейрборо, вот я и решил составить тебе компанию.

Уинфилд приветливо улыбнулся. Учитывая, что произошло между ними прошлым вечером, леди Гаррет не была уверена, что может доверять этой улыбке.

– Я вполне способна и сама добраться до холла, – сказала она.

– Не сомневаюсь в этом, Миранда, но только если ты будешь держаться дороги. Однако есть и более короткий путь по полям, который позволяет сэкономить минут десять. Так ехать гораздо… рациональнее.

– Ах, ну раз это так рационально…

Леди Гаррет не понимала, почему разговоры о рациональности так раздражали ее. Она позволила Уину помочь ей сесть на коня и постаралась не обращать внимания на приятное ощущение тепла его рук.

Потом виконт сам запрыгнул в седло, и они тронулись в путь. Всего через несколько минут Миранда порадовалась, что предпочла поездку верхом экипажу. При таком способе передвижения не было необходимости вести разговор. А когда они сидели рядом в двуколке, им приходилось постоянно беседовать или погружаться в неловкое молчание. Признаться, ей нравилось разговаривать с ним, если не считать раздражавшей ее манеры озвучивать все, что придет на ум. Надо с этим что-то сделать.

– Так ты считаешь, что это может быть сделано?

– Что ты имеешь в виду?

Уин одарил Миранду скептическим взглядом, словно она точно знала, о чем виконт толкует.

– Можно ли восстановить Фейрборо к балу?

– Мне кажется, я вполне ясно высказалась об этом, – холодно произнесла Миранда в ответ.

– Так ответ «нет»?

– Ответ всегда был отрицательным.

– И, несмотря на это, ты все же намерена взять мой бонус, пусть восстановление Фейрборо к этому сроку и невозможно?

– Да, намерена.

– Ты собираешься праздновать победу из-за недопонимания?

– Именно так.

– Несмотря на то что я считал, будто мы просто играем перед другими?

– Да, несмотря на это. – Миранда кивнула. – Или, быть может, потому, что ты не убедился в том, что я это понимаю.

– Что ж, тогда это полностью моя вина.

– Так и есть.

– И меня надо заставить заплатить за ошибки.

– И ты заплатишь.

Уинфилд вздохнул.

– Мне кажется, что цена слишком высока.

– Ты можешь себе это позволить.

– Слава богу. – Виконт замолчал. – А знаешь, для женщины, с которой я не обручен, ты мне очень дорого обходишься.

Леди Гаррет едва сдержала смешок.

– Так все твои невесты дорого тебе обходились?

– Вообще-то, только одна. Женщины не склонны возвращать дорогие безделушки, когда помолвка разрывается. – Он пожал плечами. – У первой были очень высокие запросы.

Речь, разумеется, шла о миссис Хеджес-Смит. Это ничуть не удивило леди Гаррет.

– А остальные? – поинтересовалась Миранда.

– Вторая была весьма разумна и рациональна. – Уин усмехнулся. – Как потом выяснилось, она находила меня слишком несерьезным для нее.

– И ты с этим миришься.

– Мне бы хотелось.

Потянув поводья, леди Гаррет посмотрела на него.

– Ты говоришь серьезно, не так ли?

– Боюсь, что да.

– А третья?

– Мне казалось, что мы с тобой договорились не обсуждать мои помолвки и твой брак, – напомнил виконт.

– Да, вроде договорились. – Миранда ненадолго задумалась. – Это несправедливо, что я задаю тебе вопросы о твоих помолвках, когда мы решили их не обсуждать. Хоть ты и сам завел о них речь.

– Тогда я заслуживаю того, что получил, – мрачно проговорил Уин, правда, его мрачность ни на секунду не показалась ей естественной.

– Конечно, заслуживаешь. Но справедливости ради, коли уж я задала тебе три вопроса о помолвках, ты можешь задать мне три вопроса о моем браке, – заявила леди Гаррет.

– По-моему, ты задала четыре вопроса.

– Возможно. – Она пожала плечами. – Но я помню только три, и поскольку я вообще могла тебе ничего не предлагать взамен, ты тоже можешь задать только три.

– Ну хорошо, три так три.

Пришпорив коня, виконт поехал вперед.

Миранда нагнала его.

– Итак?

– Погоди, я думаю. – Уин посмотрел на нее. – У меня всего три вопроса, так что я не хочу попусту их тратить.

– Боже, это же не желания, а всего лишь вопросы, – тихо проговорила леди Гаррет.

Виконт улыбнулся в раздражающе знакомой манере.

– Нет, но они могут быть мелкими или гораздо более стоящими.

– Сомневаюсь. – Она пожала плечами. – Можешь спрашивать, о чем хочешь.

Его брови приподнялись.

– В пределах разумного, конечно.

– Очень хорошо.

Еще несколько минут они ехали молча.

– Наверняка есть что-то, о чем ты хочешь знать?

– О, есть много вещей, будоражащих мое любопытство, – заверил ее Уин.

– Это твой шанс.

– Мне это известно. – Виконт минуту подумал. – Где твой муж в первый раз поцеловал тебя?

– В египетском зале Британского музея, – тут же ответила она. – Время шло к закрытию, поэтому там никого не было.

– Не в каком-нибудь зале Элгина?

– Джона не так интересовала греческая архитектура, как меня, – официальным тоном, словно все это ей безразлично, ответила Миранда. Впрочем, ей уже действительно казалось, что она может спокойно об этом рассуждать. И вдруг с удивлением поняла, что это не так. – Он предпочитал реликвии Древнего Египта.

– Именно их вы смотрели, когда ты пошла с ним в музей.

– Это не все, что мы видели. – Хотя сейчас, оглядываясь назад во времени, ей стало казаться, что именно так все и было. Они действительно больше внимания уделяли тому, что интересовало Джона. Миранда спросила себя, почему никогда раньше не думала об этом.

– Понятно.

Что он имеет в виду? И что считает понятным?

– Твой следующий вопрос.

– Приберегу его на другое время.

Уин соскользнул с коня, и леди Гаррет поняла, что они приехали.

– Возможно, в другое время я не захочу отвечать на вопросы.

Миранда посмотрела на него сверху вниз. А потом виконт протянул к ней руки, и на мгновение она оказалась в его объятиях. После этого лорд Стилуэлл, как и полагается, отступил назад.

– Но все же есть шанс, что я сумею задать их. – Он улыбнулся. – Я вернусь днем, чтобы отвезти тебя на чай. Думаю, ты успеешь много дел переделать к этому времени.

– Наверное, успею, но тебе ни к чему снова так далеко ехать. Не сомневаюсь, что я и сама найду обратную дорогу, – сказала Миранда.

– И все же матушка никогда не простит мне, если с тобой что-нибудь случится. Да я и сам себе этого не прощу.

– Я понимаю, но…

– Миранда. – Наклонившись к ней, Уинфилд понизил голос. – Я, конечно, мог бы попросить тебя, чтобы ты позволила мистеру Кларку провожать тебя в Миллуорт всякий раз, когда ты сюда приезжаешь. И я не сомневаюсь, что ты согласилась бы на мое предложение. По крайней мере, до тех пор пока это не стало бы неудобным для тебя или него.

– Не говори ерунды, – тихо возразила леди Гаррет, прекрасно понимая, что виконт прав.

– Ты не знаешь ни дороги, ни местности, не знаешь, какого именно коня тебе приготовят. Именно поэтому я буду каждое утро привозить тебя сюда, а вечером – забирать и сопровождать в Миллуорт. И это… – виконт посмотрел ей прямо в глаза, – не обсуждается.

Как ни неприятно Миранде было признаваться в этом, в его словах был смысл. Она наградила Уина сияющей улыбкой.

– Как хочешь, – заявила она.

Несколько мгновений лорд Стилуэлл с подозрением рассматривал ее.

– Ты понимаешь, что пугаешь меня, когда на что-то соглашаешься?

Миранда засмеялась.

– Тогда мне надо быть почаще сговорчивой.

– Не уверен, что я смогу это вынести.

– Наверняка ты сильнее, чем думаешь.

– Обстоятельства вынуждают.

Они обменялись еще несколькими фразами, после чего Уинфилд вновь сел на коня и поехал в сторону Миллуорта. Несколько мгновений Миранда смотрела ему вслед, восхищаясь тем, как он держится в седле, и ловкостью, с какой управлял своим скакуном. Ей было интересно, что еще виконт хочет спросить о ее браке и почему вообще этим интересуется. Впрочем, ей нечего было скрывать. И как занятно, что первым делом виконт поинтересовался, когда она в первый раз поцеловалась с Джоном.

Развернувшись, Миранда заметила Эдвина и направилась к нему. Им было необходимо обсудить, какую часть Фейрборо реально восстановить к балу. И дело не в том, что она в любом случае получит свой бонус. Просто леди Гаррет решила, что эта замечательная идея стоит того, чтобы приложить усилия.

Не прошло и нескольких минут, как Миранда с головой окунулась в разъяснение планов ускорения реконструкции и обсуждение изменений бюджета стройки. Она вникала во все детали. И все же какая-то очень странная мысль поселилась в глубине ее сознания и никак не хотела оттуда уходить. Это было абсолютно нелепо и совершенно не нужно Миранде. И все же…

Где леди Гаррет могла бы находиться, когда ее в первый раз поцеловал бы Уинфилд? И кое-что еще более важное: почему он до сих пор этого не сделал?

Глава 14

– Отличный пирог, матушка! – восторженно проговорила Диана. – Ты просто превзошла себя.

– Я всегда превосхожу ожидания, дорогая. – Довольная улыбка заиграла на губах пожилой женщины.

Ничто не нравилось матушке больше, чем похвалы ее навыков готовки. Если не считать, конечно, того, что только еда могла собрать ее дочерей под одной крышей.

На прошлой неделе, во время короткого визита в Лондон, Миранда получила от леди Уотерстоун письмо с приглашением на ленч. И хотя их появление на мероприятии преподносилось как желательное, но это был, по сути, приказ. Матушка была куда более снисходительна к Эвелин и Веронике, потому что те вели семейную жизнь и были загружены домашними делами. Но разве Миранда тоже не очень занята?

Прошло три недели с тех пор, как она поселилась в Миллуорт-Мэноре, и за это время Миранда только трижды смогла выбраться в город.

Реконструкция продвигалась успешно, однако ее скорость не могла соперничать со скоростью приближения бала в честь летнего солнцестояния. Приезжая в офис, Миранда каждый раз обсуждала с Кларой возможный бонус. Хотя обе женщины и были согласны с тем, что дополнительные деньги должны пойти в фонд работников фирмы, обе начинали испытывать угрызения совести, когда речь заходила о том, что в один прекрасный день эти деньги придется использовать, ведь это был неизбежный организационный момент. В конце концов, правильно ли брать деньги у человека, который не помнит собственные слова? Впрочем, поскольку денег у Уинфилда было предостаточно, это не казалось им большим грехом. Графу подобные траты позволительны, а вот служащие компании «Гаррет и Темпест» не могут позволить себе потерять работу без какой бы то ни было компенсации.

– Мне скоро понадобится новая кухарка. – Порция вздохнула с таким видом, словно эта потеря была катастрофой мирового значения. – Моя прежняя согласилась выйти замуж за человека, снабжающего нашего мясника цыплятами, так что ей скоро придется уехать за город. Правда, она пообещала подождать, пока я найду замену, но, боюсь, ее терпение скоро иссякнет.

– Разговоры о свадьбе так и витают в воздухе, – с невинным видом промолвила Бьянка, словно не понимавшая, какого рода разговор затевает. – Но, в конце концов, сейчас весна…

– Порция, – задумчиво произнесла леди Уотерстоун. – Я тут недавно случайно встретилась с лордом Пламстедом. Какой приятный джентльмен!

– Да?

Бросив на Бьянку испепеляющий взгляд, Порция сделала глоток чаю. Она всегда стояла первой в мамином списке.

– Каким бы он приятным не был, матушка, вокруг него всегда стоит некий запах. – Диана покачала головой. – Мне кажется, он исходит от какого-то средства, которым он щедро смазывает оставшиеся на макушке волосы, чтобы придать им более пышный вид. Запах очень резкий, правда, я никак не пойму, чем именно пахнет.

– Ну да, я это заметила, – согласилась мать. – Впрочем, возможно, лорду Пламстеду просто нужна рядом женщина, которая укажет на ошибку…

Хоть Миранда и считала Лондон самым великим городом мира, пусть и не бывала в других мировых столицах, в эту минуту она отдала бы почти все, лишь бы уехать за город. В самом деле, каждый раз, когда она уезжала из Миллуорта, ей становилось все труднее возвращаться. И вину за это можно полностью возложить к ногам Уинфилда Эллиота.

Хоть Миранда и считала, что ежедневные проводы и встречи будут ограничивать и раздражать ее, они постепенно превращались для леди Гаррет в привычку и стали необходимы ей, как воздух. Миранда очень быстро поняла, что с нетерпением ждет их ежедневных поездок в экипаже или верхом. Виконт, как и она, был очень неплохим наездником. И ей нравились их разговоры как о серьезных вещах, так и о пустяках. Да что там – ей было приятно его общество. Этот человек оказался забавным, задумчивым и куда более умным и сложным, чем Миранда предполагала. По сути, он был неожиданно многогранен.

И, как это ни раздражало леди Гаррет, она начинала по нему скучать, как только они расставались. Более того, Миранда все сильнее скучала по нему. Поэтому у нее возник естественный вопрос: взаимны ли ее чувства? Они действительно становились друзьями, однако леди Гаррет подозревала, что приятели не думают друг о друге без необходимости. Один друг не ломает голову над тем, может ли другой его поцеловать. У нее никогда не было знакомого, который посещал бы ее сновидения и заставлял томиться по тому, что может быть не совсем приличным, приемлемым и даже правильным, но чего ей тем не менее хотелось. Чего-то прекрасного и в то же время слегка порочного.

– Миранда!

Девушка подняла глаза на мать.

– Да?

– Где ты сейчас была? – нахмурившись, спросила ее леди Уотерстоун.

– Как это где? Здесь, разумеется! – удивленно распахнув глаза, ответила леди Гаррет.

– Мне так не кажется. Я сразу могу сказать, когда одна из моих дочерей витает в облаках.

– В последнее время она была более чем просто занята. – В голосе Бьянки зазвучало подозрение. – Да-да, я это уже довольно давно заметила. Думаю, год назад или даже больше.

– Траур.

Диана понимающе кивнула.

– Дело не в трауре. – Бьянка внимательно посмотрела на сестру. – Меня не проведешь. Тем более Миранда всегда рассказывала мне все важное. Я бы сказала, что у нее есть какая-то тайна.

– Тайна? – Глаза леди Гаррет снова расширились от изумления. – У меня?

– Это кажется весьма неправдоподобным, – пробормотала матушка.

Миранда заставила себя усмехнуться.

– Это полная ерунда! – подтвердила она.

– Ты говоришь глупости, Бьянка! У Миранды никогда не было секретов. Но она сегодня чудесно выглядит. – Порция оглядела ее критическим взглядом. – Она по-другому уложила волосы, и у нее очень стильное платье.

– Спасибо тебе, – подмигнув, сказала Бьянка.

Мать приподняла брови.

– Да это же мои вещи! – фыркнув, пояснила девушка. – Я просто дала ей их поносить.

– Ты хорошо поступила, сделав это. – Потянувшись к Бьянке, леди Уотерстоун похлопала ее по руке. – Она прекрасно выглядит, и этот цвет ей так идет.

– Спасибо, матушка.

Миранда считала, что лососевый цвет платья, которое было на ней сегодня, и впрямь был ей очень к лицу.

– Могу ли поинтересоваться, чем вызваны столь существенные перемены? – спросила Диана. – Ты же никогда особенно не уделяла внимания одежде.

– Я решила, что настала пора пересмотреть мои взгляды.

Если бы леди Гаррет сказала им, особенно матери, хотя бы часть того, что поведала Бьянке о намерении изменить свою жизнь, мать тут же пришла бы к выводу, что причина тому одна – желание найти нового мужа. И не успела бы Миранда и рта раскрыть, как оказалась бы на первом месте в списке родительницы. А каждого подходящего джентльмена, который появлялся бы где-то рядом, тут же посылали бы в ее направлении. Ничто не доставляло леди Уотерстоун большей радости, чем новость о том, что один из ее детей ищет себе пару и спешит заключить брак, а не бежит от него в ужасе. Миранда с сестрами сошлась во мнении, что если бы их мать более придирчиво выбирала женихов, которых она буквально подталкивала к ним, пусть даже речь шла бы о таких несерьезных вещах, как внешность, возраст или прическа, то, возможно, ее усилия приносили бы плоды. Правда, ни одна из них не решилась бы сказать подобного ей, потому что после этого она только приумножила бы свои усилия.

– Боже мой, да! – В голосе Порции было больше энтузиазма, чем необходимо. – Мы думали, ты никогда не заметишь, что выглядишь, как…

– Гувернантка? – подсказала Миранда.

– Ерунда! – Мать улыбнулась ей. – Ты всегда была достаточно хороша – приятная, милая, сдержанная. – Она обвела остальных дочерей суровым взглядом. – Разве мы так не считаем? Каждая из нас и все мы, вместе взятые?

– Разумеется, – тихо сказала Бьянка.

– Бесспорно, – поддержала Диана.

– Я не помню, чтобы мне что-то такое приходило в голову. Мне казалось, мы договорились.

– Порция!

Матушка прищурилась. Порция замолчала, а потом улыбнулась Миранде.

– Мы все сошлись во мнении, что ты хороша своей спокойной и сдержанной красотой.

– Всегда приятно слышать, что твои сестры на самом деле о тебе думают, – мрачно заметила леди Гаррет. – Я говорила это Бьянке и готова сказать всем вам: мне жаль, что вы мне ничего не говорили.

– Но почему мы должны были что-то говорить? – Леди Уотерстоун уверенно встретила ее взгляд. – Тебя вполне устраивала собственная внешность и жизнь. И наше мнение едва ли имело какое-то значение. – Улыбнувшись, она взяла чашку. – Ну а теперь скажи мне, как поживает моя любимая подруга леди Фейрборо?

– Я не знала, что вы с леди Фейрборо знакомы, пока Миранда не сказала мне об этом.

Бьянка снова что-то заподозрила.

– Моя дорогая девочка, я знаю всех. – Мать быстро ей улыбнулась. – Я вращалась в высшем свете Лондона дольше, чем рискну в этом признаться. И нет такого человека, с которым я бы не была знакома.

– Едва ли такого человека можно назвать любимой подругой, – вполголоса проговорила Диана.

Порция и Бьянка переглянулись. Первая невинно улыбнулась.

– Тогда скажите мне, тетя Хелена, как зовут леди Фейрборо?

– Маргарет. – Улыбка леди Уотерстоун оказалась под стать племяннице. – А ее мужа, графа Фейрборо, зовут Роландом. Их фамилия Эллиот. Девичья фамилия леди Фейрборо – Шоу. У них есть сын Уинфилд, лорд Стилуэлл. Их племянника, который вырос в их семье так же, как Порция – в нашей, зовут Грейсон. Он заработал огромное состояние на рискованных предприятиях в Америке и недавно обручился с леди Лидингем. – Она сделала глоток чаю. – Леди Фейрборо считалась в молодости красавицей, как и я. Лорд Фейрборо пользовался сомнительной репутацией, но этим отличаются все мужчины, как и ваш отец. Похоже, их сын пошел по стопам родителя. Хотя должна сказать, что я давно не слышала о нем ничего интересного. Его последняя помолвка, одна из трех, если я не ошибаюсь, сорвалась три года назад…

– О да, действительно несколько лет назад, – тихо сказала Бьянка.

Дамы вопросительно смотрели на мать.

– Ну а теперь, Миранда… – обратилась леди Уотерстоун к своей младшей дочери, – все-таки скажи мне, как поживает моя любимая подруга леди Фейрборо?

– Неплохо, – ответила девушка. – Она передавала вам поклон.

– А ты уже познакомилась с ее очаровательным сыном?

Миранда пожала плечами.

– Да, мы мельком виделись.

– Он ведь не обручился снова?

– Нет, насколько мне известно, – медленно произнесла леди Гаррет.

– Вообще-то, в этом нет ничего удивительного. – Мать задумчиво посмотрела на нее. – Я действительно считаю, что загородный покой и свежий воздух пошли тебе на пользу, – резко добавила она. – Щеки у тебя стали розовее, чем обычно. Хотя, возможно, все дело в цвете платья. Тебе определенно надо чаще носить одежду лососевого цвета. – Леди Уотерстоун кивнула. – Передай леди Фейрборо мои наилучшие пожелания. – Она обвела взглядом остальных. – Диана, мне пришло в голову, что…

Миранда недоверчиво смотрела на матушку. Совсем не в ее духе упускать что-то из внимания. Да с того самого мгновения, когда имя Уинфилда было упомянуто в разговоре, леди Гаррет ожидала, что родительница набросится на нее с разговорами о возможном брачном союзе с ним, как кошка на мышь. Поэтому ей и показалось странным, что матушка либо не подумала об этом, либо предпочла не говорить о виконте. Возможно, все дело в сомнительной репутации Уинфилда или, что куда более вероятно, в трех его разорванных помолвках. Не было для леди Уотерстоун большего греха, чем сорвать грядущую свадьбу.

И все же, как бы сильно Миранда ни любила матушку, она ей не доверяла. Особенно когда дело доходило до возможности заключения подходящего союза ее детей. Никто лучше вдовствующей графини Уотерстоун не знал, что правила честной игры не применимы к любви, войне и, конечно же, поиску удачной партии.

Нет, надо быть глупцом, чтобы потерять бдительность при общении с леди Уотерстоун. Когда ее мать замешана в деле, все может случиться и, как правило, случается.

Больше всего Миранде хотелось спокойно провести ночь в том доме, в котором они жили с Джоном. Несмотря на то что ее мысли были полностью поглощены другим мужчиной. Однако ближе к вечеру они с Бьянкой встретились с Вероникой в чайной комнате, где, к несчастью, позволили уговорить себя пойти вместе с ней на лекцию, которую Себастьян читал в Клубе исследователей.

– Мне так приятно, что вы согласились присоединиться ко мне, – проговорила Вероника, когда они расположились на последнем ряду заполненного людьми лекционного зала. – Себастьян всегда радуется, когда кто-то из родных приходит на его выступления. Хотя, честно говоря, он должен понимать, что, за исключением рассказов о чем-то абсолютно новом, мы все уже тысячу раз слышали от него то, что он вещает на лекции.

– А ты посещаешь все его лекции? – поинтересовалась Миранда.

Вероника кивнула.

– Да, если, конечно, мне не удается придумать какой-то стоящий предлог, чтобы не ходить на них.

– Но слушателей тут полно, – заметила Бьянка, обводя взором зал. – Кажется, ни одного места не осталось.

– Его книги тоже хорошо распродаются, – сказала Вероника с удовлетворенной улыбкой. – Надеюсь, вы не против того, что мы не заняли места в переднем ряду, которые Себастьян для нас зарезервировал?

– Я подумала, что с твоей стороны было очень мило уступить их этим пожилым леди, – с улыбкой произнесла Миранда.

– Да, посмотрим… – Девушка вздохнула. – Они родственницы моей тети, которая твердо уверена в том, что женщины должны вступать в Клуб исследователей. И поскольку ее здесь нет, то я надеюсь, что они будут себя хорошо вести. Хотя уверенности в этом нет.

Леди Гаррет изумленно посмотрела на нее.

– Я представить себе не могу, что кто-то из них будет неподобающе себя вести. На вид они весьма… воспитанные.

– Внешность, моя дорогая Миранда, может быть обманчивой. Особенно если речь идет о пожилых леди, у которых есть какие-то причуды. – Вероника покачала головой. – Знаешь, когда моя тетя приходит сюда, она всегда вступает в спор с директором клуба. А на вид она такая же кроткая, как и ее подруги.

Сестры переглянулись. Они были знакомы с тетей Вероники. И едва ли назвали бы ее «кроткой и незаносчивой».

– Правда, это впечатление исчезает, как только она открывает рот, – пробормотала девушка.

Спустя минуту Себастьян взошел на кафедру и посмотрел на слушателей с улыбкой, которую родные про себя называли профессиональной. Теплой, приветливой и достаточно доверительной, чтобы каждый из присутствующих уверился в том, что он говорит с ним и только с ним.

– Добрый вечер, леди и джентльмены! – начал Себастьян. – Сегодня мы отправимся в путешествие…

Нельзя было отрицать, что их брат – прекрасный рассказчик, однако оказалось очень трудно сосредоточиться на том, что каждая из них слышала много раз. Особенно если голова занята вопросами, не имеющими отношения к навигации на Амазонке, обнаружении оазиса в Сахаре или еще к чему-то, о чем Себастьян намеревался поведать залу.

Миранда не понимала, какие чувства испытывает к Уинфилду. Хотя стоило признать, что ее нежелание допустить возможность того, что между ними что-то происходит, вызвано ее собственным страхом. Страхом, что она совершает ошибку или что он не ответит ей взаимностью. С Джоном все было так просто. Но Уинфилд совсем не такой, как ее покойный муж. Впрочем, разве Миранда не стала сейчас совсем другой женщиной?

– …и замышляя такую экспедицию, каждый должен всегда помнить…

Хотя, возможно, настала пора рискнуть, как Миранда уже делала, затевая бизнес, надевая новое платье или создавая новую прическу. И если этот человек ей нужен, возможно, настала пора что-то изменить. Если, конечно, он подходящий ей человек, хотя в этом она как раз сомневалась.

– Боже правый! – выдохнула Бьянка, наклоняясь к сестре. – Еще одна!

– Кто еще одна? – удивилась Миранда.

– Еще одна из невест лорда Стилуэлла, – объяснила сестра.

– Где?

Вытянув шею, леди Гаррет огляделась по сторонам.

– Прямо там. – Бьянка неопределенно кивнула в сторону толпы. – С правой стороны через два ряда впереди нас. Блондинка в унылой голубой шляпе. На третьем месте от края ряда.

Миранда увидела женщину с таким напряженным выражением лица, словно то, о чем Себастьян говорил, действительно было крайне интересным. Хотя, возможно, она слышала все это впервые в жизни. На ней был практичный голубой костюм, поразивший Миранду, ведь всего несколько недель назад она и сама могла надеть такой же.

– Она очень милая, – заметила леди Гаррет.

– И очень правильная, – добавила Бьянка. – Представить не могу их вместе.

– А как ее зовут?

– Леди Джастис… Люсиль, кажется.

Сидевшая с другой стороны от Миранды Вероника наклонилась к ним.

– О ком это мы говорим? – спросила она.

Сидевшая перед ними женщина обернулась и гневно посмотрела на них.

– Извините, – прошептала леди Гаррет.

– Знаете, это мой муж выступает, – тихо проговорила Вероника. – И я заслужила право при желании прерывать его. – Переведя глаза на Миранду, она сказала: – Потом поговорим об этом.

Леди Гаррет прогнала из головы все мысли об Уинфилде и его таких не похожих друг на друга невестах и постаралась сосредоточиться на том, что говорит ее брат. Следующие несколько минут она была полностью поглощена историями Себастьяна о затерянных городах, сокровищах и полных приключений поисках того и другого. Он действительно рассказывал что-то очень интересное, несмотря на то что Миранда и слышала все это раньше.

– Ну а теперь я должна признаться, что просто умираю от любопытства, – сказала Вероника, как только аплодисменты стали затихать и толпа двинулась к фойе, где обещали подать прохладный лимонад и, возможно, устроить личную встречу с лектором. – О ком вы говорили?

– О леди Джастис.

Бьянка кивнула в сторону девушки, о которой шла речь. Та была полностью поглощена разговором с джентльменом, которому, похоже, вовсе не был интересен его предмет.

– В самом деле? – Вероника проследила за взглядом золовки. – Почему?

– Да просто так, – поспешила ответить Миранда.

– Разве она не была обручена с лордом Стилуэллом? – спросила Бьянка.

Жена Себастьяна кивнула.

– Она была невестой номер два. Знаете, этот человек был обручен три раза!

– Поэтому напрашивается резонный вопрос: что с ним не так? – официальным тоном спросила Бьянка. Миранда бросила на нее сердитый взор.

– Не знаю, что с ним не так, кроме привычки выбирать неподходящих женщин. Однако мужчины часто совершают глупости, особенно когда дело касается дам. Стоит признать, что она хорошенькая. – Вероника обвела глазами фигуру леди Джастис. – Нет, я не думаю, что проблема в лорде Стилуэлле. Хотя тот факт, что человек был трижды обручен, но так и не женился, говорит в его пользу.

Леди Гаррет нахмурилась.

– Ты правда так считаешь?

– Несомненно! Надо обладать большой мудростью и смелостью, чтобы отказаться от помолвки, которая приведет тебя к тому, что ты будешь вынужден всю жизнь прожить с неподходящим человеком, – заверила ее Вероника.

– Хотя у нее была причина, – пробормотала Бьянка.

– Все зависит от того, как на это смотреть, – добавила Миранда.

– Смотреть на это можно только так, как я сказала, – уверенно сказала невестка. – К тому же, поскольку я знакома и с леди Джастис, и с лордом Стилуэллом, я должна отметить, что, без сомнений, он избавился от этой помолвки лишь по счастливой случайности.

– Да что ты! – Леди Гаррет снова посмотрела на нее. – Почему?

– С одной стороны, леди Джастис – одна из самых педантичных женщин, которых я когда-либо встречала.

– Даже включая Порцию?

– Поверь мне, Порция по сравнению с леди Джастис – образец свободомыслия и либерализма. – Вероника покачала головой. – У этой женщины явно слишком туго затянут корсет.

Миранда поперхнулась от смеха.

– Лорд Стилуэлл заслуживает партии получше. – Девушка кивнула. – Он всегда поражал меня… своей человечностью. Понять не могу, что виконт мог в ней найти.

– Стало быть, ты хорошо его знаешь? – невинным голосом спросила леди Гаррет. – Я имею в виду лорда Стилуэлла.

– Боже мой, конечно! Мы много лет знакомы. Разумеется, не очень близко. Между нами нет доверительных отношений, или дружбы, или чего-то вроде этого. Но в моменты случайных встреч мы говорим другу другу какие-то приятные вещи, а иногда и беседуем. Он любит пофлиртовать, да и вообще очень обаятелен. И должна добавить, что он отличный танцор. – Вероника задумалась на мгновение. – С самого начала мне показалось, что лорд Стилуэлл и леди Джастис не подходят друг другу. Она из тех людей, кто слишком серьезно смотрит на вещи. Впрочем, ее первый муж, сэр Чарльз, тоже был чрезмерно серьезен. Хотя мне кажется, в ту пору у самого лорда Стилуэлла был такой период, что приходилось быть серьезным.

– Что ты имеешь в виду?

– В первую очередь, ты должна понять, что все мои слова основаны на том, что я слышала, и на моих собственных наблюдениях. Но насколько я поняла, между его первой помолвкой с женщиной, которую больше интересовало, что у него есть, чем то, каков он…

– Мы знаем миссис Хеджес-Смит, – перебила ее Бьянка.

– В таком случае я могу больше ничего не говорить. – Невестка презрительно фыркнула. – Мужчины бывают такими глупцами. Как я уже сказала, после удачного разрыва первой помолвки лорд Стилуэлл вплотную занялся финансовыми делами своей семьи, капиталовложениями, семейной собственностью и тому подобными вещами. Он получил репутацию человека дальновидного и весьма успешного. Я где-то слышала, что когда леди Джастис узнала, что лорд Стилуэлл не мрачный бизнесмен, каким он ей казался, то не захотела больше иметь с ним дела.

– Наверняка она сочла его слишком фривольным, – пробормотала Миранда.

– Думаю, что-то вроде этого. – Вероника поморщилась. – С лордом Стилуэллом всегда весело, и я рискну предположить, что она не захотела заключать брак с шутником. Или иметь мужа с прошлым.

– Да, но у него действительно определенная репутация, – заметила леди Гаррет.

– Конечно! Причем это репутация распутника. – Вероника лукаво улыбнулась. – С другой стороны, не хотела бы я иметь мужа без такой репутации.

– Да ты что? – удивленно воскликнула Миранда. – Почему же?

– Во-первых, я сочла бы его слишком скучным. Во-вторых, когда мужчина уже знает, что женщины могут ему предложить, он склонен… Как объяснить? – Она минуту подумала. – Ну да, этот человек не захочет и в будущем просить меню, так сказать. Он свое блюдо уже выбрал, и оно ему нравится, потому что такой мужчина знает, что все другие блюда меркнут по сравнению с этим.

Леди Гаррет вопросительно посмотрела на нее.

– Вдобавок к этому я должна сказать, что подобный опыт делает его… я снова затрудняюсь, какое слово лучше употребить… Пожалуй, «умелым» подойдет.

– Полагаю, сейчас ты говоришь о Себастьяне, – осторожно промолвила Миранда.

– Разумеется. – Глаза Вероники широко распахнулись от удивления. – Твой брат весьма…

– О, знаешь, я думаю, нам лучше не знать подробностей. – Бьянка подмигнула невестке. – Все-таки он наш брат.

– Да-да, конечно! Я об этом не подумала. – Вероника кивнула. – Должно быть, вам действительно неловко. Достаточно сказать, что мужчина с опытом, с репутацией повесы в прошлом, которого в настоящий момент считают человеком порядочным и честным, может сделать женщину счастливой до конца жизни. Дело в том, что распутнику обычно очень трудно сопротивляться. – Взгляд Вероники метнулся к двери, возле которой Себастьян разговаривал с группой поклонников. И опять на ее губах промелькнула лукавая улыбка. – Очень счастливой, – добавила она.

Глава 15

Июнь 1887 года

– А там есть другие привидения? – спросила Миранда у Уина, сидевшего рядом с ней в двуколке. Был день, и они возвращались из Фейрборо в Миллуорт, и разговор вновь зашел о беседках.

– О, и Миллуорт, и Фейрборо переполнены духами давно умерших людей, не желающих уходить в мир иной, – с абсолютно серьезным видом произнес виконт, в глазах которого плясали искорки смеха.

Лорда Стилуэлла поразило, что близость леди Гаррет кажется ему столь естественной, будто так и должно быть. И помимо этого приятной. Ему недоставало Миранды, когда она уезжала. Уин также был недоволен тем, что завтра леди Гаррет снова собирается в Лондон, но возражать против этого он не мог. Ей конечно же надо заниматься бизнесом, встречаться с семьей, друзьями. И все же виконт был недоволен. Ему не нравилось, что в ее отсутствие в его душе образовывалась пустота. Не хотелось задаваться вопросами о ее занятиях и времяпрепровождении. Его не устраивало, что он видит ее только во сне.

Миранда уже целый месяц жила в Миллуорте, а в Лондон ездила, по крайней мере, раз в неделю с тех пор, как поселилась в особняке. Хотя виконту казалось, что она уезжает гораздо чаще. В первую неделю, когда леди Гаррет была в столице, Уину недоставало ее общества, но он не считал ее отсутствие существенной потерей. На вторую неделю он отмахивался от чувства пустоты, решив, что оно возникло из-за того, что человек, с которым он проводит довольно много времени, ненадолго исчез. На третью виконт испытывал нетерпение и пребывал в плохом настроении до тех пор, пока Миранда не вернулась, и он наконец не увидел ее улыбку, не услышал смех. Да, она раздражала его так же, как и в первые дни их знакомства, но даже этого ему не хватало. Лорд Стилуэлл скучал по добродушному подтруниванию, мелким перебранкам и всему, чем сопровождалось общение с леди Гаррет. Что виконт будет делать, когда она уедет в Лондон навсегда? Хотя, возможно, ему следует задавать совсем другой вопрос: что он готов сделать для того, чтобы это предотвратить?

– Никто не может ночью пройти по холлам обоих особняков, чтобы его не настигло одно или несколько привидений, – заявил лорд Стилуэлл.

– Этого не было. – Миранда пожала плечами. – Мне никто не попадался на пути.

– Подожди, все еще впереди, – зловещим тоном пообещал Уин.

– Да я здесь уже месяц! Судя по твоим словам, парочку духов я обязательно должна была повстречать. Сколько мне еще ждать?

– Понятия не имею. – Виконт покачал головой. – Но считаю, что после смерти человек может не придерживаться какого-то расписания.

– Ты же знаешь, что я тебе не верю!

Уин скептически посмотрел на нее.

– Так ты считаешь, что привидения живут по расписанию?

Леди Гаррет рассмеялась.

– Я вовсе не это имею в виду, и ты понимаешь!

Лорд Стилуэлл усмехнулся.

– Но ты же поверила, когда я сказал, что встречал Томаса и Энн.

– Это совсем другое, – обиженно проговорила Миранда. – То была чудесная история, а не басня о том, что призраки толпами бродят по коридорам особняков.

– А ты поверишь, если я буду рассказывать тебе истории про каждое привидение?

– Да, возможно, но они должны быть увлекательными.

– Меня знавали как рассказчика хороших историй.

– Да, я это заметила. – Миранда немного помолчала. – Но Энн и Томас родились, если хочешь, под несчастливой звездой. И мне казалось вполне естественным, что если им не удалось быть вместе в этой жизни, они должны исправить это в следующей.

– Понятно. – Уин подвел двуколку к парадному входу в особняк, спрыгнул на землю и обошел экипаж, чтобы помочь леди Гаррет выйти из него. – Так ты считаешь, что единственной причиной, заставляющей умершего вернуться с того света, может стать поиск давно потерянной любви?

– Теперь ты говоришь глупости. Конечно, это не единственная причина, но самая значительная, я бы сказала.

Виконт потянулся к Миранде и тут же замер от желания заключить ее в объятия. Это было непросто. Он был не из тех мужчин, которые привыкли сдерживать свои желания, а осмотрительность никогда не была его сильной стороной. И все же, когда лорд Стилуэлл находился рядом с Мирандой, постоянная бдительность была просто необходима. Он не желал совершить еще одну ошибку.

– А я думал, что призраки преследуют людей из-за того, что у них остались какие-то незавершенные дела. Или для того, чтобы отомстить за дурное или что-то в этом духе. Или, возможно, потому, что они не до конца осознали собственную смерть.

– Или для того, чтобы воссоединиться со своей истинной любовью, – уверенно произнесла леди Гаррет.

– Родственные души, да? Возлюбленные?

– Навеки! – Миранда кивнула. – Если подумать, все это очень романтично. Я имею в виду, что истинная любовь побеждает смерть.

Они стали подниматься по лестнице, ведущей к парадной двери.

– Не думаю, что слово «побеждает» подходит в данном случае. – Уинфилд покачал головой. – В конце концов, они не прожили вместе счастливую жизнь и не умерли в один день. Не встретили свой конец вместе. Да что там, ни одна истинная любовь, описанная в истории или литературе, не привела к счастливому концу, насколько я помню.

Остановившись, леди Гаррет вопросительно посмотрела на него.

– Не говори ерунды!

– Знаешь, рискну предположить, что ты не назовешь больше, скажем, пяти известных пар, любовь которых имела счастливый конец. Да и пять-то вряд ли наберется. Обычно дело заканчивается… смертью.

– Чушь! – Миранда фыркнула. – Есть дюжины таких пар.

– Я прошу назвать только пять.

Уин был готов биться об заклад, что она едва ли вспомнит хоть одну такую пару.

– Дай мне минутку подумать.

– Я жду.

– А я думаю, – раздраженно бросила леди Гаррет.

– Зато я могу назвать сколько угодно случаев, когда любовь не привела ни к чему хорошему. Давай посмотрим. – Уин принялся загибать пальцы. – Ну, разумеется, самая знаменитая пара – это Ромео и Джульетта. Оба наложили на себя руки после смерти многочисленных родственников.

– Это выдуманные герои. – Миранда пожала плечами. – Они не считаются.

– Нет, почему же, считаются! Потому что выдумка становится правдой в глазах автора. Я бы сказал, что вымысел отражает то, что происходит в мире. Дальше идут Абеляр и Элоиза. Она стала монахиней, он евнухом и монахом.

– Да, но…

– Антоний и Клеопатра. Он упал на собственный меч, ее укусила змея. Еще были Ланселот и Гвиневра, само воплощение родственных душ, которые едва не уничтожили страну. Хотя, признаться, они, возможно, и не существовали никогда. Думаю, он стал отшельником, а она… Да, у нас снова монашка. О, она вышла замуж за другого человека.

– Очень хорошо, но… – Миранда лихорадочно вспоминала. – Элизабет Баррет Браунинг[1] и Роберт Браунинг! – В ее голосе зазвучали торжествующие нотки. – Их история любви завершилась довольно хорошо. Они жили вместе, пока она не умерла в его объятиях.

– Тем не менее она умерла.

– Ты же понимаешь, что это не одно и то же. Ты просто слишком упрям, чтобы признать это. – Леди Гаррет на минуту задумалась. – Ага! Мисс Беннет и мистер Дарси! Наверняка ты слышал о них.

– Ты вправду считаешь, что я мог не слышать о произведении Остен? – спокойно спросил Уин. – Ты думаешь, что я полный идиот?

– Не всегда.

– Ну хотя бы так. – Он пожал плечами. – Лично мне никогда не казалось, что они подходят друг другу. По моему мнению, они сошлись благодаря обстоятельствам, а не влечению друг к другу. – Виконт самодовольно улыбнулся. – И тем не менее ты насчитала только две пары.

– Я думаю. – Миранда резко вдохнула воздух. – Как я могла забыть королеву Викторию и принца Альберта!

– Да уж, как? Вот только Альберт… какое бы слово подобрать? Умер!

– Но ты должен признать, что их связывала великая история любви.

– Я признаю, что великие истории любви, которые хорошо завершились, реальные или придуманные, легендарные, – очень редки и их совсем мало. – Он долго и задумчиво смотрел на леди Гаррет. – Любовь, моя дорогая Миранда, очень хрупкая, мимолетная штука. Это мне известно из чрезмерно сентиментальных поэтических произведений, написанных авторами вроде миссис Браунинг.

– А не из собственного опыта?

– Боюсь, что нет.

Леди Гаррет прищурилась.

– Даже после трех…

– Нет, – уверенно заявил он.

– Подумать только, а я считала тебя романтиком.

– Да, именно в этом реальность конфликтует с моей порочной репутацией. – Виконт скорбно покачал головой. – Я ненавижу разочаровывать.

– А я ужасно разочарована. – Миранда театрально вздохнула. – В воображении я всегда отдавала предпочтение порочным мужчинам.

– И сейчас тоже?

– Да. – Леди Гаррет посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц. – Но он должен действительно быть очень порочным.

– Я очень порочен, – решительным тоном произнес виконт. – У меня репутация именно такого мужчины, и три разорванные помолвки позади, доказывающие это.

– Ну да, так и есть. – Миранда с сожалением покачала головой. – Хотя ты много времени потратил на то, чтобы убедить меня… как ты говорил? – Она на миг задумалась. – Что твоя репутация могла бы вынести улучшение, потому что ты сам годами над ней не работал.

– Жаль, да?

– Не уверена, что здесь уместно слово «жаль».

Леди Гаррет повернулась, чтобы войти в дом.

– Миранда!

– Да? – повернувшись, отозвалась она.

– Ты понимаешь, что назвала мне всего три примера, так что я могу считать, что доказал свою точку зрения.

– Ты знаешь, как выиграть спор, так что я согласна. – Она вздохнула. – Но это меня злит.

Уинфилд засмеялся.

– И все же это очень печально, не так ли?

– Печально?

Виконт вопросительно смотрел на нее, блеск его победы стал меркнуть.

– Все эти влюбленные, родившиеся под несчастливой звездой…

– Ну да, но я полагаю…

– Судьбою предназначенные друг для друга, но так и не соединившиеся…

Тяжело вздохнув, Миранда продолжила путь к двери.

Лорд Стилуэлл несколько мгновений смотрел ей вслед, а затем огорчился. Господи, ну как ей снова удалось поменяться с ним ролями? Почему даже теперь, когда он явно одержал над нею верх, у него возникло ощущение проигрыша?

– Я отлично понимаю, что ты только что сделала! – крикнул он вслед леди Гаррет.

– Хорошо.

Миранда все еще удовлетворенно улыбалась, когда лакей распахнул дверь. Нет ничего более увлекательного, чем украсть победу у Уинфилда.

Прескотт поздоровался с ней.

– Леди Фейрборо просит вас присоединиться к ней в гостиной, леди Гаррет, – сказал он.

– Благодарю вас, Прескотт.

Хозяйка часто приглашала ее на чай, когда она возвращалась в Миллуорт. Этого ей тоже будет не хватать. Такие встречи всегда доставляли Миранде удовольствие, и она узнавала много нового. Кто бы только мог подумать, что живущая за городом леди знает столько сплетен? Оставалось только догадываться, что будет, когда в распоряжении леди Фейрборо окажется телефон.

Леди Гаррет направилась в гостиную. Каждый раз, когда она пила чай с леди Маргарет, Миранда затаивала дыхание, ожидая каких-то вопросов о… скажем, дружбе, если нельзя подобрать более подходящего слова, между нею и сыном графини. Но либо эта женщина не видела в ней потенциальную невестку, либо она умела очень тщательно скрывать свои мысли.

Миранда была готова биться об заклад, что верно второе утверждение. Леди Фейрборо могла бы быть потерянной сестрой-близнецом ее матери.

Леди Гаррет вошла в гостиную. Хозяйка сидела на диване лицом к двери.

– Ах, вот и вы, Миранда! А мы-то все гадали, когда вы приедете.

На стуле лицом к графине сидела еще одна женщина, но леди Гаррет не могла разглядеть ее лица.

– Я опоздала? – спросила она, пересекая комнату.

– О нет, вовсе нет!

Повернувшись к ней, вторая женщина улыбнулась.

У Миранды перехватило дыхание, однако она все же заставила себя улыбнуться.

– Бьянка? Что ты здесь делаешь?

– Мне было просто любопытно, чем ты занимаешься. Мы так давно не разговаривали.

– Что за ерунда, мы совсем недавно встречались, – возразила леди Гаррет. – Мы виделись в Лондоне на прошлой неделе.

– Мне показалось, что гораздо раньше. – Бьянка сделала глоток чаю.

– Я завтра собиралась в Лондон, о чем, кстати, тебе говорила, – продолжала Миранда. – И я уверена, что все, о чем ты хотела со мной поговорить, могло бы подождать до завтра.

– Ну да, я, должно быть, забыла. – Сестра пожала плечами. – Но я уже здесь.

Леди Гаррет прищурилась.

– Да уж, вижу.

Леди Фейрборо похлопала по дивану рядом с собой.

– Присаживайтесь, моя дорогая! – пригласила она.

Расположившись на предложенном месте, Миранда потянулась за чашкой из чайного сервиза, стоявшего на столике у дивана. Боже, что сестра тут делает? И что еще важнее – сколько ей известно?

– Леди Фейрборо рассказывала мне о работе, которой ты тут занимаешься, – сказала Бьянка, и сердце Миранды подпрыгнуло. – Она находится под большим впечатлением от нее.

– Так и есть. – Хозяйка уверенно кивнула. – Я так восхищаюсь любой женщиной, у которой хватает отваги увидеть, что должно быть сделано, и сделать это. – Она нахмурилась. – Боже, надеюсь, я не сказала лишнего? Я решила, что если твоя сестра здесь, то ей все известно.

– Конечно, известно! Все! – Бьянка улыбнулась, выразительно глядя на родственницу. – Миранда все мне рассказывает.

– Так и должна поступать сестра. – Пожилая женщина тоже улыбнулась леди Гаррет. – Должна признаться, ты стала для меня вдохновительницей, моя дорогая.

– Мне это очень льстит, только я не понимаю, о чем речь.

– Несмотря на то что я всегда была человеком прогрессивным, большинство мужчин в этом доме таким качеством похвастаться не могут.

– Верно… – Миранда обхватила себя руками. – И?

– Вот потому я и начала думать, что все это очень хорошо и будет прекрасно, если мы проведем в дом электричество и телефоны и назовем это прогрессом, но…

Бьянка смотрела на нее как завороженная. Она тоже понимала, что сейчас прозвучит нечто важное. Леди Гаррет надеялась, что речь не пойдет о скоростных поездах.

– Но? – подтолкнула она.

– Но когда наша жизнь вернется в некое подобие нормального русла, когда реконструкция Фейрборо будет завершена и мы снова сможем переселиться в собственную резиденцию, я думаю, что нам стоит присоединиться к одному из движений суфражисток. Я пришла к выводу… – решительный взгляд пожилой женщины метнулся от одной сестры к другой, – что мне хотелось бы принимать участие в голосовании.

Бьянка подавилась чаем. Миранда ошеломленно смотрела на даму. Это был всего лишь маленький поезд, но все же поезд. Уинфилду это понравится. Вот только леди Гаррет не знала, внушает ли ей ужас то мгновение, когда леди Фейрборо объявит о своем желании принимать участие в выборах сына, или она с нетерпением ждет его.

– Тогда вам следует голосовать, – заявила Бьянка, промакивая губы салфеткой. – Нам всем следует голосовать. Более того, нам стоит вместе с вами вступить в одно из этих обществ. Если не в два и не в три. – Наклонив голову в сторону леди Фейрборо, она понизила голос и произнесла доверительным тоном: – Думаю, мама тоже к нам присоединится.

– О, это же отличная новость! Возможно, мне стоит написать ей и поделиться нашими планами.

– Нет! – хором сказали сестры.

– Мы имеем в виду, пока нет, – быстро сказала Миранда.

– Сначала нам надо хотя бы решить, в какое именно общество мы хотим вступить, а уж потом можно будет сообщить матушке, – добавила Бьянка.

– Отличная мысль! – Леди Фейрборо кивнула. – Ну а теперь я оставлю вас наедине, чтобы вы могли пообщаться. Я знаю, каково приходится сестрам, когда они некоторое время не видят друг друга. – Она вздохнула. – Я так скучаю по своей сестре. Я не вижу ее так часто, как хотелось бы. Правда, она никуда не ходит без своей противной маленькой собачонки. Эта собака ненавидит каждого проходящего мимо мужчину, но особенно ей не нравится Уинфилд. – Дама на минуту задумалась, а потом покачала головой. – Ну ладно. – Графиня взглянула на сестру Миранды. – Миссис Робертс, вы останетесь у нас на ночь? Боюсь, вы можете не успеть на последний поезд.

– Прошу вас, называйте меня Бьянкой, – попросила она. – И – да, я с удовольствием останусь.

– Нет, – сердито возразила леди Гаррет. – Я хочу сказать, что Бьянке необходимо вернуться в Лондон.

– Не совсем. – Сестра посмотрела на Миранду с милейшей улыбкой. – К тому же если я останусь, то завтра утром мы сможем уехать в город вместе.

– Вот и чудесно!

Леди Фейрборо просияла. Она высказала еще несколько соображений об особых отношениях сестер, несмотря на то, что они обожают назойливых животных, и наконец вышла из гостиной.

Миранда тут же повернулась к сестре.

– Что ты тут делаешь?

– Думаю, нам стоит обсудить другой вопрос: что здесь делаешь ты? – Она прищурилась. – Итак?

– Итак? – передразнила Миранда.

– Ах, вот ты как! – Брови Бьянки приподнялись. – Что ж, хорошо. Мне известно, что ты здесь управляешь…

– Я бы не сказала, что управляю, – перебила сестру Миранда. – Я тут, скорее, советник.

– Едва ли имеет значение, как тебе хочется это называть. Важно, что ты делаешь это неделями. Знаешь, я подозреваю, что ты вернулась к своим старым штучкам.

– К каким еще старым штучкам? – осторожно спросила леди Гаррет.

– Я думала, что смерть Джона положила этому конец. Но теперь совершенно очевидно, что я ошибалась. Ты снова разрабатываешь проекты зданий или как там называется то, что ты делаешь, и вновь позволяешь кому-то приписывать себе твои заслуги.

Миранда изумленно уставилась на Бьянку.

– Как ты узнала?

– Как-то раз, это было много-много лет назад, ты невзначай сказала мне, что стоишь за всеми проектами Джона.

Леди Гаррет прищурилась.

– Я этого не помню, – заявила она.

– Это произошло во время какого-то праздника. Насколько я помню, мы с тобой тогда выпили вина больше, чем нужно. Тогда мне это важным не показалось, и я лишь сейчас вспомнила твои слова, потому что наконец-то сложила два и два. Твое продолжительное отсутствие в Лондоне, пожар в Фейрборо-Холле и разговоры о том, что он будет перестраиваться. – Бьянка пожала плечами. – Я даже заплатила кое-кому за ответы на некоторые вопросы, погостила у твоих слуг в Лондоне и потолковала с мисс Уэст.

– С Кларой?

– О да! Милая женщина. Она очень предана тебе. Ничего не хотела мне говорить. Мисс Уэст могла бы выдержать средневековую пытку. Дыбу и тому подобное. Должна тебе признаться, что у меня было искушение применить эти способы, но я сдержалась. – Бьянка покачала головой. – К счастью, когда я с ней разговаривала, мне было известно все, кроме некоторых деталей.

– И?

– Я знаю, что ты управляешь фирмой «Гаррет и Темпест». Я также абсолютно уверена в том, что ты главный архитектор в Фейрборо-Холле и принимала участие во всех проектах, которые выполняла фирма твоего мужа. Или лучше говорить «твоя» фирма?

– Это все?

– Есть еще что-то? – Брови Бьянки сошлись на переносице. – Я что-то упустила?

– Не совсем. Ты хорошо справилась со своей задачей. Провела тщательное расследование, я бы сказала. И теперь, когда тебе это известно… – Миранда сделала паузу, – ты расскажешь остальным членам семьи?

– Неужели ты и вправду думаешь, что я это сделаю?

– Ну-у…

– Боже, зачем я буду рассказывать это семье? – Бьянка фыркнула. – Никому не известно, как они могут на это отреагировать. Честность не стоит риска.

Леди Гаррет кивнула.

– Я тоже так считаю.

– Более того, я согласна с леди Фейрборо. Ты весьма отважна. Ты же всегда рисовала здания и тому подобные вещи. И мне никогда не казалось справедливым, что все лавры за твою работу достаются Джону, а ты даже не возражаешь против этого.

– Тогда не возражала.

– Но почему ты не должна делать то, что тебе нравится, то, с чем ты, без сомнения, отлично справляешься, и все лишь из-за того, что ты женщина? Единственная причина твоей скрытности в том, что тебя до нее довели мужчины! Мужчины правят миром, и они же устанавливают правила. К счастью для нас, большинство из них идиоты. И хотя человек не должен пользоваться тем, что кто-то оказался менее удачливым, мужчин можно счесть исключением. Так что я говорю тебе «браво», Миранда. Могу ли я тебе чем-то помочь?

Леди Гаррет ошеломленно смотрела на сестру.

– Ничем, но спасибо тебе.

Бьянка взглянула на нее.

– Ты же понимаешь, что если я все выяснила, то и кто-то другой сделает то же самое. Это только дело времени.

– Да-да, я знаю… – Миранда махнула рукой. – Я собираюсь все им рассказать.

– Когда?

– В этом как раз и заключается проблема. – Она покачала головой. – Определенно не завтра, но, вероятно, скоро.

– Ты явно далеко не так смела, как считает леди Фейрборо.

– Никто настолько не смел. – Наклонившись к сестре, леди Гаррет посмотрела ей в глаза. – Могу я полюбопытствовать, когда ты намерена им рассказать о том, что начала дело о разводе?

– О! – Бьянка поморщилась. – Это совсем на тебя не похоже.

– Прими мои извинения, – насмешливо проговорила Миранда.

– Это тема другого разговора. В данный момент мы обсуждаем тебя, – твердо сказала Бьянка. – И я хотела бы отметить, что информацию о твоей работе воспримут лучше, если она будет исходить от тебя, а не станет предметом светских сплетен.

– Не думаю, что все это так интересно, – тихо проговорила леди Гаррет. – Но скандал неизбежен, это точно.

– Не может быть, что ты говоришь это серьезно. – Сестра недоверчиво посмотрела на нее. – Ты состязаешься с мужчинами, причем ты выступаешь не просто хорошо, но гораздо лучше их. Я считаю это безумием, но безумием великолепным. А если разразится скандал, то его участниками станут гувернантка-девственница и порочный негодяй.

– Как это нелепо! – Миранда рассмеялась. – Мои дела никому не будут интересны, а вот гувернантка-девственница и порочный негодяй – совсем другое дело.

– Прошу прощения, леди. – В дверях появился Уин. – Я, кажется, услышал, как кто-то зовет порочного негодяя.

Глава 16

– Подслушиваешь, Уинфилд? – Миранда бросила на виконта возмущенный взгляд.

– Уинфилд, вот как? – пробормотала Бьянка, выразительно посмотрев на сестру.

– Я пытался. – Виконт вальяжной походкой вошел в комнату.

– И сколько тебе удалось услышать?

– Недостаточно. Я бы извинился, но когда человек невинно проходит мимо открытой двери и слышит, что разговор идет о гувернантке-девственнице и о порочном негодяе, то… – Он поднял глаза на сестру леди Гаррет. – Что мне оставалось делать?

Бьянка вопросительно посмотрела на него.

– Подслушивать? – подсказала она.

– Ну да! – Его глаза сощурились. – Вы делитесь секретами?

– Большими, темными тайнами, – кивнув, ответила Миранда. – Секретами, которые рискуют стать сплетнями.

– О гувернантках-девственницах и порочных мерзавцах?

– Именно они герои самых интересных пересудов. – Ничего Бьянка не любила так сильно, как хорошую сочную сплетню.

Уин засмеялся, и леди Гаррет охватило чувство облегчения. Виконт не мог услышать ничего важного, иначе он бы не был так легкомыслен.

– Хотя я даже не знаю, – задумчиво промолвила Бьянка. – Теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что слышала очень много секретов о девственных гувернантках и порочных негодяях. Да о них постоянно судачат! Возможно, настала пора для каких-то новых тайн.

Лорд Стилуэлл посмотрел на сестру Миранды с лукавой улыбкой.

– Я тоже так считаю. Может, придумаем какую-нибудь новую тему или просто смиримся с этим?

– Не думаю, что следует просто так мириться, когда существует так много…

– Уинфилд, кажется, ты не знаком с моей сестрой, миссис Робертс, – перебила их леди Гаррет. Она понятия не имела, что Бьянка может сообщить ему, и у нее не было ни малейшего желания выяснять это. – Бьянка, это лорд Стилуэлл.

Миссис Робертс приподняла брови.

– О да, тот самый лорд Стилуэлл, имеющий дурную репутацию.

– Боже, надеюсь, что это не так.

Уин усмехнулся.

– Я много слышала о вас.

Бьянка с любопытством посмотрела на него.

– Подозреваю, что вы не слышали ничего хорошего. – Виконт покосился на Миранду. – Хочу предупредить вас: все, что говорит ваша сестра, – неправда.

– Неужели? – Бьянка с интересом взглянула на сестру. – Об этом вы можете не волноваться – она вас вообще не упоминала.

Уин поморщился.

– Это еще хуже.

– Бьянка останется тут ночевать, а утром мы вместе поедем в Лондон, – весело проговорила леди Гаррет. – У меня там есть кое-какие дела. Но мистер Кларк прекрасно со всем справляется.

– Ничуть в этом не сомневаюсь. – Лорд Стилуэлл помолчал. – И сколько времени тебя не будет?

– Думаю, несколько дней.

– Что ж, тогда нам придется справляться со всем без тебя. – Их глаза встретились, и сердце Миранды дрогнуло. Разумеется, это пустяк. – У меня тоже есть неотложные дела. Рад был познакомиться с вами, миссис Робертс. Тогда до обеда.

Кивнув, Уин вышел из комнаты.

Миранда проследила за ним взглядом. Что этот человек с нею делает?

– Он ничего не знает, не так ли?

Леди Гаррет посмотрела на сестру.

– Нет, – ответила она. – Лорд Стилуэлл считает, что архитектор – мистер Темпест.

Бьянка принялась пристально изучать ее взглядом.

– А ты скажешь ему правду?

– Нет, пока в этом не возникнет необходимости. – Леди Гаррет покачала головой. – У него есть несколько вполне сформировавшихся идей о том, что женщина должна и чего не должна делать в этом мире. Он никогда меня не поймет, а если узнает, то может и уволить.

– Но у тебя же наверняка есть какой-то письменный контракт.

– Есть, конечно, но я ни за что не предъявлю его виконту, чтобы он выплатил мне деньги и все равно потом уволил. Лорд Стилуэлл будет в ярости. – Миранда глубоко вздохнула. – Он отнесется к этому как к крупному обману.

– Прости, пожалуйста, что я это говорю, но разве это не крупный обман?

– Да, так и есть, но он не направлен против кого-то.

– А он сочтет это выпадом лично против него? – медленно уточнила Бьянка.

– Все, конечно, начиналось не так, но сейчас…

– Сейчас?

– Сейчас мы почти стали… друзьями, я бы сказала.

– Друзьями? – В голосе сестры зазвучали скептические нотки.

– Да, – твердо ответила Миранда. – Друзьями.

– Понятно.

– Мне знаком этот твой тон, Бьянка. – Миранда вопросительно посмотрела на нее. – Что именно тебе понятно?

– Да ничего особенного. Абсолютно ничего. – Миссис Робертс покачала головой. – Однако ты не ответила на мой вопрос.

Леди Гаррет смутилась.

– На какой именно? – уточнила она.

– Когда я спросила, знает ли он, что я не имею в виду твою работу.

– Нет?

– Нет, конечно. – Бьянка уверенно встретила взгляд Миранды. – Я спросила, какие чувства к виконту ты испытываешь.

– Никаких чувств не испытываю.

– Странно, но я тебе не верю.

– Напрасно, стоит поверить. – Она стала рассеянно теребить кисточки на подлокотнике дивана. – Хотя должна признаться, что я все-таки чувствую что-то по отношению к нему. Лорд Стилуэлл – один из самых раздражающих меня людей, которых я когда-либо встречала. Хуже того, ему нравится раздражать меня.

– Но он весьма привлекателен, – пробормотала Бьянка.

– Он также ужасно старомоден и временами бывает упрямым и невероятно нудным.

– На вид он не кажется ни нудным, ни упрямым, – заметила сестра.

– Внешность обманчива. Знаешь, этот человек почти так же порочен, как ты могла подумать, узнав, какая у него репутация.

– Жаль. Порочные мужчины могут быть весьма интересными. – Бьянка поморщилась. – Пока они соблюдают приличия и благородно себя ведут.

– В дополнение ко всему, даже леди Фейрборо говорит, что ее сын – человек отсталый и растяпа.

– Мне он показался очаровательным.

– Ты просто его не знаешь, – резким тоном проговорила Миранда. – Конечно, с первого взгляда можно подумать, что лорд Стилуэлл – само очарование и привлекательность. Но он обожает устраивать споры по какому-нибудь несущественному поводу, например о знаменитых влюбленных парах. Мы с ним без конца спорим, хотя эти дискуссии становятся довольно забавными.

– Забавными?

– Да, забавными. – Леди Гаррет вздохнула. – Ничто в мире не может сравниться со словесной дуэлью с лордом Стилуэллом. И нет ничего лучше, чем выиграть эту дуэль.

– Могу себе представить, – тихо промолвила сестра.

– Да, он может быть весьма забавен. И да, он заставляет меня смеяться так, как я не смеялась годами. Он на удивление умен. Представляешь, он взял на себя все семейные дела, касающиеся управления хозяйством и собственностью в Фейрборо. И, должна добавить, ему это прекрасно удается. И еще он…

– Он целовал тебя? – перебила ее Бьянка.

Лицо Миранды обдало жаром.

– Не говори ерунды. Почему ты меня об этом спрашиваешь?

– Не знаю даже… – Бьянка пристально посмотрела на сестру. – Быть может, все дело в том, как он на тебя смотрит. Кажется, он прилагает огромные усилия к тому, чтобы держать себя в руках.

– Это смешно, – бросила Миранда. – Я не заметила…

– Хотя, возможно, все дело в том, как на него смотришь ты…

– И это тоже смешно. Я вовсе на него не смотрю…

– Как будто он подарок, который тебе хочется поскорее развернуть.

– Да это самое глупое…

– Я ни разу не видела, чтобы ты так смотрела на мужчину. – Наклонившись к леди Гаррет, Бьянка посмотрела ей в глаза. – Даже на Джона.

– Я любила Джона, – уверенно ответила Миранда.

– Конечно, любила.

– Мы с ним никогда не ссорились.

– А зачем вам было ссориться? Вы оба были слишком заняты, делая то, что хотел он.

То, что они с Джоном не ругались, никогда не казалось Миранде чем-то странным. До сих пор.

– Мы просто во всем соглашались.

– Это ты молча во всем с ним соглашалась.

– Я бы так не сказала. В конце концов, я была его женой.

– Ты была отличной, рискну даже сказать, безупречной женой.

– Нет, безупречной я не была.

Хотя, вспоминая сейчас их совместную жизнь, Миранда подумала, что, пожалуй, они никогда не ссорились потому, что она не пыталась отстаивать свою точку зрения. Да она вообще ни с кем не спорила. До последнего времени. Точнее, до знакомства с Уинфилдом Эллиотом.

– Не понимаю, почему это так важно.

– Что?

– То, что я никогда не спорила с мужем, а с лордом Стилуэллом я, кажется, спорю постоянно.

Бьянка долго и задумчиво разглядывала ее, а потом кивнула.

– Я согласна. Это абсолютно не важно.

– Нет, я тебе не верю.

– Миранда, – начала сестра, – Джон был хорошим человеком.

– Очень хорошим.

– И вы любили друг друга.

– Конечно, любили.

Она уверенно кивнула.

– Но… – Бьянка для решимости набрала полную грудь воздуха. – Сейчас ты совсем не та женщина, которая выходила замуж за Джона девять лет назад. Но ты не такая, какой была, когда он умер. Ты изменилась. Не могу точно сказать, как это произошло, но ты изменилась. Каким-то образом, не знаю каким, получилось так, что в тебе нынешней больше тебя настоящей.

Разве сама Миранда не приходила к такому же выводу?

– Ты так считаешь? – спросила она.

– Без сомнения. – Сестра кивнула. – Не знаю даже, почему я до сих пор этого не замечала. Но ты вечно ускользала от меня, а я временами бываю такой эгоцентричной…

– Временами? – Леди Гаррет улыбнулась. – Дорогая сестра, если ты ждешь, что я с тобой не соглашусь, я буду вынуждена тебя разочаровать.

– Да, я разочарована. – Бьянка сделала паузу. – Могу ли я дать тебе совет?

– А могу я тебя остановить?

– Вероятно, нет.

– Тогда продолжай.

– Я не верю в такие вещи, как родство душ. Мысль о том, что мы созданы, чтобы жить с одним и только одним человеком всю жизнь, что у нас не может быть других возможностей обрести счастье… – Бьянка покачала головой. – Я просто в это не верю, вот и все.

Леди Гаррет кивнула.

– Это я могу понять.

– И если ты полюбила однажды, Миранда, это не означает, что ты больше никогда не полюбишь.

Интересно, Бьянка говорит о ее жизни или о своей собственной? И хоть теперь сестра Миранды понимала, что ее брак был чудовищной ошибкой, она когда-то любила мужа. Или думала, что любит его.

– Это и был твой совет?

– Погоди, я еще не все сказала. – Бьянка на мгновение задумалась. – Ты… расцвела. Да, именно расцвела, это подходящее слово после смерти Джона.

– Господи! Твои слова звучат ужасно!

– Правильно или нет, Миранда, но именно это произошло. Мне следовало раньше заметить перемены. Таинственность, чрезмерная занятость – налицо были все признаки. Но я была так занята собой, что не обращала внимания, и прими за это мои извинения. Но между тобой и лордом Стилуэллом есть что-то такое, чего никогда не было между тобой и Джоном. – Она покачала головой. – Даже если ты сама этого не видишь, нужно не больше одного мгновения, чтобы понять: между вами происходит что-то значительное. Предполагаю, что и леди Фейрборо, и все остальные тоже заметили это.

– Леди Фейрборо не сказала ни слова.

– Очень разумно с ее стороны, не так ли? – Бьянка усмехнулась. – Именно так и должна поступить мать, если она одобряет выбор своего ребенка.

– Но она точно не…

Брови сестры поползли вверх.

– Ну хорошо, я признаюсь… – Миранда попыталась тщательно подобрать слова. – Да, между нами действительно что-то происходит, но я не знаю, что именно. Я не уверена, подходим ли мы друг другу. Он ужасно меня раздражает. Кстати, добавлю, что Уинфилд испытывает ко мне такие же чувства.

Бьянка рассмеялась.

– Что смешного ты тут находишь?

– Твою нерешительность. – Она усмехнулась. – С Джоном ты никогда не была такой.

– Насчет него у меня никогда не было сомнений. – Миранда фыркнула. – Мы отлично подходили друг другу с первой же минуты знакомства. Между нами никогда не было несогласия и противоречий.

– Жаль.

– Что?

Сестра пожала плечами.

– Можно многое сказать как о страсти спора, так и страсти, вызванной желанием сделать все правильно.

– Едва ли это может иметь значение. – Леди Гаррет пожала плечами. – Если только лорд Стилуэлл узнает, что я его обманывала, он ни за что не простит меня. Он ценит честность, особенно женскую. Думаю, это связано с его бывшими невестами.

– Тогда не говори ему.

– Ты же сама сказала, что все скоро выяснится. А потом… – Она поежилась.

Уинфилд совсем не похож на покойного мужа. Правда, Миранда начала подозревать, что и она тоже. Леди Гаррет всегда считала, что Джон дал ей свободу быть самой собой, и во многом так оно и было. Однако она никогда не выражала несогласия с ним, но было немало случаев, когда ей следовало это делать. И все же Миранда предпочитала избегать конфронтации, ссор и повышенных тонов. Жизнь от этого казалась проще, но при этом не была такой восхитительной, волнующей. Эта мысль невольно пришла ей в голову. Неужели не было волнительно спорить с Уином? Разве он не бросал ей вызов, не кружил голову? Не развлекал своим обществом? А когда они смотрели друг другу в глаза, разве не возникало между ними чего-то, напоминающего электрические искры лорда Солсбери? Чего-то сильного и бесконечного, что может никогда больше не появиться в ее жизни?

Но что, если леди Гаррет ошибается? Вдруг все, что она начинает чувствовать, – лишь результат умелого обольщения лорда Стилуэлла? Несмотря на заверения Уина, он, по слухам, был опытным искусителем. Что, если она всего лишь очередная его победа? Что, если виконт разобьет ее сердце?

– Единственное, что ты можешь сейчас сделать, – это попробовать понять, чего ты хочешь. – Бьянка поймала взгляд Миранды. – Или, возможно, кого.

Стоя на террасе, леди Гаррет смотрела на сад Миллуорта, очерченный сгущающимися тенями. Ее можно было сравнить с носовой фигурой парусника из прошлого века. Храбрая, сильная, решительная. Это, конечно, довольно странное сравнение, однако весьма точное, если учесть его причудливость.

Уин подошел к Миранде и встал рядом с нею у каменной балюстрады.

– Я могу к тебе присоединиться, или ты готовишь очередное нападение на то, что мне дорого?

Миранда улыбнулась, но продолжала смотреть на сад.

– Я бы в этом никогда не призналась. Тебе же известно, что в нападении главное – неожиданность.

– Ну что ж, хорошо. – Прислонившись спиной к балюстраде, виконт стал разглядывать профиль леди Гаррет. – Должен сказать, ты сегодня очень печальна.

– Очень?

– Это приводит меня в замешательство. Обычно в тебе нет ни капли грусти. Во всяком случае, я ее ни разу не замечал.

– Хочу заметить, что ты многого обо мне не знаешь.

– Возможно. – Уинфилд усмехнулся. – Хотя мне казалось, что я вот-вот неплохо узнаю тебя.

– Неужели ты действительно никогда не был по-настоящему влюблен? – резким тоном спросила Миранда, поворачиваясь к нему.

Виконт удивленно посмотрел на нее.

– Почему ты спрашиваешь?

– Сегодня днем ты сказал, что любовь – это хрупкая и мимолетная часть поэзии, но никак не собственного опыта. – Она осторожно разглядывала его. – Из этого я сделала вывод, что ты никогда не был влюблен.

– Выходит, тебе известна моя тайна.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Но если ты никогда не был влюблен, то как ты поймешь, что полюбил? Ведь опыта у тебя нет!

Брови лорда Стилуэлла сошлись на переносице.

– Понятия не имею, – сказал он. – Я думал, что пойму, когда это случится.

– Каким образом?

– Не знаю. – Уин втянул носом воздух. – Вокруг меня будут порхать птички и бабочки. Солнце будет сиять. Хор ангелов запоет на небесах. Ну ты же знаешь, что происходит в таких случаях.

– Ты говоришь с сарказмом, а я была совершенно серьезна, – надменным тоном произнесла Миранда.

– Но это же смешной вопрос! Как человек узнает, что он по-настоящему полюбил?

– Я по-прежнему хотела бы получить ответ на этот вопрос.

– У меня нет на него ответа.

– Но как вышло, что ты ни разу не влюблялся, хотя у тебя было три невесты?

– Я не знаю, – сердито ответил виконт. – Удача? Судьба? Неподходящее время?

– Но даже если…

– А как ты узнала, что полюбила своего мужа? Я считал, что ты его любила.

– Конечно, любила и… – Леди Гаррет прищурилась. – Это твой вопрос? О моем браке, не так ли?

– Да, да! Я не его хотел тебе задать, но остановлюсь на этом.

– О! – Миранда помолчала. – А какой же вопрос ты хотел задать?

– Не знаю, я еще не думал об этом, но, пожалуй, этот вопрос подойдет. Как ты узнала, что полюбила своего мужа?

Леди Гаррет покачала головой.

– Не знаю, – призналась она. – Я просто поняла это, вот и все.

– Ага!

– Ага?

– Когда я говорил то же самое, когда сказал, что просто пойму это, ты заявила, что не принимаешь мой ответ. – Он скрестил руки на груди. – Поэтому я не могу принять твой.

– А теперь ты ведешь себя как ребенок.

– Нет, не веду, – сказал виконт, однако именно ребенком он чувствовал себя в это мгновение.

– Но это единственный ответ, который я могу дать.

Леди Гаррет пожала плечами.

– И все же тебе придется постараться.

– Нет, я не уверена, что из этого что-то выйдет.

– Давай же, Миранда! Пусть я сам и не познал любви, я не полный невежа.

– Ты имеешь в виду птичек, солнышко и хор ангелов?

– Среди прочего. – Оттолкнувшись от балюстрады, лорд Стилуэлл выпрямился. – Первое. – Он взял ее за руку. – Твое сердце должно чуть затрепетать, когда он берет твою руку.

– Да?

– А потом, когда он подносит твою руку к своим губам, а твой взгляд устремлен в его глаза… – Уинфилд подкрепил слова действиями, – у тебя перехватывает дыхание, пока ты ждешь, как его губы коснутся твоей руки.

– Понятно.

Казалось, леди Гаррет начала задыхаться.

– Ты испытываешь легкое чувство потери, когда он выпускает твою руку.

– Правда?

– Но потом он делает к тебе шаг. – Виконт сделал шаг к ней. – Он так близко к тебе, что ты начинаешь чувствовать жар его тела рядом со своим.

– Неужели?

– Да, так и есть. – Лорд Стилуэлл обнял Миранду за талию. – Его руки обвивают тебя и нежно привлекают к себе. Твое сердцебиение усиливается.

– Серьезно?

– А затем он смотрит тебе в глаза, его губы приближаются к твоим губам. Ты не можешь отвернуться, потому что в отражении его глаз видишь свои собственные чувства. Подозреваю, что это последняя деталь. Полагаю, именно в это мгновение ты и понимаешь. – Виконт прошептал, приблизившись ртом к ее лицу: – И когда он поцелует тебя, ты поймешь, что это не просто поцелуй – это признание того, что он хранит в своем сердце. И обещание, что это всего лишь начало.

– Начало? – шепотом спросила леди Гаррет.

– Если мне очень-очень повезет.

Лорд Стилуэлл привлек ее еще ближе и поцеловал. Миранда замерла на мгновение, а затем ее губы открылись, и она отдалась ощущениям, почувствовав все, чего ей так не хватало в последние годы. Поцелуй становился все более глубоким, и она отвечала на него. И на бесконечное мгновение в мире не осталось никого, кроме них. Наконец Уинфилд поднял голову и посмотрел ей в глаза.

– Зачем ты это сделал? – спросила леди Гаррет, глядя на него.

– Потому что мне уже очень давно хотелось это сделать.

– Но что это означает?

Виконт улыбнулся.

– Это означает, моя дорогая Миранда, что я хотел поцеловать тебя и, судя по твоей реакции, ты хотела ответить на мой поцелуй.

– Так ты любишь меня?

– Люблю? – Вообще-то об этом он и не думал. Уин посмотрел ей в глаза. – Этого вопроса я не ожидал.

– А какого ожидал?

Отпустив ее, лорд Стилуэлл отступил.

– Я не знаю, но только не такого.

– Знаешь, я очень-очень давно не делала этого. – Отвернувшись, Миранда стала ходить вдоль террасы.

– Я так и думал.

– Тогда ты должен простить меня, если я разучилась целоваться.

– Мне кажется, что это был чудесный поцелуй.

– Я согласна. – Она отмахнулась от его слов. – Это действительно было замечательно. Возможно, это был самый лучший поцелуй в моей жизни.

– Но я не понимаю, что…

– Боже мой, Уинфилд, поцелуй наверняка был замечательным, потому что у тебя большой опыт в таких делах.

– Ну ты же сама говорила, что тебе нравятся порочные мужчины, – напомнил виконт.

– Да, говорила, поэтому и была готова к чему-то подобному. – Неожиданно остановившись, Миранда посмотрела на него. – Поцелуй был необыкновенным.

Лорд Стилуэлл сложил руки на груди.

– Насколько необыкновенным?

– Настолько, что у меня онемели пальцы ног. – Она кивнула. – Это необыкновенно.

– Хорошо.

– Поэтому я смущена.

– Не больше, чем я, – пробормотал Уин. – Продолжай.

Миранда снова принялась мерить шагами террасу.

– Я могу принять свою реакцию, как указание на нечто важное: мои пальцы онемели, а до этого, как ты и говорил, мое сердце заколотилось быстрее, и у меня перехватило дыхание. Если это действительно любовь, отклик моего тела на поцелуй вполне понятен, и я даже рада подобным ее проявлениям. Или я просто отметила все это, и…

– Ты имеешь в виду пальцы, сердце и дыхание?

Леди Гаррет кивнула.

– Так это было чем-то значительным или моя реакция просто вызвана твоим опытом в подобных делах?

– В каких делах?

– В обольщении, – с театральной напыщенностью ответила леди Гаррет.

– Ты считаешь, что я мог бы соблазнить тебя прямо здесь, Миранда? На террасе?

– На террасе может произойти что угодно, – мрачно ответила леди Гаррет.

– При том, что у меня есть отличная возможность сделать это на пути в Фейрборо или обратно…

– Я часто спрашивала себя, не думаешь ли ты об этом, – призналась она.

Уин оторопел от этих слов.

– Разумеется, я об этом думал, но это не означает, что это может произойти тут или там. Ведь не могу же я соблазнить тебя где-то в пути или здесь, на террасе, когда нас могут с минуты на минуту позвать на обед. С моей семьей!

– Да, это кажется весьма рискованным. Но ведь ты довольно опасный человек, не так ли?

Закрыв глаза, лорд Стилуэлл взмолился о том, чтобы Бог дал ему сил.

– Я не пытался соблазнить тебя, – сказал он. – Я тебя поцеловал. Это был простой поцелуй.

– Я бы не назвала его простым, – заметила Миранда. – Это был очень хороший поцелуй.

– Да, так и есть. Мы оба сделали его таким. – Виконт прищурился. – Учитывая это, можно сделать вывод, что у тебя тоже позади немалый опыт в таких делах.

Леди Гаррет воскликнула от изумления:

– Поверить не могу, что…

– Хм-м…

Уину не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что таким образом Прескотт сообщает о своем присутствии. И виконт не знал, рад он этому или, напротив, злится на дворецкого. Лорд Стилуэлл испытывал одновременно оба чувства.

– Полагаю, вы пришли, чтобы позвать нас к обеду, – сказал он.

– Да, милорд, – раздался из тени у дверей голос Прескотта.

– Очень хорошо. Мы сейчас подойдем.

– Прошу прощения, милорд.

– Что-то еще?

– Мне велели подождать вас.

Подбородок Уинфилда напрягся.

– Почему?

– Миссис Робертс велела мне это сделать.

Наклонившись ближе к Уину, Миранда прошептала:

– Она тоже задумывалась об обольщении.

– Ну да, как леди Фейрборо и леди Лидингем.

– Боже мой, боже мой! – Обойдя виконта, леди Гаррет направилась к двери. – Похоже, твоя репутация дает о себе знать.

– Слухи о моей репутации сильно преувеличены!

Миранда недоверчиво фыркнула. Лорд Стилуэлл пошел следом за ней, чувствуя, что в очередной раз не понимает произошедшего. У него снова появилось ощущение очередного проигрыша в незнакомой игре, и он не знал, кто из них двоих безумен.

У Уинфилда не было ответов на вопросы Миранды.

Более того, он боялся найти на них ответы.

Глава 17

Откинувшись на спинку стула, виконт, сидевший за письменным столом в библиотеке Миллуорта, смотрел перед собой невидящим взором. Впрочем, в последнее время он часто замечал за собой такое. Утром Миранда с сестрой уехали в Лондон. Он уже скучал по ней, хотя эта женщина, кажется, хотела свести его с ума.

Полюбил ли Уин ее? Разве такой вопрос надо было задать после произошедшего? Одного простого поцелуя! Великолепного или нет, но не стоило это спрашивать сразу после него, особенно после первого. Да в его жизни было время, когда поцелуй вообще ничего не значил! И уж точно он ни к чему не обязывал виконта.

Правда в том, что лорд Стилуэлл до сих пор не понимал, какие чувства испытывает к Миранде. И поскольку он ни разу в жизни не признавался женщине в любви, ему казалось, что надо серьезно подумать, прежде чем делать столь важный шаг.

Виконт действительно привык к присутствию леди Гаррет. К разговорам, в которых он ее поддразнивал, к спорам на разные темы, ко всяким пустякам.

Казалось, они заключили между собой невыраженное словами соглашение об этих поездках в Фейрборо и обратно. Ни один из них не заводил разговора на тему, которая точно заставит другого рассвирепеть. Не то чтобы Уин и Миранда часто не соглашались друг с другом. Но были книги, которые нравились ей и не нравились ему. Его любимые художники, которых она считала дилетантами. Разногласия подстегивали их, и особенно это чувствовалось, когда они находили что-то интересное им обоим и неожиданно сходились в оценке этого предмета.

Вечера с семьей тоже доставляли ему удовольствие. Они оказались довольно веселой компанией. И если вначале его мать намеревалась подтолкнуть Миранду к нему, то сейчас она либо передумала, либо решила предоставить ему свободу действий.

Еще два месяца назад лорд Стилуэлл даже не был знаком с этой женщиной. А сейчас он думал, что знает Миранду Гаррет лучше, чем когда-либо знал женщину, да и вообще любого человека, за исключением разве что Грея. И теперь ему было невыносимо оставаться без нее хотя бы один день. Более того, он не знал, как вообще сможет жить без этой девушки. Как бы ни грела душу мысль о завершении реконструкции Фейрборо к балу в честь летнего солнцестояния, Уинфилд хотел, чтобы работы не закончились никогда. Конечно, это глупо с его стороны.

Нельзя упомянуть и те мгновения, когда их глаза неожиданно встречались и воздух между ними наполнялся столь сильным желанием, что, казалось, его можно было потрогать руками. Время останавливалось, и мир вокруг переставал существовать, потому что в нем оставались лишь они двое. Именно тогда Уинфилд обнаружил в себе исключительную силу воли, о которой раньше и не подозревал. Это не слишком его обрадовало, потому что она не позволяла ему заключить Миранду в объятия, крепко прижать к себе и никогда не отпускать. До прошлого вечера.

Конечно же виконт думал о том, чтобы соблазнить ее. По пути из Фейрборо или в обновленном бальном зале, в беседке, в саду под звездами, в библиотеке и, да, на этой чертовой террасе. Каждый день он думал о том, что мог бы овладеть ею. Но он всего лишь поцеловал ее и теперь мучился мыслями о том, любит ли Миранду Гаррет или нет.

Он хочет эту женщину, – это очевидно. Но любит ли он ее? Как можно узнать это? Разумеется, лорду Стилуэллу не хотелось совершить еще одну ошибку. У него также не было желания влюбиться в женщину, которая, возможно, все еще питает чувства к своему покойному мужу, которого считает безупречным, потому что не знает о его манипуляциях с возвращением долга мистеру Темпесту. Кем бы он ни был. Из этой мысли вытекала еще одна проблема.

Миранда все же скрывает от него что-то важное. Несмотря на то что, по мнению виконта, он уже достаточно хорошо знал ее, она не хотела делиться этим с ним. И Уин не представлял себе, чем это было. Он не может любить женщину, которой доверяет не полностью. К несчастью, прежде лорд Стилуэлл никогда не любил, поэтому не знал, как контролировать подобное чувство.

Но с каждым днем, с каждой минутой, проведенной в обществе леди Гаррет, Уинфилд все больше понимал, что рискует приблизиться к краю пропасти, откуда пути назад для него не будет. Во всяком случае, такого пути, который он сможет пройти невредимым… Если, конечно, уже не поздно.

В дверь библиотеки постучали.

– Да?

Дверь распахнулась, и в помещение вальяжным шагом вошел Грей, за которым следовал Прескотт.

– К вам пришел мистер Чапмен, милорд, – сообщил дворецкий.

Уин посмотрел на кузена.

– Как интересно!

– И я того же мнения. – Грей уселся на один из двух стульев, стоявших у противоположной стороны письменного стола. – Именно поэтому я решил присоединиться к тебе.

До сих пор Уин рассказывал ему все, что узнал от сыщика, поэтому сейчас его кузен испытывал такое же любопытство, как и он сам.

– Пригласите его сюда, Прескотт! – велел виконт.

– Хорошо, сэр. – С этими словами дворецкий вышел из библиотеки и закрыл за собой дверь.

– Интересно, что он раскопал, – сказал Уин.

– Надеюсь, достаточно для того, чтобы удовлетворить твое любопытство. – Грей пристально посмотрел на кузена. – Но неужели для тебя это сейчас важно? Я имею в виду, неужели тебя до сих пор интересует, кто твой архитектор? Учитывая твою дружбу с Мирандой.

– Возможно, нет.

И все же Уину хотелось знать правду.

В дверь снова постучали, она распахнулась, и Прескотт отступил в сторону, пропуская в библиотеку Чапмена. Затем дворецкий закрыл дверь, оставив трех мужчин наедине.

Сыщик пересек комнату и протянул руку виконту.

– Добрый день, милорд!

– Мистер Чапмен!

Пожав ему руку, лорд Стилуэлл указал на свободный стул за столом. Мужчина пожал руку Грею и сел.

– Насколько я понимаю, у вас есть для меня какая-то информация, – сказал Уинфилд.

– Да, есть. – Чапмен хотел было вытащить из кармана свой блокнот, но передумал, улыбнувшись виконту. – Похоже, что существуют два отдельных мистера Темпеста или его нет вовсе.

– Боже, как мне нравятся подобные сложности! – воскликнул Грей.

– Попытаюсь объяснить. – Сыщик на мгновение задумался. – Действительно существует мистер Темпест или кто-то, воспользовавшийся этим именем, кто дал денег Джону Гаррету на фирму «Гаррет и Темпест». Я все еще не смог выяснить, кто именно это был. Однако это определенно не тот самый мистер Темпест, которому доверили разрабатывать планы вашего дома.

Брови Уина сошлись на переносице.

– Мистер Чапмен, ваша попытка все объяснить терпит неудачу.

– Меня кое-что смущает.

– Это понятно, – произнес Грей.

– Никто в офисах ни разу не видел мистера Темпеста. Никто никогда с ним не говорил, как будто он просто никогда не появлялся в фирме. Более того, с начала реконструкции Фейрборо-Холла его имя никак не упоминалось в проектах, разработанных фирмой «Гаррет и Темпест».

Виконт покачал головой.

– Я не понимаю, – произнес он.

– Я сказал, что меня кое-что смущает. Подозреваю, что это было сделано намеренно.

Грей нахмурился.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я все еще пытаюсь сложить части этой мозаики в одну картину. И поскольку мне не удалось ничего узнать про архитектора мистера Темпеста… – Наклонившись вперед, Чапмен посмотрел в глаза Уину. – Видите ли, в определенных кругах ходили слухи, так, досужие домыслы, которые тут же были опровергнуты как неправдоподобные…

– Продолжайте!

– Еще до смерти ее мужа шли разговоры, весьма сдержанные, хотел бы я добавить, и не вызывающие доверия, что настоящим архитектором фирмы «Гаррет и Темпест» был не Джон Гаррет, а его жена.

– Боже правый! – воскликнул кузен виконта.

– Вы уверены? – прищурившись, спросил Уин.

– В данном случае правда – материя довольно эфемерная, поэтому нет, я не до конца в этом уверен. Но я не сомневаюсь в другом: стиль работы ничуть не изменился после смерти мистера Гаррета.

– Ну да, конечно, с чего бы ему меняться? – тихо проговорил лорд Стилуэлл. Странно, но открытие Чапмена оказалось для него не таким уж невероятным, как можно было бы ожидать. С самого начала было понятно, что Миранда знает гораздо больше, чем показывает.

Если леди Гаррет и в самом деле архитектор, в чем виконт уже почти не сомневался, то становится понятно, почему она так беспокоилась о том, чтобы никто ничего не узнал. В конце концов, проектирование домов не считается женским делом. Как и ведение бизнеса, хотя и с последним Миранда отлично справляется. Не вызывает сомнений и то, что этот бизнес рухнет, если станет известно, что мистер Гаррет находился в компании на вторых ролях, а всем занималась его жена, какой бы талантливой она ни была.

Конечно, найдутся какие-нибудь прогрессивные особы, которые начнут рукоплескать ее независимой натуре. Скорее всего, подозревал Уин, это будут леди, имеющие собственные средства. Однако, как бы то ни было, миром управляют мужчины. И насколько хорошо Миранда ни справлялась со своим делом, в этот мир ее не впустят никогда.

Лорд Стилуэлл никогда не думал об этом раньше. Так просто должно быть. Он точно знал, какая роль отводится женщинам. И вдруг его осенило: глупо отвергать талант и ум и оценивать его по половому признаку.

Эта женщина переубедила его. Никогда в жизни ни одно желание не могло изменить его мышления – и вот, сомневаться не приходится, это произошло. Да, Миранда изменила Уина.

– Что теперь, милорд? – спросил Чапмен.

– Теперь?

– Да, теперь, – осторожно повторил Грей.

– Что вы желаете, чтобы я делал, милорд? – уточнил сыщик. – Я могу продолжить попытки поиска доказательств, что леди Гаррет – архитектор, которого вы наняли для реконструкции Фейрборо-Холла, хотя мне кажется, что было бы разумнее напрямую спросить ее об этом. – Он пожал плечами. – И я полагаю, что это лучше сделать вам.

Уин кивнул.

– Совершенно верно, – бросил он.

– И вы это сделаете?

– Нет, – не подумав, ответил виконт. – Высокое качество работы неоспоримо.

Грей одобрительно кивнул.

– Поэтому совершенно не важно, чья именно это работа, – продолжал Уин. – Я давно собирался перестроить дом. И она отлично справляется с этим. Понятно, по какой причине леди Гаррет предпочитает не говорить о своей работе. – Он посмотрел в глаза Чапмену. – Надеюсь, все это останется между нами.

– Несомненно. – Голос сыщика был полон негодования. – Я никогда и никому не рассказываю о том, какую информацию мне удалось добыть для своих клиентов. Осторожность – неотъемлемая часть моей работы. Мне никогда не поручили бы ни одного дела, если бы я не соблюдал конфиденциальность.

– Это верно.

Кузен лорда Стилуэлла кивнул. Уин на минуту задумался.

– Я говорил, что меня не интересует настоящее имя ее инвестора, этого мистера Темпеста, но теперь я передумал, – заявил он. – Я хочу знать, кто это такой.

– Правда? – Грей внимательно посмотрел на кузена.

Виконт пожал плечами.

– Я считаю, что это хорошая мысль.

– И разве это не интересно? – тихо спросил кузен.

– Я сделаю все, что смогу, сэр, – пообещал Чапмен. Он встал, его примеру последовал и виконт. – Но я не могу гарантировать успешный результат. Этот человек умен и неуловим. Однако… – сыщик посмотрел на Уинфилда с доверительной улыбкой, – я терпеть не могу вопросы, на которые очень легко дать ответы.

– В этом мы и отличаемся друг от друга, Чапмен. Я предпочитаю такие вопросы, на которые давать ответы легко. И мне совсем не нравится обман.

– Редко кому он нравится. – Сыщик замолчал. – Могу я полюбопытствовать, почему вы не хотите поговорить об этом с леди Гаррет?

– Полюбопытствовать можете, но я не уверен, что могу удовлетворить ваше любопытство, – ответил виконт.

– Я почему-то удивлен.

Грей одарил кузена улыбкой, говорившей о понимании, которая обычно раздражала виконта.

Уин погрузился в размышления, а потом сказал:

– Как я уже упоминал, меня не интересует положение дел в фирме, – промолвил он. – Это ее секрет, и мне кажется, что не в моем праве раскрывать его.

– Понимаю. – Чапмен кивнул. – Но она вас обманывает.

– Не только меня. – Виконт усмехнулся. – Весь мир. Это действительно чертовски умно с ее стороны.

– Если правда всплывет наружу, ее бизнесу конец. – Сыщик покачал головой. – Никто по доброй воле не наймет для работы такого рода женщину.

– Да уж, по доброй воле никто.

Уинфилда охватило чувство жалости.

– Эта женщина очень заботится о благополучии своих служащих. Если всем станет известно, чем она на самом деле занимается, они останутся без работы. – Чапмен задумчиво кивнул. – Именно для их поддержки она создала фонд. Должно быть, леди Гаррет понимает, что ее обман не может длиться вечно.

– Особенно сейчас, когда она открыто принимает участие в реконструкции Фейрборо, – заметил Грей.

Уин встретился с ним взглядом.

– Именно поэтому она требует с меня выполнить обещание выплатить ей бонус. Эти деньги леди Гаррет получит сверх оговоренной суммы и сможет вложить их в фонд своих работников. Она должна понимать, что время не на ее стороне.

– Боюсь, я все еще пребываю в недоумении, почему вы не говорите ей о том, что вам известно, – сказал Чапмен.

– Да потому что я хочу, чтобы она сама все мне рассказала! – Едва Уин произнес эти слова, он осознал их правдивость. – Мы с леди Гаррет наконец-то подружились, и я бы очень оценил ее доверие и готовность поведать мне правду.

– Ясно. – Сыщик усмехнулся. – Что ж, так тому и быть.

– Чему быть?

– Да, так и есть, мистер Чапмен, – резким тоном проговорил Грей, поднимаясь со стула. – Это все на сегодня?

– Да. – Кивнув, мужчина встал и обратился к Уину: – Я сделаю все, что необходимо для того, чтобы выяснить правду о мистере Темпесте.

Виконт задумчиво посмотрел на него.

– Надеюсь, этот вопрос не поставит вас в тупик, – сказал он.

– Это невозможно, милорд, – отозвался Чапмен.

Мужчины обменялись еще несколькими словами с сыщиком, пообещавшим связаться с лордом Стилуэллом, как только он узнает что-то новое, а затем мистер Чапмен ушел.

– Все это интересно, – сказал Грей, снова занимая свое место. – Но я бы не сказал, что слишком удивительно.

– Нет, это совсем не удивительно. – Пожав плечами, Уин тоже сел. – Я должен был сам догадаться. Леди Гаррет как-то по-особенному смотрит на чертежи и планы и наблюдает за ходом работ в Фейрборо. Теперь я понимаю, что это взгляд архитектора, который гордится своей работой. И она имеет на это право.

– Да уж.

– Она уже проделала и продолжает делать отличную работу.

– Да, так и есть. И мне кажется, что ответы на твои вопросы уже получены. – Грей пристально посмотрел на кузена. – А теперь объясни мне, почему ты передумал? Почему тебе захотелось узнать правду о Темпесте?

– Потому что кем бы он ни был, у него в руках, пусть даже только с финансовой точки зрения, не только компания Миранды, но и ее жизнь.

– И что ты будешь делать, когда выяснишь, кто он?

– Еще не знаю. – Виконт покачал головой. – Но мне кажется, что это необходимо выяснить в интересах леди Гаррет.

– Она наверняка так же к этому отнесется.

– Скорее всего, она решит, что это меня вообще не касается. Однако, нравится ей это или нет, ее дела теперь моя забота.

– Неужели?

– Мы стали друзьями, – твердо произнес Уин. – Добрыми друзьями. Я сделал бы не меньше для любого другого друга.

– Да, конечно, именно так я и подумал, – поддержал его Грей. – И мне кажется, что Чапмен того же мнения.

– Почему ты его перебил? – Лорд Стилуэлл внимательно посмотрел на кузена. – Когда он произнес загадочную фразу о том, что чему-то там быть.

– Я просто хотел избавить тебя от попытки возразить ему, – объяснил Грей. – Финеас явно хотел сказать, что ты влюбился в леди Гаррет.

– Не говори ерунды! Наблюдательность этого человека может заслуживать всяческой похвалы, когда дело касается каких-то интриг, однако ему ничего не известно о делах сердечных.

– И все же я бы сказал, что его наблюдательность в этом отношении оказалась на высоте, – заявил кузен.

– Полная чушь!

– Однако ты не намерен говорить с ней начистоту и собираешься ждать, пока она сделает это. Смею предположить, ты хочешь, чтобы леди Гаррет сама доверилась тебе?

– Именно так, – кивнув, ответил Уин.

– Как один друг доверяется другому.

– Да-да.

Грей замолчал, обдумывая услышанное.

– И о чем ты сейчас думаешь? – резко спросил виконт, которому не нравилось выражение его лица.

– Я спрашиваю себя, что тебя так напугало?

Лорд Стилуэлл усмехнулся.

– Я ничуть не напуган.

– Я ни разу не видел, чтобы ты чего-то боялся, когда в дело замешана женщина.

– Я не испытываю страха! – Уин закатил глаза. – Господи, да чего я, по-твоему, могу испугаться?

– Если бы я был на твоем месте, я боялся бы совершить ошибку, – осторожно произнес Грей. – Я бы испугался того, что наконец-то влюбился, но если это чувство не окажется взаимным, мое сердце будет разбито. Испытывал бы страх от того, что женщина, продолжающая дело своего покойного мужа, все еще не хочет отпустить его. И до сих пор любит покойника.

– Как все-таки хорошо, что я не ты, – более резким, чем намеревался, тоном произнес виконт. Он не мог проигнорировать ни слова кузена, ни собственные мысли.

Миранда продолжает выполнять ту работу, которую они с мужем делали вместе из-за того, что ей так хочется, или это важно для нее, потому что было важно для него? Отличалось ли ее согласие передать все лавры за свою работу мистеру Темпесту от того, которое она когда-то дала своему мужу?

Несмотря на слова леди Гаррет, что в ее жизни настала пора перемен и что она не против снова вступить в брак, действительно ли эта женщина готова к этому? И не будет ли присутствовать в ее жизни покойный муж или хотя бы его дух до тех пор, пока существует фирма? Она борется за выживание компании ради своих служащих? Или ради умершего человека?

Уинфилд не был уверен, что желает узнать правду, потому что не знал, почему ему хочется ее раскрыть. Возможно, это всего лишь еще один вопрос, на который у него нет ответа.

– Какая удача! – Грей усмехнулся. – Не хотелось бы мне сейчас оказаться на твоем месте.

Может, кузен прав? Может, виконт действительно настолько боится совершить еще одну ошибку, что не замечает, как подходящая ему женщина появилась на его пути? Родственная душа, если кто-то верит в эту ерунду.

Существует, конечно, вероятность, что пока Уин считает ее своей единственной, Миранда уже нашла любовь всей жизни в покойном муже. Может, это у него такая судьба – найти свою родственную душу и узнать, что она уже нашла ее в ком-то еще.

– Ты когда-нибудь думал об идее родственных душ? – резко спросил лорд Стилуэлл Грея.

– Да, пожалуй, – медленно ответил он. – Я чувствую родственную душу в Камилле. Правда, я люблю ее почти всю свою жизнь.

– А если бы она умерла?

– Об этом я даже думать не хочу. – Грей посмотрел на Уина. – И мне не верится, что ты меня об этом спрашиваешь.

– Ну хорошо, а если бы умер ты?

– Не думаю, что этот вопрос мне нравится больше.

– Помоги мне, представь это. Если бы ты умер, как думаешь, Камилла нашла бы другого мужчину, подходящего ей, который заменил бы тебя? Еще одну родственную душу?

– Это ведь серьезный вопрос, да?

Уин кивнул.

– Ну хорошо. Если бы я умер… – Грей поморщился. – Думаю, все зависит от того, когда бы это произошло. Я хочу сказать, что если бы меня не стало через сорок лет, то Камилла вряд ли стала искать мне замену. Едва ли ей захотелось бы этого. У нас позади была бы очень долгая совместная жизнь. А вот если бы я умер завтра… – Вздрогнув, он посмотрел в глаза Уину. – Неприятный у нас разговор.

– Знаю. – Виконт покачал головой. – Продолжай!

– Мне эта игра не нравится, – вздыхая, пробормотал Грей. – Если бы мне было суждено умереть, пока моя возлюбленная еще привлекательна и молода, я бы надеялся, что она найдет еще кого-то, с кем у нее будет то же, что было со мной. Надеялся бы, потому что я не эгоистичен, имея в виду, что она встретит еще одну родственную душу, так сказать.

– То есть ты считаешь, что человек, потерявший родственную душу, может найти еще одну?

– Думаю, да. Во всяком случае, мне хотелось бы на это надеяться. – Он сердито посмотрел на лорда Стилуэлла. – Надеюсь, ты сейчас счастлив, а вот я, как никогда, чувствую, что могу умереть, и мне это не нравится.

– Нет, не счастлив, конечно, но спасибо тебе за помощь, я ее оценил. Знаешь, я не могу не задаваться вопросом… – Уин глубоко вздохнул. – Если ты ошибаешься… Если человек может встретить в жизни только одну родственную душу. И если он уже встретил ее и вступил с нею в брак, а потом она умерла…

– А я полагаю, что ты придумываешь идиотские оправдания, которые по сути своей настолько запутанны, что кажутся даже разумными, хотя на самом деле ты просто не хочешь признаваться в своих чувствах. И делать с ними что-то.

– Пожалуй, я сосредоточусь на том, что ты назвал мои слова разумными, и проигнорирую остальное, – сказал виконт.

– Однако я могу играть не хуже тебя. Не забывай этого, кузен!

Грей наклонился вперед, чтобы уверенно встретить взгляд Уинфилда.

– Продолжая разговор о том, что у каждого человека есть только одна родственная душа… Что, если ты действительно встретил человека и женился на нем, пребывая в уверенности, что он твоя родственная душа? Вы прекрасно подходите друг другу и проживете вместе хорошую жизнь.

– Продолжай!

– Что ж, что, если… – Кузен сделал театральную паузу, наступающую в спектакле перед кульминационным моментом, – ты ошибаешься?

Глава 18

– В общем, я считаю, что все идет просто замечательно. – Клара посмотрела на блокнот в своей руке. – В этом месяце деньги на счет мистера Темпеста переведены, но что еще лучше – через несколько дней ты сможешь навсегда вернуться в Лондон.

Миранда пристально посмотрела на нее.

– Навсегда вернуться в Лондон? – переспросила она.

Кивнула Клара и сказала:

– Миссис Кларк родила здорового мальчика. Она со всем успешно справляется, хотя Эммет, кажется, все еще немного не в себе. Он недавно заходил в офис и сказал, что как только она встанет на ноги, он сможет сменить тебя в Фейрборо.

– Понятно. – Леди Гаррет вовсе не хотелось этого. – Но спешить ни к чему. Не можем же мы торопить бедную женщину.

– Нет, конечно, но…

– Знаешь, моя сестра Диана родила несколько детей и у нее не было каких-то особых трудностей, но все же ей было нужно несколько недель, чтобы восстановиться после родов.

Клара прищурилась.

– Недель?

– А в некоторых случаях даже месяцев, – серьезным тоном произнесла Миранда, отгоняя от себя мысль о том, в каком восторге была бы сестра, узнав, что у нее появилось так много времени на восстановление после родов.

– Что ж, тогда мы не будем просить его каждый день кататься из Лондона в Фейрборо, – медленно проговорила девушка.

– Нет-нет, – подтвердила леди Гаррет, согласно кивая головой.

– К сожалению, это означает, что тебе придется остаться в Миллуорте.

– Да уж, к несчастью.

Миранда едва сдержала тяжелый вздох.

Клара несколько мгновений смотрела на нее, а затем на ее лице появилась усмешка.

– Могу ли я полюбопытствовать, леди Гаррет, кому, по-вашему, вы сейчас морочите голову?

– Понятия не имею, что вы имеете в виду, мисс Уэст.

– Да отлично ты понимаешь, о чем я толкую. – Присев на край одного из письменных столов, Клара внимательно посмотрела на Миранду. – Тебе вовсе не хочется возвращаться в Лондон.

– Ерунда! – Леди Гаррет фыркнула. – Я очень скучаю по столице. Просто дело в том, что свежий деревенский воздух так бодрит.

– Стало быть, все дело только в деревенском воздухе?

– Именно так. – Миранда глубоко вдохнула и едва сдержала кашель. – Как в мире нет места, которое можно было бы сравнить с Лондоном, так ничто не сравнимо и с английским деревенским воздухом. Он, бесспорно, самый лучший.

– Этим, видимо, и объясняется твой вид – ты выглядишь отдохнувшей. – Подруга обвела ее взглядом с головы до ног. – И должна сказать, что это платье тебе к лицу.

– Это еще одно платье моей сестры. Но по пути сюда я заехала к портнихе на последнюю примерку.

С тех пор как они с Бьянкой утром приехали в город, у нее не было ни одной свободной минуты. Впрочем, это радовало Миранду. Праздные размышления ни к чему хорошему не приводят. Особенно если на уме только одно, точнее, один человек.

– Мой новый гардероб доставят завтра.

– Ничто не может воздействовать на женщину так, как новый гардероб, – заметила Клара. – С ним она чувствует себя непобедимой.

– Раньше я этого не понимала, но ты абсолютно права, – согласилась леди Гаррет.

– А как продвигаются дела в Фейрборо?

– Все идет гораздо быстрее, чем мы ожидали. Эдвин замечательно руководит рабочими. Ну а поскольку их число увеличили вдвое, основная часть работ будет завершена раньше, чем мы предполагали. И хотя реконструкция еще не будет полностью завершена, у меня уже есть некоторые соображения насчет того, как мы сможем провести там бал в честь дня летнего солнцестояния.

Брови Клары поползли вверх.

– Мы? – удивленно спросила она.

– Если бал все-таки будет проводиться в Фейрборо, кто-то должен подумать обо всех деталях. Нет, я не о музыке, прохладительных напитках и тому подобных вещах – это поручат опытным рукам леди Маргарет. Надо будет определить, в каком именно месте незаконченного особняка проводить бал.

– Понятно, – кивнув, пробормотала мисс Уэст.

– Я привезла несколько рисунков – подумала, что они могут пригодиться.

Выбрав одну из картонных труб, Миранда вытащила из нее свернутый в рулон рисунок – вид на дом и сад с высоты птичьего полета. Взяв чертеж, Клара прикрепила его на механическую доску. Женщины стали внимательно рассматривать рисунок.

Действительно жаль, что восстановление Фейрборо не будет завершено к балу.

– Бал обычно устраивают в бальном зале, – напомнила Клара.

Леди Гаррет кивнула.

– И мне так кажется.

– Но почему бы в этом году не устроить бал на свежем воздухе?

– И я так думаю.

Мисс Уэст задумчиво прищурилась.

– Эта терраса выходит на лужайку, окруженную… Чем?

– Изгородями. Огромными буковыми изгородями. Это действительно очень интересно. Они образуют шесть своеобразных комнат под открытым небом с обеих сторон обширной лужайки. – Миранда показала эти «комнаты» на чертеже. – Каждая отличается от остальных. В одной – розовый сад, водоем с фонтаном во второй, в двух других – корты для тенниса и крокета, а в остальных – цветы, статуи и еще масса всего, что может кого-то смутить, но что нравится нам. Там все устроено и посажено по распоряжению леди Фейрборо.

– Если поставить столы, стулья и стол с прохладительными напитками здесь… – Клара постучала пальцем по рисунку, – а музыкантов рассадить вон там.

– И соорудить временный настил для танцев… – Миранда медленно растянула губы в улыбке. – Это будет замечательно. А что может быть лучше для бала в честь летнего солнцестояния, чем танцы под звездами?

– И что может быть лучше того, чтобы заработать бонус? – таким же восторженным тоном продолжила мисс Уэст.

Леди Гаррет засмеялась, а затем женщины продолжили обмениваться идеями по организации бала, пока не пришли к убеждению, что продумали все детали.

– Все должно получиться очень хорошо, – сказала Клара. – Лорд Стилуэлл получит свой бал в Фейрборо, хоть это и не совсем то, что он ожидал. А сам особняк будет готов через несколько месяцев.

– Если повезет.

– Ну а потом, если ничего больше не будет задерживать тебя в Миллуорте, ты сможешь вернуться в Лондон, – осторожно сказала подруга. – Не так ли?

Миранда задумалась всего лишь на мгновение, но и этого было достаточно.

– Ага! – торжествующе воскликнула Клара.

– Что?

– Я так и думала, что за городом тебя задерживает не только стройка. – Мисс Уэст самодовольно улыбнулась. – Все дело в лорде Стилуэлле, не так ли?

– О, я бы не сказала…

– Он поцеловал тебя?

Леди Гаррет простонала.

– Абсолютно недопустимо спрашивать такие вещи.

– Ты, конечно, права. Особенно если учесть, что ты только что ответила на мой вопрос. – Клара усмехнулась. – Так что, пожалуй, более уместно поинтересоваться, ответила ли ты на его поцелуй?

– Мисс Уэст!

Брови девушки изогнулись. Миранда несколько мгновений смотрела на подругу, а потом вздохнула.

– Да, я ответила на его поцелуй, – призналась она.

– И?

– Он был… замечательным.

– Неужели?

– Может быть, лучше сказать – необыкновенным. – Леди Гаррет улыбнулась. – Пожалуй, это был самый лучший поцелуй в моей жизни. Впрочем, я целовалась только с Джоном, – быстро добавила она.

– А я бы никогда не попросила тебя сравнить поцелуи лорда Гаррета и лорда Стилуэлла, – заметила Клара.

– Да я бы и не стала этого делать, – бросила Миранда. Тем не менее про себя она то и дело сравнивала ощущения.

Поцелуи Джона были неплохими, хоть она и не могла вспомнить, как именно они на нее действовали. И это казалось ей чудовищным вероломством. Но когда ее целовал Уинфилд, у нее замерло дыхание, пальцы ее ног подогнулись, а ее сердце забилось быстрее. И у леди Гаррет появилось незнакомое доселе желание – бесконечно продолжать этот поцелуй.

– Но я скажу… – Миранда медленно улыбнулась, – что я никогда не испытывала подобных чувств при поцелуе.

– Но это же чудесно! – Подруга улыбнулась. – О большем можно и не мечтать.

– Боюсь, я мечтаю… – Леди Гаррет покачала головой. – Кто-то мог бы поинтересоваться, был ли поцелуй необыкновенным, потому что он был не просто поцелуем, а чем-то особенным. Или из-за опытности виконта в таких вещах. Знаешь, он умелый обольститель.

– Ну да… – Клара несколько мгновений смотрела на нее. – Мужчины с опытом могут быть очень опасны не только для репутации женщины, но и для ее сердца.

– Кажется, я начинаю это понимать, – тихо произнесла Миранда.

– Мужчина, с которым я была обручена… – медленно начала мисс Уэст. – Его можно было назвать человеком с богатым опытом. И целовался он потрясающе, должна добавить.

На лице леди Гаррет появилась слабая улыбка.

– А вот человеком чести его назвать было нельзя, – продолжала Клара. Она явно тщательно подбирала слова. – Мне кажется, что с твоим лордом Стилуэллом все иначе.

– Никакой он не мой лорд Стилуэлл!

– Нет, конечно, нет. – Подруга помолчала. – Я думаю, существует единственный способ узнать, что все-таки означал поцелуй.

– И что же это за способ?

– Надо снова поцеловаться с ним, – с усмешкой произнесла Клара.

Это была цена за проживание в деревне. Глубоко вздохнув, Миранда посмотрела на пачку бумаг, лежащих перед ней на письменном столе. За последний час ее буквально завалило письмами, квитанциями, счетами и всевозможными документами, которые накапливались целыми кипами, когда она не занималась ими ежедневно. Конечно, многое могла сделать и делала Клара, однако ровно столько же бумаг требовали внимания самой леди Гаррет.

Это ничуть не улучшило ее настроения. Миранда почти не спала прошлой ночью. Она устала, запуталась, и даже когда полностью погружалась в разложенные перед ней бумаги, ей не удавалось избавиться от мыслей о Уинфилде. И леди Гаррет стоило признать: ей очень хотелось, чтобы он снова поцеловал ее.

– Боже мой, боже мой, ну чем не картина с изображением максимальной производительности труда! – раздался из дверей чей-то насмешливый голос.

– Ну почему ты то и дело появляешься, когда я меньше всего тебя жду? – Отложив документы в сторону, Миранда подняла глаза на сестру. – Где бы меньше всего хотела тебя видеть?

– Думаю, тебе просто везет. – Бьянка ослепительно улыбнулась. – Никогда раньше не видела место работы своей сестры, вот и решила посмотреть.

– Нет, это не так. Во-первых, я стараюсь большую часть работы выполнять дома, а во-вторых, ты бывала тут и раньше.

– Но только когда тебя здесь не было.

– Стало быть, мое первое замечание было правильным. – Миранда встала. – Ты здесь будешь только злить меня.

Сестра застонала.

– Ты сильно меня ранила, дорогая сестра. – Она подошла к чертежному столу и стала изучать рисунок леди Гаррет. – Так это Фейрборо?

Миранда кивнула.

– Поместье очень большое, не так ли?

– Да, очень большое и весьма величественное. Когда-то было величественным, – поправилась она. – И снова будет таким, – добавила леди Гаррет.

– В этом я ничуть не сомневаюсь, – пробормотала Бьянка.

Миранда обошла письменный стол.

– Если ты увидела достаточно…

– Нет, не увидела. И хочу сказать, что тебе не удастся так быстро избавиться от меня, – сердито произнесла сестра. – Но я действительно обиделась. Мне досадно, что ты считаешь, будто мне не на что потратить время и потому я намеренно злю тебя. Но я испытываю любопытство, и мне бы хотелось, чтобы ты приняла мою поддержку, вот и все. К тому же мне кажется, что если уж я должна хранить твои тайны, то мне следует знать их детали.

– А мне кажется, что чем меньше ты знаешь, тем меньше кому-то расскажешь, – отозвалась Миранда.

Проигнорировав слова сестры, Бьянка огляделась по сторонам.

– Тут очень тесно, не так ли?

– Да. – Леди Гаррет скрестила на груди руки. – Ну а теперь скажи, какие именно детали ты хочешь знать?

– Не представляю.

Полный любопытства взгляд сестры скользил по комнате, хотя смотреть здесь было не на что. Внезапно Миранде пришло в голову, что им, вероятно, надо сделать что-то для улучшения облика офиса. Она об этом никогда не думала, однако никогда и не смотрела на помещение глазами сестры.

– Думаю, ты сама должна понять, о чем именно я говорю.

– Мне кажется, что ты и без того слишком много знаешь.

– Возможно. – Бьянка вопросительно посмотрела на сестру. – И это все помещения фирмы «Гаррет и Темпест»?

– Ты видела приемную. Есть еще одно большое помещение с письменными столами, папками, чертежниками и клерками. У нас семеро служащих, включая мисс Уэст и мистера Кларка.

– Очень интересно! – кислым тоном проговорила сестра, что сразу стало понятно: ее это все ничуть не занимает. – Хотя это не так, ведь правда?

– Что не так?

– Неинтересно.

Миранда набрала полную грудь воздуха.

– Это бизнес, Бьянка, – терпеливо сказала она. – И тут нет ничего особенно интересного, но мне все это нравится. Разработка проектов, разумеется, всегда была мне по нраву, но есть еще и другое – управление служащими, надзор за счетами, выверение финансового баланса… Я в жизни не занималась чем-то более увлекательным. – Леди Гаррет вздохнула. – И мне по-прежнему не нравится мысль, что я должна все это бросить.

От недоумения брови Бьянки сошлись на переносице.

– А почему это ты должна все бросить?

– Потому что моя роль раскрыта.

– Да, конечно. На мгновение это пришло мне в голову. – Сестра задумчиво посмотрела на нее. – Так ты действительно все бросишь?

– Если не будет клиентов и новых заказов, у меня не останется выбора. – Я, конечно, буду держаться за фирму столько, сколько смогу, но… – Миранда пожала плечами. – Кто наймет женщину?

Внезапно раздался громкий стук, и дверь тут же распахнулась. Клара заглянула в офис.

– Леди Гаррет, какой-то джентльмен хочет вас видеть, – сообщила она.

– С чего бы это джентльмену захотелось увидеть меня здесь? – медленно спросила Миранда. Она же так редко бывает в офисе. Более того, если не считать ее служащих, никому не было известно об ее продолжительном сотрудничестве с компанией «Гаррет и Темпест». Не считая лорда Стилуэлла, разумеется. Она прищурилась. – Он хотя бы привлекателен?

– Он безусловно привлекателен, – раздался позади голос подруги.

Клара виновато улыбнулась и распахнула дверь шире. В офис вошел Уин.

– Добрый день, миссис Робертс. Леди Гаррет! – Его губы изогнулись в дьявольской улыбке. – Могу ли я сказать, что сегодня вы выглядите просто потрясающе?

– Я как раз сама собиралась это сказать, – пробормотала Бьянка, переводя взгляд на сестру. – Ты ведь знаешь, что это так. Просто удивительно, какие чудеса творит смена гардероба.

– Спасибо вам обоим. – Миранда прищурилась. – А можно ли поинтересоваться, что ты тут делаешь?

– Быть может, ты забыла, но мой кузен, его невеста и ее сестра сегодня уехали в Америку. Грейсон попросил меня позаботься кое о каких вещах в Лондоне, пока его не будет.

– Да, точно. – Леди Гаррет умолкла. – Этим объясняется твой приезд в Лондон, однако ты так и не сказал, что делаешь здесь.

– Я собирался сходить сегодня в театр и решил, что, возможно, ты составишь мне компанию.

Виконт улыбнулся Миранде, и ее сердце затрепетало.

– Это было бы наиболее…

– Нет, она не сможет, – с невинной улыбкой перебила сестру Бьянка.

Лорд Стилуэлл нахмурился.

– Не сможет?

Леди Гаррет изумленно уставилась на нее.

– Почему это я не могу?

– Как хорошо, что я пришла тебе напомнить то, о чем ты совершенно забыла, – пропела Бьянка.

– Забыла… – Миранда покачала головой, а потом сделала глубокий вдох. – Боже правый, я совсем забыла! Ужин сегодня вечером, в доме моей матери! – Она с сожалением взглянула на Уинфилда. – Мне очень жаль! Мы не можем пропускать семейные вечера без веской причины.

– Смерти, например, – кивнув, добавила Бьянка.

– Мне бы очень хотелось пойти с тобой в театр, но, похоже, не получится, – сказала леди Гаррет.

– Ну хорошо, возможно, это одна из тех пьес, которые понравились бы мне и пришлись бы не по вкусу тебе.

Его голубые глаза выражали удивление.

– Если только это не та пьеса, которую возненавидел бы ты и которая показалась бы интересной мне. – Миранда минуту разглядывала виконта. – Могу я спросить, какую пьесу ты имеешь в виду?

– Нет, – усмехнувшись, ответил он.

Несколько долгих мгновений они молча смотрели друг на друга, и леди Гаррет спросила себя, что могло бы случиться после спектакля. Здесь, в Лондоне с его возможностями, где находились они вдвоем, наедине. По ее телу пробежала дрожь желания.

– Вот что, у меня есть отличная идея! – внезапно проговорила Бьянка, и очарование этого мгновения вмиг исчезло.

– Да что вы! – Уинфилд улыбнулся.

– Что-то я сомневаюсь, – тихо произнесла Миранда.

– Почему бы вам не прийти с нами на ужин? – предложила Бьянка с радостной улыбкой.

Леди Гаррет в ужасе посмотрела на сестру.

– Будут только члены нашей семьи, – продолжала Бьянка, – но, кажется, вы знакомы с нашей невесткой, Вероникой.

– Я был знаком также с ее мужем, правда, это было очень давно, – медленно произнес виконт.

– Но ты же собирался сегодня в театр, – поспешила напомнить ему Миранда. – Так что мы, разумеется, поймем, почему ты не смог к нам присоединиться. Быть может, в другой раз?

– Напротив, моя дорогая леди Гаррет, я не вижу лучшего способа провести вечер, так что с удовольствием познакомлюсь с остальной частью вашей семьи. – Их глаза встретились, и Уин улыбнулся. – Честное слово, я бы ни за что на свете не согласился пропустить этот ужин.

Глава 19

Уин вышел из распахнутой лакеем двери своего фамильного особняка в Мейфэре и увидел Миранду.

– Что ты здесь делаешь? – Он с подозрением оглядел ее. – Если ты хочешь отговорить меня от ужина с твоей семьей, я хочу предупредить, что считаю грубостью отклонить принятое приглашение. А я не бываю грубым.

Брови леди Гаррет сошлись на переносице над ее завораживающими карими глазами. Карими? Неужели она действительно чем-то обеспокоена?

– Я вовсе не хочу, чтобы ты был груб, – отозвалась она. – Напротив, я хочу, чтобы ты был как можно более обаятелен.

– Не было необходимости приходить сюда, чтобы сказать мне это.

– Да я и не за этим пришла.

Миранда заломила руки. Виконт не мог припомнить, чтобы она была в таком смятении. Или вообще была в смятении. Да, сердитой он ее видел, но не встревоженной.

– Но ты должен узнать кое-что, прежде чем увидишь остальных.

– Что именно?

Леди Гаррет хочет ему что-то рассказать? Может, она желает ему во всем признаться? С тех пор как вчера Уин узнал правду, ему в голову пришла уже дюжина вариантов того, что он мог бы сказать, и дюжина вариантов различной реакции на его слова, однако сейчас он не мог вспомнить ни одного из них. Все зависело от того, что собирается сообщить Миранда.

– Я ничего не могу сказать тебе на улице, ведь тут любой может подслушать нас.

– Отлично! – Взяв ее за руку, лорд Стилуэлл подтолкнул ее к стоящему на дороге экипажу. – Меня ждет кеб. Предлагаю тебе признаться во всем, пока мы едем к твоей матери.

– Ты с ума сошел? – Остановившись, она возмущенно посмотрела на него. – Мы не можем поехать туда вместе.

– Не можем?

– Ни в коем случае.

– Но почему?

– Потому что если мы приедем вместе, они решат, что мы были вместе.

Об этом виконт тоже много думал со вчерашнего дня. И это были приятные размышления.

– Вот какое у меня предложение. Дом твоей матери совсем близко, и один из нас мог бы добраться до него в экипаже, а другой – прогуляться и прийти следом, – тихо добавил он. – Так почему бы нам не сесть в кеб вместе, а за квартал до дома я выйду и приду позже тебя? Таким образом, я приду туда пешком. А ты приедешь в кебе, и, по-моему, это самый разумный выход из сложившейся ситуации.

– Очень хорошо. – Леди Гаррет снова озабоченно нахмурилась. – Тебе хорошо удаются обманы, не так ли?

«Как и тебе, моя дорогая Миранда».

– Это одна из составляющих моего обаяния.

Леди Гаррет кивнула.

– Мне это нравится.

– Сама мысль или мое обаяние?

– И то, и другое, – усмехнувшись, сказала она.

Уин помог ей сесть в экипаж, дал кучеру адрес, а затем занял место рядом с ней.

– Знаешь, ты весьма умен. – Миранда внимательно посмотрела на него. – Впрочем, у тебя наверняка большой опыт в таких делах.

– В каких? В прибытии поодиночке на ужин, чтобы семья леди не узнала, что я… что? Закрутил с ней роман?

Леди Гаррет кивнула.

– Ну да, давай на этом и остановимся.

– Да ты с ума сошла! Твоей семье никогда такое и в голову не придет!

– Ты будешь удивлен. – Она чуть придвинулась к нему, и Уин уловил исходящий от нее легкий аромат. Этого ему тоже не хватало. – Знаешь, на первый взгляд мы кажемся в высшей степени безупречной семьей, но на самом деле нас окружает немало тайн. Рискну предположить, что если кто-то немного копнет в этом направлении, наружу тут же вырвется немало скандалов, с которыми не удастся справиться.

– О девственной гувернантке и порочном негодяе?

Миранда фыркнула.

– Возможно, даже о них.

– Я тебе не верю. Ты придумываешь, – заявил виконт.

– Вовсе нет, – тихо произнесла леди Гаррет, едва сдерживая смех.

– Не хотелось бы торопить тебя, но если ты все еще хочешь рассказать мне о том, что привело тебя к моей двери, то было бы разумно…

– Да-да, конечно! Мы почти приехали. – Она глубоко вздохнула. – Видишь ли… Как сказать…

– Продолжай!

– Я пытаюсь подобрать нужные слова.

– Лучше всего говорить прямо и решительно, – посоветовал Уин. – Так что поступай именно таким образом.

– Очень хорошо.

Миранда замолчала, набираясь смелости. Лорда Стилуэлла охватила гордость за нее. Все-таки леди Гаррет – выдающаяся женщина. Не так-то просто признаться в собственных грехах.

– Моей семье не известно, что я играю активную роль в восстановлении Фейрборо-Холла. Родные также не знают, что я имею какое-то отношение к фирме «Гаррет и Темпест», если не считать того, что я ее владелец.

– И это все? – посмотрев на нее, спросил Уин.

– Этого мало?

– Мне кажется, что мало.

– Так что я буду очень признательна, если ты воздержишься от разговоров о моем участии в восстановлении особняка, – договорила Миранда.

– Но миссис Робертс все знает, не правда ли?

– Бьянка раскрыла правду. – Она вздохнула. – Сестра становится похожа на хорька, когда берется за какие-то поиски. Именно поэтому ей не составило труда найти…

– Найти что?

– Найти… свои серьги.

Миранда кивнула. Удивительно, что ей так долго удавалось обманывать его. Но она не законченная лгунья. И это смягчает боль от ее обмана. Понятно, что ее Бьянка не искала никаких сережек. Возможно, леди Гаррет права насчет своей семьи.

– Итак… – Виконт тщательно подбирал слова. – Что, по-твоему, я должен говорить… обо всем этом?

– Я об этом очень много думала. Выслушай, пожалуйста, меня внимательно, Уинфилд, потому что у меня не будет времени повторить свои слова.

– Ты снова говоришь как гувернантка.

– Тогда получай от этого удовольствие. Итак. – Миранда снова глубоко вздохнула, чтобы набраться сил. – Я познакомилась с твоей матерью на общественном приеме, мы подружились, я пожаловалась ей на лондонский воздух, и она пригласила меня погостить у нее за городом, Фейрборо перестраивается, но я не имею к этому никакого отношения, а если на тебя будут давить, ты скажешь, что не помнишь название фирмы, занимающейся строительством, но постараешься вспомнить его и сообщить. Понял?

Оцепенев от изумления, виконт уставился на нее.

– Ну что? – спросила леди Гаррет. – Скажи что-нибудь.

Прищурившись, лорд Стилуэлл спросил:

– Что еще за общественный прием?

– Тебя только это интересует? Из всего того, что я сказала, ты выбрал только этот момент?

– Да, именно его. Моя мать очень странно ведет себя после знакомства с тобой. Электричество, телефон, безлошадные повозки… Дальше она потребует права участвовать в голосовании, как тебе известно.

Миранда едва заметно усмехнулась.

– Не говори ерунды! – Она постучала в потолок, и экипаж остановился. – Это не имеет значения, ведь мы уже смирились со своим положением. А теперь тебе надо выйти.

Недовольно заворчав, Уин вышел из повозки и тут же повернулся к ней.

– В общем, увидимся через несколько минут.

– Я помешкаю в вестибюле и сделаю вид, будто мы встретились случайно. И спасибо, что согласился помочь мне.

– Разумеется. – Лорд Стилуэлл кивнул. – Но я должен признаться, я подумал, что ты хочешь скрыть от своей семьи… нас.

– А я и не знала о существовании «нас».

– Нет, знала.

– Да. – Леди Гаррет вздохнула. – Знала.

– Так, может, пора что-то с этим делать?

– Может быть.

– Просто решить, что такое «мы».

– Возможно. – Миранда замолчала. – Но ты ведь понимаешь, что когда мы вслух заговорим об этом, о нас, то пути назад уже не будет?

Уинфилд кивнул.

– Никто не понимает этого лучше меня.

– Мы подвергнем риску то, что у нас есть. А я должна признаться, что ценю то время, что мы проводим вместе, и завязавшуюся между нами дружбу.

– Я тоже, но этого недостаточно, не так ли?

Леди Гаррет посмотрела ему в глаза.

– Нет, недостаточно.

– И мы не можем дальше продолжать в том же духе. Точнее, я не хотел бы этого и, надеюсь, ты тоже. – Он заговорил тише: – Я хочу большего. А ты?

Миранда медленно кивнула.

– Да, и я.

– Разве не говорят: чем больше риск, тем больше награда?

– Говорят…

Уин заглянул ей в глаза.

– А разве не ты как-то сказала, что человек должен либо двигаться вперед, либо отойти в сторону?

– Это относилось к прогрессу, но… – Она вздернула подбородок, в ее глазах появилась решимость и еще что-то новое, интригующее, манящее. Уин с трудом сглотнул. – Я не хочу отходить в сторону.

– Я тоже, Миранда! Я тоже!

Виконт сделал знак кучеру, и кеб тронулся с места. Лорд Стилуэлл быстро зашагал следом за ним.

Уин не был до конца уверен в том, к чему они все-таки пришли. Однако он улыбнулся – ему не терпелось это выяснить.

– …И доказать его претензии… – Мистер Хэдли-Эттуотер с видом бывалого рассказчика замолчал на мгновение и обвел взглядом сидевших за столом, чтобы убедиться, что он держит внимание всех в целом и каждого слушателя по отдельности. – Он принес свинью.

Над столом прокатился смех.

– Надеюсь, не в апартаменты судьи?

Старшая сестра Миранды, леди Крессфилд, посмотрела на своего брата.

– А как же еще настоять на своем? – Хью усмехнулся. – Я не знаю точно, кто был удивлен больше всех, но мне все-таки показалось, что свинья.

И снова послышался смех, да и неудивительно, ведь за столом собралась веселая компания. Можно сказать, что ужин у Хэдли-Эттуотеров вполне сравним с театральной постановкой, участники которой, пожалуй, играли лучше, чем актеры. Если, конечно, Уин хорошо видел их всех.

За столом сидели глава семьи, граф Уотерстоун, Эйдриан Хэдли-Эттуотер, и его жена, прекрасная Эвелин. Также там был Хьюго Хэдли-Эттуотер, барристер и опытный рассказчик, которого явно обожала вся семья. Лорд Стилуэлл уже знал сэра Себастьяна и его жену Веронику, которая сидела рядом с ним. Сэр Себастьян сделал себе имя как исследователь и искатель приключений и теперь писал романы и повести о своих путешествиях. Дальше сидели старшая сестра Миранды Диана с мужем Джеймсом, лорд и леди Крессфилд, ее кузина Порция, леди Редуэлл, вдова, и, разумеется, Бьянка, миссис Робертс, которая максимально отстранилась от своего мужа. Имя этого человека никогда не упоминалось, а если кто-то случайно заговаривал о нем, на лицах присутствующих появлялось выражение смятения или даже отвращения, однако оно было столь мимолетным, Уин даже не был уверен, что ему это не привиделось. И, конечно же, за столом сидела глава рода, вдовствующая графиня, леди Уотерстоун, мать Миранды. Она очень напоминала виконту его собственную мать, и во время трапезы он не раз ловил на себе ее задумчивый взгляд.

Когда лорд Стилуэлл пришел, Бьянка объяснила его присутствие тем, что леди Гаррет проводит много времени за городом в обществе леди Фейрборо, а поскольку у леди Робертс была возможность встретиться с ним сегодня, то она подумала, что приглашение станет прекрасной возможностью ответить на его гостеприимство. Но хотя в этом объяснении и в самом деле прозвучали разумные доводы, виконт заподозрил, что леди Уотерстоун не вполне им поверила. И если вдовствующая графиня действительно такая же, как и его мать, то сейчас она, несомненно, размышляет над тем, связывает ли его что-то с ее младшей дочерью.

Оказалось, что Уин знаком со всеми джентльменами. Хоть Лондон и был довольно большим городом, во многих отношениях он представлял из себя весьма узкое общество. В самом деле, насколько виконту было известно, граф, его братья и зять состояли в том же самом клубе, что и он сам. Себастьян оказался единственным, с кем он довольно близко общался. Однако и Себастьяна он не видел уже некоторое время.

– Как бы неприятна ни была мне мысль о смене темы разговора с волнующей всех истории свиньи, – начала Порция, – я спрашивала себя, может ли кто-то из вас…

Несмотря на то что присутствующие смеялись и подтрунивали друг над другом, да и вообще за столом царила дружественная атмосфера, возникающая, когда вместе собираются люди, которые не просто заботятся каждый о ком-либо, но еще и испытывают взаимную любовь, произошла некая перемена, постичь которую Уин был не в состоянии. Женщина, сидевшая напротив него за столом, была совсем не той Мирандой, которую он знал. Она держалась абсолютно спокойно, а когда вступала в общую беседу, то делала это очень деликатно. Виконт и не подозревал, что леди Гаррет на такое способна. Несколько раз, когда беседа касалась определенных тем, он ждал, что Миранда примет вызовы, брошенные ему. И все же она сдерживалась, хотя после их разговора в Миллуорте виконт был уверен, что споры – ее стихия. Особенно если Уин говорил то, с чем леди Гаррет была не согласна. Странно, но он оказался еще и тем единственным за столом, кто обратил внимание на ее сдержанность.

– Лорд Стилуэлл, – обратился к нему Эйдриан, – насколько я понимаю, вы затеяли реконструкцию Фейрборо-Холла?

– Там был пожар, не так ли? – спросила Вероника. – Особняк серьезно пострадал?

– Даже думать неприятно о пожаре в этих величественных старинных загородных домах, – поежившись, сказала мать Миранды. – Я все время пребываю в страхе от того, что нечто подобное может случиться в аббатстве Уотерстоун.

– К счастью, как выяснилось, предыдущего графа мучили те же страхи, – сказал Уин. – Он был свидетелем Большого пожара в Лондоне в 1666 году.

– История всегда была полна сюрпризов, – с улыбкой заметила Эвелин.

– Мы всегда считали, что дом оставался неизменным с тех пор, как его построили, – продолжил виконт. – Но недавно обнаружили, что после пожара были проведены кое-какие изменения: стены сделали толще, чтобы они при необходимости послужили преградой для огня между основной частью особняка и его крыльями. Благодаря этому последние пострадали лишь от дыма. И несмотря на то что здание получило существенные повреждения, я содрогаюсь при мысли о том, насколько хуже все могло бы быть.

– Как это было разумно с его стороны, – отметила графиня Уотерстоун. – Миранда всегда интересовалась проектами зданий. Это неудивительно, ведь ее покойный муж был архитектором.

Леди Гаррет улыбнулась.

– Да они даже познакомились на какой-то лекции по архитектуре, которой оба интересовались. – Пожилая леди взглянула на свою дочь. – Я права, моя дорогая?

– Это была лекция о палладиевском влиянии на английскую архитектуру, – спокойно заметила Миранда. – Однако я уверена, что лорду Стилуэллу это неинтересно.

– Нет-нет, очень интересно. – Лорд Стилуэлл улыбнулся ей. – Я уже понял, что мне интересно все, что привлекает внимание леди Гаррет.

– Это верно. – Взгляд Дианы перешел с Уина на сестру. – Миранда ведь поселилась за городом у вашей матери. В особняке Миллуорт-Мэнор, не так ли?

Леди Гаррет кивнула.

– Моя семья сняла этот особняк на время реконструкции Фейрборо-Холла.

– Стало быть, вы наверняка знакомы друг с другом? – Диана посмотрела на виконта. – Если только вы не проводите большую часть времени в Лондоне.

– Я стараюсь при каждой возможности приезжать в Миллуорт, – осторожно заметил он.

Миранда пожала плечами.

– И наши дороги там пересекались, – добавила она.

– Так ты наверняка хоть пару раз видела стройку, да? – спросил Себастьян.

– Да, один или два раза, – со слабой улыбкой ответила леди Гаррет.

– Полагаю, что раз реконструкция идет полным ходом, вы наняли какую-то архитектурную фирму, – сказал Эйдриан. – В противном случае я очень настойчиво порекомендовал бы вам услуги фирмы «Гаррет и Темпест», которую держал покойный муж Миранды.

– «Гаррет и Темпест»? – Уин заставил себя говорить абсолютно невинным тоном. – Не уверен, что слышал о них.

– У этой компании отличная репутация. – Эйдриан улыбнулся младшей сестре. – И несмотря на кончину лорда Гаррета, основанная им фирма работает до сих пор.

– Подумать только! – Невольно виконту захотелось разбудить ту леди Гаррет, которую он знает. – Кажется, мы наводили справки, но… – Он пожал плечами. – Знаете, офисом фирмы управляет женщина, некая мисс Уэст.

– Она прекрасно с этим справляется, – твердо проговорила Миранда. – Ты мог этого не знать, но я наняла эту женщину.

– Фирмой теперь владеет сестра, – пояснил Эйдриан.

– Но Миранда не имеет никакого отношения к работе компании, – добавила Порция. – Это было бы неприлично. Представить не могу, что сказали бы люди.

– Что за ерунда, Порция! – воскликнула Вероника. – Множество женщин занимаются бизнесом.

– Да, конечно, они владеют магазинами галантерейных товаров, шляпок, платьев и тому подобными заведениями. – Кузина пожала плечами. – Но это скорее развлечение, и уж тем более не переходят дорогу мужчинам, занятым в строительстве. – Она поежилась. – Представить себе не могу леди, которая увлеклась бы чем-то подобным.

– Я тоже. – Уин встретился взглядом с Мирандой. – А вы как считаете, леди Гаррет?

– Я считаю… – Она говорила, взвешивая каждое слово. – Человек делает то, что должен.

– Какой интересный ответ, – пробормотала Эвелин.

– Вы и впрямь считаете, что женщина могла бы заниматься такого рода вещами? – Лорд Стилуэлл внимательно смотрел на леди Гаррет. – Профессионально занималась бы бизнесом, да? Управляла стройкой? И делала бы то, что обычно делают мужчины?

Порция закатила глаза.

– Что за нелепая мысль!

– Насколько я понимаю, женщина может заниматься тем, к чему имеет расположение. – Миранда приветливо улыбнулась лорду Стилуэллу, но ее зеленые глаза пылали огнем.

– Совершенно верно. – Бьянка кивнула. – В самом деле, я не понимаю, почему женщина не может быть столь же успешной в профессиональной карьере, как и мужчина.

– И все же, – медленно произнес виконт, – судя по моему опыту, в любом бизнесе человек должен доверять тому, с кем имеет дело. При любой сделке должен быть достигнут определенный уровень честности, доверия. Вы не согласны, леди Гаррет?

– Я подозреваю, что честность – вещь относительная, – пренебрежительным тоном сказала Миранда. – И мне кажется, что если дело идет так, как планировалось, то большего и ждать не следует.

– Честность – это не серая зона, – уверенно произнес Хью. – А в законе речь часто идет только о белом и черном. – Он замолчал. – Если, конечно, дело не касается свиней.

Собравшиеся вновь рассмеялись, и разговор зашел о благотворительном мероприятии, которым занималась Диана. Леди Гаррет бросила на Уина последний уничтожающий взгляд, а затем переключила внимание на остальных.

Сидевшая рядом с виконтом Вероника придвинулась ближе к нему и тихо прошептала:

– Уинфилд Эллиот, к чему ты клонишь, я не пойму?

– Ни к чему, – спокойно ответил он. – Абсолютно ни к чему…

– Понятно. Как понятно и то, что честность не слишком тебя вдохновляет.

– А если я скажу, что это не твоя забота, ты успокоишься?

– Боже правый, Уинфилд! Это же совсем не в моем духе. – Девушка тихо засмеялась. – Возможно, тебе будет интересно знать, что мы недавно с Мирандой и Бьянкой ходили на лекцию, где случайно встретили одну из твоих бывших невест.

– Да? – Виконт едва сдержал желание поморщиться. – Которую из них?

– Леди Джастис. Миранде очень хотелось узнать, что между вами произошло.

– Никто не знает, что между нами произошло, – отрезал он.

– Ерунда! Такие вещи никогда не остаются абсолютно личными. – Она посмотрела на леди Гаррет. – И особенно эта история.

– Какая? – осторожно поинтересовался лорд Стилуэлл.

– История о том, что происходит между тобой и Мирандой. Возможно, другие этого не замечают – человек не ожидает увидеть то, чего не ищет. – Вероника заговорила жестче. – Я очень надеюсь на то, что для тебя это не очередное развлечение. Я уже очень давно член этой семьи и могу тебе сказать, что Миранда – самая ранимая и уязвимая из всех.

– Она совершенно не такая. – Уин вопросительно посмотрел на жену Себастьяна. – Быть может, женщина, которая сидит напротив меня, действительно в данный момент ранимая и уязвимая, но это вовсе не та Миранда Гаррет, которую я знаю. – Черт возьми, неужели все эти люди обезумели? Не подумав, он повысил голос: – Та женщина, с которой я знаком, – самое решительное, откровенное и приводящее в бешенство существо, какое я когда-либо знал. Вдобавок к этому, у нее самый изощренный и творческий разум, какой я когда-либо видел у женщины, а честно говоря, и у мужчины тоже. Она очень изобретательна. Эта дама способна сделать все, что считает нужным, и, более того, она делает это лучше любого мужчины: и к этому выводу, хотелось бы добавить, мне было очень нелегко прийти. Кроме всего прочего, эта леди очень мила и на свете нет ничего приятнее, чем слышать ее смех. Миранда Гаррет – самая выдающаяся женщина из всех, кого я когда-либо встречал, и я буду всю жизнь благодарен Богу за тот день, когда она вошла в мою жизнь в самых уродливых туфлях, какие я когда-либо видел.

Глаза Вероники округлились, и только в этот момент лорд Стилуэлл осознал, что разговор за столом прервался и в воздухе повисло изумленное молчание. Его взор метнулся к Миранде. Она смотрела на него с таким видом, словно пребывала в сильнейшем шоке, и несколько мгновений никто не произносил ни слова.

Наконец Бьянка откашлялась.

– Надеюсь, нас ждет десерт, – сказала она.

– Прошу меня извинить.

С этими словами леди Гаррет быстро встала из-за стола и вышла из комнаты.

– На твоем месте я бы пошла следом за ней. – Насмешливая улыбка изогнула губы Вероники.

– Конечно. – Поднявшись, Уин обвел глазами собравшихся. – Вечер был чудесным. Леди Уотерстоун, передайте мои комплименты повару и благодарю вас за прием. Возможно, мы еще как-нибудь встретимся.

Кивнув, он поспешил за Мирандой.

– Бьянка, – проговорила у него за спиной хозяйка дома, – будь так любезна объяснить нам, что происходит.

– Нет, не объясню, точнее, я не могу этого сделать, – отозвалась девушка. – По правде говоря, я шокирована не меньше вашего. Шокирована, поверьте! Кто бы мог подумать, что лорд Стилуэлл и Миранда?.. Да я понятия не имела…

Виконт почти летел вниз над ступенями на цокольный этаж и догнал… у двери.

– Прошу прощения, Миранда, но я не думал…

– Ты действительно имел в виду то, что сказал там? – перебила она его.

Уин кивнул.

– Да.

– И ты действительно так обо мне думаешь?

– Боюсь, что так.

– А в последней части?

– За это я не стал бы извиняться. – Лорд Стилуэлл покачал головой. – Туфли действительно уродливые.

– Я не о них. – Она поискала взглядом его глаза. – Об остальном.

– Да. – Виконт шагнул ближе к Миранде и встретил ее взгляд. Господи, ему жизни не хватит на то, чтобы определить, какого они цвета. – Самый счастливый день в моей жизни – тот, в который сгорел мой дом, потому что пожар привел ко мне тебя.

– Ты сошел с ума, да?

– Возможно.

– И ты настолько безумен, чтобы поцеловать меня?

Уин прищурился.

– Если я поцелую тебя здесь, всего в нескольких шагах от того места, где твоя семья все еще приходит в себя после откровений за обеденным столом, ты станешь обвинять меня в попытке соблазнить тебя?

– Нет, конечно. – Схватив его за лацканы пиджака, она привлекла его к себе. – Но я буду надеяться.

Не говоря больше ни слова, виконт накрыл ее губы поцелуем. Ее уста источали вкус вина, обещаний и вечности. Он обхватил Миранду руками, прижал крепче к себе и никак не мог насытиться ею. Слабый аромат весны, исходящий от нее, накрыл его, окутал сердце, проник в душу. Уин потерялся в нем, и это было прекрасно.

– Кхе-кхе!

Виконт застонал, не отрываясь от губ леди Гаррет. Будет ли время, когда он сможет целовать ее и никто этому не помешает? Он неохотно выпустил Миранду из объятий, с удовлетворением отметив, что она тоже не хочет отрываться от него.

– Лорд Стилуэлл! – На верхней ступени лестницы стоял Эйдриан, окруженный Хью справа, а Себастьяном – слева. Джеймс стоял в шаге позади него. – Можно вас на одно слово, пожалуйста.

– Нет.

Леди Гаррет посмотрела на братьев. Джеймс покашлял.

– Нет? – На лице Хью появилось смущение. – Она сказала «нет»?

– Да, думаю, именно это она и произнесла, – ответил Себастьян, не отводя от них взгляда.

– Миранда, – продолжил Эйдриан своим фирменным, «графским» тоном. Уин сразу узнал его, потому что не раз говорил таким же голосом. Ему так это нравилось. – Тебя это не касается.

– Нет, Эйдриан, это не касается тебя.

– Ты моя сестра, моя младшая сестра, и все, что имеет к тебе отношение, меня касается.

– Не говори ерунды!

Лорд Стилуэлл усмехнулся. Теперь рядом с ним стояла женщина, которую он знал.

– Мне двадцать восемь лет, и я более чем способна принимать решения самостоятельно. Я была замужем и овдовела. У меня собственные счета. И я… – Она посмотрела на виконта, и тот кивнул. – Я не только владею фирмой «Гаррет и Темпест», но еще и управляю ею. Я не просто младшая из Хэдли-Эттуотеров. Я бизнес-леди.

Стоявшие на верху лестницы мужчины замолчали в изумлении. Очевидно, что для правды настал подходящий вечер. Уин спросил себя, всегда ли ужины в этой семье так интересны? Это бы его ничуть не удивило.

Брови Миранды сошлись на переносице, и она взглянула на лорда Стилуэлла.

– Тебе это известно? Я хочу сказать, тебе ведь известно, что я управляю фирмой?

– Я никогда не был настолько глуп, как ты считала.

– Но я никогда… мм-м… ну да, возможно, считала. – Леди Гаррет покраснела, когда произносила эти слова, и виконту это очень понравилось.

– Миранда, – снова заговорил Эйдриан, – ты едва знаешь этого человека.

– Напротив, я довольно хорошо его знаю, – возразила она. – Мне известно, что он упрям, а при необходимости может быть непреклонным и нудным. Я знаю, что он с подозрением относится к прогрессу. Знаю, что у него свое сложившееся мнение о месте женщины в мире.

– Да уж, я хорош, ничего не скажешь, – тихо произнес Уин.

– А еще мне известно, что он ценит традиции и наследие. Виконт привязан к семье и уважительно относится к слугам. Он заставляет меня смеяться так, как я, кажется, не смеялась никогда в жизни. Лорд добр к детям и животным, даже к собаке своей тети, которую язык не повернется назвать приятным зверем. Уинфилд умен и весьма привлекателен. А когда он меня целует…

Один из ее братьев застонал.

– …у меня на ногах немеют пальцы, а сердце начинает биться быстрее, – договорила Миранда.

Лорд Стилуэлл посмотрел на ее братьев с самодовольной улыбкой.

– Еще упомяни мой титул и размер состояния, чтобы они поняли, что я хорошая добыча, – сказал он.

– Добычей я бы вас не назвал, – резко заметил Эйдриан. – Тебе известна его репутация в отношении женщин? Ты знаешь, что у него было три невесты? Три!

– Представить себе не могу, что есть еще живой человек, которому не было бы это известно. Но я бы хотела заметить, дорогой брат, что, хоть у тебя и не было такой вереницы невест, твоя репутация была не лучше, чем у него, – съязвила леди Гаррет. – Да что там, мы уже начинали думать, что ни одна достойная женщина не польстится на тебя, пока ты не познакомился с Эвелин.

Граф Уотерстоун фыркнул.

– Что касается Себастьяна…

– Нет-нет, ты уже достаточно сказала, – тут же оборвал он. – Мне отлично известно, какая у меня была репутация.

– А вот моя репутация никогда не была особенно скандальной, – высокомерно проговорил Хью.

– Да, дорогой Хью, не была, ты был слишком занят учебой, хоть я и помню несколько случаев.

Он нахмурил брови, а затем поморщился.

– Вот что, Миранда… – начал Эйдриан.

– Разве вы не затевали такой же разговор с Дианой о Джеймсе, прежде чем они поженились?

– Я не помню, – пробормотал граф Уотерстоун.

– Зато я помню. – Джеймс поежился. – Моя жена тебя тогда едва не убила. – Он осторожно отступил на шаг. – По-моему, подобную беседу лучше вести с кровными родственниками, так что, возможно, мне следует…

– О нет, Джеймс! – сердито оборвала его леди Гаррет. – Никуда ты не пойдешь. Ты член нашей семьи, и все еще не закончено, а мне хотелось бы еще кое-что сказать. И я была бы благодарна, если бы вы четверо спустились и встали рядом со мной, чтобы у меня не было ощущения, будто я разговариваю с богами Олимпа!

Обменявшись взглядами, джентльмены неохотно исполнили ее просьбу.

– Ты абсолютно права, – заявил Эйдриан, явно пытаясь взять себя в руки. – Все еще не кончено.

– Она на нас кричит, обрати внимание, – сказал Себастьян Уину, когда она спустились на цокольный этаж. – Бьянка кричит, Порция кричит, Диана кричит, а вот Миранда никогда этого не делала.

Лорд Стилуэлл усмехнулся.

– Вы будете удивлены, – заметил он.

– Что ты с ней сделал?

– Вообще, вопрос в том, старина, что она со мной сделала?

Себастьян покачал головой.

– Итак, – произнесла леди Гаррет, переводя взгляд с одного брата на другого, – сообщаю вам, что через несколько минут я уйду с лордом Стилуэллом. Он проводит меня домой. А завтра я вместе с ним вернусь в Миллуорт, чтобы взяться за работу в Фейрборо. Я не занимаюсь стройкой, для этого у меня есть очень опытный человек, который знает, что к чему. Но я имею право голоса касательно планов и чертежей, а также я играю роль связующего звена между офисом, архитектором и стройкой.

Уин изумленно смотрел на нее. Миранда не собирается признаваться во всем?

– И, конечно же, я сообщаю о продвижении работ лорду Стилуэллу и его семье, – добавила она. – У вас есть еще какие-то вопросы?

– Миранда, – заговорил граф Уотерстоун, бросая на нее свирепый взгляд, – как глава семьи я запрещаю тебе уезжать с этим человеком.

– Даю вам слово, что с ней все будет в порядке, – серьезно произнес виконт. – Обещаю, что не продам ее в гарем.

Хью едва сдержал смех.

– Не будь олухом, Эйдриан! Ты не можешь даже говорить об этом. И если я захочу уехать с ним, если пожелаю впутаться в жаркую и скандальную историю…

Уин усмехнулся.

– …если захочу связать его и делать с ним все, что угодно…

– Мечта каждого мальчика, – тихо произнес виконт.

– …я именно это и сделаю, – договорила Миранда, мрачно глядя на братьев. – Вы хотите еще что-то сказать?

Граф Уотерстоун долго смотрел на нее, а потом глубоко вздохнул.

– И что, по-твоему, я должен сказать матушке?

– Скажи ей, что мы скоро увидимся или первое что придет тебе в голову. Я всех вас люблю. Но это моя жизнь, и я устала скрывать, что думаю и чувствую. Однако… – Она задумалась на мгновение. – Есть люди, которые зависят от жалованья, выплачиваемого им компанией, поэтому они заинтересованы, чтобы фирма «Гаррет и Темпест» продолжала работу. Разумеется, я тоже хочу, чтобы компания процветала как можно дольше. Я прекрасно понимаю, что, как только всем станет известно о моем участии в ее работе, мы потеряем большую часть заказов. Так что чем меньше людей об этом знает, тем лучше. Итак… – Леди Гаррет строго посмотрела на братьев, что произвело на них наибольшее впечатление. – Я хочу, чтобы вы дали мне слово, что ни о чем не расскажете маме, Диане, Эвелин и в особенности Порции.

– Бьянке-то, конечно, все известно, – бросил Себастьян.

Хью вопросительно посмотрел на Миранду.

– И что же, по-твоему, мы должны им сказать? – спросил он.

– Мне кажется, самым впечатляющим событием дня стала речь лорда Стилуэлла за столом, когда он рассказывал, какая я замечательная женщина. – Она украдкой улыбнулась виконту. – Думаю, его слов им надолго хватит для обсуждений и раздумий. Боже, да матушка с Порцией смогут говорить об этом инциденте неделями!

– Очень хорошо. – Эйдриан кивнул, и на его губах промелькнуло некое подобие улыбки. – Полагаю, у нас просто нет выбора.

– Ты прав. – Миранда улыбнулась. – Но спасибо тебе. Спасибо всем вам.

Лорд Уотерстоун встретился глазами с Уином.

– И все же нам с тобой необходимо потолковать, – заявил он.

– Мы обязательно поговорим. Как-нибудь. – Виконт приветливо ему улыбнулся. – Но, кажется, в первую очередь мне следует начать другой разговор.

– Ну да. – Взгляд графа метнулся от виконта к сестре и обратно. – Желаю тебе удачи, Стилуэлл. Боюсь, она тебе понадобится.

– Спасибо большое, Уотерстоун. – Уин предложил леди Гаррет руку. – Но, кажется, она у меня уже есть.

Лакей распахнул перед ними дверь, и они вышли в вечерние сумерки.

– Да уж, – с усмешкой проговорил он, – это был эффектный выход.

Миранда рассмеялась.

– Мне всегда хотелось устроить себе эффектный выход, – сказала она.

– И что теперь?

– Как это что? Мой дом в том направлении, и ты можешь отвести меня туда. Или… – Она кивнула в направлении его дома. – Твой – там. И он гораздо ближе, не так ли?

– Да, я бы хотел, но…

– Уинфилд… – Леди Гаррет посмотрела ему в глаза. – Это полностью твой выбор. Ты все еще можешь проводить меня домой, и вечер подойдет к концу.

– Боже, Миранда, да я бы не смог проводить тебя сейчас домой, даже если бы мне предложили за это миллион фунтов стерлингов! Я просто хочу убедиться в том, что ты действительно этого хочешь.

– Мой дорогой лорд Стилуэлл. – Она улыбнулась виконту. Эта улыбка сулила ему чудесную ночь длиною в вечность. – Я ничего не хочу больше этого.

Глава 20

Черт знает что! Если бы кто-то когда-либо сказал Уинфилду Эллиоту, виконту Стилуэллу, наследнику графа Фейрборо, человеку, который когда-то был известен завоеваниями женских сердец и способностью держаться на тончайшей грани скандала, что он будет нервничать и терять хладнокровие, укладывая женщину в свою постель, тот рассмеялся бы над этим человеком и назвал его лжецом. Однако судя по тому, как сводило желудок виконта, хладнокровие действительно покинуло его.

Они с Мирандой почти не разговаривали во время короткой поездки к его дому, да и что они могли сказать? Светский разговор казался неуместным, но Уин был не в состоянии молвить и слово. Зато леди Гаррет, казалось, не испытывала тревоги. Пока они ехали в экипаже, на ее губах играла безмятежная улыбка, которая не погасла, даже когда они вошли в фойе и лорд Стилуэлл отпустил прислугу на ночь, а затем отвел Миранду в свои покои. Даже сейчас, когда она избавлялась от вечернего туалета, стоя у камина, улыбка оставалась на ее лице.

Виконту было ни к чему тревожиться об этом. Уин захлопнул за собой двери, войдя в спальню. У него не было ощущения, будто он собирается соблазнить девственницу, да лорд Стилуэлл никогда этого и не делал. Правда, он подозревал, что у Миранды не было другого мужчины кроме мужа. По крайней мере, до свадьбы и, возможно, после того, как она овдовела. Однако виконт не мог быть полностью уверенным в данном суждении, но и спросить об этом не решился. К тому же с его стороны такой вопрос был бы чистой воды лицемерием, а выглядеть лицемером лорд не желал.

Леди Гаррет взялась за одну из своих перчаток и стала медленно стягивать с руки, завораживая виконта этим зрелищем, как будто снимала с себя чулок.

– Ты меня удивляешь, Уинфилд, – сказала она.

– Да? – Он с трудом сглотнул. – Чем же?

– Судя по твоему взгляду, можно подумать, что ты никогда не приводил женщин в эту комнату, но мне трудно в это поверить. – Миранда обвела взглядом спальню с темной мебелью, обоями глубокого винного цвета и подходящими им по оттенку портьерами и покрывалами. – А ведь эта комната буквально кричит об обольщении.

Лорд Стилуэлл хотел было возразить ей, но передумал.

– А я думал, что эта комната кричит о том, что принадлежит Уинфилду Эллиоту.

– А разве это не одно и то же?

Леди Гаррет сняла с руки вторую перчатку и снова сделала это медленно.

– Ты оказываешь мне слишком большую честь, Миранда.

– Правда?

Улыбнувшись, леди Гаррет направилась к нему. Уин испытал странное желание убежать из собственной спальни.

– Кажется, я упоминал, что я не… в общем…

– Давно не развлекался с женщинами? – подсказала Миранда, продолжая приближаться к нему. – Не улучшал свою репутацию? Что-то в этом духе?

– Да, что-то такое.

Виконт едва сдержал желание отступить.

– Но ты уж точно не соблюдал обет безбрачия долгое время?

– Думаю, все зависит от того, что ты подразумеваешь под этим, – осторожно заметил он. Несмотря на слова леди Гаррет об отношениях с порочным мужчиной, она была уважаемой дамой из такой же семьи. Миранда никогда не была замечена даже в небольшом скандале. Да что там, виконт понятия не имел о ее существовании до того дня, когда они познакомились.

– Какой умный ответ, Уинфилд. – Остановившись меньше чем в футе от виконта, леди Гаррет заглянула ему в глаза. – Но с моей стороны было бы несправедливо осуждать тебя за какие-то прошлые поступки. Не так ли?

– Однако женщины часто так поступают.

Вздохнув, Миранда принялась развязывать шейный платок.

– Да, мы прислушиваемся к мнению большинства, – заметила она.

Лорд Стилуэлл опустил глаза. Что с ним происходит? До сих пор он множество раз делал это.

– До знакомства с тобой я преуспел в общении с женщинами.

– Да?

Леди Гаррет медленно высвободила края платка и уронила его на пол.

Виконт пожал плечами с деланым безразличием, хотя его сердце бешено колотилось в груди.

– Я был… занят, – пояснил он.

– А-а, понятно, этим все объясняется.

Миранда расстегнула его воротник.

– Что объясняется?

– То, что ты даже отчасти не кажешься таким порочным, как я ожидала.

Леди Гаррет принялась стягивать с него воротничок. Уин схватил Миранду за руку и посмотрел в глаза. Они были зеленого цвета.

– Ты разочарована?

– Нет еще.

Время вдруг остановилось, а потом словно переросло в бесконечность. И вдруг виконт понял. Она для него не просто женщина, не очередная победа. Все теперь иначе. Это важно. Лорд Стилуэлл не понимал, любовь ли это, не был уверен, что испытает это чувство, но он никогда прежде не ощущал с женщиной чего-то подобного. И никогда никого не желал так сильно. Его волнение исчезло.

Уин рывком привлек к себе Миранду.

– Я еще никогда не был близок с деловой женщиной. Или, пожалуй… – он улыбнулся, – с гувернанткой.

– Что? Ты так и не исполнил мечту маленького мальчика?

– Нет еще.

Наклонившись, виконт запечатлел поцелуй на изгибе между шеей и плечом. По телу леди Гаррет пробежала дрожь.

– Тогда мы идеально друг другу подходим. – Она стала слегка задыхаться. Ее глаза заблестели от желания. – А я еще никогда не была близка с порочным лордом.

– Ты ведь скажешь мне, если это не оправдает твоих ожиданий, – прошептал он, касаясь губами ее кожи.

– Ты узнаешь об этом первым.

Чуть отстранившись, Миранда обвила его шею руками и приблизила его лицо к своему.

Их губы встретились в поцелуе – медленном, осторожном. Он словно говорил, что у них есть все время мира впереди. Поцелуй дарил обоим удовольствие, которым можно было наслаждаться бесконечно.

Но этого было недостаточно. Их сдержанность стала невыносимой. Желание, которое Уин так долго подавлял в себе, рвалось наружу. Ему не терпелось поскорее насладиться ею в полной мере. Его руки и губы словно охватили ее целиком. И Миранда отзывалась на его ласки, прикасаясь к нему, пробуя на вкус. Виконт спросил себя, доводилось ли ему испытывать подобную страсть раньше, но сразу понял, что ответ на этот вопрос будет отрицательным, и не потому что леди Гаррет была мила и соблазнительна, а потому что это была Миранда. Он хотел ее. Желал большего.

Прошло несколько мгновений, как он снял с нее одежду и принялся за свою.

– Боже мой, Уинфилд!

Сорвав покрывало с постели, леди Гаррет прикрылась им.

– Что?

Оцепенев, он смотрел на нее. Его рубашка была расстегнута, брюки наполовину приспущены.

– Знаешь, я не ожидала, что…

– Если ты передумала… – Виконт тщательно взвешивал каждое слово, и леди Гаррет ощутила, каких усилий ему это стоило. – Если ты решила, что это не…

– Нет-нет, конечно, нет! – Она покачала головой. – Я желаю этого. Хочу тебя. Но только…

– Что?

– Знаешь… – Миранда поморщилась. – Ты оказался шокирующе опытным. Хотя, конечно, этого следовало ожидать. Ты без труда справился с моим платьем, корсетом… со всем остальным. Не думаю, что горничная могла бы раздеть меня лучше, не говоря уже о том, что прислуга не сделала бы это быстрее.

Лорд Стилуэлл вопросительно смотрел на нее.

– Я должен поблагодарить тебя за эти слова?

– Нет, просто ты такой… такой… умелый.

– Это дар?

– Не говори ерунды, – насмешливо проговорила леди Гаррет. – Все дело в том, что у тебя очень богатый опыт в таких делах.

– Но тебе же это было известно, – медленно произнес Уинфилд.

– Да, и вообще-то это меня не касается. – Ее взгляд скользнул по его фигуре. – А ты не мог бы снова надеть или полностью снять брюки? Мне как-то неловко смотреть, что они вот так болтаются у тебя на коленях.

– Прошу прощения, – пробормотал виконт, натягивая брюки. – Я не собирался оставаться в таком виде.

– Я знаю, извини. По правде говоря, мысли о твоем опыте возбуждают меня.

– Так что же мы медлим?

– Боже мой, Уинфилд, я делала это только с одним мужчиной. Ни один другой не видел меня без одежды. А свет все еще горит, и…

Миранда понимала, что ее слова звучат глупо, хуже того, она напоминала перепуганную девственницу.

– А-а, понял. – Виконт кивнул. – Погасить свет?

– Ну да, все это смахивает на трусость. – Да, ей хотелось видеть его, но она считала, что признаваться в этом желании неприлично. – Я немного нервничаю. Но это не означает, что я не хочу продолжения, – быстро добавила леди Гаррет.

– Прости меня, если я неловок. – Уинфилд нахмурил брови. – Но всего несколько минут назад ты рвалась сорвать с меня одежду, а я должен был снять твою.

– Да-да, так и есть. – Она с готовностью закивала. – Мне не терпится начать. Не помню, чтобы меня когда-то одолевало подобное желание.

– Никогда?

Его брови поползли вверх.

– Я хочу сказать, что…

– Продолжай!

– Боже мой, я не должна была этого говорить. Но так уж получается, что я то и дело норовлю сказать тебе то, чего не следует. Отношения с моим покойным мужем… видишь ли, мы с Джоном были… какое слово подобрать? – Миранда на миг задумалась. – Мы вели себя сдержанно – так, пожалуй.

– Сдержанно?

– Да, это всегда было весьма приятно, но да, сдержанно. Думаю, что с тобой так не получится.

– Вот уж не пойму, ты мне льстишь или желаешь оскорбить?

– Определенно это лесть. Сдержанность совсем не так возбуждает. И я могла бы сказать, хотя все это довольно непонятно, учитывая, как нас бросило друг другу в объятия… как страсть бросила нас в объятия всего несколько минут назад… если бы ты не прекратил раздеваться… – сбивчиво говорила Миранда.

Виконт прищурился.

– Это довольно неловко, – заметил он.

– К несчастью, ты дал мне мгновение подумать. Точнее, прийти в себя. – Она решительно посмотрела ему в глаза. – Мне кажется, мужчина с твоим опытом должен понять, в чем дело.

– Человеку всегда есть чему учиться, – медленно произнес лорд Стилуэлл.

– А потом я стала испытывать тревогу… Ты должен понимать, как меня это захватило. Тревогу не за тебя разумеется, а за себя. Так вот все с нами и вышло, – слабым голосом добавила Миранда.

– Ну да. – Уин несколько долгих мгновений разглядывал ее. Господи, что, если она передумала? – Без сомнения, нам остается только один выход.

– Да?

Подойдя к ней, виконт заключил ее в объятия и поцеловал в губы.

– Мы не должны позволять тебе думать.

– Нет… – Дыхание леди Гаррет коснулось его губ, теплых и таких чудесных. – Думать не всегда хорошо.

Чуть повернув голову, он провел губами по ее подбородку.

– Боже! – Глаза Миранды закрылись, голова запрокинулась. – Это не способствует рациональному мышлению.

– Вот и хорошо.

Его рот продолжал исследовать ее. Вниз по шее, вокруг ее основания… Леди Гаррет вздрагивала от этих прикосновений, великолепных прикосновений. Ее спина выгнулась, и губы лорда Стилуэлла опустились ниже, чтобы поцеловать ложбинку между грудей.

– Боже мой, Уинфилд, да…

Виконт медленно вытянул покрывало из ее рук и опустил его на пол. Миранда едва это заметила.

Обнимая ее одной рукой, другую лорд Стилуэлл положил на ее грудь. Леди Гаррет и не замечала прежде, какая большая и нежная у него рука. Большим пальцем он слегка погладил сосок, и она тихо вскрикнула. Тогда Уин накрыл сосок губами и стал осторожно посасывать. Язык и зубы виконта дразнили его, поигрывали с ним до тех пор, пока Миранда не ухватилась за рубашку лорда, чтобы удержаться на ногах. От этих ласк по всему ее телу разлилось тепло, а где-то внизу живота стало зарождаться желание.

Миранда издала протяжный стон, и виконт чуть сдвинулся в сторону, чтобы взяться за второй сосок.

– О… Да…

Руки Уина легли на ее талию, и он медленно опустился перед нею на колени, а его губы осыпали нижнюю часть ее живота легкими дразнящими поцелуями. Затем ладони скользнули на спину Миранды, опустились на ягодицы.

Одна рука виконта проникла между ее ног, проскользила по внутренней поверхности бедер, а затем поднялась выше. Медленно. Осторожно. Все ее мышцы напряглись в предвкушении соития, от желания тело запульсировало. Ей хотелось все новых ласк.

Внезапно лорд Стилуэлл резко поднялся, схватил Миранду на руки и отнес в постель.

– Уинфилд…

– Ты ведь больше не думаешь, не так ли?

Страсть сделала его голос низким и хриплым.

– Нет! – Леди Гаррет едва удалось выговорить это короткое слово. Уложив ее на кровать, виконт развел ее ноги в стороны. – Я не в состоянии… думать.

– Хорошо.

Уин лег на кровать и устроился между ее ног. Его голова опустилась вниз, и она ощутила его дыхание на своей коже. Его язык запорхал по ее телу, и Миранда судорожно вздохнула от нового потока острых ощущений. Громкий стон наполнил комнату, леди Гаррет поняла, что эти звуки издает она.

Его язык дразнил ее то медленно, то быстро, и каждое прикосновение дарило ей столь божественное наслаждение, что это было почти невыносимо. Миранда вцепилась в простыню и стала извиваться от удовольствия. Уин дразнил ее, наслаждался вкусом, пил нектар ее тела. Виконт превратил леди Гаррет в существо, живущее одними ощущениями, которые дарили ей прикосновения его губ. Прошлый сексуальный опыт не подготовил ее к силе и мощи удовольствия, дарованного лордом Стилуэллом. Его язык, зубы и руки уверенно подводили ее все ближе и ближе к неминуемому, пока Миранда не оказалась совсем близка к…

Внезапно Уин остановился и соскользнул с кровати. Шок, разочарование охватили леди Гаррет, и она застонала от досады. Этот человек хоть представляет, что с нею сделал? Она с усилием приподнялась на локтях и вопросительно посмотрела на него.

– Что ты делаешь? – спросила Миранда.

Виконт быстро сбросил с себя рубашку и стянул брюки.

– Как что? Стараюсь не дать тебе времени подумать, – ответил он.

– Ты лишил меня возможности мыслить здраво, – пробормотала она.

Ее взгляд следил за Уином. Без одежды его плечи казались шире, мышцы были напряженными и четко очерченными, а ноги – длинными и стройными. Но наибольшее впечатление производило мужское естество… Миранда никогда не размышляла о таких вещах. И то, что она думала об этом сейчас и не сочла неприличным, несомненно, служило мерилом ее возбуждения.

– Признаюсь, на уме у меня только одно, – сказала она и потянулась к нему.

Виконт одарил Миранду порочной усмешкой, взял ее руку и снова лег в постель. Он заключил ее в объятия и прижался к ней всем телом. Его горячая отвердевшая плоть была совсем рядом. Его рот прикоснулся к ее, и она приоткрыла губы, чтобы впустить его язык. Ее ладони исследовали жесткие линии его спины и ягодицы. Ноги Миранды переплелись с ногами Уина. Его член давил на нее – горячий, требовательный. Господи, как она хотела этого! Хотела лорда Стилуэлла. Леди Гаррет привлекла Уина ближе к себе.

Уин чуть сдвинулся, а затем его рука проникла между их телами и проскользнула между ног леди Гаррет. Он принялся ласкать ее самое чувствительное местечко, и от этих прикосновений желание Миранды усилилось. Вновь болезненное и пьянящее напряжение охватило тело. Потянувшись, леди Гаррет обхватила рукой фаллос виконта, и он застонал от непреодолимого желания, какое испытывала она сама. Леди Гаррет поглаживала его плоть, наслаждаясь ощущением жара. Чуть сдвинув ее руку, Уин направил член к ее лону. Виконт медленно вошел в нее, и у Миранды от восторга перехватило дыхание. Она и не ждала, и представить не могла даже в своих снах, что его плоть так чудесно заполнит ее лоно. Это было так замечательно, они идеально подходили друг другу, словно были созданы друг для друга.

Не выдержав промедления, Уин вонзился в нее, затем почти полностью вышел и тут же снова ворвался в ее жаркое лоно. Миранда обхватила его бедра ногами, чтобы пропустить его еще глубже. Толчки становились все быстрее и быстрее, и она приподнимала бедра, чтобы встречать их. Вскоре они задвигались в одном ритме. Темп нарастал после каждого толчка и движения ее бедер. Комната наполнилась их стонами. Кровать покачивалась и скрипела под ними. Миранда едва замечала это. Она была целиком сосредоточена на ощущениях, и ей хотелось большего. Все быстрее и быстрее, кровь стучала у нее в ушах, дыхание то и дело прерывалось…

Леди Гаррет крепче обхватила его, и наконец тело ее содрогнулось. Волны наслаждения подхватили Миранду, и, изогнувшись, она застонала от удовольствия, возносясь к сияющим вершинам оргазма. Миранда почувствовала еще один, сильный и глубокий, толчок Уина, его тело сотрясли конвульсии, и он тоже издал низкий стон экстаза. Виконт уткнулся лицом в ее плечо, и несколько бесподобных мгновений его тело содрогалось возле нее, вместе с ней.

Минуту, а может, час или целую вечность, довольные и удовлетворенные, они лежали в объятиях друг друга.

– Господи, Уинфилд, – прошептала Миранда, касаясь губами его шеи.

Усмехнувшись, виконт поднял голову и посмотрел на нее.

– Могу я счесть это за комплимент?

– Ничуть не сомневаюсь, что ты можешь еще лучше. – Она засмеялась, заметив недоумение на его лице. – Только не представляю, как это возможно. – Миранда усмехнулась. – Нет, мой дорогой лорд Стилуэлл, я считаю, что это было замечательно.

Уин заглянул ей в глаза.

– Как и я, леди Гаррет, как и я.

Виконт немного отодвинулся от нее, но затем вновь обнял, прижав к себе. Она чувствовала себя превосходно. Внезапно его плоть, все еще слегка подрагивающаяся после неистовой любовной пляски, прижалась к ней. Надо бы им что-то с этим сделать… При мысли об этом Миранда вздрогнула. Дважды за ночь? Она улыбнулась. Кто бы мог подумать?

Миранда старалась не делать этого, однако она все еще невольно сравнивала Уинфилда с Джоном. Хотя с ее стороны это несправедливо. Муж был далеко не таким опытным, как виконт. И у него были вполне определенные суждения о том, что допустимо, а что нет. Голова Джона никогда не опустилась бы между ее ног, и он не стал бы заниматься с ней любовью при свете. И хотя леди Гаррет доходила с мужем до пика наслаждения, это было совсем не такое блаженное ощущение. Как будто она осторожно и мягко падала с обрыва, а не бросилась с него с разбега, забыв обо всем на свете. Нет, сравнивать их несправедливо, потому что это сравнение порождало дальнейшие размышления.

А вот о порочном мужчине, оказывается, можно сказать куда больше, чем Миранда предполагала. И она больше никогда не будет сдержанной.

Лежа на кровати рядом с Мирандой и упершись головой о локоть, Уин внимательно смотрел на нее. Наконец-то он встретил женщину своей мечты. Даму, с которой мог бы прожить до конца своих дней.

– А ты знаешь, что цвет твоих глаз меняется в зависимости от настроения?

– Да, знаю.

– Они карие с золотистыми вкраплениями, когда ты счастлива, удивлена или озабочена. Зеленые, когда тебя охватывает гнев или… – наклонившись к леди Гаррет, виконт погладил губами о ее губы, – страсть. И смешанного цвета, орехового, я бы сказал, все остальное время.

– А какого цвета они сейчас?

– Сейчас, скорее, карие, чем зеленые. – Ее глаза были блестящими, какими бывают у удовлетворенных женщин. – А их выражение очень самодовольное.

Миранда рассмеялась.

– Тебе следует знать, – осторожно произнес лорд Стилуэлл, словно это совсем не было важно, – что я, кажется, нашел мою последнюю невесту.

– Меня? – Приподнявшись на локтях, леди Гаррет вопросительно посмотрела на него. – Ты хочешь на мне жениться?

Уин усмехнулся.

– Мне это кажется логичным следующим шагом.

– Неужели? – Миранда огляделась по сторонам. Их одежда, разбросанная по комнате, смятые простыни и покрывала лучше слов говорили о том, что тут произошло. Виконт едва сдерживал желание глупо улыбнуться. – Из-за этого?

– Не совсем, хотя ты должна согласиться, что это стоит повторять снова и снова до тех пор, пока мы не испустим последний вздох.

Леди Гаррет усмехнулась.

– Я не просто хочу согласиться с твоим предложением.

– Учитывая, что мы пришли к согласию в этом ключевом вопросе, брак кажется мне самым подходящим вариантом. – Он пожал плечами, как будто это было совсем не важно. – В самом деле, я считаю, что это отличная мысль.

– А ты у всех своих невест просил руки после… – она махнула рукой в сторону смятых простыней, – этого?

– Ты должна знать, что я никогда не… – Уин скопировал ее жест, – делал этого с ними.

– Почему?

– Понятия не имею. – Виконт покачал головой. – Думаю, это неправильно.

– Теперь я не знаю, чувствовать мне себя польщенной или оскорбленной?

– Или, возможно, я мог просто подождать этого до свадьбы. Но с тобой я не мог больше ждать ни мгновения, – признался лорд Стилуэлл.

Миранда кивнула.

– Стало быть, польщенной, – сказала она.

– Возможно, если бы я это сделал, то был бы уже женат.

– Выходит, я должна поблагодарить тебя за сдержанность.

Взяв руку леди Гаррет, Уинфилд поднес ее к губам, ни на мгновение не отводя от нее взгляда.

– И я был бы глубоко несчастен, потому что мне не хватало бы тебя.

– Очень мило слышать подобное от тебя.

– Надеюсь, ты говоришь искренне. Я абсолютно честен.

Миранда улыбнулась.

– Да, прозвучало это убедительно.

– Итак… – отогнув пальцы, Уин поцеловал ее ладонь. – Ты согласишься стать моей следующей невестой?

Леди Гаррет долго смотрела на него. Ее волосы спутались и рассыпались по плечам. Кожа порозовела и была горячей. Виконт действительно был готов прожить остаток жизни с этой женщиной.

– Ни за что, – ответила Миранда.

Это прозвучало как гром среди ясного неба.

– В каком смысле? – изумленно спросил он.

– Я хочу сказать… – поднявшись, леди Гаррет расположилась на кровати и прикрылась простыней, – нет.

– Нет? – Лорд Стилуэлл вопросительно поглядел на нее. – Но почему нет?

– Тебе просто не везет с невестами. Мне пришло в голову, что ты, возможно, проклят.

Брови Уинфилда сошлись на переносице.

– Проклят? – переспросил он.

– Знаешь, как ты вчера заметил, ты «хорошая добыча».

– Проклят?

Отодвинувшись от Миранды, лорд Стилуэлл сел.

– Возникает вопрос: почему ты так и не дошел до алтаря?

– Я выбирал неподходящих женщин, – уверенно произнес виконт.

– Три раза?

– Именно так. – Он бросил на нее свирепый взгляд. – Я хочу, чтобы ты знала: я никогда опрометчиво не просил женщин выйти за меня. Я очень тщательно выбирал их и прикидывал, насколько каждая подойдет на роль моей жены и следующей графини Фейрборо. – Лорд Стилуэлл помолчал. – Ну, может, не первую, но уж точно вторую и третью.

– Выходит, это приходило тебе в голову? Я имею в виду мысль о проклятии? Уинфилд, ну честно, три невесты! – Схватив простыню, леди Гаррет тщательно закуталась в нее и выскользнула из постели. – Сколько мужчин трижды обручались, но ни разу не женились?

– Мы небольшая, но особая группа.

Миранда сорвала чулок со спинки кровати.

– А еще ты утверждал, что никогда не любил. – Она прищурилась. – А теперь ты влюблен?

– Не знаю, – пробормотал виконт. – Я не слышу хора ангелов, если ты об этом спрашиваешь.

– Не стоит так презрительно говорить об этом.

Приметив свой корсет в другом конце комнаты, леди Гаррет направилась за ним.

– Прости меня, – сухо произнес лорд Стилуэлл. – Я никогда еще не был в таком положении. И меньше всего на свете я сейчас испытываю презрение.

– Ты хочешь сказать, что никогда еще не встречал женщину, которая не прыгала бы от радости при мысли о том, что она может выйти за тебя замуж?

– До сих пор мне не отказывали, – резким тоном произнес Уин. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. – Позволь мне задать тебе тот же вопрос. Ты влюблена? Ты любишь меня?

– Я отвечу при условии, что ты не станешь отпускать неуместные комментарии. – Миранда поморщилась. – Все это начинает не на шутку меня раздражать.

Виконт кивнул.

– Согласен.

– В таком случае ответ на твой вопрос… Я не знаю.

Лорд Стилуэлл едва заставил себя промолчать.

– С Джоном все было так просто. – Она обошла комнату по кругу, собирая свои вещи. – У меня не было сомнений и вопросов. Правда, я была намного моложе.

– А со мной?

Он затаил дыхание.

– Ты, мой дорогой Уинфилд, весь состоишь из сомнений и вопросов.

– А мне кажется, что не иметь ответов на все вопросы довольно интересно. – Виконт пристально посмотрел на нее. – Разве не ты говорила мне, что неизвестное, новое и немного опасное стоит риска? Не это ли делает жизнь увлекательной?

– Выходит, ты хочешь помочь мне со всем этим.

Леди Гаррет подняла с пола свою сорочку.

– Миранда… – Лорд Стилуэлл соскользнул с кровати, подобрал брюки и попытался надеть их. – Я стою риска. – Он запрыгал по полу, борясь со штанинами.

– У тебя проблемы?

– Да, – бросил Уин и наконец умудрился натянуть штаны. Выпрямившись, он сердито взглянул на нее. – Мы вдвоем стоим риска?

– Возможно. – Леди Гаррет криво улыбнулась. – Ты пойми, я не говорю, что не выйду за тебя замуж.

Миранда надела сорочку и в то же мгновение позволила простыне упасть на пол. Это выглядело бы весьма скромно, если бы не свет лампы позади нее, из-за которого ткань стала казаться прозрачной.

– Как странно, что я подумал то же самое.

Виконт заметил свою рубашку, наполовину сползшую с кровати, подхватил ее и надел.

– Вовсе нет. – Миранда расположилась в удобном кресле для чтения у камина, встряхнула чулок и натянула его на стройную ногу. Уинфилд мог бы смотреть на это действие бесконечно. – Я не хочу быть обрученной с тобой. Все просто.

Лорд Стилуэлл с некоторым смущением посмотрел на нее.

– Нет, вовсе это не просто.

– Конечно, просто! Очень просто. – Закрепив подвязку, леди Гаррет решительно встретила его взгляд. – Тебе просто не везет с помолвками. – Пожав плечами, она принялась натягивать второй чулок. Это полностью поглотило внимание виконта. – Возможно, это проклятие, или просто невезение, или, что наиболее вероятно, ты не умеешь выбирать.

– Спасибо, – пробормотал он.

Завязав подвязку, Миранда встала.

– И я не думаю, что с моей стороны будет разумно становиться невестой номер четыре.

– Понятно, – медленно проговорил лорд Стилуэлл. – Выходит, хоть ты и не согласна на помолвку, ты не отрицаешь возможности брака?

Леди Гаррет просияла, глядя на него.

– Совершенно верно. – Подняв корсет, она обернула его вокруг себя, затем, повернувшись к Уинфилду спиной, посмотрела на него через плечо. – Будь добр, помоги мне с этим.

– Что ты делаешь? – Он подошел ближе к ней.

– Разумеется, я одеваюсь. Не могу же я вернуться домой с вещами в руках, а не на себе.

– Но почему бы тебе не остаться здесь?

Взявшись за шнурки, виконт стал затягивать корсет.

– Потому что если меня не будет дома утром, слуги подумают, что со мной произошло нечто ужасное. Они сообщат об этом моей семье, и только одному Богу известно, что после этого может произойти. – Миранда оглянулась на него. – Тебе это нужно?

– Это тебе решать.

Нет ничего более эротичного, чем женщина, одетая в корсет и чулки. Как жаль, что они так и норовят носить корсеты под одеждой!

Но разве одна особа не говорила сегодня вечером, что ей двадцать восемь лет и она способна принимать самостоятельные решения?

– Не стоит с этим спешить, – пробормотала она.

Наклонившись к леди Гаррет, Уин поцеловал ее в затылок.

– Когда?

– Что именно?

Обвив Миранду рукой, он привлек ее к своей груди.

– Когда ты выйдешь за меня замуж?

– Обрати внимание, Уинфилд! Хоть я и не сказала, что не выйду за тебя, я не говорила, что согласна это сделать. Если мы договоримся на какое-то определенное время, это будет означать, что мы обручены. – Она замолчала. – Я не уверена, что твои прежние помолвки сорвались из-за спешки. Мне кажется, нам нужно повременить и продолжить оставаться… друзьями.

– Друзьями?

Виконт поцеловал ее в шею. Миранда тихо застонала.

– Да, верно, друзьями. Нам удается быть хорошими друзьями.

– Но я не хочу быть тебе только другом. – Его пальцы начали поигрывать с ее грудью, затянутой в корсет. – У меня есть друзья.

– Ну да… – Леди Гаррет с трудом сглотнула. – Просто я предпочитаю сначала убедиться в чувствах, а уж потом совершать такой важный шаг, вот и все.

– Но мы же говорим о свадьбе, а не о смерти.

Лорд Стилуэлл проложил губами дорожку из поцелуев от ее шеи к плечу. Миранда затрепетала.

– Брак – дело серьезное, к нему нельзя относиться легкомысленно. В конце концов, выйти из супружеского союза можно только двумя путями – через смерть или развод. И, честно говоря, смерть – более простой способ.

– И все-таки конечный…

– Ты не захочешь совершить еще одну ошибку.

– Это не ошибка, Миранда. Доверься мне в этом.

– Ты хочешь быть уверен.

– Я и так уверен.

– Когда придет время… – Леди Гаррет повернулась к нему лицом, и он охватил ее руками. Миранда издала восхитительный стон. – Возможно, я и стану твоей женой.

– Но ты не говоришь, когда это может произойти.

– Сначала надо завершить реконструкцию Фейрборо, – пробормотала она.

– Это случится еще очень нескоро, – заметил Уин.

– А кто знает, что может случиться в промежутке между сегодняшним днем и концом работы? – Леди Гаррет отступила назад и прислонилась к стене. Ее глаза вновь стали зелеными, и виконта охватило желание. Зацепив пальцами пояс на брюках лорда Стилуэлла, она привлекла его к себе. – Вдруг мы обнаружим, что различия между нами преодолеть невозможно.

Прижавшись к Миранде, Уин посмотрел на ее шею. Он чувствовал, будто под его губами бьется ее сердце.

– Сомневаюсь, – прошептал виконт. – Мне нравятся различия между нами. Я нахожу их восхитительными.

Застонав, леди Гаррет обвила его шею руками.

– Мы еще многого не знаем друг о друге.

– Подозреваю, что, несмотря на это, никто не изучил меня так хорошо, как ты. – Лорд Стилуэлл обхватил ее за талию. – Также мне кажется, что и тебя никто не знает так хорошо, как я. – Его вторая рука скользнула по ее ноге. Миранда зацепилась ею за него.

– А ты можешь сказать, чего я сейчас хочу?

Их взоры встретились, ее зеленые глаза были полны желания.

– У меня есть кое-какие предположения на этот счет. – Расстегнув брюки, он дал им упасть на пол. – И это будет совсем не сдержанно.

– Отлично.

Подняв ее ногу выше, виконт обвил ею свой торс. А потом скользнул в ее лоно – скользкое, горячее, готовое принять его.

– Боже, Уинфилд! Это… – Леди Гаррет ухватилась за его плечо.

– Да?

Резким толчком лорд Стилуэлл глубже вошел в нее, и ее тело содрогнулось.

– Как хорошо… О! – Ее бедра рванулись ему навстречу. – О! Да! Да!

– Так несдержанно? – прорычал виконт ей на ухо.

– Ничуть! – Миранда вздохнула от удовольствия. – Сдержанность сильно переоценена.

– Мне кажется, леди Гаррет, что вы ненасытны.

– А мне кажется, лорд Стилуэлл, что это вы сделали меня такой… – Она выгнула спину, чтобы пропустить его глубже в себя.

И в это последнее мгновение, прежде чем Уин снова с головой погрузился в ощущения, дарованные ему ее вкусом, прикосновениями, ее близостью, ему в голову пришла мысль, что если между ними не будет доверия, то, возможно, не будет вообще ничего.

Глава 21

– Ты ведь не доверяешь мне, не так ли? – резко спросил виконт.

Миранда посмотрела на Уинфилда, сидевшего рядом с ней в экипаже Эллиотов. Кучер встретил их на станции и теперь вез обратно в Миллуорт.

– Тебя это беспокоит?

Все утро лорд Стилуэлл был задумчив и чем-то озабочен. Более того, он был необычайно тихим и прошлой ночью, когда вез ее домой, да и в поезде едва проронил несколько слов. Виконт уткнулся в газету и читал ее всю дорогу. Это было совсем на него не похоже. Последнее, что леди Гаррет сказала бы о Уинфилде, так это то, что он задумчив, озабочен и сдержан. Тревога сжимала ее сердце.

– Это не должно меня волновать?

– Нет, – уверенно ответила Миранда. – Просто потому, что это неправда.

– Так ты мне доверяешь?

– Я никогда не задумывалась об этом. Но, думаю, это так, да.

– И все же ты не хочешь доверить мне свое будущее.

Леди Гаррет удивленно посмотрела на него.

– Я такого никогда не говорила.

– Ты не выйдешь за меня замуж.

– И этого я тоже не утверждала. Если ты помнишь, я сказала, что…

– Да-да, я помню, что ты говорила, – перебил ее Уин. – Ты заявила, что хоть и не будешь обручена со мной, это не исключит возможности вступления в брак.

– Да, именно так и…

– Мне кажется, что если ты настолько не доверяешь мне, чтобы со мной обручиться, а помолвка – это не что иное, как обещание жениться, ты просто не веришь моему слову.

– Ты искажаешь сказанное мною! – Миранда покачала головой. – Я вовсе не это имела в виду.

– Если между нами нет доверия, то что есть?

– Я ни разу не говорила, что не доверяю тебе.

– А ты веришь, что я смогу сохранить твои тайны?

– У меня нет тайн.

«Одна есть».

– Не совсем нет, но нет ничего важного. Знай, что я открытая книга.

– Только передо мной ты не открываешься. – Лорд Стилуэлл хмыкнул. – Должен сказать, что я нахожу тебя одним из самых сложных, сбивающих с толку людей, которых я когда-либо встречал.

– Спасибо!

– Опыт подсказывает мне, что существуют всего три причины, заставляющие женщину отказываться от замужества. Во-первых, она могла найти кого-то получше.

Леди Гаррет фыркнула.

– Что за чушь!

– Во-вторых, могла обнаружить, что ты не совсем в ее вкусе. И не подходишь ей по какой-то причине, – продолжил виконт.

– Ерунда! – бросила Миранда. – Даже представить себе не могу женщину, которая сочла бы, что ты менее чем… замечательный.

– Прошлой ночью ты сказала, что, возможно, различия между нами будет трудно преодолеть.

– А ты сказал, что различия между нами восхитительны. Хотя, признаться, не в данную минуту, – пробормотала она.

– В-третьих, действительно есть еще кто-то, – договорил Уинфилд.

Леди Гаррет оторопела.

– И кто бы это мог быть?

– Откуда я знаю? – резко ответил он. – Ты вовсе не открытая книга, вопреки твоим словам. Думаю, у тебя полно тайн, признаешься ты в этом или нет.

Несколько долгих мгновений ни один из них не произносил ни слова. Наконец виконт глубоко вздохнул.

– Ты говорила, что для тебя настала пора что-то изменить в своей жизни, – напомнил он.

– Я помню.

– И все же хотелось бы знать, действительно ли ты можешь двигаться дальше? – Он посмотрел ей в глаза. – Оставила ли ты мужа в прошлом?

– Конечно оставила.

Лорд Стилуэлл прищурился.

– И все-таки ты ведешь его бизнес. Продолжаешь работать.

– Это совсем другое.

Миранда покачала головой, отвергая его обвинения.

– Да? – Его взгляд словно пытался проникнуть в ее душу.

– Конечно! Он умер, и я приняла это.

– Тогда вот мой третий вопрос о твоем браке: ты все еще любишь его?

– Джон всегда будет владеть частью моего сердца, – ответила леди Гаррет. – Все-таки он был моим супругом.

– Не думаю, что ты хочешь отпустить его.

– Но это же нелепо!

– Докажи! – Уинфилд сузил глаза. – Откажись от компании «Гаррет и Темпест»! Закрой и продай ее!

– Я этого не сделаю, – не задумываясь, заявила Миранда.

– Я на это и не рассчитывал.

– Не понимаю, почему…

– Ты говорила, что устала срываться. А я думаю, что тебе надоело прятаться за именем своего мужа, его работой и всем, что у вас было. За тем, что ты отказываешься бросить.

Леди Гаррет судорожно вздохнула.

– Это не так! – воскликнула она.

– Докажи! Если не мне, то себе самой.

– Я не вижу необходимости что-то кому-то доказывать, – возразила Миранда. – Не себе и уж конечно не тебе.

– Только представь мое удивление! – саркастическим тоном заявил он. – Ты говорила, что не стала бы возражать против брака, если бы тебе встретился подходящий мужчина.

– Мне бы хотелось, чтобы ты прекратил напоминать мне мои слова! Я отлично помню, что говорила!

– Я просто хочу убедиться в том, что ты не забыла. Я не забыл. И теперь мне становится ясно, что я неподходящий человек.

– Уинфилд!

– Я не хочу отдавать свое сердце женщине, которая мне не доверяет. Из-за чего я тоже не могу полностью доверять ей. Это, моя дорогая леди Гаррет, риск, на который я не желаю идти.

У Миранды перехватило дыхание.

– Твое сердце? Так ты…

– Если ты снова хочешь спросить меня, люблю ли я тебя, то снова повторю, что не знаю. Но ни к одной женщине я никогда не испытывал тех же чувств, какие испытываю к тебе, – горячо проговорил виконт. – Если бы меня попросили выбрать, я бы сказал, черт с ним, что люблю тебя. Или так, или я абсолютно сумасшедший. Не думаю, что между этим такая уж большая разница!

– Уинфилд, я…

– Позволь мне рассказать тебе кое-что о моих предыдущих невестах, – продолжал он. – Мне довольно сильно нравилась каждая из них, и я считал, что смогу полюбить их. Не было причины не сделать этого. Но, оглядываясь назад, я понимаю, что искал себе подходящую жену, безупречную, которая могла бы достойно принять титул графини. Это что касается моей привязанности. И такой подход, не считая самих леди, было моей самой большой ошибкой. – Лорд Стилуэлл покачал головой. – Я не позволял сердцу управлять разумом и, честно говоря, я бы не хотел допустить этого сейчас. Я боюсь отдать сердце, жизнь и будущее женщине, которая не доверяет мне.

Изумление сковало язык Миранды. Она понимала, что ей следует сказать десятки вещей, леди Гаррет и хотела это сделать, но не могла подобрать слов.

– Если между нами нет доверия, честности, я не уверен, что есть вообще что-либо.

Ее сердце сжалось.

– Что ты имеешь в виду?

– Я подразумеваю, что принимаю твой отказ от моего сватовства, – пояснил Уин.

– Но я не…

– Нет, по сути ты отказалась. – Голос виконта был полон решимости, его голубые глаза стали холодными и суровыми.

Экипаж остановился напротив особняка. Лорд Стилуэлл спустился на землю и обошел повозку, чтобы помочь Миранде выйти. Он продолжал держаться решительно, вежливо и холодно. Не задержав ее руку в своей дольше необходимого, Уин проводил ее в дом. Леди Гаррет не знала, что сказать. В животе у нее появилась какая-то тяжесть, а голос где-то в глубине подсознания кричал о том, что нужно на его слова что-то сделать.

– Лорд Стилуэлл! – Она вопросительно посмотрела на него.

– Полагаю, ты захочешь поехать в Фейрборо как можно быстрее.

Миранда кивнула. По крайней мере, у нее будет хотя бы еще немного времени для общения с ним. Она сможет разубедить его, попытается все объяснить.

– Очень хорошо. Я попрошу Прескотта, чтобы он велел кому-то из конюхов отвезти тебя. На обратном пути это сделает мистер Кларк.

– Но почему ты не…

– У меня есть несколько неотложных дел. Грейсон попросил меня присмотреть за его компанией, пока он отсутствует в стране, к тому же у меня есть обязанности, требующие моего внимания. – Он кивнул. – Приятного вам дня, леди Гаррет.

С этими словами Уинфилд повернулся и направился в библиотеку. Внезапно гнев охватил Миранду, и она крикнула ему вслед:

– Скажи-ка мне, Уинфилд, что я задела – твое сердце или гордость? Неужели номер четыре – это последняя капля, которая переполнила чашу?

– Гувернантка!

Едва до нее донесся его тихий ответ, как леди Гаррет услышала хлопанье двери в библиотеку.

– Олух!

– Кхе-кхе!

Резко повернувшись, Миранда увидела Прескотта, стоявшего на некотором расстоянии от нее.

– Да! Что? – резко спросила она.

– Желаете, чтобы я приказал подать экипаж прямо сейчас, леди Гаррет? – осведомился дворецкий.

– Думаю, через полчаса. Сначала мне надо переодеться. – Она глубоко вздохнула. – Прошу прощения за мою вспыльчивость, Прескотт. И за эмоциональность лорда Стилуэлла тоже.

– Не за что, леди, – спокойно отозвался дворецкий. – Мы этого ожидали.

«Ожидали чего?»

Дорога в Фейрборо никогда не казалась Миранде долгой или скучной, но сегодня она была именно такой. Конечно, ей не с кем было поговорить в пути, не считая того человека, которому приказали отвезти ее, но у нее не осталось желания вести пустые разговоры. В эту минуту ей хотелось как можно быстрее оказаться в Фейрборо, поговорить с Эдвином, оценить ход работ и ответить на появившиеся за время ее отсутствия вопросы. Чем скорее она вернется в Миллуорт, тем быстрее сможет вступить в противостояние с Уинфилдом.

Только к чему это приведет? Доверяет ли леди Гаррет ему? Разумеется, доверяет, в этом нет сомнений. И хотя Миранда не была суеверной, она считала, что помолвка искушает силы судьбы. Возможно, этот человек просто не создан для обручения. Что, само собой, вызывает следующий вопрос: предназначен ли он для брака? Дальше следовало определиться: хочет ли она выйти за него замуж?

Леди Гаррет серьезно не задумывалась над этим до прошлой ночи. Она была слишком занята, получая удовольствие от его общества, его историй и шуток. Ей нравилось, что все в нем было борьбой – волнующей, возбуждающей. Виконт ни разу не заставил ее почувствовать себя глупой или скучной. Миранде нравился взгляд Уина, когда лорд Стилуэлл поддразнивал ее, нравились морщинки в уголках его глаз, когда он размышлял о чем-то важном. И еще ей было по нраву, как он смотрел на нее, не прошлой ночью, а раньше, как будто она была чем-то драгоценным, особенным, редким. А еще Миранда любила… Она любила его.

Леди Гаррет не просто привыкла к его обществу. Любовь к Уинфилду поглощала ее медленно, постепенно, с каждым прикосновением его руки, с каждым разом, когда они вместе смеялись над чем-то, с каждым новым спором. Он проникал в ее сердце и завоевывал, когда она не видела этого и не думала, что такое вообще возможно. И теперь мысль о том, что Миранда его потеряла и ей придется прожить жизнь без него, причиняла почти непереносимую боль. Она должна все исправить, хоть и не представляет, как это сделать. Теперь одного согласия на помолвку будет недостаточно.

Но как леди Гаррет может сказать ему, что тоже боится? Опасается любить его, потерять то, что нашла после смерти мужа.

Миранде нравилось разрабатывать проекты домов, планировать стройки и тому подобные вещи, когда Джон был жив. Не потеряла она интерес к этому и теперь. За много лет работа стала частью ее самой. Более того, все это сделало ее тем человеком, каким она является сейчас. Ее уверенность в работе каким-то образом стала уверенностью в себе. И это леди Гаррет тоже осознала только сейчас.

Но, несмотря на слова Уина, сказанные ее семье, Миранда не питала иллюзий относительно изменения его мнения о месте женщины в этом мире. Он не позволит ей работать. Готова ли леди Гаррет бросить бизнес? Дама, которой она была когда-то, сделала бы это без раздумий. Но Миранда сильно изменилась.

Леди Гаррет всегда казалось, что она раскрылась с Джоном. С ним она могла быть той Мирандой, какую никто не знал. Лишь после его смерти девушка поняла, что их жизнь была безупречной, потому что она сама сделала ее такой. Леди Гаррет никогда не задавала ему вопросов, не чувствовала, что ее мнение имеет вес. И все потому, что так было проще, безопаснее. Было разумнее держать рот на замке рядом с родными, избегать конфликтов и противостояний. Целесообразнее оказалось и прятаться за мужчину – реального или выдуманного и заниматься той работой, которая доставляла ей удовольствие.

Уинфилд считал ее смелой, как и его мать. Даже Бьянка одобряла ее отвагу. Они ошибались. У нее не хватило смелости в открытую сказать о своей работе и оказаться лицом к лицу с насмешками и крахом фирмы. Миранда побоялась превратиться в невесту номер четыре и стать предметом сплетен и слухов. Рискнуть и не испугаться проклятия, реального или вымышленного, поразившего его прежних нареченных. Леди Гаррет не нашлось храбрости рассказать ему о себе все, поэтому она оказалась вынужденной выбирать между тем, кого любит, и тем, чем любит заниматься.

И сейчас Миранда была в ужасе. Она боялась быть той женщиной, какой стала. Опасалась потерять человека, который, возможно, полюбил ее за это.

Леди Гаррет убедилась в правоте суждения о том, что чем скорее человек пожелает справиться с неотложным делами, тем больше препятствий возникнет у него на пути. В Фейрборо все шло по плану, однако возникло множество мелких проблем, требующих решения, начиная с нехватки необходимых для стройки материалов, которые использовали не по назначению, и заканчивая выбором места для уборной. Миранда занималась решением одного вопроса за другим и не могла вернуться в Миллуорт, пока не подошло время обеда.

Леди Гаррет хотела найти Уинфилда до трапезы, но у нее осталось время только на то, чтобы переодеться. К тому же, учитывая, как они сегодня закончили разговор, возможно, им лучше встретиться за столом, в присутствии его родителей. Наверняка к этому времени он уже успокоился. Более того, если ей повезет, лорд Стилуэлл поймет, каким неразумным был, и согласится, даже будет хотеть, все спокойно обсудить.

Лорд и леди Фейрборо уже сидели в столовой, когда Миранда зашла туда и расположилась на своем месте за несколько мгновений до подачи супа.

– Леди Гаррет.

Отец виконта кивнул ей.

– Добрый вечер, Миранда, – приветливо поздоровалась с ней леди Маргарет.

– Прошу прощения за опоздание. – Она посмотрела на место Уина, которое было пустым.

– Как сегодня дела в Фейрборо? – Улыбка графини вполне соответствовала ее тону.

– Возникло несколько сложностей, – ответила леди Гаррет. – Правда, небольших и легко разрешимых.

– Уверена, что вы, как обычно, без труда со всем справились.

Все-таки этим вечером что-то было не так в манере разговора леди Фейрборо. Казалось, будто она старается быть веселой, хотя на душе у нее кошки скребут.

– А разве лорд Стилуэлл не присоединится к нам за обедом? – спросила Миранда, пытаясь говорить как можно более беспечным тоном. Это оказалось непросто.

– Кажется, он уехал в Лондон, – недовольно проворчал граф. – Не так ли, Маргарет?

– Да, дорогой, – кивнув, ответила хозяйка. – Он так сказал.

Он уехал? У леди Гаррет перехватило дыхание.

– Но мы только что вернулись из Лондона, – с усилием произнесла она.

– Да, это действительно показалось мне немного странным…

«Трус!» Миранда водила ложкой по тарелке с супом.

– А он сказал, когда собирается вернуться?

Лорд и леди Фейрборо переглянулись.

– Не думаю, что он мог уехать надолго, – ответила леди Маргарет. – В конце концов, бал состоится всего через три недели.

– Через три недели? – ошеломленно переспросила леди Гаррет. Нет, не может быть, что Уинфилда не будет целых три недели!

– Нет, я уверена, что он не будет отсутствовать так долго, – быстро проговорила графиня, – хотя мне показалось, что он чем-то подавлен.

Лорд Фейрборо фыркнул.

– Это на него не похоже, он никогда не бывает долго в дурном настроении. – Мать Уинфилда нахмурилась. – Он обычно такой веселый.

– Если только он не… – начал было граф. Жена выразительно посмотрела на него. – Впрочем, не обращайте внимания. Я и в самом деле понятия не имею, что случилось. Я недостаточно умен, чтобы комментировать это. Хотя с моим мнением стоило бы посчитаться, и оно могло бы быть полезным. Рискну сказать, что мог бы дать хороший совет.

Глаза леди Маргарет сузились.

– Ты действительно так считаешь, Роланд?

Лорд Фейрборо несколько мгновений молча смотрел на жену, а затем покорно вздохнул.

– Нет, конечно, нет.

Миранда опустила глаза на свою тарелку. Суп из телячьей головы, напоминающий по вкусу черепаховый, один из ее любимых. Но аппетит у нее пропал, был испорчен ощущением надвигающейся катастрофы. Она должна что-то предпринять.

– Если вы позволите… – Леди Гаррет встала. – Кажется, я совсем не голодна. Позади очень длинный день, и я ужасно устала. Так что с вашего позволения я бы предпочла сегодня вечером отдохнуть.

– Да, конечно.

Граф кивнул.

– У вас действительно усталый вид. – Хозяйка пристально на нее посмотрела. – Думаю, отдых – это то, что вам сейчас необходимо.

Миранда с усилием улыбнулась и вышла из столовой комнаты, изо всех сил стараясь, чтобы ее уход не походил на бегство. Впрочем, в побеге было немало привлекательного. Она не представляла, что ей дальше делать, пусть в ее голове и возникло некое подобие плана. Сначала леди Гаррет бросится в кровать и немного поплачет. Ей казалось, что она не делала этого с тех пор, как умер Джон, но сейчас ей и вправду захотелось выплакаться. Горло у нее сжимало, глаза жгло.

Добравшись до своих покоев, Миранда закрыла за собой дверь, легла в постель и стала ждать. Шмыгнула носом – ничего. Попыталась робко всхлипнуть. Опять ничего. Ей действительно хотелось рыдать, она чувствовала, что ей это необходимо. Сама мысль о том, что леди Гаррет, вероятно, потеряла человека, в котором было все, чего она желала, мужчину, который, возможно, был ее родственной душой, угнетала ее.

Ответ был очевиден. Миранда села. Когда Джон умер, она ничего не могла с этим поделать, поэтому и плакала. Но сейчас она наверняка может что-то предпринять. И сделает это. Святой Господь, она же стала совсем другой женщиной! И для этой женщины настала пора действовать.

Встав с кровати, леди Гаррет принялась мерить шагами комнату. Она не позволит Уинфилду Эллиоту уйти из ее жизни в дурацком, глупом припадке… гордости. Миранда может пойти на компромисс, если это действительно поможет. Возможно, стоит продать или закрыть компанию «Гаррет и Темпест», но это не означает, что она завершит трудовую деятельность. Конечно, между ними вспыхнет настоящая битва, но они так чудесно бились друг с другом. Леди Гаррет также скажет ему, что никакого мистера Темпеста не существует, во всяком случае архитектора. Она признается виконту во всем и будет надеяться, что его любовь к ней достаточно велика, чтобы простить этот небольшой обман. В конце концов, Миранда обманывала весь мир, а не только его.

В комнату постучали.

– Да?

В комнату заглянула леди Фейрборо.

– Миранда, моя дорогая, могу я побеседовать с вами?

– Конечно, входите, пожалуйста.

Графиня вошла, закрыла за собой дверь и направилась к одному из двух каминных кресел, стоявших в эркере. Усевшись, она лукаво улыбнулась.

– О чем вы хотели поговорить? – медленно спросила леди Гаррет.

– Вообще-то мне нечего сказать. – Пожилая женщина помолчала. – Я подумала, что, возможно, вам захочется что-то рассказать.

– Не совсем.

– О, тогда я, пожалуй… – Она устремила на нее долгий взгляд. – Вам следует знать, что я никогда не видела, чтобы мой сын пребывал в таком состоянии из-за женщины…

– Боюсь, я не понимаю, что вы имеете в виду. – Миранда не была уверена, что у нее есть желание обсуждать проблемы с Уинфилдом с его матерью.

Брови леди Маргарет приподнялись. Впрочем, похоже, у леди Гаррет нет выбора.

– Я не хотела быть грубой, – пробормотала она.

– Не говорите ерунды! – воскликнула графиня. – При сложившихся обстоятельствах грубость даже необходима. Знаете, она порой может быть весьма действенной.

– Что ж, тогда хорошо. – Миранда расположилась во втором каминном кресле и внимательно посмотрела на леди Фейрборо. – Что, по-вашему, вам известно?

– Вот это разумно. – Графиня усмехнулась. – Я и сама не сыграла бы лучше. – Она на минуту задумалась. – Я не так много знаю, сколько подозреваю. Я не уверена в том, что достаточно осведомлена в подробностях произошедшего между вами и Уинфилдом в Лондоне, но не связано ли это каким-то образом с предложением руки и сердца?

Леди Гаррет кивнула.

– Да, что-то вроде этого, – ответила она.

– Был отказ?

– Определенно мы с Уинфилдом придерживаемся разных точек зрения на это. Один из нас подумал, что это было не столько отказом, сколько… мм-м… предосторожностью.

– После чего второй пришел в такое смятение чувств, что поспешно уехал в Лондон.

– Да, пожалуй, так и есть.

– Понятно, – с глубокомысленным видом произнесла графиня.

– Я не хочу становиться невестой номер четыре.

– Но это не означает, что вы не хотите за него замуж?

Голос леди был полон надежды.

– Конечно! – бросила Миранда. – Но он явно не хочет понимать этого.

– Но скажите честно, как он себе это представляет?

Леди Гаррет вопросительно взглянула на хозяйку.

– Мне казалось, вы приняли мою сторону.

– В этой ситуации нет никаких сторон. У всех нас одна цель. – Графиня сурово посмотрела на нее. – Но вы, как и я, знаете, что Уинфилд придерживается традиционных взглядов. Он считает, что все должно идти по определенным правилам. По его мнению, человек должен обручиться перед свадьбой.

– До сих пор это правило ни к чему хорошему не приводило, – заметила леди Гаррет.

– Как бы там ни было, мой сын до сих пор верит в естественный порядок вещей. И ему трудно понять, что женщина не хочет обручиться с ним. – Леди Фейрборо покачала головой. – Хотя когда дело касается моего сына, я, кажется, могу это понять.

– Неужели?

– Только не истолкуйте мои слова неправильно, но я считаю, что Уинфилд стал сыном, которым я могу гордиться, и он будет прекрасным мужем. Но, боже мой, Миранда, без сомнения, невеста номер четыре непременно станет предметом жестоких сплетен и пересудов. – Она закатила глаза. – Опомнится ли она и порвет с ним? Совершит ли один из них какой-то непростительный поступок, который приведет к разрыву помолвки? Или лорд Стилуэлл все-таки дойдет до алтаря? Наверняка вы об этом думали?

– Нет, не думала, – солгала леди Гаррет. – Сплетни меня не заботят.

– А должны заботить. Нравятся нам или нет, но они существуют в мире, в котором мы живем. Но вы прекрасно понимаете, что всеобщее внимание будет приковано к нему, и все будут уверены в том, что именно из-за него возникнут проблемы. Да что там, четвертая невеста будет подарком для сплетников. Я даже представить себе не могу, что эта история обойдется без огромного числа заключенных пари.

– Вам лучше знать.

– Независимо от чувств моего сына, я бы порекомендовала вам не подвергать Уинфилда всему этому. – Леди Маргарет замолчала. – И как вы теперь собираетесь поступить?

– Я думала поехать следом за ним в Лондон, – отозвалась Миранда.

– О, вот этого я бы делать не стала, – заметила графиня.

– Почему?

– С одной стороны, я никогда не видела его в таком состоянии. Кто знает, какую глупость он может сказать или сделать в данных обстоятельствах? Такие вещи сложно простить.

– Независимо от этого, мне кажется, что чем быстрее все решится, тем лучше.

– Не уверена, что и с этим я согласна. – Леди Фейрборо задумчиво покачала головой. – Во многом Уинфилд такой же, как его отец. Если поедете за ним, если сыграете увертюру, он одержит победу, и вы никогда не сможете отыграться.

Леди Гаррет вопросительно смотрела на графиню.

– Не стоит так начинать совместную жизнь, моя дорогая, – пояснила она. – Несмотря на то что общество считает женщину существом низшим, опыт подсказывает мне, что большая часть удачных браков, таких, в которых супруги одинаково счастливы, – это те союзы, в которых они действительно равны. Конечно же, ни один мужчина в этом не признается, но я это знаю точно.

– Это слова мудрой женщины, – заметила леди Маргарет. – Немногие мужчины могут признаться в том, что они не знают, что говорить, но большинство из них наверняка все же скажет что-то – возможно, какую-нибудь глупость.

– Так что, по-вашему, мне следует сделать?

Графиня медленно улыбнулась, и в это мгновение она стала пугающе похожа на своего сына.

– Ничего, – ответила она.

Глава 22

Уин мерил шагами гостиную в доме лорда Уотерстоуна. Он направился сюда в ту самую минуту, когда Чапмен закончил свой отчет, хотя толком и не понимал, зачем он здесь.

Первый день в Лондоне плавно перешел во второй, второй – в третий… Так прошла целая неделя. Возможно, это была самая долгая неделя в его жизни. Виконт думал, что будет меньше скучать по Миранде, но с каждым днем чувство тоски из-за расставания становилось все сильнее. И от этого он испытывал нестерпимую боль. Чудовищную боль, от которой не спасало никакое количество виски. Слава богу, что раньше лорд Стилуэлл никогда не любил. Он точно не смог бы пережить этого. Но от данной мысли Уин еще сильнее тосковал по леди Гаррет.

Ирония судьбы заключалась в том, что три женщины, которых виконт не любил, согласились выйти за него замуж, а та единственная, что покорила его сердце, – отказалась. О да, она выразила это другими словами! Нет, у нее какая-то странная антипатия к помолвке, но Миранда не отказывалась выходить за него. Правда, эффект оказался таким же, как если бы она отвергла его предложение руки и сердца.

Уинфилд уже ходил этой дорогой прежде, но сейчас все было иначе. Он сильно увлекся своей первой невестой, нашел вторую, потому что выбор показался ему таким разумным, и был близок к тому, чтобы полюбить третью. Но какими бы разными ни были эти три женщины, у них было кое-что общее. Лорд Стилуэлл доверял им, что, как оказалось, стало ошибкой с его стороны. И дело даже не в том, что выбор виконта был неудачным, – он доверился им, но они предали его. Как может он доверять Миранде, если это не взаимно?

Уин никогда не боролся за женщину. Он не мог припомнить, чтобы ему этого хотелось. Нет, дамы с относительной легкостью приходили в его жизнь и уходили из нее. Даже те, с которыми он был помолвлен. Это приводило лорда Стилуэлла в замешательство, он бывал раздражен и даже немного разгневан, но быстро справлялся с этим. И виконт уже начал думать, что никогда не расстанется с леди Гаррет, однако внезапно в его голове возник вопрос: хочет ли он этого. А если да, то что он тут делает?

Миранда не сказала, что отказывается быть его супругой, однако не приняла предложения. Уин не женится на ней, пока не убедится в ее доверии и желании построить будущее с ним. Пока леди Гаррет настолько не поверит в него, что согласится на помолвку. Потому что, черт побери, он хочет обручиться с нею.

Виконт желает объявить всему миру о своем намерении жениться на этой женщине, а затем сделать это. Он хочет, чтобы свадьба, его свадьба, прошла в Фейрборо-Холле, как и полагается. Он желает произнести брачные клятвы перед Богом и родными, а также перед всеми теми, кому это будет интересно.

Миранда выиграла слишком много сражений между ними. Господи, взять хотя бы электрификацию. Но эту битву ей не выиграть. Бал по случаю дня летнего солнцестояния назначен через две недели, и при необходимости он останется в Лондоне до этого срока. Кроме всего прочего, в этом есть и практическая польза. У него накопилось множество дел, которыми следует заняться. Помимо этого, не стоит забывать и бизнес Грейсона. Таким образом, у нее будет время подумать, действительно ли он тот, кто нужен леди Гаррет.

Чего абсолютно не хотелось Уинфилду – так это возвращаться в Миллуорт с поджатым хвостом просто потому, что он скучает по Миранде. И хочет ее. И любит.

Нет, если леди Гаррет ждет его возвращения, ей следует выполнить его пожелания. В конце концов, он мужчина.

– Лорд Стилуэлл! – Эйдриан вошел в библиотеку, занял свое место за письменным столом и указал Уину на стул напротив себя. – Должен сказать, что я ждал вашего визита.

– Почему? – проговорил виконт с подозрением.

– После нашей последней встречи у меня и остальных членов нашей семьи создалось впечатление, что вы хотите жениться на моей сестре, потому что она, как вы заметили, существо выдающееся. Полагаю, вы пришли, чтобы заручиться моим согласием.

– Нет, не для этого. – Уин замолчал. – А вы дадите его? Я имею в виду согласие, – пояснил он.

– Если этого захочет Миранда, то дам, разумеется. Впрочем, у меня есть подозрение, что ее это не особенно волнует. – Эйдриан усмехнулся. – Она очень изменилась за последние годы. Как ни странно, никто из нас не замечал этого вплоть до того вечера. Возможно, это произошло из-за того, что сестра не показывала нам этих изменений. Итак… – Граф с любопытством взглянул на виконта. – Но если вы пришли не для того, чтобы попросить у меня руки Миранды, то для чего?

– Я знаю.

Эйдриан в недоумении пожал плечами.

– Что вы знаете? – спросил он.

– Я знаю, кто такой этот неуловимый мистер Темпест.

– Понятно, – медленно проговорил граф. – А Миранде это известно?

– Не уверен.

– И вы хотите сказать ей?

Уин помедлил.

– Я еще не решил. Пожалуй, это зависит от того, что вы мне скажете.

– Мда, я понимаю… – Эйдриан замолчал. – Могу я полюбопытствовать, откуда вы получили информацию?

– Я заплатил одному джентльмену кругленькую сумму за то, чтобы он это выяснил.

Граф кивнул.

– А как имя этого джентльмена?

– Не думаете же вы, что я назову вам его?

Уинфилд фыркнул.

– Я на это надеюсь.

– С моей стороны было бы неразумно раскрывать его. В конце концов, у вас было немало проблем с сокрытием правды, но вы все сделали очень разумно и умело.

– Ага, стало быть, речь идет о Чапмене.

Эйдриан понимающе кивнул.

– Я должен был сам догадаться. Я знаю всего лишь нескольких инвесторов, которые продолжили бы давать деньги, не требуя полного возмещения своих капиталовложений к какому-то сроку за долгие девять лет. Покровителей, которые не состояли бы в родстве с женой заемщика.

Граф усмехнулся.

– Полагаю, это могло стать своего рода ключом к разгадке. Если, конечно, знать все факты и иметь желание узнать правду. К счастью, у моей сестры не было ни того, ни другого.

– Но почему? Подозреваю, что она понятия не имела о размере первоначальной ссуды и не знала, что долг не только не уменьшается, но и растет.

Эйдриан поморщился.

– Джон не слишком-то хорошо считал деньги.

– Это очевидно. – Уин замолчал. – Но почему вы держите это в тайне от сестры?

– Это была не моя идея. – Граф на мгновение задумался. – Джон не хотел, чтобы Миранда знала о том, что он пришел ко мне после того, как его брат отказался финансировать проект. Хотя это не было лишено смысла после смерти его брата, когда состояние семьи Гаррет удивительным образом уменьшилось. Но Джон тогда представления об этом не имел. Его данный факт раздражал и не на шутку тревожил. Он попросил меня ничего не говорить Миранде, и я согласился. В конце концов, это бизнес, и ее он не касался.

– И вы тогда решили выступить под именем Темпест?

– Я это хорошо придумал, не так ли?

Эйдриан усмехнулся.

– Потому что оно созвучно названию пьесы Шекспира[2], героиня которой Миранда?

– Это была моя маленькая шутка, и мне показалось забавным включить завуалированную ссылку на Миранду в название фирмы.

– Да уж, ты даже не представляешь, как ты близок к истине, – тихо проговорил Уинфилд. – А вам известно, что настоящий архитектор компании «Гаррет и Темпест» – это ваша сестра? И она, без сомнения, была им еще до смерти Джона.

– Вначале я этого не знал, но такая мысль приходила мне в голову.

– Она утверждает, что архитектор – это мистер Темпест, что абсолютно обоснованно, учитывая название фирмы.

– Очень разумно с ее стороны. – Граф кивнул. – Джон Гаррет был хорошим человеком, но мне и в голову никогда не приходило, что у него были какие-то способности к архитектуре. Признаюсь, что когда фирма начала потихоньку развиваться, я и сам навел кое-какие справки.

Лорд Стилуэлл приподнял брови.

– Чапмен? – спросил он.

– Нет.

Что-то в тоне Эйдриана подсказывало, что больше он об этом ничего не скажет.

– А почему ты не сказал ей правды после смерти мужа? – сменив официальный тон, спросил виконт.

– А зачем? Если бы я поведал ей правду, мне пришлось бы объяснять, почему долг фирмы продолжает увеличиваться. – Граф покачал головой. – Гаррет умер, и я счел бессмысленным сообщать сестре, что ее покойный муж далеко не так хорош, как ей кажется. Во всяком случае, когда дело касается финансов.

– Тебе известно, что после его смерти, когда компания не получала никакого дохода, она выплачивала тебе долг из собственных средств? Из наследства или из чего-то вроде семейного доверительного фонда, кажется.

Эйдриан удивленно на него посмотрел.

– Нет, об этом я ничего не знал. – Его лицо озарила улыбка. – Какая молодчина!

– Я же говорил, что она выдающаяся женщина.

– Это не все, что ты сказал. – Граф несколько минут задумчиво разглядывал Уинфилда. – Ты ведь понимаешь, что не стоит говорить о «мечте каждого мальчика» братьям женщины, которую ты собираешься… – Лицо Эйдриана болезненно сморщилось.

– …проводить домой? – подсказал лорд Стилуэлл.

– Да. – Он облегченно кивнул. – Давай продолжим. Итак, ты… собираешься жениться на ней?

– Да.

Едва это слово было произнесено, виконт понял, что не сдался. Леди Гаррет может не соглашаться на помолвку, не доверять ему, но он завоюет ее сердце и доверие. Черт возьми, она выйдет за него замуж, даже если ему придется уговаривать ее до конца своих дней.

– Однако, похоже, сама Миранда не жаждет стать моей женой.

Граф вопросительно взглянул на него.

– Она тебе отказала?

– И да, и нет. – Уин вздохнул. – Миранда отвергла мое предложение обручиться, но это, по ее мнению, не означает, что она не хочет выходить за меня.

Брови Эйдриана сошлись на переносице.

– Но это же бессмысленно, – заметил он.

– Именно так я и подумал. – Лорд Стилуэлл покачал головой. – По словам Миранды, она не хочет становиться моей четвертой невестой.

– А-а, ну да, теперь все ясно. Я понимаю, почему это вызывает ее неприятие, – спокойно проговорил граф.

– Ее неприятие? – переспросил виконт.

– Похоже, у тебя вошло в привычку разрывать помолвки.

– Напротив, Уотерстоун, – уверенно возразил Уин. – Я никогда не изменяю своему слову. Всякий раз, когда я просил женщину выйти за меня замуж, я твердо верил в то, что мы обвенчаемся. Как ни трудно мне в этом признаваться, но это не я был инициатором разрывов.

Эйдриан поморщился.

– Как нехорошо. – Встав, он пересек комнату и наполнил два бокала виски из хрустального графина. – Ты хочешь мне сказать, что это они разорвали помолвки? Все три?

– Одна нашла человека, перспективы которого были лучше моих, – принялся объяснять лорд Стилуэлл. – Другая решила, что я чересчур фриволен с нею. А третья…

– Да-да, третья?

– Она была единственной, о разрыве с которой я пожалел. – Виконт пожал плечами. – Я не был влюблен в нее, но вполне мог полюбить ее. Более того, я верил, что полюблю каждую из своих невест.

– Очень разумно с твоей стороны.

– Но третья… Знаешь, с третьей я был близок к этому. Но так уж вышло, что она испытывала чувства к кому-то еще, и хотя была абсолютно готова к браку со мной, я не был расположен допустить это. Она была милой женщиной и заслуживала счастья.

– Очень благородно с твоей стороны.

– Да, иногда я бываю благороден.

– По правде говоря, – медленно начал граф, – я никогда не слышал о тебе чего-то действительно предосудительного. – Вернувшись к столу, он протянул Уину бокал с виски.

– У меня это сегодня уже не первый, – сделав долгий глоток, пробормотал тот.

Эйдриан вернулся на свое место.

– Знаешь, если не считать череды разорванных помолвок и весьма дурной репутации, которую, кажется, ты заработал в годы твоей юности, как и все мы, хотелось бы добавить, ты уважаемый человек в сфере финансов и бизнеса. У тебя внушительное состояние, а у твоей семьи – отличные связи.

– Насколько я понимаю, ты тоже наводил кое-какие справки, – отметил виконт.

– В конце концов, она моя сестра.

– Однажды вечером ты запретил ей уходить со мной, – напомнил Уин.

– Как я уже сказал, она моя сестра. Но она не очень-то прислушивается к моим словам. – Граф кивнул в сторону бокала с виски. – Могу я предположить, что у тебя возникли сложности с самой выдающейся женщиной на свете?

– Тебе ничего не известно!

– Возможно, это действительно так, но я знаю Миранду всю жизнь. Боюсь, я был ей не очень хорошим братом. – Эйдриан в задумчивости сделал глоток. – До недавнего вечера я и не задумывался, каково быть младшей дочерью в такой семье, как наша. Возможно, мы немного… подавляем ее.

Лорд Стилуэлл фыркнул.

– Мы все считаем, что должны защищать Миранду, ведь она же младшая, понимаешь? Сестра всегда была такой спокойной и сдержанной. Я понятия не имел, что она занимается всеми делами компании. Я даже представить не мог, что Миранда на это способна. Очевидно, я многого не знаю о собственной сестре. Господи, да я никогда прежде не слышал, чтобы она повышала голос!

– Зато без проблем делает это в моем обществе.

– И разве это не интересно? – Граф снова пригубил виски. – Можно сказать, что она практически начала жизнь с чистого листа, когда познакомилась с тобой. Ты ведь ничего не знал о том, кто она, кем кажется. Поэтому ей было легко общаться с тобой. Миранда могла полностью быть собой.

– Ну да, с одной стороны это так.

– Это характеризует тебя с хорошей стороны. – Эйдриан замолчал. – Но, насколько я понимаю, приветствовать тебя как члена семьи еще рано?

– Поскольку этот факт несколько спорен, соглашусь, что еще рано говорить об этом.

– А скажи мне, Стилуэлл, зачем тебе понадобилось наводить справки о Темпесте и о долгах?

Уин уверенно посмотрел в глаза брата леди Гаррет.

– Я хотел знать обо всем, что может причинить Миранде вред, – ответил он.

Граф кивнул.

– Отличный ответ! Меньшего я от тебя и не ждал. И хотя тебе не нужно моего разрешения на брак с сестрой, считай, что оно у тебя есть.

– Я признателен тебе за это. К несчастью, ты не тот, кого мне нужно убеждать. – Виконт покачал головой. – Она не доверяет мне настолько, чтобы согласиться на помолвку. Еще Миранда, к сожалению, не испытывает ко мне такого доверия, чтобы быть со мной откровенной.

– Да, это проблема. – Эйдриан на мгновение задумался. – Хотя ты можешь заставить ее отдать тебе руку и сердце.

– И как же, по-твоему, мне следует это сделать?

– Не знаю даже… – Нахмурившись, граф задумался. – Может, настала пора познакомить ее с мистером Темпестом?

– С тобой?

– Нет. – Эйдриан улыбнулся. – С ее архитектором.

«Ничего». Ничего не делать куда труднее, чем произнести это слово. Во всяком случае, когда дело касается отношений с Уинфилдом. Особенно теперь, когда леди Гаррет поняла, что любит его. Похоже, ей следует что-то предпринять. Миранда почти не спала, у нее не было аппетита, зато появилось глупое желание смотреть куда-то вдаль и непрерывно вздыхать. К Джону она ничего подобного не испытывала, впрочем, в отношениях с покойным мужем все было легко. А лорд Стилуэлл словно был воплощением понятия «непростой человек».

Впрочем, леди Фейрборо высказала свое мнение. К тому же у леди Гаррет была работа, которая занимала ее. Весь день она с головой погружалась в реконструкцию поместья. Миранда обнаружила, что стоит ей только отвлечься от дел, как мысли тут же возвращаются к Уинфилду, причем с такой настойчивостью, как будто они были компасом, а он – указателем севера на нем. Господи, как же она по нему скучала! Ей не хватало разговоров с ним, его шуток, их споров. И разве не постыдно, что у них была только одна ночь любви? Да человек с репутацией распутника давным-давно должен был соблазнить ее! И навязчивые мысли и яркие сны о сплетенных телах и умелых ласках, наполнявших ее беспокойные ночи, должны были становиться реальностью. Вот только, признаться, леди Гаррет не знала, как осуществить свои грезы.

Миранда была не в состоянии заполнить каждое мгновение дня после пробуждения. И не могла не задаваться вопросом о том, насколько плохо все будет, если она согласится со всеми его условиями. В конце концов, разве всю жизнь ей не приходилось исполнять чьи-то желания? Это будет так просто, и в прошлом ей было не так уж трудно это делать. Что такое еще одно желание?

Нет! Леди Гаррет отогнала от себя предательские сомнения. Больше этого в ее жизни не будет. Однако она была согласна на некоторый компромисс. Ей необходимо доказать Уинфилду свое доверие. Правда, Миранда не знала, как именно, но, кажется, единственный способ это сделать – рассказать ему о своей работе…

– …и я думаю, тут должно быть шесть больших вазонов с цветами – тут, здесь и там, – говорила леди Маргарет, водя пальцем по карте с изображением Фейрборо с высоты птичьего полета – той самой, которую леди Гаррет показывала Кларе.

Вечера Миранды тоже были заняты – она занималась организацией бала. Графиня об этом беспокоилась. Этим вечером, как и каждый из десяти вечеров, пока виконт был в Лондоне, встретилась с его матерью в столовой, которую леди Маргарет превратила в настоящий штаб подготовки к летнему празднеству. По крайней мере, хоть она хорошо проводила время.

Леди Гаррет рассказала хозяйке о своей идее провести бал на террасе рядом с бальным залом и соорудить настил для танцев на расположенной внизу лужайке. Столы она предложила расставить на теннисном и крокетном кортах, музыкантов разместить с краю террасы.

– Дайте-ка мне подумать. – Леди Фейрборо опустила глаза на блокнот, который держала в руках. – Мы разослали приглашения, договорились о цветах и решили, что будет в меню.

Миранда кивнула.

– Мне кажется, что если не считать тех нескольких чудесных вещей, которыми можно будет заняться только за день до бала, мы со всем хорошо справляемся, – заметила она.

Графиня посмотрела на нее с таким видом, словно леди Гаррет только что произнесла какое-то богохульство.

– Не говорите ерунды! Еще полно дел, которыми следует заняться прямо сейчас. – Хозяйка потрясла перед ней блокнотом, который держала в руке. – Мы еще почти не готовы…

– И все же мне кажется…

– Глупости, моя дорогая девочка! – перебила Миранду графиня, буквально сковывая суровым взглядом. – Прошлые ошибки научили меня тому, что хозяева могут по-настоящему расслабиться лишь после ухода последнего из гостей, но не до их приезда. Поскольку у нас сейчас нет бального зала, в котором мы должны были в этом году проводить это мероприятие, следует обратить внимание на множество мелких дополнительных деталей. Вы можете мне в этом довериться. Я планировала летний бал каждый год с тех пор, как еще невестой приехала в Фейрборо. Вдобавок к этому я организовывала в нашем родовом гнезде еще и три свадьбы. – Она снова посмотрела на план поместья. – Хотя вообще-то свадьба была тут только один раз.

– Неужели?

– Свадьба последней невесты Уинфилда, – рассеянно проговорила леди Маргарет. – Это была очень милая молодая леди. Как выяснилось, она уже отдала свое сердце кому-то еще. И когда Уинфилд узнал об этом… что еще мы могли сделать?

Миранда вопросительно посмотрела на нее.

– Понятия не имею, – сказала она.

– Ему нравилась Кэролайн – так ее звали. Поэтому Уинфилд позволил ее молодому человеку занять свое место. Свадьба действительно состоялась в назначенное время, хоть это и не с моим сыном.

– Как благородно с его стороны, – заметила леди Гаррет.

– Да уж, благородно, – кивнув, согласилась графиня. – Он очень благородный, добрый и, подозреваю, довольно романтичный человек.

– Кажется, завтра мне надо поехать в Лондон.

– Неужели?

– Да, мне нужно заняться кое-какими делами.

– А если вы случайно столкнетесь с Уинфилдом?

– Об этом я даже не подумала!

Леди Фейрборо недоверчиво на нее взглянула.

– Разве? – переспросила она. – Да я считаю, что ни о чем другом вы вообще не думали!

– Ну да, возможно…

– Нет, невозможно, – твердо заявила графиня. – Я знаю своего сына. Я никогда не видела его в таком состоянии. Он проявляет упрямство и ведет себя глупо. Это совершенно на него не похоже, поэтому я считаю, что он вас очень любит. Само собой, это меня ничуть не удивляет.

– Правда?

– О нет! – Леди Маргарет саркастически усмехнулась. – Я поняла это в ту минуту, когда он согласился на электрификацию. Более того, Уинфилд никогда не прилагал усилий к тому, чтобы заполучить женщину. Напротив, я наблюдала за тем, как они сами падают к его ногам. И если он выиграет эту битву, вы проиграете войну. Нет, это мой сын должен прийти к вам и признать свои ошибки!

– А вдруг это была моя ошибка?

– Вы так считаете? – удивилась графиня.

– Я не знаю… Возможно, я была чересчур несговорчива в принятии решения о помолвке. К тому же его очень волновал вопрос доверия…

– Он считает, что вы недостаточно ему доверяете и из-за этого не соглашаетесь на помолвку?

Миранда кивнула.

– Да, что-то вроде этого.

– Сдается мне, что первый шаг на пути к доверию – это поверить в то, что Уинфилд настолько вас любит, что понимает это.

– А что, если он не вернется?

– О, он вернется! – заверила графиня. У нее было куда больше уверенности в этом, чем у леди Гаррет. – В чем вы всегда можете быть уверены, так это в приверженности Уинфилда традициям. Бал в день летнего солнцестояния – это такая же часть его наследия, как само Фейрборо. До мероприятия осталось всего полторы недели. Он не пропустил ни одного такого бала, и этот не станет исключением.

– Но он уехал уже почти две недели назад.

– Ерунда, прошло не больше недели.

– Мне показалось, что больше, – пробормотала Миранда.

Она не могла не согласиться с леди Маргарет. Если она сейчас сдастся, то это послужит прецедентом до конца их жизни. Нет, леди Гаррет может быть такой же упрямой, как он.

Однако, признаться, компромисс по-прежнему не исключен. И разве Миранда уже не решила, что может и впрямь оставить фирму «Гаррет и Темпест»? Хотя бы только для того, чтобы доказать виконту, что оставила прошлое позади и готова идти вперед. А лорд Стилуэлл – тот человек, с которым она хочет провести остаток дней.

Да, леди Гаррет готова к компромиссу. Вот только хочет ли он пойти на него?

Глава 23

– Что, по-твоему, ты творишь, мой дорогой мальчик? – спросила леди Фейрборо, едва нога Уинфилда ступила в гостиную их дома в Мейфэре.

– И как вы намерены поступить с моей дочерью?

Рядом с его матерью стояла леди Уотерстоун.

Взгляд виконта перемещался с одной разгневанной леди на другую. Поскольку Прескотт был за городом, в лондонском доме Эллиотов его заменял помощник дворецкого. Прекрасно исполняющий свои обязанности, молодой человек тем не менее не понимал, как можно сообщить виконту, что в гостиной его дожидаются две дамы, не предупредив, кто они такие. Тем более что эти женщины явились туда с определенной целью.

– Добрый день, матушка, – осторожно поздоровался лорд Стилуэлл. – Леди Уотерстоун.

Леди Маргарет критично оглядела сына.

– Ты ужасно выглядишь, – заявила она.

– Не сказать бы, что я этого не знал, но спасибо, что заметили. – Уин кивнул. – А отец с вами? – Ему явно был нужен союзник.

– Мы разделились несколько часов назад. Кажется, он что-то говорил о своем клубе, – раздраженно произнесла графиня. – У нас с ним разное отношение к тому, что мы должны делать в Лондоне.

– А с какой целью вы приехали? – поинтересовался виконт.

– Я приехала для того, чтобы возобновить знакомство с моей старой доброй подругой леди Уотерстоун.

– Действительно, слишком много времени прошло с тех пор, как мы виделись в последний раз, – добавила вторая дама.

Несколько мгновений лорд Стилуэлл приходил в себя после этой новости.

– Что ж, в таком случае я надеюсь, что вы отлично проведете время. – Уин двинулся к двери. – У меня есть неотложные дела, так что с вашего позволения…

– Об этом и речи быть не может.

Графиня быстрым шагом пересекла комнату и загородила дверь. Виконту и в голову не приходило, что она может быть столь проворной. Для того чтобы сбежать отсюда, ему придется в прямом смысле оттолкнуть ее. Соблазнительная, но, пожалуй, не слишком хорошая мысль.

– Никуда ты не пойдешь!

– Единственное дело, которое сейчас может требовать вашего внимания, – это вопрос о Миранде. – Леди Уотерстоун сурово посмотрела на него. – Как вы намерены с нею поступить?

Лорд Стилуэлл переводил изумленный взгляд с одной дамы на другую.

– Я собирался жениться на ней, но совершенно понятно, что наши желания не совпадают, – ответил Уин.

Леди переглянулись.

– Насколько я поняла, – начала мать Миранды, – проблема состоит не столько в женитьбе, сколько в помолвке.

– Да, отчасти это так. – Виконт прищурился. – Что вам известно? – поинтересовался он.

– Нам известно, что она отказалась обручиться с тобой, – ответила леди Фейрборо, – однако она не сказала, что не хочет стать твоей супругой.

– Могу я отметить, что она не сказала, что выйдет за меня?

– Это не важно. – Леди Уотерстоун отмахнулась от его слов. – К тому же вы не производите на меня впечатление человека, которого удовлетворит отрицательный ответ.

Лорд Стилуэлл заскрежетал зубами.

– Она не сказала «нет», – вымолвил он. – Но и не согласилась.

– Ну вот ты это и признал!

Его матушка торжествующе улыбнулась.

– Что признал?

Виконт был в полном смятении.

– Мы считаем, – заявила мать Миранды, – что вы не приложили к этому необходимых усилий. Или вообще каких бы то ни было усилий.

– Что?

– Господи, Уинфилд, вместо того, чтобы остаться в Миллуорте и убедить ее в целесообразности вашего союза, ты сбежал в Лондон, как напуганный кролик.

Леди Фейрборо с отвращением посмотрела на него.

– Я не убегал в Лондон, как напуганный кролик! – возмутился виконт.

– Трусливый поступок, если вас интересует мое мнение, – тихо произнесла леди Уотерстоун.

– Нет!

– Ты ведешь себя как ребенок, – сказала его мать.

– Вовсе нет, – пробормотал лорд Стилуэлл, хотя в это мгновение действительно чувствовал себя ребенком. – И, честно говоря… – Он решительно посмотрел по очереди на обеих женщин, – это не ваше дело.

– Ты мое дело. – Леди Фейрборо испепелила его суровым взглядом. – Как и твое будущее. Я никогда не вмешивалась в твои проблемы с невестами раньше…

– У меня нет невесты, что, должен заметить, является одной из моих нынешних проблем.

– А то, что происходит с моей дочерью, – это уж точно мое дело, – заявила леди Уотерстоун. – Не думаете же вы, что меня не озаботили ее слова, сказанные за обедом?

Уинфилд пристально посмотрел на нее.

– Она вообще ничего не говорила за обедом, – сказал он.

Мать леди Гаррет закатила глаза.

– Святой Господь, лорд Стилуэлл, неужели вы действительно верите, что после того, что вы сказали о вашем отношении к моей дочери всей нашей семье, я не последую за сыновьями и не подслушаю ваш разговор?

– Выходит, вы слышали…

– Каждое слово, – договорила дама. – Их и ваше, причем некоторые ваши слова были весьма неприличны, хотелось бы мне добавить.

Виконт поморщился.

– И каждое ее слово. – Леди Уотерстоун приосанилась. – Миранда стала самой собой, вот что я скажу. Более того, я и не подозревала, что у нее столько силы, а она у нее есть, это бесспорно. Должна признаться, что я была шокирована ее признанием о занятии бизнесом, но в то же время это произвело на меня впечатление. И я была горда тем, как дочь достойно держалась перед своими братьями и поставила их на место.

– Я тоже, – пробормотал лорд Стилуэлл.

– И еще я была поражена, увидев вас рядом. – Леди Уотерстоун внимательно посмотрела на виконта. – Вы так хорошо смотритесь вместе. Как будто вы своего рода партнеры. Две половинки одного целого, так сказать. Позволю себе упомянуть еще раз, это произвело сильное впечатление.

– И каждый день твоего отсутствия, Уинфилд, – добавила его мать, – у нее появляется возможность понять, что она вполне способна жить без тебя.

Мать леди Гаррет кивнула.

– Естественно, возникает вопрос, можете ли вы жить без нее?

– И хочешь ли ты этого?

Виконт перевел взгляд с одной дамы на другую. Было очевидно, что их точки зрения совпадают. Казалось, что они заучили свои аргументы наизусть, потому что как только одна леди замолкала, ее слова тут же продолжала вторая.

– В конце концов, тебе понадобилось так много времени, чтобы найти подходящую женщину.

– Три помолвки. – Мать Миранды покачала головой. – В самом деле, милорд! Как экстравагантно!

– Дай ей то, чего она хочет.

– Мне кажется, это совсем небольшая плата.

Взгляд лорда Стилуэлла метался.

– Не допусти, чтобы она ушла от тебя, Уинфилд!

– Любому глупцу ясно, что вы созданы друг для друга.

– Ты ничего не решишь, если будешь держаться на расстоянии.

– Добейся особого разрешения, чтобы она могла выйти за тебя замуж без помолвки, потом быстро увези ее и женись.

– Это еще не все. – Виконт покачал головой. – Она мне не доверяет. Не открывает своих тайн.

– Это ерунда, нет у Миранды никаких тайн. – Леди Уотерстоун умолкла, вспоминания вчерашние признания. – Не может быть, что есть еще какие-то секреты.

– Она не хочет доверить мне свое будущее. Миранда еще не избавилась от прошлого. – Уин сделал паузу. – И хотя я знаю, что ответ вы не дадите, я все же задам свой вопрос. – Как насчет того, что хочу я? Не должен ли я тоже иметь какое-то мнение обо всем этом?

Во взглядах, которыми наградили его дамы, лорд Стилуэлл не увидел ни капли сочувствия.

– Если она вам нужна, вам придется чем-то жертвовать, – сказала леди Уотерстоун.

– Да, мой дорогой, ты должен что-то предпринять… – Его мать покачала головой. – Пока еще не поздно.

Что они имели в виду, говоря «пока еще не поздно»? Если целью этих объединившихся сил было дать ему тему для дальнейших размышлений, то они справились с задачей. Слова «пока еще не поздно» снова и снова звучали у Уинфилда в голове.

Конечно, существует вероятность того, что Миранда может встретить другого. Впрочем, сейчас она надежно запрятана за городом. И если леди Гаррет его любит… само собой, она не говорила ему о своих чувствах, не так ли? Нет, Миранда не сказала ничего конкретного, как и он, вот только в какой-то момент виконта приперли к стене и вынудили повернуться лицом к правде. А она с ней столкнулась? Лорд Стилуэлл отказывался верить, что Миранда может не разделять его чувств. Надежда была единственным способом избежать разрыва сердца.

Уинфилду удалось избавиться от женщин лишь после того, как он убедил их, что у него назначена деловая встреча, которую нельзя пропустить. Его мать сказала, что они с отцом думали провести ночь в Лондоне, однако потом решила, что в Фейрборо слишком много дел в связи с приближающимся балом. Леди Маргарет должна была встретиться с отцом через несколько часов и вернуться в Миллуорт. А пока что старые подруги намеревались возобновить дружбу за чаем или чем-то вроде него. Лорд Стилуэлл не придал подробностям особого значения, потому что его мысли были целиком заняты назойливой фразой «пока еще не поздно». Он подозревал, что пожилые дамы продолжат составлять планы на будущее своих детей, однако был готов поклясться, что слышал, как одна из них, выходя из гостиной, сказала что-то о голосовании. Да, они, без сомнения, решили на сегодня все вопросы, связанные с виконтом, и не вспомнят о нем, пока они с Мирандой не поженятся.

Именно этого Уинфилд и хочет. Главная проблема заключалась в том, что он не заручился доверием Миранды. И это куда более серьезное препятствие между ними, чем вопрос о помолвке. И, похоже, он не может ничего с этим сделать. Затея Эйдриана вывести леди Гаррет на чистую воду, заставив ее рассказать правду, когда ей представят реального и живого мистера Темпеста, была, конечно, очень соблазнительной, но слишком опасной и рискованной.

Конечно, пожилые дамы имели веские основания для беспокойства. Ничего страшного не произойдет, если виконт будет держаться на расстоянии от Миранды. Возможно, он ведет себя по-детски. Или попросту глупо. Впрочем, не исключено, что это одно и то же.

– Они ушли? – раздался знакомый голос, как только лорд Стилуэлл открыл дверь в библиотеку.

Уин вздохнул.

– Если вы пришли, чтобы убедить меня вернуться в Миллуорт и биться там за руку Миранды, имейте в виду, что я сегодня эту лекцию уже слышал.

– Как раз наоборот, мой мальчик. – Отец виконта сел в свое любимое кресло, держа в руке бокал с виски. – Я пришел сказать тебе, чтобы ты держался. Стой на своем и все!

Лорд Стилуэлл с подозрением посмотрел на графа.

– Неужели?

– Да, я пришел для этого. Запомни мои слова, если ты начнешь с того, что уступишь этой женщине, то до конца дней будешь следовать за ней.

– И это ваш совет?

– Сдается мне, что у тебя есть три возможных варианта действий. Пойти к ней. Дождаться, что она сама придет к тебе. Или найти какой-то компромисс. Встретить ее на полпути, так сказать. В переносном смысле, разумеется.

– Мне показалось, что вы посоветовали мне стоять на своем.

– А ты уверенно стоишь на ногах?

– Кажется, да.

Возможно, виконт не так уверен в себе касательно вопроса о помолвке, так как это, скорее, относится к вопросу о его гордости больше, чем к чему бы то ни было. Но когда речь заходит о доверии, его позиция непоколебима.

– Наполни себе бокал, сын, сядь рядом со мной и позволь объяснить, как на самом деле складываются отношения между мужчинами и женщинами.

– Я знаю, как это происходит, – сухо заметил Уин. – Не могу сказать, что у меня совсем нет опыта в таких делах.

Брови его отца приподнялись.

– Сколько невест у тебя было?

– Да, я понимаю, о чем вы, – пробормотал лорд Стилуэлл. Наполнив себе бокал, он опустился на стул рядом с отцом.

– Как я уже отметил, с помощью компромисса можно настоять на своем. Ты становишься человеком, который больше полагается на разум, чем на эмоции. Женщины – очень эмоциональные существа, но они не хотят, чтобы их такими считали. По этой причине, действуя разумно, можно получить почти все, что ты хочешь. Лучше заключить наиболее выгодную для себя сделку, чем все потерять. И, поверь мне, если дело касается женщины, которую ты любишь, ты проиграешь. Поэтому иди на компромисс, сынок. – Граф поднял бокал. – Это залог прочного брака. Он позволяет будущим супругам чувствовать себя в выигрыше, ведь в деле не окажется проигравших!

– Я не уверен, что в моем случае возможен компромисс.

– Глупости! Он возможен всегда. – Лорд Фейрборо несколько мгновений молча рассматривал сына. – Я не знаю подробностей, но предполагаю, что дело, скорее, касается ваших отношений, чем всей этой ерунды о помолвке.

– Это не ерунда!

– Тогда гордости. – Отец Уина пожал плечами. – Я понимаю, почему тебе хочется, чтобы все узнали, что ты обручился. Ты хочешь, чтобы все забыли о твоих прошлых неудачах.

Лорд Стилуэлл фыркнул.

– С другой стороны, неужели это важно? В самом деле? По большому счету? Разве не важнее, чтобы она вышла за тебя, чем если бы вы просто обручились?

– Так же удачно, как в прошлом?

– Я не собирался этого говорить.

Граф усмехнулся.

– Я оценил твою сдержанность.

Лорд Фейрборо задумчиво пригубил виски.

– Хотя я действительно считаю, что такие вещи следует обсуждать, глядя друг другу в глаза, – произнес он наконец.

– Так вы думаете, что мне следует вернуться в Миллуорт?

– То же самое тебе сказала мать?

Виконт кивнул.

– Тогда точно не стоит. – Граф покачал головой. – В первую очередь ты должен убедить всех, что лишь бизнес и ничто другое задерживает тебя в Лондоне. Кстати, я думаю, что это не так уж далеко от истины.

Уин кивнул. Действительно, за те две недели, что он провел в городе, он справился с большим количеством дел, касающихся семейных финансов, инвестиций и собственности, чем ему обычно удавалось за два месяца. Однако это несильно помогало лорду Стилуэллу отвлечься от мыслей о перспективе жизни без женщины, которую он любит, и не оставалось ничего другого, кроме как вливать в себя огромное количество спиртного.

– Это в корне меняет дело. Ты больше не наивный ребенок, который еще не выбрал, какой дорогой идти, а мужчина ответственный, знающий свои обязанности.

Виконт испытующе посмотрел на отца.

– Но это же замечательно! – воскликнул он.

– Я так давно женат. – Лорд Фейрборо улыбнулся, глядя на сына поверх бокала. – Вот что, скажи ей о возвращении по мере решения проблем и добавь, что надеешься заручиться ее пониманием того, что ты не приезжаешь из-за дел, а не из-за вашей ссоры.

– Мне это нравится.

– Я бы еще сказал что-нибудь о вашей размолвке, о том, что твоя любовь к ней не изменилась, упомянул, что вы сможете преодолеть все трудности и что ты считаешь минуты до того, когда вы вновь сможете увидеться, что ты в состоянии думать только о ней, и так далее, и тому подобное.

– Пожалуй, остальное я смогу придумать и сам. – Усмехнувшись, Уинфилд встал и направился к письменному столу. Он сел, вынул из ящика стола листок с гербом графов Фейрборо в верхней части, обмакнул перо в чернильницу и начал:

Моя дражайшая Миранда…

– Кстати, – произнес виконт, изо всех сил стараясь говорить безучастным тоном, – как она там?

– Мм-м… Выглядит не так плохо, как ты, но, признаться, я даже представить себе не могу, что можно выглядеть еще хуже тебя. Слишком мало сна и слишком много алкоголя, полагаю.

– Мне показалось, что это то, что нужно, – пробормотал лорд Стилуэлл. – Я имею в виду спиртное, – пояснил он. – Но, похоже, я не знаю, как бороться с недосыпанием.

– Судя по внешним признакам, леди Гаррет тоже страдает от него, – заметил отец.

– Ну надо же!

Уин едва сдерживал желание самодовольно ухмыльнуться. Итак, Миранда не смыкает глаз. При одной мысли об этом он будет сегодня спать лучше.

– Разумеется, твоя мать в преддверии бала постоянно занимает ее какими-то делами, когда она не в Фейрборо. – Граф помолчал. – Ты ведь понимаешь, что это мероприятие состоится независимо от того, будет завершена реконструкция или нет?

Виконт усмехнулся.

– Отец, я понял это еще в тот вечер, когда согласился заплатить бонус.

– Это будет самый дорогой из всех проводимых нами балов, – заметил лорд Роланд.

– Оно того стоит.

Я сожалею, что обстоятельства удерживают меня вдали от Миллуорта и тебя. Думаю, что сожалею больше, чем ты предполагаешь…

«О да, отлично звучит».

– Знаешь, мне она нравится.

– Вам нравились и некоторые другие, – рассеянно произнес Уинфилд. – Кажется, первая и третья.

– Нет, они нравились мне не так, как леди Гаррет. – Граф взболтнул виски в бокале. – Есть что-то в твоем взгляде. Я ни разу не видел, чтобы ты так смотрел на женщину. Как мне может не нравиться сама, на которую ты так смотришь?

Виконт улыбнулся.

– Мне следует предупредить тебя: брак с женщиной, которая умна почти так же, как ты, будет весьма непростым. – Лорд Фейрборо усмехнулся. – Но при этом очень забавным.

Миранда не могла перестать улыбаться. Она снова и снова читала письмо Уинфилда, которое передал его отец. И всякий раз, когда леди Гаррет его открывала, она будто слышала голос виконта, чувствовала прикосновение его руки, представляла себе его порочную усмешку.

Лорд Стилуэлл написал, что скучает по ней. Что ждет с нетерпением момента, когда сможет снова увидеть ее. Каждый миг думает о разговоре с ней. Он был удивительным, любящим и таким романтичным. При этом ни словом не обмолвился о помолвке и свадьбе, не упомянул вопрос о доверии, который их рассорил. Это сбило бы ее с толку, если бы остальная часть письма не была такой чудесной.

Спустя два дня еще одну записку привез посыльный. А еще через два Миранда получила третье послание. Четвертое письмо ждало ее на следующий день после третьего, когда она вернулась в Миллуорт после утра в Фейрборо, и леди Гаррет решила, что настала пора действовать.

Это был человек, с которым Миранда хотела, мечтала провести остаток своих дней, и она не позволит советам леди Маргарет или его собственному упрямству становиться на пути к счастью. Чертов порочный и раздражающий ее тип – вот он кто! Леди Гаррет так редко сама ездила за тем, что ей нужно. Настала пора менять привычки.

Бал был назначен на послезавтра, и уже одно это было прекрасным поводом поехать в Лондон и привезти виконта в Миллуорт. А вот что Миранда ему скажет, зависит только от того, будет или не будет Уин рад видеть ее. И скучал ли он по ней так же, как она по нему. Несмотря на то что этот человек ей написал, лорд Стилуэлл умел очаровывать женщин. Учитывая этот момент, леди Гаррет попыталась выбросить его признание из головы. Она не была уверена, что сумеет справиться с эмоциями, если вдруг выяснится, что свое пылкое письмо ее возлюбленный написал из-за пари.

– Прескотт. – Оглядев вестибюль, Миранда натянула перчатки. Дворецкий поспешил к ней. – Прикажите, пожалуйста, подать экипаж, чтобы он отвез меня на станцию. И, прошу вас, поторопитесь. Не хочу опоздать на ближайший поезд до Лондона.

Слуга удивленно приподнял брови.

– До Лондона, миледи?

– С меня довольно глупостей лорда Стилуэлла. – Она вздернула подбородок вверх. – Ему пора перестать вести себя как ребенку.

– Но, леди Гаррет…

Миранда подняла руку, останавливая его.

– Я знаю, что вы хотите мне сказать, Прескотт, и да, я знаю, что веду себя против правил приличия и даже немного неподобающе, но разве все остальное в этой истории нельзя назвать таким же?

– Да, леди Гаррет, но…

– Вы знаете его дольше, чем я, но даже я понимаю, что виконт слишком упрям, чтобы признать свою неправоту, особенно если он отчасти прав.

– Да, конечно, миледи, но…

– Экипаж, Прескотт, прошу вас!

Миранда старалась, но так и не смогла скрыть нетерпение в своем голосе. Теперь, когда она решила, как поступить, ей было необходимо спешить.

– Я буду рад приказать подать карету, которая отвезет вас на станцию, леди Гаррет. – Дворецкий приосанился. – Но если ваша единственная цель – привезти сюда лорда Стилуэлла, я бы не советовал вам этого делать.

Миранда едва сдержала разочарованный вздох.

– Почему, Прескотт? – спросила она.

– Потому что этим утром его светлость вернулся из Лондона, миледи. Он в библиотеке.

Глава 24

– Что он сделал?

Уин, вскочив, вопросительно посмотрел на Чапмена.

– Он нанял меня на роль вашего мистера Темпеста.

Сыщик сел на стул, стоящий у письменного стола, и улыбнулся виконту.

Эйдриан предложил это во время их последней встречи, и, поскольку граф надеялся, что в ближайшее время лорд Стилуэлл станет его зятем, последний счел нужным не говорить о том, что, по его мнению, это была глупая затея, которая может привести к неожиданным последствиям.

– Зачем?

– Этого он мне не объяснил, лорд Стилуэлл, – сказал Чапмен. – Он сказал, что вы и сами все поймете.

– Да уж, я понимаю, – пробормотал Уинфилд.

– Граф Уотерстоун решил, что если Миранде представить архитектора Темпеста, это так или иначе форсирует события и приведет к тому, что она расскажет, чей именно творческий ум стоит за реконструкцией Фейрборо-Холла, а также о реальной финансовой связи между мистером Темпестом и фирмой ее покойного мужа. Но хоть виконт и не сказал Эйдриану, что считает его идею абсурдной, он не мог припомнить, что они конкретно говорили о ней. Брат Миранды щедро разливал виски, и их встреча затянулась допоздна. И все же лорду Стилуэллу казалось, что он не мог согласиться на такое, хотя, признаться, уверенности в этом у него не было.

– Но почему именно вы?

– Лорд Уотерстоун сказал, что, поскольку мне известны все обстоятельства дела и моему благоразумию можно доверять, я идеальный кандидат на роль мистера Темпеста. Хотя мне кажется, что многое может пойти не по плану в такой схеме. И все же… – Сыщик пожал плечами. – Поскольку в этом нет ничего незаконного, то вопросы «зачем» и «почему» меня не волнуют.

Уин сочувственно посмотрел на собеседника.

– Полагаю, Уотерстоун щедро заплатил вам за это, – заметил он.

– В противном случае я бы за это не взялся. Дело показалось мне довольно опасным. Никто не знает, как может отреагировать женщина, узнав, что ее реальность обернулась вымыслом. Сами подумайте: пока леди Гаррет считает своим инвестором мистера Темпеста, они со своей помощницей мисс Уэст пребывают в уверенности, что в их обмане он как нельзя лучше подходит на роль архитектора. Если подумать, это весьма разумно.

– Да, именно так, Чапмен. – Усевшись за стол, Уин постучал по нему пальцами. – Никто не в состоянии предугадать, как леди Гаррет может отреагировать на что-либо, и хоть ее брат явно считает свой план блестящим, я с ним не согласен. Та леди Гаррет, которую знаю я, совсем не такая женщина, какой ее считает лорд Уотерстоун. Несмотря на то, что несколько недель назад он смог сам увидеть перемены, произошедшие с его сестрой за последние годы, я не уверен, что граф до конца понимает, насколько она изменилась. От той леди действительно можно было добиться признания, подсунув ей ожившего выдуманного персонажа. Эта, возможно, на такое не купится. А если она когда-нибудь узнает правду… – Виконт поежился. – Я не хочу даже думать о последствиях, но убийство, по моему мнению, исключать нельзя.

Сыщик кивнул.

– Ее брата, да?

– Нет, – резко ответил лорд Стилуэлл. – Меня. А потом, возможно, и ее брата. Но я буду тем, кого она простить не сможет. Именно поэтому я считаю, что этот спектакль надо остановить, пока не поздно. Ничего еще не произошло. Леди Гаррет в Фейрборо и, возможно, не вернется до вечера. Вы можете уехать до ее возвращения.

– Как бы уважительно я ни относился к вашим доводам, милорд, боюсь, с этим возникнут некоторые трудности.

– Из-за того, что Уотерстоун вам заплатил? – с усмешкой спросил виконт. – Я верну ему ту сумму, которую граф вам дал, и вы можете оставить ее себе.

– Это не единственная проблема. – Мужчина помедлил. – Я и раньше работал на мистера Уотерстоуна. Этот человек не совсем таков, каким кажется. Я не могу просто так отказаться от данного им поручения, потому что кое-кто другой может счесть это ошибкой.

– Ошибкой? – Уин ошеломленно посмотрел на него. – Да падение Рима можно счесть ошибкой, но никак не это.

– Но это может…

– Это моя жизнь, Чапмен, – твердо проговорил Уинфилд. – Мое будущее. Я поговорю с лордом Уотерстоуном. Он разумный человек, и я уверен, что при свете дня, без ненужного влияния шотландского виски, он все поймет. Но я не могу и не буду рисковать остальным…

Внезапно дверь в библиотеку распахнулась, и в комнату влетела леди Гаррет.

– Уинфилд!

– Миранда! – Лорд Стилуэлл вскочил с места, его сердце как-то нелепо застучало в груди при виде ее глаз и улыбки. – Что ты здесь делаешь?

– Я хотела поехать в Лондон, однако узнала, что ты здесь.

– Узнала? – осторожно спросил он.

– Я решила, что один из нас говорит глупости и очень упрям, но это не важно, кто именно. И еще твои письма, Уинфилд, твои письма…

Леди Гаррет покачала головой и направилась к виконту через всю комнату с явным намерением броситься в его объятия. Слава богу! Миранда резко остановилась, заметив встающего со стула Чапмена.

– Боже мой, я и не знала, что здесь кто-то еще! Прошу прощения, я…

– Ни к чему извиняться, леди Гаррет, – с приветливой улыбкой произнес Чапмен. – По правде говоря, я очень рад видеть вас.

– Правда, он как раз сейчас уходит, – быстро проговорил лорд Стилуэлл, обходя стол. Он понимал, что Миранда сочтет его поведение неучтивым, если их не познакомят, но если он назовет Финеаса по имени и она когда-нибудь узнает о роде его занятий и сложит вместе два и два, мало ему не покажется. – Мы уже закончили разговор.

Леди Гаррет проигнорировала его слова.

– Неужели? – Она с любопытством посмотрела на незнакомца. – Примите мои извинения, сэр, но, боюсь, вы…

– Ему надо покинуть нас, – настойчиво повторил виконт, подталкивая Чапмена к двери. – Разве вы не говорили, что у вас срочная встреча? В Лондоне?

– Ничего такого, что не может подождать. – Едва не налетев на Уина, сыщик улыбнулся Миранде. – Я недобросовестно исполнял свои обязанности, леди Гаррет, и прошу у вас за это прощения.

– Нет-нет, ни к чему извиняться. – Схватив шляпу гостя со стула, лорд Стилуэлл сунул ее в руки сыщика. – Вам действительно пора идти. Не хотите же вы опоздать на поезд.

– Ерунда! – Чапмен взял Миранду за руку. Он был куда привлекательнее, чем виконту казалось раньше. – Это намного важнее.

– Боюсь, вы поставили меня в неловкое положение, – медленно проговорила леди Гаррет, – но я не совсем уверена, что…

– Этого можно было ожидать, – с усмешкой перебил ее незнакомец.

Миранда была в замешательстве.

– Ожидать? – нахмурившись, переспросила она.

Уин едва сдержал стон. Катастрофа стремительно приближалась, и он ничего не мог с этим поделать.

– Знаете, я уже очень много лет не был в офисе, – качая головой, проговорил Чапмен. – Очень эгоистично с моей стороны.

– Эгоистично? – Леди Гаррет прищурилась. – Боюсь, я вас не понимаю.

– Нет, конечно, потому что мы никогда не встречались. Но вы именно настолько хороши, как говорил ваш покойный муж. – Мужчина сурово посмотрел на виконта. – Лорд Стилуэлл, будьте добры представить нас друг другу, потому что мы знакомы только по переписке.

– Нет, – не подумав, бросил лорд Стилуэлл. – Я имею в виду, что не хочу вас больше задерживать.

Миранда смотрела на него так, будто он лишился рассудка. Возможно, это и произошло или произойдет в ближайшие мгновения.

– Господи, да что с тобой сегодня случилось? – воскликнула она.

– Простите лорда Стилуэлла, леди Гаррет, – вкрадчиво произнес Чапмен. – Он смущен по моей вине. Видите ли, он не ожидал увидеть меня сегодня, да и я не ждал встречи с вами. Но я в восторге от того, что обстоятельства наконец-то свели нас. Еще раз подчеркну: это произошло целиком по моей вине. – Сыщик продолжал держать Миранду за руку, что больше всего раздражало виконта. – Позвольте мне представиться.

Уина объял ужас, а внутренний голос подсказывал, что именно такие чувства испытывает человек, собравшийся броситься со скалы, и не существует чего-то, что могло бы это предотвратить. Или хотя бы замедлить падение.

– Меня зовут… – глядя леди Гаррет в глаза, незнакомец поднес ее руку к своим губам, – мистер Финеас Темпест. К вашим услугам.

Глаза Миранды расширились, лицо побледнело, и она вырвала у него руку.

– Темпест?

Чапмен улыбнулся приторно-сладкой улыбкой.

– Наконец-то мы познакомились, леди Гаррет.

– Вы мистер Темпест?

Ужас, такой же, как испытывал лорд Стилуэлл, зазвучал в ее голосе. Мужчина усмехнулся.

– Смею надеяться, – сказал он.

Несколько долгих мгновений Миранда молча смотрела на него. Виконт затаил дыхание.

– Понятно, – медленно проговорила она, рассматривая сыщика. Уину был знаком этот взгляд. Без сомнения, Миранда пыталась разгадать, что это за человек и чего он хочет. Наконец она одарила Чапмена ослепительной улыбкой. – Надо же, какое неожиданное удовольствие! Смею полюбопытствовать, что привело вас сюда?

– Недавно мне пришло в голову, что я плохо исполняю свою роль. – Фальшивый Темпест пренебрежительно пожал плечами. – Я вел себя эгоистично и позволил сначала лорду Гаррету, а потом вам взвалить на себя весь груз обязанностей по управлению фирмой.

– Неужели? – сдержанно поинтересовалась Миранда.

– Мне давно пора участвовать в руководстве компанией, а не сидеть дома, работая над планами и чертежами, в моем собственном маленьком мире. – Он замолчал. – Я не знаю, много ли ваш муж рассказывал обо мне.

– Очень мало, – осторожно сказала леди Гаррет.

– О да, но это неудивительно, не так ли? В конце концов, это бизнес, а такие вещи женщин особенно не интересуют.

Лорд Стилуэлл поморщился.

– Пожалуй, мне следует все объяснить, – сказал Чапмен.

Миранда кивнула.

– Это было бы замечательно.

– Вскоре после того, как мы с вашим мужем создали фирму, я заболел. Не буду вдаваться в подробности, но это была столь изматывающая болезнь, которая забирает у человека все силы. Я предпочел не распространяться о проблемах со здоровьем, поэтому сделал так, чтобы все поверили в мою эксцентричность и связанное с нею желание избегать людей. – Финеас с сожалением покачал головой. – Я мог работать только в своем доме. Именно поэтому даже после скоропостижной смерти лорда Гаррета не смог взять на себя обязанности по руководству фирмой, что мне, конечно же, следовало сделать.

Уин невольно восхищался тем, как умело ложь слетала с губ Чапмена. Ему стало интересно, придумал ли сыщик все сам или это был плод фантазии Эйдриана. Как бы там ни было, Миранда знала, что это ложь. Ему она признаться в этом не могла, потому что в таком случае ей пришлось бы раскрыть собственный обман. Мало радости приносило виконту и то, что граф Уоттерстоун ошибался, говоря о возможной реакции своей сестры на встречу лицом к лицу с «архитектором», которого сам же и придумал. Леди Гаррет слишком умна, чтобы сразу назвать Чапмена обманщиком. Она явно хочет сделать это лишь после того, как выяснит его мотивы.

– Я вас понимаю, – произнесла Миранда.

– Одно время я считал, что никогда не оправлюсь настолько, чтобы занять свое место в мире за пределами своего дома, не говоря уже о том, чтобы взять на себя руководство фирмой «Гаррет и Темпест». Но последние лекарства оказались весьма эффективными. – Мужчина глубоко вздохнул, словно хотел почерпнуть силы из воздуха. – И вот я здесь.

– Да, я вижу. – Леди Гаррет внимательно на него смотрела. – Но почему вы приехали сюда? Я имею в виду в Миллуорт-Мэнор?

– Сначала я заглянул в ваш дом в Лондоне, мне это казалось самым разумным, но там сказали, что вы в настоящее время живете за городом. Вот я и подумал, почему бы не приехать сюда и своими глазами не взглянуть на ход работ, а заодно и не навестить лорда Стилуэлла? В конце концов, это же его дом мы восстанавливаем. – Чапмен кивнул Миранде. – Я счел необходимым узнать у него, доволен ли он моей работой и тем, как продвигаются дела в Фейрборо-Холле.

При словах «моей работой» подбородок леди Гаррет напрягся. Этого и следовало ожидать. Перед ней стоит абсолютно незнакомый человек, который присваивает себе ее заслуги и готовится возглавить ее фирму. Уин вынужден был отдать должное ее брату. Его идея очень умна, хоть и запутанна. Возможно, когда-то младшая сестра графа и дрогнула бы, столкнувшись лицом к лицу с выдуманным ею самою персонажем. Но нынешняя Миранда была сделана из куда более прочного материала.

– Ничто не доставило бы мне большего удовольствия, – быстро вставил виконт.

Леди Гаррет бросила на него благодарный, но немного рассеянный взгляд. Было понятно, что в этот момент она меньше всего думала о нем. Черт бы все это побрал! Если бы Чапмен не пришел к нему, Миранда уже была в его объятиях и они по-своему решили бы возникшие между ними проблемы. И вот теперь глупые действия ее брата, имеющего самые лучшие намерения, создали новые препятствия на их пути.

– Насколько я понимаю, вы хотите своими глазами увидеть, как продвигаются дела в Фейрборо? – спросила леди Гаррет. – Может быть, лорд Стилуэлл согласится составить нам компанию?

– Боюсь, лорд Стилуэлл прав. – Гость покачал головой. – Я плохо рассчитал время, отправляясь в Миллуорт, и поэтому мне нужно как можно скорее вернуться в Лондон.

– Не станем вас задерживать.

Виконт вновь попытался подтолкнуть сыщика к двери.

– В таком случае увидимся в Лондоне.

Чапмен приветливо улыбнулся. Миранда кивнула.

– Уверен, что в будущем мы сможем многое обсудить, поговорить о работе фирмы, – сказал он.

– Конечно, сможем, мистер Темпест. – Леди Гаррет замолчала, пытаясь тщательно подобрать слова. – На следующей неделе я собиралась в столицу. Мы могли бы встретиться в четверг днем?

– Отлично, я буду с нетерпением ждать встречи.

Сыщик направился к двери.

Уинфилд облегченно вздохнул, хотя не стоило расслабляться. Он собирался сказать Миранде правду… обо всем. О том, почему Чапмен притворился мистером Темпестом. Что сыщик о ней узнал. Но в первую очередь о том, зачем он нанял его. Само собой, все это приведет ее в ярость. Признаться, ее ложь о работе меркнет по сравнению с тем, что виконт от нее скрывал. Но если он хочет доверия между ними, ему необходимо во всем признаться и надеяться на лучшее. И надо это сделать до следующего четверга.

– Всего доброго, леди Гаррет, лорд Стилуэлл, – попрощался Чапмен и протянул руку к двери. Внезапно она распахнулась.

– Скажи, что рад видеть меня, кузен! – Грей вошел в библиотеку с широкой улыбкой на лице. – Не могу сказать, что когда-либо хотел, чтобы поездка в Америку и обратно завершилась так быстро, однако во всем это есть что-то радостное… – Он осекся, переводя взгляд с леди Гаррет на сыщика. – Я помешал?

– Стучать больше не принято? – раздраженно проговорил Уин.

Чапмен бросил на него предупреждающий взгляд.

– Как хорошо вернуться домой! – осторожно произнес кузен.

– Грей! – Уин встретил любопытный взгляд двоюродного брата. – Кажется, ты не знаком с моим архитектором, мистером Темпестом. – Он повернулся к сыщику. – Мистер Темпест, это мой кузен, мистер Грей Эллиот.

– Для меня большая честь познакомиться с вами, мистер Темпест, – настолько холодным тоном произнес он, будто каждый день знакомился с воображаемыми архитекторами. – Я большой поклонник ваших трудов.

– Благодарю вас, мистер Эллиот. Но мне пора идти. – Чапмен улыбнулся Миранде и виконту. – Всего доброго!

С этими словами сыщик наконец ушел.

– Какое неожиданное… удовольствие.

Грей двусмысленно растянул губы в улыбке, но его глаза светились озорством.

– Не совсем, – отозвалась леди Гаррет, глядя на дверь.

– Миранда, – взяв себя в руки, заговорил лорд Стилуэлл. – Нам надо о многом поговорить.

– Да, конечно. – Отведя наконец взгляд от входа в комнату, она улыбнулась Уину. – Мне очень жаль, что все так ужасно вышло. Извини меня за то, что назвала тебя олухом.

Брови виконта сошлись на переносице.

– Когда это ты называла меня олухом?

– О, возможно, ты этого не слышал. – Леди Гаррет пожала плечами. – Едва ли это теперь имеет значение.

Взгляд Грея скользнул от кузена к ней и обратно.

– Мне уйти? – спросил он.

– Да, – ответил виконт.

– Нет, – твердо заявила Миранда. – Уверена, что вам обоим надо многое обсудить, а у меня еще уйма дел, с которыми я должна покончить сегодня. Мы с леди Фейрборо собирались провести день в холле, готовясь к балу.

Глаза двоюродного брата лорда Стилуэлла широко распахнулись от удивления.

– Так реконструкция Фейрборо завершена? – спросил он.

– Не совсем. Но в крыльях особняка, не тронутых огнем, можно жить. Поскольку именно там расположены личные покои членов семьи, твоя тетя предлагает в них провести день во время мероприятия. Более того, это очень разумно, потому что множество мелких деталей все еще будут требовать внимания. Все остальное: работу по дереву, отделку, какие-то детали лепнины и тому подобные вещи можно завершить к осени. Но поскольку основная часть пострадавшего от пожара центрального фасада дома уже восстановлена, то шума, беспорядка и грязи, вызванных стройкой, больше не будет. Семья сможет вернуться в свою резиденцию уже через несколько недель.

Уин вопросительно смотрел на нее.

– Я и не знал об этом, – сказал он.

– Но тебя здесь не было, – заметила леди Гаррет.

Грей нахмурился.

– А где ты был? – спросил он.

– Это долгая история, – отмахнувшись от его вопроса, ответил виконт.

– Однако бал будет проведен в Фейрборо, как это было последние 127 лет. – Миранда повернулась к лорду Стилуэллу. – Я знаю, что нам с тобой тоже надо многое обсудить, но этот разговор придется отложить. У меня есть дела, которыми я должна заняться в первую очередь.

Лорд Стилуэлл подошел ближе к ней.

– Я понимаю, но…

– У нас есть время, Уинфилд, – твердо произнесла она. – На самом деле, у нас есть все время мира. Так что это может подождать до бала, ты согласен?

– Да, возможно, это так, но…

– Но ты знай вот что. – Леди Гаррет посмотрела на него. – Я доверяю тебе. И должна попросить тебя доверять мне. Ты на это способен?

Виконт устремил взгляд в ее глаза, сегодня карие, с золотистыми вкраплениями, полные обещаний и любви.

– Конечно, – пробормотал лорд Стилуэлл. По правде говоря, в этот момент у него не было иного выбора из-за того спектакля, который устроил граф Уотерстоун.

– Хорошо.

Миранда направилась было к двери, однако тут же развернулась, схватилась за лацканы сюртука Уина и поцеловала виконта быстро, но страстно. Не успел он выдохнуть, как леди Гаррет отпустила его и пошла к выходу. По пути она кивнула Грею.

– Твоя тетя будет рада, если ты вернешься к началу бала.

– Мне и в голову не приходило пропустить его, – с удивленной улыбкой промолвил кузен виконта.

Миранда улыбнулась, в последний раз оглянулась на лорда Стилуэлла, словно подплыла к двери и плотно закрыла ее за собой.

Уинфилд смотрел ей вслед. С одной стороны, было жаль, что она так быстро ушла, а с другой – это его радовало. В противном случае он не смог бы сдержать желание заключить ее в объятия и овладеть ею прямо в библиотеке, на глазах у кузена, да и вообще кого угодно, кто мог бы неожиданно забрести туда.

– Ого, а вот это действительно было интересно, – проговорил Грей, разглядывая виконта. – Похоже, тут многое произошло за время моего отсутствия.

– Ты даже не представляешь.

Вздохнув, лорд Стилуэлл вернулся к своему месту за письменным столом. Грей устроился напротив него.

– В таком случае, может, ты поведаешь мне, что я пропустил? – Он усмехнулся. – У меня тоже есть все время мира.

Уинфилд прищурился.

– Давай же, кузен! Очевидно, что вы с Мирандой справились со всеми трудностями. Благодаря словам, произнесенным ею перед уходом, меня раздирает любопытство. Так и хочется узнать, что произошло.

– Да, в этом-то вопрос и заключается, и я не уверен, что мне известен на него ответ, – сказал виконт. – Это лишь временная остановка, Грей, передышка в битве. Похоже, мне надо все начинать сначала.

– Обычно это помогает.

– Обычно! – Лорд Стилуэлл выдохнул. – В тот день, когда ты уехал в Америку, меня пригласили на обед в дом семьи Уотерстоун…

Уин вкратце поведал кузену о том, что произошло за время его отсутствия. Начал он с того, как защитил Миранду за обедом, а потом вступился за нее перед родными. Само собой, он опустил интимные подробности той ночи. Виконт объяснил, почему леди Гаррет не хочет помолвки, а также отметил, что его волнуют вопрос доверия между ними и ее чувства к покойному мужу. Лорд Стилуэлл добавил, что уехал на время в Лондон и рассказал о встрече с Эйдрианом, после которой Чапмен приехал в Миллуорт.

Грей смотрел на него в недоумении.

– Выходит, я не могу и на минуту тебя оставить, да?

– Но во всем этом нет моей вины, – оправдывался Уинфилд.

– Ну да, никакой. – Кузен покачал головой. – Вот только я никогда не считал тебя трусом.

– А я не трус.

Грей приподнял брови.

– Не трус, – упрямо повторил виконт.

– А как ты называешь человека, который убегает до начала битвы?

– Умным человеком, – бросил лорд Стилуэлл.

– Умный человек остался бы здесь. Успокоившись, вы смогли бы разобраться с возникшими трудностями. А потом ты бы встретился с Уотерстоуном, и тот не стал бы приводить свой нелепый план в исполнение. – Грей внимательно посмотрел на него. – Впрочем, тебе все это известно, не так ли?

– Разумеется, мне это известно! Знаешь, я куда сообразительнее, чем кажусь. Или даже умнее. – Уин запустил ладони в волосы. – Я сейчас вообще ни в чем не уверен. Да я во всем сомневаюсь с тех пор, как она появилась в моей жизни.

Кузен разглядывал его.

– Но ты же всегда умел очаровывать женщин настолько, что они готовы были сделать почти все, чего ты пожелаешь.

Виконт фыркнул.

– За исключением тех, кого я просил выйти за меня замуж. Похоже, все они сумели воспротивиться моему обаянию.

– И что ты собираешься делать?

– Хочу рассказать ей обо всем.

– Когда?

– Не знаю. Очень важно действовать быстро, если я не желаю ее потерять. – Лорд Стилуэлл постучал пальцами по столу. – Я должен сделать это до следующего четверга, когда она собирается встретиться с Чапменом. Миранда должна узнать правду до этой встречи.

– Неизвестно еще, придет ли он на нее, – заметил Грей.

– В том-то и дело! – Уинфилд просиял. – Возможно, я могу ничего не делать, и все решится само собой.

– Трус! – бросил кузен.

– Существует граница между трусостью и мудростью, – высокопарным тоном заявил виконт.

Грей рассмеялся.

– Нет, не существует. – Он замолчал. – И все будет становиться только хуже. Чем дольше ты тянешь и откладываешь рассказ о роли Чапмена в этой истории, а также о том, сколько времени назад ты узнал правду о ее работе, тем больше проблем порождаешь.

– Знаю. – Лорд Стилуэлл на мгновение задумался. – Похоже, стоит дождаться окончания бала, а потом раскрыть мои… скажем, ошибки в выборе поведения.

– Да, уверен, что именно так Миранда бы их и назвала.

Уин взглянул на Грейсона.

– Я понимаю, что все это тебя весьма развлекает.

– Прости меня, кузен, но меня тут не было во время твоих трех помолвок… – Он едва сдержал смех. – Да, должен признаться, что нахожу всю эту историю весьма забавной. И мне безумно интересно, что будет дальше.

– Я тоже. – Виконт глубоко вздохнул. – Вот в чем ирония судьбы, не так ли? Я наконец нашел ту женщину, без которой не могу жить, когда даже не искал ее. А теперь все так сложно. Кругом царит полная неразбериха.

– Насколько подсказывает мне опыт, в любви всегда все очень сложно и царит неразбериха.

– Ты мог бы предупредить меня.

Грей усмехнулся.

– Я и сам лишь недавно понял это.

– Я сделаю то, что должен. Расскажу ей все и буду надеяться на лучшее, – сказал лорд Стилуэлл. – Я не могу себе представить дальнейшей жизни без нее.

– Но тебе никогда не приходилось биться за женщину, – заметил кузен.

– Я ни разу не встречал такую, за которую стоило бы бороться. И независимо от того, что еще произойдет, я не сдамся. – Он встретился глазами с Греем. – Я не потеряю ее.

Закрыв за собой дверь библиотеки, Миранда прислонилась к ней спиной. Кто этот человек? И, что еще более важно, чего он хочет? Конечно, мистер Темпест существует, но он всего лишь молчаливый инвестор, а не главный архитектор компании.

Черт возьми, как же это не вовремя! Сейчас, когда они с Уинфилдом так близки к тому, чтобы решить все проблемы между ними. Леди Гаррет подозревала, нет, знала, что он придет ей на помощь, стоит только попросить. Однако ей вовсе не хотелось быть спасенной. К тому же, если она обратится к виконту за поддержкой, ей придется все ему рассказать, а Миранда пока не собиралась этого делать. Леди Гаррет предпочла бы поведать лорду Стилуэллу о том, что… вводила его в заблуждение, после еще одной ночи любви. И, возможно, после этого ей действительно захочется за него замуж. Не исключено, что она даже согласится на помолвку, правда, совсем короткую. Да, это будет подходящим моментом для признаний.

И все же сама мысль о раскрытии правды пугала Миранду. В конце концов, хоть она и не считала, что ее ложь направлена против него лично, Уин может совсем иначе оценить ситуацию. И это, скорее всего, очень его разозлит. Поскольку вопрос о доверии составлял главную проблему в их отношениях, он вполне, даже если действительно ее любит, может почувствовать, что никогда не сможет положиться на женщину, которая не была с ним честна.

Оттолкнувшись от двери, леди Гаррет направилась в свою комнату. Ей нужно немедленно написать Кларе и предупредить ее и Эммета об этом самозванце, именующем себя мистером Темпестом. В данный момент она едва ли может сделать еще что-то. Миранде нельзя покидать Фейрборо до окончания бала. Слишком много дел надо завершить. С появлением этого шарлатана необходимость получить обещанный Уином бонус стала еще острее. Возможно, дни компании «Гаррет и Темпест» сочтены. И даже если получение дополнительных средств – не самый правильный поступок с ее стороны, он пойдет на благое дело. Леди Гаррет не допустит, чтобы ее служащие лишились средств к существованию.

К тому же бал в честь летнего солнцестояния – это устоявшаяся традиция Фейрборо. Он очень важен для виконта и его семьи. Миранда сделает все, что в ее силах, чтобы это событие запомнилось надолго.

После торжества нужно встретиться с этим мошенником, мистером Темпестом. После чего стоит все рассказать лорду Стилуэллу. А пока лучше держаться от него на расстоянии. В этом человеке столько соблазна и ему трудно противиться. Но разве не говорили ей, что так всегда бывает с порочными мужчинами?

Глава 25

– Мне кажется, это выглядит грандиозно! – Оглядев перестроенный главный вестибюль Фейрборо-Холла, леди Маргарет взмахнула блокнотом, который в последние дни постоянно держала в руке. – Во всем этом есть что-то… волшебное, я бы сказала.

– Как мы и хотели, – удовлетворенно кивнула Миранда.

– Успехи в реконструкции особняка радуют меня, несмотря на то что холл еще не закончен. Поскольку мы хотим, чтобы все было восстановлено в соответствии с оригиналом, не стоит жаловаться. С нашей стороны было бы глупо думать, что…

В последнюю неделю люди мистера Кларка, как и большая часть прислуги, разрывались между работами в доме и подготовкой к балу. Папоротники, пальмы и другие тропические растения принесли из оранжереи Фейрборо, не пострадавшей от пожара, а также позаимствовали в Миллуорте для того, чтобы сформировать из них своеобразный живой коридор, ведущий гостей к парадной лестнице. Среди листвы стояли простые белые и высокие квадратные подставки с канделябрами, которые должны были освещать помещение. Их разместили на некотором отдалении от растений, чтобы предотвратить любую возможность пожара. Здесь, в большом вестибюле, а также на цокольном и первых этажах, ведущих в бальный зал, все стены были затянутыми выкрашенным в темно-синий цвет муслином, на который в хаотичном порядке поместили серебряные звезды, и все вместе создавало впечатление ночного неба. В бальном зале все стены и потолок были украшены аналогичным образом. Гигантскую люстру, которую леди Фейрборо купила в Лондоне взамен пропавшей во время пожара, привезли уже несколько недель назад, но распаковали и повесили лишь недавно.

Сам бальный зал пришлось превратить в проходную комнату, ведущую гостей на террасы. Высокие французские двери уже были установлены, но на время торжества их снимут с петель и унесут. Гости смогут беспрепятственно перемещаться из дома на открытый воздух. Замысел был таков, что они не должны разобраться, под каким небом находятся – под настоящим или иллюзорным. По обеим сторонам каждой двери стояли огромные вазоны, которые заполнят свежими цветами за несколько часов до прибытия гостей.

Под террасой большая часть лужайки оказалась скрытой временным деревянным помостом для танцев. Столы и стулья уже расставили на теннисном и крокетном кортах. Кухню отчистили и отмыли от следов пожара, и теперь в ней снова можно было готовить. В общем, подготовка к балу в Фейрборо-Холле в честь летнего солнцестояния была почти завершена.

Во время работы над особняком Миранда отвлеклась от размышлений о том, к чему может привести появление мошенника, выдающего себя за мистера Темпеста. Но в свободное время леди Гаррет не могла избавиться от этих мыслей.

Проблема с мистером Темпестом напрямую вела к вопросу о том, что делать с Уинфилдом. Когда Миранда не думала о мистере самозванце, то вспоминала о виконте. А когда Миранда не думала о лорде Стилуэлле, то видела его во сне. Господи, все это настолько сложно, и она вынуждена…

– Миранда! Вы меня слушаете?

Внимание леди Гаррет переключилось на собеседницу.

– Да, конечно, – ответила она.

Леди Фейрборо недоверчиво приподняла брови.

– Я просто на минуту задумалась… – пояснила Миранда.

– Моя дорогая девочка, ваши мысли были где угодно, но только не в этой реальности, с тех пор как мой сын вчера вернулся домой.

– О, надо сказать, что…

– Но что удивляет еще больше… – графиня прищурилась, – так это то, что вы, кажется, избегаете его.

– Боюсь, вы ошибаетесь, леди Фейрборо.

Женщина оказалась куда более проницательной, чем леди Гаррет предполагала. Но ей казалось, что сейчас следует держаться от него как можно дальше. Когда они сталкивались лицом к лицу, ее мысли путались и Миранде хотелось оказаться в его объятиях. Она стала передвигать горшок с банановым деревом и осторожно произнесла:

– Просто у меня очень много дел, вот и все. Бал уже завтра, а еще столько всего надо сделать.

– Да, именно об этом я и думаю. – Графиня начала подниматься по лестнице, и леди Гаррет последовала за ней. – Мне и на секунду не пришло в голову, что это все из-за того, что кто-то не уверен в его или своих чувствах.

– Леди Фейрборо!

Остановившись, хозяйка оглянулась на Миранду, и та уверенно встретила ее взгляд.

– А я ни на секунду не сомневаюсь в собственных чувствах.

– Понятно, – медленно проговорила пожилая леди. – А Уинфилд?

Леди Гаррет пожала плечами.

– Это ведь уже другой вопрос, не так ли? И ответить на него может только он.

– Как интересно! Что ж, посмотрим. – Графиня снова зашагала по ступенькам. Оказавшись на самом верху лестницы, она удовлетворенно огляделась по сторонам. – Нельзя не принимать в расчет влияние волшебства, вот что я скажу.

– Волшебства? – Миранда смущенно нахмурились.

– Только осмотритесь вокруг. – Леди Фейрборо прошла в бальный зал, ее голос был полон гордости. – Мы здесь создали волшебную атмосферу. В таком месте может произойти все, что угодно. И завтрашняя ночь, несомненно, будет полна чудес. – Она вздохнула. – Как жаль, что королева не приедет, хотя из-за нее было бы еще больше суеты.

– Вы огорчены?

– Ничуть! В действительности я никогда не думала, что она приедет. Были слухи о том, что она посетит Фейрборо. – Графиня пожала плечами. – К тому же, как я уже сказала, из-за ее приезда здесь было бы еще больше суеты и всевозможных волнений, а у нас и без королевского визита забот хватает.

– Леди Фейрборо, – резко прервала ее Миранда, – могу я задать вам вопрос?

– Конечно! Спрашивайте о чем угодно, дорогая, – рассеянно проговорила она, переводя взгляд с синего в звездах потолка на свой блокнот и обратно.

Леди Гаррет глубоко вздохнула.

– Как вы думаете, полная и безоговорочная честность важна в отношениях между мужем и женой?

Графиня сурово взглянула на нее.

– Полная и безоговорочная честность? – переспросила она.

Миранда кивнула.

– Не этого вопроса я от вас ждала. – Леди Маргарет усмехнулась. – Однако я действительно считаю, что полная и безоговорочная честность, без сомнения, – это самое худшее, что может быть между двумя людьми. Это приведет, к примеру, к тому, что он скажет, что в вашем любимом платье талия кажется чуть шире, а вы будете интересоваться, когда же он научится управлять лошадьми так, чтобы кареты не теряли колеса. Ну и тому подобные вещи.

– Понятно.

– Однако мне кажется, что перед свадьбой относительная честность – это не так уж плохо. – Она убрала соломинку с муслинового неба. – Но неужели то, что вы скрываете, столь чудовищно?

– О, я не говорила…

– Вы отравили первого мужа? – осторожно спросила графиня.

Леди Гаррет только вздохнула.

– Нет, конечно! – воскликнула она.

– Может, вы состоите в тайном браке с итальянским графом?

Глаза Миранды расширились от удивления.

– Леди Фейрборо! – укоризненно проговорила она.

– Возможно, вы когда-нибудь работали в борделе для богатых джентльменов или управляли им?

Миранде оставалось только судорожно втянуть воздух.

– Поверить не могу, что…

– Или вы сменили имя, совершив какое-то чудовищное преступление?

Леди Гаррет ошеломленно смотрела на пожилую даму.

– Я так и думала, что нет. – Леди Фейрборо пожала плечами. – Если мы можем исключить все эти варианты, то я не представляю, что за ужасную тайну вы можете скрывать.

– Я архитектор Фейрборо-Холла! – выпалила Миранда.

– Не говорите ерунды! Он умер почти три столетия назад. – Графиня на мгновение задумалась. – Возможно, чуть меньше, я не совсем уверена.

– Нет! – В голосе леди Гаррет зазвучало нетерпение. – Я хочу сказать, что я и есть тот самый архитектор, который разработал план реконструкции.

– А-а, понятно. – Мать Уинфилда улыбнулась. – Как чудесно!

– Чудесно? – Миранда вопросительно посмотрела на нее. – Вы не шокированы тем, что я выполняла работу, которой обычно занимаются мужчины?

– Знаете, возможно, я и была бы шокирована до знакомства с вами. Точнее, до пожара. – Леди Маргарет твердо посмотрела на Миранду. – Но когда ты теряешь то, что было тебе очень дорого, то начинаешь на многие вещи смотреть иными глазами. Я могла бы немного удивиться, если бы не знала, что вы не только представляете фирму «Гаррет и Темпест», но и управляете ею.

Леди Гаррет нахмурилась.

– Как вы об этом узнали? – спросила она.

– Ваша матушка мне сказала. – Графиня проверила что-то в своем блокноте, а затем направилась через бальный зал к открытым дверям, ведущим на террасу.

Миранда поспешила следом за ней.

– А матушка откуда узнала?

– Понятия не имею. – Леди Фейрборо внимательно осматривала террасу. – Я уже давно решила для себя не интересоваться тем, как другие люди добывают информацию, однако, похоже, матери знают все. Человек редко может скрыть что-то от родителей.

– Но…

Ее братья, конечно! Должно быть, они все рассказали леди Уотерстоун. Миранда заскрежетала зубами. Да она их убьет! Медленно и с большим удовольствием.

– Хотя, если я не ошибаюсь, разве вы сами не говорили, что намереваетесь все рассказать семье?

– Я и рассказала. – Леди Гаррет предпочла не замечать легких угрызений совести. – Некоторым из родных, вернее. А когда вы виделись с моей матушкой?

Графиня бросила на нее строгий взгляд.

– Мне казалось, вы хотели задать только один вопрос, – напомнила она.

– Похоже, один влечет за собой другой.

– Так всегда и бывает. – Леди Маргарет отмахнулась рукой от этих слов. – Я видела вашу матушку, когда ездила в Лондон, чтобы сказать своему сыну, что он… Он… – Дама замялась.

– Олух? – подсказала Миранда.

– Да-да, именно так. – Графиня вышла на террасу и нахмурилась. Она указала блокнотом на леса, все еще стоявшие по обеим сторонам террасы. – Надеюсь, это уберут до начала празднеств? Они никак не вяжутся с духом праздника.

– Сейчас завершается работа по установке окна. Завтра она будет окончена, рабочие спустятся оттуда, и леса уберут. – Леди Гаррет замолчала. – Еще один вопрос. – Она задержала дыхание. – Мне сказать Уинфилду правду о моей работе, как вы считаете?

– При других обстоятельствах я бы сказала, что именно это признание может подождать, пока вы не поженитесь. Однако… – Леди Фейрборо на мгновение задумалась. – У моего сына было три невесты, которые не были до конца честны с ним. Но, как выяснилось, в случае с ними это было не так уж важно. Но вот с вами… – Она улыбнулась. – Мой сын любит вас, дорогая. И ваш обман может больно ранить его.

– И он решит, что я ему не доверяю, – тихо проговорила Миранда. – Я готова оставить фирму «Гаррет и Темпест», но я хочу продолжать работать.

– Вам так и следует поступить.

– А вдруг он запретит мне? Как муж, он будет иметь на это право.

– Тем более у вас есть основания сказать ему это до свадьбы. Но я не могу представить, что он может что-то вам запретить, равно как и то, что вы не добьетесь своего.

– Он придерживается очень строгой точки зрения касательно роли женщины.

– И я сомневаюсь, что это изменилось. Но Уинфилд не глупец. Ваша любовь к работе делает вас такой, какая вы есть, той самой женщиной, которую он полюбил. У вас дар, Миранда, и мой сын признает это. Вы доказали ему, можно сказать, целому миру, что можете работать не хуже мужчин. Браво!

– Благодарю вас, но…

– И я была бы очень огорчена, если вам пришлось бы бросить работу, которую вы любите и выполняете так хорошо. – Графиня посмотрела на собеседницу. – Позвольте мне рассказать вам кое-что о себе. Всю свою жизнь я делала то, что должна, и была именно такой, какой меня хотели видеть. Я удачно вышла замуж, как и желали окружающие, растила сына, вела хозяйство… Я была безупречной хозяйкой, женой и матерью. Я никогда не убегала в Париж, чтобы, скажем, поселиться в какой-нибудь мансарде на Монмартре и создавать диковатые и даже неприличные произведения искусства. У меня никогда не было безумных и бурных романов с иностранными принцами или графами с труднопроизносимыми именами. Я никогда не купалась обнаженной в горном озере, пока какой-нибудь поэт сочинял бы сонеты о цвете моих глаз.

Леди Гаррет изумленно смотрела на мать виконта.

– А ведь все это куда более непростительно в глазах общества, чем то, что сделали вы. – Рассказчица на минуту задумалась. – Не сочтите мои слова за сожаление. Меня вполне устраивала моя жизнь, но мне хотелось бы сделать больше. И как только судьба Уина будет устроена, я займусь этим.

– Неужели? – с опаской спросила Миранда.

– В этом мире есть вещи, которых я не сделаю никогда, но есть такие места и явления, которые мне хотелось бы увидеть. И я намерена убедить мужа присоединиться ко мне. Мы посетим египетские пирамиды, посмотрим на Великую китайскую стену и американских бизонов в естественной среде обитания. А когда вернемся… – графиня приосанилась, – я намерена голосовать. Только не уверена, что расскажу об этом сыну. Я имею в виду последнее, – добавила она. – С другой стороны, мне кажется, что поведать обо всем Уинфилду будет наиболее волнительно, чем предпринять то, что я намереваюсь сделать. – Леди Фейрборо посмотрела на Миранду с озорной усмешкой. Девушка сначала расхохоталась, но быстро взяла себя в руки.

– Хотя вы правы. Я действительно должна рассказать ему обо всем. Особенно о…

– Так есть еще что-то, не так ли?

– Боюсь, что да.

Леди Гаррет поделилась с графиней историей о появлении мошенника, выдающего себя за мистера Темпеста.

– Мда, это проблема… И я понимаю, почему вы не хотите вовлекать в эту историю Уинфилда. По крайней мере, пока. Но, думаю, вам необходимо составить план. – Леди Фейрборо нахмурилась, но уже через мгновение ее лицо просияло. – Кажется, я придумала. Моя дорогая, вам нужен профессионал!

– Профессионал? – недоуменно переспросила Миранда.

– Сыщик, – кивнув, пояснила графиня. – Вам необходимо узнать правду об этом типе как можно скорее. Однако стоит повременить до окончания бала.

Леди Гаррет покачала головой.

– Представить себе не могу, как найти сыщика, – сказала она.

– Я тоже, но готова биться об заклад, что Камилла знает, как это устроить. Без сомнения, она сможет назвать нам имя человека, который и эффективно работает, и язык за зубами держать умеет.

– Отличная мысль!

Миранда должна была сама об этом подумать. У нее появилось чувство, будто с ее плеч упал тяжелый груз. И как только она узнает правду о самозванце, тут же расскажет обо всем Уину. После чего, разумеется, ей придется выдержать битву с этим упрямцем. Впрочем, не было ничего более забавного, чем спорить с ним, хотя этот разговор будет куда важнее, чем все предыдущие. Этот бой леди Гаррет не намерена проиграть. Для них обоих ставки слишком высоки.

Это абсурд!

Уин мерил шагами библиотеку Фейрборо. Приятно вернуться в собственный дом, даже если работы в нем еще не завершены. Проводка была уже проведена в семейное крыло и в перестроенную центральную часть особняка, но пользоваться ею можно будет лишь после установки системы генераторов. Как не противно виконту было признаваться в этом, но такая перспектива его не радовала. Вдруг из-за этой затеи снова произойдет пожар. Но сейчас у него была проблема поважнее.

Они с Мирандой избегали друг друга после визита Чапмена. Конечно, она слишком занята сейчас, чтобы уделить ему время, но от этого раздражение его не уменьшалось. Кроме того, леди Гаррет, без сомнения, обдумывает появление фальшивого мистера Темпеста. Лорд Стилуэлл счел разумным держаться на расстоянии от Миранды, пока не решит, каким будет его следующий шаг. Но это оказалось куда труднее, чем он предполагал, потому что все, чего ему хотелось, – это быть рядом с ней. Ему было плохо без нее и днем, и ночью…

И все же Уинфилд принял окончательное решение. Он не мог больше ждать и тянуть время. Торжество начнется всего через несколько часов, и он признается Миранде во всем до приезда гостей. Возможно, это не такой уж хороший план, но виконту казалось, что, как бы сильно она ни разъярилась, часы вынужденного веселья на балу помогут развеять ее гнев. На это он, по крайней мере, надеялся.

Лорд Стилуэлл еще не представлял, что конкретно скажет, однако уже продумывал несколько вариантов возможного признания. Правда, ни один и них не пришелся ему по нраву. И он не терял надежды, что слова сами придут, когда понадобится. Так всегда было с женщинами в его прошлом. Но Миранда не обычная женщина. Она единственная и неповторимая, пленившая его сердце. Единственная и неповторимая, которая может все разрушить.

– Миранда! – Камилла помахала рукой с террасы и стала спускаться к ней.

Стоявшая на площадке для танцев леди Гаррет сделала ответный жест невесте Грея. Она изучала открывающийся ее взору вид с немалой гордостью и долей удовлетворения. Музыканты разместились на одной стороне террасы. Леса находились в процессе демонтажа. Вазоны уже наполнили цветами. Миранда осмотрела теннисные и крокетные корты – все выглядело безупречно.

Леди Гаррет удалось отогнать от себя мысли о самозванце, потому что беспокойство по этому поводу могло сейчас только помешать. Она еще не успела спросить Камиллу о сыщике, так что сейчас представлялась отличная возможность сделать это.

– Все смотрится замечательно, – сказала леди Лидингем, приближаясь. – Трудно в это поверить, если вспомнить, какая разруха была тут всего несколько месяцев назад.

– Просто удивительно, чего можно достичь, если очень много работать и вложить огромную сумму денег, – заметила Миранда.

– Но я вижу, что деньги были потрачены с пользой. – Камилла рассмеялась. – Я всегда верила, что с их помощью можно сделать почти все, что угодно.

– Нет, не все. – Леди Гаррет замолчала. – Графиня предположила, что ты можешь помочь найти выход из затруднительного положения.

Невеста Грея приподняла брови.

– Какого еще затруднительного положения? – спросила она.

– Я встретила человека, утверждающего, что он тот, кем быть никак не может. И мне необходимо выяснить, кто этот мошенник на самом деле такой. – Миранда глубоко вздохнула. – Вот леди Фейрборо и подумала, что ты можешь назвать мне имя хорошего и порядочного сыщика.

Глаза Камиллы широко распахнулись.

– Да, могу, но…

– Мне необходимо связаться с ним как можно скорее. Не сегодня, конечно, но завтра. У меня есть всего несколько дней на то, чтобы узнать правду.

Леди Гаррет не представляла, что будет ждать ее в четверг, когда она вернется в Лондон. Ведь помимо этой оставалась проблема в ее отношениях с Уинфилдом, откладывание которой давило на нее все сильнее. Она подумала, что можно было бы повременить с этим, но…

– Миранда, послушай меня. – На лице леди Лидингем появилась тревога. – Ты должна кое-что знать. По правде говоря, я хотела тебе это рассказать, только не планировала делать это прямо сейчас.

Леди Гаррет внимательно посмотрела на девушку. Она не очень хорошо ее знала, однако та не производила впечатления человека, который станет тревожиться из-за пустяков.

– Продолжай!

– Да… Только я не знаю, как начать… Но меня не просили ничего не говорить тебе, хотя когда Грейсон обо всем мне рассказывал: он, пожалуй, предполагал, что я не буду передавать тебе его слова. Довольно неловкая ситуация. И все же… – Леди Лидингем приосанилась. – Я считаю, что женщины должны помогать друг другу.

Миранда смущенно смотрела на нее.

– Что ты пытаешься сказать? – спросила она.

– Прежде чем я что-то сообщу, хочу, чтобы ты поняла: по словам Грейсона, Уинфилд действительно очень любит тебя. Возможно, это смягчит впечатление от того, что я скажу.

– Продолжай!

– А влюбленные мужчины бывают весьма глупыми. Особенно если их тревожит мысль о том, что объект их внимания все еще любит своего покойного мужа.

– Что за ерунда! – Леди Гаррет усмехнулась. – Я говорила Уинфилду, что намерена жить дальше и думать о будущем.

– Я же говорила, что мужчины неразумны. – Камилла внимательно посмотрела на Миранду. – А ты уверена, что хочешь двигаться вперед?

– Ни в чем в жизни я не была уверена так, как в этом. – Леди Гаррет глубоко вздохнула. – Джон умер, а я уже не та женщина, на которой он женился когда-то. Больше того, я даже не та женщина, какой была после его смерти. А Уинфилд…

– Да?

– Трудно сказать… Мне это кажется своего рода… изменой. – Миранда решительно встретила взгляд леди Лидингем. – Джон был моей первой любовью. Уинфилд – моя последняя любовь, и надеюсь, что самая главная в моей жизни.

– Боже, как чудесно! – Камилла улыбнулась от переполнявшей ее радости.

– Не знаю, действительно ли это так чудесно. – Леди Гаррет покачала головой. – Все так сложно.

– Это и не может быть просто. – Леди Лидингем пожала плечами.

– О чем ты хотела мне рассказать?

– А вот это как раз относится к категории вещей непростых… – Камилла скрестила руки. – Я действительно знаю одного отличного сыщика. Но… Уинфилд уже нанял его.

– Что? – Миранда изумленно посмотрела на нее. – Но зачем ему мог понадобиться… – Внезапно она поняла. Леди Гаррет тяжело вздохнула. – Чтобы узнать что-то обо мне? Обо мне?

– Вообще-то, вначале он хотел разузнать о фирме «Гаррет и Темпест», – быстро проговорила леди Лидингем. – А потом о тебе.

– Когда это было? – резко спросила Миранда.

– Сразу после вашей первой встречи. Теперь ты видишь, что его поступок вполне понятен и его можно простить, на мой взгляд, ни к чему тебе расстраиваться.

Камилла посмотрела на леди Гаррет со слабой улыбкой. Та прищурилась.

– Но есть ведь еще что-то, да?

– Мистер Чапмен, сыщик, хорошо выполняет свою работу. И очень… тщательно.

– Ну и?

– И он узнал о… степени твоей… вовлеченности в работу компании, – запинаясь, объяснила леди Лидингем.

– О степени моей вовлеченности?

– Он выяснил, что ты не только управляешь фирмой, но также являешься ее главным архитектором.

Миранда только охнула.

– И Уинфилду это известно? – спросила она.

Камилла кивнула.

– А как давно он узнал?

– Еще до того, как мы уехали в Америку, – неохотно ответила леди Лидингем.

– Еще до того… – эхом отозвалась леди Гаррет, повергнутая в шок. – Так он все время знал? И все его разговоры о доверии и честности… – Ее охватил гнев, и она решительно зашагала в сторону дома. – Он хотел честности и получит ее!

– Подожди! – крикнула вслед Камилла. – Ты должна узнать еще кое-что.

Резко остановившись, Миранда повернулась к ней лицом.

– Я даже боюсь спрашивать.

– И я не виню тебя за это. – Леди Лидингем помедлила, подбирая нужные слова, хотя вряд ли такие существовали. – Джентльмен, с которым ты недавно столкнулась, этот мистер Темпест…

Леди Гаррет кивнула.

– Я уже знаю, что он самозванец.

– Вообще-то… – Камилла вздрогнула. – Он и есть тот самый сыщик, мистер Чапмен.

– Я не понимаю… Если Уинфилд его нанял… – Миранда смотрела на собеседницу в недоумении. – Он заплатил ему за то, чтобы тот сыграл роль мистера Темпеста?

– Нет, это не так, – возразила невеста Грейсона. – Лорд Стилуэлл никогда бы этого не сделал. По крайней мере, я не думаю, что он на это способен, но я могу и ошибаться. Нет, мистер Чапмен должен был притвориться вашим инвестором по просьбе одного из твоих братьев, который его и нанял. Того самого брата, который вкладывал деньги в твою компанию под этим именем.

Леди Гаррет оцепенела.

– Мой брат… финансировал… – запинаясь, повторила она, а потом ее зубы заскрежетали. – Который из братьев?

– Кажется, лорд Уотерстоун.

Миранда презрительно фыркнула.

– Ну конечно! Я могла бы и сама догадаться.

– Но это сделал не Уинфилд.

– О, это все меняет! – саркастическим тоном проговорила леди Гаррет, продолжив свой путь к дому.

– Мне кажется, это все же немного лучше, – крикнула ей вслед Камилла.

– Ну да, лучше! – Миранду переполнял гнев. – У меня будет возможность придушить двух мужчин вместо одного.

Глава 26

Дверь в библиотеку с шумом распахнулась.

– Так ты все знал? – выкрикнула Миранда, врываясь в комнату.

– Что знал? – невинным голосом спросил Уин.

Виконт уже давно понял, что лучше притворяться, будто пребываешь в неведении относительно чего-то, прежде чем признаваться в этом, пока точно не узнаешь, в чем именно тебя обвиняют. Впрочем, сейчас он сразу понял, о чем речь.

– Ты все время знал, что я руковожу фирмой и что я ее главный архитектор!

– Не все время! – возразил виконт.

– Но довольно давно. – Она приближалась к нему с угрожающим видом. – Зато ты все время говорил о честности и доверии!

– Я правда думаю, что честность очень важна.

– Выходит, важна только моя честность! – Ее глаза орехового цвета пылали. Орехового? Похоже, леди Гаррет не настолько сердита, как ему показалось. – Ты нанял сыщика следить за мной!

– Человеку свойственно желание знать, с кем он имеет дело. – Лорд Стилуэлл сложил руки на груди и постарался придать лицу выражение, которое, как ему казалось, свойственно бизнесменам. – В бизнесе так принято. И как деловая женщина ты должна это понимать.

Как Уинфилд и надеялся, она на время одумалась.

– Хорошо, с этим я согласна, так что не стоит и дальше смотреть на меня с таким видом, – сказала Миранда. – Но ты же знал, что мистер Темпест, с которым я столкнулась, – мошенник.

– Это была не моя идея, – быстро проговорил виконт. – Я счел ее неуместной еще на стадии обсуждения.

– С моим братом? Тем самым братом, который финансировал фирму «Гаррет и Темпест»? Почему ты его не остановил?

– Мне и в голову не пришло, что он это сделает. – Лорд Стилуэлл шагнул к ней. – Если ты помнишь, я пытался остановить Чапмена.

– Недостаточно убедительно, – заметила она.

– Мне было неловко делать это перед тобой… – Уин нахмурился. – Но откуда ты все узнала?

Миранда отмахнулась от его слов.

– Разве это имеет значение?

– Думаю, что нет. Хотя было бы неплохо это прояснить.

– Если мы хотим, чтобы в наших отношениях царили честность и доверие, это должно касаться нас обоих.

– Я собирался все рассказать тебе, – уверенно произнес он. – Более того, я намеревался сделать это сегодня.

– Ты хотел рассказать мне, что нанял сыщика для поиска информации обо мне? Ты собирался поведать мне, что все знал о моей работе и должности, но, несмотря на это, пытался вытянуть эти сведения из меня? Намеревался известить меня о том, что Эйдриан финансировал мой бизнес…

– Бизнес твоего покойного мужа, – поправил ее виконт.

– Мой бизнес, – возразила леди Гаррет. – И ты был готов раскрыть правду о том, что знал об игре фальшивого мистера Темпеста?

– Именно так.

– Выходит, ты хотел рассказать мне все? – Она недоверчиво приподняла брови.

– Не все, но большую часть правды. – Лорд Стилуэлл покачал головой. – Я не думал, что тебе следует знать об инвестициях твоего брата.

В ее глазах промелькнуло недоверие.

– Почему бы и нет?

– Я посчитал, что от этого ты почувствуешь себя… слабой. Решишь, будто ты не в состоянии самостоятельно заниматься делом, без помощи своей семьи. Несмотря на то что о финансировании бизнеса договаривался твой муж.

– Как ты все тщательно обдумал, – произнесла Миранда, не отводя с Уина взгляда.

– Да, я могу все тщательно обдумывать.

Он шмыгнул носом. Леди Гаррет скрестила руки на груди.

– Если ты собирался признаться во всем, почему не сделал этого? – спросила она.

– Ты была слишком занята.

Даже для виконта это прозвучало не слишком убедительно.

– Ты хоть представляешь, как я встревожилась из-за этого самозванца?

– Мне очень жаль, но, повторяю, это была не моя идея. – Лорд Стилуэлл ненадолго замолчал. – А почему ты не раскрыла мне правду о своей работе? Почему не доверилась?

– Не знаю. – Миранда пожала плечами. – Возможно из-за того, что ты становишься ужасно консервативным, когда дело касается такого рода вещей. В частности, о месте женщины в мире.

– Я чувствую, что женщины занимают надлежащее место, но…

– Ага!

– Но! Ты доказала мне, что я не имею права подходить к оценке всех женщин одинаково. – Уин подошел ближе к леди Гаррет и посмотрел ей в глаза. – Вы выдающаяся женщина, Миранда Гаррет, и я хочу сказать, что вы можете заниматься любым делом, какое вам будет по душе. И хотя в этом довольно трудно признаться, я горжусь этим.

Миранда оторопело взглянула на него.

– Правда?

– Да, хотя кто бы мог подумать? – Уинфилд закатил глаза. – К тому же нельзя сказать, что ты занималась чем-то абсурдным. Например, начала кампанию за права женщин, требовала права голоса или чего-то подобного.

– О нет, – сказала леди Гаррет. – Только не я.

– Ты должна была мне довериться. Возможно, не с самого начала, но когда мы узнали друг друга.

– Возможно. – Она медленно кивнула. – Но я… боялась.

– Боялась? – Ее слова ошеломили виконта. – Меня?

– Ты вселяешь в меня ужас, – высокопарным тоном заявила Миранда. – Ты на меня кричишь.

Лорд Стилуэлл фыркнул.

– Ты ничего не боишься, и это ты на меня повышаешь голос.

– Это совсем другое. – Леди Гаррет усмехнулась.

– Потому что ты женщина?

Она пожала плечами.

– Конечно.

Уин насмешливо приподнял брови.

– Выходит, ты хочешь заниматься мужской работой, но при этом тебе необходимо, чтобы с тобой обращались как с женщиной?

Ее глаза расширились.

– Ты сделал это нарочно.

– Ну да. – Уин не смог сдержать самодовольной улыбки.

– Ты мною манипулировал!

– Мне это кажется справедливым. Ты делаешь то же самое со мной.

Миранда судорожно вздохнула.

– Да я никогда…

– Да мне достаточно произнести одно-единственное слово, чтобы доказать мою точку зрения. – Наклонившись, виконт посмотрел в ее глаза. – Электрификация!

Леди Гаррет поморщилась.

– Это было не нарочно.

– Тем не менее…

– Очень хорошо, в этом я уступлю. – Миранда молчала несколько мгновений, обдумывая дальнейшие слова. – Я вовсе не собиралась быть такой рассудительной, когда только приехала сюда.

– А я и не жду, что ты будешь рассудительной. – Это качество было последним, какое он хотел видеть в ней, однако ему стоило сделать комплимент по этому поводу, ведь именно такую женщину лорд Стилуэлл любил. Виконт медленно улыбнулся. – Но все же ты рассудительна.

– И моя вина в происходящем тоже есть.

– Кажется, я об этом уже говорил.

– Все это похоже на своеобразную игру…

– Но, разумеется, это никакая не игра.

– Нет, конечно. – Она покачала головой. – Но если бы это было игрой и мы бы не принимали в расчет мистера Темпеста, потому что он дело рук моего брата…

– Да, конечно, мы не должны принимать его в расчет.

– Тогда стоило сказать, учитывая вещи, которые я не рассказывала тебе, и те, о которых умолчал ты…

– Да-да, продолжай!

Потянувшись, Уинфилд привлек не оказывающую сопротивления Миранду к себе.

– Что это можно рассматривать как приманку. В смысле, твои злодеяния…

– Давай называть их ошибками, а не злодеяниями. Это слово звучит очень…

– Хорошо. – Обхватив виконта руками, леди Гаррет заглянула ему в глаза. – Пусть будут ошибки. И твои по сути ненамного хуже моих.

Лорд Стилуэлл усмехнулся.

– А мне так никогда и не казалось.

– Давай договоримся в будущем никогда ничего не скрывать друг от друга ради сохранения доверия, – предложила Миранда.

– Тогда, исключительно в интересах доверия, я должен сказать, что хочу тебя поцеловать. – Его губы приблизились к ее.

– Давайте же, милорд, – прошептала леди Гаррет, касаясь своим дыханием его рта. – Мне это уже было известно.

Но как только их губы встретились, в дверь постучали, и она тут же открылась.

– Прошу прощения, милорд.

Прескотт вошел в комнату. Вздохнув, Уин отпустил Миранду. Сдержав смех, она отошла в сторону. Но улыбка виконта погасла, как только он увидел выражение лица дворецкого.

– Что случилось, Прескотт?

Дворецкий перевел взгляд на леди Гаррет, а затем снова посмотрел на виконта.

– Я подумал, что вы захотите знать, милорд. Произошел несчастный случай.

Миранда судорожно вздохнула. От страха у лорда Стилуэлла скрутило живот.

– Что еще за несчастный случай? – спросил он.

– Рабочие опускали одну секцию лесов, и она упала, сэр, – сообщил Прескотт.

Леди Гаррет побледнела и оперлась рукой о спинку стула.

– Он… – Миранда помотала головой, как будто хотела собраться с мыслями. – Кто-нибудь…

– Кто-нибудь пострадал? – резко закончил фразу Уинфилд.

– Трое, милорд.

Леди Гаррет упала на стул, ее глаза расширились от ужаса.

– Насколько серьезно?

– Похоже, ранения не смертельные.

Она вопросительно смотрела на дворецкого.

– Вы уверены?

– Да, миледи. – Слуга кивнул. – Двое мужчин потеряли сознание от удара, но уже пришли в себя. Ну а ранения сводятся к нескольким неприятным порезам и синякам и, возможно, к одному растяжению. Сейчас пострадавших везут в деревню.

– Слава богу!

На мгновение Миранда закрыла лицо ладонями.

– Благодарю вас, Прескотт!

Виконт сделал шаг в сторону леди Гаррет, чтобы успокоить ее, и тут понял причину ее состояния. Ощущение было такое, будто на него опрокинули ведро ледяной воды: дыхание перехватило, сердце защемило. Конечно! Именно так погиб муж Миранды! Несомненно, сегодняшний несчастный случай всколыхнул воспоминания и заставил вспомнить то горе, которое она испытала, потеряв его. Лорду Стилуэллу стало совершенно ясно, что погибший муж никогда по-настоящему не уйдет для нее в прошлое. Сможет ли Уин жить с этим всю оставшуюся жизнь?

Глубоко вздохнув, виконт попытался не отвечать на этот вопрос. Проигнорировать ужасную правду, раздирающую его изнутри.

Лорд Стилуэлл пересек комнату, наполнил бокал виски и принес его Миранде. Ее рука дрожала, когда она его взяла. Уин был не на шутку удивлен тем, что его рука не дрогнула. Собственно, почему нет? Но внутри него словно появилась леденящая душу пустота. Виконт подумал, что это ненадолго и боль скоро придет.

– С тобой все в порядке? – твердо спросил он.

– Думаю, да. – Леди Гаррет сделала глоток. – Это просто…

– Я знаю, что это было. – Лорд Стилуэлл говорил резким тоном и ничего не мог с этим поделать. – Именно так погиб твой муж. И ты сразу все вспомнила.

– Конечно, вспомнила. Было бы странно, если этого не произошло, – тихо проговорила она.

Отвернувшись, Уинфилд подошел к окну и устремил невидящий взор на сад. Еще никогда в жизни он не был в таком замешательстве: он просто не знал, что делать.

– Уже вечереет, – наконец произнес виконт. – Гости начнут приезжать через несколько часов. Думаю, тебе надо приготовиться к балу.

– Уинфилд, – заговорила Миранда. В ее голосе зазвучало беспокойство. – Что происходит? Прескотт сказал, что раны неопасные.

И все же есть ли какой-то выход?

– Есть то, что я мог сделать, Миранда, с чем мог встать лицом к лицу. Но есть вещи, которых я изменить не могу.

– Что ты имеешь в виду?

Лорд Стилуэлл снова повернулся к ней и криво улыбнулся.

– Я не могу отдать свое сердце женщине, которая уже отдала свое другому. Я не могу состязаться с мертвецом.

– Но в этом нет необходимости.

– Я же видел выражение твоего лица, дорогая.

– Это был несчастный случай, только и всего. – Она вопросительно смотрела на него. – Надеюсь, ты понимаешь, как это могло расстроить меня?

– Понимаю! Я много чего понимаю. Сейчас. Но я должен был понять в самом начале. Прошлое всегда с нами, Миранда. – Уинфилд покачал головой. – Я не могу тебя просить, чтобы ты изменила то, что чувствуешь. В этом нет твоей вины. В этом нет ничьей вины. К несчастью, именно это чувствую я.

Лорд Стилуэлл пошел к двери. Схватив его за руку, леди Гаррет повернула виконта к себе.

– Прекрати, прекрати немедленно!

– Я бы с радостью сделал это.

– Ты становишься неразумным.

– Как ни странно, я это осознаю.

– Это не имеет никакого отношения к тебе и мне.

– А мне как раз кажется, что имеет. Но, похоже, это не важно. – Лорд Стилуэлл несколько мгновений смотрел в ее глаза, карие на этот раз, выражавшие страх и тревогу. – Мне известно, что я не твоя первая любовь. Но осознание этого не упрощает ситуацию. И я не могу не задавать себе вопрос, была ли эта твоя первая любовь истинной? Встретила ли ты родственную душу, если верить в такие вещи. Наверное, это глупый, романтичный подход, но так уж выходит.

– Что ты говоришь?

– Я не могу состязаться с умершим человеком, и я никогда не смогу занять его место. Несколько недель назад я попросил тебя доказать, что ты хочешь двигаться вперед. Боюсь, то, что ты показала сейчас, подтверждает мою точку зрения. – Уинфилд покачал головой. – Мне, правда, очень жаль, Миранда. Больше, чем ты думаешь. Но я не могу провести остаток жизни, зная, что я не более чем замена в сердце женщины, которую я люблю. И я всегда смогу только так относиться к этому.

– Я не могу изменить прошлое, Уинфилд, да и не хочу. Оно сделало меня такой, какая я есть.

– Я это очень хорошо понимаю. Возможно, если бы я первым встретил тебя…

– Нет. – Она покачала головой. – Тогда я была совсем другой женщиной. Мы бы не подошли друг другу.

– Может быть, и нет. – Виконт замолчал. – Это один из неожиданных поворотов судьбы, ты так не думаешь? Божья причуда или что-то в этом роде. Когда я не искал, я наконец нашел женщину, подходящую мне, любовь всей моей жизни. Но, похоже, я опоздал. – Он убрал ее руку со своей и поднес к губам. – Я не могу быть для тебя чем-то меньшим, чем ты для меня. Я хорошо себя знаю и понимаю, что может меня погубить. Погубить нас. И ты бы возненавидела меня.

Отпустив ее руку, лорд Стилуэлл повернулся и вышел из комнаты. Он шел не останавливаясь. Его ноги двигались сами по себе, но разум был таким же холодным, как и сердце. Ему не хотелось думать и чувствовать что-то. Уинфилд не замечал, куда идет, у него не было какой-то определенной цели. Наконец виконт осознал, что находится в беседке, и понял, что он шел все это время. Он не собирался идти сюда, но каким-то образом оказался именно в этом месте. Да уж, вероятно, стоило прийти в эту беседку – памятник обреченной любви. В задумчивости виконт опустился на одну из мраморных скамеек. Он не представлял, что делать дальше.

Той частью его разума, которая сохранила некое подобие рационального мышления, лорд Стилуэлл понимал, что ведет себя глупо. И это было совсем на него не похоже, но он не мог ничего поделать. Уинфилд никогда в жизни не чувствовал себя так. Он никогда до этого не любил. И больше не полюбит.

Лорд Стилуэлл не считал себя человеком, готовым сдаться, уступить. И вот теперь его поглотило чувство беспомощности. Он ничего не мог сделать. Не мог заставить Миранду разлюбить покойного мужа. Не мог прожить остаток жизни, чувствуя себя его заменой.

Ветер зашуршал в листве деревьев, напоминая вздох искреннего сочувствия. Конечно, здесь самое подходящее место для этого. Уин подумал о том, что Томас и Энн сказали бы о его состоянии. Испытали бы к нему симпатию? Или сказали, что их разлучила смерть, а все остальное решаемо?

Виконт не знал, как преодолеть себя, да это больше и не имело значения. Это не был логический или разумный вопрос. Это, скорее, эмоции, чувства. Примитивные, новые, ужасные. Мрачный, тяжелый груз, который давил где-то внизу живота, сжимая грудь и сердце.

Встав, лорд Стилуэлл направился в сторону Фейрборо. Ему предстоит пережить бал, а потом он сделает все необходимое, чтобы никогда больше не встречаться с Мирандой Гаррет. Грей сможет наблюдать за ходом реконструкции. Этой ночью Уин будет общаться с Мирандой вежливо и отстраненно, ведь у него нет другого выбора. А завтра, каким бы трусливым ни был его поступок, он уедет в Лондон или еще куда-нибудь, где не сможет встретиться с ней.

Виконт никогда прежде не боролся с женщиной. И теперь понял, что этой битвы он выиграть не смог бы. Даже если это было сражение с самим собой.

Леди Гаррет смотрела на дверь библиотеки. Сначала произошедшее настолько ошеломило ее, что она была не в состоянии что-то сказать, а теперь было слишком поздно. Миранда не знала, как показать и доказать Уину, что Джон – это часть ее прошлого. А он сам – ее будущее. Единственное желанное будущее. Более того, хоть это и казалось ей вероломным и ошибочным, но леди Гаррет была уверена, что если бы они лишь сейчас познакомились с Джоном, то не подошли бы друг другу. Да, конечно, она его любила, но это было так просто. Сейчас Миранда стала другой женщиной.

В отношениях с Уинфилдом не было ничего простого. Да ей и не хотелось, чтобы было. Любовь к виконту пьянила, возбуждала и была абсолютно непредсказуемой. В ней было больше, чем леди Гаррет осмеливалась мечтать.

Миранда принялась ходить по библиотеке, раздумывая, что делать дальше. Можно было, конечно, пойти следом за ним, но она не знала, что сказать, поэтому опасалась, что ее слова не помогут исправить положение, а лишь усугубят его. Возможно, лучше оставить лорда Стилуэлла на некоторое время в покое. Он сам придет в себя. Едва эта мысль пришла ей в голову, как леди Гаррет скептически усмехнулась. Уинфилд никогда не приходит в себя без чьей-либо помощи. Он слишком огорчен и уязвлен. Сердце Миранды болело за него. Она бы никогда по своей воле не обидела его. Несколько месяцев леди Гаррет почти каждый день встречалась с этим человеком. И наверняка придумает, как справиться с непростой ситуацией.

Вдруг Миранда остановилась. Похоже, есть только один способ доказать ему, что она двигается вперед по жизни, а он единственный, с кем ей хочется идти дальше. Правда, возможно, это будет ужасной ошибкой и приведет к ужасному, публичному и личному, унижению их обоих. Если ее затея не удастся, этот человек разобьет ей сердце. Но это риск, на который леди Гаррет должна пойти. А разве не виконт говорил, что чем больше риск, тем больше награда?

Тем не менее этот раз риск с наградой не сравним. От него зависит их будущее.

Глава 27

Леди Фейрборо была права. Это действительно волшебная ночь.

Погода была чудесная, еда великолепной, а музыканты восхитительными. Даже звезды в небе весело мерцали, словно пытались затмить своим светом серебристые копии, приклеенные к бесконечным ярдам крашеного муслина, на стенах поместья.

Миранда не помнила, чтобы на какой-либо бал приходило столько людей. Однако традиция предписывала приглашать всех обитателей графства, независимо от состояния и положения в обществе. Поскольку бал проводился за городом, он был чуть менее официальным, чем любое лондонское мероприятие, но многие сочли нужным приехать именно в Фейрборо. Леди Маргарет говорила, что на бал обычно собирается огромное количество людей, а в этом году гостей будет еще больше в связи с реконструкцией Фейрборо-Холла, ставшего предметом любопытства всей округи.

Графиня торжествовала. Ее муж отлично проводил время. С лордом Стилуэллом была отдельная история.

Уинфилд сделал все возможное, чтобы избежать встречи с леди Гаррет. Впрочем, она не слишком удивилась, увидев, что он прячется за пальмами. Правда, Миранда заметила, что у него все равно нет отбоя от привлекательных партнерш по танцам. Это раздражало больше всего. К счастью, чувство ответственности не позволяло Уину уйти.

Бал был в разгаре. Пора! Леди Гаррет отвела в сторону лорда Фейрборо и рассказала о своем плане.

– Вы уверены, что хотите сделать это?

– Ничего другого мне в голову не приходит. – Она криво улыбнулась.

– Очень хорошо. – Граф кивнул. – Я исполню свою роль, и будем надеяться на лучшее.

Зазвучал следующий вальс. Встретившись с Мирандой взглядом, лорд Фейрборо кивнул. Глубоко вздохнув, она подошла к Уинфилду, беседующему с хорошенькой юной блондинкой – дебютанткой, без сомнения.

– Милорд, – с сияющей улыбкой проговорила леди Гаррет, – мне кажется, это наш танец.

Виконт перевел взор с собеседницы на Миранду и обратно.

– Примите мои извинения, леди Гаррет, но это совсем вылетело у меня из головы, – сказал он. – И вальс уже сыгран наполовину.

– Тем более нам не следует мешкать. – Она одарила блондинку пренебрежительной улыбкой.

Лорд Стилуэлл улыбнулся юной леди.

– Прошу прощения, мисс Робб.

Повернувшись к Миранде, он подал ей руку. Она взяла ее, Уин увлек ее в центр зала, и они закружились в вальсе. В их первом танце. Она не допустит, чтобы этот вальс стал последним.

– Слишком молода для тебя, не считаешь? – весело спросила леди Гаррет.

– Ничуть. – Виконт вежливо улыбнулся.

– Думаю, она согласится стать твоей женой, если ты сделаешь ей предложение.

– Большинство женщин согласятся.

Миранда глубоко вздохнула.

– Я много думала о нашем последнем разговоре и должна признать, что я ошибалась.

– Неужели?

– Да, ошибалась. – Она улыбнулась ему. – Не стоило извиняться за то, что я называла тебя олухом, потому что, конечно, ты олух и есть.

Лорд Стилуэлл прищурился.

– Позволь спросить тебя вот о чем. Ты чувствуешь ответственность перед своими работниками? Опасаешься, что с ними что-то может случиться?

Уин нахмурился.

– Да, конечно, – сказал он.

– Тогда ты должен понять, почему я огорчилась, узнав о том, что мужчины, по сути мои работники, получили повреждения.

– Полагаю, я действительно не…

– Нет, ты был очень занят раздумьями о своем неверном выводе, потому что ты постоянно думаешь о том, что сделал неправильный выбор и выбрал не подходящую тебе женщину.

– Не говори ерунды! – Лицо виконта напряглось. – И здесь не место для подобных разговоров.

– Но ты не оставил мне выбора. Если мы не решим эту проблему сегодня ночью, то ты сбежишь в Лондон. Снова.

– Я не… – Он стиснул челюсти. – Сейчас не время.

– Если только ты не бросишь меня здесь, посреди зала, это моя единственная возможность поговорить с тобой. – Миранда замолчала, чтобы обдумать свои дальнейшие слова. – Ты должен знать, что я намерена продолжать работать.

– Буду рад дать тебе отличные рекомендации. – Лорд Стилуэлл сурово посмотрел на нее сверху вниз. – Но это больше не моя забота.

– И все же я подумала, что тебя это может заинтересовать. – Леди Гаррет умолкла, чтобы выполнить безупречный поворот в танце. Уин оказался прекрасным партнером. – Я действительно думаю, что будет разумно закрыть или продать фирму «Гаррет и Темпест».

Эти слова привлекли его внимание.

– Ты серьезно?

Миранда кивнула.

– Несмотря на то что сейчас это мой бизнес, его начинал мой муж, и я думаю, что мне надо все начать с чистого листа.

В его голубых глазах промелькнула надежда.

– Правда?

– Мне ни к чему держаться за прошлое. Я предпочитаю смотреть в будущее. – Она пожала плечами, хотя это было нелегко сделать во время танца. – Я не вижу иного способа доказать тебе, что хочу идти вперед. Я не могу изменить прошлое, и никто не может. Я любила Джона, но то чувство не идет ни в какое сравнение с тем, которое я испытываю к тебе.

– Ты никогда не говорила, что любишь меня, – медленно произнес виконт, буравя ее взглядом. – Ты должна была раньше сказать об этом. Это очень важно.

– Да, я должна была сказать, как только поняла это. Прими мои извинения.

Лорд Стилуэлл не отводил от нее глаз.

– Извинение принято.

– Для меня невыносима мысль о том, что я проживу остаток жизни без тебя. – Уин провел ее через очередной сложный поворот вальса, и она продолжила: – И я не собираюсь жить без тебя.

Его брови сошлись на переносице.

– Не собираешься?

– Нет! Ты надоедливый, упрямый олух со сложным характером, но я не позволю тебе сбежать из моей жизни в приступе нелепой гордости и недопонимания.

– Постарайся больше не описывать меня таким… привлекательным. – Уголки его рта дрогнули, словно он едва сдерживал улыбку.

– Я же говорила, что всегда хотела заполучить порочного мужчину, и теперь, когда я нашла… такого…

– Что?

– Ты ошибался, когда говорил, что меня ничего не пугает. Я боюсь очень многого. В моем списке под номером один стоит страх потерять тебя.

– Миранда…

– Но есть еще одна вещь, которую я должна тебе сказать, потому что это тоже очень важно.

Музыка стихла, и лорд Фейрборо занял свое место в центре террасы, чтобы по традиции обратиться к присутствующим.

Виконт в недоумении смотрел на партнершу.

– Какая? – спросил он.

Леди Гаррет выразительно взглянула на него.

– Кажется, твой отец собирается произнести речь.

– Какая еще одна вещь? – нетерпеливо спросил лорд Стилуэлл.

– Это подождет. Как ты сказал, сейчас не время.

– Миранда!

Сдержав удовлетворенную улыбку, леди Гаррет направилась к его матери, Грейсону и Камилле, стоявшим возле лестницы, ведущей на террасу.

– Мне кажется, время очень даже подходящее, – пробормотал у нее за спиной смущенный и раздосадованный Уинфилд. Отлично! Ей нравится действовать ему на нервы, и это получается лучше всего, когда он смущен. Пока все идет по плану.

– Добрый вечер, друзья, соседи и достопочтенные гости! – начал граф. – Прошедший год был, мягко говоря, долгим и необычным. Я очень рад приветствовать вас…

Уин наклонился к леди Гаррет и прошептал ей на ухо:

– Ты самое невыносимое существо, которое я когда-либо встречал.

– Да, мне это известно.

– Я настаиваю на том, чтобы ты сказала…

– Ш-ш-ш!

– …и лучше всего, – продолжал лорд Фейрборо. – Я хочу воспользоваться возможностью…

– Тебе будет интересно выслушать это, – прошептала она.

– Я уже слышал речь отца на балу в честь дня летнего солнцестояния. – Он опустил на нее взгляд. – Чего ты мне не сказала? Сейчас не время для игр, Миранда!

– Слушай своего отца, Уинфилд!

Раздраженно засопев, виконт перевел взгляд на графа.

– …и объявить о помолвке моего сына, лорда Стилуэлла, и очаровательной леди Гаррет.

В один миг взоры присутствующих устремились к ним. Прислонившись к Уину, Миранда проговорила, понизив голос так, чтобы был слышно только ему:

– Мой дорогой лорд Стилуэлл, вы можете оказать мне великую честь и принять мое предложение руки и сердца?

– Ты уверена? – Он поискал взглядом ее глаза.

– Еще никогда в жизни я не была так уверена в чем-то. – Она замолчала. – Хотя тебе следует знать, что все мои помолвки заканчиваются свадьбами, а ты будешь всего лишь моим вторым женихом.

Виконт несколько долгих мгновений молча смотрел на нее. Сердце неистово колотилось в ее груди. Леди Гаррет не представляла, что будет делать, если он откажется, если не захочет принять ее предложение.

– Ну? Примешь? – Миранда затаила дыхание.

– Нет, леди Гаррет. Я не стану вашим вторым женихом. – Улыбка медленно появилась на его лице. – Но я буду последним.

Виконт взял ее руку и поднес к своим губам. Толпа зааплодировала.

– Без сомнения, ты сделаешь еще что-то, – тихо проговорила Миранда, глядя ему в глаза. – Тебе же надо поддерживать репутацию повесы.

– Да уж. О чем только я думал!

Усмехнувшись, лорд Стилуэлл заключил леди Гаррет в объятия, наклонил и поцеловал так, как никогда прежде. Толпа одобрительно взревела, а Миранде пришло в голову, что среди собравшихся не было человека, который не заключил бы пари на то, женится ли Уин после этой помолвки или нет. Она очень надеялась, что тот, кто будет спорить против их свадьбы, не слишком много потеряет.

Постепенно шум в толпе стих, и во всем мире не осталось никого, кроме виконта и его возлюбленной и стука их сердец, бьющихся в унисон. И так будет до конца их дней.

Лорд-распутник и гувернантка. Кто бы мог подумать?

Июль 1887 года

Достопочтенная виконтесса Гаррет и достопочтенный виконт Стилуэлл.

Просят оказать им честь и пожаловать на их брачную церемонию, которая состоится в среду, 20 июля, в 11 часов в Фейрборо-Холле.

Эпилог

3 недели спустя…

Лорду Стилуэллу говорили, что, возможно, Фейрборо – не лучшее место для проведения свадьбы, потому что прежняя брачная церемония, запланированная там, была отменена. Однако здесь было несколько мест, где запланированные свадьбы проводились в срок. Уинфилд и Миранда пришли к согласию, что не может быть лучшего места для клятв в вечной любви, чем беседка рядом с имением.

Его мать превзошла саму себя, правда, у нее был богатый опыт планирования свадебных торжеств. На лужайке расставили столы со стульями и соорудили на траве временный настил для танцев. Саму беседку украсили лентами и свежими цветами. Виконт невольно задавался вопросом, оценят ли все это феи? Это было самое лучшее место для сотворения волшебства. Лучшее место для воссоединения любящих сердец.

И теперь, рядом с женой, уверенный в своем будущем Уинфилд обвел взглядом собравшихся, среди которых были лишь самые близкие – их друзья и родные. И еще двух гостей, которых не приглашали, но тем не менее хорошо приняли. Когда виконта и Миранду наконец-то объявили мужем и женой, раздался всеобщий вздох облегчения, который показался жениху раздражающим, но вполне понятным.

– Поверить не могу, что ты все-таки дошел до алтаря, – с усмешкой проговорил у него за спиной Грей.

– Никто не мог поверить. – Камилла улыбнулась. – Вы только можете вообразить, сколько пари было заключено в Лондоне на тему вашей свадьбы?

Невеста рассмеялась.

– Вы много выиграли?

– Ты даже не представляешь, – самодовольным тоном ответила леди Лидингем.

– Не может быть! – воскликнул кузен Уина, глядя на свою возлюбленную.

– Нет, конечно, – бросила Камилла и посмотрела на него с невинной улыбкой, которая никого не обманула.

Приблизившись к кузену, лорд Стилуэлл спросил, понижая голос:

– Ну а ты как нажился на этом?

– Думаю, достаточно будет сказать, что твоя свадьба принесла мне неплохой доход, – спокойно ответил Грей. – Кстати, о венчании… – Он замолчал. – Ты видел их? С одной стороны лужайки. Они наблюдали за происходящим.

Виконт кивнул.

– Мне было интересно, видел ли кто-то еще.

– У них был счастливый вид.

– Мне тоже так показалось. В конце концов, их беседка наконец-то стала местом свадебной церемонии, как когда-то и было задумано.

– Надеюсь, вы оба понимаете, что вы не так осторожны, как вам кажется. Мы слышали каждое слово. – Миранда улыбнулась. – И я тоже их видела.

– А я – нет. – Камилла подтолкнула возлюбленного локтем. – Ты должен был показать мне. И я бы хотела увидеть их снова.

Грей изумленно посмотрел на свою невесту.

– Так ты все-таки видела их? Томаса и Энн?

– Боже мой, Грейсон, человек не может вырасти в Миллуорт-Мэноре и не увидеть, по крайней мере, нескольких влюбленных призраков. Но ближе к делу… – Она прищурилась. – Насколько велик доход?

Лорд Стилуэлл рассмеялся.

– Весьма велик. – Усмехнувшись, кузен Уина ловко сменил тему разговора. – Теперь, когда тебе удалось заманить в сети брака женщину, которая, без сомнения, слишком хороша для тебя, найдутся ли у тебя и у Миранды какие-то мудрые слова для нас, поскольку мы с Камиллой пойдем по вашим стопам к алтарю?

– Во всяком случае, Грейсону понадобится вся его мудрость, – вмешалась леди Лидингем, с дразнящей улыбкой глядя на своего жениха.

– Доверие, – уверенно произнес виконт. – Доверие между вами – это главное.

– И еще честность, – добавила Миранда. – Только имейте в виду, не полная и обезоруживающая, а относительная честность.

– Лично я всегда предпочитала относительную честность, – пропела Камилла.

Ее возлюбленный приподнял брови.

– И не спешите делать поспешные выводы, – проговорила невеста. – Даже если вам кажется, что они абсолютно обоснованны и разумны, потому что велика вероятность, что кому-то другому они могут показаться лишенными смысла.

– Никогда не позволяйте семье вмешиваться в ваши дела, – вставил лорд Стилуэлл.

– Этот шанс упущен, – тихо произнес Грей.

– И будьте готовы к компромиссу. – Миранда улыбнулась своему мужу. – То, от чего откажетесь, может потерять всякую значимость по сравнению с тем, что вы обретете.

– И давай ей то, что она просит, кузен.

– В пределах разумного, ты хочешь сказать? – уточнил он.

Камилла усмехнулась.

– Не говори ерунды, дорогой.

– Например, Миранде всегда нравились порочные мужчины. – Уин наградил жену своей самой обаятельной улыбкой. Той самой, которую женщины считали обезоруживающей. Отныне и навсегда эта улыбка будет принадлежать одной-единственной. – И я был только рад предложить ей то, чего она хочет.

Грей кивнул.

– Так поступил бы любой умный человек.

– Порочный мужчина? Как интересно! – Леди Лидингем задумчиво посмотрела на Миранду. – Насколько я понимаю, распутникам почти невозможно сопротивляться. Как изменить их?

– Я могу быть очень порочным.

Кузен виконта усмехнулся.

– Знаю. – Камилла посмотрела на него с собственной демонической улыбкой. – И мне это по нраву.

– Похоже, что все сказано и сделано.

Повернувшись к мужу, Миранда посмотрела ему в глаза. У него перехватило дыхание при виде ее карих глаз, суливших бесконечное счастье и любовь, которые пребудут с ними до последнего вздоха. А может быть, как у Томаса и Энн, любовь не закончится и после их ухода в мир иной.

Каждый должен признать, что поведение распутника может быть весьма выгодно.

Примечания

1

Известная английская поэтесса Викторианской эпохи. Роберт Браунинг – ее муж (Здесь и далее прим. пер.).

2

Речь идет о пьесе У. Шекспира «Буря» (tempest (англ.) – буря, потрясение).

Content

Виктория Александер
В объятиях повесы

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Эпилог

Примечания