Ирина Эльба, Татьяна Осинская

ДНЕВНИК ТЕМНОЙ ЛЕДИ

Выражаем благодарность

Марине Анисимовой

за стихи, написанные

для данной книги

Война миров — извечная легенда —

Вдруг станет явью наших дней.

А мудрость сказок столь бесценна —

Найди разгадку в них скорей.

Сказочный мир — волшебное место, подарившее дом самым разным магическим созданиям. Издревле обширные земли были поделены между народами с разным Даром. Те, кому по рождению достались способности к светлой магии, объединились под предводительством самого сильного белого мага. Шериад Вариш, прозванный Миротворцем, стал первым императором Светлой империи, положив начало династии Варишей.

Все существа с темным Даром обосновались на территории, впоследствии получившей название Закатные земли. Многочисленные царства и княжества не признавали единой власти, однако, чтобы не скатиться в пучину междоусобиц, вверили себя Посланникам Мира, избранным от каждого удела, которые образовали Совет Магов.

Но были и те, кто не желал ограничивать себя только светом или тьмой. Заняв свободные территории, что соседствовали с Закатными землями и Светлой империей, они создали свой маленький мир и назвали его Зеленые холмы. Чудесное место, где одинаково радовались созданиям с любым Даром или вообще без оного. Волшебный край с дивными садами и кристальной чистоты озерами, где не знали горестей и бед. Пока не началась Смутная война…

Первое столкновение между землями, до этого жившими в согласии, началось после нападения неизвестных тварей, за одну ночь уничтоживших целое поселение в Зеленых холмах. Светлые маги обвинили во всем темных и спешно закрыли границу империи, установив дополнительный непроницаемый магический контур. Видимо, Шериад Вариш надеялся защититься таким образом от неизвестной угрозы. А вот темные… Они попытались помочь жителям Зеленых холмов, но, увы, оказались не готовы к столкновению с существами, выбравшимися из Хаоса, и их кукловодами.

Так началась Смутная война, за свой недолгий срок унесшая несчетное количество жизней. В стороне не остался никто: ни светлые, ни темные, ни магические лишенцы.[1] И когда уже казалось, что надежда окончательно покинула Сказочный мир, появились они…

Сидхаи — древнейшая раса, считающаяся прародителями всех магов. Они повелевали изначальными стихиями, коим были подвластны Жизнь и Смерть. Поговаривали, что их знания зародились вместе с миром, а умения были способны погрузить все сущее в Изначальную тьму. Сильнейшие из воинов, пришедшие на помощь умирающему миру.

Объединив народы, они повели их за собой в последний бой. Общими усилиями воинам удалось оттеснить врага в глубь территории Зеленых холмов, а после изгнать Кукловодов из Сказочного мира. Однако тварей, что рвались из разрывов мировой материи, было слишком много, и на место уничтоженных пробирались новые. Тогда Великий владыка сидхаев, воспользовавшись своей силой, стянул все разрывы в одно место и оградил эту территорию непроницаемым куполом. Так Зеленые холмы получили новое прозвище — Земли Хаоса.

Никто не знает, что случилось с сидхаями за Границей, но спустя некоторое время по Сказочному миру стали гулять легенды…

Где-то в самом сердце Земель Хаоса существует чудо-град, и хранятся в нем такие несметные богатства, что даже крепостная стена сложена из мрамора, а по периметру ее установлены серебряные щиты. На рассвете они отражают лучи восходящего солнца и этим сиянием сжигают тварей Хаоса, за ночь подобравшихся к границе города. Каждый дом в этом граде украшен драгоценными каменьями, что даже не имеют названия в нашем мире. Вдоль улиц растут волшебные деревья, на которых расцветают рубиновые цветы. В многочисленных садах журчат фонтаны с золотыми песчинками. Купола на дворце Великого Владыки отделаны несчетными алмазами, что своим сиянием затмевают свет Древней звезды.

Хочется верить, что в этих легендах есть хоть доля правды. Спасители мира — сидхаи — должны жить именно в таком волшебном месте. Благодаря их силе и отваге Сказочный мир смог выжить. Жаль, покой был недолгим…

Запись первая,

вводная

Осторожность действий:

Шаг вперед и два назад.

Неизбежность бедствий

Звезды нам сулят.

— У кого есть вопросы? — спросил Полоз Гадович и обвел аудиторию взглядом змеиных глаз.

Наг в истинной ипостаси с длинными темно-зелеными волосами и в кожаной жилетке на обнаженном торсе вызывал искреннее восхищение. Так что если у кого-то и были мысли, то они разбежались при виде преподавателя. Ну, почти у всех…

— У меня вопрос, — отозвалась Яника, привлекая к себе внимание. — Вы сказали, что первым светлым императором был Шериад Вариш, положивший начало династии Варишей.

— Так и есть. Срок их правления исчисляется тысячелетиями.

— Тогда почему сейчас на троне наследник династии Роатор?

— Потому что десять лет назад род Варишей прервался. По официальным данным, это была череда несчастных случаев.

— А по неофициальным?

— Малин Вариш, последний представитель этой династии, был новатором. Он пытался наладить отношения с Темными, но не всем оказались по душе его взгляды. Незаинтересованные лица полагают, что древний род целенаправленно истребили. Еще вопросы?

Несколько раз нервно дернув кончиком змеиного хвоста, учитель потер лоб с маленькими янтарными чешуйками и устало поинтересовался:

— Вы хоть что-нибудь запомнили?

— Да! — раздался нестройный хор голосов, после которого Полоз снова обвел нас подозрительным взглядом.

— А чего это вы такие довольные?

— Так боевые маги с практики вернулись, — не стала скрывать наша рыжая староста Любава.

— Отмечали?

— Отмечали, — покаянно склонили головы не выучившие урок Ёжки.

— И до которого часа продолжалось веселье? — понимающе улыбнулся наг.

— Веселье — до появления князя Альтеры…

— Он вас разогнал?

— Нет, князь поймал свою невесту и увел порталом в княжество, на этом веселье и закончилось… а настойка еще оставалась.

После этих слов одиннадцать пар обиженных глаз скрестились на девушке — Янике, мило опустившей светловолосую головку. Поправив локон, кончик которого был выкрашен в новый — сиреневый — цвет, она пожала плечиками и счастливо улыбнулась. Ну да, любовь…

— И после этого вы разошлись? — возобновился допрос.

— Не-а. Мы продолжили уничтожать стратегические запасы скатерти-самобранки, пока не явился магистр Дархариус и не уволок свою невесту.

Теперь уже десять взглядов сверлили невозмутимую княжну Серых волков-оборотней — Верею, не желающую делиться подробностями своего бурного романа с одним из преподавателей АТБИ.[2]

— И, уходя, он вас разогнал?

— Вот еще, — отмахнулась наша староста, — он же не наш преподаватель. Потом еще было явление Ырка…

— А это кто? — удивился Полоз Гадович.

— Брат Химаэнир и жених Голубы. Явился этот зеленый порталом, закинул нашу Ёжку на плечо и уволок в свое стойбище.

— Так вот на кого сработала защита школы, — покачал головой наг. — Думаю, именно после этого вы разошлись по комнатам.

— Вообще-то нет. Последней каплей было появление ректора АТБИ… Вот он-то нас и разогнал.

— Это как же вы шумели, что сам Мстислав Яромирович пришел в Школу Сказок?

— Да не, мы тихо себя вели. Он за женой явился. Видите ли, тридцать два богатыря и один шаман Западного племени орков — неподходящая компания для молодой девушки.

В этот момент все взгляды сосредоточились на Химаэнир, которая недавно стала женой боевого мага Мстислава Коршунова. Хорошая из них вышла пара, красивая. Статный мужчина и маленькая полуорчанка, с розовыми волосами, вредным характером и любимой дубинкой для воспитательных работ.

— А то, что эта девушка сидела в компании любимых подруг, почти сестер, он как-то упустил, — возмутилась Веселина и припечатала, вызывая у нас смешки: — Ревнивец!

Что есть, то есть. Свою жену ректор берег пуще зеницы ока. Сдувал с нее пылинки и носил на руках, вызывая вздохи умиления и приступы зависти. Светлой, конечно, но все же.

А еще на подходе была свадьба Яники и Китара. На подготовку князь дал всего два месяца, так что сейчас все княжество бегало, как упырем укушенное, стараясь успеть. Наши наставницы Яги не отставали, желая сделать первую нормальную свадьбу одной из Ёжек незабываемой. Ну и мы помогали чем могли, хотя большую часть времени подбирали платья. Причем всем будущим невестам…

— Все с вами ясно, — вздохнул наг и махнул рукой в сторону выхода из класса. — Ладно, можете быть свободны. Но к следующему занятию чтобы подготовили доклад на тему «Особенности жизни и быта подземных обитателей»!

— А наги к подземным относятся? — спросила Любава и звонко рассмеялась над выражением лица преподавателя.

Полоз не ответил. Тяжко вздохнув, он раскрутил свой хвост и пополз на выход. Все решили последовать примеру… Нет, не в том смысле, что поползли, просто с удовольствием покинули светлое, но маленькое пространство класса.

— Рассола хочу! — простонала я, держась за голову.

— Не притворяйся, зелье ведьмочек давно сняло все симптомы похмелья!

— Это не отменяет моего желания выпить рассола! Кто со мной на поляну?

Естественно, пошли все. Переместившись с помощью портала, соединяющего многочисленные аудитории и тренировочные полигоны с территорией нашего ёжкиного общежития, мы отправились по натоптанной в снегу тропинке на любимую поляну — единственный оплот лета среди царящей вокруг зимы. Оттого ведьмочки-подружки и боевые маги были нашими частыми гостями: валялись на прогретой солнцем траве и нежились под теплыми лучами. За это маленькое чудо стоило сказать спасибо дриадам, что охраняли здешние леса и постепенно восстанавливали их после нападения Жрецов Света.

Скатерть-самобранка, уже который месяц радовавшая нас своей стряпней, лежала на траве, то загибая, то обратно распрямляя уголки. На наш недоуменный вопрос, что это она делает, последовало невозмутимое:

— Загораю!

Решив не мешать кормилице, выпросили у нее рассол, компот и пирожки и пошли на опушку перед Избушкой, на ходу снимая зимнюю одежду и скидывая валенки. После слепяще-белых сугробов невероятные по своей красоте клумбы с живыми цветами — плотоядными, между прочим! — радовали глаз. И все это благодаря одному из моих заклинаний, которое я нашла в гримуаре прародительницы.

Устроившись рядом с Розочкой, я погладила мою девочку по ядовитым шипам, почесала под чашелистиками и скормила несколько пирожков с мясом. За это моя хорошая, благоухая невероятным ароматом, распустила огромный бутон, прикрывая хозяйку от солнца.

Все-таки тяжко иметь бледную кожу! Вместо равномерного золотистого загара получаешь ожоги и расцветку несвежего мертвеца. Черные волосы выгорают, приобретая какой-то непонятный грязный цвет, да и вообще — вредно некромантам загорать! А я, Радомила Воскресенская, потомственная некромантка одного из самых древних темных родов!

Так что, поблагодарив Розочку за помощь, я с удовольствием растянулась на пледе. Рядом на траве расслаблялись подруги: кто подставлял лицо солнечным лучам, кто, с удовольствием причмокивая, потягивал рассол, кто-то тихонечко переговаривался, вспоминая вчерашнюю вечеринку. Подумать только — с начала учебного года прошло всего несколько месяцев, а сколько всего с нами произошло!

Пожалуй, самым ярким событием было зачисление в Школу Сказок на направление Зловредности по специальности Бабки Ёжки. Как сейчас помню полет на гусе-лебеде и явление директора школы — Колобка Батьковича, сообщившего о нашем новом ученическом статусе. Потом началась занимательная учеба и не менее интересные приключения, сплотившие нас и закалившие характер.

Окинув напоследок подруг довольным взглядом, я принялась листать гримуар. Передо мной стояла важная задача: выбрать ритуал, который одобрит мой учитель — магистр Мор. С ним я познакомилась благодаря ректору АТБИ, заинтересовав обоих своим Даром. Магистр вообще оказался довольно увлекающимся некромантом и с удовольствием участвовал в моих авантюрах. С его легкой руки я научилась десятку новых способов вызова души без вреда для кармы, трем способам упокоения мертвяков без энергетических затрат. И как апофеоз моего творчества мы постепенно собирали материал для создания тале-яра — слуги, что будет помогать в черчении обрядовых кругов, послужит переводчиком между мертвыми и живыми и сможет без вреда для здоровья уходить за Грань. Совершенно незаменимый помощник для любого некроманта!

А пока мы медленно изучали старые записи в гримуаре по созданию тех или иных существ, проверяя на практике некоторые из «рецептов». И результаты, надо признаться, получались весьма интересными. Розочка и ее сестрички прямое тому доказательство!

Аккуратно перевернув очередную страницу, я провела пальцем по гексаграмме[3] с рунными обозначениями сторон света и ключевыми переходами между слоями миров. В тексте, написанном родовым шифром, были пояснения, в какое время суток лучше всего проводить ритуал и какое небесное событие должно этому сопутствовать. В общем-то обычный призыв с колоссальными затратами энергии, рассчитанный на вызов древней души.

Неожиданный раскат среди ясного неба заставил меня вздрогнуть. Подскочив с места, я переглянулась с подругами и уставилась на приближающийся летательный аппарат.

Гром гремит, земля трясется — то Яга

в ступе несется! —

раздался усиленный магией голос, причем принадлежал он одному знакомому коту.

Злая, нервная Яга. Довели ведь до греха! —

продолжал выдавать кот Баюн, махая нам лапкой.

Ох, серчает же Яга, разбегайся кто куда!

Последнее котик выдал уже на земле и устремился к нам, распушив великолепный черный хвост. Морда у зеленоглазого прохвоста при этом была такая довольная, что невольно закрались подозрения о причине плохого настроения одной из наставниц.

Ядвига Еловна, самая старшая из Яг, и вправду была недовольна. Вместо привычного образа статной красавицы она явилась в облике неряшливой злобной старушки с костяной ногой. Плохи дела…

— Доброго дня, Ядвига Еловна! — поздоровались мы, опасливо наблюдая за Ягой.

— Как ваши дела? — поинтересовалась Любава, привлекая гневный взгляд к себе.

— Дела? А замечательно у меня дела! — выдала бабуся и, выбравшись из ступы, плюхнулась прямо в траву, при этом сложив руки на груди. — Все просто заежись!

— Поподробнее можно? — уточнила староста.

— Да вы… Вы… Да где это видано, чтобы Ёжки не смогли получить даже первую ступень, а? И почему?! Потому что половина собралась замуж, а некоторые уже даже вышли!

— Так вроде всего трое собрались…

— Уже пятеро! — пробурчала Ядвига и укоризненно посмотрела на Пелагею. — Твоей руки попросил царевич Иван. Сказал, что родители с обеих сторон дали добро, осталось получить благословение наставниц. Твоего согласия, между прочим, даже не спрашивал! — Последнее прозвучало так ехидно, что впору было заподозрить Ягу в попытке поссорить влюбленных.

Только Поля, кажется, этого даже не заметила. С глупой улыбкой она обвела взглядом поляну, потом нас и сосредоточилась на Ядвиге Еловне, ожидая ответа.

— Дала я согласие, дала, — махнула рукой старушка.

— Только вначале пыталась засунуть Ивана в печь, но это мелочи, — сдал хозяйку болтливый кот, вызывая смешки.

— Цыц, животное, а то отправлю тебя в гости к сестре. У ее Церберочки на днях как раз щенята родились, поработаешь воспитателем у мелких.

Фыркнув на откровенную угрозу, Баюн гордо задрал хвост да потрусил к Избушке, видимо, жаловаться на жизнь.

— О сроках речи пока не было, но, думаю, царевич долго ждать не станет. Любовя у него!

Радостно захлопав в ладоши, мы кинулись обнимать счастливую подругу, у которой до этого в самом разгаре был конфетно-цветочный период. Мы-то думали, Ваня еще год тянуть будет, а он вон как, испугался, что красавицу-ёжку уведут другие. В общем-то правильно сделал, потому что боевые маги из АТБИ неоднократно оказывали знаки внимания дочери Морского царя.

— А вторая невеста кто? — спросила Снежа, глядя на наставницу.

— Да ты, милая. Ты…

Удивление было всеобщим, а взгляды очень жадными. Сначала они скрестились на обвиняемой, но, заметив у нее на лице не меньший шок, переместились на наставницу. Она же, будто нас и не замечая, сверлила дочь Мороза Ивановича гневным взглядом.

— И кто же этот загадочный жених? — первой не выдержала Верея.

— Лучше спросите, откуда пришел запрос.

— И откуда?

— Из Светлой империи!

— Тысяча мертвяков! — выругалась я и посмотрела на подругу. — Ты когда успела со светлыми связаться?

— Не было ничего! Я даже ни с кем из них не знакома! — возмутилась снегурочка, растерянно глядя на Ядвигу Еловну.

— Знакома, девочка. Одному из них ты помогла сбежать. Напомнить подробности?

— Ой…

Да-а-а, вот тебе и ой! А мы все ждали, когда Снежане аукнется ее поступок. Совсем недавно, когда мы спасали Химаэнир из лап Жрецов Света, Снежа помогла сбежать нашему врагу с поля боя. Всему виной было его внешнее сходство с погибшим возлюбленным ледяной красавицы, которое и сыграло с ней злую шутку. В самый разгар сражения, когда к нам подоспела подмога, она провела огненного мага Янара через снежный коридор, помешав свершиться правосудию.

— Нет! — воскликнула Хима и строго посмотрела на снегурочку — Этот гад просек выгоду от брака с тобой, только и всего. Даже не смей соглашаться!

— Это моя жизнь и…

— Ты забыла, что он сделал с Айной? Или напомнить про мое похищение? Снежа, как бы этот прохвост ни был похож на твоего любимого, это не он! Пожалуйста, не позволяй чувствам затмить разум.

— В любом случае я ответила отказом! — вмешалась в зарождающуюся ссору Яга. — Пока не докажет, что достоин нашей ёжки, пусть даже не надеется на прощение. Про благословение вообще молчу!

— Повторяю, это — моя жизнь! И если я захочу, то выйду замуж хоть за самого императора Джамала Роатора! Никто мне не указ!

Резко развернувшись на пятках, снегурочка бросилась в сторону леса, оставляя после себя вихрь снежинок. Никто из нас за ней не последовал, прекрасно понимая, что Снежане необходимо время все обдумать и остыть.

— Эх, молодость, — вздохнула Ядвига Еловна и покачала головой.

Согласно покивав, мы вернулись к прерванным делам. До урока с магистром Мором оставалось не так много времени, и стоило поспешить с выбором ритуала. А еще я уверена, что часа через два до Пелагеи окончательно дойдет, что она невеста, и… придется обходить все свадебные салоны по новой.

И вот как при такой активности днем будет хватать сил на ночь? А меня, между прочим, ожидает приятное во всех отношениях свидание с очень милым мальчиком и в продолжение вечера — лунная ночь на крыше со специальными стеклами для наблюдения за звездами. Погружение в далекие и загадочные миры, что подмигивают из глубины небосвода и манят к себе. Но это будет значительно позже, а сейчас сосредотачиваемся на гримуаре!

Подняв книгу с земли, я осторожно стряхнула прилипшую травинку, да так и замерла, разглядывая звезду Эрцгаммы, двенадцать лучей которой украшали неизвестные мне символы. В тексте же было что-то про межтканевые переходы, позволяющие путешествовать не душой, а телом. Грубо говоря, я обнаружила в гримуаре ритуал для открытия портала, позволяющего ходить по… мирам! Не верю! Просто не верю! Зомби мне в мужья, кажется, я нашла свое практическое занятие!

— Девочки, а у кого какие планы после замужества? — раздался мечтательный голос Яники.

— Учиться буду, — хмыкнула Химаэнир, играя с огненным котенком. — Оказывается, вокруг еще столько всего интересного и неизведанного!

— И я даже догадываюсь, кто выступит твоим учителем и в каких областях! — не удержалась я от шпильки.

Уклонившись от полетевшего в меня яблока, я показала покрасневшей подруге язык и снова вернулась к просмотру материала. Эх, кто бы еще дал спокойно все изучить!

— Согласна, девочки! Учеба — прежде всего. Мы с Ядвигой Еловной тоже начали занятия по развитию моего дара, — поддержала полуорчанку Яника.

— А князь не против продолжения обучения?

— Он у меня вообще очень понимающий и заботливый! — мечтательно протянула Ёжка, а я в очередной раз позавидовала.

Мужчины у подруг и правда чудесные, даже несмотря на их возраст. Я же всегда предпочитала проводить время с ровесниками. Заботы от них, конечно, не дождешься, зато в постели порядок. А для моего темпераментного характера это один из важнейших критериев.

— Ой, девочки, даже представить не могла, что когда-нибудь выйду замуж, — вздохнула Верея, скользя ладонями по траве. — Я ведь не планировала связывать себя узами. Думала, закончу обучение, куплю домик ближе к границе с землями Хаоса и буду воевать. А тут свалился этот белобрысый оборотень как снег на голову и испортил все планы!

— И как ты теперь представляешь свою дальнейшую жизнь?

— Куда муж, туда и я, — пожала плечами оборотница. — Сами знаете особенность нашего вида — если женщина находит своего мужчину, то за ним хоть в огонь, хоть в воду, хоть на крайний север. Не думала, что скажу это, но быть слабой так приятно! Доверять любимому свои тайны и проблемы, искать защиты и утешения… Невероятное чувство!

— Да-а-а, — мечтательно протянули невесты, а я… не выдержала и фыркнула.

Собрав свои вещи и на прощание погладив Розочку по голове, я пошла в общежитие. Лучше посплю, чем буду слушать охи влюбленных девчонок! Ночь-то предстоит насыщенная!

* * *

— Никогда раньше не видел такого, — удивленно пробормотал магистр Мор, водя пальцем по звезде Эрцгаммы. — Ритуал, не привязанный к небесному событию, но способный открывать проходы… Невероятно!

— Сама в шоке! Ну что, будем пробовать?

— Такие обряды нельзя проводить без поддержки. Да и Совет Магов надо поставить в известность…

— А это бумажная волокита и неопределенные сроки! Так что сейчас идем на полигон, ставим экранирующее заклинание и пробуем. Да?

— Ох, проказница, подбиваешь старика на авантюры!

— Магистр, а четыре любовницы знают, что вы старик? — хмыкнула я и легко увернулась от маленькой молнии. — Вот и нечего прибедняться! Вперед за знаниями!

— Ох, Радушка, когда-нибудь твоя тяга к знаниям сыграет с нами злую шутку.

— Зато какой жизненный опыт! — улыбнулась я и, взяв мужчину за руку, потащила в сторону полигона.

Вздохнув, некромант вернул мне гримуар и приподнял длинные полы черной мантии, чтобы не мешала при ходьбе. Кофейного цвета волосы с разводами молочной седины были собраны в хвост, открывая взору ожог, больше всего напоминающий молнию, заключенную в круг. Располагался он на шее мужчины, привлекая внимание своей белизной на смуглой коже. На мой вопрос, откуда этот след, мужчина отмалчивался. Только хмурил брови да начинал жевать нижнюю губу.

На полигоне, как и ожидалось, было пусто. А все потому, что мы забронировали сектор пять на целый месяц вперед, планируя не один ряд испытаний из книги. Как же мне ее вовремя подарили! Как раз на праздник Мертвой луны, что был несколько месяцев назад и отмечался всем нашим родом.

В то время я как раз была на каникулах, которые устроил Мстислав Яромирович для всех учениц Школы Сказок, временно находящихся на его попечении. И за это ему стоило сказать большое спасибо! Ведь нападение Жрецов Света на школу стало для всех настоящим ударом! И ладно бы эти упыревы фанатики на том и закончили. Так нет же, продолжают делать гадости и активно действуют Ёжкам на нервы! Но я надеюсь, что это ненадолго и наш Совет сможет с ними разобраться.

— О чем задумалась? — спросил магистр Мор, забирая у меня из рук книгу.

— О светлых. Хотела бы я знать, какую цель они преследуют.

— Уничтожение темных, конечно же!

— Я тоже так думала, но… слишком очевидно. Почему-то мне кажется, что у них совсем другие планы.

— Есть идеи?

— Ни одной, просто интуиция.

— Да? А что она говорит по поводу нашего будущего ритуала? — усмехнулся мужчина.

— Что он изменит нашу жизнь! — улыбнулась в ответ я и вытащила из пространственного хранилища ата́м.[4] — Я занимаюсь фигурой, а вы символами?

— Как обычно, а затем перепроверяем друг друга.

Согласно закивав, я в последний раз заглянула в гримуар, запоминая рисунок, и приступила к работе. Ритуальный нож легко скользил по поверхности. Чуть смоченный магией мелкий песок легко принимал нужную форму и глубокими бороздами обозначал грань двенадцатиконечной звезды. Вершину каждого луча украшал рунический символ, выведенный уверенной рукой магистра. Четкие линии, ровные пропорции и полная сосредоточенность — одни из самых важных качеств для некроманта. Пусть многие ошибочно считают, что наша основная работа — возиться с трупами, так даже хорошо. Никому из них и в голову не придет, для чего на самом деле мы используем энергию, полученную от призраков и призванных душ, накопленную в артефактах.

— У тебя все?

— Готово! Кстати, символы я уже проверила, все в порядке.

— Лучи Звезды тоже хороши.

— Тогда начнем? — Проведя пальцем по корешку гримуара, я на выдохе произнесла заветное слово, после чего убрала уменьшившуюся книгу в карман.

Кивнув, магистр достал из складок мантии один из хранов с черной душой и расколол его с помощью ножа. Не дожидаясь появления привидения, мужчина бросил кристалл на песок и стал зачитывать заклинание активации.

Встав рядом, в центр Звезды, я присоединилась к ритуалу, постепенно превращая слова в песню и чувствуя, как контуры рисунка наполняются силой. Кажется, началось…

Энергия закручивалась в тугие спирали, касаясь кончика каждого луча и постепенно устремляясь в небо. Перейдя на магическое зрение, я с восхищением уставилась на черный смерч, который с каждым мгновением набирал обороты, черпая силу уже не из Звезды, а из окружающего мира, присосавшись к магическим потокам. Было в этом что-то жуткое, но первозданно-восхитительное, вызывающее трепет в груди.

И я даже не сразу заметила, что ноги оторвались от земли. Полет был таким неспешным, плавным. А когда понимание странности происходящего все же накрыло, было поздно. Мы с магистром Мором парили высоко над полигоном, вытягиваемые смерчем в неизвестность.

В один удар сердца скорость возросла, закрутив нас вместе с потоком силы, а потом и вовсе превратила весь мир в размытые краски, смешивая небо и землю в сплошную тьму. Ритуал подходил к концу…

Яника, дочь архитекторов. Ёжка.

Солнце померкло, и загудел ветер. Стук да гром, от которого затряслась земля… Вернее, затряслась Избушка — курьи лапки мелко задрожали от страха. Зарницы, мерцающие на потемневшем небе, не только дезориентировали общежитие, но и ослепили нас, приникших к окнам в попытках разобраться в происходящем.

— Ёжки, на выход! — прогремел командный голос Избушки, заставивший в спешном порядке эвакуироваться на улицу.

Выскользнув в коридор и пропустив вперед сонную Злату, я спустилась следом за девочками и замерла на крыльце общежития, с интересом рассматривая статную женщину в боевом облачении.

Стройный стан был скрыт доспехами, а голову украшал потрясающий кованый шлем. В одной руке было копье, другую же воительница уперла в бок, отчего вид ее сделался еще более грозным.

— Я не вижу среди вас Радомилы, — разнесся по опушке зычный голос, от которого захотелось зябко поежиться.

Быстро обменявшись взглядами, мы нахмурились и кивнули Любаве, предоставляя ей право слова.

— Здравствуйте, Марья Моревна! Вчера Рада собиралась встретиться со своим учителем — магистром Мором, а потом пойти смотреть на звезды. Еще не вернулась, но мы думали, она уснула и…

— Я не ощущаю ее в нашем мире, — враз как-то сгорбившись и поникнув, глухо промолвила нежданная гостья.

— Надо сообщить Ядвиге Еловне, она обязательно что-нибудь придумает! — подала голос Пелагея, но замерла от следующих слов женщины.

— Не стоит, мы сами найдем нашу девочку. И моровое поветрие будет самым малым наказанием для ее обидчиков! — С этими словами Марья стукнула копьем о землю и растворилась в воздухе.

Природа тут же успокоилась, будто и не было сильнейшего ветра, а молнии не рассекали небосвод. Птицы радостно зачирикали о чем-то своем, птичьем, но и они не смогли нарушить тягостное ощущение беды.

— Теперь я понимаю, почему ее Моревной назвали, — прошептала Ульяна.

— Чего мы стоим? Идемте скорее к Ядвиге! — сказав это, Голуба первая ступила с крыльца на тропинку, показывая пример.

— Ку-у-уда собрались мои горлицы? — вместе с раздавшимся хрипловатым голосом из-за деревьев, окружавших поляну, вышла и сама его обладательница, опираясь на клюку. Видимо, привычка появляться на людях в образе старой карги не отпускала женщину и ночью. — Голыми ногами да по ночной росе? А нам потом вместо утренних лекций первую помощь от простуды оказывать?

Ойкнув, Голуба забралась обратно на деревянные ступени, тесня остальных подружек. Одновременно с этим самые нетерпеливые наперебой стали рассказывать о произошедшем.

— Отставить панику! — Властность и уверенность наставницы быстро привели Ёжек в чувство. — Ничего непоправимого не случилось, мать бы первая это почувствовала. А тем более такая, как Марья Моревна. Но попотеть явно придется, пока искать будем да из беды выручать. А сейчас марш досыпать — на занятия утром!

Запись вторая,

о новых местах и старых знакомых

Судьбы дороги неизвестны:

Где встретишь друга, где врага.

Быть может, канешь ты в безвестность

Или удача ждет тебя?

В себя я приходила тяжело. Во всем теле царили слабость и ломота, голова раскалывалась от боли, а нормальному дыханию мешали какие-то непонятные крупинки, набившиеся и в рот, и в нос. Открыть глаза я не могла из-за них же, чувствуя резь и обильно текущие по щекам слезы. В общем, проморгаться я смогла далеко не сразу, а встать… попытки с двадцатой. Но все-таки встала, кое-как отрешившись от всех чувств, и медленно обвела взглядом место, в котором оказалась.

Песок… Серые барханы, лишенные растительности и признаков жизни. Горячий ветер, царапающий лицо невидимыми песчинками, и жестокие поцелуи солнца, оставляющие на нежной коже красные следы. Попытка позвать профессора успехом не увенчалась — я сильно закашлялась и почувствовала на потрескавшихся губах кровь. Совсем весело!

— Доэкспериментировались! — прокашляла себе под нос.

Вздохнув, я принялась отрезать чудом оставшимся в руке атамом полоску ткани от рубашки. Какая-никакая, а защита для головы. Хотя чего в ней, бестолковой, защищать? У зомби и то мозгов больше, чем у меня! Доигралась в великого некроманта, упыриха беззубая! И себя чуть не угробила, и… учителя.

Мысль о магистре немного отрезвила и заставила взять себя в руки. Вот когда найду его, тогда и буду предаваться самобичеванию. А пока надо поработать ножками — пустыня тут, кажется, большая, идти долго придется.

Скрипя зубами (в прямом и переносном смысле), я медленно побрела к ближайшему бархану. Ветер постепенно усиливался, то задувая песок под одежду, то запутывая волосы. Подозрения, что скоро грянет песчаная буря, крепли с каждым мгновением. Как и понимание — ее мне не пережить. Несмотря на свою профессию, пессимистом я никогда не была, а вот рационально рассчитывать свои силы умела. И сейчас как никогда осознавала все последствия совершенной глупости. Что же, я всегда была слишком тщеславна, за что в итоге и поплатилась. Снедала лишь одна мысль — что следом за собой утащила человека, не заслуживающего такой участи.

На вершину бархана я практически вползала, потратив на это почти все силы, но оно того стоило. По ту сторону насыпи кто-то был… Как скатывалась по песку, сдирая кожу, даже вспоминать больно. Но я все-таки добралась до тела, которое при ближайшем рассмотрении, к сожалению, оказалось женским.

— Какая встреча! — прохрипела я, перевернув девушку на бок.

— Воскресенская, помолчи! И без тебя тошно, — прокаркала старая знакомая в ответ и принялась тереть глаза.

— Давно ты такой неженкой стала, Василиса? — усмехнулась я, устраиваясь на песке и переводя дыхание.

— Из всех людей, что могли оказаться рядом, Про́клятые послали именно тебя. За что мне это?

— За все хорошее, — буркнула я. — Все, хватит разлеживаться. Надо идти.

— Куда?

— Да хоть куда, не сидеть же на месте. Скоро нас накроет буря.

— Она в любом случае накроет. Так что не вижу смысла куда-то тащиться по палящему солнцу.

— Я бы с удовольствием поспорила на эту тему, но не хочу тратить силы и нервы. Так что вставай и пошли. Мы здесь не одни.

— В смысле? — Василиса удивилась и попробовала осмотреться.

— Со мной был мой учитель. Надо его найти.

— Тебе надо, ты и ищи.

— Как знаешь, — отозвалась я и попыталась подняться.

Упершись руками в песок, я попробовала встать, да так и замерла, вслушиваясь в нарастающий гул и чувствуя дрожь земли. И это была отнюдь не буря, которой я так опасалась. Что-то приближалось, и довольно быстро, не иначе как чувствуя наше присутствие.

— Что это? — спросила бывшая подруга, тоже прислушиваясь.

— Понятия не имею, — напряженно отозвалась я и все-таки поднялась на ноги.

Василиса с трудом последовала моему примеру и принялась оглядываться.

— Воскресенская, какой резерв?

— На пару заклинаний хватит. А у тебя?

— Аналогично.

— Тогда, Бессмертная, на тебе защита.

— Ну уж нет! — возмутилась напарница. — Я боевой маг!

— С высшим балом по плетению защиты и тройкой за боевую. Напомнить, какие оценки в пансионате были у меня?

— Ладно, — довольно быстро согласилась девушка, видать, на самом деле вспомнив мои заслуги.

Что поделаешь, так уж сложилось, что мне лучше давалась боевая магия, нежели защитная. Это уже в Школе я научилась более-менее ставить щиты, но лучше не рисковать.

А песок продолжал подпрыгивать под ногами все быстрее и быстрее. Еще чуть-чуть, и мы увидим неизвестного врага, что добрался до последнего разделяющего нас бархана. Всего мгновение до встречи и…

— Ашвея! — с ужасом выдохнула дочь Кощея, вливая в щит дополнительную энергию.

— И откуда здесь эта мерзость? — пробормотала я, посылая в создание Хаоса заклинание Ветряных лезвий.

Налетев на низшую тварь, заклятие кромсало желеобразную плоть, отсекая кусочки, которые при падении на песок оставляли лишь дымящийся след. Раскрыв рот в беззвучном крике, падальщик слегка замедлился, но движения не остановил, продолжая сокращать расстояние между нами.

— Бежим! — выкрикнула Василиса.

— Куда? — рыкнула я на нее, сплетая новое заклинание. — Так мы только исчерпаем физические силы, которые отразятся и на резерве. Стой где стоишь и продолжай держать щит. Главное оружие ашвеи в ее жале, так что постарайся не пропустить удар.

Новое заклинание полетело в существо, проделывая очередную дыру в теле. Только мы обе понимали, что этого слишком мало для убийства низшего. Ох, где же магистр Мор? Надеюсь, его не слопали, пока мы были без сознания. В этом случае я его дух из-за Грани достану и выскажу все, что думаю по поводу скоропостижной смерти!

Удар жала в щит пришелся одновременно с очередным моим заклинанием. К сожалению, все, чего мне удалось добиться, — это еще одна дыра в теле и желеобразные сгустки дымящейся плоти. На этом мой резерв и закончился, вынуждая тряпичной куклой осесть на песок. Василиса сидела там же, из последних сил удерживая щит. Струйки пота стекали по обгоревшему лицу, заливая глаза и вызывая галлюцинации. На мгновение мне привиделось, что из-за бархана показались люди. Воспаленное воображение решило напоследок жестоко пошутить над надеждой.

— Не самая приятная компания на краю Грани, — пробубнила рядом царевна, привлекая мое внимание, — но я рада, что умру не одна.

— Двусмысленно звучит, — усмехнулась я, глядя на ашвею, пытающуюся пробить щит жалом.

— Ты поняла, о чем я, — отмахнулась Василиса. — Прости, но я больше не могу…

— Понимаю, — выдохнула я и, собрав последние крохи силы, что питали ауру, послала проклятие гниения в тварь.

Медленная, но очень мучительная смерть. Хоть так поквитаюсь за нашу гибель, отравив низшему трапезу. Радует, что я уже не увижу и не почувствую, как меня будут есть. А там… из-за Грани можно сделать многое.

В отведенные сорок дней побыть бесплотным призраком и помочь с выяснением планов Жрецов Света. Доделать незавершенные дела и попрощаться с родными.

Отец наверняка захочет вернуть мою душу и вселить в другое тело. Больше чем уверена, что Химаэнир не откажет ему и поведает, как провести нужный обряд. Да уж, зря я рассказала папе об умениях подруги. Надо было скрывать, что Хима — маг крови. Но сделанного уже не изменишь, а вот подстраховаться можно. Появлюсь у них в самый последний момент, чтобы не оставить времени на подготовку.

Дальше додумать уже не успела, в очередной раз уплывая в темноту и мысленно прощаясь с жизнью. Зато скоро я стану одной из так любимых мной звезд, засияв золотом на Млечном Пути.

* * *

Отчего-то я всегда считала, что после смерти боли нет. Душа покидает бренную оболочку и легкой дымкой плывет над землей, не ведая усталости и низменных потребностей. Оказывается, я глубоко заблуждалась. В туалет хотелось зверски, даже сильнее, чем при жизни. А еще пить, лучше всего чего-нибудь обезболивающего, потому что после магического истощения ломило даже то, что в принципе ломить не может.

Глухо застонав, я приоткрыла глаза и тут же напоролась на внимательный взгляд бесцветных глаз. Старушка, которую иначе как древней было сложно назвать, поднялась со стула и медленно подошла ко мне. Вопросительно приподняла седую бровь и прошамкала что-то непонятное.

— Пить, — жалобно прохрипела я.

На это старушка качнула головой — мол, нельзя, вздохнула и каркнула очередное непонятное слово. Через миг в поле зрения появилось еще одно действующее лицо, с такими же белесыми глазами.

— Уже очнулась? Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался молодой мужчина, присаживаясь на стул возле меня.

— Воды, — прошептала я из последних сил.

— Пока нельзя, — вновь подала голос старушка, но теперь, как ни странно, я ее понимала. — Гаран даст тебе немного фагулы, от нее должно стать легче.

Загадочной фагулой оказался сочный фрукт с легкой кислинкой, чем-то напоминавший лимон. С удовольствием сжевав несколько долек, я почувствовала себя немного лучше. В голове прояснилось, а тело на время перестало ныть. Облегченно улыбнувшись, посмотрела на парня и кивнула в знак благодарности.

— А туалет у вас где?

Отвечать не стали, но оно и хорошо. Лучше один раз показать, чем объяснять.

— Где я? — решила проявить интерес я, после того как вернулась обратно и с комфортом устроилась на койке.

— В пустыне Снов. Если точнее, в палатке лекарей.

— А как я сюда попала?

— Наш отряд отбил тебя у песчаника.

— Только меня? — спросила я с замиранием сердца.

Как бы мы с Василисой ни враждовали после окончания учебы, смерти я ей не желала. Тем более такой! Возможно, былая дружба давала о себе знать.

— Твоя подруга уже пришла в себя и сейчас беседует с главой отряда.

— А мужчина? Вы не находили мужчину?

— Прости, доченька, — покачала головой старушка. — Если там и был кто-то еще, пустыня приняла его в дар. После захода солнца в ней не выжить.

Кивнув в ответ, я отвернулась, чтобы лекари не видели моих слез. Это я… Я виновата в смерти магистра! Если бы не чертов ритуал, мы сейчас сидели бы в каком-нибудь склепе и отрабатывали новые заклинания упокоения. Или пили чай, обсуждая моего будущего прислужника. Теперь же не будет ни разговоров, ни посиделок допоздна. Нет больше моего наставника, раскрывшего столько интересного в области некромантии. И призвать его не смогу, пока полностью не восстановлюсь. А на это может понадобиться целый месяц!

— Не печалься, доченька. В мире Теней ему будет лучше.

— Теней?

— Так мы называем мир, куда уходит наш дух после смерти. Мир Теней, где обитают отголоски нас прежних.

— У нас это место зовется Гранью.

— У вас? — спросила женщина, окидывая меня цепким взглядом.

— Саная, ей нужен отдых, — перебил Гаран, хмуря высокий лоб.

Я лежала и нервно комкала ткань легкой простыни, только сейчас обратив внимание на внешность своих неожиданных спасителей. Они были темнокожи, но не черные, как жители Огненной долины, а скорее сильно загорелые. На висках я заметила странные рисунки, причем они различались и по цвету, и по орнаменту. Гаран был еще и невероятно высок и широкоплеч. Но больше всего мне приглянулся цвет его волос — насыщенно фиолетовый, напоминающий спелую сливу. Жаль только, стрижка очень короткая, но все равно вызывающая желание запустить в нее пальчики.

— Хорошо, пусть отдыхает, но через пару часов ей придется встретиться с капитаном.

— К этому времени мы будем готовы. А пока можешь заняться другими делами. Здесь твоя помощь больше не потребуется.

— Как пожелает мой принц, — насмешливо протянула старушка и, бросив на меня последний любопытный взгляд, вышла.

Я же, поежившись то ли от холода, то ли от странного взгляда Санаи, привлекла к себе внимание лекаря. Или все-таки принца?

— На что будем жаловаться? — по-доброму спросил Гаран, взяв меня за руку.

— На жизнь. Есть лекарство от этой напасти?

— С этим не ко мне. Я могу прописать только волшебный подзатыльник, чтобы выбил из головы всякие глупости!

— Нельзя меня бить, я и так покалеченная. — Я приложила ладонь ко лбу, как бы проверяя, что голова еще на месте. — Когда очнулась, даже не поняла, о чем твоя помощница говорит.

— Это потому, что она по привычке говорила на местном диалекте. А потом перешла на имперский. — Гаран ободряюще улыбнулся. — Не переживай, все с твоей головой в порядке. И резерв хоть и медленно, но начал пополняться. Обезвоживание, как и ожоги, я убрал. Ломота в теле уже должна была пройти. Помимо этого недомогания есть?

— Любопытство считается? — улыбнулась я, принимая из рук лекаря очередную дольку кислого жаждоутолителя.

— Лучше отдохни, а поговорить еще успеем.

— Одно другому не мешает! — возразила я. — Тем более что у тебя очень приятный голос.

От моего замечания Гаран слегка покраснел, а я развеселилась. Мальчишка! Если не младше меня, то точно ровесник, хотя с первого взгляда и не скажешь. Натренированное тело и умный взгляд добавляли возраста, создавая иллюзию взрослого мужчины. А присмотришься лучше — и понимаешь, что перед тобой усталый парень, которому не мешало бы отоспаться.

— А знаешь, ты прав. Нам обоим не мешает отдохнуть. Потом поговорим, и ты мне все расскажешь.

— Не волнуйся за меня. Наш народ может неделю напролет обходиться без отдыха и сна!

— Да, когда это нужно. Но сейчас-то какая необходимость изводить свой организм? Так что послушайся умудренную жизнью тетю и иди спать.

— Покомандуй еще… тетя, — усмехнулся лекарь, вновь опускаясь на стул. — Кстати, не хочешь представиться?

— Радомила, — улыбнулась я и протянула руку для пожатия.

— Гаран, — и он легонько коснулся губами моих пальцев. — Приятно познакомиться с такой очаровательной… тетей.

— Будешь смеяться надо мной, отомщу.

— И как же?

— Узнаешь, как только восстановятся силы.

— Буду ждать с нетерпением, — усмехнулся названный принцем и протянул мне стакан.

Я опустошила его, не задумываясь, даже не распробовав вкус. Фагула, конечно, вкусная, но ничто не сравнится с обыкновенной водой. Только вернув стакан лекарю, наконец-то сообразила спросить:

— И что это было?

— Восстанавливающее зелье, смешанное со снотворным. Сладких снов, тетенька.

Достойный ответ так и не был озвучен, оборванный внезапно подкравшимся сном. Впрочем, мне он показался всего мгновением. Стоило закрыть глаза, как над ухом раздался донельзя бодрый и жизнерадостный голос, призывающий распахнуть веки и перестать храпеть. Последнее замечание заставило нахмуриться и недовольно посмотреть на склонившегося надо мной Гарана.

— Еще раз скажешь, что я храплю, и проснешься поутру в объятиях зомби.

— Понятия не имею, кто это, так что не страшно, — ухмыльнулся этот сливовый поганец, нисколько не впечатленный угрозой. А зря! Я ведь действительно могу из природной вредности подослать к сладко спящему лекарю одного из восставших. Да еще и не первой свежести! Профессия, как ни крути, накладывает свой отпечаток на чувство юмора.

— Сам виноват, — на всякий случай предупредила я и приняла сидячее положение, после чего поправила подушку и прислонилась к спинке койки. — А чем так вкусно пахнет?

— Мясная каша и укрепляющий отвар. Прости, но полевая кухня весьма скудна.

— Голодным мертвякам все по зубам, — отозвалась я и протянула руки к еде.

Горячая миска приятно согрела ладони, в то же время заставляя невольно передернуть плечами и зябко поежиться. Пар изо рта, конечно, не шел, но было ощутимо холодно, и нос оказался слегка забит. Тогда неудивительно, что я храпела! Но это вина моих благодетелей, позабывших выдать гостье теплые вещи. Закрытая сорочка из плотной ткани очень хороша, но мои штанишки и рубашка были лучше.

— Ты чего носом хлюпаешь? — удивился Гаран и ухватил меня за самую выдающуюся часть лица.

По рукам он получил тут же, а вот от подзатыльника умудрился увернуться. Но это мне просто миска мешала — в следующий раз не отвертится. Правда, я все равно удостоилась обиженного взгляда, которым лекарь пытался воззвать к моей совести. Наивный!

— Деретесь, тетенька? — сгримасничал он, а потом спросил уже нормальным голосом: — Замерзла?

— Есть немного. Слишком непривычный перепад температур.

— Прости, мое упущение. Даже не подумал, что для твоего вида подобная температура может быть некомфортной. Сейчас принесу еще одеяло.

Неси-неси, голубчик, а я пока подумаю над смыслом твоих слов и спокойно поем. Итак, что мы имеем?

Во-первых, пустынную местность. Если мне не изменяет память, единственный такой островок находится аж за Светлой империей, и до него не меньше пяти портальных переходов, а мы совершили лишь один… Во-вторых, ашвея. Чтобы так далеко от Границы? Очень странно… Как я здесь оказалась, да еще и в компании Василисы? Что порталом — это понятно, но как рассчитывалась конечная точка выхода? И почему нас с магистром Мором выбросило в разных местах? Вопросы-вопросы, но пока ни одного ответа, что настроения не добавляло. Поэтому на возвращение Гарана я отреагировала хмурым видом, прикидывая, как вызнать у него нужную информацию.

— Меня смущает твой плотоядный взгляд, — хмыкнул парень, бросая поверх моего одеяла еще одно, на этот раз теплое, а вторым укрывая плечи.

— То ли еще будет. Спасибо за дополнительный обогрев.

— Если все равно будешь мерзнуть, скажешь. Я приготовлю для тебя отвар, позволяющий регулировать температуру тела.

— А почему бы не дать мне его сразу?

— Из-за магической составляющей, которая может отразиться на восстановлении резерва.

— Ладно. Тогда дай что-нибудь от простуды, и пойдем общаться с вашим главным.

Гаран согласно покивал, но прежде дал несколько невкусных зелий и с сожалением сообщил, что сегодня уже не в силах излечить недуг. Зато завтра, когда он сам немного восстановится, поможет.

От этого замечания я отмахнулась. А то не видно, в каком состоянии парнишка. Наверняка ведь следит не только за мной и работает практически на износ. Добрый мальчик…

Для встречи с главнюком мне торжественно вернули родные сапоги и выделили шерстяное одеяло, тянущееся следом подобно шлейфу. На закономерный в общем-то вопрос — где мои родные вещи, — Гаран многозначительно намекнул на неравный бой с пустынным песком и гусеницей. Но, благодарение Моране, вернул мне атам и семейный гримуар — хоть какое-то напоминание о доме, которое, возможно, в будущем поможет установить нужную связь.

Сложив свои сокровища под подушку, я выскользнула из палатки следом за лекарем. В очередной раз поежившись, я сильнее закуталась в одеяло. Оказывается, внутри было очень даже тепло! Я и не предполагала, что в пустынях такой перепад температур. Или это местная аномалия?

Я подняла голову к ночному полотну, понадеявшись на подсказку звезд и созвездий, и грустно вздохнула. Небо чернело тяжелыми облаками без единого намека на просвет. Лагерь с многочисленными палатками освещался жидким огнем, заключенным в стеклянные увеличительные сферы, но из-за этого границы огороженной защитным куполом территории терялись во мраке. В нескольких местах вокруг небольших кострищ сидели воины. В казанах булькало какое-то варево золотистого цвета, источающее приторно-сладкий аромат.

Проходя мимо очередной компании, я заметила с десяток обращенных на меня любопытных взглядов. Вроде ничего необычного, но один, жадный и липкий, заставил недовольно нахмуриться. Его обладатель даже встал с места, провожая меня глазами. Неужели эти упыряки так сильно успели соскучиться по женскому вниманию? Об этом и спросила у лекаря, получив настораживающий ответ.

— А у нас в принципе мало женщин. Из воинов, что отправились в поход, всего шестеро гаремных. Остальные пока свободны.

— Гаремных?

— Это когда у одной женщины несколько мужей.

— Я знаю, что значит гарем! Я другого понять не могу — где я?

— Скоро все узнаешь. Капитан с удовольствием ответит на твои вопросы.

— Пока мы до него не добрались, буду пытать тебя. Кстати, а капитан — это он или она?

— Он, конечно! Удел женщин — заботиться о доме, получать удовольствие от своих мужей и рожать детей.

— Значит, патриархат. Погоди, тогда выходит, что стоящие у власти мужчины тоже входят в чей-то гарем? Или у них одна жена на всех?

— Что значит патриархат?

— Если коротко, то доминирование мужчин во всех сферах власти. И в свете этого мне непонятно наличие у вас гаремов…

— Великий владыка и его приближенные наделены большей властью, нежели простые воины. Если женщина выбрала кого-то из них, то они образуют нерушимый союз. Жена Высшего не имеет права приводить в дом других мужчин и требовать создание гарема.

— А у простых воинов может?

— Да. Для них честь стать частью чьего-то гарема.

Великая Морана, куда я попала?! А главное — к кому?

Пока я пыталась осознать полученные сведения, провожатый поведал, что женщин своих они балуют, холят и лелеют, одаривают всем самым лучшим. В общем, я пришла к выводу, что их почитают как богинь и, скорее всего, в большинстве своем они окажутся жуткими стервами.

Оценив масштабы проблемы, я извелась от любопытства — как же остальные обходятся без женского внимания? Но не хватало еще обсуждать такие вещи с мальчишкой. Вот встречу кого постарше, у него и узнаю.

— Гаран, скажи уже, где мы находимся?

— Капитан сам все поведает. А к тебе у меня будет только одна просьба — что бы он ни говорил, не нервничай! Это может негативно сказаться на твоем восстановлении и замедлить наполнение резерва.

— От такого предупреждения я уже волнуюсь, поэтому ничего не обещаю. — Встретив серьезный взгляд лекаря, я добавила: — Но очень постараюсь.

— Тогда проходи! — И меня завели в одну из палаток, пропитанную горьким запахом полыни и, к сожалению, тоже совсем не прогретую.

Яркий свет магических огней, сосредоточенных над столом, заваленным бумагами, больно резанул по глазам. Прищурившись, я медленно скользнула взглядом по великану, нависшему над столешницей. Казалось, он даже не заметил нашего прихода, полностью погрузившись в изучение карт и свитков.

— Командир, гостья доставлена в целости и сохранности. Надеюсь, обратно вернешь в таком же состоянии.

— Все зависит от самой гостьи, — спокойно отозвался мужчина, наконец-то отрываясь от бумаг. — Иди отдыхай, Гаран. Я сам провожу девушку в палатку.

— Да я не устал…

— Гаран!

— Слушаюсь, капитан, — отчеканил лекарь, но прозвучали слова с явной насмешкой. — Спокойной ночи, тетенька!

— И тебе не буйной, малыш, — хмыкнула я, плотнее закутываясь в одеяло.

Как только мы остались с капитаном наедине, я рискнула пристальнее посмотреть на мужчину. Интересный экземпляр, ничего не скажешь. Волевое лицо с квадратным подбородком обрамляли седые пряди, резко контрастируя со смуглой кожей. Черные узоры на висках причудливой вязью спускались по скулам к шее, пропадая где-то за краем рубашки. Зеленые глаза с черным ободком разглядывали меня в ответ, а губы были слегка поджаты. Привлекательный мужчина, если бы не одно значительное НО — уродливый шрам, пересекающий правый глаз и часть щеки. Самого глазного яблока он не коснулся, зато оставил белесый след, придающий облику мужчины еще большую суровость.

Стойко встретив взгляд капитана, я прошла в глубь палатки и, не особо церемонясь, устроилась на стуле. Смотреть на громилу снизу вверх было неудобно, но я очень надеялась, что этот индивид поймет намек и опустится в кресло. Как бы не так! Вместо этого он распрямился, демонстрируя рост и разворот плеч во всей богатырской красе, чтобы затем сложить руки, бугрящиеся мышцами, на груди. Банальная попытка показать силу и подавить собеседника массой. К моему стыду, она почти удалась, но тут уже взбрыкнула гордость и пошла на принцип!

Задрав подбородок, смерила здоровяка чуть насмешливым взглядом и растянула губы в улыбке. Начинать разговор первой не собиралась, интереснее было послушать речи главнюка. Увы, он тоже никуда не торопился и спокойно меня изучал.

— Налюбовались? — наконец не выдержала я, потерев озябшие пальцы.

— В процессе, — усмехнулся хозяин этого походного штаба, но затем посерьезнел. — Командир отряда зачистки Киан Лиркан.

— Радомила Воскресенская, потомственная некромантка и исследователь, — про Ягу я решила пока умолчать.

— Скажите, дерра Радомила, вы знаете, где находитесь и как сюда попали?

— Мне поведали, что это место зовется пустыней Снов, но где именно оно находится, говорить отказались. А попала я сюда в ходе неудачного эксперимента.

— Значит, как я и предполагал, попытка использовать внешний портал… — нахмурился командир, отчего шрам стал выглядеть еще более устрашающе. — Портал создавался в паре с деррой Василисой?

— Простите, кэп, но теперь моя очередь задавать вопросы. И первый — куда же я все-таки попала?

— Не берусь говорить точно, но, кажется, за пределами Границы это место называют землями Хаоса.

Все, на этом шарик сдулся и вопросы испарились сами собой. Великая Морана, я попала за Границу! В рассадник низших тварей и неизвестно каких еще существ! Кстати…

— А вы как сюда попали?

— От нашего города до пустыни Снов не больше десяти дней пешего хода.

— Очень информативный ответ… Вышли прогуляться, не заметили, как преодолели магическую преграду и дошли до пустыни. Название города хоть скажете?

— Сид-Ахай.

— Угу. А расы?

— Сидхаи, — как-то понимающе улыбнулся мужчина, наблюдая за моей реакцией.

— Мне бы выпить… Желательно что-нибудь покрепче. Есть?

— Могу предложить только крепкий отвар. Будете?

— Давайте, — кивнула я, согласная на что угодно.

Эти сведения сильно выбили из колеи, устроив сумбур в мыслях. Это как же мне повезло, что на новом месте я столкнулась только с ашвеей. Ну и с Василисой, да и она — то еще жало ядовитое. Про профессора Мора думать не хотелось, потому что крошечная надежда, что он остался жив, истаяла окончательно. В таком месте среди тварей хаоса в одиночку не выжить даже с полным резервом, а он, как и я, был истощен. Значит, когда наберусь сил, проведу обряд призыва… И во что бы то ни стало найду его останки, чтобы захоронить по-человечески.

— Сколько сиропа?

— Пять ложек, пожалуйста.

Судя по наступившему молчанию, мужчина отсчитывал количество и думал, а не слипнется ли у меня чего. Наивный. Это я в гостях с пятью ложками пью, потому что стыдно просить больше, а дома и восемь положить не проблема. Сладкое — это вообще для меня больная тема.

Приняв от капитана Киана металлическую кружку, сделала несколько глотков, при этом умудрившись обжечь язык. Немного помолчала, разглядывая земляной пол, а потом покосилась на мужчину.

— А вы сможете отправить меня домой?

— Увы, но нет.

— Я даже не уточнила, куда именно!

— Не имеет ни малейшего значения. Отсюда еще никто не уходил.

— Но твари-то прорываются!

— Потому что не всех из них удается удержать. Большую часть мы уничтожаем, самые мелкие иногда ускользают.

— Это ашвеи-то мелкие? — хмыкнула я.

— Гусеницы с жалом? Да, — без тени улыбки ответил сидхай, вызывая нервную дрожь. — Мы зовем их гаули. Через Границу прорываются в основном личинки. Те, что постарше, стерегут самок и потомство в глубине пустыни. Кстати, именно для их уничтожения мы и прибыли. — И, не давая времени прийти в себя, мужчина резко сменил тему: — Замужем?

— Нет.

— Дети есть?

— Тоже нет… Зачем вы спрашиваете?

— Значит, девственница, но детородные функции под вопросом.

— Если не замужем, еще не значит, что храню себя для одного-единственного, — хмыкнула я, смерив капитана снисходительным взглядом.

— Думаю, для моих воинов это не станет помехой, — спокойно ответил мужчина, задумчиво рассматривая мое лицо. — Дерра Радомила, видимо, стоит прояснить ситуацию. Вы попали в место, откуда не возвращаются…

— Вернуться можно даже из-за Грани, — перебила я. — Был бы некромант хороший.

— Откуда крайне сложно выбраться, — тут же поправился командир. — Реальность такова, что мой народ испытывает острую нехватку женщин. Из чего следует логический вывод — даже имейся способ вам помочь, вы все равно остались бы здесь.

Я попыталась возмутиться, кипя негодованием и гневом, но кэп остановил жестом и продолжил излагать свою точку зрения.

— Самое большее, что я могу сделать для вас, — это предоставить выбор. Почти все мои воины — свободные мужчины, способные обеспечить вам безбедное существование. Каждый из них знатен, богат и силен. В моем отряде состоят лучшие воины легиона, отмеченные Владыкой Сид-Ахай. У вас есть три дня, чтобы присмотреться и выбрать. По истечении срока в присутствии свидетелей будет проведен обряд Объединения.

— И что дальше? Будем дружно жить в пустыне?

— Вернемся в город, где вы будете представлены Владыке и родственникам мужа или мужей, смотря на ком вы остановите выбор. Знаю, что мои слова звучат сурово, но такова ситуация. Очень надеюсь, что у вас хватит благоразумия не подвергать свою жизнь опасности.

— В смысле?

— Не стоит бежать посреди ночи в пустыню Снов. Поверьте, сидхаи намного приятнее обитающих там тварей.

— Я бы с вами поспорила в этом вопросе, но сил нет. Что же касается «предложения», то очень хочется послать вас и ваших воинов на прогулку к Моране. Но так уж и быть, я все обдумаю и уже на свежую голову дам ответ. И… не стоит указывать мне, как быть и что делать. Своей жизнью я распоряжусь как-нибудь самостоятельно.

С этими словами я поднялась со стула и, не прощаясь, вышла из палатки с гордо поднятой головой. Внутри клокотал гнев от услышанного, но на лице не отразилось ни одной эмоции. Спасибо многочисленным преподавателям за их науку, которая уже не один раз помогала в жизни.

Вдохнув полной грудью морозный воздух, я плотнее закуталась в одеяло и медленно пошла в сторону палатки, в которой пребывала до этого. Из-за обуревающих эмоций и хаотичных мыслей пришлось идти медленно и смотреть под ноги, чтобы ненароком не навернуться. Именно поэтому препятствие в виде одного из воинов я заметила слишком поздно. Практически уткнувшись головой в незнакомую грудь, подняла взгляд и нахмурилась. Тот самый мужик, что пожирал меня глазами.

Не скажу, что он был неприятным или страшным. Наоборот, вполне симпатичный и крупный — хотя капитану все же уступал в ширине плеч, — но не в моем вкусе. Вот бывает такое, что смотришь на человека, по которому сходит с ума чуть ли не весь пансион, и понимаешь, что тебе он абсолютно безразличен. Не твое, и все тут! Так вот, этот здоровяк определенно был «не моим», хотя он сам наверняка думал иначе. Об этом красноречиво свидетельствовали здоровые лапы, удобно устроившиеся на моей талии, и довольная улыбка. Та-а-ак, кажется, сейчас придется проводить воспитательную беседу на тему отношений с девушками!

— Рокхар Арвар, сотник клана, лучший мечник и Высший, — пророкотал воин и самодовольно улыбнулся.

И? Он действительно думает, что его положение в клане мне о чем-то говорит? Или считает, что я от счастья должна упасть в отнюдь не нежные объятия и позволить утащить себя в палатку?

— Радомила, потомственный некромант. Воскрешаю из мертвых и умертвляю живых. Могу организовать умерщвление плоти, так что лучше убери лапы, пока не лишился половой идентификации.

Голос, вопреки внутреннему состоянию, прозвучал спокойно. Однако недостаточно зловеще, потому что мужик не внял. Наоборот, стал с мечтательной улыбкой оглаживать мое одеялко. Блаженный, как есть блаженный! Что он надеется под ним прощупать? Я же сейчас в нем, как гусеница в коконе.

Мысли о гусеницах тут же свернули на ашвею, и меня передернуло от неприязни.

— Рокхар Арвар, руки убери! — уже куда более жестко произнесла я.

Да чтоб тебя зомби покусал, непробиваемая ты личность! Видать, все мозги в мышцы ушли. Либо замечтался до такого состояния, что ничего не слышит и не понимает. Что же, я предупреждала! На первый раз, так уж и быть, не стану лишать его самого дорогого. Но проучить стоит.

Я сосредоточилась, воскрешая в памяти проклятие разящей молнии. Речитативом произнесла заветные слова, и над нами зародилась небольшая грозовая тучка. Раскат грома — и в плечо мужчине устремляется разряд молнии, ненастоящий, но довольно ощутимый.

Освободившись от навязчивых объятий, я с умилением наблюдала, как этот здоровый детина пытался увернуться от ударов, подпрыгивая всякий раз, когда молния попадала по особенно чувствительным местам.

А теперь пора вспомнить и про его товарищей, которые все это время, открыв рты, наблюдали за «танцами» лучшего мечника их отряда.

— Первое предупреждение, — громко произнесла я, обращаясь к остальным. — Если еще кто-то полезет без спросу, персональной молнией уже не отделаетесь. И поверьте, чесотка и понос — самые невинные проклятия в моем арсенале.

Подтянув одеяло и мрачно оглядев потенциальных женихов, я с трудом направила стопы дальше. Заклинание опустошило только начавший восстанавливаться резерв. Отмороженные конечности срочно требовали горячего отвара, грелки и еще одеяла. Надеюсь, Гаран не откажет в просьбе замерзшей до состояния сосульки мне.

Скользнув в палатку, оглядела пространство и тяжко вздохнула. Лекарь, утомленный за день, безбожно дрых, причем не абы где, а на моей койке! Спасибо, что обувь снять догадался, а то бы точно получил за несоблюдение норм гигиены. И вообще, злая я чего-то очень. А в таком состоянии самое правильное — лечь и отдохнуть.

Оценив габариты спального места, лежащего на нем парня и свои собственные, я удовлетворенно вздохнула. Поместимся! Так что, не особо церемонясь, забралась под бок к Гарану. Немного повозившись, я обнаружила причину жесткости подушки: любимый гримуар, сейчас больше похожий размерами на дневник. Это натолкнуло меня на интересную мысль и слегка прогнало усталость… А вдруг получится? Осталось найти письменные принадлежности и попробовать записать в родовую книгу все, что со мной случилось. Неизвестно, как дальше повернется жизнь, но в случае смерти владельца книга возвращается к ближайшему кровному родственнику. Значит, есть шанс не оставить родных в неведении, а при самом скверном исходе — послать им весточку. Поскольку карандаша под рукой не было, я отложила мемуары и наконец-то устроилась в тепле и уюте. А все тяжкие думы, в том числе и про Василису, можно обдумать завтра.

Химаэнир, дочь вождя южного племени орков. Ёжка.

Мы сидели в одной из аудиторий школы и ждали прихода Ядвиги Еловны, которая, помимо прочего, преподавала Основы жизнедеятельности Бабок Ёжек. Ягу мы ждали с нетерпением, и не потому, что любили учиться — хотя и поэтому тоже, — а в надежде на новости о пропавшей подруге.

После чудесного утра в компании мужа я в приподнятом настроении переместилась в Школу Сказок, где меня и огорошили новостью об исчезновении Рады. Почувствовав мое состояние, буквально секунду спустя на нашей поляне перед Избушкой появился Мстислав, которому также рассказали о случившемся. Попытка связаться с учителем Радомилы ни к чему не привела, вызвав у любимого нешуточное волнение. В итоге нас отправили грызть нескончаемый гранит науки, а «взрослые» занялись поисками. И вот сейчас мы с нетерпением ждали новостей.

— Красавицы мои, сегодня мы с вами поговорим о ваших будущих помощниках, — начала куратор прямо с порога, и ее глубокий голос эхом разнесся по аудитории. На занятия всегда приходила привлекательная молодая женщина, оставлявшая образ старой карги где-то там — за порогом.

— А Баба-Яга против, — не преминула вставить свою любимую присказку Голуба. — Ядвига Еловна, что с Радой?

— Скрывая правду, вы только больше нас пугаете, — присоединилась к допросу Пелагея.

Наставница обвела учениц печальным взглядом.

— Пока не могу сказать ничего утешительного. Магистр Мор тоже исчез бесследно, и мы уверены, что они где-то вместе и живы, но найти концов пока не получается. Однако это не значит, что вы можете прогуливать лекции и филонить. На поиски брошены все силы, привлечены лучшие специалисты, и все, чем вы можете помочь, — это усвоить побольше знаний, которые в будущем помогут вам найти выход в таких же непростых ситуациях.

Ядвига Еловна прошла за кафедру и, положив ладони на гладкую, многократно отполированную ее предшественниками деревянную поверхность, начала говорить.

— Сегодня речь пойдет о помощниках. Вы хорошо знакомы с животными — помощниками Бабы-Яги, самыми верными и близкими из которых являются коты и во́роны. — Глубокий негромкий голос не просто располагал к себе, а как будто погружал слушательниц в транс, давая возможность тут же создать в голове нужный образ для лучшего понимания и усвоения. — Помимо них нам помогают и гуси-лебеди. — Тут с мест раздались нервные смешки и просьбы не напоминать. — И мышки-норушки, и… а впрочем, про других животных-соратников вскоре вам поведает Алена Александровна. Я же хочу затронуть тему неодушевленных помощников, таких как «блюдечко и наливное яблочко»…

— Сказочный айфон, — засмеялась Яника, а я невольно вспомнила испытания богатырей, когда они искали на болоте заколдованных девушек. Помнится, некоторых вычислили именно благодаря айфонам, с помощью которых они пытались сделать селфи и запечатлеть себя в непривычном лягушачьем образе.

— Мы за отечественного производителя! Вот подучишься и придумаешь, как расширить функции своего блюдечка, — улыбнулась Ядвига Еловна, — а пока продолжим. Еще к нашим помощникам относятся: скатерть-самобранка, меч-кладенец… Кто еще назовет мне волшебные предметы?

— Чудо-сани, что едут сами, — выкрикнула Ульяна.

— Волшебный горшочек, — переняла инициативу Алёнушка.

— Избушка на курьих ножках? — немного неуверенно переспросила Яника.

— Да, радость моя, и она тоже. — Наставница махнула рукой, и на доске за ее спиной появились названия всех уже озвученных вещей с картинками-иллюстрациями. — И это далеко не весь перечень. Лучше всего нам помогают вещи, созданные нашими руками, нашим волшебством. Либо доставшиеся по наследству, но сочетающиеся с нашей природной магией, стихией, с врожденными способностями.

Например, все помнят волшебное перышко, помогающее своей хозяйке найти дорогу либо того, кто хочет спрятаться от нее. Так вот, легче всего перышко сможет приручить, подчинить своей воле Голуба как дочь Финиста Ясна Сокола, оборачивающаяся к тому же горлицей.

— А если мы одолжим перышки у Голубы-горлицы — это облегчит нам процесс приручения? — хитро глядя на наставницу, поинтересовалась я.

— Я тебе одолжу! — тут же прошипела пернатая оборотница, из-под парты угрожая кулаком.

— Девушки, не отвлекайтесь, на все вопросы я отвечу позже, — пресекла назревающий спор Ядвига. Она видела, что мы тяжело переживаем отсутствие вестей о Радомиле и за таким поведением скрываем нервозность, пытаясь отвлечься от грустных мыслей. — Давайте продолжим. Источники живой и мертвой воды быстрее всего найдут Пелагея и Златоцвета. Вы, девочки, ближе всех из присутствующих к водной стихии. Первая — как дочь Морского царя, а вторая — Золотой Рыбки. В управлении ступой и помелом не будет равных Любаве, — рассмеялась наставница. — Наследнице Змея Горыныча на роду написано быть лучшей в воздухе.

— Это мы еще посмотрим, — прошептала Снежана и запустила в старосту роем снежинок, демонстрируя владение стихией воздуха.

— М-м-м, хочешь гонку? — тут же среагировала Любава Змеевна. — В конце года перед каникулами?

— Если только в конце следующего, — прервала наметившееся пари Ядвига. — В этом вам права не выдадут. Практика по полетам только со следующего курса, а пока вернемся все же к предмету.

Лекция пошла своим чередом. Мы вспомнили и о шапке-невидимке, и о сапогах-скороходах. Зеркала волшебные тоже не обошли стороной — оказывается, их бывает столько разновидностей! Уделили внимание и нашей любимой скатерти-самобранке и с удивлением узнали, что у нее есть «родственник» — волшебный рушник. А вот кольца и перстни наставница отнесла к разряду артефактов, как, впрочем, и остальные ювелирные украшения.

И уже в конце урока, собирая вещи, Яника робко поинтересовалась:

— Ядвига Еловна, а разве мы не можем посмотреть с помощью волшебного блюдечка, где Рада и что с ней случилось?

— Посмотреть-то можем, — вздохнула Яга, — да вот только не показывает оно. Помехи одни. Чертовщина какая-то…

Запись третья,

о вреде добра

На перекрестье сна и яви

Живет чудеснейший народ.

Он защищает нас от тварей,

Которых Хаос создает.

Утро мое началось с ощущения давящей тяжести, которая мешала сделать нормальный вдох, прижимая к кровати. Не способствовал дыханию и сам воздух, постепенно раскаляющийся под палящим солнцем. Мне вообще было катастрофически неудобно: в спину упиралось что-то горячее и не давало лечь свободно. Попытка пошевелиться и сбросить с себя одеяло успехом не увенчалась, и, с трудом открыв глаза, я попыталась выяснить причину столь неприятного пробуждения.

В первую очередь внимание привлекла немаленьких размеров… лапа, вольготно разместившаяся на выпуклости, гордо именуемой грудью. И эта самая лапища умудрилась там что-то налапать. То есть подобраться с тыла и сжать! Но это полбеды. Больше всего меня теперь беспокоили догадки по поводу того, что за выпуклости упирались в ягодицы! И хотелось бы понять, кому принадлежит сие постороннее тело…

— М-м-м, какое доброе утро, — довольно протянули за спиной.

— И не говори. Я погляжу — и здесь мои услуги некроманта пригодились.

— В смысле?

— Восстало то, что должно было покоиться.

— В данном случае твоя специальность играет самую последнюю роль, — усмехнулся Гаран, шевеля дыханием мои волосы. — Как самочувствие?

— Горло немного болит, и нос заложен, а в остальном нормально.

— Магический резерв?

— Вчера пришлось применить силу… Так что на нуле.

— Та-а-ак, и по какой причине были нарушены мои рекомендации?

— Так сложились обстоятельства, — прокряхтела я, пытаясь выбраться из кольца чужих рук.

— Кто-то из воинов приставал?

— Пытались, но наглядная демонстрация силы должна была охладить их пыл.

— А разве капитан тебя не проводил?

— Не знаю, из палатки я уходила без него. Может, он наблюдал со стороны?

— Возможно, он следовал за тобой, но вмешиваться не посчитал нужным… Радомила, он сообщил о необходимости замужества?

— Ага, и даже обосновал эту самую необходимость. Только вряд ли объяснение повлияет на мое отношение к ситуации!

— Держи себя в руках, или напою успокоительным, — нахмурился лекарь, наконец выпуская меня из объятий. — Вероятно, перспектива смены семейного статуса выбила тебя из колеи, но все же постарайся не нервничать лишний раз. Сама знаешь, как такое напряжение сказывается на восполнении энергии.

— Угу, — вздохнула я и жалобно посмотрела на парня. — Можно мне чашечку успокоительного с шестью ложками сиропа и какой-нибудь противовирусной пилюли в виде бутерброда?

— Сейчас принесу, — покачал головой Гаран, а потом кивнул в один из углов палатки. — Я там оставил котел с водой, чтобы ты могла умыться.

— Чудо, а не парень, — хмыкнула я и отправилась заниматься утренним марафетом.

Пока добралась до воды, успела взмокнуть и прочувствовать все прелести дневного времени суток в пустыне. Даже в палатке духота стояла невыносимая, а на улицу и высовываться было страшно. Кожа все еще помнила жалящие поцелуи солнца, оставляющие после себя ожоги.

Умывшись прохладной водой, с удовольствием обтерла шею и плечи, даря телу столь желанную прохладу. И как можно жить в таких условиях? Да еще без полноценной ванны! Не понять мне этих сидхаев…

Хотя, может, им эти блага цивилизации даже неизвестны. Судя по варварским традициям насильно выдавать девушек замуж, тут царит как минимум каменный век! Не хватает только орочьих дубинок для полноты картины.

— О чем задумалась, тетенька? — поинтересовался вернувшийся лекарь.

— О муже, — не стала скрывать я, снова обтираясь водой. — Есть предложения?

— Ага, целых семнадцать из двадцати трех. В данный момент они на охоте, но ближе к вечеру вернутся. Тогда сможешь всех хорошенько рассмотреть… Скажу по секрету: после зачистки они дружно идут к бочкам и купаются в чем свет увидели. Так что приглядишься, сократишь список претендентов, а там уже Саная расскажет про каждого подробнее.

— Неплохой план действий, за исключением одного пункта — ну не тянет меня замуж!

— Прости за грубость, но это мало кого волнует. У нас действительно слишком мало женщин.

— А вы не пробовали переехать из своего города в более благоприятную местность?

— Как ты себе это представляешь? — грустно произнес лекарь и, заметив мой непонимающий взгляд, пояснил: — Эта территория усеяна дырами, через которые лезут низшие. Наш город — единственное стабильное место, не только защищенное от проникновения тварей, но и помогающее удерживать магическую Границу, чтобы гости Хаоса не расползлись по всему свету. Под конец Смутной войны наш Владыка стянул все разрывы в одно место, чтобы возвести вокруг них непроходимый барьер. Не учел только одного — древняя магия весьма своевольна и коварна. Наши воины, сгоняющие тварей за Границу, также остались заперты. Магия отказывалась пропускать их, оставляя на растерзание низшим. Все, кто остался в твоем мире, последовали за Грань, на подмогу. И мы остались здесь… Если мы разрушим Границу и переселимся к людям, то удерживать прорывы материи под энергетическим куполом будет некому.

— Как у вас тут все сложно, — вздохнула я, принимаясь за нехитрый завтрак — Кстати, а какова численность населения вашего города?

— Около десяти тысяч. Это все, что осталось за долгие годы изоляции.

— Значит, ваш уход из Сказочного мира — трагическое стечение обстоятельств. Мне жаль, что все так вышло.

— Мне тоже. Но самым тяжелым ударом оказалось предательство женщин. Лишь немногие из них согласились отправиться следом за своими мужчинами. Сама понимаешь, как это отразилось на образе жизни. Но со временем мы справились с трудностями и сейчас живем даже неплохо.

— Самое сложное в подобной ситуации — это остаться настоящими мужчинами. И я рада, что вы справились… — Я, прищурившись, окинула лекаря подозрительным взглядом. — Вы же справились?

— Ты вот сейчас на что намекаешь? — щеки юноши покрылись забавным румянцем.

— Так, это прояснили. — Я с трудом сдержала улыбку. — Далее — сколько женщин к вам попало из внешнего мира?

— Вы с подругой первые за все время. И мы очень надеемся, что не последние, — улыбнулся парень.

— Кстати, а где сейчас моя «подруга»?

— Расспрашивает Санаю про мужчин. Она, в отличие от тебя, просекла выгоду от замужества и теперь выбирает наилучший вариант.

— Удачи ей, — хмыкнула я, продолжая завтракать. — Василиса с детства мечтала выйти за принца. Так, может, у вас ей наконец повезет!

Мельком заметила смену выражения на лице Гарана и подло захихикала, за что получила подушкой по животу. Отняв ее, положила под голову и зажмурилась. После завтрака появилось огромное желание снова завалиться спать. Видимо, сказывалась акклиматизация, усугубленная проблемами со здоровьем.

— Гаран, у тебя нет каких-нибудь капель для носа? А то сил моих уже нет!

— Прости, совсем из головы вылетело!

Легкое прикосновение к моей руке — и все симптомы простуды прошли, оставляя после себя легкую слабость. Поблагодарив лекаря, блаженно растянулась на кровати.

— Не против, если я поваляюсь рядом? — смущенно спросил мой собеседник, сцеживая зевок в кулак.

— Прости, но спокойно полежать не дам!

— В смысле? — насторожилось это наивное чудо.

— Буду мучить вопросами!

— А-а-а, это пожалуйста.

Устроившись у меня под боком, парень смешно сложил руки на груди и прикрыл глаза. Бедный, как же его загоняли, что даже ночь не помогла полностью восстановиться? Погладив ребенка по голове, чем заработала удивленный взгляд, я улыбнулась и приступила к пыткам.

— А зачем вам в лагере Саная? Я понимаю, если бы она была моложе и занималась бытовыми делами, а так…

— Саная — одна из жриц наших богов. Она благословляет воинов на подвиги, дает советы и напутствия. А еще она лекарь, хоть и много слабее меня. Зато опыта ей не занимать, что иногда играет немаловажную роль. Пустыня Снов считается одним из самых опасных мест земель Хаоса. Поэтому сюда и отправляют лучших из лучших. В основном они отделываются легкими ранениями, но бывают и довольно тяжелые случаи.

— Да уж, нелегкая у вас работа. А ты сам когда-нибудь ходил на охоту?

— Бывало, до проявления дара. Теперь же я слишком ценен, чтобы рисковать своей жизнью.

— Да ты и молод слишком, чтобы воевать! — возмутилась я.

— Угу, — важно покивал Гаран, а потом неуверенно попросил: — Расскажи о своем доме.

Не знаю, верно ли я поняла, но мне показалось, что лекарь спрашивает не конкретно о моем родном поместье, а про мир в целом. И его интерес понятен и логичен.

— Сказочный мир состоит из множества государств: империи, царства, королевства, княжества. От многообразия рас и народностей иногда рябит в глазах! Особенно когда выбираешься на ярмарку в праздничный день. Помимо суши, в нашем мире есть океаны и моря, на дне которых также живут различные существа. Кстати, со мной вместе учатся две девочки со дна морского. Одна — дочь Золотой Рыбки, а другая — Морского царя. А еще есть девочка, которая попала к нам с Изнанки!

— Не может быть!

— Да-да! Из серого мира, в котором нет магии, зато много разнообразной техники. Мое любимое изобретение — телескоп! Это такая труба с линзами, с помощью которой можно рассматривать звездное небо. Потрясающее зрелище! — мечтательно вздохнула я, прикрывая глаза.

— А у нас не бывает звезд, — с ноткой грусти произнес Гаран.

— Что?! Как не бывает?

— Из-за прорывов материи мира небо затянуто постоянной дымкой. Днем она искажает лучи солнца, увеличивая температуру в несколько раз, а ночью, из-за перенасыщения какими-то частицами, превращается в непроницаемый кокон.

— Крах! — единственное цензурное выражение, что пришло на ум. — Полный крах!

— Прости, если расстроил.

Можно было надеть маску безразличия и заверить, что все в порядке, но почему-то именно Гарану врать не хотелось. Поэтому я промолчала, продолжая теребить короткий сливовый ежик.

— Расскажи еще что-нибудь? — попросил лекарь, и я не смогла отказать.

Поведала о своих родителях и подругах, вспоминая многочисленные каверзы. Затем поделилась впечатлениями от обучения в Школе Сказок и на территории АТБИ, особо красочно описывая некоторых преподавателей. А когда дошла до описания нашего боевого общежития, услышала характерное сопение и замолчала.

Некоторое время полюбовавшись спящим парнем и подождав, пока сон станет более глубоким, я извлекла из-под подушки гримуар и записала в него последние события, не постеснявшись в выражениях по поводу навязываемого мне замужества.

Отведя душу, я осторожно слезла с кровати и решила отправиться на прогулку по лагерю. Помня предупреждение о коварном солнце, решила накинуть на голову простыню. Все равно меня никто не увидит, так что об эстетической стороне вопроса можно было не заботиться. А побыть в одиночестве и подумать очень хотелось.

Словно несвежий зомби, надо мной нависла перспектива скорого замужества. Связывать свою жизнь с неизвестным мужчиной, а тем более мужчинами, категорически не хотелось, но альтернативные варианты пока не просматривались. В лучшем случае между нами будет уважение, которое со временем перерастет в симпатию. В худшем… я так и не смогу принять навязанный брак и попытаюсь сбежать. Глядишь, и выйдет создать переход через Границу.

Но если хорошенько подумать, у меня есть еще один вариант — договориться. Послушать рассказы Санаи, выбрать самого благоразумного мужика и пообещать ему что-нибудь ценное в обмен на свободу. Конечно, придется идти на определенные уступки, но неужели два взрослых человека не сумеют найти общий язык?

Да уж, весьма корявый план, но уже стало легче дышать, а на ясную голову можно определиться и с дальнейшими действиями. А там, глядишь, удача снова покажет свой передний фасад и поможет выкрутиться из очередной передряги.

Решив так, я отправилась искать Санаю, чтобы устроить ей допрос с пристрастием. Женщина нашлась в одном из центральных шатров, причем не одна, а в обществе Василисы. Поздоровавшись с обеими, скинула с себя уже ненужную ткань и вопросительно посмотрела на хозяйку палатки.

— Отвару? — предложила она.

— Спасибо, но я уже пила.

— А для бодрости?

— А вот от него бы не отказалась. И от вашей помощи тоже!

— И что тебя интересует, девонька?

— Женихи, — хмыкнула я, глядя на вытянувшееся лицо Васи.

Неужели думала, что такое «выгодное» предложение сделали ей одной? Или наивно верила, что я не стану участвовать в этом? Эх, придется разочаровать «подруженьку», потому что я намерена бороться до конца. И если не смогу снова стать свободной, то хотя бы обеспечу себе безбедное будущее. Да-да, вот такая я корыстная и расчетливая!

— Что же, присаживайся, девочка. А с тобой, Василиса, мы поговорим позже. Подумай пока о том, что я рассказала, и сделай правильный выбор.

— Обязательно подумаю, — кивнула Бессмертная и пошла на выход.

Поравнявшись со мной, смерила подозрительным взглядом, но сцен устраивать не стала. И на том спасибо!

— Чего встала? Проходи и садись, — поторопила меня лекарка, убирая грязные кружки со стола. — Лепешки будешь?

— Нет, спасибо, только отвар. А еще — подробностей.

— Ты смотри, какая шустрая. Твоя подруга…

— Знакомая, — поправила я, решив сразу прояснить ситуацию.

— Твоя знакомая, — с понимающей улыбкой продолжила Саная, — действовала хитрее.

— Это у нее в крови, так что ничего удивительного. Я же предпочитаю прямоту в общении.

— Что же, давай поговорим начистоту. Из всех мужчин для тебя самой выгодной партией будет Высший сидхай — Рокхар Арвар. Большой дом почти в центре города, стены из серебра, крыша из золота, в каждом окне по мозаике из драгоценных камней…

— Вам бы работать зазывалой на ярмарке, — не удержалась я от подколки.

— Поживешь с моё — и не такому научишься, — не менее язвительно парировала лекарка, а потом без перехода продолжила расписывать достоинства жениха: — Его дом — маленькая крепость, способная выстоять, даже если городские стены падут. Рокхар богат, ведь звание сотника приравнивается к главнокомандующему армией. Хорош собой, умен и способен сделать избранницу счастливой!

— Столько радости и мне одной. — Я взяла в руки отвар и пригубила. — И почему же столь ценный кадр до сих пор свободен?

— Его невеста ушла к другому, — недовольно пробурчала хозяйка апартаментов.

Значит, нашла более выгодную партию. Интересно, за кого же она выскочила?

— Саная, как наделенный богатством и властью Рокхар является…

— …четвертым сидхаем в Сид-Ахае.

— И к кому из первых трех ушла его невеста?

— К Владыке, — пробурчала женщина.

— Согласитесь, у Рокхара не было шансов, — улыбнулась я примирительно. — И неужели ваш Владыка до сих пор не был женат?

— Почему же? Бывшая невеста Арвара — вторая жена Верховного владыки.

— Стесняюсь спросить, куда же делась предыдущая? Неужели того…

— Чего «того»? — не поняла моих намеков старушка. — Она была возвращена родителям.

— Надо же, какая разборчивость, и это с учетом дефицита женщин.

— Владыке нужен наследник… Но пока ни одна из жен не смогла его подарить.

— Так, может, причина не в девушках?

— Не может, а точно… — снова пробурчала Саная, но уже на порядок тише. — Но разве мужчина, причем занимающий такую высокую должность, признается в своей слабости? Вот и приходится другим страдать, когда этот… Верховный уводит очередную невесту!

Так-так, кто-то точит зуб на «правительство». И в чем, интересно, заключается причина такого отношения? Неужели неразделенная любовь? Так стара она для амурных дел. А вот дочка или внучка… Но спрашивать об этом нетактично, да и отношения с женщиной портить чревато. Потом у кого-нибудь узнаю.

— Саная, а кто занимает должности выше Рокхара? Вернее, кто еще богаче его и обладает большей властью?

— Мужчины, о которых даже думать не стоит! Один уже занят, а второй настолько страшен, что при всех своих деньгах до сих пор не сумел найти невесту.

— И что же с ним не так?

— Многочисленные шрамы по всему телу. Даже Гаран не смог убрать их, что уж говорить обо мне.

— У меня на родине говорят, что шрамы красят мужчину.

— Глупости, — нетерпеливо отмахнулась лекарка и подалась вперед. — Так что, пойдешь за Рокхара?

— Я подумаю. А пока расскажите еще про парочку кандидатов. И… не поделитесь, кого посоветовали Василисе?

— Не поделюсь, — усмехнулась Саная и залпом выпила содержимое своей кружки. — Про других расскажу, но уверяю, Рокхар самый лучший вариант!

Может, Арвар и удачная партия, но с ним я точно не сумею договориться. Слишком хорошо помнила и его жадный взгляд, и весьма непрозрачные намерения. Такой не отпустит, даже если у меня будет возможность вернуться домой. А оно мне надо? Так что слушаю дальше и запоминаю.

* * *

От лекарки я вышла, когда солнце плавно перекатилось на другую половину небосвода, продолжая жарить своими лучами все, до чего могло добраться. Я немного постояла на месте, привыкая к яркому свету после полумрака палатки, и решительно двинулась в сторону, подсказанную Санаей. Очень уж хотелось кушать, да и Гарана не мешало бы разбудить и покормить. Эх, совсем довели ребенка!

В небольшом шатре, где хранилась вся провизия, я наскоро соорудила несколько бутербродов, взяла пару кружек и отправилась к своему временному обиталищу. Убедившись, что лекарь еще спит, сходила за горячей водой и заварила восстанавливающий силы сбор. Им, как и информацией, поделилась Саная, напоследок не забыв снова похвалить Рокхара.

— Спящая красавица, тебя целовать или сам проснешься? — проговорила я, склоняясь к Гарану и дергая его за ухо.

— Звучит как угроза, — сонно пробормотал парень, щуря необычно светлые, почти до белизны, глаза.

— Зато как действенно!

— Вот так и трать свои силы на всяких неблагодарных девиц!

— Неправда, я благодарная! Причем настолько, что принесла бутерброды. Но если ты считаешь иначе, могу все съесть сама.

— Женщина, откуда в тебе столько жестокости? — иронично произнес лекарь и резво соскочил с койки, помчавшись к столику с едой. — Кто-нибудь из воинов уже вернулся?

— Пока нет. Это плохо?

— Наоборот, хорошо. Раньше возвращаются только в случае серьезных ранений.

— М-м-м, — глубокомысленно протянула я, задумавшись о своем.

— Что же такого тебе наговорила Саная? — глядя на мое озадаченное лицо, спросил Гаран.

А я что? Не признаюсь же ему, что, размышляя над словами лекарки, постепенно перешла на мысли о ней самой. Потом меня заинтересовал травяной сбор и его рецепт. Да и ногти подпилить надо, а то мешаются уже. Хм, интересно, а мясо какого животного мы едим? И все-таки Рокхара и Санаю что-то связывает… В общем, типичное женское мышление, когда плавно, а иногда и не очень, перескакиваешь с одной мысли на другую.

— Что самый лучший вариант — Рокхар Арвар, — не стала скрывать я. — Можешь добавить что-нибудь от себя?

— Думаю, то, что он богат и занимает не самое последнее место в нашей иерархии, тебе уже поведали. Нрав у него весьма вспыльчивый, особенно после того, как ушла Джаная…

— Да, про бывшую невесту мне поведали. Еще что-то? Он агрессивен? Любит сексуальные извращения? Болеет какими-нибудь страшными болезнями?

— Это любопытство или пожелания? — усмехнулся Гаран, за что получил пинок по ноге. — Ладно-ладно, только не дерись! Все с ним нормально…

— Проверял? — съехидничала я в ответ.

— На слово поверил, — выкрутился он после секундной заминки и продолжил: — Чересчур амбициозен и метит на место капитана Киана, но в остальном вроде вполне адекватный. Еще вопросы?

— Да! А…

Замолчать пришлось из-за неприятного звука, резанувшего по ушам и волнами прокатившегося по телу. Передернув плечами, посмотрела на подскочившего Гарана и следом за ним рванула из палатки. Зачем? Сама толком не знала, но сидеть одной в неведении не хотелось. Тем более я могла предложить свою помощь. Трупы, например, «поднять» и на место захоронения проводить. Хотя на это сейчас не хватит магических сил, но и без дела я точно не останусь.

К счастью, услуги некроманта никому не понадобились. Однако не все было радужно. Одна из групп, что вернулась с охоты, действительно притащила на себе еле живого воина. Благодаря богатому опыту в расчленении трупов внутреннее строение людей, да и нелюдей тоже, я знала в совершенстве. Поэтому достаточно спокойно отреагировала на окровавленного сидхая, не без профессионального любопытства рассматривая раны. Хорошие такие, глубокие, явно зацепившие артерии, судя по цвету и количеству крови. Да уж, такими темпами мужчина долго не проживет. Как показал более пристальный осмотр — весь отряд был весьма потрепанным. Но остальные хотя бы стояли на ногах.

Подоспевшая Саная, оценив потери, тяжело вздохнула и принялась отдавать распоряжения. Самого пострадавшего следом за Гараном тут же отнесли в ее палатку. Остальным она раздала необходимые скляночки с отварами, сопроводив быстрыми комментариями и советами по лечению, и поспешила на помощь лекарю.

Получив указания, мужчины перешли под натянутый тент, спасающий от нестерпимого жара, и приступили к самолечению. Любопытно, что ко мне с просьбой о помощи никто не обратился. Интересно, всему виной моя профессия, недавние угрозы напустить страшные проклятия или Вася, рухнувшая в обморок при виде кровавых ранений? Решив не тратить время на приведение ее в чувство, накинула сверху свою простынку — чтобы не обгорела — и принялась за дело. Правда, наткнувшись потом на нее взглядом, преждевременно обрадовалась, приняв за бесхозный трупик.

Первый пациент к моему душевному порыву отнесся с легким скептицизмом, но отказываться от помощи не стал — на спине раны самостоятельно не очень-то обработаешь. Вручил чуть подрагивающими руками мазь и бинты и стал безмолвно наблюдать. Обрабатывала я быстро, благо, опять же, опыт имелся, но слегка нервозно. А все потому, что, решив посмотреть, как пациент переносит процедуру, поймала на себе взгляд, полный немого восхищения. И как на это реагировать? Вот я и растерялась. А когда в конце лечения мне послышался стон, больше похожий на блаженство, решила, что нарвалась на мазохиста, и поспешила к следующему раненому.

Но и с ним ситуация повторилась. И с третьим, и с шестым… Надо было с этим что-то делать, и хулиганская мысль родилась сама собой. Видимо, сказывалось общение с Ёжками.

— Мальчики, — обратилась я ко всем обработанным воинам. — Кто посвободнее, помогите, пожалуйста, Василисе. Девушка явно нуждается в мужской поддержке и внимании.

Хм, кажется, фразу «кто посвободнее» они восприняли на счет семейного положения, наперебой кинувшись приводить девушку в чувство. Вот когда мужа-то выбирать надо — все достоинства перед глазами. Это я про чуткость, нежность, заботливость. Но следить за всеми подробностями забавного спектакля было некогда, и я вернулась к прерванному занятию.

Оказав посильную помощь последнему сидхаю, я схватила остатки лекарств и скользнула в палатку к Гарану и Санае. Подальше от взглядов, полных обожания, количество которых множилось с каждой обработанной раной. И даже отвлечение внимания на Ваську не спасло.

Нет, в любой другой ситуации я бы воспользовалась положением и с удовольствием позволила себя соблазнить — благо мужчинки были немногим старше, как раз мой любимый возраст. Но в свете необходимого замужества такие порывы были чреваты, так что пришлось позорно капитулировать. Ох, чую, этот мир меня доконает!

— Моя помощь нужна? — негромко спросила я, наблюдая за слаженной работой лекарей.

— Завари восстанавливающий силы отвар. В кружке сделай покрепче и добавь сахара, а во фляге раствори десять капель, — распорядилась Саная, не отвлекаясь от обработки ран.

Согласно кивнув, я отправилась выполнять поручение. За то время, что возилась с бойцами, на улице заметно похолодало, да и сумерки постепенно наступали с востока, натягивая на мир одеяло ночи. Жаль, что вместе с ней придет дымка, скрывающая от любопытных глаз звездное небо.

Стоянка заполнялась вернувшимися с охоты воинами. Они разводили костры и усаживались в круг, голодными глазами гипнотизируя котелки с едой. Герои сегодняшнего дня хвастались своими подвигами, не забыв упомянуть о «нежных ручках» одной глупой некромантки, не пожелавшей остаться в стороне. Нет, понятно, что в их устах некромантка была бесстрашной девой, не побрезговавшей грязными ранами. Но я-то знала правду.

За свой «героический» поступок я расплачивалась повышенным вниманием что от бывших пациентов, что от будущих. Особенно не нравился недовольный взгляд Рокхара, стремительно сокращающего между нами расстояние.

— Почему моя женщина прикасалась к другим мужчинам? — грозно спросил он, скрестив руки на груди.

— А мне откуда знать? У своей женщины и спрашивайте, — невозмутимо отозвалась я, занимаясь своими делами.

— Я у тебя и спрашиваю!

— Рокхар Арвар, мне кажется, вы что-то путаете. Я не ваша. И вряд ли ею стану.

— Станешь! У меня большой дом почти в центре города, стены из серебра, крыша из золота, в каждом окне по мозаике из драгоценных камней. Он способен выстоять, даже если городские стены падут. Также я богат, хорош собой, умен и способен сделать избранницу счастливой!

Та-а-ак, кажется, этот монолог я уже где-то слышала, только в женском исполнении. Подозрение, что Саная приходится родственницей этому сидхаю и активно пытается продвинуть его среди остальных кандидатов, лишь усилилось.

— А кто сказал, что меня интересуют богатства и внешность будущего мужа? — насмешливо спросила я, смерив здоровяка оценивающим взглядом. — Есть качества, которые не способны дать ни деньги, ни красота.

— Они у меня есть!

— Только время способно показать это. И у меня его достаточно, чтобы сделать выбор. Так что попрошу впредь вести себя скромнее и сдерживать собственнические порывы, если не хотите однажды проснуться в постели с трупом какой-нибудь твари.

Мужчина продолжал молча нависать надо мной, упрямо сжав губы и сверля решительным взглядом. Я вздохнула и покачала головой. Кого-то жизнь ничему не учит!

Вернувшись в палатку лекарей, тенью скользнула к свободному столу и оставила там заготовки. Поймав одобрительный взгляд Санаи, устроилась на стуле и принялась ждать дальнейших указаний. Ноги от ходьбы по песку непривычно ныли, а резкие перепады температуры влияли на общее состояние. Как-то незаметно я провалилась в дрему, попав в самое нелюбимое состояние — когда вроде и спишь, но все слышишь и понимаешь. Поэтому, заслышав голос капитана Лиркана, я подобралась и обратилась в слух.

— Как он?

— Стабилен, но на полное восстановление понадобится несколько дней, — ответил Гаран.

— В кристаллах заряда на сутки, — голос главнюка звучал устало. — Завтрашняя ночь обещает быть долгой.

— А если попробовать напитать кристаллы нашей силой? — с надеждой спросил лекарь.

— Не выйдет. Сам знаешь, что они были настроены именно на силу Шантея.

— Но попытаться стоит!

— Бесполезно, Гарик.

От сокращения имени лекаря я чуть не прыснула, но вовремя спохватилась и продолжила изображать из себя спящую, надеясь услышать еще интересности. Увы, но либо актриса из меня плохая, либо все важное уже было сказано. Мужчины надолго замолчали, наверняка обдумывая сложившуюся ситуацию.

Я тоже задумалась, прокручивая в голове многочисленные варианта помощи. Эх, жаль, что я осталась без сил… Да и артефакты на нуле, что хорошего настроения не добавляло. Надо же было так вложиться в последнее проклятие, отдавая всю магию и захватывая внутренние резервы! Правильно говорят, что нет никого страшнее, чем некромант перед ликом Мораны. В эти моменты мы на такое способны… Впрочем, надеюсь, что никому больше не доведется испытать на себе мощь Последнего проклятия. Очень на это надеюсь!

— Гаран, а почему она в таком виде? — снова привлек мое внимание голос капитана.

— Что нашел, то и принес.

— Перед бойцами она тоже так бегала?

— Думаю, при оказании первой помощи о внешнем виде думают в последнюю очередь.

— За это она теперь и поплатится. Весь лагерь только о ней и говорит.

— Ну а что, ведь правда замечательная! Мало того, что красивая и хозяйственная, так еще и заботливая.

— Теперь вместо того, чтобы готовиться к сражению, воины будут бегать за ней и пытаться привлечь внимание! — Недовольный голое Киана Лиркана мне очень не понравился.

— Ты же понимаешь, что ее внимание они пытались бы привлечь в любом случае. Даже если бы она тихо просидела в палатке. — Гаран немного помолчал, а потом продолжил: — Вместо того чтобы выражать недовольство, лучше бы присоединился к остальным. Попытка не пытка…

— На что ты его толкаешь? — услышав голос Санаи, я от неожиданности чуть не распахнула глаза. — Хочешь, чтобы над ним посмеялись, разбередив старые раны?

— Так, закрыли эту тему. — От столь суровых интонаций кожа покрылась мурашками, и мне неимоверно захотелось закончить маскарад и «проснуться». — Гаран, позаботься о девчонке, а то она уже дрожит от холода.

Знал бы он, от чего я дрожала. Хотя действительно начала подмерзать. Стараясь услышать продолжение разговора, я сидела неподвижно, упорно изображая спящую, и это не позволяло мне использовать естественные способы обогрева.

Комплименты лекаря, без сомнения, были приятны, но их сладкий вкус смазался реакцией капитана. Как будто я виновата, что у них проблемы с женщинами! Словно я сама открыла проклятый переход и оказалась в этом странном месте, чудом уцелев после нападения ашвеи! И вообще, я бы с удовольствием покинула это мужское государство, но возможности пока нет. Если только один не в меру недовольный капитан не поможет мне в осуществлении идеи…

Химаэнир, дочь вождя южного племени орков. Ёжка.

Мы с подругами крались по коридорам Академии Темных Боевых Искусств. Лекции у боевиков уже закончились, и потому кругом царили сумрак и зловещая тишина. За время недолгого пребывания в этом милом учебном заведении мы успели хорошо изучить как внутренний распорядок, так и расположение кабинетов и аудиторий. Единственное, чего не учли, — что коридор, ведущий в администрацию и, как следствие, к кабинету ректора, может быть усилен охранными плетениями и защитными ловушками. Но пока нам везло, и ни одна из них не сработала.

— Девочки, вот объясните мне, что мы тут делаем? — сквозь зубы прошипела Пелагея, выпутывая синюю косу из цепких лап ветвистого кактуса, стоящего в кадке между окнами.

— Мы пытаемся добраться до поисковой системы.

— «Глонасс»? — брякнула Яника.

— Для нас, для нас, — проворчала я, — ну и для Рады, конечно.

Яника захихикала, но, вовремя вспомнив про конспирацию, закрыла рот ладошкой. Время и место были не самые подходящие для выяснения деталей.

— А я еще раз предлагаю смыться, — проворчала Поля, наконец-то освободив волосы.

— Нужно взять волшебное блюдечко и наливное яблочко в кабинете ректора и попробовать найти Радомилу, — я в очередной раз попыталась донести простую мысль до подруг. Встречный аргумент, что наставницы этот способ назвали бесперспективным, я не принимала.

— А почему ты просто не попросила эту тарелку у мужа? — заинтересовалась Яника.

— Потому что он считает, что поиски пропавших, пусть даже это ученица Школы Сказок, не нашего ума дело.

— Меня больше занимает вопрос, как мы проникнем в кабинет Мстислава Яромировича. — Снежана, как всегда, смотрела в корень проблемы.

— За это можешь не переживать. У меня есть доступ во все помещения академии, в том числе и в кабинет.

Как я и предполагала, в вотчину любимого супруга мы пробрались без проблем. Они начались, когда через полчаса пришлось убедиться в бесплодности поисков. В изнеможении рассевшись кто где, мы попытались устроить мозговой штурм.

— А может, у него и нет вовсе этого яблочка? — поинтересовалась Злата, взлохмачивая ежик золотых волос.

— Или съел с голодухи, — засмеялась Голуба. — Хим, признайся, голодом мужика моришь?

— Не надо про голод, для меня эта тема еще болезненная, — я поморщилась, вспоминая, как муж пытался приобщить меня к здоровому питанию.[5] — Я точно знаю, что видеонаблюдение он осуществляет именно из кабинета. Значит, этот комплект должен быть где-то здесь.

— Приятно слышать, что любимая так хорошо меня знает, — раздался в повисшей тишине издевательский голос, отчего кое-кто из девочек взвизгнул, а некоторые попробовали слиться с обстановкой. — И позвольте узнать, что за спонтанный девичник в моем кабинете?

Муж, оказывается, пришел не один, а в компании магистра Алео, к которому тут же на шею кинулась Верея.

— Мы ищем Раду! — Правда — наше все, тем более в такой неловкой ситуации.

— В моем кабинете? — Мстислав прошел к столу и, подняв меня со своего кресла, опустился в него сам. Только сбежать мне не позволил, усадив на колени. — Девушки, почему вы такого плохого мнения о ваших наставницах? — Когда я развернулась, чтобы посмотреть этому коварному мужчине в лицо, он только иронично выгнул бровь.

— Мы о них хорошего мнения, — не сдержала недовольства Любава. — Но и сидеть сложа руки — не можем!

— Ну так найдите для ваших рук более достойное применение, — хохотнул магистр Алео, но, поймав на себе одиннадцать кровожадных взглядов, уткнулся лицом в волосы любимой, тем самым пряча улыбку.

— Пробовали уже искать Воскресенскую через блюдечко, и через волшебное зеркало, и другими волшебными предметами — она не откликается. — Мстислав устало потер переносицу, и мне стало немного стыдно. Но только совсем чуть-чуть, потому что за подругу в данной ситуации я переживала гораздо больше.

— А может, у нас получится? Почему вы не даете попробовать?

И надо же, все-таки дали! А чтобы у нас не осталось никаких сомнений — терпеливо ждали, когда мы самостоятельно убедимся в отсутствии результата. Как мы ни пытали бедное блюдечко, все, что оно демонстрировало после ритуального прокатывания яблочка по ободку, — войну черно-белых микробов, то есть помехи, и едва уловимую надпись: «Вызываемый герой не отвечает или находится вне зоны действия волшебства».

— Дайте, я его понадкусываю! — прорычала Веселина, не выдержав издевательства. — Может, тогда оно одумается?

— Что значит «не отвечает»? — одновременно с ней заговорила Снежана, обращаясь при этом к магическому предмету. — Ты нам просто покажи — жива или нет.

— Улья-я-ян, а щука тебе что сказала? — мученически спросила Злата.

— Что невозможное не входит в сферу ее возможностей, — пробурчала дочка Емели и обладательница уникального фамильяра. — Я из нее скоро уху сварю. Девочки, вы уху любите?

— Уху не очень, а вот шашлычок из рыбки самое то! — мечтательно протянула Верея, за что заработала недобрый взгляд от Златы — дочки Золотой Рыбки.

— Так, вкусовые пристрастия вы обсудите за обедом, а сейчас марш спать! — скомандовал Мстислав и открыл портал для девчонок. Меня же, придав ускорение шлепком пониже талии, отправил в нашу спальню. Вредина! Но такая любимая…

Запись четвертая,

про надежду и чудо

Мир привычный мой разрушен

Неудачей колдовскою.

Новый якорь в жизни нужен,

Чтобы быть самой собою.

— Радомила, просыпайся, — позвал меня Гаран, накидывая сверху теплое одеяло.

— Не хочу-у-у, — протянула я, приоткрывая правый глазик.

— Пойдем в палатку. Поешь и снова ляжешь спать, — заботливо произнес парень, не забыв погладить меня по голове.

— Считай, что я скелетик с неисправным опорно-двигательным аппаратом…

— Что? — не понял меня Гаран.

— На ручки хочу! — объяснила более доступным языком и смерила подозрительным взглядом так называемого лекаря.

Интересно, а он анатомию вообще учил? Или его лечение основывается на интуитивном обнаружении прорывов в ауре, а также визуальном осмотре? Хотя, скорее всего, мой тонкий юмор недоступен этим изолированным от хорошего общества мужланам.

— На ручки так на ручки, — немного устало вздохнул парень и попытался подхватить меня со стула.

— Не надо! — пошла на попятную я, почувствовав угрызения совести. — Лучше помоги встать, кажется, я ногу отсидела. А дальше сама дойду.

— Босиком по остывшему песку?

— Люблю, знаешь ли, острые ощущения. — Я улыбнулась и попыталась встать, но ноги предательски подвели.

Следующая попытка подняться также не увенчалась успехом. Правая нога затекла до онемения, и опираться на нее не представлялось возможным. По крайней мере, ближайшие несколько минут. Но ждать не пришлось — ко мне подошел капитан, которого я демонстративно игнорировала, и подхватил на руки. Легко так, даже не напрягаясь. Да уж, когда силы есть, ума не надо — это про кэпа!

Нет, ну надо же было додуматься пронести меня через весь лагерь, не забыв покрасоваться перед остальными воинами. Тут и безмозглому зомби понятно, чем это может обернуться, а кэп не догнал! Я даже не удивилась, когда перед условно моей палаткой возник недовольный Рокхар и потребовал отдать «его женщину».

— Только тебя для полного счастья и не хватало, — пробурчала я, кутаясь в одеяло и сильнее обнимая капитана Лиркана за шею.

Ну а что? Он горячий, большой и очень удобный. Находиться у него на руках оказалось неимоверно приятно. Даже не так… В общем, с этим непонятным индивидом было уютно, и закономерное вмешательство Рокхара весьма подпортило настроение.

— Никогда по рукам не ходила, и как-то не хотелось бы начинать. Капитан, не могли бы вы доставить меня до места назначения лично?

На мою просьбу отреагировали очень странным взглядом с толикой насмешки, которая на каменном лице смотрелась о-о-очень необычно.

К счастью, Рокхар мой намек понял правильно и, скрипнув зубами, все-таки освободил проход. Ну что же, может, с этим сидхаем не все еще потеряно. Зачатки интеллекта определенно есть, а все остальное дело дрессировки!

Оказавшись на уже ставшей родной койке, блаженно потянулась и застонала, не сумев сдержать эмоций.

— Еще один такой звук — и меня придут убивать ваши поклонники, — произнес капитан, заставив меня приоткрыть один глаз.

— А вы что же, боитесь их?

— Скорее, за них.

— Неужели полагаете, что я, вся такая маленькая и хрупкая, могу их обидеть?

— Уверен в этом, — иронично произнес мужчина и, прежде чем я успела возмутиться, вышел из палатки.

Так-так, а наш кэп не такой уж бука, как показалось на первый взгляд. Хоть и бурчит не по делу и пытается казаться монолитным надгробием, но, как говорится, на тихом кладбище мертвяки водятся!

— Тетенька, а почему у вас такой кровожадный взгляд? — спросил зашедший следом за капитаном Гаран.

В руках у него была кружка с отваром и внушительная тарелка с дымящейся кашей. Приняв свой ужин, не смогла сдержать улыбки.

— Чтобы еды приносили побольше и почаще. — Я вопросительно посмотрела на лекаря. — Сам-то ел?

— Еще не успел. Сейчас как раз пойду…

— Голову не морочь, — оборвала я парня, недовольная темными кругами под глазами и легким подрагиванием пальцев. — Садись!

И, не слушая возражений, усадила Гарана на койку. Отобрав ложку, зачерпнула ароматную кашу с кусочками мяса и поднесла ко рту гостя.

— Давай, за тетю Раду… — усмехнулась я, глядя в возмущенное лицо.

— Может, я и устал, но не настолько же!

— Тогда ешь сам, — и, вернув ложку, направилась к столу.

Там, по идее, должны были оставаться лепешки и куски мяса. Надеюсь, они не успели испортиться от такой жары! А еще в кружке нашлась ложка, которую я прихватила с собой.

— Держи! — Протянув бутерброд Гарану и откусив от своего, я принялась за кашу.

— Спасибо.

В ответ меня разглядывали как диковинную зверушку.

— Ты чего? — после минутного молчания решила спросить я.

— Пытаюсь понять твои мотивы.

— М-м-м?

— Мне непонятна твоя забота. Даже скорее опека. Ты ухаживаешь за мной, разрешаешь спать в своей кровати и при этом даже ни разу не поинтересовалась моим материальным состоянием. Это… непривычно.

— Тут все просто, мой юный друг. Ты напоминаешь мне старшего племянника.

— Именно старшего?

— Ага. Он, как и ты, несмотря на свой юный возраст, занимается целительским делом. Гены отца-альва сыграли веселую шутку, и у потомственной некромантки родился малыш со светлым даром. Чудесный и очень одаренный мальчик, который не жалеет себя и своих сил, стараясь помочь окружающим. Ты — такой же. Поэтому мне и безразличны твои материальные достоинства, которые меркнут в сравнении с душевными качествами!

— Спасибо, — смущенно улыбнулся Гаран, делая глоток из кружки. — Таких комплиментов мне еще не делали.

— Всегда пожалуйста. Ты, главное, жуй, не останавливайся.

— Откармливаешь на убой?

— Скорее чтобы самой не убиться. А то ночью вместо мужественного плеча натыкаюсь на острые кости. Нет, к скелетикам я привычная, но по ночам все же хочется комфорта.

— В таком случае следует спать одной, — раздался от входа недовольный голос капитана Лиркана, заставивший поперхнуться.

Пока заботливый лекарь приводил меня в чувство, кэп сгрузил на стул еще одно шерстяное одеяло — четвертое, кстати — и, сложив руки на груди, замер у стола.

— А чего он хочет? — тихо спросила я у Гарана, откладывая в сторону недоеденный бутерброд.

— Ждет, пока я поем и уйду.

— Тогда ждать придется долго, потому что после ужина я планирую устроить тебе допрос.

— Можете задать вопросы мне, — с тем же каменным выражением лица произнес капитан.

Ага, задать-то я могу, но не факт, что вы ответите! Хотя попытка не пытка…

— О каких кристаллах вы вели речь и почему их может зарядить только загадочный Шантей?

— Дерра, а вам никогда не говорили, что подслушивать нехорошо?

— «Нехорошо» только для тех, кого подслушали. — Мило улыбнувшись, я забралась на койку с ногами и удобно устроилась на подушках. — А вот вас, капитан, явно не учили, что отвечать вопросом на вопрос — дурной тон!

— Наглая девчонка, — покачал головой глава отряда зачистки и посмотрел на Гарана. — Не задерживайся долго.

И все! Ни прощания, ни пожелания спокойной ночи! Просто развернулся и вышел, запустив напоследок в палатку холодный воздух. Бессовестный!

— Я так понимаю, меня сейчас будут пытать? — с улыбкой спросил лекарь, отставив пустую тарелку.

— Только в том случае, если откажешься сотрудничать на добровольной основе.

— Так, ради интереса, какие виды пыток ты собираешься применить?

— Вначале подразню бутербродом, который у меня есть, а у тебя уже нет! Потом теплым одеялом и подушкой, до которых тебе только предстоит добраться…

— Все, дальше можешь не перечислять, — засмеялся Гаран и недолго думая улегся рядом со мной. — Я готов сознаться во всем! Даже в том, чего не делал. Так что спрашивай.

— Напоминаю вопросы. Первый: с какими кристаллами у вас проблемы?

— С защитными.

— А если подробнее?

— По периметру нашей стоянки размещены кристаллы, создающие непроницаемый купол. Он оберегает от резких перепадов температур и нападений хищников.

— С температурным режимом у кристаллов явные проблемы.

— Я бы отвел тебя к Границе, чтобы показать происходящее за пределами купола, но… завтра у тебя будет уникальная возможность увидеть все самой.

— И что-то мне подсказывает, что зрелище будет не из приятных… Значит, у защитных кристаллов заканчивается заряд и исправить это может только таинственный Шантей?

— Он совсем не таинственный. Тот парень, что лежит в палатке Санаи, и есть наш мастер Щитов.

— То есть он делился своей силой, а кристаллы копили, увеличивали и закольцовывали ее?

— Верно, — медленно кивнул лекарь, глядя на меня с явным удивлением.

— Представь себе, красивые девушки тоже бывают умными, — правильно истолковав его взгляд, улыбнулась я.

— На моем жизненном пути ты первая такая…

— Мне уже страшно знакомиться с вашими коренными жительницами, — усмехнулась я. — Так когда заряд закончится?

— Ближе к вечеру. Как раз во время пробуждения тварей.

— А днем они разве не активны?

— Нет. Поэтому наши воины и ходят на охоту в светлое время суток. Находят логово, проникают в него и уничтожают спящих тварей.

— Странно… На нас ашвея напала днем. Да и сквозь Границу они прорывались в светлое время суток.

— Знаешь, нас это обстоятельство тоже удивило. Изначально капитан предположил, что вы нарвались на отбившуюся гаули…

— Может, и так, — не стала спорить я. — Скажи, а какие планы у отряда на завтра?

— Будем укреплять оборону.

— А помощь? Неужели нельзя никого позвать? Или самим попытаться добраться до города?

— С раненым на руках мы не уйдем далеко, только вымотаемся перед сражением. А помощь просто не успеет добраться. Бой будет в любом случае.

— Скорее — побоище, — пробормотала я. — А как выглядят защитные кристаллы и как далеко находятся от лагеря?

— Не твоего хорошенького носика дело! Лучше бы брала пример со своей подруги и не лезла на рожон.

— Да уж, рожон сам на нее лезет, — парировала я.

— В каком смысле?

— Да так, не обращай внимания, — усмехнулась я, вспоминая, как бойцы пытались привести в чувство Василису, лежащую без сознания под простынкой.

Делали они это с выражением неописуемого восторга, подобно детям, разворачивающим подарок Двое взяли простынку по краям и начали приподнимать. Только делали это почему-то со стороны ног. Когда простыня приоткрыла бедра, Вася взвизгнула, замахала руками, потом вскочила и убежала в свою палатку. Я же наградила «спасателей» хмурым взглядом, но ругаться не стала.

— Так ты не расскажешь мне, что собой представляют кристаллы?

— Нет. И вообще, поздно уже. Спокойной ночи, тетенька.

— Покойной, малыш, — ответила я и, наградив мелкого поганца кровожадной улыбкой, с блаженным вздохом вырубилась.

* * *

Что такое невезение? Ну, к примеру, это когда идешь упокоить восставшее кладбище, а там вместо любимых зомбиков — сплошные упыри. А у тебя из средств защиты только серебряный атам да полупустой резерв, вычерпанный в ближайшем капище. Вот когда открываешь в себе способности к нестандартному мышлению, а также скоростному черчению символов защиты и уничтожения.

Так вот, помимо простого невезения, бывает еще полный… крах. Это когда резерв совсем пустой, а впереди сражение с тварями, о большинстве которых ты даже никогда не слышал. И единственное, что ты можешь сделать, — это найти среди гор песка таинственные защитные кристаллы и исследовать их за оставшееся время. Причем действовать необходимо быстро и незаметно, иначе есть вероятность оказаться «запертой» в палатке.

Вот и приходилось мне, обвязавшись простынкой, ползать по песку в десяти метрах от лагеря и искать… Короткими искрами медленно возвращающихся сил прощупывать песчинки в надежде на магический отклик. За прошедшие двадцать минут удача ни разу не показала своего светлого лика, упорно игнорируя все мои просьбы. Ну не зараза, а?

В итоге, когда задранная к небу филейная часть уже основательно прогрелась, я наконец-то его нашла! Маленький черный камень, украшенный незнакомыми письменами и вкраплениями белых полос другой породы. У меня бы язык не повернулся назвать это нечто кристаллом, но с создателями ведь не поспоришь.

Так вот, зависнув над раскопанным камнем, я с интересом принялась разглядывать плетение, пытаясь разобрать заключенные в артефакте свойства и принцип их действия. Основа — усиление вложенной магии и ее распределение по другим кристаллам, за счет чего образуется защитный контур. Крепкое плетение, ничего не скажешь, но… Неужели создателям этой штучки не хватило ума прописать в схему заклинание преобразования энергии, чтобы в дальнейшем для подпитки можно было использовать любую силу? Дилетанты, иначе и не скажешь.

— Что ты там делаешь? — раздался сзади девичий голос, заставивший вздрогнуть.

— Пытаюсь закопаться от избыточного внимания нежеланных женихов, — съязвила я и повернулась к Василисе.

— Ой, можно подумать, краса неписаная!

— Краса не краса, а говорят в этом лагере только обо мне. Есть повод задуматься, не правда ли?

— Да кому ты нужна!

— М-м-м, — томно протянула я, чуть прикрыв глаза. — Например, Надею, который бросил тебя ради меня…

Мой расчет оказался верным. Услышав имя бывшего жениха, Вася аж побагровела от злости и… запустила в меня сгустком тьмы. Причем совсем не слабым, что натолкнуло на мысли о восстановлении ее резерва.

Отскочив в сторону, краем глаза проследила, как магия ударила в камень и под чавкающий звук впиталась в него. Тут же незнакомые письмена вспыхнули тусклым светом, а купол на мгновение потемнел, распределяя по линиям связи полученную тьму.

К сожалению, уровень защитного заряда больше не стал. Значит, надо найти вязь, отвечающую за подпитку, и уже после этого накладывать ее на шаблон защиты. И помощь бывшей подруги будет очень даже кстати.

— Стоять! — скомандовала я, заметив в руках девушки новый шар. — Влачи свое существование сюда…

— Предпочитаешь рукопашный бой?

— Предпочитаю временное перемирие и плодотворную работу. Взгляни на этот артефакт.

Как я и предполагала, стоило Васе услышать заветное слово, как все обиды отошли на задний план. Ну что поделаешь с магом, помешанным на своей работе? А Василиса Бессмертная была отменным боевым магом, специализирующимся на артефактах.

— Что это?

— Защита, благодаря которой нами еще не закусили низшие. Но срок ее действия, как видишь, на исходе. Есть предложения по исправлению недочетов создателей?

— Десять потоков… Поглощение… Умножение и возврат… Если убрать один из потоков и добавить руну «Зеркала», то любое внешнее воздействие будет поглощаться щитом, при этом увеличивая его мощность!

— Да чтоб мне гроб жал! Про «Зеркало» я даже не вспомнила.

— Неудивительно. С артефакторикой ты никогда не дружила.

— Зато ты хоть в чем-то пригодилась, — не смогла сдержаться я, за что получила тычок под ребра.

Потом была сдача… Еще тычок… В итоге разнимать нас прибежал весь лагерь. И пускай я леди из высшей аристократии, но драться всегда умела и любила. Да и Вася, при наличии братьев и сестер, кулаками махала знатно. Стоит ли в таком случае упоминать, что нашим миротворцам тоже досталось? Так сами виноваты!

— Что здесь происходит? — Недовольный голос капитана остудил получше ледяной воды.

— Тренировочные бои перед столкновением с низшими. — Вырвавшись из рук Рокхара, я только недовольно на него посмотрела.

Стоит тут, полуголый, пугает своим плотоядным взглядом и видом внушительного торса. И не стыдно так ходить? Перевела взор на другого сидхая и поняла, что нет — не стыдно. Они все, кроме главнюка, были обнажены до пояса, демонстрируя разную степень мускулистости и волосатости.

И все, за исключением капитана, проигрывали Рокхару по обоим пунктам! Дерра Лиркана рассмотреть не было возможности из-за свободной рубахи, что скрывала все, даже смуглую шею. И что он там прячет, любопытно мне знать?

— И как успехи? — Мне показалось или в голосе сурового воина проскользнула насмешка?

— Переменные, — пробурчала Василиса, тоже вырвавшись из захвата и придвинувшись ближе ко мне.

Ну да, я-то хоть и зло, но уже знакомое и родное. А от этих вояк еще неизвестно, чего ожидать. Вдруг им надоест ждать, и они решат ускорить выбор женихов силовыми методами? То-то веселье будет!

— В таком случае прошу вас в мою палатку. Расскажете подробнее про ваши… тренировки.

Делать было нечего, пришлось идти. Да и попить холодной водички не мешало, а то не ровен час хлопнусь в обморок на радость Рокхару. Уверена, что он своего не упустит и сразу потащит в палатку, чтобы продемонстрировать заботу и… другие качества, столь необходимые лучшему мужу.

— Присаживайтесь, — скомандовал кэп, как только мы очутились на его территории.

От таких интонаций даже просить воды расхотелось, но Лиркан оказался на удивление чутким и понимающим мужчиной. Наполнив две кружки драгоценной жидкостью, да такой холодной, что металлические стенки запотели, он протянул посуду нам. Пока мы утоляли жажду, он сел на свой стул, скользнув по нам подозрительным взглядом.

— Кто начнет рассказ первой?

Посмотрев на Василису и удостоившись взгляда: «Ты все затеяла — тебе и расхлебывать!», начала вводить мужчину в курс дела. Я старалась говорить кратко и по существу, чтобы в случае положительного ответа сразу приступить к работе. Кто знает, сколько времени понадобится, чтобы интегрировать «Зеркало» в местное магическое плетение. Шансов у нас, к сожалению, с каждой минутой становилось все меньше и меньше.

— Вась, мне не нравится выражение скепсиса на его лице, — довольно громко прошептала я, завершив свое повествование.

— Простите за недоверие, просто весьма непривычно слышать речи о магии от… девушек.

— Простим, — величественно кивнула я, — если вы нам доверитесь и позволите поработать над защитой.

— Выбора все равно нет. Купол почти растаял, а солнце только приближается к зениту. Через пару часов даже стены палатки не спасут от удушающей жары, а ночью — от холода.

— И многочисленных тварей, что обязательно заглянут в гости.

— В том числе, — кивнул мужчина, признавая очевидное.

— Тогда мы пошли работать! Хотя… нам бы не помешал провожатый, чтобы не тратить время на поиски кристаллов.

— Рокхар подойдет? — невозмутимо спросил капитан, но я снова расслышала насмешку в его голосе.

— А может, сами к нам присоединитесь? — аналогичным тоном поинтересовалась я.

— Не смею отказать настолько очаровательной дерре, — отозвался сидхай, а меня от его «дер-р-ры» пробрало.

Ну да, есть у меня такой фетиш — красивые мужские голоса. В основном я реагирую довольно спокойно, просто наслаждаясь бархатным звучанием, но иной раз… одного-единственного слова хватает, чтобы по телу забегали восставшие мурашки, вызывая сладкую истому во всем теле. Вот и сейчас получилось так же! Ох, чую, мне будет очень непросто в компании этой темной лошадки.

— Прошу на выход, девушки.

Вначале мы отправились к первому найденному мною камню. Василиса, отняв у кого-то из воинов нож, принялась вычерчивать руну «зеркала», одновременно с этим отсекая от основного плетения один из потоков. Проследив за принципом работы, я попросила капитана отвести меня к следующей защитной точке.

В общем, работу мы закончили как раз перед полным истощением купола. Пока переподсоединили потоки, пока проверили и напитали силой, устали безумно. Но оно того стоило! Особенно порадовали удивленные, наполненные неверием лица сидхаев. Больше всего рассмешил приставучий возможный жених, гордо вышагивающий вдоль рядов своих знакомых и буквально кричащий: «Вот такая у меня бабенка! Завидуйте все!» Воины дружно завидовали, но оспорить претензии на меня не решались. Неужели Арвар и вправду такой серьезный противник?

Дальше было веселее. Василиса, оглядев собравшихся, заставила каждого нанести удар максимальной мощности по куполу, желая проверить его свойства. Мужчины долго сопротивлялись, не желая испортить единственную защиту лагеря, но от моей «подруги» еще никто так просто не отделывался. В итоге первым, кто не выдержал осады, оказался Гаран. Сил после лечения Шантея у него было не особо много, но на простенький энергетический шар хватило.

Как мы и ожидали, поле тут же впитало магию и распределило по всему куполу, ознаменовавшись лишь легким колыханием воздуха. Следом за лекарем удар нанес Рокхар, да такой, что полупрозрачная пленка выгнулась дутой. От всплеска силы такой мощности купол тут же уплотнился, став вполне осязаемым. Такое наглядное проявление необходимости магической подпитки стало толчком для других.

В итоге, когда нижний край солнца коснулся горизонта, защита была полностью восстановлена. И даже улучшена благодаря фантазии Васьки. Теперь все, кто пытался подойти к куполу извне, не просто натыкались на преграду, но и получали ощутимый магический импульс, который при втором соприкосновении испепелял жертву. Добрая девочка, ничего не скажешь.

С учетом того, что из-за измененной структуры плетения потоков стало девять, один из камней оказался лишним. Недолго думая прибрала его в свои загребущие ручки и, слегка поколдовав над рунами, сделала себе персональный накопитель. У самой сил были крохи, так что за подпиткой отправилась в гости к единственному сидхаю, не принимавшему участия в магическом укреплении щита, а именно — к главнюку.

Кстати, когда я предложила ему проверить защиту на прочность, все воины, как один, протестующе закачали головами. И не поймешь, то ли не доверяют своему командиру, то ли не хотят растрачивать и его силы. Но в любом случае магии у него было полно, чем я и решила воспользоваться.

Предварительно испросив разрешения, скользнула в палатку начальства и замерла у стола, протягивая капитану камень.

— Что это? — Увидев в ответ иронично приподнятую бровь, капитан исправился: — Точнее, зачем?

— Так вышло, что вы остались единственным состоятельным мужчиной в этом оторванном от цивилизации месте. Все остальные поистратились при «обстреле» поля. — Я вспомнила, как воины красовались передо мной и Кащеевой дочкой. — Поможете леди зарядить накопитель?

Он хмыкнул, взяв кристалл у меня из рук, и начал внимательно изучать. На удивление, капитан не скрывал эмоций, и по смене выражений лица я примерно догадывалась, какое из плетений он обнаружил в данный момент.

— Вы зациклили формулу на себя… Да, пожалуй, я могу помочь, но тогда вам придется выйти за меня замуж.

От такого поворота событий я откровенно опешила. Понятно, что с этим вопросом мне предстояло разобраться уже в ближайшее время и независимо от моего желания, но такая его постановка откровенно озадачивала.

— Как ни стараюсь, я все же не могу уловить здесь связь… — сдалась я, а потом наигранно ужаснулась. — Теперь получается, что после того как весь отряд зарядил своей магией перенастроенные нами камни, мы с Васькой должны организовать по гарему из… восьми особей? — Перед глазами мелькнули члены отряда, как на подбор высокие, широкоплечие, мускулистые, а главное — выносливые. — Это ж никакого здоровья не хватит! Я, конечно, некромант, но самообслуживание в данном вопросе весьма затруднительно!

Капитан на мою иронию отреагировал непроницаемым выражением лица и слегка подрагивающими уголками губ. Хорошо себя в руках держит, ничего не скажешь!

— Хотя в данном случае основную работу по переделке кристаллов провела Василиса, а значит, можно считать, что гарем полагается ей одной! Не желаете пополнить ряды? Вдруг да выйдет устроиться старшим мужем.

Подтрунивать над мужчинами мне нравилось всегда, только в данный момент я не учла одной маленькой детали — противник-то тоже оказался с зубками. Поэтому не успела я толком распробовать вкус победы, как последовал ответный ход.

— Нет, не желаю. Да и на зарядку коллективных накопителей это не распространяется. В случае если я наполню ваш артефакт силой, он по умолчанию станет родовым. При этом есть вероятность, что передача моей магии в ваше пользование зарядит не только артефакт, но и вас саму.

Озадаченно замерев, смерила мужчину подозрительным взглядом и задумалась — это он настолько тонко издевается или говорит правду?

— А если вы забеременеете, — капитан решил добить меня, но при этом непонятная хрипотца, возникшая в голосе, маленькими разрядами «пробежалась» по коже, — я как истинный потомок великого рода буду обязан взять вас в жены.

На мгновение повисла тишина. Тряхнув головой, освобождая мысли от непонятного оцепенения, я наконец поняла…

— Все-таки издеваетесь! — прищурившись, смерила мужчину членовредительским взглядом.

— Подшучиваю, — не выдержал Киан и самым бессовестным образом расхохотался.

Первым моим порывом было наброситься на наглеца с кулаками, но я сдержалась. Не пристало леди вести себя столь агрессивно. Леди мстят изящно, добавляя в коктейль отмщения немного ожидания и невероятный привкус обещания страшной расплаты. А чтобы этот напиток запомнился надолго, необходимо было собрать дополнительную информацию.

— Может быть, теперь вы оставите свои шуточки и позаботитесь о несчастной истощенной девушке, напитав силой кристалл…

— Присаживайтесь.

Устроившись на стуле, я с интересом стала наблюдать за работой воина. Делал он все правильно, но как-то топорно, из чего явно следовало, что Киан самоучка и овладевал своим даром методом проб и ошибок. Об этом я и спросила, разрушая повисшую тишину.

— После нашего переселения в Сид-Ахай многие знания были утеряны. Из ныне живущих под куполом почти все самоучки. Мы стараемся передать детям то, что освоили сами, но не сложно догадаться, какие из воинов учителя. Когда началась война, я был учеником мудрого Знающего. Он научил меня основам владения силой, но на этом все и закончилось.

— Что стало с вашим учителем?

— Погиб при зачистке. Как и многие другие. Выжить удалось лишь воинам и тем, кто пришел уже после создания купола.

— Мне жаль, — прошептала я, отводя глаза.

— Не стоит жалеть об ушедших. Мир Теней принял их души, а боги направят и подарят новую жизнь.

— Мне нравится ваша философия, — улыбнулась я. — А еще завораживает сила, с которой вы абсолютно не умеете обращаться. Поэтому у меня к вам предложение.

— И какое же? — настороженно уточнил капитан.

— Я научу вас всему, что знаю сама, а в ответ вы окажете мне услугу.

— Какую?

— Пока не придумала. Так что у вас есть время подумать над моим предложением.

И вот после этого, улыбнувшись самой обворожительной улыбкой, я забрала накопитель и выскользнула из палатки.

* * *

Вооружившись тонкой палкой, тихонько одолженной у одного из воинов, я второй раз за день ползла по песку. Только на этот раз вместо поисков занималась любимым и привычным делом — черчением пентаграммы. Пятиконечная звезда была заключена в два круга разного диаметра, между которыми тянулась цепочка рун ограничения и подчинения. Эти символы мне предстояло напитать силой Киана Лиркана, добавив к ним капельку своей крови.

Чертила я без особой надежды на успех — все же магический фон в этом месте довольно странный, но попробовать стоило. Вопреки первому желанию призвать душу погибшего наставника и второму — привлечь какую-нибудь прабабушку капитана к его перевоспитанию, я решила вначале попытать счастья с призывом животных. Вернее, поднять трупы низших, которыми буквально кишела эта земля.

В этом я убедилась буквально в первый час после захода солнца, когда наш лагерь озарила яркая вспышка света. Покосившись на довольную Василису, сделала правильные выводы — твари атаковали сразу со всех сторон и скопом, за что и поплатились своим существованием. Жаль только, что вместо дохлых тушек от них остался лишь прах.

Дополнив схему последними штрихами, встала в центре пентаграммы и, полоснув по руке ножом, приложила к порезу камень. Артефакт тут же запульсировал, ярким всплеском силы привлекая новых тварей и волнами вливаясь в руны. Выученные с детства слова призыва и ментальный приказ ко всему, что покинуло подлунный мир.

Сидхаи, почувствовавшие мою магию, появились почти одновременно с пробуждением первой из сущностей. Ею оказалась не так давно сгинувшая среди песков ашвея, еще не успевшая до конца разложиться. Тело гигантской гусеницы окутывали линии силы, из-за чего она светилась в темноте, вызывая понятную тревогу у воинов и заметное оживление среди своих собратьев.

Дальше стало еще веселее, когда из песка полезли разрозненные кости от разных существ, мерцая веселеньким зеленым светом. Всегда любила наблюдать, как конечности ползут друг к другу, пытаясь по пути прихватить и остальные части бывшего когда-то единым тела. Расход энергии в этом случае был значительно больше, но зато какое представление!

Сидхаи, безусловно, впечатлились и теперь поглядывали на меня не столько с интересом, сколько с опаской. Во-о-от, а я предупреждала, что моя профессия весьма опасна и трудна. Эх, но до чего же она прекрасна! Для полного антуража не хватает только бледного света луны да завывания одинокого волкодлака в весенний период.

Довольно оглядев восставшее и собирающееся по частям воинство, дала ментальный приказ охранять Границу. После этого влила остатки силы в линии пентаграммы и благополучно потеряла сознание от истощения.

Любава, дочь Змея Горыныча. Ёжка

— Подъе-о-ом! — зазвучал зычный голос прямо над ухом.

— Пап, ну еще минуточку, — пробурчала я сквозь сон. — У тебя самого еще две головы не проснулись…

И тут в мое сонное сознание прокралась здравая мысль — откуда в общежитии Школы Сказок взяться Змею Горынычу? Он здесь даже в ипостаси человека с трудом поместится. Резко сев, я окинула смущенным взглядом Ари Вреднюковну, стоящую напротив моей кровати со скрещенными на пышной груди руками.

— Две другие головы, значит, не проснулись, — ехидно уточнила она, — ну-ну. Подъем!

Последнее слово она гаркнула, как заправский строевой, и, магически усиленное, оно разнеслось по всей общаге. Из соседних спален послышался грохот падающих тел, а откуда-то снизу еще и мужская ругань. Переглянувшись с наставницей, мы коварно улыбнулись и подмигнули друг другу.

— Значит, так, я пошла разбираться с незваным мохнатым гостем, который зачастил к Верее, а ты проверь, все ли проснулись. Разговор у меня к вам.

Согласно кивнув, я с кряхтеньем сползла с кровати. Все же старость — не радость… И, накинув на себя халат, отправилась по комнатам девочек. Кто бы меня заранее предупредил, что работа старосты опасна и трудна! Ведь к каждой из подопечных необходимо было найти свой подход, выучить повадки и привычки, чтобы в один из не совсем добрых утренних часов не схлопотать чем-нибудь по лбу.

Например, Снежа очень любила кидаться снежками. Сухими, когда ее просто будили. И мокрыми, когда вырывали из хорошего сна. Остальные были миролюбивее и отстреливались либо подушками, либо тапками. Ну и в самое доброе время просто посылали в лес к лешему и болотнику.

И все же было волшебное слово, которое безвозвратно сметало и сонную негу, и лень. Звучало оно гордо и страшно — Наставницы! Зная любовь старших Ёжек к пакостям, в их присутствии мы старались вести себя тихо и примерно. Не скрою, удавалось не всегда, но, по крайней мере, мы пытались!

Так вот, растолкав всех девчонок и передав пожелание самой молодой и вредной наставницы, мы спустились вниз и замерли на крылечке. Вид наставница имела грозный и суровый, прижимая к себе кота Ядвиги Еловны, который, вопреки обыкновению, даже не думал возмущаться. Кажется, все совсем печально…

— Вот скажите мне, дорогие мои, где вы обучаетесь?

Вопрос явно скрывал какой-то подвох, поэтому и ответы были робкие и осторожные:

— В Школе Сказок…

— Направление Зловредности…

— Вот именно — зловредности! — подхватила Яга. — И где оно — это зло? Где ваша вредность?!

И тут до меня стали доходить причины сегодняшней побудки…

— Так это вы из вредности нас разбудили? — Руки сами собой уперлись в бока.

— Злость, значит, срывали? — подала грозный голос Пелагея. — Подруженьки, предлагаю смыться!

На лице наставницы расплылась довольная улыбка, а котик заурчал громкие рулады.

— Вот! Значит, сегодня вы в порядке. А то развели вчера сырость перед сном: «Еще одна Ёжка пропала», «Мы все умрем». Я вам быстро напомню ваше предназначение! Итак, урок по основам зловредности считаю открытым! Девочки, за мной! — и, развернувшись, Баба-Яга направилась в чащу леса.

Вздохнув, я, как обычно, первая последовала вперед. Нехорошо, конечно, вчера вышло. За ужином мы вспомнили Тенью. Она первая покинула наши сплоченные ряды. Тринадцатая Ёжка, рискнувшая ради неизвестной цели предать подруг и сбежать.[6] Теперь пропала Радомила. Естественно, выпив на ночь медовухи, мы подняли тему: «Кто следующий?»

— Хима, — донесся до меня шепот за спиной. — Иди задабривай своего куратора. Мы же не виноваты, что у нее в личных ученицах только ты осталась и ей зловредность девать некуда.

— Нечего на нас баллон катить, — прошелестела в ответ Химаэнир, — просто Ари Вреднюковна сейчас на очередной диете — вот и вредничает. Я бы на тебя посмотрела, если бы пришлось целый день грызть одну морковку…

— Давайте купим ей две… нет — три моркови, — захихикала Алёнушка. — Может, она подобреет.

— Так, Ёжки, рассаживайтесь, — произнесла Яга, останавливаясь в центре небольшой опушки.

Вариантов присесть тут было немного — пеньки да поваленные деревья. Те, кто успел сесть на некогда лиственные останки, вздохнули с облегчением. А вот располагаться на еловых стволах совсем не хотелось. Но, не обращая на нас внимания, куратор приступила к лекции.

— Запоминаем первый постулат Бабы-Яги — не заботься о комфорте гостей. Они — всякие там добры-молодцы и царевичи — должны доказать, что помощь вашу заслужили.

Снежа при этих словах оглянулась, присмотрелась к заваленному иголками пеньку и замерла, разведя руки в стороны. Воздух вокруг нее заискрился и начал постепенно сворачиваться в заснеженную воронку. Ощутимо повеяло холодом. И тут дочка Мороза Ивановича резко хлопнула в ладоши, создавая маленький ледяной смерч, который прошелся по останкам дерева, сметая в разные стороны кору и иголки. Критически осмотрев пенек, обладательница воздушной магии довольно нам подмигнула и устроилась на расчищенном месте.

— Снежана — пять баллов за сообразительность и исполнение.

Стоять остались я и еще две Ёжки. Хмыкнув, я подошла к поваленной сосне и выдохнула вдоль ствола драконье пламя, аккуратно корректируя температуру и магический напор. Когда огонь рассеялся, перед нами лежало гладкое до глянца бревно, правда, слегка подкопченное. Постелив батистовые платочки, мы с девчонками тоже уселись.

— Любава — четыре балла, — и, поймав мой возмущенный взгляд, наставница пояснила: — Три балла — за тугодумство, плюс один — за помощь подругам. Заповедь два: добрыми и отзывчивыми мы должны быть только с родными и близкими. А для остальных — вредные старухи. А то собьете добра молодца с пути истинного, отвадите от цели великой царевича — непорядок будет. Разбаловали мы вас на первом курсе, и вот результат: одна уже замужем, пять в невестах! Эдак выпускаться будут одни кураторы.

Ёжки, на которых намекала Ари Вреднюковна, смущенно потупились и покраснели. Злата захихикала, а мне оставалось только вздохнуть. Мне выскочить замуж до конца обучения точно не грозило. Свободных Горынычей в обозримом пространстве не наблюдалось, а никто другой мою драконью сущность приручить не сможет.

— Кстати, раз уж мы заговорили о добрых молодцах, то сразу оговорю вот еще что… — отвлек от грустных мыслей голос наставницы. — Порядок встречи вам в целом знаком: напоить, накормить…

— И спать уложить! — закончили мы хором и засмеялись.

— Эй-ей, охальницы! Я вам дам — спать, — возмутилась Яга. — На садник уместить да в печь отправить. Так вот, прежде чем гостя, тем паче — царевича, в печь отправлять, активируйте портал! А то и впрямь зажарите мужиков.

— Какой портал?

— Пространственный, — рассмеялась женщина. — А вы думали, они к нам толпами валят кости в печи попарить? Нет, мы открываем для них короткую дорогу, но подробнее об этом вы узнаете на третьем курсе. А страшилки — это легенда, чтобы отвадить слабых духом…

От таких новостей нам оставалось только хлопать глазками и удивляться.

— А я думала, самый вредный из людей — это сказочник-злодей, — задумчиво промолвила Яника. — А тут получается — Ёжки…

И мы захихикали.

— О сказочниках пусть вам рассказывает Полоз Гадович, — улыбнулась наставница, а у меня перед глазами тут же всплыл образ учителя-нага. Эх, колоритный мужчина, ничего не скажешь. — А нам с вами пора тренировать вредность и наращивать злость. А то какие-то добренькие вы у нас.

— Тенья вон уже нарастила, — вздохнула Яника. Она тяжелее всего переживала предательство подруги. — И где она теперь?

— Еще и Радомилу никак не найдут, — тут же всхлипнула дочь Морского царя.

— Хима, а ты никуда не собираешься? — подозрительно уточнила я, глядя на розовую головку, сейчас понуро склонившуюся над блокнотом.

— Не дождес-с-ся, — тут же проснулся боевой дух в орчанке. — Мы еще и девочек вернем!

— Вот это другой разговор, — усмехнулась Ари Вреднюковна. — Мы, Яги, своих не бросаем. И с того света достанем, тем более что среди вас есть те, кому доступно читать по нитям Судьбы. — И, пресекая срывающиеся вопросы, добавила: — А как это делать, вам расскажет Янат Бубуковна. Мы же с вами продолжим обсуждать добрых молодцев. Кто из них дело пытает, а кто от дела лытает.

Итак, заповедь третья. Безвозмездный дар до добра не доведет. Да-да, девочки, вы не ослышались. Не ценят мужчины то, что досталось без усилий. Поэтому, когда в Избушку к вам стучатся с требованием: «Бабка, дай то или это» — смело посылайте таких искателей лесом. От них ни романтики не дождешься, ни дел!

— Как же, их пошлешь, — пробурчала дочка Емели. — Настырные, что спасу нет.

— Ульяна, ты не прибедняйся, — глядя хитрым прищуром, возразила Ари Вреднюковна. — Наслышана я, как вы богатырей отваживали. Так что и здесь смекалка выручит. И потом, кто сказал, что портал в печи только в одну сторону работает?

— Да-да, — захихикала Хима, — а еще его можно забыть активировать.

Над опушкой разнесся дружный девчоночий смех.

Запись пятая,

про свадьбы и их последствия

Игра на грани фола.

Бег по лезвию ножа.

Обольщения школа.

Полуночная греза.

В себя я пришла от чужого прикосновения. Резко распахнув глаза, сердито уставилась на Рокхара, с интересом ощупывающего мою грудь через тонкую ткань рубашки. Прежде чем мужчина успел сориентироваться, я сжала кулак и с большим удовольствием врезала наглому типу по роже. Попала аккурат в нос, из которого закапала тягучая алая кровь. Хороший удар, могу собой гордиться! Вот только костяшки пальцев теперь саднят.

Дальше последовал короткий рык и многочисленные ругательства, от которых захотелось добавить по уху. В следующий раз будет думать, какие слова произносить при леди, особенно если у этой леди тяжелая рука. Первыми на шум явились Гаран и Саная, следом за ними в палатку ворвался капитан и Вася до кучи.

— Что здесь происходит? — спросил Лиркан, глядя почему-то на меня.

— Воспитательная беседа о том, что не стоит тревожить бессознательных девушек. По всей видимости, вашего воина, — кивок на сидхая, которым уже занялась Саная, — приличиям в детстве не учили.

— Сотник Арвар?

— Я проверял физическое состояние будущей жены.

— Скорее знакомился с анатомическими особенностями, притом почему-то на ощупь, — насмешливо поправила я, чем заработала грозный взгляд.

Ой, боюсь-боюсь! Так боюсь, что с удовольствием вспомню проклятие недержания, добавив его к списку уже обещанных кар. Глядишь, на изучение тонкой женской души время появится.

— И смею напомнить, дерр Арвар, что я не ваша невеста и уж тем более не будущая жена.

— Моя! Еще как моя! — прорвало сидхая. — Никто, кроме меня, к тебе не подойдет. А знаешь почему? Потому что я лучший во всем! Самый сильный, богатый и умный.

Ну, с последним утверждением я бы серьезно поспорила, но пусть тешит себя напрасными иллюзиями.

— Так что у тебя нет выбора, девчонка! — гордо закончил Рокхар и посмотрел на меня с явным превосходством.

Зря он это, очень зря. Не люблю, когда мне бросают вызов, потому что не ответить на него выше моих сил. Сидхай даже сам не понял, что этой речью лишь усугубил мнение о себе. Хотя куда уж хуже? В общем, если мстить, так всем и сразу. Помнится, я еще и капитану задолжала маленькую пакость? Ее время настало!

— Выбор есть всегда, и я свой сделала, — парировала ледяным тоном я. — Дерр Лиркан, могу ли я огласить имя будущего супруга?

— Вполне, дер-р-ра. Свидетелей для этого достаточно.

— В таком случае поздравляю! Это — вы!

Шок на лицах трех из присутствующих стал настоящим бальзамом для моих потрепанных нервов. Гаран же не скрывал своей довольной улыбки, как-то ехидно поглядывая на кэпа.

— Капитан, в таком случае я тоже хочу назвать имя своего избранника, — привлекла к себе внимание Вася. — Им является Гаран Ларикан.

— Вась, он же по сравнению с нами ребенок! — возмущенно посмотрев на эту растлительницу, воскликнула я.

— Вообще-то мне тридцать, — отозвался парень, с лица которого медленно сползла улыбка.

— А чего же ты сразу не сказал! Я бы тебя выбрала! — ляпнула я и только после этого подумала, как нехорошо прозвучало по отношению к капитану. — Хотя нет, для меня ты все равно маленький.

— Ну спасибо, тетенька, — хмыкнул парень и перевел взгляд на Ваську. — Дерра, вы уверены?

— А поздно менять решение! — неожиданно вмешалась Саная, еле сдерживая возмущение в голосе. Злится, причем сильно. — Имена названы при свидетелях и изменению не подлежат! В полночь состоится обряд соединения. Пойду подготовлю все необходимое и сообщу воинам радостную новость!

Если «радостную новость» она будет сообщать с таким выражением лица и загробным голосом, воины могут подумать, что началось нападение низших.

— Нет! — внезапно взревел Арвар и бросился в мою сторону, но был остановлен возникшим на пути главой отрада. — Ты хоть понимаешь, кого выбрала из-за своего упрямства?! Да он же урод!

— Ты тоже, только моральный, — пробурчала я, заметив, как вздрогнул капитан. — Выбор сделан, дерр Арвар. Прошу вас покинуть палатку чужой невесты.

— Ты еще пожалеешь об этом, — буквально выплюнул сидхай.

— Не смей так с ней разговаривать и тем более угрожать.

От тихого голоса дерра Лиркана по телу побежали мурашки, заставляя зябко поежиться. И, судя по выражению лиц присутствующих, они ощутили то же самое. Великая Морана, а не поторопилась ли я с выбором мужа? И не лучше было бы согласиться на предложение Рокхара? Глянула на сотника и лишний раз убедилась в правильности своего решения — кэп в десятки раз превосходил этого самовлюбленного гоблина!

— Гаран, будь добр, проверь состояние здоровья моей невесты, а мы с дерром Арваром пока поговорим снаружи.

Мужчины вышли, а следом за ними заторопилась и Василиса, коротко поздравив меня с предстоящей свадьбой. Я поздравила в ответ, недобро погладывая на лекаря.

— Что? — наконец не выдержал он, сопя, как упырь на охоте.

— Почему не сказал про свой возраст?

— А что бы это изменило?

— Возможно, я бы выбрала тебя!

— И стала бы вить из меня веревки, — усмехнулся парень.

— А ты предпочитаешь, чтобы это делала Василиса? — пробурчала я в ответ.

Гаран на это только неопределенно пожал плечами.

— Поверь, тетенька, из всех вариантов ты выбрала самый лучший. И я действительно рад за тебя и дядю.

— Дядю? — удивленно переспросила я.

— Да. Киан мой дядя по отцу.

— Значит, просить тебя поменяться с ним местами бесполезно?

— Именно. Поверь, Рада, ты еще мне спасибо скажешь, что я оставил все как есть.

— Будем надеяться, — пробормотала я и крепко задумалась, что же мне теперь делать и как быть.

— Так, кроме магического истощения, все остальное в норме. Постарайся несколько дней вообще не использовать магию, даже заимствованную.

— Постараюсь. Кстати, как купол?

— Превзошел все наши ожидания. Как вернемся в город, вам надо будет обязательно встретиться с нашими мастерами. Чувствую, им есть чему поучиться.

— С этим, пожалуйста, к своей невесте. Кстати, ты знал о ее решении?

— Догадывался… Точнее, был уверен, что Саная посоветует именно меня.

— Почему?

— Я вообще не планировал связывать свою жизнь узами брака и больше десяти лет избегал этого. Но статус обязывает, так что рано или поздно это должно было произойти.

— Значит, если твоя жена изъявила бы желание получить развод и вернуться домой, ты бы ее отпустил?

— Разводов как таковых у нас нет. Но в общем, да, отпустил бы, — ответил парень, заставляя разочарованно застонать.

Ну вот кто мешал поговорить с Гараном раньше и все обсудить? Ведь могла в разы облегчить свою жизнь! Так нет же, решила, что он младше, и даже не рассматривала как кандидата в мужья. А он, оказывается, просто хорошо сохранился!

— Не расстраивайся, тетенька, — улыбнулся лекарь, сжимая мою руку. — На все воля Создателя.

— И у него, как я посмотрю, специфическое чувство юмора.

— Скорее своеобразные, но интересные испытания.

— На пути к чему?

— К счастью! Обряд состоится через полчаса, — и этот коварный тихоня щелкнул меня по носу.

— Эй-эй, а приглашения разослать?! А подружек невесты позвать? Я платье хочу, в конце-то концов!

На это лекарь только рассмеялся и пообещал прислать кого-нибудь с едой и вещами, после чего ушел, а я завалилась на койку и закрыла глаза. Попала! Как же я попала!

Минут через десять явилась Саная, принеся платье явно со своего плеча. Оглядев это безобразие, раза в два шире меня в талии и едва прикрывающее колени, вздохнула. Да-а-а, не о такой свадьбе я мечтала. Где многочисленная родня и любимые подружки? Где скелеты, вышагивающие впереди и посыпающие дорожку лепестками роз? Никого и ничего в этом проклятом месте! Утешало лишь одно — можно считать эту свадьбу ненастоящей.

Как только разберусь с магией, построю обратный портал и отправлюсь домой. Может быть, даже заберу с собой Ваську, если она захочет. Да и Гарана неплохо бы вытащить из этого гиблого места. Потом, со временем, помочь и остальным… Но это все мечты, а реальность такова, что через двадцать минут я стану женой. И надо бы прояснить с капитаном некоторые моменты.

Накинув на плечи полюбившееся одеяло, я выскользнула из палатки и кружными путями отправилась в гости к будущему супругу. Шла медленно, потихоньку разминая мышцы. После очередного магического истощения тело ломило нещадно, вызывая только одно желание — снова лечь и поспать! Мечты-мечты!

Жених, как я и предполагала, сидел за столом, на котором была расстелена большая карта. В левой руке глава отряда держал клочки бумажек и, сверяясь с ними, делал на карте пометки. По поводу предстоящего события он явно не переживал.

— Дерр Лиркан, не уделите мне немного вашего драгоценного времени?

— Я весь ваш, дорогая невеста. — Та-а-ак, надо мной опять потешаются.

— Капитан, вы производите впечатление умного и дальновидного мужчины, который никогда не принудит женщину к тому, чего она не хочет. Дело обстоит так, что замуж я не рвусь, но сложившиеся обстоятельства обязывают… я бы даже сказала — вынуждают. Поэтому очень надеюсь на ваше понимание…

— Иными словами, вы просите, чтобы наш брак был… ненастоящим?

— Я знала, что не ошиблась в вашей сообразительности! — ну да, не смогла удержаться и съязвила.

— Если начистоту, дерра, я изначально предполагал нечто подобное. Даже был уверен, что вы заключите с будущим супругом сделку, выгодную для обеих сторон. Но вот своим выбором вы меня удивили. Польщен, — усмехнулся главнюк, вызывая на щеках краску смущения.

— Из всего вышесказанного я поняла, что вы хотите услышать о моем вкладе в наше выгодное сотрудничество?

— Так и есть, дерра.

— При этом наверняка уже все взвесили и даже придумали условия равноценного обмена?

— Я знал, что не ошибся в вашей сообразительности! — передразнил меня мужчина, вызывая желание запустить в ехидного хмыря чем-нибудь увесистым.

— У вас десять минут, чтобы огласить список.

— Думаю, что уложусь, тем более что список до неприличия мал. До сегодняшнего представления я… сомневался в ваших словах по поводу рода деятельности. Видите ли, некромантия для сидхаев — давно потерянное искусство, о котором осталось мало сведений. Но так уж вышло, что в последнее десятилетие у нас появилось несколько детей с этим даром. — Он выдержал небольшую паузу. — Дерра, я хочу, чтобы вы стали их наставником. Ну и с удовольствием поучусь у вас сам.

Я немного растерялась, не поверив своим ушам. Мои ожидания крутились вокруг выгоды самого мужчины, вплоть до выполнения каких-то чисто женских обязанностей, которые холостому мужчине делать не с руки. А оказалось…

— Я согласна.

— Приятно слышать. В таком случае встречаемся через восемь минут.

Кивнув, я развернулась и уже на выходе бросила на мужчину короткий взгляд.

— Я рада, что выбрала именно вас, капитан. Достойнее мужчины я бы точно не сыскала…

И я действительно так думала. Став моим мужем, он мог придерживаться традиционных отношений, заставив выполнять супружеские обязанности и заниматься одаренными детьми. А Киан позволил мне выдвинуть свои условия, пошел на компромисс, учитывая желания залетной некромантки. Не знаю, насколько он верен своему слову, но уже одно то, что он поставил интересы чужих детей превыше своих, говорило о многом. Действительно достойный мужчина с лукавыми бесенятами в глазах и тиранскими замашками, которые нет-нет да проскакивают.

В честь проведения обряда по всей поляне были разведены костры, своим жаром разгоняющие ночную прохладу. Стоя рядом с Василисой, также одетой в платье Санаи, я смотрела на находящегося напротив капитана и улыбалась.

— В этот час, перед ликом нашей богини Ночи и с позволения Создателя, мы связываем вечными узами Киана Лиркана и Радомилу Воскресенскую. Подойдите!

Проводила обряд Саная как самая старшая среди присутствующих и жрица богов. Как шепнула Васька, этот обряд считался действительным, но по прибытии в город нас все равно ждал повторный.

— Испив из одной чаши, вы свяжете ваши судьбы!

Протянув капитану кружку, женщина пристально следила, пока он выпьет половину и передаст напиток мне. Прежде чем дегустировать незнакомое «вино», я немного покатала жидкость по стенкам: она оказалась темной и тягучей. Эх, была не была. Допив до конца сладковатый напиток, вернула тару лекарке.

— Разделив на двоих пищу, вы свяжете ваши жизни!

Поломав пополам небольшую, еще горячую лепешку, мы быстренько заели привкус приторного напитка.

— Смешав кровь, вы свяжете ваши души, чтобы даже после смерти идти рука об руку!

С этими словами она провела острым лезвием кинжала по левой ладони мужчины и правой — моей. Взявшись за руки, мы смешали нашу кровь, которая вопреки моим ожиданиям не закапала на землю, а… впиталась в кожу. Интересно, ничего не скажешь.

— Богиня и Создатель благословили ваш союз! Да будет так!

— Да будет так! — хором повторили воины и загрохотали оружием.

В этой какофонии звуков меня развернули к себе лицом и очень осторожно поцеловали в губы, скользнув шершавыми пальцами по щеке. Улыбнувшись мужу, сама коротко поцеловала его в подбородок и последовала к ближайшему костру, освобождая место для Василисы и Гарана.

Их обряд ничем не отличался от нашего, разве что поцелуй получился менее целомудренным. А потом начался праздник, сопровождаемый вспышками защитного контура и завыванием неизвестных тварей.

Сидя рядом с капитаном, закутанная в родное одеяло, я с удовольствием уплетала жареное мясо с горячими лепешками, запивая все это травяным отваром. Могучие воины веселились так, будто у них вместо отвара была настойка на травах. Надо будет подсказать Санае завтра, точнее, уже сегодня, провести ревизию лекарств, потому что к моменту, когда нас, молодоженов, проводили к палаткам, отдельные сидхаи пустились в пляс.

Скользнув следом за своим новоиспеченным мужем, я нерешительно замерла на входе и обвела временное пристанище рассеянным взглядом. Ну и что мне делать дальше? Понятно, что сородичи супруга ожидают от нас бурной ночи, но… Может, сделать вид, что мы поставили звуковой полог? Ага, а чтобы они об этом догадались — табличку повесить.

— Подойди ближе к жаровне и скинь платье, — раздался тихий голос сообщника, вырвавший меня из неспокойных дум.

— Зачем? Холодно ведь.

— Народу на улице будет достаточно твоего обнаженного силуэта, чтобы убедиться, что между нами все всерьез. Так что будь хорошей девочкой и делай так, как я говорю.

Хм, а предложение не лишено смысла, а потому пока побуду паинькой. Стесняться все равно нечего — своим телом я была довольна, да и не девочка давно. Вот только действительно достаточно прохладно. Мужу-то ничего, он сам как ходячая печка, а мне как быть? Спать в таком виде я точно не собираюсь — околею еще!

— Что дальше? Станцевать голышом? — шепотом спросила я, перекинув волосы на грудь и повернувшись к капитану лицом. — Им там как раз хорошо будет видно.

— Ложись, а я пока убавлю свет, — только и усмехнулся новоиспеченный муж.

Послушно забравшись на импровизированную кровать, состоящую из двух сдвинутых коек, шмыгнула под одеяло, накрывшись с головой. Эх, сейчас бы в родной замок на морском побережье! Понежиться на жарком солнышке да поплавать в лазурной воде…

— Стони.

— Чего? — не поняла я, высунув из-под одеяла нос, и как раз застала мужчину, забирающегося на соседнюю койку. Примечательно, что он был в одежде!

— У нас по плану первая брачная ночь. И тебе в нее полагается кричать и стонать от удовольствия.

— Ну тут, положим, все под вопросом. Удовольствие целиком и полностью зависит от партнера. Если он никакой, то и мне притворяться нет смысла.

— В этом случае мы будем исходить из предположения, что я очень даже «какой». Стони.

Я задумалась на мгновение, потом слегка прочистила горло, настраиваясь.

— А-а-а, — вяло разнеслось по палатке, и я покосилась на супруга.

— Ты сексом занимаешься или радикулитом маешься? — привстав, тихо рассмеялся муж. — Ложись на живот.

— Зачем? — подозрительно спросила я, не спеша выполнять просьбу.

— Будем извлекать из тебя правильные звуки.

— И каким же образом?

— Сейчас узнаешь. Разворот!

И меня самым наглым образом перевернули, заодно освобождая от одеяла.

— Да что ты… а-а-а, — громко застонала я, почувствовав горячие ладони на обнаженной спине. — О да-а-а… Ох!

— Ну вот, совсем другое дело, — довольно пробормотал этот садист, разминая мои натруженные мышцы.

Да уж, массаж в настоящий момент будет покруче любого, даже самого горячего секса. Главное, чтобы у местных не было принято вбегать в самый ответственный момент, держа свечку, чтобы засвидетельствовать консумацию брака.

— Хорошо-о-о, — блаженно протянула я, прикрыв глаза.

— Да, с мышцами у тебя определенно проблемы. Здесь болит? — аккуратно надавив на основание шеи, поинтересовался капитан.

Острая боль, отдачей отозвавшаяся в голове, заставила подпрыгнуть и зашипеть сквозь зубы. Болит, и еще как!

— Исправим. У нас еще масса ночей впереди.

Вот на этот раз насмешка в голосе дерра Лиркана точно не померещилась! И как мне на это реагировать? Массаж, конечно, дело приятное и полезное, но… я ведь не железная! У тела есть определенные потребности, которые уже дают о себе знать.

Начать хотя бы с того, что когда мужчина убрал руки и улегся на свою сторону ложа, я еле сдержала разочарованный вздох. А потом, плюнув на гордость, подползла ближе, прижимаясь к теплому боку. По-хорошему надо было встать и надеть свою рубашку, но от одной только мысли, что придется выбраться из-под одеял на стылый воздух, становилось нехорошо. Оттого я и попыталась отобрать рубашку лежавшего рядом дерра. Вцепившись в рукав, я потянула ее на себя, но одёжка не поддавалась.

— Капитан, у вас нет желания поделиться своим нарядом?

— Нет, — сказал, как отрезал. — И нам бы не помешало определиться с обращением. То ты ко мне на «ты», то на «вы».

— Ну раз мы муж и жена и у нас была бурная, хоть и непродолжительная, ночь…

— Желаете повторить, дерра?

И как ему удается произносить это «дерра» с такими непередаваемыми нотками? Словно дикий зверь рычит, пробирая своей мощью до костей.

— Думаю, повторный массаж будет уже не столь действенным. Мышцам необходим отдых.

— Можем поэкспериментировать, придумать что-нибудь более… действенное.

Вот не надо мне такого счастья! А то доэкспериментируемся до того, что на мой крик сбежится весь лагерь. Что поделаешь, темпераментом я пошла в маму.

— Оставим опыты на завтра. Сегодня и так был слишком насыщенный день. Спокойной ночи!

— Спокойной…

Повернувшись на бок, прикрыла глаза и честно попыталась уснуть, но получалось плохо. Близость мужчины, пусть он и был не в моем вкусе, смущала. Да, он намного старше, не брюнет и чересчур мощный, но… живой, теплый и… муж! И последний минус полностью перечеркивал все плюсы. Так что закрываю глаза и сплю, уткнувшись носом в холодную подушку. Бр-р-р-р…

— Дерр Лиркан?

— Киан.

— Киан, — послушно повторила я, пробуя имя на вкус, — ты, случайно, не знаешь заклинаний для хорошего сна?

— Нет, но у меня есть снотворное. Хочешь?

— А давай!

Снотворным оказалась ядреная настойка на ягодах, от которой вмиг закружилась голова, а по телу расползлось долгожданное тепло. Заплетающимся языком поблагодарила мужа, закрыла глаза и тут же вырубилась.

А во сне подсознание решило сыграть со мной злую шутку, вытаскивая на поверхность все самые яркие переживания прошедших дней. Все началось с того, что мне приснились подруги, пытающиеся меня отыскать. Я силилась сказать им, что все относительно хорошо и я жива, но не могла. Силы стремительно покидали тело, утаскивая обратно в пустыню Снов, в тот день, когда мы с Василисой чуть не стали добычей ашвеи.

Только на этот раз я не потеряла сознание и отчетливо видела все происходящее. И как огромный меч рассек тело гусеницы, одновременно с этим разрывая ашвею потоком неизвестной энергии. Жаль, из-за ткани, закрывающей половину лица, не смогла понять, кто из воинов убил тварь, но от подавлявшего ощущения чужой силы захватывало дух. Стряхнув с лезвия ошметки мертвой твари, сидхай направился ко мне, прикрывая от жалящих лучей солнца своей тенью.

Очень бережно меня накрыли тонким покрывалом, подняли на руки и заскользили вперед, прося немного потерпеть. А дальше был сумрак палатки и голос Гарана, ставящего диагноз — сильные ожоги, обезвоживание и магическое истощение. Немного поколдовав над телом, он дал указания тому, неизвестному, раздеть меня, обмыть и смазать ожоги мазью. Сопротивляться не было сил, поэтому я молча сносила чужие прикосновения чуть шершавых пальцев, наслаждаясь приятной прохладой воды и мази.

От касаний незнакомца тело снова вспомнило о своей ненасытности, заставляя податливо выгибаться и реагировать на каждое движение. Как-то неожиданно сознание перенесло меня на койку. Расположившись спиной к мужчине, я таяла от контраста холодного воздуха и горячих рук. Я даже не пыталась разглядеть лицо воина… Зачем? Достаточно того, что он дарит восхитительные ощущения, а все остальное — глупости и предрассудки.

От весьма ощутимого укуса в шею тело выгнулось, призывно прижимаясь к напряженному паху. Огромные ладони заскользили по груди, где-то лишь слегка касаясь и дразня, а где-то сжимая. Не выдержав этой пытки, протяжно застонала и потерлась попой о свидетельство чужой мужественности. Глухой рык дрожью прошелся по телу и осел внизу живота, вызывая тянущую боль.

Снова застонав, перехватила ладонь незнакомца и потянула вниз, сходя с ума от происходящего. Как же хорошо, но так мало… И осталась лишь тонкая грань, которая держит на волоске от безумия. Всего лишь расстояние в ладонь, после которого мир потеряется в невероятных ощущениях, раскрашивая тьму яркими искрами удовольствия. Я сама стала этими искрами, растворяясь в прикосновениях мужчины, который подарил такое невероятное наслаждение, но так и не перешел черту…

Стоит ли говорить, что поутру я проснулась поздно, в гордом одиночестве и с невероятно чувствительным телом. Отголоски былого блаженства все еще разрядами пробегали по коже, вызывая улыбку на губах и приятную негу. Пожалуй, если бы сейчас Киан решил стребовать настоящий супружеский долг, я бы сама набросилась на него. Так что надо срочно исправлять ситуацию! А вода, пусть и не ледяная, самое лучшее лекарство!

Приведя себя в относительный порядок, я надела висевшую на стуле рубашку из плотной ткани, достававшую до колен, и принялась заплетать волосы. Мысли беспорядочно скакали с одного на другое. Вспомнились подруги, звавшие меня во сне, и сердце снова заныло. Тут же подумалось о летописи своих мытарств или приключений — это с какой стороны посмотреть, — которую начала вести, но из-за всех событий вчерашнего дня совершенно забыла про родовой гримуар. Нужно будет спросить у мужа, куда перенесли мой скромный скарб с предыдущего места обитания, пока мы с ним проходили обряд.

Определившись с приоритетами, я выскользнула на улицу на поиски еды и супруга. Так, и где все? Валяются по своим палаткам и переживают последствия пьянки или… И вот это «или» заставило улыбнуться.

Как я и предполагала, все воины собрались на границе лагеря, с интересом разглядывая отдыхающую нежить. Мои детишки, выполнив свой ночной долг, сбились в кучку и теперь терпеливо ожидали хозяйку, для выполнения дальнейших приказов.

— Доброе утро! — громко поздоровалась я, привлекая внимание обеих групп.

Заметив в толпе кэпа, скользнула к нему и, привстав на цыпочки, легко поцеловала в губы. Если мужчина и удивился моему поведению, то виду не подал, удобно устроив ладонь на спине. Думаю, такое маленькое представление ему будет приятно, а некоторых хамоватых самодуров заставит задуматься. Рокхар, кстати, топтался недалеко от нас, прожигая моего мужа недобрым взглядом. И мне это категорически не нравилось. Скорее бы уже вернулась магия! Тогда можно будет столько всего сделать. А пока обрадую Киана маленьким свадебным подарком.

Взяв мужа за руку, повела его в сторону границы, к нетерпеливо порыкивающим деткам.

— Неужели ночью все было так плохо? — раздался смешок сотника, когда он увидел, куда я тащу супруга.

Несколько сидхаев поддержали Арвара смехом, тем самым подписывая себе приговор. Убивать не буду, нет, но вот веселую жизнь устрою. Пусть Киан и фиктивный муж, но все равно мой! А свое я в обиду не дам!

— Зависть — плохое чувство, — невзначай бросила я, — она разъедает душу и умерщвляет плоть.

Я оглянулась на весельчаков и подмигнула. Судя по некоторым побледневшим лицам, среди них нашлись сообразительные ребята. Больше не обращая внимания на убогих, легко преодолела защитный контур, обвела свои создания придирчивым взглядом и, остановившись на скелете существа семейства псовых, чьи кости были отполированы песком до блеска, подозвала. Радостно завиляв обрубком, заменявшим хвост, скелет подбежал ко мне и ткнулся мордой в ладонь. Я заглянула в светящиеся зеленью глаза, довольно кивнула своим мыслям и попросила у мужа нож. Требуемое протянули сразу же и без вопросов. Вроде мелочь, но именно из таких незаметных деталей складывается общая картина отношений. Киан, сам того не замечая, показал, что доверяет мне. Эх, не мужчина, а мечта! Жаль, не моя.

Так вот, взяв нож, наклонилась к песику и нацарапала на черепе руну подчинения с привязкой на крови. Закончив рисунок, вытерла нож о рубашку и попросила капитана протянуть руку. Маленький укол в палец — и рубиновая капля заполнила символ.

— Теперь он твой, — глядя мужу в глаза, произнесла я. — Нигде и никогда ты не найдешь охранника более преданного и исполнительного, чем этот пес. Как только ты дашь ему имя, между вами установится ментальная связь. Один мысленный приказ — и он исполнит все, что пожелаешь. А еще эту зверушку не надо кормить и выгуливать!

— Спасибо, — тихо, но очень искренне произнес мужчина.

— Но если пес может существовать без еды и питья, то у твоей жены есть все шансы загнуться от голода! — Я слегка повысила голос, чтобы услышали зрители, стоящие неподалеку. — После такой потрясающей и утомительной брачной ночи я ожидала завтрак в постель, а ты… Никакой романтики!

Мужчина склонился к моему уху, делая вид, что целует.

— Зато я практичен, скромен и в совершенстве выполняю функции грелки.

От многозначительного взгляда я хмыкнула и покачала головой, не чувствуя ни капли смущения или стыда. Против правды не попрешь.

Веселина, дочь купцов. Ёжка.

— Ну Ли-и-ина, ну пожалуйста. Что тебе стоит? — нытье, доносящееся из волшебного зеркальца, уже порядком надоело.

— Вася, я устала быть переводчиком для всей домашней живности. Сам со своим петухом разбирайся.

Птица, будто почувствовав, что говорят о ней, вновь задергалась в руках подростка и попыталась его клюнуть. Ваське пришлось приложить определенные усилия, чтобы избежать покушения. При этом он пыхтел и приговаривал: «Говори, изверг, куда монету дел!»

— Лина, он не сознаётся, — вновь донеслось нытье.

— Может, потому, что он не брал? Ты сам посеял свою монетку либо ребятам проиграл да забыл. Вот пожалуюсь на тебя батюшке — будешь знать. Ишь, взял моду делать ставки на петушиных боях!

Мы пререкались еще минут десять, пока в комнату из душа не влетела Ульяна и с криками «Помехи на линии, ничего не слышно. Волшебные помехи!» не прервала вызов. За это я была ей безмерно благодарна — брат уже порядком утомил своими попытками сделать из меня дознавателя животных.

— Чем на этот раз тебя доставал? — Уля принялась сушить влажные волосы.

— Хотел выяснить у петуха, куда тот дел денюжку. Лучше б он учился с таким рвением.

— А ты знаешь, мальчишка натолкнул меня на интересную мысль…

Я бросила на Улю вопросительный взгляд.

— Хочешь в воспитательных целях натравить на него свою Щуку?

Ульяна резко посерьезнела.

— Нет, что ты. Он же потом заикаться будет.

Увидев, что я едва сдерживаю смех, она уже спокойнее добавила:

— Только если ты настаиваешь. А вообще я хотела предложить привлечь к поиску Радомилы птиц.

— Это как?

— Ну вот ты животных и пернатых понимаешь, и помыслы свои им донести тоже можешь. Давай перелетных птиц отлавливать и спрашивать, не видал ли кто из них Рады…

— Мне кажется, сейчас немного не сезон для отлова перелетных птиц. — Я с трудом себе представляла, как буду это делать.

— Да… действительно.

Уля задумчиво проводила гребнем по волосам, затем, спохватившись, начала заплетать косу.

— А и не нужны нам перелетные — они слишком непостоянные: хочу туда лечу, хочу сюда, — вновь воодушевилась подруга. — Надо кого-нибудь посолиднее привлечь, поумнее… А еще лучше — на кладбище пошукать!

От этого неожиданного заявления я поперхнулась воздухом.

— Я на кладбище никого шукать не буду! — сразу отмахнулась от возможной перспективы. — И потом, мы же не… труп — тьфу-тьфу-тьфу — искать собрались! Чем нам падальщики помогут?

— Ты еще зомби предложи науськать, Лина! О чем ты думаешь? — Ульяна уже закончила с прической и теперь стояла, уперев руки в бока. — Радомила у нас некромант, а кто лучше всего чувствует эманации этой магии? Конечно же, обитатели различных кладбищ. Вороны там всякие…

— Ох, не знаю, что-то ты такое сомнительное предлагаешь. И потом, я не уверена, что смогу правильно «науськать», все же поручений мне животным никогда давать не приходилось. И потом, как мы их будем отлавливать, чтоб задание дать?

— Хлеб покрошим — сами прилетят как миленькие.

На этом Уля посчитала разговор законченным, схватила сумку и поспешила на урок, не забыв прихватить меня с собой.

Запись шестая,

повествующая о быте

Рука скользит, рубашка смята,

И выгнулось в истоме тело.

Душа моя огнем объята,

Ныряю в этот омут смело.

Весь день в лагере царили тишина и покой. Воины занимались своими делами: кто-то «зализывал» раны, некоторые полировали оружие. Саная сидела в палатке с раненым Шантеем. После обеда к ним наведался Гаран. В течение дня лекарь попадался мне на глаза пару раз, и то, что счастливым он не выглядел, огорчало. Пусть у нас с Васькой и были разногласия, но я искренне желала счастья ей и тем более ее новоиспеченному мужу.

Сама же я после плотного обеда устроилась в палатке Киана и принялась надоедать ему многочисленными вопросами. Меня интересовало все — от устоев жизни в их обществе до разнообразия даров среди населения. Так выяснилось, что каждый из сидхаев обладает своей уникальной силой. К примеру, у них было четыре мага огня. Один владел синим пламенем, позволяющим работать с металлами и создавать удивительной красоты оружие. Другой — алым, замечательно уничтожающим низших. А двое оставшихся — золотым, но при этом свойства их огня все равно отличались. Один мог холодной ночью накрыть лагерь обогревающим пологом, не давая погибнуть от перепада температур. Огонь четвертого мага — исцелял.

Магия у сидхаев была в крови, но не все желали развивать дар, считая его бесполезным. Так и получилось, что новые поколения просто не знали, как обращаться со своей силой. В детстве их научили контролировать дар, но обо всех нюансах и возможностях своей магии они не знали, поэтому зачастую растрачивали силу на пустяки или не использовали совсем. От этой новости мне стало откровенно не по себе. С одной стороны, я понимала, что при таком подходе почти не осталось наставников, способных передать навыки и умения потомкам. Но с другой — должны же были сохраниться хоть какие-нибудь рукописи или, на крайний случай, личные дневники с заметками! Ведь магия — это неотрывная часть существа, его связь с окружающим миром. Я всегда сочувствовала магическим лишенцам, потому что они не могли увидеть мир так, как одаренные. А тут сидхаи добровольно отказывались от чуда обладания магией. Мне было сложно их понять.

Впрочем, это не помешало начать выполнять свою часть сделки. Для начала я решила объяснить Киану общую теорию магии и внутренних резервов, чтобы муж понимал, что и для чего делается.

Примерно час спустя, оставив мага-самоучку переваривать полученную информацию, я вышла из палатки и запустила пальцы в волосы. От перепадов температур и без нормального ухода пряди заметно ослабли и потускнели. Немного потоптавшись на месте, я отправилась к палатке лекарки, надеясь на женский совет: как она ухаживает за собой при длительных походах? Пусть после оглашения моего выбора симпатия дерры резко сошла на нет, но ведь это не повод отказывать мне в просьбе? Некромант, хоть и неопытный, слишком опасный враг.

Уже дойдя до палатки, я замерла у входа и прислушалась к негромкому разговору, ведущемуся внутри. Манией величия я никогда не страдала, но, судя по доносившимся голосам, речь шла о моей скромной персоне.

— Рокхар, в городе сейчас около пяти девушек брачного возраста. Кого-нибудь да отобьем!

— Я хочу именно ее! — пророкотал мужчина и, видимо, ударил кулаком по столу.

— Понимаю, но и ты пойми — теперь она чужая жена. И Лиркан — не тот мужчина, с которым стоит спорить на эту тему.

— Я больше чем уверен, что у них ничего не было!

— Не было, — не стала спорить лекарка, а я напряглась, — но мы этого никак не докажем.

— Тетя, но неужели нет ни единого шанса? Ни одного способа доказать несостоятельность Лиркана как мужчины?

— А с чего ты решил, что дело именно в нем?

— Потому что в противном случае она уже была бы его! Что стоит взять девку силой? Хотя если она видела его шрамы, то тогда понятно. Кто захочет ложиться под урода? Тетя, тогда тем более у меня есть шанс ее отобрать!

— Знаешь, а ведь возможность действительно есть… Можно использовать камень Истины и обличить их во лжи. Тогда ты сможешь обвинить Лиркана в недееспособности и вызвать на бой! А уж я позабочусь, чтобы он не смог выстоять. Заменю несколько травок в его укрепляющем отваре…

Дальше послушать мне не дал вышедший из соседней палатки воин. Разочарованно вздохнув, я поспешила поделиться с капитаном добытыми сведениями. Очень не хотелось, чтобы он пострадал из-за моих заскоков. Надеюсь, у нас получится что-нибудь придумать, не нарушая условий договора. Потому что, зная себя, я была уверена: стоит один раз поддаться искушению, и… остановиться будет сложно. А чем больше времени я начну проводить с капитаном, тем сильнее привяжусь. И уйти потом будет очень тяжело.

Спокойно выслушав мой рассказ, Киан пообещал подумать над сложившейся ситуацией и попросил не волноваться зря. До прибытия в город, в главном храме которого и хранился камень Истины, у нас было больше недели. За это время мы сможем найти выход. А пока мне надлежало быть осторожной и постараться не сталкиваться с Арваром, покуда не вернется магия. Мало ли что может прийти в голову униженному мужчине.

— Киан, а когда мы отправимся в обратный путь?

— Через два дня. Нам осталось уничтожить еще пять гнездовий гаулей. После этого двинемся в город. К этому времени надо решить вопрос с обувью для тебя и дерры Василисы, потому что в своей вы далеко не уйдете — дня три придется передвигаться по песку, и только потом будет обычная земля.

— Если Васька восстановится, то сможет использовать заклинания для изменения формы. Ограбим кого-нибудь из воинов и разживемся парой сапог.

— А с одеждой так получится?

— А то! Главное — выбрать фасон и расцветку по вкусу.

Все-таки красивая у капитана улыбка, даже несмотря на шрам.

Больше ничего интересного не происходило. Разве что небольшое столкновение на общей поляне, когда мы с капитаном отправились ужинать. Я, завернутая в полюбившееся одеяло, шла рядом с мужем и выспрашивала о живности, обитавшей в Сид-Ахай, когда на пути вырос Рокхар. Его довольный взгляд мне не понравился сразу, обещая скорую гадость. Так и вышло.

— Ну как, дерра Лиркан, успели налюбоваться на шрамы избранника?

— К сожалению, ночь оказалась слишком короткой, чтобы изучить все достоинства мужа. Как хорошо, что у нас с ним впереди много… очень много ночей и дней.

— Девка…

— Арвар, ты забываешься, — ледяным тоном осадил сотника супруг.

Я же, довольно улыбнувшись, прижалась к боку Киана и потерлась головой о плечо. Правильно, хороший мой. Пусть все знают, что мы не позволим обижать друг друга. Уважение — главная составляющая в любом союзе и обществе в целом. Между нами оно есть, а вот с Рокхаром придется поработать. Не нравилось мне, как его поддерживают некоторые воины. Если случится беда, такие могут вместо защиты и нож в спину воткнуть. Значит, надо либо перевоспитывать, либо избавляться от балласта. Стоит поговорить об этом с капитаном, но позже, когда останемся наедине.

Дальнейший ужин прошел спокойно. Издали я видела Ваську, хмуро смотрящую на огонь. Гаран сидел чуть в стороне, неохотно ковыряясь в тарелке с кашей. Вздохнув, усилием воли заставила себя не вмешиваться. Они оба взрослые и сами должны разобраться в своих отношениях.

— Наелась? — тихо спросил муж, когда я отставила тарелку.

Кивнув, сыто прикрыла глаза и привалилась к теплому боку. Хорошо-о-о. Еще бы искупаться по-человечески, и не было бы счастью предела. Словно в ответ на мои мысли, Киан подхватил меня на руки и, со всеми попрощавшись, понес в сторону нашей палатки. Я не сопротивлялась, не имея никакого желания идти по надоевшему песку. Только слегка удивилась, когда мы миновали импровизированный дом и направились в сторону защитного контура.

— Решил избавиться от вредной жены? — усмехнулась я, вспомнив утреннее представление.

— Сделать маленький подарок, — улыбнулся в ответ муж.

— Тоже скелетика?

— Прости, но я не столь оригинален.

С этими словами меня опустили на ноги перед… ванной. Точнее, небольшим углублением в песке, застеленным плотной тканью и наполненным водой. В воздух поднимался густой пар, приятно пахнущий травами. Повернувшись к Киану, крепко обняла его и нетерпеливо затопталась на месте.

— Купайся, а я прослежу, чтобы никто не подглядывал.

— Думаю, желающие все равно найдутся. Так что можем воспользоваться этим шансом и укрепить нашу легенду счастливого брака.

— Плохая идея…

— Не уверен в своей силе воли? Ты мне льстишь, — хмыкнула я, подначивая могучего воина.

— И это тоже, — неопределенно ответил муж.

— Киан, если беспокоишься из-за шрамов, то не стоит. Я не одна из ваших трепетных девиц, которые падают в обморок при виде царапины.

— И все же…

— И все же я некромант, который повидал многое на своем пусть и недолгом веку. А ты — мой супруг, который вроде как должен постоянно желать молодую жену. Благодаря Арвару по лагерю и так ползут сплетни. Не стоит укреплять их.

— Манипуляторша, — усмехнулся кэп, но к моим доводам все же прислушался.

Правда, чтобы разоблачиться, перешел на другую сторону ванны, прячась за густым паром. Бедный… Сколько же ему пришлось натерпеться, чтобы так стесняться своего тела? И я даже знаю имя упыря, который подливал масло в огонь. Ну ничего. Время покажет, насколько я задержусь в этом месте, но, надеюсь, успею вернуть Киану уверенность в себе. Чистота внутренняя намного ценнее красивой внешности, и кое-кому пора бы это понять.

Забравшись в ванну, вытянулась и блаженно закряхтела. Взгляд зацепился за кувшин, стоявший на краю моей купели, и кружку. Тут же захотелось попробовать таинственный напиток.

Есть все-таки в жизни счастье! Оно пахнет лимонной мелиссой и оседает на коже капельками пара. Еще у него сладкий, чуть терпкий вкус ягод, который приятно согревает изнутри. И откуда у капитана такое интересное вино в походе?

Удобно устроившись, прикрыла глаза и с интересом стала наблюдать за мужем. Он мялся рядом, стараясь держаться в тени, но отблески танцующего пламени нет-нет да и скользили по бронзовой коже, вытаскивая на свет секреты.

Тело мужчины действительно было усеяно шрамами, белыми или багряными полосками рассекая грудь и ноги. Рубцы тянулись от одного бока к другому, рваными зигзагами пересекая красиво очерченные кубики пресса. Местами кожа была огрубевшей, островками воспаленной, но ничего жуткого я не увидела. Так неужели именно этого так отчаянно стеснялся капитан, скрывая тело под плотной тканью рубахи? Глупый…

— Залезай уже, а то отморозишь все самое ценное, — засмеялась я, чувствуя нерешительность мужа, — и придется мне тогда требовать развод.

Пробурчав что-то про вредных девчонок, свалившихся на его голову, кэп все же опустился в воду, устроившись напротив меня. Наполнив кружку новой порцией вина, протянула ее супругу. Пусть немного расслабится, потеряет бдительность. Есть такие вопросы, на которые трезвый мужчина никогда не ответит, а вот в подпитии…

— С завтрашнего дня я сама начну варить для тебя отвары. Думаю, Саная не станет мешать заботливой жене.

— Постарайся при этом сама не пить и не есть из ее рук. И поговори с Гараном, он тоже неплохо разбирается в травах.

— А что будем делать с Рокхаром? — подлив еще вина, уточнила я.

— Не волнуйся на его счет.

— Я волнуюсь не о нем, а о воинах, которые его поддерживают. Ты ведь сам понимаешь, что нельзя ходить на охоту с теми, кому не доверяешь. Слишком велик риск несчастных случаев.

— Они в группе Арвара, поэтому никакого риска. Рада, я не могу отказаться от их помощи — среди нас и так мало воинов, готовых ходить на охоту в пустыню Снов. Ты сама видела, насколько это опасно.

— Тогда надо вернуть их преданность тебе. Может быть, есть смысл постепенно перетягивать ребят в твою группу? Пусть видят, кто из вас двоих действительно достоин уважения.

— Может быть… — расслабленно откликнулся Киан, а я, наоборот, сосредоточилась, стараясь подобрать правильные слова и повернуть разговор в нужное мне русло.

— Скажи, а почему другие не хотят ходить с вами на охоту? Боятся?

— Просто они слабее. Для того чтобы уничтожить создания Хаоса, нужна не только физическая, но и магическая сила. Иначе очень велик шанс не вернуться с охоты.

— Знаешь, с нашей стороны границы богатыри для защиты используют магические щиты. Структурой они напоминают этот купол, только более ограниченного радиуса действия. У вас таких нет?

— Есть. Мы используем амулеты, созданные нашими мастерами. Но они не всегда надежны…

Судя по изменившимся интонациям, я была на правильном пути.

— Неужели были случаи, когда амулет подводил?

— Были… — прошептал Киан, а дыхание заметно участилось.

— С кем ты сражался, когда это произошло?

— С шакаром, — ответил супруг и резко замолчал, подавшись вперед. — Ты знаешь, что бывает со слишком любопытными девочками?

— И что же? — со смешком спросила я, при этом настороженно наблюдая за капитаном.

— Их перевоспитывают… — недобро улыбнулся сидхай и, ухватив меня за руку, дернул на себя.

Оказавшись лежащей на обнаженном мужчине, чувствуя под ладонями бугры перекатывающих мышц, я еле сдержала сладкую дрожь, рвущуюся наружу. Шершавые пальцы прошлись по спине, замерев лишь на ягодицах и с силой вжав в напряженный пах. Ох, если все сидхаи такие… могучие, то незамужнее женское население Закатных земель перебьет друг дружку за право обладания этими воинами.

Я отклонилась немного назад, упираясь руками в грудь мужа, и посмотрела в кажущиеся бездонной пропастью глаза.

— И как же это происходит? — вопрос прозвучал немного хрипло.

— Приятно…

Грубые руки скользнули по ногам, к коленкам, а потом снова заскользили вверх, вызывая жаркий румянец на щеках. Мужская мощь подо мной дернулась, снова вызывая тихий стон. Зря я, наверное, сама пила вино… Очень-очень зря!

— Занятно… — усмехнулся муж куда-то мне в шею. — Почти вся группа собралась, чтобы понаблюдать за нами.

— А? — не совсем адекватная я обернулась и сфокусировала взгляд на палатках.

И вправду, одинокие вуайеристы попрятались в сгустившихся тенях. Их очертания лишь угадывались, но я кожей чувствовала скользящие по спине заинтересованные взгляды. Хотите шоу? Вы его получите!

Коварно улыбнувшись Киану, обхватила его лицо руками и скользнула языком по губам. Провела влажную дорожку до уха, слизывая горячие капельки воды, и с вызовом спросила:

— Пошалим?

Ответом мне стал глухой рык.

— Если некоторые личности сей же миг не уберутся за пределы видимости, я самолично натяну их утром на палатку, — пригрозил муж в темноту и тут же приник ко мне в жадном поцелуе, тем самым на некоторое время выбив все мысли из головы.

Целоваться с этим сидхаем было безумно сладко. Но еще головокружительнее оказались прикосновения горячих губ к груди, от которых желание становилось все невыносимее.

Громко застонав, выгнулась дугой и потерлась о внушительную выпуклость. Я честно старалась держать себя в руках, но… Ответное движение вызвало очередной стон… И еще…

В какой-то момент Киан снова завладел моими губами и начал двигаться. Тереться своей мужской мощью, одновременно повторяя происходящее языком. Видимо, тело окончательно предало хозяйку, потому что для феерической развязки мне хватило и этого. Еще несколько движений, и Киан со стоном откинул голову на край импровизированной ванны.

Удобно пристроившись на его груди, я закрыла глаза и расслабилась. Ощущения были необычными, но однозначно приятными. Вроде бы и разрядку получила, но в то же время условия нашего договора были соблюдены. И придраться в общем-то не к чему. Сама начала эту игру, так еще и бонус получила. Так почему же не отпускает чувство, что меня где-то провели?

Ладно, подумаю об этом на свежую голову. А сейчас хотелось просто нежиться в горячей воде, тая под ласковыми поглаживаниями мозолистых рук.

Кажется, я задремала. Не сопротивлялась, когда меня аккуратно вытащили из воды и завернули в простыню, укутав сверху любимым одеялом. Не прореагировала на злое сопение Рокхара и довольные смешки сидхаев, мимо которых пришлось пройти мужу по дороге к палатке. И даже не стала возмущаться, когда меня уложили на кровать и пристроились рядом. Причем голышом! Ну да, даже непонятно, чего нам после случившегося стесняться? Хмыкнув вывертам своей логики, подползла к мужу под бок и, уткнувшись холодным носом куда-то в подмышку, продолжила сладко сопеть. День определенно прошел чудесно!

* * *

— Васька-а-а? Ну Ва-а-ась!

— Если не отстанешь, превращу тебя в какую-нибудь гадость! — пробурчала девчонка, пытаясь справиться с паклей на голове.

— Ага! Значит, твоя магия полностью восстановилась!

— Не полностью, но прогресс налицо. А у тебя?

— Глухо. После обряда вообще не шевелится.

— Если хочешь, могу посмотреть твои потоки.

— Давай!

На самом деле я для этого и пришла к Василисе в гости, только не знала, как попросить и в обмен на что. Но раз она сама предложила, грех не воспользоваться! Поэтому молча становлюсь перед ней и не задаю вопросов, которые распирают уже какой день! Не задаю! А-а-а…

— Вася, у тебя все хорошо?

— Замечательно! — буркнула Кощеева дочь, скользя по мне пристальным взглядом.

— А у Гарана?

— Отлично!

— А у вас вместе?

— Воскресенская, еще один вопрос, и выйдешь из палатки лысой!

— Отвечу вшами, — не осталась в долгу я, пытливо заглядывая в бледное лицо. Еще чуть-чуть, и я ее дожму!

— Ва-а-ась…

— Рада, отстань, а? И без тебя тошно.

— Что между вами творится?

— Знаешь, ты последний человек, которого я бы хотела посвящать в свои проблемы.

— Если смотреть с этой точки зрения, я тут вообще единственный человек, не считая тебя. Так что рассказывай, какой мертвяк между вами пробежал?

— Липучка! — пробурчала бывшая подруга, а потом тяжело вздохнула. — Не выходит у нас совместная жизнь.

— Вот ни за что не поверю, что ты не смогла найти общий язык с парнем! Из всех воинов Гаран кажется самым адекватным и понимающим.

— И именно поэтому он до сих пор не выставил меня из своей палатки с требованием развода. Ну ничего, проблемы с супружеским долгом кого хочешь доведут…

— Проблемы по его или твоей вине?

— По моей, — нахохлилась Василиса.

— Гарик не привлекает тебя как мужчина?

— Не называй его так, — буркнула Кощеева дочка. — Все меня привлекает…

— У тебя страх перед потерей невинности?

— Тьфу на тебя, Воскресенская!

— Не попала. Так что?

— Я боюсь, что с ним повторится так же, как с…

— Тем упырем, которого я якобы отбила? Ну, в этом плане можешь не волноваться. Во-первых, мой муж меня устраивает, и замену я не ищу. Во-вторых, Гарана воспринимаю исключительно как ребенка, хоть он и оказался старше. И в-третьих… Можешь не верить, но между мной и твоим «масиком» ничего не было.

— Как не было? Я видела, как вы целовались!

— Потому что я специально это подстроила. Вот вспомни себя в тот период. Ты бы поверила, если б я сказала, что он кобель и бегает за каждой юбкой? Причем его абсолютно не волновало, свободна эта самая юбка или нет. Не поверила бы! А так была наглядная демонстрация.

— Не верю…

— Вот-вот! Если сейчас не веришь, подумай, какой была бы реакция тогда. В общем, это я к чему. С Гараном у тебя гарантированно так не будет. Хотя бы потому, что тут, кроме меня и других мужиков, бегать не за кем! А я вне игры.

— Воскресенская!

— А-а-а? Хватит разминать голосовые связки. Лучше скажи, что творится с моим резервом.

— Ничего не творится. Тебе его заблокировали.

— Чего?!

— Того. В тебе какая-то гадость, которая глушит магию.

— Сможешь найти и вывести?

— Само выйдет естественным путем.

— То есть…

— То и есть — это какая-то трава, что Саная добавляет в свои сборы. Примечательно, что меня она не пыталась напоить. Значит, чувствует в тебе угрозу и старается нейтрализовать.

— Еще бы узнать, угрозу чему. Вот же гробик на ножках! Мой список претензий к ней растет с каждым часом!

— Сообщи, когда начнешь приводить пакости в действие.

— Хочешь оказаться на безопасном расстоянии?

— Наоборот, поучаствовать.

Услышав это, я сначала удивленно уставилась на Ваську, а потом расплылась в довольной улыбке. Значит, эта рухлядь не меня одну достала. Что же, всегда приятно знать о наличии соратников. Хотя этот момент надо еще проверить. Может, Василиса решила работать на два фронта? Впрочем, время есть, а это в разработке стратегии ведения боя самое важное!

— Вась, а как ты сюда попала?

— Тебе солнышко напекло или старческий склероз замучил?

— Ты поняла, про что я.

— А ты?

— Уходишь от ответа? — хмыкнула я, но все же начала рассказ первой: — Мы с учителем проводили эксперимент по созданию межтканевого перехода. Не знаю, что пошло не так, но вместо другого мира мы угодили сюда…

— Мне жаль, что нам не удалось его найти, — тихо отозвалась девушка и накрыла мою руку своей. — Надеюсь, что он обрел покой.

— Как только верну силу, узнаю. Ну а ты?

— Не уверена, но, кажется, всему виной артефакт. Я случайно наткнулась на него в сокровищнице отца и не смогла пройти мимо. Перемещение произошло, когда я попыталась прощупать его с помощью энергетических потоков.

— Да уж, попали мы так попали.

— Молчи, грусть.

Возвращаться в палатку абсолютно не хотелось, поэтому весь день я тянула время как могла. Сначала сидела с Васькой, обсуждая варианты изменения структуры кристаллов для использования их не только в качестве защиты, но и терморегулятора. Дневная жара и ночная холодрыга достали нас обеих, так что вопрос был актуальным. Дальше, когда появился Гаран, начала пытать его на тему местной растительности и ее использования. Оказалось, что местная флора лишь немногим отличалась от нашей с поправкой на климат и магические аномалии, так что приготовить необходимые мне мази не составит труда. Поблагодарив лекаря за консультацию, покосилась на переглядывающихся молодоженов и по-тихому удалилась. Надеюсь, все у них наладится.

А мне что теперь делать? Видеться с Кианом было… стыдно. Вчерашнее представление, зашедшее вообще не в те дали, вызывало досаду. С одной стороны, было неудобно, что мы дошли до такого. А с другой — обидно, что дошли только до такого! Понять себя и свои желания оказалось очень непросто, что в очередной раз вгоняло в уныние. Поэтому я и решила некоторое время побыть вдали от мужа и поразмышлять.

В итоге, не придумав ничего лучше, отправилась к Санае. Если лекарка и удивилась моему появлению, то виду не подала. Вежливо поинтересовалась, чего я изволю, и, получив ответ, щедро поделилась травами. Даже выделила место для работы. Покосившись на перебирающую растения женщину, понимающе хмыкнула. Ага, усыпляем бдительность, чтобы нанести сокрушительный удар. Хитра, ничего не скажешь. Ну да ладно, пока есть возможность, буду пользоваться чужой «добротой».

Выбрав все необходимые ингредиенты, набрала небольшой котелок воды и отнесла к огню. Пусть греется, а я в это время разотру в порошок травки. Чтобы помочь Киану залечить свежие раны, для начала надо убрать очаги воспаления. Уж очень мне не нравились красные края, сочащиеся сукровицей. После того как воспаление пройдет, займусь непосредственно рубцами. Попрошу Василису наложить на мази наговор, и дело пойдет быстрее. Глядишь, и к моменту возвращения в город на муже не останется ни следа!

Погрузившись в процесс приготовления, я пропустила обед и чуть не опоздала на ужин. Кажется, Саная что-то говорила, но оба раза я лишь отмахивалась. Решила, раз уж готовлю для благоверного, почему бы не сделать несколько баночек и для его сослуживцев? Пока травки варились, я записала в любимый гримуар, своевременно прихваченный из палатки утром, все, что случилось в последние два дня. Похвасталась своим изменившимся семейным статусом и выбором самого понятливого из возможных мужчин. Незаметно подкралась мысль о количестве учебного материала, который мне предстояло изучить после возвращения домой. А возвращение это будет обязательно!

За всеми заботами и размышлениями так получилось, что в сгущающихся сумерках за мной пожаловал сам капитан, недовольно сверкая темными глазами.

— Бунтуем или вредничаем? — спросил муж, подходя ближе и накидывая на плечи одеялко.

— А у меня есть причины бунтовать или вредничать?

— Зависит от того, какие мысли гуляют в твоей хорошенькой головке.

— Вполне миролюбивые и даже довольные. С отваром я закончила. Если не сложно, отнеси к нам, чтобы никто не видел. А я как раз успею разложить мазь по баночкам, и пойдем ужинать.

Управившись как раз к возвращению Киана, взяла супруга под руку и сама потащила к костру. Есть действительно хотелось, так что даже возникшее между нами напряжение не могло отбить аппетит.

Свою порцию каши с мясом я съела, даже не почувствовав вкуса. И при этом было стойкое ощущение, что смогу съесть еще столько же. Кэп, видя мою прожорливость, пытался подсунуть кусочки из своей тарелки, но я стойко отказывалась. Объемся ведь! Знаю, у жадности глаза велики, оттого и кажется, всего мало. На самом же деле надо лишь немного посидеть, чтобы мозг и желудок наладили контакт и пришли к взаимному выводу — хватит, а то лопнешь! Так что вместо очередной порции сытного ужина я предпочла прикрыть глаза и послушать, о чем говорят сидхаи.

В их беседе не было ничего конкретного — шутки, воспоминания о доме и обсуждение завтрашней вылазки. Беззлобные подначки соседей и короткие завистливые вздохи, адресованные капитану и лекарю. Да, отношения у Гарана и Василисы явно пошли на лад. Еще не близость, но уважение и принятие мнения супруга. Значит, Васька смогла пересилить себя и объясниться с мужем. Вот и хорошо!

— Посидим еще или пойдем в палатку? — тихо спросил Киан, целуя меня в висок.

— Если у тебя нет никаких дел, то пойдем, — согласилась я.

Привычно распрощавшись с подчиненными, муж подхватил меня на руки и довольно бодро зашагал «домой». Чего ждать от мужчины, с которым чуть не переспала, я не знала. Оттого и начала нервничать, стараясь быстро проанализировать свои ощущения и желания. Что делать, если супруг потребует исполнения супружеского долга? Хотя нет, он слишком благороден для требований. Скорее снова начнет целовать и ласкать. И как запретить телу реагировать на близость столь загадочного, но от этого не менее притягательного воина? И как справиться с разочарованием, если он все-таки решит «забыть» о вчерашней ночи? Увы, ответов пока не было…

Оказавшись в палатке, нехотя слезла с ручек и огляделась. Котелок с отваром стоял рядом с огнем, так что можно было и не подогревать. Взяв кружку, налила половину и протянула внимательно наблюдающему за мной капитану. Затем указала ему на кровать и попросила раздеться.

— Хм-м-м… — как-то задумчиво протянул муж, заставляя невольно смутиться. Вот же… сидхай!

Примечательно, что спорить супруг не стал. Но раздеваться все равно предпочел в самом темном углу палатки, при этом наблюдая за моей реакцией. Бедный мой, чего же ты натерпелся за это время?

И снова такая злость взяла. Не столько на Рокхара, который своими шутками заставлял такого чудесного мужчину сомневаться в себе, сколько на друзей Киана. Неужели они не видели, что творится с капитаном? Не понимали, как тяжело осознавать свою якобы ущербность? Ведь можно было просто поговорить, взять часть боли на себя, как делают это настоящие друзья. Как делали мои подруги, разделяя беды друг друга… Нет, не буду думать о девочках! Сейчас у меня другая задача, на которой и следует сосредоточиться.

Раздеваться самой очень не хотелось, но ради благой цели пришлось избавиться от обычных вещей и накинуть рубашку мужа, выделенную мне вместо ночнушки. Надеюсь, у Васи будет время додумать нашу идею с терморегуляцией, а то есть риск в скором времени подхватить очередную простуду.

— Готов? — тихо спросила я, специально не глядя на супруга.

— Да…

Взяв мазь, медленно приблизилась к нашему ложу и забралась на него с ногами. Муж полулежал на подушках, внимательно наблюдая за моим передвижением и сверкая в полумраке зеленью глаз. Глубоко вдохнув, встретилась с ним взглядом и, не разрывая контакта, пододвинулась ближе. Секундная заминка для принятия решения… и я уселась на живот обнаженного супруга.

Зачерпнув мазь, медленно подалась вперед и коснулась лица, начиная обрабатывать первый шрам. Непривычно горячая кожа под пальцами… Глубокое дыхание мужчины, шевелящее распущенные волосы… И мои пересохшие губы, которые все время хотелось облизать. Но я заставляла себя сдерживаться, не желая лишний раз дразнить мужа.

Далее я перешла к длинной полоске, идущей от ключицы до ребер, и боролась с иррациональным желанием откинуть баночку в сторону, стереть лекарство и провести языком по смуглой коже. Снова зачерпнула мазь и принялась втирать ее в грудь, на которую пришлись самые грубые следы. А пальцы тянулись проследить темную вязь татуировок, что брали начало на висках воина и спускались вниз… Отгоняя неудобные сейчас мысли, я завертелась в поисках полотенца и чуть не упала.

Сильные руки тут же легли на талию, удерживая от полета и позволяя снова удобно устроиться на животе. И стоило мне замереть, как ладони поползли на обнаженные бедра, лаская и согревая одновременно. Со стоном выдохнув, закусила губу и постаралась вновь сосредоточиться на важном деле, спускаясь все ниже и ниже.

Дойдя до соблазнительных кубиков, недовольно посмотрела на свою рубашку, мешающую дальнейшей обработке, и решила передвинуться ниже. Приподнялась, подаваясь назад, и… наткнулась на препятствие. Внушительное такое, вызывающее волну жара и дрожь. Стараясь перебороть возникшее смущение, подняла взгляд на мужа и непроизвольно облизнулась.

В моей жизни было много любовников. В основном молоденькие мальчики, берущие не качеством, но количеством. Они еще только учились доставлять удовольствие и оттого были особо старательны. Одни заводили, шепча романтические глупости о звездах, другие — используя грязные словечки, которые леди знать было не положено. Но никто и никогда не воспламенял взглядом… Колдовским блеском зеленых глаз, для которых рубашка из плотной ткани была таким смешным препятствием.

Никто не сводил с ума насмешливым изгибом губ, которые так хотелось целовать и покусывать. И никогда, никогда я не теряла голову от чуть хриплого:

— Продолжай…

Теряя связь с реальностью, под давлением горячих рук, я сползла ниже, скользнув по проявлению мужественности сидхая и устроившись на мускулистых ногах. Поерзала, чувствуя, как ткань рубашки пропитывается влагой, и снова облизнула губы. Что же ты со мной делаешь, родной? И кто из нас двоих обожжется сильнее от разгорающегося огня? Я ведь знаю, что потом будет стыдно, а может, даже больно… Но почему тогда так сложно отступить и отказаться от навязанных правил?

— Рада? — позвал капитан, заставляя снова утонуть в зелени глаз.

— А тут шрамов у нас нет! — выдохнула я и, осознав сказанное, коварно посмотрела на мужа. — Так что — разворот!

Великая Морана, только за один этот обиженный взгляд стоило попасть в сердце Хаоса! Удержаться и не расхохотаться было выше моих сил. Впрочем, за это я расплатилась сразу же.

Резкий рывок — и я оказалась распластанной под тяжестью чужого тела, обладатель которого делал что-то непонятное с моими вытянутыми руками. Постаравшись успокоиться, я повернула голову и удивленно замерла. На коже отчетливо чувствовались путы, мешающие двигаться, но в видимом спектре было пусто!

— Ты умеешь работать с силовыми потоками! — с укором посмотрев на Киана, произнесла я.

— Умею, — не стал спорить муж, нависая надо мной. — Но об этом знает очень ограниченное число лиц.

— И ты был готов скрывать сей факт, даже зная о разрядке защитных кристаллов?

— Не совсем понимаю, какая тут связь, — нахмурился воин.

— Ты мог их напитать!

— Максимум, что я мог, — это сломать их. Моя сила весьма разрушительна…

— Ты просто не умеешь ею пользоваться, — не согласилась я и подергала руками. — Вернее, умеешь, но когда захочешь. Кстати, а чего ты хочешь?

— Отплатить благоверной за заботу… — очень-очень нехорошо улыбнувшись, Киан сполз ниже, не забыв по пути прихватить сосок зубами.

Зашипев под лавиной ощущений, я взбрыкнула и попробовала скинуть с себя этого белобрысого мстителя, но не учла разницу весовых категорий. Впрочем, супруг и не собирался ограничиваться валянием на койке. Спустившись с супружеского ложа и нисколько не стесняясь своей наготы, он прошел к бочке с водой и, смочив в ней лоскут, служивший полотенцем, вернулся обратно. Бережно обтер мои ступни, смывая пыль и прилипший песок, а вместе с ними и дневную усталость, а потом набрал в одной из баночек немного крема и принялся за… массаж. Видимо, это его излюбленная пытка.

Первое желание рассмеяться от щекотки прошло минуту спустя, оставляя после себя чистый кайф. Я даже и не подозревала, что ноги могут быть такими… чувствительными. Особенно когда кто-то коварный не только массирует, но и целует, согревая кожу своим дыханием. Закончив со ступнями, Киан стал двигаться выше, оставляя дорожку из легких поцелуев. И когда твердые губы почти добрались до самого сокровенного, лишая не только разума, но и дыхания, в палатке прозвучало бодрое:

— А тут шрамов у нас нет!

— Каких шрамов? — с трудом фокусируя взгляд на мужчине, я пыталась понять, почему он остановился.

— В смысле там мышцы не перетруждены, в массаже не нуждаются, — и меня заботливо укрыли одеялом.

— Засра-а-анец, — то ли восхищенно, то ли возмущенно протянула я, глядя на устроившегося рядом супруга.

— Злопамятный засранец, — не стал спорить этот нехороший сидхай, довольно улыбаясь.

— Квиты? — уточнила я и подергала все еще связанными руками.

— Квиты, — согласился Киан, развивая путы.

Уснуть после всего отучившегося было о-о-очень сложно, но и делать шаг первой я не собиралась. Не обиделась, нет. Просто стало очень любопытно, что еще придумает этот коварный сидхай, чтобы меня приручить. А в том, что это именно приручение, я теперь даже не сомневалась. Ну что же, посмотрим, мой хороший, чья возьмет!

Снежана, дочь Мороза Ивановича. Ёжка

Вода в пруду шла мелкой рябью, никак не желая утихать после танца моих маленьких снежных вихрей. Болотник и кикиморы давно ушли спать, а я все сидела на берегу и бездумно смотрела на ребристое отражение звездного неба, никак не решаясь на «Вызов». Заклинание, которое за последние месяцы стало и самым ненавистным, и самым желанным.

Каждый раз перед его сотворением я подолгу сидела в тишине, убеждая себя, что в этот раз смогу… удержусь. И постоянно терпела поражение, не в силах справиться с собственной магией. С собственным сердцем…

Так было и сейчас. Прежде чем прошептать «Вызов», я снова и снова прокручивала в голове слова Ядвиги Еловны и думала только об одном: «Зачем? Для чего он начал все это? Как решился?» Но водная стихия была на удивление молчалива, а виновник дум непозволительно проницателен.

Он опередил меня буквально на несколько ударов сердца, как и в первый раз встретив нахальной улыбкой и озорным блеском голубых глаз. Тогда, впервые ответив на «Снежный вызов», я даже не могла представить, кто именно окажется моим собеседником.

Янар… Огненный маг из Светлой империи, который похитил моих подруг и удерживал силой. Мужчина, которого я должна была бы ненавидеть, но не могла. Вечная Стужа, как же он был похож на парня, которого я когда-то безумно любила и потеряла! Но эта схожесть была только внешней. Внутри же — огонь и лед, соответственно родным стихиям.

В тот, первый раз, увидев его отражение, я чуть не потеряла сознание от нахлынувших чувств. А когда он со смешком поблагодарил за свое спасение — ошибку, совершенную под действием эмоций, — вдребезги разбила зеркало, изрезав руки в кровь.

Тогда я даже не стала задумываться, как он сумел найти меня и совершить «Вызов», а зря. Ведь буквально через пару дней все повторилось… Он улыбался, а я злилась и разбивала зеркало. И так до тех пор, пока в один из дней я устало не поинтересовалась, что ему от меня надо.

Маг в своей наглой и хамоватой манере ответил, что в благодарность за свое спасение решил научить меня нескольким заклинаниям ледяной магии. Меня, дочь Мороза Ивановича! Потомственную Снегурочку с самым высоким уровнем дара! После этого я не сильно сдерживалась в выражениях и послала благодетеля в далекие дали. Несколько дней я не отвечала ни на один «Вызов», пока не пришло предупреждение от отца, который не смог со мной связаться.

А после… Янар находил меня снова и снова. Что-то рассказывал, о чем-то расспрашивал. Каждый раз я молчала и набиралась сил разорвать контакт, но оторвать взгляд от все еще любимого образа становилось все тяжелее. Потом я начала прислушиваться к его словам.

Всякий раз на мой вопрос: «Что тебе нужно?» — маг отвечал одинаково: «Отблагодарить!» Через месяц я привыкла к этому общению. Через два — стала желать его, но все еще пыталась бороться с собой, понимая неправильность происходящего.

И теперь это… Он попросил моей руки и даже не предупредил об этом. Если это благодарность, то очень странная. Или очередная пытка, от которой я никак не могла отказаться?

— Доброй ночи, моя снежная фея.

— Здравствуй, мой мучитель.

— Соскучилась? — улыбнулся маг, заставляя сердце забиться чаще.

— Скорее озадачилась. Тебе надоело истязать меня словами, и ты решил перейти к более решительным действиям?

— Уже пообщалась с Ядвигой? — понимающе усмехнулся огненный маг, довольно щуря голубые глаза.

— Зачем, Янар? Почему ты никак не желаешь оставить меня в покое?

— Потому что и злодеям хочется сказки со счастливым концом.

— Сказка — твоя, а конец будет мой? — вопрос прозвучал как-то устало.

— Думай что хочешь, снежная фея. Только прими как данность — ты будешь моей женой.

— Я не вещь и не бесправная рабыня, чтобы меня выдавали замуж, не спросив.

— Зачем спрашивать, когда знаешь ответ? — вкрадчиво прошептал огневик — Ты будешь моей женщиной, Снежа, хочешь того или нет. Вернее, если ты пока не хочешь, то в этом виновато расстояние, разделяющее нас. Как только мы окажемся рядом…

Щекам неожиданно стало жарко, а от бурлящих эмоций у меня закружилась голова.

— Не окажемся! — уверенно ответила я.

Разум понимал, что все его слова — ложь, а мотивы поступков мне просто пока неизвестны, но они наверняка корыстны… И все же сердце молило об ином. Заставляло вслушиваться в сладкие речи мага и с предвкушением ожидать исполнения всех обещаний. Ох, Вечная Стужа, почему из всех мужчин Сказочного мира я умудрилась влюбиться во врага?

— Моя маленькая снежная фея. Скоро мы будем вместе, вот увидишь.

— Ядвига Еловна никогда этого не допустит!

— Она сама приведет тебя к алтарю, Снежа. Поверь мне. А теперь будь хорошей девочкой и иди спать. Завтра у нас обоих сложный день.

— Прощай, мучитель.

— Сладких снов, моя льдинка.

Запись седьмая,

поучительная

Шел отряд в пустыне, шел издалека,

Вдруг да по песочку съехала нога.

Чудом ухватила мужа за рукав,

А из-под песочка прозвучало: «тяф».

Как муж и обещал, после еще одной вылазки мы начали готовиться в обратный путь. Шантей к этому времени оклемался и с удивлением рассматривал модифицированные кристаллы. Теперь, помимо защитной функции, они также отвечали за терморегуляцию, в дневное время охлаждая воздух, а в ночное — прогревая. Было сложно добиться баланса, но тут очень кстати оказалась сила Киана, которого я без зазрения совести пристроила к работе. На все возражения отвечала емкое «Учись!» и объясняла мужу принцип работы с потоками.

Моя магия возвращалась медленно, но хотя бы вообще возвращалась! Отвары, что приносила Саная, я неустанно нахваливала и… выливала в песок, заменяя собственными сборами. И каждый вечер занималась обработкой ран и шрамов супруга, с удовольствием наблюдая за происходящими метаморфозами.

Так вот, в день сборов, выйдя из палатки следом за мужем, я оглядела свой новый костюм и удовлетворенно выдохнула. В очередной раз стоит сказать спасибо Василисе, подогнавшей под нас вещи с чужого плеча.

— Киан, а нам не нужно собирать вещи? — уточнила я, шагая на завтрак.

— Увидишь, — загадочно пообещал муж и взял за руку.

Ну увижу, так увижу. Тем более пытать супруга вопросами было сонно и лениво. Наблюдая за воинами на завтраке, отметила их оживленный вид и приподнятое настроение.

После быстрой уборки посуды костры затушили и… все дружно пошли к границе. Двое из мужчин, посмотрев на капитана и получив кивок в ответ, развели руки в стороны и уставились на лагерь. С минуту, наверное, ничего не происходило, и лишь легкое марево поднималось над тканью палаток. Вот только откуда под куполом марево, если мы отладили температурный режим? А еще через мгновение все предметы поплыли и стали постепенно исчезать.

— Пространственный карман? И такой большой! Сильны-ы-ы… — протянула я, уважительно посмотрев на магов.

Воины сделали вид, что ничего особенного не произошло, хотя по взглядам украдкой было видно — моя похвала им приятна.

Итак, мы выдвинулись в обратный путь. Из-за частых рейдов на кладбище и сражений с нежитью я была привычна к определенного рода нагрузкам, но вот преодолевать пустыню пешком мне ранее не доводилось. Чтобы не сильно растягиваться, отряд выстроился в колонну по трое и двинулся навстречу солнцу. Не знаю, какой порядок следования был принят до пополнения рядов потенциальными невестами, но сейчас по правую руку от меня шел муж, а по левую — Рокхар. Впереди маячили широкие спины воинов, за которыми мы и примостились.

— Киан, а почему не ты возглавляешь отряд? — нарушила я тишину после получаса молчания, когда шорох песка совсем достал.

— Потому что для этого есть профессионалы, умеющие определять направление движения. Пустыня Снов изменчива и крайне опасна. Тебе кажется, что ты все время идешь прямо, а на самом деле блуждаешь по кругу. В первой тройке идет воин, способный заранее определить нахождение зыбучих песков и припорошенных тварей и скорректировать путь.

— Припорошенных тварей? — с любопытством переспросила я, но тут же отвлеклась. — Эй, Рокхар, смотри, куда идешь!

— Оступился, — огрызнулась в ответ эта мечта патологоанатома, будто на ногу соседу наступила я.

— Пустыню населяют разнообразные твари, — ответил Киан, после того как под его пристальным взглядом заместитель отступил от меня на пару шагов. — Некоторые из них днем прячутся в песок, чтобы переждать пекло…

— Кстати, о песке. — Я неделикатно попыталась сплюнуть противные песчинки, набившиеся в рот во время разговора. — Как вы это терпите? Я же поправлюсь на пару килограмм, пока мы дойдем до места.

— А для этого у нас есть специальные повязки, — рассмеялся муж и, достав из кармана какие-то тряпочки, протянул одну мне, а вторую повязал себе на лицо.

— Эй! А что ты раньше молчал? — Моему возмущению не было предела, когда, оглянувшись назад, я увидела, что весь отряд, включая Василису, уже надел аналогичные маски.

— Я молчал? — удивление в голосе капитана сочилось сарказмом. — После знакомства с тобой я, наоборот, стал излишне разговорчив.

Не зная, что на это ответить, я обиженно замолчала. Но надолго меня не хватило, и как только мы преодолели очередной бархан, я решила еще кое-что уточнить.

— А как предводители, — я ткнула пальцем в сторону воинов, возглавляющих движение, — учатся находить дорогу? Магия или полученные с годами навыки?

— Знаешь, мы редко отделяем одно от другого. В наших условиях любой талант, способный помочь противостоять тварям, ценится очень высоко. И уже неважно, что послужило его развитию.

— Скажи, неужели вы никогда не пытались покинуть земли Хаоса? Ведь там, за Границей, целый мир, наполненный не только магией, но и… потенциальными невестами.

— Почему же «не пытались»? Смельчаки и сейчас находятся, но все, кто осмеливается прорваться за Границу, караются весьма жестоко.

— Кем?

— Владыкой.

— Почему? — Поймав удивленный взгляд мужа, я уточнила: — Что плохого в желании лучшей жизни?

— Что ты знаешь об истории возникновения Границы?

— Во время Смутной войны, когда жители Закатных земель и Зеленых холмов уже отчаялись победить монстров, прорывающихся в наш мир, словно из ниоткуда явились сидхаи. Они, вы то есть, объединили народы Сказочного мира и повели их за собой против Кукловодов и тварей Хаоса. А когда стало ясно, что победить возможно, только перекрыв все разрывы материи, ваш владыка стянул дыры в одно место и отгородил его непроницаемым куполом.

— Интересная версия. А что говорят про наш народ?

— Вы — древнейшая раса, практически прародители всех магов. Умеете повелевать изначальными стихиями и обладаете знаниями о самом зарождении мира. Короче, круче вас только вареные яйца.

От последнего замечания прислушивающийся к нашей беседе Рокхар споткнулся, а Киан рассмеялся и как-то устало покачал головой. Ну а что? Не я же придумала эту историю!

— Судя по вашей реакции, все было не так?

— Совсем не так, — усмехнулся супруг. — Давай начнем по порядку. В древние времена мой народ действительно владел силами стихий, напрямую работая с магическими потоками. Но, как я уже говорил, после гибели Знающих эти возможности постепенно угасли, в конечном итоге оставив после себя только самые необходимые для выживания. Не спорю, сидхаи появились задолго до рождения человеческих магов, но их прародителями мы точно не являемся.

— А где вы жили до Смутной войны?

— Кажется, у вас это называют альтернативной реальностью. У нас были умельцы, способные открывать проход не только на изнанку этого мира, но и в другие…

— Да? Знавала я одного мужчину, умеющего путешествовать по мирам… — задумчиво протянула я, вспоминая барда Таламира, который некоторое время преподавал у нас в школе.

— Знаешь, вполне возможно, что подобные ему существа и были нашими предками, но это только догадки. Так вот, долгое время мы жили на изнанке, не вмешиваясь в дела твоего мира, и так бы продолжалось и дальше, если бы не появление разрывов. Они стали смешивать реальности, угрожая в один прекрасный день просто поглотить весь мир. Тогда-то наш Владыка и создал это место, стянув в него все дыры материи. Из-за скудности этой зоны на магию разрывы здесь случаются крайне редко. И максимум чем угрожают — это появлением новых тварей.

— Да, но прорывы все же случаются. И в последнее время чаще обычного…

— Не может быть, — уверенно покачал головой муж. — В течение последнего цикла их было всего несколько, и то из-за двух недостойных, пожелавших покинуть земли Хаоса.

— Можешь не верить, но в степях орков прорывы происходят почти каждый день. Племя моей подруги регулярно уничтожает низших, пробивающихся через Границу. Мои друзья, боевые маги, были на полевой практике и на протяжении всех пяти недель сражались с тварями Хаоса. Не думаю, что в этом виноваты те двое «недостойных». Скорее артефакт, создающий силовое поле, начал истощаться.

— Как только вернемся домой, все проверим.

— Угу, — пробормотала я, задумавшись.

Каюсь, предположение об истощении артефакта было попыткой получить хоть какую-то информацию об устройстве защиты легендарного города. Чем больше мне удастся узнать, тем больше шансов будет снять купол и вернуться домой. Но тут же всплывает огромное «но» — что случится после моего ухода? Можно, конечно, немного изменить направление потоков артефакта, тем самым задав определенный промежуток времени, на который защита спадет. Но в условиях нестабильности магического предмета никто не даст гарантий, что он снова заработает. Таким образом, желая попасть домой, я могу подставить не только сидхаев и магов, охраняющих Границу, но и весь мир. Ведь если смещение реальностей не сказка, это может привести к возникновению Черной дыры, которая в одночасье поглотит все… От этого становилось по-настоящему страшно.

Так неужели мне придется смириться и остаться в этом месте навсегда? Похоронить надежду вновь увидеть родителей и подруг? Нет, с этим я категорически не согласна. Выход я найду. Главное, ни к кому не привыкать, чтобы можно было уйти легко… Не оглядываясь на некоторых зеленоглазых воинов, в последнее время слишком часто занимающих мои мысли.

В этот момент песок ушел из-под ног, тем самым вырывая из невеселых размышлений. Я покачнулась и по инерции раскинула руки в стороны, чтобы хоть за что-нибудь ухватиться. Неожиданно повезло с обеих сторон.

— Зомби мне в мужья, — прорычала я, цепляясь с одной стороны за рукав Киана, а с другой — за штаны Рокхара.

— Я пока не собираюсь умирать, — хмыкнул этот самый супруг, перехватывая мою руку и помогая встать на ноги.

— Детка, я всегда говорил, что ты ко мне неравнодушна…

Я не успела отпустить сотника, и этот нахал воспользовался ситуацией, чтобы снова уязвить капитана. Однако помощь пришла откуда не ждали. Сначала раздался грозный, но какой-то приглушенный рык, и мгновение спустя в ногу Рокхара вцепилась выбеленная черепушка. Воин взвыл диким голосом и отскочил в сторону в попытке стряхнуть с себя умертвие.

— Зямбик, плюнь бяку, — решила я проявить милосердие, но, как и следовало ожидать, песик теперь подчинялся только хозяину.

Собственно, именно из-за этого скелетика я чуть не ушла в песок. Оказывается, все это время он окапывался рядом с нами и в один момент неудачно прополз под тем местом, на которое я собиралась наступить.

Сотник уже перестал выть, поняв, что этим привлекает ненужное внимание, и достал клинок, чтобы попытаться отцепить с его помощью присосавшуюся пиявку.

— Ты так и не дал ему имя? — шепотом поинтересовалась я у мужа, видя, что он не спешит спасти заместителя. Но зато в нашу сторону на всех парах спешила Саная.

— Ах да… — словно что-то вспомнил капитан отряда зачистки, и в то же мгновение песик отпрыгнул от своей жертвы и подбежал к нам, виляя обрубком.

— Похвали его, — все так же не повышая голоса, проинструктировала я Киана. — Умертвия падки на доброту хозяев, ведь другие удовольствия им уже недоступны.

— Рокхар! Срочно снимай штаны! — донесся до нас истошный крик, и мы с мужем изумленно оглянулись на пострадавшего.

— Зачем это? — подозрительно переспросил сотник, осторожно отступая подальше от энергичной лекарки.

Отряд прекратил движение с начала атаки песика, и теперь все с любопытством смотрели на начинающееся представление. Закаленных в походах мужчин не смущали внеплановая остановка и чрезмерно палящее солнце.

— Надо обработать рану, — Саная плюхнулась перед племянником на колени и потянулась к брючине, но в последний момент он перехватил ее руки, — и забинтовать надо, чтобы зараза не попала.

— Зараза к заразе не пристает, — поведала я присутствующим страшную тайну, за что заработала злобный взгляд Санаи.

На сотника мои слова тоже произвели неизгладимое впечатление, видимо, до этого в его адрес столь прозрачные намеки не поступали, поэтому он оторопело уставился в мою сторону и ослабил хватку. Лекарка этим тут же воспользовалась. Осмотрев ногу, она убедилась, что штанина у племянника даже не порвана и повреждений кожи нет, но при этом возмущаться женщина не прекращала.

— Где это видано, чтобы элитный отряд зачистки сопровождала нечисть!

— Нечисть — это совсем другое, — попыталась я встать на защиту песика. — Зямбик — умертвие с зачатками интеллекта…

— А я говорю — надо гнать эту тварь! Она накличет на нас беду.

— Радуйтесь, — рыкнула я, устав от перепалки, — что скелетик не вцепился в более нежные органы. Тогда личную жизнь Рокхара смог бы воскресить только некромант. А я на дому не подрабатываю.

Пока эта парочка родственников осознавала возможные последствия от столкновения с человеком такой опасной профессии и его питомцами, капитан Лиркан скомандовал продолжить путь.

* * *

Пустыне не было конца и края. День начинался засветло и заканчивался, когда диск солнца скрывался за сгустившейся дымкой. Не привыкшая к долгим переходам, да еще и по песку, я очень уставала. Киан, видя мое состояние, всячески старался поддерживать. В первый же день меня, грязную и уставшую, сначала обтерли мокрой тканью, а потом кормили с ложечки и отпаивали восстанавливающим отваром. От происходящего я совершенно таяла, искренне наслаждаясь заботой мужчины, и очень жалела, что не могу ничего дать взамен.

Трехдневный переход по раскаленной местности, в недрах которой скрывалась всякая гадость, изрядно подпортил нам нервы. Несколько раз на воинов нападали низшие, пусть и ослабленные солнцем, но от этого не менее жадные до живой плоти. Некоторых мелких тварей отпугивал восставший питомец Киана, чувствующий себя комфортно не только на раскаленном песке, но и под ним. Один раз Васька чуть не провалилась в гнездо ашвей, решив справить нужду за барханом. В общем, весело. Так что темную полоску пусть и безжизненного, но леса, что миражом возникла на горизонте на третий день пути, я восприняла чрезвычайно радостно.

— Рада, не спеши, — осадил меня муж, крепко держа за руку. — Все равно заночуем в пустыне.

— Почему? — расстроилась я.

— В лесу тварей ничуть не меньше, чем вокруг него. Но там обитают несколько другие виды, для которых необходимо перенастроить защиту.

— А чем они отличаются от пустынных?

— Пожалуй, самым главным отличием является наличие интеллекта и зачатков магии.

— Не может быть… — ошарашенно выдохнула я, неверяще глядя на мужа. — Мы всегда считали, что порождения Хаоса — это низшие существа, обладающие единственным инстинктом — жрать.

— Насчет низших ты права, родная. Но есть те, кто выше на ступень… на пять, и, в конце концов, создатели этих самых тварей. И я очень надеюсь, что с ними ты никогда не встретишься.

— А ты встречался?

— Было дело, — посмурнел муж, отводя взгляд. — И повторения той битвы я не желаю.

— Чем больше я узнаю об этом месте, тем сильнее радуюсь наличию Границы. Оказывается, мы совсем не готовы к тому, что скрывается за ней…

Пока воины ставили лагерь, мы с Васькой сидели в сторонке и любовались… Загорелая кожа блестела на солнце, мышцы бугрились от напряжения, ловкие движения завораживали. В первую очередь, конечно же, был выставлен магический купол, в противном случае мы бы не чувствовали себя в безопасности, да и мужчинам сложно было бы столь активно и энергично трудиться. Когда с организацией лагеря было покончено, все приступили к уже привычным за время прошлой стоянки обязанностям.

— Как у вас с Гараном дела? — лениво спросила я, наблюдая за мужем.

— Хорошо, — коротко ответила девушка, но довольная улыбка была красноречивее любых слов.

— Я рада за вас. Мне кажется, вы подходите друг другу.

— Да… — поддакнула Кощеева дочка и нахмурилась. — Рада, ты хочешь вернуться домой?

— Хочу. Я скучаю по родным, по друзьям и подругам. Да и этот мир… он угнетает.

— А я вот не хочу… — растерянно прошептала она.

— Так оставайся. Тем более есть ради кого.

— Как и тебе. — Что на это ответить, я не знала.

Уже глубокой ночью, лежа под боком мужа и вслушиваясь в звуки, что доносились со стороны островка твердой земли, я лишний раз порадовалась усилению нашего купола. Не знаю, что за твари обитали в мертвом лесу, но даже мне, привычной к ночным вылазкам на кладбища, было жутко. Пронзительные звуки на уровне писка волной дрожи пробегали по телу, заставляя плотнее прижиматься к Киану. Надрывный плач, вторящий отчаянному крику загнанной жертвы, сводил с ума и вызывал желание закрыть уши. А еще безумно угнетала неизвестность… Кто ждет нас там, впереди, на пути к возможному дому? Кто подстерегает среди иссохших стволов, скользя следом голодной тенью? И почему от одной мысли, что нам придется пересекать этот проклятый лес, бросает в дрожь?

Вздрогнув от очередного воя, почувствовала горячую руку, скользнувшую по бедру и проворно забравшуюся под заимствованную рубашку. От неожиданности я распахнула глаза и повернула голову к мужу. И тут же снова зажмурилась, растворяясь в жадном прикосновении твердых губ. Одуряющем и пьянящем, которого так не хватало за последние изнурительные дни перехода.

Чего уж скрывать, целоваться с Кианом было восхитительно. Покоряться неистовому напору и покорять самой, с не меньшим пылом отвечая на каждое движение. С огромным удовольствием запустила руки в белые пряди и, перевернувшись на спину, притянула мужа еще ближе. Мы делили дыхание на двоих, упиваясь разливающимся по телу жаром. Для того чтобы вспыхнуть, мне понадобилось всего несколько секунд… и мужчина это заметил. Легко касался внутренней стороны бедра и, в противовес этому, с животной страстью владел губами. Играл мною и медленно подводил к грани, умело напоминая обо всем, что было между нами, и чувственно обещая то, что может быть.

От очередного ласкового поглаживания я не выдержала и протяжно застонала, бесстыдно раздвинув ноги. Недвусмысленное приглашение, которым, хвала Моране, воспользовались. Шершавые пальцы прошлись по нежной коже, дразня и вызывая новый протяжный стон. Чуть помедлили, ожидая ответной реакции, и только после злого рыка скользнули внутрь. Мой крик перекрыл и вой, и писк, и, наверное, перебудил весь лагерь, но мне было плевать. Я теряла последние остатки разума, вознося на первый план одно-единственное желание: хочу!

Хочу его всего и безраздельно, чтобы сводить с ума и сходить с ума самой. Утопать в огне зеленых глаз и вырывать из могучей груди стоны наслаждения. И уже плевать на собственные планы, когда до безумства остается всего шаг.

— Хочу тебя! — еле слышно выдохнула между стонами, потянувшись к губам мужа.

Повторять не пришлось. Киан тоже дошел до грани, в этой чувственной игре обманув самого себя. Тяжесть мужского тела и моя нетерпеливая попытка стянуть с мужа штаны. Все время спал без них, а тут на тебе, решил перестраховаться возле Границы.

Его хриплые смешки от моего нетерпения и сладкие, чуть болезненные укусы в шею, от которых темнело в глазах. Еще немного, и он будет моим… во мне… давая возможность утолить бушевавший голод.

И именно в тот момент, когда мы все-таки справились с завязками, в палатку завалилась целая толпа! Мужу потребовалось не больше двух секунд, чтобы накинуть на нас простыню и закрыть меня от жадных взглядов воинов. И кто бы сомневался, что во главе процессии будет Рокхар!

— В чем дело? — с трудом справившись с дыханием, прорычал муж над моей головой.

— Мы услышали крики и решили, что у вас что-то стряслось. — Голос сотника звучал чуть ехидно и явно самодовольно.

И так меня это взбесило… Мало того что напугали, так еще оставили неудовлетворенной. Причем не только меня, но и очень напряженного супруга.

— Дерр Арвар, я понимаю, что у вас никогда не было женщины и вы не знаете, от чего она может кричать… Но другие-то? Неужели тут сплошные девственники? — Ну вот, во мне проснулась любимая стерва.

Мой вопрос вызвал гвалт недовольных голосов и тихий смешок мужа, шевельнувший волосы на макушке. Удивительно, но вразумительно ответить на мой выпад так никто и не смог. Видать, сильно я их задела.

— А теперь будьте любезны покинуть нашу палатку, — холодно произнесла я. — На публику я даю уроки только по некромантии. И самые нерасторопные окажутся наглядным пособием на следующем привале!

Если бы не испорченное настроение, я с удовольствием бы посмеялась над тем, как сразу три последних воина пытались пролезть в проем выхода. Но уж простите, сами виноваты! Нечего врываться к молодоженам посреди выплаты супружеского долга! Кстати…

— Милый, а откуда у тебя такой богатый опыт по части соблазнения?

Вместо ответа над головой раздался тяжелый и очень протяжный вздох. Ну да, и так эротическое настроение сбили, так теперь еще и жена глупости спрашивает. Но я не виновата, честно-честно! Просто когда злюсь и нервничаю, мозг начинает работать набекрень, выуживая из памяти все самое важное. А тут так получилось, что важным показался именно этот вопрос. И его разъяснение стало приоритетным.

— Совести у вас нет, дерра Лиркан! — пробурчал супруг, уткнувшись мне в шею.

— Не у меня, а у твоих подчиненных.

— Им, в отличие от тебя, я могу вынести дисциплинарное наказание. Хотя… — и меня снова весьма ощутимо укусили в шею, чтобы потом медленно зацеловать пострадавшее место.

И когда организм радостно согласился на вторую попытку брачной ночи, этот нехороший сидхай спрыгнул на пол и ловко закутал меня в одеяло!

— Жестоко, — пробурчала я, недовольно глядя на Киана.

— Будем считать это маленькой местью, — обаятельно улыбнулся муж и налил себе в кружку остывшего отвара.

— Хорошо, но в этом случае я ожидаю от тебя ответа — откуда такой опыт? Ведь если у вас проблемы с численностью женщин и каждая из них расчетливая стерва, то тут всего два варианта — либо у тебя была невеста, либо…

— Без либо, — усмехнулся кэп, по моему ехидному лицу поняв направление мыслей. — И меня восхищает твое умение строить логические цепочки на основе обрывочной информации. Так что, дорогая, ты права, у меня была невеста. Но вдаваться в подробности я не желаю.

— Понимаю, — кивнула я, действительно принимая желание Киана сохранить этот эпизод своей жизни в тайне. — Попытаемся поспать?

— Я немного пройдусь, проверю часовых, а ты засыпай. Впереди нас ожидает не менее трудный и опасный путь.

— Спокойной ночи, Киан.

— Добрых снов, моя девочка.

Снежана, дочь Мороза Ивановича. Ёжка

Мы сидели на уроке по Избоводству и ждали появления преподавателя. Так уж получилось, что по этому предмету у нас была всего пара лекций, которые проводила Ягиня Костеяловна до того, как ушла в декрет. И теперь нам предстояло познакомиться с ее заместителем.

Нынче перед нами стояла сложная задача — продемонстрировать полученные знания и не опозорить своего куратора. Никогда не забуду, как на вводном занятии мы спутали этот предмет с домоводством. Кому охота опять изучать домашнюю утварь, готовку и правила уборки по фен-шуй? Но оказалось, что Избоводство имеет ко всему перечисленному очень косвенное отношение. А главной задачей этого предмета являлось обучение взаимодействию с «Избушкой на курьих ножках». Ведь каждой Бабе-Яге положена своя изба, а учитывая, что она почти живое существо, то и подход к ней требовался особый, и уход специфический.

Поэтому новое лицо мы ожидали в гробовой тишине и с некоторой долей волнения. Впрочем, все это терялось на фоне мрачного настроения, связанного с очередной неудачной попыткой связи с Радомилой. Благодаря отцу Рады и Химе, которые провели один из кровавых ритуалов, мы точно знали, что подруга жива. Однако получить более подробные сведения или определить направление поиска пока не удавалось.

В надежде на чудо я даже рискнула сама связаться с ненавистным Янаром и попросить его о помощи в поисках некромантки, но все оказалось тщетным. Подруги нигде не было…

Снова тоскливо вздохнув, я решила схулиганить и выдула струю морозного искрящегося воздуха в стену напротив. Однако вместо того, чтобы снежным узором покрыть висящую на ней доску, воздух заклубился над кафедрой, превращаясь в туман, и внезапно в аудитории раздался отчетливый чих. Потом еще один…

— Так и простуду схлопотать недолго, хулюганки, — промолвил скрипучий голос, и на столе проявился небольшой мужичок. Коренастый, с бородой и пышной стриженой шевелюрой, в льняных портках и рубахе-косоворотке.

— Ой, домовой… — Первой, как ни странно, гостя опознала Яника.

— Не просто домовой, а потомственный защитник Первой Избы!

— Первой Избы?

Мы удивленно переглянулись. О таком наставница рассказать не успела. Кажется, новый преподаватель понял наше затруднение, потому что, покачав головой, не без гордости начал рассказывать:

— Это была самая первая волшебная сущность, сотворенная при помощи магии. Случилось это очень-очень давно, когда магия, словно бурная река, текла по венам мира, а магические существа творили удивительную волшбу. Тогда жила среди ведьм одна девушка, которая очень любила колдовать, смешивая заклинания и знания всех народов Сказочного мира. Правда, не всем нравились ее эксперименты, и со временем ведьму изгнали из клана и объявили на нее охоту, признав сумасшедшей. Тогда, используя сочетания темной и светлой энергии, она создала Первую Избушку — крепость, что защищала свою хозяйку от любых бед и напастей. А много столетий спустя, когда время ведьмы пришло, она провела последний обряд, переселив свою душу в магический предмет, тем самым наделяя Избушку самыми важными качествами — разумом, умением творить волшбу и чрезмерным ехидством. Мой род был с этой Избушкой с момента ее создания. Присутствовал при появлении на свет яиц с новыми избушатами и дарил каждой из них своего Хранителя. Мы помним появление первой из рода Яг, которая сдружилась с волшебной Избой. Мы знаем и помним все… И все это я передам вам, чтобы помочь жить в мире и понимании с будущей Избушкой и ее Хранителем. Кстати, зовут меня дед Кузьма.

Обведя нас торжественным взглядом, домовой завел одну руку за спину и, словно из ниоткуда, достал кованый сундучок в половину своего роста. Я только подивилась силе нового преподавателя и вместе со всеми продолжила внимательно следить за развитием урока.

— Туточки у меня все-все записано, — он водрузил сундук перед собой и откинул крышку. Наступило мгновение тишины, вслед за которым последовало взволнованное: — Карау-у-ул! Все украли!

Дед Кузьма забегал по кафедре, забавно перебирая лаптями и держась за голову.

— Нафаня! Мою науку украли, какой же я педагог без науки!

Мы немного оторопели от такой резкой смены поведения, не зная, чем помочь. А домовой все продолжал бегать вокруг сундука, вопрошая неведомого нам Нафаню и заглядывая во все доступные места.

— Ну почто ты опять панику развел, — раздался над нами другой скрипучий голос. — Ты ж сам записи мне для проверки дал!

Из воздуха материализовалась пачка писчей бумаги и рухнула на стол. Дед Кузьма тут же успокоился, с критическим видом просмотрел несколько листов и, довольно потирая руки, угомонился.

— Значится — Избоводство. — Кузя хлопнул в ладоши, и перед каждой Ёжкой на столе появились материалы урока. — Ареал обитания Избушки на курьих ножках — лес Забвения. Вылупляются они из яиц, а потом пасутся на полянках или опушках… Да, деточка, что ты хочешь уточнить? — последние слова были адресованы Голубе, поднявшей руку.

— Дедушка Кузьма, скажите, а Первая Избушка появилась из яйца или уже была Избушкой?

Удержать смешок остальным Ёжкам удалось с большим трудом. Кажется, мы до того достали подругу, оборачивающуюся горлицей, шутками про то, превращалась ли она в детстве в яйцо или цыпленка, что она решила тоже блеснуть остроумием.

— Хм, интересный вопрос, девонька. — Мужичок пригладил окладистую бороду и задумчиво нахмурил кустистые брови. — Но, увы, об этом история умалчивает. Так что, любознательные мои, продолжим. Грамотная Баба-Яга — то есть та, что получила верительную грамоту по окончании Школы Сказок, — последнее домовой пояснил в ответ на раздавшиеся смешки, — идет в лес и приманивает себе приглянувшееся хозяйство. Избушки, как вы знаете, весьма норовистые и с ходу в управление не даются. Каждая Яга должна найти свой подход. Потому что потом вам придется на пару искать местожительство, или, как сейчас говорят, парковку. А коли вы избушку силком принудите подчиняться, она и поселит вас на болотах али в чащобе непролазной.

— Не, на болоте не хотелось бы, — высказалась Яника. — А вот на берегу озера было бы классно.

— Зачем тебе избушка на озере, когда у Китара там свой дом? — захихикала Злата. — Это нам с Полей надо к вам в соседи напроситься, все же мы без воды никак.

— Девоньки-девоньки! Места обитания — это вы за трапезой обсудите, а сейчас продолжим, — проворчал дед Кузьма, и урок пошел своим чередом.

Запись восьмая,

о возвращении силы и страшной мсте

Как хорошо шалуньей быть

и магией владеть.

Ведь можно недругам своим —

шутя — ведро надеть.

За шиворот налить воды

и в тапки бросить уголь,

Вдруг оживив кусок еды,

послушать злую ругань.

Туманный лес — обширная территория, некогда бывшая обычной рощей. В годы войны напитавшись разрушительной магией заклинаний, она постепенно превратилась в мыслящее и коварное нечто, укрытое туманом. Твари, что населяли преобразившийся лес, вызывали опасения у воинов, интерес у меня и стойкое отвращение у Василисы. Ну да, сложно любоваться существом, видовую принадлежность которого невозможно определить даже с десятого раза. Вроде заяц, но с рогами, птичьими лапами и волчьей мордой. Да еще и непонятная слизь, стекающая по алой шкуре и оставляющая на сухих сучках дымящийся след. Пару раз такие твари пытались пробить наш купол, но, натыкаясь на барьер, недовольно скулили и отступали.

Мошкара тут тоже была особенной. Она налетала два раза в день — на рассвете и закате, распугивая своим низким гулом все живое. Мне даже довелось узнать, почему этих козявок так боялись — один из самых упертых недозайцев, оставшихся атаковать наш купол, стал их добычей. Я досчитала до шести, когда мошкариный рой распался в разные стороны, оставляя после себя деформированные кости да дымящиеся кучки менее удачливых собратьев, растаявших от слизи существа.

За сим наблюдал весь отряд, так что Ваську, скрывшуюся в палатке с зеленым цветом лица, проводили лишь сочувствующими взглядами. Меня же… одарили одобрительными подмигиваниями, когда я отправилась отпаивать знакомицу. Да, с некоторых пор за мной закрепилось звание железной стервы. Что характер не сахар, я предупреждала заранее и убедительно всем рекомендовала не ссориться со мной. Те, кто внял совету, величали железной деррой, остальные же… пока сохраняли нейтралитет, но при этом стали проявлять заметно больше уважения моему мужу. Не все, но я собиралась это исправить. Воины как никто должны понимать, что сила — это не только внешнее проявление превосходства, но и внутренний стержень. А также умение повелевать и находить выход из сложных ситуаций. Тем же, кто не сможет этого осознать, придется сильно обжечься.

А пока я развлекалась тем, что вспоминала свои детские шалости и оттачивала их на провинившихся. Дольше всего я не могла решить, как бы так проучить Санаю, чтобы неповадно было опаивать людей, а тем более некромантов и сидхаев. Ей доверяют как лекарю самое ценное — жизнь и здоровье. И если первое она всеми силами спасала, то распоряжаться вторым предпочитала по своему усмотрению. А это мне совершенно не нравилось. Однако то ли в силу моральной усталости, то ли мозги у меня от этой жары перегрелись, но только ничего стоящего не придумывалось. В конечном итоге сговорились мы с Васькой так…

Незадолго до рассвета, пока лагерь спал, я выбралась из нашей палатки и мелкими перебежками добралась до Границы. Тут же появившийся рядом скелетик приветственно помахал обрубком хвостика, выпрашивая ласки, а потом устроился рядышком и принялся наблюдать за моими действиями. Просканировав местность за защитным контуром, я прощупала магией несколько покойных тушек и остановилась на змееподобном создании. Пока разбиралась со змеюкой — это я про найденные останки, если что, — Василиса должна была стащить из палатки Рокхара что-нибудь из личных вещей. Когда сообщница притащила мне его ремень с запоминающейся пряжкой, украшенной драгоценными камнями, я довольно улыбнулась. К этому времени я уже успела осмотреть свой трофей: найденный то ли червяк-переросток, то ли детеныш змеи неизвестного вида был вполне свеженький и скончался от того, что проглотил нечто большое — тушка застряла в процессе поедания.

Итак, закончив приготовления, мы с Васькой выдвинулись к палатке лекарки и затаились поблизости. Объект очень удачно проснулся и уже крутился под натянутым перед входом тентом, занимаясь хозяйственно-бытовыми мелочами.

Пожилая женщина сначала даже не обратила внимания на небольшой бугорок земли, который медленно продвигался в ее сторону. Но по мере приближения до Санаи стало доходить, что подобный ком мог появиться, только если под самой поверхностью земли ползет живое существо… или неживое, тут как повезет. Осознав масштабы проблемы, Саная сначала замерла, гипнотизируя взглядом перемещение кого-то неведомого. Потом попятилась назад, и тут стало ясно, что невидимое существо преследует именно ее: характерный след описал круг у ее ног, замыкая периметр. Мы с Василисой закрыли рты руками, чтобы наше зловредное хихиканье не расстроило веселье раньше времени. И тут по лагерю разнесся жуткий визг, пробирающий до мурашек Вслед за ним раздались ругательства, угрозы и требования ползти туда, откуда пришла.

После такого стоило ожидать скорого прибытия всех находящихся в лагере воинов. Нам с заклятой подругой предстояло, не выдав себя, присоединиться к спешащим на помощь сидхаям. А пока я отдала мысленную команду своей зверюшке, и та наконец-то показалась на поверхности.

Подобной реакции не ожидал никто! Испуганный визг неожиданно превратился в рычание. Увидев пряжку от ремня любимого родственника (уютно уместившуюся на голове моей змеюки), Саная заподозрила, что тварь покусилась на здоровье и жизнь Рокхара. Любящая тетушка решила силой отбить то, что осталось от воина. Послушная моей воле змейка еле успела отскочить в сторону и броситься прочь.

К этому моменту некоторые из сидхаев уже сориентировались, откуда раздаются крики, и бежали на подмогу. Однако увидев мчащуюся на них лекарку с котелком в руке, отпрыгивали в сторону и только потом замечали пояс помощника командира, змеящийся по земле. Мы уже не горели желанием выходить из укрытия, но спектакль переместился немного дальше, и пришлось догонять действующих лиц.

Саная пыталась котелком придавить змеюку, при этом посылала на ее голову все возможные кары и требовала сознаться, куда тварь дела ее кровиночку. Воины, кто посмекалистей, увидев, что змея не просто тащила ремень, но и явно что-то переваривала, делали неутешительные выводы и издалека пытались утихомирить женщину. Однако никто не рискнул подойти близко.

— И зачем вы все это затеяли? — раздался у нас за спиной тихий голос, отчего Васька испуганно пискнула, а я замерла, обдумывая варианты ответа.

— А тебя совсем не волнует, что стало с твоим заместителем?

— Туманный лес — опасное место. Если бы он не мог постоять за себя — не достиг бы такого звания.

Словно в подтверждение этих слов я увидела, как к спектаклю добавился новый персонаж. Словно из ниоткуда на пути следования погони возник Рокхар, как раз вернувшийся из разведки. Восставшая тварюшка с драгоценным поясом легко проскользнула меж широко расставленных ног сидхая, а вот тетя врезалась с разбега в племянника. Моей зверюшке пришлось бросить трофей и быстро зарыться в землю.

— Это напомнило мне Кукловодов.

Я обернулась, расслышав мрачные интонации в голосе мужа, и всмотрелась в его лицо.

— Расскажи о них. Я не первый раз слышу упоминания этих… существ, но никто не может пояснить подробности.

— С вашей стороны Границы о них, наверно, уже мало кто помнит. — На талию легли крепкие ладони и притянули ближе. — Это были странные существа. Их сущности нельзя было увидеть простым зрением, но вот в энергетическом спектре это было непередаваемое зрелище. Сила их заключалась в невероятной способности к ментальной магии. Они порабощали не только вылезших из разрывов тварей, но и разумных. Многие, попав под их влияние, стали послушными рабами. Я до сих пор помню лица воинов, когда они сражались с теми, кого еще вчера называли друзьями. Но самым страшным оказалось открытие, что спасения от силы Кукловодов не было. И вместе с гибелью твари умирали все, кого она успела подчинить. А их было много… Очень-очень много.

От этого рассказа на душе остался неприятный осадок, который вылился в поток слов, осевших на листах моего дневника. Сказочный мир должен помнить, от какой угрозы его защитили бесстрашные воины.

* * *

Шел третий день нашего пути по Туманному лесу, когда среди деревьев показался внушительный холм с мертвой черной травой. От него ощутимо фонило родной магией смерти, дурманя голову заструившейся по телу силой. Сжав чуть сильнее руку Киана, я на мгновение прикрыла глаза и облизнула губы, наслаждаясь чистым потоком энергии. Легким привкусом шли Черная и Кровная силы, но я легко отсекала их, впитывая лишь нужное. Магия, что так долго не желала восстанавливаться, наполнила меня в одно мгновение, снова возвращая уверенность в себе и своих силах.

— Рада? — тихо позвал муж, остановившись и прижав меня к себе. — Что с тобой?

— Мне хорошо, — честно призналась я, начав качать энергию в накопители. — Этот холм — один большой склеп с мощнейшей эманацией смерти. Обычно я восполняюсь за счет всем привычных потоков магии, но такая… словно кусок шоколадного торта после годовой диеты.

— Значит, ты восстанавливаешься?

— Уже восстановилась, — блаженно улыбнулась я. — Сейчас наполню накопители, помогу душам обрести покой, и можно двигаться дальше. Позволишь?

— Если успеешь за полчаса, можно сделать остановку.

— Мне хватит десяти минут.

Поцеловав Киана в уголок губ, я вытащила из-за пояса кинжал и приблизилась к защитному контуру. Легко преодолев подвластную преграду, сделала еще несколько шагов к холму и опустилась на колени, приступив к черчению нужных символов. Моя увлеченность чуть не вышла боком: я не сразу заметила недозайца, мчавшегося с завидной прытью. Впрочем, его перехватили еще на подлете, перекусив пополам с одного раза.

— Хороший мальчик, — улыбнулась я и похлопала подошедшего зомбика по черепушке с дымящимися зубами.

Надо будет приготовить раствор и обработать кости, чтобы дольше сохранились. Такого мальчика терять нельзя. Мало того что исполнительный, так еще быстрый и сильный. Не зря я подарила его мужу. Кстати…

— Спасибо, — бросила за спину, хорошо ощущая близкое присутствие.

— Мы можем растянуть щит…

— Не стоит, я почти закончила.

Обтерев кинжал о штанину; продезинфицировала разрядом магии и уколола себе палец. Собрав на лезвие три крупные капли, перенесла их в круг и напитала символ бесконечности. Слова активации… и весь холм вспыхнул зеленым светом, разрушая оковы магии крови и выпуская на волю души. Двадцать восемь белесых теней рванули в сереющее небо, напоследок бросая шелестящее: «Спасибо!»

Кроме некромантов, чья сила крепко связана с миром мертвых, потусторонние сущности могли видеть только маги крови. И если мы с душами-призраками сотрудничали, то кровники… Даже после смерти они могли издеваться над душами, возвращая их в тела и даруя подобие жизни. Вернее, раньше я думала, что подобие, пока не познакомилась с Химаэнир. Как дочь вождя орков ее обучали магии крови, которая передавалась в их семье из поколения в поколение. Именно эти знания помогли ей вернуть к жизни дорогого мужчину, накрепко связав их судьбы.

С детства мне внушали, что все маги крови — зло. А как иначе воспринимать существ, которые по своей прихоти могут погубить целую деревню, чтобы потом оживить вновь и сделать послушных своей воле рабов?

Мы, некроманты, тоже частенько поднимали мертвецов, чтобы сделать из них слуг. Однако использовали всего лишь оболочку, которая иногда могла хранить отголоски разума и даже некоторые воспоминания о прошлой жизни. Или же призывали души, чтобы узнать у них важную информацию. Но никогда, никогда некроманты не привязывали к мертвому телу бессмертную душу! У нас даже в мыслях не было так жестоко обойтись с божественным даром, а они…

Был в моей жизни случай, когда волею Мораны я столкнулась с магом крови. Чудесный парень, в которого с первого взгляда влюбилась моя подруга. Они были замечательной парой и готовились к свадьбе, но несчастный случай все разрушил. На одном из заданий наша группа вступила в схватку с сильным личем, в ходе которой Милолика попала под действие смертельного заклинания. Душа девушки ушла за Грань без мучений, а тело мы доставили к жениху. Смотреть на него было страшно… Но еще страшнее оказалось то, что он сделал.

Ратша вернул душу Милолики из мира мертвых, где та провела больше суток. Девушка «ожила», но вернулась совершенно другой. Всех знала, все помнила, но… это была уже не она. Израненная сущность с помутневшим сознанием, которую силой вернули в наш мир. Я умоляла Ратшу освободить подругу и перестать мучить ее душу, но он, ослепленный любовью, не слушал никого.

А дальше был поступок, о котором я сожалею до сих пор. Я написала заявление в Совет Магов с просьбой о помощи, и она не заставила себя ждать. Ратшу взяли под стражу, а Милолику… развеяли. Прибывшие магистры не смогли разрушить заклинание кровной магии и приняли единственное, по их мнению, верное решение — уничтожили тело, а вместе с ним и душу. Ратша умер в тот же миг, не сумев выдержать смерти любимой. Вечной смерти, в которой я оказалась повинна…

С тех пор я люто ненавидела всех кровных магов, проклиная их силу и носителей. Когда узнала, что Хима точь-в-точь повторила поступок Ратши, была в смятении. Разрывалась между чувством долга, требующего обо всем доложить в совет, и чувством любви к подруге. Но в итоге в какой-то момент поняла, что не смогу ее потерять. Просто не прощу себе, и… закрыла глаза, с облегчением понимая, что Химаэнир не стала бы удерживать душу насильно, если бы из-за Грани она вернулась измененной. Ёжка не смогла бы причинить такую боль любимому существу.

Нет, я не перестала после этого ненавидеть кровников, но этот случай помог понять две вещи: и среди магов крови есть те, кому не чужды разум и честь, а еще… ради родных я готова пойти на все.

— Рада?

— Можем идти, — легко улыбнулась я, слизывая алые капли с пальца.

Киан, если и заметил перемену в моем настроении, спрашивать ничего не стал. Он у меня вообще оказался замечательным мужчиной. Если бы мы познакомились при других обстоятельствах, моему счастью не было бы предела. Но все сложилось так, что я разрывалась от противоречивых эмоций. С одной стороны, ужасно, даже невыносимо хотелось домой, к семье и подругам, которые наверняка ждут и ищут способ связаться. С другой стороны — муж, к которому я все больше привязывалась. Понимала, что нельзя, но ничего не могла с собой поделать. Для меня этот сидхай оказался идеальным мужчиной, причем во всем. Меня уже не смущала его внешность, сильно отличавшаяся от обычных предпочтений. Было плевать на возраст и происхождение, они размывались под натиском обаяния и животной силы. Он не говорил мне красивых слов, но это с лихвой окупалось нежными прикосновениями. Не было романтических стихов под луной, но кому они нужны, когда за тобой ухаживают, как за самым редким сокровищем? Кто же ты, мой сереброволосый сидхай, дар или проклятие? Ответа я, увы, не знала.

На ночь мы остановились у очередного холма, благо эманации смерти от него исходили совсем слабенькие. Дождавшись, пока воины установят защитные кристаллы, и вместе с Васей проверив их работу, мы отправились к кострам. Слушая веселые байки сидхаев, я лениво гоняла одинокий кусок мяса по тарелке и блаженно щурилась. Все-таки какое это блаженство — снова чувствовать свою силу. Знать, что в любой момент можешь дать отпор не только некоторым наглым воинам, которые теперь сильно пожалеют о своем хамском поведении, но и многочисленным врагам, скрывающимся в сумерках ночи.

Удовлетворенно вздохнув, бросила короткий взгляд на Рокхара, который вылавливал из котелка очередную порцию мяса, и спрятала лицо на плече мужа, чтобы не выдать себя улыбкой.

— Что такое? — тихо спросил Киан, но ответить я не успела.

Со стороны сотника раздалась отборная ругань, за которой последовали крики его приближенных. Что, страшно, когда мясо в тарелке оживает? А когда щелкает в твою сторону зубастым ртом, недовольно порыкивая? Ну вот, то-то же! Будете знать, что оно чувствует в аналогичной ситуации.

— Дер-р-ра Лиркан, — протянул муж, а у меня от его «дерра» снова мурашки по коже.

Интересно, нам хотя бы сегодня дадут побыть наедине или снова придумают тысячу и одну причину задержать моего благоверного?

— М-м-м, — протянула я, подняв абсолютно честные глаза на кэпа.

— Не шали, — хмыкнул муж, еле сдерживая улыбку.

— Я совсем чуть-чуть. Исключительно в воспитательных целях!

— Ну если в воспитательных…

Неожиданный крик, раздавшийся со стороны холма, заставил всех вскочить на ноги и броситься на звук. И хотя муж просил остаться возле костра, я не смогла усидеть и последовала за ним. Как оказалось, не зря. В том месте, где был зарыт один из охранных кристаллов, обнаружилась огромная дыра. Не знаю, что за тварь ее создала, но помимо артефакта она уволокла и одного из дежурных, который, по всей видимости, и кричал.

Пока мужчины проверяли остальные кристаллы, которые благодаря доработке Василисы перенастроились и распределили потоки между оставшимися камнями, я принялась за плетение поискового заклинания. Ручьи магии в этих местах были весьма скудны, так что пришлось тянуть нити из своего источника, накрывая поляну и холм невидимой сетью. И почему я не додумалась проверить это место сразу? Расслабилась… Поверила, что купол сможет защитить нас от внешней угрозы, не придав значения словам Киана о наделенных магией тварях. Вот и получила урок! Надеюсь, без летального исхода…

Завершив плетение, взяла кончик нити в руку и, дождавшись, пока перестроится зрение, быстро осмотрелась. При использовании такого рода заклинаний все объекты переходили в иной спектр восприятия, приобретая свои цвета и оттенки. Так, сидхаи, сохранив свои естественные пропорции, просто засветились зеленым, предметы имели оранжевый оттенок, а вот все твари, что окружили нашу стоянку; имели характерный болотный цвет.

Продолжив осмотр, опустила взгляд к земле и стала рассматривать свою паутинку. Какие-то мелкие твари, пытающиеся пробить нашу защиту, силуэты многочисленных скелетов и… тоннели. Проходы с человеческий рост, которыми была испещрена вся поляна и холм. И в одном из этих ходов я отчетливо увидела бледнеющий свет сидхая, из которого неведомая тварь тянула жизненный силы.

Действовала я быстро, на одних инстинктах, отработанных годами. Взяв за основу защитное плетение от еретика, который тоже любил высасывать жизненные силы из своих жертв, накрыла им воина, отсекая от твари. Негодующий вой хищника заставил улыбнуться и запустить к существу приманку из собственной силы. Только выманить ее надо подальше от нашего лагеря. Для этого я запустила фантом по тоннелю в сторону холма, а сама быстро опутала сидхая нитями.

— Васька!

Объяснять девушке ничего не пришлось. Приняв из моих рук нити, она принялась вытягивать воина из-под земли. В общем-то, при наличии магии дело пустяковое, но мужчинам же не объяснишь, отчего мы хмуримся и смешно дергаем руками. Впрочем, мне было не до объяснений. Тварь почти добралась до поверхности и вот-вот должна была вылезти наружу.

Бросив короткий взгляд на мужа, подозрительно наблюдающего за каждым моим движением, быстро перестроила схему ведения боя. Если бы рядом была моя обычная боевая пятерка, я бы не задумываясь покинула контур и дала существу бой. Даже будучи одна, дала бы! Но кто меня пустит?

Больше чем уверена, что Киан последует за мной, а это значительно осложнит дело. В том, что он превосходный воин, я не сомневалась, но вот маг из него пока никакой. А с этой тварью сражаться надо было именно магией. Значит, придется справляться из-за купола. Неудобно, да и некоторые плетения могут завязнуть, но другого выхода нет.

Существо появилось ровно в тот момент, как я добежала до защитного контура. Просто выпрыгнуло из земли, тараня пространство длинным гибким телом. Похоже оно было на огромного червя с черными подвижными пластинами, с той лишь разницей, что лицо казалось почти человеческим. С провалами вместо глаз, но с носом и огромным зубастым ртом. С воротником из черных игл, раскрывшихся при прыжке. А еще у него неожиданно появились руки. Около пяти пар, с длинными костлявыми отростками. В общем, красота неописуемая. Хочу этого зомбика в свою коллекцию!

Услышав дружный вздох сидхаев и отборную ругань, не смогла сдержать насмешливой улыбки. Да, чего только не встретишь в магическом мире. Спасибо многочисленным сумасшедшим магам за их нескончаемую фантазию! Так, и что бы придумать, чтобы упокоить эту тварюшку, но не повредить шкуру?

— Воскресенская, если ты намерилась подчинить эту тварь, я сама тебя прибью! — раздался возмущенный голос Василисы, которая прекрасно знала мои маленькие слабости.

— Да ты посмотри, какая прелесть…

— Воскресенская!

— Да что же ты так кричишь, — поморщилась я, сплетая парализующее заклинание. — Видишь же, что зверушка из-за этого нервничает и отказывается подходить ближе!

— Ага, она просто примеривается, с какого бока ты вкуснее. Бей ее!

— Бью, — согласилась я, бросая заклинание.

То, что произошло дальше, стало шоком для всех. Эта сволочь поймала мое заклинание! Мало этого, она его рассмотрела, и в следующее мгновение в четырех конечностях заискрились клоны моего шарика!

— Убиться и не встать! — выдохнула я, рассматривая необычное явление.

Явление же решило не терять времени даром и кинуло преумноженное заклинание обратно! И… оно прошло сквозь барьер!

— Офигеть! — выразила общее мнение Васька, наблюдая, как один из сидхаев упал на землю, попав под снаряд. — Воскресенская?

— Молчи, женщина, я сама в шоке! — выдохнула я и задумалась.

Значит, эта тварь не просто питается, как еретик, но еще и обладает его талантами. Неожиданно, но не страшно. Жаль, конечно, что придется ее убить и развеять, но жизни попутчиков дороже.

— Так, ребятки, кто из вас лучше всего метает ножи?

— Я, — отозвался Рокхар и приблизился ко мне.

— Чудно. Васька, что с уловом?

— Почти вытащила, — отозвалась девушка.

— Как дотянешь, дай знать. А вы чего все замерли? Мне нужно время, так что отвлеките эту гадость чем-нибудь!

— Сколько? — уточнил муж, тоже приблизившись.

— Минуты три. Даже меньше, если никто не будет отвлекать.

Кивнув, он наклонился, поднял с земли камень и запустил прямо в лоб существа. Секундная тишина взорвалась воем твари. Остальные сидхаи последовали примеру своего капитана, а я отобрала у Арвара один из ножей и принялась накладывать на него цепь заклинаний. Первое — закрепляющее, чтобы существо не смогло вырвать из себя инородный предмет. Затем парализующее, болевое и, наконец, испепеляющее. Если сотник сумеет попасть в рот твари, то с ней будет покончено за считаные минуты. Но тут уж как повезет.

Я почти закончила, когда Василиса наконец извлекла кокон с воином. Передав измененный нож Рокхару и объяснив, что от него требуется, присоединилась к обманному маневру. Создав очередной фантом, пустила его прямо перед мордой хищника и, когда он раскрыл рот, взмолилась Моране.

Всего удар сердца, и… тварь, словно почувствовав неладное, ушла в сторону, а потом и вовсе нырнула под землю, с невероятной скоростью двинувшись по одному из тоннелей, уходящих на юг.

— Обидно, — вздохнула я, расстроенно посмотрев на мужа.

— Ничего, зато тебе удалось ее прогнать.

— Киан, ты ведь не хуже меня знаешь, что она еще вернется. И я очень надеюсь, что не приведет с собой подмогу.

— Справимся, — констатировал муж и хмуро посмотрел на оплетенного коконом воина. — Что с ним?

— Повреждение внешнего энергетического слоя и частичная потеря жизненных сил.

— Гаран?

— Да тут, в общем-то, можно обойтись и без его силы. Напоить укрепляющим отваром, дать отдохнуть, и завтра будет как свеженький зомбик!

— Неудачная аналогия, — хмыкнула Васька, заканчивая с распутыванием моего заклинания. — Хотя в чем-то и верная…

В ответ пожав плечами, я немного постояла на месте, прислушиваясь к своим ощущениям, а потом все же пришла к неутешительным выводам:

— Кажется, перестаралась… — после чего начала позорное падение на землю.

Мужчины среагировали молниеносно, поддержав меня со всех сторон и пытаясь придать вертикальное положение. Глядя на это дело, муж разогнал своих людей по местам, а сам подхватил меня на руки и понес в палатку. Кажется… потому что где-то на шаге четвертом я уже сладко посапывала на сильном и родном плече.

* * *

Дальнейший остаток пути превратился в сплошную вереницу дней, наполненную ожиданием очередных нападений. Тварей, что обитали в этом богами забытом месте, не могла принять даже моя богатая фантазия. Я видела существ, от которых волосы вставали дыбом. Отпускала души, десятилетиями томящиеся в изуродованных оболочках, и задавалась лишь одним вопросом — за что?

Кто обрек их на это существование, где каждый день становился испытанием, сводящим с ума? Кто посмел пойти против природы и создать… это? Да поможет нам всем Морана, ибо если безумцы, создавшие этих тварей, все еще живы и смогут прорваться в мой мир, случится страшное. И это будет война не за интересы, а за само существование всего живого…

Значит, придется сделать все возможное, чтобы не допустить этого. Не просто попрощаться с мечтой о возвращении домой, но и помочь в защите Границы. Думаю, если бы подруги были рядом, то поддержали бы мое решение. Поняли и приняли выбор, которого, по сути, и нет.

Что ж, остается сделать последний шаг, чтобы закрепить собственное решение и не потерять боевой настрой. И я даже знаю, как это сделать…

Пелагея, дочь Морского царя. Ёжка

Мне очень хотелось смыться! От всего: от проблем, которые навалились как-то разом; от любви, внезапно почтившей своим визитом; от уроков и даже от подруг. За последнее было особенно стыдно, но меня угнетала атмосфера печали и обреченности, царившая в общежитии со дня исчезновения Радомилы. Мы методично перебирали варианты поиска, но пока ни один не дал нормального результата. Самым непостижимым для меня стало молчание родной стихии. Ведь вода есть практически везде. Даже маленькой капельки хватило бы для поискового заклинания. Ну не в пустыне же она, в самом деле!

Подавив в очередной раз малодушный порыв смыться, я поднялась из ванны и схватила махровое полотенце. С моими способностями к управлению водой оно было особенно-то и не нужно — капли сами отскакивали от кожи и волос. Но я не могла отказать себе в удовольствии воспользоваться мягкой пушистой тканью.

Пора было собираться на лекции. Потянувшись к пробке, закрывающей слив в ванне, я вновь замерла… может, все-таки смыться? И царевича с собой прихватить. Он как никто умел справиться с моей меланхолией и зарядить позитивом. До сих пор удивляюсь, как я осмелилась тогда пробраться к речной купальне, чтобы подглядеть за ним. После встречи на ёжкиных играх Иван-царевич не выходил у меня из головы. В подводном дворце у царя-батюшки водились и не такие красавцы, но при взгляде на них сердечко не трепыхалось пойманной рыбкой, а дыхание не перехватывало, словно из воды на берег выбросили. И чтобы убедиться, что он такой же, как все, я отследила царевича по отражениям и, воспользовавшись родной стихией, переместилась на речку, куда он пришел искупаться.

Однако скрыть присутствие мне даже родная стихия не помогла. Ваня улучил минутку и схватил меня, когда я потеряла бдительность, засмотревшись на мощное натренированное тело, по которому так красиво стекали капельки воды.

Я ожидала чего угодно: от позорного выговора до передачи родителям на руки, но точно не того, что он меня поцелует. Нежно, без напора, но от этого не менее сладко и головокружительно. Но самое позорное, что от этого поцелуя я растеклась лужицей, в прямом смысле этого слова! И так мне тогда стало стыдно, что я смылась.

— Поль, твоя родная стихия ведь не воздух, отчего ты вечно в облаках витаешь? — подколола меня Голуба, когда я с опозданием подбежала к порталу, ведущему на урок.

— А мы, морские нифмы, не в облаках витаем, а на морские глубины опускаемся, — парировала Злата и кинула в сторону Горлицы россыпь брызг.

— Ну что, красавицы мои, все собрались? — донесся при входе в класс голос Александра Сергеевича Пушика — кота и по совместительству преподавателя по предмету «Классификация нечисти и виды нежити».

— Если б все. — Я не удержалась от тяжелого вздоха и прошла к своему месту вслед за девочками.

— Наслышан, мяу, о вашей пропаже. Но переживания ваши все от неизвестности и нежелания верить в чудо.

— Мы верим, — раздался нестройный хор. — Только в него и осталось верить…

— Вот, кстати, о чудесах… — Кот встал, потянулся и прошелся по кафедре. — Сегодня мы поговорим о Чуде-Юде морском. Еще одно сказочное существо, которое никому особо не показывается, кроме владык морских. — Тут зеленый глаз сверкнул в нашу со Златой сторону: — И вас, Бабок-Ёжек.

— А если мы два в одном? Морская Бабка-Ёжка, — хмыкнула дочь Золотой Рыбки. — Чудо-Юдо нам в два раза чаще будет показываться?

— Вот это вы на практике и проверите, — фыркнул в усы пушистый учитель. — Тепер-рь же, красавицы, открывайте конспекты и записывайте.

Лекции Александра Сергеевича всегда были очень подробными и наглядными. Однажды, когда мы проходили птицу Гамаюн, одного из представителей мужского пола принесли к нам в класс. Это был незабываемый урок, на котором некоторые из Ёжек на себе испытали все прелести моментальных пророчеств и предсказаний.

— Легенды о морском старожиле ходят в народе самые разные, — продолжал вещать преподаватель. — А все потому что если Чудо-Юдо и показывалось кому, то облик всегда принимало различный. То китообразная рыба, то мохнатый черт сине-зеленого цвета, то девица с живыми извивающимися волосами…

— В смысле, вьющимися? — уточнила с места Хима.

— Нет, именно извивающимися, — промурлыкал кот. — Но вас это не должно волновать, потому что Ягам Юдо является в своем истинном обличье. Поэтому предлагаю перейти к главному — предназначение этого мифического существа. Чудо-Юдо охраняет попавшие в море-океан артефакты: волшебные перстни, амулеты, гусли-самогуды, морские раковины и многое другое, всего и не перечислишь. Этот представитель морской нечисти может служить вам помощником в нелегком деле тестирования добра молодца, желающего этот артефакт получить.

— Да не, с тестированием мы справимся как-нибудь сами, — многозначительно усмехнулась Любава, вызывая у нас понимающие улыбки. — Ёжки мы или кто?

— Поганки вы мелкие, — фыркнул преподаватель и продолжил познавательную лекцию.

Запись девятая,

о волшебном граде

Назад дороги нет, и кружево одежды

Скользит легонько с плеч…

сбылись мои надежды.

Огромная кропать вином хмельным

дурманит.

Три шага до любви — и путь единым

станет.

Сидхаи — древнейшая раса, считающаяся прародителями всех магов. Они повелевали изначальными стихиями, коим были подвластны Жизнь и Смерть. Легенды гласят, что их знания зародились вместе с миром, а умения были способны погрузить все сущее в Изначальную тьму. Сильнейшие из воинов, пришедшие на помощь умирающему миру.

Объединив народы, они повели их за собой в последний бой. Общими усилиями воинам удалось изгнать из Сказочного мира Кукловодов, но тварей, что рвались из разрывов мировой материи, было слишком много. И тогда Великий Владыка сидхаев, воспользовавшись своей силой, стянул все разрывы в одно место и оградил эту территорию непроницаемым куполом.

Они ушли за Границу ослабленные, измученные войной, но сильные духом и с желанием изгнать создания Хаоса из этого мира. Благодаря силе Великого Владыки воинам удалось переместить на ставшие мертвыми земли свой родной город. Несколько лет ушло на то, чтобы сделать из него неприступную крепость, но результат того стоил — в самом сердце земель Хаоса появился чудо-град.

Величественные стены крепости были укреплены серебряными пластинами, которые на рассвете отражали лучи восходящего солнца и этим сиянием сжигали тварей Хаоса, за ночь подобравшихся к границе города. Каждый дом в этом, граде был украшен драгоценными камнями, некоторым из которых даже нет названия в Сказочном мире. Вдоль улиц росли волшебные деревья, на которых расцветали рубиновые цветы. В многочисленных садах журчали фонтаны, исторгая из своих недр золотой песок.

Купола на дворце Великого Владыки были отделаны несчетными алмазами. Своим сиянием они затмевали свет Звезды и создавали над городам радугу. Оттого и прозвали сидхаи свой город Радужными чертогами, сделав его оплотом среди наступающей Тьмы.

Саная любила рассказывать истории, но мы с Василисой мало верили старой женщине. Сказители всегда приукрашивали быль, добавляя красоты и пафоса. Да и как часто предания старины обманывают наши ожидания, иногда развеивая иллюзии суровой реальностью, а иной раз и превосходя все самые смелые ожидания.

К моему немалому удивлению, Сид-Ахай относился ко второму варианту. Этот город, воздвигнутый среди мертвых земель, был воистину прекрасен. Серебряные пластины, что опоясывали крепостную стену, украшали охранные символы, из которых в моем мире использовалась лишь малая часть. Несметные богатства, что описывались лекаркой, валялись прямо под ногами, напрочь игнорируемые воинами. На мой возмущенный вопрос о таком расточительстве Киан пожал плечами и сообщил, что мелочовка никого не интересует. Ну да, сапфир размером с перепелиное яйцо — сущая мелочь. Только откуда они здесь? Оказывается, и тут стоит сказать спасибо сумасшедшим магам, которые и создали камнеродящих тварей.

Внутри город оказался невероятно красивым! Вместо привычной брусчатки или каменного настила улицы были вымощены полупрозрачными камнями, в сердцевине которых застыли ледяные узоры. Возле каждого домика был разбит сад, где наряду с фруктовыми деревьями росли каменные с диковинными драгоценными плодами. Да и сами дома сверкали на солнце так, что слезились глаза.

Сидхаи, что попадались нам на пути ко дворцу, встречали вернувшихся воинов радостными возгласами, а нас с Васькой удивленными, а иногда и жадными взглядами. Что примечательно, за все время нам не встретилась ни одна женщина…

Дворец Великого Владыки, как и полагается, находился в самом центре города и был защищен даже лучше крепостной стены, представляя собой одно сплошное орудие против тварей Хаоса. Огромный, испещренный защитными письменами и диковинными камнями, в которых я безошибочно определила накопители, он делился силой с куполом, чем дополнительно защищал это место. И везде столько драгоценностей, что снаружи здания, что внутри.

— Куда мы сейчас? — тихо спросила я у мужа, чувствуя непонятную тревогу.

— Мы с Рокхаром к Владыке на доклад, а ты подождешь меня у Василисы и Гарана.

— Разве нас не надо представить вашему правителю?

— Это произойдет завтра на празднике по случаю удачного окончания похода.

— Радует, что можно будет отдохнуть с дороги, — улыбнулась я, действительно чувствуя себя слабой и разбитой.

Постоянное напряжение последних дней и борьба с особо вредными тварями не прошли даром, наложив свой отпечаток не столько на физическое, сколько на эмоциональное состояние.

— Потерпи еще немного, скоро будем дома.

Скользнув кончиками пальцев по моей щеке, муж подтолкнул в сторону Гарана, а сам в сопровождении Рокхара прошел два ряда ступеней и скрылся за массивными коваными дверьми. Проводив его взглядом, я вздохнула и посмотрела на держащихся за руки молодоженов. Их вид был весьма красноречив…

— Ребят, а давайте я просто где-нибудь погуляю?

— Киан мне голову оторвет, так что никаких прогулок без сопровождения!

— Могу посидеть в саду или библиотеке…

— Или спокойно пообедаем в моем… — взгляд на Ваську и поправка, — нашем доме.

После волшебного слова «обед» желание спорить пропало. Тем более что потом можно будет улизнуть и немного побыть наедине со своими мыслями.

В дом Гарана мы попали через тайный ход, берущий свое начало в дворцовом саду и проходящий под землей. Несколько минут пешего хода, и мы снова оказались в залитой солнцем и заполненной зеленью комнате. Изнутри было сложно определить — комната является частью отдельно стоящего дома лекаря или его покоями на территории дворца. Поэтому я внимательно рассматривала как обстановку, так и планировку, следуя за хозяином. Довольный вид Васьки также не остался мною незамеченным.

После была вкусная еда и просторная гостевая комната, в которой я наконец-то осталась одна. На всякий случай раскинув контрольную паутину, устроилась на полу у окна и принялась за дело. С того самого дня, как вернулась сила, я хотела связаться со своим учителем. Узнать, обрела ли его душа покой за Гранью, и… попросить прощения. Ведь именно я виновата в смерти магистра Мора.

Если бы я знала, что все так обернется… И что бы тогда? Однозначного ответа у меня не было. Да и не стоит гадать о том, какие последствия могли быть у не совершенных нами действий. Изменить прошлое дано лишь в мечтах, которые никогда не станут реальностью…

Нарисовав кусочком мыла на полу треугольник, расставила по его углам позаимствованные у Гарана свечи и вписала в центр рунический круг смерти. Немного крови для привязки и монотонное заклинание призыва души. Каждое слово было наполнено вернувшейся силой, постепенно вытягивая из меня магию. И когда последняя капля растворилась в пространстве, а отклика так и не последовало, я устало упала на ковер и прикрыла глаза. Душа магистра Мора так и не пришла на зов…

* * *

Проснулась я уже глубокой ночью, сладко потянувшись на мягкой кровати. Как я оказалась на ней, память умалчивала. Огонь в камине разгонял опустившуюся на землю тьму, золотыми красками подсвечивая немногочисленные предметы и давая возможность оглядеться. Комната была незнакомой, и мне очень хотелось бы понять, что со мной приключилось за время беспамятства.

Немного полежав, я запустила руку в волосы и поморщилась. Ванная или на крайний случай душ сейчас были бы очень кстати. С этими мыслями я и направилась к одной из трех дверей, что виднелись в свете созданного светлячка. Осмотреться в любом случае не помешало бы.

Первая попытка привела меня в гардеробную, где я разжилась тонким халатом из незнакомой ткани. Следующая дверь вела в комнату, более всего напоминавшую гостиную. В целом вывод напрашивался один — я нахожусь в доме мужа. Все здесь имело налет мужской аскетичности, скромности. А если учесть, что из дома Гарана меня вряд ли мог забрать кто-то посторонний, я совсем успокоилась.

С третьей попытки мне наконец повезло, и я с огромным удовольствием погрузилась в горячую воду. Блаженствовала не меньше часа, постепенно изгоняя из тела усталость и лишние мысли.

Перебрав на полке несколько склянок, выбрала ароматное масло и втерла в кожу с удовольствием отметив мгновенную бархатистость. Короткий пас рукой заставил волосы укрыть обнаженное тело волнистым шлейфом. Немного покусав губы, чтобы добиться вызывающей красноты и припухлости, я отправилась на поиски мужа.

Завтра, если планы Санаи и Рокхара не изменились, они собирались унизить Киана и оспорить его право на капитанское звание. И если помочь с последним я была не в силах, то вот убедить всех, что мой супруг очень даже порядочный семьянин и великолепный любовник, не составит труда. Осталось только найти благоверного и соблазнить.

Гостиную я прошла насквозь, разумно рассудив, что спальня супруга должна находиться рядом с моей. Коротко постучав и не дождавшись ответа, я приоткрыла двери и скользнула внутрь. Почти аналогичная моей комната, но отличие все же было — огромная кровать, на которой в данный момент сладко спал великолепный мужчина. Отливающие серебром волосы разметались по подушке, создавая вокруг сидхая сияющий ореол. Темная кожа слегка поблескивала, сводя с ума желанием провести по ней ладонями… и языком, пробуя на вкус гладкий шелк. Мои старания не прошли даром, и нынче на теле Киана вместо уродливых шрамов красовались лишь бледные полоски, доживающие последние дни.

Вдоволь налюбовавшись атлетическим сложением мужчины, я скинула халат и забралась на постель, уверенная, что муж уже не спит. Ожидает от меня первого шага и дает возможность остановиться, передумать… Благородный и такой соблазнительный.

— Ты ведь понимаешь, что обратной дороги не будет? — хриплым со сна голосом спросил Киан, не открывая глаз.

— Она и не нужна. Отныне у нас с тобой один путь на двоих.

— Да будет так, — отозвался муж, а потом улыбнулся.

Так многообещающе и порочно, что закружилась голова. И в темных омутах распахнувшихся глаз я растворилась без остатка, признавая свой полный и окончательный проигрыш.

Рывок, и я прижата спиной к постели. Горячее дыхание опалило губы, дразня предвкушением сладкого прикосновения. Сильные руки заскользили по телу, вырывая из груди глухие стоны и протяжные вздохи. Я приподняла голову, стремясь завладеть дыханием своего мужа, но он ускользнул от меня, лишь мазнув губами по щеке.

Наивный, если я хочу поцелуя — я его получаю!

Запустив пальчики в густую шевелюру сидхая, легко погладила, а затем сжала волосы, потянув Киана, уже спустившегося с поцелуями к груди, к своему лицу. Глухой рык. Захват… и я уже лежу с заведенными за голову руками. Попытки вырваться ни к чему не привели.

— У нас принято в первую брачную ночь благодарить супругу за выбор, — раздался в темноте хриплый шепот. — Так что тебе придется потерпеть… пока я буду следовать нашим традициям.

И я почувствовала, как мочку уха сжали острые зубы. Резко втянув воздух от пробежавшей по телу волны возбуждения, невольно выгнулась. Довольно хмыкнув, мужчина продолжил исследовать чувствительные места. Я же, закрыв глаза, решила последовать совету.

Киан был мучительно нетороплив. Он подводил меня к грани и отступал, давая небольшую передышку. Затем находил еще не обласканные чувствительные точки, и все повторялось вновь. И только когда я изловчилась укусить его за губу, выдержка мужчины лопнула. В одно мгновение я ощутила всю полноту его желания. Может, специально, а возможно, в таком состоянии он плохо контролировал свою силу, однако мои руки наконец получили свободу. Я этого даже не поняла, пока муж не издал протяжный рык, оказавшийся реакцией на впившиеся в спину ногти.

Именно так и вынимают душу — на острие наслаждения и боли. А затем латают раны частичкой своей души, и уже больше нет женщины и мужчины. Есть одно целое, одна судьба на двоих. Общее счастье и общие испытания.

* * *

Я расслабленно лежала на груди мужа и бездумно обводила пальчиком светлый след заживающей ранки.

— Почему ты меня не разбудил?

— Потому что тогда сразу бы наказал…

— За что? — Я вскинула голову, чтобы посмотреть в глаза этому деспоту.

— За то, что ты опять колдовала, не рассчитав свои силы. — Обнимающие меня руки сжались сильнее, прижимая к могучей груди. И вот поди пойми, то ли оберегает, то ли придушить хочет.

— Почему нужно все делать на износ, не попросив кого-нибудь о помощи? Я надеюсь, в дальнейшем ты не будешь забывать приглашать меня на свои ритуалы.

— Разве что в качестве жертвы. — Упрямство не хотело признавать правоту сидхая.

— Хм, жертвой мне быть еще не приходилось. Какие у тебя милые некромантские фантазии…

— Зомби мне в мужья, это…

— Вот-вот, и я об этом, — перебил меня Киан. — Давай спать. Скоро рассвет, и я предчувствую, что этот день будет тяжелым.

И вот бы прикусить ему язык, чтобы не каркал, но муж в лучших традициях уставшего мужчины уже спал, оставив мои кровожадные планы нереализованными. Ну и ладно, утром отомщу!

А оно, к моему огромному сожалению и негодованию, наступило слишком быстро. Шаловливым лучиком скользнуло по телу, теплым дыханием согрело щеку и ласковым прикосновением остановилось на губах, вырывая из объятий сна. Нежно и очень действенно!

Так что пробуждение прошло без сопротивления, так сказать, в качестве закрепления пройденного материала. После этого сонную и расслабленную меня отнесли в ванную, позволив с полчаса поплескаться в теплой воде, пока мне мягко разминали тянущие мышцы. Потом был вкусный завтрак и знакомство с домом, убранство которого произвело весьма положительное впечатление. Увы, на этом приятности утра и закончились…

Где-то в начале двенадцатого во входную дверь робко постучали и вручили мужу послание от жрецов храма. В свитке витиевато и обтекаемо сообщалось, что было бы неплохо привести молодую жену и проверить ее намерения в отношении Владыки и сидхаев в целом. Киан, как и я, ожидающий подобного шага от Санаи, коротко поблагодарил посыльного и попросил передать на словах, что мы появимся после обеда. Спорить и уверять, что дело не терпит отлагательств, никто не стал.

Пообедав и в очередной раз приняв «благодарности» от супруга, который оказался ярым последователем традиций, мы наконец-то вышли из дома. Что же, первые впечатления, произведенные на меня городом, даже не думали таять. Наоборот, они лишь крепли, чаруя яркой игрой бликов в драгоценных деревьях.

— Киан, а где ваши дети? За все время я видела только нескольких подростков.

— После десяти лет с мальчиками занимаются воины, обучая военному делу. А до этого возраста им прививают понятия об основах магии, чтобы они могли если не управлять своим даром, то хотя бы контролировать его. Девочки же проводят время либо с мамами, либо в храме, где готовятся встретить свою судьбу.

— В смысле, гаремы содержать? — хмыкнула я.

— В том числе, — улыбнулся Киан лукаво.

— А женщины? Нет, я понимаю, что их очень мало… И все-таки, неужели они целыми днями сидят по домам?

— Отчего же? — удивился муж, впрочем, не прекращая поглаживать мою крепко сжатую ладошку. — Конечно, кто хочет, может сидеть дома, но основная часть проводит время в домах Атал-эо. Там наши женщины отдыхают от мужчин, общаются и просто приятно проводят досуг. А вот жены Высших собираются во дворце. Владыка отстроил для них целое крыло, обустроив его всевозможными удобствами и развлечениями. Да ты и сама скоро все увидишь!

— Ну, если так… — немного расслабилась я.

Нет, я не против проводить все время дома, в компании Киана, но… что-то мне подсказывает, что должность капитана не позволит отсиживаться в четырех стенах. А в одиночестве я очень быстро озверею и стану опасной для общества! Хотя, помнится, муж обещал мне занятия с мелкими дарованиями. Как разберемся с Санаей и Рокхаром, подниму тему своего досуга!

Однако прежде чем знакомиться с местными развлечениями, мне предстояло окунуться в другие сферы сидхайской жизни. Стараясь отвлечься от мыслей о предстоящей встрече с камнем с неизвестными свойствами, я вертела головой в разные стороны, изучая дома, палисадники и все, что казалось мне необычным, привлекающим внимание. Поплутав немного по улочкам легендарного города, вскоре мы вышли на небольшую площадь. От неожиданной смены экстерьера я сбилась с шага и на светло-серый мощеный булыжник ступала уже с медленной осторожностью, любопытно рассматривая детали.

В окружении золотых домов перед нами ютилось небольшое строение без видимых углов и вытянутой кверху формы из такого же серого камня, что и площадь вокруг него. Из всех украшений только окна, необычные — восьмиконечные звезды, да белые лепные узоры. Последние представляли собой вьющиеся растения с бутонами диковинных цветов.

— Нравится? — раздался прямо над ухом тихий шепот Киана.

— Очень…

Оказывается, я уже несколько минут стояла не шевелясь и молча впитывала в себя эту простую красоту. Никакой вычурности благородных металлов и драгоценных камней.

— Завтра, если захочешь, прогуляемся по городу.

— С удовольствием! — Сжав руку мужа, я счастливо улыбнулась.

Предчувствие беды, что до сих пор сжимало грудь, отступило, оставляя после себя легкость и предвкушение приближающейся ответной пакости. Так что на встречу со жрецами я шла с гордо поднятой головой и довольной улыбкой на лице.

Остановилась я всего один раз, поравнявшись со странной статуей в два человеческих роста. Вроде обычный камень, наверное, даже мрамор, но я явственно чувствовала магию, исходящую от него. Однако понять, что за свойства вложил в свое творение неизвестный мастер, не смогла. Хотя вполне возможно, что скульптура стоит просто для красоты — все же черты лица и фигуры были выполнены потрясающе, вызывая невольную симпатию к девушке, с чьего образа создавалась эта красота.

— Богиня Ночи, — негромко прокомментировал Киан, пока я рассматривала янтарный шар в ее руках. — Статуей Создателя сможешь полюбоваться на выходе из храма.

Помимо статуи богини, примечательным в храме оказался огромный кристалл, растущий прямо из пола в центре зала. Вокруг него уже собралось приличное количество народу, большая часть которого была представлена мужчинами. И лишь Саная да две неизвестные мне девушки, облаченные в алые плащи, немного разбавляли коллектив.

Оглядев присутствующих, я выхватила взглядом самого пожилого сидхая и, ориентируясь на него, поприветствовала вежливым кивком. Мужчина ответил мне тем же, тщетно пытаясь спрятать в бороде лукавую улыбку. Хотелось бы мне знать, что у него на уме и насколько он посвящен в коварные замыслы старой лекарки? Эх, что-то я в последнее время стала слишком мнительной, везде ожидая подвоха.

— Добро пожаловать, дети мои! Мы собрались здесь, чтобы поприветствовать нашу гостью, которой в самое ближайшее время предстоит стать частью нашей дружной семьи! Для этого нужна самая малость — честно ответить на несколько наших вопросов. Подойди ближе, девочка, не бойся.

А ведь стать членом их дружной семьи собиралась не я одна. Однако поверхностный взгляд по присутствующим результата не дал. Видимо, Васька с Гараном не стали нас дожидаться и уже прошли проверку.

Приняв секундное замешательство за робость, муж ободряюще сжал мою руку и слегка подтолкнул вперед. Я перестала мешкать и приблизилась к кристаллу. По правую руку от меня расположился старец и хорошо поставленным голосом принялся задавать вопросы:

— С добром ли ты явилась в наш град, Радомила?

— Да.

Кристалл никак не отреагировал на мой ответ.

— С миром ли останешься в нем?

— Если позволите.

И снова ничего.

— Готова ли служить на благо своей новой родины?

— Служить не обещаю, но помогу, чем смогу…

— И принести в наш мир радость новой жизни?

— Эм-м, да… — уже менее уверенно протянула я, ожидая главного вопроса этого дня.

— И проводишь все необходимые… процедуры? — Теперь-то я отчетливо видела лукавую улыбку и насмешливый блеск в старческих глазах. Вот же, седина в бороду…

— Процедуры? — решила я потянуть удовольствие, наблюдая за тем, как Саная подобралась и от предвкушения ответа даже сделала пару шажков в нашу сторону. — A-а, массаж там, притирки разные — в обязательном порядке.

На мгновение кристалл блеснул молочно-розовым светом, будто лучи солнца пробежались по его поверхности, отражаясь от граней, и снова застыл безучастной глыбой. Саная, торжествующе вскинула руку вверх при первых проблесках камня, но так и не успела произнести ни слова, как все прекратилось. Она возмущенно вздохнула, отчего чуть не поперхнулась воздухом, посмотрела по сторонам, но сказать ничего не решилась. А жрец задумчиво покивал головой. У меня создалось впечатление, что он прекрасно знал, для чего затевалась эта проверка, но нисколько не сомневался в том, что я ее пройду.

— Продолжение рода — вопрос серьезный. Как из протертых семян не родится по весне побег, так и для появления новой жизни нужны… сноровка, усердие…

Я вспомнила, с каким усердием муж делал мне массаж стоп, и еле сдержала довольную улыбку. Надо было срочно заканчивать с этим ярмарочным балаганом, мы и так с Кианом потеряли много времени впустую.

— Да, все процедуры мы с мужем делаем усердно, со сноровкой, — неприличные воспоминания из головы пришлось отгонять усилием воли, — и готовы впредь уделять им все свободное время.

Кристалл остался равнодушен к моим откровениям, в отличие от Санаи, которой выдержка отказала. Выступив вперед, она издала возмущенный вскрик, но то ли от переполнявших ее эмоций, то ли по причине божественного вмешательства ни одного разумного слова, кроме нечленораздельных звуков, произнесено не было.

Я, подождав еще немного, вежливо улыбнулась жрецу и вернулась к мужу.

— Здесь, в присутствии свидетелей, мы принимаем Радомилу в наш клан! Вечером состоится официальный обряд бракосочетания, после которого наших гостей представят Владыке! Да пребудет с вами благословение Создателя!

После этого все начали расходиться, а я снова посмотрела на Киана, только теперь жалостливо. Мы же вроде уже скрепили союз всеми доступными способами, может, не будем повторяться?

— Ну ты же хотела свадебное платье и пышную церемонию? — улыбнулся муж, привлекая меня к себе и сладко целуя в губы.

— Киан, мы же в храме, — кое-как отстранившись от супруга, с укором произнесла я.

— Прости, не смог удержаться, — светло улыбнулся мужчина и взял меня за руку. — Пойдем, хочу кое с кем тебя познакомить.

Миновав главный зал, мы свернули в один из темных коридоров и вскоре оказались у неприметной деревянной двери. Три раза коротко стукнув, Киан вошел внутрь, не дожидаясь ответа, утягивая меня за собой.

Небольшой кабинет, стол, пара кресел и стеллажи с многочисленными свитками и книгами. Последние сразу же привлекли мое жадное внимание, отвлекая от главного — хозяина этого помещения. Впрочем, он никак не давал о себе знать, позволяя с любопытством рассматривать корешки книг.

— Чудесный выбор, внук.

— Спасибо. — Довольство и гордость, проскользнувшие в голосе, муж скрыть не смог.

А я отреагировала на слово «внук» и посмотрела на хозяина кабинета. Ну надо же… Хитрый, или, правильнее было бы сказать мудрый, жрец, проводивший церемонию дознания, сейчас выглядел не страшнее любимого дедушки, к которому в гости на лето прислали непоседливых наследничков.

— Ну здравствуй… внученька.

— И вам не хворать, — усмехнулась я, уже внимательнее рассматривая мужчину.

С мужем они были не похожи, от слова совсем. Разве что седыми волосами да парой завитков татуировки, что замерла на висках. Интересно, они действительно родня или… И только сейчас до меня дошел один немаловажный факт — я ничего не знаю о собственном муже! Кем были его родители и где они сейчас? Кого благоверный считает близкими друзьями, а кого — врагами? Ни-че-го! При этом Киан как-то незаметно выведал у меня все о моем прошлом и настоящем, а я…

— Что такое, дерра Лиркан? — За своими мыслями даже не заметила, когда муж успел оказаться рядом, сжимая в надежных объятиях.

— Я только сейчас поняла, что почти ничего о тебе не знаю, — честно призналась я, прижимаясь щекой к его груди.

— У нас с тобой целая жизнь, чтобы это исправить, — рассудительно заметил самый лучший мужчина на свете и поцеловал меня в макушку.

— Хорошо смотритесь, — послышался довольный голос дедушки. — А какие правнуки будут! А главное — скоро!

От последнего заявления я чуть не подавилась воздухом, но возмущаться не стала. Отчего-то мысль, что у нас с Кианом будут дети, мне очень понравилась. Она разлилась теплом в груди, медленно скользнула ниже и замерла солнечным комочком внизу живота, заставляя невольно улыбаться. Интересно, это муж на меня так влияет или возраст с проснувшимся материнским инстинктом?

— Мне нравится твоя улыбка… — шепнул муж, заглядывая мне в лицо. — Такая светлая и радужная. И идея про малышей мне тоже очень нравится! Предлагаю немедленно заняться ее воплощением!

Удержать смех оказалось выше моих сил. Да-а-а, кто-то явно дорвался до женского внимания и решил в кратчайшие сроки наверстать упущенное. А я что? Я всегда за!

Уже в дверях я обернулась и поинтересовалась у новоявленного родственника:

— А как Василиса прошла проверку? Надеюсь, мне не придется ее вытаскивать из какой-нибудь темницы? — В ответ меня удостоили насмешливым взглядом и прощальным кивком. Что же, чуть позже узнаю у самой девушки, как все прошло.

Златоцвета, дочь Золотой Рыбки. Ёжка

Мы с Пелагеей и Ульяной сидели на бортике бассейна и смотрели, как остальные девочки сдавали тренеру норматив. Погода совершенно не способствовала тренировкам на улице, а тратить силы на защитный купол и подогрев воды водяной отказался. «Всему свое время и место, — сказал он, — а будить рыбу ради ваших занятий я не намерен!»

Меня такое положение только порадовало — как дочь Золотой Рыбки и существо, близкое не только водной стихии, но и подводной фауне, я немного болезненно переносила рыбий геноцид.

— Уля, а вот объясни мне, пожалуйста, — не удержалась я от вопроса, — как так получилось, что ты норматив одновременно с нами проплыла?

— Кстати, да, — подхватила дочь Морского царя. — Нам-то по праву рождения стихия помогает, а у тебя другие хранители.

— Ох, девочки. — Тяжелый вздох Ульяны заставил нас отвлечься от доплывающих последние метры подруг. — Стихия, может, у меня и другая, а вот хранитель… Отец с детства радел о моем здоровье и хорошей физподготовке. И, видать, в силу особенностей семейного фамильяра отдельное внимание уделял плаванью.

— Похвально, конечно, но у Снежаны и Вереи тоже родители требовательные, однако девчонки такого рвения не проявляют. — Я не смогла сдержать усмешки.

— Ага, попробуй тут рвение не проявить, когда тебя батюшка с мостков в воду кидает, а там щука с зубами, как… как… как у ЩУКИ! — возразила дочка Емели, неосознанно потирая лодыжку.

Мы с Пелагеей обменялись понимающими взглядами и, не удержавшись, рассмеялись.

— О чем веселитесь? — поинтересовалась Любава, вылезая из бассейна. Следом за ней потянулись и остальные ёжки.

— Да вот, хочу у Ульяны фамильяра одолжить. Мне скоро к матушке в гости надо будет сплавать, а там один нахальный тритон проходу не дает. Думаю, отменная охрана из щуки выйдет.

— И что, тебе этот нахал совсем не люб?

— Неужели страшненький?

— Или старенький?

Вопросы полились журчащим ручьем, вызывая в памяти приятные воспоминания. Я довольно потянулась, после чего взъерошила короткие волосы и принялась отвечать:

— Не старый, а опытный. Не страшный, а с харизмой. И… да — не люб. Повеселились немного — и хватит, а он слушать не хочет, отлавливает меня и…

— Целует? — У Веселины восторженно заблестели глаза.

— Обнимает?

— Замуж зовет?

— В аквариум прячет! — не выдержала я водопада догадок и проговорилась.

От смущения сильнее проявилась золотая вязь чешуек на коже, и я снова взлохматила волосы.

— А зачем ты к матушке сейчас собралась?

Я с благодарностью посмотрела на Пелагею, сменившую тему.

— За желанием. — Задорное настроение тут же вернулось.

— Эй, а сама ты желания не исполняешь? — удивилась Яника. — Я думала, у вас этот дар передается по наследству.

— То-то и оно, что по наследству. Государыня-рыбка может быть только одна. И я очень надеюсь, что дар не скоро покинет ее. Я мамочку очень люблю.

— Это все понятно, но вот… А как же вы будете решать, кому дар исполнения желаний достанется? Икринок-то у нее, поди, много…

Яника выглядела такой растерянной, что я невольно рассмеялась.

— А это уж дар сам решит, кто самый достойный.

Рядом со мной на полотенце присела Хима и легонько тронула за руку.

— Ты ведь из-за Радомилы хочешь с матушкой повидаться? — поинтересовалась она.

— Верно. — Я накрыла ее пальцы ладонью. — Попытаюсь использовать желание. Правда, придется хорошенько подумать, как оно формулируется. Мама желания на живых существ почти никогда не берется исполнять.

— Почему? — вопрос вновь прилетел от любознательной Яники.

— А потому, что если неправильно сформулируешь — можешь вред непоправимый нанести. Причем тому, кого желали. Очень это тонкая материя — желания.

Запись десятая,

ах, эта свадьба

Город-легенда, город-загадка.

Многих проблем непростое решение.

Будет ли жизнь тут горька или сладка?

В наших руках снова мира спасение.

Я взяла мужа за руку и чинно последовала за ним по коридору, наивно полагая, что мы направляемся на выход. Поэтому, когда Киан резко нырнул в один из поворотов, увлекая меня за собой, даже не сопротивлялась. А потом оказалось поздно вырываться — меня втолкнули в пустое помещение и закрыли дверь на щеколду. Сидхай самым бессовестным образом прижал меня к стене и принялся целовать. Возмущенный возглас достаточно быстро и позорно перерос в стон удовольствия, следом за которым из головы вылетели все мысли. И я снова растворилась в восхитительных ощущениях, что дарили губы и руки мужа, снова и снова взлетая на вершину блаженства и падая в пучину страсти. Сгорала в жадном пожаре его ненасытности, словно в бреду шепча желанное имя, и бесстыдно умоляла не останавливаться. Он внимал мне, разделяя наше дыхание и биение сердец… одно на двоих.

— Что же ты со мной делаешь? — бессвязно шептал Киан, покрывая мою шею поцелуями. — Свела с ума… Проникла в сны… Мое черноглазое безумие… — Очередной толчок, от которого я замираю на самой грани, и хриплый рык мужа, заставляющий сладко дрожать. — Моя… Только моя, до самого последнего вздоха…

И так это было сказано — непоколебимая уверенность, страх потери, сводящая с ума нежность и боль утраты. Все чувства, что терзали нас обоих, раздувая искры неуверенности. Мы оба боялись одиночества, пряча истинные чувства за масками равнодушия и насмешками. Прятали от мира самое сокровенное — свои сердца, утратив надежду когда-нибудь встретить того, кому не страшно открыть душу.

И сейчас, невзирая на свои страхи, Киан сделал первый шаг навстречу… Еще не признание в любви, но кому нужны слова, когда нежные прикосновения и дурманящие поцелуи говорят намного больше? Морана мне судья, но я не смогла удержаться… И, в очередной раз взлетая на пике наслаждения, я выдохнула самое сокровенное и тайное:

— Люблю тебя…

И мир перестал существовать, растворившись в ярком свете чужих эмоций. Чужая сила омыла, будто теплой водой, впитываясь в кожу и принося с собой негу. Ласково скользила по телу, повторяя движения своего хозяина и признавая во мне… достойную.

— Люблю тебя… — эхом отозвался Киан, прижимаясь лбом к моему лбу и счастливо улыбаясь.

— Что это было? — отчего-то шепотом спросила я.

— Благословение Создателя, — так светло, так радостно заулыбался мой мужчина, превратившись в нашкодившего мальчишку.

— А подробнее? — решила я уточнить на всякий случай, когда меня очень осторожно опустили на пол и помогли поправить платье, отчего-то особенно тщательно разгладив складки на животе.

— Да так… — подозрительно протянул очень хитропопый сидхай, а потом не выдержал и подхватил меня на руки, закружив на месте.

— Киан!

— Что, мое сокровище?

— Ничего, — вздохнула я и уткнулась носом в шею мужа.

У кого-то сейчас состояние непонятной эйфории, так что выведывать подробности бесполезно. Впрочем, скоро сам все расскажет, желая разделить свою радость. Надо только подождать.

— Дорогой, а мы где? — выхватив из круговерти помещения небольшую статую и горящие свечи — много свечей, — решила уточнить я.

— В малой молельне Создателя.

— То есть мы занимались любовью практически в общественном месте, где нас в любой момент могли услышать и увидеть?

— Ну, увидеть не могли, я закрыл дверь. А вот слышали наверняка, но это нормально.

— Да неужели? — язвительные нотки пролезли сами.

— Поверь, мое сокровище, в этой части храма крики действительно нормальное явление. И вообще, что-то мы задержались, а у нас еще свадьба впереди…

— В каком смысле крики — нормальное явление? Киан, ты меня пугаешь.

Но ответа я так и не добилась. Этот наглый белобрысый тип, не оборачиваясь, тянул меня к выходу. Если он думал, что я забуду свой вопрос, то его постигнет разочарование.

Пока мы перемещались по закоулкам храма в поисках выхода, я воскрешала в памяти все известные мне способы допроса как живых, так и мертвых. Пора уже заняться самообразованием и извлечь из мужа всю необходимую информацию и о новом мире, и о новой семье, и о местных обычаях и особенностях.

Однако стоило нам оказаться на улице, все вопросы выветрились из головы. Я едва успела проморгаться от резкой смены мрачных сумерек на — пусть и не яркий уже — дневной свет, как со всех сторон в нас полетели какие-то колючки.

Вернее, вначале я решила, что это колючки, а при ближайшем рассмотрении это оказались дивной красоты засушенные соцветия неизвестного мне растения. Кидали их детишки разного возраста. В основном — мальчики, но и пару девочек я приметила.

— Киан, это что? — поинтересовалась я шепотом, когда муж развернул меня к себе лицом и склонился в явном намерении поцеловать.

— Это местный обычай. Детвора прознала о нашей свадьбе и прибежала поздравить. — Наклонившись, супруг поднял один из цветков. В грубой мужской руке он казался очень хрупким. Нижние белые лепестки изгибались вниз, розовые — чуть поменьше — застыли торчком, а красные тянулись кверху, соединяясь кончиками, словно стенки шатра, и полностью закрывая сердцевину. По лепесткам вязью расползались цветные прожилки, образуя необычный рисунок.

Киан повертел цветок перед моим лицом, давая возможность рассмотреть получше, а потом приладил его в черных волосах над ухом.

— Тебе очень идет. — Чмокнув в нос, муж перехватил ладонь и повел меня прочь. — Как ты понимаешь, с живыми растениями у нас непросто — пустыня не способствует росту и сохранности. А эти цветы оказались довольно неприхотливы, да еще и в засушенном виде выглядят неплохо.

— Действительно красивые, — согласно кивнула я и в упор посмотрела на Киана. — Родной, с дедушкой я уже познакомилась. С племянником тоже. Когда ждать остальную родню?

— С еще одним представителем моего рода ты встретишься уже завтра. А кроме них, и нет никого. Родители и сестра погибли во время Смутной войны.

— Прости…

— Ничего. Не могу сказать, что смирился с их потерей, но со временем стало легче. Я верю, что в мире Теней души обретают покой и ждут, когда мы присоединимся к ним, чтобы вернуться в этот мир вновь.

— Моя подруга верит, что души предков превращаются в звезды на небосклоне. Оттуда они следят за нами и помогают в делах.

— Звезды… Я уже забыл, как выглядит звездное небо.

— Я верю, что когда-нибудь ты увидишь их вновь. А пока поясни еще один момент, что ты там говорил про малую молельню и крики?

— Ничего, мое сокровище, тебе просто показалось.

— Неужели? — прищурилась я, с подозрением глядя на супруга.

— Ага, — кивнул этот невыносимый вредина и подтвердил свою уверенную правоту новым поцелуем.

— Ну ладно, на первое время поверю и отстану. Тогда расскажи, почему храм и площадь вокруг такие серые и невзрачные?

— Это для тебя они невзрачные, а для нас отдушина. Драгоценностей в Сид-Ахай много, но истинная ценность заключается не в блеске и не в золоте…

Я вспомнила, как презрительно отзывались о шрамах Киана его же коллеги, как ценили они внешний блеск.

— Просто красоту все видят по-разному, — согласилась я и решила сменить тему. — А как у вас проходят свадьбы?

— Весело. Скоро сама все увидишь.

— Почему-то я бы предпочла посмотреть на это действо со стороны. А еще лучше сначала переговорить с Василисой.

— Переговоришь, правда, уже после свадьбы.

Мой удивленный взгляд муж проигнорировал и быстро потянул вперед, видимо, чтобы вопросы опять не задавала. Когда, прошмыгнув в неприметный переулок, Киан через несколько шагов просочился в неприметную дверь, я не удержалась:

— Киан, а мы куда?

— Сейчас доберемся до спальни, и я все тебе объясню.

— А я хочу узнать сейчас! — закапризничала я, впрочем, весьма наигранно. Просто так, чтобы муж не думал, что я мягкая и пушистая.

— Что ж ты такая нетерпеливая. — Горячее дыхание обдало ухо, мягко приласкало шею и рассеялось, как зной на закате. — Мы у нас дома, просто зашли с черного хода.

Крепкие руки обняли за талию, прижимая меня спиной к стене. Я с трудом подавила желание расслабленно откинуться назад, полностью отдаваясь чужой власти.

— Ты меня стесняешься? — неприятная мысль кольнула сердце, хоть и казалась разуму абсурдной.

— Я боялся, что ты застесняешься, — проигнорировал муж мое пыхтение. — Перед входом уже, должно быть, собралась приличная толпа желающих нас поздравить. Я подумал, что, прежде чем выйти к ним, ты захочешь освежиться и переодеться.

— Какой ты у меня предусмотрительный… — пробормотала я и все же закрыла глаза, тая от прикосновений любимого мужчины.

Дорожка из легких касаний прокладывалась неспешно и с чувством.

— Если ты сейчас же не пойдешь приводить себя в порядок, соседям придется прождать еще несколько часов.

И, резко отодвинувшись, муж подтолкнул меня к лестнице.

— На кровати уже должно лежать платье. Надеюсь, тебе понравится. А я освежусь в гостевых покоях.

И от меня позорно сбежали, оставляя на растерзание неуемного голода, который после знакомства с одним белобрысым сидхаем возрос в разы. Пытаясь отвлечься от бродящих по телу желаний, я спешно поднялась в спальню, чтобы привести себя в порядок и подготовиться к встрече с гостями.

В платье я облачалась со всей осторожностью, очень боясь ненароком задеть многочисленные камни. Черная ткань приятно льнула к телу, хотя излишне закрытый фасон огорчал. Бриллианты, коими был расшит подол, красиво бликовали в свете магического огня, создавая ощущение пылающего подола. Да, при свете луны оно бы смотрелось восхитительно!

Волосы я завила заклинанием и оставила распущенными, украсив диадемой из белого золота, лунного камня и бриллиантов, которая обнаружилась рядом с нарядом. В общем и целом образ получился не столько свадебным, сколько романтично-загадочным. Прямо настоящая богиня Ночи…

Когда раздался стук в дверь, я была уже готова и нетерпеливо мерила комнату шагами. Остановилась, немного постояла на месте, а потом решительно направилась на выход, не забыв взять букет из цветов, который, скорее всего, собрала и принесла местная малышня.

Муж с минуту молча пожирал меня взглядом, потом хрипло выдохнул и протянул руку. Я медленно подошла, пристально смотря в глаза своего избранника. За тобой, родной, хоть на тот свет, потому что на такие экскурсии я привыкла ходить только в надежной компании. Однако так далеко меня вести не собирались. Мы спустились на первый этаж и, пройдя через холл, вышли на крыльцо. Гомонящая толпа, обнаружившаяся под нашим забором, резко смолкла.

Ого, такого количества жадных и любопытствующих мужских взглядов мне на себе ловить еще не приходилось. А женским тут, видимо, и неоткуда взяться. Хотя парочку девушек я, кажется, в этом «войске» заметила.

Мы так и остались стоять с Кианом на крыльце, а соседи — как пояснил муж — стали по одному подходить и выражать радость от знакомства и преподносить дары к свадьбе, аккуратно складывая их тут же на землю.

Примерно через полчаса я уже без особого интереса наблюдала за паломничеством желающих поздравить нас. Внушительная гора даров не радовала, особенно осознанием того, что все это придется заносить в дом и перебирать. Причем именно мне, так как некоторые вещи не терпели чужого вмешательства.

«Гости», оказывается, не были таковыми в привычном мне понимании. Вручив подарок, они уходили веселиться в центр города на дворцовую площадь, именно там народ гулял, дезинфицируя горячительными напитками нашу дорогу в семейную жизнь.

Основная церемония бракосочетания должна была начаться в полночь. Как пояснил Киан, обряд бракосочетания ранее был привязан к лунным фазам и осуществлялся только в полнолуние. Но со временем, когда небо затянула непонятная дымка, актуальность лунного света потеряла свое значение, хотя привязанность к темному времени суток и осталась.

— Родная, ты как? — в очередной раз поинтересовался чересчур заботливый муж.

— Так же, как была полчаса назад.

— Может, чего-нибудь хочешь?

— Покоя!

— Потерпи, уже скоро. Кажется, за калиткой осталось только одно семейство.

Приняв последние поздравления, мы вошли в дом. Как только захлопнулась дверь, я обняла благоверного и, вздохнув, спрятала лицо у него на груди.

— Как-то мне тревожно…

— Точно ничего не болит?

— Нет, к здоровью это не относится. Да и к обряду тоже. Но… что-то грядет. Странное и непонятное, отчего силовые нити находятся в напряжении. Даже не знаю, как объяснить понятнее…

— Мне и этого достаточно, — нахмурился Киан. — На всякий случай удвою охрану и проверю контур.

— Спасибо, — улыбнулась я, целуя мужчину в подбородок. — А мне одной нужно будет идти на церемонию или вы соизволите выделить проводника?

— Кажется, кто-то решил потеряться и пропустить свою свадьбу?

— Не надейся! И вообще, разве тебе не положено ждать меня на главной площади? Погулять с друзьями и оплакать свою холостую жизнь, пока я не прибуду?

— Я бы предпочел заняться более приятными вещами… — и наглые конечности потянулись к завязкам моего платья.

— Э нет, дорогой. Только после свадьбы!

Хмыкнув на мое заявление, Киан наградил головокружительным поцелуем, а потом с самым невинным видом ушел «оплакивать холостую жизнь». Все-таки замечательный он у меня!

Я едва успела передохнуть и освежиться стаканом ягодного напитка, как в дверь снова позвонили. На улице толпилось с десяток мужчин, и почти все из отряда мужа. Как ни странно, возглавлял их Рокхар. Он молча скользнул по мне восхищенным взглядом, в то время как его товарищи не удержались от восторженных присвистов. Однако после церемонии знакомства с соседями этим меня было уже не испугать. Спустившись к ним, я улыбнулась и принялась ждать соблюдения традиций. А точнее, попытку уговорить невесту отказаться от брака и выбрать другого, более достойного спутника жизни.

— Рада… — начал было сотник, а затем качнул головой и печально улыбнулся. — Если вдруг когда-нибудь решишь уйти от него, двери моего дома всегда для тебя открыты.

— Спасибо, — мягко улыбнулась я.

Кажется, кто-то все понял и смирился. Пусть так, когда все битвы уже проиграны, но все же… Надеюсь, что и он найдет свое счастье, как нашла я.

Забравшись при помощи Арвара в паланкин, я удобно устроилась среди подушек и… поехала, со всех сторон охраняемая воинами. Вот и сбылась мечта детства — Рада и ее гарем!

Воины шли не спеша, позволяя полюбоваться ночным городом, заигравшим тысячей бликов: зажженные у калиток светильники и факелы щедро делились светом живого огня, бликуя в отражениях многочисленных драгоценностей. И пусть далекое небо было скрыто непонятным пологом, здесь и сейчас нас окружали мириады звездочек. Одни были непослушны и словно пританцовывали на месте, повинуясь дрожащему пламени, другие — будто растворялись в мягком сиянии.

Небольшой круг почета по одной из площадей, и мы наконец-то влились в людскую толпу, точнее, сидхайскую, которая при нашем появлении разошлась в стороны, образуя живой коридор. Примечательно, что здесь были и женщины! В конце коридора на небольшом постаменте меня ждал мой любимый. Суровый воин, навсегда покоривший Ёжкино сердце и ставший частью ее души. Благословенны будьте все существующие боги, ибо за этот дар я буду благодарить вас до конца жизни!

С паланкина меня снимал сам Киан, улыбаясь светлее и ярче сотни огней. И от этой улыбки я таяла, теряя голову от переполнявшего меня счастья. Дедуля Киана, заметив нашу заминку, только понимающе хмыкнул, а затем начал обряд, окончательно и бесповоротно объединивший наши жизни.

* * *

С праздника мы попытались сбежать после первого же часа, оставив отдуваться Гарана и Василису. Словно два подростка, прятались по углам и самозабвенно целовались, не обращая внимания на смешки и подколки знакомых воинов. Правда, немного огорчило, что мою попытку напиться на собственной свадьбе мягко, но настойчиво пресекли, заменив вино соком. Хотела было возмутиться, а потом подумала — оно мне надо? Зачем ссориться с любимым мужчиной по мелочам, когда есть более приятные способы провести время вместе? К тому же поцелуи пьянили не хуже кактусовой водки, что делали в племени Химы.

— Домой? — шепотом спросила я в губы Киана.

— Хотелось бы, но пока нельзя, — вздохнул муж. — Вас с Василисой необходимо представить Владыке до рассвета. Прости, традиция.

— Ничего, я все понимаю. Но до рассвета так далеко…

— Коварная соблазнительница, — улыбнулся муж и подхватил меня на руки. — Только боюсь, что если мы сейчас окажемся дома, то я тебя уже никуда не отпущу. Так что не шали!

— Вредный ты, — хмыкнула я, однако мучить супруга перестала. — Тогда пойдем танцевать?

— Все, что пожелает мой свет. — Меня чмокнули в нос.

И мы отправились туда, где громко играла музыка.

— А почему бы нам сейчас не посетить Владыку? — поинтересовалась я, когда мы кружились по площади в числе прочих пар. — Ведь тогда бы вся ночь… и даже следующий день — были бы в нашем распоряжении.

— Честно говоря, я никогда об этом не задумывался. — Киан старался соблюдать дистанцию, но все равно от поглаживающих спину пальцев мурашки приятной дрожью расходились по телу. — Я как-то все больше наблюдал со стороны. Молодые всю ночь танцевали и веселились, а под утро, в свете лучей нового дня, Владыке представляли молодую семью. Он благословлял их на увеличение численности населения и отправлял домой для исполнения напутствия.

— Они, случайно, с твоим дедом не родственники? — не удержалась я от смешка.

— Иногда я тоже задаюсь этим вопросом.

Музыка сменила тональность, и, остановившись, муж крепко прижал меня к себе. В голове мелькнула мысль, что ждать до утра — это сродни преступлению над человечеством.

— Так, может, пойдем уже знакомиться? — дернула я сидхая за рукав. — Чего тянуть-то? Хотя… вдруг он спит или, того интереснее, как раз таки не спит…

Киан пытался сохранить серьезное выражение лица, слушая мои измышления, но ему это давалось все труднее.

— Я не понимаю, что за странная блажь знакомиться ночью? Очень подозрительный обычай. Неплохо было бы изучить его истоки…

— Моя и дворцовая библиотеки в полном твоем распоряжении, — улыбнулся Киан, а затем коварно добавил: — но доберешься ты до них не раньше чем через год! Или пять…

По выражению любимого лица я поняла, что он задумал.

— Ну да, как раз пойдут дети, а за ними внуки, совсем некогда будет за книжками посидеть. — От его пронзительного взгляда у меня перехватило дыхание, столько в нем было нежности и робкой надежды. — В таком случае предлагаю нарушить ваши устоявшиеся веками традиции и таки навестить Владыку. Устроим ему сюрприз?

— Не смею отказать дорогой супруге!

В общем, с праздника мы все-таки сбежали. Еще некоторое время поблуждали по улочкам, любуясь видом ночного города, отвели домой выбравшегося из подвала зомбика, чудом успокоив нарвавшуюся на него стражу. А когда наконец-то решили нарушить покой повелителя сидхаев, оказалось, что до рассвета остался всего час.

Голуба, дочь Финиста. Ёжка

— А Баба-Яга против! — категорично ответила я, с возмущением глядя на любимого мужчину.

Полуобнаженного, надо заметить, мужчину. С натренированным во множественных спаррингах и боях телом, чуть зеленоватой кожей и сводящей с ума улыбкой.

— Ну Голубушка, птичка моя, всего один разочек! — снова взмолился Ырк.

— Ты ведь прекрасно знаешь, что наставницы запретили заниматься этим до свадьбы!

— А они ничего и не узнают! Я попросил бабушку наложить на палатку Зеркалку. Ну так что, ты согласна?

— Ладно, но только один раз! Мне и после замужества этого счастья будет хватать!

Как только я дала свое согласие, радостный жених вылетел наружу, чтобы пару минут спустя вернуться с котелком, половником, мясом и прочими ингредиентами для… борща. Ну да, у всех орки как орки — дубинкой по голове и в свою палатку, на брачное ложе. А меня и тут жизнь выделила, послав в любимые — гурмана!

Как только Ырк впервые попробовал мою стряпню — да-да, по собственной глупости напекла пирожков для любимого, — каждое наше свидание стало начинаться одинаково — меня просили приготовить что-нибудь вкусненькое.

Не сказала бы, что орки голодали, — кормили их весьма сытно, но в основном мясом, которое некоторым, как оказалось, весьма приелось. А вот печь хлеб, пироги, да и вообще, готовить что-то, кроме мясного, орчанки не умели. Вот и приходилось баловать своего мужчину в обход множественных наказов наставниц.

— Как продвигаются поиски? — спросил Ырк, устроившись в углу палатки с ножиком и ведерком картошки.

— Пока никак, — тяжко вздохнула я и шмыгнула носом.

— Не плачь, птичка моя, Радомила обязательно найдется!

— Даже не сомневаюсь в этом, — ответила я и снова шмыгнула носом. Эх, как лук ни крути, а слезы все равно будут! Кова-а-арный! — Милый, а ты точно уверен, что твоя бабушка поставила на палатку полог? И выдержит ли он натиск наставниц?

— Выдержит. Как бы ни были сильны женщины рода Яг, но с магией крови им точно не справиться.

— Да уж, уровни действительно разные. Хима до сих пор отказывается делиться секретами своей силы… — произнесла и замерла от посетившей меня мысли. — Ырк, а твоя бабушка не пробовала искать Раду?

— Честно говоря, даже не знаю. — Качнув головой, мужчина поднялся со стульчика и протянул мне руку. — Пойдем поговорим с ней.

Нежно улыбнувшись любимому, который понимал меня с полуслова, магией сняла котелок с огня и подбежала к жениху, получив при этом легкий поцелуй в уголок губ. Дальше этого Ырк не заходил, как бы я ни настаивала и ни соблазняла. Все-таки мне попался потрясающий орк — заботливый, понимающий, любящий, а главное — целиком и полностью мой! И от этих мыслей так хорошо стало, так светло. В общем, в палатку к орочьей шаманке я зашла в весьма приподнятом настроении и довольная жизнью.

— Доброго дня!

— Ясного неба тебе, Голуба, дочь Финиста. Как проходит процесс готовки?

— Пока на начальном этапе, — немного смущенно ответила я и покосилась на любимого.

Он ведь наверняка опять ничего не ел, ждал моего прихода. А я, вместо того чтобы покормить голодного мужчину, потащила его сломя голову проверять очередную идею.

— Я пил отвар с меловой лепешкой, так что пару часов проживу, — словно прочитав мои мысли, шепнул на ушко Ырк, не забыв легонько поцеловать в мочку.

Вот ведь… орк! И себя мучает, и меня заодно, но все равно упорно уклоняется от своих прямых мужних обязанностей! Ну ладно, почти мужних, но это всего лишь вопрос времени, а он…

— Так что тебя привело в мою палатку, дитя ветра?

— Бабушка, вы ведь знаете, что у нас пропала подруга. Скажите, а вы не пробовали искать ее с помощью своей магии?

— Пробовала, — качнула головой женщина, не отрывая взгляд белесых глаз от пляшущего в очаге огня.

— И?

— И нашла, — просто ответила женщина, а я чуть не подпалила себе волосы, резко подавшись вперед.

— И вы молчали?!

— Так никто не спрашивал, — хмыкнула она, заставляя меня на мгновение прикрыть глаза, чтобы успокоиться.

И чего я, собственно, удивляюсь? Пожилые маги, тем более сильные, все чудны́е.

— Я спрашиваю, бабушка! Где она? Как? С кем?

— Ближе, чем ты думаешь. Живая, здоровая и наконец-то принявшая свою судьбу.

— И что это значит?

— Скоро узнаешь, — загадочно ответила шаманка и закрыла глаза, погружаясь в себя.

— Вот и пообщались, — огорченно вздохнула я.

— Зато ты узнала, что Радомила жива. Это уже повод радоваться.

— Ты прав! Надо сказать девочкам!

— Обязательно расскажешь, как только накормишь своего голодного орка.

— Обжорка!

— Зато любимый, — усмехнулся Ырк и, подхватив меня на руки, стремительно понес в свою палатку.

— Даже спорить не буду, — улыбнулась я, прижимаясь к горячей груди.

Действительно любимый…

Запись одиннадцатая,

о знакомстве с Владыкой

У каждого вопроса есть ответ.

У каждого поступка — продолжение.

Я не ревную к прошлому, мой свет.

Мы вместе — это лучшее решение.

Владыка ожидал нас в своем кабинете, склонив темную голову над столом с бумагами. То, что мы так запросто посреди ночи могли войти к правителю, говорило об особом доверии к командиру отряда зачистки. Владыка даже чтение не сразу прервал и, только отложив свиток в сторону, медленно разогнулся и с усталой улыбкой поприветствовал нас. Рассматривая пугающую бледность кожи и темные круги под глазами, я поняла, что самый главный сидхай даже не ложился спать. Не молодой уже мужчина, с ниточками седины, поблескивающими в ровном свете кристаллов, и глубокими морщинами, залегшими на высоком лбу. Еще далеко не старик, но уже уставший от жизни и потерявший надежду воин. И даже не скажешь, что это Великий Владыка, о котором в моем мире ходили легенды.

— Повелитель, — чуть склонив голову, поздоровался муж, и я последовала его примеру. — Позволь представить тебе мою жену — Радомилу, и благослови наш союз, как это сделали наши боги.

— Благословляю! Плодитесь и размножайтесь, дети мои! — добавил хозяин кабинета и, увидев возмущенное выражение на лице моего мужа, хмыкнул. — А ты рассчитывал, что я тебе стандартное благословение зачитывать буду? Время дорого, сам потом возьмешь и жене почитаешь. А сейчас есть более важные дела! Радомила, если хочешь, можешь отправиться в одну из гостевых спален и отдохнуть, пока я буду занимать твоего супруга.

— А-а-а…

— Всего час, потом можете пойти выполнять благословение.

— Тогда я тут посижу, если вы не против!

— Примерно такого ответа я и ожидал, — удовлетворенно кивнул правитель, — поэтому отправил слугу за бодрящим отваром. Располагайся, девочка.

— Спасибо… — растерянно прошептала я, даже не зная, как реагировать на такое поведение великого и ужасного. Да-а-а, удивил так удивил!

С комфортом устроившись на софе, я принялась осматриваться. Кабинет был однозначно рабочий — не для торжественных приемов и уж точно не для благословения молодых. Но, возможно, я сужу по привычному окружению, а здесь — в условиях суровой экономии места — на торжественность смотрят проще. Три стены почти полностью были заставлены стеллажами с книгами. Между двух больших окон, прикрытых тяжелыми гардинами, висела карта. Дальний от меня угол — как раз за спиной Владыки — занимал узкий стеклянный шкаф, на полках которого поблескивали богатыми украшениями различные вещицы.

Сидхаи всерьез углубились в обсуждение проблем, и я решила занять себя более интересным образом. Убедившись, что внимания на меня совсем не обращают, я тихонько стащила с полки одну из книг и принялась ее листать. Увы, язык был мне незнаком, так что пришлось довольствоваться весьма увлекательными картинками анатомического содержания. Посвящен трактат был тварям Хаоса.

Тихая речь мужчин лилась монотонным жужжанием. Легкий полумрак заставлял веки невольно слипаться, мешая любоваться профессиональной работой неизвестного художника. В результате я как-то незаметно заснула, не дождавшись момента, когда нас отпустят выполнять наказ Владыки и деда — плодиться и размножаться.

Домой мы тогда так и не попали, устроившись в одной из гостевых спален. Проснулась я лишь один раз, когда муж осторожно стягивал с меня платье. В полусонном состоянии оказав ему помощь в этом нелегком деле, я снова завалилась на подушки и натянула на нос одеяло, желая поспать хоть пару часов.

— Мое сокровище… — раздался над ухом довольный голос, и шаловливые ручки попытались стянуть одеяло.

— Царь Кощей над златом чахнет, — пробурчала я, но сопротивляться горячим ладоням, накрывшим грудь, не стала.

— Прости, родная, ты не представляешь, как долго я тебя ждал. — Тихий голос, почти на грани слышимости, спугнул остатки сна.

Я попыталась повернуться лицом к любимому мужчине, но он не дал, прижав к своей груди. Тогда мне пришлось воспользоваться запрещенным приемом и медленно потереться попой о символ сидхайской мужественности, который уже был готов к исполнению наказа Владыки.

— Рада! — простонал муж, уткнувшись мне в волосы.

Страдал он недолго: коварная рука медленно поползла вниз, сводя с ума растекающимся по телу жаром. Попытка отстраниться была подавлена ощутимым укусом в шею, который только сильнее распалил и заставил бесстыдно раздвинуть бедра, чтобы облегчить задачу любимому.

Первое же прикосновение переросло в протяжный стон, неожиданно воскресив в памяти сладкий сон, который посетил меня в первую совместную ночевку. А ведь тогда ощущения были весьма схожи…

— Киан! — имя вырвалось вместе со стоном, вызывая у сидхая ответный.

— Да, моя радость?

— Это ведь уже было? — стараясь собрать мысли в кучку, спросила я.

— Вроде было… Вчера ночью, и утром, и в обед… и даже после него.

— Я не об этом! — хотела произнести возмущенно, но очередное движение смазало все впечатление. — Тогда, в палатке, когда мы впервые оказались вместе. Ночью мне снился удивительно реалистичный сон, где ты…

— Делал так? — коварно спросил муж и надавил на точку, о которой я даже не подозревала.

Волна чистого наслаждения смыла все вопросы и здравые мысли, оставляя после себя только желание большего. И оно не заставило себя ждать, превратив нашу вторую «первую брачную ночь» в незабываемую чувственную сказку.

И уже после этого, довольная и уставшая, я все же нашла в себе силы задать вопросы, о которых после сна непременно забуду.

— Киан, это ведь ты забрал меня от ашвеи и принес в лагерь?

— Да.

— А купал и раздевал меня тоже ты?

— Я, мое сокровище.

— Тогда какого упыря молчал, когда я должна была выбрать мужа?

— Просто знал, что такое маленькое совершенство никогда бы не выбрало урода.

— Не говори так! — Злость вспыхнула в один момент. — И не смей думать! Что сейчас, что тогда для меня ты являешься эталоном настоящего мужчины. Я не буду говорить, какой ты заботливый муж, великолепный любовник и очень ценный воин для своего Владыки. Это все становится таким неважным, когда я понимаю, что ты — часть меня, моя половинка. И я уничтожу любого, кто посмеет на нее замахнуться!

Меня сжали с такой силой, что я готова была молить о пощаде. Муж замер так на несколько мгновений, а потом решил доказать, что полностью солидарен с этими словами. Да, он целиком мой, как и я — его.

Так что теперь утро каждого дня начиналось с ласковых поцелуев, плавно перерастающих в весьма приятные физические нагрузки. На некоторое время я даже забросила ведение дневника, поскольку ничего нового о сидхаях или тварях Хаоса и их хозяевах сообщить будущим читателям не могла, а делиться восторгами семейной жизни была не готова. Я ведь даже себе не сразу призналась, что капитан Лиркан, прославившийся среди воинов ледяной выдержкой и суровым нравом, оказался таким… чудесным. Нежным, заботливым, но при этом страстным и изобретательным. С ним мне было хорошо по всем пунктам личного списка, и иногда это даже пугало. Я до смерти боялась его потерять! А страхи, как известно, имеют тенденцию материализовываться.

После двухнедельного счастливого заточения в спальне мужа мы все-таки выбрались из дома. Владыка требовал Киана пред светлы очи, а я планировала познакомиться с женщинами, которые проводили время во дворце. Надо ведь налаживать контакты? Хотя, если вспомнить рассказы любимого, общение может оказаться довольно опасным… для моей нежной психики. Но особого выбора не было, так что, войдя во дворец, я гордо подняла подбородок, приосанилась и приготовилась к бою.

— Свет мой, я освобожусь где-то через два часа. Пообедаем дома или составим компанию Владыке?

— Если он снова будет нам желать «плодиться», то лучше дома! — Поймав на себе насмешливый взгляд, решила пояснить: — Мы же не хотим откладывать исполнение пожеланий в долгий ящик?

— Думаю, это был разовый совет, — засмеялся муж и притянул к себе для поцелуя.

Кажется, мы несколько увлеклись, потому что в себя пришли лишь от настойчивого покашливания. С неохотой оторвавшись от сладких губ супруга, я поискала затуманенным взором потенциального клиента Гарана, ведь с таким кашлем не шутят. Однако обнаруженная поблизости женщина не производила впечатление болезной… скорее уж невоспитанной и чем-то удивленной.

— Чем можем помочь? — на всякий случай уточнила я, не дождавшись реакции любимого.

— Киан, из всех женщин Сид-Ахая ты выбрал самую неудачную, — в ответ на мой вопрос заявила незнакомка, не сводя взгляда с моего мужа. Моего!

— Было дело, — не стал спорить Киан, а я чуть не упала от неожиданности. — Хорошо, что до свадьбы у нас с ней не дошло.

— Милый? — тихо спросила я, заглядывая в его глаза.

— Родная, позволь представить тебе дерру Элиру Ниял — мою бывшую невесту, бывшую жену Владыки и организатора женского совета.

— Тоже бывшего? — с надеждой спросила я, глядя на эту высокомерную змеюку.

— Действующего, — мстительно зашипела та, не сводя с нас недовольного взгляда.

— Учитывая тенденцию — это ненадолго, — хмыкнула я и снова посмотрела на любимого.

Напряжен, хоть и старается не показывать. И смотрит так виновато… Интересно, по какому поводу? Подумаешь, встретилась с его бывшей. Главное, чтобы он потом не встретился с моими…

Радости от предстоящего общения я не испытывала, но мне приходилось водить знакомство и с более неприятными упырями. Перехватив взгляд дерры, жадно рассматривающей моего супруга, от которого сама же когда-то отказалась, я поняла, что мне это категорически не нравится. Неужели она собиралась вернуть былые отношения, но я спутала все карты? Или же… Нет, не верится мне, что он продолжал поддерживать с ней связь. Слишком хорошо успела узнать Киана и его принципы, чтобы с уверенностью сказать, что после замужества он больше не приближался к этой вертихвостке. А ведь ей наверняка хотелось…

— А ты изменился…

— Были хорошие учителя, — равнодушно парировал Киан.

— Скорее, лекари, — пристально вглядываясь в его лицо и видя лишь отголоски былых шрамов, проговорила бывшая. — Неужели Гаран научился работать с грубой плотью?

— Для этого у меня есть замечательная жена, — улыбнулся супруг, и взгляд его потеплел. — Пойдем, родная?

— Пойдем, — кивнула я и бросила на женщину насмешливый взгляд. — Вы с нами?

— Подойду чуть позже, — снова прошипела она и гордо удалилась.

— Рада?

— Все хорошо. Правда, немного неожиданно.

— Прости, что не предупредил. Я рассчитывал, что после свадьбы Владыка сделает главной вторую жену и ты не столкнешься с Элирой.

— Киан, все действительно хорошо. Я не имею привычки ревновать к прошлому.

— Люблю тебя, — нежно улыбнулся муж и… Как-то во дворце подозрительно много пустых и удобных комнат.

После такой спонтанной зарядки я с трудом сдерживала довольную улыбку на губах. Однако чем ближе подходила к женским помещениям, дорогу к которым мне любезно показывали дворцовые жители, тем мрачнее я становилась. Никогда не любила незнакомых женских коллективов. Школа Сказок с подружками-ёжками — исключение, только подтверждающее правило.

Воспоминания о подругах заставили сердце болезненно сжаться, поэтому перед новыми знакомыми я предстала во всей профессиональной красе — то есть мрачная и задумчивая. Только зомбика за спиной не хватало. Кстати, надо бы разжиться для завершения образа. А то песик, подаренный мужу, теперь был его верным слугой и, когда допускалось правилами, сопровождал Киана неприметной тенью.

Вынырнув из своих мыслей, я поняла, что не меньше десяти пар глаз смотрели на меня с немым вопросом.

— Здравствуйте, — приветливо улыбнулась я. — Меня зовут Радомила. Мне сказали, что здесь я смогу познакомиться со старейшими женщинами Сид-Ахая.

Кто-то закашлялся. Окинув быстрым взглядом комнату, поняла, что помешала новой знакомой — дерре Ниял — насладиться напитком. Остальные дерры рассматривали меня с молчаливым интересом.

— В некотором роде так и есть, — хмыкнула, поднимаясь, миловидная женщина неопределенного возраста. Она довольно молодо выглядела, но цепкий взгляд подсказывал, что незнакомка значительно старше меня. Легкая, развевающаяся при движениях туника «в пол» чуть-чуть натягивалась на округлой, не привыкшей к диетам, фигуре. — Правильнее будет — с уважаемыми. Пока лучшие мужи Сид-Ахая заняты думами о благополучии города, мы, их половинки, скрашиваем свой досуг здесь. Обмениваемся опытом, решаем, чем помочь нуждающимся, как обучить неразумных…

Я метнула быстрый взгляд на новую знакомую, пока еще хранящую молчание. Одна мысль не давала покоя — если она бывшая жена, то что делает в этой милой замужней компании? Нужно будет потом разузнать у кого-нибудь.

— Тогда это то, что надо. Киан как раз хотел, чтобы я с кем-нибудь познакомилась. Я супруга капитана Лиркана.

— Заочно мы уже знакомы, — подмигнула мне все та же необычная дерра, — весь город с большим удовольствием гулял на вашей свадьбе. А вот ближе познакомимся сейчас…

Меня шустренько взяли под ручки и усадили к сервированному столу. Одна совсем молоденькая девочка налила в пиалу незнакомый ароматный напиток, другая — с красивыми раскосыми глазами — пододвинула блюдце с сушеными фруктами, и, удостоверившись, что у меня все есть, они приготовились слушать…

— А что именно вас интересует?

— Как там, за Границей? — грустно вздохнула одна из участниц женского кружка. — Что переменилось в мире? Да и любопытно, как ты смогла попасть к нам.

— По рассказам родителей, после окончания Смутной войны Сказочный мир сильно изменился. Сейчас у нас есть магические учебные заведения, между королевствами наладились мирные отношения. Единственное, что осталось неизменным, — желание Светлой империи господствовать над всем миром, но пока нам удается сдерживать их порывы, не без помощи других государств и орочьих племен.

Что же касается моего перемещения, я мало что помню и понятия не имею, как это произошло. Так что, увы, но тут мне нечего рассказать. Но я бы с удовольствием послушала о жизни и укладе в вашем городе. Для меня все ново и необычно…

Со стороны бывшей невесты Киана донеслось скептическое хмыканье, но я продолжала ее игнорировать.

— С удовольствием, девочка! Предлагаю начать со знакомства. Я — Аринэл, это… — дальше началось представление, после которого местный цветник принялся рассказывать свою историю. Каждая из дам — кроме главы этого женсовета — внесла лепту в повествование, но при этом рассказ получился занимательным и давал вполне четкое описание мира и особенностей уклада Сид-Ахая.

Любая девочка в городе ценилась на вес золота, но при этом властью женщины не обладали. Да, их лелеяли и баловали, но права голоса не давали. Всех рожденных девочек относили в храм для проведения специального обряда представления богам.

Благословленных богиней Ночи в трехлетием возрасте отдавали на обучение в закрытую школу, где из девочек воспитывали лучших жен для Высших. Те же, что получили знак Создателя, росли без особых ограничений — в школу отдавались позже и предметы изучали совсем другие. Основной акцент в их образовании делался на умение держать… гарем.

На этом месте я не выдержала и уточнила, правильно ли поняла политику их образования. На это мне с улыбками пояснили, что, несмотря на статус мужчины, характерами они обладают непростыми, и, чтобы правильно организовать быт определенного количества охочих до женских ласк мужей, нужно иметь некоторые навыки и определенные познания.

— И что же, все девушки спокойно принимают такой выбор? — В голове пока плохо укладывалась сама идея мужских гаремов, так что я пыталась разобраться, как они сами к этому относятся.

— Выбору богов доверяют, но иногда находятся воины, желающие его оспорить… — поделилась со мной сведениями раскосая блондинка, имя которой я пока не запомнила.

— Страсть и доверчивость воинам глаза застит, — как бы невзначай прошептала Аринэл и, как мне показалось, кинула злой взгляд на Элиру.

— И что происходило с теми, кто спорил с богами? — решила я развить любопытную тему.

— Убеждались в том, что Богиня не ошибается, и если у дитя нет задатков к верности, то насильно ее не привьешь, — уже не скрывая, в чей именно адрес направлено высказывание, громко ответила Аринэл.

— Дерра Лиркан, если хотите что-то сказать, то делайте это без намеков, — поморщившись, произнесла дерра Ниял.

— Какие намеки, вы о чем? — не поняла я высказывание в свой адрес.

— Все, что хотела, я высказала еще на вашей помолвке, — одновременно со мной промолвила Аринэл, и я перевела на нее удивленный взгляд.

— Я — Аринэл Лиркан, твоя бабушка! — мягко улыбнулась мне женщина, и, протянув руку, погладила по щеке. — Добро пожаловать в семью.

Зомби мне в мужья! Хотя нет, не надо зомби, меня и Киан очень устраивает. Лучше зомби в мужья его бывшей невесте, которая как раз сцепилась языками с новоприобретенной бабулей. Глядя на них, я как-то неожиданно поняла, что слегка перепила жидкости, и теперь организм требовал от нее избавиться. Так что, сославшись на необходимость уединиться, я поспешно сбежала из комнаты.

Искать уборную пришлось долго и упорно. Объясняли девушки всей толпой, так что из всего я запомнила лишь два поворота направо, потом спуск по лестнице и снова направо. Проблема заключалась в том, что спуск был лишь за третьим поворотом, и коридор от него уходил налево. Но попытка не пытка, так что, разумно рассудив, что ничего не теряю, я отправилась исследовать двери. За первыми тремя были обычные комнаты, к сожалению, без отдельной уборной, а вот четвертая, в самом конце коридора, оказалась закрыта. Я разрывалась между желанием открыть замок магией и опасениями, что если столь важную комнату закрыли, то, возможно, она уже кем-то занята. Природные потребности не оставляли мне времени для моральных терзаний, и, применив толику силы, я все-таки отворила дверь.

Тут было занято — это первое, что бросилось в глаза. Потом уже взгляд выхватил заставленный посудой и едой стол. За ним, лениво гоняя кусок мяса по тарелке, сидел темноволосый мужчина. На мое появление он отреагировал весьма странным вопросом:

— Что-то забыли?

От звука этого голоса я покачнулась и прижала ладонь ко рту, пытаясь сдержать то ли рвущиеся рыдания, то ли смех облегчения. Мужчина, не дождавшись ответа, медленно повернул голову и…

— Радомила?

— Магистр Мор! — пискнула я и бросилась к учителю.

Отреагировал он мгновенно, вскакивая со своего места и заключая меня в объятия. А я все-таки заревела, испытывая огромное облегчение. Он жив! Жив…

— Ну все-все, хватит портить мою рубашку. Это, знаешь ли, подарок самого Великого Владыки.

— Да, неслыханная щедрость, — шмыгнула я носом, отстраняясь. — Как вы здесь оказались?

— Так же, как и ты, — хмыкнул учитель.

— Я имею в виду дворец.

— Не поверишь, но меня выкинуло прямо посреди тронного зала.

— А меня в пустыне Снов, — пожаловалась я. — Я вас искала! И даже провела обряд призыва, но вы не ответили!

— Ну, прости, — снова хмыкнул мужчина, а я покраснела, осознав сказанную глупость.

— А здесь вы что делаете?

— В данный момент — обедаю. А вообще — заперт.

— Почему? Ой, нет, — перебила я саму себя, переминаясь с ноги на ногу. — Сначала покажите, где у вас можно облегчить низменные потребности организма, а потом мы присядем, и вы подробно мне все расскажете.

Усмехнувшись, магистр махнул рукой в угол комнаты, отгороженный неким подобием ширмы. Пару мгновений спустя я уже размышляла о том, что душа некроманта имеет все шансы вознестись на небеса, поскольку такая легкость в организме образовалась… непередаваемая.

За время моего отсутствия магистр Мор успел закрыть дверь и пододвинуть поближе второй стул, на котором я и устроилась, придвинув к себе вазочку с фруктами. Стресс надо было заесть, и желательно чем-нибудь кисленьким.

— После того, как нас засосало в воронку, я потерял сознание, — начал повествование наставник. — Очнулся уже здесь, перевязанный и в компании мальчишки-лекаря. Первый контакт провалился с треском, парень оказался каким-то нелюдимым и не отвечал на мои вопросы. Зато потом явился более зрелый лекарь и после осмотра ответил на все вопросы… Кроме одного — что стало с тобой, никто не знал. Ты себе даже представить не можешь, как я за тебя испугался! Попытался создать поисковик, но, увы, резерв оказался пуст. Из-за этого я слегка разозлился и… так произошла первая встреча с Владыкой. Хороший мужик, кстати.

— Просто замечательный, раз запер вас здесь! — нахмурилась я.

— Я сам виноват, — отмахнулся некромант. — Если бы подумал головой, то догадался бы, что купол нельзя снимать ни в коем случае.

— Да, если это произойдет, в наш мир вырвутся все твари Хаоса.

— Твари — только полбеды. Без купола дыры мироздания снова разойдутся, и неизвестно, что из них полезет на этот раз.

— Значит, у нас ни единого шанса выбраться из этого места? А я так надеялась, что мы сможем открыть портал и вытащим сидхаев отсюда.

— Со временем мы найдем выход, а пока будем приспосабливаться.

Мы ненадолго замолчали, думая каждый о своем. Легко сказать — приспосабливаться. Как можно привыкнуть к отсутствию даже возможности связаться с родными и близкими? К тому, что Ёжки теперь будут шалить без меня, а интересных лекций и неожиданных практических занятий больше не будет… Кстати, о занятиях.

— Магистр Мор, а как вы смотрите на то, чтобы поработать учителем юных некромантов?

— А что, есть вакансии?

— Да-а-а!

— Дай угадаю, учить их должна была ты, но…

— Я в тонкостях процесса обучения вообще не разбираюсь. Поэтому я, пожалуй, ограничусь знакомством мужа с азами магии. Так что, возьметесь за малышей?

— Ты уже и мужем обзавестись успела, — усмехнулся некромант. — Если никто не будет возражать, то я с радостью стану их обучать.

— Тогда мне нужно поговорить с мужем и Владыкой. Пойдете со мной или останетесь здесь?

— Конечно, здесь! У меня обед и так стынет. Так что когда со всеми поговоришь, забегай в гости. Теперь ты знаешь, где меня найти, — хмыкнул учитель и приступил к трапезе.

Спокойный, как упырь с колом в сердце. Мне бы его позитив!

* * *

Муж обнаружился в пролете между этажами, взволнованный и чем-то недовольный. Увидев меня, на мгновение остановился, а потом стремительно преодолел разделяющее нас расстояние и заключил в крепкие объятия.

— Я тоже по тебе соскучилась, — хмыкнула я, с удовольствием утыкаясь носом в могучую грудь.

— Ты куда сбежала?

— Еще даже не пыталась, — усмехнулась я, вспоминая недавний разговор с магистром. — Хотела найти уборную, но у вас во дворце с этими благами проблемы. Так и оконфузиться недолго.

— Пойдем, провожу.

Оказывается, нужный пролет я все-таки проскочила, оттого и не заметила коридора и желанной двери. Но во всем есть свои плюсы. И не удивлюсь, если в этот раз меня вела сама Морана.

— Киан, ты знаешь, во время моих поисков внезапно обнаружилась одна пропажа.

— М-м-м?

— Мой учитель! Ты знал, что Владыка держит его взаперти?

— Что? — удивился Киан и даже немного отодвинул меня.

— Значит, не знал. В портал, через который я попала в земли Хаоса, меня засосало вместе с наставником. И до этого момента я думала, что он погиб в пустыне Снов, но тут выяснилось, что его перенесло во дворец.

— Любопытно…

— Не то слово, но сейчас не об этом. Я хочу поговорить с Владыкой насчет магистра Мора.

— О чем же? — брошенный на меня ревнивый взгляд заставил наклонить голову и спрятать улыбку.

— Хочу спихнуть на учителя свои обязанности по обучению детей. Все-таки у него это лучше получится, а свое свободное время я смогу потратить с большей пользой. — Я не сдержала лукавой улыбки.

— С последним я полностью согласен, — хрипло прошептал супруг и наклонился для поцелуя.

— Дерра Радомила, вот вы где! — нарушил нашу идиллию противный голос дерры Ниял. — А мы уже заждались вас!

— Боюсь, что ждать придется до завтра. Мы с женой уходим, — не глядя на бывшую невесту, ответил за меня Киан. — Идем, родная?

Согласно кивнув, приняла протянутую руку и еле-еле подавила в себе детское желание обернуться и показать язык вездесущей бывшей. Впрочем, ласковое поглаживание по руке смирило меня с необходимостью видеться с этой мегерой.

Вопреки моим ожиданиям, к Владыке мы отправились сразу же. А мне вообще-то кушать хотелось! Желательно какой-нибудь соленой рыбки с шоколадным соусом. Или тортика с сыром. М-м-м!

— Родная, меня пугает твой кровожадный вид.

— Кушать хочу. Чего-нибудь вкусного и необычного!

— Тогда поспешим, повелитель нас уже ждет.

— Мы будем обедать с Владыкой? — удивилась я.

— Да, он хочет поближе познакомиться с тобой и узнать новости внешнего мира.

— Ну кто я такая, чтобы отказываться от подобного предложения? — улыбнулась я.

Верея, дочь Серого Волка. Ёжка

Мы сидели в библиотеке и готовились к урокам. Некоторые Ёжки писали доклад по фамильярам. Темы были самые разнообразные: «Легенда или быль», «Почему он всегда черный?», «Кот или филин — преимущества и недостатки». Алёнушка держала на коленях талмуд «Волшебные предметы для чайников», названием передирающий популярную в Сером мире серию. Царевна пыталась найти еще неопробованное волшебное средство для поиска Радомилы и периодически сыпала едкими замечаниями. Сейчас ее внимание привлек волшебный клубочек, который помогал найти дорогу «Туда-не-знаю-куда».

После того как Голуба принесла нам счастливую весть, мы немного успокоились. Волнение за жизнь и здоровье подруги держало нас в постоянном нервном напряжении. Однако, успокоившись, мы не оставили надежды найти Раду. Просто теперь искали средство, которое могло бы нас к ней привести.

— Никакого GPS или Глонасс в клубочке нет. И даже эхолокация отсутствует, — как всегда, попробовала здраво рассудить Любава. — Может, они туда карту звездного неба как-то загрузили?

— Ага, вплели в канву, — рассмеялась Пелагея.

— А ты, кстати, недалека от истины, — задумчиво пробормотала Алёнка, видимо, нашедшая подсказку в книге. — Путеводные клубки делают Яги с усиленным даром прядильщицы, а нити для него берут из полотна судеб. Отсюда и способность отыскать то единственное место на карте.

— А к этому клубку в комплект, случайно, сапоги-скороходы не прилагаются? — поинтересовалась я. — Судя по тому, что Раду мы пока не нашли, занесло ее ой как далеко, а значит, за клубочком бежать придется долго. Даже моя звериная ипостась не поможет.

— Верея, не прибедняйся, — ухмыльнулась Любава. — У тебя вместо сапог есть скоростной медведь. Эта зверюга кому угодно фору даст.

— А ты, Любавушка, дракон. Тебе вообще дороги не требуются — можешь лететь напрямик…

— Сметая крыльями лесополосу, — рассмеялась Хима.

— Девочки, не ссорьтесь. Не за этим мы собрались, — промолвила Лина.

— Надо дописывать реферат и идти на ужин, — тяжело вздохнула Яника. — Клубочка у нас все равно нет.

— Но у нас есть ученицы Янат Бубуковны, — не удержалась я от намека и посмотрела на Полю, Злату и Снежу.

— Ну-у-у, — задумавшись, протянула Златоцвета, — к полотну доступ мы вряд ли найдем — оно хранится у верховной Яги. А у нас только тренировочные комплекты…

— Вы, случайно, не из них потом скатерти-самобранки делаете? — прыснула в кулачок Ульяна.

— Хорошая идея, — зловеще парировала Снежа. — Некоторым можно будет сразу в меню диету вплести. Низкокалорийную.

Продолжая разбирать варианты меню скатерти, мы собрали свои вещи и направились на ужин. Но не успела я сделать и пары шагов от библиотеки, как меня нагнал магистр Дархариус.

— Девушки, позвольте лишить вас общества подруги. У меня на нее большие планы, — весьма многообещающе произнес любимый мишка и, не дожидаясь ответа, взвалил меня на плечо.

Я даже пикнуть не успела, а оборотень уже помчался прочь.

— О чем я и говорила, — хмыкнула мне вдогонку Любава. — Скорость просто невероятная! Главное — подобрать правильный стимул!

Вместо ответа я показала ухмыляющейся подруге кулак, за что заработала дружный смех остальных девчонок. Вот так и живем, да…

Запись двенадцатая,

нежданно-негаданно

Ей не знакомо слово честь…

Я, друга от беды спасая,

Взвалил на плечи тяжкий крест,

На рок и случай уповая.

Еще ни разу в жизни я не попадала в такую неловкую ситуацию. Даже когда Ари Вреднюковна застала нас за подглядыванием под стенами мужской душевой на территории АТБИ — тогда мы всего-то и хотели узнать, трут ли мужики друг другу спину. Сейчас же от вида большого круглого стола, обильно уставленного горячими блюдами, холодными закусками, пикантными соусами и какой-то выпечкой, я застыла с горящим голодным взглядом, сглатывая набежавшую слюну. Хотелось попробовать все и сразу. Я даже забыла поприветствовать Владыку, просто потому, что не увидела его за таким разнообразием.

— Киан, ты знаешь, что я не лезу в личную жизнь своих подданных, но, мне кажется, морить жену голодом — это как-то чересчур.

— Я обязательно приму к сведению столь мудрый совет, — донесся ответ мужа, — но сначала попробую выяснить, где она успела так проголодаться.

— Не иначе усиленные физические нагрузки, — раздался хрипловатый смех. — Дерра Лиркан, желаете присесть и отведать, чем потчуют Владыку Сид-Ахая?

— Уже можно, да? — Не задумываясь, я схватила ароматный поджаренный хлебец, надкусила его и тут поняла, кому и что сказала… — Простите! Шедевры вашей кулинарии затмили мой разум.

— Надеюсь, что после закуски он прояснится, и мы с вами все же побеседуем.

Потупившись, я присела на отодвинутый Кианом стул. Было стыдно, хоть и не так сильно, чтобы отказаться от ароматной еды. Поэтому, приняв от любимого тарелку с сочным куском мяса и горкой овощей, приступила к трапезе и на некоторое время выпала из реальности.

— Радомила, может, вина? — спросил повелитель, нарушая повисшую тишину.

— Лучше сока! — как-то слишком поспешно отозвался супруг, чем заработал два удивленных взгляда.

И если мой таковым и оставался, то Владыка пару секунд спустя расплылся в довольной улыбке.

— Да, ты прав. Думаю, сок айлиль будет как нельзя кстати.

— Правильно думаешь, — хмыкнул в ответ муж и положил мне на тарелку аппетитный кусок пирога.

— И в чем же особенность этого сока? — подозрительно уточнила я, глядя на мужчин, активно приступивших к изучению своих тарелок.

— А вы уже поели и готовы к беседе? — спросил Владыка, очень тонко намекая, что кто не успел поесть, тот потом еще не скоро восполнит запасы.

— А кто-то обещал необычный сок…

Как только мой бокал наполнился, пришлось снова вернуться к трапезе, тем более что рядом с пирогом появился новый кусочек мяса в красивом янтарном соусе. В общем, как бы ни было стыдно в этом признаваться, съела я непозволительно много для леди. Все оказалось таким вкусным и интересным, а Киан так заботливо подкладывал мне самые красивые куски… Проще говоря, я объелась. Причем до такого состояния, что было лень не то что сидеть — дышать! А еще очень резко потянуло в сон, что не укрылось от внимания мужчин.

— Может, перенесем наш разговор на другое время? — спросил Владыка.

— Нет-нет, все нормально.

— Киан?

— Ты не против, если мы перейдем в гостиную? — спросил муж и поднялся со своего стула, чтобы в следующее мгновение подхватить меня на руки.

— Ты чего?

— Думаю, Диран простит нам маленькую вольность, — улыбнулся мне муж, бросая косой взгляд на Владыку.

— Как будто есть выбор, — хмыкнул тот, а я поразилась такому близкому общению мужчин.

В гостиной, куда меня принес муж, было замечательно. Светло, тепло и уютно. А еще тут был чудесный диванчик, на который меня аккуратно уложили. Еще и пледом попытались укрыть, но тут уж я воспротивилась и, собрав всю силу воли, приняла сидячее положение. Если Киан и… Диран предпочитали в личном общении отбрасывать шелуху официоза и общаться по-дружески, то я так не могла. По крайней мере, пока.

— Все хорошо? — уточнил супруг, устроившись рядом.

— Очень даже, — кивнула я и перевела взгляд на гостеприимного хозяина, расположившегося напротив с бокалом вина. — Вы хотели поговорить со мной?

— Хотел, но мой интерес подождет. Вначале давай разберемся с твоими вопросами.

Вопрос, как он о них узнал, чуть не слетел с языка, но красноречивый взгляд мужа вынудил меня смутиться. Это же надо было так увлечься едой, чтобы пропустить весь разговор за столом! Наверное, со мной что-то не то. Может, подхватила какую-нибудь местную болячку? Надо обязательно сходить к Гарану и провериться. Но это подождет, а пока…

— Владыка…

— Можешь обращаться ко мне по имени.

— Спасибо… Дерр Диран, не хочу ходить вокруг да около. Я знаю, что вы удерживаете во дворце моего учителя — магистра Мора.

— Магистр — твой учитель? — удивленно протянул хозяин здешних земель. — Да, я отдал приказ его изолировать. Но, видимо, у стражи проблемы с исполнительностью, раз даже гости во дворце легко находят «отдельные» покои.

— О нет! С исполнительностью у них все в порядке, — поспешила я заверить Владыку. — Это я немного… потерялась.

Мужчины засмеялись над моими оправданиями, и я решила этим воспользоваться.

— Прошу вас отпустить его!

— А ты знаешь, почему он оказался под замком?

— Знаю, и уверена, что подобное больше не повторится! Тем более магистра можно отвлечь с пользой для дела, и тогда у него не останется времени на глупости.

— Каким образом?

— Магистр мог бы обучать детей с даром магов смерти. У него большой опыт в преподавании и огромные познания в общей магии!

— А как к этому предложению отнесется сам Мор?

— Положительно!

— То есть ты уже успела и об этом с ним пообщаться? — вновь рассмеялся мужчина, кажется, ничуть не переживая по этому поводу, а мне оставалось только скромно потупить взор. — Ладно, выпытывать подробности, как ты так потерялась, думаю, бесполезно. А вот с учителем твоим мне стоит пообщаться лично, но это позже. Поведай мне пока про Сказочный мир. Насколько он изменился после нашего ухода?

— Сильно… — прошептала я и принялась повторять все то, что недавно поведала женсовету. Только вот Владыка ахами и охами не ограничился — он задавал вопросы, комментировал, а по некоторым моментам просил больше подробностей.

Через некоторое время я почувствовала, что язык заплетается, слова расходятся с мыслями, и очень сильно хочется зевнуть.

— Кажется, летописи Сказочного мира пора заканчивать, — вздохнул Киан и, приобняв меня за талию, помог подняться с дивана. — Диран, позволь продолжить беседу завтра. А сейчас мы откланяемся.

Распрощавшись с Владыкой и выйдя на свежий воздух, я немного взбодрилась. Сонливость отступила, даже появилось желание немного побродить по улочкам, посмотреть еще не исхоженные места. Но муж уверенно вел меня в сторону дома.

— Успеешь еще нагуляться, — прошептал он на ухо. — Мой отряд скоро снова выдвигается в дозор, и у тебя будет достаточно времени все изучить. Только во дворце больше не теряйся, пожалуйста. Мало ли каких еще заключенных скрывают комнаты Владыки.

Я оценила шутку, и появилось желание ответить взаимностью. Только когда меня так обнимали за талию, ничего коварного в голову не лезло. Поэтому я решила просто насладиться прогулкой, а вот дома… мстя будет страшна!

* * *

Время в Сид-Ахае текло как-то непривычно медленно… Вслед за мужем я стала просыпаться рано, и до рассвета мы проводили весьма полезную и приятную зарядку. После этого Киан уходил на тренировки, а я отсыпалась до полудня, чтобы потом отправиться во дворец пообедать с новоприобретенной бабушкой, Васькой и женсоветом. Разговоры за столом чаще всего были об обычаях этого легендарного города, но и посудачить о характерах новых знакомых и прочих мелочах обособленного поселения не забывали. После трапезы несколько часов я проводила в компании Дирана и рассказывала про свой мир, борясь с щемящей сердце тоской. Иногда помогала учителю заниматься с детьми, приводя с собой за компанию зомбика Киана. Увы, но своего мне так и не удалось поднять из-за непонятных пока скачков собственной магии, и любимый настоял на том, чтобы иногда меня сопровождал «охранник».

Несколько раз к нам в гости заглядывал дедуля Киана, всякий раз вгоняя меня в краску своими намеками на продолжение рода Лирканов. Даже с Санаей мы иногда пересекались, куда без этого? Но тут стоит отметить, что после официальной церемонии бракосочетания ее отношение ко мне изменилось. Стало нейтральным, что ли. Вообще мне с самого начала было интересно, почему Саная так рвалась выдать меня замуж за Рокхара, а потом, когда узнала о моем выборе, подставить Киана. И если с первым вопросом я разобралась самостоятельно, узнав о свадьбе невесты Арвара и Владыки, то об ответе на второй могла только гадать.

И как-то так вышло, что в одной из бесед с бабушкой я обмолвилась о странном поведении лекарки. На что родственница пожала плечами и в лоб призналась, что когда-то Саная была невестой деда Киана. Правда, брак у них планировался договорной, но это не мешало лекарке влюбиться в жениха без памяти. А он… был влюблен в младшую сестру своего друга, которой тоже очень нравился единственный наследник рода Лиркан. Но, увы, и у нее имелся жених.

В результате за день до того, как должна была состояться свадьба Санаи, Карис и Аринэл сбежали и тайно провели обряд бракосочетания. Нерасторжимого, между прочим. Так и получилось, что лекарка осталась одна, отказавшись выходить замуж за другого, и поклялась отомстить семейству Лиркан. Со временем ее ненависть уменьшилась, но желание пакостить никуда не делось. Вот такая запутанная история!

В общем, жизнь стала упорядоченной и мирной, даже слишком. И частенько мне не хватало общества подруг, с которыми не нужно было сдерживать себя и свой язвительный характер, который в последнее время стал проявляться все чаще. Я скучала по родителям и наставницам, родной Избушке и богатырям. Мне не хватало приключений и… родного мира. И от этого порой на глаза наворачивались слезы, которых раньше за мной не наблюдалось. Даже отдушина в виде записок в дневнике перестала приносить облегчение, которое дарила раньше наряду с надеждой на скорое возвращение к родным.

Единственной отрадой был муж, ставший до неприличия нежным и заботливым. С ним я забывала обо всем, растворяясь в наших ночах и его жарком шепоте. С ним все проблемы, снедающие разум, отступали, сменяясь сладкой негой усталости и невыносимо сладкими поцелуями. Чем больше я проводила времени с Кианом, тем больше влюблялась в него. При этом чувства не застилали мне глаза, и я прекрасно видела его недостатки и не скрывала свои. С каждым днем мы узнавали друг друга лучше. По мелочам, из которых складывается жизнь, по привычкам, которые лишний раз показывали, какое сокровище мне досталось и как он мне подходит. А еще супруг умел готовить! Мясо в его исполнении я была готова есть изо дня в день, что, наверное, и привело к проблемам с желудком.

В тот день любимый со своим отрядом отправлялся в трехдневный поход для зачистки ближайшей территории. И несмотря на то что я знала о предстоящем коротком расставании, вечером у меня произошла маленькая истерика, перешедшая в бурную ночь. Естественно, утром я проспала уход Киана, что хорошего настроения не добавило.

А потом случилось это — первое на моей памяти несварение, загнавшее меня в уборную на добрых полчаса. Тошнило меня страшно, зато потом стало легче, и я даже нашла в себе силы перекусить кислыми фруктами и отправиться заниматься уже ставшими привычными делами. Но проблема заключалась в том, что на следующий день все повторилось!

Решив не рисковать собственным здоровьем, отправила Гарану весточку и попросила прийти в гости. А заодно предупредила Василису, чтобы на женсовет сегодня отправлялась без меня. Отношения с ней тоже постепенно налаживались, хотя вряд ли нам когда-нибудь удастся вернуть былую дружбу. Но лучше так, чем ледяное безразличие и презрительные взгляды.

— Рада? — раздался голос лекаря с первого этажа.

— Проходи в гостиную, я сейчас!

Только приду в себя от нового приступа недомогания, умоюсь и спущусь… Где бы еще на это силы взять? И как не хватает Киана, который бы обязательно пожалел, успокоил и взял на ручки!

От мыслей о муже я окончательно расклеилась, так что когда родственничек не выдержал и поднялся наверх, застал меня ревущую на полу ванной. Стоит заметить, что перепугался и растерялся он знатно. И после этого он будет утверждать, что взрослый и самостоятельный мужчина?

В общем, немного успокоившись, с помощью Гарана я перебралась на кровать и удобно устроилась на подушках, ожидая вердикта лекаря. Некоторое время он совершал надо мной непонятные движения руками, потом замер и нахмурился.

— Что?

— Не знаю, я ничего не чувствую.

— Совсем?

— Немного сбились энергетические потоки, да и магический резерв себя странно ведет, но не более. Даже не знаю, что тебе сказать.

— Но отчего-то же мне плохо. Может, ваша пища не подошла?

— Вряд ли, тут что-то другое, с чем я еще не сталкивался. Ты не будешь против, если я позову Санаю?

— Думаешь, это уместно? — засомневалась я. — Вдруг действительно просто расстройство?

— Что бы это ни было, я не хочу рисковать. Родня мне голову за тебя оторвет!

— Ничего, Владыка прикрутит ее на место, — попробовала я перевести все в шутку.

— Ага, чтобы потом открутить самому, — не повелся лекарь.

— Оказывается, сколько народу ратует за мое здоровье, — скептически хмыкнула я. — Ладно, зови ее.

Женщина явилась в рекордные пять минут, причем не одна, а в компании Рокхара. Я не удивилась присутствию воина в городе — в небольших вылазках они с Кианом участвовали каждый со своим отрядом, но вот то, что для ускорения племянничек принес тетю на руках — немного шокировало. Посмотрев на композицию — недовольная лекарка и обеспокоенный воин, я не выдержала и рассмеялась.

— Я же сказала, что с ней ничего страшного! — проворчала женщина, глядя на племянника.

— Я бы не спешил с утверждением, — парировал Гаран. — Что-то определенно не так, но я не могу понять, что именно.

— Ладно, посмотрим, — вздохнула Саная, спускаясь с рук Арвара.

Приблизившись, она, как и Гаран ранее, начала водить надо мной ладонями. И чем больше она это делала, тем более озадаченным становилось ее лицо, под конец и вовсе удивленно вытянувшись.

— Что? — не на шутку испугалась я.

Женщина не отвечала, явно пытаясь справиться с шоком. Тогда уже не выдержал Рокхар и, приблизившись к тете, осторожно потряс ее за плечо.

— В чем дело?

— Изменение магических потоков и перестройка энергетических…

— Это я заметил, — перебил Гаран. — Что это значит?

— Пробуждение защитных функций организма.

— И зачем? Наша среда для нее не подходит?

— Не для нее, для плода.

— Тетя, ты имеешь в виду?..

— Она беременна, — все так же удивленно меня разглядывая, припечатала женщина. — И малыш явно не один… и, кажется, их даже не два!

Теперь шок был у всех, включая ошалевшую меня. Мысль о собственной беременности доходила очень медленно и нехотя, борясь с воспоминаниями о том, как мне ставили знак запрета.

Соскочив с кровати, я влетела в ванную и, закрывшись там, принялась крутиться, чтобы рассмотреть неприметный символ чуть ниже поясницы. Но, как я ни старалась, ничего не выходило… Символ исчез!

«Проклятый харраш!» — вспомнила я любимое ругательство подруги-орчанки, наиболее точно отражающее мое отношение к происходящему. Как же я могла не заметить исчезновение защиты? Впрочем, а зачем мне было обращать на нее внимание, с учетом срока действия в три года, из которых от силы прошло восемь месяцев? Как же так?!

— Рада, ты в порядке? — забеспокоился Гаран.

— Не знаю. — Собственный голос прозвучал на удивление испуганно и жалобно.

Впрочем, чувствовала я себя аналогично. Я же абсолютно ничего не знаю о маленьких детях и не умею с ними общаться! Сестры доверяли мне племянников, но не младше семи лет, а тут — маленькое чудо, и не одно…

От переизбытка чувств и впечатлений мне стало как-то нехорошо, так что в обморок я сползала с огромным удовольствием, очень надеясь, что по пробуждении Киан уже вернется и нам с ним придется очень-очень серьезно поговорить!

* * *

Есть у наших желаний один существенный недостаток если мы постоянно держим их в голове — они не хотят исполняться. Правда, стоит о них совсем забыть, как воплощение не заставляет себя ждать. Но в том-то и беда, что перестать думать о возвращении мужа я не могла. Если бы это зависело от меня, я приложила бы все усилия для встречи… Но кто меня выпустит из города? Одну, да еще в таком интересном положении…

Я чувствовала себя песчинкой, летящей по ветру, которая совершенно ни на что не влияет, и от нее ничего не зависит. Мой якорь, за который можно было зацепиться, остановиться хотя бы на мгновение и передохнуть, еще не вернулся домой. И это не добавляло хорошего настроения, заставляя метаться по дому с отсутствующим взглядом и нервничать. Хотя нервничать — мягко сказано. Я была в шоке!

Еще несколько месяцев назад я могла спокойно гулять по кладбищам, занимаясь любимой работой, любоваться ночным небом и наслаждаться обществом очередного трепетного ухажера. А сегодня… жертва неудачного эксперимента, жена и в скором времени мать! Не о таком я мечтала, совсем не о таком!

Нет, конечно, в будущем я планировала обзавестись собственным домом и семьей, но… это будущее было таким далеким и абстрактным. В конце концов, мне всего двадцать два! Я еще не нагулялась! Я…

— Радомила? — раздался тихий голос от двери, заставивший испуганно замереть на месте. — Ты в порядке?

— Да… Владыка, — непослушными губами отозвалась я и повернулась к гостю, обхватывая себя руками за плечи.

— А так сразу и не скажешь, — хмыкнул мужчина. — Гостей не встречаешь, чая не предлагаешь.

— Простите, — вздохнула я и постаралась взять себя в руки. — Чаю?

— С удовольствием, — кивнул Диран и сам направился на кухню, вынуждая последовать за ним.

По-хозяйски водрузив чайник на печку, он достал из шкафа фруктовый сбор — между прочим, любимый напиток Киана — и пересыпал в заварник. После чего добыл из студяного шкафа сыр, взял из стола хлеб и… И я поняла, что до того, как я поселилась в этом доме, кое-кто бывал здесь достаточно часто, чтобы изучить расположение вещей. То, как Владыка хозяйничал на кухне, совсем добило мою нервную систему.

— Смотрю, ты не очень рада новости о беременности?

— Рада, очень. Просто…

— Напугана?

— Я не знаю, как мне быть. Я только-только начала понимать уклад вашего мира, только свыклась с мыслью, что больше никогда не увижу родных… Я хочу этих малышей и знаю, как им будет рад Киан. Просто сейчас у меня маленький перегруз нервной системы на фоне всего случившегося. И сейчас, особенно без Киана, я совсем не представляю, что делать и как быть!

— Делать все, что делала до этого, — занимайся вашим домом, ходи на встречи с другими женщинами и общайся с бабушкой, любуйся городом и будь рядом с Кианом. — Владыка сидхаев немного помолчал. — Твое появление изменило его жизнь… Да что жизнь, он сам изменился. Ты стала его спасением от одиночества и надеждой на то, о чем он мечтал… Знаешь, он никогда не признавался, но я уверен — он так и не простил мне свадьбу с Элирой. Я как сейчас помню его лицо — недоверие, растерянность, отчаяние. Знакомые эмоции, не правда ли? Но ты молодая девушка, которой позволительно проявлять эмоции, и тебя никто за них не осудит. Он же… — Мужчина вновь замолчал, сгорбившись над закипающей водой, а я не сумела сдержаться и попросила:

— Расскажите мне, что произошло. Я никогда не спрашивала Киана, не желая бередить старые раны, но вы… Это и ваша тайна тоже.

— Расскажу, если пообещаешь не просто услышать нашу историю, но понять и принять ее. Обещаешь?

— Я никогда не даю пустых обещаний, тем более когда не уверена, что смогу сдержать слово. Но я очень постараюсь услышать.

— Честная… В этом и заключается самая большая разница между тобой и деррой Ниял. Даже среди мужчин так мало тех, кто способен дать слово и следовать ему во что бы то ни стало. А уж среди женщин… Но когда мы влюблены, все недостатки растворяются в этом волшебном чувстве, застилая нам глаза. А Киан не просто влюбился. Он любил Элиру, дышал ею. Стремился ради нее стать лучше, быть ее достойным. И она знала это, умело пользуясь своей властью. Именно благодаря ей Киан из десятника превратился в сотника. Ради нее отправился в тот злополучный рейд, чудом вернувшись живым. И это целиком заслуга его отряда.

Знаешь, а ведь тот артефакт, что должен был защищать Киана, сломал поклонник дерры Ниял. Бедолага надеялся, что после смерти жениха она обратит свой взор на него. Но Киан сильный и опытный воин, он вернулся… Рада, ты ведь видела шрамы, покрывающие его тело? Думаю, тебе несложно представить, как он выглядел после сражения. И когда он, обессиленный и изувеченный, так ждал поддержки от любимой, во имя которой совершал подвиги, она предала его.

— Она выбрала вас?

— Нет, другого воина, но… Я оказал ей величайшую честь и сделал своей женой.

— Но зачем?

— Чтобы наказать, — недобро улыбнулся мужчина. — Женщина, которая так любила власть и мечтала о ней, стала женой Владыки. Это ли не предел мечтаний? Только кто сказал, что они будут радужными? Элира стала моей женой, только вместо власти получила золотую клетку. Я запретил ей общаться с другими женщинами, изолировал от мужского внимания, которое она так любила, и игнорировал ее сам, иногда навещая спальню для исполнения супружеского долга. Что она только не пыталась сделать, чтобы покорить меня, чтобы освободиться. Я же, глядя на нее, не испытывал ничего, кроме презрения.

— И наказывали не только ее, но и себя. За что?

— За то, что не уберег друга и чуть не потерял его. Знаешь, семья Лиркан — все, что осталось от моей семьи. Наши родители погибли во время Смутной войны, а моя сестра и брат Киана — они были женаты — во время постройки города. Это было тяжелое время, но он, тогда еще совсем юнец, поддержал меня. А я не смог оградить его, позволив этой лживой… — Мужчина замолчал, сжимая кулаки, а затем тихо продолжил: — Мы прожили в браке больше десяти лет. Как видишь, я уберег друга еще от одной беды — Элира оказалась бесплодна. Пустой цветок, который никогда не принесет плодов. Может, это и к лучшему. Не знаю, как бы я относился к детям от нелюбимой женщины.

— А сейчас? Сейчас с вами любимая женщина?

— Самая лучшая на свете, хоть и такая же молоденькая и глупая, как и ты. Ну что ты отводишь глаза? Если хочешь что-то сказать, говори.

— Не вам говорить мне о глупости, — пробурчала я. — Вы столько лет потратили зря, вместо того чтобы просто поговорить с другом. Объяснить все, поддержать. Честно, мне сложно вас понять…

— На все были свои причины, и я ни о чем не жалею. Об этом же прошу и тебя, не жалей. Сейчас тебе страшно, но через годы ты будешь вспоминать это время с улыбкой. И рядом с тобой будут те, с кем ты сможешь разделить свои воспоминания. Поверь мне, девочка, дети — это самый большой дар, который только может преподнести нам жизнь. Мне понадобились десятилетия, чтобы понять это. Прошу, не совершай моей ошибки. А теперь предлагаю выпить чаю и перекусить!

Перекусить так перекусить. Ясно ведь, что кое-кто решил сменить тему, пока я не замучила его новой порцией вопросов, крутящихся в голове. Но стоило только поднести к губам чашку с ароматным напитком, как весь дом затрясся, как при землетрясении. С учетом того, как побледнел Владыка, ничего хорошего эта вибрация не сулила.

Запись тринадцатая,

воссоединяющая

Граница пала, вспыхнул бой.

И ты средь сечи, в самой гуще…

Меня ж судьба влечет домой,

А сердце только стонет пуще.

— Радомила, возьми с собой самые необходимые вещи и беги во дворец!

Это было последним, что я услышала от исчезнувшего прямо на глазах мужчины. Решив последовать его совету и уже там узнать, что происходит, я быстро оббежала весь дом, закрывая окна и двери, и после этого поспешила во дворец. По пути столкнувшись с испуганной Василисой, я потащила ее следом за собой, поскольку она казалась слегка невменяемой. Увидев бабушку, я подбежала к ней и принялась выяснять, что происходит.

— Кто-то пытался взломать защитный купол.

— Города?

— Земель…

От этого заявления стало как-то не по себе, а если учесть, что скоро ночь и муж сейчас где-то там, за чертой города… Да что же сегодня за день такой! Одни потрясения страшнее других!

— И что нам делать?

— Ждать и не паниковать, — ответила на мой вопрос появившаяся дерра Ниял. — Пока воины будут сдерживать тварей, Владыка обновит защиту. Все как обычно.

Только, судя по подрагивающим рукам, как обычно ничего не было. И эта неизвестность мучила больше всего, заставляя нервно кусать губы и ждать. Чего? Сама не знаю, но все чувства кричали об опасности.

Ускользнув от женщин, я поднялась на верхний этаж дворца и, прильнув к окну, стала вглядываться в сгущающиеся сумерки. Попытки разглядеть хоть что-то разбивались о вспышки заклинаний, мерцающих то с одной, то с другой стороны. Магические потоки вибрировали от того, как отчаянно воины тянули из них силы. Очень хотелось вмешаться и помочь им, но… кто-то или что-то словно останавливал меня, не давая броситься в гущу боя. И все, что мне оставалось, — дрожать в унисон с вибрацией защиты и молиться своей богине, чтобы с Кианом ничего не случилось.

Не знаю, сколько я так простояла, но в какой-то момент темнота отступила, а меня буквально ослепило светом солнца и оглушило силой, что наполнила магические потоки. Охнув, я прижала ладони к лицу, а когда проморгалась, с трудом поверила глазам. Я знала это место… Дворец был самым высоким зданием Сид-Ахая, и из его окон хорошо просматривались окружавшие город пустынные барханы. Вот только теперь вдали простирался совсем другой пейзаж горы и степь, что цветным полотном стелилась до них. Это были земли орков…

Все дальнейшие события для меня слились в цветной калейдоскоп, наполненный криками, рычанием тварей Хаоса и песней мечей. Сбежав из дворца, я попыталась вырваться за ворота, но мне не дали, заперев в одном из домов. Я выбралась и снова бежала, желая помочь, высвободить силу, что снова наполнила тело, и… молилась. Снова и снова молилась Моране, умоляя помочь воинам, заклиная вернуть мужа. Кажется, этот хаос длился вечность. Я плохо помню, как оказалась за стенами города и все-таки присоединилась к сражению.

После очередной вспышки собственного заклинания я почувствовала всплеск родственной силы, волнами расходившейся по степи. Знакомое плетение, направленное на подъем мертвых, следом за которым шло Преобразование, превращающее тела в личей. И я знала, как усилить его и продлить действие, к чему и приступила. Наверное, магистр Мор безмерно удивился, когда вместо положенной мили наше общее заклинание пошло дальше, поднимая бессмертное войско, тут же приступившее к своей основной задаче — защите живых и уничтожению тварей Хаоса. Что уж говорить о воинах, получивших временную передышку благодаря нашим стараниям. Закончив заклинание, я двинулась туда, где сейчас больше всего нуждались в моей помощи…

Сила Мораны переполняла, разя заклинанием тварей и сметая хлынувших из порталов существ. Сидхаи, тоже почувствовавшие полные потоки магии, творили невероятную волшбу. И хоть некоторые из воинов действовали неумело, мощь и необычность заклинаний иногда вызывали вздохи восхищения. Мы сражались, сменяя друг друга и давая время на передышку. И ждали армию, что стремительно продвигалась к нам со стороны степи. Вспышки переходов резонансом отдавали по потокам, предупреждая о скором появлении поддержки. Оставалось продержаться еще немного.

В очередной раз столкнувшись с одной из тварей, совсем случайно получила поддержку от вынырнувшего из портала огромного нага. Увидев меня, Полоз Гадович пропустил одну из тварюшек, чуть не вцепившуюся ему в шею, но в последний момент перехватил и разорвал на две части. Не успела я отбежать, как он с ругательствами дернул меня к себе и раздавил портальную бусину, перенесшую меня в Школу.

Как же мне хотелось в этот момент вернуться обратно и стукнуть этого защитника Химиной любимой дубинкой. Я не собиралась покидать степи — у меня там была вполне конкретная цель. А что теперь? Как мне помочь тем, кто остался сражаться?

Более или менее придя в себя, я побежала на поляну с Избушкой, где и встретилась с девочками. Они все были в сборе — бегали от котла к котлу, готовя и разливая какие-то зелья по склянкам. Уставшие, бледные, ругающиеся плохими словами и такие родные.

Первой меня заметила Яника, выронив из рук черпак, которым до этого помешивала зелье в котелке. Потом была Верея, учуявшая знакомый запах, а затем…

— Рада! — раздался нестройный хор голосов, и цветной тайфун бросился в мою сторону, закружив в крепких объятиях.

— Девчонки! — всхлипнула я и позорно разрыдалась.

— Ну все, все, не реви! Мы здесь, рядом, теперь все будет хорошо!

— Девочки, там… там… Граница пала! И все наши, они сражаются с тварями Хаоса.

— Мы знаем, — вздохнула Любава. — Хима сбежала туда вслед за мужем. Мы тоже хотели, но сработала защита старших Яг.

— Они не справятся без нас! Низших слишком много, а там… там Киан остался!

— Именно поэтому нам надо взять себя в руки и продолжить варить восстанавливающие зелья! — легонько тряхнув меня за плечи, строго выговорила староста. — Так что хватит разводить сырость, принимайся за дело! Обо всем поговорим, когда наши мужчины вернуться с поля боя.

— Угу, — кивнула я и с благодарностью приняла от Голубы успокаивающий отвар.

— Кстати, а кто такой Киан?

— Мой муж, — снова шмыгнула носом и под ошарашенные взгляды налила себе еще порцию успокоительного.

* * *

Все последующие часы я провела как на иголках, сходя с ума от беспокойства за мужа, за Гарана, Владыку, дедулю… Да за всех знакомых, кто рисковал своей жизнью, защищая нас от вырвавшихся тварей. Зелье, что мы готовили, исчезало прямо со стола, зачарованного Ядвигой, так что новости узнать было не у кого. Когда же солнце спряталось за горами, а я почти дошла до точки кипения, выпуская на волю свой мерзкий характер, появилась мама. Грязная, в крови и ошметках тварей, но с такой счастливой улыбкой на губах…

— Мамочка! — всхлипнула я и повисла у нее на шее.

— Мухоморчик, — крепко обняв меня, ласково прошептала мама. — Живая…

— Да что со мной будет, — хмыкнула я, а затем вгляделась в родное лицо. — Что с Границей?

— Разрушена, — покачала головой родительница, устало опускаясь на поданный девочками стул. — Великим воинам совместно с нашими магами удалось создать аналог, позволяющий сдерживать низших, но надолго его не хватит. Решено собрать Большой совет, чтобы скоординировать дальнейшие действия.

— А что с воинами?

— Много раненых, но погибших, слава Моране, нет. Поддержка мертвого воинства оказалась очень кстати, — усмехнулась мамуля. — Некроманты вообще хорошо постарались, подняв почти всю Великую степь. Одна беда, теперь никто не может понять, кому они подчиняются.

— Да-да, это все хорошо… — поспешно закивала я. — Мам, ты, случайно, не видела беловолосого воина со смуглой кожей и рисунками на висках?

— Нет, родная, не видела, — покачала головой мама, заставляя сердце болезненно сжаться. — Но от орков слышала про двух гигантов, разрывающих тварей чуть ли не голыми руками. Им еще помогал скелетик неизвестного вида.

— Мамочка, пожалуйста, перемести меня туда! Мне очень нужно найти этих воинов.

— Мухоморчик?

— Я все расскажу, но потом. Мамуля, пожалуйста!

— И нас! — решительно заявили девочки, сгребая все баночки, что успели заполнить сами и получили от подружек-ведьмочек.

— Ремня бы вам всем, — покачала головой Марья Моревна, но отказывать не стала.

Перемещение было стремительным, а увиденное… пугающим. Огни костров всюду, докуда хватало взгляда. Палатки, из которых доносились стоны и ругань раненых. И везде воины. Как и мамочка, уставшие и грязные, но готовые до последнего вздоха защищать то, что им дорого.

— Девочки, разделяемся! — скомандовала Верея, явно высматривая своего жениха.

— Я пошла искать Химу, — отозвалась Злата. — Заодно беру на себя орков Западного племени.

Дальше пошла дележка остальных защитников, неосознанно попавших в заботливые руки Ёжек, но мне было уже не до этого. Заметив одного из сидхаев, сидящих среди орков, я бросилась к нему, отмахиваясь от окриков подруг и мамы.

— Шантей!

— Дерра Радомила? — удивленно отозвался мужчина, вставая с места. — Почему вы не в граде?

— Сбежала, — честно призналась я и уставилась на воина. — Где Киан?

— Не знаю… Во время сражения мы разделились. Я отправился усиливать защиту города, а он с остальными бросился в самую гущу сражения.

— А Владыка? Его ты видел?

— Простите, дерра, но нет.

— Ясно… Город цел? Женщины не пострадали?

— С ними все в порядке. Сотник Арвар организовал оборону, благодаря чему твари не смогли пробить защиту.

— Хоть одна хорошая новость, — вздохнула я, снова обнимая себя за плечи.

— Женщина, а кого именно ты ищешь? — неожиданно спросил один из орков.

— Беловолосого воина с рисунками на висках.

— Посмотри в палатках, что ближе к Границе. Почти все Древние собрались там.

— Древние? — не поняла я.

— Так орки прозвали сидхаев, — ответила на мой вопрос появившаяся рядом Химаэнир. — С возвращением!

— Как же я рада тебя видеть! — крепко обнимая подругу, шмыгнула я носом.

— А уж как я рада, что обошлось без использования кровавых ритуалов! Ты ведь знаешь, что мы с твоим папой и из-за Грани бы тебя достали?

— Знаю, — улыбнулась я и отстранилась. — Цела? А Мстислав как?

— Все наши целы. Основной удар пришелся на сидхаев. Они действительно великие воины!

— Проведешь к ним? Заодно расскажешь, что тут было.

— Да нечего рассказывать. Как только начался прорыв, я переместилась вместе с Мстиславом. — После этих слов девушка поморщилась и постаралась незаметно потереть мягкое место. — Вместе с орками он отправился на передовую, а меня оставил здесь, под присмотром пятикурсников. До нас мало кто доходил, а как поднялась нежить, так и вовсе пришлось сидеть без дела…

— Ни за что не поверю, что ты ничего не делала!

— Ну-у-у…

— Опять призвала животных?

— Только дино-собак да степную лунь, чтобы следить за мужем.

— Мне бы твою силу, — вздохнула я.

— Твоя ничем не хуже, даже лучше! Тут такое представление было… Твой отец и магистр Мор были в ударе! Помяни мое слово, споются и решат породниться!

— Да ради Мораны! Младшенькой такой муж будет только на пользу! Может, выбьет из головы дурь о покорении земель Светлых.

— М-м-м, вообще-то я говорила про тебя.

— А меня уже поздно сватать, — хмыкнула я и прибавила ходу, заметив знакомого сидхая. — Живой!

— Еще бы мне не быть живым, только из города выпустили! — пробурчал Гаран, крепко меня обнимая.

— Как наши?

— Лучше, чем я думал. Здесь удивительные магические потоки, и мне даже кажется, что они сами лечат нас, без использования силы!

— Все может быть, — кивнула я и заглянула в белые глаза. — Гаран, где он?

— Ориентируйся на Зомбика, он охраняет покой наших героев. Судя по рассказам воинов, дяди отрывались больше всех.

— Даже не удивлена, — пробурчала я и поспешила к указанному лекарем ориентиру, напрочь забыв про все и про всех.

Влетев внутрь палатки, я замерла у входа, жадно вглядываясь в осунувшееся лицо мужа. Он лежал на койке, весь в новых шрамах и ссадинах, с перебинтованной грудью, и… смотрел. Жадно вглядывался в проход, словно чувствовал мое появление. Был уверен, что найду его даже за Гранью, если потребуется. Нашла…

И все слова вылетели из головы, вытесненные шквалом эмоций. В душе шевелилось столько противоречивых желаний, но все, что я смогла сделать, — это несколько нерешительных шагов, после чего замерла и до боли закусила губу. Живой…

— Родная, — тихо позвал меня Киан и медленно сел на койке. — Иди ко мне. Ну чего ты плачешь, душа моя? Все ведь хорошо.

— Дурак! — шмыгнула носом я и в мгновение преодолела разделяющее нас расстояние, обнимая мужа и впиваясь в губы жадным поцелуем.

Весь мир отошел на второй план, теряясь на фоне ощущения горячих рук, скользящих по спине. Потонул в нежном шепоте и ласковых прикосновениях, заставляя забыть обо всем. Даже о Владыке, что лежал на соседней койке. Впрочем, Диран оказался мужчиной понятливым и тихо покинул палатку, оставляя нас наедине и позволяя жестами выразить все то, что не находило словесного облика.

Одна беда — не все мужчины такие же понятливые, как повелитель сидхаев! И явный пример тому — магистр Мор, который каким-то чудесным образом нашел меня в этом отдаленном закутке. Нас с Кианом прервали на самом романтичном месте: жена обрабатывает раны мужа после тяжелого боя.

— Воскресенская, ты там?

— Не отвечай, — прошептал муж и сам же закрыл мне рот поцелуем.

— Радомила, или выходишь сама, или зайдем мы!

— Мы и без группы поддержки справимся! — не сумев сдержаться, прокричала я.

— А мы — нет! Так что вытаскивай на улицу свой опорно-двигательный аппарат. Проверим кое-что, и можешь быть свободна!

— А это «кое-что» не может потерпеть часа два? Или до утра?

— Воскресенская!

— Иду я, иду! — пробурчала я и жалобно посмотрела на нависшего надо мной супруга. — Просто поверь, он не отстанет. Так что лучше я разделаюсь с ним сейчас и потом буду вся твоя.

— Ловлю тебя на слове, — коварно улыбнулся Киан и весьма ощутимо прикусил кожу на шее. — Пойдем.

— Я иду а ты лежишь здесь и восстанавливаешься!

— Родная, либо мы вместе лежим, либо идем. Третьего не дано, так что выбор за тобой.

— Тиран! — пробурчала я, тем не менее поднимаясь с койки.

— Даже не представляешь, какой. И буду таким во всем, что касается тебя.

— Мне уже страшно, — искренне отозвалась я, мысленно обдумывая, а чем мне аукнется новость про беременность, стоит ли о ней сообщать именно сейчас или можно потерпеть месяцев пять-шесть? — Тогда рубашку надень, а то там слишком много любительниц замечательных мужчин.

— М-м-м, ревнуешь, — улыбнулся муж, но послушно оделся.

Приняв руку Киана, я вместе с ним отправилась на выход. На улице, помимо магистра Мора, топталась приличная группа знакомых и незнакомых людей и нелюдей. Особенно смутил взгляд папочки, вообще неизвестно как тут оказавшегося!

— Мухоморчик? — многозначительно протянул он, переводя взгляд с меня на мужа, еще не успевшего застегнуть полы рубахи.

— Папуля? — отозвалась я и перевела просительный взгляд на мамочку. Кажется, зря. Ее взгляд так же не обещал ничего хорошего.

— Магистр! — вмешался в наше переглядывание наставник и кивнул куда-то в сторону бывшей Границы. — Давайте сначала разберемся с текущей проблемой, а затем пообщаемся.

— И в чем же заключается эта проблема?

— В мертвом воинстве, которое отказывается нам подчиняться. Из всех некромантов, участвующих в его создании, осталась только ты. Поэтому прошу, покомандуй. Если не выйдет, придется их развеивать, что перед угрозой нового прорыва очень печально.

— Попробую, — вздохнула я и пошла следом за магистром, не отпуская руки мужа.

Все остальные последовали за нами, то ли в предвкушении забавы «Типичные будни некроманта», то ли в ожидании семейных разборок Как бы там ни было, к участку степи, заполненному скелетами, зомби и личами, мы подошли довольно приличной толпой, к которой по ходу присоединились наставницы Яги. И что-то мне подсказывало, что это неспроста!

— Родная? — тихо спросил муж, поглаживая меня по руке.

— Все хорошо, просто немного нервничаю.

— Из-за поднятых тварей?

— Из-за живых… В смысле из-за родственников, — поправилась я, глядя на смеющегося супруга. — А чего ты радуешься? Между прочим, у тебя есть все шансы в скором времени присоединиться к мертвому воинству. Папочка с мамочкой начнут дело, а подруги докончат!

— Да, ты права, родственники будут пострашнее низших, — снова улыбнулся муж и подтолкнул меня в сторону скелетиков. — Помнится, кто-то обещал посвятить мне все свое свободное время, так вперед. У меня весьма разнообразные планы на ночь.

Покраснев под многообещающим взглядом Киана, я все же согласилась с правильностью его предложения. Разобраться с поднятыми сущностями требовалось немедленно. Взяв протянутый наставником нож, я проколола себе палец и прочла над набухающей каплей заклинание. Как только тягучая капля упала на землю, от нее во все стороны прыснули призрачные зеленые нити, связывая воедино всех тварей и меня. Точнее, мой животик…

— Мухоморчик! — это восклицание папочки-некроманта.

— Воскресенская?! — это магистр Мор.

— Убиться и не встать! — а это я выразила общее мнение по поводу случившегося.

— Рада, в чем дело? — обеспокоенно спросил вмиг оказавшийся рядом муж, накрывая своими огромными ладонями мой пока еще плоский живот.

— Сейчас будет скандал, — прошептала я и повернулась к собравшимся. — Ну вот мы и нашли, кому подчиняются сущности. Я пошла?

— Сразу, как только пояснишь, кто этот мужчина и почему он позволяет себе столь фривольное поведение, — отозвалась мамочка, поддерживаемая наставницами и подругами — Ёжками.

— Ну… — протянула я, думая, как лучше представить супруга.

— Этот доблестный воин — Киан Лиркан. Тысячник армии сидхаев, правая рука Владыки, лучший воин Сид-Ахая и муж этой девушки, — ответил за меня Диран, стоя в окружении своих воинов.

— А еще отец ее будущего ребенка! — счел необходимым добавить Гаран.

— Троих! — последний гвоздь в крышку моего гроба все-таки загнал Рокхар. И кто бы сомневался, что рано или поздно именно он меня доконает!

Ох, что тут началось…

Подружки начали меня поздравлять, наперебой желая счастья и здоровья. Папочка с мамой сверлили хмурыми взглядами, а наставницы сетовали, что очередная свадьба прошла без их участия, соблюдения традиций и хорошего пира. Магистр Мор ругался на нерадивую ученицу, которая не соизволила закончить обучение, а сидхаи просто пытались прийти в себя от новости о количестве детей. И только Киан стоял с глупой улыбкой и прижимал меня к себе, служа непоколебимой опорой.

— А ну тишина! — неожиданно рявкнула возникшая словно ниоткуда Саная. — Девочке нужен покой, а они тут устроили непонятно что! Она и так истощена магически и физически! Хотите еще нервного срыва добавить? Бессовестные!

Устыдились все, даже я. Усталость действительно навалилась как-то внезапно, придя на смену переживаниям за мужа и друзей. Поэтому когда Киан подхватил меня на руки и стремительно направился в сторону палаток, никто даже не подумал его остановить. И лишь один вопрос, долетевший от кого-то из богатырей, разрушил воцарившуюся тишину:

— А с какой дружиной он тренируется?

— Согласна, впечатляющий экземпляр, — отозвалась Ядвига Еловна. — А еще такие в свободном доступе есть?

Тут уж не выдержала моя природная вредность и, прежде чем скрыться в палатке, я выкрикнула:

— Они почти все свободные! У них женщин мало, так что большинство в гаремах. Но они отбиваемые!

На этом эпическом моменте меня сгрузили на кровать. Киан навис сверху, внимательно вглядываясь в раскрасневшееся от смеха лицо.

— Как ты себя чувствуешь, родная?

— Уже хорошо, — честно ответила я, зарываясь пальцами в волосы мужа. — Теперь у меня есть все, что надо для счастья.

— И что же это?

— Ты, — улыбнулась я и потянула его на себя.

— Родная, Саная права, тебе надо отдохнуть.

— Одно другому не мешает, — пробормотала я, борясь с собственными пуговицами.

— М-м-м, согласен, — как-то коварно согласился Киан, после чего взял все в свои опытные руки.

Хорошо, что силы вернулись и позволили мне поставить звуконепроницаемый полог. А то бы весь лагерь так и не смог заснуть до утра, впечатляясь моей способностью совмещать отдых моральный и физический.

* * *

К сожалению, на этом хорошие новости закончились, после чего началась черная полоса. Гонцы, посланные к императору Светлой империи, вернулись ни с чем — граница оказалась закрыта. После этого пришли известия от наших разведчиков об огромной армии, которая основалась на светлой приграничной территории. Пока было неясно, собрана она для защиты или… нападения, что с учетом происходящего было бы неудивительно.

Помимо этого приходили сообщения о странных магических всплесках в горных районах. Меня эти сведения особо не насторожили, а вот Химаэнир заметно нервничала и настороженно поглядывала на хмурого Мстислава Яромировича, который и пересказывал нам последние новости с Совета. Молодым Ёжкам, к нашему всеобщему огорчению, ход на совет был закрыт. Нас и с поля боя убрали, предварительно изъяв все бусины портальных переходов, что подруги успели одолжить. Меня заставили передать управление над восставшими сущностями отцу — ближайшему носителю родственной силы и крови.

Конечно, мы возмущались, потому что хотели помочь друзьям, знакомым, да и просто всем тем, кто не побоялся встать на защиту Сказочного мира, но тщетно. Вместо этого нашу энергию решили направить в мирное русло…

После того как Граница пала и нашим воинам таки удалось отбросить тварей на безопасное расстояние от Сид-Ахая, всех жителей было решено эвакуировать. Во-первых, чтобы иметь возможность поставить временную заслонку, во-вторых, чтобы не беспокоиться о стабильной работе купола над городом и не тратить энергию на его подпитку.

Всех беженцев распределили по учебным заведениям, в которых благодаря заклинанию «Умножения» всегда имелись свободные помещения. Нашей Школе выпала честь принимать у себя элиту Сид-Ахая, а если точнее, то женсовет в полном составе. И если бабушке я была искренне рада, то дерру Ниял терпела с большим трудом.

Тех женщин, что имели маленьких детей или были не столь высоки по положению, разместили в общежитии Академии Темных Боевых Искусств. В общем-то по соседству, поэтому к благому делу по адаптации были привлечены и студентки АТБИ, и ведьмочки, и все незанятое население, готовое оказать посильную помощь. Общими силами дело шло весьма быстро и продуктивно. Столь активное участие в уходе за беженцами стало возможно благодаря внеплановым каникулам, которые объявили в наших учебных заведениях. И на второй их день я озадачилась одним немаловажным вопросом — куда делась Василиса?

С Гараном ее не было, среди женщин также не оказалось. Многочисленные расспросы лишь усилили мою тревогу — после разрушения Границы девушка пропала. В общей суматохе и панике никто не следил за малознакомой деррой, которая и сдружиться-то ни с кем не успела за столь короткое время пребывания в городе.

Собрав подруг, я объяснила им причину своего волнения, и теперь мы вместе думали, как отыскать Ваську. Банальный поиск отказывался работать, а яблочко с блюдцем показывали что-то странное и непонятное. Гаран тоже все это время безуспешно искал пропавшую жену. Василиса словно испарилась, а вместе с ней и мой покой. Интуиция кричала, что происходит нечто подозрительное, невероятное, и связано оно с бывшей подругой.

Пока мы занимались своими делами, мужчины решали насущные вопросы по защите и готовились к будущим сражениям. В том, что они будут, не сомневался никто. Подозрительным было затишье и со стороны светлых, и со стороны тварей. И непонятно было, кого следует бояться больше — воинства Светлой империи, неизвестного врага с Белых пик, о котором шептались Хима и Мстислав, или Кукловодов, о которых с ненавистью рассказывал Великий Владыка.

Наш хрупкий Мир оказался на грани, а будущее покрылось мутной дымкой, сквозь которую не могла заглянуть даже Ари Вреднюковна. Все, что мы любили и ценили, оказалось под угрозой, и самое мерзкое в этом было то, что мы не знали, как помочь. Никто не знал, и поэтому с содроганием встречали каждый новый день, каждый час и минуту, готовясь к неминуемому… К повторению Смутной войны.

Запись четырнадцатая,

поисковая

Как часто врут былые сказки.

Фонтанов золотых каскад,

Но быль сорвет неправды маску —

У истины другой расклад.

— Что ты задумала? — спросила Химаэнир, с подозрением глядя на мое сосредоточенное лицо.

— Да так…

— В любом случае я с тобой. Мы все с тобой!

— Спасибо, конечно, но понятия не имею, о чем ты!

Вру. Безбожно вру лучшей подруге, но иначе нельзя. Она ни за что не отпустит меня в царство Кощеево, а именно туда я и собиралась отправиться в поисках пропавшей Васьки. И даже подговорила на эту вылазку Гарана. Они с Кианом по очереди переносились к нашему общежитию, чтобы проверить, как я себя чувствую. Точнее, это лекарь проверял самочувствие пациентки, а после него являлся муж и поднимал мне настроение.

Я заметила, что под видом выполнения врачебного долга Гаран потихоньку пытался выяснить что-нибудь о Василисе. Поэтому, услышав мой план, он не особо-то и сопротивлялся, не меньше моего желая найти пропавшую жену. Проблема заключалась в том, что сейчас я была подвергнута пристальному вниманию со всех сторон в связи со своим интересным положением. Стоило мне вздохнуть глубже обычного или закряхтеть, как вокруг сразу же начиналась непонятная суета. И как бы я ни пыталась убедить подруг и знакомых, что беременность — это не болезнь, а вполне нормальное явление, получалось не очень.

Свою ложку дегтя добавляли родители. После пережитого страха из-за исчезновения дочери они носились со мной, как со свежим зомбиком, что иной раз невероятно раздражало. Желание сбежать было вполне обоснованным, да и необходимым, если честно. Словно Морана настойчиво нашептывала, что Ваську нужно найти. И чем скорее, тем лучше. Поэтому последние дни мы с Гараном посвятили разработке плана по побегу из-под опеки подруг и родных и перемещению до нужного места.

Самым сложным в этом плане оказалось улучить момент и убежать из Школы Сказок. Не знаю, кто или что тому виной, но окружающие будто сговорились за мной присматривать. Даже Избушка на курьих ножках не давала расслабиться. Стоило дойти до края поляны и ступить на тропинку, ведущую в лес, как за спиной раздавалось:

— Радочка-деточка, куда ножки свои молодые направила? Сейчас Лешего свистнем, он тебе быстро все нужное принесет.

В следующий раз она позвала лесных нимф, потом гусей-лебедей. Иногда меня настигала Хима и с заговорщицким видом шептала: «И я с тобой».

Даже у Гарана возникли сложности. Каждый раз, как он перемещался с Границы на территорию Школы, за ним следовал Киан. За компанию — навестить жену. Нет, против визитов мужа я не возражала, но время утекало сквозь пальцы, как нестабильное заклинание.

Случай представился внезапно. Вечером, когда ужин у костра закончился, все разбрелись готовиться ко сну. Мы с Кианом, обнявшись, сидели на лавочке возле общежития, когда с Границы пришел сигнал тревоги. Открывать портал перехода на поляне не рекомендовалось, поэтому, наскоро простившись, муж убежал к месту перемещения. И тут мне на глаза попался Гаран. Я успела отловить лекаря до того, как он скрылся в лесу. Это был наш единственный шанс в общей суматохе удалиться на нужное расстояние, чтобы потом воспользоваться портальной бусиной. Ее я приобрела заранее, с большим трудом сохранив в тайне. Переход, который она открывала, вел на границу Царства Кощеева и Морева княжества. В общем, так или иначе, но мы все же смылись, оказавшись на территории Кощея Бессмертного. Все это время я старалась не думать о том, какое наказание последует за мое самоуправство.

В столицу царства — Яйцево — мы добрались без приключений, чему, возможно, способствовала и царившая кругом весна. Она наступала здесь раньше, чем в самом центре Закатных земель, и мы с Гараном, в спешке забывшие захватить зимнюю одежду, не выделялись на фоне легко одетых местных жителей.

Мы спокойно пересекли главную площадь, даже успели полюбоваться на молодую листву, витрины торговых лавок и величественный металлический дворец. Хотя правильнее будет сказать — башню-Иглу. Острый пик терялся где-то среди облаков, сверкая на полуденном солнце подобно звезде. На сколько метров башня уходила под землю, не знал никто. Иногда мне казалось, что даже сам Кощей терялся в догадках о размерах собственной крепости. Впрочем, он здесь почти не жил, отдавая предпочтение огромному терему, что находился ниже по улице.

Да, были времена, когда я дружила с Васькой, несмотря на старые разногласия между нашими родителями. Вместе мы с огромным интересом исследовали Иглу, каждый раз открывая для себя и охраны что-то новое. Случалось, что я гостила в их трехэтажном доме, с удовольствием слушая разговоры старших сестер о мужчинах и… тихо тая от старшего Кощеева сына. Впрочем, по нему страдали многие девушки, но в покорении сердца Кощея-младшего все терпели поражение. Отвергнутые любовницы списывали равнодушие на несчастную любовь. Те, кто не смог привлечь его внимание, злословили, что наследника поразил недуг мужеложства. Но даже сводные сестры не знали истиной причины такого поведения. Впрочем, они не особо жаловали старшего брата и мало интересовались его делами. В будущем он должен был стать новым царем, а им предстояло разлететься по свету, составив удачные или не очень партии.

Отмахнувшись от воспоминаний, я потащила Гарана домой к Ваське, потому что другого места для начала поисков у меня не было. А так имелся шанс раздобыть хоть какие-нибудь сведения. В душе теплилась надежда, что по старой памяти мне помогут и подскажут, где искать девушку.

Гонения, которым подвергся Кощей-старший после похищения Яники и уличения в связи с Жрецами Света, не коснулись ни столицы, ни дома самого царя. Кажется, здешние жители даже не подозревали о темных делах, что творил их правитель. Я не сомневалась, что Константин, вовремя взявший власть в свои руки, просто умело скрыл от подданных лишнюю информацию, оградив тем самым правящее семейство от возможных пересудов и недовольства.

Стоя у ворот терема, я никак не могла решиться и сделать последний шаг до калитки. Что ждет меня там, за забором? Поймав вопросительный взгляд Гарана, я отринула лишние сомнения и прикоснулась к кованой решетке. Легкие иголочки магии пробежали по коже — проверяя и вспоминая, после чего раздался щелчок замка и тихий скрип петель. Столько лет прошло, а охранное плетение то же…

— Рада?

— Все хорошо. Идем.

Взяв лекаря за руку, я решительно повела его в сторону дома, ощущая на себе пристальный взгляд. Тяжелая дубовая дверь отворилась сама, впуская нас внутрь старого, как само царство, дома. Туда, где ждала неизвестность. В лице врага или друга — это предстояло узнать.

Коридоры терема, как всегда, были безлюдны. Третья дверь слева была для нас с Васькой под запретом. В личный кабинет Кощея были вхожи всего несколько человек, и дети, за исключением Кости, к ним не относились. А как известно, все запретное манит… Однажды нам все-таки удалось пробраться в святая святых, чтобы застыть в немом изумлении, глядя на многочисленные женские портреты, что украшали стены огромного помещения. Все, кого похищал Кощей. Был там и портрет мамы в полном боевом облачении, с подписью — «Временно, но было!». Помню, я тогда сильно удивилась и, как только вернулась домой, напрямую задала вопрос маме, откуда она знает Кощея. В ответ мне довелось услышать невероятную историю.

В давние времена, еще до Смутной войны, шла между княжествами и царствами постоянная борьба за лакомые кусочки земли. Более сильные соседи нападали на слабых, порабощая и расширяя свои территории. Не минула сия участь и маленькое удельное княжество — Мор-град, владыка которого только-только скончался, а на престол взошла молодая княжна. Не ведали соседи о силе и уме наследницы, хотели поживиться легкой добычей. Однако пограничные атаки встретили серьезный отпор, а впоследствии княжна сама повела войско в наступление. За недолгие пять лет молодая владычица поработила несколько соседей и спрятала в своем тереме ценных пленников.

И все было хорошо у Марьи Моревны, пока не повстречала она Ивана-царевича, покорившего девичье сердце. Добрый молодец тоже не остался равнодушен к красавице да позвал ее замуж. И стали они жить в мире и согласии в княжеских палатах Мор-града. Год прожили, два… Только вдруг заскучало девичье сердце по ратным подвигам, закручинилось по сладкому вкусу победы. И решила Марья снова отправиться в поход во славу княжества Морева. А мужа любимого и нежного дома оставила, чтобы о хозяйстве заботился да за порядкам в столице приглядывал. А напоследок наказ дала: ни в коем случае не отпирать чуланы темные, что в мрачных подвалах располагались.

Увы, не послушался Иван, оказался слишком любопытен. После отъезда жены спустился в подвал и за первой же кованой дверью обнаружил большую комнату. С потолка свисали цепи длинные, из стены торчали кольца металлические, на столе лежали инструменты непонятные. А в центре на кровати, прикованный к одному из столбиков, сидел мужчина с несчастным лицом. Увидев Ивана, обрадовался он несказанно. Пожаловался пленник на свою горькую судьбу, не углубляясь в детали, и выпросил у царевича водицы, тем более что недалеко за ней идти нужно было — небольшой фонтан находился прямо в конце коридора. Один раз напоил Иван пленника, второй… Велика мужская солидарность и сочувствие — двенадцать ведер перетаскал Ванюша, пока новый знакомый внезапно не скинул цепи. Тут-то он и представился — Кощеем. Долгое время он прозябал в плену, но теперь, напитавшись магией чужого источника, наконец освободился. И главной его целью оказалась месть Марье Моревне, заточившей царя в чулане.

Вырвался Кощей на свободу, отыскал красавицу и спрятал в своей неприступной башне — Игле. А потом начал мстить. Долго мстил… качественно. Марья никак не желала осознать своей печальной участи и все ждала, когда муж любимый приедет ее вызвалять. Но преобразившийся после освобождения злодей был так настойчив и соблазнителен, а сердце женское так обозлилось из-за отсутствия спасителя, что через некоторое время уже было не ясно, кто кому мстит.

Понял тогда Кощей, что не справиться ему с обиженной русской женщиной, и опечалился. Послал Ивану весточку с указанием, где ему жену искать, да просьбой забрать поскорее. Только принес голубь в ответ целую летопись о том, как на пути в царство Кощеево, скитаясь по горам да по лесам, нашел Иван-царевич себе новую жену без сомнительного приданого, по подвалам да чуланам спрятанного.

Три дня и три ночи горевал царь Кощей, пока не заехал к нему в гости старый друг, в народе прозванный Соловьем-Разбойником. Разлил хозяин Иглы по стаканчикам крепкое успокоительное, рассказал о своей беде да пробудил у друга-некроманта интерес — не каждая девица сможет вогнать бессмертного мага в тоску зеленую. Зашел Разбойник в светлицу Марьи Моревны и… влюбился. Покорила дева воинственная суровое мужское сердце.

Вот так я и узнала, что моя мама была замужем за Иваном-сорок-девятым, который нынче правил бывшим царством Моревым. Что Кощей оказался весьма любвеобильным, но слабеньким мужчиной. А еще у мамки когда-то был целый гарем из плененных противников, которых она и держала на подземном ярусе княжеского терема, пока не встретила папку. В общем, темперамент у меня и правда был маменькин.

Сейчас я повела Гарана именно к Кощееву кабинету, который должен был перейти вместе с властью и престолом к его сыну. Защита пропустила нас внутрь, а значит, хозяин был на месте. Входя, я с улыбкой вспоминала былые деньки, и даже взгляд зеленых, как мох, глаз не мог испортить настроение. Когда-то я была готова отдать все, лишь бы он посмотрел на меня. Хотя бы раз улыбнулся или заговорил… Все отдавать не пришлось, хватило и девичьей чести, которую я преподнесла, наступив на горло своей гордости. Да, он был моим первым мужчиной. Первой любовью и страстью.

Но потом мы расстались. Не скажу, что плохо. Просто в какой-то момент я поняла — этот мужчина не для меня. Несмотря на свой боевой характер, я всегда желала любви и тепла. Надежный тыл, который этот человек дать не мог. Равнодушный, циничный, расчетливый — идеальный правитель, опытный любовник, но и только. Такие, как он, не умеют любить. Они испытывают одну страсть на всю жизнь — жажду власти. И Константин отдавался ей полностью.

— Радомила, — пробирающий до мурашек голос нарушил тишину.

Константин сидел за большим дубовым столом, заваленным различными бумагами, свитками и даже картами.

— Царевич, — чуть склонив голову в поклоне, произнесла я.

— Оставим церемонии для приемов. Что привело тебя в мой дом?

— Я ищу твою сестру.

— Какую из двадцати?

— Ты прекрасно знаешь, за кем мы пришли.

— Вы… Не хочешь представить своего спутника?

— Прости, — прошипела я, злясь на Костю. Я знала эту игру. Сама иногда в нее играла, когда хотела уйти от ответа. И сейчас это бесило. — Царевич, позволь представить тебе Гарана Лиркана — хорошего лекаря и мужа Василисы. Гаран, это царевич Кощей, твой родственничек. Будем все знакомы!

О том, что Гаран еще и голубых кровей и занимает не самое последнее место в иерархии Сид-Ахая, я решила умолчать. Слишком ценная информация, которой лучше не делиться с потенциальным врагом.

— Лекарь… И я даже догадываюсь, какого именно народа. Удивительно встретить представителя легендарных сидхаев вживую.

— Я тоже удивлен встречей с родственником жены. Думал, Создатель убережет, а вон как вышло…

— Ничего, это ты еще с тещей не познакомился, — хмыкнула я, снова привлекая к себе внимание. — Так что, Кость, поможешь нам с поиском?

— К сожалению, здесь я бессилен. Я не видел Василису более трех месяцев. Если кто-то и может поведать о ее местонахождении, то это отец. Но его самого стоит поискать.

— Мило, — не сумев сдержать яд в голосе, прокомментировала я. — Значит, помочь по старой памяти ты не хочешь, поскольку я не верю, что ты не знаешь, где сейчас Кощей. Раз уж мы здесь, Константин, позволь задать тебе еще один вопрос… Ты ведь осведомлен о происходящем на Границе и планах светлых? Мне интересно, что они тебе пообещали за предательство? Чем купили невмешательство? — Выдержав паузу, я так и не дождалась от царевича ответа. — Правильно, можешь не отвечать, я и так знаю, чего ты всегда желал и желаешь.

— Тогда ты понимаешь, что нам не о чем больше разговаривать.

— Понимаю, — кивнула я, бросая на мужчину прощальный взгляд. — Прощай, старый друг.

— Прощай. И да, Рада, лучше воспользуйтесь нашим порталом. Вам не стоит задерживаться в столице.

— Угрожаешь? — нахмурился Гаран, сжимая кулаки.

— Предупреждаю по старой дружбе, — холодно улыбнулся царевич и вернулся к просмотру документов.

Я же, вылетев из кабинета, схватила сидхая за руку и потащила дальше по коридору к лестнице, что вела на нижний уровень с установленными там порталами. Нет, я вовсе не испугалась угроз Константина, но к его совету решила прислушаться. Время — слишком ценный ресурс, тем более когда от него зависит сила негодования любимого мужа.

Так или иначе, но в тот момент меня вела сама Морана, потому что в подвальном этаже я встретила того, с кем даже не чаяла увидеться.

— Тенья? — удивилась я, разглядывая пепельную блондинку.

Это была одна из Ёжек, что некогда предала нас и чуть не погубила Янику.[7] Бывшая подруга, служившая Кощею-старшему. Как оказалось, в Школе Сказок она не столько училась, сколько шпионила для своего хозяина.

— Радомила, — равнодушно кивнула старая знакомая.

Лицо было отрешенным, больше похожим на маску. И ни одной эмоции! Словно и не живой человек, а кукла, лишенная ниточек кукловода. Былая злость на нее куда-то испарилась, растворившись в пустом взгляде вишневых глаз.

— Чем могу помочь? — учтиво спросила Тенья.

— Нам нужен портал до Школы Сказок, — видя мое замешательство, ответил Гаран.

— Можете воспользоваться вторым переходом, — произнесла недавняя ученица Ёжек и попыталась пройти мимо нас, но я не дала.

Преградив дорогу, я толкнула бывшую подругу и прижала к стене. Надеясь разглядеть хоть маленький проблеск эмоций, я зажала горло Теньи локтем, но тщетно. Действительно кукла…

— Хочешь помочь нам? Тогда скажи, где Василиса. Ты ведь тень Кощея, ты должна знать, где он ее держит!

— Знаю.

— Тогда говори.

— Молчание — знак верности господину. Если я расскажу, значит, неверна ему.

— А если не скажешь, я прибью тебя! Клянусь Мораной, прибью, и рука моя не дрогнет. А после воскрешу и все равно узнаю то, что нужно.

— Так убей, — спокойно отозвалась «тень». — Страшно только в первый раз, а потом уже все равно…

— Врешь, — прищурившись, прошептала я. — Я бы почувствовала на тебе прикосновение Мораны!

— Просто уходи. — Качнув головой, она легко убрала мою руку и оттолкнула к Гарану. — Бегите из этого проклятого места, пока не поздно.

— Мы не уйдем, пока не найдем Василису! — неожиданно заявил Гаран, и я вынужденно кивнула в знак согласия.

— Глупцы… Ей не грозит ничего, в отличие от вас.

— Не волнуйся за нас, бездушница, — качнул головой лекарь. — Просто скажи, где ее искать?

— На самом видном месте, — раздался безжизненный голос, после чего Тенья развернулась и двинулась в сторону лестницы.

Я неуверенно посмотрела на сидхая и задумалась, где может быть это самое место. В особняке? Вряд ли. При всех недостатках Константина врать он не любил, да и не умел. Но где же тогда? Какое место можно назвать самым видным?

— Ты знаешь, как можно проникнуть в Иглу незамеченными? — спросил друг, провожая бывшую Ёжку задумчивым взглядом.

— На окраине есть вход в подземелье. Через его лабиринты можно попасть на второй подземный этаж. Раньше можно было… сейчас уже не уверена.

— В любом случае попытаться стоит. Объяснишь, как туда попасть?

— Проведу.

— Нет, тетенька, ты отправишься домой. Я и так достаточно подвергал тебя опасности.

— Начнем с того, что это я притащила тебя в царство Кощеево. И если нас поймают вместе, то, скорее всего, отведут к Костику. Меня тут знают и избавляться втихую побоятся. Ты же такой чести не удостоишься и попадешь в темницу. В лучшем случае. А что будет дальше, известно только богам.

— В таком случае возвращаемся домой вместе, а позже я вернусь сюда с подмогой.

— Если они не заблокируют территорию царства от перемещений. Я чувствую — что-то надвигается. Поэтому, Гаран, не дури. Либо идем сейчас вместе, либо я отправлю тебя домой и проберусь в башню сама. Без Василисы я в любом случае не вернусь.

— Бедный дядя! Как же ему с тобой будет тяжело!

Дядя твой как раз не бедный, а очень даже богатый от свалившегося на него счастья сидхай! И терзают меня сомнения, что счастье это не было для мужа неожиданностью. К слову, чем больше я думала над сложившейся ситуацией, тем больше понимала, как попала! Но, Морана знает, — ни о чем не жалею.

— Тогда поспешим, времени действительно в обрез.

* * *

Старый тоннель, вопреки моим опасениям, так и остался заброшенным. Он не обвалился от времени, и его не нашли стражники, судя по тому, что с другой стороны неприметный выход все еще не был перекрыт. Сама Морана благоволила нам в этот день, связав Удачу и Судьбу воедино. В сердце Иглы мы попали быстро и без приключений. Однако расслабляться не стоило.

Оказавшись в подвале, я некоторое время размышляла, как же искать Василису в этих катакомбах. Использовать магию опасно — она могла привлечь лишнее внимание. Методичный осмотр всех помещений по порядку занял бы не одну неделю, а волшебные помощники остались дома. И о чем я думала, когда шла сюда без вещей? Видимо, в глубине души верила, что с Василисой все в порядке и она просто тихонько переместилась домой. А убедившись в этом, я планировала вернуться в школу, пока меня не хватились.

В конечном счете я решила обратиться за помощью к тем, кто никогда не обманет. Тем более что волнение магии Смерти могут почувствовать только ее носители, а вряд ли Кощей в охрану набирал некромантов. Забравшись в одну из камер и оставив Гарана на стреме, я вытащила из складок платья нож и принялась вычерчивать им прямо на земле символы призыва без круга запрета, чтобы позволить явившемуся духу помочь нам в поиске желаемого.

Уколов палец, уронила на руну призыва ровно две капли. Как раз хватит на дух средней силы — видимый, но не материальный. После всех приготовлений последовали сами слова, взывающие к погибшим здесь когда-то душам. А их было ой как много…

И среди всей вереницы неупокоенных сущностей я выбрала одну, самую слабую — дух молодой девушки. Полупрозрачное видение с длинными светлыми волосами зависло в паре сантиметров над полом, аккурат над руной с кровью. Большие светлые глаза с абсолютным безразличием взирали куда-то сквозь стену, а обескровленные губы шевелились в безмолвной речи.

Поднявшись с пола, я медленно протянула руку вперед и поднесла ее к виску призрака, таким образом привлекая внимание к себе и получая возможность общаться. Не словами, но образами. Воскресив в памяти лицо подруги, я передала призванной душе этот образ и желание отыскать ее живой. Свою просьбу я подкрепила обещанием освободить привидение от земных оков. Прикрыв глаза в знак согласия, призванная чуть отстранилась от меня, а затем метнулась к одной из стен и скрылась.

Я же, проследив за красной линией — кровавым следом, что тянулся от моей руки к виску девушки, — не спеша вышла в коридор и последовала в том направлении, куда умчался дух.

Идти пришлось долго, наверх к жилым этажам. По дороге мы всячески избегали столкновений со стражей, которая периодически делала обход здания, и это существенно замедляло наше продвижение. Зато до нужной комнаты мы добрались без приключений, так ни разу и не попавшись. Правда, на этом приятности закончились.

Первая заминка произошла на входе: на двери висел какой-то диковинный замок, никак не реагирующий ни на магию, ни на грубую физическую силу. С ним мы провозились минут двадцать, чуть не попавшись на глаза обитателям башни. И когда я уже отчаялась, Гаран махнул рукой на конспирацию и просто снес с петель дверь, которая, к нашему удивлению, оказалась без защиты.

Василису мы нашли лежащей на убогой кровати. Она была без сознания и больше походила на свежий труп, чем живого человека. Однако тут Гаран развеял мое беспокойство. Сразу привести жену в чувство лекарь так и не смог, поэтому взял ее на руки. В условиях возможного сражения со стражей это несколько осложняло наше положение, но выбирать не приходилось.

Обратный путь был не менее напряженным и долгим, и снова нас вел призрак девушки. Я за своими переживаниями при всем желании не смогла бы запомнить дорогу.

Лишь один раз нам не повезло, и мы не смогли разминуться с охраной. Одного из противников Гаран без использования рук погрузил в сон, а вот со вторым справиться не успевал. Восхищаться магической силой лекаря было некогда — мне пришлось применить магию и, обезвредив противника заклинанием, я все же потревожила защиту Иглы.

Весь оставшийся путь был как в тумане. Поглощенная желанием скорее выбраться из гиблого места, я следовала за призраком, ни на что не отвлекаясь. Спешный побег по вечернему лесу, подальше от города, тоже смешался в единую круговерть. Зато очень отчетливо отпечатался момент, когда я освобождала душу погибшей девушки. Ее радостная улыбка, светящиеся счастьем глаза и тихий шепот: «Спасибо».

Запись пятнадцатая,

о старых врагах и новых союзниках

Когда проиграны все битвы,

И нет нам в будущем надежды,

Объединим души порывы

И станем сильными, как прежде!

В себя Василиса приходила долго и тяжело. Вызванные наставницы двое суток хлопотали над моей боевой подругой, выводя из ее организма неизвестное зелье, погружающее человека в забытье. Гаран, больше похожий на свежего зомби, чем на лекаря, все это время ни на минуту не отходил от жены и волком смотрел на всех, кто к ней приближался. Даже на меня! Ага, ведь я именно для того рисковала жизнью и попой, чтобы ей навредить! Кстати, попа все-таки пострадала…

Стоило появиться на опушке перед общежитием, как стало ясно, что нас ждали. Раздался звонкий свист Избушки, и через несколько мгновений одиннадцать злых Ёжек были в сборе. Хорошо хоть, разборки и допрос с пристрастием отложили, как только увидели ношу Гарана. А вот кто из подруг послал весточку Киану, я выяснить не успела. Я вообще ничего не успела, даже удивиться, когда осознала себя на руках злого мужа.

Молча и стремительно он направился в сторону леса, подальше от любопытных глаз подружек, примчавшихся наставниц и потерянного племянника. А углубившись в чащу на достаточное расстояние, опустил меня на мягкую траву и очень доходчиво объяснил, что входит в обязанности хорошей жены и почему не стоит без предупреждения исчезать неизвестно куда. Увы, теорией муж не ограничился, закрепляя урок наглядной демонстрацией возможных последствий.

— Где вы были?

— В царстве Кощеевом.

— Почему не предупредила?

— Знала, что не отпустишь, а отвлекать от дел на Границе посчитала нецелесообразным.

— Родная, когда ты научишься мне доверять?

— Я доверяю тебе!

— К сожалению, нет. Пока ты будешь решать все проблемы в одиночку, и не важно, какие придумаешь для этого причины, ни о каком доверии и речи не идет. Ты вышла замуж, и теперь я твоя защита и опора. Я — тот, кто должен решать проблемы и хранить покой нашей семьи. Я знаю, что ты сильная девочка и привыкла сама за себя отвечать, но это было раньше. Теперь же у нас одна жизнь на двоих, одни радости и горести. И я очень надеюсь, мое сокровище, что ты когда-нибудь это поймешь.

— Прости, — прошептала я, действительно почувствовав себя виноватой. — Я постараюсь, правда.

Муж не ответил, только обнял крепче, заставляя еще больше устыдиться. А ведь я действительно не подумала, каково ему будет, когда обнаружится моя пропажа. Ведь теперь, помимо собственной жизни, мне надо было думать и о малышах.

Позже был выговор от подруг и недовольное сопение от Химы, которую я обманула. Родители тоже оказались в курсе моей отлучки. Но все это с лихвой компенсировалось счастливой улыбкой Гарана, когда Васька наконец-то пришла в себя.

Произошло это в домике Ягини Костеяловны. Наша бывшая кураторша давно переехала к мужу и, как выяснилось, пока я гостила у сидхаев, стала мамой. Поэтому скучающая в одиночестве Избушка как нельзя лучше подошла для реабилитации Василисы.

В гости мы отправились всем Ёжкиным сбором, желая проведать девушку, а заодно выяснить, как она оказалась на землях Кощея. Накрыв стол для чаепития со всякими вкусностями, поднимающими настроение, а вместе с ним и здоровье, мы начали задавать вопросы. Притулившийся на кровати Гаран сладко посапывал и никак не реагировал на нашу болтовню. Сидхай так переволновался, что сейчас его смогло бы разбудить только одно — попытка жены выбраться из постели.

— А я ведь тебя помню, — разглядывая больную, неожиданно произнесла Яника. — Именно из-за тебя я попала в Школу Сказок. Вернее, вместо тебя.

— Было дело, — кивнула Васька. — Но извиняться не буду! Это был приказ отца, и я не могла ослушаться.

— Да я, в общем-то, не в обиде, — хмыкнула Ника и покосилась на свое обручальное колечко. — Мне вот что непонятно. Несмотря ни на что, ты ведь Ёжка. Так почему наставницы не забрали тебя от отца и не привезли в школу?

— Потому что я отказалась от ёжкиной силы и передала ее тени отца, чтобы она смогла поступить сюда и шпионить за вами. Многие из вас не понаслышке знают, что такое верность семье… К тому же Кощей не только отец, но и могущественный маг и темный царь — его приказов нельзя ослушаться. Поэтому я выполняла все требования папы. Абсолютно все…

— Можно с этого места подробнее?

— Мое появление в землях Хаоса не случайно. Это было очередное задание отца, и я выполнила его с блеском. — Закрыв глаза, словно стараясь сдержать слезы, Василиса некоторое время молчала, а затем заговорила вновь, вызывая волну мурашек по телу. — Все началось с того момента, когда на трон Светлой империи взошел новый император. Пожалуй, я не совру, если назову Джамала Роатора самым жестоким светлым. Но при этом он великолепный политик и манипулятор. Каким-то невероятным образом он узнавал о слабостях врагов и умело играл на них. Одной из таких марионеток стал и мой отец, которому Джамал пообещал возвращение былой силы и могущества.

Но действовал император не сам… Мало кто догадывается, что именно родоначальник новой династии возродил из небытия древний культ Жрецов Света. Они были его глазами и ушами, беспрекословно выполняя все требования. За это император отдавал им плененных темных для кровавых ритуалов. Впрочем, жрецы и без этого были преданы Роатору, активно ведущему их к главной цели — избавлению от темных.

Так вот, именно служители светлого культа рассказали отцу старую легенду о Путешественниках и силе, что таилась в их крови. Словно одержимый, царь принялся искать этих загадочных существ, но они оказались неуловимы. И вдруг совершенно случайно он наткнулся на маленькую девочку — на тебя, Яника. Отец почувствовал в тебе их потомка, но кровь была слишком разбавлена. И тогда жрецы помогли ему создать яблоки, с помощью которых должен был открыться твой дар. Не знаю откуда, но фанатики были осведомлены, что Путешественники чувствуют родную кровь. Поначалу из тебя планировали сделать приманку, но позже случилось какое-то событие, изменившее их планы. Я не знаю подробностей, да и знать не хотела. Просто делала, что мне говорят, и надеялась, что Велену отпустят…

— Не понимаю, — нахмурилась я. — Мелкая ведь была отправлена к родителям матери.

— Отец знал, что ради младшей сестры мы сделаем все, что он скажет. И пользовался этим, вынуждая нас выполнять все его требования… Одним из них стало мое перемещение на земли сидхаев. Благодаря артефакту, созданному Жрецами, я должна была попасть в легендарный дворец и втереться в доверие, чтобы узнать, что именно сдерживает Границу. Но твое неуемное любопытство, Радомила, смешало все карты. Вместо того чтобы сразу попасть в Сид-Ахай и приступить к своей миссии, я сначала чуть не погибла в пустыне, а потом… встретилась с Гараном. Это замужество стало для меня спасением. Я честно хотела наплевать на приказ отца и остаться жить с сидхаями. Думала, он посчитает меня погибшей и отпустит мелкую, но нет… Он нашел меня и там…

— Как? — Я была огорошена тем, что, оказывается, с внешним миром можно было как-то связаться. — Как он смог незаметно попасть в город?

— Кощей проник в мой сон, — потирая виски, прошептала Васька. — В красках описал, чем мне будет грозить ослушание. И я сделала то, что изменило весь мир, — нарушила целостность границы и выпустила тварей Хаоса.

— Но зачем ему это нужно? — нахмурилась Любава.

— Не ему, императору. Джамал знал, что темные бросят все силы, чтобы остановить поток тварей, вырвавшихся из земель Хаоса. И тогда можно будет нанести сокрушительный удар по соседям. Вы даже не представляете, какую армию собрал Светлый император!

— Представляем. Шпионы донесли.

— А знают ли они, кто еще будет сражаться на стороне светлых? Слышали про Ар-сакайя, которых жрецы нашли в горах?

— Ар-сакайя? — нахмурилась Химаэнир, подавшись вперед.

— Целый клан магов, умеющих создавать живых мертвецов. Твой муж ведь уже сталкивался с ними?

— Да… — выдохнула вмиг побелевшая орчанка. — Надо предупредить наших.

— Надо, потому что времени осталось совсем мало. Отец в погоне за силой так и не понял, что подписал приговор не только всем темным, но и собственному царству. Император Джамал не пощадит никого.

— Так, девочки, нужно срочно передать эти данные в Совет! — поднялась с места Любава. — Яника — свяжись с Китаром, Хима — ты к Мстиславу. Остальные тоже знают, кому разослать весточки. Если светлые действительно пошли на такое, нам нужны все силы для борьбы с ними!

Не прощаясь, ёжки покинули дом, оставляя нас с Васькой и спящим лекарем. Некоторое время я разглядывала подругу, пытаясь понять — на что еще она была готова пойти ради спасения сестры?

— Что с Веленой сейчас?

— Не знаю. Последний раз я видела ее за день до того, как перенеслась в земли Хаоса.

— Знаешь, раньше Кощей казался мне умным и дальновидным человеком. Он всегда заботился о своих подданных и делал все для процветания царства. Так когда заботливый отец и чудесный правитель неожиданно стал чудовищем?

— Хотела бы я знать ответ на этот вопрос, — вздохнула Василиса и устало прикрыла глаза. — Я не знаю, где сейчас сестры и мама. Понятия не имею, что творится в царстве и чем обернутся мои поступки. Веришь, Рада, мне все равно. Я так устала… Хочется спрятаться от всего мира и пустить проблемы на самотек.

— Тогда сделай это. Спрячься, скройся. Оставь всех тех, кто нуждается в тебе. Вычеркни их из сердца и забудь, потому что в противном случае ты до конца своих дней будешь жалеть, что не помогла им. Что трусливо сбежала, оставив на растерзание обстоятельствам. Сможешь жить с этой мыслью? Значит, уезжай. Так далеко, как только сможешь. Только я сомневаюсь, что в грядущей войне в мире останется хотя бы один нетронутый уголок.

— Ты не понимаешь… Я боюсь! Меня бросает в дрожь от мысли, что я не смогла спасти младшую сестру. И угнетает понимание, что я в полной власти отца — ведь если он потребует, я снова предам. Ради своей семьи я сделаю все…

— Все, говоришь? Тогда для начала возьми себя в руки. Единственный способ помочь твоим сестрам — это вытащить их из-под власти Кощея. А это мы сможем сделать, только если разрушим его планы. Сейчас важно все, что ты знаешь. Подумай хорошенько, все ли ты рассказала? Вдруг упустила что-то?

— Даже не знаю…

— Думай. И скажи вот еще что — Константин заодно с отцом?

— Не думаю. Он никогда не одобрял папиной идеи о бессмертии и всемирном могуществе, поэтому думаю, что все проворачивалось за его спиной.

— Чудненько! Значит, необходимо связаться с Костей и все рассказать. У тебя хватит сил на это?

— Думаю, да. Только… У меня есть одна просьба.

— Какая?

— Побудешь со мной во время разговора с братом?

— Как в старые добрые времена, — улыбнулась я в ответ на смущенный взгляд подруги. Бывшей или настоящей — значения уже не имеет.

* * *

Сведения, полученные от Василисы, потрясли всех и стали толчком для начала более решительных действий. Совет магов активизировал Талинаш — кристалл, объединяющий всех, кто состоит в содружестве. Последний раз он сиял, когда началась Смутная война. И вот вновь наступил тот день, когда Совету пришлось созвать всех воинов, чтобы создать армию для защиты объединенных земель. Откликнулись все…

Пока военные стратеги разрабатывали планы по дислокации собирающихся войск, решали, кого отправить на границу со Светлой империей, а кого перебросить к землям Хаоса, мы посвящали Константина в дела, что творились за его спиной. Если Кощей-младший и был удивлен, то виду не подал, сохраняя на лице маску безразличия. На вопрос сестры, присоединится ли он к сражающимся, был короткий кивок в ответ. От Кости же мы узнали, что все сестры Василисы в безопасности и сейчас гостят у родственников матери.

Под конец разговора я все же решилась задать мучающий меня вопрос, который мог пролить свет на искренность Константина.

— В мой последний визит в зале Переходов я видела Тенью. Если ты никак не связан с отцом, что в твоем доме делала его Тень?

— Мне тоже хотелось бы это знать, — зло сузил глаза Кощей-младший и, коротко попрощавшись, оборвал связь.

Оставалось надеяться, что ему удастся разобраться с делами, происходящими не только в собственном царстве, но и в подвалах родного дома.

После того как представители альянса были в сборе, началось обсуждение дальнейших действий. Угроза от светлых, без сомнений, была весома, но больше всего магов волновали земли Хаоса и нестабильность порталов, из которых периодически лезла всякая гадость. Совет опасался явления в наш мир Кукловодов, с которыми мы бы точно не справились. Оттого вопрос восстановления Границы стоял особенно остро.

Надежды магов на помощь сидхаев не оправдались. За долгие годы вынужденной изоляции их магия заметно ослабла, и сколько времени понадобится на восстановление, не знал никто.

Безвыходность ситуации породила всевозможные споры и построение различных гипотез по спасению Сказочного мира. Предложения были самыми разнообразными, но как воплотить их в жизнь? Даже с учетом использования всех имеющихся ресурсов нам бы не хватило сил. Слишком обширна территория земель Хаоса. Слишком плотно укоренились там низшие, а магические потоки почти иссякли. Своей непредсказуемостью положение усугубляли порталы, открывающиеся спонтанно и ведущие, по-видимому, в бездну Хаоса. Мы были бессильны…

За всем происходящим Ёжки наблюдали с помощью подноса — ага, блюдечко уже было маловато — и яблока, выделенных Ядвигой Еловной. Именно она была представителем Яг. В споры наставница пока не вмешивалась, но внимательно выслушивала все предложения.

Вынужденные сидеть в Избушке, мы с замиранием сердца ожидали нападения. Еще бы знать, с какой стороны? Будущее для нас оказалось закрыто. Оно подернулось белесой дымкой, и ни у одной из Прядильщиц не выходило заглянуть за завесу. Это пугало.

Дни тянулись бесконечно медленно, превратившись в сплошную череду споров и гнетущего ожидания. Войска Светлых выстроились вдоль границы, но больше никаких действий не предпринимали, словно выжидали чего-то. Объединенное воинство тоже не спешило делать первый шаг — у нас имелись проблемы и посерьезнее воинственных соседей. Настоящее в одночасье превратилось в зыбкий песок, готовый в любой момент поглотить все… и всех.

Единственной отдушиной в эти моменты стали редкие вечерние посиделки на нашей поляне со скатертью. Правда, теперь она стала несколько маловата — слишком много гостей заглядывало на огонек. Как-то так получилось, что наша «столовая» стала еще одним местом совещаний, только в близком кругу. Но круг этот с каждым днем становился все обширнее… Все Ёжки, включая старшее поколение. Наши любимые мужчины и друзья, которые отдыхали после патрулирования границ. Как-то незаметно присоединился и профессор Мор, всем сердцем полюбивший фирменные пироги скатерти.

Киан перемещался после дежурств на Границе не один, а в компании Великого Владыки, парочки сидхаев из отряда и… Рокхара. Сначала мне было непонятно желание этого воина сопровождать мужа — ранее дружеских чувств он к нему не выказывал. Однако заметив, как сотник провожает влюбленным взглядом каждое движение Ядвиги Еловны, при этом делая вид, что занят серьезным разговором с кем-то из богатырей, — я в предвкушении потирала ручки. Интуиция подсказывала, что старшая Яга абсолютно не против внимания такого видного воина. Тем более — какой простор для перевоспитания!

А еще погостить осталась Василиса, отказавшаяся возвращаться в родное царство. Да и негоже молодой жене возвращаться в отчий дом, а своего у Гарана временно не было… Точнее — он был недоступен.

Среди примечательных и неожиданных личностей можно было отметить верховного колдуна царя Ивана и по совместительству деверя нашей Химы. Увидев его впервые на наших посиделках, я не придала этому особого значения, поскольку Игнат Яромирович прибыл вместе с братом и оживленно с ним о чем-то спорил. Во второй раз его визит тоже был объясним, он сопровождал жениха нашей Пелагеи, то есть Ивана-царевича. Но чем чаще ясный лик царского колдуна мелькал на нашей полянке, тем сильнее были подозрения, что являлся сюда он неспроста. Взгляды, бросаемые на Алёнушку, мог не заметить только слепец. Или глупенькая влюбленная Ёжка, которая боялась поверить своему счастью после всего пережитого.

Детство и отрочество Лёна провела в царском тереме, бегая за могущественным колдуном хвостиком. А повзрослев, осознала, что чувства к Игнату — это нечто большее, чем простая привязанность к наставнику. Попытка поговорить с мужчиной откровенно привела к тому, что Алёнка сбежала из дома и вскоре оказалась в Школе Сказок Но любовь из сердца так просто не выкинешь, и, кажется, она нашла дорожку к тому, кто милей всего на свете.

— Алёнушка, ты бы положила мужчине еще пирожков, а то больно взгляд у него плотоядный, — хмыкнула Ари Вреднюковна.

Ёжка выплыла из задумчивости и заозиралась по сторонам, а увидев, кто расположился буквально у нее за спиной, покраснела и потупила взор. Но пирожки, что примечательно, передала.

— А ты не хочешь покормить не менее голодного мужа? — раздался шепот у меня над ухом, переключая внимание на любимого.

— Есть голод, который не утолить ни пирогами, ни прочими вкусностями, — ни к кому конкретно не обращаясь, с улыбкой произнесла Ядвига Еловна, которая ныне решила принять свой истинный облик — красивой женщины с длинной темной косой и выразительными колдовскими глазами. Этими самыми глазами она активно стреляла в Рокхара, когда он не видел.

— Дамы, прошу, пожалейте одинокого мужчину и дайте поесть спокойно! — вмешался в общение Ёжек магистр Мор.

— Кстати, профессор, а когда вы вернете мне мою книгу? — поинтересовалась я, но в ответ получила недовольный взгляд.

— Пока не дочитаю — не отдам!

— Эй, так нечестно! Это… это семейная реликвия!

За всеми перипетиями я совсем забыла, что сделала из семейного гримуара личный дневник, и некоторые из моих записей были абсолютно не предназначены для въедливого магистра.

— Не съем я ее, не переживай. — Профессор с жадностью откусил от румяного пирожка. — И вообще, на ближайшие лет пять тебе этот гримуар ни к чему. И без него будет чем заняться!

— И что же такое интересное вы там нашли?

— Изучаю обряд, который мы с тобой провели. Пытаюсь понять, где ошиблись.

— Это не мы, а Васька постаралась. Вернее, артефакт, который для нее создали Жрецы.

— Вот тут ты не права. Этот обряд рассчитан на путешествие в другие миры, а не… в приграничные земли.

— Возможно, нам просто не хватило энергии. А может, ошибка в самом описании. Надо будет снова провести опыты!

— Нет! — пронеслось над поляной дружное восклицание, заставившее меня обиженно надуться. Жизнь — боль!

— Проведем, конечно, но это уже без тебя, — примирительно произнес некромант, а затем мечтательно прищурился. — Эх, было бы чудесно вот так путешествовать: собрал вещи и переместился на какой-нибудь экзотический иномирный курорт.

— Или отправил туда тещу! — донеслось от кого-то из богатырей.

— Лучше бы предложили перенести в другой мир земли Хаоса, тогда одной проблемой у нас было бы меньше, — пробурчала я, все еще недовольная запретом совершенствоваться в любимом деле.

После моего предложения над поляной повисла странная тишина, и я даже обвела присутствующих подозрительным взглядом — чего это они?

— Ну а что, теоретически можно было бы, — как всегда, первым невероятную теорию принял магистр Мор, — имей мы стабильный обряд, координаты необитаемого мира и достаточные энергетические резервы… Но, увы, мы ограничены во всем.

— А если предположить, что у нас есть все перечисленное, что тогда? — неожиданно задала вопрос Василиса. — Как именно подействовало бы заклинание?

— Если предположить, милая барышня, то мы бы перенесли в другой мир огромные территории, сейчас находящиеся за Границей. Но в этом случае мы бы не только лишили наш мир колоссальных энергозапасов, но и получили бы «дырку» на месте земель Хаоса. И еще не ясно, что для нас страшнее.

— Не забывайте про нестабильные порталы, — задумчиво произнес Киан. — Как они отреагируют на такое вмешательство? Вряд ли закроются сами по себе.

— Не закроются, — согласилась я. — Слишком большая концентрация энергии в них. Возможно, именно поэтому истощены магические потоки. А это значит, что именно порталы надо сделать источником энергии при построении заклинания. Вопрос только — как?

— Для начала надо определиться, от чего мы хотим избавиться. Земля нам и самим нужна, — размышлял вслух наставник. — Поэтому условием перемещения должна стать инородность объекта для Сказочного мира. Ведь даже окопавшиеся здесь твари Хаоса когда-то прибыли через порталы.

— Да, но что делать с теми, которые были созданы уже здесь? — возразил Киан.

— По сути, их создавали также при помощи чужеродной магии, инородной для мира. Но даже если некоторые из низших останутся, ничего не мешает нам добить их в процессе зачистки.

— Если б да кабы… — начала свое излюбленное изречение скатерть, но ее неожиданно прервала Васька:

— Если я ничего не путаю, то вы знакомы с тем, кто может нам помочь.

— Поясни? — нахмурилась Ядвига Еловна.

— Есть создание, которое владеет формулой перемещения между мирами и достаточной энергией для этого. И кое-кто даже может с ним связаться, — многозначительный взгляд указал на Янику.

— Таламир…

— Точно! А ведь бард действительно умеет путешествовать по мирам! И как я раньше о нем не вспомнила?

— Народ, вы понимаете, что это очень бредовый план? — скептично поинтересовалась Любава.

— Это, в принципе, пока единственный план, — вздохнул магистр и вопросительно посмотрел на Янику. — Ты действительно можешь связаться с ним?

— Да, — не вдаваясь в подробности, ответила подруга. — Сейчас?

— Было бы неплохо.

— Хорошо. Только мне необходимо побыть одной.

После того как Яника ушла, мы еще долго сидели в молчании. Никто не решался заговорить первым и тем самым разрушить хрупкую иллюзию надежды, которая появилась совершенно неожиданно. Неизвестно, получится что-то или нет, но сам факт ожидания чуда уже стал отдушиной, пожалуй, впервые за долгое время позволяя расслабиться по-настоящему.

* * *

Вечное сияние таких далеких, но таких прекрасных звезд манило меня всегда. Будучи маленькой девочкой, я с наслаждением представляла, как когда-нибудь поймаю космического дракона и вместе с ним облечу всю вселенную, оставив на каждой планете памятный сувенир. Специально для этого даже собирала трупики жуков и скелетики амфибий, но, увы, сестры моих порывов не ценили и все время избавлялись от трофеев.

Став старше, я все также грезила звездами и даже в какой-то момент решила податься в космонавты. Достижения Серого мира всегда поражали, но больше всего меня восхищала способность простых людей перемещаться за пределы нашей Земли. Пусть на это уходили годы, даже десятилетия, все равно — это было невероятно! Так желанно и так недосягаемо. Но мечты остались светлыми снами.

Вместо этого я стала хорошим некромантом, не совсем примерной, но ученицей Школы Сказок, да и жена из меня вроде тоже ничего. И все же… Звезды я любила по-прежнему. С невероятным удовольствием показывала их Киану и рассказывала истории появления созвездий. И вот теперь я с трепетом слушала создание, которое обладало великим даром — способностью путешествовать по мирам.

Таламир откликнулся на зов Яники. Солнечный бард, о котором ходили самые разнообразные слухи и в которого была влюблена половина представительниц женского пола вне зависимости от возраста, явился в тот же вечер.

Внимательно выслушав суть нашей на первый взгляд бредовой идеи, он неожиданно для всех подтвердил возможность проведения эксперимента. После этого заявления воодушевленные мужчины утащили Путешественника для более детального изучения вопроса, а нас разогнали спать. Только кто их послушался? Да и как можно спать в такой момент, когда решалась судьба всего мира?

Поэтому, с комфортом устроившись на освободившейся поляне, мы стали любоваться небом. Говорить было не о чем, да и не особо хотелось. После такого всплеска адреналина и пика эмоций хотелось просто лежать и молчать, наслаждаясь приятной во всех отношениях ночью.

— Ох, девочки, скоро ведь все замуж повыскакиваем, — с придыханием прошептала Ульяна.

— С чего такие выводы? — перевернувшись на живот, хитро спросила дочь Золотой Рыбки.

— Благодаря одной любопытной некромантке у меня уже двенадцать предложений руки, сердца и недвижимости, — ответила вместо Емелиной дочки Веселина.

— Я тоже никак не могу выбрать, — усмехнулась Злата. — Они все такие хорошенькие!

— Ох, девочки, чую, достанется нам от наставниц — вздохнула Алёнушка. — Ведь Ягиня Костеяловна в самом начале говорила, что, пока Школу не закончим, ни о каком замужестве даже думать не стоит.

— Школу закончить можно и будучи замужними дамами. Благо есть на кого спихнуть малышню.

— Мужьям?

— Зачем? На этот случай есть бабушки, дедушки и многочисленные тети. А мужья самим нужны, и желательно с целой нервной системой.

* * *

Спустя два дня лучшие маги Сказочного мира готовились к обряду, о котором прежде даже не смели помыслить. Для этого были задействованы все имеющиеся в наличии накопители, артефакты и одна из Ёжек. Ее присутствия потребовал сам Таламир, обосновывая это скрытой в крови силой, без которой обряд будет невозможен. Я же подозревала, что он просто хотел позлить Китара — жениха Яники, с которым у барда были свои счеты. Так или иначе, мы все увязались следом за подружкой, не желая оставаться в стороне. В конце концов, если вдруг понадобится еще энергия, ёжкин круг будет как нельзя кстати.

Итак, время пришло. Для проведения обряда маги рассредоточились вдоль всей Границы, чтобы равномерно распределить потоки энергии. С каждым из них отправилось по две дюжины воинов, в том числе и сидхаев, для обеспечения защиты на случай прорыва тварей.

Как только последний маг занял место, Таламир активировал первый накопитель и дал отмашку профессору Мору, уже имевшему опыт проведения подобного обряда. Знакомые слова постепенно превращались в тихую песню, с каждым ударом сердца набирающую обороты. Сила, что разливалась в воздухе, заставляла нервно передергивать плечами в желании отступить, покориться этому невиданному напору и сдаться его милости, прогнуться под давлением. Но маги стояли. Впитывали в себя эту энергию и постепенно плели новое заклинание, которое должно было связать все, что было чужим для нашего мира.

Но прежде им нужно было зацепиться за порталы, что блуждали по землям Хаоса. И тут помощь мужа, Владыки и Рокхара оказалась очень кстати. Именно они занимались этой тонкой работой, а страховали их наши наставницы.

За всем происходящим мы наблюдали с помощью огромных проекций, созданных магами воздуха и воды. Те, кто не участвовал в обряде, с замиранием сердца следили за развитием событий и молились. Ошибки боялись все, ведь в случае неудачи Граница пала бы окончательно, а на ее восстановление силы бы вряд ли остались. Наверное, были такие, кто хотел сбежать — поддаться мимолетному страху и спрятаться от возможной гибели… Но никто так и не решился. Мы стояли, с трепетом ожидая развязки, потому что понимали — здесь и сейчас творится история.

Когда за Границей начал разрастаться знакомый черный смерч, сердце заколотилось с бешеной скоростью, а дыхание сбилось. Вцепившись в руку Химы, я до рези в глазах вглядывалась в бушующий вихрь, с недоверием замечая, как он начал втягивать в себя мелких тварей. Следом за ними прямо из-под земли стали появляться ашвеи. Крупные существа, подобно песчинкам, с безмолвным криком поднимались ввысь и растворялись в разрастающейся черноте. На свет показались создания, с которыми, слава Моране, нам так и не довелось столкнуться. Видимо, именно на них и охотились сидхаи в пустыне Снов.

И вроде все шло гладко, пока в нарастающем гуле не раздался ледяной голос Таламира:

— Мы теряем энергию! Кто-то за Границей поглощает ее.

— Неужели Кукловоды? — Несмотря на тихий вопрос, явно обращенный к самому себе, дедушку Киана я услышала.

Повернувшись, вгляделась в бледное лицо и задала единственный вопрос:

— Как мы можем помочь?

— Если это действительно Кукловоды, то никак.

— А если не они? Что можно сделать? Подпитка энергией поможет?

— Частично. Но важнее избавиться от причины.

— Девочки, все слышали? Нам надо помочь Янике.

— А мы постараемся найти существо, что поглощает энергию, — пообещал незнакомый маг и стал по цепочке передавать соседям, что от них требуется.

— Ищите не только на земле, но и под землей, — посоветовала я и вместе с подругами поспешила к Ёжке.

Силу, что мы способны создавать в круге, невозможно описать каким-то одним словом. Эта энергия не имела определения, степени или принадлежности к одной из стихий. Она была чистой, концентрированной и такой пластичной. Позволяла играть с собою, ластилась к нам подобно котенку, но при этом являлась смертоносной для врагов. А главное, она дала тот минимум силы, который требовался для продолжения обряда.

Влившись в общий поток, она на некоторое время оглушила тварь, что пыталась высосать энергию, и подарила возможность понять, кто это был. Вернее, что. Та самая сущность, что напала на нас в лесу во время возвращения в Сид-Ахай. Гадость, что сожрала защитный кристалл и утащила одного из сидхаев под землю. Я помнила ее, точно так же, как она помнила вкус моей силы. Гадина тоже поняла, кто именно подключился к силовому потоку, и решила воспользоваться этим.

То, как стремительно я стала терять энергию, почувствовала сразу. Покачнулась, но не отступила. Если закончится собственный резерв, есть еще родовой артефакт. Подарок папочки, извлеченный из закромов семейной сокровищницы и надетый насильно в качестве оберега для меня и малышей.

— Рада? — взволнованно позвала Хима, но я не ответила.

Работая с собственным потоком, я постепенно раздваивала его, часть отдавая твари и отключая ее от общего поля, а часть вливая в ёжкин крут. Тяжело и сложно, но надо. Сама виновата, что сразу не убила эту мерзость. Но кто же знал, что она окажется такой сильной? Неужели именно это обезображенное существо и есть тот самый загадочный Кукловод, о котором столько рассказывали сидхаи? Надеюсь, никогда не узнаю ответа на этот вопрос.

Неожиданный всплеск собственной силы на мгновение стал материальным, зеленым светом окатив потоки, по которым она двигалась. Первый, более мягкий, аккуратно сплелся с нитями девочек и растворился в общем поле, добавляя ему такой необходимой энергии. А вот второй, свирепый и злой, с силой ударил в то место, где сидела тварь. Маги, видевшие это, среагировали мгновенно. Взяв мой поток за основу, они подключились к нему и послали в тварь с десяток блокирующих заклинаний. Но это были цветочки по сравнению с тем, что через пару секунд тварь появилась над поверхностью и стремительно понеслась прочь от смерча и… Зомбика, который то и дело нападал на нее и рвал податливую плоть. Я видела, как моему малышу сложно — сила обряда пыталась затянуть и его, принимая кости неизвестного существа за инородное создание. И все же он не сдавался, снова и снова бросаясь на паукообразную тварь, пока связь между нами не оборвалась.

Округу огласил оглушительный визг, который очень быстро потонул в гуле набирающего силу смерча. Он все раскручивался и раскручивался, пока не достиг Границы. В один миг полыхнул яркой вспышкой и взмыл ввысь, исчезая в окне портала.

Повалившись на землю от навалившейся слабости, мы еще долго с недоверием рассматривали территорию, которая когда-то была землями Хаоса. Мутная дымка, что укутывала Границу, пропала. Собственно, как и сама преграда, открывая нам вид на далекий Сид-Ахай, вокруг которого расстилалась пустошь. Больной лес пропал вместе со своими обитателями. И что-то мне подсказывало, что и от пустыни мало что осталось.

— Зомбик… — тихо прошептала я, всматриваясь в то место, где видела его последний раз.

Но, увы, малыша там не оказалось. Наш маленький семейный помощник и защитник пропал, унесенный силой в другой, неизвестный мир. Пожертвовал собой, чтобы мы справились. И мы сделали это… Смогли.

ЭПИЛОГ

Война, которой так опасался Совет, закончилась, толком и не начавшись. Вместо бессмысленных кровопролитных сражений мы выбрали мирное разрешение конфликта. Благодаря объединенным силам вдоль границы со светлыми была создана стена, разделившая два государства. Все попытки Джамала Роатора прорваться сквозь нее оказались безуспешны, и светлая армия так и осталась невостребованной, запертой на своих же землях. Жрецов, что были найдены на нашей территории, судили и казнили, а предателей среди темных, не замеченных в тяжких преступлениях, отправили за границу. Что хотели, то и получили.

Бывшие земли Хаоса нынче именовались каганатом Сид-Ахай. Огромные территории по праву перешли к тем, кто все это время защищал наш Сказочный мир от внешней угрозы. Стоит заметить, что одноименная столица каганата стремительно разрасталась в связи с наплывом ученых и историков, которым не терпелось больше узнать о легендарном городе. Неудивительно, что большая часть этих исследователей была женского пола. А некоторые особо шустрые свахи даже организовали специальные туры для ищущих свое счастье молодых — и не очень — девушек.

Одна беда — от бывшего великолепия города почти ничего не осталось. Драгоценности, которыми были украшены улицы и дома, исчезли вместе с тварями Хаоса. Но сидхаи не сильно горевали по этому поводу. Ради возвращения к нормальной жизни можно было пожертвовать и не такими богатствами. Правда, не все обрадовались падению Границы и открытию города для посещений — многие женщины отказывались распускать гаремы, не желая разрушать устоявшиеся традиции. Как ни странно, некоторые мужчины были с ними солидарны.

Это потом я по большому секрету узнала, что такие товарищи с успехом заводили себе любовниц и, пока жена была занята другим мужем, развлекались на стороне. В общем, как я говорила ранее, сидхаи были весьма и весьма хитропопы!

Помимо разрешения ситуации с землями Хаоса, у сидхаев появился еще один повод радоваться — жена Владыки забеременела. Конечно, произошло это не без вмешательства наших наставниц, которые прониклись искренней симпатией к этому сильному мужчине, сумевшему сохранить свой народ и спасти целый мир.

Спустя месяц после освобождения земель Хаоса от иномирных тварей начался сезон свадеб. Сидхаи, отыскав свое счастье среди ведьмочек, адепток АТБИ и даже среди строгих и суровых наставниц Яг, вели избранниц в храм.

Ядвига Еловна не устояла перед обаянием не в меру наглого и настырного воина, который учел ошибки, допущенные при общении с самоуверенной некроманткой, и осаждал Ягу, вооружившись стратегическим планом. Роман у них получился головокружительным и закончился в одном из тайных храмов Богини Матери, где молодожены принесли друг другу клятвы верности.

Кажется, больше всех этому радовались кот Баюн, мопсик Шарик и Ядвигина Избушка, на время медового месяца свалившие на какой-то заморский курорт. Ну и правильно, пусть отдохнут перед грядущими обязанностями нянек.

Следом за наставницей к алтарю наконец-то отправились Яника и Китар, которого на радостях Колобок Батькович — директор Школы Сказок — познакомил с тестем, тещей и прочими родственниками избранницы, специально перенесенными из Серого мира. Да, чего уж таить, на их свадьбе гуляли все. Потому что следом должно было состояться обручение Пелагеи и Ивана-царевича пятидесятого. Свадьбу молодым разрешили справить только через год, поскольку масштабы она приобретала межгосударственные, а значит, готовиться к ней собирались долго и по всем канонам.

Верея с магистром Дархариусом постоянно спорили, по чьим обычаям проводить обряд Единения. Князь Серых волков готовил стаю к приему нового родственника в лице пары его седьмой дочери, как вдруг получил приглашение на остров Снежбрег во дворец принцессы Сияющей. Ехать на свадьбу к Дархариусу Серый волк категорически отказался, но и принцесса Сияющая не могла покинуть остров ради князей. Ситуация грозила выйти из-под контроля, если бы не вмешательство Мстислава Яромировича. Он сумел уговорить обе стороны на проведение свадьбы на нейтральной территории — в бальной зале Академии Темных Боевых Искусств.

После такого организовать свадьбу Голубы с Ырком в орочьих степях оказалось проще простого. Всего-то и надо было — пригласить на нее побольше подружек невесты, чтобы нимфа Валида — мать жениха и нашей Химаэнир — отвлеклась на устройство личной жизни других своих сыновей.

Из тех Ёжек, что уже нашли свою любовь, труднее всего приходилось Алёнушке и Снежане. Первая никак не могла поверить, что Игнат действительно отвечает ей взаимностью, больше не считая надоедливым «хвостиком». Даже когда он извинялся за то, что обвинил ее в применении к нему магии очарования, она так растерялась, что просто сбежала и спряталась в Избушке. Но, думаю, со временем у них все наладится.

Что же касается Снежаны, то тут все получилось не очень радужно. Ее возлюбленный — Янар, с которым они тайно общались все это время, оказался по ту сторону Стены. Как выяснилось позже, именно он был нашим шпионом на Светлых землях. Вместе с несколькими соратниками он добывал важные сведения и по возможности расстраивал планы императора. И теперь им предстояло последнее, самое важное задание — найти настоящего наследника Светлого престола и помочь ему вернуть империю.

Ну, вроде бы все… Рассказала обо всех, кого вспомнила. А кого не вспомнила, те наверняка поминают добрым словом меня. Или не очень… Но на этот случай у меня есть чудесный муж, не терпящий даже косого взгляда в мою сторону. Хотя в настоящее время я себя чувствовала больше начинающим бегемотиком, нежели женщиной. Как и предсказывала Саная, у нас ожидалась тройня, причем все девчонки. Узнав об этом, Киан дня два пребывал в неадекватном состоянии, то целуя и обнимая подрастающий животик то пытаясь затащить меня в спальню.

В общем, в Сказочном мире случился настоящий Сказочный конец. Хотя для нас это только начало… Нескончаемая история, которая будет жить в наших детях и внуках. Волшебная легенда, которая пройдет сквозь годы и века, чтобы вызвать нежную улыбку на чьих-нибудь губах и слезами радости остаться на бумажных страницах.

Не грусти, что закончилась книга,

Ведь конец — это просто слова.

Эпилог для души, как интрига,

Что ведет за собою туда…

В мир, наполненный яркими красками,

Где мечты строят башни из снов.

В дивный рай со старыми сказками,

Где живут волшебство и любовь.

Здесь мы сами творцы и создатели,

И принцесса, и эльф, и дракон…

Здесь мы с вами маги-мечтатели,

Так, быть может, все это не сон?..

И на новой странице скрывается

Лишь начало большого пути!

Так пусть наши мечты не кончаются!

В добрый путь, верный друг…

Лети!

Июль 2016

Примечания

1

Магические лишенцы — простые люди, не владеющие магией.

2

Академия Темных Боевых Искусств (АТБИ) — высшее учебное заведение широкого профиля.

3

Гексаграмма — фигура, составленная двумя полярными треугольниками, шестиконечная звезда. Это сложная и цельная симметричная форма, в которой шесть маленьких отдельных треугольников группируются вокруг большого центрального шестиугольника.

4

Ата́м — магический ритуальный нож, применяемый в языческих ритуалах для аккумулирования и хранения магической энергии.

5

Описано в книге «Ёжка против ректора».

6

Подробности описаны в книге «Школа Сказок» И. Эльба и Т. Осинской

7

Подробнее события описаны в книге «Школа Сказок» И. Эльба и Т. Осинской.

Content

Ирина Эльба, Татьяна Осинская
ДНЕВНИК ТЕМНОЙ ЛЕДИ

Запись первая, вводная

Запись вторая, о новых местах и старых знакомых

Запись третья, о вреде добра

Запись четвертая, про надежду и чудо

Запись пятая, про свадьбы и их последствия

Запись шестая, повествующая о быте

Запись седьмая, поучительная

Запись восьмая, о возвращении силы и страшной мсте

Запись девятая, о волшебном граде

Запись десятая, ах, эта свадьба

Запись одиннадцатая, о знакомстве с Владыкой

Запись двенадцатая, нежданно-негаданно

Запись тринадцатая, воссоединяющая

Запись четырнадцатая, поисковая

Запись пятнадцатая, о старых врагах и новых союзниках

ЭПИЛОГ

Примечания