Эбби Клементс

Поцелуй под омелой

Посвящается Элоизе

Abby Clements

Meet Me Under The Mistletoe

Copyright © Abby Clements, 2012

© Назарова К., перевод на русский язык, 2016

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

Глава 1

Понедельник, 20 ноября

– Лори, нет и половины седьмого! – Молодой охранник расплылся в улыбке. – Нет бы поваляться в постели, а ты тут!

– Сегодня важный день, – ответила она, одной рукой толкая стеклянную дверь офиса: в другой у нее был стаканчик с латте. – Отсыпаться планирую на следующей неделе. Если повезет.

Пройдя по пустому коридору, залитому холодным солнцем, Лори вошла в лифт. Нажав кнопку второго этажа, она повернулась к зеркалу – убедиться, что прическа в порядке: ее темные волосы были уложены в безупречный боб. Двери лифта закрылись, и она, благо была одна в такую рань, сделала глубокий вдох и медленный выдох. Три часа сна свели ее способность поддерживать непринужденную беседу к минимуму – сейчас ей больше всего хотелось сосредоточиться на работе.

Первый этаж… Второй… Динь!

– Доброе утро, Лори, – встретил ее Жак, секретарь приемной офиса компании «Симлесс».

Этот щегольски одетый француз получил работу в первоклассном модном бренде совсем недавно и уже две недели все дни подряд являлся на службу одним из первых – старался произвести на начальство хорошее впечатление. Лори сдержанно кивнула ему в ответ и между рядами рабочих столов сотрудников прошла к своему кабинету. Ее начальник Дэнни еще не пришел, и, видимо, кроме нее на этаже была только еще одна особа с железной волей – их генеральный директор по имени Джиллиан. Сквозь матовые стекла, разделяющие помещение на ячейки, Лори могла различить ее очертания.

Закрыв за собой дверь и оставшись одна, Лори посмотрела на улицу: черные кэбы и двухэтажные красные автобусы медленно проплывали мимо витрин, расцвеченных рождественскими огнями, по тротуарам толпы туристов ломились в эти дни в сторону Трафальгарской площади. Если не считать приглушенного уличного гула, кабинет Лори был оазисом тишины и спокойствия.

Бросив сумку на пол, она села за стол – его гладкая сияющая поверхность благоухала моющим средством с запахом цитрусовых – и включила компьютер. После стольких дней, наполненных суматохой аэропортов, мельканием новых лиц и отелей, она была рада вернуться в Лондон.

Компьютер загрузился с привычным музыкальным приветствием. Лори тем временем изучала на стене магнитную доску – к ней были прикреплены образцы тканей: идеи для цветового решения весенней коллекции аксессуаров «Симлесс» и календарь. Одна дата в календаре была выделена: понедельник, 20 ноября, – сегодня.

Красным маркером обведена запись: «Сумки «Навахо»!» Навахо – новая коллекция эксклюзивных зимних аксессуаров «Симлесс», за которую полностью отвечала Лори. И сегодня «Симлесс» запускала продажу сумок, скромная элегантность которых задавала тон всей линии. Лори жила мечтами об этом событии с первых дней лета, когда она только взялась за наброски. Если все пойдет, как задумано, эта коллекция сделает ей имя в бизнесе моды. Шум вокруг запуска новых сумок известного модного дома был неимоверный – глянцевые издания так и пестрели статьями и упоминаниями коллекции, а отдел по продажам уже был готов отправить бесплатные экземпляры продукта десяткам намеченных для того знаменитостей.

Лори глотнула кофе и открыла свою электронную почту. После месяцев напряженной работы и контроля над производством в Китае сегодня оттуда наконец-то должны были доставить первую партию сумок. В пятницу Лори вернулась из двухнедельной командировки в Пекин: в связи с ускорением производства она должна была съездить на фабрику для проверки качества кисточек на новых изделиях. А на сегодня план был таков: сначала она быстро просмотрит доставленные образцы, даст отмашку на отправку товара по магазинам, а потом поедет на промовечеринку, посвященную запуску новой линии. «Навахо» была самой серьезной коллекцией, которую доверили Лори с того момента, как она стала главой отдела аксессуаров, и она с нетерпением предвкушала триумф.

Вечером она собиралась предстать в сером облегающем платье и черных высоких сапогах; блестящие каштановые волосы выпрямлены; вечерний макияж: побольше жидкой подводки и дымчатых серых теней, чтобы никто не заметил красных от недосыпа глаз – почти всю ночь она каждые пять минут заглядывала в айфон в ожидании сообщения о поставке. Какие-то технические проблемы на фабрике и без того заставили отложить запуск коллекции на три дня, время поджимало, так что в данных обстоятельствах не было места ни малейшему сбою.

Поставка первой тысячи сумок была назначена на восемь часов утра. Постукивая ногтями по краю стола, Лори следила за минутной стрелкой часов.

– Вы уверены, что на складе ничего нет? – спросила она, придерживая возле уха телефонную трубку и одновременно обследуя сайт курьерской службы. – Не могли бы вы снова проверить? Их должны были привезти еще полчаса назад.

Сердце ее колотилось. Судя по записям отслеживания посылки, партию должны были уже доставить.

– Нет, ничего… – ответил парень из отдела поставок. – Хотя… вы же работаете с Дэнни Грэмом? Скорее всего, ваша посылка сейчас у него.

До слуха Лори донесся какой-то шум: разговор за стеной ее кабинета – и тон его был явно взволнованный, резкие фразы на верхних октавах. Потом кто-то постучал в ее дверь. Сквозь матовое стекло она распознала фигуру своего непосредственного начальника, Дэнни. Лори скороговоркой поблагодарила парня из отдела поставок, повесила трубку и громко сказала:

– Войдите!

На пороге возник Дэнни. Лори не переставала удивляться, как это он с его нелепой, неприятно броской наружностью – черные – крашеные! – волосы, какие-то вечно мешком сидящие на нем костюмы, вопиюще неухоженные кустистые брови – попал в «Симлесс», не говоря уж о том, что стал управляющим. Все-таки в некоторых работниках генеральные директора «Симлесс» действительно больше ценили предпринимательскую жилку, нежели чувство стиля.

– Привет, Лори.

– Привет, – ответила она, не сводя глаз с картонной коробки в руках Дэнни. Ну конечно, вот они, ее сумки! Ей не терпелось взглянуть на них. Скорее, скорее!

Дэнни водрузил коробку на стол.

– Вот. Долгожданные.

Раскрыв коробку, он вынул из нее сумку из бежевой плетеной кожи, и Лори негромко ахнула, прижав от восторга руку ко рту – она полгода разрабатывала этот дизайн! Элегантные линии, завораживающе вкрадчивое дорогое сияние кожи… Небольшая кисточка сбоку была финальным аккордом в этом апофеозе стиля. Да что там говорить, сумка просто просилась в руки. Лори потрогала ее и не смогла сдержать улыбки – сумка была на редкость восхитительна!

– Какая красивая… – прошептала Лори, водя пальцем по золотой застежке. – А ты еще пытался отговорить меня, когда я заикнулась, что выбираю для этого «сумчатого», – Лори негромко хихикнула, – проекта кенгуриную кожу. Ну признай, Дэнни, сумочка просто прелесть какая! Такая мягкая – и такая прочная! А? Зато кенгуру теперь будут увековечены в коллекции сумок «Навахо»…

Но почему-то, вопреки ожиданиям Лори, Дэнни не лучился довольством и на шутку не отреагировал. Сказать прямо, он был мрачен, а взгляд его был невесел.

– Я даже не знаю… – протянул он, указывая на логотип «Симлесс» на сумке.

Точнее, на то место, где он должен быть. Лори наклонилась поближе, чтобы рассмотреть тиснение, и ее как громом поразило. У нее перехватило дыхание. Нет. Этого. Не может. Быть.

Логотип «Симлесс» – характерно завитая первая буква слова – должен был быть пропечатан на коже в левом нижнем углу, как на всех сумках бренда. Но на этой сумке его не было.

Вместо логотипа на дорогущей импортной кенгуриной коже была добротно пропечатана фраза: «Лого здесь».

– Не могла бы ты просветить меня на этот счет, Лори? – угрюмо спросил Дэнни, нахмурившись так, что его дремучие брови соединились над переносицей в одну линию.

Лори поднесла сумку ближе к лампе, чтобы получше рассмотреть тиснение. Она старалась дышать ровно. Черт. Буквы были слишком большие – поверх них не получится нанести логотип.

– Не может быть, чтобы все сумки были такие, – пробормотала она, чувствуя неприятную тяжесть в груди.

Она положила сумку на стол и достала из коробки другую. Потом еще одну. Но по мере того как коробка пустела, лицо Лори вытягивалось – она снова и снова с убийственной очевидностью была вынуждена признавать: случилось непоправимое.

Как такое могло стрястись? Она же была там! Она самолично ездила в этот самый Китай! В голове Лори вихрем пронеслись те две недели, что она провела на фабрике, работающей с их компанией: общалась с персоналом, проверяла, тот ли материал используется в производстве пилотной партии, ходила вдоль конвейера, теребила кисточки на каждой сумке, проверяя на прочность, исследовала пряжки, чтобы убедиться в исправности и легкости застегивания и расстегивания. Все было нормально…

И тут она вспомнила! Электронное письмо! Она написала его владельцу китайской фабрики за день до возвращения в Лондон. Ей тогда внезапно скрутило желудок, и она торопилась поскорее добраться до своего номера, чтобы принять лекарство и лечь. И в спешке она не смогла быстро найти на айпаде картинку с изображением логотипа «Симлесс», а потому просто ограничилась тем, что написала китайцу инструкции по тиснению.

Она посмотрела на Дэнни, и ее окатило волной стыда. Как же она могла допустить такой промах?! Ведь она же знала, что владелец фабрики плохо знает английский! И тем не менее совершила эту невероятную глупость. А что еще хуже – эта ее глупость обойдется модному дому в круглую сумму. Да, после пересечения восьми часовых поясов суточный ритм ее организма сбился. Да, она убухала прорву времени, измотавшись как никогда за переговорами о цене, и это отвлекло ее от непосредственно производства. Однако во всех предыдущих проектах ей удавалось сочетать выполнение подобных задач без каких-либо значимых затруднений. Но эта командировка отличалась от всех остальных лишь одной сыгравшей с ней злую шутку деталью: в эти дни голова ее была занята Джеем!

С момента, как самолет оторвался от взлетной полосы аэропорта Хитроу, ее мыслями завладел друг-сосед. До недавнего времени она надеялась, что Джей станет для нее чем-то большим, чем просто друг и сосед. Но что-то пошло не так в их отношениях. И в самолете, на фабрике, в отеле она судорожно пыталась понять: что именно? в чем она была не права? Лори тупо таращилась на гору испорченных сумок. Она обязана была предусмотреть все, чтобы этого не случилось…

– Нам доставили тысячу испорченных сумок, – сказал между тем Дэнни. – Джиллиан их уже видела. И она в ярости. Я отменил поставку оставшихся экземпляров, позвонил на фабрику и попросил, чтобы остановили пока производство. Нам придется срочно заказывать новую партию. Как ты знаешь, эти сумки должны были быть в магазинах уже с прошлой пятницы.

Дэнни уткнулся лицом в ладони, и Лори увидела намечающуюся лысину у него на макушке. Он снова посмотрел на нее:

– У нас и без того не было лишнего времени, а такими темпами мы рискуем потерять рождественских покупателей.

– Хорошо, – медленно произнесла Лори, лихорадочно обдумывая последствия своей ужасной оплошности. Она изо всех сил старалась сохранить спокойствие, несмотря на растущую в ее душе панику. – Дэнни, оставь это мне. Я сегодня же все улажу. Я поговорю с владельцем фабрики… я… разработаю новый дизайн… не знаю, ну, там, заплатку какую-то, или…

Она запнулась. Комок в горле не давал ей говорить.

– Лори… – Дэнни участливо заглянул ей в глаза. – Дело в том, что это совсем на тебя не похоже. Что-то случилась?

– Нет-нет, ничего, – торопливо ответила Лори. Ее душили слезы, и она всеми силами пыталась с ними бороться. – Я смогу с этим всем разобраться. А вот Джиллиан…

Джиллиан – все это время Лори из кожи вон лезла, чтобы нравиться ей, быть ею особо отмеченной. И вот на тебе! Теперь-то она точно будет особо отмечена генеральным директором! Лори живо представила себе сцену, какая разыгралась четверть часа назад между нею и Дэнни. Лори больно кольнуло чувство вины: бедный Дэнни попал Джиллиан под горячую руку.

– Она злится, – вздохнула Лори, кусая ноготь с досады, – и это очень надолго. Но не могла же она забыть те ремни, что побили рекорды продаж прошлым летом?..

– Конечно, о ремнях она помнит, – вздохнул в ответ Дэнни, но напряжения в его голосе не убавилось.

Лори охватил страх. Она знала – она видела собственными глазами в прошлом году! – никто в «Симлесс» не был незаменим. Акционеры модного дома требовали увеличения доходов. Давление на персонал было неимоверным. Каждый сотрудник должен был вносить вклад в общее дело: прокатившиеся по фирме недавние увольнения четко давали это понять. Лори прекрасно знала, что именно такие дорогостоящие ошибки на корню срубали начавшиеся удачно карьеры. Ее еще теплое кресло займет какой-нибудь зеленый выпускник университета моды и дизайна, вроде Жака.

Дэнни немного смягчился:

– Лори, да что с тобой происходит?

К ней обвально вернулись воспоминания прошлых месяцев: Китай, Нью-Йорк, Париж, Берлин, Рим… С лета она жила в режиме перелетов и недосыпов, делая бесконечные зарисовки для новой коллекции, рассылая с айпада электронные письма, готовясь к деловым встречам, изыскивала убедительные аргументы, старалась думать на шаг вперед в работе с партнерами и клиентами. Но если раньше давление и стресс лишь подстегивали ее, заставляли работать все лучше и лучше, то в этом последнем – «китайском» – случае она с трудом исполняла свои обязанности, начала сдавать, незаметно теряла хватку. На то были причины: когда две недели назад Лори увидела, как та блондинка заходит в квартиру Джея, потрясение от осознания того, что между ними теперь – между нею и Джеем – все кончено, лишило ее каких-то внутренних сил, из которых она черпала энергию в минуты кризисных ситуаций.

– Дэнни, я знаю, ты рисковал, ставя меня во главе отдела аксессуаров. Но я же демонстрировала преданность компании. Просто последние две недели были…

Лори замолчала, испугавшись нового приступа рвущихся из нее слез. Она вот-вот потеряет работу, которую получила с таким трудом, но что она могла сказать в свою защиту? Что ее возлюбленный отнюдь не переживает из-за их расставания и это разбивает ей сердце? Что все время, пока она должна была думать о логотипах, пряжках, застежках и всем остальном, ее мысли были заняты исключительно Джеем?

– Лори, – прервал паузу Дэнни. – Никто не сомневается в твоей преданности, но все же мне придется отстранить тебя от работы над этой коллекцией.

– Нет! – в отчаянии воскликнула Лори. – Нет, серьезно, ты не можешь этого сделать! Ну ладно, Дэнни. Я знаю, что виновата, но позволь мне все исправить самой. Это же единственая моя ошибка!

– «Навахо» – наша самая высококачественная линия товаров, Лори, и мы больше не можем позволить себе рисковать, – глаза Дэнни были опущены. – Нам нужен человек, на которого можно положиться на все сто процентов.

– Ты можешь на меня положиться! – стояла на своем Лори. – И ты это знаешь.

– Послушай, Лори, мне жаль, – Дэнни снова посмотрел ей в глаза. – Я знаю, что у тебя есть талант. Но я боюсь, что это не единственная твоя ошибка. Видишь ли, пока ты была в Китае, мы получили несколько жалоб от покупателей…

Слова Дэнни ударили Лори в самое сердце. Жалобы? Да она работала по двадцать пять часов в сутки! Она билась над качеством! Она находила лучшие материалы! Она следила за каждым аспектом производства! Она, в конце концов, гордилась той продукцией «Симлесс», за которую отвечала! Она ни разу… ее вещи всегда получали только положительные отзывы!

– Жалобы… какие еще… жалобы? – с трудом выговорила она.

– Сапоги из коллекции «Сионола»: у них отваливаются каблуки, – ответил Дэнни, положив руку на лоб, как будто ему было больно вдаваться в подробности. – Одна клиентка вывихнула себе ногу.

– Понятно, – Лори снова запнулась. И оцепенела. Ее сознание отключилось. – Я найду способ…

Все, что говорит Дэнни, – неправда! «Симлесс» была ее жизнью. Она занималась дизайном, и очень успешно! Все вещи ей удавались! Что же ей делать, если ее уволят? А эта клиентка… Мало ли о чем она думала в ту минуту – и просто споткнулась…

– Лори! Джиллиан восхищается твоей работой не меньше меня, но она сознает, что сейчас бренд понесет убыток. Мне удалось убедить ее, что ты просто нуждаешься в отдыхе. Двух месяцев хватит, чтобы ты отдохнула и вернулась на работу с новыми силами.

– Два месяца? – эхом проговорила Лори одними губами.

Он положил руку ей на плечо:

– Лори, сделай мне одолжение. Пара месяцев отдыха. Ну, что скажешь?

– Но мне не нужен никакой отдых… – Ее голос как-то враз ослабел.

– Я попрошу Жака вызвать тебе такси. – Дэнни словно не слышал ее. – Обещай мне, что ты доберешься до дома без приключений.

Лори оторопела:

– Ты что? Хочешь, чтобы я поехала домой вот прямо сейчас?

– Так будет лучше. Поверь мне, тебе ни к чему сегодня попадаться на глаза Джиллиан. И вообще, лучше тут тебе не маячить пока…

Что ей оставалось? Как в тумане, Лори сгребла свое пальто с вешалки и вышла из кабинета. Пока они с Дэнни шли по этажу, над офисом висела гнетущая тишина. Дизайнеры, стажеры и ассистенты, успевшие появиться к тому моменту, как разразилась гроза, быстро окидывали Лори взглядом и снова деловито утыкались в мониторы своих компьютеров. Лори, сгорая от стыда, поняла, что все слышали гневную речь Джиллиан. Все, с кем она работала, теперь знали, как она влипла, опозорив себя.

Горючие слезы потекли по ее щекам, и она ничего не могла с этим поделать.

– Лори, дорогая! – встретила ее тетя Клара, и ее испанский акцент, как всегда в минуты волнения, даже радостного, резко усилился. Она бросилась к Лори, сбивая ее с ног объятиями и сильным запахом духов «Шанель». – Какой прекрасный сюрприз!

Она отступила на шаг и придирчиво оглядела племянницу с головы до пят.

– Что с тобой? Выглядишь ты – даже и говорить не хочется как! Уставшая, исхудавшая… Лица на тебе нет… И тебе не помешало бы добавить красок в свою одежду, милая моя! Надо одеваться поярче!

Сил на какие-либо ответные реплики у Лори совсем не осталось – она была почти убита случившимся. Но даже в таком состоянии она понимала, что тетя Клара, в этом ее леопардовом топе и розовых джинсах, с маникюром с блестками и пересушенными волосами, не имела никаких оснований раздавать уверенные советы относительно моды. Тете Кларе было пятьдесят три, она была на два года старше своей сестры Каролины, матери Лори, но если Каролина достойно встретила зрелость, то Клара продолжала яростно сражаться с возрастом на всех фронтах всеми видами доступного ей вооружения.

– Тебе нужен отпуск, моя милая. Как насчет поездки в Испанию? Ты могла бы навестить свою маму! Она всегда говорит, что…

На этом повороте тетиных рассуждений Лори отключилась… Как она здесь оказалась? Она отвергла предложение Дэнни вызвать для нее такси – и шагнула из офиса «Симлесс» сразу же в ледяной ноябрьский ветер. Укутавшись в шерстяное пальто, она шла по улице Стрэнд, пока не очутилась на вокзале Чэринг Кросс прямо перед табло отправляющихся поездов.

Ну не могла она прямо сейчас вернуться в свою квартиру в Брикстоне! Что она будет там делать – одна, со всеми своими бедами?.. Сидеть, уставившись в стену, и ждать, пока ее соседка Шивон вернется с работы? От одиночества тоска только усилится. И она, ведомая импульсивным порывом, решила съездить к родным – к своей тетушке Кларе. Чтобы лишить себя возможности передумать, она быстро вытерла слезы и села на первый же поезд в Бромли.

– Лори!

К ней стремительно подлетела Андреа и затискала, сжала в объятиях. Лори, радостно удивленная, обняла кузину:

– А я и не знала, что ты здесь… И почему ты не на работе с утра?

– А я уже отработала! Сегодня у меня была ночная смена. – Андреа кивнула на скомканную форму медсестры в корзине для грязного белья.

Андреа была ей больше сестра, чем кузина. Обеим было уже за тридцать, они выросли вместе. Обе унаследовали темные волосы и оливковый цвет кожи от матерей-испанок, но на этом сходство между Андреа и тетей Кларой заканчивалось: в Андреа все было естественно, начиная с одежды и заканчивая полным отсутствием косметических ухищрений.

– Да садись же, садись! – засуетилась Андреа, расчищая для Лори место на диване с такой кучей пушистых подушек, что под ними едва можно было различить цветочную ткань обивки.

– Но что случилось? Что-то серьезное? Ведь еще… – она бросила взгляд на часы, – половина одиннадцатого? Я-то думала, у меня одной ненормированный рабочий график.

– Я напортачила на работе, – с трудом проговорила Лори. – И очень серьезно.

Андреа порывисто прижала ее к себе, словно бы защищая, и слезы снова хлынули из глаз Лори.

– Ничего, ничего, – успокаивала ее Андреа. – Все будет хорошо.

Пригревшись в родных объятиях, Лори плакала до тех пор, пока не заболело горло.

– Хочешь поговорить об этом? – спросила Андреа, когда Лори успокоилась.

– Не знаю. Пока нет. Это ужасно.

Андреа кивнула:

– Хорошо. Как скажешь. Послушай, а почему бы тебе не переночевать у нас?

– О, спасибо, – ответила Лори, выпрямив спину и вытирая слезы. – Наверное, я… действительно… и правда у вас задержусь… но только сегодня. Как хорошо, что ты здесь! Я вас не обременю.

Она заставила себя улыбнуться и попробовала разрядить обстановку:

– Ну а ты как? Как твои-то дела?

– Ха, уж это точно поднимет тебе настроение, – рассмеялась Андреа. – Я снова живу с родителями: коплю на съем квартиры. И все дни напролет – мама.

Она кивнула в сторону кухни, где тетя Клара, позвякивая посудой, заваривала чай, и сделала страдальческую грамасу.

– Ты представляешь, папа второй раз за день сбежал погулять с собакой. И я прекрасно его понимаю.

Лори улыбнулась и огляделась. Все полки, в том числе и каминная, были уставлены фотографиями – среди них была та, на которой они с Андреа, еще маленькие, позировали, подражая поп-звездам. Как не похожа была эта комната на ее стильную квартиру в Брикстоне!

Клара вошла в комнату с печеньем и чаем и поставила все на стол.

– Я разговаривала с твоей мамой на этих выходных, – доложила она.

– Правда? – ответила Лори, соображая, когда в последний раз она сама говорила с матерью. Прошло как минимум две недели… – Ну и как у нее дела?

– Ах, Лори, эти ее мужчины, – вздохнула Клара. – То есть твой отец уже был катастрофой! И то, как он ее бросил! Твоя мама так из-за него исстрадалась, что это чудо, что она еще с нами. Но сейчас, моя дорогая, история еще хуже.

– Мама, не преувеличивай, – попросила Андреа, взяла печенье и посмотрела на Лори. – Когда я с ней разговаривала, она была в полном порядке.

– В порядке? Очевидно, она не все тебе рассказала. Уж поверь мне, она совсем не в порядке. Она рассталась с Хавьером и теперь совсем одинока.

– С Хавьером? – рассеянно переспросила Лори.

– Да, давнишний ее возлюбленный. Они были вместе всего несколько месяцев. Но для твоей матери это очередное разочарование для коллекции, – рассуждала Клара, разводя руками и качая головой.

Андреа поймала взгляд Лори и произнесла одними губами: «Не обращай внимания!»

Очередное разочарование, подумала Лори. Всю жизнь она старалась не быть похожей на мать – она хотела быть независимой, успешной, неунывающей. Она бы никогда не доверила мужчине строить свое счастье. Но теперь, одинокая в тридцать пять, с разбитым сердцем и почти безработная, Лори задумалась: не похожи ли они с матерью больше, чем ей хотелось бы признавать?

Глава 2

Вторник, 21 ноября

Щелчок входной двери разбудил Рейчел. Спальня была погружена во мрак, и только лунная дорожка на ковре прорезала непроглядную тьму. Мобильный телефон лежал на подушке рядом с ее головой, а другая половина кровати была все так же пуста, как и тогда, когда она задремала. Рейчел взяла телефон, чтобы проверить, не пришло ли ей сообщение. Ни одного. Она посмотрела на время: полпервого. Она встала, надела халат, открыла дверь в коридор и прислушалась. До нее донеслось гудение холодильника, а потом позвякивание посуды: кто-то взял в руки тарелку.

Комната ее шестнадцатилетней дочери Милли была рядом с родительской спальней. Рейчел тихонько приоткрыла дверь и просунула голову в щель. Какое облегчение: Милли была в своей кровати, ее темные волосы разметались по светлой подушке, ее дыхание было хорошо слышно. Милли была дома. Милли была в безопасности. Зря беспокоилась, подумала Рейчел.

Она спустилась по лестнице. Ступени были неровными, и она шла осторожно. Их коттедж был построен в семнадцатом веке, поэтому внизу Рейчел пришлось слегка пригнуться, чтобы не задеть головой балку. На кухне с тарелкой в руках стоял ее муж Эйден. На нем были джинсы и клетчатая рубашка, которые он носил, когда переделывал очередной амбар в жилое помещение.

– Попался, – шепотом сказала Рейчел, улыбаясь.

– Виноват, – ответил Эйден с усмешкой, разводя руками. – Я старался не шуметь. Только что вернулся. Устроил себе полуночный пир. Снова.

Он поставил тарелку на кухонный стол и обнял жену.

– Я так рад тебя видеть, – сказал он, прижимая ее к себе и гладя по волосам. Она встала на цыпочки и поцеловала его в губы, проведя рукой по небритой щеке.

– Я тоже рада тебя видеть, – сказала она, прильнув к его груди.

Они пошли в гостиную и сели на диван.

– Как все прошло сегодня? – тихо спросила она, чтобы не разбудить Милли и ее младшего брата Зака.

– Негладко. Ну, ты знаешь, сейчас все негладко, – ответил Эйден. В его голосе она уловила нотку напряжения. – Бог знает, когда мы закончим амбар Вестли: мы обещали двенадцатого декабря, но это уже совсем скоро, а нам еще работы невпроворот. Осенью были дожди, они сильно нам все подпортили, а на этой неделе – проблемы с отделкой… Не надо было мне заказывать так много заграничного материала, все посылки опаздывают. Но не будем о работе! – Эйден махнул рукой, и его лицо слегка прояснилось. – Я провожу с тобой так мало времени! Зачем тратить его на разговоры о плохом? Как у тебя сегодня? Как дела у детей?

Рейчел забралась на диван с ногами и устроилась поудобнее.

– Все хорошо. Твоя мама приходила днем в гости, сказала, что участвует в организации сбора средств для благотворительного рождественского вечера.

– Волонтерство не дает ей покоя? А я-то думал, на пенсии люди не так активны.

– Беа ни на кого не похожа, – улыбнулась Рейчел. – Разве она усидит на месте? Но мы же всегда это знали. Она забрала Зака после футбольной тренировки, пока я возилась на кухне с обедом. Она просто подарок судьбы!

– А как Милли?

– С ней все в порядке. Была в гостях у Кейт, они делали уроки.

Рейчел замолчала на минуту.

– Что такое? – спросил Эйден.

– Да нет, ничего. Просто когда ты пришел, я подумала, что это Милли.

– В полпервого ночи?

– Да. Ее не было дома в одиннадцать, а мы договорились, что она к тому времени уже вернется от Кейт. Я ей звонила два раза, но ее телефон был выключен. Я сидела ждала ее, но, наверное, я заснула.

– А сейчас она где? – спросил Эйден.

– Ой, не волнуйся, она уже дома, – поспешно ответила Рейчел. – Она в своей комнате, спит.

– Значит, все в порядке? – спросил Эйден, дожевывая бутерброд.

– Да. Да, конечно…

– Но?

– Это совсем на нее не похоже. Она никогда не возвращалась домой так поздно. И даже не позвонила!

– Кейт живет за углом. Они, наверное, не следили за временем. Ты же знаешь, девчонки – они такие. К тому же Милли постоянно жалуется, что после перехода в другую школу редко видится с Кейт.

– Да, ты прав, – ответила Рейчел, отмахиваясь от своих смутных мыслей. – Конечно, ты прав.

– Милли дома. Не беспокойся! – Эйден обнял ее за плечи и поцеловал в щеку. – Пойдем спать.

– Я взяла с собой Книгу, – сказала Беа, садясь за стол на кухне коттеджа Готорн на следующий день. – Я подумала, что мы пробежимся по ней перед тем, как я отвезу детей в школу.

Обратный отсчет до Рождества от Беа, или просто Книга, была знаменитой реликвией семьи Мюррей. В нее Беа от руки записала всевозможные рецепты от тушеной индейки до традиционного шоколадного полена, от шоколадных гирлянд до марципановых листочков падуба. Книга была неотъемлемым атрибутом рождественского сезона в их доме.

– Отличная идея. Неужели уже почти декабрь? – Рейчел посмотрела на календарь. Двадцать второе ноября. – И правда. Уже пора готовить ромовую бабу. Давай-ка посмотрим рецепт.

Она подождала, пока в раковине сольется вода, вытерла руки кухонным полотенцем и села рядом со свекровью. Держа Книгу в руках, Рейчел подумала, что Беа выглядит сегодня особенно хорошо: на ней был полосатый сине-кремовый свитер, короткие светлые волосы аккуратно уложены, и выглядела она очень молодо.

– Вообще-то, я уже сделала ромовую бабу вчера вечером, – сказала Беа. – У меня было свободное время. Так что я буду в нее подливать виски время от времени. Честно говоря, я и сама вчера пропустила два стаканчика. Не стоит все-таки этого делать каждый раз.

– Такая уж работа, ничего не поделаешь, – Рейчел подмигнула свекрови.

Убрав за ухо прядь волос, она пролистала Книгу до любимой страницы. Вот он, ее любимый рецепт! Пряничный домик.

Пока она рассматривала уже давно изученные иллюстрации, в ее памяти оживали запахи рождественского десерта: имбирь, корица, гвоздика, – и она вспомнила, как впервые приготовила пряничный домик по рецепту Беа. Это был год, когда они с Эйденом уехали из родного Бромли, чтобы начать новую жизнь в йоркширской деревне, которая стала их домом.

– Ты уверена, что можешь?.. – спросил тогда Эйден, зайдя в кухню и увидев Рейчел, окруженную продуктами и раскатывающую тесто для пряников.

– Готовить, Эйден? – ответила Рейчел, повернувшись к нему лицом. – Я всего лишь беременная, а не хрустальная. И тем более срок подходит, так что я не хочу расслабляться.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее, круглый живот Рейчел немного мешал им. Эйден положил на него руку. Через месяц у них будет ребенок.

– Следующее Рождество станет немного другим, – улыбнулся будущий отец. Он смотрел на Рейчел с волнением и восторгом. Именно на этих двух эмоциях они держались с того самого дня, когда узнали, что она беременна.

– Но ведь не может же оказаться так, что содержать семью – это сложнее, чем переехать в Йоркшир? – тихонько засмеялась Рейчел.

– Да, не совсем то, о чем мы мечтали, – ответил Эйден. Вдруг на мгновение он стал серьезным. – Рейч, я понимаю, что это было нелегко, но спасибо тебе. За переезд сюда, за веру в меня.

Он провел рукой по ее волосам.

– У меня очень хорошее предчувствие. В тот самый момент, как мы сюда приехали, я понял, что Скипли – правильное место для открытия собственного бизнеса. Я надеюсь, что года через два у нас будет достаточно денег, чтобы наша малышка ни в чем не нуждалась. Говорят, первые два года самые трудные. Ты уже огляделась? Нашла группу поддержки будущих родителей и все такое?

– Ага, – ответила Рейчел. – Но я все еще скучаю по всем. По друзьям, в основном по Лори. Но все равно уже ничто не было бы, как прежде. Лори переезжает в Лондон, начинает учебу в колледже моды и дизайна, большая часть наших друзей поступили в университеты – я бы не хотела быть единственной клушей, которая осталась дома. Боже, можешь себе это представить? А мои родители… после того, как они отреагировали на новость о моей беременности… хорошо, что мы переехали на новое место.

Комок застрял в горле, когда Рейчел подумала о своих родителях. Эйден заметил это и, как мог, обнял ее.

– Дело в том, – продолжила она. – Что даже до всего этого я сомневалась. Я никогда по-настоящему не хотела переезжать в Брикстон. Я даже не очень-то хотела идти в университет. Я просто не хотела огорчать родителей. Что ж, теперь-то они точно разочаровались во мне.

Она положила обе руки на свой огромный живот, и вдруг улыбка озарила ее лицо:

– И знаешь, мне все равно. Я уверена, они передумают. Но даже если они не хотят стать частью жизни нашего малыша, то это они очень многое потеряют, а не мы. Я бы ни на что не променяла жизнь здесь с тобой.

* * *

– Хочешь сделать пряничный домик в этом году? – спросила Беа.

Рейчел посмотрела на свекровь и оглядела коттедж. Пятнадцать лет прошло с того дня. Два ребенка, мама Эйдена живет по соседству – Рейчел больше ничего не нужно было для счастья.

– Зак и Милли обожают делать его с тобой, так что он твой. Но оставь и мне что-нибудь. Ты же знаешь, что Эйден беспокоится за тебя.

– Ну ладно, – неохотно согласилась Беа, глядя в Книгу. – Вы с ним можете взять звездочки с корицей… и… рождественский кекс. И еще хлебный соус и брюссельскую капусту. Никогда ее не любила.

Рейчел приподняла бровь, давая свекрови понять, что перечисленного мало.

– Это все, Рейчел. Я всегда организовывала Рождество, и я не собираюсь складывать с себя эти обязанности только лишь потому, что я на пенсии. Мой сын может ныть и причитать сколько ему вздумается.

Рейчел посмотрела на нарисованные от руки иллюстрации к звездочкам с корицей. Если Эйден завершит свой проект вовремя, они даже, может быть, смогут испечь их вместе. Рождество в коттедже Готорн всегда было сопряжено с хаосом – шестилетний Зак не давал никому покоя, – но если все были вместе и Эйден делал перерыв в работе, то для них это был праздник из праздников.

* * *

Милли села рядом с младшим братом на заднее сиденье мини-купера своей бабушки и пристегнула ремень безопасности.

– Вам разрешают носить украшения в школу, Милз? – с подозрением спросила Рейчел, оглядываясь на дочь с водительского сиденья. В ушах Милли на фоне ее темных крашеных волос сияли огромные серебряные звезды, и Рейчел показалось, что ее дочь слишком высоко подтянула юбку.

– Да, мам, – ответила Милли. – По крайней мере, никто ничего такого не говорил. Там все не так строго, как в старой школе.

Рейчел решила не продолжать разговор. Они с Милли и так уже поссорились за завтраком на тему ее позднего возвращения домой, и им с Эйденом приходилось расставлять приоритеты в выборе тем для наставлений. Когда Рейчел была еще молодой мамой, она задавалась вопросом, будут ли они с ее дочерью друзьями, когда та будет подростком, но в последнее время Милли все больше и больше отдалялась от семьи.

– Эй, Миллз, – окликнул сестру Зак. – Ты знала, что Том едет в Диснейленд на Рождество?

– Хм, неужели? – ответила Милли без особенного интереса.

– Да. А Марку подарят игровую приставку.

Беа, сидевшая на пассажирском сидении, повернулась к Рейчел и молча закатила глаза, заставив Рейчел улыбнуться. Зак уже не в первый раз говорит об экстравагантных подарках, которые получают от родителей его одноклассники. Она посмотрела на своих детей в зеркало заднего вида и выехала со стоянки.

– Ну, им повезло, – сказала Милли. Рейчел увидела в зеркало, что она убрала челку с глаз. – Должно быть, у них очень богатые родители.

Рейчел вспомнила прошлогоднее Рождество. Бизнес Эйдена приносил огромный доход, и они подарили Заку и Милли все, что было в их списках подарков. А потом им пришлось перевести Милли из частной школы в государственную и прекратить ее занятия конным спортом. Рейчел повернула налево на главную улицу и остановилась на светофоре.

– Вы же знаете, что в этом году у нас все немного по-другому? – наконец осмелилась сказать она.

– Да я знааааааю, – ответил Зак. – Спад астрономической активности.

– Экономической, дурилка! – Милли игриво толкнула его в бок. – Цены на бензин Санты выросли. Сокращение бюджета на морковки для Рудольфа-оленя. Все нормально, мам. Мы все понимаем. Да ведь, Зак? Про папину работу и ипотеку, и прочее.

– Это хорошо, – сказала Рейчел, с ужасом думая о недавно присланных счетах. Загорелся зеленый свет, и машина поехала вперед.

Милли и Зак играли в «Монополию» с бабушкой, их довольные голоса и смешки были слышны на втором этаже, а Рейчел тем временем решила воспользоваться возможностью достать из шкафа коробки с рождественскими украшениями. Одна была полна красных и зеленых шаров и белых гирлянд, которыми они каждый год украшали елку.

Откинув крышку второй коробки, она поняла, как долго не открывала ее. Первое, что она достала, была маленькая блестящая елочка. Она улыбнулась: они с Эйденом купили ее, когда родился Зак и у них не было времени купить настоящую. Она с нежностью разглядывала старые, осыпающиеся веточки. Потом, отложив елочку в сторону, она достала спутанные гирлянды, свечи и всякие другие украшения. Когда она распутывала клубок гирлянд, на глаза ей попался пакет с фотографиями, которому было не место в этой коробке. Рейчел не упустила случая просмотреть фотографии: это были одни из первых снимков Милли и Зака, Эйден на фоне первого перестроенного амбара. И фото Рейчел и Лори – еще подростков – на фоне школьных ворот в последний день учебы в девятом классе. Они фотографировались с руки, поэтому фотография вышла размытая и их лица были слишком приближены к объективу. Это был 1995 год, день, когда они сдали последний экзамен. Эти воспоминания заставили Рейчел улыбнуться. Ее непослушные светлые волосы были распущены, а губы были накрашены красной помадой. У Лори же волосы были розовые, с непрокрашенными темными полосками у корней. Они стояли обнявшись, щека к щеке, и улыбались. Чувство эйфории – Рейчел все еще его помнила! Чтобы отпраздновать первый день свободы, они поехали на побережье на машине Рейчел, врубив на полную катушку Аланис Моррисетт, и подпевали во весь голос.

Рейчел снова посмотрела на фото. Они с Лори были неразлучны в те дни. Но многое изменилось. Она убрала фотографии в шкаф, выбрала самые красивые украшения, положила коробки на место и спустилась вниз.

Зак и Милли уже смотрели телевизор, и на первом этаже воцарилось относительное спокойствие. Рейчел тихонько подозвала Беа в кухню.

– Есть время на чай и сплетни? – спросила Рейчел.

– На чай и сплетни? Еще бы! На них у меня всегда есть время!

– Прости, что оставила тебя одну с детьми, – извинительно проговорила Рейчел, включив чайник. – Но ты так хорошо играешь в эти их настольные игры… А я ничего не понимаю в «Монополии».

– Ну что ты! Я получила настоящее удовольствие! Боюсь, мне уже даже не надо поддаваться Заку. В шесть лет он обошел свою бабушку в мастерстве.

Рейчел рассмеялась и достала из холодильника молока. Беа пошла доставать чашки.

– Нет-нет, садись немедленно! – приказала Рейчел. – Ты и так уже уработалась сегодня.

Беа отодвинула стул, но, собираясь сесть, вдруг, потеряв равновесие, упала. Рейчел бросилась к ней – от нее не ускользнуло, что по лицу свекрови пробежали смятение и страх.

– Что с тобой? Ты ушиблась? – всполошилась Рейчел, присев. Беа побледнела.

– Все нормально, спасибо, – ответила Беа. – Хорошо, что дети не видели. У меня голова закружилась. Не беспокойся.

Помогая свекрови встать, Рейчел видела, что руки у той немного тряслись. На всякий случай опираясь о стол, Беа села.

– Ты уверена, что с тобой все в порядке? – допытывалась Рейчел.

– Абсолютно. Итак, ну где они, обещанные тобой сплетни? Я вся внимание. Давай не будем портить вечер, Рейчел.

Глава 3

Среда, 22 ноября

Зимнее солнце освещало Брикстон сквозь дымку тумана. Лори уже подходила к викторианскому зданию, в котором жила, как снова увидела ту девицу: мелированные волосы закрывали половину ее лица, глаза ярко накрашены. Она стояла у входа в подъезд и звонила в домофон.

– Джей, это я, – проговорила она, когда ей ответили. В ее голосе Лори уловила легкую хрипотцу.

У Лори сжалось сердце при звуке его имени. Блондинке было не больше двадцати пяти. На улице был ужасный холод, а она была едва одета: мини-юбка, черные колготки, кожаные байкерские сапоги и джинсовая куртка.

Этот тон, подумала Лори, доставая из сумки ключи… что бы он означал? Приятельство? Близость?

Она приложила магнитный ключ к домофону и открыла входную дверь. Между нею и Джеем все было кончено. И не ее дело, кто к нему ходит, – тем более, что события понедельника давали ей серьезную пищу для размышлений. Она придержала за собой дверь, чтобы блондинка вошла в подъезд. Лори пересекла холл и начала подниматься по винтовой лестнице, держась за деревянные перила витой металлической балюстрады. Блондинка задержалась в холле, чтобы поправить макияж перед зеркалом.

Проходя мимо двери Джея, Лори невольно подумала, что могла бы быть на ее месте, и представила, как Джей заключает блондинку в объятия, целует ее… Но она все испортила. Как и все в своей жизни.

Она поднялась на свой третий этаж. Пентхаус, шутила она, рассказывая друзьям о своей квартире – конечно, это звучало гламурнее, чем выглядело. Но ведь это был Брикстон… Хотя надо признать – из окон ее квартиры открывался замечательный вид: в солнечный день свет заливал гостиную, и Лори видела крыши домов до самого Сити, а на горизонте маячили силуэты собора Святого Павла и небоскребов Мэри-Экс и Шарда. Квартира также имела выход на открытую террасу на крыше дома, которая была предметом зависти всего квартала. Изначально Лори видела это жилье как первый шаг к недвижимости в более престижном районе, допустим, Мэйда Вэйл или Примроуз Хилл. Но, прожив два месяца в Брикстоне и познакомившись со своими соседями, она прониклась чувством, что ни за что не хотела бы переехать отсюда. Район и сам квартал околдовывали и стали ее домом – ярким, хаотичным и живым.

Лори не сразу пошла к себе. Она остановилась у соседней квартиры и наклонилась, чтобы заглянуть в разрез для почты.

– Эй, Шивон, – позвала она. – Ты дома?

Послышалось шарканье, и дверь через минуту открылась. Ее соседка Шивон стояла на пороге, одетая в клетчатую пижаму, с тюрбаном из полотенца на голове. Ее ярко-зеленые глаза сияли на миленьком веснушчатом лице. Что-то полосатое и мурчащее обвилось вокруг ее ног. Мистер Рипли – полосатый кот с белыми лапками – официально принадлежал Джею. То есть он кормил его, но большую часть времени Мистер Рипли проводил в чужих квартирах, проникая в них через приоткрытые двери и окна.

– Только если это не полиция моды, – с улыбкой приветствовала подругу Шивон, снимая полотенце с головы и вытирая им волосы. – Ты застала меня врасплох.

– Сегодня я не при исполнении, – ответила Лори, устало улыбнувшись. Шивон отступила, пропуская ее в дверь.

С архитектурной точки зрения квартира Шивон была зеркальным отражением квартиры Лори, но на этом сходство заканчивалось. Жилище Шивон изобиловало зеркалами в позолоченных рамах и одеялами с этническими узорами, немыслимыми в обстановке, какую создала для себя Лори – оформление ее квартиры было выполнено в стиле японского минимализма.

Она прошла прямиком в кухню.

– Можно? – спросила она и, не дожидаясь ответа, открыла холодильник и достала с полки начатую бутылку вина. – Спасибо.

Взяв из шкафчика бокалы цветного стекла, она налила в них вино. И вдруг ей вспомнился день, когда она только въехала в этот дом четыре года назад.

– Имельде Маркос и не снилось столько обуви, – сказала тогда Шивон, разглядывая коробки с туфлями, которыми был заставлен холл. Она была небольшого роста, но ее сложно было не заметить: у нее были огненно-рыжие волосы, и говорила она громко и с ирландским акцентом.

– Я уже успела об этом пожалеть, – сухо усмехнулась Лори. Мебели у нее практически не было – она переезжала из одной меблированной комнаты в другую с каждым повышением зарплаты, но ее коллекция аксессуаров не имела себе равных. Грузчики, которых наняла Лори, без особых церемоний покидали коробки с обувью и одеждой в холле и оставили ее там одну.

– Ладно, – сказала Шивон. – Если ты одолжишь мне пару туфель, я тебе помогу. Есть что-нибудь тридцать пятого размера?

Вместе они затащили все коробки наверх, и когда они поднялись последний раз, Лори открыла бутылку вина и наполнила чашки – единственные емкости, которые смогла найти, – доверху.

– За твою новую квартиру! Добро пожаловать в Голдхоук Мэнженз, – сказала Шивон, поднимая чашку с вином. И Лори вдруг почувствовала, что она наконец-то дома – в первой принадлежащей ей квартире с новым другом и соратником.

– Эй, эй! – Шивон вернула Лори к реальности. Она подошла к столу и закрыла один бокал рукой, чтобы Лори не заполнила его до краев. – Некоторым завтра в школу.

Когда они только познакомились, Шивон была выпускницей педагогического университета, сейчас же она была заведующей учебной частью по искусствам. Ее вечера все чаще были заняты родительскими собраниями, но она все равно потом допоздна сидела в пабе. Вокруг ее глаз появились неглубокие морщинки – каждая на одну проверку от департамента образования, любила говорить она.

– Ей нет и двадцати пяти! – сказала Лори. В ее мыслях крепко засела блондинка. – Так ведь?

Она сделала большой глоток вина, прошла в гостиную и села на старинный диван, обитый зеленым вельветом.

– Я ее толком вблизи не видела, – пожала плечами Шивон и уселась в кресло напротив, пытаясь пальцами расчесать мокрые волосы.

– Она пришла к Джею. Опять.

– Слушай, Лори, мне неприятно это говорить тебе, но Джей сейчас в свободном полете.

Лори с угрюмым видом сняла сапоги и забралась на диван с ногами, обхватив колени руками.

– Да я знаю… Если честно, дело не только в этом, – вяло проговорила она, вспомнив унизительный инцидент в офисе. – О боже, последние два дня были просто ужасны, Шивон!

– В смысле?

– Работа… – Лори покусала губы. – Все плохо.

– Продолжай, – попросила ее Шивон. – Опиши ситуацию в деталях.

– Я совершила чудовищную оплошность! – глаза Лори наполнились слезами. – Причем очень глупую. Умудрилась напортачить с дизайном сумок – с очень важной частью коллекции «Навахо». Ну, той, о которой я твердила тебе с начала лета – наверное, все мозги тебе ими проела!.. И вот теперь меня отстранили…

Шивон удивленно подняла брови:

– Не может быть! Как такое могло случиться? Ты же столько над ней работала…

– И тем не менее такое случилось, – горько усмехнулась Лори. – Я постаралась… И теперь Дэнни хочет, чтобы я отдохнула. Два месяца. «Собралась с силами», как он сказал. Он написал мне сегодня утром – у меня полностью оплачиваемый отпуск, и чтобы до февраля я и носа не смела показать на работе. Мне еще крупно повезло, что он меня вообще не уволил!.. Я того стою, Шивон. Я очень серьезно его подвела, – она попыталась сдержать слезы. – Там, в Китае… Я не знаю. Я была сама не своя.

И причина, чтобы с Лори все это могло случиться, была одна-единственная. Лето закончилось всего несколько месяцев назад, но сейчас, в холодном ветреном ноябре, ей казалось, что ее отношения с Джеем были в какой-то другой жизни…

…Джей покачивался в полосатом гамаке на открытой террасе Лори и открывал для нее пиво. Из колонки для айпода доносился грув семидесятых, ритмичный саундтрек к жаркой летней ночи. В тот вечер они все вместе ходили в кинотеатр под открытым небом в парке, но еще до полуночи Шивон заснула на кровати в квартире Лори.

Сев рядом с ним, Лори приняла из его рук бутылку «Короны». Его серо-белая футболка и потертые джинсы оттеняли его загорелую кожу, и Лори это ужасно нравилось. Он сбросил свои шлепанцы рядом с ее. Гамак был двухместный, широкий – мамин подарок из Испании, но они прижались друг к другу в самой середке. Лори взглянула на Джея. Он выглядел почти так же, как и в день их первой встречи, когда он поднимался с зачехленной гитарой через плечо в свою новую квартиру. Джей повернулся к ней и улыбнулся. Он вел себя так, будто не замечал, что ее тело в бирюзовом комбинезоне без бретелек было в рискованной близости к его телу.

– Шивон пропускает такое небо! – негромко сказал Джей, глядя вверх. Лори устроилась полулежа и тоже посмотрела на небо. Несмотря на огни баров, офисов и магазинов южного Лондона, свет звезд был очень ярким.

– Ты прав, – ответила Лори, чувствуя тело Джея. Тепло его рук, его запах с нотками корицы. Ее тянуло к нему, и это казалось ей странным. Должно быть, она просто слишком много выпила. Лори сделала последний глоток и поставила бутылку на небольшую деревянную скамейку, которую для нее сделал Джей, когда приобрел столярную мастерскую весной.

– Может быть, это и к лучшему, что Шивон уснула, – проговорил Джей, и Лори залюбовалась его красивыми карими глазами.

Его голос звучал по-другому – мягче обычного. Это не был его обыденный тон, каким он просил одолжить ему молока или послушать что-то из музыкальных записей.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что мне нравится быть с тобой наедине, – ответил он, не отводя взгляда.

Лори не была уверена в правильности такого сближения. Она отвела взгляд и начала спешно просчитывать пути к отступлению.

– Тебе не кажется, что музыка играет слишком уж громко? – спросила она, пытаясь встать.

– Нет, мне так не кажется, – с нажимом возразил Джей. И взял ее за руку до того, как она успела подняться из гамака. Это было даже приятно. Ее сердце бешено колотилось в груди.

А потом Джей подвинулся ближе и поцеловал ее. Он гладил ее обнаженные плечи, а она целовала его, целовала Джея. Джея, который жил этажом ниже. И ей это нравилось.

Она отодвинулась, и он провел рукой по ее волосам. Они смотрели друг на друга, пока Джей не рассмеялся, разряжая обстановку.

– Странно… Тебе не странно? – прошептал он, гладя ее ладонь.

Она кивнула. Целый год они были друзьями – и теперь этот вот поцелуй. Да, она почувствовала что-то, когда первый раз встретила его – с первого взгляда она поняла, что ее новый сосед чем-то ее привлекает, и дело было не только в его привлекательной внешности. Но потом они стали друзьями, хорошо узнали друг друга, и притяжение, витавшее между ними, немного угасло. Теперь же оно вспыхнуло с новой силой – стало сильнее, чем когда-либо. Он снова ее поцеловал, обнимая. Они лежали в гамаке, целовались, болтали, смеялись всю ночь напролет.

Когда солнце взошло над городом, они тихо спустились в квартиру, и Лори провела Джея к двери. Они разговаривали шепотом, чтобы не разбудить Шивон, которая сладко спала.

– Эх, и славненько я провел время… – улыбнулся Джей. – Просто прекрасно…

Лори вздрогнула – Мистер Рипли запрыгнул ей на колени. Это вернуло ее к реальности.

– Что такое с этим котом? Какой-то он вездесущий!

Против воли Лори задумалась.

– Он просто очень дружелюбный, – ответила Шивон. – Вряд ли он подкрадывается с какой-то целью или по какой-то причине.

– Как бы то ни было, – продолжила Шивон их разговор о рабочих делах, – возможно, Дэнни и прав, Лори. Ты была вся на взводе в последнее время: работа, потом все эти проблемы с Джеем. Может быть, это не такая уж и плохая идея – взять на время тайм-аут. Это еще не худший вариант. Ты согласна?

Вопрос Шивон повис в воздухе. Она неторопливо достала пластинку Нины Симон и поставила ее в винтажный проигрыватель.

Лори приподняла бровь:

– Такое ощущение, что ты меня совсем не знаешь.

– Ладно, я понимаю, о чем ты.

– Я ненавижу сидеть без дела, я обожаю свою работу. Шивон, работа для меня – это все!

– Пожалуй, ты и правда единственный человек на свете, который проводит выходные на курорте, не выпуская из рук айфона и без конца ноя, что можно было бы заняться чем-то полезным вместо массажа и педикюра.

Лори улыбнулась. Упомянутый уик-энд на курорте был не лучшим моментом их дружбы.

– Как насчет активного отдыха? – предложила Шивон, задумчиво глядя в окно. – Ну, знаешь, не йога, а, допустим, занятия рисованием в Корнуолле. Или можно еще наблюдать за птицами в…

– Так, я вынуждена тебя остановить, – подняла руку Лори. – Ты хоть понимаешь, что ты сейчас планируешь отдых исключительно для себя? Для меня все это похоже на ад. Наблюдать за птицами! Ты что, издеваешься?

– Мне всегда казалось, что такие поездки проходят весело и увлекательно…

– О чем я и говорю, – вздохнула Лори. – Это тебе так кажется, а не мне! Хотя ты, наверное, права. Надо использовать это свободное время по максимуму. Мне тошно от всего, что случилось, но я не собираюсь запереться на два месяца в квартире и пялиться в телевизор… О, черт, как все ужасно, – Лори закрыла лицо руками. – Я из кожи вон лезла, чтобы доказать, что я идеально подхожу для своей новой должности! Но я села в лужу, и Дэнни потерял всякую веру в меня.

– А по мне – все не так уж и плохо, – невозмутимо проговорила Шивон, набрасывая полотенце на плечи. – Наоборот. Дэнни поддержал тебя, дав время на отдых. Определенно, он верит в тебя, Лори, и просто хочет, чтобы ты снова была в форме!

– Ох, я даже не знаю, – мрачно ответила Лори и шмыгнула.

Может быть, это она сама, а не Дэнни, потеряла веру в себя: что-то в ней надломилось.

– Давай поговорим о чем-нибудь другом, – попросила Лори. – Как у тебя?

– Неплохо, – ответила Шивон, глядя на Лори с хитрой улыбочкой. – После работы ходила в кафе с мистером Фергюсоном. С Эдом.

– Эд – это учитель физкультуры у вас? – уточнила Лори, и Шивон кивнула, не убирая с лица улыбки. – Он тебе нравится?

– Может быть, – сказала Шивон, ставя бокал на маленький столик в стиле ар-деко. – Я не хотела заводить роман на работе, но, должна признаться, устоять очень сложно. У меня уже так давно никого не было, что мне может понадобиться личный тренер, чтобы напомнить, как это делается.

Шивон прыснула. Лори рассмеялась в ответ, несмотря на упадническое настроение. Они с Шивон уже больше года шли рука об руку в своем гордом женском одиночестве. В молодости они понаделали немало ошибок в любви и на четвертом десятке лет уже искали чего-то большего, но качество и количество одиноких мужчин упало ниже некуда. Несмотря на то что летом было предостаточно заманчивых мероприятий и бесплатных фестивалей и еще был карнавал в Ноттинг-Хилле, никаких приятных знакомств они не завели. Потом Лори показалось, что у нее что-то может получиться с Джеем… Но к концу сентября, когда листья пожелтели и тротуар Винедремир Роуд был усыпан каштанами, она снова была одна.

Пластинку заело, и сильный негритянский джазовый голос Нины Симон исказился, поплыл.

– Ты когда-нибудь купишь себе нормальную музыкальную установку? – спросила Лори, пока Шивон поправляла иглу проигрывателя. – Ретро – это мило, но ты живешь в пространственно-временной дыре. Давай я помогу тебе привести квартиру в порядок, чтобы не стыдно было привести мужчину сю…

Декоративная подушка, запущенная Лори прямо в лицо, заставила ее замолчать.

Глава 4

Четверг, 23 ноября

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millyped@gmail.com

Милли!

Привет! Здорово было потусить с тобой в пабе. Я рад, что уговорил вас с Кейт остаться до закрытия.

Ты дала мне бумажку с твоим именем и имейлом – и я решил тебе написать. Не каждый день удастся поболтать с такой девушкой, как ты. Я тебя и раньше видел, и мне всегда казалось, что ты просто шикарна.

Хочу снова с тобой увидеться. Чем занимаешься на выходных? В субботу будет вечеринка, не хочешь пойти туда с Кейт?

Картер;-)

От: Millyped@gmail.com

Кому: Carter@yahoo.com

Привет.

Да, было классно встретиться с тобой и твоим другом. Спасибо за коктейли. Мы провели время в сто раз веселее, чем обычно по понедельникам.

Вечеринка звучит отлично, но в субботу мне надо сидеть с младшим братом. ОТСТОЙ.

Как насчет следующей недели? Например, в пятницу?

Милли:-)

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millyped@gmail.com

Супер! Значит, в пятницу. Спишемся на следующей неделе.

К.

– Ладно, ты права, – призналась Беа. – В последнее время я не очень хорошо себя чувствую.

Рейчел глубоко вздохнула – значит, она не зря спросила. Со вчерашнего дня, когда ее свекровь упала на кухне, она была сама не своя. Это не простое секундное головокружение. А дело серьезное. Возраст у Беа не юный.

– У меня часто кружится голова, и пару раз я уже теряла равновесие, – продолжала Беа. – И слух стал хуже.

Казалось невероятным, что Беа призналась в плохом самочувствии: она никогда не сдавалась перед лицом болезни. Однажды Эйден пошутил, что только серьезное воспаление легких заставит ее принять парацетамол. Поэтому Милли и Зак никогда не жаловались на простуду или разбитые коленки при бабушке.

– Может быть, это та вирусная инфекция… – неуверенно проговорила Рэйчел, пытаясь вспомнить название.

Беа передернула плечами.

– Да, наверное. Что бы это ни было, оно доставляет мне много неудобств. На днях у меня случился приступ на улице. Хорошо, что Джон из магазина техники помог мне найти, где присесть.

– О боже! – всполошилась Рейчел. – Ты ходила к врачу?

– Вчера я была у доктора Гарретт, она меня осмотрела. Сказала, что есть несколько заболеваний с такими симптомами и что я не должна их игнорировать, – говорила Беа, теребя пуговицу на голубом кардигане. Заметив встревоженное выражение лица Рейчел, она поспешно продолжила: – Я уверена, ничего серьезного. И ты знаешь, как я ненавижу суету без повода. Но врач сказала, что мне нужно обратиться к специалисту.

– Хорошо, – ответила Рейчел.

– Просто чтобы исключить определенные заболевания. А к тому времени, когда они закончат делать анализы, эта вирусная инфекция… или что там… сама пройдет. Но есть одна проблема, – продолжила Беа, прокручивая обручальное кольцо на пальце. – Специалист, которого мне посоветовала доктор Гарретт, работает в институте отоларингологии в Лондоне. Она сказала, что может направить меня в Лидс, если мы захотим…

Беа внезапно замолчала, и Рейчел мягко тронула ее за руку. Три года назад в лидском госпитале умер Дэвид, муж Беа, после травмы во время езды верхом. Несмотря на то что Лидс был намного ближе, чем Лондон, для всей семьи эта больница была связана с тяжелыми воспоминаниями. Рейчел подумала, что скажет Эйден: Беа должна получить лучшее лечение там, где она не будет чувствовать себя неуютно.

– Что ж, если доктор Гарретт сказала – Лондон, значит Лондон, – решительно заявила Рейчел. – И ты ни в коем случае не едешь одна.

Беа приоткрыла рот в попытке протеста, но впервые в жизни сдалась, слова застряли на полпути.

– Когда мы едем? – спросила Рейчел.

– Она назначит мне прием на ближайшее время. Скорее всего, на следующей неделе.

Эйден сидел на краю кровати, стараясь сохранять спокойствие, но вид у него был встревоженный.

– Да, я должен поехать с ней, – сказал он, запуская пальцы в короткие темные волосы.

Рейчел позвонила ему на работу и спросила, не сможет ли он приехать домой пораньше. Из трубки доносился грохот и шум стройки, и Эйден неохотно, но согласился укоротить свой рабочий день под напором настойчивых просьб жены.

– И доктор Гарретт не знает, что это может быть?

– Нет, – ответила Рейчел, сев рядом с ним и обняв его. – Им нужно сделать анализы. Это может занять несколько дней, но врач сказала, что ехать надо как минимум на две недели, с запасом. Твоя мама особенно не волнуется, и это главное.

– Ты когда-нибудь видела, чтобы моя мама волновалась? – поднял брови Эйден и попытался улыбнуться.

Даже в трудные недели и месяцы, как в тот год, когда умер Дэвид, Беа своим спокойствием держала в руках не только себя, но и всю семью. Рейчел хорошо помнила, как на похоронах Дэвида Беа сказала ей: «За тридцать пять лет я испытала любви больше, чем многие испытывают за всю жизнь. Мы делали друг друга счастливыми, пока могли. Вот что для меня важнее всего…»

– Я поговорю сегодня с Саймоном, узнаю, можно ли мне будет…

Эйден взял айпад и просмотрел свое расписание.

– Так, посмотрим.

Рейчел заглянула из-за его спины на экран планшета: вся неделя была расписана по часам, дедлайны и встречи с утра до вечера.

– Эйден, – Рейчел положила руку ему на плечо, пока он пролистывал следующую неделю. – Остановись.

Он обернулся к ней, в уголках его глаз стали хорошо видны морщинки.

– Я уверен, что если я хотя бы…

– Послушай, мы оба знаем, что в данный момент ты не можешь позволить себе взять внеплановый отпуск, – сказала Рейчел. Она видела его счета: выглядели они неважно. Если хотя бы один проект не будет завершен вовремя, бизнесу просто конец. – Так что я поеду с ней. – Она погладила Эйдена по руке и на мгновение сжала его пальцы.

Она уже мысленно перебрала несколько вариантов и отказалась от всех: друзья Беа были заняты, да и большинство из них сами были не в ладах со здоровьем и не смогли бы ничем помочь, случись с Беа обморок или очередной приступ недомогания.

– А Милли и Зак? – напомнил Эйден жене. – Текущий проект стройки сейчас в двух часах езды в противоположной стороне от школы. Придется ехать в Лондон с ними.

– Получается, что так, – скрепя сердце ответила Рейчел, взвесив все возможные варианты. Зак был так рад участию в школьной постановке рождественского вертепа! А Милли только начала вливаться в коллектив в новой школе… – Я завтра поговорю с их учителями.

– А я поговорю с Саймоном, чтобы временно взял что-нибудь из моих обязанностей на себя, – Эйден снова посмотрел на свое расписание. – Если у вас с мамой получится попасть на прием в среду, то на выходных я смогу вас навестить.

Рейчел погладила жесткую щетину на щеке и нежно поцеловала его.

– Мы справимся, Эйден, – сказала она. Он крепко обнял ее и прижал к себе.

Впервые за несколько недель Эйден рано лег спать. Рейчел понаблюдала за его ровным дыханием: во сне его не тревожили переживания прошедшего дня, он казался таким спокойным.

Надев любимую клетчатую пижаму и убрав волосы в тугой пучок, она пошла в ванную, на ходу подсчитывая в уме предстоящие расходы на Лондон.

В последнее время они экономили почти что на всем, но тем не менее бережливость позволила им немного скопить «на черный день». Итак, два взрослых и два детских билета на поезд, купленные в последний момент, двухнедельное проживание в отеле в Лондоне на троих, еда и проезд в городе… Выходило около трех сотен фунтов. Эйден получит деньги за эту стройку только в следующем году, так что на банковском счете у них остается всего ничего. Даже если они поселятся в самом дешевом отеле, на оплату жилья уйдут все деньги, которые они с Эйденом откладывали на Рождество. Надо искать другие способы решения этой проблемы…

И вдруг ее озарило: конечно! Лори! Рейчел понимала, что она будет просить слишком многого. Но старые друзья разве не для того ли и существуют, чтобы протянуть тебе руку помощи, когда припечет? К тому же Лори доводилась крестной матерью Милли, хотя бы и символически. Возможно, сейчас самое время наладить отношения. Соблазнительная идея – она могла и сработать! Рейчел воспряла духом.

Прополоскав рот от зубной пасты и надев халат, она прокралась мимо спящего мужа и спустилась на первый этаж. Сев за кухонный стол, она открыла ноутбук и, когда он очнулся от спячки, вышла в интернет. Она зашла на свой аккаунт в Фейсбуке. Рейчел зарегистрировалась здесь совсем недавно и по просьбе друзей выложила два-три семейных фото. Она очень редко проверяла свою страницу, да и друзей на Фейсбуке у нее можно было по пальцам пересчитать. Но среди них была Лори! На аватарке она выглядела настоящей моделью: над ее внешностью явно потрудилась рука профессинала – прическа (каре) и макияж (неброский) были сделаны безупречно.

Лори вела гламурный образ жизни, в ее активе были карьера и потрясающая одежда. Это было видно по ее фотографиям: снимки, сделанные во время показов и вечеринок лондонской и парижской недель мод. Рейчел не завидовала подруге – она ею гордилась. Зачем ей жить так, как Лори? Рейчел улыбнулась. Начать с того, что ее прическа на фотографии была бы полной противоположностью стильной укладке на голове Лори.

Рейчел зашла в раздел «Сообщения».

Привет, Лори!

Как дела? Сто лет не общались:)

Надеюсь, что у тебя все в порядке. Извини, что так внезапно сваливаюсь на голову, но я хочу попросить тебя об одолжении. Я просто в отчаянии!

Моя свекровь Беа больна, и врач направил ее в специализированную клинику в Лондоне. Можно мы с детьми остановимся у тебя недели на две, начиная с 29 ноября?

Рейчел с улыбкой вспомнила подарок, который Лори прислала ей на прошлый день рождения – ремень из черной кожи с бронзовой пряжкой в форме ласточки. Милли первая обратила внимание на бренд – «Симлесс» – и заметила, что Лори, должно быть, сама придумала этот дизайн. Было немного вещей, которые Рейчел могла носить с этим ремнем, но он занимал почетное место в ее гардеробе.

У Рейчел сложилось впечатление, что ее старая школьная подруга неплохо устроила свою жизнь. Она еще не видела квартиру Лори, но представляла просторное стильное жилье где-нибудь в престижном районе Лондона: Лори всегда мечтала жить в Примроуз Хилл.

В последний раз Рейчел видела Лори в прошлом году на свадьбе их общей знакомой Джейн. Тогда Рейчел надела единственное свое приличное платье, в которое смогла влезть, – коктейльное платье с цветочным тиснением. Она знала, что платье слишком плотно облегало ее тело: после рождения Зака Рейчел перестала следить за весом, и фигура ее потеряла былую стройность. На Лори же было красное платье с одной проймой и широкие золотые браслеты, волосы были идеально уложены. Когда они чмокнулись при встрече, Рейчел уловила запах дорогих хороших духов.

У Лори же найдется пара свободных комнат? Она живет одна; может быть, даже будет рада компании. Сделав глубокий вдох, Рэйчел отправила сообщение в просторы интернета. И встала, чтобы сделать себе какао на сон грядущий.

Единственным звуком в доме было бурление кипящего молока. Она влила его в какао-порошок в чашке, размешала и с чашкой в руке вернулась выключить ноутбук.

Как раз перед тем, как щелкнуть мышью по крестику и последовательно закрыть программу, она заметила красный значок, оповещающий о новом письме. Она быстро нажала на этот значок – нечему удивляться, Лори всегда все делала быстро.

Рейч, привет!

Я рада, что ты написала. Я уж решила, что тебя поработил женский клуб.

Рейчел поежилась. Ей нравилось быть членом женского общества Скипли, и, вообще-то, многие ее подруги в нем состояли. Это было не так уж и нудно, как думали люди.

Ну, если они заставят тебя позировать обнаженной, я надеюсь, они дадут тебе большущие кексы, тебе они понадобятся (счастливица).

Защитный механизм Рейчел инстинктивно дал задний ход, и она улыбнулась. Лори была по-модельному худа, но всегда завидовала груди Рейчел – в подростковом возрасте тело Лори остановилось на втором размере, в то время как грудь Рейчел продолжала расти до пятого. Ее бюст выглядел уже не так, как в молодости, но все равно она им гордилась.

Как бы то ни было, это приятный сюрприз, и знаешь, ты выбрала идеальное время. Я буду рада, если вы поживете в моей квартире.

Прекрасно, подумала Рейчел и продолжила чтение.

Но, Рейч, у меня есть идея еще лучше.

Вам нужно пожить в Лондоне, а мне бы не помешало сменить обстановку. Давай вы остановитесь у меня, а я на время переберусь к вам?

Рейчел обдумала предложение. Обмен домами. У нее были друзья, которые так организовывали выходные. Идея была хорошая: они с детьми смогут приходить и уходить, когда вздумается, ходить в больницу и при этом не путаться у Лори под ногами. Эйден на несколько дней останется в Скипли, но он может пожить в доме матери, оставив коттедж в распоряжение Лори.

Она отпила какао, улыбнулась и с легким сердцем ответила:

Отличная идея. Договорились.

Глава 5

Пятница, 24 ноября

– Мне пришла в голову совершенно безумная идея, – сказала Лори, снимая антикварной серебряной ложкой молочную пену с мокко.

Прошло пять долгих дней с катастрофического инцидента в офисе «Симлесс». Лори уговорила Шивон пойти выпить по чашечке кофе в «Лейсиз» – их любимое кафе, которое затерялось среди бутиков и ресторанов Брикстона. Буханки домашнего хлеба не помещались в корзинах и вываливались из них на прилавок, как из рога изобилия, а крепкий деревянный стол ломился под весом кексов, лепешек, тортов и пирожных. Белый мопс в вязаном свитерке крутился у ног Лори в ожидании угощения. Вскоре к нему присоединился его черный товарищ в таком же свитере, и две собаки слегка поссорились, деля кусок кукурузного хлеба.

Последние два дня Лори провела в спортивном зале, пытаясь найти выход своему напряжению: часами крутила педали велотренажера, ходила на занятия аэробикой и зумбой. Но перед глазами у нее все еще стояли испорченные сумки «Навахо» и разочарованное лицо Дэнни.

Официант принес им кексы на красивых тарелках, и Шивон с энтузиазмом принялась за свой. Лори же потеряла аппетит.

«Лейсиз» отличался от других кафе не тем, что в нем было, а скорее тем, чего в нем не было – детей. Возможно, внушительный пролет лестницы, по которому нужно было подняться, чтобы попасть в кафе, отпугивал мамаш с колясками. Конечно, Лори не имела ничего против детей и молодых мам до тех пор, пока последние не начинали без конца рассуждать о детском сне или смотреть на тебя с жалостью. Но очень часто они только этим и занимались.

Шивон была сосредоточена на удалении бумажной формочки с кекса и, казалось, не слышала Лори. И та повторила чуть громче:

– Я собираюсь обменяться домами.

– Что? – Шивон забыла про кекс и устремила все внимание на подругу. – Как по телевизору?

– Вроде того, – ответила Лори, отпив кофе. – Правда, без камер и всего такого. Просто делаю одолжение старой подруге.

– Правда? Что за подруга?

– Рейчел. Я тебе о ней рассказывала. В школе мы были очень близки. Но сейчас она… как бы это сказать? Домашняя мамочка-квочка. Переехала в маленький городок в Йоркшире. Ушла с радаров. Ну, ты знаешь, как это бывает.

– Ах, да. Та, с которой ты ездила в Грецию?

– Ага, – кивнула Лори. – Нам тогда было по девятнадцать. Как раз перед тем, как она забеременела.

Лори замолчала. Она вспомнила, как они с Рейчел смотрели на тест на беременность и не верили своим глазам. За пять минут ни та, ни другая не проронили ни слова. Рейчел была умничкой. Было бы логичнее, если бы Лори так оплошала.

– А отец ее ребенка? Они все еще вместе? – спросила Шивон.

– О да, у них уже двое замечательных деток, Милли и Зак. Эйден Тернер. Он учился с нами в одном классе.

– Ух ты. Как романтично, – вздохнула Шивон. Ее взгляд упал на пару, сидящую за столиком у двери: они снимали шарфы и теплые шапки, улыбаясь друг другу.

– Романтично? Ты и правда так думаешь? – усмехнулась Лори, попивая кофе и вспоминая Эйдена школьных времен: высокий, привлекательный. Он всегда был добр к ней, даже когда его друзья над ней издевались. Она отмахнулась от этих воспоминаний.

– Забеременеть до двадцати? – продолжила она. – Приговорить себя к жизни, завязанной на сопливых детишках, одежде из каталогов и постоянном напряжении? Если, по-твоему, это так романтично, то мне это все ни к чему.

Шивон слегка прищурила глаза, как будто бы говоря «ой, ну прекрати быть такой злюкой!».

– Рейчел, конечно, говорит, что счастлива. Но сама подумай, кого может осчастливить такая жизнь? Я бы ни за что не хотела поменяться с ней местами – ни на секунду!

Хотя двадцать лет назад, когда им было двенадцать и они только познакомились, может быть, она и хотела бы поменяться с подругой местами. У Рейчел была красивая одежда, большой дом и отдых на дорогих курортах с родителями. Она с одинаковой легкостью заводила друзей и получала отличные оценки по всем предметам. Лори же, напротив, была нескладной худышкой в шуршащем спортивном костюме из яркого материала и одна из немногих жила в квартире в блочном доме. В школе она всегда была жертвой насмешек и издевательств. Она была никем, пока не стала подругой Рейчел.

– Вот и хорошо, – сказала Шивон. – Однако мне не хотелось бы расстраивать тебя, Лори, но Чумовая Пятница – это не документальный фильм. В реальной жизни было бы очень сложно организовать обмен телами.

Лори закатила глаза:

– Слушай, я тебе все это рассказываю, потому что две недели по соседству с тобой будут жить другие люди, моя крестная дочь Милли в том числе.

– У тебя есть крестная дочь? – подняла брови Шивон. – Кто-то доверил тебе…

– Да, доверил, – вспыхнула Лори. – Дочь Рейчел – очень хорошая девочка. Правда, мы с ней редко видимся. Если честно, я даже в гостях у них не была. Это, наверное, не очень хорошо. Но я встретилась с ними в Оксфорде по дороге в Лондон. И я посылаю Милли открытки время от времени – с недель мод, из поездок за границу. Она интересуется модой. Короче говоря, я хотела сказать, что я еду в маленький городок, где живет Рейчел, – он называется Скипли, где-то в Йоркшире. Буду отдыхать и восстанавливать силы.

Шивон чуть не подавилась.

– Городок в Йоркшире? То есть национальный парк Йоркшир-Дейлс, конечно, прекрасен, но можно снова напомнить тебе, как ты сходила с ума на спа-курорте? Что же ты будешь делать в Йоркшире?

Если начистоту, Лори об этом как-то и не подумала.

– Н-ну, их домик выглядит очень мило. Розы в саду… Все так ухожено…

– Не будет никаких роз, Лори: скоро декабрь. И там даже не найти приличного суши-бара.

Лори вдруг поняла, что ее любимые суши не доставляют ей былой радости. С понедельника она почти ничего не ела.

– Хотя, с другой стороны, на сытных йоркширских пудингах ты хоть немного поправишься, – оптимистично заметила Шивон. – Но если серьезно, Лори, что ты будешь делать одна среди холмов Йоркшира? Ты уверена, что отчетливо осознаешь, на что соглашаешься?

– Да ничего со мной не случится, – заверила подругу Лори, махнув рукой. – Знаешь что? Я поняла. Вы с Дэнни правы. Мне нужно немного развеяться.

Воскресным утром, за три дня до отъезда, Лори постучала в синюю дверь на первом этаже. Через мгновение на стук ей открыла дверь полная негритянка за семьдесят, с аккуратным афро на голове, в ярком желто-красном платье. В ушах у нее поблескивали золотые серьги, на шее пылало красное ожерелье.

– Привет, Лили, – сказала Лори.

– Неужели моя любимая соседка пожаловала? – широко улыбнулась Лили. – Заходи, дорогая. Я как раз поставила чайник.

– Как твои дела? – спросила Лори по дороге на кухню.

– Спасибо, моя дорогая, неплохо, – ответила Лили, доставая из серванта поднос и чашки. – Ничего интересного. Пою в хоре. Ноябрь всегда проходит спокойно. Все веселье начинается на Рождество.

Лили включила радио, и тихо заиграла приятная ска-музыка. На плите уже кипел чайник. Лори села за стол и, окинув взглядом кухню, заметила, что обои рядом с дверью отошли от стены и в нескольких местах порваны, а деревянные полки и часть плитки – с какими-то трещинами.

– Это из-за работ с электропроводкой? – спросила она, указывая на стену и полки.

– Да, – ответила Лили, ставя поднос с чашками на стол. – Я, конечно, благодарна им, что они все починили, но эти работяги, которых прислал жэк, пошли, так сказать, дальше, оставив после себя все эти художества.

Лори провела рукой по поврежденным обоям с рисунком в виде подсолнухов.

– Жаль. У тебя всегда было так хорошо здесь.

– Да это пустяки, – добродушно засмеялась Лили. – Ты еще не видела гостиную, там вообще не осталось обоев. Они обещали вернуться, чтобы помочь с отделкой, но с тех прошло уже две недели.

– А с электричеством все в порядке?

– О, да. Освещение и выключатели работают прекрасно, и это главное. Что за вечеринка будет в темноте?

Лори улыбнулась. Каждый год Лили устраивала у себя рождественский ужин в карибском стиле для всех жителей дома. Она никогда никому не отказывала в гостеприимстве, поэтому ее квартира всегда была полна людей, воздух – соблазнительных ароматов жареной курицы и бананов, а коктейли с ромом располагали гостей к танцам. Шивон и Лори были завсегдатаями этих вечеринок вместе с Шоном – отцом-одиночкой, Никки – его дочерью-подростком, доводившей отца до белого каления, и, конечно, Джеем.

Днем к ним часто присоединялись друзья Лили из ее церковного хора и ребята из соседних домов. В прошлом году Шивон где-то раздобыла пиньяту в форме оленя, которая произвела фурор: дети колотили палками по фигуре из папье-маше, пока на них не посыпался дождь из конфет и леденцов.

Рождественский ужин у Лили был для Лори одним из самых ярких событий в году, но в этот раз все будет по-другому. Приведет ли Джей свою подружку? Хотелось ли Лори провести Рождество, сидя за фруктовым тортом и глядя на щебетание этой парочки? Ей было больно даже думать об этом.

– Твоя вечеринка пройдет замечательно, – сказала Лори. – Как и всегда.

Лили разлила чай по чашкам.

– Я знаю. Важно, что придут хорошие люди. Но ты знаешь, как я люблю, чтобы все было красиво.

Лори с пониманием кивнула и вспомнила, зачем она пришла к Лили.

– Кстати, я заскочила сказать, что я ненадолго уезжаю. В это время в моей квартире поживет подруга. Ее зовут Рейчел, и она приедет с семьей – маленьким сыном и пятнадцатилетней дочкой. Поэтому если встретишь незнакомых людей, не тревожься – это они.

– Хорошо, – сказала Лили, отпив чаю. – Твои друзья – мои друзья, дорогая. Передай им, что, если им что-нибудь понадобится, Лили всегда здесь. Ты знаешь, как я люблю пообщаться с молодежью.

Лори взяла чашку в руки, чтобы согреться. Квартира Лили не очень хорошо отапливалась, и, поскольку на улице температура скатилась почти к нулю, на кухне было довольно прохладно.

– Ну а как твои дела? – спросила Лили, присматриваясь к Лори. – У тебя все в порядке? Я не из тех, кто лезет не в свое дело, но ты выглядишь очень уставшей. И похудела.

– Бессонница, – сдержанно ответила Лори. – Одолела в последнее время.

– А причина этой бессонницы – твой друг Джей?

– Отчасти, да.

– Неужели он разбил твое сердце?

– Все совсем не так, – вздохнула Лори.

– Значит, ты разбила Джею сердце?

– Просто у нас с Джеем ничего не получилось. Вот и все.

Она сто раз прокручивала в памяти тот день, пытаясь понять, что же пошло не так. После приятного летнего вечера на террасе у них с Джеем была еще пара свиданий с поцелуями и объятиями. Когда наступила осень, на третье свидание они пошли в пиццерию «Капеллиз» – они уже бывали там с друзьями, но в этот раз, когда они были вдвоем, все было иначе – интимно и романтично.

– Приходи ко мне в пятницу, – предложил Джей уже после, на улице. Лори игриво подцепляла опавшие листья носком ботинка, держа Джея за руку. Они шли медленно, никуда не спеша. – Я приготовлю ужин.

– Хорошо. С удовольствием, – ответила Лори, замешкавшись лишь на секунду. Как бы уверенно она ни говорила, ее одолевали сомнения. Всю дорогу домой, пока они шли, она больше молчала, размышляя об отношениях с Джеем. Ведь всего пару недель назад они были только друзьями. Куда заведет такое стремительное сближение? И нужна ли вообще между ними такая серьезность? Она знала, чем закончится вечер у Джея в пятницу, и противный внутренний голос ей строго нашептывал, будто отчитывал ее за провинность: остановись, все меняется слишком быстро, ты еще не готова.

Джей поцеловал ее на прощанье.

– Тогда до пятницы, – улыбнулся он, неохотно отпуская ее руки. – В семь вечера, хорошо?

– Да, – кивнула Лори, отринув сомнения. – Увидимся.

* * *

В ту пятницу Лори повесила трубку после последнего служебного телефонного разговора в половине седьмого. Продажи сапог «Синалоа» шли очень хорошо. День выдался прекрасный: она выслала в нью-йоркский офис несколько предложений по расширению новой коллекции «Навахо» и немедленно получила положительный ответ. Довольная собой, она встала из-за стола и засобиралась домой. Взглянула на часы… Что ж, она немного опоздает на ужин с Джеем. Но в качестве компенсации купит по дороге хорошего вина. Все отлично!

У самых дверей ее остановил Дэнни, взволнованный:

– Лори, пожалуйста! Извини. Но это очень важно! Наша презентация для встречи акционеров в ужасном состоянии. Не могла бы ты помочь привести ее в божеский вид?

Полтора часа спустя Лори оторвала взгляд от экрана. Глаза болели, ломило плечи. С презентацией она справилась, как всегда, без проблем, но время пролетело незаметно: когда она сохранила финальный файл – разумеется, безупречный, – было уже восемь вечера.

– Аврал на работе, – с порога поторопилась сообщить Лори, когда Джей открыл ей дверь. Она окинула его взглядом: синие джинсы и клетчатая красно-черная рубашка – неплохо. – Я только закончила телефонные переговоры, уже собралась уходить, и тут как снег на голову – задание от начальства, так что пришлось еще не по своей воле…

Она замолчала, принюхавшись: нос уловил приятный запах трав, приправ и… сгоревшей еды.

– Я опоздала, и ужин пошел насмарку, да?

– Вроде того. Ну, давай заходи, – сказал Джей, пропуская ее.

– Мы все еще можем заказать пиццу. Да ведь?

– Ну да, – отозвался Джей. Лори уловила нотки недовольства в его голосе, но предпочла не обратить на это внимания.

– Отлично. Сегодня я хочу кутить, – прощебетала она. – Сапоги «Синалоа» пользуются большим спросом, и я…

– Лори, – перебил ее Джей, растерянно глядя на нее. – Я что? Перепутал время? Мне казалось, мы договорились на семь часов.

– Так и было, – небрежно бросила Лори. – Но у меня на работе возникла нештатная ситуация: надо было исправить презентацию. Дэнни нужна была моя помощь. Надо было тебе позвонить, да? Но я подумала, что если сразу сяду в метро, то опоздаю всего лишь…

– На два часа?

– Да, – промямлила Лори. Черт. Звучало паршиво. – Я нужна была Дэнни.

– Ладно, – медленно произнес Джей.

– Что? – с вызовом спросила Лори. Она поняла, что сильно задела его: он расстарался, чтобы ее порадовать, а она даже не соизволила прийти вовремя. А главное, не удосужилась предупредить, что опоздает… Она собрала всю волю в кулак. Она не будет слабой. Она не признает, что не права. – Извини, Джей. Ты это хочешь услышать? Извини. Но работа есть работа.

Джей пожал плечами:

– Послушай, Лори, давай забудем об этом. Проходи, я сейчас что-нибудь по-быстрому соображу. Просто, как ты и сказала, было бы неплохо позвонить, предупредить…

– Не спорю, – согласилась Лори. – Но, Джей, дело в том, что твоя работа отличается от моей, так? То есть у тебя это даже не настоящая работа. Твоя музыкальная группа… мебельный магазин… ты можешь в любой момент остановиться, позвонить кому-нибудь из приятелей, поболтать, о чем надо, – и никаких проблем… но я…

Джей смотрел на Лори расширившимися от удивления глазами.

– …я не хочу сказать, что твоя работа не имеет никакого смысла, нет, но она не такая…

– …не такая важная, как твоя? – уточнил он. – Боже, Лори, ты вообще себя слышишь?

– Но ведь это совершенно другой уровень ответственности! Босс, зарплата…

– Да, верно, – кивнул Джей. – Кажется, я понял, что ты хочешь сказать. Для тебя работа всегда была, есть и будет на первом месте. Хорошо, что я узнал об этом сейчас, а не позже.

– Это… – начала было Лори и осеклась. Она не могла этого отрицать. Как бы она ни хотела помириться в тот момент с Джеем, она не могла ему врать. Ее работа на самом деле была для нее важнее всего.

– Я приложила много усилий, чтобы получить это место, – стала оправдываться она. – И я не могу позволить себе оступиться. Не все могут позволить себе быть свободными мечтателями, вроде тебя…

– Ничего себе, – приподнял брови Джей.

Лори сбилась, пытаясь найти нужные слова, чтобы как-то исправить ситуацию. Но ничего не приходило в голову. В конце концов она сдалась. Ее щеки горели. Она развернулась и быстро вышла, громыхнув дверью.

Шли недели, за ними месяцы, а они с Джеем с тех пор едва перекинулись парой слов. Джей принадлежал ей лишь на несколько сладких мгновений, но после этого она потеряла одного из своих лучших друзей, и это причиняло ей боль. Настоящую боль. Этим воскресным утром она слушала музыку, доносившуюся снизу, из его квартиры: так ей казалось, что она там, рядом с ним. По мнению Шивон, ей надо начать встречаться с другими мужчинами. Но Лори не знала, чего она хочет: может быть, серьезные отношения не для нее. Может быть, после этой истории она хотела быть одна.

– Что ж, очень обидно, – сказала Лили, пожав плечами. – Вы прекрасно смотрелись вместе. Но ты упрямая, я это знаю. Как бы то ни было, сейчас тебе больше всего нужны друзья, и у тебя их предостаточно.

Лори бросила взгляд на фотографии в золотых рамках на нетронутой части стены. На них были запечатлены внуки Лили. И, прежде чем она смогла взять себя в руки, вопрос сам сорвался с ее губ:

– Ты когда-нибудь была влюблена, Лили?

– О, да, – засмеялась та. – По крайней мере, мне казалось, что я влюблена. В отца моих детишек, Джимми. У меня были дети, теперь еще и внуки, и они мои маленькие солнышки, даже когда они очень далеко от меня. Я ни о чем не жалею. Ну, а что до ссор – это было не для меня. Мы с Джимми были слишком молоды или, возможно… – она снова пожала плечами. – Может быть, я не из тех, кто может остепениться.

Глава 6

Понедельник, 27 ноября

От: Millyped@gmail.com

Кому: Carter@yahoo.com

Привет, Картер.

Как дела? Боюсь, мы не сможем встретиться на этой неделе. Долгая история, но я еду в Лондон на пару недель с семьей. С одной стороны, это плохо – я пропущу кучу всего здесь, с другой стороны, хорошо – я всегда мечтала съездить в Лондон, и школу прогулять.

Но мы можем писать друг другу, если ты хочешь.

М.

– Значит, вас не будет две недели?

Рейчел сидела на диване в гостиной своей соседки и подруги Дианы. Алфи – ее маленькая собачка, – лежа на подоконнике, дремал в лучах зимнего солнца, Диана была ухоженной блондинкой, ее волосы были убраны в тугой элегантный пучок, светло-голубые тени на веках, нежно-розовый маникюр. Дом был под стать хозяйке: подушки, как им и положено, взбиты, кофейный столик отполирован до блеска, в воздухе витает слабый аромат ванильного освежителя воздуха. Рейчел, которая пришла к подруге в джинсах и толстом шерстяном свитере, невольно ощутила себя грубым инородным пятном во всем этом стерильном великолепии.

– Зависит от того, как быстро Беа поставят диагноз. Все это время здесь будет Лори.

Диану эта новость не обрадовала.

– А как дети?

– Зак в полном порядке. Он, конечно, расстроился, что не будет участвовать в школьной постановке, но не может дождаться большого приключения. У нас дома чемоданный хаос. Зак собирается взять свой велосипед, – улыбнулась Рейчел. – Ну, а Милли даже понравилась эта идея. Правда, сначала она была не очень довольна, говорила, что пропустит какую-то вечеринку, но ей всегда хотелось съездить в Лондон.

– Я уверена, ей понравится, – кивнула Диана.

– Иногда сложно сказать, что ей понравится, а что нет, – задумчиво ответила Рейчел. – Раньше я всегда хорошо это знала, но ее интересы так быстро меняются… Она теперь ходит в смешанную школу, и мне кажется, что мальчики для нее важнее лошадей.

– Ей нравится кто-то определенный?

– Не знаю. Может быть. Я попыталась поговорить с ней об отношениях, но она мне в лоб заявила, что «не залетит в девятнадцать», как я, – Рейчел рассмеялась. – Возможно, это должно меня обнадеживать. Но амбиций у нее больше, чем у меня было когда-либо.

– Она разумная девочка, – сказала Диана. – Как бы то ни было, я буду скучать. И, конечно, я очень беспокоюсь за Беа.

– Будем надеяться, что врачи быстро разберутся, что с ней. Я ее такой никогда не видела. Эйден очень переживает, и вдобавок ко всему у него так много работы! Но он все равно приедет на пару дней в Лондон. А ты не могла бы присмотреть за Лори? Она… как бы это сказать… она слишком уж городская девушка.

– Да, конечно. Я загляну, когда она приедет, чтобы она знала, к кому обратиться, если ей понадобится какая-то помощь. Так, значит, вы вместе учились в школе?

– Да. Мы уже много лет знакомы. Со средней школы, еще в Кенте. А дальше наши пути как-то разошлись. Ты знаешь, как это бывает… Я переехала сюда, потом дети, а она строила успешную карьеру в Лондоне. В последнее время месяцы проносятся с невероятной скоростью. Тем не менее мы пишем друг другу время от времени, спасибо электронной почте. Кстати, Лори крестная мать Милли.

– Тогда удивительно, что я ее ни разу не видела.

– Сюда слишком долго ехать, – начала защищать подругу Рейчел. – Лори очень занята, она работает в модном доме, а там столько важных «высоких» мероприятий, и ей постоянно нужно где-то присутствовать. Но сейчас, кажется, она решила сделать перерыв в работе.

– Что ж, я с нетерпением жду встречи с ней, – сказала Диана, отрезая два куска торта и передавая один Рейчел.

– А ты как? У тебя все в порядке? – осторожно спросила Рейчел.

Диана повернулась к своему песику и, гладя его живот, проговорила сюсюкающим голосом:

– О, у нас с Алфи все просто прекрасно. Да, мой хороший?

– Отлично. Ну, я рада, что у тебя все хорошо. Но если тебе когда-нибудь что-нибудь…

– Со мной все в порядке, Рейчел, – отрезала Диана. – Мне нравится быть одной. Но спасибо, что спросила.

– Ладно, – ответила Рейчел, пожалев, что начала этот разговор.

– Вообще-то, я все еще надеюсь, что ты примешь мое предложение помочь с интерьерным дизайном в компании, – голос Дианы слегка смягчился.

– Я даже не знаю… Мне понравилось оформлять детские комнаты, но я не уверена, что у меня получится заниматься этим профессионально.

– Неправда. И я могу тебя кое-чему подучить. Хотя бы подумай об этом, пока будешь в Лондоне.

– Хорошо, я подумаю, – пообещала Рейчел.

В тот же вечер – было уже довольно поздно – у них с Эйденом состоялся такой разговор. Она лежала, положив голову мужу на грудь – все долгие годы совместной жизни они спали в одной постели.

– Я буду скучать по тебе, – сказала она, думая о том времени, которое они проведут порознь, пока он не приедет в Лондон.

– Я тоже буду скучать, – ответил Эйден, приподняв ее голову за подбородок и целуя в губы.

– И если у тебя получится приехать пораньше…

– Я не знаю. Я думал, что мы договорились…

– Да, да, конечно, – Рейчел немного отодвинулась. – Я не это имела в виду. Я понимаю, что у тебя работа. Просто я буду скучать без тебя… А когда ты приедешь, мы бы могли куда-нибудь сходить все вместе, если у тебя будет время.

– Не знаю, Рейч, – повторил Эйден с легким напряжением в голосе. – Я уже передал некоторые свои обязанности, но все равно я буду следить за стройкой из Лондона. Так что трудно сказать, сколько свободного времени у меня будет.

– Конечно, – ответила Рейчел, сформировав в сознании реальную картину следующих двух недель.

– А сейчас мне очень нужно поспать. – Эйден вздохнул и повернулся на бок к ней спиной.

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли.

Эх, мне очень обидно узнать, что ты уезжаешь. Только ты появилась со своими прекрасными волосами, улыбкой и красивыми глазами, как тут же исчезаешь. Черт.

Но, ДА. Давай списываться. Тебя не будет всего пару недель.

А пока – Лондон. Это здорово. Я был там в прошлом году в гостях у двоюродного брата – он водил меня на лондонское колесо обозрения, это было потрясающе. Может, ты сводишь туда своего младшего брата?

Итак, для начала – расскажи мне о себе… То есть я знаю, что ты живешь недалеко от паба и что ты пьешь ликер «Южный комфорт» и лимонад… еще ты говорила, что любишь Адель и группу «Белые полосы». А что еще ты любишь? Расскажи мне все.

К.

Глава 7

Вторник, 28 ноября

Лори знала, что ей следует сделать. Она уезжала в Скипли завтра, в среду, и уже полностью собралась. Все, что оставалось, это через кого-то из соседей передать Рейчел ключи от квартиры.

Но Шивон и Лили, как нарочно, были все время заняты где-то вне дома, так что приходилось обратиться с этой просьбой к Джею. Ничего сложного, обычное для соседей дело. Но сама мысль о разговоре с ним… вот уже несколько месяцев они почти не общались. Добрых пять минут Лори простояла в своей прихожей, переминаясь с ноги на ногу и собираясь с силами.

Глубоко вдохнув, она перешагнула через порог и спустилась по лестнице. Ощущая холодок в животе, она позвонила в знакомую дверь. Может быть, его нет дома, трусливо подумала она, втайне желая, чтобы так оно и было.

Джей открыл дверь минуту спустя. Его темные волосы были немного взъерошены. На нем были синие джинсы, броги и темно-красный свитер. Не просто свитер, а тот самый, который сидел на нем как влитой и оттенял его смуглую кожу. Тот самый, который Лори заметила в магазине в Сохо и уговорила Джея купить его, потому что он неимоверно ему шел. Тогда они еще были просто друзьями. Из квартиры донесся шум радио, отвлекший ее на мгновение.

– Привет, – сказала Лори. Вышло глухо и хрипловато.

– Лори, – натянуто улыбнулся Джей. – Привет.

Все заранее заготовленные слова вылетели у Лори из головы, как только она увидела Джея. Ее взгляд упал на его чувственный рот, и она вспомнила его поцелуи.

– Давно мы не виделись, – сумела выговорить она наконец.

Он кивнул и опустил глаза в пол.

– Времени ни на что не хватает, – продолжила Лори. – Нагрузка на работе неимоверная.

Она оборвала себя. К чему это все? «Нагрузка на работе отсутствует» точнее бы описывало ситуацию.

– Ну да. – Джей помолчал и продолжил: – Ну, это хорошо. А сегодня? Как так получилось, что ты дома?

– Отпуск, – быстро ответила она.

Лучше не упоминать, что ей, как ни крути, запретили приближаться к рабочему месту. Она прикусила губу и поскорее сменила тему:

– Вообще-то я пришла попросить тебя кое о чем.

– Без проблем, – улыбнулся Джей. – Чем я могу быть полезен?

– Подруга…

Из квартиры донесся женский смех, и Лори резко замолчала. Она осознала, откуда шел звук, и ее желудок сжался до спазма. Все, чего она сейчас хотела, это отдать Джею ключи и поскорее уйти.

– Моя подруга Рейчел поживет у меня пару недель. Не мог бы ты завтра передать ей ключи от моей квартиры, когда она приедет? – Она протянула позвякивающую связку. – Они будут здесь примерно в три часа – Рейчел с дочкой и сыном.

– Конечно, – кивнул Джей. – Какие проблемы…

Он взял у Лори ключи, и на мгновение их пальцы соприкоснулись. Лори хотелось так и остаться стоять, прикасаясь к нему, но он обыденным жестом положил связку на тумбочку, стоящую тут же, в прихожей.

– Так куда ты… – начал было он, снова взглянув на нее.

– Дже-ей! – донеслось из глубины квартиры. – Твой чай остывает.

Это была она. Та блондинка.

– Пожалуй, я пойду, – сказала Лори, чувствуя тяжесть в сердце. – Спасибо за помощь.

Она развернулась и пошла вверх по лестнице. Сердце бешено колотилось. Голос блондинки; это была близость…

– Но, Лори, ты же пойдешь на вечеринку Лили? – вдогонку спросил ее Джей.

– Да, конечно, – совершая над собою усилие, улыбнулась она.

Но, едва произнеся эти слова, она поняла, что при настоящем положении дел вечеринка Лили была последним местом, где бы она хотела оказаться на Рождество.

* * *

Чувствуя себя выбывшим участником реалити-шоу «Кандидат», Лори катила за собой чемодан по вокзалу Кингс-Кросс. Была среда – прошло чуть больше недели с того часа, как ее жизнь пошла под откос.

Сначала она должна была сесть на поезд до Лидса, отбывающий в 11.45, а там пересесть на поезд поменьше прямиком до Скипли. Час пик миновал, и вагон был полупустой. Мужчина с румяным лицом и выпирающим животом, ее сосед, приветливо посмотрел на нее. Двое детей, девочки, скорее всего, его дочки, сидели тут же, напротив. Рядом с ними стояла клетка с собакой. С нарастающим отчаянием Лори поставила свою сумочку рядом с собой.

– Добрый день, милочка, – сказал мужчина. Он встал и помог ей забросить ее чемодан на полку для багажа – очень кстати, чемодан оказался тяжелый. – Куда направляетесь?

Лори никогда не разговаривала с незнакомцами в общественном транспорте и сегодня не склонна была делать никаких исключений. В этом отношении она была до мозга костей лондонским жителем, несмотря на то что родилась не в Лондоне.

– Скипли, – сдержанно уронила она, надеясь, что мужчина вернется к чтению журнала о рыбалке, который держал в руках, когда она появилась в вагоне.

– Скипли, м-м-м-м… да, я о нем знаю, ну, по крайней мере слыхал. Значит, вы едете до Лидса. Сейчас мы…

Поезд тронулся, и, пока мужчина продолжал говорить, Лори с тяжелым вздохом откинулась на спинку сиденья.

* * *

После нескольких минут разговора о рыбной ловле – господи, как же долго они для нее тянулись! – Лори достала айфон, вставила в уши наушники, и мужчина наконец вернулся к журналу. Лори посмотрела в окно. Лондон в этом районе явился ей знакомыми видами: ряды стандартных домов, стадион Эмирейтс, Александра-палас. Все это вызывало в ней чувство восторга. Поезд начал набирать скорость. А ее вдруг охватил порыв обнять этот город и не отпускать его от себя.

Она зашла в Твиттер и написала:

Еду в Йоркшир, пожелайте мне удачи! #неумеюрасслабляться

Море однострочных ответов выплеснулось на ее сообщение. Улыбка сама собой тронула ее губы.

Прочитав твит от Андреа, она вспомнила о семье. Мама. Лори быстро написала ей смс:

Мам, привет, как дела? Извини, что не звонила. Я уезжаю из Лондона на пару недель в отпуск. Целую, Лори.

Через минуту пришел ответ:

Я рада, что у тебя отпуск. Клара сказала, что ты к ним приезжала. У меня все в порядке, как обычно. Люблю, скучаю. Мама.

Через час викторианские дома сменились вспаханными полями под синим небом. Чем дальше они отъезжали от города, тем громче казались ей разговоры – вагон наполнился смехом и болтовней. Лори попыталась сосредоточиться на электронном издании «Вог», но постоянно была вынуждена соперничать за пространство с соседом, громоздкой собачьей конурой и симпатичным хаски, с которым играли дети.

– Хотите его погладить? – спросила одна из девчушек. Лори улыбнулась, неловко погладила пса и отдернула руку, наткнувшись на липкую мармеладку в форме бутылки из-под кока-колы в его шерсти.

Она аккуратно вытерла руку, чтобы не запачкать свою кремовую шелковую блузу, и вышла в интернет. Что-то было не так с ее рабочим почтовым ящиком: вход был заблокирован. Лори тяжко вздохнула – там точно есть письма, на которые следует срочно ответить! А кто это сделает лучше нее? После неудачных попыток проверить рабочую почту она зашла в личную. К своему удовольствию, она обнаружила там письмо от Милли.

От: Millypede@gmail.com

Кому: LaurieGreenaway@virgin.net

Привет, Лори.

Только что получила твою открытку из Пекина, и она очень крутая, спасибо. Она пополнила мою коллекцию.

Лори была не лучшей крестной на свете, но отправлять Милли открытки стало для нее привычкой, от которой она не отказывалась. Она представила свою крестную дочь такой, как на ее аватарке в Фейсбуке – высокая для своего возраста, с крашеными темно-красными волосами и папиными карими глазами. В Милли Лори видела искру, которая была в ней самой много лет назад, желание двигаться вперед, жажду лучшей жизни.

Мы едем в Лондон и в твою квартиру – это все немного странно, как ты думаешь? Но я очень хочу посмотреть на город и где ты живешь. У тебя же есть портновский манекен? Я взяла с собой выкройку для урока труда – закончу свой проект у тебя.

Надеюсь, ты не будешь скучать в Скипли. Хотя, господи, там так скучно. Предки переживают из-за бабушки, но мне кажется, она в порядке: вся жизнерадостная и не заморачивается из-за больницы.

Хорошей поездки, целую,

Милли.

PS. Я нашла вашу старую фотку с мамой. Вы примерно моего возраста, и у мамы эта жуткая красная помада на губах. Хотя фото довольно милое. У меня с моей подругой Кейт есть похожее.

Лори быстро напечатала ответ.

От: LaurieGreenaway@virgin.net

Кому: Millypede@gmail.com

Миллидусик! Привет.

Здорово, что написала. Я надеюсь, квартира вам понравится. В свободной комнате есть куча ткани, так что не стесняйся – бери, что тебе понадобится для проекта. И, конечно, в твоем распоряжении моя Матильда (постоянно проживающий у меня манекен). Ей бывает одиноко без внимания. Заку она может понравиться в качестве партнерши по танцам.

Надеюсь, Беа скоро поправится.

Всех обнимаю,

Лори.

PS. Ого, могу поспорить, что у меня на той фото жуткая прическа. Тогда еще не изобрели утюги для волос. УЖАС.

Ответ Милли пришел немедленно: «У тебя вообще-то розовые волосы».

«Что ж, – напечатала Лори, – мне нет прощения. Хорошей поездки, Милли».

– Уважаемые пассажиры, поезд скоро прибывает в Лидс, – прозвучало объявление. – Следующая станция – Лидс. Просьба не оставлять свои вещи.

Отсидев два часа пути в одной позе, Лори встала, потянулась, сама достала свой чемодан и вышла на станцию. Она быстро нашла платформу номер 6 и зашла в маленький вагончик, который вскоре тронулся с места. Поезд с грохотом проезжал многочисленные поля в виде неправильных прямоугольников, размежеванных кустарниками или линиями деревьев, кое-где на полях, несмотря на глубокую осень, сезон постоянных ветров, паслись овцы; мимо мелькали станции, названия которых Лори ни разу в жизни не слышала: Гигглзвик, Лонг Престон и тому подобные. Кроме нее в вагоне была только старушка, разгадывавшая кроссворд, поэтому Лори смогла спокойно почитать свой «Вог» и посмотреть, что Алекса Чанг наденет на рождественские мероприятия и во что была одета Хлое Севиньи, покупая подарки друзьям и семье. Меньше чем через час объявили Скипли.

Лори взяла свой багаж и выглянула из окна. На платформе не было никого – никого! Она окинула взглядом бескрайние поля и холмы. Добро пожаловать в Скипли, подумала она. Неужели уже поздно давать задний ход?

Глава 8

Среда, 29 ноября

– Так, дети. Вот мы и на месте, – улыбнулась Рейчел, когда они вышли из метро. – Брикстон.

Зак и Милли во все глаза смотрели по сторонам. В середине рабочего дня тротуары были полны людей. Люди толпились у прилавков уличного рынка, вдалеке выли полицейские сирены, и какой-то вновь обредший веру христианин проповедовал в громкоговоритель. Ароматические палочки, зажженные на рядом стоящем прилавке, погружали их в плотную дымку с ароматом пачули.

– Мам, здесь шумнее, чем дома, – Зак посмотрел на Рейчел, вцепившись в лямки своего рюкзака.

Утром они приехали в Лондон на поезде, и первой остановкой на их пути была больница, где они оставили Беа.

– Она здесь в надежных руках, – уверила Рейчел доктор Пател, спокойная женщина лет сорока. – Я буду вести ее и следить за анализами.

Милли и Рейчел помогли Беа распаковать вещи, а Зак дал ей одну из своих книг серии «Библиотека приключений» – о драконах и огненных вулканах. Беа вежливо добавила ее к стопке мемуаров о путешествиях на столике у кровати и сказала:

– Спасибо, Зак. Я обязательно ее прочитаю.

Милли наклонилась, чтобы обнять ее:

– Бабушка, выздоравливай скорее.

– О, со мной все будет в порядке, – ответила Беа. – Не волнуйся за меня.

Лондонское метро было местом абсолютно безумным. Один раз Зака пришлось спасать, когда турникетом зажало его рюкзак, но в конце концов они добрались до Брикстона и, если верить указаниям Лори, сейчас были в нескольких шагах от ее дома. Все тяжелые чемоданы они оставили дома, чтобы Эйден потом привез их, когда приедет сам, но у каждого был небольшой багаж с одеждой на пару дней.

– Итак, дети, внимательно! – воззвала Рейчел. Они подошли к «зебре», чтобы перейти дорогу, но, как только они сошли с тротуара, мимо них со скоростью света промчался велосипедист, заставив всех троих отскочить в сторону. Когда они попытались перейти дорогу во второй раз, им начал сигналить белый грузовик, и водитель выкрикнул что-то неразборчивое из окна. Зак в замешательстве, с испугом посмотрел на мать. У Милли было такое же выражение лица, что и у ее брата.

– Наверное, нам лучше перейти дорогу на светофоре, – решила Рейчел, взяв курс к пешеходному переходу и надеясь, что выбрала правильное направление.

– Вот, у меня есть маршрут, – Милли показала матери свой айфон. Рейчел с интересом посмотрела на движущуюся одновременно с ними синюю точку на карте.

– Сейчас мы стоим в центре Лондона, – заговорила Милли, подражая тону бывалого экскурсовода. – Если вы посмотрите налево, то сможете увидеть местные достопримечательности: известные магазины. А за знаменитой Брикстонской академией находится Уиндермир-роуд, где живет выдающийся модный дизайнер Лори Гринэвей и где на некоторое время остановится богатая и широко известная семья Мюррей.

– Смотрите – лиса! – воскликнул Зак. И правда – лисица с общипанным хвостом обнюхивала упаковку от жареных куриных крылышек совсем неподалеку от них.

Улица выглядела не совсем так, как ее себе представляла Рейчел. На всякий случай она проверила адрес, записанный в телефонной записной книжке, – все верно, Уиндермир-роуд. Но это место не вязалось с образом Лори. Улица представляла собой линию викторианских домов с террасами, по обеим сторонам которой росли небольшие деревья, а на тротуарах попадались пакеты с мусором, которые не поместились в мусорные контейнеры. Все эти дома, конечно, такие величественные, но они потрепаны временем и стоят к тому же в тени…

Рейчел глубоко вздохнула и дальше шла молча. Милли объявляла номера домов:

– Тридцать три, тридцать один… Зак, зацени, какие велосипеды! – вдруг сказала она, слегка подтолкнув брата, когда они проходили мимо дома с вывеской «Билл ВЕЛИК-ий человек», написанной мелом. У открытой двери стояла колонка, из нее неслась музыка в стиле регги. Мужчина с седеющими дредами и в вязаной растаманской шапке сидел на корточках у входа в дом и чинил велосипедную цепь, пока клиенты ждали на тротуаре: тинейджер с покореженным горным велосипедом и женщина в костюме со складным велосипедом фирмы Бромптон. Двор заполняли самые разные велосипеды: от старых и ржавых до новеньких и сияющих.

– Круто, – присвистнул Зак, пристально следя за Биллом, пока тот прокручивал колеса очередного велосипеда.

– Привет, – отозвался Билл, кивнув им.

Рейчел улыбнулась в ответ, проверила номер дома Билла и бросила взгляд на соседний. Двадцать три – наконец-то пришли. Здание, как и все другие на этой улице, отбрасывало на них гигантскую тень. Рейчел подвела Зака и Милли к домофону и провела пальцем по табличкам с именами жильцов. Квартира номер 6. Она надавила кнопку звонка.

– Да, – донесся из переговорного устройства мужской голос.

– Здравствуйте, – ответила Рейчел. – Это Джей? Это Рейчел, подруга Лори…

– Рейчел, привет. Заходите. Поднимайтесь, я живу на втором этаже.

Дождавшись гудка, Рейчел открыла тяжелую входную дверь. Зак проскакал по выложенным в шахматном порядке черным и белым плиткам, как будто играя в классики. Его шаги разносились эхом по холлу. Когда они поднялись на второй этаж, квартира Джея была открыта. Высокий темноволосый мужчина встретил их у двери и протянул Рейчел руку для рукопожатия.

– Привет, я Джей, – сказал он с легким лондонским акцентом.

Его темно-карие глаза встретились с глазами Рейчел. Она улыбнулась и пожала его руку, вдруг осознав, что одежда на ней мятая и что ее волосы взъерошены. Краткое описание, которое дала ей Лори, упускало несколько немаловажных деталей: Джей был высок, у него была загорелая кожа и приятная манера общения – все это делало его крайне привлекательным. Рейчел вдруг поняла, что слишком долго рассматривает его, и резко вернула себя к реальности.

– А это Милли. И Зак, – сказала она, кладя им руки на плечи. Они, как приличные послушные детки, вежливо поздоровались с Джеем. Но Рейчел заметила, что Милли ведет себя тише обычного.

– Привет. А это для вас, – улыбнулся Джей, передавая Рейчел позвякивающую связку ключей.

Рейчел рассыпалась в благодарностях.

– Не стоит, – еще раз улыбнулся Джей. – Добро пожаловать в Голдхоук Мэнженз. Выглядит не так величественно, как звучит, но вы уже, наверное, это заметили! – Он засмеялся.

– Нет, – поспешно сказала Рейчел, испугавшись, что ее сомнения были написаны на ее лице. – То есть я хотела сказать, что мы не заметили. Я не очень хорошо знаю Лондон, но это здание выглядит мило.

– По-моему, оно классное, – негромко вступила Милли.

– Ну что ж, спасибо, – подмигнул ей Джей. – Надеюсь, вам у нас понравится. Извините, я не могу остаться и поболтать: надо идти на репетицию. Но если вам что-нибудь понадобится, зовите меня.

Он взял стоящие у его ног гитару в чехле и сумку.

– Спасибо, – кивнула Рейчел. И прошла с детьми последний пролет наверх.

– Мам, – пробубнила ей в спину Милли, когда они поднялись на последний этаж. – Ты нас просто опозорила.

Рейчел заглянула через перила лестницы, чтобы удостовериться, что Джей их не услышит.

– Что ж, – ответила она, подталкивая Милли. – Он довольно привлекательный мужчина, а? В Скипли таких не найти. Кроме твоего отца, конечно.

– Староват, – заключила Милли. – Но да, ничего так.

Какое-то время Рейчел просто смотрела на дочь: гладкая юная кожа ее щек слегка порозовела. Да, время интереса к лошадям миновало, это уж точно.

– О чем вы там шепчетесь? – Зак подергал сестру за полу ее пальто. – Вы не могли бы поторопиться? Мне в туалет хочется. Очень сильно. Нам в какую дверь?

Прямо перед ними было две двери: слева зеленая, с потускневшим бронзовым почтовым ящиком и двумя панелями оригинальных витражей. Справа – белоснежная, с панелью из матового стекла и хромированной ручкой.

– Вот эта, – уверенно сказала Рейчел, указывая на белую. Интуиция ее не подвела: присмотревшись, она увидела стильно завитую цифру 8. Рейчел вставила ключ в замочную скважину и повернула его.

Зак первым прорвался мимо нее в квартиру. Рейчел обратила внимание на белые ковры на полу и с ужасом подумала о его грязных кроссовках.

– Зак! Вернись немедленно и сними обувь, – позвала она сына, поспешно снимая свои кожаные коричневые сапоги.

Он вернулся, и Рейчел помогла ему развязать шнурки. Потом они быстро нашли ванную комнату, куда, в носках, устремился Зак.

Рейчел и Милли прошли в гостиную. Большой эркер с жалюзи выходил на дорогу, ковры были белые, современная мебель – во всех тонах серого, а угловой диван в другом конце комнаты стоял самым темным пятном. На стене висел плоский широкоэкранный телевизор и разноцветные репродукции Ротко. Над старинной каминной полкой висело большое зеркало в хромированной раме. Рейчел подошла к дивану и села. Это, должно быть, тот самый, про который говорила ей Лори – он должен раскладываться. Рейчел убрала диванные подушки, приподняла основание и разложила диван. Она попробовала его на мягкость – слегка твердоват, но для Зака именно то, что надо.

– Ух ты, мам, посмотри! – позвала ее Милли из другой комнаты.

Рейчел встала и пошла на голос дочери. Идя, она осматривалсь и по пути заглянула в ванную комнату – безукоризненно чистая, на полках аккуратные стопки безупречно-белых халатов и полотенец. Если бы не дорогостоящие средства по уходу за волосами здесь, в ванной, и не ряды туфель в прихожей, то можно было бы подумать, что здесь никто не живет, а интерьер выполнен для рекламы.

Милли стояла в гостевой спальне, приобняв рукой манекен.

– Знакомься, это Матильда!

Манекен был примерно того же роста, что и Милли. Торс Матильды был обтянут темно-зеленой льняной тканью, а на Милли были джинсовые шорты, черные леггинсы, кеды и кардиган в сердечках.

– А, да мы с Матильдой давно знакомы, – улыбнулась Рейчел, и воспоминания тех дней немедленно охватили ее. – Лори была чуть старше тебя, когда купила ее. Она тогда как раз сдавала экзамен по труду, шитью и дизайну.

– Лори сказала, что я могу брать здесь все, что мне понадобится, – сказала Милли, указывая на швейную машинку и полки с тканями.

– Правда? – спросила Рейчел и тут же вспомнила, что Милли иногда переписывалась с Лори. – Что ж, это очень мило с ее стороны.

В этой комнате была односпальная кровать, а окно выходило на сады рядом с домом. Хорошая комнатка для Милли!

– Не хочешь устроиться здесь?

– Мам, а что это? – закричал Зак из кухни. Когда Рейчел поспешно вошла туда, он уже пытался стянуть со стола бутербродницу.

– Зак, нет. Подожди, – Рейчел забрала у него агрегат и водрузила на место. – Не трогай. Я сейчас приготовлю нам что-нибудь поесть.

Потеряв интерес к кухне, Зак ушел.

Она открыла холодильник, потом хлебницу – пусто. Хм… Лори не очень любит готовить, но шкафы, морозилка – абсолютно пусты! Рейчел смогла найти только полбутылки диетической пепси и немного вина. Она бегло пробежала глазами металлические банки на полочке, вспоминая, какой вкусный пирог она вчера испекла к прибытию Лори, и открыла банку с надписью «Чай». Нет, тоже пусто.

– Дети, – позвала Рейчел, заглядывая в комнату Милли.

Зак сидел на кровати, углубившись в книжку из серии «Жуткие истории», рядом с ним Милли лежала на животе, болтая ногами, и смотрела в телефон. Она уже вытащила свои вещи из рюкзака и свалила их в кучу на пол.

– Я выйду купить что-нибудь к ужину. Хотите пойти со мной?

Милли отрицательно покачала головой, и Зак не глядя повторил за ней это движение.

– Ну ладно. Вернусь через двадцать минут. Милли, пригляди тут за Заком. И, пожалуйста, постарайтесь не разнести квартиру.

Накрутив теплый красный шарф вокруг шеи, Рейчел вышла на улицу. Компания подростков в капюшонах толпилась возле своих велосипедов с низкой посадкой, говорили приглушенными голосами, в колонках стереосистемы пульсировала музыка.

– Привет, – улыбнулась им Рейчел и помахала рукой, проходя мимо.

Парни посмотрели на нее без особого интереса и ничего не ответили. Улица была наполнена воем сирены, и звук двигался с одного конца дороги до противоположного. Она попробовала снова.

– Привет! – сказала она громче, и парень помладше неуверенно помахал ей в ответ, однако его друзья подняли его на смех.

Как же Лондон был не похож на Скипли! Рейчел поглубже закуталась в пальто – хоть оно было и шерстяное, но ветер дул нудно, не сбавляя напора. Достав телефон, она набрала номер Лори. Та ответила почти мгновенно:

– Рейч.

– Привет, – поздоровалась Рейчел. – Как ты? Добралась?

– Пока нет, – ответила Лори. – Но, по-моему, поезд высадил меня где-то в чистом поле.

Рейчел засмеялась:

– Да, похоже на Скипли. Железнодорожная станция находится за чертой города. Не беспокойся, сам городок будет пооживленнее.

– Это хорошо. – Судя по голосу, Лори слегка улыбнулась. – А вы? Вы уже в квартире? Без проблем забрали ключи?

– Да, мы на месте, все в порядке. Я вышла купить что-нибудь нам на ужин. Почему ты не сказала, что твой сосед просто красавец?

– Кто? Джей?

– Да. Нет слов. Он просто шикарен.

– Может быть, – невозмутимо отозвалась Лори. – Не знаю, никогда не замечала.

Рейчел как раз дошла до центральной улицы. Из метро хлынула волна возвращающихся с работы людей, засасывая ее в пучину костюмов в серую полоску.

– Слушай, наверное, пора прощаться, – Рейчел повысила голос, чтобы перекричать уличный шум. – Дай мне знать, когда доберешься до нашего дома.

– Обязательно. Пока, Рейч!

Убрав телефон, Рейчел пошла дальше. Гламурные дамы на высоких каблуках и стильно одетые мужчины проходили мимо нее в обратном направлении, задевая ее кейсами, сумками. Первый поворот, до которого она дошла, был проспект Электрик; регги и хип-хоп играли на противоположных сторонах улиц, и продавцы привлекали покупателей к своим прилавкам. Рынок был полон движения: местные жители толкались, выбирая фрукты и овощи ярких цветов, и торговались с хозяевами прилавков. Вдоль всей улицы стояли столы, ломившиеся от обилия свежего мяса и морепродуктов, фруктов и овощей, чайников и кастрюль, пиратских дисков и дивиди.

Рейчел подошла к ближайшему прилавку и уставилась на фрукты. Гигантские манго, карамболы, помело, бананы свешивались гроздьями над сочными грейпфрутами и апельсинами. Она протянула руку к куче крупных авокадо.

– Авокадо не сжимать! – прокричала продавщица, женщина средних лет, громкоголосая, заставив Рейчел подпрыгнуть от неожиданности. – Ха, я тебя напугала, да?

Женщина уперла руки в боки и добродушно рассмеялась. Рейчел издала вздох облегчения и улыбнулась в ответ.

– Послушай, милая, – сказала женщина, перебирая плоды авокадо. – Давай я сама выберу для тебя хорошие. А то если все будут их тискать и проверять на спелость, от них к концу дня останется каша. Итак, сколько тебе?

– Четыре, пожалуйста, – пока Рейчел рассматривала всю эту массу экзотических фруктов, губы ее сами собой улыбались. – И еще ананас, четыре банана, два манго и ямс, пожалуйста.

– Ничего себе, какая красавица, – заметил, подмигнув, проходящий мимо мужчина.

Рейчел осмотрелась, чтобы увидеть, с кем он так разговаривает. Хозяйка прилавка опять рассмеялась, передавая Рейчел пакет с фруктами:

– Как так? Красавица, а сама и не знает об этом.

* * *

От: Millypede@gmail.com

Кому: Carter@yahoo.com

Картер!

Привет тебе из Лондона! Я не очень много видела, но Лондон явно отличается от Скипли. В лучшую сторону (разве может быть иначе?). Недалеко от дома много магазинов.

Итак, обо мне!

Я обожаю все, связанное с Парижем: стиль, моду, фильмы. В общем, все. Я мечтаю побывать там. Раньше мне нравились лошади, они мне и сейчас нравятся, правда, я уже не так часто катаюсь. Я ненавижу сестер Кардашьян, но не пропустила ни одного эпизода их шоу. Мне нравятся девичьи группы из шестидесятых. У меня есть младший брат Зак, с которым я иногда сижу. Он намного младше меня, ему шесть – явная случайность, но родители клянутся, что они планировали второго ребенка. 80 процентов всего времени он меня смешит.

Но ты просил меня рассказать все. Что ж. Дело в том, что остальные 20 процентов времени мне хочется Зака прибить. Еще я курю у окна по ночам, а потом разбрызгиваю духи по комнате на случай, если зайдут родители. Мама ведет себя так, будто мы с ней друзья, я знаю, что она всегда хотела, чтобы это было правдой, но, если честно, я и половины ей не рассказываю. А, и еще – я одолжила у Кейт топ, который был на мне в тот вечер, когда мы познакомились, и взяла его с собой в Лондон «по ошибке».

Но довольно странно рассказывать тебе о себе, когда я тебя почти не знаю. Но здесь не с кем поболтать (без обид), так что я пишу тебе.

Зак тычет мне пальцем в бок, это очень раздражает. Я буду закругляться, а то мне надо показать ему, кто здесь главный.

Картер – это твое настоящее имя или никнейм? Как мне тебя называть?

Милли.

Глава 9

Среда, 29 ноября

Лори оплатила проезд, вышла из такси и забрала чемодан из багажника. Как только они свернули с главной улицы в переулок Сноудроп, она сразу узнала коттедж семнадцатого века с соломенной крышей, который она видела на фотографиях. Она улыбнулась: на всем был отпечаток характера Рейчел – начиная с ухоженного сада и заканчивая рождественским венком на двери.

Она уверенно зашагала к дому по дорожке, уложенной большими камнями. Но тут, как нарочно, шпилька сапога застряла в щели, подорвав ее позитивный настрой. Опершись рукой на чемодан, она начала борьбу за освобождение каблука, пока пронизывающий ветер продувал насквозь ее жакет и шелковую блузу. На улице было уже темно, хоть глаз выколи, и она действовала вслепую. Наконец громко выругалась и от отчаяния резко дернула ногу из цепких каменистых клещей. Уф! Свободна. И обошлось без вывиха.

Аккуратно ступая по самым серединкам камней и таща за собой чемодан, она доковыляла до большой дубовой двери коттеджа Готорн. Посвечивая себе фонариком айфона, по инструкции Рейчел – «под терракотовым цветочным горшком», – она нашла ключ и, повернув его в замочной скважине, с трудом отворила тяжелую дверь.

Затем включила свет, поставила на пол сумку, заперла дверь и окинула взглядом обстановку.

После разговора с Рейчел Лори заметила одинокий «Форд» на стоянке такси.

– Вам в Скипли, дорогая? – спросил водитель, выглядывая из окна машины.

– Да, – кивнула она. – Переулок Сноудроп.

– Это где такой? – удивился водитель, щурясь от закапавших вдруг с неба капель дождя.

Лори показала ему экран телефона, где был записан адрес.

– А, переулок Сноудроп, – сказал он так, будто она назвала совершенно другую улицу.

Дождь начинал набирать обороты, и ей хотелось как можно скорее оказаться в тепле и сухости.

– Это на другой стороне холма. Запрыгивай.

Радио было включено на полную катушку. К счастью, водитель был расположен к беседе не больше, чем сама Лори. Струйки дождя на стекле немного размывали зеленый пейзаж, холмы и долины. Иногда природный пейзаж нарушал паб или одиноко стоящий коттедж. Лори слегка опустила стекло и осторожно вдохнула свежего воздуха. Ноздри ей наполнил запах коровьего навоза.

– Не открывай окно, вода натечет в салон! – недовольно перекрикнул радионовости водитель, и Лори подняла стекло.

Грузовик, за которым они убийственно долго тащились, в конце концов свернул с большой дороги, и такси поехало по главной улице города. В сумерках Лори смогла различить поднимающуюся в гору улицу, на которой были цветочные магазинчики, благотворительные магазины и кафе. На верху холма стояла часовая башня, рядом с ней – высокая рождественская елка. На деревьях и уличных фонарях висели гирлянды, создавая иллюзию падающих снежинок. Лори улыбнулась и неожиданно для себя почувствовала восторг. Скипли был прекрасен – как городок из фильма.

В коттедже Лори начала с осмотра всего помещения. Низкие балочные потолки, открытая кухня, столовая и гостиная. Серо-желтый ковер, плотные шторы и большой диван с вышитыми подушками придавали гостиной уютную теплоту. Выглядело неплохо: у Рейчел был вкус, но организовано все было – как бы так выразиться? – хаотично. Как среди всего этого Рейчел могла что-либо найти из вещей? На кухне возвышалась классическая печь, а на крючках висели огромные трудноопознаваемые орудия для готовки.

Лори перевела взгляд на винтовую лестницу – спальня должна быть наверху, решила она. Поднимаясь, она остановилась перед фотографиями на стене. Эйден и Рейчел в день свадьбы – возле церкви в Бромли, в которой они обвенчались. Рейчел выглядела так молодо в том белом платье без лямок, которое Лори помогла ей выбрать в Дебенхэмз. Ей светлые волосы были убраны вверх и украшены розочками. Эйден с гордым видом стоял рядом с ней, широкоплечий, одетый в новенький стандартный костюм. На другой фотографии – Рейчел, уже чуть старше, вместе с Милли в саду, а на следующей – Эйден и Рейчел с двумя детьми на пляже. Идеальная семья.

На втором этаже Лори нашла большую спальню, отделанную дубовыми балками. У дальней стены стояла кровать «королевских» размеров, накрытая приятным для глаза рукодельным лоскутным одеялом.

Она заглянула в противоположную комнату. Когда включился свет, ее взгляду предстала стенная роспись в виде волн с необитаемым островом вдалеке, но главным, поражающим воображение экспонатом была здесь кровать, с детальной точностью оформленная под пиратский корабль с пиратским же флагом; на такелаже сидел попугай. Лори улыбнулась: должно быть, это комната Зака. Изобилие развивающих игрушек подтвердило ее предположение.

Последней комнатой на этаже была спальня Милли, как догадалась Лори. Она включила свет, и он погрузил комнату в бледно-фиолетовое сияние. На стене слева была черно-белая роспись с изображением Елисейских полей с парижскими кафе и бутиками, и прямо у окна – Эйфелева башня. Постеры французских фильмов в рамках были на правой стене. Полупрозрачная ткань свисала с потолка, прикрывая кровать Милли, а в ящиках из-под французского вина хранились книги и обувь.

Лори невольно подняла руку к губам в восхищении: комната была великолепна.

Спускаясь на первый этаж, она написала Рейчел сообщение:

Уже в коттедже, все в порядке. Очень понравились комнаты Милли и Зака! Целую, Лори.

Ответ от Рейчел пришел через несколько минут:

Отлично. Рада, что тебе понравилось. Оформление комнаты дешевле, чем поездка в Париж. Ха. Целую, Рейчел.

PS. Эйден может зайти чуть позже.

Лори включила краны, чтобы наполнить ванну, надела мягкий розовый халат Рейчел и пошла на кухню. Достав из сумки курицу, купленную в магазине «Маркс и Спенсер», она положила ее разогреваться в печь, включила радио и залезла в пенную ванну.

Полтора часа спустя она очнулась – пронзительно завыла пожарная сигнализация. Выскочив из ванны и накинув на мокрое тело халат, она бросилась на первый этаж, открыла печь, и оттуда вырвался дым, темными пятнами тут же осевший на стенах кухни.

Лори отчаянно пыталась найти кнопку сигнализации, чтобы ее отключить, но ей мешал едкий дым – из глаз потекли слезы, и она почти заблудилась в малознакомом ей помещении. Кто-то позвонил у входа, и она побежала на звук. Плотнее запахнув халат, Лори открыла дверь.

– Я так подозреваю, здесь не настоящий пожар, – сказала с порога ухоженная блондинка. На ней был лиловый пиджак и юбка того же цвета.

Не особенно обращая внимания на Лори, она сразу же прошла в холл.

– Пожарная сигнализация здесь. – Блондинка взяла стул, залезла на него и отсоединила какую-то батарейку. – Вот так, – облегченно вздохнула она, довольно отряхивая руки одна о другую. – Наконец тишина.

Она слезла со стула и повернулась к Лори.

– Рейчел говорила, что у них в доме поживет ее подруга, – речь блондинки была неторопливой и спокойной. – Вы, должно быть, Лори.

Та кивнула.

– Диана, – представилась блондинка. – Теперь, что вы сделали с их кухней? Вы вообще знаете, как обращаться с печью?

Нет, подумала Лори, она не знает. В ее доме была духовка и центральное отопление, и она ни разу не находилась в ситуации, когда не было чего-то из этого набора. Шивон, конечно, думала, что печи – это круто, но Лори никогда не понимала, зачем нужна на кухне эта гигантская железная уродина.

– Я думала, по запаху определю, что все готово, – сказала она в свою защиту.

Диана с отвращением достала сгоревшую курицу.

– Это что? Полуфабрикат? – с подозрением спросила она, пытаясь поближе рассмотреть останки.

– Да, – ответила Лори, открывая окно, чтобы ветром выдуло гарь. – Требуется только разогреть. Разве печь для этого не подходит?

И она пожала плечами, стараясь казаться возможно более невозмутимой. Диана широко открыла глаза, в которых застыло недоверчивое выражение, и потеребила свое жемчужное ожерелье.

– О, нет. – Блондинка нахмурила тонко выщипанные брови и поджала губы. – Так нельзя было делать.

– Да, спасибо, теперь я это вижу, – ответила Лори, отобрав у посетительницы – спасительницы! – упаковку с загубленной курицей и поставив ее на конфорку. – Но тем не менее я хочу есть. Вы не знаете, здесь есть какой-нибудь приличный ресторан с едой навынос?

– С едой на вынос? – эхом повторила за ней Диана, отделяя каждое слово, как будто Лори спросила ее, где она могла бы встретиться с местными свингерами. – Я даже не знаю… Я предпочитаю готовить сама.

Выражение глубокого отчуждения застыло на лице Дианы, будто она боялась, что ее запачкает кулинарная некомпетентность Лори, если она не будет держаться от нее на приличном расстоянии. Лори бы и не спрашивала, если бы не была в полном отчаянии: у нее с собой была только эта несчастная курица, которая теперь превратилась в уголь, а она просто умирала с голоду после неблизкой дороги.

– По субботам в городе открывается фермерский рынок, – сообщила Диана. – Там вы сможете купить запасы здоровой пищи.

И она придирчиво осмотрела Лори, одетую в розовый халат Рейчел. Лори спокойно выдержала ее взгляд. Она хотела бы высказать этой напыщенной фифе все, что она думает о ней и о ее здоровой пище, но заранее прикусила язык. Ради Рейчел она не должна в первый же день портить отношения с соседями.

– Что ж, Диана, спасибо за помощь, – выдавила из себя Лори, незаметно оттесняя гостью к двери. Но Диана не нуждалась в понуждении и сопровождении – она молча вышла из дома и, не оглядываясь, зашагала к себе.

Лори захлопнула дверь и на мгновение прижалась в ней, закрыв глаза, без единой мысли в голове. Затем окинула взглядом неумышленно сотворенный ею дизайн: разводы на стенах кухни, открытое окно, в которое дул ледяной ветер, – и тяжело вздохнула.

* * *

Только через некоторое время, уже одевшись, она заметила на столе бутылку белого вина. Рейчел оставила ей ее любимого «Ойстер Бэя» вместе с напечатанной заламинированной инструкцией по применению домашней утвари и прочими полезными указаниями. Тут же была и записка:

Добро пожаловать в наш дом, Лори. Я надеюсь, тебе у нас нравится! Вот кое-какая информация, которая поможет тебе устроиться с максимальным удовольствием.

Целую, Рейч.

PS. В кладовой есть кое-какая еда.

Горько усмехнувшись на слове «удовольствие», Лори пошла искать кладовку. Ею оказалась небольшая комнатка рядом с кухней. Надо же! Рейчел оставила для нее пирог! Лори улыбнулась. Как это похоже на ее подругу! Но как бы ей ни хотелось нормальной еды, она ужасно боялась иметь дело с печью. Разогревать пирог она не станет. Так что она нашла в кухне буфет с закусками, скорее всего, они предназначались для Милли и Зака на завтрак, и решила устроить себе пир с чипсами, сырными крекерами и орешками. Наполнив всем этим глубокие тарелки, она взяла инструкцию, села в кресло у огня – точнее, у камина, в котором будет гореть огонь, как только она разберется, как его развести, – и налила себе полный бокал вина. Забросив в рот сырный крекер, Лори сразу перешла к пункту с паролем от домашней беспроводной сети, игнорируя подробные разъяснения касательно отопления. Она достала айпад, вбила пароль и, ни секунды не медля, перешла на сайт «Симлесс», чтобы зайти в свой рабочий почтовый ящик.

Дэнни сказал ей, что ее письмами будет заниматься Жак, но она была уверена, что у него уже накопилась сотня вопросов к ней. Бедный Жак, наверное, уже отчаялся в ожидании ее ответа. Она сидела, уставившись на индикатор процесса загрузки, но страница выдала ошибку. Ту же, которую выдала в поезде: в доступе отказано. Она обновила страницу и снова попробовала войти в ящик.

Осушив бокал, она обновляла страницу до тех пор, пока не поняла, в чем же дело. Дэнни заблокировал ее аккаунт.

Кто-то постучал в дверь. Лори вздрогнула: даже после нескольких бокалов вина, которыми она пыталась смягчить удар полного отстранения от работы, она все никак не могла успокоиться. Подойдя к двери, она приготовилась принять на себя порыв холодного воздуха.

– Привет, Лори. – На пороге в джинсах и куртке стоял Эйден.

– Привет, – ответила Лори, поправляя прическу и поводя плечами – ветер действительно по-хозяйски ворвался в дом. – Так много времени прошло с нашей последней встречи.

– Да. Годы, – сказал Эйден и поцеловал ее в щеку.

Эйден, должна была признать Лори, не очень изменился: все те же широкие плечи, карие глаза, уверенный подбородок. Правда, виски слегка поседели, и, кажется, он немного поправился, но в целом выглядел так же, как и много лет назад. Когда они учились в школе, у Эйдена была какая-то особенная харизма, которая притягивала к нему людей, – сейчас, за минуту общения, Лори заметила, что он сохранил эту особенность. Она задумалась: что думает о ней Джей вот сейчас? И думает ли вообще?

– Я решил заскочить, проверить, как у тебя дела.

– Спасибо, – улыбнулась Лори. И вспомнила оскверненные горелой курицей стены кухни. В прихожей чувствовался легкий запах дыма.

– Ты не мог бы подождать секунду? – пробормотала она с колотящимся сердцем. Захлопнув перед Эйденом дверь и оставив его стоять с открытым от удивления ртом за порогом его собственного дома, Лори метнулась на кухню.

Просмотрев полки и все шкафы, наконец под раковиной она нашла освежитель воздуха и разбрызгала его вокруг. Почерневшие стены глядели на нее с укоризной, а запах дыма никуда не делся. В открытом жилом пространстве стены кухни были прекрасно видны из любой точки. Черт. Она должна была все исправить, но у нее не было времени.

Лори вернулась к входной двери и открыла ее. Эйден послушно стоял, не сходя с места, и смотрел на нее с легким вопросом в глазах.

– Извини, пожалуйста, мне показалось, что у меня звонит телефон, – пояснила она, загородив собой вход так, чтобы Эйден не видел кухню. – Кстати, я разговаривала с Рейчел сегодня утром, – попыталась отвлечь его внимание Лори. – Они устроились как будто бы без проблем.

– Да, кажется, так.

Эйден мягко пытался войти, на улице было ужасно холодно, но Лори не приглашала.

– А можно я войду? – все же спросил хозяин дома. Лори охватила паника.

– Слушай, а покажи мне район и коттедж Беа! – ухватилась она за первую попавшуюся спасительную идею, протягивая назад руку и срывая с вешалки плащ. – Время как раз самое подходящее.

Глава 10

Четверг, 30 ноября

– Убавь скорость, Зак! Ты меня слышишь? Не так быстро! – крикнула сыну Рейчел. Он мчался на велосипеде по Грин-парку как раз в направлении стайки пожилых туристов-японцев. Изысканная миниатюрная дама с белым зонтиком инстинктивно отпрянула и прижалась к мужу, когда Зак промчался мимо них с невероятной скоростью.

– Извините! – повернула к ним голову Рейчел, следуя тем же маршрутом. Они улыбнулись в ответ, но все же их лица – лица японцев – выражали легкий испуг.

– Зак! – крикнула Рейчел громче, разгоняясь на своем велосипеде, догнала его и поймала лихача за багажник. – Ну-ка умерь свой спортивный пыл!

После утреннего посещения Беа в больнице у Рейчел созрела идея такого вот совместного с детьми отдыха. Утро было тяжелым: Беа выглядела уставшей и растерянной, и в стерильной белой палате было тише обычного. Первые тесты давали недостаточно информации для диагноза, поэтому врачи назначили ей в тот же день магнитно-резонансную томографию. Поднимаясь по лестнице дома, Рейчел представила себе Милли и Зака в четырех стенах квартиры. Они, конечно, несколько оживились, когда она дала им рождественские календари, которые они вскроют завтра, но дети засиделись в квартире, им нужно увидеть Лондон, а не только дом Лори и больницу, где лежит Беа.

– Доброе утро, – приветствовал ее Билл, когда она проходила мимо него. Он чинил очередную велосипедную цепь во дворе своего дома.

– Доброе утро, – ответила Рейчел.

– Вы живете в соседнем доме? – спросил он, поправляя вязаную полосатую шапку. – В том, где живет Лили?

– Да, в том, – подтвердила Рейчел.

– Передайте ей от меня привет, – улыбнулся он. – Мы давно с ней не виделись.

– Обязательно передам, как только ее увижу, – пообещала Рейчел. Лори, кажется, упоминала какую-то Лили?

– Вообще-то, Билл, можно вопрос?

– Конечно. – Билл медленно поднялся с колен. – Чем могу, помогу.

– Вы мне кажетесь знатоком в этом деле: можно ли где-нибудь взять велосипеды напрокат, чтобы дети покатались по городу?

– Вы можете взять те синие велосипеды на специальных стоянках в городе. Очень удобная штука. Но они только для взрослых. А у вас же еще маленький мальчик, да?

– Да. Зак. Ему шесть.

– Тогда возьмите для него этот… – И Билл выкатил маленький велик из ряда велосипедов у себя за спиной. – Это моего внука, но он сегодня в школе, так что велосипед ему не понадобится.

– Спасибо за вашу любезность, – поблагодарила его Рейчел, представляя, как Зак обрадуется при виде велосипеда.

* * *

Когда Зак на полной скорости помчался в сторону Букингемского дворца, Рейчел испугалась, что не сможет вернуть Биллу велосипед в целости и сохранности. Эрдельтерьер выскочил на велосипедную дорожку прямо под колеса, но Зак умудрился избежать столкновения.

– Как насчет горячего шоколада? – из последних сил прокричала Рейчел, исступленно крутя педали, чтобы не отставать. Она приметила маленькое кафе в глубине парка – оно должно было ненадолго спасти туристов от ее сына.

– Ну, ладно, – согласился тот и с визгом затормозил.

Милли и Зак оставили велосипеды у стены, и Рейчел принесла им по чашке горячего шоколада. Они сели за металлический столик, пытаясь согреться теплом своих чашек; утро выдалось холодное, и их дыхание превращалось в пар.

– Ну и здоровый он, этот Букингемский дворец, а? – Зак кивнул в сторону знаменитого на весь мир архитектурного сооружения. – А мы увидим королеву?

– Не думаю, – ответила Рейчел. – Скорее всего, она уже прослышала, что ты будешь тут где-то поблизости, а то и в самом Букингемском дворце. А ты как думаешь, Миллз? Может быть…

Рейчел повернулась к Милли. Дочь склонилась над телефоном и не обращала внимания ни на что другое.

– Ну, Миииллиии, – заныл Зак, толкнув сестру.

– Что надо?

– Да нет, ничего, – отозвалась на ее вопрос Рейчел. У Милли было такое отстраненное выражение лица, как будто ее сознание было сейчас где-то не здесь. – Все в порядке, Миллидусик?

– Все нормально, мама, – резко ответила Милли.

Рейчел вздрогнула, но попыталась смягчить их диалог.

– Ладно, пока ты с нами, а не в телефоне, куда бы ты хотела сейчас прокатиться? – спросила Рейчел. – Может быть, съездим к реке? У нас еще есть время до прибытия папиного поезда.

– Да, река! Давайте посмотрим на лодки! – Зак влил в себя остатки горячего шоколада и вскочил со стула.

* * *

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли!

Я рад, что ты мне написала. И, черт, ты даже круче, чем я думал… Я тоже всегда хотел увидеть Париж. Когда, ты там говоришь, приедешь домой?

Ты упомянула Кейт, я случайно встретил ее на главной улице вчера. Мы немного поболтали, в основном о тебе. Она сказала, что ты хочешь быть модным дизайнером. Еще она сказала, что у нее дома будет вечеринка, потому что ее родители уезжают на выходные, и что она очень жалеет, что тебя там не будет.

Картер.

PS. Ты спросила про мое имя. Картер – моя фамилия, но друзья меня зовут по фамилии. И, кстати, о прозвищах: какое у тебя?

От: Millypede@gmail.com

Кому: Carter@yahoo.com

Привет, Картер!

Раз друзья зовут Картер, значит, Картер. Ты спросил про мое прозвище – как-то папа назвал меня Миллидусик, и теперь так меня называют все. Глупое прозвище, но оно мне вроде нравится.

Кейт все верно сказала: я всегда любила придумывать дизайн одежды, поэтому я мечтаю зарабатывать этим на жизнь. Как бы я хотела пойти на эту вечеринку. Но моя бабушка все еще болеет, так что мы останемся в Лондоне на какое-то время.

Лондон клевый, сегодня приезжает папа, и, я надеюсь, мама наконец хоть немного расслабится. Я взяла с собой книгу «Голодные игры»[1], так что читаю ее сейчас. Она мне очень нравится – с нетерпением жду фильм.

Что ты будешь делать на выходных?

Милли.

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли!

На выходных я собираюсь отдыхать. В пятницу встречусь с друзьями. Буду валяться допоздна в постели. Может, поиграю на компьютере.

Я не читал «Голодные игры», но слышал, что это хорошая книга. Вообще, я предпочитаю смотреть кино (надеюсь, ты не думаешь, что я дебил?). Можем посмотреть этот фильм, когда ты вернешься.

Я так хочу тебя снова увидеть. Красные волосы, потрясная одежда, шикарная улыбка. Пришлешь мне пару своих фото, чтобы я освежил в памяти, как ты выглядишь?

Картер.

* * *

– Я скучал по тебе, – сказал Эйден, обнимая Рейчел в подъезде. – Прошло всего несколько дней, но все равно…

Рейчел посмотрела на него: кожа обветрена, морщинки у глаз обозначились более четко, чем это бывает обычно, когда он устанет.

– Я рада это слышать, – улыбнулась она. Ей было так хорошо и уютно в его объятиях!

– Дети наверху, ждут не дождутся скорее тебя увидеть.

– Отлично, – улыбнулся ей Эйден. – Не могла бы ты немного помочь мне с багажом? Один чемодан Милли весит целую тонну…

Подхватив какой-то из чемоданов и саквояж, Рейчел пошла к лестнице.

– Как дела у мамы? – спросил между тем Эйден. – Ничего нового? Я разговаривал с ней по телефону, но она ничего не говорит. Ты же знаешь ее.

Рейчел одарила его, как ей казалось, обнадеживающей улыбкой и прикоснулась к его руке:

– Я видела ее сегодня утром. Они все еще делают анализы, и…

Нет, о томографии она расскажет ему потом.

– Поднимайся скорее, мы тебя согреем. Попробуешь лимонный пирог! Милли вчера приготовила.

– А вот это уже другой разговор! – Голос его звучал уже почти беззаботно.

– Как работа? – спросила Рейчел, подходя к квартире. Вся беззаботность сошла с его лица.

– Не очень. Все строительные работы выполнены, но с интерьером беда.

Эйден потряс головой, и на его лице отразилось волнение.

– Часть шкафов и полок уже прибыли из Италии, но все они оказались повреждены во время перевозки. Предложено возместить расходы, но сроки поджимают, нам некогда заказывать и ждать новую партию. Я еще не сообщал ничего клиенту. Пока надеюсь, мы что-нибудь придумаем.

Рейчел остановилась на этаже и взяла Эйдена за руку.

– У тебя все получится. Ты всегда находишь выход.

– Я надеюсь, – ответил Эйден. – Ладно, а как там квартира Лори?

– Неплохо, – кивнула Рейчел.

Да, квартира была неплохая, но она бы полностью изменила оформление. Белые стены, монохромная мебель, отсутствие штор, декоративных подушек и фотографий семьи и друзей – помещение выглядело почти нежилым. Эйден уловил нотку сомнения в ее голосе.

– Она очень стильная, но совсем не похожа на наш дом, – ответила на его невысказанный вопрос Рейчел, убирая выпавшую из прически прядку.

– Вы очень разные, – негромко засмелся Эйден. – Странно, что вы подружились. Она, кстати, сильно изменилась. Я заходил в наш коттедж, и мы вместе пошли в мамин, выпили по стаканчику вина, поболтали о старых добрых деньках. Она очень эффектно выглядит. На этих ее высоченных каблуках… Если бы ребята, которые дразнили ее в школе, увидели ее сейчас, они бы сильно о том пожалели.

Рейчел подавила приступ ревности. Это правда – Лори была классическим гадким утенком. В школе она была испанской девочкой, которая приходила на занятия в спортивном костюме и с золотой резинкой на волосах. Сейчас же, красивая и элегантная, она, казалось, была вылеплена из совершенно другого материала. Рейчел сосредоточилась на замке.

Когда она открыла дверь, Зак, весь перепачканный краской, уже несся в прихожую с криком «Папа!». За ним последовала Милли и обняла отца. Зак присоединился к объятиям, оставляя цветные отпечатки рук на отцовской белой рубашке.

Когда они собрались в больницу, Рейчел захватила несколько бананов из фруктовой чаши, чтобы они могли перекусить ими в дороге.

– У нас будет настоящий семейный ужин вечером, – сказала она Эйдену. – Я приготовила пастуший пирог.

– Прекрасно, – отозвался Эйден, застегивая Заку куртку.

Оглянувшись на фруктовую чашу, Рейчел заметила бежевый фрукт с неровной поверхностью.

– Что это? – спросила она, беря его в руки и проводя пальцем по пупырышкам на его кожице. Она его не покупала. Она такой фрукт видела впервые в жизни.

Эйден заглянул через ее плечо, и Зак выскользнул в прихожую.

– По-моему, это плод хлебного дерева.

– А, – Рейчел положила его на место. – Так это ты его привез?

– Нет, конечно, – пожал плечами Эйден. – В Скипли такой экзотики нет.

Крики Зака разносились эхом по безрадостным белым коридорам больницы. Было пять вечера. За этот день Рейчел была здесь уже второй раз. Милли догнала брата, скользя в розовых балетках по линолеуму, и шепотом попросила его вести себя потише. Для Зака посещение бабушки было просто игрой, но Рейчел чувствовала, что Эйден волнуется все сильнее. Когда они подошли к палате, Рейчел взяла мужа за руку. Он посмотрел на нее с благодарностью.

Они отодвинули штору, отгораживающую кровать Беа, и на мгновение все, даже Зак, замолкли.

– Привет, привет, – прервала молчание Беа.

Она сидела с ясной веселой улыбкой. Заметив реакцию Эйдена, она сказала:

– Неужели ты ожидал увидеть меня здесь еле живую? – засмеялась Беа, откладывая судоку на тумбочку. – Потребуется что-то посерьезнее легкой слабости, чтобы сломить меня, знаете ли.

Рейчел испытала облегчение, увидев, что Беа чувствует себя намного лучше, чем утром.

Лицо Эйдена разгладилось. Он наклонился и поцеловал мать в щеку.

– Рад снова тебя видеть.

– Давно пора, – поддела его Беа, принимая от него ярко-желтые розы.

Милли и Зак тоже поцеловали бабушку, и Эйден сел в кресло возле ее кровати.

– Ну что, мам? Разузнала местные сплетни?

– Не очень много, – улыбнулась Беа. – Здесь негде развернуться. Хотя…

Она наклонилась к Эйдену и продолжила:

– Вчера поступила милая девушка. Настоящая болтушка.

– А как ты себя чувствуешь?

– Ох, все еще ужасно, – сказала Беа, теребя кулон. – Бывают дни, когда мне лучше, но сегодня утром я встала, и у меня появилось ощущение, что пол поплыл под ногами. Головокружение.

– Доктор знает?

– Да, да, я ей рассказала. Они делают все, что надо. Они уже провели всевозможные анализы и обследования, но пока ничего не нашли.

– Рейчел сказала, тебе утром делали МРТ? – забеспокоился Эйден.

– Да, но это не доставило мне никаких неудобств, – отмахнулась Беа. – Ты просто ложишься на стол, и тебя завозят в аппарат.

– Я видела такое по телевизору, – небрежно заметила Милли, заплетая себе косичку из челки.

– Ну вот и все, – сказала Беа сыну. – Они все время проводят такие обследования, Эйден, это еще ничего не значит. Поэтому сейчас мы просто ждем результатов, хотя в моем возрасте люди становятся ужасно нетерпеливыми. Я сказала доктору, что через две недели у меня рождественский ужин в клубе игроков в бридж и что я ни в коем случае не должна его пропустить.

Рейчел и Эйден обменялись взглядами, и Эйден еле сдержал улыбку. Общественная жизнь его матери обсуждению не подлежала.

– Так, – непринужденно сказала Беа, поворачиваясь к внукам. – Как Лондон? Что вы уже видели и что делали?

– Потрясающе, – ответил ей Зак, катая космический корабль из лего по краю кровати. – Утром катались на великах, видели дом королевы.

– Букингемский дворец? Здорово. Конечно, в Лондоне столько всего можно посмотреть. Например, музеи. Музей науки или тот, с динозаврами? Музей естествознания? Тебе бы понравилось, да, Зак? – спросила она, взъерошив его волосы.

– Да. Том из моего класса привез мне оттуда линейку с голограммным стегозавром.

Милли тихо сидела на диване, шаркая носком балетки по полу. Рейчел хотела ее обнять, но Милли от нее отодвинулась.

– Да, они посмотрят что-нибудь, – сказал Эйден, снимая куртку. В палате было тепло и сухо, и его щеки порозовели. – Но, мам, мы не на отдыхе. Мы здесь для тебя.

– Ой, пфф, – фыркнула Беа. – Вы должны получить максимум из этой поездки. Мы вот-вот будем дома заниматься Рождеством, вы и глазом моргнуть не успеете. Надо будет столько всего сделать! Мы же только приготовили самый первый рецепт из Книги, да, Рейчел?

Рейчел мягко держала Беа за руку.

– Итак, насчет Рождества. Ты можешь не переживать. Мы с Эйденом поговорили и решили, что раз ты болеешь, то в этом году всем будем заниматься мы.

– Ну уж нет, не позволю! – Беа выпрямилась и покачала головой. Вдруг она прижала руку ко лбу, как будто резкое движение вызвало у нее боль. На мгновение она стала беззащитной и уязвимой.

– Это не обсуждается, – твердо заявил Эйден. Он тоже, должно быть, заметил ее движение.

Беа снова прилегла на подушки.

– Это мы еще посмотрим, – сказала она. Но ее улыбка исчезла.

Рейчел обернулась при звуке отодвигаемой шторы и увидела доктора Пател. Она вежливо улыбнулась Рейчел и Эйдену.

– Миссис Мюррей… – Доктор Пател прижала папку к груди. – У меня результаты вашей томографии. Вы хотите, чтобы мы их обсудили в присутствии вашей семьи?

– Милли, – попросила Беа, садясь ровно. – Будешь лапушкой, сходишь с Заком в магазин на первом этаже? Мне нужен новый судоку. Ваши родители встретят вас там, когда мы закончим.

По лицу Милли пробежала тревога. Она взяла у матери деньги, и они с братом ушли.

Доктор Пател задернула штору и открыла медицинскую карту Беа.

– Как вам уже известно, мы провели МРТ, и у нас теперь есть больше информации.

Эйден тревожно заерзал в кресле:

– И что вы обнаружили?

– Сканирование выявило образование во внутреннем ухе, рядом с мозгом.

Обычно спокойное лицо Беа было искажено тревогой. Желудок Рейчел сжался – она хотела открутить время назад и начать разговор заново.

– Образование? – спросил Эйден. – Что это значит? Какое образование?

Его лицо потеряло цвет и стало почти белым.

Врач продолжила:

– Давление этого образования на мозг вызывало симптомы, которые вы испытываете, – доктор Пател надела очки для чтения и посмотрела в папку. – Слабость, головокружение – были причиной того, что вы на днях потеряли сознание.

Эйден выглядел встревоженным, и Рейчел была с ним солидарна: они впервые услышали об этом.

– Образование также вызывает легкий тиннитус – звон в ушах.

Лицо Беа не выражало никаких эмоций, она молчала.

– Теперь, как вы и сказали, мистер Мюррей, необходимо узнать, что это за образование, – добавила доктор Пател, опуская папку. – Чтобы мы могли назначить лечение.

Доктор сняла очки.

– Следующим шагом является биопсия. Ваш случай для нас приоритетный, поэтому я назначила процедуру на завтра.

– Би… биопсия? – переспросил Эйден, заикаясь. Рейчел погладила его по колену. – То есть вы хотите сказать, что у нее может быть…

Несказанное слово повисло в воздухе.

Рейчел инстинктивно положила руку на пальцы свекрови. Беа крепко сжала ее руку в ответ.

– Мне жаль, – ответила доктор Пател. – Я знаю, что вы ожидали совершенно других новостей. Такие случаи очень сложно диагностировать, поэтому хорошо, что вы обратились к нам именно сейчас.

– Спасибо, доктор Пател, – автоматически пробормотала Рейчел. – Вы будете держать нас в курсе дела?

– Конечно, – ответила та. – Я свяжусь с вами, когда будут готовы результаты биопсии.

– Ну что? Кому добавку? – спросила Рейчел, взяла столовую ложку и приготовилась по второму кругу раскладывать пастуший пирог по тарелкам.

Эйден не сказал ни слова, хоть это и было его любимое блюдо.

– Мне, пожалуйста, – попросил Зак, подставляя свою тарелку. Рейчел положила ему добавку.

– Милли? – спросила она. Но дочь не отреагировала. Пряча телефон под столом, она писала кому-то очередное сообщение.

– Ты знаешь правило о телефонах за едой, – строго сказала Рейчел.

Милли взглянула на мать. В глазах ее застыло отчаяние, ресницы были густо накрашены.

– Ну, мам, можно хотя бы одно сообщение дописать?

Но Рейчел недовольно приподняла бровь, и Милли пришлось со вздохом положить телефон на стол.

– Вы с Кейт не виделись всего несколько дней, – заметила Рейчел. – Что вы друг другу рассказываете?

– Все! – ответила Милли, сдувая челку с глаз и резко облокачиваясь на спинку стула.

Ответ Милли напомнил Рейчел о ее собственной юности. Когда она была приблизительно возраста Милли, они с Лори проводили вечера, вися на телефоне, хоть большую часть дня сидели за одной партой в школе. И Милли была права: тогда казалось, что они должны были поговорить обо всем на свете. В тех телефонных разговорах они обсуждали все: какие постеры из какого журнала они повесили себе на стену, с какими мальчиками говорили в школе. Когда разговор заходил о мальчиках, для Рейчел это всегда был Эйден. Сколько раз он посмотрел на нее, попросил калькулятор, что сказал ей в очереди в буфет – они с Лори обсуждали каждую мелочь.

Достучаться до Милли, когда она была не в настроении, было практически невозможно. Девушка, сидящая напротив Рейчел с выпяченным подбородком и недовольным выражением лица, была ей как чужая.

– Ладно тебе, Милли, – вмешался Эйден. – Ты знаешь, что правила здесь те же, что и дома.

– Тогда можно я выйду из-за стола? – спросила Милли, складывая свои столовые приборы в тарелку.

Зак не мог усидеть на месте, чувствуя напряженную атмосферу.

– Если Милли уходит, можно я поиграю в приставку? – спросил он, игнорируя еду, только что положенную ему на тарелку, и со скрежетом отодвигая стул.

– Ладно, идите, – сдалась Рейчел.

Эйден все время молчал, дети хотели поскорее уйти из-за стола – не так она себе представляла этот семейный ужин.

Милли ушла с кухни, и Рейчел услышала, как она захлопнула дверь в свою комнату.

Эйден с отвлеченным видом счищал с тарелок остатки еды и складывал их в посудомоечную машину.

– Эйден, – позвала его Рейчел. – Ты думаешь, с Милли все в порядке? Она все еще ведет себя как-то странно. Даже более странно, чем дома. Она отдаляется. Тебе так не кажется?

– Дело обычное, Рейч. Просто она ведет себя, как обычный подросток, – не переживай.

– Нет. – Рейчел встала и начала складывать стаканы в посудомоечную машину. – Я уверена, что что-то не так. Может быть, ей тяжело здесь без друзей? Или она переживает из-за бабушки? Ты не мог бы с ней поговорить? Со мной она отказывается разговаривать.

– Рейчел, – Эйден закрыл машинку и начал искать нужную программу. – Ты можешь отвлечься от всего этого? Извини, но мне сейчас надо думать совсем о другом.

– Да, ты прав, извини. Но, может быть, мы могли бы сводить детей куда-нибудь? Я читала в журнале «Тайм аут» о Зимней стране чудес в Гайд-парке. Там есть каток, лоси, всякое такое. Мы могли бы пойти туда все вместе и…

– Рейчел, – нахмурился Эйден. – Мне надо закончить амбар Вестли. Следить за этим на расстоянии будет не так-то легко. И еще мама. Кто знает, что с ней.

– Да… – вздохнула Рейчел, переходя в режим выживания. – Давай постараемся быть оптимистами. Я уверена, с Беа все будет в порядке, и у нас получится по-человечески отпраздновать Рождество. Даже если…

– Рейчел, – покачал головой Эйден. – Ты что? Не понимаешь?

Слова Рейчел повисли в воздухе. Она пыталась разрядить атмосферу, но у нее, кажется, не получилось.

– Ты слышала, что сказал врач? У мамы может быть рак, Рейчел. Тут уже не идет речь о том, успеем ли мы домой к Рождеству.

Глаза Рейчел наполнились слезами. Обычно мягкий, сильный голос Эйдена дрожал.

Он сел за стол и положил голову на руки.

– Извини, Рейчел, Это не твоя вина. Конечно, нет. Просто я… Я боюсь. Я очень боюсь, что мы можем потерять ее.

* * *

От: Millypede@gmail.com

Кому: LaurieGreenaway@virgin.net

Привет, Лори!

Можно я спрошу у тебя кое-что? Я не знаю, к кому обратиться. Кейт знает о парнях не больше меня, и я точно не собираюсь спрашивать маму, она и так все время следит за мной.

Есть парень, с которым я переписываюсь. Я его знаю недавно. Он прислал мне пару плейлистов, и я прислала ему пару моих фото, видео нас с Заком на великах в Лондоне. Они ему понравились. Когда мы общаемся, мне с ним легко. Мне ни с кем не было так легко с тех пор, как я перешла в другую школу. Это странно, потому что до того, как встретить его, я думала, что мне нравится другой парень из моей новой школы, на год старше. Но я даже не знаю, нравлюсь ли я ему, скорее всего, нет.

Короче, я видела того парня один раз, но мы понравились друг другу, мы проговорили весь вечер. Я не могу перестать думать о нем. Он хочет снова встретиться, когда я вернусь в Скипли, но я не знаю, как к этому отнесутся мама с папой, – у меня никогда не было парня.

В общем, как ты думаешь, мне стоит рискнуть? Надеюсь, ты мне что-нибудь посоветуешь!

Целую,

Милли.

Глава 11

Пятница, 1 декабря

– Мо-ка-чи-но, – произнесла по слогам Лори, делая заказ в кафешке на центральной улице Скипли. Долговязый парень-подросток за стойкой приподнял брови и посмотрел на полки у себя за спиной. Он был высок, и самая высокая полка была у него на уровне глаз.

– Есть растворимый, – сказал парень, указывая на банку «Нескафе», которая стояла на полке, заваленной йоркширским чаем. У парня были коротко стриженные волосы, и Лори заметила некий намек на баки.

– Или, подождите, мокка – это с шоколадом? – он наклонил голову в размышлении. – Я могу сделать горячий шоколад и смешать его с кофе, хотите?

– Вы серьезно? – не выдержала Лори. Она поставила свою кожаную сумочку на стойку и внимательно посмотрела парню в глаза, чтобы убедиться, что он не издевается над ней. – Боже, дай мне сил, – выдохнула она. За что? В чем она провинилась в прошлой жизни? – Давайте растворимый кофе, если это все, что у вас есть, – сдалась Лори.

Было воскресное утро. Ночная гроза не давала ей спать, поэтому она решила встать, а не пытаться заснуть. Она провела в Скипли уже два дня, но из-за непрекращающегося дождя почти не выходила из дома, отсиживаясь на диване в компании журналов и книг. Она уже сходила с ума от скуки, но благодаря инструкции, которую ей оставила Рейчел, у нее получилось справиться с печью и развести в камине огонь. Сегодня же грозовые тучи рассеялись, и, хотя погода в основном была серая, дождя не было.

Выйдя из дома с затуманенным взором, Лори вдруг осознала, насколько непригодна для такой погоды была вся одежда, которую она привезла с собой: в Скипли было ужасно холодно. У нее было красное шерстяное пальто по фигуре, но из теплых вещей – ничего. Не успев дойти до калитки, она развернулась, вернулась в дом и бросилась к шкафу с верхней одеждой. Она нашла резиновые сапоги фирмы «Хантер» своего размера и радостно натянула их на ноги, потом подобрала белый вязаный шарф. Почти идеально. И тут она заметила теплые наушники из искусственного меха – наверное, Милли. Она надела их и подошла к зеркалу в гостиной, чтобы оценить вид полностью. На один день можно было предать стиль ради комфорта.

Кафе, куда она пришла выпить кофе, было единственным открытым заведением на центральной улице. Это было такое кафе, в какое она ни за что бы на свете не зашла в Лондоне: пластиковые столы в пятнах, меню ланча полностью состоит из жареных высококалорийных блюд, никакого намека на присутствие винтажной мебели, а кексами даже не пахнет. Но, решила она, там хотя бы тепло. Да и выбора нет.

И вот теперь, в ожидании кофе сомнительного качества, Лори размышляла, не совершила ли она ошибки, изменив своим стандартным запросам. Она достала мобильный телефон, но сеть не ловилась. Медленно, очень медленно она начала раскачиваться на стуле, пока ее голова чуть не коснулась окна. Потом она подносила телефон все ближе и ближе к окну, пока ей не показалось, что засветилась одна палочка приема сигнала.

– Наконец-то, – прошипела Лори.

– У вас все в порядке? – спросил парень, ставя на стол перед ней заказ – чашку темной жидкости с названием кофе. От неожиданности Лори потеряла равновесие, и стул с грохотом вернулся в исходное положение. Ножки стула со стуком коснулись пола, она грудью навалилась на стол, и от удара кофе выплеснулся из чашки.

– В полном порядке, – ответила Лори и положила телефон на сухой островок на столе. Она заметила, что парень пытается скрыть улыбку.

– Вы, наверное, нездешняя? – спросил он.

Лори не ответила. Она надеялась, что это было очевидно. Если Диана была классической представительницей местных дам, то Лори ни в коем случае не хотелось бы быть принятой за одну из них.

– Меня зовут Бен.

– Лори, – равнодушно ответила она.

Бен все еще стоял у столика. О боже. Он что? Хочет поболтать? Лори взяла экземпляр «Скипли пост» из стопки газет рядом с ней, давая ему понять, что разговор окончен. Но он не собирался уходить, поэтому она притворилась, что увлеченно читает первую страницу газеты. Она просмотрела заголовки: скаковая лошадь из Скипли выиграла благотворительный забег.

– У нас не так уж и часто бывают, – сказал парень.

Она все еще была на первой странице: какие-то древние горшки были найдены командой телевизионной программы про археологию. У них вообще есть здесь настоящие новости?

– То есть в Скипли-то заезжают. Американцы там… Но к нам в кафе не заходят.

Лори пыталась не обращать внимания на то, что он ей говорит.

Должны же здесь быть какие-нибудь знаменитости, думала она, не поднимая головы от газеты и убирая прядь темных волос за ухо. Кажется, Кейт Мосс вышла замуж в деревушке вроде этой. Знаменитости же проводят много времени в отдаленных местах! Там, где папарацци не смогут их обнаружить.

После десяти минут, которые показались Лори часом, Бен сдался и вернулся за стойку. Лори попробовала кофе – на вкус он был водянистый.

Все ее сомнения насчет Скипли не давали ей думать о чем-либо другом. Но все же она позволила себе помечтать, что бы она могла сейчас делать, не превысь она лимит кредитной карты в прошлом месяце: накупить кучу одежды в Блумингдейлз или обедать в ресторане в Риме. Но вместо этого она застряла в промозглой английской глуши с чашкой растворимого кофе и подростком за барной стойкой.

Лори посмотрела в окно. Переливающиеся гирлянды-снежинки, вид которых обещал ей прекрасный отдых, были все еще там. Центральная улица со старомодной кондитерской выглядела довольно-таки живописно. Был еще магазинчик, в котором продавали ткани и шерсть, булочная и что-то похожее на модную лавку – все для бабушек, так сказать, но как-никак одежда. Лори поднесла горячую чашку к губам. И вдруг ей на глаза попалось знакомое лицо: идеально уложенные волосы цвета блонд показались на другой стороне улицы. Диана.

Лори струхнула. Она схватила газету и поспешила спрятать за ней свое лицо.

– Знакомы с миссис Хамфриз? – оживился Бен, скучавший за стойкой без посетителей.

– С Дианой? Да, – ответила Лори. Воспоминание о встрече с новой соседкой внезапно выставило Бена в лучшем свете. – То есть я встретилась с ней один раз.

Он засмеялся, глядя, как Лори передвигает газету так, чтобы идущая по улице Диана ее не заметила.

– Знаете, в нашем городке у вас не получится долго прятаться.

– Это мы еще посмотрим.

– Да она нормальная, – утешительно сказал Бен. – Раньше она была довольно милой. Она занимается интерьерами. Моя мама обожает ее стиль: Диана помогала моим родителям с оформлением гостиной, даже скидку сделала по знакомству. Если бы они платили полную стоимость, вышло бы очень дорого.

– Понятно… – Лори начало нравиться дружелюбие Бена.

– А потом ее муж Ричард сбежал, – продолжил Бен. – С ее тренером пуэрториканцем. Мужчиной.

– Да что ты говоришь? – Лори отвлеклась от раздела объявлений, который якобы изучала.

– Да, – кивнул Бен. – Но мама сказала, что это счастливое избавление для Дианы. Все знали, что Ричард… ну… не того… Без него ей намного лучше.

Ладно, Лори не могла себя обманывать: эта история ее заинтересовала, но совсем немного, самую малость.

– А что теперь?

– Теперь?.. Живет одна, работает с интерьерами, как-то держится, но просто она стала мрачной.

Что ж, это многое объясняет, подумала Лори. Она допила кофе, напоследок немного вздрогнув, так он был отвратителен. Она встала и положила газету на место. И тут ее взгляд упал на объявление наверху страницы:

Интересуетесь модой? НУЖНЫ ВОЛОНТЕРЫ.

Приходите в Дом культуры Скипли

в рабочие дни с 13.00 до 16.00.

Немного подумав, Лори сложила газету и положила ее обратно. Надела пальто. Застегнула.

– Спасибо тебе, – сказала она. – Приятно было познакомиться.

Бен подмигнул ей, и она вышла на улицу.

Пока она пила ужасный кофе, город проснулся; через дорогу, на площади недалеко от церкви, устанавливали фермерский рынок. Продавцы бодро раскладывали сыры, овощи и выпечку на прилавки. Рынок был всего в нескольких шагах, так что почему бы не взглянуть на него, решила Лори.

Надев меховые наушники, она перешла улицу и зашагала к прилавкам. Мамы с колясками болтали, сбившись группками, пожилая дама дала своему спутнику кусочек хлеба с джемом на пробу. Серая рассветная пора превратилась в бодрое зимнее йоркширское утро, и голубое небо раскинулось над головой до горизонта, освещая холмы вокруг деревушки.

Лори бывала на фермерских рынках в Лондоне, но здесь все было совсем по-другому: продукты здесь были все «родом» недалеко от места продажи, можно сказать, «с куста». Лори взяла из кучки выпечки слойку с корицей.

– Не видела вас здесь раньше, – сказала ей женщина за прилавком, оглядывая ее.

– А я проездом, – ответила Лори, забирая сдачу.

– Ну, в таком случае добро пожаловать в Скипли, – широко улыбнулась ей женщина.

Лори кивнула и попыталась улыбнуться в ответ. Потоптавшись немного и поозиравшись, она прошла в центр площади, где духовой оркестр собирался давать концерт. Когда они настроили свои тромбоны и трубы, перед ними собралась немногочисленная толпа местных жителей. Лори стояла у ступеней церкви, грелась в лучах солнца, наслаждалась только что купленной слойкой и слушала оркестровое выступление.

Через десять минут они сделали перерыв, и Лори побрела обратно к прилавкам. Она остановилась у того, где продавали чатни, и зачерпнула крекером пробу. Вкусы абрикоса, гвоздики и финика танцевали во рту.

– Как вкусно, – слова сами сорвались с ее губ, и полненькая владелица прилавка улыбнулась.

– Рецепт моей матушки, – гордо сказала она. – Рождественский чатни. Будет отличным подарком.

– Я возьму две банки, пожалуйста, – сказала Лори.

Это будут подарки для Шивон и для тети Клары. Лори купила у той же женщины горячий имбирный чай с яблоком и двинулась в направлении других прилавков, не пропуская ни одного, пробуя все на вкус. Мягкие сыры таяли во рту, сосиски и ветчина были весьма неплохи на вкус, и Лори покупала те, что понравились ей больше всего.

На последнем прилавке были выложены свежие травы и приправы. Лори посмотрела на изобилие зелени – для нее это был темный лес. Соль и перец были единственными из приправ, которыми она когда-либо пользовалась.

– Что… – спросила она мужчину в кепке за прилавком. Должно быть, он заметил ее растерянный вид. Она даже не знала, какие вопросы надо было задавать.

– …готовить с этой приправой? – вежливо продолжил за нее мужчина, его голубые глаза светились добротой. – Розмарин с телятиной, кориандр для…

Лори выслушала инструкции: судя по его словам, все было так просто!

– Большое спасибо, – сказала она, расплачиваясь за четыре пучка зелени и кладя их в сумку.

Она уже была вся обвешана вкусными духовитыми покупками, когда подняла глаза на башню с часами и увидела, что время близилось к полудню.

Лори пошла по центральной улице в сторону коттеджа Рейчел. Возможно, Скипли был не так уж и плох. Большинство людей казались приветливыми, и что было лучше всего – они ничего о ней не знали. Ничего о «Симлесс», Джее или о том, что она снова была одна на Рождество.

Двое друзей или соседей остановились на тротуаре поболтать и улыбнулись Лори, когда она проходила мимо них. В продуктовом магазине жители деревни запасались провизией на Рождество: бутылками вина, мясными пирогами и тому подобным. Здесь, в богом забытом месте, она чувствовала себя по-другому, более спокойной. А ее бегущая, неистово быстрая походка замедлилась, как только она надела резиновые сапоги Рейчел.

Возможно, здесь, среди йоркских холмов, далеко от Джея, без лихорадки работы она могла наконец быть самой собой – или, в крайнем случае, узнать, кто она есть. Она не задержится в Скипли надолго, но, вероятно, этот перерыв может стать для нее заменой каникулам, которых у нее никогда не было.

После сдачи школьных выпускных экзаменов – когда им с Рейчел исполнилось по восемнадцать – она сразу уехала, но не для того, чтобы стать волонтером в детском приюте или вроде того. Они с Рейчел провели лето на море в Греции.

Было уже темно, когда их паром пришвартовался в порту острова Парос, но пожилая гречанка очень быстро сосредоточила все внимание на Лори и Рейчел и отвела их на квартиру.

– Дешево и хорошо, – настаивала она, показывая им ламинированные фотографии предлагаемого жилья.

Рейчел и Лори провели полет в Афины, разглядывая путеводитель по островам Греции, и остановили выбор на Паросе: множество баров для Лори и пляжей с белоснежным песком для Рейчел. Они очень давно мечтали об этой поездке, и вот они были на месте. Они взяли с собой рюкзаки, набитые бикини, парео и солнцезащитными кремами, и планировали найти работу в баре и остаться в Греции на два-три месяца.

Квартира, в которую привела их пожилая женщина, была простой, но удобной. Занавески были опущены, поэтому они не видели, что было за окном, но слышали шум волн.

– Нам подходит, – сказала Лори. – Мы снимаем эту квартиру.

Она отдала женщине залог, и они с Рейчел поставили сумки на пол. Лори проводила домовладелицу до двери и, закрыв дверь, услышала визг из ванной.

– Тараканы! – закричала Рейчел, выбегая оттуда с бледным лицом.

Ну что ж, подумала Рейчел, заглядывая в ванную комнату. В ванне была парочка тараканов, ползающих вокруг слива.

– Как только найдем работу, снимем квартиру получше, – пообещала она Рейчел.

На следующее утро, стоя на балконе, они наблюдали восход солнца, и казалось, они были в раю. Перед ними растянулся белый песчаный пляж, и уже начинали открываться пляжные бары; со всех сторон была слышна речь местных жителей и туристов, и остров медленно оживал после ночи.

– Итак, сегодня начинаем поиски работы, – сказала Лори.

– Сегодня? – смеясь, ответила Рейчел. – Да ладно, Лори. Посмотри на пляж! Будет преступлением не проваляться на солнце весь день!

– Можешь меня поздравить! – заявила Лори две недели спустя, вернувшись домой с покупками. – Я нашла нам работу.

Проведя две недели в купании и загорании, исследуя остров на мопедах и просиживая ночи в барах, Лори не терпелось начать зарабатывать деньги.

– Что? – отозвалась Рейчел, по-кошачьи растянувшись на балконе.

– Да, работу, ленивица, – ответила Лори. – Не надо благодарности. Я знаю, что мы прекрасно живем здесь с нашими друзьями-тараканами, но мне уже надоело выслушивать твое нытье об Эйдене. К тому же мы на мели.

Рейчел положила книгу, которую читала, на стол.

– Я знаю, знаю. Что за работа?

– В О’Райли. Ирландский бар в центре города, – доложила Лори, поставила пакеты на столешницу и начала их разбирать. – Я знаю, что это не совсем то, о чем мы мечтали, но владелец бара кажется довольно милым парнем.

– Как его зовут?

– Барри.

– Барри?

– Послушай, Рейчел. Нищие не выбирают. Нам скоро платить за следующий месяц, и наши драхмы на исходе.

К сожалению, Барри зажимал их чаевые, поэтому выяснилось, что, подавая текилу обгоревшим туристам, они не только не смогут заработать на квартиру получше, но и не смогут снимать старую. И через месяц после начала их приключения Эйден уже встречал их в аэропорту Хитроу.

Дома в Бромли загар Лори быстро сходил, ее планы летели в тартарары, и перед ней открывалась перспектива долгого безденежного лета. Шесть недель спустя Рейчел обнаружила, что беременна, и их пути начали медленно расходиться.

Лори нехотя согласилась работать в мамином салоне: вести запись клиентов, делать накладной маникюр, осваивать завивку на бигуди – последняя ей давалась с трудом. Вечерами она работала над своим портфолио для поступления на курс в Центральный колледж искусства и дизайна имени Святого Мартина в Лондоне. В то лето Лори смогла накопить наличных для колледжа, но она точно не нашла себя.

И вот она была в Йоркшире. Она прислушалась к журчанию речи вокруг себя. С чем должен столкнуться человек во время перерыва в учебе?

Совершенно непонятный диалект – есть.

Сложности – она подумала о враждебности Дианы. Это тоже есть.

Кулинарные новинки – она взглянула на булочную. О, да.

Было еще кое-что.

Лори оглянулась на людей вокруг: шарфы с кисточками, клетчатые брюки, кричащие цветочные принты и перебор со средствами для укладки. Да – возможность помогать людям.

Она вспомнила про объявление в газете: «Интересуетесь модой? Нужны волонтеры».

Она пробудет в Скипли еще полторы недели: чем не каникулы? Она не вернется домой с мелкими косичками, заплетенными на пляже, но, возможно, у нее получится сделать что-нибудь для воспитания характера. Лори всегда все делала быстро – значит, и в поисках себя она не будет медлить, ведь так?

Глава 12

Понедельник, 4 декабря

Рейчел стояла у кухонного стола, разбирая скульптурную композицию из банок, коробок хлопьев и одного райского банана, которую соорудил Зак. Дело не только в плоде хлебного дерева, подумала Рейчел. Разные вещи начали появляться в квартире: райский банан, медиатор и новый выпуск гитарного еженедельника.

– Незначительное бедствие, – сообщил Эйден, заглядывая на кухню. – Извини, Рейч, душ сломался. Кран отвалился от стены, и теперь там потоп.

Эйден вел себя так, словно последняя неделя ничем не отличалась от других, но лицо выдавало его: он был бледен, морщины на лбу стали глубже. Результаты биопсии Беа должны были прийти в течение ближайших двух дней. Они могли изменить всю их жизнь. Рейчел проснулась посреди ночи и обнаружила, что вторая половина кровати пуста. Из гостиной доносился приглушенный шум включенного телевизора. Простыня, где должен был спать Эйден, была все еще теплая. Наверное, он тоже не мог заснуть. Всю ночь Рейчел прокручивала в голове слова доктора Пател.

– Потоп? – переспросила она.

– Небольшой, да. Извини, пожалуйста, Рейч, но мне пора бежать, – Эйден спешно вытирал волосы полотенцем. – У меня встреча с представителями мебельной компании: я надеюсь, они смогут подобрать нам что-нибудь для амбара Вестли.

– Не беспокойся, правда, – успокоила его Рейчел. – Иди одевайся.

Эйден выскочил из кухни, а Рейчел заглянула в ванную комнату.

– Спасибо. С меня причитается, – крикнул из спальни Эйден.

Рейчел осмотрелась: вода била фонтаном из дыры в стене в шикарную ванну на ножках и струилась на стопки чистых белых полотенец. Зак спрыгнул с дивана и помчался к месту увлекательного происшествия. Он встал рядом с матерью и зачарованно смотрел на воду.

– Как водопад, – сказал он. Мать со вздохом обняла его за плечи. – Правда, мам?

Рейчел закатала рукава клетчатой рубашки и подошла поближе, чтобы изучить ситуацию. Водопроводчик из нее был не очень хороший, конечно, но если поломка была несерьезная, она смогла бы исправить ее сама. Она взяла полотенце, чтобы попробовать заткнуть им дыру. Ничего не получалось. А полотенца на полу, как оказалось, уже не впитывают воду, которая продолжала течь по стене на пол.

– О, нет, Эйден, – позвала она. – Как ты думаешь, вода может протечь в квартиру под нами?

– М-м… да, может быть, – ответил Эйден. Он стоял в дверях ванной комнаты, надевая брюки поверх белых трусов от Кельвина Кляйна. – Все плохо, да? Клянусь, Рейчел, я просто переключил воду из крана в душ!

Рейчел набрала телефон Лори. Звонок был перенаправлен в голосовую почту.

– Собственно, все нормально, – говорила Рейчел с мобильным телефоном у уха. – Занимайся своими делами. Мы сами с этим всем разберемся. До встречи!

Эйден схватил кейс и чмокнул жену на прощание.

– И, да. Я еще зайду проведать маму по дороге домой! – сказал он, держа ее за руку. – И спасибо. С меня причитается, – повторил он.

Затем наклонился к Заку, обнял его, на секунду прижав к себе, ткнулся губами в макушку и ушел, закрыв за собой дверь.

Через минуту из своей комнаты появилась Милли с размазанной под глазами тушью. С каждым днем казалось, что она встает все позже и позже.

– Что происходит?

– Незначительное бедствие, – повторил отцовские слова Зак.

– Так и есть, – подтвердила Рейчел. Она стояла у стены, прижимая полотенца к плиткам, чтобы как-то уменьшить поток воды. Милли вошла в ванную с полосатым котом на руках, почесывая ему за ухом.

– А, вижу. Посмотрите-ка, кого я нашла в своей комнате! – И она слегка повернулась, чтобы Рейчел увидела кошачью мордочку.

– Кот! – воскликнул Зак, подошел ближе и протянул руку погладить животное по спине.

– Кот, – обескураженно вздохнула Рейчел, но потом улыбнулась. – Именно его нам и не хватало. Ладно, ребята, я спущусь вниз предупредить соседей о возможности образования Ниагарского водопада с их потолков. Милли, последи тут за всем происходящим.

Та кивнула в ответ и быстро ударила Зака по руке, чтобы тот перестал донимать кота:

– Аккуратно, Зак. Не гладь против шерсти, ему это не нравится.

– Не беспокойся, мам, мы все вместе посмотрим на водопад, пока тебя не будет, – заверил мать Зак.

* * *

От: LaurieGreenaway@virgin.net

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли!

Я рада, что ты мне написала. И, ух ты, это отличные новости. По-моему, ты первый человек, обратившийся ко МНЕ за советом по отношениям. Я не уверена, что я эксперт в этом деле, но, чем могу, помогу! Мне кажется, что нужно продолжить общение, чтобы получше узнать друг друга, и потом уже следовать интуиции. Судя по твоему описанию, этот парень довольно мил и ты ему очень нравишься (разве можно его в этом винить?). Я уверена, что бы ты ни решила, твои родители тебя поддержат. Для них это будет странно поначалу, но они любят тебя и хотят, чтобы ты была счастлива. К тому же они вполне здравомыслящие люди.

Удачи, и держи меня в курсе событий. И наслаждайся Лондоном – это лучший город в мире!

Целую,

Лори.

* * *

В квартире Джея гремела музыка, так что Рейчел пришлось позвонить не раз и не два. Она решила, что он дома, но просто не слышит ее звонков. Наконец Джей открыл ей.

– Рейчел? Привет, – улыбнулся он. – Извини, ты здесь долго трезвонишь? Музыка, видишь ли…

Она была смущена, чтобы заметить, как белая футболка оттеняет его загорелую кожу. Почти смущена.

Позади Джея на кухню прошел мужчина, за ним – девушка со светлыми волосами.

– Харли, наш барабанщик, – пояснил Джей, махнув рукой в его сторону. – И Эмбер… Харли, сделай музыку потише, пожалуйста!

– Извини, что отвлекаю, – нерешительно начала Рейчел. – Но, боюсь, это очень срочно. У нас сломался душ. Кран отвалился от стены, и в ванной теперь Ниагарский водопад. Так что, возможно, мы вас затопим… – Она проверила, такой же ли планировки квартира Джея, что и у Лори. – Где-то в районе ванной комнаты.

– А, тот самый душ, – спокойно ответил Джей и опять улыбнулся. – Я его хорошо знаю. Не волнуйся, такое уже случалось, и потолок почему-то не протекал.

Расслабленная манера Джея передалась Рейчел, и она почувствовала, как ей полегчало. Поломка душа вдруг перестала казаться такой уж серьезной проблемой.

– Лори испытывала некоторые трудности, когда он только был установлен. Я могу подняться и починить его, если ты хочешь.

– Нет… То есть… – Рейчел сбилась и просто смотрела на Джея.

– Да ладно, это вообще не проблема! – Снова улыбка. – В прошлый раз это заняло не больше десяти минут.

– Я все починил, – сообщил Джей действительно минут через десять, указывая туда, где душевой кран крепился к стене. – Но вам просто надо будет обращаться с ним аккуратнее.

Он подобрал мокрые полотенца с полу и бросил их в корзину для грязного белья.

– Да, Лори твердо решила добыть эту ванну на ножках, – хмыкнул Джей и покачал головой. – Увидела в каком-то журнале про декор дома.

Рейчел сияла:

– Спасибо! Огромное! Мы очень ценим твою помощь. Думаю, ты заслужил чай. Останешься на чашечку?

– Конечно. – Джей сложил свои инструменты на пол и прошел за ней в гостиную.

Рейчел достала упаковку печенья с шоколадной крошкой и высыпала его в тарелку. Поставив тарелку на поднос вместе с чайником и чашками, она принесла все в гостиную.

– Ты просто нас спас! – сказала она.

– Да ладно, – отмахнулся от слов благодарности Джей. – Вообще-то, я еще и отдохнул от ворчания Харви, – он скорчил забавную гримаску. – У нас концерт сегодня вечером, и, по-моему, он нервничает. Говорит, что мы недостаточно репетировали. Группа. Еще хуже семьи.

Рейчел налила чаю и придвинула Джею тарелку с печеньем.

– Ты музыкант?

– Да, – ответил Джей. – Мы с Харли основали группу, когда нам было по двадцать. Иногда мы даем концерты, даже немного гастролировали.

– Это твоя основная деятельность?

– Раньше была. Но в последнее время я занят своим небольшим бизнесом. Я получил образование столяра-краснодеревщика и выполнил несколько заказов. Моя мастерская здесь за углом.

– Звучит интересно, – заметила Рейчел.

– Мне нравится. А как вы здесь? – спросил он, оглядываясь по сторонам.

– Хорошо, спасибо. Зак и Милли нашли кота сегодня утром и играют с ним в соседней комнате, это поэтому они так тихо себя ведут.

– Ничего не говори, – сказал Джей, слегка прищурив глаза. – Полосатый, белые лапки, хитрющая морда?

– Он и у тебя постоянный посетитель?

– По крайней мере должен быть, – засмеялся Джей. – Это мой кот – его зовут Мистер Рипли. Свое имя он получил за невероятное умение пробираться в чужие квартиры. Клянусь, я кормлю его! Просто в нем сильна жажда приключений. В любом случае, если Милли и Зак сейчас с ним играют, я просто заберу его с собой, когда буду уходить. Ну, а если забыть про котов-посетителей и непослушные душевые краны, вам здесь нравится?

– Да, – ответила Рейчел. – Но мы здесь не в отпуске. Мама моего мужа Эйдена лежит здесь в больнице, в Лондоне есть специалист, который может ей помочь.

Рейчел отвела глаза и сделала глоток чаю.

– Ох, – протянул Джей, садясь на край дивана. – Я не знал об этом. Мне очень жаль.

– Спасибо. Мы очень благодарны Лори за то, что она позволила нам остановиться у нее, за то, что предложила обменяться домами. Я даже не могу представить, как бы мы справились без ее помощи.

– Обменяться домами? – переспросил Джей.

– Да, она сейчас живет в нашем маленьком коттедже в Йоркшире. Должно быть, непривычная для нее обстановка.

Джей недоверчиво склонил голову набок:

– Йоркшир? Ничего себе. Я знал, что она уезжает в отпуск, но это не то, что я себе представлял. Не думаю, что она бывала дальше Хэмпстеда. Как она там?

– Она говорила что-то про смену обстановки. И Скипли – очень красивый город.

– Я уверен, что так и есть, – сказал Джей, облокачиваясь на спинку дивана. – Лори в деревне…

Он произнес это так, будто представлял себе в деталях, как это выглядит. Молчал он с минуту, а потом как-то по-доброму усмехнулся:

– На этих ее высоченных шпильках…

– Я оставила ей свои резиновые сапоги, – улыбнулась Рейчел.

– Воображаю себе! И что? Перед Рождеством вы поменяетесь обратно? – спросил Джей, и Рейчел кивнула в ответ.

– Жаль. Жаль, что вы не останетесь подольше. Рождество здесь просто супер. Лили устраивает потрясающую вечеринку. Туда, кстати, приходит много детей. Милли и Заку бы понравилось.

– Ах, да, Лори рассказывала мне об этой вечеринке, – вспомнила Рейчел. – А мы всегда празднуем Рождество в кругу семьи. Мы довольно скучные в этом плане.

– В этом нет ничего скучного, – заверил ее Джей и допил свой чай. – Ладно, мне пора. Спасибо за чай.

– Нет, это спасибо тебе, – ответила Рейчел. – Ты нас жутко выручил.

– Ерунда, – ответил Джей. – До скорого. Теперь, если ты не возражаешь, я постараюсь убедить моего кота пойти со мной восвояси.

* * *

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли!

Мне нравятся фото, которые ты прислала, спасибо. Я сейчас сижу во «Льве и Единороге», где мы познакомились. Интересно, какую песню ты поставила бы в музыкальном автомате? Мне тебя не хватает. У них полно записей старых групп. Они же тебе нравятся? Пойду поставлю какую-нибудь из их песен для тебя.

Картер.

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли!

Это снова я. Какой у тебя номер телефона? Можно я тебе позвоню? Я недавно видел Кейт, спрашивал у нее твой номер, но она мне его не дала. Не знаю, она вела себя странно. Слушай, Милли, я хочу поговорить с тобой по-настоящему, услышать твой голос.

Картер.

* * *

Когда около семи часов вечера кто-то позвонил в дверь, Рейчел решила, что это Эйден.

По дороге к двери она уловила свое отражение в зеркале над камином и нахмурилась. Она выглядела старше своих лет – уставшая, возле глаз появились новые морщинки. Она переживала за Беа, за Эйдена, за Милли – все это давало о себе знать.

Рейчел открыла дверь. На пороге стояли Джей и привлекательная рыжеволосая девушка.

– Привет, Рейчел, – уже знакомой ей улыбкой приветствовал ее Джей. – Не хотела бы ты сегодня сходить на наш рождественский концерт? Это совсем не далеко. Шивон идет…

Вдруг он вспомнил, что не познакомил их:

– Извините. Шивон, это Рейчел. Рейчел, это Шивон.

– Привет, – ответила Рейчел, с легким ужасом представляя себе, как она выглядит в спортивных штанах и старой футболке Эйдена. – Лори мне о тебе рассказывала.

– Не верь ни единому слову, – сказала Шивон с очаровательной улыбкой. – Извини, что я не заходила раньше. Меня закрутило в вихре любви. После нескольких лет в пустыне, как хорошо из нее выбраться, Рейчел.

Ее улыбка была так заразительна, что Рейчел начала улыбаться в ответ.

– Спасибо за приглашение, но, извините, я не смогу, – покачала она головой. – Эйден в больнице, а Зак…

Звонок домофона прервал Рейчел. Она извинилась и ответила на звонок.

– Привет, дорогая, это я, – послышался голос Эйдена. – Забыл ключи. Извини. Ты не впустишь меня?

Рейчел нажала на кнопку домофона и услышала, как на другой стороне линии открылась и закрылась входная дверь. Когда Эйден появился на лестничной клетке, Рейчел представила его Джею и Шивон.

– Обычно я не выгляжу, как мокрая курица, – улыбнулся Эйден, запуская пальцы в свои мокрые волосы и пытаясь стряхнуть с них воду. – Там льет как из ведра.

– Какие новости? – спросила Рейчел. Эйден покачал головой..

– Они сказали – завтра.

– Мы пытались убедить вашу жену, – сказала Шивон. – И вас, конечно, пойти с нами на концерт Джея.

– Концерт? – спросил Эйден. – Я валюсь с ног от усталости, к сожалению, но, Рейч, почему бы тебе не пойти?

Эйден поставил сумку с ноутбуком позади Рейчел и начал снимать насквозь мокрый плащ.

– Я побуду с детьми.

Он повернулся спиной к Шивон и Джею и сказал, прикрыв рот ладонью с одной стороны:

– Под этим я имел в виду, что завалюсь перед телевизором, но в случае пожара или взлома с целью грабежа я все-таки на что-нибудь сгожусь.

Все улыбались, оценив его шутку и целиком предложение отправить жену развлекаться, а он добавил нормальным голосом:

– В самом деле, Рейчел. Ты должна пойти.

– Ты уверен? – спросила она. – Но со всем происходящим…

– Неужели ты думаешь, что моя мама хотела бы, чтобы мы раскисали? Мы ничего не можем делать, пока не узнаем результат биопсии. Иди отдохни. Тебе нужна передышка.

– Ну ладно, – нехотя согласилась Рейчел. – Шивон, ты не могла бы подождать здесь минут десять, пока я найду, что надеть?

– Шивон и Рейчел, – сказала Шивон охраннику на входе в паб. – Мы в списке Джея.

Охранник нашел их имена и поставил печати на их запястьях. Рейчел с интересом рассматривала черное размазанное пятно на внутренней стороне руки.

– Интересно, оно смоется? – спросила она. В ответ Шивон только улыбнулась и повела ее вниз по лестнице в концертное помещение.

Прежде чем они покинули квартиру, Рейчел достала из чемодана свой серый жилет и кремовый тонкий свитер, но Шивон при виде этих вещей в ужасе замахала руками. Подойдя к шкафу Лори, она устроила там небольшой обыск.

– Вот, – сказала Шивон, доставая черное кружевное платье с длинными рукавами и золотой подкладкой, и протянула его Рейчел. – И еще… тридцать седьмой размер подойдет? – Шивон бросила Рейчел черные кожаные сапоги. Каблуки были намного выше, чем те, к которым привыкла Рейчел. Тем не менее она быстро оделась и посмотрела на себя в зеркало.

– Неплохо, – сказала Шивон и для завершения образа дала ей винтажную золотую сумочку на тонком ремешке.

Спустившись в клуб, Рейчел осознала, какая она разодетая.

– Так что тебе принести из бара? – спросила Шивон с хитрой улыбкой. – И нет, не проси имбирное пиво.

– Даже не знаю, – ответила Рейчел. – Удиви меня.

Шивон заказала им обеим «Джэк Дэниелз» со льдом, и Рэйчел вздрогнула, сделав первый глоток чистого виски. Она осмотрелась в незнакомой обстановке и решила, что чем скорее ее бокал опустеет, тем скорее она окажется дома. Вдоль барной стойки сидели как тинейждеры, так и мужчины в возрасте и разговаривали, пытаясь перекричать музыку. Они смотрят на нее? Она повела плечами.

– Не обращай внимания на толпу, – сказала Шивон, прочитав ее мысли. – Группа Джея тебе понравится.

К тому времени как закончилось выступление группы разогрева, Рейчел уже осушила два стакана – Шивон сменила закончившийся напиток на новый до того, как Рейчел смогла возразить. Толпа начала передвигаться ближе к сцене, а Рейчел заметила, что больше не чувствует напряжения последних дней.

После перерыва на сцену вышел Джей, и Шивон взяла Рейчел за руку. Харли сел за барабанную установку, басист настроил гитару, и Эмбер установила микрофон на нужную высоту. Джей взял первые аккорды, и Эмбер мягким чувственным голосом запела. Гитарные рифы придавали тяжести этой приторной песне, и у Рейчел мурашки побежали по коже. Шивон обернулась к ней:

– Я же говорила, тебе понравится.

После первой песни группа ускорила темп. Одна за другой последовали зажигательные рок-н-ролльные мелодии, а толпе все было мало. Шивон схватила Рейчел за руку, и они пустились в пляс на тесном танцполе. Рейчел, одетая в шикарное платье и высокие сапоги, смотрела на улыбку Шивон и чувствовала себя так, как не чувствовала себя уже много лет, – свободной. И, поймав взгляд басиста на сцене, она ему улыбнулась.

После второго выхода на бис группа наконец ушла со сцены, и Шивон провела Рейчел в гримерку. Музыканты отдыхали на пластиковых стульях и пили пиво, купаясь в лучах славы. Джей сиял.

– Отличное выступление! – Шивон похлопала друга по спине. – Пока лучшее.

Эмбер предложила Рейчел пива, и та с благодарностью взяла бутылку.

– Мне очень понравился концерт, – сказала она.

– Мы хорошо выступаем, когда зрители такие привлекательные, – повернулся к ней басист и окинул всю ее цепким и быстрым взглядом.

– Ладно уж, хватит, Алекс, – шутливо погрозил ему пальцем Джей. – Рейчел у нас замужняя дама.

Харви предложил пойти в клуб, но Джей посмотрел на Шивон и Рейчел и сказал, что им пора по домам. Члены группы освистали его решение, но он настоял на том, что очень устал. Шивон, Рейчел и Джей втроем отправились домой. Они смеялись и шутили, Шивон прыгала по лужам. У Рейчел было ощущение, что они знакомы уже сто лет. Шивон и Джей не знали изнанки ее жизни – нет, – и ей не хотелось ничего им рассказывать. В тот вечер ей хотелось забыть о том, что она жена, мать, невестка, хотя это и было эгоистично. Они зашли в подъезд и поднялись к квартире Джея.

– Джей, ты не угостишь нас стаканчиком спиртного на ночь? – с хитрой ухмылкой спросила Шивон, замедлив шаг.

– Конечно, – ответил Джей, открывая дверь. – Заходите.

Рейчел посмотрела на часы – уже за полночь, она должна вернуться домой. Но она решила, что придет ли она на двадцать минут раньше, на двадцать позже, не имело никакого значения. К тому же Эйден и дети уже спали, а она совсем не хотела ложиться.

Улыбнувшись, Рейчел зашла в квартиру, отметив, как сильно она отличается от квартиры Лори. Вместо белых ковров пол был устлан полированными деревянными досками, а мебель в скандинавском стиле прибавляла комнате особый уют. На стенах висели постеры и упаковки виниловых пластинок, переплетающиеся растения тянулись с полок на камин. Шивон прилегла на темно-красный диван. Откуда ни возьмись появился полосатый кот с белыми лапами и запрыгнул ей на живот.

– И Мистер Рип-п-пли… – томно протянула Шивон, лениво поглаживая его. Она не закончила предложения, и ее глаза начали медленно закрываться.

– Вот всегда она так, – покачал головой Джей. – Шивон известна тем, что отключается посреди вечеринок.

Джей пригласил Рейчел на кухню.

– Прошу прощения за беспорядок, – сказал он, переступая через рюкзак цвета хаки. – Сейчас со мной живет Харви. Он ищет новую квартиру. И привез с собой очень много вещей.

– Понятно, – ответила Рейчел, вслед за Джеем аккуратно переступая через рюкзак и садясь на высокий деревянный стул у кухонной стойки.

Джей достал бутылку рома из деревянного бара и три стопки.

– Твоя девушка не против, что он здесь живет? – спросила Рейчел, но быстро закачала головой. – Впрочем, я совсем не хочу лезть не в свое дело.

Джей поставил перед ней полную стопку и сел рядом. Рейчел бросила взгляд на подоконник, на котором стояли аккуратные горшки с чили, книги рецептов, банки со специями и семейные фотографии.

– У меня нет девушки, – сказал Джей. – Обычно я живу один.

– Извини, я думала… – Рейчел почувствовала себя глупо. Как неправильно она все поняла!

– Эмбер? – улыбнулся Джей, и Рейчел кивнула. – Наша дива? Она без ума от Харви с тех пор, как он присоединился к группе: три долгих месяца безответной любви. Когда мы с вами уходили, она сказала мне, что сегодня ночью все решится. Кто знает, может быть. Хотя мне кажется, Харви ее боится. В любом случае, слава богу, она не в моем вкусе.

Рейчел сделала небольшой глоток рома. Сидя в квартире Джея после вечера в клубе, она чувствовала себя другим человеком, она чувствовала себя моложе. Ее обязанности незаметно отступили куда-то, освобождая место для человека, которым она могла бы быть.

– А кто в твоем вкусе? – спросила Рейчел, осмелев от честности Джея и от действия рома.

Она сложила локти на стол и положила голову на руки.

– Ну, – сказал он с легкой улыбкой, глядя на Рейчел. – Все просто. Веселая, зажигательная, симпатичная. Достаточно умная, чтобы держать меня в тонусе.

– И эта женщина, – начала Рейчел, наклонив голову и обдумывая сказанное, – где ты собираешься ее найти?

– Где? – повторил Джей, откидываясь на спинку стула и играя стаканом в руке. – Я ее уже нашел, Рейчел. И мне даже не пришлось далеко ходить, чтобы найти ее.

Его темные глаза остановились на ней, и между ними повисло молчание.

Рейчел отвела взгляд, подняла свою стопку и опрокинула в себя остатки рома. Но когда алкоголь достиг ее горла, она подавилась и задохнулась в приступе кашля. О боже, подумала она, вспомнив о спящих Эйдене и детях наверху. Не надо было ей вообще приходить сюда. Ее щеки горели. Джей встал, подошел к ней и положил руку ей на плечо.

– Дать воды?

Ее кашель постепенно стих.

– Да. Извини, – сказала она, наполняя легкие воздухом и обмахивая красное лицо. – Я совсем непривычна к рому.

Она нервно засмеялась. Лицо Джея было в нескольких сантиметрах от ее лица, и она чувствовала жар его тела. Он снова обеспокоенно посмотрел на нее, чтобы убедиться, что с ней действительно все в порядке.

Я слишком долго была вне игры, подумала Рейчел, когда Джей сел на место. Я такая наивная.

Джей первым нарушил молчание:

– Крепкая вещь, – улыбнулся он, взяв в руки бутылку с ромом. – В общем, – продолжил он, чтобы подвести черту предыдущего обсуждения, – найти ее было самым легким, как выяснилось. Сложно было построить отношения. Уже несколько недель я точно знаю, что у нас ничего не получится.

Несколько недель. Рейчел обдумала это. Недели – значит, он не имеет в виду ее. Она облегченно вздохнула, и на ее губах снова заиграла улыбка.

– А с чего ты это взял?

– С того, как она себя вела, когда мы были вместе: у нас была пара свиданий летом. Но ничего не вышло.

– Что случилось?

– Я не хотел быть для нее на втором месте.

– На втором? А что было на первом?

– Ее работа. Я это уважаю… То есть мне всегда нравилось, что она до безумия предана тому, что делает. Но я хочу настоящих отношений с ней – полный набор: проводить ночи вместе, в хорошем настроении, в плохом настроении. Я не хочу просто ходить на свидание, когда ей удобно, когда у нее выдастся свободный вечер или затишье на работе.

– Логично. Может быть, со временем…

– Может быть, – перебил ее Джей. – Но она довольно четко дала мне понять, что она чувствует. И я должен двигаться дальше. Мы бы, наверное, выводили друг друга из себя. У нее непростой характер, – улыбнулся он. – Но ее очень сложно забыть. Она заставляет меня смеяться, в ней есть драйв и… Не знаю, но она привязывает к себе. Дело в том, что мы друзья, по крайней мере были друзьями. Я очень скучаю по ней.

Рейчел сочувственно улыбнулась.

– Я знаю, – засмеялся он, убирая волосы с глаз. – Это сводит с ума. Но мы очень много времени проводили вместе. Говорили обо всем на свете. Никто даже близко на нее не похож.

– Если я все правильно поняла, то в мире немного таких девушек, как она, – сказала Рейчел, думая о своей лучшей подруге.

Дверь на кухню распахнулась и ударилась о стену.

– Эй, – промурлыкала Шивон, полусонная, прижимая к груди Мистера Рипли так крепко, что он даже не протестовал. – Что тут у нас в баре? Мистер Рипли пришел за своим ромом.

– Спасибо, – сказала Рейчел Джею, когда они прощались у двери.

Ей с трудом удалось убедить Шивон подняться наверх и лечь спать в свою постель, а не допивать остатки рома. Она одной рукой обнимала Шивон за плечи, а та напевала, уткнувшись лицом в ее плечо.

– Сегодняшний вечер был что надо. Мне очень понравилось.

– Обращайся, – сказал Джей и чмокнул ее в щеку на прощание.

Ей всегда было приятно находить общий язык с новыми для себя людьми, с кем она только что познакомилась.

– А теперь, – сказала Рейчел, кивнув в сторону Шивон, – пора в кроватку.

Глава 13

Вторник, 5 декабря

«Каникулы» Лори получили многообещающее начало.

– Здравствуйте, – сказала она, и ее голос отразился эхом от голых деревянных досок пола Дома культуры Скипли, затем наверх от потолочных балок и замер в золотой мишуре рождественских украшений.

Вокруг столов, заваленных одеждой, сидело около десятка женщин в возрасте от сорока до семидесяти. Гул разговора прервался, и они воззрились на Лори. А ее вдруг прошибло: надевать сюда красное платье и высокие сапоги на шпильках – это было слишком!

Продолжительную немую сцену нарушила темноволосая женщина в свитере-водолазке цвета фуксии и твидовой юбке, она отложила пальто, которое держала в руках, и пошла навстречу Лори.

– Чем мы можем помочь вам? – строго спросила она.

Ой, я хочу уйти, подумала Лори, и сердце ее упало. С чего она взяла, что ей сюда надо?

Она собрала в кулак все свои силы:

– Я увидела объявление в газете! – Неожиданно для себя она ответила громче, чем следовало. – «Нужны волонтеры»…

Она судорожно соображала, что еще сказать.

– Думаю, я могу вам помочь, – заявила она. – Я модный дизайнер.

– О, да неужели? – ледяным голосом вопросила дама с седым каре, придирчиво осматривая Лори и ее яркую экипировку. На женщине была большая – слишком большая – дутая жилетка поверх желтого свитера.

Уважение Лори к Рейчел переходило на новый уровень. Местные жители на фермерском рынке казались дружелюбными, но эти дамочки – что ж, они больше напоминали сотрудниц учебного лагеря армейских новобранцев.

– Да, – сказала Лори и в отчаянной попытке придать себе в их глазах веса добавила, – в Лондоне.

И в этот момент в противоположном конце комнаты она увидела Диану. Лучше и не придумать! Диана встала и посмотрела Лори в глаза.

– Что ж, тогда присаживайся, – резко бросила Диана. – И принимайся за работу. Кто-нибудь из дам введет тебя в курс дела. Джойс?

Десять минут спустя Лори сидела возле стола вместе со всеми, раскладывая ношеную одежду по черным пластиковым пакетам. В то утро, когда она попыталась покрасить стену на кухне найденной в сарае краской, она думала, что день уже не станет хуже: вместо того чтобы закрасить почернения, ей удалось просто низвести темный цвет пятен до грязно-серого, чем она только ухудшила положение. Но теперь, набивая мешки старыми тряпками, она уныло думала, что дела у нее вообще хуже некуда.

Джойс – самая пожилая из дам, с короткими седыми волосами и румяными щеками – повернулась к Лори:

– Мы собираем одежду с сентября. Всю хорошую верхнюю одежду мы сейчас пошлем в местную благотворительную организацию «Зимнее тепло», – объяснила она, показывая Лори для примера красную дутую куртку. – Потом они раздадут одежду по приютам для бездомных в Лидсе. Все с дырками, пятнами или не пригодное для носки надо откладывать в сторону, – продолжила она. – Ты сегодня можешь этим заняться. Мы собираем такие вещи вон в той кладовке, и, когда их накапливается достаточно, продаем старьевщику.

Лори совсем упала духом; она была уверена, что Диана из мести сделала так, чтобы ей досталась худшая часть работы.

«Интересуетесь модой» – было написано в объявлении? Если бы это не была благотворительность, Лори бы, наверное, подала на них в суд за ложную информацию в рекламе.

Расфасовывая старые толстовки и рваные джинсы, она слушала, как женщины обсуждают будущий сельский рождественский праздник с танцами. (Сельский праздник с танцами? А она уж думала, Скипли не может предстать в еще более дурном свете!..)

Набив тряпьем три мешка, Лори, не в силах сдержаться, зевнула.

– Кто за чашечку чая? – спросила она.

Она ожидала сдержанную реакцию на предложение, но большинство женщин посмотрели на нее с искренней радостью.

– Кафе открыто, – объявила Лори из кухни, и женщины, одна за другой поднявшись со своих мест, потянулись к столу. Лори заварила чай в большом красном чайнике и выложила на тарелки кусочки морковного торта, который она купила по пути сюда в булочной. Разливая по чашкам чай, она обносила им благодарных дамочек. Взяв свою порцию, Лори заметила в углу миниатюрное радио. Она подошла к нему и попыталась разобраться с механическими настройками.

Наконец радио, потрескивая, заиграло. Из динамика полилась песня. Пела Уитни Хьюстон. От Лори не укрылось, что Джойс начала притоптывать под столом ногами в ритм, продолжая прихлебывать чай.

– Всегда любила эту песню, – сказала она, не обращая внимания на недовольный взгляд Дианы.

Пэм, дама в свитере цвета фуксии, не прекращая жевать торт, стала подпевать певице.

Они так и оставили радио включенным до конца работы. Через несколько часов Лори получила повышение: теперь ей было доверено сортировать хорошие пальто и шерстяные свитера на мужские и женские.

– Значит, ты только что переехала? – спросила ее Джойс, пока все обсуждали Танцы со Звездами.

Лори покачала головой:

– Я здесь временно. Живу в доме моей подруги Рейчел.

– Рейчел… Рейчел… – Джойс наморщила лоб, припоминая, о ком идет речь. – Ах, да, невестка Беа. Милая девочка. Прекрасные детишки. И Беа, такая замечательная женщина. Золотое у нее сердце. Она была бы сейчас здесь, если бы не заболела. Мы за нее очень тревожимся.

– Рейчел с семьей сейчас живут в моей квартире в Лондоне, чтобы навещать Беа. – И Лори почувствовала острую тоску по дому, по своей квартире, Шивон…

– О, это хорошо, ведь так? – одобрительно кивнула Джойс. И спохватилась: – Почти четыре часа! Вот-вот приедет этот парень от благотворительной организации забрать вещи. Лори, убери пока те черные пакеты для старьевщика, а мы поднесем поближе к двери мешки с хорошей одеждой.

Лори встала, взяла свою ношу и понесла в пыльную кладовку.

На улице послышался автомобильный гудок, и женщины принялись спешно завязывать веревочками собранный в кучу благотворительный груз.

– О, не беспокойтесь, – улыбнулась Лори, забирая у Пэм и Джойс их пакеты, не обращая внимания на возражения. Все ради помощи людям!

Диана, опередив ее и держа пакеты в одной руке, другой толкнула тяжелую входную дверь, и Лори еле успела выскочить на улицу до того, как дверь захлопнулась бы перед ее носом. Диана шла широким шагом к фургону, припаркованному примерно в десяти метрах от здания.

Двери фургона были открыты, и Диане осталось просто по одному закидывать в него мешки, смеясь и флиртуя с водителем. Лори пошла к ним, но споткнулась. Один пакет выпал из ее рук и лопнул, ударившись о землю, его содержимое частично вывалилось ей под ноги. Лори вздохнула, положила целые мешки рядом с разорванным и начала собирать то, что упало. На тропинке рядом валялись вязаная шапка со снежинками и голубое пальто. Лори уже протянула руку, чтобы поднять пальто, но заметила, что водитель стоит перед ней, а на его античной голове красуется шапка со снежинками, поднятая им с земли раньше нее.

– Можно я возьму ее себе? – спросил он с обезоруживающей улыбкой.

У него были темно-русые волосы, щетина, в зимнем солнце его голубые глаза сияли. Не было никаких сомнений – хорош он на диво! Деревенский герой с Олимпа. В одно мгновение Лори поняла, почему дамочки наперегонки неслись сломя голову к двери. Что ж, неудивительно…

– Конечно, она твоя, – ответила Лори. – Но красть из благотворительности? Это не очень хорошо для кармы.

– Ну, я даже не знаю… – Он стащил с головы шапку и подхватил все ее оставшиеся пакеты. – Это даже не воровство как таковое. Я отдаю им много своего времени, так что мы могли бы договориться.

Лори почему-то пошла за ним к фургону, хотя надобности в этом, кажется, не было. Диана стояла рядом и смотрела на нее, пока мужчина забрасывал груз в машину. Он повернулся к Лори, а потом бросил взгляд на Диану в ожидании, что та представит их друг другу.

– Патрик, – нехотя обронила Диана и махнула рукой в сторону Лори. – Знакомься, Лори.

Было такое ощущение, будто ей больно это произносить.

– Приятно познакомиться. – Патрик пожал руку Лори.

Она почувствовала, как у нее мурашки побежали по коже от его прикосновения. Что бы это значило? Какая глупость, одернула она себя и отпустила руку парня. Он совсем не в ее вкусе. Выглядит моложе нее, а она никогда и ни за что не встречалась с молодыми мужчинами. Да и предпочитала она темноволосых. И высоких, как… Она оборвала себя. Нет, не должна она сравнивать всех мужчин с Джеем!

Против воли она обратила внимание, что под шерстяным джемпером тело Патрика было упругим и мускулистым, и джинсы сидели на нем будто вторая кожа.

Диана побрела обратно к зданию, оставив молча смотревших друг на друга Лори и Патрика наедине.

– Взаимно, – сказала Лори, поднимая на него глаза.

– Надеюсь, мы видимся не в последний раз, – проговорил он, пленяя ее улыбкой. – Ты часто собираешься быть в Доме культуры? Подготовка к Рождеству – самое напряженное для нас время.

Если бы три часа назад кто-то сказал Лори, что она будет размышлять, а не провести ли ей и в самом деле побольше времени с дамами из волонтерской программы, она бы ни за что не поверила. И все же ей показалось, что за пару часов женщины смягчились по отношению к ней. А Джойс так и вообще оказалась довольно, хм, милой. И к тому же никто не обещал ей, что будет легко.

– Да, я буду здесь часто, – ответила Лори и, почувствовав зимнюю прохладу, натянула рукава кардигана на кисти рук. Спеша помочь дамам с погрузкой, она не подумала, что не помешало бы набросить пальто.

– Тогда, – сказал Патрик, – до скорого. А пока вот тебе…

И он достал из машины вязаную шапку-ушанку в виде головы коалы – с ушами и большим черным носом – и водрузил ее на голову Лори.

Та нахмурилась. Фу. Она не принадлежит к числу девушек, которым нравятся такие «прикольные» шапки. Из искусственного меха – может быть. Но вязаная шапка в виде морды коалы из Примарка? Никогда. Лори ни за что на свете не надела бы по доброй воле такую нелепицу. И все же она ее не сняла.

Она стояла в оцепенении с глупой и чуждой ей стилистически (что может быть категоричнее?) шапкой на голове. Патрик сел в фургон и завел двигатель. На мгновение оглянувшись на нее все с той же улыбкой, он укатил по деревенской улице.

Вернувшись в Дом культуры, Лори застала женщин толпящимися у дверей. Было ясно – они наблюдали за всем происходящим из окна.

– Итак, Патрик, – нарушила тишину Пэм, – довольно симпатичный, а? Не находишь?

– Ничего особенного, – ответила Лори, небрежно бросив дурацкую шапку в кучу несортированных вещей. Обернувшись, она увидела, что все улыбаются.

– И не надо так на меня смотреть.

Глава 14

Среда, 6 декабря

– Мне только что звонили из больницы, – сказал Эйден.

– Хорошо, – Рейчел сделала глубокий вдох. – Давай присядем.

Они прошли в гостиную, Рейчел закрыла за ними дверь, и они в молчании сели на диван.

Эйден медленно положил телефон на журнальный столик и взял Рейчел за руку.

– Так, – протянул он, вздохнув.

– Так?..

– Извини, я просто не могу переварить новости, – покачал головой Эйден. – То, что сказала доктор Пател. Я не уверен, что я все понял, но вот: образование – это опухоль во внутреннем ухе рядом с мозгом.

Слово «опухоль» повисло в воздухе. Рейчел сделала знак, чтобы он продолжал.

– Но биопсия показала, что опухоль доброкачественная – это не рак. Это как-то называется, невр… что-то… Неврома. Как она и предполагала, это вызывало все мамины симптомы.

– То есть это точно не рак? – напряженно спросила Рейчел.

– Точно, – кивнул Эйден. – Это определенно хорошие новости. Но это еще не все. Они объяснили ситуацию маме. Со временем опухоль может медленно расти. Они могут ее оставить и посмотреть, что будет. Но симптомы останутся, и легче не станет. Единственный способ избавиться от головокружения – это оперировать. Доктор Пател сказала, что опухоль находится в легкодоступном месте и они смогут удалить ее за один раз. И мама хочет это сделать.

– Хорошо. – Рейчел покусала губу. – Операция? Боже. Бедная Беа.

– Да, – согласился Эйден. – Операция будет долгая, шесть часов, и еще около двух месяцев на восстановление сил. Но, судя по всему, прогноз благоприятный, и проблема не вернется.

– Понятно, – кивнула Рейчел, мысленно обрабатывая информацию.

Их худшие страхи не оправдались. И если все пойдет как надо, думала Рейчел, бессознательно скрестив пальцы на счастье, они смогут вернуться домой к Рождеству. И к детям вернется их бабуля.

Ручка на двери повернулась, на пороге появилась Милли.

– Что происходит? Почему вы прячетесь?

– Мы не прячемся, дорогая. Заходи, – откликнулась Рейчел. – А хотя, можешь позвать Зака? У нас новости о бабушке.

– Операция сегодня, – сказала Рейчел Диане, меряя шагами гостиную с телефоном в руке. – Я не знаю, говорила ли тебе об этом Беа.

– Нет, не говорила, – ответила Диана. В ее голосе звучала обеспокоенность. – Вообще, она со мной не связывалась с тех пор, как вы уехали. Я думала, что с ней ничего серьезного.

– Да, я тоже, – вздохнула Рейчел. – Не думаю, что кто-либо из нас думал, что все будет настолько сложно. Но мы очень рады, что это не рак. Доктора дают оптимистичные прогнозы на выздоровление Беа, поэтому есть надежда вернуться домой к Рождеству.

– Рада это слышать. Передашь ей привет от меня? Я пришлю ей цветы.

– Замечательно, Диана. Она это оценит. – Рейчел присела на край дивана. – Ну, а как у тебя дела? Ты уже виделась с Лори?

– Все в порядке, работы много в последнее время. Я виделась с Лори, да. – Диана сделала паузу. – Пожалуй, смена обстановки была для нее потрясением. Но, я уверена, она привыкнет. Она даже пришла в Дом культуры сегодня, помогала с одеждой для благотворительности, так что она определенно старается вписаться в наше общество.

Рейчел подняла брови от удивления. Она попыталась представить себе городскую модную штучку Лори – с Дианой и подругой Беа Джойс в неубранном помещении Дома культуры. Эта картина заставила ее улыбнуться.

– Хотя она немного странная, да ведь, Рейчел? Заявилась в красном платье и на высоких шпильках, как будто с подиума сошла. Наряжаться в Скипли? Какая в этом необходимость? И она… как я подозреваю… не очень понимает, что делать на кухне. Вот и все. Очень она на тебя не похожа, Рейчел. Никак не могу взять в толк, как вы стали друзьями.

– Противоположности притягиваются, – пожала плечами Рейчел. – И старые друзья столько пережили вместе, что даже когда пути их расходятся, это продолжает сближать…

– Да, наверное, – с сомнением ответила Диана. – Слушай, Алфи скулит, на улицу просится, мне лучше его выгулять. Мои мысли с Беа. Ты будешь держать меня в курсе дела?

– Конечно, Диана. Скоро созвонимся.

Эйден налил им по чашке кофе – как и привыкли они по утрам.

– Что насчет рождественской страны чудес, про которую ты говорила? – спросил он. Они с Рейчел решили чем-нибудь занять Милли и Зака, чтобы те не говорили только о бабушкиной операции.

– Я как раз думала об этом, – откликнулась Рейчел. – Я уже предложила им туда сходить. Осталось только убедить Милли, что это будет веселее, чем шопинг на Оксфорд-стрит.

Рейчел слышала, как Милли разговаривает с кем-то по телефону в своей комнате. Она не выходила оттуда уже целое утро.

– По-моему, рождественская страна чудес – это здорово, – пришел в восторг Зак, услышав их разговор, и запрыгал по кухне. – Каток, настоящие живые олени, мы туда идем, мам? Пожалуйста, давай пойдем?

– Через минуту еще раз попробуем уговорить твою сестру, – ответила Рейчел. – Я уверена, нам это удастся.

Эйден обнял сына и поцеловал его в лоб.

– Только веди себя хорошо, Зак. И, если увидишь Санту, скажешь ему, что я в этом году был очень хорошим мальчиком. – Эйден задумался. – И что я очень хочу яхту. А если у него будет место в санях, то и «Порше».

Зак захихикал и обнял отца.

– Ты уверен, что не хочешь к нам потом присоединиться? – спросила Рейчел.

Эйден посмотрел на сына и снова на Рейчел. Его веселый тон сменился серьезным.

– Я думал, ты поймешь, – тихо проговорил он.

– Я понимаю. Просто было бы так хорошо, если бы ты…

Эйден медленно выдохнул:

– Ты знаешь, я бы с удовольствием, Рейч. Но этот последний разговор в мебельной компании… Они от нас отказались… И я должен теперь как можно скорее найти кого-то другого, чтобы эти полки нам обошлись подешевле. А с маминой операцией…

Зак вмешался в их разговор:

– С бабулей все будет хорошо?

– Не волнуйся, дорогой! – Рейчел потеребила его каштановые волосы, отмахиваясь от собственных страхов. – После операции бабушка Беа будет готова к любым приключениям.

Подойдя к парку, Рейчел, Милли и Зак сразу пошли к катку, он был рядом со входом. Рейчел заняла очередь, чтобы взять коньки напрокат, а Зак и Милли, сев на скамейку, стали смотреть, как парочки и целые семьи кружатся по льду с разной степенью элегантности.

– Мне три пары! Размер тридцать шесть, тридцать семь и тридцать один, пожалуйста, – попросила она угрюмую женщину за прилавком, отдавая ей свои угги, ботинки Милли и кроссовки Зака.

– Вот, возьмите, – устало сказала женщина, бухнув коньки на прилавок.

Удастся ли им этот праздник, усомнилась вдруг Рейчел в своих силах развлечь детей. Сколько лет она не вставала на лед? Не случится ли так, что большую часть времени она проведет на попе? Ну что ж, если это развеселит детей…

Рейчел вернулась к скамейке и встала на одно колено, чтобы помочь Заку надеть коньки, пока Милли надевала свои, – взгляд у нее был отстраненный.

После неуверенного начала скоро все трое плавно заскользили по льду – у Милли был прирожденный талант. Рейчел медленно начала вспоминать, как правильно сохранять равновесие и продвигаться вперед, и помогала Заку словом и делом. А Милли, широко улыбаясь, кружилась уже на самой середине катка. На мгновение все переживания Рейчел улетучились.

– Но ему ведь понравилось, да, мам? – хитро спросил Зак. Когда Рейчел отвернулась, ему удалось скормить пирожок со сладкой начинкой оленю Рудольфу.

– Не надо его ничем кормить, Зак. Так сказал оленевод, – отчитывала сына Рейчел, стараясь сохранить серьезность, хотя краем глаза видела, что Милли не могла сдержать смех. – Представь, если Рудольф будет есть одни мясные пироги! Он станет толстым и не сможет взлететь.

– И тогда, – вклинилась Милли, – как Санта доставит подарки?

Рейчел откусила кусочек своего пирога и смахнула крошку начинки, упавшую ей на шарф.

Она обняла детей, и они пошли к озеру, посреди которого был построен грот Санты. В нескольких метрах была пристань, откуда эльфы в зелено-белых костюмах катали посетителей на лодках в форме саней.

– Ну? Кто за путешествие к гроту Санты? – спросила Рейчел, указывая на озеро.

Семьи и пары, закутавшиеся в дафлкоты и натянувшие поглубже шапки с помпонами, заполняли лодки, которыми управляли эльфы. Зак и Милли даром время не теряли и побежали через парк наперегонки, звонко смеясь.

* * *

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли!

Я не достаю тебя, но ты не писала уже несколько дней. Я сделал что-то не так? Что происходит?

Картер.

От: Millypede@gmail.com

Кому: LaurieGreenaway@virgin.net

Привет, Лори!

Это снова я. Можно попросить совета? Насчет этого парня. Я не знаю – он сначала был милым, а сейчас он какой-то слишком напористый. Он показался мне очень клевым, когда мы общались, но это было всего один раз. Моя подруга Кейт позвонила мне сегодня утром и сказала, что он расспрашивает ее и других наших друзей обо мне. Как ты думаешь, что мне делать?

Целую,

Милли.

От: LaurieGreenaway@virgin.net

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Миллз!

Хмммм. Он довольно настойчив. Неплохо, но и немного раздражает, да? Дай ему немного времени, не суетись, посмотри, успокоится ли он. Ты ему очень нравишься (это признак того, что у него отличный вкус). Пока ты не дома, у тебя куча времени, чтобы подумать. Затаись и жди.

Удачи, целую,

Лори.

* * *

Рейчел думала, что Эйден будет дома, когда они вернутся, но квартира была пуста. Она усадила Милли и Зака за чай и вышла из комнаты, чтобы позвонить ему.

– Рейч, – он ответил почти мгновенно.

– Привет, – сказала она. – Ты где? Как все прошло?

– Я еду из больницы, – что-то было в его голосе, насторожившее ее. – Все прошло не очень хорошо.

– В смысле? – сердце Рейчел учащенно забилось. – Они не удалили опухоль?

– Не в этом дело… – его голос сорвался. – Что-то пошло не так во время операции, Рейч. Что-то пошло не так.

Рейчел прижала руку к груди:

– Не так – это как?

На другом конце линии была тишина.

– Мама не очнулась после наркоза, Рейч. Она в коме.

Глава 15

Среда, 6 декабря

Лори надела полосатый фартук и окинула взглядом продукты, выложенные на кухонном столе. За окном был холодный зимний вечер, но в коттедже было светло и уютно.

Она старалась не обращать внимания на стены, которые она так испортила. На фермерском рынке она разошлась не на шутку, поэтому продуктов было полно – единственной проблемой было то, что она понятия не имела, что с ними делать.

Просмотрев названия книг рецептов на кухонной полке, она попыталась найти среди них что-то попроще и выбрала самодельную книгу в твердом переплете с золотыми буквами на обложке. Лори сразу поняла, что это необычная книга: название ее было «Обратный отсчет до Рождества от Беа». Она вспомнила звонок расстроенной Рейчел: в тот вечер она ей сказала, что Беа в коме. Лори ответила, что они должны жить у нее столько времени, сколько им понадобится. Им необходимо быть в Лондоне, а она найдет, чем занять себя в Скипли.

Присев, Лори открыла книгу. Здесь были рецепты рождественских блюд – с датами, написанными аккуратным красивым почерком. Все было идеально организовано: рецепты казались очень простыми, так что даже Лори смогла бы справиться. Ей попалась страница с рецептом глазированного окорока с инжиром. На иллюстрации готовое блюдо выглядело просто потрясающе, и Лори решилась. Проверив наличие всех необходимых продуктов, она принялась за дело.

Но сначала налила себе бокал вина и, пока, следуя указаниям книги, готовила, прихлебывала. Готовить как будто не так уж и сложно. К концу готовки бутылка стала полупустой. Возможно, в этом и весь секрет? Она сунула окорок в печь и настроила таймер – больше она не совершит роковой ошибки.

Зазвонил домашний телефон.

– Лори, – донесся из трубки приятный ирландский акцент Шивон.

Лори уселась в самое мягкое кресло и налила себе еще вина. Они разговаривали, а она делала глоток за глотком.

– Как дела? – спросила Шивон. – Как ты там в этой своей деревне? Голодаешь?

– Чего нет, того нет, – ответила Лори. – Вообще-то, я сейчас как раз готовлю еду. Все по-настоящему.

– О, черт. Кто-то за тебя взялся?

– Не-а. Просто здесь больше особенно нечего делать. Дэнни заблокировал мне доступ к рабочему электронному ящику, так что я не могу проверить свои сообщения.

– Тебя это расстраивает?

– Сначала расстраивало, – честно призналась Лори. – Но сейчас я даже этому рада.

– Ну и хорошо. А как аборигены?

– Некоторые довольно милы. Не все принимают чужаков с распростертыми объятиями, но я вливаюсь.

– Каким образом? Продаешь домашнюю выпечку?

– Нееет, – засмеялась Лори. – Нет. Я занимаюсь благотворительностью.

Шивон принялась хохотать, и Лори, чтобы остановить ее, спросила:

– Ну, а как там твоя школа?

– Отлично! Большинство моих девятиклассников начали ходить на дополнительные занятия по рисованию. Это ужас, но я надеюсь, что в этом году будет больше хороших оценок.

– Звучит бодро. Ты уже познакомилась с Рейчел?

– Еще как, – опять рассмеялась Шивон. – Мы ходили на концерт Джея.

– О, и как? – спросила Лори, изображая равнодушие.

– Она очень милая. Вообще-то, я первый раз куда-то ходила за последние несколько дней. В последнее время я была… как бы это выразиться… занята.

– Занята? Это тот учитель физры?

– Ага. Эд. У меня отношения.

– Я так и знала! – вздохнула Лори. – Не могу поверить, что ты бросаешь меня в одиночестве. Извини, я хотела сказать, что это, конечно, здорово, ты заслужила. Господи, я хочу сказать, что давно пора. Ладно, приеду – расскажешь мне все в подробностях.

– Обязательно.

Лори замолчала, думая о Джее и о концерте, на который они ходили. Без нее.

– Как все в доме?

– Ты имеешь в виду, как Джей?

– Нет, я не его имею в виду, – резко ответила Лори.

– Может быть, тебе неинтересно, но он прекрасно выглядит, собран и деловит. Я его нечасто вижу в последнее время. Он занимается своей мебелью, я думаю. Хочешь узнать о блондинке-певице?

– Ничего я не хочу узнать, – буркнула Лори. – Она певица? В их группе?

– Слушай, хочешь я у него все спрошу? – предложила Шивон. – Разузнаю, что происходит между ними, чтобы не гадать на кофейной гуще?

– Нет! Ни в коем случае. Ни о чем его не спрашивай. Я не хочу, чтобы он думал, будто я вынюхиваю и высматриваю все про него и не могу успокоиться.

Зазвенел таймер печи.

– Слушай, Шивон, мне надо идти, мой ужин готов. Спасибо, что позвонила.

Достав аппетитный на вид и одуряюще ароматный окорок, Лори окинула взглядом свое пиршественное великолепие: одного окорока хватило бы на двоих, а еще оставались сыры. Что ей делать? Сидеть здесь в одиночестве, запихивая в себя все это? Глаза ее, пока она размышляла, уткнулись в изуродованные ею стены. Неужели она позволит Рейчел вернуться и обнаружить эту отвратительную грязь? Нет, надо срочно что-то предпринимать…

Вдруг Лори озарила идея. Она постаралась было от нее отмахнуться, но, к ее раздражению, идея никуда не исчезла, а крепко засела в мозгу. Бен из кафе ей сказал, что Диана – интерьерный дизайнер? Значит, она могла бы посоветовать что-нибудь… Не оставлять же эту радость хозяевам – необходимость красить испорченные ею стены?

Возможно, у Дианы были свои причины быть такой, какая она есть, подумала Лори. И она слишком спешно списала свою соседку со счетов. В Доме культуры она была не так уж плохо настроена по отношению к ней, представила ее дамам – и Патрику. Лори снова посмотрела на стены. Ужас… Диана точно могла бы что-нибудь ей посоветовать!

Глубоко вздохнув, Лори встала, натянула на себя пальто и направилась туда, где, по ее представлениям, должен был быть коттедж Дианы. Я, наверное, сошла с ума, думала Лори, пока шла к такому же, как у Рейчел, дому, только с безукоризненно ухоженным садом. На двери прямо над бронзовым дверным молотком висел рождественский венок. Чтобы не передумать, Лори поскорее подняла молоток и несколько раз постучала.

Диана открыла не сразу, но, казалось, была рада гостье и, к удивлению Лори, с удовольствием приняла ее приглашение отужинать вместе. На заднем плане в стильной гостиной работал телевизор. Было ясно, как хозяйка коттеджа проводит сегодняшний вечер…

– Подожди секунду, я схожу за Алфи, – предупредила Диана, поднимаясь на второй этаж. – Он очень любит бывать у Рейчел.

Лори ждала Диану у двери и гадала, кем может быть этот Алфи. И тут она увидела картонную коробку, торчащую из зеленого мусорного бачка. Ну-ка, ну-ка… Лори подошла поближе, чтобы рассмотреть, что это. Ха! То, что она увидела, ее жутко обрадовало. Можно сказать, вдохновило. В мусорном баке лежала скомканная коробка из-под пиццы «Домино».

– Краска… из баллончика? – давясь смехом и утирая выступившие на глаза слезы, повторила Диана. – Ты пыталась этим… закрасить стены?..

– Ага, – кивнула Лори. До нее начало доходить, насколько же это было идиотично. – Я была в полном отчаянии. И я никогда раньше ничего не красила.

– Слушай, это совсем ерунда, – отсмеявшись, утешила ее Диана. – И чтобы это исправить, совсем не нужно быть интерьерным дизайнером. Ты можешь купить все, что надо, в магазине на центральной улице. Загляни в «Хозяйственные товары». Пара слоев эмульсионки – и комар носу не подточит. Только сделай фотографию нетронутого чистого куска стены при дневном свете, чтобы подобрать нужный оттенок белого. Только и всего!

* * *

Спустя полчаса Лори и Диана сидели за кухонным столом Рейчел, трудясь над дальнейшим опустошением бутылки «Мальбека».

Алфи оказался так называемым «чивини» – собакой с телом таксы, ушами чихуахуа и, судя по всему, аппетитом датского дога. Он метался под столом у них под ногами, ловя подачки, и время от времени пронзительно тявкал.

– Получилось очень неплохо, – довольно сказала Диана, накалывая кусок окорока на вилку. – И не в пример лучше твоей первой попытки.

Лукавая улыбка заиграла в уголках ее губ.

– Спасибо, – кивнула Лори, не поддаваясь на провокацию.

Со смешанным чувством гордости, удивления и облегчения она поняла, что окорок не только можно есть, но и он получился отменно вкусный.

Диана осушила бокал.

– Нет, это тебе спасибо, – слегка заплетающимся языком проговорила она. – За то, что пригласила меня. Я знаю, ты решила, что я гордячка.

Тактично промолчать в ответ Лори помог окорок – она только что положила в рот изрядный кусок и не успела его прожевать.

– Я знаю, многие теперь так думают. – Кажется, молчание Лори Диана приняла за поощрение к продолжению. И продолжила: – Но я не такая. Знаешь что? Этот год был у меня дерьмовый. И иногда быть милой после всего этого, – Диана хлопнула по столу крепеньким кулачком, – ну, невыносимо как сложно.

Диана предстала перед Лори совсем в другом свете. Лори не пыталась ее споить, но, если бы она знала, что алкоголь высвободит настоящую Диану, она бы давно это сделала.

– Мне уже все равно, правда, – наливая себе еще вина, сказала Диана. – Но если серьезно… Сама посуди: ты думаешь, что знаешь кого-то, а он…

– …а он сбегает от тебя с мужчиной?

– Как… ты?.. – Диана прищурилась и нетрезво помахала пальцем перед носом у Лори.

– Просто догадалась, – соврала та во спасение.

– Но как я-то не догадалась? – пробормотала Диана, посадила Алфи себе на колени и погладила его мышиные уши.

– Возможно, он и сам не догадывался, – предположила Лори. – Но как бы то ни было, теперь ты можешь найти себе кого-нибудь лучше.

– Да, ты права… – Диана так истово гладила Алфи, что его глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. – Вообще-то, когда Ричард ушел, мой бизнес пошел в гору, так что он сделал мне большое одолжение.

– На каких интерьерах ты специализируешься? – как ни в чем не бывало поинтересовалась Лори с живым профессиональным интересом.

– Я занимаюсь всем: коттеджами, мельницами, амбарами… И занимаюсь этим уже много лет. Мы с Эйденом работали вместе над проектами перестройки пары амбаров. Знаешь, я пытаюсь уговорить Рейчел присоединиться.

– Правда? – удивилась Лори. А она-то всегда думала, что Рейчел довольна своей ролью домохозяйки!

– Да она настоящий гений! Видела, как она оформила детские комнаты? Это все ее собственные идеи!

Лори улыбнулась, вспомнив кровать в форме пиратского корабля в комнате Зака.

– Я бы даже оплатила ее обучение, – продолжила Диана. – Можно научить технике, но нельзя научить таланту – а у Рейчел как раз талант. Так что, будь добра, обработай ее от моего имени, пожалуйста. А то она все время находит причины и оправдания для отказа.

– Я посмотрю, что я смогу сделать, – сказала Лори, немедленно решив поднять этот вопрос при первой же встрече с Рейчел. Та в упор не видит своих способностей! И зарывает свой талант в землю.

– А сейчас, – Лори встала. – Десерт.

Диана кивнула, и Лори достала из морозилки коробку мороженого с орехами в карамели. Она убрала грязные тарелки и поставила на стол мороженое, мисочки с милым рисунком и ложки.

– Так этот парень сегодня, – беззаботно спросила Лори, тыча ложкой в каменный шарик мороженого, не успевший подтаять, – Патрик… ты… эээ…

– Заинтересована ли я? Не буду отрицать, он привлекателен, – щеки Дианы порозовели, – но он для меня слишком молод. Я в хорошей форме, конечно, – она игриво гибким движением отбросила волосы с плеч и улыбнулась, – но я не дура. Мне уже сорок шесть. Патрик – просто для эстетического удовольствия.

Диана подвинулась к Лори и сказала заговорщическим шепотом:

– Но, должна признаться, я провела небольшое расследование. И так случилось, что он ни с кем не встречается. Так что путь свободен.

– О, нет, – покачала головой Лори. – Я не для этого спрашивала.

Однако потом она поняла, что Скипли стал чуть интереснее.

– Это, конечно, меня не касается, – заметила Лори, бросив взгляд на одежду Дианы, когда та складывала в посудомоечную машину тарелки, – но ты, случайно, не похудела в последнее время? – Одежда сидела на Диане так, словно была не ее, а она ее одолжила у более дородной знакомой.

– О, да, я похудела. Немного. Бракоразводная диета после ухода Ричарда… – Она посмотрела вниз на свое тело и пожала плечами.

На ней были белая блузка и широкие брюки, но фигура ее в них тонула.

– Видишь ли, – наклонила голову Лори, – твоя одежда тебе велика. Так не годится… Пойдем-ка!

Лори отложила столовые приборы, которые собралась было убрать в машину, и подвела Диану к зеркалу в прихожей.

– Смотри, – и она начала затягивать на Диане блузку, чтобы ткань плотнее охватила тело.

– О боже, ты прямо как ведущая телепрограммы «Снимите это немедленно», – засмеялась Диана в ответ на решительные действия Лори.

– Возможно, – спокойно ответила та. – Шутки шутками, но, Диана, посмотри на себя! Я могу ушить твою блузку. Кстати, я и швейную машинку заприметила у Милли в комнате.

Диана посмотрела на нее с недоверием, но, по выражению лица Лори увидев, что она не примет отрицательный ответ за ответ, сдалась:

– Ладно… Делай, что хочешь.

– Могу перешить и другие твои вещички! – с готовностью воодушевилась Лори.

– А ты уверена, что эта задача – из выполнимых?..

Глава 16

Четверг, 7 декабря

– Фионн не была похожа на других львов, – Милли вслух читала книгу в твердом переплете. – С того момента как она отделилась от прайда и подошла ко мне через равнину Масаи Мара[2], я почувствовал нашу связь – она не была агрессивной, она доверяла мне, и я инстинктивно доверился ей. Я знал, что, просто пребывая там, нахожусь в смертельной опасности, но, когда Фионн осторожно толкнула головой мою руку, я понял: мы станем очень хорошими друзьями.

Рейчел посмотрела на Беа. Та лежала на больничной койке и как будто спала. На ее шее был золотой медальон с фотографией ее покойного супруга Дэвида, который она не снимала. Она дышала, и кулон ритмично поднимался и опускался на ее груди.

Но Беа так и не проснулась после вчерашней операции. Эйден сидел на стуле рядом с ней, держа ее за руку. Доктор Пател посоветовала им обязательно разговаривать с больной, поскольку, возможно, она их слышит. Утверждать что-то наверняка врач не могла. И добавила, что невозможно предсказать, когда состояние Беа улучшится, – если вообще можно ждать улучшения.

– Ты правда думаешь, что она меня слышит? – спросила Милли.

– Я в этом уверена, – ответила Рейчел, обнимая дочь за плечи. – Ты, кстати, выбрала верную книгу. Она всегда любила читать об Африке.

В палате царила тишина. Даже Зак притих, грустными глазами глядя на бабушку.

– Мам, – наконец проговорил Эйден, – мы купили тебе сюда радио. Цифровое. Вот.

И он поставил небольшой аппарат на прикроватную тумбочку, но не включил.

– Теперь ты можешь слушать свое Радио 4. Ты ведь не хотела бы пропустить любимые передачи? – Его голос дрогнул.

У Рейчел комок застрял в горле, чтобы что-то сказать. Она хотела взять его за руку, но он отвернулся.

– Как насчет того, чтобы сходить в парк Броквелл и подышать свежим воздухом? – предложила Рейчел Заку и Милли. – Может быть, поищем детские игровые площадки?

– Да! – воскликнул Зак. Его глаза вспыхнули радостью, и он бросился в прихожую надевать кроссовки.

– Как он может! – возмутилась Милли. – Бабушка так больна, а он…

– Ему не все равно, Милли, и ты это знаешь! Но не можем же мы все время сидеть и переживать! Бабушка первая не хотела бы этого. Мы будем ее навещать, а остальное время она в наших мыслях. И мы должны быть сильными – ради нее.

Милли растерянно пожала плечами.

– Ну в самом деле, Миллз… – Рейчел отставила тарелку на край стола. – Кстати, Джей сказал, что в квартире на цокольном этаже живет девочка твоего возраста. Ей зовут Никки. Что скажешь? Сходим познакомиться?

– Ну хорошо, – нехотя ответила Милли. – Давай.

– Я выведу детей погулять, – Рейчел заглянула в гостиную, где сидел Эйден. – А ты посиди поработай спокойно.

– Спасибо, – ответил Эйден, склонившись над ноутбуком. – Весьма кстати. А то у нас с этими новыми плотниками просто кошмар какой-то.

– Удачи, милый! – Рейчел подошла и прикоснулась к его руке.

Одевшись по-зимнему – в теплых пальто, шапках и шарфах, – Рейчел, Зак и Милли зашагали по лестнице вниз. Пролет вел в подвал, и Рейчел перегнулась через перила, чтобы посмотреть на нижний этаж: там было полутемно и слегка пахло сыростью.

– Мам, – спросила Милли, – ты что творишь?

– Джей сказал, нам нужна квартира номер один. Что-то не так?

– Ага, – ответила Милли. – Номер один. Но ты сама, что ли, собираешься с ней знакомиться? Ты меня убиваешь! Мне пятнадцать! А не шесть, как Заку.

– Хмм, – опомнилась Рейчел, давая задний ход. – Ты права. Извини.

Она подняла руки вверх в знак капитуляции.

– Давай сделаем так: мы с Заком подождем тебя здесь, а потом ты выглянешь и скажешь, какие у тебя планы.

– Так-то лучше, – вздохнула Милли и спустилась в сумрак цокольного этажа.

Повернувшись к лестничному пролету, Рейчел замерла, прислушиваясь, что происходит внизу. Вот открывается дверь. Малоразборчивый диалог. Девочки захихикали. Как будто бы все в порядке!

Несколько минут спустя Милли вернулась.

– Мы с Никки пойдем в Топ Шоп[3], – объявила она.

Рейчел облокотилась о перила и увидела внизу девочку-подростка с короткими светлыми волосами и розовой прядкой. Она помахала ей рукой.

– Увидимся потом дома, – улыбнулась Милли.

Рейчел сказала себе, что ее дочь не пытается избавиться от нее.

– Хорошо. Только будь дома к ужину. Ты взяла свой…

– Да, мобильник и кошелек на месте, – вздохнула Милли.

– Ладно, пока, – попрощалась Рейчел, надевая варежки. – Приятно познакомиться, Никки.

Милли красноречиво посмотрела на мать:

– Пока.

Сидя на скамейке, Рейчел наблюдала, как Зак играл на детской площадке. Он уже познакомился с парой ребят, осваивавших сооружения для лазания, и демонстрировал им лучший способ забраться на самый верх причудливой «паутинки». Рейчел отпила кофе в картонном стаканчике навынос и взяла его в обе руки, чтобы согреться. Зак посмотрел на нее и широко ей улыбнулся, и она помахала ему рукой в ответ. Неужели ее маленький Зак, ее малыш, так быстро подрос?

Придет ли день, когда он так же, как Милли, захочет отгородиться от них, станет охранять от их внимания свою жизнь, не захочет общаться? Рейчел тяжело вздохнула, осознавая неизбежность этого дня. Ведь и Милли раньше делилась всем с ней и с отцом: они знали о дочери все – от ее надежд и желаний до школьных ссор, но теперь она все чаще недовольно молчит в ответ на их прямые вопросы и осторожные взгляды. Рейчел медленно пила кофе, рассматривая других родителей на площадке. Интересно, им тоже было внутренне тяжело отпускать своих детей от себя?

Допив кофе, она позвала Зака – пора было возвращаться домой.

Милли вернулась к шести часам с новым полосатым шарфом и круглыми бронзовыми сережками.

– Ух ты, – не удержалась Рейчел. – Какие миленькие… Поднеси-ка к ушам…

Милли убрала назад волосы и поднесла к уху сережку.

– Тебе очень идет, – кивнула Рейчел. – Значит, вы подружились с Никки?

– Ага, – ответила Милли. – Никки клевая. А еще у них в школе кружок! И ведет его наша соседка Шивон – представь, она их учительница. Кружок по пятницам после уроков, и Никки думает, что я тоже могу прийти. Можно?

Милли сияла; она выглядела сейчас намного счастливее, чем в последнее время.

– Не вижу причин для отказа, – ответила Рейчел. – Только если Шивон не против еще одной проблемной особы.

Милли закатила глаза.

– Я пошутила, – засмеялась Рейчел. – Очень талантливой проблемной особы, конечно же.

– И, мам, – продолжила Милли, – есть еще кое-что. Никки предложила сходить с ней в Кэмден на выходных. Можно?

Кэмден. Там какой-то огромный рынок, кажется, где можно купить все что угодно, вплоть до самых экстравагантных молодежных вещей… Она почти ничего не знает о нем!

– Я посоветуюсь с папой, – предпочла поосторожничать Рейчел.

– Ну, маааааам, ну пожалуйста, – начала упрашивать ее Милли с улыбкой, при виде которой сказать «нет» было ну никак невозможно.

Рейчел засмеялась и подняла руки. Она рада была снова видеть свою дочь счастливой.

– Ладно, ладно, можешь пойти.

* * *

От: Millypede@gmail.com

Кому: Carter@yahoo.com

Извини, что так долго не писала. Я была очень занята: бабушка сильно заболела. Но все-таки мы стараемся жить по-старому. Я подружилась с девочкой, которая живет внизу. Она живет со своим отцом, и он разрешает ей делать, что она захочет. Я ей даже немного завидую в этом плане.

Так странно быть здесь, а не дома. Все становится таким рождественским, и мы обычно украшаем в это время дом. Но моя бабушка очень больна, поэтому мы не знаем, когда вернемся домой.

Мне пора: ужин готов. Надеюсь, у тебя все хорошо.

Милли.

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Вот ты где! Привет.

Мне кажется, или ты не хочешь со мной разговаривать, Милли? Ты не хочешь, чтобы я тебе звонил? Что происходит? То есть да, что твоя бабушка болеет, но я не понимаю, почему ты так изменилась по отношению ко мне? Почему ты не написала свой номер?

Картер.

Глава 17

Пятница, 8 декабря

– Ну, и как я выгляжу? – победно спросила Диана, появляясь из раздевалки. И покружилась. На ней было до неузнаваемости изменившееся старое красное платье – но теперь оно было совсем как новое!

Лори ушила талию и чуть понизила линию декольте, а потом стачала лямки одну с другой у самого горла на беечке вокруг шеи, превратив обычное платье в стильный наряд.

– Нет слов! – Лори молитвенно сложила руки. Диана сияла. Другие женщины клуба довольно улыбались.

Диана ушла переодеваться, и Лори вернулась к работе: сейчас она упаковывала зимние пальто по мешкам. Джойс повернулась к ней:

– Ты очень хорошо переделала платье Дианы, – сказала она. – А ты не могла бы что-нибудь сделать с моей блузкой? Конечно, если у тебя есть время.

Джойс немного оттянула ткань блузы от тела и подвинулась, чтобы Лори могла ее рассмотреть. Кройка была хороша, но вещь потеряла свой цвет и что-то в ней было из восьмидесятых.

– Я очень редко покупаю новые вещи, – призналась Джойс. – С моей-то пенсией.

– Конечно, – кивнула Лори. – Я попробую. Только не бей меня, если тебе не понравится, как я ее переделаю.

Джойс подмигнула:

– Это старье уже ничем не испортишь.

– Ужасная новость о рождественском ужине! – объявила Пэм с другого конца стола. – Впервые за много лет его отменили.

Женщины неодобрительно загудели.

– Как жаль, – протянула Диана.

– Это ужин в одном из приютов для бездомных в Лидсе, – объяснила Джойс, повернувшись к Лори. – Они устраивают его каждый год, но в этом году бюджет сократился, и денег на рождественский ужин нет.

– Энди, управляющий, очень подавлен, – подтвердила Диана. – Я говорила с ним на этой неделе, он звонил поблагодарить за последнюю поставку одежды – он столько сил тратит на благо этого места! Каждое Рождество в приюте старается сделать каким-то особенным. По-моему, он ни разу не провел этот день с семьей дома с тех самых пор, как стал управляющим. Но он говорит, что все это стоит того, для бездомных людей это важно. Он пока не теряет надежды найти какие-то средства для праздника, но им же необходимо покрыть расходы на каждый день… А что делать, он даже не знает.

– Все, чем мы можем помочь, это вложить наши деньги, полученные у старьевщика, – предложила Джойс. – Но этого недостаточно.

Удрученные, женщины вернулись к работе. По всему было видно, что они приняли грустные обстоятельства как неотменимый факт. Но только не Лори. У нее зашевелилась идея, мгновенно приобретшая размах грандиозной.

– Кажется, у меня есть план, – шепнула она Диане.

Диана оторвалась от книги, в которую заносила цифры, и непонимающе воззрилась на Лори.

– Послушай! Я тут заметила… Кое-какая одежда, которую мы откладываем для старьевщика, довольно неплохого качества.

– Ну и что? Она же потертая, рваная…

– Это не страшно! Она недостаточно теплая для зимы, и, конечно, многие вещи совсем негодные или застиранные, но среди них можно найти очень приличные по материалу. Даже редкие. Винтаж!

Диана дипломатично молчала, ожидая продолжения, заинтригованная.

– Как насчет того, чтобы я их переделала? – Лори не могла сдержать ликования, прорвавшегося в вопросе.

– И как это поможет приюту? Мы вместо ужина нарядим бездомных? Вот им будет веселье-то…

– А… слушай самое главное! – Лори наслаждалась непониманием Дианы, постепенно развивая идею. – Я сошью не просто наряды, а сделаю эксклюзивные вещи! Каждая будет единственной!

– И…

– И с этими нарядами можно будет устроить модный показ в нашем Доме культуры!

– Но…

– А потом продать их на аукционе. Вообрази: «Гламур Рождество»! – Лори повела рукой в воздухе, изображая броскую вывеску. – «Кто больше?»

Она подождала, пока Диана переварит ее по всем статьям гениальный план.

– Единственные в своем роде дизайнерские наряды! И все вырученные средства пойдут на рождественский ужин в приюте. Мммм?

– А не слишком ли много работы? – скептически отреагировала Диана. – Еще неизвестно, как мы справимся…

– Цель оправдывает затраченные усилия. Я смогу с этим справиться! Да и кто-то из вас помочь не откажется? – У Лори просто чесались руки. Это был ее новый проект! Она жаждала найти приложение своим забурлившим вдруг творческим силам и нахлынувшему на нее вдохновению. – Проведем показ и аукцион на выходных, скажем, в субботу, через одну… шестнадцатого декабря. Так чтобы у Энди было время на организацию ужина. Судя по всему, я здесь надолго, и у нас в запасе полторы недели. Вполне все успеем. Если оперативно… Ну, что теперь скажешь?

– Пожалуй, хороший и даже эффектный ход… – не могла не согласиться Диана. – Но давай-ка это обсудим со всеми. Дамы! – громко воззвала она к ним. – Лори предлагает устроить аукцион одежды! А средства передать в приют, на рождественский ужин! Что вы думаете? Попробуем?

Женщины, одна за другой быстро осмыслив идею, бурно заговорили, одобрительно закивали, выражая единодушное «да».

– Что ж, настрой положительный, – констатировала Диана.

– Я думаю, что наш аукцион «Гламур Рождество» должен быть вечерним мероприятием, – вещала Лори. Все сделали перерыв на чашечку чая и слушали ее, как оракула. – Теперь – что нам надо? Первое – подиум…

– Можно взять на складе большие деревянные блоки, – предложила Диана. – Наш любительский театр использовал их под сцену.

– Прекрасно! – Лори черкнула что-то в блокнотике. – Возьмем их. А еще – вход давайте сделаем платным! Конечно, недорого. И сначала будет показ. Дефиле! Так что пункт два – модели. А после показа – сразу аукцион.

Лори светилась излучаемым ею восторгом.

– Ну, кто хочет пройтись по подиуму в сногосшибательном наряде?

Женщины нерешительно переглядывались. Никто не говорил ни слова.

– Пожалуй, я рискну, – подняла руку Джойс.

– И я, – добавила Пэм. – Хотя, боюсь, у меня вряд ли получится хорошо.

У Пэм была аккуратная фигура и естественная грация, в ней был особый шарм; Лори в душе была рада, что она согласилась.

– Ну, давайте и я тогда… – решилась Диана. И за ней еще две женщины подняли руки.

– Отлично! – Лори записала их имена. – Итак, – объявила она, глядя в записи, – я занимаюсь дизайном, двое из вас предложили мне помощь с шитьем, обустройство площадки под контролем, супермодели выбраны. Пункт три – реклама! Надо оповестить как можно больше людей.

– О, моя сестра! – воскликнула Пэм. – Она в своей типографии распечатает для нас несколько постеров, а мы их расклеим по городу.

– А мой сын, – подхватила Джули, тихая женщина, с которой Лори до этого ни разу не разговаривала, – оповестит всех по интернету. Мы сочиним объявление, а он его разместит. Бен – спец в этом деле, – добавила Джули.

– Хорошо, – подытожила Лори. – Как видим, пока у нас все на мази. Теперь только не медлить!

Она повернулась к Диане:

– Так?

– Вообще-то, пока вы все здесь, я хотела бы пригласить вас к себе на рождественские коктейли! – Диана достала из сумочки приглашения. – Я не дружу со всеми этими компьютерными штучками… – Она засмеялась. – Предпочитаю все делать своими руками.

И она раздала милые карточки – с изображением ее коттеджа, нарисованным от руки, и именем каждой приглашенной внизу.

– Это в следующую пятницу, пятнадцатого, накануне показа. Так что к тому моменту мы будем готовы пропустить по стаканчику.

Лори улыбнулась. Вот уж никогда бы она не подумала, что ей будет так приятно быть приглашенной на вечеринку Дианы!

Она разорвала пакеты, отложенные для старьевщика, и стала перебирать их содержимое. Откладывая ненужное, она безошибочно выбирала из груды тряпья «перспективное» и складывала на стол в отдельную стопку. Затем пошли в ход ножницы – она безжалостно избавлялась от заношенных и испорченных мест, оставляя хорошую, годную для «второй жизни» ткань. Тут были и платья, и пиджаки, и юбки, которые могли послужить отличной базой для выкройки или же обработки в новом, креативно осмысленном качестве.

Дамы тихонько переговаривались за работой. А Лори, орудуя ножницами, размышляла. Нет никакого сомнения: здесь, в Скипли, она ощущает себя на своем месте! Она делает то, что ей нравится больше всего – проектирует и создает одежду. А не сидит за компьютером и не борется с поставщиками и производственниками, чем она занималась большую часть времени в «Симлесс». Кто бы мог подумать о ней такое, пока она добиралась сюда в унынии и отчаянье… В ее голове роились фасоны новых нарядов, в каких женщины должны были пройти по подиуму и заставить присутствующих ахнуть и захотеть купить себе все те вещи, что рождались сейчас у Лори в мозгу. Она уже придумала несколько ярких вещиц, «бьющих без промаха».

Когда она оторвалась на секунду от тряпок, было без четверти четыре. Еще немножко… Снова углубившись в работу, Лори не замечала, как бежит время. Пятнадцать минут пятого. Она старалась не обращать внимания на нарастающее напряжение, но по мере того, как стрелка приближалась к пяти, она то и дело ловила себя на ощущении ожидания. Патрик! Совсем скоро он будет здесь! Она вспомнила свое чувство при первой их встрече на прошлой неделе. И то, что сказала вчера Диана – что он свободен, – это означало, что между ними и правда засквозило влечение. Еще утром она подумала, что будет нелишним хорошо выглядеть. Она выбрала самый «веселый» наряд: голубой комбинезон и светло-желтый джемпер.

Когда минутная стрелка часов дошла до цифры двенадцать, Лори уже по макушку наполнилась острым предвкушением встречи. Она посмотрела в окно и прислушалась: едет? не едет? Пока было тихо. Она представила себе улыбку Патрика и его голубые глаза. Что бы ей такое ему сказать? Или лучше дать ему возможность начать разговор самому?

Минуты шли, пока наконец в десять минут шестого фургон не подъехал к зданию. Из радиодинамика на полной громкости лился блюз Донны Саммер[4], и, на удивление, ни одна из дам клуба не обратила внимания на подъехавшую машину. Лори подхватила пару пакетов и молча направилась к двери, подстраховывая их коленкой, дабы не уронить, как в прошлый раз. Когда женщины поняли, что происходит, она уже шагала к фургону, и улыбка расцвела на ее лице при виде открывающейся двери водителя. Она бессознательно ускорила шаг; сердце ее бешено колотилось.

Из фургона вышел высокий мужчина. Седой, с густой бородой. Все оборвалось у нее внутри. Она посмотрела за спину бородача, но Патрика в машине не было.

– Давай я заберу у тебя эти мешки, милая, – проговорил мужчина, идя ей навстречу.

Наступила суббота. Утром Лори зашла в магазин хозтоваров и окинула взглядом неведомую территорию. Покупателей почти не было – лишь двое меланхолично бродили в отделе освещения. Лори прошла мимо них прямиком к краскам.

Ночь напролет она провела над швейной машинкой, преображая юбки и пиджаки, и теперь ее чуть покачивало от усталости. В тот вечер, когда долгожданный фургон приехал без Патрика, она сделала несколько набросков одежды. Это отвлекло ее от разочарования. И наутро, готовя завтрак среди замызганных стен, она, охваченная реставрационным порывом, решила заодно привести и кухню в порядок, тем более что на вооружении у нее были советы Дианы, а голова просила кратковременной смены деятельности.

Сейчас, увидев перед собой целый ряд эмульсионных красок и красок для дерева, она нашла на айфоне фотографию с нетронутой частью стены, чтобы подобрать нужный цвет. Прикладывая телефон к пробникам оттенков и прищуриваясь, она пыталась определить, какой же из них подходит больше всего.

– Это «магическая магнолия», – послышался голос из-за ее плеча.

Мужской, глубокий, с северным акцентом. Она обернулась… и нос к носу столкнулась с Патриком. На нем были светлые джинсы и черный шерстяной свитер. Он улыбался. Их глаза встретились, и Лори накрыло горячей волной.

– Ты думаешь? – кокетливо спросила она, надеясь, что он не заметил, как она вспыхнула. – Мне кажется, нужна «слоновая кость».

– Нет, все же «магнолия», – возразил он. – А что ты красишь, кстати?

– Стены на кухне, – ответила Лори. – Не целиком, местами. С ними приключилась маленькая неприятность. А ты зачем тут?

– Да вот мастерю полку у себя дома, – и он показал ей консоли-держатели.

Казалось бы, говорить больше не о чем…

– Помочь тебе? – находчиво предложил Патрик. – Я неплохо крашу стены!

Лори поколебалась. Стоит ли соглашаться? Но, пожалуй, помощник ей все же нужен… Помощник, который знает, что делает!

– Было бы здорово, – уверенно согласилась она, взяла валик, пару кисточек, банку с краской и понесла все на кассу. – Если ты не занят, конечно.

– О, полка пока подождет, – ухмыльнулся Патрик. – Она ждет уже полгода. Мои диски еще не жаловались, что лежат на полу.

– Красивая улица, – присвистнул Патрик, когда они проходили мимо радующих глаз коттеджей в переулке Сноудроп.

– Это не мой дом, – поспешила предупредить Лори. – Я здесь не живу.

Патрик склонил голову набок, рассматривая ее: стрижка, высокие каблуки…

– То есть хочешь сказать, что ты не из деревни? – засмеялся он.

Она промолчала, чуть приподняв уголки губ в знак того, что оценила его шутку.

Перед покраской они закрыли столешницу и пол в кухне газетами, Лори включила музыку. Патрик снял джемпер и остался в футболке, подчеркивавшей атлетичность его складного торса. Через двадцать минут кухня выглядела почти так же, как и когда Лори сюда приехала, хотя новая краска была немного светлее «родной».

– Согласись, теперь не придраться?

– Да, все готово к тому, чтобы ты сожгла здесь еще что-нибудь, – опять пошутил Патрик.

Лори в ответ состроила рожицу.

– Чай? – улыбаясь, спросила она.

– Я думал, ты уж и не предложишь, – картинно вздохнул Патрик. – Подожди!

Придержав ее за плечо, он потянулся к ее волосам и снял с них засохшую краску.

Он действовал очень мягко, и Лори на миг замерла, оказавшись лицом вблизи его чувственных губ. Они были так близко, так притягивали, и на секунду она подумала, что он может…

Образ Джея мелькнул вдруг в ее сознании. Она вспомнила его сексуальный запах… Его карие глаза, то, как он ее смешил… Когда Патрик наклонился к ней и ее ноздри уловили легкий аромат его лосьона после бритья, что-то в ней воспротивилось. Она порывисто вывернулась и занялась чайником.

– Йоркширский золотой? – уточнила она.

– Да, пожалуйста, – тихо ответил Патрик, отодвигаясь от нее на безопасное расстояние. – Два кусочка сахара.

Черт подери, подумала Лори, доставая чашки. Как Джей мог все так испортить, находясь неведомо где?

– Спасибо за помощь, – суховато проговорила Лори. – Ты меня выручил.

Момент был потерян, близости как не бывало – ей хотелось поколотить себя!

– Не за что, – ответил Патрик, пока она доставала чайные пакетики и опускала их в чашки.

– Слушай, – и он дотронулся до ее руки, чтобы она на него посмотрела.

Лори взглянула в его голубые глаза, его взгляд был решительным. Она почувствовала, как по коже побежали мурашки. К ней вернулось волнение.

– Я знаю, ты здесь ненадолго, – продолжил Патрик. – Но скажи, у тебя есть время, чтобы сходить со мной в паб?

* * *

Закрыв за Патриком дверь, Лори широко улыбнулась и исполнила победный танец. Она пойдет на свидание! И он, несмотря ни на что, был очень и очень мил…

Она сунула в проигрыватель диск и разожгла в камине огонь. Вскоре робкие огоньки на дровах переросли в пламя, и Лори уселась за кухонный стол с сырным сэндвичем. Ее жизнь в Скипли налаживалась.

Глава 18

Суббота, 9 декабря

Рейчел налила в два стакана апельсинового соку – себе и Заку. Пожалуй, сейчас самое подходящее время, чтобы поднять этот щекотливый вопрос. Да, Беа в коме, и им надо думать о более серьезных вещах, но больше нельзя игнорировать то, что очень напоминает ей воровство!

Она усадила Зака за стол и выложила перед ним кое-какие вещицы, обнаруженные ею в квартире за последнее время: райский банан плантайн, плод хлебного дерева и медиатор. Эйден и Милли ее заверили, что не имеют никакого отношения к появлению этих предметов, поэтому список подозреваемых сузился до одного.

– Зак, я в замешательстве. Помоги-ка мне. Ты не знаешь, откуда все это взялось? – мягко спросила она.

Глядя на мать большими зелеными глазами, Зак был сама невинность, но при этом ерзал на стуле.

– Я ничего не крал.

Рейчел ждала, что он скажет еще.

– Мне их дали.

– Кто?

– Лили дала мне фрукт, – сказал Зак. – Это плод хлебного дерева, фрукт, но он сытный, как хлеб. И еще она дала мне плант-что-то там.

– Плантайн, – подсказала Рейчел. – А Лили – это…?

Она помнила, что совсем недавно слышала это имя.

– …это тетя с первого этажа, она добрая.

Да, конечно, вспомнила Рейчел.

– Это я виновата! – крикнула из гостиной Милли.

Рейчел встала и пошла в комнату, где на плазме застыл Стив Кэрелл[5] в наряде рождественского эльфа. Милли обернулась к матери:

– Не ругай его. Пока ты была в больнице у бабушки, я разрешала ему гулять по дому, он бегал вниз и вверх по лестнице, ну, все такое… Развлекал сам себя. Только я не думала, что он начнет заводить знакомства. Ненормальный, – Милли шутливо закатила глаза.

– А, все ясно, – вздохнула Рейчел.

Разумеется, Милли нельзя было оставлять брата без присмотра. Но у них все так хорошо складывалось сегодня, что Рейчел решила закрыть глаза на этот проступок дочери. Милли снова включила свой фильм, и Рейчел вернулась на кухню.

– Ты никому не надоедал?

– Нет, – горячо запротестовал Зак. – Она сами меня пригласили! Лили и Джей! Он же и твой друг… Я не наказан? Пожалуйста!

– Ладно, все в порядке! – Рейчел взъерошила ему волосы.

– А хочешь, я познакомлю тебя с Лили? – предложил Зак, взяв со стола объемный пазл, который ему привез Эйден. – Мы можем показать ей вот это. Она обожает пазлы, у нее здорово получается их собирать.

– Хорошо, – согласилась Рейчел. – Только на пять минут. Ты уверен, что она будет нам рада?

– Да, – кивнул Зак. – Она меня приглашала, и она просто с ума сойдет, когда увидит этот пазл. Он ведь еще и объемный!

Рейчел заглянула в гостиную.

– Милли, не хочешь спуститься на первый этаж, познакомиться с Лили?

– Нет, спасибо, – ответила Милли, прикованная к экрану. – Это уже почти конец. Скоро будет кусок, где они все поют, чтобы сани Санты взлетели.

Рейчел вспомнила, как в прошлом году они дома все вместе смотрели этот фильм. Сейчас, когда Беа в больнице, а они в чужой квартире, это счастливое воспоминание доставило ей почти боль.

Пока Зак и Рейчел спускались по лестнице, Зак весело болтал:

– Она недавно сказала, что ей нравится, когда я захожу к ней в гости. Она старая, и ее внуки живут на острове. Она мне его показала на глобусе. Он очень, очень далеко отсюда, – его шаги сами собой убыстрились.

– Ты помнишь, где этот остров? – спросила Рейчел, едва поспевая за сыном.

– Там, где пираты, – ответил Зак. – В Карибском море. Она всегда улыбается. Ну, чаще всего. На днях я ее напугал, и она была какая-то грустная. И про свои обои что-то сказала.

Они дошли до первого этажа, и Зак указал на синюю дверь налево от входа. Он подошел к квартире и постучал. Дверь открылась. На пороге стояла пожилая женщина в ярко-желтом платье, в ушах ее поблескивали красивые золотые серьги в форме капель. Рейчел обратила внимание на ее фартук: красный, он был покрыт мучными отпечатками рук, хотя почти не портил элегантного вида хозяйки дома. Женщина улыбнулась Рейчел, потом наклонилась, чтобы положить руку на плечо Зака.

– Уже вернулся? Вот так сюрприз! – сказала она с приятным вест-индским акцентом. Выпрямившись, она протянула руку Рейчел: – Вы, должно быть, мама Зака. Этот юный джентльмен очень много мне о вас рассказывал. Меня зовут Лили.

– Здравствуйте, – Рейчел пожала протянутую ей руку. – Да, я Рейчел. Приятно познакомиться.

– Ну, заходите.

– Зак хотел показать вам свой новый пазл, – извиняющимся тоном объяснила Рейчел цель их визита. – Надеюсь, вы не против?

– О, как мило, дорогой, – сердечно восхитилась Лили, глядя на игрушку, которую протягивал ей новый приятель.

Рейчел вошла в живописную и ухоженную квартиру. Ярко-зеленую обивку дивана дополняли покрывала и подушки горчичного оттенка. На цветочной скатерти в кухне стояла декоративная суповая чаша, а стены были завешаны фотографиями семьи и друзей в золотых рамках. Обернувшись, Рейчел заметила, что кусок красивых обоев отклеивается и часть пола и стен повреждены. Это портило впечатление от уюта квартиры. Скорее всего, именно об этом говорил ей Зак по дороге сюда.

– Пазл объемный, Лили! – захлебывался от радости Зак. – Это грот Санты, с оленями. Тут написано, что он для детей от восьми лет, а мне только шесть. Мама и Милли взрослые, но они ничего не понимают в пазлах!

Лили приподняла бровь, глядя на Рейчел:

– В самом деле?

– Боюсь, это правда, – улыбнулась Рейчел. – Только вы можете помочь Заку.

– Почту за честь, – тоже улыбнулась Лили. – И вы пришли очень вовремя. Я только что закончила стряпать. Торт для карибского Рождества, его тут все у меня знают, – и она потянула носом. – Вдохните этот аромат! Ммм…

В гостиной Лили, нацепив очки, склонилась над журнальным столиком, где Зак уже разложил пазл.

Рейчел наблюдала, как они сосредоточенно углубились в игру, прямо как это бывало обычно с Беа, когда они играли в рождественский день… Сердце Рейчел сжалось. Она подумала о свекрови, неподвижно лежащей в палате в больнице, и ее как молнией поразило осознание, что, возможно, они больше никогда не проведут с ней Рождество… И у Рейчел полились слезы.

– Что-то не так, дорогая? – одними губами прошептала Лили, чтобы Зак не заметил.

Прикусив губу, Рейчел вытерла слезы и едва заметно кивнула, силясь ей улыбнуться. Она чувствовала себя очень глупо: рыдать в гостях у едва знакомой женщины, только этого еще не хватает…

– Зак, – мягко проговорила Лили, и он быстро поднял на нее глаза. – Поскольку ты здесь, не мог бы ты сделать мне одолжение? Помнишь ту компьютерную штуку, с которой ты предлагал мне помочь? Ты не мог бы разобраться с ней прямо сейчас?

Зак кивнул и вскочил на ноги.

– Конечно!

– А мы с твоей мамой займемся пазлом, – продолжала Лили. – Компьютер на столе в кухне.

Зак бросился было выполнять просьбу, но внезапно остановился и посмотрел на мать. Та постаралась напустить на себя беззаботный вид.

– Я устанавливаю Лили скайп! – гордо объявил Зак и выскочил из комнаты.

– Сын подарил мне на день рождения ноутбук, – пояснила Лили. – Сказал, что мы сможем по нему общаться и я смогу увидеть моих маленьких внуков. Они живут в Тринидаде. Но дело в том, что я разобралась только с электронной почтой.

Лили сконфуженно улыбнулась.

– О, – откликнулась Рейчел, чувствуя, как гордость за сына вытесняет накатившую грусть. – Зак отлично разбирается в компьютере. Он вам поможет.

– Он сказал, что это легко. Ха! Посмотрим, будет ли мне так же легко или нет. Итак, дорогая, – Лили перешла на шепот, – скажи своей тете Лили, что случилось?

– Да все нормально! – Рейчел шмыгнула и села прямее.

– Ты в этом уверена? Твоя подруга Лори просила меня быть к тебе повнимательнее, и мне не кажется, что у тебя все нормально.

– Извините, – прогундосила Рейчел, принимая из рук Лили белый платочек с инициалами, который та протянула ей. – Я не знаю, почему я вам все это рассказываю. Мы только что познакомились…

Рейчел покачала головой, но Лили только улыбнулась и кивнула, чтобы она продолжала.

– Просто это очень тяжело, – судорожно вздохнула Рейчел, – ждать, не зная, очнется ли Беа… Дети видят бабушку в таком состоянии…

– Трудности – настоящее испытание для семьи, не так ли? – ответила ей Лили.

А Рейчел, ответно кивнув, впервые подумала вдруг о том, что в их с Эйденом отношениях появилась натянутость. Еще и это! Он стал как будто отгораживаться от нее.

– Но если вы будете держаться друг друга, Рейчел, то, когда все это закончится, вы станете только сильнее. Я это тебе гарантирую. А Зак – он же умница, да?

– Да, он такой. И ты права, – с улыбкой сказала Рейчел, сделав глубокий вдох. – И Беа бы очень расстроилась, если б узнала, что мы так за нее переживаем.

– Нашел! – крикнул Зак, врываясь в комнату с ноутбуком в руках.

Он примостился на подлокотнике кресла, в котором сидела Лили, и повернул ноутбук к ней.

– Значит, вебкамера здесь, – начал он объяснения. – И у них на компьютере есть такая же. Мама может настроить вам аккаунт в скайпе, и все, что нам останется, – это дождаться, когда ваша семья будет онлайн, соберется перед экраном, и тогда мы сможем им позвонить.

Лили посмотрела на Рейчел с восторгом.

– Как восхитительно! – сказала она и бросила взгляд на часы. Ее улыбка исчезла. – Но они должны быть сейчас на пляже.

– Ничего страшного, – успокоил ее Зак. – Вы можете просто написать им сообщение по электронной почте, чтобы узнать, когда они будут готовы связаться с вами по скайпу.

– Боюсь, мы должны отложить это на другой день, Зак, – проговорила Рейчел, вставая с кресла. – Вам с Милли пора поесть, к тому же она начнет волноваться, куда это мы запропали…

– В таком случае приходи в другой день, – сказала Заку Лили. – И мы разберемся со скайпом и закончим пазл заодно. Надеюсь, ты тоже зайдешь, – улыбнулась Лили, обнимая Рейчел.

От: Millypede@gmail.com

Кому: Carter@yahoo.com

Привет, Картер!

Спасибо за плейлист, который ты мне скинул. Он мне очень понравился.

Ничего не происходит. Извини, если я тебя чем-то обидела. Я думаю, проще будет обмениваться сообщениями, чем говорить по телефону, вот и все. Мне кажется, мои родители постоянно прислушиваются к моим разговорам по мобильному, а в этой квартире прекрасная слышимость.

Мне тут выпал один неплохой день. Мы с Никки ездили в Кэмден – ты был там? Мы отлично провели время, закупаясь украшениями и всяким другим. Я выбрала подарки для друзей, а потом мы пошли туда, где раньше жила Эми Уайнхаус[6]. К ее дому люди все еще приносят цветы и кое-какие вещи, там еще были другие ребята. Все болтали, и было круто.

Мы встретились со школьными друзьями Никки – некоторых я уже знала, мы познакомились на кружке искусств, я ходила туда недавно. Двое ребят, Алекс и Райан, принесли пиво, и мы шли вдоль канала, пили и разговаривали обо всем на свете.

А как дела в Скипли?

Милли.

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Милли!

Может быть, я чего-то не понимаю, но почему ты сначала не хочешь, чтобы я тебе звонил, а потом рассказываешь мне, как хорошо ты проводишь время с этой девочкой и кучей парней?

Тебе не кажется это странным, Милли? Я знаю, мы не встречаемся, но ты мне очень нравишься. Я не ожидал, что ты будешь флиртовать с другими парнями и перебирать варианты. Когда мы познакомились, ты казалась такой хорошей девочкой, а сейчас у меня такое ощущение, что Лондон на тебя плохо влияет.

К.

От: Millypede@gmail.com

Кому: LaurieGreenaway@virgin.net

Привет, Лори!

Надеюсь, ты не против, что я опять тебе пишу? Этот парень, о котором я тебе говорила, теперь кажется мне каким-то истеричным. Он думает, что я здесь флиртую со всеми подряд – но я этого не делаю, конечно же. Я подружилась с несколькими ребятами, и все. Если честно, большую часть времени я думаю о бабушке и надеюсь, что ей станет лучше. Как, в общем, и вся наша семья. Что мне ему написать?

От: LaurieGreenaway@virgin.net

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Миллз!

Во-первых, мне очень жаль, что ваша бабушка так заболела. Я рада, что ты написала, я постоянно о вас думаю и посылаю вам всем крепкое объятие! Вам, должно быть, так тяжело, ребята… Хотя, я знаю, ваша бабушка легко не сдастся.

Во-вторых, очень странно, что этот парень начинает тебя ревновать: но, может быть, он сидит дома, ему скучно, и ему обидно, что ты хорошо проводишь время без него? Возможно, тебе стоит убедить его, что ты очень хочешь снова с ним встретиться, когда вы вернетесь домой?

Целую,

Лори.

Глава 19

Понедельник, 11 декабря

– Ты шутишь? – Лори заливалась веселым смехом, попивая глинтвейн. – Они дадут тебе накладной живот, чтобы ты надел его под костюм Санты?

– Да, – важно ответил Патрик и глянул на свой плоский накачанный пресс. – Хотя в какой-то степени я даже рад, что они думают, что мне нужен накладной живот. Боже, чего я только не делаю на этой работе! В канун Рождества буду стоять на главной площади города и размахивать ведром для сбора средств.

Был субботний вечер. Лори и Патрик сидели во «Льве и Единороге», маленьком пабе в десяти минутах ходьбы от коттеджа через заснеженное поле.

Патрик зашел за ней в семь, как раз когда она уже нанесла подводку для глаз и дорабатывала наряд: простое черное платье в обтяжку с длинными рукавами и высоким воротником, к которому она подобрала серебряные браслеты. Она открыла дверь и поняла по лицу Патрика, что он восхищен.

– Привет, – сказал он, целуя ее в щеку. Она вдохнула уже знакомый ей запах лосьона после бритья. – Выглядишь просто шикарно! Жаль, что тебе придется надеть поверх этого еще несколько слоев одежды. Ты видела, что на улице?

Он отошел от двери, и Лори увидела, что с неба большими хлопьями валит снег.

Поддерживая друг друга и оскальзываясь на неровностях, они наконец добрались до паба, и Патрик, найдя дальний столик, освещенный свечами, заказал им глинтвейн. Лори пила горячий напиток и чувствовала, как жизнь возвращается в ее онемевшие от холода пальцы. Паб был полон, посетители толпились у бара, над которым мигали гирлянды, и из динамиков доносилась рождественская мелодия.

– Я бы подбросила в твое ведерко пятьдесят пенсов, – сказала Лори, представляя себе Патрика с бородой Санты. Наверное, и с ватной бородой он все равно будет выглядеть привлекательно!

– И все?! – возмутился Патрик, смеясь. – Очевидно, мне придется приложить побольше усилий. Подрабатывать по вечерам в качестве эльфа, чтобы удвоить сборы пожертвования?

– Ты слишком высок для эльфа, – хмыкнула Лори. – Какая жалость, что я, скорее всего, к тому времени уже буду в Лондоне, иначе бы я немедленно предложила тебе свою помощь.

Лори то и дело напоминала себе, что она совсем не знает Патрика. Обычно на свиданиях она чувствовала себя неуверенно, терялась в поисках нужных слов, но с Патриком ей было легко. В его компании она чувствовала себя свободно.

– Слушай, поскольку тебе надо набрать немного веса для твоей роли Санты, давай закажем чего-нибудь поесть? Я умираю от голода, – и Лори взяла меню.

Аппетит начал к ней возвращаться: с тех пор как она приехала в Скипли, она снова стала наслаждаться едой.

– Читаешь мои мысли, – откликнулся Патрик, довольный.

Когда они встали, чтобы пойти к бару сделать заказ, Лори машинально взяла свои сумочку и телефон.

– Знаешь, вещи можно оставить на наших местах, – улыбнуся Патрик.

– А, – рассеянно ответила Лори, окинув помещение взглядом.

Надо признать, потенциальных воров было очень немного. И это, случайно, не Бен из кафе стоит у музыкального автомата? Она была уверена, что уж он точно не преступник. Он посмотрел на нее и кивнул в знак приветствия.

Она вернула сумочку и телефон на скамью и пошла с Патриком к барной стойке.

– От городских привычек трудно избавиться, – пробормотала она в свое оправдание.

Владелец паба был добр и приветлив. Ему было за пятьдесят, у него были седеющие волосы и легкий румянец.

– Кажется, я вас уже где-то видел, – сказал он. – Как вас зовут?

– Это Лори, – ответил за нее Патрик, прежде чем она успела сама отреагировать на вопрос. – Она живет в коттедже Готорн. Лори, познакомься, это Грэхэм.

Лори протянула руку для рукопожатия, и тут к ней подскочила пастушья собака и начала энергично обнюхивать ее ноги.

– Ойвэй, – воскликнула Лори, когда пес ткнулся носом ей с обратной стороны колена и почти уронил ее. Она схватилась за Патрика, чтобы удержать равновесие.

– А это, – сказал Патрик, присев на корточки, чтобы погладить пса, – это Гаджет.

– Живет в пабе с тех пор, как был щенком, – добавил Грэхэм. – Обожает людей, да. Он думает, что он человек.

Гаджет гавкнул для подтверждения и вернулся к облизыванию Патрика.

– В общем, – засмеялся Патрик, – о чем это я? Ах, да. Кухня же открыта? Лазанью… и… что ты хотела, Лори?

Суши и диетическую колу, подумала Лори.

– Тоже лазанью, пожалуйста, – кивнула она.

Когда Грэхэм подошел забрать их пустые тарелки, Лори уже осоловела от глинтвейна и вкусной еды.

– Было очень вкусно, – мурлыкнула она Грэхэму, откидываясь на потертую вельветовую спинку скамьи. – Спасибо.

– Скажи-ка мне, – спросил Патрик, когда Грэхэм ушел, – что такая женщина, как ты, делает в таком месте, как Скипли?

Лори улыбнулась:

– Не знаю. Наверное, каждому необходимо сбегать от своей рутины время от времени.

Она отпила из бокала.

– Ну а ты что здесь делаешь? Ты здесь живешь?

– В Скипли? Нет, – ответил Патрик. – Это долгая история.

– А мы куда-то спешим? – Лори бросила взгляд на часы и поняла, что даже время не имеет значения. В Скипли не надо никуда торопиться.

– Ладно, – вздохнул он, сделав глоток глинтвейна и сев поудобнее. – Я родом из еще более маленького городка, чем Скипли. Ты, наверное, проезжала его по дороге из Лидса. Всего несколько домов и продуктовый магазин. Я получил работу в банке в Лидсе и переехал туда. Платили хорошо: у меня своя квартира, жизнь, друзья.

Лори приподняла бровь:

– Звучит так, будто у тебя все было. Что же изменилось? Привело тебя сюда?

– Джек, – сказал Патрик.

О, нет. Он гей, подумала Лори, и сердце ее сжалось. Неудивительно. Иначе все происходящее как-то слишком уж идеально…

Должно быть, Патрик прочел на ее лице разочарование, поскольку очень быстро продолжил:

– Мой брат. Джек на десять лет младше меня, но мы всегда отлично ладили. Он спокойный, общительный, веселый. По крайней мере, раньше был таким… – Патрик погрустнел. – Из-за моей новой работы в городе я редко с ним виделся, и в прошлом году, когда ему было всего шестнадцать, он пережил тяжелое расставание с девушкой, и это по нему сильно ударило. Он начал много пить, перестал общаться с друзьями, перестал следить за собой. И однажды просто исчез. Полиция какое-то время его искала, но потом они сдались и сказали, что ничем не смогут помочь, если он сам не хочет возвращаться домой. Но в глубине души я был уверен: он хочет домой! Мы нужны ему! Поэтому взял отпуск и пустился на поиски.

– Но как же ты знал, с чего начинать? – осторожно спросила Лори.

– Я не знал. Он не общался с друзьями, поэтому зацепок там не было. У меня было предчувствие, что он где-то недалеко, и я начал с городских приютов для бездомных в Лидсе.

– И?..

– И нашел его! В приюте, которым заведует Энди. Конечно, Джек был в запое неделями, но, слава богу, он был в безопасности. Энди помог нам найти реабилитационную программу для Джека – она длилась год, зато теперь с ним все в порядке, и он работает неполный рабочий день.

Патрик замолчал и слегка покачал головой. Было видно, что воспоминания не перестали доставлять ему боль.

– И ты, видимо, не вернулся в банк? – спросила Лори.

– Нет, не вернулся, – ответил Патрик. – Мне все стало казаться другим после этой истории.

– А сейчас ты часто видишься с Джеком?

Грэхэм зазвонил в колокольчик, и Патрик обернулся на звук.

– Похоже, время для последних заказов. Возьмем что-нибудь на дорожку?

– Ну и дела… Не успели прийти и сразу закрытие? – бормотала Лори, пытаясь застегнуть пуговицы на пальто. Они уже уходили, и Патрик помог ей прихватить петли.

Казалось, всего несколько минут назад они сделали последний заказ, но паб успел опустеть, и Грэхэм посылал им недвусмысленные намеки, что пора восвояси.

На улице под ногами хрустел снег, в лунном свете сверкал заснеженный деревенский пейзаж.

– Проводишь меня? – спросила Лори, любуясь окружающей красотой, и негромко икнула.

– С удовольствием, – хмыкнул Патрик.

Лори взяла его под руку, Патрик схватил ее потеснее, и они вскарабкались по ступенькам через ограждение в поле. Физическая близость напомнила ей о Джее, но единственный способ заглушить старые воспоминания – это обзавестись новыми, решила она и на подходе к коттеджу стала нашаривать в сумочке ключ.

– Зайдешь на чашечку кофе?

Он кивнул, и она, заливаясь безудержным смехом, завела его за локоть через порог. Тяжелая деревянная дверь за ними захлопнулась.

Патрик повернул ее за плечи и притянул к себе. Смех Лори медленно стих, в полутьме прихожей воцарилась полная тишина. Ее сердце заколотилось. А он нежно поцеловал ее в губы. Лори ответила на его поцелуй, растворяясь в нем… Уверенности, что она делает правильно, у нее не было, но – точно, абсолютно точно! – ей было хорошо.

Разбудил ее телефонный трезвон. С закрытыми глазами она похлопала рукой рядом с собой по кровати, нашла аппаратик и ответила сонным «Да?».

Открыв глаза, осмотрелась. Мятые простыни. Одежда раскидана по полу. О боже. Патрик. Нет. Уже?

Она же была одета, да ведь? Она заглянула под одеяло, обнаружила, что на ней футболка с изображением бой-бэнда «Тэйк зэт»[7], и нахмурилась. Должно быть, это футболка Рейчел. Лучше бы она была голой.

– Лори, дорогая, это мама, – послышался из трубки возбужденный голос Каролины.

– Мам, привет! – Лори потерла глаза, стараясь, чтобы голос ее звучал не так заспанно. – Как дела?

– Хорошо, спасибо, милая. У нас здесь потрясающая жара, невозможно поверить, что это декабрь…

Лори плотнее закуталась в одеяло и сощурилась. Яркий зимний солнечный свет лился в окна. Патрика же нет в ванной? Она села, чтобы проверить – нет, горизонт чист.

– М-угу, – нечленораздельно ответила она, слушая мать вполуха.

– Да, погода чудесная – так тепло, что можно есть на улице. Мы с Аной ходили вчера на площадь и прекрасно там пообедали. А как ты, дорогая? Как твой отпуск? Все хорошо?

– Да, все хорошо, мам. Наслаждаюсь отдыхом.

И тут Лори увидела записку на подушке рядом с собой. Она схватила ее и заскользила взглядом по строчкам.

Доброе утро, Лори!

Мы прекрасно провели вечер. Кажется, ты вырубилась и крепко спишь, поэтому я вызвал такси. Но давай повторим как-нибудь?

Патрик. 09234939384

PS. Никогда бы не догадался, что ты фанатка «Тэйк зэт»:)

Лори облегченно вздохнула. Значит, Патрик не оставался на ночь? И она ничего не испортила? И он снова хочет с ней встретиться!

– Мам, слушай, – пробубнила Лори в трубку, чувствуя, что ее голова начинает гудеть после вчерашнего вина. – Я только что проснулась. Можно я тебе попозже перезвоню?

– Да, конечно, дорогая! – как всегда с готовностью и дружелюбием ответила мама, но ее голос звучал немного обиженно. – Давай поговорим потом.

Утро Лори начала с привычной воскресной похмельной программы: толстые ломти тостов с маслом, пенная ванна и выпуск «Грации», которую местный продавец газет и журналов заказывал специально для нее. Погружаясь в пену, она вспоминала поцелуй Патрика. Позвонить ему? Или она снова подставляет себя под удар?

Она подумала о лете, о Джее. Но теперь все по-другому. Когда работа ушла на задний план, в ее жизни появилось место для другого человека.

Ей хотелось попробовать. Пусть Патрик и был не из тех мужчин, каких обычно она выбирала – начать с того, что он моложе ее, – но ей было с ним хорошо, свободно. Она капнула шампунем на голову и вспомнила, как ей понравилось, когда Патрик тогда прикоснулся к ее волосам, снимая с них краску… Что ж, Джей движется дальше, и теперь она готова делать то же.

Глава 20

Вторник, 12 декабря

– Все еще без изменений, – сказала Рейчел, разговаривая с Лори по телефону.

– О, боже, Рейч. Мне очень жаль это слышать.

– Тяжело видеть Беа такой, я чувствую себя бессильной. Все, что мы можем сейчас, – это говорить с ней и надеяться, что она нас слышит. Лори, извини, что снова прошу тебя, но можно мы останемся у тебя дольше? Трудно сказать, до какого числа, приблизительно до двадцатого. Мы можем потом переехать в гостиницу. Просто… Мы хотим быть рядом с ней.

– Да, да, конечно. Живите у меня, сколько понадобится, – с легким сердцем ответила Лори. – За меня не беспокойся, со мной все в порядке.

– Привет, ребята! – Джей заглянул в гостиную.

Зак раскрашивал динозавра, Милли хлопотала по дому. При виде Джея они тут же бросили свои дела и с любопытством обернулись к нему.

– Отлично, почти все в сборе, – продолжил Джей. – Итак, вы хотите поучаствовать в решении одной сложной задачи?

Милли подозрительно прищурилась:

– Задачи какого рода?

– Сюрприз для Лили, – пояснила Рейчел, села на диван и подозвала Джея сесть рядом.

– Сюрприз!? – азартно взвизгнул Зак, вскочив на ноги.

Джей сел рядом с Рейчел, Зак примостился на подлокотнике дивана возле него.

– Да, мы собираемся сделать в ее квартире ремонт. Придумаем что-то с обоями, приведем в порядок пол. Ну и еще кое-что…

– Да, – кивнул Зак. – Лили расстраивалась из-за всего этого. Я видел, какое там ободранство!

Рейчел повернулась к Милли – та пока ничего не понимала:

– Жэк проводил электроработы в ее квартире, но не прислал никого для последующего ремонта.

Милли кивнула.

– Я пытался уговорить ее позволить мне сделать ремонт самому, – продолжил Джей, – но она ни в какую не соглашается. А сейчас ее не будет дома несколько дней: она помогает подруге в какой-то домашней проблеме. У меня есть ключи от ее квартиры: мы все храним запасные ключи на всякий случай. Все в доме сбросились на обои. А я заменю ее полки на новый стеллаж, он готов у меня. И сейчас нам нужно побольше рабочих рук и консультация дизайнера по интерьерам. И надо нарисовать красивый яркий плакат «Добро пожаловать домой, Лили!». Вот такой план.

– Отличный план! – откликнулась Милли. – Мы ведь справимся, да, мам?

В подробностях изучив состояние кухни и гостиной Лили, Милли высказала свое заключение:

– Конечно, обоев, таких же, с подсолнухами, нам не найти. Они, конечно, очень красивые, но по виду довольно старые. Мы могли бы оставить эти обои вон в той нише как деталь оформления и купить другие, однотонные или с рисунком, который подошел бы к подсолнухам.

– Бордовые подойдут, – сказала Рейчел. – Можно еще покрасить плинтус в такой же цвет. И если у нас останутся деньги, то и купить пару подушек на диван такого же цвета. Джей, а новый стеллаж будет здесь? – спросила она, указывая на старые полки.

– Да, – кивнул он. – Только полки будут длиннее, и я сделал одну дополнительную, для фотографий. Но ширину я оставил ту же.

– А пол? – спросил Зак, тыча в задранный край линолеума носком кроссовки.

– Я знаю магазин полового покрытия, который торгует со скидками, – сказал Джей. – И такой же линолеум мы точно найдем. Купим кусок и аккуратно соединим с основным.

Милли натянула капюшон толстовки и расправила подвернутые рукава на пальцы.

– Ну что? Разбегаемся по магазинам? А то тут холодрыга такая…

– Да, по чашке чая и вперед, – кивнула Рейчел, ставя на плиту чайник.

Спустя час с небольшим все снова собрались на кухне. Милли и Джей поставили пакеты с «добычей» на пол, Зак уселся за кухонный стол.

– Целую кучу всего накупили! – Его распирало от гордости, что и он принимает участие в общем и важном деле, причем немножечко детективном – ведь хозяйка квартиры не знает, что они решили тут сделать в ее отсутствие, и это его заводило больше всего.

Рейчел и Милли отыскали обои хорошего качества на распродаже в супермаркете совсем поблизости – красные – и на оставшиеся деньги купили рулон желто-золотого узорчатого напольного ковра под подсолнухи в нише.

– Очень выгодная покупка, – радовалась Милли, доставая ковер из пакета. – Он освежит цвет в гостиной, и с ним будет теплее.

– Но лучше всего вот эта находка – змея! Как живая! – И Зак вытянул из пакета валик в форме пресмыкающегося – для защиты от сквозняка. Рейчел углядела его в магазине уцененных товаров: он был почти новый и прекрасно подходил по размеру под дверь запасного выхода, из-под которой задувал ледяной ветер.

Милли надела фатрук и деловито принялась за обои.

– Я написала Никки, так что она присоединится к нам после школы.

– Отлично, – откликнулся Джей, снимая со старых полок книги рецептов. – Ух ты! Так вот в чем ее секрет.

Он взял из стопки книгу и открыл ее на первой странице.

– «Карибское Рождество Лили», – прочитал он вслух, демонстрируя книгу Милли и Рейчел.

Милли посмотрела на мать. В ее глазах блестели слезы, и Рейчел нежно взяла ее за руку.

Ближе к полудню Джей и Шон, отец Никки, привезли из мастерской Джея стеллаж. Гладко отшлифованные ореховые полки смотрелись отлично.

Рейчел карандашом нарисовала буквы приветственного плаката, и Зак устроился на полу их раскрашивать. Карандаш в его руках был по преимуществу желтый.

– «Добро пожаловать домой, Лили!» – зачитал Шон. – Ей очень понравится.

– Желтый цвет – ее любимый, – улыбнулся Зак.

Никки и Милли болтали, соскребая отжившие свое обои со стен. Рейчел оторвалась от выкладывания новой плитки на кухонном полу и пошла посмотреть на полки.

– Потрясающие! – Она провела пальцем по дереву. – Это ты сам?

– Ну да, – кивнул Джей. – Ни один предмет мебели не похож на другой. И у людей разные вкусы. Так что я делаю все для конкретных домов или людей, которые будут всем этим пользоваться.

– А ты, случайно… – начала было Рейчел. У нее появился зачаток интересной идеи, но ее внимание было отвлечено разговором Милли и Никки.

– Ну что, Милли? Этот парень тебе писал еще? – шепнула Никки. – Тот, который из твоего города.

– Да, – тихо ответила Милли. – Очень много писал. Но, тсс, моя мама может услышать. Я тебе потом все расскажу, хорошо?

Рейчел нахмурилась. Парень – из города. Значит, она с самого начала была права, что-то происходит. Но почему Милли ничего ей об этом не говорит?

Глава 21

Среда, 13 декабря

– Не хочешь прогуляться сегодня? – предложил Патрик, позвонив Лори.

– Почему бы нет, – ответила та, изображая легкое безразличие.

На самом деле она предпочитала бы не отходить от швейной машинки без особенной надобности, но отказаться от встречи с Патриком было выше ее сил. К тому же она жутко устала – так что ей не помешал бы перерыв на свежем воздухе.

– Отлично. Тут есть одна дорожка… Она ведет на холм к разрушенной мельнице, – сказал Патрик. – С него видно деревню, в которой я вырос. Посмотрим? Снег подтаял, но на улице все равно очень хорошо. Я зайду за тобой днем?

И вот Лори спешно подбирала наряд, который бы излучал «деревенский шик», но в котором можно было бы еще и пойти на прогулку. Она выбрала джинсы в обтяжку, резиновые сапоги, облегающий кашемировый джемпер с жилеткой из искусственного меха. А еще надела свое любимое красное белье.

Патрик пришел в полдень. Он наклонился и поцеловал ее в губы. Они могли бы… От лестницы было совсем недалеко до спальни. Нет, твердо решила она, несмотря на то что она таяла от его прикосновений, поцелуев, запаха, лучше никуда не торопиться.

Напротив коттеджа была припаркована серебристая «ауди».

– Значит, на прогулку мы поедем? – спросила Лори.

С одной стороны, это было хорошо, но с другой – плохо: люди едут на прогулку, только если прогулка обещает быть очень и очень долгой.

Патрик посмотрел на нее и улыбнулся:

– Да, пешком дойти не получится.

Из машины донесся громкий лай, и Лори заметила на заднем сиденье пастушью собаку из паба.

– Я взял Гаджета, – улыбнулся Патрик. – Для компании.

Лори приподняла бровь. Как собака Гаджет был ничего. Но собака, дорожная грязь плюс ее дизайнерские джинсы являли собой идеальные составляющие катастрофы… Не могли бы они пойти куда-нибудь в нормальное место на ланч?

– Прогулка тебе очень понравится, – пообещал Патрик. – Там очень красиво.

Они сели в машину. Патрик поинтересовался:

– Я правильно понимаю, у тебя впереди трудные выходные? Как продвигается подготовка к параду моды?

– Нормально, спасибо, – ответила Лори. – Работы еще много, но мы справляемся. Ты собираешься на вечеринку Дианы в пятницу?

– Определенно, – кивнул Патрик. – Обожаю рождественские вечеринки!

Дальше Патрик молчал всю дорогу, пока они ехали за город. Лори тоже молчала, однако атмосфера в машине была спокойная. Снег уже начинал таять, но деревья и поля все еще были покрыты толстым слоем белой снежной массы, только птицы выделялись на ее фоне черными пятнышками. Лори взглянула на Патрика – должно быть, в тот вечер после глинтвейна он на руках донес ее, пьяную, до кровати; она как наяву видела свою одежду на полу. В другой ситуации она была бы подавлена чем-то подобным, но почему-то сейчас была совершенно спокойна. Этот инцидент не казался ей таким уж серьезным – быть может, таким способом она наконец-то сбросила с себя напряжение?

Припарковавшись на стоянке почти на вершине холма, они выпустили Гаджета из машины, и Патрик провел Лори за руку к смотровой площадке. Заснеженные холмы и поля тянулись на мили вокруг. Рождественский пейзаж как на картинке.

– Вот куда мы едем, – Патрик указывал на дальний холм с разрушенной мельницей. – Оттуда можно увидеть мою деревню.

Лори охватила взглядом поля, разрезанные ручьем, которые лежали между ними и руинами мельницы – целью их автопрогулки.

– Вон та горка? – прищурилась Лори. – Но это же, кажется, в сотне миль отсюда!

Снег так сиял, отражая солнце, что она достала из сумки солнцезащитные очки от Гуччи и поскорее надела их. Патрик смерил ее взглядом.

– Ладно, я доверюсь тебе, – улыбнулась Лори, поднимая руки. – Если ты говоришь, что будет весело, я тебе верю.

И это действительно было весело. Во всяком случае, поначалу. По первому полю на их пути они, взбодренные холодным воздухом, шли не спеша, держась за руки и беззаботно болтая, и Гаджет шел рядом с ними. Но как только они перелезли через ограду, Гаджет увидел овечку, отбившуюся от стада, и бросился к ней с громким лаем. Патрик понесся следом за псом, а Лори одна пошла дальше. Разумеется, неприятность не заставила себя долго ждать. Лори угодила ногой в припорошенную снегом канаву. Разумеется, там была ледяная вода. Ногу она быстро вытащила, но сапог благополучно остался торчать в яме.

– На помощь! – закричала она.

Патрик взял Гаджета на поводок, вернулся к Лори и, помогая ей держать равновесие, добыл ее сапог.

– Такое случается, – невозмутимо, как будто он этого ждал, проговорил Патрик, помогая Лори обуться. – Но это не повод капитулировать.

Следующее поле спускалось к долине. Частично замерзший ручей, вдоль которого росли деревья, протекал у самого подножия холма. Они прошли мимо сидевшей на заборе малиновки, но она тут же улетела, едва к ней подскочил Гаджет.

Патрик снова взял ее за руку.

– Наперегонки до воды, – предложил он. – Бежим?

И, до того как она смогла возразить, он уже мчался вперед. Она побежала за ним. Замерзшая трава хрустела у нее под ногами. Когда наклон стал круче, Лори начала набирать скорость и совсем вблизи ручья обогнала его, подняв руки вверх и победно смеясь. Но вовремя остановиться у нее не получилось – она с налету врезалась в ствол дерева у ручья. Ее душил смех. Согнувшись пополам, она хохотала и хохотала, задыхаясь от смеха.

Патрик подбежал к ней.

– Ух ты, – простонал он, тяжело дыша, когда она уже восстановила дыхание. – Как быстро ты бегаешь!

– Привыкла бегать от парней, – пошутила Лори, тряхнув волосами. И встала спиной к дереву.

– Да? – хмыкнул Патрик. Подойдя к ней, он уперся руками в дерево и прижал ее своим телом к стволу. – Хотел бы я посмотреть, как ты попробуешь убежать от этого парня.

Лори игриво попробовала высвободиться, и Гаджет залаял, принимая их действия за игру с ним. Она посмотрела на Патрика и внезапно почувствовала его близость, его губы были совсем близко от ее губ.

Он наклонился и поцеловал ее, медленно и сладко. Лори прекратила свою нарочитую оборону, прикоснулась рукой к его волосам и притянула его ближе к себе, страстно целуя его и не желая останавливаться.

– Скажи-ка мне, – проговорил Патрик, – как так случилось, что у тебя нет никаких планов на Рождество? – Они поднимались на холм по узкой тропинке к мельнице.

– Моя мама живет в Испании, – ответила Лори.

– А другие члены семьи? Твой отец, например?

Может быть, они вернутся к поцелуям, подумала Лори. К чему все эти вопросы?

– Отвечать обязательно? – уклонилась она от дальнейшего разговора, резко подняла с земли камень и бросила его вниз, к ручью, будто отбрасывая от себя что-то неприятное.

Но против ее воли ей вспомнилась та последняя встреча с отцом, больше десяти лет назад, когда она еще надеялась и думала, что все можно исправить.

Однажды, в канун Рождества – день был на редкость дождливый, – Лори взяла зонтик и пошла по тогда еще незнакомым ей улицам Лондона с определенной целью, заучив наизусть адрес, найденный в интернете. Проходя мимо больших, плотно прилегающих друг к другу домов, она осознала всю серьезность того, что она делала; она снова встретится с отцом после нескольких лет молчания. После того как он бросил их с мамой, когда ей было тринадцать, она поклялась, что этот день никогда не настанет. Но в двадцать лет у нее появилась надежда. Она заглядывала в окна, видела большие наряженные елки в гостиных с высокими потолками и почувствовала укол зависти. Это были дома, в одном из которых она хотела бы жить всегда. Дома эти были похожи на нынешний дом Рейчел.

Дойдя до дома номер 56, она сделала глубокий вдох и позвонила в дверь. Но открыл ей не отец, а мальчик лет десяти, он стоял и смотрел на нее.

– Дункан Гринэвей дома? – спросила Лори, призывая на помощь всю свою смелость.

– Пап! – крикнул мальчик через плечо. – Здесь какая-то женщина хочет с тобой поговорить.

Молодая женщина лет двадцати пяти с темно-красными волосами вышла в прихожую.

– Он помогает маме с машиной, Эндрю, – сказала она мальчику, посмотрела на Лори и улыбнулась. – Извините, отец занят. Может быть, я могу быть вам полезна?

Их глаза встретились, и Лори уловила собственные черты в лице девушки.

– Боже, вот это ливень, – продолжила та. – Не хотите войти?

У Лори глаза были темные, у девушки были глаза их отца: ясные и голубые.

– Нет, – ответила Лори, и сердце в ее груди сжалось. – Я не останусь.

Ей охватил стыд.

– Но спасибо.

Развернувшись, Лори ушла.

– Мы на месте, – объявил Патрик. – Победа!

Они дошли до развалин мельницы, и он обнял Лори за плечи. Лори едва сдерживала слезы, которые навернулись при воспоминании о том вечере, когда она попыталась увидеть отца.

– А там, – продолжил Патрик, – моя деревня. Ничто не может сравниться с милым домом, да?

Глава 22

Среда, 13 декабря

– К чему это все? – смеялась Лили, теребя рукой шарф, которым ей завязали глаза. – Что вы задумали? Что вы прячете от старушки?

Джей осторожно завел Лили в ее квартиру, и, когда развязанный чьей-то рукой шарф упал на пол, она открыла глаза.

И не произнесла ни слова.

Секунды молчания длились целую вечность – Рейчел уже начала сомневаться, правильно ли они поступили – забрались в чужой дом и без разрешения навели свой порядок. Зак крепко держал мать за руку и ждал реакции: Лили смотрела на разрисованный им плакат.

С плаката взгляд Лили перешел на некогда поврежденные стены, теперь покрытые свежепоклеенными обоями. Она посмотрела на пол: линолеум в кухне частью дополнен новым, частью – возле плиты – заменен на плитку, в гостиной лежит новый яркий ковер. Заметив стеллаж, она прижала руки ко рту, словно удерживая в себе восклицание от потрясения.

– Боже мой, – простонала она. – Боже мой.

И прикусила губу. Казалось, она вот-вот разразится слезами.

Лили снова перевела взгляд на плакат, и ее лицо озарила улыбка.

– Это ты сделал, сынок? – спросила она Зака.

Тот кивнул. Лили протянула к нему руки, и он бросился ее обнимать. Все еще держа Зака за руку, Лили посмотрела поочередно на Рейчел, Милли, Джея, Шона и Никки.

– А все это, – спросила она, рукой поведя вокруг, – ваша работа?

Ей закивали – никто не решался заговорить и спросить, нравится ли ей то, что они сделали.

– Мой дом. Это снова похоже на мой дом. Готовый к Рождеству, – она вошла в комнаты и заметила змею-валик под дверью. – О, я всегда хотела такую штуку! Но ведь это все стоит денег, – проговорила она, осуждающе глядя на Джея.

– Даже не думай, – твердо ответил Джей. – Ты заботилась о нас много лет. Позволь нам хотя бы раз позаботиться о тебе. Это подарок от всех твоих соседей.

– Тогда я должна сказать вам спасибо… – Лили сияла. – Спасибо!

Никки сделала погромче музыку, и Рейчел налила всем кому лимонаду, кому игристого вина. Лили сидела на диване в гостиной, рассматривая подушки и расспрашивая Милли относительно подробностей квартирного преображения.

Кто-то постучал в дверь. Зак открыл.

– Надеюсь, мы не опоздали? – спросила Шивон, заходя в комнату вместе с Эйденом.

– Конечно, нет, – помахала им рукой Лили. – Проходите и присоединяйтесь к празднованию. Бар открыт, – засмеялась она, указывая на Рейчел.

– Ну, загляденье! Глаз не оторвать! – поразилась Шивон, обращая свой возглас к Никки и восхищаясь золотыми вкраплениями на стенах. – Это вы с Милли колдовали над стенами? Супер, может быть, вы вдвоем будете вести мой кружок?

– Отличная работа, – оценил ремонт Эйден. Рейчел подала ему бокал шампанского. – Вы, должно быть, потратили на это уйму времени.

– Мы работали все вместе, получилось не так уж долго, – ответила Рейчел. – Как Беа?

– Все так же. Я немного почитал ей ту историю, которую начала Милли. Но потом позвонил Саймон, и мне пришлось заняться работой. Снова пришлось вести тяжелый разговор с клиентом. Хоть он и готов понять наши трудности, но все равно недоволен задержкой. К тому же я знаю: амбар к Рождеству мы доделаем, а мебели-то в нем не будет… И я ломаю голову, как подсластить ему эту пилюлю.

– Подстастить пилюлю, говоришь? – загадочно проговорила Рейчел. – Идем-ка я тебе кое-что покажу.

Она подвела мужа к новому стеллажу. Эйден провел рукой по верхней полке – гладкая, будто шелковая! Он наклонился, чтобы опробовать дверцы и ящики, и остался очень доволен: все открывается и закрывается безупречно, без перекосов и заедания.

– Это ручная работа, как я понимаю? – уточнил он.

– Ну да, – ответила Рейчел и подозвала Джея. Тот подошел, и Эйден выпрямился, оторвавшись от разглядывания мелочей. – А вот и человек, который сделал этот стеллаж.

– Джей? – удивился Эйден. – А ты не хотел бы принять новый заказ?

Рейчел и Эйден нашли уютный столик в Капеллиз – пиццерии недалеко от дома. Зак и Милли сидели напротив них.

– Ну, что скажешь? – спросила Рейчел Зака, когда он откусил кусочек американской горячей пиццы.

– Вкушно, – прошамкал Зак, жуя и вытирая рот тыльной стороной ладони. – Почему мы не едим пиццу каждый день?

– Можно попробовать. И тогда ничего не надо было бы готовить дома, – согласилась Рейчел, пытаясь вытереть томатный соус со щеки Зака салфеткой. Он увернулся. – Но пицца тебе очень скоро бы надоела.

– А мне вот никогда бы не надоел Лондон, – вдруг включилась в разговор Милли, теребя сережку. После веселья в честь обновления квартиры Лили она снова впала в мрачное настроение. – Здесь куда лучше, чем похоронить себя заживо в Скипли.

Рейчел, оторопев, приподняла бровь.

– Я серьезно, – продолжила Милли. – Ты знала, что за полчаса можно обойти весь город? Полностью. Мы с Кейт как-то однажды засекали время. Чтобы доказать, что мы живем в самом маленьком, самом скучном месте на свете. Посмотри вокруг себя, мам. В Лондоне так хорошо! Никки постоянно занята чем-то клевым. Здесь столько всего происходит! – Она махнула рукой в сторону окна, за которым шли люди. – Неужели ты этого не видишь? Лори говорит, Лондон – лучший город Земли.

– О? – скептически обронила Рейчел.

– Да! И еще она говорит, что если я серьезно настроена работать в модельном бизнесе, то могу пройти у нее стажировку.

– Понятно. – Рейчел вспомнила случайно подслушанный разговор Милли о каком-то парне. – И часто ты с ней разговариваешь?

– Да, иногда, – пожала плечами Милли. – Мы переписываемся. С ней легко общаться. Она не такая, как другие взрослые; она интересуется тем же, чем и я. Такое ощущение, что она моложе вас. Она такая веселая! Совсем не такая, как ты.

Рейчел взглянула на Эйдена – за поддержкой, но он активно писал что-то в айфоне – видимо, Саймону о ситуации с мебелью. И совершенно забыл о пицце.

– Люди здесь умеют одеваться, – продолжала тем временем Милли, глядя на девушек за соседним столиком, которые о чем-то болтали и хохотали как заведенные. У них были идеальные укладки и макияж. – А в Скипли есть только магазин одежды Дорис.

– Милли, – строго сказала Рейчел. – С меня хватит. Ты даже не представляешь, как тебе повезло. Хватит ныть. Доедай свою пиццу.

– Спасибо тебе за поддержку, – с подковыркой сказала Рейчел супругу, когда они уже шли домой. Милли и Зак топали впереди.

– Что? – спросил Эйден, положив телефон в карман и рассеянно посмотрев на Рейчел. – Какую поддержку?

– Такую. Ты слышал, что говорила Милли?

– Про Скипли? – отвлеченно уточнил Эйден. – Мне надо было сообщить Саймону о мебели Джея.

– Она ненавидит Скипли! И вдобавок ко всему считает, что я самая скучная в мире мамаша. Зато вот Лори мне не чета…

– Думаю, Лори в каком-то смысле довольно-таки молода, – подхватил Эйден.

– Что ты хочешь этим сказать? – резко спросила Рейчел.

– Я хочу сказать, что понимаю, почему Милли так хорошо с ней ладит, восхищается ею. И их объединяет интерес к моде.

Рейчел проигнорировала его замечание.

– Есть парень, – сказала она. – Кто-то в жизни Милли. Я слышала, как она разговаривала о нем с Никки. И мне интересно, поэтому ли она ведет себя так странно?

– Парень?

– Да…

У Эйдена зазвонил телефон, он немедленно достал его из кармана и углубился в очередной продолжительный разговор. Рейчел вздохнула.

– Саймон, привет… Да, и что ты решил? Работа достойна высшей похвалы. Я думаю, если мы предложим такую мебель клиенту, он простит нам любую задержку в сроках. Джей сказал, что может работать быстро… Да… Есть варианты… Вот, например, что бы ты предпочел…

* * *

От: Millypede@gmail.com

Кому: Carter@yahoo.com

Привет, Картер!

Я думала о том, что ты написал, и мне жаль, если я тебя как-то обидела. Я не симпатизирую никому из друзей Никки, честно! Я думаю, было глупо с моей стороны писать тебе то сообщение. Я должна была предвидеть, что ты неправильно все поймешь. Но я не думаю ни о ком, кроме тебя. Вот мой номер, кстати: 07834384347.

Надеюсь, у тебя все хорошо.

Милли.

* * *

На следующий день, в четверг, Рейчел приготовила Заку рисовые хлопья с молоком и заварила себе крепкого кофе. Потом включила на кухне радио и сделала его погромче.

– До Рождества десять дней, – бойко объявил диджей. – Насколько вы чувствуете себя готовыми к празднику?

Налив кофе в чашку, Рейчел села рядом с Заком.

– Нет ничего лучше музыки, чтобы поднять настроение, поэтому я предлагаю вам песню группы «Слэйд»[8]…

– Мама, а когда мы поедем домой? – спросил вдруг Зак, запуская ложку в еду.

Рейчел знала, что этот вопрос когда-нибудь прозвучит, но сейчас, когда Зак посмотрел на нее вот так, своими большими глазами, она все равно почувствовала, как сердце ее заныло.

– Ведь Рождество уже скоро!

Что бы они сейчас делали, будь они в Скипли, подумала Рейчел. Елка была бы уже куплена, и они всей семьей наряжали бы ее.

– Тебе же здесь нравится? – спросила Рейчел, пытаясь сгладить остроту переживаний сына, которые она ох как понимала. – К тому же нам еще надо посмотреть на динозавров…

– Да, мне здесь очень нравится, – согласился Зак. – И на динозавров я очень хочу посмотреть. Но у нас нет елки. Не похоже на Рождество.

– Я знаю, милый, – Рейчел прикоснулась к его руке. – Извини. Я знаю, что сейчас все не как обычно. Мы поедем домой, как только сможем. Но сейчас мы должны быть рядом с бабушкой.

Кто-то постучал в дверь. Рейчел встала, чтобы открыть ее, и поцеловала Зака в макушку. За дверью стоял молодой курьер, держа связку серебристых гелиевых шаров.

– Вам, – улыбнулся он и протянул ей планшет. – Распишитесь в получении, пожалуйста.

– О, нет, – удивленно улыбнулась в ответ Рейчел. – То есть да, конечно, я распишусь за них, но они не для меня. Должно быть, это для моей свекрови.

Она расписалась и вернула планшет курьеру. Тот забрал его и проверил имя получателя:

– Для Милли.

– Милли?

– Да. Счастливого Рождества, – попрощался курьер, отдавая ей шарики.

– И вам тоже.

Рейчел в растерянности пошла к Милли. В ее памяти снова всплыл подслушанный разговор девочек. Был какой-то «парень», о котором Милли никому из семьи не рассказывала. А шары – вот оно, доказательство! Рейчел попыталась припомнить хотя бы одно мужское имя, которое Милли упоминала бы в разговоре, но ничего не приходило на ум.

Дочь с заспанным личиком открыла ей дверь.

– О, шары, – пробормотала она озадаченно.

– Это тебе, – ответила Рейчел, передавая ей связку.

Шары взлетели вверх, к потолку, и Милли начала откреплять записку, привязанную к веревочкам. Вскрыв небольшой конверт, она прочитала текст.

– От кого они? – спросила Рейчел.

– Ни от кого, – буркнула Милли.

– Ни от кого?

– Что тебе надо, мам? – огрызнулась дочь. – Постоянно влезаешь не в свое дело!

Рейчел почувствовала, как гнев и разочарование поднимаются у нее в груди.

– Ты раньше мне все рассказывала, Милли, – укоризненно проговорила она. – Я понимаю, тебе нужно личное пространство, но почему ты постоянно меня отталкиваешь?

– Это тебя не касается, – прошипела Милли и захлопнула дверь прямо перед ее носом.

* * *

Милли, тебе понравились шарики? К.

От: Carter@yahoo.com

Кому: Millypede@gmail.com

Получилась довольно короткая эсэмэска, наверное, переписываться по электронной почте все-таки удобнее… Кстати, ты скоро приедешь домой? Хочу увидеть тебя в канун Рождества.

Картер.

* * *

Эйден был в душе. Рейчел присела на кровать и вытащила из-под подушки аккуратно сложенную пижаму. Машинально сняла украшения и разделась, бросив одежду в корзину с грязным бельем, затем надела пижаму. Сняв резинку, взъерошила волосы, расчесала их пальцами и нанесла на лицо ночной крем. Она не могла забыть, что сказала ей Милли. Было все еще очень досадно. Она сильно давит на дочь? Надо было дать ей больше личного пространства? Без возможности обсудить все с Эйденом она потеряла ориентир.

Может быть, прочитать главу-другую какого-нибудь романа, чтобы скорее уснуть? Рейчел просмотрела книжные полки: «Великий Гэтсби» и «Один день» стояли рядом с выпусками журнала «Вог» и книгами по искусству. Но потом она заметила, что на одной из полок горизонтально поверх других книг у самой стены лежит экземпляр знаменитых «Всадников» Джилли Купер.

Рейчел взяла ее с полки, улыбаясь воспоминаниям, связанным с этой книгой. Им с Лори было тогда по пятнадцать, когда они впервые прочли эту книгу: они были достаточно взрослые, чтобы знать что к чему, но и достаточно молодыми, чтобы хихикать над рискованными эпизодами. Лори нашла книгу у мамы и принесла ее в школу, смеясь над обложкой: женщина в облегающих бедра белых брюках для верховой езды и мужчина, схвативший ее за ягодицу. Рейчел была уверена, что держала в руках именно ту самую книгу – Лори хранила ее все это время! Они сбега́ли в женский туалет и читали отдельные куски из романа. Кажется, они даже написали что-то на внутренней стороне обложки.

В ванной шум воды прекратился. Рейчел открыла книгу: они не только загибали страницы с сексуальными сценами, но и оценивали их по шкале от единицы до десяти. Она вспомнила, как металлические двери кабинок открывались и закрывались, пока они пребывали в своем собственном полузапретном мире…

Рейчел пролистывала страницы с теплым чувством грусти и ностальгии, читая подчеркнутые когда-то фразы. Добравшись до конца романа, она обнаружила белый конверт, вложенный между страниц. Как только она решила его достать, дверь ванной открылась, и Рейчел начала спешно запихивать книгу обратно на полку. Она чувствовала себя провинившейся школьницей. Но пока она пыталась вернуть книгу на место, конверт выпал и оказался у ее ног на ковре.

Она наклонилась, чтобы поднять его. На обратной стороне были нарисованные фиолетовой ручкой сердечки. Перевернув конверт, Рейчел сразу узнала круглый подростковый почерк Лори: с буквой «й», обведенной маленькими точками. У Рейчел перехватило горло, когда она прочитала на конверте имя: Эйден.

С бешено колотящимся сердцем и затаив дыхание Рейчел лежала в темноте рядом с мужем, пока наконец не услышала его глубокое равномерное посапывание. Она медленно подняла одеяло, выбралась из постели и пошла к книжной полке. Достала конверт, который она в спешке спрятала между журналов.

Прокравшись на кухню, она решила его открыть. Эйден… Мало ли что это может значить… Ей поскорее хотелось убедиться, что объяснение ее находке вполне невинное.

Она открыла конверт. В нем были два стандартных листа писчей бумаги. Почерк Лори Рейчел знала так же хорошо, как свой: она получала по десять записок в день на уроках и валентинки от «загадочного отправителя», все написанные одним аккуратным, круглым почерком, очень часто даже той же фиолетовой ручкой. Ее глаза пробежали по содержанию письма, и все ее надежды уплыли, как дым…

Привет, Эйден, – прочитала Рейчел.

Я на географии, и ты сидишь передо мной. Мистер Эванс только что отругал тебя за то, что вы с Брендоном плохо себя ведете и пишете на партах. Только что ты обернулся и посмотрел на меня, улыбнулся мне. Мне нравится твоя улыбка. Она освещает мой день. Я вижу, как сильно ты хочешь быть со мной наедине, и, да, я тоже этого хочу – ты так близко, что я могла бы дотронуться до тебя прямо сейчас, но в классе нельзя – это сводит меня с ума.

Рейчел отчаянно хотела остановиться, ее сердце тяжело билось в груди, но она не могла убрать письмо, оно неумолимо притягивало ее. Она должна была дочитать его до конца.

Скоро выходные, и мы встретимся на вечеринке у Салли. Мы сможем сбежать и найти какое-нибудь тихое местечко. Не могу дождаться момента, когда мы будем только вдвоем…

И вот Рейчел дошла до последнего слова: нарисованные сердечки и поцелуйчики под подписью «Лори».

Как в тумане, Рейчел отложила письмо и конверт на край стола, потом села. Затуманенным сознанием она пыталась понять то, что только что прочитала, понять, что и когда произошло. Были ли Лори и Эйден вместе до того, как он начал встречаться с ней, Рейчел? Или – Рейчел прикусила губу – он встречался с ними двумя одновременно?

Она из последних сил держала себя в руках. У них с Эйденом семья, двое любимых детей, и, что бы ни случилось между ним и Лори, это было двадцать лет назад. Их с Эйденом жизнь реальна, не то что эти подростковые записочки. Но с какой стороны ни возьми, двое самых близких людей ей врали, и это выглядело абсолютным предательством. Рейчел начала вспоминать обо всех вечеринках, на которые родители ее не пускали, уроки географии, на которые Лори и Эйден ходили вместе. Еще школьная поездка в Уэльс после сдачи экзамена на аттестат зрелости, из которой Эйден и Лори привезли вагон и маленькую тележку историй, – были ли они вместе уже тогда?

Письмо перевернуло все, что Рейчел знала о своей жизни. Эйден не раз упомянул, как хорошо Лори выглядела, когда он ездил проведать ее в коттедже. И они вместе провели вечер в Скипли… и он почти ничего ей не рассказывал.

В конце концов у Рейчел закружилась голова от усталости и нехороших мыслей, и она решила лечь спать. Она спрятала письмо на место и посмотрела на мирно спящего Эйдена. Может ли она поднять этот разговор, когда Беа в коме? Она должна была забыть об этом письме хотя бы на время. Но, ложась в постель рядом с мужем, она чувствовала отчуждение от мужчины, которого она любила. Она думала об Эйдене с другой женщиной, и не просто с кем-то, а с Лори. Это было невыносимо.

* * *

Снова не отвечаешь? Мне это уже начинает надоедать, Милли… Мы должны поговорить. И не надо пудрить мне мозги. Если будешь так делать, я расскажу всем в твоем городе, какая ты на самом деле, – это будет очень просто. К.

Глава 23

Пятница, 15 декабря

Лори озабоченно порылась в своем чемодане. Что надеть на вечеринку Дианы? Там будет Патрик. И она недавно сразила его наповал одним залпом «шика», завязнув в грязи сапогом. Этот последний позорный момент требовал незамедлительной компенсации путем повышения уровня шика до максимально возможного, исходя из наличествующих для этого средств. А их было немного, несмотря на ворох привезенной с собой одежды.

Большая часть ее гардероба смотрелась в Скипли нелепо. Но она помнила, что взяла одно милое платьице на случай непредвиденной вечеринки – бордовое, с V-образным вырезом. Его-то она и наденет сегодня, решила Лори. Она натянула чулки и примерила туфли – разумеется, высота каблука их зашкаливала: она сильно польстила Скипли, беря их с собой, но вот нынешним вечером она в них все же пройдется, наслаждаясь тем изумительным ощущением самой себя, какое дает высокий каблук, меняя не только походку, но и рождая в душе особое чувство собственной исключительности, почти воспарения над обыденностью, и чем выше каблук, тем воздушней парение…

Ей не терпелось увидеть Патрика. После совместной прогулки на холм через поле они пару раз перезванивались – оба раза звонил ей он. А ее разум и сердце пребывали во взаимном конфликте. Сердце просило довериться Патрику, разум подсказывал: не торопись! прежде чем идти на сближение отношений, надо получше узнать друг друга!

Несмотря на свои усиленные попытки доказать обратное, она ничего не смыслила в одноразовом сексе. Мимолетная близость – и потом горькое опустошение, когда на следующий день тебе не звонят, будто ты исчезла из жизни, – о, как знакомы ей эти чувства… Испытать их снова ей не хотелось.

Думая так, она расчесывала и расчесывала волосы, пока каре и челка не легли исключительно ровно. Почти готова – только не хватает чего-то. Какого-нибудь украшения! Лори бросила взгляд на трюмо. Она знала – в маленькой деревянной коробочке лежат длинные серьги-капли. Рейчел была бы не против, подумала Лори и вставила крючочки сережек в уши. Раньше они всегда брали друг у дружки вещицы на время – получалось удвоение гардероба.

Она нарисовала жидкой подводкой смелые стрелки и нанесла несколько слоев черной туши на и без того густые ресницы. Отойдя на несколько шагов от зеркала, Лори окинула взглядом свое отражение. Неплохо. Она улыбнулась.

На кухне ее поджидало блюдо с испеченными вчера пряниками «Санта-Клаусами». Помимо шитья она, чтобы отвлечься и передохнуть, осваивала готовку – засела за Книгу и «исполняла» по одному блюду в день. И вот что открылось ей: при горящем огне в камине и под рождественские песни лучшее времяпрепровождение – это готовка. Удивительно, но она чувствовала себя счастливой. За минувшие годы она убедила себя, что ей необходимо постоянное движение: вечеринки, поездки, работа… Но, выходит, все это было неправдой. Точнее, она ошибалась. Одна, дома, в тишине и покое – вот настоящее для нее удовольствие. Все эти дни, несмотря на объем того, что она делала своими руками, она была такой умиротворенной… И занималась тем, что ей нравилось: чередовала шитье с освоением новых кулинарных рецептов.

Кухня очень быстро заполнялась пряничными звездочками и шоколадными венками, и ей даже удалось шоколадное полено – правда, она измазала в шоколаде себя и все, что было можно, вокруг. От шоколада у нее всегда появлялась сыпь, но она тем не менее вылизала глубокую тарелку из-под теста, и ей было плевать на какую-то там сыпь… Она получала истинное удовольствие! Сейчас она положила несколько пряничных фигурок в целлофановый пакет и обвязала его красной лентой, чтобы прийти на вечеринку не с пустыми руками. К пряникам прилагалась бутылка «Бейлиса».

Первая вечеринка рождественского сезона, подумала Лори, встречай меня!

Дорожку к дому Дианы украшали выставленные вдоль нее стеклянные банки с зажженными внутри свечками, а рождественский венок на двери был украшен красными гирляндами.

Как только каблуки Лори зацокали по дорожке, Диана распахнула перед ней дверь.

– Привет! – радостно встретила ее хозяйка вечера, поднимая бокал шампанского. Лори с благодарностью приняла его и чмокнула Диану в щеку.

В доме было тепло и так по-рождественски! – запахи корицы и хвои витали в воздухе. Окинув взглядом всю обстановку, Лори восхищенно вздохнула. Лестничные перила были украшены остролистом и теми же красными гирляндочками, что и венок на входной двери. Золотая прозрачная ткань обрамляла камин, а гостиная и прихожая были уставлены горшками с декоративными ветками, украшенными опять же гирляндами. Все выглядело изысканно и нарядно!

На столе в гостиной стояли ряды подносов с «поросятами в одеяле» – миниатюрными йоркширскими пудингами с говядиной и хреном – и блинами с копченым лососем и сливочным сыром. Лори заметила у другого края стола Джойс и пошла в ее направлении. На Джойс была знакомая Лори блуза, которую она ушивала, хотя к ней, желая быть понаряднее, Джойс надела, увы, ободок с блестками, который сбивал с нее всю элегантность. Но Лори ей улыбнулась:

– Тебе идет.

– Мне нравится бант, который ты тут пришила, – жарко зашептала Джойс, слегка приподняв бант за кончик. – Чувствую себя просто принцессой!

– И изобилие впечатляет, – непринужденно переводя разговор, отметила Лори и кивнула на тарелки с едой.

Джойс рассмеялась:

– Наша Диана никогда не делает ничего с середины наполовину. Она пригласила полгорода!

И в самом деле, комната была полна народу: Лори узнала кое-кого, и в их числе Бена – он накладывал себе на тарелку миниатюрных сосисок в тесте. Она повертела головой, ища взглядом Патрика.

– Хорошая традиция, – пробормотала она, – устраивать такие вот вечеринки…

– О, это совсем не традиция! – воскликнула Джойс.

К ним подошла Диана, чтобы наполнить бокалы шампанским.

– Ты ведь никогда раньше не устраивала таких вечеринок, правда? – защебетала при виде нее Джойс.

– Это действительно мой дебют, – улыбнулась Диана. – Хотя получается довольно неплохо, а? У меня просто никогда не было возможности устроить что-то подобное, когда он жил здесь.

Она высунула язык и скорчила рожицу, рассмеявшись потом:

– Вот я и решила поскорее воспользоваться возможностью!

– Итак, выпьем за новые начинания – и побольше таких вечеринок! – весело откликнулась Лори.

Диана согласно кивнула, и они вдохновенно чокнулись – бокалы мелодично звякнули в подтверждение своего участия в празднике.

По дому с игрушечными машинками носились дети – племянники Дианы. В углу гостиной она поставила маленький столик с бумагой, клеем и другими «рукодельными» принадлежностями, несколько детей постарше сидели там и с удовольствием что-то клеили.

– Вы модный дизайнер? – Лори подскочила от неожиданности и оглянулась. Сзади стоял пожилой мужчина в костюме из твида.

– Да, это я, – ответила она мужчине.

– Я что ни день, только и слышу о вас! – ухмыльнулся он. – Сандра, моя жена, мне все рассказала о завтрашнем модном показе! И что она теперь супермодель, и потому я должен заваривать себе чай сам. Это ваших рук дело! – Мужчина добродушно ей улыбался, и Лори улыбнулась ему в ответ.

– Как вкусно, мммм… – Патрик успел откусить горячего мясного пирога, прежде чем Лори с Дианой смогли его остановить.

– Боже, как горячо! – засмеялся он, закрывая рот рукой. – Кажется, я обжег язык. Но все равно это того стоило.

Патрик приехал на вечеринку после восьми. Он прошел за Лори в гостиную и, когда они остановились поговорить с женщинами из клуба, Патрик обнял ее за талию. Лори не давала поводов для подобного жеста, но ощущения были приятные. Когда дамы извинились и направились к шведскому столу, Патрик крепко прижал ее к себе.

– Ты выглядишь, – прошептал он с хрипотцой, – просто неотразимо.

И Лори спросила себя, сколько еще времени она сможет держать себя в руках. Коттедж и ее большая теплая пустая двуспальная кровать были совсем близко отсюда. Она сделала глоток глинтвейна и на мгновение представила, каково это было бы – чувствовать его руки, видеть его тело, которым она восхищалась, но которое было скрыто одеждой. Напряжение между ними с каждым разом росло, когда они разговаривали, а Лори была простым человеком из плоти и крови – когда он говорил ей что-то так, как сейчас, она таяла.

Извинившись, она пошла в ванную. Центральное отопление всегда губило ее прическу, поэтому она взяла с собой немного сыворотки для волос, чтобы уложить волосы. Едва она ступила на лестницу, ее окликнул Бен:

– Вы очень хорошо выглядите.

– Спасибо, – вежливо ответила Лори.

– А вы… – начал он. – Патрик ваш парень?

Лори задумалась. Она и сама не знала ответа на этот вопрос, но в чем она была точно уверена – не хочет она кричать об этом у каждого столба, порождая ненужные слухи. Поэтому обратила вопрос в шутку:

– Много будешь знать – скоро состаришься…

– Просто… да нет, ничего. Я с ним едва знаком, – пожал плечами Бен.

– Понятно, – кивнула Лори, немного нахмурившись в попытках разгадать выражение его лица. – Так что забудем обо мне. Кого ты собираешься подловить под омелой[9], Бен? Какие-нибудь девушки на горизонте есть?

– Нет, – признался он, застеснявшись.

– Ага! – воскликнула Лори. – Все с тобой ясно. Кто же твоя избранница? – прошептала она, наклоняясь к нему. – Можешь смело мне рассказать…

– Хорошо. Но вы обещаете не разболтать это?

– Обещаю, – сказала она, скрестив за спиной пальцы.

– Ее зовут Милли.

Глава 24

Суббота, 16 декабря

С молоточком в руке, изучая собравшихся, Лори стояла на сцене, готовая начать аукцион. Что здесь творилось! А она-то еще в глубине души слегка трусила и опасалась, что модный показ окажется не столь популярным в этаком захолустье, как Скипли. Ну, сколько-то любопытствующих обеспечит им новизна представления, размышляла она… придут родственники и знакомые дам, вызвавшихся демонстрировать платья, – тоже диковинка для здешних почитателей простых, неброских и практичных в носке вещей… Однако такого социального взрыва на тему одежды она не ожидала: кого только здесь не было! В Доме культуры яблоку негде было упасть, он был набит «под завязку»…

Она нашла в толпе Патрика – тот выглядел еще привлекательнее в синем свитере с горловиной, вырезанной уголком. Он послал ей поощрительную улыбку. Она не знала, как ей удалось вчера устоять перед соблазном переспать с ним. Но сейчас она твердо решила: она выждала достаточно долго. Сегодня – да! Сегодня – вполне подходящее время.

Женщины от души расстарались и успели с аптекарской точностью к сроку – украсили помещение красными портьерами, мишурой и гирляндами, снабдили напитками мини-бар, а теперь делали последние стежки, прострачивая уже подшитые края готовых к показу моделей. Они приложили уйму фантазии и трудолюбия, чтобы сделать это событие исключительным! Дом культуры был до мелочей готов к небывалому здесь апофеозу дизайна.

Первым номером вышла Джойс – на ней было черное коктейльное платье, его длинные рукава украшал серебряный изнутри разрез-складка – и поплыла по подиуму, будто была для этого рождена. Пусть кто-то из волонтерок и волновался перед показом, но только не Джойс – ее преобразившийся утонченный облик ясно давал понять: в шестьдесят восемь, после многих лет жизни тихони, она готова к своим пятнадцати минутам славы и не отдаст ни одной. Прошла, повернулась, взгляд через плечо, улыбка, не профессионально отрешенная и обращенная внутрь себя, а искренняя и ликующая, еще заход… и еще…

Кое-кто из мужчин, не удержавшись, засвистел в знак наивысшего одобрения. Лори узнала среди них мужа Сандры, Грэхэма из паба, Бена и Энди, менеджера приюта для бездомных.

– Кто даст сорок фунтов, – торжественно объявила Лори, еле скрывая победительную дрожь в голосе и указывая на Джойс, скользящую по подиуму, как по облаку, – за это изумительно неподражаемое платье?

Лори увидела, как дама в полицейской форме – явно боялась опоздать к началу показа и не переоделась – подняла руку.

– Пятьдесят фунтов?

Женщина из пекарни подняла руку следом.

– Шестьдесят фунтов?

И руки замелькали с нарастающей быстротой, пока полицейская дама не осталась единственным покупателем – с ценой в сто двадцать фунтов.

– Продано очаровательной леди в форме! – почти пропела Лори, совершая финальный удар молотком.

Она не хотела делать поспешных выводов, но такими темпами средства на благотворительный рождественский ужин в приюте они соберут очень скоро!

Следующей должна была стать Диана. Лори бросила взгляд туда, где она стояла, нервно накручивая на палец прядь волос. И вот Диана шагнула на подиум. Она была в рождественском лоте – черное платье без бретелек с топом из красного шелка и таким же красным жакетом. Результат идеи был восхитительным – просто, дерзко и неимоверно сексуально. Едва Диана сделала несколько робких, но грациозных движений, пара-тройка мужчин пораскрывали рты, остолбенело вытаращившись на нее. А один из них – Грэхэм – взирал на нее с откровенным восторгом. Музыка заиграла громче, и к Диане пришла уверенность, ее женственность и авантажность разом перескочили на новый уровень: она покружилась, отважившись на плавные танцевальные па, и толпа ликующе зашумела…

Успех! Несомненный успех!

– Диана, только первых взносов уже выходит на четыреста фунтов! – воскликнула Лори, подсчитывая потом прибыль. – А за платья и жакеты мы получили почти восемьсот. Неплохие деньги за один вечер!

Она протянула Диане пять. Та выглядела немного растерянно.

Чем больше шампанского было выпито, тем выше становились ставки. Жакет, который демонстрировала Диана, ушел за восемьдесят фунтов, а платье, декорированное пайетками, с широкими бретельками, которое было на Пэм, – и как она в нем красовалась! – ушло за сто пятьдесят. Теперь же, когда толпа постепенно стала рассасываться, в основном перемещаясь в паб Грэхэма, Лори и Диана спокойно могли подсчитать все, что они заработали.

– Энди будет в восторге, – улыбнулась Диана. И понизила голос: – Кое-что еще случилось сегодня!

Лори приподняла бровь.

– Представь, меня отметили номером телефона… – призналась Диана, вертя в пальцах визитную карточку. – Это я получила от Грэхэма.

– Грэхэм, – одобрительно кивнула Лори. – Ну что тут сказать… Отличная у него реакция! И очень правильная. Но только про телефон ты забудь. Почему бы нам не нагрянуть в паб прямо сейчас? Я как раз собиралась встретиться там с девчонками и с Патриком.

– Я обычно не хожу в пабы, – ответила Диана, сморщив нос, как будто сама мысль об этом ей была неприятна.

Ответом Диане был суровый взгляд Лори.

– Ясно, – заключила она. – Значит, паб отметается, поскольку ты обычно проводишь свободное время на подиуме?

Диана не могла возразить: было еще как очевидно, что выход за пределы своей зоны комфорта совершенно не повредил ей! Все, в чем она продолжала нуждаться, так это в небольшом толчке в желательном направлении.

– Давай… – Лори вылила в бокал остатки шампанского, что еще оставалось в баре, и пригласительным жестом подстегнула Диану, чтобы та отбросила последнюю тень сомнений. – Я сделала решительный и смелый шаг, приехав сюда, и теперь очень рада, что пошла на это. Так что быстренько допивай шампанское, и пойдем.

Еще до того, как паб появился в поле их зрения, они услышали пение. Из паба доносились звуки, весьма напоминающие пьяную версию мелодичной и грустно-возвышенной песни «Ласт Крисмас», с ее рождественскими колокольчиками между куплетами, но вместо того, чтобы отпугнуть Диану, они, наоборот, притягивали ее, как магнитом. Она даже начала подпевать: «В прошлое Рождество… Я отдал тебе свое сердце… Но наутро ты его потеряла… И в этом году я подарю его кому-то другому… совсем особенному…»

– Я никуда не ходила с тех пор, как ушел Ричард, – призналась Диана между строчками песни. – Ну, в смысле вот так, в паб. Он всегда говорил, что пабы – это вульгарно. Представляешь? И это человек, который сейчас отрывается в клубах Ибицы!

Лори плотнее укуталась в пальто – она не могла дождаться момента, когда они окажутся в теплом пабе. Температура продолжала падать, и весь вечер шел густой снег.

И вот они наконец в тепле, и им оказана радушная встреча: дамочки клуба и тут проявили сплоченность и вдохновение.

– Наша топ-модель! – выкрикнула Пэм, поднимая бокал за Диану, и посмотрела на Лори. – И за женщину, которая сделала это дерзкое мероприятие реальностью! – Все радостно зашумели, встречая главных персон такого необычайно яркого для Скипли дня.

В груди Лори росло и как цветок распускалось приятное чувство. Работа была тяжелая и изнурительная, но все было не зря. Она заказала напитки себе и Диане – та весело болтала со всеми сразу – и окинула помещение взглядом в поисках Патрика. Он помахал ей рукой из противоположного угла паба, плотно заполненного людьми.

Лори протянула Диане ее бокал. Та уже была поглощена разговором с Грэхэмом и выглядела счастливой и успокоенной. Пес Гаджет сидел неподалеку в красных оленьих рогах и бил по ним лапой, пытаясь избавиться от дурацкого неудобства, а Алфи злобно лаял на них. Хозяева смотрели на своих собак и смеялись.

Наконец Лори пробралась сквозь толпу к Патрику.

– Привет, – сказала она, обвив рукой его талию.

– Привет, красавица, – ответил Патрик, обнимая ее. – Мои поздравления.

Он немного отстранился и поцеловал ее.

– Спасибо, – просияла она.

Как приятно быть рядом с ним!

– Слушай, – зашептала она ему на ухо, – я тут подумала… ты не хочешь отпраздновать нашу победу вместе со мной вечером… на закрытой вечеринке… в коттедже?

Патрик улыбнулся. Лори затаила дыхание.

Он наклонился к ее уху и прошептал:

– С удовольствием. Рождество наступит для меня раньше…

Засмеявшись, Лори сжала его руку. Она отпила из бокала, увидела мобильный телефон на столе – и вдруг вспомнила. Черт! Рейчел прислала ей на днях сообщение, а она не удосужилась перезвонить, так закрутилась в делах, что это совсем вылетело у нее из головы. Она поискала свой телефон в сумочке, но его там не оказалось. Вот и телефон взять забыла!

– Патрик, – попросила она. – Можно я воспользуюсь твоим телефоном? Я, кажется, оставила свой дома. Мне очень нужно позвонить.

Он протянул ей айфон.

– Конечно, детка, вот, звони сколько угодно.

Пробравшись к окну, где лучше ловило сеть, Лори стала набирать давно затверженный наизусть номер Рейчел, и тут на экране появился значок нового сообщения и первое слово: «Привет».

Она не должна его читать! Конечно, нет. Это личная переписка Патрика. Она не имеет никакого права…

Но слишком поздно. Была видна первая строка сообщения, и Лори стала читать дальше.

Привет. Извини, не получилось ответить тебе раньше. Я очень хочу встретиться.

В ней взыграла колючая ревность. Она попыталась успокоить себя – не стоит делать поспешных выводов. Это мог быть коллега, друг, его брат.

Она позвонит сейчас Рейчел… Нет, она не могла игнорировать это сообщение! Не сейчас, когда она прочитала начало… Ей надо только лишь убедиться… Это ведь не шпионство… Просто необходимо, иначе никак… Она прочитает все сообщение, а потом скажет Патрику, что случайно его открыла. Очень легко по ошибке нажать не на ту кнопку – на сенсорном-то экране! Глубоко вздохнув, Лори аккуратно нажала на голубой значок и прочитала, как отхлебнула яду:

Канун Рождества я обычно провожу с семьей, но я с радостью встречусь с тобой, если получится от них сбежать. М;-*

Лори нахмурилась. Канун Рождества? М? С поцелуйчиком? Патрик уже назначает свидание другой женщине на время, когда она, Лори, отбудет в Лондон? Ей стало пусто, обидно, горько… Даже возмущение не шло сейчас ни в какое сравнение с тем унижением, которое она испытывала в этот момент…

А потом она увидела имя отправителя. И как же она упустила такую возможность? В конце сообщения значилось: Милли.

В одно ужасающее мгновение на нее обрушилась вся нелицеприятная для нее правда.

На ватных ногах Лори пошла обратно. Ей казалось, что в пабе стало жарче и в него набилось еще больше людей. Так много, что трудно дышать и кружится голова. Патрик покупал глинтвейн двум пожилым дамам, те добродушно смеялись. Она подошла ближе, он посмотрел на нее и подмигнул ей.

Молча и сосредоточенно Лори без слов благодарности отдала ему телефон. Рождественская музыка играла как-то слишком уж громко. Лори хотелось поскорее выйти на свежий воздух. Она схватила с вешалки свое пальто и развернулась к выходу, но Патрик настиг ее и ухватил за локоть.

– Уже уходишь? – как ни в чем не бывало спросил он.

Она не хотела даже смотреть на него. Ей вспомнились письма Милли и те советы, которые она давала своей крестной дочери. Ее замутило – Лори поняла, что в сложившейся ситуации отчасти была виновата она сама. Отвернувшись от Патрика, она стала быстро продвигаться сквозь толпу празднующих. Патрик лавировал следом за ней и уже возле самой двери накрыл ее руку своей, удерживая, пока она не шагнула через порог.

– Лори, – прошептал он. – Подожди.

– Не прикасайся ко мне, – прошипела она. И выскользнула в открытую кем-то входящим дверь.

На улице во дворе паба стояли пустые столы, трава вокруг них была покрыта инеем. Лори наполнила легкие холодным воздухом и попыталась привести в порядок сбившиеся в один едкий комок мысли. Но Патрик опять оказался рядом и опять схватил ее за руку.

– Лори, что происходит? – спросил он, разворачивая ее к себе лицом. – Как это все понимать? Ты собралась молча уйти и бросить меня там?

– Патрик… – процедила сквозь зубы Лори, закипая от гнева. – Скажи-ка мне кое-что.

У нее все плыло перед глазами. Адреналин пульсировал в ее венах, ломило виски… Она поглубже вдохнула и заговорила. Она должна была знать правду!

– Милли Мюррей, – медленно произнесла она. – Это имя о чем-нибудь тебе говорит?

– Милли… – ответил он, покачав головой. – Нет.

– Ты уверен?

Он прикоснулся к ее волосам, и она снова почувствовала знакомый, взволновавший ее даже сейчас аромат.

– Да, я уверен. Ты рванула сюда, чтобы задать мне этот вопрос? А теперь мы можем вернуться в паб? Ну, пожалуйста? – просительно протянул он. – На улице очень холодно.

– Ты абсолютно уверен?

Она посмотрела на Патрика. Красивый мужчина с искрящимися глазами и отлично сидящими на его атлетических чреслах джинсами – ах, как он был хорош и как нежен с ней! Но что она о нем знает?

– Симпатичная девушка, – продралась она сквозь визуальный соблазн, разозлившись на себя за него. – Высокая, темно-красные волосы?.. Не припомнишь?

Патрик пожал плечами. Его взгляд оставался невозмутимым.

– Не знаю такой.

Лори понимала, что должна идти до конца. Ее воля окрепла. Может быть, ей помог уличный холод…

– О, ну ты бы запомнил такую девушку, а, Патрик?

– О чем ты? – повторил тот раздраженно. – Я не знаю никого по имени Милли. Что все это значит, Лори? Что с тобой приключилось?

– Дело в том… – ответила Лори, и интуиция ей подсказывала, что она не заблуждается. – Просто я больше тебе ни капли не верю, Патрик.

Между ними повисло молчание. Они выдержали эту долгую паузу, прежде чем Патрик нарушил ее:

– Ладно. Сейчас я, кажется, по твоим описаниям припоминаю какую-то Милли. Она живет где-то здесь? Думаю, я видел ее – Скипли маленький городок.

– Видел ее? – разозлившись, повысила голос Лори. – Или писал ей, назначал ей свидание? Это разные вещи, Патрик!

Он замялся, но все же ответил:

– Слушай, ладно, да, я ее знаю. Я разговаривал с ней. Но она же еще ребенок, Лори. Это к нам с тобой отношения не имеет. Я хочу сказать, что между мною и ею ничего не было.

– Да, здесь ты прав, Милли еще ребенок. Ей пятнадцать лет, Патрик, – чеканила Лори слова, борясь с вновь подступающей тошнотой. – И если ничего не было, то уж точно не из-за недостатка попыток с твоей стороны, насколько могу я судить.

– О боже, – Патрик прижал руку ко лбу. – Я встретил ее в пабе. Ого, она выглядит намного старше своих лет! Я думал, ей лет восемнадцать. Послушай, Лори, я в ней ошибался, – в его голосе зазвучала настойчивость. – Я всего раз поболтал с ней еще до того, как ты появилась здесь. Но едва я получше узнал тебя, я понял, что это – наши с тобой отношения – намного серьезнее. Но я не хотел делать Милли больно, поэтому я вел себя сдержанно. Я говорил ей – мы встретимся с ней. По-дружески, после ее возвращения. Ты мне небезразлична. Это недоразумение не должно влиять на наши с тобой отношения.

Он протянул к ней руку. Она вздрогнула, отступила, зацепившись сознанием за оскорбительное для Милли слово «недоразумение», – ах, вот оно как! – и его рука медленно опустилась.

– Нет, должно! – прорычала Лори.

– Ну ладно тебе, – упрашивал, не теряя надежды, Патрик. – Ты мне очень нравишься.

Лори сделала еще один шаг назад.

– Я хочу тебя. Пойдем ко мне? – Он не сдавался.

– О, да, конечно! – Лори презрительно усмехнулась. – Я совсем не уважаю ни себя, ни мою крестницу. Да-да, Патрик, Милли моя крестная дочь. Пойти к тебе…

Сухой смех Лори был красноречивее слов и звучал полным диссонансом к снежному предрождественскому вечеру.

– Я вообще сейчас подумываю заявить на тебя в полицию.

Лицо Патрика помрачнело. Он был похож теперь на ребенка, которого изобличили в недоброй проделке.

– Слушай, а ты сказал мне хоть слово правды? – негромко спросила Лори. – Все, что ты говорил… про брата, про свою семью?

– Конечно, это правда, – резко ответил Патрик, глядя в землю.

– Я не верю тебе, – простонала Лори, ругая себя, что попалась на его удочку. – Милли заслуживает нааамного большего. Не смей даже близко к ней подходить! Иначе я точно пойду в полицию. Можешь не сомневаться.

Сказав так, Лори, не оглянувшись, пошла вон от него. Она думала только о том, что как можно скорее должна позвонить Рейчел.

Глава 25

Суббота, 16 декабря

Было за полночь, когда Рейчел увидела на определителе номера свой домашний телефон. Лори. Она нажала на красную кнопку и сбросила звонок.

Но лежащий на столе мобильный телефон не давал ей покоя. Она знала, что он зазвонит снова.

Через несколько минут так и случилось.

– Ты не ответишь на звонок? – спросил Эйден, глядя на мигающий экран настойчиво пикающего аппаратика.

Мысли – картины, все эти ужасные картины: Эйден и Лори вместе, – снова заполонили сознание Рейчел. Она старалась вести себя, как обычно, но теперь подавленный гнев начал в ней подниматься наружу, и это чувство было даже сильнее, чем раньше.

Пока Рейчел сидела, уставившись на экран телефона, она поняла, что хочет услышать правду. Она встала и пошла в спальню, подальше от Эйдена и шума телевизора, плотно закрыв за собой дверь. В этот раз она ответила на звонок.

– Рейчел, – раздался голос Лори.

Смотри, какая спокойная, подумала Рейчел. Даже не подозревает, что растерзала чужой мир на куски.

– Да… – без эмоций ответила Рейчел.

– Привет. Слушай, – голос Лори звучал более взволнованно. – Я должна поговорить с тобой кое о чем. Это важно.

– О? – произнесла Рейчел, закаляя себя и боясь, что ее голос может дрогнуть. – Знаешь что? Я тоже кое о чем хочу тебя спросить.

– Да?

– Да.

Рейчел села на край кровати. Она должна была держать себя в руках. Она должна была спросить – или она никогда не узнает правды. Она сделала глубокий вдох и сообщила:

– Лори, я только что нашла записку, которую ты написала в школе.

– Записку?

– Эйдену. – Рейчел заставила себя продолжить: – Я нашла ее в твоей спальне. Она выпала из одной из твоих книг.

– О боже, – медленно проговорила Лори.

– Что, Лори? – спросила Рейчел с нарастающим гневом.

Виноватый тон Лори был подтверждением, которое ей было необходимо.

– Рейчел, мне так жаль, – начала Лори так тихо, как будто это была не она. – Я знаю, я должна была быть честна с тобой. Я должна была тебе сказать… – Вдруг Лори заговорила быстро: – То есть я хотела сказать…

– Лори, ты знала, что я его люблю. Все те вечера, когда мы говорили о нем, ты без конца слушала, как я анализировала каждый свой разговор с ним. Потом, когда ты ходила на те вечеринки… Лори, ты же мне все докладывала! С кем был Эйден, с кем он разговаривал… Что все это зна…

– Рейчел, позволь мне объяснить… Слушай, – нетерпеливо прервала ее Лори. – Ты должна мне верить и должна меня выслушать! Я должна тебе сказать, что…

– Верить – тебе? – в свою очередь прервала ее Рейчел с нарастающей яростью. – Ты это серьезно? Мне не нужны объяснения, Лори. Ни твои, ни даже Эйдена. Они ничего не исправят.

– Но…

– Мне очень тяжело, Лори, и мне нужен был друг. Но я сейчас задумываюсь, может, у тебя был другой повод для обмена домами?

Лори молчала. Рейчел тоже. Ее терзали мысли об Эйдене, о Милли, о том факте, что ее дочь о чем-то своем сокровенном разговаривала с Лори, вместо того чтобы поговорить с родной матерью.

– Ты действительно хотела помочь нам? Или ты просто хотела мою жизнь? – жестко спросила она.

– Нет, Рейчел, послушай… ты должна меня выслушать… – опять принялась ее уговаривать Лори.

– Лори, я не хочу с тобой разговаривать, и я не хочу, чтобы ты общалась с Милли. Прощай.

И – руки ее дрожали – она захлопнула телефон.

Глава 26

Воскресенье, 17 декабря

Тот короткий блаженный миг, когда Лори, просыпаясь, не помнила ничего о минувшем вечере, в воскресенье утром мелькнул и исчез. И стал принадлежать прошлому. А вернулись воспоминания – о том, как лучший вечер ее жизни превратился в кошмар.

Не в силах думать обо всем этом, она вскочила, быстро приняла душ, высушила волосы, натянула джинсы, толстовку. И выглянула в окно, чтобы узнать, какая погода. Снежный буран утих. Вместо пальто – она не смогла найти его – пришлось надеть куртку из овечьей шерсти, найденную в шкафу в прихожей. Укутавшись поплотнее, она ринулась пробираться через сугробы к коттеджу Дианы.

Диана открыла ей дверь, одетая в то же платье, что и вчера вечером.

– О боже, – воскликнула она. – Ты похожа на Снежного человека! Заходи скорее.

Она выставила на стол кофе и сдобные булочки. А ее рассказы на время отвлекли Лори от собственных проблем.

– Он попросил меня остаться после закрытия, – поведала ей Диана. – В пабе были только он и я.

Глаза ее светились, щеки порозовели. Они с Лори обсудили важные детали: о чем именно Диана разговаривала с Грэхэмом, на чем они остановились (оба были готовы продолжить отношения), были ли поцелуи (да), и были ли они хороши (о, да), и кто сделает следующий шаг (Грэхэм взял номер телефона Дианы).

– Грэхэм вчера сказал, как здорово, что ты сошлась с Патриком, – заметила между прочим Диана. – Но ты так рано ушла… Почему?

– Я знала, что я не разбираюсь в мужчинах, – мрачно покачала головой Лори. – Но этот выходит за рамки.

– Патрик?

Лори кивнула.

– Но он казался…

– …таким хорошим парнем? – закончила за Диану Лори. – Ага, я тоже так думала. Но нет, он полный урод.

Взяв с тарелки еще одну булочку, она вонзила в нее зубы.

– Не могу поверить, что я повелась на него! Когда он встречался со мной, параллельно он назначал свидание другой девушке.

Диана от удивления даже открыла рот.

– Но что еще хуже, этой девушкой оказалась моя пятнадцатилетняя крестница…

– Не Милли! – в ужасе запротестовала Диана.

– Милли.

– Ни-чер-та-се-бе, – у Дианы округлились глаза.

– Вот именно. Жалкий он.

– Еще хуже, – отозвалась Диана, ее лицо ожесточилось. – Она несовершеннолетняя! Это отвратительно. Ну что ж, через недельку-другую друзей у него здесь не останется. Оставь это мне. Какой мерзавец! Рейчел знает?

– Еще нет, – ответила Лори, вспоминая жуткий разговор с Рейчел после жуткого разговора с Патриком. Как провалилась в бездонную яму после того, как помаячила на пике славы…

– Она очень расстроится. Бедная Милли. Она умная девочка… и нельзя ее винить за то, что она была им очарована. Как и все мы, в общем-то.

Лори не могла избавиться от ощущения, что она должна была все-таки догадаться. Почему она не смогла раскусить Патрика с самого начала? Неужели она и в самом деле так боялась остаться одна на Рождество?

Идя домой от Дианы, Лори прокрутила в памяти все разговоры с Патриком. И обнаружила, что, когда он рассказывал о себе, он редко вдавался в какие-либо подробности, и все, что он говорил, – что ж, вполне может быть, это все было ложью…

Дойдя до коттеджа, Лори уже знала наверняка: ей пора уезжать из Скипли. Она окинула взглядом гостиную: скамья под окном, все в подушках, фотографии Рейчел и Эйдена с их семьей, коллекция дисков, их книги… Здесь, в таком окружении, она чувствовала себя членом семьи. О, как же она скучает по Рейчел! И как хочет стать хорошей крестной матерью Милли!

Однако она умудрилась покалечить их жизни и испортить отношения с ними обеими. Нет, она не сможет выполнить требования Рейчел держаться подальше от их семьи! Милли все еще общалась с Патриком, выслушивая ту же ложь, что и она, и собиралась встретиться с ним через несколько дней. Во что бы то ни стало необходимо рассказать Милли правду!

Если Рейчел отказывается брать трубку, она найдет другой способ. И Лори пошла наверх собирать чемодан.

Глава 27

Понедельник, 18 декабря

Рейчел встала в половине седьмого утра. На улице было еще темно. На кухне тихо играло радио, а она пекла пряничных человечков, готовила цукаты и венки из орехов. К тому времени, когда все проснулись, квартира была полна запахом имбиря и сдобного теста. Пустота и боль после ссоры с Лори никуда не ушли из ее души. Но она справлялась с этим так же, как справлялась с любой проблемой – она пекла. Эйден зашел на кухню заварить себе чаю.

– Что готовишь? – спросил он, принюхиваясь.

– Бисквиты. Я хочу, чтобы Рождество было таким же, как и всегда, – ответила Рейчел, подняв на него глаза. И вздохнула, осознавая скорбную реальность происходящего.

– Ясно, – отвлеченно уронил Эйден.

– У нас все получится, – упрямо проговорила Рейчел, достав противень с бисквитами из духовки и поставив его остужаться на дальнюю из конфорок. – Хочешь, я пойду сегодня с тобой в больницу?

– Да, – кивнул Эйден. – Хочу. Давайте пойдем все вместе.

* * *

– А когда я дошел до третьего уровня, появился монстр и начал дышать на меня огнем, – взволнованно повествовал Зак. – Ты не можешь прошмыгнуть мимо него, надо подняться наверх и пройти там. Но я нашел монетку, которая делает тебя больше, и…

Уже десять минут Зак рассказывал Беа о своей новой компьютерной игре. Поначалу он чувствовал себя неуверенно, не знал, что сказать, но теперь, когда прошло больше недели и он пообвыкся, его уже не смущала безответная публика.

В то утро доктор Пател снова повторила свой же совет быть терпеливыми.

– Прошло десять дней, – шепнул Эйден Рейчел, когда врач ушла. – Они должны были выяснить что-то…

Рейчел взяла его за руку:

– Похоже, что это не так. Я думаю, она не хочет вселять в нас ложную надежду. Она с самого начала говорила, что остается только ждать.

– А потом ж-жух – и я перепрыгнул его, бабуль, – лицо Зака сияло, – и прошел уровень с водопадом. Это правда. Можешь Милли спросить.

– Это правда, – подтвердила Милли, сидя с краю кровати и гладя бабушку по руке. – Он перешел на четвертый уровень. И в мире Зака это все равно, что выиграть в лотерею или что-то вроде того.

Рейчел посмотрела на Милли. С бабушкой она опускала свои заградительные щиты.

– Ну что, бабуль? – обратилась к ней Милли в продолжение разговора.

И осмотрела комнату в поисках вдохновения. Ее взгляд остановился на снежном шаре на прикроватном столике. Это была ее любимая безделушка из дома – внутри была малюсенькая Эйфелева башня.

– До Рождества осталась неделя. Всего лишь неделя. И ты не удивишься, если я признаюсь, что без тебя ничего не выходит. У нас даже нет твоего «Обратного Отсчета до Рождества». У нас с Заком есть шоколадный рождественский календарь, и мы открываем его каждый день, но у нас нет елки. Но это не страшно. Мама нашла красивые ветки, и мы перевили их гирляндами, так что в квартире празднично. Гирлянды сделал Зак из бумаги. А сегодня утром мама начала печь, она уже сделала цукаты и венки из орехов и пряничных снеговиков. В квартире пахнет так же, как у тебя дома, когда ты готовишь. Помнишь тот год, бабуль, когда ты в первый раз разрешила мне помочь тебе стряпать? Это было, когда дедушка умер, и ты сказала, что не хочешь делать пряничный домик одна. Мы сели вместе, и ты показала мне, как его надо украсить. Ты сказала, что у дедушки это всегда получалось лучше всех, но потом, когда я принялась за работу, ты сказала, что видишь во мне его талант.

Голос Милли дрогнул.

– Я скучаю по дедушке. Мы все по нему скучаем. И я помню, что в тот день ты сказала, что хочешь присоединиться к нему на небесах. Поэтому если ты этого хочешь, бабуль, то уходи. С нами все будет в порядке.

По щекам Милли полились слезы, и Рейчел обняла ее за плечи. Зак начал шмыгать носом и всхлипывать и взял Милли за руку. Рейчел посмотрела на Эйдена и заметила в его глазах слезы.

– Но знай, если ты уйдешь, мы будем очень, очень сильно по тебе скучать, – добавила Милли. – Потому что ты лучшая бабуля в мире. И без тебя Рождество – не Рождество.

Они все замолчали. Звуки доносились только извне: скрипели колеса кроватей, что-то говорили медсестры.

– Я думаю, нам пора… – Рейчел прижала Милли к себе.

Эйден кивнул. Милли и Зак медленно встали, и Рейчел отдернула занавеску, укрывавшую их семью от чужих глаз.

– Нет, – послышался слабый голос.

Рейчел обернулась и вздрогнула. Беа резко дернула головой и закачала ею из стороны в сторону, повторяя:

– Нет, нет, нет.

По коже Рейчел побежали мурашки, Эйден бросился к матери. Медицинское оборудование вокруг нее начало издавать ускоряющиеся сигналы. Милли и Зак молча застыли, не зная, что делать и что говорить.

– Зови доктора, Рейч! – тихо вскрикнул Эйден, и Рейчел осмотрелась. Где доктор Пател?

Та была несколькими кроватями дальше, и Рейчел подозвала ее. Сердце ее бешено колотилось, пока доктор спешила на зов.

Медленно, уверенно Беа начала двигаться.

– Я не готова никуда уходить, – объявила она, широко открыв глаза.

Она посмотрела в их лица, откинулась на подушку и снова закрыла глаза.

– Нет, я совсем не готова.

Глава 28

Вторник, 19 декабря

– Я бы очень хотела попрощаться с дамами клуба, но, понимаешь…

– Я прекрасно все понимаю, – убедила Лори Диана. – Не переживай. Мы все тебе очень благодарны. Особенно Энди – он говорит, что благодаря аукциону у них будет лучший рождественский ужин за все время.

Несмотря на тяжесть в сердце, Лори заулыбалась.

– И оставь Патрика мне, – решительно заявила Диана. – Я с ним разберусь.

Вернувшись в коттедж, Лори на прощание окинула взглядом все, что ее окружало здесь в эти дни. Поначалу обстановка казалась ей тесной, мешали, как она полагала, излишества – фотографии тут и там, горы подушек на диване и в креслах, обилие книг в шкафах… Но теперь она видела: этот дом был не беспорядочным, а домашним, уютным.

Она заперла за собой тяжелую деревянную дверь и отправилась в обратный путь.

На поезде из Лидса в Лондон Лори обдумала свой план. Еще из Скипли она позвонила тете Кларе и договорилась пожить у нее с Андреа несколько дней. Ведь она не могла пока вернуться в лондонскую квартиру, но и продолжать жить в коттедже она не могла. Ее тетя, казалось, была рада, что она позвонила; Лори будет жить у них до тех пор, пока Рейчел с семьей не придет время уезжать в Скипли. Она подумала о матери Эйдена, надеясь, что все в порядке.

Лори достала айпад и вышла в интернет, ее палец задержался над экраном с приложениями. Фейсбук, Твиттер… электронная почта. Она задумалась на минуту, а потом выключила планшет и стала смотреть в окно на зимний пейзаж. Что бы она ни пропустила, это может подождать.

Поезд должен был прибыть на вокзал Кингс-Кросс в пять. И вот они проезжают окраину города. Лори видела переливающиеся рождественские гирлянды на улицах, сверкающие елки в окнах домов, ярко украшенные магазины. Прозвучало объявление о прибытии, и пассажиры начали готовиться к выходу, снимая с полок сумки, полные красиво обернутых подарков, и возбужденно обсуждая планы на Рождество. Стащив свой чемодан с полки, Лори чуть не уронила его на голову проходящему мимо парню в футболке с надписью «Фанат Арсенала».

– Аккуратнее, милая, – хрипло проговорил он, и Лори автоматически отметила про себя его лондонский акцент.

Она вышла на платформу и пошарила рукой в сумке, ища проездной. Ей казалось, прошла сотня лет с того дня, как она в последний раз прикладывала его к турникету и стремительно шла сквозь него. Месяц назад это движение было для нее так же естественно, как дыхание, но сейчас она была в некотором замешательстве, как те несчастные туристы, которые в ужасе стоят перед незнакомой системой пропуска, пытаясь в ней разобраться и мешая другим.

Сделав глубокий вдох, Лори сосредоточилась и легко совершила привычные действия. Ее отрыв от реальности закончился. Она прокатила свой чемодан сквозь вокзал, купила кофе навынос и пошла искать табло отправления. Ее интересовал ближайший поезд в Бромли.

Когда дело касалось Рожества, тетя Клара не сдерживала себя ни чем, и в этом году, как и до этого, в саду перед домом красовался полностью освещенный упитанный Санта-Клаус. Передняя была щедро украшена золотым дождиком, и в углу стояла искусственная елка, чьи ветви оттягивали новогодние шары. На ее верхушке, как и всегда, был толстый розовощекий ангел, слегка наклоненный вперед. Под елкой лежала гора подарков.

Телевизор был включен на полную громкость. Лори увидела, что это «Икс-фактор»[10].

– Полуфинал? – спросила она, понимая, что не видела ни одного эпизода, будучи в Скипли.

– Ага, – ответила Андреа. – В этом году просто некого слушать. Но есть одна девушка, они говорят, что…

– Лори, – пропела Клара, войдя в комнату и перебив их. – Ах, Лори, Лори, Лори.

Она говорила громко и нараспев. Расставив чашки с чаем на журнальном столике, она положила рядом упаковку пирожков со сладкой начинкой фирмы «Мистер Киплинг» и присела рядом с племянницей.

– Я очень рада, что ты у нас, дорогая! Но дай угадаю… это все потому, что ты снова будешь совсем одна на Рождество? – испытующе вопросила Клара, глядя Лори прямо в глаза и качая в отчаянии головой. – Парня нет, как и у Андреа?

– Мама! – осуждающе взмолилсь Андреа, выпучив глаза на мать, прежде чем посмотреть на Лори с просящим о снисхождении видом.

Молчание Лори было тем ответом, в котором Клара нуждалась, чтобы продолжить проповедь.

– Я вот что тебе скажу: ты должна наладить свою жизнь вне работы, знаешь ли. Ты и твоя кузина. Если честно, я иногда так переживаю за Андреа… Вам обеим за тридцать. У нас с твоей мамой уже были дети, в вашем-то возрасте. Времени не так много осталось…

Андреа посмотрела на Лори и закатила глаза, вызвав кривую усмешку кузины.

– Как бы то ни было, – вздохнула Клара, поворачиваясь к столу, – теперь о твоей мамочке. Ты с ней разговаривала? Ты должна немедленно ей позвонить! Она по тебе скучает. Ей непонятно, почему ты хочешь провести Рождество в одиночестве.

Лори сделала большой глоток чаю и откусила изрядный кусок пирожка, чтобы заткнуть себе рот и не ляпнуть чего-то, за что она потом будет жестоко себя корить. Глупое положение: ехала за спасением, а впору обороняться… Собственно, она должна была это предвидеть. Впрочем, как и многое другое.

– Почему бы тебе не позвонить маме, милая? – настойчиво повторила Клара, указывая на кухню, где на приставном столике стоял телефон. – Звонки в Испанию у нас дешевые, можно сказать, бесплатные. Тебе стоит ей позвонить.

Лори кивнула и послушно встала с дивана. Все лучше, чем слушать нескончаемые причитания.

– У, ты поправилась, Лори! – Клара шлепнула ее вдобавок к речам по попе. – Эта твоя часть увеличивается.

– Да, наверное, я поправилась, – спокойно пожала плечами Лори. – Вообще-то, я думаю, меня это не портит, а наоборот.

Она слышала, как в передней тетя Клара шепотом выражала свое одобрение, разговаривая с Андреа. У нее получалось чуть тише, чем у Саймона Кауэлла[11] в его разгромных тирадах из шоу «Таланты Британии».

А Лори глубоко вздохнула, подняла трубку и набрала мамин номер.

– Мам, – сказала она, когда ее мать ответила и поприветствовала ее на испанском. Она представила маму на балконе виллы с видом на бассейн. – Это я.

– Доченька, – воскликнула Каролина. – Какой приятный сюрприз. Как у тебя дела?

Лори вспомнила все сообщения и звонки матери, на которые она так долго не отвечала. И ее вдруг прошибла покаянная мысль: как так случилось, что она позволила всему на свете стать важнее, чем ее родные?

– У меня все нормально, – сказала она.

Еще ведь не поздно исправить все? Ей в голову пришла одна идея, и она решила не сходя с места ее воплотить.

– Слушай, я тут подумала… У тебя есть какие-нибудь планы на Новый год? Если нет, я бы хотела встретить его с тобой.

Лори разговаривала с матерью двадцать минут, пока Клара и Андреа занимались обедом. Лори рассказала маме о Скипли, о благотворительном аукционе, о новых рецептах. Она ничего не сказала о Патрике, и ее мать ничего не говорила о своей личной жизни. Но Лори почувствовала новую связь и понимание между ними. Ее мама жила, как в песне Рики Мартина[12] «Девушка-колдунья»: «ища новых ощущений, новых встреч и горения свеч…» – так пелось в этой песне. Хотя, судя по всему, ее жизнь была не такой уж безумной. Лори представила маму с седыми прядками в каштановых волосах и миниатюрной фигурой, которая с каждым годом становилась немного полнее. Да, у мамы были свои неприятности, но она всегда старалась быть для дочки хорошей матерью. Лори вспомнила болезненно неприятную правду, которую она так никому и не раскрыла: о доме в западном Лондоне, в котором ее отец построил себе новую жизнь.

– Ты едешь в Испанию! – радостно воскликнула тетя Клара. – Так ничего не делай, пока я не поговорю с Лилианой! Она работает в авиакомпании, она тебе все устроит! Ты знаешь, какие выгодные билеты она может раздобыть! В интернете-шминтернете. Никто не сможет переплюнуть мою подругу Лилиану Гомез.

Через пять минут Клара вернулась.

– Двадцать пять фунтов в одну сторону! – торжественно объявила она. – Ах, не надо меня благодарить.

Клара подошла к Лори и заключила ее в удушающие объятия.

– Спасибо, тетя Клара, – сдавленным голосом простонала Лори.

– Ты улетаешь на Рождество, вечером, – выпустив жертву, объяснила ей Клара, глядя в записи. – И возвращаешься десятого января. Раз уж тебе нечем заняться на Рождество, то можно воспользоваться дешевыми билетами, а? Ты прекрасно проведешь время, дорогая.

Лори села за стол, чтобы вкусить знаменитой тетушкиной паэльи. Она улыбалась, смеялась и говорила, что будет делать, когда прилетит в Испанию, что будет есть, какая там будет погода. Предстоящая поездка ее по-настоящему радовала. Но одна мысль не давала покоя. Она решила, что потерпит до после обеда. Ей надо было сделать еще один звонок.

Глава 29

Среда, 20 декабря

– Миллз, – позвала Рейчел, постучав в дверь спальни дочери. – Я собираюсь сходить вниз, отнести рождественские бисквиты. Ты точно не хочешь пойти со мной?

– Да, точно, – ответила Милли, приоткрыв дверь. – Дай мне еще несколько минут.

Первым делом Рейчел остановилась у квартиры Шивон и позвонила в дверь. До нее доносились смех, музыка и голоса, один из которых определенно был мужским. Это, должно быть, тот учитель физкультуры, о котором говорила Шивон. Тогда лучше не вмешиваться, решила Рейчел. И оставила сверток с бисквитами возле двери.

И сразу пошла вниз, к Лили. Зак, ушедший туда первым, открыл ей дверь. Он сиял.

– Мы говорим с семьей Лили по скайпу! – восторженно доложил он.

Войдя в квартиру, Рейчел увидела, что стол и разделочная столешница сплошь заполнены едой и напитками, которые Лили приготовила к Рождеству.

– Сюда, мам, – позвал ее Зак, потянув за руку в гостиную.

Лили сидела перед ноутбуком, улыбалась и махала рукой в камеру.

– Привет, Рейчел, – сказала она, оторвавшись от экрана. – Посмотри, как здорово. Познакомься с моими внуками – смотри, ты даже можешь увидеть их мордашки!

Рейчел подошла поближе и взглянула на экран через ее плечо. На нее смотрели три личика – мальчика и двух девочек, они возбужденно говорили, пытаясь перекричать друг друга. Зак с гордым видом стоял рядом с Рейчел. Лили снова посмотрела на нее и улыбнулась:

– Зак рассказал мне хорошую новость о Беа! Это настоящий рождественский подарок. Вы, наверное, и не мечтали о таком.

Рейчел легонько сжала ее плечо.

– Спасибо тебе, Лили. Твоя поддержка очень много для нас значила.

Лили вернулась к разговору с внуками, и Рейчел, не желая мешать, отдала Заку пакет с подарками.

– Передашь, когда Лили закончит?

Зак, не утерпев, взглянул на праздничное угощение.

– Не беспокойся, – улыбнулась Рейчел. – Я и тебе оставила. Когда отдашь подарок, возвращайся наверх.

Рейчел посмотрела на последний рождественский сверток в руках. Попрощавшись с Заком и помахав Лили рукой, она вышла на лестничную площадку и начала подниматься по лестнице к Джею. Последний подарок был для него.

– Беа очнулась, – с порога сказала она.

– Это замечательно! – ответил Джей с широкой улыбкой. – Заходи, садись. Расскажи мне все. Давай сейчас это вскроем и съедим все с кофе.

Они проследовали на кухню – Джей впереди, Рейчел за ним. Ничего страшного не случится, если она немного задержится. Джей пересыпал печенье в тарелку.

– Я только что была у Лили, – сказала Рейчел. – Она серьезно готовится к Рождеству. Кажется, вас ждет роскошный пир.

Джей насыпал ложку молотого кофе в кофейник.

– Правда? С нетерпением жду.

Закипел чайник.

– Так жалко, что вы не сможете тоже прийти. Вы к тому времени будете уже дома?

– Да, видимо, так, – Рейчел сама все еще в это не верила.

На кухонном столе завибрировал телефон Джея.

– Извини, ты не против, если я отвечу?

Рейчел кивнула в ответ, а он взял трубку и отошел в гостиную, отвечая. Но его разговор был слышен в кухне.

– Ты очень кстати об этом спросила, – услышала Рейчел слова, произнесенные Джеем. И тут же он сам вернулся на кухню, глядя на нее особенным взглядом. – Очень кстати, потому что я могу передать ей трубку.

– Спасибо, что ты пришла, Рейчел, – встретила ее Лори.

Ну, то, что она пришла сюда, еще ничего не значит, подумала Рейчел. Она даст Лори полчаса – и не больше. Она бросила взгляд на часы. Пять тридцать. Она вернется в квартиру к семи вечера, как раз вовремя, чтобы приготовить ужин для Милли и Зака.

Наверное, встречаться им все же не стоило. Но когда Джей сказал ей, что Лори вернулась в Лондон и отчаянно хочет с ней встретиться, было бы по-детски глупо отказываться. Они договорились встретиться в пабе в Клэпхеме, в том самом, в который спешили люди из офиса, чтобы встретить праздник с бокалом вина.

Неловкое молчание витало над их столом. Блузка Лори была помята, волосы на одной стороне головы взъерошены, она выглядела устало.

– Я пришла, чтобы сообщить тебе последние новости, – деловым тоном сказала Рейчел. – Беа вышла из комы, она поправляется. Так что ты можешь возвращаться в квартиру.

– Это прекрасно, – ответила Лори, прижимая руку к сердцу и улыбаясь. – Какое облегчение.

– Да, – согласилась Рейчел. – Облегчение.

– Извини, что я не была с тобой честна, – с ходу начала Лори. – Ну, ты понимаешь, о чем я.

Рейчел немедленно разозлилась – в этот раз извинения ничего не исправят.

– Рейч, твое… твое отстранение невыносимо, – посмотрела ей в глаза Лори.

– Это нечестно, – сорвалась Рейчел. – Я имею право злиться на тебя, Лори. Ты лгала мне каждый день нашей дружбы!

– Неправда, – обиделась Лори. – Я просто не говорила всей правды.

Рейчел подумала об Эйдене, представила его с Лори… Она не могла избавиться от этого образа с того момента, как нашла эту записку. Подробностей она не выдержит. Но не знать их – еще хуже.

– Я должна знать, Лори. Что было у вас с Эйденом?

– Что было у меня с Эйденом? – нахмурилась Лори.

– Да. И когда вы были вместе, как долго… если это длилось какое-то время…

Лори немедленно ее перебила, отрицательно качая головой:

– Ничего не было, Рейч.

– Ничего? – переспросила Рейчел, оторопев.

– Ничего, – повторила Лори.

– Но…

Лори вмешалась, чтобы объясниться:

– Но я должна была признаться тебе, что Эйден мне ужасно, страшно нравился, до боли, – проговорила она и поморщила нос, прежде чем продолжить. – Было тяжело слушать, как ты болтала о нем, и прикидываться, что я была незаинтересованной стороной. Потому что правда заключается в том, что, если бы тогда он проявил ко мне хоть малейший интерес, я бы, забыв о нашей дружбе, согласилась с ним встречаться.

Рейчел слушала, но не могла мысленно соединить точки в единую картину. Да, было неимоверно странно, что Лори нравился Эйден. Пусть и двадцать лет назад. Но это была не та история, которую она ожидала услышать. Она все еще ждала той части, где Лори и Эйден были вместе.

– Значит, ты никогда, – с усилием выдавила из себя Рейчел, – ну, ты знаешь… никогда?

– Что никогда?

– Ну… ты никогда… не целовала его… Никогда ничего… подобного… не было?

– О, господи, Рейчел, конечно же, нет! – Лори покачала головой и засмеялась, махнув на подругу рукой. – У меня не было ни единого шанса. Ты же помнишь, какая я была в школе.

Лори скорчила рожу, выдвинув нижнюю челюсть и скосив глаза. Рейчел чуть не прыснула.

– Но я отчаянно хотела, чтобы меня приняли – понимаешь, о чем я?.. Я хотела нравиться. Эйден был добр ко мне. Одно время я вела себя очень странно. Я писала ему все эти записки, как сильно я его люблю, как будто мы и правда встречались. А потом их прятала. У меня не хватило духу ему признаться. Письмо, которое ты нашла, должно быть одним из тех… Но вскоре я прекратила свои эпистолярные откровения – этому положил конец Брендон… Ты ведь помнишь Брендона?

Как же его не помнить! Рейчел прекрасно помнила этого наглого и вспыльчивого друга Эйдена и должна была признать, что ни разу не пожалела, что их пути разошлись.

– Так вот… Брендон был столь учтив и любезен, – усмехнулась Лори с сарказмом, – что доходчиво мне все объяснил.

– Это как?

– Очень просто. Он обнаружил эти записки на моей парте и не нашел ничего лучше, чем сказать мне, какая я жалкая и тупая. Ха. И добавил, что Эйдену нравишься ты. Было больно, но он оказался прав: несколько недель спустя Эйден пригласил тебя на свидание.

Так вот, значит, как! Все ее волнения – на пустом месте? Ее брак по-прежнему крепок. Ее лучшая подруга не предавала ее. Жизнь стала возвращаться для Рейчел в свои берега.

– Вы суждены друг другу, – улыбнулась ей Лори. – Эйден был верен тебе тогда, и я уверена, что он верен тебе по сей день. Он всегда любил только тебя. Я поняла это, как только увидела вас вместе. Эйден сделал свой выбор; мне было больно, но я все понимала. Через пару недель – ну, пару месяцев – я перестала сходить по нему с ума и стала жить дальше. И дальше, и дальше.

На губах Лори заиграла легкая улыбка. Рейчел улыбнулась в ответ. В последнем классе Лори так расцвела, что не отказывала себе в удовольствии наслаждаться вниманием, перебирая самых красивых парней их года.

– Но я все еще очень хотела быть тобой.

Лицо Рейчел отразило всю гамму чувств, всколыхнувшихся в ней при этих словах.

– Ты… шутишь? – только и смогла она вымолвить.

Рейчел никогда не считала себя особенной. Она не училась в колледже, не работала – в отличие от Лори, независимой, предприимчивой, стильной Лори. И тут Рейчел задумалась. Она, конечно, не Лори, но тоже кое-чего достигла… за последний месяц! Вряд ли это было случайностью. Ремонт в квартире Лили – она наслаждалась каждым его мгновением, и результат очень ее вдохновил. Возможно, она бы могла этим заниматься. Диана всегда твердила, что у нее талант. Но до сегодняшнего дня Рейчел в это не верила. А теперь… А теперь она поняла, что вовсе не была противоположностью успешной, деловой Лори – она тоже была сильной и независимой женщиной, а сейчас к тому же готова начать работать.

– Ты простишь меня? – с надеждой спросила Лори.

Рейчел взяла ее за руку:

– Только если ты простишь меня за то, что я усомнилась в тебе.

Лори мягко сжала ее руку и улыбнулась:

– Слава богу… Но мне надо кое о чем рассказать тебе. И тут без вина нам не обойтись. Это касается Милли.

Поймав неподалеку от Клэпхемского сада такси, Рейчел назвала водителю адрес и забралась в машину. С Лори они расстались возле метро, на прощание крепко обнявшись. Исчерпав проблему школьного прошлого, они сосредоточились только на Милли, ибо ее надо было спасать. Прежде всего – от нее же самой: не дать ей совершить что-нибудь импульсивно.

То, что рассказала Лори о Милли, взбудоражило Рейчел и очень встревожило, но они все обсудили, Лори надавала ей массу полезных советов, и теперь Рейчел готова была во всеоружии включиться в эту запутанную историю – со всей, разумеется, деликатностью.

Такси едва тащилось по Клэпхемской дороге, тормозя то и дело: на дорогу, обгоняя друг друга, выскакивали пешеходы, спешащие в «Маркс и Спенсер» за продуктами к Рождеству, за напитками и подарками. Рейчел еле удерживала себя на сиденье, ей хотелось немедленно встать и бежать. Короткое путешествие затягивалось, счетчик тикал, но Рейчел тревожилась не из-за денег. Ей не терпелось поговорить с Милли!

Вернувшись, она прямиком устремилась к дочери.

– Милли, – прошептала она под дверью.

Услышав положительное «угу», Рейчел вошла.

В спортивных штанах и белой футболке Милли полеживала на кровати, погруженная в чтение очередного журнала «Вог».

– Милая… У тебя есть минутка? – вкрадчиво спросила Рейчел.

– Привет, мам, – отозвалась Милли. – Конечно. А что такое?

Рейчел присела на край кровати.

– Что-нибудь с бабушкой?

– Да нет, с ней все в порядке. – Рейчел сняла сапоги.

– Ммм… – отреагировала Милли и, сев по-турецки, развернулась лицом к матери. – Хорошо. Тогда что?

– Я виделась с Лори.

– Как так? – изумилась Милли. – Если она в Лондоне… то почему же мы тогда не…

– Она живет у своей тети, пока мы ждем, когда выпишут Беа.

– Понятно… Хотя, конечно, странно, что мы все еще здесь, раз с бабулей все обошлось, ну да ладно. Докторам лучше знать.

– Милли… – Рейчел вздохнула. – Видишь ли… Нам было тяжело в последнее время, и мы с папой были поглощены переживаниями из-за бабушки.

Рейчел вспомнила, какое бессчетное количество раз Милли казалась отстраненной и даже расстроенной, а она позволяла ей просто уйти в свою комнату и там закрыться от всех!

– Ты ничего не хочешь сказать мне, Миллз?

– Нет… А что? – Милли в легком недоумении закрыла журнал, который продолжала листать, и бросила его на пол.

– Ты уверена? Я не про Лондон. Может быть, дома… может быть, там… кто-то… ну… то есть…

– Мама, а ты не забыла, что мне пятнадцать? И я уже не ребенок. И я не должна тебе все рассказывать, – резко ответила Милли.

– Миллз, я не давлю. – Рейчел была готова к отпору. – Я просто могла бы помочь тебе, если что-то происходит… не так.

Рейчел видела, что в глазах дочери стоят слезы. Но Милли явно решила не откровенничать и марку взрослости держала вовсю.

– Милли, а… а от кого эти шары? – мягко совершила боковой заход Рейчел, кивнув на связку под потолком в углу комнаты.

– Ты опять до меня докапываешься? – Милли возмущенно обхватила колени руками и рывком подтянула их к самой груди. – Ну почему?

– Потому что я за тебя беспокоюсь. И папа твой тоже…

Милли зарделась.

– Ладно… Если это так важно… Они от парня. Из Скипли. Я ему нравлюсь. Все?

Рейчел, помолчав, собралась с духом. Надо во что бы то ни стало продолжить, но она боялась спугнуть проблеск доверия Милли.

– А он тебе… нравится?

– Не знаю, – Милли слегка потупила взгляд. – Мне казалось, что да. Но теперь не уверена. Мы и виделись-то всего один раз.

– Милли, этот парень, – осторожно шла Рейчел по минному полю, – он же… он… старше тебя… и намного. И я… я не думаю…

– Как… – прошептала Милли, расширив глаза, – как… откуда… ты это знаешь? Ты что… копалась в моих вещах?

– Ну нет! – чуть не вспылила Рейчел. – Чтобы я рылась в твоих вещах? Мне и в голову это не приходило…

Кажется, надо давать задний ход. Нельзя позволить Милли снова замкнуться в себе.

– Просто я слышала…

– Это не твое дело! – Милли стерла ладонью горошины слез, хлынувших вдруг из ее глаз. – Что… что ты хочешь сказать мне? Что еще такого ты слышала? Это Лори тебе рассказала?

– Не волнуйся, пожалуйста! Мне всего лишь хотелось бы знать, – Рейчел была на пределе, стараясь не выйти за рамки спокойствия, пусть и наигранного, – собираешься ли ты снова с ним встретиться?

– Я не знаю. – Голос Милли дрожал. – Он мне понравился, показался милым. Но теперь я не знаю. Какой-то он странный. Так настойчиво звал меня на свидание… Я даже испугалась немного. Кейт и Эмма сказали, что он расспрашивал их обо мне. Меня это насторожило. Кажется, я совершила большую ошибку, – подвела итог Милли, кусая губы.

– Все в порядке, милая… Ты не сделала ничего плохого.

Рейчел обняла дочь, и та дала волю слезам.

Милли должна узнать всю эту историю полностью, без купюр, решила Рейчел. Поэтому, когда дочь отплакалась, она рассказала ей все про Лори.

Лицо Милли стало похоже на маску, застыло.

– Абсолютный, полный… – через минуту заговорила она, и на смену слезам пришло возмущение.

– Ясно, что Лори понятия не имела, что он с тобой переписывался. А потом заметила на его телефоне твое сообщение.

– Боже, как же все это глупо, – пробормотала Милли, снова краснея. – Как мерзко. Вот же урод!

– Согласна, – с готовностью кивнула Рейчел. – Но, Миллз, я не понимаю, как такая умная девочка, как ты, завела знакомство с таким взрослым мужчиной?

Милли пожала плечами:

– А он не говорил, сколько ему лет.

– Но получается, вы встретились… в пабе? Как ты там оказалась?

– Да мы разок зашли туда с Кейт! Совсем недавно. Слушай, я тебе уже говорила! Мне скучно в Скипли. Там нечего делать. А теперь еще с новой школой я даже не вижусь с Кейт, если мы не идем куда-нибудь вместе. Этот парень предложил повозить меня по разным местам, ну, я и подумала, что смогу выбраться за пределы до одури скучного городка, который мы зовем нашим домом.

Эти слова больно ударили Рейчел в самое сердце. Выходило, что Милли ненавидела свой родной Скипли!

– Я хочу куда-то выбраться, мам, – продолжила Милли. – И я подумала, что этот парень – ответ на все мои проблемы. Но это было опрометчиво, думать так. Я даже не была им особенно увлечена. Я просто хотела, чтобы хотя бы раз со мной произошло что-то необычное, интересное… Я пыталась сказать вам с папой, что мне скучно в Скипли, но вы всегда отмахивались или отшучивались, не принимали это всерьез.

Рейчел и правда никогда серьезно не воспринимала жалобы Милли, списывая их на возрастную взбалмошность и капризы. Но, игнорируя разочарование дочери, она лишь усугубляла положение, теперь-то это было предельно ясно…

– Ладно, – вздохнула Рейчел. – Я понимаю, что ты хочешь сказать. Я должна была раньше послушать тебя – но, видишь ли… если начистоту… это была моя слабость: мне было проще себя убедить, что у тебя все хорошо, чем признать, что ты изменилась. Ты растешь, и, может быть, мы еще к этому не привыкли. Когда вернется папа, мы обсудим это все вместе.

Эйден вернулся поздно и попробовал лечь, не разбудив Рейчел. Но она услышала, как он пришел, инстинктивно придвинулась к нему и уткнулась в его плечо.

– Как мама? – сонно спросила она.

– Прекрасно, – прошептал Эйден. – Но трудно в это поверить! Она все та же, как будто ничего с ней не случилось.

– Замечательно, – прошептала Рейчел в ответ.

В ее сознании было что-то еще, о чем она хотела поговорить с мужем… но мысль ускользнула. Оно может подождать до утра, что бы то ни было.

– Я люблю тебя, – пробормотала она, прижимаясь к нему и ощущая его тепло.

Он нежно поцеловал ее.

– Я тоже тебя люблю, Рейч.

Глава 30

Пятница, 22 декабря

Тетя Клара и ее семья трепетно относились к своей ежегодной традиции – рождественскому караоке. Оно было одной из причин, почему Лори перестала навещать эту родню в праздничные сезоны. Но на этот раз деваться ей было некуда.

Лори жила у тети, и это значило, что она должна играть по ее правилам. Двадцать второе декабря было днем караоке: все женщины из салона красоты Клары, школьные друзья Андреа и все соседи были приглашены погорланить рождественские хиты восьмидесятых в караоке-баре. Единственным его плюсом для Лори были отдельные кабинки, уменьшавшие риск встретить кого-нибудь из знакомых.

Лори почувствовала укол сожаления, мысленно перенесясь в центр Лондона и представив себе, что сейчас там присходит. Это вечер рождественского ужина «Симлесс», и Дэнни со всеми коллегами будут в «Нобу»[13] – ее любимом ресторане на все времена. Вчера она подумала: не позвонить ли Дэнни, чтобы спросить, не сможет ли она присоединиться к ним, но поняла, что это будет неверный ход. Дэнни отправил ее в отпуск, и она не собирается приползать обратно на брюхе только ради того, чтобы поесть ультрамодной японской еды.

И вот Лори с Андреа, поужинав, приготовились к выходу, а Клара стала названивать друзьям, дабы уточнить детали. Лори было предписано надеть красную шапку Санты, поправ ею тщательную укладку завитых локонов и поблескивающих сережек в форме рождественских елок.

– Я и в самом деле должна напяливать на себя это? – попробовала было опротестовать Лори свой выход в шапке.

– Безусловно! – ответила ей Андреа тоном, не терпящим возражений. – Это моя жизнь, Лори… Я делаю это каждый год. И хотя бы сегодня немного – немного! – облегчи мою участь и не откручивайся… Все равно не получится.

Поморщившись, Лори открыла сумочку, чтобы достать что-нибудь из косметики для усиления образа.

– Нет, твоя косметика тут не подойдет! – засмеялась Андреа. – Намажься вот этим гелем, он с золотыми блестками, мама будет счастлива.

Лори нехотя нанесла небольшое количество геля на ключицы и плечи. Андреа решительно забрала у нее упаковку и щедро намазала гелем ей щеки.

Тетя Клара заглянула в дверь спальни, где они прихорашивались.

– Ух ты, полный отпад!

Отпад? Хм… Взгляд в зеркало не обрадовал Лори. На нее смотрела елочная игрушка. Румяная и блестящая. Но если не можешь победить врага, встань под его знамена! Ведь так?..

* * *

После нескольких бокалов малиновой «маргариты» Лори монополизировала микрофон. Ее страстная версия песни Тома Джонса «Детка, на улице холодно!» вызвала оглушительные аплодисменты и одобрительный свист. После этого никто не мог ее остановить – «Блонди»[14], Тина Тернер, Шерил Коул – она перебрала всех.

– Нет, дай сюда! – кричала она, хохоча и выхватывая микрофон у Андреа – та уже битых пятнадцать минут размышляла, какую бы песню ей выбрать.

– Мы рады, что тебе весело, – шепнула Клара, остановив буйство Лори. – Но отбирать микрофон у сестры – поведение не совсем в рождественском духе. Ты не согласна, дитя мое?

К концу вечера Лори почти забыла о существовании Патрика Картера. В такси по дороге домой она положила голову на плечо Андреа. Предметы вокруг нее кружилсь, вращались, и среди них затерялось ее мимолетное увлечение Патриком. А в Скипли был не только он – в Скипли она наконец-то научилась давать себе отдых. Ее передышка сработала: она нашла там… себя.

– Ах, как было веееесело, – прокричала Лори трем спутницам. – Куда дальше? В клуб? Давайте в клуб!

На ее телефон пришло сообщение. Она достала из сумки пиликнувший аппаратик и заплетающимся языком стала читать, пытаясь сфокусировать зрение на тексте и бормоча себе под нос. Это был Дэнни.

Лори, счастливого Рождества. Нам не хватает тебя сегодня.

– Ха, отлично! – не удержалась Лори и продолжила чтение.

Последние новости: поступление сумок «Навахо» в магазины задержали всего на несколько дней, и они теперь – абсолютный рождественский хит. Мы такого не ожидали. А испорченные – смотри, что с ними случилось. Кто-то из «Симлесс» сфотографировал одну и выставил ее в интернете. Фото стало вирусным – а люди решили, что это протест против капитализма!! Был ажиотаж на Далстонской пробной продаже, и уже утром мы распродали большую часть сумок. Джиллиан говорит, что антибрендинг – это новый брендинг… Но без тебя было сложно. Ты нам очень нужна. Джиллиан интересуется, а может быть, мы обсудим твое более раннее возвращение на работу? С начала января? Что скажешь? Дэнни.

Но как же… билет в Испанию? Да и… сколько нового она о себе узнала за эти недели! О том, чего она на самом деле хочет!..

На короткий ответ не ушло и минуты:

Привет, Дэнни. Спасибо за предложение, но ты был прав: мне действительно нужен отдых. Увидимся в феврале. Счастливого Рождества. Лори.

Она нажала на кнопку «отправить», и голова ее вдруг перестала кружиться. Когда она вернется в «Симлесс», все будет совсем по-другому: не будет изматывающей работы сутками напролет, по выходным, вечерам… Она теперь контролировала ситуацию, и отныне в ее жизни все станет иначе.

Глава 31

Суббота, 23 декабря

– Я все еще не могу в это поверить! – Вокруг Беа стояли ее родные и улыбались. А она улыбалась им. – Мне сказали, что Рождество я буду встречать дома. Постучите по дереву.

Она протянула руку к прикроватной тумбочке и постучала по дешевой фанере. Такого выражения лица Беа семья не видела уже несколько недель. Их бабушка и правда выглядела прекрасно – только выбритая полоса на голове напоминала, через что ей пришлось пройти. Но Беа изобретательно употребила в дело переливчатую шаль Милли, прикрыв ею прическу изящной чалмой с небольшим бантом. И это очень ей шло, каждый отметил, как импозантно она выглядит – празднично и кокетливо.

Милли крепко обняла бабушку:

– Я так рада, что ты выздоравливаешь, бабуль!

– И я рад! – поддакнул сестренке Зак, присоединяясь к объятиям.

Палата, до этого момента такая холодная и неприветливая, пока Беа пластом лежала недвижимая и безмолвная, сейчас словно наполнилась теплым светом. А на рождественской елке в углу мигали гирлянды, и можно было различить украшения в коридоре.

– Вся семья пришла навестить вас, миссис Мюррей? – спросила подошедшая к ним доктор Пател.

– Да, доктор, они хорошие ребята, – улыбнулась ей Беа. – Не знаю, как они меня терпят, но я рада, что им придется терпеть меня и дальше.

– Определенно, – поддержала доктор игривый настрой пациентки. – Вы нас всех хорошенько тут напугали. К сожалению, такие операции всегда рискованны, и вам поначалу не повезло. Но я рада сообщить, что хирургу удалось удалить опухоль полностью. Шансы рецидива невелики, но, если вы заметите повторение симптомов, пожалуйста, не игнорируйте их. И нам еще надо проверить ваш слух. Все результаты будут отправлены вашему терапевту. Из назначений главное – это покой в течение следующих двух-трех месяцев. И никакого вождения.

– Как вы думаете, когда мы сможем забрать ее? – осторожно спросила Рейчел.

– Через пару дней она будет готова к выписке. Так что будете дома в самое Рождество. Только помните, миссис Мюррей, – покой и отдых.

Последнюю фразу доктор Пател проговорила, бросив на Беа взгляд, выдававший ее подозрения, что та вряд ли будет сидеть на месте после принудительного постельного заточения.

Рейчел не находила слов, чтобы выразить, какое огромное испытала она облегчение. Обняв детей, она посмотрела на Эйдена и взяла его за руку. Он посмотрел ей в глаза, и она почувствовала, как недостающий кусочек ее сердца вернулся на прежнее место.

– Еще полчаса – и уходим! – громко объявила Рейчел, споласкивая после завтрака тарелки и чашки.

– Так, кыш! Собирать вещи! – шуганул Эйден Зака: тот проюркнул на кухню с очередным вопросом – таким образом сын растягивал время. – Ты ничего не забыл уложить в чемодан?

Эйден поймал взгляд Рейчел и улыбнулся.

– Все почти как… – начал он и примолк.

– Не останавливайся, – шепнула Рейчел. Он нахмурился, но улыбка все еще была на его губах. – Теперь это можно сказать.

– Все почти как раньше. В первую очередь мама, конечно.

Эйден притянул Рейчел к себе и поцеловал в макушку.

– Но не только это, – добавил он с мечтательной улыбкой, облокачиваясь о стол. – Все, кажется, сходится, Рейч. Первые два предмета мебели от Джея прибыли. Саймон говорит, что это хит. Так что мы справились с работой в амбаре Вестли, и более того – клиенты в восторге. Я поговорил с кем надо о том, что мы хотим, чтобы с нами работал Джей, и они согласились. Так что теперь мы будем тесно сотрудничать.

– У меня нет слов! – Радость Эйдена передалась Рейчел.

– Джон и Сью, наши нынешние заказчики, посоветовали нас своим друзьям – одна пара приобрела старое церковное здание в Джиглзвике и хочет переделать его в жилой дом. Мы решили рискнуть – я всегда хотел попробовать что-нибудь новое.

Рейчел сжала его руку.

– У меня такое ощущение, что этот год будет хорошим, – улыбнулась она.

– И у меня… – Эйден наклонился и поцеловал ее.

Беа сидела на пассажирском сиденье и с упоением слушала радио, включив его на полную громкость. Бабушкина прерогатива, сказала она.

Рейчел еле втиснулась на заднее сиденье с Милли и Заком, а багажник был забит до отказа.

– Скоро там конец-то, бабуль? – заныла Милли. – Эти твои «Арчеры»[15]… Серьезно, что там происходит? Бубнят все одно и то же, когда ни послушай…

– Вот здесь ты ошибаешься, – повернулась к ней Беа. – Сильно ошибаешься. Ты забыла, почему тот парень упал с крыши? От такого нельзя отмахиваться, Милли. Это очень важно. Что-нибудь подобное может случиться не только в радиопередаче. В «Арчерах» – вся наша жизнь.

Милли испустила тяжкий стон. Рейчел была зажата дверью, шестилетним сыном, подушками и мягкими игрушками. Единственной причиной молчания Зака было то, что он активно жевал мармеладные жвачки. Скорее всего, когда начнется период его гиперактивности, подумала Рейчел, она пожалеет, что давала их ему.

Рейчел не любила прощаний, и, несмотря на то что ей не терпелось вернуться домой, расставание с Джеем и Шивон ее огорчило. Правда, с Джеем она увидится совсем уже скоро: под новый год он приедет устанавливать вместе с Эйденом оставшуюся часть мебели.

Лили очень старалась уговорить их остаться на ее рождественский пир.

– Это самое меньшее, что я могу для вас сделать. Мне так хочется вас порадовать! Если б не вы, мне бы не удалось похвастаться такой красивой квартирой на вечеринке. Я настаиваю. Оставайтесь у меня: диваны раздвигаются.

В конце концов она сдалась, отпуская их с миниатюрным тортом из своего «Карибского Рождества» и бутылкой рома.

– Конечно, праздновать вы будете по-своему, как привыкли, – сказала она, – но на Рождество съешьте мой торт и вспомните о вашей соседке – старушке Лили.

Зак и Милли обняли ее на прощание, и Зак подарил ей рождественскую открытку, которую нарисовал сам.

– Мы можем болтать по скайпу, – сказал он, и Лили улыбнулась.

– Конечно, сынок. И только благодаря тебе.

Эйден ушел вперед, чтобы проверить, все ли в порядке с машиной, и Рейчел с облегчением услышала звук заработавшего мотора.

– Нам пора, – сказала она.

Вдруг у Лили за спиной послышался другой звук, похожий на тихий гул мотоцикла, – кошачье мурлыканье. Зак и Милли подались назад. Из-за ног Лили появился Мистер Рипли и пошел к ним, подставляя голову, чтобы его погладили.

Рейчел посмотрела на мужа и на детей. Трудно было поверить, что они покидали Скипли всего лишь на месяц. Вся жизнь их перевернулась с ног на голову, и вот они едут домой, став ближе друг другу, значительно ближе, чем когда-либо. Да, их Рождество будет скромнее в этом году: она не зарезервировала индейку у мясника, и у них ничего не подготовлено для застолья. Возможно, они в Рождество удовольствуются готовой пиццей, но это не имеет значения. Вся семья в сборе и все счастливы – это важнее всего.

Отзвучала финальная музыкальная тема радиоспектакля, и Беа согласилась «сменить пластинку». Рейчел тут же захватила эфирный плацдарм, сообщив, что у нее есть пожелание. Покопавшись в кармане на спинке водительского сиденья, она передала вперед диск. Беа вставила его в магнитолу. Милли по первым же звукам узнала песню Криса Ри[16] и начала подпевать, а через пару тактов к ней присоединилась семья: «Мы едем домой на Рождество…»

Дома, едва они переступили порог, Рейчел вынесла из кладовки коробку с елочными украшениями, и Зак с Милли в одно мгновение опустошили ее. Милли перебирала игрушки в поисках своих любимых. Им очень повезло – по дороге удалось купить елку, и на крыше машины нашлось для нее место.

Рейчел, конечно же, сразу пошла на кухню, подпевая рождественским песням, звучавшим по радио. Они все вместе решили, что чемоданы распакуют потом. Но надо было заглянуть в холодильник и приготовить голодной семье что-то на ужин. И тут ей на глаза попался оставленный на столе белый конверт.

Она вскрыла его и прочитала текст рождественской открытки в форме оленя – от Лори.

Семья Мюррей!

Спасибо, что позволили мне пожить в вашем доме. Хорошего вам Рождества. Я зарезервировала для вас индейку у мясника, так что поторопитесь забрать.

С любовью,

Лори.

PS. В холодильнике для вас есть еще кое-что.

Рейчел переполнило любопытство. Открыв холодильник, она обнаружила там массу контейнеров и пакетов – маленьких и побольше. Она достала их все и сложила на стол.

Так… Первый контейнер – клюквенный соус. В другом – миниатюрные рождественские венки.

– Эйден, дети, – закричала она. – Идите сюда, посмотрите!

Открывая один за другим контейнеры, в каждом они находили что-то из «Обратного отсчета до Рождества от Беа». Ее лицо озарила улыбка.

– Ты, по-моему, говорила, что Лори не в восторге от кулинарных бдений? – рассмеялся Эйден, обнимая Рейчел за плечи. – Ай да Лори, настоящая кулинарка!

– Похоже, некоторые люди меняются в лучшую сторону, – гордо ответила Рейчел. – Ты же не станешь спорить?

Дети галдели от радости.

В десять вечера Зак уже спал, Милли читала в своей комнате.

– Думаешь, нас никто не застукает? – улыбался Эйден, оглядываясь и осматривая гостиную, будто кто-то мог выскочить на них из кладовки.

– Я думаю, что никто, – ответила Рейчел, доставая коробки с подарками, которые надо было красиво упаковать.

Эйден извлек из деревянного сундука упаковочную бумагу, ленты и скотч, и они вдвоем устроились на ковре.

– Шампанского? – предложила Рейчел, открывая бутылку «Просекко»[17] до того, как он ответил, и наполнила им бокалы.

Эйден тем временем поставил диск с рождественскими песнями – они всегда их слушали, упаковывая подарки. Они делали так с того года, как поженились. Драгоценные минуты, проведенные вместе, затишье перед хаосом праздника. Это была их традиция, и они поклялись никогда ее не забывать.

Эйден запутался в скотче.

– Эта штука напала на меня, – давясь смехом, тихонько простонал он.

Рейчел вызволила его.

– Ты свободен!

– Что бы я без тебя делал?

Они чокнулись, Эйден притянул ее к себе, поцеловал…

– Ты еще и очень красива сегодня помимо того, что исполнена героизма и готовности прийти мне на помощь.

Рейчел приняла комплимент и впервые ему поверила. На ней было ее любимое черное блестящее платье с длинными рукавами и длинные серебряные серьги. До того как приняться за упаковку подарков, она посмотрела на себя в зеркало и заметила, что на лице ее больше не видно свидетельств усталости: морщинки между бровями разгладились, вернулся румянец. А красная губная помада сделала ее образ гламурным.

– Как ты думаешь, мы уже можем расслабиться? – спросил Эйден.

– Да, наверное, – ответила Рейчел. – Но не раньше, чем упакуем подарки.

Она положила коробку (выпрямитель волос, подарок для Милли) набок и обернула его серебристой бумагой.

– Я не о сейчас. Ты уверена, что тот парень оставил Милли в покое? Тот урод, который к ней приставал.

– Ах, ты об этом… Скажи, долго бы ты раздумывал, если бы Диана твердо решила выгнать тебя из города? Она позвонила мне и сообщила, что он дал деру очень скоро после того, как уехала Лори. Судя по всему, он даже не местный. Благотворительная организация временно наняла его как водителя, но он вел себя так, будто работает постоянно. Кажется, он многих здесь обманул.

– Невероятно. Вот же какой мерзкий тип. Если бы я его встретил… – Эйден покачал головой. – Что ж, оно даже к лучшему, что не встречу.

– Я знаю. Но я надеюсь, что есть и хороший исход из этой ужасной истории. По крайней мере, Милли теперь говорит нам правду. Я думаю, она снова наша. Мы снова нормально общаемся. Ну, или идет к тому.

– Ты права, – согласился с ней Эйден. – И, несмотря на то как сильно я хотел бы придушить этого Патрика, мне кажется, что встретиться лицом к лицу с разъяренной Дианой было для него худшим наказанием в мире.

Рейчел засмеялась.

– Эйден, – сказала она, отпив из бокала. – Кстати, о Диане.

– М-гу, – отвлеченно ответил Эйден, пытаясь перекусить скотч.

– Не так, – Рейчел вмешалась с ножницами. – Есть кое-что, о чем бы я хотела с тобой поговорить.

– Валяй.

– Уже довольно давно Диана мне кое-что предложила. Она хочет, чтобы я работала в ее интерьерном бизнесе. Ну, ты знаешь, чем она занимается, теперь она хочет взяться за детские спальни. Ей очень понравилось, как я оформила комнаты Зака и Милли. По ее мнению, вместе мы могли бы расширить ее бизнес. И она оплатит мое обучение.

Рейчел нервничала. Не потому, что боялась отказа Эйдена, а потому, что, когда она сказала это вслух, все стало очень реальным – до этого момента это было просто мечтой.

– Я никогда этим не занималась. Но я знаю, что я смогу.

– Ты хочешь работать? – уточнил Эйден. – Работать? Если да, то, конечно же, соглашайся. Я всегда говорил, у тебя огромный потенциал.

В ответ ему Рейчел снова заулыбалась.

– Ты же не делаешь это из-за того, что волнуешься о деньгах, Рейч? Я думаю, в следующем году мой бизнес пойдет в гору.

– Нет, это не из-за денег, дорогой, – заверила его Рейчел. – Хотя, конечно, я тоже хочу вносить свой вклад в наш домашний бюджет. Но это больше, чем заработок – теперь, когда дети повзрослели, я хочу делать что-то для души.

– Тогда ты должна принять это предложение, Рейч, – сказал Эйден. – Я знаю, что ты нас не разочаруешь.

Глава 32

Суббота, 23 декабря

Лори повернула ключ в замке входной двери и вошла в подъезд. Она все еще чувствовала усталость после вечера караоке и остановилась немного передохнуть, прежде чем тащить чемодан на верхний этаж.

– Эй, – услышала она знакомый голос.

Навстречу ей по коридору шел Джей. На нем была темная куртка, шарф, свободно наброшенный вокруг шеи, джинсы и темно-коричневые броги.

– Помочь?

– Привет, – ответила Лори, все еще удивленная его внезапным появлением, и, между прочим, при виде Джея она взбодрилась. – Да, спасибо. Но ты ведь куда-то идешь?

– Ничего, я не опаздываю.

Лори постаралась не думать, куда мог он идти.

Джей наклонился взять чемодан и, подняв его, картинно сморщился, как от боли.

– У тебя там труп, что ли? – спросил он, смеясь.

– Я тайно проношу в дом сенбернара, – ответила она в тон. И добавила шепотом: – Я знаю, Шивон от собак не в восторге, так что не будем об этом распространяться.

– Ну и как оно? – спросил Джей, поднимаясь с нею по лестнице. – Эта деревня?

– Нормально, – ответила Лори. – Мне даже в какой-то мере понравилось.

Он наклонил голову. Им оставался последний пролет.

– Правда?

– Да. Там не так плохо, – заулыбалась Лори. – Хотя, надо признаться, я рада быть дома.

– И как это у тебя получилось так долго протянуть без твоей любимой работы?

– В двух словах не объяснить, – серьезно сказала она. Однако Джей ждал продолжения, и она с легким сердцем сообщила ему: – Меня вроде как на время уволили. Это и стало толчком.

– Что? – Выражение его лица было более чем недоверчивым. – Да на тебе же там все держалось!

Джей был так близко, что она улавливала его тепло. Она ни о чем не могла думать, кроме того, что очень хочет его поцеловать. Стоять почти вплотную к нему было сущей пыткой. Она обманывала себя, полагая, что сможет построить отношения с Патриком – даже если бы он не оказался мерзавцем, ее чувства к нему были бледным слепком с того, что она испытывала к Джею.

– Вообще-то, вчера мне написал Дэнни и попросил вернуться пораньше. Я отказалась. В жизни есть много хорошего помимо работы.

– Кажется, ты очень многое переосмыслила, пока была в Йоркшире, – заключил Джей после долгой паузы.

– Да, это точно. И я слышала, что и ты не сидел сложа руки. Рейчел мне рассказала, что ты делаешь мебель для Эйдена.

– Это исключительная возможность, – с готовностью ответил ей Джей. – Я очень благодарен Эйдену за такой шанс.

Разговор снова зашел в тупик. Джей на секунду отвел глаза, затем снова взглянул на Лори.

– Без тебя здесь было затишье.

– Я даже не знаю, что на это ответить, – засмеялась Лори. – Приятное затишье или скучное?

– Скучное, – улыбнулся он. – Определенно скучное.

Радость охватила ее. Не значило ли это, что он скучал по ней?

Она задумалась на мгновение, не пригласить ли его войти? Чашка кофе – это же просто соседская вежливость.

Джей повернул голову к окошку над лестницей. На улице шел мокрый снег.

– Так… а я собираюсь идти по такой вот погодке…

Ах, да. Он же куда-то идет… Какой уж тут кофе. И она б непременно ляпнула какую-нибудь глупость и все бы испортила.

– Только без меня, – быстро проговорила она. – Ванна, вино, постель – вот моя сегодняшняя программа.

Она перехватила у него чемодан и втащила его в квартиру.

– Тогда я, пожалуй, пойду, – вздохнул Джей. – Добро пожаловать домой, Лори.

– Спасибо…

Войдя, Лори прижалась спиной к двери и какое-то время стояла не шевелясь. Что в нем такого особенного? Она чувствовала себя опустошенной.

Рождество – через два дня, а она даже не спросила о его планах! Она докатила чемодан до спальни и поплелась на кухню, чтобы приготовить чай, и включила радио. Все станции транслировали рождественские песни. Она осмотрелась. Что-то не так! Что-то стало здесь по-другому, но она не могла понять что. Ага, разноцветная бумажная гирлянда над кухонной дверью. Она выглянула в гостиную: там возле эркера – красивые ветки в горшках, украшенные белыми переливающимися гирляндами, а над камином развешаны плющ и остролист. Оконные рамы – в бумажных гирляндах, а на журнальном столике рядом с тем праздничным растением с красными лепестками, название которого она постоянно забывала, – аккуратная стопка рождественских открыток. Лори ахнула. Ее квартира преобразилась, похорошела и, пожалуй, выглядела более ухоженной, чем всегда.

Она обошла гостиную, рассматривая каждую новую для себя мелочь. Елки не было – слава богу: она ненавидела елочные иголки, – но комната смотрелась нарядно до удивления. На каминной полке она заметила большую открытку. С детским благоговейным восторгом Лори взяла ее в руки, открыла…

Рождественские поздравления и пожелания от семьи Мюррей с припиской Зака: «Бумажные гирлянды сделал я!» На левой стороне открытки записка от Рейчел: «Смотри, что мы нашли!». К открытке скрепкой прикреплена их фотография школьных времен: Лори даже помнила, когда она была сделана: в день, когда они сдали последний экзамен и поехали на побережье. Она с любовью защемила фото на раме зеркала.

Глава 33

Воскресенье, 24 декабря, канун Рождества

С самого утра Милли и Зак принялись за стряпню. Беа контролировала процесс – пекли знаменитый пряничный домик. Милли выложила части фигурки на противень и отправила его в духовку.

– Оставь на двадцать пять минут, – подавала реплики Беа, вольготно сидя за кухонным столом. – Потом мы их склеим глазурью, и получится домик. В этом я вам помогу.

Рейчел смотрела на Беа: как она была не похожа на женщину из больничной палаты! Лицо вновь приобрело цвет, стриженые светлые волосы аккуратно уложены волосок к волоску. А стильный голубой кардиган с белой блузкой и светлые брюки придавали ей свежести.

– Бабуль, а можно добавить леденцов и мармеладных мишек, когда мы будем украшать домик? – Заку хотелось немедленно действовать.

– Разумеется, – Беа не возражала. – А я добавлю серебряных шариков.

– А сделаем потом звездочки с корицей? – с хитрой улыбкой не унимался Зак.

– Да, сделаем? – присоединилась Милли, поднеся к лицу формочку в виде звезды и глядя сквозь нее на бабулю.

Как хорошо, что Милли в канун Рождества с ними, дома. Подумать только, сейчас она могла быть… Рейчел прогнала эти мысли. Даже думать об этом было невыносимо.

– Беа, не позволяй им себя утомлять, – ласково пригрозила она свекрови. – Им только дай волю – готовы печь до полуночи!

– Но домик особенный, – возразил Зак. – Бабушка проснулась, когда Милли говорила о домике.

Рейчел и Беа переглянулись.

– Не волнуйся за меня, Рейчел, со мной все в порядке. Приятно быть чем-то занятой.

– Но врачи рекомендовали…

Беа фыркнула, перебив сноху:

– Если я что и вынесла из случившегося, так это то, что надо наслаждаться жизнью, пока можешь, и не тратить ни минуты впустую. И я всегда отношусь к предписаниям врачей с долей скепсиса.

Она подмигнула Рейчел. Несмотря на увещевания близких, общественная жизнь Беа снова начала бить ключом. Джойс и Пэм уже заглянули к ней в гости с рождественскими подарками.

– Ты слышала о Диане? – заговорщическим шепотом спросила Беа у Рейчел. Зак в это время тайком облизывал деревянную ложку, измазанную сладким тестом.

Рейчел мотнула головой отрицательно.

– Она влюблена! – с восхищением доложила сплетница Беа, сияя глазами. – В Грэхэма, владельца паба! Такой милый парень… Вот уж никогда не подумала бы, что он в ее вкусе… но случается всякое.

– Вот так сюрприз! – живо откликнулась Рейчел.

За последние несколько месяцев мужененавистничество стало для Дианы излюбленным состоянием, из которого ее было просто не вышибить. И вот нате вам! – такая разительная перемена, и всего-то за пару недель!

– А как она выглядит! – продолжила Беа. – Глаз не отвести! Кстати, все женщины одеты сейчас лучше, чем раньше. На Джойс какая-то красивая блузка с бантом. И еще, кажется, она говорила что-то про подиум… про то, что она модель. Или, возможно, голова у меня еще не совсем ясная…

– Нет, с твоей головой все в порядке. Это все дело рук Лори, – разулыбалась Рейчел.

Было похоже, что с подачи ее подруги Скипли закрутился в модном вихре.

– Что ж, не знаю, что тут наделала твоя Лори, но она, и в этом нет никакого сомнения, вдохнула жизнь в это место.

Вечером, объевшись куриного пирога, который приготовил Эйден, все устроились у камина. Милли изучающее посмотрела на родителей.

– Помните, когда мы разговаривали недавно?..

Рейчел и Эйден насторожились.

– Вы сказали, что я должна быть честна с вами и всегда говорить вам о том, что я хочу делать…

– Да, – ответила Рейчел с легкой тревогой и посмотрела на мужа.

Еще до отъезда из Лондона у них состоялся большой разговор, и они пообещали дочери, что будут более внимательны к ней.

– Так вот… Как вы думаете, могу я навестить тетю Лори на пасхальных каникулах? Может быть, я смогу пройти у нее стажировку в «Симлесс»… ну и увижусь с Никки…

Рейчел посмотрела на дочь – она казалась такой взрослой и такой уверенной в себе. Да. Пора им с Эйденом привыкнуть к тому, что она уже больше не будет их маленькой девочкой…

Эйден повернулся к жене:

– Как ты думаешь? Возражений у Лори не будет?

– Надеюсь, нет. Лори всегда говорила, что будет рада, если ты, Милли, приедешь к ней в гости. Не знаю, как насчет стажировки, – надо будет спросить у нее, – но если позволит ее работа, если она не будет слишком загружена, я думаю, ей доставит удовольствие сделать тебя своей протеже. Вот она скоро вернется, и мы у нее спросим.

– Мам, пап, спасибо! Я в вас не ошиблась! – Милли вскочила на ноги и бросилась их обнимать. – Уверена, следующий год будет просто волшебным! Даже не сомневаюсь!

Рейчел обняла ее в ответ на эти слова, на секунду прижав к себе. Она не знала, на что они с Эйденом подписывались, но решила, что пришло время доверять Милли. Это всегда так: наступает момент, когда следует дать своему ребенку больше свободы.

Когда дети наконец улеглись спать, Рейчел и Эйден продолжили разговор. Эйден взял рождественский чулок Милли, сунул в него апельсин и повесил на каминную полку.

– Смешно, ты не находишь? Она вся такая взрослая-распревзрослая, но бунт на корабле обеспечен, если наша дочь не получит свой чулок с угощением!

– Да уж, – легко рассмеялась Рейчел, стоя сзади и обнимая его за талию. И прижалась к нему. Он нежно положил свою руку поверх ее.

– Рейч… Давай присядем.

Он усадил ее на диван и сел рядом.

– Я хочу отдать тебе твой рождественский подарок пораньше.

– Вот как? Это что-то новенькое. С чего бы?

Он достал конверт и протянул ей.

– С того.

Рейчел взяла конверт и, трепеща, открыла его. И чуть не взвизгнула.

– Эйден, мы не можем… мы не должны… два билета… в Венецию?

– Не волнуйся ты так! Просто… я попросил нескольких людей сделать мне одолжение. Я заказал номер в маленьком семейном отеле, не пять звезд, но на фотографиях все выглядит очень красиво. И Диана сказала, что может на выходных посидеть с детьми, если маме будет тяжело.

– Но Эйден…

Рейчел не знала, что и сказать. Она представила себе каналы, гондолы, палаццо – побыть какое-то время с Эйденом наедине было тем, о чем она так долго и пока безуспешно мечтала!

– Я всегда хотела побывать в Италии…

– Да, знаю. И сейчас у нас есть шанс на медовый месяц, которого у нас так и не было.

Он нежно убрал непослушную прядку волос с ее лба.

– Милли вставила нам палки в колеса в первый раз, да? – улыбнулся он. – Но сначала мне нужно от тебя кое-что.

– Да? – с подозрением моргнула Рейчел.

– Да. – И он взял что-то с тумбочки у дивана и поднял над их головами. При виде букета омелы с белыми ягодами Рейчел залилась смехом счастья.

– Думаю, я с этим справлюсь, – прошептала она и, когда Эйден придвинулся ближе, нежно поцеловала его в губы, чувствуя тот же прилив любви, что и в день свадьбы.

* * *

От: Ben.groves@gmail.com

Кому: Millypede@gmail.com

Привет, Милли!

Счастливого Рождества!

Это Бен Гроувз, из школы. Лори сказала, что ты уже к этому времени вернешься в Скипли. Я хочу сказать тебе, что устраиваю новогоднюю вечеринку. Не хочешь прийти? Будет весело (обещаю). Ничего особенного, придет несколько друзей. Я подумал, тебе не помешает познакомиться с другими ребятами из школы, если учесть, что ты не так давно с нами учишься.

Надеюсь, у тебя получится прийти.

Бен Г.

От: Millypede@gmail.com

Кому: Ben.groves@gmail.com

Привет, Бен.

Спасибо за приглашение – звучит здорово. Спрошу только разрешения у предков, но раз ты живешь неподалеку, думаю, они будут не против. Можно я приведу с собой подружку?

Жду с нетерпением.

Милли.

Глава 34

Воскресенье, 24 декабря, канун Рождества

– Я, конечно, ужасно рада, что ты вернулась, но ты прекрасно знаешь, как я ненавижу рыскать по магазинам, – ворчала Шивон. Лори тащила ее по Ковент-гарден. – И почему непременно в канун Рождества?

– Мне нужно выбрать что-то для мамы. Что-то особенное. И смотри, как тут хорошо!

Вокруг сияли рождественские прилавки, переливались подсветкой ярко украшенные витрины магазинов, мелькали довольные лица разгоряченных покупателей, нагруженных серебристыми и золотистыми коробками и пакетами.

– Ты изменилась… – Шивон внимательно всмотрелась в лицо подруги, пытаясь понять, откуда взялся весь этот энтузиазм.

– Будешь жареные каштаны? – спросила Лори.

– Да, пожалуйста, – отозвалась Шивон, растирая щеки руками. – Горяченького сейчас в самый раз. Но если серьезно… – Шивон взяла у Лори пакет с каштанами, и они вернулись в давку на тротуаре. – С каких это пор у тебя праздничное настроение? Ты вообще говорила, что даже не пойдешь к Лили.

Лори в самом деле чувствовала себя Скруджем[18] в последнее время, и она все еще планировала провести Рождество в одиночестве, а не у Лили.

– Я все еще думаю, что пропущу ее вечеринку, – ответила Лори. – Хотя я пока не сказала об этом Лили. Но я очень хочу поехать в Испанию и провести время с мамой: шампанское и танцы на площади на Новый год… Ммм? К тому же там на двадцать градусов теплее, чем здесь.

– Упакуешь меня в свой чемодан? – хмыкнула Шивон, очищая каштан. – Я бы не отказалась от солнца.

– По мне, ты выглядишь вполне солнечно, – ответила Лори, намекая на румянец Шивон.

То, что та без ума от своего парня, было написано у нее на лице. Судя по тому, что Лори уже слышала, стресс и школьное напряжение снимались изрядным количеством акробатического секса.

– Спасибо, – сказала Шивон. – Это так странно, Лори. То, что все случилось так быстро. А теперь еще Эд хочет познакомить меня со своей семьей. Это так рано! Что они обо мне подумают?

– Ты им всем очень понравишься, – ответила Лори. – Ты всем очень нравишься.

– О, – Шивон слегка поморщила нос. – Не знала, что тебе не все равно.

– Как видишь, не все равно! – Лори остановилась у прилавка с украшениями. – Но сейчас ты мне нужна, как никогда, потому что я ударилась в целибат.

Лори взяла кулон на цепочке и подняла его на уровень шеи, демонстрируя, чтобы Шивон оценила.

– Что скажешь? – спросила она, чувствуя холодок серебра, в которое был вделан янтарь. – Только представь меня с более темной, оливковой кожей… И парочкой седых прядей.

Шивон придвинулась ближе.

– Я вообще-то вижу несколько, – она выискала седой волос, выдернула его и показала Лори.

Та в шутку вздрогнула и зарычала пиратски:

– Ух! На севере днем с огнем не найти приличного парикмахера! Ну, скажи, этот хорош?

– Янтарь в серебре – прекрасно! Но бирюза тоже красивая.

Она взяла такой же кулон, только поменьше.

– Бирюза – для мамы, – улыбнулась Лори. – Янтарь – для тебя.

Завершив рейд, они устроились на диване в квартире Шивон – посмотреть «Интуицию»[19], уже в сотый, наверное, раз. Пожалуй, сказала Шивон, Джон Кьюсак[20] в плохом фильме о Рождестве в Нью-Йорке лучше Джона Кьюсака в приличном фильме, и они отложили «Убийство в Гросс-Пойнте» для последующего просмотра и проверки этой теории.

Между ними стояла открытая коробка шоколадных конфет, а пол и диван вокруг были усеяны яркими фантиками – фиолетовыми и желтыми со стороны Лори, золотистыми и серебристыми со стороны Шивон. Спустя приблизительно час, в самый разгар сюжета, у Шивон зазвонил телефон.

– Привет, – ответила она кому-то.

Должно быть, Эд, подумала Лори, отметив про себя кокетливый тон Шивон. И судя по тому, как быстро она начала смахивать фантики с дивана, идет сюда.

– Это Эд, – сказала Шивон, положив мобильный телефон на кофейный столик. – Вот черт, он будет здесь через пять минут!

Она опрометью бросилась в ванную.

– Надо слегка накраситься, – ее голос разносился эхом, отражаясь от кафельных стен. – Останься и встреть, пожалуйста, Эда! Он тебе понравится, вот увидишь!

Лори не очень-то в это верила: предыдущие мужчины Шивон были странными приверженцами тантрического секса и пахли фимиамом. Не та компания, в которой Лори хотелось бы проводить время, и тем более канун Рождества. Но она была в долгу у Шивон, а та говорила, что Эд – другой.

Зазвонил домофон, и Шивон разразилась тирадой ругательств.

– Не волнуйся, я впущу его, – крикнула Лори.

Она попробовала впустить Эда, но он все время не вовремя пытался открыть дверь. Через минуту или больше он тихо ругался, как и Шивон минуту назад, очевидно, не понимая, что Лори слышала каждое слово через громкоговоритель домофона.

– Я спущусь за ним вниз, – сказала Лори. Шивон, с легкой косметикой на лице, вернулась из ванной все в том же шелковом халате. – А ты пока оденься.

Открыв нижнюю входную дверь, Лори впервые увидела Эда. Он стоял на холоде, закутавшись в черное шерстяное пальто. Его сложно было бы не заметить – баскетбольного роста, широкоплечий, короткие темные волосы, красные от ветра щеки.

– Жесткая тут у вас пропускная политика, – пошутил он, протягивая руку Лори. – Я Эд. А ты, должно быть, Лори. Приятно познакомиться.

Лори сначала хотела пожать его руку, но потом изловчилась, привстала на цыпочки и чмокнула его в щеку, так было естественнее.

– Взаимно. Я очень много о тебе слышала, – улыбнулась она, жестом приглашая его войти.

Повернувшись, она увидела Джея, тот спустился с лестницы и шел к выходу. Он посмотрел на Лори, потом на Эда. Ей показалось – или он погрустнел?

– Счастливого Рождества, – мимоходом обронил он, кивнул им и был таков…

* * *

Шивон подала Лори чашку горячего сидра, и она обхватила ее руками в варежках. Церковный хор только что начал службу на площади перед брикстонским зданием муниципалитета, и вокруг собралась огромная толпа. Хор запел рождественский хорал «Придите, верные», и у Лори от красоты этой музыки и ее исполнения по коже побежали мурашки. Лили была в первом ряду и пела от всего сердца. Был прохладный безоблачный вечер, дети бегали и танцевали перед поющими, их родители с аппетитом поедали пироги со сладкой начинкой, а дедушки и бабушки были снова в строю. Шивон толкнула Лори под бок.

– Стоит того, чтобы слезть с дивана, а?

Лори кивнула и отпила сидра. Эд обнял Шивон за плечи и прижал к себе.

Ладно, Эд мил. Лори должна была это признать. Он был очень увлечен Шивон, смеялся над ее несмешными шутками и даже сделал так, что Лори не чувствовала себя третьей лишней. По дороге сюда он развлекал их рассказами о своих учениках и купил упаковку бенгальских огней.

Начали запускать фейерверки, хор запел громче. Лори обнаружила, что подпевает – вся эта рождественская обстановка была так заразительна!

Глава 35

Понедельник, 25 декабря, Рождество

– Посмотри, что я получил! – Зак высыпал содержимое подарочного чулка на родительскую кровать.

Было шесть тридцать утра. Рейчел громко вздохнула, медленно просыпаясь, но, увидев счастливое лицо сына, улыбнулась.

В чулке Зака помимо прочих подарков был игрушечный жук. К восторгу Зака, он ползал по полу с подозрительной реалистичностью.

Позже, за завтраком – яичница и копченый лосось, – Зак продемонстрировал жука бабушке.

– Очаровательно, дорогой, – улыбнулась Беа и, приподняв бровь, посмотрела на Рейчел.

Эйден доверху наполнил мамину тарелку и протянул ей.

– О, – засмеялась Беа. – Скажу вам, это бальзам на душу после больничной еды.

На этот раз на ней был красный кардиган с брошкой в форме остролиста, и Беа была олицетворением здоровья. И еще ей удалось пронести свои подарки в дом и положить их под елку так, чтобы Милли и Зак не заметили.

Они взяли еду в гостиную.

– Можно я буду почтальоном? – спросил Зак, стоя посреди комнаты в синей пижаме.

– Конечно, – подмигнул ему Эйден.

Зак раздал всем подарки, и они начали их открывать. Рейчел открыла свой подарок от Милли – очень милый зеленый шарф.

– Невероятно! – восхитилась Рейчел. – Ты это сама, Миллз?

– Я нашла схему в книжке у Лори, – скромно ответила Милли. – Тебе нравится, мам?

– Очень! – Рейчел обняла дочь.

– Аха! – воскликнула Беа, распаковав свой подарок.

Она держала в руках диск с фильмом «Из Африки». Его купил Эйден, зная, как его мать живо откликается на все «африканское».

Беа была какой-то загадочной. Как будто бы собиралась открыть им какую-то тайну. И после паузы она действительно сказала им следующее:

– Интересно получилось, что ты подарил мне именно этот фильм!

– Да? – растерялся Эйден.

– Да, – продолжила Беа. – Я хочу вам всем кое-что сообщить.

В проигрывателе закончилась последняя песня. Все, даже Зак, ждали, что Беа скажет дальше.

– Когда я была в больнице… – начала она, сжимая в руке чашку.

Сердце Рейчел сжалось при воспоминании о тех днях.

– …у меня было время подумать. И теперь, видя, что я иду на поправку, я хочу по максимуму использовать отмеренное мне время. Дело в том, что, хотя я и сделала в моей жизни многое, чем я непрестанно горжусь…

Одной рукой Беа бессознательно прикоснулась к медальону с фотографией Дэвида, отца Эйдена, и посмотрела на внуков, те смотрели на нее с сосредоточенным вниманием.

– …есть то, чего мы с Дэвидом так и не успели сделать.

Рейчел была в замешательстве. Беа всегда казалась ей такой довольной, погруженная в повседневность и заботу о внуках. У нее были друзья, вечера в клубе игроков в бридж, работа в сообществе… Рейчел и в голову не приходило, что Беа хотела чего-то большего!

– Я хочу поехать в Африку, – объявила Беа.

Эйден чуть не поперхнулся чаем.

– Ты хочешь… что сделать, мама? – спросил он, инстинктивно выпрямив спину.

– Я хочу отправиться на сафари, с туристической группой, – невозмутимо сказала Беа, доставая из сумки рекламную брошюру.

Зак запрыгнул на диван рядом с ней.

– О! Здесь такие фотографии! Львы и слоны. Круто! – прокричал он с улыбкой на все лицо.

Улыбка Беа стала такой же широкой, как и его, едва она начала демонстрировать всем фотографии африканских закатов и гиппопотамов в воде.

– Но, мам, – растерялся Эйден. – Ты только что из больницы… и врачи сказали, что…

– Не волнуйся, – запротестовала Беа, отмахиваясь от наставлений сына. – Я не собираюсь ехать сию же минуту. Но я внимательно изучила эту брошюру.

Рейчел вспомнила, что эта брошюра туристического агентства пришла с почтой несколько недель назад.

– Я помню, Диана говорила, что хотела куда-то поехать подальше, когда ее бросил муж, но ей не дала работа. У меня нет работы, но есть кое-какие сбережения. Мы с Дэвидом всегда хотели попутешествовать, – ее глаза наполнились слезами, хотя улыбка осталась. – Но у нас не хватило времени.

– Я думаю, Дэвид порадовался бы за тебя, – сказала Рейчел, на ее глаза навернулись слезы.

– Я тоже так думаю, бабушка. По-моему, это отличная идея, – присоединилась к ней Милли.

– Что ж, если ты настаиваешь, – нехотя согласился Эйден. – Но сначала ты хорошо отдохнешь. И, пожалуйста, пообещай быть осторожной.

– Конечно.

– Ладно, – неуверенно промолвил Эйден. – В таком случае, учитывая новости, нам необходимо вскрыть бутылку шампанского, чтобы отпраздновать.

Он подошел к холодильнику, достал бутылку и с хлопком выпустил пробку.

– В этом году достанем четыре бокала, как ты думаешь? – предложила Эйдену Рейчел и подмигнула дочке.

Милли улыбнулась и сжала мамину руку.

– Раз в год, – предупредил Эйден, доставая бокалы из шкафа. – Так что не обольщайся.

После ланча из толстой индейки и угощений, которые им оставила Лори, семья Мюррей блаженно развалилась на диванах в гостиной. Зак изображал пантомиму и, прикрывая рот рукой, громко подсказывал бабушке правильный ответ.

– «Чарли и шоколадная фабрика»[21]! – возгласила Беа.

Милли по-доброму застонала и переместилась на диване так, чтобы положить голову отцу на плечо.

– Каждый год, Зак. Нельзя так открыто жульничать.

Рейчел встала и взяла с тумбочки коробку шоколадных конфет.

– Кому?

К ней немедленно потянулись руки страждущих, но она первой дала право выбора Беа, самой большой любительнице шоколада в их семье.

– Сначала бабушке. В конце концов, в Африке у нее не будет такой возможности.

– Знаешь что, Рейч, – проговорил Эйден с наигранным замешательством. – По-моему, мы забыли один подарок. Тебе так не кажется?

– Пожалуй, ты прав, – согласилась Рейчел. – Может быть, что-то выпало из мешка Санты, когда он шел к елке?

Зак завертел головой в поисках подарка, который они могли пропустить.

– Ой, в твоем чулке что-то есть! – крикнула ему Милли, увидев красный уголок конверта, торчащего из опустошенного чулка, который повесили обратно на каминную полку.

Зак бросился к камину, достал конверт и плюхнулся на диван рядом с сестрой.

– На нем наши с тобой имена. Подарок для нас обоих! Можно я его открою?

Милли кивнула, и он разорвал конверт с радостным нетерпением. Внутри была карточка, вырезанная в форме рыжего кота.

– Ну, что там написано? – подгоняла брата Милли.

– Ва-у-чер, – медленно прочитал Зак.

Милли взяла слово, читая через плечо Зака:

– Данный ваучер дает право его держателям – это мы с тобой, Зак – на…

Глаза Милли загорелись от счастья, и она в восторге прижала руку ко рту. Эйден повернулся к Рейчел и подмигнул ей, а Милли прочитала текст до конца:

– …на котенка, выбранного по их усмотрению.

Глава 36

Понедельник, 25 декабря, Рождество

– Счастливого Рождества, Мюрреи! – крикнула в трубку Лори.

– И тебе тоже, – ответила Рейчел.

Лори слышала, как на заднем плане Милли и Зак наперебой выкрикивали ей приветствия. Был морозный день, и Лори было прохладно даже в отапливаемой квартире. На эркере были морозные узоры, и, выглянув в окно, она заметила снег на машинах и тротуарах.

– Ну как проходит ваш день? – спросила Лори.

– Спасибо, хорошо. И большое спасибо, Лори, за все, что ты приготовила! Мы объелись.

– Да не за что. Самое меньшее, что я могла сделать, – сказала Лори, чувствуя приятное тепло при воспоминании о кухне в доме Рейчел. – Надеюсь, я вас не отравила.

– Думаю, мы в безопасности. Даже если нет, то все было так вкусно, что не жаль умереть.

– Получили какие-нибудь интересные подарки?

– О, да. Милли и Зак получили кота – то есть обещание получить его. Мистер Рипли всем так понравился… И еще – Эйден затеял для нас поездку в Венецию.

– Как здорово! И после последних событий вы заслужили отдых.

– Не могу дождаться. А Беа, представь, объявила, что намерена съездить в Африку.

– Ты серьезно? – спросила Лори, пройдя на кухню.

– Да. Все одно за другим. Ну а ты как? Я думала, что ты у Лили. Ты пойдешь позже?

Лори включила чайник и достала чашку, чтобы приготовить себе кофе.

– Не знаю, – неуверенно ответила она. – Может быть.

– Может быть? – переспросила Рейчел. – Я думала, это событие года.

– Так и есть… Просто…

Лори прикусила губу. Из квартиры Джея была слышна музыка. Она представляла себе, как он и его девушка обмениваются подарками, как занимаются любовью, перед тем как спуститься вниз на вечеринку Лили.

– Ты должна пойти, – настаивала Рейчел. – Лили очень хочет, чтобы ты пришла. Тебе там будет хорошо.

– Н-ну… Возможно, – и Лори поскорее сменила тему. – Я, кстати, получила твое письмо, и, конечно, я не против, чтобы Милли приехала ко мне. Я буду рада видеть ее здесь. И в «Симлесс», когда вернусь на работу.

– Значит, ты возвращаешься? Точно?

– Да. Но – не спрашивай как – но, кажется, Скипли выбил из меня трудоголика, Рейчел. Я вернусь на работу, но в этот раз все будет иначе.

Лори достала чемодан и положила его на кровать. Испания. Она поможет маме справиться с расставанием – и, может быть, где-нибудь там она забудет и о своем разбитом сердце.

Она посмотрела на платиновое бикини, проверяя, не растянулся ли материал. Нет, что неудивительно, ибо за последние два года у нее не было повода надеть его. Она бросила бикини в чемодан, мечтая о сангрии и бассейнах. Она попыталась выбрать между двумя парами босоножек и решила взять обе. Белое хлопковое платье положила поверх приготовленной стопки одежды. Остальное дособерет потом.

Она поразмыслила над тем, что сказала ей Рейчел о вечеринке Лили, и посмотрела на часы. Три тридцать дня – ее самолет вылетает после десяти вечера. В запасе у нее куча времени. Она нашла в шкафу красное платье, пошла в ванную, включила душ, разделась и встала под горячую воду.

К Лили она явилась с бутылкой шампанского и широкой наигранной улыбкой. Играла музыка. Рэгги. Открыв, Лили при виде Лори расхохоталась.

– Что ж… Весьма необычно.

На Лори было красное платье и черно-коричневый кардиган с выпукло вышитой справа малиновкой. Она выбрала этот кардиган в куче вещей для старьевщика в Скипли и привезла с собой в Лондон, повинуясь капризу. На рукава были нашиты золотые блестки.

– Вызывающе? – спросила Лори. – Но Рождество раз в году.

Лили улыбнулась, взяла ее за руку и провела в квартиру.

– Я рада тебя видеть, моя девочка, – нежно сказала Лили. – Мы скучали тут по тебе. А теперь посмотри-ка, что они сделали с моей квартирой!

Ступив на кухню, Лори обомлела. Обои… Стеллаж… Рваный линолеум заменен, вся квартира как новенькая…

– Здорово, правда? – улыбнулась Лили. – Стеллаж – это Джей сделал. Очень талантливый парень.

Она выразительно посмотрела на Лори.

– Твоя подруга Рейчел и ее дети во всем принимали самое активное участие. Храни их всех Господь, – на глазах Лили заблестели слезы.

Вокруг ели, пили, смеялись. На кухне пара средних лет танцевала. Лили посмотрела на Лори, делая одобрительный знак, когда эти мужчина и женщина прижались ближе друг к другу.

– Рождественское настроение в действии, – хихикнула она.

Вокруг стола стояли друзья Лили из других домов вместе со своими детьми-подростками. Комната гудела веселым гвалтом.

Накладывая в тарелку вяленой курицы, Лори заметила Джея. Точнее, его затылок. Он стоял и смеялся, разговаривая с кем-то, кого она не могла видеть.

До этого Лори пыталась морально подготовиться к этому моменту, но сейчас первое, чего ей захотелось, – это спрятаться. Она осмотрелась. Диван в нише ей подходил, Джей ее тут не увидит. На диване сидел мужчина, которого она сразу узнала, но не могла вспомнить, кто же это такой. Строгий синий костюм, седеющие дреды… Эти дреды… Что-то очень знакомое! Она села рядом с мужчиной. У него в руках была фотография, которую он взял с приставной тумбочки и разглядывал.

– Красивая женщина…

Лори удивленно подняла на него глаза. На фото была Лили. Должно быть, ей было лет тридцать, примерно как Лори сейчас, и она танцевала с маленьким мальчиком на заполненной людьми танцплощадке. Она смотрела прямо в камеру и широко улыбалась.

– И сейчас все такая же красивая, – сказал мужчина, оторвавшись от фотографии.

Лори увидела его живые глаза и карамельную кожу. Ну, не так уж он и плохо выглядел для дедули.

– Вы… Билл Великий Человек? – вдруг спросила она. – Вы же Билл, я не путаю?

Лори вспомнила вывеску, которую он иногда выставлял у соседнего дома, рекламирующую услуги по ремонту велосипедов. Рядом с его домом всегда была очередь.

– Да, это я, – засмеялся он и подал ей руку. – Рад знакомству. Долить вам рому?

Он взял со стола бутылку и наполнил ее стакан, подлив сверху имбирного эля. Лори положила в рот кусочек курицы.

– Она прекрасно готовит, верно?

– Лучше всех, – ответила Лори. Тоже посмотрела на Лили и приободрила его: – Вы должны с ней поговорить.

– Вы так думаете?

– О да. Еще я знаю, что она в данный момент не состоит в отношениях. Берите, пока не увели.

Больше Билла не надо было подстегивать.

– В таком случае, – сказал он, – вы не против, если я отойду?

Лори отпустила его жестом руки, и он встал, оправив брюки. Мимолетно оглянувшись и улыбнувшись Лори, он пошел прямиком к Лили.

Лори осмотрела комнату: она заметила пару знакомых лиц возле стола, но не похоже было, что Шивон и Эд уже здесь. Лори посмотрела на часы. Четыре. До вылета оставались часы.

Ее телефон завибрировал, извещая о пришедшем сообщении. Лори кликнула на него, радуясь, что можно хоть чем-то себя занять.

Рейчел.

И еще. Ты же знаешь, что Джей все еще тебя любит? И ни с кем не встречается?;-*

Сердцебиение Лори усилилось. Она подняла глаза и сразу увидела Джея. Он вошел. Но не один. Он не разговаривал с той девицей, то есть он разговаривал даже не с девушкой, а с Шоном из квартиры на цокольном этаже! Джей поймал ее взгляд. Извинившись перед Шоном, он пошел в ее направлении. Ее сердце забилось еще быстрее.

– Ты пришла…

Она быстро убрала телефон в карман. Джей сел рядом.

– Ни за что бы не пропустила, – проговорила она.

– Я рад, – улыбался он. – Счастливого Рождества.

Джей поднял бутылку ямайского пива и чокнулся со стаканом Лори.

Сознание Лори опустело – Джей был так близко, она не могла сказать ни слова.

– Мне понравилась твоя подруга Рейчел, – сказал он, поставив пиво на журнальный столик.

– Да? Вы подружились?

– Еще как! – кивнул Джей, продолжая ей улыбаться. – Она даже пришла на наш концерт.

– Шивон мне рассказала, – ответила Лори, чувствуя укол ревности.

– Рейчел заставила меня задуматься о всяком, – он замолчал. – Боже, у меня плохо такое получается.

Он нервно провел рукой по волосам.

– Но мне кажется…

Сердце Лори бешено колотилось в груди. Она ждала продолжения.

– В конце лета казалось, что между нами было что-то особенное, – говорил Джей. – И все еще есть. По крайней мере с моей стороны.

Его слова повисли в воздухе.

– Я думаю, нам стоит попробовать еще раз. По-настоящему. Ты необыкновенная, Лори. Но если ты встречаешься с тем парнем… в таком случае…

– Эд? – спросила Лори, и к ней вернулась способность улыбаться. – Нет. Он с Шивон.

– Хорошо, – засмеялся Джей. – Я рад, что мы это выяснили. Ну, что ты думаешь?

Лори смотрела в его глаза, и ей казалось, что лето было не так давно. Она хотела вернуть эти чувства – с Джеем она была лучше.

– Извини, я была такой идиоткой… Должно быть, это выглядело очень эгоистично. Думаю, я просто испугалась. Потому что ты и я… все было так серьезно, – она закрыла лицо руками. – Боже, это сложно. Слушай, мне надо на самолет через пару часов.

– Самолет?

– Да. Потом расскажу.

Она сделала глубокий вздох.

– Но если ты хочешь продолжить этот разговор, мы можем подняться ко мне, я буду собираться.

– Звучит заманчиво.

Лори не знала, заметила ли хозяйка дома, что они с Джеем ушли, – она медленно танцевала на кухне с Биллом.

Сердце Лори неистово колотилось.

– Вина? – спросила она, проходя у себя сразу на кухню.

– Да, пожалуйста.

Лори взяла бутылку красного вина, открыла ее и разлила вино по бокалам. Он стоял рядом с ней. Она почувствовала знакомое тепло и вдохнула его запах, по которому так скучала.

– Куда ты едешь на этот раз? – спросил он, взяв бокал и встав в дверях.

– В Испанию, – ответила она. – На пару недель. Встречаю Новый год с мамой.

– Здорово.

– Уверена, что тебе интересно смотреть, как я забрасываю в чемодан остаток своей коллекции обуви, а потом попытаюсь его закрыть?

– В самую точку, – улыбнулся Джей. – Для меня будет честью посидеть с тобой на твоем чемодане.

Она пошла за чем-то в прихожую и приблизилась к Джею. Он остановил ее и кивком головы указал наверх.

– Что это? – спросил он.

Над дверью висел букет омелы, связанный красной лентой. Лори улыбнулась. Должно быть, Рейчел его там повесила.

Она посмотрела на Джея.

– Даже если это ловушка, – сказал он. – Я совершенно не против.

Джей погладил ее по руке и нежно притянул к себе. Скользнул ладонью по ее волосам, затем к подбородку и, глядя Лори в глаза, провел большим пальцем по ее нижней губе.

Лори закрыла глаза, и он поцеловал ее. Она трепетала от его прикосновения, обвивая его руками. Все казалось таким естественным, как будто им свыше суждено было оказаться сейчас вместе.

Пока они целовались, Лори забыла про самолет, на который ей надо было уже спешить. Она думала о том времени, которое она проведет с Джеем. О втором шансе сделать все правильно, сделать все лучше.

А потом у нее мелькнула еще одна мысль: спасибо, Рейч.

Рождественские хитрости от Эбби Клементс

Надеюсь, вам понравилась книга «Поцелуй под омелой». Вот пара примеров того, что я люблю делать в это время года, чтобы создать рождественское настроение.

Снежные шары для фотографий от Зака

Заключите вашу семью в рождественский пейзаж! Эти милые снежные шары будут прекрасным подарком для дедушек и бабушек.

Вам понадобится:

Чистая стеклянная банка с плоским верхом

Белые блестки

Фотографии членов семьи (меньше, чем высота и диаметр банки)

Ламинатор, чтобы наклеить на фото

Дистиллированная вода

Немного глицерина (его можно купить в аптеке)

Суперклей

Водостойкие рождественские украшения для пейзажа

Способ приготовления:

Подготовьте фото. Выберите фото члена семьи и вырежьте только лицо или фигуру полностью. Заламинируйте с обеих сторон, выходя за пределы фотографии на сантиметр, чтобы она полностью была запечатана.

Теперь пейзаж. Нижняя сторона крышки от банки станет базой. Согните нижний сантиметр вашего фото и приклейте его суперклеем на крышку. Добавьте водостойкие рождественские украшения позади фотографии, чтобы подпереть ее. Подойдет пластмассовый букет остролиста, фигурка Санты или сувенирная Эйфелева башня. Оставьте достаточно места у края крышки, чтобы можно было легко ее прикрутить на место.

Заполните банку дистиллированной водой почти до самого верха и добавьте пару ложек блесток и щепотку глицерина, чтобы снег осыпался медленно.

Плотно закройте банку. Нанесите клей на края крышки (много) и крепко закрутите ее. Украсьте край крышки блестками или лентой. Встряхните банку и любуйтесь, как снег красиво засыпает пейзаж..

Пряничные звезды от Милли

(количество продуктов рассчитано на 30 пряников)

Ингредиенты:

340 г муки

½ ч.л. соли

1½ ч.л. толченой гвоздики

3 ч.л. измельченного имбиря

340 г коричневого сахара

75 г карамелизированного имбиря, хорошо порубленного

1 ч.л. разрыхлителя

1½ ч.л. тертого мускатного ореха

2 ч.л. молотой корицы

225 г размягченного несоленого сливочного масла

1 яйцо

Для украшения:

225 г сахарной глазури

Серебристые съедобные бусинки

Способ приготовления:

Подготовка: включите рождественские песни и налейте себе стаканчик тернового джина.

1. Просейте через сито муку в миску и добавьте разрыхлитель, специи и соль.

2. Взбейте сливочное масло с сахаром, затем добавьте яйцо, взбейте. Смешайте с мукой, чтобы получилось тесто, и добавьте имбирь. Теперь наградите себя глотком-другим джина.

3. Поместите тесто между двумя пленками и раскатайте до толщины монеты. Забросьте в холодильник на полчаса. Нагрейте духовку до 180 градусов и отдохните.

4. Когда тесто готово, вырежьте печенья и выложите на смазанный маслом противень. Запекайте примерно десять минут и затем, вынув готовые, сразу проткните дырку на верхушке каждого. Оставьте печенье остывать на плите.

Украшение: проденьте ленту сквозь дырочку на верхушке каждого печенья-пряника. Если вы сами делаете глазурь, то просто смешайте сахарный песок до плотной консистенции с кипящей водой. Нанесите глазурь на пряники и украсьте их серебристыми бусинками. Потом их можно положить в контейнер с плотно прижатой крышкой (они будут храниться около двух недель) или сразу же повесить на елку.

Наслаждайтесь,

и счастливого Рождества!

С любовью,

Эбби.

Выражение благодарности

Огромное спасибо моему гениальному редактору Дж. Дикинсон за ее креативность, проницательность и помощь и исключительному агенту Каролине Хардман за ее неизменную поддержку на каждой стадии рождения этой книги.

Спасибо всем, кто работал над моей книгой, особенно Дженни Ричардс, Джорджине Диффорд, Кэти Гордон, Катрин Тоссиг, Дэвиду Норту.

Каролине Хогг, Эмме Стоунекс и моей маме Шиле за их постоянную поддержку и мудрые советы. Особенная благодарность – Джеймсу, за его идеи, энтузиазм и талант наряжать елку.

И, конечно, друзьям и родным, которые делают праздничные дни незабываемыми.

Примечания

1

Первая книга ставшей очень популярной в Америке трилогии (2008, 2009, 2010 гг.) писательницы Сьюзен Коллинз.

2

Заповедник в Кении.

3

Крупный и легендарный бренд TopShop.

4

Американская джазовая певица (1948–2012).

5

Американский актер.

6

Известная английская певица, умерла в 2011 году.

7

Самая известная и популярная со времен «Битлз» британская поп-рок-группа; участники группы сами сочиняли исполняемые ими песни.

8

Популярная британская рок-группа.

9

Английский обычай: считается, что в Рождество двое людей, встретившихся под омелой, даже не знакомых друг с другом, должны поцеловаться. С омелой – кустарником-паразитом на ветках деревьев – в европейской традиции связано много легенд и поверий.

10

Британский конкурс молодых одаренных исполнителей-вокалистов, имеющий целью поиск новых талантов.

11

Известный британский телеведущий.

12

Пуэрториканский поп-музыкант, актер и писатель, его вокальный успех вызвал настоящий бум в латиноамериканской поп-музыке.

13

Международная сеть ресторанов, получивших название по имени повара, японца Мацухисы Нобу.

14

Американская панк-рок-группа.

15

Радиосериал Би-би-си «Арчеры», просуществовавший в эфире более 40 лет, – о фермерах, борющихся за свое благосостояние после Второй мировой войны. Аналог этого проекта на российском материале «Дом 7, подъезд 4» компания Би-би-си инициировала в России в 1992 году.

16

Английский певец, музыкант, актер.

17

Итальянское вино, сухое, игристое, основной конкурент шампанского, в производстве более дорого.

18

Персонаж повести Ч. Диккенса «Рождественская песнь», поначалу жадный и нелюдимый, но потом понявший, в чем настоящий смысл жизни.

19

Американская романтическая комедия 2001 года.

20

Один из актеров, играющих в фильме «Интуиция» («Предчувствие»).

21

Американский художественный фильм Тима Бертона из серии рождественских сказок о духовных ценностях, вторая экранизация одноименной повести Роальда Даля.

Content

Эбби Клементс
Поцелуй под омелой

Глава 1 Понедельник, 20 ноября

Глава 2 Вторник, 21 ноября

Глава 3 Среда, 22 ноября

Глава 4 Четверг, 23 ноября

Глава 5 Пятница, 24 ноября

Глава 6 Понедельник, 27 ноября

Глава 7 Вторник, 28 ноября

Глава 8 Среда, 29 ноября

Глава 9 Среда, 29 ноября

Глава 10 Четверг, 30 ноября

Глава 11 Пятница, 1 декабря

Глава 12 Понедельник, 4 декабря

Глава 13 Вторник, 5 декабря

Глава 14 Среда, 6 декабря

Глава 15 Среда, 6 декабря

Глава 16 Четверг, 7 декабря

Глава 17 Пятница, 8 декабря

Глава 18 Суббота, 9 декабря

Глава 19 Понедельник, 11 декабря

Глава 20 Вторник, 12 декабря

Глава 21 Среда, 13 декабря

Глава 22 Среда, 13 декабря

Глава 23 Пятница, 15 декабря

Глава 24 Суббота, 16 декабря

Глава 25 Суббота, 16 декабря

Глава 26 Воскресенье, 17 декабря

Глава 27 Понедельник, 18 декабря

Глава 28 Вторник, 19 декабря

Глава 29 Среда, 20 декабря

Глава 30 Пятница, 22 декабря

Глава 31 Суббота, 23 декабря

Глава 32 Суббота, 23 декабря

Глава 33 Воскресенье, 24 декабря, канун Рождества

Глава 34 Воскресенье, 24 декабря, канун Рождества

Глава 35 Понедельник, 25 декабря, Рождество

Глава 36 Понедельник, 25 декабря, Рождество

Рождественские хитрости от Эбби Клементс

Снежные шары для фотографий от Зака

Пряничные звезды от Милли

Выражение благодарности

Примечания